Медицина катастроф в ином мире

Глава 1. Ожог во все тело

Берлин. 5 мая 2035 г.

- Странно… - процедил командир под нос, разглядывая последние сводки из штаба.

- Что странно?

- Такое чувство, что враг отходит. Знаешь, меня уже пару недель терзают сомнения по этому поводу. Мы хорошо закрепились. У них большие потери, отрезано снабжение и вообще…

- Думаешь, пойдут на переговоры?

- Не знаю, - командир устало вздохнул. – Кидают своих на убой без ума и памяти. Порой, мне кажется, что у врага нет логики. Как у собаки, остервенело грызущей свой хвост.

- Ты спал? Дать таблетку?

- Пару часов, наверное. Снаружи на удивление спокойно, да и в бункере куда теплей. Самое время забрать груз, собирайся. Парни уже на местах, выдвигаешься по готовности.

-Есть!

Я закрепил на жилете десяток карабинов и попрыгал, проверяя не звенит ли чего. Поправив тактический ремень и кобуру, закрепленную на груди, у самого подбородка, проверил пластиковые стяжки. Разжился ими по случаю. Широкие, черные, на удивление крепкие. А главное - длинные. Куда без них. Привязав к ногам почти новые берцы, передернул затвор автомата, послушал как срабатывает боек, и пристегнул магазин. Сложнее всего было приспособить под это все альпинистскую сбрую. Но с каждым разом получалось все лучше.

- Готов!

Командир критично оглядел своего медика и кивнул. Предполагалось, что я пойду налегке, но подумав, он напихал в подсумки запасных магазинов и заботливо сунул в подстежку бронежилета два «сникерса». Прихватив сумку санинструктора я приготовился. На фронте так, все свою ношу с собой. Ведь вернуться порой некуда да и некогда. Ведь мы штурмовики - крылья прорыва… Пафосно, но лучше так, чем пушечное мясо.

- Грешник, Грешник, Павлик пошел, как слышишь меня? – быстро проговорил Сармат в рацию и отпустил тангенту.

- Павлик пошел, подтверждаю, - прохрипел эфир.

- С богом!

- Куда без него? - улыбнулся я натянуто и поспешил к узкой лестнице, ведущей наверх.

От нашего передового отряда остались лишь слезы, человек десять – двенадцать, включая трехсотых. Смертью на войне никого не удивишь. Мне ли не знать. Ведь я медик. Позывной Павлик. Но кличут все по-разному, в зависимости от обстановки. То Падлик, то Пахан, то Морозовым называют. Изредка Корчагин. Плевать, пусть стебутся, если так легче. Многим из них я спас жизни, многим закрою глаза в последний раз, если будет что закрывать… Слова ничто, по сравнению с боевым братством. Мы тут друг друга по делам судим. А дел штурмовой отряд натворил немало.

Уже почти месяц мы удерживаем этот район жилой застройки, координируя действия с другими отрядами сводного полка. Порядком потрепав немцев и французов, мы перерезали лини снабжения. Это и было основной целью штурма. Сейчас, оставалось только кошмарить врага, создавая иллюзию полного окружения. Хотя, почему иллюзию? Так оно и есть. Берлин взят в кольцо, крупнокалиберные орудия и «Грады» почти каждый день утюжат войска, окопавшиеся по ту сторону Рейна. А мы тут…. Вчера захватили бункер, спрятанный под дорогой, хоть отогрелись. Весна в этом году холодная, неприветливая. Теперь ждем припасы.

Ночью прилетал тяжелый грузовой дрон и оставил гостинцы на крыше уцелевшей высотки, что в дальнем конце улицы. Но мы решили выждать, чтобы не привлекать внимания. Этот коридор почти не простреливается, но укрыться особо негде. Я - самый молодой и самый быстрый. К тому же имеются корочки альпиниста. Не думал, что они пригодятся так скоро.

Покинув вход, замаскированный под общественный туалет, я присел за бетонным заграждением и дождался сигнала. Получив отмашку от наблюдателя в окне ближайшего дома, я короткими перебежками перебрался на другую сторону улицы. Командир специально ждал заката, чтобы снайперам было труднее целиться. Вражеских дронов, судя по молчанию детектора, пока не наблюдалось.

- Вхожу в здание, - негромко проговорил я, зажав тангенту.

- Вижу тебя, в холле чисто, - отозвался стрелок прикрытия.

- Давай, Павлик, давай! Каких-то шестнадцать этажей легко бегом. Делов то! – подбодрил командир.

- Принял. Начинаю подъем…

Когда привыкаешь к войне, терпеть – это самое простое. Задумался о своем, глядишь, уже и на месте. А вот ждать, пребывая в полной неопределенности просто невыносимо. Да еще когда хочется жрать! Мне проще, у военного медика всегда есть заботы. Плановые перевязки, окопная стопа, фурункулы, вши… А еще зубы. За два с лишним года ежедневной практики, я так наловчился их вырывать, что самому страшно. О какой-то санитарии в полевых условиях, понятное дело, говорить не приходится.

Я спрятался за стену и прислушался. Будто бы стоит кто-то этажом выше. Хотя нет, показалось… Это ветер сдул мелкие камни с крыши и они осыпались вниз вместе с пылью.

- Дальше чисто! – доложил снайпер. – Давай Павлик, шевели булками, солнце садится.

- Сокол, в следующий раз сам пойдешь!

- Ага, не вопрос. Как только метадона вколешь в колено, так сразу!

- Терпи Сокол, метадон от лукавого. Ты же казак! Пожуй аскорбинку.

Тот не ответил. Осмотревшись, я продолжил движение. Часть лестничных маршей, особенно на последних этажах, сохранила за собой только названия. Перепрыгивая с одного сплетения арматуры на другое, я зацепился стволом автомата и едва не сорвался. Адреналин ударил в голову. Тяжелые магазины в нагруднике тянули вниз. Вывернув локоть за спину, я выругался и каким-то чудом поправил оружие. Найдя точку опоры в виде толстенного штыря, торчавшего из стены, я оттолкнулся и тяжело перепрыгнул на уцелевшую площадку у лифтовой. Отдышавшись и уняв страх, я взглянул вниз. Далеко лететь.

- Павлик – Сармату. Я наверху. Поднимаюсь на крышу.

- Принято, - прохрипела рация.

Глянув в темное жерло лифтовой шахты, я понял, что план придется менять. Высунув голову, из чердачного проема, пристально осмотрел небо на предмет вражеских дронов. Камера станции слежения, замаскированная под кучу мусора на краю технической надстройки, медленно повернулась в мою сторону. Изображение с нее транслировалось напрямую в штаб и на мониторы бункера, где засел Сармат. Отдав честь, я проверил дрон детектор и пополз дальше. Поодаль, у вентиляционной шахты, валялась новенькая бухта с тонким полимерным тросом, лебедка в упаковке и инженерный кейс. Там же обнаружился и основной груз. Кучно сбросили, молодцы.

- Груз вижу. Приступаю.

Перебираясь ползком, я вскрыл кейс с инструментами и, провозившись минут десять, закрепил инерционную лебедку на дальнем парапете. Затем, тросами привязал ее к монтажным петлям лифтовой шахты. Как ни жаль, затея с самой шахтой себя не оправдала. На нескольких этажах ее перекрывали осколки бетонных плит. Спуститься скрытно не получится. При последнем обстреле зданию здорово досталось. А это значит, что придется спускаться по теневой стене многоэтажки, у всех на виду. Причем, за один раз. Да, это против правил, но светиться дважды, и уж тем боле бегать по этажам - куда опаснее. Территория отлично пристреляна, и не только снайперами. Прямо сейчас, получив донесение разведки, какой-нибудь артиллерист бундесвера вполне мог судорожно перелистывать таблицы в поисках вводных для нашего квадрата. Я явственно представлял это, перецепляя карабины на сумки.

Ничего! Не сложнее, чем эвакуация пострадавшего с горнолыжного склона. Сейчас, зацеплю сумки, сброшу страховочный канат и неспеша, придерживая поклажу, спущусь вниз. Шестнадцать этажей, всего то! Лишь бы троса хватило и лебедку не заклинило! Как два пальца об асфальт.

Сармат прав, сегодня уж как-то совсем тихо. Оттащив плотные армейские сумки к дальнему парапету, я пристегнул трос к поясу и стал ждать, когда тень от насосной станции, возвышавшейся по центру крыши, наконец упадет в нужном направлении и скроет отход. Переваливаться через парапет придется очень быстро.

- Павлик, осмотрись там, пока время есть. Через эту камеру с флангов ни черта не видать. Только очень, очень осторожно! – приказал командир.

- Принял. Выполняю…

Смахнув пот с бровей, я поправил шлем и подполз к краю крыши, где парапет раздробило взрывом. Маленький цифровой бинокль не давал бликов, так что, можно было относительно безопасно полюбоваться видами столицы.

- Что видно? – Сармат снова вышел на связь.

- Вижу Рейхстаг, Бранденбургские ворота…

- Бундестаг, Павлик, - поправил он.

- Ай, какая к черту разница!? Все равно от него только руины. Даже надпись оставить негде. Разве что помочиться на память…

- Сегодня ведь пятое число? – уточнил снайпер.

- Вроде как, - пожал я плечами. - А что?

- Эх, закончить бы все до девятого… - посетовал Сокол. - Было бы символично. Да, командир?

- Так точно!

- Сармат, докладываю: ни одной живой души не вижу, даже остаточного теплового следа. Вообще никого. Нулевая активность.

- Правый фланг?

Я переполз на другой край крыши и замер.

- Нет, здесь тоже все вымерли.

- Хреново. Но, может оно и к лучшему для тебя. Ладно, давай сворачивайся по-быстрому. Ждем внизу!

Я хотел было ответить. Но странное ощущение неотвратимой беды заставило поднят глаза к небу. С той стороны линии фронта, лазурную синеву прорезали столбы густого дыма. Десятки ракет неминуемо приближались к городу.

- Сармат?

- На связи.

- Знаешь, похоже переговоров не будет. Переключись на мою камеру.

Командир переключился на камеру встроенную в шлем. Я повертел головой, чтобы он все увидел.Пару секунд в эфире царила тишина. Сработало наше ПВО и несколько противоракет взвились в воздух. Где-то на дальней окраине города полыхнуло и в небо поднялся гигантский гриб из пламени и дыма. Я такое только в кино видел.

- Мать твою! – выругался Сармат хрипло. – Они все же решились…

- Тактические, судя по зоне поражения… килотонн по двадцать, – припомнил я значения из таблицы. – Их много, летят на разной высоте. Все не собьют.

- Штаб не отвечает…

- Возможно бункер выдержит, если прям сюда не жахнет. Но от радиации не спасет, командир.

На окраине города полыхнуло еще дважды. Здание содрогнулось. Если бы я стоял, то уже сдуло бы взрывной волной ко всем чертям. А так только парапеты поотрывало, да оцинковку.

- Все в бункер, живо! Павлик, бросай все и быстро вниз!

- А смысл? – я посмотрел в небо. – Командир, счет на секунды. Прости, я попросту не успею.

- Принял, - рация ненадолго замолкла. – Твое право боец, твое право.

Я представил, как Сармат стиснул зубы в бессильной злобе.

- Павлик, как слышишь? – на связь вышел Сокол, тяжело дыша от быстрого бега.

- Метадон не дам!

- Дался тебе этот метадон! Ты вроде как жизни спасаешь? Вроде как свой на небе должен быть. А я не крещеный, как на зло. Замолвишь за меня словечко, если первым туда попадешь?

Треск эфира заполнил дружный хохот. Я улыбнулся.

- Ох и ушлый ты тип, Сокол. Ладно, как только, так сразу.

Жадно втянув дым войны в легкие, я встал во весь рост, поправил амуницию и шлем. Вытер лицо перчаткой. Страха не было. Наверное, даже не успею почувствовать боли. Учитывая положение вещей, я просто испарюсь в мгновение ока. Если не думать о смерти, то во всем этом есть какая-то честь, что ли? Достижение, конечно, сомнительное, но созерцать гибель мира собственными глазами, не каждому доведется.

- Сокол, ты меня видишь? – я встал на самый край уцелевшего парапета.

- Хорошо смотришься! - всхлипнул боец. – Черт… я даже завидую.

Глянув в низ, я с облегчением посчитал бойцов, успевших добежать до бункера и поднял над головой руку.

- Все будет хорошо, дружище. Может быть не с нами, может быть не в этой жизни, но обязательно будет! Думай о хорошем…

Резкая вспышка метрах в двухстах от земли оборвала фразу на полуслове. Я только и успел, что повернуть голову. Время замерло. Яркий, ослепительный свет медленно поглотил все мое естество, обдав нестерпимым жаром. Я оскалился, сам не знаю почему, и прикрыл глаза. Стало тихо и хорошо.

Странно. А где длинный коридор? Где свет в конце тоннеля? Почему жизнь не пронеслась перед глазами? Я ведь точно умер. После такого не выживают. Или нет?

- Командир? Сокол, Грешник, на связь! – я не услышал своего голоса.

А кто я? Говорят, после смерти все забываешь в преддверии новой жизни. Ну, если она действительно есть. Чтобы проверить, я снова произнес вслух:

- Павел Холодов, 23 года, ВС РФ, сержант, санинструктор. Сегодня 5 мая 2035 года. Участвую в операции по взятию Берлина. Да нет, все помню…

Слов не было слышно и на этот раз. Но что-то переменилось! Зеленоватые всполохи, похожие на разряды статического электричества внезапно заполнили окружающее пространство, образовав сферу. Что-то мелькнуло. Я почувствовал слабость и отключился.

Не знаю, сколько прошло времени, но меня разбудил шум. До боли знакомый. Что это? Листва? Не припомню, чтобы в Берлине остались деревья. Порыв теплого ветра коснулся лица, в нос ударил отчетливый запах сырой земли, опавшей листвы и хвои.

- Твою мать!

Я шевельнулся и взвыл от боли. Нога затекла, теперь ее всю кололо иглами. Глаза удалось разлепить не сразу. На то, чтобы понять что к чему, тоже ушло пару минут. Я определено висел на дереве. Вернее лежал на толстенной ветке, прижатый канатом, на котором болтались те самые сумки, пристегнутые карабинами. Из -за этого было трудно дышать. Приложив серьезное усилие, я кое как сдвинул канат на задницу, а потом, осторожно раздвинув ноги, повесил его на ветку. Лицо противно саднило. Похоже, я все-таки получил ожог.

- Стоп! Ожег!

В памяти разом всплыли события последних минут, и я снова потянулся к рации. Индикатор заряда в норме, но в эфире пугающая тишина.

- Сармат, Сармат, на связь! – проговорил я негромко.

- Сармат, Сокол, кто-нибудь!?

Фон даже не дрогнул. Ни намека, на слова или обрывки фраз. Я несколько раз зажал тангенту подавая условный сигнал, но эфир упрямо молчал. Какая-то чертовщина.

Подтянув сумки, я аккуратно уложил их ближе к стволу дерева и пересчитал. Затем поднял инженерный кейс и смотал тонкий полимерный трос, на конце которого болталась чудом уцелевшая лебедка. Потом проверил оружие, боезапас и «сникерсы» в подложке броника. Документы, журнал медика и аптечка быстрого доступа тоже на месте. Недосчитался только двух магазинов. Они тускло поблескивали внизу, среди опавшей листвы. Кажется над лесом занимался рассвет…

Нужно подумать. Успокоиться и поразмыслить логически. Я осторожно перевернулся на спину и постарался вытянуть ноги. Снял шлем и положил голову на грубую армейскую сумку. Шелест листвы и рукоять модернизированного АК-74, до сих пор не снятого с вооружения, дарили относительное спокойствие.

Уложив автомат на грудь, я судорожно пытался вспомнить, что случилось сразу после взрыва. А взрыв точно был, иначе лицо бы так не саднило. Должно быть, я хапнул большую дозу радиации. Однако дрон детектор со встроенным счетчиком Гейгера ничего не показывал. На вид исправен… Ладно, поверим. Что еще?

Ах да, зеленоватое сияние. Но тут совсем ничего не понятно. Может бред? Последствия взрыва, контузия? Тоже нет. Контузии у меня точно не наблюдается. Только грудина поднывала после удара. Ага! После удара… Может меня сбросили с парашютом? Нет, маловероятно. Тут бы повсюду были стропы, свисал шелк. Но что тогда?! Где я и какого хрена тут делаю!!?

В небе промелькнула громадная тень. Самолет? Но почему так тихо? Вот опять… Подорвавшись, я вскочил на ноги, закинул оружие за спину и полез вверх по крепким массивным веткам. Сердце колотилось как бешенное. Через пару минут дикой встряски, я запыхался, достигнув вершины. Но то, что открылось взору, заставило снова нырнуть в листву. Два крупных крылатых ящера кружили над лесом, выискивая добычу…

Я привык верить своим глазам. Определенно, это были виверны или драконы. Чем они отличаются я не помнил, но поспешил спуститься обратно, от греха подальше. Существа, конечно, мифические, но опасность вполне себе осязаемая. Не так страшно, как ядерный взрыв перед самым носом, но тоже неприятно. Внизу началась подозрительная возня. Какие-то тени прошмыгнули под кроной. Едва дыша, я убрал автомат за спину и накрутил глушитель на ствол пистолета. Послышался топот копыт и нечто громоздкое, похожее на лося, пронеслось под деревом надсадно дыша.

Над головой мелькнула одна тень, потом вторая. Метрах в двухстах захрустели ветки, полыхнуло пламя. Сдавленный рык… предсмертный вопль… и вновь тишина. До меня вдруг дошло, что они видят в темноте. Если это рептилии, то у них, вероятно, инфракрасное зрение. А это очень хреново!

Кое как, негнущимися пальцами, я достал из подсумка термонакидку и закутался в нее с ногами. Как вовремя! Крылатые твари учуяли чуждый запах. Через узкий просвет меж ветвей я наблюдал как одна из них шарит ноздрями в листве. К несчастью, внимание ее привлекли упавшие магазины. Обнюхав непонятные предметы, крылатая тварь задрала морду и с пугающей легкостью вскарабкалась по стволу. Обнюхав сумки, она посмотрела вверх. Ствол пистолета уже смотрел в ее сторону. Что будет дальше, смышленая тварь проверять не стала и спустилась обратно на землю. Кажется, лось оказался слишком большим, чтобы поднять его в воздух и хищники решили тащить его волоком. Только бы не оставили под моим деревом! Только бы не под деревом….

Глава 2. Встреча в лесу

Рассвет наступил быстро. Треск веток и глухое рычание слышались еще долго. Через два часа, решив, что накидка больше не нужна, я поднялся на верхушку дерева, а потом, осторожно спустился вниз, к сумкам. Кровавый след от убитой туши пролегал прямо по корням. Тепловизор бинокля не показал ничего подозрительного. Какие-то зверьки размером с белку, птицы… Стараясь не шуметь, я спустился на пару ветвей ниже и осмотрел ствол. Когти ящерицы оставили глубокие отметины на коре. Цепляясь за них, я легко заберусь обратно.

Свесившись вниз головой, оценил обстановку и быстро вернулся обратно. Никого. Скользнув на нижнюю ветку я перехватился за следы от когтей и спустился на землю. Быстро подобрав магазины, убрал пистолет в кобуру, перецепил ремешок на один карабин и взвел автомат. Затвор сухо лязгнул. Там, где прошли ящерицы, кусты и молодые деревья были поломаны, по листве пролегал бурый кровавый след. Попахивало гарью. Ветер шумел листвой, мои шаги не было слышно. Пригнувшись, я двинулся короткими перебежками от дерева к дереву, в ту сторону, где полыхнуло пламя. Метров через двести, обнаружил место пожарища. Странно, что огонь не распространился дальше по лесу. Лося опалили тут, судя по обожженному следу на листве. Он бросился в сторону, где небольшая полянка, а там его накрыла вторая тварь. Об этом явственно говорили ошметки шкуры и перерытая когтями земля.

Смотреть тут больше было не на что. Едва обернувшись, я нос к носу столкнулся с каким-то зверем. Вскинув оружие я упал на колено. Палец замер на спуске, едва касаясь его. Зверь замер, чуть дыша, скосив глаза на дуло автомата. Нос его дрогнул, учуяв порох. Кажется, это был лис. Большой рыжий лис размером с меня. Я готов поклясться, что на шее у него висела сумка. А еще какое-то украшение в виде кристалла. И лапы… на них что-то вроде обуви или перчаток.

Зверь больше не смотрел в дуло, он с тревожным любопытством изучал меня. Медленно отступив назад, лис склонил голову. Потом осторожно поднял лапу и указал в сторону. Я понял, чего он хочет и от этого немного охренел. На спине лиса я разглядел еще две сумки, набитые какими-то свертками. Значит, животное не дикое, оно просто идет по своим делам, выполняя чье-то поручение.

Это объяснение показалось мне логичным. Если бы лис хотел, то напал бы сразу, пока его не заметили. Стрелять во все, чего не понимаешь – идея плохая. Опять же шум мне не нужен. Опустив оружие я указал рукой в ту же сторону. Лис кивнул. Подумав, я медленно убрал автомат и показал пустые ладони. Он решил не испытывать судьбу, и, замерев на мгновение, сиганул в чащу, уносясь прочь быстрее ветра.

- Нормально… вот это глюки.

Путь к дереву искать не пришлось. Виверны… или драконы, протоптали хорошую тропу с кровавой разметкой. Если можно использовать собак, как курьеров, то почему нельзя использовать лис? А если этот лис… или лиса? Да к черту, какая разница?! Если эта лиса носит почту, значит поблизости есть населённый пункт. Вечно сидеть на дереве не получится, еще одну встречу с ящерицами я могу не пережить, так что остается одно: разведка. Все это похоже на бред, но уж больно он реалистичный. Будем исходить из того, что имеем. Так… а что мы имеем?

Взобравшись обратно по отметинам от когтей, я решил провести ревизию. Напилив веток поровнее, сделал некое подобие лежанки меж двух толстых веток. Стяжки тратить не стал, примотал канатом. Поверх постелил накидку. Перекладывая содержимое сумок, сверил со вложенной накладной и продублировал в своем журнале, как и положено. Потом, на всякий случай, сфотографировал все на тактический планшет.

В основном, груз состоял из медикаментов, пакетов с физраствором, кровоостанавливающих средств, аппликаторов и жгутов. Несколько хирургических наборов, которые нужно было раздать другим медикам. Носки, тактические перчатки, снова носки, стельки, предметы гигиены. Ага! Элементы питания, целая россыпь. Пара батарей для экзоскелетов зачем-то. Пара саперных лопат. Несколько прицелов, три бинокля и всякая мелочевка. В довесок все тот же кейс с инструментами и лебедка.

Сумка с боекомплектом - одна штука. В ней пара коробок гранат, две пачки взрывателей к ним, охотничьи патроны для борьбы с дронами, растяжек штук шесть, дымовые гранаты, светошумовые, несколько запасных раций, несколько брикетов с тротилом… всего понемногу, в общем. Не совсем то, что просил Сармат, но и на этом спасибо.

Отдельную сумку снабженцы напихали всякими ништяками. Шоколадных батончиков пара упаковок, и так, россыпью. Четыре сухих пайка на всякий случай и шесть арамейский фляжек, спрятанных на самое дно. Отвинтив крышку я принюхался. Спирт, кто бы сомневался! Но не это я искал. Откопав пластиковую бутылку с минералкой, я жадно припал к горлышку. Прохладная, шипучая вода принесла быстрое облегчение. Громко рыгнув, я вздрогнул и осмотрелся.

Так, теперь нужно определиться с местоположением. Навигатор планшета завис еще на стадии поиска спутников. Мобильных сетей он вообще не показал. А вот армейский компас работал исправно. Теперь, хотя бы ясно где север, а где юг. Ежу понятно, что здесь не Берлин и даже не его окрестности. Та лиса с сумками никак не шла из головы. Да еще эти крылатые… Мысль о том, что я попал в другой мир, возникла почти сразу. Чего-чего, а книжек с попаданцами в свое время прочел немало. Вот только поверить в такое перемещение непросто. А потому решил, что это бред коматозника. Попробовал несколько раз проснуться, но все зря. Боль чувствовал отменно, но ничего не изменилось. Шансы на то, что сержант Холодов уцелел в сотне метров от эпицентра ядерного взрыва приблизительно равны нулю. Если, конечно, то, что я успел увидеть не было иллюзией, созданной воспаленным сознанием человека, отчаянно цеплявшегося за жизнь.

А если все-таки кома? Если тело мое сейчас лежит в какой-нибудь канаве, больше похожее на кожаный мешок с раздробленными костями? Такое я тоже видел ни раз. Человек еще жив, а назвать его человеком уже язык не поворачивается. Последний боец прожил с такими повреждениями трое суток. Ясно одно: ни к тому, ни к другому я готов не был.

Вопросов тьма, а ответов маловато. Надо бы поискать. Сидеть трое суток на дереве в ожидании конца? Нет, спасибо. Если это бред, то это мой бред и бояться тут нечего. Тем более, все равно помирать. А если это другой мир, чего исключать нельзя, то на дереве отсиживаться и вовсе не стоит. Нужно провести разведку местности и осмотреться.

А бред у меня весьма прагматичный. Боезапас, провиант, лекарства… Опять же на дереве удачно очутился. Придется оставить пока все лишнее здесь. Скинув снарягу, я отцепил все подсумки и освободил тактический пояс. Альпинистская сбруя сейчас тоже ни к чему. Здесь заметно теплее, чем в Берлине. Пришлось снять термобелье.

В животе заурчало. Поборов искреннее желание вскрыть тушенку, я выбрал галеты и джем. Кто знает, какие еще твари тут водятся? Припрутся на запах, как пить дать. Лицо все еще саднило. Перекусив, смазал его кремом от ожогов и подремал, пока все не впитается. Затем, неспеша собрал снаряжение заново. На груди бронежилета оставил только административный подсумок с откидным карманом для планшета. Кобуру перецепил на правое бедро, подсумок с аптечкой быстрого доступа – на левое. Четыре подсумка с запасными магазинами прицепил на тактический пояс, по два с каждой стороны. Так они не мешали двигаться ползком. Карабины и канат убрал за спину. Нож тоже на грудь. Что еще? Саперную лопатку, как учил Сармат, прицепил на броник, чуть выше поясницы, поперек спины. Чуть по диагонали. Так ее не видно, не стучит по заднице во время бега и можно быстро достать при необходимости. Камеру шлема соединил с планшетом, чтобы записывать все важное.

МПЛ, то бишь модульный пистолет Лебедева, оснастил коллиматорным прицелом и тактическим фонарем. Глушитель оставил на месте. На ствол АК прикрутил пламегаситель. Подствольный гранатомет и весь лишний обвес кроме оптики убрал в сумку. Сам автомат, сложив приклад, закрепил сбоку, на рюкзаке. Снять его можно одним движением. Основным оружием будет МПЛ. Так двигаться намного легче.

Осталось закрепить радиомаяк на самой верхушке, чтобы найти обратную дорогу. Убедившись, что ничего не цепляется, не звенит и не сковывает движения, я снова полез вверх. Небо безоблачное, тварей пока не видно... Спустившись, надежно закрепил сумки на дереве и нарезал веток, чтобы замаскировать тайник. Хотел оставить растяжку, но посчитал это лишним. Случайные жертвы мне не нужны. Собравшись с мыслями в последний раз, я, на всякий случай, спрыснул себя репеллентом. Ничем не пахнет, но гадость редкостная, лучше не вдыхать. Солнце уже в зените, а значит, сейчас часов двенадцать. Выставив приблизительное время на планшете и, проверив маяк, я включил режим отрисовки карты по встроенному пеленгатору. Сунув в рюкзак четыре пол-литровые баклажки воды и галеты, я наконец спустился на землю. Гарнитуру от рации оставил болтаться на шее, чтобы слышать изменения в эфире.

Жарковато. Тактическая футболка под броником быстро взмокла. Благо, легкий ветерок проникал под шлем и обдувал голову. Иначе пот бы уже попал в глаза. Часть пути я проделал по следу убитого лося. Волокли его достаточно долго, километров пять. Но, потом, все же бросили. Я наткнулся на обглоданную тушу и обошел ее на почтительном расстоянии. Универсальный репеллент не только отпугивал насекомых, но и делал мой запах неприятным для хищников. В частности сбивал собак со следа. Памятуя о лисе, я старался оглядываться каждые тридцать секунд и, периодически, припадал на колено, чтобы вслушаться в звуки леса. Освещенных полянок и прогалин в листве старался всячески избегать. Разделить судьбу лося очень не хотелось. По этой же причине в кармане рюкзака лежала термонакидка. Обычно ее используют, чтобы спрятаться от дронов, но вчера она тоже помогла.

У небольшого ручья встретились первые обитатели леса. Пара мелких зверьков, похожих на зайцев. Только лап у них было шесть. Они сразу скрылись в траве. Я просто принял это, решив не вдаваться в размышления. Вода на вид казалась чистой, но пробовать я не рискнул, опустил в нее лакмусовую бумажку. Тест показал, что она пригодна. Значит, одной проблемой меньше.

Шел все время на север. Через пару часов наткнулся на первую дорогу. Отсыпанная гравием и крупными камнями по краям, шириной метра четыре, с укатанной колеей в обе стороны, она извивалась среди лесной чащи, уходя вдаль. Вдоль дороги всегда много мусора, и я решил поискать что-нибудь интересное. Но кроме грязных бутылей, засохшего дерьма и обглоданных костей ничего интересного не нашел. За час, проведенный в засаде, никто не проехал. Тогда я выбрал самое высокое дерево на изгибе дороги и взобрался на него. Передохнув минут пять, добрался до самой верхушки и достал бинокль. Небо уже темнело. Переключая режимы, я методично изучил окрестности. Где-то вдали, у самого горизонта, едва различимо мерцали огни. Разрешения бинокля не хватило, чтобы приблизить объект. Однако, дорога, то и дело проглядывавшая в лесной чаще, определено вела в том направлении.

Я взглянул на планшет. От маяка ушел уже почти на сотню километров. Сигнал его ослаб. Достав второй маячок, я закрепил его на своем дереве. Идти дальше стало опасно, решил заночевать здесь. Ветер стих, на лес опустился штиль. Спустившись ближе к центру ствола, я нашел подходящее сплетение ветвей и стянул витками каната две толстенные ветки. Проверив получившийся гамак на прочность, я впервые за сутки нормально вытянулся. Было тесновато, зато шанс сорваться вниз, даже при сильном ветре, очень мал. Усталость навалилась на редкость внезапно. Веки сами слипались. Решив не ужинать, я выпил воды, и, сунув рюкзак между ног, укутался в термонакидку. На всякий случай, поверх нее обвязался концом каната. Вдохнув чистый лесной воздух, накрыл лицо и моментально вырубился.

Спал как младенец. Поутру выпала роса, лицо намокло. Но это было приятно, влага освежала. Крем от ожогов помог, кожа больше не саднила. Видимо, ночь была душной и я расстегнул ворот. Какая-то тварь все-же укусила в шею. Нащупал два волдыря с запекшейся корочкой. Стряхнув росу с накидки, я поднялся на верхушку дерева и, запивая галеты водой, осмотрел дорогу в бинокль. Ничего нового. Собрав нехитрые пожитки, спустился вниз, слегка размялся, ибо спать в бронежилете то еще удовольствие, и тронулся в путь.

Шагать по дороге куда приятнее, чем по лесу. Проснулся рано, в седьмом часу. За три часа без привалов шагомер насчитал двадцать два километра. При средней скорости пешего хода в пять километров в час… неплохо! Я уже собирался свернуть в лес по нужде, как услыхал сзади тяжелую, быструю поступь. По звуку, будто бы собака, но, что-то не то. Шаги замедлились и я обернулся. Метрах в пятидесяти, пригнув голову к земле и высоко задрав хвост, рыскал громадный пес. Он явно учуял мой запах и шел по следу.

Странности бросились в глаза сразу. Во-первых, пес был закован в броню и имел на спине металлический панцирь. Во-вторых, псина шагала шестью ногами! Задние лапы мощные, мускулистые. Передние чуть послабее. Остановившись метрах в десяти, зверь поднял морду и уставился на меня, потягивая воздух ноздрями. Взгляд его был скорее удивленным, чем агрессивным. Заметив такую же сумку как у лиса, я предположил, что пес перевозит какую-то почту. Подняв раскрытые ладони, как в случае с лисом, я отошел на обочину.

Пес фыркнул, и обошел меня по большому радиусу. Подумав с минуту, он попятился боком, стараясь не выпускать меня из виду, набрал скорость и скрылся за поворотом.

- Фу, ну и зверюга. Хера се, почтовый голубь! Ну нахер, пойду ка я лесом.

Сказано – сделано. Скорость по пересеченной местности сильно упала. Благодаря сигналу маяка, планшет вырисовывал почти ровную прямую. Я уверенно двигался в направлении севера. Пару раз пришлось пересечь дорогу. Она извивалась, огибая холмы и овраги, а я перся напролом. Свои восемьдесят пять километров я честно прошагал. Скоро начнет темнеть, пора искать место для ночлега…

По дороге промчалась карета, высекая искры из-под колес. Следом, с воплями и свистом пронеслись несколько всадников. Пригнувшись, я решил посмотреть, что случилось и короткими перебежками добрался до поворота. Люди в черных одеждах, облепив карету, пытались проникнуть внутрь. Кучеру тут же перерезали горло и скинули на дорогу. Холодок пробежал по спине. Пальцы беззвучно расстегнули кобуру. Не сумев вскрыть карету, люди в масках проехали метров сто и свернули с дороги. Выждав несколько минут, я пошел следом. Здесь камни с обочины выломаны, земля утоптана. Видимо, подготовились заранее.

Я укрылся в траве, прежде чем еще двое всадников пронеслись мимо. Они осмотрелись на предмет свидетелей и тоже свернули в лес. Путь лежал вниз, в овраг. Оно бы мне сейчас незачем, но дело явно неладно. Я видел, понял, значит уже причастен. Так говорил командир. Вздохнув, передернул затворную рамку МПЛ и двинулся по следу.

В овраге уже кипела работа. Орудуя длинными монтировками, топорами и кувалдами, злоумышленники вскрыли карету. Первый же получил стрелу в лоб и рухнул замертво. Но в этот момент вскрыли вторую дверь и оттуда выволокли мужчину лет сорока в белой сорочке и алых брюках. Он пытался отбиваться, но пятеро молодчиков крепко скрутили его. Мелькнула монтировка и короткая сабля выпала из его рук. Послышался сдавленный стон. Следом выволокли девчонку с арбалетом и сильным ударом в лицо отправили ее в нокаут. Последним из кареты достали грузного старика, мертвой хваткой вцепившегося в какой-то сверток.

Старик отбивался и кричал, сыпал проклятиями на непонятном языке. Мужчина тоже громко ругался и угрожал. К чести девчонки, она достаточно быстро пришла в себя и лежала на земле, выжидая удобного момента. Одному из бандитов надоела эта возня и он пырнул старика саблей. Тот жалобно взвизгнул но сверток не отпустил. Бандит замахнулся, явно намереваясь перерубить деду пальцы, но тут я уже не стерпел.

- Эй граждане!

Люди вздрогнули и повернулись на голос.

- А что за беспредел тут творится?!

По нервному смеху и интонации, стало понятно, что передо мной обычные ублюдки. Да, по фене они не ботали, но говорок то выдает с потрохами. В мою сторону полетел топор, а следом за ним двое бандитов. Удивительно легко поймав топорище, я вернул инструмент обратно. Получив обухом в лоб, владелец осел на землю. Против сабель я ни разу не воевал, поэтому сделал два выстрела в область плеча и колена. Оба нападавших удивленно замерли и повалились на землю с проклятиями.

Тут вдруг ожила девчонка. С воем и рыком она набросилась на обидчиков и, прежде чем те развернулись, перерезала им глотки. Главарь замахнулся на нее саблей. Поняв, что закрыться она не сможет, я успокоил его выстрелом в голову. Забрызгав девчонку кровью, детина упал на колени. Отобрав у трупа саблю без всяких зазрений, она тотчас укрылась за каретой и свистнула мне. По каске что-то чиркнуло и воткнулось в дерево. Это была короткая арбалетная стрела.

- Мать твою!

Я укрылся за деревом и присел. Еще пара стрел просвистела мимо, воткнувшись в землю. Примерное положение стрелка я определил и теперь внимательно слушал. К вечеру, в лесу снова установилась безветренная погода. Противник очень старался не шуметь, но я уловил, как щелкает храповик арбалета. Значит, оружие мощное, взводится лебедкой.

Девчонка кинула в меня камень, чтобы привлечь внимание. Пальцем указала на свое ухо и в сторону врага. Я не совсем понял, но кивнул. Она подобрала второй камень. Прислушалась и швырнула его в темноту. Что-то звякнуло. Секундой позже в карету воткнулась стрела.

Она гневно уставилась на меня и снова взяла камень. На сей раз дошло. Осторожно сместившись в сторону, я включил лазерный целеуказатель и кивнул. Острое ухо девчонки дрогнуло. Она пристально уставилась в темноту и сделала точный бросок прежде, чем прилетела следующая стрела. Я среагировал на звук и выстрелил в темноту там, где замерла красная точка. Три глухих хлопка оборвали чью-то жизнь.

Перекатившись дважды, я сменил укрытие. Из темноты, в сторону кареты полетела какая-то склянка. Разбившись, она подожгла листья. Девчонка тут-же метнулась в тень. Однако, уже через мгновенье снова бросила камень. Я выстрелил несколько раз и затвор застыл в открытом положении. Она кивнула, значит хотя бы одна пуля да достигла цели. Поменяв магазин, я снова сменил укрытие. Послышались удаляющиеся шаги, переходящие в бег. Схватив саблю, девчонка скользнула во тьму. Вскоре лес огласил предсмертный вопль и она вернулась с окровавленным лезвием. Быстро и беспощадно добив всех, кто еще подавал признаки жизни, она взглянула на старика.

Глава 3. Последняя воля

Я вышел на свет, напряженно вслушиваясь в тишину. Узкий луч тактического фонаря выхватил из мрака несколько трупов. Ошарашенная моей внешностью, девушка отбросила саблю и подняла руки. Взгляд ее был прикован к пистолету. Похоже, такого оружия здесь еще не видели. Старик был совсем плох. Судя по луже крови, осталось ему не долго. Тут я бессилен, к сожалению. А вот мужчине можно было помочь. Он побледнел и держался за руку. Убрав пистолет, я упал на колени и скинул рюкзак. У него тоже наблюдалась потеря крови.

Девчонка достала какой-то кристалл на веревке и покачивая перед раной старика бормотала ни то молитвы ни то заклинания. Однако, она постоянно сбивалась и начинала все сначала. Смотреть на ее ритуал было некогда. Стянув ногу мужчины жгутом, я вспорол штанину. Так и есть, резаная рана на бедре. Хорошо, что артерию не задели. Мужик того и гляди потеряет сознание. Вколов ему обезболивающее, я промыл рану антисептиком и достал степлер. Он глядел на меня ошарашенно, но упорно молчал. Стянув края раны, я поставил десять скоб и натянул кожу. Убедившись, что края сошлись ровно, облил жидким бинтом из баллона. Что-то похожее на клей БФ с волокнами. Выждав десять секунд, я наложил давящую повязку. В жгуте смысла не было, и я его снял.

Глазки пострадавшего осоловели. Метадон начал действовать. Я распорол рукав сорочки и осмотрел его руку.

- Закрытый перелом… - констатировал вслух.

Оглядевшись в поисках подходящих предметов, я подтянул саблю. Выкинув ее, оставил лишь ножны.

- Так, будет немного больно.

Мужик вроде понял, что чужак имел в виду и поморщился. Вернув кости предплечья в анатомически правильное положение, я быстро зафиксировал руку и наложил шину использовав еще одни ножны. Не шедевр, конечно, но сойдет.

Умирающий старик наблюдал за моими действиями с нескрываемым восхищением. Он кое как поднял руку и дернул меня за рукав.

- Чего?

Девчонка привстала, уступая свое место. Старец взглянул мне в лицо, пытаясь разглядеть черты при тусклом свете. Затем, оторвал от груди то, что так ревностно защищал и вручил в мои руки.

- Не, не, мужик, мне это не надо, спасибо!

Но старец, вложив последние силы, все же всучил мне сверток. Взглянув на девчонку, он блаженно вздохнул и отдал Богу душу. Я, с досадой, прощупал пульс на шее и опустил его веки, как делал уже ни раз.

Девчонка залилась горючими слезами. Мужчина стиснул зубы в бессильной злобе и отвернулся, чтобы никто не видел его горя. Я не стал им мешать. Собрал рюкзак. Проверил оружие, осмотрелся на предмет потеряшек. Потом решил побродить вокруг, чтобы запечатлеть на планшет всю картину. Обойдя каждого из нападавших, снял маски и сделал снимки на случай расследования. Может я и в бреду, но установленный порядок никто не отменял. Сделал я и снимки пострадавших.

- Вам в город нужно, к доктору.

Девчонка подняла на меня глаза, явно не понимая.

В город, к доктору, - я попытался жестами показать крышу, указал на раны мужчины и на дорогу.

Подумав, она кивнула и что-то бросила своему другу на непонятном языке. Он нахмурился, соглашаясь. Девчонка вскочила на ноги и осмотрела лошадей. Потом карету. Упряжь и подвеска оказались в порядке. Оторвав поврежденные двери, она выбросила изнутри все лишнее. И, вцепившись в ворот старца уставилась на меня. Действительно, не оставлять же его здесь.

Вдвоем, мы погрузили еще теплое тело на пол кареты и накрыли его плащом. Потом, я помог мужчине. Собрав все оружие, что нашлось, мы уложили его в багажный сундук. Арбалеты девчонка взвела и сложила на крышу кареты. Лошадей, оставшихся от бандитов, тоже привязали к карете. Затем, выхватив кинжал она срезала уши у всех нападавших и собрала кошельки. Меня покоробило.

Развернув четверку лошадей под уздцы, девушка вывела их обратно на дорогу. Зажгла фонари и перевела взгляд на чужака. В ее красивых глазах читался вопрос.

- Прости милая, но я с вами не поеду.

Пристально изучив лицо, девушка всучила мне в руки увесистый сверток и кошель. Потом, проворно взобралась на место возницы. Кнут звонко разорвал тишину, и карета сорвалась с места, унося случайных знакомых в даль.

Подумав с минуту, я вернулся на место происшествия и подобрал несколько полезных вещей. Обувь бандитов не сильно отличалась от моей, разве что качеством. Ее брать не стал. Из одежды удалось найти незапятнанную кровью накидку и широкий, ничем не примечательный матерчатый шарф. Напоследок, посчитав оставшиеся в магазине патроны, я методично собрал все гильзы.

- Да уж, попал, так попал… Не серчайте парни, сами виноваты. Храни Господь ваши души.

Прочтя как смог короткую молитву за упокой души, я покинул место происшествия. Нужно уйти отсюда как можно дальше и обдумать все неспеша. Километров через пять, на холме, показалось подходящее дерево, густо обросшее кустарником. Взбираться по веткам скоро войдет в привычку…

Сегодня сон как-то не шел. Неприятные мысли лезли в голову. Казалось, что рядом кто-то есть, но тепловизор ничего не показывал. Поужинав все теми же галетами, я решил сожрать «сникерс» в качестве успокоительного. Он буквально растворился во рту. Глюкоза пошла в кровь. Полюбовавшись видом огней вдали, я, наконец, задремал. Завтра, скорее всего, дойду до города. Постараюсь узнать что к чему.

Проснулся уже засветло. Ворот снова расстегнут, голова болит, слабость какая-то. Этого только не хватало! Выдавив пару таблеток антивирусного, я принял ударную дозу витамина «С» и запил все водой. Осталась одна бутылка. Хреново. Я и так пью слишком мало. Так… на шее опять волдыри. Да что за твари меня кусают?!

Легкий завтрак, утренний туалет, балансируя на ветвях, походная гигиена и снова в путь. Осмотр местности показал, что движение здесь уже оживленнее. В окрестностях имеются небольшие поселения, виднеются поля, организованные посадки деревьев и кустарников. Нужно быть осторожнее. Закрепив третий маяк на верхушке дерева, я сделал несколько снимков и спустился вниз. Накинув просторный плащ поверх рюкзака, снял шлем. Кобуру перевесил подмышку, подсумок прикрепил к рюкзаку. Темная плотная ткань закрывала почти все тело. Так что мультикам не бросался в глаза. Сверток, подаренный дедом, я закрепил на груди в противовес рюкзаку. Оказалось, что это увесистая книга в красивом переплете. Наверное, имеет культурную ценность. Бросить ее рука не поднялась. Может отдам кому в городе.

Вскоре, появились первые попутчики. Люди шли группами, по два, реже - по одному. Большая часть из них была одета так же как и я. Никто не желал выставлять напоказ свою поклажу. Это немного успокаивало. А еще то, что никто не пытался со мной заговорить. Вклинившись в общий поток, я проделал путь в двадцать километров. Пока мы шли, по дороге пару раз пробегали уже знакомые псы и лисы. Ну, в смысле, подобные им. Никто не обратил на них внимания. Значит все в порядке вещей.

Позже, я поотстал и свернул в лес. Солнце перевалило за полдень. Взбираться на деревья я больше не стал. Вокруг города хватало холмов. Поднявшись на ближайший, я разместился в кустах и залег с биноклем. Отсюда открывался отличный вид на городские ворота. Массивные стены возвышались метров на двадцать, судя по шкале дальномера. А сама стена простиралась в стороны километров на пять, наверное. Сложно сказать точнее, ведь город, вероятно, имел форму окружности. Оно и понятно. Величественное сооружение. Бойницы, башни, сторожевые посты. Аж дух захватывает. Однако, люди проходят через ворота беспрепятственно. Так… откидной мост, ров… Стража… еще стража… Ага, у ворот сидят такие же псы, закованные в броню. Ни обысков, ни досмотров. Видимо, места тут спокойные. Чтобы кто-то показывал пропуск или платил деньги, я тоже не заметил. Сегодня идти уже поздно. Ворота на ночь наверняка закрывают. Оставаться в чужом городе не зная языка опасно. Лучше уж с утра, по крайней мере успею осмотреться. Блин… опять лезть на дерево! А что делать?

На сей раз, шею я закрыл как следует. Повязал шарф в несколько слоев и облил репеллентом. Спал отлично. Но утром проснулся с ужасной головной болью и слабостью. Теперь укусы обнаружились на запястье. Черт! Нужно пить больше жидкости!

Опустошив последнюю бутыль я убрал ее в рюкзак. Снова противовирусные, аскорбинка, галеты… А черт с ним! Вскрыл банку тушенки и отвел душу как следует. Сразу полегчало. Подумав, а надо ли оно мне, все же решился идти в город. Чтобы уж совсем не выделяться, снял с себя все снаряжение и завернул в накидку от дронов. Срезал кусок дерна, вырыл хорошую яму между корней, разбросал землю по округе и спрятал все туда. Подальше от посторонних глаз.

Итак, оставшись только в берцах и мультикаме, я почувствовал себя голым. Бронежилет мог вызвать ненужные вопросы, а я два слова связать не могу. В теле образовалась непривычная легкость. Из оружия – только нож и тактические перчатки. Подсумок с аптечкой мне долг не позволил оставить. Кошель с монетами тоже взял. Оставил на поясе сумку для сброса магазинов и сунул его туда, чтобы не звенел на ходу. Вот вроде бы и все…

Накинув дорожный плащ, я попрыгал по привычке. Солнце уже показалось над горизонтом, ворота города открылись. Одинокие путники, заночевавшие у моста, потянулись внутрь. Чем ближе я подходил к городу, тем больше меня охватывало волнение. До чего же величественное сооружение! Все такое средневековое до жути. Мостовая, повозки, лошади, даже навоз под ногами! Однако же богатая у меня фантазия, раз бред такой реалистичный. Остановившись у моста, я замер в нерешительности. И не я один. Похоже, многие путники тут впервые. Стража поглядывала на них снисходительно. Состряпав удивленно-придурковатое лицо, я смешался с остальными.

Все шло хорошо. Больше всего меня напрягали псы в доспехах. Они могли учуять непривычный запах. Один из них резко дернулся в мою сторону. Я понадеялся, что он на цепи, но не тут-то было! Столкновение неизбежно…

Однако, псина лишь слегка задела меня и бросилась на кого-то другого. Дикий вопль и девичий визг привели меня в чувство. Огромная собака вцепилась зубами в какую-то девку в темном плаще. Та отбивалась, как могла, но шансы были не равны.

Я растерянно огляделся. Стража и пальцем не шевельнула. Солдаты с хмурым равнодушием наблюдали за тем, как зверь рвет человека. Выхватив копье из рук стражника, я с диким воплем бросился на собаку и, выпрыгнув высоко вверх, замахнулся. Псина проворно метнулась в сторону, уворачиваюсь от удара.

Схватив женщину за ворот, я рывком оттащил ее к стене и выставил острие вперед. Стража по-прежнему ничего не предпринимала. Псина с явным непониманием уставилась на меня. Ее целью была женщина за моей спиной, но не я. Она уж и так пыталась ее достать и эдак… извивалась словно уж. Но каждый раз натыкалась на выставленное вперед копье. Наконец, она отступила назад и с феноменальной резкостью выпрыгнула вверх. Ход был неожиданным и решительным. Вот только меня это ничуть не смутило. Перекрутившись в воздухе, в лучших традициях шаолиньских монахов, я набрал такую инертность массы, что древко копья ломаясь о панцирь псины, продлило ее полет несколько дальше.

Минуя парапет моста, бронированный пес глухо плюхнулся в ров. Четверо солдат сорвались с места, скидывая доспехи на ходу, чтобы выудить его из воды. Старший, судя по всему офицер, покачав головой достал мушкетон и выстрелил в воздух. Яркая белая вспышка рассыпалась искрами высоко в небе.

Поняв, что этим все и кончится, я рефлекторно кинулся к женщине. Вид ее был странноватый, кожа темная, чем-то вымазана. Но меня интересовали только раны. Странно, но серьезных ранений пес не нанес. Только следы от зубов, рваных ран нет. Правда, кровотечение обильное.

Вскрыв подсумок, я быстро остановил кровь на руке и ноге женщины. На шею пришлось прилепить гемостатик. Меня мутило от вида крови. Такого давно не случалось. Может от голода?

Взяв себя в руки, я извел все бинты, но закончил с повязками. Женщина испуганно отползла и забилась в угол.

- Эй! – послышалось со спины.

Я подобрал обломки копья и развернулся. Похоже, пришел тот, кого звали. Высокий воин, закованный в глухие черные доспехи недобро разглядывал меня через узкую щель забрала. Похоже, разговор будет один на один. Псину уже выловили из рва и она, дрожа и обтекая, уселась на солнышке. Остальные псы лишь наблюдали.

- Утай! – приказал громила.

Но я не понял.

- Утай!

- Чего? – мои руки лишь крепче стиснули древко. Проснулся какой-то нездоровый азарт.

Поняв, что его не боятся, воин выругался в полголоса и вскинул руку. Откуда ни возьмись, появился кнут и обвился вокруг моей шеи. Вот это поворот! Попытался намотать его на копье, но кнут даже не прогнулся. Тогда я схватился руками, но тот ощетинился острыми шипами, вызвав дикую боль. Остался последний аргумент.

Я выхватил вороненый боевой нож и принялся с силой бить по кнуту. Воин вдруг вскрикнул, словно от боли, и кольца резко сжались на шее. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Земля уплыла из-под ног…

- Госпожа губернатор, что прикажете? – подскочил солдат.

- Доклад! – спокойно проговорил воин в доспехах.

- Пес учуял отродье! Напал. А этот ударил его копьем и скинул в ров. А потом стал помогать отродью! Доклад окончил!

- Ты хочешь сказать, что этот… чужестранец ударом копья победил сан-даара?

- Так точно! – глуповато усмехнулся солдат. – Он как-то хитро перевернулся в воздухе и как вдарил! Я сам не поверил, честное слово!

- Гм… В крепость его. Будем разбираться.

- А эту? – он указал на женщину.

- Отродье? Даже не знаю. У нас вроде как мир с демонами. Чего ей здесь надо? Давай туда же. Странно, что сан-даар вообще ее ранил. Не было печали… Да, пошлите-ка псов по следу этого чужестранца. Пусть обыщут окрестности, он может быть не один.

Губернатору Дастана вполне хватало забот. Сначала нападение на карету лекаря, потом это… Отродья не показывались десяток лет, на границах все спокойно. Оракул ни о чем не предупреждала. Да еще этот… как бы его помягче назвать, умудрился повредить кнут.

В дверь кабинета постучали.

- Войдите!

- Госпожа Санара, - Эльфийка с большим синяком на лице поклонилась.

- А, это ты, Гая, ну проходи, проходи. Как герцог?

- Сэр Бремер сейчас спит, госпожа. Придворные маги излечили его раны.

- Рада слышать. Как твое лицо?

- Болит… но зубы целы. Простите, что не смогла уберечь Альбера…

- В том нет твоей вины! Перестань немедля! И потом, ты покарала виновных, ведь так?

- Все так… - пожала она плечами.

- Ты по делу? Выкладывай!

- Госпожа, я по поводу того чужестранца, который помогал отродью. При нем не было книги?

- Думаешь это он? Мало ли в наших краях бродяг? Нет, книги при нем не было. Как и описанного тобой оружия. Но одет он действительно странно.

- Могу я взглянуть на его лицо? Это очень важно!

- Что ж, мой долг докопаться до истины. Пойдем…

Спустившись в подземелье замка, губернатор проводила девушку к камере, где лежал иноземец. Поднеся факел к лицу она закусила губу.

— Это он, госпожа. Вне всяких сомнений. Этому человеку мы обязаны жизнью.

- Плохо. Ты точно не путаешь?

Эльфийка кивнула в ответ.

- Ситуация сложная. Знаешь, скорее всего, я тут решать уже не могу. Скоро вернутся ищейки, отправленные по следу. Посмотрим, что они найдут. Или кого. Самое паршивое в том, что это я вызвала Альбера в Дастан. Мне нужна его книга. Это бесценный труд.

Эльфийка хотела что-то сказать, но отвела взгляд.

- Эй, солдат?!

- Да, госпожа?

- Смотри, чтобы этот мужчина не отдал Богу душу. Как придет в себя – немедля доложить!

- Непременно! Сию минуту! – разволновался смотритель.

- Пойдем, милая, - Санара улыбнулась снисходительно, - Посмотрим что можно сделать с твоим синяком…

Глава 4. Оракул

Губернатор Дастана, приклонив колено пред столбом розоватого света, устремила взор на массивный кристалл, обрамлённый золотой инкрустацией, парящий под потолком круглого зала. Под кристаллом мерцало что-то вроде комплекта женского неглиже, выполненного из драгоценных металлов и самоцветов. Части не слишком изящного наряда включали в себя наручи с перчатками из тончайшей золотой кольчуги и поножи с сандалиями. Все это великолепие сцеплялось меж собой цепочками. Сам столб света ниспадал из отверстия в сводчатом потолке и покоился на водной глади небольшого круглого бассейна в каменном полу. Санара медлила, сомневаясь в важности своего дела, но все же решилась.

- О священный оракул, удостоишь ли ты меня своим взором? – четко произнесла она.

- Здравствуй Санара, - водная гладь в столбе света подернулась рябью. – Говори, что случилось?

- Моя госпожа, не хотелось беспокоить вас по пустякам, но меня тревожат события последних дней. Вчера ночью был убит Альбер, целитель, которому я обязана жизнью. А сегодня утром, у стен Дастана поймали отродье. Кроме того, объявился чужеземец, который причастен к обоим событиям. По словам эльфийки Гаи и герцога Бремера, чужак помог им отбиться от бандитов. Но по словам стражника Дастана, он же напал на сан-даара, и встал на защиту отродья.

- Ты правильно сделала, что известила меня. Где сейчас виновники происшествий?

- Здесь, в темнице.

- Человек жив? – удивился глас.

- Да, госпожа. Тут две странности. Во-первых, сан-даар смог навредить отродью. Во-вторых, человек смог навредить сан-даару.

- Воистину странно…. Это требует моего внимания. Санара, приведи человека в полночь. Я хочу взглянуть на него. И отродье, если это возможно.

- Слушаюсь, моя госпожа!

Лежать на гнилой соломе лицом вниз – удовольствие сомнительное. Очнулся я от того, что кто-то вылил ведро ледяной воды на спину. Следов от кнута на шее не нашлось. Точки от его шипов остались только на ладонях. Мысленно покрыв его владельца отборным матом, я попытался встать. Оказалось, что тут много народу. Солдаты в легких доспехах рывком поставили меня вертикально. На ногах обнаружились кандалы, а на руках грубые браслеты с проушинами для цепей. Прям средневековье… Ах, ну да, бред все еще продолжался.

Меня выволокли из темницы и поставили на раскоряку лицом к стене. Стражник с ведром бесцеремонно отходил меня мочалом, едва не содрав кожу. Кстати, одежда моя куда-то подевалась. Потом, меня развернули лицом к свету и все повторилось. Два ведра ледяной воды, грубое полотнище вместо полотенца, и я снова свеж, как поцелуй ребенка. Солдат осмотрел мое лицо, зубы и руки. Волосы, видимо, на предмет вшей. Сомнения у него вызвали укусы на шее и на запястье. Шрамы от пуль и осколков не впечатлили. Даже обидно.

Натянув цепи так, чтобы не мог свести руки, солдаты повели меня по темному коридору. Петляя по подземелью, они перекидывались короткими фразами. Пару раз я попадал в плен, так что ощущения знакомые. Поднявшись по узкой винтовой лестнице, мы вошли в небольшой зал без окон. Солдат выглянул за дверь, и, убедившись, что там никого нет, втолкнул меня внутрь. Относительно небольшое круглое помещение с высоким сводом и столбом света по центру. Должно быть, башня местного замка. Кристалл под потолком и странноватого вида побрякушки под ним меня не впечатлили. Но свой антураж здесь был. Да и воздух значительно свежее, чем в подземелье.

А вот штуковина из двух скрещенных столбов, к которой меня привязали, и неприятного вида предметы, развешанные на стенах и разложенные на столах, наводили на мысль о пытках. А еще железная решетка под ногами с подозрительными бурыми пятнами.

Здесь имелось два входа. Омыв мои ноги, стражники спешно удалились. Распятый на кресте, с открытыми всем ветрам колокольчиками, я подергал цепи. Гниловатые они тут. Если хорошо упереться, то, наверное, и порвать можно. Железо и сырость подземелии плохо сочетаются. Минут через десять вернулись солдаты. На голову мне надели мешок. Судя по звукам, они притащили кого-то еще. Топот сапог, звон цепей, снова топот и тишина… Только сквознячок из-под решетки. У меня аж мошонка съежилась. Ладно, подождем, куда торопиться?

Еще минут через двадцать, послышались тяжелые шаги. Скрипнула другая дверь и в помещение кто-то вошел. Мешок с головы сняли. Ну конечно, это тот самый громила в черном доспехе. А на противоположной стене, буквально замотанная цепями, висела та самая гражданка с моста. Я узнал ее по бинтам. Внешность у нее, прямо скажем, не ангельская. Кожа темная, местами красная, когти… Да ладно! Рога на голове!? Как я раньше не заметил?

Схватив меня за лицо перчаткой, черный рыцарь осмотрел укусы на шее. Однако, особой грубости не выказал. Взглянув на кристалл, он повернулся к столбу света и припав на колено склонил голову.

Вскоре, струящийся свет стал ярче, его мерцание обрело форму и заполнило собой предметы, болтавшиеся под кристаллом. Эфемерное существо, приняв женское обличие, опустилось на водную гладь и ступило на каменный пол зала. Я такого не ожидал. Невероятное зрелище! Стало страсть как интересно, что будет дальше…

- Приветствую тебя, о мудрый оракул!

- Санара, почему ты в броне? А, понимаю, устрашение…

Оракул огляделась. Первым делом, она направилась к отродью и внимательно осмотрела. Ощупав повязки, спросила:

- Дело рук человека?

- Да, госпожа!

- Как интересно.

Потом, она долго изучала обнаженного мужчину, прикованного к кресту. Ее тоже заинтересовали укусы.

- Мне кажется, здесь все ясно. Отродье проникшее на наши земли можно казнить, это не противоречит договору о мире. Им запрещено сюда соваться. А этого молодца…

Она еще раз внимательно осмотрела тело парня.

- Судя по шрамам, он либо бандит, либо солдат. Либо и то, и другое. Он зарегистрирован в лиге авантюристов или торговцев?

- Нет, госпожа.

— Значит, ни раз преступал закон. Такие шрамы сами собой не появятся. Можешь делать с ним что пожелаешь.

- Но он силой одолел сан-даара! А еще повредил мой кнут обычным ножом!

- Ну… это легко объяснимо, - оракул сложила руки на груди и подперла запястьем подбородок.

- Но как?!

- Отродье отведало его крови. У этого человека нет фамильяра. Это редкость, но так бывает. Она не могла об этом знать. Отродья ведь тоже магические существа. По этой же причине, она не смогла его убить. Но до нее не сразу дошло, судя по укусам. Она пыталась сделать это снова. Как результат, часть ее силы перешла человеку, а сама она ослабла настолько, что не в силах порвать цепи.

- Вы хотите сказать, что она стала его фамильяром?! – искренне изумилась Санара.

- Станет, если этому не помешать. Ведь у демонов тоже есть фамильяры, помнишь? И они не такие милые, как наши. Здесь нет никаких противоречий. Только вопрос: кто из них станет чьим хозяином? Человек слаб, он не сможет обуздать силу отродья. А она не сможет его убить. Так и будут мучаться…

- Так что же, казнить его прямо сейчас?

- Постой. Время еще есть. Меня все же что-то смущает. Ты говорила о странной одежде… Нашлось что-то еще?

- Да, госпожа. Ищейки пошли по следу и отыскали его схрон. Но следы теряются у места нападения на карету.

Санара подошла к столу и откинула покрывало, открывая взору целую кучу непонятных вещей. Оракул застыла. Пришло ее время удивляться. Мужчина что-то пытался сказать и выкрикивал гневные фразы, на чуждом языке, но эфемерное существо завороженно перебирало его вещи, не обращая внимания на протесты…

Санара скомкала какую-то тряпку и сунула кляп ему в рот. Стало потише.

Оракул сосредоточенно перекладывала чуждые предметы с места на место до тех пор, пока на столе не образовались три кучки.

- Что скажете? – с волнением спросила Санара.

- Ты знаешь, я в состоянии почувствовать какие предметы несут смерть, а какие даруют жизнь. Но есть предметы которые способны ее даровать и отнять одновременно. Это, мягко говоря, смущает… Вот эти два предмета – точно оружие. У демонов есть нечто подобное, но сходство очень отдаленное. Знаешь, повремени с казнью.

Взяв в руки нож, оракул вскрикнула и выронила его на пол.

- Этим ножом повредили твой хлыст? – взволнованно уточнила она.

- Да, госпожа. Так и было. Что не так?

- Этот клинок знал много крови, но им никого не убили. Он… обжег меня! Как каленое железо обжигает ведьму.

- Но сталь обжигает только нечистых. Разве не так?

- Все так, Санара, все так… Я не знаю, что думать. Я в растерянности… Боюсь это говорить, но мне придется коснуться его разума. И немедленно!

Я устал гадать о чем эта парочка ворковала над моими вещами, но интонации не предвещали ничего хорошего. Я пытался их вразумить, но получил грязную тряпку в рот. Вот бы этот детина в доспехах заглянул в ствол пистолета и нажал на спуск. Может тогда на меня обратят внимание! Существо, состоящее из аморфной дымки вскрикнуло и уронило нож. Они там чего-то пошушукались и уставились на меня. Может не стоило пока выплевывать кляп? Главное, чтобы обратно не засунули. Он всю грязь с пола соберет. Наверное лучше помолчать…

Женщина, состоящая из розоватой дымки снова встала напротив. Выражение ее полупрозрачного лица уже не было таким блаженным. Ситуация становилась напряженной. Черный доспех поднял мой нож с пола и замер. Кляп как-то сам выпал…

- Вы это чего задумали, придурочные?! Не надо так смотреть! Ну-ка отпустите меня немедленно! Мой бред – мои правила!

Баба из дыма, облаченная в драгоценное бикини, сняла с руки золотую перчатку и, выбрав момент, ткнула пальцем мне в лоб…

Все разом переменилось. Я, словно костяшка от домино, посланная в полет щелчком пальцев, улетел в радужную даль. Грохнувшись на спину, сразу открыл глаза. Голова пошла кругом, как с похмелья. Едва усевшись, я тут же схватился за постель. Но волнение на море никак не утихало. Пришлось плюхнуться обратно и терпеливо ждать пока качка успокоится. Морской болезнью я не страдал, но таз, стоявший на тумбочке, все же пошел в дело. Нехитрое содержимое желудка выплеснулось наружу. Легче не стало.

Так, а с какого перепугу я лежу в постели? Кажется, или действительно пахнет чистыми простынями? Как же хочется пить! На глаза попался стеклянный кувшин со стаканом. Стакан долой! Присосался к графину. Вода с привкусом железа, но кипяченая и прохладная. Вот теперь полегчало.

Своих вещей я не обнаружил. В скромной комнатушке с высоким узким окном едва помещалась деревянная кровать с тумбочкой. Кажется, сейчас день. Внизу улица, повозки, люди снуют по своим делам. На подоконнике глиняная миска с грубыми сухарями. На вкус… хлеб как хлеб. Есть можно.

Умяв пару сухарей, решил осмотреть себя. Ага, кандалы сняли, нарядили в рубаху до пят. Хоть бы трусы вернули. Вроде как ничего не отрезали, что искренне радует. И к чему, вдруг, такие перемены? Впрочем, почему бы не воспользоваться моментом? Последний раз я спал в настоящей постели месяца два назад? Да, когда ездил в госпиталь перед самым штурмом. Полковник отправил в приказном порядке. Хороший мужик был…

Дверь, разумеется, заперта снаружи. Почесав голый зад, я завалился на постель и блаженно вытянулся. Слабость от голода, скорее всего. И от недостатка жидкости. После сухарей полегче стало. Головокружение прошло.

А вот интересно, они сумки мои тоже нашли или только тайник со снарягой? Оперативно сработали, ничего не скажешь. Где сейчас мой отряд? Выжил ли кто? И когда этот бред, наконец, кончится? Вот бы уснуть и больше не просыпаться! Может встречу парней на том свете…

По щеке прокатилась слеза. Потом вторая. Уткнувшись лицом в подушку, я пролежал до тех пор, пока нахлынувшие воспоминание не ушли. Кое как взял себя в руки. Нет, расслабляться нельзя. Уныние грех!

На всякий случай, изучив все возможности для побега, я успокоился, ибо решетка на окне не оставляла шансов. В углу приходила каминная труба, она сейчас была теплой. Пролезть в нее конечно можно, при желании, но чем разобрать кладку? Да и муторно это. Плюнув на побег, я решил пока плыть по течению. Вернулся в постель, выкинул все из головы и мягко погрузился в царство Морфея.

После контакта с чужаком, оракул уже несколько часов восстанавливала силы, паря в столбе света. Губернатор Дастана несколько раз заглядывала в башню святилища, но ничего не менялось. Она выполнила приказ и заперла узника в комнате для прислуги, чтобы тот мог выспаться. Так же, оракул приказала снять с него кандалы и всячески оберегать, пока она не вернется. Существо сотканное из света так присосалось к разуму чужака, что истощило весь запас жизненных сил. Такое случилось впервые. Это нервировало Санару и отвлекало от других дел, более насущных. Благо, на Гаю можно было положиться. Проворная эльфийка любезно взяла на себя часть забот. Как хорошо, что есть те, кому можно довериться.

Отродье проблем не доставляло. На редкость живучая тварь. Постанывала иногда и все на этом. Ее оракул тоже сказала пока не трогать.

- Санара?

Женщина вздрогнула. Оракул вышла из света и ступила на каменный пол.

- Вам лучше, госпожа? Вы объясните, что происходит?

- Послушай, мы с тобой едва не свершили чудовищную ошибку! Меня ужас охватывает от мысли о том, что мы могли сотворить. То, что этот чужестранец здесь, ни что иное, как божественное проведение!

- Он что… перерожденный?

- Ах если бы, Санара, ах если бы… - голос оракула подрагивал от волнения. – Бери выше!

- Гость из другого мира? – предположила она. – Этот? Вы шутите, должно быть!?

- Мне не до шуток.

- Герой? Но, у нас все спокойно. Сейчас мир… Я не слышала о призывах. Кто-то нарушил запрет?

- Нет, нет! – оракул замотала головой. – В том-то все и дело. Я видела божественное сияние. За мгновение до своей смерти он перенесся в наш мир. Это было ужасно… столько боли! Я смогла погрузиться в его воспоминания так глубоко, как только возможно. Их мир не похож на наш, многое не поддается логике и пониманию. Но знания, что хранит его память - поистине бесценны! Это… это… потрясает до глубины души, Санара.

- Вы пугаете меня.

- Он представитель чуждой цивилизации. Куда более развитой, чем наша. И в их мире нет магии! Я не нашла ни единого подтверждения ее существованию. Их оружие поистине разрушительно, оно стирает гигантские города в пыль за одно мгновение.

- Как…?

- Ослепительным светом. Я видела это его глазами. Как вижу тебя сейчас. Этот человек думает, что умер. Он еще не понял, куда попал. А все, что с ним происходит, считает бредом умирающего.

- Так кто же он? Воин?

- Лекарь, Санара! Целитель, каких свет не знал! То, что пытался сотворить Альбер - лишь жалкие потуги, по сравнению с его знаниями.

- Постойте, а разве лекарь может убивать? – опешила Санара.

- Другой мир – другие правила, милая. Но они верят в каких-то богов. А еще дают клятву. Я видела, как он спасал врагов, также, как и своих собратьев.

- Врагов-то зачем?! Что за бред?

- Я и сама не совсем поняла. Он умелый, решительный воин, убивает без колебаний. Но если враг беспомощен и безоружен, то он помогает.

- Как ей? – Санара кивнула в сторону отродья.

- Похоже, что так. Впрочем, сейчас он всех нас считает врагами. Как мерзко на душе… Представитель иной цивилизации преодолев пространство пустоты, попал в наши руки, а мы обошлись с ним как с отребьем. Его собратья научились бороздить млечный путь, создали разум, подобный своему, обуздали ветер, солнечный свет, мощь молнии. Я даже не могу объяснить тебе, насколько далеко находится его дом…

- Мне кажется вы сильно преувеличиваете, госпожа. К тому же, мы его не истязали, разве что унизили слегка. Так сам виноват.

- Как оракул, я непременно должна объясниться. Где он сейчас?

- Спит, - пожала плечами Санара. – Удивительное простодушие.

- Пусть спит… Я даровала ему часть своих знаний. Для смертного это болезненно. Да и мне стоит набраться сил. Я вернусь утром, Санара. Надеюсь, мы сможем поговорить…

Глава 5. Когда бред – больше не бред

Утром в дверь постучали. Смысл, если она заперта снаружи? Я сел на постели и одернул рубаху. Лязгнул замок и в комнатушку вошли двое. Солдат с котелком в руках и немолодая женщина в скромной одежде. Она забрала таз и ушла.

- Завтрак! – солдат поставил котелок на тумбочку, сунул в него ломоть хлеба и ложку.

Через пару минут женщина вернулась и принесла мою одежду. Тактический ремень, начищенные до блеска берцы, брюки, футболку и… ножны.

- Ешь быстро! - бросил солдат. – Тебя ждут.

Выпустив женщину, он вышел и прикрыл дверь за собой. На сей раз запирать меня не стали. Либо мой бред перешел в новую фазу, либо я понял, что он говорит… Занятно.

Решив ничему не удивляться, я проверил нож. Мне действительно вернули оружие. Что это? Знак доверия? Или меня совсем не боятся? Да пофиг. Сейчас все мысли были о котелке. Пресновато, конечно, но вполне съедобно. Картофель, какое-то мясо, морковь. Залетело так быстро, что и не заметил. Облизав ложку, я положил ее на дно и отставил котел в сторону.

Надев чистую одежду, я вставил на место наколенники, заправил футболку, застегнул пояс. Ножны убрал назад, чтобы никого не смущать. Привязав к ногам берцы, хотел попрыгать, но передумал. Смысл? Я ведь совсем пустой. Ах да, в подсумке под сброс лежал кошелек с монетами, полученный в лесу. Я достал его и высыпал содержимое на постель. Монеты как монеты. Несколько медных, серебряных и золотых примерно поровну. Пара-тройка ограненных камней. Должно быть драгоценных. Вернув все на место, я стянул подсумок тесьмой и встал. Похоже хозяева решили проявить радушие. Не стоит заставлять себя ждать.

Спустившись по лестнице, я вернул котелок солдату.

- Спасибо дружище.

Тот вздрогнул и покосился на меня нервно.

- Тебе туда! – он ткнул пальцем в дальний конец открытого всем ветрам перехода.

Отсюда открывался хороший вид на город и двор замка. Внизу суетились служанки, развешивая белье, доносились отдельные фразы и смех. Погодка выдалась теплой. Солнышко, приятный ветерок. Постояв пару минут под напряженным взглядом стражника, я вошел в указанную дверь. Там стоял еще один солдат. Без лишних слов, тот проводил в башню, где еще вчера, я выставлял на показ свои, так сказать, чресла. Высокий рыцарь в черных доспехах уже был там.

- Моя госпожа, он здесь!

Столб света дрогнул и аморфное существо вновь стало осязаемым.

- Здравствуй, Павлик, ты понимаешь меня?

Меня покоробило. Если честно, то такое обращение мог позволить себе только отец и члены отряда. Но не суть. Пусть пока так.

- Кто вы такие? Где я нахожусь?

- Слава богам… - заулыбалась она. – Я - оракул. Можешь называть меня Далией, как звали при жизни. Я поделилась с тобой знанием и теперь ты понимаешь наши языки. Как ты себя чувствуешь?

- Бывало лучше. «Поделилась?» —спросил я подозрительно.

- О, прости, мне пришлось коснуться твоего разума. Так, поверхностно… Мы никак не могли понять кто ты такой.

- Вы… читаете мысли?

- Только память! Иногда чувства, но не мысли.

- Что вы такое? – спросил я осторожно. - Вы ведь не человек?

- Была когда-то, очень давно. Это удел всех оракулов. В конце жизни мы входим в свет, и, если мудрость достойна звания, обретаем вечную жизнь вот в таком виде. По сути, я - сгусток струящейся маны. Энергия, что пропитывает мироздание.

- Ясно. А это? – я указал на рыцаря.

Воин коснулся груди и по броне прокатились фиолетовые всполохи. Он снял шлем и взглянул на меня хмуро. Вернее взглянула. Это определенно была женщина. Ее бесконечно усталый взгляд светился фиолетовыми огоньками, как и татуировки на шее. На вид лет тридцать пять. Лицо красивое, даже в чем-то приятное. Совсем не вяжется с первым впечатлением.

- Мое имя - Санара, - произнесла она глубоким, бархатистым голосом. – Мы зовем этот мир Сарнал. Город – Дастан. Я – губернатор дастана. Прошу прощения за грубость, но ты оказал сопротивление властям.

- Ладно, пусть пока так… А кто она?

- Ты про отродье? Чудовище, созданное для войны. Кровожадный зверь.

- По мне так вы все чудовища… Могу я ее осмотреть?

- Осмотреть?! – вспылила Санара.

- Пусть осмотрит! – одернула ее Далия.

Существо прикованное к стене действительно ужасало. На голову выше меня, когти на пальцах, сильное, хорошо организованное тело. Узкий, похожий на кнут хвост с острым роговым наростом на конце. И, все-таки рога. Короткие, изогнутые, устремленные вперед. Она следила за нами сквозь ресницы и оскалила клыки, когда я подошел.

- Можно мою сумку?

- Санара взяла со стола рюкзак и, поставив его у ног, отошла назад.

- Смотри, смотри! – шепнула оракул.

Я осторожно убрал гемостатик с шеи отродья. Ранка запеклась корочкой. Игнорируя ее рывки и попытки укусить, промыл все антисептиком и, наложив тампон с заживляющей мазью, прилепил пластырь.

- Тихо, тихо, - я погладил ее по плечу. – Я всего лишь осмотрю твои раны. Иначе они будут гноиться и никогда не заживут.

Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами. Стало жутковато. Вертикальные зрачки обрамляла бурая роговица и черный ореол. Белки глаз… в общем, они черные а не белые. Этакий взгляд зверя, но до жути осмысленный. Она втянула ноздрями воздух и моргнула.

- Ты?! – вопрос ее был едва различим.

- Ты про мост? – так же тихо спросил я. – Все верно. Постарайся не дергаться.

Перевязка прошла уже более спокойно. Отродье, оторопев, следила за тем, как я обрабатываю раны и накладываю перевязочный материал.

- Ну все, - я похлопал ее по бедру. – Скоро будешь как новая. Еще жалобы есть? Ноет болит чего?

- Нет… - обронила она потрясенно.

- Где можно помыть руки? – спросил я у губернатора.

Она взяла кувшин и с хмурым непониманием, полила на руки над той самой решеткой, на которой я стоял вчера.

- Ты… смерти совсем не боишься?

- Он все еще думает, что бредит, - напомнила Далия. – Но даже в бреду поступает правильно. Вот это выдержка!

- О чем вы? – пришло мое время хмуриться.

- Павлик, как бы вам это сказать? Вы не умерли. Помните то зеленоватое сияние во тьме?

- Ну? Что с того?

- Вас перенесли на Сарнал за мгновение до смерти. Это не иллюзия и не бред. Иногда мы призываем героев, это нормально! Вы действительно в другом мире. Очень, очень далеко от своего. Настолько, что здесь совершенно иные физические принципы. Не все, но множество. А еще мы владеем магией и боги наши вполне реальны.

- Допустим. Тогда кто меня перенес?

- Пока не могу сказать. Скажу только, что вам нужно это принять. Чем быстрее вы поверите, тем быстрее обживетесь в нашем мире. Теперь это - ваша реальность, другой не будет.

- Постойте, но если можно попасть сюда, то можно и вернуться. Это же логично.

- Я… видела ваш мир. Простите, но, скорее всего, вернуться вам некуда, - грустно улыбнулась оракул.

- Ну да… Ваша правда, - я порядком приуныл, вспомнив последние секунды на крыше.

- Ты правда лекарь? – спросила Санара.

- Военный медик. Санинструктор. Медицина катастроф. Павел Холодов, сержант ВС РФ. Прошел обучение в академии МЧС, параллельно окончил медицинский институт. Мобилизован с последнего курса. Все, что касается ранений, переломов, гнойной хирургии – ко мне.

- Хирургии? – она уставилась не понимая.

- Вскрыть рану, почистить зашить. Срастить кости, зашить связки, вытащить пулю. Все, что нужно в бою.

- Без магии? – она недоверчиво переглянулась с оракулом.

- Простите, но магией я точно не владею. У нас из алхимии только лекарства, - улыбнулся я.

- Ах да, простите, что забегаю вперед, но ваши вещи скоро доставят. Те, что остались на дереве. Я взяла на себя смелость и отправила отряд. Не беспокойтесь, все ценности доставят очень аккуратно!

- Зачем? - я стал серьезнее.

- Губернатор Санара берет вас под свою защиту. До выяснения всех обстоятельств. Ваша роль в нападении на карету герцога Бремера до конца не понятна. Мы выясняем всех причастных.

- Ясно. Я под арестом?

- Вы в гостях, Павлик. Поймите, у нас здесь все по-другому устроено. Вам нужно привыкнуть, понять что и как. Неосторожное слово может стоить жизни, понимаете? И потом, те люди, что напали на карету, хотят заполучить книгу Альбера. Они могут напасть снова, исподтишка. А нам очень бы не хотелось потерять такого ценного… специалиста.

Я, было, усмехнулся, но понял, что оракул не шутит. Если подумать, то даже с моей узкой специализацией в средневековье таких знаний и близко ни у кого нет. Как же они вообще лечатся? В самом деле магией? Пока не увижу – не поверю…

Я подошел к столу и задумчиво осмотрел вещи. Скорее по привычке перезарядил пистолет, опустошив патронник, пристегнул кобуру, подсумки. Пополнил запас аптечки быстрого доступа и уже хотел надеть бронежилет.

Оракул и губернатор переглянулись.

- Павлик, это лучше пока оставить здесь.

- Что?

- Ваше оружие.

- Нуда, ну да… - я, вздохнув, выложил все обратно.

- Стой! – оживилась Санара. – Я хочу посмотреть как оно работает. Покажи!

- Плохая идея. Ну да ладно… Куда стрелять?

- В лоб. Вот ей! – она указала на отродье.

- Она умрет от этого. Надеюсь, вы шутите?

- Ее все равно придется убить! Госпожа объясните ему!

Я перевел взгляд на аморфное существо.

- Санара права. Павлик, видите ли, у вас нет фамильяра. Это такое магическое существо, которое каждый из нас может призвать при необходимости. Скрепление уз происходит кровью. Вы не думали, почему отродье появилось на мосту?

- Нет. Почему же?

- Она пришла следом за вами. Раны на вашей шее и руках – это следы от ее зубов.

- Серьезно? И когда бы она успела?

- Когда вы спали. У нее сильные чары. Отродье навевает на свою жертву усталость, а потом убивает. Оно питается кровью, кроме всего прочего.

- Ага, - я задумался над ее словами. – Но я еще жив.

- В том-то все и дело. Если у человека нет фамильяра, то вкусив его крови, магическое существо заключает контракт. Отродье – магическое существо. После этого оно не может убить своего призывателя. У вас ведь нет фамильяра, верно?

- Не припомню такого. Значит, она хотела меня убить?

- Трижды, - подтвердила Санара. – Ей не хватило ума понять. Даже с третьего раза.

- Действительно, я чувствовал слабость. Списывал все на голод, а это, оказывается, потеря крови? Хм… верится с трудом, но все сходится. Значит, теперь у меня есть этот… фамильяр?

- Гм… не совсем. Процесс привыкания занимает несколько дней. В вашем случае семь – десять. Сейчас вы владеете частью ее силы, а она - вашей слабостью. Иначе сан-даар не смог бы ей навредить.

- Вы про пса?

- Сотканный из света. Не обязательно пес. Разные существа, созданные для войны. У нас – сан-даары, у демонов - отродья. Они специально обучены нападать. Боевой пес не может навредить отродью, но в состоянии унюхать его и удерживать очень долго. Пока не подоспеет подмога. Маг, герой, или рыцарь со святым мечом. Так это работает.

- Скоро она окрепнет и эти цепи ее не удержат, - продолжила оракул. - Если погибает призыватель, погибает и фамильяр, чаще всего. Если связь очень сильна. Но если погибает фамильяр, это болезненно, но не смертельно. За жизнь человек может сменить десятки фамильяров. Однако, отродье – очень сильное магическое существо. Оно, скорее всего, переживет вашу смерть. Она не сможет убить сама, но будет желать вам смерти. Вероятнее всего, другие отродья будут пытаться вас убить, чтобы она стала свободной. А также люди. Не каждый готов смириться с таким фамильяром.

- Нет. Я этого делать не стану.

- Вы не понимаете! Это не жизнь, а мучение! Когда она окрепнет, вы поменяетесь местами! Это все равно, что накинуть поводок на шею виверны! Она вас размажет! – Санара сорвалась на крик.

- Посмотрим.

- Тогда я сделаю это сама! - она вынула из ножен клинок и направилась в пленнице.

- Госпожа губернатор!

МПЛ с тихим хлопком выплюнул три пули. Толстенный брус с кольцами для цепей, слева от нее, с треском разлетелся в щепки. Санара застыла на месте.

- Что вы делаете!? – перепугалась оракул.

- Я лишь хочу сказать, что в состоянии постоять за себя. Опасна она или нет - решать мне. Это живое существо и сейчас оно нуждается в помощи. Никто из вас не внушает доверия, уж простите. Тем более та, кто готова убить безоружного, прикованного к стене цепями. Или у вас это в чести, а, губернатор?

- Мальчишка! Ты еще пожалеешь о своих словах! Что мне делать, госпожа?! Как поступить?

- Никак… - оракул погрустнела. – Отродье она или нет, это не стоит вашей чести. Формально, она уже его фамильяр. Они связаны кровью. Либо он сделает это сам либо… поступим по закону. Убийство чужого фамильяра - тяжкий грех, Санара. Прости.

- Твое оружие действительно страшное, - бросила Санара и убрала клинок в ножны. – Я подчиняюсь!

- Ведь он может и не призывать ее, - рассудила Далия. – Скажем, посадит в яму и будет кормить время от времени. Или вовсе выдворим ее за пределы наших земель, восвояси. Пусть жила как живет.

- А если она не захочет? Если начнет чудить?

- В таком случае, вся ответственность ляжет на плечи хозяина. Ведь с решением приходит и бремя. Вы понимаете о чем я говорю?

Я кивнул. Похоже это отродье - тот еще геморрой. Ладно, хрен с ней. И не таких на место ставил, как-нибудь договоримся.

- У вас есть еще примерно пять дней, чтобы передумать. А до тех пор отродье побудет здесь, - заявила Санара.

- Ее можно навещать? – с прохладным спокойствием лечащего врача уточнил я.

- Как будет угодно.

- А смогу я расспросит вас о вашем мире? – с надеждой спросила оракул.

- Почему нет? - пожал я плечами. – Да на здоровье…

- Могу я уйти? – скрипнув зубами спросила Санара. – У губернатора много дел.

- Конечно, развела руками оракул. А мы тут еще пообщаемся немного…

Разговор с оракулом затянулся на несколько часов. Странное создание, очень любопытное. Но неизменно вежливое и предупредительное. Говорили о многом и ни о чем. О жизни, о Боге, о животных в моем мире, в этом мире. Было правда интересно. А потом она шагнула в столб света и остались от нее только вещички. Похоже, эта драгоценная сбруя что-то вроде скафандра или оболочки, которая позволяет духу Далии принимать человеческую форму. Насколько я понял, таких святилищ по стране тысячи. И за каждым оракулом закреплены несколько городов или поселений. Что-то типа представителя президента в регионах…

Оставшись один, я взял в руки пистолет и, прислушавшись к тому, что происходит за дверью, подошел к отродью.

- Говори. Здесь никого нет.

- Я сожру твои внутренности, человек! Лучше убей сразу!

- Ладно.

Я передернул затвор и трижды выстрелил. Пули вгрызлись в известняк рядом с щекой отродья, осыпав лицо осколками. Она вскрикнула и заскулила.

- Смотри-ка, страх есть… – заметил я бесстрастно. – Боишься, значит, смерти то?

Поняв, что сдала себя с потрохами, рогатая девка взвыла, остервенело тарабаня ногой по стене.

- Ответь на вопрос, - тон мой остался холодным. – Ты пила мою кровь без спросу. Пришла следом. Зачем?

- Чтобы убить!

- Верю. Но ты не можешь этого сделать, верно?

- Не могу, - фыркнула она.

- Знаешь почему?

- Теперь знаю… будь прокляты эти законы! – взвыла она уже тише.

- Ну, ну, не так все плохо. Я так вообще умер. Вернее, думал, что умер.

— Это как? – притихла она разом. Похоже у девоньки с психикой нелады.

- Знать бы… - я непроизвольно вздохнул. – Оказался в чужом мире, среди чуждых существ. Вот таких, как ты, рогатая.

- Почему не убил, почему вступился за меня на мосту? – тихо спросила она.

- Работа такая. Медик я. Лекарь по-вашему. Мы же с тобой не враги. Делить нам нечего…

- Ты еда, - буркнула она.

- Ну не знаю, кто тут еда, это как посмотреть. Мне сейчас ничего не мешает откусить от тебя кусок. Я же не знаю какие отродья на вкус. Вон ляхи какие мясистые, вдруг понравится?

Я достал нож и, подумав, коснулся ее бедра. Сталь с шипением оставила небольшой ожог.

- Ты… дурак? Не смей! Я боли боюсь! – завизжала она.

На шум прибежал стражник и распахнул двери.

- Чего здесь, а?!

- Ничего такого дружище, общаюсь с отродьем.

Увидав в моих руках нож, солдат довольно усмехнулся.

- Слышь, ты это, давай тут не долго. Губернатор ждет тебя на ужин, так сказать. Приказано привести, как оракул с тобой закончит. Понял?

- Понял. Скоро закончу. Пару минут, дружище!

Солдат закрыл дверь.

- В общем так, радость моя, слушай внимательно! Будешь создавать мне проблемы, избавлюсь от тебя в два счета. Попытаешься меня убить… - нож снова с шипением коснулся ее кожи.

- Да поняла я, поняла, только убери!

- Итак, ты будешь моим фамильяром?

- Буду, - процедила она.

- Не слышу?!

- Да, буду я твоим фамильяром! Буду! Пока не сдохнешь…

- Будешь хорошим, послушным фамильяром, да? – уточнил я совершенно не понимая зачем мне фамильяр, и на кой черт они вообще нужны.

- Да! – гаркнула она. – Дай только окрепнуть…

Я снова достал нож.

- Я… буду хорошим, послушным фамильяром! – торопливо повторила она.

- Слово отродья?

- Ты дурак? Отродья не держат слово! - прошипела она.

- Ты станешь первой…

Глава 6. Санара

Ужин с губернатором? Уж и не знаю, достоин ли я такой чести. Страшная баба. Могучая. Да еще и с норовом. А как легко она вынула свой клинок из ножен… Да, сомнения еще есть, но, похоже, мне не лгут. Это действительно иной мир. Черт! Черт! Черт! Ну ладно, спокойнее, спокойнее… есть и плюсы. Я все еще жив и относительно здоров. Надеюсь, отродье со своей слюной мне всякой гадости в кровь не напускала. Антивирусные я принял, может пронесет.

Солдат проводил меня вглубь замка, кажется, на верхний этаж. Постучавшись, он отступил в сторону.

- Кого там нелегкая принесла?

- Э… ну этот, из темницы, госпожа. Я его привел!

- Пусть заходит. Можешь идти…

Я протиснулся в приоткрытую дверь и закрыл ее за собой. Кабинет губернатора представлял собой большой круглый зал, две трети которого занимало окно. Должно быть, отсюда видно весь город и часть окрестностей. Массивные колонны и балки поддерживали не слишком высокий потолок. Убранство кабинета скромное, без особой роскоши. В стене еще одна дверь, приоткрытая, через нее виднеется край постели.

- Тебя интересует моя спальня? – с усмешкой проговорила Санара.

Она предстала в длинном парчовом халате с высоким воротом. Доспехи покоились на специальной подставке у окна. Но даже без них она смотрелась угрожающе. Широкие плечи, выправка, отличная физическая форма. Но только на первый взгляд. Чуткий нос мединструктора сразу уловил до боли знакомые ароматы лекарств. Но были и непривычные запахи.

- Вам бы проветрить тут…

Она нервно рассмеялась и присела на край массивного рабочего стола. Санара долго изучала взглядом мою одежду и обувь.

- Так все же лекарь или солдат? – спросила она с сомнением.

- И то и другое, - пожал я плечами. Война есть война.

- Оракул сказала, что ты спасаешь не только соратников, но и врагов. Это правда?

— Это мой долг, - я отвел глаза.

- Так и думала. Я, знаешь ли, чувствую ложь. Меня не обманешь.

- Я действительно должен спасать всех, кого смогу. Но… своих в первую очередь. Да, несколько раз я вытаскивал и врага. Вынес, перевязал, передал кому следует. Дальше уже не мое дело. Сними работает особый отдел, уже в госпитале.

- Но почему?! Это враг! Он хотел тебя убить, - вспылила она.

- Войны затевают политики и властители… - голос мой дрогнул. – А воюют простые люди. Такие же как и я. Часть из них верит тому бреду, что льют в уши, часть действительно считает, что борется за свою страну, за правое дело, но большинству просто некуда деваться. Никто не хочет умирать. Никто не хочет чтобы умирали близкие. Если враг бросил оружие, он уже не боец. Это сломленный, глубоко несчастный человек. Он расскажет все, что знает. Его проверят, и если серьезных преступлений не найдут, отправят на принудительные работы. Будут кормить, лечить и одевать. А после войны заставят отстроить то, что было разрушено.

И потом, есть негласный закон. Те, кто собирают трупы, друг в друга не стреляют. Если мы спасаем их раненых, если не издеваемся над пленными, то и они поступают так же. Если же нет… разговор короткий.

- Сколько человек ты убил? – спросила она вкрадчиво.

- Я не считал. Сотню, наверное.

- А скольких спас?

- Не знаю. Наверное столько же. Порой, ранения слишком серьезные… не всем суждено выжить.

Постучав пальцами по столу, она обдумала сказанное.

- А скажи-ка мне Павлик, почему ты помог герцогу Бремеру? Я имею в виду нападение на карету.

- Скажем так… мне не нравится, когда всякие ублюдки бьют женщин и тыкают саблей в стариков. Я вмешался. Меня пытались убить. Я ответил.

- А если это не бандиты и ублюдки? А, скажем, специальный отряд, исполняющий волю правителя?

— Значит, правитель - дерьмо, а отряд плохо подготовлен, - ответил я резко.

- Хах! - она поперхнулась от смеха и закашлялась.

Как Санара не пыталась сдержать улыбку, у нее это не получалось. Утерев слезы платком, она выдохнула и покачала головой.

- Допрос окончен?

— Это не допрос. Так, дружеская беседа. Я хочу понять, почему Альбер отдал тебе свою книгу. Что в тебе такого особенного?

- Альбер – это тот старик, верно?

- Альбер – выдающийся ученый. Теоретик магии, практик, лекарь, создавший революционное учение о сплетении магии, алхимии и… того, что делаешь ты. В его книге собрана вся его жизнь, записи, открытия. Это бесценный труд. Альбер очень помог мне в свое время, как и Бремер. А теперь за его трудами ведется настоящая охота. Последняя воля друга для меня закон, но скажи, почему я должна отдать тебе это?

Госпожа губернатор выложила на стол ту самую книгу.

- Можно взглянуть?

Теперь я умел читать! Почерк старика оказался ровным, четким. Не все термины понятны, но в основном, ничего сложного. Зарисовки мышц, описание органов. Многозначительные вопросы, ответы на них. Далеко идущие теории и двоякие утверждения… В магии я ровным счетом ничего не понимал, как и в алхимических формулах, а вот все остальное, с точки зрения современной медицины – средневековая ересь. Почти все. Вдоволь посмеявшись, я вернул книгу обратно.

- Что тебя так насмешило?! – негодуя спросила она.

- Нет, нет, труд действительно фундаментальный. Но мне эта книга не нужна. В ваших руках, госпожа губернатор, она будет под надежной защитой.

- Ты… издеваешься надо мной?

- Простите, и в мыслях не было! - я стал серьезнее, вспомнив с кем имею дело. – Дело в том, что… Как бы это сказать? В моем мире медицина ушла несколько вперед. Я покажу. Позволите вашу руку?

Я заметил, что ноги сонары, как и ее правая рука все еще в облачении. Она подала левую руку.

- Гм, простите, я встану вот так, чтобы вам было видно…

Достав планшет, который все-таки забрал из святилища, я включил его и выбрал необходимый режим. Увидав на экране кости, Санара вскрикнула и одернула руку. Но та была цела.

- Магия?

- Не совсем. Позвольте продолжить? Так… - я проследил ее предплечье до локтя, переключая глубину сканирования. – В целом, ваша рука здорова. Имеются застарелые трещины на костях, но они заросли. Видите эти костные мозоли? Суставы на кисти деформированы, но для бойца это нормально. Должно быть, вы часто орудуете кулаками. Есть следы повреждения связок, но в данный момент ничего серьезного. Кровеносные сосуды в норме, проходимость вен и артерий в пределах допустимого.

Она переводила ошалелый взгляд то на меня, то на экран. Дыхание Санары заметно участилось. Губернатор раскраснелась, занервничала.

- А что твоя штука скажет на это?!

Санара подобрала халат и стыдливо выставила напоказ колено и часть обнаженного бедра.

- Вы совсем не снимаете доспехи?

— Это… не доспехи, - голос ее стал глухим. – Это - часть меня.

Настроив планшет, я поводил сканером по стыку плоти и металла, меняя глубину проекции, и… охренел.

- Подвигайте ступней. Еще раз. Еще! Коленом. Выпрямите ногу. Выше!

Я придержал голень и ощупал поверхность пальцами. Санара вскрикнула.

- Вам не кажется, что непристойно касаться незнакомой дамы в таких местах?!

- Простите… Вы что-то чувствуете?

- Я чувствую все. Это часть меня. Что не понятно!?

Я осторожно опустил ногу на пол и застыл в изумлении.

- Так это – протез?

- Живая броня. Я не знаю, что такое протез.

- А вторая нога?

- Нога и правая рука выше локтя. Я потеряла их в бою несколько лет назад. Десять, если точнее.

- Тот, кто создал такое – настоящий гений! Я бы хотел познакомится с ним.

- В таком случае, вы уже знакомы, - она резко одернула халат. – Это работа герцога Бремера и его помощницы Гаи. Девушки, которую ты видел в лесу. Они и Альбер смогли сотворить чудо. Если бы я знала, что все так случится, то не просила бы их приехать. Часть вины за гибель Альбера лежит на мне тяжким грузом.

- На мне тоже, если вам будет легче, – я поморщился. – Рана была пустяковая. Если бы мы расправились с бандитами быстрее, он мог выжить. Ваш друг потерял слишком много крови. Простите.

- Пустое. Уже ничего не исправить. Значит, буду и дальше мучаться…

- Вы чем-то больны?

- Не твое дело! – рыкнула она. – Убирайся!

Я медленно встал и уперся в нее взглядом. Со стороны смотрелось забавно. Ведь она почти на голову выше. Так продолжалось минут пять, потом женщина сдалась.

- Ну хорошо! Я покажу. Только не смей думать, что это срамная болезнь! Я сгорю от стыда, если кто-то узнает.

Санара прошлась по кабинету и заперла дверь. Развязав пояс халата, она колебалась. Пальцы протеза подрагивали.

- Я врач. Меня не нужно стесняться. Все что увижу - останется между нами, клянусь.

Санара, спустив халат с плеч, бросила его на кресло.

- Можно сюда, поближе к свету?

Она сделала пару шагов. Тело губернатора впечатляло. Скромная, но крепкая грудь, мускулистый живот, крепкие ягодицы, хорошо развитые плечи, рельефная спина. Кожа сплошь покрыта шрамами, часть из которых могли стоить ей жизни. И ни одного следа от нити. Подмышки и промежность чисто выбриты. Отсутствие нижнего белья меня не смутило. А вот громадные волдыри под кожей привлекли внимание. Они проступили на боку, под грудью, на линии молочных желез, на пояснице, спине, ягодицах и ближе к лобку. Самый болезненный – на бедре совсем у промежности. Он сочился.

- Я буду касаться вас кончиками пальцев, чтобы развернуть к свету и задам несколько вопросов. Только не обижайтесь, хорошо? Они неприятны, но отвечать нужно честно, иначе я не смогу помочь.

- Ладно… - она прикрыла грудь руками.

- Как часто вы моетесь?

- Два раза в день. Утром и вечером.

- Месячные? В смысле, женские дни, часто бывают?

- Ты про кровь? Никогда. Я на половину темный эльф. У них не бывает.

- Ясно. Как часто у вас… бывает мужчина?

- Гм… какое тебе дело? – взбрыкнула она. – Не часто. Вообще не бывает…

- Как давно? – уточнил я.

- Больше десяти лет.

- Питаетесь, спите хорошо?

- Какое там? Знаешь сколько у меня забот?

- А с туалетом как? Часто ходите?

- Кхм… - она засмеялась. – С этим делом вообще без проблем.

- Я ощупаю ваш живот и пах. Если будет больно – сразу скажите.

Отвернувшись в сторону, чтобы не смущать пациентку, я пальпировал брюшную полость и паховую область.

- Щекотно. Но боли нет, – стеснение сменилось интересом.

- Как часто вы снимаете… живую броню?

- Почти никогда. После этого привыкать нужно заново. Часа два, наверное.

Осмотрев спину Санары, я внимательно изучил татуировку, идущую от затылка женщины, через всю спину, копчик и бедра. Ровные линии разной толщины уходили к плечу и обрывались под протезом. Так же рисунок делился на две зеркальные части, обнимая верх ягодиц, внешнюю часть бедра. Татуировка вела к каждому из протезов и больше напоминала шлейф для электронной платы. Когда Санара двигала пальцами или переступала с ноги на ногу, линии мерцали фиолетовыми всполохами.

- Вас не мучает жар по ночам, или приступы озноба?

- Нет. Ничего такого…

- Как часто эти волдыри появляются?

- Весной. Иногда осенью. Зимой и летом их не бывает.

- Как давно?

- Года три, наверное.

- Когда привезут мои вещи?

- Завтра к вечеру. А что?

- У вас, вероятно, плохая кровь, Санара. Вы правы, скорее всего это не срамная болезнь. Это фурункулы. Они появляются когда организм не справляется с очищением. Основная причина в том, что вы редко снимаете доспехи. Кожа преет, начинает болеть. Когда привезут сумки, я смогу проверить вашу кровь и скажу точнее. Как Альбер это лечил?

- Вскрывал, выскабливал гной, промывал кипяченой водой. Иногда дважды…

- Так, ну, в целом, правильно. Если фурункул не вскрыть, можно получить заражение крови. Но раз нет озноба, то пока все хорошо.

- Нужно вскрывать? Сейчас? – она болезненно поморщилась.

- Чем скорее - тем лучше. Но мне понадобится помощник. Он же будет свидетелем. Я не хочу получить по голове, когда буду вскрывать вот это, - я указал на большой волдырь в промежности.

- Я поняла, - Санара нервно сглотнула. – Пошлю за Гаей. Ей можно доверять.

- Хорошо. Тогда лучше сделать это в святилище. Там больше света и куда чище, чем здесь. понадобятся мои вещи, чистые простыни или полотно, кипяченая вода и… ремни.

Первыми в святилище оракула появились служанки. Они принесли все, что я просил и спешно удалились. У входа толпились стражники, чтобы ни дай Бог кто не вошел без разрешения. Потом прибежала запыхавшаяся эльфийка. Вбежав внутрь, она замерла, открыв рот.

— Значит, ты Гая? – спросил я, протирая стол для пыток антисептиком.

- А ты… почему здесь? – проронила она удивленно.

- Так получилось. Санара все объяснит. Поможешь?

Мы застелили стол чистой простыней и подтащили еще один столик, на котором до этого лежали орудия пыток. Вскоре, пришла и сама госпожа губернатор. Двери заперли и строго настрого запретили врываться внутрь, что бы не происходило. Санара в двух словах объяснила суть проблемы и улеглась на стол.

- Привязывай, - кивнул я эльфийке. - Руки в стороны, ноги раздвинуть. Только не перетяни. Тут главное пяткой в нос не получить.

Надев налобный фонарь, я смазал руки кремом и подождал, пока латекс схватится, образуя перчатки. Обработав кожные покровы антисептиком и тщательно обтерев салфеткой тело пациентки, я взял малый хирургический набор. Обезболивающий спрей сработал быстро. Вскрывать фурункулы на фронте приходилось не редко. Там броня, тут броня… все преет, поры забиваются. Стафилококк опять же, антисанитария… Гая внимательно наблюдала за моими действиями. Последним я выдавил самый болезненный фурункул, тот что в промежности. Санара вскрикнула но не более того.

- Позволь мне? – эльфийка толкнула меня плечом и осмотрела рану. Потом достала тот самый кристалл, которым махала пере носом у деда и снова принялась что-то бубнить. К моему дичайшему изумлению, стекляшка озарилась лазурным свечением и след от скальпеля медленно затянулся. Остался лишь скромный розовый рубец. Гая взмокла. Смахнув с бровей пот она отступила в сторону.

— Это все, что я могу, - девушка болезненно улыбнулась.

- Охренеть… - я едва не выронил скальпель. Тупо уставившись на рубец, несколько раз провел по нему пальцем.

- Вы не много себе позволяете? – осведомилась Санара.

- Да, простите. Это что, и есть ваша магия?!

- Ну да, - удивилась девчонка. – Чего такого?

- Нет слов…

Промыв оставшиеся ранки, я наложил аппликаторы с мазью и перевернул Санару на живот. Операция продлилась не больше часа. Стянув одноразовые перчатки, я бросил их в ведро и расстегнул ремни.

- Можно вставать.

Госпожа губернатор оглядела свое тело и облегченно вздохнула.

- У тебя очень нежные пальцы, - краснея заметила она. – Совсем не было боли.

Я протер руки и достал из рюкзака «сникерс». Они молча наблюдали как я его ем. Поняв, что это не вежливо я сунул каждой по батончику.

- Раны не мочить, менять постель каждое утро. Доспехи, и все что под ними, хорошенько помыть, постирать, пока не надевать. Поддоспешников лучше иметь несколько, чтобы всегда был один чистый. Легкая дышащая одежда, пара дней отдыха. Эти штуки не отрывать! Через два дня на осмотр. Ну, в смысле… позовете меня, посмотрим, как заживает.

- Даже Альбер не сделал бы лучше… - прошептала Гая. – Я должна рассказать герцогу!

- Стоять! – рявкнула Санара.

- Ах, простите, моя госпожа! Я совсем забыла. Все, что было в этой комнате останется тайной, клянусь жизнью!

- Ну, жизнью не надо… - смягчилась та. – Я сама расскажу Бремеру, в свое время. А пока держи язык за зубами. Иди!

Когда эльфийка убежала, Санара, задумчиво осмотрев мои инструменты спросила:

- Что ты хочешь за свои услуги, Павлик?

- Верните мне вещи. А еще… я бы поел.

- Будь по-твоему, - вздохнула она. – Только знай, что их могут украсть. Если твое оружие попадет не в те руки, беды не миновать. Возьми, что нужно, а остальное можешь положить в сейф в моем кабинете. Это самое безопасное место в Дастане. Я верну их в любое время. Разумеется, не раньше, чем закончится расследование по твоему делу.

- Кстати об этом… - я потянулся к планшету. - Показать вам лица нападавших?

Глава 7. Дастан

После чуда, что сотворила Гая, я попросил книгу Альбера, чтобы перечитать ее внимательнее. Оракул говорила, что здесь работают иные физические принципы. Но при свете свечи, с непривычки, читать рукописный текст довольно тяжело. Утром, как только рассвело, расположившись на подоконнике, я сделал фото каждой страницы, обложки, иллюстрации и даже внутренней стороны переплета и его торцов. Ближе к восьми часам, за мной прислали.

Забрав книгу, госпожа губернатор пригласила меня на завтрак. Она была немногословна, но настроение явно улучшилось.

- Вчера ты дал мне странный сверток. Я ничего вкуснее в жизни не ела. Что это?

- Шоколад. Орехи, карамель, кофе, арахисовое масло. Ничего особенного.

- Ничего особенного… - повторила она. – Прошу, никому больше таких вещей не давай и никому не говори. Если знать прознает, за тобой начнется охота.

- Из-за шоколада?!

- Ты принес в наш мир много странных вещей. И, я полагаю, завтра их будет еще больше. Мы должны держать это в строжайшем секрете. Слухи по городу уже поползли, но люди не должны знать, что случилось на самом деле. Мой придворный художник перерисовал те картинки, которые ты показал. Несколько человек мы уже опознали. Это фанатики.

- Религиозные?

- Не совсем. Они ратуют за то, что врачевать тело позволено лишь магии, ибо она есть дар богов, как и сама жизнь. Но, как ты, наверное, уже догадался, магия в силах помочь далеко не всегда. Да, она может вырастить заново руку, ногу, и даже воскресить умершего. Но для этого нужен сильный маг... и много того, что я позволить себе не могу. Да, почти все жители Сарнала владеют магией в той или иной степени. Мы стараемся замечать самых талантливых и бесплатно обучаем. Однако, после великой войны, мастеров, готовых бесплатно делиться знаниями, осталось совсем мало. Аппетиты растут, знать делит целителей между собой, действуя лестью, угрозами и подкупом.

Она замолкла.

- Гая - очень редкий маг, умеет исцелять и воскрешать одновременно. Но она очень слаба. Она сильно переживает из-за того, что не смогла спасти Альбера.

- Бедная девушка… - посочувствовал я.

- Ах да, ты ведь не знаешь. Она не девушка. Она взрослая, умудренная опытом женщина. У эльфов и полукровок жизнь куда длиннее человеческой. Только не спрашивай ее о возрасте, и не смейся, если скажет что ей двадцать лет. В ее возрасте эльфийские маги, как правило, чудовищно сильны. Это угнетает ее, понимаешь?

Я кивнул. Жаркое, что подали на завтрак оказалось на удивление сочным, хоть и не досоленным. Ну и ладно, есть много соли вредно.

- Сейчас герцог Бремер и Гая отъехали по делам, завтра вернутся. Можешь осмотреть город, прогуляться.

- Серьезно? С радостью! Только… я ведь чужак.

- Здесь много чужаков, Павлик. Дастан лежит на пересечении торговых путей. Сюда заглядывают орки, гоблины, эльфы, дворфы, полукровки различных мастей, и, даже демоны. Поэтому, у губернатора дастана так много забот. Везде нужен глаз да глаз.

- Постойте, а разве демонам можно?

- Можно. У нас же мир сейчас. А вот отродьям нельзя. Так же как и сан-даарам на ту сторону. Это запрещенное оружие, так сказать.

- Кстати… а как их кормят?

- Ты про свое отродье? – усмехнулась она. – Кровью, друг мой, кровью. Когда связь укрепится, выбудете как бы частью одного целого. Ваши жизненные силы уравновесятся. Должны уравновеситься. Тогда крови будет нужно совсем мало. Они могут жить и без нее, но слабеют и теряют боевые навыки. Так говорят. Но мне доподлинно известно, что они отлично питаются любой пригодной пищей. Да и вообще, прекрасно обходятся без еды месяцами.

- Спасибо за завтрак, госпожа Санара.

- Пойдешь к ней? Еще не передумал?

- Загляну.

- Смотри сам, - она поморщилась. – Как закончишь, тебя отведут к воротам. Там будет ждать провожатый. Он головой отвечает за твою жизнь. Ты сразу его узнаешь. Держи!

Санара сунула мне позолоченный жетон с номером «17».

— Это твой пропуск и знак того, что находишься под моей защитой. Будут проблемы - покажи.

Я скидал в миску недоеденное жаркое и откланялся. Заглянув в святилище, подтащил стол, к закованной демонице и, один за другим, с перерывом на прожевать, скорми ей восемь крупных кусочков мяса.

- Еще! – потребовала она.

- Хорошего помаленьку.

Поморщившись, она стиснула зубы.

- Крови тогда дай!

- Может и дам, если вести себя хорошо будешь.

- Когда?

- Когда-нибудь, - усмехнулся я. – Веди себя смирно. Губернатор от тебя не в восторге. Может и не сдержаться.

- Зачем ты отрезал от нее куски? Я все видела!

- Срезал лишнее мясо.

- Съел?

- Гнилое не ем. Все, зайду завтра.

На сей раз, я решил надеть бронежилет. Плевать, что скажут. Все равно уже засветился. Про стычку на мосту по любому все говорят. Нож повесил на видное место, кошель оставил в подсумке для сброса. Аптечку, разумеется, пополнил, и прилепил спереди, слева, на ремень. Плащ свернул вдвое и продев под тактическим поясом, повесил справа, сзади. Подумав, на всякий случай, спрятал под плащом саперную лопатку. Не сабля, конечно, но отмахаться, при желании, можно.

Спустившись конюшни, я прошел до центральных ворот замка, минуя небольшую, мощеную булыжником площадь и показал солдату жетон. Шагнув за ворота, порадовался солнышку и огляделся по сторонам в поисках провожатого. Почему-то я думал, что это будет Гая, но жестоко ошибся. Громадный бронированный пес, присевший в тени стены, поднялся на ноги и уставился хмуро. На большом круглом кулоне его ошейника красовались такие же цифры, что и на моей бирке. До меня медленно дошло, что это не совпадение. На боку псины красовалась небольшая едва заметная вмятина. Санара была права, я сразу его узнал.

Вспомнив рекомендации кинологов, я протянул ему руку, позволяя обнюхать. Пес щелкнул зубами, заставив меня вздрогнуть. Я показал ему бирку и пожал плечами.

- Ты уж прости, дружище, так решила Санара. Значит, ты и есть мой провожатый?

Пес фыркнул.

- Ладно, куда пойдем? Мне разрешили осмотреть город.

Ответа я не дождался. Псина и есть псина. Но очень умная, по глазам видно. Поэтому, прикинув в уме направление, я пошел в центр.

Чужеземцев в Дастане, и правда, хватало. Некоторые из них очень сильно выделялись на общем фоне. Настолько сильно, что на меня и внимания не обращали. Подумаешь, парень в пятнистых штанах, когда тут такие павлины! Да и кому я сдался? Отец говорил, что я нахрен никому не нужен, все думают только о себе. Большинство людей видят меня первый и последний раз в жизни. Чем меньше внимания привлекаю, тем спокойнее живу. Золотые слова!

К слову, я не единственный, кто гулял по городу в сопровождении псов. Но единственный, кто был человеком. Кого я только не видел! И рогатых и в чешуе, и с кошачьими ушками, и прямоходящих и четвероногих и шестилапых…. Кстати, многие имели при себе оружие и носили элементы брони. Надо отметить, что стража вела себя на редкость предупредительно и уважительно. Прям перекресток миров… Пару раз мимо пробегали почтовые лисы. Оракул говорила, что их выращивают специально, чтобы делать фамильярами. Очень удобно, учитывая, что у одного владельца их может быть несколько. И дело тут не в способностях, а в средствах. Первого фамильяра предоставляет город, или его можно выловить самостоятельно. А вот остальные уже стоят денег. Или, опять же, нужно ловить. На сколько опасно в здешних лесах, я уже уяснил.

Кроме бандитизма, разборок между кланами и прочих стычек, в Сарнале есть рабство. Все его порицают, считают позорным клеймом на лице общества… и поголовно пользуются. Лицемерие в чистейшем виде. Пока мы гуляли, мне едва не всучили пару зверолюдок на пробу. Однако, завидев пса, торговцы поумерили свой пыл.

Что еще? Карманники, как без них!? Но, грозный утробный рык отбивал ко мне всяческий интерес. Я знал, насколько мой шестилапый спутник может быть резким. Похоже, карманники тоже.

- Дружище, а есть тут местечко, где безопасно, и можно вкусно поесть?

Пес хмуро глянул и свернул в переулок. Через пару кварталов мы вышли на широкую, менее оживленную улицу. Он сел перед вывеской, на которой красовалась надпись «Таверна Хмельной ветер». Часть таверны выходила на улицу, образуя веранду, но я предпочел зайти внутрь. Уж больно антуражно здесь все смотрелось. Камень, дерево, керамика, колеса от телег вместо светильников. Непередаваемый запах готовящейся пищи, кожи, дров в очаге, воска и еще черти знает чего, привел меня в настоящий восторг.

- А, Бруно! Ты привел нового гостя?

Крепкий мужчина с вьющимися седыми волосами появился за стойкой. Сейчас, в таверне никого не было и он, определенно, обращался к моему псу.

- Проходите, проходите не стесняйтесь! Вы впервые у нас?

- Впервые. День добрый.

Я присел за стойку, вскарабкавшись на высокий стул.

- Я Генри, хозяин этого заведения. Пусть вас не смущают мои острые уши, моя матушка, царствие ей небесное, как-то спуталась с эльфом. В результате получился такой красавец! Ну вот, вы уже улыбнулись! Чего желаете?

- Вкусно поесть, - пожал я плечами.

- А деньги, простите за прямоту, у вас есть?

Оглядевшись, я выложил на стол кошель и развязал.

- Сколько?

Подцепив одну серебряную монету, Генри быстро вернул кошель.

- Господи! Уберите скорее! Разве можно таскать с собой такие деньжищи!? Сан-даар не будет сопровождать вас вечно! – тихо, но быстро проговорил хозяин.

- А насколько это много? – вкрадчиво спросил я.

- А вы не знаете?! Не из наших мест? Ну конечно, как я сразу не понял! Одежа у вас странная. Псы войны редко охраняют людей, значит персона важная… Простите, простите старого дурака!

- Генри, прошу, успокойтесь. Я здесь чтобы посмотреть город и перекусить. Так сколько?

- Хм… - старик задумался. – Смотря сколько там золота.

- Половина на половину с серебром.

- Мать моя! Да вы можете выкупить эту таверну со всеми ее долгами. Или прикупить дом рядом с замком. А если в предместье, то и вовсе имение с землями.

- Да ладно… - я вдруг вспотел.

- А вот кошель, я бы на вашем месте сменил. Не хочу знать, откуда он у вас, но те кто носят такие кошельки приносят беду. Они одеваются во все черное и от них пахнет смертью! Одолжить вам другой?

- Если можно, любезный.

Одним движением пересыпав драгоценное содержимое, я отдал кошель Генри, и он тут же бросил его в топку.

- А это дорого стоит? – я тайком показал ограненный камень.

- Да кто вы сударь!? За такой самоцвет с вас голову снимут! – прохрипел он. – Уберите сглаз долой, от греха подальше! У меня слабое сердце!

Я выложил еще одну серебряную монету.

- Молчание стоит денег, не так ли? Так… что насчет еды?

Старик принял денюжку и сразу заулыбался.

- Я подам вам такое жаркое, которого вы в жизни не ели! И лучшее пиво!

- Э… Генри, у меня вопрос. Мы с утра тут бродим. Наверное, пса тоже стоит покормить?

- Ну разумеется! – он подмигнул. – Иначе Бруно перестанет водить гостей.

Трактирщик не обманул. Впервые за время, что я здесь, еда имела отличный вкус. Специи, хоть и непривычные, но они хотя бы были. И соль! Наконец-то соль! Запив жаркое отменным густым элем я довольно крякнул и поставил кружку на стойку.

- Еще пива, господин хороший?

- Несомненно, почтенный. Напиток богов!

- Ну наконец-то настоящий ценитель! А то пойло, пойло…

- А можно еще вопрос? Скажи, любезный, а почему тут все не соленое едят? Так принято или как?

- Не соленое? – удивился Генри.

- Ну, соль – белые кристаллы. Порошок, который придает пище вкус.

Трактирщик побледнел и затрясся.

- Откуда вы знаете!? Я никогда никому не говорил! – он перешел на сиплый хрип.

- Но… это же просто соль. Обычная соль!

- Послушай, чужестранец… ты второй раз за день удивляешь меня. Сначала золото, потом это… Я стал добавлять в еду то, что ты называешь солью, когда жил на море. Мне всегда было интересно, почему морская рыба имеет такой вкус. А потом понял, что дело в самой воде. Однажды, оставив пустую миску на берегу, я вспомнил о ней дней через десять. И там был такой белый налет. И тут меня осенило.

- Постой, но это же золотая жила. Разве нет?

- Да, я тоже так думал. Пока не узнал, что эту твою соль могут продавать только два богатейших дома в этой части Сарнала. Ее привозят с востока и стоит она ой как дорого. Когда об этом прознали, я чудом унес ноги. Если ты кому-нибудь об этом расскажешь, чужестранец, нам обоим несдобровать.

- Как интересно, а о чем именно речь? – некто третий бесцеремонно вмешался в наш разговор, дыхнув стойким перегаром.

Высокий худой повеса в расстегнутом зеленом мундире навис над моим плечом. Бледная кожа, острые уши и тонкие губы выдавали в нем эльфа. Оракул снабдила меня внушительными познаниями о своем мире, и я без труда различал большинство рас. Кажется, он был в доску пьян. Вероятно, добавил на старые дрожжи…

- Чего изволите, господин? Эль, вино, может быть медовуху? – дежурно улыбнулся трактирщик.

- Обязательно! Но сначала я изволю побеседовать вот с этим… даже не знаю как к тебе обращаться. Ведь ты простолюдин?

- Так точно. Сержант медицинской службы Холодов. Как обращаться к вам?

- Какой службы? – он проигнорировал мой вопрос. – Военный, значит? Откуда?

- Простите, но я не могу ответить на ваш вопрос.

- А придется, дружок, придется! Я и чином повыше, и роду благородного буду отпрыск. Или ты думаешь, что я не смогу развязать твой поганый язык?

- Эм… Генри, как в ваших краях поступают в таких случаях?

Старик предостерегающе покачал головой и обратился к эльфу.

- Милостивый господин, вы пьяны! Этот человек находится под защитой ее превосходительства Санары. Умерьте свой пыл!

- Человек? Серьезно? – он мельком глянул на моего пса и рассмеялся. – Представьте себе и я тоже! Эй псинка, покажись!

В таверну тяжелой поступью вошел еще один боевой пес, и красноречиво воздев глаза к небу, сел рядом с моим.

- Что вам нужно сударь? – я развернулся к нему с самой доброжелательной из своих улыбок.

- Расскажи-ка мне об отродье, - он уселся на соседний стул и расплылся в противной улыбке. Его тонкие губы вытянулись в линию. – Я был у ворот в тот день. И все видел. Не отпирайся.

- Мне запрещено об этом говорить. До окончания расследования.

- Кем?

- Губернатором Санарой.

- Как жаль… значит придется рассказать людям мою версию. А я такой озорник и фантазер, знаете ли!

- Генри, у вас есть где спрятать труп? – искренне радуясь новому знакомству проговорил я.

Боевые псы переглянулись. Согласно уставу, если между двумя охраняемыми персонами возникнет конфликт, они не имеют права вмешиваться.

- Господа, вам лучше покинуть мое заведение. Немедленно! Ссора с губернатором мне ник чему, - проговорил хозяин таверны.

- Вы угрожаете мне? – уточнил незнакомец, с нездоровым наслаждением.

- О, нет, как можно. Вопрос был риторическим. Я никогда не говорю о том, что собираюсь сделать.

- Аха… - он нервозно усмехнулся. – Какая забавная игра слов.

Рука эльфа легла на эфес клинка, но моя легла сверху. Он попытался дернуться, однако не смог этого сделать. Его длинные, похожие на женские пальчики, хрустнули в моей ладони. Он глянул на псов, но те демонстративно отвернулись.

- А с чего вы вообще взяли, что это было отродье? – спросил я миролюбиво.

- А кто же еще! – вскрикнул он. – Сан-даар не ошибается! Я видел рога и когти, этого достаточно.

- Допустим, - кивнул я. – Тогда скажите, сан-даар в силах навредить отродью?

- К чему ты клонишь?

- Я бинтовал раны на теле женщины. У нее была кровь.

Он дважды моргнул и решимости во взгляде поубавилось.

- Но… как же пес?!

- Боюсь, пес ошибся. Но вовремя это понял. Не думаете же вы, что простой смертный смог бы копьем одолеть сан-даара?

- Уж точно не ты… - он отпустил рукоять своего меча и, потер побелевшие пальцы. – Но, что я видел тогда?!

- Я полагаю, пса смутил запах, - я состряпал задумчивую физиономию. – Вероятно, пострадавшая женщина имела дело с отродьями раньше. Ведь демоны их используют как фамильяров. Те, кто возится с сан-даарами – пахнут сан-даарами. Те, кто с отродьями – отродьями. Также, как фартук трактирщика пахнет пивом и дымом. Вы понимаете к чему я веду?

- По правде сказать, Бруно у нас единственный знает запах отродья. Он успел повоевать. Другие псы уже новодел, они крови не нюхали, - добавил Генри.

- Дело в том, что губернатор Санара сейчас в очень неприятном положении. Мир с демонами может в любой момент закончиться. А ваша бравада и безрассудство могут осложнить и без того серьезное положение. Я и этого не имел права вам говорить.

- Проклятье… - эльф уронил голову на стойку. – Кажется… Да нет, я точно выставил себя идиотом. Последняя бутыль вина была лишней. Портить отношения с Дастаном мне совсем ник чему! Гильдия этого не простит…

- Ну, гильдия может и не узнать… - Генри задрал глаза в потолок. – На ваше счастье здесь никого нет, а мы с этим господином люди не злопамятные. И не жадные, заметьте.

- Вы сейчас серьезно? – воспрял духом повеса. - И вы готовы сделать это для меня после всех оскорблений?

- Все ошибаются, - я пожал плечами. – К тому же, лишний шум нам совсем ни к чему.

- В таком случае… - он, подумав, выложил на стойку две золотых монеты. – Вы примите мои скромные извинения?

- Безусловно, будьте покойны. Я прав, сударь?

- Без всяких сомнений, - кивнул я. – Рад был познакомиться. Может вина?

- О нет! Благодарю. Вынужден откланяться…

Едва договорив, Эльф встал, щелкнул каблуками и вылетел из таверны как ошпаренный. Пес ринулся следом.

Глава 8. Брезгливые боги

Пару минут мы молчали. Трактирщик налил две кружки пива и одну выпил сам.

- Вы знаете, кто это был? – спросил он, волнуясь. – Сынок одного из глав тех самых семей, о которых я говорил. Уж и не знаю, сударь, беду вы приносите или удачу. Мы были на волоске…

- Спирать все на пса было не лучшей идеей. Надеюсь, он не в обиде? Санара, как мне показалось, достойная женщина. Хоть и резка. Не хотелось бы доставлять ей проблем. Да, Бруно?

- Да пошел ты! – огрызнулся пес. – От тебя самого несет отродьем.

- Чего?! – я чуть не грохнулся со стула вместе с кружкой.

Пес отвернулся. Генри лишь развел руками, усмехнувшись.

- Видать, вы совсем издалека. С этими сан-даарами да фамильярами, я уж и сам запутался. Дожил, с каждой лисой здороваюсь, чтобы не обидеть. Ты, Бруно, конечно прав. Но твой новый друг все так повернул… Это ж надо, Ульрика извиняться заставил! Я этот золотой на память оставлю. Дырочку проковыряю и на шею повешу.

Пропустив еще по кружечке пенного, мы с Генри расстались. В таверну стал подтягиваться рабочий люд и я решил двигаться дальше. Пес уныло плелся следом, стараясь не смотреть в мою сторону. Остановившись в безлюдном месте, я тихо сказал:

— Это отродье теперь будет моим фамильяром.

- Плевать, - оскалился пес. – Ты слабак. Она сожрет тебя с потрохами.

- Если я слабак, то почему ты меня боишься? – спросил я прямо.

- С чего ты взял?

Я дернулся в его сторону и пес вздрогнул. Опрометчиво, конечно, но повадки собак немного знал. Нам преподавали в академии краткий курс кинологии. Не все забыто.

- Послушай… я чужой здесь. Ты даже не представляешь насколько. Мне не нужны проблемы, и так попал в переплет. Я здесь никого не знаю и никому не могу доверять. И уж точно не хочу наживать врагов.

- Плевать. Я просто провожатый. Пока бирка у тебя – я твой. Бирки нет – я про тебя забыл. Но если ты, падла, еще раз ткнешь в меня копьем у всех на глазах, загрызу как крысу!

- Понял! - я поднял руки. – Яснее ясного.

- То-то же! – усмехнулся пес. – Шагай куда присрется. Куда дальше?

- Я хочу больше узнать про магию…

Бруно долго петлял переулками, стараясь не опускать морду. Тут попахивало нечистотами. Вскоре, он вывел меня к большому белому зданию с множеством входов. Своеобразная, так сказать, архитектура. Чем-то похоже на муравейник.

— Это храм всех богов, - бросил пес. – Тебе нужно получить благословение любой из богинь. Без этого магия твоя будет слаба. Разве что свечку зажечь сможешь. Куда уж призвать фамильяра. Тем более отродье или сан-даара вроде меня.

- И… что нужно делать?

- Вон, видишь лысый мужик стоит у шатра, в балахоне? Иди туда, все расскажет. А я тут постою, не нравится мне это место.

Мужчина, определенно служитель какого-то культа, завидел меня издали и расцвел как подснежник.

- Что привело тебя путник в храм всех богов? – пропел он.

- Гм… жажда знаний, почтенный.

- Что же тебя тяготит?

- Как бы это сказать? У меня проблемы с фамильяром. Я совсем неумел в делах волшебных и не в силах его призвать.

- Понимаю, такое в наше время не редкость, да... А есть ли у тебя благословение? Хотя бы одной из богинь?

- На сколько я знаю, его нет.

- Как же тебе повезло! Только сегодня, за пару медных монет, наш храм предоставляет возможность узнать, кто же из восьми богинь тебе благоволит! Ты будешь точно знать кому приносить дары и обращать молитвы. Сэкономишь уйму сил и времени. Желаешь попытать счастье?

- Почему нет?

Служитель провел меня в небольшой шатер. Словно гадалка на базаре. Только вместо хрустального шара на столике стоял абсолютно прозрачный кубок. Замявшись, он чего-то ожидал.

- Ах да, деньги вперед… - я выложил две медных монеты, из заранее отложенной кучки, чтобы не светить весь кошель.

Выставив перед собой семь кувшинов, он проколол мой палец и взял капельку крови. Стряхнув ее в кубок, служитель принялся наливать воду из каждого кувшина, внимательно наблюдая за тем, что происходит. Но капля просто лежала на дне, не растворяясь.

- Странно… - он выплеснул кубок под ноги и снова поставил на место. – Обряд не всегда получается с первого раза…

Я сунул ему еще две монеты, но таинство, которое он ожидал так и не свершилось.

- А почему кувшинов семь, если богинь восемь? – спросил я наугад.

- А ты догадлив, странник… Почему бы нет? Хотя бы отринем эту возможность!

Служитель достал из-под одежды маленький флакон и, прочтя короткую молитву в три слова, капнул жидкость в сосуд с моей кровью. Он был уже почти полон.

- Ну вот, ничего не случи… О боги!

Вода в кубке резко загустела и окрасилась в темно-бурый цвет. Как венозная кровь. Дрожащими руками, мужчина выплеснул кубок и закидал лужу землей.

- Уходи! – процедил он сквозь зубы. – Ради всего святого уходи! Я тебя не видел, ты меня не знаешь!

- А что случилось то? – я сплюнул с досады. – Скажи хоть?!

— Это… - он нервно сглотнул. – Это значит, что ни одна из богинь не дает тебе своего благословения. Кроме той, кому поклоняются демоны. Если ты человек, никому никогда об этом не рассказывай. Если демон полукровка, то немедленно возвращайся восвояси. И никогда, никогда, слышишь? Не приходи в храм всех богов. Вот, забери свои грязные деньги!

Вернув монеты, служитель вытолкал меня из шатра. Убедившись, что этого никто не заметил, он снова расцвел блаженной улыбкой. Вот только глаз у него теперь дергался.

- Ну что, узнал? – зевнул Бруно.

Я кивнул. Посмотрев на пса, решил не спрашивать у него кому именно поклоняются демоны. Этот вопрос лучше задать оракулу, вероятно.

Вернувшись замок губернатора, я долго бродил по длинному балкону, ведущему в святилище, но так и не решился войти. Вернулся в отведенную мне комнатушку. Спал хорошо, видимо благодаря пиву. Мои сумки привезли ночью. А ближе к обеду, пришел солдат и отвел меня в святилище.

- Пес доложил о твоем поступке, - с порога начала Санара. – Оказывается, ты - умелый лгун.

- Нужно было сказать ему правду?

- Конечно же нет! Более того, теперь это официальная версия. Ты облегчил мне жизнь, Павлик. Я это ценю. Скажи, здесь все твои вещи?

Я бегло просмотрел сумки и кивнул.

- Кажется здесь все. Хотите? - я протянул ей шоколадку.

- Глупый вопрос… - она, краснея, приняла подарок.

Вскоре, объявилась и оракул. Я в деталях описал им обеим как провел день и что случилось возле храма. Санара побледнела.

- Беги! – прошептала Далия. – Беги!

Я сделал два шага и влип. Казалось, ноги вросли в пол, словно его измазали расплавленным гудроном. Столб света в центре святилища потемнел и стал багровым. На каменный пол зала ступила высокая, одетая в строгий костюм женщина. От ее взгляда кровь стыла в жилах.

- Вон! – бросила она Санаре. – Разговор не для твоих ушей.

Скрипнув зубами, губернатор Дастана склонила голову и быстрым шагом вышла за дверь.

- Ты ведь коснулась его разума? – она обратилась к оракулу.

Далия испуганно отступила назад, но женщина вдохнула ее словно табачный дым и закатила глаза.

- Так, так, так… как интересно! М… вот это интрига! Вот это я понимаю!

Подобрав с пола одежду оракула она поморщилась.

- Надо же, какая безвкусица…

Потом, ее взгляд обратился ко мне.

- Почему ты не скажешь им, что имя Павлик тебя бесит? – поинтересовалась она, как бы, между прочим.

- Вы, простите кто?

- Я? – она пожала плечами. – Богиня. Одна из восьми сестричек. У меня много имен, но ты можешь называть.... Ирия. Да, пусть будет так. Про себя можешь не рассказывать, оракул все уже сделала.

- Вы… убили ее?

- Что ты? Как можно убить то, что и так мертво? Оракулы служат богам, она проявится, не переживай. Знаешь, обычно моего благословения никто не просит кроме демонов. Я знаю, что ты тоже не просил, но уж больно интересно было взглянуть на того, кому сестрички отказали. На моей памяти такого еще не случалось. Значит, ты Павел Холодов из другого мира?

- Так точно. Если это не бред.

- А похоже? Мне в пору обидеться. Боюсь, что это реальность, - вздохнула она. – Так тебе нужно мое благословение или нет?

- Простите мою темноту. Для чего?

- Надо же, ты совсем меня не боишься? – она повела бровью. – Пытаешься говорить на равных?

- Я раньше никогда не общался с Богами.

- Нуда, ну да… - она взмахнула рукой и ноги мои снова обрели свободу. – В вашем мире нет живых Богов. Здесь все иначе. Мне приписывают множество черных дел, и, по правде сказать, отчасти это правда. Но я не дьявол. Я гораздо честнее своих сестер, хотя и не такая приятная в общении. Да, больше всего мне поклоняются демоны. Страх людей мне импонирует.

- Так кто же вы?

- Богиня высшей справедливости, кроме всего прочего. Видишь ли, без меня демоны не смогли бы породить отродий. Не смогли бы владеть магией и призывать фамильяров. Мои сестрички больше благоволят к людям, эльфам, полукровкам с красивыми мордашками. Но это ведь не справедливо! Это нарушает баланс! Как ты считаешь?

- Пожалуй. Вам виднее.

- Ты очень интересный экземпляр, Павел Холодов. Таких я еще не встречала. Мир без богов – это, должно быть, очень суровый мир? Ты даже не представляешь как нужен здесь, особенно после смерти Альбера. Забавный был… верил в добро. Но мои сестры брезгуют теми, кто полагается только на свои силы. А знаешь что?

- Что? – ее взгляд пронзал насквозь. Я ощутил это физически.

- Я дам тебе свое благословение просто так. Без всяких условий. Хочешь ты того… или нет. Ведь это несправедливо, что сестры так обделили тебя. Ой, как же будет интересно! Меня аж мандраж пробирает, честное слово!

Богиня оказалась весьма реалистичной. Прижавшись вплотную, она заглянула в мои глаза и задумчиво улыбнулась. От нее исходил терпкий, приятный аромат дорогого парфюма. Мне так показалось.

Прохладный, едва осязаемый поцелуй заставил меня вздрогнуть. Это было неожиданно. Такое чувство, что прикоснулся губами к вечности.

- Ну вот и все, пользуйся! – рассмеялась она звонко.

Окинув святилище пренебрежительным взором, богиня уже собиралась уйти.

- Простите, а как я сюда попал!? – вырвалось у меня из груди. - Как вернуться обратно?

- Понятия не имею, честно, – отмахнулась она. – Как ты попал в наш мир - для меня большая загадка… Как вернуться? Да кто его знает? Живи, радуйся тому, что имеешь. Да, и никому не говори о моем даре. Не надо.

Наваждение кончилось внезапно. Богиня пропала, столб света принял привычный розоватый оттенок. Одежда оракула вновь наполнилась духом.

- Ты цел? – спросил она первым делом. – Чего хотела богиня?

- Посмотреть на того, кого отвергли все боги… - усмехнулся я, чувствуя как дрожат поджилки.

- Она что-нибудь еще говорила? Спрашивала про отродье?

- Ничего… - я помассировал веки пальцами. – Сказала, что будет наблюдать. Ей забавно…

- Тебе плохо? Это скоро пройдет. Как хорошо, что ее привело лишь любопытство!

- Что теперь? Я имею в виду, что будет если ни одна не даст своего благословения?

- Ты привык жить без богов, - пожала она плечами. – Скорее всего, для тебя ничего не изменится. Попробуй освоить призыв и пару простейших заклинаний. У тебя сильный дух, должно получиться.

- Ясно, что ничего не ясно…

- Прости, мне нужно идти. Найди Санару, она знает ответы на твои вопросы.

Коснувшись моей щеки, оракул исчезла в столбе света. Поглазев на кристалл, я пару минут погрустил о своем.

- Эй отродье, ты как там? Есть хочешь?

- Да пошел ты! – послышалось глухо.

Пока меня не было, вокруг отродья соорудили ширму из жердей и грубого брезента. Похоже, она не поняла, что сейчас произошло. Порывшись в сумках, я достал упаковку гематогена. Одернув брезент, подставил ведро под ноги.

- Рот открой.

- Что это? – она подозрительно принюхалась.

- Какая тебе разница? Жуй да глотай. Бычья кровь…

Она тщательно пережевывала каждый кусок, пристально глядя в мои глаза. Играть в гляделки настроения не было. Думая о словах богини, я отрешенно разглядывал ее лицо. Похоже то, что, поначалу, казалось естественным окрасом отродья, всего лишь боевая раскраска. А светлые вкрапления – что-то вроде пудры, ли белой глины, которая пересохла и осыпалась. Наверное, так она пыталась отбелить лицо, чтобы пройти в город. Кроме стойкого запаха немытой плоти, она, как бы это помягче… попахивала нечистотами. Ну да, кто ж рискнет ее отвязать?

Решив пока оставить все как есть, я осмотрел повязки, прихватил кое-что из сумок и отправился на поиски Санары. Однако на улице ее не было. Постучавшись, я толкнул дверь кабинета. Она сидела на оттоманке с потерянным видом, в глазах теплился ужас.

- У вас все хорошо? – осторожно спросил я.

Санара медленно подняла взгляд и посмотрела сквозь меня.

- Сначала ты вляпался в заварушку с каретой, потом вступился за отродье, поставил на место Ульрика. Теперь тебя навестила Ирия – древнейшая из богинь. В довершение ко всему, Альбер отдал тебе свою книгу и ты видел меня голой… Трогал руками мое тело, как будто так и должно быть. Как долго ты уже здесь?

- Неделю? – пожал я плечами.

- При всем при этом у тебя хватает нахальства невозмутимо улыбаться, - подвела она итог. – Хм… наверное тебе можно входить без стука в мой кабинет.

- Простите, но я стучал дважды. Вы хорошо себя чувствуете, Санара?

- Я не видела Ирию много лет. Я думала, она оторвет мне голову при встрече… А она лишь выгнала за дверь. Да, я чувствую себя хорошо, по сравнению с тем, что могло бы быть. Впрочем, ничто не мешает ей сделать это позже. Чего тебе, Павлик?

- Прошло два дня.

- Ах да, твои вещи прибыли, - улыбнулась она натянуто. – Пришел снова полюбоваться моим телом?

- Чуть позже. Для начала немного крови. Позвольте пальчик?

Получив пару алых капель, я провел экспресс тест. Вскрыл одноразовую пластинку, растянул по прозрачной поверхности пробу крови и накрыл пленкой. На поверхности теста проступили тонкие полоски разных цветов и оттенков, в зависимости от реактивов, нанесенных на них. Подложив контрольную шкалу, я привычно посмотрел пластинку на просвет. Потом, подписав ее маркером, убрал в карман. Заперев дверь, вернулся к Санаре.

Развязав тесьму на поясе, она сбросила тяжелое темное платье, больше похожее на плащ и переступила через него. Сняла сорочку, оставшись в том виде, в котором я осматривал ее первый раз. На улице было еще светло, вечернее солнце заливало кабинет приятным желтоватым светом.

- Ну что, можно сказать, что вы здоровы. Кровь хорошая, если не считать недостатка железа и цинка. Но это легко поправить. Ранки заживают хорошо.

Я отлепил аппликаторы один за другим и бросил в камин.

- Еще один, - напомнила она, покашляв.

- Ну да, - я смущенно улыбнулся. - Вы позволите?

Санара поставила ногу на стол и отвела взгляд. Это заняло не больше секунды. Осмотрев розовый рубец, я без всякого умысла похлопал ее по бедру.

- Все, можно одеваться.

Но она осталась стоять на месте. Взглянув сверху вниз, Санара сверкнула глазами.

- Кто я по-твоему?!

Похоже я снова позволил себе лишнего…

- В каком смысле?

- Кто я в твоих глазах? Озлобленная на весь мир, уродливая калека, наделенная властью? Тиран, самодур? Стальная ведьма? Цепной пес Дастана? Я хочу знать, что думаешь ты – чужак, который ничего обо мне не знает.

Санара сверлила меня взглядом, стиснув зубы. Кулаки ее сжались. Я встал и привычно спрыснул руки антисептиком.

- Честно? Как есть?

Она решительно кивнула.

- Даже не знаю. Сколько эпитетов… Наверное, многие вас ненавидят?

- Есть за что.

- Что ж… - я собрался с мыслями и подобрал слова. - Характер у вас, конечно, скверный. Жесткий, решительный. Но именно он делает вам честь. Вы умная, красивая, абсолютно независимая женщина. Сильная настолько, что в состоянии проявлять милосердие, понимание, и вершить справедливый суд, не взирая на лица. Ваше слово -закон, ваш авторитет в Дастане и за его пределами непререкаем. Ульрик тому подтверждение.

- Ульрик тут причем?!

- Он протрезвел от одной мысли, что может потерять ваше расположение. С виду вы грозны, порой жестоки. Но, так же как Альбер и Гая верите в добро. Это не наивность, напротив, проявление мудрости. То, как вы держитесь, как держите город, вызывает, пожалуй, только восхищение. Вы не ведьма, Санара. Вы человек, который находится на своем месте. Спросите себя, что без вас Дастан?

— Ты правда считаешь, что меня еще можно считать женщиной? – голос ее дрогнул.

- Конечно. В вас есть своя, особенная красота. Вы просто забыли, как пользоваться своим очарованием. Нужно немного больше уверенности. Попробуйте реже появляться на людях в броне. Улыбайтесь, хотя бы иногда. Ведь ваши губы помнят, что такое улыбка?

- Ах ты ублюдок красноречивый… - она отвернулась и смахнула слезу. – Подай мое платье! Да как ты смеешь говорить мне такое? Ты глупый, жестокий мальчишка!

- Вы сами просили, - пожал я плечами.

- Убирайся! – выдохнула она. – Выметайся отсюда ко всем чертям!

Оказавшись за дверью, я облегченно выдохнул.

- Уф… штатный психолог тут бы явно не помешал. Ну, что мог - я сделал!

Отужинав на кухне замка, я вернулся в свою крошечную комнатушку и завалился спать.

Глава 9. Дикие скачки

Едва горизонт подернулся багрянцем, в комнату ввалился уже знакомый стражник.

- Подъем живо! Бегом за мной! Вещи свои собери!

Застегивая ремень на ходу, я бежал по переходам замка. То тут, то там, в свете факелов виднелись следы крови. Раненый солдат держался за стену. Я хотел помочь, но тут же получил тычок копьем в спину.

- Не останавливаться! Вперед!

Вскоре, показались и первые трупы, накрытые полотном. Судя по обуви, двое солдат и три мужчины в уже знакомых ботинках. Ночью на замок напали, но я, почему-то ничего не слышал. Пока мы бежали, насчитал человек двадцать в черных одеждах. У кабинета губернатора кипела неприятная возня. Солдаты, один за другим, вытаскивали в коридор окровавленные трупы. Дверь кабинета усеяли короткие арбалетные стрелы. Пахло гарью.

Губернатор Санара стояла у окна, в халате забрызганном кровью. Она поглядывала на улицу через подпаленные шторы. На плече ее покоился длинный клинок.

- Знакомые одежды, не правда ли? – усмехнулась она брезгливо.

- Вас осмотреть? Есть ранения?

- Нет. Мое обнаженное тело стало для них сюрпризом. Порой полезно иметь стальные конечности.

- Те же люди что и в лесу, верно?

- Решили застать меня врасплох, в моем же замке! Они даже не скрыли своих лиц, не сменили одежды! – Санара крепко выругалась.

- Книга?

- Да, скорее всего им нужна она. Не думаю, что они охотятся за тобой или за твоим снаряжением. Гая не оставила живых свидетелей. Но это лишь вопрос времени. Рано или поздно о тебе узнают.

Вспомнив, что собрал все гильзы, я согласился. Судя по мушкетону, который видел намосту у начальника стражи, огнестрел в Сарнале не такая уж и редкость. Это мог быть кто угодно. Но я засветился с отродьем, а это уже хуже.

- Ты должен немедленно покинуть Дастан, - словно читая мои мысли, заявила она.

- Понял. Мне нужно пол часа на сборы.

- Да ничего ты не понял, - она вздохнула. – Все уже собрано. Теперь, здесь не самое безопасное место. Я уже известила оракула и мы приняли решение. Ты возьмешь книгу и отправишься в одно укромное место на границе с демонами. Там есть святилище Далии. Она расскажет, что делать дальше.

- Мое оружие?

- Да, конечно. Расследование закрыто. У тебя есть немного времени. Скоро появится Бремер. Отродье придется убить. Прости, но игры кончились. Если ты не сделаешь этого сам, то я преступлю закон во имя благой цели. Мы не сможем вывезти вас двоих скрытно.

- А если оставить ее здесь?

- Ни сегодня – завтра она окрепнет и устроит в городе кровавую баню. Забот и так выше крыши. Сам понимаешь, я не могу этого допустить.

- Ясно. Могу я с ней поговорить?

- Да, только быстро.

Мы, буквально бегом, добрались до святилища. Санара сунула в мои руки свой меч. Он оказался легче чем выглядел. Догадавшись, что сейчас будет, отродье повисло на цепях. У нее подогнулись ноги.

- Сделай это быстро. Отруби ей голову, чтобы не мучилась.

Поняв, что пришел смертный час, демоница вытянула шею и закрыла глаза.

- Губернатор боится, что ты озвереешь, едва наберешься сил, - проговорил я.

- Правильно боится, усмехнулась она. Делай, как говорят и будет тебе счастье.

- А что тебе раньше мешало напасть? Вокруг много селений и беззащитных путников. Ты ведь давно здесь, не так ли?

- Хм… - Санара задумалась. – И правда, отродье, почему?

- Нам запрещено нападать на людей под страхом смерти. Мне хватало крови зверей.

- А что ты вообще здесь делала? Перед смертью нет смысла лгать.

- Да я просто со скуки умирала. Стало любопытно, как живут людишки. Потом, вот этого на дереве нашла. Уж больно аппетитным показался, решила попробовать… Кто ж знал, что так получится?

Я уставился на Санару.

- Она не лжет. Но это ничего не меняет!

- Она разумна, и это меняет все.

Взмахнув клинком Санары, я рубанул по цепям. Лезвие без особого труда перерубило подгнившие оковы и они со звоном упали на пол. Губернатор ошалело отпрянула в сторону. Отродье, почуяв волю, с хрустом расправила плечи и сделала пару шагов. Оскалившись, она одарила плотоядным взглядом Санару и уставилась на меня.

Перехватив меч за клинок, я вернул его хозяйке. Рука скользнула по застежке. Сквозная кобура отличная штука. Надавив на рукоять, я одновременно взвел и достал пистолет. Затвор сухо лязгнул, досылая патрон в патронник.

Поняв, что выбор не велик, отродье склонило голову и опустилось на колени.

- Я подчиняюсь твоей воле, человек… Приказывай.

Санара открыла рот, не веря своим ушам.

- Отродье боится смерти? Впервые вижу такое… Она тебя обманет!

- Скорее всего так и будет. Попытка не пытка.

- Ты тратишь время зря! – вспылила она. – От нее все равно будут проблемы! Всегда! Она ведь отродье, как ты не поймешь?

- Жизнь моя, решать мне. Как вы хотели вывезти книгу?

- Сначала отправим пустую карету, для отвода глаз. Запряжем ее шестеркой лучших лошадей, наложим взрывное заклинание. Потом, Бремер и Гая выберутся через подземный ход в ближайшую деревню, и уже оттуда отправятся на неприметной повозке. Книга будет у них.

- Ясно. Мне нужна карта, чтобы отметить место встречи. Вопрос, как незаметно вывезти из города ее. Одну отпускать точно нельзя.

- Карта? – губернатор нахмурилась. – Плохо, что ты не освоил магию… Ладно, дело твое. Затея бредовая, но время не терпит. Пусть отродье ждет здесь, я что-нибудь придумаю. Пошли!

На сборы ушли считанные минуты. В одном из залов замка, на стене, за большой портьерой, скрывалась огромная карта. Сделав несколько снимков на планшет, мы определились с местом встречи. Санара сунула мне в руки сверток и потребовала убрать его подальше.

- Вскроешь на месте. Понял?

- Понял.

- Подумай еще раз? Ты ведь понятие не имеешь на что способны отродья.

- А отродье понятия не имеет, на что способен я. Сколько дней она еще будет уязвима?

- Два, может быть три… - она пристально посмотрела мне в глаза. – А ты не так прост, Павлик. Что ты задумал?

- Если она выполнит свое обещание - отпущу. Ведь там земли демонов близко, так?

- А если нет?

- По обстоятельствам, - я отвел взгляд. – Жрать невинных людей я ей не позволю.

- Только невинных? – она скривилась. – Кажется, я поняла ход твоих мыслей. Не спорю, для победы все способы хороши, но не ошибись! Чтобы упасть в пропасть достаточно одного шага.

- Мне нужно срочно освоить призыв и остальные фокусы, которыми все владеют.

Подумав, Санара открыла стеклянную дверцу шкафа и, бегло просмотрев полки, вытянула оттуда небольшую плоскую книжицу.

- Держи. Это для детей, думаю ты разберешься. Что непонятно, спроси у Гаи. С минуты на минуту фальшивая карета покинет город. Нужно спешить.

Вернувшись в святилище, я облил отродье водой и отмыл наскоро, чтобы не так воняло. Санара принесла для нее плотную накидку. Такие укрывают от дождя сразу и всадника и лошадь. Как раз по размеру. Затянув ремень на ее крепком торсе, я последний раз проверил снаряжение и крепление автомата на рюкзаке.

Спустившись по винтовой лестнице в подземелье, мы быстрым шагом проследовали за Санарой. Всю стражу оттуда убрали, от греха подальше. Меньше знают – крепче спят. Губернатор вывела нас в заброшенную часть подземелья, в пещеру, где под разрушенным мостом что-то журчало. Она бросила факел вниз.

- Раньше здесь была река. Теперь ручей, по которому стекают нечистоты. Русло выведет вас под восточную стену. Стражи там сейчас нет. Двинетесь сквозь лес. Как окажетесь на опушке, подуешь вот в эту штуку…

Санара сунула мне в карман какую-то безделушку. Потом, пинком спихнула с моста намотку толстой веревки. Факел все еще горел внизу, тускло освещая дно пещеры.

- Почему вы мне помогаете, госпожа губернатор?

- Сама не знаю, - она задумалась. – Наверное потому, что считаю это правильным. Ты помог мне, я помогаю тебе. Ты видел меня голой, касался моего тела, но даже не подумал воспользоваться моей слабостью. Ты благородный человек.

- Я просто боялся вашего кулака…

- Ах ты паршивец! – она, наконец, улыбнулась. – Надеюсь, я смогу доверять тебе, если мы встретимся снова?

- Конечно, - подумав, ответил я. – Ведь кроме вас я тут никого не знаю.

- Вперед! Времени совсем мало. Солнце уже встает над лесом…

Отродье легко спрыгнуло вниз. Я же спустился по веревке. Едва ноги коснулись каменистой поверхности, Санара смотала ее обратно. Там, наверху, виднелся лишь силуэт. Махнув рукой, я подобрал факел и двинулся в сторону выхода. Прохладный сквозняк разил аммиаком. Факел вскоре погас, пришлось включить фонарь. Промочить ноги в дерьме в мои планы не входило, поэтому шли медленно. Отродье сопело за спиной, то и дело нависая сверху.

- Стой! - рыкнула она.

- Ну?

- Ты медленный, трусливый и не видишь в темноте! Полезай на спину, живо!

Я спорить не стал. Запрыгнул с разбегу и повис на ее шее. Стиснув мои колени локтями, отродье рванулось вперед. Чиркая по камням когтями, она преодолела расстояние метров в триста и, не сбавляя скорости вырвалась на простор. Покосившись на городскую стену, она с ходу перепрыгнула зловонное русло и свернула в лес. Ветки хлестали по лицу, но ее это совсем не смущало. Я опустил голову, чтобы удары приходились по каске.

Мы неслись мимо поселков и засеянных полей, миновали несколько скотных дворов и пересекли дорогу. Километров через десять, когда солнце уже поднялось над горизонтом, отродье замедлило бег и сбросило меня на землю.

- Все! Хватит с меня!

Она даже не запыхалась! Сорвала свое одеяние, исполосовав его когтями и растоптала ногами. Глянув на меня свысока, демоница подняла перебинтованную руку и произнесла три слова. Так я впервые увидел, как работает призыв. Пространство исказилось, земля разверзлась и на пустом месте вырос громадный рогатый бык. Такой же грязный, измазанный чем-то черным и маслянистым, как и его хозяйка. Стойкая вонь ударила в нос, глаза заслезились.

С виду, бык как бык, вот только вместо передних копыт у него массивные пальцы. Да и анатомия частично напоминала человеческую. На спине его виднелось седло, на боку, кроме громадного топора, поблескивали рукоятки клинков поменьше. Кнут свернутый кольцами, фляга, дорожные сумки. Такого пистолетом не напугаешь…

Я инстинктивно выхватил автомат, взвел затвор и разложил приклад.

- Не трогай его, Рори! – властно приказала она.

Бык уставился на нее не понимая.

- Он может меня убить. Я еще слаба.

- Какого хрена ты творишь? – выкрикнул я.

- Ты идиот, если думаешь что я буду выполнять твои приказания! Что, не ожидал, что у отродья тоже может быть фамильяр?

- Вообще плевать! Доставь меня к месту встречи и вали на все четыре стороны!

Бык медленно встал на ноги. Дорожные сумки и фляга повисли у него на ремне, теперь они больше походили на подсумки. Он ухмыльнулся и снял со спины топор. Отставив его в сторону, недоделанный минотавр двинулся ко мне.

Пуля, выпущенная из АК звякнула о сталь. Бык глянул на лезвие и ухмылка медленно сползла с его морды. Аккуратное отверстие с дымящимися краями поубавило пылу. Ствол автомата уставился ему в лоб.

- Рори назад! Дубина тупорылая, я кому сказала?!

Бык медленно отступил. Поставив его на четвереньки сильным пинком, отродье отобрала топор и вскочила в седло.

- Тебе следовало убить меня, дурень. Мы скоро встретимся, и я приду не одна!

- Быстрее чем ты думаешь, - бросил я.

Сплюнув на землю, она встряхнула поводья и бык послушно тронулся с места, ломая кусты на пути.

— Вот тварь неблагодарная!

Осмотревшись на местности, я открыл планшет и сверился с картой. Отрисованный трекер ушел вправо от намеченной точки, примерно километра на три. Вспомнив последние напутствия Санары, я достал из кармана безделушку. Оказалось, что это бирка под номером 17, которую мне выдавали перед выходом в город. Повертев ее в руках, я обнаружил с торца щель и подул в нее как в свисток. Однако, услышал лишь тихое шипение.

- Хм… надо же.

Сомнений не было. Это – ультразвуковой свисток. Такие же используют кинологи. Человек не слышит в частотах этого диапазона, а вот собаки – еще как. Не такой уж этот мир и отсталый. Я подул в свисток еще раз.

- Да хватит уже! - раздраженный рык принадлежал Бруно.

Боевой пес выбрался из кустов, стряхивая с себя листья.

- Что, кинула она тебя да? – ухмыльнулась псина. – Госпожа знала что так и будет.

Я обошел пса, на всякий случай, не убирая автомат. На его спине красовалось небольшое продолговатое седло с короткими стременами и пара небольших кожаных сумок.

- Ты здесь… зачем?!

- Сам-то как думаешь? Отослали меня куда подальше. Приказано доставить тебя к месту встречи и сопровождать до пункта назначения.

- Верхом?

- Не сильно то и хотелось…. Конь здоровый, мог бы и ножками потоптаться. Говорю же, приказ госпожи Санары. Давай живо! Нас ждать не будут. И убери свою пукалку! она меня нервирует.

Убрав оружие за спину, я схватился за седло. Вставив ботинок в стремя, перекинул ногу и уселся верхом на Бруно.

- А ты крепче чем кажешься.

- Морду пригнуть, за петли держаться! – рыкнул он. – Какой позор… я же не лошадь.

Двигался сан-даар куда мягче отродья. Я заметил, что он пользуется передними лапами как вразнобой, так и синхронно. В зависимости от типа поверхности. Пес огибал кусты и старался повторять изгибы местности, двигаясь меж оврагов и в гуще листвы. Я крепко держался за кольца, вмонтированные в его панцирь, Ветки хлестали по рюкзаку. Пришлось его снять и надеть задом на перед. Ехать стало заметно удобнее. Минут через двадцать, пес втянул воздух ноздрями и целенаправленно ринулся через поле к небольшому перелеску с раскидистым дубом. В тени листвы, вдали от посторонних глаз, стояла телега с высоким полукруглым тентом. Прям как в вестернах.

- Все, приехали! Господин Бремер, я его привез! – пролаял Бруно.

Герцог вышел из-за дерева с арбалетом наперевес. Сзади ко мне подошла Гая.

- Сдай оружие и подними руки! - потребовала она.

Я обернулся. Второй арбалет смотрел мне в ногу. Такая стрела не пробьет противоосколочную ткань, но гематома точно будет большой. Мышца перестанет нормально работать.

- Бруно, жетон ведь у меня, да?

- Ах ты черт! – фыркнул пес. – Да, приказывай!

Я пригнулся к холке и замер, просчитывая свои действия. Достать пистолет, я, скорее всего не успею. Да и стрелять в тех, кому однажды помог, не очень этично. Хотели бы убить, давно бы убили. Они просто боятся. Сан-даар может быть очень резким. Если Бруно сделает рывок, как тогда на мосту, они даже выстрелить не успеют…

- Кажется, нам с вами не по пути… Бруно?

- Стой! – встретившись со мной взглядом, эльфийка отбросила арбалет и подняла руки.

- Что ты делаешь Гая!?

- Бросьте оружие милорд, умоляю! Это было плохой идеей с самого начала. Мы не сможем его остановить!

- А где отродье!?

- Сбежала, - усмехнулся пес. – Как и следовало ожидать.

- Ладно! Черт… только давай без глупостей! Я уберу стрелу и спущу тетиву.

Бремер сделал, что обещал и бросил арбалет на землю.

- Бруно, у него есть еще оружие?

Мушкетон за поясом, - втянув воздух ответил пес.

- Ладно, ладно! – Бремер медленно ослабил боек. – Это против отродья.

- Теперь все, кивнул Бруно. Может ты уже слезешь?

- Потерпи еще минутку…

Я медленно выпрямился, зажимая в руке светошумовую гранату. Колечко соскользнуло по броне пса, застряв в стремени. Нагнувшись, я вставил чеку обратно и разогнул усики.

- Я же вам говорила! – бросила Гая.

- Встань туда, - приказал я, и эльфийка послушно перебежала к герцогу.

- Слезай уже! – взмолился пес.

Соскользнув на землю, я убрал гранату в подсумок и снял с седла рюкзак.

- Спасибо Бруно. Надеюсь, сюрпризов больше не будет, господа хорошие? Друзей у меня здесь нет.

- Кругом враги? – нервозно усмехнулся Бремер.

- Оружие я не сдам, а вот вы, пожалуй, не делайте резких движений.

- Санара сказала, что ты лекарь.

- Все верно, военный лекарь. Мои сумки у вас?

- Все здесь, в повозке!

- Чудненько. Значит, можно отправляться.

Глава 10. Пыль дорог

Я быстро проверил сумки и уселся у заднего борта повозки, предусмотрительно подстелив под зад какой-то тюк. Солнце уже поднялось в зенит, и Бруно, прячась в тень от тента, брел позади. Позавтракать мне не дали, время к обеду. Порывшись в сумке с провизией, я достал галеты и бутылку воды.

- Будешь? – я протянул галету псу и тот, обнюхав, слизал ее языком.

- Преснятина… Не давай мне больше.

- Какие мы привередливые! А чем обычно питаются сан-даары?

- Всем, что найдут. Или тем, что дадут. Мы, как отродья, можем вообще без пищи обходиться. Только нам крови не надо.

- Ага, а если дать крови сан-даару?

- Он станет твоим фамильяром. Если захочет, конечно. При условии, что он у тебя не первый. А если первый… - Бруно вздохнул. – Тут уж хочешь – не хочешь, придется.

- Ты тоже чей-то фамильяр?

- Я? Да нет, боже упаси. Я служу за жалование и еду. С тех пор, как мой жетон попал к госпоже Санаре. Она мудрый, сильный правитель. Все боевые псы ее очень уважают. А я подвел… Чертово отродье! Теперь придется служить тебе, пока не сдохну.

— Это еще почему?

- Ты, человек, и правда не слишком умен, как я погляжу. Если отродье сказала, что вернется, то она вернется. Сама она тебя убить не может, понятно почему, но другие отродья еще как могут. Придется тебя защищать… Там, куда мы идем, граница с землями демонов совсем близко. Ее считай нет. Фанатики туда не суются.

- А… куда мы едем? – спросил я вкрадчиво.

- Тарсис. Форпост вдали от торговых путей. Там штольни. Демонам позволено добывать руду и серу.

- На вашей территории?

- Ну да. Обычные демоны мало чем от людей отличаются. Разве что внешне они крупнее, сильнее, кожа другая. А так, работяги как работяги. Даже поговорить можно. Видишь ли, люди в шахтах долго не живут, каторжников не напасешься. А демонам сера не страшна. Все равно, что тебе пар вдохнуть. Им нужно железо, нам – сера. Вот и весь умысел. Понятно?

- От чего ж не понять. Ты сегодня на редкость разговорчив, Бруно.

— Ты понравился Генри, а он людей чувствует. У меня в сумке подарочек для тебя. Белый порошок. Потом посмотришь. Раз уж нам жить бок о бок, неплохо бы узнать тебя получше.

— Вот, вот! – Гая упала с лавки возничего и переползла ближе. - Мы ведь о вас ничего не знаем!

- А я не горю желанием открываться людям, которые тычут в меня оружием! Вот так и помогай…

- Слышь ты?! - Бремер натянул поводья и обернулся. – Я тебе денег отвалил столько, что на всю жизнь хватит! Холоп неблагодарный!

- Ты эти деньги себе в задницу засунь, если хочешь. Я тут без году неделю, а уже вляпался по вашей милости. Да лучше б я сдох со своим отрядом!

- Да… Да как ты с герцогом разговариваешь!? Чернь!

- Ну все. С меня хватит…

- Да что ты мне сделаешь? Ты хоть саблю в руках держать умеешь?

- Бруно, дружище, откуси герцогу яйца, они ему явно жмут, - я подмигнул псу, и тот ринулся исполнять команду.

Бремер, поняв всю трагичность своего положения, застыл хватая воздух ртом.

- Прошу вас, не надо! – взмолилась Гая.

- Что герцог обосрался? – Я зло усмехнулся. – Бруно отбой! Не ешь эту гадость….

Пес вернулся на прежнее место. Шутка ему явно зашла.

- Вы простите герцога, он вам не доверяет, вы - чужак… - Гая постаралась смягчить ситуацию.

- Для меня вы все чужаки. Здесь все чужое и странное. Даже воздух.

- А какой ваш мир? – она широко раскрыла глаза.

- Мой мир? – я поморщился, думая стоит ли отвечать. – Он был прекрасен, пока не началась война. Да, войны были и раньше, но эта самая глупая, жестокая и бессмысленная из всех. В моем мире нет магии, только наука и технологии. Воздух не такой чистый. Все тяжелее, чем здесь. Ну, притяжение земли сильнее, если ты понимаешь о чем я.

Она кивнула.

- Должно быть, сейчас там ядерная зима. Все, кого я знал погибли… А я тут, живой и вполне себе здоровый.

- А что такое ядреная зима? Я не совсем поняла.

- У людей есть оружие, очень мощное. Это… как маленькое солнце, оно испепеляет все вокруг, на многие километры. Моя страна имеет его столько, что можно несколько раз погрузить все континенты на дно морское. На несколько десятков лет война стала невозможной. Она потеряла смысл. Ведь стоит одной стране ударить таким оружием, как другая тут же ответит. Взаимное уничтожение. И потом, после этого, жить в тех землях нельзя несколько сот лет. Там очень сильное излучение, оно убивает все живое.

- А как это связано с зимой?

- Пыль и пепел от взрыва поднимаются высоко в атмосферу. Там они могут висеть десятилетиями. Солнечный свет не попадает на землю, не согревает ее. Она остывает, превращаясь в безжизненную ледниковую пустыню. Растения, животные, люди – все гибнет. Есть, конечно укрытия на этот случай, но там только малая часть выживет, если успеют спрятаться.

- Жуть какая… А как же другие расы? – взволнованно прошептала Гая.

- У нас нет других рас в вашем понимании. Только люди. Но мы и между собой умудряемся передраться.

- Так… значит твой мир погиб, и ты последний из своего вида?

- Гм… Об этом я как-то не думал. Все может быть.

Пораженная тем, что услышала, Гая вернулась к герцогу и молчала всю дорогу до самого вечера. На ночлег остановились в роще, загнав повозку в овраг. Бруно нашел удобную возвышенность, с которой все видно и залег там. Я, чтобы размять ноги, решил осмотреться сам. Когда вернулся, спутники уже развели костер. Гая ткнула герцога локтем и тот нехотя встал.

- Послушай… кажется мы не с того начали.

- Ну?

- Я герцог Анри Жоспен Бремер. Мой отец – поставщик королевского двора, в прошлом. Пока еще были короли… Моя семья занимается производством живой брони для знати и всех, кто может ее себе позволить. Собственно, за это отец и получил титул, богатство и земли. Если отбросить формальности, то я не совсем обычный, но… ремесленник. Госпожа Санара мой хороший друг и покровитель. Недавно мы с Гаей потеряли наставника и друга. И меня бесит, что он завещал свои труды тебе, а не мне!

- Анри! – одернула его Гая.

- Ах вот оно что. Понимаю… Что ж, начнем знакомство сначала. Я, как это у вас говорится, простолюдин. Павел Георгиевич Холодов. Санинструктор, сержант. Военный медик, если точнее. У меня никого нет, мой мир в руинах, а здесь я по прихоти неведомых сил. Иду туда, не знаю куда, с тем, не знаю с кем. А книга эта, уж прости, мне не нужна. Там бред сивой кобылы, по большей части.

- Ты хочешь сказать, что знаешь больше? – усомнился Бремер.

- Я хочу сказать, что ваши представления о медицине и сам подход к изучению – примитивны. Настолько, насколько это вообще возможно. Хотя, фурункулы Альбер лечил, в целом, правильно. Впрочем, то, что вы называете живой броней, меня впечатлило. В моем мире таких технологий нет.

- Серьезно? А какие есть? – его задели мои слова.

Я открыл подсумок с планшетом и подошел ближе. Экран засветился, показав заставку.

- Светильник? – усмехнулся Бремер.

- Почти. Алиса, покажи запись боя от 12.04.2035 года.

- Одну минуту… - отозвался мелодичный голос. Гая тихонечко подошла ближе.

Штурм Берлина поверг моих спутников в шок. Я занимался своей работой, с боем прорываясь к раненым, но на экране то и дело мелькали танки, БМП, штурмовые дроны и робособаки с различным обвесом. Одни вели огонь из пулеметов, другие несли на себе боезапас и мины. Среди пыли и взрывов, пару раз промелькнули штурмовики в экзоскелетах.

— Вот эти костюмы усиливают человека, позволяют нести больше брони и оружия. Внутри вот этих машин сидят люди. А вот те, с ногами – управляются искусственным интеллектом. Они не живые.

Я переключил видео на последнюю запись 5-го мая.

- А вот это я видел в последние минуты, до того, как попасть сюда.

Яркая вспышка перед самым лицом оборвала запись. Бремер застыл с остекленевшими глазами. Гая плакала от переизбытка впечатлений.

- Война – везде война… - выдавил из себя герцог.

- Смерть – везде смерть, - усмехнулся я грустно.

- Сколько тебе? Лет двадцать?

- Двадцать три.

- Как долго… Как вообще можно выжить в этом аду?!

- Два года, - пожал я плечами. – Ко всему привыкаешь… Человек, знаете ли, та еще тварь.

- И это все… без магии? – тихо спросила Гая.

- Да. Может оно и к лучшему, что у нас ее нет.

— Значит, ты действительно целитель. Без магии, без алхимии?

- Почти. Алхимия у нас есть, причем очень продвинутая. Но тоже без колдовства.

- А что в сумках?

- Лекарства, инструменты, немного еды… оружие.

- И… все из иного мира?

- А разве Санара не говорила?

- Нет, я едва успел осмотреть ее раны. Те, что лечил ты. Сдается мне, что спасаем мы вовсе не книгу. Вернее, не только ее. Теперь, я понимаю от чего так взволновалась Гая. Наши проблемы намного серьезнее, чем я думал.

- Может быть поедим? – улыбнулась эльфийка. – У меня живот уже крутит от тряски.

За ужином, мы немного поговорили на отвлеченные темы. И я и Бремер чувствовали себя неудобно. Оба старались не касаться болезненных тем. Просто вечер, просто ужин. Остатки похлебки отдали Бруно. Сан-даары почти не нуждаются во сне, так что ночью наш покой никто не тревожил. Утром, перекусив хлебом и колбасой, мы снова тронулись в путь.

К счастью, погони не было. В поездке, я от корки до корки прочел книгу, подаренную Санарой. Такие вещи, как призыв огня, ориентация на местности, отсылка магических сообщений и прочее – я освоил легко. Особенно меня впечатлил экран статуса. Так его называют в играх и книгах. Там описаны все твои умения, навыки, способности, уровень магической энергии, богиня – покровительница, и много чего полезного. А еще его можно сделать видимым для других или, напротив, скрыть.

Гая самозабвенно начала рассказывать о навыках и умениях, но их было столько, что у меня голова кругом пошла. Говорят, даже мудрецы знают не все из них. Богиню - покровительницу, я предусмотрительно скрыл. А вот в фамильярах числилось отродье. Кстати, уровень ее здоровья, навыки и магическая энергия тоже отображались. Как и местоположение.

В основных навыках значились: стрелок, целитель, тихий шаг, алхимик, призыватель нечисти, чужак. Как ни странно – кузнец, наставник, переговорщик и… безбожник. Ну, последнее и так понятно. Было там еще много чего, но я оставил на потом.

А вот Гаю уж сильно удивил навык «инвентарь».

- Эй, Анри! Ты только взгляни, у него инвентарь есть! Такой же как у тебя.

- Да ладно?! – Бремер осадил коней. – И правда… А какой объем?

- Странно, тут не написано, - пожала она плечами.

- А кто у тебя покровитель? Благословение есть?

- Не знаю, - солгал я. – Не дошел до храма.

- Плохо. Значит потом появится. У меня покровитель Нея - богиня изобретателей, творцов и ремесленников. Она часто дарует этот навык. Очень полезная штука! Можно оружие прятать, инструмента гору с собой не возить. Говорят, если инвентарь большой, в него даже самому заглянуть можно.

- А пользоваться как?

- Как призывом, только вещи призываешь. И наоборот. Кстати, фамильяра можно там держать сколько угодно долго, представляешь?

- Да ну? - я тут же оживился. – Даже отродье?

- Гм… Ну да, если поместится, - Бремер сразу переменился. – Терпеть их не могу. Как тебя угораздило?

- Отпила моей крови, - отмахнулся я. – А у тебя что за фамильяр?

- Лис… - он занервничал. – Посылки небольшие носить, заказ передавать. Очень удобно, знаешь ли.

- А у меня – ястреб! – гордо завила Гая. – Только он сейчас на задании. Как вернется – я вас познакомлю.

- А у Санары?

- У госпожи Санары, – поправил герцог. – У нее был роскошный боевой единорог. Тоже сан-даар, как и Бруно. Но он погиб в последнем бою. Вынес ее с поля боя и умер. Больше она не хочет заводить фамильяров. Хватает боевых псов, что приютила после войны.

Я замолк, вспомнив как война изувечила ее сильное, красивое тело.

- Вы сделали ей замечательные конечности, Анри.

- Да, не самые лучшие, но… - он вздохнул. – Не все зависит от меня. Мастерство – это лишь малая часть стоимости. Материалы очень дороги. Мне пришлось забрать у нее все, что было. Во время войны, Санара повздорила с самой Ирией. Это богиня войны, крови и плотской любви. А еще справедливости, как бы странно это не звучало. Санара скиталась по графствам, добывая себе пропитание клинком. Никто не брал ее на постоянную службу, все боялись богиню. Даже семья старалась не общаться с ней.

- А как она стала губернатором Дастана?

- О, тут царил такой хаос, что боги закрывали на это глаза. Город-то на перекрестке торговых путей, рай для охотников за наживой. Никто и близко не желал этой должности. Тогда оракул по имени Далия, заручившись поддержкой семи сестер, обратилась за помощью к Санаре.

- Санара призвала к себе всех боевых псов, у кого хватило стойкости не стать фамильярами. Бруно был одним из первых, - встряла в рассказа эльфийка. – Она и меня наняла, как лучника. Вот это было побоище! Мы выслеживали бандитов, заставали врасплох и истребляли без жалости!

- А она, оказывается кровожадная, - заметил я негромко. Бремер улыбнулся.

- Что? – Гая насупилась. – Я же не всегда была помощницей Анри. Я, если что, умелый воин!

- Удар ты держишь, - улыбнулся я. — Это уж точно. А с виду такая безобидная. Сама простота…

- А ты мальчишка! И с виду, и вообще...

Я не стал вдаваться в спор о возрасте, тем более, что госпожа губернатор предупреждала об этом.

- Так, что с Дастаном?

- А, она навела порядок. В Дастане все равны. Особых гостей охраняют боевые псы. Да ты и сам знаешь. Есть там и другие сан-даары, но о них не распространяются. Кое кто служит в страже. Иные негласно охраняют город и его окрестности.

- Теперь хотя бы понятно, почему Санара так боится Ирию… Дамочка, скажем прямо, своеобразная.

- Ты… видел богиню? – чуть слышно спросил герцог.

- Она приходила взглянуть на меня, так из любопытства. Санара… она очень расстроилась. Больше сказать не могу.

- Да, да, конечно. Закроем эту тему поскорее. Дела богов – это дела богов. Жив остался и то хорошо, да Гая?

Эльфийка быстро кивнула. Будто от этого что-то зависело.

Дорога до Тарсиса занимала почти десять дней. Напрямик от границы до Дастана всего дня четыре пути, но мы двигались по извилистым дорогам, выбирая самые безопасные маршруты. Гая периодически вызывала магическую проекцию карты и отсылала сообщения, так сказать, в общий чат, чтобы узнать безопасен ли путь. Мне пришлось снять жилет и переодеться. Длинная накидка делала меня похожим на остальных путников. Пару раз мы прибивались к охраняемым караванам и платили наемникам за сопровождение. В эти дни Бруно двигался поодаль от нас, не показываясь на глаза посторонним людям. Последний раз, я попробовал разместить его в инвентаре. Все получилось.

Повозку трясло на ухабах. Колеса мерно поскрипывали, навевая сон. Анри и Гая менялись местами, а я дрых дни напролет. По вечерам чистил оружие, приводил в порядок снаряжение. Еще раз перечитывал книжку по магии. Практиковался. Бремер и Гая посмеивались над моими неудачами и радовались как дети, когда что-то действительно получалось. Я практиковал все, кроме призыва. А улучив момент, тайком, пытался засунуть в инвентарь все громоздкое, что находил в окрестностях. Когда там скопилось достаточно барахла, я, наконец, понял примерный объем магического хранилища. Штука действительно оказалась удобной. Еще бы, столько дров можно таскать с собой. Правда, я позабыл о Бруно, но он, вроде бы, ничего не понял. Или сделал вид, что не понял… Удивительно разумный пес.

Поэкспериментировав с разными предметами, грязью, жидкостями и мелким зверьем, я понял, что в инвентаре ничего не смешивается. То есть, зверьки не жрут провизию, а вода и грязь не портят одежду и прочие вещи. А вот если соединить их до помещения в инвентарь….

В общем, открылось огромное поле для экспериментов.

Глава 11. Форпост

Врат Тарсиса мы достигли уже затемно. Бремер специально устроил привал до заката, чтобы встать до восхода солнца. Не считая коротких привалов, он гнал лошадей, что есть мочи. Становиться на ночлег в этих местах ой как опасно. Зверье дикое, пограничье, опять же. Пришлось орать под стенами цитадели битый час, чтобы солдаты опустили мост.

- Рисковый вы человек, милорд, - командир стражи - мужчина лет сорока со смертельно уставшим лицом, заглянул в повозку. – Все на выход. Вещи и документы к осмотру!

- У меня только лапы и хвост, - проворчал Бруно, усаживаясь возле лошадей. – Под хвостом показать?

- Ах ты бродяга! – офицер вяло улыбнулся. - Какими судьбами к нам?

- Да вон, сейчас увидишь… Только за оружие не хватайся, он у нас не местный. Законов не знает, может и покалечить.

Я вылез из повозки и подал руку Гае. Сумки и рюкзак еще на подъезде убрал в инвентарь, чтобы у стражи не возникало лишних вопросов. Люди здесь суровые, долгих пререканий не любят. Оставил оружие, бронежилет и по два подсумка на поясе. Памятуя о встрече под дубом, надел защиту бедер и плеч. Не хватало стрелу в ногу получить.

- Опа… а это что за чудо воин?

- Сержант Холодов, - я отдал честь как положено.

- М… целый сержант? Может и документики имеются? – усмехнулся тот.

- Документы у меня, Сарен, - сказал герцог. – Надеюсь, наши не нужны?

- А почему бы не поглядеть лишний раз? Пойдемте сударь в сторожку, госпожа Гая ведь помнит дорогу?

- Да, конечно. Мы пока отведем лошадей и разгрузим повозку.

- А где господин Альбер? Он прибудет позже?

- Сарен, я все объясню. Не здесь.

Мужчина нахмурился и зашагал к массивной двери рядом с вратами.

Загнав повозку под навес, мы распрягли лошадей и увели в стойло. Гая легко справлялась с этой работой. Сено она взяла из общей кучи, а воду лошадям налила из бочки, что стояла в повозке.

- Здесь плохая вода, - пояснила она. – Лошади могут заболеть. Не смертельно, но в пути это плохо.

-Ясно. Куда дальше?

- Так… бери сундук а я возьму остальное. За раз не унесем…

- Может в инвентарь?

- Нет! Ни в коем случае. Храни это втайне пока что. Солдаты должны видеть, что мы таскаем.

Скромных размеров сруб, метрах в пятидесяти от стойла, определили как гостевой домик. Внутри, у дальней стены, из камня сложили подобие камина с очагом, по сторонам сколотили нары. По центру поставили небольшой грубый стол. Крышу смастерили из бревен и грубо сработанных досок. Чтобы не протекала, измазали все смолой, перемешанной с глиной.

- Здесь не до уюта, - улыбнулась Гая. – Ночь бы пережить.

- Звери? – догадался я, оценивая толщину двери и массивный засов.

- Ночные твари. Бывает, что и виверны заглядывают. Так что на ночь тут все наглухо закрыто. Рисковать жизнями зря никто не хочет.

- Теперь понятно, почему у привратника такое лицо.

- Ах это? У них у всех тут такие лица. Это из-за серы и воды. Здесь служат в основном штрафники. Кто-то чтобы избежать каторги, другие - за мелкие и средней тяжести преступления. Но все опытные солдаты.

- Понятно. А где рудник?

- Там, дальше. В скале. Ее видно с башни. Граница здесь совсем близко, по ту сторону гряды уже земли демонов. Утром увидишь.

Бремер пришел часа через два. От него попахивало крепким спиртным. Гая сварила похлебку, я нарезал хлеб. Герцог выставил на стол бутыль и достал стаканы.

- Помянем Альбера? – смахнув слезу предложил он.

И мы помянули. Самогон оказался мягким, но жутко долбил по ногам. После третьей дозы я с трудом перебрался на нары. Гая и герцог негромко переговаривались, вспоминая друга. Но я его совсем не знал. Вскоре уснул сладким сном.

Когда проснулся, спутников не было рядом. Снаружи слышалась какая-то суета. Выйдя за дверь, с удивлением обнаружил, что они собираются в дорогу.

- Не понял, мы дальше едем?!

- Мы свое дело сделали, - проговорил герцог. – Доставили тебя и книгу в безопасное место. Сейчас мы нужны в Дастане.

- Только не думай, что мы бросаем тебя одного! – Гая схватила меня за руки. – Ты совсем не знаешь нашего мира, не знаешь наших законов. Как только все утрясется, мы вернемся. Оракул тебе все объяснит.

- Нападение на губернатора Дастана – серьезное преступление. Сродни объявлению войны. Сейчас Санара стягивает силы для ответного удара. Фамильяр Гаи уже отыскал убежище фанатиков, совет оракулов дал свое разрешение. Губернаторы соседних земель предупреждены.

- Я мог бы помочь.

- Нет! Это не твое дело, – герцог сунул мне в руки книгу, завернутую в ткань. – Здесь, в Тарсисе, у Альбера большая мастерская. Прошу, изучи его труды, используй свои знания и доведи учение хоть до какого-то вида. Чтобы можно было воспитать новое поколение лекарей и целителей.

Грузный мужчина лет шестидесяти, в сопровождении солдат, тяжело взобрался в повозку.

- Здравствуйте… и прощайте! – улыбнулся он. - Желаю удачи!

- Так… - Бремер задумался потирая лоб. – Вроде бы ничего не забыл.

Гая закрыла борт повозки и уселась на место возничего. Я смотрел на нее с нескрываемым раздражением.

- Прости, так надо, - виновато улыбнулась она.

Бремер, дыхнув перегаром, крепко пожал мою руку и кивнул.

- Ты… хоть и чужак, но человек, вроде, хороший. Свидимся. Обязательно свидимся!

Вскочив в повозку, он уселся рядом с эльфийкой и взмахнул плеткой. Четверо всадников в тяжелой броне, двинулись следом. Когда ворота закрылись, ко мне подошел командир стражи.

- А что за мужчина уехал с ними? – запоздало спросил я.

- Так наместник это. Все, отслужил свое, давно ждал замены.

- Сарен, верно?

- Так точно.

- В каком смысле? Какой замены?

Он уставился на меня с подозрительной ухмылкой и протянул свиток в кожаном футляре.

- Осторожно, это официальный документ. Рвать нельзя.

Я развернул бумагу и бегло пробежал взглядом. Фраза «Указом губернатора Дастана назначен наместником при крепости Тарсис, до особых распоряжений», врезалась в мозг словно осиновый кол.

- Что за хрень?! Какого лысого здесь творится? Кто главный?

- Главный? – Сарен рассмеялся. – Теперь вы здесь власть, наместник. Принимайте хозяйство!

Я стоял посреди огромного внутреннего двора крепости, в грязи по щиколотку, в наскоро надетых берцах. Со стен на меня глазели унылые стражники, одетые в ремки, отдалено напоминавшие форму. Шесть боевых псов хмуро поглядывали из своих каменных вольеров. Бруно на их фоне поблескивал броней, как сопля на морозе. В довершение ко всему пошел мелкий, как крупа, снег.

Странно, но раздражение вдруг пропало. Ушло без следа. Снова вокруг грязь, измотанные вояки, и граница, которая в любой момент может стать линией фронта. Должно быть, я, все же, сошел с ума… Это эффект нормали. Когда человек чувствует себя хорошо не там, где спокойно и нет опасности, а там, где он привык находиться. В том состоянии к которому адаптировался. И чем сложнее протекала эта адаптация, тем сложнее в последствии переключиться на «спокойную» жизнь. Проще говоря, я почувствовал себя в своей тарелке.

- Где святилище? Мне нужно поговорит с оракулом.

- Иди за мной. Оно у нас… в общем, в укромном месте.

Мы прошагали через весь двор. В скале, к которой примыкала крепостная стена, зиял проход, закрытый наспех сколоченными досками. Убрав «дверь» в сторону, мужчина провел меня по узкому, короткому коридору. Здесь, в расщелине, из обтесанных блоков построили каменный стакан со сводчатым потолком. Метра четыре в диаметре, не больше. По кругу поставили короткие лавки. По центру блок, в середине которого выдолбили глубокое углубление. Под потолком мерцал скромных размеров кристалл. Столб света едва ли толще человеческой руки.

- Я там буду, снаружи… - буркнул Сарен.

Поняв, что Далия мне не явится во всей красе, я прокашлялся. Столб света вспыхнул, по воде пошла рябь.

- И как это все понимать? – спросил я спокойно.

- Послушай… - голос оракула звучал ясно и четко. – Сейчас тайное становится явным. Впервые со времен великой войны, враждебные силы подняли голову. Ты и книга Альбера – очень ценны.

- Поэтому вы решили нас спрятать?

- Нет! Не совсем. Я знаю, ты воин по духу. Санара поклялась мне защищать твою жизнь любым способом. Даже рискуя вызвать гнев богов. Ты бы согласился на это добровольно?

- Наверное нет…

- Я так и знала. Совет оракулов, при немом согласии богов, решил дать тебе возможность защищаться самому. Ты попал в этот мир не по своей воле и мы не вправе решать что для тебя хорошо, а что плохо. Так же, как и ты не вправе судить нас исходя из своих взглядов.

- Пусть так. Это, хоть и с натяжкой, но справедливо, - согласился я.

- Отчасти, это следствие твоих решений. Помнишь, я говорила об ответственности? Отродье обязательно вернется к тебе и попытается убить. Тарсис находится в зоне пожизненной ответственности госпожи Санары, как и другие земли, приписанные к Дастану. Формально, эти земли принадлежат ни нам ни демонам. Вы называете это нейтральной полосой. Но власть принадлежит наместнику, то есть тебе. С этого дня ты поступаешь на службу к губернатору дастана. Твои документы у начальника стражи. Ты вправе казнить миловать, приказывать и требовать исполнения своей воли.

Поставки серы не должны прекращаться, так же как и добыча руды. Можешь не лезть туда вовсе, все налажено. Как ты решишь проблему с отродьем – твое дело. Но книга не должна попасть в руки фанатиков. В крайнем случае - уничтожь! В остальном, ты вправе выстраивать оборону как тебе вздумается, любыми доступными способами.

Крепость снабжается из казны Дастана. Санара поможет чем сможет, но сейчас траты резко выросли, на многое не рассчитывай. Раз в месяц сюда приходит летучий корабль. Он забирает груз серы и привозит припасы. Что-то мелкое могут доставить фамильяры. В сундуке, что привез Бремер – твоя казна. Я так понимаю, что прежний наместник уже уехал?

- Полчаса назад, вместе с Бремером и Гаей.

- Замечательно. Принимай командование, Павлик. Если нужен совет – я всегда отвечу на твою просьбу.

- Павел, меня зовут. Павлик – для самых близких… а их у меня не осталось.

- Совет поступил справедливо, ты должен быть благодарен.

- Я… благодарен, о великий оракул. Осталось прийти в себя. Конец связи…

Столб света померк. Вернув себе бледное, едва различимое свечение. Присев на лавку, я несколько минут побыл в тишине, стараясь ни о чем не думать. Выйдя на свет Божий, сразу наткнулся на командира стражи.

- Ну как? Помогло? – рассмеялся он с долей злорадства. – Сюда просто так не попадают и просто так отсюда не выбраться. Так-то пацан!

- Не пойму твоей радости, Сарен. Что ж… решение совета оракулов – штука серьезная. Наместник значит? Замечательно… - протянул я оглядывая плац. – Значит, начнем с дисциплины и гигиены!

Его передернуло от моей ухмылки.

- Так где, говоришь, тут наместники живут?

- Я провожу! Покои наместника в крепости.

- Хотя нет… я вздремну пару часов в избушке. С мыслями соберусь. Пока что занимайтесь своими делами, а в полдень общее построение! Быть всем, без исключений. И подготовь, пожалуйста, список населения крепости. Ты кто по званию?

- Капитан, - шмыгнул носом Сарен.

- А я сержант. Значит, тобой будет командовать младший по званию. Ты прав, будет весело! Люблю позитивных людей!

- Каких? – не понял он.

- Ну, которые принимают трудности с улыбкой.

Сарен резко погрустнел. Прошагав по грязной мостовой, я закрылся в избушке, скинул берцы и рухнул на нары, забывшись тревожным сном. Засада так засада!

К полудню выглянуло солнышко. Я оделся по форме, проверил оружие, начистил берцы до блеска, тактический шлем привычно прицепил на грудь бронежилета. Ровно в полдень, в дверь постучали. Сарен сунул мне в руки список и отскочил в сторону.

- Смирно! Равнение на середину! – эхо его громогласного рыка отразилось от стен. – Господин наместник, гарнизон крепости, согласно вашему приказу построен!

- Встать в строй.

- Есть! – Сарен поспешил к своим людям.

Выйдя в центр площади, делая вид, что читаю список, я оглядел строй. И сразу понял о каком нюансе позабыл напрочь. Все они пришли со своими фамильярами!

Бруно подошел сзади и сел рядом.

- Так и должно быть? – тихо спросил я.

- Общее построение всегда с фамильярами. Ты не знал?

- Гм… ну давай, рассказывай, раз ты тут свой.

- Ну, короче смотри: Сарен отвечает за то отребье, что охраняет внутренний двор, ворота, и стены крепости. Это все штрафники. Так же они следят за порядком у штолен и в рабочем поселке демонов.

Вон та банда полупьяных дворфов – это канониры. Их тут рыл двадцать наберется. Старший… где же он? А! Вот тот с рыжей бородой.

- У них у всех бороды рыжие.

- Ну, значит, с самой рыжей! Он в центре. Зовут Ром. Как выпивку. Эти… тоже, можно сказать штрафники. Им просто податься некуда.

Вон те, в шапочках и зеленых кафтанах – счетоводы. Ведут учет добытого и отгруженного. Мутные парни. Старший – Грог!

- Тоже как выпивка?

- Ага, усмехнулся пес. Так… Вон там наша элита. Десять святых рыцарей. Видишь, броня такая же как у Санары? Старший у них - эльф по имени Рауф. Говорит, что чистокровный. Но я-то знаю. Нюх не обманешь. Эти здесь еще с войны остались. У них самое большое жалование, привилегии и вообще… А по факту – как дворфы. Никому нахрен не нужны, идти некуда. А тут хотя бы отродья изредка появляются. Они до битв ох как охочи! Тренируются каждый божий день.

Ну, псы они и есть псы, тоже сан-даары, как и я, на довольствии и жаловании. Спят целыми днями. Обленились. Но любой твой приказ выполнят беспрекословно, не сомневайся. Они помнят, что такое запах битвы.

- А те, в сторонке? Гражданские?

- Там у нас кузнец с двумя подмастерьями, кухарка, служанки и личная горничная наместника. Красотка! Всегда опрятная, пахнет хорошо и не жадная. А вот та гм… знойная дама в странных одеждах – это наш штатный маг. Очень сильна! Была, по крайней мере. Сейчас она не в себе, бредит наяву, спит постоянно. А так… тетка неплохая. Ну и священник. Он же – капеллан.

- Он-то зачем?

- Ну как же! А отпеть? У нас есть маленькая часовня всех богов, куда без них? У демонов, кстати, тоже алтарь имеется.

- Ирия?

- О, ты уже и в наших богах разбираться стал? – удивился Бруно. - Похвально.

— Это все?

- Все!

- А лекарь?

- Ах да, лекарь… - Бруно вздохнул. - Лекарем у нас был Альбер. А теперь, ты, наверное? На магичку надежды мало.

Я тихо выругался.

- Скажи уже что-нибудь, люди ждут… - рыкнул пес.

Я свернул список в трубочку и сунул меж петель бронежилета. Набрав побольше воздуху в грудь, обратился к собравшимся:

- Здравия желаю, дамы и господа! Рад видеть вас всех живыми и здоровыми. С этого дня, я назначен наместником госпожи Санары в крепости Тарсис. Зовут меня Павел Холодов. Обращаться можно по имени, «наместник», или «сержант»!

Я сделал паузу, чтобы убедится, все ли услышали.

- Сегодня мы только знакомимся, общаться предметно начнем завтра. Вопросы есть?

- А где наш прежний наместник?

- Отбыл рано утром.

— Вот волчара! – горестно всхлипнул солдат. - Он мне два серебряных должен!

По строю прокатился сдержанный смех.

- Что ж, сопливых целуют вовремя… Могу только посочувствовать. Не посылать же святых рыцарей в погоню.

- А ты откуда сам? Больно молод для наместника, да и одежка странная.

- Вы кто?

- Саари Она, - женщина рыцарь с соколом на плече сняла шлем.

- Все вопросы к госпоже Санаре и совету оракулов, святой рыцарь. Я действительно молод, прибыл издалека, но пусть вас это не смущает. Толк в дисциплине, оружии и военном деле я знаю.

- А какой у вас фамильяр, наместник? – выкрикнул кто-то из солдат.

- Вам лучше пока не знать. Пусть это станет сюрпризом.

- А можно делать ставки?

- Можно! – разрешил я. – Только не все жалование. Велик шанс проиграться.

- А он у вас точно есть?

- Есть. Не сомневайся…

Я отошел в центр площади, еще раз оглядел собравшихся, незаметно снимая на планшет, и поднял руку.

- На этом все! Разойтись!

Глава 12. Сияние чистоты

Вечер я провел в раздумьях. Немного жалости к себе, немного мата, немного проклятий. Всего помаленьку, в общем. Горничная принесла ужин и тихо откланялась. Чем-то она похожа на Гаю. Тоже эльфийка, ростом чуть выше среднего, миловидная. Возраст? Наверное лучше не спрашивать. В покоях прежнего наместника было чистенько. Сводчатый потолок с балками, почти как в кабинете Санары. Небольшие окна, собранные из множества одинаковых разноцветных стекол, выходящие на разные стороны замка. Штукатурка выкрашена в белый цвет. Камин убран, дрова приготовлены, постель, судя по запаху - чистая. Стол, диванчик, пара кресел, книжный шкаф, рабочий стол, кушетка – вот и все убранство. Ах да, большой тяжелый сейф и записка на нем.

Кстати, о записке! Я достал конверт Санары и вскрыл его. В общих чертах, содержание письма повторяло разговор с оракулом. Смысл тот же. Разве что извинялась искренне и просила позаботиться о Бруно. Разрешила сделать его своим фамильяром. Если тот согласится, конечно. Ну и так, пара рекомендаций…

В документах, выданных канцелярией Дастана, я значился как Павел Георг Холод, сержант городской гвардии. В звании не понизили, уже хорошо. Ладно хоть не Павлик… Оракул, наверное, подсказала. Паспорт состоял из нескольких страниц, без фотографии, разумеется, но с магическими печатями на каждом развороте.

Вечером пришла горничная с тазом и кувшином. Присев у моих колен, она вопросительно взглянула снизу верх.

- Что ты собираешься делать? – не понял я.

- Омыть ваши стопы, наместник. Я делаю это каждый вечер.

- Как тебя зовут?

- Тис, господин. Но вы можете дать мне другое имя, как новый хозяин.

- Ты… раб? – догадался я, заметив тонкий обруч на шее.

- Прежний наместник перекупил меня у демонов. Я должна была служить проституткой в рабочем поселке. Так решил мой бывший господин - граф Фарон. Видите ли, я проявила неучтивость по отношению к его детям, когда служила гувернанткой.

- Должно быть, мерзкие были детишки?

- Нет, что вы! Просто в них слишком рано проявился интерес к женским… секретам. Я не была к такому готова.

- Ясно. А почему наместник не забрал тебя с собой?

- Мне запрещено покидать пределы пограничья. Ошейник задушит меня, если это случится.

- Дорогая, наверное, штука?

- О да, сэр Фарон не поскупился на месть для простой горничной, - усмехнулась она саркастично.

- Какая культура речи… Значит, ты образованный человек?

- Я не человек, сударь. Позвольте все же омыть ваши ноги…

Я решил не мешать. Наблюдал молча, даже слегка смутился.

- Скажи, Тис, а что здесь не так с водой?

- Сера, господин наместник. Мы берем ее из колодца, но и она с привкусом. Вы привыкнете. Пара - тройка дней в отхожем месте никому еще не вредила.

- Смешно. А не моются здесь по той же причине? Язвы на теле, сухость, или что?

- Вы видите на моей коже язвы? Нет, сударь, виной тому уныние и… наплевательское отношение ко всему. Всем срать, грубо говоря. Простите за мою искреннюю прямоту. Как прачка померла два года назад, так и ходят все по уши в грязи. Разве что дождик пройдет.

- Что же Альбер вас всех запустил-то так?

- А его тут и не было давно. Так, приезжали набегами с герцогом. Альбера больше интересуют трупы, да магия с алхимией. Вернее интересовали… светлый был человек, нудный, но добрый. Лечил тут всех от хворей. И людей и демонов… Как теперь жить? На Альтурию никакой надежды нет. Хоть и маг, да совсем умом тронулась.

- Кто-то болеет?

- Да как вам сказать? Разве есть абсолютно здоровые люди? То зубы ноют, то волдыри, то мозоли. А простуда тут у каждого почти.

— Значит, придется всех осмотреть, - проговорил я, прикидывая фронт работы.

- Осмотреть? – она удивленно заморгала. – Наместник – лекарь?!

- А что, не похож? – улыбнулся невольно. – Военный лекарь, если быть точнее. Скажи, а где Альбер принимал больных?

- Так это… у него отдельная комната для этого есть, этажом ниже. Рядом с мастерской. Она так вообще половину крыла занимает и часть оранжереи.

- А тут есть оранжерея? – пришло время удивляться мне.

- Ну да… он там травки всякие, цветочки, коренья выращивал. Я все поливаю, как и приказано! Собираю, засушиваю, засеиваю заново! У меня целая тетрадь с инструкциями есть.

- Да ты просто прелесть, Тис. Завтра, прям с утра и покажешь. Ступай отдыхать. Спасибо за ноги.

Ночью я долго ворочался. Мысли все в голову лезли. Что там за мастерская? Что за оранжерея? Прям любопытно! Но нужно поспать. Пришлось себя заставлять.

Когда Тис постучалась в дверь, я уже был одет и готов к новым свершениям. Санара права, нужно как можно скорее браться за дело. Рано или поздно люди в черных накидках доберутся и сюда. Да, народу в крепости много, больше сотни, но кроме святых рыцарей к бою никто не готов. Да еще отродье мое припрется как пить дать…

Смотровой кабинет Альбера по размеру и форме повторял покои наместника. Разве что тут было одно большое окно, простое, прозрачное, и пара зеркал у стен, чтобы перенаправлять свет. В принципе, обычный кабинет врача со столом, кушеткой, сколоченной из досок, стульями, шкафом, кое какими инструментами. Пошарив на полках, я нашел спирт, аммиак, обычную соль, какие-то травяные настои и, кажется, марганец.

- Здесь хранятся самые безопасные составы, - пояснила горничная. – Остальные алхимические компоненты в мастерской.

- А как он работал обычно? Ты помогала Альберу?

- Обычно ему помогала Гая, а я только в ее отсутствие.

- Записи есть?

Да, конечно, Альбер все писал в тетрадь. Про каждого в крепости. Принести?

- Да.

- Про демонов тоже?

- Гм… пока не надо. До демонов мне пока дела нет. Все по порядку.

Записи Альбера не многим отличались от его книги. Было над чем улыбнуться и прослезиться. Но он очень старался – это факт. Мастерскую и оранжерею я осмотрел бегло. Все примерно так, как и предполагалось. Но я увидел главное – микроскоп!!! Винтажный, нелепый, но рабочий!

Грядки мне ни о чем не сказали, как и связки засушенных трав и семян. Впрочем, запах укропа, чеснока и полыни я узнал без труда. Здесь все подписано, так что останется свериться с записями и понять, что есть что.

- Так! – я хлопнул в ладоши, напугав горничную. – Белых халатов у вас, конечно, нет?

- Халатов? – она хлопнула ресницами. – Альбер всегда надевал кожаный фартук… С него кровь проще смыть.

- Ясно. Тогда слушай мою команду! Найди Сарена. Пусть все, кто не занят, соберутся на площади, и прихватят с собой лопаты, ведра и метлы. Все, что есть.

- Зачем? – она искренне испугалась.

- Будем порядок наводить!

Позавтракав, я вышел на улицу и спустился по ступенькам. Человек пятьдесят толпились у замка в недоумении.

- Наместник? – Сарен посмотрел на меня косо. – Что это значит? Зачем ведра?

- Разве не очевидно? Сегодня мы будем делать уборку. Крепость ни на что не похожа. Я диву даюсь, как можно было так засрать военный объект?!

- Только не это… - Сарен мучительно застонал и закатил глаза. – Наместник. Мы же не рабы, мы солдаты!

- Сарен, без обид, но на солдат вы тоже непохожи. На бродяг, разве что. В общем, я хочу, чтобы сегодня вы вычистили от земли и грязи всю эту площадь.

— Это не реально.

- Нужно верить с себя, друг мой. Твоя задача, как командира - организовать и проследить.

— Это не наша обязанность, наместник. Мы не станем этого делать! – уперся офицер.

- А если я накажу за неисполнение приказа?

- Ваша воля. Но уважения это не прибавит. Прежний наместник тоже пытался, гонор показывал. Но ему быстро объяснили.

- Гонор тут не при чем. Здесь цитадель а не свинарник! С этим ты, надеюсь, согласен?

- С этим согласен.

- Ладно, пойдем другим путем… Какое жалование у солдат?

- Десять серебряных монет в месяц, плюс паек. Ну, или одна золотая монета. Но чаще сто медных, если нигде не проштрафился.

- Ясно. Куда вы тратите деньги?

- Ну как… - он ухмыльнулся. - Знамо куда! На женщин и выпивку. Тут, в рабочем поселке, таверна есть.

— Значит так…

Я достал горсть медных монет и несколько серебряных. На глазах изумленной публики, все это богатство широким веером полетело в грязь, рассыпавшись по всей площади. Даже боевые псы навострили уши.

- Я только что выбросил на ветер две золотые монеты медью и серебром. Если до заката солнца, площадь будет очищена от дерьма и грязи, все, что найдете – ваше.

- А если мы откажемся? – уточнил солдат.

— Значит, ночью площадь будут охранят сан-даары, а завтра, когда вы заступите в караул, другие солдаты получат то же задание.

- Черт… жестко!

- А как ты хотел? Я уговаривать никого не стану. У меня свои приказания, у вас свои. А тех, кто проявит себя активнее других, Сарен отметит увольнением на одни сутки. Самому Саренуучаствовать нельзя, отбирать друг у друга деньги – тоже. Но, если все будет сделано в срок, командир получит награду. Вот эту кругленькую серебристую монетку. Я не всегда буду так добр, так что решайте.

Сарен шмыгнул носом, но глазки его заблестели. Да и солдаты на месте уже перетаптывались, поглядывая не блестит ли чего в грязи.

- Дозволите взять телеги и лошадей?

- Ну разумеется! Не в ладонях же таскать! Потом отмоете.

- Так это, командир, солнце то уже высоко…

- А какого хрена тогда стоим!? За работу, бездельники, живо!!!

Бруно молча наблюдал за этим безобразием со стороны. Но скалился он во всю пасть.

- Чего?

- Да так, угораю. Вот ты движуху затеял в первый же день! А что с другими делать будешь? Ну, кто с караула вернется. Они тоже денег захотят.

- Дерьма в замке много. Золото еще есть.

- Ты смотри, за казну отвечать придется. Стуканут на тебя, как пить дать. Мол деньги Дастана налево и направо раскидываешь.

- А золото не из казны, знаешь ли, - я тряхнул кошельком. – И потом, насколько я понял, таверны и проститутки платят налоги, так?

- Ну… так.

- А кому?

- Так… тебе и платят, наместнику. Ну через счетоводов, разумеется. Вот ты продуманный а! Может ты и дерьму с площади применение найдешь?

- Почему нет? Навоз – хорошее удобрение… Тут же скальник кругом, земли плодородной считай и нету.

- Гм… - Бруно облизал пасть. – Ты точно лекарь, а не торгаш?

- Одно другому не мешает. Через неделю ты эту крепость не узнаешь, попомни мое слово.

Пусть не до заката, а до полуночи, но площадь солдаты вычистили. Придираться не стал, деньги они честно заработали. На следующий день, как и сказал Бруно, начались недовольства. Еще две золотых монеты ушло на уборку крепостной стены и мытье ступеней. А когда первые передовики, так сказать, субботника, вернулись после увольнения, ажиотаж стал нарастать. Посыпались предложения. К делу подключились и дворфы! Вскоре, поддавшись веселой суете, оживились и боевые псы. Только святые рыцари, счетоводы и служанки замка не принимали участия. У них и так забот хватало.

Таким макаром, в течении каких-то семи дней были вычищены конюшни, вольеры боевых псов, отремонтирован навес в каретной мастерской. До блеска начищены петли на воротах. Смазаны двери и засовы. Отревизированы пушки, пересчитаны ядра, в сторожевом помещении и казармах появилась новая мебель, отмыты почерневшие за годы окна. Кошель мой слегка полегчал, но оно того стоило!

Однако, вся эта битва за чистоту прикрывала мои истинные мотивы. Вместе с кузнецом и его подмастерьями, мы провели ревизию в кладовых крепости. Пришлось работать и по ночам. Со времен последней войны, там скопились такие завалы оружия и боеприпасов, что при неосторожном движении можно было поднять замок на воздух! Пришлось привлечь святых рыцарей. Они были не в восторге, но Рауф – их командир, оказался понятливым. Да и силы у рыцарей столько, что завидовать в пору.

Раньше гарнизон крепости насчитывал в два раза больше народу. Соответственно и снабжение было другим. В закромах отыскалось немало комплектов слежавшейся, но новой военной формы, кирасы, шлемы, целый арсенал оружия. Такое чувство, что сюда свезли то, что не пригодилось в других местах. Вся эволюция вооружений за несколько десятилетий. Что-то мне это напомнило из прошлой жизни.

Утром восьмого дня я снова собрал общее построение.

- Итак, дамы и господа, поздравляю! Нет, правда, оглянитесь вокруг! Ну разве не приятно?

- Так это до первого дождя, наместник!

- Ну, это поправимо. Поддерживать чистоту проще чем вычищать все заново. С сего дня я ввожу обязательные дежурства среди солдат. Это касается только тех, кто несет караул в крепости. Время сейчас спокойное, так что это будет не в тягость. Глядишь и день быстрее пройдет. Денег я больше давать не буду, хорошего помаленьку…

Гул недовольства пронесся по строю.

- Но те, кто отдежурил, скажем, неделю без нареканий – получат увольнительные. Я думаю, это справедливо. К работам по замку не будут привлекаться кузнецы, святые рыцари и слуги. А, ну да, еще счетоводы. У них и так дел хватает. Теперь, по всей территории крепости будут стоять бочки для мусора, который нужно выносить или сжигать в печах. Те же, кто будет гадить где не попадя, будут урезаны в жаловании. Во-первых – это неуважение к труду соратников, а во-вторых, деньги пойдут тем, кто проявит себя с лучшей стороны. Не сомневайтесь, боевые псы без труда найдут того, кто свинячит. Ведь не трудно же бросить мусор в бочку, так?

Мнения разделились.

- Ну а теперь, друзья, соратники, штрафники, развратники… будем учиться следить за собой! Если кто-то еще не знает, то я - военный лекарь. Буду продолжать дело Альбера, по мере сил. С сегодняшнего дня, вы будете мыться не меньше одного раза в неделю. Все! Включая рыцарей, кухарок и так далее. Кто и в какое время – определимся по ходу. Я осмотрю каждого из вас. Мужчин, женщин, сан-дааров, дворфов…

— Это еще зачем?! – возмутились дворфы.

- А затем, друзья мои, что мне нужен здоровый, крепкий, боеспособный гарнизон! В этом моя основная задача! Во-первых, за трудами почившего безвременно Альбера охотятся неизвестные фанатики. Их много и они хорошо организованы. На замок Дастана совершено нападение. Прямо сейчас, госпожа Санара, должно быть, уже ведет войско к их логовам. В приграничных лесах участились появления отродий. У нас под боком завелся враг, лица которого мы не знаем!

На площади воцарилась гнетущая тишина.

- Рано или поздно, враг узнает, что книга здесь. Он будет ослаблен и ударит исподтишка. А может напротив! Нагло нападет в лоб. Ведь мы не знаем доподлинно, каковы его силы. Вот эти стены и ваши руки – единственная наша защита. Кто-нибудь ответит мне честно, готов Тарсис к отражению нападения? Сможем мы отстоять штольни и рабочий поселок? Ведь с демонами у нас мирный договор, они на нашей земле, под нашей защитой.

- Чего-то ты разошелся, - проворчал Бруно. – Зачем жути нагнал? Ты вообще думаешь что говоришь?!

- Рано или поздно они все равно узнают. Слухи ползут быстро. Пусть лучше услышат от меня.

- А чего делать то, наместник?! – выкрикнул кто-то из солдат.

- Тарсис – ваш дом. Сделайте так, чтобы он им остался. Очнитесь от спячки, вспомните, кто вы есть. Мы очистили крепость от скверны. Теперь очистим от нее свои тела и умы. Еще есть вопросы?

Собственно, речь я толкать не собирался. Да и ляпнул, наверное, лишнего. Зачем-то приплел Санару… Так можно и по башке получить. Но, что сделано - то сделано. У меня отец мастером на заводе работал, кузнечнопрессовом. Я, считай, вырос там. Ох он работягам хвосты крутил… спуску не давал. Где надо – подмажет, где нужно – поможет. А то и своим примером покажет. Боялись его, но уж очень уважали. У Сармата много чему научился. Полковника, опять же, в медсанбате когда ранили, я госпиталем руководил две недели, у самой передовой. Вот там было трудно.

Вспомнив сармата, я загрустил. Захотелось выпить, побыть одному. Но это лишь минутная слабость. Командир бы не оценил. Сейчас начинается как раз самая моя работа…

Глава 13. Медосмотр

- Так… кто первый? – я уселся, разложил бумаги, приготовил инструменты, фонендоскоп, сатуратор, фонарик, зеркало, одноразовые перчатки. Все, что нашел. Сами сумки разложил на подоконнике. Тис выглянула в коридор и покачала головой.

- Пока никто не пришел, господин.

- Что ж… значит, начнем с тебя. Ты ведь уже помылась?

- Я всегда чистая, наместник, - насупилась горничная. – Что мне сделать?

- Раздевайся и становись вот сюда, на полотенце.

Горничная легко скинула платье оставшись нагишом. Нижнего белья она не носила, только потрепанный пояс с лямками к которому пуговицами крепились шерстяные чулки.

- Чулки тоже, - указал я, начав заполнять лист первого пациента. – А теперь медленно повернись и нагнись. Ниже, еще ниже… Замечательно! У тебя прекрасный ровный позвоночник, искривлений я не вижу… Так, развернись. Теперь открой рот и скажи «А».

- Э!

- Ну, зубки хорошие, язык белый, почему-то, дыхание свежее без примесей. Горло чуть красноватое, гланды не воспалены. Лимфоузлы слегка увеличены. Шумов в легких нет.

- А зачем вы это пишите?

— Это называется анамнез. Запоминай. Понимать пока не обязательно, просто будешь записывать с моих слов. Я осматриваю, ты – записываешь. Будем делать из тебя медицинскую сестру. Ты строгая, добрая, ответственная. Самое то! Теперь я тебя ощупаю, не визжи!

Тактильный осмотр прошел без осложнений. Если не учитывать участившегося дыхания и признаков возбуждения. Но это нормально. Осмотрев кожные покровы и ноги эльфийки я кивнул.

- Все, можно одеваться.

- Я… здорова?

- Ты в отличном состоянии, Тис. Хорошо следишь за собой. Вот только с желудком не все понятно. Надо бы добраться до кухни, посмотреть что и как там готовят. Пригласи следующего.

В смотровую, краснея и смущаясь, вошла Саари - святой рыцарь. Волосы ее были еще влажными, на теле длинная льняная рубаха с поясом, на ногах сапоги.

- У вас нет сандалий или тапочек? – сразу спросил я.

Она попятилась, но Тис вовремя закрыла дверь.

- Раздевайтесь. Одежду туда, вставайте на полотенце и ни о чем не переживайте. Тис, бери новый лист, пиши имя. Как вас… полностью?

- Саари Она, святой рыцарь, паладин.

- Полных лет?

- Шестьдесят четыре, - смутилась она.

- Отличный возраст! – улыбнулся я. – Вы у нас на половину…

- Темный эльф… на две трети.

- Чудесно. Мать моя… сколько же на вас шрамов! Так, спиной ко мне и нагибаемся…

— Это еще зачем! Наместник?!

- Выполнять без вопросов! Вы у меня не одна сегодня.

Покосившись на Тис, паладин, надсадно сопя, нагнулась.

- Спину ровнее, так…

Я провел пальцами от шеи до копчика и вернулся к грудному отделу.

- Зачем вы меня щупаете? Альбер себе такого не позволял.

- У вас позвонок не на месте. Вот здесь. Как давно болит спина? Спите плохо?

- Недели две, наверное. Спать – сплю, но не высыпаюсь…

- Ясно. Вечером, как следует распариться в горячей воде, закутаться в теплую одежду и бегом ко мне! Приказ понятен?

- Так точно… - голос ее дрогнул.

- В остальном, если не считать шрамы, вы здоровы, – я протянул ей маленький тюбик с мазью. – Из-под ногтей все вычистить, сапоги пока не надевать, в дозоры не ходить. Ноги мыть хорошо, на ночь под ногти вот эту мазь. Много не нужно. Дня через три пройдет. Вы же красивая женщина, нужно следить за ногтями, постригать вовремя, тогда и грибка не будет. Одевайтесь.

Судорожно натянув сапоги, Саари накинула рубаху и вылетела из кабинета. Откинув ее полотенце в угол, я постелил на пол чистое.

- Господин, а… зачем вы позвали ее к себе? Такого даже прежний наместник себе не позволял! Она же рыцарь… Вы опозорите ее честь!

- Тис, ты за кого меня принимаешь? Ей позвонки вправлять нужно, а дело это не быстрое. С ее ростом на кушетке этого не сделать. Следующий!

Первый прием продлился до обеда. В принципе, все не так плохо, как я ожидал. Но, работы предстоит много. Прежде всего с дисциплиной и предрассудками. Большая часть проблем связана с гигиеной. Как ни странно, срамных болезней, явного гастрита или гипертонии, я на первичном осмотре не выявил. В основном хроническая простуда, грибок под ногтями, фурункулы, язвы, гнилые зубы… Отечность, скорее всего, из-за качества воды. Я и на себе это заметил. Лекарств, что я притащил в этот мир за собой, надолго не хватит. Нужно изучить все записи Альбера и прижать к теплой стенке местную магичку. Это же мир магии и алхимии, в конце то концов! У них тут должны быть снадобья и чудодейственные эликсиры!

После обеда осмотр продолжился. Все, кто сегодня не ходил в караул побывали в моем кабинете. Ну, или почти все. С самыми стеснительными и несговорчивыми разговор будет отдельный. Устрою им особый осмотр, с пристрастием!

- Ну что? – Бруно нагнал меня во дворе замка. – Как продвигается?

- Нормально, - пожал я плечами. – Работы – непочатый край. Ты лучше скажи, кто псами занимается?

- Да… никто, в общем. Мы же не собаки какие, так же служим за жалование. Кормежка один раз в день. Если приказов нет – спим. Это же не Дастан.

- То есть вас никто не моет, не чистит? – Я встал на месте. – Ты в курсе, что от тебя псиной прет за версту? Уши воняют, дерьмо на шерсти висит!

- Как… Дерьмо?!

Бруно завертелся на месте, пытаясь рассмотреть свой зад. И тут я понял, что он не может этого сделать!

- Скажи дружище, а броню с тебя можно снять?

- Ты дурак? – вздохнул пес с досадой. - Да если бы мог, давно бы это сделал. Она часть меня, единое целое. В этом-то вся и проблема сан-дааров. Мы созданы для войны и больше ни к чему не приспособлены.

- Ну не скажи. Ты отличный ездовой пес. Намного лучше отродья. Почту, опять же, носить можешь.

- Я тебя когда-нибудь укушу, Павлик… - проворчал Бруно.

- Ладно, дружище, не дуйся. Ты ведь друг мне?

- Еще не решил.

- Пойдем, окажу тебе величайшую честь. Получишь награду из рук наместника, на глазах у всех сан-дааров.

Когда дежурные принесли ведра с водой, швабры, щетки для чистки лошадей и мыло, Бруно со стоном осознал, какая именно награда его ждет. Кузнец принес скобель, самый мелкий наждачный камень, который только нашел, шило, железную щетку, молоток и еще кое-что из инструментов. А еще воск, самые острые щипцы и плотный войлок, из которого шьют шинели.

Пес пытался уйти по-тихому но приказ – есть приказ.

- Сидеть!

— Вот ты гад, а! Давай, позорь меня перед всеми!

Бруно ворчал и тихо бранился, но дело пошло. На броне сан-даара скопилось множество пятен. Присохшей грязи, глины, какая-то смола. В сочленениях набилась пыль вперемешку с шерстью и всякой дрянью. Отвертка, шило с крюком и железная щетка пришлись к месту. Провозившись битый час с панцирем пса, я промыл его и протер насухо. Особенно осторожно обошелся с шлемом и местами, где слизистые оболочки. Оказывается, у него есть защита. Крепкая решетка, вроде забрала для морды, несколько раз опускалась на глаза, мешая работать. Протерев броню насухо, я измазал ее воском и хорошенечко растер его по поверхности, получив защиту от влаги и матовый равномерный блеск.

А дальше уже обычное для собак дело. Груминг, так сказать. Вычесывание, мытье, сушка, когти. В детстве я очень мечтал о собаке. Но не случилось. Зато у соседки была отличная породистая овчарка! Я и стриг ее и вычесывал и гулял… А потом они переехали. Но навыки то остались!

Окатив боевого пса из двух ведер, я ополоснул его начисто и, снова, принялся вытирать его насухо.

- Слышь, Бруно, а у вас тут в Сарнале как с любовью вообще, и с отношениями в частности?

- Ты, никак, похотью воспылал? – ухмыльнулась псина. – Так у тебя горничная на то есть. Старый наместник ее особо не радовал своим вниманием, она точно не откажет. Это входит в ее обязанности.

- А святые рыцари?

- Не вздумай! Тайком, полюбовно – это еще ладно. Но приказывать не смей! Да, ты можешь это сделать, это в твоей власти, но такого оскорбления никто не стерпит. Это за рамками всякой морали! Санара если узнает – сама с тебя голову снимет.

- Да ты не понял. Я пригласил к себе Саари вечером. У нее со спиной беда.

- Кхм! Что ты сделал? Наивный идиот. У нас десять святых рыцарей и пять из них женщины! Да они просто развернутся и уйдут прочь! А сначала на копья тебя поднимут! И никто их за это не осудит.

- Остынь Бруно. Я еще ничего не сделал. Чего ты орешь на всю площадь?!

Псы в вольерах откровенно гоготали над Бруно. Ему это явно не нравилось. Пес оскалился и утробно зарычал. Я вышел вперед и усмехнулся, в предвкушении.

- А чего вы ржете? Эй, рядовой, чем занят? – я подозвал солдата.

- Дежурный по плацу, наместник!

— Вот тебе… а хрен с ним, серебряную монету хочешь, как прибавку к жалованью?

- К-конечно! Что делать?

- Конюх же у нас есть? А ты у нас станешь, гм… кинологом! Точно! Вот тебе щетка, ведро, тряпки. Будешь заниматься боевыми псами. Чтобы все были как Бруно. Раньше начнешь… ну ты понял?

- Так точно!

- Ну что, господа Сан-даары, кто следующий?! Выходите по одному, не стесняйтесь…

Святые рыцари тренировались на отдельном дворе. Жили тоже отдельно. Порядок поддерживали сами, дисциплину и распорядок дня – тоже. Любо – дорого. Дело шло к вечеру, я поглядывал на занятия сквозь приоткрытое окно. Они тоже, то и дело, поглядывали на мое окошко в перерывах, о чем-то переговаривались. Похоже, разворотил я осиное гнездо, сам того не желая.

- Волнуетесь? – осторожно спросила Тис, перебиравшая бумаги на рабочем столе.

- Конечно волнуюсь. Я паладинам позвонки еще никогда не вправлял. Уж и не знаю, силенок хватит ли? Поможешь если что?

- Шутите? А я слышала, что они недоброе замышляют.

- Посмотрим. Меня больше беспокоит их образ жизни. А сколько вообще живут эльфы и полукровки?

- Кто их знает, - она смутилась. - Очень долго. Но своей смертью мало кто помирает. Войны, дуэли, охота на монстров… Идиотские обычаи, кровная месть. Маги живут дольше всего. Годам к двумстам эльфы, обычно, резко умнеют.

- Ясно.

Про возраст Тис, спрашивать снова не стал, из чувства такта. Мне с ней еще работать.

Тяжелые шаги рыцарей, закованных в броню, эхом разносились по коридорам. Ближе к восьми часам вечера в дверь постучали. Тис подскочила с места и открыла. Первым вошел священник, за ним делегация из двух паладинов. Рауф и еще одна женщина. Только потом вошла Саари, закутанная в парчовый халат и шерстяное одеяло.

- Все ко мне на прием? – невозмутимо спросил я. – Не поздновато?

- Мы желаем присутствовать! – тоном не терпящим возражения заявил Рауф.

- Хм… ну ваш интерес мне понятен, Саари красивая женщина. А святой отец тоже решил взглянуть на обнаженное тело? Впрочем, дело ваше, если вы здесь, я так понимаю, она не против… Прошу, раздевайтесь.

- Нет! – Саари вскрикнула. – Я против!

- Странно. В таком случае я вас не понимаю… Вас как зовут?

- Арайя, – коротко кивнула женщина-рыцарь.

- Вы, Арайя останьтесь, поможете. Остальных прошу подождать в соседнем зале.

Саари кивнула и мужчины, помявшись на месте, вышли за дверь. Иронично улыбнувшись, я указал на постель. Горничная предварительно убрала матрац и застелила кровать одеялами в несколько слоев, чтобы было не так мягко.

- Простыни свежие, не сомневайтесь.

- На спину?

- Саари, вы же воин. Неужели вы так боитесь?

- Дело не в страхе! Ни один мужчина не касался меня много лет. До сего дня.

- Я не мужчина, я – доктор прежде всего. Если у вас возникли фантазии на мой счет, готов обсудить это позже. Сейчас мы займемся вашей спиной. Видите ли, кушетка в лазарете для паладина слишком мала.

В конец раскрасневшись, Саари скинула одеяло, халат и легла на живот. Бросив на ее зад свернутую простынь, я уселся верхом и взял в руки планшет. Выбрав глубину сканирования, сделал несколько снимков и внимательно рассмотрел.

— Это что… кости? – открыв рот прошептала ее подруга.

- Позвонки. Грыж я здесь не вижу, но есть небольшое защемление. Я, конечно не костоправ, но если так оставить, будет хуже и хуже. Будем вправлять. Вы готовы?

- Саари кивнула.

- Расслабьтесь, - я провел по ее рукам. – Иначе ничего не получится.

Смазав руки маслом, настоянным на травах, что дала Тис, я начал с легкого массажа. Саари быстро сдалась. Тяжелый день сказался. Разминать ее сильную спину действительно было приятно. Пальцы болели с непривычки, но для безопасных манипуляций необходимо выполнить весь комплекс движений.

- Не спим! – тихо проговорил я над ее ухом. – Сейчас делаем глубокий вдох, расслабляемся полностью и длинный открытый выдох.

Один за другим под ладонями хрустнули позвонки грудного отдела.

- Выдох! Ну!?

Она снова вздохнула и я закончил с остальными.

- Сейчас будет немного больно. Что вы ели на обед?

Пока она вспоминала, я крепко уцепился за кожу и легким рывком выдернул нужный позвонок.

- Ну, вот и все, ничего сложного... Почти не больно. Лежим, отдыхаем, пока не скажу.

Я слез с постели. Взмок как кочегар. Тис подала полотенце.

- Теперь на спину. Арайя, прижмите плечи подруги к постели. Саари, согните колени. Теперь поворачиваем их в одну сторону. Медленно… Теперь в другую. Как ощущения?

- Вроде бы не болит… Правд не болит!

- Чудно. Теперь на бок, тихонько садимся и встаем. Неделю не работать, не тренироваться, спать на жесткой постели. Только на животе или на спине, без подушки. Приказ понятен?

Опустив взгляд, Саари быстро оделась и выскользнула за дверь. Ее подруга бросила на меня странный взгляд и вышла следом.

Следующие два дня прошли спокойно. Утреннее построение, развод, завтрак, прием, обед, снова прием… Дворфы, эльфы, люди. Анатомия их мало отличалась. Разве что дворфы… Ростом с подростка, а перегарищем прет так, что окна потеют. Я остриг бороду Рома чуть по короче, подравняв края и выслушал тираду трехэтажной ругани. Но потом, желающих подравнять растительность стало больше. В конце концов, я просто отдал им старые хирургические ножницы.

Вывихи, гнойники, десяток вырванных зубов. Конъюнктивит, первые признаки цинги. Первичный осмотр — это всегда самое сложное. Итого: сто пятьдесят четыре человека. Не так уж и много. Ах да, еще семь псов, включая Бруно. До рабочего поселка демонов я еще и не выбирался. Оракул сказала, что можно особо не вмешиваться в работу счетоводов. Но чувствовало мое сердце, что там, куда нос совать не надо, как раз самая задница. Где есть чем поживиться, есть и чей-то интерес.

Скоро месяц, как я в этом мире. И уже наместник… мать его. Навести порядок в крепости проще чем в боевых частях. Одни и те же лица, расположение, задачи. К концу второй недели, все, кто не занят, выполняли обязательную пробежку, отжимания. Кузнецы сделали пару турников и брусья. Боевой дух солдат заметно вырос, как и общее состояние. Пусть хотя бы гоняют кровь.

Добрался до кухни, устроил разгон кухарке, дал в помощь двоих солдат. Заставил перемыть все и вся, каждый день кипятить воду для питья в больших баках. Взял из мастерской Альбера семена укропа, показал, как солить капусту, чтобы не было цинги. Кстати, соль – это как раз тот подарок, который передал мне Генри – хозяин таверны. Расписал блюда по дням. Навел ревизию в погребах и кладовых. Выбросил целую телегу гнилья. Запер на замок винный погреб.

Сначала, я долго удивлялся, как они хранят продукты, если соль так дорого стоит. Оказалось, что есть простые заклинания заморозки, «оживления» пищи, и неприятия гнили. Оживление пищи, разумеется, сразу запретил. Хоть оно и возвращало продуктам состояние пятидневной давности, пища из такого сырья вызывала сильные сомнения.

Дни шли один за другим, проблемы решались, заботы сменяли одна другую. Гарнизон ожил, пусть через силу и ругань, пусть не сразу. На лицах людей стал появляться здоровый румянец. Я почти перестал вздрагивать во сне. Происходящее вокруг уже не воспринимал как бред. Ночи перестали казаться непривычно тихими из-за отсутствия взрывов и артиллерийской канонады. Я почти начал привыкать к спокойной жизни, но суровая реальность показала себя уже к концу суток…

Глава 14. Смерть с небес

Меня разбудил дикий, душераздирающи вой. Вопли существа в бессильном отчаянии бьющегося за свою жизнь. Заспанная Тис вбежала в комнату в чем была.

- Там… там… Бруно! – едва не плача выпалила она.

Натянув штаны и быстро завязав берцы я выскочил в коридор. Лестница, еще одна лестница, крыльцо… То, что я увидел в свете трех лун, всколыхнуло в душе ужас, бессилие и лютую ненависть. Крылатая тварь, размером раз в пять крупнее лошади, разломала каменный вольер и выволокла оттуда боевого пса. Схватив его передними конечностями, она пыталась вскрыть стальной панцирь, попутно ломая сан-даару лапы. Я заорал размахивая руками, пытаясь отвлечь ящерицу на себя. Схватил ведро и запустил ей в голову. Но та лишь зыркнула презрительно и продолжила самозабвенно грызть добычу.

- Наместник не надо! – заорал кто-то со стены.

- Я тебе дам, не надо! Убить тварь! Немедленно!

Факел брошенный вслед за ведром возымел большее действие. Пропитанная горючим веществом ткань прилипла к чешуе и обожгла нечисть. Взмахнув перепончатыми крыльями, она подняла облако пыли и оторвалась от земли. Но пса в покое не оставила. Схватила его задней лапой и понесла с собой.

На стене засуетились дворфы. Они расчехляли какую-то хреновину, похожую на большой арбалет. Взбежал по лестнице и принялся помогать.

- Долго! Долго! – кричал я.

Крылатая тварь развернулась, сделав круг над крепостью и полетела на огни рабочего поселка.

- Твою ж мать! Наместник, зачем вы ее спугнули? Нужно их предупредить…

Солдат бросился к ближайшей башне, я следом. Поднявшись наверх, он достал из сундучка мушкетон и выстрелил в сторону поселка. Искрящаяся полоса прочертила небо и взорвалась множеством ярких огоньков. Поняв, к чему идет дело, я вызвал инвентарь и достал из него автомат. Выставив настройки прицела на требуемую дальность, расставил ноги, уперся локтями о стену и задержал дыхание. Тридцать две пули, чередуясь с трассерами, короткими очередями ушли в даль. Я целился под хвост твари, чтобы поразить наверняка.

Проследив куда она упала, я передернул затвор и убрал оружие обратно. Солдат с ужасом взирал на мои руки, потом снова на сбитую виверну.

- Ты ничего не видел. Понял!?

- Да понял я, понял… - солдат поежился. - Но как…?

- Никак! Вон, померла со страху от твоей пукалки.

Он повертел в руках мушкетон и бросил обратно в сундук.

- Чего встал? За мной, бегом!

Горничная принесла мою одежду. Натянув на ходу футболку, я вскочил на коня, попутно осознавая, что никогда на нем не ездил. Разве что в детстве, в парке аттракционов. Но животина оказалась умная. Конюх подал поводья и шлепнул гнедого по заднице. Вместе со святыми рыцарями, мы промчались по каменному мосту через расщелину, по дороге, ведущей к штольням. В поселке уже гремел колокол, зажигались огни, рабочий люд высыпал на улицы.

Как святые рыцари добивали виверну, я смотреть не стал. Падая, она сбросила пса на крышу таверны. Проломив черепицу, Бруно рухнул на большой стол с толстенными ножками. Тот чудом не сломался, чего нельзя сказать о сан-дааре. Пес истекал кровью, передние лапы безвольно свисали неестественно выгнувшись. Части панциря болтались на ошметках кожи. Тварь все-таки вскрыла свою добычу.

- Ты как дружище? Жив еще?

- Добей! – взмолился пес. – Добей ради всех богов!

- Магичку сюда! Живо! Священника, бинты, простыни, кипяченую воду. Бегом! – рявкнул я что есть силы.

Не взирая на толпу демонов, обступивших нас, я вывалил из инвентаря все, что там было.

- У тебя сломаны лапы, ребра и вспорото брюхо. Но это поправимо. Сейчас станет легче, потерпи…

Прикинув вес пса за вычетом брони, я набрал шприц и вколол ему лошадиную долю обезболивающего. Я видел, как бьется его сердце, как кровь медленно заполняет рану. Разорванные сосуды кровоточили, но не так сильно. Распотрошив хирургические наборы, я понаставил зажимов. Человека оперировать никогда не приходилось, но лошадь, собак, кошек, мы на практике изучали. Мой удел – внешние повреждения, сосуды, ампутации, гнойная хирургия. Все, что связано с ранениями, стабилизацией раненых, пострадавших, доставка их в госпиталь. В этом деле я - мастер, опыта хватало. Но не полостные операции.

— Это просто собака, - шептал я под нос. – У нее все такое же.

Основное кровотечение удалось купировать. Минут через пять, пес перестал рычать и только тихо поскуливал. Вскоре, привели местного мага. Она жила затворницей, на медосмотр не приходила, так что познакомится близко пока не получилось. Едва завидев кровь, дамочка грохнулась в обморок, но Тис ее подхватила.

Сунув под нос нашатырь, я встряхнул дамочку и привел в чувство.

- Исцели его немедленно!

- Я… не могу. Я не могу!- запричитала она. – Я ненавижу кровь!

- А как-ты раньше это делала?! – Тис неожиданно резко встряхнула ее.

- Раньше была война, я… я…. Мне страшно! Смилуйтесь! Не хочу больше, ради всех богов!

В глазах ее пылал ужас. Я вдруг представил, что пришлось пережить этой бедной женщине. Вспомнил себя в первые дни в госпитале. Это не учебка…

- Ничего, ничего. Успокойся. Там лежит Бруно - наш друг. Ты ведь знаешь Бруно? Хороший малый, правда? Его порвала Виверна. Он еще жив, нужно только заживить его раны. Ты ведь можешь это сделать?

- Бруно? Как Бруно? Наш Бруно?!

Тис снова встряхнула ее. Резко выдохнув, я на секунду прикрыл глаза и сменил тон.

- Вы ведь Альтурия, верно? Я Павел, новый наместник. Вы узнаете меня?

- Да, наместник… - она сжалась в комок, поняв с кем разговаривает.

- Вы ведь сильный маг, верно? Вы можете залечить раны?

- Да, - она закивала головой.

- А срастить кости?

- Да, могу. Но… я теряю сознание при виде крови. Простите наместник, целитель из меня теперь никудышный.

- А если вы не будете видеть кровь? Если я завяжу вам глаза и просто буду показывать, что делать?

- Я не знаю… Ни разу не пробовала. Но я готова, если вы прикажете!

- Не волнуйтесь, я лекарь. Я знаю, что делаю. Вы ведь пользуетесь кристаллом, верно?

- Да, это проводник, - она достала из сумки на поясе такой же кристалл как у Гаи и протянула мне на ладошке.

- Хорошо, - я попытался улыбнуться. – Завяжите ей глаза и принесите стул. Тис, будешь помогать мне. Нужен стол поменьше, для инструментов. Где простыни, бинты и вода?

- Стол сюда, живо! – крикнул кто-то из солдат и демоны тотчас приволокли его.

- Свет. Нужно больше света!

Солдаты приволокли с улицы столбы, типа фонарных, только поменьше и внутри ярко мерцали какие-то голубоватые кристаллы. Смазав свои руки и руки мага кремом, я выждал несколько секунд, давая перчаткам сформироваться. Тис догадалась, как надеть маску на лицо и включить налобный фонарь. Сбрызнув инструмент антисептиком, я осмотрелся.

- Слишком много народу.

- Разойтись! Разойтись подальше! – рявкнул Сарен. – Вы мешаете наместнику!

- Наместнику? – по толпе пронесся неясный ропот и демоны отступили. Но не ушли.

- Так… начнем! Альтурия, дайте вашу руку.

Я поднес ее руку с кристаллом к кровеносному сосуду.

- Лечим.

Зеленоватое свечение на глазах срастило вену. Я убрал зажим и облегченно выдохнул.

- Хорошо, пока получается. Теперь здесь. Здесь, вот тут…

Я убирал зажимы один за другим, зачарованно наблюдая за тем, как живые ткани обретают прежний вид. Пока я работал иглой и нитью, предварительно сшивая разрывы, Альтурия нервничала. Нужно было ее отвлечь.

- Скажите, а почему сан-даары такие живучие? Чем они отличаются от обычных животных?

- Сан-даары? – она вздрогнула. – Они магические существа, жизненная энергия которых содержится в кристалле. Он у самого сердца. Наместник… вы теряете время зря. Он не выживет. Раны слишком серьезные. Луше его добить. Создать нового сан-даара дорого, но если вынуть кристалл сейчас, я смогу это сделать.

- Я сам решу, что лучше. Лечите здесь!

- Поймите, если кристалл треснет, Бруно все равно умрет. Запас маны не безграничен!

- Где он?

- Рядом с сердцем. Он твердый, в тоненькой пленке.

Я нащупал кристалл и осторожно надрезал пленку.

- Черт… он весь в трещинах.

Зеленоватый ограненный самоцвет мерцал тусклым светом. Где-то я такой уже видел…

- А заменить его можно? – вдруг осенило меня.

- В принципе можно, если у вас есть кристалл…

Подумав с минуту, я шепнул Тис на ухо:

- Поройся в моем кошельке, там что-то было похожее.

Через минуту она выложила на стол ограненный продолговатый самоцвет алого цвета. По форме один в один как у Бруно.

- Ничего, что он красный? – тихо спросил я у мага.

- Алый? – голос ее дрогнул. – Но алые кристаллы только у отродий бывают.

- А в чем разница?

- В благословении! – раздался голос с той стороны стола.

Я поднял голову и заметил лысину священника. Он стоял на коленях и тихо молился.

- Вы что там делаете, падре?

- Кто? Что еще за падре? Я служитель церкви всех богов! – возмутился он. – А здесь я молюсь за упокой души бедного создания.

- Ясно. Так что там с благословением?

- Ну, сам процесс магического создания несложен. По сути, сан-даары и отродья делаются одинаково. Вот только для первых нужно благословение любой из семи богинь. А для отродья – только одной. Вы понимаете о ком речь? – он криво усмехнулся. – Ваши попытки тщетны, наместник, добейте его, облегчите страдания!

- Позвольте решать мне! Пока есть шансы я буду биться.

- Он прав, - виновато проговорила магичка. – Даже если вы поменяете кристалл, нужно благословение Ирии и кровь отродья. Ведь вы создаете его не с ноля. Даже опытный маг не смог бы этого сделать.

- Его кристалл еще цел. У вас же наверняка есть какие-то зелья, снадобья, волшебные эликсиры!?

- Для эликсиров тоже нужна кровь отродья, наместник.

- А других сан-даров? Кровь виверны не подойдет?

Она покачала головой.

- Даже если будет кровь, я не успею приготовить снадобье. Простите… Счет идет на минуты.

- Черт вас всех дери… А первый вариант? Если я правильно понял, там только кровь нужна?

- Даже если у вас будет кровь, без благословения никак…

- Отвечайте на вопрос! – я не сдержался.

- Достаточно только крови, - она вздрогнула.

Вынув кристалл, я бросил его на стол, и, обеззаразив алый самоцвет, засунул его в полость. Срастив ребра пса, я осторожно дорезал скальпелем ошметки кожи, на которых держались пластины панциря и отбросил их в сторону. Стянув края раны, я закрепил их степлером, выдавил в полость тюбик стабилизирующего геля, чтобы не было заражения и взялся за пальцы мага.

- Альтурия, здесь длинный шов, нужно срастить кожу. Я буду вести медленно, а вы колдуйте, хорошо?

Она кивнула. Срастив кожные покровы, я осторожно протер грудь пса от крови и снял повязку с ее глаз.

- Ну вот, совсем не страшно. Крови почтит нет. Вы сможете сами исцелить его переломы? Тис вам поможет.

Поморщившись от вида свежих шрамов и ободранной шерсти, она болезненно кивнула.

- Если что, сунешь ей под нос нашатырь…

- А вы куда?! – перепугалась горничная.

- Ты все слышала. Все видела… - улыбнулся я натянуто и вышел на улицу, срывая на ходу окровавленные перчатки.

Наместник? Что вы задумали? – Сарен выскочил следом.

Я оглядел просторный двор.

- Командир Рауф!?

- Здесь! – высокий эльф в черном доспехе вытянулся по стойке смирно.

- Сколько рыцарей нужно чтобы убить отродье?

- Достаточно одного.

- А обездвижить? Так, чтобы не убивать?

- Пятерых будет достаточно, - ответил он без сомнения.

- А если отродий будет два? – продолжал я.

- Второго смогут обездвижить псы, наместник.

- Чудесно. Псов сюда, всех. Немедленно! И… уберите людей от греха подальше. Демонов тоже.

Бруно еще дышал, обезболивающее подействовало. Альтурия пару раз грохнулась в обморок и один раз поскользнулась на крови. Теперь вся ее одежда пропиталась бордовой жижей. Она старалась не смотреть вниз, ибо весь пол таверны был испещрен красными следами от сапог. Однако, лапы боевого пса, она героически залечила.

- Вы молодец, - похвалил я сдержанно. – Дайте ей что-нибудь выпить?! Есть здесь выпивка?

- Есть! – демон в годах поднял бутылку над головой и двинулся через толпу, попутно разжившись кружкой.

- Эй, рядовой, что там со ставками? Я о моем фамильяре.

- Кругленькая сумма на кону, наместник. А причем тут…?

- Сейчас узнаешь! - усмехнулся я, стараясь унять дрожь в руках.

Дождавшись, пока Альтурии нальют выпивки, я забрал у демона бутылку и залпом допил содержимое. Это был то ли ром, то ли грог… забавно.

Боевые псы и святые рыцари столпились на внутреннем дворе. Я расставил их по местам и собрался с духом.

- Ничему не удивляйтесь! Никого не убивать! Только обездвижить! Всем ясно?!

- Так точно…! - пронеслось по двору.

- Рауф, без приказа ничего не делать. Убийство чужих фамильяров серьезное преступление, да?

- Да, наместник, но я не понимаю…

- Дайте мне минуту. Сейчас все увидите.

Я сделал пару шагов от крыльца и открыл статус. Выбрав отродье, в очередной раз определил ее местонахождение. Как и неделю назад, она все еще плутала в пределах нейтральной полосы.

- Если гора не идет к Магомеду…

Я еще раз оглядел небольшое войско, сплюнул на землю и поднял руку к небу.

- Явись на мой зов. Призыв!

С неба ударила молния и земля разверзлась. Прямо по центру двора, в клуба пара возникли они – отродья! Рогатая девка верхом на быке ошалело озиралась по сторонам, пока взгляд ее не упал на меня.

- Взять!!!

Сан-даары с рыком накинулись на всадницу, не дав ей очухаться. Она даже не успела выхватить меч из ножен на седле. Могучий бык встал на дыбы и выхватил боевой топор, но не успел сделать и пары взмахов. Святые рыцари с двух сторон подломили ему ноги и повалили на землю мордой вниз. Двое навалились на рога, двое на ноги. В ход пошли колья, молоты и веревки. Быка надежно пригвоздили к земле. Мое отродье уронили на колени и приставили к горлу освещенный меч. Каждый раз, как она дергалась, на шее оставались ожоги.

Я взглянул ей в лицо и увидел то, что хотел увидеть. Она по-прежнему панически боялась смерти.

- Ну, вот мы и встретились. Я устал тебя ждать. Где же твои заступники?

- Чего тебе надо?! Решил-таки избавиться от меня? – прорычала она. - Слабак!

Отродье изловчилась и зацепила меня когтями наотмашь. На щеке проступила кровь.

- Не сметь!

Я схватился за лезвие меча и оттолкнул рыцаря, чтобы рука его не дрогнула.

- Слабак, говоришь? – нехороший ком подступил к горлу. - Ну-ка, ребятки, отпустите-ка ее. Отпустите, отпустите, это приказ!

Отродье вскочила на ноги и дико засмеялась, почуяв превосходство.

- Ну, что же ты? Ударь меня еще раз.

Без лишних затей, она рванулась вперед, растопырив когти. Я нырнул под замах и, проводив локоть ладонью, встретил ее коленом, в противоход. Мгновение спустя, со всей дури, что только была в теле, я влепил локтем в скулу….

Тварь отлетела метров на пять и врезалась спиной в частокол. Кулаки дрожали, сердце рвалось наружу, злость и отчаянье переполняли меня. Не в силах держать это внутри, я заорал, что есть мочи, оскалив зубы, прямо в ночное небо…

Отдышавшись, смахнул слезы с глаз. Смотрелось, наверное, нелепо, но стало легче. Правда легче. Я ждал, что отродье встанет и продолжит бой. Рука потянулась к рукояти пистолета. Но я забыл, что убрал его в инвентарь. Поэтому взялся за нож. Однако, она не встала. Стоило сделать шаг на встречу, как отродье забилась в истерике, пытаясь провалиться под землю. Глаз ее заслезился, на лице появился отек.

- Чего тебе от меня надо? – заскулила она. - Чего ты ко мне привязался? Да кто ты такой, сволочь!?

- Мне нужна кровь. Сейчас! Ты или бык?

- Нет! Молю, не убивай Рори! Только не его! – она уткнулась носом в землю, моля о пощаде.

- Мне нужна только кровь.

- Возьми мою. Я сделаю, что прикажешь!

- Как в прошлый раз?

- Нет! – она вскрикнула. – На этот раз я сдержу слово, клянусь жизнью! Только не убивай Рори!

Делая вид, что обдумываю ее слова, я попытался хоть немного успокоиться. Унять дрожь в руках и коленях.

- Так… быка не убивать! Он мне живой нужен!

Глава 15. Адский пес

Схватив отродье за рог, я поволок ее в таверну. Получилось на удивление легко, она даже не сопротивлялась. Насмерть перепугав священника, солдат, магичку и горничную, усадил ее рядом с псом. Прямо на пол.

- Сколько нужно? – спросил я.

- Н-немного, - Альтурия дрожала как осиновый лист.

Прикинув общий объем тела и поделив примерную массу на коэффициент, я решил что с литра крови отродье не обеднеет. Остальное добьем концентратом. Чтобы наверняка. Магия – магией, но жидкости нужно восполнить. Они не появятся из ничего. Порывшись в сумке, я достал комплект для переливания, три пакета с универсальным концентратом перфторана и физраствор. Отобрав копье у солдата, я воткнул его в пол. Закрепив пакет физраствора, всыпал туда концентрат. Отыскав вену на теле пса, поставил ему капельницу. Через порт для инъекций вколол боевой стимулятор. Чтобы наверняка.

- Руку!

Отродье безропотно подала руку.

- Локоть на стол. Сжать кулак!

Проколоть иглой кожу отродья я не смог. Пришлось сделать очень аккуратный надрез. Мой нож с этим справился. Сцедив два пакета, я воткнул еще одно копье и ввел иглу в другую лапу пса. Потом перебинтовал руку отродья.

- Локоть сожми и держи.

- Простите… - Альтурия, как ни странно, не упала в обморок.

- Слушаю?

- Если вы создаете отродье, то нужны подношения. Ирия – богиня войны… Так что нужна и ваша кровь.

Я вскрыл шприц, перетянул жгутом руку и взял немного из своей вены.

- Этого хватит?

Она поплыла и бухнулась на пол. Вездесущая Тис вовремя подставила руки.

Согнув локоть, я смотрел, как жидкости медленно наполняют тело Бруно. К счастью, отеков и новых кровотечений не обнаружилось. Значит, основные кровеносные сосуды мы восстановили. Бруно уснул, сердце его билось слабо, но ровно.

- Все! Что мог - я сделал. Если переживет эту ночь, то будет жить.

- А со мной что теперь? – тихо спросила отродье.

Спеси в ней поубавилось. Отродье поникла и старалась не смотреть мне в глаза.

- Имя-то у тебя есть?

- Н-тша.

- Как?

- Н-тша – мое имя, - сказала она громче.

- А то все отродье, да отродье… Наташкой будешь. Пойдем, выйдем.

Мы вышли во двор и псы тут же оживились, окружая добычу. Святые рыцари все еще удерживали быка, который беспомощно озирался по сторонам. Я подозвал командира. Рауф и еще два святых рыцаря подошли ближе.

- Наместник?

- Рауф, знакомьтесь, это – Н-тша. Отродье, хозяйка этого быка и… мой фамильяр.

- Как…!? – у эльфа челюсть отпала.

-Так получилось. Не спрашивайте почему, я и сам до конца не понимаю. В общем-то, из-за этого меня и отослали сюда, в Тарсис. У нас с ней сложные отношения, но проблем это отродье не доставит. Да, милая?

- Как прикажешь, - прохрипела она, пряча глаза.

- А бычка твоего, я пока у себя оставлю. В качестве гарантии. Вы там его не сильно подрезали, господа?

- Никак нет, цел! - доложил Рауф.

— Вот и ладненько… - я взмахнул рукой и прочел заклинание.

Рори исчез со всем своим скарбом, оставив только веревки и клинья. Святые рыцари, растерянно озираясь, встали на ноги.

- Бруно очень плох, но шансы выжить у него есть. Мы заночуем сегодня здесь. Пусть люди расходятся. Нечего глазеть на чужое горе.

- А что делать с виверной?

- А что вы с ними обычно делаете?

- Мы здесь еще ни разу не убивали виверн… - задумался Рауф. – Но их мясо съедобно, оно дорого стоит. Чешуя, кости и кровь используются в алхимии, это я знаю точно. Кстати, наместник, от чего она умерла?

- Кажется, солдат попал ей под хвост из мушкетона. Вон кровь сочится… Может со страху померла, кто этих виверн знает?

- Нужно его наказать, - вздохнул Рауф.

— Это еще зачем?

- Наместник, это еще совсем молодая виверна. Мы и раньше теряли псов, и людей, но убийство такой твари под запретом, оно принесет много бед. Должно быть, поблизости, их целый выводок. Мамаша наверняка хватится. Взрослую виверну победить нашими силами почти нереально. Скоро прибудет летучий корабль, если она нападет… - он покачал головой, давая понять, что ничего хорошего из этого не выйдет.

- Если запросить помощь у Дастана?

- Они не придут. Тем более сейчас, вы же сами сказали.

- Все верно. А отродья могут убить виверну? - я посмотрел на Н-тша.

- Такая тварь мне не под силу. Я могу бить ее сколько угодно, навредить мне она не сможет. Но и я не смогу. Ее чешую не пробить даже зачарованным оружием с первого раза. Высадить глаз или ткнуть под хвост, разве что, но это тоже непросто.

- Ладно, что-нибудь придумаем. Тушу надо убрать в любом случае. Рауф, делайте что считаете нужным. Мясо – есть мясо. Съедим или продадим, там видно будет.

- Есть!

- Господа боевые псы, - я обратился к сан даарам. – Бруно пока ни жив, ни мертв, но я сделаю все, чтобы он выжил. Сейчас, ваша задача – патрулирование поселка. Паладинов никто не должен отвлекать. Всех зевак по домам!

- А эту? – рыкнул пес.

- А эту я пока при себе подержу. Не обижайте без нужды моего фамильяра.

- Слушаемся, наместник… на все ваша воля.

Псы разбежались в стороны. Вскоре, работяги, словно стадо загоняемое овчарками, торопливо разошлись по своим жилищам, бурно обсуждая произошедшее. Пожилой демон и пара солдат спустя полчаса, уже вовсю вымывали кровь и грязь в таверне.

- Вы хозяин? – спросил я.

- Так и есть, - поклонился демон. – Рамон - мое имя. А вы - наш новый наместник?

- И лекарь, по совместительству. Простите за крышу. Я все возмещу.

- Бедный Бруно… - старик всхлипнул. – Всю войну прошел, и на тебе!

- Вы знакомы?

- Конечно. Хороший малый. Что к людям, что к демонам одинаково относится. Хоть было с кем поговорить… Как думаете, выживет?

- Утро покажет… Я, знаете ли, не силен в лечении магических тварей. Простите, Рамон, у вас найдется что-нибудь поесть? Я что-то вымотался совсем.

- Конечно, это же таверна!

Старик оглядел присутствующих и остановил взгляд на отродье.

- Худая совсем. Покормить можно?

- Вы их не боитесь? – удивился я.

- С чего бы? Их с той стороны пруд пруди, как здесь сан-дааров. Демонам не вредят. Это вам они кажутся жуткими, а у нас такого добра навалом. Они как дети, заботы требуют. Это в бою отродья – мощь. А в обычной жизни некоторые ни поесть-то сами не могут, ни зад подтереть. Живое оружие, что тут скажешь…

Старик вроде как взгрустнул.

- Накормить бы ее действительно надо. Я все оплачу.

- Тебе мясо поджарить, бедолага, или так, сырое жрать будешь?

- Поджарить... – буркнула Н-тша. – Но с кровью.

Солдаты, с опаской поглядывая на отродье, домыли полы и ушли. Магичка задремала на столе, горничная прикорнула рядом с ней.

- Святой отец, идите отдыхать. Что могли, вы уже сделали. Остается только ждать. Солдаты вас проводят.

- Да, да… - священник уныло кивнул. - Спасибо, наместник. У меня, признаться, голова кругом от всего этого. Я тогда пойду…

- Наместник? Ты? – Н-тша усмехнулась.

- По твоей милости. Оракул отослала меня сюда, на случай, если ты вернешься с подмогой. Да и так, от греха подальше. А ты почему в пограничье трешься? Чего на ту сторону не уходишь? Из мести?

- Какая тут месть… Тебе что ли? – она поникла головой.

- Не томи. Сил на тебя больше нет.

- Меня изгнали, - призналась она с трудом. – Оракулы постарались. Теперь все знают, что я нарушила договор. Проникнуть в ваши земли — это одно. Испить крови человека – уже другое. Когда пришла за помощью, надо мной посмеялись и вышвырнули. Вообще, за такое светит казнь, но меня не убили. И знаешь из-за кого?

- Нет.

- Из-за тебя, конечно же. Ирония судьбы, но убийство чужого фамильяра у нас тоже преступление. Надо мной еще раз поглумились и запретили появляться на родине. Теперь, мне ни туда нельзя, ни сюда. Только с хозяином, в ошейнике.

- Поэтому ты рыскаешь по нейтральной полосе?

- Ну да… - она уж как-то совсем тяжко вздохнула.

Бруно заскулил во сне, задергал лапами. Я убрал капельницы, вынул копья из досок. Прослушал его фонендоскопом. Осмотрел переломы при помощи планшета. Удивляться сил не осталось. Но магия – это действительно нечто!

- Ты очень сильный. Ты знаешь об этом? – Н-тша осторожно потрогала свой синяк. Бланш на скуле уже потемнел.

- Дай посмотрю… Вообще-то у нас не принято бить женщин. Я пытался быт вежлив, но ты не оценила. Повела себя как скотина. Не хочешь уважать, значит будешь бояться… Вот, приложи.

Я, неожиданно легко наколдовал кусок льда. Завернув его в полотенце, протянул ей.

— Вот ты, вроде бы, разумное существо, рассуждаешь здраво. Почему ведешь себя так отвратительно?

- Странный ты… я же отродье. Меня создали, чтобы убивать людей. Как я должна себя вести?!

- Ну и? Я тоже людей убивал. Что с того? На войне как на войне. Сан-даары же как-то живут, ни на кого не кидаются.

- Тебе легко рассуждать, ты - чужак… Ты ничего обо мне не знаешь!

- Так пришла бы ко мне. Поговорили бы. Зла я тебе не делал.

Она уставилась на меня не моргая. Долго складывала что-то в уме, потом скривилась.

- Ну да. Тут не поспоришь. Правда, поговорил бы со мной?

- А чего нет то? Для меня вы тут все монстры - отродья. И ничего, как-то общаемся. С виду ты страшненькая, конечно. Да и попахиваешь…

- Ну ты… действительно не от мира сего.

- Слышь, вообще-то оно так и есть! Не местный я. От слова совсем...

Разговор прервал хозяин таверны. Растолкав сонных девчонок, он накрыл на стол. Учуяв запах пищи, магичка едва не подавилась слюной. Тис, продрав глаза, похлопала ее по спине. Убрав все свои вещи обратно в инвентарь, я указал отродью на ее место.

Завтрак получился очень ранним. Разговор не клеился. Н-тша молча грызла свой недожаренный окорок, хмуро глазея по сторонам. Магичка и горничная, отодвинувшись от нее подальше, быстро уплетали свое жаркое. Вообще, тут особо не церемонились с едой. То похлебка, то жаркое, а то и два в одном. Смотря сколько воды добавить. Хрен пойми, короче. Ну, или сырым все ели, включая картошку. Не удивительно, что с животами все мучаются…

— Значит, это чудовище и есть ваш фамильяр? – решила уточнить Альтурия.

- Так точно. Осуждаете?

- Да нет… куда мне. Может у вас и благословение Ирии есть?

- Может и есть… - я отпил пива и поставил кружку на стол. – Кто знает?

- А… каковы условия? Ирия ничего не дает даром.

- А еще она не любит, когда нарушают данное ей обещание, насколько мне известно.

- Простите наместник, я забылась.

— Это вы простите Альтурия, что выдернул вас из постели и заставил вспомнить ужасы войны. Мы с вами так и не успели познакомится. Было много забот.

- Да, встряхнули вы меня здорово. Аж мурашки по коже. Завтрак с отродьем за одним столом у меня впервые.

- У меня тоже… - тихо проронила Тис.

- Ну не убивать же ее в самом деле из-за пары капель крови. Как-никак первый фамильяр. Да и животина вроде понятливая. А знаете что, подержу ка я ее при себе, пока что. Отмою, откормлю, пусть пообвыкнется. Может на людей кидаться перестанет. Ты хоть в постели нормальной спала когда-нибудь?

- Ха! Я и одежды никогда не носила. Что с того?

- Не умеешь – научим. Не хочешь – заставим… - я нарочито искренне улыбнулся. Отродье от этого покоробило.

- Ого… - Альтурия вздрогнула. – Наместник, вы страшный человек. Ведь вы… человек?

- Да человек он, человек… - вздохнула Н-тша. – Черт меня дернул запустить в него зубы. Спал бы себе на дереве, так нет!

- А вы какого класса отродье, простите? – очень осторожно спросила Тис.

- Вообще-то у меня ранг «S», но есть один нюанс.

- Странно, ранговых отродий вашего уровня по пальцам пересчитать. Почему я о вас не слышала?

- Еще услышите… - буркнула Н-тша зло.

- Она очень боится боли, - вставил я. - А еще смерти. Полагаю, по этой причине про нее ничего не известно. Помнится, госпожу Санару это тоже удивило. Ведь боевые отродья и сан-даары не должны бояться?

- Верно, - кивнула Альтурия. – Они ведь оружие. Должны выполнять приказ, чтобы сберечь жизни своих создателей. Ваше отродье весьма… осознанна и разговорчива, даже культура речи проскакивает. Это очень, очень странно! Я бы даже сказала – аномально.

- Много вы понимаете… - оскалилась Н-тша недобро.

Солнце забрезжило над горизонтом. Бруно дернулся. Потом еще раз, и еще. Тихое поскуливание переросло в утробный рык. Пес закашлялся и из пасти выпал комок. Он тут же вспыхнул, прогорев дотла.

- О нет! – Альтурия побледнела и вцепилась в мою руку. – Нужно уходить, срочно! Все на улицу!

Тело пса вдруг воспламенилось. Лицо обдало жаром.

- Бегом!!! – заорала магичка, буквально за шиворот вытаскивая из-за стола горничную.

Отродье уговаривать не пришлось, а мы с хозяином таверны выбежали следом.

- Который час?

- Половина пятого, вроде бы… - буркнул Рамон. – А что происходит?

- Я… все возмещу.

Демон отхлебнул из бутыли, которую вынес собой и протянул ее мне.

- Хреново выглядите, господин наместник.

Я тоже пригубил предложенную бутылку.

- Чувствую себя так же. Жуткая гадость…

- Ага, сам делаю. Работягам забористое нравится.

Пробитая крыша таверны вспыхнула ярким пламенем. Хлипкие окна повыбивало вместе с рамами. Душераздирающий вой всколыхнул весь поселок. Огонь охватил здание. Альтурия прочла заклинание, защитив ледяными стенами соседние постройки. Тис спряталась за ее спиной.

- Что происходит? – спросил я негромко. - Что это за чертовщина?

- Сегодня удивительный день, наместник. Сначала виверна упала на поселок, потом, вы заставили меня вспомнить, кто я есть, нос к носу сведя со своими страхами. Завтрак с отродьем за одним столом. А теперь, мы все вместе созерцаем рождение адского пса. Не думаю, что когда-нибудь забуду такое. Воистину, Ирия – сильнейшее из воплощений бога.

Крыша таверны рухнула, пыхнув дымом в разные стороны. И только в центре ее, восседая на тлеющем столе, пылал адским пламенем здоровенный пес. Ступая тяжелой поступью, он направился прямо к нам. Кто-то толкнул меня в спину. Должно быть отродье. Мы встретились на крыльце. Адская псина, обдавая меня нестерпимым жаром, смотрела прямо в лицо.

- Бруно? Ты… жив бродяга?

Пересилив страх, я протянул руки, но пламя не обожгло их. Пес опустил тяжелую голову и уткнулся горячим лбом в мою грудь. Пламя его схлопнулось, запахло паленой шерстью и мясом. Падая на обожженную землю его слезы тут же испарялись с негромким шипением. Пес сопел и шмыгал носом, прямо как человек. Я тихонько тормошил его холку, давая опомнится и ему и себе. Наконец, новорожденный монстр оттолкнул меня подняв морду, и уставился прямо в глаза. На миг мне поплохело. Он стал в два раза крупнее, поменял окрас и изменился внешне. Теперь броня его отливала чернотой, зрачки изменились, роговица обрела алый цвет, как у отродья. От него пахло серой и гарью. Но это все еще был Бруно.

- Ты копался в моих кишках, человек? – прогремел он. – Ты сделал из меня отродье!?

- Было дело, - пожал я плечами. – Так уж случилось.

- И ты не пожалел для меня собственной крови?

- Да ладно, там было то… Главное, что ты жив.

— Значит, теперь выбор за мной.

Пес задрал голову к небесам и тяжело вздохнул, выпустив клубы дыма из ноздрей.

- Я стану твоим фамильяром, Павел Георг, наместник Тарсиса! Я буду якшаться с отродьем, если так нужно. Я стану твоей опорой и отдам за тебя жизнь с великой радостью. Ибо ты достоин этого как никто другой!

- Ты лучше живи, дружище… - глаза заслезились от дыма. – А то у меня друзей тут раз-два и обчелся. Хрен с ней с этой кровью. Ненужно таких жертв.

- Глупый ты человек, выгоды своей не видишь, - усмехнулся адский пес. – Я сделал свой выбор. Мое пламя никогда не навредит тебе. Так и быть, стану для тебя ездовым псом.

- Ты точно Бруно, - я крепко обнял его. – Но… что мы скажем Санаре?

На этот вопрос перерожденный Бруно ответа пока не знал.

Таверна благополучно выгорела. Пропитанная серой древесина превратилась в прах. Рабочие, поняв, что надолго останутся без выпивки, уныло поплелись в штольни. Солдаты еще долго проливали водой пепелище. Хозяин таверны вздохнул и уныло взглянул на дно бутылки.

- Где я теперь столько древесины возьму? – убивался Рамон.

- Ничего, - успокоил я. – Мы отстроим ее из камня. Прямо завтра и начнем.

- Завтра? – он усмехнулся. – Ну, завтра, так завтра…

Глава 16. Тревожные дни

В этот день я больше не ложился. Да, усталость навалилась на плечи заметным грузом. Не в первый раз. Дозорные тревожно вглядывались в небо. Святые рыцари, орудуя святыми мечами не по назначению, разделали тушу виверны еще до полудня. Солдаты перевезли куски в погреба, магичка все заморозила и наложила заклинание против гнили. Кровь слили в бочки, когти, крылья и прочие алхимические атрибуты сложили отдельно.

- У вас раны на щеке, позвольте? – Альтурия достала кристалл и поводила им у моего лица.

- Удивительная вещь эта ваша магия. Была рана и нет ее. Как вы это делаете?

- Привыкла. Знаете, я даже благодарна вам. Вспомнила, что могу, что умею. Для чего вообще стала магом.

- Для чего же?

- Будете смеяться, наместник, но… хотела помогать людям. Знаете, я не знатного рода. Наоборот, столько кровей намешано. И орочья есть и эльфийская, немного от дворфов, людей, демонов. Я выросла в свободных землях, за морем, очень далеко отсюда. Там все живут дружно, в любви… даже через чур. Наверное, от того и сила во мне такая. Мана восстанавливается медленнее чем хотелось бы, но запас у меня огромный. Если бы не война…. Ах если бы не война…

- Я тоже вырос не здесь. Там где нет магии и… других разумных. Война всех ломает. Не мне над вами смеяться.

- А почему вы стали лекарем, да еще и военным? Я просто хочу вас лучше понять.

- Ну да, человек в здравом уме военным медиком не станет. Это, знаете, даже не призвание. Просто почувствовал, что могу. Что мне это по силам. За два года такого навидался… на всю жизнь хватит. Но это опыт. А самый ценный опыт – как раз самый тяжелый. Я вообще сначала кузнецом хотел быть. Пойти по стопам отца. Но потом мама погибла и… сердце сжалось. Решил, что кузнецов на этом свете хватает.

- Сколько вам лет, наместник?

- Двадцать три, а что?

- Мальчишка совсем… Но Альбер вам и в подметки не годится. Он сам бы это признал.

- Он отдал мне свою книгу. Перед самой смертью.

- Какая ирония… - на лице Альтурии проступила улыбка. – Он долго искал приемника, или толкового ученика. А встретил именно вас. Гая талантливая, но слишком не уверена в себе. Он пытался привлечь меня, но…

- У вас развились фобии? – я кивнул понимающе. - Не удивительно.

- Может быть ему следовало встряхнуть меня так, как это сделали вы?

Я пожал плечами.

- А я и не заметила, как здесь все изменилось. Вы принесли с собой перемены, словно весенний ветер пахнул ароматом цветущих полей. Свежая струя нашему захолустью только на пользу. Знаете, а я вам помогу. Чем смогу. У человека, пожалевшего отродье, чистое сердце.

- Может и так. Только я далеко не ангел.

- Как и все мы, наместник… Что будете делать дальше? Помочь вам разобраться в трудах Альбера?

- Сейчас меня больше волнуют виверны. Что вы о них знаете?

- Крылатая тварь, покрытая чешуей. Сообразительная, но не разумная, как драконы. Удивительно живучая. Может плеваться огнем или отрыгивать кислоту. Пробить чешую взрослой виверны сложно, почти невозможно. Нужно бить очень сильно, против роста. Как заметила ваша рогатая подружка, есть уязвимые места. Правда, без глаз они тоже отлично видят. Особенно в темноте. Если попасть под хвост, можно вызвать обильное кровотечение и дождаться пока сама издохнет. Но она тут все разнесет к этому времени. Разве что стены останутся.

— Значит, драконы здесь тоже есть?

- Они держатся подальше от людей. Не хотят вражды. Драконы очень болезненно воспринимают смерть сородичей, ведь все они связаны. Очень мудрые существа, хоть и кровожадные. В одном Рауф прав, мамаша обязательно сюда нагрянет. Запах смерти она учует.

- Когда?

- Неделя, может быть две. Молодые виверны настырны и очень любопытны. Могут долго не возвращаться в гнездо. В первую очередь стоит подумать о поселке. Вам обязательно нужно его защитить. Молодняк может появиться и раньше. Где шныряет одна – шныряет и другая. Они охотятся стаями.

- Попросить помощи у демонов не получится?

- Нет. Они не помогут. Но если пострадают рабочие – спросят с вас.

- Час от часу не легче. Сколько, говорите, виверн в выводке может быть?

- Три – четыре. Изредка пять… но не больше семи, – припомнила она. – К сожалению, своей магией я могу их только отпугнуть. Но, мне по силам зачаровать оружие.

Я взглянул на нее задумчиво и кивнул. Проблема с вивернами посерьезнее будет, чем мои разборки с отродьем. Казну, без ведома счетоводов, я себе строго настрого запретил трогать. Максимум – немного перераспределить жалование в связи с новыми изменениями. Денег, что давал Дастан, хватало впритык на насущные нужды. Мир другой, а проблемы все те же. Чувствую, кошель мой сильно полегчает после строительства новой таверны. Но тут уж выбирать не приходится, м-да…

Наташку, как я ее теперь называл, разместили в пустующем каземате. После уборки в хранилищах освободилось много помещений. Вечером, когда сменился караул, я вызвал из инвентаря минотавра. Без своей хозяйки он не был так смел. Тем более, после того, как я влепил ей оплеуху. На сколько я понял, говорил он плохо. Но язык понимал, команды выполнял. Я демонстративно убрал оружие и решил попробовать договориться миром. Тем более, что Бруно в своей новой ипостаси сидел за спиной. От них обоих несло серой. Впрочем, тут ей воняло везде. Штольни-то рядом.

- Оружие на землю. Все, что есть. Сумки тоже.

Бык нахмурил брови, но подчинился. В отличие от своей хозяйки, он носил нижнее белье. Когда широкий ремень, седло с подсумками, и толстая ткань, заменявшая ему труханы, упали на землю, я понял, почему. Иначе он просто бы спотыкался.

- Так… ты это надень, пожалуй. Тут женщины есть, впечатлительные.

Пес деловито обнюхал все вещи и доложил:

- Топор обычный, просто большой и грубый. Седло, как седло, сумки, как сумки. Кнут… ну такой средней паршивости. А вот сабельки у нее ой какие не дешевые. Одинаковые, на заказ деланы, у лучших мастеров. Даже драконий рог на рукоятки не пожалели.

- Виверну убить можно?

- Если очень постараться. Прям очень-очень. Клинки, конечно, заговоренные, но уж больно крепкая у виверн чешуя. А вот святым рыцарям точно не поздоровится. Ты сильно рисковал.

- Фамильяр не может убить владельца. А это нормально, что у отродья есть бык?

- Ну, сильное отродье легко подчинит слабое. Это он с виду страшный. На войне мы таких за милую душу драли. Так, ради еды. Не факт, что он вообще отродье. А вот твою красотку даже я боюсь.

- Кажется, тут было озеро неподалеку? Прокатимся?

- Давай… почему нет?

Вернув быка в инвентарь, я, тайком, закинул туда же пару швабр и щетки для лошадей. Бруно вспыхнул неярким пламенем, и на спине у него появилось седло.

- Удобно однако… - оценил я усевшись верхом. – Поехали, что ли?

Адский пес не стал дожидаться, пока откроют ворота. Он разбежался и в три прыжка перемахнул стену. Прокатившись когтями по отвесной скале, Бруно приземлился на дорогу и дал деру. Сил у него явно поприбавилось, как и прыти. Минут через десять, мы уже стояли у глади тихого озера.

- Чудищ тут нет, надеюсь?

- Не, только рыбы одноглазые, да так, мелочь всякая. Пить воду нельзя, но живность вроде съедобная. Раньше купались тут…

— Вот и замечательно!

Я вынул из инвентаря швабру и зашвырнул ее метров на двадцать в озеро.

- Ты это зачем? – пес почуял неладное.

- Будь другом, принеси?

- Твою ж мать! – воскликнул он. – Попался как щенок… Ладно, сейчас принесу!

Купание адского пса мне понравилось. Я несколько раз хорошенько прошелся по нему щеткой, снова загнал в воду и повторил все заново.

- Ну вот! Совсем другое дело. Как водичка?

- Прохладная.

- Сиди, сохни. Сейчас самое интересное начнется!

Я щелкнул пальцами и громадный бык с высоты трех метров плюхнулся в озеро. Подняв облако брызг, он взревел от неожиданности.

- И еще разок!

Я снова щелкнул пальцами и, теперь, с диким визгом, плюхнулась в воду строптивая демоница.

Бруно сначала не понял, что к чему, а потом довольно оскалился и начал ржать как конь.

- Ты сдурел? – отродье сыпало бранью. - Я тебе ноги повыдергаю!

Она несколько раз пыталась выбраться на берег, но я призывал ее в то же место, под радостный хохот Бруно. Бычара тоже тайком скалился. Наконец, ей это надоело.

- Так, ребятки, вот вам по швабре и по ведру. В ведре мыло и щетки. Пока вы друг дружку не отмоете до зеркального блеска, я вас из озера не выпущу.

- А он?! – надулась Наташка.

- А Бруно - мой любимец, я его сам помыл. Ну? Смелее! Смелее! И это, штанишки своему другу простирни хорошо. И то, что в штанишках, тоже, отшоркай, как следует. У меня в крепости все чистыми ходят, никаких исключений!

- А жрать у тебя в крепости когда дают?!

- Ужин через три часа. Вам еще сохнуть, так что шевелите ручками!

Обратно шли неспеша. Я ехал верхом на Бруно, слегка покачиваясь в седле, а отродья плелись следом, понурые и униженные. Пес поглядывал на небо с опаской, но пока все было тихо. Миновав ворота, я спросил:

- Бык твой тоже мясом питается?

Когда как, - Наташка пожала плечами. – Мясо еще добыть надо… А так сеном. Овес, если дадут, пшеницу тоже любит, кукурузу там всякую.

- Надо же, какая покладистая скотина. Эй конюх! Отсыпь бычку овса ведерко, да воды дай.

Солдат сбегал до стойла, с опаской поставил два ведра и быстренько испарился.

- А мне? А я?! – оживилась дьяволица.

- А мы с тобой сегодня виверну пробовать будем. Если выживешь, то и я поем…

Питомец Наташки оказался красавцем с темно фиолетовой кожей и темным ворсом. С кисточкой на конце хвоста. Весь в шрамах, застарелых порезах. Усевшись на плац, он задумчиво жевал овес и тоже поглядывал на небо. Сама рогатая, стала куда эффектнее. Темно-красная кожа поблескивала в лучах вечернего солнца ровным, однородным тоном. Шрамов у нее тоже хватало, но куда меньше чем у Рори. Черные, как смоль волосы, до самого зада, трепал ласковый, но прохладный ветерок. Я засмотрелся, опуская взгляд все ниже и ниже…

- Куда пялишься?! - огрызнулась она, подергивая хвостом.

- Да так, любуюсь видами. Тебе ж не привыкать без одежды, чего оскалилась?

- На мне грязь была! И смола!

- Не, так определенно лучше. Знаешь, а ходи-ка ты нагишом! Пусть солдаты порадуются.

- Ха, напугал, тоже мне! – фыркнула она в ответ.

- Ну вот и договорились. Так… Рори?

Бык перестал жевать и уставился на меня, навострив уши.

- Раз уж хозяйка твоя - мой фамильяр, то и ты, значит, прицепом. Поэтому, должен слушаться, да?

Бык покосился на отродье и пожал плечами.

- В общем так, доброта моя имеет границы. Как и терпение. Сегодня поспишь под навесом, с лошадьми. Если выкинешь какую-нибудь гадость, я с тебя голову сниму вот этими самыми руками, и обеспечу гарнизон говядиной на целый месяц. Ясно?!

Рори быстро закивал головой.

- Вон конюх ходит. Что скажет, то и будешь делать, пока что. Овес еще заслужить нужно.

Конюх явно струхнул, но возразить не посмел.

- Рядовой, покажи бычку место. Скотина вроде понятливая… Но если что – сразу ко мне!

- Т-так точно! Н-наместник!

- Ну все, пошли, жрать охота…

Теперь отродье спала в моей комнате. Ей приходилось пригибать голову, чтобы не цеплять балки рогами, но это мелочи, привыкнет. Гораздо важнее, что гарнизон крепости постепенно стал привыкать к ее присутствию. Конюх и Рори худо-бедно нашли общий язык. Кузнец за один вечер соорудил для бычка большую швабру и убирать плац стало намного проще. Бруно пристально приглядывал за ними.

Наташка, получая на завтрак, обед и ужин стабильный паек, вроде покладистее стала. Видать с голодухи совсем озлобилась. Мы говорили с ней перед сном. Я задавал вопросы, делился планами. Как будто так и должно быть…

На третью ночь, снова появилась виверна. Заметили ее издали, открыли огонь из мушкетонов, озаряя небо фейерверками. На сей раз, Альтурия смогла отогнать ее магией, не подпустив к поселку. Она напустила на нее столько морозных стрел, что у той началось обледенение и тварь ушла на запасной аэродром.

Я договорился с работягами, чтобы они свезли из выработки камни побольше, к месту погорелой таверны. Освободил от службы несколько солдат, в добровольном порядке. Кроме таверны тут повеселиться, в принципе, негде, так что энтузиазм был, и еще какой. Хозяин, для поднятия духа, изредка, подносил чарочку. Стройка пошла! На деловой лес пустили небольшую рощу в трех часах пути от крепости. Дополнительные расходы росли, а кошель мой пустел и пустел…

Но не это тревожило больше всего. Через полторы недели должен прибыть корабль. Он заберет груз серы, привезет припасы. А еще, на его борту будут двое проверяющих. Один из них – высокопоставленный демон. Второй, вроде бы, тот самый граф Фарон, который и определил сюда Тис в качестве рабыни. Корабль придет не из Дастана, а из другого места. Из города двух столиц, построенного на стыке двух территорий. Так решили люди и демоны, чтобы решать любые разногласия и проблемы максимально быстро, не доводя до конфликтов. Как тут все устроено, я не разобрался еще. Но, судя по тому, что уже знал, прихоть какого-нибудь графа или барона могла сильно подпортить людям жизнь.

И снова начались мучительные поиски в оружейной и кладовых. Оказывается, ружья то пороховые у них на вооружении были. Да вот только не пошли. Ведь порох мокнет, его нужно правильно хранить, ружья заряжать дольше, чем арбалеты и луки. Не выдержали конкуренции с магией и зачарованными стрелами. Разве что сигнальные ракеты и взрывные заряды для мушкетонов остались в ходу. А у виверн, по словам той же Альтурии, к магическим атакам иммунитет… практически полный.

- А я не оружейник! Я врач! Простой санинструктор! – как-то само вырвалось из груди.

- Вы звали, наместник? – кузнец спустился по лестнице и заглянул в подвал.

- Нет! Просто решил поорать. Вот это что за хрень? - я пнул длинные стволы, завернутые в промасленную бумагу.

— Это? – он почесал затылок. – Честно говоря не знаю. Нужно посмотреть записи.

- Так посмотри!

В кузнице замка уже лежало несколько образцов примитивного оружейного искусства. Да, гравировка и фигурное литье – это очень красиво. Прям за душу берет. Только, блин, абсолютно бесполезно! Последний ящик со стволами показался мне подозрительно знакомым.

- Сколько выстрелов в минуту?

- В минуту? – кузнец рассмеялся. - А вы шутник. У нее всего четыре выстрела. А потом заряжать минут десять, наверное.

- Можно довести до ума?

- Наместник, это орудие для стрельбы по большим, неповоротливым, воздушным шарам. На нем клеймо демонов. Трофейное. Пороховое, прошлый век!

- Прошлый век, говоришь? Закрой дверь!

Я достал из инвентаря автомат Калашникова, зарядил в магазин пять патронов и сунул в руки кузнеца.

- Держать так. Приклад прижать! Стрелять туда.

Кузнец глянул на меня хмуро и прицелился в стену, решив не спорить. Выстрел оглушил нас обоих.

- Ого…

- Сейчас тебе будет ого... – я сдвинул переводчик огня. – А теперь?

Короткая очередь, звон в ушах…

- Прошлый век, говоришь, да?! Когда руки из плеч растут еще и не такое сделать можно!

Кузнец растерянно оглядел пулевые отверстия в каменной кладке, а потом собрал гильзы с пола.

- Так, значит, вот как погибла виверна… - до него быстро доходило. – Откуда это у вас господин наместник??!

- Не твое дело! – буркнул я. – Взрослую виверну, он, скорее всего, не пробьет. А если и пробьет, то разозлит только. Зарядов к этой штуке мало. Держу на самый крайний случай.

- А та, вторая штука, которую вы носили на бедре? Тоже оружие?

- Та штука слабее. В общем так, порох у нас есть, стволы есть. Что можно сделать – ты видел. Вот и думай. Завтра жду предложения. И не трепись!

- Простите, а можно один такой заряд?

Я сунул ему пять пистолетных пуль и объяснил как они работают. Потом, подумав, дал еще пару автоматных. Чай не дурак, не покалечится. А вот делиться особенностями работы затворных механизмов совершенного автоматического оружия, с представителем иной цивилизации, принципиально не стал. Моя задача убить виверну, а не развязать еще одну войну, подтолкнув технологический скачок…

Глава 17. Кузнечное дело

Вечером, я позволил себе лишнего. Ром, хоть и казался слабым, в голову дал хорошо. Я проспал дольше обычного, но проснулся свежим. Сарен уже гонял по плацу солдат, началась физподготовка. Перекусив на бегу, я, первым делом, спустился в кузницу. Если одно крыло замка занимала мастерская Альбера, то другое, по праву, принадлежало кузнецам. Для цитадели вроде Тарсиса – это обычное дело. В былые времена тут и ядра отливали и пушки. Примитивное оружие часто взрывалось, приходило в негодность. По меркам моего мира тут только начиналась индустриализация. Магическая, разумеется. Были тут непонятные предметы и оснастка, но в основном, кузница и литейка, два в одном.

Кузнец с подмастерьями разложил стволы и детали орудия на столе. Рядом, прижав углы камнями, выложил несколько чертежей. Мастер работал всю ночь, и сейчас спал без задних ног на лавке. Я решил пока не будить. Изучил его идеи и призадумался. А кузнец-то непрост! Проработал четыре основных концепции и остановился на той, что проще всего изготовить. Патроны он все распотрошил, конечно же. Видно, что экспериментировал с разным порохом. Менял состав и количество ингредиентов. Результатом ночных изысканий стала следующая конструкция:

Кузнец предлагал оставить стволы орудия в штатных креплениях, но сделать их поворотными. Заднюю, глухую часть - спилить. Притереть ее к толстой круглой пластине с прорезью. Сверху разместить маленькую жаровню с углями, которая будет постоянно раскалять тонкий гвоздь, вставленный в отверстие пластины. Сами заряды он предлагал сделать продолговатыми, но полыми. Порох засыпать внутрь и трамбовать.

Таким образом, отказавшись от гильз, он упростил конструкцию и повысил скорострельность. Гениально… Проталкиванием зарядов в стволы через отверстие, и проворачиванием их вокруг общей оси, происходила перезарядка. Как только ствол достигал раскаленного гвоздя, порох воспламенялся и производился выстрел. Капсюль и боек не нужны. Этот цикл будет повторяться до тех пор, пока нагар не забьет стволы, орудие не перегреется, или не закончатся заряды. По моим оценкам, для стрельбы нужно четыре человека. Один целится, второй заряжает, третий таскает боеприпасы, а четвертый всегда на подхвате. Не Гатлинг, конечно, но уже что-то.

Я внес несколько правок, оставил две-три строчки комментариев к ним, и положил серебренную монету. Рядом с ней крупно написал: «Молодец, делай!»

- Для одного раза сойдет… - пробормотал я под нос и тихо вышел из кузницы.

Странно, но появилось такое ощущение, как будто дома побывал. Запах жженого железа и особая атмосфера, на пару мгновений вернули меня в детство. Отогнав навязчивую ностальгию, я обошел крепость с инспекцией.

Через пару часов кузнец прибежал со своими проблемами. Оказалось, что все стволы разные и металлический заряд, в отличие от свинцового, не пролезает во все жерла. Я подсказал, как отшлифовать стволы и на пальцах объяснил, что такое обтюрация. Еще через два часа, кузнец принес первые образцы.

Снаряд выглядел на удивление цивильно. Формой напоминал автоматную пулю, полую с о стороны донца. Сверху напрессованы два тонких кольца из меди. При выстреле они обеспечат компрессию и не допустят заклинивания в стволе.

- Желаете испытать?

- Обязательно. Только как? Лишний шум нам не нужен.

- В кузнице есть окно, оно выходит в ущелье. Раньше там испытывали отлитые пушки. Иногда мы бабахаем там из чего-нибудь, забавы ради. Мушкетоны проверяем, смеси для сигнальных зарядов пробуем. Пороху то у нас завались, сера всегда под боком. Местные уже привыкли.

- Ага… Ну пошли. Глянем, что получилось.

Вместе с лафетом, орудие получилось не слишком тяжелым. Катить по каменному полу можно было и вдвоем. Грубо, но брутально. Лафет закрепили толстыми канатами, чтобы далеко не упрыгал. Принесли ящик с десятком готовых снарядов. Накидали углей в жаровню, подождали, пока гвоздь накалится. Подмастерье помолился негромко и присел рядом с лотком заряжающего. Это была первая правка в чертеже. Заполнив его доверху, парень отошел подальше. На стволы намотали веревку, чтобы поворачивать их издали. Кузнец примерно выставил прицел и зафиксировал положение лафета винтами.

- Первый выстрел прошел штатно. Остальные три ствола тоже сработали без проблем. Осталось проверить главное. Кузнец взобрался на стол перекинул веревку через блок и повис на ней всем телом. Пять выстрелов, менее чем за две секунды ушли в ущелье. Шестой заклинил в лотке. Он покосился на меня с опаской.

Орудие развернуло отдачей. Снаряды летели, как бык поссал, но главное… Главное, что система работает! Особая точность при такой скорострельности не нужна. Какой бы твердой ни была чешуя виверны, моя задача состояла в том, чтобы раздробить то, что под ней. Тяжелые болванки, врезаясь в чешую с чудовищным ускорением, создадут жесткую деформирующую волну, которая раздробит мышцы, кости и внутренние органы. Но, сначала, нужно повредить крылья так, чтобы тварь упала во двор, или в непосредственной близости от стен крепости.

- Проверь стволы. Додумай, как заряжать без клина. Как закрепить, чтобы не прыгала. Чтобы руки не отбило. И наделай снарядов побольше. Если отстреляешь хотя б еще два десятка без повреждений, будет совсем хорошо. Еще нужно, чтобы орудие легко поворачивалось во все стороны.

- Ну и задачки у вас, наместник…

- Ты мастер, понимаешь в этом больше чем я. Тебе и карты в руки. Уже хорошо, но можно лучше! Нам нужно убить всего одну виверну, но наверняка.

- Наместник, а можно еще раз взглянуть на ваше оружие? – тихо, чтобы не услышали подмастерья, спросил он.

- Прости, как тебя?

- Норм.

- Знаешь Норм, я бы рад, но тогда придется объяснять что да откуда. Зачем тебе это?

- Наместник, я умею хранить секреты. Альбер бы мог это подтвердить… Альтурия и герцог Бремер тоже. Мы знаем, что вы, гм… не местный. Солдаты считают, что вы перерожденный. Альтурия – что призван из иного мира, хотя призывы сейчас запрещены под страхом смерти.

Я оценил его долгим задумчивым взглядом.

- Шило в мешке не утаишь, да?

- Так получается, - он нервно усмехнулся.

- Ладно, если готов держать язык за зубами, я тебе кое-что покажу. Но только тебе.

Кузнец отослал подручных, пробежался по мастерской, запирая все двери и задернул тяжелые, видавшие виды шторы, так, чтобы снаружи ничего не увидать. Мы подвинули два стола к окну в ущелье и я начал доставать свои игрушки. С каждой секундой глаза кузнеца округлялись все больше и больше. Вывалив содержимое сумки с боекомплектом, я достал прицелы и навесное оборудование для оружия.

- Ну, собственно, вот… Оружие из иного мира.

Дрожащими от волнения руками, норм осторожно ощупал все, что счел непонятным. Гранаты, магазины для автомата и пистолета его не впечатлили. Впрочем, как и подствольный гранатомет. А вот оптика, коллиматоры, средства связи и прочая мелочевка привели в неописуемый восторг. В довершение, я собрал полный тактический обвес АК-74 и дал подержать в руках.

Подумав, что большой беды не будет, я все же позволил ему разобрать автомат и показал устройство пистолета. В довершение, дабы восторга поубавилось, показал запись штурма Берлина. Мужчина опустился на лавку в состоянии шока. Взгляд его остекленел…

Щелкнув пальцами, я вернул вещи в инвентарь.

- Вы были правы… - проговорил он медленно. – Некоторых вещей лучше не знать. Значит, вас призвали? Вы герой, наместник?

- Какой я к чертям герой… Простой военный медик. Насчет призыва - не знаю, но боги точно не слишком довольны. Оракул тоже понять не может. Мне бы домой… Да вот, только есть ли он еще, дом-то? Может одна выжженная пустыня осталась.

- Удивительно, как можно создать такое без магии?

- Как-то создали… - усмехнулся я. - Ручками, дружище, ручками.

- Я… - он сглотнул нервно. – Простите, но это орудие долго не проживет. Я не уверен, что его хватит и на двадцать выстрелов. Стволы, простите, дерьмо. Они лопнут. Дайте мне подумать часа два-три и завтра, к вечеру, у вас будет рабочий образец. Даю руку на отсечение!

- Серьезная заявка. Что ж, выбора у нас особо нет. Держите все в секрете, это наш единственный аргумент на сегодняшний день.

- Могу я… попробовать создать оружие для солдат? Не такое сложное, как у вас, но, хотя бы что-то. Теперь я вижу, что это возможно. Арбалеты и луки хороши разве что для охоты, магических нам не дают. Дорого слишком. Дороже чем жизнь штрафника. Хотя бы против ночных зверей? Чтобы солдаты не гибли за зря, наместник?

- У демонов есть такое оружие, или подобное этому?

- Есть. И оно много лучше нашего.

- Почему?

- Как сказать? У нас благословение всех богинь, а у них – только одной. Вот и выкручиваются как могут.

- Что ж, значит, мы просто сравняем шансы. Хрен с тобой, делай. Но только молчком!

Я дал ему еще несколько советов. Кузнец внимательно выслушал их и клятвенно обещал хранить мою тайну. Из разговора с ним я вынес несколько выводов. Во-первых, у магички есть какая-то тайна. Ну, с Альбером и герцогом все понятно, боле или менее. Во-вторых, что, в принципе, тоже сразу бросилось в глаза – Тарсис, скорее, место ссылки, нежели форпост. Сам кузнец оказался уж слишком образованным. Наверняка где-то начудил, к бабке не ходить. Вон взгляд как у ссыльного декабриста. Надо бы поспрошать на досуге, не анархист ли? И вообще, похоже, пора погрузиться, так сказать, в лор мира. Узнать историю последней войны и так, что получится, для общей картины.

Оставив Норма наедине с собой, я решил расспросить… А кого бы мне расспросить? Пожалуй, в моем положении лучше всего расспросить хозяина таверны. А заодно поправить здоровье немного. прихватив с собой Бруно, я направился прямиком в рабочий поселок.

Одну часть таверны уже накрыли стропилами, и натянули временный навес, под которым можно спрятаться в тень и присесть, чтобы пропустить кружку-другую. Свою я выпил залпом. Хозяин вынес, едва завидел. Была здесь и Альтурия.

- Вы пообедать или как? – старый демон прищурил глаз.

- Еще не решил. Рамон, а про меня тут уже все и все знают, да?

- Ну, как вам сказать? - он смущено почесал затылок. – О том, что вы не от мира сего? Так это… только дурак не догадается. Вы тут такого шороху навели, до сих пор поселок гудит как улей.

- Понятно… - я заметно озадачился. – И, что говорят?

- Ну, одни полагают, что вы из Дарнала. Другие, что из Уренгала. Ну, или с островов Фреймгала, а то и еще дальше. Оттуда же, откуда ваша магичка. Простите… госпожа Альтурия. Кое кто считает, что наместник вообще из перерожденных.

— Это страны?

- Нет, наместник. Дарнал, и Сарнал – это континенты. Уренгал - вроде как полуостров. Он далеко на севере и в великий отлив, когда все три луны Сарнала разбегаются по небу, туда можно попасть пешком. По дну морскому. Но длится это недолго. Пару суток, наверное. Потом, вода постепенно прибывает. Фреймгал – это гряда островов на юге. Все эти земли относительно близко друг к другу. Не без труда, но перебраться всегда можно. А есть еще неизведанные земли, за морем. Где, якобы, все живут счастливо и в любви.

Старый демон покосился в сторону магички, но она не обратила внимание на его сарказм.

- Так Сарнал – это мир или континент?

- Мир, - кивнул демон, протирая новехонькую барную стойку. – Сарнал ведь самый большой континент, это логично.

- А какой сейчас год?

- Две тысячи тридцать пятый, со дня разделения Божеств.

— Это как?

- Ну, раньше у нас был один, единый Бог. Так-то сейчас должен бы быть семь тысяч… какой-то годок. Но единый Бог от чего-то решил разделиться на восемь воплощений. Восемь сестер. Так сказать, перешел в свою женскую ипостась. Но ему виднее. Мы поклоняемся Ирии, милостивой, справедливой и всемогущей, а остальные богини нас игнорируют. Почему? Не спрашивай. Никто не знает. А гадать уж до чертиков надоело.

- А кто такие оракулы?

- Духи. Души мудрейших людей, заслуживших эту честь. Они появились давно, но десять лет назад, примерно перед самым концом войны, боги создали совет оракулов. Было время, когда демоны, люди и прочие расы жили в мире и уважении. Вместе добивались процветания. Но, постепенно пресытились, потеряли чувство меры и страх. Зажрались. Начали мериться животами. Сначала конфликты были мелкими. Потом больше и больше. Уже без смысла, достаточно было любого повода. Однажды, наши правители в конец ополоумели и развязали жестокую, ничем не объяснимую войну на истребление. Ради прихоти, собственного честолюбия.

- Долго воевали?

- Около пяти лет… - Рамон вздохнул. – Генералов все время меняли или казнили. Силы были примерно равны, так что побед особо не наблюдалось. Одни жертвы. Говорят, что в один прекрасный момент, во главе войск встали два мудрых генерала. Через оракулов они договорились с богами и испросили себе право на правосудие. По сути - заговор. Каждый из генералов, поклялся жизнью, что выполнит данное слово, нарушив священную присягу. В общем, наш генерал вырезал всю семейку нашего короля, знати и иже с ними. Всех причастных. А ваш генерал вырезал ваших, всех до единого.

- Жесть! Ночь длинных ножей, какая-то, - усмехнулся я.

- Они заслужили… - развел он руками. – И сразу наступил мир, представляете? Мгновенно! Буквально за год отстроили Солус - город двух столиц, определились с иерархией. А все сложные решения у нас принимает совет оракулов. Теперь у нас нет королей. Вся власть в руках губернаторов, наместников и советников. Последние сидят в столице. И, все до единого, лично докладываются оракулам.

- Черт… а я там не был с тех пор, как приехал. Надо бы сходить. Да и Санаре хоть пару строк написать, наверное?

- А сама она вам не писала? – спросила магичка.

- Да нет, вроде тишина.

- Странно. Но я бы не стала пока тревожить. У госпожи Санары дел хватает, поверьте. Скоро прибудет корабль с проверяющими, я бы на вашем месте об этом волновалась.

- Я уже принял кое какие меры. Приму еще.

- А… что это у вас? – она заметила у меня в руках желудь.

- В вещах нашел. Так, таскаю собой в кармане, чтобы руки занять.

- Позвольте, позвольте… – он взглянула поближе. – Какая редкость! Настоящий домовой дуб! Где вы его нашли?

- Говорю же, не знаю… Берите, если нужно.

- Наместник, мне в голову пришла дурная идея! А давайте посадим его прямо здесь? По центру таверны? Это дерево приносит счастье, как говорят лесные эльфы.

- Ай, да они просто живут на них, - отмахнулся демон. - Но я не против! Идея хорошая. Видал я один такой, красотища! А крышу к нему потом пристроим. Желудей тьма будет! Считай, закуска дармовая. Только обжарить.

- Таверна твоя, - пожал я плечами. – Делай как знаешь.

За обедом я обдумывал полученные сведения. Если верить Рамону, то этот мир прям ровесник моего. По датам, по крайней мере. Такие моменты совпадениями не бывают. Будто кто-то решил сравнить результаты. Узреть, так сказать, наглядно разницу в развитии. Но кто и зачем? Может попытаться через тех же оракулов узнать у других богинь?

Дожевывая свое жаркое, я ненавязчиво рассматривал Альтурию. Ну да, кровей в ней намешано тьма. Орочью стать вино издали. Разве что клыки не торчат. Уши заостренные как у эльфов. Кожа темная, если не сказать синеватая. Но, вместе с тем, бледная. Может мерзнет? Тогда ей стоит носить платье с меньшим количеством разрезов. Впрочем, ноги красивые, сильные. Чулки как у Тис, из тонкой шерсти. И армейские ботинки… В довершение, этот тяжелый, бесконечно унылый, взгляд. Будто в нем вся грусть еврейского народа со времен Моисея. На вид ей около сорока. Но здешние жители могут иметь любой возраст. Так просто не разобрать, навскидку. Лицо? Да обычное. Если приглядеться, даже симпатичное. Но привыкать однозначно надо. Внешность своеобразная.

- Наместник, если вы закончили меня разглядывать, могу я взять немного крови виверны и ее кишки?

- Зачем? – я с трудом проглотил пищу.

- Хочу сделать удобрение… Получится просто отлично.

Глава 18. Рыбка, дуб и другие странности

Ночью случилось землетрясение. Слабенькое, только посуда зазвенела слегка и все. Привычный к ночным обстрелам, я даже не проснулся. Слова кузнеца, рассказ трактирщика, последние минуты жизни Альбера… Все смешалось в голове. Что-то здесь не вязалось. Эта его нелепая книга, которая уж слишком наивна, смущала меня все больше.

Проснувшись еще затемно, я принялся листать на планшете фотографии страниц. Странное дело, но батарея питания практически не разрядилась. Если не трогать планшет пару дней, она и вовсе набирала заряд. Ядерной батарейки такого типа хватит лет на пятьдесят, а потом она просто станет медью. Вот же кто-то придумал.

Изучая страницу за страницей, я, то и дело, натыкался на маленькие стрелочки указывающие вверх. Они находились в тексте, на пустых местах, на картинках, но всегда в одном и том же месте. К содержанию особо отношения не имели.

В записке предыдущего наместника говорилось, что сейф тут для вида. В нем разве что выпивку прятать от горничной. Гвоздем вскрыть можно. Настоящий сейф в уборной, за ложной стеной. Но ни казну, ни книгу я там не хранил. Достав бесценный фолиант из инвентаря, я осторожно перелистал его и обратил особое внимание на корешок переплета. Вспоров грубые стежки вощеной нити, разделил слои бумаги и зацепил что-то ногтями. Вытащить не получилось. Просканировал переплет планшетом. Оказалось, что там какая-то металлическая пластинка. Достал пинцет, расшевелил ее и осторожно извлек на свет. Кажется серебро…

На пластине имелись отверстия разного диаметра и продольные царапины. А еще надпись на английском языке. Странно, правда?

- Алиса, дай перевод…

Я навел камеру планшета и искусственный интеллект произнес с выражением:

«На удочку насаживайте ложь

И подцепляйте правду на приманку.

Так все мы, люди дальнего ума, издалека, обходом, стороною,

С кривых путей выходим на прямой».

— Это Шекспир! Принц Датский. Цитата. У вас поменялись предпочтения? Похвально!

- Гамлет? Ну конечно, здесь же его все знают! – я отключил планшет.

- Ты сейчас с кем говорил?

Отродье проснулась. Она спала рядом с кроватью, на подстилке из одеял, и теперь смотрела на меня дикими глазами.

- Забудь. Так, говорящая безделушка.

- Но это ведь были стихи? Что за язык?

- Мой родной. Русский. Перевод с английского. Гамлет. Очень старое произведение, но до сих пор имеет смысл. Альбер не так прост, как казалось. Ты знаешь, что такое стихи?

Она фыркнула, улеглась обратно и отвернулась, не ответив.

Утром, я наведался в комнату, где жил Альбер и устроил там обыск. Что конкретно искать, я не знал. Пока взгляд не упал на железную рыбку в рамке, что одиноко висела на стене, над кроватью. Отцепив ее от подложки я перевернул предмет. На задней стороне по-английски, было выдавлено слово «ложь».

- «На удочку насаживайте ложь, и подцепляйте правду на приманку». Значит, это приманка? И куда ее подцеплять?

Рыбка с глухим звоном прицепилась к пряжке ремня. Оторвать ее оказалось не так просто.

- Еще и магнит? Занятно.

Разговоры с собой обычно до добра не доводят. Но так думалось легче. И потом, всегда приятно поговорить с умным человеком.

Прохаживаясь по мастерской Альбера, я двигался по наитию, рассеянным взглядом фиксируя все, что могло относиться к рыболовной тематике или Шекспиру. Надписи, безделушки, царапины на стенах… Блуждая меж столов с лотками трав и других растений, я споткнулся. Оказалось, что все столы прикручены к полу. Но зачем?

Побродив еще немного, зацепился глазом за интересный момент. Если стоять у окна, то края столов образуют ровный просвет. Линию, которая, если присесть, указывает на рукотворный фонтанчик в темном углу.

- Ага, вторая часть фразы…

«Так все мы, люди дальнего ума, издалека, обходом, стороною,

С кривых путей выходим на прямой»

Сразу этот медный фонтанчик и не разглядишь. Вроде и на видном месте и в тёмном углу одновременно. Зеленый весь, окислился. Он больше походил на замысловатый рукомойник, с мыльницей в виде рыбки. Ага, а вот и «правда». Надпись, тоже на английском, на ручке, что рядом с мыльницей.

Положив рыбку на мыльницу, я потянул за рукоять. Фонтан щелкнул и отошел от стены. За ним оказался небольшой сейф с прорезью. Нужно быть полным идиотом, чтобы не догадаться, для чего она. Пластинка с отверстиями с усилием вошла в замочную скважину и дверца распахнулась. Внутри лежал ничем не примечательный браслет. А на обратной стороне дверцы, на медной пластинке, снова надпись. Я напряг память и перевел ее почти дословно. Наверняка, тоже, из Гамлета.

«Истлевшим Цезарем от стужи заделывают дом снаружи. Пред кем весь мир лежал в пыли, торчит затычкою в щели».

Решив никого не спрашивать, я неспеша прогулялся вокруг замка. Цезарь – это король, скорее всего. Или царь. Похоже, надо искать намек на это. Корону, скипетр какой-нибудь, или еще что похожее. Вообще, замок был построен просто, без изысков и барельефов. Голый функционал военного укрепления. Поэтому ливневка для дождевой воды в форме коронованного черепа меня заинтересовала. Проток действительно походил на вертикальную щель в стене. Но, самое удивительное, что изо рта черепа действительно тянуло сквознячком. И хорошо так тянуло, надо сказать!

Покрутив браслет в руках, я примерил его на запястье. Открыть обратно уже не смог.

- Ладно, хрен с тобой, потом разберусь...

Подумав, я осмотрел череп со всех сторон на предмет сюрпризов и рискнул сунуть руку в его рот. Там, в глубине, оказалось массивное кольцо. Оглянувшись на всякий случай, я дернул за него. Не получилось. Приложил еще усилие и повернул до щелчка. Часть рельефной кладки крепостной стены провалилась. Толкнув ее дальше, я обнаружил ступени. Похоже, это конец квеста. Вот Альбер заморочился! Видать совсем мужику скучно было.

Достав из инвентаря пистолет, я включил фонарь. Но стоило закрыть дверь, как в потолке засветились кристаллы. Такие же, как в фонарях в поселке. В просторном каземате, сложенном из каменных блоков, на столе, среди прочих предметов, под стеклянным колпаком, аккуратной стопочкой лежали большие тетради. А сверху конверт. Прочтя письмо, и пролистав записи, я, вдруг, все понял. Вот так всегда… думаешь что самый умный, а по факту оказывается, что нихрена ты не знаешь!

- Самонадеянный идиот! – я выругался негромко.

Забрав письмо с собой, вернул колбу на место, чтобы тетради не отсырели. Судя по всему, я нашел кабинет Альбера. Именно эту тайну он вверил в мои руки вместе с книгой.

Осмотревшись еще раз, я покинул убежище ученого и технично вклинился в привычную жизнь крепости. Вскоре наткнулся на отродье. Развернув меня за плечи, она молча указала в даль. Со стороны рабочего поселка, на десятки метров ввысь торчал громадный зеленый дуб!

Не веря глазам, взобрался на стену. Ошибки быть не может. На месте недостроенной таверны выросло громадное раскидистое древо.

- Дуб, что ли?

- Ага.

- Я… точно проснулся?

Она, с удовольствием, отвесила мне подзатыльник. Нет, все вполне реально. Аж в ухе зазвенело. Поняв, что переборщила, Наташка отошла на пару шагов, от греха подальше.

Давая согласие, я никак не ожидал, что эльфийский домовой дуб вырастет уже на следующее утро. Что за ядреное удобрение сварганила Альтурия? Определено в этом мире многое замешано на крови. И в прямом и в переносном смысле. Это ж надо, нижние ветви дерева настолько громадны, что закрывают своей тенью большую часть поселка, словно крыша мира.

- Ты где пропадал-то, родимый?

- Много будешь знать - скоро состаришься. И давно оно тут?

- Так ночью земля дрожала, не слышал что ли?

- Понятно… А я, грешным делом, на кузнецов подумал. Ну да ладно, дело сделано, чего уж теперь. Интересно, что на это скажут проверяющие.

- Кто? – переспросила она.

- Со дня на день должен прийти корабль за серой. На нем будут двое проверяющих. Демон и человек. Фамилия Фарон тебе ни о чем не говорит?

- Так прииск с о штольнями и рудниками его семье принадлежали. Там табличка в поселке есть.

— Значит, ты и читать умеешь, - заключил я.

Она легко попалась на приманку. Про стихи я не забыл. Да и про табличку знал точно. Это первое, на что обратил внимание. Потому, что именно граф Фарон отправил сюда Тис. Сделал он это незаконно, ведь она не принадлежала ему, а была наемной работницей. Гувернантки, особенно эльфийки – удовольствие не дешевое, по словам магички. Другое дело, что заступиться за нее было некому. Отродье по имени Наташа снова предпочла отмолчаться.

- Напиши свое имя.

Она нехотя нацарапала слово. Ее когти без труда повредили поверхность каменного блока.

- Хм… все правильно, с большой буквы. Может расскажешь про себя?

- Не вижу смысла. Ни сегодня-завтра тебя убьют, и я обрету свободу.

- Я так ненавистен тебе?

- Ты так жалок в своих потугах, что даже ненависти не достоин. Мне просто нравится, когда кормят каждый день. И спать под крышей.

- А чего хвост так дергается?

- Бесишь! Лжец! Крови обещал, а сам не дал. Только взял!

Ее правда, был такой разговор. Если подумать, ведет она себя смирно. Даже удивительно. Солдаты и рыцари, конечно, не очень довольны таким соседством, но уже не шарахаются и за оружие не хватаются. Тис вообще на нее внимания почти не обращает. Демонстративно.

Я огляделся и сел на гребень стены. Никого поблизости не было. Только дозорный на противоположной стене, но он стоял к нам спиной. Закатав рукав, я выставил перед ней предплечье.

- Ну, что же ты? Заслужила – бери.

- А я… заслужила? – она покосилась на вторую руку, опасаясь крепкого кулака.

- Дают – бери. Ты отродье или девица на выданье?

Шмыгнув носом, она не слишком уверенно взялась за руку и открыла пасть. Я поморщился, когда острые клыки прокололи кожу. Зрачки отродья резко расширились, она затаила дыхание. Наши глаза встретились. Странное ощущение, когда кто-то высасывает из тебя кровь. Не удивительно, что по ночам я ничего не чувствовал. У нее нежные, горячие губы… это скорее волнительно, чем страшно.

Пять - шесть небольших глотков – это примерно стакан, 250 миллилитров. Донор сдает примерно 450 миллилитров, не чаще пяти раз в год. Это безопасно. Сколько она уже из меня выпила – неизвестно. Плюс кровь, что я брал для Бруно.

- Хватит с тебя. Достаточно… - я схватил отродье за нос и вынул из пасти руку.

Она оскалилась недовольно, зарычала. Звериная натура так и рвалась наружу. Несколько раз сжав когти, она скрипнула зубами.

- Хорошего помаленьку. Мне обмороки не нужны.

- Когда дашь еще? Этого мало! – прорычала она раздраженно.

- Через полгода, коли доживем, - усмехнулся я. – Если вести себя хорошо будешь.

Она выругалась в сердцах и, со злости выломала корчащий из стены камень. А потом запустила его в ущелье. Далеко - далеко.

- Сломаешь что-нибудь еще, заставлю чинить.

Заклеив ранки пластырем, я спрыгнул со стены и прогулялся до башни. Раз уж пришел, решил поглядеть на заряды для мушкетонов. Ничего особенного, жестяная баночка, набитая пороховой смесью. Однако, ни фитиля ни запальника нет. Только маленькая магическая печать на картонном донце. На самом мушкетоне ни кремневого замка ни ударника я не нашел. Разломив оружие пополам, я осмотрел ствол и ответную часть. Там торчали два острых штырька и только. Осторожно нажав на спуск, я вздрогнул от неожиданности. Щелчок – и яркая электрическая дуга больно пробила палец.

- Неожиданно…

Я в очередной раз поймал себя на мысли, что считаю местные технологии отсталыми. И в очередной раз понял, что это не так. Не стоит забывать, что развитие этого мира шло по другим принципам.

- Скажи-ка мой кровожадный фамильяр… а у демонов есть оружие подобное моему?

- Прямо такого положим и нету, - нехотя отозвалась она. – Но на наших боевых кораблях есть пушки, способные стрелять за горизонт. Есть которые поменьше, часто стреляют. А еще есть адская труба. Ее вот такой же штучкой заряжают, только она побольше и внутри гвозди. В толпу попадет – всем хана. Луков и арбалетов тоже навалом, всяких разных. Мы очень сильные! Оружие и броня демонов – лучшие в мире!

- Так, почему же вы не победили?

- Магия… - вздохнула она удрученно. – У людей больше богов. Больше благословений. Ирия самая сильная из сестер, но вместе они сильнее. И потом… Не важно, короче. Теперь войны нет и мы все не у дел. Отродья строят дома и дороги, сеют хлеб вместо того, чтобы воевать. Позорище…

- Дура ты набитая, вот что я тебе скажу!

- Следи за языком!

- А то что?

- А то придушу тебя ночью! – огрызнулась она ехидно.

- Слышь, смелая, я ведь тоже ночью дохрена чего сделать могу. Не посмотрю, что страшненькая. Рога с хвостом не помогут. Неделю будешь ходить на раскоряку.

Она подвисла на пару мгновений. Иногда смысл сказанных слов до отродья доходил медленно, но судя по хвосту, который обвился вокруг ноги, это уже случилось.

- Ты не посмеешь!!!

- Что же мне помешает? Сбежать ты не сможешь. Выпивки побольше возьму, призову тебя… да вот хотя бы в умывальне, там развернуться негде.

- Н-не надо! – ее кожа покрылась мелкими пупырышками от волнения. – Только не это… Только не так! Я беру свои слова обратно! Ничто не потревожит твой сон, клянусь!

- Знаю я чего стоит твоя клятва… Ладно, пошутили и будет. Но в каждой шутке есть доля шутки, да?

Она испуганно кивнула.

- Нет, все-таки Наташка - для тебя слишком просто звучит. Буду звать Натали. Или Нателла - так стервознее. Пошли, что ли, дуб посмотрим. Может и желуди уже созрели? Ни разу жаренных не ел.

Припугнул я ее хорошо. Всю дорогу сопела и под ноги себе глядела. Бруно, разумеется, увязался с нами. Погодка вроде бы хорошая, ветерок даже теплый, солнышко, опять же. Благодать, одним словом. Но тревожные ожидания и постоянные взгляды на небо стали обязательной частью жизни в последние дни.

- Бруно, а чем отродье отличается от исчадья? – зачем-то спросил я.

- Точно не знаю, но для отродья нужна живая основа. Животное, реже растение, иногда человек или демон. Но последние два под запретом всегда были.

- Не этично, что ли?

- Гм, хрен его знает. Слово то такое… Нельзя и все!

- А исчадья?

- Их, в общем, из разных частей собирают. Из мертвечины там всякой. Потом оживляют. Но муторно с ними очень! Без души они, без разума. Никого не признают. Големы и гомункулы в этом смысле куда лучше. Тупые, но верные. Магическими формулами руководствуются. А почему ты спросил?

- Да так, слово вспомнилось. Решил уточнить. А големов кто делает?

- Все кому не лень. Ворон с полей отгонять, незваных гостей спроваживать. Но нормальные мало у кого получаются. Или хлипкие, или уж совсем тупые. Видал раз, что на таком дом построили. Фермер один. Куда стада, туда и он. А что, удобно…

Бруно обернулся.

- А чего это Наташка твоя смурная такая сегодня? Обидел чем?

- А она теперь не Наташка. Она – Нателла!

Пес ухмыльнулся, но, встретившись взглядом с отродьем, решил на эту тему не дискутировать.

- Бруно, вот мне интересно, а у вас – сан-дааров, с любовью как?

- В смысле?

- Ну, скажем, у рабочих в поселке есть, гм, блудницы. У меня – Нателла, а у тебя?

Демоница насупилась пуще прежнего, и скрипнула зубами. Но Бруно этого акцента не уловил.

- Да как тебе сказать… Есть среди нас и самки. Оно, конечно можно, но теплоты не хватает…

- Душевной?

- Да какой, нахрен, душевной? Железом об железо приятно думаешь? Да и стар я уже о таких глупостях думать. Для сан-даара прежде всего долг! Служение – наша основа.

- А для отродий?

- Знаешь, наместник, как бы я к ним не относился раньше, лгать не буду. Для них долг тоже всего превыше. За своих любого порвут. У тех кто поумнее, даже свой кодекс чести имеется.

- А наша Наташа? Как думаешь, умная? – я покосился на отродье.

- Нателла-то? – нарочно переспросил он. – Очень умная. Я даже иногда сомневаюсь, отродье ли она. Как помылась, так совсем по-другому пахнет. Кстати, а зачем ты ее помыл?

- Хватит! – взревела Нателла. – Не твое собачье дело!

- Ну вот, обиделась… - вздохнул Бруно. – А чистая все же краше.

Глава 19. Дурные вести

Вкусив кровушки, мое отродье несколько оборзело. Она начала дерзить, пререкаться, рычать на солдат и святых рыцарей. Ничего серьезного, только слова и угрозы, но это очень утомляло. Оказывается, призывать фамильяра можно в любое удобное место в поле видимости. Даже если он стоит рядом. А также повторно в то же самое место, если призыв удался. В любом другом случае это могло быть опасно для фамильяра, но отродью весьма не просто навредить. После очередной хамской выходки по отношению к Бруно, я щелкнул пальцами и она исчезла. Через пару секунд со стороны озера, порыв ветра принес отголоски ругани и истеричный вопль. В седьмой раз за сегодня.

- Чего это с ней? – недоумевал Бруно.

- Не бери в голову. Дал ей немного крови. Видать с нее дуреет.

- Своей?

- Ага. Обещал как-то.

- Ну да, ну да… А мне дашь?

- Зачем? – удивился я.

- Ну, я теперь тоже, вроде как, отродье. Не то, чтобы сильно хотел, просто не справедливо как-то. Ей дал, а мне нет.

- Блин… на вас так не напасешься.

- Да шучу я, - вздохнул пес. – Уж больно лицо у тебя хмурое. Стряслось чего?

- Стрясется, как пить дать. Дозоры докладывают о вивернах в предместьях. Круги нарезают, а сюда не суются. Ни сегодня-завтра проверяющие прибудут. От Санары вестей нет, сообщений не присылает. Как себя вести, чего ждать? Понятия не имею.

- Ну, во-первых, магические сообщения так далеко не доходят. А во-вторых, ты бы к оракулу сходил, спросил что да как. Святилище – проводник маны. Может там сообщения появятся, проверь.

- Ладно, от судьбы не уйдешь. Вот прямо сейчас и схожу.

— Вот и сходи!

За воротами послышалась отборная ругань. Это вернулась Нателла. Подумав, я снова щелкну пальцами, призвав ее над озером. Представив, как она снова плюхнулась в воду, Бруно усмехнулся.

- Ничего, ей полезно, - подмигнул я. – Искупаться не хочешь, за компанию?

Пес тотчас нахмурился и прижал уши.

- Да шутка, шутка… - я потрепал его по холке, там, где нет брони и отправился в святилище.

Протиснувшись в узкий проход, я прошел по темному коридору на розоватое мерцание алтаря. Подготовившись морально, шагнул внутрь и присел на край скамьи.

- Как там у вас принято?- припомнил я. – А, ну да. Гм! Далия обрати на меня свой взор!

Столб света вспыхнул неожиданно ярко и резко.

- Где ты был все это время!? – сходу взорвалась оракул.

- Здесь и был. Где еще-то?

- Докладывай! – потребовал голос.

- Да нечего особо докладывать, нормально все. Живы, здоровы, гарнизон живет согласно штатному расписанию, серьезно больных нет. Дисциплина в норме. Дозоры несут службу. Таверна, правда сгорела, так мы ее уже отстроили. Хозяин без претензий.

- Как сгорела? Почему?

- Так на нее виверна упала…

- Что значит упала!? Сама?

- Ну, да от испугу. Мы ее когда отгоняли, случайно под хвост из мушкетона попали. Так уж вышло… А мясо у нее вкусное. Даже отродью понравилось.

- Отродье… тоже здесь? – голос оракула стал тише.

- Да, нормально все. Призвал, поговорили по душам. Признала свои ошибки. Сейчас в озере купается. Бычок у нее тоже покладистый, плац метет, солдатам помогает. Бруно… похорошел, в весе набрал.

- И ведь не слова лжи… - вздохнула она удрученно. Гладь воды в столбе света дрогнула.

- Так говорю же: нормально все.

- Ты зубы мне не заговаривай, мальчишка! Создание отродья, да еще в пограничных землях, незамеченным не осталось. Ты уж поверь. Адский пес - серьезная боевая единица.

- У меня не было другого выбора. Бруно мог умереть…

- Знаю. Значит, у тебя теперь два отродья в фамильярах?

- Три, если считать бычка. Н-тша чудит немного, но ведет себя хорошо, в целом.

- Ты разрешаешь ей свободно разгуливать по крепости? Мне докладывали об этом.

- Докладывали? Ну да, конечно. Должно быть Сарен или Рауф?

- Грог, старший счетовод. Он отчитывается передо мной лично. Это часть его работы.

- Ясно. Много наговорил? – осведомился я.

- Достаточно. Признаться, не думала, что ты воспримешь мои слова так близко в сердцу. Надеялась, что затаишься. А ты взялся за дело, да так рьяно…

— Это плохо?

— Это может выйти боком. У проверяющих возникнут вопросы. Граф Фарон, мягко говоря, не очень хороший человек.

- Наслышан.

- Но он давно не владелец. Всего лишь формально. Получает часть прибыли от сделки с демонами. Он не в восторге, но выбора графу не оставили. Часть – лучше чем ничего, верно?

Я кивнул.

- Ты не должен выделяться. Для всех, Павел Георг – сержант гвардии Дастана с темным прошлым и странным именем. Ты ведь знаешь, здесь только штрафники. Устрой небольшой смотр, предложи отобедать в замке, угости дорогих гостей мясом виверны, выпивкой. Думаю, учить тебя не надо?

- Сделаю.

- На все вопросы отвечай односложно, будут настаивать – отсылай к Санаре. Это остудит любопытство. Погрузка займет несколько часов, в поселок они не суются. Аристократы терпеть не могут работяг. Отродий спрячь! Отрицай все, как бы ни было сложно, ничего не признавай! Глядишь и пронесет…

- Ясно.

- Прости, но с виверной помочь ничем не смогу. Хочешь ты того или нет, но я приказываю тебе отстоять поселок и штольни любой ценой, от любого врага! Мирный договор под угрозой…Даже малая кровь может снова привести к войне и тогда Сарнал полыхнет.

- Есть отстоять… - выдохнул я. – Только потом не жалуйтесь. Я санинструктор, а не стратег, и законов ваших не знаю.

- Сейчас ты здесь, в нашем мире, служишь Дастану, ты - наместник. Мы не предвидели таких обстоятельств. Я, как оракул, беру всю ответственность на себя.

- Что у Санары? Поход удался?

- Проблема глубже, чем мы думали. Я не могу рассказать все, да и всего не знаю. Но это была спланированная операция. Когда войска подошли к местам стоянок, они попали в засаду. В это же время Дастан был атакован с воздушных кораблей. Замок губернатора, храм всех богов и ряд важных построек были разрушены. Враг сильнее, чем мы думали и хорошо оснащен. Самое неприятное в том, что они больше не скрываются. Их флаг – черное знамя и корона. Донесения о нападениях на города приходят со всего Сарнала.

- Святилища оракулов они тоже уничтожают?

- Да, в том числе… А это что-то значит? Думаешь нам мстят?

- Я думаю, вас лишают связи. Разве это не очевидно? Правителей убирают, чтобы посеять хаос, храмы – чтобы люди не могли получить благословение. Святилища – чтобы оракулы не могли знать что происходит и отдавать приказы. А остальные постройки, должно быть, хранилища, склады и мосты?

- Верно…

- Стандартная тактика. Нападения продолжатся. Причем внезапно, соседние селения даже знать об этом не будут. Скорее всего, силы врага не так велики, но навалившись разом, они будут брать один город за другим. Воздушные корабли для этого отлично подходят. На сколько я успел заметить, у Дастана нет эффективного оружия против таких судов?

- Нет… - голос оракула совсем ослаб. – Только мощная магия и арбалеты. Есть пороховые пушки, но они больше нужны при осаде. Откуда ты все это знаешь?

- Я только с войны, если вы забыли. С огня, да в полымя… Из одного пекла в другое, – я усмехнулся невольно.

- Что же теперь делать? Мы еще толком не оправились…

- Вы меня спрашиваете? Гм… Ну во-первых, сосредоточьтесь на поиске шпионов в городах. Эти парни, похоже, принципиально носят черные одежды. Перенесите все запасы провианта в безопасные места. Запаситесь водой и охраняйте ее чтобы не отравили. Наладьте хоть какую-то связь. Но обязательно с паролями. У вас же есть магия, придумайте что-нибудь! А из чего эти ваши корабли? Как летают?

- Из дерева и металла. А летают за счет концентрированной маны. Э… вернее эфирного вещества.

— Значит, они горят! Мушкетоны, конечно, так себе оружие, но из них можно поджечь. Пушки можно начинить дробью. Дальность будет небольшая. Но если попадет - так попадет. Мало не покажется. А почему корона на флаге?

- Мы полагаем, что это дело рук уцелевших отпрысков королевского рода. Они хотят снова вернуть власть, – проговорила оракул.

- Хреново. Если положение такое, как я представляю, то дела ваши плохи. И у них талантливый военачальник. А что ваши боги?

- Боги не вмешиваются в дела смертных, - вздохнула она. – Они лишь дают благословение. Или не дают. Ты мудрее, чем я думала, Павлик. Спасибо, что открыл мне глаза. Я немедленно созову совет оракулов! Молю, защити поселок и святилище…

Свет оракула померк, оставляя лишь бледное мерцание после себя. У меня разболелась голова. Захотелось на воздух. Свежий, прохладный ветер в лицо - словно глоток жизни. Поднявшись на стену, я все никак не мог надышаться. Завидев меня издали, отродье в один прыжок оказалось рядом. Она уже заготовила целую тираду слов и оскорблений, но увидев мое лицо, сбавила шаг и остановилась.

- Ты… мертвецки бледен.

Я посмотрел на руки и пару раз сжал кулаки, разгоняя кровь. Давление действительно упало. Вен совсем не видно. Может я дал ей слишком много? Хотя нет, дело здесь в другом. Меня взбесил тот факт, что какие-то твари в черных плащах рушат мои надежды на относительно спокойную жизнь. Я только-только поверил в чудо!

- Твою ж мать!!! – выругался я в сердцах и влепил по стене. Но боли почти не почувствовал. А так хотелось! Однако в том месте где ударил, каменная кладка треснула, а в том месте, куда попал кулак, образовалась вмятина с мелкими осколками. Осмотрев руку на предмет порезов и переломов, я вздохнул с облегчением.

Отродье враз присмирело. Деваться ей было некуда, только и оставалось, что стоять молчком. Кажется, я ее напугал. Как бы она ни была сильна, я все же смог внушить ей страх. Но сейчас это было лишним.

- Игры кончились, Натали. Я говорил с оракулом… По всему Сарналу неизвестные на летучих кораблях нападают на города. Дастан атакован.

- Опять война? – осторожно спросила она.

- Радуйся. Ты ведь для этого создана.

Оставив ее одну, я спустился на площадь и вернулся в свое жилище, чтобы побыть одному. Новости эти застали врасплох. Предчувствия в очередной раз не обманули. А ведь так хотелось надеяться, что это паранойя, посттравматический синдром и иже с ними. Нет… люди без войны не могут. Всего десять лет и народились новые идиоты.

Теперь понятно, почему Альбер вручил книгу именно мне. Это не было совпадением. Кто-то сознательно вел меня к месту встречи, зная, что вмешаюсь. Зная, что захочу помочь. Но если не боги, то кто? Загадка…

Едва пролистав записи в тайнике, я осознал, что Бремера и Гаю в покое не оставят. Поверхностно просмотрев труды Альбера, я понял, что они таят в себе. Книгу будут искать! Возможно вся эта недобрая возня только из-за нее и началась. Много ли в истории таких примеров, когда фанатики, вбив себе в голову какую-то совершенно идиотскую цель, творят жутчайшую дичь во имя ее? Да навалом, начиная с древнего Рима и еще раньше…

Если те корабли в состоянии навредить такому городу как Дастан, с его укреплениями и гарнизоном, то Тарсис в полной заднице. Если демонов можно укрыть в штольнях, где сера им не страшна, то куда деть людей? У меня полторы сотни в подчинении и время не на нашей стороне.

Бежать? Куда? В леса полные тварей? К демонам через границу? Не вариант. Они скорее воспримут это как провокацию. Сторону конфликта я уже выбрал, тут без вариантов. С убийцами и отморозками нам не по пути. Осталось определиться с методами.

- Защищать рудники, говорите? Что ж, госпожа оракул, я вас предупреждал… Ой не пожалейте…

Я и сам не заметил, как задремал. Отродье мое решило судьбу не испытывать и где-то слонялось. Худо-бедно, но пришел в себя. Сон – лучшее лекарство. Разбудил меня стук в окно. Тихий, но очень настойчивый. Странно, этаж-то не первый…

Приготовив пистолет, я отошел в сторонку и повернул оконную ручку.

- Пожалуйста, господин наместник, я всего лишь посыльный, - послышалось с той стороны. – Разрешите войти?

Я отошел на пару шагов.

- Входи.

В комнату проскользнул рыжий силуэт. Метнувшись к двери, он сразу ее запер. Это был лис, такой же, какого я встретил в лесу, в первое утро. Если не тот же самый… Кулон на ошейнике и перчатки на лапах показались подозрительно знакомыми.

Лис принюхался и растерянно поджал лапу.

— Это… вы наместник? Мне нужен Павел Георг.

- Мне кажется, или мы уже встречались?

- Определенно так, - кивнул лис. – Ваш запах ни с чем не спутать. Ох простите, я позволяю себе лишнего… У меня послание для наместника.

- От кого?

- Еще раз прошу простить… но могу я увидеть ваши документы?

Я сунул руку в инвентарь и достал паспорт. Взглянув на него мельком, лис встал на задние лапы и поклонился.

- Мое имя Сорней, сударь, фамильяр герцога Бремера. Я достану из сумки?

Гость привычно держался на двух лапах. Строение его тела имело больше сходства с животным, но говорил складно, голос имел приятный. Выложив на край стола несколько свитков и конвертов, он отступил в сторону.

- Тебе нужен ответ?

- О, нет! Если позволите, я пока что побуду здесь, в замке или его пределах. Если герцогу будет нужно, он призовет.

- Дальность призыва не так уж и велика, - поразмыслил я вслух. – Значит ли это, что герцог где-то рядом?

- В нескольких днях пути, - кивнул он. - Точнее не скажу. Сейчас передвигаться днем опаснее чем ночью.

- Из-за кораблей?

- Вы уже знаете? – удивился Сорней. – Да, из-за них. Мне, признаться, не по душе такое. Я родился всего семь лет назад, и видел только последствия войны. Это действительно так страшно, как говорят?

- Да, страшно. А почему ты влез через окно? Тебя не впускали?

- Там это… отродье по двору бродит. И адский пес. А еще бык с метлой. Пришлось окольными путями.

— Это мои, не бойся. Ты присядь, а я пока почитаю.

- А поспать можно?

Я улыбнулся и указал на свою постель. Тщательно протерев лапы, зверь скинул сумки на пол и свернулся на одеяле. Отперев дверь, я уселся поудобнее и сложил ноги на край стола.

В письме, герцог подтверждал слова оракула. Предупреждал, что связи с Дастаном больше нет. Они с Гаей чудом пережили нападение и следуют в Тарсис. Двигаются только по ночам, по плохим дорогам. В небе много мелких судов, которые нападают на всех, кого встретят. Ходят под черным флагом с короной. Большие корабли ушли в глубь континента, так что в Тарсисе пока безопасно. Но шпионы повсюду. Нужно быть наготове. Беречь книгу.

Во втором конверте, Бремер, на всякий случай, от руки зарисовал маршрут, по которому они пойдут.

- Эй лис, а что это? – я показал два маленьких тубуса, скрепленных печатью.

- А вы не знаете? – зевнул он удивленно. – Свитки молнии. Очень дорогие штуки. Один такой может сбить корабль, или испепелить небольшое войско.

- Ого, серьезная заявка. Ладно, отложим… А это?

- Послание от госпожи Санары. Велено отдать лично в руки.

Бумага была завернута в такой же чехол, как и назначение на пост наместника. У меня возникли обоснованно неприятные предчувствия. Вскрыв печать я прочел приказ:

«Наместнику Тарсиса, Павлу Георгу Холоду.

Властью, данной мне советом оракулов, объявляю военное положение.

Суда, отряды, любые войска и транспортные средства под черным флагом с вышивкой в форме короны объявляются врагом! Проверять всех подозрительных. Задерживать до выяснения. При сопротивлении нещадно уничтожать. Особое внимание обратить на людей в черных одеждах. Враг хорошо вооружен и очень опасен. Разрешаю действовать согласно законам военного времени.

Губернатор Дастана и прилегающих земель Санара Жоспен Бремер».

А во вложении приписка:

«Прости, что втянула во все это. Чужой мир, чужие проблемы. Ты хороший человек, Павлик. Уж я-то знаю, всяких повидала. Спасибо за те слова, что ты сказал. Я вспылила, потому, как не ожидала такой искренности. Они греют мне душу. Не знаю, увидимся ли еще когда-нибудь. Наш враг не фанатики. Вернее не просто фанатики. Это - сторонники прежней власти. Остатки личной гвардии короля и наемники из Дарнала. Ничего хорошего от них не жди. Мы собираем армию, демоны уже извещены. В Тарсисе ты - второй человек после меня, помни это. Отсылаю к тебе брата. Анри заносчив порой, но можешь всегда рассчитывать на его поддержку. Удачи тебе, Павел Георг!».

Глава 20. Судно на горизонте

Санара и Анри Бремер... Значит, они брат с сестрой. Скрывают? Ну да, власть над Дастаном кому попало не доверят. Она – герцогиня, по рождению, ну, все понятно. А чего я такого сказал-то? Ах да, тогда в кабинете… Приняла близко к сердцу. Ну и пускай, раз ей так легче.

Отродье так и не появилось. Ночью лис спал у меня в комнате, на кушетке. Одевшись, я разбудил его до завтрака и мы спустились вниз. Натали сидела у конюшни, где теперь жил ее бычок. Откинувшись на стену, она загорала на большом ящике с овсом и задумчиво смотрела вдаль, покачивая ногой. Завидев отродье, лис разволновался и спрятался за мою спину. Сзади неслышно подкрался Бруно.

- Привет блохастый! Помнишь меня?

- Н-нет, простите?

Пес приподнял лапой бирку с номером семнадцать, каким-то чудом все еще висевшую на груди.

- Бруно? – он осторожно принюхался. – Это действительно ты?!

- А кто еще-то? Рад видеть тебя, дружище. Да ты ее не бойся, это наша Нателла. Мы оба теперь фамильяры наместника. Вот тот бычара тоже. Рори его кличут.

Лис вежливо поклонился.

- Позвольте представиться, я - Сорней, фамильяр герцога Бремера. Рад встрече.

- Так уж и рад? – усмехнулась она, наконец, одарив его своим взглядом. – Не бойся, не трону. Иначе вот он снова искупает меня в озере.

- Сорней, Бруно, сходите на кухню, вас накормят завтраком. Нам с Наташкой поговорить нужно.

Проводив зверье взглядом, она уныло уставилась на меня.

- Чего ночевать не пришла? Обиделась что ли?

- Разве на дураков обижаются? Так, было о чем подумать. Ночь теплая, звездная…

- Думать иногда полезно, - я понимающе кивнул. – Что надумала?

- Почему ты постоянно бросаешь меня в озеро, вместо того, чтобы врезать?

- Обязательно врежу, как только палку перегнешь. Просто беси меня почаще.

- О, это с радостью. Но я все же хочу понять кое-что.

Ты мог убить меня в святилище, когда я была слаба. Там, в лесу, когда призвала Рори, я чувствовала спиной, как ты смотришь нам в след, и в ужасе молилась Ирии. Почему не стрелял, ведь я обманула тебя.

- Ты за кого меня держишь? Я думал еще в тоннеле свалишь. Да скатертью дорога! Я и призвал то тебя только из-за Бруно.

- Но ты не гонишь меня, - она опустила взгляд. – Почему?

- Не знаю. Жду пока поумнеешь.

- И как? Умнею?

- Прогресс есть, - кивнул я с улыбкой. - Видать озерная вода тебе на пользу.

— Значит, тебе не совсем наплевать на меня? - спросила она негромко.

- Долго же до тебя доходит…

- Если тебе действительно есть до меня дело… Если хватит смелости… скажи это вслух!

Отродье зажмурилось, когти впились в ящик на котором она сидела. Казалось, одно неверное слово и чудище взорвется к чертям собачьим. Начнет крушить и ломать, рвать все на части. Ежу понятно, чего она ищет на самом деле... А вот до меня не сразу дошло.

Страх спасает нам жизнь, но иногда, его нужно пересиливать, чтобы чего-то добиться. Я положил ладонь поверх ее запястья и сжал пальцы. Таких слов я еще никогда никому не говорил…

- Ты мне нужна. Слышишь?

- Лжец! – прошипела она зло и одернула руку.

- Тьфу ты, ежкина мать! По себе людей не судят. Да ну тебя, дуру рогатую!

Она отвернулась, стиснув зубы до скрипа.

- Ну и сиди дальше! А я пошел жрать. Кишки к позвоночнику прилипли…

После завтрака, поприсутствовав на разводе, я отправился к кузнецам. Что-то Норм совсем притих, обещался еще вчера вечером доложить. Мастера я застал за столом. Он тихо посапывал, уткнувшись в чертежи. Пришлось разбудить. С минуту он хмуро вглядывался в мое лицо, а потом подскочил как ужаленный.

- Закончил вчера, наместник, как договаривались!

- Показывай.

Подмастерья задернули шторы мастерской и подкатили зачехленное орудие к пристрелочной дверце. Норм снял брезент и отошел в сторонку.

- Ты… сделал это за два дня? Вот все это?

- Что-то не так, наместник? Скажите, я тут же исправлю!

- Норм, я, можно сказать, вырос в кузнице. Ты меня за идиота держишь? Невозможно за два дня создать такую сложную вещь, даже втроем!

Норм поник головой.

- Не, не дружище, то, что ты сделал – круто. Реально круто! Я даже верю, что оно стреляет. Просто скажи мне, как? Я не вижу здесь глины, форм для отливки, грузил, литников. Тут даже кузнечного пресса нет, молота, не говоря уже о токарных станках. А как ты нарезы в стволе делал? Пальцем?!

- При всем уважении, наместник! У меня высокий ранг кузнечного мастерства и благословение двух богинь. Да, я и раньше подумывал создать что-то подобное, но прежний наместник не разрешал. Но эта работа заняла у нас сутки. Остальное время я делал другие образцы, а подмастерья — вот эти доспехи и снаряды к орудию.

В углу действительно аккуратными стопками лежали нагрудники и прочая амуниция для солдат. Я взглянул на них мельком. В подвалах всего этого добра точно не было. Они сияли, как только что отполированные. Норм раскраснелся. Он рьяно вступил в спор, чувствуя свою правоту. Здесь явно какой-то подвох.

- Возможно, я чего-то не понимаю. Ладно, остынем! Тогда покажи мне, как вы работаете. Сделай хотя бы… вон, еще один снаряд. Я хочу посмотреть. Сколько на это уйдет времени?

- Минут десять, - пожал он плечами. – Я сделаю, если хотите, но для начала нужно расплавить сталь и медь.

- Ничего, я подожду. Делай.

Кузнец нахмурился и разжег печь. Я проворонил момент и не понял, как именно он это сделал. Да и печь показалась странной. Раскрутив какое-то колесо, он подал воздух, и пламя поднялось выше, образуя собой голубоватую сферу. Затем, кузнец бросил внутрь несколько увесистых кусков руды. К моему искреннему удивлению, она зависла в воздухе, посреди огненной сферы. Железо образовало светящийся ком, а шлак ссыпался вниз. Подмастерья тут же смели его с поверхности печи.

Прикинув что-то в уме, Норм достал из ящиков несколько щепоток каких-то минералов и тоже бросил в сферу. Я узнал только буру. Когда же металл обрел однородную форму, он залез в сгусток кочергой и взял пробу. Добавил еще буры и перемешал, выудив остатки шлака.

Выбрав образец снаряда, кузнец прочел заклинание и сделал над ним пас рукой. В то же мгновенье, в воздухе возникло едва заметное отображение предмета. Мастер пронес его сквозь расплав и с другой стороны появилась болванка. Он делал так до тех пор, пока расплав не кончился. После чего печь погасла, а висевшие в воздухе болванки отправились остывать в песок.

Медь расплавили уже традиционным способом, в стальном тигле. Кузнец также создал магический образ кольца и окунул его в расплав. Едва остудив, передал его подмастерью, который быстренько напрессовал горячие кольца на снаряды. Выдержав изделия в кипящем масле, мастер взял щипцы и, один за другим, выставил их на стол. Я попросту обомлел…

Подмастерье принес кусок ствола и по очереди протолкнул снаряды через жерло, чтобы убедиться, что они подходят к калибру орудия. На медных кольцах остались характерные канавки от нарезов.

- Наместник?

- Я все увидел…. Стволы ты делал так же?

- Да, но там процесс сложнее, нужна концентрация, получилось не с первого раза.

- А как вы делаете доспехи? Таким же образом?

- Почти. Снимаем мерки с солдат, смотрим чертежи, строим в уме картинку и плавим металл. Потом, небольшая доработка, полировка, и крепим ремни. Самое сложное в этом деле - сделать изделия одинаковыми. Со снарядами больше всего возни было. Я отлил эталонный образец и вот тот кусок ствола, для проверки.

- То есть, если ты сделаешь еще одно такое орудие, то все будет отличаться? Я правильно понял?

- Все верно, наместник. Но если есть эталон, если набить руку, то погрешность будет очень мала. Только для этого нужен хотя бы мой уровень владения мастерством кузнеца. А еще навык сталевара и вот такая левитационная печь. А состав металла я на ощупь определяю. Или на зуб, когда как. Оно само получается.

- Поразительно… Прости дружище, что сомневался. Я еще слишком мало знаю о магии. Кажется, почти все, что я умел раньше, здесь будет бесполезно.

- А зачем вам это, наместник? Вы ведь лекарь, - резонно заметил Норм.

- В жизни все может пригодится. У тебя много руды?

- Да… пока достаточно. Смотря для чего. В крайнем случае можно переплавить тот хлам, что в хранилищах. Ну или в штольнях купить. А что?

- Ты ведь грамотный? На, ознакомься…

Я сунул ему приказ о военном положении и выждал пару минут.

- Понял?

- Понял… - кузнец резко погрустнел.

- Если надо, возьми солдат в помощь. Сделай таких орудий еще хотя бы три штуки. Чтобы снаряды все подходили. И снарядов как можно больше! Обстоятельства изменились. Виверна – это не самое страшное. К утру я постараюсь накидать пару чертежей. Готовься, у нас будет много работы.

Подумав, я положил на стол одну золотую и две серебряных монеты. Подавленный и потрясенный увиденным, уже собирался уйти, но вспомнил, что у меня тоже есть кузнечный навык.

- Скажи, Норм, а если у человека есть навык кузнеца, но благословение, скажем, от Ирии. Он будет работать? Ведь демоны как-то создают свое оружие.

- Так сразу и не скажешь, - он почесал затылок. – Если навык есть, он по любому работать будет. Может не так хорошо… Ирия – сильнейшая из богинь, но я не слышал, чтобы кто-то из кузнецов заслужил ее благословение.

- Ясненько…

- Наместник, так вы будете испытывать пушку или нет?

- Ты ее отстрелял?

- Да, больше сотни выстрелов. Клина не было! – заверил кузнец.

- Ты доволен?

- Ох наместник, это действительно нечто… - Норм ударил себя кулаком в грудь от переизбытка чувств.

- Хорошо! Знаешь, дружище, я тут подумал, и решил верить тебе наслово. Ты кузнец, я - лекарь… Просто запомни: если ты ошибешься, мы все здесь, скорее всего, сдохнем.

- Вы… только за этим приходили?

— Вот черт! Ну конечно же нет! Совсем вылетело из головы. Мне нужен офицерский доспех, шлем, оружие… все, как положено. Скоро прибудут проверяющие, вопросов быть не должно.

Проторчав в кузнице еще около часа, я, наконец вырвался на свежий воздух. Да уж, день полный впечатлений, ничего не скажешь. Перекусив наскоро, поискал взглядом Наташку, но на горизонте ее не наблюдалось. Скользнув как бы невзначай между стеной и замком, просунул руку в пасть черепа и спустился в тайник Альбера.

Постаравшись выкинуть из головы все лишнее, посидел пару минут в тишине. Потом, сняв стеклянный колпак, с волнением взял в руки первую тетрадь. Там все было на английском. Почерк Альбера читался легко, он писал практически печатными буквами. Некоторые слова, ожидаемо, на латыни, но оно и понятно… У медиков так принято.

Надежно зажав планшет между двух стопок книг, я открыл первую страницу и сделал снимок. Буквы распознались, появилась печатная страница.

- Сохранить, - проговорил я и перелистнул тетрадь.

Интеллект планшета отлично справлялся с задачей. Через пару минут он уже сам сохранял текст, формируя в страницы и компонуя изображения. Я настроил все так, чтобы записи переносились идентично. Судя по качеству материала, Альбер оставил мне чистовики. Все лишнее и сомнительное он подчистил, вероятно переписывая тетради по нескольку раз. Впрочем, на полях тоже были правки и пояснения.

Мое отсутствие не должно быть слишком долгим, иначе хватятся. Я торопился, стараясь тратить на одну страницу не более трех секунд. Вспотел как в бане. Здесь хоть и была вентиляция, но все равно душновато. А еще я очень сильно волновался. Закончив с пересъемкой рукописей, я долго думал, решая, забрать ли их с собой или оставить здесь, под колпаком. Если меня вдруг убьют, весь скарб из инвентаря, вероятно, вывалится. Тогда тетради могут попасть не в те руки. В планшете они в безопасности, прочесть смогу только я. Значит, таскать их с собой смысла нет.

Накрыв тетради колбой, я осторожно поднялся по ступеням. Словно почувствовал что-то. За скрытой дверью кто-то негромко разговаривал. Похоже, солдаты решили справить в закутке малую нужду. Тихо спустившись обратно, я прикрыл дверь тайной комнаты. Включив фонарь, решил оглядеться еще раз. На дальней стене обнаружилась ниша. В нише металлические скобы. Над головой – узкая темная шахта из которой тянуло сквозняком.

Проверив скобы на прочность, я решил залезть повыше. Вскоре, во тьме, замаячил неяркий свет. Я вылез под самую крышу сторожевой башни, между стропил. Внешняя стена ее оказалась намного толще и изнутри этого нельзя было заметить. Придумано гениально. Прислушавшись, не идет ли кто, я повис на балке и спрыгнул вниз. Отсюда попасть в лаз практически не реально, как и заметить его. Только по веревке или с лестницей.

Внизу действительно спрятались двое солдат, отлынивая от службы. Сизый дым табака щекотал ноздри. Значит, здесь тоже курят табак… Отметив для себя этот факт, я почерпнул из разговора вояк кое какие сплетни. Потом, они, все же, ушли.

Отродья по-прежнему нигде не было видно. Прогулявшись по крепостной стене, переговорил с часовыми. Солнце уже перевалило за полдень, в небе, словно призрачные виденья, проявились три луны.

- Наместник! Наместник! – голос доносился откуда-то сверху, его сдувало ветром.

Я поднял голову на самую высокую башню замка, что примыкала к скале и разглядел там солдата.

- Судно на горизонте! – что есть сил прокричал он и указал в сторону заката.

А я и не знал, что там кто-то есть… Однако, прочертив воображаемую линию, вздохнул облегченно. Тайная дверь не попадала в его поле зрения.

Подняться на самый верх оказалось не так уж и сложно. Гравитация здесь определенно слабее чем на Земле. Да и сил у меня заметно прибавилось. В книгах, что я нашел в шкафу у прежнего наместника, было много интересных фактов о людях и фамильярах. Что-то вроде большой советской энциклопедии. Там же оказались полезные труды по магии, философии и истории Сарнала. Прям как специально! Оказалось, что часть качеств фамильяров все же передаются заклинателю. А Наташка ведь чертовски вынослива.

В смотровой башне оказалось прохладно. Солдат хорошо устроился. Тут была небольшая комната с каменной печкой, столом, чайником и отхожим ведром. Фляга с водой, паек на день. Все, кроме кровати. Люк закрывал ступени ведущие вниз, чтобы не было сквозняка. Но там, внизу, все равно жутковато завывало. Толкнув верхний люк, я выбрался под самую крышу. Она обветшала и сплошь светилась дырами.

Солдат отдал честь и протянул мне подзорную трубу.

- Где?

- Смотрите! Вон туда, над грядой. Сейчас блеснет.

И действительно, вскоре, что-то бликануло в свете закатного солнца.

- Давно стоишь?

- С утра, наместник.

- Хорошее у тебя зрение, однако… Как думаешь, скоро здесь будут?

- На скалах есть якорная мачта. Скоро стемнеет. Ночью они не пойдут, пришвартуются там. Здесь будут уже утром, часам к десяти.

- Ясно. Иди погрейся, пока я тут.

Отослав дозорного, я достал из инвентаря цифровой бинокль. Меняя разрешение и фокусировку, кое как настроил четкую картинку. Восходящие от скал потоки теплого воздуха давали сильное искажение. Однако, удалось разглядеть и сам корабль и кое какие передвижения. Судно шло под белыми парусами, но по бокам и под днищем имелись лопасти. На воздушный шар или дирижабль оно совсем не походило, хотя и имело странную форму. Всю палубу и надстройку покрывала крыша. Кажется, кровельное железо. Есть ли на борту орудия, разглядеть не удалось. Меж парусов возвышалась труба из которой валил темный дым.

Как меня и предупреждали. Судно шло по нейтральной полосе со стороны двух столиц. Значит, с большой долей вероятности это проверяющие. Либо они еще не знают об угрозе, либо знают, но проверка важнее. Виверн пока не видать…

Измерив шагами смотровую площадку, я взглянул вниз. Со стороны скалы примыкание оказалось сплошным. При желании, можно было спрыгнуть на нее и забраться обратно. Тут и лестница была, правда хлипкая. На небольшом рукотворном плато виднелись следы работ. Вероятно, камень для башни брали отсюда. Слева и справа остались почти ровные прямоугольные ниши метра по два в глубину со следами от кирки. Снизу их не видно. Если накрыть досками и брезентом, то получится отличное замаскированное укрытие.… или огневая точка. Отсюда и замок и поселок со штольнями, как на ладони. А еще дуб с его исполинскими ветвями.

Обдумав возможные варианты, я спустился вниз и снова нашел кузнеца.

Глава 21. Измена!

Грузовое судно «Дайкон 12» благополучно прибыло к месту погрузки. От корабля отделилась небольшая яхта и взяла курс на крепость. К появлению гостей хорошо подготовились. Я отослал отродий и Бруно подальше в лес, разрешив поохотиться, а заодно разведать нет ли поблизости гнезда виверн. Любопытный лис отправился вместе с ними. Солдаты драили плац до полуночи. Спали всего пять часов.

Я с вечера носил офицерские доспехи, стараясь привыкнуть к ним. Взял у рыцарей пару уроков по ношению и владению холодным оружием. Хоть в окне статуса и значился навык «меченосец», мое владение клинковым оружием примерно равнялось нулю. Ножны дико раздражали, все время шлепая по бедру. Ладно еще доспех был легким, парадным, кузнец подогнал его почти идеально. Да еще этот плащ! Постоянно мешался, особенно на ветру.

Но, в целом, смотрелся я, конечно, эффектно. Полированный металл мне к лицу как и алый цвет мундира. Солдат тоже приодели во все новое, выдали лакированное, начищенное до блеска оружие. Копья в основном, это ведь торжественная часть а не вторжение. Кухарке, по этому поводу, были даны особые распоряжения.

Яхта под белоснежным парусом, украшенным гербом дома Фарон, причалила правым бортом к внешней стене крепости. Солдаты подтянули судно и закрепили швартовочные канаты к медным кнехтам, натертым до блеска. Под ноги гостей бросили алую ковровую дорожку. Нашлась в закромах. Команда спустила трап, двое солдат вытянулись по стойке смирно, слева и справа от перил. Двое мужчин, напряженно оглядываясь, вышли на палубу и ступили на причал.

- Сержант Холод! – представился я, отдавая честь.

Один из гостей – человек. Мужчина лет пятидесяти на вид, вероятно, и есть граф Фарон. Для своего возраста у него живой взгляд и отличная подвижность. Второй – демон. Возраст определить сложно, но явно не молод. Одет в черный мундир с золотыми пуговицами. Яркий белый воротничок сильно контрастирует с темной, почти коричневой кожей и бурыми, аккуратными рогами. Грузный мужчина, но подтянутый. На рукавах и фуражке вышиты якоря. Моряк, значит…

- Капитан Тур, - представился демон. – Хоть это и не обычно, но в этот раз я представляю свою сторону в качестве проверяющего. Сторону людей представляет граф Фарон.

Второй мужчина поклонился, с интересом разглядывая мое лицо.

— Значит, вы - новый наместник, сержант?

- Так точно. Рад знакомству, господа, – ответил я официальным тоном.

- Хм… - капитан приподнял бровь. – А разве здесь всегда так было? Помнится, это местечко напоминало свинарник. Без обид, наместник.

- Вы правы, - я сдержанно улыбнулся. – Прежний наместник пробыл здесь слишком долго и подустал с годами. Мне приказано привести гарнизон и крепость в надлежащее состояние.

- А как давно вы здесь?

- Две недели, сударь.

- Ого! – капитан присвистнул. – А вы времени зря не теряли. Губернатор Санара в вас не ошиблась.

- Благодарю. Желаете осмотреть войско?

- Почему нет? – охотно согласился граф.

- Простите, я впервые встречаю проверяющих. Скажите, чем вы обычно занимаетесь здесь?

- Да, да, понимаю! – граф рассмеялся. – Признаюсь вам в ответ, я тоже здесь, можно сказать впервые.

- А вместо меня всегда был другой офицер, - усмехнулся капитан. – Но обстоятельства изменились. Вы ведь уже в курсе событий, наместник?

- Вы о военном положении?

- Как… - Фарон вздрогнул. – Уже вели? Я думал, что все это какое-то недоразумение, провокация!

- Приказ госпожи Санары, - подтвердил я угрюмо. – Корабли врага курсируют над Сарналом, нанося внезапные удары по городам и атакуя караваны.

- Откуда такие сведения? – капитан прищурился.

- Я получил донесения. Сомнений в их подлинности нет.

Гости переглянулись. Спустившись вниз, мы прошли вдоль строя солдат. Услышав громогласное воинское приветствие, мужчины высоко оценили подготовку.

- Наместник, скажу прямо, я здесь только для того, чтобы проверить активы семьи, - быстро проговорил Фарон. – Как я понял, рудники работают, поселок в норме, дуб еще стоит. Ваши солдаты, я вижу, полны решимости и в состоянии нести службу. Замечательно! Я всем доволен. Нареканий нет. Как только корабль загрузится мы отбудем! Или даже раньше. У меня в столице, знаете ли, дела. Вы же доставите капитана на судно?

- Да, да, - поспешил согласиться капитан. – Проверка носит скорее символический характер. Если граф решил отбыть, мы тоже не станем задерживаться дольше положенного.

- Господа, вы сняли камень с моих плеч! - признался я искренне.

- Ну что вы, наместник. Все мы люди… и демоны, понимаем, что вы здесь недавно. Но мы приятно удивлены, поверьте.

- Что ж… боюсь показаться невежливым, но не отметить ли нам встречу чем-нибудь эдаким?

- Например? – оживился капитан Тур.

- Скажем… жаркое из мяса виверны под овощами и лучшее вино из запасов прежнего наместника?

- Виверны?! - глаза графа полезли на лоб.

- Мы подстрелили тут одну недавно. Случайно, разумеется, ведь мы себе не враги. Но раз уж она оказалась в пределах моей ответственности… Не пропадать же мясу, а, господа?

- Мои поздравления! – капитан захлопал в ладоши. – Я непременно должен это попробовать!

- Прошу за мной, в обеденный зал…

Из замка убрали всех лишних. Горничная слезно взмолилась, чтобы ее заменил кто-то из слуг. Она наотрез отказалась показываться на глаза графу. Понять ее можно.

Мясо напоминало курятину по вкусу, но было гораздо жестче. Я сам отбивал его до тех пор, пока не добился боле или менее приемлемого результата. А количество дорогущей соли, потраченное мной на маринад, едва не свалило кухарку в обморок.

Получилось неплохо. Местные специи подбирал по запаху, почти наугад. Как следует закусив и приняв на грудь, гости разомлели и растеклись по стульям. Жаркое очень понравилось. Я в очередной раз убедился в том, что слаще морковки они тут ничего не ели.

- Граф, а вы точно уверены, что здесь был дуб? – вдруг спросил капитан.

- Дуб? Какой дуб? Ах этот дуб! А… разве его не было? – глазки Фарона забегали.

- Помнится, на том месте стояла таверна старого Рамона. Так, наместник?

- Вы совершенно правы, капитан. Она и сейчас там, среди корней. Дело в том, что сюда каким-то ветром занесло желудь домового дуба, и вот результат. Не думал, что они растут так быстро. Говорят, этот дуб приносит счастье?

- Хм… - капитан усмехнулся угрюмо. – Здесь оно лишним не будет.

В обеденный зал вбежал взволнованный человек из свиты графа. Он был бледен. Шепнув что-то на ухо своему господину мужчина тотчас удалился.

- Дела?

- Да, капитан. Пришло сообщение. Ну что же, обед был отличным, как и компания. Еще по бокалу? Не утруждайтесь, я сам налью!

Граф Фарон взял кубки и отвернулся, наполняя их из бочонка.

- Да… прежний наместник знал толк в винах. Жаль старика. Ну, за встречу господа!

Мы опрокинули выпивку в глотки. Капитан крякнул от удовольствия. Граф, поглядывая краем глаза, медленно насладился вином.

- Ну что ж, за сим я откланяюсь…

- Граф! А что случилось с прежним наместником? Вы сейчас обронили… - напомнил капитан.

- Ах это… То же что и свами. Пришлось его убить.

В глазах потемнело. Слюна стала густой, а привкус вина уж слишком приторным.

— Это яд, господа. Простой, но очень эффективный, - ровно сообщил граф. – Искренне рад был знакомству. Правда. Через пару минут вас не станет, а мне пора. Имею честь! Хотя… откуда ей взяться!?

Ехидно усмехнувшись, граф быстро зашагал прочь.

Я смотрел на Тура, он смотрел на меня. Мозг судорожно искал решение, цепляясь за жизнь. Доспехи вдруг стали невыносимой тяжестью и я схватился за стол. Вместе с тарелками стащив скатерть мы оба рухнули на пол. Дышать становилось все труднее и труднее, лицо налилось свинцом. Горло капитана и щеки приобрели отечность. Глаза от напряжения стремились выкатиться из орбит. И тут до меня дошло. Я понял, как именно действует яд!

Кислорода в крови оставалось все меньше и меньше. Пальцы не слушались. Ножны меча запутались в плаще, кинжал и вовсе пропал в его складках. В глазах потемнело. Я пытался отыскать столовый нож на полу, но тщетно… Все, что получилось сделать – это щелкнуть пальцами и активировать призыв.

- Какого хрена тут происходит…!? – прозвучало где-то совсем далеко и глухо.

- Руку! – попытался я крикнуть из последних сил.

Схватившись за палец отродья, я нащупал ее острый коготь и приставил к своему горлу... Резкая боль, хрип, кашель... В глазах слегка прояснилось. Секунда, две, три…

Перевернувшись на живот, я дополз до капитана. Демон уже не дышал, глядел на меня дикими глазами, полными слез. Я сорвал его кортик и навалился сверху. Нащупав пальцами гортань, приставил острие и разрезал кожу. Пробив трахею, тут же прослушал сердце. Оно не билось…

Счет шел на секунды. Быстро сбросив кирасу, я вызвал инвентарь и достал сумку. Реанимационный набор сразу пошел в дело. Достав второй набор, я воткнул его себе, и, наконец, смог нормально вздохнуть. Воткнув трахеостому, я тотчас приступил к искусственному дыханию.

Смотрелось дико. Один полумертвый кретин, соединив свое горло гофрированной трубкой с горлом другого доверчивого кретина, пытался наполнить его легкие воздухом. А потом резко давил на грудь, чтобы тот воздух выгнать и завести сердце. Беспрецедентный случай в медицине… в плане своей упоротости и нелепости. Но метод сработал. Пара минут неимоверных усилий и грузное тело капитана вздрогнуло. Он тоже захрипел, и повернулся на бок.

Горло опухло, говорить стало невозможно. Я нацарапал имя на полу и отродье сорвалось с места. Через десять минут Альтурия уже стояла в дверях бледнее бледного. Я швырнул ей свой кубок под ноги и указал на него пальцем.

Смекнув, что к чему, магичка пропала из виду. Вскоре, вернулась с двумя синими бутылками и… зависла. Она не знала, как влить лекарство. Ее смутила дыра в моем горле. Я открыл рот и опрокинул туда зелье. Минута – другая мучительного ожидания, и отек начал спадать. Заткнув дыру пальцем я с трудом спросил:

- Если это убрать, залечить сможете?

- Да. Без сомнений.

Кивнув, я аккуратно вынул трубку. Кристалл в ее руках засветился зеленоватым светом и чудо снова свершилось. Ощупав горло, я сразу попробовал голос.

- Но ему я помочь не смогу… Простите наместник, чтобы лечить демонов нужно благословение Ирии.

Капитан, мягко говоря, нервничал. Он не мог сказать и слова, только беспомощно хрипел уставившись на отродье.

- Как… - я прокашлялся. - Как это делается?

- Кристалл – лишь проводник воли. Исцеляет вера, питаемая маной. Нужно просто держать его над раной и думать о том, что надобно исправить.

Я снова подполз к капитану и с помощью Натали влил ему в рот противоядие. Вскоре, оно подействовало.

- Любезный, я сейчас вытяну эту трубку и попытаюсь вас исцелить. Наберите побольше воздуху. Если не получится – я снова вставлю ее. Либо так, либо вы умрете. Понятно?

Капитан долго не думал. Моргнув, он со свистом втянул воздух и замер.

Трубка вышла легко. Приставив кристалл к разрезу я абсолютно четко представил себе, что хочу сделать и закрыл глаза. Прошло, наверное, секунд десять, прежде чем Альтурия забрала камень.

- У вас получилось, - сухо сказала она. – Поздравляю.

- Я… буду жить? – прохрипел капитан Тур.

- Если перестанете пить с кем попало, полагаю, еще поживете, - в магичке проснулся сарказм.

В обеденный зал проскользнула горничная, наблюдавшая за происходящим из коридора. Лицо Тис тоже было бледным и перепуганным.

- Где граф Фарон?!

- Кто? – переспросила она.

- Граф Фарон! Мужчина сидевший за этим столом. Где он сейчас?

- Так… на яхте. Она только что отошла. Но это не граф Фарон.

- В каком смысле? – прохрипел капитан. – Я проверил его документы лично!

- Очень похож, но не он. Простите, я несколько лет прослужила в его доме, и уверенна в своих словах.

Я схватился за руку Натали и сделал шаг. Хрен там! Пот хлынул градом.

- Если вы в свои покои, то сейф вскрыт, - осторожно проговорила Тис. – Я видела книгу в руках у того господина, когда спешила об этом сообщить.

- Твою то мать! Мне нужно в башню… – процедил я сквозь зубы. - Сможешь поднять?

Отродье пожало плечами и усмехнулось.

- Ладно, чего уж там, полезай на спину, раз такое дело…

Спустя несколько минут, я уже держался за край смотровой площадки. Ночью, загрузив единственное готовое орудие в инвентарь, мы с кузнецом и подмастерьями подняли его сюда и закрепили как следует. Они остались в башне на случай появления виверны. Кузнец сразу все понял и принялся лихорадочно загружать снаряды.

- Нет норм! Не сегодня. Они уже слишком далеко.

- Достанем! - невозмутимо ответил он.

- Как бы я не хотел, твоя пушка - наш единственный козырь! Прибережем его. Поверь, еще пригодится.

- Измена?

- Да, дружище, она самая.

- Но почему они уходят в сторону границы? Еще немного, и земли демонов.

- Кто б знал?! Возможно у них сговор. Но… скорее всего это провокация. Смерть капитана Тура в пограничной крепости не останется без ответа, помяни мое слово.

- Он… мертв?

- Нет, слава Богу. Вот только они об этом не знают.

Яхта под белым парусом быстро удалялась от замка. Я следил за ней в бинокль до тех пор, пока команда не подняла черный флаг. Корона отлично просматривалась на его фоне.

- У нас хитрый и коварный враг… - проговорил я через боль. – Натали, будь другом, спусти меня вниз.

Альтурия настояла, чтобы мы с капитаном до утра пробыли в лазарете. Черт его знает, что она нам давала, но будь я проклят, если не чувствовал себя лучше. Отек совсем спал, слабость постепенно уходила. Хотя простыни по-прежнему намокали от пота. Сейчас, лучшее, что я мог сделать – это поспать. Я не видел отродье, но чувствовал, что она где-то рядом. Странно, но от этого становилось спокойнее.

Капитану дали какой-то отвар и он попросту отключился. Альтурия время от времени трогала мой лоб и прощупывала пульс.

- У вас прохладные руки… так приятно.

- А у вас жар, юноша. Яд так себе, простенький. Вам повезло, что у меня целая коллекция противоядий. Никогда не думала, что проткнув горло, можно спасти чью-то жизнь. Или даже две. Как вы догадались?

- Отек. Выше гортани. Он мешал дышать. Такое случается по разным причинам.

- Тише, тише… Потом, все потом. Яд вытягивает силы. К утру станет полегче. Дать отвар, чтобы спалось?

- Да, пожалуй. Доверюсь вашему опыту. И… спасибо. Вы спасли наши жизни.

- Ну что вы, я только сняла отек, - улыбнулась Альтурия. – Вот выпейте…

Пройдя сквозь череду мучительных кошмаров, я резко проснулся. Словно вынырнул из воды чтобы глотнуть воздух. Капитан Тур сидел на своей постели, встревоженно озираясь.

- Вы кричите во сне, наместник, - буркнул он. – Кошмары?

- Да, - прохрипел я. – Вам лучше?

- Лучше чем могло быть… несомненно. Наместник, я понимаю, что это не мое дело, но откуда у вас черт подери, благословение Ирии?!

- Прошу вас, тише! Никто не должен знать.

- Гм… простите. Тогда почему, скажите на милость, у вашей постели всю ночь спало отродье? Я - то их не боюсь, но вы человек!

- Так случилось, что она мой фамильяр. И, кажется, я обязан ей жизнью. Да и вы тоже. Не удивляйтесь, я военный лекарь. Пост наместника – это скорее наказание.

- Боюсь даже спросить за что, - капитан прокашлялся.

- Черт, мне срочно нужно к оракулу! Выходка с ядом может дорого стоить нам всем. Капитан, вы со мной!

- Я? Зачем?

- Подтвердите мои слова.

Наскоро одевшись, мы выскочили на площадь и добрались до пещеры святилища. Оракул уже была в курсе событий. Человек выдавший себя за графа Фарона направился прямиком в ставку командования демонической армии и красочно расписал, как новый наместник Павел Георг, поставленный лично губернатором Санарой, вероломно отравил капитана Тура в его присутствии.

Выслушав наши сбивчивые пояснения, оракул немедленно объявила повторный сбор совета в городе двух столиц. Однако, уже было поздно. Враг добился своего и старые распри между людьми и демонами многим затуманили разум.

Глава 22. Достать до сердца

Слухи распространяются быстро. В сопровождении охраны, капитан вернулся на судно, чтобы лично показаться команде. После яда, я не смог толком поесть. Судьба книги сейчас интересовала меньше всего. Оставляя сей бесценный фолиант в сейфе, который можно открыть кривым гвоздем, я рассчитывал выявит возможных предателей внутри гарнизона. Но никак не предполагал, что за ней явится кто-то извне, да еще так нагло. Впрочем, последняя воля Альбера почти исполнена. Шестеренки интриги, запущенной им, закрутились быстрее.

В кузне кипела работа. Над печью, едва не касаясь поверхности, парил громадный ком расплавленного металла. Мои навыки все же пригодились. Для достижения минимальной погрешности, Норм создал точные формы для отливок. Теперь часть операций могли делать солдаты и подмастерья. Народу было столько, что не протолкнуться. Увидев меня, мастер тотчас вернулся к столу с чертежами.

- Ну, смотрел мои каракули? Что скажешь?

- Вы уверены, что это будет работать?

- Нет. Но я уверен, что ты можешь это сделать. Много и быстро. Бремер уже рядом и на него напали. Времени нет. От мушкетона и фейерверков мало чем отличается. Пусть коряво, пусть все будет разное – не важно. Это на один выстрел. Стенка толстая не нужна, труба просто направит выстрел. Ты ведь можешь собрать одну готовую и скопировать уже в сборе?

- Можно попробовать. А как начинять?

- Потом. Заодно и подчистишь, чтобы наверняка. Говори, чем помочь?

- Э… А может не надо, наместник? Что-то вы бледноваты и вообще…

- Или ты покажешь что делать, или я начну делать как знаю.

Кузнец сдался. Работа не сразу, но пошла. Краем глаза, я видел оружие, которое Норм мастерил для солдат, но спрашивать пока не стал. Нервировать лишний раз не хотел, да и без этого дел по горло.

От мерзких предчувствий буквально горел зад. И, вскоре, они оправдались. Тревожный колокол оповестил об угрозе. В лучах закатного солнца показалась она – виверна.

Гарнизон был поднят по тревоге, рабочий поселок оповещен. Демоны, как и было условлено, поспешили укрыться в штольнях. Там заранее был создан запас воды и продовольствия. В крепости каждый солдат знал, что ему делать. Стрелки с мушкетонами и святые рыцари заняли свои места. Кузнец и подмастерья бросили работу и рванули на башню. Боевые псы затаились в тесных переходах крепостных укреплений.

Скрывать теперь было нечего и я облачился в привычное телу снаряжение. Оснастив автомат подствольником, запася ручными гранатами, до отказа забил подсумки магазинами. Вручив Рори специально выкованный для этого молот, спрятал его в нише между сторожкой и вратами. Сами ворота оставили приоткрытыми, чтобы за ними можно было спрятаться. Никто не знал, плюнет она пламенем или кислотой.

Всех, кто не участвовал в плане, заперли в подземельях замка, от греха подальше. В центре площади разлили кровь виверны, чтобы приманить тварь запахом. Долго ждать не пришлось.

Этот экземпляр действительно оказался крупнее прежнего. Раза в три, наверное. Размах крыльев впечатлял, тень от них накрывала всю площадь. Темная чешуя зловеще поблескивала в лучах багряного заката. Обычно виверны охотятся ночью, но эта появилась засветло. Она искала не пищи, ей двигала месть…

Учуяв родную кровь, виверна легла на крыло и резко снизилась. Умная тварь с первого же захода обдала пламенем крепостную стену. Жар ударил в лицо, я едва успел укрыться за толстой дверью башни. Тишину прорезал предсмертный крик, запах гари ударил в нос. У солдата на противоположной стороне не выдержали нервы, он обнаружил себя. Земля пухом…

Тварь еще несколько раз заходила на круг, выжгла конюшни подчистую, чудом не заметив Рори. Потом долго кружила в небе, выискивая хоть какую-то цель, чтобы выместить злобу. И, только когда стемнело, она, наконец, приземлилась на площадь окончательно. Когда голова твари склонилась над лужей крови, я дал сигнал.

Светошумовая граната взорвалась у нее над головой. Теперь обратного пути не было. Либо тварь разберет замок по камешкам, либо мы разберем ее по чешуйкам. Очередь из автомата не дала ровным счетом ничего. Броня твари действительно очень крепка. Пули со свистом и визгом отрикошетили по мостовой и стенам, высекая искры. Я пытался несколько раз, стараясь бить по уязвимым местам, но тщетно. Выстрел из подствольного гранатомета только разозлил виверну пуще прежнего. А это значило, что боль она все-таки чувствует.

Выстрел из мушкетона был сигналом для норма. Подмастерья откинули ветхую крышу дозорной башни и навели орудие. Стволы пришли в движение, прозвучал первый выстрел. Я отчетливо слышал стон боли. Набирая обороты, орудие обрушило на площадь град стальных болванок, которые смертоносным душем поливали виверну. Звон стали, треск дерева, искры, пыль, осколки камней…

Зверюга отчаянно извивалась, пытаясь понять, кто обрушил на нее столько боли. Она вопила и рычала, металась по площади, снося все на своем пути. Но выстрелы мушкетонов, осыпая крылатую тварь со всех сторон искрами, не давали сосредоточиться.

Минуты казались вечностью… Когда пушка заглохла, я не сразу пришел в себя. Звон в ушах продолжался. Все! У Норма кончились боеприпасы. Раскаленные докрасна стволы отлично просматривались на фоне темнеющего неба. Дым быстро рассеялся и я увидел ее! Виверна раскинулась на брусчатке, превращенной в каменное месиво, пытаясь взмахнуть перебитыми крыльями. Из пасти сочилась кровь, но голова все еще вращалась из стороны в сторону. Глаза посекло осколками, но органы теплового зрения уцелели.

- Рори! – крикнул я, что есть силы.

Громадный бык, терпеливо ждавший своего часа, в два прыжка оказался рядом. Взмахнув тяжеленым молотом, он изо всех своих сил врезал по челюсти твари, отправив ее в долгий, беспробудный сон. Бык замахнулся снова, чтобы ее добить.

- Отставить!!!

Боевые псы повылезали из укрытий, готовые ко всему. Святые рыцари окружили виверну. Громадная ящерица еще дышала. Выносливость этого существа внушала ужас и восхищала. Я достал свой нож и попробовал вскрыть чешую. Против роста, как и говорила Альтурия. С большим усилием, но лезвию удалось прорезать кожу. Удивительно, а с виду обычный боевой нож…

- Крепите ее! – скомандовал я. – Так чтобы вздохнуть не могла полной грудью!

- Как… разве вы не будете ее добивать?! – опешил командир рыцарей.

- Нет, Рауф. Идея покажется вам дикой, но я хочу попробовать. Виверна сейчас не опасна. Шкура цела, но внутри — это месиво из костей и плоти. Просто поверьте мне.

- Есть… - он оценил меня взглядом. – Ну, что встали? Выполнять приказ наместника!

- Что ты задумал? – отродье встревожилось не на шутку.

- Сейчас ты возьмешь с собой Бруно, и вы вдвоем очень быстро отправитесь в приграничные леса.

- Зачем?

- Вы убьете самую сильную тварь, которую только сможете и принесете мне ее кристалл.

- Ты…. Что головкой тронулся?

— Вот и мне интересно, - усмехнулся Бруно.

- Приказ не обсуждается! – Я выбросил из инвентаря оружие отродья. – До рассвета кристалл должен быть у меня. Ясно?! И не смейте переходить границу. Заманите сюда.

- Ты еще поучи, - усмехнулась Нателла. – Значит, решил вернуть мне оружие? Не боишься?

Я снял с плеча автомат и поменял опустевший магазин.

- В лес, так в лес… Пошли песик, покажешь что можешь.

Отыскав укромное место, я еще раз перечитал записи Альбера. На английском и на русском, чтобы избежать неровностей перевода. То, что я задумал, не делал еще никто из людей. Но благословение Ирии открывало для меня особые возможности. Процесс прост, принцип понятен… вот только снова нужна кровь! А ее у меня не так много. В сумке осталось несколько пакетов концентрата и физраствор. Как-нибудь вытяну…

Вскоре меня отыскала магичка. Взгляд Альтурии говорил все за нее.

- Я… правильно вас понимаю, наместник?

- Даже не знаю, что вам ответить, - улыбнулся я нервно. – Как думаете, сколько уйдет сил?

- Все, что есть. Вы еще слабы, - она покачала головой.

- Хм… Тогда мне снова придется сложить все на ваши хрупкие плечи.

- Не такие уж они и хрупкие, - усмехнулась она. – Что нужно сделать?

- Помните, как я переливал кровь Бруно?

Доверить такую процедуру женщине, которая падает в обморок от вида крови – то еще сумасбродство. А что делать? Вопрос, зачем это делаю я? Ради кого, или ради чего рискую жизнью? Может быть по привычке? Или это холодный расчет? Не понимаю… Знаю только что должен попытаться.

За пол часа до рассвета вернулись мои звери. Чумазые, но довольные. Оскалившись во все лицо, Нателла протянула мне ограненный продолговатый камень размером с мобильный телефон. Алый кристалл светился изнутри красным зловещим светом.

Небо уже синело, скоро рассвет. Значит, нужно торопиться. Обойдя виверну, я кулаком простучал ее грудину, отыскивая подходящее место.

- Отогни, - я указал на чешую.

Натали, запустив под нее когти, с силой оттянула две крупные чешуйки размером с ладонь. Навалившись всем весом, я пробил толстенную кожу и, изрядно вспотев, расширил разрез.

- Фу… Теперь самое противное.

Пришлось порезать ладонь. Обильно измазав кристалл своей кровью, я закатал рукав и засунул руку внутрь виверны. Ее огромное сердце билось слабо, но найти его труда не составило. Вслепую, наощупь, я все же смог разместить кристалл в нужном месте.

Зажав порез, я вернулся к морде животного и дал обнюхать ладонь. Виверна дернулась, клацнув зубами, но привязали ее на совесть. Каплю за каплей вливая в пасть твари свои жизненные соки, я прочел заранее записанное заклинание и сжег бумагу. По тому, как зарубцевалась рана стало понятно, что процесс пошел.

- Все вон! Немедленно! – прокричал я. – Чтобы духу вашего не было, иначе ничего не получится.

Совершенно не понимая, что за дичь творит их наместник, солдаты и рыцари побросали инструменты, которыми обездвиживали виверну. Боевых сан-дааров тоже уговаривать не пришлось.

- Вы двое… - я обратился к отродьям. – Уж простите ребята но озеро по вам плачет. Готовы?

- Давай… - вздохнул Бруно. – Чего уж там.

Щелчок пальцами и на площади никого не осталось. Только я, Альтурия, притаившаяся в ближайшей башне, и виверна, поверженная и униженная.

При первых лучах рассвета случилось то же, что и с Бруно. Крылатая тварь задымилась и вспыхнула ярким пламенем. Словно феникс, возродившийся из пепла, виверна расправила крылья. Порвав веревки и цепи, могучая тварь встала на ноги. Она источала такой жар, что глаза слезились. Мне опалило волосы и ресницы, автомат нагрелся так, что обжигал руку. Но я должен быть первым кого она увидит. Она должна понять, кому принадлежит кровь, вернувшая ее к жизни. Почувствовать силу и запах хозяина. Она должна испытать первобытный страх, подчиниться моей воле. А главное – возжелать! Иначе все зря. Заклинание рассеется и она сдохнет. И я вместе с ней.

А еще Натали, Бруно и Рори… Об этом я не подумал. Неудобно как-то получилось. Чего уж теперь.

Я стоял напротив виверны, чувствуя как обгораю. Где-то это уже было… Вспомнился Берлин, парни, последние минуты жизни. Тот чудовищный взрыв, который, как будто в замедленной съемке разрывал мою жизнь на «до» и «после». При мысли о том, что они успели укрыться, я как-то успокоился. Вновь стал собой. Слабость ушла на второй план. В сознании проступила холодная, принципиальная уверенность и прагматизм медика. Нам сомневаться нельзя. Сомнения смерти подобны. Секунды раздумий могут стоить кому-то жизни…

Пламя виверны схлопнулось, уступив место густым клубам едкого дыма. Порыв ветра сдул облако вместе с тлеющим пеплом. Мы стояли друг напротив друга источая запах жаренной плоти, оскалив зубы. Оглушительный рык содрогнул стены, но я не двинулся с места. Не то, чтобы не страшно было. Просто оглох от канонады. Да и пофиг все как-то стало. Но, стоило сделать шаг, как виверна попятилась. Ступая по раскаленным камням, я – простой человек, невесть откуда взявшейся решимостью и волей, припер чудовище к стенке. Я кожей чувствовал ее страх… К собственному ужасу, я, вдруг, осознал как это приятно. Громадное, практически непобедимое существо, поверженное в смятение, источало нечто такое, от чего сердце билось быстрее. Впервые за свою долгую жизнь виверна стала добычей. Моей добычей!

- Думай быстрее! - прохрипел я, отплевываясь от гари.

Рана уже затянулась, пришлось резануть по живому. Взмахнув рукой, я вновь окропил чудище своей кровью и выставил вперед ладонь.

Она втянула ноздрями воздух и тотчас узнала запах. А еще нож, которым я вскрыл ее брюхо. Издав истошный стон, виверна обреченно склонилась, зажмурила глаза и уткнулась чешуйчатым лбом в раскрытую ладонь. Смотрелось эпично. Нет, правда, я даже приболдел малость.

Свершилось! Жар, исходящий от нее, перестал причинять боль. Что-то мелодично звякнуло и перед глазами возник экран статуса. Но я не смог прочесть ни слова, в глазах помутнело. Голова пошла кругом. Взмахнув рукой, я отправил виверну в инвентарь и рухнул коленями на острые осколки камней. Затея была бредовая, но она удалась. Не до конца понимаю как, но я обратил злейшего врага в своего фамильяра. Теперь дело за Альтурией. А я малость посплю… ведь я заслужил?

Этот потолок я уже видел. Успел хорошенько изучить каждую трещинку на побелке. Альтурия справилась с задачей хорошо. Концентрат, или, заменитель крови, как его еще называют, капля за каплей просачивался через трубку капельницы, возвращая меня к жизни.

- Синяя кровь?

Голос принадлежал отродью. Она сидела на полу меж двух кроватей, обняв руками колени.

- Перфторан – жидкость или порошок голубоватого цвета, подходит решительно всем живым существам, ибо несет в себе лишь основу основ. Остальное организм восполняет уже сам. Забытые технологии, еще со времен Советского Союза, едва не утерянные по глупости и разгильдяйству. Правда, от оригинала осталось только название, по большей части. Как дань уважения создателям. Сколько жизней она спасла в последней войне? Не пересчитать…

- Что за союз?

- Была такая страна… А ты чего здесь?

- Да вот сижу, гадаю, герой ты или просто конченый, - вздохнула она. – У тебя страха совсем нет?

- Почему сразу нет…. Есть конечно. Вон, тебя как вспоминаю, так каждый раз вздрагиваю.

- Вижу тебе похорошело. Значит, сегодня не сдохну. Пойду, позову магичку…

- Стой, - я поймал ее запястье и усадил на постель.

Хвост отродья нервозно дергался. Мне показалось…. Нет, точно, она определенно на себя что-то нацепила!

- Какой изысканный на тебе наряд. Стыд проснулся?

- А че они пялятся все?! И твои и вон эти, с поселка. Аж слюни пускают! Тис вообще сказала, что так ходить себе даже блудницы не позволяют! Хотя сама без трусов ходит, эльфийка чертова. Видите ли у них так принято. А мне указывает! Альтурия туда же…

- Так, я когда тебе еще сказал?

- Ничего ты мне не говорил! – огрызнулась она. – Та рванина не в счет! Ругаешь меня, уродиной называешь, а сам глазеешь!

- Может и не говорил… спорить не стану. А вот уродиной точно не называл. Страшненькой, разве что. Рогатой. Хвостатой. Дурой…

- Может хватит уже?! - она резко оскалила зубы. – Так бы и придушила. Да пожить еще хочется.

- Поживешь еще, не переживай. Все не так плохо. С виверной я, конечно, рисковал сильно. Но оно того стоило, вот увидишь.

- Мне, между прочим, тоже страшно было. И больно! Бруно вон от огня ничего не делается, а мне еще как! Ты не забыл, что мы связаны? Или тебе плевать?

- Черт… - меня покоробило от ее правоты. – Слушай, я… поздно вспомнил об этом. Сильно болит?

- Терпимо… - она всхлипнула.

- Дай посмотрю?

- Да нет ничего! Только боль… и слабость. Ты тянешь из меня силы, прямо сейчас. А я терпеть не могу боль и чувствовать себя слабой! Мне приходится переживать за тебя, вздрагивать по ночам. Никогда больше не заставляй меня протыкать твое горло! И не надо мне твоей крови, коли на то пошло! Перебьюсь как-нибудь…

- Жизнь за жизнь, - проговорил я. – Силы, говоришь? Это интересно.

- И… жрать еще постоянно охота. Аж жжет внутри.

- А знаешь что, радость моя? Пойди-ка ты прямо сейчас на кухню… Нет! На вот тебе пару серебренных монет. Ступай в поселок, отдай трактирщику. Пусть накормит тебя как следует. И Бруно с собой возьми.

- Серьезно?! – она уставилась на меня не моргая.

- Ты заслужила. Вы оба большие молодцы, правда.

- Да ладно… - она разом повеселела, забыв обо всем. – Так… я пошла?

- Пошла, - кивнул я и плюхнулся обратно на подушку. Слабость взяла свое. Но бельишко, хоть и символическое, ей все же к лицу. Срам прикрывает – и то ладно.

Глава 23. Уцелевший конвой

Последний раз я видел лиса еще вчера. Сорней пропал из виду, но никто не придал этому значения. Он появился ближе к ночи, перемазанный в грязи и засохшей крови. Шерсть на боках и спине подпалена, нос исцарапан, в сумке торчит стрела. Мы с Тис быстро отмыли его, Альтурия исцелила раны. Пока я читал письмо, он спал без задних ног.

- Бремер просит помощи. Они, примерно, в одном дне пути от нас, передвигаются скрытно, по ночам, но на хвосте отряд черных плащей. Их вот-вот настигнут. Следы от повозок уже не утаить и Бремер решил идти напролом. Воздушных судов пока не видно, это единственный шанс на спасение.

- Бедный Сорней… - Альтурия погладила лиса. – Тяжело ему пришлось.

- Рыцари не успеют. Даже если просить капитана Тура, чего делать категорически нельзя.

- Так точно, - подтвердил Рауф. – Наши лошади хорошо подходят для стремительной атаки, но на марше они медленные. Много брони, тяжелые всадники…

Я мерил шагами смотровой кабинет, прикидывая возможности. Боезапас еще остался, снаряжение в порядке. Но покидать крепость сейчас, оставляя ее без командования – значит порушить все планы. Старания пойдут прахом. Тут нужен постоянный контроль.

- Мне нужно на воздух, простите…

На небе уже взошли луны. Сегодня они висели не так кучно. Первые звезды усыпали небосвод. Вдохнув прохладный воздух, я призвал своих фамильяров.

- Ну что, развеялись?

- О да… - протянул Бруно.

- Силы так и бурлят! – оскалилась Натали. - Чего призвал?

Потерев уши ладонями, чтобы взбодриться, я выждал пару секунд и кратко обрисовал ситуацию. Затем, открыл инвентарь и вывалил оттуда оружие отродья и всю амуницию Рори.

- Хозяин хочет, чтобы мы убивали людей? – вкрадчиво проговорил Бруно.

- Я хочу, чтобы герцог Бремер со своими спутниками достиг стен крепости живым и невредимым, по возможности. У меня есть приказ о военном положении. Черные плащи объявлены врагами. В любом случае, вы мои фамильяры и вся ответственность лежит на мне.

- Ты… снова решил довериться отродью? – искренне удивилась Натали.

- Мне стоит в тебе сомневаться?

Отродье, подумав, нацепила на себя портупею и вложила кривые мечи с рукоятями из драконьего рога в ножны.

- Мой бычок слишком медленный. Пусть останется здесь. Возможно, я призову его позже. Адский пес побыстрее будет.

- Что скажешь Бруно?

- Надо – так надо, чего там… Домчу быстрее ветра. Убивать людей – дело мерзкое. Но враг - есть враг. Могу я бить во всю силу?

- Хочешь испытать новое тело? Понимаю. Да, Бруно, это мерзко. Но мы не нападали на них. Что это за люди, думаю, уже понятно. Ваша задача – доставить Бремера. Остальное уже по обстоятельствам. Посейте панику, ужас… Будут убегать – не преследуйте. Пусть нагадят в штаны и расскажут своим, как это было.

- А кровь? Можно? – Натали нервно подергивала хвостом.

- Я ведь не смогу тебе запретить, верно?

- Я ведь отродье, - пожала она плечами.

Пришлось промолчать.

- Отпуская вас из Тарсиса, я лишаю крепость боевой мощи. Но других решений попросту нет. Виверна… она точно не вариант. Я бы отправился сам, да сейчас нужен здесь. Мое отсутствие могут расценить как бегство. Этого допускать нельзя. Сейчас боевой дух – это все, что у нас есть.

За спиной послышался цокот когтей. Лис спустился по ступеням и уселся рядом с адским псом.

- Я покажу дорогу, господин наместник. Так будет вернее.

- Хорошо. Пусть так. Я заброшу вас так далеко, как смогу. Дальше уже сами.

Призыв имеет свои ограничения. Одно дело призвать фамильяра к себе, а другое – в конкретную точку пространства. Я хорошо поупражнялся на отродье, окуная ее в озеро. Теперь предстояло призвать ее и Бруно к горам, что едва видны в потемках. Да еще и с лисом…

На крыльцо вышла Альтурия и, дождавшись момента, привлекла к себе внимание.

- Могу я помочь? Одно маленькое замечание.

- Мадам?

- Если вы подниметесь на башню и воспользуетесь подзорной трубой, то сможете точнее определиться с местом призыва.

- То есть, можно забросить их дальше?

- Так далеко как видит глаз, - кивнула она.

- Так просто?

Она лишь развела руками.

- Но это же в корне меняет дело! – воскликнул я с какой-то придурковатой радостью.

Взбежать на самый верх без отдышки не получилось. Да, когда мои фамильяры пополнили силы, стало ощутимо легче. Но недостаток сна и перелитая кровь сильно сказались на выносливости. На самом верху башни дежурил один из подмастерий кузнеца. Орудие прошло испытания успешно. Его почистили, пополнили боезапас и поставили на боевое дежурство.

Внизу, отродье уже уселась на адского пса и взяла на руки лиса. Сорней, своей щенячьей непосредственностью, придал этой картинке немного трогательности. По сути ребенок совсем… Не хотел его отправлять, да на кону жизнь его хозяина. Если погибнет герцог, то и лису не жить. Такова суть этого мира…

Подзорная труба – штука хорошая. Но цифровой армейский бинокль со сменными режимами наблюдения – куда как лучше. Убедившись, что все готовы, я поплевал через левое плечо, для верности. Выставив максимальное увеличение, затаил дыхание, как перед выстрелом. Открытая поляна меж двух перелесков показалась удачным местом. Как раз недалеко от гор, на которые показывал Сорней. Прочтя про себя заклинание, я привычно щелкнул пальцами. Это не обязательно, но так проще привязать действие призыва к конкретному моменту времени. С неба ударила одинокая молния. Кажется, все получилось.

Проверив, как переделали крышу, я спустился вниз. Магичка все еще стояла на крыльце, загадочно улыбаясь.

- Спасибо, кажется, удачно.

- Не за что. Вы плодите отродий не моргнув глазом, исцеляете и людей, и демонов, играючи забрасываете фамильяров на огромное расстояние. Создаете смертоносное оружие, побеждающее виверн… Как давно вы здесь, наместник? Кто вы на самом деле?

- Вы о чем?

- Я не рассказывала вам, как создать отродье. Только, как заменить кристалл сан-даару. Не говорите, что делали все наугад.

- Кто я – вопрос ясный. Для меня, по крайней мере. А вот зачем я здесь? Знать бы… У вас часом нет догадок?

- Ирия вам не сказала?

- Нет. Она не знает. Я видел ее, можно сказать, мельком. Толком и не говорили.

- Неужто богиня… явила вам свой лик, наместник?

- Ну да, возникла на пару минут….

- Удивительно. И как она? Я имею в виду, какой она вам показалась?

- Честно? Было жутковато. Никогда раньше не общался с богами. Но, я должен быть ей благодарен.

- За то, что благословила? – спросила она осторожно.

- Остальные мне отказали, - признался я. – Она сочла это несправедливым.

- И… каковы же условия? – снова спросила она, посчитав момент подходящим. - Ирия ничего не делает просто так.

- Никаких. Но она не обрадуется, если об этом кто-то узнает.

- Еще бы… - магичка нахмурилась. – Это многое проясняет. Я умею хранить тайны, поверьте. На ваше счастье, простые смертные ничего не смыслят в таких тонкостях. Но человек сведущий все поймет. Это может быть очень опасно.

- Поверьте, я не собирался создавать отродье. Сомнительное, знаете ли, удовольствие. И создавать оружие я тоже не хотел. Врач ведь должен спасать жизни...

- Все правильно, - она коснулась моей руки. – Не корите себя. Чтобы кому-то помочь, нужно сначала выжить. Они придут убивать, и сделают это не колеблясь.

- Вы прям как мой командир говорите. Ладно, посмотрим. Простите, мне нужно в кузницу.

- Наместник, - она вернула меня обратно. – Норм справится. А у вас есть всего несколько часов, чтобы восстановить силы. Проводить вас до постели?

Спорить с Альтурией сложно. При всем ее обаянии у магички крепкая хватка и жесткий характер. Кажется, при первой встрече она такой не была. Да и от вида крови в обморок больше не падает. Хорошо, что вопросы у нее закончились вовремя. Я бы не смог внятно объяснить, откуда узнал про создание отродий. В своем письме, Альбер многое хотел ей сказать, но вскрывать карты пока слишком рано.

Сон дает сил. Утром я почувствовал себя лучше. Но состояние разбитости и зуд никуда не делись. Виверна хорошо опалила своим жаром. Кожа начала облезать, все жутко чесалось. И вообще, отвык я от солнца. В окопах и блиндажах его не бывает. А тут, считай, каждый день на свету. Смуглый совсем стал.

В голове прояснилось. События вчерашнего дня казались дурным сном. Тис принесла таз с кувшином. Я умылся и решил побриться. Совсем щетиной зарос. Горничная с интересом наблюдала за процессом. Мы встретились взглядами и она неожиданно вскрикнула.

- Чего? – я быстро огляделся, решив, что эльфийка испугалась мыши.

- Ваши глаза… взгляните!

Я повернулся к зеркалу и едва не порезался бритвой. Качество отражения так себе, но… глаза мои действительно изменились. Роговица потемнела, приобрела темно-алый окрас. Самое страшное – это зрачок. Узкие зрачки я, конечно видел раньше. Но крестообразные… Ладно бы только это, они менялись! Вернее, сменяли друг друга.

- У вас тут такие вещи что, в порядке вещей?

- Н-нет. Ни разу такого не видела, - замотала головой горничная. – Хотя… Простите, я не уверена, вам лучше показаться Альтурии.

- Что?

- Ну… говорят, у демонов с их фамильярами по-другому все. Но вы же человек, вроде как.

- Я-то человек, да вот фамильяры у меня – отродья. Смотри, кажется прошло. Ну точно прошло!

- Может быть мне показалось? – засомневалась Тис.

- Сразу двоим не кажется.

Я еще раз взглянул в зеркало. Глаза, как глаза.

- Наверное, ты права. Если подумать, после укуса отродья, я тоже чувствовал себя странно. А виверн вообще делают фамильярами?

- Я не слышала о таком. Наверное нет. Такую взрослую тварь ни убить, ни изловить… ни подчинить.

- Понятно. Ты это… не говори никому, ладно? Я потом сам до Альтурии дойду.

- Так и будет, наместник! - она нервно сглотнула. – Желаете завтракать?

Утро прошло без происшествии. Спокойно так, ветерок теплый. Все заняты своим делом, Рори метет плац, солдаты несут службу. Кузница замолкла. Мои знания снова пригодились, в плане организации труда и создания копий. Оказывается, у кузнецов с благословением Ирии есть кое какие бонусы в плане создания оружия. Богиня войны – это вам не шутка.

Не к добру это спокойствие, ох не к добру. Я чувствовал это пятой точкой. Минут через тридцать, мелодичный перезвон оторвал от раздумий. Это оповещение. Вызвав окно статуса, я открыл магическое сообщение. Бремер писал, что они уже рядом. Через пару минут, дозорный на башне заметил вспышку фейерверка со стороны гор.

- Рыцарей навстречу, немедля!

- Есть! – дежурный сорвался с места и передал приказ.

Рауф со своим отрядом пронесся мимо ворот. Нехорошее предчувствие в разы усилилось. С угловой башни открывался отличный обзор. Часовой косился на меня с интересом. Бинокль его явно заинтересовал. Вскоре, из-за деревьев показался конвой из рыцарей. Следом, пешим ходом маршировали солдаты. Видок у них был потрепанный, но оно и не удивительно.

- Стоп! Солдаты? А где карета?

- Вы мне, наместник? – на всякий случай спросил часовой.

- Так, мысли вслух…

После солдат показались повозки. Окровавленные бинты я узнаю с любого расстояния. Одна, вторая, третья… На десятой сбился. Бруно и Натали держались поодаль, разделившись по флангам. И только в самом конце каравана показалась знакомая карета. Смотрелась она еще хуже чем при нашей первой встрече. Больше напоминала решето. Ну, или сортир в который ломилась свора вооруженных орков. Только на колесах.

- Твою ж мать! – нервный смешок вырвался из груди. Я трижды ударился лбом о камень.

- Наместник? Вы в себе ли?! – солдат уставился на меня не моргая.

- Смех сквозь слезы, дружище… не обращай внимания. Ты прав, я немного не в себе. Будь другом, сгоняй в замок.

- А что сказать то?

- Нужно много кипяченой воды и перевязочный материал… все, что есть. И предупреди Альтурию. К нам везут раненых.

За полчаса до прибытия конвоя, вдоль стен крепости выстроились ряды походных шатров. Гарнизон крепости, поднятый по тревоге, вытряхнул из подвалов все кровати, столы, скамейки, носилки, которые только есть. Альтурия и Тис готовились морально.

Эвакуационная сортировка отпала сразу. Попросту некуда, Тарсис – конец пути. Остается сортировка по четырем типам… За последние две недели я успел отобрать несколько толковых человек из числа служанок и солдат, чтобы обучить азам санитарного дела. Как и должно поступать санинструктору. Сейчас они стояли передо мной, ожидая приказов.

- Так, слушайте все внимательно! Когда откроются эти ворота, мы будем впускать повозки по одной. Я буду осматривать каждого поступившего и определять степень повреждений. Мы разделим раненых на четыре группы:

1. Неотложная помощь. Первая бригада, ближайшие шатры и столы под открытым небом.

2. Срочная помощь. Вторая бригада, шатры у конюшен.

3. Легко раненые. Дальние шатры. Третья бригада.

4. Те, кто уже умер. Простите парни, но это четвертая бригада. Их складируем слева от ворот. Почести окажем позднее. Мертвые подождут.

- Что делать нам? – подала голос Альтурия.

- Сделайте так, чтобы самые тяжелые дождались помощи. Если это невозможно… скрасьте последние минуты улыбкой и добрым словом. Вы… умете воскрешать?

- К сожалению нет, наместник. Этот дар есть только у Гаи.

- Просто делайте, что вам под силу. Будет много крови, вы готовы?

- Да, я держу себя в руках. Будьте спокойны. У Тис есть нашатырь.

Первыми в крепость ворвались рыцари Рауфа. Свое дело они сделали и промчались на задний двор. Солдат, которые шли строем, тоже пропустили вглубь крепости. А вот и первая повозка. Прикрыв глаза, я отстранился от всего мирского и медленно досчитал до пяти.

- Начали!

Бегло осматривая солдат, я отдавал короткие приказы.

- Первый… Первый… Третий… Второй! Быстро! Чего встали?!

Санитары, волнуясь, начали растаскивать раненых согласно номерам. Едва телега опустела, ее выгнали за ворота.

- Второй… Второй… Первый… Не спим! Работаем быстро, это только начало!

Раненые были настолько измождены, что безропотно подчинялись. Особо тяжелых я помогал перекладывать сам. После третьей повозки, ребятки мои оживились. Работа пошла быстрее. Когда знаешь, что от тебя требуется – всегда легче. Еще в бинокль, я примерно посчитал количество человек и подготовился, насколько это вообще было возможно в данной ситуации.

Волнение прошло. Мозг работал четко и быстро. Я попал в родную среду, если можно так сказать. Правильный ритм работы – залог успеха. Краем глаза заметил Бремера. Герцог был хмур и крайне недоволен тем, как продвигается конвой. Но увидев, что происходит за стенами крепости, решил не вмешиваться. Гая, несмотря на усталость, бросилась помогать Тис и Альтурии.

В одной из повозок мелькнуло знакомое лицо. Женщина – рыцарь в бессознательном состоянии. Рядом лежали ее изуродованные доспехи. У нее не хватало ног ниже колен и одной руки. Уцелевшая конечность была изранена, но не критично. Я замер на миг и посмотрел на Бремера. Он отвернулся, болезненно сжав зубы.

Женщина была в отключке, но жизни ее сейчас ничто не угрожало.

- Натали! – крикнул я.

Отродье тут же возникло за спиной.

- Узнаешь?

Она кивнула.

- В лазарет. Только нежно!

Судя по количеству чужой крови на теле отродья, бойня была серьезная. Натали осторожно сгребла женщину в охапку. Бремер тотчас подскочил ко мне.

- Альбер, она отнесет Санару в лазарет.

- Жить будет? – спросил он едва сдерживая эмоции.

- На первый взгляд - ничего критичного. Сон, вода, покой. Останьтесь с сестрой. Когда закончу здесь, сразу ее навещу.

- Да, да, все сделаю!

- Сорней?

- Жив. Где-то здесь… - он рассеянно огляделся.

- Ты молодец, - шепнул я отродью. – Унеси ее, потом возвращайся.

Проводив взглядом герцога, я вернулся к работе. Большая часть ранений относилась ко второму и третьему типу. В основном, резаные и колотые раны. Стрелы, следы от дробящих ударов, переломы ребер, выбитые зубы, сломанные челюсти. К сожалению, была и четвертая категория. Не всех смогли довезти. Последние три повозки сразу поставили к стене. Святой отец уже суетился радом с ними, шепча под нос какие-то молитвы.

Глава 24. Скорбный рассвет

Натали вернулась минут через двадцать, довольно жуя колбасу. Заскочила на кухню по пути.

- Как прошло? – спросил я, осматривая очередного бойца.

- Донесла. Делов то.

- Я не об этом.

- Нормально. Славная была резня. Адский пес сжег дотла две летающих лодки. Он плюется синим огнем, ты знал?

- Нет. Это были черные плащи?

- Да, все как сказал Сорней. Черный флаг, корона… Ты бы видел рожи солдат, когда мы промчались мимо повозок и ударили в самую гущу. У них не было против меня шансов! Ну и Бруно помог. Хороший у нас песик.

- Помнится, ты можешь накладывать чары?

- Ну да.

- Будешь помогать. Обезболивающих у меня мало. Придется резать и шить на живую. Как долго человек спит?

- Не знаю, - она криво усмехнулась. – У меня никто не просыпался.

Я глянул на нее недобро.

- Да не знаю я! Может час, или чуть больше. Но они точно ничего не чувствуют. Проверено.

- Ясно. Сейчас до озера, хорошенько отмойся и сразу обратно. Готова?

- Готова… - вздохнула Натали. – Слушаю и повинуюсь!

Привычно щелкнув пальцами, я отправил ее по знакомому маршруту.

Сортировка раненых заняла около двух часов. Долго. Но я тут один. Когда вернулась Натали, мы начали сразу с тяжелых. Без передышки, пока в памяти свежо. Тис и Гаю оставил следить за ранеными, привлек только Альтурию.

- Ну что, начнем помолившись?

- Начнем…

Получать новый опыт пришлось сразу в полевых условиях. Со времени последней стычки прошло дня два, так что пациенты все больше попадались по моему профилю. Нарывы, загноения, и, к сожалению, ампутации. Если гангрена уже пошла, тут ни магия ни лекарства, которых у меня кот наплакал – не помогут. Хотя, должен признать, заклинание, которое возвращает еде свежесть, позаимствованное у кухарки, через раз, но работало. Так удалось сохранить несколько кистей рук, пальцев и ступней. В основном, работа сводилась к вскрытию ран, промыванию и накладыванию швов. Если рана промыта хорошо, Альтурия без особого труда сращивала наживленные мной швы. Небольшие порезы и переломы я пытался исцелять сам. Успехи были робкие, но они были! Что само по себе - уже чудо. Стабилизировав всех тяжело раненых, я практически извел последние запасы капельниц, физраствора и антисептика.

Чары отродья работали отлично. Получше всякого наркоза. Не приходилось даже привязывать людей к столу. Полная релаксация… Натали смотрела за моими руками в каком-то дурмане. Мне показалось, что это из-за крови. Видимо, она постоянно испытывает эту жажду. Но держалась молодцом. Как и Альтурия. Магичка ни разу не упала в обморок, была сосредоточена и говорила только по делу.

Покончив с неотложной помощью, приступили к срочной. Вправляли челюсти, суставы, снова зашивали порезы, доставали стрелы. Извлек я и пару десятков пуль. Грубые, круглые, свинцовые. Судя по ранам, дульная энергия выпустившего их оружия не такая сильная, но это всерьез настораживало. Попортив изрядное количество мундиров, сапог и ремней, чтобы добраться до ран, мы перешли к легким ранениям.

Здесь солдаты, хоть и были измождены, все же перепугались при виде отродья. Я пытался объяснить, зачем она здесь, но ничего не вышло. Что ж, значит, будем резать без анестезии…

К счастью, гвардейцы Дастана хорошо оснащены. Грудь, голова и конечности закрыты броней или кольчугой, по большей части. Этим объяснялось малое количество полостных ран. Разве что пулевые. Сложных операций проводить не пришлось. Да я бы и не сумел. Один, без бригады, без мало-мальски оснащенной операционной… Нет, я сделаю если придется. Но только в том случае, если не будет других шансов.

Альтурия посмотрела на небо. Звезды уже усыпали небосвод. А я и не заметил, как стемнело.

- И давно вы видите в темноте? – спросила она негромко.

- Читаете мои мысли? Хотел до вас дойти, но не случилось. Проблемы с глазами, знаете ли… Какие-то они не мои, временами.

— Это из-за отродий, не переживайте особо. Виверна сильная тварь, привыкание может затянуться. Вы почерпнете от нее, она от вас… Наверное вы не знаете, но вместе с кровью создателя отродья и сан-даары обретают разум и, зачастую, способность говорить. Ведь это магические создания. У вас светлая голова, наместник. Вы расчетливы, хладнокровны, и, вместе с тем, удивительно великодушны. Почему-то мне кажется, что это будет самая умная виверна в мире.

- Иронизируете? – я улыбнулся. – Это хорошо. Значит вы в полном порядке.

- От чего же, я говорю то, что думаю. Что дальше наместник?

- Самое страшное – ждать утра. Как бы я не хотел, эту ночь, вероятно, переживут не все. Вы знаете, что большинство людей умирает в четыре часа утра? Необъяснимо, но факт…

- Да, Альбер говорил об этом. Я и сама стала замечать. Видимо в наших мирах существует одна и та же закономерность… Не переживайте, я подежурю здесь. Постараюсь придать сил тем, кому это действительно нужно. Маны еще достаточно.

- Ваше мастерство удивительно, - признал я. – Настоящее волшебство. Никак не привыкну…

- Вы еще так молоды, - пожала она плечами. – Все приходит с годами.

- Если так пойдет, то времени у меня попросту нет.

- Вы прочли труды Альбера? – вдруг, спросила она.

- Как вам сказать… все, что успел. Не думаю, что наш враг что-то из этого вынесет. Тот, кто будет пытаться лечить по этой книге, обречет своих пациентов на муки. К бабке не ходить.

- К бабке?

- Так говорят. Ну, к гадалке. В том смысле, что все и так предельно ясно.

- А, поняла… Забавное выражение. Вы уже знаете, кто все эти люди?

- Да. Это остатки войска, которые собрала Санара. Те, кто выжил после засады. Оракул говорила, что Дастан устоял, но они почему-то решили двинуться сюда. Губернатор тоже здесь. Ее отнесли в лазарет.

— Значит, я не ошиблась… Нужно ее навестить.

- И немедленно. Если вы отдохнули, конечно…

Сан-даары и лошади гвардии тоже пострадали, но не в той мере как люди. Им больше требовался сон и хорошая пища. Боевые псы восстановятся сами, лошадей осмотрят конюхи. А я уже потом, после доклада. Губернатор дастана несомненно важнее.

Мы сбросили окровавленные фартуки и халаты, отмыли руки. Ополоснув лицо холодной водой, я стер гримасу усталости и натянул приветливую улыбку. Этому нас тоже учили. У двери лазарета мы столкнулись с Тис. Вездесущая горничная уже успела омыть и перевязать важную гостью.

- Ну как вы тут? Как живете, как животик, не болит ли голова?

Санара, нашла в себе силы чтобы улыбнуться. Хороший признак. Значит духом еще не пала. Анри Бремер вздрогнул и сел на постели. Герцог сам не заметил, как отключился. Его раны тоже украшали свежие повязки. Я присел на край постели и помог сесть Санаре. С одной уцелевшей рукой это не так-то просто. Осмотрев повязки, я мельком заглянул под одеяло. Бремер вскочил на ноги от такой бесцеремонной наглости, но она покачала головой.

- Тише Анри, это же доктор. Он уже видел все, что мог видеть. Успокойся.

- Действительно… - он схватился за раскрасневшееся лицо. – Прости, я на взводе.

Прослушав легкие и сердце женщины, я заглянул в ее глаза, ощупал шею, измерил давление. Герцог наблюдал молча.

- Вы немного поспали? – с легкой улыбкой спросил я.

- Да, какое-то время.

- Хорошо. Нужно поспать еще. Ваше сердце еле колотится, ему нужен отдых.

- Как моя гвардия? – волнуясь спросила она.

- Лучше чем могло быть. Но утро покажет. Это все?

- Да, все, кто выжил в пути, - кивнула она.

- Но почему вы пошли сюда, а не в Дастан? Оракул сказала, что город уцелел. Ведь он ближе.

- Чтобы увести врага за собой. Чтобы дать Дастану достаточно времени на подготовку. Хоть сколько-нибудь…

- Что ж, это разумно. Пока что здесь безопасно.

- Прости, Павлик, но они придут следом… у нас с Анри не было другого выхода. Солдаты и офицеры тоже понимают это.

- Обязательно придут, - кивнул я. - Но не сегодня. Будем решать проблемы по мере их поступления. Вы ведь сейчас ничего не можете изменить, так?

- Пожалуй так… - вздохнула Санара обреченно.

- Чудненько. Вот и отдыхайте. Если Анри поспит часов восемь, хуже тоже не станет. Гаю я сам отправлю отдыхать. Хватит с вас на сегодня приключений.

- Ты снова решил, что можешь командовать мной? – иронично улыбнулась Санара.

- В моем мире военврач даже генералам приказывать может. В определенных обстоятельствах. Таких, как сейчас. Отдыхайте.

- Не раньше, чем выслушаю доклад, наместник, - голос ее стал жестче.

- Что ж… извольте, моя госпожа…

Следующие сорок минут, я детально, но сжато, доложил обстановку. И про отродье, и про Бруно, и про отравление капитана грузового корабля. Такие мелочи, как обращение виверны, создание смертоносного оружия и обнаружение тайника Альбера - в доклад не вошли. Зачем беспокоить людей понапрасну? Сложную к пониманию информацию лучше выдавать дозированно. Будет день – будет пища.

— Значит, они получили книгу, а корабль демонов все еще пришвартован здесь? – Санара уловила главное.

- Так точно. Пока совет оракулов не решит, что делать дальше.

— Это хорошо, что ты смог спасти капитана Тура, но книга…

- Книга – всего лишь пустышка, - попытался объяснить я.

- Да как ты смеешь?! – Бремер снова вскочил на ноги.

- Тихо! – осадила его сестра. – Дай ему закончить!

- Спасибо. Но я закончил. Я не знал Альбера при жизни, но он точно не был настолько примитивен! Сейчас, это ясно как день. Он ведь был перерожденным, не так ли?

Они переглянулись.

- Как ты узнал?!

- Нужно быть идиотом, чтобы не прочесть в его лаборатории надписи на английском языке. Если этот человек из моего мира, то такую ересь он мог написать только специально!

Кажется, на этом этапе мои объяснения их убедили. Вопрос: надолго ли?

- Наверное, тебе лучше знать… - Санара задумалась. – Возможно, мы не в праве требовать от тебя ответов. Как и отдавать приказы. Ты ведь чужой здесь…

- Ну, чужой, не чужой – дело третье. Сторону я уже выбрал, так что придется попотеть. Мир-то у вас сказочный, да вот перспектива умереть вполне себе реальная. Опять же, мне не привыкать. Как-нибудь прорвемся.

— Значит ли это, что ты не держишь на меня зла?

- С чего бы? Я здесь развлекаюсь, как могу. Полная свобода действий, хочешь спи, хочешь ешь… Воздух не очень свежий? Так дома почти такой же. Гости вот заглядывают время от времени. Горничная своя есть. В общем, живу полной жизнью!

— Вот же стервец… - рассмеялась Санара болезненно. – Всей правды не говорит, но ведь и не лжет!

- Мне принять у него дела? – спросил Бремер.

- Ни в коем случае, Анри! Ты слишком эмоционален, горяч… Здесь нужна холодная голова и расчет. Я, пожалуй, совсем отстранюсь от принятия решений. Я попросту их не вижу. Калека без рук, без ног не может командовать войском эффективно, это же очевидно.

Павел Георг, наместник, вверяю в твои руки свою судьбу. Принимай командование гарнизоном. Всем, что от него осталось…

- Есть, принять командование! - сухо ответил я.

Собственно, что ей еще оставалось? Бремер подчинился решению, хоть и не был согласен.

- Вы сильно не переживайте, - успокоил я. – Ножкам вашим только на пользу пойдет отдохнуть. Живая броня – это здорово, но постоянно носить ее нельзя. А там мы с герцогом что-нибудь придумаем, верно Анри?

- Да. Да! непременно придумаем! – закивал он. – Ты, главное, отдыхай сестрица, набирайся сил.

- Вы, Анри, тоже отдохните до утра, хорошо? Мне ведь не нужно ставить у дверей караул?

— Это… лишнее, - он отвел взгляд. – Я побуду с сестрой, разумеется.

- Ах да, чуть не забыл. Это вам для поднятия настроения.

Оставив на постели два «сникерса» из личных запасов, я откланялся.

Выйдя на крыльцо замка, застал там отродье. Я иногда забываю, насколько она могучая. В свете трех лун и тусклом мерцании фонарей, силуэт ее смотрится очень эффектно. Положив когтистую руку себе на плечо, я обнял Наташку за талию.

- Ты это чего?!

- Да так… взгрустнулось. О чем думаешь?

- Да ни о чем. Стою, дышу, на небо глазею. Странно как-то. Спокойно…

- На вот, пожуй, - распечатал упаковку гематогена и сунул ей в рот.

- Вкусно, - вздохнула она, прожевав. – Дай еще?

- На. Это последняя, больше нету.

- И ты отдашь ее мне?

- Кушай, кушай, никого не слушай. Перед смертью не надышишься.

- Ты это к чему?

- Поговорка такая… - я так зевнул, что едва рот не порвал.

— Вот же у тебя ремесло… резать людей, чтобы они жили. Я-то понятно, мне кровушку надо. А ты – человек, как до этого дошел?

- Из-за матери. Я вообще кузнецом хотел стать, как отец. Когда началась война, мама попала под обстрел. Потеряла сознание. Рана была не страшная, но рядом никого не оказалось, чтобы помочь. Истекла кровью. Нелепая смерть…. Враг ударил внезапно, исподтишка, по жилому району. Подло. После этого отец записался в армию, а я возрастом еще не подходил. Поступил в медицинский институт, а потом записался в академию МЧС, на санинструктора учиться.

- Что такое МЧС?

- Министерство Чрезвычайных Ситуаций. Спасатели, если коротко. Если где-то беда, то мы там. Землетрясение, наводнение, эпидемия… война. Такие вот дела.

- Ты идиот, конечно… но, все же - герой, - решила для себя Натали. – Раз уж я совершила такую глупость, ничего уже не поделать, придется тебе помогать. Люди, демоны… везде есть такие как ты, и такие как тот урод с ядом. Если уж кому и служить, то лучше тебе.

- Да ты еще и философ? Ну спасибо на добром слове. Подача не очень, но явно от души.

Я погладил ее по спине и обнял покрепче.

- Приятно… - вздохнула она. - Гладь иногда. Разрешаю.

- Ладно. Пойдем, до рассвета недолго осталось. Устал я, хоть веки сомкнуть…

Утром, я впервые узнал как здесь хоронят павших, и зачем нужен священник. Попрощавшись с товарищами в гнетущей тишине, погибших вывезли в поле, за стены крепости. А я все гадал, зачем там эта площадка, сложенная из камней. Там было восемь символов, соответствующих богам. Трупы выложили по кругу, согласно полученному при жизни благословению. По несколько человек в секторе. Священник отошел в сторонку, встал на небольшое возвышение, прочел молитву несколько раз и окропил площадку святой водой. Тела вспыхнули голубым заревом и в считанные секунды выгорели дотла. То немногое, что от них осталось, подхватил ветер и развеял над полем.

Однако, двое остались лежать на камнях. Священник прочел над каждым по молитве и их быстренько захоронили на небольшом кладбище метрах в пятистах от стены крепости.

- А что не так? - спросил я солдата.

- Нагрешили где-то сверх меры, - вздохнул он. – Боги отозвали свое благословение. Будут теперь гнить в земле. Если какой некромант на них глаз не положит. Тогда вообще не упокоятся никогда.

- Такое тоже бывает?

- Ага. Случается. Дай Бог не со мной.

Те, кто закапывал бедолаг, собрали с площадки все вещи, доспехи и амуницию. Сложив добро в повозку, они вернулись в замок и передали все кузнецу.

- Круговорот вещей в природе, - проговорил я, глядя на это.

- Нормальное явление. Починят, переплавят, выдадут другим. Все лучше, чем без брони то… Теперь доспехи считаются освещенными. Вы разве не знали, наместник?

- Ни разу не видел. Да уж, земля пухом...

- А я никогда не видел, чтобы наместник был лекарем. Да еще таким умелым.

- Все бывает в первый раз, дружище, - я похлопал солдата по здоровому плечу. – Все меняется. Пойдем-ка на перевязку.

В полдень, я наведался в святилище оракула и доложил обо всем, что случилось. Весть о том, что Санара жива, ее очень обрадовала. Однако, порадовать в ответ решением совета, она не смогла. В Солусе – городе двух столиц, не утихали споры. Масло в огонь подливал некий перебежчик. Не надо долго гадать, кто именно. Далия сообщила, что нападения на города пока что прекратились. Флотилии под черным флагом простыл и след. Среди демонов назрел раскол, она не знала к чему мне готовиться и призвала сохранять бдительность. На том и расстались… Будто я сам не знал.

Глава 25. Ультиматум

Боги подарили нам еще один спокойный день. Бремер не совал свой нос в мои дела. Его больше заботило здоровье сестры. Среди раненых и вновь прибывших, нашлось пара боевых магов и трое целителей. Оправившись от ран и отоспавшись несколько часов, они принялись помогать своим товарищам. Пришлось обойти всех лично, чтобы рассказать, что за отродья вступились за их жизни и почему они свободно разгуливают по крепости.

С конвоем пришло еще четверо боевых псов. Я осмотрел их, и, вместе с Бруно, доходчиво все объяснил. Учитывая, что они знакомы, разговор был недолгим.

Гая, решив не докучать герцогу лишний раз, прилипла ко мне хвостом. Видок у нее был измотанный. Мешки под глазами, мелкие царапины на лице. Одежда местами разорвана, измазана в засохшей крови. Я отослал ее помыться, но вскоре эльфийка снова вернулась, уже в чистой одежде. За это время мы с кузнецом успели предметно пообщаться. Наш план перешел в последнюю фазу.

На рассвете третьего дня, дозорный забил тревогу. Со стороны границы, прикрываясь серыми облаками, показалась эскадра черно-красных кораблей. Пять боевых фрегатов и два малых судна. Яхту под гербовым парусом было сложно не узнать.

- Поднять гарнизон по тревоге? - хмуро осведомился командир караула.

- Нет, Сарен. Приведи сюда капитана Тура. Кажется, это по его душу. И дойди до кузнеца.

- Началось?

- Пока нет, но скоро начнется. К тому все идет. Раздать оружие, все по местам.

- Есть, наместник!

Вскоре прибежал герцог Бремер, на ходу застегивая портупею. Сарен привел капитана, и десяток солдат для почетного караула. Яхта графа Фарона и сторожевой катер демонического флота уже отделились от эскадры.

- Альбер, вы не могли бы встретить гостей здесь, вместе с Сареном?

- Я?! Но вы же наместник!

- Не беспокойтесь, должно быть, важная персона, раз такой эскорт. Видите вон ту яхту под белым парусом? Это и есть наш отравитель. Он уверен, что мы с капитаном мертвы. Не будем его смущать, пусть причалит для начала, а мы пока вон там подождем, за стеночкой.

- Ну… хорошо. Я это сделаю, - герцог нахмурился. – Нужно доложить Санаре!

- Не нужно. Ей дали отвар, она проспит до вечера. Так… Ну все, мы пошли!

Оказавшись вне поля зрения, мы с капитаном обсудили свои действия. Мне пришлось опять таскать на себе местную одежду и офицерские доспехи. Они уже не казались такими неудобными, но все равно стесняли движения. Зато, я научился их быстро скидывать и мгновенно призывать оружие из инвентаря.

- Капитан, вы знаете кто к нам пожаловал?

- Нет. Но уж точно чин не ниже адмирала. Чего они хотят?

- Вы у меня спрашиваете?

- Ну да, вы же держите связь с советом. Это из-за них я все еще здесь торчу.

- Логично… Тот, кто прикидывается Фароном – та еще падаль. Будьте готовы ко всему.

- Я пододел кольчужку на всякий. Не переживайте наместник.

Первым причалил сторожевой катер. Он глухо уткнулся носом в причал и вывалил абордажный трап. Команда рассредоточилась по палубе. Рядом причалила яхта, так же, носом. Команда спустила трап и поспешила свернуть парус, чтобы не мешал удирать, если что. Ветер не был попутным. Надо отдать должное, Бремер стоял как вкопанный, сцепив пальцы за спиной. Сарен зевал, поглядывая на выстроившихся вдоль пирса солдат.

Минут десять никто не казал и носу. Наконец, когда яхта свернула парус и сложила мачту, на палубе катера послышались тяжелые шаги. Высокий, плечистый демон в черном кожаном плаще и такой же фуражке, цепляясь могучей рукой за перила спустился по трапу. За ним, легкой поступью, спустилась высокая, достаточно стройная фигура. Статью своей, она походила на Санару. Последним ступил на причал тот самый гад, что нас отравил.

Сарен отдал честь и представил герцога. Тот, что с яхты, принялся размахивать руками и причитать, дескать, он же говорил, а ему не верили!

Выслушав этот истеричный бред, Бремер спокойно ответил демону и указал рукой в нашу сторону.

- Пойдемте, капитан, наш выход.

- Ага, мне не терпится посмотреть в его рожу! – прорычал он.

Завидев издали знакомые силуэты, липовый Фарон так и присел. Видать колени ватными стали. Рожа побледнела, глазки засверкали нездорово так. Он выхватил из-за пазухи маленький пистолет и завопил:

- Всем стоять! Пристрелю! Адмирал, не верьте им, они все лжецы!

Мужчина, спотыкаясь от волнения, взобрался на палубу и яхта резко отчалила, теряя трап. Я только сейчас заметил, что они не накинули швартовочные тросы на кнехты. Фарон целился в меня, потом в капитана, но выстрелил зачем-то в высокопоставленного демона. Спутница тут же закрыла его плащом и пули не попали в цель. Демон молча следил за тем, как яхта удаляется на всех парах, но приказ стрелять не отдал.

- Почему вы не стреляли?! – с ходу выпалил я.

Демон повернулся и невозмутимым взором оглядел нас с капитаном. Его спутницей оказалась высокая темная эльфийка с красными как у отродья глазами. Должно быть, полукровка. Довольно мощная особа вблизи.

- Наместник Павел Георг, полагаю? – густым басом осведомился демон.

- Так точно! С кем имею честь…?

- Адмирал Гроер. А это мой адъютант – Селена, - невозмутимо представился он.

- У вас отличный адъютант. Так почему вы не стреляли в ответ, Адмирал? Этот человек пытался отравить меня и капитана Тура. Он преступник и провокатор!

- Все может быть. Но это не доказано. Я обещал графу Фарону неприкосновенность. А вас я не знаю.

— Это не граф Фарон. Моя горничная работала у него, она может подтвердить!

- Слова горничной против слов графа? Сомнительно! – подала голос адъютант.

Я выдохнул и вернул себе спокойствие.

- Простите за резкость, адмирал. Оракул не предупреждал о вашем появлении. Могу я осведомиться, что делают ваши боевые корабли во вверенных мне землях?

— Это нейтральная территория, - снова ответила за адмирала эльфийка. – Мы имеем полное право находиться здесь, так же, как и вы, наместник!

- Селена, не надо. Наместник волнуется, его можно понять. Недавно в должности, всех тонкостей не знает… - миролюбиво проговорил Адмирал. – Совет оракулов и оба правительства Солуса сейчас готовы друг другу глотки порвать из-за этого инцидента. Мне уже доложили, что капитан Тур жив. Формально, я здесь для того, чтобы узнать причину его задержки и сопроводить в порт приписки. Вот и все.

- Вы ведь понимаете, что все это масштабная провокация? – уточнил я. – Мирный договор под угрозой. Вы здесь не в безопасности, адмирал. Если персона вашего ранга погибнет в Тарсисе, всему конец!

— Вот! Именно по этой причине, молодой человек, я и не открывал ответный огонь. Пусть убирается ко всем чертям. Теперь это ваша забота.

- А кто все эти люди там, внизу? – спросила адъютант. – Такое чувство, что война уже идет.

— Это все, что осталось от гвардии Дастана, - проговорил Бремер.

- Прискорбно… Но еще прискорбнее то, что мне придется арестовать вас, наместник, и доставить в Солус для выяснения всех обстоятельств.

- Я не покину этого места. У меня приказ о военном положении и полная свобода действий.

- Неужели? Удивился адмирал наигранно.

Я протянул ему документ.

- Хм… это осложняет ситуацию. Но у меня тоже приказ, наместник. Что будем делать?

Над крепостью снова зазвенел колокол. Я поднял глаза на дозорного, потом посмотрел вдаль. Яхта встала километрах в десяти от крепости и подала сигнал. В воздух взметнулась зеленая ракета и взорвалась снопом искр. Через несколько секунд, из-за гор, взметнулись еще около десятка зеленых ракет, украсив хмурое небо красивыми всполохами. Только радости в том было мало. Сквозь облака проступили силуэты боевых кораблей.

- А вот и гости… Теперь вы мне верите адмирал?

- Кто это?

- Друзья вашего графа, полагаю.

Адмирал нахмурился, снял фуражку и, поправив волосы, покосился на адъютанта.

- Они будут здесь меньше чем через час. У крепости нет шансов. Ваши приказы адмирал?

- Дела… - выдохнул он. – А что скажет наместник?

- Прошу вас немедленно покинуть крепость и сопроводить судно капитана Тура в порт приписки!

Мой невозмутимый тон привел его в замешательство.

- И вы не попросите помощи?! Мои корабли могут атаковать их прямо сейчас, у нас весьма дальнобойные орудия.

- Правильно ли я вас понимаю, адмирал? Демонический флот атакует неизвестные корабли на территории Дастана? Вы сможете объяснить это совету? Особенно сейчас?

- Но вы же погибнете. Все до единого! – низким басом констатировал Адмирал.

- При всем уважении, адмирал, это внутреннее дело Дастана.

- Либо вы идиот, либо чего-то не понимаете…

- Договор не должен быть нарушен ни при каких обстоятельствах, госпожа адъютант.

- Мы могли бы забрать раненых…

- Мы согласны! – выпалил Бремер. – Начнем погрузку немедля!

Адмирал нахмурился пуще прежнего и переводил взгляд то на меня, то на Бремера.

- Одну минуту, нам нужно кое-что обсудить…

Я схватил Анри за грудки и оттащив метров на двадцать, припер к стене.

- Что ты несешь идиот?!

- Еще слово и ты будешь говорить с моей саблей! – прорычал он в бешенстве.

- Еще слово и я прикажу казнить тебя за измену, по закону военного времени!

- Какая измена, ты что несешь? Да тебе плевать на нас всех, это не твой мир, не твои люди!

- И это говорит человек готовый отдать свою сестру в заложники вместе с ее гвардией? Что, наложил в штаны при первой опасности? Да оглянись ты вокруг придурок! У них же сговор! Думаешь это совпадение? Да тут же разыграно все как по нотам!

- Ты о чем? – в глазах Анри промелькнули проблески сознания.

- Тебя не смущает, что два флота собрались в одном месте так удачно? Минута в минуту, можно сказать. Причалили вместе. Разыграли стрельбу? Да как только раненые окажутся на борту, они могут предъявить ультиматум и ты же, лично, сдашь им крепость без боя!

- Ты знал… - на Бремера снизошло озарение. – Но как??!

- Миры разные, Анри, но подонки везде одинаковые… - ответил я уже спокойнее.

- Но… что же нам делать? Мы все погибнем!

- Подумай, что скажет твоя сестра, когда очнется в плену. Если, конечно, очнется. Вы столько сил и жизней потратили на то, чтобы увести врага от дастана. И все зря?

- Ты прав, черт возьми… во всем прав! Прости, я погорячился.

- Нельзя допустить, чтобы адмирал открыл огонь. Если первыми атакуют с нашей стороны, он обязательно ответит. Просто доверься мне, хорошо? Это проверка на вшивость. Дерзкая и очень продуманная. Ты ведь доверишься мне, Анри? – я заглянул в его глаза.

- Да! Ты наместник, тебе решать. Я герцог, конечно, но не стратег. Просто ремесленник с титулом. Но я предпочту умереть с честью!

- Еще не вечер. Иди к сестре, укрой получше, сегодня прохладно.

- Что ты задумал?!

Я не ответил. На уговоры Анри ушли драгоценные минуты. Корабли под черным флагом уже стали различимы. Добежав до адмирала, я вытянулся и отдал честь.

- Что вы решили наместник?

- Адмирал Гроер, я требую чтобы вы немедленно покинули крепость! Капитан Тур, вы тоже. Прямо сейчас.

- Но мы можем помочь! – не понимая моей непроходимой упоротости прорычал адмирал.

- Ваше превосходительство, при всем уважении… Я очень ценю ваше предложение и верю в его искренность. Но это внутреннее дело Дастана, понимаете? Если начнется война, если нарушится договор, никто никому уже не поверит, ни-ког-да! Поверьте мне наслово. Эти люди – преданные солдаты своей родины. Они уводили врага за собой, зная на что идут.

Все… я исчерпал запас красноречия. Если он не уйдет, придется выпроваживать пинками или призывать отродье.

- Я… понял вас, наместник, - до него наконец дошло. – Я передам ваши слова совету во что бы то ни стало. Мы отведем корабли за границу, но останемся здесь до последнего. Даю клятву не вмешиваться.

- Ваше право, адмирал. Ваше право. Прошу, поторопитесь! Еще немного и я буду считать любой корабль вражеским.

Отдав честь, адмирал поспешил на борт. Тур отправился с ними. Минут через пятнадцать, катер и грузовое судно отчалили от погрузочного пирса и, укрываясь за скалами, покинули нейтральную полосу. Эскадра красно-черных кораблей дала задний ход и пошла на разворот. К тому моменту, когда враг достиг крепости, они вернулись вглубь своей территории.

Я поднял руку и над замком подняли белый флаг. На его фоне красовался красный рисунок. Крылья, образующие собой круг. Это символ богини целителей - Исидис. Он здесь вместо красного креста. Такие флаги поднимают над госпиталями. Так же как и у нас, атаковать госпиталя во всех уголках Сарнала считается низостью. Дном бесчестия.

- Вы надеетесь, что это сработает? – рассмеялся Сарен.

- Чем черт не шутит… - улыбнулся я в ответ. – Моя задача – спасение людских жизней. Те, кто атакуют госпиталя, друг мой – это не люди. Я лишь хочу убедиться. Все на местах?

- Так точно. Ждем сигнала.

Он сунул мне в руку мушкетон и поспешил на свой боевой пост. Представление для адмирала разыграли хорошо. Настоящие раненые давно укрыты в подвалах. Демонов из поселка тайком забрал капитан Тур, вместо груза селитры.

Бруно запрыгнул на стену и уселся справа от меня. Натали встала слева.

- Говорят, ты плюешься голубым пламенем?

- Брешут, - отмахнулся пес. – То изжога была от долгой скачки.

- Отсюда достанешь?

- Не, ближе надо. Попасть трудно. С открытой пастью целиться как-то не очень получается. Но если попадет, будет эффектно. Получше вот этой пукалки.

- Ладно. Главное не подставляйся, кто знает, какие у них сюрпризы.

- Чего мы ждем? – осведомилась Натали.

- Первого выстрела. Пусть подойдут поближе. Хочу рассмотреть…

То, что я принял издали за причальные тюки, при ближайшем рассмотрении повергло в шок. По бортам вражеских судов, привязанные веревками, болтались истерзанные тела простых людей, гвардейцев Дастана, зверолюдей и сан-дааров. Часть из замученных была раздавлена о борт, скорее всего во время швартовки.

Боевые корабли, выкрашенные в черный цвет, разделились. Эти парусов не имели, только измазанные сажей трубы, чадящие черным дымом. Верх обшит листами кровельного железа. Борта - тем же материалом. Но каркас и прочие детали из дерева. По бортам судов открылись орудийные бойницы. Я слышал звон рынды и свисток боцмана.

Крепость брали в кольцо радиусом примерно в километр. Видимо, это прицельная дальность орудий. В том, что там были именно пороховые орудия, я не сомневался. Оракул рассказала мне все, что знала о нападении на Дастан и остальные города. Эти тяжелые, неповоротливые корыта доверху набиты ядрами, порохом и десантом. Они расстреливают свою цель с высоты, перемалывая укрепления в щепки, а потом высаживают пехоту и творят дичь… Такое я тоже видел ни раз.

В небе громыхнуло. Ядро отскочило от стены замка и рвануло метрах в двадцати от нее. Бруно дернулся.

- Пристрелочный. Пуст подойдут поближе.

Корабли сузили круг и прозвучало еще несколько выстрелов. Одно из ядер угодило во внутренний двор, закатилось в палатку и рвануло.

- Как думаешь, Бруно, они хорошо видят белый флаг?

- Я думаю, что им на него плевать.

- Что ж, моя совесть чиста. Начнем, пожалуй? Не хочу потом восстанавливать крепость.

Я прицелился в ближайший корабль и выстрелил из мушкетона. Теперь нужно было подняться на скалу. Чем скорее – тем лучше. Оседлав адского пса, я вцепился в кольца на его броне. Он рванул так, что в глазах потемнело. Враг сосредоточил все свое внимание на крепости, предвкушая быструю победу. Он совершенно не замечал ничего вокруг. А там шла такая возня, что деревья дрожали.

Меня доставили наверх по склону скалы. Солдаты уже расчехлили орудия и ждали второй команды. После второго выстрела из мушкетона, крыша башни откинулась, обнажая творение Норма. Из ям на вершине скалы поднялись еще два таких же. На соседних сопках, в перелеске, в стоге сена у дороги. Огонь открыли по готовности. Потоки раскаленных снарядов, с передышкой на перезарядку, устремились в небо.

Глава 26. Дым и пепел

- Огонь!

Я заткнул уши и все три орудия бахнули разом. Первый корабль прошило насквозь. Он получил очередь в днище и дал крен. Зазвучали сирены, на борту разгорелся пожар. Не теряя времени даром, два орудия с сопок открыли перекрестный огонь по второму судну. Пробив борта, они попали в пороховой склад. Рвануло так, что земля под ногами дрогнула.

Осколками задело третий корабль и там тоже начался пожар. Снова взрыв! Крен на левый борт и вниз посыпались пушки, проламывая бойницы своим весом. А еще горящие люди и вещи. Бочонки с порохом, встречаясь с огнем на земле не оставляли выжившим шансов.

- Наместник, тот идет прямо на нас! – доложил боец.

Капитан судна решил применить хитрость. Он быстро снизился и пошел вдоль стены крепости, в сторону поселка. Ствол орудия не мог опуститься так низко.

- Бруно, будь добр?

Пес встал на краю скалы и расставил лапы. Вдохнув воздух, он широко раскрыл пасть. Тело его озарилось всполохами голубоватого цвета, да так, что ребра стали видны на просвет. Выдох, похожий на чих, и сгусток тусклого голубоватого пламени с огромной скоростью устремился вниз. Рулевой пытался уйти в сторону, но врезался бортом в скалу.

Пес не соврал. Рвануло так, что аж жутко стало. Будто кто-то наполнил корабль взвесью керосина, а потом поднес спичку. Внутри образовался вакуум и он попросту схлопнулся. Потеряв летучесть, судно накренилось и, повредив мост, рухнуло в расщелину между крепостью и рудниками. А потом рванул порох…

Боезапас наших орудий быстро закончился. Внизу, в кузнице, уже опять кипела работа. Пять кораблей мы уничтожили. Два еще оставались на плаву. Потеряв управление они описывали в воздухе круги и восьмерки. А три, хоть и потрепанные, успели перестроиться. Команды смогли отойти от шока и готовились дать залп.

Я третий раз разрядил мушкетон. Красная ракета взорвалась в небе. Из укрытий повыскакивали солдаты с трубами на перевес. У каждого по две в руках и еще по две за спиной. Тренироваться в меткости времени и возможности не было. Мы делали упор на надежность оружия. Первый же залп примитивных гранатометов усеял днища кораблей продолговатыми зарядами с хвостовым оперением. Рассчитать время взрыва или сделать контактный взрыватель мы бы не сумели вовремя. Поэтому, на конце гранаты просто торчал длинный заточенный штырь. Главное воткнуть его в цель, а там и подождать можно, пока фитиль догорит.

Одна из гранат, звякнув о борт, угодила навесом прямо в рубку капитана. Ее разнесло в щепки. В панике, два уцелевших судна на полном ходу устремились к границе. Туда, где безмолвно наблюдал за битвой адмирал Гроер. Они обошли замок с правого фланга, прикрываясь скалой. Несколько выстрелов с земли настигли их взрывной волной, но не более.

- Чего ты ждешь? – разволновалась Натали. – Прикажи Бруно!

- Рано. Мы повредим штольни. Пусть покажутся…

Миновав скалу, боевые корабли врага вышли напрямую видимость, поравнявшись с жилым дубом. Мгновение спустя, сквозь листву и ветви, они были уничтожены шквальным огнем двух замаскированных орудий и десятка гранатометов. Расстреляны буквально в упор. Едва задев границы поселка, оба корабля рухнули в расщелину и взорвались не достигнув дна, подняв облако едкой сернистой пыли. В воздухе повисла мертвая тишина. Только дым, запах горелого пороха, масла, жженого металла, да всполохи огня….

Бремер вывалился из башни, и, нелепо дрыгая ногами, сполз на скалу. Шокированный увиденным, он подошел ко мне. Но слов, чтобы выразить свои чувства, герцог не нашел.

Я достал бинокль и поймал в объектив яхту. Она подняла паруса и взяла курс вглубь материка.

- Далеко ушли… Норм, твои подмастерья успели измазать яхту графа?

- Успели наместник. Кровью виверны, как было приказано. Все днище.

- Молодцы…

Призвать крылатую тварь, сосредоточившись на суденышке, оказалось несложно. С неба ударила молния и я увидел происходящее глазами виверны… Вот это был приход! Аж ноги подкосились. Натали поймала меня за плечи, пришлось вцепится в ее руку, чтобы не упасть.

- Смотри туда, Анри, - я передал бинокль ошеломленному Бремеру.

В небе развернулась еще одна битва. Короткая и очень жаркая. Хотя нет, точнее это была казнь… Заслуженное возмездие. Струя перегретого пламени выжгла яхту со всем ее экипажем еще до того, как та коснулась земли. На траву рухнул только почерневший остов и пепел…

- Теперь, кажется, все, - выдохнул я. - Норм, что делают корабли демонов?

- Они… разворачиваются. Корабли уходят наместник!

- Хорошо. Значит, сговора все-таки не было. Если бы адмирал атаковал прямо сейчас, то взял бы нас без единого выстрела.

- Виверна летит сюда… - седея на глазах, проговорил Бремер.

Щелчок пальцев, и тварь, размером с крепостную площадь, исчезла без следа. Ко мне вернулось нормальное зрение. А потом пошла кровь носом.

— Вот это аттракцион! – проронил я чувствуя, как подгибаются ноги. - Нихрена себе откат! Аж башка кругом идет! Присяду, пожалуй…

Отродье ослабила хватку и я сполз вниз. А потом и лег, прямо на скальник.

— Значит ли это, что книги больше нет? – спросил граф негромко.

- И слава Богу. Пуст все об этом узнают. Иначе охота не прекратится…

- Ты знал… - прошептал он. – Ты все знал чертов… я даже не знаю как тебя назвать! Как ты это все провернул? Как??!

- Анри, я же уже сказал… Ублюдки везде одинаковые. У них нет ничего святого. Мы это уже проходили… Немного иначе, но смысл тот же. Они всегда нападают скопом и бьют самого слабого. Чтобы наверняка.

Он задумчиво бродил вокруг орудий, закрепленных на самой скале, так и норовя схватиться за раскаленные стволы. Анри впился взглядом в диковинный механизм, пораженный его мощью.

- А виверна? Как это возможно?

- Сначала мы создали эту пушку против нее, - пояснил кузнец. – А потом, когда все получилось, наместник решил сделать из твари отродье.

- Норм!

- Ох! Кажется… я сказал лишнего, наместник?

- Да ладно, забей! - выдохнул я созерцая отродье со своего ракурса. – Шило в мешке не утаить. И так все знают.

- Нужно добить врага, - напомнил Бруно и толкнул меня носом.

- Всех, кто выжил – в крепость, - приказал я. – Уцелевший корабль посадить и обыскать.

- Раненых тоже? – уточнил солдат.

- Всех. Мы же не звери… Сейчас я немного отдохну и всех осмотрю.

- Но зачем?!

- Затем, что я так сказал! Потом допросим, посмотрим, кто есть кто и решим, что делать дальше. Отдадим совету, скорее всего.

- А трофеи?

- Подождут до утра. Ничего не трогайте, может рвануть. Огонь тушить, по возможности.

- Есть! – солдат взобрался по лестнице на башню и поспешил вниз, чтобы передать приказ.

Прийти в себя после призыва виверны оказалось не так-то просто. Пока я лежал на скале, широко раскинув руки и созерцал серое небо, пошел мелкий дождь. Взвесь водяной пыли укрыла лицо и тело. Робкие лучи солнца осветили крепость. Стало немного полегче.

Бремер внимательно следил за тем, как подмастерья чистят стволы и перезаряжают орудия. Кузнец негромко давал пояснения. Боевые корабли демонов действительно ушли вдоль скал. Они взяли курс на Солус. Адмирал Гроер наверняка во всех красках расскажет совету обо всем, что увидел. Да и плевать! Дело сделано. Люди живы, крепость практически не пострадала. Поселок уберегли…

- Бремер? А в вашем мире лекарства вообще есть? Я не про зелья, или эликсиры. Раствор для инъекций, таблетки, порошки всякие, от той же простуды?

- Есть. Алхимики делают что-то подобное. Иногда даже помогает.

- Уже что-то… а то у меня все кончилось. Понятия не имею как дальше лечить. Альбер делал какие-то записи на этот счет?

- Ну да, наверное… - пожал он плечами. – Альтурия наверняка что-то знает. У них свои секреты… были. Я больше по механике. Не влезал туда.

- Наместник? - кузнец окинул меня взглядом. – Орудия заряжены и готовы к бою.

- Так накрой, чтобы не ржавели.

- Вас тоже накрыть? – усмехнулся он.

- Ха-ха! Ладно, твоя правда. Натали, помоги встать.

Она рывком подняла меня на ноги.

- Анри, можно доверить вам замок на пару часов? Сил совсем нет… теперь без меня справитесь.

- Я помогу, если что, - заверил кузнец.

Отродье, не спрашивая, взвалила меня на спину.

- Куда?

- Мыться. Хочу сбросить с себя эти железки и упасть на чистые простыни… Вези меня мой верный фамильяр. Моя страстная кобылица… или не кобылица? Копыт то у тебя нет, рога только… Но ведь если везешь, значит лошадка? Лошадка… Единорог! Нет, у того рог один. Значит, двурог? Так получается…

Пока мы спускались вниз по винтовой лестнице, я нес сущую околесицу. Бред сивой кобылы. Она же ступала неспеша, стараясь не растрясти ценный груз. Потом я отключился. Чертова виверна вытянула все оставшиеся силы.

Очнулся уже в постели. Голый. Пахло чистыми простынями и серой. Чертовы рудники… Натали лежала рядом, облокотившись на руку и задумчиво рассматривала мое тело. Странно, но близость отродья скорее дарила покой, чем вызывала тревогу. И уже не первые.

- Ты нес такую чушь! Пришлось наложить чары.

- Ты так близко и даже не пытаешься меня придушить?

- Зачем, если ты сам ищешь смерти? За себя переживаю. Я еще слишком молода и красива.

Я промолчал. Веки снова потяжелели.

- Эй?! Не спать, когда я с тобой разговариваю! – она ткнула меня когтем в бок.

- Отстань… Злая ты. И вредная до жути.

- Но? Договаривай.

- Признаю, есть в тебе своя красота, - выдохнул я. - Но характер все портит. Не люблю кровожадных женщин.

- Так отродье же…

— Это не показатель.

- А что показатель? - не унималась она.

Я открыл глаз и ткнул пальцем промеж рогов.

- Голова?

- Разум.

В дверь постучали, прервав беседу. Похоже, отдых закончился.

- Наместник, пленные в замке, - доложил солдат.

- Хорошо. Сколько их?

- Два десятка. И это… есть другие уцелевшие. Вам лучше взглянуть.

- Сейчас буду.

Я оглядел себя и задумался.

- Не понял… А кто меня помыл?

Натали загадочно улыбнулась, но ничего не ответила. Хотя, по царапинам от когтей на спине и бедрах, и так все понятно.

Надев привычную телу форму, я спустился вниз. В нос сразу ударил едкий запах дыма. В замке он так не ощущался. С неба, подобно черному снегу, медленно валил пепел. Мелкий дождик, должно быть, смочил его. Песчинки слиплись, потяжелели и все, что унес ветер, теперь возвращалось на землю мохнатыми хлопьями. Картинка фантасмагорическая. На миг показалось, что бред продолжается.

Пленники стояли у закрытых ворот, охраняемые боевыми псами. Увидав отродье, они обреченно потупили взгляды. Одну из палаток я обставил под смотровой кабинет и перевязочную.

- Мне уйти? – спросила Натали.

- Нет, останься. Твой грозный вид будет полезен. Просто стой, смотри и молчи.

- Вы собираетесь исцелять врагов? – чуть слышно спросила Альтурия.

- Теперь они пленные. Пожалуйста, позовите Тис, она будет записывать. И составьте мне компанию. Я вижу пару тяжелых ранений.

- Могу я отказаться?

- Нет.

- Мне это не нравится! – она тяжело вздохнула. – Но я подчинюсь.

— Вот и славно. Давайте начнем с женщин. Пригласите первую!

Среди захваченных в плен, мужчин и женщин оказалось приблизительно поровну. В основном, все ходячие, но кое кто лежал на носилках. Сдается мне, что не все, кто выжил добрались до крепости. Судя по окровавленным копьям солдат, они особо не церемонились.

Отродье, у меня за спиной, лишало людей воли. Пленные четко отвечали на вопросы и выполняли все указания. Тис записывала имена, звания и анамнез. По ходу осмотра, я задавал вопросы и требовал коротких, односложных ответов. Горничная фиксировала и это. Магичка, хоть и была темнее тучи, обязанности свои исполняла строго.

Последней внесли женщину на носилках. Маленькую, хрупкую на вид азиатку с темными волосами. На ней грубыми узлами была затянута веревка. Меня осенила страшная догадка… Должно быть это отразилось на лице.

- Так и есть, - подтвердил солдат. – Была привязана к борту. Не верится, что еще жива.

Женщина едва держалась в сознании. Судя по небольшим, чуть заметным рожкам на голове – полукровка. Об этом говорили хвост и копыта вместо ступней.

Отношение Альтурии резко поменялось. Она осторожно убрала одеяло и принялась отмывать кожу женщины от грязи. На обнаженном, окоченевшем от холода теле, я насчитал десятка два синяков разного размера и кровоподтеки. На спине и боках - едва затянувшиеся следы от хлыста. На шее признаки удушения. Четко отпечатались пальцы.

- Ее пытали, - проговорила Альтурия. – Совсем недавно.

- Уроды… Хорошо хоть следов изнасилования не наблюдается. Странно, какие необычные ублюдки. Неужели все дело в расе…. Эй солдат? Скажи-ка, среди трупов много нелюдей? Я про команду кораблей.

- Нелюдей? – он почесал затылок, пялясь на голую женщину. – Никак нет, наместник. Только люди в черных мундирах. А еще наемники из Дарнала. Остальные вон, как эта бедолага.

- Ясно. Свободен.

- А к чему вы это? – спросила горничная, оторвавшись от записей.

- Кажется, мы имеем дело с расистами. Они считают, что люди превыше всего. Остальные – мусор. Это жутко заразно, похуже любой болезни. Нужно будет допросить их еще раз, попозже. У меня появились очень неприятные подозрения.

Пока я обрабатывал ссадины, израненная женщина уныло разглядывала свод шатра. Она плохо понимала что происходит, ввиду крайнего истощения. Скользнув по моему лицу ее взгляд упал на надпись «Армия России», вышитую на футболке. Резко ожив, она больно ткнула меняв грудь и уставилась широко раскрытыми глазами. Затем, с неожиданным проворством, сорвала с плеча патч с флагом и развернула его к себе.

- Вам знаком этот флаг?

Она отчаянно закивала головой. Я немного опешил. Не ожидал, что такое может случиться, тем более сейчас. Она пыталась что-то сказать, но вырывались лишь бессвязные звуки. Альтурия надавила на подбородок и заглянула женщине в рот.

- Так я и думала. Язык отрезан… И этих людей ты лечишь?

Тем временем, бедолага продолжала мычать и тыкать меня в грудь, указывая на флаг.

- Наместник? – Альтурия коснулась моего плеча.

Я вышел из оцепенения и, закончив с порезами, склонился ниже.

- Вы главное не переживайте, все будет хорошо. Я медик. Сейчас мы перевернем вас на живот и займемся шрамами. Когда проснетесь, все покажется дурным сном. Хорошо?

Женщина моргнула. Слезы так и катились по ее щекам.

- Давай свои чары, Натали. Она не заслужила такой боли…

И снова кровь на руках, снова бинты… боль и сломанные судьбы. Как говорил Сармат, допрос нужно вести на горячую, с дымящимся дулом автомата у виска. Чувствуя запах смерти люди вспоминают удивительные подробности своей жизни. В моем случае, катализатором послужило отродье. Шоковое состояние опять же…. И почему я – санинструктор, должен этим заниматься?

Хотя, если подумать, дай волю здешним солдатам, и тут начнется настоящая садомия. Нравы то дикие. С врагом здесь не церемонятся от слова «совсем». Хорошо хоть приказов слушаются.

- Последняя? – выкрикнул я.

- Так точно, наместник, - отозвался солдат снаружи.

- Эту в лазарет, остальных запереть! Глаз не спускать, чтобы друг друга не удавили. Завтра допрошу снова.

Черт, кажется слишком сильно вжился в роль. Скоро и сам поверю, что наместник. Интересно, откуда она? Откуда знает флаг, язык… Неужели тоже перерожденная как Альбер? Придется с этим обождать. Слишком слаба. Пусть отдохнет, отъестся немного, потом поговорим.

- Ох ты ж мать… Совсем из головы вылетело!

- Ты о чем? – нахмурилась Натали.

- Нужно доложить высокому начальству, - поделился я печалью.

- Губернаторше?

- Ага, бери выше. Оракулу.

- Ну доложи. Делов то?!

- Святая простота… как я все это ей разъясню? Как?!

- Ну, ты ж у нас наместник – ехидно оскалилась рогатая. – Вот пусть у тебя голова и болит. А я пойду чего-нибудь сожру. Или кого-нибудь… Как пойдет.

Глава 27. Блондинка на алтаре

- … что ты сделал!!? – водная гладь в чаше алтаря стала ровной как зеркало. Оракул замолкла, пытаясь переварить сказанное.

- Чего непонятно-то? Два корабля частично уцелело. Обломки еще трех лежат на дне ущелья. Пять боевых судов уничтожено полностью. Крепость цела, но есть убитые и раненные. Губернатор Санара пока без сознания, остатки гвардии Дастана переданы под мое командование. Условия мирного договора не нарушены, поселок цел, рабочие вывезены на грузовом судне «Дайкон 12» под конвоем черно-красных кораблей.

Я кратко повторил доклад и присел на лавку.

- Адмирал Гроер тому свидетель. Думаю, он вам все очень красочно опишет. На вашем месте, я бы проверил версию о сговоре адмирала и черных плащей. Многовато совпадений. Сам адмирал показался мне честным человеком. Возможно ему приказали. Ну, или демоном… никак не привыкну. Ах да, яхта графа Фарона и книга Альбера уничтожены.

- Книги больше нет? – очнулась она.

- Нас могут подслушать? – на всякий случай уточнил я.

- Нет. Только боги. Но им и так все ведомо. Можешь говорить прямо.

- Книга – фальшивка… ну и приманка. А еще ключ. Я изучил ее вдоль и поперек. Альбер специально таскал ее с собой на случай нападения.

- Зачем?

- Чтобы узнать, кто конкретно за ней охотится. Чтобы она попала именно в те руки. А лучше, чтобы была уничтожена. Тяжело жить, когда на тебя точат зуб.

- А ты, значит, решил уничтожить и книгу, и тех кто за ней охотится… Браво, мой юный друг! Если все так, как ты говоришь, нападения на города Сарнала прекратятся.

- Не думаю. Вы все еще не видите полной картины. Связь нарушена, храмы и хранилища разбиты. Армии, как таковой – нет. Только гвардии городов. Это лучшее время для нападения.

- Как жаль, что я не могу взглянуть на все сама… - вздохнула Далия. – Я прикована к алтарям, как все оракулы. Да, мы можем мгновенно перемещаться из города в город и в зал совета, но выйти на улицу и насладится лучами солнца… увы.

- Сегодня пасмурно.

— Это малое утешение. Впрочем, спасибо. Держи меня в курсе дел. Вернусь к совету и дождусь доклада адмирала Гроера. Надеюсь, он остудит горячие головы с обеих сторон.

Как оказалось, магические эксперименты очень утомляют. В кузнице я практиковал ремесленные навыки, выучил несколько заклинаний для обработки материалов, резки, придания формы. В лазарете и лагере под открытым небом исцелял раненых. Очень удобно, когда исчерпав собственный запас сил, можно подпитываться силами отродья или Бруно. Достаточно хорошо их кормить. Но не очень хорошо, когда силы из тебя тянет голодная виверна. Хотя в инвентаре время практически стоит на месте, связь между нами дает о себе знать. Раздав поручения и распределив обязанности, я три дня не выходил из комнаты. Спал, ел, снова спал. Оброс как ежик. Да и хрен с ним.

Вечером третьего дня прибежал дежурный и доложил, что оракул хочет меня видеть. Далия сообщила, что в нашу сторону выдвинулся небольшой конвой с грузом продовольствия, помощь для раненых и транспорт с рабочими. Им разрешили вернуться в поселок и продолжить добычу ископаемых. Однако, прежде, прибудет фрегат адмирала Гроера. Он настоял на личной встрече. Только после этого остальным кораблям будет разрешено причалить. Что ж… адмирала можно понять.

На выходе из святилища оракула, я столкнулся со священником. Он был крайне взволнован и не сразу смог объяснить чего хочет.

- Наместник! Там! Там… Вам нужно срочно идти в часовню! Немедленно! Не заставляйте ее ждать, молю!

- Падре, да кто она-то!?

- Я не падре!!! – взбеленился он. – Служитель церкви всех Богов! Капеллан, на худой конец! Но не какой-то там падре!

- А так похож… - я не сдержал улыбки. – Так, кто ждет-то?

- Идите, наместник, идите… - он вытер с бровей пот. – И будьте вежливы, заклинаю!

В часовне я еще не был. Она ютилась на одном из задних дворов замка, куда любой желающий мог протиснуться по узкому проходу между стеной кухни и скалой. Небольшой коридорчик вел в скромный, ухоженный сад, которого я из окна своего жилища не мог видеть. Двор совсем небольшой, разве что повозка запряженная развернется. Но уютненько. Слева давно закрытые, вросшие в землю ворота, ведущие на соседний двор. Цветочки, лавочки, ручеек по стене журчит. Этакая зона релаксации и психологической разгрузки. В скале дверь кельи и окошко. Рядом аккуратно сложенный дровник. Тут, значит, живет падре. Чуть дальше, в самом конце, возвышается часовня. Тоже круглая, как все башни замка и с высокой конусной крышей. Над дверью навес, а внутри… действительно кто-то есть. Меня охватило волнение. С чего бы? Хорошенько вытерев ноги о половик, я вошел.

Тоже уютненько. Скромный полукруглый алтарь, выполненный в виде ступеней, занял половину стены. Сверху статуэтки богинь, их семь, почему-то, а не восемь. Ниже - блюда для символических подношений, всякая церковная утварь, свечи… По сторонам - лавки для прихожан. Куда как просторнее чем в святилище оракула.

- Кхм! - женщина в светлых одеждах, привлекла к себе внимание.

Не то, чтобы я ее не заметил. Трудно не заметить ту, кто сидит на алтаре оголив бедро и глазеет на тебя не скрывая раздражения. Просто огляделся. Высокая блондинка с золотым обручем в волосах. Ничего особенного. Никогда таких не любил. Да, смазливая, да фигуристая. Но лицо такое… как бы это сказать? Размытое, что ли? На нем все что угодно можно нарисовать при желании. Хотя, косметики прям минимум. Самое необходимое. Немного туши на ресницах и розовый блеск на губах.

- Вы, простите, кто?

- Приклони колено, когда разговариваешь с Богиней! – потребовала гостья.

- Ирия? – предположил я. Хрен их знает этих богинь, в каких образах они предстают.

- Имя мне Исидис! – эхо ее голоса многократно отразилось от стен. Эффектно…

- Исидис? Никогда не слышал… – разумеется, я запомнил все имена Богинь и связанные сними истории, но включил дурака по привычке. Она выбесила меня сходу.

- То есть… как не слышал?! Ты смеешь насмехаться надо мной?

- Вы… наверное, одна из семи? Я прав? А… кажется священник в Дастане что-то рассказывал об этом. Лил много воды… в кубок. Вот такой же, как на скамейке. Но не договорил. Вода стала черной и он выгнал меня.

- Но Ирию то ты знаешь! - оскалилась она.

- Ну да. Когда столь прекрасная женщина дарит тебе поцелуй… такое не забывается. Она говорила что-то о благословении и несправедливости. А потом исчезла. Может это был сон, или наваждение? А вы… точно реальны, или мне опять чудится?

Блондинку дико покоробило. Она вцепилась ногтями в скатерть, покрывавшую алтарь, и процедила сквозь зубы:

- Ах ты поганец! Думаешь, если сестра дала тебе свое благословение, то можешь мне хамить?!

- Даже в мыслях не было! Простите если чем-то обидел, я ненарочно! Знаете, я не привык вот так, лицом к лицу разговаривать с божествами. Так, значит, Ирия - ваша сестра?

- Ты это отлично знаешь!

- Простите еще раз, пожалуйста, а почему тогда ее нет на этом алтаре?

Богиня открыла рот, но вовремя осадила себя, чтобы не наговорить лишнего о старшей сестре. Похоже, разногласия у них серьезные, за языком приходится следить.

- Ты… - до нее наконец дошло. – Ты же чужак… Что же это я? Должно быть, ты и правда ничего не знаешь о богах этого мира. Ты ведь совсем недавно здесь. Пришелец. Незваный гость - как в горле кость…

Я взглянул на нее, чувствуя, как растущее разочарование стирает желание продолжать беседу.

- Почему ты так на меня смотришь? Ну-ка отвечай, что за пошлые мысли в твоей голове!? – глаза гостьи презрительно сузились.

- Пытаюсь запомнить ваше имя. Простите, я представлял себе богиню целителей иначе. Ведь врачевание - есть милосердие. А еще доброта и терпение. Очень много терпения.

- Что ты хочешь сказать? Уж я-то точно добрее сестрицы, раз до сих пор терплю твою дерзость!

- Ирия, несомненно, грозна, ее поцелуй несет привкус смерти. Но из всех «добрых» божеств только она снизошла до несчастного чужака, потерявшего все, что только можно потерять. Даруя свое покровительство, она ничего не просила взамен. И вы, великодушная Исидис, это наверняка знаете.

Я чуть склонил голову, и отступил на шаг.

- Глупец! Ты знаешь, каких подношений она жаждет?

- Если почитая Ирию нужно окроплять алтарь своей кровью, что ж, я не против. Ведь здесь почти все замешано на крови, не так ли?

Она уставилась на меня словно цапля, разглядывающая странную лягушку.

- Если вам не трудно, впредь обращайтесь с вопросами напрямую к сестре. Я слишком мало знаю о вашем мире и не хочу омрачить ее бытие нечаянным словом. Прошу простить, но у меня есть дела...

Сказав это, я снова отвесил поклон, выразив свое искреннее почтение божеству, и вышел из часовни с гордо поднятой головой. Ругани, что посыпалась в след, от священной особы я ну никак не ожидал. Даже почерпнул пару словечек. Интересно, а она может выходить из часовни? Наверное нет… так же, как оракул прикована к алтарю. Иначе мне в спину давно бы что-то прилетело. У дверей много камней, некоторые очень даже увесистые. Если бы могла – точно бы швырнула…

Наверное не стоило так опрометчиво дерзить богине. Хоть все и говорят, что Боги не вмешиваются напрямую в жизнь смертных, а лишь дают свое благословение и покровительство, уязвленная женщина может быть весьма изобретательна. Да и черт с ней! Благословения я у нее не просил, с работой пока и так справляюсь. Подумаешь, богиня целительства. Как я раньше без нее жил!? И вообще без всех этих богов?

Нет, я верил, конечно, и сейчас верю. На войне атеистов нет. Молился, когда было совсем туго и помощь приходила. Появлялись возможности… Но это другое. Я не согласен, что мой мир совсем без Бога. Ну и что, что его никто в глаза не видел? Если эти восемь девиц существуют, значит и он тоже есть. Чем не доказательство?

Не то, чтобы мне совсем не интересно, зачем приходила целая Богиня. И не в гордыне дело. Просто встань я на колено, и все интимные подробности этой заносчивой дамочки сразу оказались бы перед глазами. А оно мне надо? Что за игры? У меня целая площадь раненых и больных. Если ты богиня, так иди, исцели!

Пошлые мысли? Да она сама пошлая и ведет себя как обычная стерва. В общем, я решил, что мне от нее ничего не надо. А вот до алтаря Ирии нужно бы дойти, истины ради. Она ничего не просила в замен, но я же пользуюсь. Надо хотя бы выказать свою благодарность, что ли…

В рабочем поселке сейчас пусто, кроме пары солдат охранения - никого. Алтарь богини нашелся не сразу. Тоже в укромном уголке, на краю обрыва. Отсюда открывался шикарный вид на леса по ту сторону границы. Алтарь, скажем сразу, аскетичный. Небольшая ниша, выдолбленная в скале, в ней еще одна ниша. На скромном потертом кубке из меди угадывались очертания сцен сражения, плотской любви и, вероятно, справедливого суда. Или кары. Я так и не смог разглядеть. Взять кубок не получилось, но, зато, удалось покрутить.

- И как же тут у вас все делается? Ага… вон оно как.

По центру сосуда возвышался столбик с углублением. А в нем тоненькая такая игла. Не сразу заметил. Не очень стерильно, конечно, но делать нечего. Наколов палец, я выдавил в кубок пару алых капель. Небольшой рубин, вклеенный в стенку над чашей, озарился неярким светом. Наверное, этого достаточно.

Вокруг что-то изменилось. Ощутив чужое присутствие, я обернулся. На краю обрыва стояла она – Ирия. Ее строгое длинное платье слегка развевалось на ветру. Поверх платья она носила портупею и ножны с коротким клинком. На губах богини играла едва заметная улыбка. Вспомнив о приличиях, я опустился на колено.

- Надо же, какие почести… Сам наместник Тарсиса почтил мой скромный алтарь своим визитом. И, даже преклонил колено. Уверовал чтоль? Или руки и сердца просить надумал?

- После одного поцелуя?

- Стервец… ох стервец. Встань не позорься. Тщеславие мне чуждо… по большей мере.

Я медленно встал.

- А ты умеешь доставить удовольствие, Павлик. Давненько я не видала такого боя. Внезапный, стремительный! Превосходящие силы, отвага… Послал адмирала с его флотилией и приказом совета. Ошеломил врага огневой мощью! Добил, лишив последней надежды на бегство. Проявил милосердие к выжившим. А как верят в тебя твои солдаты?! Почти без потерь…Идея с древом, опять же, ну очень хороша. А выходка с виверной? Когда граф уже чувствовал, что останется безнаказанным… Это было великолепно! Я ощутила экстаз почти физически. А что за оружие? Разве у людей такое было? Не припомню.

- Здесь хороший кузнец и много пороха… Кое-что до ума довели.

- Ну да ладно, все это мелочи. Эффектно! Одобряю! Видел бы ты лицо адмирала…

- Гроер? Он хочет встретиться, - вспомнил я.

- Знаю. Будь осторожен. Гроер будет не один. Он хороший малый, честный. Но тебя наверняка попытаются убить. Кстати, как тебе моя красавица сестрица?

- Не в моем вкусе, - буркнул я абсолютно искренне.

- Какие мы привередливые… Ты так вступился за меня, аж слеза навернулась. Она, наверное, до сих пор зубами скрипит. Уел - так уел. За словом в карман не лезешь… не боишься гнева богов?

- Боюсь, наверное. Но сейчас как-то все равно.

- Устал? - спросила она.

- Да, предел уже близок. Кровь у меня плохая, виверна силы тянет. Раненым нужен уход. Отъесться бы как следует да отлежаться с недельку. Разобраться что к чему. Лекарства кончились, Санара без рук без ног… Я не жалуюсь, просто факты.

- Ты вот что… - Ирия задумалась. – Если сестрица придет вновь, выслушай ее. Исидис не такая как остальные. Хоть ты и не просил ее благословения, она чувствует за собой вину. Видит, как бьешься за каждую жизнь. А резка потому, что не знает как с тобой говорить.

- Губами в ухо… - проронил я по привычке, чем вызвал улыбку богини.

- Наберись терпения. Я знаю, ты можешь. Она редко общается со смертными.

– А можно вопрос?

- Задавай.

- Почему вас называют богиней войны, любви и правосудия? Не вяжется как-то.

- От чего же? Все предельно ясно. Войны вспыхивают из-за любви, любовь же их гасит. Часто войны затевают те, кто жаждет правосудия. Либо восстают во имя его. Я не так наивна, как мои сестры. Да, в большинстве своем, люди предпочитают любить и созидать. Но, примерно раз в пятьдесят лет нарождается поколение амбициозных идиотов, которое не помнит ни боли потерь ни голода ни страха. И тут в игру вступаю я.

- Понятно.

- Да ничего тебе не понятно, дурень… - Ирия вздохнула. – У войны есть правила. Я слежу, чтобы они не нарушались. Да, я обожаю эпичные битвы. Но ненавижу жестоких идиотов. Ненавижу несправедливость. Мы – Боги, не вмешиваемся в дела людей. Да, я могу снести голову одному – другому при желании. Могу вступить в бой, как есть, размахивая клинком. Вдохновить солдат, генералов… Но не более того. Главная сила богов – благословение. Мы делимся своей сущностью, которая, в свою очередь, подпитывается верой людей. А ты, кстати, знаешь почему я - самая сильная?

- Почему? – раз Ирия решила поболтать, нужно вытянуть из нее больше информации.

- Потому, что когда люди занимаются любовью, жаждут правосудия, или хотят кого-то убить, они поминают меня. Вольно или невольно. А случается это ой как часто… - она звонко рассмеялась.

- А кровь?

- Ты про алтарь? Кровь, мой юный друг – это символ жертвенности. Знак того, что ты пришел не только просить, но и готов отдавать. Терпеть, договариваться, идти на уступки. В этом плане демоны куда лучше людей, к сожалению. Но, таких как ты тоже немало, и это радует.

- Что теперь? Я так понимаю, что черные плащи не успокоятся?

- Ты знаешь ответ, Павлик. Нравишься ты мне больше чем надо бы… Дам тебе совет: нет магии белой, нет магии черной, нет магии алхимической, той, что боевая, или только для ремесла. Эта сила едина. Она творит как добро, так и зло, в зависимости от того, в чьих руках окажется и насколько талантлив маг. Люди придумали это для удобства и в силу слабости ума и нерешительности своей. Так что делай выводы и поскорее. Это может спасти тебе жизнь.

Ирия сделала шаг навстречу и крепко обняла меня.

- Какое странное ощущение… Что ты столбом стоишь?! Обними свою богиню!

Я осторожно коснулся ее спины. Богиня оказалась весьма осязаема. Даже больше чем надо бы.

— Это всего лишь объятия матери и дитя… дитя иного мира, иной воли. Я всеми фибрами своими ощущаю, что ты чужой, но волнуюсь вовсе не от того. Кажется, я ошиблась, назвав твой дом миром без богов. Ты и есть частичка своего бога, он растворён в тебе, в каждой клеточке твоего тела. Скажи, каково это быть единым со своим создателем?

- Я… не знаю.

- Какое странное он выбрал решение… создать мир и устраниться, продолжая жить в своих детях. Я не жалею, что дала тебе свои силы. Но приглядывать за тобой постоянно больше не смогу. Зреет война, скоро будет много работы. Будь всегда справедлив и гнев мой тебя не коснется. А еще повторю: о моем покровительстве сильно не трепись, себе хуже сделаешь.

- Догадливых многовато. Но я стараюсь…

- Прощай!

Ирия растворилась так же внезапно, как появилась. За секунду до того, как послышались шаги и шелест веток. Кто-то пришел по мою душу.

Глава 28. Нити судьбы

- Наместник, корабли на горизонте!

Солдат выглядел взволнованным. Запыхался пока бежал сюда. Окинув необъятный простор взглядом, я обернулся на алтарь. Камешек больше не светился.

- Орудия к бою. Должно быть это адмирал Гроер, но чем черт не шутит. И это… дружище, убери все патрули из деревни.

- Те, что на дереве тоже?

- Да. Хотя нет! Пусть затаятся как следует, укроются в дуплах. Если меня вдруг убьют… Если! – я заострил на этом внимание. – Сравняйте поселок с землей. Немедля.

- Но как же договор… наместник?

- Если они решатся на такое, значит договор уже ничего не значит. Сейчас, главное не горячиться. Нужна холодная голова, понял?

- Так точно! Холодная голова!

- Молодец, пошли пожрем, пока гости не нагрянули…

Корабли небольшого конвоя остались на рейде, так сказать. В пределах видимости. Два военных судна, два грузовых. Особняком стоял личный фрегат адмирала. Его катер пришвартовался на этот раз в поселке, на погрузочной пристани. Моя личная горничная великодушно привела мои личные вещи в божеский вид. За три дня залатала и отстирала все, что смогла. Побрившись, я остриг волосы под расческу, умылся, почистил зубы и оружие. Надел тактический комплект, берцы, бронежилет, каску и гарнитуру. Раздал рации кому следует и бинокли. На сей раз решил не стесняться в средствах. Жизнь у меня одна, обстоятельства странные, да и военное положение никто не отменял.

- Чего это ты так вырядился? – усмехнулась Натали.

- К нам гости. Вернее ко мне…

- Важные?

- Ага. Меня хотят убить. Будь наготове. Если призову до того, как вернусь – сразу действуй. Не надо напоминать почему?

- Умрешь ты – умру я, – вздохнула отродье. – Я буду готова, поверь.

- Верю, - кивнул я.

Я ждал на стене, поглядывая в сторону моста. Вскоре, показалась высокая плечистая фигура в гражданской одежде. Разве что кривые ножны и привычка придерживать их выдавали военного. Не узнать адъютанта Адмирала было сложно. Высокая эльфийка с темной кожей тоже узнала меня и застыла у ворот. Быстро спустившись, я еще раз проговорил все с отродьем и солдатами. Скрипнув засовами, приоткрылась маленькая калитка и выпустила меня наружу.

- Наместник, - женщина вежливо поклонилась.

- Госпожа Селена, - я поклонился в ответ, разглядывая ее одеяние.

Без брони она смотрелась намного интереснее. Узкие коричневые брюки и высокие сапоги до колен, сшитые из тонкой кожи, в купе с множеством ремешков, подгонявших сюртук по фигуре, выгодно подчеркивали нюансы организованного крепкого тела. Несомненно женственного, округлые бедра, талия и небольшая плотная грудь у эльфийки тоже имелись. Белоснежные кружева на рукавах и белый ажурный ворот сорочки придавали ее внешности законченный вид.

- Что-то не так? – ее рука инстинктивно легла на эфес сабли. – Почему вы так смотрите?

- Простите, впервые вижу вас без брони.

- Визит неофициальный. Формально, меня здесь нет… Чувствую себя не в своей тарелке, знаете ли.

- Зря. Вы… замужем, адъютант?

- Глупый вопрос наместник! Моя жизнь принадлежит Адмиралу, а душа флоту!

- Жаль… Это всего лишь комплимент, не поймите меня превратно. Вы сейчас очень красивы.

- Благодарю… - она немного расслабилась и слегка покраснела. – Следуйте, пожалуйста, за мной, адмирал ждет в поселке.

- После вас…

Ненавязчиво любуясь статью Селены, я перешел через мост. Почему нет? Если это последний день моей жизни, можно и поглазеть напоследок. Тем более, что это ее очень смущает. «Моя душа принадлежит флоту!». Глупое оправдание. Либо она по уши влюблена в адмирала… Хотя нет, скорее всего там другая связь, больше отеческая. Адмирал ее явно опекает. А она платит верностью. Сложно у них тут все… хрен разберешь. А девка красивая, умная. Куда приятнее чем та заносчивая богиня. Может действительно испросить у Гроера ее руки, так ради хохмы? А может и всерьез…

Адмирал ждал у ворот поселка. Тоже в гражданской одежде, тоже с иголочки весь. Солидный мужик.

- Павел Георг! – он радостно пожал мою руку.

- Чем обязан? – спросил я вежливо.

- Вас хочет видеть одна… очень важная особа. После моего доклада в совете, горячие головы поостыли.

- Мой арест еще в силе? – осторожно спросил я, ибо адъютант зашла за спину.

- О нет, нет! – адмирал нахмурился и Селена встала так, чтобы я ее видел.

- Так… что с советом?

- Ах да, нас всех допросили. Включая Селену, капитана Тура и всех матросов. Пришлось рассказать про отродье, ваше смертоносное оружие и… гм… методы лечения. Но все мы, как один, старались представить вас в выгодном свете. Я искренне описал ваше мужество и передал совету слова о верности договору. Многие прониклись.

- Вам известна судьба человека, выдававшего себя за графа Фарона? – осведомилась адъютант.

- Он… скорее всего, погиб. Виверна. Останки его яхты нашли ближе к горам. Только обугленный остов и пепел… Страшная смерть.

- Виверны!? – адмирал судорожно осмотрел небо. – Опять?

- Оружие, которое вы видели, создано против них. У меня талантливые кузнецы, знаете ли… Мы убили одну ранее, совсем молодую. Сейчас они сюда не суются.

- Да, да, Тур говорил об этом. Вы, кажется, угощали его мясом… А что за одежда на вас?

- Адмирал, не буем ходить вокруг да около. Вы знаете кто я, я знаю кто вы. Так одеваются солдаты моего мира. Оружие не сдам, вы уж простите.

- Что ж… ценю откровенность. Вас ожидают вон там, в доме управляющего. Этот разговор не для моих ушей, так что дальше идете только вы. И следите за языком, мой вам совет.

Ступая по мягкому серому песку с легким налетом серы, я дошел до таблички, на которой было написано про семью Фарон, ранее владевшей штольнями, и пересек небольшую площадь. Ставни большого дома с высокой крышей были закрыты. За приоткрытой дверью темно. Постучав костяшками пальцев по откосу, я шагнул внутрь…

Небольшой коридор вывел в просторную комнату. Рассеянные лучи света пробиваясь сквозь щели в ставнях выхватывали из полутьмы одинокие песчинки пыли, парящие в воздухе.

- Павел Георг, наместник Дастана при крепости Тарсис? – осведомился женский голос.

- Так точно. С кем имею…

Я не успел договорить. Силуэт в темной накидке вскинул руку и тело мое сдавило так, что не продохнуть. Что-то острое впилось в шею стянуло руки, ноги и пальцы.

- Тебе незачем знать. Зачем? Скоро тебя не станет. Не дергайся, эти нити прорежут все, что угодно, стоит моей руке дрогнуть. Признаться, я ожидала увидеть нечто… более грозное, что ли? А передо мной обычное ничтожество, просто из другого мира. Человек, как человек…

- А что в этом плохого? – выдавил я кое как.

- Ничего, как, впрочем, и хорошего. Моим нитям не важно кого рассекать на куски. Не то, чтобы я торопилась, можно еще поболтать… рука просто устала. Призови своего фамильяра, наместник.

- Зачем?

Что-то упало на пол. Палец на руке пронзило болью.

- Я отрезала тебе мизинец. Почти не больно, правда? Призовешь ее сейчас и смерть твоя будет быстрой, обещаю.

- Все так говорят… - усмехнулся я. – Кого именно я должен призвать?

- А у тебя их несколько? Ты меня удивляешь. Мне нужно отродье. Женщина.

- Ну, так бы сразу и сказали, делов то… Только я в магии не сильно силен, уж простите. Одну минутку.

Собравшись с мыслями я сосредоточился и призвал Натали. Своим появлением, она подняла много пыли. На миг, магические нити стали видны, и она среагировала мгновенно. Мелькнув во тьме, лезвия клинков одним росчерком перерубили запястье и шею женщины. Нити тотчас исчезли и я почувствовал свободу.

- Кто это?

Она кончиком меча вспорола накидку и отшатнулась в сторону. На полу комнаты лежала обнаженная женщина. Ее светлая кожа отсвечивала во тьме. Пока я пытался ее рассмотреть, отсеченная голова покатилась по полу и вернулась на свое место.

- Кукла! – воскликнула Натали и отсекла голову вновь. – Ее не убить, только огнем! Быстро наружу, нужно разорвать дистанцию, иначе она изрежет нас своими нитями!

Судорожно подобрав потерянный палец с пола, я призвал гранату из инвентаря, выдернул чеку и, прежде чем выскочить за дверь, катнул ее по полу. Мне показалось странным, но на песке появилось больше следов чем следовало бы. Прежде чем прогремел взрыв, цепочка узких следов скрылась за углом ближайшего дома. Следы исчезли почти сразу. Кажется, у меня опять галлюцинации… Нужно больше спать.

Резкий хлопок настежь раскрыл ставни, со звоном выбивая стекла. Крыша подпрыгнула, из-под нее повалил густой дым. Загорелась пересохшая солома…

- Призови Бруно! – оттесняя меня назад приказала Натали.

Я подчинился. Пес появился, мгновенно втянул воздух ноздрями и попятился назад, прячась за постройками.

- Всем внимание! – бросил я в гарнитуру рации. - Без приказа не стрелять!

Адмирал, было, бросился к нам, но я выстрелил ему под ноги.

- Стоять! – выкрикнул я недвусмысленно.

Быстро поняв, что к чему, адъютант оттащила его за выступ скалы, столбом торчащий из земли.

Кукла выпрыгнула из дома, как чертик из табакерки, прямо через крышу. Описав большую дугу, она приземлилась между нами и Бруно. Целехонькая, будто и не было ничего. Я успел всадить в голову несколько выстрелов, прежде чем она вскинула руки. Пистолет выбило на землю, а вслед за ним посыпались и мои пальцы. Боли почти не было, как ни странно. Она сковала нитями меня и пса, выскочившего из укрытия. Бруно не успел вдохнуть, чтобы выстрелить пламенем. На отродье нитей похоже не хватило. Натали стояла возле меня, судорожно соображая, что делать дальше.

- Да кто ты такая?! – наконец выкрикнула она.

- Я кто такая?! – усмехнулась кукла. – А разве не ты то отродье, что молила о помощи? Просила убить своего заклинателя? Я пришла чтобы помочь, а ты, вместо благодарности, рубишь мои руки?

- Не смей! Мне уже не нужна помощь!

- Ну уж нет, теперь мы так просто не разойдемся. Я требую сатисфакции! Боль за боль!

- Стой! – Натали глянула на меня взглядом полным боли и отчаяния. – Убей меня! Можешь еще пса… Но его не трогай!

Вот это новость… Я ненадолго забыл о боли. Отродье отдаст за меня жизнь? Да ладно… это что-то новое.

- Пусть так! – прорычал пес. – Я тоже согласен!

- Чего? – кукла слегка опешила. – Два отродья готовы отдать свои жизни за этого человека? Как интересно…

- Делай, что говорят! – рыкнула Натали.

Кукла, как бы невзначай, покосилась туда, где я видел следы. Может быть там ее заклинатель? Ну конечно! Должно быть, опять какая-то магия! Напряг свое зрение, и, вдруг, все изменилось. Мой левый глаз стал видеть по-другому. Картинка наложилась и на углу здания проявился силуэт. Не очень отчетливый, но я чувствовал его так, словно стою рядом. Ай да виверна… значит так ты можешь видеть?

- Не бойся, - проговорила кукла. – Они умрут быстро и без боли. Чик! И маленькие кусочки повсюду.

— Вот ты тварина… - рассмеялся я сдавленно.

- А тебя никто не спрашивал. Хотя… что же это я? Я же не изверг! У тебя будет последнее слово или желание, человек? Говори, не стесняйся!

- Прости… - прошептала Натали обреченно. – Я не успею ее достать. Она будет быстрее.

- Так что? – веселилась кукла, упиваясь своим превосходством. – Ты что-нибудь скажешь?

- Скажу! – выкрикнул я, готовя в уме несколько заклинаний.

- Ну? Я слушаю!

- Может быть ты удивишься, но ты не одна умеешь кромсать по живому!

Вопль, переполненный болью, резанул по ушам. Там, где стоял силуэт, песок окропился алыми каплями и магическая пелена спала. Как только это случилось, шею неизвестной женщины, ее руки и ноги опоясали алые магические круги.

- Боль за боль, говоришь!? Ну, давай, падаль! Кто быстрее!?

Нездоровый азарт, вызванный близостью смерти, гримасой отразился на моем лице. Натали оступилась и осела на землю. Но смотрела она не на меня.

- Не смей!!! – взвыла кукла. - Я сдаюсь! Я все поняла! Не надо! Песик, иди, я тебя отпускаю.

Она обрезала нитями собственные руки.

— Вот… нитей больше нет! Я встаю на колени!

- Не стрелять! – проговорил я в рацию.

Натали, вытянула шею и втянула ноздрями воздух, как это делал Бруно. Она стала сама не своя.

- Интересная ситуация, что будем делать?

Она уставилась на меня словно в тумане. Встав на четвереньки, отродье поднялась на ноги и нетвердой походкой зашагала к углу дома. Не выпуская из виду куклу, я подобрал оружие, сунул в карман отрубленные пальцы и двинулся следом. На ходу перебинтовав кисть, затянул узел зубами.

- Думай быстрее, я не смогу долго держать заклинание!

- Сними, - попросила она. – Я что хочешь для тебя сделаю, только не убивай ее.

- Уверена?

Я мысленно отменил заклинание и круги развеялись.

- Слышь кукла? Сиди где сидишь и не дергайся!

Кукла подняла покалеченные руки выше и затрясла головой. Женщина схватилась за отрубленный мной палец и медленно опустилась на землю. Натали присела рядом и, пристально вглядываясь в черты ее лица.

- Мама? – спросила она дрожащим голосом. – Ты… ты жива?

- Как видишь, Нантири… - пожала та плечами. – Но не той ценой, на которую была бы готова.

- Но как?!

- Твоя сестра. Я знаю вы не особо любили друг друга. Но Сурей нашла меня уже присмерти и провела страшный ритуал. Ты ведь знаешь, она всегда тяготела к куклам и была хороша в своем деле.

- Так ты…

- Нет, нет, я - настоящая! Она отдала мне всю плоть, заключив свою душу в куклу. Вот там – твоя сестра.

- Она!? – Натали вздрогнула. – Эта тварь!?

Матушка вздохнула.

- Ты мне не рада?

- Рада? Конечно рада, у меня просто нет слов чтобы выразить это… Ты жива, после стольких лет. Но… зачем вы здесь?

- Мы искали тебя. Долго. Однако, после событий во дворце все изменилось. Мне предложили пост главы совета в Солусе. Нашей делегации. Нужно было восстанавливать страну, принимать нелегкие решения, учиться договариваться с людьми… А совсем недавно прошел слух об отродье, которое стало фамильяром человека и просило помощи. Все смеялись, но я заподозрила неладное. А потом адмирал Гроер со своим докладом… В общем, все встало на свои места. Как мать, я должна была вернуть тебе свободу. Но убийство наместника, да еще и в военное время – тяжкое преступление. Вот мы и решили взять грех на себя…

- А спросить? Матушка, а меня спросить вы сначала не додумались? – глотая слезы прошептала демоница.

- Все случилось так быстро. Покажи мы себя и весь план мог рухнуть. Мне пришлось воспользоваться верностью адмирала. Теперь это ляжет пятном на его чести… Но почему ты так защищаешь этого чужака? Разве ты больше не хочешь свободы?

- Потому… - она вытерла слезы, - Потому, что вы обе не стоите его мизинца!

- Да ладно… - вырвалось у меня.

- Заткнись! Я с матерью разговариваю!

- Ладно… ладно… А с этой что делать? Я же не знаю что у нее в голове. Опилки, знаешь ли, могут быть очень изобретательными.

— Это моя сестра. Не убивай ее пока что. У тебя вон - бинт в крови…

- Да, я заметил, как и отсутствие… шести пальцев. Они тут, в кармане. Показать?

Она поморщилась.

- Матушка, знаешь что? Забирай-ка ты сестрицу и убирайтесь отсюда куда подальше!

- Но как же… – женщина растерянно уставилась на меня.

— Это моя жизнь, мой выбор. А этот придурок – теперь мой хозяин. Сама виновата, нужно думать куда втыкать зубы. Он чертовски опасен. Настолько, что сама Ирия дала ему свое благословение. Ваше счастье, что у него холодный разум и ангельское терпение. Тут солдаты кругом и полно оружия, способного убить виверну. Одно слово и они сравняют поселок с землей. Вместе с нами. Ты… можешь вернуть ему пальцы?

- Нет… - женщина покачала головой. – Что же я натворила! Это все моя материнская совесть и глупость… Помчалась выручать дочь, как наседка, ни в чем не разобравшись. Наместник, я поставила личные интересы выше долга, скажите, как искупить вину? Это вообще возможно?

- М-да… Сначала делаем, потом думаем, а потом наместнику все разруливать?! И что прикажете с вами делать?

- Как решишь – так и будет, – тихо сказала Натали, поднимая мать на ноги.

- И ты не станешь просить за них?

- Я сделаю, как ты скажешь, - в голосе отродья появились стальные нотки. – Со смертью матери я давно смирилась, сестру… терпеть не могу. Да и я уже совсем не та, что раньше. Нантири –Тша давно нет. Теперь я - отродье. Фамильяр по имени Наташка… Натали… Нателла… Меня можно макать в озеро и ездить на мне верхом. Приказывай, господин.

Она усмехнулась и вытерла слезы.

- Что же мы натворили…- ее мать оторопела от таких слов и поникла головой.

Глава 29. Должники

- В общем так, госпожа советник, раз мы расставили все по местам, будем считать случившееся недоразумением. Свидетелей считай нет, вы здесь инкогнито… Да и бросать тень на доброе имя адмирала Гроера я не хочу. Адъютант его сильно расстроится. Смогу я вернуть пальцы или нет – вопрос спорный. Они были мне очень дороги. Плюс, вы нанесли ущерб поселку. А это - акт военной агрессии, между прочим! Я требую компенсации.

- Все, что угодно! – решительно заявила мать Натали. – Чего вы хотите? Мои возможности велики!

- Тело вашей дочери, – я указал на куклу уцелевшей рукой.

- В каком смысле! – возмутилась та.

- В прямом!

Я стащил с нее плащ и присев на корточки, цинично ощупал бедра.

- Мне нужны ее ноги, примерно до этой линии и правая рука до локтя. Это ведь тоже живые доспехи, не так ли?

- Вы об этом… - смутилась кукла.

- Да за кого вы меня принимаете!? Держите свои пошлые мысли при себе, пожалуйста! У меня губернатор в лазарете лежит без ног, без рук!

- Простите! Да, это тоже живая броня, только очень хорошая, почти не отличить от настоящего тела. Сколько комплектов вам нужно? Если это позволит искупить вину, то я с радостью!

- А сколько есть? Одного, скорее всего, мало будет. Нужно еще подогнать, наверное…

Кукла открыла инвентарь и на причал посыпались части тел, завернутые в промасленную бумагу.

— Вот, три комплекта! Господин Бремер знает, что делать.

- Вы знакомы? – удивился я.

- Он лучший создатель живой брони! Я… тайком покупала его изделия и училась на них! При других обстоятельствах, я бы с радостью встретилась с ним, но… - она виновато пожала плечами.

- Черт, как вы не вовремя со своим появлением, - я потер виски. Вернее попытался, пальцев-то не хватало. – Если вы сможете помочь госпоже Санаре, я, так и быть, устрою встречу. Эй, Бруно!? Проводи эту… девушку к Бремеру. И захвати вот это все, если получится.

- Я возьму! – воскликнула кукла и тотчас скидала все обратно в инвентарь.

- Только попробуйте учудить в моем замке… я вас с того света достану!

Угроза прозвучала на редкость убедительно. Сам не ожидал. Низко склонив голову, кукла побежала догонять пса.

- От имени совета, я выпишу вам дополнительное довольствие, наместник, - пообещала мать Натали. Потом обратилась к Гроеру.

- Друг мой, я подвела вас… но не окажете ли вы мне последнюю услугу, как главе совета?

- Все, что могу, - улыбнулся тот сдержано.

- У вас с собой корабельная казна, не так ли? Она полна?

- Да, еще не расходовал.

- Пожалуйста, отдайте ее наместнику в счет нанесенного ущерба. Как вернемся в порт, я вам все компенсирую.

- Сию минуту! – адмирал отдал честь и поспешил к своему катеру.

- Я понимаю, что это выглядит как подкуп, поэтому оформим все официально. За эти деньги не нужно отчитываться. Теперь, когда мы одни… - женщина пристально взглянула в мои глаза. – Наместник, как вы считаете, достойна ли я занимать пост главы совета после того, что случилось?

- Вы меня спрашиваете?

- Кого же еще мне спросить? Мы едва не лишили вас жизни. Да еще так цинично.

- Не знаю, какие у вас отношения с дочерью… но понять ваши чувства могу. Я не буду таить зла, но и доверять вам причин не вижу. Вы знаете, что скоро начнется война? Помните, что это такое?

- Знаю, - она кивнула решив не лгать. – И хорошо помню.

- Если вы найдете в себе силы, то оставайтесь на посту. Я в политике не силен, но предпочитаю чтобы у власти были более или менее адекватные люди. Которым хоть что-то дорого. А за дочь не переживайте. Она мне уже как родная.

- Спасибо наместник. Я запомню ваши слова. Можно нам попрощаться?

- Да, конечно. Не буду мешать…

Я оставил отродье наедине с матерью. Едва ступив за ворота замка, наконец, смог выругаться от души. Сохранять спокойствие, истекая кровью, да еще когда пальцы, которых нет, так пульсируют и зудят – это настоящая пытка!

- Твою то мать!!! Да за что мне такое счастье!? Позовите кто-нибудь Альтурию! Немедленно!

Чтобы не смущать Санару своим видом, я прошел не в лазарет, а в смотровой кабинет замка. Горничная что-то писала за столом.

- Прости Тис, кажется, все твои труды насмарку. Я снова испортил одежду.

- Бог мой! – вскрикнула она. – Где ваши пальцы?

- Да здесь… дай вон ту чашку, что ли. Раз, два, три, четыре… - я выложил содержимое из кармана. – Фу, все на месте. Надо промыть, и рану тоже. Сможешь снять бинты?

- Кто же вас так?

- Да… одна полоумная кукла. Ты ведь не умеешь сшивать нервы и сухожилия?

- Нет… - она взглянула на меня испуганно. – Только одежду.

- Жаль… Как же все ноет!

Вскоре пришла Альтурия. Оценив состояние пациента, она, не моргнув глазом, приступила к работе. Придерживая отрубленные пальцы целыми, я зачарованно наблюдал как плоть прирастает к плоти. Да еще так ровно! За каких-то сорок минут, она смогла полностью восстановить работоспособность правой руки. Но, как ни жаль, левый мизинец не прирос…

- Слишком долго, - виновато улыбнулась она. – Я не смогу.

- Ничего, не расстраивайтесь. Вы уже сотворили чудо. Я ваш должник.

- Да полно вам наместник, - магичка смутилась. – Вы вернули мне веру в себя, будем считать, что теперь мы в расчете.

- Как пожелаете. А с этим… Что ж, применю заклинание свежести, положу на лед, пять дней у меня есть. Буду пробовать, может что и получится. Как думаете?

- Попытка – не пытка. Хуже точно не станет, - заулыбалась она уже веселее.

— Это да! А не получится, так скормлю отродью. Вот Наташка удивится…

- Фу! – Тис едва не стошнило. – Да как вы можете!

Посмеявшись над собой, мы разошлись. Уже в своей комнате, я снял бронежилет, берцы и остальную одежду. Нити куклы порезали решительно все. Даже на баллистической пластине нагрудника остались следы. Как ни жаль, теперь надеть я это уже не смогу. Противоосколочная ткань тоже пришла в негодность. Если бы не она, порезы по всему телу были бы куда глубже. Какое все-таки жестокое и варварское оружие… Резать людей нитями на части, не давая даже шанса на спасение. Нет, это не оружие воина. Это – оружие убийцы. Впрочем, какой ровный и безболезненный рез! Надо бы изучить эту штуку.

Горничная принесла теплой воды и таз. Она бережно омыла мое тело. Тут уж не до стеснения. Но на настойчивые требования снова позвать Альтурию, я ответил решительным отказом. Порезы от нити саднили, но дергать ее по пустякам не хотелось. Вручив Тис перекись водорода и тампон, я повернулся спиной.

Сегодня адмирал решил больше не беспокоить. Приходила его адъютант, справиться о здоровье. Доложила, что корабли останутся на рейде до следующего утра, и тут же ушла. Отродья и след простыл…. Я попросил у горничной вина, каких-нибудь колбас, зелени и хотел проводить за дверь. Но та наотрез отказалась, решив присмотреть за мной ночью. Но дверь я все равно запер. Хватит незваных гостей.

Ночь выдалась душной. Отрезанный палец главы совета беспокоил меня недолго. Поделом! Дама богатая, сама справится. Тис тихо посапывала на кушетке, а я раскинулся на постели в чем мать родила. Ворочался, ворочался… перепачкал простыню своими порезами. Уснул только когда открыл окно настежь. Снилась всякая гадость, стонал во сне, наверное, даже кричал… Видения из прошлой жизни иногда всплывали в памяти, превращаясь в ночные кошмары. Но потом, вдруг, стало как-то легко. Посветлело… Чьи-то прохладные руки легли намою грудь. Стоп! И правда легли!

Я резко открыл глаза и дернулся. На краю постели сидела она – блондинка. Та самая богиня целителей, которая еще утром крыла меня трехэтажным матом. Но, сейчас, она не казалась такой уж стервозной. Будто подменили.

- Исидис? Что…. Что вы здесь делаете?

- Исцеляю раны, уж больно их много у тебя.

- Спасибо конечно… А разве вы можете покидать храм?

- Конечно. Я Бог, а не оракул. Мне можно все. Вот, решила снизойти сама, раз ты такой гордый. Можно твою руку?

Она взяла с тумбочки мизинец, обложенный льдом. В ее изящных пальчиках он сразу порозовел, стал как новый. А потом прирос на место, как будто так и должно быть.

- Теперь мы можем поговорить? – улыбнулась она напряженно.

- Теперь вы можете даже спать в моей постели… - выдохнул я сгибая приросшую плоть.

Она уставилась на меня как-то странно.

- Ох… простите, неуместная шутка. Я немного не в себе, знаете ли… Сегодня хороших новостей – по пальцам одной руки пересчитать.

Она звонко рассмеялась, разбудив Тис. Едва завидев Богиню, горничная упала на колени.

-Тише, девочка, тише… я не хотела тревожить твой сон.

- Простите, о милостивая Исидис, мне выйти?

- Останься, - улыбнулась богиня. - Отдыхай, а мы с наместником немного поговорим.

- Но… он же голый!

Тис бросила простыню и я быстро прикрыл весь срам.

- Признаться, не ждал гостей. Так о чем вы хотели…?

- Прежде всего, я хочу знать, что движет тобой. Почему ты поднял мой флаг, не имея на то права? Что ты хотел этим сказать?

- Да ничего особенного. Я медик. Здесь много раненых. Всего лишь обозначил лазарет. В моем мире — это белый флаг с красным крестом. Здесь - с крыльями… Не думал, что на это нужно разрешение.

— Ты лечишь людей несмотря на то, что не имеешь благословения. Мало того, у тебя получается. Ты бьешься за каждую жизнь не жалея себя, но не моргнув глазом истребляешь других людей. А потом лечишь и их тоже! Как тебя понять?!

- Опять за рыбу деньги… Прежде всего я - солдат, потом уже все остальное. И я по эту сторону баррикад. А там – враг! Воинский долг никто не отменял. Добро должно быть с кулаками! И потом… те кто готов убивать беззащитных, по моему глубокому убеждению – нелюди. К слову, они были вовсе не безоружны. Вы знаете, кто был привязан к бортам кораблей?!

- Да, я знаю об этом, - вздохнула она. - А пленные?

- Странный вопрос. Так они тоже беззащитны. Сдались, бросили оружие. Да, я оказал помощь, но друзьями мы не стали, поверьте. Дальше допрос и справедливый суд. В Солусе, я полагаю.

Богиня задумалась. На ее лице проступила странная улыбка.

- Кажется, я поняла. Теперь ясно, почему Ирия обратила на тебя внимание. У тебя обостренное чувство справедливости. Ты воин в душе, и готов убивать. Но не ради славы. Ты любишь жизнь, но готов умереть, ради того, чтобы жили другие. Как ни парадоксально звучит, но тобой движет любовь…

- Да при чем тут… Кто-то ведь должен? Просто у меня получается. Я вообще кузнецом хотел стать. Не сложилось…

- Оракул, что касалась твоего разума, мне многое показала. После нашего прошлого разговора я была в бешенстве. Но, когда немного остыла, решила узнать о тебе побольше. Твой мир тоже жесток.

- Да нормальный у меня мир. Идиотов бы только поменьше. За палец спасибо, конечно, и вообще… Так зачем вы на самом деле пришли?

- Я хочу, чтобы ты попросил моего покровительства.

- С чего это вдруг? – я невольно заерзал на месте. - Утром вы не были так добры.

- Я знала Альбера. В тебе горит его свет, Павел Георг. И в тебе нет корысти. Люди под черными знаменами разрушили наши храмы. Да, истинно верующие не перестанут молиться, но храм — это сокровенное место для каждого. Убежище для души, где дается благословение. Вряд ли ты думал об этом, но подняв знамя Исидис ты дал людям надежду. Под моим знаменем ты сокрушил врага, посягнувшего на святыни, защитил немощных. Под моим знаменем ты укрыл тех кто слаб, и тех кто пал духом.

- Допустим. А на самом деле?

- Мне стыдно… - она опустила взгляд. – Богам тоже свойственно ошибаться. Только цена ошибки бывает слишком тяжела. Я поняла это, когда священник вознес павших. Не откажи я тогда, в храме Дастана, ты смог бы спасти больше жизней.

- Все может быть… их уже не вернуть. Знаете, я… Мне далеко до Альбера. Мой удел – травмы, осколки, переломы, гнойные раны, пулевые ранения… В остальном, я не очень-то силен, мягко говоря.

Богиня нахмурилась, голос ее потерял мягкость и благозвучие.

- Слушай… дитя иного мира. Красивые слова кончились. Ты примешь мой дар или нет?

Поборов желание съязвить, я, не слишком грациозно сполз с постели и закутался в простыню. Обойдя кровать, подобрал свое нелепое одеяние и опустился перед богиней на колени. На сей раз она оделась скромнее. Однако, стоило ей склониться, просторное декольте предстало перед моими глазами. Исидис пахла цветами. Невольно вдохнув запах ее волос, я узнал тонкий аромат ромашки и календулы, а еще меда. Коснувшись лица прохладными ладонями, она поцеловала меня в лоб. Но не как дитя, скорее, как покойника. Она хорошо скрывала свои истинные чувства.

Голова пошла кругом, но Исидис не убрала своих рук, не позволив мне упасть. Приступ быстро прошел, уступив место легкой нирване.

- Сестрица права, в тебе действительно что-то есть. Чуждое, но не враждебное.

- Теперь нужно носить дары на алтарь? И что же богиня Исидис предпочитает? Будут какие-то условия?

- Никаких, - она убрала руки. - Мне ничего от тебя не нужно. Делай что должно. Теперь можешь поднимать мое знамя с чистой совестью.

- Круто… - я сунул руку в инвентарь и не нашел ничего лучше, как протянуть ей «сникерс».

— Это… что? - она приподняла бровь.

- Так, мелочь. Жест доброй воли. Сладость из иного мира. Богини ведь едят сладкое?

Она кивнула.

- Что ж, мне пора. Что-то еще?

- Богиня… вы здорово сквернословите. Я прям заслушался, честное слово!

Звонкий смех Исидис растворился в воздухе вместе с ее божественной сущностью. Но тонкий аромат меда все же остался.

- Разве можно говорить такое Богине!? – горничная разразилась праведным гневом. – Богини не сквернословят!

- Ага, тебя утром со мной не было. Держи свою простыню.

- А вы?

- Как будто ты меня голым не видела. Так буду спать! Пусть тело подышит…

- Вы хоть бы поутру накрывались. Я все-таки девушка, и смущаюсь.

- Интересно, от чего же?

- От вида ваших… восставших чресл. Вы же наместник!

- Гм… и в самом деле. Утро – есть утро. Мало ли кто может заглянуть. Пожалуй, ты права. Дай-ка мне еще одну простыню. И… эту бы поменять, в крови вся.

Тис быстро поменяла постель и накрыла меня чистой прохладной простыней.

- Наместник, могу я спросить? – щеки горничной подернулись румянцем.

- Спроси.

- Скажите, а там, в родном мире, у вас кто-то остался? Может быть любимая или наложница? Вы храните кому-то верность?

- Нет Тис, наложниц у нас нет. У моего народа – точно. Любимой тоже нет. Девушки были, конечно, даже красивые. Но сама понимаешь, сегодня ты полюбил, а завтра ее убили. Или тебя. Больно все это. Очень больно. Я, знаешь ли, уже привык.

- Понятно… - она тихонько вздохнула.

- А почему ты спрашиваешь? Кто-то интересуется?

- Да как вам сказать… вина вы почти не пьете, к блудницам не ходите. Вы тут нас всех голышом видели. А в вашей постели только Саари и побывала. И то, чтобы хворь вылечить. Смотрит вам в след, а вы и не замечаете. Горничная, опять же, каждый день перед глазами… Если бы я не видела вас по утрам, то подумала бы о мужском бессилии. Так нет же… Что с вами не так? Может быть мы недостаточно хороши для вас?

- Тис… - ее слова поставили меня в тупик. – Знаешь, сейчас я не готов об этом говорить. Столько всего навалилось. Ты же видишь что я по локоть в… работе. Но дело точно не в тебе или Саари. Я, блин, всего-то месяц в вашем мире. Тут свои законы, нравы… Куда не плюнь – кого-то оскорбишь. Они тут в прошлый то раз чуть бунт не устроили! А я только позвонки хотел вправить… Саари красивая женщина, и ты мне нравишься, но я пока не готов к серьезным отношениям.

- Так вот в чем дело?! – лицо ее посветлело. – Да, это есть, но на самом деле все проще. Если все по согласию, даже со святым рыцарем, никто слова не скажет! В столице, да, там аккуратнее нужно быть. Интрига на интриге. А здесь….

- Серьезно. А как же… ну ты понимаешь?

- Один глоток черного вина, будь ты сударь или сударыня, и никаких последствий. До, после, вовремя – не важно! А если выпить стакан, так на месяц хватает. Главное, чтобы вино было не фальшивое. Но ту тоже есть тонкость. Попробовав раз, вкус уже никогда не забудешь!

Глава 30. Последнее письмо

Корабли ушли. Утром, адмирал Гроер в штатском, в сопровождении адъютанта и четырех рогатых матросов, занес в мою комнату сундук. Я только-только оделся и стоял у зеркала, привыкая к мундиру и новым башмакам. Благо, горничная успела прибрать постель и проветрить жилище.

— Вот, прошу расписаться, наместник! – адъютант протянула гербовую бумагу в трех экземплярах.

Документ гласил:

«Глава совета Солуса, в частном порядке и на благое дело, жертвует Павлу Георгу Холоду, - наместнику крепости Тарсис и прилегающих земель, некую сумму, не облагаемую налогом. Наместнику надлежит распорядиться средствами по собственному усмотрению, без предоставления отчетности».

Подписав документы, я оставил один экземпляр у себя.

- Наместник! Честь имею! – Адмирал крепко пожал мою руку и вышел за дверь.

Дождавшись, когда выйдут матросы, адъютант тоже протянула руку. Но, стоило за нее взяться, притянула к себе и горячо поцеловала в щеку.

- Спасибо!

- За что? – удивился я.

- Честь адмирала для меня не пустой звук.

- Да… вам спасибо, - я смущенно коснулся щеки. – Всегда рад видеть.

Отдав честь, она поспешила вслед за своими. Дела… Впрочем, чертовски приятно! Не ожидал.

- Чего ты ржешь?!

Горничная, ничего не ответив, выскользнула в коридор. Вчера она провела мне настоящий ликбез по местным нравам и тонкостям межполового и… межрасового общения. Я думал тут строго все. А жизнь-то вокруг просто кипит… Но сейчас есть другие заботы. Я ж наместник, как-никак. Причем богатый.

За всей этой суетой и бойней в небе, возник хаос. За последние дни счетоводы провели серьезную работу, отревизировали все, что привез капитан Тур еще в первую ходку. В результате пополнили казну замка и выдали мне зарплату! То бишь - жалованье. А я, грешным делом, о нем и не спросил. Оказывается положено!

Причина, по которой корабли простояли на рейде до утра, вовсе не во мне. И не в том, что сестрица Натали, или как там ее… Нантири? В общем дело не в том, что она помогала Бремеру с подгонкой протезов. Просто мать и дочь хотели поговорить. Кстати, я обратил внимание, что матушка отродья почти не имела рогов, да и кожа у нее светлая, почти как у людей. Да и сестрица тело свое тоже создала светлым. А сколько вообще демонов я видел? Может и среди них есть светлокожие? Да, скорее всего! В кого же тогда Наташка? В отца? Или…

Тут в голове щелкнуло! Ведь делать отродье из разумных запрещено! Будь то человек, эльф, дворф или демон. Да, любая разумная раса. Но что же тогда случилось? Может и не была она такой громилой от рождения? Вон, взять того же Бруно. Как пес-то преобразился.

Она пришла в расстроенных чувствах. Я стоял на крыльце, подумывая чем бы заняться в первую очередь.

- Ну? Как прошло?

Ни слова ни говоря, Натали рухнула на колени и сгребла меня в охапку, уткнувшись лицом в живот.

- На нас смотрят.

- Плевать! – всхлипнула она и обняла еще крепче.

Поглаживая отродье по волосам, я терпеливо ждал, пока у нее кончатся слезы.

- Матушка сказала, что это даже хорошо, что я теперь с тобой.

- Почему?

- Я нарушила кучу законов и запретов. Теперь мне никуда нельзя. А с тобой, как фамильяр, я могу побывать дома… и вообще, где угодно. Даже вон, как лис, могу письма носить. Никто слова не скажет.

- А что там за история с матушкой? Почему она была присмерти. Что за страшный обряд?

- Не скажу! Теперь я – отродье, и все на этом. Что было – то прошло, понял?

- Как скажешь. Захочешь – расскажешь.

- Правда? – она подняла глаза.

- Ни пытать же тебя… А у меня тоже есть новости. Вчера богини аж три раза приходили. Одна за другой, представляешь?

- Да ладно? И что?

- Ну, теперь у меня есть благословение Исидис. Вроде как совесть ее заела. Нет, тетка мировая… поговорили. Могу поднимать ее флаг где захочу и когда захочу. Вроде как официальное признание. Посвящение в настоящие лекари.

- Постой, а как твои пальцы?! – спохватилась она.

- Ну, чем-то же я тебя глажу? – улыбнувшись, я показал обе руки.

- Фуф… круто. У матушки тоже все приросло. Я это… чего-то притомилась. Пойду посплю, а?

- Поспи. Мне есть чем заняться.

Рабочий поселок, не считая поляны у обрыва и подпаленного дома, уцелел. Вернулись рудокопы, блудниц новых завезли. У них что-то вроде вахты здесь. Таверна в корнях великого дуба снова открыла свои двери. Транспорт, взяв на борт груз руды и серы, который должен был забрать еще в прошлый раз, отправился в сторону Солуса. Я помахал капитану Туру издали. Все, как обычно, кроме одной детали.

Краем глаза, на мосту, я заметил высокий силуэт. Женщина в легком, развевающемся на ходу платье, придерживая шляпку с широкими полями, искала кого-то взглядом. Под руку с ней шел Бремер. Углядев меня издали, парочка направилась прямиком к таверне.

- Госпожа Санара!? Вы ли это? – я решил немного подыграть.

- Еще один… Может хватит меня смущать? Я платья кучу лет не носила. Как вам удалось достать все это, наместник?

- Знаете… – я оглядел приросшие пальцы. – У моего фамильяра, как оказалось, есть связи в высших кругах.

- Я даже не знаю как вас благодарить. Проснулась… а ноги при мне. И рука тоже. Как родные. Даже стыков не видно, представляете! Анри чуть не заплакал.

- Как вы себя чувствуете?

- У меня словно выросли крылья… Не знаю, что еще сказать.

- А мне, знаете ли жалованье выдали. В местной таверне отлично кормят. Не желаете отобедать за компанию? Анри?

- Я бы лошадь сейчас съел, честное слово!

- И я, - краснея призналась Санара. - Вы так изменились, Павел. И мундир вам к лицу.

— Значит, есть что отметить!

Обед плавно перетек в ужин. Санара очень расстраивалась что не видела боя. Пришлось показать. Я заранее договорился с рыцарем Саари. Ее фамильяр – огромная птица. Мы прикрепили камеру ей на голову и объяснили что нужно делать. Кино получилось коротким, но очень красочным. Все эти всполохи, взрывы, выстрелы из мушкетонов, рассыпающиеся фонтаном разноцветных искр…

Вскоре подтянулись и остальные участники событий. Пришлось сдвинуть столы, чтобы все уместились.

- Наместник, а где вы взяли все это оружие?

- Кузнечное дело в вашем мире сильно отличается от привычного мне. Все можно делать быстро, а при желании - достаточно точно. Норм и его подмастерья – отличные ребята. Схватывают все на лету. Подвалы завалены порохом и железом, так что самым редким ресурсом было время.

- Поразительно… Но как в столь короткий срок вы привели гарнизон в боевое состояние?

- Признаться… на это ушли все деньги, что дал ваш брат. Если бросить в грязь пару серебренных монет, даже самые брезгливые закатают рукава. А потом появился Рори – бык отродья. Он теперь каждое утро подметает плац. Удивительно покладистая скотинка, главное кормить вовремя. Овес любит, рожь…

- А с отродьем как? – осторожно спросила Санара.

- А что со мной не так? – Натали, бесцеремонно подвинув кузнеца, уселась за стол. Тот даже ухом не повел.

- Вам как обычно? – не весть откуда нарисовался хозяин таверны.

Она уставилась на меня.

- Не жалей мяса, хозяин, сегодня я угощаю! И вина!

- Сию минуту! Сделаем в лучшем виде!

Санара немножечко офигела. Нервозный смешок вырвался из ее груди.

- С Натали у нас теперь любовь и взаимопонимание. Ее тут давно никто не боится. Кстати, это она отнесла вас в лазарет. Поначалу были, конечно, сложности. Но тут больше вопрос доверия. Одежду стала носить, чистенькая ходит, почти не хамит. После того, как они с Бруно сопроводили ваш конвой, солдаты их прям зауважали. Кстати… Бруно теперь тоже отродье, не удивляйтесь. И мой второй фамильяр.

- Так… теперь у вас их двое? – уточнила она.

- Ага, трое, если точнее. Отродье, адский пес… Еще есть ящерка, но она пока не умеет себя вести на людях. Как-нибудь покажу, - я подмигнул побледневшему Бремеру.

- Может вопрос прозвучит не к месту, но здесь собрались только свои, – она посмотрела мне в глаза. - Что с книгой, наместник? Она действительно уничтожена?

Я уверенно кивнул.

- Если она была на борту яхты, то безусловно. Человек, выдававший себя за графа Фарона, вероятнее всего, держал ее при себе.

- И… что теперь? Все, знания Альбера пропали?

- Я бы так не сказал. Вы знали, что Альбер был перерожденным, не так ли? Он с младенчества помнил все, что знал в прошлой жизни. Талантливый хирург получил молодое тело и десятки лет для своих исследований. Книга – бред сивой кобылы. Она же приманка, она же ключ!

- Как вас понимать? – губернатор сдвинула брови.

- Я детально изучил книгу. Альбер оставил подсказки, которые смог прочесть лишь человек знающий один из языков моего мира. Причем, использовал очень известное литературное произведение. Известное в его время. К счастью, я знаю этот язык достаточно хорошо и, однажды, прочел Шекспира. Теперь, стало понятным, почему он сунул мне книгу перед смертью?

- Звучит надуманно… но продолжай.

- Сам того не желая, я исполнил последнюю волю Альбера. Фальшивка попала в нужные руки и была уничтожена вместе с вором. Для всех ее больше нет. Я надеюсь, что эта весть распространится как можно дальше. А вот его последнее письмо…

Я сунул руку в инвентарь и извлек желтоватый лист бумаги, свернутый вдвое.

Санара взяла письмо и пробежалась глазами.

- Я прочту его вслух, так будет правильно.

- Как сочтете нужным.

Санара вздохнула, и, облизав губы, набрала воздух в грудь.

«Дорогой неизвестный друг!

Если ты читаешь это письмо, то меня, скорее всего, уже нет, а ты разгадал секрет книги. Только человек из моего мира способен на это. Ты уже понял, что книга фальшивка? Я возил ее с собой, в надежде, что найду преемника или наткнусь на врагов, желающих заполучить бесценные труды. Вот они удивятся, когда все поймут!

Я уже стар, к тому же серьезно болен. Слишком много экспериментов провел над собой. Такова судьба исследователя… Но я прожил свои дни не зря.

Если ты найдешь в себе силы – продолжи мое дело. Воспользуйся тем, что я сотворил. Ты удивишься насколько все просто. Если же нет, то я пойму. Творить добро – тяжкий и неблагодарный труд. Однако, изыскания мои могут сотворить и великое зло. Хоть они и изложены на чуждом этому миру языке, рисковать я не хочу. Ты ведь понял, что нужно сделать и зачем нужна колба?

Я пишу витиевато, загадками, потому, что это письмо адресовано и моим друзьям. Его ты можешь передать без страха моим спутникам – герцогу Бремеру или Гае, милой девушке, что путешествует вместе с ним. Также, я безмерно доверяю губернатору Дастана Санаре Бремер.

Дальше я обращусь к друзьям, если ты не против…»

Санара смахнула слезу и, собравшись, продолжила читать:

«Милая Альтурия, каждую минутку, проведенную рядом с тобой, я бережно храню в своем сердце. Жаль, что встретились мы так поздно. Но любовь старика не должна омрачать жизнь младой девы. Признаться в этом лично я не осмелился бы никогда, но в последнем письме решил позволить себе столь опрометчивую вольность. Желаю тебе всего наилучшего! Верь в себя и в тех кто тебя окружает.

Анри, Гая, сейчас, вы сильны как никогда и можете продолжить свое дело и без меня. Но молю, помогите моему новому другу, если он все же отважится на эту глупость и, в свою очередь, продолжит мое дело. Люблю вас и желаю счастья. Не грустите если я прожил чуть меньше чем мог бы.

Санара… восхищаюсь тобой безмерно. Твоей стойкостью, духом и добротой, которую ты так тщательно скрываешь. Прошу тебя, почаще снимай свои доспехи, больше спи и радуйся простым вещам. Жителям Дастана очень повезло, что у них есть такой губернатор. Да и всему Сарналу, без всяких сомнений.

Норм, ты отличный кузнец, незаменимый собутыльник и просто хороший человек! Кузнечное дело – это замечательно! Но ты еще молод. Найди умную, красивую жену и наделай детишек!

Святым рыцарям и солдатам крепости Тарсис, а также, Тис и остальным милым дамам, что делали мою жизнь проще – нижайший поклон. Все вы были для меня настоящей семьей.

Любящий вас безмерно, Альбер Элоиз Фэлтон.

Ученый, хирург и страстный любитель вина и женщин» .

— Это… все? – негромко спросила Альтурия.

- Все… - по щекам Санары покатились крупные слезы. – Простите, это выше моих сил…

Норм встал.

- Давайте воздадим почести любителю вина и женщин, наполнив свои бокалы и осушим их так же жадно, как он испил свою жизнь.

- Вина! – выкрикнул Бремер.

Мы встали, наполнили бокалы, и осушили их залпом, от души стукнув кружками о стол.

- Прощай, милый друг! – дрожащими губами проговорила Альтурия. – Пусть в следующей жизни боги будут благосклонны к тебе!

Погрустив о своем, вспомнив самые яркие моменты из жизни Альбера, друзья потихонечку разошлись. Расплатившись с хозяином таверны, я вернулся к столу. Отродье, от души набив брюхо, блаженно скалилась.

- Наместник, я хочу прогуляться. Не составите компанию?

Санара стояла в дверях, теребя в руках шляпку.

- Да, конечно.

- А я?! – встрепенулась Натали.

- А ты иди отдыхай. Можешь лечь на моей постели. Негоже дочери столь уважаемой дамы спать на полу.

- Да ладно… - отмахнулась она. – Сейчас, посижу немного еще и пойду.

Мы вышли из таверны и госпожа губернатор, как бы невзначай, взяла меня под руку. Прогулявшись до пирса, мы сделали круг и вышли к обрыву. Луны Сарнала предстали во всей красе, ясное небо усеяли звезды.

- Завтра будет тепло, - проговорила она. – На небе ни облачка.

- Все может быть…

- Скажи, ты всегда был таким? Мне кажется, что ты сильно изменился.

- Скорее, вернулся к нормальному состоянию.

- Поясни?

- Ну как же… ночи без сна, канонада, взрывы, опять по локоть в крови, куча раненых, и полная неизвестность впереди. А еще те, кого не сумел спасти. Они всегда будут стоять перед глазами.

- М-да, на это мне нечего ответить. Я думала ты затаишься здесь. Почему-то решила, что слова оракула напугают тебя, заставят прижать хвост. Но ты удивил… Огорошил так, что весь Солус гудит как улей. Теперь от тебя не отстанут.

- Полагаю, что так, - я пожал плечами.

- Я так понимаю, ты нашел настоящие записи?

- Семь тетрадей. Только самое важное и необходимое. Я прочел их от корки до корки, но, чтобы осознать это потребуется время. И практика.

- Где они?

- В надежном месте. Не со мной, если вы об этом.

- Не доверяешь? – она подняла на меня глаза.

- Не в этом дело. Если не знаешь – не сдашь. Золотое правило.

- И правда, золотое…

- Есть еще кое-что. После боя солдаты нашли уцелевшую женщину. Зверолюдка. Но она знает откуда я. У нее отрезан язык, выяснить пока ничего не удалось. Возможно, тоже перерожденная из моего мира.

- Ты про ту бедолагу, что сейчас в лазарете? Досталось же ей.

- Она может остаться здесь, со мной?

- Да, конечно. Вопрос только в том, как долго здесь будешь ты. Скоро мне начнут задавать неудобные вопросы. Потребуют полный отчет. Как губернатор, я должна буду вернуться в Дастан. Ты хорошо потрепал врага, но этим все не закончится, чует мое сердце.

- Я задал главе совета прямой вопрос. Она явно знает больше чем мы.

- И что же она ответила?

- Они ждут войны. Готовятся к ней. Пока войска адмирала следили за боем, фамильяр рыцаря Саари облетел корабли демонов. На вид они совсем новые. Но не это главное. Оружие, что на борту совсем не такое примитивное, как хотелось бы. Кое-что из увиденного мне знакомо.

— Вот как? Значит, хорошего мало?

- Сложно сказать. Но мне показалось, что готовятся они не к нападению, иначе адмирал Гроер напал бы на крепость немедля. Скорее к обороне своих рубежей. Вам бы тоже подумать об этом. Дастан совсем не приспособлен к борьбе с летающими кораблями.

- Ты абсолютно прав, друг мой. Поможешь?

- Теперь да. Приложу я к этому руку или нет, но оружие вашего мира будет все совершеннее и совершеннее. Единственным способом сохранить невинные жизни, я вижу паритет.

- Что?

- Баланс сил. Когда вероятный противник понимает, что силы равны, он вынужден договариваться. Раньше я верил, что государства могут дружить. Но это не так. Вас сожрут, как только почувствуют слабину. Это я уже видел…

- Тебе срочно нужно к кому-то примкнуть. Чем скорее – тем лучше. Сейчас, ты - простолюдин, подозрительный, неизвестный сержант, о котором в гвардии Дастана никто не слышал. Появился ниоткуда и сразу в наместники. Под тебя будут копать. Рыть землю носом. Совет заставит тебя подчиняться. Любой дворянин для тебя господин. Любой капитан – начальство.

- У меня есть отродья…

- Их можно убить, поверь. Покажешь зубы и на тебя ополчатся все… - она задумчиво намотала локон волос на палец.

- У вас есть решение?

- Есть, - она внимательно посмотрела в мои глаза. – Я знаю одну высокопоставленную особу, наделенную титулом, властью и весом в обществе…

Глава 31. Эпилог

Проводив госпожу Санару до крыльца замка, я решил немного подышать воздухом, поразмыслить о ее предложении. А подумать было о чем. Сам того не желая, я накликал беду. Засветился, так засветился. Оказывается, и у людей, и у демонов есть тайные ордены, занимающиеся делами перерожденных и прочими щепетильными вопросами. Что-то вроде тайной полиции. Ожидаемо, у этих структур возникнет ко мне, да и к Санаре куча вопросов. А я кто? Никто, и звать меня никак. Простолюдин, челядь… чернь. Да, звание офицера я заслужил кровью, но в ином мире. Этим ребятам закон не писан, действия предсказать не сложно. Наверняка такие же головорезы, как и те, что напали на карету Альбера.

Чтобы сохранить бесценные труды и обезопасить нас всех от излишнего рвения данных господ, Санара предложила взять ее фамилию и титул. Дама она, по ее же словам, одинокая, состоявшаяся, но в самом соку. Брак с молодым человеком для состоятельной женщины под сорок, в этих местах - обычное дело. У губернатора большая влиятельная семья, а взрослая дочь ее лет не состоящая в браке, вызывает много неудобных вопросов. В общем, этим шагом мы убиваем сразу несколько зайцев. Брак, разумеется, фиктивный. В этом она заверила сразу, покраснев так, что даже в свете лун было заметно.

Рогатая девка уже вовсю сопела, раскинувшись на постели звездой. Горничной рядом не было, но мне предусмотрительно постелили на кушетке. Пускай спит. Со стороны окна тянуло приятным сквознячком, и я решил покопаться в планшете, пока веки не слипнутся. В голову пришла бредовая мысль…

Я открыл последние сообщения и нашел переписку с Сарматом. Не знаю зачем, но я захотел написать ему письмо и отправить несколько видеороликов, отснятых в этом мире. Долго не знал с чего начать, но, потом, все само как-то случилось. Закончив краткое изложение своего нового бытия, я хотел удалить написанное. Но щемящая боль в сердце не позволила этого сделать. Нажал «отправить».

Утром проснулся от мелодичного оповещения. Сначала решил, что пришло магическое сообщение. Кое как продрав глаза, проверил входящие, но на экране статуса ничего кроме уже прочитанного не обнаружилось. Взгляд упал на планшет. Тусклый зеленый огонек настойчиво мигал на его уголке.

Тупо уставившись на устройство, я завис на пару минут. Внутри похолодело. Потом, все же протянул руку и включил его. Это точно не было сном. От Сармата пришло ответное сообщение. Его громкая ругань разорвала тишину в клочья, стоило лишь коснуться иконки.

- Какого лысого!!! – прохрипел Сармат. – Что за дебильные шутки? Кто ты и откуда у тебя это устройство?! Черт… не вижу твой пеленг. Немедленно ответь, покажи свою поганую рожу, или я тебя из-под земли достану!

- Сармат! Сармат! – я забыл, что нужно зажать кнопку. – Сармат, это я – Павлик! Я жив! Черт, здесь темно, еще не рассвело толком… Сармат, только не отключайся! Я сейчас! Сейчас…

Отправив сообщение, я оделся так быстро, как только смог. Схватив планшет, рванул что есть сил из комнаты, перепугав отродье. Спотыкаясь и поскальзываясь на ходу, я побежал к сторожевой башне, в надежде поймать устойчивый сигнал. Влетел на самый верх, даже не заметив как. Там перепугал уже дозорного. Спустившись по лестнице на скалу, я снова глянул на экран. Верилось с трудом, но ответное сообщение вот-вот должно было загрузится полностью.

Солнце встало над горизонтом, озарив скалу багровым светом. Я ждал, затаив дыхание, неотрывно следя за индикатором загрузки.

- Твою мать! – взревел Сармат. – Найду падаль! Если у тебя есть яйца включи пеленг и мы потолкуем по-мужски. Я к тебе подъеду с пацанами!

Я выждал несколько минут, чтобы стало светлее и нажал запись.

- Батя… это я. Правда я! Я бы очень хотел, чтобы ты подъехал с пацанами! Только невозможно это… я очень далеко. На другом конце вселенной. Это другой мир батя, смотри! Тут тоже война, вон видишь обломки валяются? А вон госпиталь внизу. У них магия тут есть, орки, эльфы всякие… Это не бред, батя, я действительно жив и я здесь! Хрен его знает, как так получилось…

Слезы предательски хлынули из глаз и я отправил сообщение не договорив. Через час пришел ответ. Сармат ошарашено смотрел в экран, не зная что и сказать.

- Павлик… Черт я… Я не верю! Как? Где?

- Плевать как! Батя, ты жив! Парни как? Сокол, остальные? Наши что? Ответили?

- Сокол в госпитале, с коленом своим… - взволнованно отвечал он. - Живы все, живы, слышишь?! Ответили наши, еще как ответили! Да так, что озоновый слой повредили. Тут выжгло все к чертовой матери! Вокруг только пепел и кости. Говорят, к концу недели можно будет выйти на поверхность. Мы тут узел спецсвязи взяли, выковыриваем мразь всякую из бункеров… Я не верю, что говорю с тобой. Докажи, что это ты!

- Батя, сникерсы, что ты сунул мне в подкладку бронежилета помнишь? Очень пригодились. А еще сумки, они все со мной, представляешь? Я там все тебе написал. И видео, видео тоже посмотри! Это чудо какое-то… Батя, скажи еще что-нибудь! Что угодно, пока есть связь. Я вернусь! Найду способ, ты только держись там, не помирай!

Но сармат больше не ответил. Ни через час, ни через два. Я залез в настройки планшета и перерыл все, что можно. Добравшись до журнала обновлений, просмотрел даты последних сеансов связи и обомлел… Оказывается, все время, что я здесь загораю, связь с домом практически не пропадала. Да, урывками, да чудовищно медленно, но поток данных проникал в обе стороны!!! Это открытие добило меня окончательно, но дало и надежду.

Весь день и вечер ходил сам не свой. Ничем не мог заниматься, старался никому не попадаться на глаза. Спал урывками, мучительно. Сообщение с той стороны пришло только под утро. Сначала видео, на котором Сармат просил наших парней помахать в камеру для истории. А потом еще одна запись, уже из другого места. Сармат плакал, слезы так и катились по щекам…

- Сынок, я все посмотрел. Это слишком жесткая бредятина, чтобы быть ложью. Прости, что так долго, у нас тут штурм был. Ты не переживай за меня. Я жизнь прожил. Ты это… не возвращайся. Нехрен тут делать. Ловить больше нечего. С утра вскрыли последний бункер, вышли на связь со штабом и охренели…

Он вытер слезы, дрожащей рукой выпил воды из фляги.

- Времени очень мало. С минуты на минуту прибудет транспорт, нас всех эвакуируют на Алтай. Кого-то в Карелию, за Урал, а то и дальше. Говорят, тут будет могильник. Всю Европу перемешают с землей. Что можно – извлекут остальное зароют. В общем, того мира который ты знал - больше нет. Начнем новую жизнь, в лесах, как предки, мать их!

Сынок, оставайся там, послушай отеческого совета. Тебе дали шанс, так используй его! Люби, живи полной жизнью, познавай новое. Не держись за старое… Хватит цепляться за папкины штаны! Рад, что ты жив. Не могу передать как… Ты, главное, оставайся собой. Помни: добро должно быть с кулаками! Ты - русский солдат, где бы ты ни был…. Пиши сынок. Даст Бог – отвечу! Ну, вот и все, что хотел сказать… - отец тяжело вздохнул. - Сармат – Павлику, конец связи.

Я сидел в приямке, возле орудия, что на вершине скалы, забившись в угол, и глотал слезы. Как мальчишка, разбивший коленку. Так тоскливо и больно мне давно не было. Экран уже погас, а они все текли и текли двумя нескончаемыми ручьями. Дозорный на башне отвернулся не желая на это смотреть.

- Кто это был? Что за дядька?

Я и не заметил, что отродье наблюдает через плечо.

- Мой отец.

- Ага… Чего говорит?

- Говорит, чтобы я не возвращался. Чтобы оставался здесь. Наташку мол не на кого оставить, да и госпиталь бросать не дело.

- Опять за дуру меня держишь? – вздохнула она. - Второй день сам не свой. Вон, люди внизу уже волнуются. А отец-то твой сейчас где?

- Дома. В моем мире.

- Ну да, точно, – на ее лице проступило изумление. – А как же вы… Разве так можно?!

- Сам не знаю, - я вытер лицо рукавом. - Может милость Богов? Ясно одно – возвращаться мне некуда. Все в руинах… Города, страны. Некого хоронить. Кости и пепел. Все сравняют с землей.

- Печально… - она немного помолчала. - Что будешь теперь делать?

- Санара предложила стать ее мужем. Ну, чтобы вопросов лишних не было. Фамилия, титул.... Берет под крыло, в общем.

- А что ты? – Натали склонила голову на бок.

- Теперь уже и не знаю. Я обещал помочь с обороной Дастана. Труды Альбера, опять же, без внимания оставлять нельзя. Эх… влип я по полной, как видишь. У вас тут все по-другому. Жить заново учиться придется. Отец, наверное, прав. Такой шанс дважды не дается. Жизнь в стойло не поставишь. Верить до конца никому нельзя, но… доверять-то кому-то нужно. Знаешь, я думаю принять ее предложение. А там видно будет.

- Странный ты, и вещи у тебя странные…

Натали без особых усилий достала меня из приямка и отряхнула одежду. Первые лучи солнца достигли крепостной стены. Сан-даары в своих вольерах зашевелились, начали лениво потягиваться и разминать лапы после сладкого сна. Рори, закусив овсом, опрокинул на себя бочонок воды и, освежившись, привычно взялся за метлу. На редкость покладистая скотина, не то, что его хозяйка. Бруно я отпустил, так сказать, на вольный выпас. Он шнырял по окрестностям, охотился, смотрел что и как. Благодаря ему в замке теперь была свежая дичь.

Гарнизон крепости проснулся по распорядку. С кухни запахло едой… Завтрак, короткое построение и развод. Кто не на службе – физподготовка на свежем воздухе. Святые рыцари вернулись из ночного дозора. Со стороны рабочего поселка зазвонил колокол, призывая рабочих в штольни.

Санара с ответом не торопила. В госпитале дела шли хорошо. В основном, остались перевязки и несложные процедуры. Я бы и рад помочь всем сразу, но запас маны, требуемый для исцеления, пополнялся слишком медленно. Приходилось беречь для самых тяжелых случаев.

Разговор с отцом все не шел из головы. Я проматывал его в памяти снова и снова, повторяя каждое слово и осмысливая его. Оракул сообщила, что нашли тело настоящего графа Фарона и двоих сыновей. Их убрали как нежелательных свидетелей и оставили в подземелье собственного имения. Свою роль в организации нападений граф уже сыграл. Я кое-что попросил из его вещей, как раз сегодня должен был появиться почтовый фамильяр с посылкой.

Женщина с отрезанным языком еще не пришла в сознание. Виверн поблизости не наблюдалось, но канониры строго по времени заступали на дежурство, сменяя друг друга. Новое оружие пришлось дворфам по душе. Фамильяры - разведчики и дозоры святых рыцарей ни о чем подозрительном не докладывали. Сбор трофеев закончился.

Допрос пленных почти ничего не дал. Опасения, разве что, подтвердились. Опухоль расизма пустила свои метастазы и в этом мире. Ах да, мы стали богаче еще на несколько сундуков. Похоже, кроме корабельной казны, на судах противника хранились деньги для оплаты услуг наемников. Законный трофей, как сказала Санара. Тот, кто спонсировал нападения, средств явно не жалел… Надо бы отправить людей на дно ущелья, может еще что интересное найдется.

Громадный орел с посланием из столицы появился уже вечером. В скромной посылке лежало два письма с извинениями, написанных на гербовой бумаге семьи Фарон. Одно для меня, а второе для Тис. А также, маленький ключик и россыпь драгоценных камней, в качестве компенсации за ущерб. Птица много не унесет, а камешки небольшие, но стоят чертовски дорого. Ничего, не обеднеют.

Я не стал тянуть до утра и вызвал к себе горничную. Дело личное, щепетильное, а потому встречу назначил у часовни, на заднем дворе замка. Едва она появилась, я приказал повернуться спиной и вставил ключик в ее ошейник. Заклинание тотчас развеялось и ненавистный предмет звонко ударился о каменный пол.

— Вот, прочти…

Горничная очень внимательно просмотрела письмо. Некоторые строки она прочла дважды.

- Граф Фарон и его сыновья мертвы. Они замешаны в нападениях на Дастан и еще несколько городов. Я так полагаю, что имя их рода опорочено и теперь жена графа пытается замолить все грехи до которых дотянется?

- Скорее всего… Она неплохая женщина, просто так сложилось.

- А это тебе в довесок. Вероятно, плата за молчание.

Я ссыпал в руки удивленной эльфийки всю горсть камней. Лицо ее побледнело, от чего глаза стали только выразительнее, а губы казались ярче.

- Вы… пожалели меня?! – она уставилась оголтело.

- С тобой поступили мерзко. Так быть не должно. Я рассказал оракулу, она приняла меры…

Тис повисла на моей шее, выронив и письмо, и драгоценности.

- Вы пожалели меня… Значит, я вам не безразлична?

- Еще одна дурочка на мою голову… С ума вы тут все посходили что ли? Нормальных людей не встречали?

- Простите! – ее ноги коснулись земли. – Больше не повторится. Я забылась на миг.

- Ты свободный человек и можешь кидаться на шею кому угодно, - напомнил я с улыбкой.

- И вам? - она тоже заулыбалась, вытирая слезы.

- Если заслужу такую милость, почему нет? Собери-ка ты камни, пока никто не видел. Если святой отец найдет у себя в хозяйстве такой камешек, чувствую сопьется. Ну, или мы больше его не увидим.

- Что же теперь? – вдруг испугалась она. – Я… больше не горничная? Если все так, то куда же податься? Мне даже идти то некуда. Я привыкла здесь… Господин наместник?

- Тебя никто не гонит. Даже не знаю, что бы тут без тебя было. Как ты вообще столько успеваешь? Как насчет жалования и жилища побольше? В замке ведь много пустых покоев?

- Дозволено ли мне будет и прежде входить в вашу спальню?

Я кивнул.

- В таком случае, комната рядом с вашей меня вполне устраивает. Можно остаться там?

- Как пожелаешь.

- А могу я…? - она робко улыбнулась.

- Рассказать можешь. Только про камни никому не говори. Ни слова.

Чмокнув меняв щечку, свободная горничная низко поклонилась и помчалась на крыльях ветра к своим подружкам. Чувствую, в маленьком бабьем царстве сегодня будет праздник.

- Да ты сама доброта… - кто-то крепко вцепился в мои плечи. Это была Ирия.

- Вы нашли для меня немного времени?

- Ну как же, такой момент. Торжество справедливости, бескорыстие… Эта милая горничная с ума бы сошла от счастья, нагни ты ее прямо здесь. Я прям диву даюсь твоей выдержке. Или не нравится?

- Почему же, она хороша. Даже слишком.

- Понимаю… не хочешь обижать? Пока ничего не случилось, вроде как и ответственности никакой?

- Может и так, - я пожал плечами.

Ирия снова прильнула ко мне, коснувшись щекой шеи.

- Помоги ей.

- Кому? Тис?

- Губернатор Дастана отличный союзник. А ты – настоящая находка для нее. Вы будете хорошей парой. В нашем мире таких как она - по пальцам пересчитать… Как тебе глава совета с доченькой?

- Честно? Жуткие бабы!

Ирия рассмеялась, и втянула ноздрями мой запах. Словно хотела съесть. От этого стало жутковато. Божественная сущность… кто знает, что у нее на уме.

- У тебя есть время. Брак с Санарой – идея отличная, не сомневайся. Хоть я и богиня войны, но предпочитаю, чтобы все шло по правилам. Наемники Дарнала мне не очень нравятся. Отребье, но их очень много. Их правители давно смотрят голодными глазами на плодородные просторы Сарнала. Ты в меньшинстве, но твое дело правое, Павлик. Не бойся нарушить правила, тебе можно, в разумных пределах.

- С чего вдруг?

- Случилось странное! – воскликнула она с выражением. – До меня снизошли сестры. Все сразу. Они очень желают, чтобы Сарнал остался таким, как есть сейчас. Я могу их понять, столько сил вложено. Последняя война чему-то да научила их. Ты им не люб. Но ты мой подопечный. Ах да, теперь придется делить тебя с Исидис… Пускай, сути это не меняет.

В общем, мой тебе завет: делай что хочешь, живи, люби, хулигань… но Сарнал должен остаться Сарналом! В том виде, как есть сейчас, желательно. До демонов я сама донесу суть твоих поступков. Старайся не ссориться с ними. Ты ведь меня понял?

- Так точно, - выдохнул я. – Вопрос можно?

- Валяй!

- Разговор с отцом ваших рук дело?

- Ты о своей вещице? Нет, ни малейшего понятия, как это получилось. Хотя… ткань пространства неоднородна. Она похожа на решето. Есть дырочки поменьше, через которые эфирное вещество постоянно просачивается извне. А есть и побольше, через которые просачиваются души перерожденных и, даже, целые Павлики. Кто знает, может быть наши миры соприкасаются где-то здесь. Пространство, время, материя – все относительно. Далекое близко, близкое – далеко….

Богиню потянуло на философию. Закончив свою тираду, она встряхнула меня за плечи и ушла по-английски. Вот же хватка у нее! Эта женщина умеет делать больно. Если она женщина вообще. Кто знает, в каком образе явится Ирия в следующий раз?

Впрочем, плевать! Жизнь на Сарнале очень скоро станет интересной. Настолько, что будет некогда продохнуть. Боги хотят одного, люди – другого. А я буду делать то, что считаю правильным. Клятвы я здесь никому не давал, присяги тоже.

Войны всегда были и всегда будут. Тут ничего не попишешь… Но всегда есть и те, кого еще можно спасти. Может кому-то это покажется глупым, но я выбрал свой путь и сворачивать с него поздно. Да, я - русский солдат, закаленный в боях. Да, я - медик, не обделенный талантом. Это все пригодится, но… больше всего этому миру не хватает добра. Того самого, что с кулаками!

Content

Медицина катастроф в ином мире

Глава 1. Ожог во все тело

Глава 2. Встреча в лесу

Глава 3. Последняя воля

Глава 4. Оракул

Глава 5. Когда бред – больше не бред

Глава 6. Санара

Глава 7. Дастан

Глава 8. Брезгливые боги

Глава 9. Дикие скачки

Глава 10. Пыль дорог

Глава 11. Форпост

Глава 12. Сияние чистоты

Глава 13. Медосмотр

Глава 14. Смерть с небес

Глава 15. Адский пес

Глава 16. Тревожные дни

Глава 17. Кузнечное дело

Глава 18. Рыбка, дуб и другие странности

Глава 19. Дурные вести

Глава 20. Судно на горизонте

Глава 21. Измена!

Глава 22. Достать до сердца

Глава 23. Уцелевший конвой

Глава 24. Скорбный рассвет

Глава 25. Ультиматум

Глава 26. Дым и пепел

Глава 27. Блондинка на алтаре

Глава 28. Нити судьбы

Глава 29. Должники

Глава 30. Последнее письмо

Глава 31. Эпилог