Попаданец в Дракона 9

Глава 1

Священная хроника Аргалора Покорителя бури: Глава 1050. Раздел 1.

Хронист: Андерс Эль Второй.

Здравствуйте, дорогие читатели, по устоявшейся же традиции начать эту главу я хочу с благодарности нашему повелителю! Ведь именно благодаря поддержке нашего могущественнейшего господина те ложные, клеветнические слухи о торговле нашей семьёй органами разумных рас были полностью развеяны, а сами распускатели наказаны по законам нашей прогрессивной и справедливой корпорации!

Так как эта хроника пишется при его жизни, как будет и впредь, то вы, мои читатели, прекрасно помните те потрясения, что пережил наш мир, лишившись на целый год возможности лицезреть прекрасный и внушающий трепет облик нашего повелителя.

Но как бы мне не хотелось и дальше славословить нашего господина, однако с тяжёлым сердцем я должен продолжить.

Когда по корпорации прокатился слух об исчезновении нашего повелителя из-за неисправности портала, то глубокая скорбь окутала каждого. Нельзя словами выразить нашу печаль от осознания, что тень от его крыльев больше не будет закрывать наши головы от дождя проблем внешнего мира. Лишь под бережливым вниманием Аргалора Победителя гномов мы чувствовали безопасность и веру в светлое будущее.

Естественно, пользуясь отсутствием нашего повелителя, в грязи и тьме зашевелились злые силы. Видя нашу прекрасную и мирную корпорацию, спокойную и размеренную жизнь, они возжелали всё это разрушить и разграбить.

Пользуясь глупостью и жадностью дворян, злые силы корпорации Шитачи убедили нашего наивного Императора в разрешении впустить в страну наёмный, иностранный корпус под предводительством Найта Презренного и Цербаса Призрака разложения.

Воспользовавшись подлостью, силы наёмников нанесли мощный и бесчестный удар, дорого стоивший нашим вооружённым силам.

Привезённая из других миров летающая техника показала столь невероятную скорость, что орудия наших летающих кораблей просто не успевали за ней следовать! Словно этого было мало, наземная техника благодаря сложным иномирным щитам смогла противостоять даже самым сильным орудиям Скотта, что сделало её уязвимой лишь против наших магов.

Ещё одной проблемой стали вражеские взрослые и старые драконы нашего мира, которых презренный Найт умудрился завлечь золотом и ложными обещаниями. Благодаря своей скорости и силе лишь немногие подразделения могли оставаться с ними хотя бы на равных, не говоря уже о победе.

Таким образом, Аргалориум, осаждаемый как изнутри, так и снаружи, был вынужден, сжав зубы, отбиваться ото всех, ведь если бы он сдался, наша родина была бы мгновенно поглощена только и ждущими этого момента другими странами и корпорациями.

Однако даже в самые темные дни мы не сдавались, зная, что наш повелитель рано или поздно вернётся. Хоть презренные предатели и смущали население, рассылая ложь о смерти Аргалора Победителя гномов, кому как не нам знать, что наш повелитель всегда возвращается?

Какой бы сложной или невероятно опасной ни были ситуация, Аргалор Убийца Бароса обязательно победит и вернётся в лучах славы.

Сохраняя эту веру в сердцах, наши лидеры храбро вели нас в бой, отбивая одну атаку за другой.

И наша вера в конце концов была вознаграждена! Аргалор Победитель гномов вернулся и сделал это так ярко, что свет от взрыва на главной базе иномирных наёмников осветил страх на лицах предателей и глупцов, дерзнувших пойти против Аргалориума!

Вновь оказавшись на Таросе, наш великий повелитель в первую же секунду нанёс урона больше, чем вся наша корпорация за весь год!

Одно только уничтожение стационарного портала как в мире Тысячи путей, так и на Таросе оставило наёмные силы «Торговой компании» без каких-либо серьёзных поставок бронетехники, припасов и живой силы.

С этого дня война с иномирными захватчиками приняла новый оборот!

Примечание написано со слов Аргалора Победителя гномов.

Неплохо, но можно лучше. Увеличить число восхвалений минимум в два раза.

Также убрать «Презренный» из прозвища Найта. Хоть он и мой противник, но он всё же дракон, и только поэтому достоин правильного произношения его прозвища. Поэтому с этого дня повелеваю называть его «Найт Огненный коготь».

Глава 1.

Взрывы, корпоративные атаки и заказанные убийства могущественных существ были абсолютной нормой в мире Тысячи путей. Вмещая в себе почти все самые могущественные расы мультимиров, не было ничего удивительного, что между каждой из них были глубоко идущие обиды и противостояния.

Тем не менее, вынужденные жить вместе, каждый из крупных игроков был принужден держать себя в неких рамках. Если убийства случались, то хорошим тоном считалось сделать всё быстро и с как можно меньшим числом жертв.

Именно поэтому умелые убийцы, способные убить какого-нибудь архимага так, чтобы попутно половина районов Тысячи путей не оказалось разрушенными, ценились дороже, чем полноценные межмировые армии вторжения.

Вот почему, когда над одним из стальных ульев Торговой компании поднялся огромный чёрный ядерный гриб — это мгновенно привлекло внимание многих заинтересованных сторон.

Конечно, реальный ущерб зданию, несмотря на всю яркость атаки, был сравнительно невелик благодаря многочисленным укрепляющим и защитным рунам. С радиоактивным же загрязнением справиться было и того проще. За тысячи лет войн с различными технологичными цивилизациями вселенной магическое сообщество давно разработало способы исправления столь раздражающие последствия.

Иронично, что большинство техногенных последствий войн исправлялось куда легче, чем последствия магических. Из-за уникального столкновения различных магических энергетик, техник и окружающих условий даже в сравнительно слабых сражениях могли появиться аномалии, связываться с которыми не захотели бы и куда более сильные существа.

Впрочем, всегда были исключения, которые начинались прямиком от определённого уровня развития технологических цивилизаций. Когда подобные миры начали использовать такое оружие, как «серая слизь», разумные гасители звёзд или мифические механоворы, о существовании которых не было четких подтверждений, то последствия их войн могли привести к полной блокировке подобных миров, а то и вовсе их полному уничтожению.

Ведь, в конце концов, несмотря на всю свою мощь и абсурдно сильные логистические цепочки, такие цивилизации были зачастую закапсулированы исключительно внутри своих собственных миров, не имея возможность их покинуть. И если какая-нибудь сильная иномирная сущность была способна разрушить сопротивление воли мира, то подобный мир был обречен на поглощение Хаосом.

Это было похоже на протыкание очень крепкого стального шарика в океане чистого зла и насилия. Стоит преграде пасть, как за считанные дни, часы или даже минуты всё пространство окажется заполнено Хаосом.

Но вернёмся же к поднимающемуся над ульем ядерному грибу. Аргалору пришлось потратить на каждый из двух боеприпасов внушительную сумму денег. И не успело ещё облако рассеяться, когда спокойно пьющий у себя в кабинете чай Широ получил новости о случившемся.

Треск! — дорогая и красиво сделанная кружка лопнула у него в руках, пролив ценное содержимое ему на колени.

Широ Змей был сдержанным и хладнокровным человеком, однако нынешняя ситуация смогла привести в ярость даже кого-то вроде него.

Стоит понимать, что не каждый день ты узнаешь, что нанятый тобой наёмник не просто взял у тебя внушительную сумму денег, но и потратил их на мощную взрывчатку, чтобы взорвать базу твоего собственного начальства!

Все усугублялось ещё и тем, что Змей решительно не мог понять, как именно он оказался в этой ловушке. Параноидальный разум Широ искал свои ошибки и те ниточки, что могли привести его врагов к столь неожиданной атаке, но как бы он не старался, он ничего не находил!

Вся эта ситуация была вызвана исключительно им самим! Именно он узнал о Ролагаре и предложил ему контракт. Мог ли неизвестный соперник предсказать его действия на основе связи с Джуном Сумада, его учителем?

Неужели кто-то настолько хорошо выучил его привычки, что только на основании их подстроить эту ситуацию? Или всё было ещё сложнее, и у противника оказался невероятно редкий мощный предсказатель? Или в уравнении появился какой-то скучающий бог судьбы, удачи или игры? Ведь именно эти боги славятся неприятной способностью играться с предсказанием будущих событий и вероятностей.

Мозг Змея плавился от десятков версий, вариантов и возможностей, пока он сходил с ума, пытаясь понять, как именно его подставили.

«Проклятые драконы, я так и знал, что на них не стоит полагаться! Да, они сильны, но так же и ненадежны!» — прошлый опыт Змея играл немаловажную роль. Встретившись в прошлом мире с драконами, Широ их явно недолюбливал: «Но кто именно несёт ответственность? Аргалор пропал, а значит это кто-то из его прислужников или членов стаи. Однако я не получал никаких донесений о красном драконе такого возраста…»

Вдруг Широ замер, а его глаза медленно стали расширяться, пока он внезапно не рассмеялся. Скрывающиеся неподалеку охранники и слуги недоверчиво застыли, не в силах поверить, что их обычно спокойный господин способен на столь яркое и необузданное проявление эмоций. Некоторые даже почувствовали страх, ведь веселье Змея было очень уж злонамеренным.

Смех стих так же резко, как и начался.

— Ролагар, Ролагар, Ролагар, — с кривой усмешкой повторил Широ. — Или правильнее называть тебя Аргалор? Ты сделал всё, чтобы этот удар стал ещё болезнее. Тебе показалось мало взять мои деньги и причинить моим планам вред с их помощью. Ты даже специально подобрал имя, в котором скрыл ответ на свою настоящую личность. Какое высокомерие… воистину стоит всей вашей проклятой расы…

Широ почувствовал редкое для себя чувство беспомощности. Загадка имени Аргалора была настолько слабой, что это сводило с ума. Казалось, что Змей должен был сразу догадаться и поймать своего врага…

Вот только для этого Широ должен был иметь паранойю такого уровня, чтобы в каждом попавшемся на его пути драконе видеть скрывающегося под маскировкой врага!

Более того, зная высокомерие драконов, откуда он мог знать, что этот проклятый Аргалор посмеет не только изменить свою внешность, но и взять другое имя?

Теперь, после некоторого размышления, Широ немного успокоился — имя Ролагар было создано не для того, чтобы оскорбить его, а потому что Аргалор просто не смог до конца отказаться от своего имени.

Даже подобное действие могло считаться проявлением невероятной выдержки у драконов.

Однако все эти размышления были исключительно теоретического толка. Теперь Широ знал, кто его враг, хоть и не догадывался, как тот умудрился разыграть весь этот спектакль. Так или иначе, Змей был уверен, что он разгадает эту интригу.

Но куда важнее сейчас было понять, что ему предстоит делать.

Взорванный заряд испарил не только наёмников, но и ценный персонал у телепорта, не говоря уже о самом телепортирующем устройстве. Постройка каждого такого устройства стоила внушительных затрат, и за их уничтожение кто-то должен был ответить.

Разум Широ быстро обдумал случившееся, ища выход. Не прошло много времени, как тонкие губы бледнокожего мужчины тронула лёгкая улыбка.

Пропустив в памяти весь разговор с ним и дальнейшие действия Аргалора, Широ вычленил одну любопытную деталь. Несмотря на случившееся, между ним самим и его ресурсами и Аргалором до сих пор не было никакой связи!

Изначально Широ хотел, чтобы Ролагар присоединился к отряду Найта и Цербаса, чтобы укрепить свои собственные позиции, однако Аргалор, как теперь понятно, отказался, чтобы усиленные чувства драконов, которые его знали, не раскрыли правду.

Но именно это и создало нынешнюю ситуацию!

Ведь если взглянуть на ситуацию под другим углом, как ни крути, на первый взгляд в этой ситуации был виноват тот отряд, что принял Ролагара. И мало кому будет интересно, что требования к проверке соискателей были снижены из-за желания Торговой компании как можно быстрее справиться с проблемами Тароса.

Так почему бы Широ не воспользоваться чужими «ошибками» и не подтолкнуть того, кто и так уже падает, попутно не воспользовавшись возможностью?

Когда начнётся разбирательство, первыми полетят головы тех, кто несёт прямую вину за случившееся. Так, глава отряда, в который вступил Аргалор, связан с Оргосаксом, старым зелёным драконом, отчаянно желающим повысить свой ранг в Торговой компании. Именно он выделял ресурсы компании на финансирование этой части наёмной армии, рассчитывая получить изрядную прибыль после победы.

Ранее Широ никак не мог с ним связываться, ведь их статус был несопоставим, но теперь возможности сами плыли ему в руки! Как бы Торговая компания не заявляла о равенстве всех участвующих, внимательный взгляд сразу бы подметил немалое количество драконов на ключевых позициях компании.

Конечно, Змей отдавал себе отчёт, что вернувшийся на родину Аргалор мог усложнить жизнь самому Широ, начав распускать слухи. Для предотвращения этого Змей уже планировал ряд действий, таких как участие в нанесении болезненных ударов по корпорации Аргалора.

В таком случае, даже если красный дракон заговорит, то всё будет выглядеть, будто Аргалор от отчаяния пытается его подставить.

Широ сделал знак рукой, и перед ним немедленно встали на колени трое глубоко поклонившихся на азиатский манер воителей. Если когда его учителя покидал их мир, взял исключительно воителей из родного клана, то сам Широ не был столь ограничен.

Почему надо было выделять лишь один клан? Странствуя по разрушенному миру, Широ многим предлагал пойти под его руку с возможностью начать новую жизнь.

Получив приказы, воители немедленно бросились прочь. Скоро некоторые люди внезапно умрут, а другие обнаружат, что их жизни не продлятся долго.

Сам же Широ не мог не улыбнуться: «Любопытно… значит ли это, что я должен теперь тебя поблагодарить за предоставленные возможности, Аргалор? Может быть, так и сделаю, когда разрушу всё, что ты так долго строил прямо у тебя на глазах…»

Но хорошее настроение Широ длилось недолго, ведь он услышал нарастающий и приближающийся шум.

— Джун-сама, пожалуйста, остановитесь! Это личная территория нашего господина! Мы предупредим его, только, пожалуйста, остановитесь! — надо ли говорить, что отчаянные просьбы и мольбы людей Широ никак не сказались на скорости приближения Джуна.

— Чтобы я ещё спрашивал у миньонов своего ученика, можно ли мне войти⁈ Не бывать этому, кроме того… — послышался глубокий вздох, а затем Джун взорвался безудержным хохотом. — Ах-ха-ха, ученичок, не говори мне, ха-ха, что он тебя сделал!

Лицо Змея застыло, когда дверь не распахнулась и перед ним не показался красный от смеха учитель.

Широ внезапно понял, что всё это время в его плане был один существенный изъян. Да, он мог заставить замолчать тех редких безымянных слуг и воинов Торговой компании, вот только оставался ещё кое-кто, кто был в курсе всей ситуации! И даже если он не собирался «болтать», это не значило, что Широ было сильно легче!

— Ха-ха, подожди-подожди, я уже не могу смеяться! Ты же ведь ему ещё дал денег, чтобы он тебя на них же и взорвал! Аха-ха-ха-ха! — Джун окончательно потерял всякий контроль и, привалившись к косяку, согнулся от неудержимого смеха.

Спокойная маска его ученика в этот момент окончательно треснула, из-за чего уголок рта начал нервно подрагивать, а лицо ещё сильнее побледнело, но уже от гнева!

Кажется, Широ недооценил последствия действий Аргалора, ведь его проклятый учитель явно не собирался забывать эту ошибку в ближайшую пару сотен лет. Зная же его дрянной характер, Широ ещё не раз услышит напоминание о случившемся!

Хуже того, Змей готов был поклясться, что Джун ещё и отправит Аргалору весточку, чтобы тот сдержал обещание и отправил обратно обещанный алкоголь!

Глава 2

— Это чудо, что мы вообще выжили! Каким я был идиотом, когда решил покинуть родной мир! — летящий в когтях Аргалора Орхан выглядел совсем плохо и явно переживал личный кризис. Около двух десятков минут назад Хао чуть не сжёг себе роговицу глаз, когда безрассудно посмотрел на яркую вспышку, появившуюся прямиком в центре лагеря наёмников. — Старший, вы уверены, что за нами нет хвоста?

— За кого ты меня принимаешь? — раздраженно фыркнул красный дракон, летя прямиком сквозь плотные облака. Внизу простирались прибрежные зоны между островами разрушенного континента Литуина. Другими словами, прямо сейчас они пролетали над вражескими землями. — Я научился скрывать своё присутствие, когда ты ещё даже не родился! —

Несмотря на внешнее хвастовство, Аргалор не позволял себе расслабиться. Хоть драконы на базе Найта и Цербаса не успели их поймать, это не значило, что корпорацию Шитачи стоит недооценивать. Под их командованием служило немало сильных магов или наёмников, способных выследить даже такого опытного шамана, как он.

Хоть беспокойство Орхана, казалось, крутилось вокруг возможных преследователей, на самом же деле молодой практик был в абсолютном ужасе от лицезрения вблизи желающего их поймать титанического дракона.

За недолгое время путешествия с Аргалором Орхану повезло познакомиться и увидеть сразу нескольких сильных разумных, вроде того же Широ с его учителем и Вульфса. Видел он издалека и идущих по Тысяче путей сильных воинов и магов.

Но вид атакующего титанического дракона оставил у Орхана глубокую психологическую травму, заставляющую его постоянно нервно оборачиваться, чувствуя, как гигантские когти вот-вот готовы схлопнуться вокруг него самого и Аргалора.

— Старший, как вы думаете, мы сильно ранили того огромного белого дракона? — с отчаянной надеждой спросил Орхан, на что в ответ получил уникальное зрелище подавившегося дымом и пламенем дракона.

— Ранили? Сильно? — прокашлявшись, издевательски расхохотался Аргалор, с презрением и еле уловимой искрой страха посмотрел на него Лев, опустив голову вниз. — Глупец, если бы Казрекса Белого апокалипсиса можно было ранить чем-то столь смешным, как эта мини-ядерная бомба, то он бы не считался титаническим драконом!

— То есть он… не пострадал? — враз пересохшим горлом прошептал Орхан, но красный дракон его прекрасно услышал.

— Кажется, кто-то всё ещё очень плохо понимает, с кем мы только что столкнулись, и кто такие титанические драконы, — издевательски протянул Аргалор. Он видел, как Орхана напугал этот титанический, но человек явно не до конца понимал глубину той задницы, которую они минули. Так почему бы не раскрыть детали, погрузив этого наивного «юношу» ещё глубже в отчаяние?

— Ты спрашиваешь, ранили ли мы его? Что, если я тебе скажу, что ему даже не нужно было защищаться от этого взрыва? Сама его пассивная аура и чешуя достаточно сильны, чтобы принять и рассеять любой возможный урон! Титанический дракон может погрузиться в чистый Хаос между мирами, и только природной стойкости хватит, чтобы какое-то время просто плыть в самой едкой и разрушительной энергии во вселенной!

Орхан подавленно молчал, пока Аргалор лишь расходился.

— И вообще, осознаешь ли ты, что даже сам этот вопрос невероятно оскорбителен⁈ Может ли эта жалкая бомба ранить тех, перед кем дрожат боги, отступают архидемоны и молчат архидьяволы? Что за несравненная глупость!

— Простите меня, я не хотел никого оскорбить… — попытался извиниться Орхан, но Аргалор лишь покачал головой. На этот раз его голос нёс обманчиво успокаивающие нотки, от чего Орхан мгновенно почувствовал леденящее ощущение в груди.

— Я вижу, что задавая свой не очень умный вопрос, ты надеялся, что возможное ранение помешает Казрексу нас преследовать? Наверное, ты подумал, что разрушенные нами порталы также сыграют в этом роль? Тогда мне жаль разрушать твои иллюзии, если Казрекс захочет, то он поможет в любую секунду прорвать себе туннель прямиком в этот мир, после чего он потратит ещё около минуты или и того меньше, чтобы добраться до остатков этого континента, а затем и найти нас.

С каждым словом дракона Орхан бледнел всё сильнее, хоть и до этого он не отличался цветом из-за полёта на такой высоте и скорости.

— Тогда почему мы до сих пор на свободе? — набравшись мужества, резко спросил Хао. — Если он такой всемогущий, почему мы сбежали? Значит, он всё же смог нас поймать!

— Если бы это было так, — на этот раз Аргалор никак не пытался оскорбить собеседника, ведь он и сам в глубине души надеялся на подобный поворот событий. Но суровая реальность и имеющиеся знания шептали непреклонную правду. — Из того, что я понял по твоей энергетике, в вашем мире практики способны доживать до тысячи лет?

— Так и есть, господин, — неуверенно подтвердил Орхан, пытаясь понять, к чему дракон сменил тему. — Если практик достигает ранга полубога, то он способен жить тысячи лет.

— Тогда ты должен знать, насколько время разрушительно для разума вас, смертных. Паранойя, странные привычки, фетиши, безумие и тошнотворные пристрастия — со временем вы обрастаете этими вещами, словно деревянные корабли ракушками. Одна сотня лет, две, пять и наконец десять — тяжесть времени ломает так называемых бессмертных вернее атак врагов.

Аргалор криво оскалился.

— Мы, драконы, естественно, лучше вас, поэтому подобные проблемы касаются нас куда слабее. Тем не менее, они всё ещё остаются. Наши предки благодаря своей силе находятся на вершине вселенского могущества. Это значит, что при желании они могут убить почти кого угодно. И это самое «почти» столь ничтожно, что не стоит упоминания.

— Старший, но вы говорили, что вас поддерживает свой великий предок, — в одном из разговоров Аргалор не мог не похвастаться связями с титаническими и своим прадедом. — Неужели ваш великий предок не защитит вашу жизнь?

— На удивление неплохой вопрос, — Аргалор сам не заметил, как втянулся в беседу. Лететь предстояло долго, а разговор позволял «промотать время».

Из-за опасений быть выслеженным, Лев выбрал окольный, а не прямой путь к континенту Форлонд. Враги также могли бы предположить, что Аргалор полетит в сторону Анхалта, где заправлял Нур-шах вместе с его сестрой, именно поэтому Думов полетел к Реуссу, дикому континенту и территории Тир-биста.

— Всё дело в том, что даже если мой прадед захочет меня защитить, то у него ничего не выйдет, — принялся объяснять Лев внимательно слушавшему Орхану. — Титанические настолько быстры, умны и сильны, что сражение начнётся буквально у меня самого. Если же два титанических дракона начнут сражаться, то разрушительный потенциал подобной битвы будет так высок, что всё вокруг будет мгновенно уничтожено. Более того, если бой продолжится слишком долго, то следом тот же конец постигнет континенты, его обитателей, а затем и сам мир. Вот почему титанические обычно предпочитают не сражаться друг с другом, а если всё же и делают это, то выбирают какие-нибудь другие миры.

Орхан с трудом мог представить и поверить в описываемые Аргалором события, но у дракона не было особых причин врать. Конечно, он мог хвастаться, но что-то подсказывало Хао, что это не тот случай.

Невольно в голову Орхану пришёл образ с его родным миром, где люди спокойно и мирно живут, надеясь на счастливое завтра. И вдруг в небе появляется два гигантских дракона.

Миг, и больше ничего этого нет, кроме ломающихся тектонических плит, рвущихся в небо столбов магмы и медленно расходящихся во все стороны пузырей ударных волн, развеивающих тучи и дым, охвативших весь мир.

В этот день желающий узнать вселенную молодой мужчина узнал не только о том, что мультимиры жестоки, но и что в этой реальности даже целые миры могут умереть так внезапно, что его жители просто не успеют понять, от чего они умерли.

— Тогда почему мы сейчас свободны, а не пойманы тем белым драконом? — устало вздохнул, сдавшись, Орхан. — Если всё так, как вы сказали, то он бы мог без проблем нас уже поймать. И разве он не должен этого делать, служа в Торговой компании?

— Потому что ему интересно, как я буду разбираться с Найтом и Цербасом. Получится ли у меня победить их, нанятых ими драконов и иномирных наёмников, — пожал плечами Лев. — Касательно же «службы», Казрекс отнюдь не служит Раганроду. Он полноценный компаньон, и «Компания» для него, в отличие от Жадного, лишь очередное развлечение со смертными.

Больше ни у Орхана, ни у Аргалора не было желания общаться. Возможно, из-за ощущения, что если они продолжат обсуждать Казрекса, то тот и впрямь появится рядом.

Тем временем же, летя над океаном, Думов сумел неплохо понаблюдать за активной политикой двух корпораций — Тир-биста и Шитачи. Во время Мировой корпоративной войны они оба находились в союзе против Нур-шаха и Гномпрома. После падения гномов война закончилась, как и старые союзы.

В новой истории каждая корпорация с радостью принялась делить мир на части, стараясь урвать себе самые лучшие куски.

Обладая прекрасными и сильными флотами, не было ничего удивительно, что Тирбист и Шитачи не сумели ужиться в одних границах, и скоро весь океан вспыхнул тысячами схваток и небольших войн. Вскоре к этим двум игрокам присоединился и Нур-шах.

Океан был полон разного размера островами, на которых можно было как добывать ресурсы, так и строить военные базы, поэтому Аргалор был рад, что, как минимум, у всех трёх крупных игроков есть чем заняться.

Тем не менее, не стоило заблуждаться, что Аргалориум был в безопасности. Хоть тот же Шитачи был занят в противостоянии за океанические богатства, но это не мешало им спонсировать наёмников, что сейчас воевали в Форлонде.

В любом случае, творящийся в океане беспорядок играл Льву на руку, что позволило двум путешественникам спокойно спускаться на необитаемые острова и отдыхать, попутно питаясь пойманными морскими жителями.

Так, в конце концов, они долетели до западной части Форлонда, где спустя ещё пару дней полёта начала растекаться во все стороны необъятная степь.

Именно здесь внимательный взгляд Аргалора сразу подметил некую странность.

«Почему орков так мало? Более того, даже имеющиеся племена почему-то кочуют на восток…» — охваченный нехорошим подозрением Лев как можно быстрее понёсся в сторону западных границ Империи, и увиденное не оставило его равнодушным.

— Аксилия, какого хрена ты творишь⁈ — бушевал Аргалор, смотря с высоты на уничтоженные крепости легиона, а затем и опустошенные земли Священной центральной империи. К несчастью, самой виновницы здесь не было, поэтому он мог лишь рычать в пустоту. — У тебя была одна единственная задача, не дать племенам орков объединиться и начать разрушать Империю. Так какого хрена я сейчас вижу⁈

Орхан никак не прокомментировал ярость дракона, внимательно наблюдая, как очередной конный конвой орков уводит новую партию рабов обратно в степь.

Ослабленная из-за гражданской войны и внешнего нападения Священная империя оказалась полностью не готова к неожиданной атаке орков, что позволило зеленокожим разорить значительную часть самых западных герцогств.

Единственной хорошей новостью был тот факт, что осознавшие опасность западные дворяне были вынуждены приостанавливать распри, объединяться и хоть как-то замедлить наступление орков.

На этом хорошие новости заканчивались, ведь зеленокожие всё ещё медленно двигались вперёд, где находились уже полноценные интересы Аргалориума.

Не горя желанием бесцельно наблюдать этот провал, Аргалор мрачно полетел в сторону Стальбурга.

Уже неплохо узнавший Аргалора Орхан сразу подметил, что чем ближе они подлетали, тем напряжённей становился Аргалор. Решив рискнуть, Хао просто спросил, в чём дело, и, на удивление, получил ответ.

— Каждый раз, когда я пропадал или меня долгое время не было, мои верные главные прислужники постоянно творили какую-то полную чушь! И хоть со временем они почти всегда исправляли свои ошибки, это всё равно была ерунда, которую они должны были предотвращать! И я очень хочу надеяться, что в этот раз всё будет хорошо…

Предпочитая лишний раз не привлекать к себе внимание, Аргалор летел на почти максимальной высоте, и лишь нечеловеческая физиология позволяла Хао хоть как-то выживать.

Лев желал как можно лучше протестировать защитные и поисковые способности Стальбурга, однако когда он всё же увидел город, то его самоконтроль мгновенно рухнул.

— Я так и знал! — бешеный рёв заставил город содрогнуться, и по всему Стальбургу завыли сирены воздушной тревоги, пока боевые зенитные башни избавлялись от защитных колпаков, а районы окружали энергетические щиты. Ближайшие военные корабли устремились к неизвестному дракону, готовясь связать его боем, пока не подоспеют основные силы. — Стоит мне всего на год исчезнуть, как всё идёт!..

Причиной гнева красного дракона оказался глубокий и широкий кратер на месте поместья Аргалора и находящейся под ним сокровищницы.

Но стоило Льву снизиться, как он неловко застыл и повернул голову в сторону другой части города, где явственно чувствовался его клад. Очевидно, после уничтожения поместья его прислужники построили новую сокровищницу, но уже в другом месте. Думов же на эмоциях и подозрениях это не сразу почувствовал.

Внезапно сирены замолкли, а корабли замедлились, пока и вовсе не отправились назад. В городе наметилось активное движение, когда жители выскакивали на воздух и, прищуриваясь, радостно выискивали своего повелителя. Скоро чувство праздника начало распространяться по всему Стальбургу.

Тем временем со стороны уже приближались три драконьи фигуры, в которых Аргалор узнал Аргозу и двух верных ему древних драконов.

Решив дождаться их на земле, Лев начал планировать вниз, впрочем, бросив последний взгляд на город. Увиденное заставило его стиснуть клыки от гнева.

Да, воронка от поместья была самой глубокой, но кроме неё были ещё минимум десяток поменьше, разбросанных по всему городу, и два длинных каньона-шрама, пересекающих Стальбург, как огромный косой крест.

Пострадали не только промышленные части города, но и жилые. Можно было лишь догадываться о числе жертв.

С другой стороны, если бы Найт с Цербасом победили, вместо этих последствий боя был бы полностью разрушенный город.

Первой долетела приземлившаяся Аргоза. Дожидавшийся её Аргалор глубоко набрал в лёгкие воздух, готовясь выпалить все заранее придуманные претензии.

— Вот как, значит, вы защищали мой город? Воронка на воронке, не говоря уже о моём… — слова Аргалора застряли у него в глотке, когда золотая молния в мгновение ока преодолела между ними разрыв и крепко его обняла, обвив шею Льва своей.

— Слава Олдвингу, ты жив! Я знала, что этот проклятый портал не сможет убить такого мерзавца, как ты! Скорее вся вселенная сгорит, чем такой, как ты, умрёт! Я старалась, чтобы этот портал восстановили быстрее, но тут напал Найт, и всё ещё сильнее замедлилось! А мы все думали, что ты ещё там!

Спустившиеся неподалеку древние тактично решили не прерывать ругающуюся Аргозу и неловко застывшего красного дракона.

— Ну ладно, не позорься давай, — неуютно пробурчал Аргалор, чувствующий себя явно не в своей тарелке от столь яркой привязанности Аргозы. — Ишь чего, обниматься полезла. Не думай, что я забыл о своём поместье… Ладно-ладно, я тоже рад тебя видеть, не смотри на меня так.

Аргалор наконец смягчился и тоже немного приобнял Аргозу, но потом всё же оттолкнул её, сохраняя непоколебимость.

В ту же секунду Лев почувствовал возмущение магии, и рядом из вздрогнувшего пространства вышел чуть ли не искрящийся от радости Асириус. За эту необычную телепортацию отвечала его старый дух пути, Виа, позволяющая сложить пространство между двумя точками, из-за чего один единственный шаг сокращал несколько километров.

— Никаких объятий! — сразу приказал Аргалор, хоть в его голосе можно было уловить лёгкий след юмора. — Я рад, что с тобой всё нормально, Асириус.

— Я тоже очень рад, повелитель! — широко улыбнулся усталый кобольд. — Я знал, что все эти рассказы Найта о вашей смерти были полным враньём! Мой господин не мог так умереть!

— Меня огорчает, что мой самый верный прислужник считает, что я вообще мог умереть, — хмыкнул Аргалор, и прежде чем запереживавший Асириус успел возразить, отмахнулся. — Шутка, — кажется, возможность того, что его повелитель научился самоиронии, заставила Асириуса ещё сильнее поразиться. — Куда важнее, что в моё отсутствие Найт и Цербас успели натворить. И да…

Глаза Аргалора мрачно сверкнули.

— Где там Аксилия? У меня к ней есть парочка вопросов… — Аргалор не заметил, как глаза тихо стоявшей рядом Аргозы сверкнули мрачным торжеством.

Глава 3

— Приятно видеть тебя в одном куске, вожак, — в драконьей манере поприветствовал Аргалора Таранис. За прошедшие двенадцать лет уже почти ничего не напоминало в Таранисе о веках позорного и ужасного плена. Единственное, что осталось, это опасливое желание древнего красного оставаться под крылом Аргалора, словно это гарантированно могло уберечь его от повторного кошмара. Молчаливый Гаскарий лишь кивнул, подтверждая слова товарища. — Твоё внезапное исчезновение всех нас изрядно озадачило.

— А я смотрю, пока меня не было, кое-кто отъел солидные бока! — фыркнул Аргалор, критично оглядев двух древних драконов. — Почему, когда моя корпорация переживает столь тяжелые времена, вы, два бездельника, просиживаете хвосты тут⁈

— Это был мой план, повелитель! — поспешил вмешаться Асириус, пока спор не вышел из-под контроля. — Война с Шитачи и Найтом перешла от прямых столкновений в многочисленные тайные атаки. Стальбург, как один из центров нашей промышленности, нуждался в постоянной защите, а Таранис и Гаскарий меньше всего общались с корпоративными войсками.

— И когда это произошло? — Лев кивнул на разрушенные участки города, после чего неторопливо двинулся в сторону, где ощущалась новая сокровищница. Следом за ним пошли и все остальные.

— Около полугода назад, — вдохнул кобольд. — Нам ещё повезло получить сведения от вашей сестры о подозрительных движениях войск Найта, если бы не она, то мы не успели перекинуть достаточно сил для противостояния их неожиданному удару. Но даже так город изрядно пострадал.

— Но этого всё равно не хватило, чтобы уничтожить Аргалориум? — полуутвердительно спросил Думов, на что Асириус гордо кивнул.

— Мы прислужники самого Аргалора, так что нас не так просто сломить! После этого подлого нападения вербовочные центры чуть ли не взорвались от наплыва желающих идти на войну. Наш отдел пропаганды тоже не упустил возможность и заставил многих в Империи встать на нашу сторону. Шитачи думали, что ослабят нас, однако они лишь укрепили! Но, господин, позвольте спросить, кто ваш спутник? Я чувствую от него сильную энергию.

Заданный Асириусом вопрос был поддержан сразу всеми присутствующими, ведь всем было интересно, кого Аргалор счёл достаточно достойным, чтобы привести аж из другого мира. Энергетика мужчины явно не соответствовала типичной магии Тароса.

— Это Орхан Хао, старший сын и наследник целого правителя мира в море Хаоса. Он немного поспособствовал моему путешествию сюда, и в благодарность за это он получил возможность сотрудничества между его отцом и моей корпорацией. Перед тобой же, Орхан, члены моей стаи, Аргоза, Таранис, Гаскарий и мой вернейший прислужник, Асириус.

Лев не собирался рассказывать об обучении Кошмару, ведь связь с этой стихией собиралась стать его козырем. Плюс, с каких это пор быть учеником смертного стало поводом для гордости и признания?

— Очень приятно, старшие! — Орхан решительно ударил кулаком по ладони и сделал уважительный поклон всем присутствующим. — Для меня честь познакомиться с теми, о ком старший Аргалор так хорошо говорил!

— Не преувеличивай, а то загордятся! — осадил его Лев, но без особой злости, ведь он знал, зачем Хао изъяснился именно так.

Можно было без труда увидеть, как Асириус и другие драконы взглянули на молодого мужчину куда более благосклонно. Не укрылся от Думова и изменение их отношения в связи с новым статусом Хао.

Одно дело никому неизвестный, пусть и сильный маг, и совсем другое наследник правителя другого мира. Мало того, мира, с которым их господин намерен вести общие дела!

Важным было и признание Аргалором помощи в путешествии. Ни Асириус, ни драконы не упустили этот момент. Ведь, если переводить драконий на человеческий, «немного поспособствовал» — это охренеть как помог!

— Очень приятно, молодой человек, — дружелюбно улыбнулся Асириус нервному Орхану, для которого соседство с таким количеством огромных плотоядных ящеров было в новинку. — Уверен, вы достойный представитель вашего не менее уважаемого отца. Вижу, как гостю, этот мир вам в новинку. Тогда загляните как-нибудь ко мне, я с радостью расскажу вам о парочке его тайн и смешных историй.

— Я с великой благодарностью принимаю ваше предложение… — было видно, что хоть облик и невысокий рост Асириуса и смущали Орхана, но молодой мужчина был явно тронут единственным дружелюбным «лицом» среди бесчеловечных монстров вокруг.

— Но хватит об этом! — представление быстро наскучило Аргалору, и он сменил тему. — Всё это время, начиная с того проклятого момента, как я оказался один в чужом мире, меня волновал один важный вопрос, — он нахмурился. — Исчезновение портала было слишком подозрительным, чтобы быть случайным. Во имя Олдвинга, он исчез прямо у меня перед носом! И лучше бы вам за этот год узнать, кто стоял за этим!..

— Насчёт этого… — осторожно начал Асириус, но был прерван.

— Я узнала, Аргалор, — вмешалась Аргоза, и её глаза горели ненавистью. — Я узнала, кто это был! Максимилиану Боргуру Третьему, этому жалкому смертному императору, не понравилось, что мы решили поднять его подданных из грязи к нормальной жизни! Он захотел убить тебя и сделал многое, чтобы это и впрямь случилось!

— Вот, значит, как… — сузил глаза Аргалор, стискивая клыки. — Тогда он ответит за это!

— Я знала, что ты так скажешь! — одобрительно оскалилась золотая драконица. — Поэтому я немедленно ударила по тем дворянам, что его поддерживали! Конечно, из-за этого началась гражданская война, но в таком деле надо решительно выжечь гниль огнём!

— Господин, подождите! — поспешно затараторил Асириус, стремясь предотвратить неминуемую, по его мнению, ошибку. — Есть сведения, что за этими действиями стоит не император, а его самый верный слуга, Бертрам Хойц! Если мы заставим его пожертвовать своим самым верным слугой, то больше за императором никто не пойдет, и его опасность для нас будет ничтожна! Нападение госпожи Аргозы усложнило ситуацию, но всё ещё можно исправить!

Вот только здесь был кое-кто ещё, кому подобная риторика совсем не пришлась по душе.

— Что за трусливый подход! — Аргоза даже не пыталась защитить гордость Асириуса, резко его критикуя и оскорбляя. — Это именно так ты защищаешь гордость своего господина, что так много тебе дал? Вместо того, чтобы устранять тех, кто пытается его убить, ты готов всеми силами их защищать⁈

— Госпожа Аргоза, ты не хуже меня знаешь, чем именно нам грозит выступление против Максимилиана! — глядя на решительного кобольда, Лев с удивлением отметил его переход на «ты». Кажется, за время его отсутствия его самый верный прислужник ещё сильнее вырос. — Если его ужасающий предок вернётся, то всё, чего мы достигли, будет безвозвратно разрушено! Ты не хуже меня знаешь, какой печальной репутацией обладает Кратус Безумный архимаг!

— И вновь трусость! — презрительно показала клыки драконица. — Чем больше я тебя слушаю, прислужник, тем сильнее понимаю, что ты не достоин крыльев у тебя за спиной. Воистину, драконья природа совершила ошибку, дав тебе крылья. Неудивительно, что в последнее время Аргалориум переживает не лучшие времена. С каких это пор твои собственные желания или страхи стали важнее твоего господина и его дела?

С наслаждением слушающий противостояние своих самых близких Аргалор резко насторожился, впрочем, никак этого не продемонстрировав. Ему показалось, или прямо сейчас резко завоняло… интригой?

Как показали дальнейшие слова, ему определенно не показалось.

— Ты последняя, кто может иметь наглость говорить о личных амбициях и страхах! — Аргалор широкими глазами смотрел, как от Асириуса разошлась мощная волна магии, а его личные духи положили духовные руки ему на плечи, образовав трепещущий из магии плащ. — Для меня нет ничего, что могло бы быть важнее служению моему господину! Если моя скромная жизнь будет достойна, чтобы помочь повелителю возвыситься, то я не буду думать и секунды!

— Как ты смеешь разговаривать со мной таким тоном⁈ — на мгновение ошеломлённая золотая драконица тут же пришла в ярость. — Кем ты себя возомнил, кобольд⁈ Вырастил крылья и решил, что ты равен нам, драконам⁈ Так я быстро превращу все твои заблуждения и честолюбие в прах!

Восхищенно наблюдающий Аргалор с замиранием сердца наблюдал за Асириусом, гадая, как именно он ответит. Отступит ли в страхе, признав своё место, или… Как оказалось, Асириус его не разочаровал.

— Угрожаешь мне? — неприятно улыбнулся кобольд. — Думаешь, я не видел, что ты делала, пока наш господин отсутствовал? Не суди всех по той, чьей единственной любовью были сражения. Возможно, с ней твои интриги и работают, но я тебе не наивная драконица, толком не видевшая мира. Или думаешь, я буду молчать…

Больше Аргоза явно не собиралась слушать, а может, не хотела позволять слушать кому-то ещё.

Атака лапой золотой драконицы была быстрой и решительной. И хоть она не была смертельной, Асириус бы явно не остался невредим. Металлические драконы могли проигрывать цветным в силе и скорости, но лишь дурак посчитал, что они слабы.

Но Аргоза явно недооценила силу первого прислужника Аргалора. Повинуясь воле выросшего аж до среднего духа в прошлом слабенького духа пути, пространство изогнулось, и верный удар прошёл мимо.

Очевидно, готовый к чему-то подобному Асириус заранее создал искривление пространства перед собой и вовремя его активировал. Когда же беззащитная лапа Аргозы оказалась перед ним, то выскочивший из его тотемного ожерелья дух воплотился на когтистой руке кобольда и раскрыл впечатляющую пасть, готовый откусить свой кусок мяса.

Острые клыки призрачного духа врезались в искрящуюся плоть водяных угрей, вставших на защиту уже их хозяйки. Духовная плоть против насыщенной электричеством воды породила мощный взрыв пара и духовных волн.

Обменявшиеся первыми ударами бойцы уже собирались продолжить, как между ними немедленно встал мрачный Аргалор. Красному дракону ничего не надо было говорить, когда оба спорщика поняли, что если они продолжат драться, то последствия не понравятся им обоим.

— Повелитель!

— Аргалор! — Асириус и Аргоза вместе начали говорить, но злой рык Льва заставил их обоих замолчать.

— Драться передо мной вздумали⁈ Разборки решили учинить⁈ Да ещё и тогда, когда наша корпорация находит в такое непростое время! Совсем ума лишились⁈ Поверить не могу, что мне приходится разбираться со столь тупорылой ситуацией! Обоим уже за сотню лет, а ведёте себя, будто какие-то полоумные белые драконы! О чём я говорю⁈ Мой брат явно умнее вас обоих вместе взятых!

Два надувшихся спорщика были вынуждены неохотно выслушивать длинную и изобличающую речь их вожака. Два стоявших неподалеку древних дракона с интересом выслушивали красочную речь их вожака.

Им обоим было интересно, сумеет ли Аргалор унижать Аргозу с Асириусом так, чтобы ни разу не повторяться. К их сожалению, у Аргалора не получилось, но он явно приблизился к этому гордому достижению.

Но если снаружи Аргалор явно был в ярости, то внутри всё было совсем иначе.

«Какой же ты всё-таки манипулятивный ублюдок…» — тяжело вздохнула Эви. Будучи великим духом жизни и обладая практически абсолютным доступом к физическим показателям своего господина, ей не составило труда понять, что именно он на самом деле чувствует: «Ну и какой смысл во всём этом представлении?»

«Ты слишком глупа, чтобы это понять, дух!» — удовлетворенно фыркнул Аргалор: «Изначально я беспокоился, что за прошедший год без моего пригляда Аргоза с Асириусом, как два моих самых влиятельных ресурса, сумеют договориться и объединиться. В таком случае мне будет куда труднее ими управлять, ведь моя власть над ними будет не столь сокрушительной. Но, к счастью, их политика оказалась слишком различной».

Аргалор не стал говорить, что была вероятность, что показанная Асириусом и Аргозой ссора могла быть лишь представлением для него. Впрочем, вероятность такого развития событий была невелика, ведь их и его ругань на них сильно била по авторитету, на что они бы, скорее всего, не пошли.

«Ну и какой тогда в этом смысл?» — раздражённо спросила Эви: «Неужели ты считаешь, что бесконечные ссоры и склоки способствуют успешности нашего общего пути?»

«Именно так», — серьезно заявил Аргалор. И на этот раз он был полностью искренен: «Излишнее спокойствие и мир ведут исключительно к расслаблению и дальнейшему ослаблению. Сколько Империй рухнуло и великих драконов исчезло, когда они позволили себе отдохнуть на достигнутых свершениях?»

«Ты безумен». — жалостливо заметила великий дух жизни: «Абсолютный безумец. Я явно нелюбима богиней удачи, раз связалась с тобой».

«Нет, просто в отличие от многих я ясно вижу верный путь. Именно поэтому я твой господин, а ты мой верный дух!»

«Нет, это из-за того, что ты до безобразия удачливый сукин сын!» — раздраженно заметила Эви, а затем добавила после небольшой паузы: «И самый неудачливый одновременно. Иначе я решительно не могу объяснить, как ты умудряешься попадать во все эти смертельные ситуации! Молодые драконы твоего возраста, дай Мировые духи, переживают лишь одну десятую всех твоих приключений».

«Потому что они ленивые и бестолковые траты драконьей родословной». — безразлично буркнул Аргалор, уже не особо вникая в разговор, потеряв интерес.

Прямо сейчас Думова интересовал тот сложный сплав политики, интриг и взаимных отношений между Аргозой, им самим и Аксилией. Практически прямые намёки Асириуса не остались незамеченными, но пока рано об этом было судить.

Следовало получить ответ от самой виновницы ситуации. Кроме того, вопрос с Императором тоже пора было решать, и для этого нужно было иметь связь с как можно большим числом ключевых лиц корпорации.

* * *

После разрушения прошлого поместья Асириус немедленно заложил постройку нового, и туда же он перенёс и новую сокровищницу. Так как последняя представляла собой гигантскую, полностью закрытую и непробиваемую сферу, то пришлось нанять немало магов земли, чтобы они медленно перенесли её под землёй на новое место.

Новое поместье оказалось куда более убогим, чем старое, но это было понятно, ведь на его постройку было затрачено куда меньше усилий и времени. В условиях холодной войны новая атака могла прийти в любую секунду, поэтому приходилось учитывать этот момент.

В любом случае, Льва это не сильно расстроило, ведь его настоящий дом теперь располагался в Аргалор-бурге на острове Катор. За прошедший год драконий курорт не подвергся ни единому нападению, ведь даже полному безумцу были ясны последствия столь самоубийственных действий.

Осознавал это и Асириус, вот почему, видя серьёзный урон промышленным районам, он предпринял необычный шаг — перенёс часть особо дорогого и сложного производства в Аргалор-бург. Точнее, на новые, поднятые из воды земли.

Сам процесс стоил немалых денег, плюс потребовались безумные траты на фильтрацию воздуха, чтобы запах производств не испортил тонкий нюх драконов. Туда же пошли и звуковые барьеры, препятствующие распространению звуков на драконью часть города.

Но все эти затраты были полностью оправданы в разы повысившейся безопасностью таких сложных производств, как элитные протезы и сверхтонкая артефакторика, чьи труды использовались, начиная от орудий Скотта и заканчивая начинкой летающих кораблей.

Опытные инженеры и ценные ученые могли больше не беспокоиться о внезапном рейде вражеских драконов, выныривающих из облаков и обрушивающих на землю потоки драконьего огня.

Правда, не обошлось и без минусов. Из-за наличия двух технологических центров продукцию приходилось везти туда и обратно, из-за чего трансфортные расходы повысились многократно.

Но, как ни удивительно, сложившееся положение вещей всё ещё было выгодно, ведь при атаке у нападавших при всём желании не получилось бы уничтожить полную цепочку производства.

Вот почему Асириус предложил вернувшемуся Аргалору рассмотреть идею открытия по всей Империи ещё одних заводов и мануфактур, в которых бы дублировались часть производимых деталей.

Это была интересная идея, и Лев её обдумывал, пока получившая сообщение Аксилия летела обратно в Стальбург.

Тем временем было решено, что главнокомандующего Морица, главу магов Миваля Эвенвуда и адмирала флота Валора Кшаса не будут вызывать обратно, так как каждый из них находился на важном военном рубеже и их отзыв с поля боя мог бы привести к неприятным последствиям.

Чтобы провести с ними видеоконференцию, перед экспериментальным отделом Аларика Скотта была поставлена сложная задача исключить даже самый минимальный шанс прослушки.

Благо, Аларик не подвёл, и хоть такая технология и не могла использоваться повсеместно, но при особой необходимости Скотт всё-таки мог её развернуть.

Для её работы требовалось такое количество редких материалов, что, прочитав список, Аргалор чуть было не прибил Аларика на месте. Но немного отойдя, неохотно согласился.

Встреча была запланирована через две недели после возвращения Аргалора, этого времени должно было хватить, чтобы глава корпорации вошёл в курс дела.

Заняться же Аргалору было чем, ведь уже спустя неделю Аксилия всё-таки долетела до Стальбурга, и разбирательство над её ошибками официально началось.

* * *

Встречу с Аксилией было решено провести в новом тронном зале поместья. Это было мрачное место, лишённое практически каких-либо украшений. Единственное, что выделялось, это гигантское ложе-трон, построенное на небольшом возвышении. Именно там на редких белоснежных шкурах и красных подушках и возлежал Аргалор.

Кроме Льва на разбирательство были приглашены исключительно самые важные прислужники и члены стаи. Из прислужников были недовольный отвлечением от экспериментов Аларик, молчаливый и уставший Миваль, хмурый гном Тарет и держащий непроницаемое лицо Асириус с Орханом.

Драконы же включали всё тех же двух древних и Аргозу. Сиарис с Луидорой громили тылы Шитачи с Найтом, так что их сегодня не было.

Гигантские двери медленно и величественно раскрылись, и внутрь решительно вошла черная драконица. Но каждый, кто её хоть немного знал, сразу бы почувствовал исходящую от неё неуверенность.

— Аргалор, я так рада, что ты вернулся! Теперь-то нас ничто не остановит… — сразу заявила Аксилия, на что находящаяся сбоку Аргоза издала издевательский смех.

— Ты права, но наша победа будет вопреки твоим собственным действиям.

— Аргоза, тварь! И до тебя очередь дойдёт! — сразу завелась вскинувшаяся Аксилия, но Аргалор прервал их ругань.

— Аксилия, рад, что ты наконец сюда добралась, — спокойно заявил Лев, смотря на дрожащую от гнева драконицу. — Не будем терять время. Я хочу знать, что именно произошло, и в чём причина провала той единственной задачи, что была тебе поручена — по контролю орочьих племён.

— Аргалор… Я… — начала было Аксилия, но осеклась под мёртвым взглядом дракона. — Хорошо, оказалось, что все эти годы среди вождей племён тлели очаги бунта. Они очень хорошо скрывались, и я не знала о них до самого последнего момента, — начала быстро рассказывать Жаждущая крови, будто боялась, что её прямо сейчас прервут. — Но я готовилась к этому! Я выбрала несколько самых сильных племён и объединила их под своим контролём. Именно их сила должна была подавить возможный бунт!

— Но что-то пошло не так? — риторический спросил Лев, на что Аксилия бросила ненавистный взгляд на тихо улыбающуюся Аргозу.

— Да! Оказалось, что мятежные племена долгое время получали дорогое, элитное оружие и артефакты! Многие из них прямиком с заводов Аргалориума! Тайно вооружившись и приготовившись, они нанесли такой сильный удар по верным мне племенам, что те не смогли долго сопротивляться и вынуждены были бежать! Если бы я не защищала их, то они бы окончательно пали!

— Другими словами, ты полностью потеряла контроль над орками и те занялись тем, что они так любят делать, а именно грабить богатые земли Империи. — подытожил Аргалор. — Я не вижу другого вывода, что ты подвела меня, Аксилия.

— Я не виновата! — в гневе взревела черная драконица, тыкая пальцем в Аргозу. — Я обвиняю эту суку в том, что она меня подставила. По любому, это она переплавляла оружие мятежникам! Это она стоит за всем случившимся! Кровь тех племён на её лапах!

— Ох, для таких серьезных обвинений должны быть существенные доказательства, — деланно удивился Аргоза. — Насколько я знаю, у тех орков оказалось оружие не только Аргалориума, но и других корпораций.

— Но нашего было большинство! — не сдаваясь, ревела Аксилия, но зал был пугающе молчалив. Лишь Асириус бросил на Аргозу многозначительный взгляд.

— Так причём здесь я? — переспросила Аргоза. — Очевидно, из-за твоей некомпетентности орки сумели построить очень доверительные отношения с имперскими контрабандистами. И ты до последнего так ничего и не заметила. Почему ты продолжаешь обвинять меня, когда вся вина лежит исключительно на тебе?

— Ты… ты… — от душащей её ярости Аксилия потеряла дар речи, однако прежде чем она успела совершить глупость, ледяной голос Аргалора заставил её замереть.

— Аксилия Жаждущая крови. Как я сказал ранее, тебе была поручена одна единственная задача — контролировать орочьи племена. Я никак тебя не ограничивал в способах достижения этой задачи. Ты могла уничтожать неугодные тебе племена, построить гору из черепов тех орков, которым ты не доверяла. Вместо этого ты решила, что раса, известная своими грабежами и неповиновением, успокоится и ты сможешь легко ею управлять.

— Но она меня подставила! За всем этим явно стояла она!.. — попыталась оправдаться Жаждущая крови, но в глазах Аргалора она не увидела ничего кроме безжалостного холода.

— Ты продолжаешь говорить, что Аргоза виновата в твоих бедах. При этом ты не привела ни единого доказательства своих слов. Но допустим, что ты права. Что мешало тебе создать среди орков достаточно шпионов, чтобы подобные сделки немедленно стали тебе известны? Чтобы набрать столько оружия, мятежникам пришлось делать это не один месяц или даже год. Благодаря твоей некомпетентности у них была возможность совершить мятеж, и ты ничего не сделала, чтобы это предотвратить.

— Но я не знала, как это сделать! Я никогда не командовала таким количеством смертных! — хоть слова Аргалора и резали подобно стали, Аксилия отказывалась сдаваться, хоть и не находила подходящих слов для оправдания.

— Это правда, — легко согласился Аргалор, но сразу растоптал надежду Жаждущей крови, прежде чем та успела окрепнуть. — Но разве я мешал тебе спрашивать у меня или у остальных совета? Тот же Миваль знает об агентурной работе столько, что даже я могу прислушаться к его словам. Почему ты не делала этого? Из-за гордости? Как ты теперь видишь, гордость оправданна, если её есть чем подкрепить.

Аксилия молчала, как молчал и весь зал.

Знал ли Аргалор изначально о возможных проблемах Жаждущей крови? Правильнее сказать, он подозревал, но у него и остальных прислужников было миллион других, более важных дел, чтобы отвлекаться ещё и на столь хаотичных существ, как орки.

Возможно, данная Аксилии задача была слишком тяжела для её плеч, но в то же время, если бы доверие Аргалора оправдалось, Жаждущая крови получила бы такой политический потенциал, о котором другие могли бы только и мечтать.

В этой жизни ничего не приходит просто так, и Жаждущая крови должна была это понять на столь неприятному примере.

Лев не был воспитателем, готовым уберегать других от совершения ошибок и вытирать им сопли. Тем не менее он был тем, кто готов был дать им возможность стать лучше.

— Я рад, что ты поняла свои ошибки, — скупо подвёл черту Аргалор. — Ты ошиблась, и орочьи орды вторглись в Империю. Это данность, но случившееся отнюдь не означает, что мы не можем иметь с этим дело. На данный момент орки ударили именно по дворянским родам запада, сильно их ослабив.

Мрачные глаза Аксилии вспыхнули новым светом, однако Аргалор ещё не закончил.

— Потери нашей корпорации не так уж и велики, так как мы вовремя вывели ресурсы с тех земель. Ослабление дворянских родов и импульса продвижения орков рисует перед нами возможности, которыми мы не можем не воспользоваться. Впрочем, об этом мы поговорим через неделю. Верные тебе племена в безопасности?

— Пока да, они отошли в глубь степей. — быстро ответила Аксилия.

— Тогда пока отдыхай, ведь тебе ещё предстоит исправлять свои ошибки. — Аксилия правильно поняла скрытый в словах Аргалора смысл. Пара вожака не имеет права совершать столь тяжелые ошибки. А значит, проклятая золотая интриганка сегодня победила!

Взгляд чистой ненависти от Аксилии заставил Аргозу улыбнуться ещё счастливее. Жаждущая крови не сильно злилась на Аргалора, ведь весь её гнев сконцентрировался на сопернице.

— Разбирательство закончено. Всем покинуть зал. Кроме тебя, Аргоза. Ты останься.

Все молча ушли, ведь собравшиеся здесь разумные были занятыми людьми и нелюдьми.

— Аргалор, мне жаль, что твоё возвращение оказалось омрачено столь отвратительными событиями, — подошедшая Аргоза мягко потёрлась боком о его бок. — Но не беспокойся, я уже придумала способ, как решить эти проблемы в кратчайшие сроки!

— Вот как, — Аргалор усмехнулся, повернувшись к ней. — Приятно видеть, что среди моей стаи всё ещё есть компетентные разумные…

Расслабившаяся от теплых слов Аргалора Аргоза явно не ожидала метнувшейся вперёд красной лапы, крепко сжавшей её за горло!

— Аргалор, что-кха-кха-кха! — попытавшаяся воскликнуть Аргоза подавилась криком и замолчала от враз пережатого горла.

— Тише-тише, не нужно кричать, мы же не хотим лишнего внимания, — улыбка нависшего над ней Убийцы Бароса была поистине ужасающей. — Ты же не думала, что после всех этих подсказок и недомолвок я и впрямь не пойму, чья именно золотая лапа торчит из всех щелей?

Аргалор ослабил хватку и дал Аргозе вздохнуть.

— И знаешь, моя дорогая, я не так уж сильно на тебя и зол. Да, твои действия, теоретически, можно рассматривать как предательство. Однако ты заблаговременно позаботилась, чтобы вторжение орков причинило Аргалориуму как можно меньше вреда. Как умно с твоей стороны. Плюс, случившееся с Аксилией заставит её поумнеть и стать ещё более опасной. Опять же, я полностью «за».

Лапа Аргалора с силой приблизила морду Аргозы к его собственной.

— Но я хочу предупредить тебя, моя дорогая, что если ты хотя бы мгновение решишь попробовать провернуть подобный фокус со мной самим, то ты очень сильно пожалеешь. Ты меня понимаешь?

Молчание Аргозы было красноречивей любых слов. Удерживая золотую драконицу за шею, Аргалор наслаждался каждой секундой этой сцены.

Естественно, Аргоза могла вырваться в любую секунду. Может быть, её сил не хватило бы, чтобы победить Льва, но она бы дала более чем достойный бой.

Но она покорно висела в её хватке, ведь если бы она дернулась, то все те интриги и планы были бы совершенно зря. Она это знала и он это знал, поэтому, сцепив клыки, Аргоза вынуждена была терпеть.

И о, как же восхитительно было это чувство беспомощной злости золотой драконицы для Аргалора. Причём Лев знал, что Аргоза потом обязательно отомстит, но это будут проблемы будущего Думова. Сейчас же он собирался вкушать каждое мгновение.

— Я могу тебя поздравить, моя дорогая, — Аргалор, всё ещё удерживая Аргозу лапой, обвил её шею своей, прошептав. — Сегодня ты победила и стала моим партнёром.

От этих слов в глазах Аргозы вспыхнула, подобно беспощадному солнцу, смесь злости, торжества и безудержного, хищного голода.

Повинуясь воле Аргалора, прорвавшиеся в реальный мир духи звука сделали так, чтобы тронный зал оказался полностью изолирован от всего остального поместья.

Отношения драконов часто основываются на огне, выгоде и крови, и чем больше последней, тем крепче подобные союзы.

В этот раз крови оказалось более чем достаточно.

Глава 4

Когда растрёпанные и окровавленные Аргалор с Аргозой покинули поместье, то лишь глухой и слепой не понял бы, в чём дело.

Да, духи сумели не допустить звукового сопровождения встречи двух драконов, но вибрация от их интенсивного «диалога» никуда не делась, из-за чего всё поместье, даже несмотря на укрепляющие руны, держалось на одном лишь честном слове.

Кроме того, как говорилось ранее, внешний вид Аргалора и Аргозы не обошёлся без видимых последствий. Глубокие раны, следы рваных укусов и обломки чешуек усеивали их тела, создавая ощущение чудовищной по своей ожесточённости битвы.

Вот только печальный образ портили два сияющих и очень довольных оскала, намертво запечатлевшихся на мордах красного и золотой драконов. И это выражение держалось аж несколько дней, даже когда регенерация уже исправила их поверхностные раны.

В тот день, когда Аксилия впервые увидела сияющих Аргозу и Аргалора, то её гневу не было предела. Причём, чёрная драконица особо даже не винила Аргалора, ведь в её глазах он воспринимался лишь как особое сокровище, которое у неё нагло отняли!

Аксилия уже удобно забыла, как когда-то она сама воспользовалась представившейся возможностью, когда Аргоза поругалась с Аргалором.

И хоть Жаждущая крови ничего не сказала, но каждому было ясно, что это отнюдь не конец.

Не упустил случившееся и Асириус. Столь резкое сближение его господина с золотой драконицей ему не пришлось по душе, но он знал лучше, чем пытаться влезть в отношения своего повелителя.

Случившаяся ранее по прибытию Аргалора ссора с Аргозой произошла из-за того, что с исчезновением Убийцы Бароса Аргоза начала плотно собирать власть в свои лапы. Асириус же, как тот, кто строил корпорацию с нуля, отнюдь не был уверен, что высокомерная драконица сумеет стать благом для компании.

И если в прошлом кобольд мог лишь сдаться и в бессилии смотреть, как творение всей его жизни забирает кто-то другой, то, миновав столетний возраст, Асириус уже не был тем маленьким кобольдом, что познакомился с Аргалором в пещере Сарианы.

За эти годы Асириус методично разбирался в магии, сражался в корпоративных войнах, командовал армиями и вёл политику, затрагивающую интересы не просто стран, а целых континентов.

В самом начале пути у Асириуса было всего пара духов — Виа, малый дух пути, и Урт, малый дух удачи. Теперь же Виа превратился в сильного среднего духа, позволяющего искривлять пространство, превращая драку с Асириусом в то ещё испытание и головоломку.

Урт же и вовсе и прорвался на тот же уровень, что и дух огня Аргалора, Игнис, став большим элементалем удачи. И хоть из-за своей мистической природы он не был прямым атакующим типом духов, это отнюдь не значило, что он был слаб и бесполезен.

Контролируя вероятности и чувствуя линии судьбы, Урт раскинул масштабные сети, управляя и корректируя события вокруг своего призывателя и его господина.

Благодаря Урту любые наёмные убийцы, отравители и подрывники могли лишь горестно посыпать голову пеплом, ведь неожиданно поймать Асириуса было практически невозможно.

А ведь эти два старых духа были отнюдь не единственными в «руке» умного кобольда.

Вот почему, когда между Аргозой и Асириусом произошёл конфликт, кобольд храбро отказался отступать.

Единственное, что не позволило ситуации окончательно взорваться, это отказ Асириуса нападать на интересы Аргозы. Пока золотая драконица не трогала главного прислужника Аргалора, тот не трогал её саму.

Впрочем, любой, кто давно варился в политике Аргалориума, знал, что это лишь затишье перед бурей. И кто знает, на чью сторону встанет Аргалор, Убийца Бароса? Из-за безжалостного характера Аргалора никто не мог предсказать его дальнейшие действия.

Всю эту ситуацию нашла невероятно разочаровывающей Эви, что она прямо и выразила.

'Эй, Аргалор, может быть, я поняла твою безумную логику с Асириусом и Аргозой, но почему ты просто не возьмёшь обеих дракониц в свои партнёры? Ты же дракон, а значит должен желать сразу всё!

Посетивший в этот день одну из своих сокровищниц в Стальбурге Аргалор лишь закатил глаза, лёжа на холмике из золотых монет.

«Ни черта ты тогда не поняла!» — презрительно фыркнул он, но благодаря хорошему настроению от окружающих его богатств, решил немного поиграть с Великим духом: «Скажи, много ли ты знаешь драконов, у которых есть гаремы из других драконов или дракониц?»

Эви нахмурилась, шерстя память. Благодаря постоянному нахождению рядом с Аргалором, в её памяти откладывалось много ценной информации.

«Так сразу на ум и не приходит. Может быть… Олдвинг?»

«Олдвинг Великий — тебе, как „не-дракону“, не позволено называть его так небрежно. И как ты думаешь, почему Олдвинг сумел завести гарем, в то время как бесчисленное количество других сильных драконов оставили эту идею в стороне?»

«Потому что он был очень сильным… Ладно, я поняла. Хватит этого заумного тона. Когда ты так говоришь, то раздражаешь лишь ещё сильнее!» — Эви была явно не в восторге, однако Аргалор лишь покачал головой.

«Поправка, надо быть не просто сильным. Те же титанические драконы достаточно сильны, чтобы создавать гаремы. Но проблема в том, что если два дракона или драконицы станут частью гарема, то они обязательно попытаются друг друга убить, так как станут равны. Если же у них не получится сделать это прямо, то они начнут привлекать родственников, посторонних и просто всех, до кого дотянутся. Олдвинг мог позволить себе гарем лишь по той простой причине, что его сила, в буквальном смысле, позволяла ему сражаться со всем миром».

Эви замолчала под весом чужих слов.

«Как ты можешь догадаться, если я сделаю что-то подобное, то на выходе получу один или несколько трупов дорогих мне разумных».

«А разве и так не получишь?» — не согласилась Эви: «Судя по глазам Аксилии, она день ото дня думает, как прикончить Аргозу!»

«Ты не понимаешь нас, драконов», — насмешливо хмыкнул Лев: «Да, любая из них может попытаться убить другую, но из-за созданных мной условий им теперь мало просто убить соперницу. Наоборот, они хотят занять место моей пары и сколько угодно долго смотреть, как соперница бессильно скалит на неё клыки снизу. Как можно ощутить чувство победы и торжества, если твой враг уже мёртв и ничего не чувствует?»

«Опять твои интриги…»

«Не просто интриги!» — нравоучительно поднял коготь Аргалор: «Состязаясь друг с другом за место подле меня, каждая из них ни на мгновение не перестанет учиться и развиваться. И это очень важно! Знаешь ли ты, сколько амбициозных драконов в какой-то момент заленились и превратились в серую массу? Я тебе скажу, очень много! И я не позволю никому из своих ближних прислужников, членов стаи или родственников быть посредственностями!»

«Если так подумать, быть связанным с тобой — это настоящее проклятье». — едко заметила Эви, на что Лев лишь безразлично пожал плечами, заставив золотые монетки весело катиться по полу.

«Смертные и бессмертные, даже драконы, зачастую не видят того, что для них хорошо», — высокомерие Аргалора оставило Эви онемевшей: «Так что я вынужден прикладывать усилия, чтобы остальные хоть как-то соответствовали моему величию. Это тяжёлый труд, но я уже смирился, что мне придётся нести эту ношу».

«…»

* * *

Тем временем, пока основные участники заканчивали свои дела и устремлялись к Стальбургу, у Аргалора было время долететь до Аргалор-бурга.

Хоть Лев и гордо заявлял, что титаническим драконам плевать на столь мелкие неприятности, как ядерные боеприпасы, он всё же собирался упомянуть о случившемся прадедушке Ульдраду Воителю.

Обожавший кулинарию красный титанический дракон с огромным энтузиазмом погрузился в развитие и строительство своего образцового драконьего ресторана.

Благодаря связям, деньгам и собственным силам, ресторан «Идеальный вкус» поднимался в небо на внушительные двести двадцать метров. Его огромные проходы, высоченные потолки и укреплённые перекрытия позволяли свободно гулять и расслабляться даже другим титаническим драконам, не говоря уже о куда более мелких древних и остальных.

Слава «Идеального вкуса» быстро распространилась не только по Таросу, но даже за его пределы. Льву как-то доложили, что один раз детище Ульдрада посетил даже сам легендарный Карадос Жнец великанов, чей размер был даже больше самого Воителя.

И хоть Жнец великанов был не особо разговорчив и мрачен, он тем не менее заплатил за трапезу и тем самым породил целое паломничество могущественных существ и разумных в Аргалор-бург.

Единственным требованием Ульдрада было отсутствие великанов и чистокровных демонов, то «Идеальный вкус» посещали самые различные личности, чья идентичность должна была остаться в секрете.

Так что не было ничего удивительного в картине того, как за одним столом рвут мясо пахнущие серой и злом рогатые фигуры, в то время как в другой стороне зала крылатые белоснежные посетители грациозно наслаждаются своим салатом.

Будучи формальным владельцем города и видя увлеченность прадеда, Думов предпочитал никак не лезть к Ульдраду, чтобы нечаянно не испортить тот плотный поток золота и артефактов, что он генерировал.

Однако сейчас ситуация была иной.

Аргалор решительно подлетал к ресторану, когда ему навстречу немедленно вылетели три цветных взрослых дракона. Будучи детьми связанных с Ульдрадом древних повелителей неба, их сплавили отцы и деды, чтобы те по мере сил помогали их могущественному предку и учились у него.

Прямо сейчас они играли роль швейцаров-охранников, вежливо приветствующих и провожающих гостей внутрь ресторана. Кто как не титанический дракон мог сделать из своих потомков драконов привратников?

В тот момент, как трое драконов признали Аргалора, их движения немедленно изменились. Может быть, в глубине души они питали к Аргалору зависть или даже злость, но всем прямым потомкам Ульдрада было известно, кто самый любимый правнук Воителя.

— Добро пожаловать, уважаемый. — приветливо улыбнулся самый старший из драконов. — Мне доложить на кухню, чтобы вам приготовили, как обычно?

— Нет, я хочу встретиться с прадедом, — отстраненно сказал Лев, и трое драконов вновь испытали невыносимое чувство зависти.

Даже их отцы и деды не могли с такой лёгкостью пожелать встретиться с Ульдрадом, а этот сопляк, что был моложе даже их самих, так беззастенчиво говорил о подобном!

Вот только их негодование так и осталось внутри них, ведь если бы они посмели высказаться, то их бы прибили свои же родственники!

— О, достойный Аргалор, уверен, высокочтимый Ульдрад Воитель будет очень рад вас видеть!

Аргалор никак не прокомментировал заискивающие слова этих трёх драконов и просто полетел вперёд, вынуждая остальных выстроиться позади, подобно его свите.

Сам Думов выбрал самый главный и крупный вход, двери которого, управляемые магией, немедленно начали открываться.

Лев уже собирался войти, как по его загривку прошло ледяное ощущение, и Аргалор нос к носу столкнулся с тем, с кем он совершенно не хотел видеться в ближайшую пару тысяч лет.

Выходящий из ресторана Казрекс Белый апокалипсис, титанический дракон, с которым у Льва не так давно была короткая встреча, с искренним любопытством опустил голову и посмотрел на застывшего перед ним Аргалора.

— Надо же, какая встреча, — губы Казрекса растянулись в веселой, но для Думова чрезвычайно ужасающей улыбке. — А я как раз обсуждал тебя с Ульдрадом. Кто же знал, что ты решишь поприветствовать меня вновь?

Почувствовавший предательскую слабость в задних лапах Аргалор решительно проклял свою удачу и тех ублюдков в администрации города, что заверили его в отсутствии этой апокалиптической катастрофы!

И в отличие от прошлого раза, у Аргалора не было под лапой мощной бомбы и портала в другой мир!

Глава 5

Неловкая атмосфера мгновенно была учуяна тремя сопровождающими Аргалора драконами. Хоть они не совсем понимали, как владелец города умудрился обидеть стоявшего перед ними белого титанического дракона, но одно было предельно ясно — они предпочли не ввязываться в этот беспорядок.

Лев мог лишь молча проклясть этих трусливых потомков виверн, пока те рассасывались в стороны, на что они, если бы могли, гордо возразили, что гордость это одно, а драться с титаническим драконом — совсем другое!

В конце концов, если бы драконы были исключительно гордыми существами, отказывающимися сдаваться даже перед подавляющей силой, то как бы появилась драконья Империя Олдвинга Великого?

Казрекс резко потянулся, разминая крылья, и Аргалор еле удержал своё тело от того, чтобы вздрогнуть. Нервы Льва были натянуты до предела, и они жаждали действовать — бежать, драться, что угодно, главное, не стоять подобно корове на бойне. Но проблема была в том, что ничего бы из этого не помогло.

Когда разрыв в силе столь сокрушителен, не важно, что ты пытаешься сделать, результат всё равно будет тот же самый. Единственное, чего ты достигнешь, это увеличишь количество унижений перед смертью.

— Признаться честно, по моей чешуе давно не проходил ядерный огонь, — душевно продолжил Казрекс, предаваясь воспоминаниям. — Если на меня кто-то нападал, то или это делали полные слабаки и недоумки, не знающие, кто я такой, или сражений не было вовсе, как раз потому, что они знали, кто я такой. Но ты…

Казрекс с улыбкой покачал головой и приблизился к Аргалору, который отказался сделать шаг назад и упорно продолжал смотреть на надвигающуюся на него смерть.

— Ты явно отличался от первых, но в то же время отлично представлял, что делаешь и зачем. И вот ты стоишь прямо передо мной. Перед титаническим драконом, на которого ты напал первым. Тебе есть что сказать?

Повисло тяжелое молчание, пока греющая уши троица драконов в отдалении и немногочисленные слуги и зрители затаили дыхание в ожидании развязки сцены.

— Кажется, после полировки ядерным огнём ваша чешуя стала блестеть ещё ярче, уважаемый Казрекс Белый апокалипсис, — с ледяной уверенностью выдал Аргалор, смотря прямо в удивленные глаза титанического дракона. — Уверен, мастера этого курорта сумеют закончить мою работу, заставив остальных титанических драконов почувствовать зависть.

Зрители разом лишились дара речи, пытаясь обработать наглость услышанного только что. Осмелиться сказать что-то подобное титаническому дракону — насколько был безумен этот красный наглец⁈

В ответ от Казрекса пришёл искренний взрыв смеха. От его хохота ощутимо начала подрагивать земля, а вспышки магической ауры вызывали в духовном мире и прочих ближайших энергетических планах беспорядочные вихри.

— Ха-ха-ха, а ты мне нравишься, малыш. Такой непоседливый, бесстрашный и шебутной. Теперь я начинаю понимать, как именно ты умудрился всё это построить за такой короткий промежуток времени. Подумать только, всего этого не было всего лишь сто лет назад! Но знаешь, мне не даёт покоя один вопрос…

Казрекс опустил голову ещё ниже, и между мордой Аргалора и им самим осталось всего несколько метров, что, учитывая их размеры, было практически ничем. Его голос не стал громче или тише, наоборот, он звучал слишком обыденно, и от этого становилось намного страшнее.

— Ты же понимаешь, что я прямо сейчас могу тебя убить? Даже более, захоти я, то разрушить это место было бы ещё проще. Да, на меня бы обязательно обиделись бы многие, а твой прадед и вовсе бы захотел мне отомстить, но дай мне пару-другую сотен лет, и я уверен, что наша дружба с Ульдрадом восстановится не хуже прежней. Так скажи мне, малыш, где ты находишь храбрость стоять передо мной и при этом шутить. И учти, если мне не понравится твой ответ, то опять же, мне придётся тебя убить.

Казрекс возмущенно помахал лапой, словно отгоняя одному ему видимых мух.

— Нет, не подумай, что меня оскорбляет ложь или подобная мелочь, просто, сам понимаешь, у меня есть репутация, и мне приходится её поддерживать. Итак, зная ставки, тебе есть что мне сказать?

«Конечно, мне есть что сказать, сумасшедшая ты апокалиптическая ящерица! Вот только если я и впрямь это скажу, то, боюсь, появись тут сам Олдвинг во всей своей силе, он не успеет меня спасти!» — мысленно бушевал Аргалор, невольно подвергая сомнению весь свой путь: «Нет никаких сомнений, меня определенно прокляли! И хоть драконье тело и ауру практически невозможно проклясть, это определенно проклятье! Слишком часто я оказываюсь в разного рода задницах, чтобы это оказалось обычной случайностью!»

Память Аргалора услужливо подбросила Думову двух самых вероятных виновников всех этих «случайностей». Первой оказалась давно не появляющаяся богиня удачи Хемина. И хоть Лев давно её не видел, он ни на секунду не поверил, что она забыла о нём!

Вторым же любителем поиграть с Судьбой и вероятностями оказался его самый доверенный прислужник, Асириус, а точнее, его подозрительно быстро растущий дух Удачи Урт. Даже самому Аргалору потребовались десятилетия, чтобы выкормить Игниса до большого духа огня, а ведь Аргалор огненный дракон, чья магия настолько переполнена огнём, что с ним сравниться может лишь чистый дух огня!

Так каким же образом Урт умудрился так быстро вырасти, если учесть его нестандартную природу?

Духи Удачи, Судьбы, Космоса, Пространства и столь же сложных и таинственных стихий или мировых сил были далеко не тем, что мог освоить какой-нибудь случайный прохожий.

Однако сокрушения о своей ненормальной удаче и поиск возможных виновников отнюдь не отменяли необходимости как можно скорее дать ответ.

И хоть Аргалор мог попытаться поиграть в дипломатию или и вовсе показать смирение и унизиться, подобный путь яростно раздражал его собственную суть.

Какой вообще был смысл в достижениях, схватках не на жизнь, а на смерть, путешествиях по другим мирам и манипулирования судьбами сильных, если он вынужден поджать хвост в своём же собственном доме?

В этой жизни Аргалору несколько раз приходилось смирять свою гордость и идти на поводу у сильных, но даже в этом случае он старался сохранить своё положение. И он не собирался начинать «прогибаться» и сейчас!

— Где я нахожу храбрость? С чего я решил, что, взорвав тебя, я останусь в безопасности? — с растущей мрачной ухмылкой спросил Аргалор, чувствуя, как стягивающие его грудь обручи ужаса медленно отступают. Он принял решение, а дальше будь что будет. — Потому что я понял, что если я этого не сделаю, то буду сожалеть о подобном всю оставшуюся жизнь.

Аргалор гордо поднял голову, без страха смотря на титанического дракона.

— Да, подорвать тебя ядерной бомбой, возможно, было самым глупым решением в моей жизни, но, проклятье, если я каким-то образом выживу, это сделает меня самым невероятным молодым драконом во всей этой чертовой вселенной! Мне нет ещё и ста лет, но я могу связаться с титаническим драконом и выжить! Одна эта мысль делает всё происходящее достойным любых затрат!

Врал ли Аргалор? Ничуть. Его драконья гордость буквально сходила с ума от настолько абсурдного достижения. Убить Бароса Мучителя? Невероятно сложная победа, которой стоит гордиться. Взорвать титанического дракона, а затем выжить? Ха, кто ещё может похвастаться подобным?

Другое дело, что наличие драконьей гордости не отменяла гибкой человеческой хитрости, тихо скрывающейся за завесой. И эта самая хитрость поставила на то, что постоянно ищущий что-то интересное и необычное проживший тысячи, если не десятки тысяч лет, титанический дракон обязательно заинтересуется подобной аномалии.

Аргалор сыграл в азартную игру и…

— Какая жалость… — Казрекс печально покачал головой. — Но ничего не поделаешь, мир слишком жесток…

От слов Белого апокалипсиса анус Аргалора так сжался, что в прямом смысле смог бы перекусить стальной прут.

— Какая жалость, что этот ублюдок Ульдрад получил такого правнука! Что делают мои собственные бесполезные потомки⁈ — громко возмутился Казрекс, сокрушенно качая головой. — Какой сегодня хороший день. Давно я не видел чего-то столь прекрасного, как столь яркая драконья гордость.

Слова Казрекса заставили Льва немного расслабиться, но всё же не до конца. Кому как не ему знать, насколько непостоянными могут быть титанические драконы. Казрекс вполне мог сыграть в представленние, чтобы дальнейшее отчаяние Аргалора было ещё слаще и дало бы ему массу приятных новых впечатлений.

К счастью, сегодня Судьба не собиралась забирать жизнь одного невероятно сумасшедшего красного дракона. Осознавшие тот же факт зрители шумно выдохнули, не в силах поверить в увиденную ими сцену.

Очень скоро слухи и рассказы о случившемся здесь разойдутся в каждый уголок Тароса, а затем перекинутся и в остальные миры, неся и укрепляя легенду Аргалора Безудержного. Молодого дракона достаточно смелого, амбициозного и безумного, чтобы бросить вызов титаническому дракону и остаться жить, чтобы говорить об этом.

Впрочем, кроме «безудержного», среди некоторых драконов изредка мелькало и другое прозвище: «Аргалор Безумный». Правда, на тот момент оно всё ещё не набрало большой поддержки.

Но когда Аргалор уже праздновал свою свободу, дальнейшие слова Казрекса вдребезги разрушили эту иллюзию.

— Но хватит о всяких мелочах. Ты же не думал, что я заглянул на Тароса исключительно, чтобы пообщаться с Ульдрадом? — легкомысленно сказал Казрекс.

— Тогда для того, чтобы найти меня? — осторожно предположил Аргалор. У него было стойкое ощущение, что все «талоны» на смелые безумства он уже потратил, и дальше искушать судьбу не стоит.

— Это да, но, главное, зачем, а? — Белый апокалипсис заговорщически ухмыльнулся. — Мы с тобой ещё бы встретились, но отнюдь не так скоро. Однако вмешалась третья сторона. И эта самая сторона была так впечатлена твоими достижениями в мире Тысячи путей, что она буквально завалила всех вопросами о том, кто же ты и чем знаменит.

С каждым словом Казрекса у Аргалора крепло нехорошее подозрение, и дальнейшие слова белого дракона отнюдь не облегчили их.

— Изначально она желала, чтобы тебя привели к ней, но стоило ей узнать о существовании Аргалор-бурга, то она немедленно изъявила желание сюда приехать. А так как она дочь одной из моих внучек, то я решил проследить, чтобы с ней ничего не случилось, а то Раганрод никогда бы от меня не отстал.

— И она? — устало спросил Лев, уже зная ответ.

— Конечно же, любимая дочь Раганрода Жадного, Фелендрис Богатая! Так что раз уж я тебя так удачно встретил, то ничто не будет мешать вашей скорой встрече! Эта малышка недавно нашла себе новую игрушку, но кто знает, может ты окажешься интереснее?

«…» — цензурных слов Аргалор не смог найти даже в своих мыслях.

* * *

Фелендрис, естественно, изволила пребывать в самых дорогих и роскошных песчаных бассейнах Аргалор-бурга. В этом месте специальные артефакты заставляли песок двигаться с огромной скоростью, шлифуя и полируя чешую синих драконов.

Выбранный Фелендрис бассейн имел даже больше функций, позволяя выбрать скорость движения песка или включить различные виды вибраций, действуя подобно гигантскому массажеру.

На удивление, дочь Раганрода честно оплатила процедуру, использовав самый полный пакет, включающий в себя танцоров, музыкантов, светомузыку, магов-иллюзионистов и ломящиеся столы от самых дорогих и редких деликатесов, которые только смог найти и заказать Аргалор-бург.

Бассейн находился внутри многоэтажного пирамидального строения, где каждый следующий этаж предлагал всё более дорогие и эксклюзивные услуги. Фелендрис, естественно, находилась у самой вершины.

И когда Аргалор впервые увидел Фелендрис, он наконец понял, откуда взялось её прозвище.

Сама синяя драконица была сравнительно невелика для своих двухсот лет и значительного положения, возвышаясь всего на семь с половиной метров. Учитывая тот факт, что Аргалор уже почти достиг семи в чуть меньше ста, она не очень впечатляла.

Но совсем иной разговор касался её украшений, чьё золото и бриллианты тут же привлекли внимание Аргалора. Каждая из лап драконицы несла на себе сложный защитный артефакт, чья стоимость угрожающе приближалась к стоимости некоторых небольших миров. На груди у неё была закреплена золотая артефактная пластина столь впечатляющего размера, что больше походила на нагрудник.

Украшенные безумно дорогими огромными драгоценными камнями, эти артефакты несли в себе и мощную защитную силу. Конечно, против титанического дракона они, в лучшем случае, сумели бы продержаться несколько секунд, но против древних? Фелендрис могла спокойно ходить сквозь бурю из вражеской магии и выйти абсолютно здоровой.

Мало того, каждый из этих артефактов представлял собой вершину магоартефакторики, имея функции подстраивания под размер и изменения формы таким образом, чтобы владелец даже не чувствовал их присутствия.

Фелендрис в этот момент заставила песок в бассейне опуститься максимально низко, касаясь лишь низа её лап, брюха и хвоста. В тот момент, когда Аргалор с Казрексом вошли внутрь, внимание Льва немедленно сосредоточилось на втором драконе, что бережно кормил разлёгшуюся Фелендрис с лап.

«Будь я проклят!» — мысленно ахнул Аргалор, широко раскрыв глаза: «Это же Цербас! Поверить не могу, что он умудрился подкатить к дочке Раганрода! Вот, оказывается, кто тот таинственный фаворит!»

У Думова буквально чесался язык поприветствовать Цербаса, но прямо сейчас лучше было игнорировать черного дракона.

Услышав вошедших, Цербас повернулся, и на сердце Аргалора ощутимо потеплело от хлынувшей из глаз черного дракона ненависти и унижения.

Нетрудно было угадать, что Цербас явно представлял у себя в голове совсем иную встречу со своим старым врагом. Вероятно, это было похоже на лежащего в луже крови бессильного Аргалора, в то время как Призрак разложения с улыбкой наблюдает, как горит Аргалориум.

Но вместо этого мерзкий Аргалор пришел тогда, когда Цербас вынужден прислуживать взбалмошной дочке одного могущественного титанического дракона!

Какое унижение!

Самое же ужасное, что Цербас даже не мог прерваться, ведь команды остановиться не было.

В этот самый момент Цербас пожалел, что не умер от наёмных убийц Аргалориума. В таком случае ему бы не пришлось сгорать от стыда в этом ужасном месте!

— Приветствую тебя, Фелендрис Богатая, в Аргалор-бурге, лучшем городе-курорте драконов для драконов, — с дружелюбной улыбкой заговорил Аргалор. Ему было плевать на эту богатую драконицу, но она была дочерью Раганрода, а Лев не хотел ещё больше переходить дорогу столь ужасающему существу. Тем не менее Аргалор не сумел заставить себя обратиться к ней на «вы». — Мой город и слуги будут счастливы исполнить каждое твоё желание. Надеюсь, твоё пребывание здесь оставит исключительно положительные впечатления, чтобы в дальнейшем ты стала нашим постоянным клиентом.

Наслаждающаяся закусками Цербаса Фелендрис лениво приоткрыла глаза и окинула Аргалора апатичным взором, в котором в какой-то момент вспыхнул небольшой интерес.

— Ах, это и есть тот легендарный дракон, что осмелился бросить вызов компании моего отца и даже взорвал в одном из его «ульев» бомбу? Впечатляет, он довольно красив и мужественен. Дедушка, — она обратилась к готовому насладиться зрелищем, стоявшему в стороне Казрексу. Белый дракон прилёг на плитку возле бассейна, не желая пропустить ни секунды будущего представления. — Я решила, мне он нравится, так что возьмём его с собой. Красный и чёрный, я думаю, это будет неплохо смотреться вместе у меня дома.

Радушная улыбка Аргалора ощутимо дала трещину.

Глава 6

Аргалор с силой стиснул зубы от кипящей под его кожей нарастающей ярости. Весь этот самодовольный, горделивый вид Фелендрис будил у Аргалора далеко не самые лучшие воспоминания.

Прожив целую жизнь на Земле, чего Лев добился? Да, за целых пятьдесят лет он сумел заработать себе на квартиру. Но ценой чего? Ни детей, ни семьи или существенных достижений — лишь прожитая впустую жизнь, доверху наполненная чужими страданиями и разрушенными жизнями.

Особо же это хорошо чувствовалось на фоне тех богатых ублюдков, чьи отцы в своё время хорошенько так «хапнули» наследия рушащейся страны. Видя рассекающих на дорогих тачках сопляков, вполовину моложе его самого, душа Думова корчилась от душащей её ненависти и зависти.

Но что он мог сделать? Бывший коллектор, чудом сумевший пробраться в более-менее неплохую должность в банке? Такие, как он, должны были счастливо улыбаться настоящим победителям по жизни и тщательно скрывать свои истинные мысли.

Новый мир унёс эти отвратительные воспоминания. Лев стал Аргалором, взяв свою судьбу в свои же собственные руки. Да, в этой вселенной были силы несоизмеримо более могущественные, чем Аргалор, но кто сказал, что рано или поздно он не дорастёт до их вершин?

И вот теперь Лев вновь столкнулся с кем-то, кто был сильнее его, богаче и смел угрожать сломать его собственную жизнь!

Но хоть Аргалор с удовольствием сломал бы эту наглую драконицу, позволив ей вкусить отчаяния, он должен был попытаться решить дело миром. Раганрод Жадный мог проигнорировать взрыв в одном из мелких ангаров своей Торговой компании, ведь у него их были тысячи и тысячи, но молодая дочь была одна.

— Уважаемая Фелендрис, я рад, что моя персона сумела заинтересовать кого-то вроде тебя, но я нужен не только тебе, но и другим уважаемым титаническим драконам. Без меня всё это место рухнет, а мы же не хотим до этого доводить? Кроме того, не беспокойся о тратах. Для моего города настоящая честь встречать кого-то вроде тебя, поэтому все услуги будут предоставлены для тебя абсолютно свободно и без цены! Единственное, на что мы будем надеяться, это что если тебе понравится, ты расскажешь о нас своему великому отцу…

Стоит признать, что речь Аргалора в тот момент была почти идеальной. Несмотря на терзающую его злость, он сделал всё, чтобы погасить конфликт в самой низкой точке. Как жаль, что его стараний никто не оценил.

— Поразительно, просто поразительно, — капризно скривилась Фелендрис. — Кто разрешил ему вообще со мной говорить? И даже называть меня на «ты»? Цербас, дорогуша, объясни этому глупцу его место и развей его иллюзии о том, что он имеет право со мной говорить.

Откуда-то сбоку раздался смачный хруст, когда с огромным любопытством наблюдающий за сценой Казрекс потянулся и закинул в пасть сразу нескольких зажаренных до хрустящей корочки быков.

Все медленно отвели взгляд от бесстыжего титанического дракона и сосредоточились на нынешней трагедии.

Вид Цербаса всячески демонстрировал его сложное положение. В обычное время черный дракон был бы невероятно рад возможности унизить или оскорбить своего старого врага.

Возможно, первая встреча произошла из-за глупости его и сестёр, но десятилетия конфликта выковали крепкую, как сталь, цепь вражды.

Однако у Цербаса тоже была своя гордость, и оскорблять своего соперника по приказу другой драконицы, как какая-то жалкая дворняга… Это было совсем не то, что он хотел!

Хуже того, сам Аргалор явно тоже не собирался облегчать ему задачу. Последние слова Фелендрис окончательно переломили хребет тем остаткам дипломатии, что красный дракон пытался из себя выдавить.

Теперь разум Думова окончательно отбросил всякую возможность примирения и начал подбирать планы доминирования и победы.

— Цербас — Цербас, старый мой враг, до чего же ты докатился, — Аргалор сочувствующе покачал головой. — Превратиться в верную виверну. Позволить оседлать себя, как какого-то скакуна? Неужели ради победы надо мной ты готов зайти так далеко? Настолько отбросить свою гордость ради мести — я не знаю, восхищаться этим или испытывать тошноту. Я слышал, что вы, черные драконы, самые мстительные драконы из нас всех, но видеть это вживую… Сегодня ты сумел меня удивить, враг мой.

— Аргалор… — в голосе Цербаса чувствовалась сложность. Мысленно черный дракон хотел заплакать от обиды и гнева, и закричать, что ничего из случившегося не имеет к нему никакого отношения! Просто череда нелепых случайностей привела его к этой безвыходной ситуации! — Служить Раганроду Жадному и его прекрасной дочери — это честь. Склонись перед величием или познаешь их гнев!

В этот момент обиженный на весь мир Цербас испытал ощутимое злорадство и ехидное любопытство — ему было очень интересно, как Аргалор выкарабкается из этой ситуации.

Однако к его удивлению Аргалор продолжил разговор с ним, напрочь игнорируя всё более возмущенную подобным отношением Фелендрис.

— Цербас, я признаю твою жажду мести, и так как я уважаю тебя, как своего врага, то предлагаю бросить эту глупую драконицу и продолжить наше противостояние. Со своей стороны я обещаю, что перестану отправлять наёмных убийц и ловцов. Нет нужды притворяться, что тебе по душе эта бездарная и высокомерная дура.

«Что за дерьмо исторгает твоя пасть⁈» — мысленно ревел Цербас, бросая обеспокоенный взгляд на Фелендрис: «Даже в такой ситуации ты тоже решил меня утащить вслед за собой⁈ Если тонешь, то имей совесть тонуть в одиночку!»

Однако беспокойство Цербаса оказалось напрасным, ведь Фелендрис услышала исключительно оскорбления.

— Что ты сейчас сказал, червь⁈ — ахнула задыхающаяся от злости синяя драконица. Всё её показное равнодушие лопнуло и осыпалось вниз, открывая вид на оскорбленную до глубины души Фелендрис. — Да как ты посмел! Ты вообще знаешь, кто мой отец и что он с тобой сделает⁈

Богатая резко встала, от чего песок брызнул во все стороны. Её ощутимо потряхивало от ярости.

— Ты возомнил себя равным нам⁈ Гордишься этим своим жалким городишком⁈ Тогда ты будешь наблюдать, как всё, чего ты добился и построил, будет разрушено прямо у тебя на глазах! Пепел же из твоих верных прислужников будет насыпан в твою миску у моих лап, когда я с тобой разберусь!

Очевидно, за свою двухсотлетнюю жизнь это было впервые, когда кто-то посмел настолько прямо насмехаться над её статусом и властью. В голову Фелендрис ранее не могла прийти даже мысль, что кто-то осмелится говорить с ней в таком тоне!

В её глазах весь мир был не более чем её игровой площадкой, и когда одна из фигурок посмела плюнуть ей в глаз, это разом подорвало всю её картину мира!

В этот момент примечательна и реакция Цербаса. Черный дракон искренне ненавидел Аргалора, но при всей своей ненависти он не мог не восхититься непоколебимостью принципов этого ублюдка. Как же Цербас хотел точно так же послать эту высокомерную дрянь, но он не осмеливался, ведь кроме него самого в «игре» были задействованы интересы и других игроков, вроде того же Широ Змея или Найта.

— Какие громкие слова от той, кто из себя ничего не представляет, — насмешливо протянул Аргалор, чеканя каждое слово, чтобы все они отпечатались в памяти драконицы. — Твой отец заслужил право на уважение и почитание, но ты? Бесполезная пигаска, трясущая богатством своего отца. Что ты без него?

— Жалкий негодяй! Я давала тебе шанс возвыситься и выбраться из этой ямы, чтобы увидеть большой мир! Но ты, в своём скудоумии, так и не понял этого, наплевав на мои добрые намерения! — ложь и правда извергались из пасти Фелендрис столь плотно, что она наконец-то и впрямь начала напоминать синего дракона. — Дедушка, пожалуйста, заставь заплатить этого наглеца! Ты слышал, что он сказал обо мне⁈

Все зрители вновь резко напряглись, когда Богатая использовала столь сокрушительный козырь, как прадедушку титанического дракона.

Чтобы понимать весь масштаб и абсурд ситуации, это равносильно приказу начать на Земле полномасштабную ядерную войну с использованием тысяч ядерных боеголовок из-за глупого спора двух детей. Даже хуже, ведь у Казрекса были силы не просто стереть жизнь на целой планете, а расколоть само небесное тело на куски.

Но следующие слова прадеда заставили Фелендрис потерять дар речи.

— Прости, внучка, но я не могу, — Казрекс печально развёл лапы, и на его морде появилось извиняющее выражение, что, учитывая его размер, выглядело очень сюрреалистично. — Твой оппонент тоже правнук титанического дракона, и если я вмешаюсь, то есть риск, что в ответ пострадаешь уже ты. Поэтому, как бы мне не хотелось наказать его за грязный язык, я вынужден сдерживаться.

«Твои уста лживы настолько, что даже политики Земли уважительно склонили головы!» — мысленно выразил Аргалор своё мнение о «беспомощности» титанического дракона: «Разве десяток минут назад ты не говорил мне, что пришибешь меня и через пару сотен лет помиришься с Ульдрадом⁈»

Вот только Фелендрис не было при том разговоре, так что она не могла использовать этот аргумент. Кроме того, зная своего деда, как она могла не понимать его паскудный характер? Если Казрекс что-то решил, то его никак нельзя было сдвинуть!

— Плевать! — горящие гневом серебристо белые глаза Фелендрис остановились на Аргалоре, пока она решительно двинулась прямо к нему. Защитные артефакты мерцали зловещим светом, словно намекая на исход этого поединка. — Я сама втопчу его в прах, дедушка! Я слышала, ты осмелился сражаться с древним драконом, но так его и не победил? Так сюрприз, древние драконы бессильны против меня!

— Против тебя, да? — ухмыльнулся Аргалор, пока вокруг его меняющегося под влиянием Эви тела образовывался огненный доспех и плащ. Острые лозы привычно оплетали его тело, формируя ещё один слой брони. — Или против твоего отца? Ведь, как я и сказал, без его артефактов, ты ничего из себя не представляешь!

— Умри! — бешено взревела Фелендрис, когда драконья ярость укрепила её тело, и она практически телепортировалась вплотную к Аргалору, чтобы нанести удар светящимися от электричества когтями.

Когда же Фелендрис уже торжествовала, ожидая услышать звук разрыва чужой чешуи и плоти, Аргалор плавно изогнулся, пропустив её удар буквально впритирку к своему телу, заставив пораженную драконицу пролететь мимо.

Изменённая физиология Аргалора в этот раз концентрировалась не на взрывной силе, а скорее на скорости и ловкости, позволяя красному дракону развить поистине ужасающую скорость.

Дочь Раганрода уже как сотню лет была взрослой драконицей. Её тренировали лучшие учителя и наставники, выковывая смертоносные навыки боя. За защиту же отвечали непроницаемые артефакты стоимостью в целые миры. Казалось, это должно было превратить её в грозу драконов… но этого не случилось.

Да, её сила была велика, а защита непробиваема. Однако, не желая подвергать свою дочь угрозам вселенной, Раганрод пошёл против самой сути воспитания цветных драконов.

В отличие от металлических драконов, цветные развили способность становиться сильнее от опасности в несколько раз больше. Сражайся, доминируй, побеждай, и твоя чешуя станет крепче, кости вырастут, а клыки станут острее.

Достигнув двухсот лет, рост Фелендрис был всего лишь семь с половиной метров, в то время как Аргалор почти к ста имел все семь! Даже Аксилия Жаждущая крови, будучи примерно того же возраста, в высоту достигала чуть больше семи с половиной метров, а ведь она была черным драконом, самым невысоким из всех цветных видов.

Обладая ресурсами Раганрода, Фелендрис уже давно должна была превысить восемь, а то и все девять метров. Но история не знает сослагательного наклонения.

Впрочем, рост был лишь незначительной трудностью, ведь всякому наблюдающему за боем виднелась куда большая проблема.

Рычащая от гнева Фелендрис развязала нескончаемый поток электрических и физических атак, мгновенно превративших богатую купальню в пыль. Песок, осколки камня, черепица крыши и осколки стекол — всё это разлетелось от мощных ударных волн и электрического драконьего дыхания.

Но какие бы быстрые или сильные удары Богатая не развязывала, все они пролетали мимо кружащегося и ловко уворачивающегося Аргалора. Красный дракон был подобен танцующему духу воды, ускользая от каждого удара в самую последнюю секунду, давая противнику чувство бессилия и усиливающегося гнева.

Хуже же всего была раздражающая ухмылка, не пропадающая с морды Льва ни на секунду. Он специально рисковал, давая Фелендрис надежду на попадание, но в последнюю секунду безжалостно забирая её и оставляя свою противницу в виде клоуна, танцующего под его хитрый танец.

— Дерись, трус! — в унижении ревела Фелендрис, отчаянно пытаясь попасть. — Хватит уворачиваться! Дракон ты или нет⁈ — она с самого начала отказалась от защиты, ведь её артефакты выдержали бы, но это всё равно не помогало.

Несмотря на лучших учителей и сражения с другими драконами, истинными противниками Фелендрис всегда были слабые враги. Мало того, дочь Раганрода никогда не была в настоящей, смертельной опасности.

В этом плане Аргалор был абсолютно другим. С самого детства его путь сопровождался бесконечными тренировками, войнами, сражениями с Аргозой и Луидорой. От когтей и клыков Аргалора пало множество сильных врагов, а сам он не раз стоял на «лезвии ножа».

Могла ли двухсотлетняя Фелендрис сравниться опытом с выкованным в горниле нескончаемой войны столетним Аргалором?

Ответ был очевиден для всех зрителей.

Аргалор наслаждался смертельной опасностью, проносящейся мимо него, отбивая и получая скользящие удары, с которыми вполне могла справиться его магическая броня и чешуя.

Не было необходимости даже во включении затратного и опасного «ментального ускорения». Боевой опыт Аргалора с легкостью позволял ему доминировать и издеваться над своей противницей.

Но как бы сильно Аргалор не издевался над Фелендрис, один печальный факт так никуда и не делся — Лев совершенно не сумел нанести ей даже самого маленького удара.

Огонь, жизнь, заросли, физика, магия и даже осторожный усик Кошмара — всё бессильно растеклось по гудящим артефактным щитам драконицы.

Защита Фелендрис, на её уровне, могла по праву считаться одной из сильнейших во вселенной. Ведь как много взрослых драконов могут прогуливаться под атаками древних драконов?

Исходя из этого, хоть сейчас Аргалор и побеждал, его поражение было неминуемо, ведь столь активный стиль боя требовал от него куда больше физической и ментальной энергии, чем у Фелендрис. Одна единственная ошибка, и всё может пойти прахом. Неважно, сколько ещё продлится бой, ведь итог уже был предрешён.

Внимательно наблюдающий Цербас тихо кружил, позволив своей магии укрыть его в невидимости. Если Аргалор потратил столетие на развитие прямой боевой мощи, то Цербас развивал скрытые атаки, яды и неожиданное нападение. И надо признать, он достиг впечатляющих успехов.

Цербас знал, что если он ошибётся, то Аргалор имеет внушительные шансы его прикончить, поэтому он ждал идеального момента.

Вдруг черный дракон содрогнулся, почувствовав у себя на спине внушительную тяжесть. Медленно Цербас обернулся и столкнулся с мило улыбающимся и качающим головой Казрексом.

— Почему⁈ — тихо, почти одними губами прошептал Цербас.

— Это урок только для моей внучки, — беззаботно улыбнулся белый дракон, смотря за сражением. — Мой друг слишком долго трясся над ней, мешая её полету. Сегодня я, как добрый старший, даю ей возможность. Воспользуется она ей или упустит, зависит лишь от неё. Понимаешь меня?

— Понимаю, уважаемый старший. — горько вздохнул Цербас, осознавая, что этот ублюдок Аргалор ускользнул из его когтей. — Почему для кого-то есть всё, а кому-то достаётся ничего? — последнее он нечаянно буркнул и тут же испугался от осознания, кому именно он это сказал.

— Ха-ха, не дрожи, я не зол. — благодушно фыркнул Казрекс. — Чтобы в следующую секунду его мёртвый взгляд чуть не остановил сердце бедного Цербаса. — Или нет…

Черный дракон затаил дыхание, чтобы в следующее мгновение Казрекс вновь рассмеялся.

— Да шучу я, шучу, что ты такой серьезный? Наверное, думаешь, что я забрал у тебя возможность отомстить? — веселился Казрекс, которому явно понравилось «подтрунивать» над черным драконом.

— Откуда вы…

— Не думай об этом. Я многое знаю. Суть в том, что потомок Ульдрада уже знает о тебе. И поверь, даже если он не демонстрирует этого, его удар уже готов, чтобы атаковать тебя. Удар из тени тем хорош, что противник не знает о тебе. Но сейчас это не тот случай…

Цербас покрылся холодным потом от осознания. Не верить словам Казрекса не было смысла, а значит вся нынешняя битва была направлена против него! Аргалор явно замышлял против него недоброе!

— Так что не сожалей, молодой, — Казрекс хотел покровительственно похлопать Цербаса по спине, но вовремя передумал. Слишком уж был велик шанс нечаянно его прихлопнуть или сломать пару костей. — У тебя ещё будет возможность для мести. Я в тебя верю!

— Спасибо. — Цербас внезапно расчувствовался. Сколько в его беспросветной жизни было могущественных фигур, готовых его поддержать? Даже та наставница, у которой обучались сёстры, скорее использовала их как дешевую рабочую силу.

— Ха-ха, не думай много об этом. Ты часть моего веселья, только и всего. — хохотнул Казрекс, ничуть не скрывая своих мотивов.

— Всё равно спасибо, — серьезно заявил Цербас. — Я вас не подведу!

Тем временем не упустивший взаимодействия между Цербасом и Казрексом Аргалор раздраженно цыкнул. Какая же прекрасная возможность расправиться с одним из своих старых врагов была упущена!

Обладающий многотысячелетним опытом Казрекс правильно понял план Аргалора, который упорно продолжал сражаться на руинах бассейна, выманивая Цербаса.

Сам атаковать Лев не пытался, зная, что или этот ублюдок Казрекс вмешается, или Цербас вовремя увернётся. В плане ускользания Цербасу не было равных.

Но раз один из планов был нарушен, то пора было заканчивать с этим позорищем.

Миг, и Аргалор устремился прочь, ведя за собой обезумевшую от ярости Фелендрис. Уже разрушившая большую часть песчаных бань драконица продолжила крушить всё вокруг на своём пути, рассылая во все стороны мощные и губительные удары.

Попавшиеся на её пути здания лопнули под нескончаемыми потоками молний, земля и плитка взорвались мелкими осколками, а заботливо высаженные парки и деревья превратились в толстый слой пепла.

Единственной хорошей новостью было отсутствие смертных прислужников — когда началось сражение, они профессионально разбежались по заранее подготовленным бункерам.

Казалось, отступающий Аргалор мог лишь бессильно смотреть за разрушением его собственного города, но охваченная гневом Фелендрис забыла один важный момент — этот город, в некотором роде, принадлежал не только Аргалору.

Когда новая мощная молния дочери Раганрода понеслась к очередному крупному зданию можно было бы ожидать привычной сцены разрушения. Но в этот раз всё было иначе.

Молния мгновенно исчезла в зелёной вспышке, а в следующую секунду Фелендрис застыла, не в силах пошевелить даже пальцем. В конце концов, сложно двигаться, когда всё твоё тело застыло в хватке гигантской титанической зелёной драконицы!

— Что здесь происходит? Откуда этот надоедливый шум? — сварливо возмутилась Кханиси Отравляющая мир, критически осматривая свою добычу. Дрожащий вокруг Фелендрис воздух подсказывал, что была использована какая-то мощная магия пространства. — Аргалор, почему у тебя по городу бегают драконицы, мешающие моему законному отдыху!

— Прошу меня простить, уважаемая Кханиси Отравляющая мир. — Аргалор почтительно кивнул. — Я пытался остановить её буйство, но мощные и дорогие артефакты на её теле сделали этот процесс… долгим.

— Хм-м-м, какая любопытная работа, — Кханиси наконец заметила артефакты и удивленно расширила глаза. — Я знаю всего несколько миров, где могут создать столь уникальные творения. И видеть их все вместе? Эй, как ты посмела потревожить мой отдых? Подумать только, ударить молнией по дому, в котором я отдыхаю! Если твой ответ не придётся мне по душе, то ты познаешь мой истинный гнев!

— Я-я-я не хотела!.. — испуганно пропищала Фелендрис, стоило заклинанию исчезнуть. Синяя драконица была в полном ужасе. Столь ужасная ситуация была впервые в её жизни, поэтому Фелендрис паниковала и не знала, как реагировать. — Ты не можешь меня убить! Я дочь Раганрода!

Губы Аргалора растянулись в кривой ухмылке. Из всех слов, что можно было сказать, Фелендрис выбрала почти самый худший вариант. В разговоре с такими существами, как титанические драконы, никогда нельзя говорить, что они чего-то не могут сделать. Хуже могло быть, лишь если бы Фелендрис посмела угрожать титаническому ящеру. В таком случае её уже ничто не смогло бы спасти.

— Дочь этого засранца Раганрода? Это что-то должно было мне сказать⁈ — вздорно рыкнула зелёная титаническая. — По-твоему я, Кханиси Отравляющая мир, буду дрожать только при имени этой синей ящерицы⁈ Он уже забыл, как мой яд тогда хорошенько припёк чешую на его спине⁈

— Нет, я не хотела этого сказать!.. — окончательно запаниковала Фелендрис.

— Но ты сказала, — жутко усмехнулась Кханиси. — По-хорошему тебя бы надо убить, а затем отвести твои остатки Раганроду… — взгляд зелёной титанической метнулся к словно бы случайно развалившемуся неподалеку Казрексу. — Но ты того не стоишь. А вот что и впрямь чего-то стоит, так это твоя «скорлупка». За твой длинный язык и твою жизнь, я заберу её у тебя.

— Что⁈ Нет! — ахнула от страха Фелендрис, но её уже никто не слушал.

Когти Кханиси сжались, и щиты артефактов задрожали, изо всех сил пытаясь сделать свою работу. Уже то, что они не лопнули сразу, говорило о том невероятном мастерстве, в которое вложили в них их создатели.

Но во вселенной существовали единицы артефактов, способных быть на равных с титаническими драконами, и эти щиты не были одними из них.

С чередой вспышек каждый из артефактов был прорван, а затем отсоединился от тела Фелендрис и перелетел на сторону Кханиси, чтобы затем лечь на её тело и начать расти. Функция подстраивания продолжила свою работу, став размером прямо с титанического дракона.

— Ах, на мне они явно лучше смотрятся. — удовлетворенно заявила Кханиси, а затем небрежно, словно выбрасывая мусор, метнула опустошенную Фелендрис прямо в лапы ловко её поймавшего Казрекса.

— Приятно было погостить, но пора и делами заняться, — огорченно вздохнул Казрекс, кивнув Аргалору, а затем посмотрев на шмыгнувшего к нему Цербаса, что явно не хотел оставаться здесь одному. — Ха-ха, ещё как-нибудь увидимся!

С этими словами пространство схлопнулось, и титанический дракон исчез вместе с Фелендрис в его лапе и стоявшим рядом Цербасом.

— Очень надеюсь, что нет. — мрачно вздохнул Аргалор, оценивая протянувшееся поле чистого разрушения. Правда затем Думову прикусил язык, ведь Казрекс мог бы ещё подслушивать.

Тем не менее Лев не мог не испытывать редкого чувства полного удовлетворения. Унижение Фелендрис стало для его раненной гордости настоящим лечебным бальзамом.

Впрочем, расслабляться было ещё рано. Даже если бы Раганрод не затаил бы обиду за случившееся, Фелендрис Богатая никогда не забудет и не простит. Учитывая же имеющиеся у неё ресурсы, будущая война с Найтом и Цербасом ожидалась ещё более ожесточённой.

Глава 7

Можно было догадаться, что весёлая «пробежка» Аргалора и Фелендрис привлечёт немало внимания. Дочь Раганрода не сдерживала свои силы, поэтому её удары крушили каменные дома, словно они были сделаны из песка, а улицы вспухли волнами от массивных воронок в местах попадания электрического выдоха.

Выбравшиеся из убежищ городская прислуга ошеломлённо оглядывала их будущий фронт работ. Конечно, и раньше в Аргалор-бурге происходили сражения драконов, но до этого момента даже самые глупые повелители неба сдерживали свои силы, не желая нечаянно привлечь внимание «больших рыб».

Фелендрис в этом плане оказалась удивительно бесстрашной или, правильнее сказать, неразумной.

Находящийся в Стальбурге Асириус немедленно связался со своим повелителем, желая знать, всё ли с господином в порядке и что вообще случилось.

Надо ли говорить, что ответ Аргалора Асириуса совершенно не обрадовал?

— Фелендрис, дочь Раганрода, хочет нас убить⁈ — в ужасе ахнул кобольд, с трудом справляясь с истерическим желанием рассмеяться. Сколько бы лет он ни служил Аргалору, он каждый раз умудрялся удивляться способности своего повелителя наживать настолько могущественных врагов.

Если изначально это был всего лишь старый дракон, затем пошли штормовые великаны, древние повелители неба и, наконец, дочь чёртового титанического дракона!

Каждый титанический дракон был скорее энергией в бессмертном теле, чем живым существом. Демоны, дьяволы, ангелы и прочие сверхсильные существа, все они имели один существенный и значимый минус: из-за своей полуэнергетической природы им было трудно надолго задерживаться в материальных мирах.

Чем сильнее подобные сущности становились, тем активнее миры и просто материальный план старался их вытолкнуть обратно. Единственным гарантированным способом препятствовать этому — перекроить мир на нужный им лад, наполнив хаотической, адской и прочими энергиями.

Вот только титанические драконы, как изначально материальные создания, являлись пугающим исключением в этом правиле. Обладая силами сильнейших энергетических существ, они тем не менее всё ещё имели абсурдно крепкие физические тела, позволяющие им странствовать по любым планам и мирам.

Благодаря же возможности приспосабливаться, их энергетика могла притираться к законам различных миров, делая их исконными жителями.

— Не будь таким драматичным, Асириус, — расслабленно фыркнул Аргалор, лежа у себя в кабинете и смотря на плавающую перед ним иллюзию своего самого главного прислужника. — В этой вселенной бесчисленное количество отвратительно сильных ублюдков, способных разрушать целые миры если не по щелчку пальцев, то по одной единственной команде. Если мы каждый раз будем съеживаться от упоминания очередного печально известного имени, то можно сдаться прямо сейчас.

— Но титанический дракон!.. — простонал, дрожа, Асириус, от чего Аргалор заметно нахмурился. Кажется, он недооценил глубину страха своего главного прислужника. Очевидно, Асириус до глубины души боялся этих чудовищ из глубин тысячелетий. Могла ли это быть генетическая память перед чем-то большим, чем вся их раса?

— Асириус, посмотри на меня! — резко приказал Аргалор. Асириус, стыдясь, поднял глаза и посмотрел на призрачную фигуру повелителя. — Прямо сейчас я мог бы сказать, что твой страх и нерешительность позорят меня, как твоего повелителя…

Асириус испуганно раскрыл глаза. Неужели он разочаровал своего господина⁈

— … однако я не буду этого делать, ведь опасаться враждебного тебе титанического дракона — это абсолютно нормально, — последующие слова Льва немного успокоили Асириуса. — Тем не менее в любой ситуации ты не должен позволять страху командовать тобой. Воспользуйся логикой, Асириус, и скажи мне, почему Раганрод десять раз подумает, прежде чем нападать на нас напрямую?

Кобольд глубоко вздохнул и силой воли заставил комок страха в груди немного разжаться, дав ему столь необходимую возможность свободно мыслить.

— Ваш прадедушка, повелитель? Он не захочет ссориться с ним?

— Неплохо, но недостаточно. Ты и сам знаешь, что отношения между ними достаточно плохи.

— Тогда из-за Аргалор-бурга? Если вы будете им убиты, то город рано или поздно рухнет, что огорчит многих других титанических драконов. Без вас, как нейтральной стороны, никто не сможет уравновесить различных повелителей неба. — предположил кобольд, на что Лев одобрительно кивнул.

— Хорошая причина. Уверен, она мелькнёт в голове у Раганрода. Однако есть ещё одна вещь, которую я вывел после посещения Тысячи путей, встречи с Казрексом и общения, если это можно так назвать, с Фелендрис.

Лев собрался с мыслями, пока Асириус терпеливо ждал.

— Когда я взорвал ангар в одном из его ульев, то боялся, что Раганрод немедленно пошлёт за мной убийц. Однако за всё время, что я нахожусь на Таросе, не произошло ни одного нападения. Тогда я понял, что, возможно, в масштабах действий Жадного, тот взрыв мог даже не дойти до его ушей, настолько он незначим.

— Значит, отец Фелендрис даже не знал про нас? — Асириус ощутимо приободрился. Ситуация была не так плоха, как он боялся! Но следующие слова заставили его вновь рухнуть в глубины депрессии.

— Так я думал до того момента, пока сегодня не встретился с Казрексом и Фелендрис. Тогда стало совершенно ясно, что Раганрод очень хорошо знает обо мне, — криво улыбнулся Аргалор. — Запомни, Асириус. Как бы глупо себя не вели существа уровня Казрекса, какую бы чушь не извергали их пасти, ты должен помнить одну простую вещь — они не просто так получили свои силы и уже прожили многие тысячи лет, похоронив бесчисленное количество равных им по силе врагов. Каждый из них монстр и хищник, чьи планы и мысли могут уходить так далеко вперёд, что лишь безумец сумеет проследить хотя бы часть из них. И появление Казрекса было одним из признаков, что явно даёт нам возможность.

— Господин, я запутался, — жалобно заявил Асириус. — Можете рассказать мне всё простыми словами? А то я не могу понять, как ссора с дочерью Раганрода может быть удачной возможностью.

— Не удачной, — поправил его Лев. — Но возможностью, которая позволит нам выжить. И, может быть, даже преуспеть. Насчёт же конкретики… Столкнувшись с Казрексом, а затем и Фелендрис, наблюдая за тем, как он и она себя ведут и что говорят, я внезапно задался вопросом. Почему Казрекс сопровождал свою внучку? Ответ был очевиден, Ледяной апокалипсис знал, что между нами будет конфликт, и он хотел проследить, чтобы он закончился ровно так, как это было ему надо.

— И отец Фелендрис это знал? — нахмурился Асириус, поймав мысль своего господина. — Повелитель, пожалуйста, только не говорите, что это то, о чём я думаю?

— Сцена настроена, мой дорогой прислужник, актёры выстроены, а спектакль скоро начнётся, — глаза Аргалора мрачно сверкали. — Нам милостиво была уготована роль «учителей», чьей задачей будет унизить и вразумить слишком гордую госпожу, а затем благополучно сдохнуть из-за её мести. Благодаря нам Фелендрис в будущем станет умнее и осторожнее, а разрушение моей корпорации станет для неё хорошим опытом в дальнейших делах компании её отца. Также падение Аргалориума поможет росту Шитачи, подконтрольной Торговой компании.

Смех Аргалора стал особенно тёмным.

— … Посмевший же бросить вызов Торговой компании сопляк окажется стёрт, и память о нём быстро забудется. Ульдраду же Воителю останется лишь промолчать, ведь Раганрод даже не общался со мной, не так ли? Можно только восхититься заботой её отца и прадедушки, не правда ли?

В ответ пришлось лишь угрюмое молчание лишившегося дара речи прислужника. Для разума Асириуса использовать столь огромную компанию, как Аргалориум, чтобы преподать урок слишком много о себе возомнившей пигалице было чистым безумием.

Вот только в масштабах игры таких существ, как Раганрод, пешками выступают даже не компании, а целые миры. Посетивший Тысячи путей Аргалор осознал это куда лучше своего прислужника, чьё мировоззрение ограничивалось пока лишь одним миром.

К счастью, пока ещё было время это исправить.

— И что нам с этим делать, господин? Если Раганрод и Казрекс уже спланировали всё это, они не дадут нам победить!

— И вот здесь, Асириус, ты как раз и ошибаешься! — решительно заявил Лев, усмехнувшись. — Ты всё ещё думаешь, что все указанные мной причины равнозначны, но единственно по-настоящему важным делом является воспитание Фелендрис. И если наше выживание поможет ей стать сильнее и умнее, то для Казрекса это будет вполне приемлемый исход.

— Но это будет непросто, — нахмурился Асириус, размышляя. — Даже если её отец не вмешается, у Фелендрис более чем хватит денег, чтобы нанять целую армию наёмников. Я разузнал кое-какие подробности о мире Тысяче путей. Это место известно как одна из крупнейших бирж услуг наёмников во всей известной вселенной. Если придут крупные нападающие… мы можем не справиться.

Последнее Асириус мог сказать лишь благодаря своему уникальному положению. Любой другой, кто засомневался в возможности Аргалора победить, уже понёс бы заслуженное наказание.

— И вот чтобы этого не случилось, нам нужны союзники. И, к нашему счастью, у меня есть целых два на примете, — глаза Аргалора торжественно мерцали. — Раганрод сильный противник благодаря своим связям с Тысячей путей, но этот мир давно многих раздражает. Более того, я слышал о молодом, но очень амбициозном конкуренте, что с каждым годом наращивает силу.

— Вы говорите о Новом Эдеме? — быстро прошерстил память Асириус, найдя верный ответ. — Хм, я не слышал, чтобы у них были конфликты с Торговой компанией.

— Торговая компания слишком плотно связана с Тысячей путей, так что я не верю, что у них не было столкновений, — отмахнулся Аргалор. — Тарос известный, старый мир. Если мы правильно разыграем свои кости, то Новый Эдем может стать полезным союзником. Заключенные же на общих интересах союзы самые крепкие.

— А второй союзник? — заинтересованно спросил Асириус. Его тело омыло облегчение и радость следования за Аргалором. За почти сотню лет Асириус уже давно понял, что несмотря на все недостатки его господина, в по-настоящему критические моменты разум Убийцы Бароса работает на зависть многим.

— Хм, я пока оставлю его при себе, — таинственно ухмыльнулся Аргалор. — Не потому, что я тебе не доверяю, а так как не уверен, что он все же решится стать чем-то большим, чем прославленным слугой.

— Господин, для меня честь служить вам! Следуя за вами, я могу быть уверенным, что любая трудность будет разрешена самым выгодным для вас образом! — Асириус рассыпался в целом вихре славословий, и Аргалор одобрительно кивал на каждое слово.

Как же ему этого не хватало в том проклятом мире Кошмара! Для чего ещё жить, если не для сбора сокровищ, наращивания силы и принятия восхищения верных прислужников?

* * *

Тем временем же в мире Тысячи путей происходили совсем другие события. Вырвавшаяся от Козрекса, обиженная на него Фелендрис, кипя от гнева, неслась прямиком к вершине самого крупного из стальных ульев Торговой компании.

Возвышающийся вверх на несколько километров шпиль был доступен лишь самым преданным и могущественным слугам Торговой компании, но Фелендрис без всяких проблем миновала один защитный пост за другим. Сложнейшие артефакторные и технические сканеры холодно проходились по её телу, чтобы открывать тяжелые ворота прямо перед её носом.

Чем выше она поднималась, тем меньше появлялось живых существ и тем больше их заменяли големы или даже купленные из технических миров роботы. Сплавов одного с другим практически не было, ведь даже такое могущественное существо, как Раганрод Жадный, был бы сметен объединенной мощью нескольких лидирующих рас, обеспокоенных возрождением слишком могущественной техно-магии.

Конечно, за закрытыми дверями и в самых глубоких «подвалах» разработки техно-магии шли, но ни одна из фракций не рисковала открыто их демонстрировать. Судьба подобного оружия заключалась в хранении к некоему «Судному дню», когда любые последствия станут уже не важны.

Ещё одна причина, почему вселенский статус-кво сохранялся так долго, ведь никто не хотел узнавать, что же накопили их противники за тысячи лет простоя.

Стоит отдельно остановиться и на меняющемся поведении Фелендрис. Если на пред-верхних этажах стены, пол и даже потолок были украшены картинами, дорогим камнем или деревом, то чем выше становилось, тем всё больше оставалось холодного стального цвета.

Если изначально Фелендрис кипела от гнева, то в какой-то момент она присмирела и просто тихо поднималась.

Несмотря на то, что дочь Раганрода пользовалась любовью своего великого отца, кому как не ей знать о том, насколько ненормальным был Жадный по сравнению даже с другими титаническими драконами?

Когда последняя дверь открылась, Фелендрис тихо вошла внутрь, окинув испуганным взглядом окружающую… пустоту. «Кабинет» Раганрода представлял собой сотни метров идеального пустого пространства, где была лишь холодная сталь и больше ничего.

Сам правитель одной из крупнейших торговых компаний вселенной лежал на скромном, практически невидном тонком коврике, а вокруг него плавали энергетические светящиеся голубые экраны, показывающие различные графики, видео или таблицы.

Синий титанический дракон был занят, и осторожно подошедшая Фелендрис застыла неподалеку, не решаясь прервать его работу.

Суровая правда, известная драконам, заключалась в том, что каждый титанический дракон не был нормальным. Точнее, даже по меркам гордых и высокомерных драконов титанические повелители неба не были психически здоровыми.

Даже если их тела и энергетика становились с годами могущественнее, разум пасовал перед неумолимым течением времени.

Какие-то титанические находили радость в странных хобби, вроде Ульдрада Воители, а другие… сходили с ума по-своему.

Раганрод Жадный нашёл свой «путь». Обладая с самого детства невероятной алчностью, с годами он лишь усиливал в себе это чувство.

В какой-то момент его алчность и гордость достигли того уровня, когда Раганрод заявил, что весь мир и вся вселенная будет принадлежать лишь одному ему. Следом же он понял, что вселенная уже принадлежит ему, просто она ещё об этом не знает.

Подпитываемый этой манией и безумием Раганрод пришёл в ярость от окружающего его богатства.

«Зачем мне окружать себя сокровищами, если вся вселенная и есть моё сокровище⁈» — кричал он, смеясь и пугаю окружающих: «В других мирах или Хаосе — всё уже принадлежит мне, так имеет ли смысл складывать сокровища неподалеку?»

Желая подчеркнуть эту мысль, Раганрод отказался от любых богатств возле себя. Теперь, куда бы он не летел, то требовал исключительно голую функциональность.

Его путь даже породил еретическое движение «драконов-аскетов». Представители этого пути отказывались от сбора обычных сокровищниц, претендуя сразу на целые миры или континенты.

Наконец Раганрод закончил работу и обратил взгляд бледных глаз на склонившуюся перед ним его маленькую синюю копию.

— Привет, моё сокровище, — его шипящий, гудящий голос разнёсся по огромному стальному гробу, заставляя дочь чуть вздрогнуть. — Как твои дела? Я вижу, на тебе нет моих подарков. Почему?

Фелендрис сильно сглотнула, пока холод всё сильнее проникал в её кости.

Странно, но за всю свою жизнь дочь Раганрода ни разу не подвергалась от отца ни единому злому слову. Он не бил её и не оскорблял. Не было угроз или давления, но несмотря на всё это, Фелендрис до ужаса боялась своего отца.

Весь вид Раганрода кричал, что с ним что-то серьезно не так. Будучи цветным драконом, в его пустых глазах не было ни ярости, ни гнева. Каждое движение было подобно действию холодной машины, работающей по одному ей известному алгоритму.

Безумие Раганрода Жадного давно зашло слишком далеко, и его близкие прекрасно это чувствовали.

Глава 8

Глядя в холодные, безэмоциональные глаза, Фелендрис наконец не выдержала и, сбиваясь и путая слова, бросилась жаловаться и сдавать того, кто был виноват во всех её бедах.

— Отец, во всем виноват тот же негодяй, что посмел взорвать один из твоих ульев! Это именно он пытался взорвать дедушку Казрекса и даже атаковал меня! — по извечной женской привычке правда и ложь становились условны перед желанием унизить и уничтожить её противника. Фелендрис уже забыла, что именно она атаковала Аргалора и пыталась превратить его в своего слугу.

Раганрод лишь молча слушал нескончаемые жалобы своей дочери, никак не показав своего отношения. Лишь когда она дошла до конца истории, он зашевелился, опустив голову и сверкнув белесыми глазами.

— Значит, твои защитные артефакты были отобраны Кханиси Отравляющей мир?

— Да, отец! — громко воскликнула Фелендрис, от злости забыв про свой страх. — Эта драконица совершенно не уважала ни меня, ни тебя! Она даже посмела угрожать мне! Мы должны найти её и покарать…

Внезапно Богатая заткнулась и вспомнила, с кем именно она говорит. Леденящее ощущение распространилось по ней, когда Раганрод навис над её дрожащим телом.

— Это было бы очень недальновидно, моя любимая дочь, — слова Раганрода текли всё так же свободно, но Фелендрис чувствовала себя всё хуже. — Хоть Кханиси и высокомерна, но, в отличие от тебя, она способна подтвердить свою гордость силой. Если я атакую её, чтобы отомстить за тебя, то начнётся война, потери которой во много раз превысят нынешние потери.

Гигантская лапа Раганрода протянулась вперёд и начала гладить трясущуюся дочь.

— За эти двести лет я был занят куда более важными делами, чем твоё обучение. Я ждал, когда ты достаточно повзрослеешь, чтобы затем начать тебя учить. Видимо, время пришло.

— Отец… Я…

— Знаешь ли ты, Фелендрис, как именно Олдвинг Великий привёл нашу расу к величию? — спросил отвернувшийся к мерцающим экранам Раганрод. Его нечеловеческий разум с огромной скоростью анализировал десятки появляющихся и тут же исчезающих графиков и таблиц. Очевидно, это был риторический вопрос, ведь он сразу продолжил. — Об этом мало кто знает, но до прихода Олдвинга наша раса была разрознена и слаба. Нет, в личной силе мы были всё так же сильны, но напади на нас тогда великаны, всё закончилось бы победой штормовых.

Вдруг Фелендрис с нарастающим ужасом почувствовала, как её тело застыло и начало подниматься вверх. Виной были маленькие, практически незаметные частички белого песка, касающиеся её чешуи и с лёгкостью заблокировавшие как её магию, так и физические силы.

— Олдвинг дал нам дар, чью ценность невозможно измерить. Он дал нам цивилизацию, законы, порядок и цель. Из разрозненных варваров, сражающихся друг с другом, мы превратились в силу, подчинившую себе вселенную. Но знаешь ли ты, как именно он это сделал?

Раганрод вновь повернулся и ласково погладил неподвижную дочь по голове.

— Он сделал это с помощью страха и боли, моя драгоценность, — кружащиеся в воздухе песчинки белого песка сверкнули и вонзились в чешую драконицы, с легкостью проникнув в её тело. Зрачки Фелендрис сузились до точек, а глаза начали бешено вращаться от терзающих её тело невыносимых страданий. — Именно благодаря этим двум вещам он сделал драконов сильнейшими. И я помогу тебе, дочь моя, в полной мере воспользоваться этим уроком.

Фелендрис хотела кричать или хотя бы корчиться, но контроль Раганрода был абсолютным. Она могла лишь бессильно слушать его холодные слова в бесконечной агонии.

— С этого дня, моя драгоценность, начнётся твоё обучение. И, как это делали драконы прошлого, ты будешь учиться на своих собственных достижениях. Тебе будут даны кредиты и власть набирать наёмников. Найди тех, кто тебе понравится, кто готов будет сделать за тебя работу. Обучи их и дай цель. В этом мире никто за тебя не выполнит твою месть — знай это, дочь моя. А пока я оставлю тебя поразмыслить над своими ошибками.

Раганрод продолжил работу, пока его дочь претерпевала ужасные пытки. Касание любви коснулось холодного разума сумасшедшего титанического дракона — он был рад помочь своей любимой дочери стать сильнее.

* * *

— Доброе утро, Стальбург! Сегодняшний день начался особо весело, ведь наши славные силы СБА поймали и прикончили целых две террористические группы Шитачи! Подумать только, эти отъявленные мерзавцы думали, что им сойдёт с рук подрыв стальбургской плотины! Пытки и казнь этих идиотов запланирована на первый день следующего месяца на площади драконов! Не пропустите это великолепное зрелище, ведь Отдел пыток только-только похвастался двумя новыми изобретениями!

Кайл Эльдорадо с широкой улыбкой слушал его же собственный голос, раздающийся из аргорадио. Сама запись была сделана заранее, ведь сегодняшний день должен был стать самым важным днём в жизни Кайла.

Сам Эльдорадо в этот момент ехал на заднем кожаном сидении невероятно дорогого и статусного бронированного аргомобиля, изготавливающегося в столь небольших партиях, что позволить его могли себе только богатейшие люди мира или верхушка управленческого аппарата Аргалориума.

Салон аргомобиля был достаточно широким, чтобы при желании в нём можно было танцевать. Кайл подхватил со стоящего перед ним столика бокал вина, чья стоимость одной бутылки равнялась производству маленького летающего судна.

Красное, как чешуя его господина, вино коснулось губ обманчиво молодого человека, чья внешность вызвала бы восхищение даже у самого критического зрителя.

Сидящий впереди водитель был великолепно обучен, поэтому, когда бокал вновь был поставлен на столик, ни капли не пролилось даже на самых резких поворотах на улицах Стальбурга.

Впрочем, стоит отметить, что когда водители промышленного гиганта Аргалориума видели характерные обводы элитного аргомобиля класса Асириус, то они немедленно прижимались к обочинам, чтобы пропустить кого-то настолько могущественного и влиятельного.

Сам Кайл в этот момент был глубоко погружен в свои мысли, повторяя в памяти заученную заранее речь и все вариации дальнейших событий. Скоро ему предстояло встретиться с самим Аргалором Победителем гномов и присутствовать на встрече всех ключевых руководителей Аргалориума.

Это была его первое настолько серьёзное совещание, и Эльдорадо был настроен максимально решительно. Он прошёл такой путь не для того, чтобы стать одним из многих обычных руководителей корпорации.

Невольно Кайл обратился к своему прошлому, когда тогда ещё безработный бродяга Кардук сумел украсть достаточно денег в Подземном мире Стальбурга, чтобы обратиться к нужным людям и получить совершенно новый паспорт элитного района промышленной столицы.

Так умер разыскиваемый несколькими подземными боссами Кардук Вор и появился сияющий Кайл Эльдорадо.

Именно благодаря новой личности у новоявленного Кайла получилось устроиться на только-только появившуюся компанию аргорадио. Благодаря своему бойкому языку, харизме и невероятным амбициям Эльдорадо быстро привлёк внимание и скоро получил свою собственную передачу: «Новости Стальбурга».

Зная о таящейся опасности излишне болтливого языка, Кайл тем не менее умело танцевал на лезвии бритвы, одновременно приподнимая темный занавес города и всё ещё оставаясь в рамках закона.

Его взрывные, яркие новости заработали любовь у бесчисленных жителей Стальбурга, причём из самых разных социальных слоев.

Забавно, но несколько старых знакомых Кардука заметили похожесть голоса, но они приняли её за случайность. Правда была слишком невероятна, чтобы её принять.

И когда, казалось, жизнь идеальна, в его дверь постучались обманчиво вежливые люди из СБА. Подхватив бледного Кайла, они быстро отвели его прямиком в офис аж самого Джозефа Эрца.

В тот момент, глядя на могущественного главу Службы безопасности, чьё тело уже давно не было человеческим благодаря десяткам мощным имплантов, Эльдорадо начал молиться о быстрой смерти.

Вот только спокойный и логичный глава СБА не собирался казнить Кайла. Эрц спокойно описал все прегрешения ныне покойного Кардука, после чего предложил Кайлу возможность подняться настолько высоко, о чём Эльдорадо не мог и мечтать.

Очевидно, это была ловушка, ведь согласившись, Кайл навсегда бы остался верной пешкой Эрца.

Вот только Кайлу было плевать. Он прекрасно знал, что в этом мире ничего не бывает бесплатно. Более того, благодаря наличию «страховки» Эльдорадо чувствовал себя даже безопаснее, ведь его новый начальник не испытывал бы к нему подозрений.

Получив согласие Кайла, Джозеф Эрц не солгал. Скоро Эльдорадо была представлена возможность.

Сам Асириус искал нового начальника для не так давно открывшейся должности — министра развлечений. В его власть попадало радио, реклама, иллюзионные фильмы и прочие виды развлечений. Но самое главное и ключевое направление его власти заключалось в контроле над средствами пропаганды.

Долгие годы Кайл Эльдорадо упорно работал на своей должности, чтобы привлечь внимание Асириуса или его грозного повелителя. Выделенное ему министерство было небольшим и слабым. Ему пришлось здорово потрудиться, чтобы растянуть сети власти в том числе и за пределы корпорации.

И вот, спустя столько усилий, кажется, его наконец-то заметили!

Аргомобиль Кайла добрался до территории нового поместья Аргалора, и автоматические артефактные ворота тщательно просканировали машину. Убедившись, что шпионов или опасности нет, створки величаво открылись, а магический щит расступился в стороны.

Водитель умело подвёл аргомобиль чётко в центр сложного магического рисунка, вырезанного прямо в центре открытой площади. Вспышка, и машина исчезает, чтобы появиться уже под землёй, на специально спроектированной парковке.

Кивнув водителю, Кайл разгладил свой чёрный фрак и поправил закрывающий шею платок. Эта новая мода была неожиданным сюрпризом, пусть доступным лишь самым богатым жителям Аргалориума. Обычные разумные корпорации отдавали предпочтения свободной, разноцветной одежде, в то время как богатые люди, наоборот, выбирали как можно меньше цветов.

Эльдорадо двинулся к специально подсвеченному лифту, как его взгляд удивлённо остановился на двух спорящих разумных. И узнав их, Кайл почувствовал шок.

Первым был Валор Кшас, стремительно возвысившийся капитан, древний тёмный эльф и ныне адмирал флота. Обычно весёлый Кшас ныне сурово сверкал глазами и прожигал взглядом низенького гнома с характерной рыжей бородой и чёрными волосами.

Тарет Варбелт, министр промышленности всего Аргалориума, яростно разговаривал с адмиралом, даже тыкал в него толстым пальцем.

— … Мне надоели ваши бесконечные запросы о новых кораблях! Дайте вам новый линкор! Дайте вам два линкора! Дайте вам три линкора! Ты, Кшас, вообще понимаешь, сколько стоит построить новый летающий линкор⁈

— Не считай меня за идиота, коротышка, — презрительно усмехнулся тёмный эльф, поправив капитанскую шляпу. — Я прекрасно знаю о твоих делишках! Хочешь выслужиться перед нашим повелителем, вот и выделяешь больше всего бюджета на свои собственные игрушки.

— Я буду рассматривать это как клевету, так и знай! — борода Тарета грозно встопорщилась. — Когда я расскажу об этом повелителю, то будешь знать, как тратить деньги корпорации на бесконечные корабли!

В этот момент сначала Кшас, а затем и Тарет заметили стоявшего в стороне Кайла.

— Ах, наша новая знаменитость, — доброжелательно улыбнулся Валор, снимая шляпу и взмахивая ей, отдавая приветствие, принятое у моряков. — Слышал о ваших успехах. — Поздравляю с появлением в нашем кругу.

— Прошлый министр, насколько я знаю, так и не оправдал желаний повелителя, — поддержал слова эльфа слабо заинтересованный Тарет. — Конечно, он хорошо льстил, но этого, как оказалось, было недостаточно. Надеюсь, с вами не случится той же оказии.

Эльдорадо незаметно сглотнул от этой почти нескрываемой угрозы. Прошлый министр пропаганды допустил критическую ошибку — он решил, что Аргалор обычный дракон, которому достаточно лишь лести. И если первые годы он жил припеваючи, то в дальнейшем его судьба стала заключаться в рубке камня в шахтах Аргалориума своими мёртвыми руками в виде нежити.

— Эй, Тарет, жадная ты скотина, не пугай нашего нового друга, а то он ещё сбежит. — Спустившийся на лифте главнокомандующий и министр вооружённых сил корпорации Мориц хищно улыбался.

— От бывшего нищего из Подземки ничего иного и не ожидалось, — высокомерно фыркнул Тарет, небрежно раскрывая своё знание прошлых грешков застывшего Кайла.

— Да брось, Тарет, ты злишься лишь потому, что про тебя вышла та разоблачающая статья, что не-гномам практически невозможно пробраться в главные инженеры. — Поддразнивающе заметил Мориц.

— Прошу меня извинить, господин Варбелт, — быстро извинился, склонив голову Кайл. — Я сразу же приказал убрать ту статью из печати, как узнал о ней. — Эльдорадо прекрасно понимал, что такой новоявленный министр, как он, пока не может сравниться с таким мастодонтом, как Тарет

Однако помощь пришла откуда он не ждал.

— Расслабься, Кайл, — чей-то мягкий голос заставил его обернуться. — Тарет всего лишь шутит, ведь твоей работой заинтересовался сам повелитель. Не так ли, Тарет?

Говорившим оказался Асириус, что заставило Эльдорадо чуть не потерять сознание от чувств.

— Конечно, Асириус, как скажешь. — Криво улыбнулся гном и, больше не говоря ни слова, двинулся к лифту. Следом пошли и все остальные, и лишь Асириус с поддерживающей улыбкой посмотрел на Кайла.

«Вот она, вершина», — решительно подумал Эльдорадо, поспешив следом: «Одна единственная ошибка, и тебя тут же съедят. Но как же это волнительно! Даже если мой сегодняшний план провалится, я всё равно не буду жалеть о попытке!»

Зал встречи оказался именно таким, как Кайл и ожидал. Такого количества богатства он не видел больше нигде. Каждая пядь стен, потолка и пола были украшены картинами, фресками и дорогими коврами.

Далеко не все из ключевых лиц корпорации смогли сегодня прибыть, поэтому на их местах были установлены голографические проекторы. Остальные же сидели в специальных креслах, расположенных у длинного овального стола, одна из длинных сторон которого заканчивалась небольшой платформой, где должен был располагаться их господин.

Тихо заняв своё место, Кайл быстро огляделся, отметив всех собравшихся. Кроме ранее упомянутых присутствовал Аларик Скотт. Гениальный изобретатель не обращал внимания на окружающих, вертя перед собой дополнительными механическими конечностями какой-то сложный неизвестный артефакт.

Также был таинственный Дедариум Орон. Лич редко с кем общался и избегал общественных мероприятий, но сегодня он тихо сидел за столом, скрыв лицо искусной костяной маской.

Министр магии Миваль Эвенвуд, министр внешней разведки Моргенс Гудмунд, как и Сиарис, сестра Аргалора, были в виде голограмм. Его начальник, Джозеф Эрц, тоже отсутствовал, находясь здесь в виде светящейся синим призрачной фигуры.

Все терпеливо ждали, иногда перебрасываясь парой фраз. Лишь изредка Кайл удостаивался небрежными взглядами, но никогда так и не начал с ним разговор.

Но наконец ожидание подошло к концу. Гигантские двери распахнулись, и внутрь вошёл их повелитель.

Кайл широко раскрыл глаза, пытаясь запечатлеть в памяти каждую деталь их господина. Распространяющаяся от дракона чистая мощь ошеломляла. В голове Кайла уже появлялись десятки идей будущих пропагандистких стратегий.

Начавшийся в далеком прошлом план сейчас казался ещё более верным.

Выражение морды Аргалора было торжественным, и все тут же напряглись. Даже Аларик Скотт и тот убрал артефакт подальше, сосредоточившись на их повелителе.

Кайл глубоко вздохнул. Сегодня, если он правильно разыграет свои кости, у него будет шанс взлететь выше большинства из здесь присутствующих. Осмелится ли Тарет после этого вести с ним так высокомерно?

Эльдорадо потратил горы золота на поиск информации и подготовку.

И если всё хорошо сложиться, у него обязательно получится начать в Аргалориуме и мире новую эру!

Глава 9

Наконец, убедившись, что все готовы внимательно слушать, Аргалор начал свою речь. Его глубокий голос вибрировал в костях и телах его прислужников, вызывая трепет и гордость за службу столь могущественному существу.

Аргалориум не был местом для слабых. С самого своего зарождения он культивировал лишь лучших, пока слабые падали на самое дно. И в этой системе Убийца Бароса был на самой вершине пищевой цепи.

— Рад видеть вас всех здесь в здравии, мои верные прислужники. Давно мы не собирались в таком количестве, ведь даже части из вас хватало, чтобы заставить этот мир трепетать. Но сегодня потребуется сила всех вас, чтобы дать мне то, чего я жажду. Пока же, прежде чем я перейду к главному, дайте знать остальным, чего каждый из вас достиг. Хвастайтесь, гордитесь и похваляйтесь, ведь сегодня о ваших победах услышат сразу все!

Аргалор уже собирался указать, кому говорить первому, как его прервал обманчиво мягкий голос Сиарис.

— Прекрасная речь, брат, но ты, кажется, забыл, что я не твоя прислужница. Ещё шестнадцать лет, и после следующего тинга мой долг перед тобой будет погашен. — остальные голографические драконы тихо кивали, ведь они тоже не считали себя прислужниками. Но в отличие от Сиарис, они не были в родственных узах с Аргалором.

— Пока счёт твоего долга не закончился, ты служишь мне и ничем не отличаешься от прислужника! — зло отбил её выпад Аргалор, но в следующую секунду одобрительно улыбнулся. — Молодец, сестра. Я рад, что ты не забыла мои уроки. Никогда не позволяй просто так собой командовать! Те, кто молча склоняются перед чужим давлением, недостойны иметь крылья!

— Я, может быть, тоже хотел бы сказать что-то подобное, — рядом с Эльдорадо раздался чей-то насмешливый шёпот, и повернувшийся Кайл заметил, что к нему наклонился сидевший рядом Мориц. Искусственные губы механизированного лица главнокомандующего растянулись в заговорщицкой ухмылке. — Как жаль, что у нас нет крыльев, а?

— Я смотрю, у вас там своя компания? — раздражённый голос Аргалора заставил Морица поспешно вернуться на своё место, а Кайла в ужасе распахнуть глаза. — Ещё одна такая выходка, и вы больше никогда не попадёте в этот зал!

Мориц игриво изобразил, как зашивает рот, а затем ломает иголку пальцами. Ему, как одному из самых старых и влиятельных главных прислужников, были позволительны небольшие вольности.

В то же время сам Эльдорадо очень хотел плакать, но его глаза были совершенно сухими, а в груди горело сильное возмущение на сидящего рядом ублюдка!

Кому-то со стороны Мориц мог бы показаться примитивным и прямым, как доска, военным, вот только этот простой образ разбивался на куски перед теми, кто его хоть немного знал.

Ещё на заре своей карьеры под предводительством Джозефа Эрца, главы службы безопасности Аргалориума, его начальник строго приказал ему опасаться его собственного бывшего начальства.

Когда-то продвинувший Эрца Мориц планировал через него получить мягкий контроль над СБ, но, достигнув власти, Джозеф Эрц разорвал связи с Морицем и признал над собой лишь одного правителя — Аргалора.

Это изрядно не понравилось главе министру вооружённых сил. Так что нынешние действия явно были направлены на подрыв «вассала» своего предательского ученика. Вот почему он сел так далеко от трона повелителя, заняв место рядом с Кайлом!

К счастью, Аргалор не стал долго останавливаться на случившемся и указал на потерявшегося в своих мыслях Аларика Скотта.

— А? — гений растерянно подскочил, когда сидевший рядом Асириус незаметно пнул его под столом. — Ох! Конечно, повелитель, мне есть что показать! Помните те идеи, которые мы обсуждали? К примеру…

— Кхм. — многозначительно хмыкнул Аргалор. Хоть он и доверял всем присутствующим, но далеко не все из его земных знаний стоило так свободно рассказывать.

— Я понял, господин! Тогда о том, что уже сделано! — Аларик взбудоражено принялся рассказывать, и над овальным столом вспыхнула заранее созданная голограмма презентации. — У нас наконец-то вышло найти и натренировать подходящих пространственных микродухов, способных передавать и хранить информацию на огромные расстояния. Благодаря этим малышам и их стойкости к изменениям мы уже начали создавать сеть и простейшие коммутаторы для её управления. До выхода на потребительский рынок ещё далеко, но армия сможет получить первые результаты уже в ближайшие годы!

— Превосходная новость! — одобрительно рявкнул Аргалор, аж подавшись вперёд. Как же ему надоело жить в средневековье, где любой новый источник информации надо было мучительно ждать, пока его привезут из какой-нибудь дыры на другом конце света. — Насколько сеть надёжна?

— Чрезвычайно, — твёрдо заявил Аларик. — Это была наша самая главная задача. Вот почему мы потратили так много времени. Найденный нами тип духов не только быстро плодится, но ещё и невероятно вынослив и живуч. Закодированные с их помощью данные смогут храниться в духовном мире столетиями уже сейчас!

— А если случится какая-нибудь катастрофа в духовном мире?

— … то мы с относительной легкостью сможем призвать нужных нам духов и разместить их в материальном плане. — закончил Аларик, пока остальные прислужники всё активнее и активнее восхищались будущими перспективами.

Если изначально мало кто понял представившиеся возможности, то благодаря куда более наглядной презентации все хотели уже сегодня получить эту магическую технологию.

— Превосходно, Аларик, ты вновь меня не разочаровал, — удовлетворенно кивнул Аргалор. — Единственный дополнительный приказ, сосредоточься на перспективах подключения подобных сетей в другие миры. Рано или поздно «Аргосеть» будет соединять не только Тарос!

— Как прикажите, повелитель. — Аларик уже погрузился в расчёты и планы, отрешившись от мира.

— Следующий, Тарет!

— Благодарю, повелитель, за возможность высказаться, — вставший гном степенно огладил свою бороду. — Благодаря расширения нашего производства ещё и на Аргалор-бург наше производство хоть и не удвоилось, но получило значительный прирост. Наёмники Шитачи опасаются бродить рядом с Аргалор-бургом, ведь в округе слишком много титанических драконов.

Взгляд гнома презрительно остановился на тёмном эльфе.

— Если бы не некоторые личности, совершенно не заботящиеся о цельной картине и вечно требующие всё новых поставок, то мы бы наконец сумели произвести достаточно готовой продукции для возможного масштабного наступления. Тем не менее даже так, наши склады полны боеприпасов, брони и снаряжения.

Тарету Варбелту не было нужды демонстрировать цифры, ведь они показывались на голографических экранах.

— Перевооружение Первой и Второй корпоративных армий окончательно завершено, так что идёт формирование Четвертой армии. Благодаря моему мудрому руководству эффективность производства выросла на пятнадцать процентов, а гетто гномов были уменьшены на целых двадцать процентов.

Аргалор был доволен. Вытащенные из нижнего мира подземные жители создавали значительную нагрузку на правоохранительный и продовольственный отдел корпорации. То, что Тарет сумел пристроить их к делу, было значительным прогрессом.

Следующим пришла очередь Кшаса, где он с гордой улыбкой рассказал о храбрости флота и их успехах по отражению пиратских набегов. Из-за заключённого между корпорациями мира всем действующим лицам пришлось вкладывать изрядные деньги в различные наёмные отряды или даже целые армии. Пираты в этом плане ничем не отличались.

Так что не было ничего удивительного в том, что флоту Кшаса приходилось сталкиваться в небесах с врагами, чья выучка и вооружение были даже лучше профессиональных военных.

Не упустил Кшас и возможности пройтись по жадному гному, посетовав ненароком о его подозрительной кадровой политике и исчезновении некоторых спорящих с ним руководителей.

Аргоза и Аксилия молча слушали хвастовство смертных. Драконицы считали ниже своего достоинства участвовать в соревновании с «бескрылыми». Они практически не смотрели друг на друга, чтобы не сорваться и не получить «втык» от Аргалора. Обе драконицы планировали «уничтожение» оппонентки, но пока что ещё не пришло время.

Кроме того, их зоны ответственности было тесно связано с Морицем, так что их тему поднял этот бронированный техно-воин.

Речь главнокомандующего куда меньше напоминала хвастовство, а больше была красочным отчётом о сложившемся на данный момент положении на театре боевых действий. Именно с этого момента речь пошла о серьёзных делах.

— Дела наши не идеальны, но и не так плохи, как может показаться, — развернувшийся гигантский полупрозрачный шар демонстрировал сразу весь мир, где различными цветами, штриховкой и плывущими в воздухе значками были обозначены различные политические союзы, враги, армии и флоты. — Благодаря героическим действиям вас, повелитель, силы Шитачи и Найта оказались рассеяны и разрозненны. Взрыв на их главной базе уничтожил нескольких ценных главарей наёмников и штаб, что заставило их отозвать часть сил для обеспечения безопасности. Это, в свою очередь, позволило уже нам перестроить фронт обороны и перебросить войска на новые направления.

Глобус превратился в карту и стал демонстрировать лишь континент Форлонд с Центральной Священной империей. Открывшаяся картина заставила всех, в том числе и Аргалора, нахмуриться — слишком много вокруг Империи и даже внутри неё имелось красных линий и образований.

— Первым делом стоит отметить западный фронт. Орочья орда захлестнула все западные герцогства. Вожди зеленокожих отрываются за все десятилетия вынужденной сдержанности. Видят Боги, уцелевшие легионы пытаются сделать всё возможное, но их слишком мало. Единственное, что в их силах, это сдерживать наступление вместе с армиями дворян.

Мориц криво улыбнулся, что с его стальным лицом выглядело довольно угрожающе.

— К счастью, из-за пассажа Максимилиана Боргура и его объявлением нас врагами Империи дворянские роды для нас не друзья, и если кто-то способен прибавить им проблем, то мы будем лишь рады. Так что вторжение орков оказалось, как не удивительно, оказалось выгодно именно нам.

Аргоза не выдержала и всё же повернула голову, чтобы бросить на Аксилию насмешливый и многозначительный взгляд. Кто бы мог подумать, что даже в этом случае действия золотой драконицы вновь позволят ей доминировать над своей оппоненткой.

Впрочем, некомпетентности Аксилии тоже сыграла свою роль, позволив оркам собрать достаточно сил, чтобы как следует давить на дворян.

— Следующим стоит рассмотреть восточный фронт. Ваш брат, повелитель, доблестно защищает своё королевство, но наёмники Шитачи заручились поддержкой ледяных великанов и нескольких молодых штормовых собратьев. Если ваш брат падёт, то мы лишимся сильного союзника. Также Шитачи заключила союзы с несколькими дворянскими родами востока, чтобы бить уже по нашим ресурсам.

Аргалор мрачно разглядывал карту. Из-за его исчезновения Северному королевству Рогдара почти некому было помогать. Если бы не ужасные погодные условия и уникальный зверинец Севера, королевство его брата давно бы пало.

А так Рогдар мудро покинул самые крупные поселения, перейдя на партизанскую тактику. Лев очень сомневался, что он сам это придумал, но, благо, у него были прислужники, способные дать дельный совет.

К несчастью, у Шитачи были мстительные ледяные великаны, для которых холод Севера не представлял никаких проблем. Самые большие потери были именно из этих недобитков, выгнанных Рогдаром ранее с их территорий.

— Ну и наконец, две самых больших проблемы, — Мориц совершенно не пытался преуменьшать их будущую головную боль. — Практически вся южная часть Форлонда, а значит и Империи, открыта для десанта Шитачи. Именно там стоят Первая и Вторая корпоративные армии, отбивая постоянные рейды и нападения. Усугубляется всё ещё и атаками с тыла от мятежных дворянских родов.

— Грязные предатели, не знающие и слова чести, — скривился Валор Кшас, что было иронично, учитывая его расу и цвет кожи. — На словах готовы биться насмерть, но стоит отвернуться, как уже пытаются пронести на борт корабля мощную взрывчатку.

— Именно это и наша вторая проблема, — голограмма выделила красные области по всей Империи. — После вашего исчезновения, повелитель, госпожа Аргоза обвинила Императора в теракте и объявила импичмент, призвав его сложить власть, ведь нарушение работы портала могло привести к уничтожению всей страны. Максимилиан Боргур, в свою очередь, отказался и призвал верных сынов Империи бороться с Аргалориумом и всеми, кто его поддерживает. Как итог, в стране идёт гражданская война, где уже почти невозможно толком разобраться, кто и за кого воюет.

Аргалор никак не стал осуждать Аргозу. Возможно, её действия выглядели поспешными в условиях холодной войны с Шитачи, но если его избранница будет склонять голову перед теми, кто пытался или, возможно, убил её партнёра, то как она вообще могла называться драконом?

— Крупные дворянские роды постоянно скачут между поддержкой нас и императора, стараясь усидеть на обоих тронах, — продолжил Мориц. — Из-за этого толком невозможно понять и планировать наступление, ведь возможный союзник на следующий день наносит удар в спину.

— Такое чувство, что Император специально тянет время, создав максимально хаотичную ситуацию, — подал голос Асириус. Кобольд занял почетное место ближе всего к трону Аргалора по левую лапу. Правую «руку» заняла Аргоза. — Максимилиан не дурак и знает, что творившийся на землях хаос хоть и вреден его Империи, он ещё более вреден для нас. С учётом внешнего давления Шитачи, он явно собирается перетерпеть нас.

— Тогда он полный дурак, если думает, что после нас Шитачи не возьмутся за него самого! — фыркнул в бороду Тарет.

— Не всё так просто, — голограмма Миваля замерцала, когда министр магии поправил гнома. — Император явно ставит на своего непобедимого предка, Кратуса Безумного. Он считает, что те, кто стоит за Шитачи, не рискнут идти против могущественного архимага.

Слова Эвенвуда заставили всех насупиться. Фигура Кратуса была эквивалентна полноценному титаническому дракону, только ещё более сумасшедшему и совершенно непредсказуемому.

Даже Аргоза так и не рискнула за целый год слишком сильно атаковать императора, опасаясь возможных последствий.

«Удачно, что я вернулся и готов сделать выбор за них», — мысленно фыркнул Аргалор.

— Тишина! — приказал он, и все тут же прекратили обсуждение. — Я выслушал всех вас и принял решение.

Аргалор обвёл всех взглядом, готовясь насладиться их удивлением.

— Все вы знаете мою историю. Священная центральная империя питала меня и вас долгие годы и десятилетия. Именно здесь я создал Аргалориум, именно тут я убил штормового великана и сразился с древним металлическим драконом. Пока Император этой страны знал своё место, я позволял ему править и наслаждаться своими свободами…

В глазах драконов жизнь любого смертного априори являлась милостью драконов, позволивших им жить. Ведь если они хозяева вселенной, то все остальные лишь их квартиросъемщики и паразиты, пользующиеся темными углами и численностью, чтобы роиться за пределами их когтей.

— … Но Император не оценил предоставленной ему чести. Движимый глупостью и недальновидностью смертных, он посмел укусить лапу, что его кормила. Он бросил мне вызов, но посмел прибегнуть к подлому и жалкому удару, как какой-то вор сокровищ. Осмелься он бросить мне вызов, как правитель, отказавшись от дуэли, я бы понял, ведь он всего лишь смертный. Но он действовал, как убийца и преступник, нанося удар предательством, а значит, я буду относиться к нему, как к таковому!

Взор Аргалора был твёрдым, а слова непреложны. Все затаили дыхание, слушая слова дракона, ведь прямо сейчас они создавали историю.

— С этого дня я объявляю, что Священная центральная империя переименовывается в Аргалорская империю! Император Максимилиан Боргур объявляется вне закона! За его голову будет назначена награда, а все земли и богатства будут изыматься в пользу казны! Новым императором я объявляю Асириуса Первого!

От кобольда послышался полузадушенный сип, пока бедный Асириус пытался переварить свалившуюся на него «честь». Прекрасно знавший привычки своего господина Асириус сразу понял, почему обожающий звания и своё имя Аргалор не стал императором.

Ответ был прост — хитрый дракон явно не хотел возиться со смертными и собирался использовать императора, как удобный громоотвод и сброс ненависти для всех жителей империи!

С одной стороны был бы благородный Аргалор, глава корпорации Аргалориум, пока с другой стороны был бы проклятый император Асириус Первый, из-за которого имперцам приходилось бы платить повышенные налоги, что, естественно, отходили бы самому Аргалору!

Впрочем, осознание его будущих проблем будило в Асириусе не только истощение. От одной лишь мысли, что он станет императором, тело мутировавшего от крови дракона кобольда наполняли потоки силы и гордости.

Асириус не знал, что его господин очень серьёзно воспринял иллюзии Кошмара и спланировал ускорить возможную трансформацию своего самого верного прислужника.

Тем не менее остался один вопрос, который Асириус обязан был задать даже несмотря на все риски.

— Господин, я не смею спорить с вами, но что насчёт Кратуса Безумного? Что если ему не понравятся наши действия?

— Не заставляй меня разочаровываться в твоём интеллекте, Асириус! — раздраженно рявкнул Аргалор, которому не понравилось прерывание. Однако он всё же дал объяснение, видя всеобщий интерес. На его губах мелькнула ухмылка. — Когда я был в мире Тысячи путей, я внимательно выискивал все любопытные слухи. И Кратусу было в них особое место. После того, как из его тюрьмы выбрались десятки апокалиптических монстров, никто уже долгое время не может найти архимага. К нему скопилось столько вопросов у тех же архидьяволов и архангелов, что Кратус явно не рискнёт появляться в таком известном мире, как Тарос!

— Благодарю за объяснение, повелитель. — Асириус чуть выдохнул. Да, угроза Безумного всё оставалась, но в ближайшее время расплата их бы не ждала.

— Теперь дальше! Сиарис! Я хочу, чтобы ты связалась со всеми ячейками и ветвями Марша свободы и дала понять, что ты жива и вернулась!

— Что⁈ — шокировано ахнула латунная драконица. — Почему⁈ Ты же их ненавидишь! — после всех этих лет чувства Сиарис к её детищу были невероятно сложными. За прошедшие десятилетия Марш свободы распался и не раз разочаровывал Сиарис своей жестокостью и «отбитостью».

— Даже для бешеной собаки умелый хозяин найдёт применение, — оскалился Аргалор. — Они ненавидят дворян? Они жаждут крови аристократов? Тогда здесь их ждёт настоящее раздолье! Мой следующий указ прост. Любой дворянин, не поклявшийся в течение полугода новому императору Асириусу Первому, объявляется мятежником и лишается титула и всего имущества в пользу государства! Уверен, Марш свободы будет рад помочь расправиться с этими мятежниками за процент от экспроприируемых сокровищ.

Сиарис хотела спорить и сказать, что Марш свободы «в сделку не входил», но тихий голосок в голове, сказавший не спешить, и неожиданная даже для неё самой тоска остановили латунную. К своему удивлению Сиарис с печалью осознала, что всё ещё в глубине души надеется помочь своему творению и последующим за ней когда-то смертным.

— Это игра с огнём, — тихо принялись обсуждать эту идею остальные прислужники. — Но если надо будет на кого-то сбросить всю вину за жертвы, Марш свободы отлично подойдёт.

Аргалор давно освоил игру политика, умело перетасовывая фигуры и назначая «героев» и «злодеев». Марш свободы давно перешёл грань дозволенного, так что, получив финансирование и возможность рвать кого-то на куски, они с радостью погрузятся в кровавую баню.

Да, предложенный Аргалором план был рискованным, но он уже был лучше годового стояния на месте, ведь он предлагал выход из ситуации.

Однако Лев ещё не закончил.

— Мориц, я не требую от тебя в ближайшее время наступления, но наёмники Шитачи не должны захватить у нас и пяди земли, пока Аргалориум будет расправляться со внутренними проблемами! Также организуй уничтожение и поглощение армий дворян. Время слов закончилось. Они или сражаются за меня, или становятся пеплом! Никаких сомнений! Никаких споров!

— Будет сделано, повелитель!

Дальше пришла очередь подвести итог и обсудить детали. Имея грубый, но зато недвусмысленный план, прислужники были рады окончательно его доработать.

Когда обсуждение начало подходить к концу и все принялись покидать зал, то многих поразил неожиданно вставший Эльдорадо.

— О великий повелитель, у меня есть идея, что обязательно вас заинтересует! Но моя единственная просьба, рассказать идею только вам! — уже собравшийся уйти Аргалор не очень дружелюбно взглянул на Кайла, однако всё же решил остаться.

— Лучше бы тебе не преувеличивать, — проворчал Думов, дождавшись, когда все покинут зал. — Ведь если это будет какая-то глупость, ты сильно пожалеешь!

Глава 10

Всеобщие взгляды разом сосредоточились на замершем Эльдорадо, и их взгляды имели значительный вес. Собравшиеся здесь разумные не были лёгкой добычей. Каждый из них прошёл тяжелую жизненную школу.

Даже относительно слабый Аларик перенёс свою долю трудностей. Выгнанному ученику великого мага пришлось отбиваться от грабителей и убивать, чтобы защитить свои зелья.

Что уж говорить о ком-то вроде Асириуса, прошедшему путь от бесправного кобольда, которого племя практически похоронило, к потенциальному императору крупнейшего государства столь древнего мира, как Тарос?

Десятки интриг уже крутились в этих спокойных и судящих взглядах. Никто не осуждал Кайла Эльдорадо за его амбициозность, ведь одним из главных правил Аргалориума было неприкрытое стремление к вершине.

Вот только большинство из главных прислужников посчитали Кайла слишком поспешным.

Стиснувший зубы Эльдорадо видел в их глазах насмешку. Они уже планировали, как воспользоваться его падением. Должность министра развлечений была лакомой должностью, и другие министры были рады поставить на неё своих ставленников.

Последним ушёл, а точнее, исчез в виде голограммы, его непосредственный начальник — Джозеф Эрц. Механическое лицо техно-воина ничего не выражало, но Кайл незаметно сжал кулаки, чтобы подавить колотящую его дрожь.

— Ты забавный человечек, Кайл Эльдорадо, — первым, естественно, заговорил Аргалор, пока Кайл почтительно ждал его слов. Красный дракон с лёгким развлечением рассматривал стоявшего перед ним довольно привлекательного по человеческим меркам мужчину. — Не каждый день вор удостаивается аудиенции со мной.

«Какого хрена, Эрц⁈» — Кайл молча проклял в своём сердце: «Ты говорил, что эта информация исключительно для личного пользования. Так какого дьявола об этом знает даже наш повелитель⁈ Ладно, главные прислужники, с их влиянием ничего удивительного. Ладно, сам Эрц, это необходимо для его работы. Но Аргалор⁈ Как кто-то вроде меня умудрился привлечь его внимание⁈»

Эльдорадо не знал, но виной стало его мастерство ведущего. Эльдорадо с такой страстью и безудержным, темным весельем подходил к своим выступлениям на аргорадио, что невольно привлёк внимание самого Аргалора.

Получив в своё распоряжение часть из удовольствий своего прошлого мира, Лев очень любил начинать утро с пары передач аргорадио, пока принимал завтрак.

Заинтересовавшись личностью этого ведущего, Аргалор невзначай упомянул о нём Асириусу. Ответственный же кобольд связался с Эрцем и упомянул Кайла. Сам же Джозеф разыграл Эльдорадо, воспользовавшись его благодарностью и незнанием ситуации, чтобы привязать к себе.

— И это невероятная честь, — Эльдорадо глубоко поклонился, стараясь незаметно стереть выступивший на лбу пот. — Я прекрасно понимаю, какая это честь общаться с вашим драконейшеством один на один!

— Неужели? — смешок возвышающегося над ним дракона окатил Кайла горячим дыханием. На удивление мужчины, никакого зловония мёртвой плоти не чувствовалось, скорее, это было похоже на стояние напротив пышущего жаром тигля с расплавленным металлом. Запах серы и пепла заполнил ноздри Эльдорадо. — Мне интересно, понимаешь ли ты иронию того, что ты стоишь передо мной?

— Эм, — Эльдорадо замялся, судорожно пытаясь понять, что именно в виду его господин. На мгновение мелькнула мысль подключить к делу свой ловкий язык и соврать, но Кайл вовремя опомнился. Аргалориум был полон печально известных историй, в которых некие глупцы осмелились соврать владыке корпорации. — Прошу простить мою недальновидность, повелитель, но я не знаю…

Смех был ему ответом.

— Тогда я тебе объясняю. Ты ведь вор, Эльдорадо, не так ли?

— Бывший вор, — инстинктивно выпалил Кайл и сразу же проклял свой быстрый язык. Неужели ему расхотелось жить и он решил перебить огромного плотоядного дракона⁈ — Извините, я!

Укоризненно покачивающийся из стороны в сторону палец Аргалора остановил тараторенье Кайла, боящегося просто не успеть извиниться.

— Не торопи события, человечек. Как я сказал ранее, ты вор. Зная твою биографию, ты обязательно ознакомился с законами моей корпорации. И ты должен знать, что у совершенных преступлений в Аргалориуме нет срока давности…

Когти Аргалора сжались, заставив Эльдорадо вздрогнуть от скрежета и треска лопающегося камня.

— И зная это, ты слышал о той неприятной истории между мной, моими сокровищами и группой наглых воров, посмевших меня ограбить?

Кайлу Эльдорадо с каждой секундой всё больше не нравилось, куда двигался разговор. Он словно бы стоял перед разгоняющимся тяжёлым транспортным големом, но, как бы он ни дёргался, совершенно не мог сдвинуться с места!

Шея Аргалора двигалась вперёд, приближая ужасную морду дракона прямо к посеревшему от страха Кайлу.

— И вот ты, вор, приходишь ко мне один на один, — глаза Аргалора вспыхнули двумя провалами в ад, а вокруг него заколыхалась чёрная дымка, искажающая силуэт дракона. — Может быть, ты и был одним из тех, кто стоял за похищением моих сокровищ?

— Нет! — отчаянно взревел Эльдорадо, чувствуя, как его одежда в мгновение ока промокла от пота. Животный ужас яростно стучался в разум человека, вынуждая его бежать, прятаться, но логика заставляла Кайла сопротивляться и стоять на месте, ведь это был единственный путь выжить. — Я не крал ваши сокровища! Я не причём! Если бы я знал, кто это был, то первым же их прикончил!

Пару мгновений ничего не происходило, а затем зал сотряс громовой хохот. Убравший голову назад Аргалор самозабвенно смеялся, хлопая лапой по полу, порождая короткие толчки землетрясения.

— Будь проклят тот белый ублюдок, это и впрямь весело! Теперь я понимаю, что он в этом находит! — красный дракон закончил смеяться и обратил насмешливый взгляд на подрагивающего и смотрящего на него широкими глазами Кайла.

— Что?.. — пустым голосом спросил Эльдорадо. — Случилось?

— Неужели непонятно? — хмыкнул Аргалор. — Я решил проверить тебя, человечек. Среди моих главных прислужников не может быть слабаков и трусов. Амбиций тебе не занимать, но оставался вопрос, хватит ли тебе стержня их придерживаться? Пока выходит, что это так. Впрочем…

Аргалор критически оглядел жалкое состояние Кайла.

— … Пока не обольщайся. Ещё предстоит много работы. Если бы я сыграл такую шутку над Асириусом или Морицем, они бы даже не изменились в лице. Так что пока ты слабоват. Но этого достаточно, чтобы я тебя выслушал.

«Шутка?» — невыразительно подумал Кайл, переоценивая свою жизнь и нынешний путь: «Чуть не довести меня до сердечного приступа, это всего лишь шутка?»

Испытавший похожее чувство от Казрекса, Аргалор оказался старательным учеником, и вскоре Аргалориум лучше узнает чувство юмора своего господина.

Но как бы сильно Эльдорадо не хотел закричать от распирающих его чувств или сбежать из этого проклятого кабинета, он всё ещё не достиг своей цели. Поэтому, собрав всё своё оставшееся мужество, Кайл поднял взгляд и осмелился взглянуть прямо в глаза одобрительно кивнувшего дракона.

Аргалор не видел в происходящем ничего странного. Даже те угрозы Казрекса он воспринимал как обычную часть жизни, а не нечто ужасающее.

Чем сильнее давление, угроза или опасность, тем сильнее становятся драконы. В некотором роде это актуально и для людей, вот только в отличие от повелителей неба вероятность того, что смертный сломается, куда выше.

Но беспокоило ли это Аргалора? Для него его главные прислужники были живыми сокровищами, и они не имели права иметь в себе «трещинки» страхов, слабости или трусости.

— Повелитель, когда я занял должность министра, то долго думал, чем такой скромный человек, как я, может помочь вашему делу, — глубоко вздохнув, начал репетированную речь Эльдорадо. К его облегчению Аргалор не перебивал, а лишь внимательно слушал. — Господа Асириус и Мориц сопровождали вас многие десятилетия. Аларик Скотт и Тарет Варбелт способны выдавать новые изобретения, пока Джозеф Эрц и Моргенс Гудмунд будут устранять угрозы вашему благосостоянию.

Профессионализм плавно подавил нервозность Кайла, и чем дольше он говорил, тем плавне это получалось.

— Зная это, я не мог задать себе вопрос: а что же я? Чем именно у меня получится выделиться на фоне гигантов, занимающих свои места десятилетиями раньше меня? Заставить ваших подданных любить вас ещё больше? Так они уже любят вас. Любые спорные законы и решения получают своих владельцев, пока положительные новости связаны или с вами, или господином Асириусом.

— Занимательно, — улыбнулся Аргалор. — Если ты здесь, то ты всё же что-то придумал?

— Так и есть, господин! — возбужденно заявил Эльдорадо. — Я потратил большую часть заработанного на своей должности состояния, но нашел ответ, — Кайл нервно облизал губы и слитно выдохнул. — Повелитель, я знаю, как помочь вам вознестись к божеству!

Тишина была ему ответом, но лихорадочно объясняющий Кайл этого не заметил.

— Я случайно наткнулся на правду о том, что далеко не все из божеств нашего мира появились естественным путём! Оказалось, что часть из них в далёком прошлом были смертными! Подумать только, они скрыли эту правду так тщательно, что найти остатки их действий получилось лишь в самых глубоких гробницах Севера, где почти не ступали ноги людей!

Кайл громко засмеялся.

— Та же всем известная богиня удачи, Хемина! Оказывается, тысячи лет назад она была смертной женщиной, предсказательницей великой силы, храмы которой стояли по всему миру! Именно вера из них и помогла ей вознестись! Если мы сделаем так же, то у вас тоже получится…

— Правильно ли я понял, — Аргалор медленно протянул, чеканя каждое слово. Мускулы на его теле начали вздуваться, а ноздри хищно втягивать воздух. — Ты предлагаешь мне, дракону, добровольно стать одним из тех жалких паразитов? Глистов, копошащихся в задницах эмоциональной неполноценности смертных? Связать свою суть цепями божественной ограниченности и лишиться свободы⁈ — последние слова дракон почти проревел.

В этот момент голова Кайла совершенно опустела. Он мог лишь тупо смотреть на приходящего во всё большую ярость дракона, которого он сам только спровоцировал. Казавшаяся минуту назад гениальная идея сейчас, судя по всему, должна была стать его эпитафией.

«О Великие мировые духи, какой же всё-таки идиот!» — внезапно раздавшийся в его ушах женский голос заставил Эльдорадо резко встряхнуться и вернуться к реальности: «Подумать только, умудриться запороть столь впечатляющую идею, да ещё и так бескомпромиссно!»

— Кто… — начал было говорить Кайл, но его резко прервали.

«Да не вслух, придурок! Или хочешь, чтобы Аргалор тебя всё-таки пришиб⁈ Мысленно говори, мыс-лен-но! Хотя нет, вообще ничего не говори, просто повторяй за мной, если жизнь дорога! Чего стоишь, открывай рот, не видишь, Аргалор уже рядом!»

Понимая, что ситуация не приемлет слишком долгих раздумий, Кайл решил поверить неизвестному голосу в голове, что, учитывая природу Тароса, было, как ни крути, сомнительной идеей. Хоть барьер Тароса и был силён, это не мешало дьяволам, ангелам и демонам его время от времени обходить.

— Повелитель, я нечаянно ввёл вас в заблуждение! Я имел в виду, что вы получите все преимущества бытия богом, но не станете закованы их ограничениями! — отчаянно закричал Кайл, изо всех сил привлекая внимание Аргалора. — Вы будете всё так же свободно, но зато станете ещё сильнее!

Видя, что он ещё жив, Эльдорадо обрадовано продолжил, почти дословно цитируя голос в голове.

— Я предлагаю выбрать божеством не вас, а всех драконов сразу! Вы же станете их лицом и пророком, ослабив тем самым божественные путы!

— Этого всё равно будет недостаточно, — раздраженно фыркнул красный дракон, немного успокаиваясь и медленно усаживаясь обратно. — Божественные обеты всё равно остануться.

— Именно поэтому вам стоит рассмотреть идею растянуть их на тех, в ком вы более чем уверены. — твёрдо заявил Кайл, чем заработал насмешливый взгляд Аргалора.

— Неужели, смертный, ты намекаешь на себя?

— Нет, повелитель, — гордо отказался Эльдорадо. — Я слышал, что вы великий шаман, способный контролировать могучих духов. Почему бы не использовать их для разделения божественного бремени? В таком случае вы сможете воспользоваться всеми силами, но не будете ими ограничены! — в этот момент Кайл не мог не испытать подозрений о личности той, кто надиктовывала ему эти слова.

— Хм, это интересная мысль. — Аргалор впервые серьезно задумался. — Прошедшая аж через два фильтра божественная энергия и впрямь может быть полезна… Сегодня твой счастливый день, человечек, ведь ты сумел меня заинтересовать. Я хочу, чтобы уже завтра ты передал краткий отчёт всего, чего ты достиг и изучил. Ну а пока я хочу знать, почему именно драконы? Вы, смертные, боитесь нас. Почему ты вверяешь будущее своей расе нам?

— Потому что вы живёте достаточно долго, чтобы наблюдать за жизнью целых цивилизаций, — твёрдо заявил Кайл. — Каким бы хорошим не был смертный правитель, рано или поздно он умрёт, а вместе с ним погибнет и его империя. Даже если сыновья или внуки будут достойны отцов, всё равно в конце появится гнилое семя, разрушившее творение предков.

— Драконы тоже умирают. — привёл логичный аргумент Аргалор. — Даже титанические драконы смертны.

Возможно, для каких-то драконов подобные слова прозвучали бы ересью, но Думов трезво глядел на вещи. Повелители неба не были абсолютно бессмертными. Мультивселенная обладала слишком большим разнообразием способов умерщвления ближнего своего, чтобы хоть одна раса имела право говорить о полном бессмертии.

И даже если и находилась какая-то неубиваемая аномалия, то всегда существовали методы «запечатывания», немногим отличающиеся от смерти.

— Но это происходит настолько редко, что каждая их смерть — легенда, — Кайл явно не собирался сдаваться, мрачно покачав головой. — Лишь те, для кого время не главный противник, способны построить нечто великое.

— Какая нетипичная точка зрения, но мне она нравится. — одобрение Аргалора наконец разжало сжатую до предела пружину внутри мужчины. — Ты сумел меня заинтересовать, но осталось понять, насколько твоя идея осуществима, а главное, безопасна.

Поклонившись, Кайл медленно двинулся к выходу. Однако он всё же не упустил возможности связаться со своей тайной благодетельницей.

«Кто ты такая? Почему ты предложила эту идею? Ты одна из духов повелителя?» — ответ неожиданно пришёл сразу же.

«Неужели кто-то научился пользоваться мозгом? Не напрягайся так, а то с непривычки кровь из носа пойдёт. И да, я сейчас отвечу на эти и следующие вопросы, чтобы ты вновь не наделал глупостей».

Возмущённый словами духа Кайл уже было собирался заговорить, как его перебили.

«Да, я великий дух жизни и меня зовут Эви. Я только-только сумела немного обойти запреты Аргалора, поэтому и смогла с тобой связаться. И да, если ты обо мне расскажешь, то я, в свою очередь, расскажу, что ты представил мою идею за свою, обманув Аргалора прямо в лицо. И нет, Аргалору мой план не повредит, зато мне поможет. А теперь хватит тратить моё время и иди писать отчёт. Аргалор явно серьёзно воспринял наш план, так что завтра он точно будет тебя ждать!»

Связь с Эви оборвалась, а Кайл Эльдорадо угрюмо пошёл прочь.

Казалось, его план увенчался успехом — он был жив, привлёк внимание Аргалора и, вероятнее всего, в будущем получит контроль над столь масштабным проектом.

Вот только ценой стало попадание в интриги могущественного духа, которой явно играл в какую-то свою игру! И что с этим делать, Кайл совершенно не представлял!

Глава 11

«Ну и зачем всё это было?» — раздраженно спросила Эви, посылая волны недовольства прямо в Аргалора: «Не ты ли ему заявлял, что не хочешь быть божественным червём, а затем тайком через меня даёшь ему идеи? Кроме того, к чему эта клоунада?»

«Потому что он вор», — насмешливо подумал Аргалор, провожая взглядом невероятно напряженную спину Кайла Эльдорадо: «Вор, который волею случая и своего таланта вознёсся на самую вершину. Единственное, что его сдерживало от того, чтобы вернуться к старым привычкам, это чувство крепко сжатого стального кулака Эрца на его яйцах. Но сегодня он узнал, что его секрет знает буквально все, и это ничего особо не меняет».

Внимательно выслушавшая это объяснение Эви несколько секунд помолчала, пока наконец не воскликнула:

«Но настоящая причина лишь в том, что он вор, и ты хотел бы, чтобы он сходил с ума от паранойи⁈»

«Ха-ха-ха, ты так хорошо меня знаешь!» — развеселился и не думавший отказываться Аргалор, удобнее скручивая тонны своего смертоносного тела.

Одна лишь мысль о будущих бессонных ночах Эльдорадо наполняла душу дракона удовлетворением и тихой радостью.

«И хоть ранее сказанное мной верно, правилен и тот факт, что такой человек, как Кайл, игрок. И зная, что риск минимален, он сделает ошибки, за которые его придётся убить. Я же, зная его ценность, помогу ему держать себя в руках», — Аргалор хрипло засмеялся: «Готов поспорить, что с этого момента он воспользуется всеми ресурсами и связями, чтобы самым лучшим образом реализовать мой будущий план божественности, чтобы, если я узнаю о твоём предательстве, ему было что сказать в свою защиту».

«Чуть не забыла! Ты совсем отвлёк меня этими сумасшедшими вещами!» — вспомнила наконец Эви свой прошлый вопрос: «Зачем ты попросил меня передать ему измененную схему поклонения?»

«Естественно, чтобы проверить её работоспособность», — глаза Аргалора подозрительно мерцали: «Я не врал, когда говорил, что становление божеством — это проигрышный путь. Ведь были драконы, что пошли по этому пути, тот же создатель Асириуса, Анур. Но это не принесло им счастья. Однако, кто сказал, что нельзя попытаться обойти эту систему? Пусть Эльдорадо попытается. Получится? Лишним не будет. Нет? Значит, поклонение останется лишь драконам».

Эви хотела спросить, почему тогда он решил использовать для поклонения ещё и её, но она не рискнула. У элементаля жизни было очень стойкое ощущение, что «ложь» Аргалора была направлена не только на Кайла, а в том числе и на неё саму.

Хоть путы хозяина и слуги между Аргалором и Эви и были прочны, это не мешало духу жизни потихоньку испытывать их на прочность.

Знал ли об этом Аргалор? Эви не сомневалась, что знал. И его нынешние слова явно подтверждали это.

Не в силах скрыть своё возмущение, дух жизни яростно выразила свои сложные эмоции.

«Какой же ты говнюк», — Эви прислала образ, как она прикрывает воображаемое лицо руками: «Но готова поспорить, что если тебя в ближайшее тысячелетие не убьют, то ты заставишь беспокоиться и некоторых титанических драконов».

«Тысячелетие? Так думают лишь трусы». — таинственный ответ Аргалора разом заставил Эви насторожиться.

«А ну-ка давай поподробнее! Что ты ещё задумал! Разве вы, драконы, не живёте тысячи лет, чтобы набраться сил, а затем вознестись к титаническим драконам?»

«Так и есть, и мне этого недостаточно!» — глаза Льва пылали пламенем неугасимых амбиций: «Неужели ты не видишь, что наш мир, нет, вся вселенная подступает к точке перелома! Сотни и тысячи лет сохранялся статус-кво. После падения нашей Империи появилось множество „наследников“, но ни один из них так и не сумел получить подавляющего преимущества над остальными. Дьяволы Ада сражались с Ангелами Рая. Демоны Хаоса и Ангелы Порядка так и не сумели поделать друг с другом. И это лишь самые ключевые игроки. Всё застыло в убогом равновесии, где каждый лишь скалит зубы, не рискуя обнажить своё собственное горло. Но недавно это болото наконец-то встряхнули!»

«Встряхнули? О чём ты говоришь?» — запуталась Эви.

«Если бы ты не ленилась большую часть времени, а следила за окружением», — издевался над ней Аргалор: «То заметила бы, что я не так давно получил сообщение от новостной подписки „Тысячи путей“. Коммуникационная сеть Корами предлагает за определенную плату межмировую рассылку самых главных новостей вселенных. Дерут золото, словно собратья-драконы, но от них есть толк».

«Так, может, ты уже скажешь, что случилось, или и дальше будешь изображать элементаля плохих шуток?» — манера общения Аргалора могла вывести из себя даже отрешенного от мирских дел монаха, не говоря уже об эмоциональном духе жизни.

«Я смотрю, кто-то осмелел и давно не сидел в темном ожерелье? На твоё счастье, пока я перенесу твоё наказание! Касательно же новостей, то об этом знает уже вся вселенная: у этих сумасшедших архангелов Порядка окончательно лопнуло терпение, и они объявили очередной, на этот раз Седьмой крестовый поход Порядка против всех сил Хаоса. Под раздачу попали, естественно, и те миры, что в той или иной степени были затронуты Хаосом. Надо ли говорить, что всякие торговые межмировые столицы все, как один, в этом плане нечисты?»

От автора:' «Крестовым» поход назван для лучшей ассоциации. К христианству он не имеет никакого отношения. В некоторых версиях языков покоренных ангелами народов используется: «Седьмой Священный поход Порядка»'.

«О Мировые духи, это значит, что у того же Раганрода сейчас есть более важных дел, чем мы?» — Эви искренне обрадовалась. Её, как и большую часть вселенной, изрядно пугало существование титанических повелителей неба.

«Это тоже, хоть я и не считал, что он будет о нас заботиться», — отмахнулся Лев: «Куда важнее, что пользуясь хаосом Седьмого крестового похода, дьяволы и ангелы тоже начнут предпринимать ходы. И это наша лучшая возможность продать своё снаряжение обеим сторонам! Из-за наличия других корпораций на Таросе рынок уже перенасыщен, пора искать внешние рынки!»

«Знаешь, я никогда не понимала, как именно ангелы Порядка вообще способны так долго и даже порою успешно бороться с архидемонами Хаоса», — Эви решила, что пользуясь хорошим настроением Аргалора, это идеальный момент, чтобы в кое-чем разобраться: «Хаос же бесконечен, как и количество обитающих в нём монстров. Взять хотя бы тех же Богов Хаоса. Одного лишь их существования достаточно, чтобы ближайшие к ним миры оказались заражены. Как ангелы вообще способны с ними бороться?»

Льву надоело сидеть взаперти, и огромные артефактные окна широко распахнулись, только получив команду. Взмах крыльями, и красный дракон взмыл в небо, оглядывая хозяйским взором проносящиеся внизу здания, склады, цеха и жилые районы.

«Всё очень просто. В отличие от ангелов Порядка, демоны совершенно неорганизованны. Даже хуже, они физически неспособны долгое время быть вместе. Если вглядеться в историю, то даже самые крупные демонические вторжения и походы включали в себя не более нескольких архидемонов или темных богов Хаоса. И даже если они побеждали, то в какой-то момент один из них наносил удар в спину другим. В отличие от нас, созданий Порядка, знающих, что нам есть что терять, творения Хаоса априори куда меньше ценят свои и чужие жизни. Поэтому хоть ангелов и неисчислимо меньше, это не мешает им неплохо сокращать высшее демоническое поголовье».

«А что ты имел в виду насчет того, что тысяча лет развития лишь для слабаков?»

«Не слабаков, а трусов… И тебе повезло, ведь я как раз собираюсь обсудить именно это с Аргозой». — Думов немедленно приметил приближающуюся к нему Аргозу.

Чешуя золотой драконицы блестела в лучах солнца так ослепительно, будто она целиком состояла из столь приятного глазу дракона золота.

«Я начинаю понимать, почему моя мать выбрала Доругота», — не мог не отметить Лев: «Ну, не считая половины сокровищ отца».

— Аргалор, я рада, что ты не стал пытаться примириться с этим глупым смертным, — улыбнулась золотая драконица, выровняв свой полёт рядом со Львом: 'В отличие от тебя, этот Асириус совершенно не годится быть управляющим!

— Мы это уже обсуждали. Или ты забыла мои… аргументы? — Аргалор зло оскалился, а на мгновение потерявшая контроль над крыльями Аргоза неосознанно коснулась лапой шеи. — В её глазах мелькнула злость и удовлетворение, сменившееся, впрочем, высокомерием.

— Пф-ф, не заблуждайся, цветной, — гордо фыркнула она. — Я всего лишь решила пока оставить эту тему. Но это сейчас не важно. Аргалор, — Аргоза обеспокоенно посмотрела на своего партнёра. — Ты уверен, что стоит идти по этому пути? Всё, что я осторожно узнала у отца и его архива, однозначно говорит, что это слишком опасно.

— Не ты ли сама мне только что говорила действовать решительнее? — насмехался над ней Аргалор, но быстро стал серьёзнее. — Не говори глупостей, Аргоза. Ты просто не хочешь видеть очевидного. Мы слишком глубоко погрузились в игру, сложности которой мы не соответствуем. Если мы не станем сильнее как можно быстрее, то нашими сокровищами будут довольствоваться совсем другие хозяева. Итак, что ты нашла?

— Пока немногое, — сдалась Аргоза, решив на данный момент не спорить. — Лишь, что вовремя Великой войны наши предки и впрямь проводили эксперименты по ускорению роста других драконов. И хоть подобные исследования закончились некоторым успехом, но потери в добровольцах и подопытных сделали всю работу совершенно бессмысленной. Главная проблема войны с великанами была разница в численности, и это исследование лишь усугубило бы данную проблему.

— Хм, судя по характеру экспериментам и выводам, окончание работ пришлось прямиком на конец Великой войны, — сделал вывод Аргалор. — Поначалу драконов было более чем достаточно, а под конец войны каждый член стаи был практически незаменим. И что дальше?

— А чего ты хотел за две недели? Чтобы я нашла тебе всю технологию⁈ — недовольно оскалилась Аргоза. — Такие секреты не валяются на обочине!

— Ладно-ладно, не горячись, — усмехнулся Лев, успокаивая партнёршу. — Ты уже сделала больше, чем я рассчитывал. Уже знание о том, что это возможно, всё меняет.

«Ты явно пропустил ту часть, где сказано, что даже драконы того времени отказались от этого пути». — хором заметили Аргоза и Эви, от чего у Аргалора случился эффект эха.

— Никто не говорит сразу лезть в это, — недовольно ответил Лев обоим критикам. — Получим технологию, изучим её, и лишь затем будем думать. В любом случае, пока её надо найти.

Лев не мог не задуматься, где именно стоит начать «копать». Первым на ум пришли старейшие представители их расы — титанические драконы. Если уж кто и мог знать, то это были они.

Но Думов не обольщался в том, что они будут рады ему рассказать. Хоть титанические ящеры и смотрели на мир с насмешливой снисходительностью, это отнюдь не значило, что они готовы были плодить себе конкурентов.

Каждый титанический в их кругу воспринимался как потенциальная угроза, способная прервать их, в потенциале, бесконечную жизнь. И давать настоящую силу кому-то с амбициями Аргалора было не в их привычках, даже если вероятность свернуть шею была значительна.

— Подожди, если так подумать, то я, кажется, знаю один способ в кратчайшие сроки обрести невероятную силу! — чуть подумав, ахнула Аргоза, разом привлекая к себе всё внимание Льва. — Отец мне об этом рассказывал, но этот способ столь невероятно опасен, что я даже не подумала о нём!

— Тогда почему ты не начала с него с само… кхм, — зарычавший было Аргалор вовремя опомнился и натянуто улыбнулся, увидев насмешливый взгляд драконицы. Кажется, если бы он продолжил так говорить, то в ближайшие месяцы он бы точно не узнал об этом способе. — Я хотел сказать, мне было бы очень интересно о нём узнать.

— М-м-м? — сладко улыбнулась Аргоза и невзначай наклонила голову.

— Конечно, что-то подобное могла узнать лишь самая красивая и сильная драконица, которую я знаю. — с трудом выдавил Аргалор, которого явно шантажировали.

— … и которая сегодня получит ещё и двадцать тысяч золотых монет… — продолжила его речь Аргоза.

— Ну ты-то совсем с ума не сходи! — посягательство на свой кошелёк Аргалор воспринял явно негативно.

— Не делай такую злобную морду, я скажу! — засмеялась Аргоза, лукаво смотря на красного дракона. — Как я уже сказала, этот метод чрезвычайно опасен, последствия его будут очень тяжёлыми, и я думаю, тебе он не подойдёт. Ты всё ещё заинтересован?

— Конечно. — у Аргалора не было никаких сомнений, он даже подлетел поближе, чтобы не пропустить ни единого слова.

— Тогда слушай, — Аргоза стала серьёзной. — Во-первых, ты должен найти дракона, минимум взрослого. А затем ты должен его убить…

Лев сузил глаза: «Неужели это какой-то тёмный ритуал? Да ещё и разработанный драконами для драконов? Не знал, что семья Аргозы практикует нечто подобное».

Уже догадавшаяся Эви поудобнее устроилась в ожерелье, готовая наслаждаться зрелищем.

— … После же того, как ты его убьёшь, ты должен… — Аргоза сделала драматическую паузу, а затем быстрой скороговоркой проговорила всё остальное. — Начать есть его плоть, стать пожирателем и обрести невероятные силы!

В небе настала абсолютная тишина, пока Аргалор переваривал этот «невероятно полезный метод».

— Ты издеваешься⁈ — его громогласный рык, казалось, сотряс небеса. — Что это за дерьмовый способ стать врагом всего драконьего рода⁈

— Ты хотел способ, я тебе его дала! — с ликованием хохотала Аргоза, ловко впадая в штопор и ускользая из лап взбешенного Аргалора.

«Мне кажется, этот способ идеально тебе подойдёт». — подлила масла в огонь борющаяся с широкой ухмылкой Эви.

Аргалор молча устремился за улепетывающей от него золотой драконицей, и сегодня жители Стальбурга могли наблюдать за уникальным зрелищем игривого «танца» двух драконов.

Вот только методичный разум Аргалора никак не мог отбросить одну простую, но невероятно крамольную мысль: «Неужели великие драконы прошлого не рассматривали подобный путь?»

* * *

Выключив голограмму, Сиарис потерянно вышла из пещеры и окинула взглядом расстилающийся перед ней океан. Прямо сейчас она была на одном из бесчисленных островков, раскиданных вокруг разрушенного континента Литуин.

Солнце весело сверкало в накатывающих на каменистый берег волнах, пока сверху дико кричала стая чаек, испуганно чувствовавших в их доме присутствие высшего хищника.

Вот только, несмотря на прекрасную погоду, в душе латунной драконицы чувствовалась пустота. Приказ её брата поднял старые воспоминания, которые уже почти столетняя драконица отчаянно гнала.

Когда-то давно, десятилетия назад, она отчаянно верила, что ненависть смертных возможно исправить словами. Она считала, что тугой узел смертных противоречий возможно развязать доверием и упорством.

Аргалор сделал всё, чтобы показать, насколько же она ошибалась.

«Нет!» — Сиарис решительно отбросила эту мысль: «Он ничего не делал, кроме того, что помешал мне и дальше заблуждаться. Стоило мне исчезнуть, как всё рухнуло. Как могла система считаться надёжной, если без одной единственной, пусть и важной детали, она немедленно рассыпалась?»

Губы драконицы скривились в грустную улыбку: «Хотя, если бы Марш свободы просто исчез, это было бы не так больно».

За прошедшие десятилетия её верные последователи превратились в нечто, с чем Сиарис не хотела иметь ничего общего. Если бы на Таросе и существовала организация, которую боялись примерно так же, как некромантов, и демоно- и дьяволопоклонников, то Марш свободы прочно занял бы эту нишу.

Если изначально после исчезновения Сиарис большинство ячеек Марша всё ещё старались придерживаться хоть каких-то рамок, то с годами такое понятие, как «сопутствующие жертвы», стало естественной частью их борьбы.

Латунная драконица внезапно почувствовала знакомое присутствие и никак не стала мешать ему подсоединиться к ней.

— Привет, Сиарис, — мягкий голос богини жизни поприветствовал старую подругу. — Как ты?

— Привет, Жива, — вздохнула латунная. — Бывало и лучше. То, что я собираюсь сделать, убьёт очень много людей.

— Такова природа жизни и смертных, — успокаивающе сказала богиня. — Всё живёт и умирает. Главное, пока их смерти идут на пользу следующим поколениям, то они умирают не зря.

— Ты говоришь, как какая-то богиня смерти, — криво улыбнулась Сиарис, на что получила тихий смех богини.

— Поверь, моя сестра немало бы рассказала тебе о важности жизни.

— Богиня жизни ратует за важность смерти, пока богиня смерти любит жизнь. Я начинаю понимать, почему на Таросе, в отличие от других миров, почти не бывает катастроф, связанных с некромантами. — проведя столько времени рядом с Аргалором, как Сиарис не научилась бы его сарказму?

Жива никак не ответила подруге, сохраняя уютную тишину.

— Достаточно сомнений, — решительно заявила Сиарис, твёрдо взглянув на открывающийся океан. — Сделай то, что тебя прошу, и я поговорю с братом о сохранении твоей религии.

— Я бы сделала это и без этого. — в поражении вздохнула Жива, но Сиарис решительно отказалась.

— Нет, я не могу бесплатно пользоваться твоей добротой. Мне очень нужна твоя помощь, и без неё мне не обойтись. Возьми мои слова и доставь их каждому лидеру Марша свободы. Скажи им, что их лидер жива и она требует их возвращения к ней. Пусть они придут на старое место встречи, в горы Священной центральной империи, где всё началось. Через месяц, начиная с этого дня, я туда приду. Этого времени достаточно, чтобы туда добраться.

Ласковое присутствие Живы рассеялось, а Сиарис взглянула в сторону расположения обломков Литуина. До встречи ещё был целый месяц, так что у неё было время продолжить миссию по разрушению союза Шитачи и Торговой компании Раганрода.

* * *

Огонь яростно пожирал обломки крепости, пока в небе раздавались дикие крики разрываемых бесами людей. Сразу несколько краснокожих летающих низших дьяволов хватали бегущих горожан, поднимали их в небо, после чего роняли вниз, окрашивая черепичные крыши в красный цвет.

Маленький городишко превратился в настоящий ад, пока по улицам, смеясь, бежали «злобы» — чуть более высокие в иерархии ада двухметровые краснокожие существа, чьи ноги оканчивались копытами с пяточным когтем, а жуткие шипастые головы увенчивались бараньими черными рогами.

Вооруженные огромными топорами, они с лёгкостью разрубали на части каждого, кто был недостаточно быстр или пытался им противостоять.

На злобах практически не было одежды или брони, но она им и не была нужна. Прямо сейчас в этом небольшом городке почти не осталось тех, кто мог представлять для них опасность.

Замок местного лорда был разрушен, а сам он, лежа перед гигантским костром, громко выл, смотря, как его семья сгорает прямо у него на глазах.

— Зачем⁈ Зачем ты это делаешь⁈ Ты хочешь денег⁈ Золота⁈ Артефактов⁈ Прекрати это безумие, и я всё отдам! — надрывался связанный светящимися дьявольскими цепями лорд, но стоявший перед ним маг словно бы его не слышал, задумчиво смотря на пылающий костёр. — Кто ты вообще такой⁈ Как мой род тебя оскорбил⁈

Маг был высоким, болезненно худым мужчиной, одетым в черный костюм и кожаный плащ, но ошибочно было думать, что худоба хоть как-то сказалась на его силе. Широкие, похожие на лапы руки больше подошли бы дремучему разбойнику, чем заклинателю. Костистое лицо взирало на мир из-под глубоко надвинутой остроконечной шляпы.

— Кто я такой? — последние слова наконец привлекли внимание неизвестного, и он опустил взгляд, чтобы посмотреть на распростёртого перед ним лорда. — Меня зовут Люциус Крамер, и моя задача — очистить такую грязь, как ты и твой род, с лица Тароса.

— Ты-ты-ты Марш свободы! — ужас осветил лицо лорда, и тот немногий самоконтроль, что у него остался, рассеялся. — Вы монстры! Посмотри, что ты сделал с этим городом! С его жителями!

— Они сами выбрали свою судьбу, — безразлично заметил Крамер. — Служа таким, как вы, они ясно выбрали сторону. Живущие в этом городе повитухи помогли родиться сыну твоей дочери, пекари пекли для тебя хлеб, пока мясники разделывали для вас мясо. Каждый здесь виновен, и я пришёл, чтобы исполнить приговор.

— Ты безумен! Абсолютно безумен! — кажется, старый лорд наконец сошёл с ума, ведь изо рта у него потекли слюни, а взгляд потерял фокус. Крамера это не сильно волновало. Главное, что очередной дворянский род Тароса был уничтожен.

В данный момент Люциус Крамер находился на Реуссе, и он был занят борьбой с родами самураев Сегуната Окацу.

Когда-то давно Люциус Крамер был успешным и перспективным низкорожденным магом на службе Центральной священной империи, пока один из высокопоставленных дворян не отправился развлекаться в город и не похитил его сестру.

Для родственников служащих ей по контракту магов Империя всегда давала защиту близких. Давая образование, Империя желала, чтобы преданные ей маги служили как можно дольше.

Но действия одного высокорожденного ублюдка перечеркнули старания сразу множества людей.

Когда Люциус узнал о случившемся и спешно вернулся, его сестру уже вышвырнули из поместья.

Глядя в пустые глаза измученной сестры, Крамер немедленно обратился в имперскую канцелярию, требуя разбирательства.

Надо ли говорить, что его вежливо попросили заткнуться и не мешать?

«Твоя сестра ещё жива. И если ты хочешь, чтобы она оставалась такой и впредь, заткнись и живи» — эти слова навсегда запечатлелись в сердце Крамера.

В тот день, когда он нашёл свою сестру повесившейся в её же комнате, Люциус начал свой путь мести.

С появлением Марша свободы беглец и имперский преступник Люциус первым вступил в его ряды и очень скоро дослужился до лидера одного из «рукавов».

В те дни казалось, что ещё немного и у них всё получится. Дворяне лишаться своей силы, и власть плавно перейдёт обычным людям.

Смерть их лидера, Сиарис, поставила жирную точку над этими мечтами.

Не имея общего руководства, вожаки рукавов быстро разругались, начав двигаться так, как считали нужным только они.

Сам Крамер очень скоро понял, что если он хочет заставить этих проклятых дворян воспринимать его серьёзно, то ему требуется больше силы.

Дьяволы, а затем и демоны были рады дать ему власти столько, сколько он мог удержать, и даже больше.

Огонь, демоны и дьяволы стали его вечными спутниками, как и горящие города и деревни, чьи жители стали пищей и жертвами для будущих ритуалов.

Мировые заголовки рисовали Крамера безумным приспешником Хаоса, однако правда была такова, что все заключенные Люциусом договора так и не лишили его свободы воли.

Оплачивая счета чужими жизнями, Крамер упорно шёл по сотням трупов, не видя ни конца, ни начала своей кровавой дороги.

Злость, ненависть и мстительность давно сгладились, сменившись долгом и дисциплиной.

Больше Крамер не ненавидел дворян и их приспешников. Он расправлялся с ними подобно фермеру с паразитами, заразившему его любимый сад.

— Договор выполнен. — перед Крамером возник высокий, не менее трёх метров дьявол, прикрытый, подобно плащу, крыльями. В отличие от злобов, его загнутые рога росли строго вверх, символизируя куда более высокую касту дьяволов.

— Так и есть. — кивнул Крамер, смотря, как бесы, злобы и этот дьявол стремительно вышвыриваются из мира его защитой. Проведенный им ранее ритуал смог дать лишь ограниченное количество времени им здесь находиться.

Люди Люциуса тоже закончили сортировать взятые из замка ценности, а значит, пора было покинуть это место, пока не пришли войска сегуна…

Вспыхнувшее в разуме Крамера божественное сообщение впервые за десятилетии заставило мага потерять спокойствие.

— Она… всё ещё жива⁈ Тогда что случилось⁈ — подобные восклицания звучали по всему Таросу, пока лидеры Марша свободы не могли поверить в услышанное.

Будь это кто-то кроме Живы, они бы посчитали это обманом, но богиня жизни имела серьезную репутацию.

«Я должен быть там», — серьезно решил Крамер, уже планируя дорогу обратно в разрываемую гражданской войной Священную центральную империю: «И даже если мой нынешний путь противоречит видению лидера… я всё равно должен ей».

Ренегаты, бандиты, дьяволопоклонники, массовые убийцы и демонопоклонники потянулись обратно в Форлонд. Марш свободы шёл домой.

Глава 12

Горы Рогдайка, длинный хребет, протянувшийся от северных берегов Форлонда вплоть до южных, деля континент на две неравные части. Обладая впечатляющей высотой и непроходимостью, хребет Рогдайк представлял собой прекрасный барьер между цивилизованной Священной центральной империей и широко раскинувшимися степями орков.

Именно здесь когда-то и было устроено логово Сиарис Свободной, создательницы и лидера ныне печально известного Марша свободы. После грандиозной битвы между ней и её братом от древних развалин осталось не так уж и много.

Гора, на которой было построено логово, оказалась расколота вплоть до своего основания, открывая вид на чудом уцелевшие тайные ходы в толще камня.

За прошедшие десятилетия снег плотно покрыл развалины, но вернувшиеся сюда вожаки ветвей Марша свободы без труда нашли это место.

Они прибывали осторожно, напряженно оглядываясь и ожидая неожиданной атаки в любую секунду. Их покрытые ритуальными шрамами и темными метками руки нервно сжимали запретные гримуары и артефакты. Многие из них лишились конечностей или других частей тела, теперь щеголяя мощными техно-магическими имплантами.

Каждый из пришедших сюда был смертельно опасен. Десятилетия сражений, тайных войн и охоты превратили их в зверей, что лишь ошибкой судьбы всё ещё были одеты в человеческую кожу.

Впрочем, далеко не всегда это были лишь люди. Каждый из вожаков привёл с собой около пятерых разумных, и иногда среди них можно было заметить и нечеловеческие расы.

Так, те лидеры, что работали в Асимахском халифате, привели с собой змеелюдей. Эти живучие существа не очень комфортно себя чувствовали в снежных горах, но без всяких жалоб следовали за своими командирами.

Увидев друг дружку, вожаки Марша свободы старались держаться в стороне. С исчезновением Сиарис доверие между ними давным-давно пало.

С каждым днём обломки горы становились всё оживлённее, пока постепенно прибывали новые гости. В обычной ситуации месяца бы не хватило, чтобы пересечь весь мир и добраться до безлюдных гор в центре гигантского континента, однако вожаки Марша свободы не были обычными людьми.

Тем не менее, хоть вожаки и не стремились к общению, по их расположению можно было понять, кто к какой группе относится. Всего крупных групп было три.

Первые две группы относились к тем, кто заключили договоры с демонами и дьяволами. Имея общих «хозяев-слуг», они имели небольшое доверие.

Последняя же группа относилась к нейтралам, самой хаотичной из компаний. Здесь собрались те, кто пользовался всем, что могло помочь в войне с дворянами. И неофициальным лидером этой группы был Лициус Крамер.

Здесь не было ни одного разумного, кто не знал бы этого человека, который своей и чужой кровью и душами проложил себе путь от обычного, ничем не примечательного мага, вплоть до верховного мага со специализацией демонология и дьявология.

И нет, среди первых двух групп были маги, чьи познания в этих ужасных дисциплинах были в чём-то ещё глубже, вот только их души давно были заложены новым хозяевам.

Именно поэтому Лициус Крамер был несоизмеримо выше их, ведь его душа принадлежала лишь ему самому и делу равенства разумных.

В последний день месяца ожидание собравшихся наконец закончилось, ведь все они увидели величественно спускающуюся из облаков фигуру драконицы.

Латунная чешуя ярко сверкала в лучах солнцах, пока крылья бросали тень на гору. Собравшиеся оценили размеры Сиарис и отметили, что она немного выросла за те годы, что они её не видели.

Их лидер выбрала вершину одной из частей расколотой горы, поэтому потребовалось время, пока все не поднялись к указанному месту. В это время латунная драконица хранила молчание, никак не начиная разговор.

— Все здесь? — голос латунной драконицы пронёсся по рядам собравшихся, и когда она убедилась, что препятствий нет, то она продолжила. — Если у вас есть вопросы, то вы можете задать их мне прямо сейчас.

— Вопросы? Ты сказала вопросы⁈ — словно только это и ждала, из толпы вырвался гневный, истерический голос. Вперёд решительно вышла женщина, чьё лицо пересекал толстый шрам, лишивший её одного глаза, заменённого жуткого вида техно-магическим имплантом производства Аргалориума. — Что происходит⁈ Почему вы живы⁈ Почему все эти десятилетия мы думали, что вы мертвы, а на самом деле это не так!

По рядам собравшихся прошло мрачное одобрение. Все эти люди хотели ответов на свои вопросы, и они собирались их получить.

— Приятно видеть тебя живой, Лидия. — мягкий голос Сиарис заставил женщину вздрогнуть и отшатнуться. Кажется, она осознала, на кого именно кричала, и смутилась.

— Прошу меня простить, лидер, я… — попыталась сказать женщина, но повелительный взмах лапой Сиарис её остановил.

— Это я должна извиняться перед тобой, Лидия. Нет, перед каждым из вас. Ведь именно моё поражение ранило ваши сердца… — слова дракона об извинениях заставили всех ошеломлённо замолчать. Теперь они вновь вспомнили, чем именно их тогда подкупила эта молодая латунная драконица.

Возможно, Сиарис была молода и наивна, но её доброта и вера стали тем маяком, что сплотил их в холодном и недружелюбном мире.

— Из-за моего проигрыша тому, о ком я не могу говорить, я была вынуждена выполнять свою часть сделки и разорвать все свои связи. Но теперь я получила возможность наконец с вами связаться. Я понимаю, что моё исчезновение на столь продолжительное время не может быть ничем оправдано, но я всё ещё надеюсь, что то, что я была вашим лидером, позволит вам меня выслушать… — голос Сиарис был убедительным и спокойным. Даже её оправдания звучали как нечто естественное. Вот только не все готовы были слушать её слова.

— Позволить тебя выслушать? Ха-ха-ха! — на этот раз заговорил здоровенный стальной гигант. Практически каждая часть этого мужчины была заменена мощными техно-артефактами, превращая его в высокомаготехнологическое оружие. Его руки были в полтора раза длиннее из-за скрытых в них мощных орудий Скотта. — Ты исчезаешь на годы, затем появляешься, ничего не объясняешь, но всё ещё хочешь, чтобы тебя слушали⁈

— Мне больно это слышать, Рождир, но ты абсолютно прав, — склонила голову Сиарис, чем заставила бы своего брата «кашлять кровью», если бы он это увидел. — Я прошу у тебя прощения и надеюсь, что ты дашь мне шанс…

— Прощение⁈ Думаешь, если бы извинения могли бы что-то исправить, мы бы жили в таком дерьмовом мире⁈ — вокруг Рождира одобрительно кивнули несколько вожаков. Кажется, именно их поддержка давала ему столько уверенности. — Ты появляешься спустя столько лет и вновь хочешь нами управлять? Будь рада, если мы тебя просто так отпустим, ведь всем нам хорошо известно, кто именно твои братья и сестра!..

Но, к несчастью для Рождира, сегодня он зря открыл рот.

Возникшая под его ногами пылающая пентаграмма была слишком быстра. Поднявшиеся вверх четыре пылающих адским светом столба выпустили из своих недр огненные верёвки, обхватившие каждую из конечностей мужчины и вознёсшие его кричащее тело над всеми.

Испуганные атакой лидеры Марша свободы и их охранники бросились в разные стороны, произнося защитные заклинания или активируя артефакты.

Однако был кто-то, кто не только не бежал от пентаграммы, но и шёл к ней. Охрана Рождира попыталась вмешаться, но её быстро оттеснили.

— Будь я проклят, это же Крамер Инквизитор! — чей-то испуганный голос дал всем узнать виновника происходящего. Высокая фигура Люциуса позволяла каждому увидеть его худое, безэмоциональное лицо.

Прозвище «Инквизитор» он заработал за любовь к огню и массовым сожжениям, что так же любили инквизиторы Бога Света Апола. Именно его последователи были печально известны любовью к убийству еретиков огнём.

— Рождир, я терпел твои слова, когда ты жаловался, словно обиженный ребёнок, — Крамер не кричал и не повышал тон, но каждый услышал его слова, ведь ни у кого не хватило смелости его перебить. — Но в тот момент, как ты посмел угрожать нашему лидеру, твоя судьба была предрешена, и я здесь, чтобы исполнить приговор…

Горящие пламенем дьявольские путы были чем-то большим, чем просто огненными верёвками, именно поэтому Рождир корчился от невыносимой боли, хоть пылали всего лишь артефактные конечности. Адское пламя атаковало напрямую его душу.

Внезапно пентаграмма треснула, когда мощные барьеры разорвали заклинание и оборвали поток адской энергии. Магия Сиарис подхватила падающего Рождира и окружила его защитными барьерами.

Взгляд Люциуса разочарованно повернулся в сторону Сиарис. Хоть Крамер и был должен Сиарис за то, что в далёком прошлом именно она дала ему цель в жизни и смогла заставить жить, но именно этого он и боялся.

Неужели спустя эти годы лидер так и осталась той наивной драконицей…

— Дорогой Люциус, благодарю тебя за помощь, но она не требуется, — поблагодарила его Сиарис и посмотрела грустным взглядом на смотрящего на неё с ненавистью Рождира. — Всё, что с тобой произошло, моя вина…

Слушая очередное извинение драконицы, все начали в сомнениях переглядываться, а Крамер устало опустил голову.

— … Ведь если бы не я, то вы бы не стали теми, кого хочет искоренить каждый нормальный разумный в этом мире, — мягко закончила Сиарис, и все разом застыли, пытаясь понять, правильно ли они все её услышали. — Убийцы, предатели, демонопоклонники — вы стали теми, против кого боролись. И вина в этом в том числе моя.

Крамер медленно поднял голову, и его глаза «вспыхнули» новым огнём. В ту же от запертого в барьерах Рождира раздался треск, когда расположенные у его рук и ног небольшие щиты начали быстро крутиться, снимая стальную стружку с имплантов. Основные же барьеры никуда не делись, мешая мужчине пошевелить и пальцем.

— Именно я когда-то поставила перед вами нереалистичные цели, заставила поверить в иллюзию, у которой не было счастливого конца. Вы превратились в это уродство из-за моей ошибки…

Дикий крик заживо перемалываемого барьерами Рождира заставил всех слушателей разом измениться в лице. Он кричал не столько от боли, сколько от ужаса.

Если кто-то ещё и сохранял мысль о том, что Сиарис так и осталась наивной драконицей, то прямо сейчас они от неё яростно отказались.

— Долгие годы я смотрела на ваше падение и горевала о том, что же случилось с нашей мечтой. Я винила вас, но виноват ли солдат, если следует неверным приказам? Постепенно я поняла, что невозможно выиграть войну без жертв. И каждый из вас пожертвовал всем ради победы, так могу ли я осуждать вас за это?

Конечности Рождира превратились в горки стружки, а барьеры тем временем дошли до его основного тела. Несколько секунд криков, и с последним скрежетом всё стихло.

— Ваша дорога была бесконечна и полна трудностей, но сегодня я дам вам цель и путь к тому, к чему мы все стремились. Мой брат, Аргалор, решил раз и навсегда покончить с прогнившей аристократией Священной центральной империи. Он больше не собирается терпеть их тлетворное влияние на умы и сердца смертных! Он нанесёт по ним удар, и мы поможем ему в этом!

— Но разве ваш брат не такой же, как те аристократы? — вперёд храбро вышел пожилой вождь. Он без страха взглянул на ту, кто могла убить его на месте. Однако Сиарис ничуть не огорчилась из-за его вопроса.

— Ты одновременно прав и нет, мой дорогой Кориктур. Да, мой брат ужасен, его мыслями и действиями руководствует лишь жадность и высокомерие. Но в этой мрачной вселенной нет идеального решения. Нет хорошего исхода без недостатков. И среди бесконечной тьмы корпорация моего брата даёт жестокую, но всё же надежду.

Сиарис оглядела собравшихся, и гордо подняла голову.

— Все эти годы я пренебрегала своим долгом и не вела вас, мои дорогие товарищи. Но сегодня я собираюсь исправить это и указать нам всем новый путь. Кто пойдёт за мной и навсегда покончить с проклятьем дворян?

— Сиарис! — Люциус Крамер решительно поднял руку. Его поддержало немало нейтральных вождей. — Годы назад я принял тебя своим лидером. И сейчас ничего не изменилось! Веди нас!

Твёрдая позиция столь могущественного человека, как Инквизитор, сломала плотину, и вскоре посыпался вал одобрений. Даже если не все до конца верили Сиарис, они не могли отбрасывать «силу цифр». Если все они объединятся под её знаменем, то их общая сила выйдет на совершенно пугающую высоту.

— Тогда несите весть: эпоха дворян Священной центральной империи подошла к концу! — громко закричала Сиарис. — Идите в Империю и режьте, сжигайте и убивайте каждого дворянина, что откажется сдаться на милость Аргалориума! Покажите им ярость тех, кого они так долго попирали ногами!

— Да-а-а! — злые улыбки вспыхнули на лицах Марша свободы.

Уже очень скоро весть о словах вернувшегося лидера распространится по всему миру. А затем Священная центральная империя вспыхнёт ещё сильнее, чем горела прежде.

Поддерживаемый Аргалориумом, Марш свободы развяжет настоящий ад на земле, не щадя ни себя, ни своих врагов.

Во главе этих отрядов смерти будет стоять назначенный Сиарис худой и высокий маг. Люциус Крамер по прозвищу Инквизитор не знал жалости ни к себе, ни к врагам. Уже очень скоро аристократы Империи узнали, что если у вашего порога стоит Крамер, то пощады можно было не ждать.

Погрязшие в интригах и войнах друг с другом дворяне не сразу поймут, что происходит. Когда же они наконец сообразят, то будет уже поздно.

Некоторые в страхе бросятся в Аргалориум, пытаясь выиграть куда более выгодные условия сдачи, но их встретит лишь мёртвая тишина. Единственным способом остаться в живых будет полностью сдаться на милость корпорации, отдав все свои сбережения, и стать верными слугами Покорителя гномов.

Тем временем бои на границах Священной империи вспыхнули с новой силой. Видя, как Аргалориум «решает» свои внутренние проблемы, вырезая всех своих врагов под корень, внешние противники старались всеми силами этому помешать.

Но, пользуясь хаосом в рядах Шитачи и внутренними противниками орков, у Аргалора было более чем верных войск, чтобы пока держать границу.

Более того, правитель Аргалориума не забывал и о собственной силе, с головой нырнув в не так давно открытую магию Кошмаров.

Глава 13

Прибытие Орхана, спасителя Аргалора из мира Кошмара, в Тарос прошло сравнительно обыденно. Никто не кричал и не тыкал пальцами, восклицая о иномирном характере мужчины.

Да и как они могли это сделать, если Орхан почти никак не отличался от окружающих? Да, лицо практика имело чуть более желтоватый цвет, а глаза были немного уже стандартов, принятых в Форлонде, но выходцы с сегунатов Реусса не были чем-то невероятным, а Орхан был чем-то похож на жителей того отдаленного континента.

Более того, хоть Аргалор и представил Орхана ближнему кругу, но великое множество задач дракона оставило практика на какое-то время не у дел. У Орхана просто не было никаких задач, а другие главные прислужники не торопились навязывать общение, предпочитая наблюдать за иномирцем.

Вероятно, свою роль сыграла стихия Кошмара. Вторжение последней стихии сквозь почти разрушившийся стационарный портал оставило у всех массу впечатлений, но далеко не приятных.

В итоге Кошмар ассоциировался с чем-то вроде Хаоса, пусть и не столь ужасным.

Тем не менее, за эту пару недель безделья у Орхана было чем заняться. Пользуясь своей свободой и выделенными администрацией на проживание средствами, практик отправился на прогулки по Стальбургу и всем его окрестностям.

И надо честно признать, открывшийся перед ним город его сильно поразил.

Первым делом Орхан заметил, насколько же города его родного мира, Хейлонга, отличаются от Стальбурга.

Вынужденные строить многие города чуть ли не с нуля, жители Хейлонга предпочитали спокойную, вдумчивую атмосферу, где каждая улица должна была находиться в гармонии друг с другом. Его отец часто гневался, видя бессистемную застройку и проблемы с той же канализацией.

Стальбург, словно издеваясь, сделал всё наоборот. Конечно, центральные улицы и железнодорожные трассы для подвоза или вывоза продукции были сделаны идеально, но дальше начинался хаос.

Из-за принятого в корпорации принципа борьбы отделов каждая отдельная ячейка Стальбурга стремилась как можно быстрее и сильнее развиваться. Иногда это трансформировалось в районы, имеющие сразу несколько уровней, пока вокруг них росли лишь одноэтажные постройки.

Пока отделу благоволила удача, он стремился как можно быстрее расширяться на выделенных им территориях или захватывать ближайшие, что создавало уникальную карту города.

Жители Стальбурга тоже отличались. Вечно куда-то спешащие, не любящие просто так тратить время, они быстро сновали по всему городу, будто даже одна потерянная зря секунда могла решить их жизнь.

Больше же всего Орхана впечатлила воздушная жизнь города — небо над Стальбургом ни на секунду не замирало, разделенное на три яруса.

Самый низкий к земле уровень отводился мелким грузовым, курьерским и частным летающим судам. Паря буквально над крышами самых высоких зданий, эти корабли вблизи наблюдали за жизнью города.

Второй уровень занимали крупные торговые и грузовые суда. Их широкие борта иной раз занимали сотни метров, бросая вниз глубокие тени. В портовых районах местные жители иногда шутили, что в особо прибыльные месяцы они почти не видят неба, полностью заслонённые летящими борт о борт кораблями.

Третьим же ярусом правили военные. Их до зубов вооруженные суда пристально наблюдали за каждым из двух нижних ярусов. В случае любой подозрительной ситуации судну предписывалось спуститься и пройти проверку, если же последнее отказывалось, то немедленно открывался огонь.

Последствия падения корабля вниз никого особо не волновало, ведь у богатых и промышленных районов были стационарные магические щиты, а обычные люди должны быть на работе во благо корпорации.

В своём туризме Орхан даже изъявил желание заглянуть в Подземный мир Стальбурга, однако приставленная Службой безопасности охрана уже была решительно против.

Джозеф Эрц совершенно не хотел представлять, что с ним сделает повелитель, если его дорогого гостя прирежет какая-нибудь особо сумасшедшая банда.

Благо, к этому моменту Орхана наконец-то вызвали в поместье Аргалора, и время учёбы вновь продолжилось.

— Рад вас видеть в здравии, старший, — поклонился практик, увидев разлёгшегося в своём личном парке дракона. — Надеюсь, все ваши неотложные дела успешно разрешены?

— Намекаешь, что я пренебрегал учёбой? — сузил глаза Аргалор, на что Орхан почтительно покачал головой.

— Ни в коем случае, старший. Я лишь надеюсь, что у вас всё благополучно.

— Хитрый — это хорошо, — хмыкнул Аргалор. — Ладно, на последнем занятии ты сказал, что собираешься научить меня чему-то значимому. Наконец этот момент настал.

— Так и есть, старший. Во время прошлых занятий мы углубились в понимание стихии Кошмара и обсудили все главные ошибки в её управлении. Теперь вы знаете, чего ни в коем случае не стоит делать и как защититься, если что-то пошло не так.

Орхан неосознанно перешёл на «учительский» тон, с которым ему самому преподавали на Хейлонге. Подобный стиль вызывал у Аргалора кривую усмешку, ведь он чрезвычайно походил на манеру выражаться в старых азиатских земных фильмах. Впрочем, Лев никак не мешал Орхану, ведь в таком настроение последний был очень эффективен.

— Всех ранее упомянутых знаний нам хватит, чтобы вы сделали первый серьёзный шаг на пути Кошмара. Как вы уже знаете, Кошмар, в отличие от других стихий практически не требует визуализации, ведь он и так уже хранит в себе всё, что нужно. Скорее, наша задача отсечь всё лишнее и сформировать Кошмар так, как нужно нам. Ведь проблема в том, что творения Кошмара далеко не всегда стремятся следовать воле своего создателя.

Орхан в сомнении покачал головой, что-то вспомнив.

— Как пример, мой отец рассказывал, что в далёком прошлом он создал существо, что было сильнее его самого. Созданное Кошмаром существо оказалось аватарой другой, куда более могущественной сущности. Моему отцу повезло, что у него получилось договориться, иначе его смерть была бы неминуемой. Этот пример отлично показывает, что оперируя Кошмаром всегда есть риск породить нечто совсем иное.

— Ладно, с опасностями разобрались, теперь давай о том, что делать! — нетерпеливо взревел Аргалор. Хоть заработок денег и укрепление его власти было приятно, но Лев никогда не забывал, что без личной силы всё это золото в будущем может принадлежать кому-то другому.

Орхан никак не прокомментировал поспешность его «ученика», а лишь морально подготовился к возможным неприятным последствиям.

Подготовленный практиком ритуал считался одним из самых простых, но в то же время самым полезным в арсенале Орхана. Его отец использовал кисть и краски для визуализации хаотичной природы Кошмара, однако Аргалор не умел рисовать, поэтому ему пришлось идти более трудным путём, занимаясь визуализацией в своём разуме.

Последний путь требовал от претендента впечатляющих навыков концентрации, но Аргалор уже как десятилетия шёл по пути мага.

Грань реального мира и Кошмара треснула, приоткрыв путь в реальность, из-за чего пространство вокруг задрожало и начало стремительно сереть. Зелёные листья деревьев и трава замерли, заставив мир вокруг застыть.

— Всё правильно, старший, у вас отлично получается! — мягко поправлял ошибки Аргалора Орхан, следя за процессом. Поток Кошмара был стабильным, поэтому учитель решился на следующий шаг. — А теперь постарайтесь визуализировать самую близкую вам концепцию. Нечто, что вызывает у вас больше всего приятных чувств и от чего вы не ждёте угрозы. И постарайтесь подать как можно меньше энергии, чтобы если что-то пошло не так…

— Не болтай под лапу! — напряженно рыкнул Аргалор, все силы которого уходили на управление непривычной для него стихией.

В отличие от той же энергии огня, что ему подчинялась даже в годы вирмлинга, Кошмар то и дело норовил выйти из под контроля. Однако упорство Аргалора никуда не делось, поэтому Кошмар неохотно двигался именно в тех границах, что очертил ему создатель.

Прямо перед драконом возникло уже знакомое черное озеро кошмарной жидкости, что когда-то выплёснулась из портала. Но в этот раз она не только не расползалась, но наоборот сжималась, обретая новую форму.

Весь процесс занял около пяти минут, прежде чем подача энергии оборвалась, а порождение Кошмара обрело окончательный вид.

С огромным любопытством Аргалор уставился на своё первое создание, чтобы затем широко раскрыть глаза.

— Это же… золото, бриллианты и рубины⁈ — прямо перед пораженным драконом аккуратной горкой лежало настоящее, пусть и маленькое сокровище, прекрасно переливающееся своими дорогими монетками и драгоценными камнями на летнем солнце.

Разум Аргалора аж пошатнулся от всех будущих возможностей, что открывал ему этот магический ритуал. Кому вообще нужны эти дурацкие кошмарные воины и прочие создания, если можно было неограниченно производить сокровища⁈

А ведь во вселенной то же золото было отнюдь не самым дорогим материалом. Та же окаменевшая кровь верховных богов уничтоженных пантеонов ценилась так высоко, что даже один грамм стоил баснословно дорого! И неудивительно, ведь её в основном находили на разрушенных останках погибших в Хаосе миров.

Лев наклонился к лежащим перед ним сокровищам, как внезапно замер. Его ноздри несколько раз раздулись, а взгляд из радостного стал подозрительным. Медленно он протянул лапу и ловко ухватил огромным когтем маленькую монетку. Лёгкое усилие и перед возмущенным Аргалором монетка смялась, показав внутри всё ту же чернильную субстанцию, пусть и ведущую себя как металл!

— Обман! — громогласный рёв Аргалора был таким громким, будто вероломный великан подкрался и ударил топором прямо ему под хвост. — Орхан, мерзавец!

— Старший, я же говорил, что любое созданное Кошмаром существо — это всё ещё творение Кошмара, пусть и имитирующее его внешнее внутреннее устройство! — испуганно закричал практик и телепортировался сквозь стихию. Сделал он это очень вовремя, ведь в том месте, где он стоял, мелькнула драконья лапа.

— Из-за тебя я сделал поддельное сокровище! — ещё громче взревел Аргалор и на этот раз Орхан лишь чудом успел увернуться. Учеба дракона не прошла даром, из-за чего Лев почувствовал место «приземления» Орхана после телепортации. — Ты хочешь, чтобы другие драконы считали, что я создаю фальшивые сокровища в своём хвастовстве⁈ Понимаешь ли ты последствия, если об этом кто-то узнает⁈

— Об этом никто не узнает! — заверил его опасливо смотрящий Орхан. — Кроме того, это всего лишь магическая ошибка. У каких драконов их не было? Если же что, то я заверю всех, что это моя вина, как учителя.

— Хм, пусть будет так, — неохотно проворчал Аргалор, оглядывая Орхана пристальным взглядом, чем заставил последнего почувствовать холодок. Лев прикинул, насколько выгодно было бы прикопать практика прямо здесь, однако его будущая выгода перевесила риски раскрытия сегодняшнего казуса. — А теперь расскажи мне, как сделать всё нормально! И без ошибок!

«Разве не ты только что хотел побыстрее⁈» — раздраженно подумал Орхан, но постарался никак не показать своих мыслей. Он уже понял, каким существом был его нынешний работодатель. Если можно было бы описать его одним словом, то «бесстыдный» определённо бы подошло!

На этот раз Орхан немного изменил входящие условия, добавив новых ограничений, тем самым ещё сильнее ослабив конечный результат. Впрочем, для тренировки это было именно то, что нужно.

Аргалор вновь сосредоточился. Как и прежде, Кошмар вновь проявился в реальности и начал сгущаться, однако на этот раз Лев сразу заметил изменения. Если в первый раз сокращение Кошмара было постоянным, то теперь оно словно бы содрогалось, подобно дыханию.

«Это явно что-то живое», — сразу понял Думов. «Надеюсь, это не окажется живое сокровище, иначе Орхан рискует удобрить парк своим пеплом!»

К удаче практика, это не было сокровище, тем не менее результат вновь не оставил Аргалора равнодушным.

Стоило серости отступить, как Лев молча уставился на стоявшую перед ним маленькую копию… его самого.

Мини-Аргалор носил всё ту же красную чешую, глядел на весь мир как на говно и явно был раздражён возвышающимся над ним «оригиналом».

— Кхм, кажется, старший, — Орхан первым совладал с удивлением. — То, что вам нравится, и то, чему вы больше всего доверяете, является… кхм… вами самими.

— Я уже понял, нет нужды повторять очевидное. Если в этой вселенной и есть нечто близкое к совершенству, то, естественно, это я, — недовольно фыркнул Аргалор. — Куда важнее, понимает ли он меня? Почему он молчит? Судя по тому, как он зло смотрит, он меня явно понимает!

Кому как не Льву знать, что он бы точно не стал молчать в подобной ситуации?

— Слишком мало энергии, чтобы он полностью проявился. Этого достаточно лишь для частичной осознанности, поэтому разговор ему недоступен.

А что насчёт призыва нескольких моих клонов? — разум Аргалора мчался вперёд от безумных возможностей. — Могу ли я создать сразу армию самого себя?

Нет, — ответ Орхана был очень точным. — Кошмар терпеть не может однотипные творения. Даже если вы попытаетесь, стихия обязательно внесёт изменения, что обесценит всю работу. Мой отец уже пытался повторить некоторые из своих лучших картин. Все попытки провалились.

«О Мировые духи, почему ты такой самовлюблённый урод?» — громко возмутилась Эви: «Мне ты сказал делать твои мясные копии для сражений. А теперь первая твоя попытка в магию Кошмара, и ты вновь умудрился сделать самого себя? Так ещё хочешь себя размножить!»

«Ты совершенно глупа и ничего не понимаешь!» — отрезал Лев, глаза которого зловеще мерцали: «Твои клоны всего лишь чуть более искусные марионетки. Но клон Кошмара другой! Я чувствую, что если дать ему больше энергии, то он получит весь мой разум! И может быть, даже часть силы!»

«Кажется, скоро ты начнёшь порабощать даже самого себя», — иронично заметила Эви: «Интересно, что говорят драконьи законы на этот счёт. Считается ли клон собственностью дракона?»

«Не говори глупостей!» — Аргалору совершенно не понравились намёки духа: «Пусть мой клон и не я, он всё ещё частично Аргалор! А никакой Аргалор не может стать рабом или марионеткой!»

«Но тогда как ты им будешь управлять?» — Эви мысленно кивнула на всё ещё стоявшего неподвижно кошмарного дракончика. Взгляд клона был точно не дружелюбным: «Стал бы ты добровольно подчиняться своему вероятному создателю?»

«На этот счёт стоит хорошенько подумать», — нахмурился Аргалор: «Но в любом случае, рабство отпадает. Этот ритуал даёт слишком много возможностей, чтобы от него отказываться. Полностью разумный клон, это что-то, о чём многие могут только мечтать!»

На этом моменте урок был прерван, а мини-Аргалор оставлен в саду, чтобы замерить, сколько именно он сможет продержаться без подпитки магией.

Сам же Думов занялся куда более важным делом. На повестке дня у него было запланировано общение с эмиссарами Нового Эдема, созданного землянами недо-мира Тысячи путей, и встреча с потенциальным союзником в деле борьбы с Фелендрис и могущественной Торговой компанией.

Глава 14

Обеспокоенный куда более важными делами Аргалор пошёл прочь, оставив кошмарного дракончика одного в саду. Думов не беспокоился о его побеге, ведь за пределами парка существовала плотная охранная зона. Кроме того, как мог дефектный клон Кошмара вообще додуматься сбежать?

Но чего Аргалор не знал, так это того, что хоть мини-Аргалор и был размером с собаку, но его истинные амбиции всё так же превышали вселенную.

В тот момент, как клон осознал своё положение и состояние, мини-Аргалор немедленно прикинулся обычным зверем, неподвижно стоя на месте и никак не показывая умение общаться.

И это сработало! Оригинал явно ничего не заподозрил и не стал обрывать новое существование клона. Как итог, хоть клон и был заперт на враждебной территории, но он всё ещё был абсолютно свободен!

Да, прямо сейчас его размер не превышал крупную собаку, а разум иногда никак не мог вспомнить некоторые детали из прошлого, но даже так мини-Аргалор всё ещё имел доступ к магии Кошмара, и владение последней у него было явно выше, чем у оригинала.

Человечество Земли придумало массу страшных и катастрофических сюжетов о появлении неконтролируемых клонов и последующей войне с оригиналами.

У Мини-Аргалора тоже было своё мнение на этот счёт, и звучало оно очень просто: «Смертные — полные идиоты, любящие всё усложнять!»

Какой смысл воевать, если Мини-Аргалор и есть Аргалор? Зачем плодить сложности? Любое их противостояние будет идти во вред любому Аргалору, что было совершенно недопустимо!

В идеале Мини-Аргалор собирался покинуть это место и начать собирать свои собственные сокровища, но, к сожалению, он прекрасно чувствовал свои ограничения. Проведенный ритуал был не закончен, из-за чего рано или поздно клон должен был рассеяться, дав оригиналу возможность призвать на этот раз полноценную копию.

Гадить оригиналу клон тоже не хотел, ведь сокровища Аргалора — это сокровища в том числе и Мини-Аргалора.

И раз поиск сокровищ оказался несостоятельным, то Мини-Аргалор решил увеличить уже существующие ресурсы, а точнее, так сказать, «живые сокровища».

Но прежде клону требовалось сбежать отсюда и не привлечь к себе внимание. Благо, Орхан Хао предоставил Мини-Аргалору прекрасный подарок, когда продемонстрировал принцип кошмарного телепортационного скачка.

Используя своё развитое понимание Кошмара, клон сразу понял основополагающие принципы этой магии. Кроме того, его маленький размер и состоящее из Кошмара тело лишь облегчили задачу.

Миг, и маленький красный дракон исчез из парка, чтобы затем незаметно двинуться в сторону промышленных районов Стальбурга.

Клон сразу заметил, что у Стальбурга прекрасно выстроена магическая защита и наблюдение, однако защитные меры всё же имеют изъяны, одним из которых является магия Кошмара.

«Этот момент стоит потом упомянуть оригиналу». — дал себе напоминание клон: «Вдруг воры решат воспользоваться этой уязвимостью и атакуют мою сокровищницу⁈ Этого ни в коем случае нельзя допустить!»

Первой жертвой Мини-Аргалор решил выбрать Тарета Варбелта, своего бессменного министра промышленности. Хваткий гном уже давно мигал на радаре «оригинала», поэтому клон решил его проверить. И не прогадал.

Гном нашёлся в своей личной резиденции, гигантском сплаве замка и сталелитейного цеха и кузницы. Звуки ударов по заготовкам, шипения раскалённого металла были музыкой для ушей гномов, что заметно улучшало работоспособность руководителей промышленности Стальбурга.

Обычно бы гномы постарались построить нечто подобное как можно глубже в землю, но Тарет демонстративно направил новую гномью расу к «небу». Теперь чем богаче считался гном, тем выше должны были быть его потолки и само поместье.

Возможно, хитрый гном специально повторял за архитектурой драконов, чьи размеры физически требовали абсурдно высоких потолков.

Сам Тарет в этот момент, развалившись, сидел перед несколькими самыми доверенными подчинёнными и отдавал им приказы. Огромный живот Варбелта вывалился через ремень и лучше всего показывал его достаток.

— Я больше и слова не хочу слышать о тех торгашах, — презрительно фыркнул Тарет, махнув пухлыми пальцами, на каждом из которых имелась толстая золотая печатка с рунами. — Каждый в этом городе уже должен был выучить, кто здесь настоящий хозяин! Если вы осмеливаетесь бросить вызов моим интересам, то будьте готовы лишиться всего!

— Господин Варбелт, но ведь те торговцы прямо связаны с господином Асириусом, — испуганно заметил один из руководителей. — Эта группа подрядчиков была нанята господином Асириусом специально для покупки и подвоза редкого и уникального продовольствия прямиком на стол аж самого Великого повелителя! — В голосе гнома чувствовался бесспорный трепет. Если в Аргалориуме и была раса, что боялась и одновременно уважала Аргалора до дрожи, то это были, несомненно, гномы.

— И что? — Тарет раздражённо взглянул на своего подчинённого. — Горбак, ещё пара таких разговоров, и я начну сомневаться, что моя сестра была достойна такого мужа, как ты! Неужели мне нужно тебя всему учить? Это всего лишь подрядчики, так что сделай всё, как обычно. Найди особо мощного и сумасшедшего техно-воина среди демобилизованных корпоративных солдат, доведи его до полного безумия новыми имплантами, что «обязательно» помогут ему справиться с техно-безумием, после чего высади прямо в офисе этих жалких неудачников. Те, кто выживут после кровавой резни, сразу поймут, с кем не стоит связываться! Когда они прибегут целовать тебе ноги, не забудь, чтобы они обсосали каждый палец!

— Но господин, а как же поставки Великому повелителю? — проглотив, осторожно спросил Горбак.

— А что Аргалор? — Тарет закатил глаза. — Уверен, он даже не заметит, если его стол на пару дней станет чуть меньше. А затем этот подхалим Асириус обязательно что-нибудь придумает. Да и вообще, вы видели, как ест дракон? В той горе еды заметить, что чего-то не хватает, просто невозможно…

Тарет вдруг подавился слюной и захрипел, пытаясь вдохнуть, но быстро заткнулся, пугающе широкими глазами смотря куда-то за спины своих руководителей. Последние, осознав странную неправильность их начальства, тоже отважились бросить взгляд назад.

Лучше бы они этого не делали, ведь от увиденного их сердца пропустили такт. Один из гномов издал жалкий вопль и рухнул на каменный пол без чувств, пока остальные отчаянно хотели поступить так же.

В дальней части кабинета, прямо на подоконнике лениво разлёгся маленький, но от этого не менее ужасный подозрительно знакомый красный дракон.

— По-по-повелитель⁈ — страшным шёпотом спросил Тарет, не в силах поверить в увиденное. — Нет, это не может быть. Кто ты такой⁈ Как ты осмелился использовать иллюзию нашего господина⁈

— Иллюзия, да? — насмешливо протянул Мини-Аргалор, нежась в омывающих его потоках страха и отчаяния. Его сущность укреплялась от исходящего от Тарета и остальных ужаса. Он медленно поднялся с подоконника и спрыгнул на пол, начав медленно идти к столу гнома. — Как же неожиданно слышать такие слова от тебя, прислужник. Насколько помню, когда мы в первый раз встретились, ты униженно предлагал мне свои услуги кузнеца. Тогда ты был одет всего лишь в серые залатанные штаны и дешёвый фартук. Как всё меняется, не так ли? Теперь ты одет в золото и уже решаешь, что я буду есть, а?

Тянущийся к тревожной кнопке Тарет резко замер и ещё сильнее побледнел. В этот момент он наконец осознал, что, возможно, стоявшая перед ним иллюзия маленького дракона принадлежит на врагам, а самому повелителю! И он только что чертовски облажался!

Мини-Аргалор готовился к разному поведению гнома, но он не ожидал, что ранее такой высокомерный коротышка споро вскочит со своего кресла-трона и немедленно рухнет на колени, начав быстро кланяться.

— Простите меня, о величайший и мудрейший повелитель! Я сам не знаю, как мой греховный рот осмелился сказать подобную глупость! — По жирному лицу и рыжей бороде Тарета профессионально текли крокодильи слёзы, и Аргалор, может быть, даже поверил бы в это… если бы был на сто сорок лет моложе!

— Ах, Тарет, Тарет, Тарет, — ласково протянул Аргалор, формируя из кошмара в правой лапе длинный чёрный хлыст. Так как энергии у клона было немного, его задачей было не нанесение сильных повреждений, а причинение максимума боли, с чем он должен был справиться просто отлично. — Если бы извинения могли что-то исправить, то мы бы не жили в такой дерьмовой вселенной!

Благодаря качественному звуковому экранированию кабинета охрана совершенно не слышала хлёсткие звуки кнута и последующие дикие крики.

Хоть Тарет Варбелт и был тем ещё ублюдком, что стабильно раз в десяток лет путал «берега», но он всё ещё был своим, верным ублюдком. Несмотря на все свои недостатки, вроде жадности, ужасному моральному комплексу, высокомерию и гордыне, Тарет обладал двумя качествами, что раз от раза спасали его шкуру.

Первое, Тарет был верен Аргалору. Несмотря на сотни удобных возможностей предать Аргалора и переметнуться в другие корпорации, Варбелт упорно оставался в свите дракона.

Вторым же его качеством была компетентность. Управляя промышленным гигантом Аргалориума, Тарет год от года лишь приумножал их доходы, за что Аргалор мог простить ему некоторые ошибки.

Впрочем, очень скоро избитый Варбелт будет рад сделать несколько крупных финансовых взносов в размере половины всех имеющихся у него официальных богатств.

Конечно, у него были ещё и неофициальные «счета», но даже половины отданного хватало, чтобы полностью профинансировать сразу несколько крупнейших исследовательских проектов Аргалориума!

Сам же Мини-Аргалор, вдоволь испив чужого ужаса и страха, немного повысил энергию и решил навестить ещё парочку своих «верных» прислужников, вселив в них страх драконий!

Очень скоро среди высшего руководящего состава Аргалориума поползёт слух, что их повелитель так ревностно охраняет свои сокровища, что даже уменьшается и лично следит за нерадивыми работниками, после чего жестоко их наказывает!

Никто не знал, правда это или ложь, но вид изрядно помятого Тарета Варбелта вводил всех в жуткий трепет.

* * *

В то же время, пока мир Тароса лихорадило, вся остальная вселенная и, в том числе, мир Тысячи путей тоже претерпевали кардинальные изменения.

Седьмой Крестовый поход Порядка хоть и ставил своим главным противником Хаос и архидемонов, но затронул судьбы множества других фракций и миров.

Но даже те, кого происходящее прямо не затронуло, отнюдь не собирались оставаться в стороне. Ангелы Порядка щедро раскрыли свои сокровищницы, предлагая всем и каждому созданию Порядка присоединиться к Священному походу против извечного врага всей вселенной.

Как итог, мастерские и фабрики Тысячи путей теперь не останавливались ни на секунду, пока через порталы к ним подвозили бесчисленное количество материалов и ресурсов со всех концов исследованной вселенной.

Дьяволы, Ангелы Рая, ифриты и многие другие фракции были только рады продать оружие, технику и доспехи для формирования новых армий Крестоносцев Порядка.

Наёмники, которыми так славился мир Тысячи путей, тоже не собирались стоять в стороне. Многие насильно вторгались в слаборазвитые миры, чтобы пополнить свои наёмные отряды и армии.

В этих условиях один дёргающийся от нервов чёрный дракон почти не привлёк ничьего внимания.

Панически оглядывающийся во все стороны Цербас решительно не понимал, как он вообще повёлся на это письмо, ведь если это была подстава от его извечного врага, то здесь его жизнь и закончилась бы!

Местом встречи был назначен ничем не примечательный переулок в глубине очистных сооружений Нижнего уровня центрального района Тысячи путей. Запах стоял невероятно отвратительный, что для драконьих чувств было настоящей катастрофой.

Остановившийся у места Цербас нервно огляделся, но никого так и не обнаружил.

«Неужели всё-таки ловушка⁈» — вспыхнула паническая мысль, и Цербас уже почти бросился прочь, как голос за его спиной подбросил его вверх на пару метров.

— Ох, неужели это мой старый друг, Цербас? Когда я отправлял тебе сообщение, то не думал, что ты осмелишься его принять.

— Аргалор, грязный ты псих! — ахнул Цербас, тяжело дыша и быстро разворачиваясь к выскользнувшему из тьмы и пара шумящих акведуков и толстых труб красному дракону. — Поверить не могу, что ты осмелился снова заявиться в этот мир!

Чёрный дракон тяжело дышал от гнева и неверия.

— Знаешь ли ты, что с тобой сделают, если поймают⁈ Понимаешь ли ты, как много желающих насадить твою голову на шест и преподнести её господину Раганроду⁈ И ты всё равно здесь! Что с тобой не так⁈

В ответ на истерику чёрного дракона Аргалор лишь хитро ухмыльнулся и чуть посмеялся.

— Меня очень тронуло твоё беспокойство о моей безопасности, Цербас.

— Какое беспокойство⁈ О чём ты говоришь⁈ — аж задохнулся от возмущения Призрак разложения. — Будь моя воля, я бы с огромной радостью смотрел, как ты корчишься в своем же дерьме и крови! Ох, с каким бы наслаждением я сорвал с тебя эту мерзкую, самодовольную ухмылку!

— Но ты этого не можешь, не так ли? — оскалился Аргалор. — Кроме того, почему бы мне не улыбаться, если всё, чего я хочу, так или иначе рано или поздно будет моим?

— Не все из нас такие удачливые, у кого золотые сокровища с самого рождения появляются под пузом! — отрезал Цербас, чем заставил улыбку Аргалора тут же пропасть. — Кичишься своими достижениями, но половина из них не твоя, а вторая половина случилась из-за чистой удачи!

— Если уж оскорбляешь, не опускайся до столь жалкой лжи!

— Лжи? Не у всех у нас, знаешь ли, есть благоволящие нам титанические драконы, готовые поддержать и помочь в любой момент! Легко быть смелым, когда тебя поддерживают такие существа!

— Ты и сам знаешь, что это не так, — раздраженно фыркнул Лев. — Может быть, мой прадед и поддержит меня, но лишь против кого-то вроде титанического дракона, и то не всегда.

— Тогда будь уверен, тебе жить осталось всего ничего!

— Ах, если это и впрямь так, — голос Аргалора нёс тёмное веселье. — Тогда почему ты появился здесь? В послании я чётко описал, что планирую выступить против Фелендрис. Ты, как верный пёсик, должен был первым сообщить ей об этом месте, после чего наслаждаться моим пленением. Но вот я и ты здесь, а бойцов Торговой компании нет и в помине. Что же это значит?

Цербас хранил угрюмое молчание, но Аргалору и не нужен был ответ.

— Я отвечу, что всё это значит. Просто ты, Цербас, всё ещё дракон. И будь я проклят, если тебе нравится то состояние, до которого эта высокомерная драконица тебя опустила. И даже если тебе придётся сотрудничать со мной, чтобы справиться с ней, то ты готов пойти даже на это.

— Почему я? — наконец спросил Цербас, но в его словах чувствовалась отчаянная неуверенность. Чёрный дракон отказывался смотреть на своего более успешного соперника. — С чего ты решил, что союз со мной тебе чем-то поможет?

С точки зрения Цербаса вся его жизнь была наполнена слишком большим количеством неудач и провалов. Несмотря на всё это, он всё равно упорно шёл к своей цели, однако в глубине души он не мог задаваться вопросом о том, правильно ли он действует и даже живёт.

В конце концов его противником был кто-то вроде Аргалора, сияющего сукина сына, у которого, казалось, всё получалось. Неудивительно, что Цербас внутренне чувствовал неуверенность.

Однако следующие слова Аргалора заставили чёрного дракона поражённо поднять взгляд.

— Потому что ты мой заклятый враг, — голос Аргалора был абсолютно серьёзен. — Я ни на секунду не забываю о твоей опасности, и рано или поздно мы сразимся насмерть, и битва наша будет легендарной. Для меня Фелендрис всего лишь помеха в нашей с тобой войне. И я предлагаю нам с тобой сразу с ней справиться, чтобы она больше не мешалась.

Цербас не знал, что если в своих глазах он был неудачником, то в глазах видевшего кошмарное будущее Аргалора Призрак разложения представлял собой смертельную опасность. Если раньше Лев относился к Цербасу пренебрежительно, то теперь он совершенно не рисковал так делать.

Именно поэтому чувствовавший правду в словах Аргалора Цербас почувствовал, как в горле у него образуется плотный комок, а глаза неожиданно затуманиваются. Кто бы мог подумать, что спустя сотню лет унижений первым, кто по-настоящему оценит его и отдаст дань уважения, будет его главный враг?

— Ну… ты это… тоже не недооценивай Фелендрис, — отчаянно пытающийся справиться с этим смущающим чувством Цербас постарался перевести тему на что-то не столь неловкое. — После вашей с Фелендрис битвы её отец что-то с ней сделал. Когда я её вновь увидел, она стала совсем другая, — голос Цербаса стал особо мрачен, и он передернулся всем телом. — Теперь единственное, о чём она может думать, это о мести. Из-за Крестового похода Порядка найти опытных наёмников не так-то просто, но с её деньгами она скоро сумеет найти и впрямь страшных существ.

— Хм, тогда я буду рад узнать, кого именно она найдёт. — нахмурившись, сразу обозначил Аргалор, что именно он хочет получить от этого неожиданного союза. Информация о будущих противниках была очень ценной вещью.

— Также, — Цербас замялся, отчаянно размышляя, но, наконец, решившись. — Я знаю кое-кого, кто может очень нам помочь в этом деле. Он и его организация хотят тайно играть всеми, как марионетками, но пора бы ему начать тоже работать!

Чёрный дракон гадко ухмыльнулся: «Благо, я знаю, как заставить его присоединиться к нашему союзу против Фелендрис».

Глава 15

Когда Цербас вошёл в кабинет Широ Змея в Улье Торговой компании, он был настроен очень решительно.

Змееглазый, бледный мужчина удивлённо поднял голову от лежащих на столе бумаг и недоверчиво посмотрел на ворвавшегося в его кабинет Цербаса.

Хоть чёрный дракон и стал фаворитом дочери Раганрода, что позволило ему обрести некоторый статус в Торговой компании, перед Широ Змеем он всё же сильно робел.

Цербас прекрасно видел, как Змей вытирал пол куда более сильным, чем он, красным Найтом, поэтому предпочитал поддерживать с этим подозрительным смертным хорошие отношения.

И нынешняя наглость Цербаса явно должна была иметь причины.

— Приветствую, — сухо улыбнулся Широ, не мигая смотря прямо на чёрного дракона. — В чём причина столь внезапного и резкого визита?

Цербас ничего не сказал, а лишь многозначительно огляделся, чем заставил кончики губ Змея на мгновение раздражённо дёрнуться. Однако он всё же активировал артефакты против прослушки.

— Итак? — тон Широ больше не подразумевал вежливости, а буквально требовал ответов.

— Не будем тратить время, — сходу начал Цербас, садясь перед Широ, внушительно нависая над ним на несколько метров. — Я хочу ускорить наш план против Фелендрис.

— Вот как? — удивился Змей. — Боюсь, план уже разработан и реализуется. Любые другие переменные лишь увеличат риск неудачи, на что ни я, ни ты не можем пойти. Поэтому вынужден заявить, что ускорение невозможно.

— Это я, боюсь, ты не понял, — Широ насторожился, отметив, что в этот раз в Цербасе что-то неуловимо изменилось. Он словно бы стал… увереннее? Глаза чёрного дракона светились зловеще-красным. — Я тебя не спрашиваю, я ставлю тебя в известность. План следует ускорить и закончить его следует в ближайшие несколько лет, а не десятилетий, как планировалось ранее.

Между ними повисла тяжёлая тишина, пока Широ пристально рассматривал дракона.

— Любопытно, и что же дало тебе уверенность? Думаешь, милая роль игрушки Фелендрис позволяет тебе прийти сюда и что-то от меня требовать? Или ты наконец-то набрался смелости, чтобы бросить мне вызов? Неужели пример Найта ничему тебя не научил? Так почему же такой, как ты, осмелился всё это мне сказать?

Слова Широ звучали очень спокойно, но в каждом из них чувствовалось предупреждение.

— Нет, я прекрасно понимаю, что в прямом бою ты меня победишь, — криво улыбнулся чёрный дракон. Хоть Цербас и был повелителем неба со своей гордостью, но жизнь, полная лишений, научила его трезво смотреть на вещи. — Но у меня есть пара причин, почему ты поднимешь свою хитрую жопу и поможешь мне прямо сейчас, а не когда-нибудь, когда тебе станет удобно.

— Ух ты, — Широ откинулся на стул и махнул рукой, как бы предлагая продолжать. — Интересно будет послушать. А когда ты закончишь, я буду рад научить тебя манерам. После моей учёбы вы, драконы, становитесь… м-м-м… приемлемыми.

— Всё очень просто. Думаешь, я слепой? Эти постоянные интриги с Найтом, создание своей партии в Торговой компании, действия против дочери Раганрода. Считаешь, что тебе простят, когда это всё вскроется? Мне ничего не стоит о тебе рассказать и смотреть, как ты будешь гореть в пламени, яде или электричестве личной гвардии Раганрода!

— Это твой аргумент? — презрительно поднял бровь Широ, закатив глаза. Но хоть он и выглядел расслабленным, сидя прямо на расстоянии удара лапой дракона, Цербас не обманывался. Этот человек ждал его атаки. — Ах, я который раз ошибаюсь, ожидая от драконов хоть какого-то полёта мысли. Оценил? Полёт мысли у летающих драконов? Нет? О Аматэрасу, для кого я стараюсь?

Широ насмешливо посмотрел на молчаливого Цербаса.

— Насчет же этого примитивного шантажа, то открою тебе страшную тайну, ящерица. В Торговой компании нет ни единого отдела, что не замышлял бы против других. Мои действия не просто не нарушают сложившийся порядок, они даже приветствуются. Касательно же Фелендрис, то это не более чем твои догадки, ведь я пока так и не сделал никаких шагов, кроме разговоров. И если кто-то ко мне всё же придёт, я честно скажу, что это был не более чем пустой трёп.

Широ начал медленно вставать со стула.

— Ну а раз с этими глупостями покончили, пора научить кое-кого смирению…

— Ты прав, — глаза Цербаса сверкнули торжествующим светом. — Будь это моя единственная причина, то я бы и впрямь проиграл. Но если твои смертные мозги ещё помнят, я сказал о паре причин здесь быть.

Широ остановился возле стола и решил ещё немного подождать, ведь Цербас бы от него никуда уже не убежал, вот только следующие слова дракона заставили Змея замереть от недоверия.

— Недавно я начал искать способы сбросить оковы Фелендрис, и Судьба подбросила мне… союзника. Я бы не был удивлён, если бы узнал, что ты его знаешь. Но какого же было моё удивление, когда при упоминании тебя оказалось, что он знает и тебя! Уверен, имя Аргалора, Убийцы Бароса и Покорителя гномов, тебе о чём-то говорит, не так ли?

Застывшее лицо Широ Змея было для Цербаса лучшей усладой. А так как он ещё не закончил «распутывать клубок», то веселье должно было продолжаться!

— Подумать только, личный охранник дочери самого Раганрода осмелился не просто впустить врага в святая святых Компании, так ещё и участвовал в ужасном и непростительном террористическом акте! — Цербас широко оскалился. — Передать подрывнику деньги на покупку мощной бомбы, которой он тебя же и подорвал, каким же полным идиотом надо быть, чтобы допустить подобное?

— Хватит зубоскалить, — скривился Широ, раздраженно усаживаясь обратно. Мужчина прикрыл глаза, быстро анализируя информацию. — Теперь понятно, почему ты был так уверен. Но…

Широ хмыкнул.

— Не пытайся делать вид, что это была твоя идея. «Недавно начал искать способы…» — кого ты обманываешь? Очевидно, из того, что я узнал об этом Аргалоре, это был его, именно его план. Скорее всего, он решил воспользоваться тобой, как одним из немногих знакомых в близком окружении Фелендрис, — холодный разум Широ быстро находил и разбирал зацепки. — Именно тогда ты и рассказал обо мне, после чего уже он придумал, как включить меня в свой план.

— Не неси чепухи, — Цербасу было немного неудобно, что все его бахвальство было так быстро «сдуто», но он постарался никак этого не показать, быстро меняя тему. — И так или иначе, где твоя глупая уверенность теперь? Так что каков будет твой правильный ответ?

— На мгновение я подумал о том, чтобы всё бросить, прикончить тебя на месте, дракон, а затем просто уйти отсюда, — тихо посмеялся Змей, от чего у Цербаса встали дыбом чешуйки на спине. — Но я потратил здесь слишком много времени, чтобы так просто всё закончить. Кроме того, с абсурдной удачей этого Аргалора, возможно, наше общее начинание и впрямь достигнет успеха и я смогу получить прибыль.

Широ потерял интерес к Цербасу.

— Сообщи Аргалору, что я не против союза, но он должен быть мне выгоден. Связь будем держать через тебя. Так как он явно не появится здесь, я не против навестить его на Таросе. А теперь пошёл прочь. Может быть я не могу тебя убить, но хорошенько избить тебя всё ещё в моих силах.

Цербас решил не искушать судьбу и быстро вышел. Уже тот факт, что Широ Змей был вынужден сдержать себя и ничего ему не сделать, наполнял черного дракона гордостью. Наконец-то он сумел играть судьбами тех, кто был сильнее его, пусть пока и с помощью своего злейшего врага.

Но Цербас не унывал. Да, может быть, он был не самым умным или удачливым, но он был ещё жив, а значит, шансы на победу всё ещё были!

Чёрный дракон уже не видел, как Широ тихо вздохнул что-то вроде: «Проклятые драконы, вечно от них одни проблемы». Иронично, но в данный момент Змея больше беспокоил не возможный шантаж, а риск того, что информация о случившемся вновь достигнет его учителя.

Джун Сумада ещё не перестал ржать при их встречах от покупки на его же деньги бомбы, что была использована против него самого. И Широ совершенно не хотел видеть выражение Джуна, когда он услышит о новой порции неудач.

Тем не менее Цербас не слишком долго радовался, ведь ему ещё нужно было идти к Фелендрис. Цербас инстинктивно сглотнул — ему очень не хотелось к ней идти.

И когда он всё же поднялся, то все его опасения не просто сбылись, они даже преумножились.

Если ранее этаж дочери Раганрода был наполнен светом многочисленных ламп и открытых окон и общением особо приближённых её двора, то теперь всюду, где он шёл, была лишь тьма и запустение. Многочисленные «прислужники» Фелендрис сочли за лучшее в ближайшее время её не искать.

Сама синяя драконица нашлась в самой дальней части этажа, в её кабинете. Её сгорбленную фигуру освещал лишь свет голографических мониторов, позволяющих Фелендрис пользоваться Торговой сетью Тысячи путей.

— Ты пришёл… — шипящий голос драконицы заставил Цербаса застыть. Фелендрис медленно подняла голову, открыв вид на свою новую внешность.

Цербас слышал, что Раганрод наказал свою дочь, но видеть это было совсем другим делом.

Теперь синее тело Фелендрис, в том числе и на её голове, было покрыто жуткими белыми узорами, оказавшимися вплавленным в чешую песком. Какую бы магию Раганрод не использовал, последствия этого песка Фелендрис чувствовала даже сейчас.

Миг и мощный удар бросил Цербаса вниз, когда безумные глаза синей драконицы склонились над ним.

— Ты не спешила ко мне, моя игрушка. Неужели ты решил, что я уже не достойна твоего внимания?

— Н-нет, госпожа Фелендрис, как я мог так подумать⁈ — быстро ответил Цербас, чувствуя, что смерть уже стучится в двери.

— Это приятно слышать. А то я подумала, что ты берешь пример с того красного дракона. Ему было весело меня унижать. Ха-ха-ха! — синяя драконица безумно рассмеялась. — Посмотрим, как он будет смеяться, когда я наберу самых жестоких, аморальных и сумасшедших мясников во вселенной, чтобы сломать всё, что он так любит! А затем…

Глаза драконицы горели очень нездоровым светом.

— Его привезут ко мне и он ответит мне за всё! — лапа синей драконицы сжалась на задрожавшем теле Цербаса. — А пока я немножко потренируюсь на тебе. Ты же не против?

«Аргалор, ублюдок!» — мелькнула в голове Цербаса заполошная мысль: «Почему даже здесь херню творишь ты, а избиение получаю я⁈»

В этот момент наслаждающийся изысканным ужином своего личного эльфийского шеф-повара Аргалор сыто икнул. Кажется, его кто-то вспоминал добрым словом, подумал Лев и с удовольствием продолжил трапезу.

Глава 16

Это был пустынный, практически разрушенный Хаосом мир. Его Мировой дух переживал свои последние годы, из последних сил выдерживая непрекращающееся разъедание хаотической энергией.

Из-за отсутствия в этом мире какой-либо жизни, стихий и просто чужеродных энергий, то Мировому духу не было на что-нибудь опереться, кроме себя. И он не справился.

Таких миров было великое множество, и гибель или появление нового из Моря Хаоса давно не привлекало ничьё внимание.

Именно здесь, на каменистой, красноватой из-за обильного количества железа почве, и открылось несколько идущих друг за другом порталов. Первыми прибыли одетые в чёрные доспехи киборгизированные воины, высота каждого из которых превышала два метра. Эти суровые, немногословные воины сопровождали невысоких на их фоне магов. На головах прибывших мерцали энергетические голубоватые сферы — воздухоочистные артефакты, закреплённые на их шеях в виде светящихся обручей.

Стальные конечности воинов с силой вдавливались в красную пыль, оставляя на ней чёткие, глубокие следы. Внимательно оглядев окружение и поводя во все стороны дальнобойными орудиями Скотта, они споро начали устанавливать сканирующее оборудование, а прибывшие с ними маги это самое оборудование начали активировать.

Но не успели они закончить, как следующими появились новые гости. В отличие от первых, их рост был сравнительно невелик, но не стоило их недооценивать. Одетые в некую разновидность японских доспехов, эти воины двигались абсолютно бесшумно, а их шаги совершенно не оставляли шагов на песке.

Обе группы мгновенно замерли, подозрительно разглядывая вторженцев, но заминка длилась не более десятка секунд. Отправленные в этот мир воины не были обычными солдатами, а являлись элитными силами, способными себя немного показать даже на вселенском театре боевых действий.

Бойцы Драконьего когтя, элитного диверсионного подразделения Аргалориума, никак не стали мешать воителям Широ Змея обследовать местность на предмет ловушек и засады.

Аргалор и Змей прожили так долго не только за счёт своего таланта, но и благодаря их подозрительности. Хоть они и договорились о месте встречи, но лезть туда просто так никто из них не собирался.

Наконец проверка подошла к концу, и обе группы слитно воспользовались компактными телепортерами, чтобы отправить сообщения. Спустя же ещё несколько минут начальство наконец-то прибыло.

Сам Аргалор прибыл в сопровождении Сиарис, пока Широ захватил с собой угрюмого Цербаса. Обе стороны быстро оценили пришедших, после чего двинулись к центру между двумя «лагерями». Остальные воины организованно разошлись в стороны, чтобы не подслушивать и контролировать окружение.

Командир Когтя, Шон счастливчик, с лёгким любопытством оглядел открывшийся перед ним пейзаж, но быстро потерял интерес. Мог ли бывший нищий в Подземном мире Стальбурга надеяться, что когда-нибудь он ступит ногами на поверхность совершенно другого мира? Подобная судьба была зарезервирована для существ и разумных совершенно другого уровня, но никак не для такого, как он.

Хмыкнув, Шон по привычке активировал броню и вытащил из выдвинувшегося отдела сигарету. Но стоило ему её подкурить от протеза на одном пальцев, как воздушный артефакт тут же уничтожил дым.

Раздраженно Шон растёр сигарету стальными пальцами и отбросил мусор прочь, став первым вандалом этого тихого, всеми забытого мира.

Тем временем же Аргалор с широкой ухмылкой смотрел на холодное и неподвижное лицо Широ. И чем более ледяным становился взгляд Змея, тем шире росла усмешка Аргалора. Видя противостояние Аргалора и Широ, Цербас немного повеселел и немного оправился от депрессии. Не упустил черный дракон и сестру красного дракона.

Сиарис и Цербас обменялись быстрыми взглядами. Латунная не особо интересовалась Цербасом, тем не менее её заинтересовал кто-то, способный так долго противостоять её брату. Цербас же пытался найти в Сиарис неприятные черты её брата, и к своему удовлетворению не нашёл ни одной. Видеть сегодня двух Аргалоров было выше его сил.

— Широ, отчего ты так не рад меня видеть? — с улыбкой спросил Аргалор. — И тут же продолжил. — Я ведь пришёл сюда, в том числе, и чтобы поблагодарить тебя за тот великолепный подарок! Не каждый день мне кто-то вручает деньги, чтобы я хорошенько ими его поколотил! Я, конечно, знал, что вы, смертные, любите всякие извращения, но одно дело знать и совсем другое это видеть!

Цербас весело зафыркал, чем заработал пристальный взгляд Широ.

— Ты закончил? — уточнил Змей. — То, что тебе повезло, отнюдь не даёт тебе право считать это своей заслугой. И надо признать, меня веселит, как примитивно ты используешь этого черного дурака. Словно пешка он танцует под твою дудку, и при этом ещё и радуется. Эта смесь незамысловатости и эффективности, неохотно признаю, вызывает у меня лёгкое уважание.

— Следи за своими словами, человек! — огрызнулся Цербас, которому Широ явно не простил смешок. — Я сам решил тебя использовать!

— Если это позволит тебе спать по ночам. — по змеиному улыбнулся Широ Цербасу, заставив того задохнуться от гнева.

— Не пытайся посеять между мной и Цербасом вражду, глупый смертный, — в развлечении покровительственно заявил Аргалор. — В своим человечьим умишком ты не в состоянии понять всю глубину отношений драконов. Я и Цербас и без твоих подлых слов хотим друг друга прикончить, но в отличие от вас, людей, это ничуть не мешает нам сотрудничать по важным вопросам.

— Так и есть, — Цербас одобрительно кивнул. — Каждый черный дракон в глубине души немножко ненавидит всех других драконов, даже тех, кого он ещё не знает. Но разве это помешало нам стать частью Великой Империи драконов?

— Которая давно распалась и развеялась на ветру, хочу заметить. Теперь, если посмотреть, у всех значимых рас есть свои крупные союзы, но таковых нет у вас, драконов. Что же это может значить? — провокационные слова Широ ударили прямо в точку, из-за чего оба цветных дракона гневно сделали шаг вперёд, но их вовремя остановили.

— Аргалор, уважаемые Цербас и Широ, если вы не знаете или не помните, меня зовут Сиарис Свободная, сестра Аргалора, и я хочу напомнить всем здесь, что мы союзники. И если мы продолжим ругаться, то рано или поздно вцепимся друг другу в глотки на радость той самой Фелендрис, которая нам всем так не нравится. Так может, потерпим немного присутствие друг друга и сделаем то, ради чего мы сюда пришли?

Вся троица дружно замолчала и задумчиво посмотрела на Сиарис, что подарила каждому из них мягкую улыбку. Латунная драконица была совершенно расслаблена в отличие от остальных.

Прекрасно зная свой характер, Аргалор специально взял Сиарис, чтобы куда более дипломатичная сестра сумела обуздать возможное кровопролитие. И хоть обо всём этом Аргалор не сказал ни слова, Сиарис всё поняла и так.

— Позволь мне выразить вам искреннее восхищение, — Широ первым «очнулся» и изобразил грациозный поклон драконице. — Ваша мудрость и проницательность вновь вернули мне веру в достоинство драконов. Сложность поверить, что кто-то вроде вас имеет родство с кем-то вроде Аргалора…

— Можете обращаться ко мне на «ты», — понимающе посмотрела на него Сиарис. — И, пожалуйста, перестаньте провоцировать моего брата, иначе мне трудно будет продолжать с вами разговор.

— Всё по твоему слову, Сиарис, — Широ изобразил, что прикрывает рот, и сделал лёгкий поклон. — Кроме того, можешь тоже обращаться ко мне на «ты». Так освежающе общаться со столь вежливым драконом…

— Ладно, хватит уже этого словоблудия, — раздраженно вмешался Аргалор, которому явно надоело изображать из себя мебель. — Цербас сказал, что ты, Широ, можешь помочь нашему делу против Фелендрис. Я готов выслушать твои предложения, и, естественно, что ты за это хочешь.

— Дракон готов платить за работу? — притворно удивился Широ. — Не хочу никого обидеть, но подобной «щедростью» славятся лишь драконы, что старше тысячи лет.

Змей не врал — молодые и взрослые драконы всё ещё были слишком поглощены своими инстинктами, чтобы справляться со столь сложной задачей, как отдача своих сокровищ ради получения ещё большей выгоды.

Впрочем, выход всегда был. Если судьба дракона была тяжела, как у того же Цербаса, и жизнь постоянно ставила его на грань, заставляя развиваться, то итогом стало умение подавлять инстинкты куда раньше срока.

— Не смей оскорблять меня «щедростью», — фыркнул Аргалор, специально окатив Широ потоком искр из носа. Мужчина безвыразительно потушил двумя пальцами конец начавших тлеть длинных чёрных волос. — Если я кому-то предлагаю союз, то всегда ратую за обоюдную выгоду! Мои проекты несут столько выгоды, что хватит на всех!

— Хм, мне любопытно, что ты можешь предложить? — Широ наконец-то перешёл к торгу и отправил «мяч» на сторону дракона.

— А вот здесь начинается самое интересное, — Аргалор хищно улыбнулся. — Если помнишь, при нашей последней встрече ты упомянул, что был землянином. От Цербаса я узнал о твоих интересных действиях внутри Торговой компании. А не так давно я как раз собирался связаться с Новым эдемом, не так давно основанным торговым межмировым торговым центром, которым, вот совпадение, управляют такие же земляне, как ты.

Лев лукаво закатил глаза.

— И единственный вопрос здесь — будешь ли ты и дальше притворяться, что у тебя никаких связей с Новым эдемом?

Широ несколько секунд безэмоционально смотрел на Аргалора, после чего медленно прикрыл ладонью глаза, словно не желая видеть эту довольную драконью морду.

— Предположим, что в твоих словах есть некая истина, дракон. Какую мою выгоду ты видишь в твоей связи с Новым эдемом?

— Человек, не заставляй меня разжёвывать каждый кусок мяса? — громко возмутился Аргалор. — Или ты думаешь, я не подготовился? Новый Эдем настолько сильно жаждет новые рынки сбыта и торговых партнёров, что готово сотрудничать с самыми жалкими отбросами вселенной! Все крупные игроки Тысячи миров потешаются над любовью землян копаться во вселенских объедках. Если ты продемонстрируешь свою полезность перед Картелем и торговыми принцами, разве у тебя не получится урвать свой процент? Неужели всему тебя нужно учить?

— Предположим, что у меня есть личное знакомство с парой особенно могущественных торговых принцев Земного картеля, — заговорщически улыбнулся Широ, почти признавая свою принадлежность к работе против Торговой компании. — Но тогда самый главный вопрос: какой мой процент?

— А вот это мы сейчас и обсудим. — с удовольствием погрузился в ожесточенный торг Аргалор, готовясь сражаться за каждую вшивую золотую монетку или кредит Тысячи путей.

Их спор длился аж два часа, пока могущественные разумные подняли каждую возможную проблему и вывели чек за те или иные действия. Столь крепкая капиталистическая хватка от человека невольно заставила Аргалора чуть сильнее признать Широ. Сам же Змей был вынужден признать, что этот красный дракон явно умнее других своих представителей.

В это время Цербас и Сиарис были представлены сами себе и чтобы не мучиться от скуки, невольно начали общение.

— Я думал, ты будешь иной, — внезапно заявил Цербас, краем глаза наблюдая за сидящей рядом с ним латунной драконицей.

— Какой именно? — с искренним любопытством спросила Сиарис, смотря на черного дракона своими широкими, светящимися глазами.

— Раздражающей и столь высокомерной, что поразило бы даже дракона, — чуть подумав, выдал своё мнение Цербас. — Но даже тех нескольких предложений, что ты сказала, мне хватило, чтобы понять… — черный дракон замялся, но затем всё же выдавил. — Что ты куда лучше его.

— Спасибо! — яркая улыбка осветила морду драконицы. — И знаешь, то же самое я могу сказать и о тебе, — Сиарис тихо посмеивалась, с интересом смотря на Цербаса. — Брат несколько раз вспоминал о тебе. И, как ты можешь догадаться, в его словах было мало приятного. Но сейчас я понимаю, что ты отличаешься от других драконов нашего возраста.

— Пф-ф-ф, неужели? — едко спросил ощетинившийся Цербас, испугавшись, что Сиарис специально пытается его «умаслить» и тем самым обмануть. — Ты говоришь такие слова каждому, кого пытаешься подкупить? Но так и знай, со мной такой дешевый метод не пройдёт!

Разгневанный и приготовившийся к атаке черный дракон ждал различного ответа, но к чему он точно не был готов, так это к добродушному и обескураживающему смеху.

— Почему ты смеёшься? — подозрительно спросил Цербас, на что получил спокойный и добродушный ответ.

— Извини, Цербас, я смеюсь не над тобой, а над теми драконами, с которыми я раньше общалась, — Сиарис улыбнулась своим воспоминаниям. — Ты знаешь, до того, как я проиграла спор своему брату, я пыталась научить смертных лучшей жизни. Но также я хотела дать нашему виду новый путь.

Сиарис ждала резкой критики от Цербаса, но тот лишь внимательно слушал. Черный дракон посчитал мечту Сиарис безумной, но масштаб и размах её амбиций заставил его уважать её желания.

— За то время мне довелось пообщаться со многими молодыми и даже взрослыми драконами. Благодаря своей силе, магии и постоянным благословениям богов я была достаточно могущественна, чтобы они и впрямь слушали меня и даже следовали за мной.

Сиарис в поражении вздохнула.

— И знал бы ты, с какими глупостями мне приходилось сталкиваться. Слишком многие цветные драконы практически не получают образования, что заставляет их иметь очень ограниченный взгляд на мир. Можно подумать, что у металлических лучше, но из-за слишком большой заботы у металлических молодых драконов другая проблема — они слишком незрелы и истеричны. Прожив всю жизнь в идеальных условиях, готовы ли они к ужасам внешнего мира?

— Тогда тебе повезло, что ты решила исследовать мир самостоятельно, — криво улыбнулся Цербас. — В этом ты похожа на нас, цветных драконов. — Он чувствовал онемелость, сравнивая себя с этой семейкой. Почему каждый из них добивался таких абсурдных успехов⁈

— Мне не нравится ни тот, ни другой путь. Они слишком крайние, — зрело заявила Сиарис. — И возвращаясь к моим словам. Ты, Цербас, впитал лучшее из двух миров. Я слышала, что Хагарис Электрическая западня дала тебе и сёстрам образование? В то же время суровая жизнь научила тебя выживанию. Даже просто общаясь с тобой, я чувствую за твоими словами сложный опыт, чего я видела лишь у нескольких других драконов, большинство из которых были старше полутысячелетия.

Поменяв позу на более удобную, Сиарис закончила с улыбкой.

— Поэтому я и сказала, что мне намного больше нравится общаться с тобой. Так что не думай, что я льщу тебе. Это просто чистая правда.

— Тогда я тоже должен сказать, что общение с тобой мне было интересно. — стараясь держать хорошую мину при плохой игре, высокомерно заявил Цербас, но внутри он был совершенно разбит и растерян.

Сиарис лишь улыбнулась и больше ничего не сказала, пока между ними опустилась безмятежная тишина.

Но если Сиарис была просто спокойна, то старающийся выглядеть так же Цербас был совсем иным. Внутри него кипели сложные эмоции.

Перед глазами черного дракона вставали одна за другой картины Фелендрис и её общения с ним. Все те высокомерные, презрительные слова, отношение и пренебрежение. В противовес ей, хоть и не обладающая той же мощью Сиарис тоже не была «никем». Тем не менее она уважала его, общаясь с ним на равных.

Цербас не мог не заметить странного сходства. В то время как весь остальной мир смотрел на него со скрытым или даже открытым презрением, чего он вдоволь пережил в мире Тысячи путей от других драконов, Аргалор и его сестра по странной причине всё же считали его кем-то значимым.

Что отличало их от остальных? И неужели это что-то и впрямь даровало им успех?

Однако размышления Цербаса были прерваны вернувшимися Аргалором и Широ. Закончившие обсуждение могущественные разумные теперь пристально следили за черным и латунной драконами.

— Всё решено, — коротко сказал Аргалор, чьи мысли явно уже были в другом месте. — Пока Фелендрис не перешла к активным действиям, ты, Сиарис, будешь тайно сотрудничать с Цербасом в войне против Шитачи. Цербас, находясь в самом логове, сумеет найти лучшие сведения. Цербас?

Аргалор ждал, что черный дракон инстинктивно начнёт спорить, но ответ его тут же поразил.

— Я согласен. — скромно заявил Цербас, чем заработал сразу три удивлённых взгляда. — Пока это лучше всего поможет в войне против Торговой компании и Фелендрис.

— Я тоже не против. — мягко кивнула Сиарис.

— Хм… ну как скажешь. — в сомнении протянул Аргалор, но быстро потерял к этому интерес.

Он так и не заметил задумчивого взгляда Широ, который переводил взгляд со старающегося не смотреть на Сиарис Цербаса.

Внезапно, словно о чём-то догадавшись, на лице Широ растянулась кривая, злорадная ухмылка.

Сказал ли Змей о своих подозрениях Аргалору? Естественно, нет! Широ Змей был полон предвкушения и надежды увидеть выражение морды Аргалора, если судьба будет развиваться именно так, как он думает!

* * *

— Хм, вот как? — Аргалор со странным выражением смотрел на выстроившихся перед ним главных прислужников, которые отказывались поднимать глаза от столь интересного пола. — И что же тут происходит?

Причина же столь необычной ситуации была плотно замотана артефактными цепями и специальными магическими бирками, блокирующими любую магию, в особенности построенную на энергии Кошмара.

Естественно, внутри этого стального кокона из цепей находился виновник происходящего, мини-версия Аргалора, что молча посылала во все стороны из глаз лучи злости. Молча же, так как пасть была заботливо заткнута.

Прежде чем Аргалор успел продолжить, вперёд вышел очень нервный Моргенс Гудмунд. Обычно спокойный министр разведки сейчас явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Господин, не подумайте, что мы осмелились пленить вас… То есть ваше творение. Эти цепи всего лишь для того, чтобы доставить его к вам! Вот, мы их уже снимаем! — повинуясь жесту Моргенса, солдаты быстро начали снимать слой за слоем пут, пока небольшой кошмарный дракон не остался стоять перед Аргалором.

За то время, пока Лев был занят, мини-Аргалор умудрился навести такую суету среди высшего управленческого состава корпорации, что в какой-то момент нервы у всех не выдержали, и было принято еретическое решение поймать, связать и доставить этого странного клона непосредственно «оригиналу».

Нервное же поведение было из-за формального нарушения правила о недопустимости пленения дракона. Так что было принято решение сделать вид, что они только-только поймали и доставили мини-Аргалора, а не прятали его несколько дней до возвращения истинного Убийцы Бароса.

— Ладно, пошли прочь! — Аргалору было лень иметь с ними дело, поэтому прислужники с огромной радостью тут же исполнили его приказ, сбежав и аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Ну и что ты тут устроил? — Аргалор был не против выслушать своего клона. — Кроме того, вижу, что последние дни оказались для тебя плодотворными!

Лев не стал поднимать вопрос обмана в саду, так как мини-Аргалор был им самим, что позволяло Думову понять всю цепочку размышлений. Куда больше Аргалора интересовал увеличившийся размер его мини-версии.

Если раньше мини-Аргалор был размером с крупную собаку, то теперь он достиг размера тигра!

— Наконец-то ты явился! — негодующе рычал мини-Аргалор, ходя из стороны в сторону и нервно дёргая хвостом. — Подумать только, эти дрянные прислужники посмели поймать меня, МЕНЯ, их господина и повелителя! Ты должен казнить их самым мучительным образом!

— Неужели? — Аргалор ухмыльнулся, многозначительно посмотрев на мини-себя, на что тот закатил глаза.

— Естественно, нет. Это ведь наши ценные прислужники! Но заставить их пожалеть другим способом определенно стоит!

— Тут ты прав, — одобрительно кивнул Аргалор. — Но что именно произошло?

— То, что наши прислужники совсем от лап отбились! Пока я тайно следил за ними, чего только не нашёл! Лень, воровство, кумовство и десятки прочих прегрешений! Если бы они всё ещё не приносили пользу Аргалориуму, то я бы убил их на месте!

Аргалор внимательно слушал о прегрешениях каждого из своих главных прислужников и их помощников, всё ещё находящихся в Стальбурге. Именно их страх и ужас позволили мини-Аргалору не только не развеяться, но и даже окрепнуть.

Видя это, Аргалор не мог не задуматься о словах Орхана. Хоть прямо сейчас Лев и мог попробовать развеять эту версию мини-Аргалора и призвать его в полной силе, но всегда был риск, что этого не получится.

Так почему бы не пойти другим путём и не дать мини-Аргалору становиться сильнее естественным способом? Отец Орхана уже подобное делал, и результат оставил его более чем довольным.

В таком случае риск потерять клона станет минимальным, а все плюсы сохранятся. Единственный минус, потребуется больше времени, но с этим пока проблем не было.

— Решено. С этого дня ты, а точнее, другой я, главный инспектор всего Аргалориума! Твоя задача найти каждое прегрешение и покарать за это! Главное, не убивай тех, чья жизнь выгоднее смерти!

— Я и так это знаю! — отмахнулся мини-Аргалор, чьи глаза уже горели садистским светом. У него уже текли слюнки от одной мысли, от того количества страха, которым его накормят эти обленившиеся чинуши.

Благодаря отборному страху работников Аргалориума мини-Аргалор должен был в кратчайшие сроки набрать массу.

Скоро мрачная слава Главного инспектора заставит дрожать и плохо спать далеко не одного богатого корпората Аргалориума!

Глава 17

Северные земли Священной центральной империи прямо сейчас раздирались войной. Мятежники, дворяне, корпораты Аргалориума, шпионы и диверсанты других корпораций, боевые ячейки Марша свободы и, наконец, все виды наёмников из каждого уголка Тароса.

Последние стекались в Центральную империю, как мухи на здоровенную и вонючую кучу дизентерийного дерьма, ведь запах крови и денег они чувствовали аж с другой части мира.

Пираты Шитачи, браконьеры Реусса, пустынные бедуины Анхалта — эти суровые парни давно жили мечом, магией и боевыми артефактами, так что любой крупный конфликт, тем более такой хаотичный, был для них лучшим подарком судьбы.

Многие из них быстро погибали, раздавленные столкновениями крупных армий или просто более сильных отрядов конкурентов, но те, кому везло, вывозили на летающих кораблях целые горы добра, чем вызывали ещё больший поток искателей богатств чужих богатств.

Как можно легко догадаться, жизнь для обычных людей, что и так была довольно сомнительной, мгновенно выросла до адской сложности, где уже простое выживание могло заслужить серьёзного уважения.

В этих обстоятельствах даже простая поездка между двумя ближайшими населёнными пунктами могла привести к самым ужасным последствиям. Даже если бы бедных крестьян не ограбили и не убили наёмники, то стая расплодившихся на неубранных трупах монстров запросто могла оставить от подобных «караванов» лишь обглоданные кости.

Единственным способом выжить было метаться между различными силами, унижаясь и клянясь в вечной верности, чтобы спустя уже пару недель вновь кланяться и обещать свои жизни и работу новому повелителю, убившему и разграбившему старого.

И даже если в прошлом ты был могущественным императором этой самой Империи, то прямо сейчас твоя жизнь стоила ровно столько, сколько стоило уничтожение твоей личной и всё ещё верной охраны.

Именно с этой простой истиной столкнулся Максимилиан Боргур, до рези в ушах вслушиваясь в идущий над его головой бой. Сам император выбрал этот город, так как под ним было построено специальное тайное убежище на случай очередной войны с драконами.

И хоть война случилась, и была она, вроде, с драконами, но, как всегда, был важный нюанс. Вместо того, чтобы вся Империя дружно встала против проклятых летающих захватчиков, на самом деле все жители принялись убивать друг друга в бесконечной братоубийственной войне.

— Проклятые драконы! — наконец не выдержал Максимилиан, громко воскликнув в относительной тишине своего подземного кабинета. Несмотря на рождённый почтенным возрастом эмоциональный самоконтроль, вся эта ситуация сумела довести даже его. — Почему эти великаны так и не закончили то единственное дело, что они должны были сделать тысячи лет назад⁈ Если бы они убили их всех до последнего, насколько же проще было жить!

В этот момент Максимилиан не собирался думать о том, что в таком случае смертные если бы и были, то в виде ничтожных рабов великанов.

Впрочем, крик императора не был чем-то особенным. Подобные возгласы звучали бесчисленное количество раз во множестве миров. Драконья жадность и сила стали причиной падения слишком многих, чтобы это стоило упоминать.

Бертрам Хойц, верный помощник и высший вампир, молча выслушал взрыв эмоций императора, никак не став на него отвечать, однако Максимилиана не устраивало подобное развитие событий.

— Что ты молчишь? — нахмурился Боргур. — Как продвигаются переговоры с эльфийскими лесами? Они согласились отправить своих верховных магов и мастеров меча против Аргалора и его подчинённых?

— Они не дали точного ответа, но вы не хуже меня знаете дипломатию эльфов, — кривая улыбка дёрнула губы вампира, показав кончик острого клыка. — Эти остроухие долгожители мастера плести словесные кружева и создавать интриги. Прямо сейчас их подход прост — как можно дольше затягивать свой ответ и дождаться того или иного развития событий. Благо, ожидание — это их один из лучших навыков.

— Трусливые любители деревьев, — вздохнул Максимилиан. — Неужели они не понимают, что если мы, люди, падём, то рано или поздно дойдёт очередь и до них! Этот жадный дракон ни перед чем не остановится, пока всё, что он видит, не окажется в его когтях!

— Именно поэтому они и не хотят тратить своих верховных магов, — пожал плечами Бертрам. — Хоть у их расы самое большое число по-настоящему сильных магов, не считая каких-нибудь великанов и драконов, но если они их потеряют, то восстановление как раз займёт ближайшую тысячу лет. А вы, ваше величество, как и я, прекрасно слышали репутацию Убийцы Бароса. Хоть он и почти взрослый дракон, но по живучести и удачливости способен считаться минимум старым, а то и древним ящером.

— Да-да, а из-за слухов благоволения ему богини удачи Хемины отказываются брать заказы и мастера-убийцы. — угрюмо закончил Максимилиан.

Мог ли Аргалор знать, что все его многочисленные злоключения, пленения и бросания вызовов куда более сильным соперникам приведут к тому, что даже более сильные противники просто не хотели с ним связываться?

Ведь зная мстительный и «паскудный» характер драконов, тем более красных, кто в своём уме хочет иметь такого врага? И одно дело убить его быстрым наскоком. А что если он выживет и начнёт мстить?

— Поверить не могу, что всё так заканчивается! Мы ведь были готовы к возможному нападению драконов, — искренне сокрушался Максимилиан. — Были заключены союзы, дворяне хранили артефакты, способные сбросить этих высокомерных ящериц обратно на землю, где бы их ждали служители богов и паладины. Этого хватило бы, чтобы задержать, а затем бы присоединились воины из других стран благодаря союзным договорам… Но вместо всего этого артефакты потрачены на убийство друг друга, а драконов почти и не появилось на поле боя! Союзы бесполезны, а контракты недействительны!

Боргур резко успокоился и холодными глазами посмотрел на расположенную на стене огромную карту всей империи. Прямо сейчас каждая её пядь горела мрачным красным светом.

— Так больше продолжаться не может, — сурово изрёк император. — Если мы не предпримем решительные шаги, то больше будет нечего защищать. Наша последняя надежда это верховные маги Империи. Они всё ещё нейтральны и не предпринимали никаких шагов. Мы должны заставить их сражаться за нашу страну.

— Это будет трудно, — сказал очевидное вампир. — Даже дракон не решается их трогать, так как почти у каждого из них есть ещё и небольшая армия из учеников и подмастерьев.

— У меня есть чем их убедить. — отрезал император. — Коль мой предок игнорирует все мои попытки с ним связаться, то мне ничего не остаётся, кроме как продать нижние этажи его лаборатории, что он оставил мне на хранение!

— Император, вы уверены⁈ — зрачки Бертрама резко сократились, и на лице древнего существа мелькнул самый настоящий страх. — Когда ваш предок узнает, разве он не придёт в ярость? Как вы сумеете ему объяснить случившееся?

— Не «вы», а «мы», Бертрам, — сухо заметил Боргур, сразу поймав желание своего подчинённого отстраниться от будущей катастрофы. — Всё равно у меня есть доступ лишь к нескольким этажам, так что остальная башня останется целой. А так мы честно объясним, кто именно заставил нас поступить. В любом случае предка не будет ещё очень долго. К тому моменту мы, может быть, уже умрём, и проблему придётся решать нашим потомкам.

Бертрам Хойц потерял дар речи от подобных аргументов своего императора и просто не стал ничего говорить.

— Так что свяжись с самыми сильными верховными магами и назначь им встречу. Уверен, от такой возможности они точно не смогут отказаться!

Бертрам поклонился и отправился выполнять приказ. Он не стал спрашивать, почему его господин приказ связаться лишь с верховными магами, а не теми же архимагами, что были значительно сильнее.

Вдоволь пообщавшись с Кратусом, кому как не Максимилиану знать, что от архимагов стоит держаться как можно дальше?

* * *

Пока же один император собирал силы, чтобы раз и навсегда покончить с одним проблемным драконом, Аргалор тоже не стоял на месте.

Пришедшее сообщение от Широ принесло хорошие новости — знакомые Змея влиятельные земляне очень заинтересовались возможным сотрудничеством с корпорацией Аргалориум.

Для обсуждения и заключения сделки торговые принцы призвали Широ показать Новый эдем и обсудить будущие вопросы на их территории, дав гарантии через клан ифритов Халифа, что жизни Аргалора там ничего не будет угрожать.

Будучи стихийными существами, ифриты были ближе всего к нейтральной фракции, чем кто бы то ни был, и часто выполняли подобную роль.

Учитывая же, насколько спорной и так была репутация Нового эдема, нарушить своё слово в глазах «мировой общественности» Картель просто не мог. В ином случае они могли бы вновь разрушить этот город, как произошло с первой попыткой землян.

Конечно, Аргалор мог бы настаивать на проведении переговоров в Таросе или на нейтральной территории, но Льву было безумно интересно посмотреть на город землян, о котором он так много слышал. А благодаря обещаниям безопасности, это был самый удачный момент.

Тем не менее, в тот день, когда Аргалор тайно встретился с Широ возле Стальбурга, тот сходу вывалил на дракона не самые лучшие обстоятельства. Однако начал он всё же с восхищения городом.

— Знаешь, дракон, хоть твой город хоть и не может сравниться с крупными городами ключевых рас, вроде тех же дьяволов или ифритов, но мне по душе, как ты всё тут построил. — Взгляд Змея стал отдалённым, и он меланхолично смотрел на возвышающуюся вдалеке высотную застройку, где в маленьких комнатушках проживали инженеры и опытные рабочие корпорации.

Прямо сейчас человек и дракон стояли на поросшем деревьями холме, с которого открывался неплохой вид на город.

— С чего бы это? — Аргалор уже предполагал ответ, но захотел сам его услышать.

— Напоминает мне мою родину, — не разочаровал его Широ, сказав в кои-то веки чистую правду. — Раньше, когда я ещё жил на Земле. Смешно, ведь это было десятилетия назад! Я считал, что на Земле слишком много… Хах, назовём это чего-то плохого. Загрязнение экологии, рост корпораций, увеличение расслоения населения. Мне тогда казалось это чем-то значимым, неразрешимым. Но именно когда я увидел истинную вселенную, то понял, что Земля была по-настоящему райским местом.

Вот только если Широ хотел понимания или сопереживания, то он точно нашёл не того собеседника.

— И с чего это ты так расчувствовался? На тебя это совершенно не похоже, человек, — бесчувственно фыркнул дракон. — Если ты скучаешь по твоей, этой самой Земле, то хватит ныть и построй её здесь! Уж сил тебе не занимать, как и хитрости, так что просто возьми и сделай, а не засоряй мне уши своим солпежуйством.

— Забавно, вот именно это желание в своё время и привело к краху первого «Эдема», ведь у каждого было своё видение Земли, — Широ быстро справился с эмоциями и вернулся к своей ироничной манере. — И, как не жаль, эти же проблемы перекочевали и в Новый эдем. И именно с ними нам с тобой придётся иметь дело.

— О чём ты? — Нахмурился Аргалор, сразу почувствовав неладное. — Ты обещал, что свяжешься с твоими друзьями в Новом эдеме и вы организуете выгодное соглашение с Картелем. Вы отказались от сделки⁈

— Если бы это было так, ты бы меня здесь не увидел, — Широ не собирался быть вежлив, особенно учитывая тот факт, что он был сильнее. Конечно, вокруг были верные Аргалору бойцы, но Змей считал, что в случае необходимости он всё же сумеет вырваться. — Картель согласился провести переговоры, но среди торговых принцев есть не только наши сторонники, но и противники. И вот они сделают всё, чтобы нарушить планы нашей партии.

— Ах, узнаю смертных, чтобы утопить своих соперников, вы с радостью утоните сами, — презрительно оскалился Аргалор. — И не важно, что от контракта со мной выиграют все, главное, плюнуть на кусок мяса своих врагов.

— Смешно это слышать от дракона, — Не лез за словом в карман Змей. — Не вы ли готовы вцепиться в глотку друг к другу по первой же возможности?

— Что ты сказал⁈ — И так раздражённый Аргалор обрушил боковой удар кулаком на Широ. Лев не пытался неожиданно нападать, а скорее ему было интересна сила этого человека, поэтому замах он сделал специально медленнее.

С другой же стороны Аргалор влил в свои мышцы не только драконью ярость, но и магию жизни, разом переведя свои силы на совершенно новый уровень.

Широ, с его скоростью, ничего не стоило увернуться, но тогда бы он показал, что дракон сильнее. Чутьё подсказывало Аргалору, что Широ не станет уворачиваться, и Змей его не разочаровал.

Кулак мужчины покрылся чёрной энергией, а от его ног распространилась уже знакомая магия жизни, закрепившая человека на месте.

Удар!

Картина столкновения маленького человеческого кулачка и драконьей лапы со стороны смотрелась сюрреалистически, но разошедшаяся во все стороны от них ударная волна была совсем иной.

Ближайшие деревья даже не сдуло, они просто превратились в щепки и мякоть, осыпав картечью своих дальних собратьев. Кулаки обоих бойцов с огромной силой отбросило прочь, но если Аргалор справился с отдачей благодаря своей массе и взмаху крыльев, то Широ устоял благодаря пране, что покрыла десятки метров пространства у его ног. Тем не менее именно из-за этой магии земля дико потрескалась и лопнула от давления.

Человек и дракон настороженно уставились друг на друга, удивлённые тем, что оппонент умудрился выдержать их удар. Конечно, ни один из них не выкладывались на полную, но в тех условиях это и не требовалось.

«А он силён». — Одновременно мелькнула досадливая мысль у обоих: «Но я всё равно сильнее!»

— Давай отправляться, пока нас не нашли твои люди. — решил протянуть оливковую ветвь Широ.

— Согласен. — У Аргалора не было возражений. Пока что настоящая битва была не выгодна им обоим.

Когда вооружённый патруль Аргалориума наконец прибыл расследовать подозрительный энергетический сигнал на окраине города, кроме воронки и разбитых в округе деревьев они так ничего и не нашли. Имелись смутные следы дракона, но по ним сложно было определить хоть что-то.

Глава 18

«Когда уже мой стационарный портал будет закончен…» — недовольно подумал Аргалор, рассматривая отданный Широ телепортационный артефакт в Новый эдем. В этот момент сам Змей заканчивал настройку своего артефакта, несколько раз перепроверяя установленные координаты и целостность устройства: «Эта условно надёжная технология перемещения заставляет чешую на моей спине вставать дыбом от одной лишь мысли случайно вывалиться на полпути в Хаос».

«У этого устройства хотя бы есть критический предохранитель», — философски заметила Эви: «В случае если мы и впрямь вылетим из пространственного перехода раньше времени, эта безделушка должна сразу же активировать повторный переход и перенести нас если не к нужному месту, то к ближайшему стабильному миру».

«Вот только стабильные миры очень расплывчатое определение», — язвительно отметил Аргалор: «Мир за пару минут до падения в Хаос всё ещё считается стабильным, как и мир, находящийся под патронажем Ангелов Порядка. Но стоит нам оказаться в любом из них, то черта с два мы оттуда сумеем сбежать!»

«И чего ты от меня хочешь⁈» — окрысилась великий дух жизни: «Думаешь, я не знаю, насколько все эти перемещения опасны⁈»

«Меня просто раздражало твоё спокойствие», — мгновенно вернулся к благодушному настроению дракон: «И если уж мне всё это не нравится, то ты тоже должна меня сопровождать на этом пути».

«Какой же ты говнюк!» — выругалась Эви: «Надеюсь, тебе отрубит порталом хвост!»

— Готово, можно начинать, — в их спор невольно влез Широ, который не знал о разговоре: «Артефакты настроены, на той стороне нас ждут».

Первым артефакт активировал Широ, а следом за ним и сам Аргалор. Подобные телепортационные артефакты производились в разных формах. Если у Тысячи путей это напоминало широкие золотые пластины, то Новый эдем предпочёл странные стальные прямоугольники, в чьём дизайне Лев с весельем распознал схожесть с «яблочными телефонами».

Очевидно, кому-то из бывших жителей показалось забавным наладить в серию артефакты, чей вид привлёк бы внимание рассеянных по всей вселенной землян.

Зажатый корнями зары «Телефон» вспыхнул, и Аргалор почувствовал неприятное тянущее чувство, когда его тело схлопнулось в пространственном вихре и отправилось куда-то прочь.

В этот момент чувство времени, пространства и вообще понятия реальности перекручивались и дрожали. Будь здесь обычный человек, то он бы ничего не заметил, но нечеловеческие чувства Аргалора позволили ему краешком глаза заглянуть за ткань «занавеса» и… ничего не понять. Ведь при всех своих знаниях Аргалор коснулся лишь основания бесконечной горы вселенских знаний.

В следующее мгновение человек и дракон приземлились на уже знакомой телепортационной площадке. Очевидно, Новый эдем не стал особо париться и просто украл или купил технологию у Тысячи путей.

Однако если после прихода в Тысячу путей перед путешественниками открывался вид на величественный гигантский роботизированный манипулятор «ромашку», застроенный уходящими вверх острыми шпилями многотысячных ульев, то вот вид на «Новый эдем» в полной мере показал злое чувство юмора землян.

Если Эдем был райским садом, из которого были вышвырнуты Адам и Ева, прародители землян, то Новый эдем был поистине жуткой адской дырой, представляющей собой разорванное и пульсирующее нутро вселенной.

— Я, конечно, слышал, что это паршивое место, — сухо сказал Аргалор, в кои-то веки без грамма высокомерия. — Но одно дело слышать и совсем другое дело видеть. Сложно сказать, насколько у вас, землян, не все дома, чтобы основать в таком месте поселение!

Чтобы описать увиденную Аргалором картину, стоит сначала понять, что город Нового эдема находился в своего рода исполинском пространственно-энергетическом туннеле, чья форма и размер постоянно пульсировали, то сжимаясь, то обратно расширяясь.

Стены туннеля были покрыты отвратительного вида розовыми разводами и красноватыми проплешинами, похожими на запущенный и воспалённый герпес. Всё это отвратительное великолепное постоянно двигалось, переливалось и упорно притягивало взгляд, так и норовя утянуть слабый разум в пелену бесконечный кошмаров.

Осознав, где именно находился Новый эдем, теперь пора остановиться на самом городе, а точнее, его необычной форме. Сам Новый эдем чем-то напоминал Тысячу путей, вот только если последний был построен на огромном манипуляторе, то здесь «грибницей» стал «коралловый риф» или нечто похожее, состоящее из огромных хаотических красноватых стеблей, платформ и переходов.

Из-за того, что каждый из «рифов» генерировал вокруг себя своё собственное стабильное пространство, то не было ничего удивительного в картине, когда две улицы могли идти прямо друг над дружкой, пока пешеходы ходили вверх ногами.

— Не будь к нам строг, дракон, — глубоко вдохнул наполненный запахом дыма и отходов воздух Широ, откинув голову назад. — Во вселенной не так уж много стабильных миров без сильных Душ мира и при этом прекрасной защитой от Хаоса. И хоть это не совсем мир в привычном понимании, сюда можно легко перемещаться, и Хаосу сюда пути нет.

— Не совсем привычный мир? — со странным выражением морды повторил Аргалор. — Вы в буквальном смысле поселились внутри одной из разлагающихся вен Колеса перерождений! Именно здесь раньше должны были протекать души со всей вселенной! А значит что? Даже в таком ужасном состоянии это место не то, где разумные должны проживать!

— Если не смотреть на стенки, то вполне терпимо, — Широ не особо беспокоился критикой дракона, начав уходить с площадки. — Конечно, каждый день несколько десятков человек сходят с ума, но обычно это касается лишь тех, кто слаб. На сильных развращение практически не влияет. Если же они достаточно тупы, чтобы смотреть, даже если их предупреждали, то такова их судьба.

Мужчина нахмурился, оглядев подступы к телепортационной площадке. Как и в Тысяче путей здесь никого не интересовали приезжие, лишь вдалеке на боевом посту отметили вновь прибывших, и всё. Однако так было быть не должно.

— Где наши встречающие? Нас должны были встречать сопровождающие, — Широ оборвал себя и вздохнул, после чего серьезно повернулся к пристально смотрящему на него дракону. — Об этом я и говорил. Торговые принцы, сильнейшие и влиятельнейшие земляне, хоть и создали это место, но они разобщены и постоянно интригуют против друг друга. Это явно начало чьей-то интриги.

— Плевать! — Аргалор громко рассмеялся, посылая во все стороны волны тепла и искр. Его красные глаза пылали обещанием насилия. — Пусть рискнут, я не против научить кого-то, как правильно вести дела с драконами!

— Этого я и боялся, — для себя пробормотал Широ, но затем сказал громко. — Ладно, тогда сейчас я вызову «Такси». Это специальная городская служба извозчиков, распространённая на весь город.

— Извозчики? — насмешливо спросил Лев, глянув на своё огромное тело.

— Не беспокойся, Новый эдем готов встречать самые разные расы, и транспорт «Такси» рассчитан в том числе и на этот случай. — Широ натянул рукав кимоно и принялся что-то набирать на светящемся браслете Корами. Кажется, этот браслет вполне успешно работал и здесь.

«Смешно. Земляне так противопоставляют себя Тысяче путей, но начиная от телепортов и заканчивая коммуникационными браслетами всё принадлежит корпорациям Тысячи путей. Не удивлюсь, если на самом деле Новому эдему помогли появиться сами же большие шишки Тысячи путей, чтобы использовать землян в своих интригах».

«Возможно, таков был план», — Эви лениво продолжила: «Но любой элементаль знает простую истину, что если ты связываешься с духом огня, то будь готов обжечься. Земляне явно не те, кого можно легко использовать. И готова поспорить на твои сокровища, что Тысяча путей ещё пожалеет».

«Следи за своим языком, дух!» — ахнул от возмущения Аргалор: «Не смей клясться чем-то, что несопоставимо ценнее тебя!»

«Ценнее меня? Не смеши!» — горделиво заявила Эви. Хоть она вечно и критиковала дракона за высокомерие, но прошедшие годы не прошли для неё бесследно. — «Если бы не я, ты так бы и продолжал тереть деревянные палочки Зары, чтобы получить огонь для Игниса!»

— А вот и наше такси, — Широ указал пальцем на быстро приближающуюся в небе черную точку. — Пришлось ждать всего десять минут. Кажется, с прошлого моего приезда они ещё улучшили сервис.

«Такси» оказалось здоровенной стальной платформой, очень похожей на летающий паром. В дальней части этой конструкции была установлена бронированная будка, где за толстым стеклом сидел водитель. По центру площадки были установлены мягкие маты, а по бокам имелись сидения для человекоподобных разумных.

Стоило Аргалору и Широ войти, как платформа окуталась мощным энергетическим щитом, отсекающим давление ветра, и, плавно поднявшись, она устремилась к месту назначения.

Благодаря длинной шее и очень низким бортам лежащий Аргалор получил прекрасный вид на открывшийся со всех сторон город. И картины Нового эдема не могли не вызвать у Аргалора темного смеха.

— Я смотрю, слухи о том, что вы привечаете у себя весь сброд вселенной, оказались как никогда правдивы! Проклятье, есть ли здесь хоть одна улица, где не идут бои⁈

Всюду, куда доставал взгляд, между зданиями бродили пьяные солдаты, пираты, контрабандисты и просто бандиты. Десятки рас со всей вселенной рьяно заливали в свои глотки пенящийся алкоголь, мигрируя между тысячами борделей, казино, арен, незаконных клиник и темных магазинов.

Из окон расположенных по бокам зданий высовывались полуголые красотки всех цветов и рас, потрясая здоровенными сиськами, плавниками или какими-то нестандартными отростками, присущими исключительно этим уникальным расам.

Впрочем, некоторые из девиц отнюдь не стеснялись выходить прямо на улицы, демонстрируя товар лицом. Рядом с ними обязательно стояли сутенеры с неестественно широкими улыбками и до боли холодными глазами.

Никто не видел ничего дурного, если парочки, а то и целые компании начинали заниматься непотребством прямо на улицах. Далеко не во всех мирах секс был чем-то интимным.

Некоторые улицы были покрыты веселящим дымом, когда хозяева этих заведений специально окуривали улицы, стремясь продемонстрировать свой «товар» лицом.

А магазины оружия? Звуки канонады не затихали ни на секунду, когда сотни стволов выпускали магические лучи, пули или шипящую химическую жидкость, расплавляющую пол.

Каждый из магазинов стремился привлечь внимание именно к своей коллекции смертоносного вооружения, иной раз доходя до фирменного безумия. Чего хотя бы стоил магазин, в котором раз в полчаса на специальный стенд выталкивали обезумевшего от ужаса раба, которого тут же превращали в фарш десятки мощных стволов.

За этим представлением наблюдала небольшая толпа, каждый раз улюлюканьем приветствующая очередную жертву. Впрочем, охрана магазина споро отшвыривала тех, кто слишком долго ничего не покупал и наслаждался кровавым зрелищем.

— Зато они готовы платить, и делают это щедро, — Широ не показал никаких эмоций на критику Аргалора. — В этом мире ничего не появляется даром. Если мы хотим отвоевать себе место под солнцем, то сначала мы должны себя зарекомендовать. И прямо сейчас слава о Новом эдеме распространяется по всем закоулкам вселенной.

Аргалор не стал ничего говорить о том, какая именно это «слава». Ведь, в конце концов, черный пиар — это тоже пиар. Куда больше Льва интересовало другое.

— Почему у вас районы построены так странно? — Аргалор обратил внимание на подозрительно знакомую, но в то же время непонятную архитектуру.

— Ах, интересно, что ты это заметил, — задумчиво улыбнулся Широ. — Всё дело в том, что многие из этих районов принадлежат различным влиятельным торговым принцам, желающим видеть у себя именно свою культуру и архитектуру. А так как многие из них пришли из сотен совершенно разных земных стран, то Новый эдем оказался наполнен множеством различных зданий и сооружений.

Змей внезапно тихо рассмеялся и пояснил свой приступ смеха.

— Но при постройке города внезапно вскрылась главная проблема — хоть у каждого из принцев и были свои культурные желания, но среди нас всех оказалось не так уж и много архитекторов или умелых строителей. Как итог, то, что ты здесь видишь, зачастую это не более чем убогая попытка скопировать то, чего не понимаешь. Уверен, если бы настоящие земные архитекторы пришли бы в это место, они бы словили сердечный приступ!

Теперь Лев понял, что именно ему казалось странным. Он точно видел какие-то из этих зданий или их кусков на Земле, но они явно отличались!

Пока их транспорт подлетал к заранее забронированному ресторану в районе, выполненном в средиземноморском стиле, где даже были специально налиты небольшие озера и речки, Аргалор мог вдоволь насладиться десятками стычек и войн между «отдыхающими» Нового эдема.

Перестрелки, поножовщина, магические дуэли — улицы Эдема готовы были вместить каждое возможное боестолкновение. Если в Тысяче путей стражники всё же старались останавливать особо крупные сражения, то здесь всем было абсолютно плевать.

Единственное ограничение касалось сопутствующего ущерба, слишком сильное разрушение ближайших домов могло привлечь атаку от их владельцев. Последние же частенько обладали столь впечатляющей мощью, что при их появлении сражения тут же и затихали из-за гибели всех участников.

Их «такси» уже ждали. Взлётная площадка оказалась окружена серьёзными охранниками, одетыми во что-то наподобие испанских кирас и шлемов конкистадоров. Очевидно, владелец или был испанцем, или очень восхищался этой культурой.

— Сеньор Широ Змей, сеньор Аргалор Убийца Бароса, — встречающим оказался суровый, наголо бритый здоровяк с золотой серьгой в левом ухе, одетый в толстую кирасу и вооруженный тяжёлым артефактным палашом и двумя пистолетами, один из которых носил футуристический вид, а другой магический. — Очень рад, что путешествие до нашего знаменитого ресторана, Дисфрутар, прошло благополучно. Сеньоры, прошу пройти вон в то здание, вас там уже ждут.

Аргалор высокомерно посмотрел на человека и гордо его проигнорировал, собираясь идти внутрь самого высокого здания, однако Широ остановился, чтобы поболтать со встречающим.

Дракон раздраженно глянул на Широ. Хоть этот испанец и не был обычным человеком, но его силы явно не хватало, чтобы кто-то вроде Аргалора сбивал из-за него шаг!

— Сеньор Салазар, сколько лет и зим! Я тоже рад тебя видеть в столь хорошем здравии. Смотрю, в последние годы ты решил променять палубу межмирового корабля на более спокойную жизнь? Кажется, это пошло на пользу твоим людям.

— Сеньор Змей, а вы всё так же неуловимы, — суровое лицо, судя по всему, капитана наёмников и пиратов, пересекла лёгкая усмешка. — Мир стал слишком хаотическим местом, так что я решил на время почистить киль в тихой гаване. Зная вас, вы что-то хотите у меня спросить?

— От тебя ничего не скроешь, сеньор Диего, — Широ сокрушенно покачал головой, но быстро его взгляд стал острым. — Не подскажешь, кто именно те сеньоры, что ждут нас? Признаться, мне очень хочется это узнать до того, как мы встретимся с ними лично.

— Ох, ваше любопытство, сеньор Змей, с годами ничуть не уменьшилось. В память о нашем старом знакомстве я не против вам сказать. Первого сеньора зовут Вальтер Шмидт, а второго Джин Ван.

— Именно этого я и боялся, — вздохнул Широ, бросив косой взгляд на Аргалора. — Но всё равно спасибо, сеньор Диего, за информацию.

— Это мелочи, амиго, каждый знает, что ты умеешь быть благодарным. — Оставив за собой последнее слово, Диего поклонился им и спокойно ушёл проверять охрану.

— Дело плохо. Если с Вальтером всё нормально, так как он принадлежит нашей партии, то Джин Ван, по прозвищу Золотой король, это явно ловушка, — Широ начал быстро посвящать Аргалора в происходящее. — Золотой король один из сильнейших боевиков наших врагов, и если они пропихнули его на переговоры, то он обязательно постарается их сорвать! Поэтому ты не должен реагировать на его провокации, сделать тебе он ничего не может, ведь за твою безопасность поручились на самом верху…

— Хватит нравоучений! — раздраженно фыркнул Аргалор, которого возмутила одна лишь мысль, что он должен бояться какого-то там смертного.

— Аргалор, не недооценивай Вана. В чём-то он не слабее меня. — предпринял ещё одну попытку Широ, чем заработал лишь кривую ухмылку от Аргалора.

— Если это так, то тем веселее будет разбить его гордость.

«Как бы твою гордость не разбили, высокомерная ящерица». — мрачно подумал Змей, но больше ничего не стал говорить. Их оппоненты сделали свой ход, и оставалось понять, можно ли исправить ситуацию.

Добравшись до нужного зала, Аргалор сразу включил все свои чувства на максимум. Хоть он и демонстрировал Широ свою гордыню, но Лев был опытным воином, который никогда не недооценивал своих врагов.

И пришедшие от двух людей ощущения не разочаровали.

Как не сложно было понять, от Шмидта, имеющего широкие плечи, европеоидную внешность и длинные светлые волосы, Аргалор почувствовал знакомую вонь Хаоса, прямо сообщающую его принадлежность к демонологам или культистам. Одно лишь присутствие Хаоса делало его смертельно опасным.

Однако куда больше тревоги вызывал относительно невысокий мужчина азиатской внешности. Обычно бы его черные волосы и ничем не примечательное лицо не привлекло бы ничьего внимания, однако испускаемая им аура и неестественно чистая, практически светящаяся кожа прямо говорили, по какому именно пути он пошёл.

«Культиватор или, как их ещё называют, практик», — сразу узнал его Аргалор, сравнивая энергетические колебания с теми, что он видел у Орхана Хао: «Широ не соврал, его явно сюда отправили с расчётом, что он сумеет справиться со мной. И у него даже есть небольшие шансы и впрямь это сделать. Ранг высшего практика, не иначе».

Орхан Хао дал краткое описание практиков у себя на родине, и «высший» ранг был практически вершиной, уступая исключительно «полубожественному» рангу.

Конечно, так как этот Джин Ван, скорее всего, был из другого мира, то и способности или силы у него могли отличаться. В этом была истинная опасность вселенной, ведь хоть многие способности или силы были похожи, всегда имелись уникальные особенности, к которым ты мог быть не готов.

Широ и Льва ждали в большом зале, пол и потолок которого были украшены затейливой мозаикой, а чуть в стороне возвышался прекрасный позолоченный фонтан. Вальтер и Джин сидели на низких кушетках, откинувшись на мягких подушках.

— Добро пожаловать, господин Аргалор! — Вальтер вежливо встал и поприветствовал дракона. Но Лев сразу отметил, что азиат и не думал подниматься или приветствовать. — Надеюсь, вам понравилась организованная нами встреча…

— Которой не было. — отрезал Аргалор, чем заставил Шмидта осечься.

— Простите, мне доложили, что вас ждали…

— Но явно в другом месте. — сухо закончил вошедший следом Широ.

— Тогда прошу прощения за эту досадную ошибку, — быстро сориентировался Шмидт, расплываясь в профессиональной улыбке. — Чем бы не закончились сегодняшние переговоры, я дарю вам билеты на знаменитое выступление иллюзионистов в Большом театре.

— Меня радует ваш подход, смертные, — благодушно кивнул Аргалор. — Широ много рассказывал о вас, землянах, уверен, это выступление позволит вас лучше изучить.

— Ты ошибаешься, дракон, — внезапные слова молчавшего до этого момента азиата заставили всех замереть. — Я не какой-то смертный, а бессмертный культиватор зарождающейся души, Золотой король, Джин Ван!

«Это просто провокация. Аргалор же должен это понять». — мысленно пытался успокоить себя Широ, но следующие слова разом сломали его всякие надежды.

— Смертный называет себя бессмертным? Что за жалость. То, что ты сумеешь прожить на целую тысячу лет больше, не делает тебя бессмертным, человек. — Аргалор и не думал убирать из своего голоса издёвку.

Глава 19

Насмешливые слова Аргалора разом заставили культиватора почернеть лицом и немедленно подняться.

— Ты ухаживаешь за смертью, дракон⁈ — азиат гордо откинул пола своего длинного белоснежного халата и, задрав подбородок вверх, выставил вперёд ногу в позолоченном башмаке. — Хоть торговые принцы и гарантировали тебе жизнь, но если не хочешь получить тысячу унизительных пощёчин, то лучше бы тебе извиниться!

— Пощёчин от тебя, букашка? — глаза Аргалора вспыхнули будущим насилием. — С каких это пор еда начала угрожать тем, кто её ест?

— Джин Ван, господин Аргалор! Зачем так горячиться? Сегодня такой прекрасный день, зачем портить его конфликтом… — видя стремительно катящуюся под откос ситуацию, немец попытался их успокоить, но его остановила лёгшая на плечо рука незаметно подошедшего Широ.

— Разве ты не видишь, это бесполезно, Вальтер, — бледное лицо Змея ничего не выражало. — Наши противники знали, кого именно стоит отправлять. Суметь найти человека, чья гордыня не уступает дракону… — Широ тихо вздохнул. — Это впечатляет.

— Ничуть, — Вальтер незаметно дёрнул плечом, сбрасывая руку Широ и накладывая заклинание тишины непосредственно вокруг них. Оно не мешало им слушать разговор дракона и Джина, но мешало последним слушать их. Шмидт явно не недооценивал нечеловеческую физиологию Вана. — Такие, как он, культиваторы, каждый второй. Дай китайцу чуточку власти, позволь вырваться из-под гнёта их системы, и смотри, как вся вселенная умывается кровью. Эти узкоглазые ублюдки готовы вырезать миллионы и каждый раз находить у себя в глазах оправдание.

— Ох, Вальтер-Вальтер, неужели я слышу от тебя так это старый добрый расизм? — Широ игриво прикрыл рот пальцами. — Хотя чему я удивляюсь, слыша подобные слова от немца.

— И это мне будет говорить человек, для которого предательство стало так же естественно, как дыхание? — нахмурившись, язвительно парировал Шмидт.

— Моя верность относится лишь к тем людям, которым я доверяю. Так странно ли, что среди них нет тебя, убийцы и демонолога, обрекшего свою версию мира на падение в Хаос? А затем сбежавшего, как последний трус, не готовый встретиться с последствиями своих собственных действий?

— «Людям, которым ты доверяешь»? — злая улыбка пересекла лицо Вальтера. — Касается ли это Алекса Вульфса? И, как я слышал, ему теперь твоё доверие совершенно не нужно? Кажется, твоё доверие для друзей ничем не лучше предательства.

— Удивительно, что ты всё интересуешься теми, кто попал с тобой, — Широ ничуть не обиделся или не стал этого показывать. — Хоть этот Алекс и из другой версии твоего мира, ведь, насколько помню, твой Алекс уже давным-давно мёртв, как и все остальные двое? Неужели в твоём ледяном сердце остались какие-то человеческие чувства?

— Есть такая слабость, — спокойно согласился Шмидт. — В конце концов, с моим Алексом мы вполне неплохо ладили и я ему доверял. Жаль, что в конце концов он сошёл с ума и окончательно впустил Хаос в свою душу. Но, кажется, эти двое наконец закончили оскорблять друг друга.

И Шмидт был прав, ведь дракон и культиватор напряжённо давили своими аурами друг на друга, из-за чего всё здание ходило ходуном.

— Хорошо, дракон! Если ты так хочешь унижений, то я, Золотой король, милостиво их тебе дам! Но не здесь, ведь наш бой обязательно выльется в разрушения, за которые мне будут долго надоедать. Подумаешь, убьём пару сотен или тысяч смертных! Идём на Арену, и там сразу станет ясно, кто чего стоит!

Джин Ван высокомерно развернулся и двинулся к выходу.

— Давно пора. — одобрительно кивнул Аргалор и пошёл следом.

— Дракону конец, — огорчённо сказал Вальтер. — Джон Уайт как всегда любит вытаскивать каштаны из огня чужими руками. Этот Ван даже официально не работает на англичан, но всем всё прекрасно понятно, почему он здесь.

— Ах, стоило ли уходить с Земли, если здесь мы играем в те же самые игры, — иронично хмыкнул Змей. Широ давно уже принял «игру», но это не избавило его от разочарования. Казалось бы, после появления в чужой вселенной земляне должны объединиться, но реальность оказалась куда более мрачной. — Но я на твоём месте не сбрасывал бы дракона со счёту. Видимо, ты плохо разведал, кто именно такой Аргалор. Поверь, его репутация на Таросе говорит сама за себя.

Широ не стал говорить, что даже он сам всё ещё находил в Аргалоре нечто подозрительное. Убийца Бароса чем-то неуловимо отличался от своих собратьев, но Змей всё никак не мог этого понять.

— О чём ты говоришь? — презрительно фыркнул Вальтер. — Я не первый день узнал о вселенной. Каким бы сильным он ни был, он всего лишь взрослый дракон. Золотой король участвовал в захвате целого мира и сражался со старшими дьяволами и демонами. Дракон будет раздавлен.

— Тогда как насчёт спора? — заманчиво предложил Змей, выходя с Вальтером на улицу и смотря, как Аргалор и Джин улетают прочь. Но если дракон пользовался крыльями, то Ван встал на появившуюся из воздуха нефритовую разукрашенную платформу. — Я слышал, что новенький французский торговый принц решил расширить город в одну из сторон «Вены», и ты сумел выкупить целых два магазина на будущей улице. Я хочу один из этих магазинов.

— Тогда я хочу всю собранную тобой информацию о Торговой компании Раганрода. Слышал, ты там навёл неплохие связи и далеко продвинулся.

— Договорились. — два прожженных дельца удовлетворенно пожали друг другу руки. Их теперь куда меньше заботила победа или поражение их партии, ведь сейчас на кону стояли их собственные интересы, которые земляне ценили намного выше.

Проблема старого Эдема и Нового эдема была в том, что большинство прибывающих в это место землян, услышавших на просторах вселенной о своих «корнях», являлись отнюдь не хорошими людьми.

По какой-то странной, необъяснимой прихоти вселенной земляне вырывались с Земли и рассеивались по самым разным мирам. К несчастью, большинство миров во вселенной были отнюдь не мирными, пасторальными пейзажами.

Более семидесяти процентов, а то и больше, миров находились в том или ином виде средневековья. Чтобы выжить в этих откровенно нечеловеческих условиях, многие земляне окончательно теряли даже тот слабый след человечности и культуры, что у них был.

Убивая и идя по трупам, благодаря различным подаркам вселенной, они поднимались на самые вершины своих миров, после чего шли ещё дальше, находя способы их покинуть.

Таким образом, на большую сцену в восьмидесяти процентах случаев выходили монстры в человеческих шкурах, совершенно не ценящие никакие жизни и смотрящие на мир исключительно с точки зрения мясника.

Приходя в Новый эдем, некоторые из них могли даже искренне пытаться помочь фракции землян, но, привыкнув никому не подчиняться, им было очень сложно интегрироваться в новую иерархическую структуру.

И казалось бы, у человечества всегда имелись те, кто готов был рисковать своей жизнью и здоровьем ради других. Альтруисты с добрым сердцем и щедрой душой. Эти люди могли бы изменить катящийся во тьму Новый эдем. Привнести свет туда, где он был так нужен.

Тьма их миров не сломила их и не заставила поступиться принципами. Сохранив в своих сердцах гордое имя землян, они не хотели уподобляться варварской вселенной.

Вот здесь и начиналась настоящая трагикомедия. Многие из тех самых добрых или просто нейтральных землян просто не покидали свои миры, решая заботиться о них самих.

Именно этот путь выбрал тот же отец Орхана Хао, испугавшись ужасов большой вселенной.

Но те из могучих, добрых землян, которых окружающее зло лишь выковало и укрепило, прибыв в Новый Эдем, содрогнулись от отвращения, увидев «новую родину». Многие из них развернулись и покинули этот ужасный город, не желая больше никогда в него возвращаться.

Они предпочли нести свет где-нибудь ещё, поставив крест на творении своих соотечественников.

Но если Новый Эдем и погрузился во тьму, то одним из центральных и самых глубоких мест этого морального разложения была Центральная арена, одно из крупнейших развлекательных мест города.

Гигантское сферическое сооружение, построенное сразу на десятках поднимающих со всех сторон «кораллах», благодаря чему зрительские трибуны шли по всей окружности арены.

Из-за своих непомерных размеров центральное пространство арены было разделено на отсеки, в которых разворачивались свои собственные представления.

И лишь изредка, раз в несколько лет, на Центральной арене сносились практически все перегородки, представляя единое пространство, на котором разворачивались сражения столь масштабные, что перед ними пасовали даже некоторые мировые войны.

Аргалор с откровенной завистью смотрел по мере приближения к Центральной арене, как этот гигантский апофеоз архитектуры нависает над ними всеми. Масштаб был столь велик, что даже тело дракона казалось на фоне арены чем-то не более мухи.

Но зависть Льва появилась из-за осознания, что его собственная арена в Аргалор-бурге, которой он очень гордился, была лишь жалкой подделкой школьника перед творением истинного творца.

И это было неудивительно — на создание Центральной арены были задействованы ресурсы десятков, если не сотен миров. Лучшие маги и архитекторы со всей вселенной сплетали камень, сталь и магию, чтобы закончить нечто, что выделялось бы даже на фоне творений старших рас.

К арене вело множество дорог или просто воздушных переходов. Так как у всех присутствующих была возможность летать, то был выбран находящийся в центре сферы воздушный пирс.

Однако стоило Аргалору достаточно приблизиться, как его глаз ощутимо дёрнулся. Причиной оказались гигантские, более чем стометровые мраморные статуи воинов, застывшие, словно привратники перед грандиозным входом на арену.

Казалось бы, причин для удивления не было, ведь Аргалор сам стал причиной появления на Таросе множества огромных статуй драконов, вот только Льва возмутила несерьёзность «личностей» этих статуй!

Даже не особо интересующийся развлечениями земной молодёжи Думов сразу узнал Саурона из «Властелина колец» и Конана Варвара Шварценеггера. Остальные статуи ему были неизвестны. Тем не менее, знаменитый квадратный подбородок статуи оставил Аргалора совершенно безмолвным.

Учитывая ценность материала, доставку его сюда и саму работу с зачарованием, тот, кто был готов вбухать такие средства ради «шутки», заставлял Аргалора скрежетать клыками от ярости.

— Тебя очень привлекли эти статуи? — внезапно раздавшийся неподалёку вопрос разом вернул Аргалора в чувство и заставил обратить внимание на летевшего неподалёку на платформе «такси» Широ. — Ты находишь их знакомыми? — хитрая улыбка не сходила с губ бледного мужчины, а змеиные глаза мерцали чем-то непонятным.

— Лишь раздражён тем, что здесь нет ни единой статуи дракона, — презрительно фыркнул Аргалор, никак не показывая своих настоящих чувств. — Какими бы сильными воинами не могли быть эти смертные, они всё равно будут проигрывать истинному дракону.

— Вот как? Тогда тебе не интересно, кто они?

— Смертных слишком много, чтобы интересоваться ими по отдельности. И хватит говорить об этих глупостях! — Аргалор превентивно прервал град вопросов. Широ был слишком умён, поэтому Лев чувствовал небольшое беспокойство.

Конечно, если Змей каким-то образом вынюхает, что душа Аргалора когда-то имела отношение к Земле, это не станет катастрофой, но дракон был глубоко возмущён тем, что Широ вообще об этом узнает!

Благо, арена уже готова была принять их в свои объятья. И если Аргалор с Ваном прошли во вход для бойцов, то Шмидт и Змей двинулись к зрительским трибунам.

Кажется, Джин Ван был не первый раз здесь, поэтому никаких проволочек со входом не было. Прошло около десяти минут, как спустя несколько длинных коридоров Аргалор с нетерпением вышел в один из залов центральной части арены.

Выбранный Ваном зал имитировал какую-то зелёную долину с висящими в воздухе плавающими, поросшими низенькими деревцами скалами. Очевидно, за этим залом присматривали умелые друиды, восстанавливающие окружение после каждого из боёв.

Зрительские трибуны вдалеке за полупрозрачным магическим щитом были слабо наполнены, но Аргалора это не волновало.

Всё его внимание сосредоточилось на вышедшем с другой стороны культиваторе. Золотой король был одет в тот же наряд. Единственное, что изменилось, это находящаяся у него в руках китайская алебарда, гуань дао. Лезвие ощутимо светилось в чувствах дракона, прямо говоря, что этот артефакт не стоит недооценивать.

— Я давно хотел победить дракона! — громкий крик Джин Вана пересёк километры арены и добрался прямо до Аргалора. Ранг зарождающейся души позволил телу культиватора давно и очень далеко выйти за рамки обычного смертного. — Но, к сожалению, в моём мире их просто не оказалось! А в Новый Эдем драконы почти не летают! Так что когда ко мне подошли и рассказали о тебе, я знал, что сама Небесная воля дарует мне этот шанс!

— Ты прав, это шанс, который выпадает довольно редко, — ответ Аргалора заставил Джина удивлённо остановиться. — В конце концов, я никогда не пробовал плоть культиватора. Интересно, если я тебя съем, можно ли считать тебя таблеткой для выращивания? Я слышал, вы их очень любите!

Унизительная насмешка Аргалора мгновенно сломала тот невеликий самоконтроль, что был у Золотого короля, и он разразился оскорблениями и гневом.

— Когда я с тобой закончу, то заставлю вылизывать мои ботинки своим языком, поганый зверь! Я не могу тебя убить, но заставлю тебя желать смерти!

Золотой король окончательно выпустил всю свою ауру, и долина содрогнулась, задрожав. Сам же он медленно поднялся в воздух, воспарив без всякой помощи.

— Ха-ха, наконец-то! — издав кровожадный рык, Аргалор выпустил и свою силу, заставляя тело стремительно меняться. — Эй, таблетка, надеюсь, ты хороша на вкус!

Глава 20

До этого момента скучающие на трибунах зрители разом взбодрились и наклонились вперёд, боясь пропустить намечающийся бой. Обычно Центральная арена Нового эдема имела специальную сводку, где постоянно упоминались самые знаковые бои между гладиаторами или просто поединщиками.

Однако иногда случались такие вот внезапные дуэли, и если в них сходились действительно сильные противники, то слухи разлетались в мгновение ока, заставляя опытных зрителей и любителей кровавого спорта буквально бегом устремляться к нужным участкам арены.

Естественно, в такие моменты стоимость билетов резко взлетала, и руководство Арены праздновало увеличение ежедневной прибыли. К счастью, Широ и Вальтеру об этом можно было не беспокоиться, ведь они заблаговременно купили билеты и заняли самые лучшие места.

Остальная же часть арены была взбудоражена неожиданным боем между драконом и культиватором. Учитывая редкость драконов в Новом эдеме и невозможность их привести сюда насильно, очень многих заинтересовал шанс посмотреть на истинного дракона вживую.

«Аргалор, это сильный соперник», — Эви на этот раз была очень серьёзна: «Ты тоже это чувствуешь?»

«Ещё бы. Его аура чертовски сильна. Те, кто его наняли, явно всё предусмотрели. Даже самые талантливые из моих сверстников, вроде Аргозы и Аксилии, практически не имеют шансов его победить. Так что я прекрасно знаю, что бой будет тяжёлым, но…» — морду дракона пересекла кровожадная улыбка: «Разве это не здорово? Я уже тысячу лет не убивал кого-то и впрямь сильного. Его смерть будет достойна упоминаний в моих титулах!»

«Главное, чтобы твоя смерть не сделала его титулы длиннее. Что-то вроде: „Золотой король-драконоборец“. Как тебе?»

«Хватит болтать и лучше сосредоточься на моём усилении. Я попробую его прощупать!»

Смотря на летящего прямо к нему культиватора, Аргалор решил сыграть на высокомерии противника.

Глубоко вздохнув, красный дракон выпустил длинный язык пламени, что, расширяясь, становился всё больше и больше, захватывая собой сотни метров, пока не превратился в настоящую стену огня, перекрывшую большую часть арены.

В то же мгновение из дракона вырвался плотный поток чёрного дыма, что незаметно смешался с пламенем и в нём рассеялся.

Видевший эту атаку Джин Ван даже не снизил скорость, а лишь высокомерно усмехнулся.

— И это всё? Я ожидал от тебя, зверь, чего-то большего! А так ты не заставил меня даже напрячься! — пассивно испускаемая во все стороны аура Золотого короля резко рванула во все стороны, охватывая пламя и… начиная поглощать его!

Огонь яростно боролся, но постепенно тух, не справляясь с давлением чужой силы.

«Как и ожидалось, огонь такой слабой концентрации не способен даже добраться до его тела». — холодно думал Аргалор: «Аура культиваторов — это нечто большее, чем аура магов. Поглощая силу своих миров и высасывая их соки, они способны в буквальном смысле одним своим присутствием переписывать законы реальности. Именно поэтому миры пытаются уничтожить этих паразитов, обрушивая на них Небесные молнии и прочие катаклизмы. Однако упрямые смертные всё равно стремятся урвать то, что им не принадлежит, даже если цена будет ужасающе высока».

Вот только Лев никогда не собирался наносить вред столь слабой атакой!

— Ра-а-а-а! — из тухнувшего облака пламени вырвалась массивная тень. Широко раскинутые крылья закрыли у Джин Вана весь мир, пока на его грудь падали острые когти мощного удара Аргалора.

— Не недооценивай меня, зверь! — взревел Джин, покрываясь мерцающими по всему телу изумрудными искрами и замахиваясь алебардой.

Удар! — Когти дракона и остриё алебарды с грохотом встретились, посылая во все стороны мощную ударную волну.

Казалось бы, в этот момент нависший над маленькой человеческой фигуркой дракон должен был размазать её или, в крайнем случае, сбить вниз своей массой, однако тела культиваторов работали совсем иначе.

Бегающие по всему телу Вана зелёные искры слились в изумрудные молнии и плавно перескочили на лезвие гуань дао.

С треском лезвие прорезало когти дракона, а затем и разбило его лапу, после чего мерцающее зелёным призрачное остриё оторвалось от самого оружия и, расширяясь, распахнуло грудную клетку дракона, посылая вниз целый водопад дымящейся практически чёрной крови.

В этот момент зрительские трибуны дружно замерли, а затем разразились гневными криками. За то короткое время, пока дракон и человек сходились, сюда успело прибыть немало желающих увидеть красивый бой, а ещё больше было в пути. Теперь же они были явно недовольны, увидев, что всё закончилось так быстро.

Но, как оказалось, они все ошибались.

Прямо за спиной летевшего Джина Вана из-под земли выстрелил красный росчерк, в мгновение ока преодолевший расстояние до культиватора и насквозь пробивший его спину, а затем поднявшийся и испепеливший голову Короля вместе с частью плеча.

Мощный лазер продолжил свой путь и с грохотом врезался в барьер перед зрителями, породив мощный взрыв и заставив последних затихнуть, чтобы уже спустя секунду разразиться громом аплодисментов и криков.

Оказалось, что хоть Джин Ван и лишился головы, но по его раскалённым зелёным внутренностям можно было понять, что он не более чем нефритовая марионетка!

Место же, откуда пришёл лазер, взорвалось комьями земли, когда огромный древесный стручок вылез наружу, выпуская из своих объятий взлетевшего в небо дракона.

Там же, где он был секунду назад, из воздуха материализовались две нефритовые челюсти, что с силой захлопнулись, превращая всё внутри в месиво. Учитывая подергивающийся воздух и сходящее с ума чувство пространства дракона, подсказывали Аргалору, что эта атака несла в себе не только физическую составляющую.

— Кажется, я тебя немного недооценил, зверь! — воздух замерцал и показал медленно кружащуюся нефритовую сферу, что, раскрывшись, продемонстрировала удобно сидящего в ней практика. — Оказывается, ты не так глуп, как выглядишь. Впрочем, я даже рад, что это так. Было бы грустно, если всё закончится слишком быстро, не согласен?

— Твои слова несут высокомерие дракона, смертный, так почему же ты не осмелился встретиться со мной в честном бою, а сначала отправил марионетку? — насмешливо спросил Аргалор, однако оба противника прекрасно знали ответ.

Если на уровне обычных миров большинство способностей твоих противников так или иначе становились известны, что помогало составлять против них контрмеры, то когда претендент выходил в большую вселенную, принимать чужие атаки без четкого знания его способностей было чистым самоубийством.

Вселенная была слишком велика и многогранна, чтобы скрывать в себе многочисленные нетипичные школы магии, бездумное касание к которым могло привести к мгновенной смерти.

А ведь были такие мерзости природы, как печально известная Королева трупов, чьё существование и принципы работы оставляли безмолвными целых архимагов.

Обменявшись первыми ударами, Лев и Джин убедились, что их противник в основном специализируется на достаточно известных школах магии, а значит, можно было стать чуточку серьёзнее.

В настоящем бою, за пределами арены, любой из них, скорее всего, перешёл бы к тактике максимального удара, предпочтя закончить бой как можно быстрее и эффективнее.

Но сейчас ситуация была немного иной. Трибуны стремительно заполнялись, и Аргалор с Ваном прекрасно понимали, что прямо сейчас у них есть прекрасная возможность сделать себе имя не просто в каком-то захудалом мирке, а на полноценном перекрестке миров, что позволит их славе широко разойтись по вселенной.

Кроме того, будучи невероятно высокомерными, эти двое не желали показать свою слабость, сразу показав свой максимум сил. Ведь если Джин так сделает, чего будет стоить его гордое отношение?

— Ты сам этого попросил! — зелёная сфера треснула и распалась на две половинки, что, сплющившись, превратились в два бешено кружащихся зелёных острых диска.

Миг, и они оба, разошедшись в стороны, полетели в Аргалора, намериваясь распотрошить его на несколько частей. Сам же Джин практически исчез, чтобы появиться над Аргалором и с криком обрушить на него свою светящуюся алебарду.

Но Аргалор был готов. Его собственные когти покрылись пламенем и драконьей яростью. Грозно взревев, он уже сам ударил крыльями по воздуху, превратив в пыль ближайшие летающие островки, чтобы бросить себя навстречу культиватору.

Когти и дуаньдао на этот раз встретились в честном бою, и зрители сразу почувствовали разницу. Аргалор и Золотой король были существами чистой силы. Прочность их тел была за пределами обычной биологии, благодаря огромным запасам струящейся в их плоти магии.

Не успевшая справиться с звуковым ударом защитная система заставила многих слабых зрителей почувствовать невыносимую боль в зубах и сводящую с ума вибрацию, когда весь мир вокруг них содрогался.

Если же защитных барьеров не было, то большинство из зрителей оказались распылены и размазаны по своим сидениям одной лишь ударной волной.

А ведь Аргалор и Джин Ван лишь разогревались!

Зелёные диски метнулись к бокам дракона, намереваясь воспользоваться его клинчем с культиватором, но появившиеся по бокам от дракона три нестерпимо сияющих огненных шара выстрелили лазерами, превратившими все четыре заклинания в ошметки высокоэнергетической плазмы. Последний же шар выстрелил непосредственно в Вана, но возникший третий нефритовый барьер с честью выдержал удар.

Появись рядом с ними обычное живое существо, оно бы сгорели за считанные секунды, однако сражающиеся даже не прикрыли глаза, когда огонь омыл их могучие тела.

Издав ужасающий рычащий смех, Аргалор воспользовался своими размерами и ударил второй лапой сбоку, пока его первая давила на алебарду Джин Вана.

Вот только культиватор зарождающейся души был тем, с кем приходилось считаться даже дракону.

Гуань дао безумно быстро закрутился и парировал и второй удар, одновременно успев отбить в сторону первый.

Но Аргалор не только не остановился, но и ускорился, обмениваясь с Джин Ваном ударами, разрывающими сам воздух. Их движения были так быстры, что их конечности постоянно размывались, а иногда неподвижные тела выглядели так, будто они лишись рук и лап.

Всё быстрее и быстрее, сильнее и сильнее, драконья ярость против духовной энергии, что почти вошла в царство божественного.

Оружие культиватора и тело дракона высекали облака искр каждым своим столкновением, словно гигантский бенгальский огонь.

Нескончаемые ударные волны, сотрясающие всё вокруг, сочетались с вспышками света, огня, взрывов и брызгами нефрита. Зелёные молнии ауры культиватора были чем-то большим, чем просто обычной энергией. Там, где молнии проходили, возникала материя нефрита, чьи механические и химические свойства были далеко за пределами обычных показателей.

Защитные системы стадиона были экстренно повышены магами-инженерами, но это всё равно не спасало зрителей от нескончаемого землетрясения их трибун, вынуждая их хвататься за всё подряд, чтобы не упасть в переходы.

И если инженеры были в панике, бегая среди искрящего и плавящегося оборудования, ведь обычная арена не была предназначена для чего-то столь мощного, то зрители были в исступлённом ликовании.

Здесь были наёмники, солдаты и бандиты со всех уголков этой чертовой вселенной. Они не раз смотрели смерти в лицо, как и наблюдали, как смерть забирает жизни невинных жителей, частенько от их собственных рук или лап.

Но чего они никогда не чувствовали, это такой абсолютной силы и ярости, как этот жестокий и совершенно бескомпромиссный бой.

Их раскрытые до предела глаза и расширенные зрачки, пока они пытались впустить себя окружающий хаос боя. Их раззявленные, испещрённые отсутствующими зубами и клыками пасти медленно выбрасывали взвесь слюней. Поднятые в безумии кулаки и качание моря мокрых от пота тел.

В этот момент лишь немногие сумели сохранить рациональность перед лицом чего-то настолько нереального и невозможного. Сегодня они могли увидеть нечто запретное, нечто, что никто из них просто не мог бы увидеть в обычных условиях.

Лишь такие люди, как Широ и Вальтер, сохраняли ледяное спокойствие, пристально рассматривая и оценивая бой, подмечая одним им известные детали. Беснующиеся вокруг окружающие старались держаться от них подальше, чтобы ненароком не толкнуть или не задеть.

Бой же тем временем и не думал заканчиваться. Выжимающие из своих тел все соки бойцы давно превзошли свои рамки, иногда даже не пытаясь защищаться, а стремясь лишь ударить сильнее.

Тем чудовищнее был тот факт, что Джин Ван всё равно умудрялся держаться с драконом на равных даже в таких условиях.

Его тело то и дело жестко сотрясалось от мощных ударов когтей, крыльев или кулаков дракона, однако он упорно продолжал оставаться на месте.

Опять же, чешуя самого Аргалора несла на себе ужасные и рваные следы ударов культиватора. Там, где лезвие алебарды прорезало тело Убийцы Бароса, оставались мерзкие наросты нефрита, отчаянно пытающиеся углубиться и расшириться в плоть. Если бы не постоянная борьба Эви с ними, то тело дракона уже было бы пронизано разрушительными зелёными нитями.

Ни один из них не отступил и на шаг, высокомерно вынуждая соперника сдаться первым.

Но если упорство Джин Вана было почётно, то чем дольше длился бой, тем сильнее сходил Аргалор с ума. Одна лишь мысль, что он вынужден быть на равных с человеком, была совершенно неприемлема.

Возможно, проблемой было само место сражения. Новый Эдем был построен в заброшенной вене душ Колеса перерождений, соответственно ни о каком здоровом духовном мире не могло идти и речи.

Соответственно, у Льва не было возможности в полной мере использовать силу своих духов, как и призывать посторонних, меняя окружающую среду под себя.

Поэтому, сгорая внутри от злобы, Аргалор ждал подходящего момента, и он его наконец нашёл!

Словно на мгновение не выдержав давления, скорость Джин Вана немного снизилась. Этого было недостаточно, чтобы его мгновенно победить в обычном состоянии, но Лев специально сохранил ускорение сознания как козырь, и теперь пришло время его потратить.

Сила практика была слишком велика, поэтому Эви была вынуждена активировать режим ускорения на полный максимум, чтобы гарантировать победу.

Мир словно застыл, а пульсирующие мышцы Аргалора словно облили кипятком, когда они вышли далеко за пределы своих границ.

Аргалор обманчиво медленно замахнулся и, пользуясь максимумом скорости, ударил когтями в голову Вана, намереваясь раз и навсегда покончить с этим трудным противником.

Так каково же было удивление Аргалора, когда он заметил, как глаза Джина так же медленно начали поворачиваться вслед за ним!

Да, тело культиватора не успевало за форсаж режимом ускорения Аргалора, но с его сознанием всё было иначе. И если тело не успевало, этого отнюдь нельзя было сказать о его магии!

Прямо на пути Аргалора начал неторопливо, но неминуемо начал формироваться нефритовый барьер, блокирующий путь к голове практика. С раздражением Лев понял, что если он продолжит удар, то последний слишком завязнет в плотной структуре нефрита.

Тогда невыразимым усилием мышц Аргалор опустил лапу и сменил направление удара. Мышцы стонали и лопались от нагрузки, чешуя трескалась и взрывалась от напряжения, однако теперь удар был направлен прямо в грудь. И хоть там начал формироваться новый барьер, он был слишком слаб!

Удар! — словно после выстрела из пушки тело Джина превратилось в сияющую точку, что перечеркнула поле боя и с грохотом врезалась в землю, породив огромный кратер.

Бум! Бум! Бум! — так как их неофициальный «поединок» не закончился, Аргалор не видел ничего дурного в том, чтобы направить все свои силы, чтобы бомбардировать рухнувшего Вана целым потоком огненных лазеров и своим собственным концентрированным огненным дыханием.

Взрывы гремели один за другим, всё углубляя и углубляя воронку, пока детонации не дошли до подземных барьеров арены. Попади под такую бомбардировку даже древний дракон, то он бы не остался полностью целым.

Замолчав, зрители ожидали вердикта хозяев арены, но следующие события заставили их осознать, что они поспешили списывать культиватора со счетов.

Из дымящейся ямы последовал стремительный рост. Полупрозрачные нефритовые стены выросли на сотню метров за считанные секунды, пока магия формировала бойницы, башни и даже характерно загнутые вверх черепичные крыши, сделанные полностью из зелени.

Аргалор мог лишь с недоумением наблюдать, как перед ним буквально из ничего появилась сравнительно небольшая крепость в китайском стиле, в центре которой плавал раненный Джин Ван.

«Какая странная магия», — Аргалор принялся анализировать новые ощущения от дворца и не мог не заинтересоваться: «Это ли не те легендарные массивы, о которых говорил Орхан? Жаль, что для их использования требуется уникальная духовная энергия практиков».

Однако его внимание быстро перешло обратно на виновника происходящего.

Золотой король выглядел плохо. Один глаз был залит кровью, и казалось трудно понять, работает ли он вообще. Больше же внимания привлекали два глубоких пореза, пересекших грудь мужчины и обнажившие его грудную клетку.

Тем не менее, несмотря на смертельные для других повреждения, этот практик почти никак не продемонстрировал боль. Благодаря почти идеальному контролю над своим телом он остановил кровь и теперь лишь внимательно оценивал повреждения.

— Проклятый зверь, — Джин Ван кашлял кровью, прожигая парящего над ним дракона ненавидящим взглядом. — Признаюсь, я тебя недооценил, но больше я подобной ошибки не совершу.

Аргалор хотел рассмеяться, еще больше унизив своего врага, однако внезапное чувство опасности заставило его насторожиться.

С еле уловимой скоростью Джин Ван поднял пространственное кольцо на руке и со вспышкой достал оттуда фиолетовую таблетку, после чего тут же закинул её в рот, словно боялся, что дракон в последнюю секунду ему помешает.

И его опасения были верны, ведь нарастающее чувство срочности заставило Аргалора обрушить ещё более непрерывный ад на зеленую крепость, вынуждая её стонать и трескаться под мощными взрывами. Магический массив был чрезвычайно прочен, но он всё же поддавался драконьему огню.

Вот только чем дольше Лев атаковал, тем сильнее понимал, что он не успевает прорвать защиту. И когда время перевалило через десятисекундную отметку, окончательно стало ясно, что уже поздно.

Это было похоже на взрыв, только никакой ударной волны не было. Просто пространство дрогнуло, а затем подобно волне покатилось прочь, захватывая с собой остатки крепости, лазеры Аргалора и всё ещё горящий драконий огонь.

Лишь прямой выброс вокруг себя чистой магии позволил волне пространства стабилизироваться и обойти Аргалора, словно река обходит крепкий утёс. Всё же вокруг Льва оказалось сметено и перемешено.

Барьеры арены, взвыв, погасли, чтобы спустя секунду вновь заработать. Очевидно, в этот день у арены окажутся куда более высокие расходы на оборудования, которые, впрочем, будут быстро погашены доходами от зрителей и ставок.

Лев мрачно рассматривал стоявшего на остатках их арены Джин Вана. Если раньше кое-где ещё оставались куски травы, деревьев и парящих скал, то теперь повсюду виднелись лишь серовато-коричневые горы мусора.

— Я не хотел использовать это средство, — мрачно пробормотал культиватор, взлетая вверх и словно общаясь сам с собой. Его аура пугающе раскрывалась, демонстрируя глубину, которую Аргалор видел лишь у древних драконов. — Из-за него моя культивация откатится на целый ранг назад! Но ради своего Дао непобедимости я обязательно тебя уничтожу, зверь! Теперь я на целый ранг выше себя прежнего, так что давай вначале немного поиграем!

ОПАСНОСТЬ! — это чувство было столь всеобъемлющим, что его почувствовала даже Эви, что врубила ускорение на максимум, хоть организм её господина ещё не до конца оправился от прошлого усиления.

К несчастью, это оказалось бесполезно и лишь увеличила агонию.

Скорость, с которой на этот раз двигался Джин Ван, была настолько велика, что даже благодаря самому высокому ускорению Аргалор увидел лишь остаточное изображение, а затем его живот взорвался невероятной болью.

Лениво появившийся под драконом культиватор тупой стороной гуаньдао с такой силой ударил Аргалора, что последний буквально сложился пополам вокруг этой сравнительно небольшой «палочки», после чего выстрелил вверх и врезался прямо в мерцающий барьер.

Боль, боль и ещё боль! Агония от удара в живот превратилась в ушиб всего тела, когда Аргалор отрикошетил от барьера и немедленно получил новый удар, заставивший его протаранить на этот раз другую плоскость барьера.

Любые попытки Думова собрать энергию, контратаковать или даже просто защититься прерывались или просто разрывались чистой силой, после чего последовали мощные удары, превратившие огромного дракона в отскакивающий от различных поверхностей упругий мячик.

Кости трескались и лопались, крылья ломались, а череп дрожал от каждого удара, так и норовя взорваться. Но Джин Ван явно знал своё дело. Ни один из ударов не был смертелен.

Культиватор хотел сломать дух Аргалора, для чего использовал максимум боли.

Эви отчаянно пыталась латать повреждения, но они множились слишком быстро, чтобы она успевала их исправлять.

Наконец Джину Вану наскучила его «бадминтон» и он позволил телу дракона рухнуть вниз. Практик хотел поиздеваться и втереть соль в раны. Осознание, что из-за Аргалора он потерял целый ранг культивации, сводило Джина с ума, так что он собирался вдоволь поизмываться над этим проклятым драконом.

— Эй, зверь, почему ты молчишь? — насмешливо спросил спустившийся Джин, зависая прямо над распростёртым, бессильно лежащим на животе Аргалором. — Ни одного высокомерного слова, а? Неужели ты так просто сдался?

Из пальца практика вылетела небольшая нефритовая стрела, что вонзилась в лопатку ящера.

— Не реагируешь? Думаешь, подчинение спасёт тебя? Какая досада, ведь это не так! Готовься к унижениям, зверь! Пока ты не поцелуешь мои ботинки, ты испытаешь море боли! Впрочем, ты и так её испытаешь, так что это, наверное, не важно!

От Джин Вана расходилось тёмное ликование. Он явно садистки наслаждался происходящим, а в особенности наблюдающими за всем зрителями.

Вот только когда он вновь собирался что-то сказать, то замер, услышав раздающийся от дракона тихий, но всё усиливающийся смех.

— Над чем ты смеёшься? — нахмурился Джин. — Или ты сошёл с ума от страха?

— Ой, мой дорогой смертный, позволь мне насладиться твоим выражением лица перед тем, что будет дальше… — веселье Аргалора и не думало угасать. Хоть он и был неподвижен, его голос был на удивление спокоен.

Нахмурившись, Джин Ван выстрелил в тело ящера целой серией нефритовых стрел, но с застывшим лицом смотрел, как красная чешуя чернеет и осыпается, превращаясь в уродливую черную жидкость, растекающуюся вокруг. Не прошло и минуты, как всё тело Аргалора уменьшилось, а затем растаяло, загрязнив всё вокруг чёрной, похожей на нефть дрянью.

— Что за жалкие фокусы? Где ты прячешься⁈ — рявкнул Джин, теряя уверенность и обводя окружение безумным взглядом. Его новый ранг должен был позволить ему чувствовать любые иллюзии, так почему он всё ещё никак не мог найти дракона⁈

— Судьба забавная штука, смертный, — голос Аргалора послышался за его спиной, заставив Джина резко развернуться и нанести удар, который лишь попусту взорвал окружающий воздух. — Сравнительно недавно я, как и ты, был совершенно бессилен, застряв в сети, конца и края которой не было. Шли дни и месяцы, а я чувствовал годы. Это казалось проклятьем, но Кошмар тогда подарил мне откровение, и лишь спустя время я начал его немного понимать.

— О чём ты говоришь⁈ Покажи себя! — вот теперь Джин и впрямь занервничал. Что-то было очень неправильно.

В ответ послышался притворный усталый вздох: «Как тяжело говорить с идиотами. Но если это твоё желание, кто я такой, чтобы тебе в нём отказать?»

В одну секунду невероятная сила переполняла тело Вана, а в следующую секунду он рухнул вниз, бессильно стоя на коленях на перекопанной и взорванной земле.

Острый сучок больно впился ему в коленку, а горячая земля жгла кожу.

«Откуда эти ощущения⁈» — ахнул от страха Джин: «Когда я стал культиватором зарождающейся души, то забыл о столь низменных чувствах!»

— Что… что случилось⁈ — прохрипел Ван, чувствуя, как его тело покачивается от усталости и слабости. — Где моя сила⁈ Как она могла кончиться так быстро⁈

— Ох, я рад ответить на твои вопросы, — Аргалор оказался неподалеку, расслабленно сидя на задних лапах, обведя их своим хвостом. Культиватор с непониманием увидел, что хоть тело дракона и было сильно повреждено, но не было и следа тех ужасных травм, что он ему нанёс. — В самом начале боя, когда отправил в тебя слабую волну огня, то я смешал её с одной забавной, но очень полезной энергией. Благодаря знаниям одного моего прислужника, я знал о привычке таких, как ты, подавлять слабые атаки своей аурой. Так что я специально позволил тебе поглотить мою магию вместе с той небольшой добавкой.

От Аргалора раздался странный вибрирующий звук. Как оказалось, это было мурлыканье. В этот момент дракон явно безмерно наслаждался всем происходящим.

— Конечно, этой добавки было недостаточно, чтобы что-то с тобой сделать. Кроме того, ты был настороже, так что эта сила всё равно бы провалилась. Поэтому я продолжил незаметно наполнять свои атаки Кошмаром, позволяя тебе потихоньку его поглощать, накапливая в себе.

«Кошмар, что это⁈» — мысли истошно бегали в голове Вана, но на его беду, Кошмар не был сильно знаменит, поэтому он так о нём и не вспомнил.

— И всё же даже в большой концентрации стоило мне активировать его, как ты бы без труда его уничтожил. Вот почему мне требовалась ситуация, когда ты бы потерял настороженность и поддался эмоциям. И что могло быть лучше, чем активация тобой той таблетки и моё медленное избиение? В тот момент ты полностью забыл об осторожности, отдавшись эмоциям.

— Хватит болтать, зверь⁈ Как ты это сделал⁈ Как ты забрал мою силу⁈ — не выдержал унизительной лекции Джин, на что Аргалор лишь весело покачал головой.

— Неужели ты всё ещё не понял, дурак? После всех моих подсказок? Введённый в тебя Кошмар не мог тебе ничего сделать напрямую, ведь ты был слишком силён. Поэтому, когда ты меня начал избивать, я всего лишь заставил тебя это делать лишь в своём уме. Я не стал атаковать, ведь я бы не смог нанести тебе урона, а атака вывела бы тебя из иллюзии. Так что я…

Пасть Аргалора растянулась в разные стороны, демонстрируя ужасно широкий оскал.

— Всего-то замедлил для тебя время моего избиения. Пока ты так наслаждался самим собой, твоя непобедимая сила и непробиваемое тело тихо закончились, и ты превратился в того слабого и ничтожного смертного, каким ты и должен быть. Восприятие времени забавная штука. Когда мы занимаемся любимым делом, оно так спешит, прям не угонишься.

Аргалор начал медленно приближаться к резко побледневшему Вану: «Итак, у теб.я есть последние слова, моя милая таблеточка?»

— Стой, не убивай меня! У меня есть сокровища! Таблетки! Техники выращивания и массивов! Пространственные кольца! Если ты сохранишь мою жизнь, я всё тебе отдам!

Нависший над дрожащим человечком Аргалор остановился и задумался, заставляя Джина тяжело дышать и с надеждой смотреть на решающим его судьбу драконом.

— А знаешь, я сохраню тебе жизнь, — следующие слова Аргалора заставили Джина облегченно выдохнуть и чуть не рухнуть на землю. — Я хочу, чтобы ты всегда помнил это унижение, и твоё быстрое убийство будет слишком примитивно.

«Слава Небу за высокомерие этого глупого дракона!» — счастливо подумал Джин, скрывая ненависть в глубине души: «Пусть сегодня он и победил, я, Фей Цзуньлун, гордый сын Поднебесной под красным флагом, никогда не прощаю обиды…»

— Нет, ты правда думал, что я скажу что-то подобное? — следующие слова Аргалора разбили эти мечты на тысячу осколков. — Мы же с тобой не в дешевой мелодраме. Нельзя быть таким доверчивым.

— Ч-что? — жалко протянул Джин, поднимая голову и смотря на нависшую над ним огромную голову дракона.

— Приятного аппетита, говорю, — пасть Аргалора медленно открылась, демонстрируя десятки и десятки острых клыков. — Мне.

— Ви-и-и! — задушенный крик наконец-то осознавшего свою судьбу культиватора резко прервался щелчком челюстей.

«Нет, он же сам сказал, что не имеет ничего общего со смертными», — задумчиво подумал Аргалор, пережёвывая самоназванного «бессмертного»: «Так что и к людям он не имеет никакого отношения…»

Закончив с трапезой, израненный Аргалор поднял длинную голову к вершине арены и издал долгий победный рёв, который поддержало настоящее цунами из радостного рёва зрителей.

Сегодняшний бой явно войдёт в анналы истории Центральной арены Нового Эдема и повысит известность имени Аргалора Убийцы Золотого короля во Вселенной.

Глава 21

— Как он это сделал? — невыразительно спросил Вальтер, так сильно сжимая стальной бортик зрительской ложи, что она начала деформироваться. Хоть Шмидт и был чистым магом, но дары Хаоса имеют свойство укреплять организм своих «чемпионов», если, конечно, они не сойдут с ума или поддадутся проклятию плоти. — Это какой-то контроль над разумом? Но обычные иллюзии не должны быть способны пробиться через защиту культиваторов такого уровня!

Для ошарашенных зрителей избивающий дракона Джин Ван в какой-то момент просто промахнулся, ударил воздух, а затем начал метаться по арене, словно дерясь с каким-то невидимым врагом.

От его ударов расходились настолько мощные ударные волны, что довольно значительная территория арены превратилась в жуткое подобие барабана стиральной машины, где камни, земля и остатки растительности с бешеной скоростью ударялись по барьеру и рикошетили друг от друга.

Наблюдавшие за этим завораживающим зрелищем зрители ошеломленно затихли, большими глазами смотря на рукотворный шторм.

А затем Джин Ван и вовсе застыл на земле, пустым взглядом смотря куда-то вдаль, и при этом высвобождая из себя такое количество энергии, что его давление все почувствовали даже сквозь всевозможные защиты.

Именно поэтому, когда спустя десять минут культиватор израсходовал весь свой потенциал, зрители не только не разочаровались, но и пришли в восторг от концовки сражения.

— Он использовал довольно редкую стихию, Кошмар, — с загадочной улыбкой ответил Широ. — Кто знает, что именно успел увидеть Джин Ван до того, как энергия той таблетки закончилась. Но куда важнее другое.

Вальтер Шмидт рассеянно посмотрел на ухмыляющегося Широ, а затем выражение немца мгновенно испортилось, когда он вспомнил ставки.

— Чтобы ты попал суккубам Хаоса на развлечение, — процедил Шмидт тяжёлым тоном. Ему явно очень не хотелось расставаться с тем магазином, но в их кругах данное слово значило слишком многое, чтобы его можно было нарушить. И даже кто-то и не держал своих обещаний, Широ Змей был не тем, с кем подобный фокус мог пройти без последствий. — Подавись! Нотариально заверенную администрацией купчую получишь через пару дней!

— Приятно иметь с тобой дело, Вальтер, — игриво поклонился Змей. — Хоть как человек ты так себе, но умение держать слово выгодно тебя выделяет.

Шмидт угрюмо промолчал, не желая больше общаться с этим хитрым мерзавцем. Широ тоже больше не стал издеваться над Вальтером, ведь атаковать может и крыса, если загнать её в угол.

Куда больше Змея интересовал вопрос, почему Аргалор был таким необычным драконом? Вокруг него накопилось слишком много странностей, и методичный разум Змея, естественно, это подметил. И после некоторых размышлений ответ мог быть только один — в окружении Аргалора явно был ещё один землянин!

Конечно, у Широ на мгновение мелькнула мысль о том, что Аргалор сам мог быть землянином, ведь иногда, пусть и очень редко, души землян осваивали тела нечеловеческих рас.

Вот только несмотря на всё обилие перенёсшихся землян, Широ не знал ни единого, кто превратился бы в дракона. Соответственно, Змей отбросил эту версию, сосредоточившись на куда более вероятной. И это имело куда больше смысла!

В отличие от многих других землян, что жаждали внимания и признания, будучи в каждой бочке затычкой, этот оказался куда умнее и был кем-то вроде самого Широ — умным и вдумчивым человеком, не желающим просто так хвастаться.

Будучи прислужником дракона он тайно, из тени управлял гигантской драконьей империей, предлагая нововведения и инновации, двигающие корпорацию Аргалора вперёд.

Глупый дракон никогда бы в жизни ни до чего бы подобного не додумался, так что, естественно, за ним стоял землянин.

И зная всё это, Широ не собирался просто так разоблачать этого умного «сомирянина». Нет, куда выгоднее было бы незаметно с ним связаться и наладить мосты по непрямому контролю над драконом, для выгоды всех заинтересованных сторон.

Если дракон бы узнал о их сотрудничестве, с подозрительным характером повелителя неба, он бы обязательно сделал бы что-то глупое и опасное.

Это нельзя было бы назвать даже предательством, ведь Аргалору в этом плане уготована была бы почётная роль на самой вершине, вроде того же флага, привлекающего все нежелательные взгляды.

«Вот только как заставить этого землянина показать себя?» — серьёзно задумался Широ.

Тем временем же Аргалора заботили куда более тривиальные вещи.

«Ты его поймала?» — безотлагательно спросил он у Эви: «Что можешь о нём сказать?»

«За кого ты меня принимаешь⁈ За изначального духа жизни⁈» — рявкнула возмущённая Эви: «И да, ничего с этим смертным не случилось. Я перерезала ему все нервные окончания и усыпила, он ничего не сможет сделать».

Разговор Аргалора и духа жизни касался судьбы Джина Вана, которого, казалось бы, проглотили заживо, но на самом деле тайно схвачен Эви прямо возле желудка и помещён в специальную биологическую камеру.

Учитывая размеры Убийцы Бароса и его контроль над своей плотью, подобная «операция» была совершенно легка.

Аргалора немного заинтересовала физиология этого культиватора, поэтому он хотел его немного изучить на вопрос, можно ли почерпнуть что-нибудь интересное. Конечно, драконье тело уже было идеалом, но вдруг в теле Золотого короля можно найти какие-нибудь интересные магические практики?

Кроме того, хоть тело и одежда Джин Вана и пострадали, парочка артефактов всё же уцелели, вроде того же пространственного кольца, из которого он достал таблетку. Кто знает, какие ещё сокровища могут там храниться?

«То есть ты бесполезна?» — насмешливо уточнил Аргалор, чем тут же вывел из себя Эви.

«Кто ещё бесполезен, проклятая ящерица⁈ Я хотела сказать, что для глубокого изучения требуется время. А так я могу сразу сказать, что культивирование Джин Вана очень сильно деградировало, и многого мы из него не достанем!»

«Какая жалость», — не особо расстроился Аргалор: «Тогда просто закину его труп Аларику, вдруг он что-нибудь да найдёт. Кольцо же пойдёт Орхану. В его мире должны быть похожие артефакты».

Пока длился разговор, Аргалор добрался до выхода из арены. Так каково же было его удивление, когда на выходе его ждала настоящая толпа фанатов!

От радостных криков и возбуждённого гвалта у Аргалора разом заболели уши и появилось нестерпимое желание обдать эту часть арены мощным драконьим дыханием.

И, честно говоря, он бы так и сделал, но его остановила одна вещь — в этой толпе он чувствовал несколько мощных аур, с которыми не хотел связываться даже кто-то вроде него.

Именно поэтому Лев напряг свою сущность и ударил аурой прямо всем слабакам, стараясь обходить настоящих игроков. И это сработало просто отлично.

Пошатнувшись, а где-то и попадав с криками, фанаты оперативно встали и быстро разошлись. Кажется, подобное отношение «знаменитостей» было в порядке вещей. Скорее, эти зрители были уже счастливы почувствовать на себе давление победителя.

Среди тех же, кого Аргалор пропустил, он с удивлением обнаружил парочку знакомых лиц.

— Ах, Аргалор! Я так рада тебя видеть, — как всегда сияющая красотой Амира Аль Халифа, одна из официальных жён Султана Сулеймана, правителя ифритов, радостно подскочила к дракону и панибратски обняла его здоровенную переднюю лапу всеми своими четырьмя руками.

Любой другой немедленно поплатился бы за подобный глупый поступок жизнью, однако с Амирой Аргалор лишь закатил глаза и принялся брезгливо потряхивать передней лапой над землёй, словно человек, нечаянно наступивший в куль с фекалиями.

— Ах, ты всё такой же бука! — мотыляющаяся из стороны в сторону Амира отпустила лапу и нечеловечески лёгко приземлилась прямо на ноги. — Извини, я просто забежала тебя поздравить, когда услышала. А так у меня дела-дела, пока-пока!

И так же быстро, как появилась, Халифа упорхнула прочь под весёлым взглядом Аргалора.

«Я всегда удивляюсь, что ты позволяешь ей так с тобой разговаривать». — недоуменно покачала головой Эви.

«Во-первых, такова её природа. Она непостоянна и изменчива, как огонь, что мне нравится», — спокойно ответил Аргалор: «Во-вторых же, благодаря ей я совершил одну из первых выгодных сделок в моей жизни. Как и первая золотая монетка моей сокровищницы, это стоит, чтобы сохранить».

Но если Амира Аль Халифа была приятной неожиданностью, то следующий гость заставил Аргалора глубоко обеспокоиться.

— Ох, кто это, если не мой благословенный спаситель! Хочу отметить, что это был прекрасный бой! Такая динамика, напряжение и неожиданный исход! — подходящий к насторожившемуся Аргалору высокий мужчина был настоящим красавцем и явно бы привлекал внимание не одной дамы. Но проблема в том, что его лицо, пусть и более человечное, явно принадлежало Кзацу, беглому архидьяволу, ускользнувшему из темницы Кратуса Безумного!

— Что ты здесь делаешь? — и не думал подыгрывать ему Аргалор. В этой вселенной существовали расы, с которыми нужно быть осторожными даже дракону. И если низовые дьяволы не стоили даже взгляда повелителя неба, то вот их высшие представители были совсем другим делом.

Умные, бессмертные, могущественные и расчётливые — архидьяволы, может быть, и были слабее архидемонов и темных богов Хаоса в плане чистой силы, но за счёт своей более стабильной природы их опасность в чём-то была ещё выше.

Если планы демонов постоянно проваливались из-за их же собственной хаотичной природы, то попадание в план дьяволов зачастую означало неминуемую катастрофу.

— Ах, не будь таким серьёзным, мой друг, улыбнись! — Кзац заливисто засмеялся, будто ничто в этом мире не могло его заботить. — Я просто решил проведать своего благодетеля! Но если моя компания тебя тяготит, то я, конечно, не буду навязываться.

Кзац так же лёгко отвернулся и уже собирался уйти прочь, как замер прямо во время шага, застыв прямо в воздухе, что физически было невозможно.

— Ой, чуть не забыл! — он так и не обернулся. — Ты же так и не воспользовался моим именем! Если будет нужда, смело зови, я буду только рад помочь моему другу! — сказав только это, он под пристальным взглядом Льва, насвистывая, пошёл прочь.

«Да-да, позови его», — криво усмехнулся Аргалор: «А потом гадай, в какую из сотен им запланированных интриг ты умудрился вляпаться. К чёрту дьяволов. Лишь полный дурак сядет играть за один стол с шулером».

К счастью, следующие гости оказались куда более контролируемые. Среди них оказалось несколько землян, поблагодаривших за хороший бой и поинтересовавшихся, откуда именно Аргалор. Некоторые из них оказались наёмниками, и Лев был рад взять их контакты.

Ещё несколько разумных оказались путешественниками из других миров. Уже они приняли Аргалора за наёмника и предложили ему контракты.

Предпооследними были букмекеры, но Аргалор даже не удосужился выслушать их предложения. Хоть Аргалор-бург и пользовался их услугами, сам Лев презирал эту профессию ещё с Земли.

— Господин Аргалор, я счастлив, что с вами всё хорошо! — последним оказался Вальтер Шмидт в компании с Широ. Немец показывал искреннюю радость от взгляда на живого и целого дракона. — Господин Аргалор, надеюсь, это досадное происшествие не омрачило ваше желание вести с нами бизнес?

— Не беспокойся, человек, — фыркнул Лев. — Что за переговоры без парочки трупов и крови? Сейчас я наоборот более чем уверен, что вас, как партнёров, не так уж и просто будет отбросить врагам. Если вы так готовы вцепиться в глотку друг другу, то врагам и вовсе остаётся лишь молиться их жалким богам!

Вальтер не нашёл, что ответить на подобную «логику» и мог лишь натянуто улыбаться. Он сам явно был не согласен с раздробленностью землян, но что он мог сделать?

Нестабильный Новый эдем и так был максимумом, который они смогли добиться. Желать большего, означало искушать судьбу.

— Тогда прошу за мной, господин Аргалор. Я знаю место, где мы можем спокойно обсудить вопросы нашего сотрудничества! Уверен, мы сможем прийти к обоюдовыгодному соглашению!

Глава 22

Подходящим местом для обсуждения оказалась открытая деревянная терраса с видом на расположенный «внизу» оживлённый участок города. Так как из-за гравитационных флуктуаций терраса оказалась вверх ногами, то посетители находящихся неподалеку ресторанов могли насладиться видом без сводящей с ума пульсации стенок «вены» Колеса перерождения.

Сам этот сравнительно небольшой каменный район оказался доступен исключительно по знакомству. Несколько мощных блокпостов и отряды серьёзно вооружённой охраны отбивали желание даже у самых отмороженных пиратов и головорезов, случайно забредших в это место.

Благодаря Вальтеру, которого охрана сразу узнала, их процессию пропустили без всяких проблем.

Стоило Аргалору попасть в это место, как он сразу понял, что владелец или владельцы этого района всё же сумели найти услуги земного архитектора, ведь окружающий вид до боли напомнил ему центр Москвы!

Из-за того, что знания Льва Думова во время жизни на Земле, мягко говоря, были ущербны, то он не знал бы, как описать увиденную им архитектуру. Но любой хоть сколько-то разбирающийся в архитектуре человек сразу бы узнал в окружающих многоэтажных остроконечных зданиях сталинский ампир.

Украшенные тяжеловесными колоннами, пилястрами и богатой лепниной с мозаикой здания всем своим видом демонстрировали монументальность и помпезность.

На мгновение даже сам Аргалор почувствовал редкое для него чувство ностальгии. Кто бы здесь ни жил, этот человек явно испытывал к Москве лишь самые тёплые чувства, раз сумел воссоздать кусочек своей родины так далеко от дома.

Однако все эти чувства были быстро подавлены растёкшимся во все стороны ощущением мороза и холода.

В дальней части террасы, прямо напротив бортика сидел высокий для человека и широкий в плечах грузный мужчина, чью чёрную бороду немного тронула седина. Одет он был в кольчато-пластинчатый доспех, укрытый сзади толстенной шкурой чёрного медведя. Именно от него во все стороны растекалось ощущение пронизывающего холода.

«Ещё один сильный землянин… Нет, он даже сильнее культиватора». — вынужден был признать Аргалор, встретив ещё одного землянина: «Судя по обилию магии холода в его ауре, довольно очевидно, какова его магическая специализация. Также его чистая магическая сила ничем не уступает этой серебряной ящерице, Хорддингу, отцу Аргозы. Похожее ощущение давал Джин Ван, когда сожрал ту таблетку. Но что-то мне подсказывает, с этим смертным подобный же фокус уже не пройдёт».

Чем больше Аргалор находился в Новом эдеме, тем чётче он понимал, почему земляне сумели вырезать для себя уютное местечко под солнцем. Причина была проста — среди них встречались чудовища, которых должны были уважать даже сильнейшие расы этой вселенной.

И хоть тех же древних драконов по всей вселенной было бесчисленное количество, что словно бы преуменьшало достижения этого ледяного мужчины, но не стоило забывать, что для создания того же Хорддинга потребовалось более тысячи лет, в то время как Хлад потратил в десятки, если не сотню раз меньше.

Именно этим и пугали земляне — скорость их роста могла сравниться лишь с избранными Судьбы или столь же могущественными стихиями. Вот только в отличие от избранных, земляне были предоставлены сами себе, не имея никакой чёткой цели.

— Господин Аргалор, — принялся суетиться Вальтер, когда их компания подошла прямо к столику. — Хочу представить вам одного из Торговых принцев, Царя Хлада! Именно он первым изъявил желание сотрудничать с Аргалориумом и…

— Хватит! — внезапный приказ сидящего мужчины заставил Шмидта замолчать, а Аргалора куда внимательнее к нему присмотреться. Здоровяк медленно встал, растянув толстые губы в широкой, но отнюдь не дружелюбной улыбке. — Я видел, как ты дрался, дракон! Когда этот вшивый Джин Ван начал умолять тебя сохранить ему жизнь, а ты убил его, не моргнув и глазом, то я понял, что с тобой можно иметь дела!

— Неужели? — Аргалор громко фыркнул. — Ты посчитал, что со мной можно вести дела? Я должен быть счастлив от этого? Значит ли это, что тогда теперь моя очередь решать, хочу ли я вести с тобой дела⁈

В ответ Хлад лишь громогласно рассмеялся и кровожадно уставился прямо в глаза дракону. Температура вокруг ещё сильнее снизилась, заставив воздух опасно потрескивать.

— Господин Аргалор, к чему всё это? Мы же пришли сюда прийти к взаимовыгодному соглашению… — попытался спасти ситуацию Вальтер, вот только его осадил отнюдь не Аргалор, а сам Хлад.

— Заткнись, Шмидт! Не видишь, тут серьёзные мужчины разговаривают! — рявкнул на Вальтера Хлад, но тут же в сожалении покачал головой Аргалору. — Нет, ты видишь, с кем приходится работать? Вокруг одни лишь змеи и лизоблюды. Я пытаюсь им привить подход настоящих мужчин, но как об стенку горох! Как можно заставить вселенную тебя уважать, если ты не можешь прямо говорить даже о том, что ты сейчас думаешь⁈

— Тут я с тобой согласен, человек, — Аргалор посмотрел на Широ и ухмыльнулся. — Подчинённые у тебя дрянь, — в ответ Змей тайно показал средний палец, который Лев гордо проигнорировал. В конце концов, откуда дракону знать убогие знаки низших рас? — Вот только кто тебе сказал, Хлад, что для меня ты чем-то от них отличаешься?

— А кто сказал тебе, дракон, что меня заботит, что ты обо мне думаешь? — не сдвинулся и на шаг уже сам Хлад. — Я всегда считал и считаю, что если тебе кто-то не нравится, то прямо говори ему об этом! Он хочет войны? Значит, деритесь! Он выжил и успел сдаться? Так заставь его заплатить, после чего помиритесь и хорошенько выпейте! Мир слишком хаотичное место, чтобы слишком долго таить обиды. Его интересует мир? Найдите общего врага и заморозьте его до смерти, чтобы скрепить вашу дружбу!

Хлад обошёл стол и встал прямо напротив дракона.

— Я всегда говорю и веду себя прямо. Так что если хочешь драться, то давай драться, если же нет, то давай выпьем!

Вальтер Шмидт замер, нервно переводя взгляд между двумя спорщиками. Тем неожиданней было спокойствие Широ, которого, казалось, не сильно беспокоила случившаяся сцена.

— Мне нравится твой подход, человек! — громко взревел Аргалор, чьи глаза сверкали безудержным светом. — В тебе есть свобода, которой так не достаёт вашему роду! Давай обсудим наше будущее сотрудничество.

— Ха-ха-ха, я знал, что не ошибся в тебе, дракон! — так же громко рассмеялся Хлад и призывно взмахнул руками. — Эй, бездельники! Тащите сюда разносолы! Не видите, мой новый друг голоден после боя! Или ты наелся тем чёртовым китайцем?

— Даже не сбил первый аппетит. — хищно оскалился Аргалор.

«Широ, я видел, что ты как будто знал, что всё этим и закончится. Как ты узнал, что они не будут драться?» — Вальтер незаметно сплёл заклинание тайной передачи слов и отправил его Широ.

«Вальтер, не недооценивай драконов, и тем более Аргалора». — закатил глаза Змей, на что Вальтер возмущенно на него посмотрел.

«Не ты ли постоянно оскорбляешь интеллект драконов, называя их глупыми зверями?»

«То, что я их не люблю, отнюдь не заставляет меня не считаться с их звериной хитростью и чудовищной силой. Драконы могут большую часть времени вести себя, как полные идиоты, но стоит появиться по-настоящему опасной ситуации, как их мозги начинают работать очень даже хорошо!»

«Ты хочешь сказать, что Аргалор лишь притворялся, что готов бросить вызов Хладу?» — Вальтер не был глуп и сразу понял подоплеку слов Широ.

«А как иначе? Этот дракон отнюдь не глуп, иначе бы не достиг того уровня, на котором он сейчас находится». — ответ Змея наконец удовлетворил Вальтера.

Вот только Широ угадал лишь одну из предпосылок поведения Убийцы Бароса. Да, сила Хлада сыграла важную роль в его отношению к этому магу холода, но вера Хлада в свои слова и его свободное отношение к жизни тоже сыграли важную роль.

Обществом драконов всегда руководила сила, и если смертный был способен вывести своё могущество на уровень драконов, то он становился достоин того, чтобы его серьезно выслушали.

Будучи торговым принцем, Хлад явно не бедствовал, поэтому прибывающее количество еды было даже больше, чем Аргалор успевал съесть. Пользуясь возможностью, Лев задал интересующий его вопрос.

— Почему ты называешь себя царём? — для драконьего встроенного «переводчика» слово «царь» не стало проблемой. — Ты же Торговый принц Нового эдема. Или у тебя есть ещё и страна, которой ты правишь?

— Нет, это из прошлого, — Хлад одним махом приголубил кружку медовухи и раскраснелся. — Моя версия Земли подверглась разрушению. Магия пришла в мой мир и человечеству пришлось срочно учиться её использовать, чтобы сохранить право на планету. Тогда я стал тем, кто объединил людей и создал своё собственное, Ледяное царство. Но в конце концов я оставил всё это позади, когда покинул свой мир, не имея возможности вернуться.

— И почему ты его покинул? — Думов не мог не заинтересоваться тем, как странно Земля менялась от землянина к землянину. Кто-то вроде Льва так и не застал никаких изменений, а кто-то пришёл прямиком из апокалипсиса.

— Надоело, — решительно махнул пудовым кулаком Хлад. — Эти вечно грызущиеся бояре, князья. Политика, мать её, чтобы она пропала. Как же они все мне надоели. Когда же исчез Гидра… Ты же слышал о нём, да? Сумасшедший парень, но искренний, что я ценю. Так вот, в этот момент я понял, что я больше не собираюсь терпеть этих лживых сволочей ни дня больше. Я отправился в Академию Гидры, нашёл его записи, разобрал их, после чего тоже сбежал. И замечу, ни о чём не жалею! Но у меня тоже есть к тебе вопрос, дракон.

— Говори, смертный, если я буду заинтересован, то отвечу. — Аргалор был в хорошем настроении. Повара Хлада были на высшем уровне, хоть и не дотягивали до его личного повара, ведь тот наизусть знал его предпочтения.

— Я вдоволь постранствовал по миру, и мне ни раз приходилось видеть просто до невероятного тупых молодых и взрослых драконов, — игриво начал Хлад, ухмыляясь. — При этом ваши древние драконы и старые производят совсем иное впечатление. Почему так?

— Я думал, ты спросишь что-нибудь поинтереснее, — незаинтересованно фыркнул Аргалор. — Мы, драконы, становимся сильнее, умнее и опаснее, чем больше вызова мы встречаем, но далеко не все из нас стремятся к чему-то великому. Если неподалеку окажется уютная пещера, а рядом несколько деревенек, которые можно грабить время от времени, то зачем надрываться и делать больше? Лежи на боку, набирайся сил и затем, когда станешь по-настоящему сильным, иди ищи своё настоящее место в мире.

— Но тогда почему старые и древние драконы так отличаются, если им достаточно всего лишь прожить, чтобы стать такими? — нахмурился Хлад, заметив несоответствие.

— Потому что когда они покинут свои логова, посчитав себя достаточно сильными, то именно в этот момент происходит период самых частых смертей драконов. Если в первый период умирают очень молодые драконы из-за недостатка сил, то вторым подыхают слишком много о себе возомнившие глупцы. Те же, кто выживают, на своём опыте становятся умнее, осторожнее и хитрее. И когда они окончательно вырастают, именно с ними ты и сталкивался.

— Сурово, но справедливо, — уважительно признал Хлад. — Но раз вы так сильно считаете выше всех, разве вас не оскорбляет, когда мы убиваем вас?

— Если молодой охотник выйдет в лес и, ошибившись, будет сожран дикими зверями, будете ли вы обижаться на зверей? — недоуменно посмотрел на него Лев. — Да, может быть, вы сожжёте конкретно этот лес, но ненависти к остальным животным у вас не будет. Охотнику всего лишь надо было быть искуснее, вот и всё.

— Вот и всё, — медленно кивнул Хлад. — Но довольно разговоров. Предлагаю поговорить о бизнесе.

— Давно пора! — одобрительно кивнул Аргалор, с громким хрустом перекусывая толстенную кость и одним движением срывая оставшиеся куски жаренного мяса. Судя по размерам кости, этот зверь имел габариты земных крупных динозавров, вроде каких-нибудь диплодоков.

— Моя компания, Алхохлад, и компании сотрудничающих со мной торговых принцев специализируются на магической взрывчатке, алхимии и защитной артефакторике, — принялся описывать перспективы Хлад. — Каждое из этих направлений оказалось самым прибыльным после начала нашего развития и позволило Алхохладу занять прочное место на рынке услуг.

В словах Хлада не было лжи — каждое из перечисленных направлений позволяло находить покупателей среди тысяч и тысяч крупных военачальников и пиратских адмиралов, рассекающих хаотичные «воды» вселенной.

— Наше предложение таково: твоя корпорация и наши компании открывают друг другу свои рынки, позволяя выпускать нашу продукцию как на наших рынках Нового эдема, так и на твоих, Тароса. Как говорили у меня на родине, свободный рынок — это основа инноваций и стремительного развития. Благодаря полной свободе мы сможем быстро расти и расширяться!

— Отказано! — раздраженно зашипел Аргалор, с трудом сдерживаясь, чтобы не проклясть сидящего перед ним человека. — Считаешь меня за идиота или дикаря, которому можно продать красивую сказку⁈ Каждый товар или сделка будет обложена повышенным налогом!

— Это неприемлемо! — не хуже дракона зарычал Хлад, ударив кулаком по столу. — Так дела не делаются!

— Не думай, что я позволю тебе захватить мой собственный рынок! — Аргалор и не думал отступать.

Работая в прошлом в банке, Лев Думов так и не стал серьезно разбираться в экономике, тем не менее его познаний и полувекового опыта жизни более чем хватило, чтобы понять, каким же всё-таки лживым дерьмом является «свободный рынок».

Возможно, в теории, сама концепция была неплоха, и на каком-то низовом уровне она даже могла какое-то время работать. Но стоило этой теории углубиться хоть немного в безжалостный человеческий элемент, как она немедленно начинала трещать по швам.

Одна из основных человеческих и не только характеристик — это жадность и стремление заработать всё больше и больше денег. И на этом пути люди готовы были поступиться любыми принципами или правилами, находя для себя самые причудливые оправдания.

Благодаря плотной конкуренции и питательной среде, рано или поздно свободный рынок порождал настоящих экономических гениев, справиться с которыми остальным «игрокам» не представлялось возможным.

Эти акулы от мира рынка продолжали свой рост, захватывая всё больше и больше кусочков пирога. И если отсутствовал тот самый государственный контроль, который так не любил «свободный рынок», то всё рано или поздно сводилось к одной единственной компании, или, проще говоря, монополии, которая сжирала и подавляла всех своих конкурентов.

В таком случае эта компания смогла бы устанавливать любые правила, пусть даже самые драконовые, и никто не смог бы ей возразить, ведь альтернатив уже не оставалось.

В таком случае следующим развитием событий мог быть лишь выход на внешние рынки, продажа своих товаров или услуг в других странах.

Но вот беда, страны, как и люди, не рождены равными. Всегда будет кто-то сильнее и слабее. Соответственно, свободный рынок заранее обрекал менее развитые страны на жестокое поглощение более сильными оппонентами.

Лев отлично помнил одну страну на Земле, что, будучи одной, если не самой экономически могущественной страной, так любила продвигать всем идею свободного рынка.

Довольно очевидно, что этот самый «свободный рынок» был удивительным образом больше всего выгоден именно той стране.

Если же каким-то чудом маленькая страна умудрялась победить их на заранее невыгодном для них поле, то первая, огромная страна, не стеснялась использовать тот самый мерзкий государственный контроль, чтобы вновь сделать себя победителем, повысив импортный налог.

А то, что та маленькая страна впала в десятилетия экономического кризиса… Да кого, право слово, волнуют проблемы этого неудачника? Свободный рынок, налетайте, всем хватит места!

Возвращаясь к ситуации Аргалориума и Нового эдема, их масштабы были совершенно несопоставимы. Открытие «свободного рынка» позволило бы Эдему затопить Тарос нескончаемым потоком дешевых товаров, соревноваться с которыми у Аргалориума получилось бы с большим трудом.

После долгих криков и споров Хлад был вынужден неохотно признать, что самый выгодный для них вариант продвинуть всё же не получится. Именно поэтому следующее обсуждение стало куда более спокойным и изобиловало большим числом цифр и процентов.

Драконья память Аргалора позволяла Льву в мгновение ока производить сложнейшие расчёты, изобличая любую попытку мухлежа и обмана. Сам же Хлад был вынужден вызвать нескольких бухгалтеров, вооруженных артефактными калькуляторами производства Алхохлада.

— Вы не боитесь клейма маготеха? — не мог не спросить Аргалор, пристально смотря на калькуляторы. — Если вас признают незаконной техномагической цивилизацией, то сам Хаос будет гореть под вашими ногами.

К счастью, у землян всё было предусмотрено.

— Не беспокойся, — отмахнулся Хлад. — Такими мелочевками занимаются во множестве развитых миров. А вот если ты начинаешь создавать что-то вроде искусственного разума, или, как его ещё где-то называют, изуверского интеллекта, то вот тогда твой мир обязательно сбросят в самую отстойную дыру Моря Хаоса.

Разговоры и споры продолжились ещё целых два дня, пока наконец обе стороны не оказались довольны итоговым соглашением.

Несмотря на то, что Новый эдем всё же согласился на повышенные налоговые сборы для поддержания таровского производителя, Аргалориум тоже был вынужден пойти на уступки.

Теперь, при открытии Аргалориумом нового мира и связывания его сетью порталов, Новый эдем автоматически получал тогда пропуск, становясь ключевым и постоянным деловым партнёром.

Хлад «щедро» предложил отправить на Тарос земной военный корпус в помощи Аргалориуму против Торговой компании, и Лев неохотно принял это предложение. Тем не менее Думов очень постарался связать боевой корпус землян как можно большим числом ограничений.

Аргалор не хотел, чтобы после победы над одним захватчиком, тут же появился новый.

Ведь хоть в краткосрочной перспективе это могло помочь, но в долгосрочной несло слишком много неконтролируемых рисков.

По договору на Тарос свободно же допускались лишь торговцы и очень ограниченный охранный контингент, в то время как остальной охраной будут заниматься службы Аргалориума.

Подобные условия хоть и сблизили корпорацию Тароса Аргалориум и межвселенскую компанию Алхохлад, но обе стороны очень крепко держали друг друга за руки, чтобы ни один из них неожиданно не выхватил нож.

* * *

— О уважаемый повелитель, это мой скромный дар вашей милости! — пузатый человек угодливо поклонился, а затем осторожно приподнял голову, стараясь оценить выражением морды темно-красного дракона, развалившегося перед ним на небольшой горке мягких подушек.

Сам дракон оказался сравнительно небольшим, всего около полутора метров в высоту, тем не менее это уже был серьёзный прогресс по сравнению с изначальным полуметром.

— Я принимаю твой подарок, чиновник 3 ранга Лоджор. Иди и работай ещё усерднее на благо корпорации! — повелительно приказал Аргалор, и чиновник расплылся в облегчённой улыбке.

— Слушаюсь, ваше драконейшество! — стоило Лоджору выбежать из зала, как на его место встал новый человек, с заискивающей улыбкой протягивающий «подарок».

Став главой надзорного отдела, Мини-Аргалор серьёзно задумался над тем, что ему первым делом предстоит сделать. И после долгих раздумий его наконец осенило здравой мыслью!

Раз он теперь ревизор, не значит ли это, что все эти лживые и вороватые чиновники должны стараться его задобрить, всовывая взятки и стараясь прикрыть ими свои грешки?

Это абсолютно было логично, но Мини-Аргалора стала беспокоить другая вещь. Ведь в отличие от других, смертных ревизоров сам он был Аргалором. Так не значит ли это, что обычные взятки были ниже его достоинства.

После ещё долгих раздумий Мини-Аргалор наконец нашёл решение!

Если спорадические взятки ущемляют его достоинство, как ревизора, то взятки ему должны стать единой нормой, обязательной для всех!

С этого дня любой чиновник, желающий работать в управленческом аппарате корпорации, должен был «выразить уважение» главному ревизору, тем самым побуждая его лучше выполнять свою работу.

Конечно, какой-нибудь чиновник мог не выплачивать этот «взнос», но в таком случае его грешки обязательно бы увидели свет. А грешками полнился каждый из крупных чиновников Аргалориума.

Впрочем, Мини-Аргалор всё равно бы их проверял, но благодаря взятке они получили уникальное послабление — возможность не лишиться жизни прямо на месте и получить право на исправление ошибки.

Именно благодаря последнему казна корпорации за считанные недели увеличилась в несколько раз.

Безошибочное драконье чутьё на деньги и умение чувствовать ложь позволили Мини-Аргалору стать настоящим кошмаром для заворовавшихся «правителей» корпорации.

Сидя на вершине одного из высотных зданий и завернувшись в свои крылья, Аргалор гордо оглядел свои владения. Это был его город, и от одного лишь его имени преступники дрожали и начинали лучше работать, чтобы заработать для него ещё больше золота!

Вдруг у него за спиной послышался звук хлопающих крыльев, и тяжёлый вес приземлился на застонавшую крышу.

— Аксилия? Ты вернулась? Что там с орками? — обернувшийся Мини-Аргалор нахмурился, смотря на подозрительно тихую черную драконицу.

После того, как из-за её ошибки орочьи орды вторглись в Империю, Жаждущая крови была сильно занята, сражаясь с предателями среди зеленокожих орд.

И теперь она зачем-то внезапно вернулась? Почему?

Глава 23

От автора: Небольшие изменения в прошлой главе. ГГ, взвесив опасность Торговой компании и важность поиска противовеса миру Тысячи путей, решил всё же воспользоваться услугами боевого корпуса Нового Эдема. Пусть и с ограничениями.

Глава 23.

Посмотрев на Аргалора, морда черной драконицы приняла странное выражение. Воспоминания из далекого прошлого нахлынули на Аксилию, отправив ее в долину Тинга, когда она впервые встретилась с Аргалором.

Тогда ему было всего шесть лет, и он был даже меньше, чем сидевшая перед ним эта копия. Нынешнего же размера копии Аргалор достиг, наверное, лет в десять.

Могла ли она представить, что знакомство с растерянно оглядывающимся на тинге красным вирмлингом приведет ее к стольким сражениям и интересным знакомствам?

Возможно, не все из них были радостными, вроде связи с той же золотой Аргозой, однако та же медная Луидора ее очень забавляла. Шутки медной драконицы очень забавляли Аксилию, и хоть она была металлической, черная драконица решила на время забыть об этом недостатке.

И хоть ее работа по контролю орочьих племён провалилась, но много ли драконов ее возраста могли похвастаться такого масштаба планами и действиями?

Тот же, кто подхватил ее судьбу, унеся на своих могучих крыльях, прямо сейчас странствовал по вселенной, находя как союзников, так и врагов.

— Приветствую… Аргалор, — Аксилия не знала иного способа обратиться к этой копии, поэтому решила использовать имя оригинала. Кроме того, у нее была к клону просьба, поэтому она решила быть вежливой. — На западном фронте пока образовался паритет. Ни союз наших сил с аристократами, ни орки не в состоянии идти в наступление, так что я получила возможность забрать кое-что полезное из Стальбурга… и поговорить с тобой.

— Со мной? — нахмурился Мини-Аргалор. У оригинала с этими двумя драконицами была сложная сеть взаимоотношений, лезть в которую клон не особо горел желанием. Кроме того, Аксилия еще не исправила свою прошлую ошибку, так что радостно ее приветствовать было контрпродуктивно. — Что именно ты хочешь?

— Вначале я хотела бы предложить подарок! — завлекающе улыбнулась Аксилия, а затем достала из крепления на животе огромный золотой усех, широкое ожерелья воротник, чей размер явно намекал на принадлежность оркам, ведь для человека он был слишком велик. Учитывая же использованное количество золота, то его цель явно была ритуальной, ведь таскать столько тяжелого металла на шее было сложно даже орку. — Этот усех я недавно отбила у главного шамана племени Кархал. Они дали хороший бой, но я оказалась сильнее! Уверена, это ожерелье найдет свое место в твоей сокровищнице.

— Хм, ты права, это и впрямь достойный подарок. — Аргалор с удовлетворением выхватил из здоровенной лапы драконицы усех и принялся его с улыбкой разглядывать.

«В конце концов, разве имеет ко мне отношение споры Аксилии и Аргозы? Пусть у основы болит голова. Так что ничего страшного, если я буду к ней немного мягче». — мгновенно изменил свое отношение Мини-Аргалор, которому очень понравилась взятка.

— Хорошо, Аксилия, я вижу, что ты пришла ко мне сегодня с уважением. Так что я не прочь помочь тебе. Какой у тебя ко мне вопрос?

— Ах, сущая мелочь, — невинно улыбнулась драконица, а затем ее губы сжались, показывая, что она не так спокойна, как хотела показать. — Я всего лишь хотела узнать у тебя, что именно нравится Аргалору.

— Что? — тупо спросил Мини-Аргалор. Он ждал разных вопросов, но чего он точно не мог предположить, это подобного.

— Я хочу сбросить эту стерву, Аргозу, и занять ее место! — принялась лихорадочно объяснять Аксилия. Возникало чувство, что из нее словно лопнула плотина, выпустив наружу все ее потаенные мысли. — Но я поняла, что слишком долго была в стороне от Аргалора, в отличие от этой сучки! Находясь возле него, она точно знает, что сказать, а я нахожусь в темноте! Если я хочу победить, то сначала мне нужно понять Аргалора, что ему нравится, а что нет.

Если поначалу Лев смотрел на драконицу в растерянности, то постепенно в его красных глазах мелькнул зарождающийся гнев.

— И поэтому ты пришла ко мне? Чтобы я, Аргалор, рассказал тебе о себе же? — злость клокотала внутри кошмарного дракона, однако он всё еще себя сдерживал, однако следующие слова Аксилии заставили его окончательно сдаться, поддавшись гневу. — Тебе не кажется это… оскорбительным?

— А? — отвлеклась Жаждущая крови, после чего рассмеялась, махая лапами. — Что ты, что ты! Ты же ведь его копия, а не он сам. Так что ничего страшного, если ты мне подскажешь. В конце концов, если эта сучка может играть грязно, то что мешает и мне получить некоторую помощь?

— Копия⁈ — взревел Аргалор от распирающего его гнева. — Всего лишь копия⁈ Я и есть Аргалор! Кошмар позволил мне развить свою силу и создать новое тело, но я всё еще я!

— О чем ты говоришь? — недоуменно нахмурилась Аксилия. — Насколько я знаю, ты и Аргалор почти не связаны. Он это он, а ты это ты. Он настоящий Аргалор, а ты лишь его копия. Как ты можешь быть им?

Смотря в глаза Жаждущей крови, Аргалор содрогнулся от отвращения. В ее взгляде он с кристальной ясностью увидел, что для нее он не просто не Аргалор, но даже не дракон.

— Но, кажется, я поняла, что мне здесь не рады. — Аксилия вздохнула и развернулась, взмахивая крыльями, оставляя дрожащего от гнева Мини-Аргалора. Она не собиралась извиняться, ведь до сих пор так и не поняла, почему он «сошел с ума».

Да и это было неважно, ведь чувства странного заклинания Аргалора ее не сильно волновали.

Сам же Мини-Аргалор остался дрожащим от терзающих его смешанных чувств. Да, здесь был гнев от столь бесцеремонного «увольнения», но больше всего было шока от нахлынувшего озарения.

За всё то время, что Мини-Аргалор существовал, он рос и развивался, становясь сильнее. Но в чем была причина его действий?

Подсознательное стремление драконов к силе? Или привычка самого Аргалора к развитию? Теперь он знал ответ на вопрос, от которого он всегда подсознательно бежал.

Хоть оригинал и остальные восприняли его существование с уважением, отдав ему должные почести, однако сам Мини-Аргалор всегда в глубине души знал, что он не более чем слабая тень, имитация оригинала.

Тем более жестоким был тот факт, с какой тщательностью Кошмар скопировал его разум в это тело. Кошмарная плоть даже почти идеально повторяла строение и физиологию настоящего дракона, но всегда была нотка фальши, от которой он никак не мог избавиться!

И вот сегодня гнойный пластырь с его иллюзий наконец был сорван. Аксилия, та, общество которой он находил приятным, не увидела в нем равного. О чем говорить, она не увидела в нем даже дракона!

Обычный разумный впал бы от подобных психологических ударов в депрессию, но Мини-Аргалор был драконом, кто бы там что ни думал! Поэтому вместо бесполезных страданий его разум наполнился срочностью и целью!

Имея ранее Аргозу и Аксилию, Аргалор мог позволить себе быть разборчивым и гордым. Он наслаждался борьбой дракониц за право быть его партнером.

Но сегодня, получив от Жаждущей крови столь бескомпромиссный отказ в признании, Аргалор во что бы то ни стало захотел вновь увидеть в ее глазах восхищение и преклонение.

Когда же она вновь будет стоять перед ним, склонив голову, то он тогда безжалостно ее отвергнет! Ведь отвергать может только он, но никак не его!

Тем не менее, если продолжать делать то, что делает он сейчас, то пройдет слишком много времени, пока его месть окажется успешной. А к тому моменту кто знает, что произойдет?

Силы страха от Стальбурга было слишком мало, а принудительное увеличение приведет лишь к нарастающему падению самого города.

Мини-Аргалору требовался новый источник страха. Причем не обычного, а настолько ужасающего, что его сила позволит ему в кратчайшие сроки вернуть свое могущество!

Черно-красная голова небольшого дракончика медленно повернулась на запад, а его губы сложились в испорченную ухмылку.

Кажется, эти зеленокожие не сделали никаких выводов после его прошлого визита? Тогда он будет рад повторить урок, который они уже никогда не забудут!

Если вообще останется кому вспоминать!

* * *

Дальний Север Священной центральной империи — место, которого сторонятся даже белые драконы и ледяные великаны, так как кроме них самих здесь мало кто из животных способен выжить.

Кроме бесконечных льдин, айсбергов, невероятно прозрачной голубой воды и покрытых снегом скал есть только пронизывающий, кружащийся с бешеной скоростью ветер, способный стесать мясо до костей осколками льда за считанные часы.

Именно здесь, глубоко под землёй, на одном из невидимых из-за снега островов, и покоится одна из тайных лабораторий Кратуса Безумного, могущественного межмирового архимага и дальнего предка Максимилиана Боргура, императора Священной центральной империи.

Прямо сейчас император мрачно стоял внутри, своего рода, прихожей в лабораторию. В своём безумии Кратус нашёл невероятно смешным, если посадить прямо под ледяным адом наверху небольшой кусочек тропического рая.

Из-за этого Максимилиан в окружении охраны мрачно стоял и потел в своей толстой одежде прямо среди пальм, песка, кустов и папоротников. Да, большую часть пути они преодолели с помощью магии телепортации, однако ближе к убежищу хаотичные магические потоки заставили их пройтись пешком.

Однако императору не пришлось долго ждать, ведь скоро на входе в лабораторию наметилось движение и внутрь стали проходить один за другим долгожданные гости.

Долгая жизнь и глубокое погружение в тайны магии научили этих разумных, что пунктуальность — одна из сторон возможности прожить подольше.

— Какая же всё-таки интересная здесь защита! — в восторге ахнул чей-то старческий голос, когда внутрь вошёл первый гость. — Если бы мне не отправили точные координаты, то я бы не смог найти этого места, даже если бы стоял прямо над ним!

Великий чародей Дюма с искренним любопытством оглядывал округу сияющими синими глазами из под широкой конусообразной шляпы. Его длинный, наполненный под завязку магией серый плащ тихо шелестел по полу, пока расшитый золотыми звездами дорогой камзол бросал во все стороны блики.

— С твоей внимательностью к деталям, Дюма, я не сомневаюсь, что ты бродил в округе даже с точным местоположением.

Пришедший следом голос принадлежал, по слуху, куда более молодому мужчине, однако когда он появился, сразу стало понятно, что к человеческому роду он не относится.

Длинные уши, белоснежная кожа и словно впечатанное крайне презрительное выражение — уже двух из трёх признаков хватило бы, чтобы распознать эльфа, или точнее, эльфийского верховного мага.

Но если слова эльфа были наполнены элегантной издёвкой, то последовавший за ним следом ответ был куда более грубым.

— Заткнись, Орианис. Никому не интересно, что ты думаешь. — вошедший следом за эльфом верховный маг мог вызвать ужас одним своим видом, ведь по сухой, словно пергамент, коже и отсутствию глаз, на месте которых было кружащееся зелёное пламя, каждому становилось понятно, что перед ними лич.

— Опять завоняло мертвечиной, ах, какая жалость. В следующий раз лучше держи рот закрытым, Валтор, — притворно склонил голову эльф, однако быстро поднял, когда в выросшую прямо из камня древесную преграду влетела серовато-зелёная клякса магии смерти. Магически укреплённая древесина застонала и начала прямо на глазах распадаться в отвратительно воняющий прах. — Как ты смеешь, мерзкая дворняга⁈

— Хватит, или никто ничего не получит. — и так находящийся не в лучшем настроении, сурово вмешался император, чем заработал сразу два недружелюбных взгляда.

Достигшие столь высокого положения маги очень не любили, когда кто-то им указывал, однако находившиеся неподалеку секреты Кратуса заставили их неохотно прислушаться.

Последним вошёл скрывающий своё лицо за жёлтой, вечно улыбающейся маской одетый в чёрный балахон маг. И судя по тому, какие подозрительные и настороженные взгляды ему послали все остальные, в том числе и лич, каждый из них почувствовал отвратительный запах чистого Хаоса.

— Император, не думал, что ты в таком отчаянии, раз послал за кем-то вроде него, — любопытное выражение Дюмы треснуло и на смену ему пришло искреннее омерзение и недовольство, когда он взглядом пытался прожечь непроницаемую желтую маску.

Однако, несмотря на провокацию, Жёлтая маска продолжал хранить пугающее молчание, лишь его голова чуть наклонилась в сторону, словно в каком-то странном театральном жесте.

Как бы Великий чародей не пытался, у него так и не получилось заглянуть не только за маску, но даже увидеть сквозь одежду. В его чувствах стоявший в конце маг Хаоса словно бы наполненным тьмой пустым бурдюком.

— Тебя, Дюма, это не должно волновать, — отрезал Максимилиан Боргур. Причиной отношения императора был дружный отказ всех верховных магов империи, у которых Максимилиан отчаянно просил помощи. Лишь когда он решил вскрыть лабораторию Кратуса, они внезапно выразили согласие на встречу. — Каждый из вас пришёл сюда из-за жадности к магии моего предка. Так что не стоит играть тут в «чистые руки».

Власть Боргура всегда строилась на системе сдержек и противовесов, а также на глубокой и объемной ресурсной базе империи. Именно благодаря последнему верховные маги в прошлом неохотно к нему прислушивались.

Теперь же, из-за творившихся беспорядков, у Императора остались только накопленные за сотни лет сокровища, которых было явно недостаточно для аппетитов столь сильных разумных.

Не стоило забывать, что хоть династия императора и правила многие сотни лет, но его род был лишь одним из многих, пусть и самым могучим.

— Ох, Максимилиан, не надо быть таким грубым, ведь все мы здесь друзья, — жеманно улыбнулся Орианис. — Ты ведь для меня почти семья, ведь я знал ещё твоего деда. Кроме того, ты так уверенно говоришь с нами, но что даёт тебе уверенность?

Эльф «сочувственно» покачал головой, пока остальные маги хранили молчание.

— Ты уже почти потерял свою страну, а те, кто тебе ещё верен, стремительно умирают в лапах всем нам известного дракона. Что нам мешает ещё немного подождать, а затем поставить другое условие: спасение твоей жизни за эту лабораторию?

— Теперь я куда лучше понимаю, почему тебя изгнали даже твои соотечественники, — сухая насмешка императора ударила чрезвычайно больно, учитывая мгновенно изменившееся выражение лица эльфа. — Касательно же моей жизни, то можете быть уверенными, я буду рад забрать доступ к лаборатории с собой в ад, если перестану быть императором. И да, я позаботился, чтобы ваши попытки схватить меня провалились из-за моей смерти.

Угрюмое молчание было ему ответом, пока верховные маги оценивали его решимость и сканировали его тело, тут же находя многочисленные артефакты и магические заклинания.

Император не блефовал. Если они попытались хоть как-то повлиять на него, то можно было попрощаться с лабораторией Кратуса.

— Мои требования просты, — четко и ясно принялся говорить Максимилиан Боргур. — Я хочу, чтобы каждый из вас договорился друг с другом и атаковал каждую из армий этого проклятого дракона. Поднимайте нежить, вызывайте демонов или сводите с ума природу — я хочу, чтобы верные ему города пали, а под его армиями горела сама земля.

— Аргалор не так прост, — взвесив предложение, спокойно отметил Дюма. Его широкие усы чуть дрогнули. — Мы сильны и сделаем многое, но этого может не хватить.

— Не беспокойся, у меня есть ещё пара старых знакомств и клятв, которые я подниму. — не особо воодушевленно заявил император. — Но вас это не касается. Если у кого-то из вас получится прямо убить Аргалора, то я отдам лучшие и старейшие артефакты из своих сокровищ!

Как Максимилиан и думал, обещание артефактов не особо заинтересовало верховных магов. Лишь что-то настолько ценное, как лаборатория архимага, могло заставить их прислуживать.

Глядя на уходящих прочь магов, император хмуро подумал о своём обещании.

Когда-то в далёком прошлом между Священной центральной империей и Султанатом ифритов появилась история, закончившаяся одним обещанием. Кажется, пришло время его обналичить.

Глава 24

Вернувшийся Аргалор с наслаждением вдохнул чистый воздух Тароса и в раздражении покачал головой. Хоть земляне и сумели построить вполне себе жизнеспособный город на исчерпавшейся «вене» Колеса перерождений, но подобное существование никак не могло сравниться с комфортной жизнью в полноценном мире.

Будучи существом чистой магии, Аргалор очень трепетно относился к скользящим вокруг него потокам стихий. Лишившись же этого чувства он чувствовал, будто оказался в стерильной палате, в которой не переставая работа кварцевая лампа. И если для не-магических созданий подобное существование не было проблемой, то Лев ни за что бы не согласился так жить.

Думов догадывался, почему Новый эдем появился именно там, где он появился. Желая построить новую торговую столицу, ничуть не уступающую миру Тысячи путей, земляне столкнулись с главной проблемой всех подобных начинаний — угрозой Хаоса.

Мир Тысячи путей стал столь популярным и любимым всеми расами местом, так как остатки древнего межмирового голема создавали вокруг себя поле, напрочь отталкивающее любой прорыв Хаоса.

Даже если бы какой-нибудь хаосит и попробовал открыть там крупный прорыв, то единственное, чего бы он добился, то надорвался и сдох.

Соответственно, любой мир, претендующий на право торговать с мирами по всей вселенной, должен был иметь такую же непробиваемую пассивную защиту. Но вот беда, если такие миры и существовали, то они отталкивали не только хаос, но и путешественников.

И вот, после долгих поисков земляне нашли свой «Святой Грааль» — пространство, прекрасно защищённое от Хаоса, но при этом лишённое своей воли. А то, что окружающие виды медленно сводят разумных с ума? Да сущие мелочи, если не дурак, просто не смотри долго на небо.

— Прошу нас подождать, уважаемый Аргалор, так как это наш первый приход в этот мир, то мы должны провести ритуал адаптации. — к дракону вежливо, но не подобострастно обратился одетый в странную смесь российской военной формы и средневековых доспехов мужчина лет сорока с жесткой щетиной, очень коротко подстриженными волосами и пронзительными голубыми глазами.

— Сколько это займёт времени? Я не собираюсь вас ждать весь день! — фыркнул раздражённый задержкой Аргалор, однако следующий ответ его успокоил.

— Около получаса. Этого ритуала хватит на ближайшее время, а затем мы проведем более основательный и постоянный ритуал. — Аргалор посчитал, что дальнейшие разговоры лишь ещё больше отдалят его возвращение, поэтому не возражал. Кроме того, ему и самому были интересны ритуалы адаптации.

Сам он тоже кое-что об этом знал, но в искусстве обманов миров существовало столько тактик, секретов и хитростей, что поучиться чему-то новому было не грех и самому Аргалору.

Тем временем командир землян вернулся к своим подчинённым, в числе десяти человек. Самого мужчину звали Валерий Александрович Вострин, или просто: «Восток», ведь во вселенной из-за великого обилия культур разумные перешли к повсеместному упрощению.

Алхохлад вместе с остальными союзниками поручил этому суровому мужчине оглядеть «фронт работ» и переговорить с ответственными за войну разумными в Аргалориуме.

Изначально Хлад вместе Востриным хотели обсудить основы с самим Аргалором, однако им не потребовалось много времени, чтобы оценить познаний дракона в военном деле смертных.

Нет, как чистый боец или маг Аргалор был прекрасным, однако как полководец… Можно сказать, что спустя всего пять минут Вострин случайно заметил, что подобные «неважные» разговоры можно провести и с прислужниками великого и мудрого дракона. Зачем тратить время самого повелителя?

Возможно, подобная хитрость и сумела бы обмануть какого-нибудь другого цветного дракона, однако Лев сразу заметил многозначительные взгляды между Хладом и Востриным.

Из того немногого, что рассказал о себе «Восток», на Земле он командовал элитными войсками в звании полковника и ему довелось поучаствовать более чем в одном вооруженном конфликте.

После же переселения Вострин плавно влился в свой мир, занявшись ровно тем, что у него так хорошо получалось. Добившись успехов, он выбрался во вселенную, где он и услышал о Новом эдеме, после чего его тут же завербовали, ведь землянин с его «профессией» был куда дороже, чем весь его вес в золоте.

Надо ли говорить, что Думов сразу понял, кем именно его воспринимают?

Полковник Вострин уже привычно вступил в работу с очередным «аборигеном». В своей прошлой жизни ему довелось встретить свою долю диктаторов и «полевых командиров», так что он неплохо научился находить с ними общий язык.

Также одной из его целей было изучение Тароса на предмет будущего захвата Новым эдемом.

Подобное отношение дико бесило Аргалора, и будь ситуация иной, он бы вернул «должок». Вот только пока что войска Нового эдема играли в планах дракона слишком важную роль, поэтому их приходилось терпеть.

Сидевший в сторонке Широ явно знал куда больше, однако, судя по его еле уловимой улыбке, по какой-то ему одному известной причине он не собирался раскрывать правду.

Аргалор мысленно хмыкнул. Становилась понятна настороженность окружающих — когда кто-то в твоём окружении настолько хитёр, как Змей, приходится десять раз на дню смотреть себе за спину.

Земляне отправили вместе с Востриным десятерых инструкторов, чьей задачей было налаживание связи между войсками Нового эдема и Аргалориум.

Нынешний ритуал адаптации, как оказалось, был связан с землёй. Будучи довольно сильным магом земли в ранге примерно верховного мага, Вострин поместил небольшие кусочки почвы Тароса в специальные медальоны, которые затем раздал своим подчинённым.

Благодаря этим амулетам воля мира стала бы воспринимать вторженцев как своих отдалённых и не особо любимых, но всё родных живых существ. Это бы немного ограничило, но ничего смертельного.

Молча Аргалор оттолкнулся и взлетел в небо, устремившись к виднеющемуся вдалеке Стальбургу, Вострин тоже ничего не сказал. Поляна под его ногами застонала, а затем затрещала лопавшимися корнями лесных деревьев, когда около полусотни квадратных метров земли небрежно были подняты в небо и устремились вслед за драконом, неся на себя остальных землян.

Казалось, «на бумаге» всё должно было пройти гладко. У Нового эдема был опыт войны, выходящей за пределы местечковых мировых конфликтов, в то время как Аргалориум всегда стремился развиваться. Но когда дело дошло до практики, то всё оказалось не так однозначно…

— Повелитель, при всём моём к вам уважении, эти иномирцы явно ни хрена не знают! — уважительно убеждал мрачного Аргалора Мориц, пока за его спиной сгрудились хмурые командиры Аргалориума. Стальной гигант повернулся и уже совсем другим тоном обратился к стоявшему с другой стороны Вострину. — Только пришёл в наш мир и уже всем советы раздаёт! Он явно шарлатан или и вовсе диверсант и предатель!

— Не видевший дальше своего болота дурак будет рассказывать мне, как стоит вести войну? Мне не нужно обнюхивать каждое поле боя, чтобы в общих чертах понять, что у вас тут происходит, и заметить самые одиозные ошибки!

— Ошибки? — саркастично переспросил Мориц, и его возглас тут же поддержали остальные командиры. — Ты сказал, что мы слабо используем воздушную разведку, но подумал ли ты, что у противника есть до жопы тех ублюдочных драконов Найта, что тут же разрывают любое одинокое судно⁈ Простите, повелитель, это ни в коем случае не было адресовано вам…

— Жалкие отговорки! — припечатал Вострин. — Что мешает заранее разместить наблюдателей, чтобы они контролировали прилёт и отлёт драконов? У вас же есть долбанная связь!..

Очень скоро оба мужчины перешли на какую-то совсем уж сложную военную терминологию, в которой Аргалор совершенно перестал что-то понимать.

Тем не менее, если бы он не хотел, чтобы их споры продолжались вплоть до прихода уже горящей жаждой мести Фелендрис, то ему следовало принять решение…

Но как это сделать, если он совершенно не понимал, кто прав, а кто виноват, а неправильное решение будет стоить ему ой как дорого⁈

Впервые за очень долгое время Аргалор ощутил смутное чувство, будто он… не совсем умный, а?

«Да нет, бред какой-то. Видимо, просто устал», — тут же выкинул он эту абсурдную мысль из головы: «Надо придумать какой-то умелый способ заставить их работать вместе. Что же придумать?»

Мозг Аргалора резко напрягся и принялся работать на все двести процентов. В этот самый момент выражение дракона приняло столь странную форму, что спорящие друг с дружкой военные тихо замолчали и удивлённо сосредоточились на красном ящере.

И вот мозговой штурм был закончен, и гениальное решение было найдено!

— Ты и ты! — огромный коготь угрожающе указал сначала на Морица, а затем и на Вострина. — Работайте вместе, иначе я сожгу вас обоих! Также никаких подстав и работы для вида! Я всё равно узнаю, и конец ваш будет ужасным! И если у кого-то вас глупая идея, что меня остановит Асириус или нежелание ссориться с Новым эдемом, то выбросите эти бесполезные мысли! Если вы облажаетесь, то вы мертвы!

Громкий рёв и летящие во все стороны слюни вконец доведенного дракона щедро облили обоих военных, заставив их коротко бросить друг на друга понимающий взгляд.

В этот момент между землянином и таросианином впервые образовалась хрупкая связь, ведь кому, как не военным, часто приходилось иметь дело с ничего не понимающими и слишком многое требующими политиками?

Неохотно Мориц всё же решил послушать предложения этого иномирного выскочки, в то время как Вострин, уже слышавший перед уходом о печальном конце Золотого короля, тоже воспринял угрозу дракона более чем серьёзно.

Работа между двумя талантливыми воинами закипела в тот же день, сопровождаясь матами, спорами, а иногда даже взрывами, заставляющими испуганный ремонтный персонал спешно ремонтировать окна и двери.

И их работа, на удивление, дала прекрасный результат. Земные тактические знания смешались с магическими хитростями Тароса, породив нечто интересное.

Очень скоро на Таросе вновь открылись порталы и на древнюю землю ступили берцы и сапоги тех, чья репутация в некоторых областях вселенной стала даже хуже дьяволов!

Поводя во все стороны жадными взглядами, сбросившие культурную шелуху земляне были не прочь вспомнить «старые добрые» деньки времён всеобщего геноцида!

Конец девятой книги.

Content

Попаданец в Дракона 9

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24