Ох уж этот Мин Джин Хо — 5

Глава I

Послание от Нам Гила Чона было ярким. Эмоциональным. И насквозь пропитанным злобой. Но, если сконцентрироваться на сути — он признавал своё поражение. Пусть и в весьма своеобразной манере.

Используя хлёсткие фразы, мужчина сообщал, что на неопределённый срок покидает страну — отправится в Аргентину, где займёт должность главы офиса по продажам на территории Южной Америки. Дом же и всю собственность семьи оставляет в распоряжении детей.

Отдельно была подчёркнута фраза о матери Ми Ён, которую девушке предлагалось забрать в любое удобное время из отцовского особняка.

Дочитав, я бросил взгляд на девушку. Эмоции её сейчас захлёстывали самые разносторонние — от радости победы до лёгкой паники и страха. Слишком большим оказалось напряжение нервной системы во время ожидания.

Подождав, пока официанты выставят принесённые блюда и удалятся, я тихо заговорил.

— Поздравляю. Победа одержана. Ты снова в деле, твоя мать в безопасности, а враги отступили.

Она медленно кивнула.

— Да… Но чувство всё равно странное.

Выдохнув, пару мгновений помедлила и добавила.

— Не ожидала, что придётся действовать вот так. И от своего отца подобного тоже не ждала.

Чжи с интересом прислушивалась, а я пожал плечами.

— В жизни бывает всякое. Но ты в любом случае одержала верх.

Ми Ён посмотрела на свой телефон и порывисто поднялась на ноги. Но к выходу не пошла — вместо этого сделала несколько шагов по комнате, после чего развернулась к нам.

— Странное ощущение. Никогда не думала, что у нас могут быть такие тайны…

Чжи, сидящая справа от меня, о сути её семейных секретов ничего не знала. Но ситуацию оценила верно. И тут же согласно кивнула.

— Иногда кажется, что совсем никому нельзя верить.

Девушки встретились взглядами, пристально изучая друг друга, как будто виделись впервые. Потом Ми Ён посмотрела на меня.

— Я могу попросить тебя отправить пару человек, чтобы забрали мать из особняка и отвезли в…

На момент задумавшись, закончила фразу.

— В больницу. Пусть обследуют, сделают анализы и поставят охрану у дверей.

Я тихо кашлянул.

— Людей я отправить смогу. Но только в качестве разовых исполнителей. Постоянную охрану придётся поискать в другом месте.

Девушка задумчиво глянула на свой телефон.

— С этим я сейчас попробую разобраться. Раз я снова в игре, большой проблемой это не станет.

Внезапно нахмурившись, продолжила.

— А как же «человек из тени»? Если все его связи достались отцу, то…

Я указал взглядом на устройство связи, которое она крутила в руках.

— Позвони секретарю деда. Выясни детали.

На самом деле, я был почти полностью уверен, что человек, прикончивший теневого секретаря председателя Хёнде Групп, не смог перехватить весь набор его контактов. Да и таким же влиянием не располагал. Плюс, совет директоров чеболя состоял отнюдь не из идиотов — они наверняка предприняли действия, чтобы нейтрализовать потенциальную угрозу с этого направления. Тем не менее, от звонка хуже не станет. К тому же, если дед Ми Ён не выйдет из комы, его секретарю понадобится новый господин. Или госпожа. Если между ним и девушкой установится рабочий контакт, это будет неплохим началом.

Сам же я отправил сообщение Чин Хва, попросив лично съездить в особняк Нам Гил Чона и забрать оттуда его жену. Прихватив с собой кого-то из новобранцев. А руководство охраной офиса временно переложить на Хё Рин.

Окончательно мы с вопросом транспортировки разобрались спустя пятнадцать минут — Ми Ён нашла охранное агентство, которое с готовностью выделило ей людей. Руководить же ими отправила своего помощника, что всё это время оставался дома, по сути, находясь в отпуске — вовлекать его в конфликт девушка не стала. В основном потому, что я сразу отмёл всех её старых сотрудников, не желая рисковать.

С секретарём деда девушка тоже поговорила. И окончательно успокоилась — если верить словам мужчины, небольшая команда, которую собрал около себя «человек из тени», распалась сразу после его гибели. А предатель, который выполнил задачу по устранению своего шефа, покинул страну, опасаясь мести. Что снижало уровень угрозы с его стороны до абсолютного минимума. Когда речь идёт о твоей жизни, ты точно не станешь рисковать, выполняя чужие желания. Да и возможности что-то предпринять на территории Кореи у беглеца, скорее всего, не было.

Наконец, Ми Ён заняла место напротив нас с Чжи и сделала глоток чая. А глава Чен Групп задумчиво покосилась в мою сторону.

— Ты же помнишь, что у нас есть небольшая проблема с Чен Фармасьютикал? Которую желательно обсудить прямо сейчас.

Намёк был прозрачен — она не хотела раскрывать уязвимость своей компании в присутствии постороннего. С другой стороны — Ми Ён только что озвучивала вещи, что были потенциально куда опаснее финансовых прорех одного из подразделений Чен Групп. Да и определённое сближение между девушками имело место — как минимум, на фоне того, что обе были вынуждены противостоять своим близким родственникам.

— Думаю, мы можем поговорить прямо сейчас.

Чжи бросила косой взгляд на Ми Ён и та истолковала его абсолютно верно.

— Я не выдам ни одного секрета, который прозвучит в моём присутствии. Но, если хотите — могу уйти.

Мгновение помедлив, председатель Чен Групп отрицательно покачала головой.

— Не надо уходить. Я тебе доверяю.

Ми Ён слегка улыбнулась, держа в руках чашку чая.

— Спасибо, онни.

Судя по выражению лица Чжи, такого обращения девушка не ожидала, из-за чего на момент смутилась. После чего повернулась ко мне и принялась излагать.

Суть проблемы была достаточно простой — один из счетов Чен Фармасьютикал оказался полностью опустошён. Сначала деньги были выведены на счета нескольких свежезарегистрированных компаний внутри Кореи, а потом либо обналичены, либо переведены в криптовалюту. Первую серию платежей выполнили поздним вечером, когда работники на своих местах уже отсутствовали. А утром, когда средства дошли до адресатов, грамотно их изъяли.

Человека, который провернул всю операцию, использовав коды доступа главного бухгалтера, уже отыскали. Один из сотрудников фармацевтической компании, который работал там последние пять лет. Ранее ни в чём подобном замешан не был. И, скорее всего, уже покинул территорию Кореи, убравшись за границу. Учитывая сумму, которая была похищена, он вполне мог соорудить себе новые документы где-нибудь в Юго-Восточной Азии и спокойно осесть в одной из стран третьего мира. А то и устремиться в Европу или Штаты.

Вполне вероятно, у него имелись сообщники в банке, обеспечившие свободное прохождение платежей. Но отыскать их пока не получилось. К тому же, до момента выбора тактики, в проблему был посвящён только узкий круг людей, что сужало возможности в плане расследования.

Самым простым вариантом был официальный — обратиться в полицию и выставить претензии сервисам, которые осуществляли продажу криптовалюты. Попытавшись вернуть себе хотя бы часть денег. Но, во-первых, это означало бы неминуемую утечку информации, а во-вторых, шансы на возврат финансов были призрачные.

Все биржи, через которые проводились операции, были зарегистрированы за пределами Кореи и, в целом, работали в соответствии с законом. Который не запрещал покупать криптовалюту. Технической возможности вернуть себе токены у них не имелось. А значит, любой возврат денег Чен Фармасьютикал станет чистым убытком. Добровольно они этого делать не станут. Надавить же на них точно не выйдет.

При этом, скандал мог получиться весьма серьёзным. Учитывая размеры ущерба, не понадобится даже запускать дополнительные слухи — компания и так была на самой грани из-за возникших в последнее время расходов. Теперь же получалось, что денег не хватало на закупки сырья для производства самых продаваемых препаратов. Единственным вариантом достать их внутри компании было сокращение иных статей расходов. Но по масштабам близок был только фонд оплаты труда. Абсолютно нереализуемый сценарий — невыплата зарплаты персоналу породила бы такую волну слухов, с которой не сравнится любая информационная атака.

Ми Ён, которая внимательно прислушивалась к словам Чжи, сразу же озвучила предложение.

— Может, воспользоваться кредитной линией? У вас же есть договора с банками?

Глава Чен Групп усмехнулась.

— Есть. Но после недавних событий они сократили лимиты. Настолько, что выжать оттуда ничего не выйдет.

Я прокручивал в голове варианты, пытаясь отыскать подходящий. Банки были самым очевидным выбором, но просто так они денег не дадут. Разве что попытаться воспользоваться связями Га Рам Хура. Но тот однозначно захочет получить что-то взамен. И, учитывая сложность ситуации, его требования точно не покажутся нам скромными.

— Что с остальными подразделениями? У Чен Финанс должны были оставаться какие-то резервы, да и у других компаний наверняка что-то есть. Переброску средств можно оформить в виде кредитных договоров, чтобы ни у кого не было сомнений в возврате. Но в курс дела ввести только отдельных сотрудников.

Ещё не договорив до конца, я хорошо разглядел сожаление, которое проявилось на лице Чжи.

— Денег почти нет. Удобрения и рыбный завод начали модернизацию — решили продемонстрировать партнёрам, что, несмотря на небольшую тряску, дела у них идут отлично. У Чен Финанс, формально, баланс неплохой. Но, на деле, это в основном ценные бумаги. Начнём массово распродавать — это привлечёт к себе внимание. А все остальные сидят без средств.

Лишнее внимание сейчас и правда было ни к чему. Если кто-то из противников поймёт в чём дело, то попытается организовать проверку со стороны налоговой. Которая неминуемо вскроет факт хищения средств. Что вызовет массу вопросов.

Постучав пальцами по столешнице, я озвучил мысль, которая только что появилась в голове.

— Надо отыскать надёжного полицейского, который не станет трепать языком. Возможно, у Бён Хо окажется на примете кто-то, готовый помочь. Если протянем с обращением в полицию, нас потом самих привлекут за сокрытие преступления.

Чжи недовольно вздохнула, а я продолжил.

— А с деньгами я пока вижу только один реальный вариант — авансовые платежи от заказчиков.

На лице Чен проступило разочарование.

— Все платят строго по установленному графику. Авансовые выплаты тоже есть, но они уже сделаны. Если Ён начнёт требовать от них дополнительных денег, это вызовет массу вопросов. Да и не согласится никто.

Я медленно кивнул.

— Старые заказчики не согласятся. Но мы можем найти новых. И закрыть разрыв с помощью их платежей.

Глава Чен Групп удивлённо приподняла брови, а в глазах засветилась надежда. Которая быстро сменились разочарованием.

— Понадобится крупный контракт. Или множество небольших. Причём, провернуть всё потребуется за несколько дней.

Сжав губы, взмахнула рукой.

— Ащщщ… Как мы так быстро новых партнёров найдём?

В чём-то она была права — обработка потенциального заказчика из высшей лиги наверняка потребует приличного количества времени. И торопиться тут точно нельзя — если кто-то поймёт, что мы спешим, это сразу же вызовет подозрения и станет основанием для отказа от сделки.

Конечно, имелся Вэньмин Тан, к которому, в теории, можно было бы обратиться за помощью. Но я сомневался, что Банк Шанхая на такое пойдёт. Мы всё ещё не разобрались с уже существующей проблемой. Да и в целом — на их месте я бы отнёс Чен Групп к партнёрам, с которыми крайне рискованно иметь дело, а оптимально вообще не связываться.

Сделав глоток чая, поочерёдно посмотрел на девушек. Ещё раз оценил идею, которая только что появилась в голове. И озвучил её.

— Нужно сделать так, чтобы они сами рвались заключить с нами договор о поставках. И стремились сделать это, как можно быстрее, обогнав конкурентов. Что сейчас производит Чен Фармасьютикал?

Чжи натянуто улыбнулась и полезла в сумочку, извлекая оттуда планшет. Разблокировав его, протянула мне.

— Осаждай нас потенциальные заказчики — я была бы только рада. Но вряд ли любой из наших препаратов вызовет у них такой интерес.

Забрав устройство, я пробежался глазами по списку и был вынужден согласиться. Здесь были только лекарства, на которые истёк срок действия патента и они могли производиться под любыми товарными марками. Такое и правда никого заинтересовать не могло. Разве что ценой. Но, даже при самом жёстком демпинге, потребуется немало времени, чтобы обработать клиента и заключить договор на требуемую сумму.

— А что по собственным разработкам?

Чжи цокнула языком.

— У Дак Хо было девятнадцать наименований, которые он пытался вывести на рынок. Одиннадцать проектов свернули на стадии ранней разработки. Семь не прошли клинические испытания. Над одним всё ещё трудятся.

Занятно. То есть, для итальянцев с японцами он результаты подделывал, но вот провернуть такое для себя самого опасался.

Сидящая напротив Ми Ён поставила на стол чашку и поинтересовалась.

— Онни, а биодобавки у вас есть свои собственные? Там же всё намного проще в плане документации.

Чжи повернулась к ней.

— Какие-то есть. Но в этом сегменте дикая конкуренция — их все подряд выпускают и каждый свои нахваливает, как уникальные.

Я вышел из раздела со списком производимых препаратов и клацнул по кнопке, за которой скрывался перечень биологических добавок. Пробежался по нему, оценивая их состав и выискивая подходящие компоненты. Потом усмехнулся.

— Предлагаю переместиться к нам в офис. Если хотим сделать всё быстро — понадобятся дополнительные рабочие руки.

Глаза Чжи изумлённо расширились, а на лице Ми Ён проступил отчётливый интерес. Через мгновение послышались голоса девушек.

— Ты что-то придумал?

— Кому ты хочешь их продавать?

Я поднялся на ноги и окинул их взглядом.

— Конкуренция в этом секторе безумная. Количество товарных марок зашкаливает. Но вот на экспорт работают только единицы. Хочу напомнить — Су Ён сейчас в Европе. А группа айдолов, которым обеспечил концерты Лаваньен, вылетает этим вечером.

Теперь обе смотрели на меня с ещё большим недоумением. Я же повёл в воздухе рукой.

— Поднимайтесь. По дороге всё объясню.

Отступив от стола, я услышал голос Чжи, в котором сквозили мечтательные нотки.

— Помнишь, ты говорил о поездке на горячие источники после Тайваня? Почему не поехать сейчас и не сделать всё там? Заодно сами расслабимся и люди отдохнут — они последнее время работали в таком темпе, который ни одному японскому трудоголику не выдержать.

Глава II

В глазах обеих девушек светилось ожидание. Чжи за последние дни здорово вымоталась — сначала мы отчаянно работали над структурными изменениям в Чен Групп, а потом она вовсе осталась одна. Командуя попавшей в мощный шторм эскадрой.

Ми Ён же и вовсе угодила в переплёт, после выхода из которого однозначно требовалось немного расслабиться. Несмотря на победу, её едва ли не трясло от нервного напряжения. В конце концов, со своей матерью она, по сути, была едва знакома. И как себя вести в нынешней ситуации, понимала не до конца.

По поводу остальных они тоже были правы — объём нагрузки в последнее время на их долю выпал громадный. Да и я сам порой чувствовал себя биологическим роботом, который выполняет одну задачу за другой, действуя, как отлаженный механизм.

Взвесив все за и против, я кивнул.

— Хорошо. Понадобится надёжное место, где нам не станут мешать. С полной арендой на остаток дня.

Девушки переглянулись и одновременно потянулись к телефонам. За следующие десять минут мне был продемонстрирован целый набор вариантов разного уровня комфортабельности. Один из которых Чжи в итоге забронировала на своё имя — по функционалу он подходил больше остальных и располагался в изолированном комплексе. Что усложняло задачу проникновения для любого постороннего лица.

Учитывая, что людей отправлялось немного, мы решили обойтись частным транспортом. Изрядно удивив сотрудников комплекса, которые наблюдали, как к ним сначала заехала пара «Генезисов 90», а следом вкатились три изрядно потрёпанных и старых машины. Очевидно, относящиеся совсем к иной ценовой категории.

Безопасность офиса остались обеспечивать новички, среди которых Чин Хва выделил наиболее толкового, назначив его командиром. Хотя, там, собственно, и охранять было почти нечего. Рабочие ноутбуки и телефоны у всех были с собой, а стационарную технику мы в своём временном прибежище не разворачивали. Всё остальное высокой ценности не представляло.

Забронированный комплекс представлял собой построенное буквой «П» здание. В перемычке находились те самые горячие источники, разделённые на несколько отдельных секций прозрачными стенами. От большого бассейна, стилизованного под дикую природу, до отдельных купален, куда могло влезть не больше трёх-четырёх человек.

Левое крыло было выделено под развлечения — ресторан, танцпол с караоке и бар с двумя стойками, одна из которых располагалась снаружи, чтобы можно было провести время на свежем воздухе.

В правом же крыле размещались номера для гостей, на тот случай, если им потребуется остаться на ночь, небольшой конференц зал и две переговорные. Управляющий персонал находился в небольшом административном корпусе, который стоял в стороне от основного здания.

Полный набор услуг, позволяющий совместить отдых с делами. Единственное, что пришлось сделать дополнительно — приобрести по дороге несколько надёжно защищённых от влаги планшетов. Большая часть наших телефонов подобным тоже располагали. Но я не был на сто процентов уверен, что они без последствий выдержат длительное нахождение около воды.

В любом случае, нам пришлось заезжать в торговый центр за купальниками и плавками — для покупки планшетов пришлось пройти лишь дополнительную сотню метров.

Первым делом все устремились в крыло с комнатами для гостей — приводить себя в порядок и переодеваться. До зоны отдыха я добрался первым и, после недолгого размышления, выбрал сектор с десятком отдельных купален, забравшись в одну из них. Потянулся, было, к планшету, который оставил рядом, на деревянном полу. Но быстро передумал и прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением отдыха. Разум уже забыл, что это такое — находиться в состоянии относительного спокойствия.

Спустя полминуты, в соседнюю купальню опустился Чин Хва, который сразу расплылся в довольной улыбке. Потом появился Бён Хо, которого сопровождал Сун Мин — к роли телохранителя последний подошёл максимально серьёзно и старался не оставлять шефа в одиночестве, даже на условно защищённой территории.

Плеснула вода. Скрипнула дверь. Послышался чей-то сдавленный выдох, сразу, а сразу за ним — удивлённое мужское восклицание.

Открыв глаза, я повернулся в сторону входа. Сразу же обнаружив причину подобной реакции — Мин Со Пэк снова решила продемонстрировать бунтарский дух. Выбрав купальник, который для Южной Кореи был абсолютно нехарактерен. Как правило, здесь девушки носили цельные варианты, которые полностью закрывали всё тело, а длинные рукава защищали руки. Либо выбирали что-то вроде короткой спортивной футболки с шортами, открывая руки и полоску кожи на животе. Самые экстремальные и стремящиеся выйти за пределы традиций, покупали раздельные купальники из классических плавок и закрытого верха. В Европе такой сочли бы эталоном скромности, но местные жители усматривали в подобном оттенок разврата.

Мин Со пошла гораздо дальше. Удивительно, что она вообще наткнулась на эту модель в корейском магазине. Скорее всего, владельцы завезли всего пару размеров, чтобы на случай необходимости иметь в ассортименте — в конце концов, у некоторых людей бассейны или джакузи есть дома. Где вовсе не обязательно придерживаться строгих рамок приличий.

В любом случае, креативщица моментально приковала к себе взгляды всех троих мужчин, которые, по-моему, забыли, как дышать. Микроскопические плавки закрывали лишь самое «важное», держась на тонких завязках по бокам. А верх, пусть и надёжно удерживал грудь, тем не менее, открывал такой вид на декольте, к которому никто из жителей Кореи не привык.

Происходи дело не в закрытом сеульском комплексе, а на берегу озера в глухой провинции — вокруг бы уже царил хаос и жёны закрывали бы глаза мужьям, отпуская ругательства.

Помахивая планшетом, который она держала в руке, девушка невозмутимо прошествовала к моей купальне. Судя по искрящимся глазам, реакция публики её изрядно веселила. А добравшись до места, она вовсе выполнила глубокий наклон, чтобы положить устройство на пол.

Опустив ноги в воду, опробовала её температуру, после чего наконец погрузилась в мою купальню, расположившись напротив. В помещении послышался слитный выдох сразу троих мужчин, которые вспомнили, что им нужен кислород. А Мин Со, в ответ на мой укоризненный взгляд, весело улыбнулась и пожала плечами, старательно удерживая выражение полной невинности на лице.

Сказать я ей ничего не успел — дверь снова открылась и в помещении оказались Чжи с Ми Ён. Они наверняка видели модель, выбранную Мин Со. И потому остановили свой выбор на тех самых вариантах, что в Корее считались признаком яркого нрава и экстремальной натуры. Но, после дефиле креативщицы, это воспринималось совсем иначе. Хотя, появись они первыми — реакция оказалась бы абсолютно иной.

Обе с долей задумчивости посмотрели на купальню, в которой расположись мы с Мин Со. Но быстро сообразили, что, если на юную бунтарку, которая почти голой запрыгнула к своему шефу, никто внимания толком не обратит, то, в случае их присоединения, ситуация кардинально изменится.

В итоге обе забрались в соседнюю купальню, недовольно посматривая по сторонам.

Через несколько секунд появилась Хё Рин, в комплекте из спортивной футболки и шорт. А затем внутрь ввалилась компания из всех оставшихся и помещение быстро заполнилось гомоном.

— Сонбэним, может, нам из бара что-то заказать? Там на стене телефон для прямой связи — могу набрать и нам сюда всё принесут.

Я посмотрел на Чин Хва, который занял одну из купален, в одиночку наслаждаясь отдыхом. И всё же потянулся к своему планшету.

— Сначала разберёмся с делом.

Тот печально вздохнул, а Мин Со высунулась из воды, тоже взяв в руки устройство. Вернувшись на место, глянула на меня весело блестящими глазами.

— И какое у нас на сегодня дело, сонбэ? Кого-то свергаем? Рушим рейтинги? Наоборот, возводим на вершину мира?

Усмехнувшись, я слегка покачал головой. Открыв сайт Чен Фармасьютикал, пробежался по списку биодобавок, который находился в соответствующем разделе. Доступа к внутренней системе учёта здесь не было, но это и не требовалось — данные по объёмам производства и потенциале их увеличения я просмотрел ещё по дороге сюда. Да и варианты, которые подходили для моего плана, тоже выбрал. Теперь оставалось определиться с итоговым, который пойдёт в дело.

— Осчастливим мир при помощи корейской народной медицины.

Креативщица тихо хмыкнула, а в стороне зазвучал голос Чжи.

— Суть идеи я уловила, но пока не поняла, как именно ты хочешь это провернуть? Конкуренция на рынке биодобавок высокая — просто так туда не влезть.

Оторвав взгляд от экрана, я повернул голову, смотря на девушку.

— Зато документы можно оформить быстро. Особенно, если продукт уже зарегистрирован в Корее. Всё, что нам нужно — внимание потенциальных покупателей. Дикое желание купить наш товар, которого не окажется в их торговых сетях.

Глава Чен Групп выразительно посмотрела на меня, ожидая продолжения. Я же снова взглянул на перечень добавок, которые выпускались Чен Фармасьютикал.

— Например, здесь есть желе на основе морских водорослей. Сразу двенадцать длинных и непонятных названий, которые простой обыватель точно не запомнит. А если использовать корейские варианты, они вовсе вылетят из головы через секунду.

Чжи Чен непонимающе нахмурилась.

— Разве не нужно, чтобы всё было наоборот?

Я улыбнулся в ответ.

— Не в этом случае. Чем более непонятным им покажется состав, тем лучше.

Сделав короткую паузу, озвучил вопрос.

— От чего страдает взрослое и платёжеспособное население развитых стран?

Девушка поджала губы, раздумывая. А рядом с ней плеснула вода и послышался голос Ми Ён.

— Ожирение, проблемы сердечно-сосудистой системы, инфаркты и инсульты, остеохондроз, атеросклероз. Всё, что связано с сидячей работой и отсутствием физических нагрузок.

Я согласно хмыкнул.

— Именно так. Потеть под солнцем, чтобы заработать на кусок хлеба, им не нужно — большинство сидит в комфортных офисах и смотрит в экраны мониторов. Но проблем со здоровьем стало только больше.

Чжи громко хмыкнула и потянулась к своему планшету. Поклацав по экрану, уткнулась в него взглядом и, спустя несколько секунд, подняла его на меня.

— Эта добавка только немного влияет на кровеносную систему. Улучшает кровоток и укрепляет сосуды. Заодно подпитывает организм витаминами. Как она может спасти от ожирения или от чего-то ещё?

Я прижался спиной к стене купальни, выполненной из натурального камня, и расслабленно прикрыл глаза.

— Всё зависит от формата подачи. Если рассказать, что она создана на основе древнего рецепта, который разработали ещё во времена Чосона и он пользовался бешеной популярностью среди знати, смотреть на неё станут иначе.

Рядом тут же зазвенел голос Мин Со.

— Этого мало. Нужно указать на её полезные свойства. Да так, чтобы это взорвало социальные сети.

Сразу за ней заговорила Чжи.

— Если сделаем это сами — нарвёмся на судебный иск. И крупные компенсации.

Я зевнул — окружающая обстановка здорово расслабляла.

— Именно поэтому, от имени Чен Фармасьютикал мы подобных заявлений делать не станем. Ограничимся небольшим промо-сайтом с красивой историей рецепта и нашими контактами. Доступным на всех самых популярных языках мира. А старт информационной кампании даст Су Ён.

На секунду замолчав, продолжил.

— Она сейчас на съёмках и, насколько я видел, активно ведёт собственный блог — порой выкладывает по десятку видео за день. Пусть в одном из них пожалуется на то, что у неё кончился запас взятого с собой желе, а где его купить в Европе — непонятно.

Договорив, приоткрыл глаза и посмотрел на Мин Со, которая внимательно глядела на меня, расположившись напротив. После чего предложил.

— Продолжишь?

На мгновение девушка растерялась. Потом с деланным возмущением ударила рукой по воде, окатив меня брызгами.

— Какой у меня ленивый сонбэ. Даже маркетинговый концепт сам закончить не может.

Я слегка наклонил голову вбок, краем зрением наблюдая за недовольным лицом Чжи, которая смотрела на разворачивающуюся сцену без особого энтузиазма. А вот мужская часть компании поглядывала с откровенной завистью. Кроме Чин Хва, который в основном уделял внимание Хё Рин.

Креативщица же, отложив в сторону планшет, впилась в меня сверкающим взглядом.

— Ладно. Раз таков мой путь — я продолжу.

На мгновение замолчав, заговорила.

— В комментариях под постом Су Ён появятся люди, которые начнут задавать вопросы. Интересоваться, что это за добавка такая и почему модель так расстроена? Потом она запишет новый ролик, в котором будут ответы. Расскажет, что она предотвращает ожирение и помогает сохранять здоровье. С яркими примерами. А чтобы с ним было проще работать, сделаем его провокативным. Нужна какая-то известная личность, которая мелькнёт в кадре.

Поджала губы, раздумывая над задачей.

— Лаваньен не подойдёт — он уже использовался. Нужен другой актёр или певец мужского пола. Достаточно популярный, чтобы можно было забросить идею, что у него появилась новая девушка, родом из Кореи.

С радостным видом ударила ладонью по воде, снова поднимая брызги.

— Точно! Можно запустить историю, что он увёл её у Лаваньена! Отлично! Жёлтая пресса подхватит, француз опровергнет. Получим массу перекрёстных материалов.

Сбоку донёсся голос Чжи.

— А продажам биодобавки это как поможет?

Мин Со бросила взгляд в её сторону.

— Во-первых, на видео, где засветится известный мужчина, Су Ён будет рассказывать о нашей добавке. Во-вторых, мы поработаем с комментариями. Разместим несколько десятков упоминаний от людей, которые о ней якобы слышали и покупали, когда были в Корее. Разбавим замечаниями корейских экспатов, которые станут потешаться над всеми остальными — мол, ничего вы не понимаете в восточной медицине. В-третьих, почти сразу пустим волну на всех подходящих сервисах — от Твиттера до Реддита. Организуем массу вопросов о том, как и где достать наш продукт. Естественно, работая с комментариями.

Замолчав, задумчиво посмотрела на меня.

— Но этого мало, да? Только база. Для информационного взрыва слабовато.

Я молчал, ожидая, когда она сама продолжит. А девушка лихорадочно размышляла, явно не желая допустить ошибки перед лицом всех собравшихся. Наконец заговорила вновь.

— На события мы ориентироваться не можем. Организовать какое-то мероприятие сами не успеем. Остаются только социальные сети — там всё можно сделать за считанные часы, а то и минуты. Но…

Прикусив губу, повела вокруг расфокусированным взглядом. Потом, прищурившись, глянула на меня и принялась решительно излагать.

— Новый тренд. «Расскажи миру о корейских секретах». Десятки стройных красивых девушек, которые снимают ролики, демонстрируя наш продукт. В описании — указание на его полезные свойства. В максимально нейтральных выражениях, чтобы нельзя было прицепиться, но в то же время вполне однозначные. Потом переводим всё это на нужные языки, ставим хештеги и загружаем снова, но уже под нужную аудиторию и в других аккаунтах, само собой. С нужным вариантом подачи информации.

Выдохнув, продолжила.

— Заливаем их трафиком, получаем охваты. Продолжаем загружать видео потоком, параллельно начав генерировать другие — с вопросами от европейцев о том, где эту самую добавку достать.

Остановившись, посмотрела на меня с ожиданием вердикта. Я же провёл рукой по воде, создав небольшую волну, и тоже включился в беседу.

— Плюсом к этому, готовим историю о том, половина мировых звёзд плотно на этой биологической добавке сидит. Можно даже немного побаловаться с дипфейками. Запускаем через созданные аккаунты, подсвечиваем рекламой и упоминаниями у блогеров. Отмечаем на них упомянутых звёзд — если станут опровергать, станет бонусом. Вбрасываем во все крупные сообщества о знаменитостях, куда получится загрузить информацию. Используя, как минимум, одно реальное видео — с Га Рам Хуром, который радостно поглощает порцию биодобавки. Представляем его, как патриарха корейской политики, который в этом году сформирует крупную фракцию в парламенте. Да и в целом, много лет провёл в политической игре, не умерев от остановки сердца.

Вздохнув, закончил свою короткую речь.

— Разбавляем всё это информацией о том, что только Чен Фармасьютикал владеет действующей формулой, поскольку пропорции разных водорослей критично важны. Если их нарушить, никакого оздоровительного эффекта получить не удастся.

Мин Со снова взмахнула рукой — на этот раз в воздухе.

— И ещё один тренд в европейских социалках — девушки, которые хвастаются, что достали биодобавку. С нужными хештегами, продвижением и каким-то чудным танцем, который они будут исполнять. Аудитории подобное нравится. Так можно и назвать — «а ты уже нашёл…»

Замявшись, потянулась к планшету.

— Как она называется-то кстати?

Усмехнувшись, я покосился в сторону Чжи, которая слушала наш диалог с выражением заметного удивления на лице.

— Экспортное название ещё предстоит придумать. Что-то ёмкое и запоминающееся. Чтобы сразу вызывало ассоциации и застревало в памяти.

Сделав короткую паузу, добавил.

— В целом, концепт готов. Работаем. Сегодня — подготовительная фаза. Ввести в курс дела Су Ён, отыскать мужчину-партнёра, который согласится показаться на ролике, уговорить Га Рам Хура и набросать основу под тексты. Плюс, взять базу Чен Энтертеймент и поручить надёжному человеку подобрать сотню моделей для неформальных съёмок.

Где-то сзади умоляюще простонал Вон Шик, которого обозначенный объём работы явно не радовал. А вот Мин Сон неожиданно подалась вперёд и приблизилась вплотную, коснувшись меня ногой под водой. Глядя в глаза, тихо поинтересовалась.

— Если мы сделаем всё быстро и уложимся в пару часов, мой сонбэ со мной выпьет?

Глава III

Хё Рин стояла на террасе, держа в правой руке чашку кофе и наблюдая за стремительно светлеющим небом. Соглашаясь на работу в детективном агентстве, которое создал Бён Хо, она и подумать не могла, что когда-то окажется на таком уровне. Подумать только — отдыхать вместе с председателем Чен Групп и главой подразделения Хёнде Групп? Совсем недавно, такая мысль показалась бы ей полным бредом. А сейчас стала реальностью.

Сделав глоток напитка, женщина втянула свежий утренний воздух. И решила, что рада своей новой работе и перспективам. Да, задачи перед ними обычно стояли из разряда фантастических. А процесс их реализации был сопряжён с высоким уровнем опасности.

Тем не менее, сейчас экс-полицейская чувствовала себе такой же живой, как во времена, когда их команда стратегического порядка наводила ужас на локальный криминал. Она снова занималась важным делом. Не всегда законным и чаще всего крутящимся вокруг денег. Тем не менее, если оценивать голые результаты — то они отправили за решётку пару членов семьи чеболя, которые губили людей, и свергли насквозь коррумпированного прокурора. Не позволив тому пойти на президентские выборы. Плюс, восстановили справедливость в отношении Ми Ён Чон и, в целом, немного встряхнули политический ландшафт страны. Бён Хо и вовсе загорелся идеей полицейского профсоюза.

Придуманная на её глазах стратегия по продвижению за границей биодобавки, немного смущала. С другой стороны, в качестве медицинского препарата её никто преподносить не планировал. А тот факт, что какое-то количество жителей Европы закинет в себя порцию витаминов, вреда не нанесёт. Да и цена у неё не такая высокая, чтобы нанести сильный удар по чьему-то персональному бюджету.

А вот стиль работы шефа впечатлял. Да и креативщица показала себя на высоте.

Вспомнив, как они буквально за какие-то минуты создали концепцию рекламной кампании, продолжая друг за другом и набрасывая идеи, Хё Рин завистливо вздохнула. Наверное, это приятно — когда есть человек, который с тобой на одной волне.

Сзади тихо скрипнула дверь и женщина машинально повернула голову. Сразу же почувствовав, как устремились вверх её брови. Внешняя стена здания располагала прозрачными вставками, которые играли роль условных гигантских окон. И прямо сейчас Хё Рин наблюдала, как из комнаты выскользнула девушка.

Мин Со Пэк. Из комнаты сонбэнима. Абсолютно нагая, если не считать большого гостиничного полотенца, в которое та заворачивалась прямо на ходу.

* * *

Проснувшись, я скосил глаза в сторону будильника, установленного на тумбочке — такие были во всех гостевых номерах. Поняв, что сейчас раннее утро, на секунду задумался о причине своего пробуждения. А потом понял, что на груди лежит чья-то рука. Следом пришло и ощущение прижавшегося сбоку женского тела. А ещё нога, которая была заброшена поверх моих.

Разглядеть лицо не получалось — с моей текущей позиции были видны только тёмные волосы. Будить же её ради того, чтобы задать пару сакраментальных и не слишком логичных вопросов, мне показалось не слишком удачной идеей. Вместо этого, я обратился к событиям вчерашнего вечера, быстро по ним пробежавшись.

Во время работы над концептом всё было отлично. Мы смогли отыскать нужного актёра, который идеально подходил — совсем недавно со скандалом ушёл из сериала, разгругавшись с режиссёром, и был пять раз разведён. При этом всё ещё пользовался популярностью среди женской аудитории, на которую мы в основном ориентировались.

Всё остальное, если не считать переговоров с Га Рам Хуром, который упорно пытался найти в моём предложении скрытый смысл, оказалось несложным. Плюс, договорились с Чжи об оплате — Бушующий Кит заключал договор с Чен Фармасьютикал, став агентом, который имеет право продавать биодобавку за пределами Кореи. С комиссией в десять процентов от прибыли.

Потом все переместились в развлекательную часть комплекса и это я тоже помнил достаточно неплохо. Пусть алкоголь и пошёл в дело, но я его практически не касался.

Дальше мы снова оказались в воде — на этот раз, в секции с бассейном, где продолжился отдых. И снова всё шло абсолютно нормально.

Наконец я поймал себя на последнем воспоминании. Практически ночном. Я поднялся к себе в комнату и решил изучить тайваньские новости. Открыл ноутбук, погрузился в фокус и начал читать. Вроде бы переключился на материалы о полиции и триадах, а потом…

Провал в памяти был знакомым симптомом. То же самое когда-то произошло со мной в квартире Чжи. Переутомление, из-за которого мозг перешёл в режим автопилота, отключив сознание.

Впрочем, какие-то обрывки в памяти всплывали. Прижимающееся горячее тело, ощущение женских губ, мои пальцы, разрывающие тесёмки…

Зацепившись за последнее, я снова покосился на волосы посапывающей партнёрши. Выходит, рядом лежала Мин Со Пэк. Которая хотела со мной выпить, а в итоге очутилась в одной постели со своим сонбэ.

Я пошевелил затёкшими ногами. Потом вовсе чуть сдвинулся в сторону и девушка заворочалась, что-то недовольно пробормотав.

Мозг всё ещё чувствовал усталость и был не против снова провалиться в сон. Но с этой ситуацией нужно было что-то делать. Оставить всё в таком виде до момента, когда проснутся все остальные — значило полностью лишить себя вариантов.

Тихо вздохнув, я посмотрел на девушку. С одной стороны мной цинично воспользовались. С другой — я сам допустил подобное развитие событий. Не стоило надолго погружаться в фокус, когда организм уже перестроился в режим отдыха. Ещё было обидно, что память практически не сохранила воспоминаний — раз я всё равно сорвался, стоило хотя бы запомнить процесс.

Осторожно сняв с себя руку девушки, я приподнялся в постели, заодно отодвигая её ногу. Та снова что-то пробормотала и приоткрыла глаза. Обнаружив, что я не сплю, моргнула и сонно потянулась, из-за чего одеяло сползло на уровень живота. Потом уставилась на меня.

— Ты чего проснулся? Вчера так выложился, что я думала, до вечера проспишь.

На лице девушки играла довольная улыбка, хорошо различимая в слабом свете, который проникал через окно. Я же привалился спиной к подушке и внимательно посмотрел на неё.

— А тебе ничего вчера не показалось странным?

Она наморщила лоб, рассматривая меня. Потом дёрнула левым плечом.

— Нет… Я честно говоря, самое начало плохо помню — мы с Ми Ён задержались, чтобы ещё посидеть и поговорить. А когда она ушла, я ещё одну бутылку соджу опустошила и тоже поднялась. Ну и… Двери случайно перепутала.

Не выдержав, я усмехнулся. Выходит, одна участница процесса изрядно набралась, а второй впал в состоянии активного зомби, ищущего способ сбросить напряжение и расслабиться. Сочетание вполне могло претендовать на статус идеального, не иди речь о моей собственной персоне.

В глазах девушки появилось лёгкое беспокойство и она приподнялась на одном локте.

— Что-то было не так? Или тебе не понравилось?

Сразу же усмехнулась и добавила.

— Хотя вёл ты себя так, как будто тебя всё более чем устраивает. Даже не думала, что мой сонбэ способен быть настолько яростным.

Хитро прищурившись, скользнула по мне взглядом, задержав его в области паха, прикрытого одеялом. Я же медленно заговорил.

— Когда я перерабатываю и мозг подступает к уровню максимального утомления, он отключается. Вернее, вырубает свою разумную часть.

Чуть помедлив, продолжил.

— Такая вот интересная индивидуальная особенность. Когда такое происходит, организм желает только одного — избавиться от стресса из-за нагрузки, либо компенсировать его чем-то позитивным. Порцией гормона счастья, например.

Она тоже приподнялась, оперевшись локтём о подушку и абсолютно не смущаясь наготы.

— Хочешь сказать, ты вчера был… Без сознания, выходит? Ничего не соображал? А всё это бешеное родео — дело твоих примитивных инстинктов?

Я медленно кивнул.

— Верно. Поэтому и спросил — не смутило ли тебя что-то? Сомневаюсь, что я даже говорить в таком состоянии, мог. По крайней мере, что-то членораздельное.

Девушка поджала губы и на момент отвела глаза в сторону.

— Да мы и не разговаривали… Ты на кровати сидел, а я сзади подошла и руки на плечи положила. Ну и…

Кашлянув, на пару секунд опустила взгляд, рассматривая простынь. Потом тихо хмыкнула.

— Получается, это не в счёт, да? Тогда повторим? Чтобы точно засчиталось.

Прищурившись, посмотрела мне в глаза и чуть изменила положение, оказавшись ближе. Ещё немного — и девушка просто уткнулась бы в меня обнажённой грудью.

— Я над этим подумаю. Знаешь ли, просыпаться вот таким образом и ничего не помнить — не самый приятный вариант.

Она возмущённо выдохнула.

— Да ты сам с меня трусики сорвал. Так, что они надвое разлетелись. Потом схватил за задницу, поднял и…

Приподняв руку, я вынудил её прерваться и с усмешкой покачал головой.

— Слушать о собственном сексе, который не в состоянии вспомнить — суровая пытка.

Она нахмурилась, а в глазах блеснул оттенок гнева.

— Зато я помню. Самые приятные моменты уж точно.

Цокнув языком, раздражённо заметила.

— Знала бы — засняла на камеру, а утром тебе показала!

Предложение прозвучало настолько неожиданно, что я на момент растерялся. Потом качнул головой.

— Мою память это бы не восстановило.

Мин Со невозмутимо пожала плечами.

— И что? Зато посмотрел бы, каким зверем можешь быть, когда отключаешь свой сверхрациональный разум.

Учитывая её описания действа, пожалуй, хорошо, что соседние комнаты пустовали. Ближайшим занятым номером был тот, в котором разместилась Хё Рин — через одно помещение от меня. А с противоположной стороны вовсе была лестница на первый этаж. Да и звукоизоляция здесь была на высоте — возможно, нас никто и не слышал.

Креативщица легла на спину и снова потянулась, позволяя одеялу сползти ещё ниже. Скосила на меня глаза.

— Что теперь? Мы начнём встречаться? Ты меня уволишь? Станешь избегать? Выбросишь из самолёта в небе над Пхеньяном?

Я выдохнул, пытаясь определиться с линией поведения. Что было не самой простой задачей. Независимо от нашего состояние и мотивации — мы переспали. Факт, который назад не отыграть.

Более того — определённый соблазн превратить это в что-то, напоминающее серьёзные отношения, тоже имелся. Мин Со была красива и умна — сочетание, которое можно встретить не так часто. Да и симпатия с моей стороны тоже имелась, если здраво оценивать личные эмоции. Те самые, которые я старался не подпускать к принятию важных решений.

Но подобный вариант означал бы автоматическое появление целого набора ограничений.

— Предлагаю всё это обдумать. Сегодня я улетаю в Тайбей. А ты останешься здесь — координировать новую медийную кампанию и обеспечивать поддержку Бён Хо.

Мин Со скорчила недовольную гримасу.

— Зачем ты всё смягчаешь? Не ты улетаешь, а ВЫ УЛЕТАЕТЕ. Вместе с Чжи Чен. На неизвестный промежуток времени.

Я улыбнулся.

— Ещё и с Хён Ву. Надо же кому-то нас оберегать от угроз этого мира.

Девушка как раз собиралась что-то сказать, но поперхнулась воздухом и тихо рассмеялась.

— Оберегать? Тебя? Это, скорее, Тайваню надо опасаться. Я бы на их месте твоё лицо во все системы внесла. Как особо опасного человека, которого нельзя пускать через границу.

Я иронично хмыкнул, а Мин Со повернула ко мне голову.

— Получается, мы не вместе и не встречаемся? А говорить никому о произошедшем нельзя?

Чуть наклонив голову набок, я подавил желание использовать методики воздействия, чтобы повлиять на её восприятия ситуации. Сейчас был не тот случай.

— Ты же не забыла, что воспользовалась моим состоянием?

Она возмущённо подняла брови.

— Я, может, зашла хороших снов пожелать! А тут сонбэ на мне бельё рвёт. Назад пути уже не было!

Пару секунд мы молча смотрели друг на друга. Потом почти синхронно рассмеялись. Когда смех затих, Мин Со с неохотой выползла из-под одеяла. Нагнувшись, подняла с пола обрывки лоскутов ткани. Глянула на меня.

— Где мне теперь ещё один такой купальник найти? В том магазине единственный экземпляр был.

С притворной досадой цокнула языком, поглядывая на меня. Потом снова наклонилась, выставив задницу и подобрав с пола ещё один кусочек ткани. Бросила на меня хитрый взгляд.

— Полюбуйся, что ты рискуешь упустить, сонбэ.

Развернувшись ко мне, состроила угрожающую гримасу.

— Лучше бы тебе не задерживаться надолго в этом своём Тайбее и поскорее возвращаться в Сеул. А то, знаешь ли, девушки бывают ветрены. Особенно, когда вокруг полно ухажёров.

Я скептически хмыкнул и Мин Со разочарованно вздохнула.

— Откуда ты такой взялся только? Даже буддийский монах бы на такое отреагировал…

На последней фразе, провела рукой по своему телу. После чего огляделась по сторонам и уверенно направилась в ванную. Откуда вынырнула с большим полотенцем в руках. Остановившись, посмотрела на меня.

— Если серьёзно, ты правда не задерживайся. Тут у нас дел тоже хватает. И пусть мы друг другом воспользовались, но ты подумай о продолжении.

Я медленно кивнул.

— Подумаю. Обязательно.

Она с лёгким подозрением посмотрела на меня и двинулась к двери. Потом внезапно притормозила.

— А почему прямо сейчас не хочешь определиться? Что мешает? У тебя… Тебе ещё кто-то важен?

Полотенце она до сих пор держала в руках, даже не думая прикрываться. Так что приходилось гасить вполне естественное желание организма перевести разговор в иную плоскость. Похоже, вчерашний случай напомнил моим «инстинктам», что значит испытывать удовольствие, и какая-то часть меня жаждала повторения процесса.

— Во-первых, всё слишком внезапно. А во-вторых, у меня сейчас бурный жизненный период, как ты видишь. Дополнительные обязательства всё сильно усложнят. И могут стать источником угрозы для других людей.

Ответ, насколько это возможно, был честным. Но девушке, понятное дело, формулировки не слишком понравились. Впрочем, Мин Со действительно была умна — спорить и давить прямо на месте не стала. Вместо этого снова угрожающе прищурилась.

— Ты слишком много думаешь о рациональном, сонбэ. Это не всегда полезно.

Подойдя к двери и взявшись за ручку, оглянулась на меня.

— Когда будешь размышлять — имей в виду, что мне уже ОЧЕНЬ хочется повторить. И отступать я не собираюсь. Пути назад нет, сонбэ. Даже не надейся.

Улыбнувшись, приоткрыла дверь, скользнув в образовавшийся проём. Я же, проводив взглядом её ягодицы, вытянулся на кровати. Подумать действительно стоило — рано или поздно мне придётся принять какое-то решение. Но прямо сейчас требовалось иное — купить билеты до Тайбея.

Глава IV

В аэропорт мы поехали во второй половине дня — после того, как все пришли в себя, а я урегулировал технические вопросы, связанные с арендой нового офиса. Лично осмотрев здание на три этажа, удалённое от центра города, и подписав контракт в качестве директора компании.

Мин Со старалась вести себя максимально естественно, но получалось у девушки не слишком успешно — после проведённой вместе ночи, манера общения изменилась сама по себе. Даже тембр голоса стал другим. Впрочем, иные сотрудники внимания на это пока не обращали. Разве что Хё Рин посматривала на нас с некоторым любопытством.

В конце концов, я озвучил все инструкции, проверил основные моменты новой медийной кампании, побеседовал по телефону с Га Рам Хуром и, вместе с приехавшей Чжи, выдвинулся в аэропорт. А во вторую машину загрузился Хён Ву и мой новый временный помощник — Бэк Хён Цой. Тот самый парень, которого задержали в одном из клубов Ю Джин Чен.

Брать его к себе в команду никто не захотел — людей и так не хватало, а за новичком следовало внимательно присматривать. Поэтому я решил взять его с собой. Присмотреться, оценить потенциал и прийти к выводам по поводу дальнейшей судьбы. К тому же, вероятность того, что парень попробует выкинуть какой-то фокус, находясь на территории Тайваня, была невысока. Чужая страна, другой язык, отсутствие личных контактов — масса сдерживающих факторов.

Собеседование с новыми кандидатами на должности я сдвинул на вечер. А провести его предполагал в режиме видеосвязи. Конечно, оптимальным вариантом стала бы личная беседа. Но мы и так отложили решение проблемы с Тайванем на достаточно долгий срок. Плюс, было абсолютно непонятно, сколько времени займёт сам процесс. Так что приоритет был отдан поездке. Тем более, оценить соискателей я смогу и при помощи картинки на экране ноутбука.

Чжи до самого последнего момента не выпускала из рук телефона — звонила и писала, щедро раздавая указания на время своего отсутствия. На связи председатель Чен Групп оставаться планировала, но, учитывая обстоятельства, далеко не факт, что у неё получится отвечать стабильно и быстро. Поэтому девушка стремилась перестраховаться, заранее вбив в головы своих людей нужные инструкции.

Выплёскивать поток информации она прекратила только после того, как самолёт начал выруливать на взлётную полосу, а подошедшая стюардесса попросила выключить мобильный телефон.

Через несколько минут мы оторвались от земли и вжались в кресла, набирая высоту. А как только воздушное судно немного стабилизировалось, продолжая подниматься под менее острым углом, Чжи повернула ко мне голову.

— У тебя есть какой-то конкретный план? Я уже по всякому прикидывала, но пока не получается сообразить, как быть, если нам наотрез откажут во встрече.

Базовая стратегия, в нашем случае, была крайне простой. По официальной точке зрения, Чжи летела, чтобы проверить условия лечения своего дяди. Тот всё ещё был жив, пусть и не воспринимал окружающую реальность.

Дополнительная цель поездки — поиск вариантов для инвестирования свободных средств Чен Групп. Звучало иронично, если вспомнить текущую финансовую ситуацию компании, но о существовании этой проблемы была информирована совсем небольшая группа людей. С точки зрения потенциальных тайваньских партнёров, мы должны были выглядеть вполне презентабельно.

На бумаге план выглядел просто — выйти на контакт с одним из местных венчурных инвесторов, предложив ему возможное партнёрство. Либо завязать знакомство иным удобным способом. В процессе, убедив его организовать встречу с человеком, через которого старый председатель Чен Групп проводил свои деньги.

Впрочем, это было лишь первой ступенью, в успешной реализации которой у меня имелись вполне обоснованные сомнения. Раз нужный нам объект давно ни с кем не встречался, по крайней мере, публично, то, скорее всего, и нам поговорить не удастся. В конце концов, Джи Хё наверняка пыталась разобраться с этой ситуацией и у неё ничего не вышло. Что значило — на фамилию Чен тайванец не отреагировал.

В таком случае, в игру можно было ввести козырь — руководство той самой клиники, где проходил лечение дядя Чжи. Кто бы ни прикрывал их сомнительный бизнес, массовая медиа-атака запросто могла всё уничтожить. Другой вариант — использовать родственников их пациентов. Среди последних имелось, как минимум, несколько фигур, чьи семьи обладали определённым влиянием на территории острова.

Мысли стремительно проносились в голове, а я посмотрел на спутницу.

— Если ты имеешь в виду конкретные имена и фамилии, то пока нет. Только наброски. Ты же в курсе — предложения о встрече мы выслали. Осталось дождаться реакции.

Девушка тихо хмыкнула. Сместилась чуть ближе ко мне и наклонила голову.

— А что, если он давно мёртв? Не могу перестать об этом думать. Тогда до денег вовсе не добраться…

Предположение звучало логично. И, если вспомнить её же дядю, от имени которого долгое время раздавались приказы, тогда как сам он находился в состоянии овоща, становилось понятно, откуда оно берёт начало. Тем не менее, в данном случае, имелся фактор, позволяющий почти полностью исключить этот вариант.

— Трое детей. И мачеха, с которой они не ладят. Уверен, не будь наследники уверены, что отец жив, уже давно бы попробовали прибрать всё к рукам.

Чжи задумчиво поджала губы.

— Если только нет внешнего центра влияния.

В целом, замечание тоже было верным. В теории, кто-то мог располагать достаточной властью, чтобы вынудить всех молчать. С другой стороны — общая стоимость ценных бумаг, которыми располагал человек, нужный нам, перевалила за миллиард долларов. Понятное дело, не все из них можно было легко и быстро реализовать, но, тем не менее, сумма была более, чем солидной. Особенно, для троих наследников, что грезили богатством. Как мне казалось, даже окажись на их пути триада или мощная бюрократическая группировка — хотя бы один всё равно рискнул забрать своё.

— Выясним, когда окажемся на месте. Возможно, всё окажется проще, чем мы считали.

Та скептически посмотрела на меня, но спорить не стала. Вместо этого отвернулась к иллюминатору. Я же прикрыл глаза, пытаясь отдохнуть. Заснуть после своего первого пробуждения этим утром не вышло. Так что организм полноценного отдыха не получил.

Предложения о встрече были сделаны сразу троим тайваньским инвесторам, которые специализировались на вложениях в стартапы. Все они были из той группы бизнесменов, которая порой привлекала сторонние деньги. Что обеспечивало благожелательное отношение к идее переговоров.

Пробиться к ним лично не вышло, но я и не стремился — решил, что, при необходимости, озабочусь этим уже после того, как мы окажемся в Тайбее. Чего не понадобилось — стоило нам оказаться в аэропорту, как телефон просигналил уведомлением. Один из троицы согласился на встречу. Более того — предлагал провести её уже сегодня вечером. Буквально через пару часов.

Скорость принятия решения намекала на определённые обстоятельства. Либо он ранее сталкивался с кем-то из старших членов семьи Чен, либо китайцу срочно требовались деньги. Которые он надеялся получить от неопытного председателя одного из корейских чеболей.

Отказываться я, само собой, не стал. Единственное — попросил его помощника сдвинуть время, чтобы мы успели заехать в арендованные апартаменты и оставить там вещи.

Место для временного размещения выбирал я сам. Вернее, первоначальный список вариантов набросал Кён Чхве, которому Чжи поручила эту задачу. Но окончательный выбор лёг на мои плечи. В итоге, забронированным оказался пентхаус одного из зданий, с отдельным лифтом, который вёл прямо на нужный этаж.

Две трети пространства занимала квартира, предназначенная для условных «хозяев» места. В данном случае — основных арендаторов. Оставшееся было разбито на четыре куда более скромные секции, для размещения сопровождающего персонала.

Первым из лифта выскользнул Хён Ву, который прошёлся взглядом по центральному холлу и сразу двинулся дальше — в дверной проём, за которым располагалась прихожая основных апартаментов. Следом за ним, зашагал тяжело дышащий Бэк Хён, кативший за собой два чемодана. А потом и мы с Чжи — девушка с интересом оглядывалась по сторонам, держа руку на сумочке, а мои пальцы обхватывали ручку ещё одного чемодана.

Бэк Хён осторожно вкатил свой груз внутрь и, остановившись, покрутил головой.

— И вот тут мы будем жить? Настоящий дворец!

Резко развернувшись на месте, отвесил поклон.

— Благодарю, сонбэ! Если бы не вы, я так и продавал бы таблетки страждущим, не познав всей прелести жизни!

В глазах Чжи, которая смотрела на паренька, сверкнуло неподдельное изумление. Что было объяснимо — манера объясняться у него было весьма непосредственной. Из категории тех, к которым стоит привыкать постепенно. А с другой стороны комнаты послышался голос Хён Ву, как раз вышедшего из смежного помещения, которое он проверял.

— Ты здесь жить не будешь, пройдоха. Даже не надейся. Наши квартиры с другой стороны.

Парень выпрямился, с возмущением оглянувшись на экс-полицейского.

— Я честный и старательный работник! Делаю, что говорят, и не задаю лишних вопросов! Законность бизнеса работодателя — не моя ответственность.

Снова посмотрев на меня, склонил голову.

— Готов выполнить любой приказ, сонбэ! Только позвольте оставаться подле вас!

Я покосился на Чжи, которая уже отошла от удивления и с трудом сдерживала смех. Перевёл взгляд на Бэк Хёна.

— Для начала, отнеси ваши с Хён Ву вещи на место и приведи себя в порядок. Скоро у нас встреча.

Тот с пафосным выражением лица кивнул и немедленно поволок к дверям один из чемоданов. На момент притормозив, оглянулся — убедиться, что взял нужный. И продолжил путь.

Когда парень скрылся за стеной, сбоку послышался тихий голос Чжи.

— Может, его назад отправить? Или к местным кисэн на какое-то время пристроить, чтобы не мешался под ногами?

Я удивлённо хмыкнул и девушка добавила.

— Он дурной, как крестьянин, который наелся горных трав, запив те перебродившим соком. Что-то скажет не то, а нам потом извиняться или того хуже — лить чужую кровь.

Бросив взгляд в сторону проёма, за которым скрывался центральный холл этажа, я пожал плечами.

— Его нужно проверить в деле, чтобы оценить потенциал.

Судя по лицу Чжи, идея не вызывала в ней ничего, кроме скепсиса. Но возразить спутница не успела — принялся говорить Хён Ву, который осмотрел оставшиеся помещения и снова вернулся к нам.

— Ничего подозрительного, сонбэним. Аппаратуру для поиска прослушки привезут по запросу, как только вернёмся. Сейчас проверю доступ к камерам и осмотрю наши комнаты. На этом всё.

Получив от меня одобрительный кивок, двинулся к выходу. А я вызвал в памяти схему помещений и направился к проёму в правой стене.

Доступ к камерам тут действительно имелся. Более того — пентхауз представлял собой небольшой высотный бастион. Выход на лестницу преграждала мощная стальная дверь, которую можно было запереть изнутри. Лифт, в случае необходимости, тоже блокировался. А видеонаблюдение позволяло мониторить ситуацию на лестничных пролётах и внутри кабины лифта. Предлагаемые меры безопасности стали важным фактором в процессе выбора — если возникнет кризисная ситуация, добраться до нас будет не так просто.

Конечно, лифт можно было разблокировать и запустить снова. В противном случае, любой неадекватный жилец мог бы создать серьёзные проблемы администрации здания. Тем не менее, это займёт какое-то время. За которое можно множество раз вызвать полицию, либо подкрепление.

Что касалось последнего — Хён Ву отыскал местное охранное агентство, которое специализировалось на защите и сопровождении частных лиц. Пока мы ограничились договорёностью о разовой проверке пентхауса на факт наличия прослушки. Но, если возникнет необходимость, никто не мешал подписать договор и задействовать их возможности на полную. Собственно, именно так я бы и сделал, не будь одного «но» — не до конца было понятно, какие из местных фигур могут оказаться вовлечены в конфликт вокруг денег Банка Шанхая? Как знать — вдруг их с владельцами этого самого агентства будут связывать давние деловые отношения?

По этой причине, Хён Ву должен был самостоятельно проверить апартаменты, используя привезённое оборудование. Хотя, в наличии тут записывающей аппаратуры я сомневался — бронирование мы оформили сразу перед вылетом. Даже с учётом дороги из аэропорта и ожидания на пункте контроля, у наших условных противников было всего три с половиной часа, чтобы получить информацию и сориентироваться. Слишком мало. Разве что на их стороне играет кто-то из Национального бюро безопасности. Что маловероятно. Тем не менее, оптимально было удостовериться и быть на все сто процентов уверенным, что никто не пишет наши разговоры.

Спален в пентхаусе оборудовали целых четыре — захватив оставленный Бэк Хёном большой чемодан, заполненный вещами Чжи, я добрался до участка коридора с дверями, расположенными напротив друг друга, и, открыв одну из них, вкатил груз внутрь.

Остановившись, окинул комнату взглядом. Всё, как на фотографиях. Громадная кровать увеличенного размера, массажное кресло в углу, выход в отдельную ванную комнату. И приятный дизайн в светлых тонах.

Рядом замерла девушка, которая тоже разглядывала своё временное жильё. Глянув на неё, я обозначил временные рамки.

— У нас минут двадцать, чтобы отдохнуть. Потом надо выезжать на встречу, если хотим успеть вовремя.

Чжи недовольно вздохнула. Снова прошлась взглядом по комнате. Потом посмотрела назад, где через проём была видна ещё одна дверь, расположенная напротив.

— Ты будешь спать напротив?

Я молча кивнул. Девушка же покосилась на огромную кровать, где можно было запросто уложить пятерых крепких мужчин, и тихо хмыкнула.

А когда я шагнул к выходу, снова послышался её голос.

— Мин Со… Она на тебя сегодня очень странно поглядывала…

Я обернулся, уже стоя в проёме и пожал плечами.

— Есть у женщин такая особенность — с обожанием смотреть на умных мужчин. Порой раздражает, не спорю. Но вреда не приносит.

Она с лёгким раздражением фыркнула.

— Ащщщ… Откуда в тебе столько самомнения только?

Усмехнувшись, я сделал шаг в коридор и, взявшись за ручку двери, улыбнулся.

— Обычная рабочая гипотеза. Ничего более.

Закрыв дверь, зашёл в свою собственную спальню. Огляделся. Практически идентичная планировка, только оттенки дизайна тяготели к серым тонам. А из окна двадцать четвёртого этажа открывался неплохой вид на Тайбей.

Двадцати минут с лихвой хватило, чтобы принять экспресс-душ и снова одеться, сменив рубашку и бельё на чистые. Когда я уже собирался выходить, завибрировал телефон — пришло сообщение от Мин Со.

«В первом приложенном документе — расписанная тактическая схема старта медийной кампании по биодобавке. Второй — результаты мониторинга СМИ. Внутри третьего — вариант заявления Бён Хо о выходе из партии и основании профсоюза. А четвёртый — фото девушки, которую её сонбэ бросил в Сеуле.»

Усмехнувшись, качнул головой. Ситуацию Мин Со, к счастью, оценивала трезво. Но от флирта, естественно, удержаться не могла. Хотя, она и раньше, не слишком себя сдерживала.

Ответив, что постараюсь максимально быстро всё просмотреть, клацнул по фотографии. Пару мгновений постоял, рассматривая снимок, сделанный Мин Со в её временной квартире. Технически, на девушке было целых два предмета одежды. Вот только, их основная функция заключалась совсем не в том, чтобы скрывать женские прелести. Скорее наоборот.

Впрочем, все присланные документы я действительно просмотрел, успев завершить процесс за время поездки и внести необходимые правки. Не сказать, что их было много — Мин Со в последнее время демонстрировала редкую эффективность. Если судить объективно — сравнимую с показателями сотрудников, за плечами которых многолетний опыт работы в отрасли и десятки успешно выполненных сложных проектов.

К моменту, когда мы оказались в здании бизнес-центра, где должна была проходить встреча, скорректированные версии документов уже ушли на её телефон. Вместе с моим одобрением старта кампании по их готовности. Как только поймут, что технические вопросы по всем этапам закрыты — могут начинать.

Офис инвестиционной компании, глава которой первым пошёл на контакт, располагался здесь же. Но вот поговорить он хотел в одной из переговорных, которые бизнес-центр предоставлял для подобных целей.

Когда мы поднялись на нужный этаж и добрались до входа, то обнаружили около него двух крепких китайцев в чёрных костюмах, что скользнули по нам быстрыми взглядами. И сразу же отвернулись, вновь уставившись в стену.

Я мельком глянул на Хён Ву и тот сразу же расположился напротив пары охранников, невозмутимо тех рассматривая. Бэк Хён на момент замешкался, пытаясь понять, что делать. Потом определился и встал рядом с условным коллегой, постаравшись скопировать его мимику.

Чжи тихо что-то прошипела, покосившись на парня, а я шагнул к двери. И, пройдя небольшую приёмную, которая, видимо, служила целям дополнительной звукоизоляции, оказался в помещении с круглым стеклянным столом и семью стоящими вокруг креслами.

Из одного поднялся худощавый китаец с лёгкой проседью в волосах. Отвесил нам неглубокий поклон.

— Приветствую вас на земле Тайваня, госпожа Чен. Рад нашей встрече.

Чжи озвучила ответное приветствие на путунхуа и мы расположились напротив собеседника. Тот чему-то усмехнулся. Внимательно посмотрел на девушку. Потом на меня.

— Какой стиль вы предпочитаете, госпожа Чен? Будем рисовать друг перед другом иероглифы или вы честно расскажете, ради чего прилетели в наш гостеприимный город?

Глава V

Человека, сидящего напротив нас, звали Жонг Ми. Тайваньский частный инвестор среднего звена, который, помимо собственных средств, управлял чужими финансами. С семьёй Чен, если отталкиваться от новостей и документации Чен Групп, дел раньше не имел. Из-за чего формулировка вопроса настораживала.

Чжи на момент скосила глаза в мою сторону. Я же пытался оценить мимику китайца. Тот старался казаться полностью спокойным, но лицо всё же излучало определённую тревожность. Как будто собеседник опасался услышать от нас совсем не то, чего ожидал.

Положив ногу на ногу, я чуть двинулся, устраиваясь комфортнее и заодно привлекая к себе внимание китайца. После чего заговорил.

— Возможно, это вам лучше начать с честного анонса своих намерений, господин Ми.

Тот с улыбкой развёл руками.

— Я всего лишь пришёл на встречу, о которой вы сами и попросили.

Сидящая справа от меня Чжи прищурилась, разглядывая мужчину. А я, сохраняя полностью безмятежный вид, взмахнул в воздухе рукой.

— Мы действительно попросили вас о встрече. Чтобы обсудить возможные совместные дела и поговорить об инвестиционном климате в Тайване. Знаете ли, многие говорят, что один из азиатских драконов начинает терять высоту полёта.

Жонг Ми пожал плечами.

— Люди всегда любили потрепать языками. Тайвань уверенно держит высоту и его не сломать. А вы допустили в своей фразе одну небольшую ошибку.

Чуть помедлив, закончил.

— Азиатских драконов осталось всего три. Четвёртый сам отдал себя в руки врага и оказался разорван на части жадной толпой.

Я тихо хмыкнул.

— Пока всё не настолько плохо, господин Ми.

Собеседник иронично усмехнулся.

— Хорошо. Сойдёмся на том, что с него содрали половину шкуры и принялись вырезать самые сочные куски мяса. Но мы ведь с вами оба знаем, чем это закончится?

Что касалось перспектив Гонконга — того самого четвёртого азиатского дракона, с его оценкой я был практически полностью согласен. В экономическом плане город-государство ещё какое-то время продержится на плаву. Но, как только падут последние рубежи и китайские придворные кланы получат абсолютную свободу действий, от прежнего величия останутся жалкие воспоминания.

Тем не менее, тему я поднял с несколько иной целью.

— Для самого дракона ничем хорошим это не закончится. А вот те, кто получат свою часть добычи, станут немного богаче. Некоторые из них даже захотят приумножить своё богатство. Или хотя бы сохранить его. Для чего им потребуются проверенные специалисты. Вы случайно не работаете с такими клиентами, господин Ми?

Выражение лица он сохранял каменное. Но я отлично заметил мелькнувший в глубине глаз страх. Континентальный Китай располагал слабым влиянием на территории Тайваня. С точки зрения их пропаганды, остров вовсе являлся мятежной провинцией, которая, по какому-то недоразумению, до сих оставалась автономией. Но, если говорить о государственных чиновниках, которым нужно было куда-то вкладывать свои не слишком законные деньги, расклад сразу же менялся.

По той простой причине, что хранить всё, честно украденное, внутри Китая, было откровенно глупо. Конечно, какая-то часть финансов находилась в стране. Порой, весьма солидная. Но, вместе с этим, всегда существовала и вторая часть — та самая, которую старались хранить за рубежом. Потому что никогда не знаешь, что произойдёт завтра — то ли ты окажешься в центре внимания зарубежных медиа, то ли твой шеф проиграет очередную битву и его уведут в наручниках, демонстрируя на всю страну в качестве примера антикоррупционной борьбы. А следом двинутся зачищать его людей, отбирая всё накопленное за долгие годы.

Классические юрисдикции отпадали — хранить деньги в Европе или Штатах китайцы, по понятным причинам, не желали. Гонконг, после недавних событий, находился под контролем отдельных бюрократических кланов и те, кто их членом не являлся, лезть туда не рисковали. Южная Корея дела со своим соседом вела, но никогда не забывала, что тот поддерживает северных царей. Что формировало подозрительное отношение к любым китайским деньгам. К тому же, в стране было полно условно независимых журналистов. Которых можно вынудить написать о чём-то при помощи давления или денег, но, в то же время, они не сидели ни у кого на зарплате. И ни один не отказался бы заработать себе имя на скандале с грязными деньгами.

Конечно, если речь шла об абсолютно «чёрных» деньгах, которые предполагалось где-то зарыть на самый крайний случай, то варианты имелись. В конце концов, несколько центнеров золота занимали не так много места. Но, чаще всего, китайские чиновники желали иметь какие-то гарантии того, что, в случае необходимости, смогут своими деньгами воспользоваться. Даже если потеряют всё своё влияние и пустятся в бега.

На первый взгляд, Тайвань для этого абсолютно не подходил. По сути — вражеская территория, где на человека, что раньше клялся в верности пекинскому императору, станут смотреть, как на прокажённого. Но с другой — нулевое взаимодействие между специальными службами всех профилей. Включая и тех, кто отвечал за контроль в финансовой области. Плюс, знакомая ментальность и возможность получить те самые гарантии, что всем так нужны — при помощи посредников в виде триад. Национальное бюро безопасности Тайваня давно пыталось обрубить их связи с партийными кланами, но успеха так и не добилось. Слишком заманчивы были размеры комиссионных, чтобы криминал просто так отступил в сторону.

Человек, который явился на переговоры с нами, работал в той самой сфере, где происхождение денег было объяснить проще всего, а финансовая масса постоянно находилась в динамике. И, судя по выражению его глаз, иметь дело с континентальными партнёрами ему уже доводилось.

— А вы, собственно, кто? — выдержав паузу, наш собеседник не нашёл ничего лучшего, как задать встречный вопрос.

— Мин Джин Хо, — пожал я плечами, — Советник председателя Чен Групп.

Мужчина сразу же перевёл взгляд на Чжи.

— При всём моём уважении, госпожа Чен, но вынужден попросить вас напомнить своему человеку рамки приличий. И не забывать, что он находится на чужой земле. Подобные вопросы оскорбительны для любого честного бизнесмена.

Девушка чуть прищурилась, вслушиваясь в его слова — путунхуа она знала, но владела им на среднем уровне. Когда Жонг Ми договорил, бросила быстрый взгляд в мою сторону. Потом снова посмотрела на китайца.

— Боюсь, у него есть право говорить от имени Чен Групп, господин Ми.

Брови оппонента приподнялись в лёгком удивлении, а я отстучал пальцами дробь на подлокотнике кресла. И уточнил.

— На самом деле, вопросительная интонация там была лишней. Я знаю, что вы работали с подобными деньгами. Разом нарушая массу законов. И в связи с этим, позвольте поинтересоваться — чего вы хотите от нас?

Китаец заметно растерялся. Лицо у него по-прежнему было невозмутимым, но вот в глазах плескалась лёгкая паника. Думается, он предполагал, что беседа пойдёт совсем по иному пути. И это он будет давить на пришлых корейцев с позиции силы.

Наконец Жонг Ми взял себя в руки.

— Вы же понимаете, что это крайне серьёзное обвинение, господин Мин Джин Хо?

Я вернул ноги в классическое положение и придвинулся к столу. Усмехнулся, смотря ему в глаза.

— А вы понимаете, что мы сейчас отнюдь не в риторике упражняемся, господин Ми? Вы сами дали нам понять, что в курсе нашей проблемы. Раз так, значит вы же и можете её решить. Разве нет?

Занятно, но на это он отреагировал более чем нервно — пару секунд взгляд не выражал ничего, кроме страха. Потом китаец пару раз быстро моргнул и откашлялся.

— Я лишь вежливо поинтересовался у госпожи Чен причиной её визита на наш славный остров. Вот и всё.

Негромко засмеявшись, я изобразил укоризненную гримасу на своём лице.

— Вы предложили озвучить всё начистоту, а теперь сами пытаетесь рисовать иероглифы перед Конфуцием. Не находите, что проще будет перейти к сути проблемы?

Взгляд китайца на момент метнулся к двери — то ли он подумал о том, чтобы банально сбежать, то ли размышлял, не позвать ли охрану? Разговор вывел его из чувства равновесия и, судя по мимике, мужчина сильно сомневался, стоит ли его вовсе продолжать.

Посмотрев на меня, он тихо цокнул языком.

— В нашем городе уже были члены семьи Чен. Которые проявляли настолько неумеренную активность, что меня попросили с ними поговорить и прояснить ситуацию.

Переведя взгляд на Чжи, продолжил.

— Теперь прилетели вы, юная госпожа Чен. И мы решили, что не стоит ждать, пока вы совершите все те же ошибки, что предшественники, и зря потратите своё время. Именно поэтому эта встреча происходит прямо сейчас. Почти сразу после того, как вы покинули аэропорт.

Девушка, которая последние секунд двадцать сверлила китайца хмурым взглядом, мрачно уточнила.

— И сейчас вы снова собираетесь прояснить ситуацию, но уже для меня?

Жонг Ми, явно обрадованный тем, что в беседу вступила она сама, улыбнулся.

— Всего лишь дать добрый совет. Намекнуть, что если люди, побывавшие тут до вас, не смогли ничего сделать, то у вас шансов тоже нет. Сколько бы могучим ни был дракон, целое море ему не испарить.

Девушка иронично усмехнулась, заставив мужчину удивлённо на неё посмотреть. Потом покосилась в мою сторону.

— Не всегда нужно осушать море. Иногда достаточно иметь того, кто сможет разорвать любого из его обитателей.

Вот теперь Жонг Ми посмотрел на меня куда более внимательно. О прозвище он, само собой, не знал. И подтекста не понял. Скорее всего, посчитав, что я выступаю чьим-то представителем, которого отправили с Чжи в качестве поддержки.

— Не знаю, кто стоит за вашей спиной, Мин Джин Хо, но, боюсь, это не их уровень.

Я вопросительно приподнял брови и чуть успокоившийся китаец попробовал объяснить.

— Окажись в этом замешан кто-то из крупнейших чеболей, действовал бы он совсем иначе. Да и нет им смысла лезть во что-то подобное.

Говорил он по-прежнему туманно. Не озвучивая вслух даже сути нашего вопроса. Тем не менее сейчас появилась хотя бы какая-то конкретика. И раз мимика Жонг Ми не указывала на откровенную ложь, значит речь действительно шла об условно влиятельных группах. Которые мужчина считал достаточно мощными, чтобы игнорировать любые угрозы со стороны Чен Групп.

Сам китаец воспринял моё молчание на свой лад — окинув нас радушным взглядом, откинулся в своём кресле и благожелательно предложил.

— Вы посмотрите Тайбей. Покатайтесь на яхте. Оцените великолепный закат. Поешьте в наших ресторанах. А потом возвращайтесь домой. И больше не прилетайте сюда по этому поводу. Объяснять вам азы вежливости повторно никто не станет.

Ноздри Чжи гневно затрепетали, а я стремительно выстраивал теории, отталкиваясь от имеющейся информации и отсекая нежизнеспособные. Мужчина не лгал, говоря о фигуре или целой их группе, которые имеют отношение к этим деньгам. Как минимум, сам был в этом искренне уверен. Банк Шанхая же в этот раз действовал без классических посредников в виде триады. Предпочтя вместо этого использовать старого председателя Чен Групп. Хотя, тот вполне мог располагать нужными связями и сам выйти на контакт с криминалом. Но зачем всё так усложнять? Если только…

— Не находите, что это забавно, господин Ми?

Китаец с чуть растерянным видом посмотрел на меня.

— Что именно вы находите забавным?

Пожав плечами, я слегка наклонил голову, сохраняя зрительный контакт.

— Ну как же? Разве не удивительно, что кланы континента выбрали местом битвы не свои собственные земли, а ваш милый остров?

* * *

У Рам Ха было грустно. Всю свою жизнь он считал, что в какой-то момент обязательно добьётся успеха. Станет гениальным программистом или создаст собственный стартап, который оценят в миллиард долларов. Возможно, прорвётся в число лучших блогеров мира и девушки со всего света станут слать ему свои обнажённые фото. А потом на него обратит внимание Мин Со. И, вместо того, чтобы подшучивать, сама захочет сделать своим женихом.

Парень мрачно посмотрел на рамён, который он заварил горячей водой из старого чайника. Тётя, которая занимались работой с недвижимостью, не пустила его в свой дом. Вместо этого привела в эту конуру, где едва можно развернуться, а среди соседей — сплошное отребье и алкоголики.

— Ащщщ! Как можно? Мы же семья!

У Рам подцепил палочками лапшу и отправил её в рот. Когда-то он надеялся, что больше никогда не станет есть самый дешёвый рамён. А сейчас…

Скривившись, крепыш ударил по хлипкому столу кулаком, расплескав бульон. Всё из-за этой шлюхи! Что она вообще нашла в своём Мин Джин Хо? Пятнадцать лет разницы! Ещё чуть — и он мог бы быть её отцом! А эта дура только и знала, что крутить перед ним задницей!

Отодвинув еду, встал и подошёл к грязному окну, за которым открывался вид на замусоренный двор. Совсем недавно он ел говядину в роскошных апартаментах, которые предоставили люди Ханг Групп. Спал в удобной кровати. И вовсю пользовался услугами девушки, которую они прислали. Ему надо было забыть об отвергнувшей его змее, а что может помочь лучше, чем упругая женская плоть?

Всё закончилось после ареста Джи Сок Ра. Прокурор отправился за решётку, большие люди в политике принялись менять комбинации, а руководство Кханг Групп сделало вид, что они тут вовсе ни при чём. Так У Рам Ха оказался далеко за пределами роскошной квартиры. После чего обнаружил, что контракт на аренду его собственной разорван из-за того, что он пропустил прошлый платёж и с тех пор прошёл ровно месяц.

В этом тоже была виновата Мин Со Пэк — вместо аренды, деньги ушли на подарок. Золотые серёжки с бриллиантами. На них немного не хватало и У Рам решил, что если заплатит аренду чуть позже, то ничего страшного не случится. Но, после подарка, дочь волка и змеи, по недоразумению получившая человеческий облик, относиться к нему иначе не стала. Да и серёжек на ней он не видел, что здорово терзало душу. А потом в их жизни возник Мин Джин Хо и парень забыл про оплату квартиры. Окончательно выкинув эти мысли из головы, когда связался с Кханг Групп. Тогда казалось, что впереди забрезжил свет и он вот-вот станет серьёзным человеком.

В итоге, он здесь. В каморке, посреди ужасающего района, без работы и с тонкой пачкой банкнот в кармане, которые сунула ему тётя. А добрая половина страны считает его пособником преступника. Большая часть рассказанного им была чистой правдой, но даже родная сестра матери не стала слушать объяснений. И уж точно не поверила в его слова.

Оглянувшись на медленно остывающий рамён, парень скривился.

— Может уехать? Наняться в Европу… Яблоки собирать… Или что они там собирают? Начать снимать блог про свою жизнь, стать популярным, разбогатеть. И вернуться лет через двадцать, когда Джин Хо превратится в развалину, а я стану миллиардером. Трахнуть эту грязную рыбацкую шлюху Мин Со, посмеяться над ней и улететь назад на свой личный остров.

Сделав шаг, У Рам споткнулся о выступающий угол продавленного дивана, на котором спал. Схватившись за ногу, выругался. Потом оглядел своё жильё и яростно скрипнул зубами. Снова мечты. Опять Мин Со Пэк. И непроходящее желание мести. Сейчас надо сосредоточиться на другом!

Закончить свою мысль он не успел — в дверь постучали. Замерев на месте, парень подождал, но неизвестный не уходил. Вместо этого постучал ещё раз — уже гораздо сильнее.

За дверью точно стояла не тётя — она бы так грохотать не стала. Да и не смогла бы, наверное, ввиду комплекции. А раз так…

Попятившись, У Рам глянул на окно. Потом осознал, что сейчас на третьем этаже и тяжело вздохнул. Будь хотя бы второй — имелся бы шанс уйти.

В дверь снова принялись стучать и кто-то из соседей в голос выругался, призывая незнакомца прекратить. На момент зажглась надежда, что тот сейчас уберётся, но вместо этого неизвестный коротко рявкнул что-то в ответ и возмущающийся сосед-алкоголик, три года назад потерявший последнюю работу и пропивающий пенсионные накопления, заткнулся.

У Рам Ха снова вздохнул. Если этого человека прислал Мин Джин Хо, чтобы его добить, сбежать всё равно не выйдет. Кроме тёти, обратиться ему не к кому. Денег тоже нет. Как и нормальных вариантов их заработать.

Мрачно что-то бурча под нос, парень поплёлся к двери и отпер замок. А спустя мгновение внутрь ввалился мужчина, по габаритам превосходящий самого здоровяка. Оттеснив У Рама вглубь комнаты, закрыл за собой дверь и сделал шаг вперёд. Окинул крохотное помещение взглядом. Потом остановил его на постояльце.

— Я спрошу всего один раз, У Рам Ха. Ты хочешь заработать триста миллионов вон и отомстить тем, кто выкинул тебя на эту помойку?

Глава VI

Я и раньше не до конца понимал, почему Банк Шанхая прибегнул к помощи настолько необычного посредника. Единственным предположением являлось наличие у председателя необходимых связей среди триад, которые гарантировали бы сохранность денег. Но, в таком случае, у китайцев остались бы нужные контакты, чтобы вернуть вложения.

При этом, потенциальные версии у меня, естественно, имелись. А выражение лица Жонг Ми только что подтвердило одну из них — в этот раз, Тайвань получил не просто очередную порцию денег от партийного клана, члены которого желали укрыть «заработки». Это были финансы, скрываемые ими от кого-то из своих. Либо заработанные втайне, либо вовсе украденные из общей казны. Именно поэтому они не обратились к местной мафии — те, возможно, и предоставили бы им классический пакет гарантий, но информация ушла бы дальше. Повысив риск раскрытия.

Правда, непонятным оставался ещё один факт. Если деньги, которые пытался вернуть Вэньмин Тан, были заимствованы одними китайскими бюрократами у других, то почему сам Вэньмин всё ещё жив и на свободе? Раз доверенное лицо, что получило их финансы, сейчас в полной изоляции на острове и, судя по всему, угодило под мощный прессинг, то, скорее всего, схема раскрыта.

Тем не менее, менеджер Банка Шанхая всё ещё ходил по земле. Что намекало — человек, у которого они эти деньги забрали, не в курсе произошедшего. Если же исключить этот вариант, оставалось всего две правдоподобных версии. Либо о ситуации узнала какая-то местная группа влияния, решившая этим воспользоваться, либо тайваньский партнёр председателя Чен Групп задолжал кому-то настолько серьёзно, что тем было плевать, чьи именно деньги они забирают. Что, опять же, указывало на неплохой уровень возможностей.

Хотя, если отталкиваться от реакции собеседника, речь всё же шла о действиях ещё одного клана континентального Китая. Что вызывало немало дополнительных вопросов.

Сидящий напротив китаец наконец пришёл в себя и попытался изобразить на лице недоумение.

— Я не совсем понимаю, о чём вы сейчас говорите, господин Мин Джин Хо.

Усмехнувшись, я едва заметно покачал головой.

— Думаю, вы прекрасно понимаете о чём я, господин Ми. Кто-то ведёт игру на вашей земле. А вы сражаетесь на стороне одной из команд. Ничуть не опасаясь внимания тех, кто обязан пресекать подобное по долгу службы.

Жонг Ми воззрился на меня со смесью гнева и опасения. Причмокнул губами.

— Боюсь, мне придётся завершить эту беседу. Я сказал всё, что было необходимо, а вы это услышали. Если хотите дальше копать землю, надеясь добраться до воды — дело ваше.

Поднявшись на ноги, посмотрел на Чжи и продолжил.

— Тем не менее, рискну дать совет, юная госпожа Чен. Оказавшись среди барханов, нужно стремиться найти оазис, а не рыть колодец. Ведь в итоге получится только глубокая яма, из который вы уже не выберетесь.

Отвесив неглубокий поклон направился к двери, а я поймал на себе взгляд девушки. Видимо, ожидавшей, что я попробую остановить тайваньца. Такой ход был возможен, но большого смысла я в нём не видел. Всё, что было возможно, я уже получил. Продолжать именно эту беседу, не располагая рычагами давления на собеседника — впустую тратить время. Одним только воздействием на психику закалённого многочисленными переговорами инвестора не сломать.

Поэтому я дождался, пока тот покинет помещение, и, встав, указал Чжи взглядом в сторону двери. Девушка же молчала вплоть до момента, когда мы оказались внутри автомобиля. Водитель за рулём был из местных — подходящий сервис аренды мы отыскали, но машины из него должны были подогнать чуть позже. Сейчас же пришлось воспользоваться услугами одного из транспортных сервисов.

— Что это такое было? Объяснишь?

Говорила спутница на корейском, но, если предположить, что неизвестный противник вёл нас от самого аэропорта, то и водители могли оказаться непростыми. Вероятность была не слишком велика, но полностью её было исключать нельзя.

— Объясню. После того, как мы вернёмся домой.

На её лице мелькнуло искреннее удивление, которое через секунду сменилось пониманием. И она переключилась на иную тему.

— Ащщщ… Ты любую арендованную на пару дней квартиру домом начинаешь называть? Я уже, было, подумала, речь про Сеул.

Я усмехнулся.

— Пока это наше единственное жильё на острове. Временный дом, если тебе так угодно.

Та фыркнула, отвернувшись к окну. Судя по мимике, девушке не терпелось засыпать меня вопросами. Основную информацию она уловила. Но разум требовал прояснить множество деталей. Большая часть которых, ради справедливости, оставалась непонятной для меня самого.

С началом беседы ей пришлось подождать. Сначала — до момента, пока мы снова оказались в арендованном пентхаусе. А потом — до завершения проверки на прослушивающие устройства, которой занимался Хён Ву. Когда тот заявил об её окончании и отправился вниз, чтобы проделать ту же процедуру с двумя автомобилями, уже пригнанными на парковку водителями компании-собственника, девушка наконец заговорила.

— Теперь рассказывай! О каких чужих группах речь? Хочешь сказать, здесь замешан ещё один китайский клан?

Сейчас мы находились в гостиной — Чжи, которая переоделась в короткие джинсовые шорты и рубашку, с ногами забралась на диван, а я выбрал одно из кресел, поставив на стол рядом ноутбук и наслаждаясь вкусом горячего кофе.

— Скорее всего, да. Жонг Ми отреагировал на упоминание со страхом — вероятно, стрела попала в цель.

Председатель Чен Групп нахмурилась.

— Получается, одни императорские чиновники забрали себе деньги других императорских чиновников. Но…

Несколько секунд она помолчала, прокручивая всё в голове. После чего продолжила.

— Почему они сцепились здесь? Если речь о двух кланах, один из которых присвоил себе деньги второго, война должна была начаться на континенте, а не на острове. Когда прошлый мэр Шанхая сломался под ударами врагов, из этого целое шоу сделали. Полсотни человек за ночь пропали вместе с семьями, ещё десяток арестовали под камеры и их дома сняли, со всей роскошью и золотом. А в Банке Шанхая сейчас спокойно — в новостях нет ничего серьёзного. Ни про аресты, ни про внезапную болезнь кого-то из топ-менеджеров. Ничего не происходит.

Я сделал ещё один глоток кофе.

— Тут может быть много вариантов. Начиная от противостояния нескольких групп влияния в рамках одного клана и заканчивая версией о том, что это чьи-то личные деньги.

Девушка заинтересованно хмыкнула.

— Я сама с таким не сталкивалась, но, судя по новостям, китайцы обычно пользуются услугами посредников из числа триад. Может, тем не понравилось, что обошлись без них?

Я отрицательно покачал головой.

— Возможно, триады замешаны, но вряд ли они оказались инициаторами. И, скорее всего, сами не в курсе, чьи именно это деньги.

Чжи вопросительно приподняла брови и я объяснил.

— Иначе они бы донесли информацию до нужных ушей и разом избавились от тех, кто может потребовать возврата финансов.

Спутница раздражённо вздохнула.

— Слишком сложно. Столько вариантов, что не знаешь в какой верить.

Усмехнувшись, я отпил кофе и бросил взгляд на экран ноутбука.

— Оптимально не верить, а проверять. И отталкиваться от фактов.

Она скептически фыркнула.

— Которых у нас нет. А от воздуха оттолкнуться невозможно.

Мне оставалось только пожать плечами.

— Завтра попробуем выяснить что-то конкретное. Пока стоит отдохнуть. Ты список ресторанов смотрела? Выбрала что-то? У меня сейчас собеседование с кандидатами на работу, а потом было бы неплохо поесть.

Чжи порывисто поднялась на ноги и подошла ближе.

— Мне кажется или ты подозрительно спокоен для человека, который оказался на чужой земле и действует вслепую? Откуда тебе знать, кто именно стоит за этим сморщенным ханьцем и на что они способны?

Посмотрев на неё, я улыбнулся.

— Это Тайвань, а не Камбоджа или Филиппины. Опасаться вооружённых мотоциклистов не стоит. К тому же, центр города заполнен камерами и полицией. Если переживаешь по поводу физической безопасности — это лишнее.

Девушка тяжело вздохнула.

— Я переживаю о том, что мы можем не вернуть эти деньги. И тогда придётся иметь дело с Банком Шанхая. У меня нет лишних трёхсот миллионов, чтобы спокойно достать их из сейфа и выложить перед Вэньминь Таном.

На момент замолчав, добавила.

— У тебя же остался список пациентов из той клиники? Может, стоит пустить его в дело?

В мессенджере пришло сообщение от Мин Со Пэк, которая сообщала, что соискатели готовы и сейчас все они ждут только моего звонка. А сам я поднял глаза на Чжи.

— Именно это я и планирую сделать завтрашним утром. Если всё получится, информация у нас появится. Да и в дом объекта попасть тоже получится.

Чжи абсолютно точно хотела поинтересоваться, как я собираюсь этого добиться, но комнату уже огласил звук вызова — Мин Со набрала по видеосвязи. Так что главе Чен Групп пришлось вернуться на диван.

А я принял вызов и увидел сидящую на стуле креативщицу, которая сразу же прищурилась, изобразив притворное подозрение.

— Таа-а-к… Полыхающего города за спиной нет, новостей о массовых беспорядках я ещё не видела, переворота, вроде, тоже не произошло. Значит, всё идёт по плану?

Я с усмешкой кивнул.

— Почти. Но мы и прилетели только сегодня. Возможно, все самые интересные новости ещё впереди.

Она чуть наклонила голову, после чего сменила выражение лица на деланно-возмущённое.

— Прилетели и расположились в роскошном пентхаусе. Пока мы весь день подгоняли грузчиков и занимались заказами. Никогда не думала, что для офиса требуется такое количество разнообразных мелочей.

Кто-то, стоящий за пределами поля зрения, осторожно кашлянул и Мин Со бросила взгляд в сторону. Снова посмотрела на меня.

— Тут намекают, что моего сонбэ ждут кандидаты, а я впустую трачу время. Пожалуй, позову первого.

Девушка поднялась со своего места и на момент задержалась, продемонстрировав мне, обтянутые короткими шортами, ягодицы. После чего двинулась в сторону. А спустя десять секунд я уже лицезрел первого из соискателей.

Много времени беседа с ними не заняла. Оценку компетенций я оставил на руководство среднего звена — лидеров команд, в чьё распоряжение эти люди поступали. Мне же было необходимо убедиться в их лояльности. Не только в текущем моменте времени, но и в перспективе. Человек может сколько угодно считать себя преданным кому-то, пока перед ним не окажется чемодан денег, предложенный за предательство. Легко хранить лояльность, когда никто не пытается её купить. Куда сложнее, если за неё предлагают серьёзные деньги.

Собственно, именно к этому я и старался подводить каждую беседу. С кем-то в формате абстрактных вопросов, а кому-то выкатывал всё прямо в лоб — смотря какой психологический профиль собеседника формировался после первого контакта.

В итоге, отсеялся всего один из потенциальных безопасников — судя по его реакции на вопросы, он был готов продать нас, как только на него слегка надавят. При этом, даже не попытавшись сообщить об этом руководству компании и каким-то образом решить проблему.

Когда я закончил последний разговор и озвучил результаты троице в лице Мин Со, Чин Хва и Бён Хо, которые расположились в кадре, креативщица слегка прищурилась.

— Ты не слишком сильно устал, сонбэ? Может, пора отдохнуть?

Мужчины глянули на девушку с долей непонимания, а я усмехнулся и покачал головой.

— Это было не так сложно, чтобы всерьёз устать.

Из коридора донеслись голоса — судя по тому, что совсем недавно шумел лифт, уже успел прибыть курьер доставки. И сейчас Хён Ву вместе с Бэк Хёном несли пакеты в столовую, которая в наших апартаментах тоже имелась.

Поэтому, я ещё раз раз озвучил слова о том, что меня необходимо держать в курсе всех оперативных новостей, которые касаются рекламной кампании и перехода Бён Хо на новое место, после чего отключился.

Доставка действительно прибыла — большую часть пакетов уже распаковали, выставив их содержимое на стол, а над оставшимися вовсю работал Бэк Хён.

Я с лёгким удивлением окинул взглядом блюда, а Чжи усмехнулась.

— Нашла неплохой корейский ресторан. Владелец из Пусана, все работники из Кореи. Должно быть неплохо.

Бэк Хён зазвенел стеклом и девушка сразу же добавила.

— Соджу у них тоже есть. Правда, выбор совсем скромный, но для Тайваня уже неплохо.

Стоило нам расположиться за широким деревянным столом, как послышался голос Хён Ву.

— Из агентства интересовались, не нужно ли нам постоянное сопровождение, сонбэним? Готовы обеспечить группу личной охраны из подготовленных людей.

Взяв в руки палочки, я улыбнулся.

— Естественно, готовы. Это же их сфера бизнеса и заработок. Но пока обойдёмся без этого. Готового к выезду отряда вполне достаточно.

Тот молча кивнул, а я потянулся палочками к мясу. После чего на несколько минут за столом установилась тишина. А потом Чжи кивнула моему временному помощнику и он открыл одну из бутылок соджу, по очереди наполнив три стопки. После чего передал ту Хён Ву и бывший полицейский обеспечил порцией алкоголя самого парня.

Чжи с ожиданием покосилась на меня. Увидев, как я чуть заметно покачал головой, прищурилась. И озвучила тост самостоятельно.

— За успех нашего визита! За новую победу бушующего кита!

После того, как все опрокинули в себя соджу, послышался голос Бэк Хёна.

— Извините, что спрашиваю такое. Но вы вообще кто?

В парня уткнулось три вопросительных взгляда и он развёл руками.

— Ну… Понимаете, вот есть бандит и с ним всё понятно — грабит, вымогает, нападает. Есть прокурор и с ним тоже всё ясно — или ломает людям жизни и набивает карманы деньгами, или пытается честно работать, пока его не сбросили в море. Или вот повар в лапшичной — он готовит и радуется жизни.

Сделав короткую паузу, прошёлся по нам взглядом.

— Я же не совсем дурак — видел Бён Хо Шона в офисе. И новости последние тоже смотрел. Он сейчас глава «Новой консервативной партии». А ведёт себя, как подчинённый. Ну и Джи Сок Ра вы утопили, разом с триадой.

Чжи, судя по её выражению лица, уже была готова задать вопрос, но я опередил девушку.

— Так в чём именно твой вопрос?

Парень на секунду задумался, подбирая формулировки.

— Вы сыграли в политике, сожрали прокурора и сменили власть в одном из чеболей. А сейчас мы вовсе на Тайване, где непонятно чем занимаемся. Засели в пентхаусе, который напоминает крепость. И Хён Ву всё на прослушку тут проверил. Вы играете сразу на всех полях — криминал, бизнес, политика. И я никак не пойму, кто главный? Почему председатель чеболя и лидер одной из партий ведут себя так, как будто они на вторых ролях?

С растерянным видом пожал плечами.

— Кто вы? Какой-то корейский аналог триады? Специальная группа Национальной разведки? Выращенные в лаборатории суперлюди?

Первой не выдержала Чжи — девушка расхохоталась так, что Бэк Хёк дёрнулся от неожиданности. Следом засмеялись мы с Хён Ву. Когда приступ веселья затих, я посмотрел на парня, который всё ещё выглядел изрядно растерянным.

— Если говорить о Бушующем Ките — это компания-партнёр Чен Групп. Да, нам пришлось ввязаться в некоторые непрофильные процессы. Но это была исключительно самозащита. А председатель чеболя — наш союзник.

Бэк Хён улыбнулся и закивал.

— Самозащита, да. Из-за которой скандал национального масштаба получился. А над шеями неприкасаемых поднялись топоры палачей. Всем бы так защищаться…

Подхватив палочками лапшу, удручённо цокнул языком.

— Ладно… Не хотите говорить, не надо. Буду считать себя сотрудником Национальной разведки. Под прикрытием.

Хён Ву, который как раз подхватил ломоть говядины, задумчиво покосился на парня, смущённый его серьёзным тоном. Я же предпочёл промолчать. У Бэк Хёна был интересный склад ума. Тот самый, при котором полностью прочесть эмоции человека выходило далеко не всегда. Сейчас я и сам не до конца понимал — есть в его словах какая-то доля искренней оценки ситуации или нет. А задавать дополнительные вопросы, подсвечивая нужные моменты, показалось лишним. Чего доброго, на самом деле сочтёт нас правительственными агентами, которые выполняют какую-то безумную миссию. Фильмы с сериалами он наверняка смотрит, а там таких хватает. Несложно провести параллели с придуманными сюжетами.

К моменту, когда мы разобрались с ужином и опустошили ещё пару бутылок соджу, время подошло к позднему вечеру. Алкоголь был слабым, а объём небольшим. Тем не менее, общая усталость давала о себе знать. Поэтому я отправил обоих сотрудников в их комнаты, после чего на всякий случай запер дверь в наши апартаменты и сам двинулся в спальню.

Рухнув на кровать, достал телефон, собираясь перед сном пробежаться по свежим новостям. Но не успел открыть агрегатор, как в дверь постучали.

— Джин Хо, ты одет? Я зайду? Ун звонит и у неё к тебе пара срочных вопросов.

Глава VII

Первым делом я развернул ленту уведомлений. Где не обнаружил ни одного сообщения от Ун Хонг, что показалось странным. За дверью же снова послышался голос Чжи.

— Мин Джин Хо, ты же не в ванной? Слышишь меня?

Спустив ноги с кровати, я поднялся и, сделав несколько шагов, отпер замок — они были врезаны в дверь каждой спальни, чтобы исключить случайные инциденты.

В руках девушки на самом деле обнаружился открытый ноутбук. На экране которого было открыто окно видеосвязи с Ун Хонг, сидящей за столиком на своей террасе.

Забрав лэптоп, я отнёс его на низкий прикроватный столик. И сразу же услышал голос Ун, в котором звучали нотки извинения.

— Надо было предупредить, но я не сообразила сразу. А когда добралась до телефона, Чжи к тебе уже стучалась.

Я медленно кивнул, покосившись на Чен, которая сбросила тапочки и забралась на кровать, устроившись справа от меня. Потом посмотрел на её подругу.

— Что именно произошло? Откуда такая срочность?

Хонг на момент замялась.

— У меня тут появилось неожиданное предложение…

Я молчал, вопросительно смотря на девушку, а та шумно выдохнула воздух и продолжила.

— У брата есть знакомые среди разработчиков. Много самых разных людей. Буквально двадцать минут назад он с одним из них говорил. Парень получил финансирование в три миллиона на первом этапе, с оценкой в двенадцать. И хочет продать все остальные проекты. Сконцентрировать все силы на одном.

Суть вопроса начала проясняться. Кивнув, я уточнил.

— И вы раздумываете над тем, чтобы один из них приобрести?

Девушка с улыбкой развела руками.

— Оцениваем. Но определиться нужно сейчас — утром у него встреча с покупателями, которые хотят купить всё, что есть.

Увидев моё выражение лица, сразу же добавила.

— У них только предварительная договорённость, но вероятность высока. Если он завтра на встрече подпишет документы, то нам уже забрать себе ничего не получится.

Я чуть наклонил голову набок, рассматривая Хонг.

— Напоминает классический ход с давлением на покупателя, чтобы тот не успел оценить актив.

Она чуть нахмурилась.

— Это давний знакомый, с которым они учились вместе. Документы все в порядке, подставы быть не должно.

На секунду сделав паузу, добавила.

— Хотя подозрительно, да. Поэтому я с тобой проконсультироваться и решила.

Усмехнувшись, я покачал головой.

— Для анализа требуется время и данные. А сейчас у нас ни того, ни другого.

Ун Хонг тяжело вздохнула.

— Статистика у меня вся есть, сейчас сброшу. Если проект покажется стоящим и сможешь потом набросать стратегию развития, договоримся по поводу процента от прибыли.

Первые поступления от продаж внутри их игрового проекта на мой счёт уже пришли. Не сказать, что транш оказался донельзя солидным — чуть больше тридцати миллионов вон. Но пока это был всего один платёж, тогда как конкурс продолжался. Да и органический трафик из топа игровых приложений они вовсю получали. Проект даже угодил в обзоры некоторых профильных медиа. Впрочем, всё как обычно — при прочих равных, выигрывает тот, кто лучше себя продвинет. Порой, грамотный маркетинг позволяет обыграть и тех, кто тебе опережает в техническом плане.

— Сбрасывай. И обрисуй суть проекта, пока отправляешь письмо.

Девушка взяла в руки планшет, принявшись клацать по экрану. Параллельно начала излагать.

— Профиль не совсем наш — приложение для знакомств. Но у него база в три миллиона пользователей. Восемьсот тысяч — из Штатов. Представляешь?

Почти без паузы, продолжила.

— Технически — всё, как везде. Пролистываешь ленту, ставишь лайки, если есть совпадение — открывается возможность переписки. Размещать обнажённые фото в профиле запрещено. Даже если оголение частичное.

Тонко просигналила почта, сообщая о входящем письме. Я же развернул собственный ноутбук, на котором просматривать документы было куда более удобно и поинтересовался.

— Сколько он за всё это хочет?

Ун усмехнулась.

— Четверть миллиона. Американских долларов.

С одной стороны, теперь мне была понятна срочность. Три миллиона пользователей, среди которых восемьсот тысяч граждан Штатов — актив, который точно стоит больше подобной суммы. Как минимум, в несколько раз.

Однако, именно этот факт вызывал настороженность — зачем ему настолько дёшево продавать успешное приложение? Даже если в него никто не захотел вкладываться и нет денег на поддержку — можно найти покупателя на открытом рынке. Да и момент с отсутствием инвесторов тоже казался странным. При такой пользовательской базе, они должны были заинтересоваться хотя бы на минимальном уровне. Поэтому первым делом я открыл данные о компании и её последних финансовых транзакциях. После чего сразу поднял глаза на Ун Хонг.

— Фирма зарегистрирована в Штатах?

Девушка наклонила голову.

— В Силиконовой долине. Он там же и нашёл финансирования для своего другого стартапа. С потенциальными покупателями тоже встречается там. Говорю же — умный парень.

Тихо хмыкнув, я пролистал финансовую документацию. Убедившись, что никаких платежей, указывающих на инвесторов, не было, переключился на юридические бумаги. Как быстро выяснилось, какие-то договора с партнёрами, которые накладывали бы на компанию обременения, тоже отсутствовали.

Подвоха в плане активности пользователей тоже не обнаружилось — почти треть из них пользовались приложением за последние двадцать четыре часа. И разбивка по географии оказалась верной. Конечно, можно было предположить, что данные подправили, но всё это будет внесено в условия договора, как дополнение. А учитывая, что фирма зарегистрирована в Штатах, судебное разбирательство будет проходить там же — шансов выиграть судебный спор, если массив данных окажется фальшивым, попросту нет.

Чжи с интересом посматривалав экран, разглядывая строчки текста, а Ун Хонг нетерпеливо поинтересовалась.

— Что скажешь, бушующий кит? Это круизный лайнер или рыбацкая джонка?

Мельком глянув на главу Хонг Гейминг, я вздохнул. На первый взгляд, все данные подтверждались. Тем не менее, стоимость казалась сильно заниженной. А приём «я готов продать, но определиться требуется срочно», буквально кричал о запрятанном где-то секрете.

— Подожди. Для начала надо всё осмыслить.

Добравшись до последнего из документов, я пробежал его глазами и, отодвинув ноутбук, сконцентрировался, восстанавливая в памяти всё просмотренное. Присланная информация была оформлена добрым десятком разных отчётов, каждый из которых представлял собой отдельный файл. Что не давало сходу увидеть цельной картины.

Спустя десять секунд я снова взглянул на Хонг.

— Он прислал тебе эти данные сам?

Девушка качнула головой.

— Дал ограниченный административный доступ. Изменять я ничего не могу, но просматривать и выгружать информацию — запросто.

Интересно. Поздний вечер. Срочная сделка. Вместо самостоятельно присланных данных — доступ, дающий иллюзию полного контроля над ситуацией.

— Кому-то из твоих специалистов он разрешил его передавать?

Та удивлённо приподняла брови.

— Нет. Это же… Не сказать, что секретная информация, но всё-таки закрытые данные. Взял с брата слово, что мы только вдвоём им воспользуемся. Но никаких ограничений на отправку отчётов не ставил — мои люди их проверили.

Спохватившись, добавила.

— Юридические бумаги он сам прислал, понятное дело. Своим людям я их сбросила, но они никакого подвоха не нашли.

В том, что документы о регистрации компании и её финансовом состоянии окажутся правдой, я не сомневался. Лгать в таком вопросе при продаже компании — мошенничество. А парень только что получил неплохое предложение от инвесторов. Портить репутацию абсолютно ни к чему.

Я ещё раз мысленно пробежался по всем документам, глубже погружаясь в состояние фокуса. Выделив для себя сразу два пункта, потянулся к телефону и открыл магазин с приложениями.

Не найдя проект по названию, удивлённо взглянул на Ун Хонг.

— Какая у них модель распространения? Почему нет в магазине?

Девушка пожала плечами.

— Пока распространяются только через свой сайт. Сарафанное радио и совсем немного рекламы, которая на старте была. По крайней мере, знакомый так утверждает.

Три миллиона установок. Один миллион активных пользователей. И нет в официальном магазине приложений? Либо у них имелся гений-маркетолог, либо уникальное преимущество, из-за которого люди выбирали именно их приложение, хотя существовала масса более раскрученных вариантов. Рынок дейтинга в последнее время буквально перенасыщен предложениями на любой вкус и цвет — людям было из чего выбирать.

Вот только ничего уникального в их варианте не просматривалось. А три миллиона юзеров — солидное число. При таком спросе, логично было бы выложиться во всех доступных сервисах. Если только не было веской причины, из-за которой владелец опасался модерации.

Сайт приложения отыскался почти сразу. Моментально подтвердив первый пункт, который вызвал у меня недоумение — на небольшом ресурсе, который содержал только сжатое описание и ссылку на загрузку, разработка называлась социальной сетью. Точно так же, как в одном из отчётов статистики. Причём, фраза использовалась только единожды — во всех иных случаях, в тексте присутствовало только само название проекта.

Начав загрузку, я взглянул на Ун, которая напряжённо за мной наблюдала.

— Зайди в их административную панель. Поищи отчёт по возрасту.

Хонг нахмурилась и пару секунд посверлила меня взглядом, о чём-то раздумывая. После чего положила пальцы на клавиатуру и, судя по её взгляду, переключилась с экрана видеосвязи на панель управления. Я же загрузил приложение и принялся вбивать регистрационные данные.

Закончив процесс, сразу же перешёл в основную ленту. И услышал, как рядом охнула Чжи, которая увлечённо наблюдала за моими действиями. А спустя несколько секунд, послышался озадаченный голос Хонг.

— Тут нет такого раздела. По идее, должен ведь быть, правильно? Может, просто забыл открыть доступ?

Я посмотрел в глаза девушки, которая уже переключилась обратно на видеозвонок, и отрицательно покачал головой.

— Скорее всего, у них вовсе нет такой опции. Не уверен, что необходимая служба для сбора данных вообще подключена. И для этого, надо сказать, есть веская причина.

Развернув телефон экраном к камере ноутбука, я продемонстрировал девушку, которую мне выбило первой же среди предложенных и Ун Хонг прищурилась, вглядываясь в изображение. Наконец, поинтересовалась.

— А она не слишком молодо выглядит?

Я иронично улыбнулся, снижая уровень концентрации,

— Слишком. Рискну предположить ей не больше шестнадцати. Или около того. Теперь понимаешь, почему приложения нет ни в одном магазине?

Она неверяще моргнула.

— Но… Три миллиона установок. Почему никто не заметил?

Я положил телефон на кровать рядом с собой и устало вздохнул.

— На их сайте указано, что это социальная сеть. В технической документации наверняка написано то же самое. Инвесторам он этот проект не предлагал, детальной проверкой никто не занимался. Откуда там три миллиона установок, ты, думаю, теперь тоже понимаешь.

На лице собеседницы появилось выражение полного изумления. Какое-то время она молчала, смотря на меня. Наконец заговорила.

— Но это же всё равно бы вскрылось. Да, мы бы попали под удар, но и он бы получил по полной.

Я покосился на Чжи, но та, судя по всему, тоже пока не уловила всей схемы. Поэтому, я попытался коротко объяснить.

— Завтра он подпишет соглашение с инвесторами на три миллиона долларов. Не самые большие деньги, но они их уже вложат. И будут заинтересованы в репутации своего партнёра. Не настолько критично, чтобы стоять за него до конца, но до какого-то момента поддерживать точно станут. Пока потенциальные потери не перевесят возможную прибыль.

Сделав паузу, продолжил.

— Если дело дошло бы до суда, он наверняка выстроил защиту вокруг того, что продал вам сырой алгоритм подбора друзей для разрабатываемой социальной сети. Основным интерфейсом которой планировал заняться позже. А это была тестовая версия поиска с привязанным к ней чатом. Которую не предполагалось использовать отдельно. И уж тем более никто не собирался делать её приложением для знакомств. Вот только Хонг Гейминг всё извратили, пойдя по порочному пути. И «забыв» провести инвентаризацию пользователей.

Ун возмущённо выдохнула.

— Это же бред! Чтобы в такое поверить, надо быть полным маразматиком! Любому идиоту покажи это приложение — и он поймёт, что тут никакой социальной сетью даже близко не пахнет!

Я покачал головой.

— Бред. Но в любом суде важны доказательства. Экспертиза подтвердит, что в теории алгоритм действительно мог использоваться для подбора друзей внутри социальной сети. А чат, в свою очередь, мог разрабатываться в качестве её внутреннего мессенджера. Тот факт, что разработка столько времени провела в открытом доступе и собрала три миллиона пользователей — вина конкретного сотрудника, допустившего ошибку. Целенаправленно они на неё потоки трафик не гнали, в магазинах приложений не регистрировались. Массированных рекламных кампаний наверняка не было. А те, что имелись, легко объяснить попытками тестирования алгоритма.

Девушка гневно выдохнула, а я заговорил вновь.

— Но, скорее всего, он и не предполагал доводить дело до суда. К чему лишняя шумиха? Просто связался бы с вами через день-другой после получения денег и всё объяснил. Сомневаюсь, что ты стала бы оспаривать договор в суде. Самым рациональным и безопасным решением было бы немедленное закрытие проекта и зачистка серверов. В надежде, что о нём больше никто и никогда не вспомнит.

Хонг подалась вперёд, впившись в меня взглядом.

— Почему это я не стала бы оспаривать? Я бы раздавила этого слизняка в суде и заставила вернуть все деньги, плюс пару миллионов сверху!

Рядом цокнула языком Чжи. В отличие от своей подруги, глава Чен Групп в ярость не впала и, видимо, уже сообразила в чём подвох. Повернув к ней голову, я задал вопрос.

— Озвучишь размер штрафа за нарушение закона о защите конфиденциальности детей в интернете?

На момент замявшись, она пожала плечами.

— Не помню точно. Но, когда на Ютубе была паника, называли суммы около сорока тысяч долларов.

Кивнув, я снова посмотрел на Хонг.

— В целом, верно. Чуть больше сорока тысяч за каждый случай. Даже если вдруг адвокаты снизят объём отдельного штрафа, сумма наверняка будет астрономической. Уверен, как минимум тысяча детей, младше тринадцати лет и являющихся при этом гражданами США, в приложении зарегистрированы. Хотя бы из чистого интереса. Их данные хранятся на серверах. Вот тебе уже сорок миллионов штрафа. Если таких окажется десять тысяч — четыреста миллионов долларов. И так далее.

С печалью выдохнув, добавил.

— Не говоря о потенциальном риске уголовного преследования. Хорошо, если дети просто заходили, чтобы полистать ленту и поглядеть на условных филипинок в купальниках. Но, что-то подсказывает — в более старшей категории кто-то мог заняться и перепиской. Даже если речь пойдёт о ровеснике, каждый такой случай тянет на уголовное дело. И я не рискну предположить, какой итоговый срок может получиться, если его станут рассматривать в Штатах. Как бы не под тысячу лет за все вместе взятые эпизоды.

Ун Хонг медленно наклонила голову. Протянув руку, взяла чашку кофе и сделала глоток. Вернув ту на место, глянула на меня сверкающими глазами.

— Это же… Ащщщ! Ублюдок! За такое надо к деревьям за ноги подвешивать!

Сбоку согласно угукнула Чжи. Я же с лёгкой тоской покосился в сторону подушки. И, втянув воздух, озвучил вопрос.

— У тебя есть кто-то из работников пресс-службы на связи?

Девушка озадаченно моргнула и сразу же отрицательно покачала головой.

— Ночь уже почти, все спят, — чуть удивлённо озвучила она.

— Значит придётся разбудить, — отметил я, снова беря в руки телефон.

Пару секунд она помолчала. Потом задала ожидаемый вопрос.

— А зачем? Что ты задумал?

Бросив на неё взгляд, я усмехнулся.

— Иди речь об иных нарушениях, я бы сказал, что надо прижать этого парня и забрать долю в его новом стартапе. Но, учитывая обстоятельства, действовать будем иначе. Пусть твои люди набросают пресс-релиз в котором детально опишут все нарушения. Информация у тебя имеется — всё, что требуется, грамотно её оформить. Справится любой журналист среднего звена. Заодно разбуди юристов — пусть подготовят письмо в профильные службы.

На момент замолчав, продолжил.

— Сначала должно уйти это самое письмо. После этого оптимально связаться с дежурными офицерами и подтвердить факт получения. Потом — пресс-релиз в медиа. В котором, помимо сухого изложения фактов, стоит упомянуть о расширении твоей инициативы по помощи социально незащищённым слоям населения. Указать, что ты считаешь — лидеры индустрии должны следить за её чистотой и делать это самостоятельно.

Хонг задумчиво наморщила лоб.

— Выйти с предложением создать международную структуру? Мы же крохотная компания в мировых масштабах. Кому это будет интересно?

Я оторвал взгляд от экрана телефона, посмотрев на неё.

— Крохотная компания, которая спровоцирует громадный скандал. И поставит под вопрос чистоту сделок, совершаемых в Силиконовой долине. Они там все повёрнуты на веганстве, экологической чистоте, глобальном потеплении, всемирном добре и прочем позитиве. Внешне, по крайней мере. Во-первых, подобный удар заставит их искать поводы смягчить воздействие именно на себя. Если ты первой вбросишь идею, а потом предложишь готовую площадку, солидная часть технических компаний немедленно примкнёт и будет с готовностью платить. Во-вторых, они тоже люди. Подобное нарушение закона заставит их испытать эмоции. А ещё добавит уважения Хонг Гейминг, которые не стали пытаться выжать из ситуации деньги, вместо этого предпочтя выпотрошить ублюдка.

Чжи, чьи глаза блестели от ярости, вклинилась.

— А может, сначала опустошить его счета? Забрать всё, что у него есть, чтобы ни одной воны на адвокатов не осталось?

Я тихо хмыкнул.

— Любые транзакции в пользу Хонг Гейминг или связанных структур станут поводом для подозрений. Сами подставимся под удар. Никаких финансовых контактов. Плюс, исключительно чистая правда в заявлениях — он предложил купить приложение, предоставив доступ к административной панели, и потом вскрылся факт нарушения закона. Никаких выдумок.

Она медленно кивнула. Я же отправил в мессенджер контакты трёх организаций, которые отыскал в сети, и, отложив телефон, продолжил.

— Ун, я отправил сообщение с данными трёх структур, которые специализируются на защите прав детей. Помимо ключевых штатовских медиа, пресс-релиз стоит продублировать и им тоже. А ещё перевести на самые популярные языки и разослать во все крупные СМИ, до которых дотянетесь.

Мгновение помолчав, взял ноутбук, снова пролистывая техническую документацию. Удостоверившись, что не ошибся, посмотрел на Хонг.

— Когда будешь составлять обращение к правоохранителям — укажи название облачного хостинга, где приложение хранит данные. И обозначь им сроки выпуска пресс-релиза. Думаю, нескольких часов хватит, чтобы взять компанию за глотку и ограничить доступ клиента к информации. Иначе, он может просто всё снести и доказательную базу останется строить на скринах и записях.

Заметив удивление на лице девушки, объяснил.

— Тех, которые ты и твои люди на всякий случай сделаете. Чтобы не оказаться голословными, если что-то пойдёт не так.

Глава Хонг Гейминг взглянула на меня с заметным сомнением.

— А им точно хватит времени? Несколько часов — это мало. В сериалах всегда показывают, что нужно разрешение судьи и санкция руководства. Тут всё-таки не отдельного человека задержать надо.

Я пожал плечами.

— В целом, им надо как раз задержать отдельного человека. Вернее, группу лиц, которая сейчас либо находится в Штатах, либо вот-вот туда прибудет.

Девушка сразу же махнула рукой.

— Он уже там. В отеле вместе с командой.

Кивнув, я на всякий случай обозначил ещё один очевидный факт.

— Адрес отеля и все данные тоже сообщите. Если они задержат ключевых членов команды, то и данные зачищать станет некому. К тому же, остальные всегда смогут отбиться тем, что только выполняли приказы босса. Никому не захочется уничтожать информацию уже после того, как его схватят, и подтверждать свою вовлечённость. Они же не будут иметь никакого представления, сколько доказательств уже есть у полиции и насколько они весомы.

Хонг выдохнула. Потом взяла в руки телефон.

— Я, пожалуй, всё сейчас запишу.

Разговор мы закончили только спустя пять минут — после того, как девушка несколько раз прошлась по всем пунктам и зафиксировала задачи. Конечно, я мог обратиться к Мин Со, но, в данном случае, задача была вполне по плечу людям из Хонг Гейминг. По сути, им нужно было просто выполнить определённые технические действия. Не тот случай, когда нужно будить главу команды маркетинга.

Наконец, звонок прервался и рядом тяжело вздохнула Чжи.

— Бывают ведь такие сукины дети. Зачем он вообще стартовал такой проект? Его же никак нельзя монетизировать. Одни проблемы и никакой прибыли.

Закрыв свой ноутбук, я повернулся к девушке и обозначил движение плечами.

— Жадность. Судя по тому, что он не очистил сервера, а попытался продать приложение своему знакомому, владелец патологически любит деньги. Думаю, свою ошибку он быстро осознал. Скорее всего, почти сразу после запуска приложения. Первый же грамотный сотрудник должен был указать на отсутствие формы подтверждения возраста. Такой графы и внутри профиля нет, если ты заметила. Службы продажи данных или обмена маркетинговой информацией, опять же, не подключены — они бы подсветили всё в автоматическом режиме, а их юристы сразу бы связались с полицией.

Откинувшись назад, я вытянулся на кровати. И тихо продолжил.

— Идея с социальной сетью его бы тогда не спасла. Закон распространяется на все ресурсы, а компания-собственник зарегистрирована в Штатах. Максимум — вышло бы смягчить приговор. Но он всё равно цеплялся бы за проект, хотя его следовало закрыть сразу, как обнаружилась ошибка. А потом попытался продать его брату Хонг и положить в карман четверть миллиона.

На самом деле, у него вполне могло получиться. Ход с доступом в административную панель был достаточно ловким с психологической точки зрения. Когда человек считает, что изучает данные самостоятельно, возникает подспудное доверие к результатам. А заметить отсутствие блока с возрастом не так просто, если ты занимаешься этим после длинного рабочего дня.

Специалисты на это могли бы обратить внимание. Но они тоже отработали целый день, плюс Хонг отправила им информацию в таком же виде, как и мне — грудой разрозненных файлов, самостоятельно выгруженных из системы управления. Будь всё сведено в одном месте, момент с возрастом точно привлёк бы чьё-то внимание. А вот когда открываешь документы один за другим, проверяя их по отдельности, упустить отсутствие одной графы, намного проще. Особенно, если делаешь это поздним вечером, сидя дома и всей душой желая поскорее оказаться в постели с женой или подругой, а не заниматься работой.

— Ты смотри не засни вот так в одежде. Сам говорил, утром у нас важная встреча.

Скосив глаза на Чжи, которая по-прежнему сидела на кровати, чуть наклонившись в мою сторону, я усмехнулся.

— Встреча у меня, а не у нас. Председателю Чен Групп там делать нечего. А вот скромный советник главы корпорации — фигура вполне подходящая.

Она недовольно нахмурилась, а я устало добавил.

— Зато председателю точно пора спать. Как минимум — перебраться в свою собственную спальню, чтобы дать мне отдохнуть.

Девушка фыркнула.

— Как будто я так сильно хотела задержаться в твоей. Ты почаще выплывай из своих тёмных глубин и дыши воздухом, бушующий кит. А то уже начинаешь придумывать себе безумные теории.

Я улыбнулся, из-за чего Чжи возмущённо поджала губы. Потом всё же встала и, через несколько секунд, покинула комнату. А я заставил себя подняться и принялся раздеваться. Завтра мне действительно предстояла не самая простая встреча. Перед которой следовало выспаться.

Глава VIII

Человеком, которого я выбрал в качестве приоритетного объекта для контакта, был Сянцзян Юн. Официально — пенсионер, скромно живущий в особняке, который купил за честно заработанные деньги. Потратив свои многолетние накопления и едва ли не забравшись в долги. По крайней мере, именно эту версию он озвучил журналистам, когда те начали задавать вопросы по поводу приобретённой недвижимости.

Резоны у их интереса, само собой, имелись — до выхода на пенсию, Сянцзян Юн занимал пост заместителя главы департамента внутренней разведки в Национальном бюро безопасности. До того, долгие годы прослужив там же — сначала в качестве рядового оперативника, потом лидером команды, а затем и шефом одного из отделов. В конце концов добравшись до позиции заместителя руководителя департамента.

Его несколько раз пытались обвинить в сотрудничестве с триадами. Правда, безуспешно — учитывая род занятий офицера, тот был обязан контактировать с мафией по долгу службы. Так что у Юна вышло отбиться даже после того, как у журналистов оказалось видео его встречи с представителем организованной преступности. Аудиодорожка к записи не прилагалась, а сам обличаемый заявил, что обсуждал вопросы национальной безопасности, связанные с агентурой континентального Китая. Доказательств обратного не нашлось, а руководство страны снимать его с должности по своей инициативе не стало.

Сейчас же он три года, как вышел в отставку — сразу после того, как сменился шеф Бюро и в структуре начались кадровые изменения. Тогда же и был куплен особняк, который располагался недалеко от здания, где мы арендовали апартаменты.

Даже поверхностный анализ указывал на простой факт — Сянцзян Юн плотно работал с триадами. И, даже если сфера его интересов лежала в стороне от вложений партийных кланов материка, он всё равно мог выяснить всю необходимую информацию.

Замотивировать я его планировал весьма просто — офицер был одним из тех, чей родственник лечился в той самой клинике. Именно туда он отправил своего отца. И, если судить по аккаунтам детей самого Сянцзян Юна, исключительно из хороших побуждений. Скорее всего, рассчитывал, что он получит максимально квалифицированную помощь.

Владельцы клиники, судя по списку пациентов, предпочитали с жителями самого Тайваня не работать. Но отказать человеку с подобным уровнем влияния не смогли. На недостаток мест в данном случае точно было не сослаться, да и любые иные аргументы не сработали бы. Не признаваться же, что вся методика — выдумка и на самом деле не показывает никаких выдающихся результатов.

Как итог — его отец, чей возраст перевалил за восемьдесят лет, всё ещё находился в клинике. И, судя по медицинским документам, его состояние оставляло желать лучшего.

До нужного адреса мы добрались на одной из арендованных машин — «Крайслере 300 V8» тайваньского производства. Бэк Хён, которого я взял с собой и доверил сесть за руль, сначала долго восторгался качеством машины. А потом впал в глубокую задумчивость, услышав о том, что она стоит дешевле корейского «Генезиса».

Хён Ву остался в пентхаусе — охранять Чжи и контролировать ситуацию. А вот новоиспечённого временного помощника я решил взять с собой — во-первых, сопровождающий автоматически поднимал статус в глазах собеседника, а во-вторых, мне банально требовался водитель, чтобы не загружать мозг дополнительным процессом, с которым может справиться каждый второй человек на планете. По дороге требовалось ещё раз прокрутить в голове варианты развития беседы и определиться со своими реакциями на потенциальные ходы визави.

О встрече я заранее не сообщал — учитывая, что сейчас было раннее утро, мужчина наверняка находился на месте. А вводить его в курс дела заранее, чтобы он выяснил кто мы такие и мог сформировать собственную стратегию ведения переговоров, я счёл излишним. Когда ты готов к диалогу, а вторая сторона начинает вникать в происходящее только по мере беседы, добиваться своего куда как проще.

Поэтому, я банально нажал кнопку на интерфоне, который был установлен на воротах, и, дождавшись ответа кого-то из прислуги, представился.

— Мин Джин Хо, к господину Сянцзян Юну. С важной информацией о его отце.

На той стороне помолчали. Наконец мужской голос ровным тоном произнёс.

— Прошу подождать. Я свяжусь с господином.

Подозреваю, их служебная инструкция предполагала немедленно отсылать всех незваных гостей. Но упоминание отца заставило охранника скорректировать линию поведения.

Впрочем, прозвучавший через несколько секунд ответ меня вовсе не удивил.

— Господин Юн не может вас принять. Свяжитесь с его секретарём и договоритесь о встрече.

Сотрудника, который со мной разговоривал, я не видел. Но вот он меня лицезрел отлично. Так что я изобразил на лице вполне искреннее сожаление.

— Боюсь, вы не не совсем поняли. Каждую неделю ваш господин получает отчёты из клиники. В каждом говорится, что его отец получает лечение по новым протоколам, которые разработаны самим учреждением и дают шанс на успех. Более того — врачи регулярно упоминают, что у пациента наблюдаются проблески сознания и порой он может себя осознавать.

Секунду помолчав, продолжил.

— Только вот всё это ложь, от начала и до конца. Что-то мне подсказывает, господин Юн захочет об этом узнать. И покарать тех, кто его обманул.

Человек по другую сторону линию связи немного подумал. Затем прозвучал всё тот же ровный голос.

— Я передам господину ваши уточнения.

На этот раз пауза длилась куда дольше. А по её окончанию, сотрудник пригласил нас войти. Воздух же огласил тонкий писк — звуковой сигнал открытия ворот.

Свободной земли в Тайбее было не так много, поэтому между воротами и входом в дом имелась только короткая дорожка. Стоило нам с Бэком приблизиться к дверям, как одна из створок распахнулась и в ней показался мужчина лет пятидесяти, одетый в чёрную форменную одежду. Когда мы оказались внутри, он хмуро оглядел нас. Задержал взгляд на моём костюме от «Канали», потом глянул на моего спутника, которому перед вылетом тоже купили классическую «двойку», выбрав один из дешёвых вариантов.

— Выложите телефоны и оставьте их здесь. Заберёте, когда будете возвращаться. Как вас представить?

Выражение лица было настолько чопорное, как будто он имел дело с парой крестьян, что заявились в королевский дворец, нагло потребовав аудиенции.

— Мин Джин Хо. Президент компании «Бушующий Кит».

Доля превосходства, которое светилось в его глазах, изрядно выросла — видимо, посчитал, что, раз название ему неизвестно, то речь идёт о какой-то мелкой компании. А ещё проявилось желание задать массу вопросов. Но дворецкий лишь неглубоко кивнул.

— Хорошо. Следуйте за мной. Господин сейчас на процедурах, но согласен поговорить.

Как скоро выяснилось, суть процедур заключалась в массаже. Пожилой мужчина развалился на лежаке около бассейна во внутреннем дворе выстроенного квадратом дома. От солнца его прикрывала навесная крыша, а в ногах сидели пара девушек в купальниках, которые массировали ступни.

Выслушав слугу, хозяин дома махнул рукой, отпуская того и посмотрел на нас.

— Корейцы, значит? Которые решили влезть в мои семейные дела? Сами-то понимаете, куда пришли? Решили в пасть дракона запрыгнуть?

Сделав несколько шагов я уселся на второй лежак, который стоял в паре метров от Сянцзяня. Усмехнулся, поймав на себе его раздражённый взгляд.

— Мы действительно корейцы. Которые решили вам помочь и совсем не желают влезать в личные вопросы.

Тот скептически поджал губы.

— И чем ты можешь помочь? Раз утверждаешь, что моего отца лечат недостаточно хорошо, то у тебя и доказательства, получается, есть? Или решил обойтись пустыми словами?

Первая реакция была именно той, которую я учитывал в своих расчётах. Так что к такому вопросу я был готов.

Вытянув руку, забрал у подскочившего Бэка папку с бумагами и, поднявшись, вручил её китайцу.

— Статистика по всем пациентам клиники. Для сравнения, рядом аналогичные данные из трёх лучших мировых учреждений, которые размещают их в публичном доступе. Сравните.

Я вернулся на своё место, а собеседник, что-то тихо пробурчав, открыл папку. Потом его лицо начало постепенно меняться — по мере того, как мозг поглощал информацию и становилось понятно, что на самом деле ничего инновационного тайваньская клиника не изобрела. Через какое-то время глаза и вовсе засверкали яростью. По той простой причине, что результаты лечения в трёх клиниках, которые я использовал для сравнения, оказались лучше, чем в местной.

Наконец, он оторвался от документов и посмотрел на меня.

— Откуда это? Понимаешь, что, если это подделка, из страны ты уже не выберешься?

Выдержав пристальный взгляд, я спокойно улыбнулся.

— Внутренняя документация клиники хранится на их серверах. Если вы обратили внимание, каждая бумага заверена электронной подписью, как того и требует закон. Ни одного формального нарушения процедур не допущено. Что даёт вам возможность увидеть список конкретных персон, которые несут максимальный уровень ответственности.

Тот недоверчиво нахмурился.

— Я интересовался ими в министерстве здравоохранения. Там заверили, что с клиникой всё в порядке.

Чуть склонив голову набок, я внимательно посмотрел на офицера.

— С бюрократической точки зрения, так и есть. Как я и сказал — ни одного процедурного нарушения вы не отыщете. С препаратами в опасных дозах они экспериментов не ставят и ничего, угрожающего жизни пациентов, не предпринимают. Но и помочь им не в силах. Сделать что-то большее, чем любое иное профильное учреждение, у них не получится.

Разведя руками, добавил.

— К тому же, у них точно есть неплохие контакты в самом министерстве. Позволяющие избегать досконального изучения процесса лечения.

Тот мрачно усмехнулся. Мельком глянул на документы в своих руках. Вернул взгляд на меня.

— Кто я по-твоему? Сопливый мальчишка с улицы, что клянчит денег на рамён? Меня не рискнули бы обмануть!

Я пожал плечами.

— Вполне вероятно, и не обманывали. Вы же не просили их добраться до внутренней статистики и провести её анализ? Или предоставить вам полную копию всех данных? Рискну предположить, просьба звучала иначе. И была исполнена соответствующим образом — люди, к которым вы обратились, проверили их на нарушения с точки зрения министерства здравоохранения. Ничего не отыскав.

Секунду помолчав, добавил.

— Безусловно, часть сотрудников министерства — тоже медики. Но они уже давно не практикуют. А работа в бюрократической структуре оборачивается профдеформацией. Из-за чего никто и не подумал обратить внимание на реальную статистику положения дел пациентов. Кроме тех, кто в курсе ситуации. Но, рискну предположить — они за своё молчание получают неплохие деньги. К тому же, могли вовсе не знать о вашей просьбе, адресованной кому-то из их коллег.

Мужчина тихо прошипел ругательство и, глянув на девушек, которые продолжали массировать его ступни, взмахнул рукой.

— Всё, хватит! Идите к себе! Когда будет надо — позову!

Проводил их взглядом, дожидаясь, пока те скроются в доме. Потом снова посмотрел на меня.

— Отчёты о состоянии моего отца у вас тоже имеются, верно? Как и данные на всех пациентов?

До конца он мне не поверил, но счёл изложенную версию достаточно убедительной, чтобы её рассмотреть. И теперь демонстрировал сразу два чувства — ярость из-за обмана по поводу родственника, плюс желание заработать на ситуации.

Я кивнул.

— Безусловно. В моём распоряжении находится вся документация заведения.

Тот тихо хмыкнул.

— И что ты за это хочешь?

Мгновение помедлив, я сделал вид, что не до конца понял вопрос и уточнил.

— За абсолютно все бумаги, которые находятся в их системе?

После короткой паузы, Сянцзян наклонил голову.

— За них. Что тебе нужно, Мин Джин Хо? Денег? Кто-то из родственников сидит в нашей тюрьме? Или ты задолжал триадам?

Судя по тому, с какой лёгкостью он поднимал потенциально опасные темы, на каком-то моменте нас с Бэком просветили сканерами. Удостоверившись в отсутствии специального оборудования для прослушки. Заодно выяснив, что у нас с собой всего по одному телефону, а не по два аппарата.

— Мне нужна информация. И ваша помощь в одном щекотливом деле, связанном с инвестициями.

Тот выпрямился и опустил ноги на землю, усевшись напротив меня.

— Инвестиции? Куда? И от кого?

В глазах на момент мелькнул огонёк опасения — видимо, такого поворота беседы мужчина не ожидал. Вероятнее всего, рассчитывал, что я захочу в ответ чего-то более куда более простого и понятного.

— Какое-то время назад, Тэ Юн Чен передал относительно солидную сумму денег своему старому знакомому, который является гражданином вашей страны. Тот вложил её в акции компании, что занималась разработкой искусственного интеллекта. Не так давно её капитализация значительно выросла. Превысив миллиард долларов.

На мгновение замолчав, оценил мимику собеседника и продолжил.

— В силу обстоятельств, деньги были переданы без оформления всех сопутствующих бумаг. Под честное слово, которое, как вы знаете, порой ценится выше любой подписи. Но произошло нечто, вынудившее партнёра Тэ Юн Чена запереться в собственном доме и не показываться на людях. При этом отказывая всем, кто пытается с ним связаться по этому вопросу. Надеюсь вы понимаете, насколько это расстраивает.

Секунд пять он пристально меня рассматривал. Потом мельком глянул на Бэк Хёна. Покосился в сторону папки с принесёнными документами. Снова посмотрел на меня.

— Кто ты такой, Мин Джин Хо?

Глава IX

В глазах Сянзцяна Юна отчётливо проглядывало подозрение, а я пожал плечами.

— Человек, который хочет вернуть деньги. Вернее, те сорок два процента акций, которые ему полагаются.

Китаец оскалился в усмешке и слегка наклонил голову.

— Вернуть, значит? Так для этого нужно, чтобы они когда-то были твоими. Или у вас в Корее это иначе работает?

Я улыбнулся.

— Право собственности одинаково во всём мире, господин Юн. Что до меня, то эти деньги мне никогда не принадлежали. Зато находились в руках людей, которых я сейчас представляю.

Несколько секунд он не отрывал от меня взгляда, как будто пытаясь рассмотреть что-то невидимое. Наконец, заговорил вновь.

— Семьсот миллионов грязных долларов, заведённых на рынок в обход традиционных схем. Схватка двух группировок, решивших сразиться за пределами своей страны. Разборки триад, которые тоже оказались вовлечены. А теперь сюда является кореец, которого никто не знает, и заявляет, что претендует на пятьдесят миллионов. К моменту, когда мы только-только всё стабилизировали.

Шумно выдохнув, добавил.

— Никому не нужна резня в Тайбее. Пусть наследники Мао выясняют отношения у себя.

Мозг вовсю работал, обрабатывая новые данные. Я же медленно кивнул.

— Согласен — резня в Тайбее совсем ни к чему. Но это никак не меняет моей точки зрения на эти сорок два процента акций. Хочу заметить, их текущая оценка сейчас куда больше пятидесяти миллионов долларов.

Сянцзян на пару секунду тихо рассмеялся.

— А чего ты от меня хочешь? Чтобы я достал эти сорок два процента и передал их тебе в собственность? Не слишком переоцениваешь свою услугу?

Взяв в правую руку папку с документами, потряс ею в воздухе.

— Это действительно немало значит. Но только для меня. А раз ты сюда явился, то прекрасно понимаешь, что такие вопросы не решаются в одиночку. И фигур, от которых потребуется одобрение, вовсе не две или три.

Поворот был несколько неожиданным, как и предыдущее упоминание семисот миллионов, в контексте многогранного конфликта. Тем не менее, ещё один козырь у меня имелся.

— В бумагах, которые я тебе предоставил — обезличенная статистика. Уверен, ты сможешь организовать проверку клиники и надавить так, чтобы они передали тебе личные данные пациентов. Связи в министерстве здравоохранения и на старом месте работы это позволят. Только задай себе вопрос — сколько человек окажется в курсе подобной операции? И как быстро информация утечёт наружу?

Тот чуть нахмурился, смотря на меня с некоторым непониманием.

— А зачем мне хранить всё в тайне?

Стоящий за моей спиной Бэк Хён тихо хмыкнул, заставив старика на момент поднять глаза. Я же озвучил очевидное.

— Потому что не только ты будешь зол из-за лжи по поводу лечения. У меня есть полный список опекунов пациентов, где немало богатых и высокопоставленных людей. Расположение некоторых пригодится прямо здесь, через других можно установить контакт с интересными сферами бизнеса в иных регионах, а третьих использовать в интересах Бюро. Могу поспорить, они будут совсем не против наладить контакт с несколькими потенциальными агентами в Азии. Да и промышленный шпионаж в других частях света никто не отменял.

Во взгляде китайца появился оттенок задумчивости. А я продолжил.

— Но, как только информация о проблемах клиники окажется доступной широкому кругу лиц, утечка станет вопросом времени. Возможно, нужный тебе список окажется у кого-то ещё из крупных игроков, а может быть, попадёт в медиа. Или в СМИ просочится сама информация о схеме работы клиники и родственники узнают всё из новостей. Тогда использовать эти данные станет невозможно.

Собеседник прищурился, разглядывая меня.

— А у тебя они откуда? Проник в их внутреннюю сеть? Понимаешь, что это нарушение закона?

Невозмутимо улыбнувшись, я парировал.

— Если получится доказать — возможно, и так. С таким же успехом, я мог просто найти всё в одном из мусорных баков Тайбея. В жизни бывает всякое. К тому же, сотрудничество с триадами и партийными кланами континента — это куда хуже невинной хакерской атаки. Где-то на самой грани предательства национальных интересов.

Тот неожиданно рассмеялся.

— Это, скорее, продвижение национальных интересов, Джин Хо. Ты бы знал, сколько занимательного они могут рассказать, если выбор стоит между их личными деньгами и интересами их главаря. Жаль только, никто из генералов нам свои деньги не перебрасывает — у этих свои схемы и другие юрисдикции.

Он старательно изображал смех и даже изменил тон голоса. Но вот глаза внимательно следили за моей реакцией, стараясь подметить изменения в мимике. То ли подозревал, что я связан с какой-то из профильных служб континентальной империи, то ли считал, что меня могли подослать его местные оппоненты.

— Ваши игры в большую политику мне не интересны. В отличие от пакета акций, который хотелось бы получить обратно.

Тот факт, что китаец сходу вспомнил Тэ Юн Чена и располагал всеми данными о параметрах сделки, говорил о том, что шума внутри их закрытого комьюнити она наделала немало. К тому же, оказалась частью куда более масштабной операции. Как с точки зрения продолжительности, так и в плане объёма финансов.

Сам хозяин дома задумался, лениво скользя взглядом по сторонам. Наконец, повернулся ко мне.

— Понимаешь в чём дело, Мин Джин Хо. Эти деньги уже нашли новых хозяев. Которые не станут отдавать их просто так. Твоё предложение звучит неплохо, но…

Покачав головой, какое-то время помолчал, о чём-то размышляя. Потом продолжил.

— Я не могу просто прийти и потребовать отдать мне пакет акций, стоимостью в триста миллионов. Это придётся как-то компенсировать. И далеко не факт, что предложенные тобой документы потянут на такую же сумму. Не говоря о чём-то большем.

Приподняв брови, я усмехнулся и добавил в голос немного иронии.

— Даже если взять только ваше Бюро, ответные услуги сразу от двух департаментов способны перекрыть эти триста миллионов. Представьте, С КЕМ ИМЕННО можно наладить контакт таким образом? Получить искреннее расположение объекта и установить эмоциональную связь. Там немало родственников людей, равных вам по положению или стоящих выше внутри своего социума.

Китаец подался вперёд и вдруг поинтересовался.

— А чем именно занимается твой «Бушующий Кит»? Слишком уж знакомые обороты речи. Как будто с коллегой говорю.

Я с невозмутимым видом улыбнулся.

— Маркетинговые кампании, консультации клиентов, решение сложных бизнес-ситуаций.

Тот тоже изобразил улыбку.

— Чен Групп ты, получается, тоже консультируешь?

Я слегка наклонил голову.

— Можно и так сказать.

Нехитрый приём сработал — теперь среди приоритетных версий моего появления китаец рассматривал Национальную разведку. Потому как альтернативные варианты были намного менее вероятны. Ни одно из ведомств работой на подобном уровне за пределами страны не занималось, службы безопасности чеболей отпадали по причине того, что крайне редко сотрудничали между собой. И, в таком случае, я бы говорил от имени совсем другого конгломерата, пытаясь надавить его весом. Организованной мафии, которая могла бы привлекать квалифицированные кадры, внутри Кореи не было. Её с успехом заменяли картели, что формировались около каждой относительно крупной фигуры.

Вот и выходило, что-либо председатель Чен Групп обратилась за помощью к одному из таких картелей и тот использовал ресурсы Национальной разведки, либо она напрямую вышла на контакт с кем-то из ведомства, договорившись о поддержке. Иной вариант — это моё старое место работы и я ушёл на волю, спокойно работая с клиентами. Но подобную версию было легко проверить, изучив биографию. А сделать какие-то иные предположения, не позволит профессиональная деформация. За сорок лет службы в стенах Бюро, мозги Сянцзяня приспособились к работе по одному единственному алгоритму и я сомневался, что именно сейчас разум пенсионера внезапно решит выдать пару креативных идей, выходящих за привычные границы.

Несколько мгновений мы молчали и переглядывались. В конце концов, китаец определился.

— Я выясню точку зрения всех заинтересованных лиц. Возможно, вам повезёт и они сочтут это предложение выгодным. Как с вами связаться?

Собственно, на подобный результат встречи я не рассчитывал. Максимум, которого предполагал достичь — договорённость о помощи в плане сбора информации и доступа к тому самому инвестору, через которого Тэ Юн завёл деньги в тайваньскую экономику. Тогда как Сянцзян Юн оказался не просто в курсе всей ситуации, но и полностью в неё был погружён. По крайней мере, пока китаец производил именно такое впечатление.

Визиток с местным номером, которым я уже обзавёлся, добавив в телефон вторую сим-карту, у меня не имелось. Поэтому я просто его продиктовал. После чего мы распрощались и, спустя пару минут, оказались за воротами, провожаемые уже куда менее хмурым дворецким.

Когда сели в машину, впереди послышался голос Бэк Хёна.

— Вот это было круто! Прямо как в фильмах! У меня аж руки в какой-то момент задрожали от нервов — думал, сейчас не договоритесь и всё, закопают нас прямо в этом дворе.

Парень завёл машину, а я усмехнулся и посмотрел на него в зеркало заднего вида.

— Сянцзян — опытный игрок. Он не стал бы совершать двойное убийство внутри собственного дома. Вместо этого отдал бы приказ доверенному лицу, в лояльности которого полностью уверен, и стал бы ждать отчёта о выполнении.

Бэк, который уже вывел автомобиль на улицу, настороженно хмыкнул.

— А что ему мешает сделать это сейчас? Прикончить нас и забыть о проблеме?

Я цокнул языком.

— С одной стороны — присутствие председателя Чен Групп. Убийство мелкого корейского бизнесмена лишнего внимания местной прессы не привлечёт. А вот гибель на территории Тайваня главы конгломерата — это совсем другой уровень. Другая причина — он не уверен, кто именно за нами стоит, помимо Чен Групп, и какими могут быть последствия.

Мой временный помощник ненадолго задумался. Потом просиял.

— Это из-за того, что вы там про коллег говорили? Я не всё из разговора понял, но этот момент уловил. Ловко вы завернули, сонбэним.

На секунду замолчав, настороженно поинтересовался.

— А если по-честному — вы из разведки или нет?

Откинувшись на спинку сиденья, я рассмеялся.

— Ответ — «нет». Но через пару секунд ты поймёшь, что именно так тебе и ответил бы любой сотрудник разведки. Так что вопрос не имеет смысла.

Тот растерянно моргнул. Потом выдавил нервный смешок и замолчал, поглядывая на дорогу. Я же пытался сложить пазл в голове. Общий контур картины был понятен, но вот детали всё ещё скрывались во мраке. Кто именно сейчас контролирует акции? Какой будет их реакция? Не окажется ли у Юна и его союзников достаточно ресурсов, чтобы выпотрошить сервера клиники, используя только полностью лояльных людей?

Отправляясь на встречу, я готовился увидеть посредника между триадами и государственной машиной Тайваня. Заодно греющего руки на тех входящих платежах из континентального Китая, которые через него проходят. А столкнулся с фигурой, обладающей куда большим влиянием. Могу поспорить — соблазн заполучить обещанное, при этом, ничего не отдавая, у него уже появился и, скорее всего, старик прямо сейчас обдумывает этот вариант.

Достав телефон, я отыскал в мессенджере аккаунт Геон Шина и позвонил. Дождавшись, когда тот ответит, поинтересовался.

— Сколько времени займёт выгрузка всей информации с серверов тайваньской клиники?

Технарь пару мгновений помолчал.

— Нужно выгрузить абсолютно всё?

Бросив взгляд в окно, я обозначил приоритет.

— Сначала то, что связано с пациентами. Их личные данные, результаты процедур, реальная оценка состояния и прочее. Плюс всё, что связано с медицинскими препаратами, которые им дают. И позитивные отчёты, что рассылаются родственникам. Всё это — с электронными подписями врачей.

Парень облегчённо выдохнул.

— Раз речь только о текстовых файлах, максимум час, не больше. Если сильно не нагружать систему, чтобы избежать лишнего внимания.

Бэк остановил машину на светофоре, а я продолжил излагать инструкцию.

— Займись этим немедленно. И подготовь вирус, который сможет запустить процесс полного уничтожения информации. Чтобы процесс был относительно быстрым и запускался простым действием с твоей стороны.

На секунду замолчав, добавил.

— Доступ к камерам наблюдения ты же тоже получил, верно? Нужно организовать постоянное наблюдение. Если в клинике появятся подозрительные личности, которым будут не рады — сразу запускай вирус в действие. Либо, если у тебя возникнет подозрение, что на руководство давят.

Тот задумчиво хмыкнул.

— А как я это пойму?

Я усмехнулся.

— Хорошо. Эту задачу озвучишь Мин Сон — она детализирует и подготовит точную инструкцию. Плюс, выберет подходящего человека для мониторинга. Если возникнут вопросы — пусть звонит мне. А ты займись технической стороной вопроса.

Спустя минуту после того, как мы попрощались, на телефон пришло сообщение от Мин Со Пэк.

«Мой сонбэ передаёт приказы через третьих лиц? Всё-таки не удержался и соблазнил дочь президента Тайваня? А о простых людях совсем забыл?»

Улыбнувшись, я набил ответ.

«Всего лишь побеседовал с одним пенсионером, после чего потребовалась быстрая реакция.»

Секунд через пятнадцать, телефон просигналил ещё одним уведомлением.

«Если ты решишь променять меня на китайского пенсионера, то знай — это за гранью добра и зла. За такое не простили бы даже горного духа!»

Сразу после текста, пришло несколько смайлов — видимо на тот случай, если я восприму сообщение всерьёз. Так что я ответил в том же формате и вернулся к анализу ситуации, выстраивая возможные линии поведения.

Снова телефон засигналил уже после того, как мы оказались в холле здания. На этот раз, сообщение пришло от Ун Хонг — девушка отправила подборку новостей, связанных с тем самым университетским приятелем её младшего брата, который хотел обогатиться на четверть миллиона.

Зайдя на один из сайтов, я быстро пробежался по тексту заметки, где говорилось о задержании корейского разработчика и упоминалось обращение Хонг Гейминг к индустрии. А потом взгляд зацепился за один из заголовков в боковом меню. Который относился к разряду тех, что я никак не ожидал здесь увидеть.

Глава X

На заинтересовавшую меня новость я переключился сразу же. А пробежав взглядом по строчкам, запустил антидетект браузер, где переключился на поиск. Вероятность того, что некто имеет доступ к базе запросов основных поисковых систем и может их персонализировать, была невелика. Но и нулевой я её назвать не мог.

За следующие десять минут я успел пробежаться по всем профильным материалам, которых оказалось совсем немного — буквально десяток. Да и те на испанском языке, ввиду того, что компания разработчиков была из Аргентины. На англоязычный ресурс новость попала только за счёт совершённой ими сделки.

Моя ошибка — я в первый же день проверил гипотезу наличия тут подобных проектов, но искал новости только на английском и японском. Предполагая, что прорыв осуществят специалисты одной из этих стран. Плюс, на всякий случай пробежался по статьям на французском и немецком. Не подумал, что стоит изучить поисковую выдачу на всех языках мира. Тоже, своего рода, профессиональная деформация — отталкивался от своей старой жизни, где в схватке за проект сцепились компании из Японии и Великобритании. Не предположив, что создателем может оказаться житель страны второго эшелона. Даже сама Испания в плане технологий заметно отставала от лидеров. Что уж говорить про её бывшие колонии в Латинской Америке? Тем не менее, именно там появилась компания, которую сейчас приобрела одна из штатовских корпораций.

Называлась их разработка немного иначе, но, по своей сути, это были привычные мне нейро-модули. Вернее, их первый прообраз — пока команде создателей было далеко даже до первых испытаний на людях, не говоря уже о массовом промышленном производстве.

Концепт был прост — выращивать искусственным путём скопления нейронных клеток, которые можно «внедрять» в головной мозг или любые иные участки центральной нервной системы. Следующий этап после чипов, которые уже существовали и были способны взаимодействовать с нейронами. Да и сфера применения куда шире. От лечения массы заболеваний, до безумного роста возможностей по многим направлениям.

Разновидностей нейро-модулей существовало множество — от самых примитивных, позволяющих улучшить память и когнитивные функции организма, до куда более сложных и специализированных. Вроде тех, что стояли у меня. Вот только имелся нюанс — их созданию предшествовали многочисленные прорывы в смежных сферах. Грубо говоря, с клетками головного мозга специалисты стали работать только после того, как научились быстро выращивать полноценные человеческие органы за пределами организма. А потом разработали способ изменения клеточной структуры поражённой ткани внутри самого человека. Поборов большинство болезней и отменив смерть по естественным причинам для всех обладателей страховки.

Ещё один важный момент — всем этим прорывам предшествовали глобальные изменения в законодательстве. Сначала японское правительство провело через парламент закон о возможности использования человеческих клонов в медицинских научных проектах, а потом то же самое решение одобрили на референдуме подданные британской короны. Сделавшие выбор в пользу потенциального бессмертия и избавления от раковых заболеваний.

Безусловно, сторонники наделения клонов гражданскими правами и обеспечения их безопасности тоже имелись. Левое политическое крыло отчаянно сопротивлялось, предполагая воспользоваться ситуацией, чтобы нарастить избирательную базу. Но грамотная кампания в поддержку инициативы не оставила им шансов. Акцент на сохранении жизни близких позволил правительству и Букингемскому дворцу взять верх. Учитывая количество пожилых людей, которые умирали от рака, и человеческую боязнь смерти, концепт продвижения идеи оказался крайне эффективным.

Правда, потом возникла определённая турбулентность в дипломатических отношениях — обе страны подверглись публичной обструкции, вплоть до высылки послов и массовых протестов перед диппредставительствами. Да и экономические меры воздействия тоже использовались. В какой-то момент вовсе казалось, что ситуация приблизилась к открытию военных действий — общественность отдельных стран настаивала на точечных ударах с целью уничтожения исследовательских центров.

Но, стоило медицинским компаниям добиться первых результатов, как ситуация кардинально изменилась. Права клонов и общественные рейтинги для части политиков, безусловно, были важны, но реальное, а не гипотетическое бессмертие, оказалось в сотни раз весомее. А когда процедуры подешевели и стали доступны массовому потребителю, отношение общества к создателям технологий развернулось на сто восемьдесят градусов.

Нейро-модули стали следующим этапом. Одно дело ускоренно вырастить условный желудок или сердце за пределами тела. Либо внедрить молодые клетки в существующую ткань, стимулируя процесс их деления и не получив отторжения или иного конфликта с организмом. Совсем другое — сформировать скопление нервных клеток таким образом, чтобы они выполняли нужную задачу, не «конфликтовали» с центральной нервной системой и, в буквальном смысле слова, не сводили человека с ума.

Впрочем, эксперименты тут ставились самые разные. В одной из африканских стран, «президент», что долгие годы сидел на троне, запустил лабораторию, которая использовала для опытов не клонов, а людей. Заметно сократив расходы и предполагаемые сроки достижения результата. Отыскать он при этом пытался способ воздействия, который снижал бы уровень критического мышления и делал людей более восприимчивыми к новостной повестке. Если учесть, что все медиа, кроме его собственных, на территории страны были под запретом, цели были очевидны.

Для него это закончилось плачевно — спустя пять дней после появления в медиа статьи о существовании проекта, силы международной коалиции вошли в страну и уже через сутки национальная армия сложила оружие, выдав им своего недавнего лидера. А подобное направление исследований было запрещено на всей территории планеты. Договор ратифицировало сто семьдесят две страны. Для тех же, кто не смог этого сделать, добавили пункт о «предупреждении угроз планетарного масштаба». Согласно которому, коалиция из государств-участников договора могла применять любые методы воздействия на страны, где ведутся подобные эксперименты. Независимо от их статуса в рамках договора.

И, если в моей старой жизни всё началось с разрешения использования клонов в медицинских проектах, а нейро-модули появились только после того, как научились обращаться с иными человеческими органами, то тут всё обстояло совсем не так. Что здорово сбивало с толку.

Конечно, я мог предположить, что в Аргентине родился условный гений, который взял и придумал технологию. Вот только, как он испытывал её на практике? Не имея под рукой ни одной промежуточной разработки, уже проверенной в деле на иных тканях человеческого тела.

— Всё в порядке, сонбэним? — голос Бэк Хёна отвлёк от мыслей и я понял, что мы уже находимся на подземном паркинге здания. А судя по неработающему двигателю машины и оттенку удивления в глазах парня, успели провести здесь какое-то время.

— Да. Немного задумался, — озвучил я честный ответ.

Пока мы поднимались наверх, я всё никак не мог определиться с рабочей версией происходящего. Да и со стратегией тоже имелись проблемы.

Самое очевидное, что приходило в голову по первому пункту — здесь оказался не только я. И второй человек волею судьбы угодил в Аргентину. Но это входило в некоторое противоречие с реальностью — времени с момента, когда я начал «новую жизнь», прошло не так много. А научный проект, который удалось вывести на тот уровень, когда уже есть, что показать покупателю или инвестору, должен был занять немало времени.

Если посмотреть под другим углом, то вторая личность должна была быть не просто связана с производством нейро-модулей, но и разбираться в истории их создания. С практической точки зрения. Потому как разница между технологиями, которые реально было использовать здесь, и теми, при помощи которых было налажено массовое производство, критична. И опять же — даже самые примитивные варианты не вышло бы задействовать без промежуточных открытий. Которые невозможно воссоздать за столь короткий срок, даже если у тебя идеальная память и буквально чертежи в голове. Не говоря о том, что подобное потребовало бы серьёзных финансовых ресурсов.

Гипотеза, которая сразу пришла в голову, была связана с оборудованием, что мы тестировали. Ведь его вполне могли испытать ещё раз позже. Особенно, если те испытания, в которых участвовал я, признали провальными. Кто знает, сколько их вообще потребовалось, прежде чем специалисты распознали проблему и успешно её решили. Что именно произошло в процессе тестирования я не знал. Собственно, меня даже в курс дела по поводу назначения техники не вводили. Но, раз я оказался здесь, можно предположить, что кто-то оказался тут же, но сдвинувшись по временной шкале. Хотя, стоило признать — версия была так себе. С колоссальным и не слишком обоснованным допущением возможности путешествий во времени.

С другой стороны, как знать, когда именно испытывали первые прототипы и что именно на этих самых испытаниях произошло? Если добавить в уравнение ранние образцы оборудования со схожими характеристиками, то вероятность реальности этого концепта несколько возрастала. Случись нечто подобное лет пять или десять назад — и у смышлённого человека имелись определённые шансы добиться успеха в плане создания прототипа. Эта теория всё равно оставляла вопросы по поводу промежуточных технологий, но выглядела более реалистичной.

Версии, исключающие наличие неизвестного, угодившего в ту же передрягу, что и я, были откровенно слабы. И не выдерживали критики. Всё, на чём они могли основываться — гениальность отдельно взятого человека, которому хватило ресурсов, чтобы организовать процесс и довести его до точки, где стала понятна потенциальная ценность новой технологии. На ходу и самостоятельно создав все необходимые промежуточные решения. Звучало ещё более безумно, чем предположение о появлении тут ещё одного участника испытаний.

Что до моей стратегии поведения, тут потенциальных схем было несколько. Правда, имелся важный нюанс — теперь, разработка стала собственностью крупной компании, специализирующейся на военных заказах. Зарегистрированной в Штатах, но работающей с солидным количеством государств. Чтобы просто иметь с такой дело, нужен вес, до которого мне пока ещё далеко. А соваться туда прямо сейчас, как бы я не желал это сделать — самоубийство. Стоит им что-то заподозрить, раздавят и не заметят. Играть надо было тоньше.

Поднявшись наверх, мы столкнулись с Хён Ву, который, судя по всему, заметил нас на камерах наблюдения в лифте.

— Госпожа Чен в апартаментах. Пять минут назад ей привезли доставку из магазина одежды и она удалилась на примерку.

На последних словах чуть опустил глаза, выразив лёгкое смущение. И сразу же продолжил.

— В остальном всё спокойно. Никаких происшествий, сонбэним.

Кивнув, я оглянулся на закрывающиеся створки лифта и обозначил планы на ближайшее будущее.

— Сегодня остаёмся здесь. Имей в виду — вероятность атаки на нас значительно выросла. Не думаю, что кто-то рискнёт устроить покушение прямо здесь, с учётом камер и наших мер безопасности. Тем не менее, эту возможность тоже исключать нельзя.

Бывший полицейский, было, открыл рот, собираясь что-то уточнить, но я уже заговорил вновь. Прекрасно понимая, о чём он хочет спросить.

— Местные телохранители не подойдут — противник из той категории, которая может добраться почти до любой тайваньской структуры, если та не принадлежит его врагу. И, даже если мы оперативно выясним, кто относится к последним, использовать их всё равно не выйдет. По крайней мере, пока есть надежда на дипломатическое решение вопроса.

Хён Ву слегка нахмурился.

— Как тогда быть? Я смогу прикрыть, если нападающих будет двое или трое. Но, если тех окажется целая группа или у кого-то будет тазер и он сможет попасть в меня первым выстрелом… Сами понимаете. Выходить на улицу без серьёзной охраны — не вариант.

Вздохнув, я озвучил очевидный и пока единственный вариант.

— Подбери людей в Корее. Не обязательно полностью лояльных нам — достаточно, чтобы они были голодные, злые и у них имелось желание работать ради будущего контракта с Чен Групп. Само собой, нужно дать понять, что, в случае провала, да ещё на чужой земле, иметь с ними дела больше никто не будет.

Секунду посмотрев на меня, мужчина осторожно кашлянул.

— Может, тогда проще безопасников из Чен Групп сюда и вызвать?

Я отрицательно покачал головой.

— Если произойдёт инцидент с частной охраной — его всегда можно будет списать на меня. Или на Бэк Хёна. Мол, прилетел в Тайбей сотрудник «Бушующего Кита» по своим делам, а тут на него напали. Как итог — пострадали телохранители из такого-то агентства. Сам понимаешь — с официальным сотрудниками Чен Групп такая версия не пройдёт.

После короткой паузы тот кивнул.

— Всё будет сделано! Можете положиться на меня, сонбэним!

Я с лёгкой усмешкой кивнул.

— Бэк Хён пока поступает в твоё полное распоряжение.

На лице парня проступило выражение печали, но в следующее мгновение он вытянулся в струнку, поедая глазами Хён Ву. Я же двинулся к двери в наши апартаменты, которая оказалась заперта.

Когда же я приложил ключ-карту и оказался внутри, послышался девичий голос.

— Мин Джин Хо? Как прошла тайная миссия, о который ты не стал мне ничего говорить?

Добравшись до гостиной, где находился источник голоса я сразу же остановился. Столкнувшись с внимательным взглядом Чжи, которая стояла напротив. В чёрном белье и чулках с поясом.

Сама девушка с невинным пожала плечами.

— Что? Сидеть и ждать скучно, так что я заказала немного одежды. Решила померить. А раз ты и так всё видел, поможешь определиться, какие варианты идут мне больше всего.

Не отрывая от меня взгляда, изменила позу, чуть выставив вперёд одну ногу.

— Как тебе, кстати? Красиво?

Я усмехнулся, старательно гася все мысли, связанные с недавней новостью, и переключаясь на текущие задачи. Предпринять пока всё равно ничего было нельзя. Оставалось лишь мониторить ситуацию и развиваться. Чтобы в какой-то момент оказаться на одном уровне с потенциальным противником.

Сделав несколько шагов, я остановился за одним из кресел, оперевшись руками на его спинку.

— Неплохо. Но, для соблазнения — слишком скромно. А в качестве классического варианта, наоборот — перебор с развратностью.

Та возмущённо нахмурила брови и, подойдя к зеркалу, окинула взглядом своё отражение.

— Где ты тут скромность увидел? Открой свои глаза, бушующий кит и присмотрись! Трусики и так почти прозрачные, куда больше-то⁈

Чжи обернулась ко мне, а я указал взглядом на её ягодицы.

— Можно было выбрать модель, где сзади только ниточка ткани. Да и бюстгальтер может быть чуть более открытым.

Развернувшись ко мне, Чен с хитрым видом прищурилась.

— Значит, вот какие тебе нравятся?

Я пожал плечами.

— Как и подавляющему большинству мужчин в мире, которые не лежат на больничной койке или не искалечены ханжеским воспитанием.

Она тяжело вздохнула. Покосилась на пакеты с бельём, разбросанные по дивану.

— Возможно, там есть что-то и в таком духе. Я когда заказывала, не сильно присматривалась к мелочам. Выбирала размер и сразу в корзину добавляла.

Судя по тому, с какой скоростью доставили заказ, магазин располагался где-то совсем рядом. И работал через срочную курьерскую службу. Хотя Чжи могла воспользоваться консьерж-сервисом — такая опция здесь тоже имелась.

Я собирался уточнить, где именно она заказала бельё и проверил ли Хён Ву доставку на возможное наличие прослушки, но тут завибрировал телефон. А на экране высветилось сообщение от Мин Со.

«Бён Хо через час выступает. Текст заявления пришлось срочно обновить, потому что изменились обстоятельства. Мой сонбэ сможет его на всякий случай проверить?»

Глава XI

Текст для речи Бён Хо и правда изменился. Но скорее в лучшую сторону — он не просто заявлял о создании полицейского профсоюза, а делал акцент на наличии сотрудников, которые уже готовы стать инициативной группой и встать во главе процесса.

Судя по примечаниям Мин Со Пэк, экс-офицер смог отыскать какое-то количество людей среди действующих правоохранителей, желающих стать первыми, кто войдёт в его организацию. Из-за чего креативщица решила немного скорректировать концепт — вместо того, чтобы говорить только о желании создать профсоюз и его задачах, Бён Хо должен был дополнительно рассказать о группе сторонников. Совместно с которыми они придумали эту идею и собираются её реализовать.

Пока я читал и занимался правками, Чжи успела покрасоваться ещё в двух комплектах белья. А когда закончил и отправил изменённую версию Мин Со, зашла в четвёртом. Абсолютно микроскопическом — намного меньшего размера, чем купальник креативщицы.

Остановившись на выходе из коридора, который вёл в спальню, девушка окинула меня хмурым взглядом.

— Что случилось? Ты как приехал, так и молчишь. С кем там встреча была? Всё настолько плохо? Не выйдет отдать деньги Банку Шанхая?

Спутница настолько увлеклась демонстрацией своего тела, что вопросы по поводу финала переговоров, у неё из головы вылетели. А теперь видимо вернулись на своё место из-за моей реакции на её наряды. Вполне объяснимой — разум до сих пор не мог отойти от недавней новости. Безусловно, я старался гасить мысли, но это было не так просто, как в иных случаях — они всё равно прорывались, отвлекая внимание. И судя по реакции Чжи, это было заметно со стороны.

— Я бы сказал, встреча прошла успешно. Не совсем так, как ожидалось, но возможно получится решить вопрос относительно быстро и без лишних усилий с нашей стороны.

Пару секунду подумав, девушка с лёгким напряжением поинтересовалась.

— Почему ты тогда с таким видом сидишь, как будто за твою голову во всём мире награду объявили?

Усмехнувшись, я прошёлся по ней выразительным взглядом и Чжи неожиданно смутилась, отведя глаза в сторону. Даже руки машинально потянула, чтобы прикрыться. Остановив их в самый последний момент.

Я же поднялся на ноги.

— Слишком много неожиданной информации, которую нужно обработать. Иди переоденься во что-нибудь более приличное и закажем еды.

Собеседница насупилась. Потом бросила на меня ехидный взгляд и развернувшись, скрылась в коридоре, старательно подражая походке моделей на подиуме, чтобы сконцентрировать внимание на ягодицах.

Снова она появилась через пару минут, когда я успел сделать заказ в ресторане, попросив сотрудника консьерж-службы поднять его наверх после доставки. Пускать внутрь непроверенного курьера, абсолютно не хотелось. Местный работник тоже не означал стопроцентной гарантии надёжности, но тем не менее, риски были намного меньше.

Вопрос по поводу проверки пакетов с бельём я всё-таки задал. Чжи сначала возмутилась — мол, там и аппаратуру то прятать негде. Но почти сразу заявила, что Хён Ву всё просветил и подтвердил полную безопасность покупок — профильное оборудование ему доставили этим утром, сразу после того, как мы с Бэк Хёном отправились на переговоры.

Как выяснилось, бывший полицейский успел перекусить тем, что осталось от вчерашнего ужина, а мой временный помощник вовсе назвался не голодным. То ли на самом деле не хотел есть, то ли не желал показывать слабину перед старшим коллегой, который как раз искал подходящее охранное агентство в Корее, поручив «напарнику» следить за камерами.

Как бы там ни было, в просторной столовой мы с Чжи оказались одни. Девушка переоделась в домашний костюм, отдалённо напоминающий пижаму. А когда мы выставили всё на стол, ещё раз повторила свой вопрос.

— Так что там с переговорами? Чем всё закончилось и почему мы можем решить вопрос быстрее, чем ты думал?

Я кратко изложил ей суть прошедшей встречи и девушка прищурилась, взмахнув в воздухе палочками для еды.

— Знаешь чему с детства учат корейских детей, Мин Джин Хо?

Я пожал плечами.

— Истории конфликта с Японией? Планировке Пхеньяна?

Глаза собеседницы удивлённо расширились и я с усмешкой добавил.

— Чтобы было проще его штурмовать, когда армия ворвётся в город.

Чжи раздражённо фыркнула.

— Ты сам знаешь, что там с населением делают — если придём, то в бой бросят всех, для кого найдётся оружие. Девяносто процентов уверены, что их цари всё ещё ведут где-то там вдали войну, на которой гибнут солдаты, мир вокруг сгнил в пороках, а люди варят суп из травы и обогреваются, убегая от диких зверей. Только у них благодать, пайка риса по расписанию и даже можно торговать, если дать на лапу кому надо по фиксированной ставке. Не зря там за наши сериалы в тюрьму отправляют. Посмотрел комедию про Сеул — получи двадцать лет.

Шумно выдохнув, негодующе посмотрела на меня.

— Вот умеешь ты с толку сбить! Корейских детей учат не доверять китайцам! И немного ненавидеть японцев. Не так, чтобы прям Токио в руины, но достаточно, чтобы презрительно коситься на их туристов.

Я издал короткий смешок и в глазах девушки мелькнула искра возмущения.

— Пусть радуются, что на них только косятся. У меня прадеда едва не убили, когда в дом вломились и ценности искали. Повезло, что ранением в ногу отделался. Хромал правда потом всю жизнь.

Отметив, как слегка поднялись мои брови, спокойно добавила.

— Эту историю я ещё своим детям расскажу. А те своим. Чтобы помнили про островных соседей с их императорами. Это сейчас они мирные такие и радушные. Если мир изменится, снова начнут смотреть по сторонам.

Дожевав ломтик мяса, который в процессе её речи удалось отправить в рот, я пожал плечами.

— А смысл? Сейчас борьба идёт за человеческий капитал. Людей с образованием, перспективами и новыми идеями. Один человек, который придумает идею нового технологического стартапа, может принести стране налогов на миллиарды долларов. А в случае серьёзного успеха, создаст массу рабочих мест и сформирует крупную компанию. Став одним из двигателей экономики.

На момент сделав паузу, продолжил.

— Стоит японцам захватить те же Филиппины, как оттуда разбегутся все, у кого есть потенциал. Там и так несладко, но их правительство всё-таки как-то пытаются ситуацию наладить, чтобы к стартаперам и начинающим бизнесменам не заявлялись чиновники с «предложениями, от которых нельзя отказаться». А если зайдут японские войска, все у кого будут мозги и возможность, убегут.

Чжи замолчала, крутя в руках палочки и внимательно на меня смотря. Потом вкрадчиво поинтересовалась.

— Ты уверен, что всё в порядке? Я пошутила же про Японию. Как минимум, наполовину. А ты помчался озвучивать прогнозы и выкладки. Да ещё такие, как будто с рыбацкой дочерью разговариваешь, которая в своей жизни научилась только рыбу чистить.

Какое-то время я помолчал, прокручивая в голове свои собственные мысли во время разговора и анализируя. Вывод был прост — мозг банально хотел загрузить себя процессом общения, чтобы отвлечься от размышлений по поводу нейро-модулей. Отлично осознавая, что они пока бесполезны — основные версии происходящего я уже набросал, а для их детализации требовалось куда больше данных, чем у меня имелось.

— На самом деле всё в порядке. Просто раздумываю, куда вложить свои девять миллионов долларов.

Чен приподняла брови и я напомнил.

— Два процента акций были обещаны Тэ Юну. Получить их, он по понятным причинам не сможет. Поэтому каждому из нас достанется по одному проценту. С текущей рыночной стоимостью в девять миллионов штатовских долларов.

Девушка чуть подалась вперёд, изогнув брови и смотря на меня с некоторым удивлением. Я же спокойно улыбнулся.

— Если ты против, я могу забрать себе оба процента. Никаких проблем.

Та ещё больше выгнула брови.

— Ты никак слишком глубоко нырнул? Ещё и осьминога там ядовитого сожрал? Даже не думай — один процент мой!

Чуть помолчав, добавила.

— А один — твой. Но по-хорошему, об этом стоило договариваться раньше.

Собственно, именно так я и собирался поступить. Но хроническая усталость мозга сделала своё дело — беседы на тему разделения добычи так и не состоялось. Зато увидев заметку о новой нейро-разработке, разум сразу вспомнил об этих деньгах. Более того — на самом деле начал прикидывать, каким образом их можно использовать.

Чжи прожевала ещё одну порцию лапши и глянув на меня, заговорила вновь.

— Кстати… Джи Хё прислала письмо через своего адвоката.

На мгновение замерев, я уточнил.

— Чего она хочет?

Собеседница вздохнула.

— Извиняется, раскаивается и молит о прощении. Говорит, они с Дак Хо готовы передать мне всё, что осталось от их акций, если поможем выбраться. А потом с босыми ногами уйдут в горы, жить отшельниками и радоваться свободе.

Скептически цокнув языком, добавила.

— Врёт, конечно. Наверняка где-то прилично денег припрятано. Как только окажется на воле — сразу улетит отсюда подальше и поселится в домике у моря. И сыночка своего туда же уволочёт.

Возможности повлиять на исход дела у нас всё равно не было. Не запускать же медиа-кампанию в обратном направлении, чтобы обелить недавних противников. Это будет откровенной глупостью. К тому же, уверен, они оба с радостью вцепятся нам обоим в глотки, как только представится такая возможность.

Я собирался всё это озвучить, но не успел — телефон завибрировал входящим сообщением от Геон Шина.

«Мин Со обнаружила подозрительных людей. Все данные уже у нас, вирус запущен.»

Подняв руку, я остановил Чжи, которая снова начала что-то говорить и переключившись на профиль креативщицы, позвонил ей в мессенджере. Девушка приняла вызов буквально через секунду, сразу же принявшись излагать.

— Заявилась пара странных типов. Охрана с ними сначала даже говорить не хотела, но те как-то надавили и заставили их связаться с руководством. Звук камеры не пишут, так что деталей я не знаю. Потом эти двое двинули в прямо в офис главного врача. А я дала Геон Шину отмашку — он говорит, шансов извлечь данные, у них практически нет.

На мгновение замолчав, продолжила.

— Заражёнными окажутся все устройства, которые находятся в контакте с вай-фаем клиники. Геон Шин решил подстраховаться на случай, если у кого-то вдруг есть копии.

Отчасти верное решение. Правда, существование полноценного дубликата данных было почти нереалистичным. Ради чего руководству клиники собирать и хранить компромат на самих себя? Думаю, они бы с радостью вовсе ничего не регистрировали или внаглую подделывали отчётность. Но в таком случае, шанс привлечь внимание из-за элементарного процедурного нарушения, был куда выше. К тому же, если ими заинтересовался бы кто-то из медицинских бюрократов, контакт в министерстве всегда мог выйти на связь и предупредить. После чего было достаточно организовать «сбой» и ликвидацию всего массива данных. В конце концов лучше быть обвинённым в служебной халатности, чем в мошенничестве. К тому же потерю информации всегда можно списать на кого-то ещё. Спев опекунам пациентов песню о происках конкурентов и атаке на клинику, которая так тщательно печётся об их родственниках.

Тем не менее, хуже парень точно не сделал. А инициативу поощрять стоило.

— Молодец. Тот кусок видео, на котором есть лица посетителей, к себе загрузить успели?

Девушка поджала губы.

— Мой сонбэ считает меня глупой студенткой первого курса? Всё загружено и залито в облако. Документацию тоже продублировали в несколько разных мест, чтобы не потерялась, если что.

Покрутив головой, хрустнула шеей и переключившись на вторую камеру, повела телефоном, демонстрируя мне помещение, которое было заставлено мебелью.

— Почти разобрались с рабочими местами. Ещё несколько доставок и всё будет готово. Новички вливаются в процесс, как могут. Соглашение о конфиденциальности с ними подписали — помог адвокат Ми Ён.

Чуть понизив громкость голоса, добавила.

— Она кстати звонила сегодня. Сама. Знаешь зачем, сонбэ? Чтобы позвать меня выпить? Я совсем не против, но одного не пойму — ей, что не с кем выпить? Она же из семьи Чон, в конце концов. Бросит клич — половина Сеула сбежится.

Я печально усмехнулся.

— Думаю, ей сейчас нужны совсем не те люди, которые прибегут на такой зов.

Секунду помедлив, креативщица кивнула. Впрочем, догадаться по какой причине Ми Ён ищет встречи именно с Мин Со, было несложно. Вызволенная мать, наверняка рассказала дочери немало травмирующих историй. Из-за чего девушка хотела поговорить с кем-то, кто уже в курсе ситуации. Рассказывать обо всём кому-то из знакомых в светской тусовке, стало бы приговором — слухи моментально разлетелись бы по городу, через пару дней оказавшись в социальных сетях, а потом и на страницах медиа. Тогда как Мин Со Пэк в этом плане можно было доверять. Как минимум из-за лояльности ко мне и команде в целом. Тем более креативщица была одной из ключевых фигур операции по отстранению отца и дяди Ми Ён от власти.

В стороне послышался чей-то голос и Мин Со состроила огорчённую гримасу.

— Вон Шик… Снова вопросы по поводу кампании для Чен Фармасьютикал.

На момент отведя взгляд в сторону, вернула его на меня.

— Сегодня вечером будет первый отчёт. Мы уже стартуем. По Бён Хо мониторинг будут высылать каждый два часа, хорошо? Если что-то срочное, то сбрасывать сразу. Но проблем там вроде не предвидится — с Га Рам Хуром он всё уже не один раз обсудил.

Дождавшись от меня подтверждения, улыбнулась.

— Не спрашиваю, как там дела, потому что нет времени, но мы все ждём твоего возвращения, сонбэ. Не задерживайтесь на этом островке слишком надолго.

Спустя секунду девушка прервала сеанс связи, а ещё через две послышался тихий голос Чжи.

— Сонбэ, не задерживайся. Сонбэ, мы скучаем. Сонбэ, как у вас там дела? Ей двадцать один год вообще! Как ты это делаешь, Мин Джин Хо? Почему вокруг тебя вьётся столько красоток?

Подцепив палочками кусок мяса, я глянул на неё.

— Рискну предположить, потому что я умён и красив. А красоток, на самом деле не так много.

Нахмурившись, она вздохнула.

— Ащщщ… Умён он… И красив…

Фыркнув, добавила.

— Твоя креативщица точно не прочь затащить тебя в постель. Ми Ён наверняка тоже не откажется. Даже Ун Хонг, предложи ты ей такое, всерьёз задумается. И это ты ещё в свет толком не выходил.

Дожевав ломтик свинины в безумно вкусном соусе, я указал на девушку сомкнутыми палочками.

— Ты забыла ещё одну красотку. Себя.

Ноздри девушки затрепетали от выдоха и она на момент отвела глаза в сторону, изображая ярость и делая вид, что пытается успокоиться. Хотя мимика явственно указывала на сильное смущение. Наконец Чжи взяла себя в руки и снова взглянула на меня.

— Если женщина спрашивает у мужчины его мнение о нижнем белье, это не значит, что она обязательно хочет с ним переспать. Не придумывай себе нелепых фантазий, бушующий кит.

Я степенно кивнул.

— Верю. Ко мне каждый день на улице девушки подходят и сразу же раздеваются, чтобы попросить оценить их бельё. Это же обычное дело. Особенно, если бельё настолько микроскопично, что даже стратегически важные места толком не закрывает.

Собеседница на момент поджала губы. Снова вздохнула. И прищурившись, ответила в иной тональности.

— То есть мужчина в такой ситуации всё понимает и всё равно ничего не делает?

Я обозначил движение плечами.

— Этот конкретный мужчина делает очень много. Возвращает акции на триста семьдесят восемь миллионов долларов, например. Параллельно контролируя кампанию для фармацевтического производства и занимаясь урегулированием оставшихся вопросов с политиками.

Она хмыкнула, смотря на меня со смесью лёгкого разочарования и смущения. Ход с моей стороны, возможно и правда был не слишком корректным, но поворот беседы в откровенное русло удалось предотвратить. Не тот сейчас был момент, чтобы всерьёз обсуждать нечто подобное.

Следующие секунд двадцать прошли в тишине. А потом снова послышался голос Чжи.

— Кстати. Раз мы заговорили о бизнесе, то я хотела бы задать один важный вопрос. Который касается исключительно деловых отношений.

Посмотрев на неё, я кивнул.

— Задавай.

Девушка немного помедлила. Потом начала медленно говорить.

— Ты ведь свою фирму зарегистрировал, чтобы в самостоятельное плавание уйти, правильно? Пакет акций Хонг Геймин уже твой, процент от продаж Ун тоже перечисляет. А если тут всё сложится успешно, то ещё и девять миллионов долларов на счетах объявятся.

Я вопросительно приподнял брови и она продолжила.

— Что ты не хочешь оставаться в качестве вице-председателя, я уже поняла. Но может быть…

Положив палочки на салфетку, я посмотрел ей в глаза.

— Может быть, что?

Девушка в очередной раз вздохнула.

— Ащщщ… Почему с тобой так тяжело? Может быть ты согласишься на другую должность, которая позволила бы совмещать? Простым членом совета директоров например? Или другую? Я председатель — если захочу, могу учредить любую новую позицию.

Глава XII

Мимика Чжи выражала волнение и тревогу — похоже она действительно переживала из-за моего ответа. Я же посмотрел на неё с лёгким удивлением.

— Мы подписали договор о партнёрстве между компаниями. «Бушующий Кит» будет обеспечивать организацию рекламных кампаний и консультировать в случае необходимости.

Документ был подписан сразу после внесения изменений в Кодекс Чен Групп и был весьма обширным. По сути позволяя руководству конгломерата обращаться к нам с любыми задачами.

— Я помню. Но хочу, чтобы ты занял должность в компании. От этого всё равно ничего не изменится — это будет позиция, которую можно совмещать с управлением твоей собственной фирмой.

Самым очевидным вариантом реакции, сейчас стал бы вопрос о том, зачем делать такой ход, если по её же словам, в ситуации ничего не изменится. Но это было бы не слишком корректно. К тому же, причины, которые побудили её выдвинуть предложение, и так были понятны. Чжи порой бывала хаотичной и остро реагировала на раздражители, но интеллектом обделена не была. И прекрасно понимала, что всё идёт к моему выходу на новую орбиту. С автоматическим расширением круга интересов и контактов.

А озвученный вариант был продиктован исключительно эмоциями — думаю девушка осознавала, что с точки зрения бизнес-процессов, на помощь моей команды она может всегда рассчитывать. Но при этом желала сохранить мою персону где-то поблизости. С гарантией того, что я не растворюсь в закате. Судя по всему, формальная должность внутри корпорации, казалась ей неплохим решением.

— Я и так всем представляюсь твоим советником, — пожал я плечами.

— На самом деле не занимая этой должности, — резонно отметила она, вглядываясь в моё лицо.

Сделав маленький глоток чая, я посмотрел на девушку.

— Неформальный советник — тоже своего рода должность.

Чжи раздражённо поджала губы.

— Тебе предлагают выбрать должность внутри чеболя. Самостоятельно определившись, какое место хочешь занять. А ты воротишь нос, как будто я уговариваю отправиться в горы на старом больном осле.

Я подавил усмешку, которая рвалась наружу после неожиданного сравнения. Сейчас такая реакция точно стала бы неуместной — настрой у девушки был весьма решительным.

— Предположим, я соглашусь. Ты же понимаешь, что времени на то, чтобы реально заниматься своими должностными обязанностями, у меня не будет?

Она растерянно моргнула.

— А ты сам вообще слушаешь, что я тебе говорю? Разве там были слова о том, что надо регулярно ходить на работу и заниматься делами?

Отпив ещё чая, я поставил чашку на место.

— Тогда можно поступить просто. Создать в штате компании ту самую позицию, которую я уже использую во время общения. Немного её видоизменив. Например, превратив в советника по вопросам стратегического развития и особым поручениям.

Председатель Чен Групп выдохнула, сбрасывая напряжение. Но сразу же чуть нахмурилась.

— А почему именно так?

Мне оставалось только пожать плечами и дать честный ответ.

— Корпорация не может стоять на одном месте, ограничиваясь только локальными планами роста. Мир вокруг бурлит — технологические стартапы появляются каждый день. Большинство сгорает, но некоторые способны принести громадную прибыль. Ни к чему упускать такую возможность. А подобная должность позволит мне самостоятельно вести переговоры от имени Чен Групп.

На лице собеседницы появилась тень непонимания.

— Переговоры? Планируешь заняться инвестициями в технологии?

Я усмехнулся.

— Возможно. У Ми Ён есть фонд, перед которым стоят те же самые задачи. Вместе вы окажетесь способны потянуть многие проекты. А если говорить о первом этапе финансирования, то почти все.

Девушка чуть наклонила голову, а во взгляде снова блеснуло лёгкое раздражение.

— У Чен Групп нет свободных денег для инвестирования. Нам сейчас самим надо закрыть дыру в бюджете.

Взяв палочки, я улыбнулся.

— Это ненадолго. Кампания по продвижению желе из водорослей уже началась. Думаю, совсем скоро бюджет стабилизируется.

Договорив, потянулся к жареной курице, а Чжи решила поставить точку в обсуждении нового назначения.

— То есть ты согласен занять место советника и я могу прямо сейчас дать распоряжение подготовить документы?

Я кивнул, удерживая кусок мяса над своей тарелкой.

— Согласен. Можешь отдавать распоряжение.

Радость у неё получилось скрыть не слишком успешно — не надо было располагать специальными навыками, чтобы распознать реакцию на полученный ответ.

Я же, расправившись с куском мяса, отложил палочки в сторону. Заметив вопросительный взгляд Чжи, пожал плечами.

— Нужно заняться парой вопросов, пока мы всё равно ждём.

Девушка, которая только что закончила набивать сообщение на телефоне, сразу же поинтересовалась.

— Насчёт того китайца. Думаешь, он вот просто возьмёт и согласится, раз твои люди зачистили базу данных?

Я пожал плечами.

— Многое зависит от того, кто ещё замешан в этой истории. От фигур, которые сейчас контролируют пакет акций стартапа.

Она тяжело вздохнула.

— Выходит, Вэньмин Тан прекрасно знал, что происходит. Почему отправил нас сюда, ничего не сказав?

Я откинулся на спинку стула и озвучил варианты, которые сформировались в голове ещё утром, во время беседы с китайцем.

— Возможно рассчитывал на личные связи семьи Чен. Или надеялся получить дополнительную информацию, которая поможет справиться с проблемой. Мы не же знаем, насколько хорошо ему известны детали происходящего.

Чуть помолчав, добавил.

— Другая версия — его использовали втёмную. И он имеет прямое отношение только к платежу на пятьдесят миллионов, а об остальных не догадывается. На лидера группировки он не тянет, а руководители среднего звена редко в курсе всех действий руководства.

Собеседница задумчиво хмыкнула.

— Знаешь, с учётом всех обстоятельств, возможно нам получится и больше двух процентов себе забрать в качестве комиссионных.

Заметив скепсис на моём лице, сразу же продолжила.

— А что? В этом деле нет нашей вины. Даже отдалённо — семья Чен и договорённости дяди, на ситуацию никак повлиять не могли. Проблема возникла из-за врагов самого Вэньмин Тана. Тогда как решать её, заставили именно нас. Практически бесплатно. Не вижу тут ничего справедливого.

Улыбнувшись, я покачал головой.

— Идея отхватить сотню миллионов, которые можно быстро конвертировать в живые деньги, выглядит соблазнительно. Но я бы не стал на это сильно рассчитывать. Если вдруг подвернётся удобный случай, то им можно воспользоваться. Основной момент — верно оценить ситуацию. И не создать себе ещё большие проблемы.

Чжи снова поджала губы и я добавил.

— Согласен, деньги неплохие, но и риски зашкаливают. К тому же, не забывай, Чен Фармасьютикал совсем скоро начнёт получать платежи. Сразу, как наша кампания выйдет на нужный уровень.

Она медленно кивнула и вдруг, не слишком уверенно поинтересовалась.

— Мы пока летели, я всё думала…

На момент замолчала, собираясь с мыслями.

— Насколько правильно продавать биодобавку таким образом? Она же на самом деле от ожирения не спасёт и с кровеносной системой не поможет. Вернее, в какой-то степени воздействие окажет. Но совсем не глобальное.

Я секунду подумал, рассматривая девушку.

— Во-первых, нам требовался срочный выход из ситуации. Этот вариант был единственным, способным дать быструю прибыль. Если отбросить те, которые караются законом и способны принести гораздо больше проблем. Во-вторых, утверждений о том, что эта добавка помогает вылечить существующие болезни, нигде не будет. Только общие фразы о том, что она оздоравливает организм. Не являясь лекарством. А от того, что люди получат порцию витаминов, хуже никому точно не станет.

Помедлив, добавил.

— Да и весь период увлечения продлится максимум месяц. Может быть полтора-два. Потом люди найдут новое увлечение и спрос начнёт быстро проседать. Вся разница с конкурентами в том, что мы попробуем запустить продукт Чен Фармасьютикал на относительно глобальном уровне. Временно перекрыв собой все локальные проекты. Но местные команды быстро придумают что-то новое, перестроят стратегию и выдавят нас.

Чжи цокнула языком и кивнула.

— Ладно. Считай, что ты меня успокоил.

Опасения девушки были вполне понятны, но рынок биодобавок жил по своим законам. Какие-то продавались в аптеках и попадали в рекомендации врачей, которые советовали покупать именно их, если наблюдался недостаток определённых веществ в организме. Другие выстреливали на короткий промежуток времени, захватывая всё информационное пространство и потом увядали. Некоторые бренды в обеих категориях принадлежали одним и тем же людям. Иные были результатом работы любительских команд, что пытались зайти на рынок. Иногда достаточно успешно.

Другое дело, что методы их продвижения были давно отработаны и маркетологи обычно шли по проторенной колее. Не пытаясь привлекать к процессу звёзд и проводить яркие кампании.

Спустя пять минут я оказался в рабочем кабинете, который в апартаментах тоже имелся и сразу же переключился на другую задачу. Ту, которой сейчас стоило заниматься исключительно лично. Поиск информации о создателях аргентинской разработки.

В момент, когда новость попалась мне на глаза, я оказался несколько ошеломлён. И в первую очередь размышлял о перспективах и теориях. Лишь пробежавшись по новостям.

Сейчас же настало время отправиться по другому следу — юридическому. Раз есть зарегистрированная компания, то у неё должен быть и директор. Плюс, адрес офиса, дата создания и иные детали.

Впрочем, достаточно быстро стало понятно, что ничего действительно ценного о личности собственника, выяснить не выйдет. Фирма на самом деле была зарегистрирована в Аргентине. Появившись три с половиной года назад. Юридический адрес её офиса совпадал с клиникой, которая специализировалась на заболеваниях центральной нервной системы. История медицинского учреждения насчитывала шестнадцать лет, но полтора года назад оно внезапно заявило о своём закрытии. А спустя ещё пять месяцев, действительно прекратило работать, выписав последних пациентов.

Судя по документам, оба юридических лица принадлежали одному и тому же человеку. Но вот найти какие-то его личные данные, не вышло. Имя и фамилия были одними из самых распространённых в испаноязычном мире — поиск по социальным сетям выдавал колоссальное количество аккаунтов. Попытка локализовать процесс по сферам деятельности ни к чему не привела. Как и все остальные варианты детализации, которые пришли мне в голову. Судя по всему, если владелец компании и пользовался социальными сетями, то аккаунт зарегистрировал на псевдоним.

Все материалы, связанные с клиникой, публиковались от имени главного врача, который был совсем другим человеком. Ни одного упоминания владельца заведения, я не обнаружил. Зато нашёл массу положительных отзывов от пациентов.

Всё это значительно повышало вероятность теории о том, что некто оказался здесь до меня. Человек, который неплохо разбирался в работе нейро-модулей и решил использовать знания для того, чтобы заработать. Что намекало — иных возможностей он не видел. А значит, профиль его деятельности кардинально отличался от моего. Или…

После этого «или», возникало такое количество разветвлений, что теории множились десятками. И отдать приоритет одной из них без дополнительной информации, я попросту не мог.

От процесса размышлений, отвлёк завибрировавший телефон. На который пришло сообщение с неизвестного номера, написанное на путунхуа.

«Ловкий приём, кореец. Обставил. Сегодня в девять часов вечера, бар „Синяя птица“. Придут те, с кем тебе нужно поговорить для решения своего вопроса. Не забудь взять свою спутницу.»

Глава XIII

К бару мы приехали за десять минут до назначенного времени. Сопровождаемые наблюдателями, которые даже не пытались скрываться, держась вплотную к нашей машине. Что здорово раздражало Хён Ву, часто поглядывающего в зеркало заднего вида.

Подходящее охранное агентство бывший полицейский нашёл. Более того — сюда уже прибыла многочисленная группа его сотрудников. Всё, как я просил — голодные и злые. Компания правда была старой, но потеряла два крупных контракта из-за конфликта между собственниками — одного выкинули за борт и он по полной воспользовался личными связями, чтобы навредить победителю. Как итог — их шеф увидел в нашем предложении спасательный круг, который бросили утопающему. Предсказуемо вцепившись в него всеми конечностями. Потому как, если они успешно справятся с задачей и получат контракт с Чен Групп, это правда может стать настоящим спасением для его компании.

Сейчас все они были в районе бара. Двадцать один человек. Три группы по семь бойцов. Располагающиеся в арендованных недорогих машинах, экипированные допустимым способом и пытающиеся быть максимально незаметными.

С нами они в прямой контакт не вступали — все приказы отдавались при помощи мессенджера. Так что имелся небольшой шанс, что противник не в курсе их прибытия. А если учитывать, что разместились они на некотором удалении от заведения и целенаправленно маскировались, возможно люди противника их не заметят. В конце концов, вряд-ли они сочтут, что недавно прибывшие на Тайвань корейцы, вдруг смогут обеспечить себе группу поддержки. Да и добирались, наши новоиспечённые солдаты, двумя разными рейсами. Недолгое время полёта позволяло не собирать их всех на борту одного самолёта.

Впрочем, в качестве полноценной гарантии безопасности, я их всё равно не рассматривал. Располагая резервным вариантом на случай обострения ситуации.

Нас ждали — стоящий около двери работник, сразу же отвесил глубокий поклон и пригласил следовать за ним. К столику в глубине зала, отгороженному от остальной части заведения ширмой.

В освещённом приглушёнными лампами помещении, было не так много людей — больше половины столов пустовало, а за длинной барной стойкой и вовсе сидело всего несколько человек. Впрочем, раз нас пригласили именно сюда, значит бар находился под контролем противоположной стороны. Либо вовсе являлся их собственностью.

Телефоны нас снова попросили отдать. Но оставили спортивный смарт-браслет, замеряющий пульс. Сообщение при помощи этого девайса передать было невозможно. Зато он был добавлен в созданный мной аккаунт производителя, который позволял подключать таким образом все свои устройства. Доступ к нему имелся у лидеров всех трёх групп поддержки, которые получили простую инструкцию — если устройство вдруг выключится, значит им необходимо действовать. Ворваться в бар, оценить обстановку и вытаскивать охраняемые объекты.

Не самая изысканная схема, но учитывая отсутствие иных методов связи и специального оборудования, единственно возможная.

За столом внезапно обнаружилось сразу четверо китайцев. Помимо уже знакомого Сянцзяня, нас ждали ещё двое мужчин и женщина лет сорока. Один из участников встречи мужского пола, был в джинсах и рубашке, второй предпочёл костюм-двойку, стилизованный под спортивный вариант. Модель для тех, кто желал показать, что не работает в офисе и бюрократические условности на него не распространяются.

Женщина же выбрала глухое закрытое платье в чёрном и золотом тонах. Прямо сейчас пристально смотря на Чжи — девушка тоже оделась в платье. Тёмно-зелёное, с крайне скромным декольте и ниже колена, но при этом достаточно обтягивающее, чтобы китаянка завистливо прищурила глаза, оценивая фигуру Чен.

Я отодвинул стул и подождав, пока спутница расположится за столом, уселся рядом с ней. Обвёл взглядом присутствующих, приглашая к началу беседы.

Первым заговорил тот мужчина, что был одет в костюм.

— Не знаю, как остальные, а я рад видеть вас здесь, Мин Джин Хо. Но прежде чем мы перейдём к вариантам решения вашего вопроса, хотел бы рассказать одну занимательную историю.

Он улыбнулся, показательно смотря на меня с вопросительным выражением лица. Пришлось сделать именно то, что диктовала ситуация — согласно кивнуть. Я не имел никакого представления, кем являются эти люди. А камеры в баре отсутствовали — единственным, к чему у Геон Шина вышло получить доступ, оказался телефон одного из официантов, который сейчас работал в зале. Но ничего интересного там не нашлось.

— Началось всё несколько лет назад, когда на континенте был одобрен большой инфраструктурный проект для Юго-Восточной Азии. С солидной долей государственного финансирования, само собой. Большие планы, крупные суммы и немедленно начавшаяся схватка за контроль. Хотя почему-то мне кажется, вы и так себе всё неплохо представляете.

Насмешливо на меня глянув, сделал глоток из бокала, который перед ним стоял.

— До недавнего времени, последователи Мао не трогали бизнес. Запускали руку только в государственную казну, набивая карманы золотом, полученным от налогов. Но к моменту начала строительства, табу уже было нарушено — партийцы принялись потрошить своих же миллиардеров, забыв о негласных заветах старых руководителей. Тех самых, которые позволили континенту добиться успеха.

Не отрывая от меня взгляда, мужчина постучал пальцами по столу. Потом продолжил.

— Так совпало, что глава компании, которая инвестировала в проект и обеспечивала пятую часть его бюджета, угодил под удар. А вместе с ним и лидер партийного клана, которому эту стройку отдали на кормление. Слишком уж зарвался — больно ткнул в бок человека, близкого к престолу. Немедленно получив ответ. Да такой, что ему пришлось навсегда отойти от дел. Как вы думаете, что произошло дальше?

Я с невозмутимым видом пожал плечами.

— Хаос. Непонимание. Срывы всех сроков.

О каком проекте идёт речь, я прекрасно понял. И пусть происходящее после отстранения старого руководства, на страницы медиа не выплёскивалось, но представить себе картину было несложно. Строительство подобного масштаба — это сотни задействованных кампаний разного формата и размера. Сложные схемы взаимодействий и неформальные цепочки подчинения, базирующиеся на личных договорённостях.

Поменять всех и сразу было невозможно. Тем более строительство уже вовсю шло. А попавшие в опалу лидеры процесса, потеряли возможность контролировать исполнение ранее достигнутых договорённостей. Чудо, что в таких условиях, всё вовсе не заглохло.

Сидящий напротив меня мужчина, улыбнулся и кивнул.

— Вы правы, Мин Джин Хо. Полный хаос. Которым решили воспользоваться отдельные предприимчивые личности. Если оставаться точным — их было множество. Но на фоне всех прочих выделилось две группы, которые суммарно прикарманили больше семисот миллионов долларов. Возможно даже больше — мне неизвестно, пытались ли они перебросить деньги куда-то ещё.

Женщина, что сидела сбоку от мужчины, досадливо поморщилась. Третий из неизвестных участников встречи, вовсе слушал оратора с откровенной скукой. Но самого китайца это вовсе не смущало.

— Но те семьсот миллионов, о которых идёт речь, они решили завести на Тайвань. Воспользовавшись обходными путями, само собой. Мозгов и решительности на то, чтобы их украсть хватило, но вот дальше они принялись делать ошибку за ошибкой. Как думаете, что произошло, когда в итоге эти молодые и дерзкие менеджеры попались на глаза старичкам-партократам? Которые поняли, что им не отстегнули долю на новые бриллианты для грудастых красоток и инкрустированные золотом перила лестниц?

Теперь ситуация с происхождением денег начала проясняться. Как и слова бывшего функционера Бюро о столкновении двух группировок. Конечно, выкладывать всё китаец начал прямо в лоб и с зашкаливающим пафосом. Но для этого, скорее всего была причина. И как мне кажется, я уже знал, какая именно.

— Они потребовали свою долю и компенсацию за наглость?

Моя версия заставила собеседника ухмыльнуться.

— Ну что вы? Им нужно было наказать этих людей. Сделать примером для всех, кто попытается запустить лапы в казну без одобрения старших товарищей, стоящих за спиной очередного великого вождя. Такое неуважение смывается только кровью.

Патетично озвучив эти слова, снова ухмыльнулся.

— Впрочем, получить деньги им тоже хотелось. Поэтому они поставили простое условие — та группа, которая установит контроль над деньгами второй, останется существовать. Её даже встроят в систему. А вот проигравшие будут уничтожены. Физически, как вы понимаете. Для пущего эффекта — вместе с родственниками. Лагеря перевоспитания никто не отменял. Выходят оттуда не все и даже те, кому повезёт, обычно ломаются на всю оставшуюся жизнь.

Я медленно наклонил голову.

— История увлекательная и красочная. Всегда интересно послушать про разлад у соседей. Но мы прибыли совсем не для того, чтобы обсуждать склоки имперских кланов и их возню под ковром. Всё, что нам нужно — деньги, которые Тэ Юн Чен передал своему доверенному лицу. Не более того.

Китаец оскалился, продемонстрировав белые зубы.

— И вы предложили за них неплохую цену, согласен. Но дело в том, что на момент утренней встречи, мой дорогой друг Сянзцян не знал одной весьма занимательной вещи.

Женщина, которая сидела по левую руку от говорившего, не выдержала. С раздражением покосившись на него, подалась вперёд и впилась взглядом в лицо Чжи.

— Мы всё знаем! Джи Сок Ра пытался сожрать тебя, сделав это дело ступенькой к трону. Но сам оказался за решёткой по обвинению в работе с триадами. Хотя никогда раньше не имел дела ни с кем из нас. Забавно, правда? А потом…

Мужчина в костюме упреждающе поднял руку, заставив её осечься.

— Ты лишь представляешь интересы своего мужа. Не говори так, как будто сама командуешь людьми.

Раздражение во взгляде женщины быстро переросло в откровенную злобу. Но ответной реплики не последовало — помимо гнева, на её лице промелькнул и страх. А сам китаец снова посмотрел на меня.

— Достаточно было зайти в корейские новости, чтобы узнать общие черты вашего конфликта. После чего совсем несложно стало догадаться, кто подставил людей из Трёх Лун. Знаешь, у них были очень серьёзные планы на экспансию в Корее. Которых больше нет.

Секунду помолчал, уперев в меня насмешливый взгляд.

— Ты старательно играешь свою роль. Наверное приятно размяться после стольких лет, проведённых на скамейке запасных, где ты изображал недалёкого менеджера, который не способен запомнить простейший иероглиф. И за спиной у тебя скорее всего кто-то есть. Возможно даже целая команда внутри вашей Национальной разведки. Только вот у этих парней нет власти за пределами страны. Даже если захотят — не помогут.

Чжи, которая на всём протяжении беседы старательно изображала статую, покосилась на меня с лёгким изумлением. Я же пожал плечами.

— Возможно и правда не помогут. С другой стороны — стали бы они отправлять настолько ценную фигуру с безнадёжной миссией? Столько лет ждать, чтобы потом сразу потерять человека?

Китаец ухмыльнулся.

— Если бы они могли помочь, то сюда не прилетело бы два десятка бойцов. Тех самых, что сейчас рядом и наверное ждут от тебя сигнала.

Мужчина, одетый в рубашку и брюки, который до того молчал, вздохнул и посмотрел на меня.

— На что ты вообще рассчитывал? Думал они смогут одолеть нас без всякого оружия? Ворвутся сюда и положат всех лицом в пол? Не понял, с кем имеешь дело?

Мимика Чжи сигналила о том, что девушка испугана. А ещё зла — то ли из-за прозвучавших слов о принадлежности к разведке, то ли из-за самой ситуации.

Я же откинулся назад и положил руки на стол, сомкнув пальцы.

— Тратить своё время для того, чтобы озвучить мне это в лицо, вы бы точно не стали. Потому я спрошу — какое у вас предложение?

Китаец в костюме рассмеялся.

— Вот так сразу? Поднял руки и сдаёшься?

Я улыбнулся в ответ.

— Разве сдаюсь? Всего лишь хочу услышать, что вы рассчитываете от меня получить. Интересно, как далеко зашли ваши фантазии, когда вы решили, что имеете дело с беззащитной добычей.

Тот чуть посерьёзнел и посмотрел на меня с деланным сочувствием.

— На самом деле, мы и не подумали бы, что кто-то из окружения главы чеболя способен вот так нагло использовать людей триады. Твоя персона была вне подозрений. Но потом ты явился сюда и сам выложил карты на стол, заявив о взломе клиники. Да и само твоё предложение продемонстрировало неплохой уровень игры. Всё, что оставалось — сопоставить факты.

После того, как он замолчал, снова заговорила женщина.

— Три Луны верно выбрали цель, но ошиблись с методами её достижения. Мы поступим иначе.

Мельком глянув на меня, уткнулась взглядом в Чжи.

— У Чен Групп было два клуба, которые вы сейчас продаёте. Ты отменишь продажу и восстановишь подразделение. Которое начнёт экспансию по всей Корее. Не слишком затратную, но так, чтобы наши точки присутствовали во всех крупных городах. Реальным руководством займётся наш человек.

Мужчина в костюме довольно улыбнулся и тоже посмотрел на председателя Чен Групп.

— А ещё у вас есть рыбное производство. И контракты с рыбаками, которые часто выходят в море. Никогда не любил рыбацкие суда, но у них есть один неоспоримый плюс — там можно надёжно укрыть массу интересных вещей.

Моя спутница протяжно выдохнула. Медленно повернулась ко мне, уткувшись взглядом, который одновременно испепелял и молил о помощи.

Я же цокнул языком и непринуждённо развёл руками.

— Это всё? Тогда у меня встречное предложение — обеспечьте передачу нам контроля над компаниями, которые сейчас владеют акциями и мы покинем вашу землю, не став обагрять её кровью.

На меня уставилось пять пар изрядно недоумевающих глаз. Участники встречи с противоположной стороны, судя по мимике, скорее удивились, чем разозлились. Чжи и вовсе впала в состояние лёгкого шока.

Главный переговорщик, сидящий напротив меня, заглянул в экран телефона и состроил скептическую гримасу.

— Твои люди уже схвачены. Даже рассказали о схеме взаимодействия. Они должны были прийти на помощь после того, как ты выключишь свой смарт-браслет.

Слегка наклонившись вперёд, добавил.

— У тебя нет ни единого шанса выбраться отсюда. Понимаешь? Не в том смысле, что ты не сможешь уйти из бара. Мы то может тебя и выпустим. Но уже через минуту Три Луны узнают, кто их подставил. Как думаешь, что они сделают после этого? Как скоро на тебя и эту прелестную молчаливую девушку будет открыта охота? Даже если успеете вернуться в Корею, долго не протянете.

Я улыбнулся.

— Теперь вы должны ещё один процент акций сверху. Из тех трёх, что были обещаны посреднику.

Сянзцян удивлённо фыркнул. А на лице их неформального лидера появилось выражение некоторой озадаченности. Зато снова заговорила женщина, чей уровень раздражения похоже перешагнул определённый предел.

— Ты не представляешь с кем говоришь? Небо с землёй перепутал? Может тебе глаза выколоть, раз они всё равно ни к чему?

Я повернул к ней голову и усмехнулся.

— Своими глазами я дорожу. А раз их целых два, то и новых процентов тоже прибавляется два. Вы отдадите нам всю долю посредника.

Она хотела сказать что-то ещё, да и бывший безопасник тоже готовился вклиниться со своим мнением. Но сидящий напротив меня мужчина поднял руку и оба остановились. Тогда как он сам задал вполне ожидаемый вопрос.

— Говоришь ты уверенно. Но что станешь делать, если я прикажу своим людям сломать тебе руку? Или не слышал, что твоей группы поддержки больше нет? И я могу гарантировать — других команд в этом квартале тоже нет. А все полицейские — из числа тех, что работают на нас. Или у тебя там в небе десяток вертолётов с десантом болтаются?

Я отрицательно покачал головой.

— Вертолётов нет. Как и боевых истребителей или бронеколонн на улицах города. Тем не менее, у меня заготовлено кое-что настолько же убойное.

Мои руки вновь были сомкнуты, так что далеко тянуться не пришлось — я просто положил пальцы правой руки на запястье левой и выключил браслет.

Несколько секунд все настороженно молчали. Тот китаец, что был одет в рубашку, вовсе начал озираться по сторонам, как будто и правда ожидая штурма.

А потом в зале громко заиграла мелодия телефонного звонка. Самый звучный вариант из тех, что я смог найти. И перед выездом сюда, поставил на свой аппарат.

* * *

В комнате сидели двое. Крепкий парень, что мрачно пялился в стену и мужчина в светлых штанах с футболкой такого же цвета, который неторопливо ему что-то рассказывал.

Из соседнего помещения всё это слушал ещё один человек. Происходящее ему не нравилось, но такое было не в первый раз. В те же редкие случаи, когда он позволял себе быть откровенным с самим собой, становилось понятно, что текущий род деятельности, мужчине вовсе не нравится. Более того — он его откровенно ненавидит.

Но грязная работа обеспечивала хороший доход. В десятки раз больше, чем он мог бы зарабатывать, продавая свои навыки в рамках закона. Тогда как количество чужих секретов, которые хранились в памяти, недвусмысленно намекало — выйти из процесса ему не дадут. Разве что подготовить новый пакет документов и отправиться далеко за границу. В надежде, что ищейки потеряют след и не смогут до него добраться. Но к настолько радикальному решению он пока готов не был.

Человек в соседней комнате, который обрабатывал бывшего сотрудника «Бушующего Кита», был экспертом по психологии. Прошедшим профильную подготовку, а потом и получившим практический опыт. Сначала Ирак. Затем Афганистан. В обоих случаях, он выступал в качестве специалиста по допросам и вербовке. Выстраивал беседу, находил аргументы и подталкивал объект к нужному решению.

Как люди чеболя смогли договориться об использовании высококлассного армейского специалиста для подобной задачи, координатор предпочитал не думать. Хотелось верить, что вышли на контакт с ним лично, а не решили вопрос через командование. Второе означало бы, что в стране вовсе нельзя никому верить.

Его же задача в этот раз была очень простой — обеспечить безопасность на время беседы объекта с привлечённым экспертом, а потом снабдить всем необходимым. И получить визуальное подтверждение выполнения задачи.

Голоса в соседней комнате затихли и через секунду дверь открылась, а в проёме показался психолог.

— Закажешь поесть? У Рам не отказался бы от порции джукуми*.

Мужчина кивнул, старательно сдерживая рвущееся изнутри раздражение. Кодовое слово прозвучало — объект был замотивирован и готов к действию. Оставалось только экипировать его, после чего вывести на цель.

* * *

*Джукуми — жаренные осьминоги, обжаренные в масле, маринованные в соусе гочугару красного чили.

Глава XIV

Телефон звонил. Китайцы сверлили меня взглядами. Чжи вцепилась в столешницу так, что побелели пальцы. Я же улыбнулся, смотря в глаза лидеру переговорщиков.

— Думаю, когда вы увидите и услышите звонящего, измените свою точку зрения.

Пару секунд он раздумывал. Оно и понятно — принимать звонок на подобной встрече, казалось не самым рациональным решением. С другой стороны, перед ним сидел человек, который недавно был младшим специалистом в рекламном агентстве чеболя. А потом ворвался в высшие слои общества. Предположительно, оказавшись связан с Национальной разведкой. Либо с иной группой влияния.

Само собой, ему очень не хотелось давать мне в руки телефон. Но ещё больше он не желал внезапно оказаться в болотной топи, провалившись туда по пояс. В конце концов, говорил я вполне уверенно, а пример Джи Сок Ра указывал, что определённые способности к уничтожению более сильных противников у меня имеются.

Наконец он определился и коротко рявкнул, приказывая принести телефон. Потом глянул на меня.

— Если это всё пустые слова, ты даже из этого бара не выйдешь, Мин Джин Хо. По крайней мере на своих ногах.

Я снова безмятежно улыбнулся. Забрал своё устройство связи у подбежавшего китайца. И принял видеозвонок в мессенджере.

— Приветствую, Джордж! Как ты уже понял, они предпочли пойти по плохому пути.

Английский язык и европейское имя заставили всех присутствующих на момент впасть в ступор. Я же переключил камеру телефона и повёл ей по лицам китайцев.

— Видишь? Сразу трое представителей триад и бывший офицер Национального бюро безопасности. Как я предполагал, угрожают сдать нас лидерам Трёх Лун, если мы не сделаем Чен Групп инструментом их экспансии в Корее.

Сянцзян Юн, который до того не проронил ни слова, подался вперёд.

— Ты что творишь, наглец? Выключи камеру!

Глянув на него, я тихо рассмеялся. Перевёл взгляд на китайца в костюме, который свирепо на меня пялился.

— Давайте я для начала представляю своего собеседника. Джордж Майниф. Владелец и главный редактор «Донт буллшит ньюс». На четвёртом месте среди самых посещаемых новостных сайтов на английском языке. А сейчас активно осваивает новые направления. Разделы на китайском и корейском, у них тоже появились.

Китаянка в чёрно-жёлтом платье, машинально отодвинула стул. Но порыв броситься отсюда прочь всё же сдержала, оставшись на месте. Поняла, что это всё равно ничего не изменит. Я же, не разрывая зрительного контакта с мужчиной напротив, продолжил говорить.

— У него есть полный пакет данных для публикации. Плюс, контакт с моими людьми. Если вы решите отказаться от идеи взаимовыгодного сотрудничества и продолжите угрожать — материал появится на сайте в течение ближайшего часа. С весьма очевидными для вас последствиями.

В списке пациентов клиники было немало интересных имён. Включая журналиста, который основал проект, специализирующийся на двух категориях новостей, привлекающих внимание читателей — тех, которые остальные предпочитали касаться лишь вскользь, максимально сглаживая углы, и сугубо развлекательных. Набрал команду из студентов, что были готовы круглосуточно пахать ради успеха и денег, плюс не были фанатиками какого-то из политических течений. А через три месяца работы, оказался одним из самых цитируемых сетевых ресурсов.

Выстроить с ним коммуникации оказалось достаточно легко. Простоту первого контакта обеспечили документы о состоянии его матери, которая находилась в тайваньской клинике на лечении. А потом удалось вывести собеседника к идее полноценного сотрудничества. Безусловно, Джордж загорелся идеей немедленно выложить все данные о клинике в открытый доступ. И естественно ему хотелось разместить материал о триадах. Но в итоге вышло достичь соглашения — он помогает мне в качестве ответной благодарности за информацию о его матери, которую прямо сейчас везли в аэропорт Тайбея, плюс получает право на эксклюзивные новости, касающиеся корейской бизнес-среды. Со своей историей я его коротко ознакомил, так что в перспективах появления горячих фактов, новый партнёр не сомневался.

— И что он опубликует? Наши лица? Так мы честные тайваньские бизнесмены, которые встретились с корейским коллегой. Совсем не ожидая, что он немедленно начнёт нас шантажировать. Это ты нарушаешь закон Мин Джин Хо. Мы же абсолютно чисты.

Я цокнул языком и подняв левую руку, принялся загибать пальцы.

— Первое — он разместит всё, что у нас есть о клинике. Включая запись, где двое неизвестных мужчин при помощи давления пробиваются в кабинет главного врача. Второе — расскажет миру историю тайваньского инвестора, который согласился взять деньги старого друга из Кореи, а потом оказался под двойным прессом. Со стороны триад и ветеранов национальной безопасности. Которые лишили его всего и заперли в четырёх стенах. Думаю вы прекрасно понимаете, чья фамилия будет в центре повествования этого сюжета?

Сделав секундную паузу, обвёл их взглядом.

— Третье — поведает историю о том, как председатель Чен Групп случайно узнала всю правду о клинике. И оказавшись на Тайване, обратилась к уважаемому человеку, которого ей порекомендовали, как честного офицера в отставке, способного помочь. Не желая привлекать внимания, она отправила к нему своего советника и тот поведал печальную историю инвестиций дяди. Заодно выложив всё, что знал о клинике. Но вместо того, чтобы помочь, этот «честный офицер» пригласил его на ужин с лидерами триады, которые стали угрожать и попытались использовать Чен Групп для экспансии на территории Кореи.

Помолчав, я добавил.

— Можно и продолжить. Но думаю, этих трёх пунктов окажется достаточно. Ваши лица на видео. Скандал точно получится громким. Слишком много влиятельных имён будет затронуто из-за родственников. А если предположить, что триады прикрывали это медицинское заведение, получая свой процент, ситуация вовсе примет непредсказуемый оборот.

Четверо китайцев молчали, с мрачной злобой буравя меня взглядами. Расклад для них и правда получался не слишком приятным. Не говоря о том, что на видео оказались их собственные лица. Под ударом окажется не только бизнес, на который будут вынуждены обратить внимание правоохранительные органы, но и они лично. Давление медиа не оставит выбора политическим фигурам и они покрепче натянут поводки полиции. Да и Бюро получит свою порцию плетей. Тем придётся выполнять приказы, даже против собственной воли. А если учесть конкуренцию триад, агенты влияния каждой из них, постараются реализовать поручение сверху за счёт других группировок. Использовав ситуацию, чтобы тех ослабить. Возникнет противостояние, от которого останется лишь один шаг до полноценной войны между криминальными группами.

В этот раз первым заговорил Сянзцян.

— Ты на чужой земле, кореец. Нельзя явиться в гости и угрожать хозяевам. Такое не оставляют без последствий.

Я повернулся к нему.

— Как ещё быть, если хозяева вместо радушного приёма, хотят ограбить гостя и отнять всё, что у него есть? Даже после того, как он предложил им абсолютно честный обмен.

Бывший безопасник вздохнул, а из динамика телефона послышался голос Джорджа, который не знал ни слова на путунхуа.

— Что они там говорят? Угрожают убить на месте? Ты же знаешь, я китайский не понимаю.

Мужчина напротив, нервно потянул пальцами борт своего пиджака и процедил.

— Лаовай! Мог хотя бы поинтересоваться, как правильно называется наш язык.

Замолчав, бросил взгляд на телефон в моей руке. Вздохнул. И заговорил снова.

— Даже если ты сейчас одержишь верх, это поражение навсегда останется в нашей памяти. Понимаешь?

Я вопросительно приподнял брови.

— Снова угрожаешь меня убить? Джорджа тоже собираешься прикончить? Может быть вырезать всю его редакцию? Он ведь оставит полный пакет данных сразу нескольким людям. И среди своих я информацию тоже распределю. Даже если у вас выйдет каким-то чудом дотянуться до нас обоих, новости в сети всё равно появятся. Только в дополнение ко всему, вас четверых обвинят в организации заказного убийства. Или сразу нескольких.

Я снова повёл телефоном, переключившись на другую камеру и китаец раздражённо махнул рукой.

— Хватит! Выключи уже его!

Сбоку от ширмы появилась было фигура одного из их бойцов. Но стоило тому наткнуться на разъярённый взгляд шефа, как парень сразу же исчез.

Я же снова посмотрел в глаза собеседника.

— Документы на компании, владеющие акциями должны быть готовы завтра к обеду. И я вовсе не шутил по поводу трёх процентов сверху. Долю посредника мы тоже забираем себе. Остальные деньги партийцев нам не интересны — с ними разбирайтесь сами.

В том, что у континентальных китайцев получится что-то решить, я откровенно говоря, сомневался. Всё указывало на перехват контроля со стороны триад и местных посредников. Тем не менее, нас эта ситуация абсолютно не касалась.

— А документы из клиники? — озвучил вопрос Сянзцзян.

— Получите данные на всех пациентов, которые являются жителями Тайваня, — обозначил я изменения в соглашении.

Тот прищурился, а в глазах появилось раздражение.

— Мы не так договаривались.

Я утвердительно кивнул.

— Верно. Но это было до того, как вы решили, что можете нам угрожать. Согласись ты на озвученные условия сразу, ничего этого не произошло.

Безопасник тяжело вздохнул и видимо собирался сказать что-то ещё, но главный среди представителей триады остановил его взмахом руки. После чего заговорил сам.

— Откуда нам знать, что этот твой журналист не опубликует всё после того, как мы выполним условия сделки?

Я изобразил на своё лице удивление.

— У меня с ним своё соглашение. Которое не допускает размещения материалов, если вы сами не попытаетесь переиграть договорённость. Мы оба прекрасно понимаем, что немотивированное появление этой статьи означает начало охоты за нашими головами.

Китаец в рубашке и брюках, задумчиво смерил меня взглядом.

— Я читал новости. У тебя полно врагов на родине. Что если твою жизнь заберёт один из них? Твой партнёр и твои люди могут обвинить в этом нас.

Мне оставалось только пожать плечами.

— Значит вам стоит молить небо, чтобы такого не случилось.

Судя по выражению лица, такой ответ ему пришёлся абсолютно не по нраву. Тем не менее спорить он не стал. А лидер среди этой четвёрки, после короткой паузы, снова обратился ко мне.

— Ты прошёл по самому острию хорошо заточенного клинка, Мин Джин Хо. И думаю прекрасно понимаешь, что мы всё равно это запомним. Как твою смелость с изворотливостью, так и твоё решение забрать себе то, что тебе не принадлежит.

Чжи едва слышно что-то прошипела, с явным трудом удерживаясь от того, чтобы влезть в разговор. Я же посмотрел на мужчину.

— Три процента были обещаны посреднику. Не просто так, а за выполнение определённых задач. Думаю никто не станет спорить с тем, что в итоге он с ними не справился. Из-за чего возникла нынешняя ситуации. Забрать его долю в качестве компенсации — обоснованное решение.

На мгновение замолчав, продолжил.

— Я не беру ничего, на что у нас не было бы права. Вы лишь возвращаете чужую собственность. Не теряя ничего своего. Хотя, сами понимаете — в таких обстоятельствах я мог бы потребовать куда большего.

Женщина, что сидела сбоку от их лидера, скривила губы. А тот неожиданно усмехнулся.

— Я слышу все твои слова. И в чём-то они разумны. Однако, такого поражения в стенах собственной крепости, мы не забудем ещё долго. Впрочем, мести можешь не опасаться — мы не японские камикадзе, чтобы идти на смерть ради желания уничтожить одного конкретного человека.

Выдохнув, покосился на Чжи, которая молча сидела на месте, переплетя пальцы рук.

— Твою спутницу и её компанию трогать тоже никто не будет. Людей из сопровождения сейчас отпустят, а бумаги завтра будут у вас. Останется только подписать их и зарегистрировать смену владельца в нужных юрисдикциях. Думаю, с этим, ты сможешь справиться самостоятельно.

Единственной, на чьём лице отразилось вполне ощутимое негодование результатами встречи, оказалась женщина. Остальные видимо уже нарисовали себе картину мира, в котором их лица появляются в новостях, а Тайвань постепенно погружается в хаос, становясь полем битвы между триадами. Тогда как они сами вынуждены скрываться от внимания правосудия. Либо тратить громадные деньги на адвокатов, с весьма туманными перспективами победы в процессе.

Бар мы покинули спустя пару минут. Обозначили, что связь будет держаться через Сянцзян Юна, попрощались и направились к выходу. Когда оказались в машине и я озвучил Хён Ву распоряжения по поводу нанятых им людей, сбоку зазвучал голос Чжи.

— Ащщщ! Ты не мог меня предупредить? Если бы не этот фокус, нас бы сожрали на месте.

Я повернул к ней голову.

— Не хотел заранее погружать тебя в детали. К тому же этот ход вовсе мог вовсе не пригодиться. Вариант, в котором триады соглашаются на предложенную сделку, мной тоже рассматривался.

Девушка нервно улыбнулась.

— Волчья стая, которая отказывается от добычи, которая сама к ним явилась, это из разряда легенд, Джин Хо!

Я усмехнулся.

— Смотря, что происходит внутри этой самой стаи и насколько они на самом деле голодны.

На самом деле, я не предупредил Чжи по одной простой причине — зная, что у меня есть резервный план, девушка вела бы себя абсолютно иначе. Например запросто могла обрушиться на китайцев с угрозами и довести их до такого состояния, что продавить нужное нам решение было бы гораздо сложнее. Когда речь исключительно о деньгах и бизнесе, включить рациональное мышление не так сложно. Если к этому примешиваются личные моменты, ситуация сразу становится куда менее просчитываемой. При некоторых обстоятельствах, они могли бы пойти на риск и убить нас из-за нежелания потерять лицо.

— И зачем тогда были нужны все эти люди? Ради чего мы притащили два десятка человек из Кореи, если они даже не пригодились?

Уровень нервозности у девушки постепенно снижался — стресс начинал отпускать. Тем не менее до полного спокойствия было далеко.

— Если противник оказался бы слишком расслабленным, чтобы их обнаружить, силовая поддержка лишней бы не стала. В обратной ситуации, они бы посчитали, что раскрыли наш единственный козырь и расслабились.

Чжи с укоризной глянула на меня и покачав головой, отвернулась к окну. Спереди же донёсся голос Хён Ву.

— Наши люди в порядке. Сейчас разъезжаются по гостиницам, как вы и приказали.

Чуть помолчав, добавил.

— Вы уверены, что не стоит оставить одну группу около нашего дома?

Я посмотрел в зеркало заднего вида, где были видны глаза бывшего полицейского.

— У триад нет никаких резонов нас атаковать. А если они вдруг сойдут с ума и всё-таки решат это сделать, то семеро почти безоружных людей их бойцов не остановят.

Тот тихо хмыкнул, а я взялся за телефон. Звонок с Джорджем я разорвал на выходе из бара. Теперь же отправил сообщение, что нахожусь в дороге и свяжусь после того, как доберусь до апартаментов. Простая предосторожность — на тот случай, если кто-то из местных окажется менее умным, чем я посчитал.

Впрочем, до нужного адреса мы добрались без всяких проблем. Чжи сразу же полезла в приложении на телефоне — заказать еды и побольше соджу, чтобы снять стресс. А я принялся изучать отчёт по медиа-кампании для Чен Фармасьютикал, который как раз прислала Мин Со.

Судя по записям, пока всё шло в точном соответствии с планом. За счёт задействованного актёра удалось привлечь внимание к первоначальному видео и завтра они переходили к новому этапу. Если всё пройдёт успешно, то уже через два-три дня, должны поступать первые запросы на приобретение партий товара.

К моменту, когда я закончил с делами, Чжи уже «сняла стресс». Да настолько успешно, что благополучно улеглась спать. А спустя час её примеру последовал и я, приказав Хён Ву заблокировать на ночь лифт. Они с Бэк Хёном, должны были по очереди дежурить. Но такое решение показалось мне более надёжным.

Утро, против ожидания оказалось самым обычным. Без неожиданных звонков, тревог и бьющих с неба молний. Поднявшись по будильнику, я проверил пост охраны, на котором нёс службу сонный Хён Ву и отправился варить себе кофе. А когда обосновался в столовой с кружкой горячего напитка, в дверном проёме появилась фигура бывшего полицейского.

— Прибыл курьер с документами, сонбэним. Позволить ему подняться или спуститься вниз и забрать самому?

Глава XV

Документы, которые нам прислали, передавали право собственности на тайваньские компании, так что и адвоката пришлось искать местного. Впрочем, проблемой это не стало — нужный специалист быстро нашёлся среди корейской диаспоры. Опытный юрист, которому было за пятьдесят, а последние двадцать лет он проработал в Тайбее, переехав сюда вслед за сыном, что женился на местной девушке.

Безусловно, при необходимости триады легко могли на него выйти. Как и на любого иного человека в этом городе. Но сейчас это было абсолютно неважно — условия сделки были оговорены и нам оставалось лишь завершить необходимую техническую процедуру.

Имя нового владельца в бумагах не указывалось — его нам предлагалось вписать самостоятельно. Как итог — временным мультимиллионером стал Бэк Хён. Указывать в качестве собственника Чжи, по понятным причинам не стоило. Да, всё было оформлено в виде договора о продаже компаний и формально законно. Но стоит кому-то начать рыть глубже и из подобной сделки можно слепить неплохой журналистский материал. То же самое можно было сказать и в отношении меня. Конечно, в таком случае расследование вышло бы не настолько острым и взрывным. Но всё равно бы зацепило Чен Групп — после схватки с Джи Сок Ра, моё имя тесно ассоциировалось с корпорацией.

На первый взгляд имелся ещё один вариант. Железобетонно надёжный и позволяющий не волноваться — Хён Ву. Но за время работы я неплохо успел изучить бывшего полицейского. При необходимости он бы сражался и стоял за своего сонбэ до конца — готовность к риску у мужчины присутствовала. Уровень лояльности тоже был неплохим — уверен, предложение в сто миллионов вон за своё предательство, он бы сразу отверг. Вполне вероятно, отказался бы даже от миллиарда.

Но при всём этом, у него была молодая жена, двухлетний ребёнок и здоровые амбиции. Последнее, в обычной ситуации, служило большим плюсом. Тем не менее, сейчас речь шла вовсе не о миллиарде вон. Бывший оперативник стал бы обладателем ценных бумаг стоимостью в четыреста пять миллионов долларов. Почти пятьсот шестьдесят два миллиарда в корейской валюте. Сумма, которой хватит на максимально комфортную жизнь в любой стране мира. Более того — даже не обладая серьёзными навыками в бизнесе и инвестициях, с такими деньгами можно отлично устроиться. Оставив неплохое наследство своим детям и разом взлетев почти на вершину мира.

Громадный соблазн. Даже если Хён Ву удержится, потом этот момент будет преследовать его всю жизнь. Плюс, он станет искренне считать, что я ему обязан. По той простой причине, что он не попытался с этими деньгами скрыться. В конце концов, это может натолкнуть его на логичную мысль о вознаграждении. Сопоставимом с определённым процентом от суммы, которой он формально располагал.

Конечно, это была всего лишь одна из веток развития событий. Которая могла не реализоваться. Но её вероятность мне казалась высокой. К тому же технически он являлся сотрудником «Бушующего Кита». Что автоматически привязывало его ко мне.

Вот Бэк Хён формально считался безработным. А психологический портрет парня заставлял его рассматривать ситуацию с деньгами, как весёлое приключение. Если для Хён Ву подобная сумма означала решение массы жизненных проблем, то Бэк Хён видел просто цифры на бумаге. Не более того.

Хотя, он всё равно изрядно удивился. Даже попрыгал на месте, крича, что сейчас станет миллионером. После чего посмотрел на меня и безмятежно поинтересовался, можно ли ему сделать фотографию на память. Со всеми документами о передаче собственности.

Короткая лекция о безопасности привела парня в чувство и тот принялся сыпать извинениями. Закончив, наконец подписал доверенность для адвоката, в которой разрешал действовать от своего имени в вопросе регистрации права собственности на указанные в документе фирмы. А через три с половиной часа мы уже ехали в аэропорт. Сразу после звонка юриста, который как и обещал, сделал всё максимально быстро, пользуясь личными контактами в нужном учреждении.

Когда самолёт набрал высоту и выровнялся, Чжи потянулась, после чего чуть приподнялась и скептически оглядела салон бизнес-класса. Плюхнувшись обратно, поморщилась.

— Ащщщ… В следующий раз надо будет бизнес-джет арендовать. Хотя бы маленький.

Посмотрев на стюардессу, которая разбиралась с каким-то вопросом у пассажиров впереди, покачала головой.

— Разве так работают? Мне нужен кофе, а она уже минуты две, как там застряла.

Я покосился на девушку, которая явно страдала от похмелья и усмехнулся. Потом кивнул на вторую стюардессу, которая как раз выкатывала тележку с напитками.

— Твой кофе в пути. Скоро будет здесь.

Чжи смерила взглядом расстояние от тележки до нас и грустно вздохнула. После чего повернула ко мне голову.

— Я тут подумала, кстати… Этих денег ведь хватит, чтобы покрыть разрыв внутри Чен Фармасьютикал. Сорока пяти миллионов будет вполне достаточно.

Глянув на неё, я чуть приподнял брови и девушка нахмурилась.

— Ащщщ… Двадцати двух с половиной миллионов тоже хватит. Не на всё, но самые срочные направления закрыть получится.

Откинувшись назад, я повернул к девушке голову.

— Пока это всего лишь ценные бумаги. Чтобы конвертировать их в живые деньги, акции надо продать.

Председатель Чен Групп зевнула, на момент отвернувшись от меня. После чего уверенно заявила.

— С этим проблем не будет. Сам же сказал, что они только получили второй раунд инвестиций и оценили их высоко.

Я согласно кивнул.

— Получили. Но ты будешь предлагать скромный пакет. Максимум, который сможет получить покупатель — пять процентов. Что означает — никаких рычагов влияния на ситуацию внутри компании, у него не будет. Абсолютно.

На момент замолчав, добавил.

— К тому же, я детальнее изучил стартап, пока мы ждали звонка адвоката и предположу, что часть акций стоит оставить себе. Представь, что произойдёт, если их цена вырастет ещё раз в десять. Или тридцать. Перспективы у их проекта неплохие.

Девушка поморщилась.

— Потом об этом поговорим. Когда приземлимся и я выпью нормального кофе.

С двумя порциями напитка она расправилась ещё в апартаментах. Но судя по всему, похмелье после вчерашнего снятия стресса было жёстким и просто так отступать не собиралось.

Спустя минуту, Чжи всё же получила свою порцию кофе. Сделав несколько мелких глотков горячего напитка, откинулась в кресле, блаженно прикрыв глаза. Потом тихо заговорила.

— Мы за два дня оборвали крылья китайским драконам. Вернее, ты их оборвал. Сколько там Вэньмин выделял времени? Тридцать дней? Представляю его лицо, когда он увидел сообщение.

Послание о том, что дело завершено и документы у нас, я отправил ещё до вылета. Запросив немедленной встречи, чтобы передать документы. По той же самой схеме — они получат тайваньские компании, которые владеют сорока процентами акций стартапа. На что менеджер Банка Шанхая ответил в довольно лаконичной манере — сообщил, что завтра утром прилетит в Сеул.

Чжи приоткрыла глаза и покосилась на меня.

— Я спросить хотела… Что такого случилось в Тайбее? В день, когда ты на встречу к тому продажному ублюдку ездил. Вернулся совсем не таким, как обычно. Буквально отрешенным от мира. Только после вечерних переговоров в норму вернулся.

На момент замолчав, обиженным шёпотом добавила.

— И моё бельё тебя как-то не вдохновляло.

Тихо хмыкнув, я посмотрел на девушку. В целом она была права — неожиданная новость настолько выбила из колеи, что практически полностью погасила все остальные эмоции. Слишком уж это было внезапно. И пока абсолютно не просчитываемо.

— Переизбыток информации из новостной ленты, скажем так. Но сейчас я уже в норме.

Она прищурилась, разглядывая меня.

— Ащщщ… Не мог в другой день, свой «переизбыток» получить? Больше меня в таком белье не увидишь!

Я медленно кивнул.

— Хорошо. Только ты бы осторожнее — по вечерам в Сеуле бывает прохладно.

Девушка впилась в моё лицо непонимающим взглядом и я пожал плечами.

— Ты любишь короткие платья. Совсем без белья в них можно и замёрзнуть.

Пару секунд она сверлила меня взглядом, потом возмущённо фыркнула и сделав глоток кофе, снова прикрыла глаза. Я же, поняв, что беседа завершена, попытался расслабиться. Отчасти получилось — пусть и не задремал, как Чжи, чья голова спустя четверть часа оказалась на моём плече, но мозг получил необходимую порцию спокойствия.

В аэропорту нас ждала машина. А за Чжи приехал Кён Чхве — девушка не хотела загружать себя рабочими вопросами и решила сразу отправиться домой отдыхать. Я же дал Хён Ву команду ехать в офис.

Как только отъехали от аэропорта, на связи появился Бён Хо — завтра у него должно было состояться учредительное собрание основателей профсоюза и так как я вернулся, он хотел обсудить освещение в медиа. Мин Со Пэк уже сбросила ему концепцию, которую я просмотрел, немного скорректировал и одобрил. Но бывший полицейский желал выйти на контакт со мной лично — видимо в силу возраста и жизненного опыта, ему было сложно принять тот факт, что юная девушка в состоянии легко справиться с настолько сложной задачей.

Услышав, что я уже просматривал концепт и тот мной полностью одобрен, Бён Хо моментально выдал порцию уточняющих вопросов. Судя по всему, пытался понять — говорю я правду или просто отмахиваюсь от не слишком интересного дела. Возможно вовсе опасался, что после перехода на позицию руководителя профсоюза, наше взаимодействие ослабнет и он лишится моей поддержки. Что со стороны должно было смотреться забавно — в глазах жителей Кореи, наши фигур обладали абсолютно разным весом. Не в мою пользу, само собой.

Успокоив его, я разорвал связь и отправил сообщение Мин Со, сообщив, что мы уже рядом. А в следующую секунду телефон зазвонил вновь — на этот раз там высветился контакт Га Рам Хура. После обмена приветствиями, тот недолго помолчал, после чего раздался скрипучий голос.

— Слышал ты сегодня вернулся из Тайбея. Спрашивать, зачем туда ездил, не стану, но рад, что всё сложилось успешно.

Усмехнувшись, я поинтересовался.

— Откуда такая уверенность в успехе?

Тот рассмеялся.

— Ты жив и прилетел в Сеул. Значит всё закончилось хорошо.

На секунду замолчав, продолжил.

— Но звоню я не только из-за этого. Надо встретиться и обсудить один вопрос. Предложение, которое тебя наверняка заинтересует.

С высокой долей вероятности, он желал поговорить о возможном сотрудничестве, но уточнять напрямую было бесполезно — модель поведения Га Рам Хура я за это время изучить тоже успел. Он будет юлить и уходить от ответа, но никогда не расскажет в чём суть, пока ты не увидишься с ним лично. По крайней мере в тех случаях, когда речь идёт о чём-то относительно глобальном с его точки зрения, а не о текущих рабочих моментах.

— Предлагаю сегодня вечером. Но сразу предупрежу — карьеру в качестве наёмного сотрудника я не рассматриваю.

Старик снова издал короткий смешок.

— Не беспокойся. Брать тебя на оклад никто не собирается. Всё куда интереснее, Мин Джин Хо.

Договорившись о месте и точном времени встречи, мы попрощались. Странно, но голос Га Рам Хура был наполнен позитивом. Не той относительно скромной дозой положительных эмоций, которые у него присутствовали последнее время, а бьющей через край энергией. Такое я наблюдал только на старте истории с Бён Хо и началом роста рейтингов «Новой консервативной партии». Потом, когда стало понятно, что первое место его проекту не получить, мастодонт корейской политики радовался уже не настолько бурно. Вылезти на вторую позицию после долгого забвения, было великолепным достижением. Но Га Рам Хуру хотелось повторить свой старый успех — оказаться в роли полноправного правителя, контролирующего абсолютно все фигуры на доске.

Подъехав ко входу нашего нового офиса, я с удивлением обнаружил, что все работники выстроилось на улице. А как только я выбрался из машины, шагнув на асфальт — склонились в поклоне.

— Приветствуем, сонбэним! Поздравляем с возвращением, сонбэним!

Я на момент замер, скользя по ним взглядом и пытаясь понять, чья это была инициатива. А когда шагнул вперёд, услышал неожиданно строгий голос Мин Со.

— Всё, теперь работать! Отвлеклись и хватит!

Стажёры сразу же устремились внутрь, на ходу озвучивая фразы о том, что они будут стараться, не щадя своего здоровья. Следом двинулись и ветераны «Бушующего Кита» — эти обменивались взглядами и улыбались. Могу поспорить — участвовать в представлении с серьёзным видом, им было непросто.

Я тоже двинулся ко входу и мне навстречу метнулась фигура Мин Со. Подлетев, с некоторым усилием затормозила, смыкая вместе руки, которыми уже тянулась обнять. Бросила быстрый взгляд на моих спутников, стоявших около машины.

— Мой сонбэ наконец вернулся! Ты не поверишь, насколько без тебя было скучно в офисе.

Посмотрев в сторону створок, около которых замерло двое парней в дешёвых костюмах, я иронически усмехнулся.

— Судя по тому, что я вижу — развлечение вы себе нашли быстро. Такая встреча были ни к чему. Я не глава чеболя, в конце концов. И даже не министр.

Девушка с лёгким возмущением уставилась на меня.

— Зато сонбэ может сместить любого министра или заменить председателя. Это намного серьёзнее, чем сидеть в одном из таких кресел.

Повернувшись, указала кивком на вход.

— Идём. Покажу тебе новый офис!

Здание я уже видел. Но это было до того, как сюда заехала моя команда, которая немедленно приступила к закупкам мебели.

— Здесь у нас будет спортивный зал, — Мин Со распахнула дверь, демонстрируя просторное помещение. — Тренажёры уже заказали, завтра днём должны привезти первые.

Двинувшись дальше, ткнула пальцем в угол.

— Вот тут поставим два вендинговых автомата. Один с напитками и второй с закусками. А там дальше, сделаем небольшое кафе для работников. Чтобы можно было поесть, не выходя из здания.

Экскурсия по первому этажу, времени заняла немного. Из рабочих помещений, тут были только те, которые занимала служба безопасности. Всё остальное относилось к категории дополнительного функционала. Как тот же спортзал или кафе.

Вот на втором, размещалась основная часть самого персонала. В двух смежных помещениях располагалась команда маркетинга, разбитая на две группы. Одна, более многочисленная, занималась рекламными концептами, мониторингом, анализом и иными задачами, которые можно было отнести к креативным. Во главе второй стоял Геон Шин и она отвечала за техническую часть процесса.

Здесь же был и мой рабочий стол, расположенный рядом с местом Мин Со. Впрочем, рассказав про него, девушка сразу же хитро усмехнулась.

— Но это временно. А сейчас я покажу твоё настоящее рабочее место.

Рванув обратно в коридор, распахнула одну из дверей, открыв моему взгляду пустое помещение. С извиняющимся видом уточнила.

— Тут пока пусто, но я уже заказала всю мебель. Скоро должны привезти.

Вытащив из кармана телефон, быстро открыла галерею фото.

— Вот, посмотри! Будет, как у президента. Или даже лучше!

Оценив фото, я усмехнулся.

— Скорее, как у вана Чосона. Ты сколько времени на всё это потратила?

Девушка на момент отвела глаза в сторону.

— Полчаса утром, полчаса вечером, пару часов ночью… Не так много. Хотелось всё закончить к твоему возвращению.

Про деньги я спрашивать не стал — уведомления о тратах со счёта компании, на телефон и так приходили, так что я был в курсе расходов. Вместо этого озвучил слова похвалы, заставив креативщицу чуть смутиться.

Впрочем, за эти дни она успела немного измениться. Манера поведения стала более уверенной, а в голосе появились командные нотки. Прекрасно различимые во время её общения со стажёрами. Да и одежда стала более строгой — чёрные тканевые шорты в условно офисном стиле, тонкая белая рубашка и пиджак сверху.

— Наверху пока ничего. Там раньше были квартиры — часть помещений мы планируем превратить в номера для задержавшихся сотрудников, а остальные зарезервировать под офисы, на случай расширения штата.

Последнее пока было не слишком актуально — свободной площади хватало и на втором этаже. Практически две трети пространства пустовало и чтобы его занять, нам требовалось нанять не меньше нескольких десятков человек.

Впрочем, как быстро выяснилось, планы на этот счёт у Мин Со тоже имелись. Когда мы вернулись в офис её команды и подошли к рабочему столу, девушка подцепила пальцами несколько листов бумаги с распечатанным текстом и сунула мне его в руки.

— Вот, посмотри. Я решила попробовать дать объявления, чтобы оценить отклик. И составила список кандидатов из тех, кто показался подходящим.

Опустив взгляд, я приподнял листы, смотря на последний из них, где заканчивался нумерованный список возможных сотрудников. И понял, что Мин Со видимо на самом деле было скучно — в составленной девушкой базе было сто пятьдесят четыре человека.

Глава XVI

Список был составлен вполне грамотно — помимо стандартных данных о возрасте и опыте работы, около каждого кандидата стояли индивидуальные пометки. В каких проектах участвовал, на чём специализировался, какую должность мог бы потенциально занять в нашей компании. Смущало одно — количество людей.

Досмотрев до конца, я вопросительно взглянул на Мин Со и девушка пожала плечами.

— Сначала я немного увлеклась. Потом подумала, а почему бы нам в самом деле не расшириться? Основные команды займутся специальными проектами, а остальные можно нагрузить работой попроще.

Наши столы была расположены так, что ближайшие сотрудники вполне могли расслышать беседу. Само собой, ближе всех к руководству расположился Вон Шик, от которого разговор можно было и не скрывать. Но чуть дальше работала пара стажёров, которые пусть и старательно делали вид, что полностью погружены в процесс и на руководство никакого внимания не обращают, но наверняка ловили каждое слово. Поэтому, я после короткой паузы указал взглядом на дверь. А спустя минуту мы остановились в выступающей нише, с окном во внутренний двор.

Ещё раз посмотрев на бумаги в своих руках, а задал очевидный вопрос.

— Чем ты их всех собираешься занять?

Креативщица улыбнулась.

— Раз у нас есть команда по маркетингу, значит это будет одним из основных профилей, верно? Только вот мы с Геон Шином можем немного больше, чем просто рекламные кампании создавать. Вернее, сам концепт то набросать несложно. Но вот реализация высокого уровня компетенции уже не требует. По инструкции, почти кто угодно работать может.

Я тихо хмыкнул.

— На самом деле, не совсем. Многие могут всё испортить, даже если им пошагово всё расписать.

Девушка весело фыркнула.

— Поэтому тут только полторы сотни кандидатов из пятисот, которые прислали нам свои заявки.

Я снова опустил взгляд на документ и кивнул.

— Хорошо. Предположим, все эти люди чего-то стоят. Но пока у нас нет такого количества контрактов, чтобы загрузить их всех работой. Плюс, их потребуется погрузить в процессы, научить действовать по нашим стандартам, которые уже начали вырабатываться и обеспечить среду для интеграции.

Секунду помолчав, добавил.

— Если возьмём сразу несколько десятков человек, реализовать такое будет сложно.

Мин Сон сразу же покачала головой.

— Я не предлагаю сразу брать много людей, сонбэ. Отберём тех, кто подходит под конкретные должности.

Засунув руку в карман шорт, она вытащила сложенный вчетверо лист бумаги и протянула его мне.

— Вот… Я тут структуру набросала, как её себе представляю. Возможно тебе понравится.

В голосе послышалась лёгкая робость, девушке абсолютно несвойственная, а я развернул листок.

Потенциальное расширение было не столь глобальным, как можно было бы подумать, смотря на список Мин Со Пэк. Но тем не менее масштабным.

Во-первых, она предлагала добавить две дополнительные команды маркетологов. По четыре человека в каждой — координатор, отвечающий за детализацию и реализацию концепта, аналитик и два специалиста по работе с социальными сетями. Плюс, нанять двоих ответственных за работу с прессой — одного ориентировать на онлайн-медиа и блогеров, второго — на классические издания, которые выпускаются и в сети, и на бумаге.

Дополнительно — группа мониторинга. Несколько специалистов, которые будут отслеживать новости о провальных запусках новых продуктов компаний и кризисных ситуациях. В данном случае подразумевалось, что мы сможем использовать обстоятельства и получить уникальные условия контракта. Например оплату в виде процента от прибыли или вовсе пакет акций компании, как бонус за достижение целевых результатов.

Выделить предполагалось и тех, кто станет заниматься развитием сеток в социальных сетях под разные регионы. Задачи — создание необходимого объёма контента, перелинковка, запуск рекламных кампаний. Плюс, создание полноценных аккаунтов с использованием видео, которые способны генерировать нейросети. Недавний прорыв в этой области, позволял избавиться от необходимости нанимать людей для ведения профилей и снижал риски. Нейросеть не начнёт выдвигать новые условия после обретения минимальной популярности и не станет требовать дополнительных денег.

Отдел продаж она предлагала ограничить парой человек, которые для начала будут ездить на встречи со мной, а по мере обучения, смогут действовать самостоятельно. Учитывая, что работать предполагалось только с клиентами, которых отыщем группа мониторинга, либо пришедшими по рекомендации, людей много не требовалось. Но вот разбираться в переговорном процессе, они должны были хорошо.

Основной же команде оставалась роль генератора идей. Плюс, задача координации работы всех остальных. Стажёров, которые уже приступили к своим обязанностям, в большинстве предполагалось распределить по иным структурам.

Особняком стояла группа Геон Шина. По сути, парень должен был играть роль координатора всех технических процессов в офисе, при необходимости инструктируя иных сотрудников и помогая им. Плюс, отвечать за сложные технические решения, которые лежали бы в серой зоне закона. Либо напрямую его нарушали. С парой помощников, которые будут постепенно вводиться в курс дела.

Последние пункты содержали предложение о расширении силового крыла, с пометкой о том, что идеи взяты у Хё Рин и Чин Хва.

Первая предлагала сформировать две отдельные команды наблюдения, включив в каждую до десяти человек, что позволяло вести полноценную слежку за кем угодно, грамотно распределяя роли. Мотоциклисты и экипажи машин, ведущие цель, силовая поддержка на случай конфликта, плюс специалист по техническим устройствам.

В состав её отдела, как женщина предпочла назвать свою структуру, предлагалось включить двоих операторов, которые постоянно были бы на связи с командами во время выполнения задач и пару аналитиков, отвечающих за сбор информации в сети и подготовку отчётов.

Более того — бывшая полицейская разошлась настолько, что в качестве перспективы указала возможность найма красивых молодых девушек и мужчин, не обременённых моралью, с целью возможного внедрения в окружение объектов.

У Чин Хва всё было просто — три смены внутренней охраны по двенадцать человек каждая, плюс ещё шестнадцать бойцов, разбитых на четыре экипажа, для выполнения задач в городе.

Этот в качестве своего пожелания озвучил идею о найме двоих профессиональных телохранителей, которые постоянно находились бы со мной, будучи под руководством Хён Ву.

Дочитав до конца, я поднял глаза на девушку и та чуть потупила глаза.

— Там много, да. Но мы уже получаем деньги от Хонг Гейминг и скоро начнём зарабатывать десятую часть прибыли от продаж биодобавки Чен Фармасьютикал. А ещё те триста тысяч евро, которые пришли на счёт. Когда офис укомплектуется и начнёт функционировать, как надо, сможем ещё отыскать клиентов.

С таким количеством персонала и закупками мебели, трёхсот тысяч могло хватить на пару месяцев, не более того. Но с точки зрения финансов, всё было верно — компания начала получать прибыль и денежные потоки постепенно будут наращиваться. Не говоря о той сумме, которую потенциально можно выручить за акции тайваньского стартапа, если я решу их продать.

Усевшись на потрёпанный диван, который стоял в нише, оставшись от старых хозяев здания, я погрузился в состояние лёгкого фокуса, анализируя предложения и разбирая его по составляющим.

Для текущего объёма задач, такое количество людей было избыточным. Перекрывало все потребности в несколько раз. Да и численность силового крыла, если набрать его по предложенному плану, окажется больше семидесяти человек. Больше похоже на небольшую армию, чем службу безопасности молодой компании.

С другой стороны я прекрасно помнил о том, как не хватало рабочих рук и люди ночевали в офисе, а я постоянно работал в режиме концентрации, чтобы всё успеть. Появись перед нами новая глобальная задача — ситуация может повториться. И если предположить, что кто-то совершит ошибку, стоить это может весьма дорого. Намного больше суммы, потраченной на зарплаты.

Да и планы я в своей голове очертил серьёзные. Если посмотреть с точки зрения их реализации, то численность персонала сразу переставала казаться избыточной.

Мин Со уселась рядом и сбросив туфли, на которые заменила свои излюбленные кроссовки, забралась на диван с ногами.

— Мой сонбэ думает? Или он злится?

Повернув к ней голову, я усмехнулся.

— Уже подумал. С точки зрения перспективы — структура неплоха. Но первые, кого нужно взять и на ком следует сосредоточиться, это специалисты по мониторингу. Те самые, что будут отвечать за поиск потенциальных клиентов. Потом всех остальных.

Девушка издала восторженное восклицание, а я помахал в воздухе бумагами и добавил.

— Здесь нет ни одного возможного безопасника. На их вакансии объявления не публиковались?

Мин Сон махнула рукой в сторону спуска на лестницу.

— Все кандидаты у Чин Хва. Их он сам отбирал — в списке почти двести человек.

Я тяжело вздохнул. Набирать людей при помощи объявлений — всегда риск. В нашей ситуации, когда вокруг немало недоброжелателей, вероятность попытки внедрения ещё выше. Откуда следовал очень простой вывод — заниматься собеседованиями мне придётся лично.

— Сейчас я просмотрю оба списка и часть вычеркну. С теми, кто останется, назначь собеседование на завтра. Выделяй по три минуты на каждого.

Двадцать человек в час. Даже если убрать половину кандидатов, прямо сейчас, процесс займёт целый день.

Девушка радостно улыбнулась, а я продолжил.

— Утром у меня важная встреча. Часов с одиннадцати можно начинать их приглашать. И ещё один момент — в первый месяц тут будет твориться полный хаос. На тебя свалится груда новой работы. Придётся командовать, раздавать указания и возможно кого-то увольнять. Улаживать конфликты, искать подход, оценивать чужую работу. Это не всегда просто.

Мин Со Пэк притворно нахмурилась.

— Мой сонбэ во мне сомневается? Я справлюсь. Заставлю их работать так, что весь мир содрогнётся от трепета.

Усмехнувшись, я поднялся на ноги. А через пять минут расположился за своим столом, с обоими списками, приступив к анализу каждого потенциального сотрудника.

Как быстро выяснилось, сократить список вышло даже сильнее, чем я думал — в процессе отсеялось почти две трети кандидатов. А вот на оставшихся стоило посмотреть завтра и оценить их уровень лояльности. После чего передать для более вдумчивой беседы руководителю профильной команды.

Закончив, я отдал списки Мин Со, которая всё это время пыталась подобрать подходящую задачу для Бэк Хёна, выполняя мою просьбу.

Итог был не самым позитивным — с точки зрения девушки, единственным, чем он мог заниматься, были продажи. По крайней мере можно было попробовать. Во всём остальном парень оказался практически бесполезен — никакими специальными данными не располагал, а опыт работы ограничивался всё теми же продажами

Брать его с собой необходимости не было — документы о передаче прав на тайваньские компании он уже подписал. Туда оставалось только внести данные новых собственников. Тот же самый фокус я провернул с доверенностью на имя адвоката. А самого парня оставил в офисе — обзванивать тех кандидатов, которые остались в списке и приглашать на завтрашнее собеседование.

Сам же, с Хён Ву выехал к адресу, который Га Рам Хур указал в качестве места встречи. Предварительно выслушав ворчание Чин Хва, который упорно предлагал мне взять хотя бы одного дополнительного охранника.

Дорога заняла полчаса, за которые я прошёлся по свежим новостям, оценивая ситуацию вокруг «Новой консервативной партии», её конкурентов и возможных претендентов на позицию президента. Учитывая с кем именно я сейчас буду встречаться, данные точно стоило освежить.

Когда мы уже приближались к конечной точке маршрута, впереди послышался голос Хён Ву.

— Получается, я теперь буду начальником вашей личной охраны, сонбэним?

Я поднял глаза, на момент встретившись с его взглядом в зеркале заднего вида.

— Можно сказать и так. Но пока вся эта охрана только из тебя и состоит.

Тот довольно усмехнулся.

— Но это же ненадолго? Раз мы теперь расширяемся, то надо соответствовать. Нанять ещё людей. Одного охранника рядом со мной на сиденье, для связи и координации. Плюс, пара машин сопровождения.

Задумчиво цокнул языком, добавил.

— И неплохо бы «Генезис» бронированный купить. На случай, если совсем бешеные враги попадутся.

Улыбку у меня сдержать вышло успешно. Но грандиозные планы бывшего полицейского пришлось урезать.

— Думаю, пока будет достаточно одного дополнительного человека рядом с тобой. Этого хватит.

Тот разочарованно вздохнул. Видимо уже представлял себя главой целого отряда, который стоит на страже моей персоны. Уверен — он бы им ещё и тренировки устроил по полной, готовя к неизбежной великой битве.

Спустя минуту, Хён Ву притормозил и оглядевшись по сторонам, с лёгким удивлением протянул.

— Навигатор говорит, что мы на месте, сонбэним. Но тут что-то не видно ничего похожего на приличного ресторан. И машин другой стороны тоже нет.

Адрес действительно был верный. Но из заведений, где можно было поесть, рядом имелась только лапшичная. Хотя Га Рам уже встречался со мной в такой. А машины мог запросто отправить припарковаться где-то на территории района, чтобы не мозолили глаза местным.

Тем не менее, на всякий случай я ему позвонил. И покинул транспорт только, получив подтверждение, что это действительно нужное место.

Политик обнаружился за угловым столом. Выглядел весьма расслабленно, поглощал рамён и щурился от удовольствия. Сопровождение в этот раз ограничивалось парой крепких мужчин, которые занимали один из столиков в отдалении.

Когда я опустился напротив, тот отодвинул в сторону миску и похлопал себя по животу.

— Давно так вкусно не ел. Ты попробуй потом — будешь сюда специально ездить.

Откинувшись на невысокую спинку диванчика, улыбнулся и сразу, без малейшей паузы, сменил тему.

— Вот скажи Мин Джин Хо, почему сначала моих людей дёргают чиновники пекинского императора, которые интересуются твоей персоной, а потом на горизонте возникают островные кланы, задающие тот же самый вопрос? Ты что, у каждого из них говядину со стола стащил? Или чью знатную дочку обесчестил?

* * *

Дон Хён Ра стоял на невысокой сцене и смотрел на людей в зале. Их было намного меньше, чем в прошлый раз. Да и телекамеры в этот раз отсутствовали. Как и партийная символика «Свободной Кореи».

Тем не менее, перед ним была почти сотня человек. Молодые крепкие парни, готовые заниматься практически чем угодно, лишь бы за это платили. Даже стать участниками общественного проекта, во главе которого стоял сын, обвинённого в связях с мафией, прокурора.

Юноша выдохнул, стараясь не показывать своей нервозности. Шансу исправить ситуацию и помочь отцу он был рад. Тем более это позволяло утереть нос снобам из «Свободной Кореи», которые даже не захотели с ним разговаривать после того, как в сети оказалось то идиотское видео. Пусть посмотрят, на что он способен без них. Потом ещё прибегут и станут просить о сотрудничестве. Наверняка так и будет — иначе эти продажные твари не умеют. Но он им откажет. Потому что, теперь у него есть новый союзник. Куда более понимающий и сговорчивый, чем вся та толпа идиотов вместе взятая.

Дон Хён сделал шаг вперёд и взял в правую руку микрофон.

— Сегодня мы впервые выйдем на улицы! Станем патрулировать Сеул! Будем охранять покой горожан!

Сделав паузу, повысил громкость голоса.

— Мы справимся! Остановим каждого, кто попытается нарушить закон! Победим! Покажем всему миру, что «Народный патруль» способен на всё!

В зале прозвучало несколько выкриков, а парень продолжил.

— Вы все знаете, кто мой отец. Прокурор, посвятивший жизнь борьбе со злом и проигравший подонкам! Мы спасём его! Вернём свободу! Поможем нашей стране!

Подойдя к самому краю невысокой сцены, перешёл на крик.

— Свободу Джи Сок Ра! Спасение Корее! Свободу Джи Сок Ра! Спасение Корее!

Координаторы команд, которые сидели в зале, зашипели на своих подопечных и те нестройным хором грянули.

— Свободу Джи Сок Ра! Спасение Корее!

Глава XVII

На лице Га Рам Хура была улыбка, но вот за моей реакцией он наблюдал весьма внимательно. Я же улыбнулся в ответ и положив руки на стол, поинтересовался.

— И что это были за люди?

Тот хмыкнул и в его глазах мелькнула ирония.

— Тобой, то есть, ещё и разные могут интересоваться? Ты что натворил, парень? Решил в Китае маленький переворот устроить? Забыл, что у них правителей иначе выбирают?

Я качнул головой, а рядом со столиком появилась официантка, которая приняла скромный заказ на кофе и удалилась. Га Рам по-прежнему смотрел с ожиданием, показывая что вопрос риторическим не был, так что я озвучил ответ.

— Пришлось разбираться с одной проблемой, которая интересовала людей с обеих сторон баррикад. Всё прошло успешно, угрозы с этого направления нет.

Старик подумал. Постучал пальцами по столу. Наконец вздохнул.

— Умеешь ты удивлять, Мин Джин Хо. Вот вроде думаешь, что больше нечем — все карты на столе и колода известна. Но нет — всплывает что-то ещё новое.

Сделав короткую паузу, махнул рукой.

— Решил проблему, значит молодец. Знать о ней ничего не хочу. А интересовались тобой разные люди. С одной стороны — те, которые отношение к императорским финансам имеют. Как официальное, так и нет. Ну а с другой…

Коротко рассмеявшись, продолжил.

— По дипломатической линии, скажем так. Только не совсем дипломаты.

Я медленно кивнул. Запрос тайваньцев наверняка обеспечил бывший сотрудник Бюро. Связи у него остались. И не только в своём родном департаменте. А вот с континентальными китайцами было сложнее. Формулировка указывала на правительственные структуры, которые имели дело с бюджетом. Но кто именно это мог быть? Оппоненты Вэньмин Тана? Его союзники? Третья сторона?

Га Рам Хур, глянув по сторонам, снова упёр взгляд в меня.

— Надеюсь, ты там на самом деле со всем разобрался. Играть в игры с такими людьми, конечно, можно. А иногда и нужно. Но есть высокий риск самому стать мишенью.

Я понимающе улыбнулся и после недолгой паузы, уточнил.

— Ты же хотел о чём-то поговорить?

Тот изобразил деланное возмущение на лице.

— Насколько я тебя старше, помнишь? Что за молодёжь пошла — никакого почтения к возрасту.

Довольно хохотнув, сразу же продолжил.

— Если серьёзно, то у меня есть важный вопрос.

Подавшись вперёд, понизил громкость голоса до шёпота.

— Чего ты больше хочешь — стать главой собственного чеболя или войти в правительство?

Я на момент запнулся. Ветеран корейской политики тоже оказался сделан не из мягкого риса — услышать такую формулировку я точно не предполагал.

— Это новая государственная лотерея такая? Выигрываешь и предлагают настолько занятный выбор? Правда я не помню, чтобы билет покупал.

Тот рассмеялся, не отрывая взгляда от моего лица.

— Это называется щедрое вознаграждение за эффективную работу, Мин Джин Хо. Есть один человек, который смог по достоинству оценить то, что ты сделал с Джи Сок Ра. Он и по остальной твоей биографии прошёлся. Считает, ты станешь отличным главой избирательного штаба. Таким, что сможет привести его к победе.

До выборов в Национальное Собрание оставалось совсем немного, да и речь шла о конкретной персоне. Так что говорил он, явно о выборах президента.

— Хочешь поддержать кандидата не от своей партии?

Тот усмехнулся.

— Сильных претендентов у меня в партии нет. А с тем человеком у нас своя договорённость. Пока предварительная, но меня устраивающая. Свой собственный приз я уже выбрал.

Интересно. Раз речь про договорённость, то либо партия Га Рама выставит кандидата и тот в процессе снимется в пользу союзника, либо вторая сторона из противоположного политического лагеря и тогда кандидат консерваторов станет биться до конца, забирая голоса избирателей у конкурентов со своего фланга.

— Имя у этого человека имеется?

Старик медленно кивнул.

— Как и у всех в этом мире, Мин Джин Хо. Но назвать я его пока не могу. По объективным причинам. Скажу только одно — с твоей помощью он наверняка сможет одолеть всех и занять Синий Дом. Щедро отблагодарив тех, кто привёл его к победе.

На самом деле, предложение звучало не слишком привлекательно. Скорее наоборот. Во-первых, мысль о работе с человеком, который настолько легко раздаёт подобные обещания, собираясь их реализовать, мне откровенно не нравилась. Гарантировать союзнику из другой партии политическую должность — нормальная практика. Оплатить работу квалифицированного специалиста деньгами, пусть даже из чёрной кассы — в целом, тоже. Но речь шла о чеболе. То есть возможный президент предполагал захватить чей-то промышленный комплекс, передав его под контроль иного человека. Задача, мягко говоря, сложная. И абсолютно со всех точек зрения, спорная.

Второй момент — как показывала практика, у президентов Кореи редко получалось раздавать подобные долги после избрания. Общественные организации и медиа никто не отменял. А под давлением извне, даже местная прокуратура была вынуждена шевелиться и присматриваться к тому, чем именно занимается глава государства.

Впрочем, озвучивать прямой отказ было бы глупостью. Судя по мимике Га Рам Хура, тот считал, что поймал дракона за хвост и вот-вот заберётся к тому на спину. В таком состоянии, отсутствие согласия он воспримет максимально враждебно. Тогда как контакт с ним был полезен. Как минимум из-за обширного круга связей.

— Я предпочёл бы услышать имя потенциального кандидата. После чего мне понадобится время, чтобы подумать.

Тот насупился и я сразу же добавил.

— Озвучь некто такое тебе самому — согласия бы не услышал. Нельзя подписывать договор, когда ты не в курсе, кто на самом деле сидит по другую сторону стола.

Политик повёл плечом.

— Ещё как можно, если за это тебя осыпят золотом и подарят дворец. Когда я говорил о чеболе, то имел в виду совсем не захудалый заводик, Мин Джин Хо. Нечто куда более крупное.

Я медленно кивнул. Это было и так понятно. Что оставалось неясным — методы, при помощи которых, возможный хозяин Синего Дома планирует отобрать актив, скорее всего находящийся под контролем крупной публичной компании, чьи акции торгуются на бирже. Безусловно, какую-то схему придумать было можно. Но для такого требовалось нечто большее, чем влияние фигуры на посту президента.

Плюс, у меня имелся ещё один вопрос, который я сразу же озвучил.

— Откуда он вообще обо мне узнал? И почему решил, что именно я отвечаю за полученный результат?

Га Рам пожал плечами.

— Джи Сок Ра атаковал тебя в открытую. Использовал, чтобы добраться до Чен Групп. Когда он получил ответный удар, твоя персона больше всего подходила на роль автора плана. Большинство упустили это из внимания, решив, что речь всего лишь о новой крохотной компании, чей директор спит с председательницей чеболя. Списали проигрыш прокурора на действия союзников Чен Групп или его политических конкурентов.

Ненадолго замолчал, дожидаясь, пока официантка поставит на стол кофе. Когда та с поклоном удалилась, продолжил.

— Но кое-кто заинтересовался. Проверил твою историю — от перехода в распоряжение Чен Энтертеймент до создания собственной компании. Проанализировал. И счёл подходящим кандидатом для ведения предвыборной кампании. Настолько, что готов очень щедро заплатить.

Мозг работал, набрасывая варианты и выстраивая теории. Одной из первых была самая очевидная — на текущий момент, кандидат занимал должность, предполагающую подчинение текущему президенту. Но вот дальше возникала масса разветвлений — этот человек мог оказаться кем угодно. От министра правительства до генерала корейской армии. С солидными набором промежуточных версий.

Ещё один момент — он не просто верно определил автора стратегии противостояния Джи Сок Ра, но и счёл возможным выйти с настолько безумным предложением. Либо у него имеется собственный план, предполагающий глобальные изменения в корейской экономике, либо неизвестный кандидат сделал ставку на что-то ещё. В любом случае, количество неизвестных переменных зашкаливало. Не говоря о том, что его оценка моей эффективности казалась чрезмерно завышенной.

Даже если предположить, что он встречался с У Рам Ха или видел запись его допроса в прокуратуре или неформальной беседы с людьми Джи Сок Ра, оснований для выводов, всё равно было слишком мало. По крайней мере, чтобы сходу делать такие предложения. Причём, если судить по мимике Га Рам Хура, тот в обещании политика не сомневался. Был уверен, что обязательно получит свою награду. Либо…

Остановив поток теорий, которые захлёстывали разум, я сделал глоток кофе и посмотрел на мужчину напротив.

— В любом случае, чтобы дать точный ответ, мне необходимо знать, кто именно интересуется вопросом сотрудничества.

На лице Га Рам Хура проступило недовольство. Я же, скептически усмехнувшись, добавил.

— К тому же, мне кажется, этот человек меня переоценивает. Очень сильно.

Политик цокнул языком.

— Такие люди опираются на доводы и факты. Если он считает, что твои услуги стоят министерского кресла или собственной бизнес-группы, значит на то есть основания.

Собственно, именно это меня и тревожило. Но говорить об этом политику я не стал. Сам же он, после недолгого размышления, махнул рукой.

— Твой ответ я передам. Попробую уговорить подождать. Возможно ближе к делу, он согласится на личную встречу. Но…

Втянув воздух, посмотрел на меня с напускным разочарованием.

— Ты сейчас заставляешь меня на подвесном мосту через пропасть танцевать, Мин Джин Хо. А у меня уже возраст. Суставы болят.

Отпив кофе, я пожал плечами.

— Так я не имел никакого представления, что именно услышу, когда сюда ехал.

Политик с лёгким раздражением вздохнул. Вряд-ли он всерьёз рассчитывал, что меня получится продавить при помощи настолько банального аргумента, но видимо счёл необходимым попробовать.

— Холодное у тебя сердце, парень. Никакой от вашего поколения заботы о старших.

Положив руки на столешницу, вроде бы собрался вставать, но потом остановился, замерев на месте. Уткнулся в меня взглядом.

— Чуть не забыл. Скажи Бён Хо, чтобы поаккуратнее был со своим профсоюзом. Идея неплохая, но кричать на каждом углу, как они будут рвать глотки коррумпированным полицейским — такая себе идея. Ты же понимаешь, что под формальное определение, наверху подходит каждый первый. Хотя бы в чём-то постыдном, но замешан.

С сокрушённым видом цокнул языком.

— Люди на свой счёт воспринимают. Волнуются. А когда разом начинает нервничать очень много высокопоставленных офицеров, случается всякое. Пусть он как-то помягче с ними. Без перегибов.

Договорив, сразу же поднялся из-за стола и махнув мне, двинулся к выходу.

Понятное дело, Га Рам ничего не забывал. Просто сместил неудобную для себя тему на конец разговора, минимизировав вероятность дополнительных вопросов с моей стороны.

Хотя тут и спрашивать было, по большому счёту нечего. Речь же шла, скорее всего не о публичных выступлениях Бён Хо, а о речах перед соратниками. По сути, Га Рам только что намекнул, что среди тех скрывается, как минимум один чужой агент. Может быть даже несколько.

Покинув лапшичную следом за политиком, я вышел на улицу и увидел стоящего около машины Хён Ву, который с лёгкой нервозностью оглядывался по сторонам. Я тоже окинул окрестности взглядом, но не заметил ничего интересного, кроме двух автомобилей, которые только что забрали Га Рама и его охрану, помчавшись вдаль по улице. Плюс, несколько прохожих на тротуарах, но из них никто не выделялся. Разве что одна девушка, что шла гораздо быстрее остальных.

В ответ на мой вопросительный взгляд, мужчина посмотрел налево.

— Видишь вон ту девицу, что несётся так, как будто за ней тигр гонится?

Речь шла о той прохожей, которая привлекла моё внимание, так что я молча кивнула. А бывший полицейский продолжил.

— Она мимо шла. Вроде собиралась зайти. Потом замерла около двери, где большое окно сбоку. Присмотрелась. И секунду десять там стояла. Когда в карман руку сунула, я уже выходить собрался, чтобы её задержать. Думал сейчас телефон достанет или что похуже. Но она ещё постояла немного, а дальше рванула по тротуару. Увидела наверное, что вы на выход собрались.

Я бросил задумчивый взгляд вслед неизвестной, которая на моих глазах свернула в узкий проход между частными домами. Если рассуждать рационально — скорее всего она узнала Га Рам Хура. Это объясняло бы интерес и желание заснять всё на телефон. Лицо политика за последнее время, появлялось на экранах телевизоров с завидной регулярностью. Так что ничего удивительного тут не было.

Если отыграть от обратного — работай она в составе наружного наблюдения, не стала бы настолько топорно соваться к дверям. Тем более видя мою машину, внутри которой находится водитель. Такую ошибку мог допустить только полный дилетант. Да и какой смысл стоять и смотреть? Даже если допустить, что у неё там где-то была припрятана крошечная камера, видеозапись будет бесполезна без звуковой дорожки. Плюс, в финале встрече мы говорили только о Бён Хо и ничего криминального там не прозвучало — если удариться в совсем безумные версии с расшифровкой речи по движению губ, то ничего критического всё равно не произошло.

— Скорее всего случайная прохожая. Увидела знакомое лицо и решила понаблюдать. Поехали.

Хён Ву ещё раз посмотрел в сторону, где скрылась неизвестная и сделав шаг в сторону, распахнул передо мной дверь. Потом уселся внутрь сам и поинтересовался.

— Куда сейчас?

Я бросил взгляд на часы. Секунду подумал, оценивая собственное состояние.

— Домой. Ты тоже потом свободен — отдохнуть точно не помешает.

Когда мы через пять минут вырулили на крупную улицу, Хён Ву отметил.

— Вам бы дом снять. И охрану туда нанять. Намного надёжнее, чем в квартире.

Я слегка усмехнулся. Соратники вели себя так, как будто мы одномоментно стали условным чеболем. Со всеми, присущими ему специфическими чертами.

— Квартиры пока более чем достаточно.

Тот с явным неодобрением вздохнул, а в моём кармане завибрировал телефон, на экране которого отображался контакт Чжи. Подняв трубку, я начал было озвучивать приветствие, но меня тут же перебил голос девушки.

— Адвокат только что звонил. Полтора часа назад Джи Хё выпустили под залог.

* * *

Джан Ди Вон спешила, как могла. Свободный вечер выдавался редко — обычно девушка работала над бумагами, доделывая то, с чем не успела справиться днём. Формально, выносить из прокуратуры документы, можно было только с письменного разрешения начальника отдела. Но на деле, новички это проделывали постоянно — иначе уложиться и выполнить в срок всю письменную работу, которую на них сбрасывали старшие коллеги, было попросту невозможно.

Но вчера был День Рождения одного из прокуроров, из-за чего руководство страдало похмельем и благополучно забыло загрузить всех новой порцией задач. Потому Джан Ди неслась домой к родителям, уже представляя, как они оба обрадуются. Отец начнёт расспрашивать, как дела на работе, а мать побежит на кухню, чтобы накрыть стол.

Последняя мысль заставила притормозить около лапшичной — идея взять с собой еды и появиться на пороге дома с угощением, показалась правильной. Девушка чуть вернулась назад и уже собиралась протянуть руку к двери, когда взгляд зацепился за две фигуры внутри. Мужчин, которые занимали угловой столик.

Одного она узнала сразу же. Тот самый любовник наследницы чеболя, из-за которого началась внутрисемейная война. А потом он же стал причиной падения Джи Сок Ра. Человека, которого многие в ведомстве уважали даже сейчас, считая обвинения ложью и провокацией.

Когда пришло понимание, откуда ей известно лицо второго, юная сотрудница прокуратуры нахмурилась. Что такой человек делает за одним столиком с известным политиком? Угрожает ему? Шантажирует? Заключает тайную сделку? Это ведь «Новая консервативная партия» выдвинула на место лидера крикливого полицейского, которого уволили за служебные нарушения. Может быть не просто так они сделали? Вдруг тот грязный мерзавец явился сюда, чтобы передать Га Рам Хуру деньги за услугу? Политики продажны — об этом говорил каждый преподаватель в университете.

Девушка сунула руку в карман, чтобы достать телефон. Но сразу же остановилась, испытав приступ неуверенности — тайная съёмка другого гражданина незаконна, если на то нет санкции суда. А нарушать закон, Джан Ди не хотела.

Потом Га Рам Хур вовсе поднялся на ноги и девушка отпрянула назад. Смотря на политика, раздражённо прошептала.

— Ащщщ… Что я делаю? Меня семейный ужин ждёт. И я ведь даже не прокурор пока!

Злясь на саму себя, развернулась и понеслась по улице, стремясь, как можно быстрее удалиться от заведения. Сзади же, ей вслед смотрел озадаченный Хён Ву.

Глава XVIII

Причина, по которой обвиняемую отпустили из под стражи, позволив внести залог, оставалась непонятной. В решении суда, она безусловно, указана была. Даже две. Отсутствие однозначных доказательств, которые указывали бы на виновность Джи Хё и реализация принципа гуманности правосудия. Но учитывая, что заседание прошло, фактически в вечернее время, а сразу после него была внесена необходимая сумма, воздействие извне было очевидным.

Личность человека, внёсшего залог в размере трёхсот миллионов вон, в в документах само собой указали. Более того, его имя оказалось знакомым — один из сотрудников Чен Групп, уволенный в процессе перестановок внутри компании. Много это нам не дало — понятное дело, деньги принадлежали не ему, а сам мужчина похоже временно переехал из своего дома. Дополнительно к этому отключив телефон — когда Геон Шин попробовал проверить работоспособность номера, ответом ему стало автоматическое оповещение о выключенном аппарате. А на домашний адрес съездил один из новобранцев Хё Рин, выяснивший у соседей, что мужчина уехал утром, вместе с женой и дочерью. И домой после этого не возвращался.

В суде от его имени действовал тот же самый адвокат, который представлял интересы Джи Хё, так что тут круг замыкался. Конечно, можно было попробовать добраться до телефона самого адвоката. Но в данном случае, игра не стоила свеч. Покушение на подобную персону — нарушение не меньшее, чем влезть в переписку офицера Национальной разведки. По крайней мере, если оценивать с точки зрения строгости наказания. А в случае успеха, мы могли абсолютно ничего не получить — далеко не факт, что юрист играл роль ключевого звена в переговорах. Не так часто он виделся в последнее время со своей подзащитной, чтобы выполнять функцию курьера. Вероятность того, что Джи Хё банально обеспечили доступ к мобильному телефону, казалась мне намного выше.

Всеми действиями я руководил уже из квартиры, куда меня доставил Хён Ву. И достаточно быстро понял, что результата сегодня не добиться. Из-за позднего времени, большинство государственных служащих были уже не на своих рабочих местах. Как итог — контакты адвокатов внутри нужных нам ведомств, оказались практически бесполезны.

Поэтому, я скомандовал отбой. Не было смысла держать в напряжении всю команду, заставляя сидеть в готовности около ноутбуков, если шансы что-то выяснить близились к нулю.

Одно было понятно точно — неизвестный противник располагал достаточно серьёзным влиянием, чтобы вытащить Джи Хё из под стражи и перевезти в защищённое место. Да и семью её человека из Чен Групп, выступившего в качестве официального поручителя, он тоже куда-то перебросил.

Основным вопросом оставалась мотивация. Если всё это проделано для того, чтобы спасти саму женщину от заключения — ситуация не так опасна. Законно покинуть страну она не сможет, но есть масса нелегальных способов. А потом, имея достаточно денег, можно быстро превратиться в гражданина условной Камбоджи. После чего уже на эти документы оформить вид на жительство в любой стране мира. Или вовсе приобрести гражданство за деньги — имелись и такие варианты.

В любом случае, факт того, что Джи Хё будет пить коктейли и мочить ноги в океане, мог раздражать, но никакой угрозы не нёс. В отличие от ситуации, в которой её вызволили для того, чтобы использовать против Чжи.

Второй вариант казался самым очевидным, но тут имелась небольшая проблема. Я упорно не мог понять, каким образом женщина может сыграть атакующую роль. Все свои связи она уже использовала по полной и они ничем ей не помогли. Насколько я понимал, большинство старых контактов вовсе предпочли разорвать связь с опальной королевой Чен Групп. Никаких собственных ресурсов у неё не имелось. Конечно, наверняка где-то оставались деньги, но скорее всего до них ещё предстояло добраться. Иначе она внесла бы залог самостоятельно, вместо того, чтобы разыгрывать сложную схему и прятать семью бывшего подчинённого. Плюс, ей в любом случае кто-то помог, решив вопрос с судьёй. Что намекало — нужны в деньгах из резервного фонда Джи Хё у него нет.

Приняв душ, я рухнул в постель. Но сразу заснуть не смог — мозг ещё около получаса прокручивал сценарии, в которых кому-то из наших противников могла понадобиться Джи Хё. Происходи всё это немного раньше, я бы посчитал приоритетной версию давления со стороны политического крыла власти. Но Бён Хо вышел из процесса и участия в работе партии Га Рам Хура больше не принимал. Да и мы с ним, активно работать прекратили.

Впрочем, полностью исключать этот вариант было нельзя. Точно так же, как и сбрасывать со счетов штаб Национальной полиции. Хотя в их случае это было бы слишком сложной комбинацией — имелась масса возможностей ударить по Бён Хо куда менее замысловатым способом.

Врагов внутри Чен Групп, можно было смело сбрасывать со счетов — ресурсов на то, чтобы продавить подобное решение суда, ни у кого из них не имелось. Сестра Чжи, с помпой возглавившая фонд, старательно делала вид, что её не существует и скорее всего спешно искала пути отступления. Денег на реализацию проектов в бюджете организации практически не было, так что новостная лента их официального сайта была наполнена рассказами, о том как волонтёры помогли кому-то из стариков с банальными бытовыми задачами. Рано или поздно кто-то из репортёров обратит внимание на нестыковки грандиозных планов с суровой реальностью — это было исключительно вопросом времени. Главу фонда в этом уравнении тоже можно было не учитывать — сейчас её заботило только спасение собственной карьеры.

Отец Чжи отпадал по тем же причинам — его уровень влияния был слишком слабым. Остальные подобной властью тем более не располагали.

В теории, против нас мог начать действовать отец Ми Ён, либо её дядя. Не знаю, как насчёт второго, но склад ума первого предполагал жажду мести и допускал не слишком рациональные решения. С другой стороны — у нас в руках было мощное оружие, позволяющее его уничтожить. Даже люди с нулевой эмпатией, как правило не обделены инстинктом самосохранения.

Другой вариант — Кханг Групп. После завершения конфликта с Джи Сок Ра, мы с ними больше не сталкивались, но как знать, что в голове у председателя. Вдруг решил атаковать нас чужими руками?

Правда, даже в таком случае, я всё равно не мог понять, каким образом он может использовать Джи Хё? Не имелось ни одного резона, расходовать ресурсы для того, чтобы вытащить из-за решётки абсолютно бесполезную женщину.

В конце концов, мысли удалось погасить и я провалился в сон без сновидений.

А когда проснулся из-за звука сработавшего будильника, обнаружил сообщение от Бён Хо, которого вчера тоже привлекли к обсуждению ситуации.

«Мой знакомый попробовал расспросить персонал изолятора, где содержали Джи Хё Чен. Те наотрез отказались её обсуждать. Говорит, испугались так, как будто он им предложил побег для кого-то организовать.»

Поблагодарив бывшего полицейского за попытку, я быстро проверил новостную ленту и не обнаружив там ни одной заметки, двинулся в ванную комнату.

К моменту, когда около дома появился арендованный «Генезис 900» с Хён Ву за рулём, я уже набросал концепт небольшой кампании в социальных сетях. Глобально развернуть эту тему сейчас будет сложно — у всех на слуху выборы в Национальное Собрание. Но вот немного подсветить её необходимо. Хотя бы для того, чтобы иметь базу на которую можно будет опереться в будущем. Если всё же понадобится развернуть полноценную кампанию и накрыть флот Джи Хё шквальным огнём.

Мин Со я наброски отправил уже из машины. День сегодня предполагался загруженным, но думаю, взятые девушкой стажёры, которые уже работали в команде маркетинга, с задачей вполне справятся. Как и Вон Шик, который будет координировать весь процесс. Основная задача самой креативщицы — набросать варианты текстов, которые можно будет использовать в качестве шаблона.

Суть была проста — мы ставили под сомнение выход Джи Хё под залог, намекая на коррупционный момент и указывая на очевидные факты, вроде позднего заседания суда и сразу же внесённого залога. При этом вбрасывали самые разные версии — от её бегства за границу до желания некоей влиятельной фигуры запустить новый виток конфликта вокруг Чен Групп.

Ответное сообщение я получил почти сразу. А когда машина остановилась на паркинге той же самой гостиницы, где мы с Вэньмин Таном встречались в прошлый раз, Мин Со Пэк сообщила, что уже начала работу над вариантами текста.

Китаец не только пригласил меня в ресторан всё того же отеля, но и сидел за тем же столиком. Вызвав невольное желание позвать сюда Хён Ву и попросить проверить всё на наличие прослушивающей аппаратуры. Впрочем, в том, что Вэньмин станет фиксировать собственные нарушения закона, я откровенно сомневался. В отличии от того же отца Ми Ён, менеджер Банка Шанхая был более чем рациональным человеком.

Расположившись напротив него, я поймал на себе взгляд, в котором светился неприкрытый интерес.

— Как ты это сделал Мин Джин Хо? Два дня. Я не думал, что у тебя вообще что-то получится. А ты разобрался со всем за пару суток. Как?

Я пожал плечами и подтолкнул в его сторону папку с документами.

— Сорок процентов акций, как и договаривались. Фирмы зарегистрированы в Тайване, так что тебе придётся отыскать кого-то из местных.

Тот секунду помедлил. Накрыв рукой папку, развернул её и открыв, пролистал документы. Поднял взгляд на меня.

— Ещё пять процентов забрал себе?

Я продемонстрировал ему усмешку.

— Свою долю вы назад получили. Процент Тэ Юн Чена и его тайваньского приятеля достался нам. Всё честно.

После короткой паузы, китаец кивнул. Посмотрев на бумаги, задержал взгляд на имени текущего собственника.

— А этот Бэк Хён… Он надёжен? Не мог продать всё за сотню миллионов и пуститься в бега?

Вздохнув, я отрицательно покачал головой.

— Не мог. Это я тебе могу гарантировать.

Последнее было правдой — ввиду обстоятельств, парня оставили переночевать в офисе, выдав спальный мешок из старых резервов. Так что всю ночь он находился под охраной ночной смены. А прямо сейчас сидел на телефоне, принимая звонки от соискателей работы, которые хотели что-то уточнить или изменить время визита.

Вэньмин одобрительно цокнул языком и закрыл папку. Махнув рукой проходящей мимо официантке, подождал, пока я сделаю заказ. Всё это время внимательно за мной наблюдая. Судя по всему, сейчас китайца волновали не только возвращённые акции стартапа,

Увидев мой вопросительный взгляд, он на момент замялся, но в итоге всё же начал говорить.

— Ты ведь выяснил, что это были за деньги и почему их пришлось возвращать настолько экзотическим способом?

Я осторожно кивнул.

— Предположим, что так.

Собеседник слегка усмехнулся.

— Дракону ни к чему притворяться ласточкой. В это поверят только те, кто не видел ни первых, ни вторых.

Сделав короткую паузу, продолжил.

— А я видел в этой жизни всякое, мой корейский друг. И как мне кажется, ты один из самых опасных видов драконов.

Я с невозмутимым видом утвердительно наклонил голову.

— Именно так. Из той разновидности, что маскируется под китов и плавает под водой.

Вэньмин изобразил улыбку, пристально меня рассматривая. Потом машинально окинул взглядом пространство ресторана. Снова вернул внимание на меня. И перешёл на шёпот.

— Меня держат за глотку Мин Джин Хо. Настолько крепко, что не вырваться. Не отыскать союзников внутри нашей страны. Понимаешь?

Предположение о вербовке появилось в ту же секунду, как я услышал фразу «корейский друг». Но оказалось не совсем верным — тембр голоса и мимика китайца, скорее указывали на крик о помощи.

— Боюсь, я мало чем могу помочь. Как ты верно подметил, я гражданин Кореи. И мы сейчас в Сеуле. До Шанхая отсюда далековато.

Тот печально усмехнулся.

— В это сложно поверить, но возможно как раз ты и сможешь мне помочь.

Пару мгновений выждав, я слегка приподнял брови.

— Как именно?

Вэньмин какое-то время помолчал, явно колеблясь. Наконец начал медленно излагать.

— Скажем так, есть один человек, который нарушает наше и корейское законодательство одновременно. Если появятся доказательства этого, ему придётся несладко. Особенно при наличии шумихи в медиа. А как мы оба знаем, у тебя это получается весьма неплохо.

Я кивнул.

— Возможно и так. Но я не стану этого даже обсуждать без понимания контекста. И информации о деталях.

Собеседник тяжело вздохнул. Откинувшись назад, сделал глоток кофе. Судя по выражению лица, решение давалось ему непросто. Но если я верно уловил намёки, большого набора опций у Тана не было. Из-за чего он вёл переговоры с малознакомым человеком из соседней страны. Со мной.

Наконец китаец снова подался вперёд, положив руки на столешницу.

— Требовать от тебя молчания не имеет смысла — проконтролировать я всё равно не смогу. Моя власть сейчас не простирается дальше моего секретаря. Да и в нём я не совсем уверен. Но искренне надеюсь на твоё благоразумие.

Момент помолчав, продолжил.

— Скорее всего ты уже в курсе той стройки, на которой мы смогли немного заработать.

Увидев, как я утвердительно наклонил голову, Вэньмин заговорил вновь.

— Тогда казалось, что у нас есть все предпосылки, чтобы стать новой независимой группой. Не слишком большой, но достаточно влиятельной, чтобы балансировать между партократами, не давая им нацепить на себя поводок. На тот момент мы ещё не знали, что точно такие же мысли бродят в головах менеджмента ещё одного банка, который финансировал всё ту же стройку.

Замолчав, поморщился, бросив быстрый взгляд в сторону. Потом вернул его на меня.

— Мы просто желали добиться независимости. Стать чем-то большим, чем клерки в дорогих костюмах. Перестать лизать стариковские пятки, каждый раз, когда к нам приезжает очередной императорский сановник, который умеет только интриговать да пафосно зачитывать речи. Но наверх это подали иначе. Едва ли не как попытку внутреннего мятежа и заговора внутри финансовой системы страны.

Хмыкнув, я сразу же уточнил.

— На самый верх?

Тот коротко и печально рассмеялся.

— Нет, конечно. Дёргать с такой мелочью императора никто не будет. К тому же, тогда он бы решил вопрос сам. А значит и все деньги достались бы тоже ему.

Вздохнув, посмотрел на меня.

— Но одному человеку из ближнего круга, данные на стол положили. Приказ оставить целыми ту группу, что вернёт все деньги и заплатит ими за свои жизни, поступил от него же. Что было дальше, думаю ты и сам уже представил.

Отпив кофе, я поставил чашку на стол и пару секунд подумал.

— Вы попытались отыскать активы друг друга, привлекли внимание и деньги перехватили третьи лица.

Тот мрачно хмыкнул.

— Третьи лица… Триады и тайваньские кланы. У них всё не настолько плохо, как у нас, но собственных группировок во власти тоже хватает. А семьсот миллионов ничейных долларов — неплохая добыча. Не обрежь нам все связи, может и вышло бы как-то защитить. Но если у тебя нет влияния на свою же систему, то и предложить человеку извне нечего.

Я обозначил движение плечами и перешёл к пункту, который пока интересовал меня больше остальных.

— В итоге вернуть ничего так и не вышло, верно? Как минимум, большая часть утеряна навсегда. Почему вы тогда ещё живы и на свободе?

Китаец невесело усмехнулся.

— Потому что вокруг императорского трона крутится столько денег, что про нас успели подзабыть. Вернее, отдали дело на откуп другим людям, на пару рангов пониже.

Вздохнув, добавил.

— Группы, которая с нами пыталась конкурировать, больше нет. Некоторых отправили за решётку, других включили в состав одного из кланов. Рядовыми псами, на самом дне иерархии. А наша…

Поняв, что в этот раз китаец замолк надолго, я передвинул руки, лежащие на столешнице.

— Не хочу тебя торопить, но у меня совсем скоро начнётся мероприятие, на которое я совсем не хочу опоздать.

Мужчина вяло улыбнулся.

— Нашу раздробили на множество осколков. Бывшего лидера перевели во Вьетнам, где он благополучно попал под машину. Остальные сидят на своих местах и стараются не привлекать внимания. Настолько, что мы друг с другом вовсе не общаемся.

На лице внезапно появился яростный оскал и он снова понизил громкость голоса до шёпота.

— Мы могли бы давно самоорганизоваться и что-то придумать. Договориться с одним из кланов и войти туда в качестве союзников второго эшелона, но всё портит та самая фигура, о которой я сказал в самом начале. Держит клинок у глотки каждого из нас, требуя вернуть деньги. Заставляет сливать внутреннюю информацию. Подделывать бумаги. Поддерживать тех, кто ему выгоден.

Я указал взглядом на папку с документами, которая лежала на столе.

— Насколько я понимаю, со своей задачей ты уже справился.

Вэньмин покачал головой.

— Если бы всё было так просто, Мин Джин Хо… Он перебросит меня на другое направление. Потом использует для чего-то ещё. В итоге сбросив в пропасть. Возразить ему никто не может — слишком высок статус. А поднимать конфликт к самому подножию трона из-за такого, как я, никто не станет. Нет у меня таких покровителей.

Суть его предложения стала немного яснее. Тем не менее, конкретики пока было маловато.

— Кто он? И что именно ты мне предлагаешь?

Мужчина вздохнул, покосившись на официантку, которая принимала заказ у ещё одного столика вдалеке.

— Функционер. Бывший военный, который переключился на карьеру по партийной линии. Связи в армии у него остались, собственная группа тоже имеется — сейчас он работает в связке с новым министром обороны, которому позарез нужны сторонники в партийном аппарате.

Постучав пальцами по столешнице, добавил.

— Пара личных мини-дворцов, любовницы, внебрачные дети, шлюхи, подпольные стриптиз-клубы, пара случайных убийств, избиение офицера полиции. Классический список зарвавшегося мудака из столицы. Будь у меня возможность предать всё огласке внутри страны и обеспечить доказательства — никаких проблем бы не было.

Я усмехнулся.

— Будь у тебя такая возможность, самого списка скорее всего тоже бы не было. А человек о котором мы говорим, не смог бы подняться на такую вершину.

Скривив губы в улыбке, он кивнул.

— Тем не менее, он тоже уязвим — за счёт зарубежных активов. В том числе и здесь, в Корее. Оформлены не на его имя, понятное дело. Но возможно получится что-то выяснить. Если разгорится скандал у вас, незамеченным это не останется.

Я пожал плечами.

— Великий файрвол никто не отменял. В теории, любые новости могут проигнорировать.

Китаец сразу же покачал головой.

— Доклады о таких персоналиях идут на стол императору. А он не любит, когда кто-то теряет чувство меры и осторожности. К тому же, опубликуй такое одно из европейских или штатовских изданий, резонанс будет небольшой и сугубо профильный — только в политическом и профессиональном сегменте. Такое у нас легко могут списать на «происки врагов». Мол, это всё чужие журналисты, которые на самом деле вовсе кадровые разведчики, что целенаправленно пытаются скомпрометировать ценного слугу императора. На самом же деле он идеальный последователь Конфуция и ворует ровно столько, сколько дозволено. Стандартная схема.

Мгновение помолчав, продолжил.

— А вот в Корее после такой новости разразится полноценный скандал. С участием всех слоёв общества. Такое проигнорировать будет сложно. К тому же, соседи опять же. Экономические контакты имеются и многие люди между собой общаются. Оставить опозорившего престол человека на старом посту будет неудобно. Кто-то и вовсе может сделать вывод о слабости правителя. Уверен, его уберут.

В некоторых деталях я с ним согласен не был, но в целом китаец был прав — в случае бури в корейских медиа, функционера вполне могут выкинуть за борт с камнем на шее.

— Ты при таком раскладе получишь свободу. А что достанется мне?

Вэньмин Тан подобрался. Посмотрел на меня.

— Если всё получится, я обрету самостоятельность. Соберу все части нашей группы вместе и возглавлю их. Независимо нам действовать не позволят, но даже после того, как упадём в ноги одному из партийных стариков и попросим взять под покровительство, какой-то уровень свободы действий сохранится.

Сделав короткую паузу, продолжил.

— Что даст возможность работать с деньгами. Проекты на территории Китая, инвестиции за его пределы, кредитные линии для бизнеса. Да и контактов с местными производителями у нас тоже немало. Я найду способ рассчитаться.

Про аферу с лекарствами, которых не существовало, но тем не менее, китайская сторона за них заплатила, я прекрасно помнил. Тем не менее, сейчас вопрос был в ином.

— Это в перспективе. И при условии, что у тебя всё получится. Если нет — я буду рисковать и выкладываться на полную абсолютно бесплатно.

Мужчина усмехнулся.

— Во-первых, мне кажется ты сможешь извлечь из этого выгоду. Во-вторых, денег или недвижимости у меня за границей нет. Зато есть яхта. Отдали в качестве погашения одного долга, а потом начался хаос из-за тех денег и она осталась за границей. Оформлена на чужое имя, естественно. Но человек мне полностью подконтролен.

Я удивлённо приподнял брови.

— Яхта?

Тан кивнул.

— Яхта. Длина пятьдесят метров, двенадцать спальных мест для пассажиров, экипаж численностью в десять человек. Рыночная стоимость — от пятнадцати до семнадцати миллионов долларов. Состояние, судя по отчётам моего человека — отличное. Находится сейчас в Индонезии, но её можно легко сюда перегнать.

Формат оплаты был несколько неожиданным. С другой стороны — если сбросить цену до двенадцати миллионов, уверен, транспорт купят за пару дней. А лгать о его наличии, не в интересах самого Вэньмин Тана — если подобное всплывёт в процессе, я могу не просто отказаться от сделки, но и сдать его той самой персоналии, которую менеджер хочет толкнуть под горную лавину…

Китаец смотрел на меня с ожиданием в глазах и я, после недолгого размышления, чуть наклонил голову.

— Давай договоримся так — я посмотрю, что можно сделать. Потом выйду на связь и мы всё обсудим.

Менеджер Банка Шанхая хмыкнул.

— Открыто общаться не выйдет. Весь трафик проверяется на уровне провайдера. Плюс, ежесуточный контроль со стороны безопасности — визуально просматривают все чаты.

Скептически хмыкнув, я собирался уточнить личность человека, о котором идёт речь. Но Вэньмин положил на стол крохотную флешку, ловко засунув её под салфетку и подтолкнул ко мне.

— Вся информация, которая у меня есть — там.

В ответ на мой вопросительный взгляд, нервно дёрнул плечами.

— Хозяин этого отеля, ничего фиксировать не должен. Но могут быть внешние наблюдатели. Лучше перестраховаться.

Ресторан гостиницы я покинул спустя десять минут. Унося с собой флеш-карту и набор кодовых слов, которые мы условились использовать в переписке для обозначения тех или иных ситуаций. Встреча прошла в несколько неожиданном ключе, но в из этого могло получиться что-то интересное. Как минимум, стоило взглянуть на переданные китайцем документы.

Вопрос о людях, которые могли интересоваться моей персоной, я тоже задал. Получив вполне ожидаемый ответ — Вэньмин не подозревал, что кто-то вообще в курсе моей роли в этой игре. И не представлял, кто именно мог заинтересоваться моей фигурой.

Хён Ву ждал около машины и сразу же распахнул дверь. Когда я оказался внутри, посмотрел в зеркало заднего вида.

— Теперь в офис, сонбэ?

На телефоне обнаружилось сообщение от Мин Со, которая интересовалась, успею ли я прибыть к началу процесса собеседования или стоит немного сдвинуть сроки и заставить соискателей подождать? Написала девушка ещё двадцать минут назад, так что я принялся набивать ответ. И бросил быстрый взгляд на Хён Ву.

— В офис. Просеивать песок в поисках золота.

Глава XIX

Первые соискатели и правда уже были на своих местах — сидели в коридоре, ожидая моего появления. Стулья, на которых они разместились, привезли только сегодня утром. Как и мебель для помещения, где должен был проходить процесс собеседования. Изначально оно предполагалось для размещения команды наблюдения — после расширения штата, сюда должны были переехать люди Хё Рин.

Но прямо сейчас, здесь встречали кандидатов на работу. Сначала они проходили к моему столу, а после короткой беседы, я либо разворачивал человека обратно, либо направлял к лидеру профильного направления — все четверо руководителей стратегических команд тоже находились здесь.

Как ни странно, но первых семерых я отправил домой. Ни у одного не просматривалось лояльности и готовности к самоотдаче. Хотя резюме у всех были неплохими. Видимо пришли из-за шума в медиа, после которого название компании стало относительно известным. В расчёте то ли на большие деньги, то ли на мифический статус, из-за сотрудничества с Чен Групп. Судя по социальным сетям, некоторые вполне искренне считали меня любовником Чжи. Возможно это тоже привлекало внимание.

Когда зал покинул очередной кандидат, а на пороге появилась девушка в офисном костюме, я было подумал, что сейчас придётся отправить назад ещё одного человека. Но, к моему удивлению, она прошла первый этап, после которого отправилась за стол к Мин Со Пэк. Успешной оказалась и беседа с парнем, что зашёл следом за ней. А потом процент отсева постепенно стал выравниваться — домой уходило не более половины соискателей.

Это немедленно вызвало проблему — если мне требовалось не более трёх минут, чтобы определить общий настрой нового кандидата, то вот на анализ его профессиональных качеств, времени уходило куда больше. Из-за чего образовалась своего рода очередь — те, кто ждал второго этапа собеседования, расселись около дальней стены помещения, сбоку от нас.

На внутренней перегородке, спиной к которой мы сидели, был прицеплен большой баннер с названием компании, заказанный вчера Мин Со. А в рабочих отсеках стояли столы. Тем не менее, офис производил впечатление не до конца освоенного — каждый второй из кандидатов считал нужным этим поинтересоваться. Впрочем, реакция на мой ответ, служила неплохим маркером уровня психологической стабильности и рациональности.

Сейчас я как раз снова повторял те же самые слова ещё одной соискательнице, которая слегка выбивалась на фоне остальных — волосы были окрашены в ярко-розовый, ноги прикрыты короткой юбкой, а надетая рубашка частично прозрачна и позволяла легко понять, что нижнее бельё на её владелице, отсутствует.

Боковое зрение позволяло прекрасно рассмотреть косые взгляды, которые Мин Со бросала на кандидатку. При этом, моё собеседование, она вполне успешно проходила. И явилась вовсе не для работы в команде маркетинга — её целью было устроиться к Геон Шину.

Закончив диалог, я озвучил результат и указала на главного технаря, который как раз отпустил предыдущего претендента, что сейчас шагал в сторону выхода. Выглядядя так, как будто ему только вскрыли черепную коробку, вытащили мозг, пересобрали и засунули обратно.

К моему столу двинулся новый кандидат — скромный парень с портфелем и в дешёвом пиджаке. А за его спиной внезапно возникла ещё одна фигура. Крепкого телосложения, в лёгкой куртке с капюшоном.

Сотрудник службы безопасности, который стоял около входа и до этого момента изображал молчаливого наблюдателя, шагнул следом. Протянув руку, похлопал неизвестного по плечу и тихо ему что-то сказал. Видимо попросил вернуться в очередь.

Спустя секунду безопасник рухнул на землю, сражённый разрядом электрошокера. А вошедший, на которого немедленно обратились взгляды присутствующих, отбросил назад капюшон, до того скрывавший добрую половину лица.

— Думали, что расправились со мной? Никогда не увидите? Как бы не так, ублюдки! Сегодня все заплатят по счетам!

Электрошокер он перебросил в левую руку ещё до того, как начал говорить. А на первых же словах своей речи, достал из кармана куртки револьвер.

Договорив, вскинул руку с ним, целясь в меня.

— Умоляй меня о пощаде! Давай сонбэ! Ты увёл у меня девушку и теперь умрёшь, сволочь!

На входе в здание стояли двое охранников, которые должны были сверять имена кандидатов с полным списком. Но видимо У Рам Ха каким-то чудом проскользнул. Возможно узнал о нашем наборе и записался под чужими данными, чтобы не привлекать внимания. Мин Со с большей частью соискателей переписывалась, так что его голос не слышала. А Бэк Хён, которые вчера прозванивал тех, кого в итоге отобрали, с парнем ни разу не сталкивался.

Двое мох опытных бойцов, сейчас сидели за столами, расположившись сбоку и чуть позади от меня. До объекта им точно не добраться. Хён Ву был на втором этаже. А единственный безопасник из числа новеньких, так и валялся на полу, отходя от удара током.

Несколько человек, что сидели в коридоре, ожидая своей очереди, вскочили на ноги и бросились бежать. Следом за ними устремились остальные и У Рам обернулся на шум. Чин Хва начал было подниматься, решив воспользоваться ситуацией. Но крепыш почти сразу повернулся обратно и перевёл ствол револьвера на бывшего полицейского.

— Даже не думай, отродье! Я всех вас убью! Сначала это бессердечного ублюдка, который лишает других самого дорогого, потом грязную шлюху. А следом всех остальных! Вы все умрёте!

Я опустил руки на столешницу и чуть приподнялся. Мозг работал в режиме фокуса, обрабатывая информацию. И если не рассматривать самые рискованные варианты, оптимальным решением было вовлечь его в беседу.

— Ты ошибаешься, У Рам. Мы с Мин Со не встречаемся. А ты сам предал нас всех, едва не засадив за решётку.

Тот расхохотался.

— Не встречаетесь? Я видел, как она на тебя смотрит, шакалье отродье! Прикажешь — будет ползать за тобой по офису на поводке, как собачка и учить команды! Не лги мне!

Я слегка качнул головой и начал отвечать, при этом осторожно выпрямляясь и вставая в полный рост.

— Ты же работал в маркетинге, У Рам. Прекрасно знаешь, что такое факт-чек. Попробуй посмотреть на факты, а не опираться на собственные домыслы.

Тот яростно оскалился, смотря на меня.

— Факты? Их у меня полно! Она сама сказала, что запрыгнет к тебе в постель, как только позовёшь! Предала меня! Растоптала всё, что между нами было!

В этот раз озвучить ответ я не успел — слева зазвучал громкий голос Мин Со.

— Между нами ничего не было, тупой ты кусок тухлого крабового мяса! Насколько надо сойти с ума, чтобы принять дружбу за отношения? Что ты вообще творишь, У Рам? Откуда взял револьвер? Зачем сюда пришёл? Правда хочешь всех убить и уничтожить свою жизнь?

Девушка с розовыми волосами, которая сидела на стуле рядом с Геон Шином и наблюдала за ситуацией, держа руки на сумочке, которую лежала на колени, звонко цокнула языком.

— Интересно вам тут работается. И что каждый день так? За такое хотя бы доплачивают?

Вопрос был адресован Геон Шину, который уставился на неё в немом изумлении. Впрочем, как и все остальные. Даже У Рам Ха покосился с некоторым недоумением.

Справа от меня, отодвинул свой стул Чин Хва. Подниматься на ноги он не стал — это бы моментально привлекло внимание У Рам Ха, сейчас отвлечённое на розоволосую девушку. Но изменил позу и подготовился к рывку из сидячего положения. Хё Рин обхватила пальцами тяжелый степлер, что лежал у неё на столе. А вот двое безопасников, которые уже секунд тридцать маячили в конце коридора, подходить ближе никак не решались. То ли опасались спровоцировать вооружённого человека на стрельбу, то ли банально боялись.

Вот Бэк Хён таких страхов, похоже оказался лишён. Сначала фигура парня ненадолго замерла около охранников — с упаковкой одноразового рамёна и палочками в руках. А спустя пару секунд тот уверенно зашагал в сторону У Рам Ха.

Сам крепыш, оторвал взгляд от розоволосой и снова посмотрел на Мин Со.

— Я уничтожу только ваши жизни. А моя будет в порядке. Слышишь? Всё будет просто прекрасно! Я себе и девушку новую уже нашёл!

В разговор снова вклинилась кандидатка с розовыми волосами.

— Зачем тогда сюда пришёл, раз новая есть? Не проще с ней в кино сходить, а потом прыгнуть в постель, чем бежать убивать свою бывшую?

Покосившаяся на неё Мин Со, раздражённо фыркнула.

— Да не его я бывшая. Мы не встречались!

Справа обескураженно выдохнула Хё Рин. Думаю, бывшая полицейская привыкла к опасным ситуациям, учитывая её место работы, но с таким хаосом, скорее всего сталкивалась впервые.

Впрочем, обменяться новыми репликами, девушки не успели. У Рам шагнул вперёд, снова целясь в меня.

— На колени! Умоляй сохранить тебе жизнь!

Не знаю, кто снабдил его оружием и направил сюда, но обработали парня достаточно плотно — весь нехитрый замысел читался по его лицу. Могу поспорить, если я на самом деле упаду на колени, сразу получу пулю в лицо. У Рам не просто жаждал меня убить. Перед этим ему требовалось отомстить за своё поражение, сделав смерть максимально унизительной. По крайней мере в его понимании.

Я медленно вышел из-за стола. Степлера на нём не было, но зато имелась почти пустая чашка из под кофе. Достаточно тяжелая, чтобы временно дезориентировать человека при попадании в голову. Естественно, я бы предпочёл пистолет — при его наличии, всё можно было закончить практически сразу. Но огнестрельное оружие и Корея — вещи мало совместимые. Хотя для У Рам Ха, револьвер кто-то достал.

— Ну! Чего ты ждёшь, ублюдок⁈ Я считают до пяти и стреляю!

Сдвинувшись в сторону, я встал перед своим собственным столом и поднял левую руку, демонстрируя противнику раскрытую ладонь.

— У тебя шесть патронов, У Рам. А в здании полно охраны. Кто-то наверняка уже вызвал полицию. Не знаю, что именно тебе пообещали, но уйти отсюда не удастся. Может лучше поговорим?

Тот оскалился в зверской усмешке.

— Один!

Я выдохнул и попробовал ещё раз.

— Не заставляй свою семью страдать.

— Два!

— Подумай о своём будущем. Ты молод. Впереди вся жизнь. Зачем её губить?

— Три!

Тембр голоса и иные меры воздействия не работали — цель находилась в состоянии настолько зашкаливающей ярости, что ничего не воспринимала. В голове У Рам Ха работал только крайне узкий спектр эмоций, наглухо задавивший все остальные.

Среди соискателей, которые ждали внутри помещения, был всего один кандидат в безопасники — с ними собеседования проходили куда быстрее, чем с потенциальными рекламщиками, так что соискатели внутри не задерживались Но мужчина замер на месте, неотрывно смотря на У Рам Ха и судя по лицу, сильно испугавшись. Абсолютно нормальная реакция на огнестрельное оружие, если подумать. Но профильный стресс-тест он однозначно завалил.

Мысль отстранённо мелькнула в голове, а за спиной противника возникла фигура Бэк Хёна, который смог незаметно подобраться к нему, используя вопли самого парня, как звуковую завесу.

А в следующую секунду наш технический мультимиллионер использовал своё единственное оружие — буквально надел на голову У Рам Ха ту самую упаковку с рамёном, которую держал в руках.

Крепыш взревел от боли и неожиданности — льющийся по лицу парящий кипяток оказался для него сюрпризом. И выстрелил.

Пуля ударила в переборку, сбоку от меня. А в противника полетела та самая кружка, которую я подцепил правой рукой. Метнув своё единственное оружие, я зафисировал бросившегося вперёд Чин Хва, который вылетел со своей позиции, как пушечное ядро. И во весь голос рявкнул.

— На пол!

Бэк Хён честно попытался сбить врага с ног. Но драться он обучен явно не был — сразу же получил разряд шокера и сам осел вниз.

Выстрел. Яростный крик Чин Хва. Удар. У Рам, который сбил с головы «колпак» из упаковки рамёна, всё же смог сместиться в сторону и экс-полицейский лишь зацепил его плечом. Достаточно сильно, чтобы враг зашатался на месте, но не настолько, чтобы тот упал.

В воздухе мелькнул степлер. Левый бок ожгло болью, сразу после чего по ушам ударил звук ещё одного выстрела.

Ноги бросили тело вперёд. Справа мелькнул силуэт Хё Рин, которая тоже выскочила из-за своего стола. Выстрел. Закричавшая Мин Со. Выстрел.

Чин Хва, завалившийся после падения на пол, замкнул ноги противника с свои и тот полетел вниз. А револьвер выплюнул последнюю пулю в потолок.

Я оказался на месте первым и рухнул коленом на грудную клетку У Рам Ха. Тот издал нечлераздельный звук, выпучив на меня глаза. А я выкрутил руку, в которой тот сжимал шокер, лишая парня действенного оружия.

В следующую секунду рядом появилась Хё Рин. Женщина, даже не попытавшись затормозить, использовала разгон для удара ногой в голову. А следом вцепилась во вторую руку противника, заставив его бросить револьвер.

Двое охранников из конца коридора, добежали до нас к моменту, когда мы перевернули крепыша на живот, сведя руки за спиной. Тот что-то подвывал, дёргался и скулил, но сопротивляться всерьёз уже был не способен.

Хё Рин, оставив нападавшего на попечение безопасников, бросилась к Чин Хва. Я же устремился назад.

Мин Со сидела около своего стола, привалившись к нему спиной и зажимала руками рану в бедре правой ноги.

Опустившись рядом, я бросил взгляд на Геон Шина, который с ошеломлённым видом стоял в метре от креативщицы. Но дать команду вызвать скорую помощь не успел — заговорила розоволосая кандидатка на работу.

— Полиция и медики уже едут. Момент стрельбы, я если что засняла на телефон — видео лишним не будут.

Её психологический профиль вызывал массу вопросов, но этот момент я предпочёл оставить на будущее. А сейчас осторожно отвёл в сторону пальцы Мин Со, оценивая рану. Наклонившись, посмотрел на заднюю сторону бедра. И облегчённо выдохнул. Пуля прошла навылет. Насколько я видел, в стороне от кости. Артерию тоже не зацепило. В противном случае, вокруг бы всё залило кровью.

Сначала было стянул пиджак, чтобы потом снять рубашку и перетянуть рану. Но сразу вспомнил об аптечке первой помощи, которая имелась у безопасников.

Оглянувшись назад, услышал, как Хё Рин уже просит её принести — Хён Ву примчался на звук выстрелов со второго этажа и уже бежал по коридору за медикаментами. Держа ладонь на ране Мин Со, я бросил быстрый взгляд на бывшую полицейскую, которая срывала рубашку с Чин Хва.

— Как он? Насколько сильно зацепило?

Женщина на момент повернула голову в мою сторону.

— В живот. Крови немного, но что задето внутри непонятно.

Спустя секунду снова послышался её голос.

— Куда⁈ Лежи, тебе нельзя шевелиться!

С другой стороны тихо заговорила Мин Со.

— У тебя кровь, сонбэ. Рубашка вся красная…

Я опустил взгляд. На белой ткани действительно расплывалось пятно, но судя по размеру, кровотечение было слабым. А боль, которая пришла сразу после осознания собственного ранения — вполне терпимой.

— Мелочь. Там даже крови почти нет.

Креативщица нахмурила брови.

— Проверь! И перевяжи! Что за…

Договорить не успела — в комнату влетел Хён Ву, сжимающий в руках чемоданчик и спустя десять секунд я принялся перетягивать её ногу перевязочным пакетом. После чего проверил состояние Чин Хва, которого перевязали его коллеги. И всё же снял рубашку.

Как я и предполагал, ранение оказалось лёгким — по сути пуля рассекла слой мышечной ткани, нанеся крайне скромные повреждения. Пройди она на пару сантиметров правее — так легко было бы не отделаться.

Тем не менее, перевязать её всё равно пришлось — пусть относительно небольшое, но кровотечение присутствовало.

К моменту, когда я закончил, рядом послышалась сирена — первой на место происшествия прибыла скорая. Впрочем, полиция приехала спустя всего пять минут. Почти одновременно с адвокатом, который до того работал с Чжи.

Сам я отправился в больницу вместе с обоими ранеными. А вот юрист, вместе с Хё Рин и Хён Ву, которые знали полицейскую работу, остались на месте. Объяснять ситуацию, давать показания и на всякий случай выполнять функцию контроля с нашей стороны.

В больнице со мной закончили первым — по сути требовалось лишь проверить рану и наложить швы. Врач сначала хотел оставить меня на неделю в постельном режиме, утверждая, что иначе процесс заживления может сильно затянуться. Да и швы способны разойтись в любой момент. Но от госпитализации я отказался. Сейчас для этого точно не было времени. Не после открытого нападения на офис компании.

Оказавшись в коридоре, первым делом позвонил Хё Рин. Попросил прислать пару стажёров в больницу, чтобы выставить их около дверей палат. Полицейскую охрану заполучить нам вряд-ли удастся. По крайней мере до тех пор, пока не станет понятно, что У Рам Ха действовал не один. Но хотя бы своих собственных людей на страже выставить стоило.

Потом едва не позвонил Мин Со, с которой всё ещё работали врачи — хотел набросать задачу по формированию официальной позиции компании. К счастью мозг быстро осознал алогичность ситуации и звонок я прервал. А концепт составил сам, прямо на телефоне.

К моменту, когда отходящего от наркоза Чин Хва и накачанную обезболивающим Мин Со, развезли по палатам, в больницу уже прибыли двое безопасников. А я согласовал с главным врачом их присутствие, после чего коротко побеседовал с каждым, оценивая состояние и настрой. Это была не та пара, что дежурила сегодня на входе в офис, но после того, как работу их колег проделал Бэк Хён, который и драться толком не умел, внутри ярко полыхали сомнения в профессионализме новобранцев.

Эти вроде были настроены решительно, да и я постарался обеспечить им дополнительную мотивацию. Но было бы куда спокойнее, имейся под рукой большее число проверенных людей. Уже показавших себя в деле и доказавших, что на них можно положиться. С этой точки зрения, идея о расширении штатов, выглядела более чем уместной.

Разговаривать с пострадавшими, сейчас было бесполезно — бывший полицейский ничего не соображал, а глава команды маркетинга заснула. Поэтому я ограничился тем, что визуально проверил их состояние, после чего побеседовал с врачами.

У Мин Со пуля поразила только мышечные ткани — медики оценивали ранение, как абсолютно не опасное для жизни. Точно сказать, когда она сможет встать на ноги, хотя бы при помощи костылей, не могли. Но предполагали, что глобально много времени это не займёт.

Вот с Чин Хва всё оказалось несколько сложнее — свинец немного зацепил кишечник. К счастью не так сильно, чтобы последствия оказались тяжелыми. Но бывшему полицейскому придётся провести немало времени в больничной палате.

Обменявшись контактами с главными врачом, в кабинете которого я подписал договор об оплате двух вип-палат, я снова набрал Хё Рин. Как выяснилось, журналистов на месте пока не появилось. Зато активно работали полицейские. Помимо патрульных, уже появились криминалисты и следователи. Сотрудников опрашивали, помещение для проведения собеседования объявили местом преступления и никого туда не пускали, а сами с умным видом бродили по территории и переговаривались.

Разговор я закончил, стоя на крыльце клиники. Прервав звонок, окинул взором окрестности, крутя в руках телефон. Срочные вопросы, не требующие отлагательств, были закрыты. Оставалось решить, что делать дальше.

Глава XX

Первым делом я решил вернуться в офис. Побеседовать с приехавшими офицерами полиции и постараться обеспечить себе встречу с У Рам Ха. Уверен, если времени для общения с ним будет достаточно, то из парня получится вытащить информацию.

Хотя, обработали его эффективно. Даже решили проблему с инстинктом самосохранения, который обычно являлся помехой в таких случаях — убедили, что смогут вытащить после того, как тот выполнит свою задачу. Хотя, с высокой долей вероятности, У Рам считал, что это они помогают ему осуществить месть. Не рассматривая вариант, в котором сам является инструментом в чужих руках.

Тем не менее, переиграть всё это вполне возможно. Всё, что нужно — отсутствие помех извне и определённый промежуток времени.

Когда машина была на половине дороги к офису, завибрировал телефон — звонила Чжи.

— Мин Джин Хо, ты почему мне сразу не позвонил? Ащщщ! Ты в порядке? Куда твоя охрана вообще смотрела? И откуда этот идиот взял оружие?

В голосе девушки чувствовалось отчётливое напряжение. Я же, после короткой паузы, озвучил вполне честный ответ.

— Не было времени. Я только возвращаюсь из больницы в офис. Мин Со и Чин Хва остались там, но ранения не опасны.

Послышался шумный выдох девушки.

— Ты в какое подводное течение заплыл, что тебе так мозги отморозило? Почему сам в больнице не остался? Адвокат сказал, тебя тоже ранили!

Не дав мне ответить, сразу же продолжила.

— Я сама сейчас приеду! Не вздумай влезть в ещё одну передрягу!

Девушка разорвала связь, а я убрал телефон в карман. Останавливать её и объяснять, что ранение совсем лёгкое, смысла всё равно не было — скорее всего Чжи уже спускалась к машине.

Впрочем, через несколько секунд я всё же перезвонил. И попросил взять с собой охрану. Не одного человека помимо Кён Чхве, который наверняка окажется за рулём, а пару машин сопровождения. Да и в целом — быть осторожнее.

Судя по тембру голоса, серьёзностью ситуации девушка прониклась. Я же, закончив разговор, поймал заинтересованный взгляд таксиста. До того он не обращал на меня абсолютно никакого внимания, но услышав слова о ранениях, больнице и охране, принялся украдкой посматривать в зеркало заднего вида и морщить лоб. Возможно пытался понять, кого именно везёт и не мог ли видеть меня где-то раньше. Например в выпусках новостей.

В новостях о происшествии пока ничего не было. Дополнительное подтверждение того, что ставка делалась на физическую ликвидацию, а не не медийный скандал. Причём били не по Чжи или Бён Хо. Инструмент был подобран так, чтобы оказаться идеальным для нанесения удара по мне.

Собственно, если бы не Бэк Хён с его рамёном, далеко не факт, что из этой ситуации вышло выпутаться. Кружка и степлер не тянули на оружие, при помощи которого можно противостоять револьверу.

Сам огнестрел, опять же намекал на наличие связей, денег и определённого уровня влияния. Хотя, ещё более отчётливо на это указывала обработка объекта. Оружие, пусть и сложно, но возможно достать, даже при помощи одного единственного контакта в криминальной среде, которые сведёт с нужным человеком. А узкопрофильный специалист по психологии — совсем другое. Конечно, могло случиться и так, что кому-то надоело работать в агрессивной среде и он сменил род деятельности. Частную практику, например открыл. Или устроился в какое-то учреждение, поправлять психику корпоративным сотрудникам после того, как их сломает начальство. Но такая вероятность казалась невысокой. Хотя, в качестве варианта её всё равно оставить стоило.

Вчера — освобождение Джи Хё. Сегодня — стрельба в офисе, с целью моей ликвидации. Если это звенья одной цепи, то где тут связь? Каким был план? Предположим, меня бы противник устранил. Что дальше? Атаковать Чжи при помощи медиа практически невозможно. Даже выполни У Рам Ха свою задачу — журналисты бы акцентировали внимание на том, что это свидетель Джи Сок Ра. Решивший уничтожить своих приятелей из-за влюблённости в девушку. И солгавший в старых показаниях. С какой стороны ни посмотри, зацепиться не за что.

Либо я чего-то не учитывал, либо логической связи между этими событиями нет и операции реализованы независимо друг от друга.

Хмыкнув, я посмотрел в окно. Версия в которой против нас играли сразу два мощных противника, мне категорически не нравилась. Но вполне вероятно, являлась верной.

Таксист свернул на второстепенную улицу и через пару минут я уже выгрузился около полицейских машин. Навстречу мне было сунулся патрульный, но его опередила примчавшаяся Хё Рин.

— Это наш сонбэним. В него сегодня стреляли. Пропустить.

Женщина в полиции уже давно не работала и никакими полномочиями не располагала. Но тембр голоса и командные интонации сработали на отлично — молоденький парень моментально отскочил в сторону, смотря на неё с лёгким испугом.

Как только мы прошли за ленту, которой огородили вход в здание, Хё Рин быстро зашептала.

— Криминалисты приехали нормальные. Одного я сама знаю — пересекались несколько раз по работе, а Бён Хо с их главой команды знаком. Парни работают строго по инструкции. Вот детективов сразу трое. Сначала двое появились и вели себя адекватно. Потом примчался третий, старше по должности. И с тех пор они делают, что угодно, но не вопросы по делу задают.

Я притормозил около входа, разворачиваясь к ней, а женщина добавила.

— Адвокат старается, но они его практически не слушают. Мол, полицейские процедуры это не его дело и тут не судебное слушание.

Ощущать себя человеком с завязанными глазами, который лавирует между воинов с обнажёнными клинками в руках — не самое лучшее чувство. Конечно, у всего происходящего могло оказаться простое и рациональное объяснение — месть штаба Национальной полиции за поддержку Бён Хо. И если бы речь шла о чём-то менее значительном, именно эту теорию я бы и рассматривал в качестве приоритетной.

Но в данном случае, всё крутилось вокруг использования огнестрельного оружия и покушении на убийство. Дело точно получится резонансным и по интриганам может прилететь такая отдача, что их карьеру размажет тонким слоем по стене. Тогда как «Бушующий Кит» юридически с будущим профсоюзом Бён Хо, никак связан не был. Никакой очевидной выгоды, соотносимой с уровнем риска, для полицейских штабистов не просматривалось.

— Идём. Хочу посмотреть на это своими глазами.

Хё Рин кивнула и двинулась внутрь. А спустя пару минут мы оказались на втором этаже, в офисе команды маркетинга. Где мужчина лет сорока нависал над Геон Шином, по другую сторону от которого застыл адвокат.

— Послушай парень. В твой офис пришёл человек с револьвером и начал стрелять. Едва не убил твоих коллег. Раз я спрашиваю, чем именно ты тут занимаешься, значит мне нужно это знать.

Полицейский давил голосом и своей позой, не отрывая взгляда от лица технаря. А с противоположной стороны заговорил адвокат.

— Потерпевший является моим клиентом. Хочу напомнить, это не допрос и мы не в участке. Тогда как работа компании не имеет никакого отношения к делу. Вы же прекрасно слышали показания свидетелей — преступник явился сюда из-за проблем на любовном фронте.

Служитель правопорядка поднял глаза на своего оппонента и раздражённо проворчал.

— Никакого допроса свидетелей под запись не проводилось. Рассказать свою версию они смогут в участке. И парня этого я не допрашиваю. Всего лишь объясняю ему плюсы добровольного сотрудничества с полицией.

Глянув на Геон Шина, хлопнул его по плечу.

— Ты же будешь добровольно сотрудничать?

Двое полицейских помоложе стояли в стороне и наблюдали за происходящим без малейшего одобрения. Но и вмешиваться не спешили. Я же зашагал к офицеру.

— А по-моему вы пытаетесь заставить человека, который недавно стал свидетелем покушения на убийство, раскрыть вам конфиденциальную бизнес-информацию. Беззастенчиво используя служебное положение и власть. Это нарушение закона. Совершаемое открыто и на глазах у адвоката.

На лице Геон Шина, который заметил меня только сейчас, отразилось облегчение. Мужчина же развернулся, смерив меня взглядом.

— А вы значит, руководитель этой фирмы? Любитель молоденьких девушек, которых отбиваете у собственных сотрудников.

С укоризной поцокав языком, добавил.

— Ну и какой вы после этого сонбэ? Не стыдно? Довести человека до такого, что он с оружием к вам в офис вваливается?

За спиной послышался отчётливый скрип зубов Хё Рин. Лица обоих младших детективов изрядно вытянулись. Я же улыбнулся, старательно гася вспыхнувший гнев.

— Видимо вы давно не интересовались новостями, детектив. Иначе бы знали, что нападавший выступал свидетелем Джи Сок Ра. Тем самым, что дал ложные показания, позволив прокурору начать дело. В итоге проложившее ему путь за решётку.

Полицейский прищурился и наморщил лоб, из-за чего на его лице появилась пара бульдожьих складок.

— Это дело я помню. Возможно вы прави и этот У Рам Ха действительно давал там показания под давлением Джи Сок Ра. Точно мы узнаем только после того, как суд огласит решение. Но сейчас главный прокурор Сеула под арестом. Вы же не считаете, что это он убедил бедолагу заявиться сюда с оружием и начать стрелять?

Сделав ещё один шаг в его направлении, я чуть наклонил голову набок. И состроил максимально пренебрежительную гримасу.

— Думаю тебе лучше представиться. Хочу знать имя идиота, который задаёт настолько тупые вопросы.

Сработало — сквозь маску, которую полицейский тщательно удерживал на всём протяжении беседы, не давая мне полноценно оценить его мимику, прорвались настоящие эмоции. Раздражение, злость, страх и как это ни странно — немного азарта.

— Вы сейчас с сотрудником полиции говорите, господин Мин Джин Хо. А не с бандитом в переулке цены на краденые машины обсуждаете. Соблюдайте правила вежливости.

Я пожал плечами.

— У меня же шоковое состояние. Нормальное состояние для человека, которого недавно пытались убить.

Собеседник не нашёлся, что сразу ответить, а я продолжил, переключившись на иной тембр голоса.

— Тем не менее, если вы не проводите допрос и не собираетесь никого задерживать, прошу спуститься на первый этаж и продолжить осмотр места преступления. Или чем вы там обычно занимаетесь в таких случая? Нам нужно перевести дух и возвращаться к работе.

Тот сразу же покачал головой.

— Всё это здание является местом преступления и будет опечатано. Не вздумайте возобновлять работу или забирать отсюда какую-то технику. Всё это — потенциальные улики.

Во взгляде адвоката засветилось настоящее изумление и он сразу же вклинился.

— Преступление произошло на первом этаже. В отдельно взятом помещении. Зачем опечатывать весь офис? И при чём тут техника? Как они будут работать?

Детектив развернулся к нему, а из смежного помещения, где по идее, как раз должен был находиться Геон Шин, внезапно показалась девушка с розовыми волосами.

Полицейский удивлённо приподнял брови, а недавняя соискательница устремила взгляд на меня.

— Я не давлю, но мы хотели бы узнать — те, кто остался и не сбежал, приняты на работу? Или нам идти домой и позвонить попозже?

Судя по изумлению всех присутствующих, о наличии внутри офиса кого-то ещё, они не подозревали. Хотя нет — один человек всё-таки выделялся на общем фоне. Геон Шин. Видимо он её туда и привёл. Хотя сама девушка говорила о кандидатах во множественном числе.

— И сколько вас здесь?

Она покосилась в сторону дверного проёма из которого вышла.

— Пятеро. Но прошедших первое собеседование только двое. Ещё трое ждали первого этапа. Сначала сбежали, но вернулись назад, когда вы разобрались с убийцей.

Детектив, наконец пришёл в себя и что-то пробормотав, махнул рукой.

— Не мешайте полицейской работе. Оставьте личные данные у моих коллег и покиньте здание.

Глянув на меня, добавил.

— То же самое касается всех ваших сотрудников. Немедленно отправляйте всех домой.

Прищурившись, я шагнул к нему, ещё раз оценивая выражение лица. Зачем его сюда прислали? Не саботировать же расследование? С таким количеством улик и свидетелей это невозможно. Строить препоны работе компании — тоже. Даже если прямо сейчас у него получится выкинуть какой-то фокус, потом это решение можно будет быстро нейтрализовать, потому что оно нарушает нормы закона. И…

Сверкнувшая молнией догадка заставила сразу же потянуться к телефону. Сам полицейский нахмурился, наблюдая за мной с лёгким подозрением. А я набрал номер Бён Хо. На момент нападения, у него должно было проходить учредительное собрание профсоюза, но по идее мероприятие уже завершилось. Да и Хё Рин с ним недавно разговаривала.

Трубку мужчина взял моментально. А я сразу же озвучил свои подозрения.

— Выясни в какой участок отправили подозреваемого. Постарайся отыскать контакты и предупреди их, что У Рам Ха попробуют устранить. Возможно под видом самоубийства. Прямо сейчас нас отвлекают, чтобы выиграть время и успеть убить подозреваемого.

Глаза адвоката изумлённо округлились и тот сделал шаг назад, с опаской смотря на старшего полицейского. Тот же, на момент потерял дар речи — стоял на месте, открывая и закрывая рот. Возможность действовать вернулась к нему уже после того, как я услышал подтверждение Бён Хо и сбросил звонок.

— Ты что себе позволяешь? Обвинил офицера в соучастии преступлению? Сейчас ещё скажешь, что я с криминалом связан? А? Может с триадами работаю?

Отступив от стола одного из стажёров команды маркетинга, за которым сейчас почему-то сидел Геон Шин, мужчина поднял руку, указывая на меня.

— Задержать его! Быстро! Возомнил себя императором пустыни, подлец!

Двое его подчинённых без особой уверенности посмотрели на шефа. Потом на меня. Один глянул на Хё Рин, которая застыла за спиной и выглядела сейчас весьма агрессивно.

А справа послышался голос всё той же девушки с розовыми волосами.

— Так мы приняты или нет? Если да, то в принципе, одного полицейского я могу взять на себя.

Из глубины офиса внезапно донёсся голос Бэк Хёна.

— Я тоже могу одного взять на себя, сонбэним. Только вам придётся его подержать — после электрошока я не слишком быстро бегаю.

Поддавшийся общему настрою Геон Шин покрутил в руках карандаш, который взял со стола и задумчиво посмотрел на ногу детектива, как будто примериваясь, как его туда воткнуть. Сам полицейский с ошеломлённым видом поморгав, взревел.

— Всех! ЗАДЕРЖАТЬ ВСЕХ! Они сами бандиты! Взять их! Обыскать тут всё! Перетряхнуть вверх дном!

Я собирался пустить в ход уже заготовленную фразу, но тут со стороны дверного проёма прокатилась волна звонкого женского голоса.

— СТОЯТЬ! ИЛИ Я ВАС ВСЕХ ЗА ПОСОБИЕМ ПО БЕЗРАБОТИЦЕ ОТПРАВЛЮ!

Чжи влетела внутрь и затормозив в паре метров от меня, обличающе указала на старшего полицейского пальцем.

— Ты кого собрался задержать? Человека, которого сегодня едва не убили? Директора фирмы, что является партнёром Чен Групп? Тебя с мозгами осла на свет родили?

На лице детектива внезапно расплылась ухмылка, из-за чего кожа снова собралась складками.

— Чен Групп, значит. А выходит не врали слухи… Вы с ним и правда…

Со стороны двери донёсся цокот каблуков и он осёкся на полуслове, удивлённо рассматривая новые лица. Чжи прибыла не одна — председатель Чен Групп привела с собой группу поддержки.

Первой заговорила Ун Хонг, вставшая рядом с подругой и окинувшая полицейского презрительным взглядом.

— Что ты там хотел сказать? Обсудить чужую личную жизнь? Находясь при исполнении и нарушая закон? Ссейчас расскажешь, что со мной он тоже спал?

Мужчина мрачно посмотрел на неё и после секундной паузы поинтересовался.

— Могу я узнать, кто вы?

Мозги у него всё же работали — как минимум, стоимость брендовой сумочки, на которой страж порядка задержал внимание, прикинуть смог. Из-за чего сразу заработал инстинкт самосохранения.

— Вице-председатель Хонг Групп. А вы сейчас орудуете в офисе нашего акционера. Я считаю, это веский повод немедленно привлечь юристов компании. И задать пару вопросов вашему руководству. Поинтересоваться, с каких пор офицеры ведут себя, как разнузданные японские бандиты!

Мужчина ошарашенно посмотрел на неё, пытаясь отыскать ответ. Вес Хонг Групп на фоне иных чеболей был невелик. Но если семейная корпорация Чжи только что пережила кризис, а девушка возглавила её совсем недавно и обрасти нужными связями не успела, то компания её подруги через подобные испытания не проходила. В случае открытого конфликта, против офицера начнёт работать проверенный и отлаженный механизм, одним из инструментов которого станут все социальные контакты старых лидеров группы.

— Ми Ён Чон. Директор Хёнде Инвестментс. «Бушующий Кит» является давним партнёром Хёнде Групп, а старый председатель крайне высоко оценивал господина Мин Джин Хо. Если продолжите действовать в том же духе, я буду вынуждена попросить о помощи наш юридический департамент и обратиться к совету директоров. Мы не станем смотреть, как кто-то грубо нарушает закон, уничтожая наших партнёров.

В отличие от остальных, девушка говорила сухим и строгим канцеляритом. Но сработало это не менее эффективно, чем если бы она кричала и грозилась порубить полицейского на куски. Двое его младших коллег, вовсе предпочли тихо отойти в сторону и спрятаться за переборкой.

Детектив сглотнул. Окинул нервным взглядом троицу девушек. Сейчас его маска снова раскололась, обнажив настоящие эмоции. И азарта я среди них больше не видел. Только раздражение, страх и неуверенность. Причём, судя по тому, как тот сейчас колебался, боялся мужчина не только застывших перед ним представительниц высшего общества. Тот, кто отправил его сюда, поставив задачу, тоже казался объекту опасным.

Тем не менее, прямая угроза вмешательства трёх чеболей, одним из которых являлась Хёнде Групп, перевесила.

— Если мои действия кому-то показались некорректными, приношу свои извинения. Я всего лишь выполнял свою работу. Но как мне кажется, она уже закончена. Со всем остальным, коллеги разберутся без меня.

Поклонившись девушкам, которые испепеляли его взглядами, устремился к выходу. Настолько быстро, что когда его подчинёные показались из-за переборки, которую использовали в качестве прикрытия, их начальник уже скрылся из виду.

Те неуверенно переглянулись, а в воздухе зазвучал голос адвоката.

— Господа, думаю стоит продолжить работу на месте преступления. Плюс, зафиксировать данные свидетелей. И как мне кажется, будет лучше отказаться от необоснованной затеи опечатать офис.

Полицейские синхронно закивали. После чего резво покинули офис вместе с юристом. Один едва-ли не побежал к проёму, уперев взгляд в пол, а второй оказался посмелее — на секунду притормозив около меня, попросил передать людям в соседнем помещении, чтобы они спустились на первый этаж и оставили свои данные полиции.

Стоило им скрыться, как в меня моментально упёрлись три женских взгляда. Выражение у всех было разное, но имелась одна общая черта — уровень эмоций зашкаливал.

Подняв руку, я продемонстрировал им раскрытую ладонь.

— Предлагаю отложить гневные вопросы на потом. Прямо сейчас важен другой вопрос — у кого-то есть контакт в полицейском участке этого района? Стрелявшего в нас человека увезли именно туда и что-то мне подсказывает — вот-вот отправят на тот свет.

Глава XXI

Первой на мою реплику отреагировала Чжи.

— Ащщщ! Они совсем страх потеряли? Как в полицейском участке кого-то убить можно?

Вопрос был явно риторическим, но за её спиной зазвучал голос розоволосой девушки.

— Скинуть со ступеней, а потом добить, если выживет. Сказать, что упал.

С другого направления сразу же донёсся голос Бэк Хёна.

— Или в окно выбросить и сказать, что хотел сбежать.

Трое представительниц высшего общества принялись крутить головами, а Хё Рин задумчиво посмотрев на розоволосую, уточнила.

— Вы случаем не брат с сестрой?

Та было отрицательно покачала головой, но потом прищурилась и пожала плечами.

— Если нас разлучили в детстве, то вполне может быть.

Выдохнув через стиснутые зубы я перевёл взгляд на Геон Шина, который до сих пор крутил в руках карандаш. Парень сразу же положил его и покосившись на соискательницу, заговорил.

— Они оказались похрабрее остальных, вот я и решил, что стоит оставить, пока ты не вернёшься. А когда тот полицейский объявился и начал вопросы задавать, спрятал их у себя. Сам за этот стол сел, чтобы полицейские забрали чужой ноутбук вместо моего.

На последних словах постучал пальцами по лэптопу, который перед ним стоял. Хотел сказать что-то ещё, но я поднял руку, останавливая его,

— Твои стажёры на месте?

Парень чуть растерянно покосился на проём, за которым находилось помещение его команды.

— Нет… Испугались, когда стрельба началась. А потом все ушли.

Кивнув, я указал взглядом на розоволосую.

— Она как? Прошла?

Геон Шин с лёгким смущением покосился на девушку и молча кивнул. Я же перевёл взгляд на неё.

— Ты принята. Поступаешь в распоряжение Геон Шина.

Та радостно улыбнулась.

— Ну наконец-то. Я везде собеседования прохожу на отлично. А как выхожу на стажировку, сразу увольняют. Иногда в первый же час.

Причина была вполне очевидной. Но прямо сейчас иных вариантов под рукой не было. К тому же, при должном управлении, подобный психологический профиль сыграет скорее в плюс, чем в минус.

— Строго выполняй команды Геон Шина. Без прямых указаний, к насилию не прибегать и ничего не уничтожать.

Девушка пожала плечами.

— Как скажете, сонбэним. Буду стараться, сонбэним.

Я быстро повернулся к Хё Рин.

— Что по поводу участка?

Женщина качнула головой, печально поджав губы. А я сразу перешёл к следующему пункту.

— Отыщи Вон Шика и приведи сюда. Даже если его опрашивают. Я сброшу на почту концепт — запустить в работу нужно немедленно. Всех сотрудников команды маркетинга, тоже в офис и за работу. Соискателей, которые в той комнате — разместить отдельно. Если подождут ещё, то шанс получить работу у них вырастет.

Озвучив всё это быстрым шёпотом, уже громче добавил.

— Охрану офиса пока возглавит Хён Ву. Бэк Хёну — прозвонить всех, кто покинул офис после стрельбы и приказать возвращаться.

В стороне сразу же послышался слабый голос мультимиллионера.

— Всё сделаю, сонбэним! Солдаты вернутся в окопы, сонбэним!

Выдохнув, я совсем тихо уточнил у Хё Рин.

— Справишься?

Женщина утвердительно наклонила голову, а я повернулся к троим девушкам, которые слегка растерялись из-за напора и скорости отдаваемых команд.

— А мы отправимся в другую комнату. Не стоит мешать кипящей работе.

Пока мы добирались до ближайшего помещения, где была хотя бы какая-то мебель, я отправил сформированный в больнице концепт на рабочую почту Вон Шика. Журналисты всё равно узнают о нападении. Раз так — оптимально было сработать на упреждение. Так мы хотя бы отчасти будем контролировать информационный поток.

Зайдя в помещение, где стоял новый диван и несколько старых стульев, оставшихся от прошлых арендаторов, я развернулся к девушкам.

— Благодарю за помощь. Без вас процесс мог заняться куда больше времени. Общую ситуацию мы потом тоже обсудим. Но прямо сейчас, очень важен вопрос доступа к задержанному.

Они переглянулись. А потом Ми Ён потянула из сумки телефон.

— Не уверена, что это сработает, но я попробую…

Отыскав нужный контакт, нажала на кнопку звонка, после чего медленно зашагала в дальний угол помещения. Через несколько секунд до нас донёсся её голос.

— Как я рада слышать ваш голос, аджумма! Как у вас дела?

Хмыкнув, я окинул взглядом Ун Хонг и Чжи Чен. Первая сразу же развела руками, тихо уточнив.

— Можно попробовать через отца, но это будет долго. Знакомые в штабе у него есть, но не такие, которым можно просто позвонить. Чтобы озвучить просьбу. нужно будет встретиться, выпить, поговорить. Потом уже обсуждать дела.

Следом заговорила Чжи.

— Сообщение главе юридического департамента я уже отправила. Пробует кого-то отыскать.

На момент замолчав, топнула ногой.

— Ащщщ! Что происходит вообще? Вчера эту старую ведьму выпустили, сегодня тебя попытались убить. Завтра что? Мой офис попробуют штурмом взять? Кто это вообще всё устроил?

В стороне послышалось громкое «камсахамнида» и Ми Ён развернулась, быстро направляясь в нашу сторону.

— В участок поступит приказ пропустить тебя к задержанному и дать побеседовать. Если попробуют установить ограничения по времени, сразу пиши мне или звони.

Мои брови удивлённо приподнялись вверх, а девушка с лёгким смущением отвела глаза в сторону.

— Родственные связи.

Скорость с которой она добилась нужного решения, впечатляла. Но вот о членах семьи Чон, которые работали бы в полиции, я до этого момента ничего не слышал. Если не ошибаюсь, то среди них не было ни одного сотрудника правоохранительных органов.

Впрочем, сейчас это было не столь важно. Тем более время по дороге точно будет, как и возможность поговорить.

Мы промчались через первый этаж, где я на ходу перебросился парой фраз с Хён Ву, детализировав свои распоряжения, а вот выбравшись на улицу, девушки застыли. Сначала глянув на три стоящих автомобиля с водителями, а потом друг на друга.

— Поедем на машине Ми Ён. Только водителя уберём — я сама за руль сяду.

С идеей Ун Хонг, спорить никто не стал. Шофёра быстро отправили в автомобиль вице-председателя Хонг Групп, дав распоряжение следовать за нами. И продублировали команду Кён Чхве, который сидел за рулём «Генезиса» Чжи. Со старшим охраны он уже связался сам — два внедорожника, в каждом из которых сидело по четверо крепких бойцов, тоже пристроились к колонне.

Стоило нам отъехать, как на телефоне высветился контакт Бён Хо. Приняв звонок, я услышал напряжённый голос.

— Одного найти удалось. Сам его лично не знаю, но мой хороший знакомый гарантирует, что контакт надёжный. Правда должность не слишком высокая — просто приказать не сможет. Обеспечить задержанному охрану — тоже. Возможно получится как-то договориться с дежурными и завести тебя через чёрный ход. Но это пока под большим вопросом.

Покосившись на Ми Ён, которая расположилась сзади, вместе с Чжи, я тихо хмыкнул.

— Суперинтенданту сейчас придёт приказ пропустить меня к У Рам Ха. Если у твоего контакта получится вызваться в сопровождение, будет идеально. Как его зовут?

Бён Хо на момент замялся.

— Сброшу сообщением. Так спешил сообщить, что сам не уточнил. И ему прямо сейчас позвонят, проинструктируют.

Секунду помолчав, поинтересовался.

— Может ещё что нужно? У меня тут есть действующие полицейские, у которых выходной сегодня. Но если заметят нарушение закона — они всегда могут включиться в дело. Попросить их к офису приехать? У меня пресс-конференция через полчаса. Мин Со старалась, чтобы устроить — будет обидно всё сорвать. Поэтому сам прибыть не могу.

Меня прижало к двери на резком повороте и я переложил телефон в левую руку, правой взявшись за ручку.

— Не стоит. Сейчас там и так полно полиции. Как только что-то выяснится, я дам знать. Спасибо за помощь. И удачно впечатлить журналистов.

В голове щёлкнуло и прежде чем он успел ответить, я заговорил снова.

— Если ты не против, во время выступления можно озвучить пару слов о нападении.

Бывший полицейский моментально дал согласие и мы договорились, что я пришлю короткий текст, который можно будет включить в речь. Чем я и занялся, как только закончился разговор — набросал лаконичный пассаж, в которой говорилось о кровавом наследии Джи Сок Ра и делался прозрачный намёк на организацию нападения. А сам У Рам Ха представлялся лишь инструментом, который использовали неизвестные, желающие моей смерти.

Я бы с радостью избежал упоминания собственного имени, но иначе медиа стратегию было не выстроить.

Когда я закончил, Ун Хонг затормозила на светофоре и посмотрев в зеркало заднего вида, поинтересовалась.

— Как ты так быстро нашла нужный контакт? Неужели правда родственники в полиции служат?

Вопрос был адресован Ми Ён, которая сначала тихо вздохнула, потом секунд десять помолчала и лишь после этой длинной паузы, начала говорить.

— Это моя тётя была. Двоюродная сестра матери. Отец запретил с ней общаться, когда я ещё маленькой была. Но мы недавно встречались — она в гости приезжала. Восстановили контакт.

Ун с интересом хмыкнула.

— И она в полиции работает?

Сзади послышался ещё один тихий вздох.

— Нет… У неё… Как бы это сказать. Очень тесные отношения с одним офицером из штаба.

Выражение лица Хонг указывало, что она жаждет деталей. Но интересоваться ими, девушка естественно не стала. А спустя пять минут мы уже заехали на парковку полицейского участка.

Наш автомобиль немного оторвался от остальных, так что на территории мы оказались первыми. Немедленно приковав к себе внимание полицейских, которые находились снаружи — кто-то шёл к своей машине, другие наоборот двигались в участок, а сбоку от входа стояла обсуждающая что-то компания.

Удивление было вполне логичным — не думаю, что на территорию участка ежедневно заскакивают люксовые машины, которые с визгом шин тормозят перед зданием. И уж тем более из них не выходят девушки, чьи украшения и одежда стоят, как несколько годовых зарплат сотрудников.

Один из офицеров было зашагал нам навстречу. Но увидев ещё две машины, что почти в такой же манере заехали следом, остановился и неуверенно оглянулся на коллег. А когда из пары, прибывших последними, внедорожников высыпала охрана, вовсе попятился чуть назад.

Из окон нас естественно тоже было отлично видно. Поэтому в момент, когда мы оказались около самого входа, створки дверей распахнулись и показался один из старших офицеров.

Остановившись, окинул нас взглядом и втянув воздух, поклонился. После чего осторожно поинтересовался.

— Прошу прощения, но могу я узнать что привело вас в нашу скромную обитель порядка и услышать ваши имена?

Трое девушек стояли рядом, образовав подобие боевого построения, вооружённого дамскими сумочками. Сзади полукольцом выстроилась охрана, надменно взирающая на всех вокруг. В стороне застыли автомобили. Для стороннего наблюдателя, картина должна была казаться весьма занятной.

— Председатель Чен Групп. Я здесь, чтобы остановить беззаконие, — начала первой Чжи.

— Вице-председатель Хонг Групп. Хочу убедиться, что мою подругу никто не обидит, — добавила Ун Хонг.

— Директор Хёнде Инвестментс. Помогаю другу, которого пытались убить, — сухо озвучила Ми Ён.

Офицер нервно облизал губы и перевёл взгляд на меня.

— Директор компании «Бушующий Кит». Тот самый друг, которого хотели убить, — обозначил я свою фигуру.

Тот осторожно кивнул. Оглянулся назад. Снова посмотрел на нас.

— Нам поступил приказ из штаба — допустить к задержанному некоего Мин Джин Хо.

Я достал личную карту и шагнул вперёд, демонстрируя ему имя. А за спиной зазвучал голос Чжи.

— Мы тоже хотим присутствовать. Я должна лично взглянуть в глазах этого червя и спросить, кто его послал.

Полицейский бросил на них взгляд и после короткой паузы, пожал плечами.

— В приказе говорится только об одном человеке… Но я думаю, если с ним внутрь зайдут три прекрасные девушки, ничего страшного не случится.

Спустя несколько секунд мы оказались в холле, где нас уже ждали сопровождающие — один офицер в штатском, который попросил следовать за ним и пара полицейских в форме, что двинулись позади нас.

Когда мы покинули оживлённое помещение и углубились в пустой коридор, идущий рядом мужчина покосился на меня и тихо проговорил.

— Это я говорил с Бён Хо. Он предупредил, что задержанного могут убить, но у меня к нему пройти не получилось — расследование ведёт команда отдела по тяжким преступлениям, я там никого не знаю.

Немного помолчав, оглянулся назад и продолжил.

— Привезли его точно живого. А убивать кого-то в полицейском участке — безумный риск. Думаю всё в порядке.

Глянув на него, я тихо хмыкнул.

— Хотелось бы в это верить.

Рассуждения сотрудника звучали отчасти логично. Тем не менее, иной причины для появления в нашем офисе старшего детектива, который отчаянно провоцировал конфликт, в который я должен был ввязаться, не просматривалось. Для чего ещё отвлекать моё внимание сразу после покушения? При этом настолько откровенно подставляясь.

У Рам Ха находился не в камере — парня уже перевели в допросную, где он ждал начала процедуры. Когда мы подошли, рядом с двусторонним зеркалом, стояла пара переговаривающихся мужчин, которые замолкли при нашем приближении.

Один из них обменялся приветствием с нашим сопровождающим, а потом указал взглядом на крепыша, который сидел внутри, прикованный наручниками к столу.

— Какой-то он вялый совсем. Вот думаю, может кофе ему предложить?

Бывший сотрудник и правда выглядел не лучшим образом — голова наклонилась так, что едва не касалась столешницы, а тело обмякло. Тем не менее, он точно был жив — иначе не смог бы находиться в такой позе.

Глянув на полицейских, которые с интересом рассматривали нашу компанию, я уточнил.

— Съёмка ведётся?

Один из них кивнул.

— Там две камеры под потолком, обе должны работать.

Сказал он это не слишком уверенно, да и слово «должны» вызывало вопросы. Поэтому я обернулся к своим спутницам и Чжи всё поняла без слов. Достав из сумочки телефон, переключилась на режим видеоъёмки.

— На всякий случай я продублирую.

Сотрудники посмотрели на неё с некоторым замешательством. Но наблюдая, как за своими аппаратами потянулись ещё две девушки, вмешиваться не рискнули. Могу поспорить, у них в участке есть собственные внутренние чаты для относительно свободного обсуждения проблем. И там наверняка разнеслась новость о трёх девушках, которые ворвались в участок, как кавалерия в захваченный город. А кто-то из слышавших беседу около входа, обязательно указал должности. Да и звонок из штаба Национальной полиции, свою роль тоже должен был сыграть.

Опустив руку на дверную ручку, я зашёл внутрь и на момент остановился, присматриваясь к У Рам Ха. На моё появление тот пока никак не отреагировал — остался в той же самой позе, чуть раскачиваясь из стороны в сторону и что-то бормоча.

Остановившись около стола, я попробовал привлечь внимание.

— У Рам Ха, я пришёл поговорить. Слышишь меня?

Парень вроде дёрнул головой, но совсем слабо. Я же озвучил ещё одну фразу.

— Это Мин Джин Хо. Человек, в которого ты сегодня стрелял.

Снова околонулевая реакция. Странно. Пусть он в состоянии стресса, но такого быть не должно.

Приблизившись, я осторожно взял его пальцами за подбородок и поднял голову. Заглянул в лицо. А потом сделал шаг назад и обернулся к двери.

— Врача сюда! Быстрее! И вызовите скорую!

Судя по состоянию зрачков, задержанный находился под воздействие дозы убойных препаратов. Как вариант — небольшой порции узкоспециализированного вещества. Что не сильно влияло на итоговый результат — разговаривать он абсолютно не мог. Собственно, у него и мыслить скорее всего сейчас не получалось.

В распахнувшуюся дверь влетели полицейские — сначала наш сопровождающий, потом та пара, которая стояла около стекла. Следом за ними ворвались девушки, продолжающие снимать всё на телефоны. Вот двое сотрудников в форме, обменявшись взглядами решили остаться снаружи.

— Что с ним? — озвучил вопрос тот, что вёл нас по коридору.

— Отравление. Ему срочно нужен врач, — отрезал я, стоя рядом.

Тот задумчиво кивнул и полез за телефоном. Сзади же прозвучал голос Ун Хонг.

— Тут медицинский центр недалеко, мы им наполовину владеем. Сейчас пришлют машину, я уже звоню.

Оглянувшись на девушку, которая подносила к уху телефон, я благодарно кивнул. Полицейский же на момент замер с аппаратом в руках. Опустив его, неуверенно заметил.

— Обычно мы для задержанных врачей из общественных больниц вызываем.

Услышав в его голосе странные нотки, я чуть нахмурился. А рядом заговорила Чжи.

— Частные врачи на территорию участков тоже свободно допускаются. Или вы хотите поспорить?

Переведя на неё взгляд, тот отрицательно покачал головой. Дозвонившаяся Ун Хонг принялась озвучивать сотруднику центра адрес на который нужно прислать машину. Я же посмотрел на полицейских, которых мы встретили около входа в помещение.

— Кто контактировал с задержанным? Вы заходили внутрь допросной?

Ответили они сразу и почти синхронно.

— Мы только пришли.

— Так мы за две минуты до вас подошли.

Бросив взгляд на У Рам Ха, я продолжил.

— Кто ещё имел к нему доступ?

Те обменялись взглядами.

— Патрульные, которые его привезли. Охрана около камер заключения. Те, кто сюда его вёл.

Сопровождающий, которого отыскал Бён Хо, тихо добавил.

— А пока его вели, вовсе кто угодно мог подойти.

В целом, звучало верно. Но одно дело — просто подойти и например, задать вопрос. Совсем другое — скормить человеку порцию определённого препарата. Провернув всё так, чтобы этого никто не заметил. Купить весь участок неизвестный не мог — далеко не каждый согласится выступить пособником убийства. Не говоря уже об иных рисках и большом количестве патрульных, которых в такие дела обычно не посвящали.

Тем не менее, у заказчика была уверенность, что цель будет ликвидирована. Значит использовал того, кто точно сможет к нему подобраться. Например, одного из старших офицеров. Или человека, который в силу своей должности, пусть и низкой, имел доступ к задержанным.

— Автомобиль отправили. Через десять минут будет здесь, — бодро озвучила Ун Хонг.

Я оглянулся на девушку, а полицейские в форме, которые стояли около дверей, разом вытянулись. В проёме же возникла фигура мужчины за пятьдесят с заметным брюшком.

Замерев, он хмуро нас оглядел.

— Что здесь происходит? Почему такая толпа? Мне приказали пропустить к задержанному всего одного человека, а не устраивать здесь цирк.

Вот и суперинтендант. Наверняка опытный игрок на ведомственном поле, но привычка чувствовать себя хозяином на собственной территории, его только что подвела — даже не попытался проанализировать, кто именно перед ним находится.

Камеры телефонов Чжи и Ми Ён, которые продолжали снимать видео, сместились на новое лицо. Мужчина яростно скривил губы и видимо собирался рявкнуть повторно, но тут заговорил один из детективов в штатском, которые ждали нас здесь.

— Прошу извинить, сонбэним. Это директор Хёнде Инвестментс, председатель Чен Групп и вице-председатель Хонг Групп. Они пожелали присутствовать и в виде исключения их было решено пропустить.

Упоминание Хёнде произвело эффект — сначала офицер закрыл рот, смотря на нас с долей растерянности. А потом попытался улыбнуться.

— Прошу извинить! Моя вина! Мы рады таким гостям!

Отвесив неглубокий поклон, посмотрел на У Рам Ха и сразу же переключил тему.

— А с ним что?

Полицейские на момент замялись и теперь заговорил тот, что вёл нас сюда.

— Скорее всего его отравили сонбэним.

Тот округлил глаза.

— Как? Когда? Где? Его же сразу к нам в участок привезли.

Я кивнул и заметил.

— Именно так. Больше он нигде не был. А во время стрельбы чувствовал себя вполне неплохо.

Намёк тот уловил сразу же, После чего с подозрением прошёлся взглядом по своим подчинённым. Плюс, заметно встревожился. Судя по мимике, их шеф в этом деле замешан не был. А вот насчёт остальных у меня имелись определённые сомнения.

Скорая помощь прибыла через восемь минут — положив У Рам Ха на носили, увезли его в машину, куда вместе с ним загрузился сопровождающий полицейский и помчались в медицинский центр.

Наша колонна в таком же составе отправилась следом. А потом наступил период ожидания перед палатой, где за работу с задержанным взялась целая бригада врачей.

Я воспользовался короткой паузой, чтобы позвонить Хё Рин и Бён Хо, выясняя, как идут дела. По словам первой, после исчезновение старшего детектива, больше никаких проблем с полицией не возникало. Скорее наоборот — выяснив КЕМ были девушки, которые заявились в офис, сотрудники работали предельно вежливо и едва ли не раскланивались с каждым, кто им встречался.

Вон Шик вместе с тремя стажёрами стратегической команды маркетинга уже взялся за работу. Двое были из старых, плюс один новый парень, который сегодня прошёл собеседование.

Самой Хё Рин я задачу тоже поставил — после разговора отправил сообщение в мессенджере, с просьбой собрать все данные на детектива, который к нам заявлялся. Заодно прошерстить все скандалы, связанные с этим участком. При необходимости подключая Геон Шина.

С Бён Хо у меня поговорить не вышло — трубку мужчина не взял. Скорее всего ещё был на пресс-конференции.

Спустя десять минут после того, как я закончил разговор, двери палаты открылись и в коридор шагнул доктор. Окинув взглядом нас четверых, вздохнул.

— Полностью обследование ещё не завершено. Но первые выводы я вам озвучить готов.

Глава XXII

На секунду врача отвлёк сопровождающий детектив, который подошёл ближе, чтобы тоже услышать диагноз. Впрочем, доктор лишь мельком бросил на него взгляд, после чего переключился на стоящих перед ним девушек.

— Пока мы не можем точно определить действующее вещество, который использовали для отравления. С высокой долей вероятности, это что-то из мощных психотропных лекарств. Зато можно обозначить последствия.

На секунду замолчав, продолжил.

— Мозг получил серьёзные повреждения. Прогнозировать вероятность восстановления, пока невозможно — для начала нужно понять, какой именно препарат привёл к подобным результатам и собрать консилиум. Тем не менее, какие-то шансы есть, пусть я бы и не назвал их очень высокими.

Чжи мрачно вздохнула.

— Он совсем не может говорить?

Врач улыбнулся.

— Госпожа, он даже думать не в состоянии. Куда уж ему говорить. Но напомню, пока это предварительные данные. Полную оценку мы дадим после того, как завершится весь комплекс анализов.

Уже начал разворачиваться, протягивая руку к двери, но вдруг остановился.

— Ещё кое-что. Мы нашли след от свежей инъекции на его правой руке. Возможно именно таким образом и ввели лекарство.

Полицейский сразу же опустил брови вниз, сумрачно смотря на доктора. А покосившаяся на детектива Ун, озвучила команду.

— Поместите его в палате с камерами наблюдения. Двое охранников снаружи, ещё двое внутри. Круглосуточно. И выделите оператора, который будет постоянно наблюдать за камерами. Допускать только заранее одобренный персонал, который охрана должна знать в лицо. О всех визитах сообщать немедленно. Даже если это будет полиция или прокуратура.

Сделав секундную паузу, заговорила вновь.

— Адвокаты тоже будут дежурить в больнице на постоянной основе — в случае визита кого-то из правоохранителей, пригласить их немедленно. Не оставлять пациента наедине ни с кем, это понятно?

Выражение лица доктора указывало на состояние полного изумления, но он лишь кивнул.

— Всё будет сделано, госпожа Хонг! Можете на нас положиться!

Полицейский на Ун посмотрел с явным неодобрением. И попытался вклиниться в разговор.

— А ему могли ввести это вещество перед нападением? Так, чтобы оно подействовало позже?

Глянувший на него врач, покачал головой.

— Нет. Слишком большая доза — препарат подействовал бы буквально за минуты. А в некоторых случаях ещё раньше. В таких ситуациях многое зависит от индивидуальных особенностей организма — точно просчитать время наступления реакции невозможно.

Служитель правопорядка разочарованно хмыкнул, а я сам я задал ещё один вопрос.

— Его пытались убить? Или специально ввели такую дозу, чтобы превратить в овощ?

Медицинский работник повернулся в мою сторону. Скользнул взглядом по красному пятну на рубашке, которое стало видно из-за отошедшей в сторону полы пиджака.

— Как я уже сказал, спрогнозировать точную реакцию организма невозможно. Но если предположить, что вы бы промедлили и он ещё на тридцать-сорок минут остался без медицинской помощи, вероятность смерти была бы крайне высока.

Помедлив, объяснил.

— Мы сразу же начали процедуру переливания крови и использовали поддерживающие лекарства. Отчасти компенсируя нанесённый вред.

Я кивнул, а сам врач, удостоверившись в отсутствии иных вопросов, двинулся назад в палату. Мы же, дождались появления пары охранников, которые прибыли через минуту и направились к выходу из секции. Когда оказались в нише с установленными вендинговыми аппаратами, девушки не сговариваясь плеснули эмоциями.

— Уверена, это всё старая ведьма устроила! Надо её найти, заставить говорить, а потом скинуть в море, — сжав кулаки, яростно выдала Чжи.

— Или кто-то ещё. Лучше бы начать с полицейского участка. Выжать из них всё, что знают и снять показания. После такого точно должно быть внутреннее расследование, — отметила Ун Хонг.

— Мой отец за этим тоже может стоять. Такой, как он, запросто может убить человека. Я бы начала с него, — добавила Ми Ён.

Бросив взгляд в сторону стеклянных дверей, за которыми виднелись ступени лестницы, я озвучил очевидную мысль.

— Мозговой штурм, это неплохо. Но поговорить лучше в другом месте.

С этим они согласились. А спустя двадцать минут мы уже заходили в квартиру Ун Хонг. Ехать в ресторан, чтобы говорить о таких вещах, все сочли не самым верным решением. Тогда как её жильё оказалось ближайшим к месту событий.

Гостиная, ковёр на полу, удобные мягкие кресла и диван. Хозяйка квартиры наполовину опустила жалюзи, спасая нас от солнечного света и запустила кофемашину. Вернувшись, устроилась на диване, рядом с Чжи и обведя всех взглядом, остановила его на мне.

— Есть идеи? Обычно ты их генерируешь первым.

Я качнул головой.

— Слишком много вариантов. И не до конца понятно, чего они хотели этим убийством добиться.

На меня уставились три пары отчасти удивлённых глаза и Чжи резонно отметила.

— А чего они могли хотеть? Убрать тебя из списка живых.

Вздохнув, я постучал пальцами по мягкому подлокотнику.

— Если моя ликвидация и была конечной целью, то речь исключительно о личной мести. Но это мог быть опосредованный удар по Чен Групп. Первый этап более масштабной операции.

Ми Ён, которая расположилась в кресле, что стояло в паре метров левее, перпендикулярно моему, сразу добавила.

— Или удар по мне. Отец наверняка выяснил, кто мне помог. Даже если нет, то догадаться было несложно.

Покосившаяся на неё Чжи, покачала головой.

— Как-то слишком жёстко, нет? Ты забрала фонд, а он взял и начал убивать людей.

О деталях операции и средстве, при помощи которого мы заставили отца Ми Ён отступить, председатель Чен Групп ничего не знала. Видимо предполагая, что всё осталось в условных рамках приличий.

— На самом деле у него была мотивация. Да и возможности наверняка сохранились. Но убивать меня, допуская атаку на самого себя — не слишком логично.

В ответ на мои слова, Чжи вопросительно приподняла брови и пришлось объяснить.

— У меня есть данные, способные навсегда разрушить его жизнь. Остальные члены команды о них в курсе и после моей гибели, наверняка бы всё опубликовали.

Ун Хонг с сомнением покачала головой.

— Вот так просто они бы не выложили. Сначала попытались бы установить обстоятельства и найти виновника. А в случае неудачи, наверняка впали бы в тяжелые раздумья. Раз оружие способно стереть чью-то жизнь в порошок, то использовать его надо только при наличии веских оснований. Никто не глушит рыбу ядерной бомбой, Мин Джин Хо.

Я слабо улыбнулся, а в беседу снова ворвалась Чжи.

— Ещё ведь есть триады. Такое вполне в их стиле. От них пока никто не звонил? Не интересовались, что произошло?

Ун и Ми Ён с удивлением уставилась на девушку, а та развела руками.

— Что? Мы немного с ними пообщались, пока решали проблему на Тайване. Или вы думаете, мы туда ездили рыбу в море ловить, да по китайским крестьянам из лука стрелять?

Хонг ненадолго рассмеялась, а Чон откинулась в кресле, смотря на Чжи с выражением лёгкого шока. Я же отрицательно покачал головой.

— Желай триады отомстить, они бы выждали, пока пройдёт какое-то время, чтобы связь между ними и убийством не была настолько явной. Да и Джордж живее всех живых — это я сразу проверил.

Чуть помолчав, добавил.

— К тому же, на обработку У Рам Ха ушёл не один день. Даже при наличии хорошего специалиста и предрасположенности объекта к действиям деструктивного характера, одним разговором в таком деле не обойтись.

Теперь все трое посмотрели на меня. Молча и с изрядной долей вопроса в глазах. А Чжи озвучила общую на всех мысль.

— О каком специалисте ты говоришь?

Я перевёл на неё взгляд.

— Психолог. Человек, работающий с людьми, которых потенциально можно использовать и превращающий эту гипотезу в реальность. Помимо профильного образования и специальной подготовки, скорее всего располагает практическим опытом. Возможно служит в Национальной разведке. Или в армии. Как вариант — какой-то схожей структуре.

Сделав паузу, продолжил.

— У Рам Ха был в состоянии стресса и жаждал мести. Но в своём нормальном состоянии, за револьвер бы он браться не стал. Возможно пофантазировал бы в своей голове, чтобы спалось лучше, не более. В офис с оружием он бы не заявился. К этому подвели. Грамотно, аккуратно и эффективно.

Хонг цокнула языком.

— А потом быстро доставили в полицейский участок, где уже ждал подкупленный сотрудник, который воткнул в него иглу шприца. Ловко.

Я медленно кивнул. В карманах У Рам Ха отыскались тридцать запасных патронов, снаряженных в гнёзда для перезарядки. Скорее всего основной расчёт делался на то, что парень не прекратит огонь, пока не расправится со всеми, кого желал прикончить. А потом выйдет на улицу и обнаружив полицию, обстреляет патрульных. Погибнув от ответных выстрелов.

А на случай, если исполнителя всё же возьмут живым, в нужном участке была заготовлена ловушка.

Вздохнув, я посмотрел на Ми Ён.

— У твоей тёти получится вывести меня на кого-то из детективов, расследующих дело?

Девушка пожала плечами.

— Сейчас она обратилась со срочной просьбой. А такое… Надо к ней съездить и попросить. Позвоню и попробую договориться на сегодня.

Я кивнул.

— Благодарю. И лучше бы тебе нанять охрану. Хотя бы нескольких профессионалов, которые будут постоянно находиться рядом.

Договорив, перевёл взгляд на Чжи с Ун.

— Вам тоже понадобится сопровождение. Особенно после сегодняшнего визита в полицейский участок — теперь каждый в этом городе станет ассоциировать вас со мной.

Ун наклонила голову, а вот Чжи скептически фыркнула.

— Это тебя будут ассоциировать с нами, Мин Джин Хо. Ты иногда путаешь масштабы.

Не собираясь препираться, я развёл руками,

— Пусть так. Но без охраны больше не выходите.

Председатель Чен Групп секунду помолчала. Покосилась на Ми Ён. И снова взглянула на меня.

— Ей ты поручил добраться до детективов. А нам что делать? Чем помочь? Мы с Ун тоже хотим найти мерзавца, который это устроил и подвесить его за ноги к крыше небоскрёба.

Я несколько секунд помолчал. После чего озвучил вариант, который сейчас был наиболее оптимальным.

— Будьте готовы поддержать медийную кампанию, если это потребуется. Возможно будет нужно дать пару интервью. Если получится — выясните, кто из сотрудников полицейского участка раньше был замешан в коррупционных делах, но смог выбраться.

Помедлив, добавил.

— И спасибо за сегодняшний визит. Без вас я бы провозился с детективом дольше, да и к У Рам Ха настолько быстро не попал бы.

Ун глянула на подругу.

— Это всё Чжи. Позвонила, давай кричать. Мин Джин Хо пытались убить, Сеул в огне, мы все умрём. Мол, пора выводить войска из казарм, поднимать короля на копья и принимать последний бой.

Чжи опустила глаза, рассматривая ковёр, а Ун Хонг тихо рассмеялась.

— Я правда так и не поняла, какого именно короля на копья и зачем? Но суть уловила, так что сразу прыгнула в машину и поехала.

Ми Ён, которая с интересом слушала речь девушки, принялась озвучивать свою версию.

— А я как раз по городу ехала, когда Чжи мне набрала. Сказала, что на офис напали, есть раненые и ты тоже получил пулю. Поэтому я сразу изменила маршрут.

Я ещё раз озвучил слова благодарности. После чего откланялся. С точки зрения этикета, это возможно было не слишком вежливо. Но с учётом ситуации, необходимо, что девушки отлично понимали. Простой беседой между собой мы сейчас всё равно результата не добьёмся. А вот работу в офисе, после того, как Мин Со временно выпала из строя, было необходимо держать под контролем. К тому же имелся ещё один человек, с которым я хотел обсудить возможную поддержку.

Хён Ву оставался на рабочем месте, так что я снова вызвал такси. Отчасти опасно, но предположить, что некто задумал нанести два удара в один день и второй планировал реализовать именно таким образом, было сложно. В конце концов, я запросто мог взять свою машину и посадить за руль кого-то из стажёров службы безопасности.

Прибыв в офис, я обнаружил, что хаоса здесь больше нет. Скорее наоборот — вовсю кипела работа. Вон Шик, заметив меня, чуть устало отрапортовал.

— Новости уже начинают кипеть, сонбэ. Мы вбрасываем информацию и корректируем, но когда тема выйдет на национальный уровень, задавать вектор уже не получится.

Подойдя к его столу, я бросил взгляд на экран ноутбука.

— Какие-то проблемные точки есть?

Откинувшись на спинку стула, тот зевнул, одновременно качая головой.

— Очевидных нет. В социальных сетях встречаются фантазии на тему вас и Мин Со Пэк. Некоторые уже сравнивают её с Чжи Чен. Даже несколько обзоров сделали.

Слегка воодушевившись, он потянулся к ноутбуку.

— Могу показать, если интересно. Там…

Наткнувшись на мой взгляд, осёкся и извиняющимся голосом добавил.

— Глобальных проблем нет.

Я медленно кивнул, постепенно повышая уровень концентрации.

— Продолжай в том же духе. Отчёт скинь на мою рабочую почту. А через полчаса я сброшу новые задачи. Концепт, плюс шаблоны текстов для использования.

Парень моргнул.

— Всё сделаем сонбэ. Не беспокойтесь.

Чуть помедлив, тихо поинтересовался.

— Что там с У Рам Ха? Удалось что-то узнать?

Я невесело усмехнулся.

— Вот ему новый концепт и будет посвящён. У Рам Ха пытались убить в полицейском участке. И это почти получилось — сейчас он не понимает, где находится и даже одного слова выдавить не может.

Вон Шик шумно вздохнул.

— Полиция… Взять бы всех, кто там деньги ворует и на морское дно, с камнями в брюхе!

Оглянувшись на остальных работников, я напомнил ещё об одном моменте.

— Отчёт по биодобавке тоже жду. Надо глянуть, всё ли идёт по плану.

Парень на момент растерялся.

— Но… Я…

Наконец собравшись с духом выпалил.

— Упустил это из виду, сонбэним! Но там две трети работы автоматизировано. Если Геон Шин не выключил алгоритм, то всё в порядке.

Столкнувшись со мной взглядом, сразу же добавил.

— Отчёт будет готов через полчаса, сонбэним!

Повернув голову, осмотрел оставшихся сотрудников команды маркетинга и указал пальцем на кудрявого парня, который набивал текст на своём ноутбуке. Один из стажёров, которого мы наняли неделю назад.

— Теперь ты отвечаешь за кампанию по биодобавке! Со всеми вопросами можешь обращаться ко мне. Всю информацию сейчас скину.

Тот пару секунд растерянно пялился на Вон Шика, чуть приоткрыв рот. Потом осознал услышанное.

— Спасибо за доверие, сонбэ! Буду стараться, сонбэ! Сделаю любой ценой, сонбэ!

Команда маркетинга вернулась к работе, которой у них сейчас было более чем достаточно, а я двинулся на поиски Хё Рин. Та обнаружилась в одном помещении с командой Геон Шина. Видимо решила облегчить взаимодействие.

Впрочем, техническая команда сейчас состояла из самого Геон Шина, ещё одного стеснительного парня в очках и розоволосой стажёрки. За спиной которой устроился Бэк Хён. Учитывая размеры выделенного им помещения, присутствие Хё Рин с её единственным сотрудником, никого не стесняло.

Увидев меня, женщина поднялась из-за стола — вбитые в полиции привычки всё ещё давали о себе знать.

— Удалось найти троих офицеров, которые фигурировали в новостях. Двоих обвиняли во взятках, ещё одного — в краже драгоценностей, которые были уликой. На старшего детектива, который был тут утром, ничего найти не вышло. Но мы установили всех членов его семьи и Геон Шин пробует до кого-то из них добраться.

Я перевёл взгляд на парня и тот сразу же отрапортовал.

— Есть доступ к четырём телефонам. А квартиру его дочери я взял под полный контроль — у них там приложение умного дома стоит. Всю информацию выгружаю, но навскидку интересного там немного.

Отвлёкшись от происходящего на экране, потёр пальцами глаза и поинтересовался.

— Обрабатывать каждого полицейского?

Вопрос заставил чуть нахмуриться, но сбоку уже заговорила Хё Рин.

— Самих сотрудников мы не трогаем. Только членов их семей. Да и вероятность наткнуться на что-то интересное, так намного выше.

В целом, верное решение — там, где сам полицейский не станет говорить ничего лишнего, его жена может похвастаться дорогой покупкой, подарком или поездкой на отдых. Да и с точки зрения закона, взлом телефона сотрудника Национальной полиции карался куда жёстче, чем в случае с обычным гражданским лицом.

— Приоритет — тем, кто как-то связан с детективом, который заявился сюда утром. Плюс целям, на которые укажет Хё Рин. Если по ним всё будет отработано, можно переключаться на прочих.

Геон Шин кивнул. А стажёрка, взяв в руки телефон, навела на себя фронтальную камеру. Чуть подумав, расстегнула пару пуговиц рубашки и натянула наполовину прозрачную ткань так, чтобы она вплотную прилегала к коже, практически ничего не скрывая.

Камера громко щёлкнула а следом выдохнул Геон Шин, который буквально прилип к девушке взглядом. Второй из технарей, мельком глянув на происходящее, сразу же уткнулся в монитор. А Бэк Хён вовсе отвернулся от неё в другую сторону и с возмущением заявил.

— Что ты делаешь, сестра? Это не наши методы!

Та весело фыркнула.

— Это мой метод. Сейчас оценит фото, а потом я скину ссылку якобы на видео. Один клик и телефон этого идиота под нашим контролем.

Геон Шин наконец отвёл глаза в сторону, с некоторым смущением покосившись на меня. Сам же я с недоумением уточнил.

— Вы что, на самом деле брат с сестрой?

Бэк Хён обернулся, а девушка подняла на меня глаза и заговорила.

— Вы зародили в нас сомнения сонбэним. Не так часто можно встретить родственную душу. И кто знает, какие мрачные тайны скрывали наши родители.

Устроившийся рядом с ней на стуле парень, согласно покивал.

— Веских доказательств, мы пока не нашли. Но свидетельств обратного тоже нет. Так что можем считать себя кем угодно.

В голове мелькнула мысль напомнить им о тесте ДНК, но я решил, что сейчас это будет лишним. К тому же эти двое, судя по всему, неплохо себя чувствовали, работая в паре. Хотя в случае с Бэк Хёном, это сложно было назвать работой.

Ещё раз пройдясь взглядом по помещению, я двинулся к выходу. Добрался до пустого помещения, которое располагалось в боковой части дома. И отыскав в мессенджере аккаунт Га Рам Хура, клацнул по кнопке звонка.

* * *

Пожилая женщина в полностью закрытом купальнике вытянулась на шезлонге, потягивая свежевыжатый сок и наслаждаясь жизнью. Потянувшись к звякнувшему телефону, просмотрела уведомление, после чего радостно улыбнулась.

Совсем недавно её окружали тюремные стены, а вокруг были только полицейские или другие подозреваемые, с которыми и поговорить было не о чем. Ну в самом деле, что можно обсуждать с крестьянкой, которая по глупости угодила за решётку, оценив стоимость десяти лет своей жизни в какой-то миллион вон. Единственное, что в такой ситуации хотелось сделать — хорошенько её потрясти и спросить, не пробовала ли она посчитать, сколько может заработать за эти десять лет денег, прежде чем воровать такую мелочь. Но жизненный опыт подсказывал, что ничем хорошим подобная беседа не закончится.

Так что Джи Хё находилась в полной изоляции, постепенно впадая в тоску и не зная, что предпринять дальше. Способы, которые пришли в голову, женщина испробовала. Даже извинялась перед заносчивой девчонкой, которая смогла одержать верх. Но ни один из вариантов не сработал, а генерировать новые её разум отказывался.

Поэтому, когда к ней явился неожиданный посетитель, который вручил телефон, она изрядно удивилась. А увидев сообщение, что пришло на устройство, вовсе не поверила своим глазам. Тем не менее ответила. Подчинилась полыхнувшей внутри надежде и решила попробовать. Тем более терять всё равно было нечего.

Новый союзник много раз демонстрировал свой уровень влияния, но Джи Хё до последнего момента не верила, что всё получится и она сможет выйти на свободу. Осознав, что это реальность только после того, как оказалась в частном самолёте, который привёз её сюда. К небольшому домику на триста квадратных метров, стоящему совсем недалеко от пляжа. Из прислуги была только пара девушек. Но после заключения, даже такая бедность казалась неплохим вариантом.

Раньше она искренне считала, что отдаст всё, лишь бы спасти своего старшего сына. Но арест полностью изменил точку зрения женщины. Как выяснилось, не так уж она была готова жертвовать собой ради Дак Хо. И на вопрос свежеиспечённого партнёра о том, кого из них двоих стоит вытащить на свободу, она ответила сразу же и без колебаний. Указав на себя. Дак Хо ещё молод. Выберется сам. Или она вытащит его после своей победы. Это не столь важно. Главное, что сейчас она тут. На свободе.

Взяв телефон, Джи Хё снова посмотрела на сумму поступившего перевода и довольно улыбнулась. Пожалуй, ещё какое-то время она проведёт здесь. Отойдёт от стресса и восстановится. А потом настанет время возвращаться в Сеул.

Глава XXIII

Га Рам принял вызов практически сразу. И ответив на моё приветствие, задал вопрос.

— Вот скажи, тебе мало проблем с делами? Зачем играть в ловеласа и уводить девчонку у пацана? Не спорю, на лицо этого неудачника посмотреть наверное было приятно. Но он ведь к тебе потом в офис пришёл. С оружием.

Хмыкнув, я ответил в его же тональности.

— Пришёл. Настолько глубоко обработанный, что мозги функционировали только в одном направлении. И действительно с оружием — тем самым, которое ему кто-то вручил.

Мужчина задумчиво поцокал языком.

— Ну так это же не такая большая проблема, верно? Раз его живым взяли, быстро вытащат всю информацию. Если хочешь, могу помочь. Без всяких обязательств, в счёт старого долга, который я по своей душевной доброте, за собой признаю.

Оперевшись спиной о стену, я усмехнулся.

— Взяли его живым. Но немного побыв в полицейском участке, он быстро перешёл в состояние, при котором допрашивать человека уже нельзя.

Звонил я в мессенджере, так что говорить можно было относительно открыто. Тем не менее, я старался немного сглаживать острые углы. На тот случай, если запись каким-то образом фиксировалась механически.

— Ноги ему сломали что-ли? — предположил Га Рам.

— Сделали инъекцию, которая должна была стать смертельной. Но мы вовремя довезли до больницы, так что шанс выжить есть, — обрисовал я ситуацию.

Политик присвистнул.

— В полицейском участке? Инъекцию? Это сколько же им…

Фразу он не закончил, но сама мысль была ясна. Я же перешёл к сути вопроса.

— Думаю ты отлично понимаешь, чего я сейчас хочу?

Га Рам вздохнул.

— Естественно. Но это не совсем та сфера, с которой я привык работать.

Я невольно улыбнулся.

— Боюсь, что выяснить нужные факты при помощи классических способов не выйдет. Тем не менее, в участке есть, как минимум два купленных сотрудника. И мне очень хотелось бы выяснить, кто именно их купил.

Собеседник какое-то время помолчал. Потом с некоторой неохотой ответил.

— Я сделаю всё, что получится. Но…

Сделав короткую паузу, продолжил.

— Есть куда более простой путь — соглашайся на моё предложение. У того человека хватит влияния, чтобы обеспечить тебе защиту.

Предложение было предсказуемым, а мой ответ уже готовым.

— Сначала мне нужно понять о какой именно персоне идёт речь. Потом встретиться и поговорить с ним лично. Мы ведь уже обсуждали всё в прошлый раз, Га Рам.

Мужчина ответил, что мол обстоятельства изменились и он на всякий случай напомнил про хороший вариант. После чего мы попрощались.

Большой уверенности в том, что он выложится на полную, у меня не было. Но лучше было использовать потенциальную возможность, чем отказывать от неё полностью.

Имя офицера, который наведывался к нам, проводя отвлекающую операцию, я отправил сообщением. А потом вернулся в офис.

Оставшийся день прошёл в режиме максимальной отдачи. Во-первых, мне пришлось заниматься обеими медиа-кампаниями. Вон Шик был конечно неплох, но в плане скорости работы, значительно уступал Мин Со. А с точки зрения креатива, вовсе безнадёжно проигрывал. Во-вторых, я переговорил с тремя соискателями, которые вернулись после стрельбы и в команде маркетинга добавилась пара новых стажёров. Бэк Хён же принялся прозванивать всех остальных, приглашая вернуться в офис и пройти собеседование.

Понятное дело, откликнулась только малая часть, среди которой преобладали безопасники. Тем не менее, это всё равно означало непрерывный поток контактов с новыми людьми.

Параллельно я продолжал выстраивать теории. Пытался понять, кому могла бы оказаться максимально выгодна моя ликвидация. И никак не мог отыскать хорошего ответа, снова и снова перебирая всех противников, с которыми сталкивался.

В итоге, к концу рабочего дня я оказался полностью выжат. Зато служба безопасности получила сразу шестнадцать новых стажёров. Плюс, пара человек добавилась у Хё Рин и ещё один присоединился к команде маркетинга.

На время отсутствия Чин Хва, за внутреннюю безопасность отвечал Хён Ву. Так что домой меня отвёз один из новобранцев, изрядно озадаченный важностью миссии и старавшийся вести машину настолько аккуратно, как будто она могла развалиться на части от любого резкого движения.

Обозначив ему время, в которое нужно прибыть завтра утром, я поднялся к себе и собирался отправиться в душ, после чего рухнуть в постель и выспаться. А потом наткнулся на флеш-карту, которую мне утром вручил Вэньмин Тан.

С одной стороны, времени на то, чтобы заниматься вопросом китайца, у меня совершенно не было. Сейчас стоило сосредоточиться на том, чтобы уцелеть самому, а не рыть подкоп под стены чужой цитадели. Но с другой — у меня в руках была ценная информация. А менеджер Банка Шанхая намекнул, что я возможно смогу ей воспользоваться.

Как итог — вместо того, чтобы пойти в душ, я вставил флешку в чистый ноутбук, который на всякий случай купил практически сразу после поступления первых средств. И погрузился в изучение материала.

На самом деле данных тут было немного. Буквально пара файлов. В одном — что-то вроде общего досье на китайского функционера, ранее бывшего армейским генералом и перечень всех его проступков на территории соседней империи. А во втором — данные о зарубежных активах и подборка информации, касающейся корейского партнёра.

В первом случае, я быстро пробежался по списку взглядом, всё фиксируя, но глубоко не вникая. Действовать на территории Китая я всё равно не планировал и вся эта фактура была необходима лишь для понимания общего контекста.

В целом, картина, что появлялась в голове после прочтения документа, совпадала со словами Вэньмина. Да, я был уверен, что список прегрешений есть у каждого из их функционеров. Не для того они столько лет интриговали, резали глотки, предавали и плели заговоры, чтобы добившись успеха, в чём-то себя ограничивать. Тем не менее, этот конкретный объект, явно выделялся даже на их фоне.

Вот за второй документ я принялся куда более плотно. Несколько оффшорных компаний, недвижимость в Австралии, подставная фирма в Пакистане, через счета которой, судя по тем отрывочным данным, что приводились в файле, проходили неплохие деньги. А в примечании было указано, что компания выступает посредником для продажи китайского оружия. Формально покупая его у предприятий и перепродавая пакистанской армии. Не слишком изящная схема, но работала она больше семи лет. Что значило — прикрытие себе бывший военный обеспечил неплохое.

Помимо этого, имелось несколько домов в Европе и недвижимость в Тайланде. В основном коммерческая.

Но если информации по всем этим юрисдикциям было относительно немного, а имена партнёров не указывались, то Корею осветили куда более детально.

Первое, что меня удивило — имя человека, указанного в качестве основного союзника китайского генерала. По той простой причине, что тот тоже был военным. И отнюдь не простым офицером. Генерал-лейтенант, занимающий должность заместителя военно-воздушных сил Кореи.

Этот факт вверг меня в некоторый ступор. Национальная разведка подобное пропустить никак не могла. А если учесть, что в бумагах корейский генерал указывался, как человек, отвечающий за безопасность активов своего китайского коллеги, значит и нужные связи у него имелись. Как минимум в прокуратуре и той же самой разведке.

Либо у него имелась какая-то хитрая договорённость, либо всё это было частью более сложной игры. В которой китайца каким-то образом использовали.

Но если корейский военный отвечал за безопасность, то вот роль финансиста играл совсем другой человек. Владелец инвестиционной компании, которая активно принимала деньги у населения, вкладывала их, а самим вкладчикам выплачивала проценты. Схема отчасти напоминала финансовую пирамиду, поскольку деньги они брали у всех подряд и минимальная сумма была небольшой. Но при этом процент по ним платился тоже скромный, а компания на самом деле занималась инвестициями.

Впрочем, основное назначение у неё было иным — легализовать чёрные деньги и контролировать собственность своего единственного настоящего клиента.

Активы в портфеле фирмы имелись самые разнообразные — от коммерческой недвижимости и пакетов акций до вертолётной площадки и нескольких клубов. Ориентировочная общая стоимость — около девятисот миллионов долларов. Один с четвертью триллион вон.

Большая часть приобретённого имущества благополучно приносила деньги — клубы работали, офисные площади сдавались в аренду, а вертолёты фрахтовались для перелётов. Да и выплаты дивидендов по акциям, которые составляли треть баланса, никто не отменял. В итоге, прибыль скорее всего генерировалась относительно неплохая. После чего делилась между генерал-лейтенантом и владельцем инвестиционной компании.

Основной проблемой предоставленных данных, была условная бездоказательность. Я понимал, что Вэньмин не стал бы подсовывать мне откровенную пустышку. И раз он пишет, что деньги вносятся в компанию через неустановленных подставных лиц, значит так оно и есть. Но для того, чтобы всё это опубликовать, требовались доказательства. Недостаточно показать пальцем и громко закричать. Особенно учитывая фигуру местного союзника. Нужны улики. Однозначно подтверждающие всю изложенную в исследовании фактуру.

В конце концов я залил оба файла в отдельный аккаунт облачного сервиса, который специализировался на анонимности. А флеш-карту раскрошил тяжелой рукоятью кухонного топорика для рубки мяса, после чего смыл остатки в канализацию.

Спустя минуту моя голова уже коснулась подушки и я сразу же отключился.

Проснувшись от мелодии телефона, потянулся, чтобы вырубить будильник. И обнаружил, что это вовсе не он — звонила Мин Со Пэк. Вчера я связывался с врачом и тот сообщил, что девушка до сих пор спит. Просыпалась лишь один раз, чтобы поесть, после чего сразу отключилась снова. Накопленная усталость и препараты делали своё дело — заставляли организм расслабиться и восстанавливаться.

Приняв вызов, я сразу же услышал звонкий женский голос.

— У меня вопрос. Почему стреляли в нас обоих, но я в больнице, а мой сонбэ разгуливает с пулевым ранением?

Усмехнувшись, я спустил ноги на пол и уселся на край кровати.

— Потому что у тебя прострелена нога, а мне лишь слегка зацепило бок.

Девушка яростно фыркнула.

— Слегка? Да у тебя вся рубашка была в крови и врач сказал, что швы наложили. О том, что настаивал на семи днях отдыха, тоже рассказал. Но ты отказался!

Поднявшись на ноги, я указал на очевидное.

— Знаешь, похоже в этой больнице серьёзные проблемы с сохранением врачебной тайны.

Собеседница смущённо вздохнула.

— Ну… Я нашла свой подход.

Секунду помедлив, тут же сменила тон.

— Выяснил, кто это был? В смысле, кто стоял за У Рам Ха?

Этот звонок тоже шёл через мессенджер, так что ответ я слишком усложнять не стал.

— Пока нет. Он сам в больнице — получил порцию какого-то вещества в полицейском участке. Вкололи в руку. Пока пытаемся понять, кто именно это сделал?

Она недовольно хмыкнула.

— Выходит совсем ничего нет?

Я встал и прошёлся по комнате, разминая ноги.

— Как минимум одна связанная с противником фигура есть. Но к офицеру полиции не так легко подобраться.

Девушка на пару секунд задумалась. Потом спокойно предложила.

— Если у Геон Шина не выходит, то может эту самую фигуру в багажник, а потом куда-нибудь к реке Хан и потолковать начистоту.

Будь всё так настолько просто, никто из полицейских не брал бы чужие деньги. Либо участки стояли обезлюдевшими. Потому что солидная часть их работников, обреталась бы на дне реки.

— Ты же слышала, что это офицер полиции? Вспомни о камерах наблюдения, ведомственной солидарности и их возможностях, если реально возьмутся за дело и бросят на него все ресурсы.

Безусловно, можно было продумать операцию так, чтобы минимизировать риски. Но это не означало, что их вовсе не будет. Если же делать всё чужими руками, то они станут ещё выше. Не говоря о том, что мало кто захочет связываться с такой целью.

Другой момент — далеко не факт, что это окажется результативным. Полицейский может банально загнуться от сердечного приступа. Или оказаться пустышкой, у которой нет никакой информации. Возможно именно поэтому его выставили на всеобщее обозрение. Показательно засветили и нарисовали на спине мишень.

Единственное, что заставляло меня рассматривать его, как относительно ценную фигуру — суть вражеского плана. По их мнению, я должен был погибнуть в процессе нападения. А значит, задачей детектива было отвлечь внимание соратников. Запутать тех, кто умеет думать и не дать догадаться, что нужно как можно быстрее отыскать У Рам Ха. В то время, как его сообщник разобрался бы с убийцей, оборвав все следы.

Из-за того, что я выжил, суть операции поменялась. Но скорректировать её формат, никто естественно не успел. Возможно именно поэтому старший детектив действовал откровенно нагло и не пытался обеспечить себе маскировку.

— Ну и что? Нам нужна информация. Надо понять, кто подтолкнул этого тупого выродка к покушению. И разобраться с ним! В этот раз ведь целенаправленно били по тебе! Не по Чен Групп или фирме Ми Ён. Кто-то спланировал это всё, чтобы прикончить именно тебя.

Голос едва не звенел от ярости, к которой примешивалась тревога и улыбнулся.

— Хочу напомнить, что в итоге на больничной койке лежишь ты. А я проснулся в своей собственной постели и собираюсь заниматься делами.

Та протяжно выдохнула.

— В пустой и холодной постели, где никого нет. Это печально, сонбэ. Понимаю. Но тебя не подстрелили только из-за того паренька с его рамёном. Если бы не он, последствия могли бы быть иными.

Я согласно угукнул.

— Могли. Но не стали.

Секунду помолчав, девушка с лёгким возмущением заметила.

— Это я всё к тому, что моему сонбэ стоит быть осторожнее и не ездить по городу без охраны.

Я пожал плечами, смотря в окно на предрассветное небо.

— У меня есть охрана. И по городу я как раз езжу с ней.

Девушка скептически фыркнула.

— Ты же наверняка оставил Хён Ву за старшего. Потому что больше некого. А себе взял какого-нибудь стажёра, который хорошо, если машину водить умеет.

На секунду замолчав, продолжила.

— Ащщщ… Как же раздражает, что я нормально ходить не могу! Кстати! Сонбэ, мне нужен мой ноутбук. Делать тут всё равно абсолютно нечего, хотя бы работой займусь.

Отойдя от оконного проёма, я снова опустился на кровать.

— Тебе отдыхать надо, а не работать.

Мин Сон возмущённо цокнула языком.

— Лежать целый день и пялиться в потолок? Я же так от скуки тут протест устрою. С требованием говяжьего супа на обед.

На заднем фоне послышался какой-то звук, а следом зазвучал немного смущённый голос девушки.

— Нет, меня устраивает меню. Да. Говорю же — всё в порядке. Не надо делать никаких индивидуальных заказов.

Через секунду в трубке послышался её тихий шёпот.

— Извини, сонбэ. Медсестра пришла. Утренние процедуры, а потом завтрак. Пришли мне ноутбук. И пиши. Хочу быть в курсе дел.

Глава команды маркетинга сбросила звонок, а я направился в ванную. Из которой выбрался уже чуть более бодрым. А порция кофе окончательно привела меня в порядок.

До приезда водителя оставалось около часа, так что я успел изучить новостную ленту, которая была заполнена материалами о стрельбе в офисе «Бушующего Кита». Многие издания отыскали соискателей, которые на тот момент сидели в коридоре и публиковали их комментарии. В основном о том, как им было страшно и насколько не в себе был человек, открывший огонь.

Некоторые медиа обращали внимание, что это второе подряд преступление с использованием нелегального огнестрельного оружия и полиции пора с этим что-то делать. А пара мелких блогеров вовсе делали акцент на том, что в обоих случаях была замешана моя персона. Правда никаких выводов из этого не следовало — обвинить в чём-то пострадавшую сторону было сложно. Больше напоминало неловкую попытку получить просмотры за счёт намёком на теорию заговора.

Никаких признаков организованной кампании, которая велась бы против меня лично или против «Бушующего Кита» я не заметил. Скорее наоборот — в новостях использовалось немало тезисов, которые мы вчера раскачивали при помощи социальных сетей. В том числе — о наличии мощной фигуры, которая снабдила У Рам Ха оружием и направила его в нужную сторону.

Впрочем, кое-что интересное всё равно нашлось. Заметка на сайте «Народного патруля». Проект изначально разворачивался под сына Джи Сок Ра и после поражения главного прокурора Сеула, «Свободная Корея» его быстро свернула. Теперь же их сайт внезапно ожил — там имелись новости о патрулировании города и фото вместе с полицейскими, которым они сдали пару задержанных — пьяных студентов, что устроили драку на улице.

А час назад появился материал про У Рам Ха. Упор в котором делался на то, что я сам довёл бедного парня до такого состояния. Плюс, пара намёков на то, что возможно не всё так просто и дело не только в личных отношениях с девушкой, в которую тот был влюблён.

Отсылка к показаниям, которые тот давал людям прокурора была очевидна. Но на попытку медийной атаки эта новость не тянула. Количество просмотров было меньше тысячи, а её дублей, либо ссылок на материал, в сети не нашлось.

Впрочем, я внёс её в закладки, чтобы проверить позже на случай, если что-то изменится. Плюс сбросил линк Вон Шику, чтобы тот включил их сайт в мониторинг данных. Сам же оделся и выйдя на лестничную площадку, вызвал лифт.

Водитель уже был на месте — сообщение от него пришло, пока я одевался. Но когда я вышел из подъезда, раздумывая над тем, что было бы неплохо днём куда-то заехать и быстро купить одежды, мне навстречу двинулся вовсе не безопасник. Вместо него ко мне шагала пара мужчин в костюмах, которые до того стояли около припаркованного автомобиля.

Охранник было рванул им наперерез, но я махнул рукой, останавливая парня. На шее у обоих незнакомцев висели синие ленты с прикрепленными на них идентификационными картами. А значит, ко мне приближались сотрудники одной из правоохранительных структур Кореи.

Глава XXIV

— Прокуратура Сеула, — представился первый из них, демонстрируя мне своё удостоверение. Идентификационную карту с фотографией, именем сотрудника, должностью и кьюар-кодом, по которому можно было проверить её подлинность.

Второй молча повторил жест своего напарника. Карты выглядели настоящими. Да и вряд-ли кто-то станет вот так беспечно себя вести, если из аргументов только фальшивое удостоверение. Тем не менее, я отсканировал оба кьюар-кода. Убедившись в подлинности документов, окинул их взглядом.

— Чем могу помочь?

Тот, что заговорил первым, вежливо улыбнулся.

— Мы просим вас поехать с нами и встретиться с нашим сонбэ.

Я чуть прищурился.

— В прокуратуре я не работаю. Но отлично знаю, что вызов на допрос оформляется совсем иначе. Если же меня приглашают, как потерпевшего по делу о покушении, можно было просто позвонить.

Покачав головой, добавил.

— А теперь извините, но мне пора на работу.

Сделал шаг в сторону, намереваясь обойти эту парочку и добраться до «Генезиса», но тот сотрудник, что вёл диалог, заговорил вновь.

— Это не допрос. И к делу о покушении никакого отношения не имеет. Речь пойдёт о совсем других вещах.

Притормозив, я посмотрел на него, взвешивая услышанное. А мужчина продолжил.

— Сонбэ просил передать, что эта беседа в ваших же интересах.

Продемонстрировав им скептическое выражение лица, я кивнул.

— Так всегда говорят. Особенно, если хотят загнать тебя в ловушку.

Тот нахмурился. Шагнув ближе, тихо добавил.

— Сонбэ предполагал, что вы ответите отказом. В таком случае он просил передать вам ещё одно слово. «Тайвань».

Вот теперь это стало интересным. Провокация? Начало реального расследования?

Какое-то время я молча постоял на месте, просчитывая варианты. Прокуратура Сеула — бывшая вотчина Джи Сок Ра. Уверен, меня там не сильно любят. Как минимум по той причине, что вместе с главным прокурором на дно ушли карьерные чаяния многих его соратников. Многие наверняка рассчитывали подняться в должности после того, как шеф выиграет выборы. А некоторые вполне могли посматривать в сторону Синего Дома или правительства.

С другой стороны, вот такой вызов без оформления документов — не самый логичный ход. Желай кто-то меня потопить, дело было бы заведено официально. Вместо этого к подъезду прислали двоих сотрудников, которые похоже ждали здесь с самого утра.

— Хорошо. Я поеду за вами на своей машине.

Мужчина отрицательно качнул головой.

— У нас инструкции. Только на нашем транспорте. Водитель может ехать сзади.

Пожав плечами, я абсолютно безмятежно улыбнулся.

— Тогда можете возвращаться назад. И передайте своему сонбэ слово «Тайланд».

Брови собеседника взлетели вверх, а я с усмешкой добавил.

— Что? Мы же тут названиями стран на букву «Т» обмениваемся, верно? Игра занятная. Но для неё не обязательно гнать своих людей через половину города.

Оставив его в глубокой задумчивости, уверенным шагом двинулся к своей машине. А когда пальцы легли на дверную ручку, за спиной зазвучал голос прокурорского работника.

— Ладно. Можете поехать на своей машине. Но постарайтесь не отставать.

Согласно кивнув, я забрался на заднее сиденье. А как только мы тронулись с места, взялся за телефон.

За те тридцать минут, которые заняла дорога, я успел проинформировать всех, кого необходимо и озвучить инструкции для наиболее вероятных вариантов развития событий.

К зданию прокуратуры мы подъехали со стороны служебного входа. Камеры наблюдения, тут безусловно тоже имелись. Но вот людей практически не было. Только одинокий парень что-то изучал на телефоне, стоя сильно в стороне.

Безопасника я оставил внизу, приказав подождать в машине. Сам же, вместе с парой сопровождающих поднялся на лифте до седьмого этажа здания. Не самый верх, где сидит руководство, но и не нижние этажи, на которых трудятся те, кто занимается откровенной мелочью.

Здесь количество сопровождающих сократилось до одного. Второй, не говоря ни слова направился по коридору в противоположную сторону. Оставшийся довёл меня до двери кабинета, на которой висела табличка «Третья команда экономических расследований» и кивнув на неё, зашагал дальше.

Подход к делу был несколько специфическим. С другой стороны, на место они меня всё же доставили.

На всякий случай постучав, я потянул дверь на себя и шагнул внутрь. Кабинет был с самой обычной для таких мест планировкой. Три стола для членов команды, плюс ещё одно рабочее место, частично отгороженное перегородкой — для их шефа.

Внутри было всего два человека. Мужчина лет сорока, который сидел на месте руководителя и молодая девушка, что-то усердно набивающая на клавиатуре ноутбука.

Услышав звук открывающейся двери, она обернулась и судя по открытому рту, собиралась озвучить приветствие. Наверное решила, что явился кто-то из коллег. Увидев меня, застыла, уставившись с таким изумлением, как будто узрела портал в прошлое.

С улыбкой кивнув ей, я прошёл дальше — к столу начальника. Тот откинулся в кресле, рассматривая меня с внимательными прищуром. Выражение лица, поза и поведение буквально кричали о том, что он сразу хочет обозначить, кто тут хозяин положение.

Несколько секунд подождав, указал на стул для посетителей.

— Располагайтесь, господин Мин Джин Хо. Рад вас видеть в нашей твердыне закона.

Сразу же повернув голову, чуть повысил голос.

— Госпожа Вон, не могли бы вы сходить за кофе? Минут на двадцать?

Девушка непонимающе оглянулась на своего шефа. Посмотрела на стакан кофе, стоящий у него на столе и даже собиралась что-то сказать. Потом до неё наконец дошёл подтекст и она суетливо поднялась со своего места, через несколько секунд покинув кабинет.

— Стажёры с каждым набором становятся всё хуже и хуже. Не пойму, что такого происходит в университетах, что выпускники настолько тупеют с каждым годом.

Глава команды медленно озвучивал слова, вальяжно развалившись в кресле. А я сделал несколько шагов и подкатил ещё одно, стоявшее за столом, где пока никого не было. И расположился напротив оппонента, закинув ногу на ногу.

В глазах прокурора мелькнуло раздражение.

— Хозяйничать в чужом кабинете — к неприятностям, Мин Джин Хо.

Я спокойно улыбнулся.

— Замыслить что-то нарушающее закон — вот это неприятность. Всё остальное вполне решаемо.

Тот выпрямил спину, смотря на меня с хорошо ощутимым превосходством.

— Именно это я и хотел с вами обсудить, господин Мин Джин Хо. Вы ведь совсем недавно летали в Тайвань, не так ли?

Скрывать этот факт было бесполезно, так что я просто кивнул.

— Летал.

Мужчина медленно наклонил голову.

— И в путешествие вы отправились не один. С вами были трое спутников.

Я вздохнул.

— Вы и дальше станете рассказывать мне вещи, которые я и так прекрасно знаю?

Он вежливо улыбнулся, но во взгляде снова блеснуло раздражение.

— Хорошо. Давайте перейдём к вещам, которые известны мне.

Подавшись вперёд, обхватил пальцами ручку. Постучал её по столу.

— С вами в Тайбей летел некий Бэк Хён Цой. Который официально в вашей компании не числится, но вчерашним утром оказался в числе ключевых свидетелей по делу о покушении на жизни работников «Бушующего Кита».

На секунду остановившись, с искренним довольством усмехнулся.

— В противном случае мы бы не подумали связать его с вами. Ведь, мало ли зачем молодой человек решил отправиться на Тайвань, правда? Но его имя показалось мне знакомым и не я ошибся — юноша оказался в списке пассажиров.

Я уже понял к чему он ведёт, так что с безмятежным видом ждал продолжения, откинувшись на спинку кресла и положив руки на подлокотники.

Сам мужчина, осознав, что не получит обратной реакции, заговорил вновь.

— А когда я проверил его финансовое положение, то оказался крайне удивлён. Вот скажи мне Мин Джин Хо, как он мог в своём возрасте стать собственников сорока пяти процентов акций тайваньского стартапа? Стоимостью в четыреста пять миллионов долларов?

Переход на «ты» произошёл одновременно с его первым ходом на шахматной доске. Видимо, по мнению собеседника это должно было усилить давление на мою нервную систему.

— Откуда мне знать? Возможно получил наследство от бабушки из Франции. А может быть выиграл в карты.

Тот чуть приподнял брови.

— Что выиграл в карты?

Настал мой черёд изображать удивление.

— Сорок пять процентов акций некоего стартапа. Ты же про них сейчас говоришь? Да и в целом — спрашивать надо не меня, а Бэк Хёна. Вот он вам и расскажет, как у него оказались ценные бумаги.

Мужчина чуть наклонил голову, пристально рассматривая меня.

— Мы прекрасно знаем, что он входит в ваше окружение. Стоит мне положить бумаги на стол руководству, как в Тайвань сразу же улетит запрос о сотрудничестве. А мы начнём расследовать эту сделку, как потенциальное международное преступление. И уверен, там найдётся масса подводных камней. Останется лишь поднять их и выставить на всеобщее обозрение.

Я зевнул и расслабленно глянул на собеседника, чей уровень раздражения только что поднялся на новый уровень.

— О подводные камни обычно разбиваются корабли. Никто не поднимает их со дна моря — слишком тяжелый труд.

Глава команды усмехнулся, впившись в меня взглядом.

— Ты прекрасно понял, что я имел в виду.

Мне оставалось только вновь пожать плечами.

— Если честно — нет. Никакого отношения к этим ценным бумагам я не имею. Но раз твои люди неформально притащили меня в этот кабинет, готов выслушать эту фантазию до конца.

На секунду прервавшись, добавил.

— В этой истории ведь есть какая-то логика? Ты наверняка затеял этот разговор с конкретной целью.

Несколько мгновений тот помолчал, сверля меня взглядом. Наконец принялся говорить.

— Первое — сейчас каждый третий прокурор жаждет упрятать тебя за решётку. Раздавить и уничтожить. Ты отвесил публичную пощёчину всем и разом. Такое не прощают. Второе — именно по этой причине, в документы о сделке вцепятся, а на расследование бросят все имеющиеся ресурсы. И наконец третье…

На этом моменте он запнулся. Глянул в сторону двери. И уже гораздо тише добавил.

— Ты нам должен, Мин Джин Хо. Каждому, кто ждал рывка сонбэнима наверх, а вместо этого увидел, как тот идёт под арест. Ты со своей любовницей уничтожил наши жизни! И ты нам должен!

Я скептически усмехнулся.

— Интересный взгляд на жизнь.

Тот раздражённо поморщился, демонстрируя эмоции. И наклонившись к столешнице, продолжил.

— На остальных мне плевать. Пусть сами разбираются со своими проблемами. А я хочу получить треть от того, что осталось. Не так много, как видишь.

Я вопросительно приподнял брови и тот стукнул ручкой по столу.

— Не притворяйся идиотом. Несколько фирм уже сменили владельцев. Сорок процентов акций ты передал. Но ещё пять до сих пор записаны на Бэк Хён Цоя. Значит это твоя доля. Вернее ваша с той девчонкой, что теперь правит Чен Групп. А значит мы и поделим её по-честному. На троих.

Выплюнув эти тираду, снова откинулся в кресле. Я же изобразил лёгкую озадаченность.

— Если потворствовать твоей фантазии, то выходит ты желаешь получить чуть больше полутора процентов акций этого самого стартапа?

Мужчина выдохнул.

— Я не идиот, чтобы такое записывать, Мин Джин Хо. Можешь говорить открыто. И нет, акции мне не нужны. Только глупец стал бы настолько открыто подставляться. Деньги. Пятнадцать миллионов долларов. Наличными.

С одной стороны, мы прокололись. Вернее, возможные риски я учитывал — это было одной из причин, по которым именно Бэк Хён стал временным мультимиллионером. Но вот покушение после которого полиция собрала личные данные всех присутствующих, спрогнозировать было невозможно. Учитывая, что именно парень обезвредил нападавшего, его скорее всего опросили одним из первых. А потом в дело включилась прокуратура.

Постучав пальцами по подлокотнику, я поинтересовался.

— Если продолжить эту забавную игру, то откуда мне знать, что эти данные оказались только у тебя?

Собеседник, на столе которого стояла простенькая табличка с именем Иль Сон Кен, улыбнулся.

— Потому что именно моей команде поручено отслеживать твою экономическую активность.

Занятно, но мимика отчётливо говорила о лжи. К тому же, те двое, что меня сюда привезли, к его команде точно не относились. И если подумать, в разговоре какого-то отношения к этому человеку не выказывали. Пусть слова произносили правильные, но эмоциональная реакция отсутствовала. Хотя обычно мозг всегда реагирует на упоминание начальства. Неважно — положительно или отрицательно. Выплёскивает в мир хотя бы что-то. В данном случае такого не было. У обоих сразу. Как будто им было глубоко плевать.

Да и офис команды находился на седьмом этаже. Что намекало — в местной иерархии, он находится где-то в районе среднего звена. Желай новое руководство сеульской прокуратуры меня уничтожить, выбрали бы кого-то получше. И уж точно не отдали весь мониторинг на откуп одному единственному человеку.

Плавно погрузившись в фокус, я прокрутил в памяти наш разговор. И подавшись вперёд, старательно изобразил напряжение на своём лице.

— Значит, каждый третий прокурор мечтает от меня избавиться?

Иль Сон моментально закивал.

— Именно! Наконец ты хотя бы что-то услышал.

Полностью уверен я не был, но скорее всего, собеседник лгал и сейчас.

— А кто отдал тебе приказ? Кто поручил следить за моими экономическими операциями? Кто-то из прокуратуры?

На момент тот завис с открытым ртом. Потом кивнул.

— Естественно, из прокуратуры. Кто ещё по-твоему? Президент заехал, чтобы поручить с тобой разобраться?

Вот здесь я был уверен почти на сто процентов — сейчас прозвучала ложь. Команду ему действительно дали. Но это точно не был кто-то из ведомства.

Сделав вид, что задумался, я присмотрелся к его мимике. Запоминая, анализируя, прогнозируя. Потом озвучил ещё один вопрос.

— Если продолжать смотреть на эту гипотетическую ситуацию, то получив пятнадцать миллионов, ты гарантируешь, что эти документы никому не повредят?

На лице проявилось отчётливое выражение радости и мужчина кивнул.

— Конечно! Какой иначе в этом будет смысл?

Покосившись в сторону двери, за которой кто-то прошёл, я принял чуть более расслабленную позу.

— А с теми, кто меня сюда привёз, поделишься? Или всё себе заберёшь.

Замешательство. Непонимание. И снова раздражение.

— Как я распоряжусь деньгами — не твоё дело, Мин Джин Хо.

Скрипнула дверь и в проёме показалась фигура девушки, которую перед этим выгнали, отправив за кофе. Что интересно — она на самом деле принесла напиток. Сразу три стакана. Хотя и явилась сильно раньше — двадцати минут точно не прошло.

Оставив один на своём столе, подошла к нам и опустила на столешницу второй, придвинув его к шефу.

— Всё, как вы любите, сонбэ — с кокосовым молоком, двумя ложками сахара и сиропом.

Тот неожиданно смутился и тихо пробурчал слова благодарности. А стажёрка с силой поставила третий стакан, из-за чего его содержимое плеснуло изнутри по крышке.

— И для настоящих негодяев с прогнившей душой! Чёрный. Без сахара. Ни капли молока.

Во взгляде её начальника, который смотрел на девушку, читалось явственное недоумение. Я же поднял на неё глаза и улыбнулся.

— С кофе ты угадала — именно такой я и люблю. Но вот со мной промахнулась. Похоже твой сонбэ прав, уровень подготовки в университетах уже не тот.

Она изумлённо распахнула глаза, смотря на меня. Потом перевела возмущённый взгляд на руководителя. И развернувшись, прошла к своему месту.

Сам глава команды, проводив её взглядом, с негодованием глянул на меня. Хотел что-то сказать, но снова покосившись в сторону девушки, остановился. Вместо этого вытащил из ящика стола визитку. Перевернув обратной стороной, постучал пальцем по цифрам телефонного номера, написанным ручкой.

— Это для связи. И помни — тебе нужно обязательно явиться в течении семидесяти двух часов. Дольше закон ждать не будет.

Кивнув, я забрал визитную карточку, положив в карман пиджака. И взяв в руки стакан кофе, направился к выходу. Открыв дверь, оглянулся назад и отсалютовал стаканом. Как и я думал, стоило петлям заскрипеть, как мне в спину упёрлись взгляды обоих присутствующих. Так что сейчас я отлично видел их лица.

— Удачного вам рабочего дня. Сражайтесь за закон и справедливость.

Усмехнувшись, я шагнул в коридор. А потом двинулся в сторону лестницы.

Поведение Иль Сона было непонятным. Ему действительно нужно было убедить меня отдать эти деньги. Но при этому, мимика намекала, что сумму он берёт не для себя. Если быть точным, вовсе не планирует этих денег касаться. А значит…

Остановившись на лестничной площадке, я сделал ещё один глоток кофе. Постоял какое-то время на месте, вливая в себе горячий напиток и крутя в голове теории. Потом принялся медленно спускаться вниз.

Около служебного входа дежурил охранник. Но спрашивать о том, что я делал в здании он не стал — то ли это не входило в инструкцию, то ли парню было достаточно того, что совсем недавно я зашёл в компании двоих сотрудников ведомства.

Так что я беспрепятственно добрался до машины, внутри которой ждал изрядно нервничающий водитель и дал команду ехать в офис. Отпив ещё кофе, достал телефон. После чего позвонил Сянзцян Юну.

Старик даже не стал здороваться, начав беседу с более важной вещи.

— Это не мы пытались тебя убить! Даже не думай повесить это на нас и что-то ещё потребовать. Да и Джордж твой прекрасно себя чувствует.

Судя по озвученным фразам, моего звонка он ждал и даже в какой-то степени к нему готовился. Предполагая, что я окажусь идиотом и попробую выжать из триад ещё какую-то сумму денег.

— Я знаю, что это не вы. Тем не менее, часть происходящего с вами всё-таки связана. И ты прав — мне понадобится от тебя одна маленькая услуга.

Тот грязно выругался на диалекте, которого я по его мнению знать никак не мог и мрачно поинтересовался.

— Какая тебе нужна услуга, кореец?

Усмехнувшись, я бросил взгляд в окно.

— Два человека, готовых выполнять приказы. Из числа тех кого легко можно связать с организацией, где сделали карьеру наши общие знакомые на острове. И которых никому не будет жалко.

Конец пятой части. Июль 2024 года.

Content

Ох уж этот Мин Джин Хо — 5

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV