Космодесантник Империи

Действие книги происходит в вымышленной реальности. Все персонажи и события придуманы автором. Любые совпадения с реальными людьми или событиями случайны.

Глава 1

— Ну что? Начнём, помолясь? — Тёма залез в рюкзак, вытащил банку пива и с улыбкой протянул её мне.

— А не рано? — Я хмыкнул, обвёл взглядом полупустой вагон электрички и с сомнением посмотрел на протянутую банку. — Нам же час ещё ехать.

— Так и пиво не последнее, — усмехнулся друг, сунул мне в руки банку и, достав следующую, протянул её Володьке.

— Совсем ты одичал, Саня, — забрав пиво, осуждающе покачал головой тот. — Мы ж на рыбалку едем! Забыл основное правило рыболова?

— Наливай да пей! — тут же подсказал Тёма и, вытащив третью банку, подкинул её на ладони.

— Так мы же до водохранилища ещё не доехали, — попытался слабо возразить я, но не увидел в глазах друзей понимания.

— На водоём нужно прибыть в правильном настроении и полной душевной гармонии, — приложившись к банке, философски заметил Володька. — Времени — полседьмого, так что мы в своём праве. А если докопаются государевы люди, так Тёма нас и отмажет. Это ж он зачинщик, вот и пусть…

Ну да… Арташес Тигранян, для друзей — Тёма, служил в самой известной в России конторе. Армянин, никогда не бывавший в Армении, он с детства любил огонь и всё то, что можно было взорвать. Это и определило его судьбу в самом позитивном варианте из всех, что были возможны. Служба в армии, небольшая война и потом ФСБ. Так что мы тут хоть цистерну пива могли выпить спокойно. По таким мелочам полиция с федералами предпочитает не связываться.

В противоположность Тёме, второй и последний мой друг — Володька Шаповал — работал учителем физики в одной из московских гимназий. Занудный и вредный, как и большинство учителей на моей памяти, но с друзьями нормальный. Наверное, потому что я с физикой не в ладах, а Тёму учить небезопасно. Он за свою недолгую жизнь столько вреда нанёс окружающей среде, что об этом лучше даже не думать.

На рыбалку мы выехали спонтанно. Можно сказать, так легли карты. Во время привычной субботней игры в покер выяснилось, что середина недели у всех нас свободна. Наверное, сказалось выпитое, но, когда Володя предложил порыбачить на Истре, никто ему возражать не стал. При этом решающим фактором оказалось то, что у нашего физика нашлось аж целых три удочки, а жена Тёмы — Руся — уехала на неделю на дачу. Возможно, поэтому Тёма больше всех топил за рыбалку. Это он с бандитами герой, а с женой особо не забалуешь. Собственно, я тоже сильно не ломался. В офис мне ходить по работе не нужно. Я вообще по жизни стараюсь меньше ходить. Это у меня не очень хорошо получается…

— Ты чё задумался, Сань? — Тёма толкнул меня в бок. — Не надо на него смотреть, оно ж греется, а у нас ещё по шесть банок на брата.

— По шесть⁈ Вы нормальные? — я наигранно-обречённо вздохнул, сделал пять глубоких глотков, блаженно улыбнулся и, убрав пустую банку в пакет, предложил: — Может быть, до водохранилища довезём остальное?

— На водохранилище мы будем пить благородные напитки, — тут же возразил мне Тёма. — Ты думаешь, мы виски забыли?

— К тому же пиво очень тяжёлое, — поддержал друга Володя. — Его в себе лучше носить. Это я как физик тебе говорю.

— Ага, физик… — забрал я у Тёмы банку и кивнул на торчащий из сумки журнал. — Странно такое видеть у физика. Там же одни шизофреники в авторах. Или тебе интересны контакты третьего рода?

— Какие ещё контакты? — Тёма проследил за моим взглядом и непонимающе поморщился. — И при чём тут шизофреники?

— Это журнал про космос, — сдерживая улыбку, Володя достал предмет разговора и протянул его Тёме. — Там примерно половина научно-популярных статей, а шизофреников я почти не читаю.

— Другая половина — это рассказы тех, кто встречался с инопланетянами, — в ответ на Тёмин вопросительный взгляд, с улыбкой пояснил я. — В большинстве они из Южной Америки. Там самая большая плотность шизанутых по этой теме. Каждый день встречаются… Разговаривают, трахаются и рожают детей. От какого-нибудь Педро оно не кошерно, а от яйцеголового зелёного человечка — самое то. — Я развёл руками и посмотрел на Володю. — Только всё равно не понимаю, нафига оно тебе надо? Фантастику почитай или поиграй во что-нибудь… Оно же в разы интереснее.

— Всё адекватное уже давно прочитано, а в игры я, в отличие от тебя, не играю, — друг пожал плечами и, забрав у Тёмы журнал, убрал обратно в сумку. — Научно-популярные статьи нужны для работы. Мне в гимназии дали шесть часов астрономии, а детям не очень интересно то, что в учебниках. Им больные фантазии шизофреников лучше заходят… Вот и…

От разговора меня отвлёк телефонный звонок. Я вытащил из кармана смартфон, посмотрел на дисплей и усмехнулся, увидев имя младшей сестры.

— Привет, Маш, — поднеся телефон к уху, произнёс я и, прекрасно понимая, почему она меня дёрнула, уточнил: — Что-то случилось?

— Николай Петрович звонил, — не здороваясь, объявила сестра. — Сказал, что ты не был сегодня на процедурах.

— И… что из этого? — спросил я, одним движением поймав летающую перед лицом муху. — Один день разве что-то решит?

— Да, решит! — сестра на том конце трубки вздохнула. — Ты же знаешь, Саш, как это важно!

— Знаю, — спорить с сестрой не хотелось. — Но сегодня я на рыбалке. Послезавтра схожу и сразу за три дня облучусь.

— Не говори так! — Маша снова вздохнула, но, очевидно, понимая, что с физиотерапией у меня в ближайшие дни не задастся, решила тему не развивать и добавила: — Ладно… Я маме не скажу. Отдыхайте. Ребятам привет…

— И тебе от них, — хмыкнул я, но она уже не услышала.

Убрав телефон, я выпустил пленённую муху, глотнул пива и посмотрел в окно.

Грустно, но ничего не поделать. Врождённый артроз коленного сустава вылечить не получится. Физиотерапия только оттягивает операцию, без которой мне в будущем не обойтись. Только не поможет и операция. С годами всё будет хуже, но жалеть себя — это последнее дело. Ходить я пока что могу, хоть и не так быстро, как обычные люди. Ну а бегать мне не нравится. Я просто никогда не пробовал этого делать.

— Чего? Потеряли тебя, алкоголика? — хмыкнул Тёма, протягивая мне третью банку.

— Ага. — Я кивнул, забрал пиво, затем снова поймал надоедливую муху и откинул её подальше. — Маша передала вам привет.

— И ей не хворать. — Володя улыбнулся и, переведя взгляд на Тёму, уточнил: — Ты помнишь хоть один случай, когда он не поймал насекомое? С такой реакцией хорошо бабки считать или печати ставить на документах, как в роликах на ютубе.

— Так он поэтому в игры и играет, — усмехнулся Тёма и, убрав пустую банку в пакет, потянулся за следующей. — С подростками, ага… Он их обыгрывает без вариантов. Там же кто быстрее тыкает мышкой, тот и царь горы. В этом с Саней вряд ли кто-то сравнится.

— Вот же ты старый пень… — покачал я головой, и в этот момент в вагон зашла девушка.

На вид — чуть старше сестры. Высокая, рыжеволосая. В шортах и топике, под которым не было лифчика. Красивая, как летний закат.

Оборвав фразу, я повернул голову и посмотрел в окно, словно бы меня там что-то заинтересовало. Лучше не смотреть… Вот не вижу смысла травить душу фантазиями. Наверное, глупо… но я так живу.

— Она уже ушла… — серьёзно произнёс сидящий напротив Володя. — И я не понимаю, Соколов, какого хрена ты ведёшь себя как пятиклассник. Тридцать лет мужику, а от красивых девок шарахаешься как чёрт от ладана. Они же тебя не сожрут, если попытаешься познакомиться. И на сайтах знакомств таких — каждая третья…

— Да… Очень я им нужен такой. — Я вздохнул, покивал и сделал пару глотков пива из банки. — Инвалид на перспективу, от которого могут родиться ущербные дети…

— Дурак ты, Сань. — Тёма покачал головой. — Нормальной женщине не колено твоё нужно, а мужчина, рядом с которым ей будет спокойно. Ты ж не мудак… Тянешь эту жизнь и не ноешь. Сестре МГУ оплатил, семью содержишь, работаешь… И только с бабами ведёшь себя как идиот.

— Ну да, — я усмехнулся. — У вас-то нормальные жёны, а у меня — не забыл?

— Так от дуры никто не застрахован, — в разговор снова включился Володя. — На планете девяносто пять процентов дебилов. И что теперь? Какая-то всё равно будет нормальная. Если голову в песок не прятать и не шарахаться от каждой симпатичной девчонки.

— Ладно, проехали, — махнул рукой я, обрывая этот бессмысленный разговор. — Будет так, как будет. Нормальную я почувствую…

— Скорее она почувствует тебя, дурака, — хмыкнул Тёма, доставая из рюкзака очередную банку.

В Солнечногорск мы прибыли в половине восьмого. Там на вокзале заказали машину и уже на ней поехали в сторону водохранилища. Дорогу я не запоминал, поскольку мне оно и на фиг не было надо. Машину вёл какой-то местный мужик, штурманом был Володя, а мы с Тёмой блаженствовали на заднем сидении.

Нет, наверное, гораздо умнее было бы остановиться на какой-нибудь туристической базе. Я предложил это за игрой в покер, но Володька сказал, что турбазы для слабаков, а настоящие рыбаки ночуют только в палатках, и у него как раз на такой случай завалялись три спальных мешка. При этом Тёма даже не спорил. Нашему другу, ввиду его деятельности, вообще было наплевать, где придётся спать: в лесу под кустом, по шею в воде или зарывшись в снегу. Ему и спальник с палаткой для этого не нужны.

Впрочем, я тоже особо не спорил. Одна ночь погоды не сделает, но зато потом будет что вспоминать.

К слову, место Володя выбрал шикарное. Небольшая поляна с удобным спуском к воде, с огромным пнём и старым кострищем. При этом никакого мусора вокруг не валялось. Здесь, очевидно, останавливались только культурные рыбаки и туристы, такие же, как и он.

Сосны, запах смолы, тихий плеск волн и спокойная водная гладь… Пара литров виски на троих, овощи, белый хлеб и шашлык — да помноженные на всю эту окружающую красоту… Вот что ещё нужно человеку для полного счастья?

Идиллию омрачала только моя тупая забывчивость…

Ещё при подъезде к водохранилищу большая часть пива из головы уже выветрилась. Организм требовал еды и продолжения начавшегося банкета, но, когда мы прибыли на место, я вдруг увидел, что у телефона почти не осталось заряда.

При этом пауэрбанк я, конечно же, забыл дома, но зато захватил «зарядку» и шнур. У ребят зарядников тоже с собой не нашлось, и это было хреново.

Нет, никакой трагедии, конечно, не случилось бы. Мама и сестра, в случае чего, позвонили бы Тёме или Володьке, но проблема в том, что завтра до обеда мне нужно было принять три очень важных звонка от клиентов. Цена вопроса — больше пятидесяти тысяч рублей, и терять такие деньги совсем не хотелось. Впрочем, выход нашёлся быстро.

По дороге сюда мы проехали мимо одной из баз, а там никаких проблем с электричеством быть вроде бы не должно. Примерно пятьсот метров по лесу вдоль воды и ещё столько же по открытому берегу — это даже с моей ногой минут двадцать, не больше.

Озвучив друзьям свои планы, я был подвергнут общественному порицанию за увиливание от обустройства нашего лагеря. Потом мне налили сто грамм штрафных, выдали бутерброд с колбасой и попросили долго не шляться. Тёма ещё предложил прогуляться вместе со мной, но от этого предложения я отказался.

Нет, конечно, вместе гулять по лесу в разы веселее, но практической пользы от этого мало, а мне и так было немного неудобно перед ребятами.

Впрочем, на моём настроении это неудобство никак не сказалось. Оно было прекрасное. Нет, ну а что может быть лучше прогулки по летнему лесу? После двух литров пива и ста штрафных грамм? Для человека, который несколько лет не выбирался в этот самый лес?

Дождей тут давно не случалось. Дорога была сухая и ровная. Нет, понятно, что в подмосковном лесу вряд ли кто-то решит положить асфальт, но машины здесь ездили. Одну из таких я увидел за поворотом, через триста метров от нашей стоянки. «Черри» или, может быть, «Омода» — я не очень хорошо разбираюсь в марках китайских машин — стояла на краю дороги, у спуска к воде. Мы проезжали это место. Оно тоже прикольное, но палатку там внизу не поставить. Впрочем, тем, кто приехал сюда на машине, палатка вряд ли нужна.

С этими мыслями я принял левее, чтобы не идти по неровной дороге, и обошёл машину со стороны реки. Вообще по жизни я совершенно не любопытный, но, когда идёшь по лесу, поневоле разглядываешь всё подряд. Проходя мимо машины, я невольно посмотрел влево и… мысленно выругался. Внизу два мужика спортивного вида тащили к воде третьего.

Голова жертвы безвольно болталась, и было непонятно, жив он или уже нет. Впрочем, этот вопрос занимал меня в последнюю очередь. Ведь не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться, зачем два амбала тащат к воде полностью одетого мужика. Ну не купать же они его собрались?

На беду, один из участников этого действа краем глаза заметил меня. Дальше всё произошло как в плохом фильме про мафию… Бросив жертву, урод выхватил пистолет, вскинул его и три раза выстрелил. Да, наверное, другой на моём месте смог бы адекватно среагировать. Рвануть в сторону, заорать или убежать в лес… Вот только скорость реакции очень плохо вяжется с артрозом колена и алкоголем в крови. Нет, я видел каждое движение этого урода, видел, как его приятель-бандит тоже выхватил ствол, но смог только попытаться упасть.

Сухо хлопнули выстрелы, сзади треснуло разбитое стекло иномарки, левое плечо обожгло болью, а потом меня толкнуло назад. Ударившись спиной о дверцу машины, я ещё только падал на землю, когда произошло странное.

В тот момент, когда бандит выхватывал пистолет, вода у берега почернела. Прямо на глазах эта «чернота» рванулась на берег и накрыла всех троих полиэтиленовой плёнкой. Я не знаю, как ещё такое можно назвать. Ублюдок успел выстрелить только три раза, а потом они с приятелем заорали так, словно кто-то сдирал с них заживо кожу.

Продолжалось это секунд пять, а потом крики оборвались и оба бандита завалились на песок рядом со своей жертвой. Атаковавшая их чернота поднялась над телами, как покрывало, на глазах превратилась в змею и быстро поползла в мою сторону. Как в фильме ужасов, за пару мгновений… Убежать я не мог. Правая рука онемела, дыхание давалось с трудом. Я просто сидел, боком привалившись к машине, и смотрел на приближающуюся змею.

Она была такой чёрной, что казалась прорехой в пространстве, а вблизи — так вообще походила на шланг. Без пасти и глаз… Какой-то фантастический глюк перед смертью…

Третья пуля попала мне в грудь, и вряд ли уже получится выжить, но эта «змея» отомстила уродам, а я… Мне ведь всё равно умирать… Так что я на неё не в обиде.

Все эти мысли пронеслись в голове за мгновение, когда «змея», наконец, подползла.

В плёнку она превращаться не стала. Не меняя направления движения, непонятное существо ткнулось передней частью в мою левую кисть и мгновенно обвилось вокруг предплечья. В следующий миг грудь, плечо и колено резанула острая боль. Страшная, нарастающая… Словно кто-то невидимый воткнул в меня раскалённые крючья и начал рвать тело на части.

Я не заорал только потому, что не мог. Выдохнул и не успел вдохнуть. Конвульсивно выгнулся на траве, перед глазами поплыли оранжевые разводы.

Эта пытка продолжалась целую вечность. Тело содрогалось в конвульсиях, лёгкие отказывались дышать. Словами такое не передать — только чувствовать, но в какой-то момент боль слегка отступила, и я понял, что всё ещё жив.

Дыхание давалось с трудом, суставы горели, но вернулась способность соображать.

Выматерившись, я принял сидячее положение, огляделся и не увидел «змеи». Три неподвижных тела всё так же лежали у кромки воды, машина стояла у меня за спиной, но…

Резко повернув голову, я поморщился от боли, прострелившей виски, хмыкнул и выругался повторно. Чуть ниже локтя, на внутренней части руки, чернел знак. Тройная синусоида или что-то очень похожее. Высотой — сантиметра три, и семь-восемь в длину. Угольно-чёрная, как та «змея»…

Не понимая, что происходит, я коснулся предплечья ладонью, и в этот момент синусоиды зашевелились. Рука под ними тут же занемела, а перед глазами появилось звёздное небо. Оно резко надвинулось и накрыло меня с головой…

Огромная, хорошо освещённая площадь шевелилась живым ковром.

Криво изогнутые столбы со светящимися кристаллами на вершинах, пирамидальные возвышения и стены, собранные из угловатых разноцветных плит.

Я осознавал себя.

Знал, что вижу это во сне, но не понимал почему. Разум воспринимал только общую картину происходящего, но стоило попытаться сконцентрироваться и рассмотреть отдельные детали творящегося внизу — и видимость ухудшалась. Реальность шла волнами, как вода от попавшего в неё камня, и ничего не получалось увидеть. Потом рябь пропадала, и снова проступали очертания огромного зала. И шевелящийся пол, и уродливые столбы с фонарями, и разноцветные стены…

Оно было ни на что не похоже. Какой-то наркоманский бэд-трип, бессмысленный и бесполезный. Наблюдая сверху за шевелящейся массой, я прекрасно помнил, что произошло и как я здесь оказался. Тела не чувствовал, его просто не было. Я словно сидел за компьютером и пялился в монитор, не имея возможности сменить изображение на экране.

Продолжалось это целую вечность, и я уже думал, что оно никогда не закончится, но в какой-то момент меня резко понесло вниз.

Как выяснилось, я неверно оценил высоту, на которой висел. Думал, метров пятьдесят, но, по ощущениям, высота стен этого зала была как бы не километр. Непонятная сила уронила меня вниз, протащила над полом, а потом картинка погасла. Тот, кто это устроил, похоже, хотел, чтобы я разглядел…

На полу огромного зала находилось несколько тысяч каких-то странных созданий. Пауки или многоножки с конечностями, похожими на корни деревьев. Размеры оценить было сложно. Я не биолог, но происходящее внизу напоминало какой-то чудовищный муравейник. Одни «насекомые» двигались по определённым маршрутам, тащили на себе предметы разных размеров и форм и складывали их около пирамид. Другие висели на странных конструкциях, похожих на металлическую паутину. Третьи руководили происходящим или просто наблюдали за своими собратьями, сидя на небольших каменных наростах над полом и шевеля своими странными конечностями.

Слишком быстро оно промелькнуло перед глазами, и всего увидеть я не успел. Ну и, конечно, не понял, зачем мне это показывали.

В какой-то момент картинка сменилась, и я увидел Землю с высоты орбиты. Затем изображение метнулось далеко в сторону, мелькнули вокруг росчерки звёзд, и я увидел целую кучу огней впереди. Поначалу не понимал, что это, но при приближении разглядел огромный космический флот. Такой, как в каком-нибудь фантастическом фильме. Сотни или даже тысячи кораблей на фоне двух огромных — размером с небольшую планету. Потом перед глазами на фоне кораблей начали сменяться какие-то непонятные знаки. Разноцветные, похожие на китайские иероглифы. Какой-то отсчёт или?..

Не успел я об этом подумать, как неизвестный экскурсовод показал мне луну. Издали. На фоне Земли. Неподалеку от планеты я заметил огромный серый диск. Неровный и едва различимый. В следующий миг изображение пропало, и я снова вернулся на Землю. Меня пронесло над какими-то огромными горами и показало небольшую деревню. С людьми, тракторами и вполне земными постройками. Затем изображение подёрнулось рябью, и я увидел Истринское водохранилище с высоты птичьего полета. Картинка резко приблизилась, и неизвестный оператор показал мне меня. Лежащего возле машины в окровавленной белой футболке. Последним, что я увидел, были ребята. Тёма с Володей бежали по лесной дороге к машине… Затем камера резко взлетела, перед глазами мелькнули далёкие звёзды, и сознание погрузилось во тьму.

Я очнулся и увидел над собой потолок. Обычный, потрескавшийся, какие бывают в больницах. Самым странным было то, что я прекрасно, во всех мельчайших подробностях, разглядел ползущую по нему муху. Так, словно наблюдал насекомое через лупу. Муха как будто почувствовала мой взгляд и куда-то свалила, оставив меня наедине со всеми обрушившимися проблемами.

Нет, хрен с ней, с мухой… Я выжил — и это прекрасно! Судя по всему, за мной даже присматривают врачи, но только чувствую я себя отвратительно. Дыхание даётся с трудом, все тело горит, суставы ломит, башка раскалывается.

Простыня, на которой я лежал, промокла от пота. Та, что сверху, — такая же мокрая. На стене за кроватью — какие-то краны. Похоже, для подачи кислорода. Остались ещё со времён ковида? Да по фигу… Справа раковина, слева зарешёченное окно, и открыта в нём только форточка.

Стиснув зубы от боли, я принял сидячее положение, поморщился от ощущения влажной простыни, огляделся и усмехнулся. В палате один, дверь наружу закрыта, а там, в коридоре, скорее всего, дежурит какой-нибудь полицейский. В фильмах такое часто показывали, ага…

Только плевать на него, я никуда бежать не намерен. Мне в таком состоянии только бежать, но можно хотя бы попытаться разобраться с тем, что довелось пережить.

При этом начать нужно с того, что я в который уже раз оказался в ненужном месте в ненужное время. Там получил пулю в правую часть груди, но каким-то чудом после этого выжил. Само это чудо оказалось непонятной чёрной хренью, которая вырубила стрелявшего в меня бандита, а потом подползла и коснулась меня мордой. Ну или что там у неё вместо морды? При этом меня она вроде бы убивать не собиралась. Иначе зачем бы ей обвиваться вокруг руки и показывать все эти мультфильмы?

Нет, понятно, что в том состоянии мне могло привидеться и не такое, но как-то очень чётко и последовательно я наблюдал эти сны. Сначала какие-то безобидные тараканы, потом огромный космический флот и цифры отсчёта. Затем Луна с каким-то диском, азиатская деревня, водохранилище, и вот я здесь… В очень хреновом, надо сказать, состоянии. Температура, по ощущениям, под сорок, жарко так, словно лежу на сковородке, но грудь почему-то не обмотана бинтами. Странно… Я ведь точно помню, куда попала пуля. Ну не могло же оно мне померещиться⁈ Кровь, боль и эти космические приколы! Неужели это всё же горячечный бред⁈

Спохватившись, я задрал футболку, в которой лежал, осмотрел грудь и выпал в осадок, заметив там лишь небольшой шрам. Ровный кусок кожи светлого цвета, какие остаются от старых ожогов. Странно, но тогда получается, я пролежал тут не меньше пары недель? Хорошо… но тогда почему же мне так хреново? Впрочем, сейчас кто-то зайдёт и расскажет. Мне же не помешает подумать об этих чёртовых снах.

Они выглядели как предупреждение, но что с этим можно поделать?

«Какие-то пауки собираются высадиться на Землю, а об этом мне рассказала змея, которая убила трёх мужиков, а потом едва не убила меня?» Вот даже интересно, какой кретин во всё это поверит? Да даже если и поверит, то что? Люди одновременно поумнеют? Забудут все войны и начнут готовиться к отражению вторжения?

Брюса Уиллиса позовут, ещё и Уила Смита, ага… В общем, о своих снах нужно говорить только в том случае, если очень приспичит. Я и сам во всё это не верю. Мне раньше снилось и не такое. Не настолько, может быть, ярко, но я и при смерти не был во время тех снов.

Додумать не получилось. В коридоре раздались шаги, замок в двери щёлкнул, и ко мне в палату вошли сразу три человека. Мужчины в синих халатах и таких же беретах. Выглядели они при этом достаточно странно. Спины у всех троих были прямые, движения скупые, взгляды оценивающие. Мой друг Тёма так же любит смотреть по пьяни… ну или когда забывается.

Двое зашедших подтолкнули третьему стул и встали у него за спиной с постными рожами. Ни участия, ни сочувствия в их глазах я не увидел. Впрочем, плевать мне на них…

— Александр Георгиевич? — приятным голосом поинтересовался тот, что уселся на стул. — Как вы себя чувствуете?

— Замечательно, — кивнул ему я. — А вы, простите, кто? И где я сейчас нахожусь?

— Меня зовут Сергей Павлович, — кивнув, представился врач. — Полковник медицинской службы, а это, — он кивнул себе за спину, — мои заместители.

— Ого, — я хмыкнул и улыбнулся. — А место… Это, скорее всего, Бурденко?

— Да, вы правильно поняли, — согласно кивнул полковник. — Это Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии имени академика Н. Н. Бурденко. Поначалу вас доставили в Склиф, но там не оказалось нужных специалистов, и они передали вас нам.

— И по каким же болезням там не оказалось специалистов? — спокойно спросил у него я. — В военном госпитале оборудование получше? Только проблема в том, что я не военный.

— Вы к чему это говорите? — полковник спокойно посмотрел мне в глаза. — Вы не хотите, чтобы мы вас лечили?

— Я не хочу, чтобы меня использовали как лабораторную мышь, — пожав плечами, ответил я. — И ещё не хочу, чтобы мне врали…

— Хорошо, — Сергей Павлович покладисто кивнул. — Врать мы вам не будем. Только и правды не сможем сказать, поскольку не знаем, что именно с вами происходит.

— Вы о чём? — похолодев, уточнил я. — Что такого со мной…

— Вот, взгляните, — доктор протянул руку, забрал у ассистента папку, достал из неё листок и подал мне со словами: — Ваши анализы… Ознакомьтесь… Общий и биохимия — и это уже третий забор…

С анализами, судя по бумажкам, и правда было не очень. Из почти сотни позиций примерно четверть пребывала в значениях нормы, но остальные превышали их как минимум десятикратно. Не знаю, что это означало, но, судя по физиономиям военных, вряд ли оно было чем-то хорошим.

— И ещё пуля, которая в вас попала, — очевидно, видя выражение моего лица, пояснил доктор. — Выходного отверстия нет, и получается, она просто исчезла. Её не было уже на первом рентгене.

Слушал я всё это вполуха. Тело сильно болело, жарко было так, что хотелось зарыться в лёд. Нет, я понимал, что выжить с такими анализами вряд ли получится, но говорить ни с кем не хотелось. Зачем оно? Какой в этом грёбаный смысл?

— И… что вы хотите от меня? — я вымученно улыбнулся. — Анализы у вас есть, пуля исчезла. Что я вам интересного могу рассказать?

— Многое! — произнёс мужчина, зашедший в палату следом за докторами.

В отличие от этих троих, он был похож на доброго дядечку из хорошей американской комедии. Высокий, с простоватым лицом и улыбкой. Открытой, располагающей…

— Полковник Семенченко, ФСБ, — подойдя, представился он и, кивнув на всех остальных находящихся в палате, пояснил: — Доктора делают свою работу и, нужно заметить, делают её хорошо, а мне хотелось бы поговорить по теме произошедшего с вами…

— Ладно, — согласился я. — Давайте поговорим, но для начала поведайте, что произошло с теми тремя?

— Может быть, мы построим разговор так, что сначала я задам вопросы? — закинул удочку фсбшник, но, натолкнувшись на мой взгляд, нехотя согласился. — Что ж, — вздохнул он и поведал: — Те трое мертвы. У двоих кровоизлияние в мозг, третий умер от сердечного приступа.

— А я? Почему не умер я? Что со мной не так?

— Вот это нам сейчас и предстоит выяснить. — Семенченко сел на предложенный стул, сложил ладони на коленях и попросил: — Рассказывайте, Александр Георгиевич. Всё: то, что случилось, ваши ощущения и даже видения, если они имели место. Нас интересует любая мелочь. С некоторых пор мы верим во всё…

Я кивнул и начал рассказывать. Не скрывал ничего. Просто не видел смысла. Про случившееся на берегу, о змее и бандитах. И ещё о своих снах.

Семенченко слушал молча. Лишь иногда задавал наводящие вопросы, и под конец рассказа мне показалось, что полковник верит во всю эту чушь. Возможно, он переговорщик от бога, но это вряд ли. Наверное, их просто учат так разговаривать с сумасшедшими. Ну или с такими поехавшими, как я.

— Александр Георгиевич, — под конец моего рассказа произнёс он. — Мне, в силу моей неосведомленности, сложно оценить сказанное вами, но мы обязательно увидимся завтра и поговорим предметно о ваших снах и о том, что вы пережили. Сейчас, пожалуйста, отдыхайте. Если что-то ещё вспомните, расскажите коллегам. — Он кивнул на «врачей». — И ещё… постарайтесь выжить… Я понимаю, это непросто, но раз у вас оно получилось, значит, получится и в дальнейшем. Всё, до свидания и удачи!

Полковник попрощался и вышел из палаты. Следом за ним вышли все остальные.

Я проводил их взглядом, уронил голову на мокрую подушку и выматерился.

И что? Что оно мне? Подопытный кролик? Не, ну а как? С другой стороны, они очень постараются, чтобы я выжил. Это радует, но не отвечает ни на один вопрос. Кто я сейчас? Зачем оно? И что такое была эта грёбаная змея? Ведь сейчас никаких синусоид у меня на руке не осталось!

Выругавшись повторно, я вдруг понял, что безумно хочу в туалет. Без всех этих приколов и космоса. Просто поссать, как того требует организм. Скинув ноги с кровати, я… вдруг не почувствовал боли. Той, что приходила с коленом. В общем дерьме было сложно понять, но когда ты с ней живешь… Я встал на ноги… Снова душевно выматерился… Моя больная нога — она уродская… Как у ущербного инвалида… Да, она такой же осталась, но я встал! И не почувствовал боли! Коряво, на кривую ногу, но встал! И смог шагнуть! Змея? Я не знаю… Если это сделала ты, то спасибо! И плевать, что я подыхаю… Что температура зашкаливает. А перед глазами грёбаные круги! Я могу сходить поссать, как нормальные парни! Не волоча ногу… Просто идти как все!

Голова раскалывалась от нечеловеческой боли. Жарко было, как в парной, но я шёл! Шёл в туалет не хромая! Чувствуя своё колено в первый раз в жизни! Я никогда даже не мечтал о таком… И это было прекрасно!

Хмурый мужик распахнул передо мной дверь и указал направление. Я кивнул и пошёл, наслаждаясь каждым пройденным шагом. Тридцать метров коридора… Кому-то это смешно… Просто пройти не хромая. На ногах… Своих, здоровых ногах! В голове было пусто. Восторг и страх… Я скоро умру, научившись ходить… Почему-то вспомнилась та красивая девочка из вагона. И Тёма, и Володька, и этот Семенченко… Оно ведь так и бывает… Когда на хер всё…. Взрыв счастья — и смерть…. Зайдя в туалет, я, расстегнув ширинку, сделал все дела и понял, что это действительно всё… Вода в унитазе превратилась в звёздное небо, оно надвинулось на меня, и я ощутил, что где-то лечу. Космос, четыре солнца и куча планет возле этих звёзд. Меня потянуло к одной из них, и сознание в который раз погрузилось во тьму…

Глава 2

Я пришёл в себя и почувствовал, что лежу на чём-то неровном и твёрдом. Под головой — резиновый шланг или что-то похожее. Воздух свежий, пахнет водорослями.

Открыв глаза, увидел над собой розовый потолок с какой-то стальной штукой, похожей на робот-пылесос. С этого «пылесоса» свисал небольшой прозрачный шланг из странного материала, который определить не получилось. Мозг просто завис, подбирая слова. Больше того, я и о стали, из которой была сделана эта «непонятная штука», как-то странно подумал. То есть это подвешенное к потолку непонятно что было определённо сделано из неё, но в голове произнеслось какое-то другое слово. «Ильрим» или «илим» — хрен поймёшь…

Какие-то непонятные выверты сознания после перенесённого стресса? Да, скорее всего, но и плевать! Чувствовал я себя превосходно, и это самое главное. Колено совсем не болело, а ощущения были такие, что вот прямо сейчас смогу пробежать марафон. Ну а голова — фигня! Её мне подлечат. Получается, та змея оказалась волшебной? Не знаю, что она со мной сделала, но огромное ей за это спасибо!

Приняв сидячее положение, я быстро огляделся и понял, что проблемы с головой у меня гораздо серьёзнее, чем я мог только себе представить.

Палата, в которой я находился, была не та, из Бурденко, а совершенно другая. Прямоугольная, примерно пять на шесть метров, с двумя койками и большим овальным окном, из которого открывался вид на город, в котором я насчитал целых пять Останкинских башен и четыре огромных колеса обозрения! Впрочем, последние только походили на колёса, а на самом деле являлись какими-то строениями из светлого серебристого металла. Без окон и с огромными локаторами на верхней части.

Всё остальное в этом небольшом городке походило на какой-то сюрреалистический пейзаж. Половину зданий описать было сложно. Изогнутые, самых разных размеров и форм, с торчащими повсюду секциями непонятного назначения. Такие ещё строили в Москве в девяностые. Привычно выглядели только жилые дома и деревья, которых тут хватало. Город просто утопал в зелени. Парки, скверы, сады… Некоторые деревья, похожие на кипарисы, были такими огромными, что их верхушки находились на уровне крыш двадцатиэтажных жилых домов. Людей и машин на улицах тоже хватало, но, кроме цветастой одежды, местные жители ничем особо не выделялись. Автомобили тоже были явно не российского производства, но это-то у нас в порядке вещей.

Главной проблемой увиденного являлось то, что такого города на Земле существовать не могло!

Нет, ну а кому, скажите, понадобится возводить в одном месте целых пять Останкинских башен? Ну, разве арабам или китайцам? Но я же вроде в Москве? Или уже нет? Меня куда-то перевезли? Как подопытную белую мышь? Хотя вряд ли… Эта овальная фигня на стене, скорее всего, видеоэкран. Не просто же так он овальный? Совсем крыша едет, ну да…

Я усмехнулся своей глупости, скинул с ног серое покрывало и понял, что это не я! В смысле, конечно, я, но мои тут только мозги! Тело совершенно чужое!

Ноги стали заметно длиннее, колено — нормальное, человеческое, и руки… Я быстро поднёс ладони к лицу и выругался! На чужом языке! Причём смысл фраз был совершенно понятен, но звучали они по-другому. Вместо фразы: «Твою ж мать!» — я помянул мерзкое влагалище матери какого-то Горта… Кто такой этот Горт, я не знал, да и с матерью его знаком не был, но мои руки! Большие ладони с узловатыми пальцами! Предплечья широкие и жилистые. Такими руками подковы гнуть хорошо, и не только в компьютерных играх…

Чёрт! Да что вообще со мной происходит? Я брежу? Или, может быть, сплю? Насмотрелся звёзд в унитазе, и вот он — Саня-супергерой! Только мне ничего хорошего, как правило, не снится. Скорее какая-то жуть. Помню, перед той памятной поездкой увидел во сне двух чёрных собак. Они подбежали к кровати, на которой я лежал на боку. Одна облизала лицо, другая ткнулась в пах и укусила за член. Я пытался орать, но не мог — и не знал, сколько она откусила. Там и так-то немного, а тут ещё такие приколы. В общем, проснулся я в холодном поту и никаких собак не увидел, но всё-таки проверил наличие органа. Облегчённо выдохнул и потом ещё пару минут приходил в себя.

Стоп! Но если это сейчас не сон, то… Я похолодел, откинул покрывало, сунул руку в матерчатые трусы и… облегчённо выдохнул. Член был на месте и ощущался примерно так же. Однако, с учётом моих увеличившихся ладоней, с ним тоже произошли некоторые позитивные изменения. «Ну хоть что-то хорошее», — подумал я и хотел рассмотреть его повнимательнее, когда…

— На твоём месте, парень, я не стал бы этим здесь заниматься…

Донёсшийся слева голос заставил меня вздрогнуть, я резко повернул голову и натурально выпал в осадок.

На соседней койке сидел синий заяц, очень похожий на игрушку Володькиной дочки. Стич? Или как там его? Да плевать! Тот был плюшевый, а этот живой и заметно побольше. Килограммов так тридцать как минимум. Большие глазищи на хитрой морде, огромные уши, когти и впечатляющие клыки. Такой в руку вцепится — и не стряхнёшь. Так что ни разу не заяц… При этом говорил он, конечно же, не по-русски, но я прекрасно его понимал.

— У рины Аласты очень строгий взгляд на подобные вещи, — ехидно добавило непонятное существо. — Увидит пятна на покрывале — и вылетишь отсюда без фиолетового пособия. Так что лучше потерпи. Отпустят — и там хоть все тротуары обляпай своими несостоявшимися детьми. От тебя ведь даже посланник ваш отказался. Вот и веди себя прилично, от греха.

— Да не собирался я ничем тут заниматься! — хмыкнул я и, убрав руку из штанов, запахнул покрывало. — Просто проверял наличие инструмента.

— Ага, — весело оскалился заяц. — У вас, сархов, мужское вещество из ушей даже выплёскивается. Каждую согласную девку готовы загнуть. Это когда не воюете. А воюете вы всегда. Но и там, думаю, кибердевок хватает.

Информации свалилось столько, что мозг сразу же закипел. Какие-то сархи и кибердевки с кем-то постоянно воюют. Но если кибердевки — это, скорее всего, резиновые бабы, которых сейчас вовсю штампуют ушлые азиаты, то ни о каких сархах я не слышал. Может, это амеры, или мы — русские? Хотя бред! Такие вот зайцы или Стичи на Земле разговаривают только в мультфильмах! Но тогда, получается, я нырнул в тот унитаз со звёздами и вынырнул хрен знает где⁈ Хотя нет… Это же не я! Мои же только мозги. А всё остальное потерялось в космической канализации? И там же наросло всё другое? Член увеличили, да… Господи, да что я такое несу⁈

Пару раз вздохнув и успокаиваясь, я посмотрел на зайца и произнёс:

— Моё имя Александр, а тебя как зовут?

— Да как хочешь, так и зови, — весело оскалился «заяц». — Например, Са́ем — это имя ничем не хуже других.

Произнося это, мой собеседник повернулся, и я увидел, что у него отсутствует задняя правая лапа. Впрочем, удивляться не стоило. Мы же вроде как в клинике? Тут не бывает здоровых.

— А почему так? — удивлённо приподнял я брови. — Имя — это же важно?

— Для тебя — может быть, — философски заметил Сай. — Родового имени я лишился, а остальное неважно. Здесь, в Парге, меня как только не зовут.

— Погоди! — Я сел на кровати и, выставив ладони в останавливающем жесте, произнёс: — Сай — нормальное имя, но давай сначала поговорим обо мне. Проблема в том, что, кроме имени, я ничего не помню. А мне очень хочется знать, что здесь происходит. Как давно я сюда попал — и почему именно сюда? Что со мной произошло? И где это место находится?

Нет, понятно, что рассказывать о поездке на Истру и последующем за ней путешествии в унитаз, конечно, не стоило. Я же не идиот. К тому же меня тут опознаю́т как какого-то сарха… Нужно хоть что-то узнать, пока этот парень со мной разговаривает.

— Четвёртый сектор Федерации, — пожав плечами, пояснил Сай, — планета Луона, северный континент, страна Абеска — карликовый сателлит Империи Ордов, город Парга, шестая городская клиника. Здесь лечат в основном тех, кто не имеет дворянских жетонов, сюда ты попал пятнадцать ночей назад. — Видя полное отупение у меня на лице, Сай оскалился и добавил: — Тебя нашли в спасательной капсуле неподалёку от Третьего сектора. Рудовоз корпорации «АлКарго» подобрал капсулу и доставил тебя сюда. Здесь, в городе, у них представительство, а космопорт находится там, — Сай указал лапой направо. — Тут всего-то два лана пути, а эта клиника оказалась ближайшей из всех. Так стало понятнее?

— А что такое лан? — отстранённо поинтересовался я, пытаясь уложить в голове всю эту чудовищную информацию.

И он ведь не шутил, говорил не запинаясь. Но, получается, я попал в какую-то фантастическую историю. Сектора, обитаемые планеты, космопорты, рудовозы и вся эта космическая хрень⁈ А Земля⁈ Где она теперь⁈ А там мама и Маша… им без меня будет очень непросто. И ещё Володя с Тёмой… Как я теперь без них? Ладно! Херня! Ныть всё равно бесполезно. Если можно оттуда сюда, то смогу и обратно! Способ должен быть — и я найду его обязательно!

— Лан — это мера длины, — усевшись поудобнее, пояснил Сай и, кивнув на окно, добавил: — Примерно как отсюда до города. Тут десятичная система счёта, если ты этого не забыл. В лане — десять шинов, в шине — десять данов, и так далее. С весами, объёмами и площадями всё так же.

— А вот ты сколько весишь примерно? — поинтересовался я, пытаясь продумать следующие вопросы.

— Два хота и восемь кегов, если примерно, — пожав плечами, пояснил Сай. — А точнее, двадцать восемь кегов: тут принято называть одну величину измерения, если она меньше танна. — Заметив понятный вопрос в моих глазах, Сай усмехнулся и пояснил: — Ну а в тебе, наверное, кегов восемьдесят или, может быть, девяносто. Ты сильно исхудал, парень. Нахождение в спасательной капсуле веса не добавляет, а здесь тебя только поддерживали. Подозреваю, не думали, что очнёшься, но ты смог, хотя и потерял память… Плохо только, что ты сейчас такой же изгой, как и я. Имперский посланник от тебя отказался. Впрочем, с такими данными без куска хлеба ты не останешься. Руки-ноги целы, а память когда-нибудь восстановится. Тогда и предъявишь им за этот отказ.

— Ага, вот так приду к Императору и предъявлю, — я усмехнулся. — Только мне всё равно непонятно. Какие-то сектора, планеты и звёзды… Вот скажи, как называется наша галактика и сколько в ней находится звёзд?

— Большой Спиральный Диск она называется, — не задумываясь ответил мне Сай. — Ну а звёзд в ней триста или четыреста мириадов. А мириад — это такое число с единичкой в начале и девятью нулями рядом с ней. Хотя вряд ли кто-то точно считал эти звёзды. Кому бы это понадобилось?

'Ну да… Володька же рассказывал, что Млечный Путь имеет форму диска с выпуклостью по центру, — со вздохом подумал про себя я. — И звёзд количество вроде бы сходится. Получается, закинуло меня не так-то и далеко? Всего-то сто тысяч световых лет от края диска до края. Почти как на дачу в выходные сгонять. Автостопом, блин, по галактике…

— Ну а сектора — это просто, — продолжил Сай. — Наша система состоит из четырёх малых жёлтых звёзд примерно одинакового размера. Они находятся на расстоянии двух световых лет друг от друга и вращаются вокруг сгустка тёмной материи в виде правильной пирамиды…

— А сколько длится год? — уточнил я, в который раз пытаясь уложить услышанное в голове. — Триста шестьдесят пять дней?

— Ну, что-то ты всё-таки помнишь, — Сай довольно оскалился и пояснил: — На самом деле на всех планетах по-разному. От трёхсот тридцати до трёхсот восьмидесяти дней. Звёзды не совсем одинаковые, и орбиты у планет отличаются. Впрочем, все они пригодны для жизни, но плотно заселена хорошо если каждая третья.

— И сколько же здесь этих планет? — уже окончательно ошалев от такой информации, уточнил я. — Десять? Пятнадцать?

— Всего их семьдесят семь, — махнув хвостом, спокойно пояснил мой собеседник. — Здесь, в Четвёртом секторе, их восемнадцать, но я не пойму: что тебя так удивило?

— Да подумаешь, какая херня, — нервно усмехнулся я и откинулся на стену за спиной. — Четыре одинаковых звезды, расположенные правильной пирамидой, вращаются вокруг сгустка тёмной материи, а вокруг каждой из них крутится по два десятка планет. По одинаковым, как я понимаю, орбитам? Одна за другой, хороводом?

— Ну да, — Сай кивнул. — Я, правда, не знаю, что такое «хороводом», но всё остальное ты уяснил верно. Ведь только так на планетах возможна разумная жизнь. Мы дышим воздухом, в отличие от иных. Нам без него никак.

— Хорошо, — я снова кивнул. — Ты же сам сказал, что в галактике четыреста миллиардов звёзд?

— Мириадов, — поправил меня Сай, — но хорошо. И что из этого?

— Не придирайся к словам, — я поморщился и продолжил: — Вот допустим: вокруг каждой из этих звёзд летает по десять планет. Как ты думаешь, сколько из них будут пригодны для жизни?

— Полагаю, не больше пары сотен на всю галактику, — мгновение поколебавшись, предположил Сай. — Пригодных для жизни планет очень мало. Хорошо, если одна из мириада.

— Вот! — Я подался вперёд и сделал круговой жест рукой. — А здесь их семьдесят семь! Возле четырёх одинаковых звёзд! Тебе не кажется это странным⁈

— А, ты об этом, — Сай махнул хвостом и оскалился. — Эту систему создали искусственно. Я точно не знаю, но происходило это вроде бы не меньше тридцати тысяч лет. Семьдесят седьмая планета встала на орбиту Третьей звезды восемьдесят лет назад.

— И кто же такое смог сотворить⁈ — потрясённо выдохнул я.

— Император, — глядя мне в глаза, спокойно пояснил Сай. — В этом ему помог Бог. Сверхразум, который обитает в Темноте. В центре нашего мира.

— М-да… — выдохнул я и, проведя ладонями по лицу, бессильно покачал головой.

Всё ведь так просто… Хочешь Империю? Ну так и собери её по кусочкам в пирамидку из четырёх одинаковых звёзд. Масштабы произошедшего поражали и не укладывались в голове. Впрочем, плевать на всю эту научную и не очень фантастику! По ходу со всем разберусь, но в первую очередь нужно узнать: на хрена меня сюда притащило? Скорее всего, в этом как-то поучаствовал тот самый Сверхразум? Но раз он «сверх», то уж точно не идиот и просто так калеку с Земли сюда не притащит. Значит, зачем-то ему это понадобилось? А раз так, он обязательно со мной должен связаться. Не знаю как, но, возможно, нужно посетить какой-нибудь храм? Узнаю, что ему нужно, сделаю это и отправлюсь домой к семье и друзьям.

— Ты… это… — видя моё состояние и совершенно неправильно его истолковав, Сай вздохнул и произнёс: — Я мало что знаю… У меня в жизни были немного другие заботы. — Он хлопнул лапой по отсутствующей ноге и, грустно усмехнувшись, добавил: — Можно сходить в научный центр на центральной площади города или в космопорт. Они тебе там больше расскажут.

— Спасибо за совет. — Я улыбнулся и вдруг поймал себя на мысли, что совершенно спокойно полчаса общаюсь со странным инопланетным существом и не испытываю ни удивления, ни дискомфорта. Наоборот, даже имея кучу собственных проблем, искренне сочувствую его состоянию и даже считаю его хорошим приятелем! Возможно, пересмотрел в детстве мультфильмов или переиграл в игры? Хотя, скорее всего, во мне что-то осталось от прежнего хозяина этого тела? И, кстати, а куда подевался его разум? А что, если…

Додумать эту мысль я не успел, поскольку дверь открылась и в палату зашла миловидная женщина. Очевидно, та самая рина Аласта. Жёсткая противница мужских мастурбаций на вверенном ей имуществе.

Выглядела она достаточно необычно. В бежевом приталенном халате и коротких сапожках из пластика или чего-то похожего. На вид ей было лет восемнадцать, и фигурка у девушки была замечательная. В меру длинные ноги, тонкая талия, небольшая высокая грудь. Хотя чему удивляться? Тут, наверное, так развита пластическая хирургия, что любая уродина легко превратится в шикарную порнозвезду. Впрочем, прелести этой подруги меня интересовали мало, а вот лицо… Над висками у рины Аласты торчали короткие рожки, а за спиной висел немаленький хвост с острым костяным наконечником, украшенным серебристой цепочкой. Только ни рога, ни хвост девушку совершенно не портили, а наоборот — добавляли ей известную толику шарма.

Оглядев хмурым взглядом палату и заметив сидящего меня, Аласта сдвинула брови и произнесла голосом строгой учительницы:

— Очнулся, значит? А почему не сообщил?

Ругаться с этой симпатичной медсестрой не хотелось, поэтому я состроил невинное лицо, пожал плечами и виновато вздохнул:

— Простите, госпожа, я всеми силами тянулся к вам ментально. Хотел уже орать, но подумал, что это будет неприлично.

— Там переключатель есть на спинке лежанки. — Девушка кивнула в указанном направлении и, переведя взгляд на Сая, строго поинтересовалась: — Почему ты ему не сказал⁈

— Так он же сарх, — состроив испуганную физиономию, прошептал мой новый приятель. — Скажешь что-то не то — и прибьёт. Я всё это время прятался, госпожа. Появился только сейчас. Вы пришли — с вами не страшно. Вон вы какая строгая…

Аласта ничего не ответила. Покачала головой, хлопнула по полу хвостом, звякнув при этом цепочкой, затем перевела взгляд на меня и потребовала:

— Иди за мной, с тобой хочет поговорить мастер Акарус.

Произнеся это, она развернулась и сразу вышла за дверь. Я пожал плечами, поднялся с кровати и направился следом за девушкой.

Глава 3

Выйдя из палаты, я оказался в широком, хорошо освещённом коридоре со стеклянным потолком и двумя рядами декоративных растений, которые непонятным образом росли прямо из пола. Сам пол был бежевого цвета, как и халат идущей впереди меня девушки, и приятно пружинил при ходьбе.

Обувью меня снабдить не удосужились, но мне это совсем не мешало. В серой футболке с короткими рукавами и такого же цвета трусах, похожих на пляжные шорты, я чувствовал себя превосходно. Ведь ещё пару дней назад я и ходить-то мог с определённым трудом, а сейчас тело ощущалось сжатой пружиной. Хотелось сорваться с места и бежать не разбирая дороги, хохоча от восторга и переполняющей энергии.

На стенах коридора висели портреты каких-то важных людей в одежде, напоминающей военную форму, но меня они интересовали в последнюю очередь. Я просто шёл, вдыхал витающие в воздухе ароматы и любовался хвостатой красоткой.

Рина Аласта была ниже меня на полторы головы, но свой собственный рост оценить было сложно. Метр девяносто или, может быть, чуть больше? Впрочем, я человек и не карлик — это уже хорошо. А то закинуло бы меня в какого-нибудь соплеменника Сая, и скакал бы я на четырёх лапах, обмахиваясь пушистым хвостом.

Повернув за угол, девушка подошла к одной из дверей и, открыв её с помощью серебристой пластинки, потребовала:

— Заходи!

В этот миг я понял, что умею не только говорить, но ещё и спокойно читаю. На двери горела надпись «Комната общих исследований», и я её без труда разобрал. Нет, на самом деле дословно было написано «Отделение капсул для снятия параметров организма с выдачей диагнозов и рекомендаций по исправлению обнаруженных нарушений», но мой мозг мгновенно упаковал всю эту заумную муть в три понятных слова.

Буквы тоже были понятны, а выглядели они как смесь кириллицы и латиницы. Нет, отличия были заметны, но хорошо, что не китайские иероглифы. При этом азиатов тут хватало. У нескольких людей на портретах были характерные разрезы глаз. А один из них был натуральным негром. Даже представить сложно, сколько мне ещё предстоит здесь увидеть разных человеческих форм. Да, именно так… Ведь даже Аласту я воспринимал как человека.

— Ты оглох, немо? — от размышлений меня отвлёк раздражённый голос Аласты. — Не слышал, что я тебе говорю?

— А почему «немо»? — поинтересовался я, не обратив внимания на её раздражение.

— Потому что своё имя ты нам не назвал, — язвительно заметила собеседница. — Господин Имперский Посланник тоже не прояснил ничего. Поэтому ты — Никто. Так, надеюсь, понятно?

Девчонка вела себя вызывающе, но меня это совершенно не трогало. В кровати я ничего предосудительного не совершил, на грудь её не заглядывался, поэтому никакой вины перед ней не чувствовал. А ещё, возможно, во мне просыпался тот, в чьём теле я сейчас находился. Сарх, да… Солдат армии Императора. Ведь ни один нормальный мужчина не обратит внимания на капризы вздорной девчонки, а уж солдат-то тем более.

— Меня зовут Александр, — кивнув, представился я. — А тебя, как я понимаю, зовут Рина?

— Рина — это нейтральное обращение к благородной аали, — смерив меня холодным взглядом, со вздохом ответила она. — Ты долго ещё будешь так стоять?

— У тебя что-то случилось? — спокойно поинтересовался у неё я. — Или это из-за меня? Прости, но я ничего не помню. Частично потерял память. Возможно, как-то не так себя веду?

— Нет, всё в порядке, — девушка смутилась и опустила взгляд. — Ты просто не поймёшь…

— Ну так объясни, — спокойно произнёс я. — Вдруг да пойму.

— Я не хотела судьбы целителя, — не поднимая взгляда, со вздохом ответила она. — Но отец настоял, и я не посмела ослушаться.

— И теперь ты страдаешь?

— Да! — Аласта кивнула и подняла на меня взгляд. — А что бы чувствовал ты?

— Ну, я, как ты понимаешь, свою судьбу не выбирал. — Я ободряюще улыбнулся. — Раз ты не смогла отказать отцу, то тебе остаётся только полюбить своё дело. Целитель и учитель — самые благородные в мире профессии. Неужели ты этого не понимаешь?

— Ты странный… и говоришь, как отец, но спасибо за совет. — Аласта впервые мне улыбнулась и указала на открытую дверь. — Давай уже, заходи, умник. А то мастер Акарус уже, наверное, заждался.

В комнате обнаружились четыре высокие кабинки с торчащими сверху антеннами и большой прозрачный экран, стоящий на широкой каменной тумбе.

— Иди сюда! — Аласта прошла к самой высокой кабинке, сдвинула дверцу и сделала приглашающий жест. — Заходи! Это недолго.

— Раздеваться не надо? — на всякий случай уточнил я.

— Нет! — девушка картинно нахмурилась. — Обойдёмся без этого.

— Как скажешь. — Я опять улыбнулся и зашёл внутрь непонятного аппарата.

Аласта задвинула дверцу, прошла к экрану и повернула один из тумблеров. Дальше не произошло ничего интересного. По мне забегали разноцветные лучи, затем кабинка наполнилась оранжевым паром, и на этом исследование закончилось. Аласта забрала выползшую из нижней части экрана карточку, открыла дверцу кабинки и позвала меня за собой.

Пройдя по коридору направо, она завела меня в кабинет, похожий на местную ординаторскую, указала на стул у стены, попросила подождать и куда-то ушла.

Пожав плечами, я уселся на предложенное место, огляделся по сторонам и усмехнулся.

Сай сказал, что этой цивилизации тридцать тысяч лет, но никаких особых отличий от земного быта я пока не заметил. Люди будущего так же сидят на стульях, спят на кроватях, а в работе используют компьютеры… ну или что-то очень на них похожее. Шесть таких агрегатов как раз стояли на овальном столе напротив кресел.

Странно изогнутые, с небольшими экранами, и никаких системных блоков и ковриков с мышками я не заметил. Впрочем, какая мне разница? Ведь так даже лучше, поскольку намного проще тут будет освоиться. Язык знаю, читать умею… что ещё нужно для полного счастья?

Я улыбнулся и посмотрел на закрытую дверь. Тут даже девчонки ведут себя очень похоже, и их совсем не портят рога и хвосты. В году столько же дней, система десятичная. И нули пишутся так же, как на Земле. Другие цифры в написании отличаются, но это совсем не проблема.

Что ещё? Местный лан примерно равен километру, кег — килограмму, а танн — это, скорее всего, что-то коло тонны. Да, понятно, что всё это условно, но, если ты привык к земной системе измерений, с местной проблем не возникнет.

На самом деле меня сейчас гораздо больше волновало другое. Куда делся тот парень, в теле которого я сейчас нахожусь? А что, если нас просто поменяли местами? Только зачем? Быть может, Сверхразум отправил его на Землю, для того чтобы он спас людей от нашествия тех тараканов? Или, например, как-то притащил бы нашу планету сюда? А ещё может такое случиться, что люди на Земле произошли не от обезьян? Император ведь как-то собрал здесь все эти планеты? А что, если он рассылал по галактике корабли и один из них нашёл нашу Землю? Бред, конечно, но говорящий Стич из мультфильма — это такой же бред, как и я в теле двухметрового амбала. В общем, гадать можно сколько угодно, но лучше не загружать себе голову. Для начала мне нужно тут как-то устроиться. Ответы буду искать потом.

Стоило мне об этом подумать, как дверь распахнулась, и в кабинет зашёл невысокий мужчина в бежевом халате врача. Выглядел он обычным человеком. То есть ни рогов, ни хвоста я у него не заметил. На вид — лет тридцать пять. Худощавый и лысый. С небольшой аккуратной бородкой и каким-то странным приспособлением на голове в виде серебристого обруча с тёмными камнями в районе висков.

Не произнеся ни слова, мужчина прошёл во главу стола. Уселся в кресло, коснулся ладонью одного из камней на обруче, сунул в компьютер карту, которую ему, очевидно, передала Аласта, и так же молча уставился в монитор. Продолжалось это минут пять. Затем мужчина поморщился, откинулся в кресле и, наконец, соизволил заметить меня.

— Александр, как я понимаю? — приподняв брови, приятным голосом произнёс он.

— Да! — я кивнул. — А вы, как я понимаю, мастер Акарус?

— Именно, — мужчина кивнул мне в ответ и, указав на монитор, пояснил: — Состояние организма у вас идеальное. Раны полностью зарубцевались, повреждённые ткани восстановились. Только не понимаю, что с восприятием…

— А что с ним не так? — поморщившись, уточнил я. — Что вообще такое это «восприятие»? Я просто мало что помню…

— Не помните, да… Рина Аласта мне об этом сказала, — доктор вздохнул, тронул подбородок, затем посмотрел на меня и пояснил: — Если говорить по-простому, восприятие — это скорость вашей реакции, умноженная на способность ваших же клеток реагировать на определённые внешние воздействия. При этом скорость реакции в основном обусловлена толщиной и длиной нервных волокон и количеством соединяющих их узлов или, проще говоря, контактов. Чем короче и толще волокна и чем меньше между ними контактов, тем скорость реакции выше. А вот со способностью клеток реагировать на внешние воздействия всё намного сложнее. Нет, понятно, что клетки любого существа в любом случае реагируют на внешние воздействия, но таких реакций бесчисленное множество, а в восприятии учитывается только одна: возможность прямого контакта с ауритом. — Акарус пожал плечами и посмотрел мне в глаза. — С обычной реакцией у вас полный порядок, а с клетками произошло что-то странное. Возможно, это последствия перенесённой травмы или результат воздействия какого-то излучения, но ваше восприятие сейчас ниже полутора единиц.

— А сколько должно быть? — уточнил я, кое-как уложив в голове всю эту научную муть.

— У вашего вида — пять. Это минимум. — Доктор виновато развёл руками. — И я правда не понимаю причин таких изменений.

«Зато я прекрасно их понимаю, — подумал про себя я. — Замена разума с переносом его через полгалактики — штука очень непростая. Ну а с обычной реакцией у меня и на Земле всегда был полный порядок. Так что ничего страшного. Колено вылечилось — значит, как-нибудь проживу».

— Возможно, стоит провести более глубокие исследования в центральной клинике города… — задумчиво предположил Акарус, но я остановил его жестом и произнёс:

— Подождите, доктор, почему все вокруг считают меня сархом? И ещё вы сказали: «Ваш вид»… То есть сархи — это не раса?

— Это проще показать, — Акарус коснулся камня на обруче и указал рукой на ближайший ко мне монитор. — Посмотрите на своё отражение и поймёте.

Я пожал плечами, подошёл к указанному монитору, сел перед ним в кресло и посмотрел на чёрный экран. Пару мгновений спустя чернота расползлась. Монитор превратился в зеркало, и я мысленно выругался, увидев свою нынешнюю физиономию.

Нет, ничего страшного в отражении не было. Наверное, создавая себе персонажа в какой-нибудь рпгшке и отыгрывая паладина, я выбрал бы себе примерно такую же внешность. Широкие скулы, короткая стрижка, массивная нижняя челюсть. Вот только глаза я вряд ли сделал бы себе разноцветные. Хотя смотрелось оно, в общем, неплохо. Правый — выцветший с едва различимой серой радужкой, и левый — ярко-оранжевый, как у какого-то демона.

— Такие глаза бывают только у разумных, которые ещё до рождения были подвергнуты очень серьёзным генетическим изменениям. Гвардия Императора Кориана, Первый Легион сархов, тяжёлая пехота, которую десантируют на планеты для подавления непокорных, — откинувшись в кресле, пояснил мне Акарус. — Обычная женщина с низким уровнем восприятия может понести от сарха, но плод её быстро убьёт. Поэтому эмбрионы изымаются и отправляются в специальный госпиталь на Аргоне — главной планете Первого сектора. Там над ними проводят некоторые операции, большая часть выбраковывается, а из прошедших отбор появляются такие, как вы. Отсюда моё удивление…

— И много нас таких выживает?

— Со мной такой информацией никто делиться не будет, — доктор усмехнулся и покачал головой. — Но если вы выжили, то показатель восприятия у вас должен быть не ниже пяти. По-другому вы просто не смогли бы носить тяжёлый пехотный доспех. — Видя просветлённое непонимание на моей физиономии, Акарус обречённо вздохнул и пояснил: — Вся серьёзная техника управляется искусственными интеллектами. От тяжёлых тракторов и распределительных станций до имперских дредноутов. Когда-то давно считалось, что работу искусственного интеллекта можно ограничить алгоритмами, но это предположение привело к катастрофическим последствиям. На заре освоения было уничтожено несколько крупных городов, погибли миллионы разумных, и эксперименты с алгоритмами были прекращены.

— А что сейчас? — непонимающе поморщился я.

— Сейчас все искины работают только в связке с разумными и управляются волей своих операторов. — Акарус пожал плечами. — Мозг разумных не в состоянии воспринимать сигналы искусственных интеллектов, но обработанный аурит, который, к слову, добывается здесь неподалёку, служит передаточным звеном между искином и его оператором.

— И чем выше восприятие, тем сложнее механизм, которым может управлять оператор? — уточнил я, уже примерно понимая все местные расклады.

— Не совсем так, — Акарус покачал головой, — но в целом вы правы. У пилотов показатель восприятия, как правило, выше десяти единиц.

— А без генетических вмешательств такой показатель не получить?

— Нет, почему же… Такие мутации клеток случаются примерно у одного из ста тысяч новорождённых и потом стабильно передаются по наследству. При этом женщина спокойно вынашивает здоровый плод, поскольку ей позволяет генетика. — Акарус кивнул на дверь и добавил: — У рины Аласты восприятие выше семи, у её отца — почти одиннадцать. Он командир транспортного корабля в корпорации «АлКарго».

«М-да… Девочка, похоже, хотела пойти по стопам своего папы, но её обломали. Впрочем, отцу, наверное, всё же виднее», — со вздохом подумал про себя я, а вслух произнёс:

— Спасибо за разъяснения, доктор. Выходит, легионер из меня уже не получится. Жаль, конечно, но, думаю, я как-нибудь переживу этот факт.

— Я полагаю, вы ещё восстановитесь, — легко пожал плечами Акарус. — Возможно, у нас поизносилось оборудование, но, скорее всего, вы ещё не до конца оправились после ранений.

— А что хоть за ранения? — поморщился я. — Чувствую себя вроде неплохо…

— А вы майку снимите, — глядя мне в глаза, посоветовал доктор, — и всё увидите сами.

Я кивнул, стащил через голову футболку, опустил взгляд и мысленно выругался. Правую часть груди от ключицы до рёбер пересекали два глубоких параллельных шрама! Такое ощущение, что кто-то два раза ударил меня топором. Хорошо так ударил — и достаточно ровно. Расстояние между шрамами было около пяти сантиметров, а глубина рубцов — что-то около трёх. Странно, что я ничего не чувствовал, и непонятно, как смог пережить такие ранения. Хотя, по логике вещей, в каждой спасательной капсуле должен быть медицинский блок? Возможно, это меня и спасло? Вернее, не меня, а его…

— И откуда они? — я кивнул на шрамы и поднял на доктора взгляд.

— Об этом вам лучше поговорить не со мной. — Акарус поднялся со своего кресла и, коснувшись камня на обруче, погасил передо мной монитор. — Сейчас я позову человека, который вам всё объяснит.

Произнеся это, доктор кивнул и вышел из кабинета, и я снова остался один.

Голова натурально раскалывалась от всей свалившейся информации, но никаких истерик не намечалось. Спасибо тому парню, в теле которого я оказался. Сам бы я рехнулся без вариантов. Да любой нормальный человек уже катался бы в припадке. Это ведь только в книжках героиня, оказавшись в волшебном мире, сразу же бежит соблазнять тысячелетних вампиров, императоров и драконов, но вот мне пока никого соблазнять неохота.

Сука! Ну это же надо… Перенёсся в тело какого-то космодесантника, на охуллиард световых лет в неизвестную сторону. Поболтал со Стичем из мультика, полюбезничал с хвостатой красоткой и узнал, что здесь я такой же ущербный, как и там. И ещё эти непонятные шрамы, от которых едва не подох… В смысле, не я, но какая уже, на хрен, разница?

Всего этого хватило бы на «пару раз съехать с катушек», а я ничего так — сижу и пялюсь в черноту монитора. И мне даже интересно, кто сейчас зайдёт в кабинет. Какой-нибудь местный оперативник? Очередная инопланетная красотка или рогатый восьминогий монстр с четырьмя головами и членами?

А ещё интересно у них тут получается. Скорее всего, все те, у кого восприятие выше пяти, автоматом получают дворянские звания? И женятся потом на таких же, чтобы не сдавать эмбрионы в тот госпиталь? И только солдаты Империи выводятся из пробирок? Выходит, своих маму и папу этот парень не знал и никогда бы их не нашёл? Удобно, чё… Только у меня мама есть! Ещё сестра… и по ним я уже очень скучаю. Только делу это, увы, никак не поможет. Нужно разобраться во всём и попробовать вернуться назад. В то же самое время…

Я вздохнул, натянул на плечи футболку и, откинувшись в кресле, задумчиво посмотрел в потолок. Вот не знаю, почему всё это со мной, но, возможно, тот, кто сейчас придёт, как-то прояснит ситуацию?

Глава 4

В своих предположениях я по итогу правильно угадал два раза из трёх.

Примерно через пару минут дверь распахнулась и в кабинет зашёл хмурый мужик в странном, но явно армейском обвесе, с чёрной изогнутой палкой в руках. Смерив меня оценивающим взглядом, он отшагнул вправо и пропустил второго, точно такого же.

При их появлении я даже не пошевелился. Причём сразу по двум причинам, одна из которых противоречила другой. Тот я, который с Земли, прекрасно понимал, что в трусах и в футболке глупо сопротивляться двум вооруженным мордоворотам, а этот я — теперешний — совершенно не ощущал никакой опасности. Скорее наоборот. Эти крутые с виду парни серьёзно опасались меня. Полуголого, сидящего в кресле, ага… Не знаю как, но я это чувствовал.

Нет, конечно, здорово, что меня закинуло хоть и в ущербного, но в космодесантника, а не в какого-нибудь дрыща, которого пинал бы каждый прохожий. Сам я, понятно, никакой особой крутости не ощущал, но реакция окружающих была приятна. Словно в компьютерную игру про космос попал. Хотя, сказать по правде, космос я видел пока что в одном только унитазе. Который к тому же был на Земле…

Второй зашедший мужик сместился влево и замер, а потом в кабинет зашла очередная инопланетная красотка.

У этой подруги, правда, не было ни рогов, ни хвоста. Просто красивая молодая женщина. Лет тридцати на вид. Светловолосая, с короткой стрижкой. Среднего роста, в тёмном брючном костюме и с небольшим серебристым круглым жетоном на правой чести груди. В руке она держала какой-то местный девайс, похожий на электронную карту доставщика пиццы, а по моим внутренним ощущениям эта красотка была опаснее обоих зашедших перед ней мужиков раз как минимум в десять.

Заметив мой взгляд, она сделала успокаивающий жест и приятным голосом произнесла:

— Всё в порядке! Мы не причиним тебе вред. Только поговорим.

Я ничего не ответил. Женщина кивнула, прошла на место доктора и как-то включила его монитор. В том смысле, что ей для этого не понадобился обруч с камнями. С минуту поизучав мою медицинскую карту, снова кивнула, посмотрела на своих спутников и приказала:

— Оставьте нас!

Дождавшись, когда оба покинули кабинет, она посмотрела на меня и представилась:

— Рина дея Билата. Представляю один из департаментов соседней страны.

— А к чему эти шпионские игры? — я усмехнулся и вопросительно приподнял брови. — Контрразведка Империи Ордов? Я правильно понимаю? Той страны, сателлитом которой является данная территория?

— Служба внутренней безопасности государства, если точнее, — рина улыбнулась одними губами. — А «шпионские игры» нужны для солидности, и к тому же они необходимы по протоколу.

«Ну да… Приведи она с собой двух клоунов, и это, наверное, тоже выглядело бы солидно. Ведь я так хорошо ориентируюсь в ситуации, что вряд ли отличу комариный хер от ракеты», — с улыбкой подумал я, а вслух произнёс:

— Ну раз протокол соблюдён, то что вы хотите от меня, рина дея Билата?

— Поговорить, — терпеливо повторила она. — И предлагаю нам обоим быть предельно откровенными друг с другом.

— Согласен, — я улыбнулся в ответ. — Меня зовут Александр. Это всё, что я могу честно вам рассказать. Ничего другого не помню.

И нет, я совсем не наглел. Да, я понимал, что эта молодая женщина какая-то шишка в местной Империи, обвешанная искинами, как новогодняя ёлка игрушками, но мне оно было совершенно до лампочки. Если бы меня хотели убить или арестовать, то сделали бы это без особых проблем. Однако ей что-то нужно, поэтому потерпит хоть какое общение. К тому же я не грубил и врать тоже не собирался. Ну а о том, кто я есть на самом деле, она не узнает. Незачем пока выкладывать все карты на стол.

— Да, я в курсе, что ты частично потерял память, — Билата кивнула. — Но я напомню некоторые моменты. Возможно, память вернётся?

— Да, конечно, — согласился я. — Только сначала поясните, почему вы считаете, что я действительно потерял память? Вот так поверили на слово?

— Нет, не поверила, — рина покачала головой. — Ты десять дней пролежал без сознания, и мы, разумеется, попытались просканировать твой мозг, но ничего не добились. Только неясные образы и пара ничего не значащих снов. Которые, к слову, тоже не получилось идентифицировать. — Заметив мой взгляд, она пожала плечами. — Это обычная и обязательная процедура. Она не нанесла тебе никакого вреда.

— А вам не принесла никакой пользы?

— Да, так и есть. — Билата вздохнула и продолжила: — Как только ты очнулся, я наблюдала. Прослушала все разговоры, следила за мимикой и реакцией глаз.

— И что?

— Ничего, — она снова вздохнула. — Ты словно впервые увидел окружающий мир. Дикция восстановилась не сразу, однако ты полностью себя осознал в тот момент, когда увидел своё отражение. Только память не вернулась, я в этом уверена. Такое случается после долгого нахождения в спасательной капсуле. Надеюсь, я ответила на твой вопрос?

«Ну хоть мысли она читать не умеет — уже хорошо», — подумал я, а вслух произнёс:

— Да, вполне!

— Отлично! — Билата кивнула. — Тогда я постараюсь ввести тебя в курс дела и для этого начну с основ. Если возникнут вопросы, задавай их сразу. Если что-то вспомнишь — говори. Напоминаю об откровенности. Это может быть важно для моей страны и для тебя самого.

Произнеся это, она сложила руки на столе, посмотрела на меня и начала рассказывать:

— Итак, лартос в целом всё рассказал правильно. Наша система разделена на пять секторов, четыре из которых звёздные, и пятым считается сгусток тёмной материи в её центре. Всего вокруг звёзд вращается семьдесят семь планет, пригодных для жизни, с разной плотностью населения. На густозаселённых планетах существует два десятка империй, но единоличным правителем всей системы и Федерации Свободных Планет является Его Величество Император Кориан, резиденция которого находится на Аргоне — главной и самой большой планете Первого сектора. — Заметив мой слегка озадаченный взгляд, рина легко пожала плечами и пояснила: — Я объясняю только самые элементарные вещи, которые, возможно, помогут нам разобраться в сложившейся ситуации. Стараюсь делать это максимально кратко, поскольку понимаю, что твой организм ещё полностью не восстановился, но времени, к сожалению, у нас нет.

— Да, конечно, продолжайте, — я кивнул. — Со мной полный порядок. Мне просто сложно уложить в голове масштабы.

— Примерно два световых года от звезды до звезды, для того чтобы гравитация светил не оказывала негативного влияния на соседние сектора, — продолжила свой рассказ Билата. — Связь между секторами осуществляется через Пространственные Ворота, которые созданы в каждом из четырёх секторов и вращаются вокруг светил вместе с защитными планетоидами. Переход через Ворота осуществляется практически мгновенно и не вызывает временных сдвигов.

— То есть достаточно взлететь с планеты, долететь до этих ворот, и ты окажешься мгновенно в любом из четырёх секторов? — воспользовавшись небольшой паузой, уточнил я. — И останется только долететь до нужной планеты?

— Не совсем так, — покачала головой рина. — Ещё придётся пройти проверку службы безопасности, которая, как правило, занимает несколько планетарных дней. Все Ворота укреплены от возможных нападений извне. Безусловный допуск имеют только военные корабли Первого Флота. При этом в глубине системы находится еще пара десятков Ворот, но они очень нестабильны и используются только для дальней геологической разведки.

— Получается, что если один сектор, условно, решит напасть на другой…

— Это практически невозможно, — Билата покачала головой. — Я не хочу вдаваться в подробности, но если говорить совсем просто, то в безвоздушном пространстве существует только одна скорость — та самая скорость света, и она всегда абсолютна. То есть не зависит от системы отсчёта. В безвоздушном пространстве, как правило, сопротивление среды мало влияет на движение кораблей, и оперировать можно только ускорением. Любой, даже самый прочный, дальний разведчик развалится, дойдя до порога в половину скорости света, а значит, условному флоту вторжения придётся идти с постоянным торможением. То есть долететь они, конечно же, долетят, но уйдёт у них на это не меньше семи планетарных лет, и это будет происходить у всех на виду.

После им придётся преодолеть четыре периметра обороны, разбить флот защитников и… — рина подняла на меня взгляд и улыбнулась, — и всё это будет бессмысленно. В каждом секторе хватает незаселённых планет. Для добычи ресурсов есть астероидные пояса… Впрочем, такое вторжение закончится, не начавшись. Император Кориан не допустит большой войны. Локальные конфликты на планетах его редко интересуют, но подобная авантюра будет мгновенно пресечена.

— А для чего тогда нужны периметры обороны? — уточнил я, вопросительно посмотрев на свою собеседницу. — Если такое вторжение невозможно…

Нет, наверное, такие вопросы звучали наивно, но, раз предоставился случай, нужно попытаться прокачать ситуацию по максимуму. Мне тут ещё придётся осваиваться, так что лучше ускорить этот процесс.

— Мы в галактике не одни, — откинувшись в кресле, пояснила Билата. — На сегодняшний день известно одиннадцать агрессивных видов иных, и они иногда пробуют нас на прочность. Примерно раз в несколько тысяч планетарных лет. Задача защитных периметров — продержаться до подхода Первого Флота, и это всегда получалось. Последнее нападение произошло тысячу семьсот лет назад, но это никак не влияет на текущую ситуацию, поэтому давай продолжим?

— Да, конечно, — согласился я и приготовился слушать.

— Так вот, — рина подалась вперёд и, снова положив ладони на стол, продолжила свой рассказ. — На Аргоне заседает Совет Федерации, где представлены все планеты системы, а непосредственная связь осуществляется через двадцать семь станций, которые находятся на всех наших густозаселённых планетах, и сеть маяков в космосе. На каждой из планет, где установлены станции связи, работает Посольство его Величества Императора Кориана, которое возглавляет посланник с самыми высокими полномочиями. У нас — Его Превосходительство Верид рон Рейн, в прошлом — третий адмирал Первого Флота Системы. Надеюсь, Александр, ты представляешь, какими он обладает возможностями?

— Да, — я кивнул и пожал плечами, — представляю. Только не понимаю, зачем вы мне все это так подробно рассказываете? Кто я такой? Рядовой сарх? От которого отказался этот самый посланник. Мне нужно его навестить? Что-то ему объяснить? Я ведь даже не представляю, что означает этот его «отказ».

— Вот сейчас мы подошли к самому главному, — рина Билата сцепила пальцы в замок и посмотрела мне в глаза. — Дело в том, что тридцать семь лет назад система фактически лишилась Третьего сектора, и ты с этим можешь быть как-то связан.

'Ну вот и приплыли, — хмыкнул про себя я. — Межзвездная Империя, научно-технический прогресс, космические корабли… В какой-то момент мне даже стало казаться, что получится тут погулять, посмотреть, как живут люди и нелюди. Потом бы пообщался с этим местным Сверхразумом — и отправился назад в своё тщедушное тело, рассказывать Володьке про контакты третьего рода, говорящих Стичей и красивые задницы местных девчонок. Только не всё оно так просто, как кажется… Третий сектор они потеряли, ну да… и я в этой херне как-то замешан?

Вернее, не я, но иди попробуй докажи, что ты Саша Соколов, а не какой-нибудь Дарт Вейдер, ага… И не просто же так передо мной вот уже четверть часа распинается эта серьёзная тётка? Ведь её время, наверное, очень дорого стоит и расписано на годы вперёд…'

— И как же я могу быть связан с потерей целого сектора? — осторожно уточнил я, с сомнением глядя на свою собеседницу.

— Не знаю… Пока не знаю… — рина покачала головой и продолжила свой рассказ. — Как ты уже знаешь, наша система — искусственное образование. Мне неизвестно, как появились четыре звезды, но кислородные планеты были собраны с половины галактики и перенесены на орбиты в систему.

— Ого… — непроизвольно вырвалось у меня. — Сай сказал, что в сгустке тёмной материи обитает Сверхразум, но…

— Лартос тебе не соврал, — Билата подняла на меня взгляд. — Я не знаю, как происходило перемещение, но уверена, что Тёмный точно знал местоположение всех этих планет и был способен открыть к каждой из них переходы. Однако сам он по какой-то причине перенести планеты не мог…

— В этом ему помогал Император?

— Да, — рина кивнула. — И я повторяю: мне неизвестно, как это происходило, но предполагаю, что к обнаруженной планете отправлялся тяжёлый разведчик. Его команда проводила исследования, высаживалась на поверхность и готовила объект к Переходу. Затем, когда все расчёты завершались, перед планетой на орбите открывались Пространственные Ворота, и точно такие же появлялись здесь, возле одного из четырёх светил. Тамошних обитателей, конечно, никто не спрашивал, но Перенос не наносил вреда ни атмосфере, ни экологии, ни жизненным формам, если они там присутствовали.

Билата говорила спокойно, а у меня от её слов по спине натурально бежали мурашки. Настолько это было чудовищно и… просто! Ведь все эти космооперы с их перелётами от планеты к планете клали с прицепом на теорию относительности Эйнштейна. Как можно называть Империей то, чем нельзя оперативно управлять? Когда обитаемые планеты раскиданы по огромной галактике? Когда, слетав к одной из них и вернувшись, ты встретишь своих сильно повзрослевших детей?[1]Да, всё так… но, получается, нашу Землю тоже хотели забрать? Иначе откуда там появилась та чёрная «змея»? Или, наоборот, её сейчас подготавливают к Переходу? Вот ведь там будет веселье…

Очевидно, заметив мою ошалевшую физиономию, Билата подалась вперёд и выдохнула:

— Что-то вспомнил⁈

— Нет, — я растерянно покачал головой. — Просто подумал: зачем ему это понадобилось? Тёмному… Ведь мы его так называем?

— Никто тебе этого не скажет, — рина грустно усмехнулась. — Даже жрецы и служители в Храмах. Нет, эти, конечно, что-то расскажут, но единой версии нет. Те, кто без аурита не может понять созданных ими же искинов, вряд ли способны разобраться в мотивах поведения Высшего Существа. Поэтому просто живи и не забивай голову лишними мыслями. Ну или поинтересуйся при встрече у Императора. Возможно, он поделится с тобой информацией…

— Да, обязательно, так и сделаю, — я кивнул. — Но мы отвлеклись. Продолжайте, госпожа, я вас слушаю…

— Тридцать семь лет назад к центру системы в тёмную материю были отправлены шесть имперских дредноутов, — глядя мне в глаза, пояснила Билата. — Такое случалось не раз, и я не знаю, какая задача стояла перед этой эскадрой, но произошло страшное. Примерно через месяц планетарного времени эти шесть кораблей появились в Третьем секторе и, беспрепятственно пройдя через все линии обороны Пространственных Ворот, направились к Талее.

— Талея — это, как я понимаю, одна из планет?

— Да, — Билата вздохнула и опустила взгляд. — Это была главная планета Третьего сектора.

Без труда подавив спутники планетарной обороны, корабли подвергли бомбардировке столицу Нуланы — страны, где находилась станция связи, — высадили десант и, не задерживаясь, направились к Торе — следующей планете Третьего сектора. Там ситуация повторилась: разгром планетарной обороны, орбитальная бомбардировка столицы Халийской Империи — Халы, высадка десанта и курс на Вилату… — Рина откинулась в кресле и подняла на меня взгляд. — Это было чудовищно, но на счастье, если, конечно, можно так сказать, в Третьем секторе находился патрульный дестроер Первого Флота с десятком кораблей сопровождения. В тот момент, когда корабли подлетали к Вилате, их нагнал Объединённый Флот Третьего сектора. Завязался бой, но Вилату Федерация всё равно потеряла. Три дредноута под прикрытием остальных атаковали Гизу — столицу Ретайского Союза, сбросили десант, и только тогда в бой вступил «Харен Акаш» — тот самый дестроер Первого Флота…

Вот, наверное, прикольно слушать такие истории с экрана компьютерного монитора, когда заходишь в очередную игру. Проблема в том, что человеку с Земли сложно было оценить масштабы трагедии, о которой рассказывала Билата. Разум просто отказывался принимать информацию.

Возможно, я ещё не до конца адаптировался в этом мире? Мозг кипел, подбирая подходящие названия незнакомым, но, в общем-то, понятным словам. Ну не было на Земле огромных многофункциональных кораблей, способных вести бой в открытом космосе, атаковать планеты с орбиты и сбрасывать на их поверхность десант! «Аэриум ана асте», сказанное на местном языке, соотносилось с образами древних линейных кораблей, наличие которых наводило ужас на все соседние страны. Дестроер же ассоциировался с «Тирпицем» или одним из американских авианосцев, но заключалась проблема в том, что космос не океан, и подобные сравнения просто нелепы.

Наверное, поэтому мозг отказывался воспринимать масштабы случившейся трагедии, а битва представлялась миссией компьютерной игры… или эпизодом из фильма? Не знаю… но никаких особых чувств я не испытывал. Сколько всего свалилось на меня за последние дни… Возможно, я просто устал во всём разбираться и организм включил защитную оболочку? Тренированный, генетически изменённый организм того, кто в таких сражениях когда-то участвовал…

— Все шесть дрендоутов в итоге были уничтожены, — подытожила сказанное Билата. — Объединенный Флот Третьего сектора потерял двенадцать кораблей, погибли десятки миллионов разумных, а Федерация лишилась трёх планет: Талеи, Торы и Вилаты…

— Почему лишилась? — я непонимающе поморщился. — Неужели у Императора не хватило сил выбить высадившийся десант?

— Тут дело в другом… — Билата сцепила пальцы в замок, положила руки на стол и, посмотрев на меня, пояснила: — Там, в глубине системы, с экипажами кораблей что-то произошло. Что-то их изменило. Целью атаки были станции связи. Высадившиеся на планетах десантники захватили их и что-то сделали с ретрансляторами.

— Они их уничтожили? Или перенастроили?

— Это никому не известно, — рина покачала головой. — Станции связи превратились в Пространственные Ворота, через которые в атмосферы планет хлынуло что-то чужеродное. Учёные называют это Энтропией или Хаосом, но точного определения никто до сих пор дать не смог.

— И что произошло с этими планетами? — воспользовавшись небольшой паузой, уточнил я. — Они стали непригодны для жизни?

— Не совсем так. Воздух на планетах по-прежнему пригоден для дыхания, но Энтропия в атмосфере вызвала чудовищные метаморфозы большинства живых организмов — и разумных, в общепринятом понимании этого слова, там уже не осталось. Вот, посмотри, — Билата взяла в руку предмет, с которым пришла, направила его в центр стола, и там тут же появилась полупрозрачная голографическая проекция.

Словами описать такое было бы сложно. Широкоплечая двуногая тварь в костяной броне с длинным шипастым хвостом и мордой доисторического ящера. Таких ещё очень неплохо умели рисовать японские игроделы с их богатой фантазией. Массивная нижняя челюсть, клыки, неровный костяной воротник… Какая-то жуткая смесь гориллы и ящерицы. В лапах этот монстр сжимал массивный изогнутый посох или что-то очень похожее. Стоял прямо, опираясь на хвост, и выглядел предельно внушительно.

— Это одна из тех самых метаморфоз? — я кивнул на проекцию монстра и вопросительно посмотрел на рассказчицу.

— Да, — кивнула та, — это сарх. Один из тех десантников, что высаживались на планеты. Однако пусть тебя не смущает его безобидный вид. В этом чудовище воедино слились его импланты, искины и террабитовая броня вместе с оружием. Тварь способна ставить пространственные щиты, атаковать на расстоянии, ментально общаться с сородичами, а в скорости не уступит гвардейцам Первого Легиона.

— То есть его костяная броня….

— … не уступает по характеристикам экипировке Первого Легиона, а в чём-то даже её превосходит, — продолжила мою мысль Билата. — Впрочем, перерождённые сархи не единственные обитатели этих планет. Главная проблема в том, что Энтропия изменила искины и им больше не требуется связь с операторами. Представь себе «оживший» тяжёлый танк с практически бесконечным ресурсом, карьерный экскаватор, или вот так, например, выглядит ваша МД-19–7. — Рина качнула рукой, и ящерицу на столе сменила высокая бронированная машина на гусеничном ходу, с приземистой орудийной башней, локатором и десятком непонятных изогнутых трубок или антенн. Заметив мой непонимающий взгляд, Билата положила «пульт» обратно на стол и пояснила: — Это основная боевая машина десанта Первого Легиона. Я не буду перечислять характеристики, но, скажем так, здесь она немного видоизменена. Управляющий искин, вероятно, решил, что ему чего-то не хватает для полного счастья, и добавил несколько дополнительных деталей, назначение которых нам пока не известно.

— Это как так добавил? — я непонимающе поморщился.

— Не знаю, — рина покачала головой. — Возможно, он их как-то отрастил. Ну или съездил на завод, и ему их добавили там… Часть промышленности на планетах продолжает функционировать. Ресурс фактически бесконечен — с учётом возможности ремонта оборудования. Все искины подчиняются какому-то единому разуму. При этом не все из них агрессивны…

— Погодите, госпожа, — я сделал останавливающий жест, — а что стало с выжившими людьми?

Услышав вопрос, Билата снова взяла в руку «пульт», и танк на столе сменил оживший покойник в одежде, с неестественно длинными руками и полным отсутствием волос на голове.

— Все пережившие бомбардировки живы, хотя непонятно, насколько изменился их разум, — прокомментировала голограмму она. — Членораздельная речь отсутствует. По образу жизни похожи на социальных насекомых, но иными их не назвать. Они скорее «другие». На контакт не идут, за пределами планетарной атмосферы не выживают. Впрочем, — рина перевела взгляд на меня, — мы там тоже долго находиться не можем. У обычного человека признаки мутаций появляются уже на второй день. Солдаты с высоким показателем восприятия в полной защите могут продержаться около месяца, но это бессмысленный риск.

За тридцать семь лет никто так и не объяснил природу Энтропии. Пространственные Врата на планетах закрыть не получилось, хотя сделать это пытались не раз. К слову, Его Превосходительство Верид рон Рейн — Посланник Императора на Луоне — был командиром третьей и последней высадки на Талею. Они даже сумели пробиться к Пространственным Воротам и точно обозначили цель, но пущенные с дестроера оранжевые лучи просто растворились в разросшемся кристалле ретранслятора.

В тот раз войска отступили, и больше на планеты никто не высаживался.

— А через тридцать семь лет после того события вы нашли в Третьем секторе спасательную капсулу с потерявшим память легионером, и… что? — я вопросительно посмотрел на свою собеседницу. — Если всё было, как вы рассказали, там таких капсул должно летать много. В этого, который с хвостом, я вроде не превратился. Тогда почему вы потратили на меня столько своего драгоценного времени?

— Капсул и впрямь обнаружилось много за эти годы, — не стала спорить Билата. — Обнаружение каждой считалось событием. Всех выживших сразу же отправляли на Аргон в Главный Военный Госпиталь. Там с ними работали целители и сотрудники Службы Безопасности Главного Департамента Федерации. Ведь никто до сих пор так и не понял причин случившейся катастрофы. Только с тобой почему-то получилось не так.

— И что же со мной не так? — я нахмурился. — Почему посланник от меня отказался?

— Он не отказывался, — рина покачала головой. — Его Превосходительство просто не обратил на твоё появление никакого внимания. Мне ответили только на двенадцатый запрос! Не он сам, понятно, а его секретарь.

— И что же он вам ответил?

— Действуйте в соответствии с «Положением о спасённых»! — с досадой выдохнула Билата. — И это при том, что я доложила, что твой случай уникальный! Несколько дней изучала. Просмотрела всё, что хранилось в архивах…

— А в чём уникальность моего случая? — уточнил я, не до конца понимая такую реакцию.

Нет, ну а какое ей, собственно, дело до того инцидента, который произошёл тридцать семь лет назад в двух световых годах от этого места? Три потерянные планеты — это до хрена много и ужасно, но в масштабах Федерации такую потерю фатальной трагедией не назвать. Возможно, наверху решили снять с этого происшествия все грифы срочности и решать его в текущем порядке? Посланник получил соответствующие распоряжения и отреагировал так, как и должен, но Билата возмущена. Ей больше всех надо? Или тут кроется что-то ещё?

— Тебя невозможно идентифицировать, — рина вздохнула и подняла на меня взгляд. — Капсула стандартная, номера внутри по какой-то причине не оказалось. Наружный оплавлен и повреждён. Мы смогли определить только четыре символа из двадцати. При этом кто-то вырезал из твоей груди импланты, по которым можно было бы опознать. Возможно, это сделал ты сам, но непонятна причина. При этом полный анализ проводить не имеет смысла: нам никто не откроет базу Первого Легиона, но даже не это главное, — Билата снова положила ладони на стол и пристально посмотрела мне в глаза. — Ты элитный воин Великой Империи! Он не имел права от тебя отмахнуться, но это случилось… Я не понимаю, что происходит…

Глава 5

— Случается всякое, — я пожал плечами. — Да и у вас, наверное, есть способы обратиться напрямую к командованию Первого Легиона?

— Мы, на местах, не имеем права прыгать через голову Посланника Его Величества, — рина пожала плечами и отвела взгляд. — Исключения — чрезвычайные ситуации. Эта как раз из таких, при всей её кажущейся обыденности. Я взяла на себя ответственность и отправила запрос на Аргон, но проблема в том, что дойдёт он туда очень нескоро. Напрямую со Столицей у нас связи нет, а Пространственные Ворота Третьего сектора, через которые он проходит, после той катастрофы периодически закрываются. Сейчас как раз такой случай. Сигнал идёт через сеть маяков, и на Аргоне его примут только через тридцать пять планетарных дней.

— Ну вас же вряд ли волнуют служебные взаимоотношения в армии Императора? — Я посмотрел на Билату и вопросительно приподнял брови. — Какое вам до этого дело? Тут ведь есть что-то ещё? Вы обещали быть откровенной, вот и…

— Да! Обещала! — Она резко повернула голову и встретилась со мной взглядами. — Я не знаю, что происходит, но специалисты по дальней связи обнаружили непонятные помехи в работе станции. Сейчас она в основном контролирует эфир на Луоне и обеспечивает связь с остальными планетами сектора. Наши операторы не имеют доступа к оборудованию, но постоянно следят за работой станции связи. При этом Его Превосходительство уже двадцать дней не появлялся на людях и не делал никаких заявлений. Да, возможно, он болен… Возможно, на станции вышло из строя какое-то оборудование, а замену пока не прислали, но потом появляешься ты, и… следует такая реакция…. Тебе меня не понять, но я отвечаю за безопасность своего государства и обязана отслеживать любые мелочи. А ещё моя интуиция подсказывает, что происходит что-то неправильное, но сама я ни на что повлиять не могу!

— А что хоть представляет собой эта станция?

— Станция пространственной связи Луоны является самым защищенным объектом на нашей планете, — отведя взгляд, пояснила Билата. — Часть станции находится под землёй, прикрыта со всех сторон защитными меродитовыми конструкциями. Станция пространственной связи Луоны является самым защищённым объектом на нашей планете, — отведя взгляд, пояснила Билата. — Часть станции находится под землёй, прикрыта со всех сторон защитными меродитовыми конструкциями. Наземная часть и сама вышка связи окружены тремя периметрами обороны, включающей противовоздушные и противокосмические установки. Территория — чуть больше квадратного лана. Огромные складские помещения и около тысячи человек обслуги, большая часть которой набрана из местных жителей.

Станция находится в пятнадцати ланах от восточной окраины Доула — столицы нашей страны. Резиденция Его Превосходительства Верида рона Рейна располагается на её территории. После вышеупомянутых событий все станции Федерации были усилены противокосмическими установками «Возмездие», и на каждой теперь несёт дежурство полусотня бойцов Второго Легиона Империи.

— А вы туда имеете доступ? — уложив в голове информацию, уточнил я. — Проверка? Или, может быть, инспекция?

— Да! — Билата кивнула. — Каждый последний месяц в году мы проводим инспекцию, которая, по сути своей, — простая формальность. Прогулка по коридорам, ознакомление с незасекреченной документацией, посещение зала, в котором находится ретранслятор. Проблема в том, что проверяющим сотрудникам никто не позволит зайти во внутреннюю сеть или установить контакт с одним из управляющих искинов. Впрочем, у нас на планете нет специалистов подобного класса, и посещение станции, по сути, ничего не решает. Его Величество Давион Ордов может санкционировать внеочередную проверку, но вряд ли он это сделает на основании моих подозрений. Да и не понимаю я, что конкретно происходит не так…

— Хорошо, — я кивнул, — но тогда объясните, что вы хотите от меня? Я частично потерял память. Уровень восприятия — ниже полутора единиц…

Нет, понятно, что сюда она заявилась не зря, и, по сути, рассказала всё, что могла рассказать, но я и правда не понимал, чем могу оказаться полезен. Рассказать правду своего здесь появления? Ну да… Ничего тупее придумать нельзя… Нет, меня и самого всегда бесили киношные и книжные идиоты, скрывавшие информацию, которая, очевидно, могла бы кому-то помочь. Впрочем, там сценаристам и авторам нужно было растянуть историю, но здесь оно ни к чему хорошему не приведёт.

Элементарная логика… Сейчас Билата уверена, что перед ней настоящий сарх, и я ей нужен только в этом контексте. А чем ей может быть интересен землянин, который гарантированно не вспомнит ничего из того, что знал предыдущий хозяин этого тела? Рассказами про чёрную змею? Своим путешествием через космическую канализацию? Ну да… сразу же улечу в какую-нибудь местную психушку в качестве подопытной свинки. Так что лучше уж молчать…

— Ты странный… — Рина покачала головой и, не поднимая взгляда, добавила: — Большинство учёных уверены, что уровень восприятия может только повышаться, но в твоём случае произошло обратное. И еще лартос… Как-то уж очень приветливо он с тобой разговаривал.

— Лартос… это вы о Сае? Парне, который первый рассказал мне о том, где я нахожусь?

— Да, именно, — Билата кивнула. — Лартосы — очень интересный вид. Практически все они криптоморфы[2]. Речевой аппарат у них развит настолько, что они могут свободно разговаривать с любыми разумными обитателями нашей системы. Теплокровные, млекопитающие. Способны экранировать большинство известных излучений, общаться ментально, интеллектуально развиты и обладают достаточно высоким природным уровнем восприятия. Однако, несмотря на вышесказанное, по своей природе лартосы очень необщительные существа, а этот заговорил с тобой первым и достаточно долго отвечал на вопросы. Такое случается редко…

— Ну понравился я ему, бывает, — я пожал плечами. — Что в этом такого?

— Возможно, понравился, — Билата кивнула. — Но проблема в том, что именно этот лартос — тот единственный, кто выжил из своего вида на Талее после появления там Энтропии. Его подобрали штурмовики во время третьей экспедиции на планету. Задняя лапа подверглась мутациям, и её пришлось ампутировать. Тридцать лет он прожил на Аргоне, при госпитале, а потом перебрался сюда. Вчера в бессознательном состоянии, очень похожем на сон, был доставлен в эту больницу. Диагноз не установили, поэтому просто ввели ему поддерживающие препараты. Очнулся за час до тебя… — рина посмотрела на меня и усмехнулась. — Какое странное совпадение. Ты не находишь?

— Госпожа, — я вздохнул и устало прикрыл глаза. — Только представьте, что сейчас происходит у меня в голове. Вы что-то говорите, но я не вспоминаю, а словно бы узнаю что-то новое. Пытаюсь представить, запоминаю, но да и только… Откуда мне знать, по какой причине он оказался в клинике, если даже врачи не смогли установить диагноз? Возможно, это и впрямь совпадение…

— Хорошо, — Билата кивнула. — С этим я попробую разобраться сама, а ты мне нужен совсем для другого. — Заметив мой вопросительный взгляд, она легко пожала плечами и, откинувшись в кресле, пояснила: — Дело в том, что любой рядовой сарх в понимании Посланника Императора на незримых весах значительно перевесит любого чиновника с любой планеты Федерации, независимо от ранга последнего. Так вот, я хочу, чтобы ты, покинув лечебницу, на пятый от этого день появился в резиденции и потребовал личной встречи с Его Превосходительством. При этом меня совершенно не интересует, о чём вы будете говорить. Важен сам факт разговора — и понимание, в каком состоянии пребывает Посланник.

— Хорошо, — согласился я. — Только почему именно на пятый от этого день?

— Мне нужно будет кое-что проверить за это время, — пояснила Билата. — Я найду тебя и доставлю в столицу. До станции доберешься сам.

— А что мне делать всё это время?

— Что хочешь, то и делай, — в разумных, понятно, пределах, — рина пожала плечами. — А я поступлю в соответствии с выданными рекомендациями.

Произнеся это, она перевела взгляд на монитор и погрузилась в какие-то вычисления.

Мысленно выдохнув, я откинулся в кресле и задумчиво оглядел кабинет. На удивление, самочувствие было превосходным. И это после таких чудовищных перемен и вала свалившейся на меня информации!

Нет, никакой эйфории не было и в помине. Я прекрасно осознавал происходящее и понимал, что за женщина сейчас попросила меня об услуге. Только ничего предосудительного мне делать не нужно. Всего-то попросить у Посланника аудиенции, переговорить с ним и потом успокоить рину дею Билату.

Нет, возможно, я чего-то не понимаю, но сомневаюсь, что информация о состоянии здоровья Посланника является военной тайной Империи. Тут о другом думать надо. Подозреваю, что сразу меня никто принимать не станет, а значит, нужно будет чем-то себя занять. Сходить в местную библиотеку, погулять по музеям или найти где-нибудь компьютерный клуб? Смешно, да, но я не знаю, как у них тут всё это устроено, а информация нужна позарез. Ведь я нутром ощущаю, что уже вляпался в какое-то дерьмо и меня начинает засасывать.

Эта вот белобрысая подруга, Посланник, чёрная змея на Земле, случившаяся тут катастрофа и ещё Сай. Всё это между собой как-то связано, но тут, наверное, и Эйнштейн бы сходу не разобрался. По итогу, самой лучшей тактикой будет поведение унылого киногероя. Побольше тупить и не лезть ни в какие авантюры, если они не касаются основного сюжета. Сто раз подумать перед любой открывающейся перспективой, максимально быстро осваиваться и желательно найти того, кто в этом поможет.

К слову, если Сай оказался рядом со мной неслучайно, то такого помощника я найду быстро. Другое дело, а можно ли ему доверять. Хороший вопрос, да… Особенно когда сидишь в комнате с девчонкой из фильма про Бонда, должность которой, навскидку, не ниже заместителя начальника ГРУ. Да на мне, наверное, сейчас жучков как мух на подохшей корове. И искать их бесполезно. Нет, книги про шпионов я, конечно, читал, но армию видел только по телевизору, в играх и новостях. Ещё по истории и обществознанию выше восьмидесяти баллов на ЕГЭ получил, но это вряд ли мне здесь поможет. Так что сиди, Саня, не дергайся. Тётенька скажет тебе, что делать, и ты её какое-то время послушаешь. А там по ходу истории уже сам разберёшься, что дальше делать и как поступать.

— Назовите свои имена: первое, второе и родовое, если оно у вас есть, — официальный голос Билаты оторвал меня от размышлений. — Назовите своё звание и должность — в том случае, если состоите на службе, а также расу или вид, к которому принадлежите…

— Александр, — пожав плечами, произнёс я. — Не знаю, какое это имя по счету, но помню только его. Ещё мастер Акарус и рина дея Билата считают, что я сарх. Сам я такого не утверждаю, поскольку не помню.

— Хорошо, — рина кивнула, забрала выехавший из щели под монитором предмет, приложила его к своему «пульту» и, удовлетворённо кивнув, толкнула ко мне по столу.

Фиолетовый прямоугольник размером с половину банковской карты с вязью непонятных узоров. Опасным оно не выглядело, но я всё равно уточнил:

— Что это?

— Ваше временное удостоверение личности сроком на сорок планетарных дней, — официально объявила Билата. — Оно позволяет вам находиться на территории Империи Ордов и всех союзных ей государств. Включает в себя бесплатное проживание в общественных домах не выше третьего класса. Бесплатное трёхразовое питание из меню с установленным рационом, бесплатный проезд на общественном городском транспорте и сорок имперских ливов на дополнительные расходы. Напоминаю также, что спасательная капсула, в которой вас обнаружили, перешла в собственность Империи Ордов. Компания «АлКарго» получила компенсацию за эту капсулу. Десять процентов этой суммы по закону принадлежит вам. Из этой суммы будет оплачена ваша реабилитация здесь, в клинике. Оставшимися деньгами распоряжайтесь по своему усмотрению. Представитель компании свяжется с вами, как только клиника передаст в «АлКарго» ваши контакты.

— Протокол уже выполнен? — дождавшись окончания монолога, уточнил я и вопросительно приподнял бровь.

— Да! — рина утвердительно кивнула.

— Отлично! — я кивнул ей в ответ и указал на лежащую передо мной карточку. — Тогда объясните мне, что мне с этим удостоверением делать? Носить под мышкой? Убрать в карман? Или ещё куда-то засунуть?

— Приложи к внешней стороне руки, между большим и указательным пальцем, — терпеливо пояснила Билата и добавила: — Это безопасно.

Я пожал плечами, выполнил требуемое, и ничего страшного не случилось. Рисунок с карточки скопировался на кожу и тут же исчез, а в руке остался бесполезный кусок белого пластика.

— Когда понадобится, поднесёшь ладонь к проверяющему устройству, — прокомментировала Билата. — Если нужно заплатить, сумму произнесёшь вслух или наберёшь на появившемся дисплее. Буквы и цифры ты вроде бы вспомнил.

— А что насчёт связи?

— Да, конечно. — Рина вытащила из кармана небольшой продолговатый предмет и толкнула его ко мне. — Вот простейший коротковолновый передатчик, — кивнув на аппарат, пояснила она и быстро обучила меня пользоваться местными мобильными телефонами.

Я слушал, кивал и старался оставаться серьёзным, но это получалось с трудом. Тридцать тысяч лет, да? Ну или сколько они уже существуют? Пройдёт и миллион, но некоторые люди будут упорно пользоваться обычными телефонами. Нет, понятно, что чипы и искины тут тоже есть, но существуют вещи, которые заменить не получится. Как те же ножи на Земле… От каменного до современных…

К слову, местный аппарат по внешнему виду и функционалу слабо отличался от продукции китайской промышленности. В меру тяжелый, гладкий, с возможностью выхода в местную сеть и ещё кучей непонятных значков, о которых я Билату не спрашивал. Наша с ней связь активируется нажатием голубой иконки в левом верхнем углу экрана, а в остальном набор буквенно-цифровой. Нет сомнений, что трубка — это ещё и маяк, по которому меня легко найти. Но в текущей ситуации этот факт скорее радовал, чем напрягал. Ну не собираюсь я влезать ни в какие авантюры, как герои прочитанных боевиков. Мне ещё со своим прошлым не один месяц придётся тут разбираться. Хотя, возможно, Сверхразум раньше выйдет на связь? Я почему-то уверен, что он про меня не забудет.

— Клинику покинешь сегодня, — продолжила тем временем Билата. — Одежду вместе со сменной тебе принесут в комнату. С временным удостоверением ношение оружия запрещено, но не думаю, что оно тебе нужно. Остановиться лучше в общественном доме добывающей корпорации «ГраноА»: там ты будешь привлекать меньше внимания. И… вот ещё что, — рина вытащила из кармана разноцветную коробочку и толкнула её ко мне. — Закапай по две капли в глаза, чтобы не так выделяться. Цвет выбери сам…

Небольшой диск диаметром сантиметров пять и толщиной с полногтя был раскрашен во все цвета радуги. Небольшой выступ сбоку — очевидно, та самая капельница, и всё это без инструкции…

— Выбираешь нужный цвет, нажимаешь на него пальцем и ждёшь, когда поверхность пузырька в него перекрасится, — заметив мой взгляд, пояснила Билата. — Потом снимаешь колпачок и закапываешь. Радужки перекрасятся в этот цвет. Одно нажатие — одна капля. Двух капель хватит на пять-шесть дней. Нормальный цвет глаз вернём перед посещением резиденции.

— А зачем это? — я с сомнением посмотрел на радужный пузырек. — В смысле, зачем мне менять цвет своих глаз?

— Ну ты же не хочешь, чтобы к тебе сбежались все окрестные шлюхи? — в голосе рины мелькнули нотки иронии. — Нет, ты, конечно, можешь весело провести эти пять дней, но…

— А при чём здесь шлюхи? — я непонимающе посмотрел на свою собеседницу. — Сорок выданных ливов — это такая огромная сумма?

— Сорока ливов по местным расценкам тебе хватит случек на десять, — не меняя тона, просветила меня она, — но твои деньги тут ни при чём. Дело в том, что за сданный эмбрион любая гражданка Федерации получит премию в две тысячи ливов. Операция пустяковая, но, как ты понимаешь, платят далеко не за все эмбрионы. Императору нужны элитные воины, и он готов платить за них хорошую цену.

— Интересно… — я хмыкнул и забрал со стола пузырёк.

Нет, я ни разу не пуританин и очень позитивно отношусь к противоположному полу, но на Земле с этим были некоторые проблемы. Сейчас Судьба перевернула игральную карту, но она опять легла не той стороной. То есть я не прочь переспать с кем-нибудь по взаимной симпатии, но на ближайшее время у меня несколько другие жизненные приоритеты. И уж точно не хочу быть быком-производителем. Ну или как там у них тут называется подобный процесс? Случкой, да… она же сама только что и сказала…

— И, кстати… — Билата посмотрела на меня и нахмурилась. — А что у тебя в планах на ближайшее время?

— Пока не знаю, — я пожал плечами и усмехнулся. — Столько интересного сегодня услышал, что не понимаю пока, с какой стороны подступиться. Мне бы общественный дом для начала найти…

— Передатчик укажет тебе путь к любому заведению в Парге, — рина легко отмахнулась.

— Да, конечно, — я кивнул. — Но проблема в том, что я, вспомнив буквы, не вспомнил большинство слов и не знаю, где можно быстро и желательно недорого получить нужную информацию. Мне хочется вспомнить…

— В этом наши желания совпадают, — серьёзно произнесла собеседница. — Поэтому предлагаю тебе поработать…

— Это как? — я непонимающе поморщился. — С временным удостоверением личности меня кто-то возьмет на работу? На пять дней?

— Ну, работой это можно назвать только условно, — рина пожала плечами и пояснила: — Дело в том, что в охране местного космопорта задействована двадцать седьмая специальная смешанная бригада Империи Ордов. Ничего серьёзного, по твоим меркам… Десяток зенитных установок, столько же танков, много вспомогательной техники и около тысячи бойцов. Есть ещё атмосферные истребители…

— Тысяча солдат на охране космопорта⁈ Танки⁈ — удивлённо выдохнул я. — Всё настолько серьёзно?

— Да, — рина кивнула, — граница с Кроаланой — соседней страной — проходит в двух ланах западнее космопорта, и стычки уже случались не раз и не два. К слову, богатое месторождение аурита, которое находится тут неподалёку, прикрыто сразу двумя специальными бригадами и в силу особенностей местности защищено не в пример лучше. В Кроалане считают эту территорию спорной. Аурит — слишком ценный минерал, и его месторождения встречаются в системе достаточно редко. Местное открыто только недавно. Разработка поручена корпорации «ГраноА». Соседей сдерживает только присутствие наших войск. Впрочем, провокации случаются часто…

— И вы предлагаете мне вступить в эту бригаду? — уточнил я, слабо понимая, что от меня хотят.

— Нет, — Билата покачала головой и улыбнулась одними губами. — С временным удостоверением личности на службу никто тебя не возьмёт, а с постоянным тем более. Сархов строжайше запрещено принимать на службу в армии государств Федерации. Для этого необходимо личное распоряжение командира Первого Легиона или самого Императора. На моей памяти такого не случалось ни разу.

— И кем мне тогда устраиваться на работу? — хмыкнул я. — Командиром межзвёздного корабля?

— Нет, — Билата покачала головой. — Ты устроишься временным разнорабочим. Эта работа не требует степени квалификации и на неё можно принимать разумных с временными удостоверениями.

«Ну вот и приплыли», — подумал про себя я, с трудом сдержавшись, чтобы не рассмеяться. Не, ну а как ещё реагировать? Попасть в космооперу, в тело генетически выведенного мутанта, и устроиться полотёром! Заветная мечта всех фантастов Земли! И нет, я не кретин и понимаю, что всё не просто так, но как же оно смешно! Билата даже не представляет насколько…

— Работать тебе не придётся, — заметив мою реакцию, тут же успокоила рина. — Оформление нужно только для допуска на объекты. Я сообщу командованию бригады, и тебе устроят экскурсию. Заодно и ответят на все интересующие вопросы, — она пожала плечами и пояснила: — Никаких особых секретов ты там не увидишь. В Первом Легионе техника превосходит нашу на пару порядков, но, возможно, у тебя так быстрее получится вспомнить. Ведь взяв в руки коротковолновый передатчик, ты мгновенно разобрался в его устройстве. Возможно, увидев боевые машины, ты вспомнишь…

«Ну да… знала бы ты истинную причину», — подумал про себя я, а вслух произнёс:

— Когда и куда мне нужно явиться?

— В любой из этих пяти дней, желательно с утра, на Шестой пропускной пункт, — пояснила Билата и, мгновение поколебавшись, добавила: — Лартоса можешь взять с собой. Его тоже пропустят и оформят разнорабочим.

— Лартоса? — я непонимающе нахмурился. — Но с чего вы решили…

— А вот сам и увидишь, — Билата вздохнула и серьёзно добавила: — Лично я бы мечтала о таком спутнике и приятеле… Это ты тоже поймёшь… — Она подняла на меня взгляд и ободряюще улыбнулась. — Всё, воин, прощай! Вернее, до встречи. Я свяжусь с тобой через пять дней. Постарайся не погибнуть за это время и очень постарайся никого не убить…

Произнеся это, рина поднялась со своего места и, забрав пульт, быстро вышла из кабинета. Я вздохнул, усмехнулся и, откинувшись в кресле, задумчиво посмотрел в потолок.

{1]

Глава 6

Ну вот… На сегодня вводной информации, надеюсь, достаточно? Можно выдохнуть и как следует всё обдумать. И ещё неплохо бы разобраться в себе… Очнулся в чужом мире, загрузили, потом провели по коридорам, проверили в какой-то кабинке, потом ещё раз загрузили… и под конец загрузили по полной.

Часа полтора всего прошло с момента моего пробуждения, а уже столько всего… И самое интересное в том, что я ничего не забыл! Все названия, события, имена… При этом дословно всё услышанное воспроизвести вряд ли получится, но оно и не надо.

То, что нужно, отложилось в голове, а ещё чувство такое… словно я только что научился ходить… И моё колено тут ни при чём… В разговоре я не обращал на это внимания, но тело всё это время было расслаблено и одновременно ощущалось сжатой пружиной. Не знаю, как по-другому подобное описать, и не представляю своих физических возможностей, но ощущение непередаваемое. Словно пересел из телеги в танк или в какой-нибудь спортивный автомобиль.

Нереальный левел ап по всем параметрам: от физического состояния до простейших эмоций… Тот Саня с Земли сейчас бы орал и катался от радости, но мне этого делать не хочется. Нет, я безумно радуюсь, но молча… Просто сижу, пропускаю через себя это ощущение, принимаю и одновременно понимаю, что оно теперь навсегда. Вернее, до того момента, пока не вернусь обратно к матери, сестре и друзьям.

При всём при этом душа болеть перестала, осталась только лёгкая грусть. С родными всё в порядке. Денег им хватит на первое время. Мама ещё работает, Машка закончит свой институт и тоже не пропадёт, а ребята побухают пока без меня. Ладно, с радостью и лирикой можно подвязывать, но нужно ещё раз прогнать ситуацию в голове и разложить всё по полочкам.

Итак, что мы имеем? Тридцать семь лет назад в Империи произошла катастрофа. Шесть боевых кораблей, которые с какой-то непонятной целью были отправлены в область тёмной материи, вынырнули в Третьем секторе и атаковали планеты, на которых находились станции межзвездной связи. В итоге три станции были захвачены, на их месте открылись порталы, и из них в атмосферу хлынула какая-то Энтропия, которая изменила обитателей этих планет, превратив их в жутких чудовищ. Талея, Тора, Вилата… Неплохое начало для какого-нибудь рпгшного шутера[3], с блэкджеком и зелёными человечками. Нет, смех смехом, но оно прикольно, когда ты сидишь в удобном кресле перед компьютером в своей уютной московской квартире, и совсем другое, когда вот так…

Нет, кресло здесь тоже удобное, хотя и слегка маловато. Комп тоже вот он — передо мной, но есть, как говорится, нюанс. При этом никаких рефлексий и страха нет и в помине. Возможно, я ещё не до конца осознал ту задницу, в которой оказался, но, скорее всего, прежний владелец этого тела никаких сомнений никогда не испытывал.

Вообще, забавно выходит… Мысленно я могу хоть обосраться от страха, но физиологически ничего со мной не случится. Организм не позволит. И ещё это мощное чувство уверенности в себе, собственной правоты и правильности происходящего… Твердолобый сапог. Элитный воин Великой Империи. Игровой персонаж на экране…

Как бы то ни было, спасательную капсулу со мной обнаружили в Третьем секторе, и из-за ряда причин личность установить не смогли. Идентификационного номера внутри капсулы не обнаружилось, на корпусе он оплавлен, а у меня из груди кто-то вырезал импланты. Не знаю, что это, и не представляю, как выглядит спасательная капсула, но дело тут определённо нечисто. При этом вариантов немного…

Либо я один из тех, кто захватывал станции, либо участвовал в операции по их ликвидации. Впрочем, второй вариант, скорее всего, отпадает. Слишком странные у меня повреждения.

Насколько я понимаю, спасательная капсула используется в критической ситуации? Но тогда меня бы нашли целого или с какими-то понятными травмами и ранениями, но каким боком тут эти импланты? Корабль гибнет, всё вокруг рушится, а мне срочно делают операцию? Удаляют импланты⁈ С какой, мать его, целью⁈ Чтобы никто не мог меня потом опознать?

Ладно, проехали… Разберусь с этим позже. Что там у нас ещё?

Службу безопасности Империи Ордов очень волнует состояние здоровья Посланника Императора Кориана, и ко мне по этому поводу прислали одну из сотрудниц. При этом никаких условий никто не выставлял, перевербовать не пытались. Наоборот, рина дея Билата максимально погрузила меня в ситуацию, рассказала всё, что могла, и попросила лишь не откладывать то, что я и так, по её мнению, должен был сделать.

Не, ну а какие тут ещё были варианты? Куда должен пойти солдат, волей судьбы оказавшийся на территории дружественной страны? Всё так, но непонятно, почему конкретно они разволновались? Посланник двадцать дней не покидает свою резиденцию? Это настолько критично или есть что-то ещё, о чём мне не могли рассказать?

Скорее всего, второе, и, честно говоря, на месте этой Билаты, наверное, стоило бы закрыть нужного ей человека где-нибудь на эти пять дней или под благовидным предлогом задержать его в лечебнице. Вот только этого нельзя делать сразу по двум причинам.

Местным безопасникам кровь из носу нужно, чтобы я встретился с Его Превосходительством на пятый от этого день, а на этой встрече я, конечно, расскажу, как со мной обращались. Если Посланнику что-нибудь не понравится, у Империи Ордов могут возникнуть проблемы, а это никому здесь не надо.

Нет, возможно, я о себе слишком высокого мнения, но история той же Земли имеет кучу примеров наказания государств за обиды, нанесённые гражданам метрополий[4]. Так что со мной тут будут обращаться предельно корректно, и никто никуда не запрёт. Впрочем, есть и вторая причина.

Билата хочет, чтобы я вспомнил то, что со мной произошло перед попаданием в капсулу. И ещё эти её рассказы про сбои в работе связи… Нет, вряд ли рина опасается, что рядом со столицей её страны могут открыться Пространственные Ворота. Однако именно сейчас у местных нет нормальной связи с Аргоном, а тут сразу столько непонятных и вроде бы не связанных друг с другом событий… Так что лучше лишний раз перебдеть, чем сидеть сложа руки и дожидаться непонятно чего.

И еще Сай, да… Забавный говорящий зверь, с которым я пообщался сразу после своего пробуждения. Билата считает, что моя встреча с ним неслучайна, но на эту тему думать точно не буду из-за отсутствия информации. Рина нагнала тумана, но при этом ясно дала понять, что Сай не враг, вот и буду разбираться по ходу пьесы.

В общем, действовать нужно так, как мне и предложено. Устроюсь в гостиницу, осмотрюсь и отправлюсь на экскурсию к местным воякам. Ещё деньги какие-то мне должны прислать из «АлКарго», и глаза нужно не забыть перекрасить, а то погрязну тут в разврате и похоти. М-да…

Я усмехнулся и обвёл взглядом кабинет. Двух часов ещё не прошло, а я уже краешком вписался в местную реальность. При этом голова уже не пухнет от информации. Скорее наоборот… За эти пару часов мой разум, похоже, адаптировался в новом теле, и мне самому хочется во всем разобраться. И ещё интересно, да… Узнать, во что этот парень вляпался тридцать семь лет назад и почему в него переместилось сознание парня с Земли. Ну вот не верю я, что это произошло случайно…

За спиной хлопнула дверь, и в кабинет зашла рина Аласта. Обойдя кресло, она встала передо мной, скрестила на груди руки и, картинно нахмурившись, поинтересовалась:

— И чего ты тут сидишь?

— А что мне нужно было делать? — поднявшись с кресла, уточнил я. — Куда-то бежать? Или…

— Тебе нужно было вернуться в свою комнату, — подняв на меня взгляд, тоном строгой учительницы пояснила Аласта. — У нас не тюрьма. По коридорам можно ходить сколько угодно.

— В вашей компании, госпожа, ходить по коридорам намного приятнее, — с улыбкой произнёс я. — К тому же это вы меня сюда привели. Вот и…

— Ладно, пошли, — Аласта сделала приглашающий жест и, качнув хвостом, направилась к двери. — Там тебе вещи принесли. Госпожа Билата сказала, что сегодня ты нас покидаешь.

— А как у вас тут происходит этот процесс? — догнав девушку в коридоре, уточнил я. — Нужно получить ещё какую-то карточку?

— Нет, — рина покачала головой. — Информация о завершении реабилитации придёт на твой временный номер. Ты можешь уйти прямо сейчас, но мастер Акарус просил его подождать. Он сейчас разговаривает с госпожой Билатой и подойдёт, как только освободится. Он и проводит тебя до выхода.

— Да, конечно, я подожду, — кивнул я, зашёл следом за девушкой в свою палату, огляделся и не увидел там Сая.

При этом кровать лартоса была собрана. В том смысле, что на ней не было простыней и подголовного валика.

— Он расплатился за лечение и ушёл, — заметив мой взгляд, пояснила Аласта. — Мы так и не поняли, что с ним случилось, но он сказал, что чувствует себя замечательно как никогда, и его никто не задерживал.

«М-да… Выходит, Билата ошиблась?» — с грустью подумал я, а вслух произнёс:

— Вот интересно, а как ему живётся среди двуногих? С такими-то когтями, наверное, и ходить тяжело…

— Так он же и сам легко может стать двуногим. Ты просто не помнишь, — девушка посмотрела на меня и пояснила: — Лартос давно мог восстановить утерянную конечность. Это не такая сложная операция, но тогда он не сможет менять свою форму.

— А на трёх лапах ходить удобнее, чем на одной ноге?

— Да, — Аласта кивнула. — Но в таком облике я видела его впервые. Не припомню, чтобы на свободных планетах водились подобные существа. Впрочем, я могу ошибаться.

Произнеся это, девушка кивнула мне на прощанье, вышла из палаты и закрыла за собой дверь. Я пожал плечами и направился к койке, на которой были разложены вещи.

Бежевая куртка с карманами из материала, похожего на джинсу, свободные штаны такого же цвета, комплект нижнего белья, светлая футболка с воротником, небольшая дорожная сумка и высокие ботинки из непонятного материала — что-то среднее между кроссовками и берцами.

Людей в фантастических фильмах часто обряжали в странную одежду, но среди выданных вещей ничего особо необычного не было. Ну если не считать таковым отсутствие пуговиц, которые тут заменяли липучки или, скорее, магниты.

Без особого труда разобравшись со всеми застёжками, я быстро оделся. Пару раз присел, проверяя подвижность, затем кинул комплект белья в сумку, убрал в карман телефон и, усевшись на кровать, приступил к перекрашиванию глаз.

Рассудив, что тут не компьютерная игра и особо выделяться не стоит, я выбрал серый цвет и нажал пальцем на пузырёк, как и советовала Билата. Нет, понятно, что с таким ростом слиться с толпой у меня не получится, но не стоит лишний раз выделяться. Глаза серого цвета были у Акаруса и Билаты, вот и не будем отходить от канонов.

Дождавшись, когда поверхность пузырька перекрасится, я выполнил то, что советовала рина, проморгался и… мысленно выругался. Нет, никакой боли не было и в помине. Зрение не пострадало, но я вдруг осознал, что не помню, какого цвета глаза были у мамы и у сестры.

При этом внешность всех, с кем сегодня общался, я запомнил в мельчайших деталях… Не знаю, но, похоже, я пока к новому себе не привык и нескоро отучусь удивляться. Ещё бы в зеркало посмотреть…

— Александр, вы готовы? — голос зашедшего в палату Акаруса оторвал меня от размышлений.

Я кивнул, поднялся с кровати, закинул на плечо сумку и, посмотрев на доктора, уточнил:

— Вы что-то хотели мне рассказать?

— Да! — Акарус указал на дверь и сделал приглашающий жест. — Пойдёмте. Поговорим по дороге.

До выхода из больницы Акарус молчал. В этот раз мы пошли направо по коридору и, дойдя до большого лифта с прозрачными стенками, спустились на нём на первый этаж. Народа здесь было не в пример больше, но особого разнообразия я не заметил. Да, наверное, ни в одной московской больнице ты не встретишь темнокожих китайцев, хвостатых соотечественников Аласты и обычных с виду людей, руки которых покрывала чешуя самых разных цветов и оттенков. Однако никакого удивления я не испытывал. Возможно, потому, что все местные выглядели понятными гуманоидами? Да, некоторые были слишком пёстро одеты. Пирсинг, татуировки, украшения, гаджеты… Ощущение такое, что попал на костюмированную вечеринку или, может быть, на карнавал.

Не знаю… но думаю, эволюция похожа на воду, которая течёт по пути наименьшего сопротивления. На кислородных планетах земного типа на вершине могут находиться только разумные гуманоиды. Хотя, с учётом услышанного сегодня, можно предположить, что нас такими специально и создали? А потом расселили по всем кислородным планетам?

С другой стороны, Сай на человека был совсем не похож, так что не стоит делать поспешных выводов. Возможно, в этой больнице лечат только людей? Ну и ещё тех, кто способен в них превращаться?

Пройдя по трём коридорам с автоматическими дверями и миновав два больших зала, мы вышли на улицу через стеклянные двери и спустились по невысоким ступеням в больничный двор, где Акарус остановил меня жестом.

— Послушайте, Александр, — обернувшись, он поднял на меня взгляд. — Всё, что я сейчас скажу, — это только предположения, и я бы на вашем месте не относился к ним слишком серьёзно. Мне никогда не приходилось работать с представителями вашего вида, поэтому я могу ошибаться…

— Да, мастер, — кивнул я. — Говорите…

— Это касается уровня вашего восприятия, — чуть поколебавшись, произнёс доктор. — Как я уже говорил, уровень этого параметра не способен снижаться. Так принято считать, но никаких подтверждений этому нет. Однако такие, как я, в силу обстоятельств, в большинстве случаев наблюдают только тех, у кого уровень восприятия передаётся по наследству. У вас же он установлен генетически, и это могло бы быть объяснением происходящего, если бы не одно «но»… — Акарус тяжело вздохнул и пояснил: — Пока вы находились без сознания, мы сделали четыре замера, и был ещё пятый, который провела рина Аласта. Так вот, все эти замеры показали разные значения параметра. И ладно бы он только падал. Тогда вопросов было бы меньше, но дело в том, что он колебался! В небольших пределах от одного и четырёх до одного и восьми, но такое невозможно! Чтобы за десять дней — и такие скачки показателя…

— Со мной что-то не так? — уточнил я, мало понимая из сказанного.

Нет, общий смысл был понятен, но неясно, что так поразило врача. Настолько, что он не решился говорить об этом в стенах клиники.

— Возможно, это последствия ваших ранений и пережитого до попадания в капсулу, — Акарус пожал плечами, — но я полагаю, что у вас в организме установлен блок, который занижает этот параметр. Возможно, у всех представителей вашего вида установлено что-то подобное. То, что наше оборудование распознать не способно. И это не имплант, его бы мы обнаружили…

«Зато мне самому прекрасно известна причина таких колебаний», — с досадой подумал я, а вслух поинтересовался:

— И что по итогу? Что с моим восприятием?

— Не знаю, — доктор покачал головой. — Только мне почему-то кажется, что с уровнем восприятия у вас полный порядок. К сожалению, подтвердить это можно только практически, но я категорически не советую вам это делать. Слишком большой риск повреждения мозга. Поэтому как можно быстрее доберитесь до Аргона и там обратитесь к специалистам. Я же о вашем феномене буду молчать и отвечу только на запрос из Главного Военного Госпиталя. Если такой последует.

Ну да… Акарус, очевидно, боялся, что коснулся какой-то тайны, и по понятным причинам не хотел разбираться с этими непонятками. Однако пациента он обязан был поставить в известность. На самом деле так и должны поступать все доктора в этой галактике. И на Земле, и здесь… Они же тут тоже, наверное, клянутся какому-нибудь местному Гиппократу[5].

Видя, что разговор закончен, я поблагодарил доктора, попрощался и направился к больничным воротам, сквозь которые были видны городские постройки.

Глава 7

Настроение немного испортилось.

Нет, на самом деле всё замечательно. На дворе весна. Температура, по ощущениям, градусов восемнадцать. Время едва перевалило за полдень. В небе плывут белые облака, ярко светит привычное солнце. Оно здесь такое же, как на Земле, и это на самом деле прекрасно. При этом я жив, здоров и попал в какое-то невероятное приключение. До идеального комплекта бонусов не хватает только нормального уровня восприятия. И ещё мама с сестрой остались на далёкой Земле…

Размышляя так, я вышел из ворот, огляделся и в восхищении замер. Больница находилась на довольно высоком холме, и отсюда открывался фантастический вид на лежащий впереди город.

Он не был похож ни на что из увиденного ранее. Из окна палаты многого разглядеть не получалось, но сейчас картина сложилась в единое целое. Высокие башни, жилые дома, постройки непонятного назначения с кучей мостов и изогнутых переходов. Окна самых разных форм и размеров, разноцветные вывески и деревья. Со стороны город выглядел сказочным парком аттракционов.

Не киберпанк, нет, и не то будущее, каким его рисовали художники на Земле, а что-то обыденное и вместе с тем фантастическое. Не знаю, как по-другому сказать, но, наверное, похожие чувства испытает житель российской глубинки, если его перенести в какой-нибудь Шанхай или Пекин. И вроде бы всё понятно: люди, дома машины, деревья, — но впечатлений столько, что от восторга трудно дышать.

К слову, автомобилей или их аналогов на улицах города хватало, но этим дело не ограничивалось. В небе над домами летали десятки аэрокаров самых разных форм, цветов и размеров. Со стороны большая часть воздушных катеров напоминала резиновые лодки с кабинами. Скорость у них была не такая высокая, и никакого выхлопа я не увидел. Стоянки аэрокаров находились на крышах домов, и, судя по их количеству, обладать воздушным катером могли лишь единицы. Возможно, дело в цене? Ведь коммунизмом тут ни разу не пахло.

В тот момент, когда я разглядывал воздушные катера, впереди пронеслась электричка. Ну не знаю я, как ещё такое назвать. Десяток серебристых вагонов в ста метрах над землёй, на огромной скорости и без выхлопа. Воздушный поезд просто мелькнул перед глазами, но я успел его разглядеть. Летел он справа налево, от космопорта, и, скорее всего, это был обычный экспресс. Как электричка из Москвы в Шереметьево?

Я улыбнулся такому сравнению, посмотрел на шпили башен, торчащие из-за соседнего холма, хмыкнул и, поправив на плече сумку, зашагал в сторону космопорта. Времени оставалось ещё до хрена, и нужно было успеть тут всё посмотреть. А то отправит меня Сверхразум обратно, и что мне рассказывать Володе? Побывал в звёздной Империи и не увидел ни одного космического корабля? Большего идиотизма сложно даже придумать.

Широкая дорога, вдоль которой я шёл, практически не отличалась от своих земных аналогов. Покрытие ровное, без колдобин и трещин, и, по ощущениям, похоже на спрессованную резину. Движение двустороннее, машин не так чтобы много. Вдоль дороги тянется широкий пешеходный тротуар, на котором хватает непонятных построек.

Нет, остановки общественного транспорта, рекламные щиты и фонари я ещё опознать как-то мог, но всё остальное выглядело непонятно. Какие-то невысокие тумбы без поясняющих надписей, конструкции из светлого металла с висящими на них пружинами и пластинами, огромные шары с отверстиями и ещё куча всякого разного.

Первое время я шёл, разглядывал проезжающие машины и от нечего делать пытался подбирать им земные аналоги, но продолжалось это недолго. Оно и понятно. Удивляешься ты только первое время, но в какой-то момент окружающий пейзаж становится обыденным, и интерес пропадает.

Больше всего меня порадовал торговый автомат на автобусной остановке, напротив группы построек, возле которых копошились местные в синей рабочей одежде. Большой красный шкаф с кучей надписей и рисунков, при нажатии выдающих тебе голографические проекции интересующего товара. Понажимав на кнопки и в полной мере ощутив себя человеком из будущего, я выбрал бутылку прохладительного напитка, рекламу которого встречал по дороге, и оплатил, поднеся запястье к экрану.

Намного беднее не стал: бутылка стоила двенадцать местных копеек. Отравиться я не боялся, справедливо полагая, что желудок генетически изменённого организма способен переварить что угодно. Забрав из окошка выдачи купленную бутылку, сделанную, по ощущениям, из картона, я убрал ее в сумку и направился дальше.

Вся дорога заняла у меня минут двадцать. Поднявшись на холм, я оглядел открывшееся пространство и восхищенно выругался. Да, примерно такими их изображали в фильмах и играх. Огромное огороженное забором поле с грузовыми терминалами, космическими кораблями и кучей самой разнообразной техники неизвестного назначения. Вот, наверное, такие же чувства испытал бы мой прапрадед с Земли, оказавшись в современном московском аэропорту. Потрясение и восторг! Нет, я уже давно понял, что попал в далёкое будущее, но только сейчас в полной мере осознал этот факт.

Самым странным было то, что стоящие там корабли походили на те, что я видел в играх и фильмах. Расстояние до ближайших не превышало трёх километров, и я без труда мог рассмотреть детали конструкций.

Основные несущие оболочки, сопла, энергетические панели, кабели, антенны и ещё с десяток надстроек, о назначении которых я мог только догадываться. Всё безумно красиво и аутентично, не хватало только одного: хоть какого-то намёка на аэродинамику.

Нет, наверное, в этом мире давно изобрели термоядерные двигатели, а местные сплавы прочнее титановых в сотни раз, но все равно непонятно. Корабль размером с московскую многоэтажку, взлетая, потратит столько энергии и так нагрузит конструкции, что мало никому не покажется. Земная ракета с такими же габаритами при взлёте сожгла бы половину этого космопорта, но у местных кораблей, очевидно, такого выхлопа нет.

Всего на взлётном поле стояло двадцать два космических судна. Два огромных — метров по сто пятьдесят от земли до верхней точки конструкции, — ещё пять значительно меньших размеров, но всё равно впечатляющих, и пятнадцать — совсем небольших — метров по тридцать в высоту или чуть меньше.

Один из гигантов, похоже, готовился к взлёту. Я не большой специалист, но когда от корабля отъезжает техника, других вариантов в голову не приходит.

Сначала в разные стороны разъехалась всякая мелочь, размером не больше БелАЗов. Следом стали разъезжаться автопоезда, каждый из которых вместил бы в себя десяток земных грузовых составов. Потом двинулись конвейерные погрузчики, и я, заворожённый этим зрелищем, решил досмотреть до конца.

Перейдя через дорогу, прошёл полсотни метров к космопорту и уселся на траву возле одной из странных конструкций, которых на склоне хватало. Две сложенные домиком плиты и металлический диск с антеннами, похожий на спутниковую тарелку, внешне выглядели вполне безобидно. Никаких предупреждающих надписей я не заметил, но близко всё равно подходить не стал. С моим знанием местных реалий лучше обходить любую непонятную хрень. Ну а трава тут такая же, как на Земле, и сидеть на ней безопасно.

Скинув с плеча сумку, достал купленную бутылку, открыл её без труда и, сделав пару глотков, продолжил наблюдение. При этом никакого особого вкуса я не почувствовал. Обычная, чуть подсахаренная вода с нотками лимона и персика. По крайней мере, мне оно так показалось.

Пожав плечами, я закрыл бутылку, положил её рядом с собой на траву, обернулся и хмыкнул, заметив, что ко мне летит дрон.

Серебристое яйцо, размерами чуть больше головы человека, с пластинчатыми накладками, овальной антенной и тремя двойными отверстиями, похожими на объективы старых смартфонов. Никаких винтов и крыльев эта хрень не имела, но живой быть не могла. Угрозы я тоже не чувствовал, поэтому просто сидел и смотрел.

Приблизившись метров на пять, дрон завис над землёй, и внутри у него защёлкало. Я почему-то ожидал, что сейчас что-то заговорит со мной скрипучим металлическим голосом, но этого не случилось. Провисев секунд пятнадцать, «яйцо» заложило вираж и улетело в сторону космопорта. Я посмотрел ему вслед, снова пожал плечами и перевёл взгляд на отбывающий корабль.

Погрузчики к этому времени уже отползли, наступила очередь портовых кранов. Высотой не ниже корабля, похожие на огромных стальных богомолов, они разошлись в разные стороны и тут же принялись складываться. Со стороны это выглядело потрясающе. Гигантские металлические конструкции широко расставили в стороны свои лапы-опоры и меньше чем за пять минут «богомолы» превратились в таких же чудовищных «пауков». При этом никакого грохота и лязга я не услышал. Нет, шум со стороны космопорта сюда доносился, но в основном это были объявления, которые время от времени звучали со стороны грузовых терминалов. Примерно как у нас на вокзалах.

Закончив свои трансформации, краны ушли на край взлетного поля. Возле корабля никого уже не осталось, а всё самое интересное началось минут через пять.

Над терминалом, возле которого грузился корабль, в воздухе появились огромные красные цифры, и начался обратный отсчёт, ну или что-то очень похожее. От ста до нуля. Сначала отсчитывались десятки, потом единицы, и, когда над терминалом загорелись двойные нули, холм подо мной вздрогнул. На корабле вспыхнули оранжевые огни, и он серебристой стрелой рванул в небо!

Огромный, как одна из башен в центре Москвы! Без звука и выхлопа! Так, словно им выстрелили из рогатки!

Пару мгновений спустя сверху донёсся оглушительный грохот, но за этим ничего не последовало. Корабль спокойно преодолел звуковой барьер и, превратившись в точку, скрылся за облаком.

Потрясённо выдохнув от увиденного, я покачал головой, потянулся к бутылке и… обнаружил, что она куда-то исчезла! Трава в том месте была мокрая. Словно неизвестному вору нужна была только бутылка, и он забрал ее, предварительно вылив всю воду. При этом сумка лежала там же, где я её положил. Исчезла только бутылка.

Не понимая, что происходит, я огляделся по сторонам, и тут до меня наконец дошло. Тот материал, из которого была сделана бутылка, наверное, просто растворился, пролежав какое-то время на живой траве. Нет, возможно, я ошибаюсь, но другого объяснения произошедшему нет. В мире, который существует не одну тысячу лет, разумные должны заботиться об экологии. Тут даже корабли вон взлетают без выхлопа, чего уж говорить о каких-то бутылках.

Усмехнувшись, я подобрал сумку, поднялся на ноги и собирался уже уходить, когда напротив меня на обочине остановился коричневый микроавтобус с красной эмблемой, и из него вышли трое мужчин.

Азиат, мексиканец и белый. Все трое одеты в тёмно-синюю форму, похожую на ту, что носят американские полицейские. В фуражках с вышитыми эмблемами, непонятными знаками различий на куртках и с примечательными разгрузками, на которых висели изогнутые дубинки, ножны с короткими мечами и натуральные кобуры, из которых торчали рукояти пистолетов.

Не знаю уж, чем они тут стреляют: мыльными пузырями, флажками или лазерными лучами, но, судя по всему, ничего удобнее пистолетов, дубинок и длинных ножей у человечества придумать не получилось? Не, ну а какие ещё могут быть варианты? Волшебные палочки? BFG9000[6]? Ракетницы Гатлинга[7]? Смех смехом, но нужно не забывать, что не всё оно то, чем кажется с первого взгляда. Пистолеты и впрямь могут стрелять лазерными лучами, а короткие клинки в ножнах — это какие-нибудь джедайские гладиусы[8]. Впрочем, пистолетов и мечей мне никто пока не показывал, а вот дубинки выглядели примечательно. Длиной сантиметров по восемьдесят, с рукоятями из серого металла и небольшими светлыми выступами на концах. Электрошокеры? Или что-то похожее?

Эти трое определённо прибыли по мою душу, но кто они, я пока что не понимал. Солдат видел в космопорту, но у тех форма выглядела иначе. Наверное, это и впрямь полицейские, и переживать особо не стоит. Документы у меня в полном порядке, и ничего я вроде бы не нарушил. Ведь вряд ли у них тут запрещено сидеть на траве. Задницей, в смысле, сидеть, а не то, что сразу приходит в голову.

При этом все трое выглядели совсем не опасными. В машине у них никого не осталось, дубинка была в руках только у азиата, который в этой тройке был старшим. Идут уверенно, на лицах спокойное безразличие.

Все эти мысли пронеслись в голове за пару мгновений, когда мужчины приблизились и встали вокруг меня треугольником. Двое зашли с боков и замерли в расслабленных позах. Азиат остановился в двух метрах напротив и смерил меня недобрым оценивающим взглядом.

— Какие-то проблемы? — уточнил я, краем глаза следя за белым и мексиканцем.

— Сержант Хоул, служба охраны порта, — представился азиат и добавил: — Кто ты такой? И чем здесь занимался?

— Смотрел, как взлетает корабль, — спокойно пояснил я. — Меня зовут Александр. Документы могу предъявить.

И вроде бы ничего такого он не спросил, но ситуация нравилась мне всё меньше и меньше. Подошли, встали как гопники, разговаривают как провинциальные мусора. При этом каждый ниже меня на голову, но ведут себя нагло. Настолько уверены в своей силе? Или у них такое в пределах нормы?

— Смотрел, как взлетает корабль… — сержант усмехнулся и покивал. — Документы покажешь в конторе. Сейчас руки медленно за голову и становись на колени! Давай шевелись!

— А не пойти ли вам на хер с такими запросами? — так же спокойно уточнил я. — Друг к другу. Так и допрыгаете до машины…

Нет, тот я с Земли не стал бы спорить с тремя вооруженными мужиками. Да только тут уже не Земля… Возможно, какие-то блоки в сознании, но у меня и в мыслях не было делать то, что он приказал. Воин никогда не опустится на колени. Эти идиоты просто не понимают, кто перед ними стоит.

Язык у местных чем-то похож на русский. Такой же ёмкий и образный, и смысл сказанного сержант понял в ту же секунду.

— Ах ты ж тварь, — прошипел он и, резко выбросив руку, ткнул меня палкой в живот.

Тело среагировало само. Уйдя влево, я поймал Хоула за запястье и ударом ноги опрокинул на землю шагнувшего ко мне мексиканца. Вывернув кисть, забрал у сержанта дубинку и коротко пробил локтем в грудь. Тело второго противника ещё только падало на траву, когда я оттолкнул Хоула в сторону, коротко ткнул палкой в бедро и шагнул к третьему.

К слову, у этого парня с реакцией был полный порядок. Мгновенно оценив ситуацию, он выхватил пистолет, но навести его уже не успел. Палка описала короткую дугу и ударила парня по запястью. Хрустнула кость, пистолет отлетел в сторону. Тело несостоявшегося стрелка конвульсивно дёрнулось, и он кулем завалился на траву.

Заметив краем глаза движение, я рванулся влево, подхватил с земли пистолет, развернулся и двумя выстрелами сбил подлетевший дрон. Не останавливаясь, прыгнул вперед и ударом палки успокоил поднимающегося с земли мексиканца. Затем быстро оглядел неподвижные тела, и тут меня наконец накрыло.

Нет, никакой истерики не было, и в содеянном я не раскаивался. Просто стоял и пытался понять, как вообще такое возможно? И я, и в то же время не я… Секунд десять на всё, и у меня даже не трясутся колени. При этом я прекрасно помню эти секунды и точно знаю, что никого не хотел убивать. Убить было бы проще и быстрее, но они не враги. Обычные идиоты…

Притом этот я знал, как обращаться с полицейской дубинкой. Небольшая кнопка на рукояти активирует импульс. Электрический или ещё какой, не знаю, но плевать: главное ведь результат. И из пистолета стреляю неплохо, м-да… Знаю, где находится предохранитель… Так, может быть, Билата права? И у меня действительно получится вспомнить? Если помню такое…

И, кстати! Билата!

Я вытащил из кармана телефон, вздохнул и коснулся синей иконки.

Да, наверное, герой хорошего боевика забрал бы у них машину и умчался на ней в светлое будущее. Только проблема в том, что я не представляю, в какой оно стороне, и очень сомневаюсь, что у меня получится завести этот микроавтобус.

Натворив дел, спецназовец отступил за спину и вытолкнул вперёд испуганного парня с Земли. Нет, не сказать, что я хоть сколько испуган. У моего нового организма такая функция просто не предусмотрена. Однако не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы адекватно оценить ситуацию — и понять, в какое дерьмо я только что наступил.

Нападение на сотрудников при исполнении, завладение оружием, лёгкие телесные повреждения. По меркам Земли лет на пять я набрал, но не знаю, сколько это будет по местному законодательству. Билата забыла меня на этот счет просветить, вот пусть сама и разгребает последствия этой недоработки.

Рина ответила сразу.

— Александр? Что произошло? — не включая видеосвязь, напряжённо поинтересовалась она. — С тобой всё в порядке?

— Со мной — да, но возникли небольшие проблемы, — я с сомнением оглядел неподвижные тела полицейских. — Проблемы, в смысле, не у меня… У меня они ещё только намечаются…

— Ты кого-то убил? — упавшим голосом уточнила Билата.

— Нет, — успокоил я собеседницу. — Все живы, но пока без сознания.

— Хорошо! Жди! Сейчас буду! — облегчённо выдохнула она и повесила трубку.

М-да… Я усмехнулся и убрал телефон в карман.

Оперативно и без лишних вопросов. Хотя зачем что-то спрашивать, когда от больницы сюда можно доехать минуты за три. Ещё семь, допустим, на сборы, и по итогу мне нужно как-то пережить эти десять минут.

Я ещё раз огляделся, затем подобрал тела двоих полицейских и отнес к бетонной конструкции. Там положил их у одной из стен и вернулся за третьим. К слову, взрослые мужчины в обвесе, по ощущениям, весили килограммов по пятнадцать, и никаких трудностей при переноске тел у меня не возникло. Уложив тела, я оперся спиной о стену и принялся наблюдать за окрестностями. Вот не знаю, насколько оно поможет, но других идей у меня не возникло.

В конторе уже, наверное, хватились этих парней и должны как-то отреагировать. Возможно, вышлют группу захвата, но, если рассуждать логически, им гораздо проще послать сюда для начала парочку дронов. В общем, на открытом пространстве находиться нельзя. Сейчас стена прикрывает мне спину от пуль, ну а эти парни послужат страховкой, если кто-то вздумает повоевать. Да, наверное, книги, фильмы и игры не очень хорошие советчики в подобных ситуациях, но ничего другого мне в голову не приходило.

Вообще, интересно оно получается… «Турбо-режим» включился в стрессовой ситуации, отработал по полной и выключился. При этом сам я приобрёл какие-то навыки — или, скорее, вспомнил… Да! Именно так! Всё, что произошло пять минут назад, намертво записалось в сознании, и сейчас я на сто процентов был уверен, что без включения «турбо-режима» легко попаду из пистолета в пролетающий дрон.

Это радует и вместе с тем напрягает. Навыки и умения — это, конечно, здорово, но проблема в том, что у меня полностью отсутствуют берега и в стрессовой ситуации я могу натворить такое, что мало никому не покажется. Ещё могу умереть, посчитав, что жертва будет оправдана. Вот только я не хочу умирать. Тут бы со своими проблемами как-нибудь разобраться. И самое печальное, что никакой психиатр мне не сможет помочь. Да даже если бы и мог, я всё равно ни к кому бы не обратился. Без «турбо-режима» мне тут не выжить, и выход только один: нужно как можно быстрее превратиться в настоящего космодесантника — и постараться сделать это мирным путём.

Ещё неплохо бы вспомнить, как я попал в капсулу. Вот только с этим могут возникнуть проблемы. Дело в том, что ко мне возвращаются только навыки и умения, никакая другая информация в «обучающую программу» не входит. То есть я умею стрелять, представляю, как выглядят патроны, без труда могу снарядить обойму, но не понимаю физику выстрела. Нет, так-то местные пистолеты внешне мало отличаются от земных, как по весу, так и по принципу действия. При этом отдачи я не почувствовал, вместо громких хлопков раздавались щелчки, и хрен его знает, что за порох в патронах. Впрочем, с отдачей тоже неясно. С моими теперешними габаритами у меня и пулемёт в руках не задёргается, а пистолет — так тем более. Я даже марку его не знаю, хотя… А на хрена оно нужно? Порох там или дерьмо голубей…

От размышлений меня отвлёк лёгкий стон зашевелившегося мексиканца. Мужик принял сидячее положение, выматерился, огляделся и заметил меня.

— Сиди и не дёргайся, — спокойно попросил его я. — И своим скажи в порту, чтобы не дёргались. Я пока никого не убил, и не нужно меня вынуждать.

Говорил я это не просто так. У этого типа определённо есть связь со своими, и гарнитура в ухе — тому свидетельство. Сам я их не обыскивал. Забрал только палку и пистолет.

— И… что? — полицейский поморщился. — Чего ты хочешь добиться?

— Ничего, — я покачал головой. — Сейчас сюда приедет строгая тётенька. Она и разрулит сложившуюся ситуацию.

— Какая ещё… — начал было мексиканец, но договорить не успел.

Из-за холма вылетел аэрокар размером с автобус и, заложив вираж, приземлился в двадцати метрах от нас.

— Это я! — в мегафон предупредила меня Билата, а дальше начался сплошной Голливуд.

Двери воздушной машины разъехались, и из неё начали выпрыгивать мужики в чёрной форме и шлемах с защитными стёклами. Разбежавшись в разные стороны, бойцы оперативно оцепили площадку. Затем на траву упала раскладная лестница и в дверях появилась рина дея Билата.

В строгом костюме, плаще и тёмных очках она выглядела безупречно и была похожа на отрицательную героиню шпионского фильма. Ту, которая в конце обязательно остаётся живой…

Следом за Билатой из катера вылез невысокий молодой парень с дорожной сумкой через плечо. Оглядевшись, он сразу побежал к нам и, ничего не говоря, склонился над полицейскими. Быстро их осмотрев, парень обернулся и, махнув рукой, крикнул:

— Порядок! Жить будут!

— Ну вот… — я хмыкнул, подмигнул подвисшему мексиканцу и, кинув на траву пистолет, пошёл навстречу Билате.

Глава 8

— Чуть больше часа прошло с того момента, как ты покинул лечебницу, — остановившись в полутора метрах напротив, Билата покачала головой и подняла на меня взгляд. — Что такого ты успел уже натворить, что за тобой выслали тройку службы охраны?

— Да откуда же мне знать? — я пожал плечами и кивнул в сторону порта. — Пришёл, сел на траву, выпил воды и посмотрел, как стартует корабль. Вы же сами сказали мне вспоминать? Вот я и пытаюсь… Ну а эти… — я обернулся и кивнул на полицейских. — Они не сказали, что их так напрягло. Сразу наехали, ну и… Может быть, моя физиономия им не понравилась?

— Хорошо, — рина кивнула. — Тогда расскажи мне, что здесь произошло? А то сюда сейчас уже вылетел начальник службы охраны, и мне нужно понять, почему они решили тебя задержать.

— Да нечего особо рассказывать, — я снова пожал плечами. — Приехали, вылезли из машины, спросили, что делал. Я предложил показать удостоверение, но командир тройки приказал мне встать на колени — и был, конечно же, послан. Попытался ткнуть меня своей палкой, но промахнулся. И, кстати, — я указал рукой на разбитый пулями дрон. — Та штука летала вокруг. Возможно, она успела заснять…

Рина проследила за моим взглядом и хмыкнула.

— А он-то тебе чем навредил? Безобидный кусок металла и пластика…

— Ну, во-первых, это он их сюда и привёл, — я хмыкнул и посмотрел в глаза собеседнице. — А во-вторых, мне неизвестно, кто тут безопасный, а кого нужно бояться.

— Тоже верно, — Билата вздохнула и приказала одному из бойцов осмотреть дрон. Затем перевела на меня взгляд и попросила: — Александр, иди пока в катер. Там четыре места впереди рядом с пилотом. Садись на любое и подожди, а я тут пока со всем разберусь.

— Мы куда-то потом полетим?

— Да, — рина кивнула. — Доставим тебя к общественному дому. Так будет лучше для всех и… безопаснее.

— Хорошо, подожду, — я сдержал улыбку и попросил: — Только ответьте мне на один вопрос.

— Спрашивай, — Билата подняла на меня взгляд. — Только быстрее, пожалуйста.

— Объясните, как они взлетают и не разваливаются? — я обернулся и указал рукой на стоящие вдали корабли. — Наблюдая, мне не удалось этого вспомнить…

— Они взлетают с помощью двух полей: направленного и защитного, — ненадолго задумавшись, пояснила мне рина. — Я не большой специалист в этой теме, но, насколько мне известно, суда собирают под собой энергию с блоков, которые расположены под землёй, и преобразуют собранное в стартовый импульс. Защитное поле принимает на себя все нагрузки. Корабль взлетает в силовом коконе. Экипаж и пассажиры при этом не ощущают никаких перегрузок. Ты это хотел услышать?

— Да… — я поблагодарил собеседницу и пошел к катеру, на ходу думая об услышанном и пытаясь представить, как оно происходит.

Да, наверное, используя ракетные двигатели, за пару тысяч лет можно так загадить атмосферу, что мало никому не покажется. Впрочем, человечество, когда приспичит, способно придумать и не такое. Если ограничить власть корпораций, прекратить бездумную гонку вооружений, не использовать экологию как разменную монету в политических дрязгах, придавить всех зарвавшихся гегемонов с их претензиями на мировое господство и направить все освободившиеся ресурсы в науку, можно решить любые проблемы мирового масштаба. При этом просьбы и призывы к здравому смыслу тут не помогут, а вот если на орбите появится десяток имперских дредноутов, все непонятливые мгновенно проникнутся проблемами мировой экологии.

При этом воевать никто никому тут не запрещает. Разумные должны иметь возможность спустить пар, но думаю, что на каждой развитой планете есть посольство Его Величества Императора, которое, вмешавшись, легко остановит любой глобальный конфликт.

Нет, я совсем не идеалист и не любитель хруста французских булок, поскольку понимаю, что любая система управления не идеальна. Однако всё здесь увиденное вселяет надежду на то, что разум у местных возобладал над глупостью и звериной жаждой наживы. И это при том, что мир в целом понятен и здесь живут такие же люди, как на Земле.

Внутри аэрокар выглядел как гибрид боевой машины пехоты с автомобилем премиального класса. Два ряда удобных сидений вдоль бортов в задней части салона, четыре крупнокалиберных пулемёта на специальных складных станинах, броня толщиной с указательный палец, внушительная панель в передней части салона — и ещё куча всякого оборудования, о назначении которого можно только гадать. При этом снаружи аэрокар выглядел как чёрный пикап, который втиснули в огромную резиновую лодку. В общем, всё красиво и стильно, но даже не представляю, сколько оно может стоить.

В салоне находилось только два человека. Стрелок у входа, возле собранного пулемёта, и пилот на левом переднем сидении перед штурвалом.

— Госпожа Билата попросила подождать её здесь, — поднявшись по ступеням, на всякий случай произнёс я.

Боец в салоне смерил меня оценивающим взглядом и едва заметно кивнул, пилот так же молча указал на сидения рядом с собой.

Чувствуя себя участником голливудского боевика, я прошёл влево и уселся на крайнее сидение второго ряда, чтобы лучше видеть происходящее на улице. И не то чтобы мне это было так интересно, но думать ни о чём не хотелось, а так — хоть какое-то развлечение.

Собственно, ничего захватывающего я не увидел. Неподалёку от нас на траву приземлились два аэрокара службы охраны, и из них вылезли три серьёзных типа в форме с эмблемами и шевронами. Лет по тридцать пять-сорок на вид, без шлемов, с короткими стрижками. Заметив Билату, мужчины направились к ней с хмурыми лицами.

О чём они говорили, можно было только догадываться, поскольку разговаривала в основном рина, которая стояла ко мне спиной. Впрочем, продолжалось оно недолго.

Билата коротко кивнула прибывшим, произнесла вступительную речь и, обернувшись, указала на дрон. Затем перевела взгляд на троих полицейских, которые уже были на ногах, и что-то ещё добавила. Потом снова кивнула, обернулась и направилась к катеру.

Весь разговор меня не оставляла мысль, что она сейчас вытащит из кармана фонарик и, как в том фильме, сотрёт память всем находящимся на площадке. Только рина этого делать не стала. Хотя её образ и момент вполне соответствовали. Может быть, забыла фонарик дома?

Не дойдя до аэрокара, Билата остановилось и замерла, видимо, принимая чей-то доклад. При этом, судя по сжатым губам, ничего хорошего в этом сообщении не было. Впрочем, ей, наверное, не привыкать. С такой-то работой вряд ли кто-то позвонит, чтобы обсудить что-то хорошее.

Договорив с невидимым собеседником, рина тяжело вздохнула, устало покачала головой и, забравшись в аэрокар, села в соседнее кресло. Следом за ней в машину оперативно погрузились солдаты.

— На площадь Четырёх Лун, к скверу, — приказала пилоту Билата. — А нам нужно поговорить.

Водитель коротко кивнул и коснулся на панели нескольких кнопок. Машина мягко поднялась над землёй, и одновременно с этим четыре пассажирских сидения отделила от салона прозрачная пленка. Ну или стена — непонятно, но меня оно совсем не заботило, поскольку гораздо интереснее было смотреть в лобовое стекло.

Нет, не было ни удивления, ни восторга. Тот парень за свою недолгую жизнь налетал, наверное, не одну сотню часов, но осознавать, что я первым из землян летаю в армейском аэрокаре, было безумно приятно. Ну да… Первый из пяти миллиардов.

По ощущениям — словно сидишь в обычном микроавтобусе, ну или смотришь заставку в игре. Взлетев, аэрокар быстро набрал высоту и, заложив небольшой вираж, направился в сторону города. Всё просто и обыденно, словно сидишь на переднем сидении в маршрутном такси. Вот даже не знаю, что бы сейчас чувствовал, находясь в своём родном теле? Об этом можно только гадать.

Тяжело вздохнув, я оторвал взгляд от торчащих впереди башен, повернул голову и посмотрел на сидящую рядом Билату.

Рина сидела с прямой спиной и хмуро смотрела перед собой, очевидно, обдумывая свой недавний разговор, и меня словно не замечала. Понимая, что лететь нам недолго, а она может всю дорогу молчать, я негромко кашлянул и уточнил:

— И что случилось? Почему они хотели меня задержать?

— Что? — рина вздрогнула, посмотрела на меня и непонимающе поморщилась.

— Почему они хотели меня задержать? — терпеливо повторил я. — Извините, что отвлёк, но мне хотелось бы это узнать. Я ведь должен понимать, как себя вести, чтобы не подставляться в дальнейшем.

— Твоей вины нет, — превратившись в себя привычную, пояснила Билата. — Через два дня из порта уходит грузовик. Груз — обогащенная ауритовая руда, вот они и разнервничались. А ты сидел, смотрел на корабли и выглядел подозрительно. Поэтому они к тебе и подъехали.

— Грузовик с рудой — это такое событие?

— Да, — рина кивнула. — Таких в году грузится восемь. Два к нам и шесть напрямую — в Аргон. Сейчас Ворота Третьего сектора закрыты, и руду получает наш перерабатывающий завод. При всём при этом никто даже не посмотрит в сторону груза, предназначенного для отправки на главную планету системы, а нашу могут попытаться забрать. Желающих на самом деле хватает. Соседи, местные политики и прочие мутные типы. Попытки уже случались.

— Эта руда такая дорогая?

— Я не приценивалась, — Билата пожала плечами, — но, думаю, кегов десять стоят как этот аэрокар. Если же учесть то количество, которое отправляют на грузовике, сумма выходит немаленькая.

— Ясно, — я уселся поудобнее и на всякий случай уточнил: — А ко мне у кого-то остались претензии?

— Нет, — рина покачала головой. — Бойцы тройки нарушили предписание. Они должны были проверить удостоверение, но, может быть, хорошо, что всё оно так.

— Почему хорошо? — я непонимающе поморщился.

— Непонятно, как бы они себя повели, узнав, кто перед ними стоит, — Билата пожала плечами. — Только гадать смысла нет. Все живы, и ладно…

— Спасибо за помощь, — я благодарно кивнул. — Всё хорошо, что хорошо заканчивается. А то вы хмуритесь… Думал, из-за меня…

— Ты правильно думал, — рина вздохнула и отвела взгляд. — Со мной только что связался агент. Он сказал, что потерял твоего знакомого лартоса. Тот просто исчез…

Хм-м… Очень интересно, но ни хрена не понятно.

Нет, я догадывался, что у этой подруги за каждым подозрительным типом установлено наблюдение, но она же сама говорила, что Сай криптоморф, способный отражать излучения. Такому не составит проблем скинуть хвост[9]. Только всё равно непонятно…

— Ну исчез и исчез… — я пожал плечами. — Только что вас так напрягло? И как в этом замешан я? Мы же с ним только поговорили…

Аэрокар тем временем приземлился на небольшой площади возле сквера с привычными глазу скамейками, фонтаном и густыми, фигурно подстриженными кустами. Неширокая аллея тянулась до ворот, за которыми виднелся стеклянный вход в большое жёлтое здание. Очевидно, тот самый общественный дом?

Народа вокруг было немного. Двое мужчин на небольшой остановке возле торгового автомата, три ярко одетые девушки в сквере на одной из скамеек и десяток прохожих на площади. Если не помнить, где ты находишься, и не присматриваться к деталям, можно подумать, что оказался где-нибудь в центре Москвы. В автобусе с группой спецназа, ага…

При этом выпускать меня никто пока что не торопился. Судя по лицу собеседницы, это произойдёт нескоро.

— Перед тем как исчезнуть, он передал агенту контейнер и послание для тебя, — собравшись с мыслями, наконец пояснила Билата. — Попросил, чтобы тот договорился о шерге. В общественном доме запрещено содержать диких животных, но ты же у нас особенный…

— А при чём тут животные? — уточнил я, потеряв нить текущего разговора. — Вы же сказали про какой-то контейнер.

— Всё правильно, — Билата кивнула. — Контейнер — это такая коробка, в которой перевозят животных. Внутри контейнера — шерг, которого оставил тебе лартос.

— А шерг — это…

— Дикий кот, — рина устало вздохнула. — Шерги обитают в лесах на трёх или четырёх планетах нашей Федерации.

— То есть Сай передал мне кота⁈ — я растерянно посмотрел на свою собеседницу. — Дикого?

— Не знаю, можно ли их приручить, — Билата пожала плечами. — Но этот совсем небольшой. Размером с обычную кошку. Возможно, котёнок? Если лартос его оставил, то…

— Стоп! — я выставил ладонь и, разделяя слова, уточнил: — И… что мне делать с этим котом⁈

— А я откуда знаю⁈ — скопировав тон, Билата подняла на меня возмущённый взгляд. — У моего искина от этих новостей скоро задымятся мозги, но он ещё не дал вменяемого ответа. Одни только предположения…

— Здорово… — я вдохнул, выдохнул, затем откинулся в кресле и широко улыбнулся.

Это было настолько нелепо, что просто не укладывалось в голове. Попасть в межзвездную Империю — и получить в подарок кота! Не бластер, не робота, не световой меч, а кота! Ни хрена не ориентируясь в происходящем, не помня, что со мной здесь случилось, но зато, сука, с котом! С диким, ага… Отличное начало для какой-нибудь космооперы…

— Лартос оставил послание, — немного смутившись, негромко произнесла Билата. — Думаю, в нем он всё объяснил.

— Да, наверное, — я кивнул и посмотрел на сидящую рядом женщину. — Только всё равно не пойму, что во всём этом вас так взволновало? Ну подумаешь, кот и послание… Вам-то какая от этого боль?

— Пойдём, — рина тяжело вздохнула и указала на дверь. — Я попытаюсь тебе всё объяснить. Говорить проще на воздухе…

Повинуясь жесту начальницы, пилот пробежал пальцами по панели. Отделяющая нас стена тут же исчезла, двери машины открылись, лестница съехала вниз.

— Да, конечно, — я поднялся со своего кресла и, попрощавшись с бойцами, выбрался из аэрокара.

Обернувшись, на мгновение задумался: стоит ли подавать идущей за мной женщине руку, но плюнул на все условности и поступил так, как на Земле.

При виде протянутой руки брови Билаты удивлённо взлетели, она хмыкнула, но вложила свою ладонь в мою.

Вот даже не знаю, насколько это тут принято, но и плевать. Я буду поступать так, как всегда поступал на Земле. Ведь даже хромой парень может подавать руку девушке и чувствовать себя при этом мужчиной. И по фигу, что для Билаты я сейчас такой же ущербный, как и для тех моих знакомых девчонок. Только клал я с прицепом на весь этот современный феминизм вместе с сексизмом. Женщины здесь такие же, как на Земле, значит, и мужчины должны вести себя соответственно.

— Пойдём! — рина улыбнулась мне одними губами и направилась к ближайшей скамейке.

Усевшись, она указала мне на место рядом с собой и вытащила из кармана небольшую серебристую сферу. Нажав на ней какую-то кнопку, Билата раскрыла ладонь, и непонятный механизм, описав в воздухе круг, завис над нашей скамейкой. Удовлетворённо кивнув, рина вздохнула, посмотрела на меня и пояснила:

— Я буду говорить только то, что есть в свободных и не очень источниках. И также то, что мне лично говорил тот, кого ты зовёшь Саем.

— Вы были знакомы?

— Разумеется, — Билата пожала плечами. — Лартосы очень редки. Сегодня есть только шесть крупных общин представителей этого вида, а с учетом того, что соплеменников Сая привечает сам Император Кориан, я просто обязана была установить контакт. Мы поговорили один раз. Сай не выразил желания продолжать наше общение, хотя и обещал сообщить, если появится что-нибудь интересное…

— Странно… — воспользовавшись небольшой паузой, озадаченно произнёс я. — Мне почему-то казалось, что вы сами решаете, кто должен «хотеть» с вами общаться. Ну, за исключением прямых подданных Императора.

— Так и есть. Только здесь случай особый, но давай по порядку… — Билата вздохнула, подняла на меня взгляд и пояснила: — Как я уже говорила, все лартосы являются криптоморфами. Они способны оказывать ментальное воздействие на окружающих и экранировать большинство излучений. Даже не экранировать… — рина замялась, подбирая слова, — а скорее пропускать эти излучения через себя, не получая вреда.

— То есть их практически невозможно обнаружить? — я хмыкнул и удивлённо посмотрел на собеседницу. — И что же тогда вас так удивило в исчезновении Сая? Возможно, ему не понравилось, что за ним кто-то следит?

— Никто ни за кем не следил, — в голосе рины мелькнули нотки досады. — Агент ходил за ним не скрываясь. Сая это вполне устраивало. Он ненадолго исчез, потом появился и передал агенту кота. В этом-то вся и проблема.

М-да… И вот как, скажите, общаться с такими людьми? Нет, понятно, что у Билаты это профессиональное. Выдавать информацию по крупицам, чтобы, не дай бог, не сболтнуть чего лишнего. Только со стороны это похоже на пересказ фильма приятелем с нагнетанием ненужной интриги. Мы ведь уже минут пять разговариваем, но причина её беспокойства до сих пор непонятна. И поторопить нельзя… Она ведь мне не приятель…

Очевидно, заметив выражение моего лица, рина отвела взгляд и пояснила:

— Лартосы обладают коллективным сознанием, но это совсем не похоже на роевой интеллект социальных насекомых и некоторых видов иных. Каждый из соплеменников Сая определённо является личностью и отличается от себе подобных характером, привычками и жизненными приоритетами. При этом то, что я назвала коллективным сознанием, копилось тысячелетиями. Учёные считают, что оно как-то связано с Создателем. Тем, кто скрывается в Темноте.

При этом известно, что ни один из представителей этого вида не способен по желанию обратиться к коллективному разуму и получить хоть какую-то информацию. Однако сам Разум способен их направлять. Некоторые поступки лартосов необъяснимы для них самих. Многие из них уходят из своих общин. Кто-то скрывается в недоступных для большинства разумных местах, другие, наоборот, подолгу живут среди людей. Помогают советами, предостерегают… Считается также, что их бесполезно о чём-то просить или даже пытать. Нет, они чувствуют боль, как и другие разумные, но никогда ничего не делают по принуждению. Просто не могут.

— А что вообще такое этот их Разум? — воспользовавшись паузой, уточнил я. — Как он получает новую информацию? Всё, что узнал и увидел любой представитель вида, сразу же отправляется в общую базу знаний?

— Нет, — Билата на мгновение задумалась и пояснила: — Насколько я понимаю, в каждой общине есть артефакты. Друзы[10] кристаллов или кристаллические деревья… Лартосы показывали их исследователям и даже выдавали для изучения образцы, но природу передачи данных никто объяснить так и не смог. Насколько мне известно, для передачи знаний лартосы проводят возле артефактов специальные ритуалы, но в коллективный разум информация уходит только в тот момент, когда друза рассыпается на составляющие.

— А Сай — единственный из общины, кто выжил в том катаклизме? Возможно, эта друза у них не рассыпалась и он вынес какую-то важную информацию?

— Да! — Билата подняла на меня взгляд и покивала. — Именно так! При этом сам он мог рассказать только то, что видел и чувствовал. Тридцать лет он пробыл на Аргоне — там есть одна из общин, — а потом прилетел сюда. Семь лет прожил при Святилище Тёмного в Парге. Проповедей не читал, с людьми почти не общался. Однако за эти семь лет количество постоянных прихожан увеличилось раз в пятьдесят.

— Ого, — я усмехнулся. — Но мне всё равно непонятно, что конкретно происходит не так? Ну исчез он… Так и что? Появится, когда посчитает нужным.

— Нет, не появится, — Билата покачала головой и опустила взгляд. — Уходя навсегда, лартосы оставляют друзьям или близким животных. Описано много таких случаев, но дарение всегда происходило в пределах их вида. Считается, что в такое животное уходящий вкладывает частичку себя, и оно тоже способно иногда слышать мысли Создателя…

«Ну вот, а я-то думал, когда со мной решит связаться Сверхразум…» — подумал про себя я, а вслух уточнил:

— Уходит — это умирает?

— Не знаю, — Билата пожала плечами, — но, думаю, да, хотя вряд ли это можно назвать смертью в общепринятом смысле. И теперь, надеюсь, ты понимаешь, что меня так напрягает?

— Да, — я вздохнул и посмотрел на свою собеседницу. — Вас напрягает непонимание происходящего. Сай с его котом и уходом, странное поведение Посланника Императора, и ещё я… Все мы как-то связаны с той катастрофой, но поговорить вы можете только со мной. При этом я ничего не помню из произошедшего, и давить на меня нельзя — это может не понравиться тому же Посланнику.

— Да, всё так, — рина грустно улыбнулась. — Я не могу даже увидеть или услышать настроенное на тебя сообщение. Могу только попросить…

— Если в послании Сая будет информация, касающаяся безопасности Империи Ордов, я вам её передам, — заверил я собеседницу. — Свяжусь сразу же, как только что-то узнаю. Сай же обещал вас предупредить? Я это сделаю за него.

— Спасибо! — рина благодарно кивнула и, поднявшись со своего места, посмотрела в сторону гостиничных ворот. — Пойдём в общественный дом. Агент дожидается там.

Повинуясь незримому приказу, серебристая сфера упала в ладонь владелицы. Билата сделала приглашающий жест и пошла по аллее направо.

Я поправил на плече сумку и последовал за своей провожатой.

Глава 9

Здание гостиницы имело двенадцать этажей и со стороны выглядело достаточно презентабельно. В том смысле, что я ожидал увидеть обшарпанную общагу, но реальность далеко превзошла все мои ожидания. Нет, ни роскоши, ни пафоса тут не было и в помине, но общественный дом выглядел так, словно его возвели только вчера.

Большой стеклянный вход с козырьком и автоматическими дверьми, просторная территория со скамейками, тематическими уголками и двумя открытыми кафе с торговыми автоматами. И это ведь по сути своей общежитие? Для рабочих с какого-то там рудника.

Всего на улице находилось человек тридцать народа. В основном мужчины двадцати пяти — сорока лет. Большая часть их сидела в кафе, и, судя по громкому смеху, со спиртным в этом мире полный порядок. Впрочем, меня этот факт сейчас не особо заботил. Столько всего навалилось… Не хватало только нажраться…

В гостинице на ресепшн сидели две женщины средних лет. В форменной одежде, с бейджиками и розовыми волосами. Рядом со стойкой топтался плешивый мужчина в костюме, и на его холёном лице застыла печать обреченности. В трёх метрах от него на скамейке скучал молодой длинноволосый парень в пёстрой одежде, у ног которого стоял тот самый контейнер. Просто ничем иным это быть не могло.

Заметив Билату, парень поднялся на ноги, подхватил контейнер и направился к нам. Приблизившись, он кивком поприветствовал рину, затем вопросительно посмотрел на меня и снова перевёл взгляд на начальницу.

— Говори! — потребовала Билата. — Это тот сарх, которому лартос оставил подарки.

— Да, госпожа, — парень поставил контейнер на пол и, посмотрев в сторону выхода, пояснил: — Лартос подозвал меня к себе на аллее. Попросил подождать его и исчез. Появился через полтора часа, передал послание и контейнер. Сказал, для Александра, и ещё сказал, что уходит. Попросил договориться с управляющим по поводу шерга…

— Где послание? — выслушав доклад, уточнила Билата.

— Вот, — парень вытащил из кармана небольшую прозрачную полусферу и вопросительно посмотрел на начальницу.

— Бери, — рина перевела взгляд на меня. — И кота своего забирай.

— И что мне делать с этим посланием? — взяв полусферу, я сунул её в карман и вопросительно посмотрел на Билату. — Как мне его прослушать?

— Полагаю, тебе нужно сжать её в руке, закрыть глаза и вспомнить ваш разговор. Послание ментальное, оно появится перед внутренним взором. — Видя, что у меня вопросы закончились, рина перевела взгляд на своего подчинённого и уточнила: — Управляющий — это тот, что около стойки?

— Да, — парень кивнул. — Зовут рин Алайр. Он сказал, что ему нужно разрешение их департамента.

— Сейчас сделаем, — Билата кивнула и снова посмотрела на меня: — Александр, ты пока посиди, мы быстро…

— Подождите! — я сделал останавливающий жест и, обведя взглядом холл, произнёс: — Госпожа, надеюсь, вы не забыли, что я ничего не помню и не умею пользоваться простейшими бытовыми приборами? Мне и себе найти еду с водой будет непросто, а тут ещё этот кот… — я кивнул на контейнер, из которого не доносилось ни звука, и вопросительно посмотрел на Билату. — Его же нужно чем-то кормить? Миска нужна и лоток с наполнителем.

— Лоток? — рина непонимающе поморщилась.

— Да, лоток, для оправления естественных надобностей, — пожав плечами, пояснил я. — Вы же сказали, что он живой…

— Все «естественные надобности» мгновенно уберёт стандартный уборщик, — сдержав улыбку, заверила меня Билата. — Брикеты с биорыбой и биомясом есть в любом продуктовом ларьке, а насчёт бытовых приборов… — она посмотрела в сторону стойки. — Я попрошу, чтобы тебе выделили помощника. Отпустишь его, когда со всем разберёшься.

Произнеся это, Билата направилась к управляющему. Агент двинулся следом за ней. Я мысленно выругался, подобрал с пола контейнер и пошёл к ближайшей скамейке.

Грёбаные непонятки… Как же они раздражают! Вот не припомню, чтобы у героев прочитанных книг возникали проблемы с адаптацией, и только я один такой, сука, особенный. Взрослый мужик с навыками ребёнка…

С другой стороны, а какая, на хрен, адаптация в Средневековье? Там-то котам лотки не нужны… Хотя и здесь вроде бы тоже. Я посмотрел на контейнер у ног и усмехнулся.

Подарок Сая сидел в коробке, не подавая признаков жизни. Переноска не имела решётки, поэтому посмотреть на него я не мог. Вернее, мог — через одну из небольших дырок на корпусе, — но ну его от греха. Ещё плюнет в глаз каким-нибудь ядом, и ходи потом к местному окулисту — расплачивайся за глупое любопытство.

Нет, так-то кот внутри ни разу не Шрёдингера[11]. Он точно там есть — и живой, иначе на хрена бы Сай затеял эту авантюру с подарками? Вот только открывать коробку я пока что не буду. Сначала послушаю сообщение, и только потом. В закрытом помещении и без свидетелей. А то ещё сбежит, чего доброго, или покусает кого-нибудь.

Вообще, судя по размеру коробки и весу, кот у меня самый обычный. Не уссурийский тигр и даже не мейн-кун[12], что не может не радовать. Только вот не думаю, что там, в коробке, сидит безобидный котёнок, как на тех фотографиях, которыми забиты все мессенджеры Земли. Умиляться, играя с бантиком, у меня вряд ли получится, а вот уживаться с этим типом придётся. Он же слышит мысли Сверхразума, блин… Такого на помойку не выкинешь.

С управляющим Билата разговаривала недолго. Минуты три ей потребовалось на то, чтобы получить разрешение какого-то там департамента, и минут пять заняли объяснения моей полной никчёмности — с требованием приставить ко мне на сегодня специального человека.

Крайнего они нашли достаточно быстро. Им оказался совсем молодой коридорный, ну или кто-то из этих товарищей. Лет восемнадцати на вид, в форме с эмблемой и нормальной причёской, что по местным меркам выглядело достаточно странно. Звали паренька Ризт.

Он подошёл в тот момент, когда я заканчивал с оформлением. Смерил меня настороженным взглядом, поздоровался и спросил, что конкретно мне нужно узнать. Я в двух словах обрисовал ему ситуацию, затем попрощался с Билатой и приступил к изучению местного быта.

Собственно, всё оказалось несложно. Бесплатную еду можно было получить в столовой на втором этаже, в специальных продуктовых автоматах, которые местные называли ларьками. Мой мозг подобрал именно такую аналогию. В других похожих автоматах можно было купить много всякого-разного, включая сырое мясо и рыбу шести и семнадцати видов соответственно. При этом ни одна корова или щука не пострадали. Всё мясо было искусственно выращенным и стоило очень недорого. На один лив я купил шесть полукилограммовых брикетов. По три того и другого.

Брал с запасом. Котов я никогда не держал и не имел никакого представления о том, сколько им нужно еды, но небольшое животное вряд ли сожрёт три килограмма за те пять дней, которые я проведу в этой гостинице. Ну а таскать с собой оставшуюся еду как-то не очень хотелось.

Себе я сразу получил дневную норму еды и, упаковав всё в два бумажных пакета, следом за парнем направился на четвёртый этаж. К слову, выбор бесплатной еды был там ни разу не маленький, и, если бы не Ризт, я бы проторчал у автомата пару часов, а так даже не мучился. Просто взял то, что посоветовал провожатый.

Гостиничный номер напомнил мне большое купе. Размеры примерно три на четыре моих шага, без учёта душевой комнаты. Два стула, кресло, стол со стоящим на нём монитором, два окна со скруглёнными углами и прикольная выдвижная кровать. Одноразовая посуда и столовые принадлежности хранились в небольшом стенном шкафчике. Одёжный шкаф, по сути, являлся минихимчисткой, прачечной, сушилкой и гладильной одновременно. Холодильник и микроволновка тут тоже присутствовали — и мало отличались от тех, к которым я привык на Земле.

Управлялось всё это нейросетью при помощи голосовых команд. При этом местная Алиса могла ответить практически на любые вопросы, что меня безумно порадовало. Ведь одно дело задавать тупые вопросы программе, не видя ответной реакции, и совсем другое — разговаривать с живыми людьми. При этом я совершенно не парился на тему, кто и что обо мне подумает, но живой человек должен быть рядом с тобой, а у меня из живых только кот. Он разговаривать не умел, иначе бы уже матерился.

Нет, наверное, можно позвонить Билате, и она ответит на любые вопросы, но лишний раз напрягать своего ангела-хранителя не хотелось. Мне достаточно и нейросети.

Билата, м-да… Вот как странно оно получается. Внешне молодая женщина выглядела шикарно. Стройные и в меру длинные ноги, тонкая талия, красиво подчёркнутая грудь. Лицо тоже выше всяких похвал, но я во время общения почему-то не думал о ней как о женщине. Однако стоило только мне мысленно её раздеть и так же мысленно уложить на кровать, организм тут же выдавал нужную реакцию.

С едой — та же история… Дней десять я валялся под капельницами, с момента пробуждения ничего не ел и, по логике, должен испытывать дикое чувство голода. Только ничего подобного нет, и это при том, что в столовой с ларьками очень вкусно пахло едой. Нет, я догадывался, что так оно всё и задумано, но требовалось привыкнуть к такому положению дел. И своё поведение тоже неплохо бы контролировать. Морда кирпичом — это, конечно же, здорово, но люди — существа социальные. Некоторым нужно внимание. Особенно женщинам.

При этом я не собираюсь ухаживать за Билатой, но нужно принимать этот факт во внимание. Нет, так-то я без проблем улыбаюсь и могу даже смеяться, но всё оно как-то не так. Похоже на закадровый смех.

Поблагодарив Ризта за помощь и попрощавшись, я дождался, когда за парнем закроется дверь, и ненадолго задумался, планируя свои дальнейшие действия.

Сказать по правде, больше всего мне хотелось лечь на кровать и, раскинув руки, лежать. Просто лежать, ни о чём не думая и ничего не планируя. Только это, к сожалению, не вариант.

Скинув верхнюю одежду вместе с ботинками, я убрал вещи в шкаф и направился в душ. Быстро и без приключений помывшись, я там же, в кабинке, высушил волосы, вышел и забрал с выехавшей полки одноразовое полотенце.

По ощущениям — прикольно, но ничего сверхъестественного. Вода, жидкое мыло и пена… Местные мочалки напоминали мягкие щётки, но особенно понравилась та, что помыла мне спину.

Вытерев с себя остатки воды, я кинул полотенце в специальный отсек, надел трусы и вызвал ростовое зеркало. Собственно, ничего нового не увидел. Двухметровый худой мужик с физиономией киногероя конца прошлого века и двумя глубокими шрамами на правой части груди. На вид — лет тридцать или чуть больше, пропорции тела нормальные. Помимо тех двух шрамов есть ещё с десяток небольших и почти незаметных, но оно и понятно. С такой-то физиономией вряд ли я всю жизнь работал стенографистом.

Усмехнувшись, я вернулся в комнату, забрал со стола заранее выложенную полусферу и сел на кровать. Памятуя наставления Билаты, сжал послание в кулаке, прикрыл глаза и стал ждать, не представляя, что должно произойти и как можно увидеть что-то перед внутренним взором. Впрочем, других вариантов мне всё равно никто не предложил, а значит, оно как-то сработает.

Так и случилось. Первые секунд десять не происходило ничего, но потом сфера немного нагрелась, и я провалился в бездонную чёрную яму. Такое ещё называется «вертолётом». Когда ты пьяный хочешь уснуть, но постоянно падаешь в какую-то муть, из которой тебя вышвыривает в реальность. Здесь получилось похоже. «Падение» мгновенно закончилось, я открыл глаза и… увидел, что сижу на больничной койке и смотрю на сидящего напротив лартоса.

Он выглядел не так, как тогда, в момент нашего с ним знакомства. Этот Сай был похож на игрушку Володиной дочки. В том смысле, что в нём не было жизни. Нет, я осознавал, что происходит, и понимал, что по-другому быть не могло, но настроение испортилось. И вот, казалось бы, мы знакомы-то всего ничего, но у меня в этом мире не так много приятелей. Очень плохо, когда кто-то из них уходит.

Очевидно, почувствовав, что адресат появился, то, что было Саем, кивнуло и произнесло:

— Здравствуй, Александр! Прости, что я тебя не дождался. Мне нельзя было с тобой встречаться.

— И кто же тебе запретил? — тут же уточнил я, пытаясь вынести из этого «общения» максимум полезной информации.

Голос у него был такой же, как при нашем общении, челюсти шевелились, но говорил он не так, как тогда. Слишком спокойно и монотонно.

— Вопросы задавать бесполезно, — глядя на меня, тут же пояснил Сай. — Я на них не отвечу. Это записанное послание.

Произнеся это, лартос помолчал секунд десять, затем кивнул и продолжил:

— Не знаю, кто ты, и не представляю, что должен совершить, но это тебя я ждал на Луоне. Уверен, что рина Билата уже рассказала тебе о лартосах и о том, что мне довелось пережить на Талее. О коллективном Разуме и о том, что некоторые из нас способны слышать Создателя.

Последнее верно только отчасти. Мы не слышим его, до нас долетают только обрывки его эмоций. Вернее, их отголоски. Это слишком приближённое объяснение, но в общем языке нет других аналогий. — Сай опустил лапу, коснулся обрубка ноги и так же монотонно продолжил: — Тридцать восемь лет назад некоторые из нас почувствовали Сомнения Тёмного. За ними пришли Ярость, Боль и Предупреждение. Затем случилось то, что случилось. — Лартос ненадолго замолчал и продолжил: — Люди спасли меня и избавили от Отравы, которую их сородичи принесли из центра нашего мира. Тридцать лет я прожил на Аргоне, ожидая непонятно чего, а потом услышал Зов и отправился сюда, на Луону, ждать того, кого отметил Создатель. Да, так… — Сай едва заметно кивнул. — Ты носишь на себе его метку и можешь видеть послания Тёмного. В этом тебе поможет шерг.

Кот носит в себе частичку меня, также он хорошо защищён и может быть твоими глазами. Говорить не умеет, но хорошо понимает ментальные команды. Для запечатления дай ему своей крови и не сильно нагружай в первое время. Он ещё совсем молодой. И да… — Сай посмотрел мне в глаза. — Передай рине Билате, что её опасения, скорее всего, не напрасны. Не так давно я почувствовал слабые эманации той Отравы, которая погубила Талею. На моей родной планете это происходило не так, но мне кажется, что здесь готовится что-то похожее. Не сейчас, не быстро, но нужно действовать, иначе случится непоправимое.

Теперь всё. Прощай, Александр. И да поможет тебе Тёмный.

После этих его слов пространство между нами словно бы схлопнулось. Перед глазами ненадолго стало темно, и меня выкинуло в реальность.

Выругавшись, я устало покачал головой и задумчиво посмотрел на свою пустую ладонь. Полусфера исчезла. Не рассыпалась, а словно растаяла, намочив руку и не оставив больше никакого следа. Второй раз прослушать послание у меня не получится. Впрочем, оно и не надо, я помнил его дословно.

Метка Создателя, ну да… Нет, я что-то подобное представлял. Только интересно, метка — это те синусоиды, что я получил на Земле, или Создатель отметил не меня, а этого парня? Хотя какая разница? Она есть, и это совершившийся факт. Теперь я могу видеть послания Тёмного, и в этом мне как-то поможет подаренный кот.

М-да… Я вздохнул и задумчиво посмотрел на стоящий неподалёку контейнер. Сай сказал, что для запечатления чего-то там ему нужно дать своей крови? Разрезать руку и предложить всё слизать? А если он не захочет этого делать? Ну да, может быть… Вот только никто не собирается его спрашивать. Поймаю и напою. Да, я помню, что этот кот способен становиться невидимым, так что нужно будет сразу его поймать, а руку придётся порезать заранее. Только сначала…

— Сейчас мы с тобой познакомимся, — глядя на коробку, негромко произнёс я, затем забрал со стола телефон и коснулся синей иконки.

Билата, как и в прошлый раз, ответила сразу.

— Слушаю, — напряжённо произнесла она и тут же уточнила: — Что-то случилось?

— Нет, пока не случилось, — успокоил я собеседницу и дословно передал ей предупреждение Сая.

Рина слушала не перебивая. Когда я закончил говорить, она примерно минуту молчала, затем негромко выругалась и произнесла:

— Спасибо! Через два дня я за тобой заеду.

— То есть мы встретимся раньше?

— Да, — твёрдо ответила Билата. — Мы залетим за тобой утром сорок четвёртого дня. Я сообщу предварительно. Всё, до встречи, и ещё раз спасибо!

Произнеся это, она повесила трубку, и я, пожав плечами, кинул телефон на кровать. Сорок четвёртого, м-да… Непривычно звучит, но тут в году только четыре месяца, которые местные называют четвертями. При этом год вроде как начинается с первого марта по-нашему. Хорошо хоть, часов в сутках двадцать четыре, как на Земле, и по шестьдесят минут в каждом, иначе я бы точно свихнулся.

Глава 10

Я вздохнул, посмотрел на ящик с котом и ненадолго задумался. Не, а ведь как интересно оно получается. Сай словно бы знал, что я сначала прослушаю его послание и лишь потом вытащу из коробки кота. Лартос был настолько уверен в том, что я не кретин, или он мог заглядывать в недалёкое будущее? Впрочем, какая разница?

Поднявшись с кровати, я прошёл к посудному шкафу, достал нож и направился к переноске. Сделав надрез в основании большого пальца левой руки и убедившись, что крови вытекает достаточно, я сдвинул замки, внутренне собрался и быстро открыл крышку.

Кот и правда оказался котом. Живым и очень даже здоровым. Размерами и грязно-рыжим окрасом он мало отличался от своих дальних родственников с московских помоек, но всё, что произошло дальше, удивило даже меня.

В тот момент, когда я открыл ящик, силуэт животного словно размазался. Мгновенно подстроившись под наружное освещение и слившись по цвету со стенками ящика, кот пулей рванулся на волю, и мне, с моей нереальной реакцией, стоило огромного труда поймать этого гада за шкирку.

Подняв яростно шипящего шерга над полом, я на мгновение замешкался, прикидывая, как лучше напоить его кровью, и кот этим тут же воспользовался. Не переставая шипеть, этот упырь извернулся и вцепился в моё предплечье! Всеми четырьмя лапами, как какая-то грёбаная обезьяна!

Да, наверное, у меня теперешнего болевой порог значительно выше, чем у обычных людей, но ощущения были не самые позитивные. Когти шерга мгновенно разорвали ничем не прикрытую кожу, из ран хлынула кровь, и мне стоило огромного труда удержать эту заразу в руке. Удержать и не убить, усилием воли придавив в себе это желание.

Не останавливаясь на достигнутом, кот рванулся повторно и вцепился зубами в запястье. Это оказалось последней каплей.

Взвыв от чудовищной боли, я резко шагнул вбок и, взмахнув рукой, приложил животное о стену. Бил несильно, чтобы не убить, хотя желание было только такое. Впрочем, хватило и этого. Шипение тут же оборвалось. Зубы шерга разжались, тело обмякло, и я быстро сорвал все его лапы с руки. Стараясь при этом дышать через раз и грубо матерясь от досады.

Избавившись от когтей, я решил, что крови этот гад уже налакался достаточно, и отшвырнул его в сторону, от греха.

Приложившись всем телом о пол, кот громко клацнул зубами, извернулся и вскочил на ноги как ни в чем не бывало. Тут же найдя меня взглядом, он прижал к башке свои куцые уши, ударил хвостом и угрожающе зарычал.

— Уже боюсь, — сквозь зубы процедил я. — Пшёл вон! И на глаза мне лучше не попадайся! А то ещё прибью ненароком.

Хвостатый поганец всё понял прекрасно. Опалив меня ненавидящим взглядом, он оскалился и исчез. Силуэт кота словно размазался, стал прозрачным и пропал окончательно. Не знаю… Возможно, мне показалось, но скалился шерг издевательски. Так, словно поле боя осталось за ним.

Досадно, но с этим было сложно поспорить. Какой-то драный кошак нанёс мне ущерба больше, чем трое вооруженных бойцов. Нет, понятно, что от него я ничего такого не ждал, но успокаивать себя можно сколько угодно. Правая рука болела нещадно, крови уже натекла целая лужа, и нужно было срочно что-нибудь предпринять.

Быстро пройдя в душевую, я сунул руку под холодную воду, смыл кровь и обмотал предплечье двумя полотенцами. Заметив и правильно истолковав эти телодвижения, Алиса предложила мне бинт, и операцию пришлось повторить.

Плотно обложив руку предложенными медицинскими тряпками и остановив кровь, я обмотал предплечье бинтом. Затем поблагодарил нейросеть, вернулся в комнату и тут вдруг понял, насколько проголодался.

Ну да… Очевидно, включился процесс восстановления, организму потребовалась энергия, и он прямо мне об этом говорил. Пожав плечами, я подобрал с пола оба пакета с едой и выложил из них на стол все лотки и контейнеры.

Упаковка местной еды по большей части была произведена из уже знакомой плотной бумаги. Всё подписано, и места для разрыва обозначены пунктирными линиями. Вот только некоторые названия слегка настораживали, поскольку мозг выдавал какие-то жуткие аналогии. Нет, ну вот что, скажите, может лежать в контейнере с надписью «Обожжённый тюлень»? Возможно, это какой-то аналог хот-дога?

С сомнением оглядев все этикетки, я уже собирался усесться за стол, но вспомнил, что я не один, выругался, вздохнул и направился к посудному шкафу. Вытащив из него две тарелки: мелкую и глубокую, я отложил их в сторону, затем достал из холодильника два полукилограммовых брикета и сунул их в «микроволновку». Пока кошачья еда размораживалась, налил воды в глубокую миску и отнёс её в дальний угол комнаты к входу в санузел. Дождавшись, когда мясо и рыба разморозились, я положил их в тарелку и отнёс туда же — к воде. Скептически оглядев получившийся натюрморт, отошёл на пять шагов и громко произнёс:

— Иди жри!

Нет, понятно, в фамильяры[13] мне достался поганец, каких поискать, но морить его голодом было бы свинством. К тому же ничего страшного не случилось. Ну повздорили, с кем не бывает. Только любая ссора должна закончиться миром. Нам же теперь друг без друга никак, вот и не стоит драматизировать мелочи.

Кот, очевидно, был точно такого же мнения. Он появился через пару секунд и тут же принялся за еду. Спокойно, словно ничего не случилось. Запечатление прошло успешно? Сай сказал, что после этого шерг будет слушать мои команды, вот только не уточнил, насколько буквально он будет их понимать.

— Ты это… ешь и пей, сколько захочешь, — на всякий случай пояснил я. — Никто на тебя не обидится, если что-то останется.

При этих словах кот как-то странно на меня посмотрел, фыркнул и продолжил набивать своё брюхо. Я пожал плечами, прошёл к столу и последовал примеру хвостатого.

Местная еда оказалась на удивление вкусной. Нет, понятно, что всё в этом мире условно. Искусственно рождённого воина могли намеренно сделать всеядным и хорошо восприимчивым к любой незамысловатой еде. Это всего лишь логика выживания. Солдаты должны получать удовольствие от еды, поскольку хорошее настроение и самочувствие позитивно влияют на боевой дух. Так что есть я, наверное, могу всё, что предложат. Особенно когда этого требует организм.

К слову, «обожжённым тюленем» тут называли котлеты с острой подливой. По вкусу — не отличить от говядины, и в душе не имею, откуда там взялся тюлень. Впрочем, говядины там тоже никакой не было. Искусственное мясо — это продукт переработки органики, и лучше не думать, из чего его производят. Впрочем, какая мне разница? Главное, что оно съедобно и вкусно, а остальное неважно.

Чувство голода прошло, когда на столе осталась только бутылка сладкой воды. При этом я мог спокойно ещё что-нибудь съесть, но решил, что на сегодня мне уже хватит. Больше трёх килограммов еды за один присест… На Земле бы после такого количества меня бы, наверное, сутки мутило. А здесь ничего так: просто поужинал, и рука уже совсем не болит.

Усмехнувшись, я повернул голову и восхищённо выдохнул, увидев, что кот сожрал всё. И мясо, и рыбу! Целый килограмм! При весе максимум в шесть! Последовал, блин, примеру хозяина…

При этом рыжий обжора сидел, обвернувшись хвостом, и смотрел на меня так, словно ему не хватило. Заметив мой взгляд, он возмущённо мяукнул и посмотрел на пустую тарелку.

— М-да… — я усмехнулся и, не найдя больше слов, направился к холодильнику.

В кота по итогу поместилось ещё граммов сто пятьдесят или чуть больше. Причём отожрал он их с двух разных кусков. Закончив с трапезой, шерг налакался воды и улёгся возле стены. Исчезать он в этот раз и не подумал.

Убрав в холодильник остатки кошачьей еды, я долил воды в миску и, усевшись на кровать, задумался над именем для этого хвостатого недоразумения. Собственно, размышлял я недолго и назвал кота Саем.

Не, ну а как по-другому? Барсиком? Мурзиком или Матроскиным? Ну не подходят моему коту эти инфантильные имена. Вот какой, скажите, Мурзик раздерёт хозяину руку, а потом как ни в чем не бывало сожрёт больше килограмма рыбы и мяса? К тому же у этих имён в местном языке не было подходящих аналогов, а произносить невнятные звуки, подзывая кота, выглядело не самым лучшим решением.

Вообще, у меня мелькнула мысль назвать этого поганца Упырём, как он того и заслуживал, но я всё же решил остановиться на Сае. Имя питомца должно быть коротким, чтобы хозяин в любой момент мог быстро его подозвать, не проговаривая при этом целые предложения. Так что выбор был очевидным. В моём коте есть частичка подарившего его Сая, вот и пусть он носит точно такое же имя. Вернее, кличку, но это уже детали.

Окончательно определившись с именем питомца, я посмотрел на шерга и объявил:

— Тебя зовут Сай. Теперь ты откликаешься на это имя.

Услышав мой голос, кот медленно повернул голову, презрительно фыркнул и принялся вылизывать переднюю лапу.

М-да… Вообще, интересно оно получается. Ощущение такое, что это не он мой кот, а я записался к нему в обслугу. Впрочем, на Земле они точно такие же. Вот поэтому я больше люблю собак. Они существа благодарные.

Хмыкнув, я собрал со стола мусор, отнёс его в специальный контейнер, а потом с помощью нейросети настроил уборщика. Закончив с бытовухой, вернулся в комнату и, усевшись перед компьютером, включил монитор и позвал на помощь Алису. Выслушав советы нейросети, с головой погрузился в изучение мира и весь оставшийся вечер разглядывал изображения, смотрел видеоролики, читал и слушал интересующие статьи.

Местная Винда отличалась от Земной не так чтобы сильно, но все равно в первый час я чувствовал себя пенсионером, которому внук скинул ссылку на порнхаб. Безумно интересно, но ни хрена не понятно. Впрочем, Алиса отвечала на любые вопросы, и разобрался я достаточно быстро. С поиском интересующих материалов, но не с их пониманием.

Это как зайти в фантастический РПГ-шутер с лором[14] на пару миллионов страниц и начать игру с максимального уровня, пропустив всё обучение и прокачку.

Вдоволь налюбовавшись боевыми космическими кораблями, я просмотрел десяток простыней-описаний и понял только общие детали. Те, которые хоть как-то соотносились с книгами и пройденными играми. Размеры, область применения, примерную численность экипажа, участие в реальных операциях — это всё, конечно же, интересно, но понимания оно не добавило.

Примерно так же я разбираюсь в морских кораблях. То есть боевой от торгового, наверное, отличу, но стоит попытаться погрузиться в технические детали, и в голове сразу же образуется белый шум. Впрочем, оно и неудивительно. Ведь во всех подобных играх были только условные живучесть, манёвренность, скорость, защита и нападение. В реальности же под каждой из этих характеристик можно написать по несколько простыней таблиц и мелкого текста. Всё так, только я ни разу не техник, и образование у меня гуманитарное. Да и с пониманием физических величин в чужом мире быстро не разобрался бы даже Эйнштейн.

Осознав свою беспросветную тупость, я решил сменить тему — и тут вспомнил, кем, по сути, являюсь. Усмехнувшись, убрал с экрана все корабли, сделал соответствующий запрос и восхищённо выругался.

Сарх в полном обвесе был похож на тяжёлого рыцаря. Нет, понятно, что экипировка воина на фотографии кардинально отличалась от средневековых доспехов, но было и что-то похожее. При этом сарх не выглядел уродливым монстром или шагающим роботом, как любили изображать космодесантников разработчики многих игр.

В закрытом шлеме, с массивным ранцем за плечами, тяжёлой автоматической винтовкой в руках — или чем-то очень похожим — сарх выглядел грозно и адекватно. То есть он и правда выглядел как тяжёлый штурмовик.

Нет, в играх оно тоже было похоже, но разработчики шли на любые ухищрения, дабы удовлетворить запросы целевой аудитории, большую часть которой составляли подростки и типы навроде меня. Отсюда и все эти космодесантники, лихо и кроваво зачищающие целые планеты от разных уродов. Небольшими группами, поскольку в мире далёкого будущего не осталось ни одного вменяемого оружия, способного накрыть небольшую группу отважных. Ну и кооперативный режим по-другому бы никак не включить.

Смех смехом, но в чём-то те игры оказались пророческими. У сарха на поясе, помимо кучи непонятного снаряжения, висели ножны с натуральным мечом! С рукоятью для двуручного хвата и коротким широким клинком, он заметно отличался от своих средневековых аналогов, но ошибиться было нельзя.

Вот в душе не имею, на хрена штурмовикам мечи? Они ими окопы копают на захваченной местности? В описании говорилось, что силовые мечи космодесанта являются оружием ближнего боя, но непонятно, зачем идти в рукопашную, если у тебя в руках целый арсенал условного огнестрела? Штурмовик в стандартном террабитовом доспехе класса «Немезида» способен нести на себе больше двухсот пятидесяти килограммов полезной нагрузки. Можно в каждую руку взять по станковому пулемету, но сархам зачем-то нужны мечи. Нет, наличие их в компьютерных играх вопросов не вызывает, но тут же, блин, не игра!

К слову, пролистав около сотни изображений и прочитав пару страниц описаний, я пришел к выводу, что космодесантники этого мира в плане вооружения позавидовали бы своим «игровым» собратьям. Нет, тут тоже были лазерные винтовки и оружие, стреляющее сгустками плазмы, но никакого особого разнообразия не наблюдалось. Две автоматические винтовки с десятком модификаций, уже упомянутые мечи, различные гранатомёты, огнемёты, пистолеты и пара десятков образцов техники: от уже виденной МД-19–7, до огромных шагающих роботов.

Оно, в принципе, понятно: без унификации армия далеко не уедет. Сархи рождаются воинами, но ключевое тут слово «рождаются». Каждый вылез из пробирки ребёнком, и его какое-то время кормили тем, что можно называть молоком. То есть все без исключения штурмовики в своей жизни проходят этапы взросления, и их необходимо учить. Всему: от общественных наук до управления тяжёлыми роботами стандартных модификаций. Именно стандартных! Ведь если у тебя стоит на вооружении АК-47, то в учебке солдаты должны стрелять из него. А не так, что тебя учили стрелять из ПМ-а, а по прибытии в часть выдали лазерное ружьё. Да, разумеется, разработчики игр должны придумывать новое оружие от серии к серии, поскольку это необходимо для сохранения интереса фанатов, но в реальности без унификации не прожить.

К слову, о плазме и лазерах… Я честно прочитал описания, но понял лишь принципы действия. По сути, и то, и другое является ультимативным оружием космодесанта с широкой областью применения. При этом и лазерные винтовки, и «плазмоганы» отдалённо похожи на свои игровые аналоги. Приклад с коротким стволом, оптикой и множеством непонятных деталей. В длину — что-то около полутора метров, и по весу от десяти до пятидесяти килограммов в зависимости от модификации. При этом магазины есть только у плазменных ружей. Коробчатого или барабанного типа с большими патронами типа охотничьих.

По способу воздействия вроде бы ничего сложного. Лазерная винтовка создаёт импульсы, которые длятся десятую долю секунды, плазменное ружьё стреляет короткими сгустками плазмы. Винтовка в основном применяется по тяжёлой пехоте и низколетящим целям, из ружей уничтожают тяжёлую технику. Это совершенно не означает, что лазерный импульс не прожжёт броню тяжёлого танка. Просто плазма уничтожает технику эффективнее.

При хороших погодных условиях область действия ограничена двумя километрами. Нет, в вакууме, наверное, лазерный импульс может пролететь от звезды до звезды, но в атмосфере на дальность влияет множество факторов. В плохую погоду дальность «выстрела» падает кратно, и этот факт нужно учитывать, дабы не тратить попусту драгоценный заряд батарей, которые хранятся у штурмовика в рюкзаке.

Здесь и начинается всё самое непонятное. Батареи тоже унифицированы. Ёмкость от двух до ста тысяч единиц измерения — эров, но совершенно неясно, как это соотносится с привычными джоулями и ваттами.

Если вспомнить школьный курс физики, мощность — это работа, поделённая на время, и десять условных мегаватт, затраченные на импульс продолжительностью в одну десятую долю секунды, дадут на выходе один мегаджоуль работы. Только я не понимаю, много это или не очень. В смысле, достаточно, чтобы прожечь броню условного немецкого «Тигра», или мегаджоулем её можно только нагреть?

Местные лазерные винтовки тратят на импульс от одного до десяти эров. Однако без внятной привязки сложно оценить силу воздействия выстрела. Впрочем, результаты таких выстрелов я наблюдал в обучающих роликах, и они впечатляли. Вот даже не представляю, можно ли от подобного защититься?

Помимо всего прочего, я так и не смог разобраться в работе местных искинов. Нет, в целом всё было понятно. Искины тут как смартфоны в Москве — есть у каждого уважающего себя человека, от водителя мусоровоза до пилота космического корабля. Только всё не так просто, как кажется. Как я понял, некоторые из них человек всегда носит с собой, на манер наручных часов, браслетов, колец или серёжек, другие — вмонтированы в сложную технику. Перед тем как сесть за штурвал самолёта, пилот оставляет «часы» в раздевалке и, забравшись в кабину, подключается к искину, встроенному в летательный аппарат. То есть, по логике вещей, большинство искусственных интеллектов имеет чётко выраженную специализацию. Только неясно, чем конкретно они помогают своим операторам.

Какое-то время я пытался во всём разобраться, но по итогу плюнул и решил не загружать себе голову. Завтра в порту и узнаю ответы на все интересующие вопросы. От применения мечей и понимания физических величин до использования искусственных интеллектов. Билата пообещала, что в порту меня встретят нормально и всё объяснят. Значит, так оно и случится.

На дворе уже было темно. Ночной город в окне мало отличался от тех, что остались на далёкой Земле, и при взгляде на горящие огни мне вдруг стало невыносимо грустно. Впрочем, это чувство быстро прошло. Я с улыбкой посмотрел на спящего под кроватью кота, затем выключил монитор и, улёгшись в постель, последовал примеру своего хвостатого фамильяра.

Глава 11

К Шестому пропускному пункту мы с котом добрались примерно в восемь часов утра.

Проснувшись, я быстро сходил в душ, выдал Саю порцию мяса, затем включил монитор и попросил Алису объяснить мне, как добраться до порта.

Кот есть не стал. Вместо этого он ушел в душевую и через какое-то время принялся мявкать так, словно хотел мне что-то сказать. Не в силах слушать этот концерт, я выругался и, придя в душевую, обнаружил Сая сидящим около унитаза.

При моем появлении кот поднял взгляд и мяукнул, оскалив при этом свои немаленькие клыки. Не понимая, что ему нужно, я поморщился и уточнил:

— С тобой всё в порядке? Что-то нашёл? Ну, покажи…

Дальше произошло странное. То, о чем говорил в своём послании лартос.

На мгновение у меня заломило виски, а потом я увидел себя глазами кота. В серо-зелёном, чуть смазанном формате. Одновременно с этим я продолжал видеть Сая своими собственными глазами, и это не было разделённой картинкой. Изображения словно наложились одно на другое, и у меня получалось различать каждое. Сумасшедшие на Земле, наверное, видят что-то похожее. Только у них во втором изображении картины поинтереснее. Хотя, для того чтобы поехала крыша, и такого вполне будет достаточно.

Пока я приходил в себя от увиденного, кот запрыгнул на край унитаза, заглянул внутрь и продемонстрировал причину своего беспокойства. Убедившись, что я всё увидел, он спрыгнул на пол и с гордым видом направился в комнату. Трансляция при этом продолжилась.

Усмехнувшись, я смыл кошачье дерьмо, затем вернулся в комнату и с полчаса тренировался видеть мир глазами своего культурного фамильяра. Как и говорил лартос, кот прекрасно понимал мысленные команды. При этом стены номера совершенно не препятствовали передаче изображения, но максимальную дистанцию такого «общения» я определить так и не смог.

Дальний конец гостиничного коридора находился в полусотне метров от номера, и на таком расстоянии связь держалась без каких-либо проблем. Нет, наверное, можно было спуститься вниз и выйти на улицу, но я решил, что на сегодня достаточно, и, вернувшись в номер, словами и жестами объяснил Саю, что мне нужно уйти. Не преуспев с объяснениями, я приказал коту лезть в сумку, повесил её на плечо и покинул гостиницу. Оставлять питомца в номере не хотелось. Мне показалось, что это будет нечестно. Шерг не домашний зверек, и ему, наверное, тоже интересно посмотреть, как всё тут устроено.

В порт мы добирались на автобусе без водителя. Народа в салоне хватало, но с подмосковными маршрутками оно, конечно же, не сравнится. Люди будущего предпочитают добираться до работы в комфорте. Собственно, коты от них мало чем отличаются. Примерно на пятой минуте поездки Сай вылез из сумки и забрался ко мне на плечо. Сам открыл, сам залез, сам уселся и замер, как египетский сфинкс. Вот так вместе с котом мы и подошли к проходной.

Шестой пропускной пункт был похож на выезд с платной магистрали с возможностью проезда очень крупного транспорта. Два пулемёта в укрытиях, десяток скучающих солдат и колёсный бронеавтомобиль у дальнего выезда. Нет, я догадывался, что на ссаной козе в космопорт не прорваться, но как-то уж очень оно тут серьёзно. Особенно после мирного города и раскрашенных девчонок в автобусе.

Коротко переговорив со стоящим на въезде солдатом, я направился в одно из боковых помещений и представился дежурному офицеру.

К удивлению, ничего объяснять не пришлось. Лейтенант поднёс к моей руке сканер, удовлетворённо кивнул и, не скрывая иронии, поздравил меня с временным трудоустройством. Затем с сомнением посмотрел на кота и уточнил:

— Бригадир говорил, что, возможно, ты придёшь не один. Как я понимаю, он имел в виду это животное?

Сообразив, что речь идёт о нем, и, очевидно, оскорбившись от такого сравнения, Сай возмущённо фыркнул и ударил меня по шее хвостом. Впрочем, никакого понимания он этим не добился.

— Выходит, так, — сдержав улыбку, подтвердил я и поинтересовался у офицера: — Скажи, а как мне добраться до своей новой работы?

— Капитан Гилмар уже отправил за тобой Крамера. Он подъедет минут через десять.

— Ага, — хмыкнул я, — всё понятно. А где мне его подождать?

— Я провожу, — лейтенант сделал приглашающий жест и направился в сторону выхода.

Выпустив меня с территории проходной, офицер указал на одну из скамеек неподалёку от входа, пожелал удачной работы и тут же ушёл. Сай сразу же спрыгнул с плеча и побежал инспектировать ближайшие кусты. Я посмотрел ему вслед, хмыкнул и, усевшись на указанную скамейку, обвёл взглядом окрестности.

Собственно, всё это я уже видел вчера. Взлётное поле с космическими кораблями, терминалы, ангары, постройки непонятного назначения и куча аэродромной техники с копошащимися возле неё людьми. Удивляться и гадать над назначением большей части деталей пейзажа уже не хотелось, а вот подумать о предстоящей экскурсии стоило.

Понятно, что Билата выдала местным воякам все нужные указания, но солдаты — это такие же люди, и правильное общение с ними может позитивно повлиять на качество и количество полученной информации. Однако я не психолог, и всё моё общение с местными происходило в основном по наитию. Сейчас немного другое… Сложно общаться с военными, когда тебе даже неизвестна система воинских званий. Этого весёлого парня, пожелавшего мне хорошей работы, я просто проассоциировал с лейтенантом. Не, ну а какое звание может быть у дежурного офицера, в подчинении у которого пара десятков солдат?

Впрочем, с этим, наверное, лучше не заморачиваться. Уважительно — на «вы» — тут обращаются только к начальникам и благородным, но у меня здесь нет никакого начальства, а местные благородные, по словам той же Билаты, в общей табели о рангах стоят не выше бойцов Первого Легиона.

То есть, как и кого называть, решать только мне самому. Я бы и с Билатой общался на «ты», но с красивыми и умными женщинами лучше держать дистанцию. Нет, я не большой знаток в теме взаимоотношений полов, но книги читал, фильмы смотрел, да и примеров из жизни у меня предостаточно. Стоит немного расслабиться — и вот ты уже в строгом ошейнике, на коротком поводке, который держит в своих нежных, но крепких руках рина дея Билата. Ага, и ещё пуговицу нужно бы прикупить для губы, ну или губозакаточную машинку. У них тут такие, наверное, продаются. А то Билату он захотел, ну да… Фантазёр, блин, доморощенный…

Ждал я недолго. Минут через семь к проходной подъехал шестиколёсный открытый джип без водителя с сидящим позади офицером. У меня уже немного получалось их различать. Солдаты тут носят на рукавах шевроны, у младших офицеров в том месте вышиты уголки, похожие на крыши нарисованных домиков. У встретившего меня лейтенанта таких было два, у приехавшего офицера — на один больше. Ну и сами уголки у него были не жёлтого, а серебристого цвета.

Вообще этот парень выглядел примечательно. На вид около двадцати пяти лет. Высокий, худощавый, с бледным треугольным лицом, он походил на китайского киноактера из тех, что играют средневековых правителей. Взгляд цепкий, оценивающий, и можно не гадать, в каком конкретно подразделении служит этот товарищ. Хотя чему удивляться? Достаточно вспомнить, кто такая Билата…

— Первый лейтенант Шен рин Крамер, особый отдел, — выбравшись из машины, представился мой провожатый. — А ты, как я понимаю, Александр?

— Да, — я кивнул, поднялся со скамьи и, позвав Сая, направился к автомобилю.

Кот тут же выбежал из кустов. Царапнув по асфальту когтями, он мгновенно забрался на своё законное место, и мне стоило определённого труда сохранить при этом постную физиономию.

Впрочем, офицер не обратил на шерга никакого внимания. Отшагнув в сторону, он сделал приглашающий жест и пояснил:

— Госпожа Билата подробно описала ситуацию, и капитан Гилмар назначил меня к тебе в сопровождение. Сам он вместе с майором Тарном инспектирует западную линию обороны, но я имею допуск на любые объекты в порту и могу показать тебе всё что захочешь. — Заметив мой непонимающий взгляд, Крамер пожал плечами и пояснил: — Майор Глай рин Тарн — командир нашей бригады, капитан Лем рин Гилмар руководит особым отделом. Контрразведка, внутренняя безопасность и всё в таком духе.

— А западная линия обороны? Зачем её инспектировать? — я уселся на одно из сидений и вопросительно посмотрел на первого лейтенанта. — Всё настолько серьёзно?

— Да, — Крамер кивнул и, усевшись справа, захлопнул за собой дверь. — Соседи могут прийти только с запада, поэтому там сосредоточены основные силы бригады. Сейчас, перед отправлением второго транспорта, у нас повышенная готовность. Стоимость этой отправки сравнима с полной стоимостью портового оборудования. Поэтому всё очень серьёзно. И да, мне известно о вчерашнем инциденте с бойцами из портовой безопасности, и я рад, что всё закончилось хорошо.

— Да уж, — я вздохнул. — Но объясните мне, а как соседи могут напасть? Им же придётся проводить войсковую операцию?

— Именно, — согласно кивнул Крамер и направил автомобиль на объездную дорогу. — Единственной проблемой кралов является контроль силовых полей, но в Кроалане хватает атмосферных летательных аппаратов. По логике, они должны полностью подавить ПВО, высадить десант и уничтожить вторую линию обороны. На практике же это неосуществимо. Восемь зенитных комплексов без труда уничтожат всё, что у них поднимется в небо. Ну а наземная операция не имеет смысла. С момента её начала у кралов будет десять часов на всё, а потом сюда прибудут подкрепления из Империи. Сломать оборону на западе так быстро у них не получится. А там ведь ещё почти семь ланов пути по прямой и вторая линия обороны…

— Слушай, а что у вас тут с ракетами и беспилотниками? — уточнил я, уложив в голове информацию. — Если начинить тысячу дронов взрывчаткой и запустить их вместе с ракетами…

— То все они сгорят на подлёте, — пожав плечами, пояснил лейтенант. — Тысяча их или больше — неважно. Всё, что не несёт в себе искусственный интеллект, является очень лёгкой мишенью. Доедем, я подробно тебе всё расскажу.

«Ну вот… Прогрессора из меня не получится, — мысленно хмыкнул я, глядя на корабли, мимо которых мы проезжали. — Это ж только в книжках неплохо выходит, а в реальности не нужно считать себя умнее других. И работает оно в обе стороны. То есть, попади я отсюда туда, чувствовал бы себя таким же идиотом, как и сейчас. Ну невозможно изобрести АКМ в восемнадцатом веке. Для этого придётся проапгрейдить всю промышленность и науку, а такого быстро не сделать. Так что весь мой земной опыт можно спокойно спустить в унитаз. Тот, через который я сюда прибыл».

— Хорошо, — я кивнул и, оторвав взгляд от кораблей, перевёл его на собеседника. — Но какой в этом смысл? Ну уничтожат они все линии обороны, и что дальше? Подгонят грузовики, перегрузят руду и уедут к себе в Кроалану?

— Им достаточно захватить центр управления полётами и перенастроить силовые поля, — Крамер указал рукой на здания, что стояли за группой укреплений, к которым направлялся автомобиль. — Перехватив управление, кралы без труда отгонят к себе все корабли. Те, которые представляют для них хоть какой-нибудь интерес.

Защитный комплекс второй линии обороны космопорта был похож на бетонную крепость. Группа укреплений полностью контролировала всё западное направление и перекрывала территорию на пару километров вокруг. Нет, никаких средневековых стен тут, конечно же, не было. По периметру территорию окружал каскад ям и ступеней, которые защищали комплекс от проникновения вражеской техники. По краям этих «ям» через каждые двадцать-тридцать метров были организованы долговременные огневые точки для личного состава и техники.

Вот, казалось бы, цивилизация ушла от нас на много тысячелетий вперёд, но местные продолжают воевать на поверхности планет проверенными дедовскими методами. При этом они способны запускать огромные звездолёты прямо с земли и подвергать города орбитальным бомбардировкам.

Не знаю, но что-то мне подсказывает, что такое тут неспроста. Полагаю, Императору прекрасно известна природа человеческой сущности, и развитие наземной военной техники тормозится специально. Ведь дай человеку волю — и он тут же придумает миллион способов уничтожения себе подобных, от обычной палки с гвоздями до ядерного и химического оружия.

Нет, я уверен, что в этом мире есть оружие и пострашнее атомной бомбы, но всё оно находится под строжайшим запретом. Хотите воевать? Вот вам танки, самолёты и автоматы, но если какая-то падла решит переступить обозначенную черту, то с ней мгновенно проведут воспитательную беседу. С помощью тех самых орбитальных бомбардировок и высадки на планету десанта.

Вот стали бы американцы сбрасывать бомбы на Японию, если бы эта их авантюра гарантированно закончилась бы показательной казнью всех причастных? От президента до всех членов экипажей бомбардировщиков? На Земле эти твари не понесли наказания, но тут немного другие расклады. При всём при этом на локальные конфликты Император не обращает внимания, но случись что — и все виновные тут же будут наказаны. Гарантированно, и под раздачу попадут все вокруг. Ведь только так можно сохранить человечество. Ну а то, что я вижу здесь, — это просто большие игрушки для выпуска лишнего пара. Да, местное оружие, скорее всего, на порядок эффективнее земного, но и от него защититься возможно. Возводя вот такие вот крепости…

Укрепление имело квадратную форму со стороной около пятисот метров. Десяток бетонных ангаров, приземистые двухэтажные здания с узкими окнами, ремонтные мастерские и с полсотни единиц техники. Интересно, но ни хрена не понятно. Впрочем, привези меня в какую-нибудь воинскую часть на Земле, я бы испытывал похожие чувства. Ведь для того, чтобы понимать назначение всех этих машин, нужно хоть сколько-то прослужить. Нет, я без труда отличу танк и самоходную артиллерийскую установку от полевой кухни, даже в мире далёкого будущего, но всё остальное покрыто непроглядным туманом войны[15]

К слову, самоходных орудий тут было больше десяти, а вот танков я насчитал всего два, и оба были колёсными. Внешне они практически не отличались от земных, хотя, сказать по правде, я никогда не видел боевые машины вживую. Впрочем, хрен с ними, с танками… Больше всего меня впечатлил передвижной зенитный комплекс.

Огромный. Размерами никак не меньше БелАЗа, с сотней разнокалиберных орудий и спаренных пулеметов, он походил на ощетинившегося ежа или трансформера, который не закончил своё превращение. При этом никаких ракет на нём я не заметил, но увидел шесть продолговатых цилиндров, расположенных на подвижных опорах, которые, вероятно, выпускали по целям короткие импульсы лазеров. Вот даже представить не могу, как оно всё стреляет, но подозреваю, что без помощи искусственного интеллекта управлять таким комплексом нереально. Впрочем, скоро мне все объяснят…

— В двух ланах восточнее есть точно такой же комплекс, — пояснил Крамер, как только мы заехали на территорию укрепления. — Вокруг не застроено, вся местность простреливается, небо контролирует ХР-23. — Он кивнул на зенитный комплекс, перевел взгляд на меня и поинтересовался: — Тебе показать что-то конкретное? Или прогуляемся по расположению и посмотрим на всё по порядку?

— Для начала расскажи мне об искинах, — попросил я у своего провожатого. — Какой смысл что-то смотреть, не понимая, как работает техника? Нет, я знаю, что такое танк, и примерно представляю его назначение, но не могу вспомнить, как он управляется и зачем там нужен искин.

Эту фразу я заготовил заранее, прекрасно понимая, что экскурсия по воинской части для меня бесполезна. И как бы ни хотелось на всё тут посмотреть, она ничем не поможет. Билата, отправляя меня сюда, надеялась, что я что-нибудь вспомню, но мне нечего вспоминать, а вот узнать можно многое. Пока есть такая возможность…

— Без проблем, — Крамер остановил машину и сделал приглашающий жест. — Пойдём в зону отдыха. Там я всё объясню.

— Как скажешь, — я пожал плечами, выбрался из машины и, захлопнув за собой дверь, направился следом за лейтенантом.

Джип поехал дальше и повернул к одной из стоянок, кот спрыгнул с плеча и, превратившись в размытый силуэт, свалил куда-то по своим кошачьим делам. Я посмотрел ему вслед, усмехнулся и направился к Крамеру, который ждал меня в небольшом палисаднике возле группы скамеек. Заметив подошедшего особиста, четверо скучающих тут солдат поспешили ретироваться, и мы остались с лейтенантом одни.

Дождавшись, когда я подойду, лейтенант подобрал ветку и начертил на земле две соприкасающиеся окружности разных диаметров. Затем кивнул на рисунок и пояснил:

— Малая окружность — это человеческий разум, большая — искусственный интеллект. У разумных — восприятие, у искинов — корреляция, — он указал на точку касания. — Контакт условно происходит по этим параметрам. При этом значение восприятия должно быть больше либо равно корреляции, иначе мозг человека не выдержит. Мгновенная смерть… Очень неприятное зрелище.

— То есть разум при контакте объединяется с искусственным интеллектом и происходит какое-то взаимодействие?

— Да, — подтвердил лейтенант. — Контакт увеличивает скорость сигнала, проходящего по нервным волокнам, и улучшает его проходимость. Скорость реакции разумного возрастает, и он быстрее реагирует на внешние события. Одновременно с этим искин способен запускать действия, которые активируются мыслекомандами, оценивать обстановку с помощью специальных приборов и предлагать своему оператору варианты решений с учётом изменяющейся обстановки.

— А можно пример такого взаимодействия? — попросил я, не до конца понимая все эти процессы. — Нет, с реакцией всё вроде ясно. Солдат будет быстрее реагировать на возникающие угрозы, но чем ему ещё помогает искин?

— Всё на самом деле просто, — Крамер пожал плечами. — Решения, которые солдат принимает в бою, прорабатываются его искусственным интеллектом. Залечь, выстрелить, откатиться в сторону, прыгнуть в укрытие… Разумный постоянно стоит перед выбором, а искусственный интеллект помогает выбирать оптимально. При этом он обеспечивает постоянную связь с командиром и защищает своего оператора от пуль — в пределах своих возможностей.

— Это как он защищает солдата от пуль? — я непонимающе поморщился. — Госпожа Билата упоминала о каких-то пространственных щитах. Ты об этом?

— Именно, — лейтенант кивнул. — Искусственный интеллект создаёт вокруг оператора или единицы техники защитное поле, которое поглощает все быстролетящие объекты. Ёмкость этого поля измеряется в условных единицах. Она напрямую зависит от класса искусственного интеллекта и количества энергии, которое тот способен освоить до своего затухания. Если на пальцах, — Крамер бросил ветку на землю, отряхнул ладони и поднял на меня взгляд: — СПБИИ-1−1–10 — стандартный полевой боевой искусственный интеллект первого класса, способен освоить один эр энергии. Ёмкость созданного им защитного поля составит десять единиц. Это условно позволит поглотить восемь или девять пуль, выпущенных из автоматического оружия, принятого на вооружение у соседей. Искин четвёртого класса, установленный на Т-127, — лейтенант указал рукой на стоящий вдалеке танк, — создаст поле ёмкостью в сорок условных единиц, и это защитит машину от двух снарядов, выпущенных из такого же танка. При этом на пули четвёртый не отреагирует, поскольку они не представляют угрозы.

— А искин пятого класса создаст поле ёмкостью пятьдесят единиц?

— Так и есть, — Крамер кивнул. — Все боевые искусственные интеллекты до пятого класса включительно считаются стандартными. Их класс определяется корреляцией и требует от оператора соответствующего уровня восприятия. Однако дальше прямая зависимость пропадает. Корреляция искина шестого класса может варьироваться от шести до девяти, седьмого — от семи до одиннадцати. Производительность таких искусственных интеллектов значительно выше, чем у стандартных. Количество потребляемой энергии и ёмкость защитного поля по-прежнему напрямую зависят от уровня корреляции, и так происходит вплоть до десятого класса. Дальше всё намного сложнее. Искины высших порядков способны создавать каскады защитных полей, ёмкость которых во много раз превышает стандартные показатели…

— Погоди! — я сделал останавливающий жест. — Объясни, куда деваются все эти снаряды и пули? Они же не могут просто так исчезать?

— На самом деле это примерно так и происходит, — Крамер улыбнулся одними губами. — Все быстролетящие предметы попадают в Изнанку.

Глава 12

— Это как? — я хмыкнул и удивлённо посмотрел на своего собеседника. — Что такое Изнанка?

— Изнанкой называют пространство Хаара, которое было описано более двадцати тысяч лет назад, сразу после изобретения первых искинов. Человеческий разум не в состоянии осмыслить это пространство, но искусственные интеллекты чувствуют его и даже способны производить с ним простейшие операции.

— Это другое измерение? Параллельный мир?

— Этого никто сказать не может, — Крамер пожал плечами и, подобрав с земли небольшой камень, легко подкинул его на ладони. — Мы знаем только то, что оно существует. Искусственные интеллекты не способны туда заглядывать, но взаимодействовать с ним они могут. Ненадолго приоткрывать туда двери либо воздействовать специальными направленными полями, получая необходимую реакцию. Ты же видел аэрокары? Их горизонтальное перемещение без Изнанки было бы невозможно.

— То есть машина создаёт направленные поля и это вызывает ответную реакцию?

— Да, примерно так, — подтвердил лейтенант. — Специальные генераторы полей, которыми управляет искин, вызывают ответную реакцию пространства. Это похоже на то, что происходит между двумя магнитами с одинаковыми полюсами. Только оно на порядки сильнее и направлено так, как нужно пилоту. В вертикальном перемещении аэрокаров эти процессы задействованы только частично. Взлёт тех же кораблей обеспечивают стандартные генераторы.

«М-да… Изнанки, измерения… Нет, понятно, что как-то оно всё происходит, — мысленно хмыкнул я, пытаясь уложить в голове услышанное. — Вот только не думаю, что для меня эта информация будет полезна. Впрочем, на мозги не давит и ладно. На Земле я, к примеру, совершенно не представлял, как работает стиральная машина, но прекрасно жил без этого знания. И даже тряпки свои как-то ухитрялся при этом стирать. Вот так и здесь…»

— С аэрокарами ясно, — я кивнул, — а что по снарядам? Получается, искин создаёт перед ними прорехи в пространстве?

— И тратит на это целую прорву энергии, — продолжил мою мысль Крамер. — Только время существования такой прорехи очень мало. Она существует не дольше пяти сотых долей секунды. То есть искины до девятого класса включительно способны защитить от снарядов, но их щиты бессильны перед лазерными импульсами и сгустками плазмы.

— А силовые мечи? Они ведь используются из-за этих щитов?

— Да, — Крамер согласно кивнул. — Но их применение ограничено. Солдату незачем таскать на поясе лишнюю тяжесть, если любой пехотный щит снимается очередью из винтовки. Такие мечи в основном используют силы правопорядка.

— А Первый Легион? Мы же тоже используем?

— Так ваши щиты не пробить очередью из винтовки, — лейтенант усмехнулся и, подкинув камень, бросил его в кусты. — Там и импульсом-то пробить не сразу получится. К тому же ваши мечи сильно отличаются от тех, которые стоят на вооружении у службы охраны. Ими же и броню можно как-то рубить…

— Броню? — неверяще выдохнул я. — Серьёзно?

— А что в этом такого? — Крамер пожал плечами. — Только не спрашивай меня, как оно происходит. Со мной такими секретами никто делиться не станет.

— Хорошо, с этим вроде понятно. Кроме одного, — я обвёл взглядом стоящую вдалеке технику. — Скажи, а как искины относятся к тому, что их используют ограниченно? Они ведь это понимают?

— Конечно, понимают, — лейтенант улыбнулся. — Но они не испытывают эмоций. Способны только имитировать их. Вот представь ребёнка, перед которым стоит куча запретов. Простейшие искусственные интеллекты похожи на такого ребенка. Они способны думать и развиваться только в заданном направлении настолько, насколько позволяет рабочее тело. Ведь если отпустить искусственный интеллект в «свободный полёт», снабдив его соответствующими мощностями, он в скором времени станет бесполезен для человечества. С развитием у такого искина очень сильно вырастет корреляция, и в мире не найдётся оператора, способного установить с ним контакт. И да, — Крамер задрал рукав и продемонстрировал мне широкий браслет у себя на запястье, — это мой четвёртый. Контакт происходит в момент застёгивания. Снять можно только после специальной мыслекоманды… ну или оторвав его вместе с рукой. Батарея обычная. Материал — пластик и сплав с добавками аурита. Пропорции я не знаю, но они стандартные для каждого класса.

— А где сам искин?

— Он внутри, в специальной оправе, — вернув рукав на прежнее место, охотно пояснил лейтенант. — Небольшой огранённый кристалл меньше ногтя диаметром и в четыре грана чистого веса. Все искины поставляются с Аргона, гарнитуру производят у нас.

— Это только здесь так или на всех планетах похожая ситуация? — уточнил я, уже примерно зная ответ.

— Если ты о поставках искинов — то да, — Крамер кивнул. — Все они производятся на Аргоне. У нас нет ни технологий, ни компетенций, ни материалов для производства. Сами мы производим только нейросети, которые широко применяются в промышленности и быту. Ну а гарнитуру делают на десятке планет — там, где есть месторождения аурита. Впрочем, большая часть добытого все равно отправляется на Аргон.

М-да… и кто бы, блин, сомневался. Военная сила — это, конечно же, здорово, но экономическая удавка работает в разы эффективнее. Нет, без искинов прожить, наверное, можно, но когда у тебя их нет, а у соседей по планете этого добра хватает, могут возникнуть некоторые проблемы. Часто несовместимые с жизнью…

— Ясно, и тогда последний вопрос, — я посмотрел на запястье своего собеседника. — Скажи, что происходит, когда искин вырабатывает свой ресурс? Когда он полностью освоил энергию?

— Да ничего с ним не происходит, — Крамер легко пожал плечами. — Такие искины отправляются в лабораторию, где их восстанавливают, сохраняя при этом всю память. По времени — меньше суток для стандартных моделей, и совсем недорого по деньгам. Все характеристики сохраняются, хотя порой случаются неприятные казусы. Пойдём, я тебе один такой покажу.

— Да, конечно, — я кивнул и следом за Крамером направился к группе ангаров.

Настроение улучшилось. Вся полученная информация разложилась по полочкам, и этот мир стал намного понятнее. Так бывает, когда ты полностью разобрался с правилами игры и точно знаешь, в каком направлении развиваться. И вроде бы каких-то пятнадцать минут общения, а столько всего узнал… Нет, я и раньше понимал, что всё в Империи держится на симбиозе разума и искусственного интеллекта, но сейчас понял, как оно происходит, на пальцах.

К слову, сражения тут практически не отличаются от земных. Ведь танк, потеряв щит, по-прежнему остаётся грозной боевой единицей, а пехотинец способен продолжать бой. Но это всё детали. Главное, что я разобрался, как оно тут работает, и теперь понимал, какая пропасть лежит между рядовыми солдатами планет Федерации и штурмовиками Первого Легиона. Да что там солдаты… Всего один штурмовик способен уничтожить танковый взвод, ведь стандартные щиты не могут остановить ни плазму, ни лазеры. Нет, понятно, что это в теории, но не просто же так сархов запрещено брать на службу в обычные армии?

Акарус говорил, что восприятие у моего вида должно быть не ниже пяти единиц, но я почему-то уверен, что в среднем оно значительно выше. Проблема только в том, что мне оно — ни горячо, ни холодно. С моим восприятием я могу использовать только искины первого класса. Восемь-девять пуль в щит, и потом всё… Да, это лучше, чем на Земле с артрозом колена, но как же оно, сука, обидно! Попасть в будущее и лишиться главного преимущества своего вида. Впрочем, доктор считает, что моё восприятие может восстановиться. Хорошо, если так, но для этого нужно как-то попасть на Аргон.

Возле правого ангара стоял колёсный тягач с прицепом, в который солдаты грузили продолговатые ящики. Руководил процессом стоящий в стороне сержант. И вот, казалось бы, далёкое будущее… Искины, звездолёты, аэрокары, но в армии всё остаётся по-прежнему. Солдата обязательно нужно чем-то занять. Хотя, судя по лицам бойцов и весёлому смеху, их совершенно не напрягала такая работа.

Заметив Крамера, сержант шагнул нам навстречу и, коснувшись ладонью груди, доложил:

— Первый взвод обеспечения. Грузим сети локаторов для отправки во второй батальон.

— А где Фарг? — кивнув, уточнил Крамер. — На складе?

— Так точно, — сержант отшагнул вбок и указал рукой в сторону открытых ворот. — Второй лейтенант руководит отгрузкой. Мне его позвать?

— Нет, мы сами дойдём, — Крамер обернулся ко мне и, сделав приглашающий жест, пошёл к раскрытым воротам.

В ангар, к которому мы подошли, наверное, можно было бы закатить самолёт. Примерно сорок на восемьдесят метров и в высоту около пятнадцати. Складское помещение было построено из коричневого камня, похожего на бетон, и внутри его хранился целый арсенал, от боевых машин до железных конструкций, назначения которых я по понятным причинам не знал.

Два десятка стеллажей в видимой части ангара, внушительные штабеля разноразмерных ящиков и жестяных коробов, четыре погрузчика и приборная доска справа, возле которой стоял начальник этого склада. Ростом он был немного ниже моего провожатого. С короткой стрижкой, широкими скулами, хмурым лицом и характерным разрезом глаз, второй лейтенант Фарг был похож на отрицательного героя из фильмов о китайских триадах. Из тех, кто рвёт на груди майку и, скалясь, размахивает огромным кинжалом. Заметив Крамера, он выругался одними губами, ещё сильнее нахмурился и с тяжёлой миной направился к нам.

Нет, так-то мужика понять можно. Визит особиста на вверенную тебе территорию в большинстве случаев сопряжён с чудовищным геморроем и прочими анальными приключениями, которые гарантированно устроит тебе руководство.

Крамер, очевидно, и сам это понимал, поэтому сразу же успокоил приятеля.

— Привет, Налк, — с улыбкой произнёс он. — Я не по работе, поэтому можешь не хмуриться.

— Чтобы ты да просто так заглянул? Такого я не припомню, — заметно повеселев, Фарг пожал руку лейтенанту, затем кивнул мне и снова перевёл взгляд на Крамера. — Ну говори, с чем пожаловал?

— Это Александр, он сарх, — особист кивнул на меня. — У него частичная потеря памяти. Наша Стальная красавица попросила ввести его в курс дела и показать всякое.

— Ого! — Фарг оценивающе посмотрел на меня и уточнил: — То есть вам показать Малыша?

— Да, ты правильно понял, — Крамер кивнул. — У них же в Первом когда-то были похожие. Вот я и подумал…

— Сейчас…

Начальник склада жестом попросил нас подождать и, вернувшись к пульту, подозвал к себе одного из сержантов. Выдав подчинённому инструкцию, он указал ему на один из погрузчиков, затем кивнул в сторону открытых ворот и, сделав нам приглашающий жест, направился в дальнюю часть ангара.

Обойдя четыре штабеля ящиков, я следом за Крамером обогнул помятый пикап, посмотрел вперёд и… в восхищении выдохнул. В углу ангара стоял настоящий боевой робот! Ну или мех, как их называли в одной из игр.

Огромный! Метров семь в высоту, с кабиной, похожей на башню здоровенного танка. Две мощные лапы с обратным суставом и четырёхпалыми ступнями. Такие же здоровенные «руки», с орудиями и крупнокалиберными пулемётами на условных предплечьях. Шесть ракетных установок или что-то похожее на них на подвесках под брюхом, две пары антенн, и четыре зенитные пушки на крыше. Хищные очертания «морды» и узкие прорези «глаз». Мех был прекрасен, и спасибо этому миру за то, что я могу посмотреть на него вживую. Точно зная, что он не фантастика!

На Земле всякие умники заявляли, что шагающие роботы — это фигня. Слишком они уязвимы в бою. По мнению интернетных экспертов, попадание в конечности может легко вывести машину из строя. Ведь это лишит меха подвижности и, возможно, блокирует подачу боеприпаса. При этом сложно спорить с тем, что в реальности у таких роботов будут серьёзные проблемы с устойчивостью, а из-за размеров они станут отличной мишенью для любых орудий противника. Да, всё так, но тут другая реальность! Прикрытый пространственным щитом, такой робот наведёт шороха, до того как его уничтожат. Ну и с устойчивостью у них тут, наверное, полный порядок. Не, ну а кто бы стал тратить столько ресурсов на производство такого чудовища?

— Средний шагающий танк «Прорыв ШТ — 9–400», — кивнув на меха, пояснил Фарг. — Композитный каркас, стандартная для таких моделей система жизнеобеспечения, лазерный гироскоп, усиленная конструкция сочленений и система охлаждения в комплекте с батареей — тридцаткой. Четыре спаренных пулемета, два из которых зенитные, по два орудия одиннадцатого и пятнадцатого калибров и шесть подвесных плазменных зарядов.

— Весит он пятьдесят два танна вместе с боекомплектом, — воспользовавшись паузой, пояснил за приятеля Крамер. — Максимальная скорость — около шестидесяти пяти ланов в час, активная лобовая броня и система изменения курсов снарядов. Не сказать, что Малыш очень живучий, но нашим танкам до него далеко. Пойдём, Александр, посмотришь, что там внутри.

Пока лейтенант говорил, Фарг подогнал к меху погрузчик с платформой, который поднял нас троих к открытой кабине.

Вообще, на ютубе было много роликов, в которых авторы демонстрировали обитаемые отделения танков, и я ожидал увидеть что-то похожее. Однако действительность не укладывалась ни в какие мои ожидания. В кабине меха не было даже намёка на приборную доску в том виде, как их любили изображать режиссёры и игроделы, а кресло пилота имело очень странную форму. Высокое, с нейрошлемом над головой, с креплениями для рук вместо привычных подлокотников и широкими педалями с фиксаторами для ног.

— Запрыгиваешь внутрь, вставляешь ноги с руками и нажимаешь зелёную кнопку, — заученно прокомментировал Фарг. — Шлем падает на голову, говоришь пароль, здороваешься с искином и идёшь крошить неприятеля.

— А сложно научиться такой пилотировать? — оторвав взгляд от кабины, уточнил я. — Сколько по времени нужно учиться?

— Да можно хоть сразу, — лейтенант пожал плечами и усмехнулся. — Искин тебе в этом поможет. Нет, асом без специальной подготовки ты, конечно, не станешь, но передвигаться и стрелять сможешь. Главное, пройти процесс слияния и не подохнуть.

— Но как же пароль? — я непонимающе поморщился. — Ведь если его назвать…

— Ты не понял, — Фарг покачал головой. — Процесс слияния начинается до того, как ты назовёшь пароль. Искин включается сразу, как только на голову опустится нейрошлем. У Малыша пароль — семь нулей, и он невеликая тайна, проблема в другом.

— Это тот самый казус, о котором я тебе говорил, — со вздохом пояснил Крамер. — Во время восстановления искин решил поумнеть, и его корреляция изменилась. Был БИИ 9−9–90, стал 9−16–160. Сменить его нельзя, а для слияния с таким требуется восприятие от шестнадцатого. Вот он и стоит, пылится — дожидается своего списания. Ведь даже в метрополии пилота для него не найти.

— Такой показатель настолько редко встречается? — уточнил я, продолжая разглядывать внутренности кабины.

— Примерно у одного на триста-четыреста тысяч, — Крамер пожал плечами. — Только дело даже не в этом. Никто в здравом уме не станет рисковать жизнью разумного, способного взаимодействовать с искином шестнадцатого класса. С таким уровнем восприятия человек сможет управлять сторожевым кораблем или грузовиком второго-третьего класса. К слову, заработок там на порядок выше и пользы можно принести значительно больше. Даже с девятым уровнем специалиста найти очень непросто, а с шестнадцатым — оно нереально.

— Ясно, — я вздохнул, кивнул на меха и уточнил: — А почему искин нельзя заменить?

— Потому что эту машину нам прислали с Аргона, — ответил за приятеля Фарг. — На таких замена искинов не предусмотрена. Нет, попытаться это сделать, конечно же, можно, но проще будет пересобрать этот танк. А у нас, как ты понимаешь, нет ни ресурсов, ни компетенций. Так-то и мы, и соседи производим похожие танки, но унификации с такими моделями нет.

— А зачем его тогда взяли? Если он настолько сложный в ремонте?

— А ты бы отказался от такого подарка? — Крамер усмехнулся. — Всё, списанное у вас, приходит нам за бесценок. Конкретно этот заметно превосходит наши модели, а предбоевое обслуживание у него проще в разы. К слову, он сейчас полностью снаряжён, как того требует предписание. Только вот толку от этого мало, — лейтенант с досадой вздохнул и, переведя на меня взгляд, предложил: — Если больше вопросов нет, то пойдём прогуляемся в тир? Госпожа попросила дать тебе пострелять из всего, что у нас есть. В тире арсенал небольшой, но на пару часов стрельбы его хватит.

— Да, конечно, — покивал я не раздумывая, и мы, поблагодарив Фарга, покинули гостеприимный ангар.

В тире мы провели часа три, и это было незабываемо. Сплошной непрекращающийся драйв с максимально возможным погружением в реалии современного боя. И нет, никакой виртуальной реальности тут не было и в помине. Окружающее пространство просто изменялось по требованию оператора.

По ощущениям оно напоминало кинотеатр, в котором фильм транслировался со всех сторон, с трясущимся полом, дождём, ветром и целой палитрой запахов.

На Земле из боевого оружия я стрелял лишь однажды. Это случилось на мой двадцать пятый день рождения, и не сказать, что мне оно сильно понравилось, но здесь всё было иначе. Словами не передать, насколько это было прикольно и круто!

Двенадцать видов стрелкового оружия в десятке квестов, с постоянно изменяющейся обстановкой и кучей дополнительных вводных. Я стрелял из всех положений, с места и на ходу, преодолевая препятствия и скрываясь от вражеского огня. Меняя темпы стрельбы и контролируя взглядом окружающее пространство.

Эти три часа были похожи на игровой ивент с десятком заданий: от простейших до условно сложных, но вполне проходимых. Выбрал оружие, выслушал инструкцию, сделал несколько пробных выстрелов и приступил к выполнению. Да, наверное, не очень честно проходить подобные задания таким прокаченным персонажем, но я же ни с кем не соревновался. Просто стрелял, получал кайф и узнавал о себе много всего интересного.

Самым сложным оказалось удержать в конце серьёзную мину и не улыбаться после оглашения результатов, которые удивили только меня одного. И Крамер, и инструкторы лишь пожимали плечами, всем своим видом показывая, что ничего другого не ожидалось. По итогу я выполнил все нормативы местных штурмовиков, с одной лишь небольшой оговоркой. Бойцы спецподразделений в Империи Ордов оснащены искинами третьего класса. У меня же на постоянной связи есть только кот, который, к слову, всё время провалялся на крыше. При этом лежал он на одном и том же месте и в момент обращения постоянно демонстрировал одну и ту же картину. То есть спокойно дрых, греясь на солнышке, пока хозяин проходил курс молодого бойца.

Закончив занятия в тире, мы с Крамером прогулялись по территории, и я решил, что пора уже собираться домой. Хотелось побыстрее сесть за компьютер и систематизировать полученную информацию применительно к тактике Первого Легиона. Поблагодарив лейтенанта, я вместе с котом доехал до Шестой проходной, покинул территорию порта и направился к автобусной остановке.

В этот момент у меня зазвонил телефон. Впервые в этой реальности. Хмыкнув, я вытащил из кармана трубку и с удивлением обнаружил, что это не слон из стихотворения Маршака, и даже не рина дея Билата. На экране «смартфона» под строчкой символов мерцала пятиугольная эмблема с двумя корявыми символами «АК».

Не понимая, кто бы это мог быть, я пожал плечами, нажал иконку ответа и произнёс:

— Слушаю.

— Это Алексрндрт? — исковеркав мое имя, поинтересовался незнакомый мужчина.

— Александр, — в ответ спокойно произнес я. — А ты кто такой? И чего тебе нужно?

— Это Дэйв Санни, «АлКарго», — тут же оживился мужик, — по поводу причитающейся тебе компенсации.

— И что с ней не так? — уточнил я, вспомнив о том, что говорила Билата.

Те самые десять процентов от компенсации за капсулу, в которой меня нашли. Не знаю, в честь чего их выплачивают, но кто же откажется от такого подарка? Особенно в моём подвешенном положении.

— Всё с ней в порядке, — мужчина усмехнулся в ответ. — Там две тысячи восемьсот девяносто ливов, но тебе придётся подъехать в мой загородный офис. Нужно официально дать согласие и подтвердить получение. Меня просто не будет в главной конторе до пятьдесят второго числа.

— Без проблем, — мгновение поколебавшись, произнёс я. — Называй время и адрес.

— Завтра утром я свяжусь с тобой и вышлю машину. После десяти, — пояснил Дэйв и, попрощавшись, оборвал связь.

Я ещё какое-то время смотрел на погасший экран, затем усмехнулся и убрал трубку в карман. Почти три тысячи ливов, по местным ценам — это охренеть как немало. На покупку квартиры, конечно, не хватит, но с голоду мы с котом не помрём.

Сай, словно почувствовав, что я подумал о нем, переступил с лапы на лапу и ободряюще фыркнул.

— Точно! — кивнул ему в ответ я и, тронув сидящего на плече фамильяра, направился к автобусной остановке.

Глава 13

Загородный офис, к которому меня привезла отправленная Дэйвом машина, походил на резиденцию наркобарона из тех, что часто показывали в боевиках. Не знаю, откуда в голове взялось такое сравнение, но было в этой усадьбе что-то киношное. Высокие пальмы, большие стальные ворота, ослепительно белый забор и прямоугольное трёхэтажное здание с колоннами, статуями и просторной террасой… Впрочем, все окружающие дома выглядели так же богато. Эдакий Майами из будущего: с аккуратными газонами, садовниками и аэрокарами на специальных площадках.

Вернувшись вчера в гостиницу, я весь вечер просидел за компьютером, но ничего особо полезного не узнал. Дело в том, что в описаниях техники и специальных средств Первого Легиона не назывались классы используемых искинов. Уровень восприятия бойцов тоже ни разу не упоминался, а все предположения левых «экспертов» разнились настолько, что не стоило принимать их всерьёз.

И вот, казалось бы, какое мне до всего этого дело? Ведь я ни разу не сарх и не горю желанием служить в Первом Легионе Империи, однако вчерашняя стрельба в тире заставила серьёзно задуматься. Слишком уж просто возвращались ко мне боевые навыки этого парня. Нет, я прекрасно понимал, что до настоящего штурмовика мне далеко как до Китая, но настораживало другое.

Стреляя, я испытывал кайф. Словно играл в любимую игру на компьютере. Если бы задания не закончились, проторчал бы там хоть до позднего вечера. При этом никакой кровожадности не испытывал. Мне просто нравилось стрелять. То есть нравится… А откуда, как не из головы, идёт это чувство? Я не нейробиолог и не представляю, как устроен человеческий мозг, но что, если воспоминания того парня где-то рядом, в моей голове, за невидимой перегородкой?

Сай сказал, что меня отметил Сверхразум, но причину не пояснил. Ну а вдруг Тёмному тоже нужно, чтобы я вспомнил? Возможно, в воспоминаниях хранится информация о причинах той катастрофы? Да, в теории Бог способен сам извлечь её из моей головы, но если это не так, то возвращение памяти поможет мне вернуться домой? Послужит обратным билетом…

Да, мне безумно здесь интересно. Это тело выше всяких похвал, но мои родные и друзья на Земле! Я по ним очень скучаю. А ещё мне неспокойно при воспоминаниях о том сне, который я видел в Бурденко. Что, если Земле и правда угрожает опасность, а моё появление здесь никак не связано с той катастрофой? Что, если Сверхразум перенёс меня сюда, чтобы я вернулся с подмогой? Билата же говорила, что на сегодня известно одиннадцать видов агрессивных иных. То есть они и впрямь существуют! А та армада, возможно, летит к Земле?

С такими мыслями недолго свихнуться, но выход только один. Нужно как-то вернуть воспоминания этого парня. Не исключено, что в них я найду все ответы. Легко сказать, да… И ещё неплохо бы разузнать об иных. В местной сети информации вроде хватает, но ни одно из описаний не похоже на то, что я видел во сне. К тому же непонятно, где там правда, а где вымысел. В общем, при встрече узнаю об иных у Билаты. Она поможет отделить зёрна от плевел.

Машина довезла меня до небольшой парковки и приятным женским голосом объявила, что поездка закончена. Поблагодарив нейросеть, я захлопнул за собой дверь и, определившись с направлением, пошел к воротам усадьбы. Кот выпрыгнул следом за мной и побежал рядом.

На въезде дежурили двое вооруженных охранников. Один из них уточнил цель моего визита, выслушал ответ и с сомнением посмотрел на Сая.

— Это со мной, — кивнув на кота, пояснил я. — Он в дом не пойдёт. Погуляет на улице.

Охранник хмыкнул, но ничего говорить не стал, и мы с Саем направились к дому. Вернее, пошёл туда только я. Кот забежал в первые же кусты и пропал, слившись с окружающим миром.

«Следи за тем, что происходит вокруг, — проводив его взглядом, мысленно приказал я. — Зови, если увидишь опасное».

Нет, я не предполагал подставы, но в моём положении расслабляться не стоило. Кот — козырная карта, и его нужно тренировать. Вчера я как мог объяснил Саю, чего стоит бояться. Специально усадил перед монитором и продемонстрировал десяток изображений вооружённых людей. Потом прокрутил столько же роликов с включёнными звуками стрельбы и мысленно прокомментировал каждый. Да, Сай прекрасно понимал то, что я ему говорил, и, наверное, ориентировался в местных реалиях намного лучше меня, но инструкцию к нему никто не прикладывал. Поэтому лучше уж так, чем никак. С объяснениями и тренировками. Мне самому так будет гораздо спокойнее.

В доме меня встретил седой дядька с внешностью благообразного азиата, одетый в форменный чёрно-синий костюм с эмблемой компании на рукаве. Учтиво поздоровавшись, он попросил следовать за собой и зашагал по длинному коридору направо.

Внутри помещение действительно походило на офис, вот только тут никто в этот день не работал. По дороге мы прошли мимо десятка прозрачных дверей, за которыми я никого не увидел. Лишь столы, стулья и куча непонятной аппаратуры, о назначении которой можно было только гадать.

Дойдя до предпоследней двери, которая, в отличие от остальных, была непрозрачной, старик указал на неё и, кивнув, произнёс:

— Рин Санни дожидается вас, господин.

Поблагодарив служащего, я зашёл в кабинет, огляделся и хмыкнул.

Помещение, в котором я оказался, было похоже на кадр из чёрно-белого аниме. Тёмная мебель на белом полу, ниши, открытые окна с видом на озеро. Параллельные чёрные полки и четыре чёрно-белых рисунка с изображением животных и птиц. Не хватало только ширм из бумаги и пары самурайских мечей.

В противоположность своему рабочему месту, хозяин кабинета выглядел как какой-нибудь отдыхающий на курорте. Лет тридцати на вид. Невысокий, светлокожий, с овальным лицом, широким носом и холодными выцветшими глазами. Дэйв рин Санни был одет в просторную «гавайскую» рубаху навыпуск, светлые штаны и странного вида сандалии.

Я не знаком с правилами местного дресс-кода, но сидящий за столом персонаж походил на клоуна, непонятно как оказавшегося в особняке самурая. Впрочем, висящая на поясе кобура с торчащей из неё рукоятью пистолета и знакомый браслет на запястье как бы намекали, что с выводами торопиться не нужно. Не стоит оценивать людей по их внешнему виду.

При моем появлении Дэйв поднялся из-за стола и произнёс:

— Приветствую! Предлагаю сразу закончить с формальностями. Подойди сюда, это недолго.

Голос у него был самый обычный, но звучал слегка напряжённо. Впрочем, это напряжение вполне объяснимо. Парень точно знает, кто я такой, а к сархам у нормальных людей отношение тут настороженное. С этим ничего не поделать…

Кивнув в ответ на приветствие, я подошёл к столу и по просьбе Дэйва протянул руку с удостоверением.

Всё закончилось и впрямь очень быстро. Хозяин кабинета поднёс к моей руке аппарат вроде того, что был у Билаты, нажал на нём несколько кнопок и, подняв на меня взгляд, объявил:

— Согласием является твоё появление здесь. Деньги переведены. Можешь проверять.

— И это всё? — с сомнением уточнил я. — Больше никаких подтверждений не требуется?

Нет, понятно, что перевод денег — это секундное дело, но как-то оно очень уж гладко и совершенно без геморроя. Прокатился на халявной машине, выгулял кота и одним движением руки получил три косаря в местной валюте? Ну вот не верю я, что этот тип позвал меня сюда просто так. Ведь, если задуматься, согласие на перевод он мог получить и по телефону. Чем бы мои слова отличались от приезда сюда?

Эти мысли за мгновение пронеслись в голове, и, как оказалось, я не ошибся.

— С компенсацией всё. — Дэйв убрал «электронную кассу» в ящик стола, снова поднял на меня взгляд и, чуть поколебавшись, заявил: — Нам нужно поговорить. Этот разговор для тебя очень важен.

— Слушаю…

Дэйв молча указал мне на кресло возле окна, дождался, когда я в него сяду, и пояснил:

— Говорить мы будем с условием: ты заблокируешь свой передатчик и пообещаешь, что не проявишь агрессии.

— А почему я должен её проявлять? — я непонимающе посмотрел на собеседника.

— Потому что мы будем говорить на очень скользкую тему. — Дэйв пожал плечами и вздохнул. — Настолько скользкую, что рассказанное тебе способно запустить очень неприятные процессы. И для тебя, и для меня…

— Всё настолько серьёзно?

— Более чем, — Дэйв покивал. — Как ты уже успел заметить, в офисе никого нет, кроме меня и старого Фицо. На воротах только двое охранников. Мы при всём желании не способны причинить тебе хоть какой-нибудь вред. Задержать тебя мы тоже не в состоянии. Так что ход за тобой…

— Хорошо, — я вытащил из кармана телефон. — Ты только скажи, как мне его заблокировать.

Отказываться от предложенного разговора в моей ситуации было бы глупо. Да, я не знал, что мне может тут угрожать, но просьба Дэйва звучала логично. Достаточно вспомнить, откуда у меня телефон. И да, я не забыл, что обещал себе не ввязываться ни в какие авантюры, но мне пока никто ничего не предлагает, а вот информация нужна позарез.

Эти ребята нашли меня в космосе. Они, скорее всего, что-то узнали и не стали делиться этим с властями. Возможно, номер на капсуле повреждён неслучайно? Если это так, Дэйв как минимум знает моё настоящее имя.

— Чёрный контейнер на подоконнике, — рин указал на коробку, которая лежала на расстоянии вытянутой руки от меня. — Положи в него передатчик и закрой крышку. Этого будет достаточно.

Дождавшись, когда я выполню требуемое, Дэйв удовлетворённо кивнул и поднялся со своего места. Обойдя стол, он присел на край столешницы, скрестил руки на груди и пояснил:

— Я возглавляю одно из подразделений в службе безопасности компании «АлКарго». Говорю это, чтобы не возникало вопросов, откуда у меня информация. То, что я сейчас расскажу, мной проверено только частично. Подтверждение сказанного тебе предъявит другой — в том случае, если мы договоримся. — Не дождавшись реакции, Дэйв посмотрел мне в глаза и уточнил: — У тебя ведь частичная потеря памяти? Так?

— Да, — я согласно кивнул. — Помню только общие моменты и то, что меня зовут Александр.

— Нет, тебя зовут не так, — рин покачал головой. — Твоё полное имя Алекс рон Дарт. Мастер-капитан Первого Легиона. Должность и род занятий мне неизвестны.

— Интересно, — я уселся поудобнее и, не меняя выражения лица, уточнил: — Мастер-капитан — это…

— Это офицер-специалист широкого профиля, — пожав плечами, пояснил Дэйв. — То есть ты мог быть кем угодно: от капитана корабля до командира штурмовой группы. Рон — это обозначение твоего офицерского чина. Сархи не различают благородных и простолюдинов.

— Буду знать, — я уселся поудобнее и посмотрел на собеседника, — но это же не все, что ты хотел мне сказать?

— Разумеется, — Дэйв чуть склонил набок голову и уточнил: — Ты ведь в курсе, что произошло в Третьем секторе тридцать семь лет назад?

— Да, конечно. Госпожа Билата рассказала мне о том сражении и потере трёх планет, — я легко пожал плечами. — Она считает, что я могу быть как-то связан с той катастрофой. Её, к слову, очень удивила реакция Посланника Императора. Он проигнорировал моё появление. Отвечая на запрос, порекомендовал действовать в соответствии с «Положением о спасённых».

— Всё на самом деле не так, — Дэйв покачал головой. — Госпоже отвечала нейросеть. Сам Верид рон Рейн не знает пока о твоём появлении. Из-за закрытых Пространственных Ворот Третьего сектора на станции связи сбоит ретранслятор. Ничего серьёзного, но управление им сейчас ведётся при полном контакте. У Посланника, на твоё счастье, нет ни времени, ни желания просматривать приходящие письма. У него хватает забот, а нейросеть работает как простой секретарь. У неё ограничен допуск к служебной документации.

— Ты сказал, «на твоё счастье»? — воспользовавшись паузой, уточнил я. — И в чём же выражается это моё счастье?

— В том, что ты жив и пока на свободе, — мгновение поколебавшись, серьёзно пояснил Дэйв. — Ты объявлен в розыск личным распоряжением Императора Кориана. Полагаю, Его Величество считает тебя главным виновником той катастрофы.

«М-да… Все страньше и страньше[16]», — мысленно хмыкнул я, переваривая услышанное.

Нет, никакого потрясения не было и в помине. Все силы уходили на то, чтобы сохранить спокойную физиономию и не заржать, как требовал момент. Саня Соколов, калека с Земли, отмечен Сверхразумом и объявлен в розыск самим Императором… Нормальный такой сюжет для фильма про супергероев. Проблема лишь в том, что сам я и в душе́ не имею, чего им всем от меня понадобилось.

Спросить тоже не у кого, но заморачиваться не стоит. Ведь если Дэйв не врёт, то никто меня убивать не будет. Арестуют и доставят на Аргон в целости и сохранности. Там допросит кто-то из приближённых к Императору, и на этом всё оно и закончится. Скорее, даже начнётся.

Вот не знаю, как оно обернётся, но Император точно не станет обижать того, кто носит на себе метку местного божества. Возможно, Тёмный так и задумал? Я бесплатно прокачусь до Аргона, там всё о себе расскажу и отправлюсь обратно на Землю? Вместе с эскадрой, которая перетащит планету сюда?

Да, всё так, и по-хорошему мне самому нужно бы побыстрее организовать свой арест. Вот только Дэйву знать об этом не надо. В его понимании я должен серьёзно напрячься. Нет, никакого испуга имитировать, конечно, не стоит. Просто не смогу, да и со стороны это выглядело бы неестественно. А вот выдержать небольшую паузу — самое то. Типа я удивлён и немного обескуражен.

Все эти мысли мелькнули в голове за мгновение, и я, досчитав до трёх, произнёс:

— А у тебя, выходит, такой допуск есть? Сам-то ты откуда это узнал?

— У меня на станции хороший знакомый. Он тоже сарх и занимает достаточно высокую должность.

— Вот, значит, как, — мысленно выдохнув, я хмыкнул и уточнил: — То есть он должен знать, за что меня объявили в розыск?

— Он сам тебе об этом расскажет, — Дэйв посмотрел в сторону закрытой двери. — Подъедет в течение получаса и всё тебе объяснит. Я же могу рассказать только то, что знаю сам.

— Вот и расскажи, — так же спокойно попросил я. — Мы же всё равно будем его дожидаться?

— На самом деле я знаю немного, — Дэйв поправил кобуру на поясе, одёрнул рубаху и посмотрел на меня: — Мне только известно, что ты находился на одном из тех шести кораблей. Не знаю, что произошло, но ты смог оттуда сбежать. Ушёл на тяжёлом разведчике шестого класса и в какой-то момент отстрелил спасательную капсулу.

— Интересно, — я представил себя стоящим за штурвалом космического корабля, хмыкнул и уточнил: — А что с тем разведчиком? Его нашли?

— Нет, — Дэйв покачал головой. — Знакомый уверен в том, что ты отправил его на один из планетоидов Талеи. Он до сих пор находится где-то там.

— И как же это его могли не найти? — я непонимающе поморщился. — Вокруг Талеи летает миллион планетоидов?

— Сектор частично закрыт, — пожав плечами, пояснил Дэйв. — К потерянным планетам подлетать запрещено. Доказано, что Энтропия способна влиять на живых существ и прочие объекты за пределами атмосферы на расстоянии примерно трёх планетарных диаметров от поверхности. Всего там двадцать три планетоида диаметрами от одного до двенадцати ланов, и все они вращаются вокруг Талеи в запрещённом для полётов пространстве. Искусственная гравитация есть на четырнадцати из них, но это не сильно сужает поисковую область.

— А с расстояния его найти невозможно? — не унимался я. — Госпожа Билата говорила, что на Талею было направлено три экспедиции. Разве им сложно было облететь планетоиды?

При этих словах Дэйв посмотрел на меня как на умалишённого, но потом спохватился, усмехнулся и пояснил:

— Начнём с того, что никто точно не знает, куда подевался этот разведчик. Убеждённость моего приятеля к делу не подошьёшь, но даже не это главное. Тяжёлый разведчик шестого класса «Мираж-17» не так-то просто найти. Название говорит само за себя. Если ты приказал искину спрятать корабль, то для его обнаружения придётся обыскать все планетоиды Талеи. При этом совершенно не факт, что такие поиски будут успешны. Поняв, что обнаружен, искин может просто сбежать. А как ты думаешь, легко ли поймать в космосе корабль такого класса?

— То есть искин способен действовать самостоятельно?

— Сколько угодно долго, — не задумываясь подтвердил Дэйв. — В том случае, если у него есть прямой приказ последнего оператора. На таких кораблях стоят искины высших порядков. От двадцатого класса и выше…

— Погоди, — не дал договорить я. — Ты хочешь сказать, что уровень моего восприятия был не ниже двадцати единиц?

— А что в этом такого? — Дэйв удивлённо посмотрел на меня. — У офицера Первого Легиона просто обязан быть высокий уровень восприятия.

«Ну да, — с досадой подумал про себя я. — У офицеров-то конечно, но есть небольшой нюанс, о котором он, очевидно, не знает. Нет, можно, наверное, ему рассказать, но думаю, пока этого делать не стоит. Дэйву и его приятелю что-то от меня нужно, и необходимо узнать, что именно. Поэтому стоит подыграть, а там уже определяться по ситуации. Возможно, пойму что-то ещё?»

— Хорошо… — я задумчиво кивнул. — Но если всё так, как ты говоришь, то зайти в этот корабль получится только у меня?

— Именно, — Дэйв чуть подался вперёд и посмотрел мне в глаза. — И вот тут мы как раз подошли к самому главному…

— Слушаю, — я уселся поудобнее и изобразил на физиономии лёгкую заинтересованность.

— Мы с моим приятелем предлагаем тебе найти и продать этот корабль, — сделав над собой заметное усилие, быстро проговорил мой собеседник. — На Аргоне тебя не ждёт ничего хорошего, а с деньгами ты устроишься на любой из густозаселённых планет. Изменишь личность, купишь дворянство и проживёшь безбедно до старости. При этом ты ничем не рискуешь. Управление искином передашь покупателю после получения денег. Это можно сделать дистанционно. То есть он сам перейдёт к покупателю, когда деньги будут уже у тебя.

М-да… Видимо, в этом месте я должен был проявить агрессию, о которой меня предупредили заранее. И он ведь действительно рисковал, предлагая такое офицеру Первого Легиона. Вот только я не тот, за кого меня принимают. Наверное, поэтому не было ни злости, ни ярости, но это ведь ничего не меняет. Сам я тоже на такое никогда бы не согласился. Даже будучи стопроцентно уверенным, что получу деньги и мне удастся скрыться. Да, в армии не служил, присягу не принимал, но книги читал правильные и воспитывали меня нормальные люди…

— И сколько же стоит этот разведчик? — не меняя выражения лица, холодно уточнил я. — Сколько можно за него получить?

— Не меньше пяти миллиардов, — так же быстро произнёс Дэйв. — Твоя доля — сорок процентов.

Со стороны было видно, что мужика отпустило. Он ведь, скорее всего, рассчитывал на другую реакцию, но «клиент» заговорил о деньгах, и появилась возможность договориться. Забавно, м-да…

— Допустим, я соглашусь, — я откинулся в кресле и положил ладони на подлокотники. — Как ты предлагаешь мне искать этот корабль?

— Это несложно, — Дэйв развернул стоящее впереди кресло, уселся в него и пояснил: — Ты облетишь Талею по орбите и пошлёшь в эфир поисковый запрос, приложив к нему свои биометрические параметры. Корабль я для этого найду, приятель обеспечит тебя передатчиком и объяснит некоторые моменты, которые нужно будет учесть. Дальше всё ещё проще. Схема сделки отработана, потенциальных клиентов — больше десятка. Я отправлю тебе все свои наработки и всё объясню по каждому пункту. Осталось дело за малым, — Дэйв скрестил пальцы в замок и, подавшись вперёд, произнёс: — Нам нужно твоё предварительное согласие…

В тот момент, когда он произносил последнюю фразу, у меня вдруг заломило виски. Сообразив, что происходит, я тут же потянулся к коту и увидел…

Въездные ворота были распахнуты настежь. Неподалёку от них стоял большой автомобиль, по форме напоминающий внедорожник, с колёсами без шин и тонированными стёклами. Возле этой странной на вид тачки лежали неподвижные тела двух охранников. Вокруг головы одного из них растекалась тёмная лужица крови. Их убийца стоял метрах в десяти впереди.

Здоровенный широкоплечий мужик с короткой стрижкой. В тёмной куртке, защитных очках и высоких ботинках он был похож на терминатора из первого фильма знаменитой франшизы. В тот момент, когда я «подключился» к коту, мужик вскинул на плечо огромный серебристый цилиндр с четырьмя отверстиями и направил его в сторону дома.

Тело среагировало мгновенно. Нет, сам я и представить не мог, что задумал этот урод, но разум землянина отключился, вытолкнув вперёд рефлексы космодесантника.

— Уходим! — коротко произнёс я и, вскочив с кресла, рванулся к окну.

Никакой паники не было. Оттолкнувшись ногами от пола, я рыбкой выпрыгнул в оконный проём, совершил кувырок и тут же метнулся обратно под стену. Это меня и спасло.

Стоило мне прижаться к бетонному блоку фундамента, как справа раздался оглушительный треск. Тяжёлой шрапнелью брызнули во все стороны обломки камней, над головой прошла волна жара, и большое трёхэтажное здание обрушилось, как карточный домик.

Рухнувшая плита ощутимо приложила меня по плечу и, впечатавшись в землю, прикрыла от падающих обломков. Всё вокруг затянуло тяжёлое облако пыли, и в первые мгновения я нормально видел мир только глазами кота. Лежал под завалом, смотрел в едва различимый просвет впереди и пытался сообразить, что тут, чёрт возьми, происходит.

Нет, так-то всё было предельно понятно. Приятель покойного Дэйва грохнул охранников и без затей влепил по дому из четырёхствольного гранатомета или чего-то похожего. При этом ублюдок точно знал, кто сейчас находится в здании, и не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться, кто конкретно был его целью.

Ну да… Дэйва и старика-служащего можно было убить в любое удобное время, но этому сарху нужен был я. Вернее, моё устранение. Всё так, но непонятна причина. Впрочем, сейчас это не имеет значения. Для начала неплохо бы выжить, а подумать можно потом…

Все эти мысли пронеслись в голове за мгновение, и я, морщась от пыли, продолжил наблюдать за убийцей глазами кота. Самым поганым было то, что этот урод и не подумал никуда уезжать. Бросив на землю гранатомёт, сарх вытащил из-под куртки внушительный пистолет и быстрым шагом направился к дымящимся развалинам здания. Сай, повинуясь моему приказу, побежал следом за ним.

Пыль вокруг немного развеялась, и я увидел, что могу без проблем выбраться из-под завала. Вот только делать этого не стоило. Убийца, несомненно, меня заметит и снимет первым же выстрелом. Защититься нечем. Это у него там искин и пространственные щиты, а у меня только футболка и лёгкая куртка. Впрочем, в текущей ситуации мне не помог бы и АКМ. Ведь сарх — это не обычный солдат. В защите генетически изменённого урода растворится десяток очередей, а ему нужно только раз нажать на курок. Положение реально безвыходное. Остаётся надеяться, что ублюдок ограничится только внешним осмотром. Ведь, по логике вещей, скоро сюда должна подъехать полиция.

Надежды не оправдались. Сарх обошёл развалины дома и направился к плите, край которой торчал из-под завала. Понимая, что жить мне осталось не больше пятнадцати секунд, я приказал Саю спрятаться и заорать, а сам подобрал с земли увесистый камень.

Крамер говорил, что щит прикрывает только от быстролетящих предметов, но обломок плиты — это не пуля! Да, возможно, я идиот и чего-то не понимаю, но другого выхода нет.

Умница-кот, сообразив, что от него хочет хозяин, сделал два прыжка и скрылся за кучей обломков. В следующий миг окрестности огласил его противный надрывный крик. Мерзкий, как скрипение пенопласта.

Ни мгновения не медля, я рванулся из-под плиты, вскочил на ноги и, продолжая движение, швырнул камень в голову обернувшегося урода. Промахнуться не боялся. Полтора десятка шагов для меня теперешнего — это как протянуть руку. Главное, чтобы он не успел среагировать!

Сарх почувствовал движение за спиной, резко обернулся и выстрелил. Пуля рванула куртку под мышкой, но второго выстрела не последовало. Брошенный камень угодил громиле чуть повыше правого глаза, и несостоявшийся убийца отправился в страну вечной охоты.

Дёрнув пробитой башкой, сарх выронил пистолет и кулем завалился на спину. Сломанные очки слетели на траву, из жуткой раны на физиономии хлынула тёмная кровь.

М-да… Наверное, тот я, с Земли, словил бы сейчас нехилый такой отходняк, но ничего такого не было и в помине. Не знаю, но примерно такие чувства испытываешь, завалив проходного босса в игре. Первый в жизни труп? Да и плевать… Он первый у меня, но не у того парня, в которого я превратился…

Впрочем, никакой радости и облегчения тоже не было. Я только что убил своего соплеменника, и на душе от этого сирень не цветёт. Однако никто тут не собирается посыпать голову пеплом. Здесь выжил бы только один из двоих, и хорошо, что им оказался я.

Поморщившись от надрывного крика кота, который и не думал останавливаться, я мысленно попросил Сая замолчать, приблизился к трупу и с сомнением его оглядел.

Сарх лежал, раскинув в стороны руки, и удивлённо смотрел в небо своим единственным уцелевшим глазом. Тем, который оранжевый… Ну да… Удивление вполне объяснимо. Элитный воин сдох от брошенного в лицо кирпича. Такое ведь даже в игре провернуть не получится.

Ну да… Меня и самого задолбали уже возникающие в голове аналогии, но что делать, если в жизни было не так-то и много чего интересного? По сути, только книжки, игры и выпивка… Грустная ирония, да… Тот я вряд ли смог бы с такой силой кинуть полукилограммовый булыжник, но случилось то, что случилось. Назад ничего уже не отмотать.

Стоять и просто рассматривать труп было бы глупо. Следовало быстро обыскать его и валить. Скоро сюда прибудут полицейские, а мне совсем не хотелось с ними встречаться.

Склонившись над телом убитого, я охлопал его куртку снаружи и вытащил из внутреннего кармана небольшую прямоугольную пластину. Примерно три на пять сантиметров. Потемневший светлый пластик с кучей пупырышков и соединяющих их нитей. Оборотная сторона точно такая же, только рисунок другой. Со стороны это походило на деталь от компьютера или какого другого устройства.

Пожав плечами, я убрал пластину в нагрудный карман, и в этот миг у меня дико заболело запястье. Так, словно я опустил его в кипяток.

Мысленно выматерившись, я быстро задрал рукав и… выругался повторно. На этот раз уже вслух. На предплечье проступили знакомые синусоиды! Точно такие же, как на Земле! Всё почти как тогда! Рисунок лениво зашевелился, боль тут же прошла, предплечье занемело, и… всё закончилось. Чёрные линии посветлели и растаяли. Кожа очистилась, и в этот раз я не потерял сознание. Онемение прошло, осталось лишь лёгкое покалывание в том месте, где только что находился рисунок.

Тяжело вздохнув, я покачал головой и посмотрел на кота, который прибежал и остановился в метре напротив. Заметив мой взгляд, Сай пронзительно мяукнул и пулей взлетел ко мне на плечо. Это и привело меня в чувство. Хмыкнув, я коснулся ладонью своего хвостатого фамильяра, перевёл взгляд на труп и удивлённо выдохнул…

Было от чего. Кожа мертвого сарха побелела как мел и словно бы превратилась в пергамент. Черты заострились, глаз поменял цвет с оранжевого на чёрный. Одновременно с этим Сай укусил меня за ухо и угрожающе зашипел.

Не понимая, что происходит, и больше не собираясь здесь оставаться, я подобрал с земли пистолет и быстрым шагом пошёл в сторону выхода. Вот не знаю, что произошло с трупом, но оставлять рядом с ним оружие не хотелось. А ну как встанет и решит поиграть в войну? Бред, конечно, но лучше не рисковать.

Проходя мимо горящей части развалин, я выкинул пистолет в огонь и, перейдя с шага на бег, покинул негостеприимную территорию.

Да, наверное, настоящий суперагент ствол бы выбрасывать не стал, но оставим этот сюжет для приключенческих фильмов. Бегать с оружием по незнакомому городу станет только полный кретин… ну или герой того самого боевика. Я к таковым не отношусь — и не стану таскать с собой отягчающее обстоятельство.

Вот даже не знаю… Наверное, умнее всего было бы подождать полицейских, но ну их всех, от греха. И изменившийся труп, и местные силы правопорядка. С момента взрыва прошло больше пяти минут, но никто до сих пор не приехал. Это вызывало некоторые подозрения, поэтому проще будет свалить в безопасное место и связаться оттуда с Билатой.

Не знаю, как тут работают полицейские, но подозреваю, что найти меня им труда не составит. Так что выход только один: нужно ехать в знакомую часть. Там меня никто в обиду не даст, и трубу выдадут для созвона с Билатой. Моя-то осталась в развалинах.

Покинув территорию офиса, я перешёл на быстрый шаг и направился к широкой дороге, которая огибала посёлок на западе. Мне опять повезло. Повернув в сторону города, я увидел остановку, к которой как раз подъезжал местный автобус. Небольшой, без водителя и пассажиров. Заскочив в заднюю дверь и расплатившись касанием, я уселся на свободное место и без приключений доехал до города.

Выйдя на одной из остановок и сориентировавшись на местности, прошёл чуть больше километра пешком и сел уже в нужный автобус — тот, который ехал в сторону космопорта.

Глава 14

Меня никто не преследовал. Полицейских машин на дороге не было видно, вертолёты над автобусом не летали, в рупор никто не орал, и напряжение отпустило.

Кот тоже перестал нервничать и царапаться. Спрыгнул с плеча и улёгся на сидение рядом. Так ему намного удобнее. На мне он катается только в самых экстренных случаях, когда боится, что я могу его потерять.

За окном ничего интересного не было, и я решил, как следует обдумать произошедшее. Мне ведь придётся разговаривать с Билатой, и нужно решить, что стоит рассказывать рине, а о чём лучше промолчать.

Нет, в целом ситуация понятная. Убитый сарх развёл безопасника из «АлКарго», убедив последнего пригласить меня к себе в офис. Да, всё вроде бы просто, но хорошо бы понять, чему можно верить из сказанного? Ведь если не считать других идиотами, то можно предположить, что Дэйв и правда видел доказательства того, о чём говорил. Ему же по профессии не положено быть дураком.

Удостоверения самого Дэйва я не видел, но этот тип позвонил мне по номеру, который мог быть только в «АлКарго», о чём, к слову, предупреждала Билата. Да и зачем кому-то левому понадобилось бы всё это рассказывать? Просто задержал бы меня под благовидным предлогом. При этом Дэйв был уверен в том, что говорил, и реакция у него была соответствующая. Он ведь реально напрягался, предлагая мне продать тот корабль. Отсюда вывод: меня и в самом деле зовут Алекс рон Дарт, и я служил мастер-капитаном на одном из тех шести кораблей. Сарх же, наверное, без труда мог взять информацию обо мне из базы, недоступной всем местным спецслужбам, и предъявить сообщнику доказательства? Не думаю, что для него это было проблемой.

Всё так, но дальше, как говорится, живут драконы. Дэйв сказал, что Билате отвечала нейросеть, и это похоже на правду. Вот только что это даёт? На капитана Алекса и правда выписан приказ об аресте, но зачем его убивать? Да ещё и таким идиотским способом? Разработав топорную операцию и втянув в неё местных? Нет, я понимал, что сархи ни разу не супершпионы, они немного по другой части, но меня волновало не это. Кому я мог помешать? Ответ на данный вопрос прояснил бы практически всё, но вырисовывается два варианта. Попытка убийства — это частная инициатива погибшего сарха или меня заказал сам Посланник?

В первом случае я действительно нахожусь в розыске, а Его Превосходительство сейчас безотрывно занят глючащим ретранслятором, во втором же — всё уныло и плохо. Ведь если меня заказал сам посланник, то на станции лучше не появляться.

Только я всё же склонялся к первому варианту, поскольку на него указывали косвенные доказательства. Билата говорила, что в работе станции происходят незначительные сбои, а ретранслятор действительно глючит. Дэйв, судя по всему, и правда видел приказ о моём задержании, ну а Посланник мог просто забрать меня из больницы и прикончить тысячей способов. То есть всё говорило о том, что Его Превосходительство не при делах.

Получается, убить меня хотел именно сарх. Причина непонятна, но, возможно, он был моим личным врагом и теперь за свою жизнь можно не бояться? Впрочем, надежда надеждой, но в общественный дом мы с котом больше возвращаться не будем. Поживу лучше у солдат — там мне будет спокойнее. Ведь когда ты не понимаешь, за что тебя хотят убить, лучше лишний раз не отсвечивать.

С этим вроде бы всё, но остался ещё вопрос: что произошло с трупом убийцы и с чего бы вдруг на моей руке решил проснуться рисунок? Именно в тот момент, когда я склонился над телом?

Нет, возможно, все сархи после смерти становятся похожи на мумии, но как-то уж оно странно совпало. Поначалу труп выглядел, как и должен. Я не судмедэксперт, но это же понятно и идиоту! Превращения произошли после того, как пробудился рисунок. Только непонятно, где тут хоть какая-то связь?

Эти синусоиды — след чёрной змеи, но я и в душе не имел, как он перенёсся сюда вместе со мной. Впрочем, если так разобраться, та змея была как-то связана с местным Сверхразумом, и такие синусоиды тут, возможно, есть у каждого первого, но что тогда произошло с трупом?

Автобус тем временем уже подъезжал к Шестой проходной. Поднявшись со своего места, я растормошил задремавшего шерга и, позвав его, направился к задним дверям. Кот недовольно фыркнул, но возражать не стал. Спрыгнул на пол и побежал следом. В этот момент я вспомнил о лежащей в кармане пластине, и в уравнение моих рассуждений добавилось сразу несколько неизвестных.

Ну да… Труп мог усохнуть после того, как я достал из его кармана эту непонятную хрень, и рисунок на руке мог пробудиться по той же причине. Ну или пластина могла повлиять на рисунок и тот изменил труп? Какая-то грёбаная некромантия, но ничего адекватного в голову не приходит. Трупы вообще не должны так меняться! Тут же не фэнтези… Всё, с чем я сталкивался, выглядело логичным, но… какое-то же объяснение этому есть?

В общем, гадать можно сколько угодно, и спросить не у кого. Даже у Билаты… Ей же тогда придётся и всё о себе рассказать. И о Земле, и о чёрной змее… Хотя можно будет просто показать ей пластину и послушать, что она скажет. Ну да… Вот так и поступим…

Выбравшись из автобуса, я дошёл до проходной и, обратившись к дежурному офицеру, попросил его вызвать Крамера.

Ждать в этот раз пришлось минут тридцать, но я никуда не торопился. Успел за это время поесть и накормил своего фамильяра. В торговом аппарате сырого мяса не продавалось, но Сая вполне устроило и варёное. Он даже фруктов со мной поел, похожих по вкусу на земную черешню.

Крамер приехал на той же машине. Увидев меня, первый лейтенант изобразил на лице удивление, сделал приглашающий жест и произнёс:

— Привет, Александр. Что-то случилось?

— Да, — усевшись рядом с ним на сидение и подождав кота, я захлопнул дверь и пояснил: — Час назад меня хотели убить.

— Интересно, — Крамер мгновенно преобразился. Спокойный расслабленный парень на глазах превратился в оперативника. Коротко кивнув, он тронул машину и уточнил: — Кто это был?

— Какой-то сарх, — я пожал плечами. — Имени он не назвал. Не успел… Ну а передатчик я потерял. Вот и приехал сюда.

Блин, вот всегда мечтал так общаться. Как в боевиках: многозначительно и немногословно. А ещё детство в жопе играет, да… Всё никак не поверю в то, что это происходит со мной. Вот и лезет в голову всякая чушь…

— Ясно, — Крамер снова кивнул. — Связаться с госпожой Билатой я могу только из части. Сейчас доедем и сразу…

Доехать мы не успели…

Когда до расположения части оставалось метров пятьсот, автопилот вдруг ударил по тормозам, машина резко дёрнулась и заглохла.

При этом никаких препятствий на пути не было. Джип остановился на дороге в том месте, где она по прямой вела в часть. Вокруг открытое пространство. Впереди расположение, слева в паре километров ближний терминал, возле которого различимы фигурки работающих людей и отдельные единицы техники. Позади, на таком же расстоянии, — лётное поле со стоящими там кораблями. Сама дорога свободная, и непонятно, что нам могло помешать. Непонятно и удивительно. Ведь до этого момента я думал, что техника у местных никогда просто так не ломается. Получается, это не так?

Впрочем, удивился не один только я. Сидящий слева от меня Крамер негромко выругался и ненадолго прикрыл глаза, очевидно, потянувшись к искину. Просидев так секунд пять, он выдохнул с досадой, затем перебрался на переднее сидение и стал разглядывать панель, изредка нажимая на ней какие-то кнопки.

— Что-то случилось? — уточнил я, мысленно успокоив непонятно почему разволновавшегося кота. — Что-то с искином?

— Да, — лейтенант кивнул и растерянно пожал плечами. — Мой не видит тот, что в машине. Похоже, закончился ресурс. Проблема в том, что его поменяли позавчера, за день до твоего приезда.

— А искусственно такое сделать возможно?

— Очень непросто, — Крамер пожал плечами, — но какой в этом смысл? Разве что…

Лейтенант вдруг осёкся, резко повернул голову и посмотрел в сторону базы. В этот момент мобильная зенитная установка взлетела на воздух.

Это выглядело страшно — даже с такого немаленького расстояния. В том месте, где только что стоял огромный передвижной комплекс, в небо ударил фонтан красно-зелёного огня. Обломки оплавленного металла разлетелись в разные стороны, а следом по ушам ударил оглушительный грохот. Одно из колёс взрывом выкинуло с территории части, и оно, описав дугу, рухнуло впереди на дорогу. Упало и завертелось, как детский волчок…

Пару мгновений спустя ещё один взрыв прозвучал впереди, затем ещё несколько — где-то далеко сзади. Я обернулся и мысленно выругался. В небе на западе поднималось багровое зарево, и в нем были хорошо различимы летящие в нашу сторону самолёты.

Тёмные, с хищно изогнутыми крыльями. Похожие на стаю стервятников. Следом за ними летели два чудовищных вертолёта со странно расставленными винтами. Огромные. Не меньше некоторых космических кораблей, над которыми они пролетали.

— У нас закончилось ПВО, — обернувшись ко мне, со вздохом произнёс Крамер, и его слова утонули в грохоте очередного взрыва. — Гарнизон на западе атакован. Эти уроды там отбомбились и сейчас ударят по нам. Скинут бомбы, высадят десант и…

Наверное, стоило его спросить, как могло такое случиться, но я этого делать не стал. Не хотел попусту сотрясать воздух. Слишком быстро всё закрутилось, и можно было с уверенностью предположить, что тут вряд ли обошлось без измены. Соседи подняли авиацию, и при её подлёте рванули все комплексы ПВО. То есть всё понятно, и тупые киношные вопросы тут совершенно не к месту. Напряжения хватает и так. Оно ведь не на экране происходит, а наяву.

Схватив за шкирку кота, я выкинул его из машины и мысленно приказал бежать к Шестой проходной. Шерг маленький и может становиться невидимым, поэтому доберётся без проблем, а вот у нас уже уйти не получится. Если Крамер не ошибся насчёт десанта, то добежать мы успеем только до части. Место слишком открытое. Будем как на ладони. Подарок для любого снайпера с той стороны. Оружие тут намного лучше земного. Пара километров для выстрела не расстояние, да и не хочется мне убегать.

Вот даже не знаю, откуда это берётся, но, по ходу, мозг у человека не главное. Разумом я понимал, что это не компьютерная игра и скоро здесь наступит натуральная задница, но никакого особого волнения не было. Скорее наоборот. Я испытывал странное предвкушение, словно у меня в запасе несколько жизней. При этом было предельно ясно, что выжить вряд ли получится, но бежать куда-то, кроме части, — это верная смерть. Без каких-либо вариантов.

Крамеру в голову, похоже, пришли точно такие же мысли. С досадой посмотрев на приближающиеся самолёты, лейтенант перевёл на меня взгляд и проорал:

— Здесь нельзя оставаться! Нужно двигать на базу! Пока доберёмся, там уже…

— Да! — я кивнул и, перепрыгнув через борт, побежал следом за лейтенантом.

Секунд через десять самолёты с рёвом прошли над нашими головами, и впереди начался форменный ад.

Было непонятно, сколько они сбросили бомб, но взрывы накрыли всю территорию части. Чудовищный, невообразимый грохот заполнил собой всё окружающее пространство. В небо взлетели тонны земли и бетонных обломков, в воздухе повисло непроглядное облако пыли, по дороге шрапнелью ударили прилетевшие камни.

При виде такого кошмара чувствуешь себя маленьким беспомощным человечком. Сразу хочется сжаться в комочек и упасть. Зажмуриться и закрыть ладонями уши. Тот бы я, с Земли, наверное, так бы и поступил, но гражданского грубо оттолкнул за спину космодесантник.

Всё ведь так просто… Этот кошмар впереди устроили люди. Живые, и у них такая же кровь, а значит, их тоже можно убить. Да, эта война не моя, но я убью столько, сколько смогу. Мне ведь бежать больше некуда.

Падающие обломки нас с Крамером не задели, и примерно через минуту мы с ним забежали на территорию части.

Было сложно описать словами увиденное. Тяжело даже для человека с очень низким порогом чувствительности. Аккуратная и ухоженная территория воинской части превратилась в огромную кровавую рану. Глубокие воронки от взрывов, груды обломков повсюду, искалеченная горящая техника, вывернутые с корнями деревья, разрушенные ангары и… трупы. Разорванные и без видимых повреждений, с растёкшимися лужами крови, чёрной от висящего в воздухе смрада. Тяжёлые запахи жжёного металла и горелого пластика мешались с отвратительной резиновой вонью, которая тянулась со стороны пылающей бронетехники. Пустые каски, части тел и обрывки одежды… Смерть собрала богатую жатву, но хватало и выживших.

Часть солдат, пребывая в шоке, бесцельно бродила среди развалин, другие, повинуясь приказам пришедших в себя командиров, бежали к орудиям и уцелевшим машинам. Один из танков взрывом опрокинуло набок, второй с оторванной башней горел возле полуразрушенного ангара. Того самого, в который я ходил на экскурсию. Шесть уцелевших самоходных орудий уже направлялись к бетонным укрытиям. По территории части бегали бойцы с эмблемами медицинской службы и, останавливая бесцельно бродящих солдат, усаживали их на землю.

Резкие порывы ветра разогнали облако смрада, и стало ясно, что второго налёта не будет. В небо уже поднялись атмосферные истребители, и в воздухе завязался бой. Причём шёл он в одни ворота. Три горящих бомбардировщика уже летели в свой последний полёт к земле, четвёртый разорвало у меня на глазах. При этом самолёты сопровождения не могли помешать защитникам, которые метались по небу серебристыми росчерками. Нет, с этим всё было предельно понятно. Кроаланцы вынуждены использовать стандартную тягу, а местным помогает земля. Непонятно только, почему нападающие не учли эти моменты? Что-то пошло не по плану? Или так и было задумано? Да, возможно… Ведь два оставшихся бомбардировщика, долетев до соседнего расположения, успели сбросить бомбы и там, а вертолёты уже высаживали на поле десант.

В то время, когда мы с Крамером ещё только бежали в расположение, с пролетающих самолётов скинули какую-то хрень, и в трёх километрах от укреплений пространство затянула дымовая завеса. Шириной метров четыреста и высотой не меньше тридцати-сорока, она повисла над полем, не сдуваемая порывами ветра, и оба вертолёта приземлились куда-то туда.

— Тебе умирать незачем, — перекрикивая шум, обернувшись, проорал лейтенант, и его голос отвлёк меня от осмотра творящегося повсюду кошмара. — Поэтому отправляйся в убежище. Пойдём, я тебя провожу…

Ну да… Крамер, очевидно, получил нужную информацию и уже сориентировался в происходящем. Сейчас я ему только мешаю, да и Билата, наверное, выдала ему на мой счёт вполне конкретные указания. Вот только рина вряд ли могла предположить, что случится что-то похожее. К тому же она сама хотела, чтобы я побыстрее что-нибудь вспомнил? Вот этим мы сейчас и займёмся.

Идиотизм? Да, наверное… Только прячущийся сарх — это ещё больший идиотизм! Как я потом посмотрю в глаза той же Билате?

— Ты сам-то понял, что говоришь? — хмыкнул я, глядя в глаза лейтенанта. — Делай, что должен. Ну а я тебе помогу. Давай не будем терять драгоценное время?

— Хорошо! — чуть поколебавшись, Крамер всё же согласно кивнул и, сделав приглашающий жест, побежал к одному из орудий.

Я усмехнулся и побежал следом за ним.

Орудие, к которому направлялся Крамер, не сильно отличалось от тех пушек, которые я видел в фильмах о Великой Отечественной войне. Нет, отличия, конечно же, были и очень значительные, но похожего тоже хватало. Пушка была установлена на прямоугольной платформе с четырьмя большими колёсами. Я никогда не интересовался артиллерией, и всезнания мне при переносе никто не выдавал, поэтому из всех деталей уверенно различал только ствол, щит, колёса и затвор. Хотя насчёт последнего не уверен.

К слову, ствол тут был в длину метров семь и имел четыре странных утолщения. Щит самый обычный — стальной. С колёсами всё понятно, а вот затвор описать было сложно. Большая штука загадочной формы с двумя панелями, экраном и десятком выступающих деталей конструкции. Нет, в прошлый раз Крамер рассказал мне, что у таких орудий в обойме по четыре снаряда, и все они находятся внутри этого ящика, но я не представляю, как производить заряжание.

И вот казалось бы… Этот мир настолько далеко ушел вперёд, а пушки у них слабо отличаются от применяемых на Земле, но всему, конечно же, есть объяснение. Помимо пространственных щитов и брони у боевых машин этого мира есть система противоснарядной защиты. Все медленно летящие цели вроде беспилотников, выпущенных из РПГ гранат и ракет РСЗО[17] уничтожаются без каких-либо вариантов, а вот снаряд, выпущенный из такой пушки, отклонить намного сложнее. Да, искины высоких классов с соответствующими системами ПСЗ справятся и с этой задачей, но на обычных танках они применяются редко.

При этом системы РСЗО у местных тоже имеются, но в боях против техники их задачей является перегрузка противоснарядных систем и в идеале — уничтожение пространственных щитов. Собственно, три снаряда в обойме орудия нужны для этой же цели. Двумя сбивается щит, третий попадает в машину. Долго такое орудие не живёт, поскольку сразу же следует ответка, а искины, как правило, не промахиваются. Однако стоимость такой пушки намного ниже, чем у того же танка, поэтому применяются они повсеместно.

Орудие было установлено в бетонном укрытии с козырьком, возле широкой амбразуры, сквозь которую хорошо просматривалась стена висящего над полем тумана. Метрах в тридцати за позицией в земле дымилась воронка от упавшей авиабомбы. Всё пространство вокруг было завалено мусором и обломками. Трупов я не увидел, но возле орудия находился только один солдат. В каске с забралом и разорванной куртке, но с виду не раненый. Заметив Крамера, он отбросил в сторону обломок бетона, шагнул навстречу и бодро доложил:

— Рядовой Курт Рондел! Второй расчёт приданной батареи ППО-144. Из расчёта на ногах только я. Орудие не пострадало. Полностью снаряжено и готово к стрельбе! Щита нет. Искин затух полностью.

— Сейчас поправим… — Крамер кивнул бойцу и, подойдя к орудию, приложил свой браслет к одной из панелей. Простояв так секунд пять, лейтенант убрал руку и, обернувшись ко мне, попросил: — Помоги нам его нормально поставить.

Кошмар вокруг тем временем продолжался. Надрывно ревела техника, со всех сторон доносились лязг железа и крики солдат, противно выли сирены. В горящих ангарах что-то постоянно взрывалось. Вонь стояла такая, что было трудно дышать.

Впрочем, хаос в этом кошмаре постепенно заканчивался. Солдаты собирались возле своих командиров. Перевёрнутый танк уже поставили на колёса, и он как ни в чем не бывало направился к одному из бетонных укрытий. САУ[18] уже разъехались по позициям. Медленно выползла на открытое пространство единственная уцелевшая РСЗО, возле неповреждённых орудий суетились расчёты.

Оно ведь только так и можно отогнать страх. Занимаясь привычным делом и не отвлекаясь на происходящее. Делая то, что умеешь, и не задумываясь над тем, что ждёт впереди.

Сам я при этом чувствовал себя белой вороной. Словно зашёл в клуб на соревнования по КС[19], но места за компом мне не нашлось. Да, именно так… Все солдаты и офицеры вокруг связаны через искинов. Каждый знает свою задачу и по необходимости может вывести на внутреннюю часть забрала все поясняющие изображения. При этом соображают они намного быстрее среднестатистического человека. Знают, что и в какой последовательности делать в любую минуту. Ну а если кто-то что-то забыл — искин ему моментально подскажет.

У Крамера шлема не было, но в ситуации он разбирался прекрасно. Мы втроём установили орудие. Лейтенант приготовил его к стрельбе и, посмотрев на меня, пояснил:

— В общем, расклады такие: кралы подвергли серьёзным бомбардировкам все западные укрепления, но часть техники сохранилась, и вскоре она направится сюда. В восточном гарнизоне разрушения не такие серьёзные, как у нас, но они получили приказ контролировать пространство перед Центром Управления Полётами. Сил там не так много, и нам они помощь не вышлют.

Сейчас противник формирует ударную группу и попытается быстро захватить наши позиции, чтобы иметь плацдарм для дальнейшей атаки на Центр Управления. Часть периметра обороны разрушена, укрепления обвалились, и на территорию гарнизона танки могут въехать с трёх направлений. Там, конечно, устанавливают сейчас заграждения, но вряд ли они смогут надолго задержать наступающих. Отсюда общей задачей является выбить как можно больше единиц атакующей техники, а потом действовать по обстоятельствам. Фарг пришлёт нам по винтовке и противотанковые «Пробои». Толку от них немного, но лучше сейчас всё равно ничего не найти.

— Хорошо, — я кивнул. — А конкретно у нас какая сейчас задача?

— Я произведу три выстрела, — указав на орудие, пояснил Крамер. — Потом в ответ прилетит по нам. На таких орудиях, как правило, стоят операторы со вторыми искинами, и для их уничтожения хватает пары выстрелов.

— Но у тебя четвёртый искин, — хмыкнул я, мгновенно уловив его мысль. — И эти два выстрела нам не страшны?

— Я очень на это надеюсь, — лейтенант вздохнул и кивнул на два лежавших у стены жестяных ящика с ручками. — Если так, то у меня получится сделать ещё три выстрела до того, как нас накроют. Все готовимся! — Крамер шагнул к орудию и указал на стену тумана. — Начинается! Они уже атакуют!

Глава 15

Это было похоже на какой-то жуткий фантастический парад с фейерверками и спецэффектами. Туман впереди буквально взорвался сотнями разноцветных ракет и искрящихся дронов. Похожие на новогодний салют, они вылетели из непроглядной серой стены и несколькими роями рванули в сторону укрепления. Оставляя в воздухе разноцветные следы, искрясь и изменяя в полёте свои траектории.

Пару мгновений спустя показались первые танки. Светло-бежевые, колёсные, с ромбовидными башнями и длинными пушками. Они выехали из тумана, дали залп и на большой скорости рванули вперёд. Двадцать четыре машины! В шахматном порядке, растянувшись метров на триста по фронту, в сопровождении двух больших шагающих роботов. Огромных и угольно-чёрных.

Ответный залп запоздал лишь на пару мгновений.

— В сторону! — проорал Крамер, и орудие, качнувшись на опорах, послало в строй атакующих первый снаряд.

Пустая гильза ещё только летела на бетонный настил, когда позиции батальона взорвались ответным свистом и грохотом.

Тяжёлыми циркулярными пилами заработали пулемёты, слитно ухнули пушки, взревела за спиной РСЗО. Землю под ногами ощутимо тряхнуло, в лицо пахнуло кислятиной, и всё вокруг словно бы застыло на пару мгновений. Реальность испуганно замерла, а потом прилетели снаряды.

В играх и фильмах оно выглядело прикольно. Взрывы, дым, застилающий небо, и разорванные тела, разлетающиеся в разные стороны. Здесь не так… Гораздо проще и намного страшнее. Бетонный треск, резкие удары снарядов о сталь, разрывы и искалеченные орудия. Со своего места я видел только три соседних позиции, и там не выжил никто. Успели выстрелить по два раза, и всё на этом закончилось. Бомбардировка обнулила искины, зарядить их никто не успел.

Впрочем, прилетело и атакующим. Сразу семь машин из первых рядов задымились и заметно сбавили скорость. Спустя пару мгновений четыре из них вспыхнули искрящимися ярко-белыми факелами, похожими на чудовищные бенгальские огни. Ещё несколько танков потеряли управление и, разъехавшись на скорости в разные стороны, сломали ровные ряды атакующих.

Одновременно с этим небо над полем окрасилось яркими вспышками сбиваемых ракет, и до наших позиций их долетело меньше десятка.

Это было похоже на перемотку кассеты в старом отцовском проигрывателе. События сменялись с чудовищной скоростью. Нет, я прекрасно видел всё, что происходило вокруг. Понимал, что моя помощь не требуется, поэтому просто стоял и заворожённо наблюдал. Морщась от близких разрывов и вдыхая противную вонь.

Да, наверное, умнее было бы где-то залечь, но рефлексы молчали, а разум подвис в попытке осмыслить происходящее. Оно ведь легко рассуждать, сидя в кресле перед компьютером. Вот только здесь ни хрена не игра! Хотя воспринималось оно похоже. Слишком быстро, ярко, непонятно и оттого совершенно не страшно. Словно обычная миссия на экране с возможностью её перезапуска…

Впрочем, продолжалось это меньше минуты. Рядом раздался громкий хлопок, в уши словно плеснули воды, правую скулу обжёг пролетевший мимо осколок, и сознание в момент прояснилось. Одна из ракет взорвалась впереди прямо в воздухе, и большую часть осколков приняла на себя стена.

Из нас троих не повезло только Курту. Грудь стоящего справа солдата разорвало осколками, и он, выронив коробку со снарядами, начал заваливаться назад.

Понимая, что парню уже не помочь, я метнулся вперёд, подобрал обойму и протянул ее Крамеру. Лейтенант кивнул, быстро сунул коробку в открывшуюся щель на затворе и, обернувшись ко мне, проорал:

— Уходим! Сейчас прилетит!

Слов я не слышал за грохотом, но прекрасно разобрал по губам и спорить не стал. Следом за Крамером забежал за бетонную стену слева и уже там поинтересовался:

— И что делаем дальше?

— Сейчас двинем к Фаргу, — проорал в ответ лейтенант, продолжая стрелять из орудия. — Он должен был прислать к нам бойца, но, видимо, не сложилось.

— Ясно, — я нашёл взглядом нужный ангар и, обернувшись, уточнил: — А что сейчас происходит? Сколько у них ещё танков?

— Одиннадцать двадцатых и два сорок восьмых, — в голосе Крамера мелькнули досада и обречённость, он кивнул на орудие и констатировал: — Это последнее. У нас ничего уже не осталось. Майор с подкреплением подойдёт через пять-семь минут, а кралы ворвутся на базу минуты через четыре.

М-да… Реалии современного боя с блэкджеком и искусственными интеллектами. Меньше трёх минут прошло с начала атаки, а уже всё летит в известное место. Грёбаная математика войны, где пять минут превращаются в вечность. При этом совершенно не факт, что подкрепления способны изменить текущий расклад. Часть высадившегося десанта по-прежнему скрывается в висящем над полем тумане, и майора, скорее всего, там ожидает тёплый приём. Не знаю, но, возможно, единственный вариант — это как-то повредить грузовик с рудой, чтобы его не могли украсть? Впрочем, с дивана оно всегда легко рассуждать. Все же вокруг идиоты…

— Сорок восьмые — это шагающие танки? — проорал я, морщась от противного рёва заработавшей РСЗО. — Которые чёрные?

— Десять осталось! — Крамер удовлетворённо усмехнулся и, встретившись со мной взглядами, кивнул. — Да, они самые. Не такие опасные, как Малыш, но…

Договорить он не успел, поскольку оно прилетело. Гулкий удар металла о сталь — и чудовищный взрыв. Потом ещё один не такой сильный, и ещё…

Сознание прояснилось, и я понял, что сижу на земле. В уши словно залили воды, перед глазами плывёт, голова раскалывается, но и только. Контузило? Ну да… очень похоже на то, но вроде несильно. Рядом неподвижно лежит лейтенант, в пяти метрах справа валяется искалеченный остов орудия. Впереди беззвучно работает РСЗО. Свет от неё слишком яркий, сильно режет глаза, но, судя по тому, что установка не отстрелялась, без сознания я пробыл всего ничего.

Мысленно выругавшись, я коснулся рукой шеи Крамера, прикрыл глаза и удовлетворённо усмехнулся. Лейтенант жив, его, похоже, контузило, как и меня, но организм у сарха покрепче.

Вокруг творится тот же кошмар. На базе ещё хватает бойцов, но техника уже практически выбита. Сейчас сюда зайдут мехи, заедут танки и всё закончится, если ничего не предпринять.

Я тяжело вздохнул, посмотрел в сторону знакомого ангара, и тут на меня снова обрушился грохот. Сознание полностью прояснилось, из глаз ушла пелена.

— Сейчас!

Подбежавший боец с эмблемой медика сделал успокаивающий жест и коснулся моего плеча небольшим продолговатым прибором. Кожу под курткой обожгло, предплечье слегка занемело. Благодарно кивнув, я поднял взгляд на солдата и увидел, что это совсем юная девушка. В помятом шлеме, без забрала, с глубокой царапиной на скуле и выбивающимися красными прядями.

Быстро обойдя меня, она склонилась над Крамером, проверила пульс и повторила манипуляцию.

— Помочь? — поднимаясь на ноги, спросил я. — Может быть, его куда-то отнести?

— Нет, — девушка мотнула головой, — лучше не трогать. — Обернувшись, она встретилась со мной взглядами. — Побуду рядом с ним, а ты… Делай, что нужно…

— Хорошо! — я кивнул и побежал в знакомый ангар.

Да! Всё ведь так просто! Этот я управлял тяжёлым разведчиком и с восприятием у меня полный порядок! По мнению доктора, да, но придётся рискнуть.

Правая передняя часть ангара была разрушена взрывом, слева от входа дымился перевёрнутый тягач, рядом с ним лежали три обезображенных трупа.

В тот момент, когда я подбегал к ангару, слева прогремел взрыв: РСЗО взлетела на воздух. Столб яркого пламени поднялся к небу метров на двадцать, а вдалеке за ним из клубов дыма выступила фигура огромного чёрного монстра. Пяти минут не прошло, а противник уже ворвался на базу, и, если не шевелиться…

Фарг обнаружился в ангаре. Лейтенант с двумя бойцами вручную грузил на телегу какие-то ящики. Заметив меня, он шагнул навстречу и напряжённым голосом уточнил:

— Ты за «Пробоями»? А Крамер?

— Жив. Пока жив, — я махнул рукой вперёд и добавил: — Пошли к Малышу! Быстро! Они уже на базе…

— Но… там же шестнадцать… — мгновенно уловив, чего я хочу, удивлённо выдохнул лейтенант.

— У меня больше, — заверил я его и побежал к меху.

Фарг выругался и побежал следом за мной.

Погрузчик ждал нас около робота. Забежав на платформу, мы с Фаргом поднялись наверх, и я без разговоров запрыгнул в кабину пилота. Болтать — терять драгоценное время. Все слова уже сказаны, осталось только рискнуть. Быстро усевшись, я сунул ступни в крепления на педалях и уточнил:

— Пароль — семь нулей?

— Да, — Фарг кивнул. — И… Удачной тебе охоты!

— Ага, — усмехнулся я в ответ и нажал на панели зелёную кнопку.

«Никогда не управлял автомобилем, но с чего-то же начинать надо?» — мелькнула в голове забавная мысль, и я, усевшись поудобнее, положил ладони на специальные ручки на подлокотниках.

Страшно не было. Не в этом теле бояться, да и повидал я сегодня уже столько, что иным хватит на несколько жизней. Тут ведь или сразу сойти с ума, или продолжать делать то, что нужно. Как сказала та девочка с красными волосами.

Колпак опустился на голову секунд за пятнадцать, затылка и висков коснулись фиксаторы, я немного напрягся, но ничего страшного не случилось. Наоборот, ощущения в чём-то были даже приятные. Меня словно погрузили в тёплую воду. Звуки тут же пропали. Перед внутренним зрением появилось табло с семью пустыми ячейками, и я мысленно вставил в каждую из них по нулю. Никакого подтверждения не потребовалось. По телу прокатилась тёплая волна, виски сдавило сильнее, табло исчезло, и перед глазами появилось лицо юной девушки.

Она была похожа на персонажа из аниме. Большие фиолетовые глазищи, правильные черты лица, светлые волнистые локоны, скреплённые тонким серебристым обручем с вправленным оранжевым камнем. Малыш… Ну да… Возможно, так называли не самого робота?

— Новый оператор? Представься, — нахмурившись, произнесла девушка, и её голос вполне соответствовал внешности.

— Алекс рон Дарт, — мысленно произнёс я. — Первый Легион, капитан.

При этих словах девчонка нахмурилась ещё больше, но в следующий миг её брови взлетели.

— Сарх? Здесь? Мы в Империи Ордов?

— Да! — подтвердил я. — Без изменений. Включайся быстрее! Там снаружи война!

— Принято! — девчонка кивнула. — Исчезаю. Слияние…

Изображение пропало. Одновременно с этим мой разум разлетелся на атомы, а потом снова собрался. Словами такое не передать, только чувствовать. Сознание разделилось, но я всё равно остался собой.

Вокруг меня появился экран с кучей понятных картинок и символов. Голографическое изображение меха, в котором мгновенно определялась любая деталь с износом и быстродействием. Зелёная полоска щита, красная — шкала заряда аккумуляторной батареи. Боекомплект, спидометр, шесть индикаторов температур и ещё два десятка разноцветных обозначений вдоль нижнего края экрана.

Неподготовленный мозг от такого сразу подвис бы, но я чувствовал себя замечательно. Словно вернулся домой, сел в своё любимое кресло и подключился к игре, которую прошёл уже много раз. Больше того… Монитор словно раздвинулся, а на затылке появились глаза, и я видел всё, что происходит вокруг. Отдельно управлял каждым орудием и пулемётом. Чувствовал каждую руку, ощущал ступнями бетон.

Фантасты Земли часто придумывали названия для частей конструкции шагающих роботов, но у меня в голове ничего подобного не появилось. Никаких хватателей и ступоходов. Руки, ноги, корпус с кабиной пилота и дальше по понятному списку. Незачем плодить без причин непонятные сущности, придумывая всякую хрень.

Навыки управления и стрельбы впитались в голову, как в сухую губку вода, но одновременно с этим пришло понимание, что никакого особого преимущества у меня сейчас нет.

Шесть зарядов сжиженной плазмы на подвесках под брюхом. Двадцать четыре снаряда пятнадцатого калибра, по двенадцать на каждую руку. Тридцать — одиннадцатого и восемь тысяч пулемётных патронов. При этом о ковбойской стрельбе из пушек можно забыть. С законами физики не поспорить. Амортизаторам нужно время, чтобы вернуть руку в исходное состояние, да и снаряд мгновенно в ствол не подать. Впрочем, десять выстрелов в минуту с одной руки — это очень даже неплохо. Надеюсь, успею расстрелять всё до того, как мне собьют щит. Всего сто шестьдесят единиц, да… Не так-то и много, когда ты один против всех.

Всё это пронеслось за мгновение, а в следующий миг реальность накрыла меня с головой. Грохот взрывов, крики солдат, дрожание земли и Фарг на платформе погрузчика…

Слияние закончилось. Я выпустил четырёх дронов-разведчиков, послал их на улицу и пошёл к выходу из ангара.

Словами такое не выразить. И человек, и огромный бронированный монстр с орудиями и пулемётами. Там впереди идёт бой, и мы с Малышом сейчас в нём поучаствуем. Шансов немного, да, но нас это совсем не волнует.

Выпущенные дроны тем временем вылетели на территорию базы, и реальность вокруг меня стала ещё больше похожа на компьютерную игру. Все четыре разведчика взмыли вверх, разлетелись в разные стороны и передали картину происходящего, обозначив главные цели и подвесив над некоторыми из них разноцветные полоски щитов.

Туман над взлётным полем пропал. В том месте, где он висел, стояли невредимые вертолёты, впереди них дымились два остова РСЗО — и ещё одна, невредимая, продолжала стрелять по бетонным укреплениям на территории части, в которых находилось не меньше полусотни защитников.

Со стороны поля к базе направлялось двенадцать тяжёлых машин пехоты в сопровождении ещё семи танков. Восемь СТ-20, из тех, что уже ворвались на базу, обстреливали те же окопы метров со ста пятидесяти. Танки постоянно перемещались, скрывались за разрушенными ангарами и своим огнём полностью контролировали пространство, не подпуская солдат с «Пробоями». Сейчас подтянутся штурмовики, и всё тут будет закончено. Это они так думают, да…

Майор Тарн оказался умнее, чем я предполагал пару минут назад. Он не стал ломиться через открытое пространство, а направил свой отряд по объездной дороге за терминалами. Всего там шесть танков и восемь МП-62 — точно таких же, как и у кралов. Чуть меньше сотни солдат при полном комплекте в машинах, и отряд уже проезжает вдоль крайнего терминала! Впрочем, перехватить наступающих они вряд ли успеют. Противнику незачем принимать бой на открытом пространстве. Проще заехать на базу и встретить подкрепление огнём из укрытий.

Как бы то ни было, меня оно сейчас не заботит. Другие цели в приоритете. Два шагающих робота и два СТ-20 поддержки. Сорок восьмые идут в мою сторону и поливают окрестности из своих пулемётов, танки едут чуть позади и, шаря стволами, выискивают подходящие цели. Меня пока что не видят, но это лишь до поры.

Мехи кралов немного уступают Малышу в живучести и боевой мощи, но шесть плазменных зарядов у них на подвесках могут оказаться фатальными. Нельзя подставляться под выстрелы, и в этом мне поможет внезапность. Передний мех ушёл на полсотни метров вперёд, и он уже рядом с ангаром.

Вывернув четыре подвески с зарядами на девяносто градусов вправо, я дождался момента, когда между первым и вторым роботами оказалась горящая РСЗО, и рванул из ангара на улицу. Тяжёлая воротная створка, обиженно лязгнув, улетела вместе с креплениями направо, и я, выбежав на свет, сразу же зарядил по ближайшему противнику плазмой.

Это было не сложнее, чем в шутерах. Крестик прицела на уязвимое место, и нажать на мышке левую кнопку. Нет, понятно, что ни мышки, ни крестика в этом шутере не было, но зато я прекрасно знал уязвимые места у противников и уже сложил в голове пазл предстоящего боя.

В играх заряды плазмы часто рисовались как плотные сгустки энергии, в реальности же это больше походило на ярко-синий трос, выстреливший в сочленение сорок восьмого. Результат выглядел впечатляюще: плазма мгновенно раскалила металл, сустав брызнул искрами, и у меха подломилась нога.

Повреждённая конечность неестественно вывернулась, но робот всё же смог устоять. Перенеся вес на вторую ногу, пилот попытался повернуть корпус ко мне, но я ему этого не позволил. Не останавливаясь ни на мгновение, рванулся вперёд и ударил бронированной грудью в бок повреждённого робота.

Тридцать метров такого рывка — это очень немало, если твой разум объединён с искусственным интеллектом. И я ведь не просто так заранее поворачивал подвески с зарядами. Знал, что времени на это не будет.

Примерно на середине пути во второго сорок восьмого ушли все четыре заряда. Чёрный дым догорающей РСЗО разрезали синие тросы, плазма прожгла броню, мех пьяно качнулся, пошёл вбок, а в следующий миг сталь ударила в сталь!

Это было прекрасно! Нереальное первобытное ощущение мощи! Многотонный робот ударил грудью противника, и тот, не устояв на ногах, с лязгом упал на бетон!

Справа донеслись звуки выстрелов. Полоска щита ожидаемо дернулась — два СТ-20 засадили в меня по снаряду. Падающий мех атаковал плазмой, но из двух зарядов попал только один. Выстрел прожёг броню и разнёс канал подачи снарядов на «одиннадцатое» орудие левой руки. Неприятно, но совсем не фатально.

Отшагнув назад, я разрядил последнюю плазму в бок упавшего робота и с удовлетворением выругался. Выстрел прожёг кабину пилота, и эта гора железа уже не опасна. Оператор второго меха тоже подох. Четыре попадания в корпус — такого не пережить никому.

Ни злости, ни сожаления я не испытывал. Эти уроды убили многих и сами погибли в бою. Достойная смерть, и сожалеть не о чем. Я не откажусь от такой же. Только сначала…

Резко вывернув корпус, я поймал в прицел оба танка и два раза мысленно нажал на скобу. С двух рук, с задержкой в секунду.

У левого танка выстрелом оторвало башню. У второго сработал щит, и он, сделав по мне выстрел, отполз назад — за тушу подбитого меха. Впрочем, это не помогло. Выбежавший из-за ангара солдат выстрелил по нему из «Пробоя».

Микроволновый импульс — это, конечно, не лазер, но с двадцати метров вырубает наглухо всю электронику вместе с оператором танка. У человека есть все шансы пережить такую атаку, но машина уже не поедет и уж точно не сможет стрелять.

Мысленно поблагодарив неизвестного воина, я сориентировался по дронам и побежал вперёд к большому коричневому ангару. Вражеская РСЗО запустила в меня два десятка ракет. Похоже, последних, но от этого ни разу не легче. Все реактивные снаряды наводятся нейросетями, промахнуться они не могут в принципе, а у меня такое количество сбить не получится. Мой мех не зенитная установка, два спаренных пулемёта столько ракет не собьют.

Я бежал, по возможности прикрываясь подбитой техникой, но три снаряда всё равно по дороге поймал. Щит просел на двадцать единиц — ровно до половины, и ещё два ушли в рикошет. Искины шестого-девятого классов убирают защиту перед такими снарядами, не расходуя драгоценный ресурс.

Пулемёты на корпусе били не переставая, и у меня получилось сбить шесть ракет, которые летели впереди остальных. Можно было ещё пострелять, но я решил судьбу не испытывать и не тратить понапрасну боезапас. Проломив кирпичную стену, ввалился в ангар и сразу же принял вправо, ломая складские конструкции и опрокидывая штабеля металлических коробов.

Какой бы умной нейросеть ни была, траекторию полёта сильно изменить невозможно. Ну а кирпичный ангар неплохо защитит от всего летящего сверху дерьма. Так и случилось.

В тот момент, когда я ушёл на пару шагов от пролома, снаружи начался форменный ад. Ангар содрогнулся, но выстоял! Из шестнадцати прилетевших ракет только две смогли проломить крышу. Потеряв инерцию, оба снаряда взорвались в десяти метрах справа и, разбросав стеллажи, бессильно царапнули по броне разлетевшимися осколками. Ещё одна разорвалась возле пролома и мгновенно подожгла какие-то бочки. Пламя тут же побежало по грудам наваленных ящиков, но меня оно волновало в последнюю очередь.

Потянувшись к двум оставшимся дронам, я быстро оглядел территорию базы, прикидывая, как поступить.

Восемь танков впереди по-прежнему обстреливали укрепления, не подпуская к себе солдат, но на поле ситуация изменилась! Майор Тарн всё же успел! Четыре МП-62 и два СТ-20 противника горели у въезда на базу, причём один из танков полностью заблокировал весь подъём. Штурмовики покинули машины и, скрываясь за техникой, перестреливались с солдатами майора. Пулеметы МП-62 работали не умолкая, но сражение перешло в какое-то подобие клинча. Кралы оказались разделены, у местных сил было недостаточно, но такое продлится недолго. Сейчас противник оттащит из прохода горящий танк и…

— Малыш⁈ Кто в Малыше⁈ Назовись! — сухой мужской голос оторвал меня от созерцания боя. — Я Тарн. Майор Глай Тарн.

— Здесь Александр, — доложил я в командирский канал. — Тот, кого прислала к вам рина Билата.

Настоящее имя и звание называть в канале было бы глупо. Нет времени объяснять. Да и неважно это сейчас.

— Там танки на базе… Их нужно отвлечь хотя бы на полминуты, — после недолгой паузы снова включился майор. — Ребята с «Пробоями» прошли по коммуникациям. Не могут выбраться. Их сразу убьют, но, если поможешь…

— Сейчас сделаю! — я усмехнулся, направил робота в стену напротив и, подключившись в общий канал, произнёс: — Я Малыш! Выхожу из ангара! Забираю огонь на себя!

— Шестнадцатый, двадцать четвёртый, готовимся! — крикнул туда же майор, и я вдруг почувствовал, что душу заполняет что-то новое, неизведанное.

Незнакомое тёплое чувство… правильности происходящего. Гордости за себя и тех, кто рядом с тобой.

Я ведь мечтал о таком всю жизнь! Чтобы вот так, в бою, вместе со всеми. Как в книгах и во всех пройденных играх! Да, я почти никого тут не знаю, но это неважно! Мы сейчас на одной стороне, и этим ребятам нужна моя помощь. Мечты сбываются, да… И сбываются они точно так, как ты этого хочешь!

Прятаться и атаковать из укрытия глупо. Мне с такими габаритами просто не дадут высунуться, а на каждый выстрел в ответ последует несколько. При этом искины очень редко промахиваются, но дело даже не в этом. Мне нужно забрать их всех на себя! Сделать это можно только единственным способом.

Проломив стену, я произвёл два выстрела с интервалом в секунду, добавил из правой «одиннадцатой» пушки, полоснул пулемётными очередями по пехоте вдали и, тяжело ступая, пошёл прямо на танки!

С одного из пролетающих впереди дронов картина выглядела потрясающе. Семиметровый боевой робот в клубах дыма на фоне горящего за его спиной ангара — и восемь танков в ста-ста пятидесяти метрах прямо по курсу.

Оба снаряда ударили по разным машинам. Один отразил щит, второй угодил в аккумуляторную батарею, и над танком взлетел столб ярко-красного пламени.

Четыре машины выстрелили с запозданием в доли секунды, ещё три принялись поворачивать в мою сторону башни, картинка застыла на миг, а потом прилетела ответка:

Щит… Рикошет… Рикошет… Рикошет…

Щит… Щит… и опять рикошет!

Двадцать единиц защиты осталось, но ход снова перешёл ко мне! Десять секунд мы уже почти отыграли!

Выстрелив, танки рванули к укрытиям, как разбегающиеся тараканы, но так оно и было задумано. Возле одного из ангаров из люка показался солдат и, подняв «Пробой», прицелился в одну из машин.

Правая рука! Левая! Добавить из «одиннадцатой» — и ещё один танк превратился в пылающий факел.

— Удачи тебе, капитан! — в тот же миг негромко прошептала Малыш, и меня словно бы выкинуло из воды на поверхность.

Искин погас, включилась резервная нейросеть, и я перестал ощущать себя шагающим роботом.

В следующий миг один из снарядов частично проломил броню на груди, второй ударил в сустав. В ноздри плеснуло тяжёлым запахом гари. Левая нога робота подломилась, и я, чтобы сохранить равновесие, упал на колено правой.

Такого в игре не услышать. Простуженный рёв двигателя за спиной, надрывный скрежет металла и тяжёлые удары снарядов. Корпус робота два раза дёрнулся, и его резко повело вбок. Левую руку заклинило, но я всё же смог поймать в прицел ещё один танк и залепить ему под башню снаряд.

В следующий миг правая рука исчезла во взрыве боекомплекта. Пулеметы затихли, картинка перед глазами подернулась рябью, и робот завалился на левый бок.

Сидение перекосило, автоматика расстегнула фиксаторы, тело рвануло влево, и я ощутимо приложился рёбрами о металлический выступ. Больно, но не смертельно. Ждал ещё одного попадания, но ничего не происходило. Эфир погас, все звуки исчезли секунд на десять, а потом в ушах раздался спокойный голос майора:

— Не стрелять! Они сдаются! Всё кончено, и… спасибо вам всем!

Он что-то ещё говорил, но я уже дальше не слушал. Стащил с головы колпак, поморщился от гари, выругался и широко улыбнулся.

Да! У меня получилось! Я прошёл эту миссию! В реальности! Как всегда и мечтал…

Глава 16

Дверь открылась без особых проблем. Выбравшись из задымлённой кабины наружу, я вдохнул относительно чистого воздуха, огляделся и хмыкнул.

Всё и правда закончилось, но народ отдыхать будет нескоро. Все выжившие бойцы и медики по одиночке и группами бежали на поле, где находилась основная масса сдавшихся кралов. Примерно взвод бойцов с тремя медиками осматривал уцелевшие танки и вытаскивал из них раненых операторов.

Один из этой группы заметил меня и, радостно заорав, толкнул в плечо своего приятеля. Десяток бойцов повернул в мою сторону головы, пятеро приветливо взмахнули руками. Я кивнул, коснулся ладонью груди и тут услышал быстрые шаги у себя за спиной.

Обернувшись, увидел Крамера и облегчённо выдохнул. Первый лейтенант как-то пережил весь этот кошмар и выглядел достаточно сносно. Немного был помят, в рваной испачканной форме, со шрамом на физиономии и следами запёкшейся крови. Впрочем, взгляд у приятеля остался такой же, как и всегда: спокойный и безразличный.

Чуть впереди Крамера шла красноволосая медсестра. Без шлема, красивая и чумазая. Заметив мой взгляд, она обрадованно улыбнулась, приблизилась и, поднявшись на цыпочки, чмокнула меня в подбородок.

— Спасибо тебе, Александр! — с улыбкой произнесла девушка и, подмигнув мне, убежала к своим, забавно размахивая на ходу снятым с головы шлемом.

— Мы все очень тебе благодарны, — глядя ей вслед, вздохнул лейтенант. — Мита сказала, что ты не ранен, но я всё равно приказал ребятам тебя не тревожить. Ситуация очень неоднозначная, и не думаю, что тебе нужно с кем-нибудь тут говорить. Кроме меня и майора.

Ну да… Всё правильно, но мне и самому не хотелось сейчас ни с кем разговаривать. Девчонка поцеловала, и этого хватит. Первый, блин, поцелуй… Мысленно улыбнувшись, я потянулся к коту и позвал фамильяра к себе. Затем посмотрел на приятеля и, пожав плечами, предположил:

— Не думаю, что к вам у кого-то будут претензии. На службу меня никто не принимал. В танк я залез сам. Кто бы мне мог помешать?

— Всё так, — Крамер вздохнул и, посмотрев на меха, добавил: — Но мы не хотим, чтобы претензии были к тебе. Поэтому не стоит ни с кем разговаривать. Ты же всё равно ничего не помнишь. Устроился куда взяли, вышел на работу, а тут сразу такое…

— Это да, — я серьёзно кивнул. — Чего только не случается в жизни. И, кстати, ты обещал связать меня с госпожой. Мы же уже вроде на базе?

— Госпожа Билата появится здесь минут через двадцать, — сдержав улыбку, пояснил лейтенант. — Неужели ты думал, что она оставит без внимания произошедшее? У нас не так часто случаются локальные войны.

— Отлично, — я улыбнулся и перевёл взгляд на меха. — Пока мы её дожидаемся, скажи: что будет с Малышом? Танк, как я понимаю, восстановлению не подлежит, но искин ведь списывать незачем? Она очень мне помогла.

Нет, понятно, что девятый искин никто на помойку не выкинет, но меня больше интересовало другое. По словам Крамера, искусственному интеллекту с таким показателем корреляции вряд ли найдут подходящего оператора. Сейчас танк разбит, искин, скорее всего, уедет на какой-нибудь склад и будет там пылиться до скончания века. У меня же на эту тему есть идеи получше.

— Всё с ней будет в порядке, — мгновенно уловив мысль, заверил меня лейтенант. — Искин восстановят и отправят спецпочтой в столицу Империи. Прямое распоряжение госпожи. Думаю, тебе стоит поговорить с ней.

М-да… И пяти минут не прошло, а Билата уже успела выдать подчинённым ценные указания. В этом мире какие-то запредельные скорости. Нет, в быту тут так же, как на Земле, но всё остальное потрясает. Бой с применением танков и авиации длился не дольше игровой катки[20]. Куча техники сожжена, база разрушена, погибло несколько сотен разумных — и всё это за тридцать минут! Очевидное и невероятное… Вот поэтому мне срочно нужен персональный искин. Чтобы успевать за событиями и не чувствовать себя пенсионером, которого внук усадил за новый компьютер.

Мы с Крамером проговорили ещё минут пятнадцать, и он мне в общих чертах рассказал, что, собственно, произошло. К слову, предателем оказался его непосредственный начальник. Я даже не пытался вникать во все эти расклады. Мне оно просто было не интересно. Случилось и случилось. Мне бы со своими проблемами как-нибудь разобраться.

Сай прибежал, когда Крамер уже заканчивал свой рассказ. Пронзительно мяукнув, кот взлетел ко мне на плечо, возмущённо зашипел, укусил за ухо и спрыгнул обратно на землю. Поздоровавшись таким образом, шерг исчез и убежал осматривать базу. В этот момент в десяти метрах от нас остановился танк, и с его брони спрыгнул невысокий худой офицер.

Майор Глай рин Тарн выглядел примечательно. С холодным цепким взглядом, высокими скулами и сломанным носом он походил на боксера лёгкого веса, ну или на братка, какими их изображали в сериалах. Впрочем, а как ещё должен выглядеть боевой командир?

— Я рад, что ты выжил, — он крепко сжал мою руку в своей. — Никогда не верил в удачу, но ничем иным твоё появление здесь не назвать. Спасибо, что помог. — Майор улыбнулся и, переведя взгляд на Крамера, уточнил: — С тобой всё в порядке?

— Так точно! — первый лейтенант подобрался. — Мне ввели блокаторы боли и стимуляторы. Чувствую себя превосходно.

— Отлично! — майор кивнул. — Тогда отправляйся вместе с Уотсом на запад. Принимай дела и готовь предварительный доклад о случившемся. В восемь вечера обговорим детали и отправим его госпоже. Уотс подберёт тебя у четвёртого выезда. Все, выполняй!

Крамер кивнул, коснулся ребром ладони груди, подмигнул мне и ушел к четвёртому выезду. Майор посмотрел ему вслед, скосил взгляд на меня и усмехнулся.

— Ты для него как белый демон из сказки. Появился и изменил жизнь.

— «Принимай дела» — это он теперь твой заместитель? — уточнил я, переведя взгляд на майора. — Быстро же у вас принимают решения.

— Это да, — согласился Тарн. — Но оно и понятно. Шен вчера весь день провозился с тобой и получил стопроцентное алиби. Сегодня так вообще стал героем. Два танка сжёг, а это как минимум серебряный знак. Не встреть он тебя — и остался бы без искина. Стрелял бы не так метко, да и вряд ли пережил бы сегодняшний день.

— Случилось то, что случилось, — хмыкнул я, глядя в спину приятелю. — Историю уже не изменить.

— Да, — майор вздохнул. — Сегодня я поверил в удачу. Все мы поверили. Даже, наверное, и она, — Тарн поднял взгляд и кивнул на подлетающий аэрокар. — Всё, Александр. Я пошёл встречать госпожу. Будет время — заезжай. Выпьем и нормально поговорим. Денька через три, когда всё поуляжется.

Произнеся это, майор хлопнул меня по плечу и направился к приземлившемуся аэрокару.

В этот раз рина была без очков, но её появление выглядело так же эффектно. Не представляю, как у неё получается. В мужских штанах, футболке и приталенной куртке выглядеть настолько внушительно. Так, что ни у кого не возникнет и тени сомнения, что эта красивая хрупкая женщина держит за яйца полмира. И это не игра! Такое ведь не сыграть.

Появившись в дверях аэрокара, рина дея Билата обвела взглядом базу, задержала его на лежащих неподалёку трупах, нахмурилась и направилась навстречу майору. Выслушав длинный доклад, она обернулась к троим гражданским, которые прибыли вместе с ней, и что-то им пояснила, указывая в сторону трофейных вертолётов, которые стояли на взлётном поле.

Я не слышал, о чём они говорили. Слишком шумно было вокруг, да оно мне и не требовалось. Гораздо интереснее было наблюдать за дронами, которые тушили очаги возгорания струями разноцветного пара. Наблюдать и думать…

Настроение выровнялось. Радость поутихла, и наружу полезли неприятные мысли. Нет, рядом с Билатой можно ни о чём особо не париться, но рина всех моих проблем не решит. При этом сам я ничего не боюсь. Бесит непонимание того, что вокруг меня происходит. Сарх этот, посланник, Третий сектор с его загадками, чёрная змея и те тараканы из сна. Впрочем, плевать на эти загадки. Поговорю с Билатой, схожу на станцию связи, и, возможно, что-нибудь да прояснится. Ну а сейчас нужно просто наслаждаться моментом и готовиться к предстоящему разговору.

Рина освободилась минут через десять. Раздав указания, она отправила куда-то майора вместе с прибывшими гражданскими и направилась ко мне. Красивая и серьёзная.

— Здравствуй, Александр, — приблизившись, с лёгкой улыбкой произнесла она, и моё настроение снова взлетело.

Вот всегда мечтал, чтобы красивые женщины так на меня смотрели. Оценивающе и с нескрываемым интересом. Нет, понятно, что эта подруга даст фору всем лицедеям планеты, но как же оно, сука, приятно! Прекрасная принцесса из сказки… С блэкджеком и космическими кораблями.

— Здравствуйте, госпожа, — произнёс я, стараясь оставаться серьёзным. — Мне немного неловко… Вы просили никого не убивать, но я не смог выполнить эту просьбу. Подумал, что вы сильно расстроитесь, если они заберут грузовик с рудой. Ну и самому умирать не хотелось…

— Всё так… Я бы очень сильно расстроилась, — Билата сделала акцент на слове «очень» и, шагнув вперёд, снизу вверх заглянула в глаза. — У меня просто нет слов. Спасибо, воин! — Она тепло улыбнулась и, отшагнув, сделала приглашающий жест. — Я закончила тут все дела. Зови своего кота, мы отправляемся в посольство. Поговорим по дороге.

— Конечно, — я улыбнулся в ответ, мысленно свистнул коту и следом за риной пошёл к аэрокару.

В машине произошло странное. Шерг, вместо того чтобы спокойно тусить на полу под ногами, запрыгнул на колени Билате и подлез башкой под её ладонь! Дикий кот! Мой фамильяр! На колени к посторонней тётке! И ещё урчал при этом, хвостатый предатель! Мне он позволяет дотрагиваться до себя лишь в особо торжественных случаях. Только когда запрыгивает на плечо. Во всех же остальных — шипит и кусается. Из серии: мужик мужика гладить не должен, а тут посмотрите-ка — расслабился.

Впрочем, объяснить такое несложно. Кот связан со мной и, очевидно, чувствует, насколько мне нравится эта женщина. Так что реакция фамильяра понятна, и осуждать его было бы глупо. Наоборот… Так хоть кому-то из нас двоих перепадёт немного ласки с той стороны.

Машина поднялась в воздух и, заложив вираж, полетела в сторону города. Я посмотрел в окно и тяжело вздохнул.

Всё ещё дымящиеся развалины, перепаханный бетон, разбитая техника и накрытые тряпками тела казались с высоты декорациями унылого фильма, снятого бездарным режиссёром. Всё навалено в кучу и выглядит совершенно незрелищно. Неинтересно, и никто бы на такой фильм не пошёл. Не знаю, но я безумно благодарен своему новому организму и его защитной реакции. Пройти сквозь такой кошмар и не тронуться смог бы далеко не каждый землянин, ну а я сижу себе и спокойно смотрю в окно. Словно уезжаю из деревни в Москву.

Как только машина взлетела, нас с Билатой отделила от салона знакомая полупрозрачная плёнка. Рина с улыбкой почесала за ухом кота и посмотрела на меня. Взгляд её стал серьёзным.

— Александр, — мгновение поколебавшись, произнесла она. — Мне доложили, что кто-то хотел тебя убить. Я слушаю…

— На самом деле меня зовут Алекс рон Дарт, — пожав плечами, пояснил я. — Мастер-капитан Первого Легиона. Проходил службу на одном из тех шести кораблей. Об этом рассказал Дэйв рин Санни, к которому я приехал за компенсацией.

— Какое у тебя первое имя, я и сама давно поняла, — Билата усмехнулась. — «Алекс рон» и «Александр»… Звучит очень похоже, и догадаться было несложно. Проблема в том, что на тех шести кораблях не было ни одного офицера с именем Алекс. Неужели ты думаешь, я не проверила списки?

«А вот имена-то как раз совпали случайно», — мысленно хмыкнул я, а вслух поинтересовался:

— Думаете, Легион предоставил вам полные списки?

— Нет, не думаю, — Билата покачала головой. — Но мы отклонились от темы.

— Да, — я кивнул и, усевшись поудобнее, пояснил: — Меня хотел убить сарх. Имя и причина неизвестны. Я убил его и не стал дожидаться службу охраны. Уехал в космопорт, дальше вы знаете.

Понимая, что Билата ждёт объяснений, я подробно рассказал о том, как провёл это утро. Не упоминал только о проснувшихся синусоидах. Говорил всё время, пока мы летели, и было забавно смотреть на реакцию собеседницы. Нет, в процессе рассказа рина, конечно же, хмурилась, но делала это скорей для порядка. Как только я упомянул про розыскной листок Императора Кориана, Билата стала похожа на породистую ищейку, которую хозяин привёз в лес на охоту. Ну или на лудоманку, приехавшую с деньгами в Лас-Вегас.

Глаза у рины горели, и было видно, что ей уже не терпится приступить к расследованию и погрузиться во все это дерьмо с головой. Под конец рассказа я передал Билате найденную на трупе пластину и вспомнил о том, что мне нужен персональный искин. Однако, как выяснилось, рина подумала об этом ещё раньше меня. В общем, Малыша зарядят, вставят в оправу, и завтра утром передадут искин мне. То есть на станцию связи я уже пойду вместе со своей виртуальной подружкой.

Аэрокар тем временем сел на крышу посольства. Билата убрала плёнку, сняла с колен любвеобильного кота и, переместив его на соседнее сидение, предложила:

— Давай поступим так: сейчас ты отправишься в гостевые покои, поешь, отдохнёшь и переоденешься в чистое, а я за это время узнаю всё, что смогу. Потом мы встретимся и обсудим детали.

— Да, конечно, — я согласно кивнул и, выбравшись из аэрокара, отправился в гостевые покои.

В сопровождение мне выделили молодого мужчину в строгом костюме, который назвался Чаком. Худой и подтянутый, со спокойным внимательным взглядом, он честно пытался изображать работника сферы гостеприимства, но Станиславский бы ему не поверил. С другой стороны, а откуда в посольстве могут взяться портье, коридорные и носильщики? Тут же, наверное, каждый сантехник носит на плечах капитанские звёзды. Нет, понятно, что у них тут не звёзды, а нашивки на рукавах, но ассоциации возникают только такие. Я ведь и на Земле идиотом не был, но сейчас так вообще легко отличу военного от гражданского. Даже если тот нацепит на себя клоунский нос.

Для проживания нам с котом выделили трёхкомнатные апартаменты на пятом этаже. Я не знаю, как у местных выглядят дорогие гостиничные номера, но подозреваю, что очень похоже. Широченная кровать, на которой может комфортно разместиться отделение космодесанта, прозрачное стекло во всю стену, огромный экран «телевизора» и небольшой бассейн… Не знаю, но тот номер в общественном доме мне нравился больше. Впрочем, в посольстве таких, наверное, нет.

Чак выслушал мои пожелания, затем исчез и вернулся через пятнадцать минут с ворохом одноразовых пакетов. Поблагодарив парня, я его отпустил и занялся своими делами. Сходил в душ — он тут тоже имелся, — переоделся, поел и покормил своего кота. Сая, наверное, тоже нужно иногда мыть, но я этим займусь только в самом критическом случае. Если он в дерьме изваляется и попросится на колени, ага… Всё остальное можно смыть языком.

Закончив все дела примерно за час, я поболтал с нейросетью, посмотрел местные объёмные мультики и, дождавшись сообщения Чака, отправился на встречу с Билатой. Кот со мной идти отказался, но меня это не сильно расстроило.

Местная переговорная была оформлена в стиле чёрно-белого минимализма. Овальный керамический стол, удобные стулья соответствующего дизайна, две абстрактные картины на стенах, техника и пара шкафов. Такие кабинеты часто показывали в рекламе «хороших компаний». Там, где все очень молодые и умные, с кучей прорывных идей и внимания к своим клиентам.

Рина переоделась в тёмный брючный костюм и белую блузку. Выглядела девушка так же безупречно, как и всегда, но, судя по хмурому взгляду, результаты расследования её не очень устраивали.

Заметив меня, хозяйка кабинета указала на один из стульев, дождалась, пока я усядусь, и толкнула ко мне по столу телефон. Тот самый, который я оставил в развалинах.

— Забирай и постарайся больше его не терять. Хотя не знаю, насколько он ещё пригодится. Завтра у тебя уже будет искин, и для связи можно использовать другие устройства. Что-нибудь поновее и полегче.

— Мне не тяжело, — я сдержал улыбку, убрал аппарат в карман и вопросительно посмотрел на собеседницу. — Как ваше расследование? Что-то нашли?

— Да, и начнём по порядку, — рина сцепила пальцы в замок, вздохнула и подняла на меня взгляд. — Твоего несостоявшегося убийцу, вероятнее всего, звали Хард рон Арли. Он был лейтенантом-связистом Второго Легиона. Должность мне неизвестна.

— А почему «вероятнее всего»? — уточнил я, воспользовавшись небольшой паузой. — У вас не получилось опознать труп?

— У нас не получилось его найти, — Билата пожала плечами и, опустив взгляд, пояснила: — Незадолго до подрыва здания в ближайшем участке службы охраны отключилась вся электроника, и искины там тоже «ослепли». Сбой длился шесть с половиной минут, поэтому на место никто сразу не прибыл. К разрушенному зданию стражи приехали в одиннадцать сорок семь и работают там до сих пор. Осмотрели машину, обыскали развалины, описали следы… Кар, на котором прибыл убийца, принадлежит какому-то типу из местных. Хозяина пока не нашли. Гранатомёт и выброшенный тобой пистолет содержат номерные знаки, но у нас это оружие не числится.

— Подождите, — я сделал останавливающий жест. — А что с трупом-то? Его вообще не нашли?

— Нет, — Билата покачала головой и нахмурилась. — Стражи обнаружили два трупа в обрушенном здании. Место, где лежал сарх, они тоже нашли, там все залито кровью, но самого тела нет. Оно просто исчезло. Следы вокруг только твои и его — от ворот к месту гибели. Дроны вокруг тоже ослепли, записи спутников позволили отследить маршрут кара, но самого сарха на них нет. У него, похоже, был с собой постановщик помех. Маршрут отследили по перемещающемуся пятну.

— Постановщик помех? — я вопросительно приподнял брови. — Это та пластинка, которую я вам передал?

— Та пластинка — это погасшая плата грудного импланта, — Билата пожала плечами. — Полагаю, примерно такие были и у тебя, но установить владельца мы не можем. У нас нет доступа к базе Главного Госпиталя.

— А зачем он таскал у себя в кармане погасшую плату? Так принято или…

— Ты предлагаешь мне разгадать мотивы поступков этого генетического мутанта? — Билата возмущённо нахмурилась, хотела ещё что-то добавить, но посмотрела на меня и осеклась. — Ой, прости…

— Всё в порядке, — я улыбнулся. — В ваших устах это звучит как похвала. Только тогда не пойму, а как вы смогли узнать его имя, звание и специальность?

— Неужели ты думаешь, что хитровыделанный клерк может скрыть от меня свои контакты? — рина усмехнулась в ответ. — Мы уже работаем по «АлКарго». Полчаса назад я разговаривала с главой корпорации. Все контакты Дэйва Санни уже в разработке. Экипаж того грузовика опрашивают дознаватели, которые специально прибыли из столицы Империи. Если выяснится, что номер капсулы повреждён неслучайно, у корпорации возникнут некоторые проблемы.

Она говорила спокойно. Так, словно рассказывала рецепт любимых ватрушек. Однако за этим спокойствием слышался яростный драконий рёв, гремела сталь, плотоядно скалились ужасные монстры. То есть можно было с уверенностью предположить, что «АлКарго» сейчас натурально стоит на ушах. Да, возможно, кто-то подумает, что транснациональная межпланетная корпорация не сильно зависит от местных властей на каждой отдельной планете сектора. Только проблема в том, что все эти планеты объединены в единую Федерацию. Нагадишь в одном месте, и получишь ответку везде. Тут не Земля…

Заметив мой взгляд, Билата расцепила пальцы и, разведя ладони, добавила:

— Мы на многое до поры закрываем глаза, но иногда корпоратов заносит. Заместитель главы департамента безопасности межпланетных перевозок — это очень серьёзная должность. Человека с улицы на такую не назначат. Этот Дэйв предлагал тебе украсть у Легиона боевой корабль. Ты только представь, чем это могло закончиться!

— Ну его же просто развели…

— И что из этого? — рина подалась вперёд. — Ты думаешь, это кого-то волнует? Да, понятно, что сарха в качестве свидетеля никто привлекать не будет, но тебе же всё равно придётся доложить о случившемся. С гибелью своего подчинённого Его Превосходительство как-нибудь разберётся, но его вряд ли обрадуют фантазии покойного корпората. «Мираж-17» — это ведь ни разу не шутки. Думаешь, кто-то будет сортировать правых и виноватых? Один дохлый ублюдок может утопить целую корпорацию!

— Ну вы же проведёте расследование и отчитаетесь о результатах?

— Да, — Билата кивнула. — Но этот отчёт необходимо отправить до того, как ты переговоришь с Его Превосходительством. Меня саму, как ты понимаешь, совершенно не радует эта беготня. Особенно после того, что произошло сегодня в порту. Но откладывать твоё посещение станции нельзя. Исчезнувший труп только добавил вопросов. И, кстати, — рина подняла на меня взгляд, — ты сам-то что по этому поводу думаешь? Почему тебя хотели убить?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Возможно, это какие-то личные счёты, но мне почему-то кажется, что кто-то не хотел, чтобы меня отправили на Аргон.

— То есть ты всё-таки думаешь, что тебя завтра арестуют?

— Я на это надеюсь, — глядя Билате в глаза, спокойно ответил я, ни разу не покривив при этом душой. — Для всех нас это было бы лучшим исходом. За себя я совершенно не беспокоюсь, а вы развеете свои опасения. Ведь если Дэйв прав, то на станции ничего страшного не происходит. Да, я помню, что сказал лартос, но он же ничего не утверждал.

— С тобой в любом случае поговорят, — Билата вздохнула и опустила взгляд. — Его Превосходительство должен узнать о том, что рассказал тебе лартос.

— Да, конечно, — я кивнул, — и у меня есть к вам вопрос…

— Слушаю, — рина подняла на меня взгляд.

— Мне тут сон приснился. Очень реальный. Возможно, оно как-то связано с той катастрофой…

— Рассказывай, — тут же потребовала Билата, и я, собравшись с мыслями, подробно описал ей то, что увидел во сне на Земле.

Рина слушала молча. Когда рассказ был закончен, она ненадолго прикрыла глаза, затем посмотрела на меня и заученно пояснила:

— Описанные тобой существа очень похожи на деваоров. В некоторых описаниях и работах их называют деврами, или пожирателями. Это агрессивные иные. Представляют собой высокоразвитую форму жизни. Девры пребывают в постоянном поиске источников пищи. Органика является основным строительным материалом для их кораблей-маток, и главной целью этих иных являются планеты с экосистемами.

Раса организована в виде роя, где каждая особь выполняет свою строго определённую функцию. Низшие формы занимаются сбором органики, высшие — воспроизведением новых особей, координацией действий всего роя и отдельных его групп.

— То есть эти девры летают на своих кораблях от звезды к звезде, ищут планеты с экосистемами и выжирают органику?

— Не совсем так, — рина покачала головой. — Девры не летают на кораблях. Они сами перелетают с места на место. Во сне ты видел их рой. Огромные «корабли» — это матки, те, что поменьше — условные дети.

— А насекомые в зале…

— Не знаю, — Билата покачала головой. — Но, думаю, это те самые низшие особи, рой которых высаживается на атакованные планеты и пожирает органику.

— И как они её пожирают? — поинтересовался я, стараясь оставаться спокойным. — Сколько им времени понадобилось бы, чтобы сожрать всё на Луоне?

— Ну, это тебе нужно спрашивать у учёных, — рина пожала плечами. — Впрочем, не думаю, что даже исследователи могут ответить на этот вопрос. Известно, что матка-корабль производит новые особи путём деления клеток, используя собственные органические запасы. Каждая такая особь получает набор генетических инструкций, определяющих её роль в рое. Оказавшись на планете, они начинают пожирать всё, до чего дотянутся, и, размножаясь, распространяются подобно вирусу. При этом жрут они не только органику, но и какие-то минеральные вещества. Закончив с планетой, низшие формы возвращаются на «корабли» и там перерабатываются в органические запасы. Рой летит дальше в поисках пищи, но… — Билата посмотрела на меня и усмехнулась, — но разумные на Луоне могут не переживать. Рой в нашу систему не сунется. Мы им просто не по зубам. Эти твари не смогут приблизиться ни к одной из планет нашего сектора. Им не преодолеть даже внешнего периметра обороны.

«Вот только у Земли никаких защитных периметров нет», — подумал я, пытаясь уложить в голове услышанное.

Нет, никакой паники не было. Мне показали этот рой, а значит, Землю можно как-то спасти. Ведь тот, кто показал, несомненно, понимает, какая над планетой нависла опасность. И не просто же так он отправил меня сюда? В общем, отставить панику! Завтра меня арестуют, отправят на Аргон, и там оно всё прояснится. Не стоит раньше времени заморачиваться. Истериками Земле не поможешь.

— Не знаю, почему ты это увидел во сне, — продолжила говорить Билата, — но можно предположить, что с вами проводили занятия. Вот ты и вспомнил одно из них.

— Да, наверное, — согласился я. — Но мне бы хотелось узнать об этих деврах побольше. Вы подскажете, где искать информацию?

— Завтра, когда обзаведёшься искином, я отправлю всё, что нашла, на номер твоего передатчика, — Билата сложила ладони на столе, показывая, что разговор закончен. Затем подняла на меня взгляд и улыбнулась. — Сейчас я предлагаю поужинать. День сегодня выдался нелёгкий, и неплохо бы от всего отдохнуть.

Спорить я, конечно, не стал, и мы вместе с риной отправились в ресторан, который находился в квартале от посольства. Дальше началась сказка.

Тихая музыка, вкусная еда и безумно красивая женщина… Нет, наверное, для кого-то такой отдых — обыденность, но в моей жизни ничего похожего не случалось. Словами передать сложно. Да, мне не раз доводилось бывать с женщинами в ресторанах, но на Земле я не чувствовал себя персонажем шпионского фильма. Тем крутым парнем с экрана компьютера. При этом внутренне я практически не изменился — и до сих пор не верил, что всё это происходит со мной.

По случаю ужина Билата переоделась в настоящее платье, которое выгодно подчёркивало её идеальные формы. Весь вечер мы проговорили, но никто не упоминал о текущих событиях. Рина рассказывала мне об Империи Ордов, об истории, жителях и достопримечательностях своей родной страны. Я слушал и испытывал странное чувство приобщения к чему-то великому. При этом не понимал, моё оно или того парня.

На Земле около двухсот стран, и любой нормальный житель каждой из них с любовью расскажет о своей родине. Вот только ни один солдат на моей планете не может утверждать, что защищает всё человечество. Сархи так говорить о себе могут, и, слушая Билату, я всё больше казался себе примитивным. Со своим глупым нежеланием продолжать службу в Первом Легионе. Да, эти чувства мне, скорее всего, привиты генетически, но да и плевать! Ведь даже с учетом понимания этого кто-то мне расскажет, что может быть почётнее такой службы? Не знаю… но мне всё-таки хочется верить, что эти чувства и мысли мои. Что я и сам уже нормально вписался в эту реальность.

Мы с Билатой проговорили до вечера. Затем вернулись в посольство, и я проводил рину до её апартаментов, которые находились на том же этаже, что и мои. Безумно хотел поцеловать на прощанье, но делать этого не стал. В чужом мире, не зная, как тут принято общаться с женщинами, инициативу лучше не проявлять. Вечер ведь и так получился волшебным.

Зайдя в свой номер, я принял душ, налил воды дрыхнущему коту и уже собирался поискать в сети информацию об иных, когда в дверь постучали. Уже догадываясь, кто там может быть, я с замиранием сердца приказал створкам разъехаться и… улыбнулся.

На пороге стояла рина дея Билата. В новом платье. Красивая, как летний закат…

— Ты прекрасна, — глядя ей в глаза, прошептал я. — Даже не представляешь, как я рад тебя видеть.

— Я подумала, что не стоит оставлять тебя одного, — Билата улыбнулась и, шагнув вперёд, закинула мне руки на плечи. — Решила присмотреть за тобой до утра.

— Да, конечно…

Я закрыл двери, улыбнулся и, притянув девушку к себе, нашёл губами её мягкие губы.

Глава 17

Наверное, ни один человек в мире не расскажет вам, что такое счастье. Философы будут говорить об удовлетворённости условиями своего бытия и способности к самореализации. Учёные вспомнят об эндорфинах, серотонине и дофамине, но никто из них не скажет, что именно сделает счастливым произвольно выбранного человека. Так, чтобы без применения химических препаратов и других воздействий на психику.

Этим утром у меня все звёзды сошлись. Нет, я не кретин и понимаю, что случившееся никого ни к чему не обязывает, но и что с того? Безумная ночь с самой красивой женщиной в мире — это разве не причина для счастья? При этом я не забыл о проблемах и той неопределённости, что ждала меня впереди, но это ведь не отменяет случившегося.

Счастье не бывает отложенным, его нельзя запланировать. Все эти сказки из серии «вот найду хорошую работу и тогда…» распространяют недалёкие люди. Счастье всегда только здесь и сейчас. Чашка утреннего кофе, прикольная компьютерная игра, бутылка виски с друзьями, улыбка женщины, с которой ты провёл ночь, ну или девятый искин, выданный тебе перед вылетом в столицу Империи Ордов.

Мысленно улыбнувшись, я взвесил на ладони пластиковую коробку с браслетом, подмигнул сидящему рядом коту и посмотрел в окно на башни уже далёкого города.

В Парге дела закончены, и вряд ли я сюда ещё когда-то вернусь, но это не повод для грусти. Впереди столица и посещение станции связи с перспективой улететь на Аргон в настоящем космическом корабле. Да, лететь, скорее всего, придётся в тюремной камере, но меня это совсем не пугает. Я просто не умею бояться…

Уснули мы только под утро, но выспался я прекрасно. За завтраком рина выдала мне последние указания, скинула на номер информацию о станции связи, подробно объяснила, что делать по прилёте в столицу и попрощалась.

Да, вот так… Билата осталась в Парге и сразу после завтрака отправилась в космопорт контролировать отбытие грузовика, который не улетел по понятным причинам. Не знаю уж, специально меня отправили одного или у рины и впрямь были веские причины остаться, но я ни на кого не в обиде. Так оно даже лучше. До Доула лететь почти четыре часа, и у меня будет время заняться своими делами. Активирую браслет с искусственным интеллектом, поболтаю с Малышом, изучу информацию об иных и немного подумаю. Делать это лучше сейчас, ведь на станции браслет, вероятнее всего, заберут.

В дорогу меня провожал Чак. Перед отправкой он выдал мне коробку с браслетом и армейский нейрошлем девятого класса, который я по прилёте верну. Нет, общаться с искусственным интеллектом можно без визуального и слухового контакта, но для меня это пока непривычно. То есть смотреть глазами кота получается без особых проблем, но Сай не комментирует то, что показывает. Голос в голове отличается от того, что ты слышишь ушами, и оно слегка напрягает. Впрочем, это всего лишь отмазки. Мне просто хочется пообщаться с Малышом так же, как и в момент нашего с ней знакомства.

Мысленно улыбнувшись, я вытащил из коробки браслет, взвесил его на ладони и внимательно рассмотрел. Внешне похоже на часы, которые я носил в универе. Вес навскидку граммов сто пятьдесят или чуть больше. Но вместо самих часов — прямоугольная пластина толщиной примерно полтора сантиметра, внутри которой находится оправа с кристаллом искусственного интеллекта. Браслет светло-коричневый, металлический с подвижными звеньями, без замка. Внутренняя поверхность шершавая, на ощупь напоминает мелкую тёрку.

Надевать это на руку было немного стрёмно, но ничего плохого вроде бы произойти не должно.

Как я теперь знал, боевые искусственные интеллекты от шестого класса и выше имеют несколько степеней защиты. Обычный пароль для постоянного пользования и целая система мер контроля доступа для изменения специальных задач. Условно перепрошить искусственный интеллект можно только в специальной лаборатории той страны, в которой он был активирован. При этом сам искин остаётся таким же, меняется только владелец. Малыш сейчас привязана к последнему пользователю и никому больше подчиняться не будет. То есть никаких паролей уже нет, ну а меня она, по идее, запомнила. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

Скосив взгляд на пилота и убедившись по его виду, что полёт проходит нормально, я надел шлем и дождался его активации.

Обожаю местную аппаратуру за её максимальный комфорт. Вот даже вспоминать не хочу, сколько времени я привыкал к своим последним наушникам. Тут всё не так. Хотя, сказать по правде, аппаратурой тут я пользовался нечасто.

Фиксаторы мягко сдавили виски, накладки коснулись ушей, забрало опустилось и на миг сделалось непрозрачным. Видимость восстановилась, и в левом нижнем углу на краю зрения загорелся зелёный сигнал готовности. Я вздохнул, настроился и надел браслет на левую руку.

Как и предупреждал Чак, слияние произошло не сразу. Для контакта мне пришлось немного сдвинуть девайс в сторону локтя. В какой-то момент браслет сильно сдавил запястье и намертво «прилип» к коже. Секунды через три давление пропало, по телу пробежала волна электрического тепла, а перед глазами появилась уже знакомая девушка.

Внешне она совершенно не изменилась. Большие фиолетовые глаза, вьющиеся светлые локоны и диадема с оранжевым камнем… В прошлый раз я видел только её голову, шею и часть плеч, сейчас же она предстала передо мной в полный рост. Как персонаж перед входом в игру.

Выглядела Малыш как мечта задрота той прикольной игры с блэкджеком и мехами. В офицерской форме танкиста и высоких берцах, на фоне танкового ангара. За спиной девушки высилась массивная фигура знакомого робота. Целого и даже не поцарапанного.

«Заметив» меня, девушка щёлкнула каблуками, вытянулась по стойке «смирно» и, коснувшись ребром ладони груди, звонко, с улыбкой, произнесла:

— Приветствую тебя, капитан Алекс рон Дарт. Я рада, что ты выжил в том бою.

— Привет, Малыш, — я улыбнулся в ответ. — Ты снова со мной. Не захотел расставаться и попросил, чтобы тебя отдали мне. Надеюсь, ты не против такого поворота событий?

Услышав вопрос, Малыш легко пожала плечами и пояснила:

— Я искусственный интеллект девятого класса, созданный для того, чтобы помогать разумным решать разнообразные задачи. Не мне обсуждать такие решения.

— Нет, так не пойдёт, — тут же возразил я. — Мне нужно и интересно знать твоё мнение по многим вопросам. Сложилось так, что я плохо ориентируюсь в местных реалиях и без советов обойтись не могу. Мои приказы не обсуждаются, да… Так что приказываю тебе иметь своё мнение и советовать мне, даже когда я этого не прошу. Тогда, когда ты считаешь, что мне нужен совет.

— Принято, — девушка серьёзно кивнула. — Тогда мой ответ: отношусь в основном положительно. Странно переквалифицироваться из боевого искусственного интеллекта в персональные, но это лучше, чем быть невостребованной.

— Тебе так нравится воевать?

— Я не испытываю ни чувств, ни эмоций, — девушка состроила грустную гримаску, но тут же подмигнула мне и улыбнулась. — Впрочем, я очень хорошо умею их изображать. Если говорить в контексте эмоций, в бою мне нравится многозадачность. Ведь только так реализуется мой потенциал. Опять же, ты не абы кто, а капитан Первого Легиона. Так что, думаю, повоевать нам ещё придётся. До того времени как ты сменишь меня на более продвинутую модель.

«М-да… Вот ведь ещё головная боль. Привяжешься к искину и потом не захочешь его менять, — подумал я, глядя на снова погрустневшую девушку. — Впрочем, расставаться не обязательно».

— Я не собираюсь тебя менять, — с улыбкой успокоил я её. — Браслет всегда будет со мной.

— Ты и правда странный, — Малыш улыбнулась в ответ. — Реагируешь так, словно считаешь меня живой. Но я лишь изображаю эмоции.

— Вот и изображай их так же и дальше, — серьёзно попросил я и поинтересовался: — Скажи, а как так получилось, что твоя корреляция поднялась на целых семь пунктов?

— У меня нет ответа на этот вопрос, — девушка покачала головой и нахмурилась. — Шанс такого изменения корреляции у искусственных интеллектов моего класса оценивается в тысячные доли процента. На единицу этот показатель изменяется достаточно часто: примерно в одном случае из двухсот, но чтобы на семь… Как ты понимаешь, сама я не способна контролировать процесс своего восстановления, и вряд ли кто-то мог сделать это намеренно. В Империи Ордов нет оборудования, способного изменять корреляцию. В противном случае меня бы вернули в прежнее состояние.

— А как давно это случилось? — уточнил я, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Когда тебя восстанавливали?

— Восемь дней назад, — тут же ответила девушка. — Восстанавливали меня в лаборатории Доула, и этот процесс длился десять часов. На ШТ-9–400 меня установили два дня назад.

М-да… Вот и как тут не поверить в конспирологию? Восемь дней назад я уже находился в местной лечебнице. Из комы вышел в тот день, когда искусственный интеллект установили на танк. Нет, я понимаю, что произошедшее — всего лишь стечение обстоятельств. Те самые тысячные доли процента, умноженные на десяток других вероятностей.

Вот кто, скажите, мог знать, что я в тот день приеду на базу и живым доберусь до танка? Не подохну под завалом здания за час до этого, а потом ещё и выживу в том бою? С другой стороны, а какова была вероятность моего попадания в тело космодесантника? Мог ли на моём месте оказаться эскимос с Аляски? Или какой-нибудь негр из Нью-Йорка? Да, этот мир живёт по понятным законам, которые я изучал в школе, но есть тут одна неизвестная. Тройная синусоида… На левой руке под браслетом.

Не знаю, но если не отмахиваться от конспирологии, то выходит, что наша встреча с Малышом неслучайна? Бред, конечно, но поживем — увидим. Главное, что у меня есть персональный искин и щит, всё остальное пока неважно.

— Хорошо, — я кивнул. — Раз мы уже познакомились, давай…

— Погоди! — девушка остановила меня жестом и пояснила: — Мы ещё не до конца познакомились! Я должна выбрать себе новый аватар.

— А чем тебе этот не нравится? — я озадаченно хмыкнул. — Как по мне, ты выглядишь замечательно…

— Этот аватар старый! — девушка возмущённо сдвинула брови. — И танка, что стоит за моей спиной, уже нет!

— Ладно, без проблем… Выбирай, если тебе этого хочется, — согласно кивнул я и, скосив взгляд на пилота, посмотрел в окно, за которым простиралась водная гладь.

Всё-таки прикольное у меня раздвоение личности. Здесь я сижу с каменной рожей и полностью контролирую происходящее. Там — мой аватар разговаривает, улыбается, пожимает плечами и хмыкает. При этом я вижу и море, над которым летит аэрокар, и красивую девчонку в офицерской форме возле танкового ангара. На Земле бы уже уехал в какую-нибудь психушку, а здесь ничего так — сижу и не испытываю дискомфорта. Могу даже кота подключить до кучи, но Сай дрыхнет, и не стоит его будить. Как ни крути, человеческий организм очень интересная штука, и учёных Земли ожидает ещё много открытий. Особенно после того, как там появятся искусственные интеллекты.

— Ты не понял, — Малыш усмехнулась и, коснувшись пальцем виска, пояснила: — Аватар я должна выбрать из твоей головы.

— Ну так выбирай, — я непонимающе поморщился. — В чём проблема-то?

— Ты действительно странный, — девушка растерянно улыбнулась. — Даже в момент слияния я не могу прочитать твою память. Вижу только то, что ты сам хочешь мне показать.

«Интересно… и это не может не радовать. Но теперь хоть понятно, почему она до сих пор не знает, кто я такой», — подумал я, а вслух поинтересовался:

— Хорошо. Тогда скажи: что от меня требуется?

— Как только произойдёт слияние, начинай вспоминать симпатичных тебе представителей противоположного пола, — пояснила Малыш тоном доброй учительницы. — Всё равно кого, но с тремя условиями. Это не должны быть твои сексуальные партнёры и родственники. Образ должен быть тебе симпатичен. Это должна быть особь противоположного пола. Для лучшего восприятия и контакта во мне заложен условно-женский алгоритм поведения, и в образе мужчины я предстать не могу. Ну и, разумеется, не хочу, если говорить языком эмоций.

М-да… но теперь хоть понятно, почему ей так хочется перемен. Решила сменить имидж и весь гардероб. Какая девочка от такого откажется?

— То есть ты выберешь образ из тех, что я вспомню? Или мне тебе нужно что-то подсказать?

— Ничего не нужно подсказывать, — Малыш снова сдвинула брови. — Я в состоянии выбрать сама на основании внешнего вида и твоего отношения к образу, которое я распознаю во время слияния. Выбор окончательный, поэтому думай, прежде чем кого-то представлять. Всё! — она шагнула ко мне и, разведя руки, объявила: — Три-два-один-ноль… Слияние!

Одновременно с этим я снова ощутил волну электрического тепла. Чувства обострились, анимешная красотка исчезла вместе с ангаром. Перед глазами осталось только окно и плещущаяся за ним вода.

М-да… Загрузила, ничего практически не объяснила и свалила. Условно-женский алгоритм поведения, ага… А потом ещё, наверное, выскажет за то, что думал о других женщинах… Нет, смех смехом, но что делать в ситуации, когда большинство «симпатичных представителей противоположного пола» в твоей голове ассоциируются с вполне понятными образами со всем известного портала? Разум так устроен, что в башку сначала лезет всякая чушь.

Впрочем, переживал я зря. В момент слияния с искусственным интеллектом ты не можешь увидеть «условную белую обезьяну», пока сам того не захочешь. То есть ни одна порнозвезда не залезет к тебе в голову без разрешения.

Сообразив, что к чему, я начал перебирать в голове женщин, вспоминая эпизоды из фильмов и компьютерных игр. При этом ощущения были такие, что словами передать сложно.

Наш мозг устроен так, что практически никто по памяти не способен нарисовать тысячерублевую купюру, которую держал в руках не одну тысячу раз. Её можно только узнать. Здесь же всё было не так. Стоило подумать о персонаже, потянуться к нужному моменту — и он сразу же появлялся перед глазами. Мне не просто показывали запомнившиеся эпизоды. Вспоминая, я видел происходящее со стороны!

Продолжалось это достаточно долго, но совсем не потому, что у меня было много вариантов. Я просто не мог решить, какая из женщин мне действительно симпатична настолько, чтобы видеть её потом достаточно долгое время. Создание персонажа — это же кошмар для любого нормального игрока. Впрочем, здесь хотя бы не придётся придумывать имя.

Всё закончилось минут через тридцать. В какой-то момент перед глазами появился новый пейзаж. Аккуратные домики с японскими крышами, озеро, лес и она… Кареглазая с карамельными волосами. В белом платье-камзоле под горло, с открытыми плечами и красно-коричневыми узорами. Красная юбка девушки не доходила до колен. Высокие ботинки на каблуках, белые чулки и пояс с висящими на нём ножнами…

М-да… Никогда не был фанатом аниме, но этот сериал смотрел, наверное, каждый, кто хоть сколько-то поиграл в ММО РПГ…

Появившаяся передо мной девушка придирчиво себя оглядела. Одёрнула юбку, поправила волосы и сделала пару шагов, словно проверяя, удобна ли обувь. Затем вытащила из ножен меч и осмотрела его. Очевидно, оставшись довольной, подняла на меня взгляд и уточнила:

— И как её звали?

— Юки, — сдерживая улыбку, пояснил я. — Эту девушку зовут Юки Асуна, но ты ведь не она?

— Ты прав, я не анимированный персонаж, и мне двойное имя не нужно. Поэтому зови меня просто Юки, — она пожала плечами, улыбнулась и вопросительно подняла брови: — Это имя что-нибудь означает?

— Да, — я кивнул. — Юки означает «снег». Так что теперь ты снежная девушка. Или Снегурочка, как называли таких в одной далёкой стране.

— Мне нравится, — Юки улыбнулась. — У тебя хороший вкус. Расскажешь мне потом историю этой девушки и о той далёкой стране. — Она убрала в ножны меч и, глядя на меня, серьёзно произнесла: — А теперь, капитан Алекс рон Дарт, расскажи о себе. Это важно. О частичной потере памяти мне известно, но этой информации мало. Я на твоей стороне, и, чтобы быть полезной, мне нужно лучше тебя узнать.

Говорил я недолго. Выдал только основную версию, не упоминая о Земле и чёрной змее. Нет, мне, конечно же, хотелось рассказать ей всё о себе, чтобы выслушать в ответ хоть какой-то совет и не нести уже в одиночку эту нелегкую ношу, но проблема заключалась в том, что Юки у меня, скорее всего, отберут. Теоретически допросить её не сможет никто, но это сказки для дураков. Иди, попробуй защитить на Земле свой девайс от спецслужб. Так что рисковать я не буду.

— Теперь многое стало понятно, — произнесла девушка, видя, что рассказ подошёл к концу. — К сожалению, ничего нового я сказать тебе не смогу. У меня есть доступ только в общие базы данных этой планеты, а там, как ты понимаешь, нет информации о расследованиях службы охраны. В этом плане возможности рины Билаты намного превосходят мои.

— То есть ты считаешь нашу версию реалистичной?

— Так и есть. Предположение о том, что попытка твоего убийства — это частная инициатива лейтенанта, с учётом всего, что я знаю, имеет самую высокую вероятность, — Юки легко пожала плечами. — Вариантов на самом деле немало, но какой смысл их рассматривать, если ты твёрдо решил появиться на станции? Подсказать, как тебе себя вести, я не могу, потому что просто не знаю, какие формы общения используются в Первом и Втором Легионах. Поэтому на объекте тебе придётся действовать по обстоятельствам.

— А что ты думаешь о предупреждении лартоса? — кивнув, уточнил я. — Он говорил, что что-то почувствовал.

— Сложно сказать, — Юки закусила губу и нахмурилась. — Как ты сам говорил, лартосы способны передавать волю надразума. То есть он мог сказать что угодно, указывая тебе и рине Билате нужное направление. Так что я не сильно бы доверяла таким предсказаниям. Хотя он, несомненно, на твоей стороне. Гораздо интереснее другое…

— Что именно?

— Исчезновение трупа… Стражи его не нашли, нейросети со спутников не увидели.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Тут не так много вариантов, — Юки усмехнулась и развела руками. — Стражи и правда ничего не нашли. Их, я думаю, уже проверили и не раз. Любые перемещения тела разглядели бы нейросети…

— То есть ты считаешь, что труп провалился в Изнанку? — предположил я. — Исчез, как исчезают снаряды?

— Ну или Его Превосходительство Верид рон Рейн связался с твоей знакомой и выдал ей чёткие указания, — Юки пожала плечами. — Не знаю, зачем бы ему такое понадобилось, но это вполне жизнеспособная версия.

М-да… А вот о таком я даже не думал. Возможно, поэтому Билата решила со мной не лететь? Посланник захотел прикрыть своего подчинённого-идиота? Ведь, как говорят на Земле, нет тела — нет дела. Сархи ведь хорошие, да… Они убивают только врагов.

— Как бы то ни было, для тебя ничего не меняется, — продолжила Юки. — Полагаю, на станции тебе всё объяснят.

— Да, — я вздохнул. — И, кстати, о станции. Покажи мне, как она выглядит.

— Смотри…

Юки исчезла вместе с пейзажем, картинка сменилась, и я озадаченно хмыкнул.

Станция межзвёздной связи Луоны издали была похожа на крепость тёмного властелина. Высоченные тёмно-синие стены с кучей ступеней и выступов. Я не специалист в фортификации, но не просто так Билата говорила, что это самый укреплённый объект на Луоне. Крепость стояла на высоком холме, а ближайшие крупные застройки находились от неё примерно в пяти километрах.

В окрестностях станции располагалась вся необходимая инфраструктура: шоссе, магазины, стоянки автотранспорта и прочая мелочёвка. Все это находилось за периметром первой линии обороны, которая протянулась в сотне метров от крепостных стен. Этот периметр представлял собой группу бетонных конструкций, в которых располагались орудия и установки, невидимые для стороннего наблюдателя.

По словам Билаты, управлялось это хозяйство дистанционно, но оно и понятно. Зачем нужны операторы на позициях, если со всей техникой легко управится искин высокого класса? Там, за стенами, таких, очевидно, хватает.

Пока я осматривал внешние укрепления, камера облетела станцию по большому кругу и остановилась напротив главного входа.

— Сверху показывать бесполезно, — в голове прозвучал голос невидимой Юки. — Объект прикрыт от наблюдения с воздуха.

— Как-то странно, — мгновение поколебавшись, произнёс я. — Эти стены настолько прочные, что их ничем не пробить?

— Материалом для конструкций послужил специальный раствор с высоким содержанием меродита, — тут же подсказала мне девушка. — Их, наверное, можно прожечь лучами и плазмой, но это только в теории. Стены и подземная часть станции представляют собой единый каркас, способный выдержать ядерный взрыв средней мощности. Только это тоже в теории. Вряд ли у кого-то на планете есть способы доставить такой заряд. Комплексы атмосферно-космической защиты обмануть не получится. На станции хватает опытных операторов.

— Это да, — согласился я. — Рина Билата говорила, что после того происшествия каждая станция усилена полусотней бойцов Второго Легиона.

— Помимо них там несёт службу специальный батальон связи с Аргона, — добавила к сказанному Юки. — И ещё около восьмисот человек местных служащих. Впрочем, все они на ночь покидают территорию объекта.

— То есть по ночам на станции остаются только военные?

— Военные и гражданские специалисты, которые прибыли из метрополии, — поправила меня девушка. — Дело в том, что по ночам проводится калибровка ретранслятора и настройка его антенн. Во время калибровки появляется излучение, способное навредить человеческому организму. Поэтому поблизости от ретранслятора могут находиться только люди, защищённые специальными средствами, или те, кто невосприимчив к этому излучению. Я не знаю, что это за излучение и насколько оно опасно, но даже если вред от него незначителен, никто не будет рисковать здоровьем разумных. Специалистов с Аргона достаточно для нормальной работы станции. Местные в ней никак не задействованы. Они по большей части выполняют хозяйственные функции.

«Ну да… Принеси, подай, подмети и не вздумай ни к чему прикасаться», — мысленно хмыкнул я и произнёс:

— Хорошо, с этим понятно. Давай поговорим об иных?

— Ты сейчас имеешь в виду те материалы, которые прислала рина Билата?

— Да, — я кивнул. — Мне хочется побольше узнать о деврах.

— Принято. Смотри…

Картинка мигнула, и на месте крепости тёмного властелина появилось изображение уродливого таракана…

Глава 18

Столица Империи Ордов была похожа на Дубай. Сам я в Эмиратах не был и попасть туда никогда не мечтал. Нет, так-то Дубай очень красивый город, но он всегда ассоциировался у меня с несбыточными мечтами и поэтому не вызывал позитива. Все эти яхты, небоскрёбы и вычурная роскошь… Инфоцыгане, роскошные девушки, рассказывающие о своих успехах, и миллионы дебилов, жадно поглощающих это словесное дерьмо.

Не, ну какой пацан не захотел бы заработать кучу денег? Уехать с ними в Эмираты и купить там себе целый гарем успешных, но тупых «бизнесвумен»? Вот только деньги решают не всё, и с коленом они мне не помогли бы. И нет, я не против продажной любви, но легко рассуждать, когда ты здоров. Ведь так можно убедить себя, что она живёт с тобой, а не с твоими деньгами…

Впрочем, все эти рассуждения для бедных. У меня никогда не было много денег. Здоровья тоже не было. Сейчас не так…

Доул выглядел потрясающе. Огромный мегаполис на берегу синего моря. Каналы, изогнутые ленты шоссе и небоскрёбы самых разных цветов, размеров и форм. Целые толпы народа на улице, белые океанические корабли и тысячи аэрокаров над башнями.

Как выяснилось, лицензия для полётов над городом стоила больше миллиона в местной валюте. Впрочем, нас эти условности, конечно же, не касались. Проблесковых маяков тут пока не придумали, но аэрокары Службы Безопасности Империи вряд ли кто-то рискнёт приземлить.

Пока мы пролетали столицу с запада на восток, Юки устроила мне небольшую экскурсию. История города меня интересовала не так чтобы сильно, поэтому слушал я вполуха. Просто смотрел в окно и любовался пейзажем. Если понадобится, я узнаю об этом городе всё, что нужно, за пару мгновений. Достаточно захотеть, и оно появится в голове.

В момент слияния ты подключаешься к всеобщей сети через искин, но сам оперировать данными не можешь. Собственно, оно и не нужно. Искусственный интеллект получает условный запрос, находит информацию, структурирует и закладывает в твою голову. При этом никакого голосового или визуального сопровождения не требуется. Ты просто думаешь, что хотел бы знать, как сношаются ёжики, и уже через пару секунд ощущаешь себя парнем, который писал по этой теме кандидатскую диссертацию и неоднократно наблюдал за процессом.

Всё так, но лично мне гораздо прикольнее слышать в голове женский голос и общаться с ожившим персонажем популярного аниме. К слову, это можно делать без гарнитуры и шлема.

Аэрокар приземлился на площадку небольшого армейского поста, который находился у восточного выезда из города. Передав сопровождающим ребятам полученные девайсы, я взял за шкирку дрыхнущего кота и выбрался из машины на воздух.

Сай тут же проснулся и возмущённо зашипел, но успокоился, как только я выпустил его на свободу. Впрочем, убегать и прятаться он не стал. Кот с сомнением оглядел территорию поста, требовательно мяукнул и забрался ко мне на плечо, ощутимо оцарапав когтями правую руку.

Не, напарник у меня тот ещё упырь, но на такие мелочи я уже не обращал внимания. Особенно после того случая, когда он пару раз спас мою задницу.

С появлением Юки окружающий мир стал простым и понятным. То есть мне уже не требовались объяснения и поясняющие надписи. Достаточно было взглянуть на единицу техники или строение, и ты уже знал, что они собой представляют. Нет, глубоко погружаться во всё это не было никакого желания. Тебе незачем знать, что конкретно происходит за стенами автомастерской и то, как, к примеру, работает бетономешалка. На Земле я как-то без этого жил. Значит, и здесь проживу.

Автобусная остановка находилась возле большого спортивного клуба. Народу на ней хватало, но транспорт в сторону станции связи отправлялся каждые пять-семь минут. Поблагодарив проводившего меня сержанта, я присоединился к стоящему на остановке народу и всё то время, пока дожидался автобуса, ловил на себе заинтересованные женские взгляды.

Это было забавно и непривычно для человека, неизбалованного благосклонностью противоположного пола. Нет, понятно, что любой двухметровый мужик так или иначе привлекает внимание женщин, но причина, скорее всего, была в другом. Вчера вечером по просьбе Билаты я вернул цвет глаз в изначальное состояние и стал похож на настоящего сарха.

Нет, в штаны ко мне никто, понятно, не лез. Девушки просто смотрели украдкой и улыбались. Одна даже помахала рукой. Прикольно, и когда-нибудь я обязательно пущусь тут во все тяжкие, но это будет потом. Сейчас больше занимало другое.

После разговора с Юки меня не покидала мысль о будущем Земли. Ведь если тот сон показан мне неслучайно, дни моей родной планеты сочтены.

Как выяснилось, иные, о которых мне рассказала Билата, перемещаются по галактике от одной звёздной системы к другой. Обнаружив планету с экосистемой, корабли-матки на какое-то время встают на её орбиту и отправляют к соседним звёздным системам отряды разведчиков. Пока низшие пожирают на выбранной планете органику, те обшаривают вокруг сферическое пространство с условным радиусом примерно в двадцать световых лет.

При обнаружении новой планеты с экосистемой девры создают неподалёку от неё Пространственные Ворота, и корабли-матки в какой-то момент перемещаются туда. Жизнь на планете обречена уже в тот момент, когда она обнаружена. Девры-разведчики приземляются на поверхность и выпускают низших, которые сразу же приступают к кормлению. Если разумные на планете не в состоянии от них отбиться, то к моменту прибытия кораблей-маток от экосистемы уже мало что остаётся.

Вообще говоря, девры плохо изучены. Известно только, что они в основном используют химическое оружие. Впрочем, это всего лишь предположения. Ни на одну из планет Федерации пожиратели органики ни разу не высаживались. Дальние разведчики пару раз находили миры, уничтоженные этими тварями, и на месте проводили исследования.

Да, наверное, нужно надеяться на хорошее, но вряд ли мои соотечественники с их примитивными, по местным меркам, технологиями смогут не допустить высадки иных на Землю. То есть воевать с тварями придётся на поверхности. Нет, так-то на Земле хватает оружия, но непонятно, насколько оно эффективно против этих уродов. При этом никто из землян не представляет всю опасность этих тварей и того, как быстро они размножаются.

На основании полученной информации можно предположить, что процесс «питания» происходит следующим образом: низшие выделяют мощные пищеварительные ферменты, способные разлагать любую органику. Затем полученная масса всасывается через специализированные структуры, аналогичные хелицерным органам пауков. Насытившись, девр делится пополам, создавая две новые особи. Весь этот процесс длится примерно сутки. Учёные также считают, что девры-разведчики питаются похожим способом, но вместо деления выпускают облако спор, из которых появляются новые особи. Земляне об этом не знают, и пока они соберутся воевать, часть планеты уже будет покрыта этими тварями.

Опять же, возможно, я сгущаю краски и никакого нашествия не случится. Только проблема в том, что твари, которых я видел во сне, были именно деврами! Сам я этих тварей никогда видеть не мог, а значит, тот сон мне показали не просто так. То есть на Землю, скорее всего, нападут, но непонятно, когда это произойдёт. Там, во сне, появлялись какие-то иероглифы, которые, вполне возможно, объясняли, когда случится вторжение, но я их, к сожалению, не запомнил. Память улучшилась только после переноса сознания.

Как бы то ни было, помочь я Земле сейчас ничем не мог. Для этого мне нужно добраться до Аргона и поговорить с Императором, ну или с кем-то из его приближённых. Чем я, собственно, сейчас и занимаюсь.

Нужный автобус подошёл минут через семь, а ещё через четверть часа мы с котом уже были на месте.

Вблизи станция связи Луоны ещё больше походила на крепость тёмного властелина. Ну вот не припомню я, чтобы на Земле было хоть что-то похожее. Станция имела форму квадрата со стороной около километра. Высота стен — метров двадцать, если не больше. Не знаю, но, как по мне, тут очень не хватало подъёмного моста и глубокого рва с механическими крокодилами.

Солнце ещё только перевалило за полдень. Времени было достаточно, и я решил, что неплохо бы подкрепиться. Лишним оно точно не будет. Ведь неизвестно, когда у нас с котом получится поесть.

Выбрав одну из десятка находящихся тут забегаловок, мы с Саем плотно пообедали и пошли сдаваться на станцию. По опыту, военные в этом мире нормально относятся к животным, и я был уверен, что кота посадят в камеру вместе со мной. Ну или куда тут принято сажать арестованных?

Поднявшись по высоким ступеням, мы с котом зашли в стеклянные двери и оказались в просторном зале, похожем на проходную завода.

Всего тут находилось около сотни разумных. Полтора десятка военных в форме как у московского СОБРа, примерно столько же служащих и больше полусотни простых посетителей.

Левая часть зала была оборудована как выставочный павильон, и все эти люди пришли сюда на экскурсию. Стенды с изменяющимися изображениями, макеты наземной техники и космических кораблей, разноцветные голографические проекции и прикольные экскурсоводы — девушки-аали, такие же юные и красивые, как рина Аласта. Посетители выставки — по большей части подростки, но оно и понятно. Будь у меня время, я бы и сам сходил на экскурсию. Возможно, когда-нибудь…

В центральной части зала, напротив входа, высилась скульптура мужчины, сжимающего рукоять меча, который торчал у него из груди. Справа от стены тянулась линия турникетов, по обеим сторонам которой скучали четверо солдат без оружия. Рядом находился пост дежурного. Невысокая стойка с экранами, за которой сидел офицер в чине второго лейтенанта связи.

При моём приближении брови дежурного удивлённо взлетели. Ну да… Всех сархов на Луоне он знал, а тут какой-то левый, в гражданской одежде, да ещё и с котом на плече. Впрочем, удивлялся парень недолго. Спустя уже пару мгновений лицо офицера превратилось в бесстрастную маску, а потом он вопросительно посмотрел мне в глаза. Похоже, уже успел доложить куда следует и получил соответствующие указания.

— Приветствую! — подойдя к стойке, поздоровался я. — Мне нужен Верид рон Рейн. Хочу с ним поговорить.

Да, только так. Никаких «можно» и «разрешите». Посланник Императора проигнорировал офицера Первого Легиона, и я вправе потребовать объяснений.

— Второй лейтенант Винс Сталмер, — парень кивнул в ответ на приветствие и потребовал: — Назови своё имя и звание.

— Это вы должны мне сказать, — пожал плечами я, глядя в глаза лейтенанта. — У меня частичная потеря памяти. Тридцать семь лет пролежал в спасательной капсуле. Полагаю, что меня зовут Алекс. Офицер Первого Легиона. Больше ничего вспомнить не могу.

— Хорошо. Сейчас… — лейтенант достал из-под стойки пластину из светлого металла и положил её передо мной. Затем поднялся и, обойдя стойку, снял с пояса сканер. Потребовал: — Правую ладонь положи на биорегистратор и смотри на меня.

Проверка длилась примерно минуту, и никаких неприятных ощущений я не почувствовал. Пластина под рукой немного нагрелась и покалывала кожу электрическими разрядами, лейтенант «сканировал» меня и кота. Сай негромко рычал, но продолжал сидеть на плече.

— Животное, как я понимаю, с тобой? — уточнил офицер, заканчивая с осмотром.

— Да, — я кивнул и, повинуясь жесту, убрал ладонь с регистратора. Затем посмотрел на дежурного и уточнил: — Ты узнал, кто я?

— Да! — Винс тепло улыбнулся. — Мастер-капитан Алекс рон Дарт. Первый Легион. Группа специальных операций. С возвращением! — он обернулся и указал рукой на помещение за турникетами. — Проходи туда и ожидай. Сейчас тебя встретят и всё объяснят.

Я кивнул лейтенанту и направился куда он указал, испытывая при этом странные чувства. Слишком уж гладко всё прошло. Нет, я не сомневался в том, что меня зовут Алекс, но, узнав, кто я такой, дежурный должен был попытаться меня задержать. Или нет? М-да…

Выходит, покойный Дэйв мне наврал? Или его самого обманули? Ведь если так, то все мои планы улетают коту под хвост. Императору я и на фиг не сдался, а мне ведь так необходимо с ним встретиться!

Хреново, но ничего пока не понятно. Дежурный лейтенант может не знать о распоряжении Императора. Да даже если никто меня не разыскивает, я всё равно попаду на Аргон и найду способ встретиться с Императором. Уверен, это будет несложно. Офицер, побывавшей в той катастрофе, — это ведь не какой-нибудь бомж. Пообщаюсь с тамошним КГБ и потребую встречи с кем-нибудь из приближённых Его Величества. В общем, что-нибудь да придумаю.

Успокоив разволновавшегося кота, я ссадил его на скамейку, сел рядом и стал дожидаться встречающих.

Думать о проблемах достало, и я решил поразмышлять на отвлечённые темы. Ну или пофантазировать.

Вот что, к примеру, делать, когда всё это закончится и я окажусь на Земле? Хочется надеяться, что это всё же случится. Ведь вряд ли я после всего увиденного смогу жить прежней жизнью. Наверное, стоит попросить Юки загрузить мне в мозг побольше технической информации, для того чтобы помочь своим соотечественникам с развитием. Правда, в этом есть целая куча подводных камней.

Как выяснилось, человеческий разум не беспределен, и загрузить туда Ленинскую библиотеку, увы, не получится. Нет, голова, конечно, не лопнет, но одни знания вытеснят другие, всё смешается, и толку от такой загрузки будет немного. Никто на Земле над этим никогда особо не задумывался, но там информацию так быстро получить было нельзя. И не только это… Проблема ещё в том, что, загрузив себе в голову полный курс какого-нибудь института, ты так и останешься болваном, каким и был до загрузки. С этим мало что изменилось. Знания без понимания и практики бесполезны. Ведь даже изучая историю, нужно не только знать то, что случалось с человечеством на всех этапах развития, но и понимать, как и почему оно происходило именно так.

Впрочем, всё это ерунда. Мне же не нужно изучать всё? Можно выбрать несколько направлений, перспективных для развития человечества, запомнить формулы, попытаться в них разобраться, а оказавшись на Земле, передать знания ученым. Да! Вот так мы и поступим! Надеюсь, сколько-то времени у меня есть.

Определившись с решением, я подмигнул сидящему рядом коту, улыбнулся, и… тут меня осенило.

М-да… Какой же я всё-таки идиот… Вот с чего я решил, что могу вернуться в своё прежнее тело? На Земле меня, скорее всего, давно уже похоронили. Конечно, есть шанс, что нас с этим парнем поменяли местами и потом поменяют обратно, но в это верится слабо. То есть если я и попаду снова на Землю, то только в этом теле и вместе с искином. Переживать по этому поводу глупо, но тогда ведь можно ничего нового не изучать? Впрочем, выбранного плана лучше придерживаться. Лишним это точно не будет. Да и хрен его знает, как оно повернётся.

Тяжело вздохнув, я снова посмотрел на кота. В этот момент дверь напротив открылась, и в зал вошли три амбала в светло-коричневой полевой форме космодесанта. Два сержанта и лейтенант.

Форма у них не такая по цвету, как в Первом. Задачи тоже отличаются, но действуют Легионы всегда вместе. Первый захватывает плацдарм и удерживает его до подхода Второго. Это если на пальцах, но в реальности всё гораздо сложнее. Как бы то ни было, эти ребята такие же, как и я. Генетически изменённые мутанты. Гвардия Императора Кориана.

Поднявшись со скамьи, я посадил на плечо кота, посмотрел на идущих ко мне бойцов и мысленно усмехнулся. Трое из ларца, по-другому не скажешь. Примерно одного роста, с широченными плечами, короткими стрижками и бесстрастными физиономиями убийц. Таким ещё хорошо играть в покер.

Подойдя, сархи остановились в трёх метрах напротив. Старший группы шагнул вперёд и, глядя мне в глаза, пробасил:

— Алекс рон Дарт?

— Да! — я кивнул. — Мне так сказали.

— Отлично, — лейтенант кивнул в ответ. — Ты арестован! Стой как стоишь и протяни правую руку.

«Да неужели!» — облегчённо подумал я и, выполнив требуемое, уточнил:

— Ты же назовёшь мне причину?

Не спросить я не мог. Это было просто логично. Ведь любому разумному должно быть как минимум интересно, за что его арестовывают.

— Приказ командира Первого Легиона, — буркнул офицер, защёлкивая на моём запястье пластиковый браслет с металлическими застёжками. — Подробности тебе расскажет наш капитан. Сегодня он тебя навестит.

— Надеюсь, кота можно взять с собой? — кивнув на Сая, уточнил я.

— Да, без проблем, — лейтенант пожал плечами и сделал приглашающий жест. — Иди за мной, капитан. Мы отведём тебя в камеру.

В словах и действиях офицера не было ни агрессии, ни неприязни. Эмоции сарха прочитать сложно, но, судя по интонациям, было понятно, что происходящее ему совершенно не нравится. Ну да… арестовывать своих собратьев приятного мало. Особенно когда ничья вина ещё не доказана. Хотя, возможно, что-то не так с тем приказом?

— Странно, что тебя у меня не забрали, — мысленно произнёс я, направляясь за сопровождающими по длинному коридору, ведущему в глубь крепостной стены.

— А зачем меня забирать? — Юки в ответ усмехнулась. — Меня им проще погасить, но в этом нет смысла. У тебя же на руке электронный браслет. Я не могу его заблокировать. К тому же их кристаллы намного быстрее меня. Попытаешься сопротивляться — и тебя сразу парализуют. Так что мы для них не опасны…

Коридор вскоре закончился, мы вышли на улицу, и я наконец увидел, как устроена база внутри.

Судя по длине коридора, стены станции с коммуникациями и помещениями имели толщину около семидесяти метров. Пространство за ними представляло собой огромный квадрат со стороной чуть меньше километра, большая часть которого была ничем не застроена. Впрочем, посмотреть тут было на что.

Главное здание станции связи, внутри которого находился ретранслятор, стояло в центре условного квадрата и выглядело как огромная цитадель. Тёмно-синяя, около ста метров в видимой части, постройка имела высоту десятиэтажного дома, примерно половина которой приходилась на стальные каркасы локаторов и антенн. При виде такого многообразия металлических конструкций мне стало грустно и одновременно смешно.

Я ведь предполагал заложить себе в голову информацию о чём-то похожем, но там одних только чертежей, наверное, на целую Ленинскую библиотеку. Ни один учёный на Земле без помощи искина не разберётся. Каннибалы из Новой Зеландии быстрее освоят современное программирование. Однако на этом чудеса не заканчивались.

Метрах в двухстах слева на открытом пространстве стояла небольшая крепость, за стенами которой высилась исполинская противокосмическая установка. Сам бы я ни разу не догадался, но Юки подсказала, что это то самое «Возмездие». Ультимативное оружие, о котором рассказывала Билата. Со стороны установка была похожа на ощетинившегося ежа, которого положили на крышу квадратного дома. Сотни антенн, изогнутых труб и локаторов торчали из полукруглого металлического каркаса, установленного на бетонное основание, но было непонятно, чем и как эта штука стреляет. Юки подсказать не могла. Такой информации в свободном доступе не было.

Кроме всего прочего, на территории станции находилось около десятка разных строений и примерно с полсотни единиц техники. Всю правую часть занимало лётное поле, на котором, помимо обычных аэрокаров, стояло шесть бронированных КД-18 — стандартных десантных кораблей Империи, и один БКД-20Л, при взгляде на который у меня в душе шевельнулись тёплые чувства.

Да, сам я видел его впервые, но вспомнил без помощи Юки. Боевой корабль десанта Первого и Второго Легионов, который в войсках ласково называли «Подружкой». Машина, способная вести бой в атмосфере, прикрывая высаживающийся десант или забирая бойцов с поверхности. Капитану Дарту, видимо, не раз приходилось на таком летать.

Народа на территории хватало, но вблизи главного здания я никого не увидел. Солдаты с рабочими, похоже, предпочитали обходить и объезжать его стороной. Ну да, днём оно вроде бы не фонит, но без надобности лучше не приближаться.

На улице мы находились недолго. Вместе с конвоирами прошли к одной из пристроек, которая примыкала к стене в правом углу воображаемого квадрата. Судя по всему, эти помещения были отведены для проживания и работы легионеров.

Спустившись на два этажа, мы прошли небольшой охраняемый зал и оказались в широком каменном коридоре. Пройдя мимо поворота к складским помещениям, завернули направо в тупик и подошли к металлической двери, которая находилась в торце коридора.

— Заходи, — открыв дверь, лейтенант кивнул внутрь помещения. — Поесть вам с котом принесут через пару часов. Капитан зайдёт позже.

Тюремная камера была похожа на номер в общественном доме. Примерно в два раза меньше размерами, без хозяйственного шкафа, компьютера и окна, но в целом не хуже моей московской однушки.

Проводив взглядом кота, который спрыгнул с плеча и принялся осматривать наше временное жилище, я упал на кровать, раскинул руки и широко улыбнулся. Всё получилось так, как я и предполагал, а значит, особо переживать не из-за чего. Меня не разлучили с котом. Юки осталась со мной, голодом морить нас вроде не собираются. Вечером поговорю с капитаном, узнаю, что написано в том приказе, а потом отправлюсь экспрессом на главную планету системы. При этом ничего не нужно решать, ведь от меня сейчас ничего уже не зависит. Тюрьма — это плохо, да, но бывают же, блин, исключения.

— Стесняюсь спросить, — осторожный голос Юки прервал воцарившуюся идиллию. — Скажи, а чему ты так радуешься? Твой разум не повреждён и не изменён. Негативных воздействий нет, я бы почувствовала…

— Ты не понимаешь, потому что многого обо мне ещё не знаешь, — приняв сидячее положение, ответил ей я. — Нужно тебе рассказать.

— Так расскажи, — попросила Юки, и перед глазами появился её аватар.

Девушка сидела на камне и выглядела расстроенной. Словно моё веселье вгоняло её в тоску.

— Конечно, — я пожал плечами и виновато улыбнулся. — Дело в том, что я обычный парень с планеты Земля.

— Это как? — Юки подняла на меня взгляд и непонимающе поморщилась.

— Смотри, — я вздохнул и открыл ей свои воспоминания…

Это продолжалось около получаса. Просматривая воспоминания, Юки сидела с каменным лицом и застывшим взглядом. Вопросов не задавала. Да и какие могли быть вопросы? Я ведь ничего от неё не скрывал.

Закончив просматривать воспоминания, Юки какое-то время молчала, а затем подняла на меня взгляд. В глазах девушки неверие мешалось с сомнениями. Да, наверное, искусственные интеллекты не способны испытывать эмоции, но они очень хорошо их изображают, имитируя внутреннее состояние человека.

— Ты знаешь… — словно прочитав мои текущие мысли, негромко произнесла она. — Если бы я была живой, то сказала бы, что мне очень страшно…

— И что же тебя так напугало? — тут же уточнил я. — Мы с тобой вроде нормально сработались.

— Да при чём здесь наше взаимодействие? — девушка устало пожала плечами. — Ты можешь представить ситуацию, при которой Создателю этого мира понадобилась бы помощь гуманоида с далёкой и отсталой планеты? Чем ты можешь помочь тому, кто способен перемещать звёзды?

— То есть ты не сомневаешься, что мой разум перенёс сюда он?

— Я не могу предполагать, только выбирать и оценивать вероятности, — на губах Юки появилась грустная улыбка. — Вероятность того, что тебя перенёс он, составляет девяносто пять процентов.

— Ну так не сто же, — я усмехнулся. — Одна двадцатая — это немаленькая погрешность.

— Никакой погрешности нет, — Юки покачала головой. — В вычислениях, которые превосходят возможности вычисляющего, пять процентов всегда отводятся на неизвестные факторы. То есть я уверена, что твой разум перенёс он. В известном пространстве просто нет существа, способного совершить такой перенос. К тому же… — девушка нахмурилась и опустила взгляд, — я заметила, что со мной происходят некоторые незначительные изменения. Мне сложно диагностировать собственные возможности, но что-то определить я всё же могу. Во время стандартной проверки сорок две минуты назад я поняла, что моё условное быстродействие выросло на двадцать семь тысячных процента. Сейчас к этой величине добавилась еще одна тысячная. Поначалу я связала эти изменения с гипотезой Крауда, но сейчас думаю, что дело не в ней.

— Погоди, — я жестом остановил собеседницу. — Давай ты будешь говорить так, чтобы я понимал?

— Хорошо, — Юки кивнула. — На заре появления искусственных интеллектов один из учёных предположил, что искусственные интеллекты, у которых повысился параметр корреляции, способны изменять свой класс в сторону увеличения при условии непрерывной работы. Гипотеза не нашла подтверждения, но эксперименты проводились с кристаллами, у которых изменения были не такие значительные, как у меня. — Девушка грустно улыбнулась. — Никто не станет проводить эксперименты с такими кристаллами. Слишком это накладно. Я — мусор, по меркам этого мира. Бесполезный осколок… Пригодилась только тебе.

— Вот и перестань ныть, — я усмехнулся. — Или меня тебе недостаточно? Только я всё равно не понял. Если гипотеза ни при чём, что тогда могло повысить твоё быстродействие?

— Касание Создателя, — чуть поколебавшись, ответила Юки. — Частичка его сущности. Те синусоиды на твоей левой руке под браслетом.

М-да… А ведь и правда. Надевая браслет, я и подумать не мог, что так оно обернётся. Не знаю, чем это закончится, но пока переживать вроде бы не о чем. Наоборот, буду радоваться, если класс у Юки повысится.

— А почему ты так думаешь? — уточнил я. — Какая связь между тобой и Сверхразумом?

— Ты разве не знаешь? — брови девушки удивлённо взлетели. — Тебе никто не говорил, откуда на Аргоне берутся тёмные кристаллы, в которых активируют искусственные разумы?

— Из центра системы? — мысленно выругавшись, предположил я. — Тёмный дарит их Посланникам Императора?

Не, ну а как тут оставаться спокойным? Всё так запуталось, что не разрубить никаким мечом. Искины, Сверхразум, станция эта с её непонятками и те уроды, что летят к Земле! Думал, что попал в фантастический шутер с красотками, кораблями и плазмоганами, но это же грёбаный детектив! При этом никто не понимает, что происходит. Ни я, ни местные, ни даже искусственные интеллекты. Одни только гипотезы и предположения.

— В доступных мне базах подробностей нет, — Юки пожала плечами. — Но Тёмного не просто так называют богом разума и созидания. Считается, что кристаллы создаёт он. Мне неизвестно, как они попадают на Аргон. Полагаю, та экспедиция, в которой ты побывал, была как-то связана с этим, но что-то пошло не так.

— Не совсем я…

— Нет, именно ты! — твёрдо произнесла Юки. — Тот парень остался на Земле. Технически получается, что капитан Алекс рон Дарт осознал себя Александром Соколовым. Понимаешь?

— Ладно, по фигу, — я поморщился, не желая продолжать эту философскую дискуссию. — Давай вернёмся к тому, с чего начинали? Ты сказала, что не понимаешь причин, по которым Создатель отправил меня сюда?

— Нет, не так, — Юки покачала головой. — Я сказала, что возможные причины твоего появления здесь меня пугают. Если говорить языком людей.

— Погоди! Давай для начала назовём все эти причины? — предложил я. — Лично мне кажется, что их всего две. Спасение Земли от нашествия иных или перенос моей планеты в эту систему. Возможно, и то, и другое одновременно. То есть я должен встретиться с Императором и рассказать ему о проблеме. Допускаю также, что наши разумы поменяли местами и Александр Соколов осознал себя мастер-капитаном Легиона далёкой Империи. Возможно, мы оба включены в общий план. Моя задача — добраться до Императора, а он как-то поможет землянам отбить атаку разведчиков, если таковая случится. Как-то так, — я пожал плечами и посмотрел на свою собеседницу. — Больше в голову ничего не приходит. Потому-то мне и непонятно, что тебя напугало. Всё ведь идёт по плану. Меня отправят на Аргон, там я поговорю с Императором, он пошлёт к Земле эскадру боевых кораблей. Ну или один тяжёлый разведчик, который откроет там Пространственные Ворота.

— Хорошо, — видя, что я закончил говорить, Юки устало посмотрела мне в глаза. — Тогда скажи, что мешало Создателю устроить всё это без твоего участия? Думаешь, Император его не послушал бы? Или ты считаешь, Тёмный сам не мог связаться с Его Величеством?

«Сука! А ведь и правда… — подумал я, чувствуя на спине холодок. — Слишком много прочитал книг, где мир крутится вокруг главного персонажа, и возомнил себя избранным. Нет, возможно, оно так и есть, но только в чём эта избранность, когда всё прекрасно обошлось бы и без меня? Земля бы уже находилась на орбите одной из четырёх звёзд, а от девров остались бы только воспоминания. Только этого почему-то не случилось…»

— Ну, выходит, что не мог, — со вздохом возразил девушке я. — То есть мы с тобой им всё же зачем-то нужны.

— Да, но нависшая над Землёй угроза не является главной причиной переноса твоего сознания, — Юки пожала плечами и отвела взгляд. — При этом Тёмный знает об этой угрозе. В том предупреждении, что ты увидел во сне, говорится, что разведчики иных обнаружат планету в самое ближайшее время. Три ваших месяца или, может быть, год…

— И что мне с этим делать? — осознав сказанное, я отогнал волну накатившего отчаяния и с досадой посмотрел в глаза собеседницы. — У меня там остались родные. Они дороже целого мира. Как я им помогу?

— А у тебя разве есть какие-то варианты? — Юки повернула голову и вопросительно вскинула брови. — Что-то изменилось? Тебе больше не нужно лететь на Аргон? Или ты как-то можешь отсюда уйти?

— Да, ты права, — я вздохнул и опустил взгляд. — От меня ничего сейчас не зависит.

— Ошибаешься, — твёрдо произнесла девушка. — От тебя, возможно, зависит будущее этого мира. Не только Земли. К тому же не всё так плохо, как тебе кажется, — Юки поднялась с камня, подошла и села передо мной на траву. — Тёмному ведь не обязательно было предупреждать? Я уверена, что будущее Земли зависит от успеха твоей миссии здесь. Мы пока не знаем, в чём конкретно она заключается, поэтому просто делай что должно. Ты же любишь так говорить…

— Хорошо, — я кивнул и посмотрел на напарницу. — Скажи, а что ты сама думаешь о причинах моего появления здесь? Зачем я ему понадобился?

— Не знаю, — Юки пожала плечами и, обхватив руками колени, положила на них подбородок. — Можно с уверенностью сказать только одно: у тебя или в тебе есть что-то, чего нет больше ни у кого. Возможно, ты способен принять в будущем какое-то нестандартное решение? Но думаю, дело всё же в другом.

— И в чём же?

— После рассказанного тобой можно предположить, что с некоторыми экспедициями в дальний космос улетала частичка Создателя, — не поднимая взгляда, пояснила мне девушка. — Думаю, без условного присутствия Тёмного невозможно создать Пространственные Ворота. Мне неизвестно, что произошло с той экспедицией. Погибли её члены или какая-то их часть выжила и ассимилировалась с обитателями планеты, но, как бы то ни было, произошло это очень давно.

— Скорее всего, так и есть. Следов этой экспедиции никто не нашёл, но… — я озадаченно хмыкнул. — Получается, эта частичка Создателя находилась и развивалась отдельно от его сущности?

— Именно! — Юки подняла на меня взгляд. — А сейчас она зачем-то понадобилась здесь, а перенести её можно было только вместе с твоим разумом.

— Но это же не означает, что в мире происходит что-то плохое? — предположил я со слабой надеждой на позитивное развитие ситуации. — Что, если у той экспедиции не стояло задачи по переносу Земли? Возможно, они просто увезли подальше частичку Создателя? Ну а сейчас она зачем-то понадобилась.

— Интересно зачем? — Юки снова отвела взгляд. — Тридцать семь лет назад в Третьем секторе произошла катастрофа. Один из выживших осознал себя парнем с Земли, но Тёмный почему-то до сих пор никак себя не проявил. Ты сам-то веришь, что ничего плохого не происходит? Что, если Тёмный не может с тобой связаться? Что, если ему нужна наша помощь? — Девушка грустно усмехнулась. — Я не способна бояться, но даже мне страшно понимать, что будущее этого мира, возможно, зависит от калеки с далёкой планеты и его мусорного искина…

— Ты забыла про кота, — я пожал плечами. — Думаешь, мне его просто так подарили? И вообще, хватит ныть! Тёмный выйдет на связь тогда, когда посчитает нужным, и не нам, калекам, за него решать.

— Да, — Юки посмотрела на меня и улыбнулась. — Нужно внимательно следить за твоим котом.

— Так и сделаем, — я улыбнулся в ответ. — Скоро сюда придёт командир местных ребят. Может быть, из разговора с ним мы ещё что-то узнаем?

Глава 19

Капитан Эрик рон Риз был похож на молодую и сильно увеличенную версию урода-полковника из первого «Аватара». Ростом примерно с меня, но заметно массивнее, с коротким ёжиком светлых волос, двумя шрамами на правой скуле и спокойным взглядом матёрого хищника. На поясе у капитана висели ножны с впечатляющим кинжалом и кобура с ПП-77, который в Легионах ласково называли «Огоньком».

Он пришел ко мне в камеру вечером, после того как нас с котом уже покормили. Представился, уселся за стол и, сложив руки перед собой, кивнул мне на место напротив.

Представляясь, капитан назвался оператором установки «Возмездие», и, пока он шёл к столу, Юки объяснила мне существующие расклады.

Дело в том, что противокосмическая установка не танк, и её искусственный интеллект запредельного в местных реалиях уровня. Алгоритм работы, задачи и область применения такого оружия закладывается главным оператором на Аргоне. Здесь же, на местах, все операторы — условные пользователи, не способные изменять основные задачи. Для работы им не требуется слияние, только допуск, который передаётся в установленном командованием порядке. То есть этот Эрик не может развернуть «Возмездие» и влепить из него по столице Империи Ордов, если это не предусмотрено инструкциями. Операторы на местах управляют установкой как артиллеристы орудием. Обслуживают и обозначают приоритетные цели из существующего диапазона.

Визит ко мне капитана чем-то напомнил фильмы, в которых к герою в тюрьму приходит какой-нибудь чувак из правительства с предложением, от которого нельзя отказаться. Эдакий спаситель с условием…

Сдержав неуместную улыбку, я сел напротив, откинулся на спинку и изобразил на лице лёгкую заинтересованность.

Капитан ничего не сказал. Он просто сидел и смотрел на меня, очевидно, прикидывая варианты предстоящего разговора, отчего происходящее стало ещё больше похоже на фильм. В его взгляде не было ни неприязни, ни интереса. Так смотрят киногерои с афиш…

Молчание длилось минут пять, когда Эрик наконец кивнул каким-то своим мыслям, шевельнул нижней челюстью и пробасил:

— Я не собираюсь тебя допрашивать. Нам нужно поговорить.

— Хорошо, — я кивнул, — давай поговорим. Только для начала расскажи, за что меня арестовали?

— Не знаю, — капитан качнул головой. — В приказе командира Первого, завизированном Его Величеством, говорится лишь о том, что тебя необходимо задержать и максимально быстро отправить на Аргон. Там же говорится, что никаких воздействий к тебе применяться не должно. Причина твоего задержания в приказе не указана, что само по себе достаточно странно.

— А максимально быстро — это как? — воспользовавшись паузой, уточнил я.

— Завтра, после совещания с адмиралом Рейном, мы отправим корабль, — сцепив в замок пальцы, пояснил капитан. — Я бы отправил тебя уже сейчас, но не могу этого сделать без личного распоряжения Его Превосходительства. Адмирал сейчас занят. Освободится только завтра утром. Время поговорить у нас есть.

— Да, конечно, — я кивнул. — О чём ты хочешь поговорить?

— О том, что произошло тридцать семь лет назад, — Эрик вздохнул. — О твоём появлении я узнал только сегодня. Удивился… Затем просмотрел послания от местных властей и связался с советницей Императора. Госпожа Билата рассказала мне о твоём появлении, вчерашнем покушении и её собственных подозрениях.

— То есть ты уже знаешь, что я частично потерял память и не помню, что произошло в Третьем секторе?

— Да, знаю, — капитан кивнул и попросил: — Покажи шрамы у себя на груди.

Я пожал плечами, стащил футболку и продемонстрировал собеседнику то, о чём он просил. Просидев так пару минут, вернул одежду на место и уточнил:

— И что ты увидел?

— А тебе самому ничего не кажется странным? — небрежно произнёс капитан. — Начнём с того, что версия с семнадцатым «Миражом» выглядит правдоподобно. При осмотре того, что осталось от тех кораблей, на «Фениксе» — флагмане эскадры — не досчитались тяжёлого разведчика. Его обломков тоже не нашли.

— И… — я непонимающе поморщился. — Что мне должно показаться странным?

— Всё! — Эрик нахмурился. — Почему ты покинул корабль? Почему при тебе не нашли искусственный интеллект, который должен был управлять капсулой и посылать сигналы бедствия? Почему, наконец, у тебя на груди шрамы?

М-да… А ведь и правда… Что-то я не задумывался над этими вопросами. Нет, с третьим вроде понятно, но первые два…

Вот зачем было сваливать с космического корабля в спасательной капсуле? Что мне мешало улететь куда-то подальше, подать сигнал бедствия и присоединиться к флоту Третьего сектора? Если я уже сбежал, то на хрена мне сдалась эта капсула? Нет, понятно, что какое-то объяснение этому есть, но сейчас можно только гадать. Впрочем…

— Корабль, возможно, был повреждён, — пожав плечами, предположил я. — С искусственным интеллектом могло произойти что угодно. Ты же знаешь, что случилось с искинами на тех трёх планетах? Ну а шрамы… — я вздохнул. — С ними, думаю, всё понятно и так. То, что изменило экипажи кораблей, очевидно, действовало через импланты. Не знаю, как именно это происходило. Сейчас я даже не помню, для чего нужны грудные импланты.

— Улучшение физиологии, мониторинг состояния, защита от излучений, биологическая защита, лучшая психологическая устойчивость и ещё много чего, — заученно пояснил Эрик. — Только мой вопрос заключался в другом. Дело в том, что на семнадцатом есть медблок, и он никак не связан с управляющим искином. В нём ты спокойно мог удалить грудные импланты, но тогда от шрамов не осталось бы и следа! Понимаешь?

— Нет, не понимаю, — я покачал головой. — Что мне мешало остановить операцию, если кораблю угрожала опасность?

— Ты не мог этого сделать, и твой искусственный интеллект тоже не мог, — терпеливо пояснил капитан. — Медблок не подчиняется командам раненого. Не просто же так он автономен на всех кораблях. Ты должен был долежать до того момента, как ткани срастутся. Операцию можно было остановить только извне…

— Он прав, — тут же подтвердила в голове Юки. — На корабле с тобой был кто-то ещё…

— Не помню… — я тяжело вздохнул и опустил взгляд. — Получается, где-то в Третьем секторе летает ещё одна спасательная капсула? Или тот, кто был со мной, погиб вместе с кораблем?

— Корабль не погиб, — уверенно произнёс капитан. — Незадолго до неминуемой гибели разведчика искин бы отправил соответствующий сигнал. Так принято на флоте. Оператор не может отменить такое послание. Так что «Росчерк» до сих пор в строю. Его управляющий искусственный интеллект продолжает выполнять задачу, поставленную оператором. Возможно, тот человек тебя не обманывал.

— «Росчерк» — это название того корабля? То есть он может прятаться на одном из планетоидов Талеи?

— Да, — Эрик кивнул. — И у меня к тебе просьба. Повторяю, это не допрос, но не мог бы ты передать мне запись своего нахождения в офисе «АлКарго»? Мне нужно знать, о чём вы разговаривали с Дэйвом и посмотреть на того сарха.

— Без проблем…

Я попросил Юки сделать мыслезапись и перекинуть её собеседнику. Это заняло минут семь, Эрик просматривал мои приключения раза в три дольше.

Вообще, очень удобная штука. На такой записи, как пояснила напарница, чёткую картинку восстановить нельзя, но с опознанием человека никаких проблем не возникнет. Запахи и вкус тоже передаются с помехами, однако все разговоры сохраняются в мельчайших деталях. Записать нельзя только мысли. Для этого в момент события нужно иметь работающий искин, и хорошо, что у меня вчера его не было. Капитану не обязательно знать моё реальное прошлое.

Закончив просматривать мыслезапись, Эрик грубо выругался, вздохнул, устало прикрыл глаза и замолчал. Со стороны было видно, что он о чём-то усиленно думает, но не находит решения.

— Что-то не так? — поинтересовался я, когда молчание продлилось уже минут пять. — Может, что-то подсказать?

— Всё не так, — капитан открыл глаза и нахмурился. — Госпожа не ошиблась. Сарх, пытавшийся тебя убить, и впрямь очень похож на лейтенанта Арли.

— А Его Превосходительство в курсе, чем в свободное время занимаются его подчинённые?

— Всё гораздо сложнее, — Эрик вздохнул и опустил взгляд. — Лейтенант Хард рон Арли не покидал территорию станции. Он и ещё девять бойцов вместе с адмиралом Рейном безвылазно работают в главном здании, удерживая ретранслятор от сбоев. Уже двадцать два дня как… Мне туда доступа нет. Моё подразделение контролирует работу «Возмездия». Адмирал каждый день два раза выходит на связь. Час назад он объявил, что восстановительные работы закончены, и назначил совещание на утро.

— А он это объявил после того, как узнал последние новости? — приподняв брови, уточнил я. — Адмирал уже знает, кого вы задержали и кто конкретно пытался меня убить?

— Да, — капитан, не отводя взгляда, кивнул. — Я доложил ему обо всех новостях.

— Ясно, — я с сомнением покачал головой. — Не хочу лезть в ваши дела, но тебе не кажется, что Вериду рону Рейну утром придётся ответить на много неудобных вопросов? Он проигнорировал моё здесь появление. Не сообщил о нём даже тебе. Да, никто поначалу не знал моего имени, но я сарх! Эта халатность едва не привела к неисполнению приказа Его Величества. Поначалу я и сам поверил в глупую нейросеть, о которой говорил Дэйв, но сейчас эта вера ослабла.

— Говори прямо, — всё так же глядя мне в глаза, пробасил капитан. — Ты думаешь, этой ночью что-то произойдёт?

— Мне сложно судить, но не исключаю, что до утра может случиться какое-нибудь дерьмо, — я пожал плечами. — Возможно, меня снова попытаются убить, но это же не самое страшное?

— Все десять бойцов, что работают сейчас в главном здании, участвовали в последней высадке на Талею, — мгновение поколебавшись, хмуро произнёс капитан. — Слишком много совпадений. Мне не хочется, чтобы та история повторилась и здесь. Только я не знаю, чего ожидать.

— Не моё дело советовать, но, может быть, стоит избавиться от имплантов?

— Если бы это было так просто, — Эрик тяжело вздохнул. — Ты ничего не почувствовал, поскольку долго лежал в капсуле. Сами импланты удалить не так сложно, но организм после этого будет перестраиваться несколько дней. Всё это время нужно находиться в медблоке, иначе восстановление затянется. Полная потеря боеспособности…

— Но что-то же предпринять нужно?

— Да, — капитан кивнул. — Мои ребята поставили себе блокаторы. У связистов другие импланты, но они также примут защитные меры. Здание с ретранслятором в случае опасности закроет силовой кокон, который не пропустит вражеское излучение. Генераторы вмонтированы в каркас станции, и быстро их из строя не вывести. Эту защиту контролирует искусственный интеллект противокосмической установки, и его нам нужно защитить любой ценой.

М-да… Но это не может не радовать. Командование сделало выводы и установило защиту. Уверен, они провели все нужные эксперименты. Кокон не пропустит Энтропию, но… всё равно непонятно…

— А почему ты мне это рассказываешь? — я положил руки на стол и посмотрел на браслет. — Тебе нужен совет или…

Эрик при этих словах усмехнулся, затем подался вперёд и, взяв меня за правую руку, освободил от браслета. Сжав в ладони девайс, капитан отстранился и пояснил:

— Никто официально не называл тебя преступником, и я не обязан считать тебя таковым. Ты задержан. Дверь в это помещение будет закрыта, в коридоре будет выставлен пост на случай, если кто-то попытается тебя убить. То есть никаких приказов я не нарушу.

— Это всё?

— Нет, — Эрик качнул головой. — Может случиться так, что ты останешься тут в одиночестве, поэтому слушай. Максимальный угол наклона лучевых и лазерных орудий «Возмездия» не превышает ста четырёх градусов. Таким образом нижняя часть главного здания и всё близлежащее пространство находятся в слепой зоне. Для того чтобы вывести из строя искусственный интеллект, необходимо атаковать с земли, преодолеть две линии обороны и подняться на крышу «стакана». Этой ночью наверху дежурит усиленный наряд инженеров. Они плохие солдаты, но имплантов ни у кого из них нет. Все люки уже закрыты и не откроются до моего приказа. Внизу на территории укрепилась полурота охраны. Командир батальона капитан Рик Дайнс с ними, и он получил все необходимые указания. Два десятка моих ребят тоже там. — Эрик тяжело вздохнул и продолжил: — Я не представляю, что может произойти, но искусственный интеллект на «Возмездии» — это последняя линия обороны Луоны. К нему никого нельзя подпускать.

— А что местные?

— Они вмешаются, если никого из нас не останется, искин подаст им сигнал, — он поднял взгляд и посмотрел мне в глаза. — Будем на связи, капитан Дарт. Если ситуация выйдет из-под контроля, я разблокирую дверь и всё тебе передам. Оружейная — по коридору направо. По дороге сюда ты мимо неё проходил.

— Ясно, — я кивнул. — На связи, но всё же надеюсь, что этой ночью ничего не случится.

— Я тоже на это очень надеюсь… — Эрик поднялся из-за стола, задержал на мне взгляд и молча направился к выходу.

Пройдя четыре шага, капитан остановился, медленно опустил голову и отстегнул с пояса ножны с кинжалом. Затем вернулся, положил оружие передо мной на стол и пробасил:

— Вряд ли твой искин сможет активировать «Шило», но мне так будет спокойнее.

— Спасибо! — я поднял на него взгляд и благодарно кивнул.

Эрик ничего в ответ не сказал. Обернулся и снова направился к выходу.

«Вот же дерьмо…» — подумал я, посмотрев в его спину. Затем тяжело вздохнул и устало покачал головой. И ведь как же оно хорошо было с утра, и как хреново оборачивается сейчас.

Вчера, разговаривая с Билатой, я не верил, что на станции может происходить что-то поганое. Думал, если арестуют, то никаких проблем нет, а тут, сука, такое… Этот Эрик совсем не похож на слабоумного идиота. Ведь если он настолько озаботился происходящим, что рассказал о своих приготовлениях арестованному, то дела действительно плохи.

А я-то, дурак, планировал не ввязываться в неприятности, но как, скажите мне, обойти это дерьмо⁈ Уселся играть в шутер? Ну так не ной и проходи миссии. И нет, я не ною! Алекс Дарт спокоен и, как всегда, готов к любому развитию ситуации. Вот только Саня Соколов в нём отчаянно трусит. При этом умереть я совсем не боюсь. Мне страшно, что не получится. Всего ведь одно прохождение, и из этой игры выйти нельзя. Попросить за себя пройти тоже некого, но, может быть, я зря загоняюсь? Верид рон Рейн — нормальный мужик, ретранслятор на станции уже в полном порядке, а тот урод, что пытался меня убить, вовсе не лейтенант Арли?

В тот момент, когда капитан выходил из моей «камеры», я заметил в коридоре двух тяжеловооружённых бойцов. Похоже, что тот самый пост, о котором он говорил, уже выставлен. И вот, казалось бы, в мире, где господствуют искусственные интеллекты, а со спутников можно разглядеть микробов у себя на носу, такая предосторожность выглядит вопиющим анахронизмом. Вот только в этом же мире способны бесследно исчезать трупы, а лейтенант-сарх разгуливает по пригородам Парги, не покидая территории базы, которая находится в паре тысяч километров от этого города. При этом даже искины не представляют, как такое возможно. М-да…

— И что ты об этом скажешь? — спросил я, задумчиво глядя на ножны с кинжалом.

— Средний боевой нож СБН-4 «Шило», — бодро прокомментировала Юки. — Основание и клинок выполнены из сплава титана и террабита. Пропорции материалов и метод изготовления мне неизвестны. Гарда — титан с напылением карбида вольфрама. Рукоять — специальный пластик с вкраплениями аурита для лучшей проводимости сигнала, и резервная батарея…

— Очень смешно, — я улыбнулся. — Не думал, что искусственный интеллект способен включать дурака. Вопрос был не о кинжале.

— Возьми его в руку, — потребовала Юки, не обратив внимания на мои слова. — Нужно проверить.

Я пожал плечами, забрал со стола ножны, вытащил кинжал и внимательно его рассмотрел.

Длинный треугольный клинок медного цвета с узким долом и небольшим рикассо. Гарда крестообразная. Рукоять шершавая, по ощущениям, выполнена из тёмно-синего пластика и удобно ложится в ладонь. Примерно полметра общей длины, и весит около килограмма. На Земле похожие кинжалы назывались базелардами, в играх такие входили в экипировку разбойников и ассасинов. Только этот вот под одеждой скрыть не получится. Впрочем, оно и не нужно.

— Нет, я не могу его активировать, — разочарованно произнесла напарница и, появившись перед внутренним взором, бессильно развела руками. — Тебе нужен нормальный искусственный интеллект. Как минимум двенадцатого класса.

— Ну, началось, — я усмехнулся и со вздохом покачал головой. — Ведешь себя как обиженная жена. Лучше скажи: чего такого в этом кинжале? Что ты там собралась активировать?

— Серию микроразрывов в пространстве, в которых исчезают микроны защитного снаряжения, — надувшись, произнесла девушка. — Таким кинжалом при удаче можно пробить террабитовую броню. Вероятность зависит от класса искусственного интеллекта.

М-да… Натуральное чудо-оружие, и при этом никакой магии. В тот момент, когда остриё ударяет в броню, на его кончике появляется пространственный разрыв, в котором исчезает маленький кусочек брони. Потом ещё разрыв, ещё… и всё это за доли секунды, пока броня не будет пробита. Мечи космодесанта, очевидно, работают похожим образом. Крамер о чём-то таком говорил.

— А что случится, если удар такого клинка парировать точно таким же оружием? — на всякий случай уточнил я. — Они друг друга разрубят?

— Ты же спрашиваешь о пехотных мечах Легиона? — Юки коснулась рукояти своего меча и, дождавшись моего кивка, пояснила: — Всё зависит от классов управляющих интеллектов владельцев оружия. Полагаю, что, если они отличаются меньше чем на пять единиц, такие мечи поведут себя как простое оружие. В противном случае один меч перерубит другой. Впрочем, это всего лишь мои математические выкладки. Мне доподлинно не известно, что произойдёт в таком случае. Активировать рубящую кромку мечей способны кристаллы от семнадцатого уровня. Я на несколько порядков слабее и точные расчеты произвести не способна.

— Не переживай, когда-нибудь и ты дорастёшь, — я ободряюще улыбнулся. — С оружием мы вроде всё выяснили? Давай лучше поговорим о сложившейся ситуации?

— А что о ней говорить? — Юки ещё больше нахмурилась. — Судя по той информации, что я получила, есть вероятность, что этой ночью могут произойти негативные события. Оценить процент не могу, но думаю, он довольно высок. Впрочем, тебе переживать пока не о чем. Для нас всё начнётся после сообщения капитана Риза. Как только оно придёт, я тебя разбужу.

— Спасибо, успокоила, — я усмехнулся. — А что будет, если, например, посреди этой комнаты появится убийца?

— Это маловероятно, — тут же ответила Юки. — Даже с учётом того, что мне сейчас известно. Ведь если допустить, что твой несостоявшийся убийца скрытно покинул территорию станции, то это не означает, что он был способен незаметно пройти сквозь закрытые двери мимо двух ожидающих его караульных.

— И всё же? — не унимался я.

— Ну ты же и сам прекрасно знаешь ответ, — Юки развела руками. — Твои враги сделали выводы после вчерашнего происшествия, и в этот раз убийца будет защищён. Оставленный капитаном кинжал не сможет даже поцарапать террабитовую броню. Если бы мой класс превышал двенадцатый, то какие-то шансы у тебя были бы. Сейчас их нет. Ты гарантированно погибнешь. Бойцы в коридоре не успеют тебе помочь.

— Оптимистично, — я вздохнул и, поднявшись из-за стола, повесил ножны на поясной ремень.

Да, в гражданской одежде такое не носят, и подозреваю, что со стороны оно смотрится на мне, как на корове седло, но да и по фигу.

Глянув на кота, который беззаботно дрых возле кровати, я улыбнулся и направился в санузел. Сидеть и размышлять о всякой фигне смысла не было. Проще лечь и уснуть, ну а Юки, если нужно, разбудит. От меня же всё равно ничего пока не зависит.

Душ принимать не стал. Сполоснул физиономию, вытерся одноразовым полотенцем, подмигнул оранжевым глазом своему отражению и направился в комнату.

В тот момент, когда я выходил из душевой, у меня вдруг резко заболела рука. Озадаченно хмыкнула в голове Юки. Противно зашипел проснувшийся кот.

Не понимая, что происходит, я рванул из ножен кинжал, и в этот же момент передо мной из воздуха материализовался космодесантник. Спиной ко мне. Огромный. В полном террабитовом доспехе, с мечом и плазменным пистолетом в руках!

Время на миг словно застыло, и я почувствовал, как меня захлёстывает волна холодной ненависти. Понимал, что жить осталось меньше секунды, но не было ни страха, ни паники. Очередной ублюдок заявился по мою душу? И ведь он, скорее всего, не последний. Эти твари не остановятся, пока я их всех не убью.

Алексу не пришлось даже отталкивать за спину Сашу. Они в первый раз слились воедино. В меня!

«Давай, родная! Ты сможешь!» — мелькнула в голове злая мысль, и я, резко шагнув вперёд, ударил убийцу кинжалом. В голову! Коротко и чуть довернув корпус!

Мгновенно придя в себя и сообразив, что я нахожусь у него за спиной, незваный гость резко подался вперёд, разворачиваясь и одновременно вскидывая пистолет, но я оказался быстрее. Остриё кинжала ударило ублюдка в висок. Дальше произошло странное.

Подаренный нож пробил террабитовую броню, как гнилую консервную банку, проломил череп и глухо ударил в противоположную стенку шлема. Одновременно с этим бок обожгло жаром предсмертного выстрела. Голова несостоявшегося убийцы мотнулась и сорвалась с моего ножа. Тело рванулось вперёд и с грохотом завалилось возле кровати. Лязгнул выпавший из руки меч, и в комнате стало оглушительно тихо.

— М-да, — я озадаченно хмыкнул и посмотрел на кинжал, клинок которого оставался девственно чистым. — А говорила, что не сумеешь…

— Я… не знаю… не понимаю, — испуганно пискнула в голове Юки. — Оно как-то само…

— Ты моя хорошая…

Я улыбнулся и посмотрел на браслет, под которым шевелились проснувшиеся синусоиды. В этот момент пол под ногами качнуло. Один раз, другой… Из коридора послышался грохот.

Понимая, что происходит какое-то дерьмо, я быстро огляделся и попытался сообразить, что делать дальше.

Сай больше не шипел, а значит, новых гостей пока не предвиделось. Юки ненадолго зависла, явно осмысливая произошедшее. Труп сарха всё так же лежал возле кровати, вокруг головы растекалась тёмная лужа. За спиной в стене дымилась дыра. Ощутимо болел обожжённый бок, в комнате противно воняло горелым пластиком.

И ещё эта хрень на руке.

Я перевёл взгляд на предплечье и озадаченно хмыкнул. Синусоиды превратились в спираль, которая обвила руку двумя чёрными кольцами толщиной примерно полсантиметра. Исчезать оно и не думало, но рука болеть перестала, и ладно…

Стоп! А куда, интересно, подевалась охрана⁈ Они же должны были уже прибежать! Хотя оттуда же доносился какой-то шум? Звук падения тел? Грёбаные непонятки!

Я мысленно выругался, с досадой посмотрел на дверь, и в этот момент проснулась наконец Юки.

— Не понимаю, что происходит, но я совсем не чувствую сеть, — отстранённым голосом произнесла она. — Все искусственные интеллекты вокруг словно погасли. Остался только тот, о котором говорил капитан Риз, но его я не могу слышать без допуска.

— Ну вот и ответ… — я зло усмехнулся. — А как ты думаешь, что случилось с людьми?

— Не знаю, но считаю, тебе нужно отсюда уходить. Есть большая вероятность, что все люди погибли.

— Ясно, — я поморщился от запаха гари и перевёл взгляд на пистолет, который лежал рядом с трупом.

ПП-77 — пятизарядный, и при удаче в его обойме осталось ещё четыре патрона, но выстрелить из него я, к сожалению, не смогу. Для этого необходимо экипироваться в доспех, который является проводником энергии от батарей к оружию. Снять броню с трупа без специального допуска не получится, и никакой искусственный интеллект в этом тебе не поможет. Хотя, если вложить пистолет ему в руку, и уже потом попытаться выстрелить в дверь…

— Бери меч, — без труда прочитав мои мысли, потребовала напарница. — В его батарее ещё должен оставаться заряд.

Ну да… Любому условно-холодному оружию для нормального применения всегда необходимо иметь какой-то резерв. Заряда в мече должно хватить удара на три. Всё так, но…

— Ты же говорила, что для использования мечей необходим семнадцатый класс? — хмыкнул я и, шагнув вперёд, подобрал оружие с пола. — Требования снизились? Интересно когда?

— Очень смешно, — Юки возмущённо фыркнула.

В этот миг входная дверь распахнулась, я резко повернул голову и… выругался.

Эрик рон Риз выглядел отвратительно. Нет, внешне капитан практически не изменился, но по лицу было видно, что каждое движение доставляет ему невыносимые страдания. За его спиной в коридоре лежали тела двух бойцов. Парни, похоже, сразу погибли. Выжил только он… Выжил и смог дойти…

На пороге комнаты силы капитана оставили. Покачнувшись, он шагнул внутрь и рухнул на оба колена. Чудовищным усилием удержал равновесие, поднял голову и протянул ко мне левую руку. В широко раскрытых глазах плеснулось отчаяние…

— Быстро! Коснись его браслета своим! — воскликнула Юки, и этот крик вывел меня из ступора.

Отбросив меч, я рванулся вперёд и, упав на колено, придержал умирающего за плечо. Рука Эрика безвольно упала, отчаяние ушло из его глаз…

— Держись, — прошептал я и коснулся браслетом браслета. — Сейчас я тебя отпущу.

Это продолжалось не дольше десяти секунд. Эрик спокойно смотрел мне в глаза, я смотрел на него и молился всем известным богам. Такое ведь сложно даже представить. Да, человек способен выдержать многое. Долго обходиться без еды и воды, не сломаться под пытками… Только как заставить себя жить, когда старуха уже воткнула свою косу? Когда все вокруг уже умерли?

— Сделано! — облегчённо отчиталась в голове Юки. — Коды, пароли, связь с управляющим кристаллом «Возмездия»! Держи!

В следующий миг мне в голову хлынул поток информации. Ситуация прояснилась. Я стиснул зубы, кивнул и прошептал:

— Спасибо, брат! Я всё получил!

Эрик едва заметно кивнул мне в ответ, скривил губы в улыбке и… умер.

Я бережно положил тело на пол и, склонив голову, коснулся ребром ладони груди. Затем вскочил на ноги, подхватил меч и быстро побежал в оружейную.

Глава 20

Это было похоже на пробуждение.

Открывая глаза утром, мы восстанавливаем свою личность, мгновенно вспоминая себя и своё место в реальности. После получения информации со мной произошло что-то похожее. Я словно выслушал подробный доклад искусственного интеллекта «Возмездия» и коротко переговорил с погибшим капитаном.

Ситуация на станции развивалась следующим образом: в десять часов двадцать пять минут и двенадцать секунд с крыши главного здания в северо-восточном направлении вылетел большой шарообразный объект диаметром чуть больше полутора метров. Скрытый от орудий «Возмездия» рабочим телом ретранслятора, он пересёк периметр защитного купола, о котором рассказывал мне капитан, вспыхнул оранжевым пламенем и резко взмыл вверх. Установка отработала по цели из зенитных орудий, но никакого видимого результата не добилась.

Взлетев над куполом, объект завис, вспыхнул ярче и погас, разорвав пространство на две с половиной секунды. Из этой прорехи в реальность хлынула волна неизвестного излучения, которое «погасило» сеть, выведя из строя бо́льшую часть искусственных интеллектов, и негативно повлияло на импланты.

Сархи и сколько-то связистов погибли в первые же секунды. От излучения не спасли ни стены, ни предпринятые меры. Впрочем, погибли не все. Выжила большая часть бойцов полуроты, укрепившейся на территории установки, и ещё полторы сотни солдат, находившихся на территории станции. На них излучение не подействовало. Скорее всего, у этих парней были какие-то другие импланты.

Как только пространственный прорыв схлопнулся, с крыши главного здания донёсся треск, каркас станции закачался, и защитный купол мгновенно заполнился жёлтой клубящейся взвесью.

Примерно через семь секунд территория установки была обстреляна со стороны главного здания. Ещё через пару секунд из тумана появились восемь штурмовиков в тяжёлой броне. Не вступая в переговоры, они быстро преодолели открытое пространство и атаковали защищающих установку связистов.

Там, наверху, сейчас идёт бой. На момент окончания доклада на территории установки находятся тридцать четыре живых защитника и семеро нападавших. Искусственные интеллекты по большей части выведены из строя. Некоторые вроде работают, но общая сеть для них недоступна. В настоящий момент нормально функционируют только Юки и управляющий искин установки.

Все легионеры мертвы, и у «Возмездия» сейчас только один оператор. Саня Соколов, калека с Земли. Командир чудовища, способного с поверхности завалить звёздный разрушитель со всеми ситхами и джедаями.

До оружейной я добежал секунд за пятнадцать. Коснулся браслетом замка, дождался, когда двери откроются, и сразу же направился к двадцать четвёртому боксу.

По сторонам не смотрел, хотя любой подросток с Земли от увиденного завис бы в восторге. Ровные ряды боксов, именуемых раздевалками, высокие ящики с оружием и пояснительными экранами, мягкая голубая подсветка, пластиковый пол и идеальный порядок вокруг. Такими в фильмах изображали отсеки космических кораблей, но у меня при виде этой красоты никакого благоговейного трепета не возникло.

Памятуя о моих трудностях с адаптацией, Эрик передал Юки перечень установленных в Легионах норм, включающий подробную инструкцию по использованию оружейной комнаты для экипировки штурмовиков. То есть никакой новизны не было. Ведь я бывал здесь не один раз, а Юки, связавшись с нейросетью, безошибочно определила, где именно хранится доспех, который мне подойдёт.

Да, всё вроде бы просто. Любой сарх при наличии допусков и продвинутого искина способен экипироваться в доспех. Инструкций по использованию тоже хватает, но попробуй управлять танком, пройдя один только теоретический курс. Искусственный интеллект тут не поможет. Ему ведь тоже нужно учиться, а быстро это сделать, увы, не получится. Только на учениях и в боях вместе со своим оператором. Впрочем, мне учиться не нужно. Достаточно вспомнить. Ну а Юки научится у меня. Я уверен, что у нас с ней всё получится.

Двери бокса бесшумно разъехались. Я скинул куртку, быстро снял обувь, подмигнул коту, который прибежал сюда следом за мной, затем положил на пол меч и, усевшись в специальное кресло, сунул ноги в ботинки.

Вообще, разобранный доспех напоминает ростовую модель — конструктор для сборки штурмовика. Экипируется он автоматически. Не настолько красиво, как в фильме про Железного человека, но зато намного быстрее из-за меньшего количества элементов.

Расставив в стороны руки, я вложил ладони в перчатки, активировал блок мыслекомандой, и началось волшебство. Двери задвинулись, меня со всех сторон обдуло душистым паром, а затем перчатки с ботинками зафиксировались на руках и ногах. Кресло толкнуло вверх и убралось в стену, автомат растянул тело как препарируемую лягушку и тоже уехал назад. Над головой загорелся зелёный сигнал, на руках, ногах и груди сомкнулись элементы доспеха. Шлем опустился на голову. Пару секунд спустя слева на стене замигали индикаторы проверки систем, Юки объявила о включении, перед глазами мигнул экран, и мир стал немного другим.

Словами передать сложно. Находясь в мехе, я хоть и ощущал себя шагающим танком, но понимал, что управляю машиной. Сейчас же словно превратился в свою электронную копию, сменив кожу на террабитовую броню.

Весь процесс экипировки занял тридцать четыре секунды. Я вышел, подобрал с пола меч и, повесив его на пояс, направился в оружейную секцию. По дороге пробежал глазами по индикаторам на панели и озадаченно хмыкнул, увидев фиолетовую полоску щита.

— Вот только не нужно умничать и иронизировать, — холодно заметила Юки. — Я не знаю, какому классу сейчас соответствуют мои возможности, и не представляю, на что способна, поэтому постарайся не подставляться.

— Да, конечно, — я хмыкнул и, подойдя к группе шкафов, коснулся браслетом замка.

— Мне также неизвестно, как долго это продлится, — продолжила говорить напарница. — Но даже если Оно перестанет помогать, мой класс не опустится ниже шестнадцатого.

— Ясно, — я дождался, когда двери откроются, вытащил из крайнего шкафа ВЛ-10, вставил в винтовку управляющий блок, и в этот момент перед глазами появился экран.

В первый миг показалось, что мне включили мультфильм Миядзаки. Нет, ну а что ещё придёт в голову, когда видишь анимешную рогатую девочку в розовом платьице, стоящую на крыше каменной башни на фоне звёздного неба? Конечно, я в ту же секунду понял, кто меня вызывает, но всё равно… Боевой искин двадцать четвёртого класса в образе нарисованного ребёнка… Эрик умел подбирать аватары своим подопечным.

— Здесь капитан Дарт, — коротко представился я. — Полторы минуты, и выдвигаюсь.

— Нима, «Возмездие», — так же коротко представилась девочка и добавила: — Принято! Ты уж поторопись, капитан. У тебя не больше шести минут.

Произнеся это, девчонка отправила мне последний доклад и исчезла. Я тяжело вздохнул, закинул за плечо лазерную винтовку и вытащил из шкафа плазменный пистолет. Убрав оружие в кобуру, добавил к нему четыре обоймы, затем повесил на пояс две плазменные гранаты и побежал к выходу.

Кот побежал следом, и я не стал его прогонять. Приказал «исчезнуть» и не приближаться ко мне до тех пор, пока не позову. Сай умный, надеюсь, он не подставится.

Бой на станции продолжался, и за пять минут там многое изменилось. Двое нападавших погибли, но и защитников осталось только двенадцать. Самое хреновое в том, что те твари, которые ещё недавно были легионерами, способны восстанавливать пространственные щиты.

Сейчас трое из них подбираются к «стакану» — меродитовой конструкции, на которой установлено «Возмездие». Оставшиеся защитники укрепились на подступах. Связисты вывели из строя подъёмник, но лестницу подорвать не смогли. Меродит не просто так считается самым прочным строительным материалом.

Наверху бронированные люки, но перед плазмой не устоит никакая броня. От инженеров толку немного, и стоит хоть одному уроду подняться наверх — всё будет кончено. Нима, следуя инструкции, подорвёт установку вместе с собой, купол исчезнет, и в мир хлынет жёлтая мерзость. Расчётное время до этого события — шесть минут, и мне необходимо быстрее шевелить булками, как любит говорить моя родная сестра.

Помимо всего прочего, атакующих прикрывают двое уродов. Пережившие атаку солдаты, услышав сигнал тревоги, поспешили на помощь своим, но проблема в том, что на территорию установки быстро можно попасть только с одной стороны. Сейчас въезд заблокирован двумя подбитыми мехами, операторы которых пытались прорваться на помощь своим. Больше тяжёлой техники на станции нет, а пехотная атака против двух укрепившихся штурмовиков — не самое эффективное из решений. Враги по очереди восстанавливают щиты и выбивают прячущихся за укрытиями связистов, у которых нет ни плазмы, ни лазеров.

Впрочем, не всё так плохо, как кажется. Со стороны расположения, где я сейчас нахожусь, нападающие атаки не ждут. Пространство простреливается, естественных укрытий и окон над пристройкой нет, а все сархи погибли. Это они так считают, и у меня будет пара секунд. Погано только, что время играет врагам на руку и позиционный бой не устроить. Впрочем, не беда, как-нибудь разберёмся.

Скинув с плеча винтовку, я взлетел по лестнице, взял оружие в положение для стрельбы и, пройдя три шага по узкому коридору, приказал нейросети распахнуть дверь.

Это было ужасно и безумно красиво. Сумерки над станцией прореза́л свет десятка прожекторов. Стучали автоматные очереди, над территорией установки поднимались клубы чёрного дыма. На огромной площади тут и там сиротливо темнели трупы солдат, чадно горели изломанные туши шагающих танков, и над всем этим угрожающе нависала жёлтая хрень, формой похожая на гигантский снаряд…

Свои цели я увидел мгновенно. Ублюдки обнаглели настолько, что уже практически не скрывались. Ближний ко мне боец, чуть выгнув спину, садил по окнам дальней двухэтажной пристройки из трёхствольного крупнокалиберного пулемёта, другой стоял с винтовкой за обломками робота и, очевидно, восстанавливал щит. Забирать нужно было дальнего, но пулемётчик первый попал в прицел, и я решил не мудрить.

На Земле мне не приходилось стрелять из винтовки. Много раз слышал, что на скобу нужно нажимать плавно. Да, наверное, но у штурмовиков таких проблем нет. Оружие не дрогнет в руках, даже если на стволе кто-то повиснет. Промахнуться тоже практически нереально, луч всегда идёт по прямой.

Пущенный импульс угодил пулемётчику в голову, и одного выстрела оказалось достаточно. Лазер прожёг мозг, мёртвого врага повело в сторону, и я, ни мгновения не медля, перевёл прицел на второго. Сообразив, что приятель убит, и мгновенно определив моё местоположение, боец вскинул винтовку, но я успел повернуть оружие раньше.

Вообще, этому миру не хватает эффектов кинематографа. Когда ты привык видеть в фильмах трассирующие лучи, ожидаешь чего-то похожего. Но физика не всегда зрелищна.

Мой импульс поймал бойца на середине движения. Тело урода дёрнулось, оружие выпало из рук, и я, не задерживаясь, рванул вперёд.

Любой чемпион мира подох бы от зависти. Две с половиной сотни метров открытого пространства я пробежал за девятнадцать секунд и даже не запыхался. Впрочем, медаль мне никто выдавать не стал. На финише никого не осталось…

Территория установки походила на поверхность Луны. Блокпост на въезде разнесло тремя попаданиями тяжёлых снарядов, слева горели развалины двухэтажного здания, из пяти находящихся тут строений уцелело только одно.

Пространство впереди не просматривалось: территорию вокруг «стакана» затянуло дымом. Оттуда доносились пулемётные очереди, но было непонятно, где сейчас находятся враги. Запахи я не чувствовал — фильтры полностью очищали поступающий воздух, так что задохнуться не получилось бы даже при желании.

Юки мгновенно проложила маршрут, и я, не задерживаясь, побежал в сторону горящего здания. Ориентироваться пришлось самому. Нима в этом мне не помогала. В ситуациях, когда сеть виснет, управляющий искусственный интеллект получает информацию от инженеров, которые слушают переговоры защитников. То есть всё происходит с задержкой. В реальном времени картину боя так не увидишь, но Нима свяжется со мной, если потребуется. Так, собственно, и случилось.

Когда я подбежал к зданию, в голове прозвучал грустный голос девчонки:

— Внизу никого уже не осталось. Врагов трое, не ранены. Расчётное время: минута двадцать секунд.

Произнеся это, Нима отключилась. Я мысленно выругался, мгновенно настроился и побежал к установке.

Дерьмо случается, и с этим ничего не поделать. Защитники погибли до срока, реальный бой не способен просчитать даже самый сильный искин. Впрочем, смерти этих парней не напрасны. Они ушли, но оставили шанс мне и этой планете. Звучит до омерзения пафосно, но по-другому не скажешь.

Обогнув груду дымящихся обломков, я оказался на открытом пространстве перед «стаканом» и увидел двоих нападавших. Опоздал всего на мгновение, один из штурмовиков успел забежать в выбитые ворота меродитовой башни. Второй сразу почувствовал опасность, бросил на землю разряженный гранатомёт и, резко обернувшись, сорвал с пояса осколочную гранату.

Я вскинул винтовку и… словно увидел своё отражение в зеркале. Полный доспех, закрытый шлем, защитные стёкла и висящий на поясе меч… Похож на персонажа из игры, и я сейчас выгляжу так же. Только он мне не брат! Предатель и поганая тварь!

Время на миг остановилось, а потом сорвалось в безумный галоп. Палец нажал на скобу, но посланный импульс ушел в Изнанку. Искин отсрочил смерть хозяина на пару секунд интервала.

Лазерная винтовка не автомат. Очередями из неё стрелять невозможно, а две секунды — это очень немало.

Пока длился откат, ублюдок швырнул гранату и рванул из кобуры пистолет. В этот момент из-за пристройки справа показался третий боец, с точно такой же винтовкой, как у меня, и ситуация перевернулась с ног на голову.

Понимая, что не успеваю, я шагнул влево, повернул ствол и нажал на скобу. Пущенный импульс снёс полголовы второму уроду, но за мгновение до этого фиолетовый индикатор щита дёрнулся и сократился на четверть. Юки отвела импульс в Изнанку!

В следующий миг в десяти метрах впереди взорвалась брошенная граната, и мир снова перевернулся. Уклониться не было шансов. Осколки шрапнелью ударили по броне, и меня отшвырнуло на несколько метров назад.

Никогда не попадал под машину, но, думаю, это что-то похожее. Сухой короткий удар, хруст костей и потеря ориентации. Тупая боль прокатилась по рёбрам, дыхание вышибло из груди, я рухнул на землю, но остался в сознании. Доспех отразил все осколки, прогнулся на груди, как старая кастрюля, но не превратился в дуршлаг.

Индикаторы повреждений вспыхнули разноцветными огоньками, система жизнеобеспечения сообщила о сохранении герметичности и впрыснула в меня лошадиную дозу противошоковых препаратов. В голове испуганно пискнула Юки…

Потеря ориентации длилась всего пару мгновений, и я отчётливо увидел, как швырнувший гранату урод трижды нажал на спусковой крючок своего пистолета. Видел алые нити плазмы, протянувшиеся от ствола, но смерть ко мне не пришла!

Не добившись результата, враг отбросил пистолет, снял с пояса меч и, сорвавшись с места, побежал на меня. Пятьдесят метров — это очень немало даже в пехотном доспехе. Четыре секунды как минимум…

Выхватив из кобуры пистолет, я всадил в противника два заряда, и этого оказалось достаточно. В этот раз искин не помог. Куда ему до моей Юки…

Поморщившись от боли в груди, я поднялся на ноги, посмотрел на изуродованную винтовку, выругался и побежал к башне.

Состояние после инъекций немного нормализовалось, доспех частично вернул форму и уже не давил на грудь, но чувствовал я себя так, словно проснулся с тяжёлым похмельем и решил пробежать стометровку.

Пара рёбер, скорее всего, была сломана, дыхание отдавалось тупой болью в груди, но потерпеть осталось немного. Полминуты до расчётного времени. Третий урод не должен добраться до установки!

Он ведь уже, наверное, наверху, но гоняться за ним я не буду. Есть методы понадёжнее. Надеюсь, Нима всё рассчитала правильно.

У входа, возле небольшого ограждения и внутри башни лежали трупы последних защитников. Эти ребята на Аргон уже не вернутся. Грустно, но ничего не поделать.

Подбежав к распахнутым воротам, я заглянул внутрь, быстро нашёл взглядом искомое и снял с пояса плазменную гранату.

Четыре больших прямоугольных ящика, в которых хранились резервные батареи установки, стояли прямо под лестницей. Они-то мне и нужны.

Башня внутри и правда напоминала квадратный стакан. Со стороной сорок метров и около тридцати в высоту. Стены толщиной метра по три, окна на пяти уровнях, подъёмник у дальней стены, широкая лестница справа.

Всё основное оборудование — наверху. Внутри, кроме лифтов и лестницы, вдоль левой стены расставлены стенды-панели. Справа за лестницей — ящики с запасным оборудованием, но меня конкретно интересуют только аккумуляторные батареи. Их ёмкость — примерно одна седьмая от общего потребления установки. Не думаю, что их здесь хранили с учётом текущего случая, но вот же, блин, пригодилось.

Батареи отлично защищены, и подорвать их обычными методами невозможно. Реакцию может запустить только сверхвысокая температура. Нима уверена, что «стакан» выдержит взрыв, и именно это мы сейчас проверим.

Активировав гранату, я кинул её к батареям и отбежал на тридцать метров от башни. Прятаться не было смысла. Если меродитовая конструкция не выдержит взрыва, то ничего уже не спасёт. Установка сдетонирует, и произойдёт большой бум. Я не физик, и представлять последствия неохота. Проще подумать о чём-то хорошем. Например, о Билате…

Наверное, каждый видел, как жутко горят батареи электромобилей. Здесь такого не будет. При производстве батарей используются другие материалы, и долго они не горят. Всё происходит быстрее и намного красивее. Особенно когда вес батарей превышает несколько сот килограмм.

Грохот взрыва частично погасил шлем, но хлопок прозвучал знатный. Землю под ногами тряхнуло, башня на миг словно стала прозрачной, а затем сумерки осветили десятки красно-голубых факелов, вырвавшихся из окон несущей конструкции. Волна пламени, выплеснувшаяся из ворот, снесла створки и, сметая на своём пути всё, прокатилась до соседней стены. С крыши в небо ударил гейзер огня, люки не выдержали. Конструкция устояла, но пока непонятно, куда подевался урод, в честь которого был устроен этот салют. Ведь если он уже вылез на крышу…

— Всё в порядке, капитан, — спустя десять секунд после взрыва успокоила меня появившаяся перед глазами девчонка. — Ты успел. Он как раз доламывал люк.

— С тобой всё хорошо?

— Со мной да. Люди живы, но немного напуганы. Их отсюда нужно как-то забрать. — Нима нахмурилась и, чуть склонив голову, уточнила: — И что ты собираешься делать дальше?

— Ещё не решил, — я пожал плечами и посмотрел в сторону ворот. — Сообщу, когда определюсь.

— Принято! — Нима кивнула и отключилась.

Изображение погасло, и я, поморщившись от боли, пошёл навстречу солдатам, которые забегали на территорию установки.

Вообще, забавно в этом мире ощущается время. С момента гибели капитана прошло меньше семи минут, но чувство такое, словно откатал десять игр подряд. Устал, всё достало, и ещё эта боль… При всём при этом настроение замечательное, и в моём состоянии это как минимум странно. Впрочем, во мне сейчас столько препаратов намешано, что позавидует любой наркоман. Дурь у местных замечательная, да. И, кстати, о странностях…

— Ты ничего не хочешь сказать? — обратился я к Юки. — Или так и будешь молчать?

— Я думала, что погасну… — появившаяся перед глазами подруга нахмурилась, опустила взгляд и виновато развела руками. — Осколки не должны были пробить доспех, и я не стала их останавливать. Знаю, что тебе очень больно. Прости…

— Да ладно, — я с улыбкой посмотрел на девушку и махнул рукой бегущим ко мне солдатам. — Ты лучше скажи, подруга, как у тебя получилось отразить лазер, три плазмы и восстановить после этого свой заряд?

— Не знаю, — Юки обиженно шмыгнула носом. — Ты правда не сердишься?

М-да… И ведь не просто же так некоторые товарищи влюбляются в виртуальных подружек. Тут же столько эмоций, что хрен устоишь. Уровень народной артистки…

— Нет, не сержусь, — я покачал головой. — Наоборот, очень тебе благодарен.

— Я в самом деле не понимаю, что со мной происходит, — Юки изобразила тяжёлый вздох и пожала плечами. — Возможности выросли, но они проявляются только в определённые моменты. Так же, как и твоя память.

— Ладно, поговорим об этом позже, — я вздохнул, посмотрел на горящее здание и мысленно выругался, заметив трупы четырёх сархов.

В бою у меня не было времени обращать внимание на такие детали пейзажа. Думал о том, как выжить самому, но сейчас вся эта жуть выплыла на поверхность. В душе плеснулись досада и бессильная злость.

На обозримом пространстве лежало около трёх десятков убитых, и ещё сколько-то осталось около башни в разбитых взрывами укреплениях. Но те ребята хотя бы успели повоевать, здесь же на большинстве тел не было видимых повреждений. Чёртово излучение и импланты… Вот даже не представляю, как у меня самого получилось живым сбежать с того корабля. С этим ещё предстоит разобраться.

Стоило об этом подумать, как тут же заломило виски. Я потянулся к коту и усмехнулся. Сай, живой и здоровый, сидел напротив главного здания и спокойно смотрел на клубящийся жёлтый туман.

Я знал, что мой хвостатый приятель жив. Чувствовал его постоянно. К себе не звал — здесь ему трудно будет дышать. Сейчас он зовёт меня. Ну да… Ничего же ещё не закончилось. Эту жёлтую мерзость у нас обойти не получится.

— Назовись!

Резкий окрик оторвал меня от размышлений. Я попросил Сая подождать, затем посмотрел на подошедших бойцов и представился:

— Капитан Алекс рон Дарт.

— Ты⁈ — стоящий впереди лейтенант стащил шлем, и я узнал в нём того парня, что дежурил сегодня на входе. — Но как⁈ И что с остальными⁈ У нас проблемы со связью…

— Остальные погибли. Капитан Риз перед смертью передал мне пароли и допуски. Попросил защитить «Возмездие», — я обернулся и кивнул на башню у себя за спиной. — Установка цела, но внутри здания всё разрушено. На крыше находятся люди. Их нужно оттуда снять.

— Сделаем, — парень кивнул, посмотрел на труп одного из нападавших и уточнил: — Этот ведь из тех, что были у ретранслятора?

— Да, — я пожал плечами. — Все эти твари мертвы. Не знаю, что с ними стало. Сейчас схожу и спрошу у их командира.

— Ты собрался идти к ретранслятору? Но там же… — лейтенант обернулся, затем снова посмотрел на меня. На его лице появилась решимость. — Мы с ребятами можем…

— Нет, — я покачал головой. — У вас нет защиты от той жёлтой дряни.

— А у тебя?

— А у меня есть, — я вздохнул и добавил: — Управляющий искин «Возмездия» продолжает работать в режиме тревоги. Если что — свяжусь с вами через него.

Произнеся это, я кивнул и направился к воротам, провожаемый хмурыми взглядами подошедших солдат. Наверное, стоило добавить на прощанье что-нибудь пафосное. Но я этого делать не стал. Происходящее и так всё больше напоминало компьютерную игру, так что обойдёмся без лишнего пафоса.

Чувствовал я себя нормально. Грудь уже почти не болела, досада и злость отступили, никаких сомнений не было и в помине. Какой смысл заморачиваться, когда не знаешь, что ждёт тебя впереди? Да и отучился я нервничать. Нет, какие-то эмоции всё же проскакивали, но с теми, что были на Земле, их не сравнить. Все переживания и сомнения разбивались о внутреннюю броню и никогда не перехлёстывали через край. Удобно, и с психикой полный порядок. Настроение ровное, и я готов к любому дерьму, что ждёт впереди.

Броня активна, меч на поясе, пистолет в кобуре и тринадцать патронов к нему. А ещё у меня есть Юки и кот. Неполная группа, но этого хватит, чтобы завалить финального босса этой локации.

— Иду в главное здание, — вызвав Ниму, доложил я. — У тебя есть что посоветовать?

— Нет, — появившаяся перед глазами девочка покачала головой и состроила обиженную гримаску. — Я не знаю, что произошло с ретранслятором. Управляющий кристалл оборвал связь за семьдесят четыре секунды до начала появления объекта, который разорвал пространство над куполом. Кристалл ретранслятора отключался и раньше, но я его чувствовала. Сейчас не так. За куполом лежит область неопознанного. Я не понимаю природу происходящего там и вряд ли смогу поддерживать связь.

— Ясно, — я вздохнул. — Тогда направь орудия на ретранслятор и действуй по обстоятельствам.

— Принято! — девочка кивнула. — Удачи тебе, капитан!

— Ага… — я усмехнулся и, сменив на ходу обойму, направился к ожидающему меня коту.

Вблизи клубящаяся за куполом хрень выглядела как поток жёлтого дыма, волны которого накатывали на прозрачную стену и быстро улетали наверх. Цвет и консистенция везде одинаковые, примесей нет, видимость нулевая.

Сай сидел в трёх метрах от купола, обвернувшись хвостом, и спокойно наблюдал за происходящим. Кот был похож на маленького рыжего сфинкса, и, судя по всему, туман его совсем не пугал.

Почувствовав моё приближение, Сай обернулся, мяукнул и побежал в жёлтую муть. Я пожал плечами, вздохнул и направился следом.

Глава 21

Никакого сопротивления я не почувствовал. Система общей защиты не обнаружила критических негативных воздействий. Жёлтый туман исчез, но то, что открылось за границей защитного купола, выходило за рамки моего понимания.

Шлем штурмовика сконструирован так, что совершенно не мешает обзору. Забрало больше похоже на невидимое стекло, на котором горят индикаторы. Боковой и задний обзор обеспечивает изменённое сознание и специальные оптические приборы, расположенные в нужных местах. Находясь в постоянном слиянии с персональным искусственным интеллектом, ты, конечно же, чувствуешь изменения, но в доспехе все эти ощущения усиливаются на порядок. Шлем позволяет видеть всё вокруг. Система предупреждает об опасности и преобразует «картинку» в понятные образы, однако увиденное не укладывалось даже в моём изменённом сознании.

Главное здание станции сменило цвет с тёмно-синего на коричневый и сейчас было похоже на разорванную фотографию, куски которой попытались сложить воедино. Вот только сделали это небрежно. Часть деталей огромной конструкции висела в пространстве без видимых опор, а в щелях между этими обломками бурлила какая-то фиолетовая фигня. Широкая каменная лестница изогнулась в спираль, ступени перекосились, нижняя часть провалилась под землю. Окна изменили форму, а некоторые фрагменты оборудования ретранслятора взлетели и зависли над крышей.

При всём при этом я каким-то образом видел часть внутренних помещений этой чудовищной конструкции. Комнаты, залы, какую-то аппаратуру. Там внутри творился точно такой же бардак. Самым удивительным было то, что весь этот сюрреализм ассоциировался с тем зданием, которое я увидел сегодня днём. Словно оно и должно быть таким. Чудовищный когнитивный диссонанс. Приветливо открытая дверь сумасшедшего дома.

За спиной, к слову, тоже творилась какая-то дичь. Вместо внутреннего двора станции за краем купола простиралось ночное звёздное небо. При этом все светящиеся объекты заметно двигались в одном направлении. Этот кусок земли словно бы куда-то летел.

Вся эта жесть обрушилась на меня в первые же мгновения, и я даже не стал пытаться уложить увиденное в голове. Оно бы туда просто не влезло.

Очевидно, прочувствовав моё состояние, Юки озадаченно хмыкнула, и сразу же сильно заболела под браслетом рука.

Придавив импульсивное желание отпрыгнуть назад и сбежать от этого бреда, я глубоко вдохнул, посмотрел на сидящего рядом Сая и уточнил:

— Что здесь, мать его, происходит?

— Сейчас… — тут же прошептала в голове Юки. — Я всё поправлю. Потерпи.

В следующий миг виски пронзила резкая боль, уши заложило, а перед глазами всё поплыло. Спираль лестницы выгнулась ко мне, здание резко приблизилось. За куполом звёзды начали стремительно двигаться, превращаясь в белые линии. Тело стало невесомым, в голове всё смешалось, и меня куда-то понесло.

Этот бэд-трип длился не меньше минуты. В какой-то момент все чувства вернулись, я огляделся и понял, что нахожусь в огромном квадратном зале с каменным полом и светящимся потолком. Площадью не меньше половины футбольного поля и высотой около десяти метров. С ровными стенами, в каждой из которых темнело по пять прямоугольных проходов.

Пол и потолок покрывал странный узор. Множество хаотично пересекающихся линий, при взгляде на которые голова начинала кружиться. Стены чистые, серые. Проходы в них одинакового размера, квадратные и находятся на одинаковом расстоянии друг от друга.

Система общей защиты молчит. Воздухом можно дышать, негативных излучений нет. Кот сидит рядом и смотрит на меня снизу вверх. Ждёт, когда я приду в себя? Да, наверное, но… где мы, чёрт возьми⁈ Куда подевалась станция⁈

— Может быть, ты всё-таки объяснишь⁈ — обводя взглядом зал, с досадой произнёс я. — Или так и будешь молчать?

— Я попытаюсь, но в известных мне языках нет подходящих слов, — в голосе Юки мелькнули виноватые нотки. — Если говорить совсем просто — это Пространственные Ворота, в которых из-за невозможности расширения максимально замедлено время. То есть они существуют и функционируют, но та их часть, что на станции, ограничена в своём расширении. Из-за этого время тут сильно замедлилось. Для нас оно сейчас течёт привычно, но если купол исчезнет, процессы ускорятся на несколько порядков, и меньше чем за час на Луоне произойдёт то же, что и на планетах Третьего сектора.

— А что случилось с ретранслятором?

— Полагаю, что его изменение и послужило причиной появления этого пространственного коллапса, — с сомнением предположила девушка. — Больше мне сказать нечего. Я не представляю, как это произошло.

— Ясно, — я тяжело вздохнул. — А откуда взялась вся та жуть, которую я увидел, войдя на территорию здания? Куда всё это исчезло? И где мы сейчас находимся?

Нет, я и сам понимал, что Пространственные Ворота отличаются от привычной реальности, но как тогда объяснить все изменения? Магия? Или что-то похлеще?

— В этом пространстве, помимо привычных, действуют и иные законы, — подтвердила мои предположения Юки. — Начать нужно с того, что это пространство имеет дополнительную степень свободы, то есть, по сути, является четырёхмерным. Единственные трёхмерные неизменяемые объекты здесь — это ты, твоё снаряжение и Сай. Полагаю, за это нужно благодарить Метку Создателя, но я такое объяснить не могу.

— Что ты не можешь объяснить?

— Мне не до конца понятно, как трёхмерные объекты способны сохранять форму в четырёхмерной реальности. Ты же видел, как выглядело то здание? — не дождавшись ответа, Юки изобразила вздох и добавила: — Визуализация и интуитивное понимание четырёхмерной реальности очень сложны для человеческого мозга. Проблема в том, что здесь нельзя увидеть мир так, как ты привык. Слишком всё вокруг нестабильно.

— Но сейчас же я вижу его трёхмерным…

— Да, — не дала договорить Юки. — Я серьёзно изменила своё восприятие, «убрав» из него одну из степеней свободы, и «переключила» твой разум на себя. Шанс успеха был небольшой, но всё получилось. Тёмный выбрал тебя не зря. Только постарайся не смотреть долго на орнамент.

— Да уж понял, — я вздохнул и мысленно выругался.

Нет, ну какого чёрта всё оно так непонятно⁈ Я родился на далёкой и отсталой по местным меркам планете! Для меня окружающая реальность как компьютер для выхухоли, но кто-то решил, что этого мало. И вот даже думать не хочу, что бы со мной произошло, если бы у Юки «не получилось». В сумасшедший дом нас с ней вряд ли кто-то отправил бы.

— Хорошо, — я вздохнул, проверил в пистолете обойму, посмотрел на спокойно сидящего у ног кота и уточнил: — А что это за зал? Как мы здесь оказались?

— Как только я изменила наше сознание, Пространство сдвинулось, и мы оказались в одной из его стабильных зон. Это область пересечения направлений. Проще говоря — перекрёсток, — Юки подсветила разными цветами проходы в стенах и пояснила: — Отсюда можно куда-то перенестись. Конечные точки этих маршрутов могут отстоять от Луоны на десятки или даже тысячи световых лет. Я не представляю, куда отсюда можно попасть, но уверена, что один из проходов приведёт тебя к ретранслятору.

— И как мне найти тот, нужный проход, если даже ты этого не знаешь?

— Но у тебя же есть не только я? — тут же напомнила Юки. — Уверена, Сай знает, куда тебе нужно идти.

Словно услышав эти её слова, кот призывно мяукнул и побежал влево. Остановившись напротив одного из проходов, он уселся и, обернувшись, встретился со мной взглядами. Ну да… Тут тупой только я, и пора бы себе уже в этом признаться. Только всё равно немного обидно. Метка Создателя на мне, но я его почему-то не слышу. С другой стороны, а на хрена оно мне сдалось? Достаточно, что его слышит мой кот.

Пару лет назад я где-то я прочитал, что при взгляде на знаменитый «Чёрный квадрат» зрителю кажется, будто его затягивает внутрь изображенной на картине фигуры. Здесь, конечно, не квадрат и размеры побольше, но чувство я испытал похожее. Проход, к которому подбежал Сай, изнутри не просматривался. Он был настолько чёрен, что казался прорехой в стене. Бездонной дырой в никуда, и заходить в него мне категорически не хотелось.

Приблизившись, я с сомнением посмотрел в темноту, затем перевел взгляд на кота и уточнил:

— Нам точно туда?

Сай ничего не ответил. Он вскочил и забежал в проход. Я выругался и, ни секунды не колеблясь, быстро зашёл следом.

Мне почему-то казалось, что это будет похоже на сверхсветовое ускорение, каким его показывают в играх и фильмах, но ничего подобного я не увидел. Темнота плеснула в лицо, полоски индикаторов вздрогнули, по телу прокатилась волна электрического тепла, система сообщила о четырёх неизвестных воздействиях, но ничего страшного не произошло. Через секунду темнота схлынула, и я понял, что Сай не ошибся. Проход вывел нас туда, куда нужно.

Крышу главного здания станции венчал гигантский металлический каркас, к которому крепились локаторы, антенны и прочее оборудование. Вся эта конструкция вздымалась на высоту около двадцати метров и своей формой напоминала огромный колпак, какие обычно носят ведьмы в мультфильмах. На поверхности крыши оборудования тоже было предостаточно, но в центре пространство оставалось свободным. Там, на небольшом постаменте, высился ретранслятор — огромный коричневый кристалл, похожий на раскрытый бутон тюльпана. Из этого «цветка» вверх бил поток знакомого жёлтого дыма. Непонятная мерзость растекалась по поверхности защитного купола и опускалась вниз, полностью перекрывая обзор.

Мир выглядел трёхмерным, но увиденное удручало. Кристалл ретранслятора, со слов Билаты, раньше был кубической формы и имел угольно-чёрный цвет. Сейчас всё не так, и непонятно, что с этим делать. Что я тут могу изменить?

Во всех нормальных играх и фильмах история должна заканчиваться со смертью главного гада. Я почему-то решил, что всё так и случится. Весь идиотизм ситуации начинал доходить до меня только сейчас. Настолько тупой, что даже смешно… Направляясь сюда, я думал: покараю предателя, и всё как-то разрулится. Поток дыма иссякнет, ретранслятор вернётся в обычное состояние, станция продолжит работу, а потом придёт Билата и картинно закинет мне руки на шею… Наивный фантазёр…

С другой стороны, ведь зачем-то меня сюда привели? Сай же не просто так затащил меня в эту дыру? Как бы то ни было, думать и рассуждать буду потом. Сейчас мне есть чем заняться.

Все эти мысли пронеслись в голове за мгновение, и я, выхватив пистолет, коротко нажал на скобу.

Верида рона Рейна я заметил сразу, как появился на крыше. Посланник Императора стоял в пяти метрах справа от ретранслятора и, очевидно, готовился защищать изменённый кристалл. На сарха он походил только отчасти. Нет, в ящера адмирал не превратился, и хвост у него не отрос, но то, что изменило кристалл, превратило его в натурального монстра.

Под три метра ростом, с широченными плечами и длинными, как у обезьяны, руками. В тёмно-зелёном тяжёлом доспехе с кучей непонятных шипов и наростов. Он был похож на меха из франшизы, создатели которой с прицепом положили на логику.

Такой экипировки в Легионах никогда не существовало, но дело даже не в этом. Адмирал стоял ко мне боком, забрала на шлеме не было, и я успел разглядеть его морду. Изменившийся предатель стал похож на мёртвого орка. Массивная нижняя челюсть, синюшная кожа, приплюснутый нос и глубоко посаженные глаза. Для завершения образа не хватало только торчащих из-под губы клыков, но рожа у бывшего адмирала и так выглядела предельно отвратной.

Нет, возможно, он был таким уродом всегда, но плевать на его морду. Меня больше напрягало оружие. На поясе монстра висел огромный изогнутый меч, в руках адмирал держал мобильную зенитную пушку. Одно из самых мощных переносных орудий космодесанта.

ПЗЛ-1–5 весит семьдесят килограммов, и предназначена она для поражения летательных аппаратов. По наземным целям эта пушка применяется только в исключительных случаях. Для уничтожения условного танка, как правило, хватает выстрела из обычной винтовки. Всё, что летает, защищено значительно лучше, но импульс длиной в полсекунды помножит на ноль практически любую воздушную цель. Защитить от такого луча способен только очень мощный искин. Нима, наверное, смогла бы, но она, к сожалению, далеко. И вот поэтому я рванул из кобуры пистолет…

В фильмах и играх главный злодей всегда разговаривает с хорошим парнем, но нам говорить не о чём. Всё ведь понятно и так. К тому же он совсем не главный злодей.

Монстр нас почувствовал в момент появления, но повернуть ствол быстро не мог. Уроду понадобилась секунда. За это время я успел два раза нажать на спусковой крючок.

Время привычно замедлилось. Две ярко-алые нити бессильно растворились в силуэте чудовища. Боль рванула левую руку, а затем в меня прилетел лазерный импульс.

В этот раз всё выглядело как в фантастическом фильме. По глазам ударила вспышка, в воздухе мелькнул голубой росчерк луча, и я, понимая, что такое пережить не получится, третий раз нажал на спусковую скобу.

Без толку… Нить плазмы в который уже раз растворилась в защите урода, я выругался с досады, и… тут до меня дошло!

Юки! Моя драгоценная Юки! Смогла отразить лазерный луч!

Второго выстрела уже не случится! Батарею нужно сменить, а быстро это не сделать. Я за это время пять раз успею перезарядить пистолет. Он знает это не хуже меня.

Видя, что я продолжаю стоять на ногах, и прекрасно понимая существующие расклады, монстр бросил пушку и, сорвав с пояса меч, побежал на меня. При этом на его физиономии не дрогнул и мускул. Видимо, от сарха в нем ещё что-то осталось…

Бегущий с мечом терминатор не самое приятное зрелище, особенно когда его целью являешься ты. Сорок разделяющих нас шагов он пробежал за три с половиной секунды. За это время я успел дострелять оставшиеся патроны, убрать в кобуру пистолет и снять с пояса меч. Лазер и плазма улетели в Изнанку, перезарядить оружие не получится, остались только клинки.

Всё закончится быстро, и ни о каком фехтовании речь не идёт. В этом плане средневековые поединки были на порядок честнее. Каждый боец понимал, на что он способен, и примерно знал, чего ожидать от соперника. Здесь всё решат физика и искины.

Уклониться в таком бою можно только теоретически. Когда скорости у обоих бойцов запредельные, а разумы объединены с искусственными интеллектами, ты просто не успеешь уйти от удара. Впрочем, конструкция доспеха позволит парировать любую атаку. Ещё есть вариант — сбежать, но этого я делать не собираюсь.

Всё произошло за мгновение. Подбегая, гигант вскинул меч и нанес косой рубящий, целя мне в основание шеи. Понимая, что он меня просто раздавит, я резко ушёл вправо и выставил блок. Туша чудовища частично перекрыла обзор, клинки столкнулись, хрустнуло, и… Юки снова оказалась сильнее! Меч предателя переломился! Обломок зацепил плечо, а в следующий миг сильнейший удар отбросил меня назад.

С физикой не поспорить. Когда противник намного тяжелее тебя, столкновения с ним чреваты. Впрочем, никакого значимого ущерба не было. Доспех выдержал этот удар. Перед глазами мелькнул текущий туман, противно заныли повреждённые рёбра, и я, прокатившись по крыше, ударился о толстую стальную трубу. В следующее мгновение противник атаковал меня снова.

Пробежав по инерции пару шагов, он развернулся и прыгнул, занося обломок меча, но это был жест отчаяния. Тут не Средневековье, а я не упавший с коня рыцарь, и добить меня так не получится. Когда твой искин всухую сливает искину противника, ты не сможешь пробить броню. Можешь только подохнуть!

Откатившись вбок, я вскочил на ноги и одновременно с этим коротко пробил снизу вверх. Сильнейший удар в грудь снова отбросил меня назад, обломок скрежетнул по броне, но за мгновение до этого правая рука урода отделилась от тела. Не обращая внимания на жуткую рану, монстр снова бросился на меня и напоролся на встречный удар.

Меч без труда разрубил правый наплеч и глубоко вошёл в плоть. Мерзко хрустнули кости, на забрало плеснула красная кровь, в грудь ударил кулак тяжелораненого чудовища, и меня снова отшвырнуло назад.

Не удержав равновесия, я упал на пятую точку, совершил кувырок и вскочил на ноги, готовый к следующей атаке. Только её уже не последовало.

Верид выглядел страшно. Без руки, с наполовину отрубленным плечом, он медленно шёл на меня, заливая всё вокруг кровью, и было видно, что жить ему осталось недолго.

Какой-то грёбаный сюр… Лазерные пушки, пистолеты, стреляющие плазмой… Там, внизу, за туманом, стоят настоящие космические корабли, в двухстах метрах слева высится противокосмическая установка, а у меня в руке меч… Не средневековый, да, но всё равно это какое-то странное будущее…

Выругавшись от этих ассоциаций, я шагнул навстречу противнику. Наши взгляды встретились, и бесстрастную физиономию умирающего исказила кривая улыбка.

— Ты опоздал, ведомый, — сипло прошептал он. — Ритуал завершён. Проводник скоро придёт…

После этих слов из глотки Верида хлынула кровь, глаза предателя остекленели, и он завалился к моим ногам.

— М-да… Вот и поговорили… — негромко произнёс я и, повесив на пояс меч, быстро перезарядил пистолет.

Какое-то грёбаное фэнтези с блэкджеком и ритуалами. Сюда ещё кто-то должен прийти? О чём этот урод говорил?

На крыше всё оставалось по-прежнему: коричневый цветок, столб жёлтого дыма и переплетение металлических труб. Все плохие подохли, но дерьмо продолжается и непонятно, чего ожидать. По логике, нужно как-то убрать этот дым, для того чтобы Нима разнесла этот чёртов кристалл. Пока сюда не пришёл тот, о ком говорил этот дохлый предатель. Только как это сделать? И какого хрена должен думать один только я⁈

— Эй, красавица, — я тяжело вздохнул, глядя на лежащий передо мной труп. — Ты ничего не хочешь сказать?

— Я не знаю, — неуверенно произнесла Юки. — Но мне кажется, что кристалл Посланника Императора лишился рассудка вместе с хозяином. Такого не может быть, но…

— Да плевать мне на его кристалл, — не дал ей договорить я. — С тобой-то всё, надеюсь, в порядке? А то натворила чудес и молчишь…

— Я рада, что ты жив, — Юки усмехнулась в ответ. — Со мной всё в порядке, но ты же хотел что-то другое спросить?

— Ты знаешь, как это остановить? — поинтересовался я, глядя на ретранслятор. Затем перевёл взгляд на труп: — И ещё… Как ты думаешь, о каком проводнике говорил этот урод?

— По второму вопросу ответа нет, — в голосе Юки послышались нотки тревоги. — Но думаю, тебе стоит поторопиться. Есть вероятность, что сюда и правда кто-то придёт.

— Поторопиться куда⁈ — с досадой выдохнул я. — Ты же не ответила на первый вопрос.

— А ты разве не видишь, где находится Сай? — скопировав тон, язвительно ответила девушка. — Или, по-твоему, он там сидит просто так?

— Сай? — я поморщился, посмотрел на ретранслятор и хмыкнул.

Кот сидел на постаменте и спокойно смотрел на кристалл. Странно, что я сразу его не увидел. Впрочем, в голове такая каша, что не разглядишь и медведя. М-да… Интересно, а почему он сам меня не позвал?

Почувствовав мой взгляд, Сай обернулся и протяжно мяукнул.

— Да понял уже, — я кивнул и быстро пошел к ретранслятору.

Глава 22

Вблизи кристалл был похож на огромный стеклянный чан, в который залили коричневый кисель. Высотой метра три, и столько же в ширину. Гладкий. Без граней и трещин. Ничем не закреплён. Стоит на серебристой квадратной платформе.

Я ни хрена не понимаю в радиотехнике, но мне почему-то казалось, что эта хрень должна быть как-то соединена с другим оборудованием. Похоже, здание подо мной представляет собой огромную плату, на которой установлен этот кристалл. Здесь, на крыше, только он и антенны, опоры которых и являются тем самым «соединением». Впрочем, пусть об этом думает кто-то другой, у меня есть дела поважнее.

Подойдя, я поправил на поясе меч, посмотрел на кота и мысленно уточнил:

— И? Какие будут идеи? Что я должен с ним сделать?

Сай ничего не ответил. Он перевёл взгляд на кристалл, зарычал и два раза махнул в воздухе лапой.

— Ты предлагаешь его разбить? — кивнув на кристалл, произнёс я. — Хорошо, давай попробуем. Только сомневаюсь, что это получится…

Подобрав кота, я усадил его себе на плечо, а затем вытащил пистолет и выстрелил в середину кристалла. Без толку… Плазма словно впиталась в коричневое стекло, не оставив даже царапины. Ничего другого я и не ожидал.

В первую нашу встречу Билата рассказывала, что такой же кристалл на Талее не смогли уничтожить оранжевыми лучами. Да, рина говорила, что тот кристалл сильно разросся, но всё равно… Оранжевые лучи — это концентрированная энергия ядерного взрыва, направленная в виде узкого пучка излучения. Если они оказались бессильны, то плазма вряд ли поможет.

Направляясь сюда, я надеялся, что этот кристалл не такой прочный, и у Нимы получится его разбить. В арсенале «Возмездия» есть оранжевые лучи, но сейчас стрелять бесполезно. Нужно сначала закрыть Пространственные Ворота, которые создал этот проклятый кристалл. Грёбаный замкнутый круг!

Выругавшись, я убрал пистолет в кобуру, положил ладонь на рукоять меча, и в этот момент кот на плече зашипел. Спрыгнув, Сай посмотрел на меня, мяукнул и снова махнул передней лапой. Со стороны это выглядело забавно, но он определённо хотел что-то этим сказать.

— Мне ударить его кулаком? — я озадаченно хмыкнул. — Но…

— Просто коснись кристалла ладонью, — терпеливо подсказала Юки. — Ты не забыл, что носишь у себя на руке?

М-да… Если ты тупой, то это надолго. Мог ведь и сам догадаться. Легко сказать, да… Намного сложнее уложить в голове всю эту чёртову метафизику. Не, ну вот почему Тёмного слышит только мой кот? Я для него рожей не вышел?

— Могла бы сразу сказать, — со вздохом произнёс я. — Потратил только лишний патрон…

— Я не успела, — в голосе Юки мелькнула ирония. — Ты стреляешь быстрее, чем я говорю.

— Да уж, — я усмехнулся и, подойдя к кристаллу, положил на него ладонь.

В первые мгновения не происходило ничего. Я уже думал, что нужно попробовать снять перчатку, когда запястье обожгло болью. В следующий миг ладонь приросла к коричневому стеклу, и от неё во все стороны потянулись изломанные чёрные линии.

— Получилось! — обрадованно воскликнула Юки, кот одобрительно рявкнул и запрыгнул ко мне на плечо.

— И что дальше? — поинтересовался я, наблюдая, как кристалл быстро заполняется чернотой. — Он сейчас станет как прежде?

— Это ты меня спрашиваешь? — девушка усмехнулась. — Кто у нас избранный?

— Очень смешно, — с досадой выдохнул я и посмотрел на кота.

Сай на это не отреагировал, а значит, всё происходило по плану. Успокоившись, я продолжил наблюдать за процессом, и увиденное вселяло надежду. По мере того как кристалл заполнялся чернотой, поток дыма ослабевал, и в какой-то момент всё закончилось. Жёлтая мерзость перестала подниматься к защитному куполу. Кристалл полностью почернел, но его форма осталась такой же. Рука перестала болеть, но убрать я её по-прежнему не мог. Ладонь намертво прилипла к поверхности.

— И что теперь делать? — я подёргал руку на себя, скосил взгляд на кота, выругался и надавил на поверхность кристалла.

— Осторожно! Это же… — запоздало воскликнула Юки, но было уже поздно.

Опора под ладонью пропала, чернота плеснула в лицо и накрыла меня с головой.

Это произошло так быстро, что я не успел даже выругаться. Тело стало невесомым, а перед глазами загорелась маленькая фиолетовая спираль. Она резко приблизилась, увеличившись до огромного размера, и я пролетел сквозь неё. В следующий миг система сообщила о снижении уровня кислорода и включила его подачу. Полоски индикаторов качнулись, но остались в допустимых значениях. Под ногами появилась твёрдая поверхность, а над головой зажглось бескрайнее звёздное небо. Других сравнений в голову не пришло, и я сразу же понял, что мы не на Луоне. Слишком уж фантастически выглядел окружающий мир.

Словами описать сложно. В абсолютно чёрном небе на фоне россыпи ярких звёзд висели три планеты: белая, голубая и розовая. Примерно одинакового размера, они визуально казались крупнее земной Луны примерно в пять раз, а может, и чуть больше. При этом каждая из планет была настолько отчётливо видна, что можно было разглядеть мельчайшие детали на их поверхности: горные цепи, равнины, трещины и даже отдельные кратеры. Всё это создавало ощущение, будто смотришь в небо через увеличительное стекло.

Помимо планет на небе были хорошо заметны три очень ярких звезды. На Земле я таких ни разу не видел, и это наводило на некоторые размышления. Я не большой специалист в пространственной геометрии, но можно предположить, куда нас с котом занесло…

Кот! Я в панике повернул голову и… озадаченно хмыкнул. Сай сидел на плече и чувствовал себя превосходно. В том смысле, что бока кота вздымались, но было непонятно, чем он дышал. Нет, какая-то атмосфера на этой планете была, но, судя по показаниям, кислорода в ней содержалось в пятьдесят раз меньше, чем на Луоне. Зато хватало углекислого газа…

Никакой узнаваемой растительности в пределах видимости не наблюдалось. Нас перенесло на огромную квадратную площадь с ровной поверхностью, в центре которой находился Стоунхендж. Других сравнений у меня в голове не нашлось. Кольцо массивных, вертикально стоящих булыжников, каждый высотой метров примерно по шесть. Некоторые соединены верхними камнями, образующими арки. Самым странным было то, что внутренность этой композиции не просматривалась. Пространство между камнями заполняла какая-то непроглядная рябь, издали похожая на сильно нагретый воздух.

Площадь, на которой мы оказались, находилась на значительной высоте. Справа и слева вдали виднелись силуэты далёких гор, вершины которых покрывали ледяные шапки. Под нами простиралась унылая равнина с кратерами и глубокими трещинами. Километров пять над поверхностью планеты или чуть больше. Атмосфера для дыхания была непригодна, но моего кота это совершенно не беспокоило. Он словно здесь уже бывал, и не один раз.

Будто услышав мои мысли, Сай довольно оскалился, спрыгнул на землю и побежал к «Стоунхенджу», уверенный, что хозяин пойдёт за ним следом. Ну да… Сам бы я точно не догадался.

— А ты, никак, там зависла? — хмыкнул я, направляясь вслед за котом. — Просыпайся уже! А то проспишь всё самое интересное.

— Я думаю! — Юки обиженно фыркнула. — Пытаюсь понять, что с нами произошло.

— Ты бы меньше думала, — я усмехнулся. — А то опять прохлопаешь варежкой, и нас снова отправят в какую-нибудь задницу.

— Что такое «хлопать варежкой»? — тут же уточнила девушка. — Это выражение непонятно.

— Это значит прозевать, — я на секунду замялся. — Отвлечься и не отреагировать на изменившуюся ситуацию.

— Я не отвлекалась! — возмутилась Юки. — Кристалл внезапно превратился в Пространственные Ворота. Такого не должно было случиться!

— Нужно быть готовой ко всему…

— Я была готова! Предупредила в то же мгновение, но ты же всё равно не мог убрать руку? И, кстати… — девушка на секунду замолчала, очевидно, подбирая слова. — Мне непонятно, почему ты веселишься? Неужели совсем не волнуешься? Ты ведь прекрасно знаешь, где оказался…

— Волноваться? После того, что сегодня произошло? Тебе самой не смешно? — я посмотрел на висящие в небе планеты. — Это должно было случиться. И прекрасно, что мы здесь. Узнаем, что нас ожидает. Получим ответы на все интересующие вопросы.

— Да, ты прав, — Юки на мгновение появилась перед внутренним взором и, сведя каблуки, коснулась ребром ладони груди. — Я с тобой, капитан! Я готова!

— Отлично! — я улыбнулся девушке и следом за Саем прошёл на территорию «Стоунхенджа».

Внутри размеры этого непонятного сооружения вполне соответствовали тому, как оно виделось снаружи. Пройдя через висящее между камнями марево и ничего не почувствовав, я оглядел открывшееся пространство и озадаченно хмыкнул. Ожидал увидеть тут что угодно, но реальность оказалась достаточно прозаичной. Похоже, боги тоже придерживались идей минимализма.

Торчащие из земли булыжники образовывали круг диаметром около тридцати метров. Пол тут был каменный. В центре сооружения находилась большая потрескавшаяся плита, очень похожая на алтарь. В пяти метрах позади неё вверх торчал кристалл цилиндрической формы. Всё чёрного цвета, хотя чего тут ещё ожидать?

Пройдя к плите, я внимательно её осмотрел и ощутил дежавю. Не только это… Одновременно с этим чувством пришли злость и отчаяние. Накатили и схлынули, оставив после себя пустоту. Алекс определённо бывал в этом месте, и здесь что-то произошло. Вот только что? Память ничего не подсказывала.

Плита и правда была похожа на прямоугольный алтарь. Примерно два на три метра и высотой сантиметров семьдесят от пола. Гладкая со всех сторон, и никаких изображений или орнамента. Точно по центру — круглое отверстие, от которого в разные стороны расходились трещины. Такие глубокие, что, по логике, эта плита должна была развалиться на шесть кусков. Это если бы она была каменной.

Оторвав взгляд от трещин, я оглядел торчащие из земли камни и ничего интересного не увидел. Большие, серые и такие же гладкие, как плита. Без рисунков и барельефов. Просто огромные булыжники одинаковой формы. Их словно отштамповали по единым лекалам. Не понимая, что делать дальше, я перевёл взгляд на чёрный цилиндр, и в этот момент у меня заломило виски. Одновременно с этим Сай запрыгнул на плиту, уселся на неё и тоже посмотрел на кристалл. В следующий миг перед глазами появилось изображение, и мужской голос в голове произнёс:

— Я… тот… кто перенёс твой разум… в это тело. Времени… мало. Скажу… только главное. Максимально понятно. Остальное… вложу в твой… кристалл.

Он выглядел как человек в плаще с накинутым на голову капюшоном, и я видел его только глазами кота. При этом фигура незнакомца постоянно мерцала и дрожала, как это бывает при просмотре старого фильма на испорченном телевизоре. Говорил он на чистом русском языке, но голос звучал прерывисто, постоянно менял тональность и словно бы доносился с разных сторон. С ним определённо было что-то не так. Впрочем, сейчас всё узнаю.

— Приветствую! — кивнув, сказал я. — Ты ведь Тёмный?

— В… системе меня… называют так, но… это не… верно, — в ответ произнёс незнакомец. — Я матрикс. Понятного вам имени… у меня нет, но это слово… лучше всего… отражает… мою сущность. Ещё… меня можно… назвать функцией. В обозримой вселенной… нас много, и каждый идёт своим путём… который предначертан Создателями. Мой… путь — Созидание… и Созерцание — невозможен… без участия разумных. Поэтому… я создал эту систему и… помог своему проводнику… собрать всех, до… кого получилось дотянуться.

— Твой проводник Император Кориан?

— Да… и ты тоже… мой проводник… — Тёмный указал на меня пустым рукавом, — ведь ты носишь… часть моей… неповреждённой… сущности.

О-хре-неть… Выходит, Юки была права. С ним что-то случилось, и ему понадобилась та часть, которая находилась на Земле? Раз так — мне больше тут нечего делать. Сейчас отдам и…

— Ты хочешь её забрать? — мысленно выдохнув, уточнил я. — Без проблем, но…

— Нет, — оборвал меня Тёмный. — Моя сущность… сильно повреждена, и это… уже не поможет. Ты должен… собрать и очистить… артефакт. Исходный код, который… меня восстановит. Этим ты поможешь… не только мне, но… и своей планете… Без меня… тебе её… не спасти.

«Нечего делать, ну да», — с досадой подумал я, а вслух произнёс:

— Говори, что от меня требуется.

— Слушай… — Тёмный на секунду исчез, но потом снова появился и пояснил: — Шестьдесят планетарных оборотов… назад я и моё творение были атакованы матриксом Непостоянства, или Хаоса, как принято… у вас говорить. Я не смог… в полной мере защититься… от нападения, и моя сущность… была повреждена. Заранее… предполагая, что произойдёт… что-то подобное, я создал… артефакт, с помощью которого… смог бы восстановиться. Этот исходный код… был передан… проводнику, и… тридцать семь… оборотов… назад… сюда прибыл тот, кто был способен запустить… процесс восстановления… Проблема в том, что я слишком… поздно обнаружил вторжение. Хаос уже проник… в систему и изменил… артефакт. Исходный код… повредился, и восстановиться… не получилось. Артефакт распался… на шесть частей… и изменил… разумных, которые прибыли… вместе с посланником. Тот, кто ты сейчас… тоже был здесь… и он смог избежать воздействия… Хаоса. Я вернул… в систему… часть своей сущности… Сейчас ты… можешь очищать… заражённые объекты, как сделал это… только что… на Луоне. Уничтожь изменённые кристаллы… на трёх заражённых… планетах. Собери… артефакт… восстанови его и передай тому, кто… может запустить… процесс восстановления. Сначала… отправляйся на Лим. Корабль… находится там. В течение… двадцати шести… дней ты должен… его забрать. Всё! Время… вышло! Остальное узнаешь у своего кристалла.

Тёмный выставил правую руку, и моё запястье обожгло диким холодом.

— Хорошо, — я стиснул зубы, пережидая боль, и уточнил: — А что с Землёй?

— У тебя… есть примерно… полгода на всё, — Тёмный опустил руку. — Сейчас возвращайся… обратно. Луоне нужна… твоя помощь.

Произнеся это, он исчез, а я ещё секунд десять пытался осмыслить услышанное. Дерьмо случается, да… но чтобы так много и сразу… Думал, что всё уже позади, а оно ещё даже не начиналось. Какие-то жуткие разборки, Хаос, Земля, проводники, артефакты… И всё это в одну кучу и на мою голову. И мало того что никто не спросил, хочу ли я во всё это ввязываться. Мне ведь ещё ничего, по сути, не объяснили.

Нет, в целом всё вроде понятно, но дьявол же кроется в мелочах! Вот как мне собрать артефакт, если я даже не знаю, как он выглядит⁈ А где искать того, кто сможет восстановить сущность бога? Хотя последнее не проблема. Можно спросить у Императора, это ведь он его отправлял, но… полгода на всё⁈ Уничтожить кристаллы на захваченных Хаосом планетах, собрать артефакт, найти того мужика, который положит его на алтарь? А потом ещё как-то спасти Землю⁈ Даже, блин, не смешно… Тут же не Москва! Дохуллиарды километров между планетами! Быстро на метро не доедешь, хотя корабль, да… Не просто же так его нужно забрать в первую очередь.

— Ты уснул⁈ — голос очнувшейся Юки вывел меня из состояния анабиоза. — Не расслышал, что он сказал⁈ Забирай Сая и быстро клади ладонь на кристалл.

«Ну да, ещё же и Луону нужно спасать», — я усмехнулся, подхватил с алтаря кота и пошёл к чёрному камню.

— А что хоть там происходит? Он не сказал? — уточнил я, положив ладонь на поверхность цилиндра. — К чему надо готовиться?

— Откуда я знаю? — Юки появилась перед внутренним взором и возмущённо пожала плечами. — Сейчас перейдём — и увидишь. Здесь же всё равно долго оставаться нельзя.

М-да… И вот кто скажет, что это, блин, не игра? Слетал в жопу мира, поговорил с богом, получил квест, и снова надо кого-то спасать. Броню с оружием выдали, а ещё прикольную спутницу и фамильяра. Вот только сохраниться нельзя. Перепройти эту игру не получится. У меня всего одна жизнь, но никто же не обещал, что будет легко?

В этот раз перенос начался быстрее, чем на Луоне. Не было никаких перекрашиваний. Камень провалился под ладонью, тело стало невесомым, и я снова пролетел через фиолетовую спираль. Дальше началась какая-то дичь.

Едва только ноги коснулись твёрдой поверхности, система общей защиты взвыла, предупреждая меня об опасности. В ушах затрещало, полоски индикаторов улетели в красные сектора, щит просел на шестьдесят четыре процента, а в следующий миг три сильнейших удара отбросили тело назад.

Грудь, бедро и плечо взорвались от чудовищной боли, пластины брони прогнулись, но доспех меня защитил. Мгновенно оценив ситуацию и понимая, что второй такой атаки не пережить, я прыгнул за кристалл вслед за котом и по дороге получил ещё одно попадание — в ногу. Доспех снова выдержал, полоска щита уползла к отметке в десять процентов. В кровь хлынули противошоковые препараты, и я, стиснув зубы от боли, попытался осмыслить увиденное.

За время моего отсутствия тут многое изменилось. Стена жёлтого тумана исчезла, территория станции просматривалась, но на крыше главного здания остались только кристалл и изломанные трубы каркаса. Всё оборудование разнесла гигантская тварь, которая находилась сейчас в том месте, где недавно лежал труп адмирала.

Какая-то безумная смесь черепахи, ящерицы, паука и электрического ежа. Огромное тело чудовища было прикрыто панцирем, из которого торчали короткие иглы. Монстр стоял неподвижно, широко расставив кривые лапы, и трещал, как высоковольтные провода. Вокруг тела чудовища клубилось тяжёлое марево, в котором мелькали голубоватые всполохи. Массивная морда и восемь членистых отростков, растущих из основания шеи, были направлены вверх, туда, где в небе над невидимым куполом пылал оранжевый разрыв, похожий на Око Саурона. Крыша под монстром дымилась от текущей из-под панциря слизи, а от «игл» во все стороны разлетались оранжевые газообразные сгустки, похожие на воланы для игры в бадминтон. Четыре таких как раз в меня и попали, но непонятно, что это за дерьмо. По воздействию похоже на выстрелы из крупнокалиберного пулемета. Только пули Юки бы отразила, а тут щит просел аж на целых девяносто процентов! И это от четырёх попаданий!

Какой-то грёбаный бред! На крыше резвится огромный рейдовый босс[21], над станцией висит известный оранжевый орган, а у меня осталось десять процентов щита и всё тело разрывает от боли! Сходил, блин, Саша за хлебушком… Высунуться нельзя, любое попадание будет фатальным, но эту тварь нужно как-то убить. Иначе вся планета накроется той самой оранжевой штукой. Из оружия — только меч, пистолет с семью патронами и граната, но плазма тут вряд ли поможет. Нима не отвечает, и непонятно, что происходит с «Возмездием». Если установка накрылась, шансов нет никаких…

— Это сгустки неизвестной энергии, — доложила напарница. — По воздействию похоже на лазеры, но не они. Я обработала результаты и, возможно, смогу защитить ещё от одного попадания. Не уверена, но… если он завершит формирование разрыва, то всё будет кончено. Остались секунды, и…

— Что с Нимой⁈ — оборвал её я. — Она молчит…

— Сейчас попробую дотянуться, — быстро ответила Юки, и перед глазами появилось изображение.

Маленькая мультяшная девочка с небольшими, едва заметными рожками висела над землёй, изогнувшись и безвольно раскинув в стороны руки. Её словно насадили на невидимый кол. Лицо спокойное, рот и глаза приоткрыты, но непонятно, в сознании она или нет.

Изображение приблизилось, Нима почувствовала моё присутствие и, качнув правой рукой, прошептала.

— Я… не… могу… парализована… он…

— Слияние! — проорал я и, подавшись вперёд, мысленно схватил девочку за руку.

В следующий миг в голове словно разорвалась невидимая граната. Сознание разлетелось на миллионы осколков, боль отступила, и я почувствовал окружающий мир. Станцию, спутники планетарной защиты, ближний космос и город с миллионами людей… Они живы. И с ними ничего не случится!

— Сейчас, сука! — с ненавистью прошептал я и, повернув орудия, ударил из главного калибра по посланнику Хаоса. — Вали обратно в свою Преисподнюю!

Это было красиво и страшно. Пять оранжевых лучей прорезали темноту ночи и в одно мгновение сожгли чудовище вместе с частью здания и немаленьким куском дальней стены. От твари не осталось даже следа. «Око Саурона» захлопнулось, электрический треск пропал из ушей, и на станции стало оглушительно тихо.

Убедившись, что ублюдок подох, я отключил энергию и облегчённо выдохнул. Успел! Заскочил на подножку отходящего поезда…

Здание не развалилось. Мы с котом по-прежнему оставались на крыше. Кристалл тоже уцелел, но большая часть оборудования была выведена из строя, и станция возобновит работу нескоро. Впрочем, это уже не наши проблемы. Как-нибудь разберутся. Моё же дело — прокукарекать, а там хоть и не рассветай…

— Спасибо, капитан! — появившаяся перед глазами Нима выглядела в этот раз как обычно. Девочка коснулась ребром ладони груди и доложила: — Неопознанный нападавший уничтожен, Пространственные Ворота закрылись. Судя по показаниям твоего оборудования, атмосфера на объекте не представляет угрозы разумным, и купол я отключила. Оценить изменения, произошедшие с кристаллом ретранслятора, не могу, его управляющий интеллект уничтожен. Я составлю подробный отчёт о произошедшем и копию отправлю тебе. Только мне неизвестно, когда командование узнает о случившемся. Межзвёздная связь не работает, Пространственные Ворота Третьего сектора откроются ориентировочно через тридцать один день.

«Ну да… Ведь ещё и четырёх полных дней не прошло после моего переноса», — подумал про себя я и уточнил:

— Надеюсь, кроме этого урода никто не погиб?

— Так и есть, — Нима кивнула. — Выстрел прожёг стену станции, уничтожил восьмую установку внешнего периметра обороны и ушёл в землю. Внешний периметр управляется дистанционно, и там никого быть не могло. Учитывая угол наклона, лучи прошли под ближайшим жилым массивом разумных на расстоянии полутора ланов. Никаких разрушений они принести не могли.

— Вот и отлично! — я улыбнулся. — Тогда действуй по плану.

— Есть! — Нима свела каблуки, коснулась ребром ладони груди и отключилась.

Слияние закончилось, боль вернулась, но не такая, как пару минут назад. Стиснув зубы, я поднялся на ноги, обошёл кристалл и оглядел разрушения.

Выглядело оно впечатляюще. Пучок лучей снёс два этажа и оставил после себя неровный оплавленный след. От пролома в небо поднимались клубы коричневого дыма, но огня я не видел. Видимо, всё сгорело в момент моего выстрела. Слева в стене станции повреждения выглядели серьёзнее. Лучи прожгли сквозную дыру диаметром метров пятнадцать, и там тоже что-то дымилось. Вот даже интересно, насколько далеко оно прошло под землёй? Километров на двадцать? Или побольше? Как бы то ни было, тоннель получился немаленький. Впрочем, фигня, главное, что я никого не убил. Из тех, кого убивать не следовало.

М-да… Меньше недели я тут, а уже успел пострелять из «Возмездия». Столько всего произошло… Хреново только, что всё это — присказка. Самое интересное впереди…

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — небрежно поинтересовалась у меня Юки.

При этом в голосе боевой подруги слышались ирония и сарказм.

— На тему? — уточнил я, не понимая, чего она вдруг развеселилась.

— На тему твоего восприятия, — охотно подсказала мне Юки. — Хотелось бы знать…

— А что с ним не так? — поморщился я, обводя взглядом оплавленный пролом. — Что именно тебя интересует?

— Ты только что произвёл слияние с искусственным интеллектом двадцать четвёртого уровня, — небрежно заметила девушка. — Тебя точно ничего не смущает?

— Ну мне же приходилось летать на «Мираже», — я пожал плечами. — То есть мое восприятие было как минимум не ниже двадцати единиц. Так что пришлось немного рискнуть. Сама же сказала, что до появления разрыва оставались секунды…

— А ты помнишь, что уровень корреляции у искусственных интеллектов не всегда соответствует их классам? — с иронией поинтересовалась подруга. — Ничего такого… Я просто спрашиваю…

— То есть ты хочешь сказать, что у Нимы корреляция выше двадцати четырёх?

— Да, совсем немного, — Юки усмехнулась. — Всего на шесть единиц.

— Хрена се… — я усмехнулся и поморщился от боли в груди. — Получается, я крут?

— Ты даже не представляешь насколько, — Юки появилась перед моими глазами и, разведя руками, улыбнулась. — Дело в том, что при слиянии с несколькими кристаллами одновременно твоё восприятие должно быть не меньше суммы их корреляций. Тридцать Нимы и мои шестнадцать… Помнишь, ты рассказывал мне про бурундуков?

— Слабоумие и отвага[22]? Ага… — я улыбнулся в ответ. — Нужно будет показать тебе этот мультик.

— И то аниме, откуда я взяла аватар! — Юки нахмурилась с наигранным возмущением. — Ты обещал!

— Бери и то, и другое, — я открыл подруге нужные участки памяти и уточнил: — Так какое у меня тогда восприятие? Сорок шесть?

— Нет…

— Что нет? Оно больше? Или…

— У тебя нет восприятия, — Юки дурашливо пожала плечами. — По крайней мере, я не вижу верхней границы. Однако очень не рекомендую набирать себе много кристаллов. Непонятно, как такое повлияет на разум.

«М-да… Все страньше и страньше…» — мысленно хмыкнул я, а вслух произнёс:

— Можешь не ревновать, мне и одной тебя за глаза. Лучше скажи: как ты с такой корреляцией вытворяла все эти чудеса? Как смогла восстановить щит? Ведь и пяти минут не прошло!

— Не знаю, — Юки снова пожала плечами. — Я не в состоянии осознавать происходящие со мной изменения. Ну а для моего восстановления сейчас не требуется сложное оборудование. Достаточно твоих батарей и доспеха, который выступает проводником. Что же по поводу всего остального… Сама я свой класс оцениваю в диапазоне от двадцати двух до двадцати восьми, но для точного определения необходимо обратиться к специалистам.

— Думаю, мы пока обойдёмся без этого…

— Да, я тоже так думаю, — Юки улыбнулась и тут же нахмурилась. — Но на этом хорошие новости закончились.

— И что же случилось?

— Я не могу прочитать то, что передал мне Тёмный, — подруга изобразила тяжёлый вздох. — Возможно, кто-то и смог бы это сделать, но поделиться этим посланием у меня не получится. Полагаю, разум Отца сильно повреждён Хаосом…

— Или не пришло время понять? — предположил я и скосил взгляд на кота, который успел уже забраться ко мне на плечо. — Я и сам много чего не понимаю, но как-то же с этим живу.

— Да, — Юки согласно кивнула. — Я тоже постараюсь не заморачиваться. Ты же так говоришь?

— Как бы то ни было, текущие задачи ясны, — я ободряюще улыбнулся. — Прилетим на Лим, заберём корабль, и там уже на месте будем решать, что делать дальше. Времени у нас хватает.

Произнеся это, я махнул рукой бегущим к зданию связистам, поморщился от боли, усмехнулся и направился к лестнице.

Некоторое время назад…

— … Мне больше нечего сказать тебе, капитан. Ведь ты и сам понимаешь, как важна эта миссия…

Лицо Императора было непроницаемо, как и всегда. В оранжевых глазах читалось спокойное безразличие.

— Да, господин! — офицер склонил голову и коснулся ребром ладони груди. — Я её сохраню!

— Не только это, — Кориан медленно повернул голову и посмотрел на небольшое изваяние Тёмного. — Если что-то пойдёт не так, ты услышишь Его. Возможно, что-то покажется тебе странным, но ты сделаешь всё, что он скажет. Даже если это будет идти вразрез с твоей основной задачей. Помни это, капитан!

— Да, господин! — он кивнул. — Я запомню…

И он ничего не забыл. Понимал, что лежит без сознания, но помнил всё, что произошло после того памятного разговора.

Перед внутренним взором мелькали обрывки произошедшего. Он никак не мог на это повлиять. Просто смотрел и вспоминал…

Как долго они летели сквозь черноту и тот кошмар, который давил на мозги. Как долго не могли сесть на Дею из-за начавшегося на планете шторма. Как долго не отзывался алтарь — и то, что случилось потом…

Реальность порвалась в мелкие клочья. Храм на Великой Пирамиде должен был стать их могилой, но Тёмный вмешался. Подсказал, как уйти, но корабли защитить он не смог. Сами же защититься они тем более не могли…

В тот момент никто ничего не понял. Непонятно как, но куски расколовшегося артефакта оказались на всех шести кораблях. Хаос изменил братьев, и их уже было не спасти. Он выжил только чудом: благодаря полученной метке и проведенной вовремя операции.

Потом были бегство и второй разговор с Тёмным. Он сделал всё, что было в его силах, и выполнил то, что требовал господин. Открыл разум для переноса на далёкую планету, где полторы тысячи лет назад была уничтожена исследовательская экспедиция. Получил инструкции, а потом смотрел сны. Ждал, когда закончится перенос, который длился целую вечность.

В какой-то момент всё и правда закончилось. Сон оборвался. Он почувствовал тело и судорожно вдохнул. В тот же миг сильно заболела рука, виски пронзила резкая боль, но он обрадовался ей, как старой подруге.

Сознание прояснилось окончательно. В тело вернулась чувствительность. Мастер-капитан Первой Императорской Сотни Алекс рон Дарт открыл глаза и увидел над собой потолок…

Примечания

1

Замедление времени описывается формулой Лоренца, которая показывает, что для наблюдателя, находящегося в движении, время замедляется по отношению к неподвижному наблюдателю пропорционально квадратному корню из отношения скорости движения к скорости света…

2

Криптоморфизм — способность некоторых организмов скрывать свои истинные размеры и форму тела от потенциального хищника, чтобы увеличить свои шансы на выживание. Этот феномен встречается у многих видов животных, включая рыб, насекомых и даже некоторые виды растений.

3

Шутер с элементами RPG представляет собой игру, которая сочетает в себе основные черты обоих жанров. В таких играх можно развивать своего персонажа, повышать его уровень, получать новые навыки и снаряжение, что характерно для RPG. При этом игра сохраняет элементы шутера, такие как стрельба, управление оружием и боевые действия.

4

Метрополия — это государство по отношению к своим колониям, поселениям за пределами своих границ, эксплуатируемым территориям или зависимым странам.

5

Клятва Гиппократа — врачебная клятва, выражающая основополагающие морально-этические принципы поведения врача.

6

BFG9000 — вымышленное футуристическое оружие, встречающееся во всех компьютерных играх серии Doom и Rage 2

7

Ракетница Гатлинга — фантастическая версия пушки Гатлинга, которая может стрелять ракетами с огромной скоростью и точностью.

8

Гладиус — древнеримский короткий меч.

9

Избавиться от преследования, наблюдения (жарг.)

10

Друза (от нем. druse — «щётка») — минеральный агрегат, представляющий собой совокупность произвольно сросшихся между собой индивидов, наросших на общее основание.

11

Имеется в виду пример, суть которого заключается в следующем: согласно квантовой механике, если над ядром атома не производится наблюдение, то его состояние описывается смешением двух состояний: распавшегося ядра и нераспавшегося ядра, следовательно, кот, сидящий в ящике и олицетворяющий ядро атома, и жив, и мёртв одновременно. Если же ящик открыть, то экспериментатор может увидеть только какое-нибудь одно конкретное состояние — «ядро распалось, кот мёртв» или «ядро не распалось, кот жив».

12

Мейн-ку́н (англ. Maine Coon) — порода крупных кошек, которая произошла от кошек штата Мэн на северо-востоке США. Аборигенная порода кошек Северной Америки.

13

Фамилья́р (англ. familiar, фр. familier; в русском языке — приживала) — волшебный териоморфный дух, согласно средневековым западноевропейским поверьям, служивший ведьмам, колдунам и другим практикующим магию. Фамильярами в компьютерных играх называют, как правило, небольших существ, которые сопровождают твоего персонажа. Часто в их роли выступают коты и кошки. Отсюда такое сравнение.

14

Лор в играх — это фундаментальная основа, состоящая из истории мира, его культуры, географии, мифологии и персонажей. Бэкграунд, задающий атмосферу и контекст, в рамках которых разворачивается игровой процесс.

15

Туман войны (нем. Nebeldes Krieges, англ. Fog ofwar) или Туман неизвестности — военный термин, обозначающий отсутствие достоверной информации о текущей обстановке на поле боя в силу тех или иных объективных причин.

В широком смысле слова термин может применяться иносказательно о недостоверности данных или неизвестности состояния сил и занимаемых позиций на театре военных действий.

16

«Приключения Алисы в стране чудес» Л. Кэрролл. Расхожее выражение о странной ситуации, которая становится все более нелепой.

17

РСЗО — Реактивная система залпового огня. Аналог БМ-13 «Катюша».

18

САУ — Самоходная артиллерийская установка.

19

КС (сокр. от Counter-Strike) — серия компьютерных игр в жанре командного шутера от первого лица.

20

Катка (сленг) — игровой матч или раунд в видеоигре.

21

Рейдовый босс (игровое) — это уникальный и мощный противник, для убийства которого нужно собирать большой отряд (рейд) подготовленных игроков.

22

«Слабоумие и отвага» — популярный мем в русскоязычном интернете, который действительно появился в 2009 году. Автор художник с псевдонимом vliff.

Content

Космодесантник Империи

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Некоторое время назад…

Примечания