На перекрёстке путей

Пролог

Солнце клонилось к горизонту, даря всё меньше света Фростхейму, а я бодро шагал по мощённой солидными камнями улице самого северного ныне обитаемого города. Пусть небольшого, но своего. К тому же не каждый ярл ассонов вообще может похвастаться тем, что у него есть что-то крупнее посёлка, обнесённого частоколом, есть и вовсе пенители морей, которые не имеют своего собственного поселения, зимуя в клановых столицах. У нас же тут и высокий чертог в наличии, и два круга стен, и всё из камня. Причём не абы какого! Эльфийские развалины мы разбирали долго, но по мне так это вполне себе окупилось как в плане защищённости нашего жилья, так и в плане эстетики. Грайгейр-бург или град Рассветного Копья впечатлял и радовал глаз.

Мог ли я задуматься лет пятнадцать назад о том, что под моим руководством построят что-нибудь подобное да ещё и на самом северном континенте Свангарда? Ну вообще наверно должен был. В конце концов я был не обычным полукровкой, в котором смешалась кровь северных варваров и эльфов, а тем, кто помнит свою прошлую жизнь на Земле или в Мидгарде, как мой родной мир называют легенды. Пусть я не был каким-то невероятно подготовленным спецагентом или гениальным нобелевским лауреатом, однако жизненный опыт человека с инженерным образованием, который несколько покуролесил в лихие девяностые — это очень серьёзное подспорье. Только вот изначально цели были поскромнее.

Мой отец в этом мире, Йоран Калесон был кузнецом в посёлке Ландсби на берегу одного из бесчисленных северных фьордов и разъяснил мне науку работы с металлом, а несколько более дальний предок, вирдман Гринольв, взял в ученики, открыв мир магии. Которая, чёрт возьми, существовала в этом мире! Мы, северяне, практически все владели праной, энергией самой жизни, что делает нас физически совершеннее, сильнее, быстрее, выносливее и дарит долгую жизнь, если конечно клыки зверя, сталь человека или волшеба колдуна не отправит в Вальхаллу раньше времени. Но как говорится не праной единой. Маги южан и наши вирдманы активно использовали ману, её применение как раз ближе всего к магии в её земном понимании с огненными шарами или призывами ветра в паруса драккаров. На западном же континенте, в Сяньской Империи, узкоглазые и желтолицые люди культивировали энергию духа, тоже добившись не малых высот в сверхъестественных умениях. Их мастеров стиля железной рубашки надёжно брало разве что зачарованное оружие, а высшие адепты стиля быстрого ветра могли телепортироваться, за мгновение нанеся острой сталью несколько десятков ударов по разным целям. Хотя это конечно считалось высшим пилотажем и уделом избранных, как собственно и магические заклятия, уничтожающие города. Не каждый юниор становится олимпийским чемпионом, не каждому магу суждено стать архимагом.

Хотя я конечно пытался и в общем-то до сих пор пытаюсь двигаться к сияющим вершинам. Да и кто бы не хотел достигнуть высот в познании неведомого, прикоснувшись однажды к настоящему Чуду? Так что сначала я грыз гранит сверхъестественных наук под чутким руководством Гринольва, стараясь заодно не отставать от брата в воинских тренировках, дабы не стать забитым полуэльфом-полуботаником. А потом, пусть и несколько вынуждено, отправился во Френалион, где устроился в Великую Академию Магии помощником библиотекаря, благо у учителя был знакомый, что обретался в хранилище книг. Получить изгнание с родной земли на десять лет было неприятно, особенно учитывая что было оно не очень-то справедливым, но мне хотя бы составили протекцию в тёплое местечко. Там я встретил девушку, которая теперь является моей законной женой, друзей и товарищей. Врагов конечно тоже… Но они в массе своей кормят червей, а о мёртвых либо хорошо, либо ничего.

Однако так или иначе моё пребывание в городе магов закончилось тем, что я ушёл оттуда на своей шнеке с очень маленьким, но при этом очень гордым хирдом, в котором было едва ли не поровну как магов, так и воинов. А дальше всё как-то само закрутилось. Изначальной моей целью было изучение магии и возможность посмотреть чудеса нового для меня мира, не умерев в процессе, что как раз обеспечивали в том числе и верные люди рядом. Но с одной стороны надо мной довлело мутное пророчество старой знакомой учителя о том, что однажды судьба Ассонхейма и моего народа окажется в моих руках, а чтобы направить её в нужную сторону мне нужно быть сильным и иметь верных соратников. А с другой в мою небольшую дружину собрался талантливый и весьма мотивированный народ, я же всё больше погружался в тайны магии в целом и ритуалистики в частности, используя старые добрые знания о математике и начертательной геометрии для расчётов ритуальных схем. Результатом этого стало то, что я поднялся на голову выше большинства вирдманов, попутно обретя титул ярла, а мои первые соратники давно уже хедвиги своих собственных кораблей в составе моей дружины и таки да, у нас есть свой собственный город. Никак не могу привыкнуть к этому ощущению.

Хотя сейчас иду по собственному населённому пункту бодрым, целеустремлённым шагом в «колизей». Благо очередной магический эксперимент, чьи результаты мне не терпится опробовать, оказался на финальной стадии испытаний. Само же сооружение хоть и солидно уступало древнеримскому аналогу как размерами, так и красотой, тем не менее исправно исполняло примерно те же функции. Народ северных варваров, они же ассоны, всегда охоч до хорошей драки, в том числе и до тренировочных поединков. Должны же бородатые нордические мужики как-то меряться длинной свои мечей, не так ли? В общем помимо стен вокруг нашего жилья, расположенного в оазисе тепла, которые греют геотермальные источники, а так же домов, пришлось возвести и арену. Одни на ней могли померяться силушкой богатырской, другие посмотреть на это дело и приметить как удачные приёмы, так и слабости товарищей по стене щитов. Ну а мне, как ярлу лишь с половиной ассонской крови, было весьма полезно показывать, что я могу разить врага не только магией, но и честным клинком. Пусть ни у кого здесь нет особых предубеждений против волшебы, но воинское мастерство — это часть статуса, без него никуда.

Зайдя на утоптанный песок арены, я предсказуемо обнаружил там не только свободных от караулов бойцов, что звенели тренировочным оружием, но и уже собравшуюся компанию, состоящую из хольдов и хедвигов хирда во главе с моим форингом, Асмундом по прозвищу Рыжий Кот, который сходу обвинительно тыкнул в мою сторону пальцем со словами:

— Ты опоздал.

— Вожди не опаздывают — сообщил я ему с каменным лицом — И рано они тоже не приходят. Вожди приходят строго тогда, когда считают нужным.

Пару секунд мы с моим другом детства держали морды кирпичом, а потом заржали, после чего мой рыжебородый заместитель спросил:

— Чего задержался-то?

— Очередной эксперимент, сейчас пробовать будем. Готов помахать секирой?

— Всегда готов — оскалился здоровяк, поигрывая своим двуручным дрыном.

— Вот и славно — кивнул я ему, одев на голову крылатый арканитовый шлем.

Остальные освободили нам круг в облюбованном углу площадки амфитеатра, забравшись на трибуны и по отмашке одного из хирдманов схватка началась. Асмунд, не смотря на внушительные габариты, стелящимся шагом ринулся на меня, на мгновение даже создалось впечатление, что воин скользит над песком. В иной ситуации я бы постарался ускользнуть, в конце концов моё копьё длиннее его секиры и разумно держать оптимальную дистанцию, «затыкивая» противника множеством уколов в уязвимые места брони. Но не сегодня.

Рыжий Кот попытался сбить моё копьё в сторону, но его секира встретила неожиданно сильный отпор, немного сбивая воину связку. Я же, получив малую толику инициативы, напротив начал действовать предельно агрессивно. Асмунд сбил мой наконечник в бок, но вывел оружие в положение, с которого я попытался достать колено оппонента пяткой копья. Спасая конечность он сделал отшаг назад, а я продолжил идти вперёд, действуя своим инструментом не по назначению, а скорее как сяньским шестом или эльфийской глефой с лезвиями на каждом конце. Форинг пытался парировать мои удары древком секиры, но получалось у него это не слишком хорошо и почувствовав близость поражения он исчез в телепортации.

Не все из нас освоили хитрую духовную технику сяньцев, которую когда-то заполучил в свои загребущие лапы Гринольв, но однако некоторым это удалось и она нас ни раз выручала, пусть до высот некоторых узкоглазых мастеров нам и было далеко. А ещё мы все неплохо усвоили, что выгоднее всего выходить из скачка или за спиной врага или по правую руку, так как щит обычно держат левой. Но однако относительная единообразность действий порождает и ровно такие же противодействия. Так что и я исчез из под удара Асмунда, а появившись с боку нанёс быстрый укол в его правую подмышку, что в принципе можно считать смертельным попаданием. С бронёй в таких местах проблемно, а повредить можно много жизненноважного.

— Скитья! — ругнулся он.

— Она самая — хмыкнул я — Надо было в центр бытия перепрыгивать.

— Как будто это так легко. К тому же ты мне мог и не дать из него выйти — тряхнул мой товарищ бородой — Но какого Хелля ты стал сильнее? Ещё на прошлой неделе так не бил.

— С Сяо пример бери, он прям неподвижной статуей научился прыгать — кивнул я на узкоглазого хирдмана, которому повезло получить место в нашей стене щитов — А про сильнее мог бы и догадаться, не просто так тебе про эксперимент говорил.

— У нас появилось новое зелье? — приподнял здоровяк бровь.

— В этот раз нет. Метаморфизм — мотнул головой я — В одной из эльфийских книг наткнулся на исследования местного мага. Он передал своим мышцам структуру тех, что имеет снежный ирбис, став заметно сильнее. Правда тему развивать не стал, утончённому ушастому волшебнику физическая мощь была без особой надобности. А я вот заинтересовался.

— Надо думать не будучи вирдманом подобному хрен научишься? — поинтересовался Асмунд — Оно сложно вообще?

— Без маны никак — развёл я руками — Ну или мне просто пока не ясно как подобное перевести на прану. А сложность… Ну в виверну или морского змея обратиться тяжелее, но тут свои трудности, тело-то не полностью меняется, хороший контроль нужен, чтоб ничего лишнего не тронуть. Да и жрать почти постоянно охота теперь.

Последнее кстати хоть и не выливалось прям во вселенскую проблему, но всё таки не добавляло радости, видимо иная структура мышц требовала больше питательных веществ. Я был склонен думать, что это как-то связано с белыми, красными и розовыми волокнами мышечной ткани, о которых слышал ещё в прошлой жизни, но пока не был уверен. К тому же вроде бы ы какой-то программе на дискавери, когда канал ещё не скурвился. Говорилось что у горных барсов, видимо ближайших родичей снежных ирбисов, особая структура мышц, как раз и позволяющая им делать огромные прыжки при погоне за дичью по скалам. В любом случае пока что требовалось больше материала и времени для окончательных выводов. Но большая физическая мощь по мне так вполне стоила лишней пайки, а в голодный год даже закреплённые изменения можно было откатить к норме. Тут главное самими вмешательствами в организм не увлекаться и давать ему достаточно времени для адаптации. Звучит не сложно, но очень многие маги на этом погорели, метаморфизм не зря считается смертельно опасной дисциплиной. У меня же нет желания превращаться в безумный гибрид бульдога с носорогом.

— Ну уж с пожрать у целого ярла проблем быть не должно — хохотнул Асмунд — Ещё разок?

— А то ж — усмехнулся я, принимая стойку.

В этот раз Рыжий Кот действовал иначе, сделав выводы из своего поражения и заставив меня очень немало попотеть, пару раз я и вовсе был на грани поражения. Но всё же одержал верх. Затем была схватка с Аудуном, френалионским ассоном, что пошёл за мной ещё во времена моей работы в академии. А потом наш угол арены пришлось уступить иным желающим, всё таки уже была осень, полярный день становился всё короче, а при свете солнца подраться хотели командиры дружины, показывая подчинённым класс.

Я же с Асмундом отправился в свой высокий чертог, а точнее под него, в термы. Разобравшись с эльфийскими технологиями строительства с помощью духов земли, что преобразовывали камни в фундаменты, а порой и целые здания, в том числе и в местах геотермальной активности, удалось не только отгрохать город, но и организовать водопровод. После него же я пошёл дальше, сообразив что-то вроде римских бань, что весьма радовали меня и пока что узкий круг моих подчинённых после тренировок.

Пропотев в парилке, я запрыгнул под душ Шарко из ледяной воды, затем помылся и нырнул в бассейн из гранита. Белый мрамор был бы лучше, красно-коричневый камень в сочетании с магическими светильниками создавал немного давящую атмосферу, но где ж тут взять нужный сорт булыжников? А везти их издалека было как-то накладно. Впрочем мы ребятами были непривередливыми и нас в принципе и так всё устраивало.

Вынырнув из под воды, я несколько раз проплыл относительно небольшую каменную чашу бассейна туда сюда, а затем расположился спиной к бортику, закинув на него руки, в одну из которых меньше чем через минуту местная триэлка вложила кружку с холодным квасом. Вот уж кто явно никуда не пойдёт, обретя свободу, девка устроилась тут банщицей-массажисткой и вполне довольна жизнью. Доволен ей был и я, сделав глоток одного из вкуснейших напитков на земле. А через пару минут с кружкой медовухи ко мне присоединился и Асмунд, произнеся:

— Надо бы это место расширить.

— Надо — кивнул я головой — Тем более вы уже всё растрепали и скоро хирдманы начнут задавать вопросы, что это командиры им такое счастье зажимают.

— Что ж нам, скрывать от соратников надо было правду? — насупился мой собеседник, весьма чтущий традиции боевого братства.

— Могли бы пару недель потерпеть — дёрнул я щекой — А так придётся остальные дела отодвигать и браться за большие купальни с их охраной.

— Охрана-то на кой? — повернул ко мне здоровяк голову.

— На той — проворчал я — Как будто народ там не будет пьянствовать и пытаться портить девок. А я сказал…

— Да помню я, тут либо в наложницы бери, либо терпи. Для остального специально обученные профессионалки в другом месте есть — отмахнулся рыжий.

— Вот раз помнишь, то сразу подбери людей, чтоб за остальными посменно следили да приглядывай уже за ними — усмехнулся я. Инициатива любила инициаторов во всех мирах Иггдрасиля, Свангард не был исключением, а Асмунд сам заикнулся о расширении терм, за язык никто не тянул.

У меня же и так работы по прежнему было выше крыши. Даже сейчас не медовуху пил, а квас, чтобы вскоре вылезти из бассейна, одеться в чистое и подняться по длинной лестнице в алхимическую лабораторию. Там правда пришлось застыть на несколько минут, ожидая пока закончится довольно сложная реакция, чтобы наконец подойти сзади и обнять жену со словами:

— Не соскучилась?

— Пока ты бегал на тренировку и помыться, ещё не успела — усмехнулась Иви, рассматривая эликсир в колбе — Как результаты?

— Пока что всё неплохо — отозвался я, разглядывая очередную придумку своей благоверной. Она у меня вообще была слегка помешана на горелках и ретортах, но у всех свои тараканы в голове. К тому же пару раз её зелья буквально вытаскивали меня с того света, грех жаловаться — Но хотелось бы лучше, особенно учитывая то, что ожидается следующим летом.

— Нам точно нужна эта война? — со вздохом спросила моя подруга — Только ведь жизнь вроде наладилась, мы вне досягаемости любой армии мира за ледяными пустошами, к тому же ты по прежнему изгнанник, а значит вообще не обязан становиться под знамёна Великого Конунга.

— Был бы рад обойтись без неё, но нельзя — покачал я головой, крепче прижав к себе девушку — Я и мои воины нужны Ассонхейму и родичам, а нам нужны друзья и союзники. Снежные эльфы отлично жили, отгородившись от остального мира, однако мы с тобой слишком хорошо знаем к чему их это привело.

— Вообще-то они ещё связались с демонами — внесла ремарку Иви — Нечистые их и сожрали.

— Только вот выжившим не к кому было податься, не влезая в рабскую кабалу, а боги не помогли безбожникам — кивнул я — За поддержку Асгарда кстати тоже нужно бы поддержать наших братьев по вере, если мы не хотим лишаться покровительства высших сил.

— Всё у тебя просто — слегка ткнули меня в бок локтем.

— Я вообще не ищу сложностей там, где без них можно обойтись — усмехнулся я — Сейчас же давай займёмся работой, а вечером запрёмся в термах. Альмод будет рад брату или сестрёнке.

— Ну если ярл настаивает — протянула моя жена томным голосом, пока я целовал её в шею, а потом опять ткнула меня локотком — То нам нужно поскорее доделать восстанавливающие эликсиры. Управимся со всеми и я подумаю об одной из наложниц.

— Ну значит начнём с восстанавливающих — отозвался я, деликатно промолчав о темнокожих полуэльфийках.

Чужая душа — потёмки, женская — чёрный ящик, а дамский коллектив — это вообще загадка, завёрнутая в тайну. Однако что бы ни произошло в моё отсутствие, после последнего похода Иви стала куда благосклоннее к своим «фрейлинам». Конечно ничего кроме охаживания веником и массажа мне от остроухих шоколадок пока не грозит, но лиха беда начало. Сегодня баня, а лет через десять жена глядишь созреет на первые эксперименты не за алхимическим столом.

Глава 1

Что нужно для войны? Многие пытались ответить на этот вопрос, да и сейчас пытаются. Кто-то скажет, что в первую очередь нужна причина, воюют всё таки не просто так, а ради или во имя чего-то. И в принципе так и есть, официально конечно порой озвучивают все лишь повод, будь то торжество единственно верной веры или единственно верного общественного строя вроде демократии. Однако за красивыми словами всегда стоят вещи весомее и заметно прагматичнее. Не то чтобы всё сводилось к простому постулату что «войны — это всегда про деньги», но если расширить перечень ресурсами, властью и влиянием, то получится похоже на правду. Собственно эльфы не так давно покусились на влияние в Ассонхейме, а тем самым и власть в нём, теперь им будут объяснять, что это они зря. В процессе ещё и попытаются взять трофеями как можно больше ценного и полезного.

Однако одной причины для войны недостаточно чисто физически, если речь конечно не о племенах дикарей, что дерутся палками. Уж не знаю, но то ли Наполеон Бонапарт, то ли один из Людовиков, а может какой-то из легушатницких маршалов родил мысль, что для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги. Без звонкой монеты нельзя кормить войска, нельзя их вооружать, нельзя… да ничего в общем-то на халяву нормально сделать нельзя. Это в анекдоте про Анку-пулемётчицу она могла продолжать стрелять на одной вере в коммунизм при кончившихся патронах, в жизни-то оно так не работает. Только вот не всё в этом мире можно купить за деньги и не одним богатством меряется победа.

Не менее, а может и более, важна доблесть! Важны воинские навыки. Важен пытливый разум командиров. Важна дисциплина. Важны все те вещи, что делают мужчину воином, а их толпу войском. У нас они были и Хелля с два бы мы без них находились там, где находимся. Однако мы прошли сквозь огонь и воду, теряя боевых товарищей, но приобретая боевой опыт и накладывая свои руки на добычу. Знания эльфийских магов и мифрил, презренное злато и надёжный арканит, сяньские духовные техники и гномьи баллисты, зачарованное оружие и даже шкура дракона, которая оказалась содрана с владельца, всё так или иначе стало нашим. С последней я сейчас и работал, продолжая подготовку к новым схваткам, желая новых побед, а не лишних потерь.

По всем признакам арканитовые брони были выше всяких похвал, но как известно нет предела совершенству. Драконьи доспехи воспеты и в северных сагах, и в южных балладах и даже в трёхстишьях сяньцев с их странной ритмикой, даром что на Западном континенте живут какие-то неправильные гигантские ящеры, что летают без крыльев. С одной стороны было логично предположить, что все сразу не могут ошибаться. А с другой мне по началу вся эта история казалась каким-то вселенским заговором. Нет, драконьи шкура и чешуя без сомнения прочные штуки, даже после смерти рептилии они сохраняют большую часть своих свойств, опять же сопротивление магии у них выдающееся, но… Но вот незадача, стальной доспех при прочих равных и одинаковом весе выходил примерно таким же прочным, а зачарованием же можно было нагнать необходимого сопротивления волшебе. При том, что на драконятину как раз чары ложатся довольно паршиво. Поломав свою голову и так и эдак, раскусить я данный орешек не смог, а потому привлёк своих коллег, включая Гринольва, благо теперь у нас была устойчивая связь через обручи.

Учитель немало удивился такому казусу, тем более что сам с подобным материалом никогда не работал и имел лишь общие сведенья уровня «Драконья броня это очень круто». Бруни предположил, что я идиот, а всё дело в алхимической обработке материала, который тут же утащил на эксперименты. Остальные в массе своей развели руками, дельную мысль родили лишь Сил и Син. Наши близнецы-друиды высказали идею, что все мы дружно заходим не с того конца, привыкнув работать с металлом или деревом совсем иначе. А вот они немало поднаторели в своей науке, в том числе сращивая намертво доски обшивки драккаров и делая их прочнее. Тут же на лицо были части некогда чего-то живого, а не производная от руды в земле. Выслушав их и проведя первые эксперименты, я был вынужден признать, что Бруни был прав в чём-то по поводу моего моих умственных способностей. Всё же было до гениального просто, идея лежала на поверхности!

Правда с её реализацией возникли некоторые трудности. Наши древолюбы довольно легко справлялись с напиткой энергией материала, но после этого зачаровать его становилось практически невозможно для хоть кого-нибудь кроме них. А они в свою очередь никогда не сосредотачивались на артефакторике. Ситуация была неприятной, но к счастью решаемой. Хотя разобрались мы с ней лишь спустя две недели и неопределённое количества сложенного на мирозданье мата. Однако если я направлял свою энергию в заготовку вместе с одним или одной из близнецов, плавно вплетая ману в чужой поток, то потом мог спокойно работать по одному из основных своих профилей, в котором как раз продвинулся куда как сильнее, чем в друидизме. Так что в итоге приходилось сначала работать в тандеме с кем-то из «гринписовцев», а затем в одиночестве развернуться в тиши лаборатории, создавая очередной ритуальный рунический узор на изнанке брони. Мои собственные наработки с пространственной геометрией тут не очень годились, чешуйчатый доспех не кираса, он подвижен. Но вот классическая ассонская школа заходила на ура, особенно вместе с знаниями, полученными от гномьих артефакторов, когда те во времена Багряной империи пытались совместить свои достижения с нашими. Наверно в некоторой степени можно считать, что мы тут достигли того же пика, на котором зачарования было в имперском периоде своего рассвета. Осталась сущая мелочь, успеть наклепать достаточно броней за зиму!

Они ведь требуются не только вирдманам и хедвигам кораблей. Мы идём к эльфам, признанным мастерам во всём, что касается стрельбы из луков. Эти доморощенные робин-гуды наверняка будут вести из засад охоту за самыми вкусными призами, как в тире, выцеливая уязвимые места доспехов, причём особенно самых богатых и выделяющихся. А потому логичным шагом было не только совершенствование доспеха, но и увеличение количества мишеней. Я планировал одеть в драконью чешую не только хускарлов главных членов хирда, но и солидную часть нашей передней линии. Пусть на них конечно материал пойдёт поплоше с чешуйками покрупнее, а стало быть тяжелее и неудобнее, но всё же такая бронь превосходит арканитовую. Хотя кольчужные вставки из этого металла тоже будут в необходимых местах. Да что говорить, закопавшись в снежно-эльфийские трактаты по магии льда я умудрился разобраться с тем, как закрыть практически абсолютно прозрачным и до одурения прочным материалом глазницы шлемов! Ледяной хрусталь конечно нужно время от времени подпитывать маной, чтоб не таял, а зачарованная стрела из лука Эгиля заставила лёд пойти кучей трещин, по сути лишая воина обзора, но всё же лучше так, чем словить эльфийских подарок сначала глазом, а потом мозгом. Война, а тем более победа, любит подготовку…

— У меня получилось! Получилось! — вбежал в мою лабораторию Бруни, имея вид Архимеда, наконец разобравшегося с царской короной и законом своего имени. Только что «Эврика» мне на ухо не орал, вместо этого крикнув в лицо — Я это сделал!

— Бруни, люби тебя йотун! — не удержался я от ругани — Охотно верю, что ты сделал что-то охренеть важное, но это не повод врываться в мою лабораторию вот так. У меня конечно здесь вроде нечему взрываться, но совесть-то имей!

— Да как раз про твои чешуйки речь — махнул старикан рукой на наплечник, с которым я сейчас работал — Я наконец добился успеха!

— Так, стоп — положил я заготовку на стол и устало потёр переносицу — Ты же бросил свою затею с укреплением драконьей чешуи, переключившись на зелья из их хрящевой ткани, не?

— А, там я уже закончил, никакого полёта фантазии, чисто ремесленная работа, как в Викре — бодро откликнулся алхимик, продолжающий расхаживать туда сюда — А вот тут было где разгуляться. Пусть сразу успеха достигнуть не удалось, но я чувствовал, что дело в драконьей крови, нужно было лишь что-то, что заставит её быть активнее, почти как при жизни. И я это нашёл!

— И чем же это оказалось? — поинтересовался я — Какое-нибудь местное растение вроде виверньего плюща этого твоего папоротника, нефролеписа кажется?

— Сначала ты почти угадал — усмехнулся Бруни — Кровь самих виверн. При смешении с алой влагой истинного дракона она даёт выдающийся эффект, та будто пытается изничтожить частичку низшего создания.

— О как — дёрнул я щекой — Похоже взаимная нелюбовь у них куда глубже, чем мы думали. Знать бы ещё почему.

— В этом пусть бестиологи разбираются, ты лучше вот сюда посмотри — выложил старикан передо мной кусок чешуйчатой шкуры размером примерно с лист формата А4 — Он даже ранее наложенное зачарование в себе сохранил вместе с работой твоих друидов.

— Ну-с попробуем — кивнул я, взяв результат трудов старинного друга своего учителя.

А потом кинул себе его под ноги на каменный пол, вытянул руку в которую из тёмного угла моей обители прыгнула рогатина, воздел оружие повыше и со всей силы резко опустил его вниз. Повредить свой вирдманский инструмент я не боялся, сомневаюсь что ему сейчас вообще что-то может навредить. Через мой посох, увенчанный широким лезвием, прошла божественная энергия. И пусть это длилось всего жалких пару секунд, когда Локи под свои шуточки показал какой-то твари из-за кромки, что местные небожители бдительны и не привечают незваных гостей, этого оказалось вполне достаточно для заметных изменений. Конечно в первую очередь моё копьё теперь пропускает через себя магию как сверхпроводник электричество, чувствуется как часть моего собственного тела и готово переместиться в ладони без всяких чар, а так же действует на мертвяков с нечистыми тварями куда суровее чем серебро на оборотней, что уже проверено в заснеженных руинах. Но кроме всего этого оно обрело какую-то невероятную, запредельную прочность. Хотя это пожалуй не удивительно, в мире не так уж и много вещей, которых коснулись боги, однако до сих пор ни одну их них вроде бы не сломали. Правда бывало что теряли, как боевой молот Хельги Один Удар, которого по легенде направила рука Тора против некоего ледяного демона. И который лет через сто пятьдесят утонул вместе с драккаром его потомка, использовавшего семейную реликвию в бою, во вполне обычном шторме. Хотя поди уж разбери, мужик на межклановую битву ехал, а не нечисть гонять, кое-кто мог и обидеться на нецелевое использование эпичной колотушки. Ну да не суть, главное что моя рогатина пробила и шкуру дракона и камень под ней, хоть и не глубоко.

— И это он мне про совесть тут говорил⁈ — тем временем возмутился Бруни — Ты б хоть меч или топор бы свой взял!

— Ну вообще проверять лучше в первую очередь чем-то ультимативным — усмехнулся я, немного тролля алхимика, столь бесцеремонно отвлёкшего меня от работы. Впрочем пусть терпит, он бы того кто к нему в лабораторию с криком забежит вообще наверняка бы убил и хорошо если относительно безболезненно — И кстати да, вышло прочнее, в прошлый раз лезвие погрузилось в булыжники глубже.

— Накажут тебя боги за такое обращение с оружием и будут правы — проворчал мастер-зельевар.

— А мне кажется мой бог даже находит подобное забавным — отозвался я с улыбкой, перекинув чешуйчатый кусок шкуры на колоду в углу и с хеканьем нанеся удар топором — Ты знаешь, а оно в общем отлично вышло.

Бруни взял у меня обработанный образец и посмотрел на него внимательно, после чего выдал:

— Могло быть и лучше. Хотя человек не деревяшка, к тому же всегда пытается увернуться. Пробуй меч.

Клинок в моих руках, когда шкура была возвращена на «испытательный стенд», мелькнул дважды, сначала с рубящим ударом, а потом с колющим, в чём-то похожим на недавний этюд с копьём. Взяв кусок дракона в руки, я констатировал:

— Кончик меча всё таки прошёл в дерево, хотя и всего на четверть фаланги мизинца.

— Двумя руками бил сверху вниз, как своим ломом — качнул алхимик руками — Не уверен что среди эльфов найдётся кто-то настолько сильный. Хотя жизненно важные места лучше дополнительно укреплять, как и сейчас.

— Пожалуй — кивнул я.

Понятное дело, что в качестве образца у нас самая нежная и гибкая кожа, что идёт на сочленения и подвижные части брони, защищая ту же шею и подмышки. Естественно мой клинок очень солидно зачарован, это ну нифига не обычный меч. Естественно если мне вообще в кадык с такой силой прилетит, можно и без всякого пробития брони насмерть поперхнуться. Но всё же лучше перебдеть, чем недобдеть, целее будем. А ещё не забывать, что на непробиваемую магическую броню всегда может найтись всепробивающий волшебный клинок, на этот клинок ещё более несокрушимый щит, на щит же неостановимый божественный молот, что может его и не расколет, но размажет между ним и ближайшей скалой неудачника, уверовавшего в собственную непобедимость. Соревнование хитрой ж… Пардон, хитрой гайки и болта с крутой резьбой бесконечно как вселенная.

— Ладно, я что хотел показать показал, теперь буду потихоньку брать у вас брони и обрабатывать — махнул мне рукой Бруни, собираясь смыться, но я его немного тормознул.

— Погоди. Что у нас сейчас с зельями исцеления болезней и противоядиями?

— Дело движется, там сейчас Астра с Шанти занимаются — отозвался мой собеседник почти в дверях.

— Сделай доброе дело, помоги им на этой неделе, прежде чем браться за новые эксперименты — проговорил я.

— Да там делов-то, они сами отлично управятся — попытался старикан съехать со скучной работы — А у меня сейчас стало что-то наклёвываться с драконьми костями, возможно удастся вас ещё больше усилить перед походом.

— Только возможно, а вот травить нас ушастые будут пытаться точно, да и в болезнях они известные мастера — не согласился я — На наших же «святых» ещё и госпиталь. Ты знаешь сколько туда народа с последней охоты загремело?

— Вот не начинай! — гневно раздул Бруни ноздри.

— Вот уже начал! — не повёлся я на попытку давления — Восемь хирдманов. У всех кроме ран долбанный яд, им нужны заклятия исцеления и всё те же зелья. А ты божился всю зиму работать не покладая рук за куски драконьего сердца.

— Гринольв вырастил из тебя чудовище — проворчал старый соратник моего наставника, но дальше спорить не стал. В конце концов ему и так перепало огромное богатство, чуть ли не пуд сердечной мышцы летающего ящера, не говоря о остальных органах. Мечта любого алхимика-экспериментатора — Будут тебе твои демоновы зелья!

— Спасибо, не знаю что бы мы без тебя делали — склонил я голову перед стариканом, который когда-то учил алхимии меня самого. Ярл должен быть требователен, но упаси его боги превращаться в мудака-начальника, подчинённые живо прикопают или как минимум подсрачника с трона дадут. Тут вам не там, нравы ох как суровы.

— Льстец из тебя паршивый, тренируйся чаще — фыркнул на последок Бруни, оставив за собой последнее слово и удалившись.

Я же опять сел за верстак и взял в руки наплечник. Порой мне казалось, что для войны в первую очередь нужно так задолбаться подготовкой, что потом пойдёшь в бой, как на праздник. Конечно всё равно лучше так, чем отправляться вперёд с шапкозакидательским настроением и уверенностью, что возьмёшь столицу врага за три дня… Но я уже устал, хотя у нас ещё даже осень не закончилась. Надо сходить на следующую охоту с хирдманами и убить хоть кого-нибудь опасного, клыкастого и зубастого, отведя душу. А то с ума тут сойду.

Глава 2

Рад бы был, если бы дело делалось так же быстро, как сказывается сказка, однако выбраться из круговорота своих обязанностей удалось только через три дня. Такова уж доля начальника, если он конечно болеет за дело. Естественно есть те, к кому работники предпочитают подходить только если без этого ну вот совсем нельзя и ради общего блага надо просто выдержать очередной сеанс выноса мозга забронзовевшим идиотом. Но толковый руководитель обязан нормально общаться с подчинёнными и держать руку на пульсе, если не хочет чего-нибудь упустить. На мне же кроме руководящих функций лежали ещё и практические, всё таки из всей нашей компании я самый толковый артефактор. Потому покой мне только снился.

Но теперь наконец-то удалось вынырнуть из бурных вод Рассветного Копья и сейчас наша охотничья партия почти бесшумно кралась между деревьев оазиса тепла. Вокруг нашего бурга мы более или менее вычистили опасных хищников, а затем Сил в достаточной мере укрепил живые изгороди между стаж-древами, чтобы в их треугольнике можно было чувствовать себя относительно безопасно. Тут в конце концов и куница может человеком подхарчится, если это слабый триэль, а не могучий хирдман, опять же ядовитых гадов с растениями тоже хватало. Потому сборщики трав всё равно ходили за стены под надёжной охраной, не теряя бдительности. А ещё поглядывали в небо, ведь летающие твари порой игнорировали устоявшиеся территориальные границы. Тем не менее мы лелеяли надежду начать по весне распашку полей вокруг города, перестав ограничиваться подземными «теплицами» с магическим освещением. Можно было бы и сейчас, но короткий световой день всё портил, тут уж и два друида с ног собьются урожайность обеспечивать, а на свежем воздухе солнце адеватно заменить тяжеловато.

Ну да то всё внутри треугольника сторожевых деревьев, за его пределами условно безопасная зона заканчивалась и начинались охотничьи угодья. В принципе вся живность оазиса тепла представляла для нас угрозу, но по понятным причинам хуже всего было с хищниками, которые в свою очередь были не против прирезать себе немножко нашей территории. Собственно во время прошлого выхода охотничья партия как раз и пострадала, решая спор с парой здоровенных варанов, который лишь немного не доросли до права зваться бескрылыми вивернами. Брони спасли парней от смерти, но не от ран, зубки же рептилий были не то чтобы чистые, а слюна не то чтобы безвредной. Но в итоге наши закрома пополнились трофейными шкурами, вполне себе съедобным мясом и интересной требухой, до которой в ближайшее время должен добраться Бруни. Что-нибудь да сварит.

Мы же сейчас шли по новоприобретённой территории, двигаясь по лосиному следу и гадали не встретим ли кого-нибудь ещё. Всё таки за лакомый кусок с травоядными всегда не против побороться хищники. Хотя возможно приз удастся относительно мирно «попилить», просто «порычав» друг на друга, показывая свою крутость, суровость и брутальность. Когда еды вдоволь животным не свойственно лезть в настоящую драку, они могут ограничиться демонстрацией своей мощи, это люди обычно никак не могут разойтись на узкой дорожке без драки. Впрочем пока хищных рыков не было слышно, пахучих меток на деревьях мы не чуяли, а сами двигались в маскировочных плащах, не привлекая лишнего внимания.

Идея их создания пришла мне в голову ещё когда мной с учителем чуть не закусили местные обитатели во время первого визита на Фростхейм. Правда сначала было не до того, потом я в достаточной мере научился становиться прозрачным с помощью иллюзий, затем как-то не случалось то повода, то времени, то материалов. Но теперь звёзды что называется сошлись, шкур с нужными магическими свойствами имелось в избытке, нам нужно было как-то охотится на пугливую дичь без постоянного использования летающих кораблей, а впереди была война с эльфами, признанными мастерами маскировки в лесу. Да, они в этом с местными обитателями весьма похожи. И пусть мы вероятно не достигнем их высот, особенно за короткий срок, совсем уж ударять лицом в грязь не хотелось. Опасно это и может фатально закончится, а летать на драккарах всю войну без посадок не получится. Наверняка будет необходимость походить ножками по пересечённой местности.

И если за маскировку без постоянного поддержания иллюзий у нас, вирдманов, голова не болела, как и за связь, которую обеспечивали зачарованные серьги, делавшие хирдманов в моих глазах похожими не то на казаков, ни то пиратов, ни то рокеров, то вот с обнаружением добычи дело обстояло иначе. Всем пришлось налечь на свою сенсорику, близнецы-друиды обращались к самому лесу, кто-то опирался на классическую аркану, ну а я гонял Кобру, которая наконец зашипела:

— Вижу его, остановился у молодой берёзы в двух сотен шагах от нас и жрёт кору.

— Замечательно — слегка кивнул я, качнув шлемом и передав информацию остальным. Что в остальных местах глупость, здесь насущная необходимость, а голову надо беречь, могут ведь и откусить — Никаких незваных гостей не наблюдается?

— Пока что всё тихо, даже мелкая живность ведёт себя нормально — отозвалась змея, которая весьма поднаторела в том, чтобы быть почти живой радарной установкой, скоро наверно реакции микробов в подлеске считывать начнёт, чтоб не получать от меня втык.

— Смотри в оба глаза — проворчал я, аккуратно обходя кустарник, вставший на пути.

— Как и всегда — ответил дух.

— Ты тогда так же говорила, а в итоге саблезубый тигр чуть не откусил Торлафу ногу — напомнил я своей подколодной подруге один из её косяков.

— Это была случайность — прошипела она, явно вспомнив последовавшее тогда наказание.

— Это я тоже уже слышал. И очень надеюсь, что больше их не будет — мысленно передал я, замолкая.

Мы наконец подошли достаточно близко, чтобы место, где стоял лось, оказалось видно. Саму животину рассмотреть по понятным причинам было нельзя, уж больно хорошо приспособилось быть незаметным местное зверьё, но вот след до берёзке во мху слегка проступил. А для нас начался пожалуй самый волнующий этап охоты. Ходить по здешнему лесу стоило с рогатинами наперевес, уж слишком мал шанс, что одна стрела или арбалетный болт сходу свалят внезапно напавшего на тебя хищника. А вот копьё с надёжной перекладиной уже может удержать его подальше от твоего нежного мяса до подхода товарищей. Теперь же древковое оружие очень медленно, аккуратно и тихо клалось на землю, а в руки все брали луки и арбалеты, кладя на тетивы стрелы и болты. Поделки гномов правда не рекомендовалось подолгу держать взведёнными, но тут уж ничего не поделаешь, скрип механизмов был бы ну совсем не к месту.

Наложил стрелу и я, уточнил у Кобры как именно стоит дичь и передав финальную информацию остальным. Затем мои руки оттянули оперенье почти уху, а разум протранслировал сотоварищам:

— Целься. Бей!

Сухо щёлкнули тетивы луков, стальные струны арбалетов вторили им на куда более звонкой ноте, острые подарки влетели в мишень облаком и вызвали громкое, болезненное мычание добычи, которое одновременно было похоже на рёв. Лось стал видим и хотя с пяток метательных снарядов прошло мимо из-за способа прицеливания, полтора десятка успешно нашли свою цель. Однако в сердце никто не попал, зверь не пал замертво и резко взял старт, стремясь сбежать. Вряд ли бы он выжил с такими ранами, скорее наоборот, но с него станется перед смертью умотать на чужую охотничью территорию, чего никак нельзя допускать, если мы не хотим драки за свою еду.

Зная это, я резко выбросил левую руку вперёд, отправляя в полёт Жало, а когда оно воткнулось в круп животного, воспользовался длинной цепи и бегом намотал её в полтора круга на ближайшее дерево, упёршись в землю ногами. Затем последовал мощный рывок, когда рогатая рыбка попыталась сорваться с гарпуна. Меня дёрнуло вперёд и делая пятками две борозды во мху я уже был готов улечься на спину, проскальзывая под натянувшейся цепью, что сейчас оставила отчётливое кольцо на коре дерева. Но к счастью лесной локомотив, что порой ломится через подлесок, оставляя в нём едва ли не просеки, не успел взять достаточный разгон.

В него же через секунду ударили новые стрелы, одна из которых удачно попала прямо под затылок лосю, перебив его хребет. Длинные ноги зверя подогнулись и он упал, новый залп арбалета не понадобился. Я же выпрямился в полный рост, сделав волевое усилие и наконечник моего оружия выскочил из ещё горячей плоти, а цепь начала стремительно сокращаться, одновременно наматываясь мне на запястье. От дерева пришлось отойти, центробежная сила беспощадна, делая полтора круга вокруг ствола кунай весьма заметно разгоняется и грозит если уж не нанести рану, то уж точно поцарапать броню. Не смотря на то, что я владею сяньским артефактом всё лучше, у меня пока что есть ограничения, законы физики не особо обманешь, а чтоб не улететь за излишне сильной добычей приходится наворачивать круги вокруг деревьев в присядку, чтоб проскочить под цепью. Не достиг я ещё уровня мастерства парня в стильном жёлтом прикиде, что отметился в фильме девяностых, посылая подобную штуку за своим врагом вообще как ему заблагорассудится. Правда там у неё сначала кончилась длинна, потом она намертво воткнулась в дерево, а затем бедолаге снесли пол черепа, но это уже частности, к делу не относящиеся.

А вот что у нас имело к нему самое прямое отношение, так это транспортировка добычи и почитание богов. Лоси здесь жили здоровенные, в высоту имели метра по четыре, если Асмунда за двухметрового парня принимать. Одним куском такое не утащишь даже если на перекладину привязать, то по земле волочь придётся. Так что в руках парней быстро замелькали топоры, поделившие лося на части, носильщики были известны заранее и попали в центр нашего небольшого строя, а остальные с копьями наперевес заняли периметр. Такой формацией мы отправились воздать должное Скади, богине-покровительнице охоты и по совместительству инеистой великанше. Конечно в нашей мифологии был ещё Улль, занимающийся тем же самым, но мы всё таки находимся на самом северном, холодном и заснеженном континенте в мире, тут нужно обращаться к профильной специалистке даже если речь об оазисах тепла. Ну и да, я решил слегка потрафить Локи, который так же имеет к инеистым великанам самое непосредственное отношение, даром что бог огня.

С идолом же Скади, к которому мы шли, вышла довольно забавная петрушка. Изначально я думал ставить его в общем капище, но у нас тут наметилась дилемма с желающими принять веру в Асгард. Раньше их испытанием было дойти до священного места, которое находилось за пределами треугольника страж-древ, но мы повыбили там опасных хищников и я вновь почувствовал от богов желание-намеренье-волю, как уже бывало прежде. Слабые последователи им без надобности, а потому каждый должен получать что-то вроде нашего испытания зрелости с необходимым уровнем риска для жизни. В общем идол богини охоты пришлось начать ставить на самой границе наших охотничьих угодий, раз в пару недель меняя его расположение. А испытуемый триэль должен был притащить к нему добычу, хоть зайца малого, доказав, что он достаточно силён и умел, чтобы здесь выживать. От себя я мог лишь выдавать соискателям доброе снаряжение и велеть хирдманам всё без утайки рассказывать о местных опасностях тем, кто спрашивает. Не смотря на парочку трупов паства у ассов и ванов потихоньку прирастала, что даже слегка меня удивляло.

Вот и сегодня, дойдя до деревянного столба с изображением дамы, держащей лук и лыжи, мы обнаружили нового счастливца, что положил на импровизированный алтарь перепёлку и тяжело встал на ноги, морщась от боли. Я же громко и чётко сказал:

— Мои поздравления, Уистлер.

Уроженец южных королевств, который позавчера вечером получил у меня охотничий нож, топорик, лук со стрелами и копьё, аж подпрыгнул разворачиваясь. Маскировочные плащи и привычка ходить по лесу тихо всё таки творят чудеса. Однако молодой, русоволосый мужчина с небольшой бородой взял себя в руки и проговорил:

— Благодарю, господин.

— Ну полно — махнул я рукой — Снаряжение кстати себе оставь, с ним теперь за травами ходить будешь. Что с ногой?

— Укусила какая-то дрянь, опухает — признался он, улыбаясь. Мной конечно было обозначено, что он не оружие получил, а именно снаряжение, то есть не стал лойсингом, оставшись пока триэлом, но всё равно подарок был ярльским, а рост по социальной лестнице более чем заметным. Впрочем заслужил, не зря тут ночь пережил и с ядом вперёд пошёл, а не назад побежал.

— Лови зелье — бросил я удачливому охотнику мелкий фиал, что все мы таскали тут с собой, наученные горьким опытом, а затем обратился к одному из подчинённых — Рудольф, давай голову.

Означенный хирдман стал двигаться ко мне с подношением, которое мы уже вместе положили на алтарь, а я проговорил:

— Прими от нас часть добычи, Скади, да будут твои стрелы не менее точны, чем наши.

В каком ином случае у богов за жертву принято что-то просить, но тут случай немножко иной. Инеистая великанша охотница, как и мы, тут нет места просьбам, мы просто демонстрируем ей свою пряморукость, она одаривает нас удачей. Наши боги помогают смелым и умелым, а не рукожопым и робким. Уистлер же сегодня пополнил ряды охотников, пусть его дар богине и был по скромнее. Впрочем сама церемония тоже была не то чтобы раздутой, мы просто положили рогатую голову с куском шеи на алтарь и удалились, дальше всё сделают дикие звери. И скорее всего Скади в ближайшее время выделит одного из них, назвав его своим хранителем. Животина перестанет проявлять агрессию к её пастве, но будет постоянно обретаться рядом с идолом, порой даже помогая охотникам, попавшим в беду. Ну и кое-какие сверхъестественные свойства приобретёт, не без этого. Таковы реалии мира, где боги не выдумка, а воины той же церкви Света способны лечить смертельные раны голой силой веры.

Закончив дела рядом с идолом, мы благополучно двинулись в обратный путь и к вечеру были в Грайгере, где я с удовольствием скинул с себя броню и радостно признал, что хотя какого-то бешено опасного мы и не завалил, а душой всё таки отдохнуть получилось. После того как удалось избавиться от снаряжения и выйти в коридор, чтобы отправится в большой зал перекусить, меня перехватили. Мелкий вихрь энергии по имени Альмод выскочил из-за угла и побежал на меня с криком:

— Пап, летать!

Я подхватил сына на руки и несколько раз подбросил его под потолок, пока он изображал птицу, машущую крыльями. В коридоре же появилась Вишна, темнокожая полуэльфийка, которая сегодня была нянькой ребёнка, и проговорила:

— С возвращением, господин.

— Спасибо — дежурно отозвался я, сажая отпрыска себе на плечо и интересуясь у него — Давно ел?

Сын помотал головой из стороны в сторону выдав короткое:

— Не.

— Ну а я не отказался бы подкрепиться, так что идём в большой зал.

— А саг будут? — тут же поинтересовался ребёнок. Для полутора лет словарный запас у него был приличный, но фактически же очень небольшой и дикция пока хромала.

— Саги, Альмод — поправил его я.

— Саги — старательно повторил он, зная мою привычку ничего не рассказывать и не развлекать его, пока мелкий не выговорит новую последовательность букв. Даже если парень пока не понимает смысла некоторых слов это казалось мне полезным.

— Нет, сегодня Онар занят — огорчил я сына тем, что появившегося у нас наконец воина со способностями скальда он не послушает — Но я расскажу тебе сказание о Берси Хрустальном Копье и его хождении за три моря.

— Ага — коротко отозвался сын, отвлёкшись на огромный драконий череп, что весел над моим вычурным троном. Всё собирался заменить это резное непотребство с медвежьими головами в виде подлокотников и лапами в виде ножек, но стоило заикнуться, как народ чуть на дыбы не встал. Привыкли уже все и вообще начальнику положено понтовое рабочее место, иначе он не начальник.

Хорошо хоть на троне мне сидеть приходилось по сути лишь во время официальных пиров по каким либо поводам или судя своих подданных. И если первое явление всё таки довольно регулярное, плох тот хедвиг, тем паче ярл или конунг, что редко устраивает пиры, то второе случалось редко. Туго у нас с преступлениями, всё больше споры решать приходится, пытаясь быть мудрым и справедливым. Впрочем чего не сделаешь, чтобы твои дети смогли унаследовать ярльский титул и все сопутствующие привилегии.

Глава 3

Вылазка на охоту закончилась, а вот ярльская работа продолжилась, как и вирдманский труд. Честно говоря чем больше управляю своим поселение, тем меньше понимаю, как Пётр Первый сделал всё что сделал. Он ведь правил мягко говоря куда более обширным хозяйством, чем один городок, у него вокруг были не пустоши льда или наоборот непроходимая жаркая пустыня, а вполне благоприятная для маршей местность с агрессивными соседями. Одни турки с поленьями чего стоят, сколько раз мы вообще воевали? Уж молчу о верности моих соратников и ситуации внутри страны царя-реформатора. Он ведь на трон-то уселся чуть ли не чудом, имел все шансы повторить судьбу Дмитрия, который не «лже», а настоящий. Но при этом данный деятель не только навёл шороху, но весьма недурно разбирался и в морском деле, и в кораблестроении, и в войне, и в экономике и бог его знает в чём ещё. Даже если отнести к историческим байкам то, что он лично что-то на верфях плотничал или больные зубы подданным рвал, то остального более чем достаточно для резонного вопроса «Как он всё успевал?». Или не успевал? Потому и терпел чёрт знает кого типа казнокрада Меншикова, который хоть карманы себе в процессе и набьёт, а дело всё таки сделает? Нет ответов. А вот куча работы есть. Как и понимание, что сыну и его воспитанию нужно больше внимания уделять, чтоб как у Петра Алексеевича не вышло.

А потому минуты и часы приходилось воровать у сна, ввиду чего я сегодня тихонько выбрался из постели жены и проскользнул в кабинет, начав корпеть над расчётами новых заклинаний. После Багрового Рассвета мне хотелось сотворить что-то столь же мощное, но при это не привязанное к времени суток. А то днём прям Лев Толстой, а вот ночью… маг простой. Изначально идея была в создании неких чар объёмного взрыва. Казалось бы чего проще, распыли аэрозоль или иной горючий материал из мелких частиц, чтоб он бабахнул от души. В конце концов бывает на мельницах пыль сама по себе без всякой магии успешно детонирует. Но я неожиданно столкнулся со сложностями. Мы, маги, можем временно превращать одни вещества в другие, к примеру трансмутируя воду во вполне приличный эль или наколдовывая себе еду из воздуха. Первое даже будет немного пьянить, а второе более менее насыщать. Но вот боевые свойства у полученных субстанций так себе, иначе кто-нибудь давно бы догадался залить противника земляным маслом, как тут называют нефть, и кинуть факел. Бруни, с которым я консультировался, мне к сожалению тоже не помог, хотя оценил как саму идею, так и свето-шумовые гранаты. Даже обещал что-нибудь придумать с бомбами, но нам обоим быстро стало очевидно, что ультимативной «ядерной дубины» из этого снова не выйдет. Максимум мухобойка.

Перебрав ещё несколько вариантов и прикинув их так и сяк, я в итоге решил не выпендриваться и остановиться на том, чем и так славны местные архимаги, а именно на всяких природных напастях вроде бурь и ураганов. Всё таки погода довольно разрушительная, а главное управляемая штука, если знать как к ней подступиться. К примеру смерч или торнадо образуется, когда из-за атмосферной нестабильности. Тёплый, влажный воздух поднимается с поверхности планеты вверх, сталкиваясь с холодными воздушными массами. Это приводит к образованию мощного восходящего потока, который закручивается и создаёт искомую вращающуюся воронку, что может наделать дел. Создать нечто подобное было посложнее, чем вызвать дождь над посевами или спасти их от града, маны процесс кушал прилично, но всё равно в десятки раз меньше, чем если бы я попытался учинить схожие со смерчем разрушения напрямую. Правда оставалось несколько вопросов. В частности как спасти своё детище от перехвата контроля, когда в воронке торнадо уже почти нет твоей маны и она по сути успела стать самоподдерживающейся? Я пока что опирался на духов воздуха, но уверенности в их успешной работе в эльфийском лесу не было, у ушастых чай своих прикормленных обитателей тонкого мира должно хватать. К тому же что делать, если враг тупо попрячется по домам? Это какую хижину ветром снести не проблема или со страж-древа гарнизон сдуть, а каменные капитальные строение другое дело. Здесь вам не там, крепости делаю попрочнее чем американские одноэтажные домишки из моего прошлого мира, которые разрушаются в фильмах-катастрофах от любого чиха. К тому же смерч так себе действует адресно.

Собрав эти недостатки в кучу, я отодвинул в целом заработавший проект «Сквознячок», хотя там по хорошему оставалось только вылизать ритуальную схему до блеска, сведя к минимуму энергетические затраты и разобраться с надёжным контролем во враждебной среде. Но вместо доведения этого оружия до ума я на волне вдохновения взялся за другое. С подъёмом тёплого воздуха от земли начинаются не только смерчи, но и грозы, когда образуется конвекционный поток. Поднявшись в восходящем потоке от поверхности влага конденсируется образуя нужные облака, в которых происходит разделение зарядов. Более крупные капли и мелкие частицы льда опускаются вниз облаков, приобретая в процессе отрицательные заряд, а более мелкие сгустки воды стремятся вверх, заряжаясь положительно. Дальше же копится критический заряд, нужно лишь чуть-чуть подталкивать систему, чтобы разность потенциалов была больше между землёй и облаком, а не его разными частями. Когда-то на природоведении нам говорили, что это почти невозможно, но для магии задачка в целом вышла не сложной… Ну как не сложной, сейчас я как раз её решал, закопавшись в расчёты с головой, потому как вычислений для ритуального узора на арканитовом диске было выше крыши. Можно правда было бы и без него, у меня даже получилось создать подходящую тучу над морем, но хватило той ровно на одну молнию и то чуть пупок не развязался. А вот правильная начертательная схема обещала мне перспективу устроить адресную бомбардировку неприятных мне личностей с особо сильными магическими щитами и возможно даже смерчи с ливнем для массовки. Ночью от подобного должно быть до мокрых штанов страшно.

Был конечно ещё вариант нанести на металлический круг руны Тора, но лишний раз обращать на себя внимание не очень хотелось, в почётные аватары Асгарда я отнюдь не стремлюсь. Оно если для дела надо, то понятно что никуда не соскочишь, да и лучше побыть проводником божественной воли, чем пустить в Свангард какую-нибудь хтоническую мерзость из-за кромки. Однако это не та работа, на которую напрашиваются, уж очень неприятно, когда тобой управляет кто-то другой. Впрочем по здравому размышлению свободное место я конечно оставил. Если припрёт, то главного асгардского молотобойца можно и позвать, нехай эльфы пытаются вырвать контроль над грозой у бога грома. Или не эльфы, углубляясь в погодную магию и помятуя о работе магических молний в целом, я был склонен думать, что мне удастся доработать не только точность удара электрической дуги в средних размеров бойницу, но и жарить рыболюдов под поверхностью воды. Не слишком глубоко конечно, но на такие штуки уже алхимия в помощь. Бруни правда сетовал, что глубинная бомба хоть и возможна, но будет фактически золотой, однако презренного металла у нас хватает. Лучше сейчас перетоптаться, чем потом перетопиться. Мы морской народ, моря принадлежат нам и никакие чешуйчатые твари не отнимут их у нас!

Сзади от меня послышались тихие шаги и я обернулся, увидев заспанную жену, несущую в руках две чашки чая. Встав со стула, я проговорил:

— Доброе утро, солнце.

— И тебе — отозвалась Иви, передавая мне тару с бодрящим напитком и шутливо спрашивая — Опять встаёшь раньше светила?

— Поздняя осень, привычка — пожал я плечами и свободной от чая рукой обнял свою благоверную, спрашивая — Как самочувствие?

— Альв, я беременна всего полторы недели, что ему будет? — ответила она мне вопросом на вопрос, как заправская еврейка.

— Мне-то откуда знать, я ведь беременным никогда не был — усмехнулся я.

— Наляг посильнее на метоморфизм и попробуй — поддели меня в ответ на очередную шутку.

— Боюсь к таким радикальным изменениям в себе я пока не готов — проговорил я с улыбкой. Правда при этом вспомнил, что вроде бы Зевс выносил одного из своих детей в бедре. Там была какая-то мутная история о том, что Гера обманом подговорила очередную любовницу мужа взять с него обещание явиться к ней во всём своём божественном великолепии, а главный олимпиец был настолько горячим парнем, что в итоге одним своим видом сжёг беременную дурочку. Правда ребёнка спас, это да. Не знаю только матерью-героиней его за это звать или отцом-героином. Впрочем забивать голову жены историями о всяких южных извращенцах я не стал и просто поинтересовался — Ты-то сама не хочешь научиться лучше контролировать свой организм?

— Не после того как ты мучился с болью, каждый раз когда перекидывался в морского змея и обратно — не приняла идею моя жена — Лучше просто поправлять здоровье алхимией.

— Дело твоё — чмокнул я её в макушку. Возможно позже придётся её поуговаривать, но ещё не сейчас. Век полуэльфов и так долог, а кое-кто тут его ещё и солидно продлил, поев сердца дракона и попив зелья из него же. Только вот насколько велика вышла прибавка пока не ясно, всё таки по нам, полуушастым, пока нет особой статистики, придётся разбираться на ходу. Однако от идеи добавить жене долголетия за счёт способствующей ему школы магии я вряд ли когда-нибудь откажусь. Куда я без неё?

— Как у тебя с планами на сегодня? — поинтересовалась тем временем Иви.

— Сейчас вместе позавтракаем и надо на верфь — слегка дёрнул щекой я — А после обеда недурно бы заняться бронями. Вечер как всегда в вашем распоряжении, так что снова с Альмодом похитив тебя из лаборатории.

— Только сделайте это вежливо, а не как тогда. Я всё таки не мешок с земляными яблоками, чтоб носить меня на плече — улыбнулась девушка, грозя мне пальцем.

— Ничего не могу обещать — отморозился я, увлекая жену в сторону детской, где сегодня дежурила очередная пара «фрейлин».

Всё таки оттащить от интересной работы мою маньячку было не самым лёгким занятием… А мне ведь её скоро вообще придётся перестать пускать к алхимическому столу. Обретя дом без мам, пап и ипотек мы решили не парится ни о чём, тем более что привести организм в норму после родов было не самым сложным делом. Так что дети теперь похоже пойдут чуть ли не конвейером, а значит надо учится управлять беременной женой, не обижая её. Дамы в положении явно не должны валандаться с реагентами, которые могут быть опасны для здоровье. Да и пожалуй я не готов к тому, что все наши ребятишки твёрдо решат стать алхимиками, поскольку мать в основном об этой науке думала всю беременность. Дети ярла должны быть в первую очередь справными воинами, а то Хелля с два они тут что наследуют. Впрочем и о магических талантах забывать тоже нельзя.

Позавтракав в кругу семьи пока все остальные ещё только спускались в большой зал высокого чертога я отправился вместе с Асмундом к верфям. Мой рыжий товарищ тоже был ранней плашкой, а ещё большим любителем поесть, так что даже сейчас шагал по мощённой улице, хомяча мясной пирог. Я впрочем от него не отставал, только что начинка была капустной. А что делать? Работы хоть закопайся, организму нужна энергия, чтобы её тянуть, вот и приходится есть за двоих.

— Ты уверен, что мы вообще за правильное дело решили взяться? — на ходу в очередной раз поинтересовался форинг.

— Не нуди — отозвался я, прожевав кусок — Тем более сам ту семью сяньцев в Даримо купил. Получится у них нам построить правильную боевую, летающую драконью джонку? Отлично. Нет? Утащим её на берег, будет летом с чего промыслом морского зверя заниматься.

Кораблестроителя из империи с домочадцами мой товарищ приобрёл прилично времени назад, но прежде воли в проектировании ему никто не давал, он разве что привнёс парочку сяньских технологий, немного дополнивших работу нашей скромной верфи. Но теперь всё таки планировалась постройка первого гибрида традиционного судна узкоглазых и драккара северян с слегка футуристическим для этих мест акцентом. Итоговый вариант лично мне напоминал о галерах Петра за номером один, про которого я вспоминал утром, пока все спали. Впрочем не поручусь что так и есть, несколько раз встреченные в прошлом году изображения я помнил смутно. Да и пушечного вооружения у нас не было.

— Да не нужу, просто дело новое, можно было с чего поменьше и попроще начать, не переводя магическую древесину — тем временем отозвался рыжебородый здоровяк, отвлёкшись от уничтожения пирога — Причём не макет в шаг длинной. Помню я его!

— Ну раз помнишь, чего тему поднимаешь? — проворчал я. Понятное дело, что наш начальник корабельного цеха переживает от того, что болеет за дело, но всему должны быть разумные пределы. Он так, ей Асгарду, скоро в юнца превратиться, который не знал что с кошкодевками делать — Мы его даже в воде испытали, отличная вещь, паруса только непривычны, но это дело практики. А главное выглядит весело.

— И то что все сяньцы с ума сойдут, когда им разведка сообщит о летающей джонке тут ни при чём? — буркнул Асмунд.

— Ну в итоге именно на классическую джонку она не слишком похожа. И вообще пускай сяньцы Густаву письма шлют с вопросами, он им обязательно ответит — улыбнулся я. Ну да, есть грешок, хочется мне над власть имущими закатной империи стебануться. И я понимаю, что тем самым дёргаю тигра за усы. Но ничего не могу с собой поделать, всё таки подобные шутки это практически моя работа, как последователя Локи. А сяньские князьки должны страдать, нефиг деньги мне за трофеи и переселенцев зажимать, скупердяи.

От мыслей о возможных способах поиздеваться над южанами меня отвлёк «сигнал» Хозяйки Места, с которой у нас наладились неплохие отношения после уничтожения девяти демонов, что мешали ей жить спокойно. Метафорически говоря она избавилась от заноз в своём теле и была нам весьма благодарна, делясь со мной знаниями, не представленными в книгах «снежков» и покровительствуя нашему городку. Ну а ещё периодически давая наводки на новых интересных противников в развалинах на территории своих коллег, которые обращались к ней за помощью и пополняли мой список знакомых сущностей из-за кромки к которым при случае можно обратиться. В результате все были в плюсе. Но сейчас мелодичный голос впервые пробился ко мне из тонкого мира, сообщив:

— К тебе гости, друг мой.

Я резко остановился на улице, от неожиданности спросив в слух:

— Кто? Демоны? И где эти ублюдки⁈

— Нет — отозвалась хозяйка места с весёлым смешком. Ну да, обычно наше с ней общение заканчивается заказом на выпил очередной рогатой мрази, запертой в башне очередного мёртвого мага. Выработалась привычка — На самой границе своей земли я чувствую группу эльфов. И похоже они бредут именно сюда.

— Интересно… — протянул я, переключив своё внимание на внимательно слушающего товарища — Отменяется у нас сегодня джонка, ушастые пожаловали. Пойдём готовиться ко встречи.

— И слава всем богам — усмехнулся форинг, засовывая в вот остатки пирога и разворачиваясь обратно к высокому чертогу и драккарам.

Глава 4

Паря в поднебесье в виде виверны и вглядываясь вниз я вынужден был признать, что эльфы действительно не шли, а именно брели, не приврала Хозяйка Места. Поздняя осень довольно паршивая пара во Фростхейме и окрестностях, погода лютует, на море уже сезон штормов, на земле метели, плавно переходящие в настоящие снежные бури. И как минимум одну из них пятёрка ушастых по всем признакам перенесла на поверхности ледника. Проследив путь по их следам я даже нашёл место, где они держали магический щит против стихии. Что ж тут сказать, на армию такой не растянешь, но пятеро магов до нас почти добрались не смотря ни на какие трудности. Это с одной стороны вызывает уважение, демонстрируя уровень их сил и упорства. А с другой лесные эльфы похоже слабо представляют способы выживания в ледяных пустошах и холодных снегах. Мы с Гринольвом в похожей ситуации изобразили ни то северных песцов, ни то ещё более северных хоббитов, выкопав глубокую снежную нору, где и переждали неприятности, благо запасы еды были, а корабли нас тогда обещали подождать до определённого дня, выбранного с запасом. Эльфы же вместо того чтобы увернуться от падающего на них кирпича судьбы гордо встретили его лбом. Смело, но п*здец как глупо. И это хорошо.

К нам пришло не войско и даже не посольство, пятеро длинноухих весьма напоминали разведывательно-диверсионную группу. Которая принарядилась в не слишком подходящие шубы, что в ходу у наших ближайших южных соседей, но не у ассонов. А о условиях, в которых им придётся действовать, ребята похоже вычитали у кого-то вроде Тилаэля из дома Зелёной Листвы. Помнится этот парень изрядно попутешествовал и учитель давал мне почитать его труд. Толковых описаний там было мало, но вот эльфийского снобизма на три амбара и два сарая. По нему мы оказывается даже дома свои из дерева складываем в жалких попытках подражать лесному народу, ага. Впрочем чем хуже противнику, который устал, замёрз и потратил кучу манны в попытках до нас дойти, тем лучше нам.

Мысленно кивнув данному утверждению я велел Кобре издали следить за этими ухарями, не приближаясь и не выдавая своего интереса. Слушать их разговоры пока что надобности нет, надо просто не потерять их местоположение, с чем дух уж точно справится. Сам же я полетел обратно в Рассветное Копьё. В Грайгейре меня встретил народ, успевший с утра пораньше вооружится, одоспешиться, собраться у кораблей и начать изнывать от нетерпения. Так что нет ничего удивительного в том, что едва я приземлился, перекинувшись в полуассона и начал натягивать портки, на меня насели с вопросами:

— Ну что там?

— Много их?

— Где они?

— Тихо, сейчас всё скажу! — прикрикнул я, одевая уже сапоги, что благодаря драконьей чешуе свернули от тривиальной кирзы на благородный путь сабатонов — Начнём с плохих новостей. Рядом с нами всего лишь пятеро эльфов, которые изрядно выбились из сил. Они не на последнем издыхании конечно, но северная погодка им на пользу не пошла. Брать их летим на драккарах мы с Альвбрандом.

Народ переварил новость и резко загалдел, тоже истово желая присоединиться к веселью. Зря что ли ждали и готовились? В такие моменты прям понимаешь тупых киношных злодеев, что вместо убийства главного героя играются с ним, творя всякую фигню. Ну а что делать, если у личного состава злодейской армии всё плохо с досугом, а желания кого-нибудь загнать как на охоте и жестоко отмудохать выше крыши? Хотя жизнь это конечно театр, а не кино, тут с ролями всё сложнее. С одной стороны мы в следующем году собираемся прийти к эльфам домой, устроив всякие безобразия с кровью, пожарами, грабежом и так далее, так что тут у нас вполне себе пятёрка героев, что пришли сразится за свой народ и уберечь его от бед. С другой не мы первые начали, да и во Френалионе полуэльфиек с полуэльфами пытался принести в жертву чистокровный ушастый, так что имеем право на претензии. Молчу уж про шашни некоторых несознательных личностей с касатками. Да и эти ухари не на честный бой кого-то из нас звать собрались, а в лучшем случае тихо прирезать во сне, рыцари плаща и кинжала фиговы. В общем в задницу объективность, это у нас тут благородные и находчивые разведчики, а у врага исключительно подлые и коварные шпионы. Я вирдман, я так ведаю!

— Тихо, сказал! — придя к последним умозаключениям я снова осадил галдёж подчинённых — Хорошие новости тоже есть. Эльфы до нас не на своих двоих добрались, где-то на побережье обязательно должен быть их корабль. Его нужно захватить вместе с командой. Бран, Хакон, Эйнар, вы с подчинёнными летите его искать. Не тороплю вас, будьте осмотрительны, при ухудшении погоды, от которого можно не уйти на скорости, зарывайтесь в снег и лёд вместе с кораблём — многозначительно кивнул волшебникам, которые вместе со мной мёрзли на леднике, погружаясь всё глубже в магию льда — Хакон ты за старшего.

— Почему он? — поинтересовался у меня полуэльф, которого в своё время как раз едва не прирезали на пересечении линий магического рисунка в подземельях города магов.

— Потому что мне нужны живые пленные — усмехнулся я — Всем будет спокойнее, если последнее слово будет за самым хладнокровным из вас. А теперь хорош трепаться, ушастые нас уже заждались!

Более вопросов и тем более возражений не последовало, а драккары с хирдманами вскоре взлетели в воздух. Солнце как раз заходило, наблюдение я вёл во время светового дня, который уже был весьма короток. Путь до искомой нами группы был недолог, с нашими-то скоростями, а потому не прошло много времени и мы зависли высоко над ними в иллюзии. Эльфы же не смотря на подкрадывающуюся темноту стремились пройти побольше за сегодня и не спешили разбивать лагерь. Им бы ещё вместо снегоступов лыжи взять, вообще бы хорошо было, но опять же ума не хватило. И это тонкий намёк на толстые обстоятельства для меня. В их лесу мы тоже наверняка будем чуть ли не слепыми котятами, а они будут иметь преимущество. Надо думать, как его нивелировать. Впрочем голова мне дана как раз для этого, а не чтобы шлем на ней носить. Что-нибудь да изобрету.

Не смотря на очевидное нетерпение хирдманов мы провисели в воздухе до тех самых пор пока ушастые не решили что с них пожалуй хватит и не начали раскладываться на ночлег, ставя вполне приличную палатку, которую пёр на себе самый крупный из них. И вот это в наши планы уже не входило, противника всё таки хотелось брать на свежем воздухе и до того как он чего-нибудь изобретёт с защитным периметром. Так что я достал из специальной сумки с ячейками шесть свето-шумовых гранат, чью начинку Бруни прокачал аки Экзибит старую тачку. По одной на каждого эльфа и ещё одна для надёжности. Осторожно вытащив чеки и настроив детонаторы, я проговорил:

— Ну Кари, твоим благословением.

Можно было бы конечно помянуть вана Ньёда, но по мне тут разумнее было обратиться к йотуну, персонифицирующему ветер, тем более что он брат Локи. Хоть и не асгардец, а всё ж таки свой. Гранаты после упоминания высших сил полетели вниз, направляемые духом воздуха, которому вменялось в обязанность подорвать их примерно в метре над снежным покровом. Жаль, но произвести точное бомбометание совсем уж без магии, что может насторожить оппонентов, было не в моих силах, уж больно высоко расстояние. Но остроухие до последнего момента ничего не подозревали, лишь когда мои гостинцы были уже на подлёте, они почуяли неладное от враждебной волшебы, встали спина к спине и окутались колдовскими барьерами. Шаг в целом логичный, но не в этот раз.

Свето-шумовые гранаты мне тем и нравились, что их поражающие факторы были неожиданны для большинства противников. Так-то можно слепить волшебный барьер, который не будет пропускать свет или вовсе начнёт его отражать как зеркало. В каком-нибудь футуристическом мире лазеров такое заклятие оказалось бы куда ценнее золота! Но здесь до сих пор ни у кого не было необходимости защищаться от обыкновенного света, вот рефлекторно узкоспециализированный щит на неизвестную опасность никто и не выставляет. Тоже самое и со звуковым барьером. Ну не пожелали эльфы лишать себя возможности слышать что вокруг творится, ожидая внезапное нападение врага. А потом грянули шесть одновременных бабахов на уровне поясов незваных гостей, когда дух выполнил мои инструкции. Вокруг жителей лесов образовался гексагон вспышек, гром ударил по чувствительным ушам, яркий свет шарахнул по привыкшим к наступившей после заката солнца темноте глазам. Я же передал через серьгу на соседний драккар:

— Снижаемся, быстро!

Находились мы высоко, не желая спугнуть добычу и плотно укутались в маскировку, в которой вынуждены были поднатореть, имея дело с обитателями оазиса тепла. Нас не заметили, но теперь пришлось идти на резкое снижение, от которого у всех желудки сначала попытались переместиться в район горла, а потом, при резком торможении, ухнули вниз едва ли не до самых задниц. В прошлой жизни мне приходилось читать, что для вертолётов, несущих десант или эвакуирующих людей, самым опасными манёврами были именно взлёт и посадка, потому как винтокрылая машина в них наиболее уязвима для вражеского огня. Потому лётчики всеми силами стараются всё сделать как можно быстрее. Что ж, тренировались и мы, хотя удовольствия процесс конечно никому не доставлял. Зато сейчас хирдманы отстегнули ремни и резко рванули к дезориентированному противнику, а не занимались борьбой с собственными ошалевшими организмами.

Эльфы же пребывали в довольно плачевном состоянии. Мало того что их глаза ничего не видели, так ещё шесть сходящихся звуковых «кулаков» вместе с пусть не особенно сильными, но ударными волнами так долбанули по нежным организмам, что из ушей и носов показалась юшка. В результате обитатели лесов стояли на снегоступах, подслеповато щурясь и бессмысленно водя вокруг оружием, причём в неполном составе. На ногах остался ушастик, стоявший в центре построения и тот крупный парень, что тащил палатку, остальных ненадолго вырубило и они только пытались встать.

Что ж, воевать без зрения, слуха и обоняния, опираясь лишь на осязание и чувство вкуса очень неудобно. Духов, чтобы подсказать что творится вокруг прямо в мозг у врагов очевидно не было, а так они лишь сумели почуять что снег под ногами кажется немного дрожит от чужих шагов, но на том в общем-то и всё. Первый же подбежавший с моего драккара хирдман даже не стал отодвигать в сторону меч здоровяка, а засветил ему по башке пяткой копья, пользуясь длинной оружия. В результате бедолага упал как озимый.

— Элдир⁈ Гилада⁈ Кто-нибудь что-нибудь видит⁈ — тем временем начал крутиться и кричать «центровой», вероятно что-то почувствовав.

Лучше бы стоял на месте, а так умудрился повернуться спиной к первому воину, добежавшему с драккара Альвбранда и получил по затылку. Пытающиеся встать и вовсе получили сапогами по головам, благополучно вырубаясь. А Асмунд, обозрев всё это вынес вердикт:

— Слишком просто, Хелль побери!

— Ну а чего усложнять? — хохотнул я, тоже спрыгнув с драккара на снег — Или надо было красиво подлететь, поперестреливаться с ними заклинаниями, арбалетными болтами и стрелами, измотать, а потом могучим натиском стены щитов задавить и взять в плен парочку израненных выживших?

— Ну с дракой это было бы хотя бы интересно — проворчал рыжебородый бугай.

— Это было бы тупо. Мы внезапно напали, использовав хорошо отработанные заготовки и у нас пятеро пленников в товарном виде, пара разбитых морд не в счёт — махнул я рукой — В конце концов как всё из них вытрясем можем начать приглашать пленников в круг. Заодно перед летом посмотрим что в честном бою стоят.

— Так с этого и надо было начинать — донеслось до кого-то из хирдманов под усмешки остальных.

— Ладно, не морозьте зубы — фыркнул я — Пленных раздеть догола, связать и на драккары. Только без перчаток ничего не трогайте, чтоб вас потом от проклятий избавлять не пришлось.

— Знамо дело — опять ответили мне.

Я же слегка пнул клинок самого крупного эльфа, чтобы перевернуть и лучше рассмотреть узоры на гарде и самом мече. Глаза меня не обманули, на металле вились шипастые лозы. Подошедший Асмунд поинтересовался:

— Что-то знакомое?

— Дом Колючего Плюща пожаловал, у нас с ним давние счёты — проговорил я — Хотели наших полуушастых в жертву во Френалионе принести, но облажались. И похоже им надоело ждать, когда же мы с ними где-то с Эльфхеймом появимся, решили отправить мокроделов сюда.

— Может и не за этим — пробурчал форинг — Сам говоришь, что эльфы о планах Великого Конунга должны догадываться, а ты в Ассонхейме на слуху, да и с касатками та история. К тому же Фростхейм изначально земля ушастиков. Это могла быть просто разведка, им наверняка интересно чем мы тут заняты.

— Слишком странно для совпадения. А может и не совпадения, просто плющевиков на это дело отрядили — пожал я плечами — Впрочем поспрашиваем и узнаем.

— Ага — усмехнулся рыжебородый.

— Ярл, они это! — тем временем эмоционально выдал один из хирдманов — Девки!

Отвлёкшись от клинка и его владельца, которого избавляли от снаряжения с одеждой рядом с нами, мы с Асмундом вынуждены были признать, что таки да, в группе из пяти недоброжелателей было три эльфийки. Они как раз и вырубились от гранат, в отличии от мужиков, а потом получили сапогами по лицам в соответствии с заветами Сюткина. К тому же теперь, когда меховых шапок на головах ни у кого не было, стало очевидно, что у нас тут один зелёноволосый представитель лесного народа, остальные же из потомков «снежков». В принципе логично, старшего направили из своих, а группу придали из тех, кто в подчинённом положении и в принципе должен лучше переносить местный климат. Правда пока ни у кого не появилось лишних мыслей о правилах и обычаях войны, пришлось напомнить:

— Враг существо бесполое. А команды останавливаться не было.

— Да, ярл — кивнул сообщивший и принялся стаскивать с вырубленной пленницы кольчугу вслед за шубой.

Собственно когда исчезли меха как раз и стало очевидно, что у дамы имеется пусть и не выдающаяся, но всё таки грудь. С эльфийскими лицами-то в плане определения пола у неотёсанных северных варваров есть некоторые проблемы. Даже сага одна была о славном Хьёварде Мечнике, что захватил в бою прекрасноликую эльфийку и решил сделать своей наложницей, а та взяла и оказалась мужиком. Да, выходит что над бедолагой потешаются уже как пару столетий, а ему в Вальхалле икается. Можно посадить целое поле пшеницы в одиночку, но тебя не назовут Сеятелем. Можно построить сто домов, но тебя не назовут Строителем. Но стоит один раз стянуть штаны с эльфа… Впрочем мужик реабилитировался, прозвище-то у него всё ж таки с мечом связанно и он его полностью заслужил.

Мы же благополучно избавили пленных от их вещей и исключили возможность воткнуть в одного из охранников какую-нибудь отравленную иголку. Даже волосы прощупали на предмет заколок или ещё какой-нибудь дряни, заодно частично срезав шевелюру ножами, только неровные ёжики остались. Была ещё мысль досмотреть отверстия организмов, но по зрелому размышлению я от неё воздержался, нести что-то во «внутренних карманах» на таком расстоянии от цели было бы слишком даже для совсем параноиков. Но как театр начинается с вешалки, так и наше гостеприимство началось со старательного шмона. Затем эльфов закинули на борт и драккары взмыли в небо, отправившись в обратный путь.

Приземлившись на площадках у высокого чертога, мы без лишних проволочек утащили пленных в подземелья. Были там сделаны и «нумера» для таких вот гостей, как и припасены специальные кандалы, не дающие творить магию. Именно от подобного украшения Гринольв в своё время убедил меня сделать татуировку открытия замков, работающую на пране, а не мане, но сейчас я сам застёгивал их. Правда не стоит недооценивать эльфов, у них тоже может быть что-то такое, возможно вне допросов стоит держать пленных под чарами сна и всё равно не спускать с них глаз.

От мыслей о строгом режиме для ушастых зеков меня отвлекли шаги появившегося наконец Бруни и я тут же поинтересовался у него:

— Принёс?

— Естественно — состроил он оскорблённое лицо, показав фиал — Блокировка точно продержится два десятка минут. Но потом сутки надо ждать, а для верности лучше двое.

— Подождём — кивнул я, закрепив на глазах зелёноволосого пленника плотную повязку и накладывая на его уши исцеляющие чары — Готов вливать?

— Рот ему открывай — кивнул алхимик, тут же заливший зелье, которое не даст нашему гостю откинуть копыта при попытке отвечать на наши вопросы.

Я же выждал положенные пять минут, снял чары сна, что продлевали беспамятство ушастика и взбодрил его лёгким разрядом тока. Эльф тут же выгнулся дугой с криком:

— Ааа! Что⁈ Где я⁈

— Молчать! — припечатал я его лёгким ударом кулака под дых — Вопросы здесь задаю я. Это понятно, древесный червь?

Говорил я на староэльфийском подражая «акценту» Хозяйки Места, у который тот выработался ещё во времена Снежной империи. Зелёноволосый явно дёрнулся при слове, котором сами лесные жители обычно называли «не эльфов», как римляне обозначали всех кроме себя варварами, а японцы чужеземными демонами-гейдзинами, но бузить не стал и коротко ответил:

— Да.

— С какой целю ты проник во владения благородного Дома Холодного Рассвета? — задал я новый вопрос, наслаждаясь реакцией южанина.

Интерлюдия 1

Бран стоял на носу своего драккара и сощурив глаза от встречного ветра, всматривался вдаль. Можно было бы немного усилить заклинание, защитив себя от мелкого неудобства, но оно сейчас было даже к месту. Ледяные пустоши с высоты однообразны, смотришь вниз и кажется, что еле-еле ползёшь над ними. А вот встречный поток воздуха ясно даёт понять, что летишь вперёд почти со скоростью выпущенной из лука стрелы. Но Брану хотелось мчаться ещё быстрее! Сын бедного и не очень знатного, но всё же славного рода Вакнэ понимал, что спешка сейчас может скорее навредить, однако мало что мог с собой поделать, нутром чуя близость мести.

Больше двух десятков лет назад какой-то эльф, чьё настоящее имя он к великому сожалению не знал, соблазнил его мать. Возможно даже использовав магию. Урод из лесного народа ушёл, как и появился, молодая девушка понесла, после чего родила вне брака «ушастого ублюдка», а затем спасаясь от позора отправилась в монастырь, бросив собственного ребёнка. У Брана даже язык с трудом поворачивался, когда он пытался называть её матерью. Впрочем хорошо хоть камней за пазуху не набрала и в речку вместе с ним не прыгнула, такое ведь порой тоже случается.

Сам же ребёнок в итоге оказался на попечении дяди, провинциального рыцаря и в целом неплохого человека. Отца он племяннику конечно не заменил, но хотя бы относился с теплотой и многому научил. Чего впрочем нельзя сказать о его жене и детях, для которых он был просто «ушастым ублюдком». Эту кличку молодой мужчина пронёс через всё детство и у него даже сейчас сжимались кулаки от воспоминаний. Тогда, годы назад, перспектива отправиться во Френалионскую академию магии казалась почти чудом, сияющей мечтой. На деле же оказавшись там, он просто стал «нищим эльфийским ублюдком».

Но Бран не любил ни сдаваться, ни отступать. На учёбу он накинулся как голодный нищий на краюху хлеба, а потому не смотря на относительно невысокое происхождение и гуляющий в карманах ветер, юноша смотрел в будущее с некоторым оптимизмом. Да, дядя оплатил его образование в долг, но деньги можно отработать, век полукровок длинный, времени ему хватит. А там маячила карьера мага и вполне себе сладкая жизнь… Которую ему никто не собирался давать.

У судьбы странное чувство юмора, едва ты начинаешь улыбаться завтрашнему дню, как она обязательно пытается дать тебе подкованным сапогом по морде. Выяснилось, что он родился не просто так, его зачали чтобы в нужный момент положить жертвой на алтарь и перерезать глотку. Ё₽ый дом ё₽аного Колючего Плюща! Вот уж кто действительно ушастые ублюдки! Защита их владений базировалась на магии крови, но не желая ни менять её, ни резать кого-то из своих, они время от времени делали детей на стороне и слегка направляли их судьбу, чтобы те получали магическое образование. Полукровок вместо одного чистокровного плющевика правда требовалось несколько, но видимо такой вариант был для долгоживущих вполне приемлем. Что же, Бран собирался ясно и чётко продемонстрировать родственничкам, что идея была плохой. А потом убить их всех до одного. Веками эти твари не видели ничего зазорного в том, чтобы пускать под нож собственных детей от людских женщин. Хелль побери, мир станет куда лучше, если извести ₽@# под корень.

С тех пор, как ему довелось полежать связанным в магической фигуре, прошли годы. Маг стал чаще всего называть себя вирдманом даже в собственных мыслях, обрёл могущество недоступную многим, увидел дальние края от промёрзшего Фростхейма до жарких тропических островов, встретил сильных, порой ужасных врагов и даже по северному обычаю несколько раз поплевал на трупы недостойных противников. О чём вообще говорить, если ему довелось отведать ещё тёплое сердце дракона! Но не смотря на все события, что произошли на жизненном пути полукровки, в его груди всё так же пылала раскалённая до бела жажда мести. Потому он торопил время, летя вперёд на своём драккаре. И потому понимал, в силу чего Альвгейр назначил главным другого вирдмана. Хотя конечно был уверен, что справится не хуже Хакона, ведь по прежнему контролирует свои эмоции. Впрочем плевать на всё, месть… Месть это то блюдо, что стоит есть холодным.

Бран усмехнулся, вспомнив слова, когда-то услышанные у ярла. За годы, проведённые в одном хирде он вообще многое перенял у своего вождя и это было забавно. Давным-давно он мечтал о том, как придёт в семью отца и там мудрые эльфы примут его как давно потерянного родича. Однако вместо этого он сам стремится к ним с огнём и мечом, с хирдом его связывают узы по прочнее родственных, а Альвгейра он воспринимает едва ли не как старшего брата. Тропа судьбы сложилась причудливо, что уж тут говорить.

Не смотря на размышления, которыми Бран занимал свою голову, отвлекаясь от однообразной дороги над ледяной пустошью, маг не забывал смотреть вниз, раскидывая заодно сети своего магического восприятия. Снег конечно давным-давно замёл следы южных гостей, но были заклинания позволяющие немножко заглянуть в прошлое. Первое ему показали ещё в академии, когда преподаватель поджёг специальные травы, а дым от них сложился в итоге в чёткое изображение человека, что подходил к его столу в означенное учителем время. Весьма полезное умение, если у вас к примеру есть труп и примерное время смерти или просто кто-то подложил наставнику дурацкую записку якобы от ректора. Сейчас вирдман использовал куда более совершенный вариант, идя по чётко видимому им следу, хотя не отказался бы от чего-то покруче. К примеру того же «духовного крика», с помощью которого ярл навострился тормозить себя в потоке времени. Его течение вообще крайне тяжело изменить, но зато контролируя себя и своё движение можно или слегка быстрее проскочить вперёд или сделать так, что окружающие будто застынут в смоле. Хотя, если верить книгам, бывали хрономанты, что были способны останавливать течение мгновений в отдельной точке пространства. Правда о количестве энергии, которая на это нужна, не хотелось даже думать, чтоб не огорчаться.

Как бы то ни было, а гоня драккары быстрее ветра, этой ночью они наконец-то уже оказались над побережьем, начав внимательно его осматривать. Только вот сходу в темноте ничего обнаружить не удалось. А по связи раздался голос непоседливого Эйнара:

— Не могли же они уйти, бросив своих?

— Вот это как раз без проблем — недобро усмехнулся Бран — Но видят боги, им проще попробовать перезимовать здесь, чем второй раз пытаться пробиться через шторма. На море сейчас всё ещё хуже, чем над Фростхеймом.

— Нужно обследовать местность, но мы займёмся этим при свете дня — проговорил Хакон — Так проще заметить иллюзию или ещё какую-нибудь маскировку.

— Не боишься, что нас тоже срисуют? — проворчал Бран.

— Нет, мы ведь не будем приближаться или касаться снега — отозвался их временный командир — А теперь давайте ка на двадцать минут лёта обратно.

Возражений не последовало, расстояние казалось всем достаточным, чтобы никакие патрули до них не дошли, а погода сегодня благоприятствовала, шёл лёгкий снег, ветер был умеренным. Приземлившись и поставив драккары треугольником, они быстро замаскировали стоянку магией, наморозили иглу ледяной волшебой, выставили часовых и завалились отдыхать. Утро началось с плотного завтрака и радостных новостей от Эйнара, который сообщил:

— Кажется я знаю где эти засранцы.

— Хорош паузу держать — фыркнул Хакон, продолжая наворачивать кашу с олениной — Что узнал?

— Духи холода говорят, что на западе стало теплее — улыбнулся вирдман — И если память мне не изменяет, именно там находятся знакомые нам развалины.

— Башня и посёлок на мысе, который мы тогда зачистили, разобравшись как иметь дело с колдовским льдом — кивнул Бран — Альв вроде даже уговаривал Бруни восстановить там самую высокую эльфийскую постройку и стать старшим на торговом форпосте. Бухта-то у мыса неплохая, а нам нужна точка на побережье для купцов.

— Только старик ярла послал по матушке, батюшке и остальным родственникам. Не затем с Викры смысля от всех подальше, чтоб внешнюю торг на себя взваливать и целый городок в придачу — хохотнул опять Эйнар. Характер у него был не самый приятный, может потому ледяные духи так и любили вирдмана. Такие же колючие, только что язвить обычно не умеют.

— Ладно, посмотрим что тут, а потом полетим вдоль побережья туда. Успеем засветло — постановил Хакон.

На берегу обнаружился лишь нечёткий, затёртый магией след недолгой стоянки. Возможно был смысл спуститься и осмотреть всё тщательнее, но так можно и в ловушку вляпаться, рисковать же возможностью выдать своё присутствие, тому кто ставил волшебный капкан, никто не хотел. Не задерживаясь, они отправились к бывшему поселению снежных эльфов и Бран вынужден был спросить:

— Они совсем что ли с ума сошли?

На берегу их взорам предстал вытащенный на сушу корабль со знакомыми знаками на мачте и крайние дома городка, внутри которых были разбиты палатки. С одной-то стороны решение разумное, крыши конечно обвалились, однако стены довольно сносно защищают от ветра. Но боги, они же на враждебной территории! Как же маскировка? Как на счёт охраны? В конце концов можно было бы просто всем набиться в главную башню, там хотя бы обороняться легче, да и уцелевшие перекрытия в принципе могли бы за крышу сойти. Присмотревшись в этот момент вирдман обомлел. Башня тоже была занята! Просто враг ещё и разделил на чужой земле свои силы.

— Может это ловушка? — с сомнением в голосе спросил Эйнар по связи через серьги.

— Понаблюдаем — отозвался Хакон — Но вообще не похоже.

— Сказал бы что это странно, но теперь даже не уверен — проворчал Бран — Возможно в башне поселились звёзднорождённые с охраной, а слуг отправили жить поближе к кораблю.

— Не будем делать поспешных выводов — вновь отозвался их командир.

Ожидание продлилось несколько часов и лишь когда стемнело Хакон начал военный совет. По всем признакам эльфы действительно разделились на две сословные группы, начальство жило отдельно от подчинённых. Вероятно это могло говорить о предельном снобизме руководителя экспедиции, что одновременно было и хорошо, и плохо. С высокородными идиотами конечно приятно иметь дело, раз они умом не блещут, но из-за голубокровности их должны охранять соответствующим образом.

— Да что тут думать, надо буром ломиться в башню, а корабль со слугами можно сходу сжечь с драккаров — поделился своим мнением Эйнар.

— У нас приказ ярла, нужно собрать как можно больше пленных — напомнил Хакон — По кораблю ударить не лишне, без него они никуда уже точно не денутся даже если что-то пойдёт не так. Но вот слуг попробуем взять живыми. Бран, ты говорил они опутаны узами клятв? Сдадутся, если их главный им прикажет?

— Скорее всего да — отозвался маг — Но полной уверенности у меня нет. Возможно им заранее запретил складывать оружие тот, кто стоит в иерархии выше.

— Паршиво, но лучше чем ничего — проговорил северянин — В таком случае делаем так. Ждём второй половины ночи, когда сон слаще всего. Эйнар, на тебе корабль и беженцы, разнеси нос посудине, пусть тушат, но не переусердствуй. Будет обидно, если сгорят какие-нибудь важные бумаги или что-то вроде того. Тех кто будет пытаться лезть к башне аккуратно отсекайте стрелами и болтами, стреляя по ногам.

— Пф, сделаю конечно, но кто вообще оставит что-то важное на борту, а не будет держать под боком — фыркнул вирдман.

— Никогда не стоит недооценивать непредсказуемость чужой тупизны — отозвался на это Хакон, а затем продолжил — Бран, ты высаживаешься со своими бойцами на верх башни с моего драккара и зачищаешь её. Всё как с нежитью и демонами, только раненых пусть хирдманы не добивают, а вяжут. И не теряют темп. Вы должны нестись по этажам как лавина, пока они там не очухались.

— Это мы с удовольствием — улыбнулся в предвкушении полукровка. Одного хирда было более чем достаточно, скорее даже избыточно, к тому же душу грел тот факт, что в резерве остался не он, а временный командир, который доставит на своём деревянном коне вирдмана, что должен участвовать непосредственно в штурме. Альвгейр вроде бы вёл работу над тем, чтобы драккары могли зависать на месте без управления и мага, на одних накопителях, но пока ещё не довёл идею до ума.

Ожидание было долгим, но Бран ждал возможности отплатить родственничкам годы, несколько лишних часов ничего не изменили, пусть и тянулись медленно. Однако всё на свете заканчивается, закончились и они. Родной корабль стоял во льдах под охраной десятка часовых из команды северянина, а они подлетели на драккаре, управляемым Хаконом и укрытом иллюзией, к своей цели. На верхнем полностью уцелевшем перекрытии было два часовых, кутающихся в шубы. Звонко тренькнули тетивы четырёх арбалетов, отправляя по болту в каждую ногу воинов, вместо крика «Тревога!» у них получились лишь короткие подвывания от неожиданной и резкой боли, а через секунду два спрыгнувших с борта хирдмана отправили их в беспамятство ударами обухов топоров по головам. Холод холодом, но иногда лучше носить шлем, а не меховую шапку или как-то их совмещать. Хотя учитывая физическую силу ассонов это не обязательно бы помогло.

Коль скоро была надежда на то, что все ещё не встали на уши от их внезапного визита, Бран просто махнул своим бойцам рукой, указывая на люк. Тот быстро вскрыли и воины вместе с вирдманом со всех ног двинулись вниз. Этаж под первым перекрытием был превращён в подобие караулки, там вероятно грелись отдыхающие смены, заодно перекусывая и кемаря. Они успели продрать глаза и схватиться за оружие, маг с посохом даже метнул в нападавших молнию, голося:

— На нас напали!!!

Берси принял заклятье на зачарованный арканитовый щит, а затем засветил обидчику пяткой копья в лоб. Тот упал как подкошенный, лишний раз показав, что обычно волшебникам лучше бы хорониться за строем воинов. Бойцы с мечами и щитами же не успели сбить даже его подобие и были задавлены числом, самому шустрому в процессе отрубили руку, но Бран видел это лишь краем глаза. Эффект неожиданности нельзя было терять, а потому он продолжал нестись вниз вместе с авангардом, оставляя недобитков на боевых товарищей.

Следующий этаж по прикидкам вирдмана был скорее всего казармой и насколько Бран помнил, не имел внутренних перегородок. А потому вперёд полетела свето-шумовая граната под крик:

— Глаза!

Направленный телекинезом подарок бабахнул, а затем на этаж ворвались воины, увидев полуодетых противников, вслепую шарящих вокруг руками и мечами. Возможно если бы они дали эльфам больше времени, кто-то из них сцепился бы между собой, но это в планы вирдмана не входило. Он просто знаками показал товарищам продолжить путь вниз, оставив ослеплённых на замыкающих, благо такой вариант они заранее рассматривали и всем было понятно, чьи два десятка должны отделиться от основной группы, решив проблему.

Бран же с сотоварищами спустился ещё на один этаж, вновь крикнув про гранату. На этот раз собственный же голос прозвучал для него как сквозь вату, но команда дублировалась знаками, а первые ряды на обычной для снежных эльфов винтовой лестнице видели летящий вперёд мелкий цилиндр. Старик Бруни определённо был гением, раз выдумал такую штуку и очень щедрым человеком, раз поделился ей с учеником своего старинного друга. Вновь в помещении раздался гром, но на этот раз внизу хватало перегородок, потому недееспособными стали лишь двое воинов у лестницы, которые быстро получили по головам.

Строри же плечом вынес ближайшую дверь, вероятно появившуюся здесь усилиями новых квартирантов. Им предстала картина ухоженной комнаты с массивной кроватью, укрытой балдахином. С неё на бойцов прыгнули две обнажённые лесные эльфийки с зеленоватыми волосами, одна из которых была странно низкорослой, а сбоку прилетела колдовская молния.

Дамы без проволочек получили по лбам тяжёлыми тупыми предметами, а вот маг оказался более крепким орешком. Волшебник с ярко синими волосам, успевший лишь натянуть штаны, отчаянно отбивался, заставив одно из воинов забиться в судорогах разрядом электричества, а ещё троих снёс в противоположную стену воздушным тараном. Два метательных топора оказались приняты им на барьер, но следующее атакующее заклятие блокировал уже Бран. Стена ассонов после этого буквально вжала щитами врага в стену не смотря на полупрозрачную преграду, что он продолжал держать. Однако внутри пузыря шириной с пару метров материализовался Вигнар и благополучно оглушил колдуна, вдарив яблоком меча по его голове.

Эльф упал, а Бран с ближайшими хирдманами побежал осматривать другие комнаты. Однако там нашлось лишь несколько слуг и служанок. Этажом же ниже было значительно холоднее, он уже оказался не жилым. Для очистки совести маг с воинами осмотрели и его, а так же пробежали всё вплоть до самого нижнего подвала, но вернулись с пустыми руками. В конце концов не так уж и велик был экипаж эльфийского корабля, а свита ушастого аристократа по определению ещё меньше.

Вновь оказавшись в спальне, маг застал следующую картину. Хирдманы связали всех пленных, избавив их заодно от доспехов и одежды. Девок кинули на здоровенную кровать, по видимому привезённую сюда с юга для комфорта большого начальника, мужики остались на полу. Мазнув взглядом по зеленоволосым, Бран мысленно скривился. Низкорослая эльфийка на деле оказалась ещё совсем соплячкой, а потому вирдман проворчал:

— Прикройте их хоть.

— Ага — отозвался один из хирдманов, закинув на пленниц угол одеяла. К распоряжению предводителя народ отнёсся без энтузиазма, но все знали, что сначала нужно разобраться с ратными делами, развлекаться можно потом.

— Извращенец ушастый — слегка пнул синеволосого ещё один воин, но затем спохватился — Без обид, хедвиг.

— Да какие обиды, у мелкой и правда ни сисек, ни жопы ещё нет — усмехнулся колдун, создавая небольшой шар воды и командуя — Подтащите синеволосого поближе.

— Это всегда пожалуйста!

Через пару секунд пленника оттащили от его охранников, а ледяная вода и бодрящие зуботычины вернули лежащего на каменном полу эльфа в сознание. Он ещё видимо не соображая спросил:

— Что происходит⁈ Вы знаете кто я⁈

Бран с наслаждением размахнулся и сломал ударом сапога переносицу пленника, после чего проговорил на эльфийском:

— Заткнись! Сейчас мы вытащим тебя наружу и ты прикажешь своим слугам сдаться. Если они не послушают, а отрежу тебе все пальцы на руках и ногах, а потом заставлю сожрать. Понял меня?

— Ты не посмее…

Тираду эльфа прервал ещё один пинок по лицу, а Бран кивнул Льёту:

— Отрежь ему пальцы на левой руке и забей в глотку, пока наверх тащим.

— Без проблем — оскалился и достал боевой нож один из самых жестоких его хирдманов, который не зря носил имя, означающее ужас.

Через пару секунд синеволосый эльф начал орать от боли, но снова получил по лицу, сбившись с высокой ноты. Бран же ухмыльнулся. Убить урода пока что было нельзя, но это не значит, что его участь будет легче, а жизнь приятнее. Если со слугами были возможны разные варианты, то уж все звёзднорождённые ответят ему обязательно.

Глава 5

Я шагал по лестницам и коридорам своего высокого чертога, обдумывая последние новости. Были они как водятся двух сортов, хорошие и плохие. В плюсе у нас было то, что система оповещения имени Хозяйки Места благополучно выявила группу разведчиков противника, мы взяли сначала их, а потом и накрыли долговременный лагерь эльфов в развалинах на побережье, при этом не понеся безвозвратных потерь. Раненые были, но вот в Вальхаллу никто не отправился. Наши долгоживущие оппоненты во-первых оказались уж очень непривычны к действиям в условиях крайнего севера, а во-вторых не ждали настолько решительных и быстрых действий с нашей стороны. А вот дальше шли минусы.

По понятным причинам нужно было озадачится новыми наблюдательными заклинаниями и патрулями на значительном расстоянии. Я по прежнему не слишком доверял духам, особенно не подконтрольных мне полностью и не хотел зависеть только от них и их милости, аркана и зоркие глаза хирдманов надёжнее. Да и вообще всё что касается безопасности хорошо бы дублировать. Так же к моему некоторому удивлению выяснилось, что ушастики действовали по принципу «На тебе боже, что нам не гоже», причём в квадрате, а возможно даже в кубе. Дом Колючего Плюща подрастерял свои позиции после того, как во Френалионе от моей руки помер один из самых толковых «колючих» магов, у них стала проседать кровная защита земель и к плющевикам стали предъявлять претензии представители дома Золотых Крон, которые окучивали город волшебников. В конце концов это была их корова и они её доили, а тут вдруг какие-то скользкие типы решили примазаться. А увидив такое дело резко активизировались и остальные, в конце концов интриги против соседей, ближних и дальних, это по-видимому одно из главных развлечений высокопоставленных эльфов. Однако наполучав звездюлей, хоть в основном и дипломатических, наши колючие друзья умудрились худо-бедно разрулить ситуацию. Злотокронникам, со слов пленных, пришлось заплатить и возблагодарить ушастых богов, что удалось отделаться деньгами и кое-какими артефактами даже заключив в итоге что-то вроде союза. Способ подновить защиту всегда был у эльфов под рукой, они просто выбрали самую слабую веточку на центральном стволе своего семейного древа, назначили стрелочника и без затей прирезали его во славу дома. Ну и ради всеобщего блага конечно, куда ж без него с сакральными жертвами-то. Кое-кто возмущался, но таких пообещали назначить следующими и всё затихло, хотя обиженные родичи вполне могли не простить и затаить всякое нехорошее на верхушку «клана». Только вот будучи самыми слабыми в нём вряд ли имели достаточно сил для праведной мести. Возможно ради чего-то такого их предки кстати как раз и ставили именно такую защиту, ничто так не мотивирует не быть убогими, как вариант угодить под нож или спровадить под него сына, дочь, сестру или иного ближайшего родственника. При таком раскладе даже долгоживущие господа при куче слуг не должны расслаблять свои булки с батонами. Ну да не суть.

Третьей проблемой дома была потеря одного из старших магов и его было уже не вернуть. Но вполне был вариант с местью, который кое-какая умная голова решила реализовать через касаток, но облажалась. Вся эта история вылилась не в триумф, восстановление пошатнувшейся репутации и укрепление связей с «центральным правительством», которое как раз хотело поиграть в политику сдерживания усилившегося в последнее время Ассонхейма. Наоборот, случился провал, новые потери и неудовольствие дома Звёздной Тени. В общем опять какой-то долбанный полукровка попортил все планы, отказавшись добропорядочно сдохнуть, а потом ещё и информацию помог добыть, предоставив пленную дамочку с соколом, которую таки разговорили профильные специалисты нашего царя-батюшки.

По видимому сейчас на моей родине воду пытались мутить агенты других домов, в которых столица вероятно не сомневалась, но вот «расплющенным» отвалили задание влезть ко мне в вотчину поразнюхать что да как, а заодно уничтожить меня и мою семью. В идеале естественно как-то скинув вину на Великого Конунга с присными. Подозреваю что давший задание эльф не шибко верил в успех любителей плющей с колючками, скорее действуя по принципу «оступившегося подтолкни». По крайней мере так выходило со слов Ислуалиана, моего нового зелёноволосого знакомого, который благодаря зельям Бруни и моим скромным талантам запел аки соловей. В Эльфхейме местные жители активно интриговали друг против друга, не удивительно что к чёрту на рога с неясными перспективами послали неудачников, которые и так были ослаблены, имея под этим действием двойное, тройное или даже пятерное дно. Ну а плющевики почесали ушастые головы и решили, что успех в их деле призрачен и надо выходить из ситуации хотя бы с минимальными потерями. Потому назначили новых стрелочников из той же невезучей ветви, которой уже пустили кровь и придали ей надзирателя из основной правящей семьи, опять же выбрав не самого полезного из звёзднорождённых. Какое задание такие и исполнители. Однако и они преодолели шторма благодаря магии аристократа, а потом проявили достаточно упорства, чтобы пройти через ледяные пустоши. В общем систему защиты нужно совершенствовать в расчёте на куда более толковых исполнителей, а не аутсайдеров ушастого общества, да. С ними же вообще история была бы смешной, не будь она столь грустной.

Так вышло, что папашка Ислуалиана несколько лет назад прилёг на жертвенный алтарь, а зелёноволосый теперь повёл группу разведки в ледяную бесконечность на мои поиски, пока его мать и младшая сестра при содействии слуг обживали негостеприимный берег. Ну а если верить донесению Хакона, то заодно дамы обживали и спальню звёзднорождённого Келиандула. Может даже активно убеждая его как-то поспособствовать выживанию своего единственного близкого родича мужского пола. Сучьи эльфы с их сучьими порядками… В общем люблю лесных родственников. Аж кушать, млять, не могу, как люблю, да.

Но эмоциями делу не поможешь, надо что-то думать со всей этой ситуацией. И самый логичный вариант решения всех проблем мне не нравился. Да, к нам тут пришли отнюдь не друзья, потому можно смело их поубивать, с мечом припёрлись, от меча и сдохли, конец истории. Но девки, слуги… Возможно это отголоски гуманности из моей прошлой жизни или сыновьих чувств к здешней матери, с которой даже познакомиться не удалось, однако пускать всех в расход не хотелось. Был второй вариант, попробовать если уж не перевербовать часть наших гостей, то хотя бы добиться их нейтралитета. У эльфов всё общество держится на множестве магических клятв от высших к низшим, а у нас в руках был один из звёзднорождённых, которого мы крепко держали за тестикулы. Может ли он отменить обеты младших родичей и их слуг? В теории да, на практике не знаю. Будь всё так просто ушастые бы не продавали в рабство своих сородичей из проигравших конкурентную борьбу домов и ветвей. К тому же оставался вопрос мотивации тех, кого я желал оставить в живых. С одной-то стороны своих звёзднорождённых они должны ненавидеть животной ненавистью, чай отца и мужа под нож пустили, сволочи. А с другой первопричиной их неприятностей являюсь я сам. То есть в их глазах сволочь не меньшая, а то и большая. Дал бы Иви и остальных полуушастых зарезать, ничего бы не было. Возможно ли развернуть ситуацию в нужную мне сторону? Опять же не знаю. Но хочу хотя бы попробовать. Попытка не пытка, Хелль побери. Не получится? Ну и йотун с ними, я не толстовец, который хочет облагодетельствовать своих врагов и у меня не дрогнет рука перерезать их всех, не оставляя кровников. Желающие мстить мне и моей семье нафиг тут никому не сдались.

Окончательно взвесив своё решение я вошёл в медовый зал и занял своё законное место на троне под черепом дракона, повешенным на стену, поправив узорчатый арканитовый обруч с небольшим рубином в центре на своей голове. Ярлам положены подобные украшения, к тому же эта эрзац корона была функциональна благодаря зачарованию, а так же нравилась мне куда больше, чем разомкнутое ожерелье-торквес на шее. Кроме обруча мой статус так же подчёркивал драконий доспех и плащ с меховым воротом, покрывающем плечи. Всё таки у нас тут ожидалось официальное и в чём-то даже международное мероприятие. Правда не совсем дипломатическое, так что я поудобнее развалился на троне, взял в руки топор, слегка стукнув ногтем по бритвенно острому лезвию и кивнул хирдманам у неприметной боковой двери.

Те отворили её и Бран с Эйнаром буквально втащили ушастого аристократа, держа его под мышки, а затем бросили на колени на пол перед моим троном. Запястья с лодыжки пленника были перехвачены антимагическими кандалами, несколько передних зубов отсутствовало, а на глазах находилась плотная повязка. Ислуалиан весьма сильно удивился, услышав от меня несколько архаичный эльфийский, теперь я планировал повторить этот трюк. Самого же зелёноволосого эльфа сейчас притащили на одну из верхних галерей вместе с родственницами и их воинами, в первую очередь беловолосыми, заткнув всем зрителям рты. Послушать им на мой взгляд было полезно, а вот болтать пока рано. Я же начал спектакль, проговорив:

— Славная работа друзья мои. Сначала подчинённые этого древесного червя, теперь он сам.

— Во славу дома Холодного Рассвета — на том же языке отозвались мои вирдманы, ударив себя кулаками в грудь.

— Боги, нет. Это невозможно… — тихо прошептал пленник.

— О каких богах ты бормочешь? — усмехнулся я — Говори громче!

— Арландианий, Керивиат, Элиндана, смилуйтесь! Еретики были уничтожены вами столетия назад! — и правда повысил он голос, вызвав некоторые сомнения в своей адекватности. Впрочем неудивительно, ещё недавно парень был хозяином жизни и всё у него было хорошо, даже тройничок с горячей мамкой и её юной дочкой в приморском санатории присутствовал. А теперь он рухнул с небес на землю, крепко разбив собственную морду об асфальт. Подобное могло вызвать удар по нежному душевному здоровью этого йотунова мажора.

Я же рассмеялся и сообщил:

— Не сомневался, что на юге они придумают очередную сказку для своих рабов.

— Я не раб! Я звёзднорождённый господин, я сам дитя богов!

— Твои уста снова изрыгают ложь — усмехнулся я — Не ваши боги пытались повергнуть Снежную империю, у этих паразитов никогда не хватило бы смелости на подобное. И ты не сын им, как не были ими и мои предки. Родители не стремятся убивать своих детей, если те вопреки их воли идут своей дорогой и добиваются успехов. Тем паче настоящие родители не пытаются травить своих отпрысков дикими зверьми, а потом не бросают их кости без достойного погребения. Ты можешь чувствовать себя господином как вожак стада овец, лишь пока бежишь туда, куда тебя направляет пастух, что бреет вас всех и время от времени хочет свежего мяса. Однако стоит тебе побежать в неправильную сторону и на его стол пойдёшь ты сам, а у стада будет новый главный баран.

— Это ложь! Всё ложь… Наши боги повергнут тебя, еретик! Они побеждали вас раньше, победят и теперь. Безбожникам нечем защититься от гнева небожителей! — отозвался пленник, то пытаясь кричать, то снова переходя на шёпот. Похоже Бран несколько переборщил, работая с ним, по голове болезного стоило бить аккуратней, аж разговор стал уходить куда-то не туда.

— К твоему сожалению мы нашли богов, достойных нашего поклонения. Тех, кому близка не покорность, но смелость и упорство, не слепая вера, но достижения и успехи. Тех, кто теперь являются нам старшими родичами, а не хозяевами наших судеб — улыбнулся я, вполне веря в то что говорю.

Отношения ассонов с богами действительно были примерно такими, даже я был свободен идти «путём аватара» или бросить всё, оставшись на краю мира и не лезя туда, где есть риск столкнуться с какой-нибудь демонической хтонью. Это разительно отличалось от того, что было привычно мне по земле со всеми этими рабами божьими, первородным грехом и необходимостью вечно платить да каяться из-за того что когда-то там хитрозадый змей уболтал тупую бабу скушать яблоко, а евреи с римлянами распяли сына бога. Там я был атеистом, отвергая подобный бред. Отвергал я любую похожую веру и здесь, признавая за богами лишь право быть старшими партнёрами. У лесных эльфов же, насколько я сумел выяснить, всё было довольно печально. Не до уровня христианства или какого-нибудь в край отбитого ислама, где правоверному в сортир нельзя спокойно сходить, если на то нет божественной воли. Но тем не менее дом Звёздной Тени был помимо прочего домом верховных жрецов.

Проще говоря баранами, которым позволили вести стадо. Возможно их даже убедили, что они овчарки, время от времени кидая кусок с хозяйского стола и параллельно подкладывая самок из отар, чтобы там водились свои звёзднорождённые, которые в свою очередь проконтролируют ситуацию на местах. И не то чтобы я был каким-то рьяным патриотом эльфийского народа, что желает ему высшего блага, безмерного процветания и всего такого, но всё же подобная ситуация мне не очень нравилась. Ровно как и непогребённые кости «снежков», которые мы продолжали сжигать, читая отходные молитвы. Уж какие ни есть, всё ж таки родичи. А я глубоко в душе всё таки ещё немного верю в свободу, равенство, братство, светлое будущее и остальные высокие материи.

— Это Ересь! — крикнул мне собеседник.

— Для тебя без сомнения, для меня самое правильное из возможных положений вещей — усмехнулся я — Но не смотря на то, что было забавно послушать что за глупости теперь думают древесные черви южного леса, тебя сюда притащили не за этим. Твои низшие окутаны сетью клятв, ты должен их снять.

— Я лучше заставлю их умереть, чем от… — начал он, по я подал знак рукой и ему прилетело сапогом по месту где у человека находится почка. Это было верным знаком того, что развлекательная дискуссия окончена, дальше начинаются ценные указания.

— Ты снимешь их, пользуясь статусом звёзднорождённого — со смешком проговорил я — А потом волей дома Холодного Рассвета они все отправятся достойно хоронить своих погибших в боях с демонами родичей. Если же будешь артачится… Что ж, пальцев на одной руке у тебя нет, но есть что лечить и резать, резать и лечить. Сдаётся мне ты согласишься выполнить мою волю раньше, чем сдохнешь от старости или сойдёшь с ума от боли. Увести.

— Да, Глава — всё на том же эльфийском отозвался Бран и пленника потащили в застенки.

Я же встал с трона, сунул топор в петлю на поясе и отправился в свои покои, куда вскоре принесли бочонок мёда. На душе было погано. Одно дело срубить чью-то голову в бою и пойти дальше, там всё просто, или убиваешь ты, или убивают тебя. Теперь же я хладнокровно отдал приказ пытать эльфа до результата, который не факт что вообще будет достигнут. Всё таки и на нём может висеть порядочно клятв, в том числе обет не освобождать подчинённых от клятв без особого разрешения от тех же жрецов. По крайней мере было бы логично такой навесить во избежание всяких брожений в долгоживущем обществе. Или же подопечные синеволосого опутаны столь внушительной сетью обещаний, что сделать ничего особо нельзя. До своей ступени иерархии звёзднорождённый может освободить от контрактов, но клятвы тем, кто стоит выше него, сохранятся. А может быть вариантов вообще тупо нет, можно только вешать новые клятвы, вроде той рабской, после которой ушастиков продают за пределы их леса.

С этими мыслями я стоял с рогом мёда в руке, глядя в окно, когда вошёл Асмунд, проворчав с напускным осуждением:

— Альв, пить в одиночку — это всё равно что срать в компании.

— Там второй рог стоит — хмыкнул я, не поворачиваясь.

— Чего морда такая смурная? — спросил форинг, встав рядом со мной у окна — В этот раз тебя даже вроде бы не опознали как полукровку, успехи делаешь. Даже с топором расселся зря, повязку с глаз снимать смысла не было.

— Этот явно тупее предшественника да и по голове его били больше. Что там со слушателями? — спросил я.

— Вроде прониклись, особенно тем, что могут попередохнуть по приказу — усмехнулся мой друг детства — Но поди ещё по лицам разбери, что думают, тут разговаривать надо. А ты не ответил на мой вопрос.

— Да всё от того же — проворчал я, сделав большой глоток из рога — Ты успел подзабыть, но у меня вообще-то половина общий крови с ушастыми. А они живут на своей земле как рабы, если горстку избранных не считать.

— Которая тоже в рабстве у их божков — смекнул здоровяк — А ты их стало быть освобождать собрался.

— В первую очередь я собрался резать дом Колючего Плюща или хотя бы его верхушку просто для того чтобы что бы обезопасить наших с Иви детей — покачал я головой — Во вторую мы все пойдём под знаменем Великого Конунга в поход ради блага всего Ассонхейма. В третьих нас там ждут добыча, слава и почёт. Есть ещё много в четвёртых, в пятых и в шестых, но да, свобода для эльфов среди них. Только толку от этого будет мало.

— Почему же? — приподнял Асмунд бровь и тоже отпил мёда — Хватай за уд звёзднорождённого, заставляй освобождать от клятв, лети к следующему и повторяй всё тоже самое. Звучит не слишком мудрёно.

— Так да не так — отозвался я — Армия врага может сколько угодно говорить, что она вас освобождает, но это всё равно будет армия врага, которая пришла на твою землю с огнём и мечом. Эльфы встанут на защиту своих хозяев, оборона леса будет их общим делом. К тому же богоугодным, жрецы постараются всех в этом убедить. И чтобы пожать горло любому звёзднорождённому нам придётся перебить немало обычных ушастиков. А если бы и нет… Перебили бы одним днём всех аристократов, так уже завтра эльфы принесли бы клятвы новым вождям. Ну по крайней мере большинство. Умение жить своим умом не появляется мгновенно.

— Раз толку всё равно нет, то и плевать. Просто придём и будем убивать всех, кто пытается убить нас — пожал плечами Асмунд, лишний раз показывая насколько он незамутнённый парень. И в целом здоровяк был прав, ровно так мы и будем действовать, война другого не подразумевает. Либо ты, либо тебя, в жопу сомнения, на хрен жалость — С этими-то пленными чего возишься?

— В надежде на какую-нибудь лазейку. Чтобы у нас были те, кто поможет хоронить «снежков», тем более беловолосых среди них аж полторы дюжины — пожал я плечами, снова приложившись к рогу — В худшем случае ещё через год отвезём их на самый южный из крупных островов, что не далеко от родины твоих кошкожён видели. И нехай там живут, рожая детей, свободных от любых клятв. Ну а если заставят и их дурацкие обеты приносить, то видать горбатых только огненная тризна исправит. Я же со своей стороны что мог сделал, смогу просто плюнуть и идти дальше.

— Хирдманы на такой крюк ворчать будут — сказал рыжебородый, напомнив мне, что я вообще-то ярл ассонов и именно они у меня должны быть в приоритете.

— Это если в Сяньскую империю сразу собираться с товаром — отозвался я — Но там вообще-то южные цепи вулканов и вулканических островов. Одним богам известно, что тех местах можно добыть с помощью духов земли. А ещё джунгли с кучей интересных тварей на юге континента. Помнишь того паука?

— Отвратительная образина — хохотнул форинг — Но вы с него вроде кучу всего вырезали, да и порубить его было интересно.

— А Бруни не отказался бы от добавки незнакомой требухи — кивнул я — Неведомые растения опять же, из которых пока никто не варил зелий. Ко всему прочему в книгах я встречал упоминания, что и там раньше были какие-то королевства. Возможно найдём что-то интересное в развалинах их городов.

— С нашей удачей там будет куча золота, а при ней по две кучи демонов с нежитью — усмехнулся повеселевший северянин, сильно заранее предчувствуя добрую драку. Она ему была куда ближе переживаний о судьбе врагов.

— Ну вот, а ты говоришь ворчать будут — фыркнул я тоже улыбнувшись. Мысль о возможном бое с чудовищами грела меня куда больше, чем идея войны с эльфами или людьми. С демонами и нежитью гораздо проще быть безжалостным, чем с ушастым лучником, что физически не способен ослушаться приказа какого-нибудь звёзднорождённого козла или с безусым ополченцем, которого сеньёр забрил в армию из родной деревни и выставил против нашей стены щитов.

Глава 6

Как говаривал один по своему мудрый человек, быстро только мухи женятся. У нас же зима проходила долго и местами даже мучительно. Причём пытки пленных в нарушении Женевской конвенции тут не при чём, как и сама конвенция кстати, которая тут по понятным причинам не действует. Подобные договора заключаются между как минимум двумя сторонами конфликте. То есть если ты не делаешь чего-то жёсткого с пленными противника, то это значит, что и с твоими пленными не сделают ничего ужасного. После войны вы сможете всех обменять и бойцы вернутся домой живыми и даже не покалеченными. Но коль скоро те же эльфы не брали на себя никаких обязательств относительно короткоживущих, то и короткоживущие не имеют причин быть гуманными по отношению к эльфам. Иное просто было бы глупостью и воспринималось бы как слабость. А слабости этот мир не прощал, здесь тот кто может порезать окружающих на ремни уважает тебя ровно до тех пор, пока ты можешь порезать на ремни его самого.

Кстати о эльфах. С ними вышло не очень хорошо. Конечно попавший в наши загребущие лапки звёзднорождённый довольно быстро сломался и добросовестно выполнил наши требования. Может у нас тут и нет специалистов уровня Ока Одина Великого Конунга или особым образом подготовленных когтей из мрачных застенков Берна, но кое-что умеем и мы. Однако как я и подозревал от всех клятв освободить какого-нибудь из рядовых ушастиков сможет разве что верховный друид или верховная же жрица всего их народа и то не факт. Иногда всё слишком уж жёстко сформулировано. Однако многие обеты действительно были сняты, а потому военнопленных удалось превратить в бесплатную рабочую силу, используя их как похоронные команды и сборщиков трав. Правда толку от них всё равно было немного, а сам я недооценил те тёплые чувства, что питали к плющевикам мои соратники.

Это Асмунду на них в целом было положить с прибором, как и большинству ассонов. Ну пленные и пленные, ярлу виднее чего с ними делать, лишь бы нашу долю в добыче не зажимал. Коли приказа нет, перебьём только за попытку восстать или сбежать, а смирно сидят так и нехай. А вот полуэльфы и полуэльфийки желали видеть дражайших родственничков исключительно мёртвыми, как впрочем и их слуг. На них была коллективная вина за сломанные жизни матерей будущих жертвенных агнцев, за судьбы самих жертв и за то, что хозяева не заделали детишек со своими триэлями, чтобы положить их потом на алтарь, а пошли гулять на сторону, кабелины ушастые. Я к мести подходил с точки зрения рациональности, предпочитая убивать обидчиков и врагов просто для того чтобы они не убили меня и моих близких. Ну или чтоб иную какую-то выгоду получить. У прочих в этом мире были другие, более эмоциональные резоны. Порой из-за них вырезались целые народы включая девок и грудных младенцев, вся вина которых только в том, что они родились не там где надо. Что уж о нескольких десятках не слишком виноватых и не слишком сопричастных эльфов говорить, если они все к нам сами припёрлись с недобрыми намереньями. Даже чуть-чуть вины в этих вопросах — это уже очень много вины и вообще горе побеждённым.

Короче дело кончилось тем, что я пришёл к Бруни и прямо у него поинтересовался, нужна ли ему эльфийская кровь для каких-нибудь опытов. Почесав репу алхимик ответил, что это конечно не его область, однако в хозяйстве и такому ресурсу найдётся применение. А потом спросил, как я её с дохлых эльфов собрался сцеживать. Пришлось мысленно матюгнуться и объяснить, что с живых ушастых её можно получать регулярно до тех пор, пока мы кормим пленников, а запасов еды пока что хватает. Так у нас появилось что-то вроде донорского центра. Успехи Бруни правда пока что были скромными, но в худшем случае запасённую алую жидкость всегда можно было пустить на ритуалистику.

Вторым нюансом, пока что спасающим жизни пленных, была их полезность на арене. Звёзднорождённого туда пускать никто не собирался, этот трофей я планировал задарить Сигурду Медведю, а потому он должен был сохранять товарный вид. В конце концов выкуп с аристократа мне всё равно некому будет платить, дом Колючего Плюща-то мы собираемся вырезать, а клановому конунгу будет интересно послушать подобного собеседника. В конце концов уж во внутренней географии и архитектуре Эльфхейма Келиандул был весьма недурно подкован и если клятвы своей семьи мешали ему рассказать о внутренней планировке его собственного дома, то о чужих цитаделях он был не прочь потрепаться, выбалтывая всё что знал и о чём просто слышал даже без специальных зелий. Уж очень заклятых соседей не любил, наверно аж кушать не мог.

А вот с зелёноволосым Ислуалианом говорить на подобные темы было тяжело, по крайней мере без пыток и алхимии, молодому, особенно по эльфячьим меркам, парню патриатизм был не чужд. Или он хорошо притворялся. Но зато с ним можно было душевно позвенеть клинками, как и с остальными длинноухими воителями. Я им сообщил, что если они пару лет будут нас активно радовать своим искусством клинка, то мы отпустим и их, и их слуг с парочкой необременительных клятв не вредить нам и заповедовать тоже самое своим потомкам. Обеты запрещали эльфам учить иные народы своим воинским и магическим премудростям без особого позволения, которое к примеру имели преподаватели Френалионской академии. Но о форме обучения «Я буду изо всех сил стараться тебя выпотрошить» похоже никто не подумал. Хирдманов же только что не трясло от радости, когда они дрались с противником, что реально пытался нанести им вред. Ушастым я запретил лишь убивать и чётко указал с какими ранами мы можем вытащить бойца с порога Вальхаллы. Так что наш «колизей» теперь был практически всегда занят как бойцами, так и зрителями, а северяне к сегодняшнему дню имели весьма неплохое представление о эльфийском стиле фехтования. Ушастикам из «кшатриев» же куда больше нравилось махать клинками на арене, чем сидеть в каменных мешках или зависать на дыбе в застенках. А эту меру пришлось применить к некоторым несознательным личностям, что пытались халтурить, изображая неумёх. Правда я всё больше склонялся к мысли, что наших гостей надо переселять на как можно более дальний необитаемый остров, они ведь тоже учились у нас, приноравливались противостоять северянам. Так что нехай лучше становятся морскими эльфами, чем возвращаются в свой лес. Хотя мысль о том, что и несколько десятков ушастиков, свободных от подавляющего большинства клятв могут пошатать чужое общество после войны, меня естественно посещала.

Однако как говорится не эльфами едиными. Дел за зиму было переделано много, однако пожалуй главным своим достижением я считал постройку галер. Они мало напоминали легендарный Арго на котором Ясон со своими товарищами ходили за золотым руном, но зато весьма походили на корабли, которые строил Пётр Великий, правда с некоторым акцентом. Носовая фигура с рунированным черепом, характерная для драккаров прямо таки отдавала севером, парусное вооружение на двух мачтах было в основном содрано у моряков Сяньской империи, а обводы корпуса частью напоминали джонки, а частью балтийские коги, виденные мной на картинках в прошлой жизни. В результате появился корабль с относительно небольшой осадкой, пусть и сидящий в воде заметно глубже чем драккары, достаточно остойчивый и быстроходный для океанских плаваний, с небольшой носовой и кормовой надстройками, где располагались орудия и естественно вместительным трюмом. Ассонская изобретательность, сяньские технологии, друидская магия и магическая древесина фростхейма позволили сделать для будущего похода посудины в пятьдесят шагов длинной. Если память мне не изменяет, то тут мы отца российского флота обогнали примерно на четверть. Вроде бы у основателя Санкт-Петербурга самая длинная галера во флоте была тридцать девять метров. Что кстати тоже очень солидно.

И сейчас я с удовольствием шёл вдоль гладкого борта своего флагмана, ведя по нему рукой. Сюда мы вкладывали всё, весь наш труд, всё наше усердие, все расчёты корабелов, всё искусство плотников, мои навыки ритуалистики, алхимические составы Бруни, что пропитали доски и сделали их ещё крепче…

— Всё не можешь налюбоваться? — с усмешкой спросила у меня Иви, с которой мы прогуливались по свежему воздуху, пользуясь потеплевшей погодой. Даже оазисы тепла подвержены сезонным изменениям температуры, пусть и не сильно. А на дворе уже наступала весна, пусть и очень ранняя.

— И это тоже — признался я — Хотя хочется построить нечто ещё более грандиозное.

— Пятимачтового монстра в сто пятьдесят шагов в длину? — приподняла бровь моя жена.

— Не отказался бы, но это не то. Нет, конечно и такой корабль был бы великолепен, но это всё работа в одной плоскости — провёл я рукой перед собой — К тому же боюсь мы если и не достигли предела прочности дерева, то уже где-то близко к нему. Дальше киль и шпангоуты нужно будет делать из металла.

— Боюсь мы разоримся его покупать у гномов, лучше насесть на близнецов, чтобы что-нибудь придумали с древесиной — покачала головой моя рачительная благоверная — Да и продадут ли столько после твоего прошлогоднего выступления с разделанным драконом. Это же…

— Да, огромное количество, а если вес рассчитывать, то оторопь берёт — пришлось кивнуть — Но я на этом бы не остановился. В идеале бы обшить скелет металлическими листами, сделав корабль практически неуязвимым благодаря им и мощному зачарованию на прочность. Добавил бы ещё винтовой движитель на магическом приводе, чтобы более не зависеть от парусов. Поставил бы самые мощные гномьи баллисты, которые влезут и носовое магическое орудие. А потом взмыл бы на этом чуде ассонской мысли в небеса.

— Сказала бы что подобное невозможно, но я и в летающие драккары не очень верила. Только будь с этим осторожнее, а то как бы боги не обиделись, если ты на эдаком чудовище прилетишь к ним в госте живым, а не как все нормальные северяне придёшь по Биврёсту — с этими словами меня слегка ткнули локтем в бок.

— До Асгарда мне на нём будет не добраться, тем более сомневаюсь, что он находится в нашей звёздной системе — пожал я плечами — К тому же для самого выхода за пределы Свангарда металлический драккар надо будет герметизировать и теплоизолировать. Чем выше, тем меньше воздуха, в какой-то момент он пропадает вовсе. Про собачий холод я и вовсе молчу.

— Раньше ты о подобном даже не заикался — подозрительно посмотрели на меня. Подруга жизни, сделавшись женой и родив первого ребёнка, стала относиться ко мне заметно более собственнически. Что поделать, всё течёт, всё меняется, люди и их мысли не исключение. К тому же да, я имел привычку превращать странные и местами даже бредовые идеи в нечто рабочее и применимое на практике — Искал значит пути, но пока не нашёл.

— Эй, я много чего ищу. И вообще не отказался бы слетать на броненосце к демонам, подпалив их рогатые задницы — всплеснул руками я.

— У них рога несколько выше — фыркнула Иви.

— Ничего не знаю. Я вирдман, я так вижу — пришлось мне изобразить лицом мыслящий кирпич. Иногда включить дурака это самое разумное решение.

— Ну вот только идиота из себя не строй — опять ткнули меня локтем — Да и ты знаешь, передай ка в моё заведование всю эльфийскую кровь.

— Её-то почему? — приподнял я бровь.

— Он ещё спрашивает! После разговорах о открытии дверей к демонам — усмехнулась моя жена.

— Вот не надо. Сама видишь как мы к походу на эльфов готовились — отморозился я — К рогоносцам бы собирались ничуть не менее тщательно. Чтобы точно знать где выскочить, на кого выскочить, как его сподручнее прибить и чётко представляя что возьмём трофеями. Ну и с благословения богов конечно. А вот когда всё уже готово, проверено и перепроверено, тогда да, тогда можно было бы начать собирать необходимое для открытие портала. А кровь и так не у меня, а у Бруни. Это он там что-то мутит, заодно и эльфов изучает.

— Сделаю вид, что поверю — подозрительным взглядом посмотрела на меня благоверная — И за стариком посмотрю, а то уже наслышана как он эльфиек изучает вместе с некоторыми.

— Дамы прониклись высокими чувствами к статным северянам? — приподнял я бровь.

— Эти дамы беспринципные сучки, готовые на всё, чтобы улучшить своё положение или хотя бы пайку — фыркнула моя благоверная, которая была прямо скажем не высокого мнения ни о эльфах в целом, ни о наших пленниках и пленницах в частности. Хорошо хоть без трупов обошлось и ушастики вообще до сих пор живы, отделавшись пока что по сути лишь новыми обетами.

Впрочем я на двуногих, взывающих неприязнь супруги, внимание заострять не стал, продолжив уводить разговор в шутливое русло подальше от светлых эльфов и тёмных демонов. Что до предположений Иви, перспектива заглянуть в Инферно или ещё какой-нибудь аналог Ада меня нисколько не привлекала, скорее уж наоборот. Во-первых это само по себе опасно, а во-вторых надо мной всё ещё тяготеет вероятность превратиться в аватару Локи. И пусть своего бога я безмерно уважаю, а демонов наоборот так не люблю, что аж ночами кушать не могу, а днём спать не получается, терять свою суть желанием я тоже не горю, даже если мне в посмертии отсыпять целый мешок подарков. Другой разговор исследования ближнего космоса, а так же самого Свангарда. Вот этого я по прежнему жаждал, дух авантюризма отнюдь не был мной утрачен. Всё так же хотелось посещать новые, удивительные места, увидеть дальние берега, взобраться на самые высокие горные пики, а потом взлететь ещё выше, нырнуть в тёмные глубины океанов и узнать что скрывается там. Да, практически всё это сопряжено с риском для жизни, но тут уж ничего не поделать, да и мою нить и так есть желающие оборвать. Что ж теперь, забиться в свою крепость и не жить вовсе? Это был бы не наш путь, не ассонский. Так что я предпочитал идти вперёд без липкого страха. Ну и на всякий случай вёл дневники для потомков, в которые записывал всё что помнил от конструкции шариковой ручки и танка с его катками и пушкой до учебника геометрии и принципа действия генератора электрического тока вместе с теорией о протонах, нейтронах и электронах. Впереди война, там вообще бывает убивают, все люди смертны, причём внезапно смертны и вот это вот всё. Потому разумно оставить семье интелектуальную собственность в наследство.

Правда сейчас мы с Иви отправились не в мой кабинет обсуждать тайные знания и планы на будущее, а в медовый зал, где уже собирался народ. За зиму я окончательно устал сидеть на вычурном троне в гордом одиночестве, так что теперь и моя беременная жена имела удовольствие примоститься на не менее пафосной мега-табуретке, как хозяйка Грайгейра и прилегающих земель в моё отсутствие. Народ, собравшийся на пир уже заждался нас, так что я сходу поднял рог, заполненный мёдом и провозгласил:

— Рад видеть вас, славные воители и вирдманы севера! Затянувшаяся зима наконец-то заканчивается и мы все уже чувствуем, что наступает время весны. Время похода по лебединой дороге! Время битв, время подвигов, время славы, время звона мечей и пира топоров. Но сегодня у нас иной пир! Ешьте, пейте и веселитесь, ассоны. Я знаю каждого из вас и я верю в доблесть каждого, кто завтра вступит на палубу драккаров, иначе бы вас не было ни в этом хирде, ни в этом зале. Здесь нет сопливых мальчишек, здесь каждый отважный герой! А потому врагам уже стоит начинать бояться. О нашу стену щитов ломалась нежить и мы сжигали её кости. На наши копья пёрли демоны и мы уничтожали нечистых тварей. Чудовища пытались пожрать нашу плоть, но в конце концов мы пировали на их костях. Так поднимем кубки! Пусть стрелы эльфов затупятся о наши брони, а северные топоры пустят кровь южан! Во имя ассов и Ассонхейма!

— За ассов и Ассонхейм! — грянуло под сводами медового зала и бойцы, следуя моему примеру осушили рога и кружки.

Начался традиционный пир перед походом. Все понимали, что войны без потерь не бывает, но страх смерти это не про северян. Вальхалла желанный приют для нас, мы стремимся туда всю жизнь, просто никто не хочет явиться пред очи предков и око Одина с коротким списком деяний, всем охота насовершать побольше и позначимей, чтоб боги и герой прошлого одобрительно похлопали по плечу и сказали «Молодца!». Хотя о последнем приюте воинов сегодня вообще мало кто говорил. Зато много спорили о том, кто первый убьёт эльфа, кто быстрее других окажется на вражеских стенах, кому достанется больше славы и добычи и так далее. В этом все ассоны, война для них не только богоугодное деяние, но и величайший из аттракционов, как для заядлого гонщика ралли. Я же мог только постараться вести их вперёд мудро, чтобы мы вернулись домой не только с победой, но и потеряв как можно меньше своих боевых товарищей. Таков мой долг как ярла, который обязан не только махать топором, но и думать головой.

Глава 7

Я летел на встречу зоре на могучих перепончатых крыльях, наслаждаясь ветром, бьющим в лицо. Подо мной кипели волны, надо мной нависали тучи, вдали вставало солнце, жизнь была прекрасна, а от былой меланхолии, что донимала меня последние месяцы, не осталось и следа. Не знаю, возможно конечно что дело в недостатке солнечного света во время зимы на крайнем севере, но сдаётся мне я просто не создан для власти, управления и выслушивания отчётов подчинённых. Да демоны забери, с ума чуть до весны не сошёл в заботах! И лишь когда драккары донесли нас на своих бортах до вод северного моря я смог вдохнуть полной грудью, оставив весь этот ужас позади. Впереди же был новый вик! Да, придётся рисковать головой. Да, прольётся кровь как соратников, так и врагов. Но боги, наконец-то хозяйственные заботы лягут на кого-то другого. Так вот и начинаешь понимать, почему некоторые ярлы зимой не вылезают из медовых залов и не просыхают. Дело мужчин быть сильными и добывать умом, смекалкой и острым топором деньги со славой. Возможно к концу лета моё мнение изменится и я успею соскучатся по дому, по пока что жизнь виделась мне именно такой. Пусть у Иви голова болит, тем более ей верховодить окружающими как раз нравится.

Впереди же наконец замаячила Скала Изгоя, как уже назвали небольшой скалистый островок некоторые острословы. О том что следующей весной здесь соберётся солидная куча народа не знал в прошлом году пожалуй только ленивый. А я не считал разведку остроухих лентяями или тем паче бездарями. Нет, у длинноживущих конечно бывают заскоки, они как выяснилось те ещё любители отложить дела на завтра, но не настолько же! Потому следовало ждать если уж не какой-нибудь пакости вроде «морских мин» из лиан, отмеченных в одном из каналов Френалиона или дюже ядовитого мха, что нас тут всех потравит как суровый советский дихлофос насекомых, то хотя бы попытки подслушать разговоры. По крайней мере я бы такой шанс упускать не стал. Тем более лесные ушастики, как показала практика, в начале сезона штормов вполне способны доплыть и до Фростхейма, а потом ориентируясь на кровь родственников пройти многие километры вглубь ледяных пустошей, так что уж сюда им метнуться сами боги велели. Или демоны. Вообще чем дальше, тем больше я сомневался в божественной природе эльфийских небожителей. Может быть конечно во мне гуляют отголоски мыслей одного йотуноасгардца, который их похоже не любит, но уж слишком они козлы, чтоб богами зваться. Как пожалуй и любая потусторонняя сущность, что насылает на свою строптивую паству кого-то вроде демонов.

Долетев до острова я приблизился к вершине скалы, а затем перекинувшись в привычный вид приземлился на ноги, ударив о камень пяткой вирдманского копья. Меня нельзя назвать новичком в метоморфизме, я даже перешёл на улучшение своего «основного тела», однако превращения с вещами и одеждой очень долго мне не давались, да и пожалуй я сам не слишком стремился развить такой навык. Он скорее проходил по категории «вообще надо бы, но сейчас есть дела поважнее». Причём оных дел поважнее почему-то всегда было выше крыши. Но этой зимой я всё таки решил, что дальше так жить нельзя… и столкнулся с ожидаемо неожиданными трудностями. Альвгейр конечно молодец, голова и вообще выдающийся вирдман, но не всем можно овладеть быстро и с наскока. Особенно если от решительного штурма крепости знаний постоянно приходится отвлекаться на что-то вроде зачарования тех же «сверх-драккаров». Так что не взяв эту вершину сходу, я как обычно применил технический подход, а точнее воспользовался зачарованием. Тем более с последней татуировки на моей шкуре прошло уже достаточно времени, можно было добавлять новую. Конечно пришлось попотеть, посидеть в расчётах и дать себе обещание научится всему без костылей, но успеха я добился, увязав узоры на теле с их отражениями на оружии, броне и одежде. Кстати обещание было не шуточным, а то однажды можно дойти до уровня магов из книг про мальчика, который всё никак не сдохнет, что ничего толком не могли без своих палочек. Не инструменты делают вирдмана тем, кто он есть, а его собственные навыки! И мозги, куда без них.

С этой жизнеутверждающей мыслью я начал спуск с горы, делая прыжки по несколько метров вниз. Прана и не такие фокусы позволяет выделывать, особенно в связке с изменившимися по образу и подобию снежного ирбиса мышцами, а за спиной у меня в качестве страховки был БЛ-2, он же блин летающий, версия вторая. По хорошему ему бы тоже стоило уделить больше внимания, но однако изменения по итогам эксплуатации были внесены не слишком большие. Количество накопителей и их ёмкость увеличились, скорость стала выше, управление несколько удобнее, не стремясь нанести мне травмы при чуть большем магическом усилии, чем нужно, воздействовать на диск теперь можно было хоть рукой, хоть задницей сидя на нём в позе лотоса, а главное он был увязан с моим драконьим доспехом и сабатонами. То есть на спину и к подошвам крепился магией, как на магнит. Из хулиганских побуждений я даже как-то раз перекинулся в гуманоидный вид из виверны прямо в воздухе и продолжил полёт над морем на диске. Было круто и даже немного стрёмно, но от забот меня всё равно отвлекло не надолго.

Сейчас же я спустился где-то на половину пути, обпрыгивая гору по кругу, когда заметил кое-что неладное, а именно перо. Нет, в нём самом ничего удивительного конечно не было, в конце концов где пчёлы, там и мёд, где море, там и чайки. Только вот это конкретное перо было совиным, уж на сов-то я пока в родном фьорде жил насмотрелся, отличить их перья, особенно маховые, мог. А вот какого демона сове лететь из леса на голую скалу посреди моря представить не мог. До лесистых же берегов Ассонхейма были ещё многие километры, вероятность, что ветер принёс такой подарок казалась весьма низкой. Это было подозрительно. Потому бдительность пришлось утроить, но не подавать виду, высматривая нетипичную для этих мест птицу. Может это, не зря я про книжки из прошлой жизни вспомнил? Там ведь тоже ухающие пернатые были.

Удача мне долго не улыбалась, но искал не то аномалию, не то соглядатая, не то убийцу я не только глазами, но и с помощью Кобры, которая уже собаку съела на обнаружении всех любителей маскироваться. И змея наконец выдала:

— Расселина слева от тебя.

— Спасибо, родная — мысленно отозвался я, а через три прыжка легонько крикнул — Хуз.

Воздушный таран, созданный духовной энергией был мной использован даже не в пол силы, но за хрупкие птичьи кости я переживал похоже зря. Сова оказалась не фамилиаром, а вполне себе метоморфом. Она укрылась за щитом, использовав волевую магию, а затем пулей вылетела из укрытия, сбегая с острова. Причём это даже было не совсем метафорой, всё таки настоящие совы так стремительно не летают.

— Скитья! — только и осталось ругнуться мне, прыгнув со скалы и обернувшись в виверну. Ну да, упустил, долбоклюй, теперь догоняй.

Виверны вообще летают куда как быстрее сов, но тут у нас соревновались не только крылья, но и магия. У меня было искушение и вовсе пересесть на БЛ-2, но пока что приходилось ему противостоять. Пернатая тварина была шустрой и умела удивлять, кто поручится, что она от меня не уйдёт и не растрезвонит о моих возможностях кому не надо. Так что козыри я предпочитал беречь и довольствоваться тем, что птичку я всё таки догоняю, пусть и медленно.

Понимала это и сова, несясь над волнами, но сдаваться явно не собиралась. Наш полёт казалось превратился в гонку на выносливость, где не ясно кто первый не сможет поддерживать максимальный темп. Но через двадцать минут я вышел на дистанцию плевка холодным зарядом и едва не подморозил беглянку. Однако она резко клюнула вниз, а потом нырнула в воду, на лету превращаясь в дельфина.

Опять мысленно матюгнувшись я последовал за ней, обращаясь в морского змея. Перевёртыш похоже успел расслабиться и перекреститься, точнее осенить себя знаком леса, но я его изрядно огорошил, появившись рядом. Однако и тут эта скотина меня удивила, умудрившись каким-то чудом дёрнуться и оставить в моих зубах лишь свой плавник и немного мяса с бока. А потом понестись от меня вдаль похлеще торпеды. Я же так же резво начал толкать себя хвостовым плавником и магией, под подсказки Кобры, для которой мутная вода не была помехой. В сердцах я даже транслировал телепатией:

— Стой, с@ка, хуже будет!

— Ага, древесный червь — к моему удивлению пришёл ответ от дамы эльфийского роду-племени — Будто если сдамся, ты меня расцелуешь.

— Я женат, так что могу только кандалы и трёхразовое питание предложить — транслировал я в ответ — Но если не сдашься, придётся от тебя пару кусков отрезать.

— Грязный дикарь — пришло мне в отместку.

— Ну если настаиваешь, могу хен’тим’хемени тебе устроить, у меня как раз семена завалялись — отозвался я, назвав один из эльфийских видов казни. Ушастики вообще любили кормить бедолаг различными плодами, орехами и семенами с интересными эффектами. В названном иной случае в организме несчастных начинали расти корни, осушающие желудок от сока, пробивающие его стенки, оплетающие внутренние органы и за недельку иссушающие жертву, которая всё это время пребывает в сознании — Всё будет очень культурно, прям как в лучших домах Подзвёздного леса.

-₽@#÷?€£○! — донеслась до меня непереводимая игра слов на эльфийском.

Болтать дальше я не стал, просто продолжив преследование. Ушастая дельфиниха к моему сожалению не уступала мне в скорости, а потому приходилось надеяться лишь на выносливость. Но вот беда, она не кончалась ни у неё, ни у меня, до самого берега. Берега, как-же-я-люблю-свою-родину-вроде-бы, Ассонхейма, на которую дельфиниха выскочила, обернувшись пантерой на мелковолье и побежала, сверкая подушечками лап за неимением пяток. Я же вновь матюгнулся, поминая Великого Конунга, изгнание, Гарди Грегарсона, чтоб ему в Хелльхейме икнулось и продолжил путь на своих двоих. Если узнают, то пусть дальше продляют наказание, но добычу от меня не сбежит. Пусть у меня только две ноги вместе четырёх лап, за мной прана. Не эльфийской друидке с ней тягаться. От меня не скрыться и от меня не спрятаться, пытаясь менять свой цвет, как хамелеон.

Первый километр погони по твёрдой земле она правда думала иначе, но затем я всё таки нагнал её достаточно, чтобы от всей души долбануть пушистую задницу молнией. Силы в этот раз экономить причин не было, а волевой магический щит не смог продержаться долго. Зверь покатился по земле, сотрясаясь в судорогах. И тут же получил вторую молнию. А потом третью. Вырубилась друидка только на четвёртой, но для верности я добавил ещё и пятую. Если противник выдерживает подобные штуки в сознании на одной только силе своего изменённого магией организма, то лучше подстраховаться и помнить, что кашу маслом не испортишь.

— Что б тебя — проворчал я, дойдя до этой заразы, наконец убедившись в победе и сев на ближайший камень.

Эльфийка тем временем потекла очертаниями, но не исчезла, а превратилась из пантеры собственно в ушастую даму. Одета друидка была не по погоде, костюмчик конечно превосходил по количеству ткани бикини, но не сказать чтобы намного, короткая юбка вообще мало что прикрывала, за поясом наличествовал деревянный резной жезл, на ногах были высокие сапоги, больше бы подошедшие какому-нибудь кавалеристу. По нашим погодам прохладно конечно, но для южной весны наверно нормально. Хотя холод должен мало волновать того, кто не вырубается с одной молнии, да и шмотьё явно зачарованное. Надо бы в нём на досуге покопаться, а пленнице и дерюга какая сходиться.

— Что, понравилась? — ехидно прошипела га ухо змея — Задница кстати и правда ничего.

— Сказала та, у кого вообще нет ягодиц — фыркнул я, помня что нурэ-онна ниже пояса безногая рептилия. А эльфийка и правда лежала довольно живописно, демонстрируя филейную часть фигуры.

— Что с ней делать будешь? — поинтересовалась Кобра.

— В плен брать — проворчал я — Лезь к ней в голову и позаботься, чтобы она не проснулась раньше, чем на ней окажутся антимагические кандалы. Ну или хотя бы предупреди меня, чтоб по башке добавил.

— Ооо, её ждут увлекательные события — донеслось до меня смешливое шипение. Нурэ-онна по прежнему оставалась злым духом и любила издеваться над чужими разумами. Обидно только, что насылать видения она могла, а вот выкачивать воспоминания уже не особо.

Я же взвалил пленницу на плечо и лёгким бегом отправился из под сени деревьев обратно на берег, заткнув чужой магический жезл за свой пояс. Он конечно наверняка был зачарован в том числе и от чужих шаловливых ручонок, но на мне не только броня, но и перчатки из драконьей шкуры, такое прямым-то заклинанием не все проймут, что уж о «антиугонках» говорить. Хотя осторожность терять тоже не стоит. К тому же у меня тут не боевой маг, иначе чёрта с два она бы бегала, а друид со специализацией в скрытность. Совой она притворялась частью камня, причём не без успеха. Над водой скрыться было особо негде и в ход пошла чистая скорость с выносливостью. Но в морской пучине меня направляла уже Кобра, иначе бы беглянка ушла. На берегу шерсть пантеры тоже быстро сменила цвет сначала на каменно-серый, а затем пыталась слиться с подлеском. С сколько-нибудь значительного расстояния неподвижную кошку было бы разглядеть не проще, чем птицу, притаившуюся в тени скальной расселины.

— Она просыпается! — уже на берегу крикнула мне в ухо змея.

Услышав это, я был вынужден сбросить с себя добычу, чтобы вновь погрузить её в обморок, но ещё в полёте девка очухалась, изогнулась и приземлившись на четыре конечности кинулась на меня с криком:

— Похотливое животное!

Пальцы на руках эльфийки трансформировались в когти, а сама она несколько изменила пропорции тела и лица, начав напоминать приснопамятных кошколюдов, даже хвост пониже спины из под юбки показался. Одна её рука вцепилась в мою рогатину, а другая попыталась вбить когти в щель забрала, заполненную прозрачным льдом. Я рефлекторно поставил блок, а потом вдарил по голове оказавшийся слишком близко обидчицы шлемом, после чего отбросил её от себя со словами:

— Про животное чья б кошка мяукала.

— Грязная тварь — снова кинулась на меня шпионка.

В этот раз пространства было побольше, а потому когтистую мельницу встретил удар пятки копья по ноге. Раздался отчётливый хруст, зачарование, которое Тормод в своё время считал неспортивным, по прежнему было на моём оружии. Эльфийка упала, но попыталась атаковать меня в таком виде, рванув вперёд уже на трёх конечностях. Я на это просто крикнул:

— Хуз!

Воздушный таран снёс друидки, приложив о прибрежные камни, но она упрямо попыталась встать и пойти на меня, сипя из-за сбитой дыхалки:

— Не дамся, животное.

Больше мендальничать я не стал и наконец вырубил ушастую новой молнией. Однако во мне зародилось кое-какое подозрение, а душу начали терзать смутные сомнения, так что я ласково поинтересовался у Кобры:

— Солнышко моё подколодное, а что ты там в её мозгах успела накрутить?

— Да ничего с её разумом не стало, даже первое видение не досмотрела — отозвалась змея.

— О, вот так. И что же это было за видение? — задал я новый вопрос.

— Что вы с ней лесную поляну мнёте. Ей, к моей неожиданности кстати, всё быстро стало нравится — не смог соврать мне закабаленный на службу дух — Так что пришлось несколько поиграть с воображением. Ублажать её уговора не было.

— Опусти эти нравится с не нравится. Что ты сделала? — добавил я стали в голос.

— В животных вы своих в процессе превратились, в кошку с виверной — призналась змеебаба.

— Ты совсем охуе@а что ли? — несколько обескуражено ответил я — Ладно, не отвечай. Долбанные сяньки. Так. Девке транслируй что-нибудь благостное и спокойное, пусть отдыхает и не хочет, млять, просыпаться. А не в ужасе выпадает из сна от того, что её изнутри что-то рвёт. Это ясно, извращенка долбанная?

— Да ладно, ничего там такого не было. Она бы ещё во вкус вошла, кошка весенняя — начала шипеть змея, но тут же получила заряд боли по нашей связи.

— Не беси меня, дура — проворчал я — Задача понятна?

— Да — коротко отозвалась нурэ-онна, в который уже раз поставленная на место. Да только надолго ли? Порой мне кажется, что периоды её здравомыслия всё короче.

— Вот и отлично — в конце разговора буркнул я, подходя к эльфийке.

Бросать её жезл было жалко, хотелось на досуге порыться в работе лесных друидов, но брать его в когтистую лапу казалось несколько опасным. Так что пришлось лишний раз убедиться, что пленница в глубоком обмороке, опять нарычать на змею для профилактики, а затем сунуть трофей за пояс ушастой, обернуться ледяной виверной и взлететь с грузом в одной из лап. Млять, злой дух есть злой дух, если за ним пристально не следить, обязательно чего-нибудь недоброе учудит. И уж йотун с ней, с пленницей, как-нибудь очухается от одного короткого виденья, а мне теперь в крылатого ящера даже как-то стрёмно перевоплощаться. Мало батя Густава с присными сяньцев бил, их надо было вломить им сильнее.

Долетев наконец с добычей до кораблей, я первым заходом сбросил эльфийку на доски палубы, а вторым приземлился сам в человеческом виде, под смешок Асмунда:

— Там где взял ещё есть?

— Сейчас полечу проверять — проворчал я — Эту пока в кандалы и в трюм. Только от звезднорождённого подальше и следите как следует. Она перевёртыш-друид и похоже заживает на ней всё как на собаке.

— Измордовать что ли успел? — поинтересовался форинг.

— Не особо, но покуда она была дельфином откусил плавник и часть бока. Как видишь рука сейчас целиком на месте, следов ран нет — кивнул я на пленницу, мысленно прикидывая как бы добыть из длинноухой головы секреты в обход обетов их не выдавать. Магические методики за пол часика под зельем Бруни не расскажешь, тут больше времени надо. А в идеале ещё и искреннее желание чему-то научить.

— Ясно — коротко ответил рыжий — Когда тебя обратно ждать?

— Когда закончу — невесело отозвался я. Всё таки погоня отъела значительную часть светового дня, а Скалу Изгоя нужно обследовать целиком и внимательно осмотреть прибрежные воды. Не хватало нам повреждённых перед походом кораблей.

Интерлюдия 2

Альдемиан Тёмный Звездопад размеренной и неторопливой походкой шёл по своему саду, любуясь им. Пусть всякие идиоты имеют глупость восхищаться каменными постройками и огромными деревьями, но звёзднорождённый аристократ точно знал в чём заключается истинная красота. Да, камень бывает неплох, его даже можно отполировать так, что он станет подобен зеркалу, но всё же в нём нет жизни. А потому в истинном ансамбле эстетики его роль в лучшем случае заключается в том, чтобы быть неплохим обрамлением для клумбы. Правда и тут за ним надо следить, а то корни некоторых растений могут начать раздвигать в сторону даже массивные гранитные плиты. Всё таки отсутствие возможности адаптироваться к внешним воздействиям это весомый минус для любого материала.

Деревья были получше, Альдемиан, будучи эльфом, не мог не признавать, что в них что в них есть своя красота. Но они были грубы сами по себе, первобытны, а потому примитивны. Конечно некоторые пытались исправить эти недостатки, у дома Зелёной Листвы в их столице даже кое-что вышло. Но это кое-что было в лучшем случае приемлемым. Чтобы написать воистину прекрасную картину нужны соответствующие холст и кисти, пальцами же на стене пещеры удастся получить лишь грубую мазню. Так что неплохой результат в исполнении его соседей можно было считать чем-то сродни подвигу. Он бы даже был достоин восхищения, не имей их упорство лучшего применения. Но оно имело.

Цветы и кустарники вот воистину изящный инструмент, а так же прекрасный материал, подумал звёзднорождённый, проведя пальцами по веткам розы, которые убирали шипы при приближении руки хозяина. Быстрый рост, быстрая реакция на раздражители, стремительная адаптация к любым условиям. Разумный размер, разумная глубина корней, разумная маскировка. Или наоборот нужная заметность. По одной лишь мысли друида бутоны ярких цветов распустились под его взглядом порадовав своим ароматом. Правда не все разделяли его чувства.

В шипастом кустарнике висело лишённое одежды тело эльфийки, которая жалобно смотрела на своего хозяина не в силах ни пошевелиться, ни что-нибудь сказать, в уголках её покрасневших глаз набухли слёзы. Что ж, к тому чтобы оказаться здесь её привело собственное поведение. И пожалуй его собственная излишняя мягкость, вынужден был признать звезднорождённый. Почему-то некоторые эльфы воспринимают доброту как слабость. Вот и его любовница решила, что своему господину можно ставить какие-то глупые условия и выдвигать взбалмошные требования на основании того, что она греет ему постель уже два столетия и родила от него ребёнка. Глупость и наивность слуги оказались наказаны, теперь её тело в более чем дюжине мест пробили ветки розы и терзают узницу то увеличивающимися, то уменьшающимися шипами, не давая ни заснуть, ни потерять сознание.

Альдемиан вздохнул и направился дальше по саду. Всё таки он слишком добр. Видят боги, он мог бы скормить своей глупой слуге бесчисленное множество семян, что причинили бы ей чудовищную боль перед ужасной смертью. А вместо этого высокородный аристократ решил лишь наказать Калантиару, но при этом сохранить ей жизнь. Она побудет энергетическим удобрением для одного из его любимых растений в ближайший год, отдавая свои эмоции и ману, а потом отправится в стоила к верховым животным с лопатой наперевес, навсегда лишившись своего привилегированного статуса. Хотелось бы верить, что хотя бы живой пример, упавшей с небес на самое дно дуры, будет достойно влиять на новую любовницу сколько-нибудь долго.

Всё таки надо признать, что в политике он разбирался лучше, чем в отношениях с женщинами. Впрочем у них с отцом и дедом это пожалуй семейное. Его достопочтенная бабка до самой смерти стремилась испортить душевное равновесие мужа. Его мать и вовсе попыталась захватить власть, не побрезговав сначала отравой, а затем кинжалом. Наверно потому он сам предпочитал лишь любовниц и уже имел дюжину признанных от них детей, каждый из которых в теории может унаследовать место главы дома Золотых Крон. А вот официального брака с какой-либо из звёзднорождённых избегал.

Зато его дед умудрился провернуть удачную комбинацию, взяв под крыло нарождающеюся академию человеческих магов и город, что начал расти вокруг неё. С его слов иные главы домов смотрели на него, как на наивного дурака, предпочитая заниматься совсем другими делами народившейся Багряной империи, контролируя знать людей. Возня же со смертными чародеями, которым суждено самой судьбой умереть раньше, чем они на самом деле познают тайны волшебства, казалась сущей нелепицей. И где теперь их государство, раскинувшееся почти на весь континент? Пропало как будто его и не было.

А вот Френалион и его академия стоят, как стояли, принося огромный доход и время от времени радуя интересными находками. Короткоживущие куда больше эльфов склонны к путешествиям, авантюрам и просто риску, а потому они вполне естественным образом время от времени натыкаются на реликты прошедшей, более цивилизованной эпохи даже если не подбрасывать им информацию. А если уж «оказать им доверие» и «поделиться одной из эльфийских тайн», то подавно что-то найдёт если не первая, так десятая группа авантюристов. Люди живучи, даже в самых опасных местах кто-то из них со временем добивается успеха. Ну или все ловушки просто собирают предыдущие неудачники. К тому же, к удивлению всего их дома, находки людей бывают не только материальными. Их чародеи в своей извечной спешке и почти нездоровой жажде знаний с могуществом, порой натыкаются на что-то и в самой магии. Да, в друидизме ничего действительно полезного у них не вышло, но вот со стихийным волшебством ситуация уже другая. Пусть новые заклинания как правила весьма сырые и отличаются только ударной мощью, но на то эльфы и цивилизованный народ высокой культуры, что превратить поделки дикарей во что-то изящное.

Как раз когда Тёмный Звездопад обдумывал эту мысль, его взгляд наткнулся на небольшую клумбу с ярко синими цветами, имеющими не менее ярко жёлтую сердцевину. Как не странно свою родословную они начинали именно в людских землях, там одна почтенная дама занималась селекцией и вывела забавный гибрид. Пользы от него не было никакой, но внешний вид порадовал глаз истинного мастера, потому он забрал себе несколько клубней. И вот прошло всего три столетия, цвета декоративного цветка стали ещё ярче, а сам он превратился не только в полезный ингредиент, но и стал одной из линий оборон его дома. Глаз Аглаи не атаковал врага ни выстреливающими ядовитыми шипами, ни цепкими лозами, что могут спеленать лучше любой паутины. Строго говоря он вообще не применял против врага магию, благодаря ей растение лишь выбирало время атаки. А затем выделяло в воздух газ, что легко смешивался с его изначальным ароматом, воздействуя на разум жертвы, рассеивая её внимание, подавляя критичность мышления, порождая галлюцинации и обостряя какой-либо из основных инстинктов. Звёзднорождённый в своё время с гордостью смотрел, как подопытные то старались убежать, не разбирая дороги, подталкиваемые чувством самосохранения, то стремились поедать окружающую их флору, в том числе ядовитую, пытаясь утолить неестественный голод, то отдавались похотливым грёзам, набрасываясь на окружающие деревья, в которых видели половых партнёров.

Воистину вот три поводыря, которые правят всеми разумными существами и тут эльфы недалеко ушли от людей. Хотя справедливости ради в этом нет ничего удивительного. Никто не хочет умирать, все хотят больше ресурсов и оставить после себя потомство. Хотел этого и Альдемиан, сейчас как раз проворачивая интереснейшую интригу, которая должна была поставить его в летописях дома Золотых Крон на ровне с дедом. Он дал им контроль над Френалионом, который до сих пор не смогли серьёзно поколебать ни строптивые одарённые людей, ни эта их церковь Света. Тёмный Звездопад планировал наконец-то заполучить прямой выход к морю, перестав довольствоваться путём через Грану или транзитом через земли своих соседей. Правда на оном выходе пока что как раз находились другие благородные дома, но это было сугубо временным явлением.

Эльфы, при всех их положительных качествах, были не слишком торопливыми существами, обычно не очень быстро реагирующими на изменения. Но не Альдемиан. Там где прочие были непоколебимыми камнями или монументальными деревьями, он сам являлся гибким кустарником, чьи ветви быстро колышутся на в такт движению воздуха. И ветер перемен нашептал ему, что вскоре Ассонхейм станет сильнее, чем Дом Звёздной Тени желает его видеть. Однако если обычно подобные процессы заканчивались войной выскочек с кем-то из соседей или и вовсе внутренним конфликтом, то в этот раз что-то пошло не так. И в этом глава дома Золотых Крон увидел окно возможностей. К его вящей радости во Френалион попытались залезть представители дома Колющего Плюща, но получили по рукам от дикаря, который убедительно доказал превосходство индивида даже с толикой эльфийской крови над окружающими его бездарностями. Неудача на его поле, в которое нагло влез сосед, отделяющий Альдемиана от прибрежных домов, позволила сделать этих простофиль практически своими вассалами, пусть пока без формального закрепления их статуса. И наконец хоть немного навести у них порядок, заставив работать, а при нужде кровью искупать свою безалаберность. Правда для сложных дел они увы не годились.

Попытка поручить им устранение всё того же дикаря-полукровки, что убил чистокровного эльфа в городе дома Золотых Крон, нарушив одно из немногих табу, которое поддерживали все звёзднорождённые без исключение, закончилась полнейшим провалом. Они вместе с вроде бы заранее прикормленными воинами северных кланов потерпели полнейшее фиаско. Но мудрый лидер тем и отличается от бездарей, что может использовать даже казалось бы самые бесполезные ресурсы. В данном случае всего-то и надо было, что искренне заверить ситуативных короткоживущих союзников в своей поддержке, а потом помочь им попасть в лапы главного вождя северян. После этого наивные древесные черви выболтали нужные секреты и ускорили набег на побережье Подзвёздного Леса, не дав его коллегам достаточно времени на достойную реакцию.

Правда выживание мага-полуэльфа было несколько обидным делом… Но сей юноша добыл плоть дракона, а так же кажется был весьма недурен в открывании пусть откровенно сырых, но всё же новых магических методик. И ко всему прочему он угнездился в землях бывшей Снежной империи, наверняка уже успев что-то накопать в её руинах. А потому на северный континент были направлены эльфы, чьей официальной целью было уничтожить полукровку. Фактически же Альдемиан куда больше верил в их пленение, но не видел в этом проблемы.

Он сумел составить довольно неплохое представление о личности своего интересанта и не сомневался, что тот не пустит пленников под нож. Наоборот, всё говорило о том, что дикарь испытывает антипатию к чистокровным эльфам ровно на половину, на вторую же половину восхищается народом своих предков по матери, что кстати довольно положительно характеризовало юнца. Но как бы там ни было, а Тёмный Звездопад считал, что тот не убьёт пленников, а попытается подчинить их. И если так, то они останутся жить на самом северном из континентов, в их головах со временем раскроются нужные закладки, не известные даже им самим и они добудут для дома Колючего Плюща информацию, а затем она попадёт к дому Золотых Крон. А дальше уже можно будет думать убивать всё таки этого юношу или использовать, как добытчика артефактов и знаний времён Снежной Империи.

Впрочем это конечно была лишь мелкая побочная линия основной интриги, так же как и осторожное противодействие раскачиванию ситуации внутри Ассонхейма. Главным же был сам поход северян и будущие действия во время войны. Обдумывая их, Тёмный Звездопад занял место в изящной беседке, где одна из симпатичных молодых служанок налила ему сок тиены в высокий хрустальный фужер гномьей работы. Окинув девушку оценивающим взглядом, глава дома признал, что она хороша и в принципе можно бы пригласить её в свою спальню. Не обязательно на роль постоянной любовницы, но впрочем чем чёрт не шутит. Прошлая его пассия начинала примерно так же, однако подкупила уже зрелого эльфа своим воистину огненным темпераментом в постели. Жаль что вместе с ним ей от матери-природы всё таки не перепало мозгов.

От мыслей могучего друида отвлекло безмолвное сообщение магии разума и тот так же без единого слова дал добро на приём посетителя. Все знали, что он не любит, когда кто-то вмешивается в его дневную прогулку, а потому раз слуги рискнули побеспокоить господина, то стряслось действительно что-то важное.

Вскоре на дорожке из серого камня, удачно сочетающегося с яркими весенними цветами вокруг, показался гость, подошедший к столу и коротко поклонившийся со словами:

— Приветствую вас, глава Альдемиан.

— И я вас, глава Ксантаниаль — кивнул как старший младшему Тёмный Звездопад предводителю дома Колющего Плюща — Присаживайтесь и поведайте, что за дело привело вас сюда, да ещё и настолько скоро, что вы воспользовались зелёной тропой.

— Дело и правда не терпит отлагательств — проговорил высокий эльф с тонкими чертами лица и фиолетовыми волосами, занимая стул и так же беря в руки фужер. Было заметно, что быстрое перемещение по краю плана природы отняли у него изрядно сил — Боюсь моя дочь попала в руки дикарей и я не имею достаточно искусных специалистов, чтобы её вызволить без риска для жизни одной из моих наследниц.

— Ваша дочь… Надо думать речь о Ваньялиане? — приподнял бровь хозяин сада, сделав новый глоток сока и разглядывая гостя. Яркая причёска в противовес его чёрным волосам, не менее яркая одежда с богатой золотой вышивкой, что так не похожа на однотонный зелёный эльвандиар Альдемиана, нервное возбуждение, столь отличающееся от его спокойствия. Воистину они были непохожи как лёд и пламя — И вы видимо желаете, чтобы я отправил своих лучших подчинённых, чтобы спасти её.

— Именно так. На подобных поступках держатся любые союзы — кивнул его собеседник.

— Ту самую Ваньялиану, чьим заданием было тихо посидеть в неприметной каменной щели в образе какой-нибудь мелкой зверушки с хорошим слухом, чтобы уточнить последние планы северных дикарей? — сделал ещё одно уточнение Альдемиан.

— У вас отличная память — с сарказмом ответил гость беседки.

— Да — кивнул черноволосый эльф — А потому я отлично помню уроки своего отца. Никогда не стоит рисковать достойными слугами ради бездарей, последних всегда много, а первые, увы, встречаются слишком редко.

— Она не бездарность, она моя дочь! — повысил голос на собеседника Ксантаниаль при его слуге, застывшей в углу беседки с кувшином в руках — И одни боги ведают, что эти демоновы дикари с ней сейчас делают.

— Да, ваше с ней родственная связь более чем очевидна — со вздохом проговорил Альдемиан, раздосадованный бестактностью гостя, будто пропустив последнюю сентенцию мимо своих заострённых ушей — Как говорят наши короткоживущие соседи «два сапога — пара».

— Вы забываетесь! — вскочил эльф из-за стала с яростью уставившись на хозяина сада, но белее ничего сказать не успел.

Гибкие лианы, что оплетали беседку, метнулись к нему со скоростью молнии, оплетая, обездвиживая, а так же проникая через рот и нос в лёгкие с желудком и лишая возможности ворожить, не убив себя самого. Глава дома Золотых Крон же заметил:

— Это вы забылись и позабыли условия нашего сотрудничества. Ну что же, мне не тяжело их вам напомнить. Прогуляемся.

Встав со стула с фужером в изящных пальцах эльф лёгким движением руки поманил за собой служанку с соком, а его гость без всяких понуканий начал следовать за хозяином сада благодаря лианам, несущим своеобразный кокон над землёй к всё тому же кусту роз. Дойдя до него, эльф коротким усилием воли перенёс гостя внутрь колючих ветвей и расположил так, что он оказался в аккурат напротив излишне наглой любовницы, а носы эльфа и эльфийки, невольно смотрящих друг другу в глаза, едва не касались друг друга. Осмотрев получившуюся композицию из прекрасного растения, начавшего протыкать новую плоть своими ветками, обнажённой слуги и связанного звёзднорождённого, Альдемиан проговорил:

— Мне искренне жаль, что приходится напоминать вам ваше место в нашем союзе, но вы к сожалению из породы тех эльфов, что не понимают доброго отношения. Однако я умею иметь дело и с такими. Повисите пока что здесь, подумайте о своём поведении, а к утру будьте любезны принести мне полный оммаж с соответствующими клятвами верности. Тогда я так уж и быть, проявлю участие в судьбе ваших детей. И возможно благодаря моим усилиям им будет хватать ума не являться в место сосредоточения сил главы другого дома без надёжной охраны, должной подготовки и элементарной вежливости.

Сказав это, Тёмный Звездопад повернулся и опять начал неспешный путь в сторону беседки, однако через несколько шагов спросил:

— Как тебя зовут?

— Алериаса, владыка — отозвалась девушка, изящно поклонившись на ходу и не выпуская из рук кувшин.

— Останься до захода солнца здесь и составь компанию моему агонизирующему гостю. А после захода солнца навести меня в моей спальне — произнёс глава дома Золотых Крон. Сегодня ему хотелось не огненной страсти, а робкой покорности от своей партнёрши. К тому же как знать, возможно в этот раз повезёт и новая наложница усвоив урок на чужих ошибках, не свершит своей?

Глава 8

Море рядом со Скалой Изгоя слегка штормило, но тем не менее ассонские драккары двигались к нам, преодолевая непогоду благодаря мощи гребцов и хорошо знакомому мне искусству магии. Я же стоял на берегу прикидывая, всё ли сделал правильно, не упустил ли чего важного. И речь не о пленнице, её-то понятное дело просто накачали зельями по самые брови и тщательно допросили. Любительница коротких юбок и мятых полян на поверку оказалась звёзднорождённой, что не могло не радовать. Всё таки аристократы эльфов знали побольше прочих ушастиков. Даже молодые и как бы это помягче сказать… не очень умные. Хотя я вообще начинаю подозревать, что в доме Колющего Плюща нельзя быть умнее табуретки и мозговитее главы. Сам же старший из «оплющенных» по мне как раз соответствовал своим интеллектом мебели.

Нет, ну правда, какой эльф вообще в здравом уме отправит одну из наследниц дома на обыкновенную разведку? Других что ли кандидатур нет или диточке жить не быть нужно было зарубежную командировку в страны загнивающего варварства оформить? Ситуация-то реально глупая. Особенно если учесть, что девчонка пусть и талантлива, но молода, неопытна и ни разу прежде за пределами этого их подзвёздного леса не была. Можно было бы подозревать, что кто-то иной из наследников и их партий девке поездку организовал, но она сама об этом ничего поведать не смогла, потому как просто напросто не знала. И это заставляло мою молодистую длань тянуться к ярльскому челу в межмировом жесте испанского стыда. Уж на что я в политике валенок валенком, но всегда старался быть через учителя и Бруни хоть немного в курсе дел и основных игроков, чтоб на ровном месте впросак не попасть, да и сам извилинами шевелю. А то в прошлом году прирезал бы тут каменного дракона, который больше работал языком, чем думал башкой. Моя же «гостья» кажется всю сознательную жизнь носилась по лесам с друидами и друидками, а внутренними течениями отчего дома ни разу не поинтересовалась. Прям хиппи и дитя природы с какой стороны не глянь. Только зубастая и убить может. Ну да пусть её.

Другой разговор, что изловив горе-шпионку, я проверил остальной остров с прибрежными водами, а потом ещё и перепроверил всё на всякий пожарный. После чего начал разворачивать системы обнаружения и обороны. «Плющенная» эльфийка казалась мне скорее отвлекающим фактором, который должен что-то скрыть. Приходилось мне слышать, что некоторые сапёры любили закопать под фугасом ещё один фугас, только куда как лучше замаскированный от обнаружения. Верхний их коллеги вскрывали и обезвреживали, а нижний ждал своего часа, чтоб подорваться когда надо. И мне этот подрыв не сдался даже с доплатой. Потому Скала Изгоя стала быстро и решительно превращаться в настоящую крепость. Прибрежные воды оказались покрыты мной сетью наблюдения и ловушек. Сама скала претерпела значительные изменения, благо работать с помощью духа земли с камнем по методикам снежных эльфов я научился очень недурно. Да и собственно не я один, грамотных вирдманов со мной хватает. В итоге получился компактный аналог Гибралтара с кучей внутренних пустот, где можно комфортно укрыться и бойниц в скале из которых можно стрелять по супостатам. Жаль только сделать нашу временную базу побольше было нельзя, имелись все шансы повторить неудачный опыт гномов, которые островок перед Ват-Бардом утопили. Но и так вышло неплохо, а с удобством здесь теперь могло разместиться куда больше ассонов, чем прошлым летом.

Сейчас же я с гордо поднятой головой встречал корабли с клановыми метками медведей, которые наконец уткнулись форштевнями в берег. Через мгновение на твёрдую землю спрыгнули дорогие мне люди и я сделал шаг вперёд, обняв Тормода со словами:

— Здравствуй, брат. Чего с лицом?

— Один засранец оказался не только любителем молоть языком, но и был на диво ловок с мечом — усмехнулся мой родич, который за зиму обзавёлся новым шрамом — Но я с топором ещё ловчее.

— Кто б сомневался — рассмеялся я, поворачиваясь к очередному гостю и кланяясь, как младший старшему — Рад видеть тебя, наставник.

— Ты уже не мой ученик, бросай это дело — добродушно усмехнулся Гринольв.

Правда тут вообще в плане формальных взаимоотношений всё было непросто. Не смотря на окончание обучения учителя оставались авторитетами для подопечных и даже их учеников, ставших полноценными вирдманами. Собственно благодаря таким порядкам ко мне в дружину подтянулись Хакон с Эйнаром. Но я стал ярлом и Зелёный Волк сходил в вик под сенью моих парусов, как советник, что несколько переворачивало наши взаимоотношения с ног на голову. Впрочем подобные заморочки меня мало волновали, старика я уважал без всякой оглядки на традиции, а спина от поклона в данном случае не переломится. Так что на его слова мне осталось только ответить слегка виноватой усмешкой и проговорить:

— Как-нибудь обязательно. Как добрались, как дела дома и в Берне?

— Море неспокойно по весне, но без приключений. Ваши родители живы и здоровы. А в медвежьей столице все уже устали ждать этой весны — отозвался Гринольв, тонко намекая на ассонскую жажду драки, а затем переводя тему — Вижу ты тут уже обживаешься?

— Я люблю надёжность и комфорт — пожал я плечами в ответ на слова почтенного вирдмана — Велите парням разгружаться и пойдём, будете моими гостями в каменном чертоге.

— Ты эту фразу часом не репетировал? — поинтересовался брат.

— Нет, но похоже стоило. Как у тебя зима прошла, жена совсем запилила или жить можно? — спросил я в ответ.

— Она сейчас больше занята ребёнком, к тому же вокруг меня не крутится десяток симпатичных наложниц — пожал Тормод плечами — Или твоя вёльва уже успела сократить их количество?

За давно привычной нам взаимной пикировкой мы прошли через каменные ворота, оказавшись в своеобразном медовом зале внутри скалы и ей богам гномы бы его оценили. С подручными материалами тут было тяжеловато, так что работать на свой комфорт и безопасность пришлось с тем что есть, сообразив антивандальные каменные столы и лавки. Прибывшие же с Тормодом и Гринольвом активно разгружали кноры и драккар, уже начав таскать припасы прямо сюда. У нас конечно столы тоже были не пустыми, но за зиму мы поиздержались, особенно по мёду. Организовать нормальную пасеку как-то особо не получилось, хотя было интересно что получится сварить, с магических цветов оазиса тепла-то. Зато виноград вполне вызрел и я с гордой мордой разлил самое северное в этом мире вино по кружкам, проговорив:

— Ну, за встречу.

— За встречу — ударил своей тарой о мою брат и выпил содержимое, постановив — Кисловато.

— Мы над этим работаем — дёрнул я щекой — Как тебя в этот раз-то сюда отпустили, да ещё без няньки?

— Гуди Густавсон твой надсмотрщик — фыркнул Тормод.

— Я вообще-то про Пол Глаза.

— Ааа, старый хольд сопровождает конунга в Викру — пояснил брат, перехватывая у одного из своих хирдманов бочонок с мёдом — И давай уже чего-то нормального выпьем.

— И то верно — кивнул Гринольв, тоже не впечатлившийся успехам Сила на ниве виноделия. Было немного обидно, наш штатный друид старался. Впрочем всё приходит с опытом, мы ещё забабахаем свой дон периньон — Гуди кстати передавал тебе привет и велел смотреть в оба ока за прибывающими.

— А то я думал на один глаз повязку натянуть — хмыкнул я. Мой начальник в «медвежьих когтях» не особо лез ко мне с указаниями, но и помогать с подбором в людей в дружину в общем-то не собирался, что логично. Однако было подозрение, что прибудут не только медведи, но и неформальные соглядатаи от Густова свет Клаусона, нашего верховного правителя… Что ж, наверно это можно будет считать чем-то вроде моего экзамена на наблюдательность. Хотя я помимо прочего ожидал ещё и проверок моего мастерства воина. У нашего народа в отличии от рыцарства юга не было турниров, но менталитет в некоторых нюансах не сильно отличался. Я сейчас был на слуху, обязательно кто-нибудь примчится схлестнуться. Спасало только то, что подавляющую часть бутозёров по весне Великий Конунг призывает в Викру.

— Вижу твои корабли стали больше — тем временем сменил тему Гринольв — На волне не трещат?

— Нет, всё таки фростхеймский дуб и парочка друидов творят чудеса. От того никак не могу понять, почему лесные ушастики ещё не строят свои лебединые корыта раза в два длиннее и вместительнее — развёл я руками — Кстати помимо драккаров у меня и ещё есть что показать.

— Они и на имеющихся-то мало что возят, а в морские походы не особо ходят — усмехнулся мой наставник, а потом кивнул на несколько ящиков в углу — Это то, о чём я думаю?

— Нет, смазливая пленная звёзднорождённая и огорчившая меня шаловливая жрица не там, а в казематах — отозвался я.

— Ученик — возвёл очи горе старикан — Ну уборщица ваших сортиров ладно, её тут с монахом даже должны на кнорре сначала в Ассонхейм отвезти, а потом и на юг. Всё как договаривались — буркнул он, явно недобрым словом поминая логистику и прочую дрянь, что на него были нагружены. У нас конечно были знакомые купцы, тот же Кнуд Раудсон, но без вирдмана сейчас в море не выйти, а потому те ждали своего часа, чтобы отвезти продовольствие и сопутствующие грузы во Фростхейм. А вот доставить сюда мёд и закуску для испытаний в дружину, а так же провиант в поход на эльфов, вменялось уже Зелёному Волку. Правда во-первых на кноры соклановцев сейчас должны были попасть зелья и дары самого северного континента для последующей перепродажи, а во-вторых сейчас старикана интересовало всё таки другое — Но ушастая аристократка-то у тебя откуда?

— Оттуда же, откуда аристократ — пожал я плечами, а потом был вынужден уворачиваться от тумака. Да, иногда мне хочется бесить наставника, никто не идеален, у всех есть пороки. А некоторые пороки в глазах некоторых озорных богов даже могут считаться достоинствами, да.

— Заканчивай и говори по делу — припечатал тем временем Гринольв, раздражённо глядя на меня.

— По делу так по делу — не стал я дальше издеваться над пожилым человеком и начал свой рассказ. Не смотря на обручи связи и их кажущуюся надёжность, было мнение, что некоторую информации лучше передавать только лично. Бережёного ассы берегут, а йотуны не трогают.

— Зря во Фростхейме живых эльфов оставил — резюмировал наставник мою историю — Хороший враг это дохлый враг.

— У меня всё таки есть небольшая надежда сделать так, чтобы они перестали быть врагами — не согласился я — Если же нет, то на них хватает как новых клятв о не причинении нам вреда, так и кое-чего помимо них. Я не дурак и умею быть предусмотрительным.

— Надеюсь в этот раз ты не перехитришь самого себя — покачал головой Гринольв — Полезное-то что-нибудь выведал?

— С одной стороны да. Это о своём доме и союзниках ушастики не особо могут говорить, если их постоянно под зельями не держать, хотя на звёзднорождённого варева Бруни мы конечно не пожалели. Но вот про чужих эльфов, особенно прибрежных, они все выболтали очень немало. Я всё в свиток свёл, можешь почитать. Но он длинный. А можешь поболтать с нашим гостем, он тут и давным-давно готов к сотрудничеству. Лишь бы больше ничего не отрезали.

— Это всё конечно очень важно — влез в разговор Тормод, осушив очередную кружку — Но в ящиках-то что?

— Подарки там в честь праздника весны и труда — проговорил я, идя к деревянным контейнерам.

— Нет такого праздника — проворчал мой брат.

— Теперь есть — усмехнулся я, открывая крышку — Одевайте и обомните.

— Стоит ли…– неуверенно посмотрел мой родич на драконью броню цвета знамени октября.

— Тормод, вот не делай мне голову — проворчал я — От всего сердца дарю. Бери, пользуйся и не выпендривайся как девка.

— Хорошо, хорошо, я ж не отказываюсь — примирительно поднял он руки.

— Ну слава всем богам — фыркнул я — Бери заодно несколько комплектов для своих хускарлов, чтоб если что лесники хоть не у тебя одного щели в броне выцеливали. Со своими уж сам договоришься чего и сколько они тебе должны будут.

— Учитывая цену твоих даров договариваться скорее придётся с их родами и кланами — мотнул брательник головой.

Ну собственно на то и был расчёт. Мой родич был довольно простодушным парнем, как и большая часть его подчинённых, являющаяся молодыми дренгами. Но зато у них были старшие родственники, как впрочем и у многоопытных хольдов. Вот пускай они и скипидарят всех вокруг, заботясь о курице, что может приносить золотые яйца. Ну а я ещё по возможности Гарди пару слов шепну, чтоб за Тормодом со своей стороны присматривал, если при дворе Сигурда какие-то нездоровые интриги начнутся или кому-то придёт в голову отправить его на этой войне на самоубийственное задание. Хотя в слух гордому ассону я конечно ничего такого не сказал, просто хлопнул его по плечу со словами:

— Тут уж всё в твоих руках.

— И они тверды — фыркнул мой брат — А ты должен мне поединок.

— Ооо, как будто могло быть иначе — рассмеялся я.

Решив основные вопросы, мы наконец смогли сесть за стол, крепя единство фростхеймских и ассонхеймских ассонов, а заодно обмениваясь новостями и говоря по душам. Причём если у Тормода и Гринольва зима прошла в целом неплохо, то вот у многих конунгов и ярлов было весьма беспокойно. Как говорится то одно, то другое, то третье, то пожар в корабельных сараях, то глупые конфликты, но испортившиеся запасы, то ещё какая-нибудь дрянь. Зуб даю, что без эльфов здесь не обошлось. Однако чтобы всерьёз раскачать Ассонхейм подобных неприятностей всё таки было маловато и это настораживало. От лесного народа я ожидал большего. Понятное дело, что даже саму подготовку к походу тщательно пытались скрыть, узнать о ней было нетривиальной задачей. Но раз нам подгадили так мало, следует ждать какой-то ловушки в самом вике. Возможно это паранойя, но даже будь ты хоть трижды параноик это не значит, что за тобой не следят. Особенно ушастые жители лесов. Кроме лохов, что колючие плющи любят, в подзвёздном лесу хватает весьма крутых и башковитых перцев. Собственно будь иначе, южные рыцари уже бы благополучно прибрали к рукам весь подзвёздный лес, низведя эльфов до примерно того же состояния, в котором они мне в своё время попались в одной книжке про седовласого ведьмака.

Впрочем по синей лавочке пожаловался на ушастых и я, однако по не самому типичному поводу. Всё таки хотелось от мудрой, долгоживущей расы мудрецов иного поведения, а имеем что имеем. К тому же даже у длинноухих слуг самомнение выше крыши и нос в потолок. Вроде и пытался их немного облагодетельствовать, но толку чуть, от всего нос воротят. Предлагаешь им свободу и вполне приемлемые условия жизни, только шевелись, а всё то же. Будто москвичу, что в долгах погряз, с которыми никогда не расплатится, даёшь кредитную амнистию, но с переездом далеко за МКАД, а он нос воротит. Ему лучше в кредитном рабстве, но зато не в посёлке городского типа посреди Сибири, где вокруг одно бескультурное быдло. Тфу блин три раза на этих ушастых веганов.

В общем под крепкий мёд все выговорились и я исключением не был. На следующий же день Гринольв зачаровывал свою обновку под себя, а ближе к обеду мы с братом наконец начали звенеть железом. И в первом же поединке я начал с чисто ассонской яростью атаковать Тормода, осыпая его щит ударами копья. Всё таки модификация собственного тела даёт весомые плюсы, из минусов же пока что был лишь зверский аппетит. Тормод в первые мгновения боя был ошеломлён напором и был вынужден отмерцать мне за спину, от чего уже я совершил духовный скачок, дабы не получить удар между лопаток.

Но дальше брат собрался и мы будто бы немного поменялись местами. Хотя это пожалуй не совсем верное определение. Просто раньше Тормод всегда превосходил меня в физической силе и мышечной массе, а я был вынужден больше полагаться на скорость и ловкость. Однако сейчас мои мышцы стали плотнее и тяжелее, грубой мощи у меня стало больше. Мы с братом оказались в равных положениях, а потому ему пришлось стать куда более подвижным. Баланс сместился, весы качнулись и замерли в своеобразном равновесии.

Правда сам Тормод за зиму как всегда не терял времени, постоянно тренируясь с оружием до седьмого пота, пока я был занят магией и управлением Грайгейром. А потому мой родич вовсю пользовался своим преимуществом, стремясь меня подловит. Несколько раз я чудом избегал попаданий наконечника его копья в сочленения брони. Он же не собирался останавливаться на достигнутом, читая мой стиль боя и практически предсказывая мои выпады. Всё шло к тому, что в первой нашей схватке в этом году меня всё таки заколбасят под улюлюканье моих хирдманов и конунговских дружинников с драккара брата. Но однако я смог удивить противника, телепортировавшись кверху ногами вертикально над ним и условно поразив шею, а потом вторым скачком уйдя от позорного падения и приземлившись на ноги. После чего проворчал:

— Хелль, скоро за тобой будет не угнаться.

— Хорош прибедняться — буркнул раздосадованный брат, который несколько секунд назад уже чувствовал вкус победы на губах — Хотя последний манёвр конечно был рискованным, но интересным. Давай ещё раз!

— Это всегда пожалуйста — оскалился я в предвкушении, умолчав, что пришёл к нему, летая на диске в том числе и кверху ногами.

Однако у норн сегодня были несколько иные планы и наблюдатель с верхушки скалы крикнул:

— Паруса со стороны Ассонхейма.

Я повернулся в нужную сторону и прищурился, а мой родич поинтересовался:

— Ну Альвгейр, что видит твой полуэльфийский взор?

— Что ты нифига не повзрослел, даром что борода уже растёт — отозвался я на набившую оскомину шутку — А паруса вроде в цветах ледяных драконов, синие вертикальные полосы на белом.

— Интересно кто к нам решил пожаловать ещё до желающих встать под твою руку — покачал брат головой.

— Сейчас гляну — пожал я плечами на это и к удивлению Тормода присел на корточки, что было сил оттолкнулся от камня, прыгая вверх и обратился в виверну, полетев к кораблям Великого Конунга.

На них быстро заметили ледяную рептилию, отлетевшую от острова, но к стрельбе или метанию острых предметов не готовились. Наши драккары всё таки были уже заметны на берегу, а значит летающая зверюга кого надо зверюга. Я же разглядел на носу самого крупного драккара Эйдис Странницу, знакомую мне по прошлому году дочь Великого Конунга. После с трудом выигранного поединка адреналин ещё гулял по крови, настроение было весёлым, а настрой слегка хулиганским и потому решился на откровенно авантюрную выходку в стиле своего божественного покровителя.

С весёлой ухмылкой на шипастой и зубастой морде, я подлетел к кораблю, почти зависнув над ним, после чего превратился обратно в ассона и приземлился на жалобно скрипнувшие под мои весом, прилетевшим с дюжины метров, доски. Народ держал руки на рукояти клинков, я же с улыбкой проговорил:

— Здравствуй, прекрасная дева. Не желаешь ли снова прокатиться с ветерком и получить побыстрее от меня дар, достойный самого Великого Конунга.

— Слушай сюда, наглец, я… — начал было солидный дядя со шрамами на лице, который видимо был старшим хускарлом, отвечающим за охрану августейшей особы, но был прерван дамой.

— Не стоит, Ингольв — с озорной улыбкой положила одетая на мужской манер Эйдис руку на плечо вояки и повернулась ко мне — И тебе здравствовать, Альвгейр. Желаю, не каждый день меня на себе возят не кони, а целые ярлы.

— Тогда запрыгивай на мою спину. Эх прокачу!

От автора

Приветствую уважаемых читателей и как всегда сердечно благодарю вас всех за то, что вы проголосовали за мою книгу рублём, это очень приятно. А ещё спасибо за ваши многочисленные лайки, за интересные комментарии, за щедрые награды и естественно за то что вообще интересуетесь моим творчеством. Без вас никаких книг бы не было.

Глава 9

Как известно ярл, да и любой вождь ассонов от малого хедвига до самого Великого Конунга, это не только серьёзный мужик с ещё более серьёзным топором, но и скромный представитель Одина в Свангарде. То есть владетель медового зала, где брага должна течь рекой, а закуски должно быть столько, что можно лопнуть и забрызгать собственными кусками соседей. В Викре, да и Берне с остальными клановыми столицами, зимой двор конунгов в основном ведёт разговоры за накрытым столом и каждый воин севера знает, что если уж его пустят в высокий чертог правителя, то голодным и трезвым он точно не останется. Однако то давным-давно привычные всем уважаемым людям места и дорога туда ох как нахожена.

Со Скалой Изгоя же ситуация была иной и она даже чем-то напоминала времена древних саг. Хирд отважных воинов ушёл за моря в вик и свершил месть, убив дракона, сжёгшего их родичей. Славные воины вкусили сердце чудовища с стали сильнее, но были щедры и пригласили присоединиться к себе смелых викингов, в чьих сердцах пылает отвага, а руки крепко держат топоры. Первые счастливцы заняли свои места в славной стене щитов ещё прошлым летом. Но сейчас ситуация стала сложнее, первым испытанием на пути в ставший знаменитым хирд было добраться до Скалы Изгоя через весенние шторма. И лишь тогда в славных поединках можно будет доказать своё право встать в один ряд с убийцами чудовищ…

В общем скальды за зиму постарались, деньги на них были потрачены не зря, хотя Гринольв на это дело конечно ворчал. А ещё откуда-то взялся слушок, что мол кто не успел, тот опоздал, количество мест на скамьях драккаров из волшебной фросхеймской древесины ограничено, зелий из крови, сердца, печени и прочей требухи дракона на всех не хватит, былинные ништяки получат лишь самые расторопные, а тормоза увидят только дырку от бублика. Так что народ ломанулся к нам очень даже бодро, наседая на вирдманов, чтоб те провели корабли через непогоду. И без сомнения не все успевали в пути в случае чего спрятаться во фьорды, если служители богов не вытягивали, кто-то наверняка попал в сети великанши Ран. Ведь не всем повезло иметь под рукой старину Гринольва или подвязки со столичным капищем, где обитают самые могучие ассонхеймские одарённые, как Белым Драконам. Но дойдя сюда каждый видел доселе неизвестные здоровенные двухмачтовые корабли, а потом проходил через распахнутые каменные врата в пиршественный зал внутри скалы, где мог с дороги воздать должное тому, что смог доставить Зелёный Волк на кнорах. Тёплый очаг, горячая еда, хмельное питьё, что ещё нужно ассону для полного счастья? Правильно, для абсолютной нирваны нашему брату не хватает только доброй драки!

Так что в центре медового зала была огорожена ровная круглая площадка, на которой постоянно сходились поединщики в порядке живой очереди. Ну а я во главе главного стола сидел вместе с Эйдис, как почётной гостьей, изображая мудрого ярла. Подравшись же с одним из моих людей ассоны ожидали одобрения оппонента и если получали его, могли отправляться на беседу со мной. А уж по её результатам занимали место в числе «соискателей-финалистов». К моему удивлению план по призыву рекрутов был несколько перевыполнен, достойных кандидатов имелось слишком много. В общем дело пришло к тому, что хедвиги кораблей сами отбирали себе новых хирдманов, как разговаривая с ними, так и вступая в новые тренировочные схватки в круге, а порой и просто пьянствуя да объедаясь. Возможно какому-то чужеземцу подобное покажется странным, но выиграть соревнование в еде и питье у нас тоже считалось значимой доблестью, иногда в хирд выбирали и по ней. Ну а кто никому не подошёл, тому не повезло, что ж поделать. Правда притоком под мои паруса обычных или не очень обычных воинов дело не ограничилось, к нашему порогу помимо них прибыли несколько ярлов.

Первым примчался Рерик Снорсон из Каменных Медведей, заявив, что собирается идти в этом вике за моим парусом, потому как мне сами боги ворожат. Ну а ещё потому, что я ему жизнь спас и вообще ученик Гринольва, но от первого аргумента народ впечатлялся как-то больше. Пока владельцы клановых и родовых драккаров, что привезли желающих испытать свои силы, чесали репы, объявился Орм Мьётсон из Морских Змеев. Этот седобородый мужик в отличии от молодого белобрысого оболтуса, чьего батю на путь истинный в своё время наставлял Зелёный Волк, не стал заявлять, что он признаёт меня за старшего, но прямо сказал, что будет рад идти со мной рядом, потому как моя удача велика, а его конунг велел ему присмотреть за другом змеев морей, который осуществил месть дракону. Их-то клановых воинов тогда куда больше, чем наших полегло. Отказывать было бы чертовски глупо, подобное нанесло бы страшную обиду, а потому я сказал, что с радостью разделю с Ормом и его воинами как пир, так и славную битву. В конце концов пять драккаров с опытными дружинниками на дороге не валяются.

Увидев и услышав это, дальше народ репу чесать уже не стал. Если из разных кланов ярлы такое устраивают, то вольных хедвигам тем более незазорно присоединиться к движухе. Тем более что изгой по понятным причинам будет претендовать на совсем иные доли добычи нежели конунги, коли вставать под их стяги. Короче слово за слово, кулак по столу, несколько бочёнков мёда, неприятные часы переговоров, споров и торга… А потом я неожиданно для себя стал пусть маленьким, но походным конунгом. За пределами вика на эльфов моя скромная персона власти не имела, но вот так сказать на этот поход за зипунами меня выкрикнули атаманом на импровизированном вече-тинге, после чего утрясли формальности.

В иной ситуации я бы может и не стал взваливать на себя командование отрядом, но тут пришлось соглашаться и не то что не выделываться, а активно агитировать народ вступать в стройные ряды, чтобы иметь возможность сохранять жизни своих дружинников. Ассон ассону друг, товарищ и брат, но Хелль побери, некоторые мне ближе прочих и если выбирать между смертью от эльфийской стрелы парня, с которым я только что познакомился и скажем Ралофа, которого я с детства в этом мире знаю, то пусть в Вальхаллу отправляется малознакомый воин из одного из родственных кланов, а хирдман из Ландсби вернётся домой к семье.

Но как бы там ни было, а в результате всех этих пертурбаций вновь прибывающие ассоны видели и вовсе идиллическую картинку с молодым походным вождём при котором сидит дочка Великого Конунга, одним своим видом намекая, что всё что тут происходит, происходит чуть ли не по прямому приказу Густова свет Клаусона.

Что же до самой Эйдис, то она по моему наслаждалась ситуацией. Странница была не только почётной гостьей и представительницей верховной власти, а так же в некоторой степени моей если не подругой, то хорошей знакомой. Что в прошлом году, что в этом мы вполне себе приятно общались, регулярно пытаясь по приятельски подколоть друг друга. Учитывая что мне волей неволей приходится уже иметь дело с политикой, а Эйдис могла замолвить за меня словечко Верховному Конунгу или кому-то при его дворе, я даже расстарался за зиму и сделал для неё драконий доспех, выбелив чешую в соответствии с тотемом правящего клана. Воздержался только от зачарования, но тут уж дружба дружбой, а табачок врозь. У её клана свои вирдманы есть, нехай работают, а не промышленным шпионажем занимаются. Впрочем тут все всё понимали, а за один раритетный меч Тиллю, чья заточенная рельса всё таки оказалась опознана по рисунку в письме, отсыпали солидную кучку золота и несколько интересных зелий от столичных коллег Бруни.

А ещё Эйдис вполне себе понимала, что её так или иначе ждёт замужество и сделала мне парочку намёков, но что называется без огонька. Дочке Великого Конунга не должно идти к кому-то второй женой и пожалуй слава Богам. Мне более чем хватало одной Иви, а влезать в политические дела столицы больше чем нужно ох как не хотелось. Стать женихом подобной персоны это не только нажить себе врагов в лице желающих породниться с правящим домом. Придётся в столице если не жить постоянно, то уж точно регулярно там бывать. А оно мне надо?

С гораздо большим удовольствием я думал о своём ярльстве, как о вроде и дальнем асслауге под патронажем медвежьего конунга, но при этом находящимся близко к самому Ассонхейму, чтобы если что вмешаться в любые события дома. Всё таки надо мной по прежнему висело пророчество о судьбе всех ассонов и с тех пор как Скалда его произнесла, я готовлюсь к тому долбанному дню, когда мне понадобятся все мои силы и каждый верный воин, что пойдёт за мной. Собственно подготовка и сейчас идёт не без успехов. На данный момент под моей рукой пять своих гранд-драккаров, набитых хирдманами. Хедвигов без титулов собралось полторы дюжины. И пять ярлов изъявили желание составить мне компанию, к означенным выше Орму и Рерику присоединились Бернард Вагнисон из Громовых Медведей с четырьмя драккарами, Вестар Гудисон из Бурых приведший три и Дьярви Раудсон из Красных Волков, приведший всего один корабль. Правда с последним знакомство у нас вообще по началу не задалось.

Молодой, рыжеволосый мужчина, которому с трудом удалось бы дать двадцать лет не смотря на короткую, но густую бороду, зашёл в полость в скале неделю назад в окружении своих хирдманов и сходу с борзым видом поинтересовался:

— Ты что ли Альвгейр Ухьмёрдер?

— Я что ли — отозвался я, улыбаясь своему прозвищу Убийце чудовищ и вставая с каменного трона, слепленного здесь на скорую руку — А ты не торопился парень.

— Сами руны сказали, что Дьярви сын Рауда придёт к тебе? — усмехнулся он.

— Мне плевать как тебя зовут, просто всё ждал, когда ж появится наглец, что бросит мне вызов — вернул я ему наглую улыбку — Не стой столбом, в круг иди.

— Люблю когда не нужно терять время — слегка натужно рассмеялся сбитый мной с толку парень, но потом быстро собрался с мыслями и провозгласил, доставая из ножен сразу два прямых меча — Без копий! Без щитов! Без шлемов! Без броней! Без магии! Без соплей!

— Дьярви, твою мать… — ругнулся стоящий рядом с моим оппонентом седобородый мужик.

— Поздно, слово сказано — шикнул наглец на воина, вероятно являющегося его форингом. Как потом выяснилось, тот ему был назначен отцом, но мозги рыжеволосому вправить как-то не сумел. Или не в ту сторону старался.

— Тогда уж без оружия вовсе — фыркнул я в ответ со смехом — Если покажешь что-то на кулаках, так и быть, сойдёмся потом на клинках. Коли твоя нянька разрешит конечно.

— Готовься сплёвывать свои зубы, полукровка — процедил на это донельзя разгневанный молодой воин, не ставший спорить и вернувший клинки в ножны, потому как понимал, что сам загнал себя в ловушку.

Конечно выглядел он весьма пафосно, когда потрясал оружием и предлагал максимально экстремальный из классических вариантов поединков, отмеченный в сагах. Но назвав аж пять условий, коли сопли не считать, он автоматически дал мне право выдвинуть столько же требований. А я ограничился одним, хотя мог и ещё чего-нибудь захотеть или поединком заплыв вокруг острова избрать. Такое у нас тоже практиковалось, особым шиком считалось исполнить подобное в штормовую погоду, «потеряв» соперника где-то по пути.

Теперь же мы сняли пояса с оружием, оставшись в сапогах, портках и рубахах, выйдя в круг. Причём чем больше я смотрел на незванного гостя, что хуже татарина, тем больше понимал, что он разрывается между двумя противоречивыми чувствами. С одной стороны он был так взбешён неудавшимся замыслом и моими словами, что задница у него горела жарче вулканов Мусьпельхейма. А с другой отморозок явно всё равно кайфовал от ситуации и всеобщего внимания к своей персоне, будто тут прям ассы со скальдами собрались, чтоб засвидетельствовать его сагу. Так что ничего удивительного, что он крикнул, едва переступив круг:

— Я размажу тебя!

— Попробуй — усмехнулся я, поманив его рукой.

Мой противник тут же ринулся в бой, попытавшись забить меня кулаками и двигался воистину невероятно быстро. Лишь за счёт опыта махания кулаками прошлой жизни, который пришлось активно переосмысливать всю молодость этой, а так же сяньским рукопашным премудростям, я не проиграл сходу и даже подловил своего более крупного противника на подножу. Правда он каким-то невероятно быстрым движением ушёл в перекат, снова вскочил на ноги и опять пошёл в атаку, одновременно и чертовски талантливую, и настолько же безрассудную. Парень будто бы свято веровал, что с ним ничего плохого в этой жизни просто не может случится.

Видя это и плюнув на всё, я положился на стальную рубашку и пошёл в обмен ударами. Кулаки у моего оппонента были крепкими, однако по морде он мне не попал, а потому глаза, переносица и зубы у меня уцелели, ноющие же рёбра можно было перетерпеть. А вот лицо самого наглеца брызнуло юшкой из разбитого носа и рассечённой губы, от чего он аж отшатнулся. Ну а я насмешливо сказал:

— Грозился размазывать, да сам мягче масла оказался.

— Аааарррр!!! — с рычанием бросился противник на меня.

Его движения стали ещё быстрее, а удары сильнее. Первый, самый яростный натиск удалось пережить только подставкой, прижимая руки то к башке, то к рёбрам и принимая чужие кулаки на них. Однако нельзя атаковать вечно, среди ударов противника наметилась пауза и я прописал рыжему классическую двоечку, от которой его повело. Добавив кросс с переносицу, я с удивлением почувствовал, что нос под моим кулаком снова хрустнул. Так случится не должно было, он уже должен был быть сломан! Тут что-то явно было не так, хотя на действия зелий ситуация похожа не была, а магией от засранца не тянуло.

Враг тем временем очухался и опять пошёл в обмен ударами. Сложилась довольно тупая ситуация, меня спасала железная рубашка, на этом кренделе травмы просто заживали едва ли не быстрее, чем их получается наносить. Но если я предпочитал хладнокровно оценивать ситуацию, то мой оппонент всё больше распалялся, сначала начав бить мельницей, а потом разжав кулаки и став с рычанием пытаться меня поцарапать ногтями, превращающимися в когти.

— Какого Хелля⁈ — взревел Асмунд где-то на периферии моего зрения, хватаясь за секиру.

— Разнимите их пока Дьярви не обезумел! — закричал давешний седобородый воин.

— Пошли! На йух! Из круга! — гаркнул я между вдохами, прописывая врагу сначала апперкот, а потом ещё одну двоечку.

Перестать бить меня кулаками было ошибкой. Железная рубашка, по крайней мере в моём исполнении, не слишком хорошо помогает от «заброневого воздействия», но вот царапать меня можно долго, шкура и не такое выдержит. Про голову моего противника при этом сказать подобного было нельзя. Его морда удлинилась, клыки увеличились, но от мощных ударов он терялся всё так же. Регенерация регенерацией, а мозги в черепной коробке сотрясаются ровно тем же образом, как и у всех остальных. Нужно лишь ударить посильнее! Что до моего ярльского авторитета, то всякие разниматели, лезущие в круг, ему не на пользу. Есть случаи, когда дело надо делать своими руками.

Человеко-волк сопротивлялся отчаянно, но действуя на звериных инстинктах, я же планомерно не давал ему наброситься на себя, прописывая прямые удары и время от времени добавлял хуками и апперкотами, когда позволяла ситуация. В соревновании между человеческим искусством рукопашного боя и животной яростью выигрывало первое. Конечно если бы не премудрость сяньцев, меня бы порвали на лоскуты, татуировки тролльей шкуры и тролльей же крови не спасли, но имеем что имеем-с.

Спустя несколько хороших серий по башке и просто прямых в изменившийся нос зверь начал шалеть всё сильнее и я подловил момент, чтобы неожиданно пройти ему в ноги, поднять над полом, а затем обрушить хребтом о камни. Полуживотное от такого обращения слегка растерялось, но перевернулось на четыре лапы, пытаясь вскочиьь и подставив мне спину, на которую я прыгнул, беря шею оборотня в захват. Без кислорода его активно работающий организм протянул недолго, хотя руки мне разорвать он конечно пытался яростно.

Но в конце концов зверь вырубился, а я встал, повернулся к гостям и поинтересовался:

— И что сейчас, мдять, было?

— Благословение это нашего клана — нехотя ответил форинг, стоящий со своими воинами в окружении моих, которые очень недобро поглядывали на гостей, держа в руках оружие — Раз в поколение другое рождается тот, в ком живёт дух Красного Волка. Избранные сильнее, быстрее и выносливее, чем любой другой воин, их раны почти мгновенно заживают, а в случае крайней нужды наш предок может поделиться своей звериной природой и яростью.

— Мозгами бы лучше поделился — ответил я на объяснения, видя как животные черты у парня пропадают, а сам он приходит в себя — Ваше счастье, что от всего этого дерьма не пахло магией и формальности были соблюдены, а то башки бы твой избранный лишился. Но дух честного поединка по мне был нарушен, а потому пусть просто катитесь на все четыре стороны, нет ни ему ни вам среди мужчин места.

— Нет. Не надо — отозвались мне с пола.

— Что не надо? Наделал дел, так отвечай, раз их ярлом вырядился — хмыкнул я.

— Не надо позора — парень с трудом справился с непослушным телом и встал передо мной на колени — Зверь навязал мне свою волю и я с ним не совладал. Богами клянусь, любую службу отслужу, что угодно сделаю, чтобы искупить свою ошибку. Лишь бы не так. Или голову руби, но избавь от бесчестья моих воинов.

— Ага, зверь накуралесил. Ему по мордам надавали, он сбежал в кусты, а ты остался. Вот что звездьль животворящий делает — проворчал я. Ситуация всё таки была неоднозначная. С одной стороны такие фортели с превращениями во время поединка «без магии» действительно были ох каким клеймом и на моём противнике, и на его хирдманах, задолбаешься отмываться. А с другой я сам чувствовал давление инстинктов в своих звериных формах и начал модифицировать своё тело, что опять же могло влиять на здравость решений. Данный же подопыт… ассон похоже был потомком того, кто завязал метаморфизм на прану и даже передал потомкам. В этом очень хотелось покопаться, любопытство было вообще едва ли не главным моим пороком. Но будучи чуть умнее хлебушка, я всё таки не пошёл у него на поводу и повернулся за советом к наставнику. — Учитель, может ты в своей мудрости скажешь, бывает ли так?

— Недуг Красных Волков мне знаком — кивнул Гринольв, но был перебит.

— Это не недуг, это дар — вклинился в разговор всё тот же седобородый воин.

— Дар не сбегает, поджав хвост, когда ему дают по хребту — рявкнул я на него — Заткнись и слушай, что тебе мудрый вирдман говорит.

После моего кивка наставник продолжил:

— Всё действительно похоже так, как говорит этот юноша. По хорошему гнать его отсюда в капище Викры надо. Там научат держать зверя в узде, раз в клане эти знания растеряли. Но можно и после похода, чтоб свой позор сначала в бою искупил.

Выслушав Гринольва, я повернулся к своему противнику, на которого было жалко смотреть. Тогда было особенно очевидно, что этому доморощенному альфа-самцу было лишь немногим больше двадцати и в такой переплёт он попал чуть ли не в первые в жизни. А в клане ему по видимому крепко замусорили мозги на тему его избранности. Мысленно матюгнувшись и прикинув, что мне по прежнему надо иметь возможность отправлять кого-нибудь в атаку первыми, я сказал:

— Ну службу, так службу. Но с клятвами и обетом после вика отправиться в столичное капище и не вылезать оттуда, пока вирдманы не решат, что ты готов.

Так у меня стало на одного ярла больше, а у скальдов скорее всего появился новый материал, как и в прошлое посещение Скалы Изгоя. Тогда белый ворон надрал зад каменному дракону, теперь вот красному волку. Правда ни того, ни другого не убил, что наверно не очень хорошо. Тут и руны бросать не надо, чтобы почувствовать, что милосердие ещё выйдет мне боком. В конце концов ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным.

Сейчас же мы сидели за столами, наблюдая новый поединок, но на этот раз с оружием и в соответствии с традициями, пока сверху скалы не сбежал Рудольф, прокричав:

— Весь горизонт в парусах. Ассоны выступили!

— Ну наконец-то! — рассмеялся я, поднимаясь на ноги с рогом, заполненным мёдом — Наши родичи малость припозднились, но мы не в обиде. Видят боги пировать здесь с вами было весело! А сейчас время идти за подвигами и славой. Допивайте хмель в своих кружках! Дожёвывайте последние куски на тарелках! И вперёд на корабли! Когда конунги дойдут досюда, они должны видеть строй опытных воинов под парусами, а не суетливых юнцов! За Асгард и Ассонхейм!

— За Асгард и Ассонхейм! — вторили мне сотни глоток ассонов, набившихся в полость в скале, прежде чем выпить мёд, как и я.

Формальности были соблюдены и осушив тару я двинулся через зал вместе с идущей рядом Эйдис, Гринольвом и Тормодом, а так же пристроившимися в кильватер ярлами. Странница оглядела народ, потом моё лицо и поинтересовалась:

— Похоже ты больше всех рад, что сидение здесь закончилось.

— Ещё бы мне не радоваться — хмыкнул я — Всё что привезено было считай сожрали, ещё бы два дня и край, пришлось бы лезть в провиант для похода.

— И в мёд? — приподняла дочь Великого Конунга бровь.

— И в мёд — подтвердил я.

Глава 10

Строй ассонских драккаров предсказуемо возглавляли корабли с метками Белых Драконов на мачтах, Великий Конунг, как и положено верховному вождю нашего народа, вёл свою личную армаду вперёд. А вот за ней уже начинались корабли различных кланов в порядке, который скорее всего как раз активно обсуждали в Викре перед отправкой, от чего и малость задержались. Не то чтобы мы, сыны ассов, люто-бешено блюли местничество, но тем не менее впереди всех идти почётно, а вот плестись позади не очень. Так что не удивлюсь если почтенные конунги спорили до хрипоты, хвалясь количеством и качеством своих сих, а так же их общей крутостью. Может и в поединках пару раз сошлись, если чей-то перевес был неочевиден. Потому не вызывали удивления клановые знаки касаток, которые замыкали строй, уж очень их сильно проредили буквально недавно. Медведи же находились не так уж далеко от головы огромной колонны, к ним мы и направились, отправив Эйдис к папаше хвастаться белым доспехом из последней коллекции весна-лето и модным в этом сезоне двуручным мечом из сокровищницы дракона. В ином случае такие презенты тянули бы на свадебный дар, всё таки покупку меча мы обсуждали очень тихо и о самом факте сделки никто не знал, однако сыну кузнеца и до кучи полукровке ничего не светило и я просто тихонько троллил царя-батюшку. Это конечно было не самым умным поступком с моей стороны, но учитывая Сагу о победителе двух драконов, удержаться один скромный последователь Великого Шутника просто не мог. В песне Густов представал в не шибко приятном ему свете и был эпизод, в котором дочь Снежного Дракона уговаривает Белого Ворона слетать к её отцу, а птица отказывается, потому как подозревает, что вместо справедливой награды опять получит несправедливое наказание до плахи включительно. Так что гулять так гулять, пусть теперь скальды споют ещё и о суровых, стойких и нордических Ромео с Джульеттой, которым папаша девушки не даёт быть вместе. Только в отличии от них нам со странницей хватает мозгов не жениться в тайне ото всех и не творить прочей дичи, которую упорола влюблённая парочка Уильяма нашего Шекспира. Эти-то вообще плохо кончили и паршиво жили.

Странница же здесь по моему вообще вовсю забавлялась, вырвавшись из дома хоть с каким-то поручением, там её изрядно достала опека отца и братьев. И видимо она таким вот не хитрым образом стебалась над собственной семьёй, однако не перегибая палку. Во главе пиршественного стола мы к примеру сидели вместе, но каких-то попыток положить свою ладонь на мою руку или иных двусмысленных жестов она себе не позволяла, будучи просто гостьей, принятой с особым почётом.

Я же во главе довольно внушительной кучки кораблей пристроился сбоку от драккаров медведей и вскоре от центра клановой флотилии пришла перекличка, передаваемая с корабля на корабль:

— Конунг призывает братьев Ухьмёрдеров!

— Пафосно, но Йорансоны звучало ничуть не хуже — проворчал я на это, стоя на самом носу гранд-драккара.

— Сам вообще-то ляпнул первым, что нас теперь можно звать убийцами чудовищ — крикнул с носа своего корабля Тормод, чьё плавсредство шло параллельным курсом. Хотя он периодически подкалывал меня на тему полуэльфийского взора, мне порой кажется, что у него самого отнюдь не по ассонски чуткий слух. Не так и громко ж вроде ворчал-то!

— Ничего, такую кличку я как-нибудь переживу — в итоге воскликнул я — Готов полетать?

— На драккаре? — удивился он.

— Драккар я в когтях пока что не утяну, а вот ты будешь в самый раз. Прибудем к конунгу как герои саг, если конечно не трусишь — рассмеялся я, откровенно провоцируя брата.

— Плашмя только о палубу не бросай! — крикнул он мне с застывшей на лице улыбкой. Тормод побаивался летать даже на кораблях, полёт в когтях виверны и вовсе должен был стать для него совершенно новым опытом нездорового экстрима. Но отказаться молодой хедвиг одного из кораблей конунга просто не мог. После моих слов о трусости-то. Дружинники ж засмеют!

— Подпрыгни настолько высоко, насколько сможешь, когда над своим драккаром пролетать буду — с улыбкой крикнул я в ответ — А с приземлением всё в твоих руках.

Выдав инструкции я присел, а потом что было мочи оттолкнулся от своего корабля, превращаясь в летающую рептилию и начав махать крыльями. А ещё слегка помогая себе магией через духа воздуха, всё таки вертикальный взлёт — это сложно, если ты конечно не вертолёт. Стабилизировав свой полёт, я сделал небольшой круг над нашей бандой и начал парить на небольшой высоте к драккару брата. Тот подгадал момент и сиганул вверх, позволив схватить свои руки когтистыми лапами, пролетая лишь чуть выше мачты его корабля.

Подхватив пассажира я повторил круг почёта и двинулся к нашему клановому флагману, заложив петлю уже над ядром флотилии медведей. Как говорится хороший понт дороже денег и сейчас было самое время показать себя во всей красе, ведь первое впечатление можно произвести только один раз. Главное как-нибудь по глупому не облажаться. Закончив манёвр, я подлетел к флагману и разжал когтистые лапы, зависнув над ним. Тормод благополучно десантировался на палубу, правда чтобы погасить инерцию падения ему пришлось присесть на корточки. Впрочем перекинувшись самим собой обратно в воздухе я тоже в итоге согнул колени, вбив свои подошвы в корабельные доски. Для широкой демонстрации возможностей БЛ-2 время ещё не пришло, не стоит выкладывать на стол все козыри разом, а гравитация с инерцией те ещё беспощадные стервы.

Но как бы там ни было, мы благополучно долетели, а перед нами у мачты стоял Сигурд Медведь, пряча в пышных усах с проседью лёгкую улыбку. Конунг кланов косолапых был что называется мужчиной в самом рассвете сил, его горячая молодость уже прошла, сменившись мудрой зрелостью, но старость ещё даже не маячила на горизонте. Особенно если учесть, что в предыдущее своё посещение Скалы Изгоя я передал с братом и Гуди несколько кусков драконьей требухи, которые пошли на зелья нашему правителю, что в своё время отсыпал мне титул ярла. Долг как известно красен платежом. Особенно если этот долг куда более либеральному правителю, чем Верховный Конунг, который к тому же благоволит мне и моему брату. Так что пусть боги даруют ему жизнь подлиннее, а мы в меру сил им поможем.

— Приветствуем тебя, мой конунг — проговорил тем временем Тормод сначала выпрямившись, а затем поклонившись и ударив себя кулаком в грудь. Я же молча повторил его действия.

— И я вас, юноши — добродушно усмехнулся Сигурд, повернувшись ко мне — Зелёный Волк через купцов уже присылал мне весточку, что у тебя есть интересный гость. Так ли это?

— Все верно — кивнул я, мотнув головой в сторону Скалы Изгоя — А на этом островке к нему прибавилась не менее интересная гостья.

— Вот как? Тем лучше — кивнул мне конунг, для которого старикан видимо не делал уточнений или просто не очень-то воспринимал бабу всерьёз — В таком случае вечером подгони свой драккар к моему, ярл Альвгейр, разопьём бочонок мёда и поговорим. Заодно и на корабль твой посмотрю. Сколько ты кстати можешь поднять в воздух?

— Четырёх взрослых воинов в броне — сообщил я, кивнув на телохранителя нашего вождя воистину великанских размеров. Уж на что Асмунд бугай, но этот вояка был выше его на голову — Если они конечно не слишком здоровые.

— Таких как Берси и правда немного — хохотнул конунг — Что до остального, то ты хорошо придумал с полётом. Когда понадобится, отнеси меня с Синдри Сияющим на зов Великого Конунга, пока все остальные будут идти к его драккару на своих кораблях.

— Как пожелаешь, владыка — пожал я плечами, когда бросил взгляд на нынешнего старшего вирдмана Берна. С моим учителем они были давними знакомыми, но мне с этим седобородым, невысоким мужиком прежде дел иметь не приходилось. Разве что сходу могу сказать, что он серьёзный артефактор, раз уж таким количеством амулетов и браслетов с прочими финтифлюшками обвешан, даже в бороду куча магических колец вплетена, от чего она на гномью похожа — Но сразу предупреждаю, я не боевой конь южан, овсом не питаюсь. Мне мясо подавай.

— Ха, будет тебе мясо — рассмеялся Сигурд в голос, а потом ещё немного помучив меня с братом расспросами отпустил обратно на свои корабли.

Что можно тут сказать, конунг с одной стороны прилюдно всячески обласкал меня своей милостью, ох не с каждым ярлом главы клановых союзов мёд из одного бочонка пьют и так вот привечают. Впрочем не каждый ярл арканитом иди чем-то схожего калибра через своего конунга торгует. А с другой вождь тут же нарезал мне задачу поработать его транспортным средством. Не знаю, возможно это имело в себе элемент проверки, а не запрошу ли я чего-нибудь за эксклюзивные услуги воздушного такси. Всё таки тут это с одной стороны просто круто, а с другой ещё и очень быстро. Пока другие большие шишки добираются, можно с Густовом приватно что-нибудь перетереть. Однако я согласился работать натурально за еду и всех всё устроило. Как там Конфуций говорил, сначала ты почешешь спину мне, потом я почешу её тебе?

Вечером же армада снизила ход, но продолжила путь под лунным светом, благо татуировки ночного зрения обрамляли глаза у многих хирдманов. А мы подошли на гранд-драккаре к флагману Сигурда и перетащили на него двух пленных звёзднорождённых. Конунг осмотрел сначала мужика с некомплектом пальцев на руках и следами иных пыток, всё таки Келиандула мы ломали наглухо, добиваясь от него полного снятия клятв со слуг. Фиолетововолосая же Ваньялиана была цела, разве что из одежды на ней наличествовали только грязные тряпки, едва прикрывающие наготу.

— Вторую не обрабатывали? — поинтересовался Сигурд, применив довольно дипломатичное слово.

— Ограничились зельями — пожал я плечами — Впрочем она вообще одно сплошное разочарование, как и весь её дом.

— Что ты имеешь ввиду? Приподнял бровь конунг в вопросе.

— Насколько я понял, они изрядно выродились и ослабли. В родном лесу это было не так критично, всё таки эльфийские друиды очень сильны в обороне, так что такие дома в целом могут хоть столетиями сидеть за своими рубежами и в ус не дуть. Штурм или осада их владений обычно не стоят затрат. Но вот за пределами родного дома, где сами стены помогают, у них начинаются проблемы. Самого толкового из магов и ближайшего родича главы я прирезал несколько лет назад во Френалионе. Тот что без пальцев мало что из себя представлял там где нет леса и вообще оказался слабоват характером. Девка всю жизнь бегала и летала по глухим чащобам и ничем другим кажется не интересовалась — проворчал я — Зельев на неё извели, а она реально может рассказать только о друидских делах вдали от крупных поселений под контролем её дома и о том, что папаша ей в этой жизни достался так себе.

Ситуация с эльфами, по крайней мере из дома Колючего Плюща, и правда была так себе. Хотя сильно сомневаюсь, что «плющенные» одни такие. Те «кланы» ушастиков, что граничат с людьми волей неволей вынуждены были шевелиться, собственно медлительные скорее всего немножечко вымерли. Но оставшиеся довольно толково рулили ближайшими короткоживущими, создав эдакий буфер между собой и возможной опасностью, а дом Золотых Крон вообще держал под собой главный магический город людей. И одним богам известно как там у человеческой знати с распределением придворных магов, даже проведя годы в академии я не мог точно определить уровень воздействия на выпускников. Однако в том, что некоторые завербованы эльфами сомнений не имел. Береговые кланы длинноухих в свою очередь наладили весьма успешную международную торговлю, они не только время от времени вывозили рабов, но и предоставляли за звонкую монету и дефицитные в лесу ресурсы кучу алхимических ингредиентов. Компактный, лёгкий и крайне высоко ликвидный товар!

А вот малые внутренние дома похоже потихонечку кушались. Да, эльфы любят интриги гораздо больше войны, да, у окапавшиеся на местности друиды это страшно, особенно если те окапывались столетиями, но тем не менее то у одних каким-нибудь образом прервётся старшая ветвь звёзднорождённых, а младшая кому надо оммаж принесёт, то у кого-нибудь, как у «отплющенных», кровная защита начнёт накрываться медным тазом, то вдруг с грунтовыми водами у третьих что-то под владениями не то станет происходить и они лет за сто иссякнут, а живые системы защиты на одном дожде будут хиреть да слабеть. Со слов пленников выходило, что таким образом раз в тридцать-сорок лет какой-нибудь малый дом либо ложился под кого-нибудь, либо переставал существовать. Ну а бывало и отстаивал свою независимость, коли есть порох в пороховницах и ягоды в ягодицах. Правда таких вот малых домов была ещё куча, с феодальной раздробленностью с помощью социального дарвинизма ушастикам предстояло бороться не одно и не два столетия. Впрочем на юге и у людей была схожая картина с сотнями баронств, которые с тем или иным успехом под себя подминают местные аристократы посерьёзнее. Но нас по большому счёту сейчас волновало другое.

— Друидские дела это тоже неплохо — пожал плечами Сигурд, будто бы прочитав мои мысли о окопавшихся на местности эльфах — Нам лесные крепости как раз придётся штурмовать.

— Про них мы узнали многое — кивнул я, доставая из-за пазухи толстый свиток — И не могу сказать, что дело будет простым.

— Иного мы и не ожидали, парень — хмыкнул конунг, дав знак одному из своих хольдов утащить пленных на правёж — Сколько за этих двоих хочешь?

— Одного даром отдаю, вторую не продаю. Есть у меня на неё планы — усмехнулся я — Впрочем пусть всё таки поймёт, что ей повезло попасться именно мне, а не кому другому.

— Мои люди будут аккуратны — покачал конунг головой с некоторым неудовольствием, но спорить не стал. Может ему и хотелось бы прибрать к рукам обоих, но что с боя взято, то свято. Отдать их для проверки моих слов по сути жест доброй воли, а уж задарить целого звёзднорождённого аристократа так и вовсе проявление огромной щедрости — Чего под чарами сна-то их и эликсирами держал?

— Потому что у меня трюмы забиты огнетворным зельем — признался я — Беспокойные пленники в таких условиях опасны. Так что девку попрошу до конца похода у себя подержать на всякий случай.

— Так глянулась? — усмехнулся вождь всех медведей.

— Она знает очень много тайн эльфийской магии и мне они нужны — равнодушно пожал я плечами, не вступая в полемику. Всё уже было сказано, пусть в кандалах сидит и за невесёлой жизнью своего родича наблюдает.

— Ну магия так магия — с понимающей улыбкой кивнул мне Сигурд, а потом слегка стукнул свитком по своему бедру — Ладно, бумага это конечно хорошо, но пока что лучше расскажи что узнал сам и вообще как их в плен брал. Да и пора бы уже откупорить мёд.

Возражений не было, мы с конунгом уселись на уже опустевшие в пути бочонки у самой носовой фигуры и я начал свой рассказ о том, как нашёл шпионов и что выудил из звёзднорождённых. Причём в первую очередь о том, что им было известно о береговой обороне, а во вторую о манере ушастых вести войну. Большинство людей уверены, что эльфы строят свою тактику на меткой стрельбе из луков из укрытий, а так же на искусной маскировке. И это в определённой степени правда, они так действительно делают. К тому же в попытках гоняться за ними по чащобам легче лёгкого угодить в засаду, а то и не одну. Проблема в том, что ушастики этим не ограничиваются. Во Френалионе исторические трактаты похоже были просеяны и отредактированы, но вот сами эльфы рассказали мне много интересного о друидизме. Наслушавшись их, мне захотелось добавить в своей броне костюм химической защиты, противогаз и пожалуй герметичный скафандр. Однако исходить пришлось из имеющихся возможностей и материалов. Вылилось это в инструкции о том, что ничего подозрительного в лесу трогать голыми руками, а тем паче жрать, нельзя. Подозрительным же в нём является примерно всё. А так же в подготовленные за зиму экспериментальные повязки на лица, которые должны помочь избежать вдыхания ядовитых газов, спор, пыльцы и боги знают чего ещё.

Конунг выслушал меня внимательно, кое-какие приготовления были предприняты и им. Всё таки в Берне, да и в Викре, не идиоты сидят, все понимают, куда лезем. Но тем не менее, когда мы обсудили кучу тактических моментов и изрядно опустошили бочонок, он повторил свой вопрос:

— Так взяли-то вы их как?

— А вот это самое интересное — улыбнулся я, понизив голос и установив вокруг нас полог тишины от подслушивания — Мы с приёмным сыном прилетели и закидали группу лазутчиком сверху специальными алхимическими приспособлениями. А мои хедвиги в это время слетали вместе с хирдманами на побережье, внезапно начав штурм занятой остальными ушастиками башни с самого верха.

— У тебя что ли вся дружина может в летающих тварей оборачиваться? — изумился Сигурд.

— Нет, просто мои драккары летают — развёл руками я, сдерживаясь чтобы не захохотать как Локи — Некоторые твои кстати тоже, мой конунг. Правда клановые, а не с дружинниками.

Означенный правитель загрузился и молчал несколько секунд, а затем спросил, тоже понижая голос:

— Как летают?

— По воздуху летают. Примерно как драконы — ответил я с честными пречестными глазами.

— Прям как драконы? — переспросил он с интересом смотря на меня и кажется подозревая мою крышу в том, что она малость отъехала. А может в том, что полуэльфам нельзя пить больше рюмки мёда.

— Ну на самом деле не совсем — вынужден был признать я, скорчив немного виноватую рожу — На виражах и поворотах всё таки похуже, чем тот красный, которого мы убили. Но я над этим работаю.

Главный медведь Ассонхейма ещё несколько секунд переваривал информацию, а потом проговорил:

— Поклянись пред Форсети, что не врёшь, парень. А то я тебя сейчас так отделаю, что сам Гринольв не враз обратно соберёт.

— Клянусь пред ликом Форсети, что работаю над манёвренностью драккаров — всё с тем же честным лицом проговорил я, а потом, видя что конунговские кулаки сжались, добавил — И что мои драккары и некоторые драккары Сигурда Медведя летают.

Клятва была произнесена, наш правитель переварил и это, а затем спросил:

— И много у меня драккаров летают?

— Пятьдесят один — назвал я число — Мы могли поручить их лишь ученикам Гринольва и самым доверенным из их собственных учеников.

— И скрыли это от меня — проворчал недовольный конунг.

— Скрыли — признал я — Потому что не считаем всех эльфов идиотами. И не зря. О готовящемся походе похоже они оказались в курсе, пожары тех же корабельных сараев в Викре тому подтверждение, как и резко разгоревшиеся конфликты внутри нашего народа. Но зато об этом сюрпризе они кажется пока что не пронюхали.

— Ты не доверял мне? — с фирменным прищуром дознавателя НКВД проговорил правитель медведей.

— Я доверял урокам Гринольва, он херни не посоветует — спокойно отбил я претензию, сославшись на уважаемого наставника.

— Ладно — вздохнул Сигурд, перестав давить меня взглядом — Ну что сидишь, рассказывай. Как долго летают? Как высоко? Сколько груза берут? Я должен знать, чем командую. И знать, Хелль побери, хорошо! Мне ещё обо всём этом с Густавом говорить.

— Ага. Он ахуе@т, когда узнает — покивал я с улыбкой до ушей.

Сигурд же воздел очи Горе и проговорил:

— За что ж тебя мне боги-то послали?

— За подвиги вестимо. Иначе летающие драккары и особые серьги появились бы у другого конунга — с серьёзным лицом ответил я.

— Серьги-то тут причём? Без них магия что ли не работает? — переспросил конунг явно ожидая нового подвоха. Но мы оба понимали, что сейчас, за небесные корабли, он от меня стерпит практически всё что угодно, а коли потребую, ещё и дочку за такого вот скороспелого ярла отдаст. Но последнее только после демонстрации возможностей новой военной техники, тут одной клятвы богу справедливости маловато, надо всё своими глазами увидеть и руками пощупать.

— Магия конечно не работает, если не дунуть, но это другое — мотнул головой я, а потом показал мелкую и малозаметную арканитовую серьгу в ухе — А эти штуки позволяют без слов общаться с теми, кто их носит. К примеру отдавать мгновенные приказы в бою, а не перекрикивая их с драккара на драккар через всё поле боя.

— Скитья — ругнулся правитель всех медведей — Чего я ещё не знаю? Может у тебя тут за пазухой ещё какая-нибудь штука есть, которой на месте Эльфхейма можно одну большую дырку в земле оставить?

— Пока что ещё нет — уклончиво ответил я, но конунга это почему-то не успокоило.

Привет уважаемым читателям

Вот вам обещанная прода за следующие пять сотен пальцев вверх, спасибо что они поставлены. Но сегодня кроме этих слов есть у меня к вам небольшая просьба. Кому не лень, сходите пожалуйста на страницу первого тома, напишите о нём своё мнение. А то уж больно много там привередливых людей побывало, я боюсь что благодаря ним у возможных новых читателей сложится превратное отношение о книге.

Интерлюдия 3

Эйдис Странница стояла на палубе своего драккара облокотившись спиной о мачту, скрестив руки на груди и стараясь держать на лице свою обычную улыбку. Именно так должен выглядеть хедвиг любого хирда, идущего в вик, тем паче столь славный, что ассонские корабли кажется заполонили всё море от горизонта до горизонта. А уж нахмуренная или кислая физиономия вождю тем более не положена. Удел лидера вселять уверенность в сердца тех, кто идёт за ним каждым своим жестом и взглядом. Так учили её отец, так говорили дяди, братья, наставники и просто опытные дружинники. В их словах не было причин сомневаться. Однако к сожалению молодой девушки у неё хватало причин хмурится.

Эйдис родилась в не самой простой семье. Белые драконы вообще особый клан, они издавна сильнее и богаче всех в Ассонхейме с тех самых пор, как боги привели сюда своих потомков по лебединой дороге. Не счесть сколько славных воинов, мудрых правителей, хитрых военачальников и искусных вирдманов породили потомки Ойвинда Белого Дракона, который в свою очередь был и вовсе легендой для всех северян. Надо ли говорить, что правящая семья в таком клане должна быть примером для всех остальных и регулярно доказывать, что в их крови по прежнему пылает тот же огонь, что горел в жилах предков. Обычно эта честь достаётся мужчинам, но время от времени среди них встречаются и девы щита, такие как Эйла Лучница или Лагрида Дубовое Весло. Ну или сама Эйдис.

С детства она проявляла не только желание не отставать от братьев ни с луком, ни с топором, ни с копьём на тренировках, но, что немаловажно, способность к этому. Ни для кого не секрет, что женщины обычно физически слабее мужчин, так уж распорядились боги. Однако исключения бывают и Эйдис была из их числа, ассы и ваны щедро отсыпали ей при рождении как праны, так и природной ловкости. А она сама отличалась изрядным упорством как в развитии своих талантов, так и в том чтобы встать на лебединую дорогу. Не пересказать каких усилий ей стоило получить свой драккар и команду для самостоятельных виков, но однако отец в итоге уступил её напору, хмыкнув, что она встретит в странствиях своего будущего мужа и наконец успокоится.

Эйдис тогда на это лишь усмехнулась. Воинское дело, путешествия в неизведанные места и даже просто торговля в дальних странах казалась ей интереснее мужчин. Да и с противоположным полом у неё вообще были некоторые сложности. Говорят что девушки, ища себе мужа, подспудно пытаются найти кого-то, кто похож на их отцов ну или иных мужиков, которые участвовали в их воспитании и были для мелких девчонок авторитетами. Может и так. Отцом Странницы был целый Великий Конунг, вероятно самый могучий и мудрый из ныне живущих ассонов, а воспитывали её вместе с ним опытные дружинники, не только пережившие сяньский поход, но и стяжавшие на нём славу. Седобородых вояк она воспринимала чуть ли не как родных дядек, но в силу возраста те были ей не слишком-то интересны. А ровесники и ассоны чуть постарше просто ни по силе, ни по уму не смотрелись на фоне них. Да и на фоне самой дочери Великого Конунга не слишком выделялись. Муж должен быть заметно мудрее и сильнее жены, Хелль побери! А Эйдис получила лучшее образование из возможных в Ассонхейме не только в том, что касается воинского дела, с иными знаниями и общим кругозором у неё всё было более чем хорошо. Так что попытки сыновей иных конунгов или потуги простых молодых ярлов не особо трогали её. А она в свою очередь уверилась, что её суженый просто пока что не объявился. Эйдис всё таки была молодой девушкой, слышала немало красивых саг о храбрых воинах и прекрасных девах, потому вполне верила в любовь и ждала, когда же судьба рукой богини Сьеви столкнёт её со второй половинкой.

Однако этого всё не происходило, а отец уже начал не то чтобы подталкивать её к замужеству, скорее перестал противодействовать тем, кто хотел с ним породнится, если палка не перегибается. Вот в прошлом году к ней и приставили Ванланда Пронизывающего взора, отправив по поручению, которое мог бы выполнить и кто-то иной из людей отца. Каменный дракон был хорошим воином, образованным человеком, даже имел особое благословение Форсети, помогающее чуять фальшь в людских словах, но никаких струн в душе Станницы не затронул. Да и справедливости ради не особо пытался. Молодой мужчина был вполне счастлив имея дюжину наложниц, которых по своему любил и был отправлен с дочерью Великого Конунга по просьбе собственного отца, закрутившего для этого мелкую интригу при дворе. В итоге между молодыми людьми установились ровные, приятельские отношения, но как говорится не более того.

А на ранее безымянном скалистом островке она познакомилась с целью своей миссии, а именно ярлом Альвгейром Белым Вороном. Его брат, Тормод Троллебой, прославился тем, что отправил в Хелльхейм немало горных чудовищ и взял в жёны племянницу конунга медведей. Полуэльф же от него не отстал, собрал внушительный хирд, побил где-то на юге демонов, которые вроде как жрали рабов и работорговцев, а потом вывез кучу выживших триэлей да основал собственное поселение на Фростхейме. Звучало почти абсурдно, так как на самом северном из континентов летом-то тяжело выжить, а зимой совсем караул, но видимо у ярла-колдуна были какие-то возможности, недоступные прочим. В конце концов сам он был на половину снежным эльфом, поди уж разбери какие тайны древней родины предков ему известны, тем более многие поговаривали, что ходит он туда уже не первый год как к себе домой. Впрочем другие осторожно добавляли, что с нечистыми тварями на юге всё было очень непросто, а выживание на севере будет обеспечено обильными жертвоприношениями невольников. Теперь же полукровка завалил дракона, что уж точно делало его одним из главных героев саг на ближайшие лет пятьдесят — сто.

Сам ярл Альвгейр оказался примерно таким, каким его и описывали. Молодой полуэльф был смазлив лицом, хорош в драке и остёр на язык. Собственно языками они как раз и зацепились с Ванландом, дело даже до поединка дошло, в котором каменный дракон проиграл. Зато все убедились, что сын кузнеца из мелкого посёлка и правда покрепче в бою чем наследник одного из самых сильных кланов Ассонхейма. Такой при удаче и правда мог дракона завалить.

У самой же Эйдис с молодым ярлом сложились довольно странные отношения, в которых они регулярно пытались дразнить друг друга, порой даже в ход шли весьма скабрезные шутки, если их не мог услышать никто лишний, но вот того самого подтекста в их общении не было. Альвгейр был судя по всему верен своей жене и на других женщин не особо смотрел. Эйдис было легко и приятно в его обществе, он её изрядно веселил, но уж любовного томления в груди она при его виде точно не испытывала. Так что видимо Сьеви ей пока что не занялась.

Зато Белый Ворон подал интересную идею об Ойвинде Белом Драконе и она излазила весь высокий чертог, подключила отца, простучала стены, но в итоге нашла привет от предка. Правда едва секретные помещения на верхних этажах обнаружились её оттёрли в сторону вирдманы рода, так как основатель клана накрутил уж очень серьёзную систему защиты. К весне волшебникам удалось вскрыть рабочий кабинет Ойвинда, видимо много-раз-пра-дед не желал совершать слишком много манипуляций, чтобы в тишине посидеть с непубличными бумагами или просто вздремнуть на небольшом ложе, до сих пор стоящем в углу скромной комнаты. Но вот из неё путь вёл куда-то дальше ни то в лабораторию, ни то в библиотеку и туда пройти пока не удалось. Вирдманы продолжали возиться с защитой и говорили, что если допустить оплошность, всё находящееся за дверью может так рвануть, что высокий чертог станет не очень-то высоким.

В шутку Эйдис даже предлагала привлечь к этому делу того, кто догадался о наличии интересных тайн Белого Дракона, но предсказуемо ей заявили, что это внутреннее дело рода и вообще лучше б ты о замужестве, девка, думала. Девка подумала и начала намекать окружающим, что вариант-то хороший, надо брать. Чай Белый Ворон вполне себе ярл, хирд у него крепкий, в саги уже вошёл, богат да и вирдман не из последних. А что рода не знатного, так и плевать, он чай на Фростхейме уже практически новый клан основал. Старшие родичи снова на неё шикнули и отправили подальше, а потом количество молодых людей при дворе Великого Конунга желающих обратить на себя её внимание заметно увеличилось. Это так позабавило странницу, что она начала с ледяным спокойствием отваживать их от себя, а с болтливыми подружками томно вздыхать о одном беловолосом ярле. По Викре после этого даже пошёл слушок, что Великий Конунг изгнал Белового Ворона не за то, что тот касатке голову срубил, а за то что он пытался залететь в спальню конунговской дочке без дозволения отца. Что впрочем не удивительно, где кровиночка правителя всех ассонов, а где безродный ученик вирдмана. Однако провинциал оказался не лыком шит, о волны стёр днище драккара, о землю исходил сорок пар железных сапог, обрёл силу, славу и богатство… Но вновь получил отворот поворот и второе изгнание. А теперь значится завалил дракона и Эйдис вопреки воле отца сама к нему на Скалу Изгоя сорвалась. То, что мужчина успел жениться в своих странствиях никого не смущало, некоторые южанку вообще считали просто наложницей просто потому что ну… она ж южанка!

Странницу всё это безумно веселило, а вот её отец подобных шуток не оценил, пресёк слухи через своих людей и вызвал дочь на серьёзный разговор. Пришлось признаться, что ничего кроме взаимной приязни между ней и молодым ярлом нет. Удовлетворившись этим Густав всё таки посоветовал Эйдис присматривать мужа, а весной отправил как свою представительницу на Скалу Изгоя. Возможно даже рассудив, что взаимная симпатия это не однозначное нет, а прочие кандидаты не удостаивались даже таких слов. Или может быть рассудив, что официально дав ей подобное указание получилось окончательно добить недавние слухи. Суровый отец не против, лишь бы молодые чин по чину к капищу пришли, а не по углам зажимались. А если Белому Ворону не хватит смелости прийти к Великому Конунгу и как положено просить руку его дочери, то это исключительно его собственная вина. Нельзя так с молодыми девушками из хороших родов поступать!

Время, проведённое на Скале Изгоя было в меру приятным, подарок молодого ярла правда был слишком дорогим и слегка напоминал свадебный дар, но переживала Странница зря. Альвгейр честно ей признался, что дарит драконий доспех исключительно в знак дружбы и в лоб сказал, что считает её достойной девушкой. А достойная девушка не может быть настолько неблагодарной дрянью, чтоб не замолвить за друга словечко в столице в случае чего. После этого Белому Ворону правда пришлось уворачиваться от удара сначала в челюсть, а затем в глаз, но он при этом так заразительно смеялся, что на хихиканье пробрало и Эйдис, а драться и гоняться за наглецом стало решительно невозможно. Последователь Локи есть последователь Локи, от этого не уйти.

И всё бы нечего, но на следующий день после встречи с флотом Ассонхейма начались проблемы. Ладно бы то, что Белый Ворон оказывается может превращаться в ледяную виверну, отцу она об этом и сама доложила. Другой разговор, что вскоре летающая рептилия доставила пред светлые очи Великого Конунга Сигурда Медведя и они имели какой-то длинный разговор, закончившийся лишь ночью. Тема обсуждения осталась тайной, но на следующий день родитель вызвал дочь и практически приказал обратить самое пристальное внимание на молодого ярла, почти полностью повторив её собственные зимние слова. Красив, богат, доблестен, а вирдмана такого и вовсе днём с огнём не сыщешь, надо брать да тащить в их род и демоны с ним, что полуэльф, кровь долгоживущего народа даже на пользу пойдёт. А если Эйдис наконец не перестанет маяться дурью и не возьмётся уже за ум, то папа по другому решит. В конце концов у Странницы две младшие сестры есть, обе никому не обещаны и вот-вот войдут в брачный возраст.

На попытку возмутиться последовала резкая отповедь и зная отца Эйдис не стала упорствовать. В таком состоянии он всё равно ничего хорошего не скажет, чтоб чего-то добиться нужно подождать пока Густав остынет. Правда остывать он пока как-то не планировал и дочь не привечал. Флот драккаров после пролива шёл широким фронтом, медведям досталось место сразу по левую руку от драконов, а Странница получила прямой приказ быть рядом с косолапыми. Край которых естественно был представлен кораблями Белого Ворона, что неимоверно бесило. Нет, ну какого спрашивается Хелля⁈ Нормально же общались!

Не надо быть всезнающим Одином, чтобы догадаться об очевидном. Без Хугина и Мунина понятно, что Альвгейр решил таки не только закончить своё изгнание и основать собственный клан, но и возвыситься. А для этого заручится поддержкой не одного лишь конунга медведей, но и верховного правителя, что было весьма удобно сделать через брак. Дураку ясно, что Сигурд прилетел на полуэльфе в виде виверны к её отцу для сватовства и обсуждения каких-то далекоидущих планов на Фростхейм. Чай все уже оценили огромные двухмачтовые драккары из тамошней волшебной древесины. Колонизация ледяного континента подвиг не меньший, чем убийство дракона, просто растянутый во времени. Славное дело! Демоны подери, Эйдис и сама не отказалась бы в нём поучаствовать. Но не так же! На кой хрен Альв за её спиной с отцом договариваться решил, а ей ни пол слова не сказал? И за ради чего была эта ложь о том, что он жене верен и изменять не планирует ни с принцессой Сяньской империи ни с дочкой Великого Конунга? После таких фокусов белобрысого козла даже видеть не хотелось, не то что разговаривать с ним! Не говоря уж о том, что если он сам эту кашу заварил, пусть первым к ней и придёт, объяснившись. Сама же Эйдис вставать борт о борт с его драккаром не собиралась принципиально. Не ей этот разговор начинать! Точка! Если уж мужики все так хорошо между собой уговорились, пусть за полуэльфа Лагерту отдают, ей кажется всё равно за кого лишь бы уже замуж, дура малолетняя. А уж старшая сестрёнка потом и ей и зятю устроит весёлую жизнь, даже в ледяных пустошах от неё не отвяжутся! Нет, ну что мешало поговорить-то по взрослому? Ей всё равно замуж выходить давно пора, а вариант действительно лучше многих. Скитья!

От мрачных мыслей Эйдис отвлекли крики вперёдсмотрящих, на горизонте показались паруса эльфийского флота. Было глупо думать, что если ушастые не прознали о их походе. И теперь их встречали не разрозненные силы береговых домов, а все эльфийские корабли, собранные в единый кулак. Эйдис набрала в лёгкие воздух и крикнула:

— К бою! Одеть брони, впереди наконец-то враг, а не скучная дорога!

— Ааассс! — прокричали в ответ воины, облачаясь и снова берясь за вёсла.

Одела свой доспех и девушка, радуясь тому, что его зачарование уже было окончено. Альвгейр конечно козёл, но подарок сделал знатный, прочнее мифрила с арканитом, но достаточно лёгкий чтоб даже в воде не тонуть. Флоты же перестраивались, постепенно двигаясь навстречу битве, корабли обеих сторон вставали ближе друг к другу, чтобы единым кулаком попытаться прорвать вражеский строй. Томительное время ожидания тянулось медленно, никто не пытался нестись вперёд сломя голову, экономя силы гребцов, бой обещал быть долгим и они им всем ещё понадобятся.

Но внезапно вперёдсмотрящие снова закричали, в небе над эльфийским флотом показались три дракона: белый, синий и чёрный. Похоже подозрения, высказанные в прошлом году, оказались верны, а у всех ассонов теперь большие проблемы. На кораблях были баллисты, но враз летающего монстра ими не убьёшь, а огромный ящер своим дыханием может за один проход оставить настоящую дорогу смерти в плотном строю кораблей. Разрядить же его, значит подставиться под сомкнутый в кулак флот эльфов. Скиться!

Эйдис не знала что сейчас думал её отец и какие приказы собирался отдать, но слева от неё послышался усиленный магией крик:

— Барабаны — атакующий темп! Орм, вставай во вторую колонну параллельно нашей! Онар, самое время спеть самую крутую сагу, которую ты помнишь! Я приведу летающих ублюдков под баллисты, стреляйте метко, Убийцы Чудовищ!

После этих слов гранд-драккары и корабли морских змеев, которые после гибели соклановцев были забиты баллистами до разумного предела и даже чуть-чуть плотнее, действительно начали резво вырываться вперёд, перестраиваясь. Эйдис нахмурилась, пытаясь понять какого йотуна происходит, но вдруг сообразила, что задумал полуэльф. Драконы ненавидят виверн лютой ненавистью и при каждом удобном случае стремятся их уничтожать. А ещё они безумно подверженные гордыне твари, которые наплюют на любые договоры с эльфами, увидев «пародию на себя». Альвгейр собрался поломать врагу план битвы, он попытается заманить летающих ящеров на снаряды баллист… Но один против трёх скорее всего сдохнет пытаясь. Однако выдох драконов почти наверняка всё равно достанется его драккарам и змеям, готовым сдохнуть, но хотя бы ранить ненавистных летающих ящеров перед смертью. К тому же он будет не первым, который считается самым мощных, огромные рептилии наверняка убьют Белого ворона именно дыханием, а не когтями или зубами. Потом получал залп баллист и у флота Ассонхейма будут все шансы дострелить их, а потом добить, заплатив приемлемую цена. Десять потерянных кораблей и победа в битве, очевидный обмен, как говорил её отец, который пожнёт лавры победителя, а на пирах будут жалеть героического молодого ярла, что так и не успел жениться на дочке Великого Конунга.

— К Хелль! — гаркнула внезапно даже для себя Эйдис — Атакующий темп! Не сметь отставать от медведей!

Барабанщик с другой стороны мачты начал выполнять приказ, вёсла в руках хирдманов толкнули корабль вперёд, Эйдис быстрым шагом отправилась к носовой фигуре, а с головного гранд-драккара донеслось пение Оннара Лужёной Глотки:

— Безумство схватки у чёрных скал

Твой лик ужасен, свиреп оскал

Горячий норов дурманит кровь

Один на сотню ты рвёшься вновь

— Прекратить! — внезапно раздался голос Ингольва — Мы идём с флотом Великого Конунга, а не этого безумца.

Странница обернулась на носу драккара и встретилась глазами с форингом, которого к ней приставил отец, понимая, что ни силой, ни словом его переубедить не получится, а дружинники отца подчинятся ему, а не ей. Но зато уходящие вперёд корабли были недалеко. Так что девушка просто процедила:

— Да идите хоть Суртуру в задницу!

После этих слов Эйдис повернулась, взяла разбег в два шага и что было сил оттолкнулась от борта, прыгая вперёд на добрых три десятка шагов. Холодная вода обожгла, тяжёлый двуручный меч Гуннара Бернсона давил на спину, но в десяток мощных гребков она добралась до вздымающегося из воды весла, ухватившись за него. Её дернуло вверх, она резко согнула руки, подбрасывая себя и приземлилась на длинную деревяшку ногами, побежав по ней на борт замыкающего гранд-драккара, набирающего всё больший ход. Не самый простой трюк, но со своей ловкостью девушка могла проделать и не такое. Хирдман Альвгейра же без труда узнал её и пару секунд подержал своё деревянное орудие прямо лишь тихо ругнувшись. Станица прыгнула на палубу, устремляясь к носу длинного кораблч и услышала уже позади удар по металлу и крик:

— Пошёл на йух, свой драккар надо иметь! А ты тут хрен ли взялся?

Обернувшись, девушка увидела Ингольва в воде, который похоже только что получил по шлему веслом, вместо того чтобы повторить её путь и ярла Дьярви Раудсона, только что приземлившегося на корме. На его драккаре была какая-то возня, видимо не только дочь Великого Конунга не хотели допускать до самоубийственной затеи, у избранного клана Красных Волков были схожие проблемы. Однако он не только не желал бесчестья, которое мог получить, не последовав за походным конунгом в лапы смерти после того, как он его пожалел, но и был феноменально силён даже для ассонов, освоивших прану и без проблем допрыгнул до чужой палубы, не купаясь в весенней воде. С головного же драккара продолжала доноситься песня скальда:

— Суровый натиск, слепая ярость

Как волк в овчарне забудь про жалость.

Твой рёв звериный в запале битвы

Заглушит всхлипы чужой молитвы

Прикинув расстояние и скорость уже почти двигающихся атакующим темпом кораблей, а так же то, что вряд ли сможет догрести до впередиидущего драккара вручную, Эйдис крикнула:

— А со мной на закорках до следующей кормы допрыгнешь⁈

— Лезь быстрее — через секунду рыкнул рыжий ярл с изменившимися чертами лица, видимо на глаз прикинувший её вес.

Спустя пять ударов сердца Красный Волк взял разбег по палубе и прыгнул вперёд с живым грузом, Эйдис увидела, что с головного драккара взлетела виверна, а Оннар всё так же голосил:

— Ломай хребты свирепым турам

Напейся крови во славу Тюра

Твой взор горящий пылает сталью

И рядом слава с отвагой встали

Ярл и дочка конунга продолжили нестись вперёд, приземляясь на кормах, делая короткую пробежку, огибающую мачты и новые прыжки с носов драккаров, пока не оказались на корабле Белого Ворона. Эйдис спрыгнула со своего транспорта и закусив губу стала следить за тем, как белая виверна летит на встречу сразу трём драконам, а рядом раздался голос Асмунда:

— Ты б аккуратнее, а то такими темпами будет прозвище не Странница, а Наездница На Ярлах. Оно тебе надо?

Девушка повернулась на голос и увидела Асмунда, медведеподобного форинга Альвгейра, который сейчас стаскивал с себя броню. Несколько самых опытных хольдов дружины умудрялись продолжать его действия, не прекращая вращать вёсла и видимо желая отправиться в свой последний бой с голой грудью как герои саг. Лужёная Глотка же продолжал:

— Здесь верить страхам своим не надо

Ведь жизнь как подвиг, а смерть — награда

Тебя ждёт Один на пир в Вальхаллу

И ждут валькирии в небесных залах

Собравшись с мыслями девушка произнесла:

— Для того, чей ярл сейчас умирает, ты удивительно весел.

Рыжебородый воин пару секунд смотрел на неё, а потом самым бессовестным образом заржал, под комментарий начавшего раздеваться Дьярви:

— Да разница-то? Уже почти за столом Всеотца с Альвгером божественный мёд пьём. Так что не хрен грустить.

Скальд же будто вторил Красному Волку:

— Героев Асгарда ты там увидишь

С друзьями кубок вновь опрокинешь

И вспомнишь с ними былые битвы

И вспомнишь время когда был жив ты!

Странница в свою очередь вновь приковала свой взор к летающим ящерам, моля богов об удачи для своего… друга и закусив губу до боли, но Асмунд будто грязными сапогами влез в её мысли:

— Какой в задницу божественный мёд⁈ Я боюсь как бы эта сволочь опять не забрал всю славу. Быстрее, млять, разоблачайтесь и не смейте прыгнуть мимо сраных ящеров! Я не хочу чтобы потом говорили, что всю работу за хирд опять сделал один ярл.

— Зачем прыгать? — не понял Красный Волк.

— За шкафом! — припечатал форинг — Стягивай уже остальную броню, дурень, а то утонешь если свалишься.

От автора

Дамы и господа, спасибо всем, кто сходил в комментарии к первой книге. Блин, я реально не ожидал такой кучи людей, это было круто. Вы самые офигенные читатели в мире!

Глава 11

Я летел навстречу трём драконам. Синий, чёрный, белый… Живой, сцуко, коллективный флаг Эстонии, рижский бальзам им в глотку и по паллету шпрот в чешуйчатые задницы. Мы предполагали, что эти твари могут появится и что эльфийское золото в сокровищницу красного ящера не сквозняком надуло, но ожидаемая неприятность не перестаёт быть неприятностью. А сейчас главное не дать ей перерасти в катастрофу. Однако для этого необходимо, чтобы летающие рептилии сделали всё в точности так, как мне нужно. Так что желая их раззадорить как можно сильнее, я в полёте издал максимально грозный рык, бросая им вызов.

Ящерицы-переростки ответили ещё более громким рычанием, летя навстречу, источая в ментальном плане кровожадную угрозу, которая волей неволей заставляла чувствовать страх. Впрочем я знал на что шёл. Вперёд вырвался чёрный дракон и услышал мой мысленный насмешливый крик:

— Самый мелкий всегда быстрее здоровенных увальней⁈

Подобная подначка мало кого бы впечатлила, но драконы имеют воистину непомерный уровень гордыни и мозги схожие с подростковыми. Род чёрных ящеров известен тем, что они при прочих равных меньше своих сородичей иных цветов и комплекс на размеры у них такой, что гномам и не снилось. Остальным же хватило и того, что их назвали тормозами. Жажда меня прикончить стала заметно сильнее, хотя куда уж больше, а в разуме зазвучали слова-поняти:

— Убью!

— Разорву!

— Ненавижу!

— А я тебя люблю — нагло отозвался я, почувствовав в «голосе» синей ящерицы женские нотки.

Что же, самый мелкий всегда самый шустрый, но у дамы от виверньего признания по-видимому под хвостом натурально заработал реактивный двигатель. В тормозительной категории остался только белый, самый крупный дракон, который отчаянно заработал крыльями по видимому не желая отставать от сородичей, за что удостоился от меня реплики:

— Не позорь наш цвет, жирный лентяй!

Подтекст понятий при телепатическом общении все прекрасно поняли, ледяной здоровяк прибавил ходу, а от двух других ящериц-переростков кажется самую малость пахнуло злорадством. Впрочем не поручусь, эмофон всё равно забивала чёрная жажда убийства. Всё как и планировалось. Осталось в общем-то только пережить свой собственный план, делов-то.

В воздухе быстро летают не только самолёты, драконы и виверны так же двигаются весьма стремительно. Вскоре мы встретились и мне в морду понеслось три выдоха, ледяной от белого ящера, ядовито-кислотный от чёрного и огненный от синей твари. Забавно, в парочке трактатов я встречал упоминания, что ей подобные выдыхают молнии, но скажите на милость как их можно выдыхать? Это так не работает. Зато огонь, особенно магический, бывает синим, как от газа, это да. Но уж чёрт с ними, с коллорами пламени и схемами функционирования органов волшебных созданий. Главное что инерция с гравитацией работали по прежнему и мне понадобилась помощь духа воздуха, который буквально подкинул себя вверх, над смертоносным облаком разных цветов. Каждый из противников стремился убить меня быстрее других, вместо того чтобы бить по очереди, это было их ошибкой. Они перекрыли себе обзор, переборщив с мощью удара, я оказался над драконами и пролетел над чёрным, плюнув в его крыло льдом. Мои противники были прочными и живучими тварями с высокой сопротивляемостью к магии, но всё же тонкая перепонка есть тонкая перепонка, это вам не прочная чешуя на хребтине. Чёрная тварь зашипела, начав припадать на одно крыто и стала уже не такой шустрой. Но тем не менее все три противника начали разворот, чтобы вновь атаковать меня. Я же решил слегка подкорректировать план, дав своим хирдманам чуть больше времени, и вместо разворота продолжил двигаться вперёд в сторону эльфийского флота, подгоняя себя магией.

Летающие ящеры активно работали крыльями, чтобы догнать меня и сокращали дистанцию, даже чёрный монстр перетерпел боль в крыле, почти поравнявшись со своими товарищами. Драконы вообще быстрее виверн. Медлить дальше было нельзя и я сложил крылья вдоль тела, начав падать вниз, как авиабомба. Слишком сильно снижаться было вредно для здоровья, я не желал поймать стрелу в глаз от какого-нибудь Леголаса Трандуилсона, но тут всё к сожалению зависело не только от меня, необходимо было выровняться на вполне определённой высоте. Но драконы всё таки нагнали свою добычу вовремя, а я снова буквально выбил себя из под атаки ударом воздуха под дых.

Синие драконы, как впрочем и красные, выдыхают отнюдь не напалм, их пламя быстро сгорает. Ледяное дыхание белых ящеров вполне себе рассеивается в воздухе, теплообмен увы никто не отменял. Но вот ядовитая кислотная дрянь, которую выдыхают чёрные рептилии штука немножечко другого калибра. Сейчас эльфов подо мной ждёт интереснейший аттракцион с магическими щитами и молитвами богам. Терять корабль посреди моря удовольствие ниже среднего, хотя лишиться мяса на своих костях конечно ещё хуже. Впрочем будут знать как с подобными союзничками связываться.

Я же сам заложил мёртвую петлю с разворотом и наконец со всех крыльев ломанулся к нашему флоту. Драконы в свою очередь ушли на виражи и последовали за мной, продолжая соревноваться в скорости и всё же догоняя. Расстояние было значительным, летел я прямо, как стрела, опустившись поближе к воде, однако враги были всё ближе и вперёд таки вырвался оклемавшийся чёрный ящер. За ним следовала синяя драконица, замыкал тройку белый здоровяк. Идиллию портило только то, что эти твари должны были приблизиться ко мне раньше, чем хотелось бы, а если пойдут столь любимые драконами выдохи, то мне придётся маневрировать, ещё больше гася скорость. Уйду от первого плевка, попаду под второй или в лучшем случае третий. Жаренная белая воронятина или замороженная белая вивернятина… Так себе выбор. А значит придётся открывать миру новый козырь.

Сделав очередной взмах крыльями, я резко принял свой обычный вид и что называется в прыжке встал на летающий диск, ускорившись за счёт многочисленных накопителей магии, которые сейчас явно не было смысла экономить. От драконов позади в телепатической сфере донеслось лёгкое недоумение и чтобы они не теряли запала я повернулся спиной к ходу движения, приставил копьё к паху в недвусмысленном жесте и отправил в сторону чешуйчатых преследователей длинный водный таран. Вреда он им не нанёс даже морального, всё таки магией творится чистая водичка, однако шутку юмора в стиле пьяного Локи поняли как драконы, так и видевшие нас с кораблей остроглазые ассоны, от эльфийских взоров она тоже вряд ли укрылась. Такого испытания драконья гордыня не выдержала и до меня донеслись уже не слова-понятия, телепатия передавала чистую и незамутнённую жажду моей крови. Даже лети я сейчас прямо в скалу, никто из преследователей скорее всего не отвернул, мы бы все вместе размазались о камни.

Впрочем на деле вышло даже лучше. Две колоны кораблей наконец оказались рядом, я полетел между ними чуть выше мачт. Начали резко, отрывисто хлопать троса баллист, а снаряды, напоминающие металлические копья, полетели к целям. С красным драконом у нас было много промахав, но там играло свою роль значительное расстояние, здесь же живые мишени были практически вплотную и каждый выстрел находил цель. Воздух сотряс драконий рёв боли, когда острые игры пробили прочную чешую, войдя глубоко в могучие тела, а затем выпустили внутрь сжатый воздух. Но будто этого было мало, во время пролёта через строй на ящеров в духовных скачках прыгнули мои хирдманы. Большая часть нанесла лишь по одному встречному удару, дальше слетев в воду и на последок вырвав из драконьего мяса оружие так и не выпущенное из рук. Некоторые при этом порезали рептилиям перепонки крыльев. Но самые везучие и искусные достигли большего.

Сяо Железнобокий, вероятно надеясь на свою невероятную прочность, материализовался прямо перед башкой чёрного дракона с выставленным ему на встречу копьём и попал чётко в глаз. Низкорослого и узкоглазого хирдмана при этом отбросило в сторону так, будто сам Тор шарахнул по бедняге Мьёльниром, но ящер угольного цвета начал дёргаться в судорогах ещё в коридоре кораблей, а за ним благополучно упал в воду. На синюю драконицу приземлились Асмунд и Тилль, вогнав ей свои двуручные дрыны в стык шеи, плеч и крыльев. Разобрав прошлого летающего титана на куски, мы заключили, что там находятся очень неприятные для них точки. Альвбранд в свою очередь приземлился между ними, вогнав древние эльфийские клинки в основание подъема наспинного гребня по самые гарды и достал таки до позвоночника. Ещё одного дракона поразила судорога и он упал в воду, по пути задев хвостом один их кораблей морских змеев.

Меньше всего предсказуемо досталось самому крупному ящеру, который шёл замыкающим. Снарядов баллист он конечно словил на общем основании, но вот хирдманы приводнить его сходу так и не смогли. А до кучи к моему изумлению на гигантского «снежка» прыгнул ярл Дьярви и Эйдис. Странница не владела ни духовным скачком, ни до сих пор непонятной силой Красного Волка, но праны у представительницы правящей семьи было очень немало, мотивация вероятно так же была на высоте. Она разогналась, сделав короткую пробежку поперёк гранд-драккара, сиганула вперёд и вонзила фамильный двуручный ковыряльник в бедро задней ноги дракона.

Тот в свою очередь ошалел от боли, которую ему внезапно причинили множество ран, но начал пытаться набрать высоту, делая взмах за взмахом могучими крыльями. И это было проблемой, которую мне следовало срочно решать. Падение в воду с большой высоты штука не менее опасная, чем падение о землю. К тому же утонуть и попасть в сети Ран так себе судьба, это вам не Вальхалла, там не наливают. А Странница и вовсе имеет все шансы подпортить жизнь выжившим, за умершую дочурку Великий Конунг по головке если и погладит, то со всей дури и боевым молотом. Не говоря о том, что разъяренный ящер может просто наделать дел, проредив ассонхеймский флот. Нам оно не надо, нам и без таких приключений очень хорошо.

Так что дабы продолжать жить припеваючи я заложил вираж и пошёл на врага. Тот, ослеплённый болью, не заметил меня сразу, а дальше стало слишком поздно. Жало сорвалось с моей руки, со свистом прорезало воздух, а затем вонзилось в драконий глаз, проникнув глубоко в череп. Огромная рептилия начала судорожно мотать башкой, а я взвыл от боли в руке, к которой была пристёгнута цепь сяньского артефакта. Однако вместе с болью пришла и сила. В прошлый раз мне очень не понравилось быть отбивной, но я прекрасно помнил, как предыдущий владелец этого гарпуна вытягивал из меня жизненную энергию. За долгую зиму, хорошо помня непередаваемые ощущения от встречи с драконом, эту проблему удалось решить. Вот что правильная мотивация творит!

И сейчас мои связки на руке получали растяжения и вновь почти мгновенно приходили в норму, чтобы опять пострадать. Сам я чувствовал небывалый подъём, когда полноводный поток силы втекал в меня. А дракон с кунаем, добравшимся до коры головного мозга дёргался всё судорожнее и махал крыльями всё реже, пока мы вместе с ним не упали в воду, снеся заодно мачты трём драккарам, замыкающим построение. Дёргалась тварь довольно долго, умудрившись перелететь наш флот.

К счастью ящер не пошёл ко дну, имея положительную плавучесть, однако подыхать тоже не спешил. Но и сопротивлялся мог с трудом, повреждения ли в голове или сила духовного артефакта повлияли, а часть его тело будто местами парализовало. Лишь в телепатии звучал злобный крик:

— Прочь! Уничтожу!

— Надо было самому прочь улетать, пока мог — сквозь зубы процедил я, вставая на драконьей спине и удерживаясь от того чтобы сплюнуть кровь изо рта.

О тушу ящера меня приложило ни раз и не два, внутри шлема морда всё равно не осталась целой. До кучи с ног сбило летающий диск и я лишь чудом сумел прикрепить его на спину телекинезом, не дав артефакту сгинуть в морской пучине, а правая ладонь неимоверными усилиями и благодаря удаче удержала рогатину, не потеряв. Мой взгляд нашёл выбирающуюся из воды на дёргающегося ящера Эйдис, которая к счастью была жива, хотя вид конечно имела не слишком презентабельный. Шлема я на ней ещё в начале всей этой эпопеи не видел, одни боги знают где девушка его оставила, а её лицо по видимому успело близко познакомиться с твёрдой чешуёй, когда мы приводнялись, саму девушку при этом с ног до головы залила драконья кровь из сделанной ей раны, белый доспех был уже совсем не белым. Хотя там из-за встречного ветра небось всё вплоть до набедренной повязки пропиталось. Хоть плевать, главное жива, даже шевелится, как впрочем и мои хирдманы. Чтобы убить ассона нужно что-то посерьёзнее жёсткой посадки.

Улыбнувшись, я сбросил диск со спины и запрыгнул на начавший левитировать блин, взял копьё в две руки и взлетел на всю длину цепи, а потом резко рухнул вниз, разгоняясь ко всё тому же многострадальному глазу, а точнее уже глазнице. Копьё повторило путь куная, в конце протолкнув его ещё глубже, а затем с арканитового наконечника сорвался заряд воздуха, окончательно добивший драконий мозг. Тело могучего зверя судорожно дёрнулось в последний раз и наконец успокоилось.

К нам же на всех парах неслись драккары со знакомыми клановыми знаками на мачтах. Касатки… Всё логично, они шли в самом конце строя, кому ещё тут быть. Выдернув оружие из раны чудовища, я перелетел обратно на спину ящера, куда уже повзбирались мои хирдманы. Оружие было у всех, даже за двуручником Эйдис к бедру нырнуть успели, а вот брони наличествовали только у меня и у девушки. Вот вроде говорил, что драконья шкура не тяжелее воды, а однако некоторым на голове хоть кол теши, хоть орехи коли, предпочли её на всякий случай снять. И это было не очень хорошо. Нет, конечно мы тут в общем походе под знамёнами Великого Конунга, рядом со мной его дочка стоит и вообще нас по тихому не прирежешь, а я ещё и улететь могу. Но готовиться всё равно следует к худшему, потому как под нашими ногами ну просто огромадная куча добычи, жадность же людей может на всё что угодно толкнуть.

— Все драться готовы? — осведомился я у своих людей.

— Всегда готовы! А то ж. Да! — отозвались мои хольды.

— С кем вы собрались воевать? — тем временем спросила Эйдис.

— Известно с кем — проворчал я — У нас тут целый дракон, которого можно объявить своей добычей, если мы внезапно утонем.

— Не разводи глупости — отозвалась Странница — Это наши союзники, да и с кораблей соседних кланов вон шеи вытягивают, пытаясь разглядеть что тут творится.

— Ну дай-то боги — хмыкнул я.

— Эй, вы там как, не ранены? — тем временем прокричали нам с подходящего драккара.

— И даже не голодные — проорал я в ответ — Шевелите вёслами, а то без нас всех эльфов перебьют. Нам в авангард надо, пока драка не началась.

— А дракон? — донеслось с корабля.

— А что ему дохлому будет? — вопросом на вопрос ответил я — Резче, иначе сам Великому Конунгу будешь объяснять, чего мы с его дочкой к веселью не успели.

— И так торопимся! — крикнули нам — Да и как ты сквозь строй проталкиваться хочешь?

Справедливости ради веслами эти млекопитающие шевелили и правда бодро, однако само их наличие вызывало раздражение. Однако мы наконец поднялись на борт и драккары водоплавающих действительно двинулись обратно к флоту, нашу добычу никто не пытался скрысятничать, а нас прирезать. Самый острый момент прошёл и ничего не полыхнуло, хотя мою улыбчивую наглую рожу явно узнали. Дело же с «проталкиванием» вперёд решалось просто, мне-то главное было обезопасить своих людей и драконью тушу, а не пролезть без мыла в авангард полным составом.

Как только я убедился, что всё нормально, Эйдис была подозвана поближе и ей была озвучена просьба:

— Вставай на щит передо мной. Протолкнуться не успеем, так что полетим.

Девушка пару секунд поколебалась, а затем исполнила требуемое, нарочито небрежно усмехнувшись:

— Надеюсь так на тебе меньше трясёт, чем когда ты виверна.

— О, буду с тобой предельно аккуратен — фыркнул я, обняв её свободной от копья рукой за пояс, чтоб не дай бог не свалилась. Правда таким образом её попка оказалась прижата к моему паху… Ну, в этой жизни просто есть вещи, которые нужно вынести.

— Аккуратный ты мой, чего к отцу с Сигурдом свататься-то ходил, мне ни пол слова не сказав? — поинтересовались у меня после взлёта, когда лишних ушей рядом уже не было, а я выглядывал через то плечо Эйдис, над которым не торчала крестовина двуручника.

— В смысле свататься? — только и получилось ответить, переварив вопрос — Не ходил я никуда.

— В смысле не ходил? — удивилась уже Странница — А кто аж с целым конунгом к отцу летал? Хочешь сказать мне он просто так сказал, что либо я прекращу маяться дурью и за тебя пойду, либо он тебя на одной из моих младших сестёр оженит вперёд очереди?

— О как — наконец сообразил я о подоплёке событий и изменениях на лице моей подруги, что закаменело на следующий же день после разговора с Густавом о том, что у медведей теперь есть военно-воздушные силы — Да, этот мог и на брак настроится.

— Так, какого йотуна происходит⁈ А ну давай рассказывай! — ткнула меня рыжая локтем в полёте в стиле Иви.

— Э нет, твой отец что-то мутит, у него и спрашивай. А я вообще не при делах и даже уже женатый человек — попытался я съехать с темы.

Мы в обнимку пролетели уже над большей частью ассонского флота и мне наконец удалось разглядеть что происходит у наших кораблей. Оба дракона к счастью были вполне себе дохлыми, у одного голова и вовсе держалась чуть ли не на лоскуте кожи. И сейчас мои корабли и драккары змеев уцепились за них гарпунами и оттаскивали туши в бок, освобождая дорогу для движения флота, идущего плотным строем. Скорбных лиц у парней к великой моей радости не наблюдалось, а значит была надежда, что мертвецов у нас нет. Ну или хотя бы их немного. Всё таки ассоны есть ассоны, с них станет порадоваться, что парочка друзей ушла в Вальхаллу в блеске славы во время схватки аж с тремя драконами за раз. Это, на секундочку, очень круто. После такого Один лично наливает, а от валькирий отбоя нет.

— Ни хрена себе не при делах⁈ — тем временям отвлекли меня от размышлений о счастливой загробной жизни ещё одним ударом локтя о броню — Он тут меня на себе возить будет, о драконов самоубиваться, а как жениться, так в кусты⁈

— Эээ, стоп. Самоубиваться о драконов не значит жениться! Какое отношение одно вообще имеет к другому? Тем более я не самоубивался, я их бил! — возмутился уже я.

— А то что сейчас вместе над всем флотом пролетели, это ничего, да⁈ — нашла Странница новый аргумент — Так дело не пойдёт. Вместе летали, вместе белого дракона убили, теперь ты должен быть мужчиной и взять на себя ответственность.

— Это не так работает! И вообще мы зверюгу с ещё почти дюжиной мужиков убивали. За них ответственность тоже брать? — продолжил отбиваться я.

— Уже взял, они твои хирдманы, ты их ярл — не сдала позиций дочь Великого Конунга — А я девушка в конце концов, со мной всё по другому.

Последнее не смотря на всю браваду прозвучало почти жалобно. Всё таки Эйдис действительно была молодой девчонкой, которая по-видимому уже построила в своей голове некую романтическую конструкцию, по которой один мужлан тут активно топчется сапогами, продолжая её при этом обнимать за талию. В общем выходило не хорошо и заходя на посадку, где наконец появятся лишние свидетели, я сказал:

— Ты не просто девушка, а самая красивая и храбрая в мире дева щита. Но я давал клятву перед богами не изменять жене. Уговоришь её принять тебя в семью — на руках в капище принесу. А если нет, всё равно всегда буду тебе другом.

Глава 12

Приземлившись на палубу своего флагмана, я отпустил Эйдис, сошёл с диска, закинув его телекинезом на спину на манер щита и громко спросил:

— Все живы?

— Тут да, но некоторые раненые без сознания — отозвался Асмунд, которому подраспороло кожу на груди. Подозреваю наспинные шипы дракона постарались — Сяо вон на силу откачали, почти утонул, как вырубился.

— Не хрен дракона лоб в лоб встречать, он конечно Железнобокий, но не скала же — проворчал я, оглядываясь по сторонам.

Некоторые хирдманы были вводе, ныряя и ища оставшихся «потеряшек». С этим нужно было что-то делать, как-то помогать, лишних воинов у меня нет. Впереди же скоро должен был начаться бой не на жизнь, а на смерть. А рядом стоял драккар с очень недовольными хирдманами, приставленными Великим Конунгом к дочке. Могу их понять, девка офигела в атаке на дракона, а их головы недавно буквально висели на волоске. Хм, да и мне бы от Эйдис сейчас лучше держаться малость подальше, как говорится во избежание. Одни боги знают, что она может выдать на эмоциях после боя и смертельной опасности, пусть лучше успокоится и переварит информацию. А там потом думает как доберётся туда, не знаю куда посреди ледяного ничего, чтобы поговорить с моей вёльвой на тему «У тебя мужик хороший, делись давай».

Однако проблемы стоило решать в порядке очереди, так что я стянул с себя шлем и коснулся пальцами зачарованного ярльского обруча, проговорив мыслеречью:

— Мой конунг, драконы мертвы, Ухьмёрдеры готовы идти в новый бой.

Ответ пришлось ждать несколько секунд, вождь всех медведей, как любой человек с нормальной психикой, был непривычен к внезапно звучащим в голове голосам. Но однако собравшись с мыслями передал прерывающимся голосом:

— Стерегите. Добычу. Не отдайте эльфам. Осквернить. В случае чего.

Кажется нашему славному предводителю нужно больше тренировок с новыми средствами связи… Впрочем всё приходит с опытом, привыкнет. Да и флоты скоро сойдутся, не до того ему сейчас. Однако в гущу боя нас не зовут, предпочитая оставить сторожами ценных стратегических ресурсов. Не самая славная доля, но зато она по идее должна быть более безопасной. Большая битва это обычно большие потери, которых хочется избежать. В Вальхаллу пусть отправляются другие, мы ещё не все свои подвиги совершили. Хотя конечно обидно, это да.

— Понял. Славной охоты — передал я, дёрнув щекой в раздражении.

— Слав… — пришёл короткий ответ, кажется конунг уже на что-то переключил своё внимание.

Отняв руку от головы, к которой поднёс её в паразитном жесте, я проговорил:

— Сигурд нас не ждёт, да и в клин мы нормально не успеваем. Так что стережём ящериц, чтоб ушастые не попортили каким ядом, злокозненной магией или ещё чем-нибудь. Есть время найти наших. Асмунд, командуй. И притащите уже вместе со Ормом суда белого! Чё он как говно в проруби болтается?

Озадачив заместителя, я рыбкой нырнул в воду, быстро обратившись в морского змея и говоря Кобре:

— Ищи выживших. Быстро!

— Лучше шевелись сам — сварливо проворчала змеедевка — С драконов крови натекло, скоро тут от хищников будет не протолкнуться.

— Твоя правда — отозвался я, работал хвостом.

— Правее и вниз. Он уже почти дохлый — пришли в разум новые слова и я помчался вперёд.

Свен был найден мной быстро, похоже наспинным шипом ему как-то совсем неудачно прилетело по голове, за ней в воде тянулась дорожка кровавой дымки. Мои челюсти схватили ногу светловолосого ассона и я быстро потащил парня на поверхность, а вылетев по инерции из воды закинул ношу на флагман в руки товарищей, где за него принялся подсуетившийся Гринольв. Сердце воина почти не билось, жизнь не смотря на прану едва теплилась в нём, но я верил в старика, от него в Вальхаллу так просто не сбежишь. В худшем же случае хоть оружие в руки вложит, всё не в сети Ран угодить.

Следующего бойца удалось найти буквально через три минуты, но ему повезло меньше. То ли сорвавшись под удар могучего хвоста попал, то ли ещё чего, но спина Хода была вывернута под неестественным углом. При таких повреждениях обычно умирают, но ассоны крепкие парни. Пожалуй только отрезанная голова гарантирует нам мгновенную смерть, да и то для надёжности ей надо бы тело показать. Ухватив очередного страдальца, я закинул его на корабль Брана. В ближайшее время он конечно не вояка, но потихоньку выходим, магия может очень многое, дай только срок. Боец ещё встанет в строй и покажет всем матерь Кузьмы.

А вот к третьему воину, оказавшемуся куда дальше всех остальных и вероятно прыгнувшему как-то уж очень неудачно, я не успел, жизнь покинула его переломанное тело. Слишком много времени под водой, слишком тяжелы травны. Мысленно матюгнувшись, пришлось задать вопрос Кобре:

-Ё₽@@я Хелль! Ещё живых чуешь?

— Всё, Альвгейр. Везучих вытащили твои воины сразу, чудо что эти неудачники вообще столько протянули — отозвалась нурэ-онна.

— За языком следи — добавил я злому духу немного вежливости и почтения к мёртвым болевым импульсом по нашей связи, заодно хватая покойника и таща его на поверхность. Значит топор в руку и достойное погребение, а не холодная пучина. Ну вот же дерьмо! Надо было быть расторопнее.

— Да тут следи не следи, ничего бы не поменяется — прошипела змеебаба в ответ — Ещё один есть, но тоже готовый.

Закинув погибшего боевого товарища на драккар, я отправился за последним найденным воином и вот тут возникли проблемы. Говорят акула может учуять кровь в воде за километр. Что ж, готов в это поверить. Тело Бриньольфа уже начала рвать морская хищница, что вцепилась в его левую руку и стала крутиться, стремясь оторвать конечность. Всё таки здоровый, взрослый мужик слишком велик для рыбьей пасти, целиком не влезает. Зато сама наглая вобла оказалась вполне под стать челюстям морского змея, которые схватили акулу и почти перекусили её пополам. Возиться до конца смысла не было, сдохнет и так. Пришлось себе напомнить, что я здесь не для охоты, а с совсем другими целями. Всё же когда добыча в зубах, инстинкты давят на разум. Мысленно опять матюгнувшись и ухватив погибшего за ногу, я двинулся наверх и услышал заполошные слова Кобры:

— Быстрее! Да ещё быстрее, пауки тебя сожри!

Я изо всех сил заработал хвостом, стремясь наверх и на ходу спросил:

— В чём дело?

— В кракене! Тварь всплывает из глубин прямо под тобой!

— Вот дерьмо — других комментариев у меня к сожалению не было.

Гигантские кальмары были не самыми приятными противниками. Их сил вполне хватало, чтобы утащить на дно драккар и в этом мало хорошего. Однако целенаправленно они за деревянными скорлупками не охотились, вполне понимая их низкую пищевую ценность. Впрочем сейчас основная проблема была не в башковитости головоногих моллюсков. Каракатица-переросток припёрлась на запах крови нашего законного трофея и как и акулы собирается его жрать, только хлебало у неё куда как побольше. А дракон — это не только ценная шкура! Это многие килограммы бесценной требухи! Это алхимические ингредиенты, которые могут сделать ассонов сильнее, быстрее, выносливее и живучее! То есть более совершенными воинами. И вот ни секунды не сомневаюсь, что кальмар, который сам по себе тварь не обычная, а магическая, будет стремиться сожрать самые насыщенные волшебой и сладкие кусочки. Конечно конунг нарезал задачу не дать эльфам испортить трофей, не лезя в общую драку, но при этом было бы предельно тупо продолбать все взятые на меч ништяки не хитросделанным ушастикам, а тупому животному.

Выпрыгнув из воды и избегнув внимания кракена уже у самой поверхности, когда тварь переключилась на цель по интереснее, я закинул мёртвого товарища на доски палубы, а затем влез на борт сам, крикнув:

— Все на корабли! Заряжай баллисты подводными! Цель под синей ящерицей!

— Что за подводные? Что вообще случилось? — спросила стоящая у носовой фигуры Эйдис.

— Специальные снаряды баллист с особыми наконечниками, что воду хорошо рассекают — отозвался я, с радостью видя, что ныряльщиков на поверхности уже нет. Все смекнули, что пропавших я достану сам и прекратили поиски, а значит не попадут в щупальца или акулам на зуб, которые тоже продолжают подтягиваться к банкету. Ярл змеев же с парой наших драккаров благополучно припёр белую ящерицу в общую кучу, пока я рыскал под водой и избежал щупалец лишь благодаря «системе раннего обнаружения» — Драконы тоже плавать умеют. А у нас тут кроме прочих падальщиков кракен пожаловал.

— Он вообще-то хищник — блеснула образованием дочка Великого Конунга.

— Вот когда не на дохлого ящера полезет, а на нас, посмотрим какой он хищник — хмыкнул я, видя как драккары отходят от добычи, чтобы иметь нужный угол атаки.

— Ну так-то да. Если все, кто не могут тебя сожрать падальщики, то конечно — проворчала девушка, меня же уже больше интересовали готовящиеся подводные стрельбы.

Баллисты конечно близко к бортам, но вертикально вниз стрелять не могут. Да и толку от этого сейчас? Так что отходим, раз нам надо вдарить по кальмару, когда он начнёт пытаться жрать тушу драко… Поправка, уже начал. Из воды взметнулись щупальца, обхватывая добычу, а клюв головоногой твари по-видимому сейчас начал прогрызать твёрдую драконью чешую. Я же подскочил к баллисте, говоря нурэ-онне:

— Направь!

— На два пальца вниз и на три левее, сейчас ты можешь ранить только воду — донеслось до меня всё тоже раздражающее и насмешливое шипение.

Совершив поправку, я дёрнул рычаг, освобождая тетиву. Снаряд полетел в цель, а через секунду за ним отправились остальные остро заточенные копья. Кобра прокомментировала это в своей обычной манере:

— Мазилы, меньше трети попало. Брали бы пример с мудрых змеев, что по щупальцам бьют.

Ребята Орма и правда не стали пытаться достать тело подводного монстра, а дали залп по тому, что видели над поверхностью моря. Несколько щупалец со стороны их кораблей оказались пришпилены к драконьей чешуе. Из под воды донёсся басовитый гул, чудовищу не нравилась боль. На поверхность так же шли пузыри воздуха, у нас в конце концов все «противочудовищные» снаряды имеют одинаковую начинку. Я впрочем на заявление змееженщины мог только проворчать:

— Дебилы они. Он бы сейчас ушёл зализывать раны, а так надо добивать. И как можно скорее.

Хирдманы, ответственный за баллисту, тянули ворот, готовясь ставить в жёлоб новый снаряд «для подводной охоты», но я смотрел не на них. На море началось сражение, волшебники обоих флотов ударили по своим врагам, поджигая, замораживая, заставляя мгновенно гнить, отправляя вперёд бритвенноострые водные клинья и делая боги его знает что ещё с кораблями и экипажами противника. Магия била в магические щиты, иногда рассеиваясь, а иногда проламывая их и убивая. Вслед за ней полетели снаряды баллист, угощающие противников горячими приветами. До земных линкоров или хотя бы броненосцев местным было конечно далеко, но однако битва всё равно имела накал ничуть не меньший, чем при Цусиме или Гангуте. А люди и эльфы умирали ровно так же, как и земные моряки.

Впрочем как бы то ни было, а орудие оказалось готово к бою и я начал его наводить. Кракен же уже нахватался специальных боеприпасов, почувствовал что бывает, когда внутри тебя распаковывается воздух и пытался сбежать. Но прибитые к дракону щупальца мешали успешному отступлению в глубину. Пусть ящерицы-переростки летали в значительной степени за счёт врождённых магических способностей, они всё таки были значительно легче воды, особенно солёной. Архимедова сила беспощадная стерва, что тут скажешь. Кому-то её слишком мало, а для кого-то слишком много.

После прицеливания по указаниям Кобры был сделан новый выстрел, попавший в цель. Остальные хирдманы не имели «радарного наведения», но однако же даже треть или четверть попавших снарядов, это уже очень много для одного кракена.

— Ещё не сдох, но уже никуда не денется — прокомментировала состояние головоногого существа нурэ-онна.

— Ну и славно, пусть передаёт привет кальмарьему богу — заключил я, глядя на то, что творится вдалеке.

Флоты ассонов и эльфов сошлись на ближнюю дистанцию, гребцы держали атакующий темп, лучники вступили в дело и два облака стрел отправились искать своих жертв. Затем началась стрельба по готовности, собирающая жатву. В магии и стрельбе сыны ассов проигрывали долгоживущим жителям лесов. Наши сородичи по возможности закрывались щитами, но всё равно несли потери, однако у эльфов были большие проблемы. Они рассчитывали, что драконы сломают наш строй, сделав там просеки, однако этого не произошло. Наоборот, чёрный владыка неба угостил своим дыханием флот юга и я даже думать не хочу как ушастые материли огромного идиота последними словами. Многие лесные колдуны конечно удержали магические щиты, но было немало и тех, кто не смог этого сделать. В таких случаях эльфы начинали умирать ещё до начала боя, не добавляя соседям хорошего настроения своими предсмертными криками. Растворится в кислотном яде… Бррр, жуткая участь. Уж лучше огонь, хотя и он не подарок.

Но тем не менее ящерицы-переростки сначала не смогли нарушить наш строй, затем подпортили его эльфам, а в конце и вовсе бесславно сдохли. Сдаётся мне у ушастых начались некоторые проблемы с боевым духом от подобного просерания своего козыря. Ну не проходят некоторые вещи бесследно. Особенно, блин, такие!

Сейчас они немного реабилитировались, ударив магией и дальнобойным оружием, но наступал тот самый момент, когда всё будет решаться лицом к лицу. А неотёсанные воины севера держат свои топоры куда лучше и твёрже, чем изящные эльфы свои изогнутые лёгкие клинки. Все это понимали. И я нутром чуял, что там впереди лица ассонов расцветали в кровожадных ухмылках. Южане же становились всё белее от страха и молятся своим богам. А если и нет, то сейчас им самое время этим заняться.

Наконец на наших глазах корабли столкнулись, два строя ударилось друг о друга, отсюда был слышен гул боевых кличей и треск дерева, в ход пошли метательные топоры, копья и старая добрая схватка клинок к клинку. Зазвучала песня мечей и начался пир топоров.

— Какого йотуна мы торчим здесь⁈ — прорычал сжимающий кулаки Асмунд.

— Приказ Сигурда охранять трофеи — проворчал я, тоже желая быть там, посреди боя, а не торчать здесь как тополь на Плющихе. Тфу, вот слава богам отдал эльфийку Сигурду, а то как-то двусмысленно бы присказка из прошлой жизни звучала — Но не отчаивайся, на нас драки хватит, война только начинается. К тому же и сегодня что-нибудь да перепадёт.

— Да вижу я, что сейчас им строй развалят. Но может всё таки, а? — буркнул рыжебородый, вздев палец вверх.

Эльфы, попав в несвойственный им кровавый замес почти сразу стали проседать, проигрывая тем для кого война что мать родна. Но помощь не была бы лишней, особенно с тем количеством огнетворного зелья, которое находится у нас в трюмах и учитывая плотность строя врага. Эх, славный бы вышел костёр.

— Нельзя выкладывать все козыри сразу — ответил я, чувствуя отсюда вирдманским чутьём множество смертей. Причём не только эльфийских. Лицо я держать умел, но сейчас мысленно матерился последними словами. Может стратегически и лучше выкладывать козыри на стол по мере необходимости, но ититская же сила! Ну неприятно оставаться в стороне, зная что там, совсем близко умирают твои родичи! — Хотя видят боги сейчас бы стоило.

— О чём вы? — спросила Эйдис.

— О птицах и небе — не особенно довольным голосом проговорил Альвбранд, которого тоже манил бой. По моему у нас вообще тут один только Гринольв был каменно спокойным и абсолютно мирным, молча занимаясь ранеными. Но такая выдержка наверно приходит только после первой сотни лет в битвах.

— Опять какие-то тайны — фыркнул тем временем Дьярви, трущийся на нашем корабле после короткого полёта и купания. Видел, на дракона он прыгнул вполне удачно, пропоров ему крыло и по сути отделавшись царапинами. Зато в сторону своего драккара посматривал с заметной неприязнью, кажется избранного Красного Волка немного достали его соратники.

— У Великого Конунга спросите — добавил я к словам ярла пояснение, а потом начал отдавать команды, усиливая голос магией. У моих хедвигов и хольдов серьги были, с конунгом и его доверенными людьми нашлось чем поделиться, но вот на весь свой отряд не хватило, только на командиров кораблей. А хирдманы привыкли слышать зычный голос вождей — Смыкаем строй в две линии! Мы впереди, змеи сзади, драконы и волки в тыл!

— Эй, нам-то хоть немного врагов оставьте! — донёсся до меня крик Орма, который больше доверял голосу, чем всем этим новомодным штучкам.

— Стреляйте с баллист, как подойдут ближе! — проорал я ему — А натиск пусть встретят самые прочные корабли!

— Угораздило нас с вами связаться! — ответил ярл, но распоряжение выполнил, как и два лишних драккара.

Мы встали максимально близко, ещё немного и вёсла смежных кораблей бы начали мешать друг другу, однако между бортами было белее чем достаточно места, чтобы пролетел снаряд баллисты. Строй эльфов тем временем действительно оказался рассечён по центру, ассонские корабли вышли на оперативный простор, буквально прорубив себе путь вперёд. Морская вода там покраснела от крови севера и юга ничуть не меньше, чем вокруг дохлых драконов.

Драккары начали разворот, чтобы единым кулаком нанести новый удар, добив врага. Эльфы, лишившиеся центра и судя по всему командования оказались дезорганизованы, однако поняли что ничем хорошим им ситуация явно не грозит. В подобном сражении не нужно быть гением, чтобы догадаться о простом факте — время сваливать пока вообще есть возможность сохранить силы. Дальше будет только хуже. Однако если дальняя от нас часть эльфийского флота просто собиралась уходить, обогнув ассонов и оставив им не успевших смыться неудачников, то с ближней имелись некоторые проблемы. Они имели все шансы обстрелять нас по пути и находились куда ближе, чем корабли наших собратьев, мешающие эльфам уйти на юг по прямой.

— За баллисту встанешь? — меланхолично поинтересовался я у Асмунда. Мы так долго смотрели на битву издали, что теперь мной испытывалось что-то вроде усталого облегчения. Брат был жив, я чувствовал это через артефакты, что дарил ему, моих подчинённых, собранных на Скале Изгоя конунг сохранил, не пуская впереди всех, потери там в основном от магии и стрел. А теперь наконец-то и до нас черёд дошёл, а то стоим тут как лохи.

— А то ж — оскалился тем временем на мои слова рыжий здоровяк. Стрелять это конечно не тоже самое, что рубить врагов секирой, но процесс ему в принципе нравился, а главное форинг был чертовски метким парнем.

— Как-то их многовато — слегка нервно усмехнулась Странница.

— На том фланге ещё больше — пожал я плечами, вставая в точку фокусировки — Но в принципе нам хватит.

— Для Вальхаллы?

— До того чтоб никто не сказал, что мы тут отсиживались после драконов — последовал мой ответ. С этой стороны приказ верховного медведя и правда был неприятным. Конечно мы тут все герои, не каждый день кто-то валит трёх летающих ящеров и вот это вот всё, но осадочек как говорится мог остаться. Они там понимаешь рубились не на жизнь, а насмерть, а мы значится медок попивали и смотрели на театр, в котором актёры умирают по настоящему, сибариты куевы.

Спустя несколько секунд какой-то эльфийский маг прервал мои размышления, прочитав заклинание и с борта головного корабля ушастых в нашу сторону полетел огненный шар. Магический щит принял его на себя, слегка замерцав, однако в накопителях был ещё более чем приличный запас энергии, мы могли выдержать гораздо более серьёзные вещи. В принципе после всех ухищрений даже драконий огонь для нас не был приговором, если конечно попасть под него ненадолго. Однако магия врага рассеялась, а я чуть рисуясь крикнул во всю мощь лёгких на эльфийском:

— По твоему это заклинание⁈ Вот это заклинание!!!

Через мгновение с черепа виверны наконец сорвался огненный болид, оставляющий за собой полосу испаряющейся морской воды. Эльфы выставили щит, но толку от него после противостояния с нашим флотом оказалось как от оконного стекла против кувалды. Преграда разлетелась едва ли не раньше, чем заклятие её коснулось, а затем корабль ушастых вспыхнул как спичка, начав изображать пионерский костёр. В нас полетели презенты с других кораблей, но они сами начали бодро изменять курс. Кучку драккаров отдалении от ядра флота без сомнения могли бы взять измором, испепелив в итоге к чёртовой матери. Но какой эльфам от этого толк, если самих смелых мы при этом сожжём к демонам, а прикончат нас какие-то счастливчики в лучшем случае из конца первой четверти их строя? Нет, может в каких иных условиях они бы согласились на подобные потери, но явно не когда сваливают после проигранной битвы. Им же просто пострелять в конце хотелось по дурачкам, оказавшимся на пути к бегству, а не умирать. Тем более что наш флот благополучно восстановил порядок после разворота и уже идёт на перехват, а значит в стороны надо забирать сильнее, а булками шевелить активнее.

Глава 13

Можно смело сказать, что генеральное морское сражение закончилось вполне себе убедительной победой флота Ассонхейма, эльфам же пришлось солоно. Сначала ушастые лишились авиации в силу её не самого большого интеллекта, но зато непомерной гордыни. Тут уж ей богу прям обидно за мироздание, драконам воистину отмерили так много сил, но всё портили их мозги. Иначе бы давным-давно управляли всеми иными народами и в метафорический ус не дули. А может и не в метафорический, у сяньских гигантских рептилий усы таки присутствуют, однако не смотря на то, что некоторые превозносят их мудрость, проблемы там в общем-то всё те же.

После гибели авиации последовала честная драка стенка на стенку, к которой ушастые оказались не готовы. По задумке преступного эльфийского генштаба, который в конце концов обязательно надо судить нашим беспристрастным трибуналом, их твёрдый кулак должен был влететь в наш разрыхлённый строй. А в итоге встретились два накрепко сжатых биологическим молота и ассонский оказался куда как покрепче. Наш клин драккаров пробил себе дорогу сквозь корабли ушастых, разделив их формацию на две половинки, пусть и понеся при этом значительные потери. Однако у жителей лесов их было куда больше. Поняв что бой проигран, эльфы обогнули наши корабли и свалили на юг… Ну, те кто смог. Мы конечно постреляли с носовых фигур и баллист на предельных дистанциях, но наш вклад в целом был весьма скромен. А вот разделившиеся на два отряда ассонские корабли перехватили значительную часть корыт с лебедиными носовыми фигурами. Что тут сказать, если противник побежал, его надо бить и гнать, именно так меньшими силами можно уничтожить большие. Хотя ассонские корабли как раз превосходили числом эльфийские даже до начала боя, нас всё таки не зря зовут морским народом.

Однако сражение было окончено и со мной наконец связался Сигурд. Голос его был слегка неуверенным, ещё сказывалось отсутствия привычки к использованию серьги, но всё же уже разборчив:

— Вы живы? Трофеи в порядке?

— Да, всё хорошо. Можем тащить на ближайший остров да потрошить — отозвался я — И поздравляю со славной победой.

— Ха-ха! Тут скорее тебя поздравлять надо — расхохотался конунг, чей голос звучал по мыслесвязи всё бодрее — Три дракона за раз, вот что в сагах назовут славной победой. Никто прежде такого не совершал. Ни один герой древности таким не прославился!

— Ну так я годами готовился к подобному и сделал всё не в одиночку — передал я — В конце концов у меня приёмный сын сегодня завалил первого дракона! Вот кого поздравлять надо. И Сяо Железнобокий отметился. И Асмунд Рыжий Кот с Тиллем Двуруким. Да и Эйдис Странница тоже семейный меч драконьей кровью напоила. В общем скальдам придётся долго перечислять имена.

— Это правильно — одобрительно сказал вождь всех медведей — Своих соратников надо ценить и уважать, не зажимая их славу. Ты молодец, прям как я в молодости.

Можно было бы конечно повыпендриваться на тему «Ооо, а ты тоже драконов валил? А что никто не знает, всю славу соратникам отдал?», но я всё таки не был настолько отбитым мудаком. А потому просто сказал:

— Стараюсь следовать лучшим примерам из саг, а не худшим.

Сигурд фыркнул. Про него несколько песен тоже сочинили, было за что, наш конунг по молодости-то поураганить успел неслабо, пока его отец на троен сидел. Сяньская война вообще была для него и его хирда звёздным часом, они там действительно прославились. Но прямо я на собеседника не сослался. Есть тонкая грань между проявлением уважения и просто лестью, не стоит её переходить, а лучше вообще не приближаться к подобным материям. Впрочем зазвездившихся после первого подвига юнцов тоже не любят, переставать ставить старших товарищей хоть во что-то тоже не стоит. Вероятно подумав о том же, о чём и я, конунг проговорил:

— Ладно, это ты тоже правильно. А мы сейчас примчимся к вам и утащим туши вперёд, тут чуть за горизонт на юго-юго-запад есть остров Белладонны. Относительно небольшой и скалистый, но места всем хватит. На нём разделаем трофеи, пока кровь свежая надо пользоваться. Ты ведь не будешь за неё драть три шкуры?

— Я верный сын ассов, а не жадная тварь вроде Зигфрида Зигмундсона, что сам искупался, а лишней юшке ящера с ухмылкой дал впитаться в землю — усмехнулся я, припомнив сагу о убийце дракона, которого в итоге свои же закололи в спину — Вся кровь будет бесплатной для всех, ушедших в этот поход. Всякий после похода в праве будет дать моему отцу и мачехе то, на что хватит его щедрости. От сердец себе возьму по половине, от остального десятина Великому Конунгу, десятина тебе, ваши доли с похода. С того что останется равные части каждому клану. Пусть уж их конунги решают, кто там в какой последовательности за своим куском подходит. Им лишь два условия, есть драконью плоть прямо сейчас ради успеха в походе. Мне за каждый кусок по одному клинку после возвращения к кланам, а не в вике. В саге должно хорошо звучать.

Сигурд на несколько секунд задумался, переваривая мою идею и то, что ему перепадает. В целом с сердцем всё выходило даже щедрее обычая, потому как драконов убивали только мы. А после дара всему войску что-то требовать с остальных туш было бы кощунством, Великого Конунга и Медведя ни один хирдман не поймёт. Сделав для себя выводы и оценив ситуацию в целом конунг вновь расхохотался, проговорив:

— Это ты хорошо замахнулся, только мне похоже придётся порыскать в оружейной, чтоб найти для тебя что-то, что всех переплюнет. Только смотри аккуратнее, чем больше славы и богатства, тем больше зависти. Хотя в случае нужды ты потом за своим парусом конечно сможешь после такого собрать пол Ассонхейма. Эх, жаль большая часть драконьих туш сгниёт без должной обработки.

— Не сгниёт — хмыкнул я, не огорчившись резкому переключению темы. Мозги моего вождя сейчас по видимому активно скрипели, прикидывая как ему самому себя вести в такой ситуации. Имея подобных подданных можно получить очень многое и не только в плане политического капитала. Скромный же вирдман из медвежьих кланов уточнил — По крайней мере не большая часть уж точно.

— Так мне Синдри говорил, что там полноценная лаборатория нужна и куча всякого алхимического барахла. Какие-то ещё материальные компоненты заклинаний — не понял главный медведь Ассонхейма.

— Ну да — отозвался я.

— Млять, Альвгейр, кто вообще тащит алхимическую лабораторию в боевой, мать его, поход⁈ — почему-то возмутился конунг.

— Эээ… Я тащу. Ну а что? С драконами вон пригодится, с кракеном тоже, да и у эльфов в лесах может найтись всякое. Может вообще зелья исцеления пришлось бы на месте варить, как запасы иссякнут. У кого б воины их взяли, кроме нас? — начал вопрошать я.

— Ладно, понял, ты до таких штук жаднее, чем гном до злата — усмехнулся вождь — Кракен-то у вас откуда?

— Я не жадный, я домовитый! — моему возмущению не было предела, хотя было понятно, что конунг на радостях от славной победы надо мной просто слегка стебётся. Не всё же полукровке его в тупик ставить — А кракен хотел драконятину нашу сожрать и мы его того, убийцочудовищнули.

— Ясно всё с вами. Ближайшие годы в корчмах будут петь о том, как Белый Ворон кракена на дракона ловил. Впрочем плевать, сейчас ничего не хочу слышать, тащим туши, работаем вёслами пока кровь свежая. И постарайтесь по пути не прибить феникса или ещё кого-нибудь, если мимо пролетит — фыркнул Сигурд.

— На сегодня наши планы по убийству хтонических тварей выполнены — хохотнул я — Пока они нас не трогают, мы кротки как агнцы.

— Шуруй уж, агнец Локи — усмехнулся конунг.

Возражений я не имел, так что вскоре мы опять зацепили туши гарпунами и что называется втопили тапку в пол. Конечно кракены, как и морские змеи, вроде бы территориальные хищники, раз одного прибили, другой быстро появится не должен, но бережёного свои боги берегут, а чужие не трогают. К тому же акулы тоже активно пытались грызть нашу добычу. А по пути к нам присоединились корабли конунга, так же взявшиеся за верёвки и не жалевшие вёсел. Правда гребцам на них конечно пришлось выкладываться что называется на все двести, потому как мы немножко жульничали, используя силы вирдманов, а позволить себе отставание от людей ярла дружина целого конунга ну никак не могла. Если подобные вещи происходят, вскоре как правило появляется новый клановый вождь. Однако так или иначе, а до острова мы добрались, вытащив туши на мелководье и начав работу.

В первую очередь народ собрался активно омываться драконьей юшкой, под трубный глас Великого Конунга и его глашатаев, организующих флот с моря. На берегу однако у нас всё равно случился небольшой эксцесс. Дьярви Раудсон как оглашенный заорал на своих людей:

— А ну пошли на хрен отсюда! Как в бой на драконов идти, так млять, безумие. А как их кровью причаститься, так они первые! Нет вам тут места.

— Это не тебе решать! — гаркнул на него я — Моё слово сказано, кровью омоется каждый воин Ассонхейма, пошедший в поход. Даже долбанные касатки. Что до твоих людей, то я дал шанс тебе, даю и им. Это ясно?

— Да — рыкнул парень.

— Не слышу! Громче можешь? — переспросил я.

— Да, мой конунг! — вытянувшись и стукнув себя кулаком в грудь крикнул Дьярви.

— Вот и славно — осталось мне кивнуть на это — А после капища хирд конечно собирай такой, который будет приказам своего ярла подчиняться. Эти явно подчиняются кому-то другому.

— Это уж точно. Избранный не должен погибнуть так рано — проворчал Красный Волк, явно передразнивая своего форинга — Тьфу, твою мать!

На это я мог только покивать. Напридумывают себе мутных избранных с мутными пророчествами и творят всякую фигню. Как будто без Киану Ривза это когда-нибудь нормально работало! Но тем не менее неожиданности на данном моменте вроде бы закончились, началась тяжёлая работа. Гринольв к счастью был снова с нами, он же взял на себя основную организаторскую роль непосредственно рядом с тушами. А мы с Альвбрандом и Браном развернули «алхимический уголок», куда все активно тащили всё, на что ткнёт пальцем старый вирдман в перерывах между криками, руганью и профилактическими молниями. Некоторые кажется даже кричали, что в служителя богов вселился неистовый Тор.

Рядом с нами при этом продолжала крутиться Эйдис, время от времени донимая меня вопросами. Так что дабы девушка меньше отвлекала, её пришлось занять трудотерапией уровня поднеси-подай-неси-вон-то-вот-это-хватай. Стало значительно тише, до тех пор пока нам не притащили первое сердце.

— Это же оно? Какое огромное! — выдала девушка.

Глянув на и правда немаленький орган, я молча взял разделочный нож, отхватив кусок сердечной мышцы, разделил её на две части и сунул одну из них в руки дочери Великого Конунга со словами:

— Ешь быстрее, пока до конца не остыло.

— А ты? — тут же спросила она.

— Тоже съем. Как считается через год уже можно, а сердце второго дракона делает вкусившего его ещё вдвое сильнее. Правда в мире очень мало было тех, кто завалил двух драконов и отведал их сердец.

— Так их же только тут три? Может сразу…

— Сразу нельзя — прервал я её — Армия Михкана Мардо убила как-то двух ящеров, самца и самку, защищавших гнездо. Народу правда при этом полегло видимо-невидимо. Выжившие воины тогда вкусили куски поменьше, но по два, а к утру следующего дня сдохли в страшных муках. Выжили только обозники, которым ничего не давали. Они потом взяли своё сами и от соседей королевство защищали, став новой знатью. А теперь хорош разговоров, жуй.

— Ага — отозвалась слегка загруженная рыжая.

Я же убедился, что окружающие внимательно прослушали мой ликбез, а значит возможно идиотов, что считают себя самыми умными, не найдётся или хотя бы будет не слишком много. Однако стоило назначить на одну интересную работу одного интересного товарища. Мне казалось забавной идея, что ассоны будут принимать куски драконяти6ы из рук моего приёмного сына, полудемона-полуэльфа. В конце концов это одна из тех шуток, которые Локи должен оценить! Так что я громко произнёс:

— Альвбранд, становись на разделку, оговоренные размеры ты знаешь. А потом займись раздачей. И на всякий случай запоминай лица, идиотов, которые захотят два куска, конечно не то что бы жалко, но пусть лучше попадут от эльфийских стрел в Вальхаллу, чем в Хелльхейм от того, что тупые и жадные.

Моё замечание вызвало смех окружающих, а сын проговорил:

— Сделаю. Тилль, помоги двуручником!

Дело быстро завертелось на куске парусины, что был постелен на песчаном пляже. А потом народ начал подходить за своей долей. Как не трудно догадаться, первыми на вкусный и полезный ужин попали мои подчинённые, как из основного хирда, так и присоединившиеся на Скале Изгоя. Вот уж кто не прогадал и ухватил удачу за хвост двумя руками. Всем полагалась лишь порция, однако Орму пришлось отсыпать куда как побольше, как союзному ярлу, что идёт не за мной, а вместе. Да, не он привёл ящеров под баллисты. Не его снаряды были зачарованы. И конечно морские змеи не имели возможности пойти «на абордаж» драконов. Но тем не менее они участвовали в бою и им тоже полагалась особая доля. До кучи для них ещё придётся кучу зелий наварить… Или отдавать частями драконьих тел. Или просто выкупить их долю за золото, но на это они ни в жизнь не согласятся. Не то чтобы я уже решил, что на владык неба можно было бы и одному сходить, но радости тоже особой не было. Хотя другим ассонам куски сердца вроде как почти бесплатно раздаю.

Однако как бы там ни было, а мои люди в порядке очереди прошли через раздачу деликатесов. После них первым кандидатом на дюже полезный ужин оказался Сигурд Медведь. Он же, прожевав жёсткое мясо, начал организовывать остальных ассонов, сначала наших соклановцев, а затем и остальных. Белладонна была не самым большим клочком суши, относительно ровная площадка на берегу, где мы развернулись, была и того меньше, дело грозило закончится сутолокой и конфликтами. Все конечно от вождя косолапых слышали, что каждому клановому союзу достанется равная доля, а там уж очередь выстроят свои родные конунги, но в жизни всякое бывает, к тому же не все кланы друг друга любят. А кровь севера после великой победы нам тут точно не была нужна.

Вскоре выяснилось, что думали о подобных материях не только мы с Сигурдом. К месту выдачи драконятины пропустили Великого Конунга со свитой, никто по понятным причинам его появлению не возмутился. А получив свой кусок сердца в качестве доли с похода, командовать парадом начал уже он. Грешным делом я даже подумал, что наш верховный правитель слишком долго возился с кораблями, приставшими к острову. Всё таки пока суть да дело процессом тут рулил владыка косолапых и ему подчинялись другие конунги с воинами иных кланов. И это был прецедент, причём возможно не самый приятный с политической точки зрения. Сначала дракона медведи валят, потом приказы отдают… А ну как в чью-нибудь голову какие-нибудь нехорошие мысли закрадутся?

Впрочем как раз мысли из головы мне вскоре пришлось выкинуть. Её заняла лишь отстранённая сосредоточенность, необходимая для алхимических операций со скоропортящимися ингредиентами и консервирующими заклятиями. Войдя в ритм, я начал работать как механизм, наверно меня в этот момент можно было подойти и элементарно зарезать столовым ножиком, ничего б не заметил. Однако вокруг были свои, а не чужие и потому меня наоборот оберегали и даже не давали отвлекать посторонним. Вынырнул я из алхимического угара только под утро, когда мне на плечо легла рука Гринольва, а почтенный вирдман проговорил:

— Остановись, скоро с ног падать начнёшь.

— Ещё не начинаю, к тому же зелья бодрости есть — проворчал я.

— А ещё есть куча тех, кто готов тебя подменить. Таких же моих учеников, как и ты — покачал старикан головой.

— Вот это меня и пугает. Помню что Бруни о твоих талантах в этом деле говорил! — хохотнул я.

— А ты думаешь я к этому старому пердуну одного тебя водил? — усмехнулся в ответ Гринольв — Всё, хорош спорить! А то сейчас от молнии вырубишься.

— Да, да, да… Не начинай, ворчишь как старая бабка — отмахнулся я, внутренне смирившись, что пойти отдыхать всё равно придётся.

— Зато клюкой могу по хребту дать не чета старому деду — усмехнулся мой наставник уже избитой шутке.

Я же повернувшись в сторону берега, где мы оставили наши драккары увидел сидящую на камнях Эйдис. Пришлось покачать головой и поинтересоваться:

— Ну а ты чего не спишь?

— Вообще-то я тебе помогала — фыркнула она, поднимаясь на ноги — Мог бы кстати поблагодарить.

— Спасибо. Извини, я что-то совсем уже с этими пробирками из реальности выпал. Вон, даже броню так и не снял — развёл я руками.

— Оно и видно — хохотнула девушка, так же не подумавшая переодеться.

— Ладно. Пойдём чего-нибудь сожрём и спать — махнул я рукой.

— Веди уже даму к костру — опять удостоился я усмешки рыжеволосой воительница.

К нашему счастью кашевары моего хирда помнили о блудном попугае, то бишь Белом Вороне, жаркое из драконятины и земляных яблок нас вполне дождалось, нашёлся и бочонок мёда. Быстро запихав в себя еду и залив по кружке хмеля, мы с Странницей благополучно доползли до моей мелкой каюты в кормовой надстройке гранд-драккара, где я кивнул боевой подруге на узкую кровать, а сам вырубился на палубе, улёгшись на медвежью шкуру, едва стянув с себя доспехи.

Пробуждение у меня случилось ближе к вечеру. Осмотрев диспозицию, которая включала в себя девушку, которая обнимала мою шею и по хозяйски закинула на меня ногу, пришлось мысленно матюгнуться. Съев новый кусок драконьего сердца, я запустил ещё один виток перестройки своего тела и в чём-то даже души, мой организм при этом уже подколбашивало. Так же сказалась усталость от боя и бессонной ночи. Как результат я просто выключился, едва приняв горизонтальное положение. Это было зря. Хорошо хоть дверь забыл затворить и все видели, что мы тут просто дрыхнем. В противном случае всё могло оказаться совсем хреново.

Тем не менее теперь в любом случае пришлось проявить змеиную изворотливость под ехидные комментарии нурэ-онны, чтоб выбраться из под гостьи моего скромного жилища. Однако пусть не без сложностей, но мне это удалось. А потом я выскользнул на палубу и спрыгнул на мелководье. Во-первых стоило остудить голову. С Иви близки мы не были уже прилично времени, я нормальный, здоровый мужик, так что реакция на молодую, красивую девушку получилась соответствующая. А во-вторых видок у меня был тот ещё. После боя с драконом помыться мне как-то так и не пришлось, а кровью заляпан я был изрядно. Она ещё в полёте меня окатила из выбитого глаза, сдуваемая ветром. Солидную часть по понятным причинам на себя принял доспех, но всё же. Затем было ещё и купание в воде, которая от драконьей юшки аж покраснела. Так что начался интереснейший аттракцион с отмыванием головы и кожи, а так же отстирыванием одежды. Магия конечно помогала, знал я и бытовые чары, но всё же пользы от них было не слишком много. Драконы устойчивы к волшебе, их кровь оставляет за собой часть этих свойств.

А едва я закончил, как на берегу объявился молодой хирдман нашего царя-батюшки, сообщивший:

— Великий Конунг призывает тебя к себе, ярл.

— Срочно?

— Когда призывает правитель всего Ассонхейма — это всегда срочно — с умным видом сообщил дружинник.

— Ну тогда пойдём скорее — налал я бодро перебирать ногами в сторону пляжа, по пути закинув мокрую одежду на борт своего гранд-драккара телекинезом и им же приманив свою рогатину — Не будем заставлять его ждать. Веди, храбрый воин!

— Ты что, в таком виде пойдёшь? — недоумённо спросил хольд дружины.

— А что не так? — изумился я — Ты ж сам говоришь срочно бежать надо, нет у меня времени задницу прикрыть. Вот только оружие взял.

— Не настолько срочно — буркнул хирдман под смех окружающих нас медведей.

— Так раз не настолько, то чего ты мне тут голову морочишь? — спросил я — Может наш правитель даже не при смерти и на него враг не напал?

— Да в порядке всё! — рявкнул на меня воин — Просто он желает тебя видеть.

— Ну так бы и говорил — развёл я руками — Сейчас оденусь да приду.

Отвернувшись от хирдмана, я пошёл к кораблю, на борту которого стояла проснувшаяся Эйдис. Учитывая что всё что хотела, она уже рассмотрела, прикрывать наготу было как-то поздновато. Так что я просто залез на палубу и прошагал в свою каюту, будто всё в порядке. В конце концов что естественно то не без оргазма… Пардон, не безобразно.

Чёрт, с ума тут однажды от всего этого сойду! А для полного счастья теперь ещё с отцом девушки придётся общаться. Вот зуб даю, что не про драконью требуху спрашивать будет и не про драккары, способные к полёту. Про дочку разговор пойдёт! Сцука, ну вот где враги, когда они так нужны? Хоть бы монстр или самый завалящий демон какой вылез! Одна надежда, что хирдманы по всему лагерю не зря бегают, вроде не меня одного под светлые очи призывают.

Глава 14

К моему радостному удивлению вызвали во-первых действительно не только меня, а во-вторых не для задушевных разговоров. У нас прошла битва с эльфами, мы победили, позаботились о раненых, немного освоили трофеи, очухались и стало быть настало время раздачи слонов. Плох тот лидер, который не поощряет своих подчинённых за успехи, кстати мне тоже бы неплохо этим заняться. Конечно все хирдманы у меня получают очень многое, но делавшим духовный скачок нужно что-то отдельное предоставить.

Здесь же первыми в списке на награды от Великого Конунга по понятным причинам значились его коллеги, рулящие клановыми союзами. До орденов и медалей общество тут не доросло, но до боевых выплат вполне. Однако презренное злато не является таким уж важным поощрением, особенно для таких больших шишек. Однако в «наградном фонде» верховного правителя Ассонхейма имелись вещи, которые могут удивлять. К примеру конунг волков получил магическое копьё с полностью прозрачным древком из хрустальной берёзы, которой было чёрт его знает сколько лет, когда она познакомилась с топором лесоруба. Если не приглядываться, то казалось, что мифриловый наконечник висит в воздухе, а древняя работа зачарователей вызывала у меня вопросы. Не отказался бы покопаться в возможностях такого артефакта! А заодно узнать откуда он попал в сокровищницу Викры. Сигурду же перепал магический щит, что мог отразить заклятие прямо в того, кто его отправил. Штука не менее интересная, а пожалуй даже более, если учесть, что волшебой от него не тянуло, а вот праной и духовной энергией очень даже. Что-то основанное на сяньской школе, как Жало Скорпиона, но модифицированное под наши северные реалии? Возможно. И вкусно. Чую докопаюсь я до главного медведя, как пьяный до радио со своим «Покажи! Ну покажи! Ну тебе жалко что ли⁈».

Сразу за конунгами в табели о рангах севера шли ярлы. И к своему некоторому удивлению первым из них шёл я. Хотя оно в общем-то логично, за убитых драконов можно подвинуть более именитых, благородных и опытных. У нас тут не юг, табель о рангах конечно присутствует, куда без неё, но судят в первую очередь по делам, а не фамилии или богатству. Как бы то ни было Густав, сидящий на берегу на походном троне в окружении соратников, громко и чётко проговорил:

— Альвгейр Белый Ворон, ярл Фростхейма, выйди к нам.

Перед нашим правителем было довольно значительное место, свободное от людей. До меня там побывали конунги, теперь на утоптанный песок встал я, проговорив:

— Я здесь.

— Немало времени прошло с тех пор когда мы встретились в первый раз — проговорил Великий Конунг — Тогда я зрел юнца, а теперь предо мной стоит могучий воин и искусный вирдман.

Наш правитель сделал многозначительную паузу, а я хмыкнул:

— С тех пор как ты изгнал меня прошло больше десятилетия. У меня было время стать сильнее.

Наверно это было не очень умным поступком с моей стороны, но настроение было не самым благолепным. Уж йотуны с ним, что меня сначала изгнали, а потом ещё и накинули лишние десятилетие к наказанию. Но тут выяснилось, что меня ещё без меня женить собрались. Это мне ни демона не нравилось! При первой встрече с Великим Конунгом я и правда был сопляком, который с трепетом смотрел на этот живой сгусток первородной мощи, который казалось мог размазать меня небрежным движением руки. Но миновал немалый срок, я заматерел и разрыв между нами стал уже отнюдь не таким подавляющим. Да, человек на троне сильнее меня, но он уже не монстр из монстров, а всё таки именно что человек в моих глазах. Да, всё ещё сильнее, но его борода седеет, а солнце заходит. Моя же жизнь переживает рассвет, я становлюсь лишь сильнее и обязательно его превзойду, если меня не убьют раньше.

В прошлый мой визит к нашему правителю, Сигурд наказал мне стоять за своим плечом, не отсвечивать и говорить только когда спросят. Из уважения к Медведю я согласился. Но сейчас никто кроме моего собственного здравого смысла не мог меня заставить держать язык за зубами и не дерзить. И оный здравый смысл явственно шептал, что меня посчитали фигурой, которую можно двигать за заблагорассудится. Покажи, что у тебя есть своё мнение и проигнорировать его просто так нельзя.

Впрочем Великий Конунг на мою ершистость не осерчал, а лишь улыбнулся в усы и сказал:

— Так и есть. И в первую очередь я освобождаю тебя от твоего наказания. Отныне и навеки земля, вода и небо Ассонхейма открыто для тебя.

— Рад это слышать — ровно ответил я, оценив шутку. Для большинства собравшихся подразумевается, что я могу летать виверной, но кому надо понимают, что речь ещё и о кораблях. К тому же более никто не сможет меня изгнать, данный тип наказания не может быть применён ко мне. Хотя конечно не им единым, всё от виры до смертной казни по прежнему может мне грозить за преступления против Ассонхейма и его народа.

— Кроме того — кивнул Густав на мои слова — За доблесть в бою с тремя драконами, что сохранила множество воинов и кораблей Ассонхейма, я дарую тебе личное оружие из своей оружейной. Этот топор в незапамятные времена был взят за золотую цену одним из моих предков у снежных эльфов, твоих предков по матери. Теперь же он по праву твой. Носи с честью.

Один их хирдманов на этих словах поднёс мне означенное оружие. Создано оно и правда было во времена Снежной империи, я даже узнал клеймо в форме извергающегося вулкана на лезвии, которое видел в эльфийских книгах. Топор был выкован кузнецами дома Чёрной Скалы, от вотчины моих предков тот находился далековато, но оно и понятно, черноскальники держали под собой пожалуй главное месторождение арканита во Фростхейме, что располагалось в центральных провинциях у уже затухшей огненной горы. Кое-кто даже иронично называл их подземными эльфами и посмеивался, что такими темпами кожа любителей проводить слишком много времени в шахтах и кузнях почернеет. Но однако искусность тех, кто жил у подножья местного Везувия признавали все. А кроме того опасались дом Чёрной Скалы за его коварство, хотя его примеров мне прежде как-то не попадалось.

Взяв в руки оружие, я улыбнулся, почувствовав его структуру. Что сказать, топор был не простым. В первую очередь он был устроен так, чтобы свободно пропускать через себя прану, та будто сама просилась окутать лезвие красной дымкой, что я тут же и проделал. Кроме этого энергия жизни могла перейти в ману, структурируясь в несколько ледяных заклятий, которые может сплести только полностью обученный вирдман. Глянув глубже, удалось понять, что кроме очевидного пути для праны имелись аж три обратных канала. Жизнь, дух, магия. Их можно было выкачать из противника, если вонзить в него лезвие или хотя бы просто коснуться обухом. Присмотревшись же к рукояти я мысленно охнул. Всякое ожидал увидеть, но не древесину мэллорна. Что-то как-то затрещала по швам версия с золотой ценой, не продают изделия из неё эльфы, они священное древо разве что на свои родовые реликвии пускают. Или просто не своё использовали, а чужое? Могли черноскальники быть настолько отбиты чтобы срубить под корень мэллорн вражеского дома после победы, нарезать его на куски и продать южным дикарям в качестве какого-то акта унижения противника? В теории наверно да. На практике? Сейчас уже пожалуй не дознаться. Но эльфы, которые без зазрения совести пилят священные древа — это конечно да, это интересно.

Впрочем это лирика. В топоре же сверх всего перечисленного, нашёлся знакомый по книгам блок привязки на кровь, успевший «открыться» по давности лет. Зачарователь вероятно рассчитывал именно на короткоживущих. В плюс к нему обнаружилась парочка пожалуй самых забавных функций. Медлить я не стал и порезал себе мизинец левой руки. А потом повернулся и под всеобщее офигение со всей дури кинул дар Великого Конунга в море. Слова об изгнании все в общем-то поняли, особенно в силу связей касаток с ушастыми. Но вот тут я некоторым образом перешёл все грани разумного, а затем растоптал неразумное, пришагав куда-то на уровень безумств.

Однако прежде чем кто-то успел мне что-нибудь предъявить, моя рука потянулась в требовательном жесте и оружие телепортировалось в неё с небольшой вспышкой и заметным хлопком раздвинутого воздуха. Не удар грома с молнией, но тоже недурно. Можно было бы сделать и так, чтобы топор просто прилетел, но всё таки между мной и морем были люди, а их немножко жалко.

Взмахнув возвращённым топором, будто проверяя и без того очевидно безупречный баланс оружия, я проговорил:

— Благодарю, лучше наверно только Мьёльнир.

Великий Конунг кивнул мне, сделав рукой жест освобождать место для следующего счастливчика, лишь в глубине его глаз я заметил эмоцию, которой там быть не должно. Нет, ну серьёзно! Ну не мог предок быть настолько скупердяем, чтобы топор купить, а инструкцию не купить? Или мог? Или она тупо затерялась? Последние кстати в теории всё таки возможно, уж очень много лет прошло. И это бы объяснило почему нынешний владелец раритетного рубильника голов не знал о всех его функциях. К тому же штуковина сделана в расчёте на довольно специфичного пользователя, праной оный должен владеть как минимум хорошо, а маной и духовной энергией хотя бы на базовом уровне. К тому же изящество многих решений кузнецов дома Чёрной Скалы поражает и местами заставляет меня испытывать лёгкий комплекс неполноценности. Тут надо смотреть, изучать, копировать, тренироваться в тонких воздействиях и в итоге переделывать остальное своё оружие. А ещё искать неочевидные секреты, сдаётся мне не всё тут можно увидеть сразу, даже если знаком с данной школой зачарования. Тут всё в некоторой степени как с машинами. То, что ты понимаешь, как пользоваться рулём, педалями и даже магнитолой ещё не значит, что ты сразу вкурил что тут и как с климатконтролем. Не говоря уже о том, чтобы ещё одну такую машину сделать, заставив правильно работать автоматическую коробку передач.

Пока я стоял, погружённый в мысли о будущих улучшениях своего арсенала, церемония раздачи всем сёстрам по серьгам продолжалась. Выяснилось, что мне тут одному перепал приз из лиги конунгов, остальным перепадало что-то попроще. Вероятно верховный правитель не только решил отметить подвиг, но и слегка компенсировать моё наказание. Однако разумно с его стороны, но связываться с ним всё равно желания немного, просто потому что он является политиком. Подданные для него, не смотря на хорошее отношение к некоторым из них, в первую очередь ресурс. Понимаю это позицию, даже подозреваю, что успешно править как-то иначе нельзя, но всё же давать себя использовать не слишком хочу.

Впрочем как бы то ни было со временем все ярлы оказались отмечены и настал черёд разойтись по углам, то есть по клановым конунгам. Их и титулованных пенителей морей традиционно награждал верховный правитель, а они уже в свою очередь выдавали что-то своим подчинённым. Исключения конечно бывали, собственно даже не имей я гордой приставки к имени, мне бы всё равно сделали подарок за драконов. Но вот деяния поменьше, увы, шли по другому ведомству.

По пути к нашим кораблям Сигурд ввёл меня в свою свиту, так же поздравив и негромко проговорив на ходу:

— Старайся быть аккуратнее. Я конечно понимаю, что после широкого жеста с драконьими сердцами тебе никто и слова поперёк не скажет. Но это сейчас. Да и сам Густав не будет терпеть чужие выходки долго.

— К тому же уже оказанная услуга перестаёт быть услугой — понимающе проворчал я — Сегодня тебя готовы нести на руках, а завтра всем плевать. Никто собственно и не сомневался.

— Тогда чего ж тогда так щедр был? — задал Сигурд вопрос, вероятно решивший, что как старший должен провести с юнцом нравоучительную беседу. Шутки шутками, а я вхожу в его епархию, мои косяки в случае чего бросят тень на нашего главного медведя.

— Потому что у меня нет другого народа. И потому что долг вирдмана перед богами — это забота о всём Ассонхейме и всех ассонах.

— О себе тоже забывать не след. Сам не позаботишься, боги не помогут — вклинился в наш разговор Йорген, один из приближённых ярлов конунга, который во многом отвечал за торговые дела и наше снабжение в этом походе.

— Боги помогают сильным, умным и смелым — согласился я — Однако у меня есть мой хирд и его не назвать маленьким. Мою броню и оружие не назовёшь плохими. Это, йотуны побери, драконья шкура и арканит, не все герои древних саг таким могут похвастаться. Тут рядом на мелководье стоят мои корабли, которых нет более ни у кого. Есть даже свой собственный город во Фростхейме, который уже пришлось обносить второй стеной. Так что о себе я пожалуй позаботился неплохо, можно бы и на весь наш народ немного поработать.

— Так-то оно да, можно бы — проворчал на это мой собеседник.

— Не обижайся, Йорген — примирительно сказал я — Каждый тут знает, сколько ты сделал, чтобы всем нам хватало еды, питья, целебных зелий и всего остального. В том числе благодаря этому воины медведей внесли весомый вклад в победу. Но со служителей несколько более высокий спрос.

— Да чего тут таить обиду — махнул рукой немолодой мужчина, было заметно, что мои слова пришлись ему по душе — В конце концов все мы были молоды и хотели всего сразу. А твои слова и твои дела, видят боги, достойны уважения.

— Наверно потому они мне и благоволят — пожал я плечами, радуясь, что тут многие греют уши с нашего разговора. Порой бывает полезно слыть слегка стукнутым на почве служения богам, таких вирдманов почему-то всегда слушают охотней, чем прочих. А мне по прежнему нужно, чтобы меня слушали, пророчество никто не отменял. Ради его исполнения можно даже три половинки драконьих сердец бесплатно отдать, чтобы за моим парусом в нужный момент выстроились драккары ассонов.

Только вот надо признать, Сигурд поднял интересную тему. Сейчас я и правда герой хоть куда, скальды все языки сотрут, воспевая мой подвиг и мою щедрость. Но однако все конунги люди разумные и даже местами циничные, ярлы тоже в массе своей отнюдь не романтичные юнцы, каждый понимает что пирог власти и влияния в Ассонхейме ограничен и тут вообще-то каждый каждому конкурент. А молодого выскочку неплохо бы попридержать за штаны, чтоб слишком широко не шагал. Не нужно знать устройство паровозов, дабы понимать, что их лучше давить пока они чайники.

И это ещё драккары не летают, а они меня из ярльской лиги в конунговскую считай одним махом переведут. За бюджетным вариантом необходимо будет пожаловать в Ландсби, где пока что шаманит на верфи Гринольв. А вот за гранд-драккаром из фростхеймского леса надо будет идти на поклон ко мне. Конечно вирдманы всех кланов по доске разберут мои изделия, но там не всё так просто. Если на АвтоВАЗ пригнать Феррари и приказать местным умельцам повторить, то ничего путнего у них вот так сходу не выйдет (Да, автор знает, что рабочие и простые инженеры не особо виноваты, а вот руководство при Сталине получило бы три года непрерывного расстрела с конфискацией, после чего члены семей изменников родины уехали на лесоповал). И это при том, что они уже умеют делать машины, которые ездят и имеют теоретическую базу знаний о работе тех же двигателей внутреннего сгорания с электроникой. А вот мои коллеги не строят пока что даже очень хреново летающих лодок. Потому догонять наши верфи будут долго. А я не буду стоять на месте, пытаясь улучшить то, что имею.

Правда надо ещё ломать голову о том, что делать с двумя производственными площадками. Оставлять ли в Ландсби всё как есть или пытаться перенести к себе. Ну или ещё что-то придумывать. Возможно будет смысл только непосредственно строить там драккары, а вот зачаровывать уже после перегонки на Фростхейм. Блин, вот подгадило изгнание. Вроде и закончилось, причём официально, а головная боль осталась.

Впрочем к демонам всё. Об этом можно будет подумать завтра. Сейчас надо порадоваться, что Великий Конунг меня не пытается схватить за шкирку с криками «женись!». Поздравить Тормода с его собственной наградой и расспросить о ходе боя. Он ведь там тоже отметился, говорят с духовным скачком натурально охотился за магами, рубя им головы, как хозяйка курам на заднем дворе. Уверить тех, кто пошёл за моим парусом, что пусть вот прямо сейчас у меня особых даров за доблесть с собой нет, но кроме пожранного сердца им ещё придётся примерять на себя драконьи брони, как у моего хирда. В конце концов мои мастера-кожевники набили на них руку, создав узнаваемый дизайн, а теперь у нас даже есть выбор новых расцветок. Так же их стоит порадовать тем, что мы куём оружие из арканита и оно тоже может стать их, если они достойно покажут себя в походе и пожелают переселиться немного севернее. В конце концов триэлов нужно будет отпускать, а Фростхейм надо заселять ассонами. Помимо прочего надо зажать где-нибудь в углу старика Гринольва и влить в его глотку эликсир Неба и Моря, как его обзывают сяньцы. Помимо всякой приятной бытовой мелочи он значительно укрепляет плоть по образу и подобию кракенов, что могут выдерживать давление самых тёмных океанских глубин и продлевают в жизнь. Учитель наверняка будет снова нудеть, что истинный ассон не должен прятаться от своей смерти, но хрен ему, а не Вальхалла, он мне ещё на этом свете нужен, да и всем своим потомкам в Ландсби тоже. А ещё следует уговорить Сигурда дать мне прогуляться впереди наших сил и устроить на побережье врага кое-какие безобразия, предшествующие нашей высадке. Не зря же я заклинания разрабатывал, с духами договаривался и столько огнетворного зелья с собой вёз! И нет, моё желание действовать в отрыве от основных сил никак не связанно с одной рыжей воительницей и её венценосном папашей. Это всё потому, что бог огня хочет жечь, да.

Глава 15

Я вновь с улыбкой стоял на носу своего драккара, вдыхая солёный морской воздух и наслаждаясь попутным ветром, что дул в паруса благодаря работе духа. Мои корабли шли впереди всей армады, занимаясь дальней разведкой и это меня безмерно радовало. До первой битвы ассоны как-то не озадачивались ей, понадеявшись на руны. И они в принципе даже работали, указав нам в каком направлении находится враг. Но вот свою численность эльфы благополучно скрыли магией, как впрочем и наличие у себя крылатых союзников. Нам это едва не вышло боком. Хотя справедливости ради надо заметить, что при прочих равных кораблю, что встретил бы дракона, пришёл бы быстрый и решительный пипендр. Какие-то шансы были бы только у летающих драккаров, да и то в основном сбежать к основному флоту. Ну или доложить через серьгу, исполнив до конца долг разведчика. Уж больно быстрым был тот же чёрный ящер.

Однако теперь он сдох, а мы шли широкой сетью, высматривая эльфов. Эльфы нам показываться не спешили. Генеральное сражение они продули, понеся тяжелые потери и пришлись они в основном на береговые дома. Всё таки говорим эльфийский флот и подразумеваем именно их. Теперь ушастики вероятно заперлись в своих гаванях и думают над извечными русскими вопросами, а именно «Кто виноват и что делать?».

Не сильно удивлюсь, если всё плохое скинули на мертвецов, они всё таки не могут ответить. Во время сражения корабли в центре строя несли стяги дома Серого Мангра, а так же Звёздной Тени. Первый был одним из самых крупных и сильных на побережье, второй соответственно был главным во всём Эльфхейме. По ним, в числе прочих, прошлись ассонские мечи и топоры, о пленных естественно никто особо не переживал, их в горячке боя просто не брали. Кстати жаль, с тенезвёздными я бы с удовольствием пообщался на тему клятв и освобождения от них, а так же просто вызнал информацию о враге. Но пока что такой возможности не представилось. Живыми взяли лишь некоторых ушастых на последнем этапе боя, они и поведали конунгам имена их врагов, которые мне опять же ничего не сказали. Внутренняя политика длинноухих штука весьма закрытая, о ней мало кто знает, сами звёзднорождённые за пределы Подзвёздного леса выбираются не так и часто, а представителей правящего дома кажется и вовсе давно никто не видел. Ну если не считать недавней битвы. Друг от друга ушастики опять же стараются скрывать точные силы своих воинов и магов. В общем у нас в распоряжении оказалось не так и много информации.

С «Что делать?» у эльфов опять же видимо всё было хорошо. Не получилось побить врага на нейтральной территории? Сядем в оборону на своей! Исторические хроники говорят, что раньше они так делали и не раз. Только вот если перед нашим вторжением корабли ушастых были собраны в кулак, сейчас они вероятно стоят по своим гаваням и ждут где же будет удар. По ним или по горячо любимым соседям?

Кстати ответ на этот вопрос не знал и я. Собственно я даже не был уверен, что у нас есть некое направление главного удара. В войне с Сяньской империей таковое к примеру отсутствовало как класс, наши драккары тупо терзали побережье врага в соответствии с постулатами одного земного узкоглазого полководца. В частности ассонам понравилась бы фраза «Избегай силы, атакуй слабость». Наши предки били врага там, где могли победить и отступали там, где им грозило поражение или тяжёлые потери. Желтолицые от этого быстро взвыли примерно так же, как мои земные предки выли от набегов степняков. С эльфами правда ситуация была несколько сложнее, лес это не равнинное побережье с множеством распаханных полей, малых, слабозащищённых портов у ушастых нет, любые условные деревни могут быть быстро покинуты жителями. Может даже уже покинуты просто на всякий случай. А вот крупные города укреплены очень основательно, всё таки долгоживущие весьма ценили свою безопасность и особенно безопасность детей своего народа. С рождаемостью-то у них, насколько известно, дела обстоят не слишком хорошо.

— Восьмой второму. Новости? — прорезал мои мысли голос Сигурда, окончательно освоившегося со связью.

— Тишина — отозвался я условным ответом. Моя паранойя продолжала цвести и пахнуть, а артефакты я создавал по лекалам Снежной империи не кого-нибудь, а эльфов. Так что, почесав репу, пришлось придумать систему цифровых позывных, обновляющихся в случайном порядке каждое утро и создать не то чтобы устав связи, но перейти на предельно короткие сообщения.

— Понял. Вечером у меня — отозвался конунг, сообщая что ждёт после патрулирования для личного доклада и возможно получения новых приказов.

— Понял — подтвердил я, что услышал команду.

Дальнейшая разведка прошла всё в том же спокойном состоянии, немало напрягающим моих воинов. Все конечно были рады, что спокойно смогли пережить самый поганый период адаптации к «дарам дракона», но теперь рвались в бой. А врага всё не было. Меня это тоже напрягало, подобная обманчивая тишина на войне как-никак признак того, что враг что-то готовит. Эльфам сейчас самое время окапываться в своих долбанных лесах.

Вечером мы вернулись к флоту. Мой драккар поравнялся с кораблём конунга и я без труда перепрыгнул с борта на борт. Съеденные части тела второго дракона, а так же кое-что от кракена более чем удвоили мои и так немалые физические кондиции. Надо думать, что законсервированные препараты из третьего и четвёртого ящеров ещё больше меня усилят через пару лет. Забавно, возможности хорошо освоивших прану воинов когда-то казались мне невероятными, а теперь я могу невероятное для них. И это не перестаёт меня восхищать! Хотя Сигурд по видимому не совсем разделял мои взгляды, с насмешкой прокомментировав приземление своего гостя, стоя у носовой фигуры:

— Мальчишки.

— До седых волос ещё не дожил — пожал я на это плечами. Что ж поделать, если в словах собеседника есть зерно истинны.

— Если продолжишь от дочки Густава бегать, то и не доживёшь — фыркнул он.

— Вот не надо начинать, а? — возвёл я очи горе — Вообще-то важным делом занимаюсь целыми днями, а не просто от флота уматываю.

— Ага. И совсем не просился быть от него как можно дальше — добродушно посмеялся клановый вождь.

— Просил. И ещё раз просить буду — проворчал я — Давно пора эльфам задницы подпалить вместе с лесами.

— Будет у тебя такая возможность. Причём уже в самое ближайшее время — порадовал меня Сигурд.

— Ну наконец-то — улыбнулся я — Куда идёт флот?

— Флот разделяется — сообщил мне он — Мы занимаем самую северную часть побережья.

— Дома Красного Коралла и Каменного Цветка? — сделал я уточнение о части севера, которая нам досталась.

— Они самые — кивнул конунг, проворчав — К дому Синей Лилии тоже можно заглянуть.

— Только у них архимаг есть — хмыкнул я.

Тут была конечно хорошая новость, древний волшебник давно и прочно разругался с главой своего дома, приходящимся ему внучатым племянником, причём посуду они побили так, что это аж за пределы Эльфхейма вышло. По идее старикан сидит в своей башне и в ус не дует, но если начать грабить-убирать-насиловать его родичей, он скорее всего выйдет остановить безобразия. Или как минимум попытается. Потому оставались только два дома, если мы не хотим слишком больших потерь. А мы их не хотим, они у противника должны быть, не у нас.

— Есть — кивнул Сигурд — А у Красного Коралла отвратительная береговая линия. Там было бы очень тяжело пройти.

— Да, было бы — кивнул я с усмешкой. Мы оба знали, что рифы перестали быть для нас проблемой, высадку мы можем организовать в любом случае. Только что она будет не такая быстрая, придётся сделать несколько рейсов с помощью вирдманов не на воде, а над водой.

— А ещё ты говорил, что у тебя есть способ устроить на побережье полосу выжженной земли — улыбнулся собеседник — Именно этого я от тебя и жду. Будет совсем хорошо, если она отсечёт Крэдланиэль от растительности вовсе.

— Я приложу все усилия — кивнул я, вспоминая что знаю о главном городе-порте и по совместительству столице нашего нынешнего противника.

Назывался он по человечески Колыбелью Кораллов, жителей там было около пяти тысяч, но цифра по понятным причинам примерная. Стены его вроде как имели самую что ни на есть биологическую природу, состоя из того, что дало эльфячьему дому и их населённому пункту название, правда не очень представляю как их можно было вырастить на суше. Впрочем возможности друидизма велики. Через Крэдланиэль протекает судоходная река, что ведёт во внутренние земли эльфийского государства, краснокаральщики на ней вроде как стригут с соседей купоны. Впрочем и без того понятно, что у них есть что взять, все береговые дома богаты.

— Не сомневаюсь в тебе. Но есть ещё пару моментов — с усмешкой повёл правитель медведей рукой в воздухе.

— Каких? — подозрительно спросил я. Лицо собеседника неуловимо изменилось, у меня такое обычно бывает, когда кому-нибудь гадость сделать собираюсь, но при этом стараюсь не выдавать себя раньше времени.

— С тобой отправится мой сын, Магни. Парень молодой, это его первый поход, будет полезно, если он воочию увидит, на что порой способны вирдманы — сообщил конунг, но я не спешил расслабляться. И меня ну вот ни хренашечки не разочаровали — А ещё с тобой отправится Эйдис.

— Эта-то откуда? — только и мог спросить я.

— Конунг тоже желает знать, что и как ты сделаешь, а она его родственница — развёл Сигурд руками, как бы говоря, что он тут бессилен, а потом проворчал — И не надо на меня так смотреть. Уж поверь, сделал всё что мог.

— Ага — без особой радости буркнул я.

— Ага — серьёзно ответил он — Сам понимать должен, что мне твоя женитьба на ней, если она конечно будет, абсолютно ни к месту. Куда удобнее бы было, оставайся ты только моим человеком, без семейных связей с другими конунгами. Особенно с Густавом.

— Понимаю — дёрнул я щекой — Но всё равно хорошего тут мало. Кстати есть вопрос. Как конунг Сигурд смотрит на то, чтобы со мной породниться. Тормод вот на племяннице женат. У меня сын есть, жена под сердцем уже второго ребёнка носит. А у тебя много внуков и внучек.

— Идея конунгу Сигурду нравится, кто-нибудь кому-нибудь обязательно глянется — мой собеседник с лёгкой усмешкой огладил бороду, а потом повысил голос — И Хелль побери, принесите уже нам мёда.

— Мёд это хорошо — проворчал я, настроение немного поднялось.

Политика… Будь она не ладна! Но и без неё никуда. Как бы мне не нравилась Эйдис, жену мою всё таки зовут Ивина. Да, она не ассонка, а южанка из захудалого рыцарского рода, к тому же незаконнорождённая. Но я её не за знатность полюбил. Она мать моих детей. Мы с ней сошлись, когда ни у неё, ни у меня в общем-то ни черта не было кроме наших взаимных чувств, мозгов да желания жить лучше, чем сейчас. И при всём моём тёплом отношении к страннице я не хочу чтобы мои отпрыски потом конкурировали в самой поганой из возможных конфигураций. У старших право на основное наследство, за младшими стоит Великий Конунг. Вот просто ну его к йотунам в задницу! Сигурду же лучше бы быть моим естественным союзником в этой ситуации. Конечно при свадьбе жена переходит в род мужа, а не наоборот, но всегда есть нюансы. С дочкой снежного дракона я на чешуйчатых волей-неволей буду оглядываться не меньше, чем на косолапых. Только вот соглашение о свадьбе детей в отдалённом будущем заставит конунга медведей стоять за них и против сватовства. Собственно не удивлюсь, если он вообще меня уже в этом плане прочёл и специально не сильно отбивался от назначения Странницы. Но вот после нашей небольшой вечерней попойки ситуация должна измениться. По крайней мере надеюсь на это. В конце концов меня Иви ни черта не поймёт как мужа. Съездил, блин, в командировку, пока она беременная была, и привёз оттуда новую жену… Это даже звучит как плохой анекдот.

Но однако не смотря на все мои переживания на следующее утро Магни и Эйдис поднялись на борт моего флагмана, а я со всем возможным спокойствием направил гранд-драккары вперёд. Сын Сигурда был крупным, светловолосым и улыбчивым парнем двадцати лет от роду. В целом он мне понравился и я был ему безумно благодарен, что он весь день не отходил от меня, донимая вопросами. Сложилось впечатление, что прежде магию он не слишком уважал, но когда на его глазах уконтропупили трёх драконов именно с помощью волшебы, в мозгах ассона что-то сдвинулось. Эйдис же соответственно внимательно нас слушала, время от времени поддерживая разговор, благо уроки вирдманов определённо не пропускала, но на задушевные темы при посторонних общаться не могла.

А затем наступил вечер и я перешёл на своё законное место га носу, отдав команду:

— Всем занять места и закрепиться ремнями.

— Так шторма ж и близко нет? — с некоторым недоумением спросил Магни, но команду выполнил.

— Мы его сами принесём — отозвался я, а затем убедился, что все готовы, после чего передал по мысленной связи — Маскируемся и взлетаем.

Корабли рядом с нами подёрнулись рябью и будто растворились в воздухе. Хирдманы втянули вёсла внутрь, паруса были сняты и увязаны. Повинуясь моей воле гранд-драккар поднялся над водой и начал разгон. Глазами я не видел своих товарищей, но чувствовал, что они выстроились в колону за нами. А Эйдис вцепилась в борт и скамью, крикнув:

— Альв, что, Суртур побери, происходит⁈

Магни сбледнул с молчал, но на его лице был написан тот же вопрос. Я же лишь рассмеялся:

— Мы летим! Разве вы не видете?

— Видим! И в прошлый раз мне не понравилось! — отозвалась Странница.

— Ну ты дракона-то не путай с тем, что я строил — пришлось мне притворно возмутиться — Ни тряски, ни встречного ветра в лицо, никто даже не пытается тебя убить или сожрать.

— Хоть это радует — буркнула пассажирка.

— Что-то не припомню, чтобы другие вирдманы умели поднимать корабли в воздух! — крикнул на это наконец открывший рот Магни.

— А другие и не умеют — рассмеялся я — Но к тем, кто убивает чудовищ, уничтожает нежить и развоплощает демонов боги благосклоннее, чем к прочим. Мы их клинок в Свангарде, нам особые дары и с нас особый спрос.

— Но почему никто не знает? — задала вопрос Эйдис более спокойным голосом, но скамью и борт отпускать однако не спешила. Кажется их с Магни самообладание сейчас держалось лишь на воспитании высоких семей и полном пофигизме окружающих их хирдманов.

— Ваши родители знают. Теперь вы тоже. Часть вирдманов медведей тоже в курсе. Скоро с некоторыми нюансами бытия познакомятся и эльфы — отозвался я с улыбкой — А сейчас помолчите. Мне вообще-то лучше не отвлекаться, когда мы летим. Можем же упасть.

Падать конечно никто не собирался, но для напуганных высотой людей хватило и такой примитивной страшилки. Мы же летели всё выше и всё быстрее. Не прошло и двух часов, как наши драккары оказались над эльфийским побережьем, а затем после моего короткого сообщения мыслеречью разошлись в стороны. Прошло ещё больше часа, прежде чем мы все оказались над нужными нам точками. Примерно конечно. Всё таки чужое побережье нам было известно слабо, а джи-пи-эса с глонасом сюда как-то не завезли. Впрочем сегодня мы не колем шпагой, а бьём молотом. Точность не так уж важна, когда город и собранные в кучи в удобных для высадки местах страж-древа выделяются на фоне леса.

Вздохнув, я сел в позу лосота для большей сосредоточенности и произнёс:

— Начинайте лить.

Заранее проинструктированные хирдманы, отстегнули ремни и отправились в трюм, откуда стали доставать огнетворное зелье, бодро выливая бутыли за борт. Магни, принюхавшись, спросил:

— Ты собираешься поджечь лес?

— Не совсем — отозвался я, медленно направляя драккар вперёд на высоте, где ещё можно нормально дышать, но в принципе уже есть шансы со временем заполучить горную болезнь. А по пути вниз, к грешной земле духи воздуха и воды превращали огнетворное зелье в туман, что стелется над лесом, максимально маскируя его. Уж чему-чему, а незаметности мы у фростхеймских обитателей точно научились. Правда держать всё под контролем было непросто и я даже закрыл глаза для пущей концентрации — Хотя огонь тоже будет.

— Так в чём смысл? Что значит огонь, но не совсем сжечь? — не унялся сын Сигурда.

— В том, что в магии и работе вирдмана всё не всегда просто, а мы не обязательно идём прямыми и понятными путями. К примеру ты можешь поставить щит от огня в горящем доме, но всё равно умрёшь, потому что задохнёшься в дыму. Враг может быть неуязвим для волшебы, но это не проблема. Подними телекинезом над ним камень, а потом отпусти так, чтобы он пробил ему голову — отозвался я, сетуя на отсутствие со мной Гринольва, который объяснил бы всё лучше. Но старикан к сожалению надулся на меня за моё желание продлить ему жизнь и предпочитал пока что проводить время на драккаре Тормода или общаясь со своими былыми учениками, которых в косолапом флоте в обще-то хватало.

— Хочешь сказать, что огнетворное зелье твой камень? — спросила Эйдис.

— Пожалуй что так — отозвался я — Эльфы хорошо защитили свои владения от магии, а леса от огня, их не так просто поджечь. А если и подожжёшь, так быстро потушат, если конечно не устроить настоящий огненный торнадо. Да и то, для него место в глубине леса, а не на побережье, где полно воды. Здесь могут залить. Но огнетворное зелье, оно как и мучная пыль, может не только гореть. Оно может взорваться, как огромный огненный шар. Благодаря этому всё должно пройти мгновенно, а главное кроме самого огня создастся очень мощный воздушный удар. Это даже не ураган, к такому эльфы не должны быть готовы. Лесу придётся плохо, страж-древам и их гарнизонам тоже мало не покажется, а город должен истощить накопители своих магических щитов и получить серьёзные повреждения.

— Вот так вот — задумчиво проговорил Магни — И сколько будет потрачено зелья?

— Очень много, около одной седьмой наших запасов — отозвался я — Думаю всем хватит. А сейчас не отвлекай.

Горючее мы лили ещё пол часа, в итоге накрыв солидную часть побережья «кораллов». Эльфы конечно не братские нам вьетнамцы, мы не американцы, а Онар не наигрывает здесь полёт валькирии, но однако зажжём мы тут не хуже, чем напалмом. С этой мыслью я выждал несколько минут, а затем связался со своими коллегами.

— Всё готовы?

В ответ пришёл нестройный гул мысленных голосов вирдманов, зависших над узлами обороны вражеского поборежья и мной была отдана команда:

— Отпускаем туман.

Взвесь жидкости, что парила над лесом, вне разумной сети обнаружения, начала опускаться вниз под действием элементарной гравитации. Я же ждал, надеясь почувствовать момент, когда эльфы зашевелятся. В огнетворном зелье практически отсутствует магия, но тем не менее оно имеет запах, сейчас духи воздуха его уже не маскируют, уводя вверх, должны бы тонкие эльфийские носы вражеских часовых почуять неладное.

Через несколько минут так и произошло. Мы висели высоко над Крэдланиэлем и понявшие что происходит остроухие маги начали применять воздушные заклятия, пытаясь сдуть туман и видимо предупреждая всех вокруг об опасности. Однако поздно, слишком поздно. Дымка огнетворного зелья уже коснулась как крыш домов, так и крон деревьев вокруг города. Я выдохнул и выдохнул несколько раз, а затем произнёс вслух и одновременно мыслеречью:

— Бог коварства и огня, во славу твою! Жжём!

В этот момент со всех носовых фигур гранд-драккаров вниз сорвались огненные болиды. Они быстро преодолели огромное расстояние до верхней границы тумана и произошёл взрыв. Сначала снизу в ночи ударил яркий свет, который я увидел даже сидя над килем драккара с закрытыми глазами. Затем пришёл жуткий грохот и нас буквально подбросило наверх, я распластался по палубе ненадолго утратил контроль над управлением. Слава всем богам, что после того как зелье было вылито, хирдманы снова застегнули на себе ремни. Тем более что вскоре после того как ударная волна кинула нас наверх, гранд-драккар резко потянуло вниз. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы превозмочь воздушный поток, да и то получилось это не до конца, нас заметно сместило к грешной земле.

Когда атмосфера более менее успокоилась, я наконец посмотрел вниз и увидел лишь полосу горящего леса вдали от города. Почесав репу, я пробормотал:

— Не вышло что ли?

— Что-то пошло не так? — спросила бледная в лунном свете Эйдис, для которой воздушная болтанка явно не прошла даром, как и для Магни. Впрочем тут и бывалые хирдманы были несколько бледнее обычного отнюдь не из-за лунного света.

— Не знаю — отозвался я, а потом обратился к Кобре — Что происходит в городе? Ничего понять не могу и в магии какая-то мешанина.

— Ничего там уже не происходит — каким-то упавшим голосом прошипела она.

— Что значит не происходит? Чем они защитились? Что с городом? — надавил на неё я.

— Да нет там никакого города! — вдруг закричала змееженщина — Там вообще ничего нет! Куски каменных кораллов в копоти есть. Поваленные, обугленные деревья есть. Даже обжаренный эльфийский фарш есть. А города нет! Что опять породила твоя больная голова⁈

Интерлюдия 4

Тормод задумчиво смотрел на морскую гладь в ожидании, когда же вдалеке появится плоска суши и размышлял о последних событиях. Впрочем они уже давно владели его мыслями и чувствами. Ассонхейм начал войну! Такого не было уже больше шести десятков лет, с тех самых пор, как закончился конфликт с Сяньской империей. И вот их поколению выпала доля показать эльфам, что лезть на север было плохой идеей. В конце концов сидели бы себе в своих лесах, молились деревьям или чему они там молятся, торговали бы всякими травками за баснословные деньги и никому бы до них дела не было. Тем более что прежде все, кто зарился на растения ушастых, а так же их золото и долгоживущих рабов с рабынями плохо заканчивал, уж очень эльфы сильны в родных лесах. Однако вмешательство в свои дела оставлять было нельзя и Великий Конунг принял решение идти на юг походом, не взирая на возможные потери. Ведь те народы, кто подобное проглатывают, быстро утрачивают власть над собственной судьбой. А затем обычно и саму жизнь. Врут те, кто называет мир театром, на деле все они живут на бойцовской арене и бить в ней надо насмерть.

Война же пока что развивалась неплохо, они побеждали. От этой мысли Тормод хмыкнул. Его брат бы обязательно начал нудеть, что по одному первому сражению судить о ситуации глупо, но чистокровный ассон был по жизни куда большим оптимистом. Хотя справедливости ради как раз Альвгейр пока что прославился больше всех в этом походе. Эльфы каким-то чудом умудрились столковаться с драконами и целых три гигантских ящера должны были поддержать их флот. Однако полуэльф в одиночку полетел на них, бросая вызов, затем откровенно поиздевался над владыками неба, провоцируя их и в итоге привёл драконов под выстрелы баллист и клинки своей дружины. Три гиганта в тот день пали от ударов хирда Ухьмёрдеров. И о боги, как же Тормод хотел быть в тот момент там, с ними! И ведь брат предлагал, много раз предлагал быть частью его дружины, причём не подчинённым звал стать, а равным вождём, он об этом начал говорить чуть ли не до испытания зрелости. Одна северянин избрал своей стезёй путь дружинника конунга. А потому его судьбой было следовать за парусом Сигурда Медведя.

И будь проклят тот, кто скажет, что в тот день ему было мало славной битвы! Тормод отлично помнил, как его драккар шёл вперёд сначала под ударами магией, которые разбивались над их флотом о щиты вирдманов. Не забыл он и как эльфийские стрелы закрыли собой небо, а потом обрушились на их флот. Не все щиты тогда выдержали, жители лесов были хороши в волшебе, многие оперённые подарки несли её в себе. Но его надёжно хранил арканитовый диск, подаренный братом и им же переданная драконья броня. Они были прочной, несокрушимой защитой. Но убивал Тормод всё же сам.

Перед его взором как наяву встал момент, когда два флота сходились между собой. Он видел, как ушастый маг у лебединой фигуры на носу корабля, что идёт прямо на них, начитывал заклинание. Закончить его эльфу было не суждено, Тормод перемесится в духовном скачке и снёс остроухую голову, убил ещё двух жителей лесов, прежде чем те сообразили что происходит, перескочил к рулевому веслу и зарубил кормчьего, испортил могучим ударом управление и лишь после этого отмерцал обратно на драккар. Затем началась общая абордажная схватка.

Они шли и шли вперёд, пробивая себе путь через эльфийские корабли, ушастые пытались бить стрелами в упор, пускали в ход клинки, ассоны отвечали тем же, басовито гудели тетивы гномьих арбалетов, топоры врубались в горячую плоть. А Тормод вёл охоту. Могучие маги, искусные лучники, чьи стрелы порой светились от наложенных чар, аристократы, что выделялись богатством одежд и доспехов, командиры, что громче всех отдавали приказы… Не счесть сколько голов подобных эльфов срубил молодой воин на глазах всех хирдманов медведей. От него пытались защищаться, но тщетно. Когда ассон уже рядом с тобой, а к твоему мясу летит его секира, делать что-то уже поздно, есть лишь шанс забрать врага с собой. Но и тут эльфов ждала неудача, его доспех был слишком прочен. Хоть брат потом на пиру конечно и ворчал, что давая ему хорошую вещь, он думал что Тормод будет о ней заботиться. А теперь впору делать новую броню в замен повреждённой.

Но не ему жаловаться на судьбу, коль скоро он был главным героем той битвы, а его щедрость теперь вероятно войдёт в саги. Впрочем соклановцы в битве видели и доблесть Троллебоя, а конунг выделял его не многим меньше, чем брата. Так что и в его честь подняли немало кубков, а сейчас он командовал уже тремя драккарами, коль скоро на двух из них пали опытные хедвиги. С какой стороны не посмотри, а это впечатляющий карьерный рост, при таком раскладе до титула ярла всего все одна ступенька. И Тормод твёрдо собирался её пройти, тем более что Ландсби кажется был всё менее интересен Альвгейру. Белому Ворону и на севере было вполне комфортно, а драккары из фростхеймской древесины получались лучше, чем из ассонхеймской. Троллебой же имел все шансы плотно сесть в дорогих его сердцу местах. Однако для этого необходимо было продолжать славно работать топором в этом походе, а так же привезти домой богатые трофеи.

И сейчас они шли именно за этим. Тормод сопровождал Сигурда на корабль Великого Конунга и слышал, как совещались правители Ассонхейма. Ими было решено не бить всей армадой в одно место, а разделиться на несколько ударных кулаков. Где-то вперёд шли два, а то и три клана, где-то один. Медведи были как раз из последних, им выделили участок побережья, где стоило навести шороху и теперь они с нетерпением ждали возможности ступить на чужую землю. А Альвгейра Сигурд отправил нанести упреждающий удар, подпалив эльфийские леса с воздуха. Брат долгие годы использовал летающие корабли, но при этом ревностно охранял их тайну как раз ради этого дня. Остроухие не должны были ждать внезапного нападения с небес, а потому оно имело все шансы стать сокрушительно успешным. Со слов конунга так и вышло, он объявил, что Белый Ворон захватил место высадки и удерживает его рядом с городом Крэдланиэль, так же взятым им на меч. Потому второй день хирдманы не жалеют ни себя, ни вёсел идя к берегу. Часто самые большие потери их народ нёс именно во время встречной атаки, когда часть ассонов уже покинула корабли, а часть ещё на них. Не говоря уже о том, что удерживать часть побережья при таком раскладе миссия почётная, но очень опасная. Кто знает, возможно хирд Белого Ворона сейчас отбивается от целых полчищ эльфов, желающих сбросить его в море.

— Земля! — раздался крик с головного корабля медвежьего флота, где остроглазый хирдман разглядел наконец берег.

Ассоны облачились в доспехи и замерли в тревожном ожидании. Однако чем ближе они подходили к Эльфхейму, тем очевиднее становилось, что воевать им сегодня не придётся. На том месте, где по описанию должен был находится Крэдланиэль в устье реки наличествовали лишь стены форта, явно созданного вирдманами на скорую руку. Брат и Гринольв описывали Тормоду как это делается, ошибиться было тяжеловато. Деревья же эльфийского леса на добрых четыре перестрела от полосы прибоя просто отсутствовали, вместо них было ровное пепелище. Лишь дальше начинали встречаться обгоревшие стволы эльфийских зелёных великанов.

— Слушай, может зря мы с этим походом, а? — хохотнул стоящим рядом Вольф — Отправили бы сюда просто твоего брала и глядишь к осени эльфы бы сами приползли на брюхе в Викру, умолять Густава о мире.

— А тот бы развёл руками и сказал, что Альв изгнанник и его приказов не слушается — усмехнулся Тормод, поддержав шутку.

— Ну его-то может и нет, а дочь Великого Конунга глядишь и сговорилась бы с молодым ярлом. Ну зиму-то с ним вместе провести точно уболтала б — продолжил развивать тему форинг.

— Ага, только в этот раз она с ним за компанию к ушастым суету наводить отправилась — улыбнулся северянин, а потом посерьёзнел — Знать бы ещё что тут было.

— Битва, тут к вёльве не ходи. Но раз стоит ассонский форт, значит нас ждёт интересный рассказ о новой победе — пожал плечами собеседник — Скоро всё узнаем.

Спорить с последним утверждением было трудно и разговор затух сам собой. Берег же приближался до тех пор, пока форштевни драккаров наконец на выехали с разгона на песок. Хирдманы посыпались на твёрдую землю не держа стену щитов, но и не теряя бдительности. Участок побережья, насколько хватало глаз, вроде бы был безопасен, но все понимали, что находятся на враждебной территории. К тому же не знали точно что здесь, Хелль его подери, произошло.

Оставив корабль позади, Тормод со своим хирдом двинулся в сторону конунга, Сигурд подозвал его к себе, лишний раз напомнив, что он теперь фактически состоит в его свите, особенно пока ярлы организуют стоянку кораблей и выставляют охрану. Кивнув Вольфу и переложив тем самым на него управление людьми, молодой хедвиг последовал приказу и вместе со своим вождём вошёл в ворота небольшого форта, где по сути хватило места лишь пяти гранд-драккарам, трём длинным домам и каменной коробке с узкими окнами, в которых виднелись напуганные лица эльфов. В центре же стояли три идола богов. Один, Фрейр и Локи будто с интересом взирали на тех, кто прибыл пред их очи. Присмотревшись, Тормод чуть не выругался вслух. Альвгейр вытесал суровые лица на древесине мэллорнов, священных деревьев эльфов, причём те корнями по прежнему находились в земле. Не то чтобы молодой воин был большим знатоком обычаев ушастых, но по его скромному мнению это было для них тяжким оскорблением. При этом если взрослые жители лесов сидели в каменном загоне, то дети вполне свободно разгуливали по форту и с интересом смотрели на вновь прибывших, что тоже вызывало вопросы.

Сам же ярл и вирдман встречал гостей прямо у идолов, ровным тоном проговорил:

— Приветствую, мой конунг. Твоё задание выполнено, берег обезопашен.

— Да уж я вижу — хохотнул Сигурд — А что с городом?

— К сожалению я перестарался — ответил Альвгейр — Но не стоит стоять на пороге. Пойдём к столу, у нас найдётся добрый мёд и сочное мясо.

— Веди — добродушно махнул рукой конунг.

Через несколько минут все они сели в одном из длинных домов за каменную столешницу, вероятно брат не очень доверял дереву и предпочитал перестраховываться. А Гринольв, прибывший с конунгом, проворчал:

— Вижу тебя опасно оставлять одного, ученик.

— Твоя правда, перестарался — буркнул ярл.

— Так что здесь случилось? — спросил вождь медведей — Вроде бы наш разговор был о том, что нужно поджечь лес у берега и вокруг города.

— Перестарался я, говорю же — дёрнул Альвгейр щекой в раздражении — Думал у эльфов тут такие щиты, что так просто не возьмёшь. Минимум по архимажьи бить надо, иначе толку вообще не будет. Что у них каждое страж-древо так закутано в магические коконы, что не расковыряешь. Столетия же все стоят, хоть каждый день чары на чуть-чуть, но прочнее можно было делать! Ждал что сраный эльфийский лес, сраных древольбов устойчив к огню, как эти мэллорны на площади. Они же так сами в книгах писали, что во френалионской библиотеке лежат. Неприступные, скитья, лесные чертоги, непоколебимая, мать их, защита! Ну и долбанул со всей дури да с божьей помощью, млять. Тем более испытания своей… придумки устраивал только маленькие, экономя ингредиенты и в куда более холодном воздухе. Это тоже могло повлиять на то, сколько тут в итоге оказалось огня.

— Ну больше не меньше — фыркнул Сигурд, отхлебнув мёда из кружки — Добычу-то взяли хоть какую-нибудь?

— Да взяли — отозвался брат — Когда завалы разбирали и выживших эльфов искали на самом деле нашли не так уж и мало.

— Что-то ты не весел — проговорил Тормод — Новая победа же! Мы этот Крэдло… Крэла… Крэдланиэль думали все вместе штурмовать, может даже не один день. А тут оп и убийца драконов совершил новый подвиг! Что не так-то?

— Эльфы не драконы, брат — покачал Альвгейр головой — А ещё они не демоны, не нежить и не иные чудовища. Я без колебаний могу пустить под нож всех до последнего звёзднорождённых, Свангард от этого только лучше станет. С удовольствием сойдусь с воинами клинок к клинку, а с магами проверю кто крепче держит посох. Но в том чтобы убивать обычных слуг нет ни доблести, ни чести. Тут кроме мужиков женщины были, дети. Хорошо хоть последних ушастые ценят, догадались в самых защищённых местах держать, видимо свезя в столицу с других поселений.

— Так та каменная коробка…

— Да, для их бывших нянек — хмыкнул вирдман с всё таким же кислым лицом — Держим там отдельно от эльфёнышей. Они уже свободны от всех клятв, но ещё дичатся. Впрочем ничего, на Фростхейме обвыкнутся. Кто выжил.

— Первая война, она всегда приносит неприятные открытия — глубокомысленно произнёс Сигурд, а потом пояснил — Я тогда у сяньцев тоже другого ждал. Подвиги и слава конечно были, как иначе, но и неприглядного тоже хватало. Хотя это хорошо, что у тебя ещё не было повода зачерстветь.

— Не уверен — дёрнул щекой Альвгейр, приложившись к кружке.

— Зато я уверен — жёстко сказал конунг — Мне на узкоглазых насрать стало, когда достаточно боевых товарищей потерял, которых с детства знал. После этого ребятёнок, что свою дохлую мамку растолкать пытается и слезами заливает уже никаких чувств не вызывает и ничего в груди не трогает. Разве что можно его топором рубануть аккуратно. И без мук отойдёт, а не от голода с холодом или зубов какой собаки, что в селение придёт падалью подхарчится. И мстить не станет, если вдруг каким-то чудом выживет.

— Не самая радостная картина — сообщил очевидное вирдман.

— А она и не должна быть радостной, Тюр бог жестокости, я не раз тебе говорил. Жестокости и к себе и к другим, без неё хорошего воина не получится — произнёс Гринольв — Не поэтому ли ты богам тут идолов поставил?

— Клятвы я волею богов со всех живых эльфийских детей снимал — проворчал Альвгейр — А потом память им чистил и нашим богам посвящал. Ничего они ни про родителей, ни про месть не вспомнят. Будут считать, что они родом из Альвхейма, вотчины Фрейра, а не этого леса.

— Ты им разумы-то не сломал? — хмуро спросил Зелёный Волк, зная посредственные таланты ученика в менталистике. Да и свои в общем-то тоже.

— Там не я дело делал. Это как видение было. Со мной такое уже случалось, когда кошколюдам на юге капище наших богов ставил и к нашей вере приобщал — сообщил вирдман.

— Ты с тех пор кстати спал? — остро посмотрел на ученика учитель.

— А когда? — ответил вопросом на вопрос Альвгейр — Я то завалы разбираю, то форт ставлю, то мэллорны обтёсываю, то с детьми занимаюсь.

— Бегом в шкуру заматываться и дрыхнуть — едва не прорычал Зелёный Волк — Молчи! Ни слова слышать не хочу. И видеть тебя до завтрашнего дня. От внимания богов с ума и не такие сходили. Всё. Встань и иди.

Несколько долгих секунд походный конунг смотрел на старика, а потом кивнул, действительно встал и пошёл. А Гринольв повернулся к Асмунду и поинтересовался:

— Ну а ты куда смотрел, дурья башка, а?

— Вы с ним два сапога пара — пробурчал рыжеволосый форинг — Самого может сонным заклятием приголубить и дальше работать пойти. Сам же так научил.

— Да, на тебя похоже — хохотнул Тормод, кивая предку.

— Вот не надо, тебя не усыплял — отмахнулся от обвинений старый вирдман.

— Сын мой кстати где с Эйдис Станницей? — задал тем временем вопрос Сигурд.

— Эти как раз спять. Они тут за ним по пятам ходили, но Альвгейр на них к сегодняшнему утру посмотрел и сообщил, что либо отдыхать идут, либо он молниями их вырубит, а хирдманы отдыхать волоком оттащат — сообщил здоровяк.

— Вот не зря тебе, Гринольв, говорят, что ты чудовище вырастил — хохотнул вождь всех медведей, приложившись к кружке и слегка повеселев, будто с молодым вирдманом из-за стола ушло и мрачное настроение.

— Ваше счастье, что всё таки не чудовище — добродушно улыбнулся старик — Раз по дохлым эльфам убивается, значит всё такой же. И это хорошо.

— Чего о них вообще переживать — проворчал на это Тормод — Умерли и умерли, на то и война. Всегда он странный был.

— Не без этого — согласился с ним северный волшебник — Зато своим странным разумом много чего интересного удумал. Был бы обычный, может ничего бы не было. Или наоборот было бы что-нибудь совсем ужасное. Вроде глубокой дырки в земле на месте высоко чертога в Викре через пару лет после его изгнания.

— Он тут бросить всё не надумает? — приподнял бровь Сигурд — А то был у меня давний товарищ, рубака каких поискать. Но в какой-то момент бросил всё и бондом стал.

— Нормально всё будет — заверил его Гринольв — Сейчас отдохнёт, отоспится и другим взглядом на всё посмотрит. А потом ещё и я с ним поговорю да напомню, как наш мир устроен.

— В Свангарде надо быть сильным. Иначе зачем в нём вообще быть? — хмыкнул молодой хедвиг — Либо тебя уважают и боятся, либо за тобой придут так же, как мы пришли за эльфам.

— Золотые слова — усмехнулся конунг.

Тормод тоже улыбнулся. Может он и не имеет столь же изощрённого разума, как его брат, но дураком его точно не назвать. Тупой человек не добился бы того, чего добился он к своему возрасту. Да никогда бы вообще не добился! А что всякие хитрые штуки не придумывает… Ему и так неплохо. Особенно если к таким придумкам в комплекте пойдут всякие глупости вроде жалости к врагам. Ну убил он кроме магов с воинами сколько-то их прихлебателей с девками и выпердышами. Они Альвгейру друзья что ли? Нет, никогда не были и главное никогда не стали бы. Сдохли? Туда и дорога, в Хелльхейме места много, как Оннар Лужёная Глотка пел. Вроде и безумно умный у него брат, а иногда такой же безумный дурак. Наверно как раз за это его Локи и любит. Где второго такого смешного в Ассонхейме найдёшь?

Глава 16

Я размеренно двигался под водой в несколько непривычном для себя амплуа. Обычно променады ниже уровня моря у меня происходят в личине змея, которая не только больше, но так же сильнее и быстрее человеческого тела. Однако сейчас я для разнообразия никуда не торопился, ни за кем не гнался, ни от кого не убегал и даже не пытался спасать. Просто купался, отдыхал, убивал время и, раз такое дело, лишний раз проверял действия эликсира Моря и Небес. Его рецепт удалось почерпнуть в Сяньской империи, причём за на удивление небольшую цену. Сдаётся мне в своё время кто-то из весьма сведущих алхимиков желтолицых решил немного поиздеваться над менее искусными коллегами, широко распространив его за копейки. Руководство по приготовлению данного зелья было сложным, но прямо скажем не запредельно вырвиглазным. Как минимум там не нужно было двадцать раз менять температуру и добавлять ингредиенты в моменты, выверенные до доли секунды. Снадобье увеличивало физическую силу, даровало телу прочность, которая позволяет выдерживать огромное давление на больших глубинах, позволяло дышать под водой, заметно увеличивало продолжительность жизни, даровало пусть медленную, растянутую на месяцы и порой даже на годы, но полную регенерацию всего от шрамов до утраченных конечностей и в качестве вишенки на торте благотворно влияло на каналы, проводящие духовную энергию в теле. В общем отличнейшая штука, но как всегда был с ней связан один нюанс. Эликсир Моря и Небес готовился строго из свежих желчи дракона и мозговой жидкости кракена. Консервированные магией или иными способами ингредиенты снижали его эффективность в пару десятков раз, а некоторые свойства отсекали вообще. То есть оно в основном ещё действовало, но гораздо разумнее было потратить баснословно дорогие и редкие части тел опасных чудовищ на что-нибудь другое. А драконы и кракены даже по отдельности нечасто от чьего-то меча умирают, что уж о вместе говорить. В общем тут всё было как с локтем, который вроде и близок, да не укусишь. Подобных интересных рецептов у меня было с пол дюжины, один к примеру требовал свежий яд взрослого гигантского паука южных джунглей Сяньского континента и не менее свежей печёнки северного морского змея. Если у драконов с кракенами хотя бы пересекались ареалы обитания, то тут одного необходимо бы было привезти к другому в живом виде. Пока что подобное удалось только одному из желтолицых князей. Старикан был весьма озадачен поисками эликсира бессмертия и даже заметно помолодел, не говоря о прочих полезных плюшках, но растратил в южных джунглях слишком много войск, а затем отвалил немало денег моим сородичам за охоту на подводного обитателя… В итоге предприимчивый сосед взял да прибил ослабевшего конкурента, захватив его земли. Больше огромные ресурсы кажется подобным образом никто не тратил, а сяньские императоры продлевали свою жизнь несколько иными микстурами из ингредиентов, которые можно было спокойно привезти в Нефритовый дворец. И вот их рецептуру императорские алхимики как раз берегли аки зеницу ока.

Я же сейчас просто плыл, дышал чистой морской водой, вбирая её в свои лёгкие и стремился сделать свой разум столь же чистым, как море у здешних коралловых рифов. По моему приказу был уничтожен целый город, выжили в нём лишь дети и буквально несколько взрослых эльфов, которым повезло находиться в самых защищённых местах. Духи воздуха превратили огнетворное зелье в аэрозоль, что накрыла побережье туманом. Тот детонировал с огромной силой, породив в эпицентре взрыва чудовищные температуры от которых деревья почти мгновенно превращались в угли. Ударная волна сначала безжалостно раздвинула воздух, а потом породила на месте подрыва почти полный вакуум, в который всё тот же воздух потянуло обратно. Мало не показалось никому. Собственно в Крэдланиэле уцелели лишь некоторые подвалы и три мэллорна на площади перед дворцом главы дома, которые были укрыты какими-то прям хтоническими щитами. Да и то кроны эльфийским сорнякам почти полностью спалило.

Поняв что мы сотворили, я постарался спасти выживших некомбатантов. В конце концов мы не демократы, чтобы устраивать гуманитарные бомбардировки и называть это принесением свободы жителям тоталитарных стран. И меня в процессе чуть не убили. В подземельях дворца правителя дома сидели не только дети краснокоралльников, но и няньки с охраняющими их воинами. Как раз один из них едва не снёс мне голову, когда я потерял бдительность, разбирая завалы. Дружина его манёвр не оценила и ломанулась в проход под землю впереди меня в тупую перебив всех, кто сопротивлялся или просто дёргался при виде толпы очень злых ассонов с окровавленным оружием в руках. В итоге, как не трудно догадаться, выжили только маленькие дети, которые забились по углам и плакали со страха. Впрочем будучи на их месте порой и взрослые мужики в штаны гадят. Воины севера страшные, да.

Наведя порядок, малышню удалось отправить на остатки центральной городской площади у мэллорнов, а затем более спокойно проверить места, где нурэ-онна чуяла живых. Как оказалось не все по войне держали детишек у главы дома, где те могли стать заложниками тех сановников, что стоят к «главному начальнику» поближе в местной табели о рангах. А я прям почувствовал себя злым волшебником с безносой харей из сказки про мальчика, который выжил. Дети вот, родители сожжены к йотуновой матери… Картина «Приплыли». Самое время явится мудрому светлому чародею и толкнуть красивую речь о силе любви, магии дружбы и всеобщем благе. Сцуко! Всё это было бы смешно, если не было бы так грустно.

Нет, понятное дело, что для большинства ассонов тут нет никаких проблем. Это свои дети любимы, ребятня соклановцев подлежит защите, а сопляков других сынов ассов надо по возможности щадить, потому как мы один народ и это чего-то да стоит. К тому же какое-нибудь некрасивое прозвище вроде Детоубийцы получить — удовольствие сомнительное. А дети иных народов? Ну в принципе их можно сделать триэлями и либо у себя как-то использовать, либо продать. В некоторых местах за сопляков и особенно смазливых соплячек хорошую цену дают. Ещё в жертву богам принести можно, в принципе тоже вполне рабочий вариант.

Я же не смотря на то, что перенял очень и очень многое от народа, который без всяких шуток считал своим, в чём-то по прежнему оставался русским землянином образца двадцать первого века и к детям относился всё таки несколько иначе, чем мои сородичи. А потому на эмоциях вполне истово обратился к Локи со словами… Ну если мат убрать, то со словами о том, что я во славу его тут организовал огромное огненное жертвоприношение и вообще он мне за работёнку на папашу-змея должен, так что теперь хочу чтобы Великий Шутник навсегда освободил детей от мести мне, моим людям и ассонам в целом, а так же любых их прежних клятв и клятв их родителей.

Как бы странно это ни звучало, однако бог мне ответил, хоть и не словами. Я в одно мгновение понял, что если возведу тут капище, то он порешает все вопросы в лучшем виде и даже поможет мне перепосвятить ребятню от эльфийских богов к Фрейру. Брат-близнец Фреи у нас в высших сферах всё таки был не просто одним из ванов, а правителем Альвхейма и владыкой светлых эльфов. Спорить я не стал, встал на летающий диск, взял в руки подаренный Великим Конунгом топор и принялся за работу в меру своих плотницко-скульптурных навыков. Древесина мэллорнов была на удивление податлива оружию, вышедшему из кузней снежных эльфов, но я был слишком занят, чтобы этому удивляться. Вскоре три дерева стали тремя идолами в пять человеческих ростов со вполне узнаваемыми лицами Владыки Огня, Всеотца и естественно Господина светлых альвов. А потом по миру вокруг нас будто прошла волна, знаменующая свершение божьей воли. Земля, что ранее принадлежала небожителям ушастых теперь находилась под дланью Асгарда, эльфийские дети теперь были под такой же их защитой, как и любой ассон. Все вокруг мгновенно почувствовали и осознали это, так что мой наказ усыновить каждого ребёнка, отмеченного нашими божественными предками, нареканий не вызвал. Тем более я сам, помня о том кто такие Фрейр и Фрея, усыновил двух близнецов, мальчишку и девчонку. В конце концов мне не привыкать кого-то воспитывать, Альвбранд не даст соврать.

Но на душе однако после массового убийства всё равно было муторно. Лишь выспавшись, позвенев клинками с братом, поговорив с Гринольвом и задолбав себя сейчас плаванием под водой я кажется начал смотреть на мир относительно спокойно. В конце концов знал куда и зачем иду. А раскисать сейчас нельзя. Во-первых от меня зависят очень многие люди, я просто не имею права их подводить. Мои просчёты будут иметь цену, измеряемую в жизнях. А во-вторых у меня ещё есть здесь работа, Красный Коралл пал, а вот дом Колючего Плюща пока что стоит и в общем-то находится не так далеко отсюда. Этот сорняк нужно вырвать к такой-то матери, убив всех наших недоброжелателей до единого. А что там тоже дети, так они везде живут. Зато у меня есть способ сохранить им жизни и перепрошить мозги. Будут уверены и в том, что появились в этом мире волей Фрейра, что некоторым образом даже правда, и в том, что они из Альфхейма, вассального царства Асгарда. А здешние ушастые просто какие-то залётные козлы, что ложным богам поклоняются. Их наверно за это с исторической родины и выперли под зад коленом. Шутка в стиле Локи, с какой стороны не посмотри. И в этот раз не настолько жестокая, как с объёмным взрывом, что оказался слишком силён. Хмыкнув от этой мысли, я развернулся и наконец направился к берегу.

Руки и ноги заработали в привычной гармонии друг с другом, толкая моё тело вперёд всё быстрее. Что не говори, а человек всё таки тварь наземная и не особо обтекаемая, я был очень силён и быстр, но разогнаться выше определённых значений мешала сама форма моей тушки. Тут уж наверно проще начать бегать по воде, тормозясь во времени с помощью крика, чтоб она не так быстро под ногами «проминалась».

Однако как бы там ни было, вскоре я всё равно пошёл по мелководью к берегу, где меня ждали Альвбранд с Альвстейном и Альвсигной. Да, я не стал изобретать велосипед, продолжив традицию наименования, которая вроде как уже сложилась. Так что пацан стал эльфом камня в честь того, что детей обнаружили в каменном подвале, а девочка эльфийкой новой победы. В конце-то концов мы тут явно не проиграли, потерь нет, враги умерли, территория захвачена. Если это не виктория, то я не знаю что ей называть. Впрочем остальные хирдманы, которые решили взять в свою семью по долгоживущему тоже не сильно пытались придумать что-то особенное и сейчас тут в округе находилось почти шесть десятков Альв-чего-то-там. Эльфы укрыли своё будущее в самом защищённом месте, столице дома, результат оказался закономерным. И слава богам, в жилищах на страж-древах и у их корней сгорели все.

— Надышался? — поинтересовался у меня старший приёмный сын, по собственной инициативе взявший шефство над мелкими, что сторожили мои пожитки. У него всё таки в своё время у самого сестра была, но к сожалению не выжила. Он конечно уже сумел более менее отпустить своё горе, но забыть естественно ничего не забыл.

— Водичка отличная, солёные нотки прям кружат голову — усмехнулся я, зная что мой серокожий отпрыск не оценил прелестей подобного дыхания. Организму полудемона почему-то казалось что вот сейчас он начнёт задыхаться и умрёт, хотя по факту всё работало нормально.

— Поверю на слово — отозвался Альвбранд.

— Хирдманы уже выступили, всё по плану? — поинтересовался я, принимая от мелкого «оруженосца» штаны. Всё таки магия в быту удобная штука, пока до пляжа шёл по колено в воде, ветер набедренную повязку уже высушил.

— Да, сейчас как раз мимо форта двигается хвост длинной змеи кораблей — сообщил мне обладатель маски на лице.

— Значит не будем задерживаться — хмыкнул я, начав наматывать портянки, чтобы потом вдеть ноги в сапоги — Конечно не обязательно лесной народ вообще вздумает атаковать нас так скоро, но лучше перебдеть.

— Как и всегда — кивнул Альвбранд.

— А почему они должны нас атаковать? — поинтересовалась маленькая эльфийка на чистейшем ассонском, подавая мне рубаху. Богам можно многое предъявить, но тут с мозгами они явно работали не тяп-ляп. Не стоило бы это ещё массового жертвоприношения, совсем бы было хорошо.

— Потому что мы пришли на их землю и им это не нравится — пожал я плечами — А мы здесь потому, что они лезли на нашу землю и в наши дела, это не понравилось нам.

— А мы и они не могут просто перестать лезть друг к другу? — прозвучал вопрос с детской непосредственностью.

— Вообще ты знаешь, наверное да. Так-то было бы неплохо чтобы никто никому не портил жизнь, все жили в мире и гармонии, а в чужие земли ходили только с торговыми делами — отозвался я — Но почему-то и люди, и эльфы, и гномы, и иные народы всегда пытаются куда-то лезть. Наверно такими уж нас всех создали боги.

— А если создать иных, кто ни к кому лезть не будет? — опять спросили у меня.

— То к ним надо создавать тех, кто будет их оберегать ото всех, кто будет пытаться к ним лезть. И потом лезть к недоброжелателям в ответ, чтоб неповадно было — отозвался я — А сейчас пойдём, время не ждёт.

На том разговор закончился, но подрастающее поколение конечно не переставало излучать любопытство. Подозреваю, что я с ними ещё намучаюсь. А ещё предполагаю, что Иви слегка покушает мне мозги чайной ложкой. Приёмные дети это конечно не симпатичные наложницы, кто ж спорит, но тоже ничего себе радость. А ведь её ещё новости ждут о том, как дочка Великого Конунга ко мне клинья подбивала. Возвращение домой будет весёлым… Возможно даже следовало бы о многом заранее сообщить через обруч, благо мы поддерживали связь. Но беременную супругу очень не хотелось лишний раз волновать, она и так на нервах, муж-то на войне, поводы для женской ревности тут явно лишние. Так что всё хорошо, прекрасная маркиза.

Кстати о женщинах, сама Эйдис ожидаемо обнаружилась вместе с Магни у гранд-драккаров. Не смотря на мои попытки отбится, отбрехаться и скинуть отпрысков высоких семей на корабли Сигурда, Медведь в категоричной форме всучил их мне. Тут уж было или ругаться на чём свет стоит, что не есть хорошо в военном походе, или терпеть неудобства, что тоже не фунт изюма. Я выбрал второе, чувство ответственности во мне всё таки победило. Но не забыл, не простил и готовился страшно отомстить.

— Вижу ты всё бодрее — улыбнулась мне рыжеволосая воительница.

— Каким мне ещё быть перед возможным боем — развёл руками я — Готовы отправляться?

— Мы готовы всегда — усмехнулся Магни — Но надеюсь сегодня трясти будет меньше.

— Было бы неплохо, но ничего не обещаю — ответил я очередной усмешкой.

Во время бомбардировки города кораллов взрыв был настолько силён, что нам не смотря на более чем значительное расстояние сначала дало под днище ударной волной, а затем неслабо так потянуло вниз. Хирдманы-то у меня к разным фортелям были привычны, мы как только с ними не летали и какие только виражи не закладывали, готовясь к воздушным схваткам с противниками вроде драконов. А вот для двух молодых людей это был первый полёт и только Магни с Эйдис отошли от впечатлений от самого факта, что находятся высоко в небе и падать в случае чего очень далеко, как «На нафиг!» и их настигла воздушная болтанка.

Но как бы там ни было, а они тем не менее благополучно зажали горло своим страхам, влезли на корабль и замерли вместе с ними в тревожном ожидании вызова от Сигурда. Согласно плану нам следовало быть своеобразными бомбардировщиками ну или если угодно штурмовиками, чья функция заключается в поддержке наступления наземных и надводных сил. Верховный правитель конечно нарезал задачу терзать побережье, но ему уже и так досталось, а путь внутрь лесов был открыт. Вполне логично, что Медведю в голову пришла идея протянуть руку подальше и ухватиться за нежное эльфийское вымя.

Драккары двигались по реке вглубь эльфийской земли. Всё что мы знали о эльфах говорило о том, что они рано или поздно устроят засаду, напав на них с берега, а скорее даже берегов. Остроухие лучники до середины речки-то может и не совсем прицельно, но практически везде достреливали. А были ещё и более узкие места. Соответственно когда серьёзная атака произойдёт, ушастых стрелков должно было накрыть зажигательными бомбами и флешеттами с быстро примчавшихся небесных судов. Опять же если те не предпочтут тактику булавочных уколов, что тоже было возможно, после применения оружия массового поражения неизвестной-то природы.

Ожидание к моему сожалению нудно тянулось практически весь день и чтобы не быть взятым в оборот Эйдис, я потихоньку капал на мозг недавно посвящённому на свежем капище в полноценные вирдманы Альвбранду:

— Да пойми ты, Фростхейм это хорошо, но здесь место ничем не хуже, а в чём-то даже лучше. Асгард уже простёр свою длань над этой землёй, тут тёплый, мягкий климат, плодородная почва, удобный выход к морю…

— Куча хороших соседей — продолжил мою мысль приёмный сын, со смешком.

— Кстати да, не самых плохих — невозмутимо кивнул я — Просто нам сейчас нужно им максимально доходчиво объяснить ценность мира. А когда проникнуться, с ними можно будет вполне себе нормально сосуществовать.

— Думаешь они проглотят обиду? — припомнил он бровь.

— Сяньская империя вполне себе проглотила — пожал я плечами — Сейчас отлично торгуем, а наши асслауги там неплохо себя чувствуют.

— Асслауг не ярльство — не принял аргумента Альвбранд — Это просто район города или небольшой посёлок на отшибе, где живут ассоны. А ты предлагаешь объявить землю целого дома своей.

— Никто не мешает пойти дальше и взять больше — сообщил я — В конце концов за мной идёт собственный хирд, змеи Орма и вольные хедвиги. Там ведь не все старшие сыновья, которым основная часть наследства их отцов достанется.

— Так вот к чему этот разговор — фыркнул сидящий рядом Магни.

— Ты тут вообще ни при чём и что там у отца за планы на тебя я без понятия — пришлось от него отбрехаться — А у меня родные дети от жены и три приёмных. Сигурд мне вроде как Ландсби обещал, но оно и моему брату отойти может, Тормод на твоей двоюродной сестре женат да и подвигами многое заслужил. Остаётся только Фростхейм, но складывать все яйца в одну корзину не охота. А тут отличный вариант.

— На меня и Альвстейна с Альвсигной? — приподнял Альвбранд бровь.

— Ну на тебя одного точно должно хватить — усмехнулся я — Девчонка замуж выйдет, там уж пусть суженый крутится. А вот парню надо что-то поискать. Может даже какой-нибудь южный островок рядом с Сянем под себя подмять.

— Асмунд будет в восторге — хохотнул серокожий — Правда его дед вряд ли одобрит новых невесток.

— Это уже проблемы Олафа, тем более с кошкодевками он вроде бы притерпелся, как правнуки пошли — пожал я плечами.

Обсуждение земель, которые можно захватить и методов, как их можно удержать продолжалось долго. Лишь к самому вечеру, когда флот медведей уже давно пребывал на территории дома Дубового Венка от конунга пришло короткое сообщение:

— Соблазнились.

— Услышал. Три десятинки — отозвался я, подтвердив что связь по прежнему работает и сообщив, что скоро буду, а затем крикнув — Маскировка! Время нагонять наших!

Наши действия были давно всем известны. Драккары на мелководье рядом с устьем руки и фортом подёрнулись воздушной рябью, став невидимыми, а затем поднялись в воздух и полетели вдоль водной артерии, срезая её причудливые петли. На пути ассонского флота встали эльфийские воины и можно было нестись на встречу битве с ними с чистой совестью!

Глава 17

Оставив выбранных конунгом воинов охранять форт, а главное устье реки, через которое северным драккарам потом необходимо будет вернуться из внутренних земель эльфийской державы, наши корабли устремились вперёд. За день флот под предводительством Сигурда прошёл немало, а река была хоть и не прямой, как стрела, но однако и не увеличивала путь впятеро чисто за счёт изгибов своего русла. По моим прикидкам драккары за почти полный световой день удалились от берега более чем на сто километров, а путь до места битвы мы преодолели менее чем за час. Всё таки лететь хорошо, а хорошо лететь, когда пассажиров и рулевого закрывает от встречного ветра дух воздуха, ещё лучше.

Только вот картина внизу перед нами предстала так себе. Мы не до конца понимали возможности эльфийской разведки, но предполагали, что соседние дома уже в курсе того, что к Красному Кораллу пришёл северный пушной лис. Как бы трудно не догадаться о чём-то нехорошем, если со стороны побережья приходит лесной пожар страшной силы. Однако у нас была вполне обоснованная надежда, что ушастые пока не знают как было дело или знают только в общих чертах. По идеи у них должно было сложиться мнение, что у северян таки есть архимаг и он от души жахнул пламенем.

Дальше наши умозаключения были ещё более неопределёнными и серьёзно завесили от того, как будут работать мозги в остроухих головах. По идее если ты предполагаешь, что у врага есть ходячее оружие массового поражения и мощностью хотя бы в один советский град, то ты будешь избегать крупной концентрации войск. Раз спасовали стационарные щиты, укрывавшие столицу соседнего дома, то передвижные аналоги тем более не особенно помогут. А эльфы должны быть в курсе, что на месте коралловой столицы руины и наш форт, среди птиц в небе обязан был затесаться хоть один друид-шпион. Да даже несколько наверняка было, не удивлюсь если заклятые конкуренты между собой даже подрались не отходя от кассы. Ну да не о них речь, а о том, что прикинув известный орган к носу эльфы должны были прийти к тактике нападений формата бей-беги. Обстрел из леса, а как станет жарко — быстрое отступление в недра чащи. Собственно наш план строился на том, что Сигурд мелкие засады обстреляет сам с помощью лучников и вирдманов, а в случае чего-то более серьёзного даст застопорить своё движение, вызвав меня. Дальше следует огненный дождь, обожжённые эльфы, горящий лес и понимание, что сильно нас тормозить не надо. А лучше уже просто капитулировать, выплатить дань, больше к нам не лезть и не давать этого делать соседям. В целом примерно так и работает принцип коллективной ответственности. Причём для своих тоже, римляне вон децимацией баловались, а у Чингиз-хана говорят за одного труса или просто косетвора весь десяток казнили.

Однако весь день ничего не происходило. А сейчас мы наблюдали, как корабли медведей медленно пятятся с помощью течения в сторону океана, отбиваясь от стрел и заклятий. Ушастые собрали по двум берегам реки весьма значительные силы. В свете нашей возможности бить на поражения по площадям чем-то страшным это выглядело, как идиотизм. Но эльфы по нашему глубокому убеждению были кем угодно, только не идиотами. Рассматривая подобный вариант развития событий, мы предполагали, что лесной народ притащит на разборки что-то, что может оказаться противоядием от архимага. А как известно лучшим средством от волшебника подобного калибра всегда был другой супер-чародей. По крайней мере рассчитывать стоит именно на что-то подобное.

— Гринольв, принимай командование — усмехнулся я, надевая крылатый шлем на голову — Играм живца с флешеттами.

— Да помогут тебе боги, ученик — фыркнул старикан, слегка ударив меня кулаком в плечо.

— Да помогут они всем нам — отозвался я, вешая диск со схемой Багрового Рассвета на спину.

А затем кинул БЛ-2 вперёд, запрыгивая на него и начиная плыть по небу над серединой реки. Пока я высоко в небе изображал стойкого оловянного солдатика, раскинув руки в стороны, гранд-драккары выстроились в две колонны по сторонам от меня над берегами. А затем хирдманы начали неторопливо сыпать вниз металлические подарки, напоминающие арбалетные болты с развитым оперением. Для стороннего наблюдателя те должны были буквально начать появляться из воздуха, направляемые духом ветра вниз к своим целям под подсказки змеебабы. Воздействие магии было в целом минимальным, благо основную работу делала гравитация, но оно должно было дополнительно маскировать коконы невидимости вокруг кораблей.

Острые металлические стрелки начали находить своих жертв, а я в пафосной позе всё ждал удара, который никак не следовал. Спустя почти минуту, которую мы с драккарами двигались вперёд вдоль реки со скоростью быстрого шага, пришлось поинтересоваться у Кобры:

— Ты точно ничего не чуешь?

— Точно. Обычные маги, обычные воины. Может их на убой послали, чтоб хорошо скрытый наблюдатель посмотрел, чем ты всё таки уничтожил коралловый город? — предположила она.

— Слишком жирно выходит даже если звёзднотеневеки такой приказ отдали — не согласился я — У них бы такими темпами давно подданные кончились.

— Может на то и расчёт — прошипела собеседница — Без войн слишком расплодились, пора подсократить поголовье?

— Не верю — проворчал я — Будем переходить ко второй фазе.

Прекратив изображать из себя Иисуса на горе у Рио-де-Жанейро, я сомкнул обе руки на копье, тем самым без всякой телепатии подавая знак своим подчинённым, чтобы её никто не смог почуять даже в теории. Флешетты прекратили сыпаться вниз, их запас следовало поберечь. Убедившись в том, что меня поняли, я напитал копьё праной, заставив его источать лёгкую красную дымку, после чего сделал им несколько взмахов в стиле сяньских мастеров шеста. Если за мной наблюдают, а скорее всего так и есть, то пусть поломают голову что за штуку я применил, опираясь на северную школу использования энергии жизни. И почем из воздуха на этот раз начали сыпаться мелкие сосуды с огнетворным зельем, дающие искры при разрушении.

Мы как раз проходили над самым авангардом флота медведей, который из-за пусть медленного, но отступления превратился в арьергард. На него наседали более всего, однако сейчас эльфы вынуждены были познакомиться с местным аналогом напалма и он им предсказуемо не понравился. А я наконец услышал от нурэ-онны:

— Справа!!!

Резко ускорившись и буквально выстрелив собой вверх, как пробкой из бутылки с шампанским, я увернулся от пламенного болида, который видимо должен был зажарить меня на месте, а потом крикнул во всю мощь лёгких:

— Огонь⁈ Серьёзно⁈

Показавшийся из леса благообразный остроухий маг с лёгкостью поднялся в воздух на мой уровень и произнёс:

— Мне показалось символичной идея, что Поджигатель Леса сам слегка подгорит.

— А мне оказывается уже даже дали красивое прозвище — усмехнулся я. На эльфийском оно кстати и правда звучало довольно благозвучно, впрочем такой уж язык. На немецком к примеру что не скажи, будет похоже что матом ругаешься. Ругаться кстати хотелось, не смотря на внешнюю невозмутимость и даже браваду поджилки у меня ощутимо тряслись. Я многое сделал, чтобы стать сильнее, но собеседник превосходил меня в мане не меньше, чем Густав в пране — Синие лилии на отворотах, чёрная кайма траура… А ты, надо думать, Алувиал Небесный Охотник?

— Так и есть — вернул мне улыбку всё так же не спешащий снова атаковать ушастик, даже изобразив лёгкий поклон — Рад приветствовать столь дорогого гостя наших лесов.

— Любимые соседи похоже немало отдали, чтобы один почтенный архимаг вышел за пределы своей башни — понимающе кивнул я, заодно прикинув, что заказ вероятно был именно на Поджигатора, а Стрелосей в него не входил. Потому меня по началу специалист от мира магии и не трогал — Кстати не удовлетворишь ли моё любопытство, как тебе удалось начать игнорировать приказы главы своего дома? Вряд ли клятва верности давала тебе право сидеть и плевать на него с самой верхушки высокой башни.

— Я её не давал — немного театрально развёл руками архимаг, возможно за время затворничества успевший соскучатся по новой публике — Брат умер внезапно и подозреваю не совсем сам, а племяннику я уже не был должен ничего сверх того, что один член дома должен другому. Порадуй уж и ты меня, расскажи сам, что за магию применил. Было бы крайне муторно захватывать тебя живым, а затем пытать или проникать в твой разум. Это ведь был какой-то портал? Может даже к земным недрам?

— Идея интересная, коллега, я даже прикидывал как бы организовать для врагов окошко аккурат в Муспельхейм, чтобы прожаривались или в Йотунхейм, чтоб обращались ледяными глыбами — хохотнул я — Но пришлось поступить иначе. Можешь даже глянуть в моём разуме.

— Я так похож на глупого дикаря вроде тебя, чтобы попасть в столь примитивную ловушку? — оскорбился в лучших чувствах эльф. Кстати жаль, благодаря Локи защита на разуме у меня стояла воистину божественная, мой покровитель берёг свой возможный инструмент для действий в Свангарде. А так глядишь этот болтун бы отвлёкся и по нему можно было бы ударить.

— Ну не знаю, подданные Ледяной короны описывали своих лесных собратьев именно такими — виновато развёл я руками — Было бы глупо не попробовать.

— Ледяной венец давно раскололся под копытами демонов — фыркнул синеволосый ушастик в богатой мантии — Снежная империя пала. А мы были, есть и будем.

— Империя стоит, пока жив хотя бы один её воин — не согласился я, ввернув пафосную фразочку — А что до венца, когда-нибудь доберёмся и до него, и до демонов, что по нему топтались. Если они конечно существуют, император тогда очень эффектно хлопнул дверью.

— Знаете юноша, я всё таки в итоге покопаюсь в вашей голове — улыбнулся на это эльф — Впрочем вряд ли вам для этого будут нужны руки и ноги.

После этих слов магия вокруг меня, да и во мне самом будто дала сбой, а от эльфа в мою сторону рванули едва заметные воздушные лезвия. Сюрприз был очень неприятным и вдвойне огорчал тем, что преподнёс его не я. К тому же не было смысла обманываться на счёт силы внешне тривиального заклинания. Если уж целый архимаг бьёт по кому-то в зачарованном драконьем доспехе, чтобы его четвертовать, прежде как-то нарушая естественное течение магии в области вокруг жертвы, то наверняка делает это так, что конечности отрежет от тела не хуже, чем на мясокомбинате. В общем попадать под полупрозрачные воздушные диски мне очень не хотелось и я совершил духовный скачок, появившись слева от эльфа и нанося ему удар копьём. Не знаю за счёт чего он планировал пробивать устойчивую к магии бронежилетку из шкуры небесного ящера, но вот мои надежды были связанны с арканитовым копьём, которое пропускало через себя божественную энергию. Ну и тем, что уж вокруг себя волшебу этот любитель неожиданностей корежить не будет.

Собственно так и вышло, по выходу из скачка на летающий диск снова стало возможно надёжно опираться, а наконечник моего оружия полетел к сердцу остроухого чародея. На его пути проявилась в воздухе полупрозрачная преграда, но не сдержав остро отточенный металл лопнула с хрустальным звоном. На прежде спокойном и ироничном лице эльфа отразился страх, но едва кончик моей рогатины вонзился в его плоть, как эта долгоживущая сволочь показала, что тоже умеет телепортироваться.

Эльф «отмерцал» с помощью магии на добрых пол сотни шагов, начав плести какие-то чары. Я, не желая знать чем именно он сейчас меня приложит, в этот момент отчаянно крикнул:

— Бей!

Летающие драккары за время нашего короткого разговора разошлись в маскировке на довольно значительное расстояние, не желая попадать под возможные случайные удары. После мгновенного перемещения моего противника их прицел сбился, но к счастью не надолго. В сторону лесного архимага полетели огромные огненные шары с носовых фигур и металлические копья из баллист. Щит на моём враге ещё не был восстановлен, у нас был шанс прихлопнуть его здесь и сейчас. Но он снова успел телепортироваться, пусть и получив уже более значительные повреждения, чем рана в область сердца в полтора сантиметра глубиной. Пламенный привет от Гринольва с моего флагмана опалил левую сторону врага, волосы почти до макушки сгорели, кожа стала вздуваться волдырями, изящная мантия так же пострадала, открыв свету обожжённые руку, бок и ногу. Первый метко выпущенный снаряд из баллисты пробил бедро на тот момент ещё здоровой конечности. Жаль, что всё остальное ушло в молоко.

Однако ушастый всё равно взвыл от боли и по всем признакам понял, что в сюрпризы умеет не только он и вообще всё пошло как-то не по плану. А раз так, то нужно совершить манёвр стратегического отступления. Проще говоря он бодро полетел от нас в сторону земель дома Синей Лилии. И это было плохо. Очень плохо. Прям совсем никуда. Сейчас архимаг конечно офигел от неожиданности и боли, получив довольно тяжёлые раны. Суртур его знает, когда такое с ним случалось в последний раз! Но если дать остроухому время, то он оклемается, отопьётся зельями, по ходам разберёт нашу короткую схватку, а затем вернётся натянуть мне глаз на жёпу. И ведь натянет, а потом ещё и моргать заставит! Потому что у нас немного разные весовые категории и второй раз этот дядя не будет разводить разговоры, а просто начнёт бить на поражение, как по равному противнику. Сначала прилетит одному Поджигателю Лесов, а потом и всем медведям, тут к провидице не ходи. Любой бы за попытку себя грохнуть отомстил, чтоб другим неповадно было. Я тут сам, блин, в том числе и потому, что эльфы меня грохнуть хотели. Потому осталось только нестись вперёд теряя тапки и орать:

— Стой, с@ка!

Ответом меня ушастый не удостоил, лишь прибавив ходу. Я тоже выжал из летающего блина максимум, а затем телепортировался и выбросил вперёд руку с Жалом. Сяньский артефакт устремился вперёд как пуля, сумел пробить созданный на скорую руку магический щит, но на том его успехи закончились, он лишь царапнул подошву эльфийского сапога. Остроухий чародей же пошёл на снижение и начал лавировать между верхушками деревьев, заставляя меня делать тоже самое, чтобы не потерять его из виду.

Молнии, ледяные шипы, огненные шары и прочие радости его не впечатлили. А ещё засранец начал приходить в себя и огрызаться. Тут паршиво пришлось мне, бил он куда сильнее и кажется вообще не парился о флоре эльфийского леса, его экосистеме и других священных ценностях гринписа. Огненные болиды летели только в путь, я уворачивался, деревья нет. Однако так продолжаться дальше не могло, страх и боль могли отпустить противника в любой момент, а дальше охота и добыча могли поменяться местами без всякого лечения в башне. Уж целительские заклинания целый архимаг-то должен был знать, да и вообще настолько пропитанного волшебой двуногого так просто не убьёшь. Так что коли самому жить было охота, пришлось выкладывать на стол новый козырь.

На моей спине активировался диск Багрового Рассвета, высоко в небе соткалась иллюзия огромной линзы и вниз ударил яркий луч, начавший прожигать не магический щит врага, а его плоть. Тот резко взвыл, окутался каким-то чёрным маревом, а затем над ним появилась зеркальная полусфера, показавшая что не я первый в этом мире придумал использовать обычный свет как оружие. А эльф нырнул ещё глубже в лес.

— Сдавайся, скотина! Обещаю тебе жизнь! Ёб@@% ты с@ка! — проорал я ему в след, тоже спускаясь и заодно матерясь на парочку задетых веток. Мне приходилось летать по оазису тепла ниже уровня деревьев, но этот лес заметно отличался.

— Усохни, Поджигатель — ругнулся на лету эльф.

Наша погоня продолжилась. Мы мчались вперёд, петляя между стволов лесных исполинов, сверху бил столб света, под его действием ветки деревьев вспыхивали, но принимали на себя удар, разгружая зеркальный щит, который так же отражал излучение, не идущее на пользу зелёным насаждениям. Я же вновь проорал, едва не размазавшись о какой-то дуб:

— Стой пока предлагаю! Богами клянусь, почётным пленником будешь!

— Коралловой плесени тоже самое обещал⁈ — крикнул он в ответ, задев меня за живое.

Уничтожение целого города не добавляло мне радости, хотя я прекрасно понимал, что проигравших в любом случае не ждёт ничего хорошего. Свангард жестокий мир, здесь царят не менее жестокие нравы. Воинов бы убили, мужиков взяли в рабство, баб тоже, но прежде перетрахали, детей бы опять же вряд ли миновала бы судьба триэлей. А я, каким бы ни был, давал им другую, свободную жизнь. И не был виноват, Хелль бы побрал, что удар оказался слишком силён. Это была гребанная случайность!

— Нет! — в итоге крикнул я в ответ — А тебе предлагаю в последний раз!

— Поздно! — крикнул он с уже совсем другим выражением.

А у меня на пути выстрелили вперёд гибкие лозы. Остановка оказалась крайне неприятной, лучше конечно, чем в дерево или скалу, но я взвыл и телепортировался из плена в сторону врага. Тот встретил меня ударом молнии. Большую части мощности заклятия приняли на себя магический щит и доспех, но меня всё равно скрутило судорогой, не смотря на повышенное благодаря учителю сопротивление именно к этой стихийной силе. В ответ в ушастого полетел кунай на цепи, но тут телепортироваться вынужден был уже он.

Наверно в его глазах я был типичным дикарём, перенёсшим нашу школу боя на магию. У северных варваров порой бывает паршивая броня, но от наших двуручных секир вообще мало какой доспех помогает. Вот и я не сказать что хорошо держал удар, однако даже у архимага не было особых надежд на свои щиты, он успел убедиться, что они очень даже пробиваются.

Выйдя из скачка, враг кинул в меня ледяное копьё, но я увернулся от него, как от обычного, пущенного рукой ассонского воина. Двухметровая ледяная сосулька пробила насквозь какое-то дерево за моей спиной и уже в ушастого с моей рогатины полетела молния. Тот отбил её, а мне пришлось уворачиваться от лоз и веток, пытающихся поймать вёрткую и время от времени мгновенно перемещающуюся цель. Сам же лес продолжал гореть от Багрового Рассвета, прессингующего архимага. Можно было гордится этим фактом.

Правда с каждым новым заклятием становилось всё очевиднее, кто тут выше классом. Эльф по видимому давненько не сражался, а большая часть моей жизни была связанна с схватками, порой тренировочными, а порой смертельными. Но всё же больше опыта явно было у моего врага, а не у меня. Он избегал моих заклятий на всякий случай и не подпускал к себе с оружием ближнего боя. Кунай всякий раз поражал лишь воздух на месте телепортации. А я с всё большим трудом избегал перекаченных маной заклинаний благодаря духовному скачку. Вопрос у нас тут стоял не в том кто победил, а в том сколько я продержусь, если ничего не поменяется. Однако убегать особого смысла не было, от летающего противника так просто не скроешься, уж не в этих лесах точно. Но и подыхать с кислым лицом я не собирался, скорее уж наоборот. Вообще после уничтожения целого города мной владела если не меланхолия, то какой-то странный фатализм пополам с чувством долго. Война значит война, смерть значит смерть, я уже умирал и в ней нет ничего такого. Но вот сам танец в обнимку с Хелль сейчас наоборот безмерно меня радовал и горячил кровь, казалось что я никогда прежде не был настолько живым. Потому скромный последователь Великого Шутника собирался отплясывать как в последний раз, не оглядываясь назад, не боясь того, что будет дальше и с широкой улыбкой на лице.

— Чуешь горящий лес, эльф⁈ — крикнул я в какой-то момент со смехом — Это запах победы!

— За мой лес ты тоже ответишь, Поджигатель — процедил он, вновь уходя телепортом от куная.

— На! — гаркнул я на это, метнув подарок Великого Конунга той же рукой, которой метал кинжал на цепи, целя в то место, где должен по моему мнению появится чародей.

И ведь почти попал в башку! Топор, откованный кузнецами дома Чёрной Горы, в полёте чиркнул кожу виска архимага и отрезал солидный кусок острого уха, проигнорировав щит и засветившись прежде скрытыми рунами. До внутренних функций древнего оружия я не успел добраться, но как говорится никто не мешал мне ковать деньги не отходя от кассы. Эльф же схватился за обрубок свободной от посоха рукой, одновременно уходя с линии атаки, возвращающегося подобно бумерангу оружия, а затем отправил в меня молнию толщиной в руку.

Телепортировался от неё я не совсем удачно, из-за опоздания на долю мгновения схватив новые судороги, но очаг праны пока что позволял игнорировать повреждения от электричества. Ушастый, ну или теперь уже на три четверти ушастый, правда моему успеху не порадовался и начал прессовать меня ещё сильнее. А главное дважды не вёлся на тот же трюк. Летающий топор, составивший пару кунаю его больше не доставал, как и попытки телепортироваться вплотную к его нежно оберегаемой тушке. А меня он в какой-то момент таки сбил в переплетение лиан воздушным таран. Я отмерцал из него, но выхватил на месте появления полноценную молнию. От неё удалось уйти за горящий ствол дерева на летающем блине, но преграду пробила очередная ледяная сосулька. При виде разлетающихся щепок я крикнул:

— Шиив!

Мир вокруг меня будто замедлился, хотя по факту в потоке времени стал двигаться не так быстро я сам. Короткая пауза позволила мне выдохнуть и совершить новый скачок от перекаченного энергией острого куска льда. И тут же угодить под новый воздушный таран. Потерял темп, споткнулся, одна ошибка… И ты ошибся. Порой этого хватает, чтобы всё закончилось.

Новый ветреный щит после встречи с кулаком воздуха, бросившего меня в гибкие лозы, я возвести не успел, а потому получил куда как серьёзнее. Рёбра треснули, кажется одно из них проткнуло лёгкое. Было больно, но когда моя спина и голова ударились об очередное дерево стало ещё большее. Откуда, млять, их здесь столько? Ах да, это же эльфийский лес. Здесь должны быть деревья.

Выплюнув кровь в шлем и взглянув на чародея, я метнул в него рукой и телекинезом своё копьё, превозмогая боль. Однако последнее усилие прошло в туне, он просто отбил его посохом в небрежном жесте, а затем наставил оружие на меня. Моя лапа сжала топор, а губы выплюнули вместе с новой порцией крови:

— Хуз!

Попытка была неплохой, но эльф просто телепортировался от духовного тарана, а затем резко присел, избегая встречи своей шеи с лезвием топора. Моя рука схватила кунай, но явно уже ничего не успевала сделать. Впрочем хоть так, с оружием в руках. Правда лучше было оставить йотунов топор, наверно за сяньскую безделушку в Вальхалле засмеют… Если меня тут конечно убьют, а не возьмут живым и не начнут ломать пытками.

Додумать мысль я не успел, из груди и переносицы архимага показались два кончика слегка изогнутых клинков. Выражение удивления застыло на лице эльфа, собравшегося меня наконец прихлопнуть, но лишь на долю мгновения не успевшего это сделать. Потеря бдительности, как это банально. Тоже ошибка, ему тоже её хватило за глаза. И вот тело древнего чародея падает на горящий подлесок с клинков Альвбранда, что весьма символично, если учесть значение его имени. А мой приёмный сын, стоя на своём летающем блине, говорит:

— Неважно выглядишь.

— Ты на валькирию тоже не шибко похож — получилось у меня отозваться, переборов кровавый кашель и удушье. Дым и жар, их тут было пожалуй слишком много — А я может уже настроился.

— Хрен тебе, а не валькирии — проворчал мой приёмный сын, спустившись ко мне, помогая подняться и заодно закрывая коконом чистого воздуха — Тут кто-то ещё ярльство завоевать должен, а потом укрепить.

— Ага — хмыкнул я.

— А про валькирий мачехе расскажешь — сообщил он — Ивине будет интересно послушать.

— Никакого покоя — улыбнулся я под шлемом — Чего так долго-то кстати?

— Он ещё спрашивает, йотуны его дери! — раздался рядом голос запыхавшегося Гринольва, который не очень уверенно стоял на летающем блине — Пока корабли посадили, пока до сюда долетели, пока тебя нашли! Я вон вообще от этого торопыги отстал.

Альвбранд прихватил мой транспорт и начал поднимать меня вверх из лесного пожара, а я проворчал:

— Как, млять, нас можно было не найти? Я для кого прямую дорогу по лесу выжег? Дохлого эльфа с посохом кстати хватайте, нечего ему тут без дела валяться.

— Без сопливых разберёмся — фыркнул Зелёный Волк, уже прихвативший моё оружие — И вообще какая к йотунам в зад прямая дорога⁈ Вы тут петель хуже зайцев накрутили!

— Да кто ж виноват, что этот долб@%₽ нормально летать не умеет — пробурчал я на это, чувствуя как сознание куда-то уплывает.

Глава 18

Очухался я на следующее утро от того, что определённо не мужские пальцы ощупывают мою грудь, а приоткрыв один глаз и увидев Фариану, проговорил:

— И тебе доброго.

— Не нужно напрягаться — отозвалась бывшая послушница церкви света, а ныне благовредная Альвбранда, не дав мне сесть на койке — С таким истощением и после травм лучше вообще не шевелиться хотя бы с денёк.

— Это уж как получится — проворчал я, чувствуя слабость во всём теле. Вчера прана, мана и духовная энергия растрачивались мной более чем щедро, пришлось выложится не то что на сто, а наверно процентов так на двести двадцать. Хорошо хоть с перенапряжением в горящем лесу одним куском из телепортов выскакивал, а то в принципе возможны были не самые приятные варианты из серии одна нога здесь, другая там. Ну а теперь каналы, проводящие энергию в теле, говорили мне большое спасибо — Чем битва-то закончилась?

— Так победили вестимо — отозвалась она, начав водить чуть светящимися руками над моими конечностями — Эльфы как этот их чародей взлетел почти сразу отступили.

— О как — усмехнулся я — Прям разбежались?

— Ну не совсем — отозвалась она.

Как выяснилось ушастые стойко вытерпели сначала обстрел флешеттами, а затем первые огненные подарки, лишь бы Небесный Охотник таки пошёл и намылил холку «Поджигатору». Есть у меня всё таки подозрение, что этот «синий лилий» на все просьбы вмешаться поначалу издевался над нанимателями, говоря что мол никакого Поджигателя Леса тут не вижу, а что с воздуха арбалетные болты падают, так это наверно какой-то другой парень и вообще твоя принцесса в другом замке, Марио. Но вот как появился огонь, пришлось таки исполнять уговор. Интересно что именно ему кстати дали, оно ведь в его башне наверно лежит. Да и сама она недалеко. Бесхозная. Одиноко стоит и грустит. Причём если сокровищницы дохлых владык неба наверняка уже прибрали к рукам их соседи на Драконьих островах, то тут можно бы и подсуетиться. Война это не только подвиги, но и трофеи, да. А я кажется прихожу наконец в себя. Эмпатия это конечно неплохо и вообще здорово, что до сих пор не оскотинился, но надо быть реалистом, эльфы бы Грайгейр не пожалели. Будь у них такая возможность конечно.

Но это всё лирика и о ней можно подумать завтра. Вчера же ушастые выманили, как они считали, главную угрозу, а затем постарались технично слиться, спрятавшись в лесу. И в целом им это даже удалось, всё таки огонь по обеим сторонам реки не слишком радовал Сигурда и всех остальных ассонов, находящихся на деревянных драккарах. Так что одни местные вояки прошли по течению выше, а наши ниже. Хотя ушастых конечно проредило и флешеттами и огненным зельем.

Правда проблемы с огнём для эльфов на нём не закончились, Альвбранд рассказал подруге жизни, что лес запылал и дальше. Впрочем оно неудивительно, всё таки тут один хулиган с лупой неслабо так покуражился, когда за эльфийским муравьём гнался. Потом его то насекомое правда чуть не убило, но это уже мелкие, не относящиеся к делу детали. Главное что прозвище Поджигателя Лесов я вполне себе подтвердил, нанеся огромный вред экосистеме и экологии эльфийских владений. Гретаниэль Тунбергандиль из дома Зелёного Мира наверно негодует. И немножко гадит кирпичами. Для заинтересованных-то свидетелей выходит, что архимаг ко мне подлетел, мы перекинулись парой ласковых слов, потом эльф получил тяжёлые ожоги, а я погнался за ним с матерными криками. И таки догнал. Вряд ли ушастые счастливы, что архимаг против меня оказался так себе аргументом, они-то не знают, что он просто благодаря удаче и грамотным действиям Альвбранда меня в бараний рог не скрутил.

А вот наш конунг вчера был вполне себе рад тому, что эльфы пытаются обуздать пожар дальше в лесу и благополучно занял пепелище рядом с рекой, когда оно выгорело. Идти обратно на побережье было не ком иль фо, поражения мы тут не потерпели, а расчищенное огнём пространство вирдманы вполне успешно остудили огнём реки, заодно сообразив земляной вал против леса в качестве защиты от нападения. Магия всё таки великая сила и её возможности огромны.

Сейчас же все выспались и начинают решать что делать дальше и мне наверно неплохо бы поприсутствовать на производственном совещании. Или нет. Покатав в голове эту мысль, я слегка покачал бестолковкой и проговорил:

— Ты вот что, позови Гринольва, Альва и Асмунда. А для остальных я пока что еле ворочаю языком и вообще ко мне нельзя.

— Даже для Эйдис? — усмехнулась бывшая священно служительница.

— Особенно для Эйдис — кивнул я — Иди давай, помирать не собираюсь.

— Силы применять не смейте, а то восстановление на месяцы может затянуться. Хотя бы сутки! Зелья вон стоят — кивнула она мне, собравшись на выход.

— И о завтраке распорядись — дал я ей напутствие.

— Мужики принесут — отозвалась она, скрывшись за дверью моей скромной каюты.

Я же продолжил лежать и смотреть на подволок, других развлечений в наличии пока что не было, а снадобья было лучше принимать не на пустой желудок. Тот кстати глухо ворчал и вообще всячески выражал недовольство глупым владельцем, который манкирует своими священными обязанностями и со вчера в него ничего не закидывал. А надо бы!

Первыми ко мне явился Асмунд, таки догадавшийся притащить миску с наваристой похлёбкой и сходу спросивший:

— Ну как ты?

— Нормально, но пока что шевелюсь с трудом, перенапрягся и был отзвизжен — хмыкнул я — Жрать давай, не стой столбом. Скоро ножки кровати грызть как бобёр начну.

— Это можно — хмыкнул он и передал мне ёмкость со съестным, когда я приподнялся и принял полусидячее положение — Ну да главное ты живой, а эльф дохлый.

— Не поспоришь — отозвался я, начав работать ложкой — Как люди, как настроения в войске?

— В целом неплохо, тем более раз поле осталось за нами, значит мы победили — ответил здоровяк — Хотя конечно могли это сделать поубедительней.

Рассказ рыжебородого форинга был в целом ожидаем. Ассоны в этом походе успели славно порубиться с ушастыми на море, когда пробивались сквозь эльфийский флот, а так же посмотрели на результаты моего удара по любителям кораллов. Тут же всё вышло как-то серединка на половинку, а хотелось большего. Могу их понять, к хорошему быстро привыкаешь. К тому же не хотелось бы такой вот войны с засадами из лесов. Впрочем эльфы не одними ягодами да плодами питаются, выше по реке столица дома Дубового Венка, вокруг неё поля, доберёмся и жить станет лучше, жить станет веселей. Но не всем. На то и война.

Вскоре наш разговор прервали явившиеся Альвбранд с Гринольвом и так же справились о моём самочувствии.

— Да нормально, денёк отлежусь и даже снова ворожить смогу — отозвался я — Вы от Сигурда?

— От него — отозвался сын — К нему тут оказывается с утра пораньше посол прилетел.

— Да иди ты! — удивился я.

— Так и есть — подтвердил учитель — Друид обратился в пичугу и проскользнул над лагерем, а затем приземлился на палубе драккара Медведя. Обратился эльфом, поднял руки и сказал, что пришёл с миром.

— Таааак. И? — подтолкнул я их к дальнейшему рассказу. Иногда из некоторых людей информацию так и хочется вытянуть клещами, не хотят они нормально повествовать.

— Так и эльфы показали, что при желании могут всякое, в том числе пролезть к нам за часовых. Это проблема. Но и им горящие леса тоже настроения не добавляют. Соседский архимаг тут этому делу попытался помешать, да немножко помер — усмехнулся Зелёный Волк.

— Ага — кивнул я, понимая, что они скорее всего в курсе моего выживания. А так же не тупее меня и понимают, что если Поджигатор, заваливший Небесного Охотника, не сдох, то он быстренько восстановится и продолжит концертный тур со своими фаер-шоу на радость бородатым северным фанатам — Предлагают-то что?

— Дань заплатить и дальше нас пропустить — усмехнулся старый вирдман — Кстати хорошо кладут и разные варианты обсуждать готовы. Хочешь золотом, хочешь дарами лесов, хочешь вообще слуг и служанок в вечное владение бери.

— Служанок бы можно — живо отозвался Асмунд. Ну да кто б сомневался, что Рыжий Кот ухватит наживку.

— Оформляй мне заявку на эльфушек с остальными желающими в письменном виде, передам конунгу — отозвался я — А мне самому редкие травы и ингредиенты для жены нужны.

— Так это, я ж пишу не очень — скривился форинг хирда с переизбытком вирдманов, который хоть и вынужден был обучится грамоте, но однако не то что бы достиг в ней больших высот.

— Найди того, кто очень и запряги, ты всё таки моя правая рука — отмахнулся я, но потом перестал шутить — Сигурд-то что надумал?

— Что дань это конечно хорошо, но доверять эльфам ни на грош нельзя. Им соврать короткоживущему, что высморкаться — отозвался мой наставник — В общем пойдём выше по реке, а там ещё раз поговорим. Или они все положенные клятвы принесут пред ликами наших богов или конунг вынужден будет снова спустить с цепи Поджигателя Лесов, от которого жалости не дождёшься.

— Он там что ли совсем монстром меня изобразил? — приподнял я бровь.

— Ну не то чтобы прям совсем — усмехнулся Гринольв, ответственный за выращивание оного монстра — Но в чём-то да. И красочно расписал послу, что лесные эльфы твою мать продали в рабство и не счесть сколько горя она в нём вынесла, прежде чем её не спас из жестокой неволи твой отец. Так что местных ушастых ты люто ненавидишь и предпочитаешь видеть только хорошо прожаренными.

— Час от часу не легче — проворчал я — Хотя они конечно и так меня в любом бы случае не любили.

— О чём и речь — пожал наставник плечами — Отношения хуже чем есть у вас уже не станут, а так хоть понятно чего ты на них взъелся. Может даже родственников твоих искать начнут.

— Если они в лесу и живы, в чём я несколько сомневаюсь. У них же либо под нож, либо в иные страны в триэли — качнул я головой. Ну да, эльфы к друг другу тоже относятся довольно жёстко и в целом в этом аспекте мало чем отличаются от остального Свангарда. Эпоха тёмного средневековья, мать его так.

— Всё может быть — философски замелил мой наставник.

— Ладно, это всё конечно хорошо, но я тут о другом думал — проговорил я — От нас недалеко стоит башня целого архимага. Ничейная. Но синие лилии наверняка уже в пути.

— Если не начали её обносить прямо сейчас — кивнул наставник — Пешком по лесу путь неблизкий, но как мы выяснили, друиды быстро летают.

— Значит и нам не след задерживаться — произнёс я.

— Сигурду надо сообщить. Поход общий — напомнил Асмунд.

— Придётся. Даже трофеями в итоге поделимся — проворчал я на это. Всё таки я сейчас был не свободным ярлом, а частью войска. И сам очень негативно относился к тем, кто в подобных ситуациях вместо того чтобы дисциплинированно исполнять приказы командиров, начинал набивать свои карманы ничейным добром. Не одна и не две армии на подобном погорели.

Но мы были хоть и варвары, однако представление о единоначалии, субординации и дисциплине имели. Так что Гринольв, как самый авторитетный товарищ, пошёл к Сигурду оформлять маленькую, но очень важную операцию авиации в отрыве от остальных сил на чужом участке фронта. Хотя его тоже бы можно по хорошему своим сделать. Благополучие дома Синей Лилии во многом держалось на том, что у них есть пусть строптивый, но всё же архимаг, а при наличии такого защитника они наверняка вкладывались в оборону не так активно, как соседи. Однако сейчас ситуация слегка изменилась и их есть смысл пощипать, к примеру выбив ту же виру и клятвы именем богов, чтоб в ответ не гадили.

Хотя тут ещё надо посмотреть, как война будет развиваться. Ассоны сейчас активно куролесили на побережье, но эльфы не менее активно огрызались. Сам я конечно с Густавом не связывался, но вот Сигурд обменивался сообщениями с Великим Конунгом. Как пересказал мне Гринольв, в глубь леса пока кроме нас никто не пробился. Времени конечно тоже прошло маловато, но возможны всякие варианты. В том числе и тот, при котором видя наш успех все остальные пойдут по медвежьему следу. Если любители дубовых венков заключат мир, то им повезло. Хотя справедливости ради с защитой рубежей всё хорошо не только у домов, которые стоят на морской или сухопутной границе. Да и сама идея такого вот сепаратного мира одновременно и напрягает и радует. Обычные эльфы наглухо связаны клятвами, но вот среди звезднорождённых всё уже не так однозначно. Хотя наверно подобного следовало ожидать, паны и холопы у всех живут по немножко разным законам.

Однако как бы там ни было, а Сигурд на нашу прогулку согласился, хотя учителю, если не привирает, пришлось попотеть. Всё таки Медведь быстро оценил полезность авиации. По прошлой жизни я помнил выражение о том, что перед первой мировой войной орудия уже получили нарезы в стволе, а вот мозги генералов ещё нет. Что ж тут сказать, наш «генерал» соображал быстро и уже порывался поднимать в воздух остальные драккары вирдманов, но пока что держался. Всё таки мы успешно наступали с малыми потерями, а потому пока для демонстрации секретного оружия было ещё не время. Пусть эльфы считают, что продали не ту рабыню и в итоге случайно подарили северянам архимага.

Мы же ближе к утру на двух драккарах отправились на юго-запад, включив маскировку. Мои глаза неплохо видели в темноте и я не мог не заметить, что лес и правда серьёзно пострадал. Багровый Рассвет наделал дел, прежде чем мы достигли вотчины ушастого чародея, где были уже «его» растения. Летели наши замаскированные воздушные суда не особо быстро, так что башни посреди симпатичного сада на пару гектар мы достигли только к рассвету. А посмотрев вниз Асмунд с ухмылкой констатировал:

— Эльфы…

— Такие эльфы — подтвердил я.

Мысль о неслабой горе интересных и полезных в хозяйстве вещей пришла не только в мою светлую голову, в остроухие бестолковки она тоже заглянула. И сейчас у подножья башни две группы лесных жителей лиц по тридцать каждая увлечённо выясняли отношения, сокращая поголовье друг друга. Причём действовали весьма умело.

— Странно почему на верхнюю площадку залететь в перьежопом виде никто не пытается — хмыкнул на это мой рыжебородый товарищ, кивнув на башню.

— Наверно на это есть причина — отозвался я, а через несколько секунд в какую-то птицу, подлетевшую к верху строения слишком близко, ударил яркий луч с одного из четырёх синих кристаллов — А вот и она.

— Думаешь друид? — поинтересовался форинг.

— Почти наверняка — кивнул я — Местные пернатые давно должны были усвоить, что так делать нельзя. Хотя может и правда кто-то залётный.

— Мы-то что делать будем? — спросил он.

— Дождёмся конца представления — кивнул я на сражающихся — А то прям неловко их прерывать. Затем разберёмся с выжившими. Сверху подлетать… Вообще можно, но я бы сначала по кристаллам долбанул.

— А может их как-то того? Наверняка ж и нам приспособить для дела можно — проворчал форинг.

— Можно. Но жадность дурака сгубила — фыркнул я в ответ.

У эльфов же внизу кажется наметился победитель, одна группа явственно давила другую, причём, что характерно, накоротке. Поначалу я удивился, что ушастики не используют свою излюбленную тактику со стрельбой из-за кустов и с деревьев, но потом заметил, что они вообще избегают приближаться к сколько-нибудь крупным растениям в благообразном садике, как и к деревьям вокруг него. По видимому Небесный Охотник здесь хорошо поработал. Но так или иначе вскоре последнее сопротивление было сломлено, а остроухие начали добивать раненых, что меня уже не устраивало.

Мы успели снизится и приготовиться, я махнул рукой и с арбалетов сорвались зачарованные болты, а четыре малые гномьи баллисты отправили свои снаряды в наиболее опасно выглядящих магов. Расстояние до целей было небольшим, так что промахов почти не было. Однако насмерть мы зашибли тоже не всех, я специально попросил через связь целить по ногам и по кишкам. В конце концов с подобными ранениями пациента при желании можно откачать магией и зельями, но вот сопротивляться он пытается куда менее охотно, чем лишь с одними только пробитыми конечностями. Ну а если жертва скончается от болевого шока… Что ж, на войне, как на войне. Я обязан к этому привыкнуть.

Едва выстрел был произведён, драккары резко ухнули вертикально вниз, а затем столь же резко затормозили у самой земли. Хирдманы кто на своих двоих, а кто с помощью духовного скачка быстро переместился к намеченным жертвам и вырубил их прежде, чем они отошли от нашего приветствия. Ко мне же вскоре притащили двух командиров. Оба были магами и насколько я понимаю звёзднорождёнными, один принадлежал к побеждавшим дубововеночникам, второй относился к синелилейщикам и был заметно обожжён молнией с кислотой.

С помощью Гринольва, парочки целебных заклятий и такой-то матери их обоих удалось привести в чувства и стабилизировать до состояния, в котором они уже не собирались помирать, а зелья решили вопрос разговора. А то имели мы опыт встречи с диверсанткой, которая чуть не отъехала на тот свет, попытавшись ответить на наши вопросы. Когда взгляд собеседников стал осмыслен, я проговорил:

— Доброго дня. Вы собирались наложить руки на мои трофеи, не так ли?

— Кто ты вообще… — начал было «дуб», но был прерван пинком по одному из всё ещё торчащих из его брюха болтов со стороны надзирателя и зашипел, звеня антимагическими кандалами.

— Вопросы здесь задаю я. Это понятно? Ответа не слышу, черви древесные.

— Понятно — отозвался «лилейщик», сглотнув.

— Да — с трудом процедил его коллега.

— Слушаем внимательно, дважды повторять не буду. Вы мне сейчас рассказываете, как собирались пройти в башню Небесного Охотника и завладеть моими трофеями. Того, кто справится лучше и чьи слова будут полезнее я вместе с его подопечными обменяю на что-нибудь дельное, как военнопленных. Того, кто облажается, принесу в жертву своим богам. Тоже вместе с пока что живыми подчинёнными — соврал я с кровожадной ухмылкой отморозка, которым меня для посла рисовал Сигурд, а потом хлопнул в ладоши со словами — Начинаем.

— Пробиться через дверь можно грубой силой, главной защитой башни был её владелец. Потом можно спокойно обезвреживать ловушки. Я бывал у почтенного Алувиала, когда мой господин заключал с ним договор о помощи в войне и видел внутреннюю обстановку. Сложности ожидались лишь при вскрытии храни…

Подпаленный лилейщик, который грубой силе как раз и проиграл, вмешался:

— Это дурость! Что там вскрывать, жёлудь дубовый? У Небесного Охотника в башне осталось лишь пять наложниц, одна из них сестра моего ученика. Она бы нам сама всё открыла, ещё и рада была с семьёй воссоединиться. И всё ещё может открыть!

Стоящий рядом со мной Асмунд от этой картины натурально заржал, заставив замолчать уже представителя дома, к которому принадлежал почтенный архимаг. Мда, вот что алхимия порой делает, бедолаги хотят болтать так, что не заткнёшь, достаточно их лишь слегка мотивировать! Хотя могу понять негодования «копчёного», это его земля, а соседи во время войны решили по быстрому прибарахлиться, раз уж покойник не особо вкладывался в автоматические системы защиты при жизни. Хотя и дубам вообще наверное обидно, опытному специалисту, понимаешь, заплатили за работу чин по чину, а он вместо исполнения заказа взял и помер. Улыбнувшись, я проговорил:

— Что ж, сложный выбор. Мне конечно безумно нравится вариант с прямолинейным ударом по воротам. Это так по нашему, по северному! Но и просто воспользоваться твоим учеником и его сестрёнкой тоже можно. С этого пожалуй и начнём.

Глава 19

Говорят что дипломатия — это тонкое искусство говорить злобной шавке, что она хороший пёсик, пока под руку не попадётся крепкая палка, которая позволит объяснить чёртовой псине её место. И должен заметить, что в этом что-то есть. В данном случае у Сигурда медведя была вполне себе отличная варварская дубина и эльфы вели себя предельно вежливо, заискивающе заглядывая конунгу в глаза и «маша хвостиками». Хотя в любой иной ситуации они смотрят на всех короткоживущих, как на грязь из под ногтей. Только выступать палкой мне было в целом не очень приятно. Особенно если учесть, что моя мощь была несколько преувеличена.

Багровый Рассвет был без сомнения хорош, но работал только днём и до тех пор, пока никто не смекнул о иллюзорной линзе в небесах. Развеять-то её много сил не надо, на то и иллюзия, а эльфийские друиды отлично летают. Огнетворное зелье, превращённое в аэрозоль било на зависть многим архимагам. Но его нужно было применять скрытно и крайне неспешно, прибытие к Колыбели Кораллов было для противника внезапным, но сейчас мы дали всем прикурить, эльфы настороже. Не факт что этот трюк удастся повторить. Оставался ещё ритуал огненного торнадо, но он тоже был не сказать чтобы быстрым и его могли успешно саботировать вполне обычные маги воздуха. Всё таки для моей задумки нужны были вполне естественные атмосферные явления. А больше ничего архимажьего калибра у меня в обойме собственно и не было.

Однако дом Дубового Венка об этом не знал и в результате наш конунг благополучно получил от них всё, чего хотел. А я в очередной раз обругал свой длинный язык. Асмунд предельно серьёзно воспринял идею подачи коллективной письменной заявки на эльфиек и притащил мне солидный свиток с именами моих подчинённых, а так же их пожеланиями. Не поленился же, скотина рыжая, и наш хирд обойти, и тех, кто к нам на Скале Изгоя прибился! Последние кстати уже глухо ворчали, что походный конунг из меня так себе и пусть я герой хоть куда, но своих людей надо вести за собой, а не вечно отрываться от них. Так что пока наш славный предводитель прессовал ушастых, я благополучно проводил время с бочонками мёда и подчинёнными, которым отсыпал немножко даров с архимажьей башни. Совместный пир конечно укрепляет коллектив не так хорошо, как совместная драка, но на безрыбье и автобус Бентли.

С башней кстати всё вышло до безобразия скучно. Я ожидал ловушек в стиле старины Индианы Джонса или хотя бы тех гадостей, которые мы успели встретить в некоторых покинутых жилищах снежных эльфов. Но вот незадача, Небесный Охотник не желал обходить стороной западни в собственном доме по пути из лаборатории в трапезную и из сортира в спальню. Менять раз в неделю нарывающихся на неприятные сюрпризы наложниц кстати тоже не шибко хотел. И как результат ограничился общей прочностью строения да светящимися кристаллами на крыше, чтоб какой-нибудь хитросделанный друид на неё не прилетел. В остальном же башню архимага охраняла его грозная репутация и тот факт, что он живёт там практически безвылазно.

В общем когда наложницы благополучно открыли нам двери, подчинившись прямо приказу звёзднорождённого из их дома, мы начали вдумчивый процесс спасения ценного имущества из строения, которое скоро внезапно сгорит. Ну потому что Поджигатель я лесов или погулять вышел? Мне по должности теперь положено быть больным на всю голову пироманьяком, так что да здравствует огнетворное зелье, в виде аэрозоля заполнившее все помещения, и большой бада-бум. Во славу Лилу Даллас и её мультипаспорта конечно.

Сама же башня проблем не принесла, пришлось попотеть только с несколькими помещениями. Казну с золотишком эльф хранил под довольно примитивным, хоть и крепким замком, мы его просто выломали вместе с дверью. Склад ингредиентов по моему был защищён в основном от любопытных наложниц. А вот хранилище артефактов закрыла весьма солидная дверка, которая заставляла магию слегка сходить с ума в непосредственной близости от себя. Этот эффект мне во время нашей схватки очень не понравился в полёте. Я тогда уж думал, что дело совсем дрянь, диск-то под ногами натурально начал проваливаться вниз, а магический щит развеялся. Однако тут пол из под меня не уходил, преграду удалось нормально осмотреть, посетовать на то, что ритуальный рисунок был видимо с внутренней стороны, а затем тупо разломать стену рядом с воротами боевыми молотами.

Дальше вынос ценностей продолжился, а я таки прилип к дверке. Гринольв махнул на меня рукой и начал руководить хирдманами сам со словами:

— Горбатого тризна исправит. Не отвлекайте.

Дальнейшее проходило мимо меня, я же восхищался ритуальной схемой эльфийского архимага. Он был гением! Нет, не то чтобы я этого раньше не предполагал, в конце концов посредственности не дорастают до такого титула. Но задери меня демоны, он превратил мелкий побочный эффект, который я тоже пару раз замечал, в рабочее оружие. Это было достойно восхищения! Заставили меня отойти от ритуального рисунка только слова одного из хирдманов, который передал, что нашлись кабинет и библиотека Небесного Охотника. И я залип уже там, найдя его рабочие записи. Что сказать, мужик был крут.

Могу только жалеть, что мы оказались по разные стороны баррикад. Вот надо было ему соблазниться двумя перьями феникса! Нет, это конечно легендарно редкая штука и они могут использоваться в ритуалистике как многоразовый элемент или пойти в алхимию на невероятные зелья. В связи с последним Иви наверно мне могла бы простить даже сразу парочку походных жён… Но проверять я этого конечно не буду. А магу стоило воздержаться от конфликта. Глупо всё вышло. Зато пленный «дуб» признался, что изначально торги шли вокруг «всех трёх перьев», а потому моя заявка на дань увеличилась. Эльфийки для хирдманов преходящи, их в конце концов можно просто за золото купить, а вот алхимия вечна! И пусть кто-нибудь только попробует со мной поспорить.

Однако как бы то ни было, а наш вояж закончился успехом. После него я сначала разграблял запасы коллеги, а затем мастерил переносной негатор магии в виде здоровенной бляхи на пояс. Делать это правда приходилось в перерывах между необходимостью посветить своей полуэльфийской мордой и недобро позыркать на долгоживущих во время переговоров.

Архимаг, пусть и с некоторой подготовкой, ради которой он и начал со мной болтать во время полёта, мог просто применить заклинание за счёт своих отточенных за века навыков. Ну а мне всё таки потребовалась ритуальная схема, которую я в итоге сотворил. А к тому времени закончились и дипломатические танцы с бубнами. Эльфы остались ограбленные и принёсшие клятвы, но живые. И вероятно принялись точить зуб не только на нас, но и на дом Синей Лилии. Захваченных-то у башни «дубов» мы вернули, причём тоже не забесплатно, но вот «лилейцев» отдавать отказались, так что опустить концы в воду у наших данников не получилось.

Мы же двинулись дальше по реке, а я вынужден был отправиться на корабль к конунгу с не самым приятным разговором. Когда мы традиционно расположились у носовой фигуры его драккара с бочонком мёда, он поинтересовался:

— Надо думать ты пришёл меня о чём-то просить.

— Так заметно? — приподнял я бровь.

— Не без этого. К тому же раньше ты являлся только тогда, когда я тебя звал — усмехнулся Сигурд.

— Твоя правда — дёрнул я щекой, благо мы уже успели договорится общаться без чинов — В общем мне снова надо отлучиться. Мы сейчас пойдём недалеко от земель Колючего Плюща, а у меня к ним личный счёт.

— Ты никак удумал и их там всех сжечь? — поинтересовался мой собеседник.

— Честно говоря на этот раз я надеюсь обойтись малой кровью — последовал мой ответ — Мне интересны только их звёзднорождённые, а они должны быть в центральном дворце и ещё парочке представительных хибар. Мне даже известна планировка зданий и кто в какой комнате должен спать. Убью их и этот дом перестанет быть для меня опасен. Прилетим на моих кораблях, быстро сделаем дело и вернёмся.

— Хм, ну в принципе можно и так — изрёк Медведь — Но я бы на твоём месте не стал этим ограничиваться.

— В каком смысле? — спросил я.

— За твоим парусом пошли многие хорошие хирдманы, а ты снова хочешь оставить их позади, сделав всё сам. Это ошибка, она может дорого стоить тебе в будущем. С нами идут ученики Гринольва, их корабли тоже способны к полёту.

— Можно посадить дополнительных воинов, особенно если для короткого рейда всё лишнее выгрузить — кивнул я, признавая правоту собеседника.

— Даже место для трофеев останется — усмехнулся конунг — Дворец-то ты конечно по своему обыкновению спалишь, но хоть вынеси самое ценное.

— Надо думать, что ты меня отпускаешь? — улыбнулся я.

— Лучше так, чем сам сбежишь — покачал наш предводитель головой — Но летающих драккаров бери только половину. Конечно вы вроде и правда должны отлучиться ненадолго, но мало ли что.

— Хорошо, мой конунг — кивнул я. Всё таки приятно иметь дело с понимающим начальством. Даже если оное начальство получает от сотрудничества с тобой ещё больше плюсов, чем ты сам.

— Магни и Эйдис тоже с собой бери, им будет полезно — добавил Сигурд.

— А может…

— Не может. После похода хоть запрись на Фростхейме, а пока что придётся терпеть. Тем более Странница на моего сына поглядывать стала — хмыкнул он.

А я закатил глаза. Йотуны побери, беру свои слова про взаимопонимание обратно. Это посматривание ничего не стоит! Оно на мой взгляд вообще началось в попытках заставить меня поревновать. Как выяснится, что уловка не работает, Эйдис начнёт изобретать что-нибудь ещё. Впрочем и демоны с ним, возможно получится с честными глазами благословить их чувства с сыном Сигурда друг к другу. А сейчас я предпочёл спросить про другое, сменив тему:

— Ладно. Как продвигаются дела у других кланов?

— Сносно — ухмыльнулся конунг — Драконы прочно вцепились в дом Лунных Приливов, благополучно разгромили их и тоже таки начали продвижение внутрь Эльфхельма по одной из его рек. Южнее волки сделали примерно тоже самое, но с куда более неприятными потерями. Торлоф Рудый Волк талантливый военачальник, но уж больно жаден он бывает до славы. Впрочем пока что воины его терпят, а поддержать волков идут скорпионы. К нам кстати тоже стали подтягиваться соседи, на днях рыси должны взяться за дом Синих Лилий, а касатки и акулы пойдут к Каменным Цветам.

— Таким образом эта часть побережья будет целиком под нашим контролем — кивнул я — Дубовые венки могут стереть пот со лба. К тому же тут мы тоже наведём шороху, ослабив или уничтожив их соседей подальше от берега.

— Чему они очень рады и прикидывают как бы вообще всё тут под себя подмять после нашего ухода. На самом деле здесь то ещё змеиное кубло — подтвердил конунг.

— Не удивлён — хмыкнул я — Хотя сначала думал не предложить ли «дубам» переселение. А то ведь мы могли вернуться на север, а их бы вырезали благодарные соседи и Звёздная Тень.

— Сами разберутся — покачал Сигурд головой — Хотя верховным жрецам конечно придётся что-то отвалить, чтоб Предателями Леса не объявили.

На это я лишь кивнул, продолжив цедить мёд. Вот кажется тебе, что ты более менее разобрался в хитросплетениях внутренней политики эльфов, а потом начинает вылезать что-то новое. То перед верховным домом все равны, то некоторые ровнее, то их тут всех повязало клятвами, то опять же звёзднорождённых это касается меньше, чем других, то эльфы выглядят монолитным образованием, то банкой с пауками. Но попробуй начать играть на их противоречиях, как тут же выяснилось, что ни черта ты снова не понял и долгоживущие уже все вместе собираются тебя прикопать под ближайшим мэллорном. И клятвы их меж собой будут держать единым монолитом под чутким руководством дома Звёздной Тени. В общем блядство, разврат и содомия. Политика это определённо не моё.

А вот в войне и внезапных налётах я кажется что-то понимаю. Так что следующим вечером с нетерпением ждал захода солнца, когда наши корабли смогут наконец отправиться в путь. Настроение портила только находящаяся рядом Странница, которая конечно не могла не поинтересоваться при греющем уши Магни:

— Что за история связывает тебя с домом Колючего Плюща?

— Неприятная — буркнул я, но посмотрев в лицо девушке всё таки смягчился — Жену мою они убить хотели. И моих учеников. Уроды жизни короткоживущих ни в грош не ставят, но свои берегут. Кое-кто из их семейки проехался по людским землям и оприходовал некоторое количество подходящих девок. Большая часть детишек родилась с магическим даром и понятное дело нужной кровью. Им судя по всему немного помогли попасть во Френалион на учёбу, а как девчонки и мальчишки поднабрали силёнок попробовали зарезать в ритуальной фигуре. Теперь время с эльфов за это спросить и заодно навсегда исключить опасность уже для моих детей.

— Бран тоже из них? — поинтересовалась рыжеволосая — Вирдман полуэльф. Он ведь понимает, что будет убивать родную кровь, включая своего отца?

— Да — кивнул я, держа серьёзное лицо — И потому у меня будет к вам с Магни просьба. Отправьтесь на штурм с ним. Если своего папашку встретит, то постарайтесь прикончить его сами. Отцеубийство это не то, что я желаю для своего друга. Он его конечно ненавидит, как и всех прочих родичей, но в глазах богов это грех. К тому же сегодня ненавидит… А через пол столетия ситуация может поменяться.

— Сделаем — отозвался за них обоих сын Сигурда — Нам не жалко, а ему спокойнее.

— Спасибо — благодарно кивнул я прежде, чем Эйдис успеет вставить свои пять медяков. К примеру про то, что хускарлов и хирдманов Брана можно попросить о том же самом, справятся ничуть не хуже. Не отвечать же, что они тоже уже проинструктированы. Вместо этого гораздо лучше сказать — Я знал, что смогу на вас положиться. Что до эльфа, то особых примет у него нет, только что волосы и глаза зелёные, а сам маг из звёзднорождённых.

— Лучше знать хоть что-то, чем ничего — пожал Магни плечами — К тому же в бою имена особо не поспрашиваешь. Жизнь не баллада о южных рыцарях.

— О достойный сэр, не соблаговолите ли вы назваться, прежде чем моё копьё поразит ваше сердце? — с усмешкой попытался я спародировать одного сказителя, услышанного ещё в городе магов.

— Альв, прекрати — взмолилась Эйдис — А то блевану ж прям на палубу твоего драккара.

— Такого святотатства допускать никак нельзя — хохотнул я — Ладно, готовьтесь и перебирайтесь на драккар Брана. Наконец-то твой Ингольв порадуется.

— Пф, мне порой кажется, что он вообще разучится улыбаться — отозвалась девушка о своём форинге. Отношения у них вроде бы в последнее время немного наладились, но от идеальных были далеки, а мужик вполне справедливо винил в этом меня.

Однако как бы то ни было, а подготовка вскоре была окончена, с наступлением ночи наши драккары взмыли в небо и отправились на северо-восток. Земли «плющенных» вскоре оказались под килями северных кораблей и мы высмотрели в лунном свете реку, которая текла через искомый нами город в сторону моря. Аралиевиэль показался на горизонте ещё через пол часа. Его окружали каменные стены, которые и правда были увиты колючим плющом. Не хочу даже думать сколько там и какого яда скопилось на его шипах в ожидании дорогих гостей. Однако мы пролетели выше, проследовав над домами горожан ко дворцу звезднорождённых.

Перед ним традиционно располагалась площадь, но в отличии от Колыбели Кораллов здесь находился лишь один мэллорн. Зато листья этой дряни резко вспыхнули серебристым светом, развеивая магическую маскировку, едва мы начали снижаться. Похоже священному сорняку и тем, кто за ним стоит, не понравилось, как я обошёлся с стволами его сородичей. Мне же осталось только ругнуться, переключаясь на мыслесвязь:

— Скитья! По тихому не получилось, пусть всё будет громко. Жги!

По моей команде с носовых фигур драккаров вниз сорвались огромные огненные шары. Бой за Терновый Бастион начался.

Глава 20

Есть множество плюсов в том, чтобы быть частью большого войска. Во-первых тебя от неприятностей защищает просто само количество твоих боевых товарищей. Во-вторых большое войско как правило собирают компетентные военачальники, которые обеспечивают своих бойцов тем же снабжением и у тебя уже не болит голова о припасах. Так же у опытных вояк как правило всё хорошо с разведкой, так как они понимают её ценность. Однако сегодня она похоже играла не на нашей стороне. Нас явно ждали.

Стоило врагу нас заметить, как на встречу драккарам ударили порывы ветра. Определённо кто-то смекнул, что мы не сможем устраивать объёмные взрывы в подобную погоду. Так же надо признать, что к встречи с нами подготовились, из дворца начали выбегать уж очень бодрые бойцы, к тому же в явно избыточном количестве. Однако к несчастью для них у Сигурда тоже в правильную сторону работали мозги и фурычила интуиция. Благодаря его совету я тоже взял куда больше ассонов, чем требовалось бы в обычной ситуации. И сейчас капкан попытался сомкнуться на уж слишком мощной для него добыче.

В магический щит над городом ударили пламенные болиды и он затрещал, но буквально через несколько секунд гранд-драккары просто прошли через него и повторили залп по скоплениям противника. Защита, выставленная магами на месте, уже оказалась не так эффективна, снизу раздались крики боли заживо горящих эльфов. Вслед за нами сквозь щит пролетели обычные драккары и пусть они не имели носовых орудий, но зато я щедро поделился с учениками Гринольва огнетворным зельем, посыпавшимся на город.

Надо отдать врагу должное, он не дрогнул. Нам на встречу полетели заклятия и стрелы. Причём вторые в нескольких местах настигли ёмкости с алхимическим оружием, заставив те распустится огненными цветками. Но коль скоро это была не аэрозоль, а жидкость, взрыва, накрывшего бы и своих и чужих не случилось, просто «напалм» отправился вниз под действием гравитации. Волшебу же эльфов благополучно могли игнорировать только мои корабли за счёт кучи накопителей, остальным было сложнее. Где-то драккарам удавалось укрыться за щитом, где-то удачно сманеврировать, но порой некоторым не везло. Впрочем мы уже были слишком близко к земле, а ассонские хирдманы крепкие парни, у них не самые плохие шансы не только пережить падение, но и сходу отправится в бой.

Я же тем временем наблюдал за стремительным снижением нашего флота, сопровождавшимся бомбардировкой, стараясь сдержать мат. У нас был план. Мы штурмуем дворец, нас поддерживают семь обычных драккаров, набитых самыми боеспособными воинами. Остальные яростно кошмарят гарнизон города, сжигая казармы, надвратную башню и иные постройки, где обычно ночью квартируют вояки в сколько-нибудь значимом количестве. А заодно щедро угощают огнетворным излишне активные растения. Кстати о них.

— Сжечь этот демонов сорняк на х@й! — проорал я, указав копьём на мэллорн, продолжающий светиться серебристым сиянием не хуже новогодней ёлки.

В него тут же полетели горшки с боевой алхимией, но разбились о магическую преграду. Это было неприятным, но ожидаемым эффектом, всё таки мэллорны в Колыбели Кораллов тоже не просто так уцелели. Но уж чего-чего, а зелий у нас хватало, так что прежде чем мы спустились на площадь весь полупрозрачный кокон оказался покрыт пылающей жидкостью, которая полностью перекрыла серебристое свечение. Костёр вышел знатным. Меня и мой визит просчитали, подготовив тёплую встречу, но это не значит, что мы тут всё не спалим к Суртуровой матери.

Сама же площадь тоже местами пылала от луж нашего «напалма», однако на ней было более чем достаточно места для прохода к дворцу. Эльфы явно переоценили свои силы, попытавшись высыпать на открытое место для того чтобы обстрелять нас и встретить крепким строем. Сейчас же они ломились обратно в ворота, отступая внутрь дворца. Было глупо позволить им запереться, так что хирдманы ринулись вперёд, на ходу строясь в клин.

Не стал от них отставать и я, заняв своё место и угощая врага заклятиями поверх голов боевых товарищей. Отступающие ушастые осознали опасность и развернулись к нам, какой-то воин в богатом доспехе что-то проорал и строй эльфов хором ответил ему:

— Во имя света звёзд!

— Ааассс! — заглушил тут же их слова боевой клич севера и две ощетинившихся копьями стены щитов столкнулись.

Эльфы были хорошими воинами, но явно уступали хирдманам как выучкой, так и физической силой, их тут же начало буквально вдавливать внутрь здания, мешая затворить ворота. Впрочем надо честно признать, что очень немногие могут выдержать таранный удар ассонского хирда. Практика показала, что перед ним пасуют даже демоны! Наши копья пронзили первые ряды защитников, сутолока мгновенно стала такой, что многие их побросали, взявшись за мечи, боевые ножи, а где позволяла дистанция топоры. Началась резня ближнего боя.

С ней мы и вломились внутрь, продолжив убивать. За главными воротами находился обширный зал с широкой лестницей, идущей наверх, на балкон с резными перилами. Тот уже заняли лучники, обрушив на нас свои стрелы, заставив хирдманов укрываться щитами и ослаблять натиск. А я проорал во всю мощь лёгких, игнорируя в горячке боя мыслесвязь:

— Скачок!

Спустя мгновение мы с остальными бойцами, способными к телепортации, оказались на чёртовом балконе. Перед собой я увидел расширившиеся в страхе глаза лучника, его стрела чиркнула по моему шлему, через пол стука сердца наконечник моего копья пробил его лицо.

— Хуз!!! — издало моё горло крик, впечатывая в стену ближайших жителей лесов.

Рядом Асмунд взмахнул своим топором, располовинив какого-то неудачливого эльфа от ключицы до паха, а ещё через шаг Тилль снёс голову очередному лучнику. Стрелки паршиво приспособлены к близким контактам третьей степени с тяжёлой пехотой врага. Тем более некоторые (нет, мы не будем показывать пальцем на Сяо Железнобокого) вообще игнорируют стрелы не только за счёт доспеха, но и благодаря странной синергии стиля Железной Рубашки и наших традиционных татуировок.

Однако наше положение в тылу врага оказалось не безоблачным. Лучники и несколько затесавшихся среди них магов получили своё, но часть воинов с лестницы попытались за нас взяться, развернувшись. Однако хоть та и была широка, но нас, способных к скачку, хватило чтобы перекрыть её в два ряда. Сначала чтобы сдержать первый порыв зажатых на ступеньках эльфов. Однако менее чем через минуту с тыла к защитникам прибежало подкрепление и второй шеренге пришлось удерживать против него коридор внутрь дворца, оставив на лестнице лишь один ряд хирдманов.

Хорошо хоть тыловики строя врага как всегда оказались похуже качеством, чем первая линия. Её же уже без жалости перемололи и втоптали в ступеньки наступающие бойцы. Нам оказалось нужно продержаться всего ничего, а затем мы уже вместе с основными силами попёрли вперёд через коридор. Меня обступили хускарлы в драконьей броне, а я раз за разом отправлял вперёд заклятия, если уж не чтобы перебить всех эльфов в поле зрения, то чтобы занять их колдунов удержанием щитов. Хотя тут и кроме меня хватало умельцев, зачарованные метательные топоры, да и просто копья летели во всех, кто пытался применять магию. Мне правда тоже доставалось с той стороны, но пока что спасал доспех, щиты окружающих своего ярла хирдманов и зачарованный лёд в забрале шлема. Если бы не он, стрелы бы давно выбили бы мои глаза до самого затылка.

Преодолев коридор, мы оказались в ещё одном зале. Узкий проход больше не сдерживал нашу численность, но тут на помощь ушастым пришли терновые лозы, свисавшие с потолка и стен. А потому пришлось замедлится и пустить в ход ледяную магию вместе нагнавшими меня Альвбрандом и Браном.

-Ёб@₽÷ сорняки! — выругался полуэльф, отправив на потолок очередное ледяное заклятие, сделавшее гибкие лозы, напоминающие щупальца осьминогов, неподвижными и хрупкими как стекло. Такие одно удовольствие крошить воздушными таранами в мелкие осколки. Однако идиллию подпортила пара горшков с огнетворным, вылетевшие из задних рядов.

— Прекратить мать вашу! — гаркнул я — Нам же за шиворот капать будет! Кидайте их в эльфов!

После этого несколько импровизированных гранат накрыли строй ушастых и я снова поморщился от воплей заживо горящих врагов, а Бран радостно заорал:

— Жрите, твари!

Так мы и двигались вперёд, переламывая стойкое сопротивление эльфов, пока не добрались до помещения тронного зала. Оно оказалось ровно там, где должно было быть со слов пленных, чьи языки развязала алхимия. Ну и не только она, кузнечные щипцы тоже поучаствовали. Вычурный стул, оплетённый колючим плющом, был пуст, а вот на полу была начерчена ритуальная схема, запирающая проход в себя с кучей мелких пиал, заполненных кровью. Мы прижали к ней защитников, но их спины наткнулись на невидимую преграду, барьер не пропустил даже своих, а тройка эльфов на основных углах фигуры лишь смотрела, как мы добиваем их сородичей, не прерывая своего колдовства.

Казалось лишь один из них был недоволен происходящим, буравя нас ненавидящим взглядом. Его-то мантию как раз и покрывали узоры шипастых лоз с регалиями главы дома. Второй же смотрел на нас скорее с интересом, будто прибыл в театр. Только это он зря, мы уже проходили магические барьеры, которые невозможно ни пробить, ни преодолеть. Мне оставалось лишь сказать «Ничему вы, б%ядь, не учитесь» и организовать ещё парочку ушастых трупов, но Асмунд с Сяо решили разобраться со всем без лишней болтовни. Только вот вместо ожидаемого появления внутри круглого цилиндра, чьи стенки стали местами видимы из-за стекающей по ним эльфийской крови, они ударились в преграду и отскочили под хруст костей форинга. Железнобокий пережил неудачу с меньшими потерями, но по обоим будто Мьёльниром прилетело.

— Какого Хелля⁈ — ругнулся рядом со мной Тилль, не успевший прыгнуть.

— Воистину если баран встречает новые ворота, то главная проблема это его собственная сила — с усмешкой прокомментировал ситуацию лощённый эльф в тёмно-зелёной мантии, продолжая спокойно плести чары.

— Ничего. И не такие вышибали — огрызнулся я, подходя к преграде.

Правда при её ближайшем рассмотрении уверенности у меня слегка поубавилось, уж больно явственно от этой дряни тянуло божественной силой. Ну или апостольской магией, тут уж кому как удобнее. Негатор, заставляющий волшебу сходить с ума, тут оказался не помощник, духовная энергия тоже спасовала. Несколько хирдманов не жалея сил долбанули по цилиндру оружием, накаченным праной, но его стенки даже не дрогнули.

— Боюсь тут вы бессильны — вкрадчивым голосом проговорил остроухий с вышитым на груди облачения золотым мэллорном — Боюсь ваши действия не остались незамеченными нашими богами, а потому вам придётся умереть. Вы пробились сюда несколько раньше, чем я ожидал, однако всё скоро закончится. Город уже запечатан, в него можно было попасть, но нельзя покинуть. И он в самое ближайшее время будет без остатка поглощён силами природы.

— Ничего на этом не закончится — процедил я, положив ладонь на преграду и взывая к Локи. У ушастых есть свои небожители, но и я не прост. Однако мой покровитель хранил молчание. Похоже эльф оказался слишком предусмотрительным. Или просто одно дело вторженец из-за кромки, другой разговор добрые соседи, с которыми сегодня ссоришься, а завтра миришься. В любом случае апостольством на апостольство ответить не получалось, по крайней мере пока.

— Разумеется война продолжится — слегка пожал на это собеседник плечами, водя руками в воздухе перед своим застывшим в вертикальном положении посохом — Но уже в ином ключе. Знаете, Альвгейр, я наверно должен извиниться перед вами. Вы учились в моём городе, у вас явно есть множество интересных идей в магии, летающие корабли это ярко подтверждают, а с ледяного континента вы могли бы добыть для моего дома прилюбопытнейшие артефакты. Разумеется к своей выгоде. Мы могли бы стать партнёрами, даже друзьями, благо я не разделяю некоторые предрассудки своих сородичей. Но в этой глупой войне вы перегнули палку. Дом Звёздной Тени пожелал вашей смерти и для меня будет гораздо правильнее выполнить его волю.

— Ничего личного, просто того требует дело — хмыкнул я, продолжая судорожно изучать преграду. В ней был какой-то изъян, какая-то проницаемость, моё нутро чувствовало, что они не возвели её вокруг себя, а как-то прошли внутрь.

— Очень хорошо сказано — кивнул эльф, продолжая чаровать — И от того вдвойне жаль с вами расставаться.

— Я пока не ухожу — хмыкнул я, а затем кивнул на «плющевика» — Это надо думать Ксантаниаль, глава который уже практически просрал свой дом. Кстати твоя дочка была хороша, аж жаль было её отдавать — неудачливый папаша вновь зыркнул на меня с ненавистью, но сцепил зубы и молча продолжил колдовать, будто ему запретили разевать рот — Ты стало быть Альдемиан из дома Золотых Крон. Кстати моё почтение, месть за то, что дом этого неудачника влез в твой город выходит с более чем полная — после этого последовал кивок на молчаливую фигуру в воронёном чешуйчатом доспехе, покрытом гравировкой созвездий, будто меняющих свои очертания при каждом пассе руками — Ну а это кто?

— Где же мои манеры? — слегка усмехнулся золотокронник — Позвольте представить вам Линдраниэля Меча Заката, пятого кровного наследника дома Звёздной Тени, что лично прибыл засвидетельствовать вашу кончину.

— Да у вас тут не божественная защита, а прям политический кружок — проговорил я, пытаясь ухватить мелькнувшую в голове мысль.

— Наверно можно сказать и так. Впрочем мы закончили — проговорил переставший делать пасы руками эльф, а кровь из множества ёмкостей на узловых точках магического рисунка начала испарятся — Пора…

— Вступить к вам по праву главы благородного дома Холодного Рассвета! — гаркнул я и моя рука внезапна провалилась за преграду, аж заставив меня на мгновение утратить равновесие. Ну не могло же всё быть так просто! Впрочем если в бочонок мёда вбит кран, пора пить, провозглашать тосты. К примеру — Во славу Асгарда!

Глаза Альдемиана расширились, но я тут же метнул в него копьё, пробившее грудь тщедушного эльфа и отбросившее его спиной на прозрачную преграду. В следующее мгновение мой клинок вылетел из ножен и устремился к шее плющевика. Тот попытался направить в меня заклятие с посоха, но магия подвела его. Голова предводителя почти исчезнувшего дома Колючего Плюща скатилась с его плеч под мой клич:

— Ааассс!!!

Одетый в искусный доспех эльф попытался метнуть в меня заклятие, но оно не сработало из-за негатора. Осознав это он схватился за два изогнутых клинка, висящих у него на поясе и ринулся в атаку, крикнув:

— Ты ничего не изменишь, полуживотное!

— К счастью я лишь на половину один из вас, а в остальном ассон — хмыкнул я, отбив связку и разорвав дистанцию, идя по кругу отгороженного божественным барьером пространства — А тебе пора разуть глаза, скотина.

— Лучше вырежу твои — процедил он, пойдя в новую атаку и на этот раз уже не давая мне уйти.

Впрочем не сказать, что теперь это было мне нужно. Мой толстый намёк на тонкие обстоятельства не заставил эльфа задуматься, а стоило бы. Негатор, впитывая всю мою ману, действовал на выбитую в камне схему заклятия с кучей материальных компонентов хуже, чем на обычный огненный шар или молнию. Но действовал. Магия, расходясь от рисунка на полу, сходила с ума, но не развеивалась в пространстве. Я не мог понять что она творит, но сил здесь вбуханно было просто немеряно. И сейчас они вместо того чтобы уничтожить всё в городской черте от внешней кромки стен до самого этого долбанного цилиндра, сотканного из божественной энергии, изливались вовне. Не знаю, что магические энергии сделают с окрестными лесами, но вряд ли ушастым это понравится. Особенно учитывая, что я тут только что принёс в жертву Асгарду сразу двух глав эльфийских домов, причём натурально в бою, по нашему обычаю. И начал снова чувствовать через амулет на шее внимание Великого Шутника, который вносил в реальность вокруг какие-то мелкие штрихи. Те вроде бы не тянули и на десятую часть того, что требуется для установки непробиваемого барьера, но однако порой важно не количество сил, а умение их правильно приложить.

Правда кроме хороших новостей были и плохие. Обладатель двух клинков по всей видимости не зря имел пафосное прозвище, связанное с мечом. Эта зараза теснила меня, оставляя всё меньше возможностей для контр атак. Я считал себя хорошим воином, вся жизнь давала мне для этого основания, к тому же не только прана, но и алхимические зелья с препаратами вроде сердца дракона невероятно увеличили мои физические кондиции. Однако отпрыска правящего дома эльфов видать «кормили» не хуже, а опыта обращения с клинком у этого Логоваза было значительно больше, чем у меня. Это явно были грёбанные столетия! Другого объяснения тут просто не видно.

— Сзади! — внезапно раздался в моей голове голос Кобры и я резко сместился в бок.

Что-то чиркнуло меня по колену, сумев пробить драконью броню, полетело дальше и было тут же отбито клинком моего соперника. А я увидел золотокронника, безвольно опускающего руку. Враг наконец изволил сдохнуть, но сделал это, нанеся последний удара и с улыбкой на лице. А я почувствовал, что от царапины по ноге быстро начал распространяться неприятный холодок с онемением. Яд? Точно демонов яд! Но я уже практически имунен к ним… Однако «практически» похоже сегодня оказалось чем-то совершенно недостаточным.

Враг же, отбив странный не то кинжал, не то чакрам, продолжил свою атаку, почти сразу нанеся мне лёгкую рану на сгибе запястья, где броня слабее. Не знаю что у него за мечи, но очевидно очень хорошие, раз пробивают мою защиту с такой лёгкостью. А вот яд похоже уже притупляет реакцию. И это очень хреново. Хуже только то, что мне нельзя отступить. Выйду из цилиндра и йотуны его знает на что этот урюк направит оставшуюся энергию. Разнести дворец тут явно хватит. Оставлю тут пояс с бляхой-негатором — просто выкинет его их круга и сделает что хотел. Да и будет ли действовать артефакт внутри божественной защиты без меня, заготовки под аватару асгардца? Большой вопрос, ответ на который попахивает дерьмецом. А значит отступать нельзя.

Что делать, если оборона ведёт к смерти, а отступление невозможно? Быть может из-за яда моя голова работает как-то не правильно, но по мне остаётся только атака. В неё я и пошёл, проигнорировал проткнувший ногу меч, отбив второй своим клинком и вонзив топор в локоть противника. Тот зашипел не хуже нурэ-онны, но мне было плевать. Мы сошлись так близко во встречной атаке, что лоб моего крылатого шлема ударил в личину его изящной кастрюли.

Для взмаха оружием было слишком мало места, а потому я его просто бросил и обхватил врага, прижав его руки к его же корпусу. Будь нога цела, можно было бы организовать бросок прогибом, но за неимением гербовой подтираться приходится наждачной. Я просто поставил подножку, повалив противника, а затем взвыл дуриной ему в лицо:

— Хуз!!!

Клинок эльфа всё ещё торчал из моего бедра и сейчас едва не вывернул из меня кусок мяса. Но зато духовный крик, в который я вложил всю свою боль, ошеломил противника, пересилив защиту явно непростого доспеха. Я же, развивая успех, сжал его грудную клетку что есть силы, сцепив руки в замке, дважды ударил своим шлемом и едва горло чуть-чуть отошло снова заорал:

— Хуз!

Затылок эльфа с металлическим стуком ударился о камни пола, но помирать этот гадёныш явно не собирался. Впрочем мне наверно не нужна его смерть. Мне достаточно чтобы он не продолжил ритуал, а в центе божественного барьера не было потомственного жреца эльфийских небожителей. Так что снова бьём башкой, используя её чисто по варварски и орём:

— Хуз! С@ка!

Удар. Удар.

— Хуз!

— Аааа!!! — отчаенно взвыл пленник моих медвежьих объятий, чувствуя как от моей хватки начинают трещать его рёбра и выпустил воздух из лёгких. Зря, вдохнуть обратно уже не дам.

Удар. Ещё удар.

— Хуз!

Из глаз противника, которые я видел в узкой щели забрала, потекли кровавые слёзы. А значит удар. Снова удар башкой! И крик прямо в морду:

— Хуз!

Моё тело немеет, я всё хуже его чувствую, но осталось немного. Врагу ещё хуже, он уже на гране обморока. А значит лбом по забралу. Опять шлемом по шлему. И снова крик:

— Хуз!

Противник всё меньше дёргается, явно теряя волю к сопротивлению. А значит снова удар из последних сил и крик:

— Хуз!

Глаза эльфа наконец закатились и он обмяк. А я не имея сил встать слегка прополз вперёд и высунул ладонь из цилиндра божественного барьера, вцепившись второй рукой в ворот доспеха противника. Мою лапу мгновенно подхватил Тилль, вытащив нас обоих из круга и я наконец-то смог закрыть глаза с чистой совестью. Ритуал мной остановлен, а об остальном пусть позаботится кто-нибудь другой.

Эпилог

В сознание я пришёл как-то внезапно. Только что передо мной мелькали странные виденья многокилометровых космических кораблей, напоминающих летающие готические соборы. Бой с трёхметровыми техноголемами и не менее здоровыми бронированными египетскими колдунами, использующие какую-то странную демоническую магию. Огромные, звероватого вида воины в серых высокотехнологичных доспехах, увешанных примитивными амулетами и клыками, что ухмылялись при виде меня, демонстрируя зубы, сделавшие бы честь иному вервольфу. Высоченный робот угловатых очертаний, что на все лады склонял какого-то жопошника, который мол говоря о сучках имел ввиду не дрессировку самок волчиц. О бабах он говорил, так-то! А теперь похоже ещё и на эльдарок перешёл, скотина похотливая. Пиры в циклопическом зале внутри какой-то крепости. Новые бои с странными противниками от монстров с серповидными когтями до разлагающихся на ходу, но всё никак до конца не подыхающих демонов. Безудержный, задорный и уже знакомый мне хохот Локи, что будто бросал вызов кровожадному смеху четырёх злобных голосов…

Однако спустя мгновение всё пропало и передо мной уже был знакомый деревянный потолок. Который при этом было безумно странно видеть, потому как он вообще-то остался на Фростхейме. Однако глаза меня вроде бы не обманывали, а стало быть я уже не в землях эльфов. Придя к этому выводу, я слегка потянулся задеревеневшим телом и ощутил какую-то неправильность.

Нахмурившись и с сбросив в бок одеяло, я матюгнулся:

— Скитья!

Из двух ног у меня присутствовала только одна. Вторая соответственно отсутствовала, удалённая заметно выше колена. Сунув руку под набедренную повязку, я правда немножко выдохнул. Хозяйство было по прежнему на месте в полном комплекте, даром что обрубок заканчивался почти на уровне «развилки». А вот мой единственный предмет гардероба похоже был рассчитан на то, что я в него буду гадить. Хелль, да сколько я тут нахожусь?

— Господин, вы проснулись! — раздался над ухом радостный возглас.

Повернув голову, я обнаружил рядом с собой темнокожую полуэльфийку с небольшим подносом, на котором исходил паром бульон и наличествовали два пузырька с зельями. Кажется настало время приёма пищи и лекарств.

— Да, Лиамина — отозвался я, с трудом припомнив имя девушки, которую в числе прочих сплавил Иви — Всё хорошо. Как долго я здесь лежу?

— С тех пор как вас привезли прошло уже три луны. Сегодня семнадцатый день месяца белой вьюги — отозвалась она, поставив поднос и быстро проскользнув к двери из моих покоев, которую открыла и проговорила — Аулма, господин проснулся, бегом к госпоже.

В дверном проёме мелькнуло любопытное лицо ещё одной моей «наложницы», а через секунду раздался быстро удаляющийся топот ног. Похоже девушка и правда побежала, будто за ней демоны гонятся. Что сказать, Иви их натурально вышколила. А такая скромница когда-то была. Усмехнувшись от мыслей про свою вёльву, я вслух проговорил:

— Значит второй месяц зимы, лето и даже осень остались позади. А нога-то у меня куда делась?

— Вас без неё привезли, Зелёный Волк сказал, что вы её эльфам подарили — виновато развела мулатка руками.

— Ни хрена ж себе подарочек — проворчал я.

— Пришлось отнять, чтобы ты от яда не загнулся — раздался голос Гринольва, показавшегося в дверном проёме, похоже вторая мулатка только что пробежала по коридору мимо него и он сделал верные выводы — И так по краю прошёл, думали не откачаем или ты ещё несколько лет спать будешь.

— Стало быть повезло — отозвался я и кивнул на поднос — Иви тут небось бурную деятельность с лечением развела?

— А то ж — усмехнулся мой наставник.

— За что спасибо ей большое — последовал мой кивок — Что с войной-то?

— Закончилась — пожал вирдман плечами — Хотя там вообще много чего случилось.

— Учитель, рассказывай по порядку уже. Не надо над моим любопытством издеваться — проворчал я, желая хоть как-то отвлечься от своего увечья.

— Ну по порядку, так по порядку — хмыкнул он, садясь на стул у моей кровати и закидывая ногу на ногу — В общем когда я за вами, оболтусами, во дворце угнался, обезопасив драккары, всё уже закончилось, а божественный щит пал. Ты, значится, помирал, ушастый твой был не многим лучше.

— Какой он мой — буркнул я.

— Не скажи, самый что ни на есть твой пленник, законная добыча — усмехнулся Гринольв — Кстати пожалуй самая дорогая за весь поход. Сигурд из его папаши там кажется всё вытряс, кроме эльфийской короны. Но это потом было.

— Потом суп с котом — фыркнул я — Асмунд-то кстати жив хоть?

— И даже давно здоров — кивнул ассон — Хотя тогда тоже чуть в Вальхаллу не отправился. Почитай половину костей переломал, даже его твёрдый череп треснул. А защищать город Альвбранду пришлось, как твоему наследнику. Под моим присмотром, понятно.

— Может зачищать? — приподнял я бровь.

— Да вот нет — проворчал вирдман, опять усмехаясь — Что там с божественной волей было и поломавшимся заклинанием не скажу, безумие какое-то в энергиях творилось, да и мэллорн рядом горел, что тоже свою лепту наверно внесло. А может и подыхающий злотокронник не только тебя ранил, но и чего посмертного колданул. Но природа вокруг столицы дома Колючего Плюща явно поломалась. Причём сразу на пару дней пути вокруг. Весь север эльфийских лесов сейчас место поопаснее нашего оазиса тепла, ощетинившиеся иголками растения жрут любого, кто хоть на секунду зазевается, животные от них не сильно отстают. Кого не схарчили конечно.

— О как — хмыкнул я, припоминая мелкие штришки, которые кажется вносил в ломающееся заклинание Локи. Мне стало быть помогать преодолеть преграду не стал, приберёг козырь на последний кон в партии с ушастыми божествами. Те конечно его могли побить, но тем самым дали бы наверно какое-то право на большее вмешательство или что-то вроде того. А он и так менее десятой доли вложил, от того что в барьере было, выдав гигантских венериных мухоловок и шипов на сдачу. Ибо нефиг в карты с шулером играть — Это ж сколько они там в ритуал вложили, чтоб нас гарантированно прикончить? Хотя вопросов вообще много, включая то, на кой они защиту сделали с возможностью проходить для глав домов.

— Ну тут я как раз догадываюсь, пару раз встречал упоминания о подобном. Можно сделать несокрушимую преграду или сделать что-то несокрушимым само по себе, но при этом обязательно надо оставить лазейку — огладил мой учитель бороду, перейдя на менторский тон — К примеру был один шутник, который зачарованный наследный меч королей своего народа в неуничтожимый монолит с каменной глыбой соединил и поставил условие, что мол только чистый сердцем разъединит. Он значится нехай нами и правит. Надо ли упоминать, что достаточно святого среди сыновей монарха так и не нашлось? Но зато они этого умника изгнали к йотуновой матери из своего королевства, а потом вроде между собой как-то без гражданской войны договорились.

— Ну значит не так всё плохо вышло — со смешком ответил я, припоминая мидгардскую легенду о мече в камне, а так же короле былого и грядущего — Ну да пусть их, нашёл я проход и хорошо. С бешенными сорняками-то что?

— Плохо всё с ними. Ну или наоборот очень хорошо, это уж как посмотреть — отозвался мой учитель — Город в итоге отстоять не удалось, по началу растения даже огнетворное нормально не брало. Но Альвбранд вовремя решил отступить и скомандовал вывозить на драккарах выживших эльфов, раз уж как прижало вместе с ассонами оборонялись. От горожан там конечно так себе толк был, воинов-то мы сами выкосили, но чего уж там. В бой пойти это как на весло драккара сесть, прямая дорога в свободные тингманы.

— Молодец парень — порадовался я за приёмного сына. Ассонам-то может и плевать на ушастых было, могли трофеями нагрузиться, а он всё таки не чужд милосердию оказался — Но ты говорил, там не только вокруг города завертелось, весь север Эльфхейма на себе силу ритуала ощутил?

— Ага, как изменившиеся растения переварили обычные — кивнул мой наставник — Не только эльфам досталось, люди тоже получили твой привет. Сорняки эти очень резво разрастаться стали, их на севере только по Гране остановить удалось, текучую поду они почему-то не любят. А Френалион теперь стало быть пограничный город, у самого Осквернённого Леса стоит, как его теперь кличут. Но ушастым пришлось всё же хуже, похоже их северных домов больше нет. Либо сбежали, либо растворились в шипастых лозах с пастями. А Альвбранд как до Сигурда долетел и ситуацию объяснил, так они спешно к морю отступать стали, пока на юг сорняки росли. В итоге закрепиться удалось только на побережье у капища мэллорнов, что ты вместе с фортом сладил. Дом Дубовых Венков попытался сам посопротивляться, да крылатых послов прислал, что мол спасите-помогите, хотя бы женщин и детей вытащите. В общем твоему сыну пришлось на летающих драккарах эвакуацию организовывать, как первому наследнику благородного дома Холодного Рассвета. Зато всё ценное тоже вывез и себе в казну положил.

— Звёзднорождённый разболтал или хиодманы? — поинтересовался я, переваривая новости.

— Линдраниэль, надо ж было данникам ценного заложника предъявить и похвастаться — улыбнулся в усы Гринольв — Он же «дубов» от всех клятв от имени своего дома освободил, они теперь Альвбранду присягнули. Как ты там говорил, жить захочешь и не так раскорячишься?

— Было дело — кивнул я — А дальше что происходило?

— Берег обороняли, заодно добычу с сорняков и зверья беря, там проще сказать, что в алхимию не идёт, чем что в ней полезно — сообщил вирдман — Бруни с твоей женой до сих пор разбираются в привезённом. А вот иным эльфам пришлось несладко. Они, почуяв дым устроенных тобой пожаров, стали с погодой работать, устраивая дождливое лето. Захотели всё водой залить как в южных болотах и джунглях Сяня. Бешенные сорняки это весьма оценили, ушастые с ними вестимо до сих пор борются, чтоб ещё сильнее не разрастались. И одного полуэльфа добрым словом поминают. Нам удалось скрыть, что ты ранен, официально конунги просто не оценили твоего размаха и велели тихо сидеть на своём корабле, не безобразничая. Эльфы же видимо решили, что лучше б ты просто пожары устраивал и теперь обзывают не каким-то там Поджигателем, а целым Осквернителем Леса. Можешь радоваться, теперь не только в северные саги вошёл, на юге тобой детей пугают.

— Час от часу не легче — проворчал я.

— Кстати о конунгах — посмотрел на меня наставник — Они и правда очень настоятельно просили меня за тобой присмотреть. Понятное дело, что всё вышло не специально, но ты ж со своим хирдом целый регион в сад смерти превратил. Это мало кому понравилось, даром что эльфы запросили мира, дали заложников и выгребли столько дани из своих сокровищниц, что увезти с трудом получилось.

— Как будто мне всего этого хотелось. Сраные эльфы с их сраными ритуалами, богами, магией крови и бешенными сорняками, которые жрут другие сорняки на завтрак — буркнул я, откидываясь на подушку — И ведь не скажешь, что остановиться получится. Скалда говорила, что её пророчество станет яснее только лет через двадцать. А значит момент, когда мне нужно будет повернуть судьбу ассонов в нужную сторону ещё и близко не наступил.

— Ты знаешь, с пророчеством тут такое дело — протянул Зелёный Волк, будто подбирая слова, чего за ним раньше как-то не водилось.

— Какое? — быстро повернул я к нему голову, резко насторожившись.

— В общем ложное оно — буркнул он, посмотрев в пол.

— Тебе-то откуда знать? — не понял я — Ты же в прорицаниях чуть ли не хуже, чем в алхимии.

— Да потому что Скалда всем это пророчество раздаёт — припечатал меня Гринольв — Оно для того придумано, чтоб молодёжь старалась лучше, но башкой думала, в Вальхаллу не торопясь. От того и двадцать лет.

— Вы охренели что ли⁈ — взревел я, резко садясь на кровати.

— Да как будто оно не сработало — воскликнул мой учитель — Ты ярл, считай скоро целый конунг! К тебе сюда уже по весне собираются переселятся. Ты ж считай войну выиграл! Знаешь сколько тебе конунги доли с похода положили? А твой сын вместе с охочими хирдманами и эльфами целое новое ярльство на севере Эльфхейма удерживает. Кстати тоже твое. Посмотри кем ты стал!

— Я стал калекой, старый ты козёл! — в сердцах гаркнул я на наставника, сбросив с себя одеяло.

— Да отрастёт года через три твоя нога — махнул он на меня рукой — Сам же эликсир Неба и Моря варил, а потом пил. А если б не Скалда, наверняка бы никогда для него даже половину ингредиентов не добыл.

— А на хрена мне они бы были нужны? — процедил я — Жил бы себе спокойно, горя не знал и Иви тискал.

— Ну ты может её без пророчества бы и не встретил — отбил мой аргумент этот старый му… мудрец, да — Зато какие корабли сделал? Долг вирдмана работать на благо всего Ассонхейма! Быстрое движение вперёд это иногда следствие хорошего пинка под зад. А тебя просто мягко подтолкнули.

— Ни черта ж себя мягко! — донёсся мой ответ — Я ночами не спал, всё думал чего б ещё сотворить, чтоб к нужному часу готовым быть. Что, млять, теперь со всем этим делать?

— Да жить просто. Магией заниматься — отозвался Гринольв — Чего тебе в конце концов не нравится? Не в лачуге же какой обитаешь, во дворце целом. Тебе тут, пока лежал, по три раза в день массаж делали, а целый паладин целительствовал. Подвал от бочек с медовухой ломится. Вокруг верная дружина. Рядом дети. Жена красавица, наложниц дюжина, невеста опять же. Чего тебе ещё для счастья надо? Поработал, теперь можешь расслабиться и отдохнуть.

— А ну ка погоди — прервал я его — Какая ещё невеста? Не было никакой невесты!

— Ну вообще-то Эйдис Странница считала иначе — раздалось от двери, в которую наконец вошла Иви — Насилу спровадили. Все вещала, что ты на ней на благо всего Ассонхейма должен непременно жениться и вообще вы вместе на дракона ходили. Ничего мне рассказать не хочешь?

— Не было ничего — отрезал я — Ну точнее дракон был, Даже три, а вот ничего лишнего не было. И с тобой кстати тоже на крылатого ящера сходим. И Императорские Лотосы добудем. А перья феникса у нас уже есть. На благо всего Ассонхейма, конечно.

— И как благо всего Ассонхейма связано с набегом на личный сад Сяньского владыки? — поинтересовалась моя жена, к счастью пока оставив скользкую тему и переключившись на свою любимую алхимию.

— Считается что эти растения идут на эликсир Десяти Тысяч Дней, что омолаживает именно на такое количество времени — ответил я, пристально смотря на старого вирдмана. Хотя какой он старый, после уже влитых в него зелий морщин у Гринольва убавилось и больше пятидесяти ему уже при всём желании не дашь.

— Ученик, я тебе не раз говорил, что не собираюсь бегать от своей смерти, а в Вальхалле меня заждались — резко насторожился Зелёный Волк.

— Какая смерть, какая Вальхалла? — деланно изумился я — Долг вирдмана работать на благо своей родины. Защищать свой народ! А на тебе, козле старом, ещё сто лет пахать можно.

— Нет! — отрезал он.

— Да! Тебе со мной тут ещё северную академию волшебства поднимать, чтоб не хуже Френалионской была — покивал я.

— Я тебе годы назад говорил, что это дурацкая идея — помотал головой мой наставник.

— Ничего, я верю в ваши таланты, учитель — не смог я с ним согласиться — А уж как Ассонхейм теперь верит в ваши способности воспитывать настоящих чудовищ от мира волшебства. Кланы между собой ещё ругаться будут, пытаясь тебе в подопечные спиногрызов с даром пропихнуть.

— Я на это не соглашался!

— Это ты столичному кругу вирдманов объяснять будешь — фыркнул я.

Посмотрев на нас несколько секунд Ивина не выдержала и захохотала. Я пытался держаться, смотря на Гринольва тяжёлым взглядом, но вскоре присоединился к ней. Мой наставник закатил вверх глаза, но потом тоже усмехнулся. В конце концов десять тысяч дней это всего лишь двадцать семь лет, столетие из него всё равно никто не выжмет, а драконы, фениксы и кракены в Свангарде ещё не перевелись. Путь в Вальхаллу ему никто не закрывает.

Конец.

Приветствую вас, уважаемые дамы и господа. Сага о Альвгейре Белом Вороне на этом пожалуй заканчивается. По крайней мере пока. С одной стороны это конечно один из любимых моих героев и о нём было чертовски приятно писать. Но с другой парень получил инвалидность, чудом остался жив благодаря удачно выпавшей монетке и в конце концов заслужил немного отдыха. Возможно я однажды вернусь к продолжению серии, но явно не сейчас, хотя в комментариях меня и просили о новых томах. Но по мне книги и должны заканчиваться как-то так, пока история и персонажи ещё интересны. А не когда из нех сначала выдоили всё что можно, а потом и то, что нельзя. Надеюсь вы меня поймёте.

Пока же что благодарю вас за интерес к моему творчеству, многочисленные лайки, классные комментарии, купленные книги и конечно подаренные награды. Без вас и того, что вы делаете, никаких произведений бы не было.

Но они будут. К сожалению у меня не получилось раскрыть Альвбранда так хорошо, как хотелось бы, он всё таки был второстепенным персонажем, не главным. А с демонической демоничностью поиграть было бы интересно, особенно если к ней метаморфизм в стиле доппельгангера прикрутить. Этим я и думаю заняться, правда с новым героем и в новом мире. Надеюсь вам понравится. А пока можете подписаться на меня, чтобы не пропустить выход новой книги, который должен состояться недели через две. В блоге, как обычно, будет анонс.

За сим пожалуй прощаюсь. Всего самого лучшего самым лучшим читателям в мире:)

Content

На перекрёстке путей

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Интерлюдия 1

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Интерлюдия 2

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Интерлюдия 3

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Интерлюдия 4

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог