NikL

Надуй щеки! Том 8

Глава 1

Чан и Юми шли по аллее, держась за руки. Парк был наполнен мягким вечерним светом, а воздух казался теплее обычного. Юми улыбалась, наслаждаясь моментом, а Чан, как всегда, был немного напряжен, но старался этого не показывать. Хоть он и старался отвлечься, но его мысли постоянно гуляли между настоящими и будущими проблемами.

— Ты чего-то сегодня особенно потерянный, — начала говорить Юми. — Случилось чего-то? Ты будто не выспался.

— Так я и не выспался! — неожиданно резко ответил Чан. — Эти девки…

— Какие ещё девки? — насторожилась Юми.

— Да, помнишь, я тебе рассказывал про женскую группу Пака? Кажется, Йонг научился от Гису чему-то не хорошему. Потому что это ни в какие ворота!

— А-а-а… ну да. Помню про них. И даже видела.

— Ну вот, — махнул рукой Чан. — Они со своими визгами совсем спать не дают. Бошка уже раскалывается. Так ещё и пляшут, как бегемоты. Тоже мне… айдолы…

— А что Гису?

— А что он? — пожал плечами Чан. — Иногда мне кажется, что он просто сбегает из дома и всё. А последнюю неделю эта группа и вовсе озверела. Вроде как усиленно готовятся к дебюту и перебарщивают. К нам даже однажды полиция приезжала. Думали, кого-то убивают.

— Ужас! — расширила глаза Юми. — Я бы не выдержала.

— Вот и я уже на грани. Но вот тут хорошо. Тихо так. Ах… — с облегчением выдохнул он.

Некоторое время они шли просто молча. Чан осматривался по сторонам и улыбался своим мыслям.

— Знаешь? — начал он, внезапно остановившись и повернувшись к Юми, — Я понял. Тут просто одно на другое наложилось!

— Чего? — не поняла его девушка.

— Я до сих пор не могу прийти в себя после того, что произошло пару недель назад. Русская баня… Это что-то невероятное. Нет, это не баня, это какое-то испытание на прочность!

Юми засмеялась, видя, как его глаза расширяются от ужаса при воспоминаниях.

— Ну, расскажи уже, что там было такого страшного? — подтолкнула она его, слегка подмигнув. — До этого ты ведь отказывался говорить.

— Страшного? — Чан вздохнул и провел рукой по волосам. — Это было… Это было как попасть в ад, но с паром! Представь: огромный русский мужик с татуировкой какой-то женщины на плече смотрит на тебя, как на жертву, и говорит: «Сейчас я тебя пропарю». — Чан постарался изобразить русский акцент, но у него настолько плохо это получилось, что мимо проходящая кошка резко зашипела и убежала куда-то в кусты.

Парень проводил бедное животное своим взглядом и продолжил говорить:

— А потом этот мужик берет этот… этот веник! — Чан жестами показывал, как это было. — И начинает им хлестать! Я думал, что умру! Честное слово. Это же безумие! Зачем вообще нужно так себя мучить? Закалка характера, типа⁈

Юми залилась смехом, прикрывая рот ладонью.

— Ну, ты же выжил, — проговорила она, положив руку ему на плечо. — И наверное, теперь чувствуешь себя лучше? Говорят, это полезно для здоровья.

— Полезно? — Чан посмотрел на неё с недоверием. — Если это полезно, то я не знаю, что тогда вредно. Но знаешь, что самое странное? После этого всего мы сели пить чай… потому что водка кончилась. И этот же русский, который только что меня чуть не убил веником, вдруг начал говорить о бизнесе. Всего я, конечно, не понял, потому что Гису переводил мне только ключевые моменты.

— И? — Юми взглянула прямо ему в глаза и слегка улыбнулась, отчего Чан почувствовал тепло в душе.

Парень чуть помедлил, а потом продолжил говорить.

— В итоге, как мне сказал Гису, они договорились на то, чтобы я стал их посредником в поставках из России в Корею. Только вот мне сперва эту партию полуприцепов надо полностью распродать.

— Погоди, — слегка встрепенулась Юми. — Ты же говорил мне, что у вас уже есть покупатели. Ну то есть из-за них вы и начали договариваться с русскими. Разве нет?

— Всё так, — кивнул парень. — Но им не нужно столько. А русским невыгодно понемногу распыляться. Поэтому чтобы мы тоже не переплачивали, Гису договорился сразу на партию в три раза больше. При этом мне, как ты понимаешь, он сообщил об этом постфактум.

— Ну да, — рассмеялась девушка. — Подобное в его стиле. И наверное, он ещё сказал что-то, вроде «Я в тебя верю. Ты справишься, Чан!» Угадала?

— Прямо в точку! — улыбнулся он. — А ты хорошо его знаешь.

— Ну тут хочешь, не хочешь — узнаешь. Так и что теперь? Ты снова будешь думать, кому бы впихнуть эти полуприцепы?

— Алюминиевые полуприцепы, — важно добавил Чан, подражая голосу Гису. — Из России.

— А цифры? — приподняла и изогнула одну бровь Юми. — Я имею ввиду прибыль. Как это всё будет выглядеть?

— Цифры внушающие, — серьёзно проговорил Чан. — Если, конечно, всё пойдет как надо. А если поставить эти поставки на поток… ну-у-у… — тут он задумчиво улыбнулся и даже споткнулся, не заметив маленький бугорок.

— Аккуратно.

— Ага, — кивнул Чан. — В общем, если я смогу договориться ещё с кем-то о поставках этих полуприцепов, то всё будет отлично.

— Слушай, Чан, — Юми остановилась и посмотрела на него. А спустя несколько секунд молчания снова заговорила. — Я уверена, что ты справишься.

— Сказала, как Гису, — скривился он.

— Нет, погоди. Ты дослушай. Я это к тому, что ты же по-любому справишься. По-другому и быть не может.

— И? — он слегка склонил голову, пытаясь понять, к чему она клонит.

— А почему бы тебе не начать по-серьезному заниматься этим делом? Я имею ввиду импорт всякого. Ну то есть если у тебя это хорошо получается. Ты, конечно, постоянно суетишься, но по итогу-то со всем справляешься.

— Ты имеешь ввиду заняться этим вместо бизнеса?

— Ну да, — спокойно проговорила Юми и пожала плечами. — А почему бы и нет? Это и есть бизнес вообще-то. Только тебе не придется ломать голову над своим собственным делом. А-то ты уже месяц или даже больше думаешь и ничего так и не надумаешь. А это… как мне кажется, даже попрестижнее будет, чем собственный ресторан или там кей-поп группа своя.

— Хм. Честно говоря, я думал об этом… — ответил Чан. — Но как-то не знаю. Очень уж много здесь нюансов. Да и ниша уже занята на самом деле.

— А так везде и во всем. Где ниша не занята? Назови хоть один бизнес. Да и тем более это тебе не помешало ведь продать кучу огромных полуприцепов.

— Ну да… но там Гису помогал.

— Гису… — Юми как-то грустно улыбнулась. — Иногда мне кажется, что Гису даже больше тебя в тебя верит. Я уверена, если бы он не считал, что ты способен со всеми его задачами справиться, то и не давал бы тебе их.

— Тоже верно, — поджав губы, ответил он.

— Ты вообще ни одно его поручение не провалил. Так что…

— Думаю, ты права, — посерьезнев, произнес он. — Но если я решусь на это. Ты будешь рядом? — проговорил он, посмотрев ей в глаза.

— Конечно, — ни секунды не раздумывая, ответила Юми. — Всегда.

Они продолжили прогулку, разговаривая о будущем, о возможностях и о том, как всё может измениться. Чан чувствовал, как в его голове рождаются новые идеи, а Юми, как всегда, была его поддержкой и вдохновением.

* * *

Чан нервно вышагивал по комнате, его руки жестикулировали в воздухе, словно он пытался поймать невидимые нити своих мыслей. На столе перед ним лежали разбросанные бумаги с цифрами, заметками и схемами. Он то и дело останавливался, хватался за подбородок и начинал говорить вслух, как будто вел диалог с самим собой.

Несколько раз он даже настолько громко вскрикнул от пришедшей в голову идеи, что и сам вздрогнул от неожиданности.

— Надо узнать, что вообще возят в страну, — бормотал парень, глядя в потолок. — И по какой цене. Это же логично, да? Сначала разведка, потом действие. Полуприцепы — это только начало. Если получится, можно будет расширяться. Алюминий — это же перспективно, да? Лёгкий, прочный, спрос есть… — он снова зашагал, словно пытаясь ускорить ход своих мыслей.

Парень пошел к окну и уставился на противоположный дом, где сегодня было пусто.

— Если я смогу наладить поставки, то это будет настоящий прорыв. Рестораны, общепиты и тому подобное — это всё фигня! Нет, конечно, то что делает Пак однозначно круто. Но я буду метить выше! Правильно ведь? Правильно! — Ответил он сам себе и снова принялся вышагивать.

— Это не просто круто! Это международный уровень! Солидно звучит. Хотя нет, стоп! Не стоит так далеко загадывать… сперва надо разобрать с Сеулом, а там уже посмотрим.

Чан продолжал свои рассуждения, пока к нему с максимально недовольным лицом не повернулся Гису. Он крутанулся в своем кресле, и нахмурившись, уставился на парня.

— Чан, — начал Хегай, стараясь говорить спокойно. — Я всё понимаю. Твои амбиции, твои планы, твои полуприцепы… гребаные из алюминия. Но какого хрена ты делаешь всё это в моей комнате? А⁈

Гису долгое время сидел к нему спиной, уткнувшись в монитор. Он даже надел огромные наушники, чтобы заглушить бормотание Чана. Но в итоге его нервы сдали, и он решил всё высказать своему незваному гостю.

— Слушай. Это моя комната! А у тебя есть своя. Которая, кстати говоря, тоже моя! Но бляхя! Ты можешь бродить туда-сюда хотя бы там? Или внизу? Чего плохого я тебе сделал-то?

— Ты?.. — посмотрел на него Чан, а потом его взгляд устремился куда-то в потолок. — Точно! Я придумал, к кому можно попробовать обратиться по поводу полуприцепов!

— Да твою ж… я рад, что ты так резко проникся этой идеей, но имей уже совесть!

Чан, не замечая раздражения Хегая, продолжал свои рассуждения.

Гису наконец не выдержал, поднялся со своего места и принялся аккуратненько толкать Чана к выходу, приговаривая:

— Давай-давай. Поделись там с кем-нибудь своими рассуждениями. А у меня тут у самого сроки горят.

Чан остановился, как будто только сейчас осознал, где он находится. Он уперся ногами так, что Гису не смог его дальше сдвинуть с места.

— О! — произнес Чан. — Я… я просто думал вслух. Ты же не против, да?

Гису устало вздохнул и закрыл глаза, всё ещё упираясь руками в спину друга.

— Чан, я против! Слышишь меня? Я прямо тебе говорю. Я против того, чтобы мою комнату превращали в какую-то… штаб-квартиру хаоса или анонимных болтунов!

— Ага. А вот эти черное-красные кричащие девки у тебя тусовались! — с укором произнес он.

— Вот именно! А какого хрена они тут тусовались? Я не хочу, чтобы здесь устраивали концерты и тому подобное. Я просто пытаюсь поработать. В кои-то веки они куда-то делись из моего дома. Только я собрался в тишине разобраться с накопившимися делами. А тут ты нарисовался… вырисуйся отсюда!

— Эм… ну ладно-ладно, — примирительно выставил руки вперед Чан, видя, что Хегай уже действительно закипает. — Просто в твоей комнате так хорошо думается. Идеи прям сами собой в голове появляются.

— Не смей… — угрожающе прошипел Гису. — Чан, слышишь? Не смей превращать мою комнату в свой офис! Я уже понял, куда ты метишь. Выселю! — угрожающе рыкнул он.

— Понял, — спокойно произнес Чан. — Так бы сразу и сказал. Чего ты в самом деле…

— Да я сразу так и сказал!

Чан наконец-то сдался и вышел из комнаты Гису. Он оставил его наедине со своими мыслями.

— Достало… — выдохнул Хегай и уселся на свою кровать. — Ещё и какой-то настырный номер постоянно названивает… А может я всё это заслужил? Ни минуты покоя… — он выждал несколько секунд, после чего продолжил. — Да не-е-е… с чего бы?

Спустя несколько минут Хегай подошел к окну и уставился на дом, в котором сегодня было пусто. И темно.

— Хм. Хорошо хоть, эти девахи куда-то делись, и сегодня тихо. Кстати, да. А где они?

* * *

Сцена концерта в Сеуле была настоящим взрывом энергии. Тысячи фанатов заполнили огромный стадион, их голоса сливались в единый гул, а светящиеся палочки, словно звезды, мерцали в темноте. На сцене одна за другой выступали популярные кей-поп группы, каждая из которых зажигала толпу своими хитами. Зрители скандировали, подпевали и танцевали, наслаждаясь атмосферой праздника. Но никто не мог представить, что этот вечер станет настоящей революцией в мире музыки.

Концерт шел своим чередом, пока внезапно не произошло нечто странное. Посередине одного из выступлений музыка резко оборвалась, и на сцену вышел предыдущий исполнитель, популярный сольный артист, известный своими душевными песнями. Он улыбнулся в камеру и принялся громко говорить:

— Дорогие друзья, я рад, что именно мне представилась честь объявить эту новую группу.

Пока артист сделал небольшую паузу, в это время люди на трибунах уже начали переглядываться и шептаться. Все группы-участники этого концерта были известны. Хотя ходили слухи, что организаторы приготовили какой-то сюрприз. Якобы выступят новички. Но никто в это не верил. Ведь все анонсированные дебютные группы уже стартовали. А без должной подготовки и рекламы новые группы никогда не дебютировали. Потому что это заведомо провал.

— О, это тот самый сюрприз? — послышался голос из первых рядов.

— Какой ещё сюрприз?

— А ты не слышал? Говорили, что сегодня что-то должно было случиться интересное. Хотя-я-я… вообще-то это не похоже на правду.

— Да какая разница? Очередная заурядная кей-поп группа, которая решила попытать удачу, и о которой уже завтра забудут.

— Ага. Интересно, сколько им стоило, чтобы попасть на этот фестиваль?

— Вот раньше… третье и четвертое поколение действительно создавали что-то новое… своё. А сейчас сплошная копирка. Новички только и делают, что пытаются подражать популярным группам.

— А теперь, дорогие друзья, встречайте новую группу! — после небольшой паузы вышедший артист продолжил. — Грязь под ногтями!

Толпа замерла в недоумении.

— Что? Кто это?

— Что за странное название?

Люди понимали, что никто никогда не слышал о такой группе.

— Иностранцы что ли? Да неужели⁈

Шепот пронесся по залу, смешиваясь с недовольными возгласами. Люди переглядывались, пытаясь понять, что происходит. Кто-то даже выкрикнул на сцену:

— Это что за шутка?

И именно в этот момент на сцену вышли… девочки. Пять молодых девушек в розовых платьях, с невинными улыбками и аккуратно уложенными волосами. Они выглядели, как типичные участницы новой кей-поп группы, которых сейчас появляется десятки. Зрители начали роптать. Кто-то свистнул, кто-то крикнул:

— По сколько им лет? Что за розовые сопли?

— Очередная бездарность!

Толпа была разочарована, что перед выступлением их любимой группы случилась эта заминка.

Девочки встали в ряд, поклонились зрителям, улыбнулись друг другу и замерли. Зазвучала музыка — легкая, воздушная, с милыми синтезаторными переливами. Зрители закатили глаза.

«Ну конечно», — подумали многие. — «Очередная попса для школьниц».

— Почему они думают, что все фанаты айдолов — двенадцатилетние малолетки? — проговорил всё тот же парень из первого ряда.

Но прошло всего пять секунд, как музыка резко оборвалась. Свет на сцене погас, и стадион погрузился в полную темноту.

Толпа затихла, ощущая, что что-то не так. По залу снова пошел ропот. И в этот момент раздался оглушительный удар барабанов.

Свет вспыхнул снова, но теперь он был резким, почти слепящим. Розовые платья девочек, под специальным освещением, внезапно изменили цвет. Теперь они стали черными, с металлическими вставками, которые отражали свет. Их невинные улыбки сменились жесткими, почти агрессивными выражениями лиц.

— Вы готовы? — крикнула одна из девушек в микрофон, и ее голос был полон живой энергии.

Люди всё ещё продолжали смотреть на всё это с неким недоумением. Никто не стал кричать в ответ и поддерживать девочек. Но они этого и не ждали. Однако время подошло. Они снова мило улыбнулись, и тут началось…

Гитары завыли, барабаны загремели, а девочки в такт этой музыке принялись отлажено танцевать. И спустя короткое вступление раздался первый вокал. Настолько сильный, что у большинства зрителей побежали мурашки по коже.

Это был чистый металл, тяжелый, мощный, с текстами полными ярости и протеста. Толпа замерла в шоке. Люди не могли поверить своим глазам и ушам. Эти милые девочки, которые только что выглядели как очередные «попсовые куклы», теперь орали так, будто их души разрывались на части.

— Что за черт⁈ — кричали зрители, но их голоса тонули в море звука.

Девочки двигались по сцене с невероятной энергией, их волосы развевались, а голоса звучали так мощно, что казалось, будто они вот-вот снесут крышу стадиона.

Зрители, сначала ошарашенные, начали втягиваться. Кто-то принялся кивать головой в такт, кто-то поднял руку с жестом «коза»… сначала просто в прикол, а потом он увидел и остальных с таким же жестом.

Атмосфера накалялась с каждой секундой.

— Это нереально! — выкрикнул кто-то в толпе, но в его голосе уже слышалось восхищение.

И естественно, его никто не мог услышать. Выступление продолжалось. Жёсткий металл изредка сменялся короткими рэп партиями и чистым вокалом. Девочки танцевали со своей наилучшей хореографией, которая, казалось бы, не подходила под эту музыку. Но ближе к середине все уже поняли: это настолько странно и необычно, что поразительно. Весь концепт настолько сильно противоречит друг другу, что становится идеальным сочетанием. На сцене будто бы встретились… огонь и лед!

Когда песня закончилась, в зале воцарилась тишина. Девочки стояли, тяжело дыша, их лица были мокрыми от пота. Зрители молчали несколько секунд, а затем взрыв аплодисментов потряс стадион. Люди кричали, свистели, топали ногами. Это был фурор.

— Кто они такие⁈ — спрашивали друг друга зрители, но ответа не было.

Девочки улыбнулись, но теперь их улыбки были совсем другими: уверенными, дерзкими, почти вызывающими. Они поклонились и без единого слова ушли со сцены под оглушительные овации.

Это был момент, который никто не забудет.

Именно в этот миг в мире кей-поп был совершен настоящий бунт.

Глава 2

Индустрия кей-поп была в смятении. Социальные сети, форумы, новостные каналы, даже несколько утренних шоу — все только и говорили о загадочной группе, которая ворвалась на сцену, словно ураган, и оставила после себя лишь вопросы.

Кто они? Откуда взялись? Почему о них ничего не известно? И главное, что за странное название «Грязь под ногтями»? Не слишком ли это для индустрии кей-попа?

Люди обсуждали это везде: в офисах, где коллеги вместо рабочих задач спорили о том, что это за девочки; в школах, где подростки перешептывались на переменах, строя самые невероятные теории; в метро, где пассажиры листали соцсети в поисках хоть какой-то зацепки. Казалось, весь Сеул, да и вся Корея, была охвачена этим ажиотажем. Но далеко не все были восхищены. Конечно же, не обошлось и без хейта.

В любом случае, девчонки наделали немало шума.

Их яркий образ отпечатался в сознании многих, а мотив песни словно застрял где-то в голове. Однако насколько неожиданно они ворвались на сцену, настолько же внезапно и пропали из всего медиа пространства. Никто ничего не знал о них. В интернете ходили лишь слухи и самые нереалистичные домыслы. Вплоть до теорий заговора.

И вот, словно гром среди ясного неба, на одном из сайтов, который курировала семья Нам, проскочила долгожданная информация.

— Смотри! А это тут что? — произнес один из учеников школы Дайвегу. — На сайте есть какая инфа!

— Ой, да этих сайтов… сейчас каждый канал пытается словить хайп на этом и привлечь к себе внимание. Сто процентов там будет пустышка.

— Да нет же. Смотри, что-то реальное походу! Тут ссылка. А ещё куар-код есть.

— Пф. Ну давай. Перейди и словишь вирусняк себе на телефон. Или вообще сразу все твои данные вместе с деньгами утекут.

— Да не. Это проверенный сайт. Я тут каждый день всякие новости читаю.

— Ну, смотри. Дело твоё.

Сначала это действительно казалось слухом, очередной попыткой привлечь внимание. Но уже через несколько минут эта ссылка начала распространяться со скоростью лесного пожара. Ее скидывали в чаты, репостили в сторис, пересылали друзьям. Люди, затаив дыхание, сканировали куар-коды на экранах своих телефонов, ожидая, что же там откроется.

Ссылка вела на минималистичный сайт, где на черном фоне горела надпись:

«Грязь под ногтями. Мы ЗДЕСЬ!»

Никаких логотипов, никаких ярких цветов — только строгость и загадка. А ниже — кнопка «Смотреть».

Тысячи людей по всей стране нажали на нее одновременно.

Экран погас, а затем заиграло видео. Сначала это были кадры, снятые на дешевую камеру, показывающие, как девочки тренировались. Готовились к своему дебюту. Радостные и веселые. В предвкушении того, как они скоро станут настоящими айдолами.

А потом что-то произошло… И в их жизни всё поменялось. Яркие наряды сменились на агрессивно красно-черные. Ресторанная еда на быстрые перекусы фастфудом. Просторные залы сменились на какую-то тесную комнатушку, а иногда это был и вовсе захудалый гараж, где-то на окраине города. А ещё на них постоянно орал какой-то парень в школьной форме, который всё время отвлекал их и не давал спокойно тренироваться… настоящий тиран!

Лица девушек были покрыты потом. Руки измазаны в грязи. А глаза полные решимости.

Видео длилось недолго. Но задало необходимый тон. Появилась нужная атмосфера. А все зрители были прилеплены к своим экранам не в силах оторваться.

Как только музыка стала тише, на видео начали появляться девочки новой группы. И одна за другой принялись обращаться к зрителям. Они не кричали и не бросали вызовов. Но их глаза говорили больше слов.

Одна за другой начинали говорить, и зрители очень быстро поняли, что это связано с какими-то откровениями. Словно кто-то за кадром изливал душу.

— Моих родителей могут обвинять в связях с криминалом. И даже… якобы я сама принимала наркотики. Но это не так. Возможно, я из неблагополучной семьи, но это не повод меня хейтить.

Проговорил один голос и следом за ним тут же начал говорить другой.

— Школьный буллинг. Очень острая тема в Корее. И меня в нем обвиняют ещё со средней школы. И да, частично это так, не стану отрицать. Но правда такова, что ещё в младших классах меня саму буллили. А потом я нашла способ защищаться. Увы, никто за меня не постоял, а другого способа, кроме как стать сильной, у меня не было.

Музыка слегка изменилась. А спустя две секунды заговорил другой женский голос.

— Я была замечена в том, что шла в лав отель со своим парнем. Да. Он у меня был, до того как я решила стать айдолом.

— Да, мы не идеальны, — продолжила говорить другая участница. — Возможно, мы не соответствуем образу привычных вам айдолов. Мы такие же простые люди, как и вы. Только хуже! Со своими мечтами и стремлениями. И если это повод ненавидеть нас… что ж. Мы всё равно не остановимся и будем продолжать делать то, что мы любим.

— Мы знаем, что вы ждете от нас красивого тизера, яркого клипа, обещаний о том, как мы изменим кей-поп индустрию. Но мы не будем этого делать.

Главная вокалистка делает паузу, и камера медленно приближается к ее лицу.

— Мы не хотим быть идеальными. Мы не хотим быть куклами, которых вы привыкли видеть. Мы — это грязь под ногтями. То, что вы стараетесь скрыть. То, что вы боитесь показать.

Другая девочка подхватывает:

— Мы не хотим, чтобы вы нас любили. Мы хотим, чтобы вы нас услышали. Потому что мы — это вы. Ваши страхи, ваши сомнения, ваша злость.

Камера отъезжает, и теперь видно всех пятерых. Они стоят в полумраке, их лица освещены лишь слабым светом.

— Мы не обещаем вам красоты, — говорит третья. — Мы обещаем вам правду. А ещё острые ощущения… И если вы готовы принять всё это…

Она улыбается, но это не та улыбка, которую ждут от кей-поп айдолов. Эта улыбка интриговала и чем-то даже пугала.

— Тогда добро пожаловать в наш мир.

Экран гаснет. На несколько секунд воцаряется тишина. А затем появляется надпись:

Мы — Грязь под вашими ногтями! И мы порвем ваши уши!

* * *

Кабинет Ким Су Хона находился на самом верху небоскреба, откуда открывался потрясающий вид на город. Огни ночного Сеула мерцали внизу, как звезды, упавшие на землю. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом кондиционера. На огромном экране перед ним только что закончилось видео выступления новенькой группы. Группы, которую он не только не утверждал. Но и собирался растоптать, как только она дебютирует. И вот она появилась на концерте…

Но кое-что пошло не по плану.

— Ах ты сукин сын… — без какой-либо злобы выругался Ким Су Хон. — Грязь под ногтями, значит, да? Хах! Это даже интересно.

Глава корпорации откинулся в кресле, его губы растянулись в едва заметной улыбке. Он медленно провел рукой по подбородку, задумчиво глядя на экран, где застыл последний кадр: девочки в черных платьях, их лица, полные решимости, и толпа, замершая в шоке.

А на соседнем экране было видеообращение от той же самой группы. Долго ждать его не пришлось. Пак сработал очень быстро, но при этом максимально выдержано. Чтобы страсти и накал успели набрать нужную кондицию. В общем, идеально!

— Интересно, — прошептал он, словно разговаривая с самим собой. — Очень интересно.

Его взгляд скользнул к окну, где город продолжал жить своей жизнью, не подозревая, какие мысли роятся в голове одного из самых влиятельных людей в индустрии. Улыбка не сходила с его лица, но в ней не было тепла — только холодный расчет.

— А я-то думал, чего этот Пак притих, — произнес он вслух с едва уловимой ноткой сарказма. — А оно вон что… Хах! — снова усмехнулся он. Но в его ухмылке словно бы проскальзывали змеиные черты.

Он поднялся с кресла и подошел к окну, скрестив руки на груди. Его отражение в стекле казалось ещё более напряженным, чем сам Су Хон.

— Ну ничего, — продолжил он, глядя на город. — Думал, переиграл меня? Это мы еще посмотрим. В нашей индустрии не всё так просто.

Су Хон повернулся к столу и нажал кнопку на интеркоме.

— Чон Хи, зайдите ко мне, — сказал он коротко.

Через несколько минут в кабинет вошел его новый помощник, молодой человек в строгом костюме, с планшетом в руках.

— Да, господин Ким? — спросил он, слегка склонив голову.

— Я должен признать, что это было эффектно, — продолжал рассуждать вслух глава корпорации, развернувшись к окну. — Очень эффектно. Похоже, у меня появился достойный соперник.

— Что, простите? — не понял его помощник.

— А-а… не бери в голову. Это я не тебе.

Тот лишь понимающе кивнул и продолжил ждать указаний.

— Нужно кое-что сделать, — проговорил Ким Су Хон, глядя на огни города. — Только пусть это останется между нами.

* * *

Фуко разрывался между тем, чтобы назначить встречу с Гису Хегай в кафе, либо у себя на тайной съемной квартире. С одной стороны он не хотел вести к себе незнакомого человека, особенно учитывая, какие слухи о нем ходят. А с другой, говорить на подобные темы, пусть и в безлюдном, но всё же кафе — слишком опасно.

По итогу он выбрал первый вариант.

— Да и тем более, если вдруг что-то пойдет совсем плохо, я просто сменю для себя штаб-квартиру, — успокаивал он сам себя. Хотя на взводе он был совершенно по другому поводу.

Ближе к шести вечера в его дверь постучались. Парень вздрогнул и уставился на дверь. Он сделал глубокий вдох, а спустя несколько секунд направился ко входу.

— Э-э… привет, — слегка растерянно проговорил Фуко, когда увидел перед собой слишком уж молодого паренька. Буквально школьника. — Хегай?

— Да, — коротко кивнул тот и сделал шаг вперед, проходя через порог. — Фуко, я полагаю? Не знаю, что за срочность такая была, что вы меня целую неделю звонками доставали, но раз уж на то пошло, то давайте приступим к делу. Или на «ты»?

— Что?

— Можно на «ты»?

— Да, — всё ещё пребывая в растерянности, проговорил Фуко. — Я… э. Да, проходите. Проходи. То есть.

— Ага.

Гису остановился на середине комнаты и осмотрелся. Внутри жутко воняло сосисками и чем-то ещё. Мебели было минимум. Диван, стол и несколько мягких кресел. В углу стоял телевизор, который, по всей видимости, уже несколько лет не включали. Хегай сразу же понял, что в этой квартире не живут. Скорее она предназначена для деловых разговоров.

А ещё в углу стояла коробка с начавшими тухнуть сосисками, а сверху почему-то лежал красный перец.

— Так что за дело?

— Вы… то есть ты… тот человек, который решает любые вопросы?

— Ну да. Ты же поэтому ко мне и обратился.

— Да-да… я… просто… решил убедиться. В общем, мне нужна помощь. Необходимо решить один деликатный вопрос. Но сперва уточню. Ты же знаешь семью Пак?

— Хм. Знаю, — слегка нахмурившись, ответил Хегай. — Что не так с этой семьей?

— Да всё так… точнее всё не так… — поджав губы, произнес Фуко и сел в одно из кресел.

Гису последовал его примеру и сел рядом так, чтобы хорошо было видно этого человека.

— Ты же за любое дело берешься? — продолжил говорить Фуко. — Ну то есть способен решить любой вопрос?

— Убивать я никого не собираюсь, — пожал плечами Хегай. — А так… ну посмотрим. Мне в принципе надо понимать, что за дело.

— Ну да, ну да. В общем Йонг Пак. Наследник семьи Пак. Мой извечный враг. Личный! И если говорить коротко, мне нужно уничтожить его бизнес. И его самого! Не физически. Но так, чтобы он был втоптан в грязь! Понимаешь⁈

— Хм. Кажется, понимаю, — кивнул Гису. — Допустим, я готов помочь тебе. Но мне нужно знать детали. Что именно не так? Почему у тебя возникли какие-то проблемы с Паком?

— Проблемы? Он мой враг! Личный! Я ненавижу его! Хочу, чтобы он сдох! Но сперва публично опозорился! Хочу, чтобы он разорился! А все, кто его знают и видят в нем идеального мальчика, наконец-то раскрыли глаза и поняли… он такой же, как и все!

В этот момент Гису понял, что это не просто поверхностное чувство. То, что говорил Фуко… и как он это делал. Показывало его искреннюю ненависть к Паку. В его словах чувствовалась очень глубокая рана, которая не просто каждодневно посыпалась солью… она обильно поливалась ядом, который медленно разъедал всё изнутри.

— Вы знакомы? — спустя некоторое время уточнил Хегай.

— Да! Конечно мы знакомы! Он отлично знает, кто я такой! А наши семьи хренову тучу лет типа дружат, — слово «дружат» он произнес с нескрываемым отвращением. — Отцы, если быть точнее… они якобы дружат. Но в основном только делают вид и друг перед другом выпендриваются. Последней каплей вот стало упреки моего отца по поводу успешного бизнеса Йонга, а сам я якобы ничего не делаю. А я много что делаю! Просто пока ещё не приступил непосредственно к реализации! Но Пак точно про меня знает. И насмехается!

— Понятно. А что именно тебе сделал Йонг?

— Конкретно мне он ещё ничего не сделал. Пока что. Но после того, что я пытался провернуть… его ответный ход — это лишь вопрос времени. Он сто процентов решит мне отомстить. А я не дурачок какой-нибудь. И не собираюсь сидеть сложа руки и дожидаться удара в спину. Поэтому я решил нанести упреждающий удар! Вот и позвал тебя. Понимаешь?

— М-м-м… теперь, кажется, начинаю понимать, — еле заметно улыбнулся Хегай. — А поведай мне, как именно ты пытался ему насолить?

— Ну, всё началось с его чертовых хот-догов! Я пытался потопить его бизнес. Но потерпел несколько неудач. Я и поставки сосисок перекупал. И бомжей с алкашами нанимал. И проверку санинспекции им устроил. Даже драку пытался развязать рядом с местом продаж. Только вот Пак словно бы всё это предвидел… и постоянно выкручивался из каждой ситуации! Однако всё это означает только одно! Он воспринимает меня всерьез и готов принять эту войну! В каком-то смысле я даже рад этому! И вот теперь я решил действовать наверняка. Надоело проигрывать… и ждать ответного удара. Поэтому… вот так. Ты поможешь мне?

— Помогу, конечно! — теперь уже улыбка Гису расползлась по всему лицу.

Фуко, увидев выражение лица своего собеседника, передернулся, а потом подозрительно покосился на Гису.

— И? Какая плата будет?

— Ты ведь сказал мне, что уже знаешь о том, что я не беру деньгами. Правильно? — заговорил Хегай.

— Ага.

— Ну, так вот. Поэтому у меня будет немного странная просьба. Но ты не пугайся. Это в порядке вещей.

— А? А почему я должен пугаться?

— Ты любишь острое? — пропустив вопрос Фуко, продолжил говорить Хегай.

— А? Острое? Что за вопрос?

— Да просто я заметил, что у тебя там в коробках перчики лежат. Вот и спросил.

— Эм. Ну, допустим, — напрягся Фуко. — А к чему это вообще?

— Короче, смотри. Я помогу тебе. Но сперва ты выполнишь мою просьбу. Идет? — Гису буквально секунду помедлил и, не дожидаясь ответа собеседника, продолжил говорить. — В общем, берешь в руку столько красных перцев, сколько поместятся, и начинаешь есть их.

— Чего? — склонив голову, уставился на него Фуко. — Я…

— Ты не ослышался. Просто ешь перцы. Что тут сложного?

— Ну… эм… в чистом виде?

— Ну да, — обыденно произнес Гису. — Как закончишь, продолжим разговор. Только попытайся сделать вид, что тебе нравится. Хорошо? А то я не люблю смотреть, как люди корчатся.

— Чего? А зачем вообще смотреть на такое?

— Это не важно, — холодно улыбнулся Гису. — Ну, так что? Ты готов? Или обойдешься без моей помощи?

— Я… эм… я готов! — собравшись с духом, произнес Фуко и поднялся со своего кресла.

Когда Фуко подошел к коробке с перцами, он всё ещё надеялся, что это была шутка. Пускай злая, глупая, но шутка…

Он медленно потянулся к коробке, настолько осторожно, будто она могла укусить его в ответ.

Когда он взял в руку сразу пачку перцев и с мольбой посмотрел на Хегая, он всё ещё надеялся, что тот остановит его. Когда он поднес перцы ко рту, он буквально молился, чтобы тот рассмеялся и сказал: «Стой!»

Но ничего этого не происходило.

Тогда парень засунул целую пачку перцев себе в рот и скосил взгляд на этого странного человека. Но Гису просто уставился на него с пугающей улыбкой на лице и безмолвно кивал, словно подбадривая. Хегай продолжал следить за этим с таким энтузиазмом, будто это самое интересное шоу в его жизни.

Фуко сделал первый укус и…

Искра.

Перчик.

Безумие!

Его рот тут же обожгло, а в глазах появились разноцветные краски. Но отступать было поздно… Лицо парня моментально исказилось, словно он проглотил раскаленный уголь, а потом он вспомнил про то, что надо притворяться довольным и попытался улыбнуться. Но от этого стало только хуже.

— Ох… ох… ох… — машинально принялся он хватать ртом воздух и махать ладошкой.

— Вкусно? — неожиданно произнес Гису. — По виду не скажешь.

— Очень, — со слезами на глазах ответил Фуко и принялся жевать.

— Хм. А ты молодец.

Спустя пару минут Фуко уже не мог отвечать, так как его рот полностью онемел. Глаза принялись не просто слезиться, они превратили в два маленьких водопада. Парень пыхтел, словно пытался выпустить из себя пар, но безуспешно. Поэтому он широко раскрыл рот и интенсивно махал руками. А его губы и язык пульсировали, будто устроили танцевальную вечеринку.

Когда перед Фуко остался буквально финальный рывок, он не чувствуя своего лица, раскрыл рот, а перец просто начал вываливаться обратно. При этом он постоянно пытался улыбаться, что выглядело максимально нелепо.

— Ты почти справился. Но там ещё есть перцы, — сдерживая смех, произнес Хегай. — Если хочешь, можешь повторить попытку. Как отойдешь.

Фуко, услышав это, откинулся назад и просто упал, решив, что лучше притвориться мёртвым, чем продолжать эту пытку. Но не выдержав, он подскочил и побежал в туалет. И заперся там минут на десять.

Спустя некоторое время он вышел, всё ещё со слезами на глазах и со слегка опухшим лицом.

— Не знаю, что ты за изверг такой… но я больше не выдержу. Может быть ты мне зачтешь эту попытку?.. — с мольбой в глазах произнес Фуко.

— Ну, хорошо, — улыбнулся Хегай. — Ты прошел посвящение в красные драконы! Поздравляю! Теперь ты готов!

— Чего?

— Шучу-шучу. Не напрягайся, — проговорил Гису и замолчал, посерьезнев. — Ладно, а теперь давай непосредственно к делу.

Хегай стал максимально серьезным. Он достал свой телефон и принялся листать контактную книжку. После этого он начал вызывать кого-то, включил громкую связь и положил телефон на журнальный столик, между их креслами.

Фуко бросил взгляд на телефон и увидел набранное имя.

Йонг Пак.

Его глаза тут же расширились, а лицо ещё сильнее покраснело, что в принципе казалось невозможным.

Спустя несколько гудков Пак ответил, а Хегай, откинувшись на спинку, заговорил:

— Алло, Йонг, привет! Как жизнь?

Глава 3

Кафе было комфортным, с мягким светом, который создавал атмосферу тепла и уюта. За столиком у окна сидели Пак с Мун Хё На. На столе стояли чашки с кофе, половина торта, порезанного на несколько кусков, и несколько закусок.

Пак довольный и расслабленный откинулся на спинку стула, улыбаясь во всю ширь. Что было не так уж и часто. Но сегодня он мог себе это позволить. Сегодня он одержал пусть небольшую, но всё же победу с очень серьезным врагом.

Спустя некоторое время внутрь вошли ещё двое человек. Чан и Юми, которые слегка припозднились. Они держались за ручки, но девушка выглядела слишком запыхавшейся. Щечки покраснели, а дыхание было прерывистым. Поэтому создавалось впечатление, что Чан её просто тащил за собой. Пак перевел взгляд на Ана и понял, что тот всегда так выглядел. Суетливо, словно постоянно куда-то спешит.

В этот момент он подумал: «Бедный Чан. Гису совсем его загонял, что теперь для него это обыкновенное состояние».

— Извините, что опоздали, — заговорила Юми после того, как немного отдышалась. — Не долго нас ждали?

— Нет. Всё нормально, — ответила Мун Хё На и улыбнулась. — Мы и сами задержались и совсем недавно пришли.

— А что за повод-то? — заговорил Чан. — Ты так неожиданно позвал нас в ресторан, что я даже не успел у тебя ничего уточнить, — обратился он, глядя на Йонга.

— Повод есть, — улыбнувшись, ответил он. — Я сильно переживал в последние дни, как всё пройдет, и вот наконец-то… буквально сегодня всё окончательно разрешилось.

— А-а-а… это касается твоей кей-поп группы? — догадалась Юми. — Точно, ты же обещал всё более подробно рассказать чуть позже. Из-за чего ты вообще принял такое странное решение?

— Да уж, тут много всего произошло. Но если кратко… — Пак слегка помедлил, словно собирался с духом, а потом заговорил. — То меня пытались шантажировать. Но это вы и так знали, полагаю, — он перевел взгляд на Юми, а та лишь в свою очередь пожала плечами.

— Нет, — спокойно ответила она. — Я никому ничего не говорила. Даже Чану.

— А… вот как… — в этот момент Йонг слегка растерялся и перевел взгляд на своего друга.

— Не-а, — подтвердил он, покачав головой. — Да у меня и своих забот хватало, поэтому я даже не интересовался.

— Понятно. Ну, теперь знаешь, — криво улыбнулся Пак.

— И что за идиот додумался шантажировать тебя? Он умственно отсталый?

— Нет. Он очень хитрый и жестокий бизнесмен. И настолько уверен в себе, что вот… ему плевать вообще на всё.

— Так кто это?

— Ким Су Хон, — коротко ответил Йонг.

— М-м-м… — задумчиво промычал Чан и откусил кусочек торта. — Кажется, что-то слышал о нем, — продолжил он говорить с набитым ртом. — Прости, я просто проголодался.

— Да ничего, — рассмеялся Пак и тоже принялся есть. А за ними последовали и их девушки.

— Так и чего там это Ким Су Хон? — произнес Чан спустя несколько укусов. — Неужели смог что-то нарыть на тебя? Или просто тупой блеф?

— Нарыл, но не на меня. А на девчонок из моей группы. Ну и решил пригрозить, что сольет всё это.

— Хм. А ты что?

— А я вот, — улыбнулся Йонг и переглянулся с Мун Хё На. — В последний момент всё полностью переиграл. У меня в голове появилась безумная идея, которую я начал реализовывать. А ты не видел выступление моей группы?

— Не-а, — ответил Чан и пожал плечами. — Говорю же, забегался. Хотя я помню, как твои девчонки у нас дома орали.

— Хм. А ну-ка… Глянь, — Йонг протянул ему свой телефон и включил запись. — Тренировки — это одно. А вот реальное выступление.

Сперва Чан сидел и ухмылялся. Но с каждой минутой улыбка на его лице заменялась полнейшим шоком и изумлением. Когда видео закончилось, Чан перевел взгляд на Пака и не выпуская из рук его телефон проговорил:

— Серьезно? Ты… офигеть… ты как вообще до этого додумался. Погоди-погоди! — не дав начать говорить Паку, перебил его Чан. — А ты это называешь кей-поп группой? — усмехнулся он. — Это же… я даже и не знаю, к чему это ближе?

— Да я и сам не знаю, — с усмешкой ответил Пак. — Но самое главное, что всё это сработало. Поэтому я такой довольный, и именно поэтому я решил пригласить вас отпраздновать мою небольшую победу в этом большом бизнесе.

— Отпраздновать — это хорошо. Это правильно, — без капли сарказма проговорила Юми. — Кстати, а Гису чего? Не смог сегодня прийти?

— Гису? — произнес Йонг и глупо уставился на Юми. После этого он перевел свой взгляд на Мун Хе На и сглотнул. — Гису?.. Я забыл его пригласить.

— Чего-о-о⁈ — тут же все уставились на Пака, а Юми закатила глаза. — Ты серьезно?

В этот момент все замерли и переглянулись.

— Ты забыл? — продолжала Юми, словно бы не веря. — Он столько терпел твою группу, что даже мне жаловался. Да что там мне… его мама из дома сбежала. А Чан в какой-то момент готов был спать на улице. Ну или в гараже. А ты забыл про Гису?

Юми говорила и говорила. При этом она нисколько не упрекала Пака. В целом она осознавала, что с его занятостью подобное могло произойти. Просто она всё ещё не до конца верила.

— Ты попал… — еле слышно пробормотала Хе На и откусила кусочек торта, после чего запила чаем, сделав вид, что занята.

Йонг же в этот момент уставился на неё щенячьими глазками, словно искал поддержку.

— У-у-у… так ты просто забыл? Даже не предложил? — начал подливать масло в огонь Чан.

— Хм. Если Гису на это обидится… — снова подхватила Юми. — Даже и не знаю, что тебя ждет. Но я уверена, он придумает самый изящный… точнее изощренный способ, чтобы вдоволь насладиться твоими муками.

— Да не-е-е… — протянул Пак, окинув всех взглядом. — Да ну не-е-е… Да и тем более он, кажется, говорил, что сегодня занят чем-то… ну да. Точно занят. У него вроде бы планы какие-то были…

— Но пригласить всё же стоило. Ты же вроде как отмечаешь радостное событие со своими друзьями.

В какой-то момент они просто начали издеваться над Паком, но вот ему было явно не до шуток. Он действительно считал, что таким образом чуть ли не предал своего друга и наставника.

— Ну да. Гису такого не оценит, — снова буркнула Мун Хе На и опять быстро запихнула торт себе в рот.

— Думаешь? — сглотнул Йонг. — Может сейчас позвонить?

— И что ты ему скажешь? Мы тут собрались в ресторане, а ты где? — заговорила Юми, изогнув одну бровь.

— А может, прокатит?

— Хах. Ну-ну…

Но не успела девушка договорить свою мысль, как у Йонга неожиданно зазвонил телефон. Он поднес его к лицу и почему-то побледнел.

— Кто там? — поинтересовалась Хе На, удивившись подобной реакции от Йонга. Ведь мало кто мог воздействовать на него подобным образом.

— Гхм… — сглотнул Пак и показал всем свой телефон.

На экране высветилось имя Гису. Юми в этот момент показала своё удивление, а Чан почему-то чуть ли не засмеялся.

— Он теперь ещё и мысли научился читать? — пробормотал парень.

— Бери, — проговорила Юми с неким обречением. — Но я бы на твоем месте очень аккуратно подбирала слова.

— Ну да. Чего ждешь? — подтолкнула его локтем Мун Хе На и улыбнулась. — Через телефон-то он тебя не съест. Наверное… если он и этому не научился.

— Алло? — сглотнув, принял вызов Пак. — Привет.

* * *

— Алло, Йонг, привет! Как жизнь? — проговорил Хегай.

Как только он это сделал, Фуко тут же шокировано вытаращил глаза и подался вперед к телефону, словно он хотел схватить его и сбросить звонок. Хотя Гису был уверен на сто процентов, что Фуко и сам не знал, чего именно он хотел в этот момент.

По итогу, Хегай выставил ладонь вперед, жестом показывая, чтобы тот не суетился и просто продолжил сидеть.

— Привет, — раздался неожиданно нервный голос Пака. — Я что-то замотался, поэтому забыл сказать, что съехал с девчонками из твоего дома. Но там остались некоторые их вещи. Да и мои вроде. В общем, как-нибудь заеду и заберу. Ну, или может быть пришлю кого-нибудь. Ой… — Йонг замер, так как понял, что Гису сам ему позвонил. — Ты что-то хотел?

Для Пака было не свойственно так много говорить, да и ещё и с тревогой в голосе.

— Да. Есть минутка поговорить? Даже пару минут.

— Да конечно. Для тебя найду. Что-то случилось? — озадаченно произнес Пак.

— Слушай, на самом деле ничего не случилось. Я тут просто хотел узнать, как у тебя дела?

— Эм. И всё? — Йонг слегка напрягся, но этого не было слышно ни по интонации, ни по голосу. — Ты просто решил узнать, как дела? Я если что не забывал про тебя! Просто знай…

— Чего? — не понял Гису. — Это тут вообще к чему? Так, ладно. Погоди. Лучше скажи мне. Может быть, с тобой случалось что-нибудь странное за последние дни? — произнес Гису и еле заметно улыбнулся.

— Да нет, вроде. А что должно было случится? Слушай, ты меня как-то пугаешь… может расскажешь, в чем дело? — явно напрягся Йонг.

— Всё в порядке. Я тут просто слышал, к тебе санэпидемстанция наведывалась. Ничего серьезного не выявили? Может у тебя какие-то проблемы из-за этого возникли.

— А-а-а! Ты про это? Фух… Да это пустяк. Обычный головняк, которых у меня дохрена и больше. Ничего особенного, — слегка выдохнул Йонг, и Гису даже представил, как тот расслабленно улыбнулся. — Разве это проблемы? Так… обыденность.

— Понятно. А больше ничего не происходило? Ну знаешь… ты же бизнес свой начал, тут всякое может быть. Может конкуренты какие-то объявились?

— Мне, конечно, приятно, что ты за меня так беспокоишься, — как-то нервно рассмеялся Пак. — Но кому я нужен? У меня же всего лишь фургончики с хот-догами. Только и всего. Это так… больше баловство, а не серьезный бизнес.

— Тоже верно, — хмыкнул Гису и искоса посмотрел на Фуко. — То есть никаких проблем, никто палки в колесе тебе не вставляет? Или чего-то подобное… ну мало ли.

— А, да нет. Тут были кое-какие проблемки, связанные с моей новой кей-поп группой, но это уже решено. Ну ты же в курсе этих дел был. А с фургончиком «Лед и пламя» всё шикарно. Бизнес расцветает, и никаких проблем пока не возникало.

— Ну и славно, — удовлетворенно кивнул Хегай. — Рад это слышать. Ладно, тогда давай, увидимся еще.

— Ага. До встречи, — ответил Пак и быстро сбросил звонок.

— Ну вот, — проговорил Гису, переведя взгляд на Фуко. — А ты переживал.

— Я… э-э-э…

Фуко выглядел растерянным. Он явно не ожидал ничего подобного. Только вот чем дольше он сидел и размышлял, тем сильнее начинал закипать.

— Это что? Для тебя шутка какая-то? А⁈ — в его груди начало распаляться пламя. Он понял, что над ним буквально подшутили, а его проблемы попросту не воспринимаются всерьез. — Я тебе что, клоун⁈

— Успокойся! — довольно резко проговорил Хегай и снова выставил руку.

— Успокоиться⁈ — начал прерывисто дышать Фуко. — Для чего ты весь этот спектакль устроил? Чтобы просто посмеяться надо мной? Чтобы вместе с Паком поржать⁈

— Ты ещё не понял?.. — покачав головой, произнес Гису. — Паку насрать на тебя. Да, это грубо. Но такова правда. Мне похрен. Ему похрен… Я даже не уверен, что он знает, как тебя зовут. Твою семью, думаю, вспомнит, но на этом ваша слава заканчивается. Ты серьезно решил, что он собирался как-то тебе мстить⁈ За что⁈

Гису говорил тихо, спокойно, но при этом его голос звучал максимально холодно, отчего у Фуко побежали мурашки по спине. Однако парень не собирался просто так это оставлять. Его лицо исказилось в злобной гримасе, а кулаки сжались.

— Да плевать я хотел на твои проповеди! — сквозь зубы прошипел Фуко. — Ты хоть понимаешь, с кем связался? Я уничтожу и Пака, и тебя вместе с ним! У меня связи есть во всем криминальном мире! Зря ты решил сделать из меня посмешище! Стоит мне только попросить, и Дикий Топор скормит тебя собакам! Ты знаешь, кто это такой? Конечно, знаешь, ведь это легенда в определённых кругах!

Когда Фуко заговорил про бандитов, его лицо приняло хищный оскал, и даже верхняя губа слегка приподнялась, словно у собаки.

— Довольно! — произнес Гису и принялся набирать другой номер, после чего точно так же включил громкую связь. — Алло, Дикий Топор? Привет, как дела?

— Да, нормально всё, малой. Ты чего-то хотел? Срочное что-то? Я тут просто занят немного.

— Да не. Уточнить просто. Тут некий Фуко говорит, что ты готов за него любого порвать.

— А? Кто?

— Фуко. По кличке «Любитель по-острее».

— Чего-о-о⁈ — протянул Топор. — Впервые слышу. Передай ему, если кто-то решил моим именем прикрываться, то за это и ответить придется. Я же не поленюсь и найду время, чтобы спросить с него! — недовольно рыкнул он, а потом принялся кому-то отвечать, прикрыв микрофон рукой. — Да-да, передай, что встречу на завтра перенесем.

— Понял. Ладно, не буду тебя отвлекать, — произнес Гису.

— Ага. Давай. Заходи как-нибудь. Побалакаем. У меня, кстати, вопрос к тебе был по Министру Образования. Как ты всё это провернул? А главное зачем⁈ — тут Топор хохотнул и затянулся сигаретой. — Очень уж интересно!

— А-а… это… да надо было кое-что сделать, — отмахнулся Хегай. — Ладно, давай. Потом если что созвонимся.

— Ага. Бывай.

Звонок сбросился и раздались прерывистые гудки.

— Зубочистке позвонить? — с серьезным выражением лица проговорил Гису и уставился на Фуко.

— Гм… — сглотнул парень, и опустив голову, ответил. — Не надо… и ты это… передай Топору, что я не хотел… ну, или пошутил. Ладно?

В это момент Фуко неожиданно остыл. Кровь отхлынула от его лица, оставив кожу бледной, почти прозрачной, как у мраморной статуи. Глаза расширились, превратившись в два темных озера.

Он остолбенел, и казалось, сам не понимал, какие эмоции испытывать. Парень не мог подобрать подходящих слов. Но одно он знал точно. У него не осталось козырей в рукаве… Однако где-то в глубине внутри что-то начало покалывать. Смесь восторга, страха и любопытства.

«Да кто такой этот Хегай⁈» — пронеслась мысль в его голове. Но, конечно же, вслух озвучивать её он не собирался.

— Твоя искренняя ненависть ничем не обоснована, — спокойно продолжил говорить Гису, словно только что ничего не произошло. — Ты выдумал себе врага. И сам же принялся с ним бороться. Но мир не крутится вокруг тебя. Да и вокруг Пака не крутится, понимаешь?

— Понимаю… — пролепетал Фуко, и в этот момент его осенило.

«Точно! Мир не крутится вокруг Пака. Я ведь и сам пытался вдолбить это в голову своему отцу! И сам же допустил точно такую же ошибку… И почему я зациклился на нем?»

— Понимаешь? — продолжал рассуждать Гису. — Бизнес… Нет! Наша жизнь — она как этот перчик, который лежит у тебя в коробке. Иногда проверяет своей остротой тебя на прочность. И если ты не выдержишь… то подавишься. Но всё куда проще, чем кажется. Достаточно умерить дозировку, и тогда тот же перчик может показаться тебе чем-то необходимым… словно бы без него вкус еды будет совсем не тот. Вкус жизни… не тот… будто бы этим не насытиться и уж точно не насладиться. Понимаешь? — уже в который раз он задал этот вопрос.

— Эм… кажется… теперь начал понимать… — Фуко слушал Гису с раскрытым ртом. Словно тот был главным философом, которого ему не хватало, и открыл ему смысл жизнь…

«И как я сам раньше этого не осознавал…»

— Да. Иногда острота в жизни всем нам необходимо. Ведь без неё вкус не такой насыщенный. Но ты всегда должен понимать, когда следует остановиться.

— Спасибо тебе… — еле слышно проговорил Фуко. — То есть… получается, ты не просто так заставил меня поедать перец? Ты хотел преподать мне урок? Научить меня жизни?..

— Не совсем, — Гису поднялся и посмотрел на собеседника сверху вниз. — Это тебе напоминание, чтобы ты не обижал моих друзей. В следующий раз последствия будут куда плачевнее.

Закончил он и направился на выход.

— Погоди! — тут же выкрикнул Фуко. — Ты же обещал помочь мне!

— А разве я не помог? — удивленно уставился на него Хегай. — Обдумай всё на досуге. Разберись в себе. А потом принимай решение. Чего именно ты хочешь?

Гису уверенным шагом направился к выходу. На этот раз он не собирался останавливаться. А Фуко продолжил сидеть с раскрытым ртом и хлопать глазами. И лишь спустя время он словно бы ожил и начал улыбаться.

Глава 4

Лиза шагала быстрым, уверенным шагом, не обращая внимания на шум ночного города. Гул машин, редкие крики уличных торговцев, смех подвыпивших компаний, неоновые огни кафе, призывно мерцающие в темноте — всё это сливалось в единую, хаотичную картину, на которую ей было абсолютно плевать.

Навстречу шла пара: молодые, беззаботные, словно вырванные из другого, более лёгкого мира. Они держались за руки и смеялись так искренне, будто весь окружающий хаос не имел к ним никакого отношения.

Лиза не изменила шага, намеренно продолжая двигаться по той же дорожке, вынуждая их расцепить руки. Но они, похоже, даже не заметили этого — настолько были погружены в свой маленький, замкнутый мир, где не существовало ничего, кроме них двоих.

— Тц… идиоты…

Обычно девушка чувствовала раздражение при виде таких «голубков», но сегодня… сегодня она проворчала больше для вида. Потому что так было привычно. Потому что она не умела по-другому.

Лиза задумалась.

Несмотря на всю специфику её работы, раньше жизнь казалась простой. Тренировки, чётко поставленные цели, полное понимание того, что будет дальше. Всё было логично, всё имело смысл. Она знала, что делает и почему.

Но теперь… Теперь в её жизни появилась неопределённость. Раньше она не задумывалась, что жизнь можно прожить как-то иначе. Не думала, что когда-нибудь начнет сомневаться. И уж тем более не предполагала, что может привязаться к человеку.

— Привязаться? — вслух произнесла Лиза. — Пф… бред какой-то. Он всего лишь избалованный мальчишка. Всего лишь работа. Ничего более!

Наглая ухмылка Джисона всё чаще вставала перед её глазами. Только если раньше одно его появление вызывало у неё глухое раздражение и непреодолимое желание поставить его на место, то теперь… Теперь всё было иначе.

Она прикрыла глаза, глубоко вдохнула, но тёплая дрожь в груди не исчезла. Что-то изменилось. Где-то в этом насмешливом взгляде, в этой лёгкой небрежности, в дерзких словах, которые он бросал ей с таким вызывающим видом, появилось нечто, что выбивало из привычного ритма. Она сама не заметила, как начала ловить его присутствие, предвкушать их перепалки, ждать момента, когда снова увидит, снова услышит его голос. И это пугало её больше всего.

Лиза ускорила шаг и вскоре оказалась перед домом. И тут же ощутила странное напряжение.

Слишком тихо. Слишком темно.

Обычно Джисон оставлял хотя бы один источник света — тёплый свет ночника или приглушённую лампу в углу. С тех пор, как начал платить за счет. Но сейчас… сейчас весь дом был погружён во мрак.

Что-то не так. Во что этот идиот снова вляпался?

Она замерла у входа, прислушиваясь: ни шагов, ни голоса Джисона, вообще ни звука. Хотя нет… кажется, где-то вдали едва слышно играла тихая музыка. Странно, раньше такие мелодии в их доме не звучали.

Каждый инстинкт внутри неё напрягся.

Лиза медленно закрыла за собой дверь, поставила сумку и мягко сжала кулаки. Она сделала несколько осторожных шагов вперёд, пристально вглядываясь в темноту.

— Джисон? — её голос прозвучал тихо, но уверенно.

И снова тишина. Лишь плавная мелодия, все более отчетливо звучавшая со стороны кухни.

Не издав ни единого звука, Лиза плавно подошла к тумбочке. Её движения были точны, отточены годами до рефлексов.

Осторожно открыв верхний ящик, она едва заметным движением надавила на скрытую пластину двойного дна. Раздался чуть слышный щелчок, и её пальцы скользнули к холодной, обжигающе гладкой рукояти пистолета.

Она бесшумно двинулась вперёд, прижимаясь к стене и аккуратно заглядывая за угол, приготовилась к самому худшему. Но то, что она увидела, повергло её в полный ступор: посреди кухни, в самом её центре, стоял стол, накрытый на двух человек.

Свечи, аккуратно расставленные по краям, горели ровным, мягким светом, отбрасывая теплые блики на стол, накрытый с неожиданной тщательностью. Воздух наполнялся аппетитным ароматом специй и жареного мяса, смешанным с тонкими нотками свежей зелени. На тарелках дымились изысканные блюда: нежное мясо, пропитанное пряным соусом, гарнир из запечённых овощей с хрустящей корочкой, аккуратно разложенные ломтики свежего хлеба. От всего этого веяло уютом и каким-то странным, почти интимным ощущением заботы.

А у плиты стоял Джи Джисон — в белой рубашке с закатанными рукавами, небрежно прислонившись к столешнице. Свет лампы вырисовывал контуры его силуэта, делая черты лица ещё резче, а ухмылку ещё более дерзкой. Её раздражало это выражение, которое всегда будто насмехалось, бросало вызов. Ещё недавно она бы с трудом сдержалась, чтобы не врезать ему, но сейчас…

Сейчас вместе с привычной настороженностью в ней проснулось странное, щекочущее ощущение — любопытство.

— О… ты уже дома? — невинно протянул он, после чего заметил пистолет у нее в руке и добавил: — Дичь я уже завалил, так что твоя помощь мне не понадобится. Может, присядешь?

Лиза медленно опустила оружие. Мозг отказывался воспринимать происходящее.

— Что… За… Хер… Ня…? — по слогам произнесла она.

— Ужин? — с лёгким сомнением ответил он, будто сам не до конца был уверен в происходящем. — И надеюсь, что вкусный.

Она смерила его взглядом, затем посмотрела на свечи, на красиво сервированный стол, на какой-то подозрительно аппетитное мясо и обратно на Джисона.

— Кто ты и что сделал с Джисоном?

— Очень смешно, — он закатил глаза и, сняв фартук, жестом пригласил её к столу. — Я просто подумал, что ты заслуживаешь нормального ужина.

Лиза всё ещё не двигалась. Что-то было не так.

Джи Джисон — тот самый, который не мог сварить лапшу без пожара, который никогда бы в жизни добровольно не создавал романтическую атмосферу — вдруг вот так просто решил сделать ужин при свечах?

Да ну нафиг. Он явно что-то задумал!

— Ты что-то натворил, да?

— Чего? — удивился парень. — Нет!

— Ты уволился с работы? Перестал ходить на учебу? Скажи сразу, пока я не узнала это от кого-нибудь другого! Повздорил с Гису? — сузила глаза девушка.

Джисон закатил глаза и протянул:

— Может хватит быть настолько подозрительной? Давай просто сядем и отужинаем?

Она прищурилась ещё сильнее.

— Ну, хорошо…

Лиза медленно, с опаской, села за стол, затем взяла вилку, надрезала мясо, попробовала кусочек.

— Тц… и когда этот бездарный идиот научился нормально готовить⁈ — шепотом проворчала девушка.

— Что-что? — переспросил Джисон, но Лиза лишь мотнула головой и продолжила есть.

Спустя некоторое время, которое они провели в полном молчании, девушка откинулась на спинку стула и лениво потянулась к бокалу с вином.

— Должна признать, что ты смог меня удивить… — её голос звучал слегка насмешливо.

— Это был мой коварный план, — усмехнулся парень, сложив руки на груди. — Заставить тебя расслабиться и вызвать хотя бы каплю уважения.

Лиза фыркнула.

— Каплю — это максимум, на который ты можешь рассчитывать.

— Ой, да ладно тебе! Ты сама сказала, что тебе все понравилось.

— Еда мне действительно понравилась. А вот вся эта романтическая обстановка… она какая-то… слишком картонная?

Джи Джисон наклонился вперёд, чуть прищурившись.

— Ты, правда, считаешь, что я неспособен на что-то настолько приятное?

Лиза выдержала его взгляд, но потом отвела глаза, усмехнувшись.

— Ты единственный, кто знает, как выбесить меня одним лишь присутствием.

Он рассмеялся.

Лиза на секунду задержала взгляд на его лице.

Когда он так смеётся… он даже красивый.

Эта мысль вспыхнула неожиданно, и она тут же попыталась её отогнать. Да уж… после той прогулки по парку действительно что-то изменилось.

Но чёрт возьми…

Этот ужин.

Эта атмосфера.

Этот Джисон…

Болван!

* * *

Чан сидел на диване, лениво постукивая пальцами по подлокотнику, взгляд рассеянно скользил по экрану ноутбука. Перед ним была открыта поисковая строка, в которую он уже минут десять безуспешно пытался вбить хоть что-то осмысленное. Мысли путались, идеи казались бесполезными, и чем дольше он сидел в раздумьях, тем больше ощущал нарастающее раздражение.

Его первый опыт продажи брянских полуприцепов пусть и оказался удачным, но не давал никаких гарантий на будущее. Единичная сделка не означала стабильного спроса, к тому же сейчас его куда больше интересовало, как из разового успеха создать большой бизнес, построенный на импорте.

Чем больше он прокручивал в голове слова Юми, тем очевиднее становилась их правота. Это направление действительно выглядело очень перспективным. К тому же, Чану оно, похоже, пришлось по душе. Он до сих пор ощущал тот всплеск адреналина и переполняющее его чувство восторга после продажи первой партии полуприцепов. Вспоминал, с каким нетерпением ждал Гису, чтобы похвастаться собственным успехом. Как горели глаза, когда увидел первую заработанную крупную сумму.

Это были эмоции, которые невозможно было передать словами. Ощущения, которые теперь хотелось испытать вновь.

Поэтому Чан не просто собирался продать оставшуюся партию. Он хотел поставить это дело на поток, а затем расширить это направление, полностью сосредоточившись на импорте.

Продолжит ли он работать с русскими, Чан пока что не знал. Хотя если они принесли ему удачу в первый раз, то почему же не продолжить их взаимовыгодное сотрудничество? Об этом надо хорошенько подумать.

Но с чего начать?

Чан нервно потёр шею. Мысль о том, чтобы запустить что-то настолько масштабное, немного пугала его. В его голове крутились сотни вопросов: где найти покупателей, как наладить регулярные поставки, какие проблемы могут возникнуть?

«Если бы Гису был на моём месте…» — мелькнула мысль. — «Он бы, конечно, сразу понял, с какой стороны зайти. Хотя он в подобные проблемы залетает спиной вперед и решает их не глядя… Хм. Возможно, он уже провёл бы анализ, нашёл клиентов, выбил для себя лучшие условия. Гису умеет просчитывать ходы на несколько шагов вперёд.»

— Что ж… тогда попробуем думать, как Хегай. Что бы он сделал в первую очередь?

Для начала Чан открыл несколько вкладок с аналитикой по корейскому грузовому транспорту. Он изучал отчёты, которые смог найти в открытом доступе, просматривал списки компаний, сравнивал ценовые сегменты. Информации было очень много. Примерно этим же самым он уже начинал заниматься. Только вот сейчас Чан собирался изучить вопрос досконально.

Основными клиентами в Корее оставались логистические компании, строительные фирмы и аграрные корпорации. Проблема была в том, что крупные игроки уже работали с проверенными поставщиками и не торопились менять партнёров. Можно было бы провернуть такой же трюк, как и с первой партией прицепов, но далеко не факт, что у него получится снова.

К тому же, это все равно было не то. Такой подход работает только для разовых сделок. А Чану нужно наладить стабильные поставки. Сделать так, чтобы клиенты сами бежали к нему, предлагая пачки денег за его продукцию. Чтобы бизнес работал, как часы, без его прямого участия. А для этого нужно выстроить эффективную систему, которая не будет зависеть от случайных сделок.

— Как же сложно… — выдохнул парень и прикрыл глаза, чувствуя небольшое покалывание.

Спустя мгновение Чан рефлекторно потянулся к телефону, но пальцы застыли над экраном. Ему казалось, что стоит лишь набрать номер из своих старых знакомых, и он сразу получит чёткий план действий, несколько полезных контактов и решение проблемы. Но что тогда? Как именно просьба о помощи поможет ему вырасти и стать самостоятельным?

Нет. Не в этот раз.

Он убрал телефон, и сжав кулаки, решительно выдохнул. Это его дело. Его выбор. И он найдёт способ справиться сам.

* * *

Утро выдалось просто потрясающим!

Точнее, потрясающим был вечер, а утро было лишь приятным послевкусием. Отголоском чего-то лёгкого, тёплого, оставившего в душе необъяснимое ощущение счастья.

Джи Джисон довольно потянулся, сидя за своей партой на парах, расплываясь в улыбке. Вчерашний ужин прошел на удивление хорошо. Поначалу он не знал, чего от него ожидать, даже приготовился, что Лиза может отвесить ему парочку подзатыльников. Но теперь он убедился окончательно — эта девушка была ему небезразлична. Рядом с ней он чувствовал себя… настоящим.

Сын министра хотел бы сказать, что эта мысль напугала его. Что он чувствовал себя неуверенно, растерянно, но… нет. Это было приятно. Ему нравилось думать о Лизе.

А ведь раньше он никогда не испытывал ничего подобного к другим девушкам. Они были мимолётным развлечением, лёгким флиртом без обязательств, чем-то, что не задерживалось в его жизни дольше нескольких недель. Всё было просто, логично, без лишних сложностей. Но с Лизой… С ней всё иначе.

Пока преподаватель что-то объяснял у доски и расписывал оставшуюся часть, Джисон летал в облаках.

Парень потянулся к телефону и украдкой посмотрел на экран. После этого он бросил взгляд на преподавателя, чтобы убедиться, что тот и не видит. И быстро принялся набирать сообщение Лизе.

«Доброе утро. Как спалось⁈ Может, сегодня повторим свидание, но уже с прогулкой?»

Нажав «отправить», он улыбнулся и откинулся на спинку неудобного стула, ожидая ответного сообщения в стиле:

«Если там будет бесплатная еда или сериалы, то я согласна!».

Но… ничего не приходило. Прошло несколько секунд. Затем минута. Экран мигнул — сообщение прочитано. Но ответа не последовало.

— Странно… — Джисон нахмурился и еще раз перепроверил сообщение. — Может, она просто не в настроении? Или не выспалась?

Сын министра ждал. Долго ждал. Даже уже не обращал внимания на доску и преподавателя, который что-то там бормотал на фоне.

А затем перед глазами всплыло новое уведомление: «Этот контакт вас заблокировал».

— Что⁈ — не выдержал он и выкрикнул, чем привлек внимание почти всех однокурсников.

— Ты чего разорался? — прошептал кто-то за его спиной.

Но парень быстро прикрыл телефон рукой и принялся перечитывать сообщение снова. А потом ещё раз и ещё, пытаясь найти опечатку в словах. Но как бы он не старался, сложно было перепутать слова «Заблокировал» и «доброе утро». Слишком уж много там нужно было допустить ошибок.

— Она и правду меня заблокировала! — еле слышно проворчал он, пребывая в шоке.

Его глаза расширились, а в горле мгновенно пересохло. В груди образовалось что-то тревожное и тошнотворное. Неприятное такое чувство, от которого не так-то просто избавиться.

Этого не может быть. Лиза могла грубить, шутить, даже грозиться убить его, но блокировать? Зачем? Почему?

— Она решила перейти от рукоприкладства к новому виду моральных пыток? Бред какой-то!

Он снова уставился в телефон, затем раздражённо отбросил его в свою сумку, чтобы тот не отвлекал. Но не прошло и десяти секунд, как парень вновь достал телефон и перепроверил, не разблокировала ли она его.

Может это всё же шутка была такая?

— Глупость какая-то! Поговорю с ней лично. Да, точно! Лично. Так и сделаю!

— Да заткнись ты уже! — прозвучал всё тот же голос со спины. — Ничего не слышно из-за тебя.

Джисон хотел было резко развернуться и сказать пару ласковых этому идиоту, который возомнил себя кем-то важным. Но парень подавил этот порыв, понимая, что он как бы находится на занятиях.

Однако это многого ему стоило. Раньше бы он не задумываясь вступил в перепалку и сто процентов вышел бы из неё победителем. А сейчас ему это было не нужно и не важно… Важно было другое…

Кое-как дождавшись окончания занятий, перебарывая желание просто свалить пораньше, Джисон наконец-то выбежал из института и бегом направился на остановку.

Доехав до своей остановки, он выскочил из автобуса и так же почти бегом направился к дому.

Широко раскрыв дверь, он ожидал увидеть Лизу в гостиной, как обычно валяющуюся на диване, в непонятной позе, после которой у любого нормального человека отвалилась бы спина, и смотрящую сериалы по телевизору. Но её там не оказалось.

А телевизор был выключен.

Однако дом был не пустой.

За столом сидел Гису и с невозмутимым выражением лица попивал кофе из его кружки.

Глава 5

Джисон застыл на пороге, не зная, как реагировать на появление Хегая. Этот человек… Он уже вторгался в его жизнь. Так же внезапно. Так же не вовремя.

Правда, тогда всё было немного иначе: лёгкое, беззаботное существование, наполненное комфортом и свободой. Но Гису пришёл и перечеркнул всё. Вырвал его из привычной реальности, швырнул в бездну страданий, где боль стала единственным наставником.

И вот теперь он снова здесь.

Что? Мало было?

Но больше всего Джисона злило даже не это. Он понимал, что Лиза не просто так его заблокировала. Она исчезла. Исчезла из его жизни. И Джисон был уверен, что Гису приложил к этому руку.

— Где она? — голос его прозвучал холодно, но внутри всё кипело. — Где Лиза?

Хегай продолжал сидеть и с усмешкой смотреть на него. А спустя несколько секунд он вздохнул так, будто перед ним стоял не мужчина, а ребёнок, капризничающий из-за потерянной игрушки.

Джисону захотелось ударить его. Но он сжал зубы, ногти впились в ладони. Нет. Он не будет вести себя, как взбесившийся подросток. Но ответов он добьется. Чего бы ему это не стоило.

Создалось ощущение, словно Гису понял это. И спустя несколько секунд он заговорил:

— Её работа окончена, а других причин для того, чтобы остаться, у неё нет.

Сын министра на мгновение застыл, его дыхание перехватило.

Что?.. Нет.

Он не верил в это.

— Врёшь! — процедил он.

— Думай, как хочешь, — Гису пожал плечами. — Ты изменился, Джисон. Ты больше не тот самовлюблённый подонок, которого меня попросили изменить. Теперь тебе не нужны надзиратели. Ты свободен.

Свободен…? СВОБОДЕН⁈

Джисон стиснул зубы, а в груди закипала ненависть. Свобода — это когда у тебя есть выбор. Когда ты сам решаешь, куда идти.

А он?..

Что у него есть? Кто его спрашивал? Они снова взяли и приняли решение за него!

— Ты думаешь, я какой-то проект? — он почти прошипел, подходя ближе. — Вы с отцом держали меня на поводке, а теперь просто отпускаете, потому что решили, что я «готов»?

Гису улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то холодное.

— Ты можешь вернуться к себе домой. Здесь тебе больше нечего делать. Я не собираюсь изображать твою няньку или кого-то из родителей, — произнес он, не поведя и бровью. — Честно говоря, я бы вообще не стал связываться с тобой. Но твой отец попросил.

Вернуться? Домой? Сейчас это предложение звучало, как шутка. Как далекий сон, которые ему снова предлагают пересмотреть.

— Я не вернусь, — тихо проговорил Джисон, с трудом подавляя бурю внутри. Его плечи дрожали, но он держался. Пока держался.

Гису чуть наклонил голову, будто бы пытался изучить его.

— А куда ты денешься? — наконец произнес Хегай, понимая, что все козыри сейчас находятся в его руках. Он может и будет диктовать свои правила.

Только вот Джисон был с этим не согласен.

— Я не вещь, которую можно просто передавать из рук в руки!

— Нет, ты человек. Но и у людей есть своё место, — спокойно ответил Гису.

Его спокойная, расслабленная манера говорить невероятно бесила Джисона. Хотелось разбить эту маску невозмутимости. Хотелось сделать что-то, чтобы этот человек хоть на секунду потерял свой чёртов контроль!

Сын министра сжал кулаки, дыша прерывисто. Грудь сдавило, в висках отдавалось отчаянное напряжение. В один миг всё, во что он верил, всё, что стало для него точкой опоры — рухнуло.

Но он не сдастся. Он не позволит кому-то снова управлять собственной жизнь.

— Как мне её найти? — неожиданно спросил Джисон. — Я хочу увидеть Лизу.

Гису медленно поднялся и сделал несколько шагов. После этого он остановился и невозмутимо посмотрел на Джисона.

— Не стоит, — спокойно проговорил он. — Тебе не стоит в это лезть. Это может закончиться большими проблемами.

— Проблемами для кого? — Джисон сузил глаза. — Для тебя?

— Нет. Для тебя, — ответ прозвучал просто, без угроз, без лишних эмоций. Но это была правда. — Иногда лучше оставить всё, как есть.

Джисон ощущал, как гнев, бушевавший внутри, разгорался всё ярче, поглощая остатки здравого смысла. Его терпение лопнуло. В порыве ярости он схватил кружку со стола и с силой метнул её в стену. Фарфор разлетелся на десятки осколков, а звонкий треск прокатился эхом по комнате, словно отголосок его собственного разочарования.

Только вот Гису не дрогнул. Создалось ощущение, словно этот парень был готов ко всему. К чему угодно…

Джисон стоял, тяжело дыша, сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки. Затем, словно приняв окончательное решение, он резко развернулся и вышел, сотрясая комнату оглушительным хлопком двери.

Он больше не позволит никому управлять его судьбой. Теперь только он решает, как жить.

Ни отец.

Ни Гису.

Ни кто бы то ещё.

Только он сам.

И первым делом он найдёт Лизу.

* * *

Фуко сидел на том же месте, где всего несколько минут назад Хегай буквально размазал его по полу. Но теперь он уже не кипел от злости, а скорее… переваривал всё.

— Что, чёрт возьми, сейчас вообще произошло? — прошептал он, пытаясь совладать со своими эмоциями.

Оказалось, что Пак даже не в курсе, что ему вставляют палки в колеса. Какой же удар по самолюбию… А ведь он так долго считал Йонга своим заклятым врагом! Тратил время, строил козни, придумывал хитрые схемы, а тот просто… жил своей жизнью, не обращая на него никакого внимания. Для него это было обычной обыденностью. Что-то не значащее, на что не стоит обращать внимание.

И что в итоге?

Фуко скормил бомжам сосиски, заказал фальшивую проверку и даже нанял каких-то мутных типов, чтобы те устроили драку у фургона… а Пак… он даже не прочувствовал возникших проблем.

А теперь ещё и Гису унизил его, заставив жрать долбанные перцы. Причем столько, что у него до сих пор язык горел и пульсировал, как дискобол на рейве. Фуко схватил стакан воды, залпом выпил и тут же сплюнул обратно.

— Чёртов перец! — он вытер губы рукавом.

И ведь даже друзья у Пака были в десятки раз лучше. Тот же Хегай не раздумывая наказал его и дал понять, что лучше не стоит испытывать свою удачу, пытаясь испортить жизнь его друзьям.

Мысли Фуко скакали хаотично.

Что теперь? Забить? Отступить? Признать поражение? Нет.

Он резко вскочил и принялся вышагивать по комнате.

Если старый план не работает, значит, нужен новый.

Парень взял телефон, открыл заметки и быстро написал:

«Новая стратегия поражения Пака. Теперь честная.»

— Пункт первый: Больше никаких подлых пакостей. Это детский сад. Время стать взрослым!

— Пункт второй: Если хочешь победить врага — переиграй на его же поле.

— Пункт третий: Тебе нужна собственная гениальная бизнес-идея.

— Пункт четвёртый: Ты должен быть круче Пака. Никакого нытья!

Он вздохнул и посмотрел в потолок.

— С этим, вроде как, определились… Теперь нужно понять, что я вообще умею?

Деньги у него были. Голова на плечах тоже имеется, хоть родители в этом и сомневались. Значит, нужно придумать бизнес, который будет круче чертовых фургончиков Пака.

Фуко начал лихорадочно прокручивать в голове все варианты:

— Кофейня? Нет, их тысячи. Ресторан? Слишком сложно. Продажа элитных перцев чили? НЕТ.

И тут его осенило. Он резко подался вперёд, загоревшись новой идеей.

— Раз Пак продаёт хот-доги, то я создам что-то настолько крутое, что его фургончик покажется вчерашним днём!

Это будет не просто еда… Это будет шоу!

Фуко схватил телефон и начал строчить в заметках:

'Линия фуд-траков, которая всех покорит!

Киберпанковый стиль — неоновая подсветка, технологичный дизайн, всё должно быть ультрасовременным!

Гастрономическое шоу — повара готовят прямо перед клиентами, крутя ножи и делая фаер-шоу. Хотя-я-я—.. ладно, без фаер-шоу, а то ещё загорится что-нибудь.

Меню будущего! Авторские рецепты, всё необычное и трендовое.

Агрессивный маркетинг — я не просто продам еду, я сделаю так, чтобы все говорили только о моём бизнесе!'

Фуко широко улыбнулся.

— Вот оно… вот как я его переиграю!

Пак был хорош. Но Фуко будет лучше. Он размахнулся и хлопнул по столу, от чего стакан с остатками воды перевернулся и разлил всё содержимое ему на колени.

— Чёрт!

Вроде все хорошо, но где изюминка? Фуко задумался и потёр губы… которые всё ещё горели от проклятых перцев.

И тут его осенило. Есть же!

— Перцы… испытание… челлендж…

Это был ключ! Острые перцы сделали его слабым… но что если они сделают его сильным?

— Люди любят вызовы, любят проверять себя! Они хотят острых ощущений в буквальном смысле!

Фуко схватил телефон и начал строчить новую заметку:

Сеть «Острые Пряности»!

— Концепция: ресторан быстрого питания, где главное не просто поесть, а пройти испытание!

— Меню: от умеренно пряных блюд до экстремально жгучих, которые выдержат только самые стойкие!

— Челлендж: если клиент проходит испытание и съедает самое острое блюдо без слёз — он получает почётный статус «Железное Небо» и скидки на месяц!

— Виртуальная стена славы: фото всех победителей плюс стримы их мучений в соцсетях!

— Специальные бонусы: отдельный ВИП-зал с блюдами, которые доступны только тем, кто прошёл хотя бы три уровня испытаний.

Фуко всё больше распалялся. Это идеально! Это не просто ресторан — это способ заявить о себе всему миру!

Кто угодно может продавать хот-доги. Но не у каждого хватит духу съесть «Пылающее испытание»!

Он использует ту самую пытку, которую устроил ему Гису, в свою пользу!

— Ахахаха! — Фуко запрокинул голову и рассмеялся.

Гису хотел унизить его? Сделать посмешищем? А в итоге дал ему золотую идею!

Теперь Фуко не будет жалкой тенью Пака. Теперь он будет тем, у кого захотят учиться другие!

Сеть «Острые Пряности» захватит этот город… а потом и весь мир!

Фуко поднял кулак в воздух, представляя, как его имя будет на первых полосах новостей:

«Молодой бизнесмен бросил вызов самому вкусу! Новый тренд — испытание остротой!»

А потом он представил лицо Пака, который увидит очередь к его заведению, и широко ухмыльнулся.

— Ну что, Пак… скоро твои хот-доги станут просто детской едой.

Он схватил куртку и выбежал из квартиры полный решимости.

Фуко больше не играл в детские игры. Теперь он властвовал над перцем!

* * *

В глубине переулков Каннама, вдали от неонового блеска и шумных толп, прятался «Синий Лотос» — заведение для тех, кто ценил тишину, конфиденциальность и умение решать вопросы без лишних свидетелей. Здесь не было кричащих вывесок, дежурных официантов с искусственными улыбками или громкой музыки, заглушающей разговоры. Только темные стекла, строгий минималистичный дизайн и безупречные охранники, чье присутствие ощущалось, но не бросалось в глаза.

Клиенты этого места понимали: сюда приходят не для того, чтобы развлекаться, а для того, чтобы договариваться. Здесь звучали предложения, не отраженные в официальных документах, и принимались решения, которым не суждено было попасть в сводки новостей.

Когда Дикий Топор переступил порог, его тут же встретила девушка-менеджер. Уверенные, но мягкие движения, профессиональная улыбка, вежливый, но холодноватый взгляд — она была частью этого заведения и идеально вписываясь в его атмосферу. Без лишних слов она жестом пригласила его следовать за собой, скользя меж столиков, где сидели люди, привыкшие к сделкам, решавшим судьбы.

Воздух в зале был густым: насыщенным ароматами выдержанного виски, легкого табачного дыма и дорогого дерева. Здесь не кричали и не суетились, а говорили тихо, но веско.

В дальнем углу вип-зала, за полупрозрачными шторами отдельной кабинки, его уже ждал Квон Сан Чжин — заместитель Министра инфраструктуры и транспорта. Человек, чье имя довольно часто звучало в высших эшелонах власти. Он не был тем, кто назначает встречи без причины. Сам факт приглашения говорил о том, что ситуация вышла за рамки обычных неприятностей.

Квон выглядел напряженным. Крупный мужчина в идеально сидящем темно-синем костюме, с дорогими запонками и часами, которые стоили больше, чем целая квартира в центре Сеула. Его взгляд был тяжелым, губы плотно сжаты. Пальцы нервно отбивали по столу едва слышный ритм, но стоило ему услышать шаги, как он тут же взял себя в руки.

Перед ним стояла бутылка двадцатипятилетнего виски. Исключительный напиток для исключительных случаев. Но его бокал, наполненный до половины, оставался нетронутым.

Квон поднял глаза, встретившись взглядом с вошедшим.

— Бо Рам Сон… — голос его был ровным, но напряжение все же прорвалось в паузе между словами. — Спасибо, что нашли время… и пришли.

Дикий Топор медленно сел напротив, закинув руку на спинку дивана, будто просто наслаждался вечером.

— Вы назначили встречу, значит, у вас проблемы.

Он не спешил говорить, позволяя собеседнику самому перейти к сути.

Квон слегка кивнул, сцепил пальцы, наклонившись вперед.

— Да. И я надеюсь, что вы мне поможете, — он сделал короткую паузу, затем процедил сквозь зубы. — Сегодня ночью у меня украли коллекцию машин. Дорогих машин.

Дикий Топор чуть приподнял бровь.

— Из вашего официального парка?

Квон поморщился, будто вопрос заставил его ощутить физическую боль.

— Нет… — его голос стал чуть тише. — Гараж был неофициальный. Там хранились автомобили, купленные… не совсем прозрачным способом.

Дикий Топор понимающе кивнул.

— Черная бумага. Я понимаю, о чем вы… — ответ был немым. Едва заметный кивок. — Поэтому в полицию вы обратиться не можете, — Бо Рам Сон взял бокал с виски, покрутил его в руке, наблюдая, как жидкость медленно скользит по стеклу. Затем снова посмотрел на Квона. — Сколько машин?

Чиновник глубоко вдохнул.

— Двенадцать. Феррари, Ламборгини, Макларен,. Там даже Бугатти Вейрон был.

В этот момент Дикий Топор присвистнул.

— Дорогая пропажа. Я бы тоже расстроился.

Квон сжал кулак, постукивая им по столу.

— Дело не совсем в машинах. Точнее… конечно же, в них. Но! Как они узнали о гараже?

Бо Рам Сон пожал плечами и продолжил смотреть на собеседника. В то время, как тот продолжал говорить:

— И я не знаю, — его губы его сжались в тонкую линию. — Там был полный контроль доступа. Только мои проверенные люди знали об этом месте. Даже не представляю, как информация могла просочиться. Взломали и вывезли все за считанные минуты. Камеры отключили.

Дикий Топор покачал головой.

— Работали профессионалы.

— Я тоже так думаю, — Квон посмотрел прямо в его глаза. — Вот почему я пришел именно к вам.

— Хотите, чтобы я нашел этих угонщиков?

— И вернул машины.

Дикий Топор задумчиво потер подбородок.

— Непростая работа…

— Я это понимаю.

— И что я с этого получу?

Квон медленно усмехнулся, словно предвкушая этот вопрос.

— Я человек влиятельный. Если вы поможете мне, то и я помогу вам. Финансирование, политические связи… что угодно. В долгу я не останусь.

Дикий Топор взял небольшую паузу. Учитывая нынешний статус, он старался не ввязываться в непонятные дела, но сейчас… предложение было слишком заманчивым, так как он как никто другой понимал, на что именно способен этот человек. Но по-другому и быть не могло. Иначе Бо Рам Сон, в принципе, не пришел бы на эту встречу.

Наконец, он поставил бокал на стол и коротко кивнул.

— Хорошо, я попробую.

Квон Сан-Чжин медленно выдохнул, впервые за весь разговор позволил себе хоть на мгновение расслабиться.

Дикий Топор вышел из ВИП-зала и направился к одной из пустующих кабинок в конце коридора. Место было надежное: звукопоглощающие стены гарантировали, что ни один разговор не выйдет за пределы этих четырех стен.

Он сел, вытащил телефон и принялся обзванивать старые связи. Одного за другим.

— Чон Гу, ты что-нибудь слышал про угон спорткаров прошлой ночью?

— Нет, брат. Если бы что-то такое провернули, я бы знал.

Следующий номер.

— Сонгмо, не твоя работа?

— Ты издеваешься? Машины такого уровня скупают только через крупные каналы, а их я не видел.

И снова.

— Чан Хо, есть информация?

— Даже не слышал об этом. Кто-то сделал это очень тихо.

Пять звонков. Десять. Четырнадцать. Результат один и тот же — тишина. И вот это уже было странно.

Обычно подобные кражи не проходили незамеченными. Даже если за дело взялись профессионалы, хоть один слух, хоть одна утечка должна была всплыть в криминальных кругах. Но сейчас пустота, будто машины просто растворились в воздухе.

Догадка о том, что за кражей стояли неизвестные профессионалы, окончательно утвердилась. Но хуже всего было то, что они не имели ни малейшей связи с преступным миром Сеула — ни слухов, ни следов, ни намеков на их присутствие. Будто они появились из ниоткуда и также бесследно исчезли.

Но упускать такой шанс тоже было бы глупо.

Когда он вернулся, Квон Сан Чжин все так же сидел за столом, но теперь он выглядел еще более напряженным. Его бокал виски оставался нетронутым, хотя по напряженному взгляду было видно: хотелось бы уже опрокинуть его одним махом.

— Ну? — Квон посмотрел на Дикого Топора с легкой надеждой.

— Ничего.

В глазах чиновника мелькнуло непонимание.

— Как это ничего? Что это значит?

— То и значит. Я проверил всех, кого мог. Никто не знает об угоне. Никто даже не слышал о таком деле. А это значит, что здесь работает совсем другой уровень.

Квон шумно выдохнул и откинулся на спинку дивана.

— Вы хотите сказать, что не сможете мне помочь?

Дикий Топор чуть наклонился вперед, глядя прямо в глаза чиновнику.

— Я — нет, — он достал телефон, набрал в контактах нужный номер, потом медленно перевернул экран к Квону. — Но есть человек, который может.

Чиновник прищурился, посмотрел на имя в телефоне.

— Гису Хегай? А это еще кто такой?

Глава 6

После ухода чиновника Дикий Топор еще какое-то время оставался в Вип-зале. Он сидел в полутемном помещении и задумчиво покручивал в руке бокал с виски, к которому так и не притронулся. В его голове крутились два вопроса:

Первый — стоило ли так разбрасываться номером Гису? Парень он непростой, с характером, может и послать этого Квона к чертовой матери. Но чем дольше Топор размышлял, тем очевиднее становился ответ: выгода перевешивает все риски. Квон теперь у него в долгу, и этот долг еще сыграет свою роль, когда придет время.

Но вот второй вопрос волновал его куда сильнее. Кто эти отморозки, которые посмели провернуть такое дело в Сеуле, не спросив ни у кого разрешения? Еще и сделали все настолько тихо, что ни один из его контактов даже не слышал о случившемся.

Машины такого класса не исчезают случайно. Бо Рам Сон мог пересчитать по пальцам тех, кто способен провернуть такую операцию в его городе. Причем сделать это чисто и без шума. И ни один из них не имеет к этому делу никакого отношения. Он говорил с каждым, а они не настолько тупы, чтобы лгать Дикому Топору.

Вывод из этого был только один — заказ принял кто-то из чужаков.

И если это действительно залетные, то либо кто-то дал им добро, либо они настолько безмозглые, что сами не поняли, во что вообще вляпались.

Какого хрена вообще происходит⁈

Сеул всегда жил по своим правилам. Если кто-то хотел работать в этом городе, то он сначала узнавал, кто здесь хозяин, затем спрашивал у него разрешение, а уже потом принимался за дело! Но теперь какие-то отморозки решили, что могут просто прийти и взять, что им хочется⁈

— Хм… смертники…

Дикий Топор сжал в руке бокал, отчего по его стенкам пошли трещины. Еще мгновение, и он был лопнул в руках бандита. В его груди поднималась ярость — горячая, глухая, обволакивающая.

Таких нужно осаживать сразу. Жестко. Показательно. Так, чтобы у остальных не осталось ни малейших сомнений, кто именно управляет городом. И как только Гису выйдет на их след — а в этом Дикий Топор не сомневался ни на секунду — он займется ими лично.

А пока дело не двинулось дальше, нужно было убедиться, что все идет по плану. Бо Рам Сон не привык оставлять важные вопросы на волю случая, поэтому тут же набрал номер Гису, чтобы лично убедиться, что тот возьмется за работу.

Хегай поднял трубку на третьем гудке.

— Слушаю.

— Здарова, малой. Тут дело есть…

— Я весь во внимании.

— В ближайшее время к тебе обратится один очень важный человек. Его зовут Квон Сан Чжин, и он заместитель министра по инфраструктуре.

— Звучит действительно важно, — с легкой усмешкой ответил Гису. — И чего от меня хочет целый замминистра?

— У него возникла очень деликатная проблема, решить которую нужно в очень короткие сроки. Я подумал, что такое дело может тебя заинтересовать.

— Может и заинтересует. А в чем суть вопроса?

— Угон коллекции спорткаров. Двенадцать люксовых машин, всё исчезло за считанные минуты. Чисто, без следов.

На другом конце провода повисла короткая пауза.

— Признаться, удивлен, что с этим вопросом ты обращаешься именно ко мне. Разве…

— В этом и сложность, — перебил его Дикий Топор. — Мои связи ничего не дали. Никакой информации.

Гису присвистнул.

— Если честно, не хотелось бы связываться с мутным чиновником…

— Почему сразу мутным?

— Потому что другой не смог бы позволить себе целую коллекцию спорткаров.

Дикий Топор усмехнулся.

— Не думал, что ты такой принципиальный. Но уж будь добр, выслушай человека. Он, скажем так, может быть очень полезным в будущем.

Некоторое время с той стороны трубки было молчание, после чего Гису ответил:

— Хорошо, Дикий Топор, я тебя понял.

* * *

Гулкий звук шагов разносился по пустому пространству, разбиваясь о бетонные стены. Тусклые лампы под потолком бросали резкие тени, делая ангар похожим на холодный склеп. Еще вчера здесь стояла коллекция машин стоимостью в десятки миллионов долларов, сегодня же ничего не осталось.

Квон Сан-Чжин стоял в стороне, скрестив руки на груди, и с каждой секундой раздражался все больше и больше. Он ожидал, что на встречу приедет солидный человек, специалист с опытом, а вместо этого перед ним стоял какой-то молодой, нахальный пацан, который вёл себя так, будто именно он тут хозяин положения.

Губы чиновника сжались в тонкую линию, взгляд стал тяжелым и напряжённым. Он привык, что люди перед ним стараются держать ровную спину и подбирать слова, но этот даже не попытался сделать вид, что испытывает к нему уважение. И это бесило.

Гису же, напротив, выглядел расслабленно. Медленно двигаясь по ангару, он с любопытством осматривался, будто просто заглянул сюда случайно, по дороге в какой-нибудь бар. Его пальцы лениво скользнули по гладкому металлу ворот, затем он глубоко вдохнул и, наконец, повернулся к Квону.

— Вы сказали, что пользовались гаражом три года. И все это время его местоположение держалось под строгим секретом?

Квон выдохнул. Его терпение и так было на пределе, а пацан даже не думает приступать к поискам!

— Да. Никто посторонний не знал о его существовании.

Гису прищурился, глядя на него так, будто тот только что сморозил полную чушь.

— Никто, кроме вас и тех, кто следил за этими машинами.

— Я же сказал: никто не имел доступа!

— Правда? — усмехнулся Гису, медленно подойдя на пару шагов. — То есть вы хотите сказать, что сами ухаживали за этими машинами, сами привозили сюда и сами проводили им техобслуживание? Ну вы даете, конечно. Даже не думал, что наши чиновники такие трудоголики.

Квон стиснул зубы, но ответил честно:

— Нет. У меня были люди. Но они проверенные.

— «Проверенные», говорите… — протянул Хегай. — Слушайте, а вы всегда такой доверчивый, или это побочный эффект от работы в правительстве?

Квон нахмурился, а потом решил, что хватит с него этого цирка.

— Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? — прорычал чиновник.

Гису приподнял брови, потом нарочито медленно оглядел его с головы до ног, будто решая, стоит ли вообще с ним разговаривать.

— Если честно, не особо интересовался вашим статусом, — не моргнув глазом, соврал Гису.

Чиновник нахмурился еще сильнее.

— Я заместитель министра инфраструктуры и транспорта Кореи. Я не привык, чтобы со мной так разговаривали!

Гису усмехнулся, затем достал из кармана телефон, быстро что-то вбил и повернул экран к Квону.

— Вы внимательно смотрите? — Гису развернул экран телефона к чиновнику, демонстрируя активный заказ. — Это номер такси, которое приедет за мной через десять минут.

Он сделал паузу, лениво скользнув по чиновнику взглядом, а затем с лёгкой усмешкой продолжил:

— Так что у вас всего два варианта. Либо вы отвечаете на мои вопросы, мы обсуждаем цену и начинаем работу, либо каждый из нас идёт по своим делам. Вы — в полицию, где подробно расписываете, каким чудесным способом заработали на свою коллекцию. А я — в кофейню, которую заприметил сегодня утром.

Гису чуть наклонил голову, будто размышляя:

— Какой вариант вам ближе?

Квон сжал кулаки, его лицо пошло красными пятнами от злости.

— Если бы не твой… покровитель, ты бы не позволил себе такой тон.

Гису посмотрел на него с легкой усмешкой, покачав головой.

— Топор? Думаю, вы неправильно поняли наши отношения. Он мне не покровитель, а всего лишь человек, которому я когда-то оказал услугу.

Он сделал неспешный шаг вперед, его взгляд оставался спокойным, но в нем читалось предупреждение.

— И кажется, вы несколько неверно расставляете приоритеты. Это не я нахожусь в положении, требующем уступок. Это вы оказались в ситуации, которую не можете решить без посторонней помощи.

Гису чуть наклонил голову, будто оценивая собеседника.

— Поэтому, возможно, стоит пересмотреть тон общения. В конце концов, если мы действительно хотим прийти к результату, лучше отбросить лишние эмоции и говорить по существу.

Квон шумно выдохнул, проглотив раздражение. Он не мог себе позволить хлопнуть дверью, так как других вариантов найти свои машины попросту не было.

— Ладно, — выдохнул чиновник. — Что тебе нужно знать?

Гису одобрительно кивнул.

— Вот так-то лучше, — он медленно двинулся по ангару, разглядывая стены, следы на полу, будто пытался сложить в голове пазл. — Назови всех, кто знал про это место.

— Я уже сказал — никто.

— Кроме тебя. И твоего водителя. И механика. И охранников. И…?

Квон раздраженно выдохнул.

— Иногда сюда приезжал мой дилер. Он привозил продавцов, если надо было посмотреть машину перед покупкой.

Гису кивнул, как будто ожидал этого ответа.

— Сколько раз он это делал?

— Не больше двух-трех.

— И вы уверены, что эти продавцы ушли, ничего не запомнив?

Молчание. Неловкое, тяжелое, многозначительное.

— Понял.

Гису медленно присел на корточки и провел пальцами по бетону. Он задумчиво потер кончиками пальцев то, что успел заметить, затем выпрямился и посмотрел на Квона с выражением, в котором скользнуло легкое любопытство.

— Вы говорили, что машины угнали вчера ночью?

— Да. Камеры отключили, сигнализация не сработала.

Гису медленно выдохнул, прикидывая в уме схему.

Как работают такие угоны?

Первый шаг — наводка. Никто не крадет спорткары просто так. Это не корыто, которое можно с легкостью перегнать через границу и продать по запчастям. Такие машины заказывают заранее. Значит, информация о них уже давно утекла.

Второй — проникновение. Камеры отключены, сигнализация молчала — это не любительский налет, это кто-то, кто точно знал, как устроена система безопасности.

Третий — логистика. Долго держать такие машины в городе нельзя. Их либо перегоняют за границу, либо прячут в надежных местах. Но если это профессионалы, они уже нашли покупателей и не будут тянуть.

Значит, времени почти не осталось.

Гису хмыкнул, смахнул что-то с пальцев и, наконец, снова посмотрел на Квона.

— Я могу это сделать.

Квон шумно выдохнул, впервые за всю встречу его лицо немного расслабилось.

— Отлично. Тогда…

— Но есть одно «но». Я работаю за ответную услугу.

Чиновник снова напрягся. Одно дело Дикий Топор, у которого есть репутация. Темная, но все же репутация. А этот пацан… быть в долгу у такого человека Квон точно не хотел.

— Я готов заплатить пятьдесят миллионов вон.

Гису посмотрел на чиновника и широко улыбнулся.

— Всего пятьдесят миллионов? — Гису слегка приподнял бровь, словно его действительно удивила такая сумма. — Мне кажется, только колеса на ваших машинах стоит дороже.

Он ненадолго замолчал, словно раздумывая, затем с легкой улыбкой продолжил:

— Но суть даже не в деньгах. Деньги — это лишь ресурс. Сегодня у вас их достаточно, а завтра может стать еще больше. Они приходят и уходят. А вот связи… — Гису сделал едва заметный жест рукой. — Ими просто так не обзавестись. Это совершенно другая валюта, и человек вашего уровня прекрасно это понимает.

Квон нахмурился.

— Ты что? Хочешь, чтобы я работал на тебя?

— Нет конечно, — Гису чуть склонил голову, будто задумавшись. — Но когда мне что-то понадобится, вы не будете задавать вопросов и просто сделаете, что я скажу.

Квон молча смотрел на него.

— Ты понимаешь, что требуешь?

— Разумеется.

Чиновник сжал кулаки, но выбора у него не было. Он выдохнул и нехотя кивнул.

— Ладно.

Гису ухмыльнулся довольный.

— Вот и прекрасно. Тогда приступим? Тем более, что я, кажется, уже знаю, с чего начать…

Когда все вопросы были улажены, Гису вернулся к тому месту, где прежде заметил едва различимый серый налет с тонким металлическим блеском. Он цеплялся к коже при малейшем прикосновении, оставляя после себя маслянистый след. Текстура казалась странной — слишком гладкой, почти невесомой, но это точно была не обычная пыль.

Гису поднес руку ближе, вдыхая запах. Почти ничего. Чистый состав, без сильных примесей.

— Что же ты такое…

Подобную штуку не встретишь в обычном гараже, да и на полу подобные пятна просто так не появляются. А значит, ему срочно нужна консультация человека, который хорошо разбирается в этом вопросе.

Он вытащил телефон и, открыв список вызовов, быстро нашел номер Йонг Пака.

Его семья давно и уверенно держала рынок сельскохозяйственной техники, коммерческих автомобилей и всего, что можно назвать «грузом на колесах». Если кто-то и знал все тонкости перевозки машин, то именно они.

Гису нажал вызов.

— Алло! Привет, Гису, как дела?

Голос Пака звучал, как обычно, спокойно, уверенно и с небольшой ноткой любопытства.

— Йонг, мне нужен эксперт по перегонке автомобилей. Срочно.

На том конце провода на мгновение повисла тишина, потом послышался короткий смешок.

— Ты решил угнать тачку и не позвал нас с собой?

— Йонг.

Гису не поднимал голос, но этого и не требовалось.

— Ладно-ладно, погоди. Сейчас все сделаю.

— Жду.

Спустя несколько минут на телефон Гису упало сообщение от чиновника со списком всех, кто имел доступ к этому гаражу за последние три года. По всему выходило, что кто-то из них и есть та самая утечка. Выйдет на него — найдет угонщиков. Найдет угонщиков — найдет тачки. Найдет тачки — появится еще один должник. А это хорошо…

Хегай переслал это сообщение Дикому Топору и уже от себя добавил:

«Пробей всех из этого списка. История, связи, криминальный след, счета. Особенно последние три месяца. Нужны любые странные движения».

Ответ пришел почти мгновенно.

«Ожидай».

Гису убрал телефон, скрестив руки на груди. И в этот момент его телефон снова завибрировал. Йонг сработал очень быстро.

«Контакт — Хён. Он уже в курсе. Окажет полное содействие».

Гису тут же набрал номер и, жестом показав Квану, что здесь он закончил, направился к выходу.

— Алло, это Гису Хегай.

— Добрый день! Господин Пак предупредил, что вы позвоните.

— Хён, скажи мне, что используют для консервации машин перед транспортировкой?

— Вы про защитные покрытия?

— Допустим.

— Обычно это спрей или специальная пленка, чтобы при перевозке не было царапин. Но такую штуку не используют, если просто перегоняют машины по городу. Это делают, если груз отправляют куда-то далеко.

— Дай угадаю, он оставляет серый налет с тонким металлическим блеском?

— Д-да…

Гису усмехнулся. Вот оно.

— Спасибо за помощь, — поблагодарил Гису, после чего сбросил вызов и ещё раз посмотрел на пятна на полу.

Машины все-таки готовили к отправке. А это значит, что времени у них еще меньше, чем предполагалось. Нехорошо…

Гису вышел из ангара и быстрым шагом направился к дороге. В лицо ударил холодный ночной воздух, но он не обратил на это никакого внимания. Такси уже ждало у обочины.

— Куда? — спросил водитель, едва он сел в машину.

— Бар «Синий Лотос».

Таксист молча кивнул, и машина тронулась с места, мягко вливаясь в поток ночного города.

Гису откинулся на спинку сиденья, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, прикрыл глаза и задумался.

Времени почти не осталось.

Как только он выйдет на след угонщиков, ему понадобятся люди, которые смогут убедительно объяснить этим идиотам, какую именно ошибку они совершили. А для этого ему понадобятся люди Дикого Топора.

Задача Хегая найти этих угонщиков, а не вершить над ними правосудие. Этим пусть занимаются специально обученные для этого дела люди. И это он сейчас не про полицейских.

Но не успел Гису проехать и половину маршрута, когда его телефон завибрировал.

— Неужели ты так быстро пробил весь список? — хмыкнул парень, принимая звонок Бо Рам Сона.

— Мои люди уже работают. Но касательно дилера… — голос Топора стал тяжелее, будто он смаковал новость. — Уже есть кое-какие результаты.

Гису открыл глаза, глядя на отражение неоновых вывесок в стекле.

— Что там?

Топор выдержал театральную паузу, после чего с видимым удовольствием произнес:

— Человек с точно таким же именем, возрастом и даже пропиской работает на семью Пак. Который Пак Вон Шик, естественно. Причем не просто работает, а занимает очень высокую должность. Вот и подумай хорошенько, кто именно может стоять за этим угоном…

Глава 7

Фуко широко распахнул двери в здание администрации и уверенно зашагал по коридору. В груди кипела решимость, на лице играла самодовольная ухмылка. Сегодня был первый шаг к его будущему триумфу!

Он вошёл в кабинет, на табличке которого значилось: «Отдел аренды муниципальных земель под торговлю». Внутри помещения было тихо, пахло бумагами и застарелым кофе, а за столом сидел мужчина средних лет. Типичный чиновник с неестественно вежливым выражением лица и тем самым взглядом, который говорил: «Я на этой работе уже десять лет и собираюсь просидеть ещё столько же».

Губы Фуко растянулись в вымученной улыбке. Он презирал таких людей: трусливых, продажных, готовых прогнуться перед любым, кто сунет им пару банкнот. Обычно парень не скрывал своего отвращения, но сегодня… Сегодня ему нужен был результат. И ради этого он был готов переступить через собственное брезгливость и вести дела даже с подобным отребьем.

Он подошёл к столу, молча вытащил планшет, включил экран и плавным движением развернул его к чиновнику. Затем он опустился в кресло, неспешно, с явной демонстрацией превосходства закинул ногу на ногу и откинулся назад, будто сидел не в кабинете администрации, а в собственном офисе, где все обязаны его слушаться.

— Мне нужна земля под аренду. Список участков прямо перед вами. Все должно быть оформлено быстро и без лишней волокиты.

Фуко с уверенностью посмотрел на чиновника, ожидая, что тот моментально примется за работу. Тот в свою очередь поправил очки, пододвинул планшет поближе и внимательно изучил предоставленный список.

— Столько участков… господин, вы уверены, что вам нужно так много?

Одной из отличительных черт таких работников была невероятная чуйка. Они прекрасно понимали, с кем и как можно разговаривать. Поэтому, когда Фуко чуть ли не с ноги ворвался в этот кабинет, чинуша даже не думал возмущаться, а сразу же принял правила игры. Хочешь получить прибыль — еще не так раскорячишься…

— Абсолютно, — Фуко усмехнулся. — Размах — это важно. Я не собираюсь открывать небольшую сеть ларьков с бабушкиными пирожками. Мне нужен масштаб!

Чиновник кивнул, после чего неторопливо подвинул к себе клавиатуру и начал копаться в базе данных.

Фуко терпел несколько минут, после чего начал нервно постукивать пальцем по столу.

— Почему так долго?

— Господин, муниципальные земли — штука серьезная, — с мягкой, дежурной улыбкой ответил чиновник, даже не подняв глаз. — Здесь всё оформляется согласно правилам. Проверка данных занимает некоторое время.

Фуко страдальчески закатил глаза, но продолжил терпеливо ждать. Спустя несколько минут, чиновник наконец оторвался от экрана.

— Нашёл.

Фуко тут же подался вперёд, уперев руки в стол.

— Ну?

Чиновник поправил очки, снова глянул на экран, а затем с некоторым сожалением произнес:

— К сожалению, господин, все эти участки уже заняты.

Фуко замер, его взгляд сузился.

— Что значит заняты? Я был как минимум на трех участках из этого списка и там точно ничего нет!

Чиновник неловко прочистил горло, будто предчувствуя реакцию.

— Они уже арендованы господином… господином Йонг Паком.

Молчание. Фуко медленно откинулся на спинку стула. Губы исказила напряжённая ухмылка, а выражение глаз не обещали ничего хорошего.

— Что ты сейчас сказал?

Чиновник слегка поёрзал на месте, но продолжил тем же ровным, спокойным тоном.

— Господин Пак оформил аренду ещё несколько месяцев назад. Все земли, которые вас интересуют, теперь принадлежат ему.

Фуко медленно вдохнул, выдохнул, сцепив пальцы в замок.

— Это значит, что я не могу их арендовать, верно?

— Именно так, господин.

В воздухе повисло напряжение. Фуко наклонился вперёд, а на лице читалась едва сдерживаемая ярость.

— Слушай, я понимаю, что ты просто работаешь в этой дыре и следуешь правилам, но может у тебя есть… кхм… альтернативные решения?

Чиновник учтиво улыбнулся и попытался сгладить ситуацию.

— Господин, правила есть правила. Но у нас есть другие замечательные участки!

Мужчина перелистнул несколько страниц в планшете, на его лице появилось деловое выражение, будто он сейчас собирался выдать Фуко лучшее предложение в своей жизни.

— Посмотрите сами, — он развернул планшет лицом к Фуко и ткнул пальцем в экран, увеличивая карту. — Например, этот участок в парке. Прекрасное место! Свежий воздух, прогулочные зоны, семьи с детьми, пенсионеры, утренние пробежки. Такой бизнес будет только процветать!

Фуко даже не шевельнулся.

— Мне не нужны бегуны, которым хватит одного банана и бутылки воды. Следующий вариант.

Чиновник быстро промотал карту, нашёл новый участок и снова заговорил с энтузиазмом:

— Тогда вот! Спальный район! Огромный жилой комплекс, магазины, офисные центры. Люди после работы не хотят готовить, заходят в ваше заведение — и вот у вас уже постоянные клиенты!

— Я сказал — нет.

Он наклонился вперёд, постучал пальцем по планшету, выделяя нужные точки.

— Мне нужна только эта земля. Никаких парков, никаких вокзалов, никаких рынков. Только эти участки.

Чиновник наконец понял, что спорить бессмысленно. Он отложил планшет, тяжело вздохнул и развёл руками.

— К сожалению, я никак не могу помочь вам в этом вопросе…

Фуко на мгновение замер, а его губы исказила кривая ухмылка.

— То есть вы хотите сказать, что мне стоит просто развернуться и уйти?

Чиновник развёл руками ещё раз, изображая крайнюю степень сожаления.

Фуко резко встал и уже развернулся к двери, как вдруг остановился и, не глядя на чиновника, задал единственный вопрос:

— А кто у вас тут главный?

Тот нервно сглотнул.

— Начальник отдела — господин Со Джунхо. Но он…

— Прекрасно, — перебил его Фуко, после чего вышел, с такой силой хлопнув дверью, что где-то в коридоре кто-то испуганно вскрикнул.

Чиновник тяжело выдохнул и медленно провёл рукой по лбу, стирая липкий пот.

Он знал таких, как этот парень — вспыльчивых, самоуверенных, привыкших получать всё по щелчку пальцев. Поэтому когда дверь наконец захлопнулась, в голове чиновника билась одна единственная мысль:

«Слава богу».

Назначить встречу с начальником отдела не составило для Фуко никакого труда. Тот с такой готовностью ответил на его приглашение, словно весь день ждал именно этого звонка.

Фуко усмехнулся про себя.

Все эти чиновники одинаковые. Делают вид, что следуют закону, но стоит только намекнуть на правильный подход, и они тут же становятся куда сговорчивее.

Ресторан он выбрал не слишком дорогой, но и не простой — тот, где любят обедать те, кто не считает себя коррупционерами, а просто успешными людьми с правильными связями.

К моменту, когда начальник отдела появился в дверях, Фуко уже спокойно сидел за столиком, лениво потягивая ледяной кофе.

— Господин Фуко, рад нашей встрече. Мне зовут Со Джинхо, — в его голосе звучала лёгкая насмешка, но без дерзости. Скорее с той интонацией, с какой говорят люди, уже готовые к сделке, но желающие сперва выслушать условия.

Фуко не тратил времени на любезности.

— Давайте перейдем к делу. Мне нужны те участки, которыми Йонг Пак не пользуется по назначению.

Чиновник приподнял брови и наклонился вперёд, будто проявляя искренний интерес.

— Вы ведь понимаете, что они уже в его аренде?

— А вы ведь понимаете, что меня это не особо волнует?

Фуко откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и бросил на него скучающий взгляд.

— Если арендатор не использует землю по назначению, то у государства есть все основания расторгнуть договор. Я прав? И… мне требуется только та часть, которая никак не используется. Понимаете? Может быть можно как-то разбить эти участки?

Чиновник помедлил, затем медленно кивнул.

— Формально — да. Но… разбирательства, экспертизы, проверки… — он небрежно пожал плечами, словно намекая на долгий процесс. — Конечно, процесс можно ускорить, но…

Фуко лишь усмехнулся. Этот цирк был таким предсказуемым.

Не говоря ни слова, он достал конверт полный денег, и положил его на стол.

Чиновник моргнул, затем бегло оглядел ресторан, убедился, что никто не смотрит, и лишь после этого осторожно накрыл конверт ладонью.

— Вы понимаете, что… это дело сложное… — пробормотал он, после чего смахнул конверт под стол и, широко улыбнувшись, ответил: — Но думаю, я смогу решить этот вопрос в самые кратчайшие сроки. Мы однозначно что-нибудь придумаем.

Фуко довольно улыбнулся и сделал последний глоток кофе.

— Вот и славно, господин Джинхо, вот и славно…

* * *

Чан сидел в небольшом уютном кафе и лениво водил пальцем по краю чашки с кофе. Напротив него расположилась Юми, внимательно наблюдавшая за ним поверх своего напитка. Сегодня он выглядел немного более угрюмым, и это тревожило девушку.

— Я изучил рынок, — наконец произнес он, поднимая взгляд на собеседницу. — И знаешь, что понял?

— Что же? — с готовностью спросила Юми.

— Что продать оставшуюся партию полуприцепов не составит большого труда. Да, на этот раз прибыль будет намного меньше, все же первая партия досталась нам фактически даром, но деньги на этом я все равно заработаю.

— Так это же отлично! Я знала, что ты разберешься с этой проблемой! Да и Гису будет доволен.

Парень словно не услышал последних слов и продолжил говорить:

— Но знаешь, отдельные сделки меня больше не интересуют. Я хочу чего-то большего. Хочу вывести этот бизнес на новый уровень. Например, открыть представительство российских полуприцепов здесь, в Корее. Не просто реализовывать отдельные партии, а сформировать для них целый рынок, сделать их узнаваемыми, убедить покупателей, что это не просто альтернативный вариант, а выгодное и надёжное решение, которое сможет конкурировать с местными и китайскими производителями.

Юми слегка приподняла бровь.

— Амбициозно. Мне кажется, это именно то, чего ты достоин!

Чан усмехнулся, откидываясь на спинку стула:

— Но и это далеко не предел! Представительство — это только первый шаг. В будущем я хочу построить свою корпорацию. Не просто заниматься импортом, а создавать сеть, связывать производителей, логистику, сбыт. Сделать что-то масштабное, что будет работать десятилетиями.

Юми с улыбкой покачала головой.

— Ты, как всегда, смотришь далеко вперед. И знаешь, что я думаю?

— Что?

— Что у тебя все получится! — она поставила чашку на стол и накрыла его рукой своей. — Ты не просто мечтаешь, ты действуешь. И это твое главное преимущество!

Некоторое время они молча сидели напротив друг друга, погруженные в собственные мысли, но спустя время Чан снова заговорил:

— А с этой партией полуприцепов я решил попробовать немного другой подход. Вместо того, чтобы бегать за клиентами, я решил посмотреть, кто сам ко мне придёт. Я выложил объявления о продаже полуприцепов на одном специализированном сайте и хочу посмотреть: откликнется ли кто-то.

Юми нахмурилась, задумчиво постукивая ногтем по чашке.

— Это интересно. Ты хочешь выявить реальный спрос, посмотреть, с кем можно работать на постоянной основе?

— Именно, — кивнул Чан. — Обычные звонки дают только частичную картину. А так я увижу, кто действительно ищет такие полуприцепы, и смогу на этом построить стратегию. В конце концов, сроки сейчас не горят, так что я могу себе позволить немного поэкспериментировать.

В этот момент телефон Чана коротко завибрировал. Он машинально взглянул на экран, и его расслабленное выражение тут же сменилось сосредоточенным.

— Что-то серьёзное? — спросила Юми, заметив перемену в его лице.

— Кажется, да, — пробормотал он, открывая уведомление. — Кто-то заинтересовался всей партией разом.

Юми округлила глаза.

— Серьёзно? Кто?

Чан прокрутил сообщение и нахмурился. Имя покупателя было коротким, лаконичным и совершенно незнакомым.

— Фуко… — прочитал он вслух, пытаясь припомнить, помнит ли эту фамилию. — Хочет всю партию сразу и даже не собирается торговаться. Кажется, я нашел идеального клиента!

Глава 8

Студия популярного ток-шоу. Прямой эфир.

— Вы смотрите «Звездный разбор», и сегодня у нас самая жаркая тема недели! — ведущая шоу Канг Ми Рэ широко улыбнулась, окидывая взглядом зрителей в студии и миллионы людей у экранов. — «Грязь под ногтями» — новички, которые перевернули индустрию с ног на голову! Кто-то считает их настоящей революцией, а кто-то дешевой провокацией. Сегодня мы с вами разберёмся в этом вопросе!

На экране позади ведущей вспыхнули кадры с концерта: девушки в черных платьях, охваченные неукротимой энергией, выкрикивали в микрофоны строчки своей песни, а толпа перед сценой бурлила, ревела, словно гигантская волна, готовая поглотить всё вокруг. Режиссер специально выбрал именно этот момент — тот самый, когда эмоции достигли предела, когда зрители перестали быть просто толпой и стали частью безудержного вихря, порожденного этими дерзкими девчонками.

— Итак, у нас в студии наши уважаемые эксперты! — Ми Рэ указала на гостей, сидящих вокруг круглого стола.

Первым заговорил Ли Сон Мин, известный музыкальный продюсер, который работал с крупнейшими кей-поп агентствами.

— Давайте будем честными, — он скрестил руки на груди и хмыкнул. — Такие вещи случаются раз в десятилетие. Они рискнули, сделали что-то неожиданное и это сработало! Думаю, этих девочек ждет большое будущее в кей-поп индустрии.

— Будущее? — фыркнула Пак Су Джи, музыкальный критик с безупречной репутацией, но очень острым языком. — Бросьте, Сон Мин. Неужели вы купились на этот дешевый пиар-ход? Вы слышали их «манифест»? Они играют на чувствах зрителей, притворяются, что меняют индустрию, но на самом деле это просто искусственный хайп.

— Искусственный хайп? — возмущенно поднял брови Сон Мин. — Су Джи, давайте вспомним, как индустрия приняла Дарк Чери в свое время. Или Найт Чейсер. Их тоже не сразу приняли, но теперь их обожают — они стали настоящими идолами! Почему вас так раздражает, что кто-то пытается сделать что-то новое?

— Потому что это не новое, — холодно парировала Су Джи. — Это просто дерзкая обертка для того же самого айдол-контента.

— А мне нравится! — вмешался Чон Ён Хо, журналист и музыкальный обозреватель. — Они вызывают эмоции, а это главное. Посмотрите, сколько споров! Значит, они уже победили.

— Посмотрим, — пробормотала Су Джи, качая головой.

Ми Рэ слушала дискуссию с довольной улыбкой, но потом, когда голоса начали накаляться, она привлекла к себе внимание, а затем сделала театральную паузу, заставляя всех замолчать.

— Я рада видеть, что мнения разделились… Но! У меня есть кое-что особенное, — она наклонилась ближе к камере, ее голос стал тише, чтобы максимально нарастить напряжение. — Сенсация. Прямо сейчас. И я уверена, что после этого эфира ваш взгляд на «Грязь под ногтями» полностью изменится.

Наступила напряженная тишина.

— Встречайте… — Ми Рэ повернулась к входу в студию. — Глава крупнейшей развлекательной корпорации… Ким Су Хон!

Двери открылись, и в студию уверенным шагом вошел мужчина в дорогом темном костюме. Он не смотрел по сторонам и не спешил. Его губы были тронуты легкой усмешкой, а в глазах читался холодный расчет.

Су Джи подняла брови. Сон Мин сел ровнее. Даже зрители в студии замерли и осторожно переглядывались.

Ким Су Хон остановился у стола, окинул экспертов коротким взглядом, затем поднял микрофон.

— Благодарю за приглашение, — произнес он ровным голосом. — Думаю, настало время рассказать правду.

Ми Рэ улыбнулась еще шире, наслаждаясь напряжением, повисшим в воздухе.

— Мы все во внимании, господин Ким.

Он сделал паузу, слегка наклонив голову, а затем, нарочито медленно, произнес:

— Сегодня я пришел сюда, что бы ответственно заявить, что «Грязь под ногтями» — это ложь.

В зале прокатился приглушенный гул — кто-то ахнул, кто-то тихо зашептался, другие недоверчиво переглядывались.

— Эти девочки, этот стиль, их «манифест»… — Су Хон провел пальцами по вороту пиджака и продолжил, чеканя каждое слово: — Всё это не принадлежит Паку Йонгу. Потому что это полностью мой проект, который он наглым образом украл! И у меня есть доказательства всему этому!

И после этих слов возмущение зрителей было уже не остановить…

* * *

Джисон медленно застегнул молнию на сумке, машинально проверяя, все ли нужные вещи он взял. Документы, одежда, несколько мелочей, которые не хотелось оставлять, — всё, что поместилось в небольшую дорожную сумку. Остальное… Остальное заберут грузчики. Он даже не собирался тратить на это время.

Джисон огляделся. Этот дом…

Еще недавно он ненавидел его каждой клеткой своего тела. Это место было символом всего плохого, что он испытал за последние месяцы. Унижение, боль, беспомощность… ему еще никогда не было так плохо. Каждый предмет в этом чертовом доме напоминал ему о том, как его безжалостно ломали, постепенно убивая в нем прошлого Джисона.

Он ненавидел эту кухню, где когда-то стоял с трясущимися руками, не зная, что делать с ножом и продуктами, потому что никогда в жизни не готовил себе сам. Ненавидел эту гостиную, где сидел в темноте, охваченный отчаянием, потому что впервые столкнулся с настоящим одиночеством.

Ненавидел эту спальню, где выплёскивал злость на подушку, где лежал, уставившись в потолок, пытаясь найти хоть какую-то опору, но находил лишь собственную растерянность.

Казалось бы, что он должен продолжать ненавидеть этот дом, но вместо этого он чувствовал… теплоту.

Не благодарность. Не радость. Но и не отвращение.

Это место больше не было чужим. Оно было частью него самого. Его жизни и того, кем он в итоге стал.

Он должен был радоваться, что уходит, но почему-то в груди было странное чувство, похожее на прощание.

Он взял сумку, последний раз окинул взглядом общий зал и, не позволяя себе передумать, вышел за дверь, оставляя позади всё, что здесь пережил.

Город встречал его прохладным воздухом и тишиной, в которой слишком отчётливо звучали собственные мысли. Гнев, который ещё недавно сжигал его изнутри, постепенно затухал, оставляя после себя странное чувство опустошённости, но даже оно не приносило парню никакого покоя.

Теперь, когда самые сильные эмоции улеглись, в груди осталась только лёгкая, но неприятная злость. И в первую очередь на Лизу, которая просто ушла, заблокировала, вычеркнула его из своей жизни, как пройденный этап.

Он снова достал телефон, открыл мессенджер, нашёл её профиль и в очередной раз увидел уведомление: «Контакт вас заблокировал».

Значит, всё так и было задумано. Значит, это не было ошибкой.

Его пальцы сжали устройство чуть крепче, но спустя мгновение он всё же убрал его обратно в карман, заставляя себя не думать об этом. Однако мысли возвращались снова и снова, крутились в голове, пока ноги сами вели его по знакомому маршруту.

Перед домом Джисон остановился.

Тёплый свет в окнах гостиной создавал ощущение уюта, но сейчас этот дом казался чужим, будто бы он перестал принадлежать ему в тот момент, когда его забрали.

Едва он открыл дверь, как перед ним сразу же появился отец. На его лице не было ни сомнения, ни укора, ни тяжёлого взгляда, который он помнил раньше, только неподдельное облегчение и радость. Было очень непривычно…

— Ты вернулся, — с теплотой в голосе произнес Министр Образования. Он смотрел на сына внимательно, с гордостью и каким-то необъяснимым блеском в глазах. — Я знал, что ты справишься. Я знал, что ты сильный. И что сможешь исправиться!

Он шагнул ближе, протянул руку и твёрдо, но бережно сжал плечо сына, словно хотел убедиться, что тот реален, что действительно стоит перед ним.

В другое время Джисон бы может и обрадовался этому жесту, но сейчас… он не почувствовал ничего. Он смотрел на отца, но не мог ничего сказать.

Раньше он хотел этого признания, ждал, надеялся, что когда-нибудь услышит от него эти слова. Но теперь, когда момент настал, в груди царила пустота. Всё, что он когда-то желал, теперь было перед ним, но ему уже не было до этого дела.

— Теперь всё возвращается на круги своя, — продолжил мужчина. — Все твои привилегии восстановлены.

Он говорил это уверенно, твёрдо, будто ему и в голову не приходило, что могло быть иначе. Джисон лишь молча слушал. Отец повернулся, прошёл в гостиную, а затем, не теряя своей уверенности, достал из кармана банковскую карту и положил её на стол, аккуратно, с видимым удовлетворением.

— Я разблокировал твой счёт.

Ожидание повисло в воздухе.

Он ждал, что Джисон обрадуется. Что улыбнется, они обнимутся, после чего смогут нормально поговорить, но Джисон не шевельнулся.

Он смотрел на карту, но теперь она для него ничего не значила. Просто тонкий кусок пластика. Раньше это был символ его свободы, его независимости, но теперь это выглядело как дверь в прошлое, куда ему предлагали вернуться.

Возможно, отец воспринял его молчание как сомнение, потому что добавил уже мягче, уже чуть осторожнее:

— Я понимаю, что ты устал. Всё это… слишком много на тебя навалилось, но теперь всё действительно позади. Ты снова можешь жить так, как должен был изначально.

Джисон вздохнул, едва слышно, почти незаметно, но этого движения хватило, чтобы признаться самому себе — он не может просто взять и вернуться.

— Я… правда, устал.

Голос прозвучал ровно, безэмоционально, но отец всё понял.

Несколько секунд он продолжал смотреть на него, будто пытался что-то разгадать, что-то найти в его взгляде, но, в конце концов, лишь кивнул, приняв его ответ без лишних слов.

Джисон развернулся и ушёл в свою комнату, а в гостиной повисла тишина.

Отец так и остался сидеть за столом, не мигая, смотря на карту, к которой его сын даже не попытался притронуться.

* * *

Металлические ворота закрылись с глухим лязгом, отсекая ангар от внешнего мира. В воздухе повисла напряженная, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь приглушенным потрескиванием остывающих двигателей и тяжелыми шагами людей, выходящих из машин.

Двенадцать спорткаров стояли вдоль стен, аккуратно припаркованные, словно готовые к показу. Их гладкие кузова поблескивали в приглушенном свете ламп, отражая металлические конструкции ангара. Но никто не обращал внимания на дорогую технику — сейчас у всех были куда более серьезные заботы.

Но среди угнавших эти машины людей не было ни капли радости или триумфа, ведь их изначальный план пошел по всем известному месту.

Мужчина с крупной татуировкой дракона, извивающегося по его шее, с раздражением сорвал кожаные перчатки, выругался сквозь зубы и с силой швырнул их на холодный бетонный пол.

— Этот сукин сын нас кинул! — прорычал он на китайском языке.

Другой, широкоплечий, с заметным шрамом на скуле провел рукой по лицу, затем сжал кулаки.

— Я говорил, что он ненадежный! Стоило начаться проблемам, и он слился, как долбанная крыса с тонущего корабля!

— И что теперь? — вмешался третий, моложе остальных, с длинными волосами, собранными в хвост. В его голосе звучала неуверенность, помешанная с тревогой. — У нас удалось угнать двенадцать чертовых суперкаров, и что теперь? Оставим их здесь и будем ждать, пока нас найдут?

— Твою мать! — зло рявкнул кто-то сбоку, а затем с размаху ударил кулаком по капоту ближайшей Ламборджини. Глухой звук разлетелся по ангару, отразившись от стен. — Завтра утром они уже должны были быть на контейнеровозе! Все было спланировано!

— Ага, но теперь наш «проводник» просто испарился! — вторил ему другой, нервно потирая шею. — И как ты предлагаешь объяснить это заказчику? Думаешь, он просто скажет: «Ничего страшного, ребята, в следующий раз повезет»⁈

— Да нас сотрут в порошок! — выкрикнул самый молодой, его голос дрожал от напряжения. — Я не хочу подыхать в этой стране! Надо срочно решать, как вытащить отсюда машины!

На мгновение в ангаре повисло тягостное молчание.

Все взгляды устремились на их лидера — мужчину в кожаной куртке, который до этого молча стоял в стороне и нервно сжимал в зубах сигарету, но так ни разу и не затянувшись.

Он выглядел спокойнее остальных, но руки выдавали напряжение — пальцы медленно, но с явной злостью гладили рукав куртки, словно это был единственный способ удержаться и не врезать кому-нибудь из своей же команды.

Наконец он сплюнул окурок на бетон и резко развернулся к остальным.

— Что делать? — его голос был низким, хрипловатым, но в нем звучала сталь. — А ты думаешь, у меня в кармане есть запасной план, мудила⁈

Младший угонщик отшатнулся, остальные перевели взгляд в сторону, будто надеясь, что буря пройдет мимо.

Лидер обвел их тяжелым, оценивающим взглядом, затем выдохнул и заговорил снова, теперь уже более ровно, но с неумолимой жесткостью.

— У нас еще есть связи в порту. Без «проводника» будет сложнее, но…

БУХ!

Глухой удар прервал его слова. Все мгновенно замерли.

Напряженные взгляды метнулись по сторонам, затем остановились на… Феррари.

БУХ!

На этот раз громче. Звук явно шел из багажника.

Шрамолицый напрягся, его пальцы сжали рукоять пистолета. Остальные встревоженно переглянулись.

— Что это было?

— Ты уверен, что это не просто что-то болтается?

— Ты предлагаешь проверить?

— А если это копы⁈

— Копы не прячутся в багажниках, идиот! — лидер коротко выдохнул, скривился, затем рявкнул: — Открывай!

Один из угонщиков, явно не в восторге от этой идеи, с опаской шагнул вперед, нервно сглотнул и медленно потянулся к крышке багажника.

Щелчок. Крышка мягко приподнялась… И тут же в лицо им ударил яркий луч фонаря.

— Ай, мать твою! — заорал один из них, машинально прикрывая глаза.

Свет тут же погас. И в тот же миг они увидели его.

В багажнике, сидя так, будто это был его личный номер в пятизвездочном отеле, развалившись с самодовольной ухмылкой, находился молодой парень. Обычный, мать его, школьник!

— Ты кто еще такой, ублюдок⁈ — рявкнул главарь. — Что ты здесь делаешь?

Но парень не спешил вылезать, не пытался оправдываться, не делал резких движений. Он просто потянулся, с хрустом размял шею, встряхнул волосы и широко, нагло улыбнулся.

— Я все расскажу, — расслабленно сказал парень на идеальном китайском. — Но только при одном условии…

— Это каком?

Пацан посмотрел главарю в глаза, слегка наклонился вперед и с абсолютно серьезным лицом произнес:

— Надуй щеки!

Глава 9

За несколько часов до этого…

Гису вальяжно развалился на заднем сиденье такси, вытянул ноги и устроился так удобно, словно это не машина, а его личный диван в пентхаусе. Было действительно удобно. Пока вечерний Сеул мелькал за окном, он лениво листал телефон и переваривал информацию, которую подкинул ему Дикий Топор.

Но если он действительно хочет докопаться до сути, то сейчас ему нужно связаться с человеком, который может добыть информацию о Джихване быстро и без лишних вопросов. Поэтому… придется звонить Йонгу.

Гису пробежался по контактам и набрал нужный номер. Спустя несколько гудков с той стороны послышался размеренный, уверенный голос.

— Алло, Гису, как жизнь? Что-то срочное?

— Да. Мне нужно, чтобы ты достал для меня кое-какую информацию, только по-тихому.

С той стороны послышалось слегка озадаченное сопение.

— Да, конечно. А что именно требуется?

— Меня интересует один человек, который работает в корпорации твоего отца.

— М-м? Я заинтригован.

— Некий Кан Джихван, глава отдела международных перевозок.

Йонг на несколько секунд задумался, затем протянул:

— Имя, вроде, знакомое, но я не особо слежу за кадровыми перестановками отца. Однако… — он еще немного подумал, — у меня есть человек в службе безопасности, который сможет собрать всю нужную информацию.

— Отлично!

— Что именно нужно найти?

Гису быстро прокрутил в голове всю имеющуюся информацию.

— Счета, передвижения, контакты. Все, что может выглядеть подозрительно. Только это… Йонг… это очень срочно.

— Ясно, — спокойным тоном ответил Пак. — Дай мне немного времени. Я перезвоню.

— Хорошо, — Гису повесил трубку и попросил таксиста притормозить.

В голове уже начал созревать план, но для окончательного решения ему требовалась информация, которую достанет Пак. Только получив ее, он сможет понять, куда направляться дальше.

Ожидание не затянулось. Уже через двадцать минут его телефон завибрировал, а на экране высветилось имя Йонга.

— Кое-что нашли, я тебе сбросил, — без приветствия произнес Пак. — И если честно, думаю, мне стоит отправить эту информацию отцу. Уж больно подозрительными кажутся некоторые операции.

Гису недовольно цокнул, ибо вмешательство семьи Пак никак не вписывалось в его планы. Вот завтра — пожалуйста. Но никак не сегодня.

— Йонг, еще одна просьба. Можешь какое-то время никому не передавать эту информацию? А человека своего тоже попридержать. День-два, не больше. Я дам знать, когда закончу.

— Без проблем! Дальше информацию искать?

— Да конечно. Как что-то появится, сразу же скидывай. Спасибо.

Гису повесил трубку и сразу же принялся за изучение полученной информации.

Пу-пу-пу…

Выходит, что один из топ-менеджеров корпорации Паков тихо зарабатывал на продаже спорткаров для особых клиентов. Не просто богачей, а тех, кто предпочитал оставаться в тени — с подставными владельцами, липовыми документами и сделками, которых не существует на бумаге.

Гису хмыкнул, пролистывая досье.

Кан Джихван. Тридцать девять лет. Шесть лет в должности главы отдела международных перевозок. Деловой костюм, галстук, серьёзные сделки, миллионы на счетах… И при этом продажа частным коллекционерам. Но связан ли он с угонщиками…

Гису прокрутил страницу вниз и пробежался по его финансовым операциям.

— Ну-ка, ну-ка, мистер Джихван, чем ты там ещё нас порадуешь?

Шесть поездок в Китай за год. Причём всегда в один и тот же город — Сучжоу.

Странный выбор, если учесть, что завод по производству сельскохозяйственной техники, с которым работает корпорация Пака, находится вовсе не там, а в Чанше.

Так зачем же Джихван упорно летал именно в Сучжоу?

Конечно, его должность в логистической компании предполагала частые командировки, но не такие. Люди его уровня не занимаются транспортировкой лично — для этого есть подчинённые, менеджеры, доверенные лица. Руководитель такого масштаба не бегает за грузами, не контролирует их передвижение сам.

И всё же Джихван пересекал границу снова и снова, с завидным постоянством возвращаясь в одно и то же место.

Значит, дело было не в логистике.

Гису нахмурился, откинул голову назад, глядя в потолок такси, словно там могла скрываться решение подкинутой задачки.

Еще и зарубежные счета эти… Их заводят либо чтобы спрятать деньги от налогов, либо чтобы увести их с радаров официальной отчётности. Вопрос был лишь в том, в какую из этих категорий попадал Джихван. И как это, чёрт возьми, связано с семьёй Пака…

Гису снова посмотрел на экран.

Нет, Пак Вон Шик слишком крупный игрок, чтобы связываться с угонами машин. Да и его приближенные люди… Они держат транспортные узлы, логистические компании, контролируют перевозки — если бы им вдруг понадобились десяток-другой элитных спорткаров, они бы попросту оформили сделку через подставные фирмы. Работать с черным рынком? Это слишком грязно, слишком рискованно, слишком мелко.

А значит, это был личный бизнес Джихвана. Но зачем?

Гису слегка склонил голову набок, продолжая разглядывать досье.

Официально у Джихвана всё было идеально: высокий оклад, премии, корпоративные плюшки. Дом, машина, должность, статус. Живи — не хочу. Но если бы деньги всегда решали всё, в мире не существовало бы людей, готовых спустить годовую зарплату за ночь в подпольном казино или рискнуть всем ради секундного выброса адреналина.

Такое случалось чаще, чем хотелось бы думать. Некоторые не могли жить без азарта, без того сладкого напряжения, когда на кону стоит буквально вся его жизнь. И если у Джихвана был этот зуд… то его поездки в Китай приобретали совсем другой характер.

Но азарт — не единственная причина, по которой люди лезут в криминал. Иногда дело было вовсе не в деньгах.

Когда жизнь становится чересчур предсказуемой, когда всё расписано до мельчайших деталей, человек либо мирится с этим, либо ищет способ встряхнуть себя, заставить сердце колотиться от чего-то, кроме дедлайнов и скучных корпоративных встреч.

Одни заводят любовниц. Другие покупают спорткар и гоняют, пока не встретят патрульную машину или дерево. А есть и те, кто решает, что криминал — это не столько про деньги, сколько про азарт. Про ощущение, что ты идёшь по лезвию, и малейший шаг не туда — и полетишь вниз.

Может, Джихван был из таких? Хотя… нет.

Гису усмехнулся, перечитывая один из пунктов в досье. Джихван был любителем театра и артхаусного кино.

Этот человек не гонял за адреналином, он скорее с тоской смотрел в окно, размышляя о бренности бытия под саундтрек из очередного депрессивного шедевра. Такие не ищут острых ощущений за гранью закона. В лучшем случае — философские разговоры в прокуренном баре. В худшем — сборы на очередной фестиваль унылого кино, где два часа показывают, как в окне капает дождь.

Так что этот вариант можно смело вычеркнуть. И что тогда остаётся?

Гису прикрыл глаза на секунду, мысленно перебирая факты. Высокая должность, кристально чистая репутация, слишком частые поездки в Китай, счета за границей, махинации с транспортом… Всё это напоминало слишком хитрую головоломку, в которой явно не хватало одной детали.

Судя по всему, в своё время он тихо и без лишнего шума зарабатывал на чёрном рынке. Перепродавал элитные спорткары с мутными документами, помогал обходить таможенные ограничения, организовывал сделки для тех, кто хотел сэкономить на налогах. Ничего сверхъестественного, просто один из тех, кто умеет извлекать выгоду из лазеек в законах.

Незаконно? Безусловно. Но если работать аккуратно, можно без особых рисков сколотить себе приличное состояние и потом с чистой совестью уйти на заслуженный отдых.

Так почему же его вдруг потянуло на угон?

Неужели деньги кончились? Маловероятно. Если человек уже научился проворачивать подобные схемы, он не станет лезть в такое грязное дело, как кража машин. Слишком низкий уровень, слишком много риска.

К тому же операция такого уровня — это не просто кража. Тут нужна идеально слаженная команда: люди, которые работают быстро, чисто и без следов. Те, кто умеет обходить охрану, выключать камеры и прятать двенадцать чёртовых спорткаров, будто их никогда не существовало.

Слишком рискованно для обычных угонщиков. А значит, остаётся два сценария.

Первый — самый простой: Джихван просто продал информацию.

Он знал о секретном гараже Квона, знал, какие там стоят машины, какие меры безопасности их защищают, и самое главное, что у этих спорткаров нет официальных документов. А раз нет документов, то нет и заявления в полицию, нет громкого расследования, нет шумихи.

Что мешало ему слить эти сведения нужным людям за хороший куш? Абсолютно ничего.

Но вот второй вариант был куда интереснее.

Если это не просто налёт на удачу, не работа случайных ребят с чёрного рынка, а операция тех, кто точно знал, что ищет, где искать и как провернуть всё без сучка и задоринки, значит, за этим стоит кто-то гораздо крупнее.

Тот, у кого есть деньги. Тот, кто может нанять лучших специалистов. Тот, для кого подобные схемы — не авантюра, а рутинный бизнес.

Гису постучал пальцем по экрану, задумчиво прикусив губу.

Если это второй вариант, то, чёрт возьми, ему очень хотелось бы знать, кто этот человек. Потому что такая информация стоит дороже самих машин. Гораздо дороже.

Спорткары — это просто игрушки для богачей. А вот имя того, кто провернул такую операцию — это уже ключ к чему-то куда более интересному. И если он сумеет докопаться до организатора, то сможет обменять эти сведения на нечто действительно ценное.

Окончательно приняв для себе решение, Гису снова набрал номер Пака:

— Йонг, а твой человек может узнать, где именно находится этот Джихван? Мне нужно его точное местоположение.

— А это я и сейчас могу сказать, — хмыкнул парень. — Он сейчас находится в нашем головном офисе.

— Идеально… — довольно хмыкнул Гису, после чего обратился к таксисту: — Поехали. Адрес я продиктую.

Такси плавно остановилось у тротуара. Гису бросил взгляд на высотное здание, где находился офис Джихвана, затем перевёл его на водителя, который терпеливо ждал указаний.

— Подождите здесь. Это ненадолго.

Не дожидаясь ответа, он вышел из машины и отошёл в сторону, чтобы никто посторонний не слышал разговор. Встав под козырёк здания, он достал телефон, набрал нужный номер и поднёс трубку к уху.

Гудки тянулись бесконечно. Наконец в динамике раздалось напряжённое:

— Алло?

Гису не стал тратить время на формальности. Переключившись на безупречный китайский, он заговорил резко, давя голосом, не оставляя собеседнику ни малейшего шанса взять ситуацию под контроль.

— Ты, сука, решил нас кинуть⁈

В трубке повисло удивлённое, растерянное молчание, затем послышался взволнованный голос Джихвана:

— Что? Кто это?

— Ты прекрасно знаешь, кто! — Гису не дал ему опомниться, обрушив новые обвинения. — Ты думал, мы не догадаемся, кто нас сдал⁈ Ты решил, что можешь провернуть такое дерьмо и остаться в стороне⁈

— Я… я не понимаю, о чём вы говорите! — голос Джихвана дрогнул.

— Да брось! — Гису зло хмыкнул. — Ты сам уверял, что всё пройдёт гладко, без лишнего шума! А теперь все пути перекрыты, машины никак не перевезти, а заказчики уже на взводе. И знаешь, кого они винят? Тебя, Джихван.

— Подождите, я… я не… — его голос уже срывался.

— Ты сказал, что у нас есть время! Ты сказал, что это пустяк! А теперь всё, нахрен, идёт прахом! Тебе, сука, конец!

— Черт… ладно! Ладно! — ответил Джихван с паническими нотками в голосе. — Послушайте, я не знаю, что случилось, но у меня есть место. Мы можем там отсидеться.

— Где?

— Я привезу ключи, скажите, куда.

Гису скользнул взглядом по тёмным окнам офисного здания. Попался. Теперь оставался последний шаг.

— Туда же, где в прошлый раз.

Пауза. Длинная, тяжёлая.

— Хорошо, я еду.

Гису сбросил вызов и, не отрывая взгляда, уставился на здание.

Спустя пять минут оттуда стремительно выскочил худощавый мужчина с тонкими чертами лица, в дорогом, но явно небрежно застёгнутом костюме. Его тёмные волосы были растрёпаны, словно он несколько раз нервно провёл по ним рукой, а глаза метались из стороны в сторону, выдавая явное беспокойство.

Джихван нервно огляделся, сунул руку в карман и вытащил ключи. Его пальцы дрожали, когда он разблокировал машину.

Он рывком открыл дверь, практически запрыгнул внутрь и не теряя ни секунды завёл двигатель. Фары вспыхнули, освещая пустынный двор склада, и машина мягко тронулась с места.

Гису, наблюдавший за этим со стороны, больше не мешкал. Он развернулся, быстрым шагом вернулся в такси и протянул водители небольшую пачку денег.

— Видишь тот серебристый мерс? Следуй за ним. Только аккуратно и без резких движений.

Таксист, мужчина лет сорока с цепким взглядом и лёгкой щетиной, смерил его взглядом, потом посмотрел на деньги, а после снова на Гису.

— Это твой должник? Или девушка предпочла того, у кого кошелёк потяжелее? Понимаю, парень, понимаю. Жизнь — штука жестокая, сам через подобное проходил. Если второе — могу подыграть, а вот с первым сложнее, выбиванием долгов я не занимаюсь, — он ещё раз бросил взгляд на внушительную сумму, ухмыльнулся и лениво добавил: — По крайней мере, не за такие деньги.

Гису ухмыльнулся.

— Езжай давай, юморист. Если сделаешь все правильно и незаметно, то получишь еще столько же.

— Понял, босс, вопросов больше нет.

Такси мягко тронулось, держась за мерсом на комфортном расстоянии.

Сначала маршрут не вызывал вопросов: типичные городские улицы, офисные здания, вечерний ритм Сеула. Но минут через десять обстановка изменилась: широкие магистрали сменились пустыми дорогами, редкими фонарями и ржавыми заборами с колючей проволокой.

Промзона.

Таксист бросил на Гису короткий, оценивающий взгляд через зеркало, затем чуть сбавил скорость.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, парень. Потому что ночная промзона — это не совсем приятное место. Я, в принципе, не против подзаработать, но за свою шкуру тоже пекусь. Если почувствую, что дело пахнет керосином, развернусь и уеду. Без лишних вопросов.

Гису посмотрел на него через зеркало, уголки губ чуть дёрнулись.

— Разумно.

Такси свернуло за угол, и Гису увидел, как серебристый мерс останавливается у одного из складов. Вокруг стояло несколько припаркованных машин, но людей снаружи видно не было.

Он уже собирался выходить, когда телефон завибрировал в кармане. Джихван.

Гису поднял трубку и не теряя времени ответил:

— Ты уже на месте?

— Д-да… — с дрожью в голосе произнес он.

К этому моменту Гису уже сунул таксисту вторую часть суммы, после чего выбрался из машины и медленно двинулся вдоль бетонного ограждения. Камеры на углах здания, узкие проулки, высокий забор — типичное место, где либо ведут чёрные сделки, либо снимают низкобюджетные фильмы про мафию.

Он перевёл взгляд на припаркованную машину и, переключившись на китайский, заговорил резко, давя голосом:

— Оставь ключи на видном месте и вали.

— Но я…

— Вали, сука, пока я тебе лично мозги не вышиб!

На том конце провода раздался нервный вдох, затем короткие гудки. Но перед тем, как вызов оборвался, Джихван успел выдавить:

— Ключи под передним правым колесом серого седана.

Гису дождался, пока мерседес Джихвана окончательно скроется в темноте, затем, убедившись, что вокруг никого нет, бесшумно пересёк двор и пробрался на территорию склада.

Оставленные ключи его не интересовали — куда важнее было выяснить, что скрывается внутри. Если повезёт, он хотя бы зацепится за след угнанных машин.

Но стоило Гису заглянуть в первый же ангар, как перед ним открылась картина, которая невольно заставила его улыбнуться. Три из двенадцати угнанных машин стояли прямо перед ним, и судя по всему, их даже не собирались куда-то прятать.

В тусклом свете ламп блестели идеально отполированные кузова: Rolls-Royce, Ferrari и McLaren. Статус, скорость и мощь, собранные в одном помещении.

Гису присвистнул и тут же потянулся за телефоном, набирая номер.

— Дикий Топор, у меня для тебя хорошие новости.

— Ты нашёл то, что искал?

— Три машины. Стоят в ангаре, как на выставке. Пришли людей, пусть забирают.

— Хорошая работа, малой, скидывай адрес. Я сейчас пришлю людей.

Но прежде чем Гису успел добавить что-то ещё, в тишине раздался глухой скрежет металла, а затем приглушённые голоса у ворот. Он напрягся, замерев на месте. Кто-то открывал ангар.

Чёрт, слишком быстро. Либо угонщики вернулись, либо кто-то ещё знал про этот склад.

Времени на раздумья не было. Гису скользнул взглядом по ангару, высчитывая возможные пути отступления, но выход из этого помещения был только один, и вел он в общий двор.

Он рванул к ближайшей машине, не разбирая, что это за модель, дёрнул багажник и юркнул внутрь, плотно прикрыв за собой дверь.

Гису затаил дыхание, прислушиваясь к звукам за пределами багажника. Металлические ворота ангара медленно разошлись в стороны, скрипя петлями, и внутрь вошли несколько человек. Их шаги глухо отдавались в просторном помещении, а между ними тут же разгорелся спор.

Они говорили на китайском — быстро, раздражённо, перебивая друг друга.

— Сколько ещё будем тянуть? Нужно перегнать их до утра!

— Ты думаешь, я не знаю⁈ Проблема в том, что маршрут теперь под вопросом. Против нас тоже не простые люди… Нам сказали ждать сигнал.

— Ждать⁈ Да ты с ума сошёл! Чем дольше они тут стоят, тем больше риск, что нас накроют! Все, хватит тянуть, берём машины и везем их на точку сбора!

— Наконец-то хоть одна дельная мысль. По машинам!

Раздался звук открывающихся дверей — угонщики садились за руль. Гису почувствовал, как Ferrari Purosangue слегка качнулась, когда кто-то плюхнулся на водительское сиденье. Щелчок ключа, низкий рёв двигателя, и машина ожила, готовая рвануть с места.

Времени было в обрез.

Гису нащупал телефон в кармане, стараясь не задеть стенки багажника. Одной рукой открыл приложение для отслеживания геолокации, активировал передачу координат в реальном времени и сбросил метку Топору. Затем быстро набрал его номер.

— Я внутри. Они двинулись. Лови сигнал и следуйте за мной.

— Ты внутри чего? — голос Топора был напряжённым.

— Внутри машины. В багажнике.

На том конце повисло молчание, затем глухое ругательство.

— Ты, мать твою, серьёзно⁈

Но Гису уже убрал телефон. Машина плавно выехала из ангара, а за ней двинулись и остальные. Теперь оставалось только ждать конечной точки маршрута.

* * *

Йонг Пак положил телефон на стол, на мгновение прикрыл глаза и выдохнул. Услуга, о которой попросил Гису, была необычной, но он все равно её выполнил. Не потомуьчто был чем-то обязан Хегаю, а потому, что знал: если тот о чём-то просит, значит, на то есть веская причина.

Но теперь пришло время разобраться со своими проблемами.

Он вновь перевёл взгляд на экран ноутбука, где была включена запись ток-шоу, взорвавшего шоу-бизнес. Заголовки один за другим обсуждали новую группу, представленную Ким Су Хоном.

Тот же стиль. Тот же состав. Даже название звучало до боли знакомо.

Пак внимательно всматривался в экран. Пять девушек. Их подобрали так, чтобы каждая напоминала одну из участниц «Грязи под ногтями». Музыкальный стиль? Почти идентичный. Он включил отрывок их дебютной песни — знакомая энергия, резкие переходы от мягкого вокала к агрессивному напору.

Чем дальше он смотрел, тем больше ощущал не злость, а насмешку.

— Вот же подонок… — пробормотал он, щелкая по экрану.

Су Хон не просто выкатил копию, он намеренно выдал чужое за своё и провернул всё так, будто это Пак украл первоначальный концепт. И самое паршивое — люди поверили.

Социальные сети, форумы, чаты — индустрия раскололась на два лагеря.

Он открыл комментарии.

«Очевидно, что Су Хон просто пытается словить хайп на чужом успехе. Вся эта группа выглядела так, будто её слепили за месяц, лишь бы что-то предъявить.»

«Ну да, конечно, Пак просто гений, а Ким Су Хон, у которого за плечами десятки успешных проектов, вдруг решил соврать? Очнитесь, ребята, этот выскочка просто украл концепт и теперь играет жертву.»

«А мне вообще плевать, кто у кого украл. Обе группы звучат круто, так что посмотрим, кто победит!»

«Вы серьезно верите, что такой человек, как Ким Су Хон, будет врать в прямом эфире? Пак просто захотел залезть, куда не надо. И теперь его разоблачили.»

«Блин, а если Пак и правда всё придумал первым? Су Хон мог просто следить за ним, а потом сообразить вот это, чтобы задушить новичка.»

Йонг медленно провел рукой по лицу. Всё было предсказуемо.

Сначала шок, потом лагерь фанатов разделяется, и теперь весь интернет кипит.

Те, кто ненавидит кей-поп, радуются очередному скандалу. Те, кто поддерживает «Грязь под ногтями», отчаянно их защищают. Но самые опасные — те, кто пока не выбрал сторону. Их мнение можно повернуть как угодно, и скорее всего, Су Хон именно на них и рассчитывает.

Пак закрыл комментарии и перешёл на сайт, созданный в честь этой группы.

Фотографии участниц. Их биографии, отчёты о тренировках, расписания будущих выступлений — всё выглядело так, будто презентацию этой группы готовили очень давно.

Он быстро пролистал страницу, изучая детали.

Сайт явно создавали в спешке, но исполнение было безупречным. Ни единой ошибки, ни малейшего несоответствия.

— Хм. Даже я почти купился… — пробормотал он.

Йонг невольно отметил филигранность проделанной работы. Чистый, отточенный обман. Честное слово, если бы он сам не знал, что всё это — искусно выстроенная ложь, то, пожалуй, даже мог бы в неё поверить.

Су Хон сработал на удивление быстро. В каждом действии ощущалась уверенная рука опытного игрока.

Пак захлопнул планшет и откинулся на спинку кресла.

— Хорошо, Су Хон… — усмехнулся он, пробегая пальцами по подбородку. — Значит, ты продолжаешь играть по-грязному…

Он знал, что правды недостаточно. В индустрии не верят в правду. В индустрии верят в то, что громче звучит.

И раз уж так — пора заставить музыку звучать в свою сторону.

В этот момент к столику уверенной походкой подошёл молодой спортивный парень. Двигаясь легко, без спешки, он мельком огляделся по сторонам, проверяя, нет ли посторонних глаз, а затем слегка кивнул в знак приветствия и не теряя ни минуты сел напротив.

— Господин Пак, — негромко заговорил он, наклонившись ближе. — Вы сами говорили, что нам лучше не встречаться лично.

Йонг не торопился с ответом. Он посмотрел на парня — уверенного, хладнокровного, без малейших признаков нервозности. Это было хорошо.

— Ситуация обязывает… — спокойно отозвался он и, развернув экран ноутбука, придвинул его ближе к собеседнику. На мониторе застыла запись ток-шоу, взорвавшего индустрию. Девушки, выкрикивающие в микрофоны слова песни, толпа, ревущая в ответ.

Йонг сложил руки на груди и чуть наклонил голову.

— Скажи мне, пожалуйста, почему я ничего не знаю о появлении этой группы? Разве я тебе мало плачу?

Парень на мгновение замер, изучая изображение на экране, а затем медленно на мгновение скривился и откинулся на спинку стула.

— Ким Су Хон — параноик. — В его голосе не было ни оправданий, ни страха, только констатация факта. — Я постоянно нахожусь в студии, но даже мне не дают полной свободы передвижения. Он никому не доверяет. А новеньким тем более.

— Неужели ты до сих пор не завоевал их доверие? — Йонг прищурился, внимательно глядя на собеседника. — Ты, Джи Мин, один из самых известных хореографов в стране. Странно слышать, что у тебя возникли проблемы с такой мелочью.

— Я… работаю над этим. А заодно осторожно собираю информацию, как вы и просили, — парень говорил ровно, но в его тоне слышалась лёгкая обида. В свое время семья Пак когда-то помогла ему подняться, и он понимал, кому обязан своим карьерным успехом. Но при этом он не терпел, когда его упрекали в халатности.

— Хорошо, — Йонг слегка наклонился вперёд, постукивая пальцами по столу. — Так ты видел этих девочек?

Парень кивнул.

— Видел. Но… — он сделал короткую паузу, словно раздумывая, стоит ли продолжать. — Я не помню, чтобы они были в таких образах.

Йонг нахмурился.

— Что значит «не помню»?

— Я встречал их в студии. Несколько раз. Но тогда они выглядели совсем по-другому.

— Проясни.

— До этого они были обычной женской группой, — парень слегка пожал плечами. — Милые, аккуратные, с традиционной хореографией. Никакой тяжёлой музыки, никакого агрессивного образа. Только стандартные танцы, которые ставят всем начинающим айдолам.

Йонг внимательно слушал, не перебивая.

— Я не слышал от них ни одной металлической партии, ни одного рок-мотивированного движения. А потом бац! И они вдруг выходят с этим «революционным» концептом.

Пак задумчиво постукивал пальцами по столу, обдумывая услышанное. Значит, эта группа существовала, но до последнего момента была самой обычной. Без бунтарского образа, без тяжёлой музыки.

Как раз в тот момент, когда «Грязь под ногтями» взорвали сцену.

Йонг скользнул взглядом по экрану ноутбука, где всё ещё была открыта запись ток-шоу. Его губы дрогнули в насмешливой усмешке.

— Ну… теперь уже очевидно, что это не просто совпадение.

Джи Мин молча ждал, не перебивая. Пак перевёл на него пристальный взгляд.

— Мне нужны доказательства.

— Доказательства чего? — уточнил хореограф.

— Того, что их переделали в последний момент, — голос Йонга звучал ровно, но в нём чувствовалась скрытая сталь. — Ты говоришь, что видел их до смены концепта. Значит, остались следы. Репетиционные записи, отчёты, даже обычные разговоры между тренерами. Что угодно, что докажет, что ещё пару недель назад они были другими.

Джи Мин кивнул.

— Я займусь этим.

— Но это не всё, — Пак сделал паузу, затем продолжил: — Мне нужно знать, кто стоял за этой трансформацией. Кто тренировал новый вокал, кто ставил новую хореографию, кто руководил процессом.

— Вы хотите найти слабое звено?

Йонг слегка усмехнулся.

— Я хочу найти того, кого можно разговорить.

Хореограф медленно кивнул, обдумывая его слова.

— Когда вам нужны первые результаты?

— Вчера.

Джи Мин вздохнул и потёр переносицу.

— Понял вас.

Йонг взглянул на часы, затем снова посмотрел на него.

— Но будь очень осторожен. Су Хон не особо церемонится с предателями.

— Мне уже это сообщили, — Джи Мин сдержанно улыбнулся, поднялся и быстро осмотрелся, проверяя, нет ли за ними наблюдателей. — Я свяжусь с вами, как только что-то найду.

Он развернулся и не торопясь направился к выходу. Йонг же остался сидеть, слегка покачивая телефон в руках. Теперь у него было два варианта: ждать информацию или действовать уже сейчас.

Но ждать он не привык. Су Хон сделал первый ход, и Йонгу нужно было ответить в самые короткие сроки.

Пак включил экран и набрал номер.

— Алло. Вы свободны? — он усмехнулся, слушая ответ на другом конце линии. — Отлично… тогда у меня будет для вас задание.

Глава 10

— Надуй щёки! — произнес я, улыбаясь во весь рот. — И тогда, может быть, расскажу, что вас всех ждёт.

Багажник только что распахнулся, и в лицо ударил резкий свет. Надо мной склонились три физиономии и глупо вытаращили глаза. Один из них и вовсе смотрел настолько ошалевшим взглядом, будто я не человек, а, скажем, говорящая сова в шляпе. Он даже рот открыл, словно собирался крикнуть, но звук застрял где-то в горле. Второй инстинктивно шагнул назад, наступив третьему на ногу. Тот зашипел, но не от боли, а от чистого недоумения.

Я же умудрился сидеть так, словно развалился перед телевизором в этом тесном пространстве. Поза короля… победителя! И я скажу вам так:

Это ли не настоящее искусство⁈

Попробуйте как-нибудь, если не верите.

Багажник, куда не факт что и чемодан-то влезет средних размеров. Но вот я смог. В самый последний момент, перед тем как угонщик открыл крышку, я даже умудрился закинуть руки за голову, чтобы придать своей позе ещё больше наглости и вальяжности.

Эх… только зубочистки в зубы не хватает.

— Эй! — окрикнул я застывших в ступоре парней. — Вы как? Дышите вообще?

Я кое-как выкарабкался из багажника и окинул всех расслабленным, даже скорее скучающим взглядом. В этот момент трое парней, что стояли ближе всего ко мне, отшатнулись, не понимая, как вообще реагировать на всё это. В их глазах читался не только страх и удивление. Ещё… я увидел в них надежду. Надежду на то, что всё это просто розыгрыш какого-то их знакомого. Что сейчас я всё им объясню, и всё обойдется. А потом они этому шутнику башку нафиг просто снесут. Но это будет потом.

Однако… по их побледневшим лицам становилось понятно, что всё они прекрасно понимают.

И это жопа!

— Слушайте. Мне уже самому становится как-то неловко, — продолжил говорить я с усмешкой. — Я, конечно, понимаю, что я незваный гость, но чего вы встали как на похоронах. Хотя-я-я… — тут я показательно призадумался. Поднял взгляд вверх и приложил палец к губам. — Чисто технически это действительно могут оказать похороны. Причем ваши. Ну, тогда, да. Забираю свои слова обратно! Ваша реакция вполне логична!

— Слышь! — неожиданно вышел из ступора один из парней и резко подскочил ко мне. Настолько резко, что я и не ожидал. Только вот я никак не проявил это и даже глазом не моргнул. — Ты кто нахуй такой⁈ А?!!! Отвечай. Быстро! Пока башку тебе не отрубили! Топором!

— Вопрос хороший, — кивнул я. — Но вы так и не выполнили мою просьбу, — мои губы растянулись в улыбке. — Ну же, не стесняйтесь!

В этот момент кто-то, кто стоял в стороне, уже набрал воздуха, чтобы действительно надуть щеки, но не успел. Тот, что покрепче духом, с татуировкой дракона на шее, нахмурился и потянулся за стволом. А я вздохнул и продолжил говорить, разочарованно качая головой.

— Ох, ну вот… Испортил момент. Ладно, тогда просто послушайте.

За окном гаража уже слышался отдалённый рёв моторов. Моя геолокация постоянно была включена, и мне требовалось просто выждать пару минут. Бо Рам Сон немного задерживался, но вроде бы не критично.

— Вы же понимаете, что я бы не стал заявляться к вам один. Правильно? Ну, это же слишком глупо и рискованно!

— Э? — один из парней удивленно заглянул мне за спину и посмотрел внутрь багажника, который всё ещё был открыт. Видимо, он ожидал увидеть там ещё кого-то.

— Ты серьезно? — уставился я на него, вздернув одну бровь. — Нет, ты сейчас серьезно⁈ — в этот момент я даже развел руками. — Да не про багажник я. А про это место в общем. Вы уже окружены! Со всех сторон. Поэтому ни рыпаться, ни дергаться, ни угрожать стволом уже не имеет смысла! — я выждал ещё буквально пару мгновений и добавил. — А про топоры я бы вообще лучше не заикался.

— Че⁈ — нахмурился, видимо, их старший.

— Да ниче! Сам сейчас всё поймешь!

— Да че он нам тут лапшу на уши вешает⁈ Нет же никого! — заговорил кто-то ещё. — Кончайте его и погнали отсюда, пока действительно кто-то не заявился.

— Ха-а-ха! — наигранно рассмеялся я. — А ты, видимо, умом не выделяешься, да?

— Да заткнись ты. Если всё так, тогда где твои люди?

— Уже здесь. Как я и сказал до этого, — спокойно ответил я. — Некоторые из них злые. Некоторые очень злые. А остальные… — я сделал паузу. — Настолько изверги, что я бы их и людьми не назвал.

Я закончил тихо. Буквально шёпотом. Но я прекрасно знал, мой голос пробрал их до костей.

Вокруг возникла неестественная тишина. Кто-то шумно сглотнул, а потом выдохнул. Мне показалось, что я услышал скрип. Возможно, это кто-то скрипел зубами. И спустя несколько секунд я снова заговорил, подняв палец вверх.

— Но! Если вы сейчас аккуратно положите оружие и сделаете то, о чем я вас просил. Тогда у вас есть шанс уйти без дырок в теле.

В этот момент снаружи что-то грохнуло. Потом послышался стук в дверь, от которого все присутствующие вздрогнули. А потом послышалось, как сюда начали съезжать одна машина за другой. И не только машины. По звуку здесь точно были ещё мотоциклы, но как мне показалось, могло быть и ещё что-то… Дверь снова грохнула. Но уже с новой силой. А потом раздался жуткий голос.

— Открывайте! — голос был настолько низким и хриплым, что даже мне стало не по себе.

— А, вот и они! — спокойно произнес я, но внутри я выдохнул. Ведь всё могло пойти не так гладко… — Кстати. А вы знаете корейский? А то вам сложно будет найти общий язык.

В этот момент раздался первый выстрел с глушителем.

— Я сказал, открывайте! — рявкнул кто-то с той стороны, и в этот же момент в ворота воткнулся топор, который проломил относительно мягкий металл.

Я спокойно подошел к машине и, наконец, закрыл её багажник.

— Ну что там по поводу щек? — уточнил я. — Моё предложение всё ещё в силе.

* * *

За несколько минут до этого

Где-то в другом конце города

Дикий Топор только что закончил разговор по телефону. Его лицо, обычно выражающее лишь холодную решимость, сейчас было искажено смесью ярости и неверия.

— Что у него, блять, в голове⁈ — он сжал свой телефон так, что экран начал трещать.

— Босс, что такое? — почувствовав смену атмосферы, обратился к нему Меченый.

Однако Бо Рам Сон буквально две секунды сидел в размышлениях, а потом резко сорвался с места и побежал на улицу. Все присутствующие люди тут же ломанулись за своим боссом.

— Быстро! Едем вот за этой точкой! — второпях проговорил он подчиненному, который прыгнул на водительское сидение.

— Понял, — тот кивнул, не задавая лишних вопросов и пробуксовывая, резко тронулся с места.

В самый последний момент на заднее сиденье успел заскочить Меченый. Промедли он хотя бы секунду, Топор просто уехал бы без него.

— Босс! Да что случилось-то?!!! — требовательно произнес его помощник.

— Да этот гребанный сорвиголова… Гису, блять!

— Что он натворил?

— Помнишь, нас просили разобраться с угнанными машинами?

— Ну⁈

— Так вот. Он каким-то хером оказался сейчас в багажнике одной из этих машин.

— Чего? — не веря в услышанное, проговорил Меченый. — Серьезно?

— Я на шутника похож⁈

— Ну… эм… А как так-то вообще?

— Да хер его знает! Ну вот так вот он решает вопросы. Потом спросим! А сейчас нам надо успеть! Если его спалят… пристрелят! Пока едем, обзвони всех! Я не знаю, что именно там нас ждет!

— Понял.

Пока Меченый начал обзванивать необходимые контакты, Топор уже набрал Метелке и спустя четыре гудка та ему ответила томным голосом, словно заигрывала. Но Бо Рам, недослушав, тут же принялся быстро говорить.

— Метёлка, слушай сюда! — его голос хрипел от адреналина. — Гису, похоже, накрылся! Сидит в багажнике у каких-то уёбков! Я тебе скинул точку! Мы уже едем по их следу. Но они сука быстрые. Словно на спортка… а-а… ну да. Они на гоночных тачках.

На том конце провода повисла секундная пауза. А потом женский голос, который только что был спокойный и с некой насмешкой, моментально стал металлическим.

— Ты… Ты серьёзно⁈

— Бля, да! — машина Топора резко вырулила, обгоняя грузовик, отчего его качнуло и практически завалило набок. — Если у тебя есть люди рядом — шли их туда! Сейчас же! А лучше наперехват. Каждая минута на счету.

Уже через секунду было слышно, как на заднем фоне принялся кто-то что-то кричать. А потом началась суета.

— Бросайте всё, едем! Пушки захватите!

Потом снова в трубку.

— Топор, он… он хоть жив⁈ — произнесла Метелка.

— Пока да! — тот стиснул зубы. — Но…

— Без всяких но! — резко оборвала она. — Гису слишком хорош. Он так просто не прогорит. Я уверена.

— Да. Ты права.

* * *

Буквально через десять минут к одному из ангаров на краю города начали стягиваться десятки машин. Сперва туда приехали двое, но они не знали, что именно делать, поэтому просто ждали. А потом с разных сторон начали подъезжать всё больше и больше машин. Тяжелые внедорожники, легковые заниженные машины, мотоциклы.

Ещё через минуту на площадке появился Дикий Топор.

Ему кивнули на закрытые ворота, где предположительно должен был быть Гису вместе с угонщиками, и люди перед ним расступились.

Бо Рам Сон взял в руки топор и сразу же с размаха всадил его в ворота, пробив металл.

— Открывайте! — прорычал он. — Или я сейчас вас на органы разберу.

Тут же появились и люди Метелки. На своих скоростных тачках. Они вели себя без лишнего шума, но с холодной решимостью. Часть людей уже заняла позиции с винтовками на далеких крышах домов. Несколько оцепили ангары вокруг, чтобы никто не смог проскочить. Ни одна мышь. Остальные, включая Метелку, встали за спиной Дикого Топора.

— Если кто-то попытается бежать, стрелять по ногам, — еле слышно произнесла Метелка, наклонившемуся к ней человеку.

Тот лишь молча кивнул и сигналами передал информацию остальным.

В этот момент к Дикому Топору неожиданно подошел Зубочистка, и тот на мгновение замер, с удивлением посмотрев на своего друга и когда-то конкурента.

— А ты здесь откуда? — Топор огляделся и увидел, что вся площадка просто забита машинами. Но те продолжали всё прибывать и прибывать. — Откуда вас нахер столько?

— Ха. Так ты же и вызвал через Меченого. Он сказал дело чрезвычайной важности.

— Ну да, — хмыкнул тот и со скрипом вытащил свой топор из железа. А потом он снова прорычал, но уже на грани. — Я СКАЗАЛ, БЛ… — он замер на полуслове, так как ворота неожиданно заскрежетали и начали медленно подниматься.

Бо Рам стоял и тяжело дышал, ожидая, когда уже можно будет протиснуться. За его спиной тут же загорелись десятки мощных фонарей. Как только ворота достаточно открылись, внутрь ломанулись люди, опережая своего босса. А потом и сам Топор, пригнувшись, прошел вперед и в удивлении замер.

Перед ним стояли люди. Чуть больше десяти. Они все задрали руки вверх и максимально сильно надули щеки. Да так, что их лица покраснели, а глаза грозились вот-вот вывалиться.

И в этот момент Дикий Топор с облегчением выдохнул, а потом, сам того не ожидая, улыбнулся. Он про себя подумал:

«Его почерк. Работа Гису. Однозначно. Значит, он жив! Фу-у-ух…».

Глава 11

Мы сидели за столом на каком-то заброшенном складе, на окраине города. Далеко ехать не пришлось. Тусклый свет фонарей, запах масла и пыли задавали необходимую атмосферу. Напротив нас сидел один из группы угонщиков. Остальные находились связанные в соседнем помещении и ждали своей участи.

Все прекрасно понимали, что никто этих угонщиков сдавать в полицию не собирается. Но вот что с ними будет дальше? Вопрос хороший.

С одной стороны стола сидел я и Дикий Топор. А с другой перепуганный парнишка, который был чуть старше меня. А между нами в центр стола был воткнут топор, которым Бо Рам Сон чуть ли не расколол стол надвое. За его правым плечом возвышался хмурый Меченый, отчего в тусклом свете его лицо со шрамом выглядело ещё более угрожающе, чем обычно.

— Нам нужен будет переводчик, — обратился Топор к Меченому, и тот понятливо кивнул.

— Не нужен, — быстро ответил я и словил два озадаченных взгляда на себе. — Я знаю китайский. На разговорном уровне.

Бо Рам Сон задрал одну бровь, но ничего не ответил. А Меченый лишь усмехнулся.

Только вот пятнадцать минут расспросов и запугиваний ровным счетом не дали ничего. Парнишка побледнел и был напуган настолько, что, казалось, он забыл даже родной китайский язык. А ведь ещё пару часов назад все они выглядели более уверенно. Несмотря на то, что их план уже пошел коту под хвост.

— А я сразу сказал, надо было с того начинать! С главного. У которого татуировка на шее, — снова заговорил Меченый, после того как угонщика увели.

— Ничего… — ответил Топор. — Я специально хотел послушать парочку этих опарышей. Узнать, что они скажут.

— А нахрена мы их вообще допрашиваем? Давай сдадим Кислому. Он же занимается угонами в Сеуле. Пусть четвертует их за то, что на его территорию полезли, да и дело с концом.

Дикий Топор посмотрел на меня и слегка нахмурился. А я в этот момент заговорил.

— Это я попросил. Мне надо кое-что выведать у них.

— Хм. Тогда понятно, — почесал щетину Меченый. — Спорить не стану. Ну что, кого следующего?

— Давай с татуировкой.

Спустя минуту перед нами сидел уже следующий угонщик. Судя по всему, это был старший их группы. И выглядел он уже чуть более уверенно. Хотя глаза всё равно выдавали страх. Он то и дело косился на топор, воткнутый в стол, и старался не пересекаться взглядами с Бо Рам Соном.

Дикий Топор достал сигарету, уже третью за последние десять минут, и закурил. По помещению разнеслось облако дыма. Он сделал ещё одну глубокую затяжку, а потом, чуть наклонившись вперед, пронзительно уставился на мужика с татуировкой.

— Ты знаешь, кто это такой? — начал я разговор на китайском. — Это ведь ты любитель топоров?

— Знаю, — сухо ответил он. — Глава одной из банд по прозвищу Дикий Топор.

Я хмыкнул и одобрительно глянул на Топора.

— Что? — недовольно уточнил Бо Рам Сон. — Что он сказал?

— Сказал, что знает тебя. В смысле твоя слава даже до них дошла. Удивительно.

— Ничего удивительного. Они явно готовились к этому дело. Вот и разнюхали о людях, с которыми лучше точно не пересекаться. Только вот информацию о тебе они никак не могли учесть, — усмехнулся он.

— Раз ты знаешь, кто это, — продолжил я, обращаясь к угонщику, — значит, вы поладите.

— Что ты хочешь знать? — тут же спросил он.

А вот это уже хорошо. Раз он сам пришел к этому — готов к конструктивному диалогу. Я даже был слегка удивлен такому повороту событий.

— Всё. Но разве ты так просто расскажешь? — ответил я.

— А нам больше нечего терять, — пожав плечами, проговорил он. — Если уж умирать, то хотя бы быстро.

— Хм. Вот как… — я задумался. — Корейский знаешь?

— Знаю, — ответил он. — Но плохо. Не все слова понимаю.

— О, так он корейский знает, — произнес я, глядя на Топора. — Это на будущее.

— Ну, так пусть говорит на нашем.

— Он плохо его знает, но если понадобится что-то, то это к нему. Если меня не окажется рядом, — ответил я, после чего продолжил, пока что на корейском. — Как тебя зовут?

— Сюэ йе аэйи!

— Как? Сюэ йе аэйи? — медленно по слогам выговорил я.

— Нет. Сюэ йе аэйи! — повторил он то же самое, но с перепадами в интонации.

— Угу. Понятно. Буду звать тебя Драконом.

— Пойдет, — пожал он плечами.

— Что за тупое имя? — буркнул Меченый. — Я про настоящее.

— Почему вы угнали именно эти машины? — начал я расспрос уже на китайском, чтобы не тратить время. Я не обращал внимание на бормотание Меченого с Топором.

— Нас на них навели. А конкретно эти машины заказали. Сразу уточню, что имя заказчика мы не знаем. Информацию нам передавали через третьих лиц в Китае.

— Почему именно машины из Кореи?

— Не знаю, — спокойно ответил Дракон. — Кому-то они понравились. Кому-то очень влиятельному и очень богатому.

— Как вы всё провернули? Договорились с кем-то на то, чтобы приближенные люди отключили охрану?

— Нет. У нас есть свои специалисты. Сигнализация для нас — не проблема.

— Ясно, — кивнул и слегка задумался. В принципе я так и предполагал. Но это значит, что у них есть действительно талантливый человек, который способен обойти если не любую, то почти любую систему безопасности. — А как вы собирались вывести машины?

— Сегодня ночью на контейнеровозе.

— На каком? — слегка напрягся я.

— Корея Пак Индастриз.

Тут я сделал тяжелый вдох и прикрыл глаза.

Серьезно? Вот так просто они собирались вывезти угнанные машины вместе с остальными машинами, которые экспортом вывозятся из страны. И понятное дело, что самые большие обороты у семьи Пака, но всё же…

Что-то не сходится. Я задумался и немного помолчал.

— Всё нормально? — увидев моё озадаченное лицо, произнес Топор.

Но я не стал ему отвечать. Я просто продолжал размышлять, прикрыв лицо рукой. В помещении возникла тишина, нарушаемая лишь шумными затяжками Бо Рам Сона. Спустя несколько секунд я открыл глаза и неожиданно заговорил.

— Ты же понимаешь, что вас бы поймали? Или у вас там был свой человек?

— Человек вроде как был… — как-то неуверенно ответил Дракон. — Но… скажу честно, мне тоже это всё показалось немного странным.

— То есть… тебе показалось… но ты всё равно взялся за работу?

— У меня не было выбора. У нас…

— Почему? — уточнил я.

— Мы попали. Очень жестко попали. У себя на родине. В Китае. Наши старшие должны были нам головы отрезать. Но потом… резко всё изменилось. Сказали у нас есть шанс искупить свою вину. Причем надо было провернуть всего одно дело. Сделать то, что мы умеем делать лучше всего. Конечно, нам сказали, что будет непросто, ведь работать придется в другой стране. Но нам должны были помочь всё провернуть.

— И тебя ничего не смутило?

— Смутило, конечно. А что нам оставалось? — пожал он плечами. — Мы залезли, куда не следовало. А потом пришлось отвечать.

Я снова задумался. В помещении возникла тишина. А Дракон спустя несколько мгновений поерзал на стуле и продолжил говорить:

— Как я и сказал до этого, терять нам уже нечего. В Китай мы не сможем вернуться. Нас там просто убьют. Здесь… я так понимаю, люди не менее жесткие. Поэтому… — тут он поджал губы и тяжело вздохнул.

— Да. Жизнь — жестокая штука, — произнес я и поднялся.

Дикий Топор тут же посмотрел на меня и вопросительно кивнул.

— Ну что? — спросил он, когда понял, что я слишком задумчив.

— Можешь пока далеко их никуда не девать? — обратился я к Топору.

— В смысле не закапывать их слишком глубоко?

— Желательно, пока вообще не закапывать, — криво улыбнулся я.

— Хм. С этим пока не знаю. Меченый, уведи его, — обратился он к своему помощнику и кивнул на Дракона. Когда они оба вышли, Бо Рам продолжил говорить: — Так и что там? Чего ты так напрягся?

— Да хрень какая-то получается, — произнес я и замолчал.

— Почему?

— Ощущение, что эти спорткары вообще нахрен никому не нужны были. Их бы ну сто процентов поймали. Потому что он говорил так, словно они всё продумали только до момента угона. А вот дальше… будто бы полагались только на удачу.

— Что за бред⁈

— Вот и я о том же. Кто-то очень влиятельный просто нашел козлов отпущения, через которых он собирался провернуть это дело. Но для чего этого делалось?

— Погоди. Всё равно что-то не сходится. Они настолько гладко и профессионально угнали машины… а ты говоришь, что эти машины никому не нужны были?

— Ну, типа того… — хмыкнул я. — Думаю, тот человек, которых их нанял, сам не ожидал, что они сработают настолько гладко. Этот… — я кивнул на дверь. — Сказал, что они у себя уже считались смертниками. Вот их и бросили сюда на убой.

— И что ты предлагаешь? Проявить к этим бедолагам сочувствие? — сарказм буквально сочился из каждого его слова.

— Нет. Но вот извлечь из этого выгоду можно. Они люди не простые, а их навыки на высшем уровне. Я предлагаю просто пока что их не убивать. Если ты об этом. Тем более ещё далеко не всё мне стало ясно. Есть ощущение, что во всем этом замешаны какие-то очень влиятельные люди. И хотелось бы понять, кому и для чего это всё было нужно.

— Ладно. Я найду подвал, в котором они будут под наблюдением. Но ты должен понимать. Если поползут какие-либо слухи обо мне — оборву все ниточки. Сейчас я тоже не собираюсь рисковать своей репутацией.

— Я понимаю, — с серьезным видом кивнул я. — И ещё… Топор.

— Что?

— Спасибо тебе, что так быстро примчался.

— Пожалуйста, малой! — усмехнулся он, показав зубы, и направился на выход.

* * *

Йонг остановился перед тяжёлой дубовой дверью кабинета отца и задержался буквально на пару секунд. Он прекрасно понимал, зачем отец вызвал его и морально готовился к серьезному разговору.

Он постучал и дождался ответа.

— Входи, — раздался сосредоточенный голос главы семьи Пак.

Кабинет встретил его горьковатым ароматом недопитого кофе. За массивным столом, освещённым мягким светом настольной лампы, сидел Пак Вон Шик. Его пальцы медленно перебирали документы, но взгляд уже впился в сына.

— Садись, — кивнул он в сторону кресла.

Йонг опустился в глубокое кожаное кресло, ощутив, как холодок напряжения пробежал по спине. Между ними на столе стояла фарфоровая чашка — пустая, с едва заметным следом помады на краю. Мать тоже была здесь.

Парень решил не торопиться и подождать, пока отец закончит со всеми своими делами. Он знал, что в последнее время у него тоже начались какие-то проблемы с бизнесом, поэтому он сейчас был слегка напряжен.

— Я слышал, у тебя… проблемы, — начал Вон Шик, откладывая бумаги.

Йонг чуть склонил голову и поджал губы.

— Временные трудности. Ничего серьёзного, пап. Тебе не следует волноваться из-за этого.

Отец выдохнул и откинулся в кресле. Свет лампы высветил морщины у его глаз — новые, незнакомые.

— Ким Су Хон, — не «временная трудность», — сухо произнес Вон Шик, и его голос внезапно стал хриплым. — Он опасный противник, который считает себя хищником. И такие, как он, не останавливаются, пока не загрызут добычу.

— Пап… при всем уважении, тебе не стоит думать, что я отношусь к этому легкомысленно. Я прекрасно понимаю, с кем имею дело, — тут он на пару мгновений замолчал и задумался. После чего продолжил говорить: — И я не добыча. А Су Хон… может он и хищник, но в моих глазах он всего лишь шакал.

— Хм. Ну да… — горько усмехнулся отец. — Такие — самые опасные. Не стоит недооценивать подобных врагов.

— Я понимаю, — серьезно кивнул Йонг.

Вон Шик резко поднялся, подошёл к окну. Его отражение в стекле слилось с огнями ночного Сеула.

— Я не просто так вызвал тебя. До этого… я уже знал, что вы вступили с ним в противостояние, но я не влезал. Однако теперь… ты читал газеты? Видел новости?

— Да. Я понимаю, о чем ты.

— Он будет играть грязно. Чтобы замарать имя и честь нашей семьи. И нам придется действовать жестко. Думаю… ты не готов к подобному.

— Пап, ты хочешь, чтобы я растоптал его? — серьезно проговорил Йонг. — Дело в том, что я не хотел играть по его правилам, чтобы не опускаться на его уровень.

Вон Шик в этот момент развернулся, и в его взгляде промелькнуло что-то неуловимое.

— Гордость и самоуверенность — это хорошо, — проговорил глава семейства. — Но без должной стратегии и опыта… в нашем деле это всего лишь глупость. Су Хон сделал шаг и оказался впереди тебя. А теперь тебе придется оправдываться. Искать доказательства, что это он тебя сплагиатил, а не наоборот. Но чтобы ты не предпринял, ты окажешь в проигрышной позиции. А знаешь почему?

— Потому что он получит свой хайп?

— Именно. Ему плевать на репутацию. Он затянет тебя в свою грязь, где вы будите барахтаться, покрывая друг друга дерьм… — тут он остановился, понимая, что дал волю чувствам. Вон Шик потер переносицу двумя пальцами, сделал глубокий вдох и продолжил: — Даже если спустя несколько месяцев ты докажешь свою правоту, всем уже будет плевать на это. Твоё имя у многих будет ассоциироваться с вором. На подсознательном уровне.

— Да. Я это уже понял.

— Но уже поздно, — на выдохе проговорил отец.

— Не совсем. Если сработать максимально быстро, можно ещё всё исправить. Точнее успеть минимизировать потери репутации.

— У тебя есть план? — произнес отец и внимательно посмотрел на Йонга.

— Не совсем, — честно признался парень. — Точнее… Я пока что обдумываю. Но… Пару идей есть.

— Так и что ты предлагаешь? — по кабинету разнесся очередной громкий и уставший вздох.

— Я предлагаю тебе не беспокоиться ещё и здесь. Я знаю, что у тебя сейчас хватает забот. Просто… поверь мне.

— Я всегда тебе доверял, сынок, — произнес Вон Шик и снова сел в кресло. — Но на этот раз всё серьезно. Это не шутки. Я не могу допустить краха… может произойти то, о чем мы потом все будем жалеть. Только уже станет поздно.

— Я понимаю, — кивнул Йонг. — Если я почувствую, что не справляюсь… или что-то вышло из-под контроля, я дам тебе знать. Но сейчас… когда надо, я тоже могу действовать жёстко, пап. И не позволю, чтобы честь нашей семьи растоптали.

— Хм. Ты… многого добьёшься, — наконец-то улыбнулся Вон Шик.

— У меня был хороший пример, — ответил Йонг улыбкой.

— Пожалуй, ты прав. У меня нет оснований не доверять твоим словам. Ты ещё ни разу меня не подвел.

— Спасибо, пап. Тогда я пойду? Мне есть над чем подумать.

— Ступай.

В этот момент Пак Вон Шик почувствовал некое облегчение. Он был доволен сыном. Хоть до этого считал, что тот не готов к серьезным столкновениям с серьезными людьми. Но сейчас он почувствовал решимость, исходящую от Йонга. А ещё непоколебимость.

— Быстро же ты вырос… — произнес глава семьи, после того как остался один в кабинете.

Глава 12

Уютное кафе в центре Сеула было наполнено мягким светом и тихим гомоном посетителей. Джисон сидел за столиком у окна, его пальцы медленно водили по краю кофейной чашки, но взгляд был расфокусирован, устремлён куда-то вдаль. Напротив него расположилась Соён — девушка, с которой он когда-то пересекался на одной из тех бесконечных вечеринок, где все улыбались, но никто не был искренним.

Девушка из его прошлой жизни. Так он предпочитал называть этот период до всех этих событий. До ссоры с отцом. До пересечения с Гису Хегаем. До встречи с Лизой.

Девушка выглядела безупречно: идеальный макияж, дорогие часы на тонком запястье, губы, тронутые лёгкой ухмылкой. Её ноготь слегка постукивал по бокалу, словно пытаясь вернуть его внимание. Соён прекрасно знала, кто такой Джи Джисон и кем является его отец. Поэтому ещё тогда… она не исключала, что познакомиться с таким парнем было бы полезно. И вот теперь ей представилась такая возможность.

— Ты совсем не изменился, — протянула она, играя с бликами света в вине. — Всё такой же задумчивый. Или просто не в настроении?

Джисон автоматически улыбнулся.

«Не изменился? Да ты совсем меня не знаешь».

Но он не стал никак на это реагировать. Его мысли были далеко. В памяти всплывали совсем другие глаза — тёплые, живые. Лиза. Она никогда не позволяла себе такого высокомерного полувзгляда, каким сейчас Соён окинула официанта, случайно задевшего соседний столик.

— Боже, — фыркнула Соён, бросив раздражённый взгляд вслед растерянному парню, — как можно быть таким неуклюжим? Неужели трудно просто нормально работать?

Её слова прозвучали громко, нарочито, будто она ждала, что Джисон подхватит её недовольство. Но вместо этого он почувствовал, как внутри него что-то сжалось.

«Я и сам так говорил», — промелькнуло у него в голове. — «Когда-то…».

Перед глазами внезапно возникло воспоминание: он стоял в VIP-ложе какого-то клуба, с презрением отстраняя бокал, который подал ему слишком медлительный бармен. Тогда это казалось естественным. Ведь он был сыном министра образования, тем, кому все должны были угождать. Но сейчас, глядя на Соён, он видел лишь пустоту за её показной уверенностью.

— Может, не стоит так резко реагировать? — произнёс он спокойно, но в голосе уже чувствовалась лёгкая усталость.

Соён замерла на секунду, будто не ожидая такого ответа, затем фальшиво рассмеялась.

— Ой, ну серьёзно? Ты теперь защищаешь каждого, кто не может нормально выполнить свою работу? Или его кто-то заставляет здесь работать?

Её тон был язвительным, но Джисон лишь опустил взгляд на свои руки. Раньше он бы парировал, насмехался, даже получал удовольствие от таких разговоров. Но сейчас всё это казалось… утомительным, слишком глупым.

— Скучно… — наконец сказал он, отодвигая стул.

Соён нахмурилась, её уверенность дала трещину.

— Что ты имеешь ввиду? Тебе со мной скучно?

Но Джисон уже достал деньги, положил их на стол и встал.

— Мне пора.

Он вышел на улицу, где Сеул шумел, сверкал и жил своей бешеной жизнью. Но в его голове было тихо.

— Как же всё изменилось… — еле слышно прошептал он. — И ведь так быстро.

Парень усмехнулся, понимая, что начал смотреть на этот мир по-другому. А потом направился по улице. Но не домой. Он долго думал над тем, что делать дальше? И вот теперь он наконец-то понял, чего действительно хочет.

Пора действовать, а не ждать в надежде, что мир сам склонится к твоим ногам.

* * *

Гису, Пак, Чан и Юми, как и обычно, сдвинули столы в привычный квадрат, создав импровизированную обеденную зону. В воздухе витал аппетитный аромат еды, смешанный с запахом школьного мела и древесины.

Пак разложил перед собой аккуратно упакованный ланч-бокс, внутри которого царила почти художественная композиция из традиционных корейских блюд.

В его контейнере красовалась тонко нарезанная говядина, замаринованная в сладковато-чесночном соусе и обжаренная до нежности. Хрустящее кимчи с идеальным балансом остроты и кислинки. И белоснежный, рассыпчатый рис с парой капель кунжутных семян сверху.

Чан приподнялся, чтобы суметь заглянуть ему в контейнер, и шумно сглотнул.

— А ты же вроде бы собирался сам научиться готовить. По примеру Гису… — не отрывая взгляда от его ланч-бокса, произнес Чан. — Или… только не говори, что это ты сам всё так идеально приготовил!

— Нет конечно, — усмехнулся Пак. — Это заслуга поваров. К сожалению, в последнее время… — тут он слегка помедлил, после чего продолжил говорить. — В общем, мне было не до этого.

— Понятно, — поджав губы, ответил Чан.

Он продолжал наблюдать за Йонгом, надеясь, что тот поделиться с ним своим обедом. Внимательно смотрел, когда тот взял палочки и с видом знатока принялся за еду, время от времени одобрительно кивая то ли себе, то ли невидимым поварам.

— А ты чего?.. Сегодня без обеда что ли? — проговорил Йонг после того, как прожевал.

— Ага. Тоже как-то не до готовки в последнее время. Спать-то толком не успеваю.

— Понятно, — спокойно произнес Пак и закинул ломтик говядины в рот.

— Да ладно тебе, хватит уже поедать его обед глазами, — фыркнув, произнесла Юми. — Я с тобой поделюсь. Вот.

Девушка достала свой контейнер и принялась раскрывать его.

— Спасибо, — улыбнулся Чан. — Что? Так заметно было?

— Ага. Тебе осталось только слюнки пустить и начать облизываться, — хохотнул Йонг. — Но если хочешь, бери конечно.

В это время Гису лениво ковырял в своём контейнере что-то, отдалённо напоминающее еду.

— А это что? — прищурилась Юми, пытаясь разглядеть странную смесь риса, яичницы и подозрительно тёмных кусочков мяса. — Не похоже на тебя.

— Эксперимент, — пожал плечами Гису. — Вчера осталось мясо с ужина, а утром рис. Добавил яйцо, кетчуп, немного чили… хотя согласен… выглядит странно.

— Странно? — Пак приподнял одну бровь, наблюдая, как Гису без тени сомнения отправляет в рот очередную порцию. — Просто я бы подобрал другое слово.

— Ага. Но на вкус нормально. Главное не смотреть. И не думать. И глотать побыстрее.

— Хах. Это первый раз, когда я у Гису сама не стану клянчить его еду, — усмехнулась Юми.

— Слушайте, а мы ведь теперь старшеклассники! — спустя минут пять, неожиданно начал разговор Чан. — Выпускники как никак.

— И что? Что ты этим хочешь сказать? — заговорил Йонг.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Но я думаю, надо сделать за этот год что-нибудь особенное. А ещё… знаете… я вот как вспомню прошлый выпуск, как мы провожали наших… у меня аж мурашки по спине бегут. Не знаю из-за чего даже.

— Согласна, — закивала Юми. — Стоит только задуматься, что это последний год… и как-то грустненько на душе становится. Хотя… с другой стороны вроде бы радоваться надо.

— Это потому что вы не хотите прощаться друг с другом и с этим этапом жизни, — проглотив еду, даже не жуя, произнес Гису. — Но эту страничку придется перевернуть. Однако вам не стоит так волноваться по этому поводу.

— Почему? — все трое уставились на него.

— Потому что вы не просто выпускники школы Дайвегу. Вы всё-таки ещё и участники нашего клуба Надуй щеки! А ещё… — тут он снова закинул кусок еды в рот, замер на мгновение, а потом проглотил его одним разом. — А ещё вы совет ЮЧП. Не просто рядовые члены клуба. Знаете, что это значит?

— Что?

— Что вам пора заняться делом! — улыбнулся он. — И если вы сами не придумаете что-то стоящее… — тут его улыбка превратилась в оскал. — Тогда я сам найду вам задания! Или вы забыли, с чего всё начиналось?

— Не надо! — мгновенно запротестовала Юми, а Чан лишь улыбнулся. — Мы тебя поняли. Сделать что-то… за что нас запомнят!

— Можно и так сказать, — продолжил говорить Гису. — Разбирайтесь пока с вашими текущими проблемами, но не забывайте… часики тикают. Не успеете оглянуться, как уже выпуск на носу повиснет. Поэтому… держите это в голове. Скоро мы будем делать что-то грандиозное.

— Хм. Заинтриговал, — хмыкнул Йонг и тоже закинул ломтик мяса в рот. — Но проблем у нас действительно хватает. Кстати… — тут он пересекся взглядом с Чаном и продолжил говорить. — Твои полуприцепы уже даже до нашего парка дошли. Но вообще ты, конечно, молодец. Такими темпами не удивлюсь, если эти полуприцепы станут настоящим хитом в Корее, учитывая твоё усердие.

— Чего? — удивленно уставился Ан на Йонга. — Ты это о чем сейчас?

— В смысле? Ты разве не в курсе? Погоди-ка… а кому ты последний раз продавал их?

— А-а… да там парнишка какой-то. Фуко зовут. Он, кстати, целую партию выкупил. Точнее остатки от неё. Но забрал всё, чем невероятно облегчил мою работу.

— Ну вот, — улыбнулся Йонг. — Он же рядом со мной открыл какой-то фастфуд. Острое и Пряности кажется. Понятное дело, что по аналогии со мной. Но есть кое-какие интересные доработки. А эти полуприцепы модернизированные очень хорошо себя показали. Я даже задумался о том, чтобы тоже себе прикупить таких же. По блату, может быть, организуешь мне? — Йонг усмехнулся и подмигнул Чану.

— Пф-ф-ф… шутишь да? Или нет? — уставился на него парень.

Но в этот момент снова заговорил Гису.

— Слушай, а у тебя как дела? — обратился он к Паку. — По всему интернету слухи ходят, что ты серьезно закусился с каким-то влиятельным мужиком из индустрии кей-попа.

— А, это… блин, лучше бы не напоминал, — отмахнулся Йонг и слегка нахмурился, поджав губы.

— Так у тебя всё в порядке? — продолжил Хегай.

— Ну, так. Он очень скользкий тип. Заставляет играть по его правилам. Но я разберусь с ним.

— Если понадобится помощь, ты главное — дай знать, — вмешалась Юми. — Не геройствуй.

— Ну ты, конечно, сказала, — рассмеялся Пак.

— Ты понял, что я имела ввиду.

Когда ребята закончили обед, до конца перемены оставалось ещё немного времени. Пак собрал свой ланч-бокс и направился к выходу из класса. В голове крутились мысли о его разговоре с отцом. Но едва он переступил порог, как чья-то рука неожиданно схватила его за плечо.

— Эй, что за?..

Пак не успел договорить. Перед ним стоял Гису, его обычно расслабленное выражение лица сменилось на задумчивое. Глаза бегали по сторонам, будто проверяя, нет ли поблизости лишних ушей.

— Надо поговорить, — прошептал Хегай, не убирая руку

— Слушай, я же не глупый, — начал Йонг. — Если я пойму, что у меня всё вышло из-под контроля, я однозначно обращусь к тебе. Возможно, даже в первую очередь, чтобы не беспокоить отца. Так что…

— Нет. Подожди. Я не совсем об этом собирался поговорить, — произнес Хегай, чем заставил Пака напрячься ещё больше.

— А о чем тогда?

— Помнишь, я недавно просил у тебя информацию по одному из твоих сотрудников?

— Ну да-а… — протянул он. — Припоминаю. Я уж и забыл. Просто столько всего свалилось в последнее время.

— Ну вот. Там короче такое дело было… я разбирался в угнанных машинах. У одного из наших… эм… политиков угнали целую коллекцию спортивных машин.

— Серьезно?

— Да, но мы уже разобрались и нашли их. Но дело в том, что твой человек оказался информатором.

— И-и?.. Что теперь… так подожди… а это точно он?

— Да. Но суть не в этом. Он был простой пешкой. В этом я уверен. Тут дело в другом. У меня есть подозрения, что эти машины вообще не собирались вывозить из Кореи. Хотя якобы их закали из Китая.

— Чего? — нахмурился Йонг. — Ничего не понимаю.

— Мне кажется, кто-то просто пытался подставить вас. Вашу семью. Потому что вывезти машины должны были вместе с вашей поставкой техники. И знаешь что? Я немного подсуетился и проверил. В тот день на вашем судне проводились подозрительно тщательные проверки. Только вот они ничего там не нашли. Потому что машины мы уже вернули владельцу. А информация, видимо, задержалась…

— Хм. И? Ты думаешь, кто-то точит на нашу семью зуб?

— А это так удивительно? — изогнул одну бровь Гису.

— Вообще-то нет. Логично было бы предположить, что это дело рук Ким Су Хона… только вот… что-то я сомневаюсь в этом.

— Да, я тоже. Как бы он хорош не был в кей-попе, я считаю, что тут работает игрок покрупнее. И не факт, что из Кореи. У вас много врагов?

— Полно, — не задумываясь ответил Пак. — Но в последние годы у нас всё было относительно тихо. Потому что отец разобрался со всеми и дал понять, что лучше нас не трогать.

— Видимо, не со всеми, — произнес Хегай и задумался. — Или это кто-то совсем новый. В любом случае я просто хотел тебя предупредить. Возможно, тебе стоит поговорить об этом с отцом.

Йонг помедлил немного, а спустя несколько секунд продолжил.

— Слушай. Я ему передам твои слова, но…

— Что но?

— Скорее всего, он захочет лично с тобой побеседовать. Потому что дело серьезное. Но если тебе неудобно, тогда я не стану раскрывать твоего имени. Думаю, он поймет.

— Я не против, — спокойно ответил Хегай. — Только не сегодня вечером. На сегодня у меня были другие планы.

— Без проблем. И спасибо, что предупредил меня.

Глава 13

Фургончик Лёд и пламя гудел от работы. Как и обычно. Народу было столько, что сотрудник еле успевал принимать заказы.

В это время Джи Джисон стоял в углу, скрестив руки, и наблюдал, как один из новых работников лихорадочно переворачивал сосиски для хот-догов, явно не успевая.

Но даже так… Джисон понимал, что его помощь уже не требовалась, но почему-то он всё равно приходил, словно чувствовал ответственность. И при этом он поймал себя на подобной мысли уже не в первый раз.

Странно.

Его взгляд скользнул дальше, за пределы их территории, к соседнему фургону «Острое и пряности». Очереди там были намного меньше, но при этом люди частенько перетекали из одной очереди в другую.

Он уже давно узнал всю информацию о наглом предпринимателе, который вот так вот бесцеремонно открылся по соседству, сплагиатив идею. Конечно же Джисон докладывал об этом Йонгу. Поднимал архивы, пробивал связи, даже намекал на возможные «нечистые» схемы. Но Пак лишь отмахнулся, словно это была не конкуренция, а скучная игра, в которую он давно перестал верить.

Но сейчас Джисон думал совершенно о другом. Так уж вышло, что у Фуко могли оказаться нужные ему связи. Подобная шальная мысль случайно появилась в его голове, и теперь не отпускала.

— Да нет… это глупо… — сам себе он проговорил, после того как уже вышел на улицу.

Парень остановился, замер и ещё несколько секунд постоял в размышлениях.

— Да ну нет… или да? Блин…

Он нахмурился и устремил свой взгляд вперед.

— Решено! — Выпрямившись, произнес сын министра образования. — Пора действовать.

Джисон направился к соседнему фургону. Точнее к огромному полуприцепу. Но сейчас Фуко однозначно находился там. Он его видел с утра. Для Джисона куда проще было бы обратиться к тому из-за кого всё это началось, но он не собирался идти к нему на поклон. По дороге он размышлял, как подступиться. С чего начать? Спросить просто в лоб? Кто в здравом уме ответит на подобный вопрос незнакомому человеку?

— Ай! Была не была…

— О-о-о! Не выдержали конкуренции⁈ — С улыбкой на лице произнес молодой чеболь, глядя на Джисона. — Этого стоило ожидать. Ха-ха!

Тот слегка замешкался, так как не ожидал, что Фуко первым заговорит. А потом, прочистив горло, сдавленно произнес.

— Слушай. Я поговорить хотел. Мы можем где-то…

— Найти тихое место, чтобы поговорить наедине? — Продолжил за него Фуко. — Это вряд ли. — Он окинул поляну и множественные очереди из людей. — Сам понимаешь…

— Да… это… ладно, извини. — Джисон замер на несколько секунд, после чего развернулся и отправился обратно. — Глупая затея была… — пробормотал он буквально про себя. — И с чего я вообще решил…

— А чего хотел-то? — Окликнул его Фуко.

— Да я это… — Джисон остановился и поджал губы. — Всё-таки разговор не для улицы.

— Хм. Ну ладно, погоди. Давай отойдем. — Молодой чеболь отдал указание своему работнику, скинул с себя фартук и отправился на выход. — Заинтриговал.

Они отошли в сторону. Людей здесь было всё же не мало, но никому из них не было дела до двух юношей. Только вот, когда пришло время до разговора, Джисон уже не знал с чего начать. Только сейчас он понял, насколько же всё-таки это была глупая затея…

— Слушай… — начал говорить он. — Когда ты тут открылся, я немного пробил про тебя. Вот… наверное ты тоже знаешь кто я такой?

— Нет. — Спокойно пожал он плечами. — А должен?

— Эм… нет… просто. Слушай. Я… мне… не знаю как бы сказать.

— Говори уж как-нибудь.

— Короче, нужен человек, который сможет разыскать другого человека, зная, что он…

— Что?

— В общем, я хотел уточнить, нет ли у тебя связей в теневом мире?

— В каком мире? — Фуко перестал улыбаться и выглядел озадаченным. — В бандитском что ли?

— Ну да. Типа того. — Почесав затылок и неловко улыбнувшись, ответил Джисон.

— М-м-м… слушай, я думал, у тебя вопрос будет связанный с нашим бизнесом.

— Да ты прав. Извини. Тупая идея была!

— Да уж… я в отличие от некоторых подобных связей предпочитаю не иметь.

— Что значит, в отличие от некоторых?

— Ты разве не на Пака работаешь? Дкмаешь, он не знает кого-то… ну-у… короче есть парнишка, про которого говорят, что он решает любые вопросы. Якобы…

— Погоди. Дай попробую угадать. Его имя случайно не Гису Хегай.

— Хм. Я гляжу ты тоже немного знаком с «теневым» миром. Да?

— Нет. Но… твою мать!

— Что?

— Почему все ниточки ведут именно к Гису⁈

— Хороший вопрос. Но я не знаю на него ответа. — Снова пожал плечами Фуко. — В общем, ты не по адресу обратился с такими вопросами. А ещё если ты с ним не общался, но собираешься… убедись, чтобы поблизости не оказалось острых перцев.

— Чего?

— Да ничего. Это я так.

— Ладно. Извини, что отвлек.

Джисон развернулся, поджав губы, и быстро направился обратно.

— Вот я дебил! — Прошипел он, стараясь поскорее удалиться.

Парень продолжал ругаться на себя. Но с другой стороны он понимал, что обращаться к Хегаю ему хочется в последнюю очередь. Лучше уж с отцом наладить отношения. Правда он тут же скривился как только подумал о подобном.

— Вот блин. Нет, серьезно? Ну не буду же я идти к Гису на поклон… после всего… Или?

Он задумался, достал свой телефон и замер. Сейчас ему предстояло решить, что для него важнее. Его гордость и принципы? Или же девушка, к которой он впервые испытывает подобные чувства?

* * *

Мой каблук тихо щёлкнул по идеально отполированному мрамору парадного входа. Передо мной возвышались чёрные кованые ворота с тонким золотым орнаментом, уже распахнутые, будто меня ждали. За ними расстилалась аллея, усаженная вековыми соснами, их ровные силуэты выглядели словно специально кем-то вычерченными тушью.

Территория оказалась огромной, но без перегибов. Всё здесь дышало холодной, отточенной роскошью: низкие каменные фонари вдоль дорожки, зеркальная гладь пруда. По периметру стояли мужчины в тёмных костюмах с едва заметными гарнитурами в ушах. Они не смотрели прямо на меня, но я ощущал их внимание, будто лёгкий холодок на шее.

У дверей особняка меня встретил человек в строгом чёрном костюме с непроницаемым лицом.

— Господин Гису Хегай? — произнёс он бесстрастным голосом.

Я молча кивнул.

— Вас ожидают. Пожалуйста, следуйте за мной.

Внутри открылся просторный холл с высокими потолками. Пол был выложен тёмным деревом, настолько безупречным, что по нему можно было скользить взглядом. На стенах висели традиционные свитки с каллиграфией в минималистичных рамках. Ничего лишнего.

Дворецкий, если его можно было так назвать, провёл меня через длинный коридор. Наконец он остановился перед двойными дверьми из чёрного дерева, слегка склонил голову и отступил.

— Войдите.

Я толкнул дверь и на мгновение замер.

Зал для встреч не был похож на то, что я ожидал увидеть. Никаких длинных столов, никаких официальных портретов. Просторная комната с панорамными окнами, за которыми виднелся сад камней. В центре стоял низкий столик из красного дерева, а вокруг него диваны в мягких бежевых чехлах.

Пак Вон Шик сидел, откинувшись на спинку дивана, опираясь локтем о подлокотник. На нём был тёмно-синий кардиган поверх белой рубашки с расстёгнутым воротом. Ни намёка на деловой костюм. В руке он держал книгу, которую небрежно закрыл при моём появлении.

— А, Гису. — Его голос звучал глуховато и спокойно. — Наконец-то. Садись. Рад, что ты нашел время для встречи так скоро.

Он дружелюбно улыбнулся и указал на столик, где уже стоял дымящийся чайник.

— Чай. Будешь?

— Спасибо, не откажусь. — Ответил я и сел напротив главы семьи Пак.

Он немного помедлил, а потом спокойно взялся за чайничек. Вон Шик не спешил. Да и я тоже не собирался торопить его. Поэтому просто выжидал.

— Итак… — пододвинув ко мне одну из чашек, произнес он. — Как думаешь, для чего я захотел встретиться с тобой?

Я сделал маленький глоточек чая, после чего поставил чашку и внимательно посмотрел на отца Йонга. Теперь понятно в кого тот такой… всегда, словно с иголочки. Хотя я и до этого уже пересекался с главой семьи Пак, но сейчас, при личной встрече, как будто видел всё более открыто. Его уставшие глаза выдавали, что он очень много работает, но при этом, выглядит он так, словно готовился к приему президента, а не какого-то там школьника, одноклассника его сына. И это не смотря на то, что он не в костюме.

— Полагаю это как-то связано с угоном машин и то, что один из ваших людей оказался замешан в этом.

— Хм. Отчасти ты прав, конечно.

— То есть, вы позвали меня не из-за этого?

— В том числе. — Ответил Вон Шик и выждал секунду. — Что касается данного инцидента, с этим моя служба безопасности уже разбирается. Человека взяли в оборот. И да… Спасибо, что предупредил. Но я позвал тебя не совсем по этому поводу.

— Интересно. — Не стал я скрывать своего удивления и еле приподнял одну бровь.

— Да. Я… скажем так. Очень наслышан о тебе. И не только от Йонга. Думаю, ты понимаешь о чем я…

— Да. — После недолгой паузы, ответил я. — Понимаю.

На самом деле подобная информация могла откуда угодно просочиться. И от бандитов и от политиков. Особенно учитывая, что они связаны более тесно, чем могло бы показаться человеку, который не имел с ними дел. Но я-то знал как никто другой.

— Надеюсь, вы слышали обо мне только хорошее. — Еле заметно улыбнулся я. — А-то люди всякое болтают.

— Ты очень интересный человек. — Сделав глоток чая, произнес Вон Шик. — Я долго пытался не замечать всего, что вы проворачиваете. Но некоторые поступки звучали слишком громко. И я вот даже не знаю… но, по всей видимости, ты так же и на Йонга повлиял. Возможно, его пристрастия к бизнесу начались именно из-за тебя. — Он сделал ещё один глоток и поставил чашку на место.

— Возможно. — Неоднозначно ответил я.

— Да. Помню, когда он только впервые обратился ко мне по поводу техники, я ещё тогда очень сильно удивился. Но вот теперь… теперь всё встало на свои места.

— И поэтому вы лично захотели убедиться, рядом с кем находится ваш сын? Будущий глава корпорации Корея Моторс.

— Хм. Это правда тоже только от части. Хотя ты прав. Я давно хотел лично побеседовать с тобой. Чтобы понять, что ты за человек.

Я не стал ничего на это отвечать. Лишь выждал несколько секунд. А Пак, после недолгой паузы сам продолжил.

— Только вот легче не стало. На самом деле, я довольно неплохо разбираюсь в людях. Но глядя на тебя… создается ощущение, словно смотришь на какую-то рябь.

— Это как? — Улыбнулся я.

— Сам не знаю. — Ответил он улыбкой. — Но тебя трудно прочитать.

— Буду считать это за комплимент.

Вон Шик снова взялся за чашку с чаем, и я последовал его примеру. Примерно секунд тридцать мы сидели в тишине. Со стороны это могло показаться странным, но я понимал, что этому человеку требуется время.

Для чего?

Я не знаю. Но уверен, что такие люди как он, не принимают решения второпях. А он о чем-то размышлял.

— У меня будет к тебе маленькая просьба. — Наконец-то заговорил Пак Вон Шик. — Выполнишь?

— Пока не знаю. — Честно ответил я. — Смотря, с чем это связано.

— Уверен ты в курсе, что у Йонга… не то что бы проблемы. Но он ввязался в очень серьезное противостояние. И помощи от меня он точно не воспримет.

Вон Шик немного выждал, а я просто продолжал сидеть и слушать.

— Я хотел бы, чтобы ты… нет, не вмешивался. Но проконтролировал. Чтобы он… — тут Отец Йонга замолчал и слегка нахмурился, подбирая нужные слова. — Чтобы он сделал всё правильно. И не проиграл в этой битве.

— Ну, во-первых, — начал я говорить. — Я уверен, что Йонг понимает, что делает. Такой уж он человек. А во-вторых, о подобном вы могли бы и не просить. Всё же мы с ним уже… не просто одноклассники.

— Ага. — Слегка усмехнулся Пак. — Но я тебя прошу сейчас не просто по-дружески. Якобы «приглядывай там за моим сынком»… нет. Я даю тебе задание. О тебе ведь именно такие слухи ходят, правда? Ты решаешь любые вопросы, насколько я знаю. Так вот. Я думаю, это будет для тебя плевым делом. О цене потом договоримся.

— Я не беру деньгами.

— Я знаю. — Спокойно ответил он. — Тоже слышал про это. Но я уверен, что это не окажется проблемой. Согласен?

— Хорошо. — Коротко ответил я. — Я постараюсь. Но Йонг не хочет, чтобы кто-либо вмешивался.

— В этом-то и проблема. А Ким Су Хон очень хитер. И может воспользоваться этим. Поэтому я и обратился к тебе.

— Я понял. — Кивнул я, после чего продолжил. — Я решу этот вопрос.

— Вот и отлично. — Вон Шик буквально выдохнул на этих словах. — Именно это я и хотел услышать. — Он помедлил, а потом в конце добавил. — Спасибо.

Я лишь еле заметно кивнул и уже собирался подниматься, как неожиданно завибрировал мой телефон. Вон Шик кивнул мне, давая понять, что я могу поговорить здесь, если сам того захочу. Но это оказалось сообщение.

Я посмотрел на экран и слегка удивился. Не часто мне присылал сообщения Ун Ён Ри. Человек из моей фирмы Хегай Рис, который не только являлся бухгалтером, но и по совместительству работал моим юристом.

Просто так писать он бы не стал.

И я вот даже не знаю, что хуже? Проблемы с бухгалтерией или что-то на юридическом поприще. Надеюсь не всё вместе?

Если кратко, то он написал мне, что у нас проблемы и требуется моё вмешательство.

Я уже собирался было набрать Чана и отправить его разбираться. Но в этот момент мне пришло ещё одно сообщение:

«Господин Хегай, только будет лучше, если вы лично прибудете, а не пришлете своего помощника!».

— Вот блин… неужели дело действительно настолько срочное?

Глава 14

— Нас хотят поглотить, господин Хегай.

Я сидел в офисе Хегай Рис за своим столом, постукивая карандашом по деревянной поверхности. Передо мной находились трое: наш бухгалтер и юрист в одном лице — Ун Ён Ри, начальник отдела закупок — Йенсен Кан, и незнакомая мне женщина.

Да. В моей фирме оказывается есть и такая. Либо я видел её в первый раз. Либо… кто-то перестарался с пластическими операциями. Надо бы почаще появляться в оыисе…

Выглядела она довольно миленько. С нереалистично большими глазами и узким лицом, как модно в Корее.

Хм. Чан что ли взял её на какую-то должность? Секретарша? Вряд ли.

Но сейчас мне было не до этого.

«Нас хотят поглотить».

Снова пронеслось у меня в голове.

Твою ж налево! Я понимаю, что вопрос максимально серьезный. Но… почему при этой фразе мне вспомнилась одна из сцен моего хентая⁈ Глава «Универсальный поглотитель» оказалась слишком яркой даже для моего воображения.

— Господин Хегай. Вы с нами? — Глядя на моё задумчивое лицо, снова обратился ко мне Ён Ри.

— Да, да. Конечно. — Закивал я. — Можно как-то поподробнее? Кто? Что? Как? Почему? И ещё один немаловажный вопрос…

— М? — Уставились все трое на меня.

— Тот, кто затеял это… он что… бессмертный?

— Эм. В смысле? — Произнес Ён Ри. Именно он взял инициативу и решил ввести меня в курс дела. — Что вы имеете в виду?

— Да не. Это я так. — Отмахнулся я. — Риторический вопрос. Продолжайте. Точнее ответьте мне на все предыдущие вопросы.

— На самом деле… дело в том… — пытался подобрать слова мой сотрудник. — Нами заинтересовались Сангрупп Кор. — Увидев моё озадаченное лицо, брови Ён Ри полезли на лоб. — Как вы можете не знать о них⁈ Это же самая влиятельная корпорация в Корее связанная… эм… с вашим бизнесом.

— Нет, нет. Конечно, я знаю. — Успокоил я его, хотя кое в чем я приврал. В целом я догадывался кто это такие, но однозначно всего я не знал. — Но чтобы не осталось недопонимания, всё же лучше вам более подробно рассказать о них.

— Хм. Тоже верно. — Хмыкнул Ён Ри и уселся чуть поудобнее. — Они владеют большей частью всего бизнеса с вязанного с местным производством продуктов. И… господин Хегай. Это ведь именно они стояли за разделением корпорации вашего отца. И… — тут он помедлил боясь взболтнуть лишнего, но я и так уже знал. Всё понял.

Именно они убили отца. Того самого человека в теле которого я и должен был оказаться изначально. Хм. В итоге я вернулся к тому с чего начал.

Конечно же, я не забыл про существование этих людей. Но самом деле я надеялся попозже встретиться с ними. Однако раз уж всё так сложилось. Что ж… значит придется решать проблемы на ходу. Но как же это не вовремя…

Да, я успел обзавестись кое-какими связями в Корее. Но что-то глубоко в душе подсказывало мне, что этого может оказаться недостаточно. И что я тогда буду делать? Второго шанса может и не быть? Ведь тогда мой прыжок с моста, с которого всё начало, может осуществиться…

Так себе перспективы.

Только вот есть одно но.

Эти люди… они ведь понятия не имеют, с кем на самом деле связались. Они думают, что я просто школьник. Неудачник, которому случайно повезло воскресить бизнес отца.

— Поглощение против нашей воли… — снова заговорил Ён Ри, нарушая образовавшуюся тишину. — Так они работают. Точнее… мне уже поступило от них предложение. У нас есть немного времени. Но дальше…

— Что они предложили? — Уточнил я.

— Выкуп нашей компании. — Пожал он плечами. — Относительно, можено сказать даже почти честная сделака. Учитывая все обстоятельства.

— Почти… — хмыкнул я. — Меня это не устраивает. Хотя меня в данном случае любой расклад бы не устроил.

— На другое я и не рассчитывал. — Слегка поникшим голосом, произнес он. — Но… боюсь вы слабо понимаете с кем вам придется вступить в противостояние. Эти люди… они не появляются до тех пор, пока не станет уже слишком поздно. А раз они сделали нам предложение… значит у них уже есть и дальнейший план.

Я прекрасно понимал о чем говорит Ён Ри. Уверен, даже если я пробью верхушку этой корпорации, на руководящих должностях будут сидеть другие люди. Не те кто на самом деле всё решает и всем заправляет. Скорее всего всё даже намного хуже чем кажется.

— Ты знаешь, какими методами они работают? — Решил уточнить я.

— Легальными и не очень. Использование юридических лазеек, давления или коррупционных схем для перехвата контроля. Судебные иски, оспаривание прав собственности, давление через кредиторов. После отказа — шантаж, угрозы, давление иного плана. Могут что-то подбросить, чтобы завести пару уголовных дел. А если всё это не сработает… Может и до физической расправы дойти. — Сглотнув, проговорил Ён Ри, расстегнув верхнюю пуговицу своей рубашки.

Ну да. Ничего нового. Мир больших денег всегда был жесток, особенно к тем, кто забирается очень высоко своими собственными силами.

Но меня начал волновать другой вопрос.

Мы тут, по сути, обсуждаем то, каким образом нас могут устранить. И что в таком случае здесь делает эта девушка?

Хм, блин. Опять не в ту сторону начал думать.

Я откинулся в кресле и начал рассуждать. Отца убили где-то год назад. Нам оставили жалкий клочок бизнеса, который работал в убыток. И пока мы не отсвечивали, нас не трогали. Но теперь… они захотели отобрать всё. Я не понимаю. Неужели там люди настолько жадные?

Ну не может быть такого. Дело в чем-то другом.

Они боятся, что я стану слишком влиятельным и тогда смогу что-то им предъявить? Может быть, это просто удар на упреждение? А сейчас они проверяют, как я поступлю?

Но одно я уже знал точно. Раз им удалось оставаться в тени всё это время, да так что я даже упустил их из внимания… и наши интересы до этого никак не пересекались…

Значит… Это не просто чеболи. И не просто бандиты. Это нечто большее. Люди, которые держат всё и запугали всех. Даже власти зачастую бессильны против такой силы. Потому что их корни есть повсюду. Но при этом они не на виду. Они глубоко проросли… слишком глубоко.

От моих размышлений меня отвлек неожиданно появившийся и при этом до боли знакомый звук бубенчиков. Я бросил взгляд в угол комнаты и сразу же наткнулся на метрового хомяка. Не заметить его было бы невозможно. Но, как и обычно, видел его только я.

— О, пухлый. А ты что здесь делаешь?

— Я? — Хлопнул глазами сотрудник, который сидел в том же направлении. — Я… э… так я же это… по закупкам главный.

— Да не ты. — Отмахнулся я. — Ай, ладно. Давайте закругляться. Суть проблемы я понял.

— Господин Хегай, позвольте уточнить, что мы будем делать? Боюсь, на этот раз просто надуванием щёк мы не отделаемся, — произнёс Ён Ри.

— Не стоит недооценивать щеки! — усмехнулся я. — Поэтому именно с этого мы и начнём.

— С чего? — слегка нахмурившись, уточнил он, надеясь, что ему послышалось.

— Ну, как это с чего? — слегка рассмеялся я. — Давайте, все вместе, насчет. Раз. Два. Три!

Я показал на своём примере, как надо надувать щёки. Йенсен Кан тут же, практически не задумываясь, повторил за мной. После него девушка, уставившись сначала на меня, потом на него, тоже надула щёки, да так, что её глаза стали ещё больше. Сложив руки на колени. Она чуть склонилась вперёд и со всем усердием надула щеки. Ну и последним был мой юрист Ён Ри. Он слегка закатил глаза, а потом, не скрывая своего скептицизма, повторил за нами.

— Ну, вот и славно, — улыбнулся я. — Теперь у нас точно всё получится.

— Ну да… — буркнул Ён Ри.

— Все свободны. Пока что. — Произнес я уставившись на Белькьяу. — А тебя я попрошу остаться.

— А? Я? — Остановившись, уставился на меня Йенсен Кан, указав пальцем себе на грудь. — Вы про меня?

— Да блин. Иди уже. Позже я с вами ещё свяжусь, когда разработаю план действий. А пока что просто продолжайте делать свою работу и главное не переживайте.

Люди покивали и вышли из кабинета.

Я же слегка склонил голову на бок, и приподняв одну бровь продолжал смотреть на хомяка, который выглядел довольно осознанно. Не как в прошлый раз во сне.

Неужели он в курсе всей серьезности проблемы и пришел, чтобы помочь. Хм. Не ожидал… не ожидал. Но это похвально.

Не успел я начать говорить, как хомяк тут же перешел к делу. Он сделал шаг вперед в своих мягких тапочках и заговорил:

— Я хочу стать героем твоего рассказа! Которого ты пишешь!

…

— Че? — не понял я, нахмурился и уставился на эту мохнатую мордочку. — Рассказа?.. Я же пишу хентай…

— И что?.. — В воздухе возникла неловкая пауза. — Разве это сложно?

— Нет, погоди. — Мотнул я головой, словно это был сон… или видение. — Ты наверное как-то не с того начал. Наверное… ты же наверное пришел, чтобы помочь мне, да? проблемы там… ну ты же в курсе, что тут откуда-то серьезный и в какой-то степени старый враг вылупился. Ты же по этому поводу пришел. Ведь так?

— Ага… но не совсем. Как насчет твоего хентая? Бог-хомяк в твоем рассказе. Разве не здорово⁈ Мне только сегодня пришла эта гениальная идея в мою божественную головушку. Как же я хорош! Но почему я раньше об этом не подумал?

— Чего?.. — Всё ещё пытался сообразить я. — Ты сейчас серьезно что ли? Как ты себе это представляешь? Нет! Я не пишу о таком!

— Нет, ты не так понял. Погоди. Мне не обязательно учувствовать во всём этом безобразии. Но! Я просто хочу быть в сюжете! Я могу быть местным божеством, которое благословляет главное героя! Наставляет! Понимаешь⁈ Это же гениально!

— Да нахрена тебе это?

— Очень уж интересно ты пишешь. Затягивает! Понимаешь о чем я? Наверное, поэтому твоя писанина и стала такой популярной, несмотря на миллиард ошибок! Иногда ошибки настолько беспросветные, что мне даже самому приходилось слова додумывать!

— Какие ещё ошибки⁈ Вычитываю, как могу! — Буркнул я, скрестив руки на груди. — Это вообще-то знаешь, сколько времени занимает? А откуда у меня оно? Дел невпроворот.

— Пф-ф-ф! В одной из глав ты написал слово «поклал» вместо положил. Нет… ладно, я понимаю ложить и класть. Но «поклал»! это уже перебор…

— Ой, нашел к чему придираться. Суть же ясна? Ясна. Взял и положил. Погоди… а как правильно. Ай, ладно. И вообще мне простительно, я иногда путаюсь в языках.

— Нашел чем прикрываться. — Произнес Белькьяу и угрожающе встряхнул своим посохом, словно это должно было как-то повлиять на меня. — Слушай. Ну, так что?

— Тебя ничего не смущает? — Уставился я на него.

— А? А что меня должно смущать?

— Да я тут как бы пытаюсь веру в тебя воскресить. Храм тут уже вроде как должен начать маячить. А у меня тут серьезные проблемы на горизонте нарисовались. Это помимо всех тех проблем, которые уже были. То есть, я думал, что ты наконец нашел время, пришел как бы по делу. А ты… я даже не знаю что сказать на это. Ты хентайчиком увлекся? Ты же хомяк! Зачем тебе вообще всё это⁈

— Ой, давай вот без этого. В первую очередь я божество. А уж потом… ну ты понял. Да и с тобой изначально было всё понятно. Храма хрен от тебя дождешься. Вот я уже и не надеюсь на быстрый результат. Ну, вроде хоть какую-то почву подготавливаешь… С этими щеками. Уже хорошо. А вообще, у меня тоже могут быть свои дела. Поэтому я и не заглядывал к тебе.

— Видал я твои дела. Целую гору, которую ты пытался засунуть себе за щеку!

— Ну, вот видишь? Сам же говоришь, что целая гора. Короче! У меня времени мало. Так что давай не увиливай! Мне нужен качественный сюжет! И контент со мной! Это очень важно для… для моей будущей веры!

— Эм… ничего не обещаю. — Пробурчал я. — У меня тут реально сейчас проблем полно.

— Хм. Ладно. Я тебя понял. — Слегка взгрустнув, произнес Белькьяу. — Загляну чуть позже. В общем, давай я пошёл. И ты это… — хомяк с недовольством посмотрел на меня, пошевелив усами. — Ты там с главами не затягивай, а то прошлую ждал целый месяц. Это уже перебор…

— Да-да, без тебя знаю, — отмахнулся я. — Дел невпроворот, сказал же. Хотя с этим тоже пора завязывать. История должна прийти к своему логическому завершению.

— Ага. — Хмыкнул хомяк. Звякнул бубенчиками на посохе и просто исчез. Так же неожиданно, как и появился.

После того как я остался один, я откинулся на спинку кресла и принялся размышлять.

Долбанный хомяк! Весь настрой сбил.

И как ему только пришла подобная идея в его башку⁈

Ага. Идеальная… Ну конечно.

Так ладно. С чего бы начать? В первую очередь мне, конечно же, требовалась информация. Кто именно эти люди?

При этом я понимал, что, скорее всего, даже если я начну пробивать верхушку этой корпорации, велика вероятность, что за ними стоят другие люди. Точнее, над ними. Именно с ними мне и придётся схлестнуться.

А ещё… по всей видимости они думают, что я попытаюсь залечь на дно. Но не тут-то было! Я уже знал, что предприму в первую очередь. Но при этом, как бы там ни было, торопиться я не собирался.

На этот раз от размышлений меня отвлёк телефон, точнее, его вибрация. Я достал мобильник из кармана, посмотрел на экран и слегка скривился.

— А этому что ещё нужно? — пробурчал я, увидев сообщение от Джи Джисона.

Разблокировав телефон, я уставился на его глупую рожу с надутыми щеками. Ниже было прикреплено сообщение:

«Гису Хигай, хоть ты мне и не нравишься, но мне нужна твоя помощь. Помоги, пожалуйста».

Я снова уставился на его фотографию и с тяжёлым вздохом произнёс:

— Вот идиот… Ну кто же так начинает обращение? Ещё и имя с ошибкой написал, болван! Хотя, с другой стороны, я и не должен тебе нравиться. Придурок ты глупый.

Но я уже знал, о чём именно он меня попросит. И, честно говоря, сейчас разбираться ещё и с этим… ну вообще времени не было.

С другой стороны, этот идиот точно не отстанет.

Ну что ж, я решил пока не отвечать ему ничего, чтобы лишний раз не давать надежду. Однако долго ждать не пришлось: вслед за первым сообщением пришло ещё пять. В каждом по одному слову.

Гису.

Хигай.

Помоги.

Мне.

Пожалуйста.

Я снова поморщился и выключил вибрацию на телефоне. Заблокировать его если что я всегда успею. А пока что… кофейку бы.

Я выглянул в коридор и пересекся взглядом с той самой девушкой с сегодняшнего собрания.

— Извините. Не могли бы вы мне заварить кофе?.. — Произнес я.

Девушка обернулась, посмотрела по сторонам. После чего указала на себя пальцем и, задрав брови, произнесла:

— Я? Вы мне?

— Ага. — Довольно кивнул я, наполовину выглядывая из своего кабинета.

— Но я не секретарша.

— Ага, я так и понял. А кофе сделаете?

— Э-э… да, конечно. Подождите секундочку. — Наиграно улыбнулась она, испытывая неловкость.

— Спасибо. — Я улыбнулся в ответ и скрылся в кабинете.

Славно. А теперь…

Я снова взял в руки телефон и игнорируя сообщения от Джисона, набрал Чана.

— Привет, — ответил он довольно быстро.

— Привет. Не отвлекаю? — произнёс я.

— Нет. Что-то случилось?

— Не совсем. Просто хотел уточнить, как у тебя дела с бизнесом? Ты уже стал миллиардером?

В этот момент с другого конца послышался кашель, словно Чан подавился. А затем раздались глухие удары кулаком по груди. И только спустя секунд десять он хрипло произнёс:

— Чего? Каким ещё нахрен миллиардером? Мне бы просто выйти в плюс, уже за радость будет. А к чему ты это вообще?

— Да так… Чувствую, скоро понадобятся деньги. Очень много денег. А в долги влезать не хочется.

— Что-то случилось? — тут же посерьёзнел Чан, и продолжил говорить уже без какой-либо насмешки. — Связей у меня немного, особенно после того, как отец меня выгнал. Но если надо… думаю, я смогу…

— Нет, не переживай, — перебил я его. — С этим я и сам разберусь. Но, просто деньги в любом случае не помешают. Так что ты, если что, будь наготове. И если есть возможность, постарайся ускориться с продажей очередной партии полуприцепов.

— Слушай, мне и с этой-то партией несказанно повезло. Что уж говорить о следующей. Я как раз собирался не торопиться, потому что не факт, что удастся их вот так же удачно кому-то их загнать. Но если что, я подумаю, что можно провернуть. У меня были мысли не по полуприцепам, а в принципе, по поводу металла. Как на этом можно попробовать раскуриться.

— Хорошие мысли, — кивнул я. — Ладно, занимайся, не буду отвлекать.

— Если что звони. — Задумчиво произнес Чан, после чего я сбросил звонок.

Я побарабанил пальцами по столу, и почему-то в голову пришёл Пак.

— Пак? А что Пак? У него сейчас тоже проблемы…

Хотя…

Угу. Я продолжал сидеть, размышляя о том, что нельзя допустить, чтобы все эти проблемы ударили разом в самый неподходящий момент. После чего я бросил взгляд на телефон и увидел ещё двенадцать сообщений.

— Неужели он думает, что если будет надоедать, то станет только лучше? — пробормотал я. — Плохая тактика.

А последним пришло сообщение:

«Слушай, Гису. Я немного разузнал о тебе и знаю, что ты решаешь любые вопросы за ответную услугу. Причём деньгами ты не берёшь. Не знаю, что там и как, какие именно дела у тебя были с моим отцом, но сейчас я хочу попросить тебя об услуге от своего имени. И я не останусь в долгу!».

— Вот с этого и надо было начинать, — хмыкнул я, глядя на экран. — Но ты, всё же, не вовремя.

Глава 15

Вечер в центре Сеула как и всегда был суетливым. Но на фоне всей этой спешки одно кафе выделялось своим уютом. За столиками сидели в основном пожилые люди, которые были здесь ещё до появления всех этих высоток. Но в углу сидела компания молодых людей. Пак Йонг и Мун Хё На расположились напротив Чана и Юми и непринужденно общались.

— Ну и как вам сегодняшний эпизод? — обратилась Мун Хё На, сделав глоток слегка горячего капучино. — Я посмотрела, когда приехала домой. Блин, режиссер действительно талантливый. Не зря Гису замарачивался с ним. Когда мы снимали, я думала, что получится ну… так себе.

— У тебя было очень убедительное выражение лица, когда ты поняла, что та ситуация не случайность. — Произнес Пак.

Мун Хё На улыбнулась, слегка коснувшись губ салфеткой.

— Да, сцена с разоблачением получилась неплохо. Мы, правда, переснимали её семнадцать раз. Я уже думала, что с ума сойду и меня просто заклинит.

— Хах! Ну ты всегда держишься на грани! Но играешь очень естественно. — Произнес Пак.

— Ты что-то натворил? — Слегка прищурившись, сказала Хё На. — Ты чего весь вечер поддакиваешь и нахваливаешь меня?

— Эм. Что? — Удивленно уставился парень на свою девушку. — С чего это комплименты вызывают у тебя подозрения?

— Да так… ничего. — Ещё сильнее сузив глаза, проговорила девушка. А спустя две секунды, пока все молчали, они улыбнулась и продолжила. — И с Минсу Гису, кстати, тоже не прогадал. Она вроде даже не актриса, но как играет… Блин, и где он находит таких людей? Может у него какая-то супер способность есть? Или чуйка на таланты…

Пак хотело было сказать, что Гису и с ней точно так же не прогадал, как с актрисой, но всё же решил промолчать. Женскую логику ему было сложно разгадать. А ведь он просто пытался быть милым, так как последнюю неделю у них даже встретиться толком не получалось.

— Мне, кажется, успех Минсу заключается вообще в другом. — Заговорила Юми. — Она не просто злая. Скорее уязвимая. Даже когда делает какие-то пакости, чувствуется, что за этим что-то другое. Как будто она хочет что-то сказать.

— В любом случае, в последнем опросе зрительских симпатий она почти обогнала даже Мун Хё На, — добавил Чан.

— Нравится, да? — Юми сузила глаза почти точно так же, как и Хё На, после чего продолжила. — Ну, конечно, такая маленькая, симпатичная девочка, с миленьким личиком, но взглядом злодейки. Кому не понравится такое?

— Чего? Я же просто поддержал разговор.

— Да шучу я. — Как-то натянуто улыбнулась Юми, а глаза при этом не по-доброму сверкнули. — Шучу, шучу. Расслабься.

Чан с Паком переглянулись и оба пожали плечами. Девушки же почти синхронно взяли кружки с кофе и сделали глоток.

В этот момент телефон Юми задрожал на столе. Все машинально взглянули на экран. Имя, высветившееся на дисплее, заставило Юми изогнуть одну бровь.

— Гису? Может он передумал и решил пойти с нами в кафе? — произнесла она, потянувшись к телефону.

— Вряд ли. — Хмуро ответил Чан, но внутри порадовался тому, что Гису позвонил не ему. Хотя это ещё не значит, что он не найдет чем озадачить его. — Скорее всего, он снова что-то задумал. Ведь он сейчас находится в своем офисе Хегай Рис. Его зачем-то срочно вызвали, поэтому он и не пошел с нами.

— Думаю, он бы и другую причину нашел, чтобы не пойти. — Усмехнулась Хё На.

— Слушаю. — После секунды молчания, ответила Юми. — Гису?

Пак и Чан замерли, а Юми в это время слушала и хмыкала.

— Можно конечно, но на это потребуется очень много денег. — Наконец-то произнесла девушка. — Какие бы не были у нас связи, но мой отец не может повлиять на всех. Ага. Не удивлена. Хорошо. Буду ждать.

Положив телефон, она задумчиво посмотрела на друзей.

— Ну? — не выдержал Чан. — Что он затеял на этот раз? Надеюсь, меня не упоминал?

Парень на всякий случай достал свой телефон и проверил, не было ли пропущенных от Гису.

Все сидели в некоем ожидании и легком напряжении, потому что каждый из них понимал, что Гису не стал бы звонить просто так. А раз он вышел сразу на Юми, а не на Чана, значит дело неординарное.

— Рекламную кампанию. — Ответила Юми. — По его словам — «грандиозную». Говорит, что скоро нужно будет запускать и задействовать всю мощь.

— А что за?.. — начал уточнять Пак. — Для чего именно?

— Вроде как для его фирмы с рисом.

— Хм. Странно. Окупится ли? — Задумался Пак.

— По-моему там дело совершенно не в деньгах. То есть он не ради денег это делает. Но что именно он задумал… вряд ли кто-то сможет ответить на этот вопрос.

— Ну да. Согласен. В целом логично. В действиях Гису всегда есть двойное дно. — Пак задумчиво постучал пальцем по краю чашки. — Он не тратит время на пустые звонки. Если Гису говорит «грандиозно», значит, это будет громко. И, скорее всего, неожиданно. Надо быть готовыми к хаосу.

— К хаосу? — С нервной усмешкой уточнила Мун Хё На. — Может быть, всё не так серьезно?

— М-м-м… ты видимо плохо знаешь Хегая. — Серьезно произнесла Юми.

Актриса на это ничего не ответила. Остальные тоже молчали. В воздухе повисло напряжение.

В этот момент снова зазвонил телефон, но на этот раз уже у Пака.

— Гису? — Нахмурившись, уточнил Чан.

— Не. Джисон… Это мой подчиненный с работы. Алло. — Ответил Йонг на звонок. — Чего? Гису? А зачем… хотя… он у себя в офисе. Хегай рис. Вбей в навигаторе. Тебе выдаст адрес. Ага. Давай.

— Он спрашивал, где найти Гису? — Догадалась Юми.

— Да. — С улыбкой на лице ответил Йонг.

— Хм. И ты-ы решил… а не боишься, что Гису может не обрадоваться этому? Мало ли что там этот Джисон задумал.

— Ну, он не дурак, чтобы лезть на Хегая. Да и чего такого? Сколько раз мы разгребали невыполнимые задачи ради веселья? Пусть считает, что это такая же выходка. Повеселится. — Без какой-либо злобы произнес Йонг, на что Мун Хё На лишь закатила глаза и покачала головой.

— Ты ещё пожалеешь об этом. Я уверенна.

— А я поддерживаю Йонга. — Вмешался Чан. — Тоже думаю, что Гису заскучал.

— Ага. Как бы вам это не аукнулось… А уж тебе-то в первую очередь.

Но не смотря на серьёзность разговора обстановка тут же разрядилась и все начали улыбаться.

* * *

Я продолжал сидеть в своём кабинете, уставившись в окно. Перебирал в голове возможные ходы, и думал с чего бы начать. Хотя направление уже задано.

Когда наконец поднял глаза на часы, удивлённо вздёрнул брови. Уже почти девять. Я даже не заметил, как прошло ещё два часа.

— А тут не так уж и плохо работается, — хмыкнул я, откинувшись на спинку кресла. — В несколько раз тише и спокойнее, чем дома, даже несмотря на всю эту суету, которая происходит за дверьми.

За стеной доносился приглушённый гул голосов, стук каблуков и звон телефона. И это всё учитывая сокращенный штат сотрудников. Но все словно бы понимали, что на кону стоит дальнейшая судьба фирмы. А возможно и нечто большее…

А может быть, тут всегда так допоздна работают, а я этого не знал? Хм. Надо бы подумать по поводу премий.

Я встал, подошёл к окну и остановился у подоконника, заложив руки за спину. Внизу, у главного входа бизнес-центра горели фонари, отбрасывая тени на асфальт. И в одной из них я заметил чёткий силуэт, который спешил внутрь.

Так поздно? Хм. Ясно. Неугомонный.

Спустя несколько минут в дверь постучали и внутрь кабинета заглянула та самая девушка, которая отказывается сознаваться, что она секретарша… Но я-то уже так про себя её обозначил.

— Да, — ответил я, не оборачиваясь.

— К вам посетитель, — произнесла тихо девушка. — Он говорит, что это вопрос жизни и смерти.

— Хорошо. Пускай входит.

Временно исполняющая должность секретарши кивнула и исчезла. Через несколько секунд дверь открылась снова, уже шире. И в кабинет шагнул Джи Джисон.

Он остановился на пороге и посмотрел на меня слегка исподлобья. А потом неожиданно для меня произнес.

— Спасибо, что принял.

— Садись. — Кивнул я.

Он на секунду замешкался, после чего прошел вперед и сел напротив моего стола.

— Ты не вовремя.

— Да. Я понимаю. — Ответил на выдохе сын министра.

По всей видимости, Джисон не ожидал, что я приму его так просто и даже не попытаюсь прогнать, поэтому он и выглядел слегка потерянным.

— Я знаю, что не вовремя. — Продолжил говорить он, собравшись с мыслями. — Но никогда не бывает подходящего времени. Точнее… лучше чем сегодня уже не будет! Нет смысла откладывать что-то на завтра, которое может и не наступить.

— Хм. Какие радикальные мысли. — Усмехнулся я.

— Подожди. — Произнес он, поджав губы. — Я долго думал обо всём. И решился. Другого пути у меня нет.

Я тяжело вздохнул, не отводя взгляда. В комнате повисла тишина. За окном проехала машина, свет от её фар на мгновение скользнул по потолку.

— Боюсь, ты просто не понимаешь, во что ты ввязываешься. Вот совсем не понимаешь.

— Нет, я всё знаю. — Резко ответил он, и в голосе его впервые прозвучала твёрдость. — Хватит уже всем вокруг думать, что я маленький мальчик, который не знает жизни. Может быть, я и был таким раньше… но теперь всё изменилось. Я способен сложить два плюс два. Поэтому уже давно догадывался кем могла бы работать Лиза.

Я слабо улыбнулся. Не насмешливо. Потому что в его словах была искра. Та самая, что не гаснет, даже когда тебя ломают.

— Ты знаешь, кто такая Метелка? — уточнил я.

— Эм… — он замялся и нахмурился. — Нет.

— Понятно. А кто такой Дикий Топор, знаешь?

Он сглотнул. Лицо его чуть побледнело.

— Ну-у… да, кажется, слышал. Он… вроде сейчас в политику подался.

— Ага, — протянул я. — Подался. Только ему сама по себе политика не интересна. Это просто маска. А занимается он совершенно другими делами.

Я сделал паузу, глядя прямо на Джи Джисона.

— Я тебе хочу донести то, что потом может быть поздно. Ты точно уверен, что хочешь влезть в это? Ведь тебе придётся убивать людей.

— ЧЕЕЕГО⁈ — вытаращил он на меня глаза, будто я вдруг заговорил на китайском языке?

Две секунды я сдерживался. А потом не выдержал и в голос рассмеялся.

— Да шучу я. Видел бы ты своё лицо.

Несколько секунд Джисон просто молча сидел, ошарашенный, а потом медленно выдохнул.

— Но вот по поводу твоей безопасности я не могу этого гарантировать, — добавил я серьезно. — И сейчас это правда. Если ты хочешь найти Лизу… тебе придётся поговорить с очень опасными людьми. С теми, кто не шутит. И как бы там не сложился разговор, по итогу ты окажешься в долгу у этих людей. — Я наклонился вперёд, локти на столе, пальцы сомкнуты в замок. — И я всё ещё считаю, что тебе оно не нужно. Потому что, если ты начнёшь, назад пути не будет. Ты готов к этому?

Джисон стиснул зубы, поиграв желваками. А потом уверенно кивнул. Но в целом, я и не ожидал другого ответа.

— Я уже выбрал, — сказал он тихо. — И не передумаю.

— Хм. Ну что ж. Это твоё решение. Я могу тебе только пожелать удачи. В завещании, наверное, нет смысла, но хотя бы попрощайся с родными.

— Опять шутишь?

Я лишь слабо улыбнулся, но ничего не ответил.

Глава 16

Джисон ушёл, слегка побледнев, но в его глазах всё ещё горела та же решимость, с которой он обратился ко мне. Я смотрел ему вслед, пока дверь за ним не закрылась, и ещё несколько секунд сидел в тишине, глядя на пустое кресло напротив.

Кабинет снова погрузился в вечернюю тишину. Я встал, потянулся, закрыл ноутбук и, тоже направился на выход. Охранник кивнул мне. Я попрощался в ответ. На улице меня ждало такси. Сел на заднее сиденье, назвал адрес и, пока машина трогалась, достал телефон.

Ровно через три гудка Минсу ответила мне сонным голосом.

— Ало?

— Привет, — сказал я. — Не разбудил?

— Вообще-то разбудил. Но я рада, что ты позвонил! Хочешь встретиться?

— Можно и так сказать. Мне нужна будет твоя помощь. Завтра сможешь встретиться на съёмочной площадке?

— А? Ну да… погоди… А у нас же закончились съёмки первого сезона, разве нет? Говорили, что будет перерыв небольшой.

— Будет, — подтвердил я. — Это по другому вопросу. У меня есть одна проблемка. И ты, как восходящая звезда, идеально подойдёшь для её решения.

— Звезда?.. — она запнулась, и я даже представил как её брови приподнялись в удивлении. Пауза. Потом голос стал чуть насмешливым. Видимо Минсу окончательно проснулась. — Хм. Ты знаешь, что мне от тебя нужно.

— Ага. Знаю, — улыбнувшись, ответил я.

Но после этого я почему-то слегка сморщился, словно вспомнил ту боль… не физическую, нет. Больше похожую на странное смешение стыда, усталости и странного восторга, которое я испытал после нескольких падений с коня.

Хотя, если честно, это было не так больно, как настоящая секс-драка с Минсу, которые у нас часто были поначалу.

— Тогда до завтра, — сказал я, прерывая затянувшуюся паузу.

— Хорошо, — ответила она, и в голосе её снова появилась та самая игривая искра. — Только не опаздывай, как в прошлый раз.

— Я постараюсь. Спокойно ночи.

Звонок завершился.

Я положил телефон на колено и посмотрел в окно. Город мелькал за стеклом. Огни, тени, лица людей.

— А вообще всё не так уж плохо…

Произнес я и улыбнулся.

Когда я зашел домой непривычная тишина встретила меня. Я на секунду замер и прислушался. Ни громких голосов, ни музыки, ни споров, ни смеха. Вроде бы именно этого я и хотел. Но сейчас как-то было… не то. Хотя для работы, конечно, всё же нужна тишина.

Ах, да. Точно.

Чан ведь упоминал, что собирается с Юми и остальными в ту старенькую, но уютную кафешку. Да и мама всё ещё в гостинице. И, как ни странно, это не вызывало тревоги. Наоборот было почти как праздник. Потому что несмотря на то, что она была там одна она больше не пила. Ну, или по крайней мере не до беспамятства. И это очень радует.

Я скинул куртку, бросил телефон на тумбочку и прошёл на кухню. Желудок напомнил о себе тихим урчанием. Ничего сложного, конечно, сейчас не хотелось готовить, но и голодным ложиться тоже не собирался.

Открыл холодильник. Пара яиц, остатки риса от вчерашнего обеда, соевый соус, немного зелёного лука и кусочек тофу, который ещё не успел испортиться.

— Ну что ж, — пробормотал я, — будем импровизировать. Как часто это бывает.

За десять минут на сковороде уже шипел лук, обжаренный на кунжутном масле, к нему добавились мелко нарезанные кубики тофу, слегка подрумянившиеся до золотистой корочки. Потом высыпал остатки риса, перемешанные с соевым соусом и каплей кимчи-пасты для остроты. В конце добавил два яйца, сваренные вкрутую, раздавленные вилкой прямо в сковороду, чтобы они пропитали всё ароматом. Посыпал сверху нарезанным зелёным луком.

Просто. Быстро. И пахло по домашнему.

Я сел за стол, включил ноутбук на фоне, чтобы не было совсем тихо, и принялся есть. После ужина, не спеша, помыл посуду, вытер стол, заглянул в холодильник на всякий случай, скорее просто для профилактики. Конечно же там ничего нового не появилось… но этот обряд необходимо было выполнить. Потом прошёл в комнату, упал на кровать и закрыл глаза.

Впервые за долгое время я почувствовал спокойствие. Даже странно. Проблемы наваливаются одна за другой, но именно сейчас мне было не тревожно. Возможно это потому, что у меня уже был построен план в голове и четкое понимание моих действий.

Обычно страх приходит из-за незнания. Но я знал, что буду делать.

Слегка улыбнувшись собственным мыслям, начал засыпать.

В школе, после последнего урока я решил не задерживаться, хотя мне показалось, что кто-то меня окрикнул у самого выхода. Но я просто схватил куртку, мельком кивнул какому-то знакомому, который даже не успел со мной поздороваться и выскочил на улицу.

Прямо на ходу запрыгнул на велосипед и, не теряя времени, поехал на съемочную площадку. Опаздывать не хотелось, раз уж я пообещал.

Когда я подошёл к воротам студии, меня уже ждали. Точнее ждала Минсу.

Она стояла у самого входа, прислонившись к стене, как будто просто гуляла. И почему-то не заходила. Как только заметила меня, её лицо мгновенно озарилось. Она оттолкнулась от стены и радостно помахала рукой, даже подпрыгнув на месте.

— Ну, наконец-то! — воскликнула она, подходя ближе. — Я уже заждалась!

— Так это… я так-то не опоздал.

— И что? А мог бы и пораньше приехать. Ладно. Ну что там? Давай, рассказывай. Какая именно нужна помощь. А то я вчера полночи уснуть не могла, предполагая, что же ты там придумал.

Я усмехнулся и только сейчас заметил, что Минсу одета слегка непривычно. Темно-синие джинсы, слегка большие, белые кроссовки и толстовка с капюшоном. И в этот момент до меня дошло, что, похоже, её начали узнавать на улице, и поэтому она странно оделась.

— Так ты расскажешь, в чём дело? — повторила она свой вопрос, когда мы прошли внутрь.

— Мне нужно провести рекламную компанию для моей фирмы, — спокойно ответил я. — Знаешь ведь про «Хегай Рис»?

— Конечно, — кивнула она, и в её голосе появилось что-то вроде гордости. — Ещё бы я не знала.

— Ну так вот. Хочу, чтобы ты была на обложках нескольких журналов. Ну и, помимо этого, создам, наверное, различные карточки, открытки, возможно, даже постеры с твоим изображением. Но самое главное, чтобы там упоминалась моя фирма. Логотип, слоган, всё как положено. В общем проведем масштабную рекламную компанию. Только это… если что по оплате чуть позже определимся.

— По какой ещё оплате? — С удивлением уставилась она на меня.

— Ну как же? Ты станешь амбассадором моей фирмы. И ты не должна работать забесплатно. Привыкай.

— А я и не работаю забесплатно. И поверь мне, я не позволю никому пользоваться мной. Но тебе можно. В обоих смыслах… ты же понимаешь о чем я? — Подмигнула мне Минсу и чуть задела меня локтем.

Я немного помедлил, после чего продолжил говорить.

— Сейчас «Хегай Рис» — это просто никому не известное имя маленькой компании. Я хочу, чтобы это стало настоящим брендом. Чтобы, когда люди слышат это, они думали о… чем-то масштабном.

— А-а… понятно, — протянула она, но я видел по её взгляду, что ей не сильно интересно это. Однако она действительно хотела помочь мне. Причем искренне. Я чувствовал и понимал это.

— Ну, хорошо, тогда приступим? А то у нас мало времени! — Произнес я.

* * *

— Палец поближе ко рту. Вот так! — Произнес фотограф, которого Хегай специально пригласил для этой работы. — Супер! С морковкой уже есть то, что нужно. Можно приступить к следующим позам.

— Возьми капусту. Два качана. — Обратился Гису к девушке. — И приставь их рядом со своей грудью. Ммм… и чуть наклонись вперед.

— Эй! Ты на что-то намекаешь? — Сузила глаза Минсу

— Хм. Не так низко. — Разглядывая короткую юбку, произнес парень, не обращая внимания на её недовольство.

— А ты не мог ещё короче юбку найти?

— Короче уже нельзя. — Ответил он, понимая, что это был сарказм. Но потом всё же улыбнулся. — Мы на грани, но это же самое интересное!

Съёмочная площадка бурлила, хотя людей было не много. Только самые верные. Совет ЮЧП, к слову, находился в полном составе. И не потому что от них требовалась помощь. Но им хотелось посмотреть, что же там задумал Гису. А информация, как это часто бывает, очень быстро просочилась.

А Минсу разве что только и успевала менять наряды и принимать различные и не очень приличные позы.

Мун Хё На стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди и сдерживая улыбку. Глядя на происходящее, она тихо произнесла:

— Это точно выстрелит. Я уверена…

На площадке Гису, как главный режиссёр без режиссёрского стула, ходил вокруг Минсу с выражением лица, будто он не снимает рекламу, а проводит какой-то священный ритуал. Слишком напряженный, слишком задумчивый.

В руках у него была обычная морковка. Но когда Минсу смотрела на эту морковку в руках Хегая, на её лице появлялась загадочная ухмылка.

— Так… Давай теперь по-другому, — скомандовал парень, — вот так… чуть обиженное личико. Как будто тебе не дали десерт, а ты очень хотела.

— А меня постоянно его лишают. — Буркнула она и надула губки, слегка склонив голову. — Но сегодня будут сливки…

— Чего?

— Ничего. — Еле заметно улыбнулась она.

— Ну просто милашка… — Всё это время фотограф продолжал фоткать и приговаривать что-то про себя. — Вот это да…

— Сменим позу, — произнес Хегай, — Хотя… давай теперь с тыквой.

— Ух какая страшная. — Пробормотал Пак. — Похоже на что-то из триллера.

— Я бы сказал тебе на какой фильм это похоже. — Буркнул Чан, но тут же получил локтем в бок от Юми.

— А теперь смотри в камеру. — Не отвлекаясь, командовал Гису. — Снова чуть склонись. Так! У нас есть огурец? — Прокричал он. — Принесите огурец!

Минсу, ни капли не смущаясь, а всё потому, что она сейчас думала совершенно о другом. И Хегаю стоило бы волноваться из-за этого, но он тоже был слишком занят процессом. Однако после ещё пожалеет об этом.

— Ну это уже совсем пошлятина. — На выдохе произнесла Юми.

— И не говори! — Забывшись, улыбнулся Чан, но тут же спохватился и сделал серьезное лицо. Юми с прищуром на него посмотрела, но ничего не сказала.

— Да он просто оценивает художественную композицию. — Попытался поддержать его Пак, но тоже чуть было не получил от Мун Хё На.

Гису, тем временем, перешёл к следующему этапу. Появился кабачок. Потом арбуз. Перчики. Даже персик был, почему-то.

Но кульминацией стало, когда Гису взял нож и сделал аккуратный вырез в дыне. После этого посадил Минсу на пол, и положил дыню буквально ей между ног, разрезам к камере.

Фотограф несколько раз щелкнул и вот тут Минсу не выдержала. Её лицо покраснело, а сама она вся сжалась и прикрыла лицо рукой.

— Так даже лучше. — Сглотнув слюну, произнес фотограф.

— Да. Хорошо. Но… блин. — Задумчиво проговрил Хегай. — Всё же перебор.

— Да ладно⁈ — Взмахнула руками Юми. — А я думала, когда же ты остановишься?

Но Гису не обратил на это никакого внимания, почесал затылок и спокойно продолжил говорить.

— Цензура не пропустит. Так. Ладно! Давай по-другому. Только нужна целая дыня. Я сделаю разрез поменьше.

— Эм. У нас была только одна. — Раздался голос сзади.

— Блин… — Гису задумался, оглядывая площадку. И тут его взгляд упал на Чана, который пытался незаметно отступить к выходу.

— О! — радостно воскликнул он. — Слушай, тут поблизости вроде рынок был, да?

— Да ну блин! — возмутился Чан, понимая, что сейчас его отправят за дыней. — Я тебе что, курьер, что ли?

— Нет, — спокойно ответил Гису, подходя ближе. — Ты носишь гордое прозвище Чан-Ракета! Не забывай, кто ты есть! И не забывай… что я в тебя верю!

— Ой, оставь эти наставления для фильмов девяностых, — закатил глаза Чан. — Я тоже смотрел подобное. «Ты — лучший!», «Беги, Форрест, беги!» — всё это уже было.

— Ага, — кивнул Гису. — Ну, так что? Сбегаешь? Очень надо.

— А тебе всех этих овощей недостаточно, что ли? — простонал Чан, глядя на кучу овощей, которая уже напоминала фермерский рынок.

— Надо сразу отснять, — пояснил Хегай, — чтобы не возвращаться потом к этому. Эффективность, Чан. Эффективность.

— Да ты просто хочешь, чтобы я умер бегая туда сюда. Я уже давно понял это.

— Только не забудь взять ещё болгарских перцев. Острые-то у нас есть. Но и такие тоже могут пригодиться!

— Да ну блин…

Но Гису уже отвернулся и всем вниманием вернулся к Минсу, размышляя какую бы ещё позу, на грани, выбрать. Он хмыкнул, а потом его глаза загорелись.

— Чааан! Погоди! — Прокричал Хегай. — Надо ещё кое-что взять! Возьми лист с ручкой. Придется записывать.

— Чего? Ты издеваешься? — Выдохнул парень, уставившись на Гису с неким обречением.

От автора!

Дорогие читатели, думаю, большинство в курсе про мою серию Запечатанный во тьме. Но, наверное, ещё не все знают, что там вышла бомбическая аудиокнига. Над ней постарался профессиональный актер озвучки — Александр Шарон Игнатенко из Анилибрии. А так же мы отдельно пригласили для этого проекта звукаря. Ну я думаю вы поймете о чем я…

Послушать можно здесь — https://author.today/audiobook/481081

Главы там будут выходить каждую субботу. Не так быстро как хотелось бы, но зато качественно и регулярно.

Спасибо за внимание и поддержку и напомню, что здесь, на Щеках, выход глав тоже скоро тоже нормализуется.

Глава 17

Я проснулся в удивительно хорошем настроении.

Несмотря на множество проблем, я уже видел путь к решению большинства из них. Да, многие из них потребуют затрат не только времени, а уж ситуация с Хегай-рис и вовсе представляла собой задачку повышенной сложности. Но это только разжигало азарт.

Я встал с кровати, спустился в гостиную, отхлебнул кофе, приготовленный для меня.

Тут же на телефоне появилось сообщение: «Жду тебя у себя через час».

Сообщение было без подписи, но я и так знал, это от Дикого Топора.

Я запросил встречу с ним после того, как размышления привели меня к определённой мысли. Именно его люди когда-то отмывали через мою компанию деньги. Значит, он вполне мог знать тех, кто стоит выше, во главе той корпорации, которая сейчас хочет поглотить мою компанию.

Одним глотком допив кофе, я собрался выходить.

— Гису! Гису! — позвал меня Чан Ан.

Но я не откликнулся и вышел за дверь. Несмотря на всю многозадачность, я не хотел сейчас распыляться на разные вопросы.

Бо Рам Сон принял меня в своём новом кабинете. Это уже было довольно респектабельное помещение. С мягкими диванами и креслами, круглым столом для переговоров и прочими атрибутами светской жизни.

Дикий Топор плотно примерял на себя костюм политика со всеми вытекающими последствиями.

— Чего хотел? — спросил он у меня.

Оглянувшись, я увидел на одном из кресел Метёлку. Она, улыбнулась и кивнула мне.

— Что, тет-а-тет нужен? — усмехнулся Бо Рам Сон.

— Нет, — я покачал головой. — Метёлка — своя. Так что пусть остаётся. Тем более у меня и к ней тоже есть пара вопросов.

— Ого, — хмыкнул Дикий Топор. — Ну ладно, раз так. С чем пришёл?

— Как ты знаешь, — начал я, — мой отец в своё время управлял довольно большой фирмой, через которую ты со своими друзьями, отмывал деньги.

— Так-так-так… — нахмурился Бо Рам Сон. — Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего обидного, — усмехнулся я. — Дело в том, что после смерти отца фирму растащили. Причём, насколько я понял, сделали вид, что раздробили её на разные куски, но так или иначе все эти куски сейчас принадлежат одной и той же корпорации. А именно — корпорации Де Сан. Я ещё слышал название Сангрупп Кор. Но за ним они лишь скрываются.

Я внимательно оглядел собеседников. Им это название явно было знакомо.

— И теперь, — продолжил я, — когда небольшой осколок от изначальной фирмы под именем Хегай-рис вышел на самоокупаемость и показывает довольно неплохие результаты по сравнению с прошлым годом, его вдруг решили выкупить.

Взгляд Дикого Топора стал холодным и даже колючим. Метёлка вся подобралась и положила руки себе на колени.

«Интересно, — подумал я, — что их так напрягло?»

— Что они от тебя хотят? — спросил Дикий Топор.

— Кто? — уточнил я. — Де Сан?

— Ну, хотя бы, — кивнул он.

— На данный момент ничего. Пока мне не поступало никаких официальных предложений, но по неофициальным каналам есть информация, что они хотят выкупить Хегай-рис.

Бо Рам Сон почесал в затылке, затем нахмурился.

— Послушай, малой. Мы же оба знаем, что у тебя есть мозги. Причём необычные. И в сочетании с острым разумом они бесценны.

— Сочту за комплимент, — я пристально глядел на собеседника.

— Мой тебе совет: плюнь ты на эту фирмочку. Она того не стоит. Продай его Де Сан, или кто там хочет у тебя его купить. И займись другими делами, — Дикий топор сложил пальцы в замок.

— Нет, — ответил я и покачал головой. — Кроме того, что у меня есть мозги, — я не привык, чтобы меня двигали с тех позиций, которые я уже занял. Я могу оставить их только в ходе возможной комбинации, которую я заранее просчитаю. Да и что-то мне подсказывает, что их интересует не совсем моя фирма. А нечто иное…

— Понятно, упёртый. Хотя я это и так знал. — проговорил Дикий Топор. — Ну хорошо. А от меня-то ты что хочешь?

— Имена. Для начала… Мне нужно знать, кто за этим стоит. Кто убил моего отца, — я бросил выразительный взгляд на Метёлку. — И что им вообще нужно? Почему мне не дают заниматься бизнесом?

Дикий Топор тяжело вздохнул и сам посмотрел на Метёлку.

Та лишь еле заметно покачала головой.

— Послушай меня, Гису, — заговорила женщина. — Убийство твоего отца — не наших рук дело. Это я тебе точно говорю. Подобное мы держим на контроле.

— Что ж. Получается, его на вашей территории убили какие-то левые люди?

Бо Рам Сон и Метёлка снова переглянулись.

— Ты, кажется, не совсем понимаешь, что такое корпорация, — продолжил говорить Топор. — Даже если я назову тебе хоть какие-то имена, по факту, это ничего не даст. Все те, кто номинально стоит во главе этой корпорации, ничего не решают. Они лишь винтики в огромной, слаженно работающей машине. В этой корпорации есть свои внутренние рычаги давления, есть свои наёмные убийцы, есть свои решалы. Это можно сказать, отдельная страна со своими законами и со своими людьми на всех должностях.

— И? ты не назовешь мне ни одного полезного имени?

— Не назову, — ответил Дикий Топор и откинулся на спинку кресла. — Потому что не знаю. Только знаю, что люди там серьёзные. Если ты сейчас пойдёшь против этой системы, тебя однажды найдут в той же позе, что и твоего отца. Как бы грубо это не звучало…

Бо Рам Сон громко цыкнул, после чего ткнул в меня пальцем.

— А мне бы этого не хотелось. Но у тебя своя голова на плечах.

В кабинете повисла угнетающая тишина. Я понимал, что мои собеседники были недовольны тем, что слышали.

— Я даже не знаю, с чего тебе начать копать, — сказала Метёлка. — Потому что твоего отца грохнули так чисто, что нам осталось только разводить руками. Никто ничего так и не узнал. Но мы, честно говоря, и не пытались.

Я ничего на это не ответил. Но при этом решил пока что сменить тему, чтобы немного разрядить обстановку.

— Ладно… Кстати, а как там наши китайские товарищи?

— О, пока определил в помощники. Скажу так, ребята сообразительные. Да, ставить на какие-то ответственные должности я их, разумеется, не могу. Только на самые черновые. И вот, что с ними делать дальше, ума не приложу.

— Главное, в расход не пускай, — покивал я. — Мы обязательно найдём им применение.

— Да я и не собирался. По большому счёту, я сейчас для них что-то вроде ангела-хранителя, — Бо Рам Сон хохотнул и закурил. — Потому что знают: их, хоть там, хоть тут, на свободе ждёт одно, — он выразительно провёл большим пальцем по горлу. — У меня они живы, здоровы, даже накормлены.

Я понял, что у меня снова шевельнулся тот червь сомнения, который был с самого начала, когда я узнал об угоне люксовых автомобилей. Что-то нечисто было во всей этой ситуации.

Бо Рам Сон затушил сигарету в пепельнице и сам снова заговорил про корпорацию, которая решила поглотить мою фирму.

— Гису. Я ведь тебя уже неплохо знаю… Хочу… не то чтобы предупредить. Но на всякий случай ещё раз обмолвлюсь. Эти люди… возможно ты ещё не связывался ни с кем подобным. Будь осторожнее.

— Благодарю. Но я что-нибудь обязательно придумаю. В конце концов, я решаю вопросы любой сложности.

Затем я посмотрел на Метёлку.

— Мне бы хотелось ещё переговорить с тобой.

Мы вышли на парковку, и она с лёгкой ухмылкой спросила:

— Чего хотел?

Я вспомнил тот вопрос, по которому хотел с ней поговорить, и невольно хмыкнул. Затем сразу предупредил:

— Только не смейся, пожалуйста.

— Уже в предвкушении. — Усмехнулась она.

— Ты помнишь того паренька, для которого я одалживал у тебя Лизу?

— Ну, скажем так, наслышана, — ответила она.

— Так вот, у него развился то ли стокгольмский синдром, то ли что-то подобное. Но… одним словом, он хочет найти Лизу и поговорить с ней, потому что влюбился.

— Чего? — усмехнулась Метёлка. — Влюбился? В Лизу? Серьезно?

Она всё-таки не сдержалась и хохотнула.

— Но это ещё не всё, — сказал я. — Теперь он хочет во что бы то ни стало найти её и признаться в своих чувствах.

— Сумасшедший дом, — покачала головой Метёлка. — И что ты от меня хочешь теперь?

— Хотел попросить только об одном: когда этот парень по имени Джи Джисон придёт к тебе, не убивай его, пожалуйста. Всё-таки я в него столько сил вложил для перевоспитания.

— Гису, ну ты, конечно, даёшь, — покачала головой Метёлка. — Но хорошо, что попросил. Если что, присылай его по адресу, который я тебе скину. Как-нибудь решим проблему.

Я вопросительно наклонил голову набок.

— Мирно решим. — Добавила она. — Я надеюсь.

* * *

Уже третий час группа «Грязь под ногтями» отрабатывала хореографию для нового трека. И все три часа не удавалось записать чистый дубль. Постоянно кто-то из участниц ошибался, потому что движения были совершенно новыми. Пак считал, что даже инновационными. Хореограф, которого он нанял, отрабатывал свои деньги на сто двадцать процентов.

Но вот девочкам было тяжело. Ещё тяжелее приходилось самому Йонгу и оператору, который пытался снять танец сразу с нескольких точек.

Затем видео аккуратно монтировалось, накладывалось на фонограмму, и демо-ролик был практически готов.

— Так, стоп! — скомандовал Йонг и хлопнул в ладоши, словно заправский режиссёр. — Сейчас ещё раз — всё сначала и до конца. А ты, Чжи А, перестань после второго куплета делать этот нелепый выпад! Он всё нам портит.

— Господин Пак, я не могу! У меня болит нога. Мне кажется, я домой вообще похромаю, — простонала одна из танцовщиц.

Губы Пака вытянулись в узкую линию.

— Вы что, не понимаете, — сказал он, — что нам объявили войну? И всё было сделано так, что эту войну мы должны были в любом случае проиграть. Но я — ваш продюсер. И я решил, что мы примем вызов. Но ответим на него так, как наш противник даже не ожидает.

Он обвёл глазами группу, на несколько секунд задерживая его на каждой девушке. Те, в свою очередь отводили глаза, понимая, что не справляются с поставленными перед ними задачами.

— Поэтому мы сейчас обязаны записать ваш танец под нашу новую песню, чтобы завтра выложить её на наш канал, — закончил Йонг.

— Завтра? — удивилась ведущая солистка группы. — Но ведь мы только-только начали репетировать! Да и предыдущую песню мы выложили только позавчера!

— Я знаю, что делаю, — ответил ей Йонг. — Теперь ещё раз. С самого начала. Работают все камеры.

Музыка начала звучать сначала. Но теперь сразу две девушки оступились буквально на первой минуте записи.

— Так стоп! — сказал он.

Оператор посмотрел на Пака, но тот лишь подмигнул ему так, чтобы девушки не видели. Сам Пак вспомнил, как совсем недавно выпускной класс сдавал экзамены. И поэтому посмотрел на девчонок и сказал:

— Ладно, давайте сейчас расслабимся и просто разочек повторим весь наш танец не под запись. Вы же умницы, у вас всё прекрасно получалось. Давайте сейчас — репетиция, потом небольшой перерыв, и затем уже будем работать под запись. Хорошо?

Девочки кивнули.

И когда зазвучала фонограмма, Йонг увидел, насколько эта система действительно хорошо работает. Создалось впечатление, что участницы к-поп группы скинули невидимый вес со своих плеч и порхали, словно мотыльки.

Он знал самые проблемные места в композиции. Но вот первое прошло без шероховатостей, второе, третье.

— Отлично, — шептал он так, чтобы никто не слышал. — Отлично.

Когда танец без единой помарки завершился, он посмотрел на оператора.

— Стоп. Снято, — сказал тот.

— Что⁈ Что ты сказал? — поинтересовалась Чжи А. — Ты записывал⁈

— Девчонки, вы просто невероятные молодцы! — проговорил Йонг. — Благодаря вам мы и выиграем эту войну.

* * *

Учитель Шивон раз за разом перебирал прошлогодние контрольные работы, а вслед за ними — работы этого года, те самые, которые должны были дать понимание, насколько ученики за каникулы забыли материал, который он подавал.

Но преподаватель Шивон рылся не просто так. Он искал две конкретные работы. Когда нашёл, то проворчал себе под нос:

— Нет, этого не может быть. Но так просто не бывает.

— Да что там у тебя? — спросил его Нагикаши, преподаватель информатики.

— Как бы там ни было, я должен вывести Гису на чистую воду. Нельзя в мгновение ока начать понимать физику на таком уровне. Это невозможно. В чём-то тут явный подвох.

— Ты никак не успокоишься, — посмотрела на него Мун Саён. — Мы же уже все выяснили, что Гису Хегай взялся за ум. А вместе с ним взялись за ум ученики практически всей школы. Они молодцы, — проговорила классная руководительница Хегая.

И, неосознанно, все преподаватели прикоснулись к носу.

— Нет, вы можете мне говорить что угодно, — ответил на это Шивон, — но я чувствую подвох.

— Но ты же уже всеми способами его проверил, — пожал плечами Нагикаши.

— А вот и не всеми, — учитель физики хищно усмехнулся. — Как вы смотрите на то, чтобы отправить нашего Гису Хегая на всекорейскую олимпиаду по физике?

— В Пусан? Да без проблем, — сказала на это Мун Саён. — Это даже отличная идея! И почему я сама об этом не подумала?

— Только мы такие вопросы не решаем, — заметил Нагикаши.

— Ну да, — проговорил Шивон. — Я иду к директору.

Он взял две контрольные работы Гису и пошёл к Бём Соку, чтобы провернуть свой коварный план.

Директор был у себя и принял преподавателя по физике сразу же, без задержек.

— Здравствуйте, господин Шивон, — поздоровался директор.

— Здравствуйте, господин Бём Сок.

— Вы опять на кого-то жаловаться?

— Нет, нет, напротив, — произнес преподаватель физики и еле заметно улыбнулся одним уголком рта.

Он решил разыграть эту карту иначе, чем обычно. Ему показалось, что применить немного хитрости не помешает. Он положил на стол директора Дайвегу две работы Гису Хегая.

— Одна, — он указал на первую, — это контрольный срез за прошлый год, вторая — работа этого года, которая показывает, насколько дети за каникулы забыли материал. Так вот: судя по работе Хегая, он не только ничего не забыл, но и смог ответить даже на более заковыристые вопросы, чем до каникул.

— Вы хотите, чтобы я его как-то поощрил? — поинтересовался Бём Сок.

— О, да, — кивнул Шивон. — Полагаю, если человек во время каникул предпочитает углублённо изучать учебный материал, он достоин поощрения. Поэтому я предлагаю наградить его. Например, поездкой на всекорейскую олимпиаду по физике.

Бём Сок поднял глаза на Шивона. И в этих глазах преподаватель физики с удовольствием увидел поддержку.

— А вы знаете, — проговорил директор. — Кажется, это действительно стоящая идея.

Про себя он думал примерно так: «Да, Гису Хегай, конечно проблемный ученик, но он же помог мне вернуться в это директорское кресло, когда меня уже сослали к чёрту на куличики. И за это он ещё ничего не попросил. Так почему бы, действительно, не наградить Гису? Поездка на олимпиаду — это очень престижно. Это станет гордостью не только школы, но и самого Хегая».

— Что ж, видимо, это предложение нужно поддержать, — пробубнил он себе под нос, а затем глянул на Шивона. — Хорошо. Сейчас же подпишу указ, а вы сообщите Гису, что он едет на ближайшую олимпиаду по физике. Думаю, он обрадуется!

* * *

Сидя за своей партой, я практически никого не замечал, прокручивая в голове раз за разом вчерашний разговор с Диким Топором и Метёлкой.

Если уж такие люди, как они, не могли помочь мне выйти на конкретных людей, это о многом говорило. То, что даже они называли корпорацию серьёзным монстром и бездушной машиной, которая переедет всех, значило, что так оно и было.

Поводов не доверять им у меня не было.

Выходит, тут мне придётся полагаться исключительно на себя самого. Что ж, не в первый раз.

Я прокручивал в голове различные варианты. Наверное, мне стоит начать с тех, кто придёт на переговоры. Это означало, что переговоры мне всё-таки придётся организовать.

Что ж, пусть будет так.

Одним словом, я серьёзно погрузился в свои размышления, поэтому даже не заметил, как в класс зашёл сияющий преподаватель Шивон. Улыбка у него была буквально до ушей.

Практически сразу я почувствовал взгляд, пронизывающий меня чуть ли не насквозь. Но, поглощённый своими мыслями, не сразу обратил на это внимание.

— Господин Хегай, — обратился ко мне преподаватель. — Можно минутку вашего внимания?

Тут я посмотрел на него и понял, что у Шивона слишком уж довольный взгляд. Подозрительно.

И чего он такой радостный? Прошлую проверочную работу я написал, кажется, неплохо. Может быть, не на высший бал, так как мысли мои крутились далеко, но всё-таки на уровне.

Тем временем преподаватель Шивон положил перед собой два листа с ответами на контрольные работы и сказал:

— Уважаемый Гису Хегай, — голос его был приторным, словно он пытался мне польстить, — да и все остальные ученики, — он посмотрел на класс, — дело в том, что я только что был у директора. И мы вместе с ним решили, что необходимо поощрять вот таких выдающихся людей. И по этой самой причине на ежегодную олимпиаду по физике от нашей школы отправиться именно Гису Хегай.

После нескольких секунд затишья, которые мне показались вечностью, потому что я обдумывал, что сейчас сказал Шивон, класс буквально взорвался.

— Ура!

— Класс!

— Гису! Молодец!

Ко мне тут же обернулись с переднего ряда, стали жать руку, кто-то похлопал по плечу.

— Ура, Гису!

— Отлично!

— Ты заслужил!

— Молодец!

— Круто!

А я лишь оглядывался по сторонам, никак не реагируя на поздравления. В голове моей крутилось одно: «Что⁈ Какая ещё олимпиада⁈ На хрена она мне⁈»

Затем я снова увидел оскаленную улыбку Шивона.

Вот же засранец… У меня на носу разборки с корпорацией, а они меня шлют на какие-то школьные соревнования⁈

Глава 18

В комнате подростков немного пахло потом, но в основном кимпабом, который мать принесла братьям Ли Джонуку и Ли Джонхё. И они уже съели всё рулетики.

А сейчас валялись на своих кроватях: Джонук — на первом ярусе, Джонхё — на втором. И залипали в телефонах. Уже через пятнадцать минут надо будет вставать и делать уроки, но сейчас ещё было время, чтобы расслабиться и посмотреть новинки K-попа.

Джонхё, лежавшему наверху, сразу понравилась группа «Грязь под ногтями». Её композиции отзывались чем-то новым и непривычным в его душе.

Ему хотелось двигаться в одном ритме с певицами. А вот его брат с первого яруса поверил словам небезызвестного Ким Су Хона и решил, что «Грязь под ногтями» обычные плагиаторы.

Пользуясь тем, что у него есть ещё время, Ли Джонхё влез на канал группы и увидел, что там выложили ещё один трек с новой хореографией. Он даже забыл надеть наушники и ткнул пальцем на воспроизведение.

Комнату сразу огласили тяжёлые звуки гитар, немного протяжные, но всё-таки невероятно ритмичные.

— Эй, — снизу по кровати постучал Джонук: — Хорош слушать своих плагиаторов.

Джонхё свесился с кровати и посмотрел на брата. Несмотря на то что они были близнецами, Джонук родился на несколько минут раньше и теперь всё время считал себя старшим и вообще главным среди них двоих.

— Они — не плагиаторы, — проговорил Джонхё, злобно щурясь на брата. — Они очень самобытные и необычные.

— Если бы это было так, — Джонук состроил недовольную гримаску, — то в таком случае Ким Су Хон не сказал бы об этом во всеуслышание. Этот человек врать не будет.

Джонхё продолжал свешиваться со своего второго яруса.

— Послушай, — сказал он брату, — сколько песен выпустила группа Ким Су Хона?

— М-м-м… Не знаю, — ответил Джонук. — Я слышал только одну песню его группы.

— Вот именно. А «Грязные Ногти» выпустили уже шестую композицию за две недели. Понимаешь? Так кто у кого сплагиатил?

— Да ладно, быть не может! — замотал головой Джонук. — Я тебе не верю. Не могут они так быстро работать. А даже если и так, значит, сразу сплагиатили целый альбом. Видимо, воспользовались доверием.

— Если бы они сплагиатили целый альбом, — парировал Джонхё, — то группа Ким Су Хона выложила бы эти песни раньше. А ты послушай. Просто послушай, что эти «Грязные Ногти» творят. Это просто полный разрыв.

Голова Джонхё убралась обратно наверх, а затем оттуда снова послышались протяжные металлические партии вкупе с экспрессивным женским вокалом и бойкой ритм-секцией.

— Они тут ещё и двигаются иначе, — взволнованно сообщил Джонхё.

Джонук некоторое время ещё сомневался в словах брата, а потом снова стукнул ногой в белом носке по верхнему ярусу.

— Ладно, младший, спускайся. Давай посмотрим, чего они там ещё наплагиатили.

Через три минуты, когда Джонук сидел, хлопая глазами, не в силах справиться с эмоциями от того, что он увидел в музыкальном видео, никаких сомнений у него уже не осталось.

— Это не может быть плагиатом, — покачал он головой. — Не выкладываются так, когда воруют.

— А я тебе что говорил⁈ — ликующе произнёс Джонхё, подпрыгнул на месте и впился затылком в свой второй ярус. Скривился, но ненадолго, и схватился за затылок рукой. — Они же гении. Я сразу это понял.

* * *

— Так, всем спокойно, — проговорил Шивон, встав, глядя на Гису.

Хотя Гису как раз вёл себя тихо, а вот остальной класс буквально бушевал. Там уже чуть ли не начали скандировать: «Ги-су! Ги-су! Ги-су!»

— Я счастлив, что все так воодушевились и настолько рады за нашего ученика, — скривившись, проговорил Шивон. — Но давайте, всё-таки, к уроку.

Класс неохотно, но всё-таки замолчал. Однако шёпотки всё ещё бегали между партами. Атмосфера в классе разительно поменялась с того момента, как преподаватель физики пересёк порог.

— Нам хорошо бы с вами сосредоточиться, потому что сегодня нас ждёт очень непростая тема, которую необходимо понять, — преподаватель говорил медленно, но чётко, чтобы его слова откладывались в головах. — Если вы её не пропустите через свой мозг, не уловите суть этой темы, то потом вы просто не справитесь с заданиями. Кстати, — он ткнул указательным пальцем с обломанным ногтем в Гису:

— Эта тема абсолютно точно будет на олимпиаде, поэтому слушайте внимательно, — Шивон снова оскалился и продолжил: — Ах да… чуть не забыл. Кроме всего прочего у меня есть для вас, господин Хегай, ещё парочка отличных новостей. А именно, два раза в неделю вас ждут дополнительные репетиторские часы по физике, где мы будем углубленно разбирать все задачи, чтобы на олимпиаде вы не опозорили громкое имя нашей школы! Не благодарите.

Но Хегай лишь поджал губы и хмыкнул на это.

Да на какое-то время преподавателю физики удалось вывести его из равновесия, но очень ненадолго, это была буквально минутная реакция, не более того. Затем учитель повернулся к доске и начал писать тему урока.

— Это всё бессмысленно, — прошептал, кто-то в середине класса.

Учитель сначала дёрнулся, чтобы обернуться и погрозить пальцем. Но затем понял, что это не о теме его предмета. Умы школьников продолжали кипеть от сообщения про олимпиаду.

— Там же Школа Вонджу, — снова проговорил тот же голос, кому-то. — Они никого не пропустят вперед. Даже Кёнбук, который при физическом университете им год за годом хоть десятую часть бала, но проигрывает.

— Точно, — отозвался другой голос. — В прошлом году вон Йонг Пак наш ездил, и то только третье место взял.

— Ребята, да вы чё! — вмешался третий голос. — Это же Гису! Он им там покажет! Да нет, Гису снесёт их начисто, просто всех взорвёт!

— Не-не, — снова первый голос. — Вонджу никого не пустят на первое место. Ну, у них там всё куплено, всё распределено.

— И что ж теперь? — говорил третий голос. — Должны же и мы когда-то выиграть. Дайвегу — это одна из самых лучших школ. Что нам эта Вонджу?

— А я считаю, — в разговор вступил четвёртый, на этот раз девичий голос, — что Гису там действительно всем утрёт нос.

— Вот-вот, — сказал ей в ответ парень, — а эти двое не верят.

— Ну, давай по факту. Скажите мне, когда в Пусане выиграл кто-то кроме Вонджу?

Преподаватель Шивон написал тему, сильно надавливая на мелок, чтобы скрипом привлечь внимание к тому, что он писал, и включил монитор.

— Итак, уважаемые ученики, давайте всё-таки вернёмся к предмету.

— Да не сможет там Гису ничего сделать, — раздался первый голос.

— Хватит орать! — сорвался преподаватель Шивон, а затем внезапно добавил: — Если уж Хегай такой умный, как он хочет нам всем это показать, то пусть поедет туда и займёт первое место.

И на этом все шепотки смолкли. Но преподаватель физики поймал на себе очень пристальный взгляд Гису Хегая. Как будто тот разглядывал его под микроскопом и собирался препарировать. И ему очень не понравился этот взгляд. Настолько, что вся новая тема урока буквально вылетела у него из головы.

* * *

Объявление о моём участии в олимпиаде застало меня немного врасплох. Впрочем, и хрен с ним, подумал я. Физика, конечно, никогда не была моим коньком, но что-то со старшей школы я помнил. Так что в любом случае совсем не опозорюсь. Тем более этот скользкий Шивон сказал, что у меня будут ещё репетиторские часы. Оно мне сейчас не сильно в тему, учитывая все проблемы, но, думаю, парочку занятий я посещу.

Я внимательно смотрел на преподавателя и видел, как того чуть ли не трясло от удовлетворения из-за собственной проделки. Над его верхней губой даже выступили капельки пота, а волосы надо лбом слегка намокли.

Хм. Неужели ты так сильно невзлюбил меня?

Хотя вспомнив всё то, что было в прошлом году, ответ напрашивался сам собой. Шивон никак не мог понять, как стабильный троечник внезапно осилил его предмет на довольно хорошем уровне.

Я кстати пока что сам ещё не понял, хочу ли я туда ехать или найти причину отмазаться? Но почему-то внутри меня было чувство, что мне это не помешает. Как минимум развеяться и немного забыться.

В конце урока преподаватель сказал, что от нашей школы поедет шесть человек: по двое самых сильных учеников с каждой параллели.

А из нашей параллели я знал только одного человека, у которого тоже была твёрдая пятёрка по физике. Это был Пак Йонг.

Я посмотрел на него и подмигнул, мол, нас ждёт с тобой ещё долгая поездка в Пусан. На что Йонг лишь закатил глаза.

После физики была большая перемена, обед и возможность пообщаться. Мы вчетвером, по старинке, сдвинули столы и начали вытаскивать то, что приготовили на обед.

Но я видел, что у всех, кроме Юми, сегодня буквально то, что попалось под руку, так же, как и у меня. Нет, у меня было давнее желание сделать себе настоящих блинов со сметаной и красной икрой. Но времени на это катастрофически не хватало.

Поэтому каждый из нас лишь бегло пробежался глазами по обеду других, усмехнулся и начал есть то, что взял с собой.

У меня это было нечто, напоминающее макароны по-флотски. Но, может быть, гастрокритики сказали бы, что это не так. Неважно.

— Йонг, — обратился я к Паку, так как именно он ездил в прошлом году на эту чертову олимпиаду в Пусан. — Расскажи что там вообще и как на этой олимпиаде.

— Да не знаю, — Пак пожал плечами, уплетая что-то из традиционной кухни. — Олимпиада, как олимпиада. Всех нас свозят в административное здание, там проверяют тебя от и до на входе, а потом ещё и в классе. Везде стоят камеры. Затем выдают различные задания, причём на огромное количество вариантов. И всё. Сидишь, решаешь.

— Я вообще-то не про это, — сказал я, оторвавшись от еды и посмотрев мельком Паку в глаза. — Что там за школы-то? — Я замолчал, вспоминая названия школ. — Что там за история с Вонджу и этим Кёнбуком. Почему считается, что мы не можем выиграть?

Йонг даже перестал жевать, левой рукой потер глаза, как будто невероятно устал. Впрочем, я не исключал, что такое могло быть. Потом посмотрел на свою ладонь, как будто с удивлением. И лишь потом перевёл взгляд на меня.

— Ты реально не знаешь про эти школы? — спросил он меня с недоверием.

— Ну, возможно, что-то слышал, — аккуратно ответил я. — Но хотелось бы подробнее.

Тут уже даже Юми и Чан Ан переглянулись с удивлением.

— Вонджу, — проговорил Пак, чуть отстраняя от себя обед, — это, наравне с Дайвегу, одна из самых элитных школ Сеула. У нас с ними всегда идёт негласная борьба. И если исключать результаты прошлогоднего среза, где у нас получилось завоевать девяносто баллов всей школой, Вонджу обычно нас превосходят. Там тоже учатся дети чеболей, из корпораций поменьше, только они… задроты, если так можно сказать.

— Самые умные что ли?

— Получается, что так.

— Так с этими понятно, а что за Кёнбук?

— Кёнбук — это школа при университете физики, — теперь вместо Пака говорила Юми. — У них показатели по знаниям ещё выше. Но если уж на то пошло, вечная борьба у нас идёт не с ними, а именно с Вонджу. Эти использовали любой мелочный повод, чтобы попытаться поддеть нас. Ведь очевидно, что мы более престижная школа. Однако не все с этим согласны…

Понятно. Просто две столичные школы с мажорами выясняют между собой отношения.

— Вонджу — та ещё заноза в заднице, — согласился Пак. — Но раз уж ты едешь на олимпиаду, — и тут все трое уставились на меня, — то, наверное, есть шанс победить. Как ты считаешь?

— А я еду? — спросил я у них и снова принялся за еду.

* * *

Когда Джи Джисон только вышел из дома и направился по адресу, который передал ему Гису, он весь горел решимостью. Более того, он уже предвкушал свою встречу с Лизой и репетировал все те самые слова, которые он скажет ей при встрече.

Вот только чем ближе он подходил к указанному адресу, тем больше у него что-то ёкало внутри. Навигатор завёл его в неприятную тёмную подворотню, где пахло мочой и не было видно практически ничего.

Джисон мог поклясться, что даже не догадывался о существовании в Сеуле подобных закоулков. Ногой он случайно пнул пустую банку из-под газировки. Та отлетела в непроглядную темноту, из которой донёсся очень неприятный шорох, как будто несколько десятков переполошённых лапок с когтями разбегались в разные стороны.

«Твою мать, — подумал Джи Джисон. — Что я вообще тут делаю? Как моя жизнь-то докатилась до такого?»

Но тут же перед его внутренним взором встало лицо девушки, за которой он, собственно, сюда и пришёл. Тогда у него появилась другая мысль: может быть, Гису просто что-то перепутал?

Может быть, ему надо пойти по другому адресу?

Но он продолжал идти по этой погружённой во мрак подворотне. И чем дальше он продвигался, тем темнее становилось вокруг.

Сначала он ещё хотя бы видел смутные очертания предметов: каких-то железных коробов, кучи тряпья у стен. Ещё более тёмные провалы в никому не известные закоулки этого мира. Но теперь не было видно вообще ничего. Только тёмный край серого неба, застланного тучами.

Джисон задел ногой что-то мягкое и податливое, и в ответ на это раздался глухой, сдавленный кашель, явно принадлежащий бомжу. Парень хотел извиниться, но слова застряли у него в глотке, и он просто поспешил дальше.

Судя по навигатору, надо было пройти ещё сто метров. Но сын министра понимал, что это могут быть самые длинные сто метров в его жизни.

Он вынул телефон и подсветил пространство вокруг. И как раз вовремя, потому что понял, что едва не врезался в мусорный бак. Впрочем, он их чувствовал и по запаху. Они источали довольно-таки мерзкую вонь по всей округе. Конкуренцию им могли составить только бомжи, которые, судя по всему, спали вдоль стен в каких-то коробках.

Джи Джисон огляделся, подсвечивая себе телефонным фонариком, но ничего толком не увидел. Свет, как будто, поглощался окружающей тьмой. Он сделал ещё несколько шагов, наступил в неожиданно глубокую лужу с дурно пахнущей жижей и выматерился вслух.

В этот момент ему на рот легла чья-то ладонь, а его спину прижали к себе в мёртвой хватке. После чего потащили куда-то прочь.

«Мне конец», — только и успел подумать Джисон.

* * *

Метров через пять, когда Джи Джисона затащили за мусорные баки и отняли у него телефон с фонариком, он приготовился к самому худшему. Даже выставил руки перед лицом. Больше всего он не любил, когда ему били по голове. Всё остальное можно было стерпеть, кроме, разве что, удара в пах.

Но против ожиданий, бить его никто не торопился. Вместо этого прямо над ухом раздался очень знакомое шипение:

— Ты чё, олух? Какого хрена ты тут делаешь?

Хлопая глазами от неожиданности, Джисон обернулся, стараясь разглядеть очертания лица Лизы. Но в окружающем мраке это было сделать сложно. А вот она, судя по всему, видела его очень хорошо.

Выключив фонарик, она сунула телефон ему в руки.

— Тебя ищу, — абсолютно честно ответил Джисон.

— Ты тупой идиот, — сказала ему Лиза. — На хрена ты приперся в эту глушь? Тебя здесь сейчас на нож посадят и скажут, что ты уже убитый пришёл.

— Я же говорю тебе, Лиза, — он попытался схватить девушку за плечо, но та очень технично вывернулась. — Я пришёл, чтобы найти тебя. Ты — единственная настоящая, которую я видел в своей жизни. А, поверь, я видел на своём пути многих.

— Тебе чё, по башке всё-таки успели дать? — Лиза с недоверием оглядывала его. После чего включила экран на своём телефоне, обвела им вокруг головы Джисона. — Да нет, вроде целая черепушка. Че с тобой? С катушек съехал что ли?

— Лиза, — проговорил Джисон, всё ещё пытаясь выдать ей отрепетированную речь, — ты очень необычная девушка. Ты — самая лучшая. Я хочу забрать тебя из этого мира. И отвести в лучшую, красивую жизнь.

— Не, тебе точно чем-то тяжёлым вхерачили, — сказала девушка, отстраняясь. — Или ты фильмов каких пересмотрел? Время что ли в свободное появилось?

— Ну, я… я просто хочу, чтобы ты была рядом, — ответил Джи Джисон. — Хочу забрать тебя отсюда.

— Очнись, малыш, — ответила ему Лиза, отстраняясь. — Меня силком тут никто не держит. Это моя жизнь, мой выбор. А тебе здесь не место, так что давай-ка поднимайся, бегом домой и баиньки. Будем считать всё это страшным сном.

— Но мы же можем быть вместе, — с последней надеждой проговорил Джисон. — Мы не такие уж и разные. Я почувствовал это, когда мы жили под одной крышей.

— Послушай… — на выдохе произнесла она и выждала несколько мгновений. — Мои родители пропали во время каких-то местных разборок. Я даже не знаю, кто они, если честно. И не хочу знать. Хотела бы, наверное, уже нашла концы. Сколько себя помню, я жила и воспитывалась в Боюквоне. Знаешь, что это такое?

— Слышал, — ответил Джисон.

— Да, я была не похожа на других девчонок, которые пытались выиграть себе место под солнцем красотой и лояльностью. Нет, я уже с пяти лет махала ногами и руками. Да так, что парни боялись ко мне подходить. В какой-то момент пересеклась с людьми Метёлки. Она взяла меня под своё попечительство. А ты — избалованный жизнью сын министра. Что у нас с тобой может быть общего?

Парень сразу же принялся соображать, но на ум ничего не приходило. Всё его внимание притянули к себе едва видные очертания лица девушки.

— Вдохни поглубже, Джисон, — сказала Лиза.

Он вдохнул и поморщился от вони.

— Ты чувствуешь? Даже воздух, которым мы с тобой дышим, и тот разный. Мы случайно с тобой пересеклись, из-за просьбы одного человека, но на этом наши пути разошлись. Поэтому… забудь меня. Ты понял?

— Но… Лиза, — попытался проговорить Джисон.

За что получил хоть и лёгкий, но ощутимый удар под подбородок.

— Вон, я сказала, — произнесла Лиза. — Если не хочешь проблем.

Тяжело вздохнув, парень встал, повернулся и пошёл в обратную сторону. Домой.

Через несколько шагов он оглянулся. Но то ли кромешный мрак не позволил ему разглядеть девушку. То ли её уже просто не было на том месте, где они разговаривали. В любом случае, делать было нечего.

Но уходя, он всё-таки понял: Лиза лукавила, когда говорила ему всё это. Он пока ещё не мог понять, почему. Но он слышал фальшь в её словах. И поэтому твёрдо решил, что не сдастся.

Но также он осознавал, что ему нужно время. Так как он совершенно не знал, что ему делать дальше.

* * *

Я смотрел на монитор своего ноутбука и нифига не понимал. Мне нужно было писать новую главу, но у меня вообще не было никаких мыслей. Вот абсолютно ни одной. У меня даже не было того слова, с которого надо было начать эту главу.

Все мысли были заняты вопросами про корпорацию, что собралась поглотить мою небольшую фирму. И ещё немного про обнаглевшего Шивона, который решил отправить меня на олимпиаду, как будто у меня других забот нет.

А вот на хентай, если можно так выразиться, у меня вообще не стояло. Но тут перед моим внутренним взором возник образ метрового хомяка — Белькъяу, вот в том виде, каком он всегда появлялся передо мной: с колокольчиками на конце посоха. Динь-дилинь.

— А что если я привнесу некоторую особенность в повествование? — подумал я и хмыкнул, представив, как это будет выглядеть.

— Нет, нет, стой, — сказал я самому себе. — Возможно, это пойдёт не сюда.

Я быстренько взял телефон, нашёл номер разработчиков игры и позвонил.

— Привет, это Гису. Как дела? — Но не дожидаясь ответа, я сразу же продолжил. — У вас там обнова в игре не скоро намечается?

— Эм… Гису. Привет. А к чему такой неожиданный вопрос?

— Да мне так… кое-что внедрить нужно. Подсобите?

— Ну как бы это… Дикий То… То есть господин Бо Рам вкурсе?

— Да, это не проблема, — терпеть не мог вот эти бюрократические проволочки. — Я с ним поговорю, всё порешаю. Если надо, он вам сам потом перезвонит. А я просто накину задачу.

— Ну, давай, — ответил мне парнишка. — Что ты хочешь?

— Нужно сделать такую фишку, с помощью которой можно будет поднимать ману у персонажа. Причём, нормально так поднимать.

— Что-то сложное? — спросил разраб. — Просто у нас достаточно ограниченный объём, которым мы можем распоряжаться.

— Да не, ничего сложного, — сказал я. — Нужно будет надувать щёки.

— Что?

— Всё просто. Если персонаж надувает щёки, у него на какой-то определённый объём прибавляется мана.

— Хм, — фыркнул на этот раз разработчик. — Глупо, но просто. Ты серьёзно хочешь, чтобы персонажи надували щёки?

— Абсолютно, — Улыбнулся я. — Прямо сейчас нужно подготовить такое обновление.

— Ну, ладно, — я слышал скепсис в голосе разраба, но он предпочёл не спорить. — Значит, надувать щёки и при этом повышается мана?

— Абсолютно, верно. — подтвердил я. — Звонок от Дикого Топора нужен?

— Да нет, — ответил разработчик. — Это… вроде мелочь.

И положил трубку.

— Отлично, — подумал я. — Щёки наше всё! Пу-пу-пу…

В этот момент в дверь постучали.

— Кто там?

— Это я, Чан.

— Заходи.

Он открыл дверь и шагнул в комнату с папкой каких-то бумаг. И смотрел он не на меня, а на написанное. Даже издалека я видел русские буквы.

— Ну, нет, — я уставился в потолок. — Переводчиком я сейчас работать не хочу.

— Только немного, — Чан смотрел на меня с умоляющей улыбкой.

— Ну, если только немного, — согласился я. — А что там у тебя?

— Да вот ответили что-то по условиям, а я не могу разобрать.

— Ну, давай, жги! — я ухмыльнулся и отметил, что Чан весьма взволнован, но старается держать себя в руках.

Он приблизил лицо к бумаге, как будто не видел, что там написано, потому что страдал близорукостью. Но я знал, что это не так.

— Гису, — не отрывая взгляда от бумаги, проговорил он: — Скажи, пожалуйста, а вот… Ох-иу… итель-но… — это слово он прочитал по-русски и по слогам. — Это хорошо или плохо?

Я повернулся к нему, сидя в кресле.

— Охуительно — это заебись, — сказал я по-русски.

Глава 19

Ким Су Хон с ненавистью взглянул на солнце, светящее ему прямо в глаза. После чего закрыл жалюзи.

Обычно он любил солнечные лучи у себя на столе и танец пылинок в них. Но вчера они слишком долго беседовали с первым музыкальным критиком за рюмочкой, и сегодня ему было очень плохо.

Голова не болела, но всё вокруг казалось ужасным и мерзким.

В этот момент в его кабинет вошёл помощник Чон Хи.

— Вызывали? — спросил он.

— Да, — ответил Ким Су Хон и помассировал виски. — Значит, готовьтесь к премии. Наша группа «Розовые пони» получит лучшую песню. Лучший вокалист будет из WFT. Так, а вокалистка… Ладно, я чуть позже скажу. Короче говоря, готовь всех постепенно. Нужно придумать номера для вручения премии.

— Будет сделано, господин, — поклонился Чон Хи. — А что по поводу «Бунтарок»?

— «Бунтарки?» А что с ними? — Ким Су Хон понял, что ему побыстрее хочется закончить этот разговор и пойти принять таблетку от головы, а возможно, даже выпить лёгкого пива.

— Ну как же? — озадаченно проговорил помощник. — Вы же сказали, что будем развивать, а у них второй песни никак не получается. А эти «Грязь под ногтями» штампуют просто песню за песней.

— Да пусть штампуют, — отмахнулся Ким Су Хон. — Таких поделок во всей Корее не счесть.

— Да не скажите, — ответил помощник. — В народе перешёптываются, что у них там хит за хитом. С каждой песней их популярность растёт в геометрической прогрессии.

— Да кто их будет слушать? Мы же их окрестили плагиаторами. Что-то они, кстати, не чешутся. Я уж ждал приглашение в суд или что-нибудь такое. Ох, мы бы тогда повеселились, да?

Ким Су Хон попытался улыбнуться, но тут же скривился от боли в голове.

— У тебя не найдется таблетки от головы, случайно?

— Сейчас принесу. Разрешите идти?

— Давай.

Когда помощник вышел, Ким Су Хон покосился на свой рабочий ноутбук.

— Какой ещё хит за хитом? — проворчал он вслух. — Что ты такое несёшь?

Нажав несколько клавиш, он зашёл на канал группы «Грязь под ногтями». И действительно, там было уже семь различных песен, причём запись каждой довольно-таки хорошо смонтирована. Чувствовался профессиональный подход.

И при этом везде была оригинальная хореография. причём мощная и красивая, как глоток свежей воды после протухшего болота.

— Да вашу ж… — прорычал музыкальный продюсер.

Он уже хотел закрыть вкладку с каналом, но случайно обновил его и увидел, что прямо только что опубликовали новое видео. Но на этот раз это была не песня или танцы, это было обращение группы к своим поклонникам. Он включил его.

Прослушал первые минуты того, что говорила солистка, и с каждым мгновение хмурился всё сильнее и сильнее. Даже головная боль отошла на второй план.

— Не так давно, — проговорила девушка в камеру, — один известный и влиятельный человек обвинил нашу группу в плагиате. Тем самым обесценивая все наши труды и старания.

Камера дала широкий план и теперь было видно всех участниц группы. Каждая показала в кадр какой-то свой фирменный знак пальцами и приняла эффектную позу.

— Можно было бы спорить до хрипоты: кто прав, кто виноват? Кто был раньше: мы или кто-то другой? Но мы предпочли этого не делать. Мы решили пойти другим путём. Вместо того, чтобы быть многословными, мы решили показать всё на деле.

Тут все девушки в такт сделали замысловатое движение, словно волна прошла по их группе.

— Мы для вас работаем двадцать четыре на семь. Вы и сами видите, что песни выходят одна за другой. И вы видите, как мы вкладываемся в каждую песню. Это всё идёт из нашего сердца. Из нашей души.

Камера снова взяла крупным планом солистку.

— Поэтому… не хочется кого-то в чем-либо обвинять. И мы не станем этого делать. Но при этом продолжим работать. Продолжим выкладываться на все сто процентов ради вас, дорогие фанаты. И это видео мы записываем именно для того, чтобы сказать вам спасибо. Спасибо за то что остаетесь с нами. Поддерживаете нас. Верите в наш успех. Всё это благодаря вам!

Девушка мило улыбнулась, а потом её лицо еле заметно изменилось.

— Ну и да… тем кто обвиняет нас в плагиате, мы пожелаем удачи и побольше терпения. Ведь за нами будет очень сложно угнаться. — На этом моменте девушка слегка усмехнулась, а видео остановилось.

— Пак — гадёныш, — прошипел Ким Су Хон. — Не говоря напрямую, пытается внушить людям свою правду… Ну-ну.

И в этот момент в дверь постучали.

— Да, входи.

Помощник аккуратно протиснулся. Он нёс на блюдечке таблетку и стакан воды, чтобы запить.

— Прошу вас, господин Ким, — проговорил он.

Продюсер с ожесточением схватил таблетку, закинул её в рот, проглотил и запил водой, но чуть не поперхнулся ею, закашлялся и разбрызгал воду вокруг себя, в том числе и на экран ноутбука.

— О, позвольте, я протру, — проговорил помощник и, подойдя к рабочему месту Ким Су Хона, увидел, что именно смотрел его начальник.

Но не успел он ничего произнести, замешкавшись, как Ким Су Хон снова заговорил:

— Я их в порошок, сотру. Они у меня ничего не получат — ни ротаций, ни премий, ни выступлений. Вообще ничего. И слава их окажется очень недолгой. Они померкнут, словно перегоревшая лампочка.

— Конечно. — Поддакнул помощник и поспешил удалиться, чтобы не попасть под горячую руку.

* * *

Я как раз раздумывал над тем, какое необычное задание написать в чат «Надуй щеки». Хотелось чего-то глобального и целенаправленного. Но не хватало некой божественной искры.

Все идеи, которые приходили мне в голову, я по размышлении отмел, потому что мне в них что-то не нравилось.

И тут позвонил Ун Ён Ри. Даже в его спокойном голосе я услышал тревогу.

— Господин Хегай, — осторожно начал он, — кажется, у нас возникли некоторые трудности.

— Да-да, я слушаю, — ответил я.

Как будто мне до этого их не хватало, — подумал я. Мало того, что кругом постоянно какие-то засады, так ещё и на фирме проблемы.

— Господин Хегай, нам не хотят сертифицировать продукцию.

— То есть как? — не понял я.

— Для того чтобы продать собранный нами рис, — ответил Ун Ён Ри, — нам необходимо получить сертификацию продукции. Без этой сертификации никто у нас ничего покупать не будет. И проблема именно в том, что нам не хотят сертифицировать наш рис.

— Почему? — поинтересовался я.

— Послушайте, господин Хегай, — проговорил мне пожилой бухгалтер, — я всё-таки не отвечаю за сбыт. Меня попросили позвонить вам и передать, но лучше, чтобы вы подъехали, и мы вам всё расскажем на месте. Вкратце: у нас не принимают документы по закупке семян, и именно поэтому тормозится сертификация.

— Ясно, — ответил я. — Пришлите мне подробный отчёт: что к чему и почему.

Через полчаса я уже закопался в цифры. Ничего скучнее и придумать было нельзя. Более того, многое приходилось пропускать, потому что, начни я разбираться со всем под корень, и потерялся бы на несколько дней. Но общую суть я уловил.

По какой-то причине у нас не принимали документы о закупке сырья, хотя все они были в порядке. Но почему-то вызвали вопросы у сертификационной комиссии. А это означало, что рис мы продать не сможем и соответственно, не получим прибыль.

Я сначала решил, что, в общем-то, невелика потеря. Мы можем пустить его на засев на следующий сезон. Но открыл правила ведения сельского хозяйства и обнаружил интересную вещь.

Затем я набрал агронома и решил выяснить всё из первых рук.

— Да, слушаю, господин Хегай, — Сок Джи Шин ответил мне практически сразу.

— Ты же в курсе про проблемы сертификации? — уточнил я.

— Да, слышал, — парень мгновенно подобрался и понял, что разговор будет по существу.

— Но так же я понимаю, что всю эту продукцию мы обязаны продать и не можем оставить на семена? Правильно? — я решил подтвердить свои подозрения.

— Это модифицированный сорт, — ответил Сок Джи Шин. — Он не принесёт урожая при вторичном засеве. Мы каждый сезон закупаем сырьё, выращиваем его и продаём практически полностью. Нам нет смысла оставлять продукцию на складах.

Именно это я уже и прочитал в нескольких статьях.

— Скажи, а без сертификации мы не сможем продать наш товар?

— Нет, — я буквально видел, как молодой агроном на том конце провода покачал головой. — Рис считается стратегической культурой. Поэтому в его отношении соблюдаются довольно-таки жёсткие правила.

— Понятно, — в голове пока было слишком много информации, но я старался вычленять главное. — Расскажи: это ты занимался подбором сырья на закупку?

— Все верно, — ответил он, не задумываясь ни на секунду.

— С документами порядок был?

— Полный порядок. Все документы подобраны, лежат в специальной папке, были предоставлены комиссии по сертификации.

— Как ты думаешь, — спросил я, хотя понимал, что это лучше спрашивать было у Ун Ён Ри, — по какой причине нам отказали?

Агроном ненадолго замялся, но ответил практически так же бойко, как и в прошлые разы.

— Полагаю, их попросили это сделать. И они просто нашли предлог. Вас вынуждают, во что бы то ни стало, расстаться с вашей фирмой. Пока, так сказать, намекают.

Намекают они, — хмыкнул я про себя.

— Ладно, благодарю за информацию. Я что-нибудь обязательно придумаю.

На этом наш разговор был закончен.

Итак, у нас собран урожай, но реализовать его мы не можем, потому что нам не выдали конкретные бумаги, несмотря на то, что все предыдущие документы у нас были в порядке. Раз мы не можем продать урожай, мы не можем закупить новое сырьё и засеять поля. Понятно. Более того, мы даже не можем направить это сырьё на засев своих полей. Или можем?

Нет, агроном сказал, что этот сорт на засев не пойдёт.

Хм, интересно.

И тут я понял, что схема, на которую я сейчас наткнулся, невероятно мутная, хоть и вроде бы всё это происходит на уровне государства.

Я снова полез в интернет.

Спустя полчаса я выяснил очень интересные вещи.

Прямо это, конечно, нигде не говорилось, но фактически реализацией семян на всей территории Южной Кореи занималась одна единственная корпорация. Вроде бы как с участием государства, потому что на неё работали аж два сельскохозяйственных университета. Вот только корпорация-то была всё равно частной. И именно она контролировала поставки сырья всем без исключения фермерским хозяйствам Кореи.

Условно говоря, если бы в какой-то год эта корпорация не выдала бы семян на засев полей, то Корею ждал бы самый натуральный голод. Или закупка риса из соседних стран по завышенной цене.

Я пока ещё не понимал, что и как тут может быть, но чувствовал подвох. Но самое главное открылось мне уже в тот момент, когда я собрался закончить с этим делом: корпорация эта была одним из многочисленных ответвлений другой корпорации «Дэ Сан».

* * *

Чуть позже я прикинул список своих дел на следующий день и понял, что набегает прилично.

Первым делом я собирался отправиться в офис фирмы и поговорить с Ун Ён Ри — как мне казалось, он мне вполне мог подсказать, с кого надо начинать, к какому чиновнику идти по поводу сертификации.

После этого в школу. Там надо будет ещё остаться после уроков с преподавателем Шивоном, чтобы разобрать задачи с прошлой олимпиады.

Я, конечно, думал о том, чтобы взять и отказаться. Но всё-таки интерес к другому городу пересиливал. Да и вообще эта олимпиада была вызовом для меня, а я любил принимать подобные вызовы. И полагал, что времени на подготовку у меня достаточно. И раз уж сам преподаватель по физике решил меня натаскать, что ж, это будет достойная битва.

И вдруг у меня зазвонил телефон. Время было неурочное, да и номер незнакомый. Я нахмурился, глядя на экран, но вызов принял.

— Привет, — сказал мне смутно знакомый голос. — Это Кан Саэм. Менеджер Ким Ю Джин.

— Оу, — сказал я. — Привет, привет. Что нужно?

— Да, я хотел, чтобы ты передал Ким Ю Джин, что если ей снова понадобилось отдохнуть, она могла бы просто меня предупредить. Не нужно делать это так же, как в прошлый раз. Я всё понял.

— А вот я — нет, — честно сказал я. — Почему ты сам не можешь передать это всё Ю Джин?

— А она разве не у тебя? — спросил менеджер.

— Да, вроде нет, — ответил я, но с сомнением, памятуя о тех моментах, когда она заявлялась ко мне в квартиру без моего ведома.

— Ну, тогда я вообще ничего не понимаю, — проговорил менеджер. — Я не могу её найти: телефон не отвечает, в квартире тоже тихо. На вечернюю репетицию не явилась.

— Ничем не могу помочь, — ответил я, покачав головой для убедительности.

И менеджер, попросив дать ему знать, если вдруг что-то станет известно, положил трубку.

Я успел сделать всего лишь пару глотков чая, как телефон затрезвонил вновь. Я решил, что это менеджер всё-таки отыскал Ким Ю Джин и решил сообщить мне об этом. Но нет.

Звонила Мун Хё На.

— Слушай, Гису, привет, — сказала она. — Позови, пожалуйста, Ю Джин.

— Куда позвать? — спросил я.

— Ну, к телефону! — нетерпеливым голосом проговорила Мун Хё На. — Она же у тебя, да? Ну, а где ещё быть?

— Щас, подожди, — сказал я. — Не вешай трубку.

— Скажи ей, что мы все очень переживаем!

— Да, подожди ты! — оборвал я её, стараясь сделать это не слишком резко.

Я зашёл в комнату, где когда-то гостила Ким Ю Джин, осмотрелся, здесь было пусто. Затем спустился в гостиную. Никого. Даже подозрительно тихо. Я вернулся наверх, опять зашёл в её комнату, опустился на четвереньки и посмотрел под кровать, подсветив себе фонариком на телефоне. Потом заржал, хлопнул себя по лбу и проворчал:

— Бог-хомяк, чем я вообще занимаюсь?

— Нет, — ответил я Мун Хё На. — У меня её нет, я только что всё проверил.

— Да как же так-то? А где она тогда? — удивилась девушка. — Не похоже на неё…

— А вот это я уж тебе точно сказать не могу.

К слову, я не испытал ни малейшего облегчения, не обнаружив девушку у себя дома.

— Слушай, ну если она у тебя появится, перезвони пожалуйста. А то я че-то волнуюсь.

— Хорошо, хорошо, — пообещал я и сам сбросил звонок.

Но через какое-то время мне позвонили опять. Причём снова с незнакомого номера, и уточнили про Ким Ю Джин. Честно говоря, это начало меня напрягать. Причём больше не тот факт, что мне звонили неизвестные люди, а то, что все потеряли девушку. Всё-таки она была достаточно популярна, и внешность её была весьма эффектна. Уж не случилось бы чего.

Хотя… скорее всего, она всё же решила отдохнуть от своей известности.

* * *

На следующее утро я выпил кофе и сразу же отправился в офис. Ун Ён Ри по моей просьбе уже был там. Я пригласил его в свой кабинет, сел за стол и внимательно посмотрел на пожилого бухгалтера.

— Я полагаю, вы догадываетесь, почему нам не сертифицируют продукцию, — сказал я пристально, глядя ему в глаза.

Но это был один из тех людей, по которому просто так считать было ничего нельзя. Ни по тону, ни по выражению глаз. Он отлично хранил все свои внутренние эмоции. Я подумал о том, что в покер с ним было бы играть невероятно тяжело.

— О да, — кивнул он мне. — Когда соперника хотят устранить, идут на любые шаги. А уж если есть ресурсы, тогда подключают подобные опции. Всё очень просто: мы не сможем продать продукцию, нам будет не на что закупать сырьё, нечем платить зарплату. И, соответственно, вас просто вынудят продать фирму.

— Хорошо, — продолжил я. — Скажи, а ты знаешь, кто конкретно занимается этой самой сертификацией? Кто мне может выдать это разрешение на сбыт моей продукции?

— Этим занимается министерство продовольствия, — пожал плечами Ун Ён Ри. — Кто конкретно из чиновников занимается нашим вопросом, не скажу. Но насколько я знаю, есть внутри министерства специальный отдел, который занимается вот такими небольшими фирмами, как та, что принадлежит вам, господин Хегай.

— Понятно, — кивнул я. — Но у тебя наверняка есть кто-то, к кому можно обратиться по этому вопросу?

Пожилой бухгалтер и юрист буравил меня взглядом. Я знал, что в своё время он не дрогнул общался с бандитами. Благодаря ему и сохранилось многое в фирме. Поэтому я знал, что мой юрист человек непростой, и относился к нему подобающим образом.

Тот взял с моего стола бумагу, карандашом начертал короткое сообщение и пододвинул бумагу мне.

— Только если что, господин Хегай, я ничего не говорил.

На листке были написаны имя и фамилия:

«Доюн Соль»

И номер телефона.

Я сразу же набрал его, как только Ун Ён Ри вышел из кабинета. Но мне никто не ответил. В принципе, было ещё рано, и я решил перезвонить после занятий. А сейчас — пора было спешить в школу.

* * *

Чон Хаён была вне себя от радости. По большей части потому, что им удалось вместе попасть в школу Дайвегу с Мин Сори, с которой они дружили уже много-много лет, чуть ли не с начальной школы. Это было настоящее счастье, потому что они служили друг для друга неким островком стабильности, за который можно было уцепиться в случае чего.

Но сегодня Чон Хаён и вовсе разрывали эмоции, когда они с Мин Сори подошли ко входу в школу Дайвего. На крыльце стояли никто иной, как Совет ЮЧП в полном составе.

— Смотри, смотри, смотри! — едва сдерживая себя от того, чтобы не начать прыгать на месте, проговорила Чон Хаён и дёрнула подругу за рукав. — Смотри, это же Совет ЮЧП! Гляди, какая красавица Юми! В жизни она даже красивее, чем по рассказам!

— И правда! — Мин Сори до этого момента шла погружённая в какие-то свои мысли, но сейчас увидела всех троих из Совета ЮЧП, и сама замерла с открытым ртом.

Это было похоже на то, чтобы увидеть легенду, о которой до этого очень много слышал, но никогда даже не подозревал, что можно встретиться вот так запросто.

— Ой-ой, — проговорила Мин Сори и сжала кулачки. — Мне кажется, я сейчас от волнения просто замру на месте и пропущу все занятия.

— У меня такое же впечатление, — прошептала Чон Хаён. — Смотри, какой Пак Йонг… какая осанка. Он словно бы аристократ из рассказов. И Чан Ан такой живой и улыбающийся! А что, если… — предложила девушка, — мы сейчас подойдём к ним и попросим включить нас в чат «Надуй щеки»?

— Что⁈ — посмотрела на неё Мин Сори. — Ты с ума сошла? Кто нас туда пустит? Кто мы такие, чтобы они нас пустили к себе в чат?

— Ну, до этого же все три старшие параллели были в чате, — пожала плечами Чон Хаён. — Может быть, и нас возьмут. Чем мы хуже предыдущих учеников?

— Ну… не знаю, — Мин Сори уставилась на подругу и несколько раз хлопнула глазами. — Может быть, для того, чтобы попасть в этот чат, надо что-нибудь сделать? Ты же слышала, какие у них тут проходят испытания?

— Ага, слышала, — улыбнулась Чон Хаён. — Много чего слышала. И про индейку и про то, как они держали в страхе все закусочные, притворяясь налоговой.

— Это я знаю, да, — махнула рукой Мин Сори. — Причём это просто развлечение было. Ты же помнишь, сколько о них писали газеты? Как они помогали приюту, как убирались в разных местах? Это же одна из самых величайших школьных организаций, про которую я только знаю. А уж в последнее время, скорее всего, и самая! Эх, подруга, я так нервничаю… Я так хотела бы сейчас подойти к Юми и признаться ей, как я ею восхищена… но я так переживаю! Боюсь, что подойду к ней и не смогу сказать ни слова.

— Ой, да, я думаю, что не стоит. Просто сама подумай: кто она и кто ты? Она на тебя даже может и не посмотреть. Поэтому нет, давай лучше не будем позориться. Пойдём в класс.

И они стали потихонечку, небольшими шагами подходить к крыльцу. Справедливости ради надо отметить, что никто из Совета ЮЧП на них особо не смотрел.

— Слушай, — полушёпотом, приблизив губы к уху подруги, проговорила Мин Сори, — а ты слышала, что говорят, будто у этого движения школы Дайвего есть некий идейный вдохновитель и наставник?

— Ну, я что-то такое слышала. Гису что ли?

— Ага. Гису Хегай, кажется.

— Да нет, — хмыкнула Чон Хаён. — Это всё конспирологические теории. — Она улыбнулась шедшей рядом подруге, а потом взяла её за руку. — Ты посмотри вот на этих людей, которые стоят перед нами на крыльце: красавица Юми Нам — дочь короля, можно сказать, информационной индустрии. Пак — ну, это вообще, парень-красавчик и мечта всех девчонок, сын одной из самых богатых династий в нашей стране. Чан Ан тоже неплохо держится, говорят, сам зарабатывает. И какой-то вдруг Гису Хегай, которого никто не знает? Да нет, я не думаю.

— Ну… не знаю, не знаю, — покачала головой Мин Сори. — Мне вот девчонки утверждали, что именно он тут заводила. Ну, я правда тоже не особо верю. Потому что вот та же Юми… — и Сори буквально замерла с этим именем на губах.

А когда они минуту спустя проходили мимо Совета ЮЧП, что-то мирно обсуждавшего на крыльце, то ни одна, ни другая от восхищения не смогли из себя выдавить даже слова «привет».

* * *

Я находился в размышлениях.

Мне необходимо было понять: что нужно корпорации?

Точно не деньги. Слишком глупо… Тогда что?

Я слегка задержал взгляд на двух новеньких девчонках, зашедших в школу. Они меня привлекли только тем, что как-то очень странно и подобострастно косились на моих друзей, проходя мимо них к двери.

— Привет, — бросил я ребятам.

Те поздоровались в ответ. И что-то хотели меня спросить, но в этот момент на меня вывалилась одна из старейшин, или, как я их называл, генералов нашего движения из параллели вторых классов.

— Гису, привет! — сказала она. — Послушай, как ты знаешь, у нас много новичков в школе. Что можно было бы придумать для принятия их в наш чат?

— О, отличный вопрос. — Улыбнулся я. — Вот вам и задание. Придумайте им задание! Потом доложите.

— Блин. — Буркнула девчонка, но было уже поздно. Я отмахнулся и пошел дальше.

Сейчас мне совсем не хотелось ещё больше загружать свою голову непонятно чем. Вообще-то у меня сегодня дополнительные занятия по физике. Я решил всё же потратить на это несколько часов своей жизни, чтобы не опозориться на олимпиаде.

Ну, не успел я сделать и пяти шагов по коридору, как у меня зазвонил телефон. Я сначала не придал значения звонку. Но, глянув на экран увидел: «Ким Ю Джин», и сразу принял звонок.

— О! Ты нашлась?

— Гису! Гису! — затараторила она с надрывом — У меня проблемы! Тело… то есть труп… — она сглотнула, после чего продолжила. — Мне срочно нужна твоя помощь!

Глава 20

Ким Ю Джин проснулась от дикой головной боли. Точнее, нет — не так. Дикая головная боль проснулась вместо Ким Ю Джин.

Резь в висках и затылке — это единственное, что составляло ощущения девушки. Она не чувствовала больше ничего: ни ног, ни рук, ни тела. Лишь режущую боль в голове. Она попыталась открыть глаза.

Но открылся только левый глаз. Правый, как будто заплыл, и не хотел слушаться. Однако даже левым глазом она видела, что находится где угодно, только не у себя дома.

Приложив неимоверные усилия, она подняла правую руку, которую до сих пор особо не чувствовала, и раскрыла ею правый глаз. Понятнее, где она находится, не стало. Тогда она попробовала поднять голову. Но это вызвало ещё больший приступ боли.

Ей срочно нужна таблетка. Полцарства за таблетку обезболивающего.

Некоторое время она просто лежала и смотрела в белый потолок. В правой, а затем и в левой руке начало восстанавливаться кровообращение, поэтому их кололо острыми иглами, что было очень неприятно. Но, по крайней мере, Ким Ю Джин понимала, что она возвращается к жизни. Вся нижняя часть туловища была у неё словно под анестезией. Как, впрочем, и подбородок.

Очень странное чувство. Но хуже всего было то, что она совершенно не помнила, что было до всего этого. Что её привело к этому моменту? Как она попала в это место? Что вообще происходит?

Паника попыталась зародиться в её сознании, но оно было настолько заторможенным, что девушка просто не смогла запаниковать. Она лежала и смотрела в потолок. Когда она попробовала закрыть глаза, мир вокруг мгновенно начал кружиться, словно она была с глубокого перепоя. Но она же вчера не пила. Стоп — откуда она это знает? Пила или не пила? Что вообще было вчера? Но на месте «вчера» зияла сплошная чёрная дыра, которая не хотела уступать место памяти.

Самым необдуманным решением Ким Ю Джин стало то, что она захотела протереть глаза. Но стоило ей надавить немного на глазные яблоки, как две дополнительные раскалённые спицы боли от них вонзились прямо в мозг. Девушка вскрикнула. Точнее, попыталась вскрикнуть, но во рту у неё настолько пересохло, что сделать этого она не смогла. «Точно, как будто с перепоя, — подумала она. — Но я же не пью где попало… Только дома, или с Мун Хё На… Что, чёрт возьми, происходит?»

Спустя пять, а может быть, семь минут — девушка не могла сказать точно, потому что само понятие времени у неё потерялось — она кое-как смогла сесть на кровати. Её подозрения полностью оправдались. Обстановка вокруг была похожа на гостиничный номер, но непростой, а по крайней мере полулюкс.

Чтобы оглядеться, ей приходилось поворачиваться всем корпусом, потому что любое движение головой отдельно вызывало новый приступ боли. Одно то, что она вообще поднялась, чуть было не выбило из неё сознание обратно.

На тумбочке возле кровати стоял прозрачный кувшин, наполовину наполненный какой-то прозрачной жидкостью.

Осторожно, чувствуя себя фарфоровой куклой, Ким Ю Джин свесила ноги с кровати и потянулась к этому самому кувшину. Затем взяла его и подняла над тумбочкой. После чего едва не выронила: таким тяжёлым он ей показался, хотя жидкости в нём было не больше пол-литра, а сам он весил явно не так уж много.

Певица поднесла кувшин к губам, но потом спохватилась и сначала обнюхала жидкость, которая в нём находилась. Ничего, вроде бы самая обычная вода.

«Пить», — подумала она. — «Пить. Я умру, если не попью».

Она попробовала воду на вкус. Сделала маленький, маленький глоточек, чтобы, если что, выплюнуть. Но во рту у неё творилось что-то такое, что даже не позволило ей почувствовать вкус воды.

«Была не была», — решила Ким Ю Джин — и жадно выпила несколько глотков жидкости из кувшина.

Пересохшее горло сначала пронзила резь, но уже следующий глоток воды заглушил это чувство.

Девушка качнулась чуть в сторону и скривилась от нового приступа боли. Сейчас ей казалось, что у неё в черепе ничего нет и только комок с острыми шипами болтается между стенками черепа и причиняет там боль всему, до чего только сумеет дотянуться.

Это было ужасное состояние, которое девушка никогда ещё не испытывала в своей жизни. Надо было понять, где она оказалась, а самое главное, каким образом. Ну хоть убей, она не помнила, как вообще сюда попала.

Осторожно, держась за тумбочку, она постаралась встать на ноги. С первого раза это не получилось, потому что мышцы просто отказались её держать, и она упала обратно на кровать. Хорошо, что ей хватило сил снова не растянуться плашмя. Потому что, если бы это случилось, она не была уверена, что вновь сможет найти в себе силы, чтобы попробовать подняться сквозь эту жуткую головную боль.

Тут она поняла, что по сути находится исключительно в нижнем белье. На ней были кружевные трусики, бюстгальтер из того же комплекта и ещё заводные светлые чулочки, которые уже сползли с бёдер на голени.

Впрочем, внешний вид её сейчас волновал меньше всего.

Она просидела ещё минуты три, почувствовала уколы в мышцах ног и поняла, что там тоже начинает налаживаться кровообращение. После этого она предприняла вторую попытку подняться. На этот раз успешно. Сердце в груди разогналось и колотилось, как бешеное.

Девушка поняла, что ей страшно. На неё, наконец-то, начала накатывать паника. Хотелось закричать и бежать куда глаза глядят. Но при этом она понимала, что это самая глупая вещь, которую она только может совершить.

Поэтому она аккуратно, шажок за шажком, стараясь не обращать внимания на шум в ушах — в том числе и от собственного сердцебиения, — шла к окну, чтобы понять, куда её занесло.

Но когда она отодвинула занавески, яснее ничего не стало. За окном был какой-то типичный спальный район Сеула. По крайней мере, она надеялась, что это Сеул. Однотипные дома. Дорога где-то далеко внизу.

Что случилось? Что с ней случилось⁈

Эта мысль постепенно вытеснила все остальные и начала биться в черепе набатом. Наравне с тем самым шипастым шариком, который до сих пор периодически ударялся о стенки её черепа изнутри.

Затем она, всё-таки, огляделась. Это был действительно не обычный дешёвый номер в какой-нибудь гостинице, а как минимум «полулюкс», состоящий из двух комнат. Может быть, и больше. Но Ким Ю Джин видела только одну дверь в соседнюю комнату.

Её вдруг проняла дрожь, которая прошла по всему телу: от затылка и практически до пяток. Девушке стало страшно. Реально страшно.

Правой рукой она схватилась за промежность, но никаких странных ощущений у неё не было.

«Я же не собиралась ни с кем встречаться… Да, не с кем мне…», — думала она.

И вот с этими мыслями, шаг за шагом, Ким Ю Джин следовала к соседней комнате. Медленно, стараясь не тревожить голову, морщась от каждого шага из-за иголочек в обеих икрах. Это было странно: чувствовать себя старой, разбитой развалиной, а не молодой девушкой, которой она являлась.

Хуже того, чем ближе она подходила к двери, тем больше хотела, чтобы та оказалась закрытой. Непонятно почему, но девушку буквально страшило то, что может оказаться за ней.

Некоторое время она стояла перед этой самой межкомнатной дверью на расстоянии вытянутой руки. Когда, всё-таки, потянулась к ручке, то увидела, как сильно дрожат её пальцы. Причём неизвестно отчего: от страха или от общего состояния, в котором она находилась.

Пересилив себя, она нажала на ручку и отворила дверь.

За ней скрывалась зеркальная копия той самой комнаты, в которой очнулась сама Ким Ю Джин. На какой-то момент она даже поверила, что увидит сейчас саму себя. Но нет. Она не провалилась в фильм ужасов, она находилась в самой что ни на есть суровой реальности, отчего стало только хуже.

На кровати — точной копии той, на которой очнулась она, — в позе эмбриона лежал незнакомый мужчина?

«Незнакомый ли?» — задался вопросом внутренний голос певицы.

«Незнакомый, — подтвердила она. — По крайней мере, в таком ракурсе — точно незнакомый».

Испытывая постоянные приступы сильнейшего испуга, периодически борясь с собой, чтобы не развернуться и не убежать, — Ким Ю Джин аккуратно приблизилась к мужчине, лежащему на кровати.

Он, как и она сама, был одет только в нижнее бельё. Девушка подошла совсем близко, и всмотрелась в черты лица лежащего мужчины.

Нет, она, кажется, не знала этого человека.

Затем она глянула на его грудь и живот, но движения не было.

— Не может этого быть, — прошептала девушка.

Затем аккуратно двумя оттопыренными пальчиками она взяла его за плечо и потрясла.

— Господин, господин, очнитесь. Вы кто?

Ей хотелось, чтобы всё это оказалось просто страшным сном.

— Господин? Кто вы? Очнитесь!

Затем она схватила его уже обеими руками и начала трясти гораздо сильнее. А из её речи исчезли слова «господин», обращение на «вы».

— Да очнись же ты! Давай, вставай! Дыши! Ты жив вообще⁈

Тело совсем не создавало впечатление живого. Казалось, оно уже начало потихоньку деревенеть. Ким Ю Джин приложила пальцы к шее мужчины, но никакого пульса не почувствовала.

И вот здесь её охватила уже самая что ни на есть настоящая паника. Липкими и противными щупальцами она впилась в девушку. Певица развернулась и побежала к входной двери в чём была: трусиках, лифчике и чулках. И только уже у самой входной двери остановилась, поняв, что надо одеться.

Когда она попыталась натянуть на себя платье, откуда-то из складок выскочил телефон. Она замерла, остановившись на полпути.

Так, телефон! Отлично, — подумала она, но пока ещё даже не понимала, кому может позвонить. Менеджеру? Мун Хё На? И что они ей сделают? Как они ей помогут?

Это же пипец, что за ситуация! Тут никто не поможет…

Стоп! — решила она. — Один человек всё же есть.

Ким Ю Джин быстро разблокировала телефон и обратила внимание, что тот почти сел. Стремительно, несмотря на взрывающуюся приступами боли голову, она нашла номер Гису и нажала кнопку вызова.

«Только бы он ответил, — просила она про себя. — Только бы ответил».

Гису Хегай ответил практически сразу.

— О! Ты нашлась. — С саркастическими нотками произнес он.

— Гису! Гису! — взмолилась она, на секунду потеряв выдержку и стараясь не разрыдаться, и даже не знала, что ещё сказать. — У меня проблемы! Тело… то есть труп… Мне срочно нужна твоя помощь!

— Звучит так, словно это принесет ну ооочень много проблем.

— Гису, я сейчас не шучу! Мне серьезно… — тут её голос надломился. — Кажется, я вляпалась.

— Ясно. — Тут же собрался Хегай и произнес максимально серьезным голосом. — Ничего не делай. Скинь мне место своей локации.

Девушка нажала на отбой и тут же начала набирать сообщение. После чего сжала телефон в обеих руках, села на пол, откинулась к кровати и разрыдалась. Внутреннее напряжение наконец-то дало выход.

Но долго она рыдать не смогла, потому что от этого слишком сильно болела голова.

«Надо найти обезболивающее, — думала она. — Надо было сказать Гису, чтобы притащил обезболивающее».

«О чём ты думаешь? — говорил ей собственный внутренний голос. — У тебя в соседней комнате мёртвый мужик. Ты вляпалась по самое не балуйся. Какое тебе ещё обезболивающее?»

«Так, так, так, — она прекратила рыдать. — Надо же вспомнить. Вспомнить, как она тут оказалась. Начнутся вопросы — в первую очередь у Гису. Он будет спрашивать, а что она ему скажет? Я проснулась тут — и всё».

С чего-то должно было это вообще всё произойти? «Так, надо сосредоточиться, — думала она. — Сосредоточиться и вспомнить».

Ким Ю Джин поняла, что у неё память работает не так, как обычно, а какими-то проблесками. То есть — вроде бы только что она ничего не помнила, и тут вдруг проблеск.

Концерт! Ну да, всё так. Она вспомнила, что концерт был. Всё верно. Какой-то небольшой сборник. Не то благотворительный, не то что-то такое? Она этого и не знала. Просто менеджер сказал, что надо выступить за стандартный гонорар. И всё.

А потом что было? Она выступила? Да, это она помнила. Как выступала на этой сцене. Ей ещё казалось, что свет неравномерно настроен, и правый прожектор слишком сильно нагревает её грим.

Да, это она помнила. Боялась, что яркую косметику размоет потом от этого долбаного прожектора.

А что потом? Что было потом?

Потом к ней кто-то подошёл?

Нет.

Потом был банкет. Да! Это же благотворительная вечеринка, был банкет. И вот там к ней подошёл…

Она запнулась в собственных мыслях и оглянулась на соседнюю комнату.

Да, точно, к ней подошёл мужчина. Этот? Не этот? Вроде бы этот. Но это абсолютно неточно.

Она даже подумала о том, чтобы встать и посмотреть на него ещё раз, но потом решила, что нет, этого делать не стоит. Незачем на него смотреть.

Что он ей сказал?

Каждую деталь приходилось выгрызать из памяти, будто с кровью. Сами по себе они не желали выстраиваться в стройную картину. Но теперь она помнила точно: был банкет. На банкете к ней подошёл мужчина, сказал, что он её давний поклонник. Она ещё тогда рассмеялась и невинно поинтересовалась: «Насколько давний?» Она-то хотела сказать, что она всего лишь недавно перешла из статуса восходящей звезды в полноценный звёздный статус. Но сказала что-то другое. Что именно? Этого она уже не помнила.

Зато вспомнила, что мужчина предложил ей выпить по глотку шампанского в честь их знакомства.

И вот тут память Ким Ю Джин пасовала окончательно.

Не было ничего. Пустота.

В номер постучали.

«Твою мать! Твою мать, что делать?» — подумала Ким Ю Джин, едва не откусив длинный красный ноготь.

Но тут из-за двери раздался голос Гису:

— Открывай, это я.

«Ой, слава всем богам, — подумала про себя девушка. — Он так быстро примчался? Ничего себе!»

Так, стоп — она же даже не глянула, где находится. Ладно, это потом.

Она подошла к двери и открыла её.

За дверью стоял Гису Хегай. Как всегда спокоен, холоден и собран. Отчего ей даже самой стало немножечко легче. Но очень быстро тошнотворное чувство снова принялось расползаться по груди.

— Так что здесь у тебя? Признавайся, — сказал он, закрыв за собой дверь.

— У меня здесь мёртвый мужик, — честно призналась Ким Ю Джин.

— За что ты его? Приставал? — он окинул девушку слегка насмешливым взглядом.

И только тут она вспомнила, что до сих пор не одета. Когда нашла телефон, она забыла про платье. Впрочем, она ничуть не смутилась: подошла к кровати, взяла платье и надела его на себя.

— Там, в соседней комнате, — сказала она. — Но это не я. Я… ну… не могла… Зачем мне?

Но говорила она, настолько неуверенно, что Гису нахмурился,

— Но при этом ты не помнишь что произошло?

— Не знаю… да. — покачала головой Ким Ю Джин. — Я очнулась… — она сглотнула и поняла, что в горле пересохло, — и ничего не помню. Вообще ничего не помню.

Хегай окинул девушку другим взглядом, затем вытащил из кармана блистер с таблетками.

— На, прими, полегчает, — он протянул ей обезболивающее.

Не веря своим глазам, певица схватила его, выдавила сразу две таблетки и проглотила, запив водой. Затем подумала и приняла ещё одну.

— И что последнее ты помнишь? — продолжал выяснять тем временем Гису Хегай.

— Помню, что был концерт, — девушка развела руками. — То ли посвящённый какой-то благотворительности, то ли какому-то объединению, я не вдавалась в подробности. Потом был банкет. Я хотела уйти, но менеджер сказал, что надо присутствовать, чтобы там фотографии общие были, и так далее. Я осталась. Ко мне подошёл какой-то… мужчина. Вроде как один из инвесторов. Сказал, что мой давний поклонник, и предложил выпить за знакомство. Всё. Это последнее, что я помню.

— Тот мужик? — Гису кивнул на соседнюю дверь.

— Я не уверена, — покачала головой Ким Ю Джин.

— Ясно.

После этого Гису зашёл в туалет, взял туалетную бумагу и с помощью неё нажал на ручку двери, открывая её. Подошёл к кровати, оглядел лежащего человека. Причём, он обратил внимание на что-то конкретное.

Не выказывая ни малейшей брезгливости, он взял руку мёртвого мужчины и провёл пальцем по ярко-алым пятнам, на которые Ким Ю Джин не обратила особого внимания.

Затем перевёл взгляд на девушку и показал ей эти самые пятна.

Но певица сейчас могла думать только об одном.

— И что? — спросила она. — Хана моей карьере?

Гису обернулся к ней и долгим взглядом заставил отвести глаза. Подошёл к девушке, взял её руку в свои и присмотрелся, а затем провёл пальцем вокруг такого же пятна, как и на теле мертвеца.

— У меня для тебя хреновые новости, — он покачал головой. — Есть кое-что серьёзнее крушения карьеры.

* * *

Чан Ан ехал на велосипеде по пригороду Сеула. Ехал он без какой-то конкретной цели, если можно так выразиться. С другой стороны, цели у него было сразу две.

Первое — думать. Пора было уже определиться с бизнесом.

Полуприцепы — это, конечно, хорошо. Но ему надо было двигаться дальше. Развиваться, расширяться и на одних полуприцепах далеко не уедешь.

Следовательно, надо было искать что-то другое. Но что?

И вот тут, несмотря на все уроки Гису, Чан пока пасовал. Но он уже понял, что когда садился на велосипед и уезжал за город, думалось ему куда как проще. Он свободно прикидывал разные варианты. Например, закупка и продажа металла. Возможно, каких-то других вещей. Но в последнее время его разумом овладели металлы. Металлы необходимы везде: сталь, алюминий, медь — это всё то, без чего современное общество существовать просто не может. И вот здесь он видел свою нишу.

Однако с чего начать? Где закупать? Кому перепродавать? Нужно было садиться и составлять конкретную бизнес-модель. Более того, у него уже были кое-какие знания в области отливки форм, в создании различных болванок. Всё это должно было помочь ему. Но пока разрозненные знания и мысли никак не хотели собираться в единое целое.

Но он решил, что ничего страшного, это обязательно придёт.

А вторая цель, которую он преследовал, можно было назвать смежной с первой. Он смотрел на то, чем реально занимаются люди. Небольшие фермы, строительство жилищных комплексов — небольших, двух-трёхэтажных таунхаусов, где у людей создавалась имитация жизни в частном доме. Кроме этого, здесь находились некоторые производственные мощности, склады и прочее-прочее-прочее.

Вот Чан крутил педали и внимательно впитывал: чем вообще занимаются люди? Что такого они могут? На чём вообще зарабатываются деньги? И где та ниша, в которой может преуспеть и он?

Он как раз подъезжал к одному из строящихся малоэтажных жилищных комплексов, когда над ним сгустились тучи, и сверху пошёл сильный, проливной дождь. Но, судя по всему, он не должен был продлиться долго. Чан не хотел вымокнуть до нитки, поэтому заехал на территорию ЖК и встал под крышу ближайшего строящегося таунхауса.

Прямо сейчас рабочих тут не было, что было само по себе достаточно странно. Объект не выглядел заброшенным. И охраны тоже не было никакой, а если и была, то не здесь.

А ещё появился некий дискомфорт, причины которого не совсем были ясны.

Чан не сразу понял, что его смущает. Поэтому некоторое время просто оглядывался, держа велосипед за руль. А потом понял, что он буквально оглушён стуком капель. Дождь, падавший на крышу, вызывал очень высокий, неприятный звук. Это могло происходить только в одном случае: металл, который использовался для кровли, совершенно для этого не подходил. Это был дешёвый и некачественный продукт.

Он ещё раз огляделся. Жилищный комплекс находился в непосредственной близости от городской застройки. Это означало, что в целом и общем он весьма элитный. Так какого хрена в элитном жилищном комплексе используется дешёвая металлочерепица?

Он подумал, что даже если крышу утеплят, звук дождя каждый раз будет выводить из себя жителей этого комплекса на раз-два. Чан успел покрутиться в строительстве и знал, что жильцов может вывести из себя всё что угодно: даже маленькая ни на что не влияющая неровность или нестыковка. А тут… вечно раздражающий и мешающий жить звук.

Чан не поленился, он поставил велосипед к стене и залез наверх, под самую крышу. Где, встав на цыпочки на подоконнике, дотянулся до края листа металла, рискуя выпасть прочь из окна.

И точно, толщина металла была просто смешной. Он рисковал погнуть его, просто чуть сильнее надавив пальцем. Ни о каких семи десятых миллиметра тут говорить не приходилось. Самая дешёвая жесть, какая только возможна.

«Интересно, — подумал он, — это кому же в голову пришло крыть крыши элитных таунхаусов самым дешёвым, не предназначенным для этого металлом?»

Сначала он подумал, что, возможно, тот, кто заказал это, просто ничего не смыслит в строительстве. Но тогда как он вообще получил подряд на столь важную стройку? Получается, что нет.

Получается, что кто-то либо решил сэкономить, либо кто-то кого-то решил обмануть — причём в особо крупных размерах.

И вот тут Чан — каким-то шестым чувством, которое у него развилось за время общения с Гису Хегаем, понял, что это его конкретный шанс.

Тем временем дождь закончился, и парень решил ехать прочь отсюда, пока не вернулись рабочие и охрана. Но повернувшись к выезду, на некоторое время просто замер от неожиданности.

Прямо на него смотрел огромный баннер, который сообщал, что данную стройку ведёт компания его отца.

— Но этого просто не может быть! — выдохнул он себе под нос.

Глава 21

Чан Ан выбрал объездной путь и решил возвращаться в Сеул через отдалённые фермы и деревни. Его тело давно приспособилось к езде на велосипеде, он почти не уставал, крутя педали.

Ему надо было действительно подумать. Многое не сходилось в его голове.

Элитный жилой комплекс, который строила компания его отца, мог полностью разрушить его репутацию. И вот здесь у Чана возникали конкретные противоречия. Не мог его отец пойти на такое ради мелкой выручки. Он знал, как работает его отец и как работают все его строительные организации. Даже подрядчиков отец проверял всегда лично. А репутацию зарабатывал многие годы… десятилетия. И такую ситуацию он просто не допустил бы. В этом Чан был уверен.

Парень ехал сейчас по двухполосной загородной дороге и оглядывался по сторонам. Никогда раньше он сюда не заезжал. Это было особое место, вроде как заповедник. Тут люди жили практически так же, как сотню лет назад, несмотря на возвышающиеся совсем недалеко небоскрёбы Сеула.

А вообще ему показалось, что он сам того не подозревая заехал вдруг на территорию какого-то музея, а то и вовсе перенёсся в прошлое. Но он буквально залюбовался ханоками, домами в традиционном корейском стиле. Да так, что на некоторое время потерял бдительность.

И ему едва не стоило его штанов, потому что не пойми откуда выскочила собака, в холке достающая Чану до колена, и с оскалом, выражающим то ли азарт, то ли злобу, бросилась за ним. Причём сначала она это делала молча, поэтому парень на велосипеде не успел заметить её вовремя. А обратил внимание на животину, когда она уже была совсем близко.

Что было мочи Чан надавил на педали.

Но скорость разгона велосипеда была значительно меньше, чем скорость мчащейся на него собаки. Её пасть разминулась с ногой Чана всего лишь на несколько сантиметров. Тот едва успел убрать ногу, подняв её повыше. А в это время надавил на педаль с другой стороны. Собака не отставала. Она бежала рядом с задним колесом и будто ждала, когда он всё-таки отпустит ногу.

Пришлось пойти на крайние меры… Чан врезал собаке каблуком прямо по морде.

Та заскулила и на несколько шагов сбилась с темпа. Этим и воспользовался парень, налегая на педали так, будто от этого зависела его жизнь. Впрочем, отчасти, наверное, оно так и было. Собака вполне могла быть бешеной. Поэтому вполне имела возможность доставить колоссальное количество неприятностей.

На удачу парня дорога из деревни по направлению к высоткам Сеула пошла под гору. И он резко ускорился.

Вот это да, — подумал он. — Вот это, конечно, неожиданная гонка.

И тут же ему в голову пришли аналогии. Вот же вроде тихая, спокойная деревушка, где жители, пусть даже это и музейные работники, живут размеренной, тихой жизнью. И вдруг появляется подобная вот псина с оскаленной пастью, которая хочет разодрать тебе штаны, а может быть, и заразить бешенством.

Получается, что нечто подобное — какая-то бешеная собака — есть и в компании отца. Та самая, которая распорядилась закупить дешёвую металлочерепицу вместо мягкой кровли — или хотя бы металлической, но со специальным покрытием, которое гасило бы звук падающей воды.

Мысли Чана завертелись в голове с ещё большей скоростью, чем до этого.

— Итак, — думал он, составляя план того, что будет делать в ближайшее время, — необходимо выйти на кого-то из близких партнёров отца. Благо у Чана ещё остались кое-какие знакомства. Многие предпочитали не лезть в семейные дела и не обрывать знакомство с опальным отпрыском.

Сделав это, он вполне сможет узнать, кто же заправляет этой стройкой.

Впрочем, у него уже был готов ответ на этот вопрос, но он пока не хотел верить своим мыслям.

Чан оглянулся назад и увидел, как наверху возвышается деревня. Очень красивая со стороны, с зелёными деревьями, множеством цветов и традиционными домами, расписанными по всем правилам. Но он-то знал, что там, где-то в её недрах, прячется злобная псина. Так это было во всём.

Дальше он поехал размеренно, контролируя дыхание, стараясь не выбиваться из сил, потому что путь ещё был неблизкий. Было время подумать.

Отец. Для многих это слово значит просто родного человека. Или не значит ничего. Но для чеболей, вроде Пака — это гораздо большее. А кем был отец для Чан Ана?

Парень понял, что фактически никогда не относился к отцу плохо, даже тогда, когда тот выгнал его из дома. Потому что это было решение самого Чана — не подчиниться воле отца и, соответственно, уйти из дома, для того, чтобы пробовать себя в бизнесе. Для того, чтобы самостоятельно выбирать свой путь и строить свою жизнь.

В остальном же — да, у него были претензии к отцу, но не такие, чтобы они вызывали смертельную обиду. Совсем нет.

И примерно в этот момент Чан понял, почему он должен открыть глаза отцу на то, что происходит. Он не хочет, чтобы кто-то позорил его фамилию. А в случае с тем жилищным комплексом это очень даже возможно — потому что репутация того самого элитного посёлка продержится до первого хорошего дождя.

* * *

— Что ещё за плохие новости?

Ким Ю Джин вскинула на меня глаза, полные слёз и паники

— Разве не достаточно одного трупа?

— Судя по всему, нет. Сейчас постарайся успокоиться и посмотри на то, что я тебе покажу.

— Успокоиться? — девушка, кажется, восприняла мои слова совершенно с обратным смыслом. — Как я могу успокоиться, когда тут такое⁈ Это же… всё это — конец всему! Конец моей карьере, конец… — выдохнула она, махнув рукой. — Короче, мне крышка. А я даже не знаю, почему? Из-за чего всё это произошло?

— Спокойно, — я выставил руку ладонью вперёд. — Со всем этим мы разберёмся. Дай мне только время. Ты сделала правильный звонок. Теперь делай всё так, как я говорю, и проблем станет значительно меньше. А теперь подойди ко мне.

Ким Ю Джин неохотно приблизилась ко мне, а всё потому, что я обернулся обратно к трупу и внимательно рассматривал то, что привлекло моё внимание больше всего остального.

— Смотри, — сказал я, ткнув пальцем в тело мужчины.

Ким Ю Джин зажмурилась, чтобы не видеть этого. Но затем всё-таки открыла глаза и присмотрелась.

— Вот тут, — Я указал на небольшие красные пятна, высыпавшие на руках и груди безжизненного тела, лежащего перед нами.

— И что это? Болезнь? Какая-нибудь сыпь? Что?

Девушка решительно не понимала, чего я хочу от неё добиться.

— Я пока не знаю, — я покачал головой и снова сравнил пятна на теле мужчины и на руке Ю Джин. — Но зато я знаю, что точно такие же пятна есть и у тебя на теле.

— Как⁈ — вскинулась Ким Ю Джин. — Не может быть!

Судя по её движениям, обезболивающие, которые я ей привёз, подействовали. Она уже вела себя не как фарфоровая кукла, которая боялась расколоться. А вполне себе нормально.

А вот красные пятна на её предплечьях и шее меня действительно волновали, потому что выглядели они в точь-в-точь как на трупе мужчины, лежащем на кровати в позе эмбриона.

— Что же делать? Что мне делать? — Ким Ю Джин раз за разом срывалась в панические настроения. — Я сейчас умру, да? Мне остались считанные минуты?

Ну хотя бы она заметила хоть что-то кроме мертвеца, и то ладно.

Я зачастую сдерживал себя, чтобы не влепить ей хорошую пощёчину. Естественно только для того, чтобы она пришла в себя. Действительно, я никак не мог добиться от девушки того, чтобы она пришла в себя и реагировала на всё адекватно. С другой стороны, я понимал её состояние. Трудно быть адекватной, когда просыпаешься… в общем, когда вокруг происходит вот такое… Не лучшее утро, согласен.

— Для начала я тебе скажу, чего мы не будем делать, — проговорил я. — Мы не будем вызывать полицию.

— Как же? Меня же потом обвинят, что я покинула место преступления⁈ А если вызовем, то посчитают… Это конец! Черт! Это точно конец!

Я вспомнил анекдот про Штирлица из своей прошлой жизни, но тут его рассказывать не стал, да и не поняла бы меня девушка. Вместо этого я просто хмыкнул, взял Ким Ю Джин за руки и легонько встряхнул.

— Послушай, — начал я. — Сейчас самое главное — это не дать обстоятельствам угробить твою жизнь. Лучшее, что ты можешь сейчас сделать, прийти в себя и не мешать мне думать.

— Да, да, хорошо, — певица быстро и часто закивала, затем сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.

Когда она закончила, передо мной стоял почти адекватный человек. Правда, я-то видел, что в любой момент её снова может утащить на волнах паники. Следовало всё делать быстро, не оглядываясь ни на что.

— В полицию мы обращаться не будем, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Не потому что ты виновата. А по той простой причине, что если кто-то найдёт связь этого тела с тобой — это моментально станет достоянием общественности. Твоё имя слишком громкое… И вот тут ты уже можешь распрощаться со своей карьерой, а может и не только. Тебя загнобят так, как ты даже представить не можешь. Поэтому слушай меня теперь внимательно и делай всё ровно так, как я говорю.

На этот раз она кивнула, и я понял, что мои слова дошли до неё в полном объёме.

— Я сейчас решу все основные вопросы. От тебя требуется быть тише воды, ниже травы, и держать себя в руках. Понятно?

Девушка кивнула. Да ещё настолько уверенно, что я и правда решил: она справилась с паникой. Я достал телефон и набрал номер из быстрого списка.

— Слушаю. — отозвался на той стороне Дикий Топор.

— Привет, Бо Рам Сон. Извини, что беспокою, но дело очень важное. Мне нужна небольшая услуга.

— Проблемы? — он всегда говорил так, что его слова нельзя было трактовать однозначно, и я это оценил.

— Интуиция тебя не подводит, — ответил я, выдерживая его стиль. — Действительно есть некоторые проблемы.

— Слушаю.

— Мне нужен доставщик пиццы, который кое-что обнаружит.

— Нендонго? — уточнил Дикий Топор, что на сленге значило: «тот, кого пора в морозилку»

— Именно.

— А кто его: ты или кто-то из твоих? — хмыкнул он. — Подопечных.

— Подозреваю, что нет. По крайней мере, человек клянётся, что он ни при чём. Это не суть, потом выясним.

— Я понял. Что по доставщику? — Дикий Топор уже решал рутинные задачи. С ним всегда было приятно иметь дело.

— Ему нужно прибыть на заказ, и вызвать полицию. Когда начнутся разбирательства, пусть скажет, что ошибся номером в отеле, случайно. Заказ надо оформить в соседний номер, инсценировать, так сказать. Но это отель для приватных встреч, так что персонала тут минимум. Естественно, доставщика задержат до выяснения обстоятельств, будут прессовать под следствием. Разумеется, в долгу я не останусь, и все эти дни ему будут компенсированы с лихвой.

— Без проблем. По рукам, — ответил Бо Рам Сон. — Всё будет сделано в лучшем виде. Кидай адрес.

И отключился и быстро набрал сообщение. Затем внимательно осмотрел Ким Ю Джин ещё раз. Вроде бы пятна не увеличивались и не распространялись дальше по коже, но всё-таки надо было спешить.

Я вызвал такси и сразу же набрал Метёлку. Как ни странно, она взяла после первого же гудка.

— Слушаю, Гису, — сказала она. — Что, проблемы?

— Так, — ответил я, — временные трудности. Но это не важно. Мне нужен специалист по ядам.

При слове «яд» Ким Ю Джин вздрогнула, но я не обращал на это внимания и продолжал:

— Нужно осмотреть человека и понять, нужно ли противоядие и, если — да, то какое.

— Хм. Поняла. — предельно собранно ответила мне женщина и назвала адрес, куда подъезжать.

Тем временем подъехало такси. А у Ким Ю Джин, случился новый приступ паники:

— Яд? Какой ещё яд? Почему? Меня что, отравили? Я что, умру⁈

— Спокойно, — произнес я. — Ты не умрешь. Я просто хочу перестраховаться. Не переживай. Мы едем к людям, которые нам в любом случае смогут помочь, так что всё будет хорошо.

— П-поняла…

Я сгрёб верхнюю одежду Ким Ю Джин, и мы, наконец-то, вышли из номера. На улице я сразу же нашёл глазами нашу машину.

По пути к ней певица только спросила:

— У меня есть шанс выжить?

— Раз ты проснулась, то безусловно, — ответил я. — И потом, пятна на теле того чувака выглядят гораздо хуже, чем твои. Поэтому либо ты употребила меньшую дозу, либо… — я замолчал, не желая пугать девушку ещё больше. — Но в этом мы уже разберёмся позднее.

Так мы сели в такси и поехали по адресу, который нам дала Метёлка.

Ким Ю Джин бросила взгляд на удаляющееся здание, это был действительно самый обычный отель для любовных свиданий. Тут не было персонала, всё было автоматизировано. Чем и не преминули воспользоваться преступники. Нет, понятно, что уборщики номеров тут были, но они приходили только тогда, когда клиенты покидали апартаменты.

В то, что певица ничего не помнит, я верил с лёгкостью. Ким Ю Джин вела себя так, что было видно, она не обманывает. Совершенно искренний испуг работал в данном случае исключительно на неё. Да и за обе свои жизни я неплохо научился понимать людей.

В то же время я знал, что доставщик пиццы сделает всё для того, чтобы можно было опознать мужчину, с которым очнулась Ким Ю Джин, и начать копать. Мне очень не нравилась вся эта ситуация в целом. Она выглядела очень уж подозрительно.

Кто и зачем это сделал? Ким Ю Джин хотели шантажировать?

Или убить? Если убить, то недоработали. А вот если шантажировать, то дальше должны будут всплыть некие доказательства. О том, что, допустим, девушка провела ночь с малознакомым человеком. Но это, на самом деле, мелко. Да, удар по репутации, безусловно, будет, но, возможно, не сильный. А вот если её обвинят в убийстве, да ещё какого-нибудь влиятельного человека, вот это уже, конечно, серьёзно.

И пока что всё играет против неё. Всё кроме одного… Она обратилась ко мне.

В такси у Ким Ю Джин снова случился приступ паники:

— Что же делать? Что же, мать его, делать? Что же делать? Там же кругом, наверняка, камеры! Меня видели!

Я обернулся к ней, приложил палец к губам и сделал очень выразительное лицо.

— Помолчи, пожалуйста, — попросил я. — Сейчас доедем, и всё решится.

Но девушка не могла всё держать в себе, из неё буквально рвалось наружу. Я уже видел, как таксист с подозрением поглядывает на нас.

— Всё нормально, — сказал я ему. — Просто у человека некий новый опыт. Всё хорошо.

Таксист усмехнулся и кивнул мне. Но я не был уверен в том, что он мне поверил.

Я же снова посмотрел на девушку.

— Сейчас нам самое главное — разобраться с твоими пятнами. Всё остальное мы будем решать по мере поступления проблем. Поняла?

Ким Ю Джин кивнула и всхлипнула, вбирая носом воздух.

— Я с тобой. А это значит — всё в порядке, — сказал я ей, пытаясь подбодрить, после чего, широко улыбнулся.

Робко, но с надеждой Ким Ю Джин улыбнулась мне в ответ.

* * *

Преподаватель Шивон смотрел на одинокую фигуру Пака, корпящего над заданиями прошлогодних олимпиад. Настроение у него становилось с каждой минутой всё хуже и хуже. Гису Хегай не пришёл на репетиторский час, несмотря на то, что, говорят, утром его в школе видели. Однако затем ему кто-то позвонил, он развернулся и просто убежал из школы, будто олимпиада — это какая-то шутка. Будто ему плевать, какие места они на ней вообще займут.

Шивону приходилось прилагать огромные усилия, чтобы не показывать своё истинное настроение. Нет, ну куда это вообще годилось? Всекорейская олимпиада, как каник!

Примерно в этот момент преподаватель физики понял, что погорячился. Он сам не рад тому, что затеял проверку Хегая. А сейчас он безмолвно смотрел на Пака и корил себя за то, что поступил очень необдуманно. На эмоциях. Если Хегай не справится на олимпиаде.

Он опозорится.

Его имя просто размажут по доске преподавательского позора. И всё только из-за того, что он хотел проучить зарвавшегося Хегая.

Получалось, он сам себя загнал в очень нехорошее положение. Даже если он окажется прав, и Гису — реально бездарь, то легче Шивону не станет. У него оставался только один-единственный выход: натаскать Гису Хигая так, чтобы тот смог ответить по предмету, даже проснувшись ночью с жуткого похмелья.

Вот только не было в классе Хегая. Он просто не пришёл.

Глава 22

Чан Ан приехал домой к Гису в такой задумчивости, что не видел ничего вокруг. Он поставил велосипед на место и тут же прошёл в свою комнату.

Он забыл о еде, забыл обо всём на свете. Ему нужно было понять только одно: что, чёрт побери, происходит? Почему отец дал добро на закупку дешёвой жестяной металлочерепицы?

Скинув на стул небольшой рюкзак, с которым всегда выходил из дома, Чан сел за компьютер и включил его. Как только браузер загрузился, он вбил в поисковой строке: «Гвон Ан и аффилированные с ним структуры».

Поисковая система выдала ему всё, что было в свободном доступе. Большую часть этой информации он и так знал. Но у него не было уверенности насчёт последних объектов. В конце концов, принадлежность той стройки, на которой он побывал, его отцу могла быть ошибкой.

Но чуда не произошло, и всё внутри парня обвалилась куда-то в бездну. Данная стройка действительно значилась в списке относящихся к компании его отца. Вот только исполнительный директор у неё значился другой — Ке Ён Ан.

— Я так и думал, — выдохнул Чан и уронил голову в ладони.

У него давно были сомнения насчёт старшего брата, но теперь он чётко понял, что тот превращает в дерьмо всё, к чему прикоснётся. Это был весьма неутешительный вывод.

Но теперь перед Чаном вставал другой вопрос: что же теперь с этим делать? Ответ был ясен: если оставить всё как есть, это будет серьёзный удар по репутации не только отца, но и всей семьи.

Затем Чан выписал себе остальные стройки, исполнительным директором на которых значился его старший брат. В свободное время надо будет съездить туда и посмотреть. Но на самом деле действовать нужно было уже сейчас. Ждать, пока он получит больше информации, смысла не было никакого. И так было понятно, что Ке Ён Ан гробит дело своего отца.

Чан открыл телефонную книжку и пролистал её в поисках того, кто мог бы ему помочь. В этот момент на телефон пришло сообщение:

«Чан, ты совсем обо мне забыл?»

Ага, это От Юми.

Он смахнул его и принялся листать записную книжку. Но практически сразу же пришло новое сообщение:

«Чан, не смей скипать мой вопрос! Ответь, что случилось?»

С тяжёлым вздохом парень открыл диалоговое окно и написал:

«Юми, всё в порядке. Просто сейчас у меня совсем нет времени. Необходимо сделать кое-что важное, и после этого я обязательно тебе наберу».

«У тебя никогда нет времени, — ответила Юми. — Чан, учись тайм-менеджменту. Я всё-таки твоя девушка, мне нужно внимание».

«Хорошо, хорошо, — ответил он. — Я постараюсь исправиться».

«Ты обещал мне уже несколько раз, — написала Юми. — Давай хоть сегодня или завтра куда-нибудь сходим».

«Сегодня не обещаю. А вот завтра… завтра постараюсь».

Он попробовал поставить себе галочку, чтобы не забыть о том, что обещал Юми, — но практически сразу забыл об этом, потому что наткнулся в телефонной книжке на необходимую фамилию.

Кан Дон Су, это был один из помощников Гвон Ана, его отца. Но ему напрямую звонить не хотел, потому что не знал, что именно тот знает об уходе парня из дома.

Он решил позвонить его сыну — Кан Мин Хо. Когда-то они вместе играли в мячик, бегали и веселились. Это было в те беззаботные годы, когда Чан Ану не надо было задумываться о том, каким бизнесом заниматься, или вот, например, как спасти репутацию семьи.

Они до сих пор созванивались с Мин Хо, правда, последнее время всё реже и реже, сказывалась загруженность Чана.

Друг детства ответил через несколько гудков:

— Да, Чан, привет. Какими судьбами?

Он говорил с присущей ему иронией в голосе, но в то же время Чан слышал и напряжение, как будто тот боялся, что Чан что-то попросит у него, а Кан Мин Хо придётся отказать.

— Привет, Мин Хо, — сказал Чан. — У тебя случайно отец не дома?

— Нет, не дома, — усмехнулся Кан Мин Хо. — Ну, так и я не дома. Мы с ним вместе… — затем он тяжело вздохнул и спросил напрямик: — Хочешь, чтобы он попросил у твоего отца за тебя?

— В смысле? — не понял Чан.

— Но ты же хочешь вернуться домой, так?

— Нет, я действительно хочу кое-что попросить, — ответил Чан. — Но это вообще никак не связано с моим возвращением домой. Я даже попрошу тебя не распространяться никому по поводу того, что я вообще звоню.

— Понял, — Мин Хо моментально собрался, и Чан услышал, как тот говорит: — Отец, тут звонит Чан Ан. И хочет с тобой поговорить.

— Хорошо, одну минуту, — попросил тот.

Пока Чан ждал, они перекинулись с Мин Хо ничего не значащими фразами, после чего трубку взял Кан Дон Су.

— Рад приветствовать вас, — проговорил Чан Ан.

— Взаимно, молодой человек, — ответил помощник Гвон Ана. — Какими судьбами?

— Вопрос мой, возможно, покажется странным, — сказал Чан Ан, — но мне нужно кое-что уточнить. Перед тем как я скажу, по какому поводу звоню.

— Ты меня уже заинтриговал, — хмыкнул Кан Дон Су.

— Скажите, пожалуйста, кто занимается строительством жилищного комплекса «Бриллиантовый Рай»? Или что-то подобное и безвкусное.

— Ну, да, «Бриллиантовая Лагуна», — усмехнулся Дон Су. — Я думаю, что для тебя не является секретом, что данной стройкой занимается твой брат. И названия для своих объектов он придумывает сам.

— Я так и думал, — сказал Чан Ан. — Вот только есть один крайне важный момент, который, честно говоря, не даёт мне покоя. Я был там недавно. Причём оказался совершенно случайно и попал как раз во время дождя. Там стоит такая барабанная дробь, что, полагаю, вся репутация этого жилищного комплекса будет смыта самым первым сильным дождём.

— Можешь говорить более прямо? — попросил Кан Дон Су.

— Да я, собственно, и так прям, как палка, — ответил Чан Ан. — Материалы, использованные в строительстве, не соответствуют заявленному уровню жилищного комплекса. Для элитных построек подобные вещи просто недопустимы.

— Ты уверен в этом? — уточнил помощник Гвон Ана.

— Абсолютно, — ответил ему Чан Ан. — Более того, я думаю, что экономия была абсолютно на всём, не только на кровле. Но для того, чтобы это понять, нужна экспертиза. Разумеется, я подобными полномочиями, да и техническими возможностями, не обладаю. Но я очень не хочу, чтобы пострадала репутация отца. Именно поэтому я прошу вас: обратить внимание вашего начальника на то, что подобный подход к строительству, как в случае с «Бриллиантовой Лагуной», предполагаю, и с другими объектами, которыми занимается Ке Ён Ан, крайне губителен. Репутация компании, которую отец выстраивал годами, если не десятилетиями, рухнет неимоверно быстро.

— Ты хочешь сам встать на место брата? — напрямую спросил Кан Дон Су.

— Нет, — Чан Ан посмотрел на телефон и покачал головой. — Я хочу, чтобы ни вы, ни ваш сын вообще не упоминали об этом звонке. Мне ничего не нужно от моего отца. Я всего добьюсь сам. Я всего лишь не хочу, чтобы нашу фамилию смешали с грязью.

— Достойный ответ достойного человека, — ответил на это Дон Су. — Что ж, хорошо. Я всё сделаю, можешь не беспокоиться. Вот только брат твой невероятно горделивый, и он не допустит, чтобы про него говорили всякие гадости, как он считает.

— Это его проблема, — Чан Ан уже представлял лицо брата, когда тот услышит претензии. — Просто донесите информацию до отца.

— Хорошо. Желаю успехов, Чан, — проговорил Кан Дон Су на прощание. — И спасибо, что не прошёл мимо. Я постараюсь как-нибудь всё сделать аккуратно.

* * *

Такси ожидаемо привезло нас с Ким Ю Джин в серую, унылую промзону, причём такую, где и особого движения-то не было. Я даже заметил, что таксист напрягся и глядел по сторонам, как бы чего не случилось. Затем он высадил нас у двухэтажного бетонного здания и быстро ретировался, переживая, видимо, за то, что его могут ограбить.

— Куда нас занесло? — Ким Ю Джин оглядывалась по сторонам. Девушку ощутимо трясло, видимо, сказывался отходняк после всего случившегося.

— Всё будет хорошо, — пообещал я ей, взял под руку и повёл вокруг здания.

В сообщении от Метёлки значилось, что должен быть вход в подвал. Отыскав его, я увидел основательную стальную дверь с неприметным звонком. В него я и позвонил.

Изнутри послышался шорох, затем движение. Судя по всему, нас осмотрели. После чего открыли дверь.

За дверью была лестница вниз. Спустившись по ней, мы оказались в месте настолько необычном для простого человека, что это даже было странно.

Мы оказались в лаборатории. Причём тут могли делать всё, что угодно: от подпольных лекарств и наркотиков до операций по извлечению донорских органов. Уж не знаю, хотя, конечно, больше всего эта лаборатория напоминала именно химическую, для производства веществ.

Ким Ю Джин только зажала рот рукой, чтобы только не ляпнуть чего-нибудь. И иногда лишь качала головой. На последней ступеньке она споткнулась и едва не упала, ударившись лицом, но я вовремя её подхватил.

— Что тут у вас? — проговорил человек, похожий не то на лаборанта, не то на мясника. На нём был халат, но не белого, а какого-то серого цвета, плюс ещё фартук, вымазанный различными веществами, среди которых, вроде бы, угадывалась и кровь.

— Подозрения на яд, вот. — Произнес я и показал руку Ким Ю Джин, на которой лучше всего видны пятна с ярко-алым ореолом. — У другого пострадавшего они были сильнее выражены, — после этого я достал телефон и показал пару фотографий.

— Угу, — кивнул человек, работавший в этой лаборатории. — Всё понятно. Сейчас всё сделаю, — он повернулся к певице. — Усаживайтесь, девушка вон туда, — он показал на стул, который мог стоять в любой поликлинике, рядом с таким же невзрачным столом.

— А что вы будете делать? — попыталась спросить Ким Ю Джин дрожащим голосом.

Но человек в халате даже не обратил на неё внимания. Он взял катетер с острой иглой и шприц с какой-то прозрачной жидкостью. С этим набором он подошёл к Ким Ю Джин, но обращался при этом ко мне:

— А вот здесь, — он показал на шприц, — что-то типа общего антидота. Это чтобы не терять времени. Если я правильно определил яд, а скорее всего, я его определил правильно, этот антидот послужит для того, чтобы полностью вывести яд из организма жертвы в ближайшие двадцать четыре часа.

Мне показалось, что эта речь была слишком длинной для него. Слова вываливались у него через губу, словно нехотя.

— Но при всём том мне нужно будет взять кровь у жертвы, чтобы провести более точные исследования и выдать, возможно, наилучший антидот. Ну, плюс, может быть, что-нибудь узнаем по веществу.

— Хорошо, занимайтесь, — кивнул я.

— Вздохните, — приказал лаборант Ким Ю Джин.

Он дождался, пока та втянет воздух, взял её руку и просто всадил шприц, после чего выдавил его полностью. Певица вскрикнула уже после того, как он извлёк шприц из её руки.

— Будет больно, — сказал он после этого. — И неприятно. Но зато вы будете жить.

— Можно было и предупредить, — проговорила Ким Ю Джин.

— Давайте другую руку, — сказал на это лаборант.

Ким Ю Джин с осторожностью подставила ему вторую руку. Но тут он действовал уже не так нахраписто: вставил катетер, а затем уже в него специальные пластиковые пробирки. В три набрал по несколько миллилитров крови, вытащил катетер и налепил девушке на предплечье пластырь.

После чего встал и пошёл в соседнюю комнату, где угадывались большие аппараты. Я смог узнать только медицинский сепаратор. Для чего служили остальные, не знаю.

— Нам сейчас куда? — спросил я у работника лаборатории.

Тот застыл в дверях в другую комнату, обернулся и хмуро проговорил:

— Ждите здесь. Постараюсь побыстрее. За вас, всё-таки, попросили.

И он действительно постарался побыстрее. Хотя нам с Ким Ю Джин всё равно пришлось ждать его порядка двух часов. За это время она пару раз хотела потерять сознание. Но, как по волшебству, выходил молодой парень, видимо, помощник того, кто взял кровь. Он подавал нашатырный спирт, воду, поставил какой-то укол, который, судя по всему, должен был привести девушку в чувство. Одним словом, делал всё, чтобы Ким Ю Джин чувствовала себя более-менее хорошо.

Я тем временем осматривался. Нет, всё-таки на нарколабораторию это не было похоже. Метёлка, всё-таки, была главой гильдии убийц.

А убийца — это не только нож в подворотне или выстрел из пистолета с глушителем. И не обязательно СВУ, подложенное под автомобиль. Есть гораздо более тонкие наёмные убийцы, которые действуют исключительно тихо — ядами. И вот для этого, разумеется, необходима своя лаборатория.

Пока мы ждали результатов, у меня возникла ещё одна идея.

— Разблокируй, пожалуйста, свой телефон и дай мне, — попросил я свою спутницу.

Сначала она посмотрела на меня настороженно, но затем махнула рукой. Когда я взял телефон в руки, то обратил внимание, что на нём осталось буквально несколько процентов заряда.

Это сколько же она не заряжала телефон?

Затем я полез в системные данные. И обнаружил, что её телефон не был активен в течение более тридцати часов. Получается, больше суток она была в отключке. Теперь не удивительно, что её потеряли. Выходит, что и благотворительный вечер был не вчера, а позавчера?

Данная информация заставила меня задуматься ещё больше. Вокруг всего этого дела было как-то слишком много странностей. Очень много вопросов, на которые я никак не мог найти ответы сходу. Что ж, значит, будем копать постепенно.

Тем временем вернулся хмурый, неразговорчивый лаборант с коротким ёжиком волос, в своём сером халате и измазанном фартуке. Мне показалось, что тот стал ещё более грязным за прошедшие часы.

— Так, ну вот, все результаты есть, — он положил несколько листов на стол передо мной и Ким Ю Джин. — Разъяснения нужны?

Я глянул в них: таблицы, столбцы цифр, подписи чуть ли не на латыни. И посмотрел в глаза лаборанту.

— Ну вообще-то нужны.

— Угу, — хмыкнул тот. И я уже понял, что это просто его фирменная фразочка. — Короче, так: яд — семейства… — после этого он сказал какое-то слово, но я его не понял. И совершенно не было мне известно. — Что могу сказать? Яд смертельный. Выжить можно только при своевременном принятии антидота. По большому счёту, он должен приниматься вместе с самим ядом. Происхождение компонентов — не наше. Скорее всего, китайское, ввезено контрабандой.

Он посмотрел на Ким Ю Джин и наклонил голову набок:

— Можно сказать, девушке очень повезло, что она приняла антидот сразу же.

— То есть? — захлопала глазами Ким Ю Джин.

— Ну как? — ответил тот, пожав плечами. — В крови этой особы обнаружен антидот к данному конкретному яду. Я сейчас поставлю ещё один укол для того, чтобы организм быстрее пришёл в себя. Всю остальную информацию можете уточнять у Метёлки. Я ей все данные передам.

Разумеется, у меня появилось значительно больше вопросов. Но при всём том я понимал, что Ким Ю Джин мне не врёт. Я ещё раз посмотрел на неё, вгляделся в лицо. Нет, несмотря на то, что она актриса, певица, так беззастенчиво врать она не смогла бы. Не мне.

Что же тогда получается? Какая-то лютая херня, откровенно говоря.

Мы вышли из лаборатории, и только теперь я подумал: что мне делать с моей спутницей? По сути, вариантов-то других не было. Я должен был забрать её к себе домой и укрыть на всё время, пока этот вопрос не будет решён.

Для того чтобы вызвать такси, нам пришлось почти полтора километра протопать пешком до более гостеприимного района.

Пока мы ждали машину, я практически не обращал внимания на Ким Ю Джин, раздумывал над всей этой ситуацией, пытаясь обратить внимание на все её аспекты и в то же время попытаться понять целиком и полностью.

Певица же, которой стало значительно легче, посматривала на меня с явной тревогой во взгляде. Я это видел боковым зрением.

— Гису… — неожиданно заговорила девушка. — Всё плохо?

— Честно говоря хорошего мало. Ты знаешь как всё это выглядит? — Произнес я и не дожидаясь её ответа, продолжил. — Выглядит так, будто это ты отравила того мужика. А сама приняла антидот.

Её глаза тут же округлились. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Тихо, — опередил я. Мне пришлось даже слегка повысить голос. — Не паникуй. Я-то знаю, что это не ты. И понимаю, что тебя просто хотят подставить. Но вот кто? А самое главное — зачем? Это очень большой вопрос.

* * *

Человек, доставивший пиццу в отель для влюблённых, целиком и полностью походил на типичного курьера. Разве что цепкий взгляд его карих глаз выдавал в нём кого-то иного. Но этот человек в нужный момент умел расфокусировать свой взгляд так, чтобы на людях казаться просто недалёким курьером. Эту привычку он выработал давно, ещё в юности, чтобы его не ругали за различные шалости. С глупенького человека спрашивают меньше, не так ли?

Он быстро нашёл нужный номер, прошёл в приоткрытую дверь, по пути вытащив специальное полотно, чтобы убирать отпечатки пальцев. Протёр все ручки и другие поверхности, на которых могли остаться отпечатки предыдущих посетителей этого места. Затем прошёлся специальным раствором, чтобы, кроме его отпечатков ног, больше не осталось никаких следов.

После чего выудил специальный валик и прошёлся им сначала по наволочке, а потом и по простыне с одеялом. Не должно было остаться ни единого волоса девушки, которая лежала тут. Затем он взял небольшой пылесос и прошёлся уже им. Но это на всякий случай. Бывают различные непредвиденные ситуации, когда какие-то вещи застревают между матрасом и корпусом кровати.

После этого он потратил ещё примерно полчаса, тщательно осматривая комнату на предмет следов. И только после этого зашёл в другую комнату. Туда, где в позе эмбриона лежал уже окоченевший труп мужчины. Тут надо было тоже кое-что прибрать, но очень выборочно. Лучшее, что он мог сделать — оставить свои собственные отпечатки поверх всех остальных, смазав их. Такое бывает, когда человек нервничает. Когда он вдруг подвергается панике.

А он сейчас был в панике.

За считанные минуты он ввёл себя в нужное состояние и набрал номер полицейского участка:

— Алло, полиция⁈ Здравствуйте. Я — доставщик пиццы. У меня здесь… боги… у меня здесь человек! Мёртвый, судя по всему! Приезжайте, скорее. Скорее! Мне кажется, ему уже не помочь, но вдруг… В «Скорую» я ещё не звонил. Быстрее, пожалуйста!

— Не переживайте, — сказал ему полицейский в трубку. — Оставайтесь на месте, мы сейчас будем. Ожидайте.

— Хорошо, я жду вас, — немного плаксивым тоном проговорил доставщик и нажал «отбой». После этого прикоснулся указательным пальцем к щеке, увидел капельку влаги, оставшуюся на подушечке.

— Чёрт, — сказал он вслух. — Мне бы в театре играть. А не вот это вот всё.

Полицейский, который первым поднялся в номер, держал оружие наготове. Сообщение было о том, что полицию вызвал доставщик пиццы. Но дело в том, что подобные сообщения иногда заканчивались перестрелкой с преступником. Но на этот раз всё было тихо.

В номере действительно находился доставщик пиццы. Услышав полицейских, он поднял руки без оружия и, чуть ли не пуская сопли, проговорил:

— Это я вызвал! Я, я, я пришёл… э… и тут дверь была открыта. А у меня заказ. Я думал, что просто меня ждут. А тут… тут вот это…

Он сглотнул, не в силах больше говорить.

Полицейский махнул напарнику, мол, всё нормально. Сам убрал пистолет и подошёл к парню.

— Не переживайте, — произнес он. — Мы во всём разберёмся. Но вам, скорее всего, придётся проехать с нами для разбирательств.

— Да, я всё сделаю, что скажете… Это ужас! Я никогда не видел мёртвого человека. Это просто кошмар.

Полицейский, чтобы убедиться в своих домыслах, открыл дверь, куда указывал доставщик. Увидел тело и взглянув профессиональным взглядом, понял, что человек мёртв уже достаточно давно. Он буквально посинел и одеревенел.

Затем патрульный вернулся, открыл короб курьера и почувствовал навязчивый аромат горячей пиццы. Курьер, скорее всего, не врал. Он прибыл сюда совсем недавно.

Что ж, дело, судя по всему, не обещает быть лёгким. Но пусть им уже занимаются следователи.

Глава 23

Мы с Ким Ю Джин сидели у меня дома. Я предложил ей сразу пойти в комнату, где она раньше жила и отдохнуть, но она отказалась. Сказала, что хочет посидеть в гостиной. К тому же у неё достаточно много хороших воспоминаний от этого места, которые обязательно помогут ей справиться с накатившими проблемами.

Её телефон, который едва-едва дожил до моей квартиры, стоял на зарядке и процент заряда постепенно прибавлялся. На мобильник постоянно звонили: друзья, подруги, менеджер, и ещё какие-то неизвестные номера. Но Ким Ю Джин никак не реагировала на телефон.

Я принёс плед и накинул ей на плечи, потому что девушку откровенно трясло. Периодически она поглядывала на меня и спрашивала:

— Что же делать? Что же теперь будет? Как всё так могло произойти?

— Послушай, — сказал я в какой-то момент, — сейчас тебе нужно взять телефон и написать менеджеру.

— А что я ему скажу? — спросила девушка.

— Всё очень просто: ты ему напишешь, что ты жива и здорова. Что тебя не похитили, не убили. Соответственно, в полицию о твоей пропаже заявлять не надо. Но при всём том у тебя есть неотложные дела, которые тебе просто необходимо сделать до того, как ты вернёшься.

— Ага… кажется, поняла. Хорошо. — дрожащими руками она взяла телефон и начала набирать сообщение.

— Отправлять? — спросила она, показывая мне дисплей.

Я перечитал то, что она написала, поправил несколько слов и нажал на стрелочку «отправить».

— Теперь тебе нужно позвонить Мун Хё На. — Произнес я, вернув ей телефон. — Полагаю, подруга в такой ситуации сильно поможет твоему моральному состоянию.

— Да, я думаю, она будет очень кстати, — согласилась со мной Ким Ю Джин.

И набрала подругу. Прошло три или четыре гудка, пока та взяла трубку.

— Ким Ю Джин, это ты⁈ Какого хрена… — Мун Хё На буквально кричала.

— Да, да, Хё На, — перебила её девушка. — Это я. Не кричи пожалуйста.

— Ты жива⁈ Ты здорова⁈

— Ты можешь приехать? Я тут это… у Гису.

— Да, да, конечно! — всполошилась та. — Сейчас! Только у меня тут съёмки, мне надо закончить, и я сразу же примчусь. Подруга, ты меня понервничать заставила, конечно!

— Так получилось, — ответила Ким Ю Джин. — Прости.

— Тебе не за что просить прощения! Просто я сама перепугалась за тебя! Ты же не отвечаешь на звонки! Боги, как я перенервничала! Всё ладно, как закончу, так сразу примчусь к тебе.

Ким Ю Джин сбросила звонок, после чего поджала губы. Спустя несколько секунд она покосилась на меня и снова заговорила.

— А теперь что?

— А теперь мы с тобой будем думать.

— О чём? — девушка уставилась на меня с явным непониманием.

— Мы должны понять, кто точит на тебя зуб.

Я покачал головой, потом поднялся, сходил наверх, взял несколько листов бумаги и ручку, которые положил перед певицей.

— Так что давай. Записывай всех, кто может желать тебе зла.

Ким Ю Джин долго смотрела на стол, после чего кивнула своим мыслям, взяла ручку и занесла её над бумагой. Но спустя секунду снова зависла.

— Эм… я даже не знаю, что писать. Кого… то есть как мне понять, кто способен на такое?

— Этого ты не поймешь. Но постарайся вспомнить неприятелей. Давай не списком, по одному. Вспоминай каких-нибудь завистниц, безумных фанатов, начинающих певиц… одним словом, всех, кто хотел бы тебя устранить. Ну или хотя бы насолить.

А про себя я подумал: если бы её хотели устранить, то устранили бы. Не оказалось бы в её крови антидота. И в ближайшее время мы бы услышали о гибели одной из самых известных певиц K-попа.

Так много вопросов. И так мало ответов.

— Ну вот, допустим… — начала она. — Вот, например… Ю Ми Ра. Она — начинающая солистка. Хотя, как «начинающая»? Мы начинали примерно вместе. Но я уже звезда, а она до сих пор в статусе начинающих.

Девушка посмотрела на меня и как будто бы просила прощения за ту информацию, которую мне рассказывала.

— Несколько групп с её участием развалились, и она вынуждена мигрировать из одной в другую, и никак не может начать победоносную карьеру. И при этом почему-то во всём она винит меня. Я отдаю себе отчёт в том, что это просто зависть. Но в то же время… мне приходили от неё различные угрозы.

Ким Ю Джин развела руками, как будто показывая, что не хотела обращать на подобное внимание.

— Мне казалось, что это обычные девичьи истерики, не имеющие к реальности никакого отношения.

— Так, допустим, — ответил я, полностью сосредоточившись. — Тогда скажи мне, пожалуйста: как называется группа, где трудится сейчас Ю Ми Ра?

— Как-то очень созвучно… — ответила Ким Ю Джин: — Кажется, «МИРЭ». Что означает — «будущее».

— МИРЭ? Отлично.

Я взял свой телефон и вбил в поисковик: «Группа МИРЭ». Мне был интересен гастрольный график группы МИРЭ, и в частности, солистки Ю Ми Ра.

— Так-так-так, — проговорил я. — Ну, смотри: группа уже достаточно давно находится на гастролях. Они посетили Инчхон, Тэджон. А позавчера выступали в Кванджу. В тот момент, когда ты сама была здесь. То есть, по сути, у Ю Ми Ра есть практически железное алиби, поскольку время их выступления в Кванджу практически полностью совпадает со временем вашего банкета.

Конечно она могла бы и заказать убийцу. Но мне изначально показалось это слишком мелочным, хоть я и решил проверить на всякий случай.

Мы принялись копать дальше.

На самом деле стоило ожидать, что у молодой и невероятно успешной певицы будет множество различных завистников. А в наше время стоило бы бояться не только их. Существовали ещё такие фанаты, которые были готовы похитить звезду, убить её, сдать таксидермисту, а потом поставить её мумию куда-нибудь у себя в красном углу. Одним словом — полные психопаты.

Но в нашем случае проблема заключалась в другом: Ким Ю Джин просто мало обращала внимания на подобные вещи. Ей было, по большому счёту, плевать, кто и что там о ней думает. Она была лёгким человеком в этом смысле: не хочешь со мной дружить, ну и до свидания. Она не тратила свои нервы на то, чтобы переживать подобные вещи, поэтому сейчас список составлялся очень медленно.

Я же припомнил, что в своё время менеджер пытался подбить её подписать очень невыгодный контракт. Это было, да. Только вот вся эта ситуация с развалом карьеры Ким Ю Джин была бы для менеджера очень невыгодна.

Другой вопрос, что, может быть, он нашёл какую-то другую перспективную певицу и решил под неё расчистить место?

Я всё равно сомневался, что он будет резать курицу, которая несёт ему золотые яйца — но всё-таки влез в список тех, кого курировал Кан Саэм, и не увидел больше никаких звёздных фамилий.

Затем мы ещё обсудили некоторых фанатов, нашли кое-каких завистниц, перебрали начинающих звёзд K-попа. Но тут было сложно, потому что этих самых начинающих звёзд каждый день появлялось и пропадало такое количество, что учесть их было просто нельзя.

Несколько часов кряду мы составляли список, но так и ни к чему конкретному не пришли. Не то чтобы я сильно расстроился, я и не ожидал, что мы сразу наткнёмся на след. Но всё же я надеялся найти хоть какую-то зацепку.

Тем временем ко мне прибыла Мун Хё На.

Она словно метеор ворвалась в мой дом, на ходу скинула туфли и схватила Ким Ю Джин в объятия.

— Подруга! Ты жива⁈ Как ты меня… эх…

Она посмотрела на бледное лицо певицы и поняла, что сейчас лучше не продолжать. А вместо этого просто обняла её и погладила по голове.

— Что с тобой случилось? Рассказывай! Я же места себе не находила!

В ответ на это Ким Ю Джин посмотрела на меня и вопросительно вскинула голову. Я лишь отрицательно покачал головой.

— Нет. Просто ты пойми, — обратился я к Мун Хё На, — на данный момент ничего не закончено. У нас есть определённые проблемы, и мы их решаем. Но посвящать тебя в них мы не будем. Извини. Единственное, что ты должна помнить: всё будет хорошо. Остальное — неважно.

— Что же случилось-то? — только тут, судя по всему, до Мун Хё На начала доходить серьёзность ситуации. Она округлила глаза. — Ах, да, ладно… потом, когда всё решится, я надеюсь, вы мне расскажете.

— Не исключено. — Я тем временем убрал сложенный список, написанный Ким Ю Джин, в карман. — Ладно, — кивнул я подругам. — Отдыхайте. Пусть Ким Ю Джин приходит в себя. Можете посмотреть телевизор, выпить чаю.

— Да какого чаю⁈ — ответила певица. — Тащи соджу. Есть у тебя выпивка?

— Хм. Попробую найти. Но пока выпей успокаивающего лавандового чая.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Соджу дома не нашло и я решил прогуляться на свежем воздухе. В это время разбирал в уме ситуацию по косточкам. А когда вернулся с бутылкой и планом действий, Ким Ю Джин уже мерно посапывала, положив голову на колени Мун Хё На. Та накрыла её пледом и аккуратно, словно маленького ребёнка, поглаживала по спине.

— Как она? — спросил я шёпотом.

— Спит, — ответила Мун Хё На. — Наверное, и к лучшему — что без алкоголя.

— Уверен, — я подумал, что бутылка мне всё равно пригодится, затем снова глянул на Мун Хё На. — Вы, главное, не высовывайтесь, — сказал я напоследок. — Я всё порешаю.

Мун Хё На кивнула. А я отправился воплощать свой план действий в жизнь.

* * *

Когда Чан вернулся домой, посетив ещё пару объектов, которые курировал его брат. Он увидел, что в гостиной, на диване, мирно спят Мун Хё На, отвалившись на спинку дивана, и Ким Ю Джин, положившая голову на колени подруги.

Он пожал плечами и отправился в свою комнату. Ему сейчас было совсем не до этого.

Оказалось, всё ещё хуже, чем он думал до этого. Брат на объектах включил тотальную экономию на всё. И на вопрос: «Куда же смотрел отец?» — Чан мог дать только один ответ: он доверил брату полную свободу действий.

Так был в нём уверен? Странно, но, возможно, должны были быть помощники, которые сказали бы отцу о том, что творится на объектах. Но почему-то до сих пор никаких изменений не было.

Чан поднялся наверх. Тут из своей комнаты высунулся Гису Хегай. Вид у него был значительно более серьёзный, чем обычно, видимо, он занимался какими-то сложными вопросами.

— Как дела? — спросил Гису у Чана.

— Да, вроде бы ничего, — ответил тот. — Вот изучаю сферу деятельности, раздумываю, каким бизнесом можно заняться.

— Дело хорошее, — кивнул Хегай.

— А чё там девчонки внизу делают? Какой-то праздник?

— Нет, ничего подобного, — Гису покачал головой. — Не трогай их, хорошо?

— Как скажешь. — Понимающе кивнул Чан. — Пойду к себе.

Он зашёл в комнату и достал телефон.

«Ты опять не нашёл на меня времени? — висело там сообщение от Юми. — Мне же одиноко и тоскливо. Если ты просто не хочешь меня видеть, так и скажи».

Чан Ан хотел сначала написать, что ничего подобного, но передумал. И снова задумался о причинах своих разъездов.

Он всего лишь хотел убедиться, что не навёл напраслину на своего брата. Вот и всё. Фактически всё, что мог, он уже сделал. Поэтому надо было действительно сосредоточиться на бизнесе. И на подруге, которая страдала без его внимания.

Поэтому он с улыбкой написал сообщение:

«С одним делом покончено. Завтра я весь твой».

В ответ он получил смущённый улыбающийся смайлик и сердечко.

Ну и отлично. Иногда лучше не оправдываться, а действовать на опережение.

Затем он отложил телефон в сторону, включил компьютер и начал анализировать один за другим варианты бизнеса, которые лежали перед ним. Многое ему не нравилось, потому что было слишком сложным или трудозатратным. В некоторых отраслях требовались огромные вложения. Всё это было совсем не то.

Когда он начал уже постепенно засыпать перед монитором, вдруг раздался звонок с неизвестного номера.

— Алло, здравствуйте. Это Чан Ан? — поинтересовался незнакомый голос. — Я правильно попал?

— Совершенно верно.

— Отлично! Это же вы занимались поставкой в Корею российских алюминиевых полуприцепов?

— Ну да-а. — Чан Ан даже выпрямил спину.

— Господин Чан, у нас вопрос… эмм… не совсем по полуприцепам.

— Я вас слушаю, — ответил парень. — Если каким-то образом смогу помочь, то обязательно постараюсь это сделать.

— Видите ли, мы приобрели один из подобных прицепов. И нам невероятно понравилось его качество. К сожалению, у нас мы ничего подобного не смогли найти. И вот вопрос. Есть ли возможно купить у вас… или через вас алюминий из которых сделаны данные полуприцепы.

— М-м-м… я… уточню. — ответил Чан со смешанными чувствами. Во-первых, он ещё не знал, как именно поставлять алюминий не в изделиях из России в Корею. Другое дело — полуприцепы. А во-вторых, маржа могла быть значительно меньше. — Сколько вам нужно?

— Ну, для начала хотелось бы партию в пятьдесят тонн, — ответил ему голос с той стороны.

* * *

Убедившись в том, что Ким Ю Джин спит и восстанавливает свои нервы на коленях у Мун Хё На, я начал приводить в жизнь свой план действий.

Первое, в чём я должен был убедиться, это отсутствие каких бы то ни было улик на Ким Ю Джин. И если в человеке Дикого Топора я был совершенно уверен, то вот в некоторых средствах объективного контроля — нет.

С другой стороны, если, например, я найду какие бы то ни было улики сам, то это будет уже значительно интереснее.

По поводу того, кому позвонить, я думал не особо долго. У меня в должниках значились китайские хакеры, с которых я собирался получить должок.

Взяв телефон, я набрал один из номеров, напротив которого стояла необходимая пометка.

— Да. — ответил мне голос по-китайски. — Гису?

— Приветствую, — ответил я тоже на китайском. — Мне нужно пробить один адрес.

— Слушаю.

— Мне нужны все камеры, которые смотрят на здание Мугён-ро 17-гиль — это район Сонпхаан-гу, квартал Чоннён-дон.

— Можешь повторить? — попросил человек по-китайски. — Мне все эти корейские названия…

— Сейчас сделаю иначе, — ответил я. — Я скину тебе геолокацию. Мне нужно получить доступ ко всем камерам, которые либо снимают вход в это здание, либо захватывают часть тротуара перед ним, либо парковочное пространство.

— Да, без проблем. Это мы сделать можем, — ответил Голос.

— Отлично.

— А когда по дате? — уточнил мой собеседник.

Я прикинул, когда был благотворительный вечер, и когда могли попасть в номер Ким Ю Джин с её спутником.

— С шести вечера позавчера до полуночи.

— Нужен кто-то конкретный? — уточнил человек. — Или без разницы?

— Я сам разберусь, — сказал я. — Но плюс к этому мне нужно знать, на кого был зарегистрирован шестьдесят девятый полулюкс в этом отеле.

— Ну, это немного посложнее, — ответил мне хакер.

— Нужно.

Я вообще знал, что хакеры работают достаточно быстро. Но что прям настолько, честно говоря, не предполагал.

Уже через час у меня на телефоне была исчерпывающая информация. Но я всё-таки смотрел с большого монитора, чтобы ничего не пропустить.

Вечер, о котором шла речь, был дождливым. Причём не просто дождливым, а промозгло-дождливым. Именно поэтому проспект был заполнен зонтами, сквозь которые трудно было рассмотреть лица.

Но всё-таки я, скорее всего, уловил момент, когда подъехала машина с Ким Ю Джин и её спутником. Вышел водитель и раскрыл зонт. Затем из автомобиля сначала появился мужчина, а затем девушка. Она давно уже не горела желанием встречаться с фанатами, по этой причине была в куртке с капюшоном и очках.

Лица были закрыты от камер зонтом. Правда, мне показалось, что у неё очень странная походка. Значит, уже не в себе.

Для полицейских этот фрагмент не должен был стать зацепкой. Потому что тут были видны лишь ноги, и всё. Вот машина подъехала, двое вышли и зашли внутрь здания.

Я просмотрел этот отрывок со всех доступных мне камер и ракурсов — ничего. Ноль зацепок. Дождь, зонты и никакой Ким Ю Джин.

С одной стороны, это было хорошо. По крайней мере, для девушки это точно было здорово. По той простой причине, что никто не сможет обвинить её в смерти мужчины, оставшегося в номере.

А вот лично для меня это было не очень хорошо, потому что никакой новой информации я не получил. Ну, разве что, только о том, что мужчина-то был непростой. Я бы даже сказал в какой-то мере богатый.

Вдобавок ко всему, передо мной лежала распечатка, касающаяся личности мужчины, который привёз Ким Ю Джин в отель. Но его имя мне не говорило вообще ни о чём. Совершенно. Я не знал, кто это.

* * *

Чо Хек был высоким и костлявым. У него были довольно-таки резкие черты лица. А ещё он всегда показывался на людях в идеально выглаженном, но немного потёртом пиджаке. Больше всего он ненавидел любовные мотели, коррупцию, продажных чиновников и разных богатеньких звёзд, которые считают себя выше закона.

Но сегодня ему как раз пришлось ехать — ровно в такой мотель — вместе со своим напарником, Пёном Чинхо. Тот был полной противоположностью Хека: толстяк с добрыми глазами, всегда старающийся встать на сторону обвиняемого, если вина того не доказана. Не на самом деле, разумеется, всё это были их роли, с которыми они успешно справлялись.

Их вызвал полицейский из наряда, которого, в свою очередь, вызвал доставщик пиццы. Да, сам доставщик был достаточно подозрительным типом, по крайней мере, для Чо Хека. Но в то же время были некоторые вещи, которые указывали на то, что он тут, возможно, действительно ни при чём. Но на всякий случай Чо Хек распорядился его задержать до выяснения обстоятельств.

Затем его внимания удостоился сам безвременно почивший.

Ну, тут и к гадалке ходить не надо было — типичное отравление. Правда, вопросы всё равно были, но ответ на них нужно было получать позже.

Версия об отравлении для банального ограбления не подходила. Судя по всему, все вещи мужчины: карты, наличные, телефон, даже драгоценности: золотой браслет и запонки — остались на месте.

Всё находилось в целости и сохранности. Получается, что мотив был другой. А как помнил Чо Хек, если знаешь мотив, то дело уже на три четверти раскрыто.

Тем временем Пён Чинхо занимался бумажником погибшего.

— Это Го Тхе Сон, — проговорил он, показывая визитку. — Голова корпорации по разной упаковке. Я что-то о нём слышал даже?

— Ещё чьи-то визитки есть?

— Да, — неожиданно быстро отреагировал Чинхо. — Вот, есть… ээ… визитка некого Тан Кван Сока.

— Так? — кивнул Чо Хек. — И кто это?

— Здесь написано… хм… что это исполнитель завещания нашего уважаемого мертвеца.

— Ну что же, — сказал Чо Хек, — всё, что мы могли, здесь уже выяснили, — примерно ничего. Так что вызывай этого самого Тан Кван Сока. Будем работать.

* * *

Там Кван Сок, сидел перед Чо Хеком и Пён Чинхо уже буквально через час. Это был пожилой мужчина с седеющими уже волосами, в очках с дорогой позолоченной оправой и серьёзным, вдумчивым выражением лица.

— Мне правда жаль, — сказал Чо Хек, — обращаясь к исполнителю завещания. — Сомнений быть не может. Господина Го Тхе Сона отравили. По закону мы обязаны выяснить у вас: менялось ли в последнее время завещание? И не было ли оказано на господина Го Тхе Сона давление, чтобы это сделать?

— Насчёт давления — не скажу, — ответил Тан Кван Сок. — Но вот завещание действительно было изменено. Буквально пару недель назад.

— Разрешите, — Чо Хек протянул к исполнителю завещания руку. Тот вложил в неё бумагу.

Следователь пробежался по ней глазами, затем обернулся к своему напарнику и, не скрывая своего удивления произнес:

— Это что-то! Ты ни за что не догадаешься, на кого он всё переписал.

Глава 24

Чем дольше я смотрел в монитор компьютера, тем больше понимал, что всё куда сложнее чем кажется на первый взгляд. Либо второй вариант, в который мне пока что сложно было поверить — Всё это просто случайность. Ряд случайных совпадений.

И пожалуй в это можно было бы хоть как-то поверить, если бы не антидот в крови Ким Ю Джин.

Всё, что я смог узнать об убитом человеке не давало абсолютно ничего.

Глава компании. Не особо крупной, но и не мелкой. Упаковка соков, молока, газировки. Ещё много чего.

Одним словом, без заказов он точно не сидел. Вторая сторона его деятельности — благотворительность. Он действительно довольно большие суммы жертвовал на разные добрые дела.

Инвестор. Здесь, казалось бы, уже поинтереснее, но нет. Ничего. Серый, абсолютно незапоминающийся персонаж, который жил-жил, и вдруг однажды, не очень прекрасным для Ким Ю Джин утром помер в соседней с ней комнате.

Пока что ничего не сходилось.

Такие люди обычно не замешаны ни в чём предосудительном. Они тщательно пекутся о своей репутации. Он должен был умереть в кругу своей семьи, и точно не от яда.

Но именно обстоятельства его смерти заставляли меня рыть дальше. Глубже.

Однако это ни к чему не приводило. Всё шло по кругу: фирма, благотворительность, инвестирование; фирма, благотворительность, инвестирование.

Я откинулся на спинку кресла, зажмурил потёр глаза, чувствуя в них напряжение.

Обычно мне быстро удавалось ухватить нить, потянув за которую, можно было размотать весь клубок. Но тут её было невероятно сложно найти. Я не думал, что её нет.

Практически у любого человека есть свои скелеты в шкафу. А у этого мужчины, главы компании, отвечающего за упаковку разного, по имени Го Тхе Сон, явно было что-то такое, что привело его к смерти в позе эмбриона в отеле для анонимных любовных встреч.

Семья, — думал я. — У него была семья, это упоминалось в каких-то источниках, но очень вскользь. Как будто семья была точно такая же — серая, незаметная, ничем не выделяющаяся.

— Как ты главой компании-то, умудрился стать? — пробормотал я вслух, перебирая клавиши.

Спустя ещё полчаса мне это наскучило. Я пошёл, сделал себе кофе, и снова позвонил китайским хакерам.

— Что-то не так, Гису? — спросил меня голос, который, на удивление, не казался заспанным.

— Мне нужна информация по Го Тхе Сону, — ответил я, разглядывая бесконечно блёклую биографию оного. — Тому самому человеку, на имя которого был арендован номер в отеле. Более углубленная информация.

— Насколько глубоко нужно копать?

— Скажем так, — ответил я, чувствуя себя начальником археологов, которые должны извлечь покрытый почвой скелет из шкафа Го Тхе Сона. — Копайте всё, что есть в открытых источниках, потом, в закрытых. Должно быть что-то что пытались удалить или скрыть. Всё, что вам покажется подозрительным, кидайте мне — я разберусь. Буду на связи.

— Хорошо, — ответил голос. — Приступать немедленно?

— Естественно, — я хрустнул костяшками пальцев. — Мне необходимо знать, какая кривая привела этого человека в тот день именно туда.

Я нажал «отбой», а сам решил проследить хоть какую-нибудь связь между этим самым Го Тхе Соном и Ким Ю Джин.

Через два часа перекапывания интернета, перебирания различных названий фондов и инвестиционных проектов я понял, что Ким Ю Джин и глава компании, занимающейся упаковкой, никак не связаны между собой. То есть вообще никак. Они никогда до того благотворительного вечера не пересекались.

Вообще ни разу. Никаких общих проектов. Никаких интересов. Ничего.

Человек просто пригласил Ким Ю Джин выпить. То, что она не помнит ничего после глотка шампанского, не факт, что ей сплохело именно после него. Иногда, просыпаясь после ударной пьянки, ты даже не помнишь, как на неё попал. Потом память постепенно возвращает эти воспоминания, но не всегда. А здесь — жёсткое отравление.

Но откуда взялся яд? А ещё важнее откуда взялся антидот? Ведь так же предполагал, что и этот мужик не особо-то был причастен к этому делу. У меня вообще ничего не сходилось. По уверению лаборанта, яд был китайского происхождения, причём тут китайцы? Впрочем, он сказал — «возможно, китайский». Но то, что контрабандный — это точно.

Хм. Что-то в последнее время слишком часто начал фигурировать Китай. Совпадение? Очень вряд ли.

— Думай, голова, думай, шапку куплю, — ворчал я себе под нос. — Новую. Теплую.

Не. Чёт не помгает…

Наконец, уже поздно ночью мне позвонил хакер.

— Толком ничего нет, — он говорил скучным голосом, по которому я и сам догадался, что сенсации ждать не стоит. — Уводы денег из правового поля, махинации с налогообложением через благотворительность. Ну, всё как-то в крайне небольших масштабах. Полагаю, тебя, Гису, интересует совсем не это.

— Но ты мне скинь, — ответил я, чувствуя, как обрывается последняя надежда что-то нащупать. — Я посмотрю, поразбираюсь.

— Да, конечно, — ответил китаец, после чего задумчиво добавил: — Тут есть ещё одно.

— Да? — я встрепенулся, думаю, что найду хотя бы какую-нибудь зацепку.

Ну, если следующую информацию можно было считать таковой, то очень относительно.

— Дело было давно, — собеседник говорил так, словно собирался рассказать мне какую-нибудь сказку или легенду, впрочем, это была особенность китайского языка. — Господин Го Тхе Сон, только-только стал главой компании. И как у любого, уважающего себя главы компании, у него, соответственно, появилась секретарша. Только вот длилась эта работа у секретарши не так долго. В какой-то момент она обвинила главу компании в домогательствах. Но тогда времена были другие, и никто её слушать не стал. На защиту мужа даже встала его жена. Из-за которой, кажется, бывшая секретарша вынуждена была покинуть не только место работы, но и Сеул. Более того, за статью в газете семья господина Тхе Сона подала в суд, и статью изъяли из готовящегося тиража. Осталась только архивная версия в сети. И больше ничего.

— Это всё?

Я негодовал из-за того, что у меня были лишь такие крупицы информации. Я даже сейчас не мог сказать: поможет мне это как-то или нет. Ну, секретарша, к которой лез глава компании. Эка невидаль. Некоторые секретарши предпочитают отрабатывать под столом по-тихому и не делать из этого шума. Зато тринадцатая зарплата у них ого-го.

— Благодарю, — сказал я. — Если ещё что-то накопаете — звони.

— Хорошо, Гису, будет сделано.

Я понял, что, если не посплю хоть немного, завтрашний день пройдёт для меня исключительно в борьбе с желанием свернуться где-то клубочком и уснуть.

* * *

Утро у меня выдалось не очень добрым. Спал я хоть и глубоко, но мало. Потому что кроме истории с Ким Ю Джин у меня было ещё несколько моментов, которые нужно было решить. Из-за этого приходилось вставать рано.

Спустившись вниз, в гостиную, я увидел, что Мун Хё На уже стоит возле двери и собирается уходить. Мы с ней лишь поприветствовали друг друга, и девушка побежала по своим делам.

Мы же с Ким Ю Джин остались наедине в гостиной. Я сделал себе кофе и посмотрел на неё, обдумывая свои ночные изыскания.

— Извини, — певица, видимо, подумала, что я её по какой-то причине осуждаю. — Я вчера чего-то так устала, что вырубилась, даже не дождавшись тебя.

— И правильно сделала, — я подошёл к ней и сел рядом на диван, повернувшись вполоборота. — Твой организм требовал отдыха. Ты ему этот отдых дала, так что всё отлично.

— Ты чего-нибудь выяснил? — спросила девушка, потупив взгляд.

— Выяснил.

Мой ответ, наверное, должен был звучать чуть иначе. Ну а чего такого я там выяснил? С другой стороны, отсутствие новостей — это тоже иногда бывает хорошей новостью.

— Да, большую часть вечера и ночи я потратил на то, чтобы промониторить информацию по тому человеку, который… ну ты меня поняла, — закончил я, увидев, что девушка вздрогнула от одного упоминания о том, что с ней произошло. — Одним словом, вы никогда, нигде и никак не пересекались.

Я покачал головой, а Ким Ю Джин положила свою ладонь мне на руку. Это был обычный жест благодарности, но очень тёплый и душевный.

— Как же я там тогда оказалась? — она смотрела мне в глаза с надеждой, что я сейчас сотру из её памяти все те жуткие воспоминания. Вот только у меня подобного рецепта не было.

— Это могло оказаться случайностью. — И, проговорив это вслух, я понял, что не звучит это предположение. Точнее, звучит фальшиво. — Не переживай. Полагаю, что на этот раз всё обойдется. На тебя никаких выходов нет. Всё будет хорошо. Но если я могу тебе помочь…

— Можешь, — Ким Ю Джин робко улыбнулась.

— Что я могу для тебя сделать? — я сделал глоток и с удивлением обнаружил, что весь кофе выпил за время нашего разговора.

— Можно, я… поживу пока у тебя? — попросила певица. — Ещё какое-то время.

— Хорошо, — я отстранился от неё и встал. — Только прошу, не устраивайте здесь кутёж каждый вечер.

— Нет-нет, — девушка покачала головой и откинулась на спинку дивана. — Мне бы очень нужно отдохнуть. Я чувствую себя невероятно разбитой.

— Отдыхай, — сказал я. — А мне пора. На всякий случай: на незнакомые номера не отвечай, дверь никому, кроме своих, не открывай. Но думаю, что скоро со всеми этими условностями будет покончено.

— Есть, сэр! — широко улыбнувшись, ответила Ким Ю Джин и шуточно приставила вытянутые пальцы к виску, словно отдавала мне честь.

* * *

В этот день я взглянул на школу и на всё моё пребывание в ней немного по-другому. Конкретно, школа Дайвегу — это не только про знания, хотя и про них тоже. И не про социализацию — она есть в любой школе. Школа Дайвегу, как и Вонджу, полагаю, — это про полезные знакомства. Про влиятельных людей, дети которых, общаясь между собой, помогают чеболям становиться ещё богаче. Это про выгодные партии и браки. Дайвегу — некая площадка для знакомств.

Полагаю, отец этого тела очень уж хотел, чтобы его сын вращался среди детей чеболей, и в какой-то момент сам стал им на сто процентов.

Сегодня я подумал так.

Я поприветствовал совет ЮЧП, который о чём-то общался со старостами, и пошёл в свой класс.

Сев за свою парту, я увидел на ней надпись, чего уже давно не случалось. Но эта надпись была оставлена явно не тем, кто хотел бы меня побулить.

Тут было написано: «Гису». И рядом с моим именем — сердечко.

Ну вот ещё. Не хватало мне поклонниц. Надеюсь, что Минсу об этом не узнает. Не то чтобы я переживал за её реакцию, но просто не хотел бурного выяснения отношений, переходящего снова в какой-нибудь новый вид драки.

Я даже усмехнулся своим мыслям.

Первым уроком у нас была физика. Преподаватель Шивон вошёл в класс широким шагом. Первым делом посмотрел в мою сторону, увидел, кивнул, и оскалился.

— Гису Хегай, — проговорил он, стараясь, чтобы голос его звучал твёрдо, с командными нотками. — Почему вы пропустили дополнительное занятие, где мы должны были готовиться к олимпиаде? Вот Йонг Пак — идеальный пример для вас. Он занятия не пропустил. Почему же вы заставляете меня волноваться за успех нашего предприятия? Это же я вас назначил участниками олимпиады от нашей школы. Вы хотите, чтобы я пожалел об этом решении?

— У меня были дела, — спокойно ответил я.

— Неужели, — проговорил Шивон, стараясь скрыть свою ярость, что у него, впрочем, плохо получалось, — эти дела были настолько важнее, чем подготовка к олимпиаде?

— Да, — коротко ответил я, глядя ему прямо в глаза.

— Неужели, ваши вопросы касались чьей-нибудь жизни и смерти?

— Можно и так сказать.

Мне не хотелось сейчас разборок, хотя за преподавателем Шивоном было довольно-таки забавно наблюдать. Он бесился, как толстый гном. Уж не знаю, почему такое сравнение пришло мне в голову.

— Ладно, не будем, — преподаватель вдруг понял, что говорит на чрезмерно повышенных тонах, стоя в заполненном классе. — Я понимаю, что периодически случаются непредвиденные дела. Но давайте с вами договоримся вот как: раз вас не было на предыдущем занятии, мы специально для вас устроим дополнительные. Прямо сегодня, после уроков.

И преподаватель физики весь аж вытянулся по направлению ко мне, ожидая ответа, словно лис, заприметивший добычу.

— Хорошо. Без проблем, — ответил я, кивнув преподавателю.

А дальше началась довольно рутинная учёба.

Но на самом деле я был очень рад переключить мозги на что-то кроме корпорации Дэ Сан, которая пыталась отжать мою фирму. Кроме непонятного Го Тхе Сона, который зачем-то хотел отравить Ким Ю Джин. Или не он?

С другой стороны, хотел бы — отравил. Зачем тогда антидот? Да, из всех вот этих навалившихся на меня проблем олимпиада казалась самым простым делом.

Атмосфера в школе заметно изменилась. Это произошло из-за прибытия к нам новичков. Разумеется, они привнесли вместе с собой некоторые новшества.

На переменах я слышал какие-то новые слова, которые не были приняты у нас. Они делились между собой секретами, поглядывая на нас с каким-то благоговейным трепетом, который мне, разумеется, был непонятен. Но видя, как смотрели на тот же Совет ЮЧП или на старост классов, которые занимались чатом «Надуй щёки», я понимал: мы уже в какой-то мере стали самой настоящей легендой.

Забавно, если так подумать.

Но потом я вспомнил мордашку Белькьяу и ту цель, ради которой всё это вообще затевалось. Если первые дни после попадания в этот мир мне пытались доставить всяческий дискомфорт, который я постепенно превратил в достаточно комфортную для себя среду, то теперь я оказался и вовсе в каком-то привилегированном положении. Пусть, конечно, и не в таком, как у того же Совета ЮЧП, но всё-таки.

Когда я пришёл в столовую на обед, потому что в этом году я оплатил еду, и мне пока не было некогда заниматься готовкой, все, кто там находился, то ли в шутку, то ли всерьёз, встали и приветствовали меня. И даже отсалютовали.

— Доброго дня, командир!

Я кивнул, прошёл в начало линии, где стопкой стояли подносы, набрал себе обед и сел за отдельный столик, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Какая-то ностальгия что ли…

Благодаря этим неспешным педагогическим дисциплинам, всё произошедшее с Ким Ю Джин постепенно отходило на второй план. Я уже практически полностью уверился в том, что это было случайное совпадение. Ну, бывает такое, раз в год, как говорится, и палка стреляет.

И несмотря на то, что небольшой червячок тревоги всё-таки копошился в моей душе, я решил, что с девушкой всё будет в порядке.

И уже сидя на последнем уроке, я радовался, на самом деле радовался тому, что наконец-то попаду на дополнительное занятие и начну готовиться к олимпиаде.

* * *

Джи Джисон со времени своего последнего общения с Лизой изменился ещё больше. Сейчас он старался полностью раствориться в работе. Более того, ему нравилось то, что он делает. И его хозяин, Пак, вполне отвечал представлениям парня о том, как должен вести себя настоящий хозяин бизнеса.

За смешное по меркам многих время Джи Джисон прошёл довольно высоко по карьерной лестнице и стал уже полноценным заместителем Пака, а не просто его помощником. И зарплата у него была тоже соответствующая.

Он уже ни в чём не нуждался, ему не надо было считать каждый вон, но при этом он знал цену деньгам и знал, за что получает свою зарплату.

Стараясь отвлечься, Джисон взваливал на себя всё больше и больше работы. Пак поощрял это и платил ему всё больше денег.

Точки с их хот-догами и мороженым росли, как грибы после дождя. Они были уже практически в каждом районе Сеула. И Джисон знал, что его хозяин задумывается о расширении бизнеса и в другие города.

Обычное масштабирование. Ничего больше. Естественно, заниматься этим должен был сын министра образования.

Он надеялся, что в будущем сможет стать директором филиала в каком-нибудь городе. А потом, впоследствии, может быть, и заместителем директора всей сети.

К тому же он видел, что у Пака есть и другие сферы деятельности, поэтому в какой-то момент он мог оставить Джи Джисона на посту исполнительного директора сети фастфуда. А почему нет? Парень знал эту сферу от самых корней. Он знал, где закупать продукты, как делать вкусные хот-доги, как организовать внутреннее пространство вагончика.

Джи Джисон знал об этой сфере всё.

Но пока это были лишь мысли.

А сам сын министра, убедившись, что все точки открылись вовремя, пошёл по городу в поисках наиболее проходимых мест, где можно было бы поставить новые вагончики.

Он уже заметил некоторую тенденцию: там, где появлялся их концептуальный вагончик «Лёд и Пламя», тут же рядом вырастали вагончики других предпринимателей. Первым всегда стремился оказаться рядом Фуко, это и понятно. Он полностью ориентировался на чутьё Пака, как он думал. На самом деле, конечно, на чутьё Джи Джисона, потому что в последнее время подбором точек занимался именно он.

Но что более занятно, у киосков Пака мгновенно собиралась очередь. Вот первый день стоит вагончик, и перед открытием возле него уже стоят человек семь-восемь в ожидании горячей еды или холодного мороженого.

— Мне кажется, — как-то со смехом сказал Джисон Йонгу, — если мы откроем свой вагончик где-нибудь в пустыне, там тоже сразу же выстроится очередь.

— Было бы забавно, — ответил Пак, усмехнувшись. — Но всё-таки, полагаю, надо открывать там, где есть люди, которые хотят есть.

И вот в этом Джисон был с ним полностью согласен. Дорога ложка к обеду. Поэтому он ходил и искал места, где могут скапливаться голодные люди. И чем больше он этим занимался, тем лучше срабатывала его интуиция, тем точнее он определял правильное место.

И среди всей этой работы, в которую входило и обучение новичков, и поиск мест, и работа со снабжением, если вдруг начинались какие-то сбои, практически не осталось места мыслям о Лизе. Но она всё равно жила где-то там, в глубине его души. Потому что, как ни пытались молодые работницы строить ему глазки, никому он не отвечал взаимностью.

Сегодня был хороший день. Светило солнце. И в отдалённом районе Сеула, недалеко от довольно-таки обширной промзоны, Джи Джисон вдруг наткнулся на отличное место. Невероятно проходное: тут была станция метро и несколько остановок транспорта, и невероятный поток людей утром и вечером, соответственно, на работу и с работы. Затем он узнал, что несколько производств тут работают в две смены.

За тот час, пока он ходил вокруг да около, он увидел значительный человеческий поток. Это явно было успехом. Нужно было ехать и бронировать место для «Льда и Пламени».

Джи Джисон всматривался в глаза прохожих и видел, что те явно голодны. Они не прочь были бы сейчас перехватить хороший горячий хот-дог с ароматной горчицей. Такой, чтобы булочка была мягкой, тёплой, с хрустящей корочкой, а от сосиски в воздух поднимался пар.

В ответ на такие мысли у него самого в животе заурчало. Но вместе с этим урчанием пришла какая-то тревога.

Он неосознанно достал телефон и набрал Пака. Тот ответил не сразу, а когда принял звонок, позади него слышались множественные голоса. Джи Джисон вспомнил, что его хозяин ещё учится в школе и сейчас, наверное, находится на уроках.

— Извините, — сказал он. — Хотел доложить, что я нашёл отличное место недалеко от большой промзоны. Здесь прекрасная проходимость. Продажи будут очень неплохие.

— Промзона — это значит — столовые, — ответил Йонг. — Не хочу умалять проведённую тобой работу, но всё-таки нужно поделить возможные прибыли надвое, а то и натрое. Но попробовать, думаю, стоит. Иногда людям хочется чего-нибудь эдакого. Но нужно учитывать дни зарплаты, контейнеры с едой из дома и, как я уже сказал, столовые.

Джи Джисон призадумался. Да, когда он смотрел на это место, он вообще не подумал об этом. А вот его хозяин, Йонг, сразу же разложил ему всё по полочкам.

— Хорошо, я ещё присмотрюсь, — ответил Джи Джисон. — Благодарю за совет.

— Всегда пожалуйста, — ответил на это Пак и отключился.

Сын министра продолжил оглядываться, ходить вокруг того места, которое он уже присмотрел для палатки, и пытаться думать, как один из рабочих.

«Вот я зарабатываю столько-то тысяч вон», — он не знал, сколько зарабатывают рабочие, но понял, что сегодня должен будет с этим разобраться.

«Я с утра до вечера вкалываю на заводе. И допустим, я даже хочу хот-дог? Но у меня есть семья, куда я приношу все свои деньги. Жена делает мне обеды, кладёт их в пластиковый контейнер. Небольшой. Возможно, я не наедаюсь. Но куплю я этот несчастный хот-дог или нет?»

Джи Джисон довольно-таки быстро сдался в этом мысленном эксперименте, потому что никогда не был рабочим. Да и женат он тоже не был. Посему ему не на что было опираться.

Зато почему-то, представив, что жена ему собирает завтрак в пластиковый контейнер, на месте этой жены он увидел Лизу. Как та неспешно закидывает пару кусков пиццы, уминает их внутрь, чтобы влезли, закрывает крышкой поплотнее и слегка небрежно кидает этот контейнер на стол перед ним:

— Давай, там только без хот-догов, ладно? И так жрать покупать не на что.

Джи Джисон расхохотался своим мыслям, но быстро осёкся и огляделся, надеясь, никто не увидел его слабость. А то ещё сочтут за сумасшедшего.

Но как только он перестал смеяться, тревога снова обвила его упругими щупальцами. Что-то было не так. Он снова вытащил телефон, но на этот раз набрал номер отца.

Гудок. Гудок. Ещё один. Длинные гудки не прекращались. Отец трубку не брал.

Затем, через минуту, может быть, чуть больше, звонок сбросился.

Джи Джисон огляделся и подумал, что, в принципе, на сегодня он весь план работ уже выполнил. Ему осталось только зарезервировать за компанией Пака это место, и посмотреть, как устроен быт рабочего: сколько он получает, на что тратит и так далее, чтобы иметь представление о своей целевой аудитории в данной локации.

Всё это может потерпеть. По крайней мере, это можно сделать из дома.

Парень развернулся и поспешил домой. Все его мысли были заняты вопросом: почему не отвечает отец? Совещание? Важная встреча? Но вроде бы тот ни о чём таком не говорил.

Он звонил ему ещё пять или шесть раз, но безрезультатно.

И вдруг, когда он подходил уже к самому дому, откуда-то сзади к нему приблизились несколько человек, скрутили и положили лицом в асфальт.

— Джи Джисон, — проговорил грубый голос сверху.

— Да, это я, — отплёвывая пыль и крошки асфальта, попавшие в рот, проговорил парень.

— Вы задержаны по подозрению в убийстве.

* * *

Ким Ю Джин сидела у Хегая дома и смотрела сериал.

В какой-то момент в гостиную спустилась мать Гису, поздоровалась и быстро ушла обратно к себе.

Певица чувствовала себя замечательно. Всё, что случилось с ней вчера, включая посещение лаборатории, казалось уже страшным сном. Яд, если не полностью вышел из её организма, то уж большая его часть. По крайней мере, девушка чувствовала себя как обычно, и не было ни малейшего намёка на какие-нибудь осложнения.

Она включила телевизор, наткнулась на какое-то дурацкое кулинарное шоу и с удовольствием глядела на перипетии героев, которые, она, конечно, знала, были заранее прописаны в сценарии. А многие действующие лица даже не смогли натурально сыграть, чтобы это казалось естественным.

Она сама считала, что не всегда попадала в роль, но так бездарно она бы сыграть не смогла.

И вот в этот момент, когда девушка была полностью расслаблена, хихикала над происходящим на экране, выпивала энную по счёту кружку капучино, на её телефон позвонил незнакомый номер.

Почему-то она сразу напряглась внутренне.

Нет, ей частенько звонили с незнакомых номеров. Она почти всегда их игнорировала. Но почему-то именно этот звонок заставил её насторожиться. Затем она вспомнила, что Гису сказал: не брать трубку с незнакомых номеров. Поэтому успокоилась, и продолжила заниматься тем, чем занималась прежде.

Но небольшой червячок тревоги всё-таки потихонечку грыз её мозг.

А потом, через некоторое время, на телефон пришло сообщение, на этот раз от менеджера.

И вот оно уже вызвало у Ким Ю Джин настоящую тревогу.

«Я не знаю, почему, — писал Кан Саем. — Но тебя ищут следователи. Перезвони мне. Иначе будет только хуже».

Несмотря на то, что это было всего лишь сообщение от менеджера, певица заметила, что пальцы её вновь задрожали.

Следователи? Зачем? — думала она. — Меня могут искать только по одной причине. Но я же ничего не делала. Видимо, Гису что-то упустил — и они…

— Так что он мне говорил? Ничего, ничего нельзя рассказывать! Но я же… Ладно, я сейчас позвоню менеджеру, — решила Ким Ю Джин, — и выясню всё.

Она набрала номер Кан Саема, и после первого же гудка ей ответил незнакомый, холодный, чуть даже злой голос.

— Ким Ю Джин? — спросил он так, словно зачитывал приговор.

— Да, это я, — сглотнув, ответила девушка.

— Меня зовут Чо Хек, я следователь по вашему делу. Вы обязаны явиться к нам в следственное управление для дачи объяснений.

— Что? — не поняла девушка.

Потому что всё сказанное выглядело как нечто нереальное. Этого не должно было происходить с ней. Это просто шутка, розыгрыш, правда? — думала она.

Но холодный голос из телефона вообще никак не был похож на розыгрыш.

— Вы меня слышите? — повторил он. — Я вам сейчас сброшу адрес. Вы должны явиться в течение часа. Иначе мы объявим вас в федеральный розыск.

— Я приеду, — пообещала Ким Ю Джин. — Я сейчас же собираюсь и выезжаю.

Она успела вовремя. В следственном управлении она была через пятьдесят минут. Её трясло так, что зуб на зуб не попадал. При этом она понимала, что её личное состояние будет играть на руку следователям. Поэтому ей необходимо успокоиться. Но она не могла этого сделать. Любая попытка дышать глубже, пытаться улыбаться, срывалась на то, что она снова начинала дрожать и всхлипывать.

В кабинете у следователей, под холодным взглядом Чо Хека, она чувствовала себя, как рыба, приготовленная к разделке. Её как будто уже положили на доску, а сейчас натачивают нож.

— Полагаю, вы знаете, по какой причине оказались здесь? — проговорил следователь, поправляя воротник идеально выглаженного пиджака.

— Понятия не имею, — ответила Ким Ю Джин. — Если вы меня вызвали, то вы должны это знать.

Получилось достаточно правдоподобно. Где-то там, в глубине своего сознания, она буквально поаплодировала самой себе.

— Не дави ты так на девчонку, — проговорил второй следователь, который представился Пёном Чинхо. — Может, она действительно ничего не знает.

— Знаю я таких. — отозвался Чо Хек. — Итак, барышня. У нас здесь находится Тан Кван Сок, исполняющий завещание господина Го Тхе Сона. Сейчас он вам кое-что зачитает.

Ким Ю Джин подавила желание схватиться за голову, потому что ей до сих пор казалось, что всё происходящее — просто пранк, который почему-то решили провернуть именно с ней.

В ушах звенело. Она практически не слышала того, что говорил человек, которого назвали исполняющим завещание. Но когда он перешёл к сути, она ясно услышала каждое слово:

— Итак, находясь в трезвом уме и светлой памяти, я хочу завещать всё своё движимое и недвижимое имущество, включая усадьбу, квартиры, акции, автомобиль, яхты — популярной певице в жанре K-поп, Ким Ю Джин.

Спустя несколько секунд, которые показались девушке, словно вечность, следователь снова заговорил

— Как вы можете это объяснить? — Чо Хек навис над девушкой.

— Никак, — Отстраненно произнесла она, после чего глотнула и повторила. — Я… никак…

— А то, что этот человек переписал завещание и умер не далее, как позавчера вечером, или вчера ночью?

— Я ничего не буду говорить без своего адвоката, — собравшись с силами, ответила Ким Ю Джин.

* * *

Я вышел на перемену с ощущением, если не счастья, то удовлетворения. Сейчас должна была быть подготовительная работа у Шивона, где я, по крайней мере, пойму, на что вообще рассчитывать на этой самой олимпиаде. Какие по сложности будут задачи. На уровне школьной программы я помнил, но вот чтобы выдать нечто выше этого, тут надо было постараться и, хотя бы знать, о чём шла речь.

Но стоило мне дойти до кабинета, как зазвонил мой телефон. Я сначала не хотел брать трубку, решив, что гори оно всё огнём, но я пойду на репетиторский час. Однако на телефоне значилось: «Ким Ю Джин».

— Да, слушаю, — ответил я и у меня тут же появилось чувство дежавю. Потому что девушка едва сдерживала рыдания.

— Гису, — она говорила быстро, словно опасалась, что телефон у неё отнимут, — я всё понимаю, но… так получилось, что я сейчас нахожусь в следственном управлении, у следователей — Чо Хека и Пён Чинхо. Сказала, что ничего не буду говорить без адвоката. Приезжай срочно, ты мне нужен.

— Да как так-то⁈ — не удержался я. — Тебя вообще нельзя одну оставить? Нормально же всё было!

— Гису, приезжай, — попросила она, и отключилась.

Да ёперный театр! Я с сожалением посмотрел на дверь, за которой мне должны были открыться олимпийские задачи. Развернулся и пошёл из школы вон.

На пороге следственного управления от меня потребовали бумагу.

— Я являюсь представителем Ким Ю Джин, — сказал я. — Я поверенный в её делах. И требую пропустить меня к девушке.

— Она ждёт адвоката, — ответили мне абсолютно безапелляционным тоном.

— Ну, считайте, что я её адвокат. Больше на данный момент никого не будет.

Мне что-то возразили про документы.

— Послушайте, — сказал я, наклонившись к охраннику, который пропускал внутрь. — Вопрос стоит не только о жизни и смерти, но и о репутации уважаемого человека. Этот человек вызвал меня. Я буду его представителем и защитником. Для этого мне не нужны документы юриста. Но если вы так желаете, я могу подать на вас в суд за ущемление прав граждан, не находящихся под следствием. И вообще позвоните Чо Хеку или Пёну Чинхо, меня ждут.

Охранник несколько раз моргнул. Затем нахмурился, после чего бросил в мою сторону:

— Проходите. Триста семнадцатый.

Я прошёл внутрь и поспешил по коридору, затем по лестнице — на третий этаж, и постучал в триста семнадцатый кабинет.

— Входите, — голос, который это сказал, казалось, принадлежал человеку, стоящему за дверью с пистолетом, который только и ждал возможности застрелить первого, кто зайдёт внутрь.

Я вошёл, и меня буквально прошили злым, колючим взглядом.

— Проходите, — проговорил следователь. — Меня зовут Чо Хек. Садитесь.

Я увидел Ким Ю Джин. К её чести могу сказать, она до сих пор держалась: не истерила, не рыдала. Просто замерла в одном положении, с выпрямленной спиной, побледнела, и казалось даже не дышала.

— Привет, — сказал я ей — затем посмотрел на следователей. — В чём проблема?

— К этому можно обращаться? — поинтересовался Чо Хек.

— Меня зовут Гису Хегай, — ответил я, без стеснения разглядывая обоих следователей, которые, казалось, являлись двумя противоположностями. На самом деле они были единым инструментом карательной системы.

Ну что ж? Это достаточно предсказуемо. Посмотрим, что они нам выложат.

Чо Хек покосился на Ким Ю Джин, затем на меня, достал несколько листков бумаги и положил передо мной. Тут я увидел, что в углу кабинета сидит ещё один человек. Он разительно отличался от следователей: был пожилым, с заметной сединой, с умным и сосредоточенным лицом. На носу очки в дорогой позолоченной оправе. Он сидел молча, не вмешиваясь в происходящее.

— Итак, — проговорил Чо Хек, — вот документы для ознакомления. В двух словах: некий господин Го Тхе Сон, глава компании, занимающейся тарой и упаковкой, переписал всё своё наследство на госпожу Ким Ю Джин. И всё было бы хорошо, если бы сделал он это сильно заранее. Но вышло так, что он сначала переписал на девушку всё своё движимое и недвижимое имущество, а меньше чем через месяц умер при загадочных обстоятельствах, с большим подозрением на умышленное убийство, так как потерпевший был отравлен.

— Странно было бы, если бы он сначала умер, а уже потом переписал завещание, — я не преминул вставить шпильку, чтобы немного сбить гонор с Чо Хека.

Затем пробежал бумаги глазами и с недоумением уставился на злобного следователя.

— Ну и что? — спросил я.

— Как это, «ну и что»? — он говорил спокойно, но я почувствовал, что в его голосе появилось раздражение из-за моего вопроса. — Переписанное незадолго до смерти завещание — это явный мотив для убийства.

— Да что вы говорите? — я даже смог улыбнуться. — Вы понимаете, кто перед вами? — я указал рукой на Ким Ю Джин. — Это известная певица в жанре K-поп. У неё миллионы фанатов по всей Корее, и не только. Уверяю вас, и за пределами страны у неё отыщется немало поклонников. Если мы сейчас посчитаем всех, кто ей в той или иной мере решит оставить ей завещание перед смертью, или просто подарит какой-то значимый подарок, вам придётся таскать её сюда, в управление, каждый день.

— Не понял, — проговорил Чо Хек и начал медленно подниматься.

— Подожди, — осадил его Пён Чинхо. — Молодой человек, видимо, хочет сказать, что певица Ким Ю Джин ничего не знала об этом завещании. И, как следствие, не имеет ни малейшего отношения к смерти покойного.

— Абсолютно верно, — подтвердил я. — Именно это я и хотел сказать.

— Да вы посмотрите на неё! — Чо Хек уже взял себя в руки и решил давить не на меня, а на девушку. — Она же вся дрожит. Она явно что-то скрывает.

— Послушайте, — я почувствовал внутри небывалый азарт, потому что понял: ситуация не спеша склоняется в нашу сторону, — уважаемый Чо Хек, глядя на вас, дрожать начинаю даже я. И полагаю, не только я. Вы, наверное, когда по парку гуляете, деревья дрожать начинают и листву сбрасывают, показывая, что они ничего от вас не скрывают.

— Да что вы себе позволяете⁈ — процедил Чо Хек.

— Кроме шуток, — проговорил я. — Давайте будем с вами объективными. Вы на основании того, что один человек оставил завещание другому, а затем умер, пытаетесь обвинить этого самого другого в том, что он каким-то образом причастен к убийству. Но давайте выясним вот что: встречались ли когда-нибудь эти два человека? Были ли у них хоть какие-то пересечения в этой жизни? И вот если вы вдруг сумеете найти хоть какую-нибудь связь между погибшим и уважаемой певицей Ким Ю Джин, в таком случае мы уже будем разговаривать насчёт каких-то мотивов. А на данный момент ваши обвинения совершенно беспочвенны и никакого отношения к реальности не имеют, так как мы не то чтобы не знали покойного, даже понятия не имеем о ком вообще речь.

Внутри меня взвился целый вихрь из слов и аргументов. Я уже видел десятки путей решения проблемы. А ещё я видел, что девушка смотрит на меня восхищёнными глазами.

— Я прошу вас немедленно освободить уважаемую госпожу Ким Ю Джин, пока её нахождение в следственном управлении не нанесло непоправимого ущерба её репутации. В противном случае я буду вынужден подать на вас судебный иск для возмещения репутационных потерь.

Следователи переглянулись. Толстяк — Пён Чинхо — враз утратил свою добрую улыбку и только растерянно развёл руками: мол, мои полномочия на этом всё.

Чо Хек посмотрел на документы, лежащие на столе, затем перевёл взгляд на исполнителя завещания, и решил испробовать последний приём.

— Скажите, пожалуйста, уважаемый Тан Кван Сок, — обратился он пожилому мужчине, сидевшему в углу, — вы когда-нибудь видели эту персону? — он указал рукой на Ким Ю Джин.

— По телевизору? — уточнил тот, чем вынудил следователя закрыть лицо ладонью.

— Нет, в реальной жизни. Вы видели, чтобы господин Го Тхе Сон общался с госпожой Ким Ю Джин, или упоминал о ней как о человеке, с которым должен встретиться?

— Нет, — покачал головой Тан Кван Сок. — Уважаемый Го Тхе Сон упоминал о Ким Ю Джин исключительно как о своей музе, недоступной мечте.

— Ну вот и всё, — я поднялся с кресла. — Полагаю, вопрос решён. Прошу освободить Ким Ю Джин, и по всем дальнейшим вопросам обращаться ко мне.

— Вам необходимо будет подписать бумагу, — проговорил Чо Хек, тщательно игнорируя меня и обращаясь исключительно к певице. — Вам будет запрещён выезд из страны на время проведения следствия.

Мы с Ким Ю Джин переглянулись.

— Да, я никуда и не собиралась, — ответила девушка.

Я бы, конечно, ещё мог покусаться и устранить и эту препону, но не стал, потому что мне срочно надо было увести Ким Ю Джин отсюда, пока она держалась.

— Сейчас я дам бланк, — встал со своего места Пён Чинхо и отправился к шкафчику с бумагами.

В этот момент на столе у Чо Хека зазвонил телефон. Он молниеносно поднял трубку и поднёс её к уху.

— Ага. Ага. М-да. Да, сейчас, скоро освобожусь, — говорил он в ответ на фразы собеседника, которые мне не были слышны. — Да. Задержали? Кого убил? Так?

Он напрягся, это было видно по расправленным в миг плечам.

— А кто ещё из подозреваемых? Так, подожди! — ещё раз назови мне фамилию. Кто⁈

И, не отнимая трубку от уха, следователь Чо Хек посмотрел на меня, буквально пронзающим взглядом. Затем положил трубку. Посмотрел на Ким Ю Джин и сказал:

— Вы, барышня, можете быть свободны, только подпишите согласие с запретом на выезд.

А потом перевёл взгляд на меня:

— А вот вы, Гису Хегай — задержитесь.

— На каком основании? — я выпрямился, выдерживая его взгляд.

— Нам надо допросить вас по подозрению в убийстве вашего приёмного отца.

От автора

Дорогие читатели, спасибо за ваше терпение и то, что остается с автором. История Гису ещё незакончена. Впереди его ждет достаточно много приключений и предстоит решить немало проблем. Но вы же знаете — Гису Хегай решает вопросы любой сложности.

Дальше главы будут выходить регулярно и намного чаще. Ещё раз спасибо всем за поддержку.

Следующий том тут — https://author.today/reader/489326/4599828

Content

NikL
Надуй щеки! Том 8

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

От автора