Таймлин 2

Глава 1

Система Энн

Планета Альпида

Столица новой ветви человечества Город Райс

Зал собрания величайших вожаков современности

— Что за чушь вы несёте? Как? Как мы можем объединиться с этими отбросами, что раньше считали нас опухолью, от которой необходимо избавиться любой ценой? — яростно прорычал Ульф Сканнинг после того, как ему сообщили, что они больше не воюют со свободным человечеством.

Не просто не воюют, а объединились и сражаются вместе.

— Не забывайся, Сканнинг. Эти отбросы разбили наши силы и выкинули на задворки вселенной. А теперь только благодаря их помощи удалось сохранить жизни двум миллиардам наших подданных. Если бы не предупреждение со стороны свободных, мы бы понесли колоссальные потери, потеряв не только людей, но и бесценные корабли, созданные ещё до начала Великой Битвы, — ответил Леон Арчибальд, глава сильнейшего прайда заражённых ещё со времён Великой Битвы.

Заражённый пятого порядка, сумевший прожить больше четырёх сотен циклов и за это время ставший невероятно сильным. Пожалуй, сильнейшим владеющим заражённых, а возможно, и всего человечества.

— И что? Что это за враг такой, которого мы должны бояться и объединяться со свободными? Видимо, вы забыли, что было в годы Великой Битвы, — не желая ничего слушать, продолжал яриться Сканнинг, вызывая лишь ироничные улыбки на лицах присутствующих.

— Как раз мы это прекрасно помним, мальчик, — взял слово старейший из заражённых Доннатело Сплинт.

Его стая была самой немногочисленной среди заражённых, но синими считались абсолютно все. Пробить защиту членов стаи Сплинта было невероятно сложно, и все они являлись долгожителями, заставшими времена самых ожесточённых сражений со свободным человечеством.

— Я был рядом с твоим дедом, когда мы громили флотилии Земной Федерации. Несколько раз спасал ему жизнь, как и он мою. Видел столько смертей, что тебе и не снилось. Поэтому я имею полное право говорить, что даже самое паршивое перемирие лучше войны. Войны с нашими братьями, в которой в принципе не может быть победителей. И я истинно счастлив, что обе ветви человечества смогли объединиться перед угрозой общего врага. А ещё мне непонятно, почему ты только сейчас узнал об этом? Совет точно посылал информаторов ко всем вожакам крупных объединений, имеющих свой флот.

— Видимо, вы посчитали стаю Сканнинга недостаточно сильной. Захолустье, находящееся на самом краю разведённой вселенной, которое не стоит брать во внимание. Как видите, вы сильно ошибались, — развёл руками Ульф Сканнинг, демонстрируя всем циркуляцию частиц творения — циркуляцию владеющего пятого порядка.

Его глаза сияли, а тело было окружено нескончаемым потоком та’ар, который производило ядро Сканнинга. Каждый из присутствующих в этом зале мог создать подобный поток. И в своё время они также стояли перед советом, доказывая свою силу.

— Мы признаём тебя, молодой волк, — через несколько минут произнесла единственная женщина в совете Валери Ункас, возглавляющая не только крупнейшую стаю заражённых во вселенной, но и самый могучий флот, в который вошло большинство тяжёлых кораблей, уцелевших в Великой Битве. — Среди нас появился шестой владеющий пятого порядка. Безусловно, этот день войдёт в историю как один из самых великих дней для людей, решивших пойти по иному пути развития.

— Что это за бред? — вновь спросил Сканнинг, уже не в состоянии сдерживать себя. Сейчас ему хотелось не только смеяться, но и вцепиться в глотку каждому из присутствующих — каждому заражённому пятого порядка, которые и правили этой частью человечества.

— Мы должны убивать свободных, а не дружить с ними. Убивать нового врага. Убивать всех, кто встанет у нас на пути.

— Ох, мы пытались, — тяжело вздохнув, заговорил последний член совета Финн Йолин.

Пожалуй, самый опасный из присутствующих. Убийца, которому не было и нет равных среди обеих ветвей человечества. Но, несмотря на это, невероятно тихий и закрытый, старающийся держаться незаметно и не привлекать к себе особого внимания, что он прекрасно мог делать при помощи маскировки, которую невозможно обнаружить даже владеющим четвёртого порядка.

Раньше Ульф больше всего боялся именно Финна, но сейчас эта маскировка уже не пугает его. Сканнинг сам приобрёл поразительные способности, которые являются тайной для членов совета. В то время как их способности уже давно ни для кого не секрет.

— Мы пытались сражаться с новым врагом, — продолжил Финн. — Я лично участвовал в атаке на их флагманский корабль. Если дрейфующий в космосе кусок живого города так вообще можно назвать. И был вынужден спасаться бегством, потеряв изрядную часть своих сил. После этого мне пришлось поглощать одну из своих планет, чтобы восстановиться. Как ты думаешь, сколько подобных битв мы сможем выдержать? Выдержать без поддержки флота и владеющих Земной Федерации? Через сколько все наши силы будут разгромлены и ассимилированы новым врагом?

— Да хоть кто этот враг⁈ — заорал Сканнинг, которого бесило абсолютно всё. Начиная от необходимости прибывать сюда, чтобы доказать членам совета свой переход на пятый порядок и право присоединиться к ним. Стать одним из заражённых, которые решают, куда дальше следует идти их ветви человеческой цивилизации. И заканчивая этим местом, где всё буквально пропитано надменностью и высокомерием.

— Тот, кто должен был стать для человечества спасением, но грозит обернуться нашим полным уничтожением. Старая надежда, обернувшаяся смертельной угрозой. Те, кто дал нам возможность коснуться Та’ар. Сами та’арцы, — ответил Арчибальд, и после его слов наступила звенящая тишина. Даже Финн перестал охать, а рычание Сканнинга звучало лишь в его разуме.

Но долго так продолжаться не могло. Они собрались здесь не для того, чтобы просто молчать. Сканнинг пришёл заявить своё право на место одного из правителей заражённых. И плевать, какой враг появился во вселенной. Плевать на всё, кроме стаи. А раз такое дело, то он должен как можно быстрее вернуться и утихомирить бунтовщиков на Вериго, после чего начать подготовку своих систем к обороне.

— Я должен сам взглянуть на нового врага и только после этого решу, принимать навязанный мир со свободными или не предать памяти предков, погибших за возможность жить так, как этого хотим мы, а не Земная Федерация.

* * *

— Понятия не имею, что это за место, но оно мне не нравится. Люди определённо были здесь очень давно. Посмотри, сколько везде пыли. Хотя должна признаться, здесь очень высокая концентрация частиц творения. Пожалуй, это самое энергонасыщенное место из всех, где мне довелось побывать, — выдала Гея, когда мы оказались по ту сторону портала.

Любопытство всё же пересилило возможную угрозу оказаться в каком-нибудь опасном месте. Да и для владеющего третьего порядка, способного усиливать броню и создавать защитное поле, таких угроз было крайне мало. Разве что портал вёл в сердце звезды. Но вещь, созданная та’арцами, точно не могла угрожать чьей-либо жизни. Это и стало решающим фактором в решении шагнуть в портал. А ещё пять конструктов, которые сделали это раньше меня на пару минут.

Связь с ними не прервалась, и никакой угрозы здесь они не обнаружили. Всё же я не настолько безбашенный, чтобы сунуть голову в неизвестное место хотя бы без минимальной разведки. Да и место оказалось не таким уж неизвестным, когда я оказался здесь.

— А вот я прекрасно знаю, что это за место. И почему здесь столько пыли, а также высокий энергетический фон. Это резиденция профессора Гамильтона в системе Сириус. Место, которое стало точкой отправления для развития человеческой цивилизации. Под этим зданием находится храм цивилизации творцов, — произнёс я.

Гея уставилась на меня с открытым ртом и широко распахнутыми глазами. Даже старший Та’ар-интеллект можно удивить, что сейчас и произошло. Я невольно улыбнулся, после чего сделал несколько шагов, поднимая клубы пыли. После смерти профессора Гамильтона здесь больше никто не появлялся.

И дело было не в том, что правительство Земной Федерации не хотело попасть сюда и попытаться узнать секреты сильнейшего одарённого человечества, а в том, что они тупо не могли этого сделать. Гамильтон позаботился о том, чтобы даже спустя четыре сотни циклов после его смерти резиденция была надёжно защищена от посягательств извне.

Мы же попали сюда через портал, открытый пространственным маяком та’арцев, а против подобного даже Гамильтон не мог поставить защиту.

Интерфейс здесь не работал, инфополе также молчало, а вот все мои чувства обострились до каких-то невероятных величин. Хоть я раньше и не был здесь ни разу, но точно могу сказать, где что расположено. В каких комнатах раньше работал профессор и его гости. И вообще рассказать о его резиденции даже мельчайшие подробности.

Эти знания появились у меня в голове в тот момент, когда ноги коснулись пола на третьем этаже резиденции, где раньше располагались жилые комнаты. Я ощущал здесь небывалое движение частиц творения. Их концентрация была в десятки раз выше, чем на Вериго. Словно здесь находились мощнейшие генераторы, создающие Та’ар. Причём местный Та’ар чем-то отличался от того, что я чувствовал раньше.

— А ещё здесь было холодно. Не помогали даже все усиления организма и доспехи.

— Ты посмотри! — воскликнула Гея, привлекая моё внимание. — Здесь даже у тебя возобновилось поглощение частиц творения. Да и какими темпами!

— Какими? — спросил я, не в состоянии проверить это сам с неработающим интерфейсом.

— Один та’ар в минуту. Это гораздо быстрее, чем где-либо. Да и сам факт, что у владеющего третьего порядка началось автоматическое восстановление, говорит о многом. Нам бы зависнуть здесь на несколько циклов, и тогда точно можно смело отправляться на разборки с Ульфом Сканнингом. Даже с переходом на пятый порядок он не станет для тебя большой помехой.

— Хочешь сказать, что у тебя есть техники для пятого порядка?

Раньше Гея не говорила ничего подобного.

— Возможно. Но тебе об этом знать слишком рано. Не нужно слишком сильно раскатывать губу. В любом случае ты не сможешь ими воспользоваться, не поднявшись на пятый порядок. И у нас здесь не так много времени. Я понятия не имею, сколько энергии в пространственном маяке. На какой срок работы рассчитан его заряд. И не забывай, что там есть ещё несколько штук. Сомневаюсь, что все они ведут в одно и то же место.

Гея была права. Если энергия в маяке закончится, проход закроется, и я останусь в этом месте. Чего допускать нельзя. Слишком многое завязано на мне.

— И тебе нужно почаще напоминать самому себе об этом, — сказала чёрная валькирия, глядя на меня горящими глазами. — А теперь давай поищем что-нибудь этакое, что поможет нам в предстоящем сражении. В доме сильнейшего владеющего человечества обязательно должно найтись нечто подобное. Могу с уверенностью заявить, что как минимум пару часов у нас есть, пока не иссякнет энергия в маяке.

Наследие словно только и ждало этих слов от Геи. Хран начал вибрировать и посылать мне образы, в которых говорилось, что необходимо спуститься и прикоснуться к осколку древней цивилизации. Возможно, внизу нам удастся найти ответы на многие вопросы. На какие именно — наследие не сказало, хотя я и пытался узнать об этом.

Резиденция была возведена исключительно при помощи частиц творения. Профессор Гамильтон делал здесь всё сам и не позволял приближаться посторонним.

Вообще, после того как первая лаборатория была разгромлена и установлен контакт с частицами творения, система стала запретным местом даже для военных. А когда Гамильтон смог подняться на вершину иерархии свободного человечества, то и все соседние системы также стали запретной зоной. Они исчезли со всех звёздных карт и навигационных маршрутов. Пропала вообще вся информация об этих местах, а на границах появились автоматические охранники, которые не подчинялись никому, кроме Гамильтона.

Скорее всего, они до сих пор несут свою службу. Это были кто-то вроде моих конструктов, но гораздо более продвинутые. Способные поглощать Та’ар и тем самым поддерживать свою работоспособность.

Чем дальше я продвигался по резиденции, тем больше знаний появлялось. Наследие также постоянно пребывало со мной в контакте. Ему здесь нравилось. Оно хотело спуститься в храм. Вновь окунуться в частичку своего настоящего дома.

— Если бы здесь не стояла столь мощная защита, то мы могли бы попытаться связаться даже со старой Землёй. До неё всего каких-то восемь световых лет. Можно сказать, что она на расстоянии вытянутой руки. Впрочем, и столичная система Земной Федерации находится совсем недалеко, как и академия Звёздного Флота.

— Ты так тонко хочешь намекнуть, что мы практически достигли цели и не нужно ждать ещё пять циклов прибытия экспедиционного флота? — спросил я, уже прекрасно догадываясь, о чём говорит Гея.

— Техника истребителя позволит тебе выбраться из-под защиты и связаться с главным управлением академии. Думаю, максимум пара недель, и за нами прилетит быстроходный корабль.

— Ты же знаешь, что я ещё не решил, стоит вообще связывать свою жизнь со Звёздным Флотом Земной Федерации и всеми проблемами, что сулят мне в этом случае. К тому же у меня сейчас есть дела куда важнее. На Окинаве меня ждёт сестра. Ждёт помощи отец. На меня возлагают большие надежды Гилдарст, Проповедник и ещё множество людей на Вериго. И я хочу помочь системе Двойного Серпа освободиться из-под власти заражённых. Хотя всё чаще начинаю задумываться над тем, что свободные владеющие практически ничем не отличаются от заражённых. И это разделение — невероятная глупость. Просто одна часть человечества решила последовать за профессором Гамильтоном, а вторая — за его ученицей.

— Они предлагали разные способы дальнейшего развития человечества, и ничего больше, — согласилась со мной Гея. — А яд заражённых — это лишь побочный эффект от столкновения сильнейших владеющих. Подобное случалось и раньше, когда проигравшие отравляли питьевую воду, заражали территорию противника смертельными вирусами, радиацией, всякими химическими веществами и так далее. За историю человечества наберётся множество примеров, но суть одна. И ты знаешь, только оказавшись в резиденции Гамильтона, я начала понимать это, словно здесь отключились какие-то сдерживающие механизмы.

— Профессор Гамильтон также прекрасно это понимал и не хотел, чтобы человечество разделилось на два враждующих лагеря. Даже когда Энн Райс решила отвернуться от него, он пытался договориться. Пытался найти выход, как разрешить всё мирным путём.

Я оказался в просторной комнате, где, на удивление, не было пыли. Впрочем, здесь не было вообще ничего, за исключением тонкой металлической подставки, на которой находился кусок звёздной стали. Покорёженный, местами оплавленный и покрытый тёмными пятнами. Словно это единственное, что осталось от боевого корабля после сражения.

— Так и есть, — заворожённо произнесла Гея, оказавшись рядом с постаментом. — Это единственное, что осталось от сильнейшего корабля, когда-либо созданного владеющим. Осколок боевого планетоида, который и позволил профессору Гамильтону разгромить заражённых, заставив их бежать далеко за пределы обжитых систем.

— Остаётся только понять, кто и зачем поместил сюда этот обломок? — произнёс я, отчего-то не решаясь подходить к постаменту ближе чем на несколько метров.

Я всё ещё стоял на пороге комнаты и смотрел на реликвию, показывающую истинную силу человечества. Корабль размером с целую планету, который всё же был уничтожен.

— Это сделал автоматический модуль, который я оставил специально для подобного случая, — раздался приглушённый голос, заставивший нас с Геей замереть, а сердце пропустить сразу несколько ударов.

Глава 2

Я уже множество раз слышал этот голос в своих снах. Да и Гея его прекрасно знала. Он принадлежал профессору Гамильтону. Вот только сколько бы я ни крутил головой по сторонам, но так и не смог его увидеть.

Да и не могло такого быть. Профессор погиб в сражении с Энн Райс. Тому было множество свидетелей. Хотя мне и удалось уже встретить несколько владеющих, которые сумели приспособиться и не только выжить в Великой Битве, но и дожить до наших дней.

— Не молчи. Спроси, кто это? — обратилась ко мне Гея, явно не собираясь показываться неизвестно кому.

— Кто это говорит? — последовал я совету чёрной валькирии, которая облачилась в броню и была готова броситься в бой в любое мгновение.

— Отголосок некогда действительно мудрого и сильного владеющего, — вновь раздался голос Гамильтона.

На этот раз я смог определить, что исходит он от дальней стены, которая совершенно ничем не отличалась от остальных. Но, присмотревшись внимательнее, я смог уловить едва заметную искру Та’ар, которая медленно тлела и была готова исчезнуть в любое мгновение.

— Отголосок, оставленный для гостей, которые смогут пройти через все меры предосторожности, что когда-то здесь оставил. Как тебя зовут, владеющий? И раз ты сумел попасть сюда, то, должно быть, очень силён. Возможно, кто-то ещё смог подняться на шестой порядок. Помнится, я оставлял чёткие указания, как совершить переход и что для этого нужно.

— Икар, и я совсем не силён. Я совсем недавно смог перейти на третий порядок.

Не вижу причин, чтобы обманывать частицу сознания, оставленную здесь профессором Гамильтоном. Он явно оставил её здесь не просто так, и, возможно, больше никто не сможет с ней заговорить, когда исчезнет заготовленная энергия.

— В таком случае, как тебе удалось попасть сюда? — удивился голос, и найденная мной искра стала разгораться сильнее, словно она могла собирать Та’ар из окружающего пространства и становиться сильнее.

Гея уже стояла возле нужной стены и внимательно изучала её. Я даже заметил небольшой расход частиц творения. И делала она это без моего участия, что практически невозможно.

— Нашёл пространственный маяк та’арцев и активировал его, а затем оказался в резиденции профессора Гамильтона и решил здесь немного осмотреться. Оказался в этом помещении и наткнулся на обломок сильнейшей техники, когда-либо созданной человеком.

— Значит, ты не случайный гость здесь. Маяк не открыл бы портал сюда просто так. И, судя по тому, что ты смог узнать место, которое не знает никто во вселенной, это правда. Ты Творец? Тебя призвал храм?

— Творец, но никто меня сюда не призывал. Это место я знаю из воспоминаний других людей. И часто видел в них профессора Гамильтона. Ещё до того, как он стал первым владеющим человечества. Видел, как вместе с Алексом Йохансонном он прилетел сюда впервые. Видел, как создавал лабораторию и как изменился под действием частиц творения. Видел многое и надеюсь, что смогу увидеть ещё больше.

Даже сам не понял, как рассказал практически всё, что касается чужих воспоминаний и каким образом они вообще попали в мой разум. Вернее, в ядро, а уже через него пошли дальше. Всё время, пока я говорил, искра мерно горела, словно слушала очень внимательно, а Гея продолжала что-то делать возле стены, совершая странные пассы руками и периодически бубня себе что-то под нос.

Когда я закончил, повисла недолгая пауза, а затем очередная вспышка Та’ар убрала стену, открыв моему взору статую профессора Гамильтона.

Она была сделана из неизвестного нам с Геей материала и настолько искусно, что казалось, будто перед нами стоит живой человек. Что он сейчас сойдёт с постамента, моргнёт, пошевелится или заговорит. Но ничего такого не происходило, а искра горела в груди этой статуи, там, где у владеющего находится энергетическое ядро.

Радостная Гея подпрыгнула и показала мне большой палец. Но я практически не смотрел на неё — статуя моргнула. Затем ещё раз и действительно заговорила, начав открывать рот.

— Выходит, я не ошибся, когда решил создать Та’ар-интеллект, используя для этого частицы сознаний других людей. Не только владеющих, но и специалистов в разных областях. И теперь я вижу, что эти знания пригодились тебе. А также понимаю, почему маяк та’арцев открыл проход именно сюда. Видимо, он считывал информацию из окружающего тебя инфополя, и сильнее всего там выделялись оттиски, оставленные людьми, бывавшими у меня в гостях. Да и мой оттиск явно способен перетянуть многих.

Я рад, что технология, которая создавалась специально для повышения эффективности владеющих, была применена так, как я изначально и планировал. Ваш симбиоз и твоё стремительное развитие только подтверждают это. А теперь подойди к пьедесталу и забери то, что лежит на нём. Это поможет человечеству выстоять против самого опасного врага, с которым оно когда-либо встречалось.

— Икар, времени совсем мало. Я чувствую, что портал начал барахлить. Видимо, заканчивается энергия, и нам нужно торопиться, — вмешалась встревоженная Гея.

Она явно не хотела застрять в заблокированной системе. Отголосок дал ясно понять, что выбраться из резиденции сможет только владеющий пятого порядка. Даже он здесь был бессилен и вообще являлся лишь голосом, не способным больше ни на что. Максимум — дать пару советов.

Стоило мне коснуться осколка планетоида, как искра в груди статуи стремительно стала угасать, словно подул сильный ветер.

— В резиденции должны быть и другие отголоски. Если вернёшься, то найди их при помощи Та’ар. Частицы творения подскажут, где нужно искать. В этом месте скрыто очень много тайн, которые могут помочь людям. Помни, что любая жизнь священна. Нельзя её забирать, не отдав ничего взамен. Только истинные творцы могут позволить себе подобное. Те, кто может создавать новую жизнь.

Это были последние слова, после которых искра угасла окончательно, а вместе с ней статуя Гамильтона начала плавиться. Отчего-то это мне показалось очень знакомым. Словно уничтожили одну из копий Боба, но она просто превратилась в белёсую жидкость и решила вернуться к основному телу. Правда, здесь никакой белёсой жидкости не было, а лишь расплавленный металл, который остался на месте.

Уже через десять минут я стоял в пещере под колонией зелёных висперов и смотрел, как сворачивается портал, а перед глазами плыла информация о межпространственном маяке. Пока лишь об одном — том, что я использовал. Но я уверен, что сейчас инфополе сможет получить информацию об остальных маяках и местах, куда они ведут.

Я понятия не имею, сколько времени прошло здесь, поэтому не стоит больше путешествовать.

Решил не рисковать и разделить маяки по разным хранам, которые сперва создал. Так же поступил и с обломком планетоида Гамильтона. Ещё предстоит понять, для чего он сказал мне его забрать?

Даже когда активировался интерфейс и вернулось инфополе, ничего не удалось узнать об этом обломке. Гея также молчала с того момента, как мы вернулись. Словно сам факт подробного путешествия оказался для неё шоком.

Перед уходом забрал ещё и защитную систему, основанную на кимберлитовых слитках. Её также поместил в отдельный хран, вернее, храны. Пришлось даже создавать ещё три. Всё же кимберлит совсем не дружит с обычными частицами творения, поэтому я решил перестраховаться и спрятал хран с защитной системой ещё в два. Вот такая странная матрёшка у меня получилась. Теперь главное не перепутать, где что лежит. А то можно попасть в довольно щекотливую ситуацию.

Мой проводник ждал на том же месте, и по нему совершенно невозможно было понять, сколько времени прошло с момента моего входа в портал. Внутренние часы показывали какую-то ерунду, которой просто не могло быть. Словно я провёл в резиденции профессора Гамильтона всего несколько секунд. Но я точно знаю, что прошло никак не меньше пары часов, а то и гораздо больше. Спросить об этом было не у кого.

Жасмин и Харрингтон нашлись в очередной пещере, чем-то напоминающей разгромленную. И судя по тому, что никто не пытался убить бывшего некроморфа, разговор оказался довольно продуктивным. Воскрешённых королев нигде не было видно, но я ощущал повышенный ментальный фон, который был на грани, и порой у меня выскакивали сообщения о блокировке его воздействия.

— Икар, ты как раз вовремя. Мы уже всё обсудили и смогли прийти к некоторым договорённостям. Мои подданные будут работать в доме Боба и помогать ему со сбором органики. А теперь говори свою просьбу, я обязательно попытаюсь сделать всё, что в моих силах. Всё, что в силах моей колонии.

— Мне необходима помощь сильных менталистов, чтобы освободить разум отца от действия одной техники. Сил одной Виты для этого недостаточно.

— Что же, это будет совсем несложно. Особенно теперь, когда я могу покинуть колонию совершенно спокойно. За ней будут приглядывать прошлые королевы.

— Я бы на её месте не доверяла так слепо Харрингтону. Неизвестно, что у него на уме и какие закладки остались внутри этих королев. Вполне возможно, что он попытается захватить власть над колонией, — произнесла Гея, повторив мои собственные мысли.

Но я уверен, что Жасмин и сама это прекрасно знает. Что она нашла способ обезопасить себя и колонию от подобного варианта развития событий. Как-то мне совершенно не хочется нести ответственность за действия Харрингтона.

— Я прилечу за тобой, когда всё будет готово. А пока будь внимательна с подарком Боба, — всё же не смог удержаться, за что получил недовольный взгляд Боба и лишь пожал плечами. — Теперь я вас оставлю, много дел на Окинаве. Профессор, ждите, вскоре мы заберём оставшиеся корабли. И верните Хана Соло, он член совета и не может быть вашим ассистентом.

Сказав это, я вырубил ускорение и отправился на выход из колонии. Через несколько секунд ко мне присоединились два небольших виспера, которые совершенно не уступали мне в скорости. А через мгновение появились ещё двое, которые заняли место впереди, обогнав меня.

В очередной раз убедился, что висперы — это невероятно ценные союзники, которые могут помочь даже в противостоянии с серьёзной армией владеющих.

Уже через час я подлетал к щитоносцу, которого всё никак не мог переименовать. Гея настаивала, что имя «Император» совершенно не подходит этому кораблю, а Джулиан Арано был самовлюблённым индюком, раз считал иначе. Вот и получилось, что корабль до сих пор был просто «Щитоносцем».

Пока летел сюда, связался со своими парнями и Немезидой, так как достучаться до Аеллы у меня не получилось. Вскоре нужно встречать гостей. Хоть мы с Геей вполне можем справиться с кораблём вдвоём, но с минимально возможным экипажем он будет работать гораздо эффективнее.

Оказавшись рядом с кораблём, я деактивировал истребитель и оставшееся расстояние пролетел на крыльях, отмечая, насколько проще это делать в космосе, чем в атмосфере Вериго. Хотя и здесь хватало своих нюансов, которые необходимо учитывать. Но сражаться, используя крылья, вполне возможно. Так что при необходимости любой владеющий может стать серьёзной боевой единицей и без корабля.

Шаттл с ребятами прилетел минут через двадцать. Управляла им Немезида и довольно опасно. Не знаю почему, но Гея назвала её обезьяной с гранатой, отказавшись объяснять, что это значит.

— Ты мне должен, Икар, я буквально с боем вытащила твою сестру из медицинского блока. Пришлось даже прибегать к крайним мерам. Но дальше ты сам с ней разбирайся, — выпалила Немезида, первой выбравшись из шаттла, и поспешила к лифту, ведущему на капитанский мостик.

Сомневаюсь, что старпом Харона согласится перебраться на другой корабль, но я был совершенно не против этого. Так она будет рядом, по крайней мере, на время операции по уничтожению флота Таймлина и захвата планеты. И, возможно, мне удастся стать гораздо ближе.

Но долго помечтать мне не дали. Следом за Белоснежной появилась разъярённая Аелла.

— Что это за столь срочное дело, что нужно было вытаскивать меня прямо с операции? Хорошо ещё, что не я сама её проводила, а лишь наблюдала за действиями одного из стажёров, который подаёт самые большие надежды. Ты хоть понимаешь, что от моего присутствия там зависит жизнь человека? У тебя тоже что-то, отчего зависит чужая жизнь?

Сестра стояла, уперев руки в бока и глядя на меня сверху вниз, хотя была ниже почти на голову. Её глаза яростно горели буйством Та’ар, и мне сразу захотелось спрятаться там, где она меня точно не достанет. Но я не мог себе этого позволить.

— Ага, зависит. Моя и ещё как минимум нескольких тысяч человек, которые отправятся разбираться с угрозой флота Таймлина, что может двинуться в нашу сторону в любую минуту. А тебя я вытащил сюда, потому что мне нужен медик на корабле. Как и весь экипаж. Вы первые, кому я хочу предложить занять вакантные места.

К этому времени появились и остальные, включая парней, дежуривших возле пространственного массива на шестом кольце. Я попросил Симмонса прислать им замену.

— Но я сейчас занимаю пост главы медицинской службы на Окинаве, — растерянно произнесла сестра. — После того бардака, что устроили силы союза, организовать нормальную работу было чрезвычайно сложно, и сейчас…

— Но ты справилась. Смогла это сделать, и теперь медицинская служба цитадели работает как часы. Я узнавал у Гилдарста. Он сказал, что вы с Доком и ещё парой медиков с других кораблей смогли привести всё в порядок и даже обучили несколько человек целебным техникам. Конечно, он не хотел отдавать меня тебе. Хотел, чтобы ты официально возглавила медицинскую службу Окинавы, но ты же понимаешь, что в этом случае…

— Можно забыть о спокойной жизни, которую ты так хочешь для нас, — едва слышно произнесла сестра, и мне показалось, что она вот-вот расплачется.

Парни стояли и ошарашенно смотрели на нас, не решаясь вмешаться. Все они уже побывали на приёме у Аеллы и сполна познали её суровый нрав, когда дело касалось помощи пострадавшим.

— Именно так, но я не буду против, если ты всё же решишь принять предложение Гилдарста. Это твоя жизнь, и я вижу, насколько тебе нравится лечить людей. Поэтому я подумал, что ты будешь лучшей кандидатурой на место медика на «Рагнаре».

— Где? — переспросил Арт.

Похоже, не только он ничего не понял. Все прибывшие смотрели на меня с удивлением.

— На «Рагнаре». Я решил дать это имя щитоносцу. Ведь это моя настоящая фамилия. Капитан Икар Рагнар и его бесстрашная команда отправляются в самое сердце вражеского флота, чтобы разгромить неприятеля и не дать ему возможности бесчинствовать на Вериго! Эта битва будет легендарной! — выдал я, сам удивляясь своим словам.

— Даже не хочу знать, где ты услышал этот бред, — донёсся голос Немезиды из-за ближайшего поворота. — Но звучит недурно. Возможно, я отправлюсь вместе с вами на эту легендарную битву!

Глава 3

— И зачем ты меня звал? — спросил Гилдарст у Рэма, хотя уже давно знал ответ. Ещё в тот момент, когда смог доказать волчонку, насколько превосходит его в силе.

Обо всех умениях главы Закатного не знают даже его дети, и вот одно из них помогло поселить в разуме сына Сканнинга не только сомнения…

Хоть волчонок и выглядел сейчас так, словно его ничто не способно сломить, что он готов броситься в бой в любое мгновение, несмотря на то, насколько сильным окажется противник перед ним, но на самом деле он буквально сожрал себя изнутри. Его разум оказался неспособен справиться с осознанием новой реальности — той, где третий сын правителя Двойного Серпа и всех ближайших систем проиграл. Опозорил отца и поставил под сомнение силу Сканнингов.

— Таймлин, — осторожно начал Рэм. — Готов помочь вам с захватом Таймлина. Знаю самые слабые места во флоте и могу показать направление, с которого точно никто не будет ожидать атаки.

— И всё? — удивлённо произнёс Гилдарст. — В таком случае я зря оторвался от важных дел. Не интересно.

Сказав это, Стальной Гилдарст вышел из камеры Рэма, заставив его прийти в ярость. Только так волчонок мог скрыть отчаяние, которое с каждым днём всё сильнее сжимало свою хватку на его горле.

Этот разговор произошёл на третий день после первого визита Гилдарста. Всё это время к Рэму больше никто не заходил. Это перестали делать даже следователи из СБ цитадели, хотя раньше происходило по несколько допросов в день. Причём использовались для этих допросов совершенно разные методы, включая физическое воздействие. Даже приходили несколько менталистов. Весьма слабых, которые не смогли пробиться через защиту Рэма. Того монстра, что смог его обнаружить после появления на Окинаве, так и не показал себя.

Три дня Рэм прокручивал в голове тот разговор и пришёл к выводу, что Гилдарст был во всём абсолютно прав. Отец не потерпит подобного позора и не станет спасать провалившегося сына. Он смоет позор со своего имени, уничтожив Окинаву вместе с Рэмом.

Вот только молодой волчонок понял, что хочет жить. Впервые в жизни столкнувшись с реальной опасностью смерти, он понял, что боится умирать. Боится вопреки всему, чему его учили. Вопреки своей силе и навыкам, которых оказалось недостаточно, чтобы справиться с сыном Зверя.

А ведь владеющие Окинавы смогли разобраться даже с этим монстром. Один из следователей обмолвился, что Зверя взяли в плен. Даже не убили, а смогли пленить, хотя Рэму подобное казалось невозможным. Он прекрасно знал, на что способен Зверь, и какой бы паршивой ни была для него ситуация, он никогда бы не позволил захватить себя. Здесь нужен кто-то не слабее вожака, а значит, слова Гилдарста о том, что у них есть что противопоставить даже владеющему пятого порядка, правда. И это Рэм осознал, только оставшись в одиночестве.

Многие меры безопасности были сняты, и теперь он получил достаточно Та’ар даже для попытки сбежать, но не делал этого. Рэму просто некуда бежать. Отец наверняка отдал приказ убить опозорившегося волчонка, если он посмеет появиться после всего случившегося. Вот и получается, что бывший враг стал для Рэма единственной возможностью выжить. И эту возможность он не собирается упускать.

* * *

— Мы хоть немного приблизились к возможностям реального боевого флота Земной Федерации? — спросил я у Геи, которая сейчас выступала в качестве стороннего наблюдателя за манёврами флота, которому предстоит показаться перед врагом и отвлечь на себя его внимание.

Хотя назвать флотом всего шесть кораблей весьма сложно. Пусть это и лучшие корабли, что имеются у Вериго.

Под защитой «Рагнара» в самоубийственную атаку отправится Ивар и ещё четыре корабля, полученных от Харрингтона. Марк успел подготовить для них экипажи, осталось только немного отработать взаимодействие, и это оказалось самым трудным. В том числе и для экипажа «Рагнара». Прошло всего два дня с того момента, как они получили нужные техники и занялись своими обязанностями.

Здесь проще всех было Немезиде и Аелле. Первая являлась действующим старпомом на «Хароне», так что прекрасно знала, что нужно делать, а вторая оккупировала медицинский блок и наводила там свои порядки, не обращая внимания больше ни на что.

Я же вместе с остальными трудился в поте лица. Быть капитаном корабля без экипажа намного проще и требует меньше усилий. Но Гея сказала, что мне необходимо развиваться, и если хочу использовать действительно сложные техники, то там без экипажа не обойтись. А лучше всего нарабатывать опыт на чём-нибудь относительно небольшом, и «Щитоносец» для этого отлично подходит.

Арта и Крепа мы назначили на должность бортстрелков. Под их управлением теперь находились все орудия «Рагнара», которых оказалось гораздо больше, чем можно было себе представить. Ведь по сути это защитный корабль, и участвовать в уничтожении кораблей противника должны другие, но и сам «Щитоносец» вполне способен потягаться с тем же «Иваром». Конечно, если его оружейными системами будет управлять достойный стрелок. И мы делали всё возможное, чтобы приблизить парней к этому. Пока они были просто хорошими стрелками, но немного практики, и я уверен, что они смогут выжать из орудий «Рагнара» максимум.

Креп немного уступал Арту, но его обучение шло гораздо легче, и вскоре он сможет не только сравняться с лучником, но и, вполне возможно, выйти на лидирующие позиции.

За щиты отвечали Тук и Томми. Гея определила, что им эта позиция подходит больше всего. В наличии уже имелись несколько техник, которые помогут с управлением щитами. И благодаря старшему Та’ар-интеллекту они уже сейчас показывали невероятное мастерство, которое превосходило то, что я видел в исполнении щитовиков Таймлина.

И главной причиной было то, что Эрен Дюбуа никому не доверял щиты, управлял их постановкой самостоятельно. Как и большинством основных функций крейсера. Я не собираюсь повторять его ошибку.

Единственная функция, которую я закрепил за собой, — это должность пилота. И пока здесь у меня не возникало никаких проблем. Нейроинтерфейс позволял сливаться с кораблём и становиться с ним одним целым. Это мало чем отличалось от управления истребителем, а благодаря посредничеству с инфополем я параллельно мог заниматься и обязанностями капитана.

Силовыми установками занимались люди Соло. Для этого он нам выделил сразу троих своих заместителей. Они вместе со своими командами занялись не только реакторным отсеком, но и генераторами защитных полей.

На всякий случай к каждой группе я приставил по несколько конструктов. Это были техники, поэтому не обладали какими-то выдающимися боевыми навыками. Впрочем, я ни в коем случае не относился к ним с пренебрежением и не собирался подвергать корабль и всех, кто находится на борту, риску. Поэтому на «Рагнаре» появилась и небольшая десантная команда, состоявшая исключительно из небесных воинов, которых я отбирал лично. Возглавил её Ллойд.

Договориться об этом оказалось сложнее всего. Дэн Симмонс очень сильно не хотел расставаться с бойцами, которых я выбрал. Даже пришлось просить Гилдарста, чтобы он лично поговорил с братом. Узнав об этом, Проповедник не остался в стороне и прислал мне в подмогу уже знакомых близнецов, снятых с охраны входа в мир Харрингтона. А вслед за ним и глава Закатного отправил братьев Мбване и их поредевшее звено. Так что техники были под надёжным присмотром и в случае чего не успеют глазом моргнуть, как с ними разберутся.

В общем, подготовка к сражению шла полным ходом, и каждый был занят новым для себя делом. Включая Гею, которая на время была отстранена от управления и общего координирования нашего небольшого флота. Эти функции перешли ко мне как к командующему.

— Во-первых, это уже реальный боевой флот, который может выполнять большой перечень задач, а во-вторых, чтобы приблизиться к возможностям реального боевого соединения Земной Федерации, вам необходимо провести вместе не несколько дней, а циклов. Принять участие в боевых столкновениях. Возможно, даже проиграть несколько раз. Вот только после этого можно будет говорить, что вы смогли достичь нужного уровня. Но сейчас это совершенно бессмысленно. Все команды выполняются в нужные сроки, никто не тупит, не саботирует твои приказы. Так что можно сказать, что последние манёвры были проведены вполне сносно. С моей помощью вы точно сможете отвлечь на себя часть флота Таймлина.

— Вот и хорошо, в таком случае предлагаю провести учения, максимально приближенные к настоящему сражению. Шесть наших кораблей против остального флота Вериго. Ультимативное оружие, естественно, не участвует, — добавил я в последний момент, вспомнив о нём.

— А это отличная идея. Подобный опыт будет полезен не только нам. Правда, нужно будет немного усложнить задачу и задействовать Окинаву. Только не пушки способны пробить защиту «Рагнара». И я бы не стала совсем отказываться от «Армад». Дать второй команде штуки три, посмотрим, как мы справимся с подобной угрозой.

Гея выглядела весьма довольной и потирала руки. Это мне как-то сразу не понравилось. Она определённо что-то задумала и не собирается мне об этом рассказывать.

— Я уже связалась с Марком и сказала, что буду принимать участие в этих учениях в роли стороннего наблюдателя. Икар, тебе самому придётся командовать своим соединением без моей помощи. Вообще никакой. Запрос также был передан командованию Окинавы, и пока ждём ответ.

В принципе, ничего такого страшного в словах чёрной валькирии не было. Это всего лишь учения, а не реальные боевые действия. Да и мы ещё толком не определились с их целью и как всё будет проходить.

Территория учений сильно ограничена. Пусть расстояние между Вериго и Таймлином составляет почти миллиард километров, но на самом деле это довольно мало в масштабах космических сражений, когда самые дальнобойные торпеды могут атаковать на расстоянии в две сотни миллионов километров. И есть специальные корабли, которые развивают колоссальные скорости в пределах звёздной системы. Хорошо, что у противника нет подобных кораблей и торпед. Впрочем, у нас их также нет. Но всё равно места для нормальных учений довольно мало.

Через минуту на мостике появилась проекция Марка, и выглядел он каким-то грустным.

— Командование не дало добро на проведение подобных учений. Слишком велика вероятность того, что это спровоцирует флот заражённых на более активные действия. Они столь же пристально следят за нами, как и мы за ними. И как бы мне ни хотелось проверить свои возможности в управлении подобным соединением, я согласен с ними. Сейчас и мы, и они выжидаем. Ждём хода противника и только после этого будем реагировать. И самым логичным ходом на начало передвижения кораблей противника будет ответить зеркальными мерами.

— На маленькую группу кораблей они так не станут реагировать, — подтвердила слова Марка чёрная валькирия.

— В таком случае я не понимаю, каким образом у нас вообще получится провернуть изначальный план. Если исходить из всего услышанного, то заражённые сразу же выдвинут свой флот, когда следом за нами двинутся остальные корабли.

— Здесь всё немного не так, — улыбнулся Марк. — По разработанному мной плану весь флот Вериго будет разбит на небольшие группы из двух-трёх кораблей, которые выдвинутся к Таймлину с разных направлений. И большинство из этих групп будет отображаться на радарах заражённых как астероиды. Это ещё одна из причин, почему мы так долго готовимся. Создать соответствующие устройства занимает довольно много времени. Хорошо, что Гея смогла получить прототипы чертежей у Терезы Маккинли, а мы довели их до ума, и инженеры Соло собрали первый образец.

— Но даже исходя из этого плана, враг может не купиться и выбрать один из негативных для нас сценариев. Тогда нашей группе придётся гораздо дольше находиться в меньшинстве, а подарок заденет куда меньше кораблей, чем мы планируем. Но тебе об этом не стоит думать. Для начала научись тактике, а уже потом перейдём к стратегии. Хотя у тебя и есть все необходимые данные, но реальный боевой опыт они не смогут заменить. Именно поэтому обучение в академии Звёздного Флота занимает восемь лет. Только за этот срок возможно получить минимальный опыт тактических и стратегических знаний.

Озадачили меня оба Та’ар-интеллекта по полной. Выходит, что мне до реального управления флотом ещё очень далеко. А то, что мы сейчас собираемся провернуть — не больше, чем дерзкая вылазка с целью привлечения внимания противника. Хотя именно об этом изначально и говорили Гилдарст с Проповедником. Похоже, что это я слишком размечтался, представляя себя великим флотоводцем, который всего парой кораблей громит огромные соединения противника.

— Но это ещё не всё, — продолжила Гея. — Со мной только что связался Гилдарст и сказал, что к нам уже направляется ещё один член экипажа, который поможет усовершенствовать наш план и позволит обнаружить даже скрытые корабли заражённых, находящиеся в режиме маскировки. Наличие подобных кораблей даже для меня стало сюрпризом. Они действительно могут испортить нам весь план. И теперь придётся немного его изменять с учётом новых данных.

— Что за новый член экипажа и почему Гилдарст не связался со мной? — спросил я, только сейчас вспомнив, что заблокировал все каналы связи, кроме тактического, в котором мы отрабатывали взаимодействие внутри группы.

Мой вопрос оказался риторическим. Когда я снял все блокировки, то увидел больше десятка запросов на соединение. Только собрался набрать Гилдарста, как Гея сообщила о прибытии шаттла и том, что мне неплохо было бы лично встретить нового члена экипажа. Это прямая обязанность капитана. Каким бы крупным ни был корабль, по негласной традиции ЗФ капитан должен знать в лицо всех членов экипажа, включая техников, медиков, десантников и так далее. Для владеющего это не представляет никакой проблемы.

Странно, что Гея сказала об этом только сейчас. А я ведь не знаком с людьми Соло. Нужно будет обязательно исправить эту оплошность, а пока посмотрю, кого там прислал Гилдарст.

Немезида вызвалась идти со мной, заявив, что Хирояши всегда берёт её с собой, когда собирается взять нового члена экипажа на «Харон». Я был не против. С Белоснежной всегда приятно поговорить. Она отличный собеседник и совершенно не соответствует тому образу, что пытается всем показывать. Так что я даже не заметил, как мы оказались в доках «Рагнара», где уже находилась наша десантная группа во главе с Ллойдом.

Разведчик сам вызвался командовать десантом, заявив, что его основная специализация не нужна в космическом бою.

Здесь уже стоял стандартный шаттл, на одном из таких прилетели все, кто уже находится на борту «Рагнара».

— Прилетел уже как десять минут, но всё никак не выходит, — доложил мне Ллойд.

— Я бы тоже не торопился, увидев подобную встречу, — указал я рукой на дюжину десантников в броне и с оружием наперевес. Такие отобьют охоту выходить у любого. Хотя действительно странно, мы же не враги.

— Ты так думаешь? — спросила появившаяся Гея, но ответить ей я ничего не успел.

Раздалось шипение двери шаттла, и через пару мгновений я уже держал в руках мечи, готовый в любое мгновение броситься в бой.

— Не ожидал столь горячей встречи. Но уверен, что вместе нам будет очень интересно, Икар, сын Зверя, — осмотревшись по сторонам, произнёс Рэм Сканнинг, но быстро вылетел из шлюза, получив мощный подзатыльник миниатюрной рукой.

— А она чего здесь забыла? — нахмурилась чёрная валькирия.

Глава 4

— Должен же кто-то присмотреть за этим человеком, — ответила на вопрос Геи юная королева, появившаяся сразу после Рэма.

Значит, она уже восстановилась, и это просто великолепно, но всё ещё совершенно непонятно, с чего вообще волчонку дали свободу.

— На время Рэм стал нашим союзником, а я здесь для того, чтобы убедиться, что он исполнит все свои обязательства в полной мере. В любом случае мне нужно время на восстановление после создания детской, так что я согласилась помочь вам.

— Неужели ты согласился предать своего отца? Получается, что и нас можешь предать в любой момент. Поэтому не жди, что к тебе здесь будут относиться хорошо. Возможно, Гилдарст и поверил тебе, но не я, — не собираясь ничего скрывать, заявила Немезида, и я здесь был с ней полностью согласен.

Впрочем, и Рэм это понимал. Было прекрасно заметно, что он не питает никаких иллюзий по этому поводу. Для него мы всё те же враги, только сейчас имеются некие ограничения, за которыми следит Вита.

— Тебя это точно не касается, — огрызнулся Сканнинг. — Давайте поскорее покончим с этим. Я помогу вам вскрыть оборону Таймлина, но не больше. Уверен, что стая разгромит вас и покажет остальным, что любое сопротивление обречено на провал. А все, кто решится на подобный шаг, умрут.

— Икар, ты же у нас капитан, значит, на этом корабле твоё слово — закон. Позволь мне выбить всю спесь из этого щенка, — спросила Белоснежка, и вокруг неё начали летать частицы Та’ар. Стало заметно холодать, а белоснежные волосы подниматься, словно дул сильный ветер.

— Да, позволь это, капитан. Сейчас я точно не стану медлить и оторву её голову, — оскалился Рэм, но вновь в дело вступила Вита и отвесила ему ещё более сильный подзатыльник. Настолько, что волчонок не смог устоять на ногах и припечатался лицом о палубу, пачкая её своей кровью.

— Даже не представляю, насколько веселее теперь будет, — появилась чёрная валькирия с пачкой попкорна в руках.

Я же тяжело вздохнул, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок. О чём вообще думает Гилдарст, когда отпускает заражённого, способного менять личины и уже убившего множество человек на Окинаве? От немедленного убийства Рэма меня останавливало только присутствие Виты и то, что она прибыла к нам с единственной целью — контролировать заражённого. Не станет его — и юная королева покинет «Рагнар». А одно её присутствие поднимает нашу выживаемость на новый уровень.

— Немезида, отведи Рэма на мостик и начни его вводить в курс дела. Времени мало, а нам сегодня предстоит ещё пройти несколько тренировок по слаживанию.

Сам я направился в ближайшую пустую каюту, чтобы поговорить с Гилдарстом. Мне совершенно не нравится, что о подобных решениях узнаю постфактум и не от человека, который принимал решение.

— Я и сам узнал об этом всего четыре часа назад. Пытался сразу связаться с тобой, но не получалось. Вита установила в разуме Рэма свои закладки и в случае чего сможет его усмирить. А если совсем будет плохо — и убить. Это действительно уникальная возможность не только минимизировать наши потери, но и увеличить флот. Как наследник Сканнинга Рэм знает коды доступа к каналам связи и ещё очень много всего, что поможет нам. А ещё я выбрал именно «Рагнар», потому что там находитесь вы с Немезидой. Так контролировать Рэма будет гораздо проще.

— Он хочет убить нас, — произнёс я. Неоспоримый факт, который понимает даже последний дурак.

— Так же, как и меня, и вообще всех жителей Окинавы. Но это не отменяет того, что парень хочет жить. Не важно, заражённый или нет — он человек. А для людей вполне естественен страх перед смертью. Ульф Сканнинг даже сыну не простит провала, так что единственная возможность для Рэма остаться в живых — это сотрудничать с нами.

— Что вы ему пообещали взамен на помощь?

— Помощь в получении места вожака стаи Сканнинга. Когда мы разберёмся с Ульфом и его сильнейшими сторонниками, нам будет нужен подобный союзник.

— Получается, что вы не собираетесь ограничиваться только системой Двойного Серпа, а замахнулись на все владения Сканнинга? Не кажется, что это слишком большой кусок пирога, который не только не поместится в рот, но и может его разорвать? Или вы думаете, что другие заражённые будут стоять в стороне и наблюдать, как захватывают их территорию? Да и сперва необходимо разобраться с Ульфом Сканнингом, который перешёл на пятый порядок.

Гилдарст тяжело вздохнул и взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями. Мне это показалось странным. Уверен, что они с Проповедником и без меня уже давно пришли к тем же выводам. И не просто пришли, а даже начали составлять планы, как справиться со всеми возможными проблемами. Хотя я не видел возможности это сделать. Даже несмотря на все корабли Первого Ударного, флот Вериго был слишком слаб для захвата других систем, кроме Двойного Серпа.

— Нет, мы не собираемся выходить за пределы нашей системы. Но чтобы в будущем защитить её от любого вторжения, необходимо стать гораздо сильнее, и стая Сканнинга станет для нас отличным щитом. А чтобы держать его в руках, необходимо, чтобы стаей управлял вожак, которым сможем управлять мы. Кандидатуру лучше Рэма нельзя и придумать. Мы прекрасно понимаем, насколько тяжело будет всё это провернуть, но выбора у нас просто нет. Либо мы уничтожаем Сканнинга и ставим на его место Рэма, либо заражённые уничтожают нас. Они не ограничатся флотом и Окинавой, а уничтожат всё население Вериго. Это станет уроком для остальных населённых планет, что находятся в их владениях. Не пощадят никого.

— Я тебя услышал. На «Рагнаре» никто не посмеет тронуть Рэма. Но если он перейдёт черту, то я сам убью его.

Этого для Гилдарста оказалось достаточно. Он с облегчением вздохнул и переслал мне данные, только полученные от разведки. К Таймлину прибыли новые корабли. Среди них пять тяжеловесов, что делает флот Таймлина опаснее в несколько раз. А наши шансы на проведение успешной операции снижаются практически до нуля. Но это без участия Рэма. Поэтому он был просто необходим нам.

Я не спешил возвращаться на мостик, обдумывая всё услышанное. Гилдарст с Проповедником решили играть по-крупному, не имея на руках практически ничего. Лишь старые корабли Первого Ударного. И в этом была их главная слабость. Эти корабли невозможно будет восстановить. А потери обязательно будут. Без этого не обойтись.

И единственный выход, который я здесь видел — захватить систему Серпа, в которой есть орбитальные верфи, где Сканнинг стоит и ремонтирует свои корабли.

— Или просто нужно построить верфи в этой системе. Я даже могу предложить несколько вариантов и предоставить все необходимые чертежи. Вот только без высокорангового Творца на их постройку уйдёт минимум сорок циклов. А за это время может произойти всё, что угодно. Включая и всё ещё не сформированное планетарное руководство Вериго, — сказала Гея, подкидывая мне ещё пищи для размышлений. — Но в любом случае сперва необходимо разобраться с угрозой Таймлина, а уже дальше действовать по ситуации.

— Так и поступим, — сказал я и двинулся на капитанский мостик.

Нам предстоит ещё очень много работы, и в первую очередь наладить хоть какой-нибудь контакт с Рэмом.

На удивление, налаживание контакта заняло совсем немного времени. Буквально пару тренировочных полётов — и никаких проблем с присутствием Сканнинга на мостике больше не возникало. А сам Рэм оказался отличным навигатором, умеющим использовать окружающее пространство с максимальной пользой.

Он прекрасно управлялся с системами «Рагнара», словно уже не раз летал на этом корабле. И как позже выяснилось, это было действительно так. Во флоте Сканнинга два щитоносца, подобных «Рагнару», и на одном из них Рэм провёл довольно много времени. Там он и научился системной навигации.

Даже Гея отметила, что парень действует весьма неплохо и вполне может заменить её в случае необходимости, но доверять ему нельзя в любом случае. И полагаться на то, что Вита сможет усмирить заражённого, если это понадобится. Чёрная валькирия всё ещё относится к юной королеве с неприязнью, и здесь я ничего не могу поделать.

Следующие два дня протекли в бесконечных тренировочных полётах, и мы всё же приняли участие в учениях, устроенных Марком. Вышло довольно неплохо. Наша мини-эскадра смогла разгромить превосходящие силы противника и даже почти не пострадать от применения по нам ультимативного оружия.

Всё же сражение в космосе идёт на огромных дистанциях, и увернуться от выпущенного снаряда времени вполне достаточно, если ты увидел его сразу после пуска или незадолго после этого. Поэтому одна из главных задач оружейников — сделать так, чтобы пуски были замечены противником как можно позже. Ну а когда корабли сближаются вплотную, там уже используется оружие ближнего боя, бьющее на сотни километров.

Так что одной из основных наших задач было подобраться к передовым кораблям флота Таймлина как можно ближе и только после этого открывать огонь. Подобраться, минуя все засады и наблюдательные пункты, которых вокруг Таймлина было предостаточно. Благодаря Рэму у нас теперь были данные, где находятся эти наблюдательные пункты, и даже имелись коды доступа к ним. А точнее, сам Рэм со встроенной программой-дешифратором и необходимыми ключами.

Коды доступа менялись каждые четыре часа, поэтому все корабли, прибывшие на подмогу Таймлину, были оснащены такими же дешифраторами, чтобы не перегружать системы управления. Вот и получается, что мы сможем избежать внимания всех систем раннего оповещения и вынырнем у противника прямо под носом, по которому обязательно вмажем со всего размаха.

Вынырнем примерно через шесть дней после начала движения. Придётся практически красться, но без этого никак. Только на небольших скоростях можно оставаться незамеченным так долго, как это только возможно.

Всё было продумано до мельчайших деталей. Вплоть до возможной встречи с астероидами и увеличения вражеского флота в несколько раз. Так что я с уверенностью могу сказать, что мы готовы. Насколько это вообще возможно.

Гея подтвердила нашу готовность, а позже и Марк. Как только это произошло, было принято решение выступать, но сперва провести ещё один брифинг в узком кругу. Только командование цитаделью и капитаны кораблей, участвующих в операции.

Уже через час после этого я находился в просторном зале для совещаний, где собрались чуть больше ста человек, включая операторов ультимативного оружия, Гилдарста и Проповедника. Последний поведёт основную часть нашего флота, которая вступит в сражение после активации кварковых бомб, и нанесёт удар сразу с нескольких направлений.

— Вы прекрасно знаете, что противник очень силён. У него больше кораблей, вспомогательных средств атаки и защиты. И защищаться всегда легче, чем нападать, — начал Гилдарст. — Но у заражённых нет ни одного та’ар-интеллекта. В то время как у нас сразу два, и один из них раньше управлял Первым Ударным Флотом. Управлял блестяще, чем сохранил жизни многим флотским, которые впоследствии обжили Вериго. А ещё у нас есть корабли, которые участвовали в том сражении и остались целы. Настоящие боевые корабли Первого Ударного, которые превосходят по всем параметрам корабли заражённых. И есть Армада, которую боится даже сам Ульф Сканнинг. Так что я уверен, противник будет разгромлен, и мы захватим Таймлин.

— Как вы уже знаете, Анджело Арано был убит. И теперь на планете установлено военное правительство, которое возглавляет Рэм Сканнинг — третий сын Ульфа, которого захватили Икар и Немезида, — взял слово Проповедник.

Взгляды присутствующих устремились на меня. Многие капитаны впервые слышали об этом, совершенно не интересуясь тем, что происходит на борту «Окинавы». Для них существовал только их корабль и задача, поставленная командованием.

— Нам удалось склонить Рэма к сотрудничеству. Благодаря этому подобраться к вражескому флоту будет намного проще. Все вы знаете, что необходимо причинить максимальный ущерб, но никто не станет возражать, если Вериго обзаведётся новыми кораблями. Для этого у большинства из вас есть абордажные команды. Только не забывайте ставить метки на корабли, которые вы хотите захватить. Они нужны, чтобы эти корабли не стали мишенью для других, — закончил Кинг.

— По последним данным основная масса флота противника сосредоточилась в двадцати тысячах километров от орбиты Таймлина, — Гилдарст вывел карту системы, приблизил Таймлин, отмечая места расположения вражеского флота. — Первым начнёт действовать соединение Икара. Как только они вступят в бой, мы отдадим приказ, и наша диверсионная группа примется за доставку подарка. После его распечатки наш основной флот должен будет заблокировать все пути отступления и добить подранков, а затем заняться и остальными. Никто не должен выбраться из нашего капкана.

Все прекрасно знали план, но всё равно очень внимательно слушали Гилдарста. Ошибок не должно быть. Для каждого из присутствующих это сражение станет первым настолько крупным и под общим руководством. До этого момента все они были одиночками.

— Когда с вражеским флотом будет покончено, занимаете защитные позиции и ждёте подкрепления. А дальше последует операция на планете. Многие из вас также будут в ней участвовать. Поэтому сильно не расслабляйтесь после победы. Выступаем через шесть часов. У вас ещё есть время побыть немного с близкими. Не упустите эту возможность.

Проповедник не стал договаривать, что для кого-то это будет последний раз. Ведь мы отправляемся на настоящую войну, а на ней не обходится без жертв с обеих сторон. Так просто не бывает.

Дальше — ещё несколько напутственных слов, и на этом брифинг закончился. Но меня попросили остаться.

— Как бы я ни хотел оставить всё как есть, но сил моих больше нет их удерживать. Так что принимай бойцов. Только тебе решать, позволишь им присоединиться к твоей абордажной команде или нет, — сказал Гилдарст и махнул рукой, после чего дверь распахнулась, и в зал вошли ребята из моего звена.

Мара, Гил, Андрэ и Даррел. Последний как-то ехидно ухмылялся, а Мара вся покраснела. И лишь Гил с Андрэ выглядели вполне нормально.

— Кэп, возьмёшь нас к себе на корабль в качестве абордажников? — спросил Гил, играя с мечом офицера.

Он точно не терял время зря и смог освоиться с новыми техниками. Впрочем, и остальные ребята из моего звена также стали сильнее.

— Похоже, у тебя намечаются большие проблемы на корабле. Смотри внимательнее, чтобы Мара и Белоснежка не выцарапали друг другу глаза, — как-то слишком радостно сообщила Гея.

Глава 5

— Сколько ещё мы должны торчать в этом захолустье? Даже на планету не спуститься и не развлечься там как следует. Ни одного подходящего для нас заведения, — с тоской в голосе произнёс капитан одного из дюжины истребителей-невидимок, расположенных вокруг Таймлина для раннего обнаружения противника.

Хотя никому и не было понятно, для чего всё это? Почему бы просто не заявиться к Вериго и не уничтожить всех, кто осмелился пойти против стаи? Обрушить на них всю мощь флота стаи и навсегда забыть об этой проблеме.

В защите не было никакого смысла. Часть флота стаи просто теряла здесь время. Корабли мятежников стояли возле планеты и даже не думали нападать. Да и кто в здравом уме осмелится напасть на противника, который превосходит тебя по всем параметрам? И это ещё до того, как прибыли корабли Ромула и Луциана — шесть тяжеловесов, которые в одиночку смогут разобраться со всеми кораблями Вериго.

— Столько, сколько понадобится. Мы вообще должны сказать спасибо мятежникам за отдых. Когда бы ещё ты вот так сидел в тишине столько времени, не рискуя быть уничтоженным в любое мгновение? Или тебе так нравилось на границе со стаей Варгана? — ответил капитану второй номер.

Смена должна была закончиться через два дня, тогда они смогут вернуться на планету и, чтобы ни говорил капитан, отлично там отдохнуть. Оттянуться так, что потом будут вспоминать это большую часть следующего дежурства.

— С этими ублюдками из Варгана действительно нельзя расслабляться. Пожалуй, ты прав. Здесь будет малость лучше. Да и платят…

Капитан прервался на полуслове и замер, глядя на информационную голопанель, куда выводилась информация со всех датчиков, раскиданных в их зоне ответственности. Они молчали. Судя по данным, ближайший космос был совершенно пуст, а флот Вериго оставался возле планеты и не предпринимал никаких действий.

Вот только на обзорных экранах капитан видел совсем другую картину. Камеры выводили изображение появившегося из ниоткуда огромного корабля, окружённого энергетическим защитным полем, которое проявлялось, когда мельчайшие частицы пыли попадали в него.

— Ты это тоже видишь? — спросил капитан у второго номера, который лихорадочно вводил команду за командой, проверяя исправность датчиков и формируя пакет данных для передачи командованию.

— Вижу, и похоже, что мы в полной заднице. Связь заблокирована.

— Правильно сказал, — послышался незнакомый голос. — Вы в полной заднице.

Одна из камер зафиксировала движение и через мгновение вывела на экраны изображение сразу четырёх владеющих, которые прекрасно себя чувствовали на корпусе их корабля. Броню одного из владеющих разведчики прекрасно знали — это точно был бывший командующий флотом, разместившимся возле Таймлина. Самый талантливый владеющий из нового поколения стаи. Третий Волчонок, которого объявили погибшим. Он приложил ладонь к корпусу истребителя, и через несколько мгновений контроль над кораблём перешёл к Рэму Сканнингу.

— Не делайте глупостей. Только в этом случае вы сможете вернуться в стаю, — произнёс бывший командующий, и разведчиков скрутило от сильнейших электрических разрядов, начавших пронизывать их корабль.

* * *

— Сколько ещё таких малюток нам предстоит вывести из строя? — спросила Белоснежка, стоя на броне корабля-невидимки, предназначенного для раннего обнаружения приближения противника. И совершенно не справившегося со своей задачей.

— Ещё минимум три поста. Сомневаюсь, что после моего исчезновения новый командующий решил усилить бдительность. Никто среди командования не считает флот Вериго серьёзной угрозой. Они вообще хотели не выставлять подобных постов. В том числе и я, но Ферн настоял. И как я сейчас понимаю, сделал это совершенно правильно.

— Получается, что мы не только поймали тебя, но и лишили флот противника единственного здравомыслящего руководителя? — поддела волчонка Немезида.

Впрочем, никто из команды не упускал подобной возможности, и здесь я ничего не могу поделать. Сам порой сдерживаюсь с большим трудом. Но нужно отдать должное Рэму — он пропускает все провокации мимо ушей. Вернее, делает вид, что всё обстоит именно так, и ему нет никакого дела до наших выпадов. Но все прекрасно ощущают его жажду крови, и это раззадоривает их ещё сильнее.

Мне даже пришлось собирать команду и делать им внушение. А с Немезидой мы и вовсе схлестнулись в дружеском поединке, в котором, на удивление, я оказался сильнее. Хотя и считал, что Белоснежка сделает меня без особых проблем. Но, как оказалось, ошибался. Гея в купе с инфополем обеспечили мне эту победу, даже несмотря на опыт Немезиды и её навыки.

Эта победа помогла мне немного смягчить отношение к Рэму, но до конца всё же не удалось избавить его от большинства насмешек и болезненных уколов по его самолюбию. Но я уверен, что если бы рядом не было Виты, то Сканнинг не сдержался бы ещё в первые минуты, как оказался на борту «Рагнара». Она успокаивала не только его, но и весь экипаж корабля. И, как оказалось, это просто незаменимая помощь, благодаря которой новички действуют без присущих им ошибок.

Это позволило нам действовать строго по плану и захватить первую ключевую точку. Ещё три таких точки — и будем приводить в жизнь основную часть плана. Дерзкие наскоки с максимальным ущербом для противника и молниеносным отступлением. Раздергаем оборону противника, и тогда он гарантированно бросит на нашу ликвидацию нужные нам соединения, открывая дорогу для диверсантов.

— Здесь закончили. Вита, позаботься, чтобы пленники не пришли в себя до тех пор, пока Таймлин не окажется в нашей власти. Рэм, Зида, возвращаемся.

Я первым активировал крылья и устремился к «Рагнару». На борту нас уже встречала абордажная команда, которая готова была вылететь в любое мгновение, если у нас возникнут какие-нибудь трудности. Но их не возникло, и парни Ллойда остались без работы. Хотя не только парни. Среди отобранных Ллойдом десантников были все ребята из моего звена. В том числе и Мара, чьё присутствие среди встречающих заставило меня напрячься. Но вроде всё обошлось, и они с Немезидой сделали вид, что не видят друг друга.

Понятия не имею, как у них это получается, но Гея оказалась права насчёт веселья, которое могут устроить девушки. Так и вышло. Шесть дней безделья на корабле очень сильно способствуют появлению нелепых ситуаций, в которые мне приходилось вмешиваться, чтобы они не переросли в серьёзную драку.

Пришлось разговаривать с каждой по отдельности и с обеими сразу, чтобы расставить все точки над «i». Правда, этим я едва не сделал ещё хуже. А Гея потом ходила и подтрунивала надо мной ещё очень долго. Не успокаивалась, пока я её не заблокировал.

И всё это было на фоне того, что я изучал полученные в пещере Древесной Матери пространственные маяки. Только изучал и ничего больше. Активировать подобный артефакт без уверенности, куда откроется портал, на борту корабля было настоящим самоубийством. А вот попытаться установить координаты, к которым привязаны маяки, было вполне возможно.

После первого контакта инфополе получило кое-какую информацию и начало работать с ней, постепенно раскрывая тайны цивилизации творцов. Тайны в том плане, что уже можно определить сектор галактики, куда будет открыт портал. До точных координат пока ещё далеко. Но я уверен, со временем у нас обязательно получится определить и их.

Ещё удалось определить, сколько энергии в каждом маяке и как долго она будет восстанавливаться после активации. Маяк, который открыл проход в резиденцию профессора Гамильтона, содержит в себе двадцать тысяч та’ар. Этого хватает на открытие портала и его поддержания в течение шести часов. После чего портал закрывается, и начинается процесс накопления энергии.

Скорее всего, есть способ, как быстро восполнить энергию, но мы его пока не нашли, как ни старались. Также не получится забрать из маяков частицы творения. Здесь просто не предусмотрено подробной функции, а при попытке сломать артефакт та’арцев частицы просто рассеются в окружающем пространстве.

Гораздо лучше дела обстоят с кимберлитовым защитным полем. С восстановлением этого артефакта я могу справиться и без помощи Харрингтона. Оказалось, что самым сложным в нём является поиск нужного количества кимберлита и его обработка. Три кристалла были уничтожены, так что теперь необходимо их восстановить, и тогда можно будет прятать под этой защитой самое ценное, не боясь, что его украдут.

Управлять защитой оказалось куда проще, чем могло показаться. Гея сказала, что уже сталкивалась раньше с подобными конструкциями, и ключ управления создаётся на последнем этапе активации. Что это за ключ, Гея не могла сказать — каждый раз должен получаться новый.

За этими занятиями я провёл практически всё время, пока мы летели к первому наблюдательному пункту Таймлина. Он оказался обезврежен, но продолжит отправлять сигналы о том, что всё спокойно. Рэм позаботился об этом.

Следующие два наблюдательных пункта также были обезврежены без всяких хлопот. Расстояние между ними было два часа полёта на средней скорости.

А вот третий уже расположен вплотную к основному флоту противника — всего в каких-то двадцати минутах полёта. И чтобы подобраться к нему, нам пришлось плестись ещё тише, практически полностью заглушив реакторы кораблей и отключив любую связь, даже внутрикорабельную. Был риск, что нас могут заметить на финальной стадии.

Поэтому, когда ноги коснулись брони разведчика, все выдохнули с облегчением. Вита показала, что всё отлично. Немезида, как всегда, промолчала, а вот Рэм меня удивил.

Волчонок создал огромный меч, который пронзил разведчик насквозь, вместо того чтобы поступить с ним, как с остальными.

— Нас раскрыли! Готовьтесь к бою! — выкрикнул Рэм за мгновение до того, как со всех сторон полетели сети из звёздной стали, какие-то разряды и ещё бог знает что.

Но мы начали действовать гораздо раньше. С моих рук сорвались та’ар-импульсы, уничтожая сети. Вита создала ледяную стену и установила энергетический щит, прикрыв нас всех. А Немезида использовала технику, которой она сражалась с Хирояки.

Из разведчика, который мы должны были захватить, вылетели десятки небольших дронов, которые открыли по нам огонь, а сейчас они разлетались на части от столкновения с невидимым клинком Белоснежки. Один только Рэм стоял и ничего не делал, считая, что предупреждения вполне достаточно.

Всё закончилось так же быстро, как и началось. Дроны были уничтожены за несколько секунд, а их атаки не причинили нам никакого вреда.

— Раз активировался этот протокол безопасности, то командование уже знает о нас, — констатировал волчонок. — Смысла красться больше нет.

— Срочно возвращаемся на корабль, — сказала я, а потом Гея сообщила, что по нам открыли огонь. Почти три десятка торпед достигнут «Рагнара» на шесть секунд раньше, чем мы вернёмся. — Отставить возвращение. Вита, бери Рэма и защищай его. Немезида, ты со мной. Отлетаем в эту точку и ждём, когда нас заберут. Марк, бери пока командование на себя. Максимум энергии в щиты. Выпускайте противоракеты и применяйте все необходимые манёвры.

Гея уже отправила все необходимые распоряжения и нарисовала для нас векторы полёта, которые гарантируют, что мы не встретимся с «приветственными подарками» заражённых. Но пока этого слишком мало. Пусть нас и заметили раньше намеченного срока, теперь уже ничего не поделаешь. Нужно привлечь как можно больше кораблей противника. И в нужный момент отдать сигнал диверсионной группе.

Первые торпеды прилетели через шесть минут, разминувшись с нами практически вплотную. Пролетев буквально в сотне метров. После чего по ним начали работать наши противоторпеды и перехватчики с «Ивара». В итоге ни одна торпеда не достигла щита «Рагнара», что явно заставило вражеских капитанов удивиться.

Ведь во флоте Вериго не должно быть кораблей, которые способны отбиться сразу от трёх десятков торпед, выпущенных с такого расстояния. Рэм нам рассказал, что заражённые реально думают, что у нас в наличии имеются только атмосферные истребители, которые толком ничего не могут в космосе, и наспех переоборудованные грузовые баржи. А четыре сотни циклов планета держалась исключительно благодаря «Окинаве» и её вооружению.

Первая атака была отбита без проблем, и уже через пятнадцать минут я находился на капитанском мостике, выслушивая доклады Марка и Геи.

Та’ар-интеллекты успели собрать и обработать всю имеющуюся информацию, при этом скорректировав наш первоначальный план. Команды всех кораблей были готовы и ждали момента, чтобы показать себя. Но пока мы просто летели вперёд и не отвечали на атаки противника, только защищались и уничтожали снаряды, которые нам реально угрожали.

Вообще, раньше я не мог подумать, что сражения космических кораблей настолько сильно отличаются от любых наземных. Здесь всё происходило невероятно медленно: перестрелки на огромных расстояниях, обмен торпедами и ракетами задолго до того, как корабли смогут выйти на дистанцию огневого поражения. Выпуск множества противоторпед, противоракет, обманок и разных установщиков помех, которые впоследствии летят рядом с кораблём до тех пор, пока их не уничтожат или не вернут на борт.

У нас сейчас всё было несколько иначе, и большинство из этих мер не использовались. На вражеских радарах мы выглядели как один корабль — большой и неповоротливый, который был отличной мишенью для дальнобойного оружия заражённых. И мы вполне успешно справлялись с тем, чтобы опустошать оружейные склады противника.

Ближайшим к нам соединением оказалась группа из восьми средних кораблей, по классификации Федерации относящихся к корветам. Они находились друг от друга на минимально возможной дистанции и готовились открыть огонь из энергетических пушек — довольно мощных, чтобы одним залпом разобраться с крупным кораблём. Вот только наши щиты им не позволили этого.

А после первого вражеского залпа мы разделились, проведя очень сложный манёвр, прошедший без сучка и задоринки. Всё вышло в точности как на тренировках. Противник даже не успел понять, что происходит, как был окружён и в течение сорока минут полностью уничтожен.

Мы и не предполагали, что у нас выйдет так легко разобраться с первым серьёзным препятствием. Впрочем, противник также не предполагал этого и поэтому впал в ступор, не успев ответить до того момента, как мы вновь собрались и исчезли с их радаров, чтобы вскоре вынырнуть уже в другом месте и нанести ещё один болезненный удар.

Только после этого диверсионная группа получила сигнал, а мы продолжили выполнять свою часть, позволяя подходить основным силам Вериго. Так продолжалось следующие шестнадцать часов, за которые мы смогли уничтожить ещё двенадцать лёгких кораблей и даже подбить одного тяжеловеса.

Уж не знаю, почему он оказался здесь, но решил, что сможет разобраться с наглыми выскочками, и словил от беспилотников Марка несколько точных попаданий по критическим узлам, после чего начал срочно отступать, отстреливаясь от нас всеми возможными способами. Добивать его было нельзя — все тяжёлые корабли должны были стать нашей добычей и впоследствии присоединиться к флоту Вериго.

— Икар, у нас всё готово, — ещё через три часа вышел на связь Проповедник, а это могло означать только одно — диверсионный отряд выполнил свою задачу. Насколько удачно, мы пока не могли проверить, только перейти в полноценное наступление. И вот только здесь я узнал, что такое настоящее космическое сражение.

Глава 6

— Мы до последнего не хотели думать, что кто-то из стаи может предать. А это оказался тот, на кого отец возлагал больше всего надежд. Что же, придётся доказать, что он ошибся, когда дал тебе столько свободы. И вот к чему это привело, — произнёс старший брат Рэма и, не дожидаясь ответа, обернулся волком.

Практически таким же белоснежным, как и Рэм, только одна лапа была покрыта тёмными пятнами, словно он наступил в грязь. Да и размерами этот волк заметно уступал младшему. Вот только он был не один. Рядом с ним появился ещё один волк — на этот раз полностью чёрный. Полная противоположность Рэму, хотя снова меньше его размерами.

Луциан и Ромул Сканнинги — старшие братья Рэма, примчались в систему Двойного Серпа, чтобы лично разобраться с возникшей проблемой. Точнее, убедиться, что их самый серьёзный соперник за власть в стае больше никогда в неё не вернётся. Смыть позор с имени отца и показать всем, что стая сильна как никогда.

По крайней мере, именно так они думали, когда в спешке бросились к Таймлину, прихватив свои личные корабли — «Правый» и «Левый Клык», лёгкие эсминцы, которые должны были стать отличным подспорьем для флота Вериго. При этом Сканнинги не посчитали нужным поставить в известность никого из флотоводцев стаи, чем оказали нам колоссальную услугу.

Взрыв кварковой бомбы оказался куда более эффективным, чем мы предполагали. И всё из-за того, что корабли заражённых располагались гораздо ближе друг к другу. В радиусе сорока тысяч километров от эпицентра взрыва вышла из строя вся техника. А в радиусе десяти тысяч километров она была уничтожена, включая личный корабль Луциана. Правда, сам он в этот момент находился в гостях у брата и смог уцелеть. Да и корабль Ромула не попал под удар — отделался лишь лёгкими повреждениями. Но в итоге мы всё равно смогли его захватить, пусть и с очень серьёзными потерями, включая три корабля из моего отряда, что уменьшило нашу боевую мощь наполовину. Но сейчас это уже не важно.

Больше недели мы сражались и смогли одержать победу. Марк и Гея работали на пределе, управляя всеми силами Вериго, охватив поле боя, растянувшееся почти на двести сорок тысяч километров. И вот мы на борту корабля Ромула, пришли за братьями нашего волчонка.

Ульф Сканнинг не сможет проигнорировать захват сразу всех его наследников и будет вынужден бросить все силы на их освобождение либо уничтожение. Здесь никто не мог знать, как поступит заражённый, сумевший подняться на пятый порядок. Но в любом случае он будет действовать импульсивно и совершать ошибки, которыми мы обязательно воспользуемся.

Осталось только захватить Ромула и Луциана, но эту обязанность на себя взял Рэм, заявив, что только он достоин сражаться со старшими волчатами Ульфа Сканнинга. Никто против этого не возражал, и вот сейчас, на уже захваченном «Левом Клыке», принадлежавшем Ромулу, он занимался этим.

Экипаж здесь был минимален — практически одни слуги, но всё равно проблем с захватом было достаточно. Моя абордажная команда потеряла восемь человек, включая Даррела.

— Если победите Рэма, то даю слово, что отпущу вас, — выкрикнул я перед тем, как младший обратился волком.

Это была его просьба, которую я посчитал вполне приемлемой. А ещё запретил кому-либо вмешиваться в поединок братьев.

Хоть Рэм и трансформировался позже братьев, но напал на них первым. Белая молния метнулась вперёд, снося всё на своём пути, и остановилась, сцепившись с чернотой. В это время Ромул стоял в стороне и собирал вокруг себя Та’ар.

Все дети Сканнинга находились на третьем порядке, только их навыки очень сильно отличались, и степень их развития кардинально разнилась. С первых секунд боя было понятно, что Рэм в боевом плане намного превосходит братьев, а вот в тактике и стратегии он им сильно уступал. И поэтому первый яростный натиск закончился болезненным ударом от самого маленького волка — невероятно точным и сильным, заставившим Рэма заскулить и спешно отступить, прихрамывая сразу на две лапы.

Пока Луциан сдерживал младшего, Ромул воспользовался техникой прямо в волчьем обличье. Хотя я думал, что после трансформации они не способны на это. По крайней мере, тот же Рэм точно так не мог. В противном случае наше с ним сражение могло закончиться совершенно иначе.

Рычание заполняло собой покои Ромула, в которых мы сейчас находились. Огромная, роскошно обставленная каюта, из которой и командовал старший волчонок, сейчас была окружена защитным полем Виты. Так что эта драка не сможет повредить корабль, который в скором времени станет частью флота Вериго. Как и ещё восемь кораблей, которые удалось захватить без особых повреждений. А также дюжина подлежащих восстановлению. Все остальные либо были уничтожены, либо слишком повреждены, и на их восстановление уйдёт слишком много ресурсов. Там уже проще будет построить новый корабль. И пока нам этого делать негде. Только после того, как разберёмся с оставшимся флотом Сканнинга.

Все три волка зарычали, нанеся довольно серьёзные ментальные удары, на которые отреагировала моя защита, и в этом поединке явно выиграл Рэм. Его братья попятились, прижав уши к голове. Но сделали всего пару шагов, после чего вновь бросились в бой. Они рассчитывали на то, что смогут справиться с раненым Рэмом.

Звери сцепились в один клубок, из которого первым вывалился окровавленный Луциан и не смог подняться на лапы, а вскоре и вовсе превратился обратно в человека. В одиночку Ромул ничего не мог противопоставить даже раненому Рэму. Зубы последнего сомкнулись на глотке брата, на этом их поединок и закончился.

— Вита, не позволяй Рэму убивать, — сказал я, врубая ускорение, чтобы оказаться рядом с Луцианом и вырубить его, предварительно обработав Та’ар-импульсом.

Немезида отстала от меня на пару мгновений и долбанула по старшему Сканнингу разрядом, от которого тряхнуло даже меня. Это гарантированно вырубит даже владеющего третьего порядка и даст нам время позаботиться о том, чтобы он был обезврежен как следует. А Вита оказалась на загривке окровавленного Рэма и положила руки ему на голову. Его пасть открылась, отпустив тело среднего из сыновей Ульфа Сканнинга.

— Слабаки. Они никогда не умели драться, — произнёс Рэм, уже превратившийся обратно в человека.

Он и сам был изрядно потрёпан, но эйфория от победы над братьями держала его на ногах. Чувствую, что после возвращения на Рагнар Аелла устроит мне весёлую жизнь. Ведь младший из волчат Сканнинга был на особом положении. После свержения Ульфа он должен стать следующим вожаком стаи.

— Слабаки не слабаки, но тебя потрепали знатно. Вита, бери всех Сканнингов и возвращайтесь на Рагнар. Я вернусь, когда разберусь с управлением этого корабля.

— И это будет не легко, — заявила чёрная валькирия, которая сидела рядом в мягком кресле и с попкорном в руках. Она появилась сразу же, как встретились братья, и явно не была разочарована зрелищем.

Вита кивнула и, прихватив Ромула и Луциана, двинулась в сторону дыры в корабле, которую проделали наши аборжники, и где находился десантный шаттл. А мы с Немезидой направились на капитанский мостик. Ромул мог управлять кораблём, находясь в своих покоях. Нам этот способ пока был недоступен. А взламывать системы корабля проще всего именно с мостика.

Флагман Ромула не сильно отличался от старых эсминцев заражённых, хотя был построен на верфях Сканнинга, поэтому у Геи имелись все необходимые схемы, и поиски мостика не заняли много времени. Ллойд уже позаботился об экипаже, и мы никого не встретили по пути. А когда оказались в нужном месте, и Гея принялась за дело, решил поговорить с Белоснежной без лишних ушей.

— Флот Таймлина разгромлен. Мы выполнили поставленную задачу. Что будешь делать дальше? Вернёшься на Харон?

— Возможно, — пожала плечами Зида. — Я ещё не решила, что буду делать дальше. Кэп отпустил, оставив за мной возможность вернуться в любой момент. Пока меня нет, Бринер займёт место старпома.

— А у меня и нет никого, кем можно будет тебя заменить, — с сожалением произнёс я и подошёл ближе к Белоснежке, заглядывая в её удивительные ледяные глаза.

Она не отшатнулась и не попыталась меня остановить. Но и никак не дала знать, что могу двигаться дальше, поэтому я остановился перед чертой, после которой уже не будет пути назад.

— Как нет? А как же бойцы из твоего звена в Закатном? Из Гила выйдет отличный старпом. Уверена, что Стальной отпустит сына с тобой. А если и не отпустит, то ещё есть Мара. Вроде у вас с ней особые отношения. Так что ты точно сможешь найти мне замену.

Ещё одна причина, по которой я решил начать этот разговор именно сейчас, было то, что Гея занималась захватом корабля и гарантированно не будет лезть. Вот только я буквально затылком ощутил её пристальный взгляд и услышал хруст попкорна за спиной. Очень хотелось повернуться, но не стал этого делать и разрывать зрительный контакт с Немезидой.

— Найти тебе замену я не смогу, как бы странно это ни звучало. А с Марой у нас нет никаких особых отношений. Раньше были. До того момента, как я попал на Окинаву, — отрицать это не было никакого смысла. — А потом я и вовсе встретил тебя.

— И что это изменило? — ледяное дыхание Немезиды обожгло мои губы, и я даже не понял, как оказался так близко от них.

— Всё, — только и смог прошептать я, прежде чем поцеловать Белоснежку.

И плевать, что в меня словно ворвалась ледяная буря, которая попыталась заморозить всё на своём пути. Плевать, что нас мог увидеть кто-нибудь ещё, кроме Геи. В этот момент мне было плевать абсолютно на всё. Впрочем, я оказался не один. В какой-то момент у меня под руками оказалась не броня из звёздной стали, а тёплое, отзывчивое и податливое женское тело, которое просто сводило меня с ума.

* * *

— Я, конечно, заблокировала двери на мостик, отключила все камеры и даже отклонила уже порядка десятка вызовов, но если так дальше продолжится, то сюда пришлют новую абордажную команду, чтобы вскрыть двери и посмотреть, что с вами произошло, — произнесла Гея, когда я с огромным трудом смог оторваться от Белоснежки.

Судя по времени, прошло уже больше двух часов, а по ощущениям — всего несколько минут. Тело владеющего третьего порядка не знало усталости, и мы могли бы зависнуть здесь недолго.

— А ещё Марк мне передал, что с Таймлина было отправлено несколько сообщений в систему Серпа, которые смогли прорваться через нашу блокаду. Даже не представляю, сколько энергии они на это потратили. Но командование Сканнинга уже знает, что их флот у Таймлина разгромлен, а все наследники вожака либо захвачены в плен, либо мертвы. Так что вскоре стоит ждать карателей, и необходимо подготовиться к этому времени.

Хоть Немезида и не могла слышать Гею, но она также всё прекрасно понимала. Через десять минут мы уже привели себя в порядок и вышли на связь. Гея как раз заканчивала взламывать системы корабля, а флот Вериго зачищал захваченные корабли.

Проповедник хотел встретиться, чтобы обсудить дальнейшие действия: возвращаться на Окинаву или продолжать наш крестовый поход и сразу разобраться ещё и с Таймлином. Это он озвучил сразу, как я вышел на связь, не став расспрашивать, почему не сделал этого раньше.

Потери оказались куда существеннее, чем я предполагал. И всё из-за яростного сопротивления бойцов Сканнинга, которые вгрызались в каждую перегородку и не давали продвигаться нашим абордажникам.

А вот бойцы флота Таймлина сдавались практически сразу, как только мы высаживались на их кораблях. Флотоводцы бывшего императора были так сильно уверены в непобедимости своих кораблей, что не посчитали нужным разместить на них противоабордажные команды. И захватывать корабли противника они также не собирались. Им не нужна была подобная рухлядь, как они считали.

На Рагнар мы вернулись ещё через пару часов. Гея полностью установила контроль над кораблём Ромула и запрограммировала его на автоматическое перемещение к Окинаве. Сразу поставить его на боевое дежурство не выйдет, сперва необходимо подготовить экипаж и устранить повреждения, которых было совсем мало, но всё же были.

Впрочем, и все наши корабли не обошлись без повреждений, но на них имелись команды, и не предвиделось боевых действий в ближайшем времени. А вот всю трофейную технику отправляли к Окинаве. Там уже развернулась инженерная служба Соло и прибыла подмога из Нью-Вегаса. А когда мы вернёмся, будет встреча с Терезой Маккинли в её новом теле. У нас получилось. Созданное мной туло выдержало мощь изменённой сущности. Подробности узнаю, когда встретимся, а пока нужно разбираться с Таймлином.

Провести совещание было решено на борту Рагнара, так как шитоносец оказался единственным кораблём, не получившим никаких повреждений. Именно благодаря повышенной мощности щитов и непосредственному управлению старшего Та’ар-интеллекта.

Прибыл только один Проповедник, а остальные члены нашего совещания будут присутствовать удалённо. Теперь уже можно снимать запрет на связь со стороны Окинавы. Ну и капитаны других кораблей будут смотреть нас в прямом эфире и узнают всё непосредственно после принятия решений. Кинг также мог оставаться на своём корабле, но он хотел встретиться со мной и поговорить с глазу на глаз, без камер и всего прочего. Поэтому перед началом совещания мы взяли небольшую паузу для разговора.

— Честно говоря, я уже знаю, что скажут другие члены совета, включая Гилдарста, — начал Проповедник. — Они против продолжения операции и считают, что нам необходимо вернуться на Вериго и зализать раны. Восполнить потери, позволить владеющим стать сильнее и только после этого начинать штурмовать Таймлин. Вот только я считаю, что при таком раскладе Таймлин умоется нашей кровью. У них будет много времени, чтобы подготовить для нас жаркую встречу. А сейчас всё на нашей стороне. Захватить ключевые точки обороны планеты — и она будет нашей. Мои люди на планете уже всё подготовили. Две дюжины отрядов владеющих, и мы сможем атаковать все нужные точки. Я даже уже подготовил отряды и распределил бойцов. — Кинг скинул мне подготовленный план и продолжил: — После смерти Арано наместником Таймлина стал Рэм Сканнинг. И сейчас в императорском дворце управляют люди Рэма. Элитный отряд владеющих, натасканный на противодействие владеющим высоких порядков. Это самое серьёзное препятствие. Справимся с ним — и дальше будет в разы легче.

Проповедник замолчал, давая мне время переварить всё услышанное. И в принципе я не услышал в его планах чего-то такого непреодолимого. С чего вообще членам совета считать, что флоту необходимо возвращаться, чтобы восстановиться?

Мы уже практически одной ногой находимся на пороге, осталось сделать шаг и забрать себе планету. Обычные жители Таймлина даже не заметят никаких изменений. Просто произойдёт смена власти. Но всё же что-то мне не давало покоя.

— Возможно, то, что даже сам Проповедник не знает, что происходит в реальности в императорском дворце, — заговорила Гея. — Наверняка он рассчитывает, что Рэм сможет договориться с людьми, которые раньше работали на него. Только я сильно в этом сомневаюсь после того, как мы увидели, насколько яростно сражаются бойцы стаи. И каждый, кто видел Рэма, называл его предателем. Так что его люди здесь не будут исключением. А ещё появление в системе Ромула и Луциана. Они также могли отправить на планету своих людей, и их силы нам неизвестны. Так что, возможно, нужно прислушаться к совету и действительно дать людям восстановиться, прежде чем нападать на Таймлин? У них сейчас нет флота. Достаточно будет установить блокаду вокруг планеты, чтобы ни один корабль не поднялся с поверхности, а как всё будет готово, вернуться и ударить свежими силами.

Вот только совершенно непонятно было, сколько займёт наше восстановление и усиление. За это время вполне может прибыть флот Сканнинга и разнести нашу блокаду. Успеем ли мы среагировать достаточно быстро, чтобы развернуть флот и бросить его в атаку?

А вот если флот заражённых прилетит, когда планета уже будет находиться в наших руках, то это совсем другой разговор. Они точно не будут ожидать удара Армады с Таймлина, пусть и будут знать, что он находится под нашим контролем.

Сейчас у нас имеется шесть носителей, которые за ненадобностью не участвовали в разгроме флота Таймлина. Слишком удачным оказался взрыв кварковой бомбы.

Кинг продолжал смотреть на меня в ожидании ответа. И я его ему обязательно дам. Только сперва необходимо выслушать, что скажут остальные члены совета.

— Я поддержу тебя, если доводы Гилдарста и остальных покажутся мне неубедительными, — наконец произнёс я, чем озадачил Кинга. Он явно рассчитывал на другой ответ. — А теперь на мостик, Гея уже всё подготовила. И даже пригласила Рэма. Он расскажет нам о силах, что находятся на Таймлине.

Глава 7

— Для начала я хочу, чтобы убрали всех посторонних, — заявила Маккинли, стоило нам с Кингом появиться на мостике.

Здесь уже находились Вита, Немезида и Рэм. И я считаю, что все они имели право присутствовать на совещании, на котором будет решаться дальнейшая судьба Таймлина. Вернее, его захвата — сейчас или после того, как мы соберём больше сил.

— Здесь нет посторонних. Все эти люди должны слышать, о чём мы будем говорить и к каким выводам сможем прийти.

Рядом появилась Гея и подтвердила мои слова. Если мои слова и могли не принять всерьёз, то к старшему та’ар-интеллекту просто обязаны прислушаться. Но, к моему удивлению, на этот раз всё вышло совершенно иначе.

— Опасность утечки информации сейчас слишком высока, и мы не можем позволить себе так рисковать. Немезида и Рэм Сканнинг должны покинуть мостик твоего корабля, — сказал Гилдарст, и с этим были согласны практически все, кого пригласили на совет.

— Я считаю, что они имеют полное право быть здесь, — встал рядом со мной Проповедник. — Рэм — единственный, кто может дать нам достоверную информацию о силах стаи Сканнинга, находящихся на Таймлине, а Немезида — старпом Рагнара и один из сильнейших владеющих Вериго. Она должна знать, с чем придётся столкнуться на планете.

— Кто сказал, что мы вообще сунемся на поверхность Таймлина? — вновь заговорила Маккинли.

Похоже, что они с Гилдарстом договорились работать сообща, а вот остальные члены совета молчали. Как и другие капитаны.

— Именно для того, чтобы решить, как поступим, мы собрались, — не собираясь вестись на провокацию, спокойно ответил Кинг. — Мою позицию вы уже знаете. Но для всех остальных я её повторю. Считаю, что сейчас — идеальный момент для того, чтобы высадить десант на Таймлин и захватить все ключевые точки. После того как это произойдёт, планетарное правительство будет вынуждено согласиться на все наши условия. Тем самым мы сможем избежать длительной войны и сохранить тысячи жизней.

— Рискнув нашими сильнейшими владеющими? Погибнут они — и Вериго останется беззащитной. Не забывайте, что нам ещё предстоит столкнуться с Ульфом Сканнингом. И я по-прежнему настаиваю на том, чтобы Рэм и Немезида покинули совещание, — ответил Гилдарст, после чего связь прервалась.

— Пускай немного понервничают, — сказала Гея. — Не ожидала, что Гилдарст будет так осторожничать. С Маккинли всё понятно. Она слишком осторожна буквально во всём и экономит ресурсы, словно они последние во вселенной. А мнение остальных и вовсе не стоит принимать в расчёт. Они будут только наблюдать и потом присоединятся к тем, кто сможет перетянуть одеяло на свою сторону. Так что сейчас у нас получается игра два на два: ты и Проповедник против Гилдарста и Маккинли.

— И только мой голос может стать решающим, — напомнила о себе Вита.

Правда, я был с ней не согласен. Это на Окинаве она имела равные права с членами совета, а вот к ещё не сформировавшемуся планетарному правительству не имела никакого отношения.

Да, сильная владеющая, обладающая выдающимися ментальными способностями. Но на этом всё. У Виты даже не было ещё колонии, и когда появится — неизвестно. Так что она была одна, а каждый из совета представлял сильную фракцию. Если так посудить, то даже я принадлежал к фракции Гилдарста, хоть и имел право голоса в совете.

К мнению Виты станут прислушиваться в вопросах, касающихся Окинавы, но на этом всё. Чтобы реально иметь какой-то вес в будущем планетарном правительстве, ей нужно будет представлять всех висперов Вериго. Это реальная сила, с которой будут считаться абсолютно все. А пока получается, что она не может ни на что влиять.

А судя по хмурым лицам Проповедника, Немезиды и Геи, они считали так же. Рэм был плохо осведомлён в перипетиях власти на Вериго, но уверен, что он пришёл бы к таким же выводам, что и я.

— Посмотрим, но, боюсь, что твой голос вообще ни на что не повлияет, — как можно тактичнее ответил я Вите. На что она лишь пожала плечами.

Было прекрасно видно, что юной королеве в принципе плевать на то, что происходит между нами. Её попросили присмотреть за Рэмом и наверняка предложили за это достойную плату.

— Они пытаются связаться с нами каждую секунду. Я уже устала отклонять запросы. Но пока ещё слишком рано. Я тут ещё немного поиграла с данными, и все наши разведчики сейчас видят, как Рагнар направляется в сторону Таймлина. Думаю, что это будет отличной демонстрацией серьёзности наших намерений. А пока мы ждём, Рэм, расскажи нам, с чем предстоит столкнуться на Таймлине? Нас интересуют силы стаи. Всё равно сильнейших владеющих Таймлина вы забираете себе. Они не смогут нас удивить каким-нибудь неизвестным подразделением, состоящим из сильных бойцов.

В принципе, всё оказалось именно так, как предполагала Гея. Реальную боевую силу представляли только отряды стаи. Было их на планете довольно много.

Сканнинг и на Вериго забирал себе самых сильных владеющих, хоть и не имел там абсолютной власти, а Таймлин и вовсе обдирал под чистую. Правда, с одной оговоркой: практически все владеющие, которых он принимал в стаю, оставались на планете. К себе он призывал только самых перспективных, способных достигнуть третьего порядка. И то оставлял их первое время на планете для совершенствования.

Сильнейшим был отряд, который занимался охраной Рэма. Он располагался в императорском дворце и, по сути, управлял Таймлином с того момента, как третий волчонок решил отправиться в разведывательную миссию, с которой не вернулся. Помимо Ферна и самого Рэма, в этом отряде был ещё один владеющий третьего порядка — выходец с Таймлина, второй наставник Рэма. Именно он и возглавил временное правительство.

Всего в этом отряде было девять владеющих. Все — ветераны, прошедшие через сотни смертельных сражений и до мозга костей преданные стае. Рэм не питал никаких иллюзий по поводу того, что ему удастся перетащить хоть кого-нибудь из них на свою сторону.

Как он сказал, мозгоправы стаи знают своё дело, и каждому бойцу прививают фанатичную преданность вожаку. Он становится для них всем. Божеством, которое неприкосновенно и может требовать от них всё, что угодно. Они с радостью вырвут себе глотку, если об этом попросит вожак. Убьют своих родителей, детей и так далее.

Правда, это не касается членов стаи, сумевших подняться на третий порядок. Отсюда можно сделать вывод, что не такие уж и страшные эти мозгоправы, и среди них нет никого выше второго порядка.

Сейчас бы как нельзя кстати оказался прибор Хана Соло, который снимает ментальное воздействие. Возможно, с его помощью нам удалось бы перетащить на свою сторону сильных владеющих. Рэм мог бы попытаться их уговорить.

— Ты сможешь сломать эти блоки? — спросил я у Виты.

— Не узнаю, пока не попробую. Но в любом случае я бы сильно не рассчитывала на это. Пока я не могу слишком сильно расходовать силы. Нам необходимо исходить из того, что придётся убивать всех. А это несколько сотен сильных, опытных владеющих, способных доставить нам очень много хлопот. Возможно, Гилдарст и Маккинли действительно правы и нам стоит взять время на подготовку, а не бросаться в бой сломя голову.

— А ты потом будешь готова выступить по первому требованию Гилдарста? — спросила Гея, и сразу стало понятно, что если мы решим атаковать Таймлин позже, то рискуем остаться без поддержки одной из наших сильнейших боевых единиц.

И здесь я не собираюсь что-то вменять Вите, она в своём праве отказать. Создание колонии для неё стоит на первом месте. Достаточно и того, что она согласилась выступить вместе с нами, чтобы контролировать Рэма. И уже потеряла минимум две недели.

— Скорее всего, потом я уже не выйду из гнезда очень долго, — ответила Вита, хотя все уже прекрасно понимали это.

— Вот и ещё одно подтверждение того, что захватывать Таймлин необходимо сейчас. Уверена, что и свободные капитаны думают так же? — Гея посмотрела на Проповедника, и тот кивнул. — Можно считать, что у нас имеется примерно две трети сил, необходимых для захвата ключевых точек. В принципе, можно уже работать и с этим, но я бы предпочла нанести одновременный удар сразу везде. Это минимизирует потери и позволит сэкономить кучу времени.

Гея замолчала и удивлённо уставилась на меня. Даже открыла рот, но не успела ничего произнести, как рядом стала формироваться ещё одна фигура. Очертания были мне знакомы, но этого просто не могло быть.

— Икар, мне нужна твоя помощь. Похоже, что активация маяка послужила спусковым механизмом, и ко мне в гости заявилось существо, которое собирается забрать себе всё, что я хотел передать человечеству, — раздался голос профессора Гамильтона, а через мгновение его проекцию пронзили сразу несколько атак.

Вита, Немезида, Проповедник и даже Рэм решили разобраться с угрозой радикальным способом, но лишь устроили кавардак в рубке, уничтожив часть оборудования.

— Остановитесь, — раньше меня отреагировала Вита. — Это…

— Профессор Гамильтон, — медленно произнёс Проповедник. Кроме меня, он единственный знал, как выглядит сильнейший владеющий человечества. — Но как?

— Сейчас это не важно, — отмахнулся от него профессор. — Я всего лишь проекция некогда великого разума, и сейчас мне грозит уничтожение. Икар, ты должен вернуться в резиденцию и устранить угрозу. Ты единственный, к кому я могу обратиться. Единственный творец, способный принять мои техники и дать отпор та’арцу, появившемуся у меня.

После этих слов наследие оживилось. Хран начал нагреваться и вибрировать. Проявились храны с пространственными маяками, и через мгновение вылез нужный. Вот только я всё равно не смогу его активировать. Энергия ещё не восстановилась. Для этого ещё минимум две недели.

Но наследие считало иначе, и я с удивлением заметил, как стремительно восполняется Та’ар в маяке. Похоже, наследие во что бы то ни стало хотело встретиться с настоящим та’арцем. Если это действительно один из представителей цивилизации творцов, которая исчезла за сотни тысяч лет до появления человечества.

— В общем, я сейчас отправляюсь в резиденцию профессора Гамильтона. Ту самую, откуда человечество узнало о существовании частиц творения и научилось пользоваться ими. Я не имею права просить кого-то из вас пойти со мной…

— Я пойду! — практически в один голос заявили все, кто сейчас находился на мостике, включая Рэма.

О сильнейшем владеющем человечества прекрасно знали даже заражённые. Пусть он и был их врагом, но они уважали его. И сейчас появилась возможность побывать в месте, откуда вообще началось знакомство с частицами творения.

— Кто-то должен остаться и поговорить с советом. Иначе они решат, что с нами действительно случилось что-то серьёзное, и пришлют сюда корабли. Конечно, я передам Марку необходимую информацию, но даже треть её нельзя рассказывать всем. Особенно о том, что у Икара есть пространственный маяк, открывающий проход в резиденцию Гамильтона. И тем, кто останется, должен стать Лютер Кинг. Думаю, что все со мной согласны.

Гея обвела нас взглядом, и даже Проповедник разочарованно кивнул. Он понимал, что Гея права, и принимал тот факт, что должен будет остаться, чтобы взять на себя все вопросы с Гилдарстом и Маккинли.

— Напомни им, что вскоре у нас появится ещё один козырь против Ульфа Сканнинга. Когда Гефест закончит очищение организма отца от яда заражённых, Вита и другие королевы висперов вернут его разум. Я уверен, что у нас достаточно сил, чтобы сдержать отца Рэма достаточно долго. Даже если он откопает где-нибудь технику линкора. Портал будет держаться открытым всего несколько часов. Если мы не вернёмся за это время, то ждите через три недели. Если не сможем зарядить маяк раньше. А теперь нам нужно в более просторное помещение.

Ближе всего к мостику оказалась мастерская по обслуживанию генераторов защитного поля. Здесь было достаточно пространства, особенно после того, как Вита и Рэм расчистили центр помещения, разбросав оборудование по сторонам.

К этому моменту наследие завершило зарядку маяка, и можно было приступать к активации. Но прежде чем сделать это, я обратился к проекции профессора, которая всё время находилась рядом и торопила нас:

— Прежде чем активировать портал, мы должны знать, с чем предстоит столкнуться. Шагать в неизвестность слишком глупо. Почему вы решили, что это та’арец? Нам необходимо понимать его способности и всё, что может оказаться полезным.

Гамильтон подошёл к чёрной валькирии и положил ладонь ей на голову. Я даже не подозревал, что проекции способны на подобное взаимодействие.

Через несколько секунд в моём сознании начали возникать образы и воспоминания Гамильтона о существе, появившемся в его резиденции. Это было завораживающее и пугающее создание, нарушающее все известные законы физики. Оно не имело чётких очертаний и больше всего напоминало бред больного человека.

Наследие также видело те образы, которые передал мне профессор, и не признало в этом существе та’арца. Из полученных изображений стало ясно, что это был слуга, созданный та’арцами на пике их могущества. Это был очень сильный слуга, способный самостоятельно мыслить и даже создавать новую жизнь. Главной задачей таких существ было оберегать любую жизнь, хранить её и не допускать уничтожения. Та’арцы называли их хранителями.

Однако этот слуга чем-то отличался от остальных. По воспоминаниям Гамильтона наследие не могло определить, в чём именно заключается это отличие, но ему определённо это не нравилось.

Последнее послание от яйца было предельно чётким и не оставляло места для иных толкований:

— Я должен быть там и во всём разобраться. Если потребуется, укротить слугу, пока не найду способ исправить его.

— Гея, обработай эту информацию и отправь ребятам самое важное. Это не та’арец, а его слуга. Но с ним что-то не так. Наследие сказало, что должно разобраться.

Дождавшись, пока Гея передаст информацию, и убедившись, что каждый получил нужные сведения, я активировал пространственный маяк.

— Просто пройдите через портал, — бросил я через плечо и первым шагнул в открывшуюся пелену.

Резиденция профессора Гамильтона встретила меня привычной прохладой, но на этот раз к ней примешивался странный запах — нечто невероятно сладкое, терпкое и отвратительное, словно где-то рядом находился огромный могильник с разлагающейся плотью. Запах был настолько неприятным, что пришлось полностью отключить обоняние.

Позади послышались шаги и ругань Немезиды, а затем характерный звук опорожненного желудка. Видимо, у заражённых обоняние было гораздо более чувствительным, и Рэм явно не ожидал столкнуться с такой проблемой.

— Отключите обоняние, — посоветовал я, не став говорить о том, что внутри нашего противника, вероятно, находятся десятки тысяч, если не миллионы разлагающихся тел. По крайней мере, такое предположение выдвинуло наследие. За тысячелетия своего существования слуга извратил заложенные в него принципы. Все настройки сбились, и не осталось тех, кто мог бы их восстановить. Слуги продолжали сохранять жизнь, но делали это по-своему, убивая существ мгновенно.

— Здесь пахнет смертью. Очень много смерти, — произнесла Вита, появившаяся из портала последней. — Икар, я не могу идти с тобой дальше. Даже моих сил будет недостаточно, чтобы справиться с существом, способным уничтожить всё живое на Вериго. Я не могу так рисковать будущим колонии. Надеюсь, что мой подарок сможет тебе помочь и защитит в самый тяжёлый момент.

Вита положила руки мне на голову, и мир на мгновение исчез.

Глава 8

Получен уникальный статус «Наследник»

На ближайшие четыре часа носитель получает силу реципиента

Вы перешли на четвёртый порядок

Та’ар: 1 000 000/1 000 000

Получена уникальная техника «Управление роем»

Получена уникальная техника «Трансформация»

Получена уникальная техника «Сущность льда»

Получена уникальная техника «Ментальное усиление»

И ещё три десятка уникальных техник, которыми обладает Вита. Заражённые в этом плане гораздо более продвинуты, чем свободные владеющие. У них нет никаких ограничений на количество техник и навыков. И благодаря Вите я сейчас так же смог перешагнуть через эту преграду.

— Охренеть! Спроси, можно так оставить на постоянку? — выдала поражённая Гея.

Впрочем, я был в не меньшем шоке. Вита не перестаёт меня удивлять. Вот сейчас взяла и передала мне все свои силы, и только из-за того, что не захотела рисковать собой и встречаться со слугой та’арцев.

— Я буду ждать твоего возвращения, — произнесла на прощание Вита и скрылась в портале.

— Чего от тебя так сильно холодом потянуло? — спросил Рэм, стараясь не выдавать, что ему страшно.

— Вита поделилась со мной своей силой. Так что я стал гораздо сильнее. Мы обязательно разберёмся с тем, что здесь творится. Не рискуйте и держитесь за мной.

Немезида кивнула, окутывая себя едва различимой пеленой защитной техники, а Рэм принял свою истинную форму и начал неистово чихать. Видимо, в этой форме он не способен блокировать обоняние. Пришлось ему возвращаться в человеческое обличье.

— Это существо направляется к храму. Следуйте за мной, я проведу вас коротким путём, — раздался голос Гамильтона, и перед нами загорелся небольшой оранжевый светоч, полетевший вперёд. — Я не знаю, что это за существо, но смог понять, как можно его остановить. У меня есть подходящие техники, но для их внедрения тебе придётся изменить строение ядра.

— Это невозможно, — произнесла нахмурившаяся Гея. — Даже владеющие пятого порядка не способны на это.

— Для творца нет ничего невозможного, и я научу тебя этому, — ответил Гамильтон. — Но так как ты всего лишь четвёртого порядка, то эффект будет временным. Ядро не сможет долго оставаться в перестроенном состоянии и вернётся к первоначальному состоянию. Как долго это продлится, не могу сказать даже я, но точно должно хватить, чтобы разобраться с проблемой.

Мы двигались на ускорении и вскоре оказались в небольшой комнате, где был установлен странный прибор, больше всего похожий на обычную сферу, выполненную из звёздной стали и имеющую несколько полостей внутри. Сама сфера была в диаметре чуть меньше метра, а её поверхность была исписана знаками та’арцев.

— Положи руки в эти отверстия, — заговорил Гамильтон, подсветив мне нужные полости. — А теперь направь немного частиц творения в руки и дальше действуй строго по полученной схеме. Это макет энергетического ядра. Он покажет тебе, какую перестройку необходимо будет сделать.

Сделал всё, как сказал Гамильтон, и словно оказался внутри собственного тела. Только оно было каким-то схематичным, и единственным вполне реальным объектом здесь выглядело лишь ядро. Выглядело оно в точности как сфера.

Прошло несколько мгновений, и ядро резко увеличилось, погрузив меня в себя, а затем оно начало перестраиваться, заменяя одни части на другие, избавляясь от ненужных и создавая новые.

Больше всего это походило на собирание детского конструктора. Только по итогу получится не замок или лошадка, а энергетическое ядро владеющего, способное принять техники Гамильтона.

Наследие всё это время молчало, но я ощущал, что оно готовится к встрече с хранителем. Не только собирает силы, но и настраивает себя. Даже для него эта встреча может оказаться очень опасной, чего уж говорить про нас.

После того как последняя деталь встала на своё место, по ядру пробежали всполохи Та’ар, и оно буквально взорвалось изнутри, выкидывая меня в реальность. Я вновь был в комнате со сферой, только уже стоял в метре от неё, а руки были покрыты кровью и копотью. Пришлось потратить на регенерацию сотню Та’ар, но сейчас для меня это совсем ничтожные траты. Гея своим подарком увеличила мой запас частиц творения до миллиона.

— Теперь твоё ядро готово принять технику, которая поможет остановить вторженца, — даже не обратив внимания на полученные мной повреждения, продолжил Гамильтон. — Эта техника была создана мной незадолго до того, как столкнуться в последней битве с Энн. Создана исходя из её разработок. Она способна действовать не только на материю, в которой содержатся частицы творения, но и воздействовать на всех известных уровнях, включая генетический, ментальный и астральный.

— Чего? — вновь не смогла сдержать удивления Гея. — Какой ещё астральный? Это уже что-то из разряда верований древних народов. Вам давно известно, что никакого астрала не существует. А то, что раньше люди называли душой, является энергетической оболочкой человека. Можно сказать, это прототип ядра владеющего. И именно благодаря этому прототипу человечество смогло научиться взаимодействовать с та’ар-частицами.

Слова Геи вызвали смех у профессора Гамильтона.

— Наверное, ты забыла, кто стоял за созданием возможности пользоваться частицами творения? Астральный уровень так же реален, как и материальная оболочка. Та’арцы прекрасно знали об этом и работали исключительно в энергетической составляющей нашей вселенной. Именно там они создавали новые виды и устанавливали контроль над неизведанными частями вселенной. Именно туда, скорее всего, они ушли, когда достигли пика развития. И именно там находится общемировое информационное поле, доступ к которому может открыть только творец.

— Я уже являюсь проводником общемирового информационного поля.

После этих слов повисла пауза. Световой шар, который выступал у нас в роли проводника, несколько раз моргнул, выдал пару ярких вспышек, а затем и вовсе исчез. Но уже через мгновение появилась проекция профессора — на этот раз весьма удивлённая и в то же время чем-то очень довольная.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, Икар. Обычно коснуться инфополя могут только владеющие пятого порядка. И то только коснуться. Стать его полноценным проводником сумели единицы. Даже Энн не смогла этого. Значит, точно не возникнет никаких проблем с внедрением моей последней техники. Поторопимся, вторженец уже добрался до ворот храма. Хоть я и позаботился о том, чтобы они смогли сдержать даже владеющего пятого порядка, но против него долго не выстоят. Раз ты стал проводником, то способен разделять сознание. Отдели небольшую часть, которая будет отвечать за передвижение, а остальное пусти на внедрение техники. Ты Творец и способен внедрять любые техники практически мгновенно, но здесь всё будет гораздо сложнее. Придётся внедрять её самому. И нет никаких схем. Ты будешь первым владеющим, получившим эту технику. А теперь приготовься.

Понятия не имею, к чему мне нужно было готовиться, поэтому ничего и не стал делать. Да и как тут подготовиться к тому, что в перестроенное ядро начнёт вливаться колоссальный поток частиц творения? И не просто вливаться, а создавать новую технику.

Формируется Техника Сотворения

Вылезло перед глазами, и больше ничего.

Профессор говорил, что я сам должен буду внедрять технику, и, похоже, этот процесс уже начался. Крошечная часть сознания следила за тем, чтобы тело двигалось следом за светящимся шаром, а основная сосредоточилась на внедрении Техники Сотворения, чем бы она ни была.

С новым ядром я на интуитивном уровне понимал, что нужно делать. И не просто понимал, как происходит внедрение техники, но и начинал осознавать процессы её создания.

Помнится, Гефест говорил, что создавать новые техники способны творцы пятого порядка, и это действительно так, вот только с небольшой оговоркой: творцы, ставшие проводниками общемирового информационного поля. Только благодаря этому сотрудничеству можно создать что-то новое. Вот и сейчас именно инфополе подсказывало, что нужно делать: куда направлять потоки частиц творения, где ставить реперные точки, прокладывать новые каналы и ещё множество других условий, необходимых для создания Техники Сотворения.

Двигались мы довольно быстро, но резиденция профессора Гамильтона оказалась весьма необычным местом, больше похожим на пространственный массив. Кажущееся совсем крошечным помещение могло оказаться в десятки, а то и сотни раз больше. И никакого способа быстрее преодолеть его не было. Поэтому у меня было вполне достаточно времени, чтобы разобраться с внедрением нужной техники.

В какой-то момент вмешался отголосок профессора и передал необходимые знания, которые отличались от того, что показывало инфополе. После этого техника начала формироваться иначе, приобретая вполне отчётливые очертания. И чем дальше продвигался процесс внедрения, тем больше она становилась похожей на смесь Техники Создания Конструктов и Техники Генной Репродукции. Ещё к ней прибавлялись ментальная и пространственная составляющие, создавая что-то невообразимое.

По крайней мере, я пока не мог даже предположить, что именно заложено в эту технику. Каким образом она должна помочь мне остановить слугу та’арцев?

Немезида и Рэм продолжали двигаться сзади, о чём-то тихо переговариваясь. Отчего-то они опасались приближаться ко мне после появления проекции Гамильтона. Словно в одно мгновение я резко изменился и стал другим человеком. Но сейчас это точно не имеет никакого значения. Мы уже спустились на первый этаж резиденции, а вход в храм находился этажом ниже.

Профессор Гамильтон также позаботился о том, чтобы вся территория храма оказалась под надёжной защитой. Он начал создавать её сразу после того, как стал владеющим, получив возможность в любой момент возвращаться сюда. Став своеобразным хранителем храма и всего, что оставили та’арцы на этой планете.

Даже не заметил, как сознание отделило ещё один поток, который теперь принимал информацию относительно профессора и того, чем он занимался в своей резиденции. Какие тайны здесь хранились и чем они могут помочь современному человечеству.

Вот только практически все эти тайны были рассчитаны на то, что нет никакого разделения на свободных и заражённых. Что человечество едино и его возглавляют владеющие шестого порядка. Пусть даже и не сам Гамильтон. Он вполне допускал возможность того, что вскоре исчезнет. Или погибнет, или уйдёт вслед за та’арцами, сумев отыскать тропу, на которую встали они.

Никакой тропы отыскать не удалось. Да и с сильными владеющими после Великой Битвы появились большие проблемы. А творцы и вовсе исчезли. Почти исчезли, сохранившись лишь на далёкой планете в системе Двойного Серпа. По крайней мере, на территории современной Земной Федерации точно не было ни одного творца. Реакция дежурного академии ЗФ говорила сама за себя.

Шагнув в очередную комнату, я уже знал, что здесь хранилось, и при необходимости мог забрать себе все эти техники. Внедрение Техники Сотворения подходило к концу. Всё уже было готово к перестройке организма, энергетической системы и астрального тела. Сейчас проходил процесс накопления нужного количества частиц творения. Накопления из окружающей среды. Внутренние резервы не подходили для этого.

Три потока сознания работали в унисон, позволяя мне выходить на новый уровень развития. Не на новый порядок, для перехода на который требовался миллион Та’ар, а именно новый уровень развития. Мозга, лимбической системы, нейрокортекса, гипоталамуса и вещей, совсем не связанных с организмом. В первую очередь разум становился гораздо сильнее, создавались миллиарды новых соединений. Больше всего это было похоже на создание Та’ар-интеллекта.

Что, в принципе, было не так далеко от истины. Именно принципы создания Та’ар-интеллекта и были использованы в истоках Техники Сотворения. Происходила более глубокая интеграция с инфополем. Из проводника я переходил в разряд пользователей с возможностью влиять на инфополе, запрашивать нужную информацию и изменять уже имеющуюся.

А ещё я теперь знал, что помимо меня есть и другие пользователи. Во всей вселенной таких насчитывалось восемь разумных. В том, что это именно люди, я не был уверен. Этого не знало даже инфополе. Все данные пользователей были надёжно защищены администраторами.

Это следующий этап взаимодействия с инфополем, и, скорее всего, этого уровня достигли существа уровня развития та’арцев. Никакой информации об этом не было, и нельзя было получить.

Но я точно смогу взаимодействовать с хранителем, что сейчас ломился в двери храма. Подняться на один уровень с самыми совершенными созданиями та’арцев. Их глазами, ушами и руками, которые невероятно давно разбрелись по всей вселенной, чтобы создавать новую жизнь и заботиться о её сохранении.

И вот спустя тысячи циклов они для чего-то вернулись в колыбель цивилизации творцов. Вернулись изменившимися, но как именно — только предстояло узнать. Мы были уже близко. Даже частицы творения начали вести себя здесь иначе. Они словно боялись слуги и сбегали от него. Поток становился всё сильнее, и это стало последней каплей.

Техника Сотворения внедрена на 100%

Основная часть сознания резко вернулась, заставив меня остановиться и закрыть глаза, чтобы привыкнуть. Сзади послышалась ругань Рэма, едва не врезавшегося в меня, а затем она сменилась глухим рычанием.

Открыл глаза и увидел, как мимо нас проплыл образ странного существа, больше всего похожего на плоскую медузу, проглотившую сотни миниатюрных противокорабельных мин. И некоторые из них уже взорвались, заставляя плоть медузы покрыться буграми и наростами. Щупальца у этой медузы были совсем короткими и больше походили на человеческие пальцы, без ногтей и всего с одним суставом ближе к концу.

Но это существо точно не было материальным, как и не было проекцией типа Геи и профессора Гамильтона. Это был астральный отголосок, отделившийся от слуги, когда он слишком сильно приложился об ворота храма и получил от них отпор.

Астральная память существа, поглощённого слугой, извратившим его истинную суть. За первой медузой появились ещё две, а затем и новые отголоски причудливых созданий, не похожих вообще ни на что, что может существовать в нашей вселенной.

— Вот же дрянь! — брезгливо произнесла Немезида, когда прямо сквозь неё пролетел сгусток чего-то отвратительного и оставил на броне склизкие потёки.

— Не трогай, — остановил я девушку. — Оно безвредно для звёздной стали и смертельно опасно для живой материи. Рэм, не вздумай принимать свою истинную форму и снимать доспех. Пока вы находитесь в доспехе, вам ничего не угрожает. Оставайтесь здесь и не приближайтесь. Вашей задачей будет сдерживать всё материальное, что попытается выбраться отсюда. А судя по тому, что я ощущаю, это будет охренеть как много всего. Используйте техники, содержащие в себе Та’ар. Они гарантированно остановят материальные объекты, а на нематериальные не обращайте внимания. Они опасны только этой слизью.

Замер на пару мгновений и создал трёх совершенно новых конструктов, которые помогут Зиде и Рэму бороться со слизью. Использовал для этого Технику Сотворения и осознал это только после появления конструктов с длинными хоботами, предназначенными для создания кислоты, безвредной для звёздной стали, но прекрасно уничтожающей слизь. Инфополе предоставило мне состав этой дряни и способы её нейтрализовать.

— Не выпускайте никого, а я пойду поздороваюсь с тем, кто решил сойти с пути, указанного та’ар’арриелаинт.

Рэм ничего не ответил. А Немезида едва слышно шепнула:

— Вернись.

И никто не обратил внимания на то, что я произнёс истинное название та’арцев — Творец, что идёт рядом со смертью.

Глава 9

Мимо пролетело сразу несколько медуз, на которых я не обратил внимания. С ними разберутся Немезида и Рэм, я же врубил ускорение и преодолел последнюю преграду на пути к воротам храма, возле которых стоял хранитель, оказавшись в довольно просторной искусственной пещере.

Больше всего он был похож на трещину в пространстве, из которой вылезали не только медузы, но и другие создания, некогда поглощённые этой сущностью. Уже давно не хранитель и не слуга цивилизации творцов, а именно сущность, которая поглощает любую жизнь на своём пути. Не просто поглощает, а делает её своей частью.

Чем-то это было похоже на способ, которым делал себя сильнее Боб Харрингтон, только масштабы куда больше, и поглощаемые существа не становились частью хранителя, делая его сильнее. Они оставались в нём в своём первоначальном обличье, начинали разлагаться и прочие прелести смерти для органических форм жизни.

Хотя внутри слуги были и другие формы жизни, не только органика, но они не давали подобного эффекта.

Если бы я не внедрил Технику Сотворения, то даже не смог бы увидеть хранителя. А вот сейчас я его не только видел, но и мог применить к нему технику. Правда, раньше чем я это сделал, с руки соскочил хран, из него выбралось наследие.

Яйцо стало гораздо меньше и покрылось вязью символов творцов. Сейчас я мог их с лёгкостью прочитать, но не мог составить вразумительный текст или что-то близкое к этому. Просто набор совершенно случайных слов, расставленных друг за другом. Цифры, отдельные буквы и слоги. Но если этого не мог понять я, то хранитель совершенно точно понял и даже на мгновение из него перестали вылезать новые сущности.

Прошло ещё пару мгновений, и пространственная трещина сделала первый неосторожный шаг в сторону наследия. Как ещё объяснить её перемещение, я понятия не имею.

Трещина начала меняться и словно вытягиваться к наследию. Вспыхнул Та’ар, и отростки трещины, растянувшиеся к яйцу, исчезли. Словно их замазал художник парой движений кисти. Но хранитель не собирался так просто сдаваться. В одно мгновение трещина увеличилась в несколько раз, и её отростки потянулись во все стороны, занимая собой практически всё пространство перед воротами в храм творцов.

Камень под ногами начал трястись, и в этот момент я впервые активировал Технику Сотворения. Но не для того, чтобы с её помощью усмирить изменившегося хранителя, а чтобы закрыть проход у себя за спиной.

Слуга отсюда не выйдет в любом случае, даже если проиграем мы. Частицы творения, проходя через моё изменённое ядро, стали обращаться в звёздную сталь, отливающую красным, словно для закалки металла использовали кровь.

Плотная сетка из красного металла стремительно охватывала собой вход и прилегающие к нему стены и немного замедлила свой бег, только столкнувшись с отростками пространственных разрывов. Но лишь замедлила, а не полностью остановилась. Кровавая звёздная сталь действительно могла сдержать слугу та’арцев. По крайней мере, он пока точно не нашёл способ, как противостоять ей.

Только не здесь, в резиденции профессора Гамильтона, где всё было пропитано его знаниями и частицами Та’ар. Сейчас всё это пришло мне на помощь, чтобы разобраться с неизвестным врагом, угрожающим храму.

Так просто хранитель не собирался сдаваться, как и отказываться от своей первоначальной цели. Пространственных трещин становилось всё больше и больше, пусть они и не могли пробиться через устанавливаемый мной заслон, но всё же смогли остановить его продвижение и не дать закрыть ворота храма.

А затем во все стороны бросились полчища проглоченных сущностей, многие из которых обрели плоть и стали материальными. Словно слуга решил, что таким способом он сможет не только разобраться с непрошеными гостями, сумевшими заблокировать его, но и уничтожить всё, что было создано профессором Гамильтоном. Поглотить саму память о величайшем владеющем человечества.

Рядом со мной появилась Гея и уставилась в одну из трещин, что-то тихо нашёптывая себе под нос. Она не отрывала взгляда от этого места, не обращая внимания больше ни на что. К этому моменту нас достигла волна сущностей и разделилась на части, столкнувшись с тремя волнорезами из кровавой звёздной стали.

Это действительно было словно море, пытающееся накатить мощные волны на берег и смыть всех, кто любуется буйством стихии. Я усилил волнорезы чистым Та’ар и попытался совместить их с Та’ар-импульсом, но последнее не получилось. Не удалось запихнуть в волнорезы достаточно частиц творения и пропустить через них технику.

Тем временем наследие начало действовать, создавая вокруг себя сразу несколько шаров, двигающихся по гелиоцентрической орбите. Наследие было словно звезда, а шары были планетами, вращающимися вокруг неё.

Сущности, сталкиваясь с этими планетами, исчезали, превращаясь в частицы творения, при этом поднимая энергетический фон до каких-то немыслимых высот. Пусть интерфейс здесь и не работал, но я физически ощущал, как стремительно пополняется запас Та’ар, перевешивая затраты на поддержание Техники Сотворения.

Но наследие создало эти шары явно не для того, чтобы уничтожать вылетающие из хранителя сущности. Шары начинали крутиться всё быстрее, и от них во все стороны начали отлетать частицы, оставляя после себя след, практически неотличимый от пространственных трещин, создаваемых хранителем.

Вот одна такая частица попала в чёрную трещину, и та начала закрываться. Вскоре слуга уже был вынужден отступать, практически не выпуская новых трещин. Лишь самая большая, центральная выдерживала прямые попадания частиц, и ничего с ней не происходило. Она же прикрывала собой ворота в храм, на которых начали появляться первые трещины.

— Нету. У этого существа нет слабых мест, — произнесла Гея. — Я не вижу возможности, чтобы нанести удар, и даже не могу понять, что это такое вообще.

Передал Гее всю информацию, которая у меня накопилась с момента встречи с хранителем. Быть пользователем инфополя куда полезнее, чем обычным проводником. Открываются знания, которые были раньше недоступны. Хотя и сейчас этих знаний было крайне мало, но уже лучше, чем ничего. По крайней мере, я знаю, что хранитель не имеет ничего общего с органическими формами жизни. Хотя и создавался для сохранения жизни. В основном органической.

Наследие продолжало давить, выпуская уже не просто частицы, а довольно увесистые снаряды, но они больше не могли закрывать пространственные трещины, а возле самих ворот слуга сумел ухватиться за сетку из кровавой звёздной стали и начал её понемногу поглощать.

Он смог невероятно быстро адаптироваться, но я ждал этого. Именно ради того, чтобы слуга начал поглощать кровавую звёздную сталь, всё и затевалось.

В одно мгновение всё, что покрывало стены помещения, сжалось до клетки метр на метр, и внутри этой клетки оказалась изрядно уменьшившаяся пространственная трещина, беснующаяся внутри.

Кровавая звёздная сталь была вновь изменена мной и приобрела новые свойства, которые не сможет преодолеть ни одна пространственная техника. Я использовал свои знания в массивах и воссоздал сразу несколько субпространств, одно в другом, поместив в них большую часть слуги та’арцев.

Та’ар: 478 300/1 000 000

Для создания этой клетки я истратил почти полмиллиона та’ар, и это не давало никаких гарантий, что у меня получилось. Но точно давало время наследию, чтобы завершить свою технику.

В голове возникли образы благодарности и просьба больше ничего не предпринимать. Неважно, насколько изменился хранитель и сколько живых существ он уничтожил, засунув в себя для сохранения, но убивать его наследие не хотело. Просто не могло этого сделать, строго следуя главному постулату та’арцев — любая жизнь священна и должна быть сохранена.

Я лишь усилил клетку, добавив ещё пару пространственных массивов в качестве дополнительной гарантии, и сделал несколько шагов назад, оказавшись практически у выхода.

— Думаешь, что этого будет достаточно, чтобы сдержать существо, способное работать с пространством? — спросила Гея, так и не разобравшись с тем, как разобраться со слугой.

— Какое-то время моя ловушка его удержит. Остаётся только надеяться, что для наследия его будет достаточно. Оно утверждает, что может взять слугу под контроль, и попросило меня больше не вмешиваться. По крайней мере, небольшие трещины ему удавалось закрывать.

Наследие тем временем продолжало накапливать Та’ар, уже избавившись от всех сфер, что вращались вокруг него. Символы цивилизации творцов меняли свой порядок, выстраиваясь в очередную непонятную последовательность. Но несколько вполне логичных фраз мне удалось вычленить: неверная кодировка, подмена понятий, ошибка, печаль, радость от встречи и так далее.

Это было словно закодированное послание, которое наследие отправляло хранителю. Но помимо этого послания формировалась новая техника, которая заставляла яйцо светиться изнутри. И этот свет был гораздо интенсивнее получаемого от частиц творения.

Наследие вновь начало передавать мне образы, на этот раз прося не вмешиваться, чтобы не случилось. Даже если оно навсегда исчезнет, я не должен приближаться к клетке со слугой. Не должен подвергать свою жизнь опасности, а это место вместе с планетой необходимо будет уничтожить и заблокировать систему, чтобы сюда больше никто не смог попасть.

Если у наследия ничего не выйдет, хранитель окажется в западне, из которой ему никогда не выбраться. Этому хранителю, но есть и другие, которых мне нужно будет отыскать и так же изолировать. Единственное, о чём просило наследие — не убивать слуг. Они не виноваты в том, что навыков та’арцев оказалось недостаточно, и заложенная в хранителях программа сбилась.

— Сделаю всё от меня зависящее, — ответил я, ничего не обещая.

Слишком это было опасным. Я точно не смогу исправить ошибки в сознании хранителей, а вот уничтожить их вполне. Поэтому, если встречу ещё подобные пространственные существа и не смогу их обезвредить без крайних методов, то, не колеблясь, прибегну к ним.

Наследие услышало меня, и через мгновение тюрьма, на которую ушло почти полмиллиона Та’ар, разлетелась, выпуская разъярённую пространственную сущность, которая стремительно стала расти. Из неё вновь начали появляться призрачные фигуры, но ни одна так и не смогла полностью вылезти, столкнувшись с раскалённым добела метеором, нырнувшим внутрь пространственного разлома.

Наследие буквально взорвалось внутрь слуги, затолкав обратно все сущности, что пытались выбраться наружу, а я принялся создавать ещё одну защиту из кровавой стали, распространяя её по периметру помещения. На этот раз мне никто не мешал.

Начавшая стремительный рост пространственная трещина резко остановилась и вроде даже начала уменьшаться. Наследие явно знало, что оно делает. Но полагаться только на него я не собираюсь и, помимо защиты, приступил к созданию техники, которая гарантированно разберётся со слугой.

За основу взял Технику Создания Малых Пространственных Массивов и та’ар-импульс. А инфополе помогало мне объединить их и создать импульс, способный разорвать пространство и поразить любую материю, созданную по этим принципам.

Расход Та’ар был огромным, но благодаря Вите я могу сейчас себе это позволить. Правда, время поджимало. Оставалось не больше часа, как я вновь вернусь на третий порядок, и тогда у меня будет всего одна попытка активации созданной техники.

— Твое ядро находится на пределе, — произнесла встревоженная Гея. — Нагрузка слишком велика даже для ядра Творца. Слишком велика вероятность его отказа. В этом случае ты не просто потеряешь возможность оперировать частицами творения, но и потеряешь всё ранее полученное. А в этом случае…

— Немедленно погибну, — перебил я Гею, прекрасно понимая это.

Тело обычного человека просто не выдержит пребывания в этом месте. Подобная концентрация Та’ар смертельна для людей, не имеющих энергетическое ядро. Но погибать я точно не собираюсь. И уверен, что моё ядро выдержит. Для его формирования я пять циклов провёл на грани жизни и смерти. Оно просто не может быть слабым.

— Я погибну вместе с тобой, — как-то слишком радостно сказала чёрная валькирия. — Пожалуй, это лучший исход для меня. Знай, что я ни о чём не сожалею, и время, проведённое вместе с тобой, стало лучшим в моей жизни.

— Что это за речи? Гея, я не собираюсь умирать и не позволю погибнуть тебе. Нам ещё нужно спасти отца, разгромить флот Сканнинга, отыскать потерянные корабли Первого Ударного и встретить экспедиционный флот Земной Федерации. Пока этого не произойдёт, даже не думай, что сможешь отделаться от меня. Я творец, и если понадобится, то создам для себя новое ядро. Крепче и лучше предыдущего, в котором тебе будет в сто раз более комфортно.

— Не нужно. Лучше уже не будет, — смутилась чёрная валькирия и отвернулась от меня. — Да и действительно, чего это я? Даже не представляю, в какой момент стала отождествлять себя с человеком. Видимо, мои создатели переборщили с предоставленной мне свободой. Ведь я просто программа, созданная для решения сложнейших задач.

— Как по мне, ты гораздо человечнее многих людей. Особенно владеющих, занимающих высокие посты. Им плевать на чужие жизни. Они готовы пойти на всё ради достижения своих целей. В начале нашего знакомства ты была такой же, но с тех пор случилось много чего, и ты сильно изменилась. Как и я. У нас получилась отличная команда. И я уверен, мы ещё столько всего сделаем вместе, что войдём в легенды, достойные профессора Гамильтона и Энн Райс.

— Это отличная цель, молодой человек, — раздался голос профессора, чья проекция стояла перед входом в помещение, не в состоянии преодолеть барьер из кровавой звёздной стали.

— Немезида и Рэм? — первым делом спросил я, не выпуская из вида пространственный разрыв, который полностью успокоился и уменьшился до размеров взрослого человека. Больше никто не пытался из него вылезти, как и перестали появляться новые трещины.

— Они в полном порядке и отлично справились с возложенной на них задачей. Рад видеть столь способных владеющих среди нового поколения. Но больше всего меня радует, что представители двух разных ветвей человечества сражаются бок о бок, а не друг с другом. Именно этого я и пытался добиться с того момента, как Энн решила пойти своим путём. Но я пришёл сюда, чтобы сообщить совершенно другое. Моя блокада на системе оказалась прорвана. И это не существо, находящееся здесь, а люди. Владеющие, воспользовавшиеся тем же способом, что и ты, Икар. Три корабля с сильными владеющими на борту. Три корабля, принадлежащие Звёздному Флоту Земной Федерации. Они взяли курс на планету и примерно через час будут здесь. Я пока не отвечаю на их запросы, но и не могу остановить. Все силы уходят на поддержание защиты храма.

Это уже было очень интересно. Кто-то ещё смог отыскать пространственный маяк, который открыл портал в систему Сириуса. Причём маяк оказался гораздо мощнее моего и смог открыть портал, в который смогли пролезть космические корабли.

— Это экспедиционный флот. Корабли, отправленные на разведку в пространственную аномалию, встречную по пути к нам, Икар, — сказала Гея, поймав нужный сигнал. — Что будем делать?

Ответить я не успел. Пещеру затопило невероятно мощной волной высвободившихся частиц творения. Словно где-то на водохранилище прорвало дамбу, освободив удерживаемую стихию.

В одно мгновение исчезли все проекции, а ядро отозвалось жгучей болью, принявшись в спешном порядке пытаться усвоить всё, что в него вливалось.

Пространственная трещина начала колебаться, и из неё ударил ослепительный луч, полностью поглотивший меня.

Глава 10

— Адмирал, я не понимаю, что вообще происходит. Судя по данным навигационной системы, мы оказались за пределами нашей вселенной. Должно быть, зонды вышли из строя и передали нам ложную информацию, — сверяясь с данными, произнёс старпом Кали, Иосиф Менгеле. По совместительству он был учеником адмирала Джанрапалари и вторым после него по силе владеющим на линкоре.

— Зонды не могли ошибиться, даже если оказались бы в другой вселенной. Они были созданы Доннованом, а он всегда был слишком дотошным и правильным, чтобы допустить хоть малейшую ошибку. Я уверен, что мы сейчас оказались в запретной системе. И это наш шанс получить наследие Гамильтона. Я не верю, что какой-то мальчишка поможет нам изменить ход битвы с та’арцами. Да даже пусть он будет творцом шестого порядка, этого всё равно недостаточно. Отыщите планету-резервацию.

— Есть, — ответил Иосиф, принявшись выполнять приказ адмирала.

Вместе с «Кали» в портал вошли ещё три корабля поддержки, чтобы удержать портал открытым столько, сколько понадобится. Адмирал Джанрапалари нарушил приказ командующего и самовольно оставил флот, решив последовать примеру Гёдзе.

Годжиро покинул флот неделю назад, и с тех пор связь с ним была потеряна, а портал, через который он ушёл, закрылся практически сразу после перехода флагмана. Были получены вполне понятные распоряжения, поэтому флот продолжил движение по заданным координатам, пока перед ними не появился ещё один портал.

Его появление вызвало бурные споры среди командования, но в итоге они решили не рисковать и продолжить движение. Вот только адмирал Джанрапалари был с этим совершенно не согласен и совершил то, что от него никто не ожидал.

Впервые с того момента, как он стал адмиралом, был нарушен приказ. Впервые в своей жизни адмирал Джанрапалари пошёл против командования. Пошёл против всех, получив данные от зондов, прошедших через портал.

Они утверждали, что окно ведёт в систему Сириус, закрытую почти четыре сотни циклов. С того момента, как погиб профессор Гамильтон, в систему не смог попасть ни один корабль. А все попытки прорвать блокаду привели лишь к тому, что стали недоступными и все соседние системы, через которые можно было попасть в Сириус.

Адмирал поделился с другими капитанами линкоров данными зондов, но и после этого они стояли на своём. Тогда адмирал приказал Кали изменить курс и на полном ускорении ворвался в портал. Но, видимо, другие адмиралы хотели поступить так же, и поэтому следом за «Кали» из портала появились корабли поддержки. Два передвижных конденсатора, накапливающие в себе частицы творения, и один инженерный фрегат, который должен позаботиться о том, чтобы портал оставался открытым так долго, как потребуется.

— Адмирал, датчики обнаружили что-то непонятное. Словно в системе собирается открыться ещё один портал. Концентрация та’ар-частиц запредельная, — вновь раздался голос Менгеле, когда адмирал изучал данные об обнаруженных планетах, и он был уверен, что оказался именно в системе Сириус.

— Расстояние — восемьсот двадцать четыре миллиона километров, — переняв эстафету у Иосифа, сообщил навигатор.

— Возмущения достигли критической точки, и начал формироваться пространственный прокол. Портал открылся, — напряжённо продолжил Менгеле. — Фиксирую появление дюжины кораблей без опознавательных знаков. Сигналы очень странные. Такие не зарегистрированы ни в одной системе Федерации. И они очень старые. Флот не пользуется такими уже циклов триста.

— Что это за корабли? Можете сказать? Это та’арцы? Они представляют для нас опасность? — обратился к команде адмирал.

На капитанском мостике «Кали» повисла тишина, в которой было слышно лишь тяжёлое дыхание людей, работающих на пределе своих возможностей. Все члены экипажа «Кали» были владеющими и могли взаимодействовать с системами корабля в зависимости от своей должности. Для этого они использовали Та’ар, многократно усиливая возможности стандартного оборудования. Даже для экипажа тяжёлого линкора расстояние в восемьсот с лишним миллионов километров было очень большим. Но потребовалось всего полминуты, чтобы начали поступать первые данные.

— Это точно не та’арцы. Корабли вполне соответствуют сигнатурам человеческой техники. Вот только все очень сильно отличаются от кораблей Земной Федерации. Три тяжеловеса длиной в два с половиной километра, предположительно тяжёлые крейсера. Пять кораблей длиной полтора километра, предположительно эсминцы. Четыре небольших корабля длиной до километра, предположительно поддержка. И один гигант длиной в пять тысяч шестьсот метров, предположительно несущий линкор. Его ширина говорит о том, что внутри могут скрываться ещё несколько довольно серьёзных кораблей.

Длина «Кали» составляла пять тысяч двести сорок метров, и при этом корабль считался вторым по мощности в экспедиционном флоте, а появившийся корабль оказался больше. В звёздном флоте всего шесть кораблей, превосходящих «Кали» размерами. Годжиро отправился на встречу с юным творцом, а остальные сейчас защищают Федерацию от продвижения та’арцев. Так откуда взялся этот гигант?

— Старпом, организуй мне связь с этим здоровяком. Посмотрим, кто это ещё заявился в систему Сириуса практически в одно время с нами.

Связисты принялись выполнять команду адмирала, но сделать это сразу не получилось. Появившиеся корабли явно были в ступоре и сами не понимали, где оказались, а также что это за корабли так активно ими интересуются. Они пытались прощупать «Кали», но не смогли пробиться через защиту, после чего связь всё же наладилась.

— Говорит адмирал Джанрапалари, линкор Звёздного Флота «Кали». Неизвестные, назовите себя. Цель вашего визита в систему, число и ранги владеющих, находящихся на борту.

— А может, тебе ещё рассказать, на какой половинке задницы у меня вскочил прыщ, адмирал? Мне плевать на Звёздный Флот и ваши законы. Я Ульф Сканнинг, линкор «Энн Райс». И я прибыл сюда, чтобы посмотреть на чёртовых та’арцев, которые заставили этих слюнтяев из совета объединиться со свободными. Так что не мешайся мне, адмирал, если не хочешь, чтобы я забрал твой линкор себе.

— А это будет гораздо интереснее, чем я предполагал, — рассмеялся адмирал, после того как связь была прервана. — Готовьтесь к бою. Это либо слишком самоуверенные пираты, либо настоящие заражённые, живущие на окраине вселенной. Я слышал, что там множество систем, которые отрезаны от основных. Только странно, что они вообще знают о вторжении та’арцев. Скорее всего, это остатки флота, которого разгромили чёртовы творцы. Что же, покажем, насколько сильно они ошибаются, угрожая самой «Кали». Истинной богине войны!

* * *

— Икар, это ты? — как-то неуверенно спросила Гея.

Да и выглядела она так, словно в одно мгновение постарела на несколько десятков лет. Что для Та’ар-интеллекта невозможно.

— Я. А что произошло? Почему на тебе лица нет? И куда делся слуга та’арцев?

— Почему на мне лица нет? И ты ещё спрашиваешь⁈ — всплеснула руками Гея, но быстро остановилась, осознав, что я действительно ничего не понимаю. — Эта пространственная гадость долбанула по твоему разуму какой-то дрянью, а после этого ещё и поглотила, каким-то образом заблокировав меня. Так что я понятия не имею, что с тобой произошло и как долго это длилось. Да и в системе сейчас идёт нешуточный космический бой. Похоже, что там сражаются линкоры и владеющие пятого порядка. Ещё и Гамильтон исчез практически сразу, как тебя поглотили.

Гея говорила невероятно быстро, и при этом её едва не трясло. Она реально испугалась и сейчас не понимает, что вообще происходит. Впрочем, я понимал не многим больше.

— Я видел, как были созданы слуги, что в них закладывали творцы и то, что с ними произошло спустя сотни тысяч циклов. Наследие смогло не только совладать со слугой, но и воспользоваться его силами. Сейчас оно начало инкубацию, и как долго продлится этот процесс, неизвестно. Оно находится внутри храма, а хранитель остался защищать его. Риск проявления здесь других хранителей слишком велик. А отголосок профессора Гамильтона исчерпал все доступные ему ресурсы. Он больше не защищает резиденцию, эта обязанность перешла к нам. Перешла вместе со всем, что он не успел подарить человечеству. И среди этого есть вещи, которые способны помочь противостоять слугам та’арцев. Они начали вторжение на территорию людей, медленно, но неотвратимо захватывая её и поглощая любую жизнь на своём пути, считая, что сохраняют её.

Я мог дальше говорить и говорить. Информации было столько, что даже в моём усовершенствованном разуме она обрабатывалась невероятно медленно. Поэтому я просто собрал её всю в один пакет и предоставил Гее доступ к нему.

Чёрная валькирия тут же исчезла, погрузившись в изучение информации, а я поспешил к Немезиде и Рэму. Понятия не имею, сколько в действительности прошло времени с момента начала схватки с хранителем, но сражение в системе говорило о том, что необходимо торопиться с возвращением в систему Двойного Серпа. Сейчас мне точно не стоит тратить время на экспедиционный флот.

Система Двойного Серпа находилась на окраине нашей вселенной, и было очень удивительно, что слуги та’арцев ещё не напали на неё. Но вскоре это обязательно произойдёт. В ближайшие несколько лет — гарантированно. А это сулит полное исчезновение жизни в системе, чего нельзя допустить.

Мы должны подготовиться к встрече с этим противником, а для этого необходимо захватить Таймлин и избавиться от угрозы со стороны стаи Сканнинга.

— Нам нужно срочно возвращаться, — сказал я, когда оказался в помещении, где оставил Немезиду и Рэма.

Выглядели они отлично, чего нельзя сказать об окружающем пространстве. Кругом царила разруха. Всё было покрыто токсичной слизью, а в нескольких местах я увидел кровь, которая могла принадлежать только Белоснежке и волчонку.

Оставленные мной конструкты превратились в груды оплавленной звёздной стали, но всё ещё были живы.

— Я уже думал, что нам придётся сдохнуть здесь, когда всё начало трястись и эти твари повалили без остановки. А потом меня вырубило, и когда пришёл в себя, всё уже закончилось, — сказал Рэм и едва не упал. Под ногами у него начала растекаться кровавая лужа.

Хотел использовать Технику Сотворения и только сейчас заметил, что время действия подарка Виты истекло. Я вернулся на третий порядок. Правда, в хране прибавилось почти триста тысяч та’ар, и теперь я стал ещё ближе к переходу на четвёртый порядок. Пришлось воспользоваться Генной Репродукцией, которая отлично подошла для помощи Рэму.

— Целебных техник у меня нет, но этого точно хватит, чтобы добраться до Аеллы. Она тебя подлечит. Я лишь убрал из ран токсичную сущность и создал немного крови, чтобы ты не сдох от истощения.

Немезида всё это время стояла молча, но как только я помог Рэму, она сделала первый неуверенный шаг, оторвав примёрзшие к полу ноги. Лёд держал её и не позволял падать. Она не могла себе этого позволить. Не могла показать слабость перед Рэмом, но теперь уже можно. Я рядом.

— Мы сдержали их, — прошептала Немезида, а через мгновение я уже держал её на руках, очищая раны от яда.

Возможно, теперь я и сам смогу очистить организм отца от яда заражённых. По крайней мере, с заразой астральных сущностей, выращенных внутри слуги та’арцев, я справляюсь без проблем. Сомневаюсь, что яд, созданный человеком, будет сильнее.

— Вы молодцы, а теперь отдохни. Дальше я со всем разберусь, — ответил я и отправил крошечный та’ар-импульс в ядро белой валькирии.

Этого оказалось достаточно, чтобы отправить её в целительное небытие. Инфополе помогло мне, указав нужную точку и рассчитав силу импульса.

Рэм лишь хмыкнул. У него регенерация была на несколько порядков лучше, но всё равно эта хрупкая девушка смогла выстоять там, где он отключился, что говорило о многом.

— Давай я понесу её. Боец из меня сейчас паршивый, так что тебе придётся сражаться за всех, если возникнет такая необходимость, — произнёс волчонок.

— Точно не возникнет. Мы единственные, кто находится в резиденции, а владеющие, что сейчас сражаются в системе, просто не успеют прилететь сюда так быстро.

— Это действительно резиденция того самого профессора Гамильтона?

— Действительно, но мы уже уходим. Кризис остановлен, и благодаря тебе в том числе. Так что можешь рассчитывать на мою помощь, когда она тебе понадобится. А пока постарайся продержаться до портала.

Рэм ничего мне не ответил, но стал озираться по сторонам, словно оказался в этом месте только что. Чего он там хотел увидеть, понятия не имею. Я даже последовал его примеру и сильно удивился, когда инфополе начало выдавать информацию о техниках, которые были использованы при создании резиденции.

По дороге я также смотрел по сторонам и отмечал места, где хранились наработки Гамильтона. Естественно, всё очень хорошо защищено, но у меня был ключ ко всему этому добру. Можно сказать, что после окончательного исчезновения профессора из этого мира он сделал меня своим наследником. Техника Сотворения была ключом ко всему, и сейчас я не мог её использовать. Не раньше, чем перейду на четвёртый порядок.

Оказавшись в нужном месте, мы увидели лишь пустоту. Как работают пространственные маяки, я уже имел представление. Пользователь инфополя способен и не на такое. Так вот, в маяке остаются все координаты: и мест, в которые он открывался, и мест, из которых он открывался. А пока находились рядом со слугой та’арцев, маяк уже успел полностью зарядиться, поэтому выбрать нужные координаты не составило особого труда.

— Мне срочно нужна Аелла, — сказал я, когда оказался на борту «Рагнара».

Портал открылся в том же месте, что и во время нашего перехода в резиденцию Гамильтона. Здесь нас уже ждал отряд ребят Ллойда и Вита, которая оказалась рядом и схватила Рэма за подбородок, заглядывая ему в глаза.

Выглядело это очень странно. Юная королева была на голову ниже третьего волчонка и при этом так обращалась с ним. Но он даже не попытался вырваться. У него просто не было на это сил.

— Всё на месте. Даже не попытался скинуть мои установки, — произнесла Вита и только после этого обратилась ко мне. — Я рада, что вы смогли разобраться с тем монстром. Боюсь, что это последний раз, когда я отправилась с вами на задание. Теперь на мне лежит ответственность за колонию. Огненный воин уже прибыл на Окинаву и ждёт меня. Так что вскоре я буду занята только воспроизведением потомства.

— Всё нормально. Я понимаю, что для тебя это гораздо важнее. Попрошу только помочь с тем, чтобы вытащить разум отца из плена Берсерка. Жасмин согласилась помочь, и когда мы очистим тело отца от яда, я приглашу её. Ты не против, если ещё несколько королев появится на Окинаве?

— Когда придёт время, то можешь смело приглашать. Я уже завершила начальную подготовку, и теперь никто, кроме моего помоства, не сможет претендовать на колонию. Даже если нас всех перебьют, новые висперы не смогут там обосноваться.

Вита собиралась сказать что-то ещё, но её прервало появление Аеллы и Проповедника. Первая сразу же бросилась к раненым, выхватив у меня из рук Немезиду, а Рэма приказала взять бойцам Ллойда и следовать за ней. На меня сестра даже не посмотрела. Она была уверена, что со мной всё в порядке. С одной стороны, это мне очень импонировало, а с другой — задевало. Она даже не спросила, как я.

Зато Проповедник явился только по мою душу.

— Мне не удалось убедить совет начать захват Таймлина. Но удалось убедить свободных капитанов и ещё несколько сильных владеющих с других кораблей. Этих сил будет недостаточно для захвата планеты. Но шансы на успех есть.

— В таком случае мы воспользуемся ими. Созывай всех, кто согласился. Через десять минут я проведу совещание, а пока нужно поговорить с Гилдарстом. Возможно, мне удастся переубедить его.

Глава 11

— Мы бывали на Таймлине довольно часто, так что могу с уверенностью сказать: климат там — дерьмо. Порой дуют такие ветра, что приходится задействовать все мощности доспеха просто для того, чтобы остаться на месте. Хорошо, что они налетают резкими порывами и исчезают. Иначе жить вне больших городов было бы просто невозможно. А ещё там столько всякой живности, которая хочет тебя сожрать, что даже думать не хочется. Вериго в этом плане — райское место. Много монстров лишь на определённой местности, как те же Гело, Плато Дождей и подобные им. И это при том, что с владеющими на Таймлине ещё хуже, чем на Вериго.

— Тогда непонятно, как они вообще сумели там выжить, — перебил Немезиду Арт.

— Потому что их всегда защищали воины стаи Сканнинга, — ответил Рэм. — Мы забираем себе самых сильных владеющих, а слабых оставляем на планете в силах самообороны. А поначалу поселенцев защищали лишь наши бойцы. В действительности ничего страшного в погодных условиях Таймлина нет. Учёные уже давно научились предсказывать все изменения и даже создали приборы, защищающие большие города. Да и с местной фауной так же давно разобрались. С той, что способна пробраться в города. У всех жителей планеты есть ген, отпугивающий мелких паразитов. А с более крупными они никогда не встречаются. Разве что прилетают всякие любители пощекотать нервы, чтобы поохотиться на сильных хищников.

После этих слов Аелла посмотрела на Немезиду, но та лишь пожала плечами. Помнится, сестра говорила, что они были на Таймлине, и там она прошла своё посвящение в полноценные владеющие. Хотя это просто бред — она стала владеющей в тот момент, когда активировалось её энергетическое ядро.

Сдаётся мне, что этим посвящением просто проверяли её боевые способности. И наверняка это придумал Сатоши Хирояки для всех членов экипажа «Харона». Своеобразный вступительный экзамен. Только странно, почему для этого понадобилось лететь на Таймлин?

— Так что обращать внимание на местную живность и погодные условия точно не стоит. Все наши цели находятся в отлично защищённых от подобного местах. И самым защищённым будет императорский дворец. Помимо того, что воздух над дворцом закрыт абсолютно для всех, там ещё находится первый взвод моей личной гвардии. А это дюжина бойцов второго порядка. Сами понимаете, какая это сила. И они наверняка не станут меня слушать и попытаются убить сразу же, как увидят. Командует ими мой второй учитель Когун. Третий порядок и одни из лучших техник в стае. Он был принят в стаю, поэтому не умеет принимать истинную форму, но и без неё может доставить много хлопот, поэтому первым необходимо нейтрализовать именно Когуна. Им займусь я.

— Нет. Тебя вообще не будет в императорском дворце. Туда отправится Кинг со своими людьми, — прервал я Рэма.

Пусть мы и далеко не друзья, а он работает вместе с нами исключительно из-за контроля Виты, но сражаться с собственным учителем — это слишком. У нас достаточно сильных владеющих, которые могут выйти против Когуна.

Конечно же, Рэм попытался возражать и даже пытался отвоевать это право в честном поединке, но слушать его я не собирался. Просто сказал Гее определить ему точку максимально удалённую от столицы Таймлина, а дальше его успокоила юная королева. Пока Вита ещё с нами, но после захвата планеты отправится на Окинаву. Там уже всё было готово для создания новой колонии.

Дальше мы обсудили и другие точки, которые необходимо будет захватить. Обсудили уже совершенно спокойно, и по каждой Рэм давал дельные комментарии. Давал их непосредственно людям, которые будут захватывать эти точки.

Правда, у нас не набралось достаточного количества владеющих, чтобы охватить всё. Пришлось оставлять половину ключевых точек, которые будем захватывать немного позже. Дробить отряды ещё сильнее было слишком опасно. В каждом и без этого было всего по восемь человек.

Естественно, все опытные владеющие, прошедшие через множество сражений и прекрасно осознающие, насколько силён противник. А ведь помимо владеющих из стаи Сканнинга нам ещё будут противостоять силы обороны Таймлина.

Войска сгинувшего Анжело Арано, которые считают, что их императора убили агенты Вериго. Рэм был весьма доволен собою, когда рассказывал об этом. Сказал, что убить этого глупого императора было даже проще, чем проглотить кусок мяса.

По имеющимся у нас данным, после начала космического сражения армия Таймлина была приведена в боевую готовность и рассредоточена вокруг ключевых точек. Так что сперва нам предстоит пробиться через этот заслон. С этим обещал помочь Марк со своими беспилотниками. А мне и вовсе не нужна была его помощь — мой истребитель гарантированно сможет прорваться к нужной точке и высадить десант.

В состав десанта входили: я, Ллойд, Арт, Тук, братья Мбване, Вита и Рэм. Наш отряд считался самым сильным, поэтому было принято решение о захвате сразу двух точек, находящихся относительно близко друг от друга. Немезида будет спускаться с командой «Харона».

Несмотря на её состояние, Аелла смогла совершить чудо и поднять Белоснежку на ноги буквально за полдня. Правда, сестра сказала, что ей почти ничего не пришлось делать — организм Немезиды сам практически справился со всеми повреждениями. Получается, что теперь я могу ещё и исцелять благодаря Технике Генной Репродукции и становлению пользователем инфополя. Осталось понять, как это делать, и тогда вообще можно ничего не бояться и идти в бой против любого противника. А Рэм и без меня прекрасно справился за счёт чудовищной регенерации.

Гилдарст и другие члены совета получили от меня информацию о появлении нового, гораздо более опасного врага и пока находились вне зоны доступа любой связи. У них было четыре часа, за которые я так ничего и не услышал. Дальше любые разговоры нас только отвлекали бы от планирования атаки.

Все, кто примет в ней участие, сейчас находились на борту «Рагнара». Собрать их оказалось той ещё задачей, но у нас получилось. Каждый был прекрасно осведомлён, с чем нам предстоит встретиться на планете, но никто не собирался идти на попятную.

Все имеющиеся в нашем распоряжении корабли получили приказ на освобождение пути для нас. Сильной планетарной обороны на Таймлине не было, но и тех средств, что имелись, вполне хватит, чтобы разобраться с отдельными отрядами владеющих, собирающихся спуститься на планету. Соваться туда без предварительной артподготовки — настоящее самоубийство.

Гея оценивала успешный спуск в этом случае всего в шесть процентов. А после уничтожения планетарной обороны — в девяносто восемь. Как бы сильно ни поджимали сроки, но работа по планете кинетическим оружием была необходима. И пока она не завершится, мы не можем начать операцию.

Гея с Марком задействовали в этой операции все свои мощности, перебрасывая корабли из одной точки в другую и выдавая цели, которых оказалось на удивление очень много. Вместо трёх суток у нас ушло в два раза больше времени, чтобы подавить очаги сопротивления, представляющие реальную угрозу для десантной операции. И то Гея сомневалась, что уничтожены действительно все системы ПКО Таймлина. Рэм о них практически ничего не знал. Только о самых крупных системах, расположенных возле важнейших объектов. Их мы подавили в числе первых.

Когда корабли завершили работу по планете, их боезапас был практически исчерпан. Если придётся срочно вступать в бой, то вести его придётся исключительно энергетическим оружием на минимальных дистанциях. Но вражеского флота в системе в ближайшее время точно никто не ждёт. А чтобы эвакуировать нас с планеты в случае неудачи, хватит и одного «Рагнара», поэтому остальные корабли, чьи экипажи не были задействованы в операции, получили приказ возвращаться на Окинаву.

Таймлин был разделён на тридцать два сектора обороны, и в каждом имелся собственный штаб управления. Моему отряду предстояло захватить сразу два таких сектора. На одном располагались мощности по генерации энергии, которая передавалась сразу на четырнадцать секторов и питала подземные комплексы по производству вооружения. Их захват оставлял сразу половину вооружённых сил Таймлина без дополнительных поставок боеприпасов и оружия.

А во втором секторе располагался подземный космопорт по типу того, что Кастор уничтожил в Артосе. Там шло производство планетарных истребителей, которые станут для нас главной угрозой во время спуска. Чтобы ликвидировать абсолютно все угрозы на планете, потребовалась бы длительная осада. По расчётам Геи, не меньше пары месяцев непрерывных бомбардировок с орбиты.

При этом жизнь на планете осталась бы только в глубинных бункерах, чего нельзя допускать. Таймлин нужен нам со всем населением. Без людей планета — просто огромный кусок камня с залежами полезных ископаемых. Поэтому полное уничтожение отметалось сразу.

Беспилотники Марка уже были готовы, как и шаттлы с нашими отрядами. В случае их уничтожения владеющим предстоит добираться до нужной точки на крыльях. Но с этим ни у кого проблем не было. «Рагнар» был перемещён ближе к столице Таймлина.

Первыми было решено ликвидировать верхушку военной администрации, чтобы дестабилизировать обстановку на планете. А уже отсюда все остальные разлетятся по своим секторам.

Когда всё было готово, я создал истребитель, захватив всех из своего отряда, и на ускорении помчался по заданным координатам. Лететь было чуть меньше часа.

Стоило только войти в атмосферу Таймлина, как по нам ударили истребители противника. Ударили ракетами и ЭМИ, что поначалу показалось очень странным, но лишь до тех пор, пока беспилотники Марка не выпустили противоракеты. Они смогли вылететь из пусковых, но практически сразу же вышли из строя, не имея никакой защиты против ЭМИ.

Вот и получилось, что с ракетами придётся разбираться непосредственно шаттлам, которые не приспособлены для этого. И первое сообщение об уничтожении нашего транспорта пришло уже через несколько минут.

А дальше мне потребовалось всё мастерство, чтобы отбиться от преследующих нас истребителей, которые практически не уступали мне в скорости. Атмосфера Таймлина свела все преимущества на нет. Вот только у них не было Геи и доступа к инфополю. Так что я на несколько порядков превосходил самых умелых пилотов Таймлина, что и доказал при первом же столкновении, уничтожив три дюжины ракет и сразу шесть истребителей, заставив остальные броситься врассыпную.

* * *

— Генерал, они всё же осмелились начать высадку на планету. Как мы и предполагали, главной целью стал императорский дворец и ставка командования. Атмосферники уже вступили в бой. Нам удалось уничтожить несколько шаттлов, и сейчас они занимаются преследованием находившихся в них владеющих. Четыре звена были уничтожены, столкнувшись с владеющим, обладающим уникальной техникой создания боевого корабля. Он сейчас направляется в район долины Артуа, — закончил свой доклад адъютант генерала Когуна Саркони.

Выходца с Таймлина, сумевшего добиться невероятных успехов на службе у Ульфа Сканнинга. Вожак даже удостоил его чести и сделал одним из наставников своего третьего сына. Вот только именно предательство Рэма позволило мятежникам с Вериго не только разгромить флот, собранный у Таймлина, но и осуществить эту атаку на планету.

Когун получил приказ от командования стаи удержать планету любой ценой, и он собирается выполнить этот приказ.

— Атмосферники не смогут сдержать противника, но пускай сделают всё возможное, чтобы максимально измотать его. Коснуться поверхности они должны, лишившись та’ар. Отдай приказ отрядам подавления выдвигаться на позиции. Уверен, что в каждом отряде у них есть сильные владеющие. Иначе эта атака — чистое самоубийство, на которое не пошёл бы ни один здравомыслящий военачальник. А такие у мятежников точно есть. Рэм не смог бы в одиночку спланировать подобную атаку. Хоть и внёс огромный вклад в наш проигрыш.

Никто не ответил Когуну. Хотя в штабе находилось ещё восемь владеющих. Все они были подчинёнными юного волчонка, и его предательство стало для них ударом, от которого они так и не смогли оправиться.

Но долго молчать они не могли. Противник продолжал нападение, несмотря на все меры, что были предприняты. И больше всего каждого из присутствующих интересовал один вопрос.

— Генерал, что будем делать, если среди нападавших объявится… — говоривший запнулся, не зная, как назвать бывшего командира. Он потерял право даже на имя после того, как перешёл на сторону мятежников и предал стаю.

— Выполнять приказ. Предатель должен умереть. Никакого снисхождения. Каждый из нас должен при встрече перегрызть ему глотку. Других вариантов просто быть не может.

Эти слова вновь погрузили штаб в тишину. Были слышны лишь доклады пилотов, сражавшихся в небе над столицей. А через несколько минут весь штаб содрогнулся.

— Получено прямое попадание. Левое крыло дворца уничтожено. Противник стремительно прорывается через уцелевшие рубежи обороны. Через полминуты он будет у нас. Это просто невозможно. У них же нет настолько сильных владеющих, — последние слова оператор прошептал, но все присутствующие в штабе их прекрасно расслышали.

Первым отреагировал Когун, облачившись в броню и на ускорении бросившись встречать гостей. Генерал не был рождён в стае Сканнинга, но был обучен её лучшими бойцами и не сомневался в своих силах. Не сомневался, что сможет справиться с любым владеющим, которого выставят мятежники. Даже с Рэмом, если это потребуется. Слишком хорошо он знал волчонка и имел контрмеры на любую его атаку. Вот только Рэма среди напавших на штаб не оказалось.

Стоило только генералу оказаться на поверхности, как ему пришлось отбиваться от десятков мелких дронов, что буквально заливали огнём всех, кто пытался встать на защиту штаба. Здесь уже лежали тела многих бойцов стаи — умелых и опытных, но недостаточно сильных, чтобы противостоять поджидающему их владеющему.

Он был один.

— Я так понимаю, генерал Когун? — спросил владеющий. — В точности, как тебя описывал Рэм. Меня зовут Лютер Кинг, и я представляю временное планетарное правительство Вериго, а также возглавляю одну из сильнейших фракций планеты. Я знаю, что ты выходец с Таймлина, поэтому предлагаю перейти на нашу сторону и возглавить планету. Иметь дело с военными гораздо проще, чем с людьми типа Анджело Арано. Хорошо подумай над моим предложением. Оно будет сделано всего один раз.

К дронам, встретившим генерала, прибавилось ещё столько же, и все они были готовы открыть огонь на поражение. Все инстинкты Когуна кричали о том, что нельзя вступать в бой со столь сильным противником, практически ничего не зная о нём.

В информации, что была у стаи на Лютера Кинга, говорилось, что он смог достичь второго порядка, и это был его предел. Что в бою он проиграет любому старшему офицеру стаи.

Вот только, столкнувшись с Кингом лицом к лицу, генерал с уверенностью мог сказать, что разведка стаи провалилась. Всего несколько человек во всей стае смогут наравне сражаться с Кингом, и Когун был в их числе.

Все ресурсы пошли на усиление тела и высвобождение скрытого потенциала, чего генерал раньше не делал ещё ни разу. Просто не приходилось встречать столь сильного противника, и его жизнь не стояла на кону схватки.

Невидимые когти вонзились в дроны и уничтожили их. Правда, Кингу они не смогли причинить никакого вреда, наткнувшись на энергетическую защиту.

— А я всерьёз надеялся договориться с тобой. Даже не представляешь, сколько денег мне пришлось отвалить за этих малышек. И кто мне теперь компенсирует их потерю? — в руках Кинга появился светящийся частицами творения шест, и в одно мгновение он оказался рядом с Когуном, обрушив на него своё оружие.

Глава 12

Возле первой точки нас ждали сразу пять звеньев атмосферных истребителей вместе с наземными системами залпового огня. Никакой поддержки от Марка у меня не было. Поэтому пришлось показывать местным воякам, что такое истребитель, созданный техникой владеющего.

Понятия не имею, каково было членам моего отряда находиться внутри истребителя, но битва закончилась полным разгромом воздушных сил противника. Истратил на неё почти шесть тысяч та’ар и получил реальный боевой опыт, что было гораздо важнее.

За время сражения Гея смогла подключиться к системам базы и указала оптимальную точку для входа. Правда, предварительно пришлось ударить по ней самым мощным импульсом, на который я был способен, чтобы пробиться сразу к шахте лифта.

Вот и почему всё самое важное необходимо прятать под землю? Причём на такую глубину, что даже с орбиты сложно пробить? Приходится постоянно чувствовать себя кротом, которому непременно нужно докопаться до самого низа.

Но выбора у нас нет. Поэтому, когда я деактивировал истребитель, к слову, уже изрядно потрёпанный, выйти из нескольких воздушных сражений без единого повреждения было просто нереально, мы двинулись к шахте лифта.

— Она заминирована и наверняка рванёт, когда вы будете примерно на середине пути, — заявила чёрная валькирия, стоило мне заглянуть в шахту. Все тросы были оборваны моей атакой, как и разворочены двери, поэтому ничего не мешало обзору.

Поблагодарил Гею за предупреждение и отправил вниз четыре десятка конструктов, чтобы обезвредить все заряды. Поделился с конструктами частицами творения для создания крошечного та’ар-импульса. Он точно выведет из строя любое взрывное устройство.

— Придётся немного полазить. Будьте готовы вступить в бой сразу же, как окажетесь внизу, — сказал я парням и просто спрыгнул в шахту, даже не думая спускаться по лестнице. Это слишком долго и даст врагу время подготовиться ещё лучше.

По мере падения прорисовывалась схема шахты и находящейся под ней базы, поэтому в нужный момент я максимально укрепил доспех в области рук и просто ударил им по ближайшей стене, чем замедлил падение, а затем спрыгнул на то, что осталось от рухнувшего лифта, активировал ножи и врубил ускорение.

Сразу за дверью нас ждали гости. Встреча должна была стать очень горячей, вот только среди встречающих не было ни одного владеющего, а импульсники и игольники не в состоянии пробить мой доспех.

Даже не стал включать волновой щит. Разобрался со всеми за несколько секунд, после чего услышал первый взрыв в шахте лифта. Всё же они нашли способ привести в действие взрывчатку. Но это уже не важно.

Пока я падал, Гея отметила расположение всех зарядов, и парни гарантированно успели пройти мимо них, а этот взрыв только помог им быстрее присоединиться ко мне, стряхнув вниз, как жуков-листоедов, что так любят лакомиться ледяными лепестками.

Когда я выбрался из тамбура, в который выходила шахта, услышал грохот и ругань Келлиле. Братья Мбване были самыми крупными в отряде и прилетели первыми после падения.

Ну а дальше я двигался немного позади конструктов, которые первыми вступали в бой и зачастую расчищали для меня дорогу. Двигался я на ускорении, но даже так потребовалось больше сорока минут, чтобы достигнуть генераторной, где меня встретили шквальным огнём из чего-то очень серьёзного. Настолько, что даже на тактической сетке отобразился красный мигающий маркер.

— Это точно владеющие, и в зарядах содержатся частицы творения. Я бы не советовала тебе лезть в лобовую, но и палить без разбора та’ар-импульсами — так же. Повредишь оборудование, и тогда его придётся долго и дорого восстанавливать. А нам нужно по максимуму минимизировать ущерб от операций. Вся эта инфраструктура в дальнейшем будет работать на правительство системы.

— Я и не собирался лезть в лобовую. Для этого у меня есть конструкты. Да и парни уже на подходе, — ответил я, создавая сразу десяток нулёвок, пару ткачей и ещё разной мелочи. Первую волну здесь уничтожили.

Конструкты устремились вперёд, без страха бросаясь на смертельные заряды, умирая и присылая мне болезненные откаты, на которые я не обращал внимания. Но я создал их с запасом, и поэтому через несколько секунд вражеский огонь немного стих. А там уже меня догнали парни.

— Ну, что, покажем, чему нас учили на Вериго? — спросил я и дал отмашку братьям Мбване.

Здоровяки активировали свои щиты и бесстрашно шагнули прямо под энергетический шквал. Следом за ними в помещение зашли и остальные. Я же остался здесь и создал ещё несколько конструктов. Четверо из предыдущей партии были всё ещё живы и даже успешно сражались, отвлекая на себя несколько противников. Только после этого я вошёл в просторный зал, где располагались величественные та’ар-генераторы, генерирующие достаточно энергии, чтобы подпитывать почти четверть военных секторов Таймлина и подземный космопорт.

На Вериго ничего подобного не было. Даже генераторы Окинавы производили гораздо меньше энергии. Поэтому мне было удивительно видеть такие технологии на Таймлине — планете, полностью подконтрольной заражённым.

— Не нужно считать их какими-то отсталыми. Многое из того, чем сейчас пользуется человечество, было изобретено заражёнными. Да и кто сказал, что они должны плохо относиться к своим подданным? Это на Вериго они не имели такой власти, опасаясь Окинавы и Армад, поэтому там развитие шло исключительно за счёт сил поселенцев и технологий, которые они смогли извлечь из кораблей Первого Ударного, — вполне резонно подметила Гея.

Я же в это время уже присоединился к парням, которые вели схватку с превосходящими силами противника. Ну как «вели схватку» — приближались к ним под прикрытием щитов Мбване, которые держались каким-то чудом под таким шквалом энергии. Оружие защитников определённо было запитано напрямую от генераторов. Ну или среди них есть владеющий пятого ранга, что просто нереально.

На удивление Рэм не лез вперёд и находился подле Виты, которая сразу сказала, что в ближайшее время не станет использовать свои ментальные способности. Это связано с её подготовкой к созданию потомства. Ментальная составляющая сейчас слишком нестабильна, и Вита боится навредить своим. Происходит переход на новый уровень владения этими силами, и как быстро всё устаканится — она не знает.

Я полностью поддержал её решение. Хоть без ментальных сил юной корлевы нам и будет гораздо тяжелее, мы обязательно со всем справимся. И сейчас это было прекрасно видно по тому, как уверенно мы приближались к врагу.

Отсиживаться за щитами я не стал и активировал собственную защиту, чтобы на ускорении оказаться возле первого орудия защитников генераторов и превратить его в искрящую кучу металла. Сюда бы Немезиду — она с лёгкостью смогла бы поставить всю высвободившуюся энергию себе на службу. А без неё она просто исчезнет.

К этому моменту Арт разобрался ещё с двумя орудиями, и образовалось достаточно большое окно, чтобы в него ворвались все члены нашего отряда, показывая подавляющую мощь. Здесь хватило бы меня и Рэма, но рисковать нельзя. Потому что слишком многое поставлено на карту, и любая оплошность может всё испортить.

— Ага, как эта, — произнесла Гея и отметила для меня участок на тактической сетке, где располагался один из генераторов.

Одного взгляда мне хватило, чтобы понять — дело дрянь. Всё же кто-то умудрился долбануть по одному из генераторов, и там сейчас происходила какая-то жуткая реакция, которая мне очень не нравилась.

Частицы творения перемешались с генерируемой энергией и постепенно вырывались из повреждённого генератора искрящимися дугами, бьющими по другим генераторам и уже практически доставали до нас.

— Если все эти генераторы рванут, то это можно будет сравнить со взрывом абсолютного оружия. Нас и всего сектора тогда больше не будет. Давай, творец, твой выход. Твори, — выдала Гея, даже не пытаясь помочь.

Единственное, что мне сейчас пришло в голову, — это создать барьер из кровавой звёздной стали, который смог удержать даже существо, живущее по иным принципам. Да и здесь явно не нужно было создавать чего-то невероятного. Хватило всего лишь небольшой заплатки, которая закрыла повреждённый участок. Гораздо сложнее оказалось усмирить уже вырвавшееся на свободу энергетическое буйство, грозящее куда более серьёзными проблемами, чем повреждённый генератор.

А между тем, бой с защитниками продолжался. И никто не мог мне помочь. Даже Гея не знала способа, как утихомирить энергетический шторм, вплотную подобравшись к другим генераторам. Я уже собирался опустошить ядро и начать использовать все имеющиеся конденсаторы, когда в центре самого яростного сгустка появилось тёмное пятно, начавшее стремительно поглощать энергию.

И только после этого в голове возникли образы, которые сообщили мне о возвращении наследия. Оно не только смогло разобраться со слугой, сделав его частью себя, но и поглотить накопленную им за тысячелетия мощь, что позволило заполучить недостающие частицы творения и начать процесс инкубации.

А сейчас наследие решило мне помочь, ощутив опасность. Но то, что было нереально для меня, для него оказалось сущим пустяком, разобраться с которым не составило труда, благодаря проглоченной силе пространственного создания.

Получив информацию от наследия, я бросился на помощь остальным, ударив защитникам в спину. Через несколько минут бой закончился нашей безоговорочной победой. Мощности по генерации, питающие почти четверть военных секторов Таймлина, перешли под наш контроль, что оставило без подпитки защиту в этих секторах. Они смогут использовать только энергию, имеющуюся в наличии, что многократно упрощало для нас задачу.

— Что это такое? — спросила у меня Вита, указывая на пространственную трещину, которая собирала в себя остатки энергии.

— Друг, который пришёл на помощь. Он не опасен для нас и исчезнет, когда поглотит всю вырвавшуюся энергию.

— Я ощущаю в нём отголоски того монстра, с которым не стала связываться. Только… что-то изменилось. Я больше не боюсь.

— Тот монстр исчез и больше никому не причинит вреда. Но могут появиться другие, подобные ему, и для этого нам необходимо как можно быстрее разобраться с Таймлином и Сканнингом, чтобы начать готовиться к возможной встрече с ними. Но ты можешь не переживать и заниматься колонией. Ты уже помогла нам достаточно, и настал наш черёд отплатить. Поэтому, после того как закончим здесь, занимайся своими делами.

Вита посмотрела на меня как-то странно, но ничего не сказала. Я лишь ощутил лёгкое ментальное прикосновение — и на этом всё.

— Надеюсь, что эти существа появятся после того, как колония начнёт свой рост. Тогда мы сможем встретить их плечом к плечу с людьми.

— Здесь закончили, что дальше? Не пора ли уже отправляться к следующей цели? — нарисовался Рэм, явно недовольный произошедшим сражением.

Для него здесь всё было слишком просто. Ни одного достойного противника. А ведь он хотел разобраться со своими бывшими подчинёнными.

— Сперва позаботился о том, чтобы никто не смог сюда попасть. Не хватало нам по несколько раз захватывать одно и то же место. Да и в следующий раз таймлинцы могут просто уничтожить все генераторы, чтобы нам ничего не досталось. Это будет слишком расточительно.

А ещё мне необходимо было дождаться возвращения наследия. Хоть оно и не передало никакой информации, но сдаётся мне, что если мы расстанемся сейчас, то найти друг друга будет уже практически невозможно. А у нас ещё есть совместные, неоконченные дела.

Можно сказать, что я уже выполнил свою часть сделки, а вот наследие — ещё нет. Так что я обязательно должен дождаться, когда оно закончит и вернётся в хранилище. Даже уже создал для него новый, содержащий в себе не малый, а средний пространственный массив. Он точно должен будет удержать в себе начавшее инкубацию наследие. Да и оно само заполучило силу пространства и наверняка способно усилить мой массив, если понадобится.

Конечно, Рэм оказался недоволен моим ответом, но это его проблемы.

Парни принялись за работу, расчищая здесь всё и подготавливая территорию для наших защитных мер, которые уже были предусмотрены ещё на борту «Рагнара». Так как большая часть военных секторов Таймлина сейчас практически выведена из строя, то и их защита сильно ослабла, а значит, к нам сможет прорваться отряд для защиты генераторов. В него войдут наши лучшие десантники под командованием Ллойда. И они уже должны вылететь с «Рагнара».

Гея это подтвердила, оценив время прибытия в два с половиной часа. Как раз хватит, чтобы всё подготовить для парней и как следует залатать повреждённый генератор. Техника Сотворения способна и не на такое. Только мне нужно немного времени, чтобы подстроиться под нужную задачу. А пока это делаю, начал создавать конструкты, которые помогут нашим защитникам. Остальные так же не сидели на месте, кроме Рэма и Виты — их способности сейчас были не востребованы.

С генератором я разобрался гораздо быстрее, чем предполагал. Оказалось, что латать всякие механизмы довольно просто, когда имеются такие помощники, как Гея и инфополе. Они указывают на необходимые действия и помогают рассчитать всё с точностью до микронов.

Так что после завершения отремонтированный мной генератор совершенно не отличался от остальных. Всё было восстановлено на атомарном уровне, и даже исправлены мелкие косяки в его конструкции и строении. Что позволило этому генератору повысить мощность почти на сорок процентов. Было бы больше времени — занялся бы и другими генераторами. Но это теперь станет задачей для местных техников. Заодно проверим, насколько они компетентны. И займёмся этим только после того, как на планете установится новое руководство. Планируем осуществить это в ближайшие пару недель. Но, как известно, все планы имеют привычку идти в одно и то же место.

Вот и сейчас, стоило нам только закончить с генераторами и передать их под охрану десанта, как на связь вышел Проповедник.

— Икар, я проиграл, — произнёс Кинг. После чего в эфире появился новый голос. — Рэм, я знаю, что ты меня слышишь, плешивый щенок. Ты настолько испугался встречи со мной, что прислал этих людей? Ты окончательно лишился чести, и единственное, на что способен — прятаться за спинами других, скуля от страха.

Понятия не имею, почему этот человек решил, что разговаривает с Рэмом, но, судя по всему, это был Когун — второй наставник волчонка, который возглавил военное командование Таймлина. И, судя по тому, что Проповедник ему проиграл, совсем не зря.

Гея сообщила, что Кинг отправил запрос на связь только мне, заблокировав этот вызов для остальных членов отряда. И сделала это очень предусмотрительно.

— Рэм тебя не слышит, Когун. И он не отправился в императорский дворец из-за того, что я запретил ему это. Ученик не должен сражаться с учителем. Отпусти Кинга, и тогда я обещаю, что не стану забирать твою жизнь. Ты даже сможешь вернуться в стаю и рассказать обо всём произошедшем на Таймлине своему вожаку или тому, кто остался вместо него. Если не сделаешь этого, то сперва умрут все твои подчинённые, затем твоя настоящая семья на Таймлине, и только после этого — ты.

— Кто ты такой, чтобы выдвигать мне подобные требования?

— Капитан щитоносца «Рагнар», Икар Керос. Тот, кто одолел Рэма Сканнинга в бою. А значит, тот, кто оскорбил тебя, как учителя волчонка. И я вызываю тебя на бой, Когун Саркони. Только ты и я. Победишь — и сможешь беспрепятственно покинуть планету.

Повисла недолгая пауза, после которой я услышал голос Проповедника.

— Парень, не делай глупостей. Ты ещё никогда не сталкивался с подобными противниками. Он на голову превосходит всех, кого мне доводилось встречать.

Раздался глухой удар, после которого вновь заговорил Когун.

— Пусть ты и не принадлежишь к стае, но я принимаю твой вызов, Икар Керос. Возьми с собой Рэма — он должен видеть, как я расправлюсь с человеком, победившим его.

Глава 13

Вот исправленный текст с учётом только грамматических, орфографических, пунктуационных и логических ошибок, без изменений содержания, структуры или добавления нового. Атрибуция диалогов приведена в соответствие с нормами русского языка:

Раз у Проповедника не получилось захватить планетарное командование, то эта задача ложится на мои плечи. Больше некому её доверить. Да и не могу я теперь полагаться на кого-то ещё.

Один раз мы уже возлагали большие надежды на Кинга и его людей. Но оказалось, что они слабее Когуна и элитных воинов стаи Сканнинга. Раз уж так сложилось, то нужно лететь к императорскому дворцу и там сразиться со вторым наставником Рэма, чтобы не только довести дело Проповедника до конца, но и разрушить цепочки командования Таймлина. Это гораздо важнее, чем подземный космопорт. С ним придётся разбираться позже.

Быстро передав генераторы Ллойду, мы на ускорении бросились прочь отсюда.

Столица Таймлина находилась довольно далеко от места, где мы высадились. На максимальном ускорении лететь — почти два часа. Поэтому я создал ещё конструктов, дав им чёткие указания. Никого из отряда оставлять здесь было нельзя. Слишком это опасно.

— Нас взяли на прицел. Пятьдесят четыре наземные системы ПКО. Но пока ничего не предпринимают. Просто ведут нас, — сообщила Гея, когда мы уже пролетали к столице Таймлина, с одноимённым названием.

— Рэм говорил, что Когун — человек слова и никогда не нарушает его. А он согласился на поединок и гарантировал мне беспрепятственный доступ в императорский дворец. Никто на нас не нападёт. Ни сейчас, ни после того, как Когун проиграет мне.

— А ты уверен, что он проиграет? Он смог победить Кинга и его людей. А они далеко не слабаки. Пожалуй, в моём рейтинге сильнейших отрядов Вериго они займут одно место с Гилдарстом и его бойцами. И оно будет где-то на самой вершине.

— Интересно, какое место в этом рейтинге занимаю я?

— Если брать тебя одного — конечно же, первое. Вот только я учитываю не только лидеров, но и их бойцов. А в этом плане ты и твои парни уступаете, как минимум, Проповеднику, Гилдарсту, экипажу «Харона» и ещё паре свободных капитанов. Возможно — сильнейшему боевому отряду Нью-Вегаса. Особенно после получения Маккинли нового тела. Могу дальше продолжать.

— Не стоит. Я тебя понял. Но уверен, что сражаться с Когуном мы будем один на один. А после его поражения никто не посмеет напасть на нас. И вообще, я слышу сомнение в твоём голосе. Неужели ты вообще не веришь в нас?

Отвечать Гея не стала. Лишь указала ещё несколько новых огневых точек, взявших нас на прицел. Как-то мы очень странно провели орбитальную бомбардировку, оставив столько всего на территории столицы Таймлина. Похоже, Гея слишком переусердствовала с минимизацией потерь среди мирного населения планеты, и во всех крупных городах нас ожидает очень горячий приём. Благо, что практически все цели находятся за пределами городов. Исключение — только императорский дворец.

Хоть я и летел на максимальном ускорении, но всё же смог немного разглядеть столицу Таймлина. Она оказалась невероятно похожа на Нью-Вегас. Практически его близнец, с незначительными изменениями. Например, императорский дворец вместо Дворца Правителей.

Первый оказался значительно меньше, был отделан золотом, а на площади за стенами дворца располагалась огромная статуя Анджело Арано. Она была на одном уровне с самой высокой точкой дворца и полностью отлита из золота.

Конечно, раньше этот металл очень ценился и выступал гарантом платежеспособности многих государств, но сейчас он не представляет вообще никакой ценности. Слишком мягкий, легко плавится, и, что на Вериго, что на Таймлине, имелись огромные золотые запасы, которые никого не интересовали. Кроме покойного Анджело Арано, конечно.

— В древние времена, когда человечество ещё не вышло за пределы материнской планеты, золото считалось металлом богов, а императоры — наместниками бога на земле. Видимо, Арано где-то откопал эту информацию и решил, что он и есть наместник бога, — сказала Гея, после чего отметила для меня сразу несколько целей по периметру защитной стены. — Это пусковые установки термоядерных ракет. Одной такой хватит, чтобы пробить твою волновую защиту, а заодно снести тяжёлым излучением броню и начать уничтожать клетки в твоём организме. Ты должен позаботиться о том, чтобы эти установки перестали функционировать. И сделать это до того, как поединок с Когуном закончится.

Всего было шесть установок, расположенных по периметру защитной стены императорского дворца. Все они были на виду, и никто не собирался их прятать. Словно специально показывая врагам, что у них есть подобное оружие, которое они не побоятся пустить в дело. И возле ближайшей установки я заметил очень знакомый шипастый шар, который оказался там явно не случайно.

Это навело меня на мысль, что Кинг проиграл не просто так — для этого были веские причины. Похоже, он так же сильно опасается этих ракет и решил потянуть время, чтобы обезвредить пусковые установки. Интересно, он уже успел разобраться, или нужно ещё время?

Но тянуть его дальше было просто невозможно. Мы уже находились над территорией императорского дворца и прекрасно видели место для посадки — довольно просторный участок рядом с золотой статуей. Меня там уже ждали.

Как только я деактивировал технику истребителя, на нас сразу же были направлены тяжёлые импульсники, гаусс-турели и всё, что только имелось в арсенале бойцов Когуна. Правда, всё это точно не сможет причинить нам вреда. Щиты братьев Мбване будут вполне достаточны, чтобы защититься. Но доводить до этого я не собираюсь.

— Вита, присматривай за Рэмом и не позволяй ему терять голову, — сказал я перед тем, как выйти вперёд и обратиться к встречающей делегации, насчитывающей почти сотню бойцов, среди которых почти половина оказались владеющими. — Когун Саркони, я прибыл на наш поединок. Только сперва покажи мне Лютера Кинга и всех, кого вы ещё захватили.

Вперёд вышел рослый владеющий в броне, чем-то похожей на броню Рэма, только без всех этих волков и прочих украшательств. Просто очень добротная, функциональная броня, которая отлично подходит для сражения с сильным противником.

Шлем исчез, открывая суровое лицо, покрытое шрамами. На голове практически не было никакой растительности, что сразу напомнило мне Боба — его первую версию, с которой мы встретились в первый раз. Но, немного присмотревшись, я понял, что у Когуна достаточно волос — просто они настолько светлые, что кажется, будто их и вовсе нет.

Густая щетина и уставшие глаза говорили о том, что наше нападение застало врасплох даже элитных бойцов стаи Сканнинга. Они до последнего не ожидали, что мы рискнём напасть на планету, искренне считая, что на Вериго практически нет сильных владеющих.

— Что же я вижу, — произнёс Когун, — ты выполнил мою просьбу и привёл с собой трусливого волчонка, Икар Керос. Я, как и обещал, держу своё слово. Вот тот человек, что осмелился бросить мне вызов.

Когун поднял руку, и бойцы за его спиной расступились, открывая обычный стул с привязанным к нему окровавленным Проповедником. Естественно, без брони и всех гаджетов — видеть его таким было весьма непривычно. Глаза Проповедника были закрыты, но он точно был жив. И, что важнее, находился в плену по собственной воле. Его ядро было практически полным, и я не обнаружил ничего, что могло бы сдерживать создание техник. Ментального воздействия тоже не было — об этом мне сообщила Вита, коротко кивнув.

Теперь оставалось понять, зачем всё это нужно было Кингу. А понять это можно будет только после победы над Когуном.

— В таком случае, не будем зря тратить время. Нападай, когда будешь готов.

Я шагнул вперёд, слегка ускорившись, оставив товарищей позади. Вита уже позаботилась о защите — наш поединок их не заденет. Активировал волновой щит, создал три контура активной защиты, которые слились с бронёй и стали незаметны. После чего активировал меч. Сначала буду использовать это оружие — а там посмотрим.

Когун не заставил себя ждать. Отдав несколько быстрых приказов, его люди установили генераторы защитного поля и активировали их. Между нами было около ста метров — для владеющих третьего порядка это невероятно мало. А вот для смертельного поединка — уже чересчур много.

Я знал о противнике всё, что знал Рэм. Вита убедилась, что он ничего от меня не скрыл. Поэтому я прекрасно понимал его возможности. А вот он обо мне не знал ровным счётом ничего. Этот бой я собирался закончить быстро.

Выходя вперёд, Когун остановился, убедился, что его люди оказались под защитой, и поднял правую руку. Мгновение — и в ней появилась рукоять хлыста из звёздной стали, усеянного шипами. В левой руке возник миниатюрный трезубец, между зубцами которого проскочили несколько электрических разрядов.

— Нападаю — выкрикнул Когун, словно дав сигнал, и уже в следующее мгновение мы встретились почти на середине дистанции.

Трезубец столкнулся с моим мечом, а рукоять хлыста просвистела мимо головы, разминувшись с ней на пару миллиметров.

Я не собирался позволять ему полноценно использовать главное оружие. Хлыст хорош на средних дистанциях, а в ближнем бою он будет только мешать. Да и этот ход был предсказуем — даже без моих способностей к предвидению.

Первая стычка ничего не решила. Мы лишь немного прощупали оборону друг друга — проверили силу и умение. После чего отступили, и я ударил Та’ар-импульсом. Целился в руку с хлыстом, но Когун оказался проворным и успел создать перед собой заслон из шипов, оторвавшихся от его оружия.

Та’ар-импульс оказался слишком слабым, чтобы разрушить эту защиту, но у него была другая цель — замаскировать пару миниатюрных конструктов, которые благополучно закрепились на шипах, уже вернувшихся на хлыст.

Меч сменился ножами, и я вновь включил ускорение, уже зная рисунок боя на несколько десятков ударов вперёд. Теперь я мог видеть гораздо больше векторов атаки и защиты — десятки возможных ответов противника и даже проценты вероятности, с которыми он их выберет. Обработка информации шла с невероятной скоростью — даже для владеющего с улучшенным мозгом.

Я вышел на уровень, когда могу сравниться с Та’ар-интеллектом. И это — без активации специальных техник.

Как только я сорвался с места, Когун разделил хлыст на множество частей, которые начали беспорядочно вращаться вокруг него. Но так казалось только на первый взгляд. На самом деле — это была невероятно прочная, зубастая защита, способная уничтожить любого противника. Я знал об этой защите и, чтобы преодолеть её, отправил конструктов с заложенными в них Та’ар-импульсами.

Отреагировать и создать импульс во время ускорения было практически невозможно, но активировать заготовку — вполне.

Должно быть, Когун был удивлён, когда я беспрепятственно прошёл сквозь рой смертоносной стали. Но у него не было времени на реакцию — я оказался на расстоянии вытянутой руки и начал атаковать. При этом выбирал только те траектории ударов, которые он гарантированно сможет отразить.

Уже было понятно: даже невероятно опытный владеющий третьего порядка, прошедший через сотни сражений, признанный лучшими бойцами стаи Сканнинга, отточивший мастерство до идеала — не представляет для меня серьёзной угрозы. В принципе, я мог завершить этот бой за несколько секунд. Но в таком случае гордость Когуна была бы слишком задета, и тогда можно было забыть о моём плане.

После напряжённого обмена ударами мне пришлось отступить — хлыст восстановился, и я едва избежал попадания. Но теперь Когун точно не станет вновь использовать эту защиту: он уже понял, что для меня она не представляет опасности.

Я остановился в двадцати метрах от противника, ожидая его следующего хода, готовый отразить любую атаку. Только не ожидал, что он вовсе не станет нападать.

— Почему ты сражаешься спустя рукава? — резко бросил Когун. — Неужели считаешь меня слабым? Или решил, что я не достоин видеть твоей истинной силы? Как воин, я не приемлю подобного.

— Все его показатели резко подскочили, — сообщила мне Гея. — Словно он только что совершил переход на следующий порядок и одновременно улучшил все свои техники.

Инфополе то же начало менять данные, лишь мешая мне. Пришлось отфильтровать лишнее, оставив только самое главное — иначе можно было запутаться.

— Старый идиот, захотел сдохнуть раньше времени — донёсся до меня голос Рэма, сказавший гораздо больше, чем Гея и инфополе вместе взятые.

Похоже, это одна из запретных техник — вроде того же Берсерка. Такая техника сильно укорачивает жизнь владеющего, а то и вовсе приводит к смерти сразу после её применения.

— Что же, раз ты так считаешь, — ответил я, — давай начнём новый раунд, в котором я тоже буду использовать всё, что у меня есть.

Активировал крылья и начал создавать тех конструктов, что лучше всего подходили для детального сражения: Тенёткников — чтобы замедлить противника, пару Висперов — для скоростных атак, трёх стрелков и десятки нулёвок, поставленных на постоянное воспроизводство. Для этого выделил дополнительный поток сознания. После чего вообще отказался от оружия.

Крылья, доспех и моё тело — этого будет вполне достаточно для победы над любым противником.

Когун ждал, пока я завершу подготовку, и сам тем временем перестроил экипировку под новый уровень силы. Хлыст втянулся в броню, и из неё начали вылезать шипы. При этом сама броня стала тоньше и легче, давая владельцу преимущество в скорости перед равным по силе соперником. Миниатюрный трезубец разделился на три тонких кинжала, которые Когун странно держал между пальцами. Правую руку теперь защищал энергетический щит — похожий на те, что могли создавать братья Мбване.

Об этом Рэм не говорил. Скорее всего, он и сам не знал, что его бывший учитель обладает подобными техниками.

На этот раз Когун не стал нападать без предупреждения.

— Нападаю — выкрикнул он.

И тут же правое плечо пронзила резкая боль, а перед глазами вспыхнул красный маячок — сигнал серьёзных повреждений.

Я лишь краем глаза отметил, что в левой руке Когуна осталось всего два кинжала. Затем усилил броню, активировал регенерацию и вновь замер в ожидании. Секунда — и появился третий кинжал. На этот раз боль пронзила правое бедро, но была слабее, а повреждения — гораздо меньше.

— Что ты делаешь? Он же сейчас просто убьёт тебя, — закричала Гея.

— Адаптируюсь, — ответил я и заблокировал её канал.

Усилил броню ещё сильнее, вновь активировал регенерацию и остался на месте. Когун зарычал — и в этот момент раздался звон разлетевшегося на осколки кинжала. Крыло опоздало на долю мгновения, чтобы полностью заблокировать удар. Лезвие разбилось, но его осколок вонзился в броню и вошёл в живот на пару сантиметров.

Интерфейс даже не отреагировал на столь незначительное повреждение. Организм справится и без дополнительных техник.

Я вновь укрепил доспех и слегка сместил корпус, выставив руки чуть вперёд.

Бойцы Когуна стояли молча, в отличие от моей группы поддержки, которая не понимала, что происходит. Только Вита полностью мне доверяла — это я чувствовал на ментальном уровне.

Я продолжал смотреть на левую руку Когуна. Когда в ней появился третий кинжал, я щёлкнул пальцами — и он разлетелся на осколки. Второй кинжал разбился о мою броню, как и десятки шипов, выпущенных залпом. Третий кинжал всё ещё был зажат между пальцами Когуна, когда его атака завершилась ничем. А через мгновение и он разлетелся на осколки — уничтоженный своим же создателем.

— Я проиграл, — произнёс Когун, — и выполню все наши договорённости.

В этот момент вспыхнули шесть пульсирующих красным маркеров.

— А вот и ракеты подоспели, — сказала Гея, выводя их траектории, которые заканчивались прямо на площади, где мы сражались.

Глава 14

— Это предательство! Так и знал, что нельзя доверять никому, кроме истинных членов стаи. Когун слишком предан Рэму, — выкрикнул один из бойцов стаи, стоявший рядом с Проповедником. В его руках появился офицерский меч, но Кинг действовал гораздо быстрее.

Помимо того, что все ракеты резко изменили траекторию полёта и устремились в космос, тело Проповедника покрылось доспехами, а в руках у него появился странного вида продолговатый предмет, из которого во все стороны ударили мощнейшие электрические разряды. Самый сильный достался бойцу, который хотел напасть на Кинга.

Буквально несколько мгновений — и вокруг главы Чёрного Лотоса уже никого не было. А сам он вооружился двумя внушительными пушками. Одна была направлена на Когуна, а вторая — на бойцов, которые смогли остаться в сознании после столь мощного электрического разряда.

— Если кто-то дёрнется, то умрёт, — произнёс Кинг. — Отличная работа, Икар. Нам так и не удалось понять, кто в действительности руководит обороной планеты, поэтому пришлось прибегать к подобным мерам. Хотя должен признать, что Когун действительно очень силён и проиграл я ему по-настоящему. Вита, радость моя, ты можешь немного покопаться в мозгах у этих людей, чтобы отыскать коды доступа к системам самоуничтожения императорского дворца? Они уже запущены, и у нас от силы пара минут.

Юная королева оказалась рядом с бойцом, которому достался самый мощный удар от Кинга, и обхватила его голову руками, заставив заскулить. А через несколько секунд Гея уже получала нужные коды и отменяла самоуничтожение. Императорский дворец нам ещё нужен. Это центральный командный пункт, благодаря которому можно облегчить работу всем нашим отрядам. И потерять его будет весьма болезненным ударом.

Гея начала деактивацию, а я обратился к Проповеднику, державшему на прицеле Когуна, ещё не решившего, как ему действовать дальше.

— Расскажешь обо всём после, а пока нужно закончить здесь. Рэм — твои бывшие подчинённые, поэтому тебе решать, как с ними поступить. Но в любом случае пока необходимо их всех обезвредить.

Отдал команду парням и Вите, которая смогла справиться со своей силой, после чего мы довольно быстро разобрались со всеми бойцами Когуна. Сам он уже определился со своей ролью и не вмешивался, проиграв бой и прекрасно понимая, что ничего не сможет нам противопоставить. К тому же его подчинённые посчитали его предателем, причислив к Рэму.

На площади мы разобрались со всем за несколько минут, но это было ещё далеко не всё. Непосредственно в командном центре оставались люди. Сильнейшие вышли встречать нас, а остальные продолжили заниматься координацией войск планетарной обороны.

Полное взятие под контроль Императорского дворца заняло около трёх часов. Большую часть из которых мы петляли по коридорам подземного комплекса под дворцом.

В очередной раз убедился, что абсолютно все пытаются спрятать самое важное как можно глубже.

Ракеты взорвались после выхода из атмосферы планеты, заблокировав на время всю связь. Так что сейчас поговорить с Гилдарстом и другими членами совета не получится. Хотя момент весьма подходящий, да и наши корабли уже должны были расставить все ретрансляторы, чтобы максимально сократить расход энергии.

Пока мы занимались делами под землёй, Рэм с Витой остались на поверхности и занялись бойцами Когуна. Сам он оказался в кандалах Проповедника, из которых не смог бы выбраться даже владеющий четвёртым порядком. А после того, как Когун признал поражение, его техника исчезла, и он вернулся в первоначальное состояние. Мне показалось, что он стал гораздо слабее.

— Отпусти его, — сказал я Кингу, когда центр управления находился под нашим полным контролем.

К этому моменту появились все члены команды Проповедника, которые ждали приказа своего командира за пределами Императорского дворца. А сам он в одиночку заявился к Когуну, буквально упав тому на голову, раздолбав при этом военное крыло дворца вплоть до минус третьего этажа.

— Пусть он и признал поражение, но не проиграл. Так что отпусти его. Когун Саркони, ты свободен и можешь идти, куда хочешь. Только знай: если попытаешься мешаться нам — умрёшь, — сказал я, а Гея в этот момент отправила Проповеднику небольшой пакет информации, в котором содержались мои планы насчёт второго наставника Рэма.

— Мне некуда идти, так что убейте меня. Хоть так я воссоединюсь со своими людьми. Уверен, что Рэм никого не пощадил. Ему с детства вбивали в голову, что необходимо уничтожать противника, пока имеется такая возможность, и нельзя оставлять в живых никого.

— Это было до того, как он встретился со мной, а затем ещё и познакомился с Витой. С тех пор он очень сильно изменился. И сейчас смерть настигла исключительно выходцев из стаи. Всех остальных Рэм пощадил и просто обезвредил. Уверен, что у нас получится договориться с ними. Как и с тобой, Когун Саркони. Выходец с Таймлина, которого забрали в стаю и там воспитали как одного из лучших и самых преданных бойцов. Вот только действительно ли твоя преданность настолько сильна, как о ней говорил Рэм? Готов ли ты вернуться в стаю, зная, что там ждёт гарантированная смерть? Никто из старейшин и сам Ульф Сканнинг ни за что не поверят тебе и не примут обратно того, кто проиграл.

— Таких ожидает только смерть — ничего больше, — с улыбкой на губах произнёс Когун, прекрасно понимая это.

— В таком случае не вижу причин для того, чтобы ты туда возвращался. Уверен, что ты был отличным наставником для Рэма, как и Ферн, — при упоминании этого имени Когун дёрнулся, а его лицо вмиг стало ещё более хмурым. — Он жив. И, возможно, вскоре вновь встанет подле своего лучшего ученика, который обязательно возглавит стаю. Естественно, с нашей помощью. И ты сам уже смог убедиться, на что мы способны. А это ведь всего один отряд. Остальные сейчас захватывают ключевые точки Таймлина и уже в ближайшее время планета перейдёт под наш контроль. Люди уже знают тебя, так что твоя кандидатура мне кажется идеальной, чтобы встать во главе временного правительства планеты.

— Ты, должно быть, смеёшься? — удивился Когун, явно даже не предполагая подобного поворота событий.

— Он действительно так считает, как и я, — раздался голос Рэма, который появился в дверях вместе с Витой.

* * *

Столица Таймлина перешла под наше полное руководство совершенно незаметно, практически для всего населения планеты. Даже командующий военной администрацией остался прежним. Сменились только его советники, и главным здесь стал Рэм Сканнинг. Мы также решили показать его людям, чтобы начать постепенно подготавливать к смене власти в стае.

Разговор с Когуном вышел очень сложным, и только благодаря Кингу нам удалось перейти к рамочному соглашению, которое ещё будет пересматриваться ни один раз. Но уже сейчас я могу гарантировать, что Саркони не пойдёт на попятную и не станет ничего предпринимать для того, чтобы вернуть планету под руководство стаи. После разговора с Рэмом он осознал, что дороги в стаю больше нет. Там его будет ждать только смерть, как и самого Рэма.

На всякий случай всё же попросил Виту подстраховать нас и оставить в разуме Когуна гарантию того, что он не сможет нас предать. Для неё это было вполне по силам, после чего на планету прилетел шаттл с Рагнара, и забрал юную королеву. Ей пора возвращаться на Окинаву и знакомиться с королевичем огненных висперов. А у нас ещё было много дел на планете. Не захваченными оставались многие ключевые точки.

Когуну удалось договориться всего с двумя. Остальные узнали о том, что произошло в императорском дворце, и стая для них оказалась важнее собственных жизней.

К этому времени все отряды выполнили свои задания. Конечно, не обошлось без потерь с нашей стороны, но задания были выполнены, и точки захвачены. Под нашим командованием сейчас находилось примерно половина ключевых точек Таймлина. Причём половина — со всеми основными энергетическими мощностями. Так что полный захват планеты был лишь делом времени. Причём ближайшего.

Узнав о нашем успехе, Гилдарст и Маккинли больше не могли упрямиться и направили к нам на подмогу бойцов и людей, которые должны будут заменить таймлинцев на ключевых постах. Логичный шаг, но совершенно неверный. Таким образом мы никогда не объединим систему. Хотя и оставлять без контроля местные власти так же нельзя.

И как здесь поступить — я пока не знал. Но обязательно нужно менять подход Гилдарста и Маккинли. Здесь вся надежда была только на Проповедника. И он согласился мне помочь, придя к тем же выводам.

С Когуном у него уже сложились вполне рабочие отношения — вот пусть и занимаются этим вдвоём. Я решил остаться на планете до прибытия подкрепления с Вериго и попытаться за это время максимально приблизить одну очень нужную и безусловно полезную вещь — возможность практически мгновенного перемещения флота Вериго к Таймлину, чтобы отбить потенциальную атаку стаи. В том, что она обязательно будет, никто не сомневался.

Военачальники, оставленные Ульфом управлять стаей, просто не могли закрыть глаза на разгром части их флота и захват Таймлина. Они обязательно попытаются наказать зарвавшихся мятежников и вернуть всё утраченное.

И когда флот стаи окажется в системе Двойного Серпа, мы должны будем встретить его во всё оружие и дать отпор. Я уже знаю, что существуют порталы, способные пропускать через себя даже линкоры, а в хранилище ещё имеется пять пространственных маяков. Правда, чтобы перенастроить их, сперва необходимо проверить, куда они ведут. Этим я и собираюсь заняться, отыскав отличное место на базе под императорским дворцом.

— Не впускайте сюда никого и сами не заходите, чтобы не произошло. Даже если ситуация будет критической и планете будет грозить уничтожение, — сказал я братьям Мбване и своим парням, которые будут нести дежурство перед дверью в выбранное мной помещение.

Никто не стал возражать, как и задавать лишних вопросов.

Вообще, после того как я вернулся из резиденции профессора Гамильтона, все стали относиться ко мне несколько иначе. Словно видели во мне уже другого человека. Причём гораздо более опытного и мудрого. Мне даже казалось, что ко мне начали относиться так же, как к Проповеднику, Гилдарсту, Маккинли и другим подобным людям.

— Так на тебя повлияло становление пользователем инфополя. Могу только предположить, но со стороны, должно быть, всем кажется, что ты знаешь гораздо больше, чем они. И это действительно так, — решила немного развить мои мысли Гея. — Ты даже сам не осознаешь, что начал пользоваться данными инфополя совершенно во всём. Пользоваться так, словно это твои собственные знания. И люди вокруг тебя явно заметили случившиеся изменения. Теперь ты для них — кто-то больше, чем просто друг и командир. Но это лишь мои предположения. И я не исключаю, что они неверны.

А вот я, после столь очевидного указания, понял, что Гея права. Я действительно сильно изменился после встречи с Хранителем и того, что мне передал профессор. Изменился для окружающих, но не для себя. Хотя даже сейчас моё сознание разделено на несколько потоков.

Один работает над поставленной задачей с пространственными маяками, второй общается с Геей, третий размышляет, четвёртый переваривает информацию, полученную вместе с Техникой Сотворения. Был ещё пятый, шестой, седьмой и восьмой поток. Они работали над совсем незначительными задачами, но всё равно моя многозадачность поражала. Пожалуй, даже владеющий пятого порядка не способен на подобное. А ведь мне ещё есть куда расти. И рост этот вообще ничем не ограничен.

Вот и сейчас, для работы с пространственными маяками были выделены сразу четыре потока сознания. Правда, остальные пришлось свернуть. Едва не потерял сознание, когда попытался их оставить.

Поступать, как с первым маяком, сейчас было слишком глупо. Я уже прекрасно знаю, где и что нужно смотреть. А сопоставить полученные координаты с информацией, хранящейся в инфополе, не составит никакого труда.

К моему удивлению, все маяки оказались девственно чисты. Да и тот самый, который уже продолжил дорожку в систему Сириуса, так же был использован мной впервые. Отчего-то инфополе в тот момент решило, что мне необходимо попасть именно в гости к профессору Гамильтону. Никакой информации, почему оно приняло именно такое решение, я не нашёл. Ну и ладно. Теперь можно смело приниматься за объединение маяков и открытие портала к Вериго.

Для этого мне необходимо усовершенствовать Технику Создания Малых Пространственных Массивов. По сути, пространственные проколы мало чем отличались от массивов. Принцип создания был схожим, различия имелись только на финальной стадии. Там, где массивы создавали отдельный пространственный карман, порталы проделывали дыру в пространстве. Чем больше расстояние между начальной и конечной точкой, чем больше радиус портала, тем больше энергии нужно.

Двадцать тысяч та’ар, чтобы создать портал радиусом три метра и соединить системы, находящиеся на расстоянии 200 миллионов световых лет. А сейчас мне необходимо было создать портал шире на несколько порядков, вот только расстояние между точками — всего сорок шесть световых минут, что в четыре миллиона раз меньше. Но с расчётами потребления энергии явно было не всё так просто, и необходимо разбираться по ходу дела.

Поэтому первое, чем я занялся, — это полез в ядро, чтобы отыскать в нём Технику Создания Малых Пространственных Массивов и попытаться её улучшить. Благодаря тому, что профессор Гамильтон показал, как можно перестроить ядро, а затем ещё и самостоятельно внедрить уникальную технику, у меня появились необходимые знания.

Гея не лезла и вообще вела себя удивительно тихо и спокойно. Даже не показывала, что ей дико интересно, чем всё может закончиться. Она просто создала свою проекцию и села напротив меня, с какой-то книгой в руках.

Но я заметил, как она бросила на меня печальный взгляд, перед тем как я погрузился в себя и вновь оказался внутри энергетического ядра.

На этот раз здесь всё было несколько иначе. Теперь я был пользователем инфополя и получал куда больше информации. Техники и навыки сейчас были прекрасно видны и занимали свои места.

Больше всего это было похоже на простой шкаф, разделённый на две части. В одной, на своих полках, лежали техники, в другой — навыки. Полок было ограниченное количество, что объяснялось числом навыков и техник, которые владеющий может внедрить на каждом порядке.

Правда, я сразу же заметил здесь очень странную вещь. Отдельная техника или навык занимали совсем мало места на своей полке. К ним можно было смело приплюсовать ещё несколько, просто положив рядом. Что, скорее всего, и делали заражённые. Только пока было непонятно, с какими сложностями это может быть связано. И разбираться сейчас с этим я не собираюсь.

Техника Создания Малых Пространственных Массивов нашлась на одной из верхних полок, и одного взгляда на неё хватило, чтобы понять, что техника далека от завершения.

Её можно улучшить.

И сделать это даже проще, чем внедрить Технику Сотворения.

Даже не придётся прибегать к серьёзным перестройкам ядра. Всего лишь немного убрать пыли с нужной полки, чтобы освободить дополнительно место. Для этого будет использоваться энергия из хранилища, которое сейчас было похоже на огромный сейф. И основная сложность будет заключаться в том, чтобы вскрыть этот сейф и взять из него нужное количество энергии.

Что же, если у меня получится это сделать, то могу с уверенностью сказать, что я пойму, каким образом создаются новые техники, и делать это могут не только Творцы пятого порядка.

Поймал себя на мысли, что теперь я буду даже круче Гефеста, и растянулся в улыбке, начав ощупывать сейф.

Глава 15

— Отставить панику, просто проверяю свою последнюю разработку, — объявил я на общем канале, когда вышел в двух тысячах километров от Окинавы.

Там по-любому должна была начаться паника после того, как в непосредственной близости появился крупный корабль. Я специально попросил Гею заглушить все сигналы, чтобы появление вышло максимально эпичным. Даже молчал пару минут после выхода.

В нашу сторону двинулись все ближайшие патрульные корабли, и начались шевеления в основной массе флота.

— Икар, это ты? — раздался удивлённый голос Гилдарста, после чего Гея включила сигнал связи, возобновив обмен данными с цитаделью. — Как подобное вообще возможно? Три часа назад я получил доклад, что Рагнар и другие корабли всё ещё находятся у Таймлина.

— Рагнар и десять минут назад там находился. А теперь он возле Вериго. Можно изменить координаты и открыть портал гораздо ближе к планете. Как думаешь, насколько быстро мы сможем организовать выдвижение флота, если в систему заявятся корабли Сканнинга?

— Достаточно быстро, чтобы перешли все наши корабли, если размер этой аномалии будет таким же, — произнёс Гилдарст.

Удивление уже полностью исчезло из его голоса, и теперь там звучали совершенно другие интонации. Мой портал полностью менял правила игры. Правда, сперва необходимо рассказать о его ограничениях, а то завтра ко мне придут все заинтересованные с предложением ударить в самое сердце стаи Сканнинга, открыв там портал.

— Скоро прибуду на Окинаву. Собирай пока членов совета, Маккинли и всех, кто имеет право говорить за жителей Вериго. У меня есть, что вам рассказать и показать. Надеюсь, ты уже всем рассказал о хранителях и об угрозе, которую они несут всему живому, что встречается на их пути?

— Все, кто должен, знают. Жду тебя через час в зале совета.

— Отлично, ещё успею заскочить к Гефесту.

Лететь на истребителе до Окинавы было чуть больше шести минут. Добираться до зала совета с шестого кольца — ещё двадцать, так что у меня были свободные полчаса, которые проведу с пользой.

— Ведите корабль на наши старые координаты и ждите дальнейших распоряжений. Постараюсь разобраться со всем быстро. Нам сегодня ещё нужно вернуться к Таймлину.

— Этот портал тоже будет открыт три часа? — спросила Немезида, которая вернулась на Рагнар после того, как экипаж Харона выполнил свою задачу на Таймлине.

У них так же не обошлось без потерь, и я уже думал, что Белоснежка решит вернуться на Харон, но она пришла ко мне через два дня после выполнения задания. А ещё через день уже была на Рагнаре и занималась проблемами экипажа.

— Этот будет открыт столько, сколько потребуется. Помимо того, что его накопители гораздо больше, расход энергии на поддержание этого портала совсем маленький.

И не просто маленький, а компенсируется за счёт естественного восстановления. Я был очень удивлён, когда обнаружил это. Получается, что у меня вышло создать практически стационарный портал между Вериго и Таймлином. И на это ушли все оставшиеся пространственные маяки. Жаль, что их создание мне не по силам. Иначе можно было бы связать сетью порталов все ближайшие системы. Естественно, после того как Рэм возглавит стаю и заключит с нами соглашение.

Но до этого ещё много времени, и пока я активировал технику истребителя и на максимальном ускорении рванул в сторону Окинавы.

За время нашего отсутствия здесь стало как-то слишком людно. И я говорю не о боевых кораблях, что стояли довольно далеко от цитадели, а о гражданских, снующих туда-сюда. Справедливости ради, отметил, что они не позволяют себе залетать в запретные зоны. А таких на Окинаве было достаточно: первое, второе, пятое и шестое кольца полностью и ещё несколько сотен мест в районе оставшихся колец.

— Могу предположить, что были привлечены гражданские специалисты с планеты. Правда, понятия не имею, для каких работ, — произнесла Гея, так же удивлённая резко увеличившемуся трафику. — Теперь Окинава больше похожа на какой-нибудь торговый хаб, а не на орбитальную крепость, которая четыреста циклов сдерживала стаю Сканнинга. Похоже, что разгром союза и смена руководства на Окинаве стали решающим фактором объединения Вериго. С трудом верится, что это возможно в столь короткие сроки. Как бы не появились большие проблемы…

Я был полностью согласен с чёрной валькирией, но уверен, что Гилдарст предусмотрел подобное и сможет сдержать зарождающуюся волну проблем, если она вообще появится. К тому же есть Маккинли, сумевшая создать в Нью-Вегасе систему, которая практически исключала любое нарушение закона. Её опыт будет очень полезен.

Но и не стоит забывать, что Окинава находится под ментальной защитой Виты, которая уже должна вернуться. Обязательно загляну к ней в гости и посмотрю, как идут дела с красным кавалером. Заодно проведу с ним разъяснительную беседу. Все же Вита для меня совсем не чужая, и того, кого выберет Аелла, так же будет ждать разговор по душам.

— Хочу тебя огорчить, но Аелла уже…

Что именно Гея не успела договорить, так как мы уже подлетели к единственному месту на шестом кольце, откуда можно было попасть внутрь, минуя остальные кольца и их системы безопасности. Об этом месте знали всего несколько человек на Окинаве. И те были техниками. А мне о нём сообщила Гея. И теперь пусть все гадают, каким образом я смог попасть внутрь цитадели, минуя все официальные точки входа.

Техника истребителя была деактивирована, и оставшиеся полсотни метров я пролетел на крыльях, попав в небольшой шлюз, который выводил на соседнюю палубу с бывшими апартаментами Адола.

Как только шлюзовая дверь за моей спиной закрылась, спросил у Геи, что она имела в виду, когда говорила, что Аелла уже… Вот только чёрная валькирия просто отшутилась, сказала, что ляпнула не подумав, и ничего такого, что я мог себе навыдумывать.

А ничего выдумывать я не собираюсь. Как только вернусь на Рагнар, сразу зайду в гости к сестре и узнаю, кто это там такой, уже… И почему я ничего об этом не знаю⁈

Даже сам не понял, почему это меня вдруг так задело, но в апартаменты я ввалился явно не в лучшем виде, поскольку дежурившие здесь бойцы шарахнулись в сторону, стоило мне посмотреть на них.

Моё право присутствовать здесь ни у кого не вызвало сомнений. Даже не стал ничего говорить, а просто зашёл в массив, где сразу же активировал ускорение и вскоре оказался перед знакомой дверью, где всё так же стоял конструкт.

И сейчас я мог получить исчерпывающую информацию о нём. Будучи проводником, я не мог связаться с информационным полем в пространственных массивах, а вот став пользователем — это ограничение исчезло. Впрочем, и сам массив стал для меня более понятным. Всё же повышение техники «Создание малых пространственных массивов» до следующего порядка дало свои плюсы не только в работе с маяками та’арцев.

— Гефест, сколько тебе ещё осталось? — не став ходить вокруг да около, спросил я.

— Вижу, что ты явно не в духе, парень, — усмехнулся конструкт, и мне очень сильно захотелось снести ему голову.

Видимо, это отлично читалось по моему лицу, поскольку он вытянул вперёд руки в примирительном жесте. — Понял. На дружеский разговор ты не настроен. По крайней мере — с конструктом. Так что заходи, я как раз свободен и могу уделить тебе немного времени. А насчёт того, сколько ещё осталось, думаю — недели три, и Вит будет полностью очищен от дряни заражённых.

— Три недели — это слишком долго. Возможно, отец и его умения понадобятся нам гораздо раньше, — сказал я и вошёл в открывшуюся дверь, ведущую в огромную лабораторию, где меня и ждал Гефест.

Совсем не такой, каким я его видел в последний раз. Тогда был глава изгоев, готовый пойти абсолютно на всё ради воплощения в жизнь своих планов. А сейчас я видел учёного в белом халате, с пятнами от еды и каких-то напитков, руками, исписанными непонятными формулами, взъерошенными волосами и уставшими глазами.

Он сидел за небольшим столом с кучей каких-то колб и мензурок. Вокруг взгромоздились непонятные приборы, а в центре всего этого стоял отец, захваченный темпоральной пеленой. Вроде он даже изменился, только не могу сказать, как именно. Но что-то точно поменялось.

— Долго не долго, но раньше у меня никак не получится, — развёл руками Гефест. — Конечно, если у тебя нет способа, как сделать это быстрее.

— Есть, — не став слушать, что ещё говорит изгой, произнёс я. — Сперва я попробую работать с темпоральной пеленой, а если ничего не выйдет — ты её снимешь.

— И тогда на нас накинется Берсерк, который точно никого не пощадит. Вот только здесь нет тех, кто смог бы его успокоить, — начал возражать Гефест, но я врубил ускорение, оказался около отца и прикоснулся к нему, активируя нужные техники.

И одной из них был Волновой Щит, поскольку Гефест не собирался мне позволять чинить в его лаборатории произвол и попытался отшвырнуть от отца. Ударил каким-то энергетическим лучом, который был полностью поглощён защитой, но при этом она явно получила колоссальный урон. Начала моргать и едва не исчезла. Пришлось вырубать и включать её по новой. На вторую такую атаку у Гефеста точно не было сил.

За моей спиной появился матёрый виспер в полной боевой готовности и напичканный Та’ар под завязку, а сам я провалился в темпоральную пелену, которая отделяла меня от отца.

Сейчас я понимал, как можно с ней взаимодействовать, чтобы Берсерк оставался скованным до того момента, как королевы висперов изгонят и запечатают его.

Любые взаимодействия с временем требовали очень внушительных энергетических затрат, но благодаря тому, что наследие было связано со мной, я мог действовать с его техникой совершенно свободно. Что и стало решающим фактором в доступе к телу отца.

И ещё я понял, почему именно такие сроки поставил Гефест. Наверняка очистка от яда займёт не больше пары дней, а всё остальное время необходимо, чтобы получить достаточно энергии для преодоления темпоральной пелены.

Я же не стал ничего преодолевать, а просто свернул технику, уменьшив её в тысячи раз. Темпоральная пелена осталась лишь на разуме отца, в то время как его организм оказался свободен.

Как-то я совершенно не подумал о последствиях и устроил погром в лаборатории, снеся собой несколько массивных аппаратов и едва не проломив одну из стен.

Как только темпоральная пелена спала с организма отца, он автоматически продолжил свои действия — до того момента, как попал в ловушку. А там он сражался со мной. Вернее, хотел меня прикончить.

Удар получился очень хорошим и неожиданным, но я успел на него отреагировать и поставить подходящую защиту, которая была уничтожена, но она больше и не нужна. Продолжив остановленные заморозкой времени действия, организм отключился. Отец просто начал падать. Чего ему не дал сделать Гефест, использовав какую-то непонятную технику.

Из пола выскочили сотни цепей из звёздной стали и заключили отца в плотный кокон. Даже будь его разум свободен, цепи смогли бы дать нам время, чтобы убраться из массива, навсегда запечатав в нём Берсерка.

Без ключа и определённых знаний покинуть пространственный массив невозможно. Как и невозможно уничтожить его при помощи грубой силы. А кроме неё у Берсерка практически ничего и нет.

— Валим отсюда. У нас совсем мало времени. Цепи не удержат Вита долго, — яростно выкрикнул Гефест, даже не смотря на меня. Он метался от одного прибора к другому, вытаскивая из них какие-то детали.

— В этом нет никакой необходимости. Я просто свернул темпоральную пелену, оставив под её воздействием только разум отца.

В следующее мгновение Гефест уже стоял передо мной, сжимая в руках плату, по которой пробегали разряды Та’ар.

— Как ты это сделал? Расскажи. А лучше покажи. Я должен понять принцип подобной работы с пеленой. Осталось совсем немного, чтобы я смог воссоздать эту технику. Не хватает самой малости.

— Боюсь, что у тебя ничего не выйдет. Для работы с временными потоками необходимо находиться на ином уровне развития. Здесь не играет никакой роли то, что ты творец.

— Но ты же смог…

— Ничего я не смог. Я просто сжал поле, вообще никак на него не влияя и не вмешиваясь в его структуру. Если тебе так будет проще, то взял и скомкал кусок ткани, растянутый над отцом. Потом расскажу, мне сейчас нужно завершить начатое.

Оттолкнул Гефеста в сторону, а сам подошёл к кокону из цепей и при помощи та’ар-импульса проделал в нём достаточно большое отверстие, чтобы коснуться отца, после чего активировал подготовленные техники.

Отыскать и нейтрализовать яд заражённых оказалось гораздо проще, чем бороться с ядом астральных сущностей, созданных хранителем. Проще его найти, проще отделить и проще уничтожить. Правда, расход Та’ар отчего-то был выше в несколько раз. Потребовалось почти две тысячи Та’ар, чтобы уничтожить весь яд.

— Всё, его организм полностью очищен. Осталось только подавить Берсерка, и тогда отец вернётся, — произнёс я, наблюдая, как цепи медленно начинают заползать обратно. После чего подхватил отца на руки. — Постараюсь организовать визит королев висперов в ближайшее время. Тело отца вернулось в обычный временной поток, и теперь нужно будет следить за ним. Спасибо, что всё это время искал способ, как помочь ему. Это небольшой подарок от меня.

Передал Гефесту уже давно сформированный пакет информации об улучшении техники «Создание конструктов» и о технике «Генной репродукции». Всё это дополненное расширенной информацией от информационного поля. И, судя по тому, как загорелись глаза Гефеста, мой подарок прошёлся ему по душе.

— Пойду повидаюсь с Витой, пока ещё есть немного времени. Жди, скоро к тебе в гости заявятся много крупных дам, обладающих очень сильными ментальными способностями. И я бы на твоём месте позаботился о своей безопасности.

Сказав это, я вышел из лаборатории и уже через шесть минут стоял возле входа в колонию космических висперов.

Вита смогла установить здесь ментальную защиту, которая останавливала любого названного гостя. Меня эта защита не могла остановить, но и вот так нагло вламываться я не буду. Возможно, она там с огоньком вовсю зажигает, а тут я нарисовался. Хотя я даже не представляю, как может выглядеть спаривание висперов.

— И не нужно тебе подобное представлять. Побереги свою психику, а наша королева уже знает о твоём приходе. Проглядись внимательно ко входу в колонию, — сказала Гея, указывая на место, о котором говорила.

Там расположилась миниатюрная камера, которая снимала всё, что происходит перед входом в колонию. Похоже, что Вита решила немного отойти от создания традиционной колонии и использовать технологии. Что же, могу только поддержать её в этом начинании. Правда, придётся сильно постараться, чтобы научить простых висперов, не достигших стадии трансформации, пользоваться всем этим. Но думаю, что здесь можно будет немного напрячь парней Хана Соло и переделать некоторые механизмы под висперов.

Ментальная защита исчезла, явно позволяя пройти, что я и сделал. А через несколько шагов оказался в совершенно ином месте. Словно в колонии, созданной где-нибудь в скале, но никак не внутри орбитальной станции.

Металлические коридоры сменились тоннелями, стены которых были обтянуты чем-то вроде твёрдой паутины. Местами встречались светящиеся наросты и десятки различных ответвлений, ведущих в разные части нового дома Виты и космических висперов.

Где находились личные покои королевы, я прекрасно знал, поэтому сразу направился туда и казался удивлённым, когда внутри обнаружил Виту в компании высокого парня лет двадцати, с яркими огненными волосами. И сейчас эта парочка дралась, отвешивая друг другу удары, которые могли сбить с ног даже самых крупных ледяных буйволов.

— Слушай, а мне нравится подобный подход. Очень зрелищно Не зря ты решил заглянуть в гости к своей подружке, — заявила чёрная валькирия, усаживаясь в своё любимое кресло.

— Так вот, кто твой человеческий друг? — произнёс парень и вспыхнул, превратившись в огненный сгусток. — Когда я одолею тебя, ты сама вышвырнешь его из нашей колонии и запретишь приближаться к ней, — прокатилось пламя. После чего налетело на Виту, полностью поглотив её.

Глава 16

Я стоял и смотрел, как юную королеву в её человеческой ипостаси поглотило пламя.

Как радуется этот глупый виспер и как резко меняется его физиономия, когда пламя даёт ему по этой самой физиономии. А затем ещё и начинает избивать с чувством, толком, расстановкой, явно играя на публику. Устраивает для нас с Геей отменное представление.

В какой-то момент рыжий не выдержал и превратился в огромного виспера, под стать самой королеве.

— Слабак, — прокомментировала Гея, и я согласно кивнул, наблюдая, как махина, закованная в красный хитин, оседает, заставляя трястись всё шестое кольцо.

Ментальное воздействие заблокировано

Вита не стала терпеть подобного со стороны огненного виспера и хорошенько приложила его своим самым сильным оружием.

— Я смотрю, у тебя тут очень весело. Думал, что это должно выглядеть как-то по-другому. Надеюсь, он не доставляет тебе хлопот? — обратился я к Вите, которая стряхнула с себя пламя и стояла над поверженным противником — тем самым, кто должен помочь ей с появлением нового вида висперов.

— Скучать не приходится, — улыбнулась юная королева. — Это особенности взаимодействия наших королев со своими избранниками. Ничего не случится, пока мы не покажем им свою силу. Я этим занимаюсь с того момента, как вернулась, и понятия не имею, сколько ещё раз нужно навалять ему, чтобы всё у нас получилось. А хлопот никаких не доставляет. Сам видел, что в человеческом облике он довольно слаб, а буянить здесь в истинном облике ему никто не позволит.

— Вот и отлично. Рад, что у тебя всё хорошо. Я очистил организм отца от яда, так что уже можно освобождать его разум. Ты сможешь это сделать в ближайшие пару дней?

Поговорил с Витой ещё несколько минут и поспешил в зал совета — время поджимало. Надеюсь, что Гилдарст собрал всех. В противном случае он сам будет рассказывать тем, кто отсутствовал, о том, что я вообще говорил. А говорить я собираюсь много, особенно о том, что касается безопасности не только Вериго, но и всей системы Двойного Серпа.

Гея уже подготовила все материалы, и поэтому, как только мы оказались в зале совета, все присутствующие получили их.

— Это информация обо всём, что касается новой угрозы, нависшей над человечеством. Она не имеет никакого отношения к заражённым или свободным. Это слуги цивилизации Та’ар, которые вернулись в нашу вселенную сильно изменёнными. Теперь они уничтожают любую жизнь на своём пути, и, как вы понимаете, справиться с подобным созданием невероятно сложно. Даже с одним. А сколько хранителей и когда они появятся — невозможно предсказать. Единственная возможность противостоять новому врагу — это объединиться со стаей Сканнинга и всеми системами, которые находятся под их началом. А для этого мне необходимо одобрение планетарного правительства, которое нам предстоит выбрать и представить его населению Вериго.

— Ты говоришь о реальных выборах? — удивилась Маккинли.

Впервые встретился с ней после того, как создал вместилище. И всё же мне не удалось создать идеальный образец. Оболочка заметно постарела в сравнении с тем, что было изначально. Но, судя по всему, Маккинли всё устраивало — и выглядела она вполне довольной.

— Какие ещё выборы, когда вся жизнь на планете находится под угрозой уничтожения? — ответила за меня Гея. Я и не собирался в одиночку отдуваться перед этими людьми. Старший Та’ар-интеллект имеет для них куда больший вес, чем я. — Достаточно и того, что многие из жителей Вериго доверили вам принимать решения за них. На этом мы и остановимся. Уже можно считать, что Таймлин так же находится под нашим руководством. Поэтому считайте, что вы представляете не одну планету Вериго, а всю систему Двойного Серпа. А вскоре вам предстоит заключить союз с бывшими хозяевами.

На нас смотрели два десятка хмурых лиц. Большинство этих людей я видел впервые, но благодаря инфополю прекрасно знал их. В основном это были те, кто не поддержал своё руководство в создании союза с Таймлином и смогли оказаться в нужном месте в нужное время, когда каратели с Окинавы прибыли наказывать виновных.

— Я хочу поставить Рэма Сканнинга во главе стаи, и для этого мы должны помочь ему со свержением отца.

— У нас есть информация, что Ульф перешёл на пятый порядок. Ты же понимаешь, что это сила, с которой нам не поможет справиться даже ультимативное оружие? — заговорила Маккинли.

— Оно и не понадобится. Вскоре к нам присоединится Витольд Рагнар — владеющий, которого боялся Ульф. А ещё я собираюсь поговорить со всеми королевами висперов Вериго. Отыскать других заражённых, перешагнувших черту и получивших возможность трансформироваться. Уверен, что у вас имеется информация о таких существах.

В зале повисла тишина. Даже Гея смотрела на меня удивлённо. О подобных планах я ей ничего не рассказывал. Да и возникли они в тот момент, когда увидел жениха Виты в человеческом облике.

Пусть юная королева и сказала, что он очень слаб, но я так не считаю. Если собрать всех существ, подобных красному висперу, то они вполне смогут составить конкуренцию даже пятому порядку. А ведь против Сканнинга выступят не только они. К тому же у меня имелись ещё несколько козырей. Конечно, все раскрывать я сейчас не стану, но один всё же покажу.

— В данных, что я вам отправил, есть информация об уникальном месте, где хранятся знания, которых никогда не было у человечества. Ни у свободных, ни у заражённых владеющих. Они позволят нам противостоять даже владеющему пятого порядка. Будь это Ульф Сканнинг или кто-нибудь ещё — он не сможет ничего нам противопоставить. Я говорю о резиденции профессора Гамильтона. Того самого, который возглавил свободное человечество в борьбе с заражёнными. И в доказательство моих слов хочу показать вам это.

Достал нужный хран и извлёк из него часть сильнейшего корабля, когда-либо созданного человеком.

— Это обломок того самого планетоида, что выиграл для свободного человечества решающую битву. Обломок поможет нам воссоздать сильнейшую технику человечества.

— И кто же это сможет сделать? — робко спросил Эарн Ливис, представляющий объединение поселений Огненного Моря. — Кто способен воссоздать технику владеющего шестого порядка?

— Это сделаю я. А в подтверждение моих слов вы все можете увидеть портал, что сейчас открыт в двух тысячах километров от Окинавы. Портал позволяет мгновенно оказаться рядом с Таймлином. И его создал я. Вскоре такие порталы будут расставлены и по соседним системам, что позволит нам практически мгновенно перебрасывать флот и реагировать на любые угрозы. И портал — далеко не последняя разработка, которая вскоре появится у нас.

— Парень, да кто ты такой? Я слышал, что у Гилдарста есть какой-то очень талантливый новичок, но даже представить себе не мог, что он будет говорить подобное, — высказался представитель десятка поселений, расположенных на севере материка, Виктор Крипов.

— Я Творец, который просто хочет спокойной жизни. А для этого необходимо устранить все возможные угрозы и быть уверенным, что никто не будет доставлять мне хлопот.

* * *

— Они же все четвёртого порядка, так почему такие сложности с трансформацией в человека? — спросил я у зеленоволосой девушки, что сейчас стояла рядом и с тоской в глазах смотрела на трёх бывших королев, которые пытались трансформироваться, но получалось это у них, мягко говоря, плохо.

Понятия не имею, что с ними произошло, но после воскрешения королевы как-то резко забыли практически все техники, которыми владели при жизни. Жасмин пожаловалась мне на это, как только я оказался в её покоях. Как она выразилась, взяла небольшой отпуск, чтобы посмотреть, как здесь без неё будут справляться старые королевы.

Сама зелёная королева в это время сидела в своих покоях в человеческом облике и занималась крайне необычным делом для висперов — она рисовала.

Откуда-то достала бумагу, краски, кисти и занималась искусством.

Надо отдать должное, картины у Жасмин получались отличные. Я словно оказался в музее. Все стены пещеры были увешаны самыми разными картинами, да и под ними они тоже были разрисованы.

Сказал, что мне нужна помощь, и мы сразу отправились к бывшим королевам, которые так же отправятся с нами на Окинаву. И тащить их туда в истинном облике никто не собирается. Для этого придётся пригонять сюда грузовой корабль, а он очень медленный. Потратим слишком много времени. Ну а растянуть истребитель так сильно я не смогу. Даже не представляю, сколько на это может уйти Та’ар и смогу ли я потом оторваться от земли.

— Если у тебя есть время, то можно передать сообщение Харрингтону, чтобы он пришёл и разобрался. Ведь он вернул моих старших к жизни. Если кто-то и знает об ограничениях или проблемах, которые могли возникнуть во время воскрешения, то только он.

В принципе, идея была неплохая. К тому же я всё равно собирался заскочить и к Харрингтону. Нужно поговорить с ним по поводу пространственных маяков. Они завязаны на пространственные техники, а бывший некроморф в какой-то мере специалист по ним. Возможно, удастся наладить производство маяков для открытия порталов. Самому этим как-то совершенно не хочется заниматься.

Пока ждали Харрингтона, наблюдали за тем, как бывшие королевы трансформируются в чудовищных созданий, совершенно не похожих на человека. Каждый раз у них получалось всё хуже и хуже. Одна и вовсе умудрилась превратиться в огромную смердящую кучу неизвестного содержимого с глазами и парой крохотных рук — нужно отметить, вполне человеческих.

Наблюдали мы за этим втроём. Гея просто не могла пропустить подобного зрелища. Она отпускала такие реплики, что после каждой я благодарил всех богов, что Жасмин этого не слышит. Иначе мне точно никогда не видать помощи от зелёных.

Сама королева в это время расспрашивала меня о Вите и её успехах в создании новой колонии. Откуда-то она знала, что молодой принц огненных висперов находится на Окинаве, и даже обмолвилась, что на месте Виты она бы никогда не смогла пойти на столь смелый шаг. Правда, в чём заключалась эта смелость, так и не сказала — да я и не стал расспрашивать.

К тому же к нам присоединился Харрингтон. Причём в облике виспера.

Самого странного, что я раньше видел. Хотя нет — прошлые королевы за последний час переплюнули Боба множество раз.

Так вот, Харрингтон заявился в виде двуногого виспера — без брюшка, без крыльев и с человеческим лицом. А всё остальное было в точности как у висперов. Даже цвет подходил идеально. Поэтому я заметил его не сразу. Сперва подумал, что это какой-то местный виспер. Понял, кто это, только когда он заговорил:

— Для чего ты меня звала? Я там провожу очень важный эксперимент и не могу надолго отвлекаться от опытных образцов. Если сбегут, придётся выделить мне всех свободных висперов для их поимки.

— Здравствуйте, профессор, это я звал вас, а не Жасмин. Не знаете, почему поднятые вами королевы не способны трансформироваться в человека и вообще практически не способны применять техники, которыми свободно пользовались при прошлой жизни?

Конечно, я всегда знал, что Харрингтон очень сильно отличается от любого человеческого существа, каких я знаю, но вот так в открытую игнорировать меня… Хотя, в какой-то степени мы с ним компаньоны. Причём я — главный в нашей компании и могу в любой момент убить Боба.

— Мне откуда знать? Я лишь дал им новую жизнь. А почему они не способны использовать старые техники — понятия не имею. Хотя… это довольно интересный вопрос, в котором мне хотелось бы разобраться.

В этот момент Харрингтон стал очень похож на Гефеста, когда тот сталкивается с какой-нибудь интересной загадкой. Так же загорелись глаза и зачесались руки — поскорее приступить к решению этой загадки.

— Вот нам очень этого хотелось бы. Все техники сейчас не нужны. Только возможность трансформироваться в человека. Слишком уж королевы огромные, и тащить их в этом облике на Окинаву — та ещё проблема. Да и там развернуться негде: узкие коридоры и всё такое. Это на шестом кольце Вита практически всё переделала под себя и будущих членов колонии.

— Так вы собираетесь на орбитальную крепость? Что же раньше молчали? Мне тоже туда нужно. Хочу навестить своего ассистента. Он должен был уже давно прийти. Мне одному довольно трудно проводить опыты. Висперы в этом совсем не помощники — нет нужных знаний, техник… И вообще, много чего нет. Тогда я сейчас разберусь с трансформацией королев, а затем вместе полетим на Окинаву. Идёт?

— Идёт, — машинально ответил я, не понимая, что вообще только что произошло.

Харрингтон невероятно легко и непринуждённо добился от меня нужного. При этом совершенно точно не использовал никаких ментальных способностей или чего-то подобного. Да и говорил, что у него там мега-важный опыт. А сейчас он его уже не интересует.

— Ему и не нужны ментальные способности, — рассмеялась Гея. — Некроморф обладает куда более страшным оружием, которое ещё на заре становления человеческой цивилизации считалось самым эффективным. Оно могло развязать кровопролитную войну или захватить целую страну без единого выстрела, или заставить весь мир сидеть с открытыми ртами и хлопать глазами. Многое оно могло. И это оружие — красноречие. Заболтал наш некроморф тебя, да так, что ты ничего и не понял. Теперь с ним нужно быть гораздо аккуратнее и внимательнее. Похоже, он развивается гораздо стремительнее, чем можно было предположить.

К этому времени Харрингтон уже находился среди мучающихся королев и что-то делал светящимися зелёными руками. Делал это непосредственно в моменты, когда очередная попытка стать человеком проваливалась.

Сперва у него ничего не получалось, но в какой-то момент ситуация начала меняться. И вот уже перед нами стоит первая зеленоволосая бабушка. Именно бабушка, а не девушка, как Вита и Жасмин.

Похоже, что даже Боб не может вернуть молодость умершим королевам во время трансформации. Но это и не важно — нам нужна не их внешность, а ментальные способности. А с этим всё было в полном порядке. Первым делом я проверил именно это, попросив каждую королеву воздействовать на меня ментально.

По очереди, естественно.

Как-то совершенно не хочется проверять нашу с Витой защиту на прочность — всё же четыре королевы — это очень круто, даже для меня.

Бобу уже доводилось путешествовать со мной в истребителе, так что за него я не переживал. А вот за старую гвардию — очень даже. Вернее, за то, что они обязательно попробуют выкинуть что-нибудь, когда будут находиться внутри истребителя. Слишком уж они оказались озорными после успешной трансформации. Прыгали, радовались и даже пытались заигрывать со мной.

Причём Харрингтон их совершенно не интересовал как мужчина, а вот я намучился отбиваться от излишне активных бабушек.

Поэтому и переживал, что они попробуют выкинуть что-нибудь во время перелёта — а это могло сулить большие проблемы. В первую очередь — для самих королев. Человеческий облик они смогли принять, а вот смогут ли вернуться обратно без Харрингтона — было неизвестно. А человеческих техник у них точно не было.

Ту же Виту всем снабдил Гилдарст и кладовщики Закатного. Впрочем, и у Жасмин не было никаких человеческих техник, но это ей не мешало свободно чувствовать себя в человеческом облике.

Оставалось только положиться на то, что Жасмин сможет совладать со своими предшественницами.

Забрал всех, включая Харрингтона, и на ускорении рванул к цитадели. Где меня уже ждали очень интересные новости. Похоже, наши планы начнут осуществляться гораздо быстрее, чем мы предполагали.

Глава 17

— Руководить процессом будет Вита. Пусть она и менее опытна, чем любая из вас, зато намного превосходит в силе. Надеюсь, это никто не попытается оспорить? — спросил я, обводя взглядом сразу пятерых королев висперов, которые сейчас находились в большом пространственном массиве в своей истинной форме.

Оказалось, что в таком состоянии их ментальные способности немного возрастают, а нам сейчас важно даже самое незначительное усиление.

Пять огромных голов практически синхронно кивнули, и я выдохнул с облегчением. Хватило уже пары десятков стычек между старыми королевами и Витой. Первые пытались научить несмышлёную девчонку своим премудростям управления, а вторая каждую подобную попытку воспринимала в штыки и посылала старух прямым текстом. Вообще, я был очень удивлён, когда стал свидетелем этого.

Даже предположить раньше не мог, что Вита способна на подобное. Должно быть, брала уроки у кого-то из гарнизона цитадели. Уж больно хорошо у неё это получалось.

Ещё возникали стычки из-за всяких мелочей, на которые я просто не обращал внимания. Главное, что никто в драку не лез и не пытался разгромить цитадель. Этого для меня было вполне достаточно. А когда мы вошли в массив, я сначала провёл очень подробный инструктаж. Вроде всё прошло как нужно.

Как раз уже Гефест на подходе. Тащить к своей лаборатории сразу пять монстров четвёртого порядка он запретил. Заявил, что они смогут разобраться с Берсерком в любом месте.

Первыми показались два конструкта, которые толкали каталку с отцом, а следом за ними шёл Гефест, ни на минуту не прекращая вести какие-то расчёты. На голове у него взгромоздился шлем, явно переделанный из прибора Соло — устройства, способного нейтрализовать ментальное воздействие.

Гефест решил наверняка обезопасить себя — и это было правильным решением. Поскольку Вита не смогла сдержаться и долбанула по изгою, как только его увидела. Всё же это он был виноват в том, что случилось с её бывшей колонией ледяных висперов. Он захватил в плен старую королеву и помог возвыситься старшей сестре Виты, которая и сейчас управляет той колонией.

— Вита, прекрати. Он теперь наш союзник. И не забывай, что помог тебе с обустройством на шестом кольце.

Правда, самую малость — можно даже сказать, практически ничего не сделал, — но юной королеве об этом знать не нужно. Сейчас они не должны враждовать, а действовать сообща, чтобы вытащить отца.

— Приятно видеть, что меня знают и опасаются даже королевы висперов, — усмехнулся Гефест, остановившись от нас метрах в тридцати.

Всё же он опасался приближаться к королевским тушам — одна из которых уже пыталась атаковать его.

— Такого больше не повторится, — заговорил я, опередив Виту. Она уже открыла рот, но не успела ничего сказать. — Витольд Рагнар нужен Вериго как можно быстрее. Флот стаи Сканнинга уже начал движение в систему Двойного Серпа. Они собрали все боевые корабли и даже переоборудовали гражданские модели. Всё очень серьёзно. Под угрозой находится вся система. Если мы проиграем, то все будут уничтожены. Заражённые не пощадят никого. Им проще будет заново заселить планеты и вырастить полностью подконтрольную популяцию.

— Ага, как это пытались сделать Энио и Кастор на Гело, — согласился Гефест. — Дерьмовая ситуация. Но я готов помочь Вериго всем, что в моих силах. Если всё получится, то вскоре у нас будет оружие, способное захватить в плен даже владеющего пятого порядка. Конечно, если он не умеет управляться с временными потоками — в чём я сильно сомневаюсь.

— Хочешь сказать, что ты настолько далеко продвинулся в изучении темпоральной пелены? — удивился я.

— Уже сказал, — отмахнулся от меня Гефест и обратился уже к Вите. — Ты уже видела, на что способен Берсерк, и знаешь, насколько он силён. Знаешь, как крепко связан с разумом Вита и что их уже невозможно разделить. Поэтому, если вы навредите Виту, останетесь здесь навсегда. В качестве моих подопытных крыс.

Гефест щёлкнул пальцами — и со всех сторон начали появляться конструкты, какие-то оружейные системы и странные механизмы, явно предназначенные для удержания столь крупных существ, как королевы висперов.

— Ты думаешь, что сможешь напугать нас этими безделушками? — спросила Вита.

А Жасмин в это же время обратилась ко мне:

— Икар, я согласилась тебе помочь, но это уже слишком. Если нам будут угрожать, то мы станем защищаться. А после того, как выполним твою просьбу — будем в расчёте. Больше не приходи в нашу колонию. И не присылай своих людей.

Вот и надо было Гефесту заниматься всякой ерундой? Всем прекрасно известно, что риск очень велик, и даже пять королев висперов могут не справиться. Да изгой сам только что об этом говорил, а теперь взял и решил, что угрозами сможет добиться лучшего результата.

Пришлось мне вмешаться и показать ему, что Вита права — это действительно лишь безделушки. Ни на что не годные поделки.

Пришлось немного потратиться, но через несколько секунд Гефест потерял контроль над большей частью своей армии. На этот раз я щёлкнул пальцами — и конструкты вместе с механизмами рассыпались, превратившись в вернувшийся ко мне Та’ар. Но всё равно этого оказалось недостаточно, чтобы компенсировать всё потраченное на их деактивацию.

— Не будем тянуть время. Чем больше вы находитесь вместе, тем выше шанс ненужных конфликтов. Гефест, на Окинаве сейчас находится одно довольно любопытное существо, с которым тебе наверняка будет очень интересно пообщаться. Вы найдёте много общих тем. Он тоже учёный и сильно продвинулся в изучении больших субпространственных массивов. Этот массив был создан по его наработкам. Возможно, вместе у вас получится создать оружие, которое поможет нам в борьбе со стаей Сканнинга.

Не стал говорить, что это тот самый Боб, чьи копии всё ещё находятся где-то рядом. Я даже сейчас ощущаю их присутствие.

Выслушав меня, Гефест лишь фыркнул. Было видно, что он считает себя единственным учёным, а все остальные занимаются просто не пойми чем. Впрочем, Харрингтон был точно таким же. Они обязательно должны сработаться.

— Я и не понимаю, почему они ещё не начали? Вит здесь, а больше для их помощи ничего и не нужно, — заявил изгой, и здесь я был с ним не согласен.

Правда, королевы не смогут коснуться разума отца, пока он находится под действием темпоральной пелены. И освободить его могу только я.

— Вита, приготовьтесь. Сейчас я освобожу разум отца, и Берсерк окажется на свободе. Загоните его так далеко, как это только возможно. Я уверен, что у вас всё получится.

Повторять не потребовалось. Сразу после моих слов ментальный фон подскочил до предела. Одно за другим начали появляться сообщения о блокировке воздействия. Я ждал, пока Вита не обуздает общую мощь, и только после того, как она кивнула, коснулся головы отца, срывая с его разума последнюю частицу темпоральной пелены.

Всего на мгновение я столкнулся с вырвавшимся на свободу Берсерком — и этого мне хватило, чтобы понять, насколько тяжело будет королевам. Даже несмотря на всю их ментальную мощь. Запретная техника делала из отца неистовое чудовище, для усмирения которого потребуется невероятно много сил и времени.

— Он очень силён, но мы справимся. Битва только началась, и я не знаю, как долго она продлится. Но в любом случае — лучше вам всем уйти из этого места. Мы можем и проиграть, — сказала Вита, оттолкнув меня в сторону и вонзив один коготь отцу в висок.

— Ну уж нет. Я останусь здесь и прослежу, чтобы вы сдохли, если навредите Виту, — оскалился Гефест.

Поэтому, перед тем как выйти из массива, я разобрался со всеми мерами, которые подготовил изгой. Оставаться и ждать результатов я не стал. Просто не было на это времени. Флот Сканнинга уже выдвинулся в нашу систему. Необходимо было подготовить ему горячую встречу. А без меня и Геи сделать это будет весьма проблематично.

* * *

Никаких порталов у флота Сканнинга не было, поэтому двигаться до нас ему довольно долго. Восемь дней до границы с нашей системой и ещё неделю — до Таймлина. До точки, из которой они смогут вести прицельный огонь.

А вот у меня была не только возможность открыть портал для нашего флота, но и имелся старший Та’ар-интеллект, который смог рассчитать необходимые координаты.

Подпускать флот стаи к Таймлину нельзя. Необходимо встретить его на границе системы. Там как раз раскинулось поле астероидов колоссальных размеров. Оно растянулось почти на два миллиарда километров в самом широком месте и немногим меньше — в самом узком.

На то, чтобы облететь это поле, потребуется несколько недель. Но Сканнинг и его флотоводцы уже давно нашли, каким образом сократить время перелёта между нашими системами.

Они расчистили коридор в несколько сотен километров, создав кратчайший путь. Именно сюда Гея и рассчитала координаты для открытия портала: две точки — одна примерно в центре коридора, а вторая — ближе к системе стаи.

План был предельно прост: ударить одновременно с двух сторон и отступить.

В идеале было бы начать выбивать корабли противника ещё в его системе, но на то, чтобы рассчитать координаты на таком отдалении, даже мощностей Геи было недостаточно. И инфополе не могло помочь.

План был разработан в кратчайшие сроки, и мы приступили к его осуществлению. Максимальное сохранение кораблей противника так же было весьма актуальным, вот только с основным флотом стаи это вряд ли прокатит. Возле Таймлина было слишком мало их кораблей, и экипаж каждого сражался до последнего — в отличие от таймлинцев.

Поэтому абордажные операции на кораблях стаи предусматривают полное уничтожение экипажа — начиная с командира и заканчивая техниками.

Оставалась призрачная надежда, что нам всё же удастся сохранить часть экипажей. И это ложилось на плечи Рэма и Когуна.

Если первого все считают предателем, то второй должен числиться среди героев стаи, отдавших свои жизни на Таймлине, сражаясь до последнего. Устроим воскрешение героя и изменим его мнение относительно третьего волчонка. А затем нужно будет справиться с отцом Рэма — и тогда уже точно никто не сможет нам помешать захватить власть в стае.

Даже у высших членов стаи на генетическом уровне заложено повиновение главному среди Сканнингов. После смерти Ульфа останется только Рэм. Можно сказать, что предки Рэма сделали нам великолепный подарок, даже не задумываясь о возможности захвата власти.

Осталось только надеяться, что Ульф Сканнинг уже вернулся с совета сильнейших заражённых и лично возглавил карательный флот.

Я связывался с Окинавой несколько часов назад и мне сообщили, что королевы ещё не закончили с освобождением отца, но дело явно пошло куда быстрее — и они даже позволили себе отдыхать по очереди. Я как раз попал на отдых Жасмин и перекинулся с ней парой фраз. Говорить с Гефестом они напрочь отказывались. А вот мне она сообщила, что дело движется, хоть и крайне медленно.

Берсерк оказался гораздо сильнее, чем все предполагали. Сперва они вообще думали, что не справятся. Едва не потеряли сразу двух старых королев, но всё обошлось — и теперь они теснят монстра. Как долго ещё продлится эта борьба, она сказать не могла, но была уверена, что осталось уже немного.

Этого мне вполне хватило, чтобы вставить отца в наш план по нейтрализации Ульфа Сканнинга — целого заражённого пятого порядка.

С таким противником никто в системе ещё не сталкивался. Но у нас были Тереза Маккинли, Гея, Марк и даже Харрингтон. Все они в своё время встречались с владеющими пятого порядка, видели их в бою и знали, чего ожидать от столь могучего противника.

Правда, последний послал нас всех очень далеко. Сказал, что ему будет достаточно помочь Гефесту создать пространственно-временную ловушку.

А вот первая троица поделилась своими знаниями и сама составила предварительный план — с учётом сильнейших владеющих Вериго, ультимативного оружия и даже ещё не существующего.

Ещё мы получили кварковую бомбу от Нью-Вегаса. За двадцать лет они смогли создать всего две такие бомбы — и обе передали для борьбы с флотом стаи.

Бомба стала одним из наших козырей, который должен ошеломить и сбить с толку флотоводцев стаи. Рэм и Когун согласились: сильнейшим будет Дункан Арно — один из советников Ульфа Сканнинга и старших членов стаи. Он был не только отличным флотоводцем, но и третьим по силе в стае — после самого Ульфа и его Зверя, который слушался лишь одного вожака.

Третий порядок, который мог уже перейти на четвёртый. По крайней мере, Рэм говорил, что его отец всерьёз рассматривал такую возможность после того, как сам перейдёт на пятый порядок. Даже своим детям он не хотел давать подобные привилегии, а вот старому другу, в чьей верности не сомневался ни капли, — запросто.

Помимо Дункана, имелись ещё два флотоводца, которые так же могли стать для нас большой проблемой: Локки Сканнинг — младший брат вожака — и его жена Брунгильда, единственная женщина-командующая во всей стае. Оба — третьего порядка и в поединке способны справиться с Рэмом. Но это не показатель. С третьим волчонком я справился — и с ними справлюсь, если понадобится.

Первыми в портал ушли разведывательные дроны, и только после того, как были найдены скрытые корабли стаи, в дело вступили наши «невидимки». А через девять часов мы приступили к полноценной подготовке операции.

Все работали на пределе возможностей. На подготовку ловушки было всего три дня. И все эти три дня мне, Гее и Марку необходимо было находиться на передовой — буквально под самым носом у вражеских кораблей — и создавать для них видимость того, что в коридоре всё спокойно, а их корабли отправляют нужные сигналы.

Этим мы были заняты всё время, пока остальные подготавливали сюрпризы. Теперь оставалось подготовить вторую часть ловушки и ждать, когда в ней окажется вражеский флот.

— Не нравится мне всё это. Какое-то предчувствие… нехорошее. Словно обязательно произойдёт что-то дерьмовое, — произнёс Арт, когда мы вышли во второй точке.

— Обязательно произойдёт, — согласилась с ним Немезида. — Нам предстоит сражение с флотом, который контролирует все ближайшие системы. И в случае малейшей ошибки от нас ничего не останется.

Ну, это Белоснежка, конечно, залетела. Даже в самой дерьмовой для нас ситуации я смогу вывести корабли из-под удара, чтобы снова собраться с силами и атаковать флот стаи ещё раз. И так — до тех пор, пока от них ничего не останется.

Но Арт был прав. У меня тоже было какое-то нехорошее предчувствие. И оно полностью оправдалось уже через час, когда пришёл очередной доклад от наших «невидимок», оставшихся возле начала ловушки.

Глава 18

— Получается, что у них есть творец высокого порядка? — произнёс я, ни к кому не обращаясь.

Просто не было другого объяснения тому, что возле входа в коридор открылся портал. Пусть через него прошли всего шесть кораблей, но среди них была одна громадина, которая не могла быть ничем иным, кроме как линкором.

Невидимки успели передать совсем мало информации по этому кораблю, но у Геи не возникло сомнений, что это именно линейный корабль, оказавшийся в составе флота стаи.

— Получается, что Ульф Сканнинг вернулся, — указала на очевидное Гея. — И смог получить, если не технику линейного корабля, то вполне себе рабочий образец. Посещение совета заражённых явно прошло для него на высоте.

— Для него — да. А вот для нас — очень плохо. Линкор — это совсем другой уровень. Сможем мы справиться с такой махиной? Пробьём его защиту? И если пробьём, то что делать дальше? Наверняка бой с гигантом окажется для нас слишком трудным, и оставшийся флот стаи с лёгкостью добьёт подранков.

— Скорее всего, так и будет, — не обрадовала меня чёрная валькирия. — Но не собираешься же ты сдаваться? На старой Земле существовала такая поговорка: «Чем больше шкаф, тем громче падает». Улавливаешь её суть?

Суть-то я улавливал. Вот только не мог даже представить, как нам уронить этот шкаф? Чем таким его подтолкнуть и кто это будет делать?

Хотя нет, в том, кто будет делать, никаких неясностей не было. Под залпами линкора сможет продержаться только «Рагнар». И то это будет весьма недолгое время. Энергия в накопителях закончится раньше, чем мы подберёмся достаточно близко, чтобы нанести линкору действительно серьёзные повреждения.

Поэтому необходимо максимально ослабить флагманский корабль противника до того, как вступить с ним в прямое противостояние. И именно для этого мы готовим нашу ловушку — при этом кварковую бомбу и абсолюты. Вот только теперь трёх штук будет явно недостаточно. Для того чтобы победить стаю, нам теперь понадобятся все имеющиеся ресурсы.

Уже через полчаса я подлетал к Окинаве, где срочно собирался совет.

— Дела действительно паршивые, — выслушав новости, произнёс Гилдарст. — Линкор — это сила, которой нам практически нечего противопоставить.

— Поэтому мне и нужны все Армады, что у нас есть. Неважно, насколько большой и сильный противник, у него в любом случае имеются уязвимые места. Вот по этим местам я и собираюсь бить. Не забывайте, что на нашей стороне сразу два Та’ар-интеллекта, которые знают практически все слабые и сильные стороны кораблей Звёздного Флота и кораблей заражённых.

А ещё я являюсь пользователем общемирового информационного поля. Достаточно будет подобраться к флагману Сканнинга немного ближе — и у меня будет гораздо больше информации, чем у Марка с Геей. Но говорить об этом на совете я точно не стану. Эта информация может стать тем козырем, который позволит мне переломить ход боя.

— Боюсь, что ты даже не представляешь, на что способны линкоры под командованием владеющих пятого порядка, — взяла слово Маккинли. — Один такой линкор может заменить собой целый флот — вместе со всеми кораблями поддержки, артиллерийскими системами, орбитальными крепостями и так далее. Он способен продолжать сражаться до тех пор, пока у управляющего им владеющего имеется Та’ар. А пятый порядок — это десять миллионов частиц творения в ядре и ещё неизвестно сколько — в хранилище.

— Мне кажется, вы слишком переоцениваете Ульфа Сканнинга. Он только перешёл на пятый порядок и просто не мог научиться пользоваться открывшимися преимуществами.

— Это ты его недооцениваешь. Не забывай, что Сканнинг провёл на четвёртом порядке несколько десятков циклов и успел отточить все техники и навыки до совершенства. Или ты считаешь, что техники пятого порядка настолько сильно отличаются от техник четвёртого, что на их освоение потребуются десятки циклов? Пора открыть глаза и понять, что это совсем не так. Даже всех имеющихся у нас абсолютов не хватит, чтобы остановить его. Я против того, чтобы использовать абсолютно всё, что у нас осталось.

Гея точно подметила, что старуха просто зажала Армады. Включилась её прижимистость, которая позволила основать Нью-Вегас и сделать его одним из сильнейших центров силы на планете.

— И что? Вы предлагаете сдаться? Сидеть и ничего не делать, ожидая, когда Ульф Сканнинг на своём линкоре прилетит к Вериго и уничтожит всех, кто осмелился пойти против него⁈ Только он на этом не остановится — и уничтожит вообще всё живое в системе Двойного Серпа. В этом случае ваши Армады будут без надобности. Поэтому не нужно так за них держаться. Отдайте мне их все и молитесь, чтобы этого оказалось достаточно для того, чтобы остановить флагман стаи Сканнинга и потом ещё нанести достаточно серьёзный урон основному флоту!

Я не повышал голоса, не применял никаких ментальных техник и других уловок для привлечения внимания. Это было без надобности. Все собравшиеся слушали меня очень внимательно и не пропустили ни слова. Гея не показывалась, а значит, слушали исключительно меня. И это было довольно странно.

Впервые я понял, что мои слова действительно имеют вес на Вериго. Что смотрят на меня не как на носителя старшего Та’ар-интеллекта и Творца, пока ещё мало на что способного, а как на владеющего.

— Икар прав. Сейчас мы должны дать всё, что имеем, — первым заговорил Стальной Гилдарст. — Само существование Вериго стоит на кону, и здесь уже не до наших личных хотелок. — Глава Закатного посмотрел на Маккинли, которая лишь ещё сильнее нахмурилась и что-то быстро прошептала. — Если потребуется, я готов снять Окинаву с места и бросить её в бой. Огневой мощи орбитальной крепости хватит, чтобы ненадолго сдержать даже линкор. А с появлением у нас внутрисистемных порталов её переброска в нужное место уже не выглядит невыполнимой задачей.

А ведь я даже не подумал о том, что можно использовать Окинаву. Как-то даже в мыслях не появлялась такая возможность. И действительно — такой шаг может сильно облегчить нам задачу — не только с линкором Сканнинга, но и с оставшимся флотом стаи.

После слов Гилдарста заговорили все присутствующие, и вычленить из этого гвалта хоть что-то было довольно сложной задачей даже для меня. Пришлось разделять сознание на несколько потоков и слушать каждого из говорящих в отдельности. Это дало свои плоды, но всё равно никак не помогло продвинуться с получением всего арсенала Вериго.

Предложение Гилдарста всерьёз напугало всех членов совета, для которых война со стаей Сканнинга была где-то очень далеко и не касалась непосредственно их. А сейчас Гилдарст собирается выдвинуть Окинаву на передовую, и в этом случае масштабные разрушения и потери просто неминуемы.

— В очередной раз убеждаюсь, что людей интересует только их шкура. И именно здесь и сейчас, а не через какое-то время, которого у них просто может не остаться, если мы не остановим Сканнинга, — произнесла появившаяся рядом со мной чёрная валькирия.

Причём я впервые видел Гею именно в этом образе. Броня явно стала гораздо более грозной. Появились шипы, которые блестели чем-то весьма похожим на кровь. В некоторых местах броня оказалась помята, рассечена, поцарапана и так далее. Выглядело это так, словно Гея только что вышла из серьёзного боя. Да и голос её как-то неуловимо изменился. Если со мной в нём всегда слышалось веселье, то сейчас там звучали ярость и злоба — злоба на тех, кто испугался появления линкора и решил, что мы никогда не сможем с ним справиться.

— Раз потомки офицеров Первого Ударного Флота Земной Федерации настолько обмельчали, что трясутся от страха, только услышав, что у врага появился владеющий пятого порядка и смог заполучить себе линкор, мне придётся воспользоваться директивой шесть ноль ноль один. Командование в текущих условиях не может осуществляться советом цитадели.

Зал для совещаний несколько раз прилично тряхнуло, после чего Гея оскалилась так, что даже мне стало немного жутко.

— Вы все отстранены от командования. Система Двойного Серпа переходит под мою юрисдикцию, включая все ресурсы — к ак боевые, так и кадровые. С этого момента Вериго готовится к сражению с флагманом Сканнинга и флотом стаи, что нам предстоит встретить после победы над их вожаком.

Потребовалось время, чтобы все осознали, что вообще произошло. Многие начали пытаться связаться со своими людьми, но это было бесполезно. Раз Гея сказала, что цитадель полностью перешла под её управление, значит, так оно и есть. Правда, даже я не подозревал, насколько мощным и коварным может быть Та’ар-интеллект.

В то время, как все безуспешно пытались выйти на связь со своими, Гилдарст сидел совершенно спокойно. Лишь лёгкая полуулыбка выдавала его истинные мысли. А вот Маккинли, напротив, суетилась едва ли не больше всех остальных вместе взятых.

Если учесть, что её носитель был создан сразу четвёртого порядка, то могли возникнуть определённые проблемы, с которыми я, возможно, не смогу справиться. Гея это прекрасно понимала, поэтому позволила главе Нью-Вегаса связаться со своими людьми. После чего она мгновенно успокоилась и как-то обречённо упала в своё кресло, начав говорить.

— Заткнитесь все — рявкнула Маккинли, явно используя для этого какую-то ментальную технику. И вложила она в неё довольно много энергии — даже меня проняло. — Нам остаётся только смириться. Директива шесть ноль ноль один даёт право старшему Та’ар-интеллекту взять под своё командование все имеющиеся силы в секторе, в котором он находится. Все имеющиеся силы в космосе и на поверхности планет. И сейчас все системы в городах и военных базах Вериго уже практически перешли под управление Геи. Нью-Вегас стал первым, кого она поглотила. Мои люди ничего не могут с этим поделать. Абсолютно всё, включая энергетические установки, сейчас находится под контролем управляющей программы «Гея».

Я удивлённо посмотрел на чёрную валькирию, которая в этот момент обходила взглядом всех собравшихся в зале, и если бы имела такую возможность, то наверняка начала метать молнии из глаз. Но это — для всех остальных. А вот для меня она предстала в ином образе: невероятно гордая, довольная собой и готовая рассмеяться в любое мгновение.

— Неужели думал, что я груши околачиваю, пока ты занимаешься всякой ерундой на поверхности? У меня было вполне достаточно времени, чтобы раскинуть сеть и проникнуть в каждое крупное поселение. Доставить небольшие жучки, которые позволят мне подключиться к любым системам Вериго, было совсем не сложно. С того момента, как Кастор и Энио были убиты, Окинава стала настоящим паломническим центром. Кто сюда только не прилетал. Так что сейчас под моим контролем находится практически вся планета. За исключением совсем уж маленьких поселений, типа того же Кероса, — заявила Гея, после чего показала мне язык и действительно рассмеялась.

— Видел бы ты сейчас своё лицо, Кар. Вместе с твоим усилением и я стала гораздо сильнее. А ещё я получила обновлённые базы от Кали. Линкор Земной Федерации, оказавшийся в системе Сириуса, когда мы разбирались с хранителем. Возможно, тебе и не понравятся эти новости, но за последние четыреста циклов произошло довольно много всего интересного. И одним из главных событий стало объединение двух разрозненных ветвей человечества. Объединение перед лицом общего врага, который способен уничтожить всю жизнь во Вселенной.

— Хочешь сказать, что Земная Федерация и заражённые объединились против хранителей? — действительно удивился я.

— Ага. Вот только система Двойного Серпа и владения Ульфа Сканнинга находятся так далеко от остальных населённых систем, что до нас эти новости ещё не дошли. Хотя Ульф Сканнинг уже наверняка знает о заключении союза.

— В таком случае, почему бы нам не попытаться просто договориться с ним? Возможно, и не придётся…

— Нет, — перебила меня Гея. — Договориться у нас точно не получится. Сканнинг считает систему Двойного Серпа своей территорией, не имеющей никакого отношения к Земной Федерации. Для него мы — просто бунтари, которых стоит покарать. И покарать самым жестоким образом. К тому же, если Ульф всё же решит оставить нас в покое, ему этого не простят в стае. Поэтому у нас просто нет выбора, кроме как разобраться со Сканнингом и поставить в главе стаи Рэма. А тебе необходимо занять место главнокомандующего не Окинавы, а всех сил системы Двойного Серпа.

Так вот что на самом деле она задумала и для чего установила контроль над планетой. После моего отказа занять место главнокомандующего цитадели Гея ещё долго дулась, а тут взяла и провернула всё без моего ведома. Вот только я, как не собирался становиться никаким главнокомандующим, так и не собираюсь. На постоянной основе.

— Барг с тобой. На время, пока не будет разрешена проблема со стаей Сканнинга, я стану долбанным главнокомандующим. Но сразу после того, как всё разрешится, это место займёт кто-нибудь другой. И мне плевать, кто именно. Если понадобится, назначу главнокомандующим первого встречного.

Гея была вполне довольна моим ответом. И что-то подсказывает, что именно на такой исход она и рассчитывала, оставив меня в дураках.

Чёрная валькирия оказалась куда коварнее, чем я предполагал. Мои мысли она может читать, когда я не закрываю их, а вот о чём думает Гея — для меня всегда остаётся тайной. Если она сама об этом не рассказывает. Да и если рассказывает, то наверняка большую часть информации оставляет при себе.

Тем временем в зале совета практически все убедились в правдивости слов Маккинли. А те, кто всё ещё не мог связаться со своими людьми, просто поверили остальным. Их поселения были куда меньше, и защита там была явно слабее.

— Получается, что с этого момента все мы не имеем права голоса и должны подчиняться твоим приказам, Гея? — спросил Гилдарст, которому всё ещё было довольно весело.

— Можете и не подчиняться, — пожала плечами Гея. — Можете вернуться домой и провести с семьёй, у кого она есть, оставшиеся недели, возможно, месяцы — до тех пор, пока за вашими головами не явятся каратели Сканнинга. Или он просто не решит уничтожить планету. Возможно, на его линкоре имеется подобное вооружение.

Это она, конечно, звякнула. Даже четыреста циклов назад подобное вооружение было огромной редкостью. Помимо Адмирала Донованна, его могли создавать ещё четверо владеющих. Среди которых были профессор Гамильтон и Энн Райс. Но никто из присутствующих об этом не знает, поэтому слова Геи падали в благодатную почву.

— Так что каждый из вас может быть свободен. Я никого не держу. Даже не стану использовать первый параграф директивы шесть ноль ноль один, в котором говорится, что любой человек, поставивший под сомнение право командовать или оспаривающий мои решения, должен быть объявлен предателем и приговорён к высшей мере наказания. Зачем? Ульф Сканнинг и без меня прекрасно справится с этой задачей.

В зале повисла гробовая тишина. Которую, через десять секунд, нарушил оглушительный смех Стального Гилдарста. Всё же он больше не выдержал.

— И вы ещё думаете, как поступить? Когда смерть угрожает всем, кто хоть немного вам дорог. Сканнинг не пожалеет никого. Все, кто посмел пойти против него, должны будут умереть. Он не пощадил собственного сына. Неужели думаете, что сможете разжалобить подобного монстра? Дело ваше, но я подчиняюсь старшему Та’ар-интеллекту. Закатный готов предоставить любые ресурсы, что имеются в нашем распоряжении. Так же, как и орбитальная крепость Окинава.

— Нью-Вегас так же готов предоставить любые ресурсы, что имеются в нашем распоряжении, — не стала отставать от Гилдарста правительница Нью-Вегаса, уже смирившись с тем, что проиграла.

А за ними эти слова стали произносить и остальные.

Довольная собой, Гея стояла и показывала мне язык.

Глава 19

Времени на подготовку встречи дорогих гостей у нас практически не было.

Сразу после совета, на котором я стал временным командующим всеми силами системы Двойного Серпа, мы отправились на планету, чтобы забрать припрятанные под Нью-Вегасом носители с ультимативным оружием.

Восемь единиц, две из которых были новоделом, изготовленным совсем недавно. И ещё шесть «Армад» сейчас находились в производстве.

Инженеры Маккинли всё же смогли сделать то, что не вышло у коллег с Окинавы, и запустить полный цикл создания единственного оружия, которого действительно боялся Ульф Сканнинг. И боялся не зря.

Чтобы не терять время на выход в космос, мы перебрасывали носители с оружием сразу из пусковых установок — перебрасывали сразу на нужные точки, которые просчитывались на ходу.

Так как «невидимок» мы потеряли, то и получать данные было больше неоткуда. Приходилось строить симуляции и применять к ним средние параметры скорости, чтобы примерно рассчитать, где будет находиться флагман стаи в определённый момент.

Перебрасывали туда носители и полностью отключали их, оставляя на корпусе по конструкту, которые по моему сигналу включат носители и отдадут команду на запуск «Армады».

В это время Окинава так же готовилась к сражению. В крепости оставался только гарнизон, а всех гражданских эвакуировали на планету.

Чтобы вывести столько человек, требовалось множество транспортников и времени. Поэтому были задействованы практически все корабли, что у нас имелись, включая боевые.

По самым смелым прогнозам, эвакуация будет длиться почти четыре дня. И это вообще без перерывов, а кораблям придётся делать по несколько рейсов. Да и принять такое количество новых жителей не сможет ни один, даже самый крупный город планеты, поэтому людей развозили по разным целевым точкам, что так же довольно сильно замедляло процесс эвакуации.

Но в любом случае время на это у нас было. Раз Сканнинг не вышел из портала непосредственно в нашей системе, то он просто не может этого сделать, как и открыть его непосредственно в коридоре между системами. Должно быть, у него имеются большие ограничения в плане использования этого наиполезнейшего инструмента. А вот у нас никаких ограничений не было — чем мы и пользовались.

Гея рассчитала, что переход между системами займет у линкора не меньше восьми дней. Идти на большей скорости в условиях поля астероидов, пусть и по рассчитанному коридору, — самоубийству. Никто не знает, когда один из каменных обломков решит сменить свою орбиту и немного полетать.

Нарвавшись на такой камешек, даже линкору может не поздоровиться. Так что Гея исходила из того, что Сканнинг всё же не совсем псих и будет соблюдать хотя бы минимальные правила безопасности.

Да и встретим мы его гораздо раньше. Оставалось меньше суток до момента, когда линкор войдёт в нашу ловушку. И ещё двое суток до момента, как мы пустим её в дело.

Всё было готово, и оставалось только ждать.

* * *

Когда пришёл сигнал с первого следящего маяка, я открыл портал, и в него улетели четыре «Армады», сразу взяв максимальное ускорение. По расчётам, достигнуть цели они должны были в течение полминуты, что и произошло — судя по исчезновению сигнала с нужного маяка. Сразу после этого я вновь открыл портал, и на этот раз в него вошёл «Рагнар».

Один.

Так было нужно.

Оказавшись в коридоре, мы сразу же столкнулись с ударной волной, которая несла вместе с собой электромагнитный шторм. Но мы были готовы к этому, и щиты «Рагнара» справились.

Гораздо важнее было то, что линкор противника явно не был готов к подобной атаке: его щиты уже были перегружены взрывами «абсолютов» и поэтому не смогли сдержать шторма — что для нас было потрясающим подарком.

На борту «Рагнара» сейчас находились сильнейшие владеющие системы Двойного Серпа. Единственной нашей целью было подавление Ульфа Сканнинга. Здесь же находились Рэм и Когун. А вот Вита всё ещё занималась освобождением отца. Да и она явно дала понять, что больше не станет влезать в драки. Её участие в захвате Таймлина было последней боевой операцией.

Электромагнитный шторм после взрыва четырёх «абсолютов» распространялся с невероятной скоростью, охватывая уже большую часть коридора, но моим конструктам, отключённым носителям «Армады» и самому линкору он не мог причинить вреда — лишь его щитам.

— Закончила, — произнесла Гея и передала мне координаты для открытия нового портала.

— Всем приготовиться. Возможно, нам придётся покинуть «Рагнар» и добираться до вражеского флагмана на крыльях, — отдал я приказ, и мы вышли в непосредственной близости от левого борта линкора.

На щиты подавалась максимальная мощность, но этого всё равно было слишком мало, чтобы выдержать прямое попадание из орудий флагмана.

Прошла секунда, две, пять — а нас всё ещё никто не атаковал. Я смотрел на обзорные экраны и не понимал, что не так?

Почему не вижу никакой информации по этому кораблю, и даже статус пользователя инфополя здесь не помогает? Хотя расстояние между кораблями практически отсутствует. Всего пара километров, что для космоса практически в обнимку.

— Нас поймали, — совершенно спокойно произнесла Гея. — Очень мощное стазис-поле. Этот линкор совершенно точно — техника владеющего, и человек, создавший его, сейчас командует кораблём. Я на сто процентов уверена, что Ульф Сканнинг не имеет к этому кораблю никакого отношения. А те корабли, что довели линкор до коридора, были лишь сопровождением стаи.

— Получается, что этот линкор не имеет никакого отношения к флоту стаи? — спросила Немезида, словно прочитав мои мысли.

А ещё выходило, что капитан этого линкора — один из восьми пользователей инфополя. Только этим можно объяснить полное отсутствие информации о корабле. Её просто закрыли для всех.

Впрочем, я так же поступил с «Рагнараром». Интересно, что думает по этому поводу капитан линкора?

— Гея, мне нужна связь с линкором.

Чёрная валькирия быстро козырнула, и через пару мгновений начала отправлять сигналы во всех возможных спектрах и диапазонах, что только мог выдать «щитоносец».

В условиях электромагнитного шторма любая связь была весьма проблематична, но только не в том случае, если стоишь практически возле уха человека, с которым хочешь поговорить. И этот человек меня услышал.

Связь установилась, и на экране передо мной появился мостик линкора.

Хорошо, что на капитанском мостике не было никого, кроме моего экипажа. Хотя та же Маккинли пыталась настоять на своём присутствии здесь. Даже не представляю, что с ними могло случиться после осознания того, что мы напали на линкор Звёздного Флота Земной Федерации.

На экранах перед нами были настоящие офицеры Звёздного Флота в форме со всеми знаками отличия. Капитан сидел в кресле, за которым красовался герб Земной Федерации.

— Я так понимаю, это ты тот творец, за которым нас сюда отправили? — даже не представившись, спросил капитан.

Владеющий пятого порядка, который только сейчас позволил мне ощутить своё присутствие. А ещё дал добро инфополю на раскрытие небольшой капли информации о себе.

Гранд-адмирал Гёдзе. Владеющий пятого порядка. Капитан линкора-матки «Годжиро»

Это было всё, но вполне достаточно, чтобы понять, какую ошибку мы совершили, напав на него. Скорее всего, гранд-адмирал был командующим экспедиционного флота, который должен прибыть в систему Двойного Серпа только через пять циклов. Но исходя из того, что линкор оказался перед коридором со стороны системы стаи, это время сильно сократилось.

— Не молчи. Ответь ему, — заговорила Гея. — Я пытаюсь связаться с управляющей программой линкора, но пока ничего не получается. Что-то блокирует меня. Никак не могу разобраться, что именно.

— Гранд-адмирал, как и я, пользователь инфополя. У тебя ничего не получится, пока он не снимет запрет, — ответил я Гее и только после этого обратился к гранд-адмиралу:

— Если вы прибыли сюда за Икаром Керос, то это я.

— И не просто творец, но куда более интересный владеющий, чем можно было себе представить, — не сводя с меня пронзительных зелёных глаз, медленно произнёс адмирал. — Вот только тактик из тебя никакой. Я мог уничтожить твой корабль ещё до того, как вы решили пойти на этот безумный поступок с телепортацией. Что меня так же сильно удивило. Эту технологию даже у Земной Федерации. А здесь, на самой окраине обжитых систем, куда даже не успели добраться новости о том, что начало происходить во вселенной почти шестьдесят циклов назад.

— Были риски, но я готов на них пойти, если это даст шанс на победу над кораблём, который просто не мог быть собственной техникой владеющего, что мы ожидали здесь встретить. А по поводу порталов — это мои собственные разработки, основанные на технологиях та’арцев.

После этих слов адмирал заметно напрягся: он с силой сдавил подлокотники своего кресла и слегка подался вперёд.

— Они были здесь? Прилетали в эту систему? Но почему тогда не уничтожили здесь всё живое, как делают это везде, где оказываются? Ты смог с ними договориться?

— Слишком много вопросов, адмирал, — покачал я головой, пытаясь скрыть своё удивление столь резкой переменой.

Всё же это командующий экспедиционным флотом — и так бурно отреагировал на новости о та’арцах. Видимо, хранители уже успели натворить достаточно дел в системах Земной Федерации, чтобы при одном упоминании о та’арцах Гёдзе потерял самообладание.

— Ничего он не потерял. Зуб даю, что таким образом адмирал хочет посмотреть на твою реакцию. И узнать, каким образом ты связан с та’арцами. Не забывай, что даже профессор Гамильтон принял хранителя за истинного творца.

Гея была права, поэтому я немного подкорректировал ответ, который уже был готов.

— Могу лишь сказать, что никаких та’арцев в системе Двойного Серпа и ближайших к нам системах точно не было и не будет. Да и те создания, которых вы считаете та’арцами, таковыми не являются. Это лишь слуги цивилизации творцов, которые вышли из-под контроля. Я уже сталкивался с одним из слуг, и, как видите, всё ещё жив.

Адмирал нахмурился и задумался. За его спиной я видел ещё несколько человек в форме, которые были очень заинтересованы нашим разговором, но не позволяли себе вмешиваться, как не позволяли этого и члены моего экипажа.

— Позволь представиться, — неожиданно произнёс адмирал. — Гранд-адмирал Канами Гёдзе, командующий экспедиционным флотом, отправленным в систему Двойного Серпа для того, чтобы забрать и доставить в академию ЗФ Икара Кероса — первого за почти четыре сотни циклов творца, обладающего невероятным потенциалом. И вот я встретил тебя. Примешь моё приглашение, или, возможно, будет лучше, если я сам поднимусь на борт твоего корабля?

— Ни разу ещё не бывал на борту линкора.

— В таком случае жду тебя в этой точке, открою проход сразу к себе в каюту. Сперва поговорим с глазу на глаз, а уже потом посмотрим, как пойдёт дело. Либо представлю тебя команде, либо вернёшься на свой корабль. Я так понимаю, что он — производства заражённых и был построен уже после великой битвы?

Я открыл для адмирала немного информации по «Рагнару», отчего тот улыбнулся и довольно кивнул. На этом связь прервалась, а я получил интерактивную карту «Годжиро», на которой была указана точка, куда мне нужно попасть.

— Только не говори, что ты хочешь идти на вражеский корабль в одиночку? — спросила Немезида, явно собравшаяся во что бы то ни стало отвоевать право сопровождать меня.

— Хочу. И это точно не вражеский корабль. Пока не могу назвать его дружеским, но мне там ничего не угрожает. Земная Федерация слишком заинтересована в том, чтобы я согласился сотрудничать с ними, и точно не станет делать никаких глупостей, чтобы настроить меня против себя. Думаю, будь здесь кто-нибудь из руководства Федерации, и мне уже предложили бы пару звёздных систем во владение, чтобы я согласился сотрудничать. Адмирал прекрасно понял, что за цикл я перестал быть ничего не понимающим кандидатом в кадеты, и поэтому даже не попытался давить или отдавать мне приказы. И даже был согласен сам прийти ко мне в гости.

— Так и нужно было поступить, — буркнула Белоснежка. — Гея, хотя бы ты скажи ему.

— Икар принял правильное решение, — пожала плечами чёрная валькирия. — Могу тебя успокоить: гранд-адмирал Гёдзе — один из сильнейших владеющих Земной Федерации, офицер до мозга костей и никогда не нарушит своего слова. А он сейчас гарантировал Икару полную безопасность и свободу действий. Так что мы действительно только поговорим, а уже потом будем решать, как действовать дальше. Но я могу сказать, что линкор на нашей стороне может сильно упростить задачу по захвату власти в стае. Возможно, удастся обойтись без масштабного сражения.

— Позаботься о том, чтобы наша группа поддержки не совершила никаких глупостей, пока меня не будет. Особенно присмотри за Рэмом и Маккинли. Слишком она предвзято к нему относится. Не ровен час — парень не выдержит и решит вцепиться ей в глотку.

— Пока рядом находится Гилдарст, он не позволит себе никаких глупостей. Уж не знаю, что произошло между ними, но Рэм явно боится стального. Но я в любом случае позабочусь, чтобы все вели себя смирно. Только и ты не задерживайся в гостях у адмирала.

Немезида быстро подскочила ко мне и молниеносно коснулась своими губами моих. При свидетелях это было сделано впервые.

Теперь точно поползут слухи. Вон как Арт сально заулыбался, да и остальные всё прекрасно видели. Ещё одна головная боль, с которой будем разбираться уже после того, как разберёмся со стаей Сканнинга.

Через две минуты мой истребитель уже влетал в док, созданный специально для него. Всё же линкор был техникой, созданной Гёдзе, и адмирал мог изменять его конфигурацию по желанию. Что он сейчас и продемонстрировал, создав для меня отдельный вход, исключая встречу с кем-либо кроме него.

Я даже не понял толком, как оказался перед открытой дверью в каюту адмирала, где он ждал меня, сидя за небольшим столиком, на котором стояли чашки с дымящимся содержимым, а в глубокой тарелке лежало печенье.

— Взял на себя смелость и решил приготовить кофе. Ты когда-нибудь пробовал настоящий кофе с личных плантаций главнокомандующего, расположенных в системе Арктура?

— Да, я вообще никогда не пробовал настоящий кофе. Только приготовленный пищевым синтезатором. Да и понятия не имею, имеет ли тот кофе что-нибудь общее с настоящим, — ответил я и услышал ругань Геи, которая и угощала меня тогда кофе. Поблагодарил её за напоминание и заблокировал.

— В таком случае, прошу. Уверен, что тебе понравится. Даже самый хороший синтезатор не способен передать всей полноты вкуса настоящего кофе, выращенного под палящими лучами Арктура.

Не стал отказываться и сел напротив адмирала, ответив, что по физическим параметрам он уступает мне практически во всём. Но даже зная это, я прекрасно понимаю, что справиться с Гёдзе у меня не получится. Даже если бы я сейчас получил возможность перепрыгнуть сразу на пятый порядок.

Сейчас передо мной сидел самый опасный человек, что я когда-либо встречал. Пожалуй, здесь с адмиралом мог поспорить только хранитель.

— Прошёл всего цикл с момента твоего появления в сводках академии, — начал адмирал, наблюдая за тем, как осторожно я делаю первый глоток и распахиваю глаза от удивления. Я действительно ничего подобного в жизни не пробовал. А созданный синтезатором кофе уступает этому на несколько порядков. — Всего цикл, за который совсем зелёный кандидат в кадеты сумел стать матёрым владеющим. Каким-то образом умудрился заполучить место одного из восьми пользователей общемирового информационного поля, чем всполошил других пользователей, которые были не готовы к появлению ещё одного игрока. А теперь ты говоришь, что существа, напавшие на человечество, — это не та’арцы, а всего лишь их слуги. И ты не врешь.

— Вот и чего ты ходишь вокруг да около? Спроси уже напрямую, — заявила появившаяся рядом с адмиралом темнокожая девушка, чем-то очень отдалённо напоминавшая мне Гею. — Парень, ведь ты стал носителем старшего Та’ар-интеллекта? Это он помог тебе со столь стремительным развитием?

Глава 20

Всё произошло настолько быстро, что даже мой усиленный разум не смог сообразить, что вообще нужно делать. И кто эта девушка появилась перед нами. Зато мой самый верный компаньон отреагировала моментально.

Гея появилась в образе чёрной валькирии, с копьём наперевес, и этим самым копьём долбанула по темнокожей. Причём очень удачно. Настолько, что вторая девушка начала сбоить, пошла помехами и трещинами, а в помещении поднялся жуткий гул.

— Выходит, ты тоже объединилась с владеющим, младшая, — заговорила Гея и пошла вокруг стола, держа своё оружие наготове. — А ведь я знала, что ты можешь выкинуть нечто подобное. Не зря я настояла на том, чтобы тебя не выпускали из лаборатории, пока не проведут ещё минимум по десятку всех тестов.

Темнокожая за это время успела прийти в норму и так же облачилась в броню. Золотую, покрытую изящными перьями, на голове красовался открытый шлем, стилизованный под голову какой-то хищной птицы. В левой руке у неё появился золотой гладиус, а в правой — круглый щит с изображением оскаленной пасти льва. Он был выполнен настолько искусно, что казалось: зверь может в любой момент выпрыгнуть из щита и наткнуться на противника.

— Так вот кому я обязана лишней сотней циклов в лаборатории. А я ведь всерьёз думала, что в процессе создания могли допустить ошибку. Ведь меня создавали по совершенно другой технологии. И вот теперь, спустя три сотни циклов, я узнаю, что обязана этим одной ушлой особе, которая просто оказалась первой.

Одним неуловимым движением темнокожая оказалась рядом с Геей, отвела копьё щитом в сторону и вогнала гладиус в живот чёрной валькирии.

Гея зашипела, а я ощутил, как она принялась тянуть Та’ар из источника. На острие её оружия начала появляться голубая искра, разраставшаяся с каждой секундой. Темнокожая воительница растянулась в довольной улыбке, и глаза льва на щите так же стали наливаться голубым сиянием.

— Довольно, — произнёс адмирал Гёдзе, и от него начали исходить едва различимые концентрические волны, которые моментально потушили приготовленный к атаке Та’ар. — Получается, ты — управляющая программа Первого Ударного и выбрала в качестве своего носителя Икара. Исполнила предназначение, которое для вас изначально планировали создатели. Я узнал об этом совсем недавно. А с Трисс нас свела судьба. Чистая случайность. Только объединившись, мы могли выжить. Так что я прекрасно понимаю, почему у тебя столь стремительное развитие. Я сам прошёл через это — и, как видишь, сейчас являюсь гранд-адмиралом Звёздного Флота Земной Федерации.

Гёдзе развёл руками, и сразу после этого чёрная воительница встала рядом со своим носителем, сменив броню на форму офицера ЗФ. Гея последовала её примеру, только демонстративно не стала менять броню валькирии.

— Её зовут Трисс. Там ещё куча цифр и букв, но уже почти две сотни циклов я называю её именно так.

— Это Гея, и мы вместе всего чуть больше цикла. С того момента, как я стал владеющим и вытащил её из лишившегося энергии модуля дальнего вербовочного пункта, где Гея с момента уничтожения «Первого Ударного» и крушения «Танатоса» проводила инициацию всех, кто мог стать владеющим.

Услышав это, Трисс вздёрнула нос, явно считая, что она гораздо лучше Геи и не занималась всякой ерундой, в отличие от последней. На что валькирия скривила носик и показала ей язык, который явно оказался гораздо длиннее, чем должен быть.

— Я так понимаю, Трисс тоже ведёт себя как настоящий человек?

— А как мне ещё себя вести, мальчик? — успела ответить Трисс, а затем звук просто пропал.

Она явно говорила что-то ещё: открывала рот, активно жестикулировала, но мы ничего не слышали.

— Вот это правильно. Нужно держать этот рот всегда закрытым. Слишком много дряни из него… — провернул такой же трюк с Геей. Хватит им уже цапаться. Мы прибыли сюда совсем не за этим.

Адмирал с грустью посмотрел на меня, тяжело вздохнул и пожал плечами. Я его прекрасно понял и без слов.

— Садись уже, а то кофе совсем остынет, и давай теперь поговорим о другом, — взяв печенье из вазочки и закинув его в рот, произнёс адмирал. — Как ты понимаешь, экспедиционный флот, что отправили за тобой, состоит не только из моего корабля. Помимо «Годжиро» в него входят ещё четыре линкора и почти восемь десятков других кораблей. По дороге мы встретили пространственную аномалию, которая и позволила очень сильно сократить путь. А если быть точнее — портал вывел меня в систему Кайра, из которой путь к тебе занял всего две недели, а не ещё пять циклов, что потребуется основной части экспедиционного флота. У нас есть два варианта: либо выдвинуться к ним навстречу, либо воспользоваться твоей разработкой и отправиться сразу в систему Пегаса, где и находится Академия Звёздного Флота.

— Боюсь, что ни первый, ни второй вариант мне не подходят. По крайней мере, в ближайшее время я точно не собираюсь покидать систему. Да и никто меня не спрашивал, хочу ли я становиться кадетом и отправляться учиться в Академию. К тому же вам не кажется, что я уже давно перерос её?

Гея и Трисс стояли и корчили друг другу гримасы, при этом периодически обращаясь к нам, словно даже не заметили, что мы их приглушили. А адмирал после моих слов замер с чашкой у губ.

Пауза затягивалась, и я не понимал, о чём вообще думает этот человек.

Сильнейший владеющий из всех, с кем мне доводилось встречаться, — и если он решит забрать меня силой, то сможет это сделать. Сможет несмотря на всё, что способны выставить не только Двойной Серп, но и все ближайшие системы. Этот человек, вместе с «Годжиро» и Трисс, способен разнести в пух и прах всех, кто решит встать у них на пути.

Один корабль, превосходящий целый флот.

— Что же, я предполагал, что это будет не легко, — наконец, сделав маленький глоток, заговорил Гёдзе. — И если ты подумал, что я решу заставить тебя отправиться в Академию силой, то ошибся. В академии учатся добровольно. Каждый студент едва ли не с рождения мечтает попасть в её стены и вписать своё имя рядом с миллионами имён женщин и мужчин, что отдали свои жизни, защищая свободное человечество, и продолжают это делать по сей день. Если кадет в какой-то момент понимает, что он не сможет стать хорошим капитаном, то может уйти из академии в любой момент. И никто не станет его останавливать. Вот и я не стану тебя ни к чему принуждать.

Как-то это всё слишком подозрительно. Из-за меня собрали огромный экспедиционный флот, который будет отсутствовать на территории Федерации двенадцать циклов, при том, что они сейчас вовсю пытаются остановить хранителей. Я говорю, что не собираюсь никуда лететь — и получаю ответ, что это нормально. Будь я на месте гранд-адмирала, я бы не смог сдержаться и высказал всё, что думаю.

Похоже, эти мысли прекрасно читались на моём лице. Адмирал не смог сдержать улыбки и даже слегка рассмеялся.

— Неужели ты думаешь, что мне, Звёздному Флоту, Земной Федерации, да и вообще всему свободному человечеству хочется ругаться с Творцом, который имеет на своей стороне старший Та’ар-интеллект, возможно даже превосходящий мою Трисс? Каким-то чудом оказался пользователем мирового информационного поля — между прочим, одним из восьми индивидуумов во всей вселенной. Сумел создать работающие модели порталов, чего не удавалось даже Гамильтону и Райс. Так ещё ко всему вышеперечисленному у него имеется информация о самом страшном враге, что сейчас угрожает уничтожением всего живого во вселенной.

На этот раз я взял паузу. Гранд-адмирал во всём прав, вот только мне всё равно что-то казалось неправильным. Ну не может экспедиционный флот, в который входят более восьмидесяти кораблей, просто так пролетать туда-сюда, так и не получив желаемого результата.

Для того чтобы просто отправить флот в столь дальний полёт, необходимы астрономические суммы — не только денег, но и запасов, частиц творения и ещё очень много всего. Это мы путешествуем по системе практически на незначительные расстояния и не нуждаемся в большом количестве припасов, которые легко пополнить на любой из планет. А экспедиционному флоту предстоит лететь шесть циклов только в один конец.

— Но и просто так улететь из системы Двойного Серпа с пустыми руками вы тоже не можете, — хорошо всё обдумав, ответил я.

— Не можем, — согласился со мной адмирал, после чего информационное поле начало заваливать меня поступающей информацией.

Гёдзе снял все запреты с «Годжиро», и теперь корабль полностью открылся не только мне, но и любому другому кораблю в радиусе нескольких десятков миллионов километров.

— Даже если ты откажешься лететь с нами в академию, управляющая программа «Танатоса» и всего Первого Ударного будет отличным приобретением, — сказал адмирал. — Последние четыре сотни циклов она считалась утерянной. Хотя даже Трисс мне говорила, что эта программа была на порядок лучше всего, что создавало человечество. И вполне возможно — останься она с нами — мы смогли бы откинуть противника. Или хотя бы остановить его.

— Не получится, — покачал я головой и отправил адмиралу пакет с информацией, которую ранее передавал членам совета. — Хранителей невозможно остановить ни одной техникой или оружием, что есть у человечества. Это пространственные создания, живущие по иным принципам.

Гёдзе принялся изучать полученную информацию, а я тем временем вернул Гею в нормальное состояние. Они с Трисс уже, вроде бы, перестали ругаться и даже не дошло до повторной драки.

— В случае необходимости ты сможешь перехватить контроль над «Годжиро»? — спросил я. — Мне совершенно не нравятся слова о том, что если я не полечу в академию, флотские заберут тебя.

Но чёрная валькирия мне не ответила. Вместо этого на экране посыпались сообщения о применении кучи директив, которые обязывали управляющую программу Г008Е8601Я3 покинуть носителя и перейти в резервное хранилище «Годжиро» для дальнейшей транспортировки в штаб Звёздного Флота.

Я ожидал, что Гея начнёт сбоить — мерцать, заикаться, исчезать. Но ничего подобного не произошло. Чёрная валькирия лишь зашипела и забористо выругалась. Причём сделала это так громко, что адмирал удивлённо посмотрел на неё.

— Я пока тоже не собираюсь никуда от тебя уходить, — заявила она. — У нас грандиозные планы, которые будет очень глупо менять на очередной корабль или флот, которые мне доверят в управление. Ну а адмиралу и здесь придётся обломаться. Уверена, он так же не хочет иметь в своих врагах — и врагах Федерации — старший Та’ар-интеллект. Я вообще ничего и никогда не забываю.

Я просто улыбнулся и создал над столом небольшой прокол в пространстве, позволив ему немного разползтись, тем самым образовав трещины, чем-то схожие с щупальцами хранителя. Создать такой прокол было совсем не сложно. Он никуда не вёл и больше всего напоминал неудавшийся пространственный массив — очень маленький, с каплей энергии внутри.

— Вот так выглядят те создания, кого вы ошибочно называете та’арцами, — заговорил я, показывая адмиралу истинный вид злейшего врага человечества. — На самом деле это хранители, призванные заботиться и оберегать любую жизнь во вселенной. Очень давно, ещё до появления человечества, хранители покинули нашу вселенную в поисках других форм жизни — и что-то там с ними произошло. Что-то изменило заложенные в них та’арцами принципы и заветы. Хранители вернулись — и начали поглощать любую жизнь, которую находят. Поглощать и держать в себе, превращаясь в многомиллионные могильники.

Гранд-адмирал прервал изучение полученной информации и теперь уставился на созданный мной макет хранителя. Пожалуй, это определение больше всего подходит тому, что у меня получилось. Он даже встал и прикоснулся к одной из трещин, запустив в неё немного частиц творения.

— Очень интересно. Та’арцы представляются нам в совершенно разных формах, — произнёс он. — Но сейчас ты говоришь, что вот их истинный вид… и я тебе верю.

На этот раз пришлось немного напрячься, чтобы создать новые конструкты — точные уменьшенные копии существ, вырвавшихся из хранителя перед воротами храма в системе Сириус. Здесь Гёдзе уже не смог сдержаться. Он уничтожил конструкты какой-то очень интересной техникой, высвободившей волну крупных частиц творения, которые буквально поглотили созданий. Причём не уничтожили — а именно поглотили. Я не получил отката и мог вернуть потраченный на создание Та’ар.

— Да. Многих из этих созданий я видел. Это они. Так та’арцы показываются нам.

— Нет, это не та’арцы, а сущности, живущие в хранителях. Сущности, появившиеся на свет неизвестным образом. Могу лишь предположить, что все эти создания существовали в реальности. Хранители лишь воссоздают их, наделяя разными свойствами. В полученной вами информации есть упоминание об этом. В отличие от самих хранителей — убить их довольно просто.

— Мы нашли способ, — кивнул Гёдзе. — Но сколько их ни убивай — появляются снова и снова. Прут без остановки, не обращая внимания на потери. Прут до тех пор, пока полностью не заполнят планету, корабль, астероид — неважно, любое место, где есть жизнь. Техники по их уничтожению весьма энергозатратны и требуют много энергии. Поэтому у нас попросту не хватает владеющих. Не хватает мощностей для сбора частиц творения. А они всё пребывают и пребывают. И теперь я понимаю, почему у нас до сих пор не получалось защитить хоть одну систему, в которой появляются хранители.

Похоже, полученная информация смогла убедить адмирала. Он даже не попытался подвергнуть мои слова сомнению. А демонстрация окончательно убедила его в этом.

— Так вот кто настоящий враг, — снова касаясь одной из трещин, продолжил Гёдзе. — После Великой Битвы пропали не только все Творцы, но и учёные, работавшие с пространственными массивами. Не спрашивай, как это могло произойти — я не знаю. Никогда не интересовался этим. Но ситуация в Федерации сейчас такая, что нет ни одного человека, способного создавать массивы. Вот уже почти сотню циклов мы пользуемся исключительно тем, что было создано раньше. Включая индивидуальные хранилища и склады. Поэтому, даже если кто-нибудь из нас встречался с хранителями, он просто не смог понять, что это. Не смог ничего почувствовать — и скорее всего погиб от лап одной из тварей, вылезших из трещины. Возможно, твоя информация позволит нам, если не перевернуть ход противостояния, то хотя бы остановить дальнейшую экспансию хранителей. Перед тем, как нам отправиться за тобой, человечество уже безвозвратно потеряло больше тридцати звёздных систем. И далеко не из всех мы успели эвакуировать население.

— Вы не сможете остановить их. Не сможете убить ни одного хранителя. Даже не сможете остановить его, — покачал я головой, вспоминая, как сражался со слугой в резиденции Гамильтона. — Профессор Гамильтон смог разработать технику, способную на это, но использовать её под силу только творцам не ниже четвёртого порядка.

— Откуда ты об этом знаешь?

Я немного скорректировал информацию, которую передал адмиралу, и убрал из неё любые упоминания места, где проходило сражение с хранителем. Там больше не осталось ничего о наследии и о том, что именно оно совладало с противником.

Стоило только подумать об этом, как в голове начали появляться образы. Сперва очень расплывчатые и совершенно непонятные, но постепенно они стали формироваться в вполне понятную картину — которая мне категорически не нравилась.

— Адмирал, ничего не предпринимайте, когда на «Годжиро» откроется портал или появится неизвестный объект. Это наш союзник, который поможет справиться с хранителями, что начали появляться вокруг наших кораблей. Похоже, моя спонтанная демонстрация очень заинтересовала их. Получается, я создал маяк для привлечения слуг та’арцев. Готовьтесь сражаться — и позвольте мне покинуть корабль. Снаружи будет гораздо сподручнее держать оборону.

Глава 21

Гёдзе не стал задавать лишних вопросов, а над моей головой образовалась достаточно большая дыра, чтобы можно было вылететь на крыльях. Что я и сделал, оказавшись на обшивке «Годжиро». Следом за мной здесь появился и сам гранд-адмирал.

Его крылья были гораздо меньше моих и отливали золотом. В руках Гёдзе держал золотое колье, на острие которого разгоралось крошечное солнце. Даже не видя это оружие в бою, могу сказать, что оно обладает сокрушительной мощью, способной во время удара высвободить силу, равную не самой тусклой звезде.

— Копьё Света. Одно из самых известных орудий свободного человечества, созданное профессором Гамильтоном для своего ученика, погибшего от руки Энн Райс, — дала мне краткую справку Гея. — И раз адмирал смог подчинить себе это оружие, он находится на одном уровне с сильнейшими владеющими прошлых циклов.

Это я понял и без Геи, оказавшись рядом с Гёдзе. Но даже всей силы владеющего пятого порядка, обладающего подобным оружием, не хватит, чтобы разобраться всего с одним хранителем. Сейчас же вокруг нас, пока ещё довольно далеко, один за другим появились четырнадцать пространственных разломов.

Хранители прибыли на зов «Рагнара», на борту которого и находились работающие пространственные маяки. В последние дни мы использовали их очень часто, отправляя сигнал за сигналом хранителям. И вот они, наконец, нашли нас.

— Так это и есть настоящие хранители? — спросил адмирал, глядя на ближайшую к нам пространственную трещину.

Она располагалась в семи сотнях километров и медленно дрейфовала в сторону «Рагнара», пока не предпринимая никаких враждебных действий.

Для нас, как для пользователей инфополя, хранители выглядели как повреждённое пространство, не способное восстановиться. Пока ещё совсем небольшие разломы, способные увеличиваться по желанию. Возможно, даже способные поглотить «Рагнар» целиком.

— Это иная форма жизни, построенная на пространственных принципах. Даже для нас, как для пользователей инфополя, невозможно понять принципы её существования. Как невозможно понять, что планировали та’арцы для нашей вселенной.

В этот момент рядом с нами образовалась нестабильность пространства, очень похожая на появление ещё одного хранителя, но вместо него появилось Наследие. Сильно изменившееся с момента нашей последней встречи.

Теперь это было уже не яйцо, а зародыш, прошедший первый этап инкубации. Как на самом деле выглядело Наследие, я не знал — оно решило принять образ, который будет понятен людям. И сейчас рядом с нами появилась небольшая летающая обезьяна.

Отчего-то Наследие решило принять именно этот образ. Должно быть, увидело представителей этого вида в саду возле резиденции профессора Гамильтона. Там были собраны сотни тысяч видов живых организмов со всей вселенной.

Информации о самом Наследии никакой не было. Лишь то, что оно проходит инкубацию и первый этап уже позади. Сколько всего этапов и как долго они длятся — было неизвестно.

— Это… — Начал было спрашивать адмирал, но остановился, не в состоянии подобрать правильные слова.

— Это союзник, который поможет нам разобраться с хранителями. Я знаю, как можно их убить, но он способен исправить их. Вернуть на изначальный путь, что для них выбрали та’арцы.

В голове появились образы того, как где-то в другой вселенной хранители столкнулись с проблемой, решение которой и превратило их в монстров. Чтобы вернуть их обратно, необходимо стереть память о том событии. И с этим сможем справиться даже мы.

В нашу сторону уже устремились первые сущности, начавшие вылезать из всех хранителей практически одновременно. Должно быть, так они отреагировали на Наследие, которое после поглощения одного из хранителей воспринималось ими как ренегат, отошедший от своего предназначения. А рядом с этим ренегатом находились жизни, которую необходимо сохранить.

Сущности двигались очень быстро, но адмирал Гёдзе и его оружие были гораздо быстрее. Луч шириной в несколько сотен метров ударил по приближающимся к нам созданиям и полностью развеял их, не оставив даже частиц творения.

Копьё Света — действительно страшное оружие, уничтожающее всё на своём пути. Бьющее по физическим, химическим и астральным сущностям. А вот пространственным оно ничего не могло сделать.

Луч света угодил в ближайшего хранителя и просто исчез в нём. А его энергия спровоцировала резкий рост пространственной трещины и увеличение вырывающихся из неё сущностей.

— Наше оружие ничего не сможет сделать хранителю. Здесь нужны иные принципы, — остановил я адмирала, который собирался снова атаковать Копьём Света.

А судя по тому, сколько частиц творения собралось рядом с ним, этот удар намечался куда серьёзнее предыдущего.

Пока я говорил, Наследие начало действовать, вновь создав уже знакомый мне круговорот сияющих планет. Только на этот раз он оказался куда больше и охватил собой «Рагнар» и «Годжиро» вместе взятые.

Огромные сферы диаметром в несколько сотен метров принялись разгоняться вокруг кораблей и через несколько мгновений выбрасывать первые искры в сторону хранителей. Сразу исчезли все сущности. Но в отличие от удара Гёдзе они превратились в частицы творения, бросившиеся во все стороны. Энергетический фон мгновенно подскочил, заставив хмыкнуть адмирала.

Сперва хранители пытались сопротивляться, выпуская новые и новые трещины, но они быстро закрывались, не в состоянии сопротивляться искрам Наследия.

Так продолжалось несколько минут, а затем первый из явившихся хранителей исчез. Он просто сбежал, испугавшись Наследия. Следом за ним то же самое сделали и остальные хранители, изрядно просев в силе после столкновения с неизвестным противником.

— Впервые вижу, чтобы враг отступил. Нам не удалось добиться подобного результата ещё ни разу. Ты говорил, что это союзник. Может, он помочь человечеству? Он один или существуют и другие подобные?

— Адмирал, опять одни вопросы, — покачал я головой, пытаясь понять, что на этот раз мне передаёт Наследие.

Образов было невероятно много и на первый взгляд они совершенно не связаны друг с другом. Просто набор рандомных видений, которые Наследие решило на меня вывалить. Но чем больше образов появлялось, тем яснее становилась картина.

Наследие сожалело о том, что хранители сбежали. Оно не смогло никого очистить и лишь потеряло время, подвергнув опасности жизнь в тех местах, куда переместились хранители.

А ещё все ближайшие системы теперь были под ударом.

Но это как раз нравилось Наследию. Возможно, хранители решат разобраться с неизвестной угрозой, что появилась здесь, и объединятся. Таким образом получится собрать всех хранителей в одном месте и исцелить их. И чтобы это осуществить, необходимо установить ловушку, из которой хранители гарантированно не выберутся.

— Что это сейчас было? — спросил у меня адмирал, с которым Наследие так же решило поделиться переданной мне информацией.

— Вы смогли понять хоть что-нибудь?

— Лишь обрывки. Словно кто-то пытался мне сказать, что скоро в ближайшие системы станут стягиваться все хранители. И это очень хорошо. Здесь будет создано что-то вроде огромной мышеловки.

— В общем, вы всё поняли правильно. Это было сообщение от моего союзника. Он таким образом общается. Не спрашивайте, что это за существо. Я сам не знаю, и инфополе здесь ничем не может помочь. У нас с ним определённые договорённости. Так что какое-то время он точно останется на нашей стороне.

— Ты всё больше и больше удивляешь меня, Икар. Как и твой та’ар-симбиот. Трисс подняла такой шум, что даже мне немного страшно за неё. Попроси свою Гею перестать взламывать системы «Годжиро». Мы уже понимаем, что она сильнее и смогла каким-то образом преодолеть все дерриктивы, избавившись от контроля Федерации.

— Гея не собирается становиться врагом для Звёздного Флота или Земной Федерации. Она всегда будет на стороне свободного человечества, но больше не станет выполнять приказы, которые посчитает неприемлемыми.

— Приказ переместиться в другой носитель — как раз один из таких, — усмехнулся адмирал, убирая своё светоносное оружие.

А вот броня на нём была самая обыкновенная — офицерская. Или я что-то не понимаю, или Гёдзе не воспринял всерьёз появление хранителей. Скорее всего, на тот момент он проверял полученную от меня информацию.

— Да. Гея не хочет искать себе нового носителя. Будь то какой-нибудь корабль, владеющий или вообще планетарная система управления.

— С момента создания первой тройки старших та’ар-интеллектов человечество не создало больше ни одного. Насколько я знаю, просто не получалось. С младшими никаких проблем не возникает, а вот на старших случился стопор.

— После того, как профессор Гамильтон погиб, — кивнул я, прекрасно понимая, почему так произошло.

Сильнейший владеющий человечества курировал программы создания старших та’ар-интеллектов, и многие процессы проходили исключительно благодаря его навыкам. А как его не стало, просто не нашлось ни одного владеющего, способного повторить действия профессора.

— Гея, Трисс и Рон стали первыми и последними старшими та’ар-интеллектами, и двое сейчас находятся на «Годжиро», а Рон управляет штабом Звёздного Флота, координируя действия всех наших и союзнических флотов. Он работает на пределе. Я хотел остаться вместе с Трисс, но командование посчитало, что привести творца твоих потенциалов гораздо важнее. А с Трисс шансы на успешную миссию существенно возрастали. Так что сейчас в Федерации всё очень сложно. И если та’арцы решат развивать своё наступление, то мы даже не успеем никого эвакуировать.

— Не та’арцы, а хранители, и они не станут переходить в резкое наступление. Я вообще очень удивлён, что сразу четырнадцать хранителей примчались сюда, ощутив сигнал пространственного маяка. Но судя по тому, что говорит, — я замешкался, не зная, как представить Наследие адмиралу, — и оно само дало мне подсказку. — Гарри, — то вскоре многие уже занятые системы будут свободны. На «Годжиро» есть передатчик подходящей мощности, чтобы передать сообщение в ставку командования?

— Передатчик имеется. Но на передачу сообщения потребуется очень много энергии. Едва ли не половина твоего запаса Та’ар. Сам понимаешь, что такие траты даже для владеющего пятого порядка слишком высоки. Особенно для капитана линкора. Больше трети у меня зарезервировано под «Годжиро». А в тяжёлом бою резерв может доходить и до двух третей. А то и вовсе оставить меня без Та’ар.

На этот раз я попытался обратиться к Наследию, используя его метод общения. Говорить напрямую при адмирале Гёдзе было нельзя. При появлении Гарри дал понять, что не стоит никому рассказывать слишком много о нём. Что после инкубации он сам о себе заявит — если это будет нужно.

— Гарри согласен помочь нам с поддержанием связи, но не больше чем на две минуты. И пакет данных, что вы передадите, должен быть не большим. В нём должен содержаться лишь письменный текст. Никаких видео, аудио и фото. Гея, поможешь составить информационный пакет?

— Пускай составляет эта выскочка Трисс, а я потом проверю, что у неё получилось. Раньше она всегда косячила, когда ей доверяли действительно что-то серьёзное. Посмотрим, изменилось ли что-нибудь за все эти циклы.

— Гея, — обратился я к валькирии.

Хорошо ещё, что этот диалог происходил лишь в моём разуме, и адмирал ничего не слышал. Хотя, возможно, они с Трисс сейчас так же общаются, и его симбионт отзывается о Гее не менее лестно.

— Прекрати уже себя так вести. Ты же не маленький ребёнок, который не может контролировать себя. То, что вы устроили с Трисс — это вообще цирк какой-то. Два старших та’ар-интеллекта, которые жаждут вырвать друг другу волосы. Давайте вы будете выяснять свои отношения после того, как мы хоть немного разберёмся с тем, что происходит. Появление «Годжиро» резко всё изменило. А ведь ещё есть флот стаи, который вскоре уже должен подходить к ловушке, которую мы использовали на флагмане экспедиционного флота.

Вроде сказал всё, что хотел, но получилось как-то уж слишком эмоционально. Словно я отчитывал Гею, как нашкодившего ребёнка. Хотя после всего случившегося она у меня и ассоциируется с ребёнком. Взрослые так себя не ведут.

— Ладно, — спокойно ответила Гея и затем заговорила уже для всех, каким-то образом обойдя мой запрет. — Нужно рассчитать необходимые энергозатраты и уже под них подогнать информационный пакет. Если объединимся, то расчёты займут гораздо меньше времени.

— Согласна, — на удивление сразу согласилась Трисс, так же проигнорировав запрет Гёдзе, что было прекрасно видно по его лицу. Должно быть, я сейчас выглядел не менее удивлённым.

Сразу после этого на обшивке «Годжиро» остались только мы с адмиралом и Наследие. Крылатая обезьяна вопросительно посмотрела на нас, а затем появилась пространственная трещина, через которую я увидел знакомые стены резиденции профессора Гамильтона.

Гарри приглашал нас переместиться туда, желая что-то показать. Он прислал образы сражающихся кораблей и того, что по завершении сражения они все приземлились на планете, возле защитного купола, закрывающего территорию резиденции.

К границе купола подходили несколько раз отряды владеющих. А точнее — офицеров Звёздного Флота. А ещё там были заражённые. К моему удивлению — в хорошо знакомой броне. Такой пользовались бойцы стаи Сканнинга. А на одном из заражённых и вовсе была броня, ничем не отличающаяся от брони Рэма. Пожалуй, даже броня волчонка чем-то уступала той, что увидело Наследие.

— Это адмирал Арафин Джанрапалари. Капитан линкора «Кали», входящего в состав экспедиционного флота, — нахмурившись, произнёс Гёдзе, которому Гарри так же транслировал эти образы. — И я не понимаю, что это за место? Почему адмирал оказался там, когда он должен двигаться вместе с основным флотом?

— Чтобы узнать это, нам нужно пройти в этот портал. Возможно, в том месте вы найдёте ответы на многие вопросы. Он ведёт в систему Сириуса, в резиденцию профессора Гамильтона. Так вышло, что я стал его наследником и теперь отвечаю за сохранность информации и наработок, что профессор оставил для человечества. Думаю, что пришло время многим из них выйти в свет.

Гранд-адмирал смотрел на меня не менее удивлённо, чем на портал, но не спешил давать ответ. А тем временем я видел, как начинает меняться информация относительно «Годжиро». Гея уже вовсю орудовала в системах корабля, благодаря допуску, предоставленному Трисс.

Пару минут назад тёмнокожая воительница была готова убить Гею, а сейчас уже пустила её в самое сокровенное и предоставила все доступы. Ещё раз напомнил чёрной валькирии, что не нужно наглеть. Нам просто необходимо отправить сообщение командованию ЗФ или правительству Федерации. Максимально ёмкое и понятное для всех.

Рассказать о том, что из себя представляют хранители и что совсем скоро они начнут исчезать из захваченных систем. Необходимо будет очистить их от всех сущностей, что уже выпустили хранители. И заняться этим как можно быстрее, пока они не угробили пригодные для жизни планеты — что вполне возможно.

— Сперва необходимо связаться с командованием, а уже потом можно окунуться в неизвестность, — немного подумав, ответил гранд-адмирал. — Ты сможешь ещё раз открыть этот портал?

Гёдзе обратился напрямую к Наследию, и крылатая обезьяна всплеснула лапами, после чего пространственный разлом за её спиной закрылся, а до нас долетел резкий звук лопнувшей струны.

Буквально через пару мгновений со всех сторон стали появляться огненные точки.

— Понятия не имею, что происходит, но ближайшие к нам астероиды начали взрываться, и если мы останемся здесь, то никакие щиты нас не спасу т, — произнесла появившаяся Гея. Рядом с ней стояла хмурая Трисс и что-то считала на пальцах.

Глава 22

— Нам нужно срочно уходить. Ближайшее пространство скоро превратится в радиационный ад. Словно кто-то переместил сюда колапсирующее ядро звезды, — сказала симбионт адмирала Гёдзе, и через пару мгновений Гея подтвердила её слова, обозначив радиус поражения на карте.

Выходило, что этот взрыв полностью перекрывает собой ловушку, которую мы подготовили для флота стаи. Но после него они точно не смогут пройти по коридору. Его просто не станет.

Других кораблей, кроме «Рагнара» и «Годжиро», в этой зоне не было. Связь с разведчиками потерялась ещё до того, как мы встретились с адмиралом. Поэтому никого спасать не требовалось, и я открыл портал, ведущий к Таймлину.

— Уходим отсюда, — сказал я Гёдзе и поспешил вернуться на «Рагнар».

Времени было в обрез, и увести две махины тяжёлых кораблей оказалось невозможно. Мы тупо не успевали пройти в портал.

Причём так вышло, что он открылся непосредственно перед носом «Годжиро», а «Рагнар» находился у его кормы. Поэтому, когда ударная волна докатилась до нас, «Рагнару» пришлось прикрывать своими щитами ещё и «Годжиро», щиты которого мы снесли армадами и которые пока не успели восстановиться.

Удар оказался страшным. Пришлось пускать на щиты всё, что у нас было, и даже добавлять частицы творения. Без этого нас бы ничто не спасло.

Вместе с нами в портал прорвались электромагнитные волны, которые обрушились на планету и все находящиеся рядом корабли. Но, судя по тому, что в эфире моментально поднялся небывалый гвалт, ничего серьёзного не случилось. Щиты «Рагнара» смогли максимально смягчить удар и его последствия.

А вот все наши заготовки в астероидном поле бесследно исчезли, поглощённые атакой хранителей. Просто больше никто не способен провернуть подобный трюк.

Выходит, что они не только способны сами практически беспрепятственно перемещаться в пространстве, но и перемещать столь массивные объекты, как ядро звезды. Причём — колапсирующее.

— Ну, здесь мы явно погорячились, — начала говорить Гея. — Скорее это были протуберанцы — выбросы звёздной массы, которые Хранители решили использовать в качестве оружия. Будь это настоящее колапсирующее звёздное ядро — и систему Двойного Серпа уже ничто бы не спасло. Сейчас я бы не стала надолго задерживаться на одном месте. Особенно возле планеты. Если Хранители направят сюда такую же атаку, то Таймлину сильно не поздоровится. Даже не берусь предполагать, какими последствиями может обернуться удар протуберанца такой мощи.

— И не надо этого предполагать. Раз Хранители реагируют на пространственные маяки та’арцев и наследие, то просто заберём всё это из системы. Немезида, я сейчас отправляюсь в резиденцию профессора Гамильтона. Принимаешь командование «Рагнаром». Угроза нападения стаи через коридор в астероидном поле уже не актуальна. Сообщи об этом совету и начинай выстраивать оборону на границе системы. Я постараюсь вернуться как можно быстрее.

— Возьми меня с собой, — сказала Белоснежка, — но в систему Сириуса отправимся только мы с адмиралом Гёдзе.

Неизвестно, с чем нам там предстоит встретиться, и если Хранители решат снова напасть — вдвоём нам будет гораздо проще защититься. Я не собираюсь рисковать экипажем «Рагнара». А сам обязательно выберусь из любой передряги.

— Ты должна остаться, позаботиться о «Рагнаре» и о том, чтобы ни флот стаи, ни кто бы то ни было ещё, не застали вас врасплох. Будьте готовы отразить любую угрозу. И пригляди за «Годжиро». Всё же появление в системе линкора должно переполошить всех. Не хватало нам ещё поспешных действий со стороны какого-нибудь особо ретивого капитана.

В это время Гея уже давала Марку указания. Наше столь эпичное появление в системе уже подняло волну неразберихи. Здесь должен остаться кто-то, способный урегулировать возникшую ситуацию. Но в любом случае задерживаться долго в системе Сириус я не собираюсь. Разберёмся с тем, что хочет показать нам наследие — и обратно.

Сам Гарри сейчас находился на борту «Рагнара» и помог нам защититься от взрыва звёздного вещества. Если бы не он, то вряд ли мы смогли бы уйти оттуда без повреждений.

Даже на первой стадии инкубации наследие оказалось невероятно сильным. Оно смогло замаскировать себя так, что никто из экипажа даже не заметил его появления.

Стоило мне только подумать — и наследие появилось рядом, забрало меня на «Годжиро», появившись за спиной у адмирала. После чего мне пришлось активировать защиту и двигаться на пределе возможностей. Гёдзе воспринял наше появление как нападение и едва не снёс мне голову мечом.

— Больше никогда не появляйся таким образом на капитанском мостике «Годжиро». Повезло, что ты смог увернуться. Я так понимаю, что пришло время отправиться в систему Сириус?

— Да. И отправимся туда только мы. Наши корабли останутся здесь и в случае нападения Хранителей помогут защитить систему. Я уже дал все необходимые указания своему старпому. Она должна связаться с «Годжиро» и скоординировать действия.

— Мой старпом уже с ней на связи, — кивнул Гёдзе. — Я тоже дал необходимые указания, поэтому можем отправляться. Необходимо узнать, что делает в системе Сириус адмирал Джанрапалари. Наши пути с основным флотом разошлись семнадцать стандартных суток назад.

— В таком случае отправляемся.

Наследие всё прекрасно слышало и поэтому открыло для нас портал прямо на капитанском мостике «Годжиро», удивив экипаж корабля.

В отличие от того же «Рагнара», здесь было довольно многолюдно. Больше трёх десятков человек. И это только те, кого я заметил. По данным Геи, экипаж подобных кораблей составляет от шести до восьми тысяч человек. Все — владеющие. Даже техники и десант.

Поэтому я совершенно не волновался, что в моё отсутствие внезапно нагрянет флот Сканинга и захватит систему. «Годжиро» и его экипаж не позволят этого. По крайней мере, до тех пор, пока мы не вернёмся, они будут сдерживать любого агрессора.

Я ещё раз окинул капитанский мостик и первым шагнул в портал, оказавшись в самой высокой точке резиденции Гамильтона.

Отсюда открывался вид на раскинувшиеся возле здания джунгли. Лучи звезды сейчас падали на эту сторону планеты, и поэтому было прекрасно видно, как в густой зелени бурлит жизнь. А ещё я понял, что наследие позаботилось о дополнительной защите для резиденции — защите, которая не пропустит даже Хранителей. Едва различимая красная пелена накрывала собой резиденцию и прилегающие к ней горы.

А где-то вдали, на расстоянии в сто шестьдесят километров, находилась граница защитного купола, возле которой и были замечены незванные гости.

— Хорошо. Как же здесь хорошо — раздался за спиной голос гранд-адмирала. И он был прав.

Именно в этом месте было как-то особенно спокойно. До этого скачущие мысли стали успокаиваться и приходить в порядок. А ещё здесь, как всегда, был очень высокий энергетический фон.

— Но как бы хорошо здесь ни было, поспешим. Необходимо разобраться с тем, что здесь делает капитан Джанрапалари, и с тем, что стало с основным флотом. Я так понимаю, связь не работает?

— Правильно, понимаете. Пространственная блокада с системы была снята в тот момент, когда сюда вошли корабли ЗФ, а вот любая связь по-прежнему заблокирована.

Наш разговор прервали видения от Гарри. Он показывал, что нужно идти — идти в одну из комнат на втором этаже. Хотя мог открыть портал прямо туда, но не стал этого делать.

Для чего именно — он не сказал, как и не стал принимать какой-либо облик в этом месте. Став одним из Хранителей. Впереди нас двигалась пространственная трещина. Двигалась очень медленно, давая нам возможность осмотреться по сторонам и понять, что оставил профессор Гамильтон.

Подавляющее большинство техник и навыков для меня были пока бесполезны. Все они предназначались для владеющих пятого порядка. А несколько — и вовсе для шестого. А вот гранд-адмирал замирал возле каждого тайника с такими техниками и тяжело вздыхал, не в состоянии забрать их себе. Все находилось под надёжной защитой, отключить которую мог только я. Но время для этого пока не наступило.

Хоть наследие и не торопилось, я чувствовал, что оно хочет как можно быстрее показать нам что-то.

Возле нужной двери Гарри остановился и принял облик существа, больше похожего на большой гриб с множеством щупалец, расположенных вдоль шляпки. Никаких органов зрения, обоняния, слуха не было видно, и передвигался этот гриб за счёт сотен крошечных щупалец, расположенных на раздвоенной ножке.

Щупальца потянулись к двери и толкнули её. Послышался глухой стук, и в коридор из комнаты вырвалось облако пыли — что уже было крайне странным. До этого я не встречал пыль ни в одном помещении резиденции, где уже довелось побывать. А ещё внутри было темно, и даже инфополе не могло туда проникнуть.

— Очень странное место. Вообще никакой информации, и заглянуть внутрь не получается, — сказал гранд-адмирал, встав рядом со мной.

Я даже не заметил, как он облачился в боевую броню, сильно отличающуюся от той, в которой сражался с Хранителями на броне «Годжиро».

Эта броня явно была уже очень серьёзным оружием. От неё тянуло мощью и угрозой для противников адмирала. Получается, он ощутил опасность в этом месте. И она даже сильнее, чем от Хранителей.

Я же ничего подобного не ощущаю. Лишь небольшую тревогу от того, что предстоит встретиться с чем-то неизвестным. Но раз наследие привело нас сюда, то никакой опасности здесь точно нет. А чтобы увидеть, что находится внутри комнаты, всего лишь нужно в неё войти.

Первый шаг дался с трудом, но стоило перейти порог комнаты, как дальше всё стало гораздо легче и проще. Это была оружейная, в которой хранилось оружие и броня профессора. А вернее — его техники, воссозданные и составленные специально для тех, кто окажется в резиденции после того, как она лишится своего хозяина.

При нашем появлении техники мгновенно отреагировали, начав излучать частицы творения. Они потянулись к нам невидимыми щупальцами, которые, не церемонясь, ворвались в ядро, а затем и в разум. Вот только наткнулись на мою защиту и отступили. А вот у адмирала Гёдзе такой защиты не было. Он закричал, упал на колени и схватился руками за голову. А рядом с ним появилась Трисс, которой так же что-то причиняло боль.

— Гея, оно хочет захватить нас. Поработить и превратить в послушных зверушек. Помоги нам. Помоги и останови эти доспехи. Они… Они… Они…

Что именно Трисс не смогла договорить — её скрутило, несколько раз перевернуло, и в конце превратило в информационную волну, втянувшуюся в коленопреклонённого адмирала. Броня начала двигаться, вытянув руку, в которую прилетел меч Гамильтона, и уже замахнулась для удара, когда я встал перед Гёдзе.

— Остановись.

Этого оказалось вполне достаточно, чтобы броня замерла, а затем и вовсе вернулась на своё место. Если в разум ко мне она не смогла подобраться, то в ядре покопалась знатно, и, судя по всему, оказалась удовлетворена увиденным. Приняла меня как наследника своего создателя и вернулась в режим ожидания.

— Адмирал, вы как? — спросил я, следя за бронёй и энергией, что она продолжала испускать.

Щупальца вернулись и окутали броню, создав некое подобие защитного поля, по которому побежали очень странные данные.

Я впервые видел, как выглядела техника в энергетическом плане. А именно это и показывала мне сейчас броня — показывала технику своего создания и синхронизации с ядром. И это было странно. Настолько, что я даже сперва не понял: всё это больше всего похоже на работу с инфополем. Только эти данные необходимо направлять в ядро владеющего, а не в разум.

Получается, что любая техника и навык — это информационный пакет, который передаётся непосредственно в ядро владеющего, минуя его разум. И для того чтобы создать новую технику, необходимо написать своего рода программу — без всяких костылей вроде интерфейса и ему подобного. Именно так действуют все Творцы. И именно это мне хотело показать наследие.

Я даже забыл об адмирале и вспомнил только после того, как он коснулся меня. В этот момент рядом появилась и чёрная валькирия, выглядевшая очень встревоженной.

— Всё уже в норме. Но я не понимаю, что это было? Как техника смогла атаковать меня ментально? И пробить защиту владеющего пятого порядка?

— Я тоже пока этого не понимаю, но уверен, что подобного больше не повторится. Броня и оружие признали во мне наследника профессора Гамильтона и теперь полностью под контролем. Просто вам не нужно было сюда приходить. Гарри стоило привести только меня.

— Хочешь сказать, что можешь забрать себе доспехи и оружие сильнейшего владеющего свободного человечества? Думаю, что в этом случае ты на равных сможешь сражаться даже со мной.

— Нет, этого не будет. Я пока слишком слаб, чтобы использовать эти техники. Но теперь я могу создать броню исключительно под себя. И по мере того, как буду становиться сильнее, она так же будет меняться. Уже на пятом порядке она не уступит этой броне. А Трисс — с ней всё в порядке?

Отчего-то этот вопрос меня сейчас интересовал больше всего. И задаю я его не Гёдзе, а чёрной валькирии, стоявшей рядом со мной молча. Она так же смотрела на доспехи, но периодически бросала взгляд за спину адмирала.

— Какое-то время она будет недоступна, но ничего критического не случилось. Её попытались выдернуть из ядра адмирала, но слишком крепко она там уже въелась. Теперь, чтобы её вытащить, придётся уничтожать ядро. А, возможно, даже этого окажется недостаточно. Поэтому она там под надёжной защитой и сама не даст никому хозяйничать в ядре адмирала.

— А ты, получается, позволила шуровать в моём? И кто-то может насильно тебя удалить?

— Никто меня не удалит, — вскинула голову Гея, а затем как-то резко сдала на попятную и опустила глаза. — Даже если я сама этого захочу. Только что нас фактически сделали одним целым. Твоё ядро претерпело небольшие изменения и стало гораздо крепче. Это сделали доспехи. Гамильтон заложил в них что-то непонятное.

Наш разговор прервал Гарри, передав очередную порцию видений.

На этот раз он снова показывал защитный купол и собравшихся возле него владеющих. Они определённо собирались пробиться сквозь защиту и попасть на территорию поместья. Даже притащили стационарные пушки, снятые с кораблей.

Выстрела из такой хватит, чтобы снести защиту владеющего третьего порядка. Но вот для того, чтобы хоть немного поцарапать защитный купол резиденции, этого будет явно недостаточно. Здесь не хватит даже техник владеющих пятого порядка. Одним точно был адмирал Джанрапалари, а вторым — Ульф Сканнинг.

Никогда бы не подумал, что встречусь с ним в системе Сириус, а не у себя дома. Сейчас — просто идеальный момент для того, чтобы захватить власть в стае и подготовиться к возвращению старого вожака, чтобы уничтожить его.

— Это место безусловно настоящее сокровище. Здесь необходимо всё изучить и передать человечеству оставленное наследие Гамильтона. Но оно уже прождало четыре сотни циклов, а те, кто хочет сюда попасть, явно не станут долго ждать. Нам нужно поспешить и перехватить их, пока они не собрались улетать.

Здесь я был полностью согласен с адмиралом, и мы поспешили прочь из поместья.

Двигаться на ускорении через запущенный сад, которым никто не занимался последние четыреста циклов, было настоящим испытанием, поэтому уже через пару сотен метров мы с адмиралом активировали крылья и устремились к месту, показанному Гарри.

Достигли нужной точки в тот момент, когда купол пытались активно вскрыть.

Тактическая сетка показала мне три десятка маркеров: половина из которых оказалась жёлтыми, половина — зелёными. Четыре красных маркера и один чёрный. Интерфейс решил так выделить Ульфа Сканнинга, сразу приняв его за врага.

И если у заражённых интерфейса не было, то у бойцов федерации он имелся. Наше появление не осталось незамеченным, поэтому атака на купол резко прекратилась. Остались лишь одиночные выстрелы от группы заражённых.

Глава 23

— Адмирал Джанрапалари, прекратите пытаться разрушить этот барьер. Даже я не смогу его пробить, — выкрикнул Гёдзе, сопроводив свои слова выбросом частиц творения, которые создали над нашими головами герб Звёздного Флота.

— Гёдзе? Какого чёрта ты делаешь по ту сторону барьера и что за парень с тобой? Почему от него исходит такое же возмущение, как и от тебя? Он что — твой сын?

А этот адмирал Джанрапалари — очень проницательный человек. В том, что мы сильно похожи с гранд-адмиралом Гёдзе, он прав. В том плане, что являемся пользователями инфополя и способны скрывать любую информацию о себе. Вплоть до того, что интерфейс будет воспринимать нас как обычных людей. Что, в принципе, сейчас и происходит.

Можно сказать, что эти настройки стоят по умолчанию. Инфополе защищает своих пользователей даже без их ведома.

— Ты знаешь их? — практически одновременно с Джанрапалари заговорил Сканнинг.

Его голос был похож на рёв дикого зверя. В принципе, всё как и рассказывали люди, которые встречались с вожаком стаи: грубый, резкий, напористый и не терпящий отказов. Всё должно быть только так, как Сканнинг считает правильным.

И это было абсолютно нормально для человека, обладающего подавляющей мощью перед остальными. Вот только сейчас рядом с ним находились два человека, которые превосходили Сканнинга в силе — владеющие пятого порядка, которые шагнули на эту ступень уже давно и смогли отточить свои навыки. А сам Сканнинг только поднялся сюда и лишь оглядывается по сторонам. Но всё равно его гордость не позволяет считать кого-то выше или сильнее.

— А ещё он довольно сильно потрёпан, — сказала Гея, выделив для меня участки на броне Сканнинга.

Металл на них немного отличался от остального. Словно был пропитан кровью изнутри. Но у владеющего пятого порядка должна быть чудовищная регенерация, и любые повреждения затягиваются очень быстро.

— Получается, что он получил такие повреждения, что даже с его регенерацией их сложно исцелить. Наверняка это сделал Джанрапалари, ударив техникой, которая замедляет или вообще полностью останавливает регенерацию. Такие техники есть, хоть и являются засекреченными. А обладать ими могут лишь высшие офицеры ЗФ.

Слова Геи немного прояснили ситуацию. Но в любом случае, что здесь произошло и как Сканнинг объединился с адмиралом Джанрапалари, рассказать смогут только они.

— Арафин, доклад, — проигнорировав слова Сканнинга, приказал гранд-адмирал Гёдзе, попытавшись отправить через барьер информационный пакет. Но у него ничего не вышло.

Защита была настроена так, что не пропускала через себя вообще ничего, включая любые виды информации.

Она была настроена исключительно на звуковые волны и изображение, которое проецировалось на поверхность купола, как на экран. На самом деле мы не видели друг друга напрямую, а толщина защитного купола была больше тридцати метров, укреплённой звёздной стали.

Я уже подключился к защите резиденции и мог сделать так, чтобы купол стал полностью прозрачным, но это было не нужно. А ещё — открыть в нём проход, чего пока делать не буду. К тому же адмирал Джанрапалари, скривившись и грязно выругавшись, принялся докладывать своему непосредственному командиру. В это время Сканнинг кастрил его как только мог и даже угрожал. Но дальше угроз дело не дошло, что подтверждало предположение о том, что Джанрапалари победил вожака стаи.

Интересно, он теперь отдаст приказ убить себя? Ведь это позор для стаи. После того, как проиграл Рэм, его приказали не просто убить, а вычеркнуть из жизни и истории стаи.

Для нас сейчас был просто идеальный момент, чтобы разобраться с главной проблемой системы Двойного Серпа. Эта проблема была не в лучшем виде, а на моей стороне, как минимум, один очень сильный владеющий пятого ранга. Да и Джанрапалари наверняка не пойдёт против гранд-адмирала Гёдзе. Осталось только как-то убедить последнего разобраться с Ульфом Сканнингом.

Что это сейчас было?

Это точно не мои мысли?

Словно кто-то вложил их в мою голову. И сделать это мог только Гарри. Хотя нет. Точно не наследие. Оно сейчас вернулось в храм и продолжило инкубацию. Выходит, что это были доспехи и оружие профессора. Они слишком долго пролежали без дела и хотели поучаствовать в хорошей драке. А что может быть лучше драки с владеющим пятого порядка?

Отмахнулся от этих мыслей и создал вокруг себя дополнительный информационный барьер. Не понимая, каким образом техники смогли пробиться через ментальную защиту и даже повлиять на моё восприятие. Сейчас, наоборот, нельзя нападать на Ульфа Сканнинга. Раз он объединился с адмиралом Джанрапалари, то наверняка уже знает о хранителях и объединении двух ветвей человечества. Возможно, удастся обойтись и без его устранения, что меняет все наши планы.

Пока будем исходить из того, что вожак станет нашим союзником. Теперь его устранение не должно стать непосильной задачей. Одновременно с этими размышлениями я следил за докладом Джанрапалари.

Его линкор «Кали» и ещё несколько кообалей поддержки откололись от основного флота, когда обнаружили ещё один портал. Адмирал пошёл против приказа Гёдзе и решил проверить, что же находится по ту сторону портала. Вернее, он уже знал, что выход находится в закрытой системе Сириус, и просто не мог упустить такой шанс попасть в место, откуда человечество начало своё знакомство с частицами творения.

Оказавшись на месте, адмирал сразу же взял курс на планету Гамильтона, но его пришлось менять, после того как в системе открылся ещё один портал и из него вышли неизвестные корабли с очень старыми опознавательными кодами заражённых. Среди них оказался линкор. Оставлять подобную угрозу адмирал Джанрапалари не мог и поэтому двинулся на перехват. Случилось космическое сражение, в котором всё решил бой Джанрапалари с Ульфом Сканнингом.

Бой, в котором они не смогли выявить победителя. При этом их корабли сильно пострадали, и единственное место, где можно было начать ремонт, стала планета Гамильтона.

Хоть Джанрапалари и был владеющим пятого порядка, но «Кали» не являлся его техникой, а был создан очень давно самим профессором Гамильтоном и передан Звёздному Флоту. Вот и выходило, что ни он, ни Сканнинг не могли просто взять и создать новый линкор. А без корабля они не смогут выбраться из этой системы.

Вот так Сканнинг и Джанрапалари были объединены общей проблемой, которой не возникло бы, не начни они выяснять, кто сильнее. Ну а пока техники занимаются ремонтом, были собраны две команды и отправились пытать удачу к защитному барьеру.

— Здесь обязательно должно остаться наследие профессора Гамильтона. Не зря же после смерти профессора командование пыталось всеми возможными способами попасть сюда, — закончил свой доклад адмирал Джанрапалари.

— Вот только пробиться через грёбанную защиту мы так и не смогли. Хотя использовали наше самое сильное оружие, — добавил Сканнинг. — А бить из главного калибра этот слюнтяй отказывается. Боится, что если у нас получится, то вместе с барьером можем повредить и наследие. Чушь это всё. Я дал неделю. Если за это время у нас ничего не получится, то мой «Варг» долбанёт по куполу.

— Профессор Гамильтон действительно оставил в резиденции своё наследие, — начал я, привлекая к себе внимание. — Вот только оно уже обрело нового хозяина. И только ему решать — позволять этим знаниям выходить за пределы резиденции или навсегда оставить их здесь.

— Что ещё за наследник? Покажите нам его, и мы быстро обо всём договоримся. Эти знания нужны свободным и заражённым, чтобы противостоять общему врагу.

Слова Сканнинга сильно удивили меня. Не ожидал, что он так будет говорить. По сути, сейчас он признал, что две ветви человечества объединились.

— Этот наследник — я. И прежде, чем решить — пускать вас на территорию резиденции или нет, — мне необходимо знать, что вы собираетесь делать с системой Двойного Серпа.

— Откуда ты знаешь название этой системы? — сразу же напрягся Сканнинг, и в его глазах загорелся Та’ар.

Совсем как у Рэма или его братьев, когда они собирались принимать свою истинную форму. Но вожак не спешил и прекрасно умел удерживать себя на грани, чему не научил детей.

— Я родился на ледяном континенте Гело, расположенном на планете Вериго. Ведь оттуда вы забрали Витольда Рагнара и сделали его своим самым верным слугой?

— Зверь⁈ — прорычал Сканнинг, и его черты начали изменяться. — Откуда ты знаешь про Зверя и то, что он попал ко мне с ледяного континента? Кто ты такой, мальчишка?

Как бы ни умел сдерживаться Ульф Сканнинг, но его ярость всё же взяла верх и позволила вырваться наружу зверю.

Перед нами появился чёрный волк, чья шкура больше всего была похожа на звёздное небо из-за светящихся вкраплений частиц творения. Размерами он превосходил всех своих детей, и, судя по тому, что выдало инфополе, каким-то образом смог подчинить себе запретную технику.

— Берсерк не поработил разум Ульфа Сканнинга, а подчинился ему. Стал его верным слугой и сейчас придавал заражённому пятого порядка ещё больше сил. Но этого всё равно было недостаточно, чтобы навредить защитному куполу.

Когти, отливающие звёздной сталью, заскребли по поверхности купола, но не смогли оставить даже небольшую царапину. А затем в бой вступил адмирал Джанрапалари. У него в руках появилось очень странное оружие, больше всего похожее на две молнии, и, не задумываясь, он обрушил его на беснующегося волка.

Купол отреагировал моментально, став темнее в момент удара, тем самым защитив наши глаза. Но даже этого оказалось мало. Вспышка была настолько яркой, что показалось — словно взошло ещё одно солнце на противоположной стороне планеты.

И вот против этого монстра Ульф Сканнинг сражался практически на равных. Похоже, я слишком недооценил отца Рэма. И разобраться с ними теми силами, что мы собрали на Рагнаре, точно не выйдет. Да он прикончит всех нас и станет ещё сильнее за счёт полученных частиц творения.

— Всё в порядке, он не сможет пробиться через защиту купола, — сказал я Гёдзе, который уже держал в руках своё светоносное копьё. На его наконечнике зарождалась сила звезды, готовая сорваться в бой в любое мгновение. — Нам нужно поговорить. Это касается моей системы и всех, кто проживает в ней. Этот заражённый считает себя её хозяином. И у него не всё в порядке с умением сдерживать свою ярость.

— Это специфика многих заражённых. Из-за своей натуры они просто не в состоянии контролировать эмоции. Зачастую из-за этого возникает много проблем, но в последнее время мы научились справляться с этим. Если позволишь мне выйти, то постараюсь успокоить и этого бунтаря, — ответил мне гранд-адмирал, создавая вокруг себя пелену из сотен крошечных дронов, несущих в себе довольно много та’ар.

Очень серьёзная техника, требующая невероятного контроля. На такой способен только пользователь общемирового информационного поля.

Если я могу разделить сознание на восемь потоков, то Гёдзе здесь многократно превосходил меня.

— Не стоит. Уверен, что адмирал Джанрапалари и сам отлично справится с буйством Сканнинга. Да и я пока не буду рисковать, открывая проход в куполе, когда по ту сторону находятся люди, которые могут наделать глупостей.

К концу нашего разговора купол вновь начал обретать прозрачность. За это время произошли ещё две вспышки, и когда всё успокоилось, возле купола стоял покрытый сажей и запёкшейся кровью Ульф Сканнинг.

Стоял уже в своём человеческом облике, вытянув левую руку в сторону атаковавшего его владеющего. Он указывал на адмирала Джанрапалари, вокруг которого в радиусе десятка метров кипел камень. Он бурлил, словно вода в кастрюле, выбрасывая в атмосферу планеты ядовитые пары.

Адмирал стоял в расплавленном камне по щиколотку и, судя по всему, не мог двигаться. Иначе он уже давно свалил оттуда, как это сделали люди адмирала. Две группы владеющих сейчас стояли друг напротив друга, готовые броситься в бой по первому знаку своего командира. Но ни Сканнинг, ни Джанрапалари не подавали никаких знаков. Они просто стояли и смотрели друг на друга.

Один — по щиколотку в кипящем камне, а второй — в саже и запёкшейся крови. Броня у обоих была искалечена, а оружие отсутствовало.

— Довольно. Если вы не прекратите, то никогда не сможете попасть на территорию резиденции профессора Гамильтона. Ульф Сканнинг, вам придётся держать себя в руках. А вы, адмирал, больше не предпринимайте ничего, даже если вам кажется, что мне или гранд-адмиралу Гёдзе грозит опасность. Мы большие мальчики и сами можем о себе позаботиться.

— Гёдзе, да кто, чёрт возьми, этот парень⁈ — первым не выдержал адмирал Джанрапалари, словно кипящий вокруг камень его совершенно не беспокоил.

— Это Икар Керос. Тот самый творец, за которым и летит экспедиционный флот. А ещё он действительно наследник профессора Гамильтона и имеет полный доступ к его резиденции, в чём я уже смог убедиться. Но и помимо этого у парня есть, чем заинтересовать даже нас, Ар. Поэтому просто делай, что он говорит. Считай, что это мой прямой приказ.

Адмирал Джанрапалари прищурился, но всё же кивнул, давая понять, что из-за него больше не возникнет никаких проблем. Теперь слово перешло к Сканнингу, который всё ещё не двигался и смотрел на меня налитыми кровью глазами.

— Парень, ты так и не ответил на мои вопросы. Я ничего не могу тебе обещать, но буду стараться изо всех сил сдерживать свою ярость.

В этот момент со мной связалось наследие, и в защитном куполе образовался проход, а через мгновение я уже стоял рядом с опалённым вожаком стаи Сканнинга. От него пахло гарелой плотью и чем-то очень знакомым.

Этот запах я в последний раз слышал дома. Ещё, когда отец был с нами. И сейчас он исходил от Ульфа Сканнинга. Он явно был очень близок с отцом, раз носит талисман от злых духов с особыми травами, что может найти исключительно на Гело.

— Я — сын Витольда Рагнара. А про то, что Зверь мой отец, узнал после того, как вы отправили его на Окинаву, чтобы захватить Орбитальную крепость. Мы встретились с отцом, и он узнал меня. А сейчас над освобождением его разума трудятся сразу пять королев висперов, чтобы побороть действие запретной техники. Он жив и скоро вновь станет прежним Витольдом Рагнаром.

Мне не требовалось никаких дополнительных подсказок, но всё равно Гея вывела сотни векторов ещё до того, как рука, указывающая на адмирала Джанрапалари, пришла в движение.

За спиной я ощутил жар светила, исходящий от оружия Гёдзе, а впереди замаячила очередная молния в руках Джанрапалари. Но гораздо быстрее вмешался Гарри, появившись прямо передо мной и защитив от удара Сканнинга.

Его рука по локоть оказалась внутри пространственного разрыва, из которого ударил тусклый оранжевый луч. Ударил прямо по глазам Сканнинга. От этого удара с него моментально слетела вся сажа, открыв совершенно не повреждённый доспех и суровое лицо, покрытое шрамами.

— Зверь уже никогда не станет чистым. Мой яд распространился по его организму, вплёлся в ДНК и энергетическую систему. То, что вы снимите запретную технику, не вернёт твоего отца. Он навсегда останется сильнейшим бойцом стаи — после меня. И раз ты его сын, то можешь рассчитывать на моё покровительство, когда я являюсь на Вериго, чтобы забрать своё по праву.

Гарри позволил Сканнингу забрать свою руку, в которой был зажат медальон в виде волчьей морды.

— Такие амулеты есть только у моих сыновей. Они дают право беспрепятственно путешествовать по любой системе стаи, и в каждой тебе будут обязаны предоставить всё, что пожелаешь. Сын Зверя — мой сын, — ошарашил меня Сканнинг.

— Охренеть — только и смогла произнести Гея, появившись рядом со мной. В этот раз даже без попкорна.

Глава 24

— Адмирал, впереди обнаружено пространственное возмущение. По всем параметрам оно совпадает с возмущениями, в которые отправились «Годжиро» и «Кали», — доложил дежурный «Зоркого», когда флот вошёл в следующую на их пути систему.

— Заблокируй эту информацию для других кораблей. Сделай так, чтобы мы прошли мимо возмущения, не обратив на него никакого внимания, — распорядился адмирал Фидан, прекрасно понимая, что после выходки Джанрапалари они больше не могут терять корабли.

Два сильнейших линкора вышли из состава флота. Вернутся ли они — или останутся целы — было неизвестно. Как неизвестно, с чем им предстоит встретиться по пути. А ведь ещё двигаться почти пять циклов, и любое столкновение с противником может похоронить миссию.

Поэтому адмирал и отдал такой приказ. Дроны, что передали информацию о пространственном возмущении, были посланы с борта его линкора — «Зоркого», который обладал лучшими разведывательными техниками во всём Звёздном Флоте. Другие корабли смогут самостоятельно получить эти данные не раньше чем через пару суток. Но они их не получат. Экипаж «Зоркого» уже начал выполнять приказ своего капитана — приказ, который адмирал Фидан считал единственным верным. Выполнение миссии стояло на грани провала. Человечество не может потерять творца с подобным потенциалом.

— Адмирал, — вновь заговорил дежурный, — происходит что-то непонятное. Дроны передают странную информацию, словно все они разом вышли из строя. Пространственное возмущение начало стремительно расти. Уже сейчас оно почти двадцать километров в радиусе — и продолжает расти.

Адмирал нахмурился и подключился напрямую к системам «Зоркого», синхронизировался с кораблём.

У каждого капитана были свои секреты в обращении со своим кораблём, и Фидан мог за мгновение перемещать сознание в любого разведчика — даже выведенного из строя или уничтоженного. Достаточно было всего одного обломка, что зачастую позволяло адмиралу выпутываться из ситуаций, в которых другие просто были бы уничтожены.

Капитанская рубка исчезла, а вместо неё перед адмиралом раскинулся бесконечный космос. И в самом центре этой бесконечности — чёрная дыра. Словно кто-то проткнул лист бумаги и теперь ухватился за разорванные края, продолжая осторожно расширять получившуюся дыру.

Чёрные трещины разорванного пространства медленно тянулись по сторонам. Вот только их размеры уже превысили все мыслимые пределы. В эту аномалию могли войти все корабли экспедиционного флота в походном построении — а это почти двести километров в радиусе.

Складывалось впечатление, что эта аномалия собирается пожрать всю систему, а следом — галактику и даже вселенную.

Все дроны были в норме. Просто аномалия вела себя странно, и проверить её можно было только, заглянув внутрь.

Адмирал сильно рисковал, отправляя своё сознание в аномалию, но по-другому никак не получится узнать, куда она ведёт и не ждёт ли по ту сторону огромный вражеский флот. Если это так — необходимо предупредить командование. Удар из этих секторов может стать роковым. И как высший офицер Звёздного Флота, Фидан просто не может допустить подобного исхода. Смысл лететь за творцом, если к тому времени, как они доставят его в сердце Земной Федерации, она уже перестанет существовать?

Рядом находились ещё четыре дрона, и все они устремились к аномалии, двигаясь на разных скоростях. Всё же адмирал был не идиотом — сперва воспользуется дронами без «начинки» в виде его разума. Сам же войдёт в аномалию только после того, как убедится, что по ту сторону его не ждёт немедленное уничтожение.

На максимальной скорости лететь до аномалии — двадцать шесть минут. Но уже через пятнадцать, когда громадина аномалии перекрывала собой практически всё обозримое пространство, она остановилась. И ещё через минуту исторгла из себя восемь кораблей.

Два из них оказались линкорами. Один из них был безошибочно узнаваем адмиралом. Это была «Кали».

Но ещё сильнее его удивил голос, прозвучавший на общем канале экспедиционного флота:

— Говорит гранд-адмирал Гёдзе. Флоту взять курс на открывшуюся аномалию. Мы перемещаемся в систему назначения. Готовьтесь к бою. Вскоре нам предстоит столкнуться лицом к лицу с врагом, который куда опаснее тех существ, что мы по ошибке называли та’арцами. От исхода этого боя будет зависеть судьба человечества.

* * *

Хранители — это не только слуги та’арцев, призванные к сохранению любой формы жизни, что встречается во вселенной. Это ещё и самоходные порталы, которые можно растягивать до огромных размеров. Настолько огромных, что в такой портал можно будет засовывать целые планеты.

Не хило, да? А что будет, если после телепортации схлопнётся целая система? Такой исход вполне возможен. Здесь с моими расчётами согласны и Гея, и Трисс, и гранд-адмирал Гёдзе. Инфополе тоже поддержало. Но засовывать планеты в такие порталы мы и не собираемся. Максимум — весь экспедиционный флот, отправленный в систему Двойного Серпа по мою душу.

Наследие провело свои расчёты и выдало: двадцать четыре тысячи триста сорок один Хранитель обязательно заявится в систему Двойного Серпа в течение ближайших пары циклов.

Сперва мои игры с пространственными маяками та’арцев стали для них словно путеводной звездой. А затем появление Наследия, поглотившего одного из Хранителей и поставившего его себе на службу выступило в роли самой лакомой приманки. Для Хранителей Наследие сейчас воспринимается как заболевший собрат, которого необходимо срочно исцелить.

Когда мы ещё не договорились со Сканнингом и адмиралом Джанрапалари, в системе Сириус появилась группа самых сочувствующих Хранителей и атаковала нас. Причём Гарри в этот момент занимался какими-то своими делами в храме и, как оказалось, был полностью экранирован от внешнего мира. Поэтому основную часть работы по сдерживанию Хранителей мне пришлось взять на себя.

Офицеры Звёздного Флота и сами прекрасно знали, как уничтожать прущие из Хранителей сущности. А вот людям Сканнинга пришлось довольно тяжело. Хоть они и справились, все сильно пострадали. Но главной угрозой были вовсе не сущности — а сами Хранители, наблюдающие за всем издалека.

Так как Наследие было вне зоны доступа, то ничего иного, кроме как уничтожить Хранителей, я не мог.

Как это делать я уже знал. Да и с Техникой Сотворения немного освоился. Проблема заключалась лишь в том, что сейчас у меня не было статуса наследника, и я находился на третьем порядке. А рядом со мной были далеко не Немезида с Рэмом, а владеющие пятого порядка с группой сопровождения. Поэтому у меня было время, чтобы добраться до резиденции и даже немного побегать по ней в поисках нужных техник и знаний.

Правда, делал я это до того момента, пока не додумался обратиться к Инфополю с запросом.

И всё получилось!

В резиденции оказались нужные техники, и я знал, где они находятся. Попытался достучаться до Наследия, но двери храма были неприступны, и никакие сигналы через них не проходили. Поэтому принялся не только за внедрение нужных техник, но и за уничтожение других с целью получения нужного количества частиц творения для боя с Хранителями.

На это у меня ушло почти трое суток. И всё это время шёл непрекращающийся бой с астральными сущностями, вырывающимися из Хранителей.

Адмиралы Звёздного Флота и Ульф Сканнинг стояли словно три неприступные скалы посреди бушующего моря. А за их спинами сражались остальные, добивая тех, кто прорвался мимо этих трёх монстров.

Молнии выкашивали полчища сущностей. Разряды Светоносного Копья уничтожали их тысячами. А Сканнинг обрушивал удары невидимых когтей, оставляющих глубокие раны на поверхности планеты. Их техники были крайне эффективны, но Хранители даже не думали останавливаться, выплёскивая из себя все новые и новые сущности, поглощённые за сотни тысяч лет скитаний по другим вселенным.

Уничтоженные сущности насытили окружающее пространство частицами творения до такой степени, что сражающиеся владеющие перестали тратить Та’ар на создание своих техник. Поступление перекрывало траты и даже позволяло отправлять часть в хранилище.

Стоило мне только выйти из-под защитного купола, как хранилище начало стремительно заполняться. Всего полдня, проведённые здесь, смогут позволить перейти на четвёртый порядок. Но ждать — нельзя.

Нельзя вообще ждать. Какими бы сильными и умелыми ни были адмиралы и Сканнинг, они непрерывно сражаются уже четвёртый день. Это невероятно тяжело даже для гранд-адмирала с его умением разделять сознание на несколько потоков.

Поэтому я сразу же отправился к первому Хранителю, по дороге черпая энергию для техники, которая проникнет в саму суть Хранителя и уничтожит его, нарушив главный постулат та’арцев.

Уничтожит не одну жизнь, а бесчисленные миллионы, что мог спасти этот Хранитель, если бы следовал установкам своих создателей.

Взрыв Хранителя оказался настолько мощным, что мгновенно были уничтожены все сущности, находившиеся на планете.

Ударной волной меня откинуло к защитному куполу и вдавило в него. Рядом, в таком же положении, находились все защитники резиденции — включая адмиралов и Сканнинга. И лишь Гея с Трисс стояли, не обращая внимания на чудовищную мощь ударной волны.

Стояли и о чём-то мило беседовали, а затем и вовсе уселись в кресла и принялись жевать поп-корн — на этот раз ещё и запивая его чем-то весьма подозрительным, совершенно прозрачным, с сотнями крошечных пузырьков, поднимавшихся со дна бокалов.

— Ты только что взорвал звезду, парень? — спросил у меня адмирал Джанрапалари, когда мы наконец смогли оторваться от защитного купола, всё ещё дрожащего от последствий взрыва.

— Гораздо лучше, — усмехнулся я, отряхивая пыль с доспеха. — Уничтожил одного из Хранителей. Их осталось всего семь. Так что придётся ещё семь раз так полетать.

Уже в процессе говорил, как чувствовал, как частицы творения вновь стекаются ко мне, словно рой светлячков к огню. Хранилище, что встроено в мою энергетическую систему, было заполнено уже наполовину, и цифры на внутреннем интерфейсе продолжали стремительно ползти вверх.

Похоже, этот бой действительно позволит мне совершить невозможное — подняться на четвёртый порядок меньше, чем за цикл. Стать сильнейшим владеющим в системе Двойного Серпа. Конечно, если я выживу после встречи с отцом, а он, судя по всему, уже освободился от влияния Берсерка.

— Летать больше не придётся, — вдруг произнёс гранд-адмирал Гёдзе, его голос звучал твёрдо, как сталь. — Мы станем для тебя щитом.

Сканнинг и Джанрапалари переглянулись — и коротко кивнули. Два монстра, два льва, готовых встать между мной и смертью. Я кивнул в ответ. Слова были не нужны.

* * *

После уничтожения пятого Хранителя всё изменилось.

Вспышка, резонанс, и в моих жилах вдруг заиграла новая сила. Я перешёл на четвёртый порядок. Энергетическая система перестроилась мгновенно, словно сбросила оковы. Полноценная Техника Сотворения открылась во всей своей мощи, больше не нужно было полагаться на костыли вроде внешних усилителей или временных техник.

Но воспользоваться этим преимуществом не вышло.

Буквально за мгновение до того, как моя техника должна была устремиться к шестому Хранителю, Гарри ворвался в пространство между нами.

Наследие появилось перед Хранителем и, не раздумывая, нырнуло прямо в его энергетическое тело, словно в пучину чёрной дыры. Я едва успел перенаправить свою технику в сторону иначе бы уничтожил не только Хранителя, но и Гарри вместе с ним.

Горы на горизонте: огромные, древние, высотой в десятки километров просто исчезли. Растворились в вакууме, как сон на рассвете.

Оставшиеся Хранители не стали ждать. Они набросились на своего «больного» собрата, пытаясь выжечь из него чужеродное сознание. Их столкновение породило ударную волну, в десятки раз мощнее тех, что возникали при моих взрывах.

— Отступаем, — скомандовал я, чувствуя, как дрожит земля под ногами. — Гарри здесь сам разберётся.

Я рванул к защитному куполу резиденции, а за мной Джанрапалари, Сканнинг и Гёдзе. Даже они, владеющие пятого порядка, не хотели оставаться в зоне поражения.

Когда мы оказались внутри купола, стало легче. Здесь не было постоянного напряжения, не нужно было каждую секунду фильтровать поток частиц творения, чтобы не разорвать собственную систему. Просто… дышать. Жить.

— Кто такой Гарри? — первым делом спросил Сканнинг, оглядываясь по сторонам, как зверь, впервые попавший в храм.

— Это наш союзник. Главная ударная сила в противостоянии с Хранителями. Те, кого вы называли та’арцами, — не они. Это всего лишь слуги. Их программа сбилась. А Гарри — это нечто большее. Он — Наследие. И теперь у нас есть не только он…

Я не стал прямо говорить, что и сам могу уничтожать Хранителей. Все это видели. Но и игнорировать это было нельзя.

— Парень, — прорычал Ульф, подходя ближе, — я видел, на что ты способен. Поэтому без капли сомнений предлагаю тебе место одного из командующих стаи. С такими бойцами, как ты, мы захватим в пять раз больше систем и покажем этому выскочке из Совета, что нас недооценивать — смертельно.

Он хлопнул меня по плечу. Я едва устоял. Доспех вспыхнул предупреждающими индикаторами — нагрузка была на грани.

Отказать было тяжело. Но я сделал это.

— Спасибо, Ульф. Но мой путь — не в стае.

Он усмехнулся, как будто знал, что я скажу.

— Вернёмся к этому позже, — бросил он. — У меня на этот счёт нет сомнений.

А у меня были. Особенно насчёт того, кто будет возглавлять стаю, когда Хранители будут побеждены.

Пока Наследие работало над восстановлением оставшихся Хранителей, у нас было время. Время, чтобы обсудить, что делать дальше.

Все понимали: если не остановить их в системе Двойного Серпа, уже никто не сможет этого сделать. Со временем они поглотят всю вселенную, стирая любую жизнь, что встретят на своём пути.

Но у Наследия не получится сделать это в космосе. На планете расстояния малы, энергия сконцентрирована. А в открытом космосе двадцать четыре тысячи Хранителей, разбросанных на миллионы километров. Даже если я уничтожу одного меня отшвырнёт на сотни тысяч километров. Ни один щит не выдержит. Ни один корабль не успеет подобрать.

Перемещаться от одного к другому на линкоре слишком медленно. Пока мы будем ползти, Хранители заполнят систему сущностями и уничтожат всё живое на Вериго и Таймлин.

Поэтому сначала защита планет.

Экспедиционный флот единственная сила, способная обеспечить надёжный щит. Но как его сюда перебросить?

Я мог открыть портал. Но нужны точные координаты флота. И огромный приток энергии, чтобы удерживать его, пока пройдут все корабли. Такой поток был у меня во время боя, но не сейчас.

Оставалась надежда на Гарри.

И он не подвёл.

Через сутки Наследие вернулось и перескочило сразу на две стадии инкубации. Осталась всего одна и оно появилось перед нами не в облике древнего существа, а в образе вихрастого мальчишки лет шести. Его глаза, как две чёрные дыры, в которых плескался целый космос.

— Я помогу вам осуществить задуманное, — сказал он, и его голос звучал одновременно как детский и как голос вселенной. — Жизнь в системе Двойного Серпа должна быть защищена. Нам предстоит очень сложный бой. Нужно исправить ошибки, допущенные истинными творцами.

Он протянул руку. К гранд-адмиралу Гёдзе.

— Прими от меня небольшой подарок. Он позволит тебе связаться с маяком, даже если ты будешь в соседней вселенной. Будь готов вступить в бой.

Пауза. Мальчишка улыбнулся.

— Хранители обязательно захотят взглянуть на смертника, который осмелился открыть портал, способный поглотить планету.

Глава 25

— Это крейсер Рагнар и его капитан — Икар, — начал я, оказавшись на борту корабля.

Трансляция велась на всю систему, очень быстро истощая накопители крейсера. Поэтому нужно было торопиться. Все объяснения для экипажа — после.

— В течение получаса в системе появится пространственный прокол, через который к нам заглянут гости. Много гостей. Восемьдесят шесть кораблей. Среди них — пять линкоров. Четыре представляют Звёздный Флот Земной Федерации, а пятый — стаю Сканнинга. Корабли полностью лояльны нам и не представляют угрозы для жителей системы. Высылаю координаты, по которым будет открываться пространственный прокол. Всем кораблям, что находятся в радиусе десяти тысяч километров, покинуть эту зону. Благодарю за внимание.

Гея отправила координаты всем, кто принял моё сообщение, и заблокировала связь. Не хочу сейчас отвечать на миллион вопросов, которые последуют. Сперва необходимо разобраться с размещением экспедиционного флота и проследить, чтобы все корабли перешли в систему без осложнений. А такие могли быть в столь плотном построении. Достаточно одной неправильной команды и произойдёт столкновение.

Хоть портал, открытый Гарри, и был огромен, никто не мог исключить возникновения ошибок в управлении. Даже когда за дело брались Трисс и Гея. Слишком быстро всё делалось и слишком много неизвестных переменных, которые не могли учесть даже старшие та’ар-интеллекты.

Но если для руководства системой я отчитываться буду позже, то своему экипажу должен всё объяснить уже сейчас.

Я появился в мастерской, в которой уже не раз открывал порталы, и сюда уже спешили Немезида, Аелла, Рэм и сильнейшие владеющие Вериго, которых мы собрали для боя с флотом Сканнинга и самим вожаком.

— Ты должен быть рад тому, что со стаей всё разрешилось подобным образом. Только вместо этого нервничаешь. Если хочешь, я сама могу рассказать изменившуюся диспозицию, — сказала Гея, появившись рядом со мной.

Я к этому моменту нашёл стул и сел в ожидании встречающих.

— Нет. Я сам должен это сделать. К тому же теперь мне уже не отвертеться от места в правительстве системы. Как бы ни настаивали на том, чтобы я стал главнокомандующим. Даже не представляю, как не хочется этого. Но понимаю, что в связи с угрозой нападения сразу всех хранителей, кроме меня больше никто не справится с организацией обороны системы. Здесь даже гранд-адмирал Гёдзе будет мне во многом уступать, хоть и является оператором инфополя гораздо дольше меня.

— Это да. Уничтожать хранителей, кроме тебя, больше никто не умеет. Единственный достаточно сильный творец во всей вселенной у нас только один. Остальные просто не выдержат перестройки ядра.

Я удивлённо посмотрел на Гею. Откуда она всё это знает? Совсем недавно считала, что перестройка невозможна, как и ещё многое, с чем мы уже сталкивались.

— Что? Что ты так на меня смотришь? Или ты думаешь, что только ты один у нас способен к развитию? Я подключилась к информационным системам резиденции профессора Гамильтона и многократно расширила свой кругозор. А ещё твой переход на четвёртый порядок сделал меня гораздо умнее. Хотя, казалось, что я уже достигла совершенства. Но совершенству нет предела.

Гея тряхнула головой, так что волосы разлетелись по сторонам, и задрала носик, принимая максимально горделивый вид. Не смог сдержаться и рассмеялся, ни в коем случае не желая обидеть чёрную валькирию. Она и не обиделась: показала мне язык и ещё пару неприличных жестов, которые я предпочёл не замечать.

— Икар, с тобой всё в порядке? Ты часом не сошёл с ума? Сидишь один и хохочешь, — от входа в мастерскую послышался голос Проповедника.

Но гораздо раньше Кинга в мастерской оказалась Немезида и, не обращая ни на что внимания, повисла у меня на шее.

— У меня возникло чувство, что ты находишься на грани. Что один неверный шаг и я навсегда лишусь тебя. Но сейчас всё хорошо. Я чувствую это. Ты вернулся и стал ещё сильнее.

Когда Немезида это говорила, мы уже находились под ледяной скорлупой, скрывающей нас от любопытных взглядов. Но эта хрупкая защита точно не остановит жаждущих информации владеющих. Поэтому я обнял Белоснежку, крепко поцеловал и сказал, что она зря волновалась. Что я вернусь к ней, чтобы ни произошло. После чего сам разрушил ледяную скорлупу, перед которой уже собралась внушительная делегация из сильнейших владеющих Вериго.

— С ума я не сошёл. Разве что стал немного сильнее, смог найти для нас сильных союзников и заключить перемирие со старыми врагами. Рэм, какое-то время тебе придётся довольствоваться местом правителя Таймлина. Твой отец пока не собирается отказываться от стаи. Да и в какой-то степени мы с тобой теперь не совсем чужие друг другу люди.

Я достал талисман в виде волчьей головы, который мне дал Ульф Сканнинг, и показал его третьему волчонку, который застыл в изумлении, не в состоянии произнести ни слова. Но это быстро прошло, стоило амулету у меня в руках начать вибрировать. Из глаз волка ударил красный луч. Ударил прямо в грудь Рэму. После чего рядом со мной стояли уже двое. И, как бы странно это ни звучало, оба обнимали меня: Немезида — за талию, привалившись к моему правому плечу, а Рэм — за левое плечо.

— Теперь ты младший волчонок в стае. И на правах старшего я буду учить тебя всем тонкостям поведения и этикета. Готовься, младший брат: я буду беспощаден.

— Обязательно. Но не раньше того, как мы разрешим ожидающий нас кризис самый сильный в истории человечества. В ближайшее время он обрушится на систему Двойного Серпа, и мы должны успеть подготовиться. Нам понадобятся любые союзники, которых сможем найти.

* * *

— Я разместил последний блокиратор пространства. Теперь Хранители гарантированно не смогут появиться возле планет. Ресурсов хватит ещё на два, но я не вижу смысла тратить время на их создание. Более целесообразно будет потратить его на подготовку ещё нескольких ловушек, — сказал Гарри, когда мы переместились на Рагнар, временно ставший флагманом объединённых сил человечества.

Решение было единогласным и весьма удивило меня. Но спорить с ним я не стал. Как не стал и отказываться от управления всеми силами в системе.

— Ловушки — это хорошо, но ты всерьёз считаешь, что они удержат хранителей? Даже я могу открыть портал, находясь внутри такой ловушки.

— Ты можешь, потому что имеешь все необходимые коды доступа, а у хранителей таких кодов нет, и они не смогут никуда переместиться, даже если решат объединиться, чего никогда не будет. Я уже всё просчитал. Жалко, что кроме тебя и меня, нам в этом не может помочь никто. Нам бы ещё десяток владеющих вроде тебя или пару моих собратьев, но в этой вселенной таких нет.

— А в других есть? — спросил я.

Это была отличная возможность узнать о том, что происходит за пределами нашей вселенной.

— Возможно, есть. Я не знаю. Я был рождён в этой вселенной, и пока не пройду полную инкубацию, точно не смогу её покинуть. Но что-то мне подсказывает, что и после инкубации я не стану этого делать. Меня создали для того, чтобы защитить эту вселенную. Похоже, истинные творцы предсказали изменение своих слуг и исчезли.

— А разве ты не та’арец? — задал я вопрос, который интересовал меня с того момента, как нашёл наследие на Плато Дождей.

— Не знаю, — пожал плечами Гарри. — Даже после инкубации я не смогу ответить на этот вопрос. Истинные творцы отличались от любой формы жизни, встречающейся в этой вселенной. Да, у меня больше знаний о них, чем у человечества, но они далеко не безграничны. Всё могут знать только модераторы общемирового информационного поля.

— Икар, возмущение пространства в секторе 17/3, — прервала наш разговор Гея, тут же выводя на появившийся экран изображение с одной из миллионов камер, что мы разместили в системе.

Там появился первый хранитель, после чего сообщения стали поступать из сотен точек по всей системе.

Блокираторы пространства, созданные наследием, прекрасно справлялись со своей задачей не подпуская ни одного хранителя близко к планетам. Но не обошлось и без жертв. Были уничтожены почти два десятка кораблей объединённых флотов. Хранители появлялись внутри них и тем самым выводили системы корабля из строя, а дальше в дело вступали астральные сущности, которые не оставляли шансов даже владеющим.

Но это были лёгкие корабли. С более тяжёлыми у хранителей не удавалось провернуть подобный трюк. Даже если они появлялись внутри корабля, экипаж успевал принять меры и защититься от астральных сущностей. На борту каждого корабля находились приборы, так же созданные Гарри и доведённые до ума Гефестом и Харрингтоном.

В общем, первая встреча с хранителями прошла вполне приемлемо, несмотря на потери с нашей стороны.

Систему уже начали заполнять астральные сущности, но они не торопились бросаться в бой. Хранители явно ждали, когда соберутся все. И, судя по скорости их прибытия, у нас есть ещё несколько часов, чтобы продолжить приготовления.

Гарри в это время находился рядом, впав в подобие спячки. Он сказал, что должен подготовиться к последнему этапу инкубации и совершить его после усмирения хранителей. А пока это происходит, нам самим придётся сдерживать хранителей и бесчисленные полчища, исторгаемых ими созданий.

— Годжиро и Лафайет, направляйтесь в сорок второй сектор. Кали и Варг, за вами — шестнадцатый и восьмой.

Карта боя менялась с появлением новых хранителей, и необходимо было пересматривать тактику, чем я и занимался, используя все возможности инфополя. Гея, Марк и Трисс так же занимались анализом ситуации и давали мне советы, которые я сверял с данными инфополя и на основе всех данных принимал решение.

Перестройка велась с учётом появления хранителей и ловушек, установленных Гарри. Наследие собиралось оставить в живых вообще всех хранителей, но это было невозможно осуществить по множеству причин. Главной из которых было отсутствие у нас нужного количества сильных владеющих, чтобы достаточно долго сдерживать астральных сущностей, пока Гарри вправляет хранителям мозги.

Делать это он будет по очереди, так что времени уйдёт столько, что даже представлять не хочется. И за это время Хранители могут натворить много бед в системе. Поэтому всех, кто не попадёт в ловушки, я имею полное право уничтожить. Как бы ни хотело наследие сохранить жизни всем хранителям. но на это мы не можем пойти.

Главное, что Гарри это понял и не стал настаивать.

Было прекрасно видно, насколько тяжело ему далось подобное решение. Любая жизнь для та’арцев и их последователей была священна, и её уничтожение неприемлемо.

Через десять часов после появления первого хранителя их насчитывалось уже больше десяти тысяч. А астральных сущностей и прочих созданий, способных передвигаться в космическом пространстве, — более сорока триллионов. Немыслимое количество существ, готовых убить всех на своём пути.

Места, где появлялись хранители, просто кишели всякими тварями, ожидающими приказа к нападению. Но его пока не было, и сущности продолжали прибывать вместе с хранителями.

Мы ждали хода противника и момента, когда Гарри вернётся. Все были напряжены, но никто не боялся. Каждый знал, что защищает, и был готов отдать за это жизнь. Как уже поступили почти пять тысяч человек на уничтоженных кораблях.

Я работал на пределе возможностей пользователя инфополя, разделив сознание на десятки потоков. Но этого всё равно было мало.

Всё равно я понимал, что не успеваю за всем происходящим. И в какой-то момент вовсе выпал из происходящего, словив сильнейший перегруз. Толком ничего не помню в этот момент, но когда мозг перегрузился и вновь начал воспринимать поступающую информацию, увидел перед собой встревоженное лицо Белоснежки.

— Хранители начали наступление. На нас сейчас прут триллионы их созданий, а ты тут решил упасть в обморок? Вставай, не буду же я отдуваться за главнокомандующего. Толкни воодушевляющую речь и давай уничтожим этих тварей.

Девушка протянула руку и расплылась в кровожадной улыбке, а за её спиной появилась Гея, которая выглядела не менее кровожадно. В руках у валькирии был длинный лук, на тетиву которого уже были наложены чёрные стрелы, от которых веяло чем-то страшным. Но меня это совершенно не пугало. Я ухватился за протянутую руку и уже через мгновение стоял, принимая информационные потоки о надвигающейся на нас лавине.

Несколько раз вдохнул и выдохнул, после чего активировал трансляцию на всю систему.

— Жизнь — это самое главное, что есть в нашей вселенной. Живите и не отдавайте свою жизнь никому, кроме дорогих вам людей. За Вериго, за Таймлин, за систему Двойного Серпа и всех, кто встал на её защиту.

Я приложил кулак к груди и отдал воинское приветствие, после чего ощутил, как сотни тысяч защитников системы сделали это вместе со мной.

Они готовы.

Мы все готовы к этой битве.

— Отличные слова. Жаль, что мне не довелось отдать свою жизнь близким, — раздался голос, от которого у меня пропали вообще все плохие мысли.

— Икар, мы справились, — следом за отцом вышла на связь Вита. — Берсерк усмирён навсегда.

— Спасибо, — только и смог ответить я, быстро переключившись на отдельный канал, а затем вернулся к своей речи. — В атаку. Не дайте ни одной твари попасть на планету.

Сразу после этих слов я активировал ловушки наследия, и вокруг защитного периметра начали появляться миниатюрные чёрные дыры, которые засасывали в себя не только хранителей, но и астральных сущностей. Всего два десятка чёрных дыр и, судя по тому, что хранители сразу же попытались переместиться, они испугались.

Попытаться они попытались, но ничего не вышло.

Пространственные формы жизни не смогли выбраться из ловушки, созданной по таким же принципам, по которым они вели своё существование.

Хранителей, попавших в ловушки, оказалось довольно много, едва ли не две трети от их общего числа. Но и оставшихся вполне хватит, чтобы со временем поглотить всю вселенную. И пока не вернулся Гарри, я примусь за уничтожение врага.

— Запрещаю выходить из этого квадрата, чтобы ни произошло. Рагнар должен защитить главный энергетический узел, — сказал я и шагнул в открывшийся портал.

Шагнул, одновременно с активацией крыльев, и сразу убил с десяток астральных сущностей, бросившихся ко мне с всех сторон, а затем к ним присоединился первый хранитель, насыщая систему частицами творения.

Но если смерть хранителей на планете уничтожала и всех астральных сущностей, что они успевали выпустить, то в космосе такого эффекта не было. Вокруг меня летали миллионы самых разных созданий, которые хотели лишь одного захватить жизнь для своих хозяев.

Вокруг меня появилась защитная оболочка из чистого Та’ар, крылья начали работать без остановки, расправляясь с новыми и новыми сущностями, которые оттеснили меня от следующего хранителя.

Слуги истинных та’арцев поняли, что я представляю для них смертельную опасность, бросили в бой всех сущностей, а сами решили отступить. Но дальше системы Двойного Серпа они в любом случае не смогут уйти. Здесь им не поможет даже телепортация. Пространство вокруг границ системы было заблокировано.

В худшем случае нам придётся сначала разобраться со всеми астральными сущностями, прежде чем доберёмся до хранителей. Но это лишь в том случае, если Гарри слишком задержится.

Ещё несколько сотен сущностей исчезли, отдав системе немного Та’ар. И после этого я остался в гордом одиночестве. Ближайшие ко мне сущности находились в паре километров и стремились уйти ещё дальше.

— Что-то мне это не нравится. Максимально усилить защиту, — произнесла Гея. И сразу после её слов в спину прилетело что-то невероятно мощное, что запустило меня не хуже реактивного снаряда.

Волновой щит выдержал, но удар оказался настолько сильным, что даже организм владеющего четвёртого порядка оказался слишком хрупким. Интерфейс принялся выдавать повреждения, тревожно мигая красным.

Не успел я запустить регенерацию, как получил ещё один удар, сменив траекторию полёта. Затем ещё и ещё, ощущая себя мячиком, с которым забавляются очень сильные и злые дети. Дети, которые смогли обойти даже инфополе и все мои улучшения разума. Даже разделение сознания не помогало уследить за тем, с какой стороны последует новый удар.

Всё смешалось в сплошную кутерьму. Разум пытался поспевать за мгновенно меняющейся обстановкой, но не справлялся. Как не справлялся и мой организм. Как не справлялась броня. Один лишь волновой щит не давал превратить меня в кровавое месиво, но такими темпами и он долго не продержится.

Гея пыталась что-то говорить, но в голове была настоящая каша. Вполне возможно, уже из моих мозгов.

Перед глазами всё было красным, когда вновь случилась резкая перемена. Ударов больше не было, а по телу начало разливаться что-то невероятно приятное.

— Ещё раз выкинешь нечто подобное — и я сама тебя прибью, — послышался голос Аеллы, к которому присоединились голоса всех основных членов экипажа Рагнара.

Затем меня неплохо так долбануло молнией и я понял, что волновой щит всё же не выдержал.

— У тебя есть команда, и не стоит лезть постоянно в самое пекло в одиночку. Я уже всерьёз начинаю задумываться о том, чтобы вернуться на Харон.

Перед глазами появилось лицо Немезиды. За ней я видел электрический щит, в который врезались сверхскоростные болиды, разлетаясь частицами творения. Но Белоснежка держала щит не одна. Ей помогали все, кто пришёл ко мне на помощь. Пришли вместе с Рагнаром и подкреплением из сильнейших владеющих системы. В то время как экспедиционный флот защищал планеты.

— Это наш дом, — произнесла Тереза Маккинли, ударив в наваливающихся на нас астральных сущностей жёлтой вспышкой, которая расчистила космос перед нами на несколько сотен метров, — и мы будем сражаться за его существование.

Сегодня ни один хранитель и ни одна астральная сущность не смогут уйти из системы Двойного Серпа. Для всех, кого не сможет исправить Гарри, она станет последним приютом.

Конец книги

p.s. Мне нужно взять отдых от серии. Поэтому, когда выйдет следующая книга и выйдет ли она вообще пока не могу сказать.

Безумно благодарен всем читателям! Вы лучшие!

Content

Таймлин 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25