Это кто переродился?

Глава 1

Это кто переродился?

Сначала сердце. Оно стучало еле-еле, и было нелегко задать ему мой привычный ритм.

— Да бейся ты как надо… — прошипел я сам себе.

Скосив глаза, понял, что это не мой дом. Не моя Башня. Это какой-то сырой переулок, исписанный тарабарщиной. Над головой сумрачное небо, а под пальцами сырой асфальт.

Тело было тоже чужим. Не моим.

Укротив сердце, я попытался встать. Суставы двигались как-то странно — это тело явно не привыкло к движениям хищника. Скорее это движения жертвы.

Эта оболочка была тощей, нежной, покрытой тонкой кожей. Ни чешуи и ни когтей. Во рту тоже грустно — язык нащупал всего четыре клыка, и они совсем крохотные, совсем как у…

Тут до меня дошло, что я — человек!

Это было плохой новостью. Большинство людей всегда вызывали у меня тошноту: мелочные, любопытные, глупые и слабые… и лишь Она была другой.

Сбоку раздался шорох. Бездомная кошка, увидев меня, выгнулась дугой и зашипела. Похоже, поняла, кто перед ней.

Я чувствовал ее страх. Первородный. Привычный. Он исходил от всех, кто видел меня раньше.

Интересно… Мой ВЗГЛЯД все еще со мной⁈

Рядом я заметил лужу. В ней и рассеялась мои последние надежды на прежний облик. Темные спутанные волосы падали на человеческое молодое лицо. Глаза с узкими щелочками зрачков сверкнули в полумраке неестественно ярко.

Да, это мой ВЗГЛЯД. Я улыбнулся.

Осмотревшись получше, осознал, что на мне были обноски. Грязная куртка, штаны. Обуви не было.

Похлопав по карманам, я нашел неизвестный мне прямоугольный предмет. «Телефон» — промелькнули слова в голове. Это были воспоминания старого владельца тела. Кажется, с помощью этой игрушки можно общаться.

И она была моей.

— Чудно…

Под ногами что-то блеснуло. Это был медяк! Правда, всего один… но для начала этого хватит. Стоило коснуться прохладной металлической поверхности, как перед глазами вспыхнули отголоски прошлой жизни. Я увидел огромный зал, от стены до стены заваленный золотом.

Таким холодным. Родным. Моим.

Это Башня, ее шпили уходили далеко за облака. И там, конечно же, была Она. Самое дорогое сокровище. Принцесса. Ее глаза словно бесконечное небо, усеянное тысячами звезд. В них я наблюдал вечность.

Видение закончилось, и я почувствовал, как вокруг стало неестественно тихо. Голоса вдали пропали. Ветер, гулявший по переулку, будто затаился.

* * *

Один из переулков.

Никто не заметил молодого парня, стоящего в переулке и рассматривающего медную монетку. В этот же момент в пространстве над его головой появилась небольшая щель.

Парень медленно поднял голову. Он не испытывал страха, а скорее удивился из-за того, что кто-то решил пролезть в этот мир. И именно здесь.

— Как же глупо…

Дыра заискрилась, и с той стороны на него взглянул огромный инфернальный глаз. Многослойный зрачок пару секунд фокусировался на незнакомом человеке, а потом прищурился.

— Исчезни!

Осознав, кто перед ним, глаз вздрогнул и пространство схлопнулось.

Голоса с улицы вновь были слышны. Ветер слегка взъерошил волосы парня, подталкивая покинуть этот грязный переулок. Он не стал сопротивляться. Вокруг слишком много непонятного, чтобы оставаться тут.

И парень вышел из переулка.

На том месте, где он очнулся, чернел огромный силуэт крылатого существа. В грязи остался след лапы с когтями.

* * *

Это был портал… а всему виной тот мелкий человечишка, убивший меня. Если бы не он, магия не вышла бы из-под контроля. Глупец, решил поиграть в героя и спасти мир? Но вместо этого обрек его…

Нет, я не злился. К чему сейчас испытывать низменные эмоции, если все уже свершилось?

Я шел по городу — огромному и совершенно чужому. Вокруг полно высоких домов, мимо которых кружили самоходные повозки. В голове вновь промелькнула чужая мысль — и назвала их «автомобилями». Таких мне раньше не приходилось видеть.

Поток встречных людей на моем пути инстинктивно расступался. А людей тут были сотни. Младенцы и даже дети постарше начинали плакать, когда я проходил мимо. Они не понимали что произошло, но чувствовали неописуемый ужас. Мамаши пытались их успокоить, не понимая причины. Вороны на крышах замолкали, как только я подходил слишком близко.

Приятно! Как в старые времена!

— Как же шумно…

Оглядевшись, я понял, что попал в торговый квартал с кучей лавочек с крикливыми зазывалами. Некоторые вывески светились неестественно ярко, а кое-где на прилавках двигались картинки.

Интересно… Похоже, с тех пор, как я умер, прошло порядочно лет и мир придется открывать для себя заново.

— Эй, ты меня обсчитала! — воскликнул мужчина у прилавка, тряся какими-то бумажками. — Тут даже близко не полкило!

— А ты что, весы? — отмахнулась пухлая продавщица.

— Ну, по гороскопу, да…

— Вот и вали!

Когда же я подошел поближе, они будто проглотили языки и начали озираться, не понимая, что их так напугало. Я пошел дальше и, проходя мимо витрины с названием «Бар Золотой котел», увидел свое отражение.

Н-да… Видок был не самым здоровым. Но даже так в отражении показались едва заметные крылья, чешуя и горящие глаза. Я моргнул, и все пропало. На меня снова смотрел слабый человечек. Работы с ним предстоит много, но для начала следовало собрать немного информации об этом времени.

Главное: что произошло после моей смерти? Где мое золото? Что стало с моей Башней? И… что стало с Ней?

Вопросов было много, и кое-какие ответы я решил поискать в этом «баре». Уж очень у него… вкусное название.

Внутри было полно народу. Люди шумели, смеялись и кричали. Тихая музыка доносилась из небольших коробок, развешанных по углам, у стены стоял котел. И нет, не золотой, а покрытый выцветшей золотой краской.

— Жалкая подделка…

У барной стойки не было свободных мест, но как только я подошел и бросил взгляд на ближайшего человека, тот поспешил на выход. Я ухмыльнулся: как же приятно, что даже взрослые мужчины приветствуют мое возвращение. Хотя после этого в теле появился легкий дискомфорт. Нужно быть поаккуратнее.

Следом пришло яркое чувство — зов, и его источник был совсем близко. Пытаясь отыскать его, я столкнулся глазами с усатым «барменом». Бросив тряпку под стол, он упер руки в толстые бока.

— Опять ты! Без денег не наливаю, Ваня. Либо плати, либо вали!

— Значит, Иван… — прошептал я, засунув руку в карман, и кинул на стойку медяк. — Налей-ка, что-нибудь на это.

Бармен слегка удивился, но взял монету. Через минуту передо мной стояла прохладная кружка пенящегося напитка — «пиво». Монету бармен спрятал в специальный отсек в «кассовом аппарате». На мгновение я увидел знакомый блеск.

Золото!

Но не успел я как следует рассмотреть эти богатства, как бармен задвинул ящик обратно. Внутри меня все всколыхнулось — рука сама потянулась к кассе — и чтобы не наломать дров, я вцепился в барную стойку. Как бы мне не хотелось забрать все себе, но это слабое тело просто с этим не справится.

Я выдохнул и хлебнул горького напитка. А эта дрянь не так уж и плоха, пусть и не чета крепким напиткам древности. Голова немного закружилась.

— Э, это кто выгнал моего приятеля⁈ — раздался нетрезвый голос сзади.

Народ в баре стал чуть тише. На нас стали оглядываться. С задних рядов кто-то начал ржать, словно ишак.

— Слыш, пацан, в глаза смотреть не учили?

Повернувшись, я посмотрел в глаза подошедшему ко мне шуту. Без агрессии, ибо передо мной просто бравый пьяница, которому и море по колено.

Выпучив глаза, он проблеял:

— Эм… Ну ты чего… Я же пошутил…

И растеряв всю смелость, вскочил и поспешил на выход.

Пожав плечами я сделал еще пару глотков и бросил грустный взгляд на «кассовый аппарат». Чтобы выкинуть его из головы, повернулся к окну и…

Вот она… Далеко за домами виднелась моя Башня. Точнее то, что от нее осталось — одни руины. Нет больше красивых шпилей, а на месте витражных окон одни дыры. Башня превратилась в памятник моему поражению.

Был ли я расстроен? Да. Считал ли это трагедией? О, нет. В моей судьбе происходило всякое, и после поражений всегда следовало восхождение.

Это будет непросто, но я все верну. Золото, Башню… и Ее. Сидеть тут больше не было смысла. Следовало осмотреть город.

Допив пиво, я собрался на выход и заметил в углу пьяного старика. Он бы не привлек моего внимания, если бы не потускневшая мантия. Она была вся в заплатках и грязных пятнах, но этот узор ни с чем не перепутать.

— Старик, — и я присел рядом с ним. — Ты же из старых архимагов?

Он кивнул и хлебнул из бутылки, содержимое которой слегка светилось. Затем старик уставился на меня мутным взглядом. Через секунду его глаза прояснились.

Удивительно, как он быстро признал меня.

— Это же ты? Верно?.. — произнес он заплетающимся языком, а затем, закашлявшись, отхлебнул из бутылки. — Или я ошибаюсь…

— Я… Ты не ошибся, — сказал я тихим, но уверенным тоном. — Не задавай лишних вопросов, а лучше скажи, кто сейчас контролирует порталы? Кто правит этим городом?

Старик замялся, но ответил:

— Порталы никто давно не контролирует. С каждым днем они открываются все чаще, и из них лезет зло. Городом же правят группировки.

— А золото?

— Прости… Его растащили по карманам и тайникам. Бандиты, воры и банкиры.

Банкиры? Это слово мне сразу не понравилось. Почему-то на вкус оно какое-то сухое и едкое. Как алхимическая бумага.

— Это секта?

Маг покачал головой.

— Хуже… Намного хуже. Они делают людей рабами… Стоит тебе связаться с ними, как ты их раб лет на тридцать.

— Я запомню, — кивнул я, запомнив коварную секту. — А что стало с волхвами?

— Кто ж знает… Я уже давно не понимаю этот мир… — пожал плечами он и сделал очередной глоток. — Разбежались кто куда и занялись не пойми чем.

Видок у него был совсем пропащий. Лучше больше не мучить его вопросами.

— Отдыхай, старик, — кивнул я и аккуратно задел его рукой, направив немного магии в увядающее тело. Он мне еще пригодится.

Едва я поднялся, как мой бывший слуга схватил меня за рукав.

— Скажи мне… Ты пришел чтобы нас спасти, или уничтожить?

Этот вопрос вызвал у меня улыбку.

— Конечно, чтобы спасти.

* * *

Тронный зал.

— … положение на Пограничье ухудшается с каждым днем.

— Вы и в прошлый раз тоже самое говорили. Мы вам выделили дополнительные силы, и что? Где результат?

— Нам нужно больше! Монстры стали сильнее!

— Или может быть оснащение войск оставляет желать лучшего?

В тронном зале было не продохнуть — за круглым столом собрались все сто двенадцать участников Совета бояр. За витражными окнами давно стемнело, а собрание все никак не заканчивалось. Устав от бесконечных споров, старички клевали носами, а те, что помоложе, от скуки потягивали вино.

Дарья Благословенная тоже потянулась к своему бокалу — раз министр обороны с премьером сцепились, значит, это надолго. Временами она страшно завидовала боярам: как ни крути под их задами хотя бы кресла, а не грубый и неудобный трон, будь он неладен.

Голоса не умолкали:

— … чтобы перевооружить армию, придется повысить налоги. Желательно вдвое.

— Нет, и еще раз нет! Еще не хватало, чтобы началось роптание в народе!

— Роптания бы не было, если бы люди кое-кого своевременно сообщали о волнениях!

Опять они за свое… Как что ни случись, рецепт один: повышай налоги, а потом еще подключай Шептунов.

— Вы бы еще предложили увеличить состав армии!

— Давно пора! Наши соседи копят силы, а мы все либаральничаем!

Перепалка разгоралась, а Дарья, поджав под себя ноги, поглядела в окно — вид города, залитого светом фонарей, всегда ее завораживал. Поднявшись, она медленно прошлась мимо советников и хотела уже открыть створку, как окна распахнулись сами собой. Порыв ветра ворвался в зал и в воздух взметнулись листы бумаги, которыми размахивал министр обороны. Подпрыгивая, он принялся их ловить, а ветер задул с новой силой.

Сверкнуло росчерком молнии, Дарья зажмурилась. Затем по горизонту прошлись громовые раскаты. Стекла вздрогнули, и через пару секунд по подоконнику застучали тяжелые капли дождя. Чуть погодя с неба хлестало как из ведра.

Дарья не сделала и шага, чтобы закрыть окно или отойти. Стояла под ледяным дождем, закрыв глаза. На ее губах медленно расплывалась улыбка.

Сзади раздались осторожные шаги.

— Ваше Величество? С вами все хорошо?

В ответ Дарья вздохнула и обернулась. Пятеро министров выстроились вокруг нее кружком. Остальные выглядывали у них из-за спин. На лицах было легкое недоумение.

— Кажется, он снова здесь… — прошептала она, а затем щелкнула пальцами. Окна захлопнулись, и, шлепая по натекшим лужам, Королева зашагала обратно к трону.

Усевшись, она как-то загадочно улыбнулась.

Глава 2

Как вернуть свое?

Узкие улочки заливал свет фонарей. С каждым шагом в мою голову заползали новые слова, а дома становились все выше. На их крышах рядом с трубами торчали «антенны», между ними тянулись пучки «проводов». Булыжные мостовые заливали огни «неоновых» вывесок, а по «асфальту» разъезжали скрипучие «автомобили» с оберегами и талисманами. В полуоткрытых окнах мелькали экраны «телевизоров».

Я же шагал по брусчатке, слушая чарующую песнь золота. Они все звали меня — цепочки, кольца, броши и заколки на дамах. При моем приближении прохожие вздрагивали, но не оборачивались.

Недолго моя аура жила своей жизнью. Осталось обуздать голод.

Тут как-то странно заурчал живот, а потом и вовсе заболел. Какое же это все-таки жалкое тело… Надо срочно набить его чем-нибудь, но чем? Видимо, придется вернуться в тот бар. Там точно есть еда.

Дорога обратно заняла какое-то время и, подойдя к бару, я услышал голоса из переулка:

— Борис, ты же не вчера открылся? Забыл, что крыша стоит денег?

— Деньги будут на следующей неделе! Я же сказал, что в этом месяце дела идут худо. Видели же, сколько порталов в округе открылось?

Раздался грохот, а за ним и ругань.

Зайдя в переулок, я встал в тени и решил немного понаблюдать за людьми в их естественной среде обитания. Тут был тот самый бармен, а еще трое бандитов. Про себя я окрестил их Плешивый, Борода и Пузан.

Бармен хлопнул в ладоши и между его пальцами промелькнула искра. Но бандитская дубинка была быстрее — получив по лбу, он упал в гору мусора.

Бандиты окружили его. Плешивый покачал головой.

— Вижу, ты не понял, Борис… Долги надо отдавать вовремя.

— Нет у меня денег!

— Вот как? А если завтра сюда заявится наш босс? Как ты запоешь?

Его кулак засверкал. В прямом смысле. Борода с Пузаном расхохотались, а лицо бармена потемнело — выглядел он жалко, хоть и пытался сопротивляться.

Я вздохнул. Годы идут, а ничего не меняется. Люди по-прежнему рвут друг другу глотки ради каких-то пустяков, а самые ничтожные делают вид, что они самые сильные. Мне было неинтересно, что будет с барменом, но уж больно сильно манила золотая цепь на шее у Бороды. Он ухмылялся так широко, что во рту заблестела коронка.

Золотая. Она и спасла бармена.

— У тебя два варианта, Борис, — сказал Борода, шлепнув дубинкой по ладони. — Либо ты отдаешь деньги сейчас, либо тобой занимается начальник. А уж он, сам знаешь, разнесет твою забегаловку в хлам.

Устав наблюдать за этим цирком, я вышел из тени. Бандиты тут же обернулись.

— Золото или жизнь, — произнес я. Кажется, так звучал местный юмор.

Возникла небольшая пауза.

— Ты чего, дурной? — нахмурился Плешивый. — Ты дружок Бориса?

— Иван, ты чего тут забыл⁈ — зарычал Борис, поднимаясь. — Вали отсюда, пока…

— Ага, значит, все же дружок, — хмыкнул Плешивый. — И его не мешало бы проучить. Как считаешь, Борис? Если мы его немного помнем, твой котелок начнет варить?

Он снял перчатки, и по моему телу прошлась легкая дрожь. На пальцах были перстни.

ЗОЛОТЫЕ!

Время разговоров прошло. Я медленно пошел на них. Судя по дубинкам, маги они были так себе. Самое оно, чтобы размяться.

— Подержите-ка этого пацана, — кивнул своим дружкам Плешивый, и оба принялись заходить ко мне с боков. — А ты, Боря, смотри как этот бедный парень будет отдуваться за твои…

Мне хватило одного пинка, чтобы Борода отлетел в стену. Судя по трещине на кирпиче, я немного переборщил. Следующий удар схлопотал Плевшивый — и тут же упал на спину. Пузан на секунду застыл, не понимая, что произошло.

— У тебя золота нет. Проваливай, — произнес я, повернувшись вполоборота. — Или можешь рискнуть…

Видимо, мои слова были очень убедительны, раз он, не думая ни секунды, покинул переулок.

Борис, удивленно хлопая глазами, проводил его взглядом. Я же подошел к полудохлому Бороде и, наклонившись, сорвал с его шеи золотую цепочку. Стоило коснуться благородного металла, как мой внутренний мир замер. Силы в золоте было всего ничего — все же проба невелика — однако этого оказалось достаточно, чтобы выровнять дыхание и приглушить боль в животе.

Мне стало хорошо. Пусть и на крохотный шажок, но я стал ближе к прежней мощи.

— Теперь ты… — и направился к поднимающемуся Плешивому. — Снимай перстни. Или я сниму их вместе с пальцами.

Бандит сглотнул и начал складывать мне в ладонь свои кольца.

— Дешевка… — вздохнул я, выкидывая пару фальшивок в мусорку. — В следующий раз потрудись надеть на себя больше золота. Оставайся тут, пока я не разрешу уходить.

Сзади раздалось кряхтение, с земли кое-как поднялся Борода.

— Открой рот, — алчно улыбнулся я, наклоняясь к нему.

— Ты что, псих⁈ — выпалил он, и это была ошибка.

Схватив негодяя за горло, я засунул пальцы ему в рот и вырвал вожделенный зуб. Признаюсь, крик Бороды меня порадовал словно чарующая песня. Сунув зуб в карман, я выпустил Бороду, и он, скуля и держась за рот, принялся отползать.

— Иван, уходим… — сказал Борис, услышав сирену на соседней улице.

Я же решил сказать этим бедолагам что-нибудь напоследок:

— Если у вас есть еще золото, то я буду ждать.

Скорее всего, моя улыбка их убедила — они исчезли из переулка, опережая свои тени. Мы с Борисом тоже поспешили уйти подальше.

* * *

— Не знал, что ты умеешь драться, Ваня, — проговорил Борис, вытирая барную стойку тряпкой. — Но в следующий раз лучше пройди мимо. Это мое дело.

— Не указывай, что мне делать, — отозвался я, отхлебнув пива, и вернулся к еде. — Тем более, ты у меня в долгу. Его я готов простить, если найдешь мне место, где переночевать.

Бармен кивнул на лестницу.

— Там есть свободная комната. Располагайся. А тебя что, хозяйка выгнала из квартиры?

Никаких сведений о прежней жизни Ивана у меня не имелось, как и источников их отыскать. Кое-что можно попробовать вытащить из бармена, но осторожно, чтобы не навлечь на себя лишние подозрения. Да, тот архимаг узнал мою истинную сущность, но он был моим слугой — такой не выдаст. Насчет бармена у меня пока уверенности не было.

Пожав плечами, я ответил:

— Ничего не помню ни про какую хозяйку, ни про квартиру. Пару часов назад меня сильно ударили по голове и теперь память подводит.

— Не шутишь⁈ Может, скорую вызвать?

Я отмахнулся.

— Вспомню со временем. Ты лучше себе помоги со своими порталами.

— Это да… — вздохнул бармен. — От них уже спасу нет, но так по всему городу. Эх, без хорошего мага-арканиста, видимо, не обойтись…

Затем Борис, закурив сигарету, принялся ворчать на правительство, магов и полицию — мол, они такие-сякие совсем от рук отбились.

— На прошлой неделе портал открылся у нас во дворе, — все болтал он. — Оттуда вылезло такое страшилище, и я подумал, что нам всем конец. К счастью, мимо проходил Силантий, ну тот архимаг, с которым ты о чем-то болтал пару часов назад. Он и помог закрыть червоточину. За помощь я каждый вечер наливаю ему рюмашку другую.

Я навел его на разговор о Башне, и тут он ничего конкретного не сказал. Упомянул лишь, что руины охраняются Инквизицией — фанатиками, которые держат народ в ежовых рукавицах.

— А зачем тебе эта Башня? — спросил Борис. — Приключений захотелось?

— После удара по голове во мне проснулось любопытство. И все же?

Он пожал плечами.

— Хочешь подробностей, лучше обратись к артефактору по имени Тимофей Лысый. Он старый как эта самая Башня, и, говорят, бывал там пару раз. Мне же эта Башня даром не сдалась — на нее и глядеть боязно, а уж соваться внутрь… Сам понимаешь, КТО там жил.

Я улыбнулся. Уж я-то понимаю как никто.

Борис черканул мне адрес.

— Скажешь, что от меня.

Кивнув, я доел ужин и поднялся в комнату. Оказалось, что это небольшая коробка с окном, шкафом и продавленным диванчиком. Едва добравшись до него, я упал на подушку и…

Вертелся наверное раз сто, но все было без толку. И только золото спасло положение — стоило подложить его под подушку, как мне немедленно полегчало. Через пять минут я уже погрузился в сон.

И там было золото. Много золота.

* * *

Проснувшись с первыми лучами солнца, я был свежим как огурчик.

— Моя прелесть… — сказал я, погладив ту горсть сокровищ, что мне удалось добыть вчера.

Через пять минут я был на улице. Золото снова звало меня из каждого угла, но теперь сопротивляться голоду было куда легче. К тому же ауру я приручил. Никто больше не оглядывался мне вслед, и хорошо. Всеобщее внимание фатально.

Найти нужный дом оказалось непросто даже с картой, что была в телефоне, но в конце концов мне повезло. Само здание выглядело печально: облезшая краска, гнутые перила и потемневшие окна. Над входом висела вывеска — «Срочная починка магических предметов. Дешево».

Толкнув дверь, я оказался в крохотном магазинчике, каждый сантиметр которого был завален всем чем не попадя: от шестеренок и пружинок до неработающих телевизоров. У дальней стены возвышался прилавок, за которым скрючился лысый старик с такой длинной бородой, что она касалась пола. На глазах у него была странная конструкция, похожая на очки, но с кучей стеклышек, торчащих в разные стороны. В длинных пальцах вертелась отвертка с лампочками. Ею он ковырялся в магическом амулете.

Стоило мне приблизиться, как позади него вспыхнул огонек. Старик пугливо поднял взгляд.

— Доброе утро… — он нахмурился и снял свою приблуду с головы. — Кто вы и… что вам угодно?

— Спокойно, Тимофей, — сказал я, подняв руку, — я от Бориса из бара «Золотой Котел».

Тот подслеповато прищурился и, отложив инструменты, посмотрел себе за спину — на странную доску с горящими рунами.

— Ты… кто ты такой? — повторил он.

В потускневших глазах старого человека мелькнул опасливый огонек. Почуял неладное, вот значит как? Интересный персонаж.

— Меня зовут Иван, — сказал я как можно дружелюбнее, — и я тебе не враг. Ты волхв?

Нахмурившись, он неуверенно произнес:

— Откуда ты знаешь… такое слово?

— Я много знаю, старик. Многое видел, — произнес я, внимательно наблюдая за ним. Пахнет страхом, растерянностью и… хмм… надеждой?

— Мне нужны твои знания, — сказал я, наклонившись к прилавку. — Мне сказали, что ты бывал в Башне?

— Когда-то давно… В те времена, о которых нынче позабыли, да и позже… Пока в нее еще можно было попасть…

Он сглотнул и снова покосился на свой прибор.

— Мои артефакты сходят с ума. Такое может быть только рядом с частичкой Древней магии.

— За этим я здесь.

Глаза волхва загорелись любопытством. Затем он щелкнул пальцами — на двери магазина появилась табличка «Учет».

— Ты знаешь, что такое Древняя магия? — спросил он. — Ты ею владеешь?

— Смотря, что ты называешь Древней магией… — пожал я плечами. — Кое о чем читал в книжках. Лучше расскажи, отчего закрыли Башню?

Старик удивился:

— Как отчего? Смеешься? Инквизиция! Они давным-давно заняли Башню и понемногу разбирают ее по камешку, чтобы закрывать ими наиболее мощные порталы.

Я хмыкнул. Закрывать порталы камнями? Нет, определенно, что-то новенькое.

Спустя десять минут неторопливой беседы этот мужик мне стал даже нравиться. По многим вопросам мы сходились.

— Варвары! — фыркнул волхв. — Камень за камнем, целый век разбирать такое величественное сооружение… Вот и превратилась некогда великая Башня в руины. Рано или поздно, камни закончатся, и что тогда?

И он махнул рукой.

— Эхх… Раньше магия была под контролем. Никаких тебе порталов. Да, под ЕГО контролем, но все было стабильно. Если бы не тот тупорылый герой…

Тут я с ним полностью согласен. Болван, что сунулся ко мне в Башню, был не слишком одарен интеллектом.

— А что, маги? У них же есть силы для борьбы с порталами? — спросил я.

Волхв хмыкнул.

— Ты что, новости не смотришь? Какие там силы? Орден с Инквизицией владеют лишь тенью прежней магии, а порталов с каждым днем становится все больше, а многие такие, что и силой Башни закрыть их очень затруднительно…

Где-то минуту он молчал, задумчиво барабаня пальцами по столу.

— Раньше маги могли творить настоящие чудеса. Сейчас же никто не верит в Древнюю магию. Я сто раз говорил им, приводил доводы, ругался, а они… Знаешь, что мне говорят? Мол, я сбрендил на старости лет и несу какую-то чушь. Даже грозились сдать Инквизиции!

Я ухмыльнулся.

— А ты что, перестал бороться? Прогнулся?

— Умный? Многие мои друзья не прогнулись, и их больше не видели! — ответил волхв с легкой обидой в голосе. — А ты что? Смельчак? Жаждешь знаний, или, как все эти, хочешь просто озолотиться?

— И то, и другое, — кивнул я. — Скажи, знаешь, где можно отыскать древнее золото из Башни?

— Это гиблое дело, парень.

— И все же?

Тимофей замялся, но ответил:

— Тебе дорога на Черный базар. Там много всякого золота.

Он, наверное, ожидал, что при упоминании этого Базара его собеседник струсит, но я не двинул даже бровью.

— Однако там опасно. А если узнают, что я сказал первому встречному…

— Не узнают. Я умею хранить чужие секреты. К тому же, зачем нужен Базар, если у него нет новых клиентов?

Тень сомнения снова промелькнула у него на лице, но все же Тимофей разъяснил мне, как добраться до этого места.

Поблагодарив его, я поднялся. Прибор снова мигнул, сообщив что мне стоит поостеречься, ибо огонь Древней магии пылает слишком заметно. Сделаем так, чтобы он едва тлел. На время.

Немного внутренних усилий и руны затухли. Волхв же не сводил с меня взгляда.

— Кто же ты, парень? — спросил он. — В целом мире может быть одно существо, которое осмелится ворошить дела давно минувших дней. И даже имя этого существа я не произнесу вслух…

Я только ухмыльнулся на такие предположения и вышел.

* * *

День я провел в баре, наблюдая за людьми, слушая разговоры и практикуясь быть как все. Нет, люди совсем не изменились — живут мелочами, ссорятся, набивают брюхо, да сплетничают. Пытаются выглядеть героями, но стоит кому-то произнести грозное слово «инквизиция», как мигом вжимают голову в плечи. Эх, а ведь раньше подобные им боялись одного моего имени.

Как стемнело, я отправился на Базар. Следовало бы, конечно, поискать пристанище этого Ивана и разузнать, в чьем теле мне выдалось оказаться, но не сейчас — накопим силы, а потом будем рыться в прошлом.

Как объяснил Тимофей, дабы не привлекать внимание, путь до Базара лучше держать через переулки. Вход располагался на окраине, в глухом тупике, где не было ничего кроме мусора и сплошной каменной стены.

Подойдя поближе, я увидел их — легкие очертания двери. Даже забавно, как бездарно они используют иллюзии.

Стоило мне только коснуться кладки, как рука прошла насквозь. Через секунду на меня обрушился шум голосов.

Это был просторный ангар, освещенный вывесками. С интересом глядя по сторонам, я пошел сквозь толпу покупателей. За прилавками стояли продавцы, расхваливающие свой товар. Особо нажимал торгаш за ларьком, на котором стояли бутылочки с каким-то порошком.

— Подходи, не зевай! — кричал он, размахивая руками. — Покупай Порошок тишины! Одна щепотка, и ваш шаг станет тихим как у кошки. Спешите, последняя партия!

— Тебе бы он явно не помешал! — хмыкнул его конкурент. На его прилавке стояли бутылки, в которых сверкали крохотные огоньки молний. — Эй, люди! Лучше возьмите молнию в бутылке! Каждая — это голос богов в ваших руках. Один щелчок, и ваш враг на том свете!

— А вся Инквизиция у вашего порога. Вернее, у пепелища.

— Помалкивай, тихушник! Тишину нужно продавать шепотом!

Не стерпев, торгаш бросил в лицо конкуренту щепотку порошка.

— Что ты?.. Апчхи!

Вытерев нос, он открыл рот, чтобы обложить его бранью, но наружу не вышло ничего, кроме еле слышного писка. Торговец расхохотался и поднял вверх белую склянку.

— Как вам это, гости Базара? Специальное предложение! Две по цене одной! Эй, не трогай свои молнии, слышишь!

Следом сверкнуло так, что я едва не ослеп. Началась кутерьма, а к моей ноге подктилась одинокая бутылка с чудом уцелевшей молнией. Быстро сунув ее в карман, я пошагал прочь.

Меня вел зов. Золото было здесь. То самое — чистейшее, наивысшей пробы. Мое.

Впереди показался шатер, а в нем толстяк с длинным носом. Прилавок же блестел от серег, монет, амулетов и колец. Все были фальшивые.

— Что, молодой человек, ищите колечко на пальчик своей благоверной? — спросил торговец, улыбнувшись. — Выбирайте. Высочайшая проба!

Он врал, конечно же. Проба у большинства этих побрякушек курам на смех — даже меньше, чем у перстней, которых «подарил» мне Плешивый. Но ТЕ САМЫЕ блестяшки у него имелись. Под прилавком, я их чуял.

— Может, серьги? — не отставал торговец. — Смотрите, эти будут отлично смотреться на…

— Нет, мне нужно золото. Чистейшее. Которое ты прячешь.

Торговец замялся, но кивнул.

— А вы разбираетесь в ценностях, — и сунув руку под прилавок, достал мешочек. — Глядите.

Внутри была горсть золотых монет, а еще амулет в форме змея, кусающего себя за хвост.

— … видите эти отметины? — шепнул торговец. — Когда-то это золото лежало в Башне!

Тут он не соврал. На всех действительно стояли клейма Башни. Едва мой палец коснулся блестящей поверхности, как сердце забилось быстрее. Мир снова застыл, а в меня хлынул новый поток сил.

Да, это они. МОИ!

Тут к торговцу подошел широкоплечий амбал и шепнул что-то на ухо.

— Что? До сих пор не явился⁈

Амбал развел руками.

— Что ты так на меня смотришь, Гурий? Не Инквизицию же нам вызывать?..

— Зараза… — выдохнул торговец. — Ну что, парень выбрал? Эй, ты меня слышишь⁈

И он помахал рукой у меня перед лицом. Через пару секунд наваждение прошло, и на моем лице появилась мягкая улыбка.

— Да… Ты отлично потрудился, торговец. Монеты в отличном состоянии. И амулет тоже.

— Благодарю, — хмуро отозвался Гурий. — Сколько берешь?

— Беру все, — и я принялся сгребать золото в мешочек.

С каждым касанием монеты отдавали мне больше сил. Амулет же был «вишенкой на торте» — просто не терпелось надеть его на шею!

— ВСЕ⁈

Тут на плечо мне упала крепкая рука.

— Не спеши, малец. Сначала покажи деньги.

Я оглянулся. Обступившие меня амбалы были выше на целую голову, а кулаки больше моих в два раза. Однако меня это не пугало — у позавчерашней троицы тоже были большие кулаки.

— Спокойно, друзья, — улыбнулся Гурий. — Парню, наверное, не терпится порадовать свою невесту таким богатством. Ведь так?

Я сбросил руку и проговорил:

— Нет. Это мое золото.

Торговец хохотнул, но быстро убрал улыбку. Я был серьезен как никогда.

— Ты, парень, походу, собиратель древних монет?

— О, да. Знаешь, где достать еще такие?

— Конечно… Мне еще позавчера обещали привезти товар, но курьер, зараза, где-то «потерялся». Он нес мне такие же монеты и еще кое-что.

Я насторожился.

— Где? Говори, человек!

— Хочешь помочь нам? — и наклонив голову набок, Гурий улыбнулся. — Давай сделаем так: ты поможешь нам с товаром, и тогда все эти безделушки твои.

Глава 3

Как закрыть портал?

Судя по разбитым окнам, в этом бараке обитали одни отбросы. Если вообще обитали. Вокруг рабочий район и такой скверный, что если бы не дело, я и на милю бы не приблизился к этому месту.

Гурий был скользким типом, но он не соврал. Уже у входа я почувствовал МОЕ золото. Стоило толкнуть входную дверь, как сопровождающий меня амбал попятился.

— Там что-то не чисто…

Я принюхался — оттуда действительно попахивало магией.

— Держись за мной, человек, а не то… — бросил я, прежде чем шагнуть в темноту, но тут зазвучали удаляющиеся шаги.

Обернувшись, я вздохнул. Здоровяк сбежал.

— Интересно…

Внутри дома воняло нечистотами, но сквозь этот смрад я чуял золото, а вместе с ним и отголосок магии. По этому следу я и пошел. Путь вывел меня во внутренний двор, а там и в заброшенное здание, заросшее кустами. Скоро я добрался до лестницы в подвал. Оттуда и несло чем-то странным.

Неужели портал? Понятно, отчего тут нет ни единой живой души. Даже нищие давно свалили отсюда, а полиция просто не суется в этот район. Нет, закрывать порталы при помощи магии у меня пока недостаточно сил. Так что попробуем простой способ через золото.

Спустившись, я оказался у толстой железной двери. На пороге блестела кровь — судя по всему, вот и следы курьера. Мне на него было искренне наплевать, хотелось просто забрать свое.

Внутри меня встретил полумрак, а еще свет медленно вращающейся воронки портала. Небольшого, но при нынешней моей силе — уже проблема.

Пропавшего курьера я заметил сразу — а также кучу монет, раскиданных по полу. У стены лежали еще тела, а над ними парило нечто, напоминающее то ли клубок змей, то ли корневище. Чудище повернуло ко мне единственный глаз и зашлепало по окровавленному полу. Зубищи в провале рта защелкали.

Поморщившись от жуткой вони, я не стал с ним возиться. Вытащил из кармана бутылку молний и швырнул чудищу в единственный глаз. Грохотнуло, и монстра охватили сверкающие росчерки. Следом раздался такой рев, что у меня заложило уши.

Какое же слабое тело…

Пожалев что не взял с собой порошок тишины, я создал вокруг него кольцо голубого огня — простенькое сплетение Древней магии, однако лоб сразу же покрылся испариной.

Да насколько же ты был слабаком, Иван⁈

Подняв руку, я сжал кулак, а вместе с ним и огненное кольцо — с предсмертным воем многорукое чудище превратилось в дымящийся пепел. Я же чувствовал себя так, будто меня самого поджарили.

— Держись, — вдруг коснулся моих ушей голос, и я обернулся.

Но в помещении никого не было.

— Покажись! — произнес я, но ответа не последовало.

Неважно, остался портал. А он как будто вспыхнул еще ярче, почувствовав для себя угрозу. Пройдя по дымящимся останкам, я взял с пола несколько золотых монет и сунул руку с перстнями в портал. Следовало действовать быстро — с той стороны слышалось возмущение.

С каждой секундой давление усиливалось. Кольца на пальцах пылали как угольки, слабые ноги дрожали. Как и портал — но он уменьшался. На то, чтобы закрыть воронку, ушло полминуты. И еще ведро пота.

— Еще чуть-чуть! — шипел я, пытаясь не отключиться.

Наконец врата схлопнулись. Стало совсем темно, а мне крайне плохо. Сделав пару шагов прочь от выжженного на полу пятна, я шлепнулся наземь.

* * *

Голову пронзил неприятный звон. Дернувшись, я очнулся в куче пепла.

Удачно, что получилось закрыть червоточину до того, как этот Иванушка совсем поломался, а то присоединился бы к этому бедолаге на полу. От него вообще осталась только верхняя половина.

А еще золото. Собрав все до последней монетки, я выдохнул. Стало намного легче.

Вдруг снова зазвенело, и нет, не в голове. Звук шел от курьера, вернее, из кармана его куртки — там лежал телефон. На экране светилась надпись «Серый».

Секунду подумав, я надавил на «вызов». Трубка сразу же взорвалась негодованием:

— Едрит твою налево, ты чего не отвечаешь⁈ Сбросил товар?

— Нет еще, — прохрипел я, стараясь чтобы голос звучал простуженным.

— Смотри, если попадешься, я тебя покрывать не буду! В прошлый раз все на волоске висело!

Нужно было что-то отвечать, но аккуратно.

— Я бы вернулся и взял еще. Не напомнишь адрес?

— Совсем поехал? Хочешь попасться с поличным⁈ Без меня!

И трубку бросили.

Я нахмурился. Видать, курьер вляпался во что-то крупное. Ладно, пока заберем трубочку. Пригодится.

Сила золота уняла боль и звон в ушах, однако подняться на ноги все равно оказалось нелегко. Отойдя к выходу, я оглянулся — и заметил под слоем пепла какие-то знаки. Это был круг призыва.

Они что, специально призывали эту пакость⁈

Покачав головой, я направился вон из подвала, но неожиданно на пороге возник мой провожатый.

— Ты че, жив⁈

Он осмотрел каждый угол, а затем повернулся ко мне — в глазах была смесь удивления и страха.

* * *

— Как тебе удалось в одиночку закрыть портал⁈

— Повезло, — сказал я Гурию, когда мы вернулись на рынок. — Лучше объясни, почему твой дружок сбежал, стоило нам только зайти на крыльцо?

И я посмотрел на моего сопровождающего. Тот опустил глаза.

— Ты знал, что там портал? — и я перевел глаза на Гурия. — А этот «товар» — это части монстров для алхимиков, да?

Скрипнув зубами, торговец заозирался.

— Говори тише, парень. Да, они вызывали монстров, а потом разделывали их…

— И в итоге сами монстры разделали их, — фыркнул я и вытянул руку. — Мое золото?

Торговец покачал головой.

— Мы договорились, что ты принесешь товар. А раз останки монстров утащили в червоточину, то…

— Золото! — прошипел я.

Гурий побледнел. Его тут же закрыли охранники — видать, были не настолько пугливы, как прочие.

— Вали отсюда, парень, пока цел. Тех монет, что ты нашел в доме, тебе хватит.

Но я так не считал. Шагнул вперед, и лапа одного из амбалов потянулась ко мне. Сломалась она с очень приятным хрустом. Затем хрустнули ребра второго, а вот третий…

— Не трогай меня! — попятился он и крикнул Гурию. — Дай ты ему это чертово золото!

Торговец покраснел, как перезрелый помидор. Затем бросил мне знакомый мешочек. Я взвесил его в руке.

— Там только монеты. Где амулет?

Когда Гурий вытаскивал из кармана амулет. Выхватив трофей, я направился восвояси. На душе у меня было хорошо, однако еще долго мне чудился чужой взгляд. Нет, не торговца. Это был кто-то другой.

Раздражающий.

* * *

Черный базар. В самом темном углу

Молодой человек быстро шагал к выходу с рынка, а на стальной балке у самой крыши ангара за ним наблюдала темная фигура, облаченная в черный плащ.

Невидимый, он не спускал глаз со странного юноши. Все в нем вызывало вопросы. Его глаза, его походка, его… тень. Стоило посмотреть на нее прямо, и она ничем не отличалась от прочих, однако боковым зрением казалось будто она непропорционально огромная.

Вдруг парень остановился и посмотрел туда, откуда за ним наблюдали. Их взгляды встретились. Вздрогнув, незнакомец шагнул за колонну и растворился в тенях. На миг ему показалось, что на него посмотрел вовсе не человек.

* * *

Ночь я провел как на облаке. Снилась мне высота, шелест крыльев и вой ветра. На моей спине сидела Она и смеялась. Увы, открыв глаза, пришлось столкнуться с суровой реальностью. Единственное, что тут было прекрасного, это золото.

Кстати о нем…

Тихонько коснувшись ногами пола, я заглянул под подушку. Несколько золотых монет, кольца, зуб и амулет — все было на месте, и все питало мой сон. Я был доволен. После целой ночи на сокровищах силы привалило с избытком.

Приведя себя в порядок, расфасовал монеты по карманам, надел амулет и спустился вниз. Вел меня запах — нет, не золота, а съестного, а еще голоса:

— … в южном округе по прежнему работают оперативники Инквизиции. Это уже четвертый крупный прорыв за неделю…

Болтал телевизор — странное устройство, от которого я предпочитал держаться подальше. Борис отрывался от него только для того, чтобы перевернуть кусок сала на сковородке.

— … к международным новостям. Из-за границы поступают соболезнования по поводу кончины нашего Короля. На этот раз теплые слова…

— Не интересно… — буркнул я, присаживаясь за стойку.

— Проснулся? — улыбнулся Борис. — Подожди пять минут, и завтрак будет.

И снова в экран. Скоро передо мной стояла тарелка с гречкой, пара яиц и чай с рябиной.

— Неплохо, — сказал я, распробовав местную еду. Не чета тем блюдам, что я ел в былые времена, но для слабого человека лучше и не придумаешь. Для того, чтобы это тело стало хоть чуть-чуть сильнее, его придется хорошо питать.

Сегодня обещался плодотворный день, и мне следовало наконец-то добраться до Башни. Нужно же в конце-концов посмотреть, во что превратились мои владения?

Покончив с завтраком, я спросил Бориса о его планах.

— Сегодня дел невпроворот, — сказал он. — Сначала нужно заскочить в банк, а то я и так у них на карандаше. Еще и пеня, сам понимаешь. Чуть просрочишь, и сразу проклянут!

Я насторожился. Слово «пеня» наталкивало на не самые хорошие ассоциации — к тому же вкупе с проклятьем. Этот «банк» наверняка оплот насилия и черной магии. А раз так, значит, его тоже следует осмотреть.

— Могу помочь. Нам понадобится оружие? — спросил я.

Борис покачал головой.

— Разве что железная выдержка и внимательность. Эти банкиры такие: чуть зазеваешься, а они уже готовы обчистить твои карманы.

Эта новость меня не обрадовала. Еще не хватало, чтобы кто-то присматривался к моему золоту. Впрочем, Борис был спокоен.

Улыбнувшись, он сказал:

— Держись меня, Ваня, и все будет отлично. Я сейчас.

Допив кофе, он направился в подсобку к сейфу. Послышался скрип железной дверцы, и я вновь ощутил чарующий аромат богатства. Минуту спустя Борис вышел с плотно набитой сумкой.

Я вопросительно приподнял бровь:

— Если в банке нас могут обчистить, зачем брать с собой деньги⁈

Борис посмотрел на меня как на ребенка.

— Для того, чтобы не драться в подворотне еще и с коллекторами. Слышал такую фразу: заплати налоги и спи спокойно?

— Я предпочитаю спать на золоте.

— А я на матрасе. И, желательно, живым.

— Каждому свое, — пожал я плечами.

Борис расхохотался.

— Эх, если бы все было так просто… Но, увы, Ваня, это тебе не Пограничье.

Взяв сумки, мы вышли на улицу. Близость золота, пусть и чужого, потертого и совсем слабого, принесла мне немного свежих сил. Да и погода была хорошей. Настроение только улучшилось.

— До открытия нужно успеть, — сказал Борис, запирая двери заведения. — Не люблю заставлять клиентов ждать.

— Раз у тебя есть и золото, и клиенты, — спросил я. — Отчего не заплатил тем мерзавцам?

Борис нахмурился.

— Заплатишь один раз, завтра они потребуют вдвое больше. Потом втрое. И в конце концов отожмут бар. Старая песня. Нет, свое я буду защищать до последнего!

Мне понравилось такое рассуждение. Нет, Борис, конечно, слабак, но храбрый слабак. Уважаю.

Я уж подумал, что нам придется идти пешком, однако он направился во двор — к старенькой машине, которую он назвал «Волгой».

— … сейчас таких уже не делают, — с достоинством сказал он, открывая скрипучую дверь. — Ты чего стоишь? Садись.

Я критически осмотрел сие устройство. Что ж, раз другого пути нет, посмотрим, на что способна эта железная колесница.

Пока я забирался внутрь, Борис с любовью поглаживал руль. Обстановочка в машине была небогатая, однако мое внимание привлекла иконка на приборной панели.

— Охранная?

— А то! — кивнул Борис, прикурив сигарету. — Без нее я бы давно был на том свете.

— Наивный, — хмыкнул я. — Того света не существует, это…

И вдруг раздался звериный рык.

Не успел я атаковать, как автомобиль, задрожав, тронулся с места. Крутанув руль, Борис выехал на дорогу, где носились другие машины. Там он газанул, а меня вжало в кресло.

— Что-то ты, Ваня, сам не свой, — заметил Борис. Дым от его сигареты заполнил салон, навевая ностальгию. — Может, заехать в аптеку, таблеток каких-нибудь купить?

— Не надо, — покачал я головой, постепенно привыкая. — Едем в банк. Нужно сделать все побыстрей.

Борис кивнул. Автомобиль взревел, и дома за окном замелькали еще быстрее.

В центре города было куда красивее, чем на окраинах. Золота тоже в избытке, а еще Башня — она медленно приближалась. Не доезжая до нее пары километров, мы выехали на площадь. Там Борис и припарковался.

— Ну вот мы и на месте!

Чарующий аромат золота буквально окуталал со всех сторон. И самый мощный зов исходил из здания с колоннами, куда и направился Борис. На фасаде позолоченными буквами было написано: «Банк 'Золотое крыло».

Кажется, этот центр мне нравился.

* * *

Просторный зал пестрел черным полированным камнем, стеклом, а еще кучей камер и защитных артефактов. Я почувствовал их сильнее, чем зов золота, коего тут было настолько много, что пол под ногами буквально вибрировал.

Мне было хорошо. Настолько, что на миг я почувствовал себя прежним. Большим, красивым и ВСЕМОГУЩИМ.

Одна беда — вездесущие подозрительные взгляды охранников. А еще какие-то очкарики за конторками. Глаза у них были холодными, а улыбки как у мертвецов. Тут я осознал, кто это.

Банкиры…

Положив руку на карман с золотом, я направился за Борисом. Вдруг на глаза попалась бронзовая статуя в самом центре зала. Это был мужчина с арбалетом в руке. На постаменте сверкала золотая табличка: «Олаф Освободитель».

Это был он. Мой убийца. Хотя в живую он выглядел намного уродливее.

Внутри меня все забурлило, а перед глазами замелькали образы — я вновь ощутил момент смерти, когда мне в сердце влетела стрела, оборвавшая мою жизнь. В ушах зазвучал Ее крик, и я вновь почуял опустошение — как в тот миг, когда вся сила, что я копил веками, разом ушла в землю.

А потом темнота.

Я сжал кулаки, вокруг заметно потеплело. Какой-то служка, проходя мимо, споткнулся и едва не полетел на пол.

Они поставили ему памятник? ЕМУ? Это что, шутка?

— Эй, Ваня, чего смотришь? — спросил подошедший Борис. — Статуя нравится что ли?

— Нет… Отвратительная.

— И я так думаю. Как по мне, Олафу вообще просто повезло завалить то чудище. Ну что, пошли? Я все сделал.

Кивнув, я увидел в его руке бумажку. Больше у него ничего с собой не было.

— А где твое золото⁈

— Как где? Половиной погасил долг. Другую положил под процент. Пускай лежит, мне не жалко.

Я опешил.

— Постой, ты променял золото на БУМАГУ⁈

— Не просто бумагу, — сказал Борис, помотав у меня перед лицом бумажкой. — Это банковская выписка. Гляди.

Попахивало от этой «выписки» каким-то шулерством. Лучше бы мне отдал свое золото. Целее будет.

Мы вышли наружу, и Борис спросил:

— Кстати, а чего ты все на эту Башню пялишься? Первый раз видишь ее, что ли?

Открыв дверь машины, я замер.

— Мы можем подъехать поближе?

Борис приподнял бровь.

— Можем… Но тебе что, жить надоело?

Глава 4

Почему такое слабое тело?

Башня приближалась. Я чуял исходящий от нее магический фон. Он был едва уловим и мне очень не нравился.

— Эх, всегда чую себя здесь как муравей под лупой, — фыркнул Борис, вращая «баранку». — Она как будто из тебя силы высасывает… И как этому Олафу хватило мужества туда залезть?

Я оставил этот вопрос без ответа.

Мы проехали еще немного, а затем встали — перед нами было КПП, а дальше через залив тянулся длинный-длинный мост. Вдалеке виднелся остров, на котором и стояла Башня. Отсюда я мог разглядеть ее целиком, и она выглядела совсем печально — ее успели разобрать почти на треть. Вокруг острова плескались серые воды, противоположного берега было почти не видно. Путь на мост преграждал кордон из решетчатого забора, шлагбаума и будки охраны, над которой развевалось красное полотнище: в центре ладонь, а на ней пылающий глаз.

— Ох уж эта Инквизиция, — сказал Борис, выключив двигатель. — Все тут оккупировала и ближе не подпу… Эй, ты куда⁈

Я уже был снаружи. К воротам не стал соваться, ибо сейчас моих сил едва хватало на то, чтобы вынести простую дверь, не говоря о таком…

Забор был совсем близко — они даже реку им огородили. Вдоль прутьев мелькали огоньки магических разрядов. Отсюда было видно, что на острове не было ни одного росточка, а просто полоса голой земли — и каждый метр защищен. Я нутром чуял ловушки.

Сзади послышались шаги, и передо мной встал охранник в черных доспехах.

— Чего тебе, парень? — послышалось из-под глухой маски. — Заблудился что ли? Тут тебе не турзона.

— Ты был в Башне, человек?

Охранник хмыкнул.

— Еще чего не хватало! Шутник что ли? Проваливай! Не доводи до греха.

А он не шутил. Пальцы начало покалывать — от этого парня исходила волна мощной силы. Открылась дверь дежурки, и наружу выглянули еще двое.

— Андрей, все нормально?

Тот кивнул.

— Да, просто какой-то пацан! — хмыкнул он. — Прикиньте, спрашивает, был ли я в Башне!

Его товарищи загоготали, будто какой-то невероятно смешной шутке. Я же не мог отвести взгляда от своего дома. Башня звала меня. В ней ключ к тому, чтобы обратить беду с порталами вспять.

— Ваня, ты чего⁈ — и за локоть меня схватил Борис. — Хочешь неприятностей?

— Пошли, — процедил я сквозь зубы и направился к машине. Спиной чувствовал взгляд охранника.

Драться было бы глупо, как и пугать их Взглядом. Бежать в лоб на заграждения тоже, плыть через залив и вовсе чистое самоубийство. Нет, придется придумать другой план, как пробраться за периметр. Нельзя просто так бросать свою собственность, каждый камень которой принадлежит мне.

— Это тебе не гопники из подворотни, — говорил Борис, когда мы сели в машину. — У Инквизиции все просто: как чего не так — сразу на экспертизу, с которой ты вернешься овощем. Поехали. Нам еще нужно заскочить в одно место…

Двигатель снова заработал, и мы рванули прочь. Борис что-то болтал, но я не слушал — смотрел в зеркало заднего вида. Башня отдалялась.

Через миг она скрылась за углом, и я спросил:

— Куда мы?

— Да в одну конторку. Порталы-то сами не схлопнутся?

— А тот маг, который закрыл уже один портал?

— Силантий? Не стоит. Пусть это сделают профессионалы. Или у тебя есть кто-то на примете?

Я не ответил. Можно было бы, конечно, сказать, что я умею их закрывать, но тогда появится еще больше вопросов.

«Странно себя ведет, умеет драться, ничего не помнит, а тут еще и порталы закрывает? А ты ли это, Ваня»? — задаст он неизбежный вопрос, а мне и ответить нечего.

Нет, пускай пока все идет своим чередом. Борис и так косится на меня слишком часто.

* * *

Подъехали мы к пятиэтажному зданию. Первой бросилась в глаза огромная неоновая надпись над входом: «Ассоциация Наемных Чародеев». Вход, да и почти все стены, были обклеены листовками с предложениями работы, услуг чародеев и почему-то аренды комнат.

Зайдя внутрь, мы увидели суровые лица магов. Все они были при оружии, в броне, а их магия…. Даже подумать страшно. Дилетанты.

Магия — это искусство. А эти…

Дожидаясь пока Борис не закончит с оформлением заявки, я подошел к доске объявлений. На ней была куча всяких задач — от очистки подвала от слизней до запечатывания порталов на…

Рынке.

— Хмм… — протянул я, посмотрев на объявление. Уж не вчерашний ли это Базар?

Речь была о какой-то Арене. Интересно, где это?

Ко мне подошел Борис.

— Обещали завтра прислать кого-нибудь посмышленей, — сказал он. — Неделю назад я обращался к их конкурентам, а те прислали зеленого курсанта. От него осталось одно пятно, которое я до сих пор не могу извести.

— Грустно… — без интереса протянул я.

Мы вышли на улицу. На часах было почти одиннадцать.

— Поехали, скоро открывать бар, — сказал Борис, вытаскивая сигарету. — Будешь?

Я с сомнением поглядел на бумажную палочку, набитую какой-то травой. Вокруг куча людей расхаживали с точно такими же в зубах, да и Борис всю дорогу дымил. Может, это вкусно?

Сомнительно, но… я все же засунул сигарету в рот.

— Дай помогу, — сказал Борис, чиркнув спичкой. — Вот так!

Сигарета задымилась, и я закашлялся.

— Серьезно⁈ Дрянь же! — сплюнул я и выкинул мерзкую гадость в мусорку.

— Эх… Зря перевел продукт…

* * *

Во второй половине дня в баре собралось совсем немного посетителей, но голосили они, как будто целая толпа. Я же сидел в углу, потягивал пиво и листал дуэльный кодекс, который мне удалось найти в туалете.

Занятная штука… А тут целый церемониал… А еще было три вида этих дуэлей. Эх, в мое время было как-то попроще с битвами между аристократами.

— Эй, ты выпил мое пиво! — крикнул один забияка другому, и они начали пихать друг друга в грудь.

Вот и первый вид дуэли — один на один. Книга не содержала по этому поводу ничего интересного: один маг пытается забороть второго в поединке без ограничений на магию. Место, оружие и правила боя определяется жребием.

Не успел я перейти к следующему пункту, как дуэль закончилась. Зачинщик просто устал толкаться и рухнул под стол видеть сны об утраченном пиве.

— Э, ты че, Санька завалил? Лех, он Санька завалил! — и к тому столу подошел еще пара граждан.

Итак, второй вид дуэли — двойная. Тут против нескольких выступает один, но возможность выбрать оружие и условия боя остается за ним. Узреть пример мне не получилось, так как по окрику Бориса троица отправилась выяснять отношения во двор. Оттуда они уже не вернулись.

И наконец, третья — толпа на толпу. Тут все понятно, однако интересно, как… Увы, целые страницы на этом закончились.

— Эй, Иван, на пару слов, — окликнул меня Борис, и я пересел за стойку. — У тебя есть работа?

— Нет, — признался я.

— Предлагаю следить тут за порядком. Драться ты, вроде, умеешь, да и мне безопаснее, — он улыбнулся. — С оплатой не обижу. Пиво за счет заведения.

Пораскинув мозгами, я решил, что это неплохое предложение. Деньги мне не помешают. Да и местное пиво нравилось.

— Вы вернулись…

Я оглянулся. За мной стоял архимаг Силантий и чуть ли не светился от радости. Он хотел что-то сказать, но я жестом не дал ему и рта раскрыть. Затем попросил Бориса плеснуть его любимой жижи, но архимаг замотал головой:

— Лучше чего-нибудь послабже… — сказал он и получил свою кружку пенного.

— Видал, Иван? — сказал Борис, ткнув пальцем в сегодняшнюю газету. — Пишут, что в Храме Единого зажегся какой-то древний огонь… Да уж… Наверное, там все в шоке.

Заинтересовавшись, я раскрыл разворот. Там была фотография храма с ярко горящим пламенем.

— Просто так древние огни не загораются, — загадочно проговорил Силантий, хитро поглядывая на меня.

С ним нельзя было не согласиться. Наверняка, всему виной всплеск моей силы на рынке. И время совпадает.

В статье было много чуши, но и факты имелись. Последний раз огонь снисходил ровно век назад, и никто и подумать не мог, что это произойдет снова. И вот на тебе! Все служки разом попадали в обморок.

Ухмыльнувшись, мы чокнулись с Силантием кружками и сделали по глотку.

* * *

Вечером я снова направился на Черный базар: поспрашивать местных о золоте — дело не лишнее. Например, того же Гурия. Если его припугнуть, можно вытрясти еще пару золотых. К тому же, объявление, что висело в Ассоциации не выходило у меня из головы — а ну еще удасться заработать?

Всю дорогу мне казалось, что за мной следят. Даже в переулках, а уж когда я зашел в ангар, чувство стократно усилилось. Но нет, на этот раз под потолком не было таинственной фигуры.

Немного побродив вдоль прилавков, я затаился в толпе и принялся наблюдать.

— Подходи, налетай! Кто хочет проверить свою внимательность? — кричал какой-то продавец, сидя у тряпки с тремя чашками. Выцепив в толпе какую-то женщину, он воскликнул: — Эй, барышня, вы, я чую, не промах. Скажете, в какой из чашек это колечко, получите приз!

Колечко было дрянным, но с золотым напылением. Дама тут же согласилась.

— Какие правила?

— Быть внимательным только и всего. Рискнете?

Она кинула ему серебряную монетку. Тот бросил свое кольцо в чашку, а затем быстро закрутил все три.

— Кручу верчу, запутать хочу!

Я отвернулся. Похоже, очередной способ навариться на чьей-то глупости. Люди, вы не меняетесь.

Вдруг из-за спин посетителей Базара, мелькнул серый капюшон, под которым виднелись женские зеленые глаза. Что-то кольнуло у меня в груди и сжалось… Какое теплое чувство.

Я бросился вдогонку, но она уже затерялась в толпе.

Странно… Мне показалось, в этом взгляде что-то знакомое. Нет, не так — СЛИШКОМ знакомое!

— О, нет, опять мимо! — расхохотался торгаш с чашками. — Еще попробуете?

Женщина снова кинула ему монетку, а тот завертел чашки втрое активней.

— В какой?

— Вот в этой!

Он поднял чашку. Там было пусто.

Женщина охнула и снова сунулась в кошелек. А мужик, тем временем, незаметно вытащил колечко из рукава.

— Увы! Не повезло… Еще раз?

— У меня нет лишних денег! — выпалила дама.

— На нет и суда нет, — закатил глаза разводила и тут же столкнулся со мной взглядом. — Эй, парень, может ты попытаешь счастья?

Ха, думает меня обмануть? Ну что ж, сам виноват… Мне пригодится любое золото.

— Валяй, — и я тоже кинул ему серебряк. — Крути.

Снова чашки завертелись, а как остановились, разводила улыбнулся.

— В какой?

Я ткнул пальцем в среднюю. Это было несложно, ибо в первый раз он не мухлевал.

— Угадал! Вот, госпожа, учитесь у молодого человека. Еще раз?

Мы с ним «поиграли» еще три партии, и каждый раз я называл правильную чашку. И вот наконец…

— В какой? — улыбнулся он. Зов колечка, тем временем, раздавался у него из рукава. Провернул он этот трюк абсолютно незаметно. Для обычного человека, конечно.

— Ни в одной, — улыбнулся я. — Кольцо у тебя в рукаве.

Глаза мошенника полезли на лоб, а я быстро подхватил все три чашки. Там было пусто.

— Мошенник! — крикнула дама на весь рынок, и тут же толпа колыхнулась в сторону этого ловкача.

Впрочем, он работал не один. Несколько парней дернули его за шиворот и быстро вытащили из толпы. Под ноги людям полетела склянка, зазвенело стекло и в воздух поднялся едкий дым, от которого все закашлялись.

Мои глаза тотчас уловили нужный силуэт. Одна подсечка, и его туша рухнула прямо под ноги разъяренной толпе.

— Бей его!

Пока пыль не улеглась, я успел прихватить одну склянку и, не забыв прикарманить колечко, оставил зрителей вершить добро.

Вдруг кто-то тронул меня за локоть.

— Эй, парень, можно тебя на минуту?

Это был Гурий, и лицо у него было такое жалкое, будто весь его товар кто-то швырнул в тот вчерашний портал. С ним было четверо новых здоровяков.

— Этот? — удивленно приподнял бровь один из них. — Это же пацан!

Гурий только покраснел. Надо мной же склонился главный. В ухе у него была золотая серьга. Эх, как же манит…

— Где золото, которые ты вчера прикарманил? — спросил он. — Оно не твое. Оно принадлежит боссу.

Я даже бровью не повел.

— Оно принадлежит мне.

В ответ четверо расхохотались. Гурий же ухмыльнулся, но как-то не смело.

— А ты забавный… — хмыкнул главный. — Может, скажешь это нашему боссу в лицо?

— Если скажу, ты отдашь мне свою серьгу?

Мужик удивленно поглядел на своих дружков. Те пожали плечами.

— Ты походу герой, да? Ну ничего, босс нынче ищет героев.

— У него есть золото? — напирал я.

— Конечно, — и мужик ухмыльнулся. — Он золотой человек.

— Тогда веди.

Он мотнул головой и наша компания направилась куда-то в боковые проходы. Шли мы недолго, и вскоре я услышал рев толпы — он исходил откуда-то из глубины этих запутанных коридоров. Наконец мы вышли в большое круглое помещение, по центру которого располагалась глубокая яма, огороженная решеткой. Оттуда пахло магией, а вокруг бесновалась ряды зрителей. На стене висел плакат: «Арена. Бои без правил». За край ямы цеплялись чьи-то окровавленные пальцы, снизу кричали:

— Спасите! Я не хочу драться с ЭТИМ!

Затем истошный вой сотряс зал и бедолагу утащили вниз. Его крик оборвался в то же мгновение.

— Увы… Наш герой проиграл! — зычно провозгласили во всю глотку, и жирный мужик, развалившийся на трибунах, расхохотался. Телеса у него были аховые. По сравнению с ним, даже Гурий — воплощение атлета. Его окружали охранники с копьями. — Кто же закроет портал и спасет нас от жуткого чудища, окопавшегося в нашей яме? Ай-ай-ай…

К нему меня и повели.

— Эй, босс, вот этот пацан вчера увел твое золото!

Я же никак не мог оторвать взгляда от слитка, который красовался на постаменте неподалеку.

Цельный, золотой!

— Этот⁈ — удивился жирдяй, осмотрев меня с головы до ног. — Гурий… Ты чего, попутал?

Гурий замялся.

— Он портал закрыл, а я…

— Что, портал⁈ Этот хлюпик? Ты и меня решил развести на золото? — и босс чуть наклонился вперед. — Бросьте его в яму! Не люблю, когда меня пытаются обмануть.

Гурий попытался выкрутиться, но его, тыкая копьями в бока, принялись теснить к яме. Снизу довольно зарычали.

Босс же обратился ко мне:

— Ты знаешь, чье это золото, парень?

Я кивнул.

— Знаю. Мое.

Ох, не вовремя он хлебнул вина, ибо закашлялся так, что все его складки и подбородки заколыхались. Только помощь подручных помогла ему не задохнуться. В это время Гурий как мог пытался отбиться, но копья были против. Яма неумолимо приближалась.

— Постойте! Постойте! Я не виноват, он сам пришел!

Только жирдяй откашлялся, как к нему подскочил какой-то коротышка.

— Босс, посмотрите, кого мы поймали! Крутилась тут и что-то вынюхивала! — и кивнул себе за спину.

С обратной стороны ямы показались двое амбалов, а в их руках извивалась девушка в сером плаще. Волосы подстрижены под парня, в глазах застыл страх. Да, в тех самых зеленых, что мелькали на рынке. И теплое чувство — оно вернулось.

— Да, да! Ее бросьте! — визжал перепуганный Гурий, зависнув на краю ямы. — Я эту девку с утра видел! Она шпионка!

— Пустите, идиоты, я из Ассоциации! — крикнула она. — Мне нужно закрыть портал!

Жирдяй хохотнул:

— Как пожелаешь! Бросай!

— Стой! — рыкнул я, но ее уже швырнули вниз. Взвизгнув, она пропала во тьме.

— А, ты же у нас герой! — хмыкнул босс, повернувшись ко мне. — Раз так, то спаси свою принцессу. У нас тут арена, знаешь ли? Кто убьет монстра и закроет портал, получит…

Не дослушав его, я вырвал копье у одного из охранников и сиганул в яму. Внизу было темно, но мои зоркие глаза сразу разглядели ее — подволакивая ногу, девушка отползала к стене. Кажется, у нее вывих.

Стоило мне приземлиться, как она оглянулась.

— Ты тут сдохнуть хочешь⁈

Я не ответил и пошел вперед. Под ногами попадались кости, куски плоти и пустые доспехи. Впереди был вольер, решетка которого оказалась разорвана в клочья.

Вдруг стена сбоку как-то странно зашевелилась, и я отпрыгнул. Вовремя — из нее вылезло нечто черное и высокое. Жуткая тварь отдаленно напоминала человека, но глаза у нее были совершенно пустые, а рот растянут почти до «ушей».

— А вот и ты…

Вдруг сверху раздались голоса:

— Ставлю десятку, что они и минуты против монстра не продержатся.

— Отвечаю, две минуты максимум!

— Принято! Еще ставки⁈

Мне тоже захотелось поставить — на себя, конечно же — но тварь начала медленно подходить. Я посмотрел ей в глаза, и она застыла.

— Тебя… Тебя тут быть не должно… — раздался детский писклявый голосок. — Только не ты! НЕ ПОДХОДИ!

И она прыгнула к порталу. Дымовая склянка же была быстрее — рванула у самого портала, выпустив пахучее облако. Тварь отскочила и прямо на мое копье. Я навалился и пришпилил тварь к стене.

Затем вгляделся в ее белые глаза и…

— Не-е-е-ет!

Оружие вспыхнуло синим огнем, а тварь заерзала на копье как личинка. Полыхала она недолго — через каких-то пару секунд у моих ног лежала кучка пепла. Копье тоже сгорело дотла.

— Зараза… — выпалил я, смахнув капли пота со лба. Даже зачаровать оружие и то непросто. Дрянное тело!

Сквозь дым виднелся свет портала. Я было собрался закрывать его, как передо мной возникла та незнакомка. Найдя где-то палку, она ковыляла прямо к вольеру, где сверкал портал. Вытянув руку в позолоченой перчатке, она сунула ее в воронку. Спустя полминуты окно в другой мир схлопнулось.

— Я могла и сама справиться, — пробурчала девушка. — Не нужно мне…

Закачавшись, она плюхнулась на землю. Похоже, закрытие портала даром не прошло.

— Оно и видно, — хмыкнул я, присаживаясь рядом. — Дай посмотреть.

— Ты что, лекарь?

— Вроде того… — и аккуратно взял ее лодыжку.

Чтобы залечить вывих, сил требовалось порядочно, но я не скупился — наверху меня ждет сила целого брекета золота.

— Вставай — кивнул я, закончив «штопать» ее. Она сверкнула глазами, но промолчала.

Выбравшись из вольера, я задрал голову:

— Эй вы, вытаскивайте нас!

В ответ было молчание.

— Вы видели что произошло? Он победил? — раздался одинокий голос, но ему никто не ответил. Все молча хлопали глазами.

Через минуту нам все же спустили люльку. Оказавшись наверху, я направился к боссу и, поймав его удивленный взгляд, улыбнулся:

— Кажется, ты мне кое-что обещал?

Его морду перекосило, но он все же достал откуда-то кубок, покрытый простой позолотой. Взяв его, я фыркнул. Дешевка.

— Как насчет вон того куска? — кивнул я на слиток за спиной босса. Сила от него шла приличная. От одного взгляда на это чудо, мне стало лучше.

— Не наглей, парень, — недовольно произнес босс. — Кубок и мое уважение куда дороже золота.

Я ухмыльнулся. Какая же чушь… Сравнивать пустые слова какого-то толстяка и слиток чистого золота? Смешно.

— Что ж, — и, слегка нагнувшись, проговорил: — Я еще вернусь.

Глазами меня провожал весь зал. А вот девушки и след простыл. Видать, сильно перепугалась. В коридоре мне попался Гурий с тем мужиком с серьгой.

— Снимай серьгу, — и я сунул ему свою награду. — И забирай кубок чемпиона. С ним все дамы твои.

Поразмыслив, амбал быстренько снял сережку. Золота в ней было втрое больше, чем в этой дрянной кружке, так что я остался доволен. Слиток же оставлю на сладкое — но позже.

Он быстро ушел, и я повернулся к Гурию. От страха он аж позеленел.

— Как… Ты… Я видел…

— Ты мне должен, — сказал я, подойдя вплотную. — Золото за твою жалкую жизнь.

Взяв себя в руки, Гурий поманил меня за собой. Скоро я вышел вперед — зов был сильный. Мы очутились в подсобке, а в руках Гурия засверкала золотая монета — на ней было клеймо Башни.

Моментально выхватив ее, я заставил торговца вжаться в стену. Казалось, еще чуть-чуть, и он обделается.

— Не бей, прошу… У меня еще есть!

— Где? — холодно проговорил я.

— Приходи через неделю, а сейчас…

Но я всего лишь щелкнул пальцем по его носу.

— Ай! За что⁈

— Где ты берешь это золото⁈ — и снова щелчок.

— Ай! Его выбрасывают на рынок время от времени! Ай!

— Кто⁈

— Ай! Не знаю!

— Знаешь!

— Хорошо-хорошо… Говорят, оно из сокровищниц Коллекционера.

— Где его найти?

— Не знаю, честно! Только Малой знал!

— А где этот Малой?

— Смеешься? Ты нашел его труп в подвале!

Жаль… Малой бы мог многое рассказать. У меня был его телефон, но звонивший мне абонент не отвечал еще со вчера. Не будь у меня золотой серьги, я, наверное, расстроился, а так…

Золото всегда находило меня само. Нужно только подождать.

— Ладно, еще увидимся. Не умри раньше времени, — и я пошел прочь из этого дрянного места.

* * *

Крыша ближайшего здания.

Опять этот парень.

Он медленно двигался по улице и, как ни в чем не бывало, подкидывал золотую монету. Его тень в свете редких фонарей отчего-то казалась вполне обычной. Наверное, в тот раз просто показалось, однако…

— С этим парнем все равно что-то не так…

Базар давно остался позади, а значит, он теперь сам за себя. За углом к нему подошли двое.

— Эй ты, урод! Есть прикурить?

— Не курю, и вам не советую.

— Ладно, нам сойдет и твоя золотая монетка…

Они было накинулись на незнакомца, но тут же рухнули на землю, держась за разбитые лица. Бой был слишком быстрым — эти двое даже моргнуть не успели.

Парень присел на корточки.

— Есть золото? Так снимай!

И обобрав их до нитки, он пошел дальше. Загадочный человек последовал за ним. На этот раз на нем был особый плащ, а еще маска, и оба этих артефакта делали его просто тенью на стене, не более. Главное держаться от цели на расстоянии в пару сотен шагов, и все будет хорошо. Проследим за ним до…

Вдруг парень обернулся, и в его глазах мелькнули огоньки. Он смотрел прямо на преследователя. Покачнувшись, тот едва не рухнул с крыши.

Этот взгляд! Вертикальные зрачки…

Он юркнул в тени и исчез. Парень не стал его преследовать — стоял и молча смотрел на крышу.

Глава 5

Как пользоваться пассатижами?

Утро встретило меня тишиной. Блаженной тишиной. Было уже поздновато, но зато я выспался за десятерых.

Заглянув под матрас, я улыбнулся. Мои сокровища, они все были там и все хранили мой сон. Кое-что, конечно, больно впивалось в бок, и мне пришлось подложить пару монет под подушку, но было грех жаловаться. Силы во мне прибавилось, и это главное.

Спустился я в пустой зал. На часах уже полдень, а посетителей отчего-то не было. Один Борис стоял за стойкой.

— У меня две новости, — сказал он. — Плохая и просто отличная. С какой начать?

Я думал только секунду.

— Начни с плохой, — сказал я, рассудив, что всегда лучше знать о проблемах сразу. Так проще сформировать план действий.

— В переулке напротив нас открылся портал.

— Плохо. А хорошая?

— Его нам поможет закрыть профессионал, которого я вчера нанял в Ассоциации.

И отойдя в сторону, он кивнул на столик, за которым сидел маг в темной приталенной форме. Взгляд жесткий, губы сжаты, а еще…

— Опять ты⁈ — вырвалось у меня.

Брови вчерашней девушки удивленно поползли вверх. А я снова ощутил то самое чувство, которое не покидало меня с момента встречи в толпе.

— Я…

— Кто ты такая?

Я говорил спокойно, однако эмоции во мне буквально бурлили. Как я сразу не понял?.. Нет, ошибки быть не могло. Это не Она, но девушка явно с ней связана. Скорее всего, родственница — отклик Крови, знакомые черты лица, а еще глаза зеленого оттенка…

Она не торопилась продолжать беседу, и мне пришлось повторить вопрос:

— Кто ты?

— Наемный маг-арканист из Ассоциации, слепой что ли? — сказала она, показав нашивку на плече. — Я Марьяна. Закрываю порталы лучше любого мага.

Я улыбнулся. Лучше любого, вот как? А эта девчонка самоуверенна. Вчера этот ее недостаток чуть не сыграл с ней злую шутку.

— Повезло нам! — сказал Борис, встав рядом. — Я-то думал пришлют очередного хлюпика, который порталы видел разве что издалека, а тут арканист!

Девушка только вздернула нос.

— Хороша она или нет, мы узнаем только в процессе, — заметил я, чтобы немного подразнить эту Марьяну. В ней начинали разгораться эмоции, и я это чувствовал.

Она прошипела:

— Ты явно не понял, парень…

— Иван.

— Иван. Я не большинство. У меня порталы закрываются всегда.

Интересно, она в курсе, чья она родственница? А если да, то что сталось с Ней? Узнать нужно обязательно, но не в этой обстановке. Да и Борис не поймет.

Пока подождем. Посмотрим, что она может без моей помощи.

— Хватит болтать, время закрывать порталы, — вскочила Марьяна и направилась вон из бара. — Где цель?

— В переулке напротив, — ответил Борис, и тут со стороны улицы послышались звуки — нарастающие голоса, а за ними визг тормозов.

Снаружи собралась куча машин и людей в полицейской форме, которые оцепили территорию. Все столпились вокруг переулка, где зияла сверкающая трещина. Изнутри выбирались какие-то щупальца.

— Назад! Я арканист из Ассоциации! — крикнула Марьяна и, ринулась закрывать трещину.

Не успев выбраться в наш мир, тварь схлопотала заклинание и сдохла. Марьяна же смело подошла к червоточине. Ее перчатка вспыхнула, и после нескольких манипуляций, портал схлопнулся. На все ей потребовалась какая-то минута.

Сдув с пальцев дым, девушка направилась к нам. Полицейские провожали ее одобрительными взглядами, кто-то даже присвистнул.

Мы вернулись в бар.

— Неплохо, — кивнул я. — Родители научили?

В ответ Марьяна отчего-то смутилась.

— Бабушка… Но сейчас я сама по себе.

Я вскинул бровь. Бабушка, вот как? Интересно, интересно… Надо бы встретиться с ней, и побыстрее.

— Так, Борис, — сказала Марьяна, — мои услуги больше не нужны? У меня так-то еще заказы.

Бармен кивнул и пододвинул ей полный бокал пива.

— Если что, звякну. Вот, за счет заведения.

Марьяна взялась за кружку. На меня она старалась не смотреть, но я чуял, как беспокойно билось ее сердце.

Тоже чувствует во мне нечто необычное.

* * *

Королевский дворец.

— … Ваше величество? Ваше… Вы слышите?

Сидящая перед камином Дарья с трудом оторвалась от донесений разведки, которые читала последний час. Вернее, пыталась читать, но все без толку — слова упрямо не желали складываться в предложения. В голове было пусто.

Отложив документы, она откинулась в кресле со словами:

— Что такое? Снова порталы?

Дворецкий покачал головой:

— Нет. Вернее, да. Дюжина по всему городу, и это только зарегистрированные. Но я не об этом…

— А о чем?

— Ваша внучка…

— Нашли?

— Нет, но мы засекли ее след около Черного базара. За ней уже отправился Аристарх.

— Пусть не показывается мне на глаза, пока не исправит свою ошибку, ясно?

Дворецкий кивнул и, извинившись, покинул покои Королевы. Она снова взялась за донесения, но в углу колыхнулась тень.

— Снова ты? — покосилась на него Дарья. — Только не говори, что опять поймали лазутчика. Ими вся темница забита.

Тень неслышно скользнул к ней и, склонившись над ее ухом, прошептала:

— На этот раз на Черном базаре. Всплеск Древней магии.

— Вот как?.. Кто же?

— Некто… странный. Молодой человек.

Дарья оживилась.

— Кто он?

— Мы не смогли узнать, он ушел очень искусно. Но мы найдем его в течение суток.

Кивнув, Королева отпустила своего шпиона. А затем с тоской посмотрела в пламя камина.

— Значит, ты еще не принял окончательное решение…

* * *

Закрыв дверь спальни, я выложил все до последней монеты на столик. Улыбка сама появилась на моем лице.

Да, чем золото ближе, тем я сильнее. Ощущения приятные, будто все тело становится легче. Но вот вопрос — где хранить все это? Не с собой же таскать постоянно увеличивающиеся богатства? Башни пока нет, а значит, надо что-то придумать.

Я огляделся. Вариантов оставалось немного: либо расковырять телевизор и сунуть ценности туда (боюсь, Борис будет против), либо…

Пока я в задумчивости ходил из угла в угол, простукивая стены и половицы, в зеркале что-то сверкнуло. Сначала мне показалось, что это блик от окна, но, присмотревшись, понял, что блестит… моя рука. Вернее, небольшая чешуйка на запястье — твердая как металл. Спустя несколько секунд, она начала испаряться.

Следом в окне мелькнул силуэт Марьяны — удаляясь от бара, она оглянулась. Видно, искала меня. Через миг девушка юркнула за угол, а чешуйка окончательно исчезла.

Я же в задумчивости вернулся к поискам тайника.

Никакой ошибки быть не могло. Родовой дар перешел к новому носителю, и близость к этой девушке понемногу возвращает мне утраченный облик…

— Забавно… — пробормотал я и нащупал в стене неплотно сидевший кирпич. За него и спрятал все добро. Себе же оставил только самые сильные монеты — с клеймом — а затем поставил к стене диван.

— Готово, — выдохнул я, как снизу послышался шум. А еще крики.

Внизу я был спустя считанные секунды, а там мой взгляд наткнулся на знакомое трио: Плешивого, Пузана и Бороду. Ничего не стесняясь, они с энтузиазмом переворачивали все вверх дном. О стены разбивались кружки, по полу текли ручьи пива, а всех, кто находился внутри, просто выкидывали на улицу.

Борис же был за стойкой, а спиной ко мне стоял здоровяк в кожаном плаще. От него шел манящий аромат золота.

— Борис… — вздохнул он. — Ты в бизнесе уже лет пятнадцать, верно? И до сих пор не понял, как нужно вести дела?

По полу заскрежетало что-то тяжелое, и еще двое бандитов вытащили из подсобки сейф.

— Нашли, босс!

Главарь хохотнул.

— Открывай, Борис. Не заставляй нас вышибать эту дверцу твоим лбом.

Сплюнув, бармен открыл сейф и от души пнул его. Под веселый звон под ноги главному высыпалась куча медяков.

— Забирай и вали!

— Ах ты… — охнул главарь. Его глаза вспыхнули бешенством. — Где бабки? Я знаю, у тебя их много! Тут пьет половина района!

— Все бабки в деревне!

— Че⁈ — и у него в руках появились пассатижи. — А ну-ка, парни подержите этого шутника. Сейчас он все скажет…

Предвкушая добычу, я вошел в центр зала. На моем лица лежала мягкая улыбка.

— Вы принесли мне золото?

Босс обернулся. В губе, в бровях и в носу сверкнули колечки. Золотые, конечно же!

Если не считать этого здоровяка с кольцами, бандитов было пят… А нет, едва завидев меня, Пузан мигом скрылся за дверью. Значит, четыре. Отнимем Бороду с Плешивым, которые пятились к стойке, и останется всего парочка дебоширов. Жаль, я рассчитывал на большее.

Главарь же при виде меня оскалился. Во рту блеснула целая коллекция коронок. И тоже золотых. Что за подарок сделала мне эта троица!

— Это ты тот самый герой?.. Серьезно⁈ — на его лице застыло недоумение. Он обернулся к своим людям. — Этот⁈

Бандиты закивали.

— … Идиоты. И вы испугались какого-то пацана⁈ Иди сюда!

Он сделал всего шаг. Наши глаза встретились, и что-то его остановило. А мою руку нет — она вцепилась ему в горло.

* * *

Бар «Золотой котел».

У Бориса мурашки бегали по коже, когда он смотрел на Ивана. Если вчера ему казалось, что парень чу-у-уточку изменился, то нынче бармен поймал себя на мысли, что нет… он ЧЕРТОВСКИ сильно изменился.

Стоило Ване ворваться в круг врагов, как сразу двое рухнули на пол и больше не поднялись. Третий отлетел в сторону с одного тычка — и перекинуло через барную стойку. Еще пара тяжелых ударов, и Иван стоял уже один. Перед ним, прижимая ладонь к лицу, валялся главный. Он единственный был в сознании.

Иван сел перед ним на корточки.

— Снимай.

— Что?..

— Снимай золото!

Взгляд Ивана стал совсем холодным. Хоть он и не смотрел на Бориса, но и тот слегка струхнул.

Вдруг сзади еле слышно скрипнула дверь, и сзади к Ивану начал подкрадываться еще один бандит. В его руке был нож. Борис подхватил кружку, и литровый пивной снаряд угодил горе бандиту точно в лоб. Тот рухнул как шкаф, а вот кружка даже не разбилась. Бармен знал толк в качестве.

Он облегченно выдохнул и поймал взгляд Ивана. Тот поднял вверх большой палец.

Главарь за его спиной держался за нос и что-то мычал — а еще складывал ему в ладонь свой пирсинг. Когда последнее колечко оказалось у Ивана, тот спросил.

— Это все?

— У меня больше нет! — взвизгнул главарь, но его подвели зубы — коронки сверкнули между его разбитыми губами чересчур сильно. Он тут же прикрыл рот, но было поздно.

Иван повернулся к бармену.

— Борис, не передашь пассатижи?

* * *

Логово бандитов.

В дверь подвала застучали привычным шифром — и охранник пошел отпирать. Он открыл окошко и увидел разрисованную рожу изрядно помятого типа, в котором едва угадывался их начальник.

— Босс, что стряслось? А где парни⁈

— Фсе форфальмо. Отфрыфай дафай!

Открыв дверь, удивленный охранник пропустил начальство. Хромая тот прошел внутрь, а следом за ним юркнул какой-то пацан. Стоило столкнуться с ним глазами, как охранник отшатнулся. Ему померещилось что-то странное.

— Не запирай. Мы ненадолго, — бросил парень через плечо. Они скрылись в коридоре, а охранник еще некоторое время смотрел им вслед.

Не могут у такого молодого парня быть такие глаза… Ну просто не могут…

* * *

Перед нами стоял сейф. И большой.

Покрутив круглую ручку, Эмиль, а именно так звали главаря, открыл дверцу, за которой и лежали мои сокровища. От блеска золота у меня непроизвольно вылезла улыбка.

— Вытаскивай.

Еще тут имелись толстые пачки расписных бумажек, стянутые резинкой. Я еще удивлялся тому, что люди используют какую-то бумагу вместо нормальных металлических денег. Ну что ж, пришлось забрать и их.

Набив ценностями две сумки, я кивнул Эмилю.

— Молодец. Ты хорошо потрудился, человек.

— Фы отфуфтишь меня?..

Я задумался.

— Ну раз ты просишь….

Прежде чем беззубый рот бандита снова успел открыться, я врезал ему — не сильно, совсем чуть-чуть вложив магии. Эмиль влетел в сейф и опрокинул его. Остатки его зубов укатились под стол.

Мне очень хотелось подробно объяснить ему, почему ни он, ни его компания больше никогда не должны приближаться к заведению Бориса, но бандит благоразумно потерял сознание.

Решив, что с этого никчемного хватит, я подхватив сумки и направился к выходу. По пути мне не встретилось ни единой живой души. Наружная дверь была открыта нараспашку.

* * *

Черные машины у входа в «Золотой котел» мне сразу не понравились, и я решил пока припрятать свои сокровища. Забравшись в спальню по пожарной лестнице, сунул сумки под кровать, а сам направился вниз. У меня в руке снова были пассатижи. Если это очередные любители выколачивать «долги», то этот инструмент мне пригодится.

В баре уже успели убраться, но посетителей снова кто-то умудрился распугать. Этот кто-то выглядел куда серьезней предыдущих: хоть на всех четверых и была неприметная гражданская одежда, но от каждого несло ТАКОЙ волной магии, что можно не сомневаться — это маскировка.

Среди них стояла Марьяна. Ее кулаки были сжаты, а на висках блестели капельки пота.

— … Пойдемте, Марьяна Васильевна, бабушка ждет, — послышался голос старшего с морщинистым лицом. Взгляд же отливал сталью. — Хватит вам бегать по улицам.

Марьяна вскинула нос.

— Я сама по себе, Аристарх! Ты мне не нянька!

— Увы, у меня приказ.

— А плевала я на твои приказы! — фыркнула она, сложив руки на груди. — Я тут на работе, не заметил?

Аристарх покосился на барную стойку, где стояла недопитая кружка пива. И вздохнул:

— Марьяна Васильевна, мне жаль, но мы должны доставить вас к бабушке.

Ей на плечо упала рука. Дернувшись, девушка тут же ее сбросила, но ее схватили за плечи.

— Пусти!

— Что такое? — сказал я, встав за спиной у няньки. — Если она не хочет, то отойди от нее, человек.

Тот медленно повернулся, и наши взгляды встретились. Его попытку «пнуть» меня аурой я встретил улыбкой. Но дед был хорош — мой Взгляд наткнулся на почти непробиваемую стену. Его магический фон был просто колоссален. Не то, что у этих клоунов из подворотни.

— Прошу прощения, но вы здесь лишний, — невозмутимо сказал он. — Я от ее родителей.

Его аура вновь дернулась, и будь перед ним обычный человек, он упал бы в обморок или понял, что лучше не лезть. Но я не совсем человек.

— Марьяна, он говорит правду? — спросил я.

Краем глаза уловил движение одного из них. Он тянулся к чему-то спрятанному под пиджаком. Поймав его взгляд, я покачал головой. Рука остановилась.

Марьяна же вздохнула:

— Да, Ваня, он говорит правду… Это от ба-а-абушки. — Она скорчила гримасу, посмотрев на старика. — Няньки!

— Значит, к бабушке? — улыбнулся я. — Может, я тоже составлю тебе компанию?

Она удивленно захлопала глазами. Как и все вокруг. На пару секунд повисло напряженное молчание, затем нянька склонил голову набок.

— Разумеется, Иван, — задрав нос, кивнула девушка и пошла к выходу. — Он едет со мной!

За ней поспешил и нянька.

— У вас появились новые друзья, Марьяна Васильевна?

— Знакомые, — ответил я. — И мне ОЧЕНЬ хочется познакомиться с ее бабушкой.

* * *

Поездка выдалась той еще — сиденья в автомобилях были очень удобные, но атмосфера внутри оказалась гнетущей. С меня всю дорогу не сводили глаз. Никто не произнес ни единого слова.

Скоро в окнах показались желтые стены дворца, окруженные зелеными угодьями. Я не удивился — носительница Крови не может не жить во дворце. А значит, и Она тоже.

Остановились мы перед огромными воротами. Дверь открылась, и мы вышли наружу.

— Блин, опять я здесь… — буркнула Марьяна себе под нос. Нас встречала целая рота слуг.

Встречая поклоны, мы втроем с Аристархом направились через площадь со множеством фонтанов, в центре которой возвышался очередной памятник Олафу — этот негодяй в виде какого-то золотистого атлета разрывал пасть… мне!

Серьезно? Все было не так!

— С тобой все хорошо? — спросила Марьяна, уловив мое настроение.

— Я в норме…

И вот мы пошли по богатым коридорам дворца. Магией здесь дышал каждый камень, а еще чем-то знакомым — словно частичкой меня. И да, тут было золото. Много золота.

Пройдя десяток дверей, мы оказались в парадном зале. Там все пело роскошью: и огромные мраморные колонны, и резьба, и позолота. Мягкий свет лился через высокие витражные окна. Все как я люблю.

В дальнем конце зала располагался трон, окруженный гвардейцами. К нему мы и направились.

* * *

Королевский дворец.

Королева сидела на троне. Ее глаза метали молнии.

— Бабу…

— Молчи! — прогремел ее грозный голос. — Ты знаешь, как я волновалась⁈ Два месяца ни писем, ни звонков!

Марьяна фыркнула.

— Ты сама сказала, что мне нужно узнать жизнь с самого низа, а не сидеть взаперти!

— Да, но под присмотром Аристарха, — холодно проговорила бабушка. — А этот старый гриб искал тебя целых два месяца. Тебя и на учебе почти не видно. И что ты сделала со своими волосами⁈

— Так сейчас ходят… — промычала Марьяна, коснувшись своих коротких волос.

— Кто? Оборванцы? Кто это с тобой?

Марьяна сделала шаг в сторону, и на ее место вышел Иван. Она сама не понимала, кто он и почему постоянно защищал ее, но отчего-то в его компании ей было совсем не страшно.

Он поднял свои странные глаза. Несколько секунд они молчали, а затем бабушка медленно встала с трона. На секунду на ее постоянно серьезном лице проступила грусть.

Марьяна впервые видела бабушку такой растерянной.

Губы королевы дрогнули:

— Ты…

— Я, — кивнул Иван.

Сердце в груди Марьяны билось все сильнее. Но она не могла объяснить — отчего? Теперь ей показалось, будто этот молодой человек был старым знакомым бабушки. Но откуда?

Вдруг Королева опустилась на трон и громко сказала:

— Все вон! А вы двое — останьтесь!

От авторов: Дорогие друзья! Вашему вниманию новая история! От ваших лайком и комментариев будет зависеть судьба произведения! Не забывайте добавлять в библиотеки и приятного чтения!

Глава 6

Где Олаф?

Двери закрылись, и мы остались втроем. Затем стены окутало магией.

Я же не мог отвести взгляд от трона.

На нем сидела Она. Моя Дарья. Моя принцесса в башне.

Мне безумно хотелось рассмотреть ее поближе. Любоваться ею… Не в силах лишить себя этого удовольствия я медленно поднялся к трону и навис над Королевой.

Еще один ее жест, и вокруг нас образовался второй магический купол. Все звуки затихли, оставив нас наедине.

— Давно не виделись, — сказала она. — Позволь мне поближе разглядеть твое новое лицо.

Я склонил колено, оказавшись подле ее ног. Нежные ладони аккуратно дотронулись до моего лица, а я еще пристальней всмотрелся в эти глаза. Один небесно-голубого цвета, другой отливал изумрудным.

Да, это она. Моя Принцесса.

— Ты такой молодой, — улыбнулась она. — А я за минувшие годы постарела… Превратилась в сморщенную старуху.

Я взял ее тонкую руку:

— Ты все та же девочка, что и сто лет назад, Принцесса. Хотя нет. Думаю, что ты стала еще красивее, моя Королева.

В уголках ее глаз на мгновение сверкнули слезы, но она тут же смахнула их и снова стала холодной, как камень. На лицо легла бесстрастная королевская маска. Однако я чуял, как торопливо бьется ее сердце. Этот стук ни с чем не перепутать — каждую ночь в Башне я слушал его, как колыбельную.

— А ты очень изменился, — и ее губы слегка дрогнули. — Стал не таким высоким.

Я в ответ мог только улыбаться и смотреть на нее.

— Надеюсь, Олаф тебя не обижал?

— Поверь, я сама могу обидеть кого угодно.

Тут она скинула магическую завесу и обратилась к Марьяне, которая недоуменно переводила глаза то на меня, то на свою бабушку. Ее щеки порозовели от смущения. Девочка все еще не понимала, кто я и почему ее бабушка так себя ведет.

В воздухе нарастало легкое давление.

— Не бойся, дорогая, — сказала Дарья. — Это… друг. Верно?

Я кивнул. Быть ей врагом я уж точно не собирался.

— Что за друг? — спросила Марьяна. — Кто он?

Наши взгляды столкнулись, и ее щеки вспыхнули по новой.

— Помнишь сказки, что я тебе рассказывала в детстве? — спросила Дарья свою внучку. — Про башню, бесконечные коридоры и комнаты, доверху набитые золотом? Так вот…

— Но это же сказка? — удивилась Марьяна.

Дарья только покачала головой.

— Нет.

— … И ты хочешь сказать… что это ТОТ САМЫЙ монстр⁈ Разве это не миф?

Покачав головой, Королева продолжила молча смотреть на меня.

— Не бойся, девочка, — сказал я Марьяне. — Ты все осознаешь — со временем.

— Ответь, — вновь заговорила Королева. — Почему?..

Я пожал плечами.

— Почему в этом теле? Почему сейчас? Мне самому хотелось бы понять… Однако я могу предположить — потому что мир на грани?

Внешне Дарья осталась спокойной, но внутри вся напряглась.

— Ваш мир трещит по швам, — продолжил я, медленно спускаясь к Марьяне. — Я жив всего несколько дней, но за это время понял, как же все стало паршиво. Порталы, безответственные маги, неконтролируемая сила и глупость… Полагаю, даже в этом дворце никто не в безопасности, раз ты накрыла зал Куполом тишины?

Королевская маска Дарьи не выдержала — на ее щеках начала распространяться бледность. Я же горько улыбнулся.

— Понимаю. Очень жаль… Пока я шел сюда, слышал перешептывания, коими полнится каждый закоулок в этих стенах…

— Достаточно, — оборвала меня Дарья. — Ты прав. Мир на грани, а после смерти Короля власть рискует разойтись по швам. Впрочем, она и при нем не отличалась прочностью.

— Отчаянное заявление.

— Зато правдивое. За век без тебя мир изменился, и речь не только про магию. Обретя силы, люди тут же начали делить земли, и чуть не довели дело до взаимного истребления. Мне страшным трудом удалось воссоздать порядок. Но, как видишь, не до конца. Нынче в городе действуют банды, в провинции окопались демонопоклонники и повсюду — монстры из порталов. Долгие годы мне удавалось держать государство под контролем, но…

Она вздохнула.

— … даже самые преданные люди иной раз превращаются в тайных врагов. А без Короля они показывают зубы.

— Дай угадаю, — сказал я. — Инквизиция, ордена, гильдии и горячие головы из народа?

Дарья кивнула.

— Многие еще помнят, с КЕМ мне пришлось провести молодость, и это серьезно осложняет дело. Мое прошлое — моя слабость. Пользуясь ею, многие пытаются урвать кусок посочнее. И в первую очередь те, кто собирается за столами Совета и Арканума. Самые влиятельные маги и аристократы Королевства.

— Отчего ты не приведешь их к покорности? — спросил я. — Один приказ, и…

— Не все так просто. За каждым креслом Совета стоят рода из сотен и тысяч боевых магов, и у всех свои интересы. Пока мне удавалось играть на их взаимной вражде, они верны государству. Но если попытаться вмешаться в их дрязги, они найдут способ убрать меня.

Я хохотнул. Марьяна же при слове «убрать» стала бледной как полотно.

— Бабушка… Ты никогда не говорила о…

— О том, что власть — тяжелое бремя, и даже монарх не властен надо всем в Королевстве? Да, не говорила, потому что ты была слишком мала. Но теперь самое время повзрослеть, Марьянушка.

Дарья сказала это каким-то угрожающим тоном.

— И больше я не потерплю от тебя самовольства. Я уже не молода, и вскоре придет тот день, когда на этом троне будешь сидеть ты.

Услышав эти слова, девушка буквально уменьшилась в размерах. Теперь понятно, отчего она бежала.

— Как же непросто быть слабым человеком, — сказал я. — А ведь при мне такого развала не было…

— А кто бы осмелился противостоять тебе? — с ухмылкой произнесла Королева. — Мне же приходится искать другие методы.

— Результат этих методов перед тобой. Нарождающийся хаос.

— Бабушка делает то, что может! — воскликнула Марьяна и сделала шаг ко мне. — Как ты смеешь упрекать ее — ты…

Я хищно сощурился и Марьяна, ойкнув, отступила.

— Молчи. Ты ничего не знаешь о власти, девочка. А ты, Дарья…

— Что я? — и Королева улыбнулась. — Я такая же, как ты. Такая же слабая… Такой же человек.

— В этом моя сила. Никто не знает, кто я.

— Ага… вот как? — протянула Дарья и вцепилась в подлокотники. — Думаешь, справишься лучше?

— А ты дашь мне шанс?

Дарья вскинула подбородок.

— Даже пожелай бы я — никто из моих подданых не подпустит чужака к трону. А если они узнают, КТО ТЫ…

Повисла пауза.

— Не бойся, — продолжила она чуть спокойнее. — Конечно, я никому не расскажу… Я не хочу потерять тебя еще раз. Но мне нужна твоя помощь.

— Или… — и я наклонил голову набок. — Тебе нужна покорность?

— Нет. Только союз. Корона пускает тебя под крыло, а ты…

— … я буду помогать чьим-то задницам в Совете?

Дарья выпрямилась на троне. Ее лицо ничего не выражало.

— Значит, ты отказываешься? Не хочешь быть союзником Короны?

— Я не хочу быть союзником тех, кто превратил все в пепелище.

— А лично… моим? — и ее голос еле заметно дрогнул.

Да, это другое дело. Узнаю свою Принцессу. Непроизвольно на моем лице вылезла улыбка.

— Правильный вопрос. Да, я буду твоим союзником. Но займусь я всем сам.

Королева замолчала. Было видно, как она борется с искушением у себя в голове.

— Это будет сложно… — наконец сказала она. — Если тебе что-то нужно…

— Все что мне нужно — это моя Башня. А еще мое золото и…

И я посмотрел на Марьяну.

— Она.

— Принцесса? Все же желаешь поиграть в политику? — удивилась королева.

— Я не политик. Ты знаешь, зачем мне она.

Королева улыбнулась.

— Твое появление уже меняет политическую карту, дорогой. Пусть уже сотню лет как ты мертв, но твоим именем все еще пугают детей. Даже обезумевшие культисты воспринимают тебя как Зло. Хотя все же кое-кто считает тебя умершим богом…

Я фыркнул. Нет, люди не меняются даже спустя столетие.

— А теперь ты воскрес… — проговорила Дарья. — Интересно…

— Боги — это выдумка. Плоды немощи, пища и дурман слабых.

— Согласна. Однако Магистр Инквизиции с тобой бы не согласилась.

— Плевать мне на Инквизицию. Да и на всех, кто встанет у меня на пути.

— К чему? — и Дарья сошла с трона. — К Башне? Она под охраной Инквизиции, даже мне непросто попасть за ее стены. Или к моей внучке? Увы, и тут промашка — ее статус…

— Статус⁈

Королева кивнула.

— Мир слишком сильно изменился, и даже будь на то ее и моя воля, аристократия не даст тебе и пальцем пошевелить. Попробуешь пойти против, тебя раздавят, и глазом моргнуть не успеешь.

Мне нечего было ответить. Исходя из того, что я видел вокруг, она права на все сто. Мир слишком сильно изменился. Да и я, как ни крути, тоже.

— Поэтому если хочешь возродиться, тебе придется играть по правилам. В политику.

Я глубоко вздохнул. Круг замкнулся.

— Допустим, я захочу немного поиграть, — заговорил я после короткой паузы. — Что мне для этого нужно?

На губах Дарьи заиграла торжествующая улыбка. Я же внутренне выругался. Воистину — моя Принцесса уже давно не девочка, и в эти политические игры она погрузилась по шею.

— Всего ничего, — отчеканила она. — Тебе нужно стать аристократом. Марьяна… объясни нашему другу, как ему получить искомое.

— Но…

— Это приказ. Поможешь зверю стать человеком.

Пересекшись глазами с напрягшейся Марьяной, я улыбнулся и посмотрел Дарье в глаза.

— Мы еще встретимся? Моя Королева?

— Конечно. А теперь ступай. И без титула не возвращайся.

Хохотнув, я направился на выход. И все же меня не покидал один вопрос. Наверное, самый интересный из всех.

— Кстати… А где сейчас этот ваш Олаф?

Дарья опять улыбнулась. Как-то хищно.

— Ах… Так ты не в курсе?.. Как интересно! Его адрес ты получишь на выходе.

* * *

Логово бандитов.

— И он отфуфтил меня! Отфуфтил!

— Чего сделал⁈ — удивлялись подельники Эмиля.

Тот сидел на стуле и всячески пытался объяснить, как так получилось, что банальный рейд превратился в сущий кошмар. За его спиной стоял сейф. Абсолютно пустой. Как и рот Эмиля. Там дергался только язык, а оставшиеся три зуба лежали у него в кармане.

— От-фуф-тил!

— Тьфу! — скривился его товарищ. — Ты хочешь сказать, что какой-то пацан из «Золотого котла» оттделал тебя?

— ДА!

Переглянувшись, подельники только рассмеялись.

— Фто фмефного⁈ Итиоты! Быфтро ноки в руки и найтите мне этофо ублютка!

Но никто не двинулся с места. В коридоре хлопнула дверь, и к ним вошел еще один бандит. Глаза Эмиля округлились.

— Лео…

— Привет, дружище, — и он, с тоской поглядев на пустой сейф, обратил свои глаза к Эмилю. — Где МОИ деньги?

— Они у…

— Не у тебя? Жаль, а ведь я давал их ТЕБЕ.

— Они у мелкого…

— Эй, ты что, — и он опустился перед Эмилем на колено, — отдал мои деньги какому-то мудаку? МОИ деньги! ОТДАЛ⁈

— Нет… я…

— Найдешь их?

— Да!

— Эй, парни, — и Лео оглянулся, — помогите ему с поиском. Кажется, он оставил их в сейфе.

Немного помешкав, подельники стащили Эмиля со стула. Взвыв, тот попытался вырваться:

— Фто? Да как фы фмеете, мхази? Я фам флачу, и фы!..

Ему тут же прилетел удар в лицо, и он рухнул на стул.

— Кстати, да, — ухмыльнулся Лео, — сегодня, должно быть, день зарплаты. Твои друзья ждут.

И у всех на лицах расплылись улыбки. Оглянувшись на пустой сейф, Эмиль затрясся.

— Кажется, не ты им платишь, Эмиль, — развел руками Лео. — А я.

На лбу бандита засверкали капельки пота. Его снова схватили за плечи и потащили к сейфу.

— Пахни… Я фсе фехну!

— Хорошо! — улыбнулся Лео. — Как найдешь наши деньги, постучись!

— Стофте! НЕ-Е-ЕТ!

Но его просто сунули в сейф. Затем захлопнули дверь и защелкнули замок.

* * *

Марьяну мне пришлось подождать пару минут. Бабушка еще о чем-то болтала с ней, а я ждал ее в коридоре.

— Политика… — бормотал я, комкая бумажку с адресом в кулаке. — Политика не мой удел…

Однако, как ни крути, видимо придется погрузиться в это дело с головой. Но сначала Олаф. Найду его, посмотрю на его жалкое постаревшее тело и задушу своими руками.

А потом уже политика.

— Ага, а чем ты привык заниматься? — хмыкнула Марьяна, выходящая из тронного зала. Двери за ней сразу же закрылись. — Спать на куче сокровищ целыми днями?

Я посмотрел на нее. Строго.

— Это была шутка…

— Не самая смешная, — сказал я. — О каком испытании говорила Принц… твоя бабушка?

— Ежегодное обязательное магическое Испытание. Его проходят все соискатели статуса.

Я поморщился. Заниматься всей этой ерундой у меня желания не было — мне нужна Башня, золото и эта девчонка, которая идет рядом. Ее бабушка, увы, полностью потеряла своей потенциал Крови, передав его новому поколению.

Однако она по прежнему красива, как в былые времена…

Покосившись на Марьяну, я прищурился. Забавно… Пять минут назад чуть в обморок не грохнулась, узнав КТО перед ней, а теперь болтает, будто мы старые знакомые.

— И что нужно делать? — спросил я, и мы пошли на выход.

Марьяна пожала плечами.

— Доказать, что ты достоин. Каждый год они придумывают что-нибудь новенькое.

Звучало это очень в духе людей. Ладно, пока придется играть по их глупым правилам.

Мы вышли во внутренний сад, и у меня заурчало в животе. Опять это слабое тело бунтует… Вдруг сзади нас кто-то прокашлялся. К нам подошел тот самый нянька Аристарх.

— Рад, вновь видеть вас в родных стенах, Марьяна Васильевна, — улыбнулся он и посмотрел на меня своим ничего не выражающим взглядом. — И вас, Иван Петрович. Вот, Королева просила передать это вам…

И он протянул мне листок с надписью «Дом Олафа». Там был адрес.

— Спасибо, Аристарх, — кивнула Марьяна. — Я провожу его.

— Но…

— Никаких «но», — и подойдя к Аристарху, она покачала пальцем у него перед лицом. — И не вздумай отправлять за нами хвост! Знаю я тебя!

Старик только кивнул на слова своей подопечной, а Марьяна повела меня к выходу.

— Не думай, что мне сильно нравится твое общество… — буркнула она мне на ухо. — Просто надоело, что за мной постоянно пытаются «приглядывать».

— Это твоя судьба, девочка, — сказал я. — Противиться судьбе — верх неразумности.

Она фыркнула, а я улыбнулся. Когда-то и ее бабушка была такой же бунтовщицей. Тоже фыркала на Судьбу.

В животе опять начало урчать, и я осознал, что прежде чем встретиться со своим убийцей, следует подкрепиться.

Есть во дворце мы не стали, поэтому поехали…

— Нет, только не в ту рыгаловку! — замотала головой девушка. — Есть же приличные места!

Это «приличное место» оказалось какой-то забегаловкой с белыми скатерьтями, занавесочками и цветочками по углам. Название было подобающим — «Под плащом у Олафа». Сначала я обрадовался, глядя на то, как много тут золотых люстр и канделябров, однако все вокруг было просто фальшью.

— Терпимо…

Зато еда тут была довольно вкусной.

— Слушай… — сказала Марьяна, отложив вилку. — Ты ешь как зверь…

Я с укором посмотрел на нее.

— А, ну да… — кивнула она. — Возьми нож в правую руку! И положи салфетку на колени!

— … Ладно.

Этот «ритуал» напомнил мне наши с Дарьей препирательства — она тоже учила меня этикету. И научила, чего уж греха таить? Просто я всегда считал это ужасно глупым.

Скоро еда закончилась и живот перестал издавать странные звуки.

— Что, раньше таких яств не приходилось пробовать? — спросила Марьяна, ковыряя салат.

— Отчего ж? Твоя бабушка готовила лучше всех на свете.

Лицо Марьяны отчего-то потемнело.

— И… она любила тебя?

Я кивнул.

— Конечно. Она до сих пор любит меня.

— И?

— Что «и»?

— И все?

— А этого мало?

Марьяна закатила глаза.

— Тогда неудивительно, почему она вспомнила о тебе так редко…

А вот тут было обидно.

— Как так⁈

— А вот так. Она много говорила про Олафа, но про тебя — нет… Эй, ты чего?

Вилка между моих пальцев начала гнуться. Марьяна подняла ладони. Сдержав гнев, я проговорил:

— И что она обо мне вспоминала? Что я чудовище, а этот Олаф герой?

Она задумалась.

— И да, и нет… В детстве она рассказывала мне сказки про красавицу и чудовище. Как она учила его танцевать. Как они летали в небе над городами. Как смотрели на звезды…

— И ты верила в них?

— Нет, — сказала она, а затем прошептала. — Однако бабушка всегда втайне посмеивалась над версией о том, что ты держал всех в непрекращающемся ужасе и ел девственниц на обед, а Олаф всех спас. Мол, это враки и что на деле все было… сложнее.

— Сложнее? Все было наоборот.

— Мне лично без разницы. Но вот в Принцессы мне что-то не хочется идти… Кстати, а зачем тебе Башня и золото?

— Потому что они мои, — глядя ей в глаза, ответил я. — Все это принадлежит мне.

— И все?

Отчего бы ей не рассказать правду? Так она поймет и мои желания.

— Башня дарует настоящее бессмертие. Золото — силу. А твое присутствие возвращает мне истинный облик.

Отодвинув рукав, я показал ей чешуйку.

— Мое? — удивилась девушка. — При чем тут я⁈

— Не конкретно ты… В тебе течет Кровь древних царей. Она передается по наследству к последней родившейся девушке. И как правило, к Принцессе.

— Значит, бабушка для тебя была только… предметом⁈ — вспыхнула она.

— Поначалу да, но потом…

К столику подошел официант.

— Ваш счет, Марьяна Васильевна.

Пожалуй, на сегодня с объяснениями хватит. Расплатившись, мы вышли из ресторана.

— Теперь к делу, — и достав адрес, я протянул его Марьяне. — Знаешь, где это?

Взяв бумажку, Марьяна загадочно ответила:

— Более чем…

Поймав такси, мы поехали к тому месту, где меня ждал Олаф — этот надменный, глупый человечишка.

Нащупав в кармане пассатижи, я улыбнулся. Сделаем ему сюрприз.

— Вообще тебе нужно научиться быть человеком, — шепнула мне Марьяна.

— Повторяю, я не человек.

Она фыркнула.

— Если моя судьба — это стать твоей, то мне нужен человек.

Я хохотнул и начал перечислять:

— Люди слабые. Жалкие. Трусливые. Лживые. Гнусные. Они мало живут и очень быстро умирают…

Марьяна махнула рукой.

— Как-нибудь переживу. Еще: Башня мне тоже не нужна. Хватит с меня дворца.

А вот тут она попала ниже пояса.

— Чем это тебе не нравится Башня? — и я кивнул на мрачную твердыню, видневшуюся вдали. — Она высокая, прочная и там есть где хранить золото. Что тебе еще нужно?

Марьяна застонала.

— Уют! Электричество! Чистые простыни!

— Какая глупость… — фыркнул я.

— Сам ты глупость! Ты чего думаешь? — и эта осмелевшая девка уткнулась в меня свой ноготок. — Я как бабушка? Которую ты просто похитил, посадил в холодную Башню и жил с ней припеваючи, как король?

Я иронически улыбнулся.

— Это тебе по телевизору сказали? Кровь сама выбрала ее, как и тебя, девочка. Против крови не пойдешь.

— Это в прошлом. Нынче совсем другое время.

— Я и гляжу… — буркнул я и снова покосился в сторону Башни. — И вовсе она не холодная… Там был камин, печь и хорошая деревянная кровать.

Спереди раздался хохот. Мы мигом притихли — а ведь со всеми этими разговорами совсем забыли про водителя.

— Ну и ролевые игры у вас, ребята, — и смахнув слезу, таксист повернулся. — Вижу любовь до гроба! Эх, я в молодости так же веселился…

— Мы играем в пьесе, — вздохнула Марьяна. — Он — монстр, а я его обед.

— Ага, а эти сзади тоже из вашей труппы? — и водила кивнул назад. — Вон в черном авто. Едут за нами всю дорогу.

Мы оглянулись. За нами действительно следовала черная машина.

— Бли-и-ин… — протянула Марьяна. — Это люди Аристарха… Сможете оторваться от них?

Водитель поглядел на нас со смесью удивления и какой-то озорной искринки.

— Вы же не шутите?

— Нет, по двойной таксе!

Водила тут же набрал скорость, а затем вильнул в бок. Мы съехали с главной дороги и помчались закоулками. Сзади заскрипели тормоза — наши преследователи едва не влетели в стену.

— Никто не знает этот город лучше Стаса! — хмыкнул таксист и снова повернул. Немного попетляв, он встал в еле заметный проем между домами. Секунду спустя мимо пронесся тот самый автомобиль.

— Все, оторвались! — и мы поехали в обратном направлении.

Через несколько минут такси остановилось у огромных ворот с надписью «Королевское кладбище».

— Это шутка⁈ — удивился я.

— Нет, не шутка… — произнесла Марьяна с ухмылкой на устах и вылезла из машины. — Пошли искать «дом» Олафа.

Благо это было несложно — указатели вели нас в самый центр, а там я уже и сам увидел огромный склеп, а рядом памятник, подножие которого было завалено цветами. На табличке была надпись:

« Олаф I Освободитель. Наш добрый Король».

Глава 7

Где мои пассатижи?

— Спокойно, — сказала Марьяна, почувствовав, как я напрягся при виде титула на памятнике. — Ты мне обещал, помнишь?

Этот человек не просто убил меня… Не просто забрал у меня все… А еще и женился на Дарье и стал королем…

А раз он король и муж Дарьи, то Марьяна…

— Да, — кивнула она. — Олаф Освободитель — это мой дедушка. После твоей смерти бабушка вышла замуж за Олафа. Это как в сказке — и царевну, и полцарства в придачу. Вернее, все царство.

Я вздохнул. Гнев во мне не пропал, но слегка поутих. Впрочем, к чему злиться? Костлявая уже поработала над ним — судя по дате, он умер…

— … неделю назад. А спустя несколько дней…

«Добрый» Король Олаф I Освободитель умер, а потом воскрес я. Мы разминулись всего на каких-то трое суток.

— Если тебе будет легче, — продолжала Марьяна, — то дедушка он был так себе. Я его видела только на торжественных приемах и по телевизору.

Клянусь, я очень хотел как-нибудь испортить Олафу посмертие, но обещание Марьяне все же остудило мой пыл. Да и какая теперь разница? На том свете я его все равно не достану.

— Отчего он умер? Надеюсь, он страдал? — спросил я Марьяну на обратном пути.

Она пожала плечами.

— Говорят, сердце.

— Ага! — и я ухмыльнулся. — Ему тоже пронзили сердце?

— Нет. Он умер от сердечного приступа. Во сне.

Я остановился.

— Стой… Он просто уснул и не проснулся⁈

— Угу.

— Это же самая легкая смерть!

— Ну он уже старенький был… Совсем-совсем, а еще толстый как бочонок. Он был, конечно, магом, но замедлять старение, как бабушка, умел плохо. Вот и скрючился, болезный. Эй?

— Что?

— Если тебе будет от этого легче, то, говорят, перед смертью он обделался.

Что ж, от этой новости мне немного полегчало. Надеюсь, его похоронили в тех же штанах.

Мы вышли с кладбища и остановились на обочине.

— Ты где живешь? — спросила Марьяна. — В том кабаке что ли?

— Последние дни, да. Однако у этого… тела где-то была конура. Но адреса у меня нет.

Я несколько раз осматривал те обноски, в которых мне довелось проснуться, но ни адреса, ни даже намека на дом там не было.

— А телефон? — спросила Марьяна. — Позвони кому-нибудь и спроси, где живешь.

А это была идея.

Достав телефон, я тут же нашел контакт «хозяйка» и ткнул на «вызов». Не отвечали довольно долго, но вскоре мое терпение было вознаграждено:

— Ах, ты еще смеешь мне звонить, оболтус!

Что ж, меня узнали, а значит, начало многообещающее. Голос скрипучий, старческий.

— Ты когда принесешь плату за прошлый месяц? — наседала она. — Плати или выметайся!

— Буду выметаться, — решился я. — А откуда?

На «проводе» повисла напряженная тишина.

— Ты опять пьяный?

— Слушай, женщина!.. — рыкнул я, но вовремя сдержался: — Опиши мне дом, откуда ты хочешь, чтобы я выехал, и я приеду в течение десяти минут.

Она снова начала нудить в трубку, а затем все же назвала адрес.

— Запомнил. Жди.

Рядом замаячил наш знакомый таксист, и мы, прыгнув в его колесницу, рванули по адресу.

— … Да уж, — протянула Марьяна. — Райончик тот еще…

— Я там не собираюсь задерживаться. Нужно только узнать, кто я.

— Ааа… так ты и ЭТОГО не знаешь?

Я покачал головой.

— На лбу у этого Ивана не написано, кто он, откуда и для чего рожден. Но судя по всему — жалкое, безродное существо.

Колесница остановилась у пятиэтажки, которую в ином случае я бы обошел десятой дорогой. В замызганном подъезде даже лифт не работал, и нам пришлось идти пешком. Нужная квартира располагалась на последнем этаже, и стоило нам с Марьяной добраться до лестничной клетки, как дверь напротив открылась и порог переступила мерзкого вида старуха:

— Ага, явился! Хватай свои пожитки, и чтоб духу твоего здесь не было! Мне надоело, что сюда каждый день приходят эти психи!

— Какие?

— Проходимцы в кожаных куртках, какие еще? Твои дружки! Всю парадную исплевали. Искали тебя!

Вот как? Дружки Ивана? Уж не те ли, которые проломили ему голову в подворотне? Раз они близко, следует быть осторожным.

Я направился к двери, но та была заперта.

— Эй, женщина, открой эту дверь.

— ЧТО⁈ Ты и ключ потерял⁈

Обложив меня последними словами, она зазвенела связкой. Затем открыла все же открыла дверь.

— Из-за тебя еще замки менять… — и скрылась в своей квартире.

Внутри было еще отвратнее, чем снаружи. Обои отклеивались, пол почернел от грязи, а из туалета несло так, что мы туда заглядывать не рискнули.

— Тоже мне хозяйка, — пробурчал я, осматривая комнаты. — Да тут даже тараканы жить побрезгуют…

— И-и-и, — протянула Марьяна, озорно улыбаясь. — Как ты собрался узнать, кто ты?

Следовало найти какие-нибудь бумаги, и я молча принялся выгребать все из шкафов. Мой внутренний голос подсказывал мне, где искать. Скоро я нашел паспорт на мое имя и…

— Ага! — сказал я, присев рядом с Марьяной на кровать. В моих руках был фотоальбом.

Полистав, я нашел пару интересных фотографий. На одной из них была запечатлена улыбающаяся девушка бок о бок с каким-то мужчиной. Узнать, кто он, мне было не суждено — его лицо грубо вырезали с фотографии.

Наверное, это мать и отец Ивана. Судя по всему, они не ладили.

Одета девушка была как горничная, а вот мужчина, судя по оставшемуся плечу с аксельбантом, носил военный мундир. Но даже не это было самым странным, ибо на заднем плане был…

— Они жили во дворце⁈

Так… Я тут же поднял глаза на Марьяну.

— А ты чего, улыбаешься? Ты знаешь о чем-то?

Та молча встала и вытащила из альбома фотографию, на которой был мелкий Иван на руках у своей мамаши. На еще нескольких фотках он уже возмужавший парень — сигарета в зубах, рядом подруги и друзья.

— Твой жизненный путь проследить несложно, Ванюша, — сказала Марьяна. — Отпрыск некоего важного лица, но мать гувернантка. Судя по единственной фотографии, она рано умерла. Отец тебя, скорее всего, не признал и не помогал. Жил ты кое-как, а в последние годы совсем паршиво…

— Продолжай, — проговорил я, посмотрев на себя в зеркало.

Оно было ужасно замызганным, однако сквозь разводы на меня вдруг поглядел…

Он.

— А что тут продолжать? Ты же и сам видишь, — сказала Марьяна и подвела меня к зеркалу. — Или все же сказать?

Я покачал головой и, вытерев стекло рукавом, всмотрелся пристальней. Иван, наверное, был похож на своего отца. А тот на…

— Вот так-так, — проговорил я, а затем зверь во мне победил.

Кулак с грохотом влетел в зеркало. На пол со звоном осыпались осколки, а я смотрел и смотрел на свое «потрескавшееся» лицо. Так стало еще очевидней, в ЧЬЕМ теле я оказался.

— Ты убил меня, Олаф, — и я ухмыльнулся. — А я забрал твою родную кровь. Все честно.

Я повернулся к Марьяне.

— Когда ты поняла?

— На кладбище. У вас с Олафом есть фамильное сходство. Как и у нас с тобой.

— Выходит, ты сестра этого Ивана?

Девушка только удовлетворенно кивнула. Фыркнув, я отряхнулся, а затем направился вон из этого помещения. Здесь нам больше нечего делать.

Иван Обухов, незаконнорожденный внук Олафа I Освободителя начнет новую жизнь.

— Кто еще знает, кто я?

— Если Иван не любил болтать об этом направо и налево, то только я. Но не беспокойся. Я могила.

Старая хозяйка квартиры больше не показывалась, да и мне с ней больше не о чем разговаривать. А вот снизу… Раздавался топот множества ног. Слышались голоса:

— Какой этаж? Ну, пацан, держись!

Мы с Марьяной выглянули в щель между этажами. Их там было человек десять, не меньше. Все в кожаных куртках. Раскидать их не проблема, однако точно не здесь — на этой тесной лестничной клетке даже не развернуться. Если нападут все разом, нам будет сложно.

— Твои друзья? — спросила Марьяна, а я молча подпрыгнул и сорвал замок с люка на чердак. — Эй, ты чего⁈

Схватив ее за руку, я рванул вверх. На пролет ниже, тем временем, показался первый бандит. На нем была маска.

— Вот они! Хватай!

Удар рукой и дверь на крышу открылась. Мы с Марьяной выбрались на свежий воздух. Вот тут среди антенн, ветра и птиц можно вдоволь насладиться сражением!

— Беги к пожарной лестнице, — и я толкнул Марьяну к единственному выходу с крыши. — Я их задержу.

— Ты чего⁈ А если…

— Быстро!

Мой Взгляд подействовал лучше любого пинка. Ойкнув, Марьяна вцепилась в поручни. А между тем, скрипнула дверь, и на крышу забрался весь десяток бандитов. На всех капюшоны и маски.

— Эй, ты! Как ты выжил⁈

Я же подхватил обломок трубы и молча пошел на них.

* * *

Сознание вернулось ко мне с болью. Ну а как же иначе?

— Ненавижу… — прошипел я, открыв глаза. Вокруг куча железа, каких-то конструкций, вентиляционных труб, а еще тусклая лампочка под потолком.

Это был грязный подвал какого-то технического помещения. Сам я сидел на стуле, прикованный к ножкам наручниками. И не простыми — стоило только подумать о слове на букву «м», как по телу прокатывался удар током.

— Антимагические…

Последнее, что помню, это как я расшвыриваю тех бандитов на крыше. Они летели в разные стороны как кегли, пахло кровью и… тело начало сдавать…

Я вздохнул. И сколько это будет продолжаться⁈ Проклятый Олаф-младший… И чем ты занимался все двадцать лет своей никчемной жизни, слабак?

Впрочем, вот тебе и ответ — общался со всякой швалью, да ползал по каким-то гадюшникам, в одном из которых я и оказался.

— Значит, это точно те, кто прикончил тебя… — пробормотал я, пытаясь понять, как сломать наручники.

— Я был им должен, — вдруг коснулся моих ушей тихий голос. — Много денег.

Я замер. Вокруг никого, но этот голос я уже определенно слышал.

— Иван?

— Да, — ответил голос. — А ты кто?

— Я? Тот, кому теперь принадлежит это тело.

— И что ты забыл в моем теле?

— В ТВОЕМ теле? После того, как ты получил заточкой в живот? Почему я тебя вообще слышу⁈

— Не знаю… — и он хохотнул, но следом печально вздохнул: — Но скорее всего, ты снова умрешь. Эти ребята второй раз ошибок не совершают.

Я фыркнул.

Послышались шаги. Единственная дверь с грохотом открылась и в помещение зашли бандиты. Кожаные куртки висели на них как тряпки, а кое-кто прыгал на костыле.

Все моя работа.

— Очнулся? — спросил их предводитель — коренастый мужик в зубастой маске — и повернулся к своим дружкам. — Вы чего, от этого хлюпика отбиться не могли?

Бандиты что-то забубнили.

— Он — просто зверь! — крикнул один из них. — Мы его только впятером смогли завалить!

— Н-да, с вами еще работать и работать… — покачал головой главарь и присел рядом со мной на корточки. — Ну что, Ванюша? Скучно на том свете стало, и ты решил снова нам глаза помозолить? Или в рай должникам ход заказан?

Хохотнув, он повернулся к одному из своих людей.

— Ты же вызвался отправить его на тот свет? Ну-ка…

Взяв меня за рубашку, он распорол ее до живота. На груди был крохотный шрам.

— Это чудо, Лео! — воскликнул бандит. — Я попал ему в сердце, клянусь!

— Эээ… Я узнал его! — вдруг воскликнул еще один парень, выходя из-за спин. — Он приходил вместе с Эмилем! Он его и отделал!

Все тут же уставились на меня, как будто впервые увидели.

— Этот⁈

— Да! Это он выгреб всю кассу!

— Ах, это ты тогда стоял на проходной? — спросил я, улыбаясь от гордости за свои маленькие подвиги. А еще с того факта, что с каждой выигранной минутой ко мне возвращается все больше сил: у этого Лео в кармане было что-то золотое. Оно приятно напевало мне на ухо. — Кстати, как дела у Эмиля?

Проигнорировав мои слова, все удивленно заозирались. Даже Лео посмотрел на своего подчиненного с недоверием.

— Шутишь? Этот слабак вынес хату Эмиля⁈

— Это точно тот самый! Он чертов псих, а взгляд у него…

— Ты чего несешь⁈ Какой еще взгляд?

Главарь посмотрел на меня с некоторой опаской. Я же оглядел всю собравшуюся публику уже иным Взглядом. И все они, исключая Лео, сделали шаг назад.

— Точно бешеный!

Сунув руку в карман, он достал два кастета. Оба золотые.

— Ну ничего, парни. Сейчас мы из него всю дурь повыбиваем!

* * *

Лео бил меня долго и, надо признать, довольно умело — его кулаки ходили как поршни. Мне прилетало в нос, в челюсть и в грудь. Будь на нем обычные кастеты, мне было бы невесело.

А так…

— Еще давай! — хохотал я, получив очередной животворящий хук справа. — Неужели, это все?

Еще удар, и на мне зажил последний порез. Красота.

— Давай! Давай! Бей сильнее! Ты так женщину свою ублажать будешь!

Взвыв, Лео усилил напор. Куртку он давно снял, мокрая от пота рубашка прилипла к телу. Он бил и бил, и все без толку — я смеялся все громче. — и меня вместе со стулом свалили на пол.

Я выдохнул. Давно мне не было так хорошо — золото в меня вкалачивали наверное минут двадцать. Двадцать минут отличного массажа.

— Зараза… — выдохнул Лео. От усталости он сам едва держался на ногах. Из-под маски пот хлестал ручьем. — Ты еще не сдох? Да кто ты, черт возьми, такой⁈

— Лео, может хватит? — спросил его подчиненный, но тот только оттолкнул его. — Давай мы его…

— Нет, этот гаденыш мой! Поднять его!

Стул снова поставили на ножки, а Лео бросился наминать мне бока. Через десять минут, смертельно устав, он сам едва не грохнулся наземь.

— Кажется, тебе нужен перерыв, — заметил я. — Иди уже, передохни. Так и быть, я тебя подожду.

Взвизгнув, Лео снова бросился бить меня — и промахнулся. Кулак пролетел рядом со скулой, а затем обессиленный бандит грохнулся на пол.

— Чистая победа, — хмыкнул я.

— Ах ты урод… — задергался бандит. — Ну, погоди…

Продолжить ему не дали. Товарищи подхватили его под руки, а затем уволокли прочь из подвала.

— Пустите! Я его урою!

Дверь закрылась, и я остался один.

Наконец-то, а то от его криков голова уже раскалывалась. Стоило опуститься тишине, как я услышал рычание, и совсем близко. Вокруг было пусто, но не стоило обольщаться — через все неприятные запахи пробивался запах портала. Интересно, а бандиты в курсе о таком соседстве?

— Это Пушок, — снова послышался голос Ивана в голове. — Любимая «собака» Лео.

— Портальная тварь?

— Угу. Говорят, он подобрал его еще «щенком»…

В ответ снова раздался голодный рык.

— … и с тех пор откармливал теми, кто ему должен. Мне, считай, повезло. В тот раз…

Неважно, не будем терять времени понапрасну.

Руна на наручниках оказалась слабой и нарушить ее плетение не составило труда. Достаточно было приложить немного физических сил и тепловой импульс тела. Да и заряд энергии, который мне передал Лео, тоже шел в дело.

Вдруг где-то зашуршали. И нет, не из-за двери, а где-то сзади. Звук приближался, и его источник скоро возник над головой. Вместе с зовом чего-то золотого…

Я посмотрел наверх — под потолком пролегала широкая вентиляционная труба. Сквозь решетку блестели знакомые глаза.

— Ты жив? — выдохнула Марьяна. — Блин, думала, они тебя убьют…

— Пока только наградили массажем. Ты как сюда пробралась?

— Проследила за машиной до самой промзоны. Ух, и долго я ждала… Сейчас, погоди я спущусь, и…

— Нет, сиди там! Я почти закончил.

Вдруг за дверью послышались шаги.

— Зараза… — зарычал я. Руна еще держалась, и мне нужно было больше сил. — У тебя есть что-нибудь золотое?

— Есть. У меня бабушка — королева, вообще-то!

— Мне сейчас не до шуток. К нам идут.

— Блин! Золото… Цепочка подойдет?

— Да. Просунь между прутьями и брось мне точно в руку. Сможешь?

— Попробую… — и в решетке показалась тонкая цепочка. — Только не потеряй…

Блеснув, она упала мне в руку. В этот момент дверь открылась — на пороге появился Лео. К счастью, один, но со здоровенной дубинкой с металлическими набойками.

— Ну что, падаль! — и закрыв дверь, он прошел в комнату. — На этот раз ты свою челюсть на полу оставишь!

Золотая цепочка была словно глоток воды в жаркую погоду. Руны слетели в мгновение. Дождавшись, пока Лео не окажется на расстоянии удара, я сбросил браслеты, а затем зарядил ему в колено. Только он хотел закричать, как моя ладонь зажала ему рот.

— Тише. Ты так мерзко визжишь…

Второй удар в висок, и он рухнул на спину, на секунду потеряв ориентацию. Дубинка укатилась к стене, а я нащупал у него в карманах кастеты. На мне они смотрелись куда лучше.

Лео было попытался протестовать — выхватил нож, но мой кулак был быстрее. Оружие полетело в одну сторону, а его зубы в другую.

— Красота, — хмыкнул я, разглядывая свои новые блестящие игрушки. — Эй, Лео, куда ты дел мои пассатижи? Лео?

Но он не слышал — кажется, не выдержал последний удар. А за дверью снова слышались какие-то звуки.

* * *

Подвалы складов.

После того как нечто тяжелое грохнулось о стену, за дверью все затихло. Николай и Алексей, приподняв маски, прижались к двери, но не услышали ничего, кроме какого-то барахтанья.

Так продолжалось минут пять, пока…

Дверь открылась, и в коридор вышел Лео. Прежде чем босс закрыл дверь, они заметили в углу бойлерной лежащий труп.

— Ты его уже кокнул что ли?

— А хотел помучить… — и Николай протянул Лео пассатижи. — Вот, забыл отдать…

Взяв инструмент, Лео поправил маску и, поманив парней за собой, пошел по коридору.

— Надо бы его убрать, а то вонять начнет, — оглянулся Алексей. — Сейчас кликну кого-нибудь, чтобы помогли дотащить до конуры. А то Пушок уже неделю не ел мясца…

Вдруг сзади что-то скрипнуло, а затем Николай рухнул как подкошенный. Удар башкой в стену, и он сполз на пол. Алексей дернулся и краем глаза увидел сзади девушку с дубинкой.

— Что за?..

Но не успел он среагировать, как и ему прилетело нечто золотое.

Глава 8

Как вернуть монетку?

Отделав обоих, мы отволокли их в допросную, где с мешком на голове остывал Лео в моих изорванных тряпках. Тела сунули за ящики, а сами переоделись в их одежду.

Маскировка вышла, конечно, так себе: все же комплекция моей подруги выдавала нас с головой — но в вентиляцию лезть себе дороже. По словам Марьяны, в прошлый раз ее едва не раскрыли.

— Ты почему не сбежала? — спросил я, надевая маску. — Жить надоело?

— Я хотела… Но…

— Но?

— Слушай, ты же рискнул жизнью ради меня?

— И что? Я все же не человек.

— Тоже мне! Не будь меня, от тебя бы осталось одно мокрое место! Знаешь, что я тут видела, пока искала тебя⁈

Снова послышался рык.

— Догадываюсь… — пробурчал я. Марьяна зашептала:

— Ты слышал, как один из них сказал: «Пушок неделю не ел мяса»?..

Я кивнул. Видать, у Лео просто не нашлось хороших, жирных должников.

Переодевшись, мы снова вышли в коридор. Магией портала тянуло еще из допросной, но сейчас это чувство обострилось с каждым шагом. И опять зарычали — откуда-то совсем близко.

— Неужели они «приручили» портальную тварь? — вздохнула Марьяна. — Ну что за балбесы?..

Тут не поспоришь. Нет, соваться в самое пекло и закрывать порталы я точно не собираюсь. Пусть Пушок еще посидит голодным.

Поднявшись по лестнице, мы наткнулись на еще одну пару бандитов в масках. Один с подозрением осматривал трубы вентиляции, а второй уныло покуривал. При виде нас они оживились.

— Почему так тихо? Босс чего, решил вздремнуть?

Я молча пожал плечами и осмотрелся. Судя по высоким потолкам и куче ящиков вокруг, мы в заброшенном здании какого-то склада.

— Быстрей бы он завязывал… А-то Пушок рвет и мечет!

В ответ рыкнули так, что эти оба подпрыгнули. Звук шел из-за стальной двери за углом с надписью WC. Бандиты поежились, и один из них, подхватив какое-то ведерко у стены, подошел к двери. Открыв крохотную створку, он пугливо глянул в темноту, и там вспыхнули глаза.

Подхватив ведро, бандит высыпал содержимое в щель. Едва он отскочил, как изнутри вырвалась когтистая лапа.

— Долго он на крысиных тушках не протянет! — сглотнул его товарищ, помогая подельнику подняться. Тот сплюнул:

— Будь проклят тот день, когда там открылся портал! Чую, рано или поздно Пушок вырвется, и нам всем хана!

Я же с любопытством смотрел в глаза этого существа. И оно тоже не смело отвести взгляд. Стоило мне сделать шаг в сторону двери, как монстр попятился. Еще шаг, и послышался испуганный вой. Меня это позабавило.

— Не провоцируй его, Лех! — схватил меня за локоть бандит. — Идите лучше приведите кого-нибудь!

За дверью послышалась возня и бандиты засуетились. Мы же с Марьяной пошли дальше.

— Там еще двое, — шепнула Марьяна, аккуратно выглянув из-за угла. — Давай быстро проскользнем на улицу, пока Лео не хватились…

— Здравая идея! — согласился Иван у меня в голове. — Махнем через забор, а там…

Но я был вынужден их расстроить.

— Сначала нужно забрать золото, — сказал я, почуяв неподалеку драгоценный металл, и достаточно много.

— Ты свихнулся⁈ — охнула Марьяна. — Какое к черту золо… Эй, ты куда? Не хватало нам, чтобы сюда приехали их дружки!

— Попрошу заметить! — поддержал ее Иван. — Она рассуждает вполне здраво!

На дружков мне было наплевать — нужно взять золото, тем более, там лежало несколько МОИХ монет.

— Куда ты? Куда… — шипела мне Марьяна, но я упрямо шел на зов.

Наконец мы добрались до помещения с вращающимся вентилятором на потолке. Сквозь плотный сигаретный дым виднелся стол, вокруг которого расселось полдюжины бандитов. В их руках были игральные карты, маски лежали на столе среди стопок… золотых монет.

— Вскрываемся!

— Каре!

— У меня фулл-хаус…

— Сюда-а-а!

— Зараза, опять каре⁈ В прошлый раз же было каре!

— Не воняй, а то карта плохая пойдет. Раздавай, чего смотришь⁈

И тут головы повернулись к нам.

— Коля, Леха! О, вот и вы!

— Давайте садитесь, а то этот мошенник меня сейчас разденет.

— Снимайте уже эти дурацкие маски, пока босса нет. И так тут вонь как на бойне!

Кивнув, я подошел к столу. Золото приветственно заблестело. Самое манящее пение исходило из сейфа в углу. Именно там лежали МОИ монеты.

Нет, уйти отсюда было бы ошибкой. Нужно забрать все.

Пока я раздумывал, как мне избавиться от шестерых свидетелей, из коридора вылез один из бандитов.

— Чего сидите⁈ Монстра кто кормить будет? Он сейчас там все развортит! Где босс?

Выругавшись, вся банда повскакивала со стульев и рванула к выходу.

— Так и знал, что пацана надо было валить сразу! Ну, Лео, и надо было тебе чесать кулаки⁈

Они исчезли, и я бросил Марьяне сумку.

— Не стой! Хватай все золото, какое найдешь. Я заберу остальное.

Она молча принялась за дело, а я подошел к сейфу. К счастью, закрывали его на обычный висячий замок. Сорвать его с петель было делом пары секунд.

Внутри было ОНО и разное — от монет до цепочек. Не тратя времени на разглядывание каждой, я схватил сумку и сгреб туда все до последней брошки. Потом подумал и сунул туда еще пачки бумажных денег, которые лежали на другой полке. Будет чем заплатить за такси.

Взвалив тяжеленную сумку на плечо, я улыбнулся. Чую, сегодня ночью буду спать как в раю.

* * *

Неподалеку от складов.

— И где ты, дурочка? — вздохнул Стас, посматривая на счетчик. Выругавшись, выключил его. — Эх, надо было пойти с ней…

А ведь она красотка, каких поискать, зеленоглазая… А он так просто отпустил ее, зараза! И куда? Спасать того парня, что перешел дорогу толпе бандитов? Он, наверное, уже на том свете.

Вдруг в окно автомобиля постучали. Дернувшись, таксист опустил стекло и обомлел — перед ним стоял высокий мужчина в длинном черном плаще. Лысую голову покрывали татуировки в виде рун, а на носу поблескивало пенсне. На пальцах была целая коллекция золотых перстней.

— Немедленно покиньте опасную зону, — сказал Инквизитор хриплым голосом. — В округе замечен портал.

— Но… но…

— Быстро!

Не став спорить — ибо с этими ребятами это было смерти подобно — Стас дал задний ход и умчался. Всю дорогу он не отрывался от зеркала заднего вида, а Инквизитор, проводив его взглядом, медленно направился к складам.

Туда, куда еще час назад убежала та девчушка.

* * *

Забив золотом две сумки, мы пошли к выходу. Вдруг послышался топот, а затем мимо нас, кряхтя и ругаясь, пробежала процессия с «пацаном» на руках. Эти идиоты даже не додумались содрать у него с башки мешок — схватили и поволокли на прокорм своему Пушку.

Иван в моей голове довольно расхохотался.

— Приятного аппетита!

— Там такая тварь, что она его сожрет и не заметит… — буркнула Марьяна. — Вон выход, бежим!

Мы рванули по длинному коридору — в конце и находилась дверь наружу. Уже у самого порога навстречу нам поднялся охранник.

— Эй! Куда это вы тащите эти сум…

Он не успел закончить, как мой золотой кастет ответил на его вопрос. Бандит рухнул нам под ноги, а я схватил массивный засов на двери. В следующий миг с той стороны забарабанили.

Мы отпрянули. С той стороны неслабо пахнуло золотом.

— Черт… — зашипела Марьяна. — Гости?..

Голос снаружи развеял ее сомнения:

— Откройте немедленно! Инквизиция!

Переглянувшись, мы побежали в обратном направлении. Только инквизиции нам не хватало.

Не успели мы добраться и до середины коридора, как со стороны конуры Пушка раздался такой чудовищный рык, что задрожали стены. Затем под грохот, скрежет и топот ног коридор заполнили крики:

— Спасайся! Тварь вырвалась! А-а-а-а, пусти!

Мешанина криков и хруста ломающихся костей разлетелась по коридорам. Затем по полу прокатилась тяжелая поступь. Вслед ей из-за поворота вылезла зубастая окровавленная морда, а там и куча щупалец и лап, в которых извивались еще живые бандиты.

— Пушок, фу, фу! — крикнул один из них, и тут же его голова пропала в огромной пасти. Захрустело.

Пока он закусывал остальными, на входную дверь обрушился очередной удар, и она заскрипела. Второй удар оставил огромную вмятину.

— Зараза… — заозиралась Марьяна. — Мы в ловушке!

— Давай через окно!

Увы, оно было почти под самым потолком — метра два с половиной, не ниже.

— Лезть по мне! — крикнул я Марьяне.

Едва она вцепилась в подоконник, как с третьим ударом дверь вынесло. Грохнувшись об пол, она подняла тучу пыли. За порогом чернела грозная фигура в плаще. На пальцах, сжатых в кулаки, блестели золотые кольца. За стеклами очков горели ярко-голубые глаза.

— Стоять! — крикнул Инквизитор, и татуировки на него лысой голове вспыхнули синим светом. — Вы арестованы!

К счастью, Марьяна уже перелезла через подоконник с сумкой в руке. Я же шагнул к Пушку — сила во мне закипала, и монстр начал пятиться. Своими щупальцами эта тварь перегородила весь проход.

— Отойди с дороги! — произнес я, посмотрев ему в глаза. — Твое дело — жрать людей!

Инквизитор же шел на нас — мощи он был ничуть не меньшей, чем Аристарх. От него ударило такой волной силы, что по стенам зазмеились трещины. Я тоже едва устоял.

Не став ждать от моря погоды, я прыгнул прямо на Пушка. Тот взвыл от ужаса, но я, пнув его каблуком, направил прямо на Инквизитора. Тварь взвизгнула, а я, оказавшись позади, бросился искать выход.

Уже у самого поворота обернулся, и там полыхнуло так ярко, что вслед голубым всполохам пламени все потонуло в дыму. На миг я оглох, почти ослеп и совсем потерял ориентацию в пространстве, но к счастью смог разглядеть окно в подсобке. Стекло давно вынесло, так что я просто вывалился с другой стороны. Больно ударившись об асфальт, подскочил и помчался со всех ног — за забором был густой лес.

Да, делов мы наделали знатных… К счастью, моего лица Инквизитор так и не увидел — маска все еще была на мне.

Перескочив через забор, увидел фары. Это было такси.

— Эй, Вань! — и из окна показалась Марьяна.

Дверь мне открыли на ходу и, стоило запрыгнуть в салон, как Стас развернулся и дал по газам.

— Фух, пронесло! — смахнул таксист пот со лба. — Вы чего, ребята, смерти ищете⁈

Не ответив, я схватил обе сумки и прижал к себе.

— Мое… все мое…

Сзади же царил полный хаос. Крыша склада горела, дым поднимался до самого неба. И прежде чем пожарище исчезло среди деревьев, я увидел как из огненного марева медленно выходит фигура.

Инквизитор. Его глаза горели голубым светом.

* * *

Всю обратную дорогу я лежал, не выпуская золото из рук. Мне было хорошо, но при этом и немного больно — после взрыва на мне живого места не осталось. Марьяна как могла старалась залечить мои раны.

— Ссс!

— Терпи! — шикнула она и, взяв несколько монеток, начала раскладывать по мне как по шахматной доске. — Так лучше?

— Лучше… — и я улыбнулся. Пощипывая, раны принялись затягиваться сами собой. — Эхх…

— Да что ты⁈ Я даже не коснулась!

Я поморщился. Мое лицо выражало смертельную муку.

— Кажется, обронил монетку…

— И только⁈

Закатив глаза, я отвернулся. Девчонка! Да что ты понимаешь в золоте!

— Сколько накрутило? — спросила она, а Стас только махнул рукой. — Нет, сколько⁈

— Много… Но мы же…

— Мы заплатим с чаевыми. Иван, будь другом.

Поворчав, я вытащил из сумки пачку бумажных денег и сунул водиле. Они не составляли для меня большого интереса. От удивления Стас чуть руль из рук не выпустил.

— Это…

— Бери-бери! — улыбнулась Марьяна. — За смелость!

— И чтоб никому не говорил, что видел и где был, — добавил я.

— Я могила!

— Так, Иван, переворачивайся на живот!

Бурча, я сделал так как она просила. Задрав мне рубашку, Марьяна принялась раскладывать монетки.

— Эхх… — вздохнул Стас, поглядывая на нас в зеркало. — А в мое время ставили банки… Ну знаете, мажешь спину спиртом, прижигаешь и раскладываешь…

— Ужас-то какой! Наверное, эту пытку Он лично придумал! — хихикнула Марьяна. — Иван, не дергайся!

Мы вернулись в бар за полночь. Взяв у Стаса номер телефона, я доверил ему отвести Марьяну в общежитие, а сам направился в бар. Несмотря ни на какие «золотые» процедуры, но помяли меня прилично — без здорового сна тут не обойтись.

— Раз уж мы надрали зад Лео, то можно вернуться ко мне, — заговорил Иван. — Может быть, молоко еще не успело прокиснуть…

— В тот клоповник⁈ Ни за что! Да и вообще, долго ты собрался сидеть в моей голове?

— В твоей? С чего бы это она твоя⁈

— Потому что тело теперь мое. Ты-то, как я погляжу, и пальцем не можешь шевельнуть?

Иван сильно застонал и… у меня в ботинке задергался мизинец.

— Хорошо! — хохотнул я. — Беру свои слова обратно!

— Зараза! Ну ничего, погоди…

Пока он пытался побороть меня, я закинул через окно сумку в комнату, а сам, чтобы не возникло лишних вопросов, вошел в бар через главный вход. Внутри было шумно, но стоило мне пересечь порог, как пьяные крики, гогот и звон стаканов тут же стихли — стало тихо как в библиотеке.

— О… — раздался голос с дальнего столика. — Иван пришел!

Борис же при виде меня облегченно выдохнул.

— Всем спокойной ночи, — сказал я и направился к себе. Настало время разбирать сокровища.

Как только за моей спиной закрылась дверь в комнату, шум вновь наполнил бар. Вытряхнув из сумок все до последней монеты, я ссыпал золото на диван. Вышла недурная горка, но не будем обольщаться — это лишь капля в море.

После душа я смог, наконец, устроиться сверху.

— Красота…

Следом раздался обессиленный стон.

— Черт! — снова заговорил Иван, дергая мизинцем. — Я заперт тут! В СВОЕМ ТЕЛЕ! Это ты виноват!

— Я спас тебя, дурак, — ответил я, набивая подушку золотыми монетами. — Сначала от смерти, а потом от целой банды. Цени это. И оставь в покое мой мизинец.

— Но это МОЙ мизинец!

— Ладно, его можешь забрать себе. Спокойной ночи.

Вытянувшись, я сладко зевнул, а затем… снова вспомнил про утерянную монетку. Пришлось немного повертеться, прежде чем мне наконец удалось уснуть.

— Черт…

Интересно, как она там? Одна…

* * *

Пепелище на месте складов.

Сквозь рев пламени Лаврентий слышал звук удаляющегося двигателя. Этот гад ушел.

Смахнув с плеча пыль, оставшуюся от монстра, Инквизитор отошел подальше от пожарища, а затем вытащил телефон. Не хотелось беспокоить Магистра так поздно, но дело есть дело.

Она ответила быстро, как всегда.

— Лаврентий… Ты чего, опять работаешь допоздна?

— Это он, мессир. Тот самый. Но я его упустил.

Магистр замолчала. Инквизитор не стал ее торопить — спешка в их деле только мешает.

— Как ты узнал его? Мы не фиксировали вспышек Древней магии, как на Базаре.

— Была вспышка. Но очень слабая. А еще портал, — отозвался Лаврентий и заметил под ногой золотую монету. Подняв ее, он задумчиво покрутил ее в пальцах. — Мерзавец пытался украсть золото…

— Золото?

— Да… Целую сумку, набитую одним сплошным золотом… Возможно, это как-то связано.

— Он был один?

— Нет. С подручным. Тоже с сумкой.

— Сможешь выследить?

— Постараюсь. В следующий раз он от меня не уйдет.

И попрощавшись, Инквизитор отключился. Монета же была необычной — с клеймом Башни.

* * *

В небе я был свободен. Крылья несли мое сверкающее тело все дальше. Было так легко, спокойно, свежо, как вдруг…

— Люди…

Много людей. У всех цветы, и они стягиваются к кладбищу. А на нем гигантский памятник Олафу, покрытый цветочным ковром. У всех на лицах скорбь.

— Нет, глупцы! Это я, это я ваш герой! Я держал порталы в повиновении! — рычал я, но порыв ветра заглушил мой голос. Не успели мои крылья справятся с ветром, как из-под кучи цветов показалась рука.

И она показывала мне средний палец.

— Нет! Не-е-е-ет!

В тот же миг ветер закрутил меня в петлю и бросил вниз. Я хотел было взмахнуть крыльями, как осознал, что их больше нет, а на их месте снова торчат… эти мерзкие отростки!

Исторгнув крик, я рухнул вниз. Земля была все ближе, и ближе, и бли…

* * *

Открыв глаза, облегченно вздохнул. Это был сон.

— Мерзавец… — буркнул я, потянувшись, а затем глянул под матрас. Блеск золота немного приободрил меня. Его еще совсем немного — в масштабах Башни, конечно же, но Борис, думаю, мне бы позавидовал. Его «коллекция», которую мы отнесли в банк, была куда скромнее.

— Башня, золото, Принцесса?.. — опять расслышал я голос Ивана, и мое настроение снова испортилось. Этот тип уже начинал меня немного раздражать. — О чем ты постоянно бормочешь, пока спишь?..

— А ты еще смеешь подслушивать?

— Ага… Ты храпишь будто чудовище, воскресшее из мертвых!

Посмотрев на себя в зеркало, я увидел пристальный взгляд. Мое отражение смотрело на меня со смесью страха и любопытства. Он, что до сих пор не понял, кто перед ним?

— Ты что, не слышал нашу беседу во дворце? — спросил я. — Кажется, Дарья выразилась вполне ясно.

— Дворце⁈ Дарья? О чем ты…

Но он затих, завидев мой взгляд.

— Нет, — стушевался Иван. — Я очнулся только в подвале, после того, как Лео нехило так надавал тебе по голове. А до этого я спал…

— Вот и спи дальше. А я буду искать золото.

— Какое еще золото? Зачем? И эта башн…

Я улыбнулся ему. Лицо у «зеркального» Ивана так скривилось, будто он наконец-то осознал КТО залез в его шкуру.

— В точку, — хмыкнул я.

— Постой… Башня, золото, принцес… Ты… Ты о той дряни, что торчит посреди залива⁈

— Дряни⁈ Жалкий червяк, ты назвал МОЮ Башню дрянью?

И потянулся к горлу этого «зеркального» нахала. Отражение тут же рассеялось — и в комнате снова стоял только я один. Однако где-то внутри нечто трепетало как лист на ветерке.

— Вот и правильно. Помалкивай, пока тебя не спросили!

Одеваясь, я вновь посмотрел на себя в зеркало, и мое настроение вовсе улетело на самое дно. Вчерашние раны уже затянулись, однако тело Ивана было настолько худым, что даже ребра просматриваются сквозь кожу…

Он когда-нибудь вообще занимался своим здоровьем?

— Ну что за жалкий вид, Иван?..

Даже мне, будучи всесильным, приходилось держать себя в форме — не есть больше положенного, летать не меньше часа в день и не залеживаться на золоте. Дарья за этим следила.

— Иван⁈ — злился я. — Как ты мог довести свое тело до такого тщедушного состояния?

Но он не ответил. Так сильно перепугался? Хех, ну и ну… Что ж, зато больше не надоедает.

Такая ущербная оболочка меня не устраивала, и я решил начать утро с комплекса Дарьи: приседания, скручивания, отжимания и так далее. Через десять минут тело совсем поломалось. Растяжка же отсутствовала как класс.

— Давай, тянись, ничтожество! — рычал я, пытаясь дотянуться до пальцев ног. Получилось с трудом.

Выжав из себя целую лужу пота, я заскочил в душ, а затем подошел к зеркалу. Нет, Иван не изменился ни на дюйм. Увы, даже с силой золота нужны недели, чтобы обновить эти тщедушные телеса. Если не месяцы.

— Посредственность… Иван, ты чего молчишь⁈

Снизу пахло съестным, так что махнув рукой на этого молчуна, я направился вниз. Борис не стал мудрствовать и сварганил обычную яичницу. Пока я поедал ее, по телевизору показывали пепелище, где легко узнавался вчерашнее здание склада.

Вернее, то что от него осталось.

— … члены этой банды держали в страхе множество честных жителей города. Однако благодаря доблестной работе Инквизиции на улицах стало безопасней…

Я фыркнул. Тоже мне герои. Пришли, когда уже все закончилось, как падальщики.

Вдруг я поймал взгляд Бориса — тот смотрел на меня со значением.

— Что? — спросил я, отпив кофе.

— Ничего… А где это вы с Марьяной вчера были целый день?

— У ее бабушки. Тоска зеленая, тебе будет не интересно.

Борис ухмыльнулся. Кажется, он мне не поверил. От необходимости рассказывать про бабушкины посиделки меня спас телефонный звонок. На экранчике было написано — «Марьяна».

— Привет. Ты проснулся? Получил приглашение в Арканум? — спросила она, стоило мне взять трубку.

Я заозирался.

— Нет, а где…

Вдруг со стороны входа появился какой-то усач в форме.

— Кто здесь Иван Обухов?

Вручив мне небольшой конверт с моим именем, он удалился.

— Это что? — заинтересовался Борис, увидев посылку.

В конверте был лист дорогой гербовой бумаги. Бегло пробежав глазами, я понял, что…

— Все назначено на завтра⁈

— Ага, значит, получил, — ответила Марьяна. — Я тоже получила письмо только что.

— Ты тоже проходишь?

— А как же? Все маги проходят эту ежегодную проверку на «вшивость». Готовься хорошенько потрудиться, ибо новичкам спуска не дают. Это только для высших рангов — пришел, улыбнулся и получил печать. Для нас, первочков, по-любому приготовят что-нибудь эдакое…

Я напрягся. Нет, опасности меня не волновали, но поберечь это хиленькое, еле оформившееся тельце все же не мешало.

— И что там будет?

— Завтра ничего — просто торжественное собрание, разговоры и напутствия. А вот на самом Испытании может быть все, что угодно. Моя подруга проходила в прошлом году, и ей пришлось попотеть в лабиринте. Знаешь, как это тяжело бегать в вечернем платье?

— Нет.

— Значит, готовь платье! — прыснула она. — Шучу, скорее всего костюм понадобится только завтра — на открытии. Мне тоже нужно приодеться, так что встречаемся в центре к обеду. Я буду ждать тебя на площади у памятника Олафу.

Вдруг на фоне послышались какие-то голоса.

— Ладно, до встречи, а сейчас я пошла.

— А ты где?

— Как где? В институте. Я вообще-то учусь, если ты не знал!

И попрощавшись, она отключилась. Я же пробежал текст письма уже более внимательно — и да, все как она сказала: завтра общее собрание, на которое требуется парадная форма.

А еще в тот же день планировался торжественный бал. А это значит…

— Танцы. Ненавижу танцы…

Есть три вещи, которые я терпеть не мог еще со времен прошлой жизни: идиотов, грозу в небе и танцы. Особенно вальсы. И неизвестно, что заводило меня хуже.

Я отложил письмо и столкнулся взглядом с Борисом. Бросив ему письмо, дождался пока он прочтет.

— Ах, так ты собрался прыгнуть в среду господ, Иван? — улыбнулся он. — Удачи. У меня был сослуживец в армии, который тоже пытался пробить башкой этот «стеклянный потолок».

— И как, успешно?

Борис покачал головой.

— Ну, он же «был». От Аркадия осталась только мокрое место и обручальное кольцо.

Допив кофе, я поднялся. Если не хочу повторить судьбу приятеля Бориса, надо придумать план.

— Иван, ты же умеешь танцевать? — спросил я, поднимаясь по лестнице. — Иван?

Тихо, он как воды в рот набрал.

Когда я вернулся в комнату, чтобы забрать немного денег, из угла что-то блеснуло. На полу лежала одинокая монетка. Как она там оказалась? А ну-ка иди сюда…

Стоило мне об этом подумать, как монетка и вправду покатилась ко мне и, звякнув, прыгнула прямо в мою подставленную ладонь.

— Так…

Отбросив монетку, я снова повторил тот же самый фокус. А потом еще и еще…

— Так-так-так…

Похоже, старые силы просыпаются, золото вновь подчиняется моей воле.

Через пять минут эта блестяшка уже каталась по моей руке, прыгая с одного пальца на другой. Одна мысль, и остальное золото тоже закружилось вокруг моих ног.

Смотря на это милое представление, я не мог сдержать улыбки. Видать, сил во мне сильно прибавилось. Энергии эти трюки, конечно, отнимали много, но если тратить ее с умом, это может пригодиться.

Интересно, а насколько сложнее будет справиться с чужим золотом?..

От авторов: Дорогие друзья! Как вам новая обложка? Как вам история? Делитесь своим мнением в комментариях!

Глава 9

Все носят галстуки?

Забрав из комнаты пару пачек раскрашенных бумажек, я направился на встречу с Марьяной. Дорога выпала непростая, но интересная, ибо оказалось, что в этом городе есть еще и пещеры с поездами. Назывались они «Метро».

— Занятное изобретение…— пробормотал я, когда ко мне подъехал вагон поезда.

Иван всю дорогу молчал, и я уже начал беспокоиться. А вдруг он решит как-нибудь нагадить мне?

Откинувшись на сиденье, я спросил:

— И чего как воды в рот набрал? Да, я тот самый «монстр», которого твой дед когда-то по глупости убил в Башне. Удивлен?

В ответ была тишина. Я вздохнул.

— Я не обижу тебя, парень. Все же теперь мы в одной лодке. Не зли меня, и все будет хорошо… Иван? Ива-а-ан!

Ответа не было. Ну что ж, тем хуже для него.

Потолкавшись в прокуренном вагоне, я выбрался на волю — и тут же увидел знакомый силуэт с высоко поднятым мечом. А прямо под памятником меня ждала Марьяна.

— Выглядишь не очень, — сказала девушка, подойдя. — Наверное, стоит сначала заскочить к стилисту…

— Стилист? — насторожился я. Звучало опасно. — Это от слова стилет?

Марьяна хихикнула, а потом поскребла мой щетинистый подбородок.

— На твоем языке это будет «брадобрей».

К нему и направились.

На вывеске была бритва и ножницы, но изнутри парикмахерской почему-то пахло пирожками. Усадив меня в кресло, какой-то напомаженный человек с копной поседевших волос принялся энергично намыливать мне щеки.

Затем взялся за бритву.

— Помни, человек, — тихо сказал я, прежде чем он коснулся лезвием моей шеи. — Последний, кто пытался ткнуть меня чем-то острым, страшно пожалел об этом.

Тот кивнул и коснулся лезвием моей шеи — я едва почувствовал его легкую руку. Он справился за несколько движений.

— А ты хорош, брадобрей, — кивнул я, потрогав свою идеально гладкую щеку.

Ко мне подскочила бойкая девчушка и предложила поднос с пирожками. Я откусил один и, тут же бросив в рот, потянулся за вторым. Было довольно неплохо…

После завивки, утюжанья, укладки и прочего на меня из зеркала посмотрел совершенно чужой человек. Мне даже стало немного не по себе.

— А ты, Иван, совсем не урод, — кивнул я, встав из кресла. — Хорошая работа.

И похлопав опешившего парикмахера по щеке, я отдал ему пару бумажек. Марьяну пришлось подождать — над ней колдовали так активно, что из-за ширмы буквально валил пар.

Я же решил пока сходить к оружейнику. Лавка со скрещенными мечами как раз была через дорогу. Там среди куч таинственно поблескивающего металла меня встретила тишина, а еще они — сабли, топоры, копья и все, что душа пожелает.

— О, клиент! — и из-за конторки вышел высокий мужчина с белыми волосами. — Как приятно видеть юношу, который еще не чужд старой-доброй схватки!

И подойдя, этот странный человек осмотрел меня с головы до пят.

— Что желаете? Рубить, колоть, шлепать, резать или рвать?

Я задумался. В прошлом мне больше нравилось рвать и жечь, но нынче, наверное, лучше будет…

— Колоть!

— Ага-а-а… — задумчиво протянул продавец и, разглядывая меня со всех сторон, обошел меня кругом. — Кого будем колоть? Портальных тварей или людей?

Тут я снова задумался. Пожалуй в Аркануме мне придется столкнуться скорее с людьми.

— Будем колоть людей.

— Блестяще! — и в его руке зашелестела мерная лента, он быстро принялся мерить меня то так, то эдак. — Предпочитаете дуэльное оружие? Потяжелее, или что-нибудь совсем легкое? Для близкого контакта, чтобы чувствовать кровь на губах, или дистанционное, дабы не запачкать сюртук?

Взяв под локоть, он подвел меня к витрине со шпагами и саблями, а их тут было под сотню.

— Есть зачарованное, и самое обычное, есть скрытой носки, двуручные и одноручные, — принялся он перечислять, хватая то одну железяку, то другую. — Имеются даже складные, но под заказ!

А тут были не только традиционные железки, а также пара довольно экзотических моделей. Например, пара железных наручей с шипами, а еще перчатки, каждый палец которых заканчивался заостренным котем.

Я улыбнулся. Мне такое нравилось. Вот были бы они золотыми…

Скоро от всего этого великолепия у меня закружилась голова. Я сделал шаг вбок, и вдруг мне на глаза попалась странная вещица над камином.

— А это что?.. — спросил я, ткнув пальцем в рамочку, в которой поблескивало нечто, напоминающее…

Чешую.

Проследив за моим взглядом, продавец хитро улыбнулся.

— О-о-о… — протянул продавец, затаив дыхание. — А вы разбираетесь в «инструментах», молодой человек! Но, увы, оно не продается…

— Откуда у тебя это? — спросил я, подойдя к рамке вплотную. Нет, ошибки быть не могло, ибо рисунок мне был СЛИШКОМ знаком.

Была лишь одна проблема…

— Мой дед когда-то принес из башни несколько Его чешуек, — сказал продавец, гордо подняв нос. — Давным-давно… В те самые темные времена… Дед хотел выправить из них броню, но его горн не справился с этим металлом. Тогда он решил ее продать, но так и не смог с ней расстаться…

Рассмотрев чешую получше, я ухмыльнулся. Ну что за брехун. Да эта чешуя сильно напоминал мою, но нет, первое впечатление было обманчиво.

— Дед обманул тебя, человек. Это подделка.

Продавец же грустно вздохнул.

— Эхх… А вас не проведешь, молодой человек! Да, увы… Оригинал украли много лет назад. Я же как мог пытался повторить его шедевр, но смог сделать только жалкую копию…

Моя рука сама схватила его за ворот. Он крякнул, но я сжал кулак только сильнее.

— Кто украл? Говори!

Вдруг звякнул колокольчик, и порог пересекла Марьяна.

— Ваня, ты тут?.. Ваня! Отпусти этого мужчину!

Я хотел было осадить нее, чтобы она не вмешивалась, но взглянув замер. После парикмахерской она была совсем другой.

Заметив мой взгляд, Марьяна порозовела.

— Ну как? — спросила девушка, тронув прическу. — Не слишком коротко?

Я улыбнулся.

— Так ты еще больше похожа на свою бабушку в молодости.

И мои пальцы сами собой разжались, выпустив удивленного продавца. Марьяна покачала головой:

— Буду считать это за комплимент…

Увы, он так и не смог рассказать ничего путного. Однажды проснувшись, продавец просто обнаружил эту рамку пустой.

— … Я так расстроился, что той же ночью сделал копию! Итак!

И как ни в чем не бывало, улыбнулся девушке.

— Что бы вы хотели, юная леди? Рубить, колоть, шлепать, резать или рвать?

— Ни то, ни другое. Нам с Иваном нужны парадные рапиры для торжественного приема.

Сверкающие глаза продавца тут же потухли. Махнув рукой, он сунул руку в свою гору железа и вытащил две новенькие шпажки.

— Она же даже не острая! — заметил я, коснувшись пальцем острия своего «инструмента».

Продавец с надеждой посмотрел на меня, но Марьяна была непоколебима:

— Тебе кого на церемонии колоть? Это чисто ради вида. С боевым оружием туда все равно не пускают. Дуэли в стенах Арканума запрещены!

Выложив деньги, мы направились на выход. У самых дверей я обернулся, и в последний раз поглядел на копию своей чешуи.

— Украдена, говоришь… — прошипел я и вышел в глубоких раздумьях.

* * *

Пообедав, мы направились в ателье через дорогу. Витрина была совсем скромной — и не скажешь, что здесь одевают для каких-то серьезных мероприятий. Называлось заведение «Золотая игла».

Так-с…

— Бабушка знает, где одеваться, — сказала Марьяна, когда мы подошли ко входу. — А еще ценит тех, кто умеет хранить секреты.

Несмотря на название, внутри все было довольно броско — конторка, а за ней развешена куча одежды. Колокольчик над дверью звякнул, и к нам выбежал лысый коротышка в костюме-тройке.

— Ах, Марьяна Васильевна, добрый день! Как вы поживаете? Как бабушка?

— Альберт, все хорошо, спасибо, — смущенно улыбнулась она. — Завтра важный день, и нам с другом нужно одеться так, чтобы не ударить в грязь лицом.

— С другом? А бабушка знает?.. — деловито приподнял он бровь, но Марьяна проигнорировала этот вопрос:

— И еще… Неплохо бы сделать так, чтобы на меня не пялились. Наказ бабушки.

Тот кивнул и улыбнулся.

— Это будет непросто, Марьяна Васильевна, но я сделаю все, что в моих силах.

— Благодарю. Ты мои мерки знаешь, а вот моего друга…

И она кивнула на меня. Подкрутив ус, коротышка осмотрел меня сверху донизу.

— Работы будет много, — заключил он, проводив нас в рабочую комнату с зеркалами, ширмами и кучей вешалок с одеждой. — Проходите.

По щелчку его пальцев отовсюду вылетели нитки, мерные ленты, пара тканей, а также десяток иголок — они и вправду были золочеными — и всей братией закружились вокруг нас.

Мне это позабавило. Как только не изощрялись во владении магией эти люди…

Через пару минут Марьяна вовсю вертелась перед зеркалом то в одном, то в другом платье. Я же страдал — на мне волшебным образом «нарастал» чересчур узкий брючный костюм. Его, стежок за стежком, сшивали прямо на мне.

— Ах, зараза! — зарычал я, когда Альберт затянул на мне какую-то шелковую удавку.

— Что такое? — прищурился коротышка. — Цвет не нравится? А как насчет черного?

— Ваня, не дергайся! — повернулась ко мне Марьяна. — Галстуки все носят.

— Их все носят⁈

Одна удавка сменяла другую, а меня только начинали мучить. На пару с Марьяной они выбирали расцветку галстука, форму запонок, ремень, туфли…

— Почему нельзя пойти в моих ботинках?

— Ты их видел? — и Марьяна кивнула на мою пару, лежащую в углу. На пятках были дырки. — Альберт, давай попробуем розовый…

Тут я не мог смолчать:

— Только попробуй, и эти иголки заштопают все отверстия в твоем теле!

Где-то глубоко-глубоко в моей голове послышалось хихиканье.

— Ага, проснулся-таки, — буркнул я себе под нос. — Выйду отсюда, поговорим…

А мои мучители принялись «пробовать» еще один вариант. Вдруг звякнул колокольчик, и со стороны входа послышалось:

— Человек! Челове-е-ек!

Извинившись, Альберт скрылся за порогом. Тут же раздались голоса:

— Семен Борисович, добрый день. Вы уже здесь? Кажется, мы договаривались на четыре часа?

— Не важно, о чем мы договаривались! Договаривался отец, а у меня нет времени ждать. Завтра Испытание, а костюма нет. Обслужи меня немедля!

— Прошу прощения, но у меня сейчас клиенты. Не могли бы вы…

В ответ затопали ногами.

— Что? Ждать⁈ Я тебе чего, какой-то выскочка из черни? Я Семен Зорин! Ты хоть знаешь, кто мой отец? Один из приближенных Советников Королевы!

Дверь распахнулась, и на пороге застыл долговязый юноша с прилизанными светлыми волосами и тростью.

— Какие-то оборванцы… — фыркнул он, ударив тростью по ладони. — Это что, проходной двор? Альберт, у тебя же, говорят, сама Магистр одевается!

— Иные клиенты тоже захаживают в мою скромную лавку, ваша милость… — поклонился Альберт, бросив быстрый взгляд на Марьяну. Та мигом отошла за ширму с таким видом, будто нашла в бульоне муху.

— Хах! — расплылся Зорин в ухмылке, а затем скинул пальто в руки слуги. — Еще скажи, что они из простолюдинов! Особенно вот это вот!

И он ткнул пальцем в меня.

Поведи так себя кто-нибудь постарше, я бы, наверное, не сдержался, но этот… мальчишка, у которого над губой еще рос девственный пух, меня жуть как развеселил. Он гавкал так забавно — лучше телевизора.

Да и к тому же, кого-то он мне напоминал. Зорин… Зорин… Эта фамилия казалась очень знакомой…

Тем временем, парень повернулся к Альберту.

— Ну, долго ждать?

Вздохнув, тот щелкнул пальцами и вокруг Зорина закружились нитки с иголками.

— Ты чего⁈ При них?

— Но…

— Выведи прочь этих простолюдинов! Или что, ты хочешь потерять клиента из рода Зориных?

Альберт оказался приперт к стенке. Очевидно, норов этого дурачка взялся не с потолка, и его папаша в случае чего сможет подпортить ему дело. Марьяна тоже молчала. Не хотела светить статусом?

Что ж, придется взять проблему в свои руки.

— Прошу прощения, как ты сказал, тебя зовут? — спросил я, прищурившись. — Позорин?

— Зо-рин! Ты чего, оглох⁈

Вдруг меня осенило — Зорин! Да, точно! Знал я одного Зорина, Эдуарда, мелкого аристократишки, что занимался продажей селедки в трактиры. Давным-давно я еще будучи крылат и хвостат спас его обоз от бандитов. Тот так обрадовался, что отдал мне все свое золото.

А его потомок, значит, приближенный Советника Королевы, вот как? Ишь как поднялись без меня…

— Ах да, знаю такой славный род, — улыбнулся я, вспомнив того пропахшего селедкой оборванца. Ох, как он трясся при одном моем виде. — Кажется, твой предок отметился при Репейкино?..

Услышав это, парнишка немедленно расправил плечи. Глаза его сверкнули.

— Похвально, что такой смерд, как ты, в курсе подвигов моих предков! Под Репейкино была славная битва!

Я едва не рассмеялся. Селедкой торговать — это тебе не мечом махать. А уж драпать под хохот лесных бандитов, тем более. Конечно же, никакой битвы под Репейкино не было. Там сто лет назад располагался трактир, куда Эдуард и вез свою селедку — там же и получил в морду за опоздание и потерянное золото. Очевидно, что Зорины «от» и «до» выдумали свою родословную.

Его норов чуть поутих, и Альберт смог им заняться. Зорин забраться на табуретку и вокруг него завертелась «рабочая братия». Одна игла лежала без дела, и ее я, ради эксперимента, попытался подчинить себе. С монеткой было проще, однако результат того стоил — иголочка поднялась в воздух и медленно поплыла через комнату.

— Скажи, — продолжил я, примеряясь, куда бы сунуть иголку — в подушку для булавок или в зад Зорину. — А под Зазнобиным тоже блистал твой далекий предок?

Парень благостно кивнул, только подтвердив мои догадки, что вся его родословная — липа, ибо под Зазнобиным Эдуарда я и спас. Наверное, стоило и сжечь его, чтоб не размножался.

— Мои предки славятся своими подвигами! — довольно доложил Зорин, пока его облачали в костюм, а моя иголочка плавала в непосредственной близости от его филейных мест, — еще задолго до времен, когда в Башне жил этот…. Не будь Олафа, мои предки точно бы сбросили его вниз. Но этот хитрец оказался быстр… Ай! Альберт, какого⁈

Тот развел руками.

— Это всего лишь иголка, ваша милость. Пустяк.

— Сам решу, пустяк это или нет! Держи свои иголки от меня подальше!

Я пересеклся взглядом с Марьяной, а ее едва не разрывало от едва сдерживаемого смеха. Тогда с моих уст слетела еще парочка местечек, где «блистал» его предок. Парень же только кивал, изредка вскрикивая, когда очередная золоченая иголка «невзначай» впивалась ему в мягкие места.

— Наверное, далекое это место, эта Вальгалла, ваша милость, — сказал Альберт. — Это где-то на севере?

— Конечно, на севере, невежда! Ты что, в школе не учился? И чего ты все улыбаешься?

Наконец, костюм был готов. Я зашел за ширму к Марьяне, и она оправила мне воротник. Ее платье было скромным, однако и в нем девушка выглядела очень неплохо — не бабушка в лучшие годы, но тоже сгодится.

— Ты тоже хорош, — кивнула она, осматривая меня со всех сторон. — Еще бы в талии поуже…

Я быстро замотал головой.

— Хватит, с меня. Пошли.

Мы переоделись и, взяв покупки, направились на выход.

— Эй, вы куда? — заголосил Зорин. — Я не разрешал вам уходить!

Дерзость. Непозволительная дерзость. Подтолкнув Марьяну к двери, я бросил:

— Хочешь еще похвастаться подвигами своих предков?

Парень близоруко сощурился.

— Что за девушка с тобой? Она кого-то мне напоминает… Ай! Альберт, опять ты… Ты убить меня хочешь⁈

— Прошу прощения, иголка.

— Эй, девка, вернись!

А вот этого я простить не мог.

— Девушка со мной, — сказал я и направился к выходу. — А ты, следи за языком.

— Что? Куда⁈

Клянусь, эту иголочку я почти не трогал. Нет, вру — вписал ее со всей силы.

Грохот и крик поднялся на все ателье. Закрывая дверь, я обернулся: Зорин дергался на полу, а вокруг него бегал смертельно бледный Альберт.

— Иголки! Иголки! Как больно!

— Ваша милость, я же говорил вам не крутиться!

Колокольчик звякнул, и мы с Марьяной вышли. Крики тут же затихли — хлещущий дождь пожирал все звуки. Я раскрыл зонт.

— Идиот, — сказала Марьяна, пока мы с ней бежали к остановке. — Знаю я таких. Гордости полные штаны, а на деле ноль без палочки.

Я согласился. Пусть скажет «спасибо», что не получил иголку в глаз, или еще куда поважнее. Чую, завтра мне придется встретиться еще с массой «славных» ребят, предки которых поднялись до самых верхов.

К нам подъехало такси. Открыв дверь, Марьяна обернулась:

— Ты это… Спасибо, что прикрыл.

— Не в первый раз.

Помахав мне, Марьяна отправилась к себе. Проводив ее глазами, я направился по мокрому тротуару.

— Только не говори, что не знал ее? — спросил я Ивана.

— Марьяну? — отозвался он. — Нет. Видел только пару раз через забор и издалека, еще в далеком детстве. Нас не спешили знакомить. Все же она наследница, а я… никто.

— И бабушку ты тоже ни разу не встречал?

— Шутишь? Я и со своим отцом не шибко виделся. Пару раз получал от него подачки в интернате, и все…

Он грустно вздохнул.

Ливень же только усилился. Прохожие быстро исчезли с улиц, а я вдохнул освежающий запах дождя. На ум пришли наши с Дарьей посиделки во время долгих вечеров. Она сидела с книжкой у камина, а я лежал на золоте… любовался своей Принцессой…

— Ты чего улыбаешься? — удивился Иван. — Вспомнил, как это хорошо, летать по небу?

— Это не твое дело. Иди лучше поспи часок.

— А ты в это время будешь пользоваться моим телом⁈

— Правильно думаешь. Да и вообще, два сознания на одно тело — как-то многовато.

Уже начало темнеть, и я, слушая его непрекращающийся бубнеж, прибавил шагу. Под аркой во двор меня уже ждали.

— Вот и он! — и трое хмурых мужиков взяли меня в кольцо. — Что, парень, думал хамство в адрес наследника рода Зориных сойдет тебе с рук?

— Конечно, — улыбнулся я, засунув руки в карманы и нащупав свои любимые кастеты.

Потасовка была совсем скучной, да и навара с них было немного. Всего-то золоченая пряжка и еще кольцо — в ухе. И чего они так любят совать себе на рожу все эти кольца? Чтобы вся «сокровищница» на виду была что ли?

— Лучше бы Позорин пришел сам, — прошипел я, дергая колечко. В ответ зазвучали мольбы о пощаде. Еще двое любителей драк в подворотне жались у стены, подвывая как побитые собаки. — Ты же передашь ему, что он так и не вырос из торговца рыбой?

Тот мелко закивал, и я решил сжалиться. Вырвал кольцо и пошел прежней дорогой. Криков сзади было много.

— А ты не перебарщиваешь? — поинтересовался Иван. — Мало тебе Лео с Эмилем?

— В следующий они лишатся жизни.

В баре клиентов было немного, а Борис, завидев меня, присвистнул:

— А эта девчонка на тебя хорошо влияет, Иван! Хорошо выглядишь.

Остальные тоже удивленно обернулись. Большие пальцы мигом вскинулись вверх.

— Я к себе, потише тут, — и направился в комнату.

Раз завтра у меня тяжелый день, следует хорошенько выспаться. На золоте, естественно.

* * *

Было уже темно. Парень все сидел в баре, но ни один из Инквизиторов и не думал вылезать из автомобиля.

— Не думаешь, что ошибся? — спросил Григорий, младший Инквизитор. — Это какой-то шкет. Ему и двадцати не дашь.

— И тем не менее, он отделал трех взрослых мужиков, — ответил Лаврентий. — Без оружия.

Григорий фыркнул.

— Подумаешь! Ты же сам их видел. Эти лощеные олухи только стариков изводить да баб пугать способны. Мне кажется, мы теряем время.

Лаврентий долго не отвечал.

С этим парнем они пересеклись еще час назад — случайно, в парикмахерской, куда Лаврентий зашел побрить голову. Их разделяла плотная ширма, но взгляд из зеркала сразу привлек внимание Инквизитора. В его голове всплыл вчерашний бандит на складе — за маской были похожие глаза.

Это тот самый преступник? Или Лаврентий все же с годами превращается в параноика? Однако напарник не лукавил — двигался этот парень и впрямь очень странно, однако никакой Древней магии от него не исходило. По крайней мере, в драке с той троицей он ее не использовал.

Инквизитор сомневался. Сунувшись в бардачок, он вытащил монету, которую нашел вчера на пепелище. Странную монету…

Подкинув ее в воздух, он поймал ее. Орел.

— Нужно проверить.

Сказав это, Лаврентий вышел из машины.

— Если не вернусь через пятнадцать минут, — бросил он через плечо. — Вызывай подкрепление.

* * *

Борис никак не мог взять в толк, что же скрывает Иван? А то, что он что-то скрывает — это к гадалке не ходи. Нет, в амнезию ему не верилось. Тот никчемный клоун, которого знала вся округа, словно испарился, а этот новый Иван был совсем другим: походка, взгляд, движения…

Неужели он повзрослел⁈

— Ха, еще чего? — ухмыльнулся Борис. По своему опыту он знал — если человек идиот в молодости, то и в старости он едва ли поменяется.

— Просто парень влюбился, — заметил пьянчужка с другого конца стойки. — Я вот в его годы, пока за женой ухаживал, даже причесывался…

— Пока было что причесывать! — хмыкнули сбоку, и весь зал расхохотался.

Борис ухмыльнулся в усы. Хотя не плевать ли, что там с Иваном? За те дни, что под его крышей появился этот странный парень, Борис избавился от навязчивой «крыши», сохранил таким трудом заработанное золото и нанял толковую магичку для защиты от порталов.

Все это обещало одно — деньги, ибо посетителей тоже прибавилось. Более того, в присутствии Ивана они отчего-то вели себя как хомячки на водопое. Даже Борис иной раз опасался пересекаться с ним взглядом.

— Чудеса… — покачал головой бармен, и вдруг голоса в баре как-то притихли. Что, Ивану не спится?

Он поднял глаза и натолкнулся на взгляд, прошибающий насквозь. Нет, это был не Иван.

А Инквизитор.

Хлопнула дверь, затем еще и еще, и вот от посетителей остался один Силантий, мирно похрапывающий на столешнице. Невольно Борис ему позавидовал.

— Что вам угодно? — смог он выдавить из себя.

Инквизитор поправил пенсне и, сверкнув стеклышками, произнес:

— Парень, который зашел в этот бар полчаса назад. Кто он?

Борису не хотелось открывать рот, но на него нашел такой страх, что он не смог не ответить:

— Иван? Он тут…

— Позовите его. Быстро.

Борис сам не заметил, как оказался у комнаты Ивана. Внутри стояла тишина, а дверь была заперта. Следовало бы постучаться, но бармена взял такой страх, что он открыл дверь своим ключом.

— Иван там… — и замер на полуслове.

В комнате было темно, но Ивана, лежащего на диване, Борис разглядел тотчас. Тот мирно спал, его грудь медленно поднималась.

А под ним поблескивала куча золота.

Нет, не так… КУЧА ЗОЛОТА!

В следующий миг Борис поймал на себе взгляд — глаза его квартиранта хищно блеснули в темноте.

Глава 10

Инквизитора вызывали?

Молчание затянулось, и я спросил:

— Борис, а тебя стучаться не учили?

Я слез с дивана, и на пол звонко посыпались монетки. Борис попятился с таким лицом, будто внизу сейчас сидит Инквизитор и вызывает меня на допрос.

— Там это… Внизу… — пробурчал бармен, посматривая на золото. — Так, Иван, откуда⁈

— Не отвлекайся. Кто сидит внизу?

Борис воровато оглянулся, а затем прошептал:

— Инквизитор. Он вызывает тебя на допрос.

Я бы рассмеялся этой шутке, но вид Бориса говорил о том, что он не шутит.

Как меня выследили? Раскололся один из бандитов? Вряд ли, ибо Пушок порвал их всех в клочья у меня на глазах. Дарья постаралась? Нет, это не в ее интересах.

Ответа не было, но раз Инквизитор сидит внизу, а не штурмует здание, значит, у него на меня ничего нет. Пока, во всяком случае.

— Сейчас спущусь. Налей-ка пока ему пива.

— Но… — заикнулся Борис, но все же скрылся за дверью.

— Черт, вляпались! — раздался голос Ивана. — Бежим! Через окно! А там через границу и…

Я покачал головой и вздохнул.

— Нет, я разберусь.

Прикрыв ценности от лишних глаз, запер дверь и уже у лестницы почувствовал МОЕ золото.

Внизу было пусто, и только Силантий мирно дрых в уголке. На стойке пенилась кружка, но Инквизитор к ней даже не притронулся. Смотрел он только на меня. Не моргая. Золото у него было при себе.

Знакомый взгляд из-за пенсне изучающе рассматривал меня с ног до головы. Ага, значит, снова ты, лысый. Что ж, посмотрим с чем явился…

— Добрый вечер, — сказал я, присаживаясь рядом. — Вы хотите со мной поговорить?

Снаружи грянул гром, и Борис, стоявший в уголке вздрогнул.

— Иван Петрович, — и Инквизитор еле заметно кивнул, — я вас не задержу. Оперуполномоченный Лаврентий Скуратов, у меня к вам есть пара вопросов.

— Надеюсь, только пара. Я немного занят.

— Вы были вчера на складах за городом? — спросил он напрямую. — Примерно в восемь часов вечера.

Так и знал — у него ничего на меня нет, иначе бы не спрашивал. Похоже, испытывает реакцию: хочет взять меня на вранье? Наивный человек. Но ладно, давай поиграем.

Для виду немного поволновавашись — ибо судя по пустым стульям в разгар вечера, не боялись Инквизитора только другие Инквизиторы — я ответил максимально четко:

— Был. Мне обещали достать лекарский медальон, а то недавно мне прилетело по голове, и я теперь мучаюсь головными болями. К тому же у меня сплошные провалы в памяти. Скажи, Борис?

Тот дернулся, чтобы ответить, но Инквизитор поднял руку.

— С Борисом мы уже побеседовали. Он сказал, что последние несколько дней вы и впрямь ведете себя немного странно.

— Он прав. Удар по затылку, знаете, не шутка.

— А что случилось? Упали?

— Скорее, зашел не в тот переулок. Меня обчистили до нитки.

И в доказательство показал ему пустые карманы.

— Теперь в переулках я всегда оглядываюсь, — сказал я, — и бью первым.

— Вернемся к складам, — продолжил Лаврентий. — Там вчера был зафиксирован выброс Древней магии. Вы что-то знаете об этом?

Я позволил себе удивиться. Надеюсь, вполне натурально.

— Как в сказках что ли?

Инквизитор сощурился.

— Знаете, кто мог использовать Древнюю магию?

— Знаю, — улыбнулся я и кивнул в сторону силуэта Башни в окне. — Он.

Снова сверкнула молния, от раската грома стаканы на полках зазвенели.

— Сейчас шутки неуместны, — сказал Инквизитор. — Вы видели на складах кого-нибудь… подозрительного?

— Там вчера случилась какая-то заварушка, — продолжил я разыгрывать невинную овечку. — Вроде, то ли шпана подожгла что-то, то ли разборки между бандами… Я дал деру. Спасибо, мне уже на этой неделе досталось.

— Не случалось ли вам, Иван, бывать на Черном базаре?

Я сделал обеспокоенную мину, немного повращав глазами — пусть думает, что прижал меня к стенке.

— Бывал там пару раз, чего греха таить?.. Искал то же самое — оттуда меня и направили на склады… А что?

Лаврентий ответил не сразу.

— Там тоже использовали Древнюю магию, да и в трущобах недавно также зафиксирован выброс. Вам что-нибудь об этом известно?

— Ничего, — ответил я и пожал плечами. — Мне бы обычную магию освоить хотя бы на уровне практика, а тут еще и Древняя. Эх, умел бы я колдовать как вы, работал в Ассоциации, а то и у вас в Инквизиции, и горя бы не знал!

— Хорошо… — кивнул Инквизитор и полез в карман. — А вот это вам знакомо?

И тут мой взгляд привлек блеск золота. Скосив глаза к его руке, я…

Монетка еще раз блеснула, закрутившись в руке Инквизитора, а мое сердце упало.

Это она! Моя! Монетка!

— Эээ… Нет, — сказал я как можно спокойнее, но сердце в груди зашлось как бешеное.

— Эй! Ты чего⁈ — закричал Иван. — Соберись, это всего лишь монета!

— Точно? — и глаза Инквизитора сощурились. — Я нашел это вчера на складах. Один из злоумышленников обронил ее. Не узнаете?

И он повернул ее перед моим лицом. Сначала орлом, где был изображен я в свои лучшие годы, а затем решкой, где был профиль Дарьи.

Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы не вырвать ее и не дать ему в зубы. Но это было бы самоубийством — даже без активации его магических способностей, аура от него исходила невероятно мощная. Да и в окне виднелся черный автомобиль — наверняка, его сообщники, и тоже не слабаки.

— Нет, — сказал я ледяным тоном. — Но монета красивая.

Инквизитор задал еще парочку наводящих вопросов, на которые я ответил примерно в таком же духе: не знаю, не видел, забыл, да, но нет. И все это время он, словно издеваясь, крутил монету в пальцах. Во мне бушевала буря.

Держись, держись, моя прелесть… Не долго тебе страдать в руках этого варвара!

Наконец, Инквизитор поднялся. Монета исчезла у него в кармане.

— Благодарю за содействие, Иван Петрович. Если вы будете нужны, мы с вами свяжемся.

И не попрощавшись, Инквизитор скрылся за дверью. Кружку с пивом он так и не тронул. Я же аккуратно подошел к окну и успел увидеть, как черный автомобиль без опознавательных знаков исчез за углом.

А с ним и моя драгоценность…

Сзади прокашлялись.

— Ты что-то натворил? — спросил Борис. — Или это зо…

Оглянувшись, бармен пугливо вжался в стул. Я помотал головой, пытаясь прийти в нормальное состояние.

— Нет, он ошибся, — грозно и максимально убедительно проговорил я. — А насчет золота — лучше будет и тебе, и мне, чтобы никто о нем не знал. Оно мое и ничье больше. Понял?

Борис кивнул.

— Вот и хорошо, — и я попытался улыбнуться. — В следующий раз, если он явится, стучись.

Вдруг в уголке завозился Силантий.

— А? Что я пропустил? — захлопал он глазами. — Господин! Вы вернулись!

— Да, но больше не называй меня, господином, — наклонился к нему поближе и улыбнулся. — Меня зовут Иван. Запомни.

Старик нервно сглотнул. Кажется, моя улыбка была немного не такой, какой я ее планировал.

— Хорошо, я понял вас, госпо… Иван…

— Вот и славно, — и я пододвинул ему пиво, что не стал пить Инквизитор. — Вот, за мой счет.

Поднявшись к себе в комнату, я устало опустился на золото. В этот раз забрать монетку у Инквизитора было очень опасно, но я не я, если не вырву то, что принадлежит мне.

Сжав кулаки, я оглядел золото. Нет, больше нельзя так опрометчиво спать на этом добре, а за кирпичом места давно не осталось.

— Вас нужно куда-то спрятать…

— Отнеси в банк! — сказал Иван. — Положишь под процент!

— Отдать МОЕ золото банкирам? Ты спятил?

— Ах да, точно, как я мог забыть… как там в песенке пелось? — хихикнул мой вынужденный коллега. — Если вдруг его ты встретишь на своем пути, не задумывайся долго, быстро уходи…

— Еще слово и…

— И? Что ты мне сделаешь⁈ Убьешь меня? Ахах! Попробуй!

Я задумался. Пусть он и слабак, но в данной ситуации мне до него не добраться.

— На днях спрошу Силантия, как избавиться от твоего сознания. А потом, так и быть, убью.

Иван снова решил поспорить — и мой мизинец задергался как в припадке.

— Ты не посмеешь!

— Еще как посмею. Только сначала переселим тебя в другое тело. Крыса тебя устроит?

Он завопил, но я уже не слушал — возился с гвоздодером. К ночи все золото было спрятано под полом.

* * *

Улицы города.

Они подъезжали к центру, а Лаврентий все молчал. Наконец, Григорий не выдержал:

— И что ты молчишь, как рыба? Он, или нет⁈

Лаврентий молча посмотрел на него. Монетка все еще вращалась в его пальцах, прыгала с одной костяшки на другую. Орел или решка, орел или решка…

Наконец он пожал плечами.

— И да, и нет. Говорит связно, хитрит, когда нужно волнуется, в удобных ему местах ссылается на травму. Он явно знает, больше, чем говорит, однако Древней магией от него не пахнет. Вот только…

И он крепко сжал монету в кулаке.

— Что «вот только»?

— Его глаза. Они мне не нравятся.

Григорий тут же ударил по тормозам.

— Так давай возьмем его, и…

— Нет, я видел его нынче днем с внучкой Королевы. С Марьяной Васильевной.

— Что⁈ С принцессой? Это с какой это стати? А?

— Именно. Надо бы за ним еще понаблюдать. Узнай об этом Иване все, что можно.

* * *

Утром в бар снова приехала Марьяна и…

— Ты что, еще не одет⁈

Сидя за завтраком, я пожал плечами. К чему спешка? Однако видок у нее был такой, будто в случае нашего опоздания нас немедленно пронзит молнией.

— Бегом!

— Иду-иду, — и я направился к себе. Снова залезать в эти тряпки и вязать на шее удавку мне не хотелось, но чего не сделаешь ради золота, Башни и возвращения крыльев?

Одевшись и прицепив шпагу, я спустился. Марьяна критически оглядела меня с головы до ног и начала перевязывать галстук.

— Нет, надо было все же поуже в талии…

— И чего ты так обо мне беспокоишься? — спросил я, прищурившись. — Тебе-то какое дело?

— Обещала бабушке…

Ладно, пусть скрытничает. Мне самое главное пройти Испытание. Потом я смогу опять увидеть ее. У нас есть одна важная тема для разговора.

Сама же Марьяна выглядела даже лучше, чем вчера. Видно, что перед зеркалом девушка провела не один час. В ней ясно проглядывались черты бабушки, чего уж скрывать.

— Пойдем? — сказал я, подав ей локоть. — Принцесса?

Марьяна взяла меня под руку, и под многочисленными взглядами пьянчужек мы покинули заведение. У дверей нас ждала машина, за рулем сидел Стас.

— Доброе утро, — улыбнулся он, когда мы залезли в салон. — Хорошо выглядите, Иван Петрович.

— Доброе. Благодарю.

— В Верховный Арканум, и побыстрее! — наклонилась к шоферу девушка.

Он завел мотор. Через минуту мы бодро мчались по трассе.

— Вы и впрямь проходите Испытание? — спросил он, поглядев на нас в зеркало заднего вида.

— Приходится… — протянула Марьяна.

— Эх, у меня знакомый тоже пару лет назад решил попытать счастья стать аристократом! Его жена была на седьмом небе…

— Он прошел?

— Нет. То, что от него осталось принесли в спичечном коробке.

— Жена, наверное, была просто убита горем…

— И снова нет. Они были не в ладах, а спустя неделю вдовушка вышла за своего любовника. Вот он-то и прошел Испытание!

Ехали мы в самый центр города. Скоро показалась площадь с каким-то одиноко стоявшим столбом, а за ним возвышался красивый дворец бирюзового цвета с белыми колоннами. Видимо, это и есть Верховный Арканум.

У главного входа уже толпился народ. Играла музыка.

— В этом году людей еще больше, — заметил Стас, а затем обернулся. — Удачи вам, Иван Петрович. И вам Марьяна Васильевна.

Он уехал, а мы направились к главному входу. Миновав ворота, окунулись в гигантский холл, где от народа было буквально не продохнуть.

— Тут что, очередь? — удивился я, увидев цепочку медленно двигающихся людей.

Марьяна кивнула.

— Всех аристократов поделили на три группы: высшее звено, среднее и самое нижнее. В очереди стоят в основном дети мелких дворян и одаренные маги-простолюдины, желающие попытать счастья. Мы в их числе.

— И ты тоже? Отчего?

Она смутилась.

— Мне светиться нельзя, ведь я живу под чужой личностью — по фамилии Попова, если что. Так захотела бабушка, чтобы я «училась жизни, а не протирала задницу во дворце». Это дословная цитата, если что.

Мы встали в конец очереди, и я огляделся. Да, вокруг действительно хватало относительно скромно одетых ребят — в основном молодых и дрожащих как осенние листья. Кажется, вот тот пухлячок сейчас шлепнется в обморок.

— Следующий! Следующий!

К счастью, стояли мы недолго. Через пятнадцать минут подошла наша очередь, и мы с Марьяной приготовили свои документы. Отчего-то со мной возились дольше, чем с моей подругой. Женщина в окошке без конца перебирала какие-то бумажки, пару раз отходила, а затем сунула мне пропуск.

— Следуй за мной, — взяла меня за руку Марьяна.

Мы пошли по коридору, куда понемногу тянулся народ — оттуда попали в пышно украшенный зал с колоннами у стен, где и собралась основная масса участников. Потолок тут красиво переливался — на нем мелькали огоньки, напоминающие звезды. У дальней стены установили сцену, а над ней чернел огромный экран, по которому крутили вырезки из прошлых испытаний. Тут и там стояли столы с напитками.

На одной из стен я увидел мозаику, изображающую Олафа — на руках он держал «спасенную» Дарью.

Мои кулаки невольно сжались. Иван не остался в стороне:

— Дедушка, наверное, тебя неплохо так отделал! Вот почему ты постоянно такой злой!

И он от души расхохотался. Этого я уже стерпеть не мог — подошел к колонне и незаметно пнул ее ногой, стараясь попасть по мизинцу. В ответ раздался крик, полный боли.

— Еще раз что-нибудь такое ляпнешь, я его вовсе отрежу, — буркнул я, пробираясь к сцене. Там спросил у Марьяны: — А где те, кто попал в высшую группу?

Марьяна кивнула на балкон, где стояли самые богато разодетые господа.

— Там собрались отпрыски высших аристократов, — объяснила она, — да и они сами.

— Они тоже будут проходить Испытание?

— Что ты? Нет, они просто поприсутствуют на церемонии, затем коснуться специальной стеллы и пойдут на банкет.

Я вздохнул. Годы идут, а ничего в этом мире не меняется — рисковать жизнью требуется по-прежнему самым низшим. Было ли мне их жаль? Нет, но и так называемые «высшие» от них отличались разве что умением связно болтать и красиво одеваться. По моему мнению, править должен тот, кто сильнее и мудрее, а не болтливее.

Приглядевшись к лицам на балконе, я приметил среди них парочку смутно знакомых. Интересно, есть ли среди них потомки тех, с кем мне выдалось пересечься в прошлой жизни?

— Нет, нас туда не пустят, — сказала Марьяна, словно прочитав мои мысли. — Даже не думай. Нужен спецпропуск!

— А на банкете?

— На банкете… Ну, на банкете, наверное, да…

Время шло, мы переминались с ноги на ногу, а церемония отчего-то не начиналась. Сцена была пуста, народ, да и мы с Марьяной, начал откровенно скучать.

Вдруг в толпе мелькнул знакомый взгляд, и я сощурился. Ага, поодаль замелькал наш знакомый.

— Вот и Позорин! — кивнул я Марьяне на парня, уминающего устрицы за столом. — Отчего он не на балконе, раз его отец какая-то там шишка?

Она пожала плечами.

— Бывает, что высшие аристократы считают, что их чадо обязано делом доказать принадлежность к касте лучших. Возможно, его папаша как раз из таких. Если приглядишься, поймешь, что таких тут предостаточно.

Тот тоже нас заметил и, упустив устрицу, начал пробираться через толпу. Испачканное в соке лицо парня было совсем недружелюбным.

— Ты! Ты чего тут забыл?

Его щебетание немного подняло мне настроение. Вытащив из кармана платок, я протянул его Зорину.

— И тебе привет. У тебя крошка на подбородке.

Вспыхнув, Зорин вытерся рукавом.

— А что до нас, — улыбнулся я, — то мы с госпожой Поповой проходим Испытание. Как и ты, Сеня.

— Какой я тебе Сеня, ты?.. — и он осекся. — Испытание⁈ Ты? Не смеши! Ты же жалок! Да тебя как муху раздавят!

Прихлопнуть бы его, однако мне было интересно, как он будет вести себя на испытании. Возможно, это будет даже забавно.

— Надеюсь, сражаешься ты так же хорошо, как болтаешь, — проговорил я.

— Кого из… Да как ты… — и его рука скользнула к шпаге. — Гад!

— Дурак, это же парадное оружие. Что ты им сделаешь? Овощи порежешь?

Он бы точно выкинул что-нибудь, однако нас прервали:

— Прошу прощения, ваша милость, — и к нам подошел усатый мужчина в мантии. — Но дуэли в стенах Арканума строго запрещены. Попрошу разойтись.

— Что⁈ Да я… Да мой отец…

— И если что, — улыбнулся маг, — вашему отцу тотчас станет известно о вашем поведении на Испытании, господин Зорин.

Тот поджал губы, а затем быстро ушел прочь. Марьяна выдохнула.

— Ты снова прячешься? — спросил я девушку, которая весь разговор стояла отвернувшись. — Знаешь его?

— Угу… Пару раз пересекались в гимназии. Редкий слизняк. Не хочется, чтобы кто-нибудь из таких, как он, узнал меня.

Мы отошли к столам, и я плеснул Марьяне шампанского. Ее немного потряхивало, и она залпом осушила бокал.

— Волнуешься?

— А ты нет, Вань? Если не пройду, бабушка меня убьет.

Поджав губы, я отпил шампанского. Что ж, это весомый мотив.

Вдруг со сцены раздалась торжественная музыка, и народ оживился. Немного погодя, вспыхнул экран и на нем возникло огромное бородатое лицо с кустистыми бровями. Выглядел маг внушительно.

— Это Верховный архимаг Марципаний, — шепнула мне Марьяна. — Он очень любит поболтать, так что держись…

Раздался басистый голос:

— Досточтимые архимаги, чародеи, достойные аристократы и вы, юные участники, что вскоре докажут свое право называться магами не на словах, а на деле! Я Верховный архимаг Марципаний рад вас приветствовать под этой крышей Верховного Арканума! Знайте же, что вскоре вас ждет Испытание, которое определит только лучших из лучших!

Пока он болтал, я никак не мог глаз отвести от его медальона — отлитого из чистого золота.

— А отчего он сам не выйдет на сцену? — шепнул я Марьяне. Та ответила:

— Старый, наверное. Вот и не выходит из своей башни. Или ему просто лень.

Пока я облизывался на эту золотую прелесть, Марципаний принялся перебирать кучу родов, которые приветствовали его с балконов, пересказал историю «славных деяний» Арканума, а затем перешел к философским вопросам бытия.

Вот тут я и понял — это и впрямь надолго.

— … что это за тропа? — скрежетал голос Марципания. — Что это за тропа магии, вымощенная вечными вопросами, что присуща миру от рождения эпох? Лишь боги знают, когда тени ушедшего станут светом, а сомнения щитом праведных…

По рядам прошелся еле слышный стон.

— Старый зануда… — вздохнула Марьяна, как и все, стараясь сохранять сосредоточенное выражение лица, а Марципаний все не умолкал:

— Вы сюда пришли не за титулами, но за правом услышать, как пульс магии вторит ритму вашей крови! Запомните: звание мага-аристократа — не привилегия, а обет. Обет стоять на границе между хаосом и порядком…

— Давай ближе к делу, — послышался шепот собравшихся. — Ноги уже болят.

Следом он принялся вспоминать «славные деньки», а спустя еще сорок минут болтовни обо всем и ни о чем, вдруг заявил:

— … как вы знаете, не так давно скончался наш дорогой король Олаф Освободитель. Нельзя и представить, как много он сделал для нашего народа в деле освобождения от зла, под которым мы страдали многие-многие годы. Сотню лет славный Олаф правил нами, и совсем недавно его доброе сердце остановилось…

Марципаний взял короткую паузу.

— Ушла целая эпоха. Эпоха великих деяний. Почтим память ушедшего монарха минутой молчания.

Замолкнув, он закрыл глаза. Как и все вокруг. На экране появилось изображение Олафа, и все медленно склонили головы.

Я же хрустнул зубами. Нет, закрывать глаза в честь своего убийцы я не собираюсь. Время шло, а эти идиоты все стояли и стояли с закрытыми глазами.

Меня же эта чушь начинала страшно бесить.

— Довольно! Начинайте уже! — крикнул я в полной тишине.

Все как один раскрыли глаза. На балконах охнули.

— Какая дерзость… — прошептал кто-то сбоку.

От авторов: Дорогие читатели, если нравится история, то поставьте лайк (сердечко на странице книги). Давайте добьем до тысячи лайков, и тогда мы выкатим дополнительную главу. Вам несложно, а нам… но мы справимся!

Глава 11

Ты боишься темноты?

Верховный Арканум.

Только Марьяна закрыла глаза, как ярко вспыхнул огонь, и перед ее взором появилась она.

Башня. Гигантская. Черная. Зловещая.

Вокруг в свете дрожащих огней бегали орды каких-то рычащих теней. У подножия строения стояли клетки, из которых вылезали руки и лица истязаемых людей. Воды залива вокруг острова чернели как нефть, а вдалеке виднелся темный силуэт города. Оттуда тоже доносились крики.

Вдруг с неба раздался голос Марципания:

— Вот отчего нас спас Олаф! Сотни лет наша страна представляла собой царство ужаса и страданий! А всему виной тот, кто жил в башне и его слуги, что служили ему!

Вдруг на самой вершине Башне показался гигантский силуэт с крыльями. Его глаза зажглись, а затем из пасти вырвалась струя пламени. Его рык зазвучал громом и молнией. В ответ снизу разразилось не менее жуткое рычание сотен глоток. Чудовище же рвануло в вверх, а затем, широко расправив крылья, пронеслось над головами своих приспешников.

Затем на самом пике Башни появились три фигуры — и одна из них носила длинное красивое платье. Сердце Марьяны екнуло: точно такое же она еще в детстве видела в шкафу у бабушки.

— И не было спасения от этого ужаса, пока Олаф не поразил его и не освободил нас и не повел нас в светлое будущее!

Взяв ее под руки, девушку сбросили с Башни — и прямо в раскрытую зубастую пасть монстра. Не успела она вскрикнуть, как Башня пропала в дыму. Все стало полностью черным, и из тьмы выглянули глаза с вертикальными зрачками.

Вновь заговорил маг:

— Не думайте, что мы пытаемся вас напугать, но предупреждаем — если сомневаетесь, отступите! Всех, кто пойдет до конца, ждет Испытание, и оно будет совсем не таким как все предыдущие. Вы пройдете через огонь, зубы чудовищ, хитроумные ловушки и собственный страх! Вам предстоит…

Но не успел он договорить, как существо с вертикальными глазами щелкнуло пастью и рявкнуло:

— Довольно! Начинайте уже!

Марципаний осекся, а затем вспыхнул свет. Часто моргая, Марьяна подняла веки. Все стояли пораженные и протирали глаза. Тишина была звенящая.

Марьяна поймала взгляд Ивана. Они были одни, а вокруг образовалось небольшое пустое пространство. Переглядываясь, окружающие перешептывались и смотрели как на прокаженных.

— Какая дерзость… Да как он посмел?..

Осознав о ком они, Марьяна закатила глаза. Ваня… Ну конечно!

* * *

Овцы. Они просто овцы. Одно слово против, и всех этих людей будто молнией поразило. У дворян на балконах мина была такая, словно я вообще совершил нечто мерзкое.

— Это ты сказал, парень⁈ — разнесся по залу грозный голос. — Тебе кажется, будто наш добрый король Олаф не стоит поминовения?

Я ухмыльнулся.

— По моему мнению, мы напрасно тратим время. Все эти разговоры… Приемы, банкеты… Славословия… Я же пришел сюда заниматься делом.

И снова по рядам присутствующих пронеслась волна шепота. Моих ушей коснулась фраза «кощунство». Меня тронули за локоть — это была Марьяна, она была бледнее мела. За ее спиной я заметил движение, а затем в толпе появились охранники. Двигались они к нам.

— Раз он считает, что напрасно тратит время! — крикнули с балконов. — Пусть выметается! Этому наглецу нет места в Аркануме!

Раздался свист и одобрительное ворчание, а затем откуда-то донесся еще один голос:

— Ой ли, ваша милость? Так-то этот дерзкий молодой человек недалек от истины!

И тут же вновь упала тишина. Застыв, все закрутили головами, и спустя пару секунд на балконе показался улыбающийся маг с черной клинообразной бородой с легкой проседью.

— Вергилий? — нахмурился Марципаний. — Ты в своем уме⁈ Оскорбление памяти короля… Это непростительно!

Яркие голубые глаза мага засверкали. Он указал на меня ладонью.

— Где тут оскорбление? Этот парень несдержан, это так, но он смел — юноша всего лишь выразил то, что вот уже полчаса как вертится у каждого на языке: мы пришли сюда делать дело, а не слушать бесконечные разговоры и поминовения павших! Почему бы нам не оставить эти формальности и не начать уже процедуру отбора, а, достопочтимый Марципаний?

В ответ зазвучали робкие шепотки и одобрительные возгласы. Вергилий же, встав на поручни, легко прыгнул под потолок. Его мантия взметнулась, и он полетел к сцене прямо по воздуху. Зал охнул, а этот мужчина легко и плавно приземлился перед экраном.

Хлопнув в ладоши, он воскликнул:

— Пафнутий! Бонифаций! А ну сюда!

На сцену тут же забрались двое коротышей в мантиях — они были похожи как две капли воды, только у одного борода была черная как смоль, а у другого белая как снег.

— Объект готов?

Оба синхронно кивнули.

— Проверен, отлажен и еще раз проверен, ваша милость!

Маг улыбнулся.

— Хорошо! Значит, всем им… — и он посмотрел прямо на меня. — И этому парню в особенности, скоро удасться доказать, из чего они сделаны НА САМОМ ДЕЛЕ.

Расхохотавшись, он скрылся за сценой. Его помощники скромно заулыбались и прыгнули за ширму.

Я же огляделся — награждая меня недовольными взглядами, охранники медленно растворялись в толпе. Сверху же на меня смотрели очень по разному: кто-то с искренней злобой, кто-то с недоумением. А вот иные с интересом.

— Кхем-кхем, — снова взял слово Марципаний, — в заключение я напомню вам слова нашего почившего героя, Олафа: «Даже если тьма кромешная, пламя вашего сердца все равно разгонит ее!»

Я фыркнул. Он опять за свое? Схватив Марьяну за руку, я направился прочь от сцены. Не собираюсь слушать похвалы в адрес этого ничтожества.

— Пусть ваши враги задрожат от вашей решимости! — загрохотал Марципаний мне в спину. — Пусть звезды в куполе Арканума станут свидетелями вашей доблести! А тем, кто дрогнет… скажу: даже падение — лишь шаг на огромном пути!

Публика разразилась хлопками. Довольно хлипкими, надо сказать. Те двое бородатых братцев уже стояли у дверей в соседнее помещение. Стоило этому старому зануде затихнуть, как они взяли слово:

— Минуточку внимания! Нынче всех, кто первый раз проходит Испытание, просим проследовать за нами!

И двери за их спинами тут же со скрипом раскрылись.

— Из-за повышенной смертности на прошлом Испытании, мы должны отделить тех, кто потенциально способен его пройти, от тех, кто попал сюда по ошибке. Начало через десять минут! Не опаздывайте!

По толпе прошелся ропот, а затем народ потянулся к дверям. Мы с Марьяной были в числе первых.

— Значит, все очень серьезно… — сказала она. — Похоже, Испытание выйдет жестким…

Мне было все равно. Нет такого Испытания, с которым я не справлюсь.

— Ты это… — дернула меня Марьяна за рукав. — Давай, на этот раз без неожиданностей!

— Посмотрим.

Стоило нам подойти к дверям, как на моем пути встал очередной бородач в мантии. Волосы у него были настолько рыжие, что казались вот-вот вспыхнут.

— Стой, парень, — и по бокам встали еще двое. — Это ты посмел прервать Верховного мага?

— Если бы я не прервал Верховного мага, он бы и к вечеру не замолчал, — отмахнулся я, пытаясь пройти, но эти трое взяли меня в кольцо.

Глаза рыжего бородача сузились.

— Думаешь, ты самый умный? Думаешь, пройдешь Испытание?

— Нет, если вы трое так и будете мешать мне. В сторону!

Но эти трое встали только плотнее. От них полыхнуло магией, но оно меня не впечатлило.

— Что за шум, а драки нет? — и откуда-то появился тот самый маг по имени Вергилий. — Гораций? Банкет начинается в соседнем зале!

— Не суйся не в свое дело, Вергилий. А этот… — и он кивнул на меня. — Его нужно проучить. Никто не смеет прерывать Верховного мага, когда он говорит добрые слова о покойном короле!

Вергилий улыбнулся и, взяв своего друга под локоть, заговорил:

— Брось… Ты через час и пару бутылок коньяка не такое будешь петь…

Лицо Горация из бледного резко стало пунцовым. Вокруг раздались смешки, и я огляделся. Люди проходили вперед, но многие задерживались понаблюдать за развитием этого сюжета.

— Если ты закончил, — сказал я, смотря Горацию прямо в глаза. — То дай пройти, человек. Я пришел сюда не языками трепать. Твое дело — банкет.

Пусть двое по бокам Горация и были сильными магами, но столкнувшись со мной глазами они таки поплыли. Сделали шаг назад, и Горации оглянулся.

— Вы чего?..

Но мы с Марьяной уже пошли по коридору.

— Ваня… — заикнулась Марьяна, но я сжал ее руку покрепче.

— Молчи, девочка. И следуй за мной.

Пройдя по коридору, мы спустились в подвал и оказались в широком зале с низким сводчатым потолком. У дальней стены находился стол, за которым нас и встретили те двое черно-белых бородачей. За их спинами располагался длинный ряд низких дверей с номерами. Была их ровно дюжина.

Зал набился битком, и когда порог переступил последний испытуемый, двери за нами закрылись.

— Прошу внимания! — сказал маг с пушистой белой бородой. — Не толкайтесь! Мы будем вызывать каждого по списку, а затем вы будете уходить в одну из этих комнат.

И он кивнул на двери за своей спиной.

— Там вам нужно продержаться ровно десять минут. И не секундой меньше!

Испытуемые зашептались, а я расплылся в улыбке. Кажется, я знал, что это за комнаты. У меня в башне было нечто подобное.

— И все? — хмыкнул какой-то рыжий парень в первом ряду. — А что там?

Седой маг снисходительно улыбнулся. Его чернобородый товарищ тоже.

— Там?.. Ах, вы хотите быть первым, молодой человек?

Парень нерешительно оглянулся, и по рядам прошлась легкая волна смеха. Это его пристыдило, и он поспешил выйти вперед.

— Отчего ж, нет? Давайте! Но я хочу знать, что там?

— Хорошо… — и маг, подойдя к одной из дверей, раскрыл ее настежь. Внутри было пусто. — Видите что-нибудь?

— Нет.

— Отлично! Значит, вам нечего бояться, уважаемый…

— Петр Перевозов, — нерешительно буркнул он, вглядываясь в пустую комнату. Отчего-то его лицо побледнело.

Маг улыбнулся еще шире и отметил в списке его фамилию.

— Вы же не боитесь пустых комнат, уважаемый Перевозов?

И все засмеялись уже в голос. Покраснев, парень подошел к порогу.

— А… как я пойму, что уже прошло десять минут?

— Я постучу вам. Но вы можете просидеть там подольше!

И взяв его за плечи, маг аккуратно завел парня в комнату.

— Постойте!… — но дверь плотно закрылась.

— Десять минут, не больше! — крикнул маг вдогонку, а его товарищ тут же щелкнул секундомером. — Давайте подождем минутки три?

Он с довольным видом уселся на табуретку, но почти сразу изнутри раздался истошный крик. Дверь задрожала от стука.

— Откройте! Пустите! Я не хочу тут оставаться!

Вздохнув, маг сказал:

— Ручку поверни, дурень. Если кто-то внутри, то дверь снаружи не открыть.

Дверь распахнулась, и из комнаты вывалился тяжело дышащий парень. Упав на пол, он затрясся как в лихорадке. Маг помог ему подняться.

— Живой?

— А-а-а, — протянул он. — Вы с ума сошли⁈ Держать там ТАКОЕ!!!

— Какое? — удивился маг. — Какое «такое»?

— Такое! Чудовище! С крыльями и…

И рыжий ткнул пальцем в закрытую дверь. Повисла тишина и некоторые испытуемые попятились. Пожав плечами, маг открыл дверь пошире и отошел, чтобы всем было видно. Внутри было пусто. Голые стены, солома полу, и только.

— Но… но… но… Я видел! Я видел!

— Да-да-да, мы уже поняли, — закивал улыбающийся маг. — Вы видели самый свой потаенный страх и смогли продержаться всего лишь… Пафнутий, сколько?

Его товарищ показал секундомер.

— Семь секунд! Эх, не повезло… Следующий!

Трясущийся парень едва смог ходить, и его увели под руки.

— Я видел… — бормотал он на ходу. — Я видел Того Самого…

Этого труса увели, и маг приглашающе оглядел испытуемых, но никто и не подумал сдвинуться с места. Я тоже пока не торопился, ибо мне было жуть как любопытно, сколько продержится следующий бедолага.

Знали бы они, кому раньше принадлежали эти комнаты… Мне, конечно же. Похоже, эти воришки разобрали все ценное по кирпичику и приволокли сюда. Только и могут, как тащить даже то, что накрепко прикручено к полу.

— Ну что же вы? — оглядел маг наши нестройные ряды. — Или все же по спискам вызывать? Хорошо… Герасимов!

Высокий мускулистый парень отважно перешагнул порог и дверь закрылась за ним. Следом назвали еще девять человек, в числе которых оказалась и Марьяна Попова.

— Главное, ничего не бойся, — шепнул я, а она, кивнув, зашла в комнату. Стоило ей скрыться за дверью, как рядом вывалился до чертиков перепуганный здоровяк.

— Пауки! — застонал он, отряхивая с себя несуществующих паразитов. — Пауки!!!

— Сколько, Пафнутий? — согнулись маги над секундомером. — Минута пять секунд? Уже лучше, но, увы, до десяти минут далековато!

На его место тут же поместили девушку. И едва дверь закрылась, как она вылетела из комнаты как пуля:

— Мамочки! Змеи!

— Эх вы, молодежь! — покачал головой седой маг. — Что же вы все такие хиленькие? А вот в наше время…

Я вздохнул. Дальше было совсем неинтересно. Двери хлопали, а испытуемые выбывали один за другим. И лишь один из семи смог просидеть там дольше пяти минут. Я же стоял в углу и наблюдал за той комнатой, где сидела Марьяна. Время уже подходило к десяти минутам, а там было тихо.

Молодец. Вижу бабушкину кровь.

— Обухов Иван Петрович! — назвали мою фамилию, и я пошел занимать свое место.

Жаль, хотелось встретить Марьяну с победой.

Уже у порога мой мизинец задергался.

— Чего ты? — буркнул я, опустив глаза. — Страшно?

— А тебе нет?..

Вздохнув, я повернулся к магам.

— А какой рекорд сидения в этой комнате?

Белобородый улыбнулся.

— Сорок минут. Так, Пафнутий?

Тот кивнул.

— Принадлежит самому верховному магу Марципанию, — кивнул Бонифаций. — Он поистине бесстрашный человек! Вам, юноша, и десяти минут за глаза хватит!

Входя в комнату, я вспомнил один интересный факт. Дарья в свое время просидела на этой соломе три часа.

Дверь за моей спиной закрылась, оставив меня в полной темноте.

* * *

За дверью №11.

Марьяна.

— Голову с плеч! — раздался истерический вскрик, и по полу покатилась отсеченная голова. Затем на эшафот поволокли еще одного обреченного. Снова поднялся окровавленный топор палача.

— Голову с плеч! — крикнула королева, сидящая на троне. В ее руках был бокал, в котором плескалась алая жидкость. Такого же цвета как и ее губы.

Топор сверкнул, и в сторону отлетела еще одна голова. Королева расхохоталась, а на эшафот завели еще одного. За ним своей очереди ждали еще несколько приговоренных к казни.

— Казнить! КАЗНИТЬ!

Королева хохотала, палач рубил и рубил, а головы сыпались одна за другой. Скоро их стало так много, что они образовали огромную гору. На ее вершине и уселась королева. Отняв кубок от губ, она слизала с них кровь.

— Эй, а ты чего там стоишь? Поднимайся ко мне! — и она поманила крохотную фигурку, застывшую внизу — у самого основания горы отрубленных голов. — Или ты хочешь присоединиться к ним? Хочешь так и остаться трусихой?

— Нет, — покачала головой девочка и, сглатывая слезы, полезла по горе. Заглядывать в глаза королевы она боялась.

Лезть было непросто. Головы рассыпались в стороны, елозили под ногами, кусались, а их глаза от ярости едва не выскакивали из орбит.

— Берегись,Марьяна! Берегись! — бормотали они, пытаясь вцепиться ей в пятки.

— Давай-давай, быстрее! — подгоняла королева. — Или тебе тоже плечи жмут⁈

Сверху посыпались новые головы. Рыдая в голос, девочка карабкалась все выше, но вершина горы, где бесновалась безумная королева, с каждым разом отдалялась.

Девочка ползла, но голов становилось все больше. Топор палача снова и снова опускался. Его стук отдавался у нее в висках.

— Выше, еще выше! Это твоя судьба, Марьяна! — хохотала королева. — От судьбы не сбежать!

— Нет, пожалуйста… — плакала девочка, размазывая слезы. — Дай мне руку, бабушка!

Она вытянула ладонь, но королева и не подумала помогать ей. Вместо этого та присела на корточки с широкой улыбкой.

— Ты сама должна забраться, дурочка. Чтобы стать такой, как я…

Подняв бокал, королева нагнула его, и по вискам девочки потекло вино.

— Властной… жестокой… одинокой… Вынужденной отречься даже от своей любви ради трона…

Девочку затрясло, и вдруг одна из голов укусила ее за мизинец. Вскрикнув, она рухнула вниз. Головы посыпались вслед за ней — в самый низ, где растекалась огромная красная лужа.

Больно ударившись головой, девочка долго лежала, пытаясь отдышаться. Она слышала как стучит топор, как вокруг бултыхаются головы.

Одна из них была головой Аристарха:

— Я в вас очень разочарован, юная леди! Вы моя самая худшая ученица!

Смазав слезы, девочка поднялась. Гора была настолько высокой, что закрывала собой небо. А на самом верху стояла королева. И мантия за ее спиной отчего-то напоминал крылья.

Девочка поймала ее взгляд. Волна дрожи пробежалась до самых пяток. У королевы были вертикальные зрачки…

Сзади раздались шаги, и девочка обернулась. К ней, разгребая головы, шагал палач с топором. Глаза в прорези его маски тоже были как у змеи.

— Нет, погоди!..

Но было поздно. Она даже не успела ничего понять, как блеск топора закрыл ей взор, а в следующий миг она оказалась в луже. Змеиные глаза были везде — они смотрели на Марьяну с каждого лица. И даже под ногами были сотни глаз и губ.

И тут девочка поняла — она стала одной из голов!

— Ну и как ты теперь полезешь наверх, дурочка⁈ — захихикали вокруг — Оставайся с нами, девочка! Вечно! Ве-е-ечно!

— Нет, нет! НЕ ХОЧУ!

У нее не было рук, но она как-то нащупала дверь, а затем дернула ручку. Ее ослепило.

* * *

— Ну и ну… — проговорил маг, помогая Марьяне подняться. — Это рекорд дня!

Помотав головой, девушка огляделась. Она снова в том подвале, а вокруг куча бледных лиц, но на этот раз головы крепко сидели у людей на плечах. Все смотрели на нее с нескрываемым восхищением.

— Ааа?.. — выдохнула Марьяна, ощупывая свою шею. Она была на месте.

Тут же ей под нос сунули секундомер.

— Почти двадцать минут! Ты чего там, Попова, так долго сидела? Не слышала разве, как тебе стучали?

И он забарабанил костяшками по двери. Марьяна вздрогнула — звучало почти как топор палача.

— Эээ… Я пыталась забраться…

— Что? Куда?..

«На гору» — прошептала она одними губами и отошла подальше от двери. Забравшись в уголок, она огляделась в поисках Ивана, но его нигде не было.

За дверями же постоянно кто-то кричал, стонал и скребся. Один из них, наверняка, Иван.

Устроившись поудобней, Марьяна принялась ждать.

* * *

— Десять минут! — кричал маг Бонифаций, стуча то в одну дверь, то в другую. — Прошел! А ты, парень, вышел слишком рано, так что, увы, до следующего года. Так…

Один испытуемый сменял другого. Наконец хлопнула очередная дверь и наружу вышел покрытый потом парень с растрепанными русыми волосами. Был он недюжинного роста и при этом пухлый как тюлень.

— Еще целых семь минут! — фыркнул маг. — Увы, здоровяк! Ты проиграл!

Тот округлил глаза.

— Нет, я должен пройти!

И его широкая спина снова скрылась за дверью. Маг тут же застучал:

— Парень, не дури! Ты проиграл.

— Я должен пройти!

Маги переглянулись.

— Хорошо… Но те три минуты мы тебе не засчитаем. Будешь сидеть там все десять, понял?

Прошло две, как парень снова вывалился в коридор.

— Ну что? Нет⁈

И снова скрылся за дверью.

— Парень…

— Я смогу!

Покачав головой, Бонифаций повернулся к Пафнутию.

— Это что еще за медвежонок?

Его товарищ сверился со списком.

— Артур Сергеевич Зайцев… — задумчиво проговорил Пафнутий. — О, я помню его! В прошлом году приходил лабиринт! Умудрился перебить почти всех монстров на своем пути.

— Вот этот толстяк⁈ Перебил всех?

— Да… Но у самого порога грохнулся в обморок, а потом пошел не туда и заблудился. Еле разыскали.

Спустя четыре минуты парень вновь выпрыгнул в коридор.

— Хватит, Зайцев! — развел руками Бонифаций. — Умей проигрывать!

— Артур Зайцев не может проиграть!

Он тут же кинулся обратно в комнату, а затем там что-то громко ударилось. И все затихло. Молчание длилось все десять минут.

Маги даже заволновались.

— Может, он там умер? — предположил Бонифаций, когда истекла одиннадцатая минута. — Такое, конечно, ни разу не случалось, но всякое бывает…

Он постучался.

— Эй, Зайцев ты жив?

— УЖЕ ВСЕ? ИЛИ МНЕ ТУТ ДО ТАЛОГО СИДЕТЬ⁈

Рявкнули так грозно, что маги даже опешили.

— Чего молчите? — продолжили грозным голосом. — И это ваши ужасы? Ахаха, сидеть, я сказал, тварь! К ноге! Служить! Служить, я сказал!

В комнате послышались удары.

— … Вылезай уже, — наконец сказал Бонифаций. — Десять минут давно прошли.

Дверь отворилась — на этот раз совершенно спокойно. На пороге возник тот самый Артур, и лицо его было абсолютно ровным, будто он просидел не в страх-комнате, а на лавочке в парке.

— Что раньше не сказали, что можно выходить? — пробурчал он. — На кой черт я сидел там лишнюю минуту? Тьфу! Столько времени у меня отняли!

И он широкими шагами направился на выход. Все проводили его недоуменными глазами.

— Эй, это не по правилам! — крикнул один из участников. — Никто не сказал, что можно пробовать несколько раз!

Бонифаций сверился с бумагами.

— Но прямого запрета на несколько попыток нет, поэтому… Или вы хотите попробовать еще раз, господин Перевозов? — Бонифаций улыбнулся. Но «смельчак» остался стоять. — Так, это был последний? Кто еще не заходил?

Все переглянулись, но больше ни один не вышел.

— Значит, мы закончили, или?.. — и маг посмотрел на дверь под номером шесть, которая как была, так и оставалась запертой. — Там еще кто-то есть?

Пафнутий сверился со списком, а затем поглядел на секундомер.

— Парень по фамилии Обухов сидит там уже полчаса.

Испытуемые удивленно зашептались.

— Тот самый? Который прервал Марципания?..

— Не может быть… — пробурчал Бонифаций и застучал в дверь. — Эй, парень, ты там жив⁈ Обухов!

Однако изнутри не послышалось ни звука. Маг продолжил стучать, но все без толку. Минута сменяла минуту, ответа не было.

— Может, он уже того?.. — предположил Пафнутий, почесав плешивый затылок. — Ну сам знаешь, Бонифаций. Испужался, и все… Молодежь она такая… Впечатлительная.

Выругавшись, маг застучал с тройным усердием. За дверью послышалось бормотание:

— Чертово золото! Куда ты катишься, черт тебя⁈

— Эй, Обухов! Выхо…

— Я еще не закончил!

Почесывая затылок, маг отступил и развел руками.

— Уже тридцать пять минут, — кивнул Пафнутий, показывая ему секундомер. — Похоже, этот Обухов идет на рекорд.

* * *

А я и забыл какая коварная эта комната!

В ней была куча золота, оно падало с потолка, лежало под ногами, блестело из каждого угла, а взять его или хотя бы коснуться — нет, даже не думай!

— Кошмар… — бурчал я, пытаясь подхватить хотя бы одну монетку, но каждая просто проходила сквозь пальцы, а иные попросту укатывались подальше.

Погнавшись за очередной монеткой, я поднял глаза и обомлел. Башня, и она возвышалась во всем своем первозданном великолепии. На самой вершине я видел ее — мою Принцессу Дарью. Подол ее прекрасного голубого платья развевался на ветру.

— О, мой рыцарь, — простонала она. — Спаси меня от этого монстра…

Я прекрасно понимал, что это все иллюзия. Но как же хотелось хоть ненадолго вернуться в то время…

Двери у подножья отчего-то не было. Тогда вцепившись в кладку, я полез наверх. Не успел я добраться до середины, как сверху раздался стук шагов.

— Опять ты… — прошипел я, увидев, что ко мне вышел Олаф. И прямо по отвесной стене. В его руке сверкал обнаженный меч.

— О, мой рыцарь! — кричала Принцесса. — Убей этого монстра!

Олаф улыбнулся.

— Конечно, любовь моя!

— Зараза… — прошипел я и посмотрел вниз — подо мной распростерлась гигантская пропасть, на дне которой белел скелет с крыльями, зубами и длинным хвостом. Вокруг костей мельтешили какие-то людишки и со свистом и хохотом пилили их ножовками.

— Все было не так! — зарычал я, но тут меня накрыло тенью.

Олаф был всего в паре шагов. Отвратительно ухмыльнувшись, он поднял свое оружие. И за миг до того, как его лезвие коснулось меня, мои пальцы разжались.

Нет, кричать это не про меня. Полет был долгим, но в конце-концов я рухнул на землю. Помотав головой, я сразу же поднялся, вернее попытался — дернул рукой, но…

На ней была веревка. И на ноге тоже. Все мое тело тело было опутано сетями.

— Что на этот раз⁈

Я снова дернулся, но веревки затянулись только сильнее. Петля обернулась вокруг моего горла, и я ударился затылком о землю. И вдруг… по всему телу прошлась волна щекотки, будто нечто маленькое забегало по рукам и ногам.

Приподняв голову, я увидел ИХ. Людей. Они елозили по мне как тараканы. В руках были пилы и топоры.

У них из карманов вываливалось МОЕ ЗОЛОТО!

— Тварь мертва! — крикнул один из них, и в нем я узнал Олафа. — Давайте разделим это мерзкое тело! Каждому достанется по кусочку!

Они радостно захлопали в ладоши, а потом схватились за инструменты.

— Все было не так… — выдохнул я.

* * *

За дверью № 6.

Иван.

— Мама! Мама!

И Ваня снова вытянул руку — прутья забора мешали, больно впивались в кожу, но он все равно пытался дотянуться.

На лужайке, окруженной деревьями, сидели люди. Его бабушка, дед, отец и мама в длинном шелковом платье. Вокруг бегали детишки. Среди них была Марьяна.

— Мама, я здесь! — и он попытался протиснуться, но нет — прутья стали только уже. — Мама!

— Кто там кричит⁈ — и его отец посмотрел прямо на Ваню. — Что это за ребенок? Вы знаете его?

Все покачали головами.

— Какой-то простолюдин, — фыркнула Марьяна. — Мама, пойдем!

— Ваня, дай руку! — сказала мама, к ней подбежал какой-то незнакомый мальчик. Показав Ване язык, он крепко взял ее за руку.

Вся семья направилась прочь — в сторону дворца, что виднелся среди деревьев. Из открытых окон доносилась веселая музыка и запах выпечки.

Зарыдав, Ваня забился о прутья.

— Мама! Ма-а-ама!

Тут сзади послышалось рычание, и зареванный мальчик обернулся. Позади стояли рычащие собаки с головами как у ящериц. За поводки их держал какой-то тип — и у него было ЕГО лицо.

— Так-так-так… И кто у нас здесь? Ваня Обухов, да?

— Ты⁈

— Конечно, я, — и этот тип улыбнулся. Во рту были острые клыки. — И твое тело принадлежит мне!

Он отпустил поводки. Взревев, псы-ящеры кинулись вперед.

* * *

— Может, выломать дверь? Пафнутий, где у нас монтировка?

— Ты с дуба рухнул, Бонифаций? Что я потом скажу Марципанию? Что какой-то дурень заперся в страх-комнате, и мы ломали ценнейший артефакт монтировкой? Да и не сломаем мы эту дверь! Сам знаешь, откуда она!

— А что ты предлагаешь делать⁈ Ну, не бросать же его там! Нет, я все же схожу за монтировкой…

Не успел маг уйти, как запахло дымом. Вдруг дверь затрещала, а потом на пол посыпались искры. Оба мага вылупились на нее.

— Зараза! Бонифаций! Быстрее за монтировкой!!!

Но тут изнутри что-то грохнуло, а дверь открылась сама собой. Во все стороны пыхнуло дымом.

— Все назад! — и маги с испытуемыми попятились. Дым быстро заволок помещение.

Среди клубов показался силуэт.

— Мне показалось, или вы стучались?

И это был Иван Обухов. Живой и здоровый.

— Я прошел? — спросил он, часто моргая. — Или еще сидеть?

— Нет, вы прошли…

— Отлично, — фыркнул парень, порывшись в карманах. А затем грустно вздохнул и направился на выход.

За ним потянулись остальные. Ни один не уходил, пока этот странный парень находился внутри.

— Эй, парень. Это было классно… Я, блин, еле там высидел! Как тебе удалось?

Вся толпа быстро покинула помещение, и вместо них в комнату зашел мужчина в мантии.

— Ну-с, и какой результат? — спросил Вергилий, подходя к двум судьям. — Я гляжу, одна из страх-комнат перетрудилась?

— Ничего не понимаем! Он просто сидел там и все!

Вергилий же молча вытащил список и пробежался глазами. Дойдя до нужной фамилии, он пригладил бороду.

— Обухов, говорите?..

Глава 12

Учишься балету, Иван?

После всех этих картин мое настроение окончательно испортилось. Думаю, в свое время мы с Дарьей перестарались: страх-комната работала даже слишком хорошо.

По итогу толпа испытуемых уменьшилась ровно втрое.

— А ты что там видел? Серьезно, слизней? Какая гадость!

— Блин, думаю, этой ночью я не усну…

— Никогда бы не подумал, что я до одури боюсь клоунов… Бррр!

Под их непрекращающуюся болтовню мы шли по коридорам на звуки музыки. Марьяна молчала. Видок у нее тоже был не самый веселый.

— А ведь мы с бабушкой, бывало, сидели там часами… — заметил я.

— Зачем? — спросила она. — Там же страшно.

— Она любила пощекотать себе нервы. В то время развлечений было немного: либо книги, либо танцы, либо полеты под луной. Не было же этого вашего телевизора.

— Танцы? Так ты умеешь танцевать?

— Приходилось. Ради твоей бабушки.

— Я бы лучше полетала…

Я улыбнулся. Мне бы тоже хотелось вновь подняться в небо, но увы… приходится дергать этими отростками.

Если быть откровенным, то те два часа — вернее, час пятьдесят восемь минут — я провел в комнате для того, чтобы пропустить банкет с танцами, однако меня ждало разочарование: это их мероприятие грозило закончиться только поздним вечером.

Марьяна тоже не горела желанием на него идти.

— Куча снобов хвастается друг перед другом своими поместьями, — махнула она рукой. — Скукота. Не упасть в грязь лицом во время Испытания — вот это главное! Все же за нами будет наблюдать бабушка.

Я насторожился.

— Дарья тоже будет?..

— Угу. Придет на меня посмотреть. Хотя она часто наведывается на эти Испытания. Говорит, это весело.

Далось ей это веселье… Кстати, Иван все молчал и молчал. Это было подозрительно.

— Ты там жив?

Но в ответ меня снова ждало молчание. Что ж, как угодно. Вот вытащу его из своего сознания, а потом держись…

Мы подошли ко входу в зал, и швейцары торжественно открыли перед нами двери. Огромное помещение наполняла музыка, а еще голоса, смех и звон бокалов. Увидев парочки, вращающиеся на танцполе, я сжал зубы. Очень захотелось вернуться обратно в страх-комнату. Там было куда тише.

— А может быть, не надо?

— Увы… — вздохнула Марьяна. — Если уйдем, это будет воспринято как оскорбление. Пошли уж!

— Я готов оскорблять их хоть каждый день!

Однако, меня схватили за руку и затянули внутрь. Ощущение было такое, будто мы оба попали в водоворот. Одно успокаивало — золото подмигивало мне отовсюду, и в его уютном блеске мне стало очень спокойно. Израсходованные на страх-комнату силы начали понемногу возвращаться.

Смирно посидеть в уголке мне не удалось — музыканты заиграли новую композицию, и молодые пары двинулись к танцполу. Марьяна, как ни странно, тоже. Не успел я оглянуться, как с тылов и флангов к ней начали подбираться парни с горящими глазами.

— Прошу прощения, — сказал какой-то тип в глупом галстуке в горошек. — Позвольте…

И поглядев мне в глаза, он резко осекся.

— Что-что? — спросила Марьяна. — Вы что-то хотели?

— Да-да, вы что-то хотели? — улыбнулся я, прищурившись.

— Я… Я… Позвольте выразить вам мое почтение: провести в комнате целых двадцать минут — дорогого стоит. И…

— И?..

— И простите, мне пора!

С этими словами он скрылся в толпе. Остальные тоже быстро разбежались. Грустно вздохнув, Марьяна повернулась ко мне.

— Ну раз больше никто не хочет со мной танцевать, то давай ты…

— Я не любитель плясок…

— Давай! Быстрее, на нас все смотрят!

Что ж, ничего не поделать. Раз девочка хочет потанцевать, значит, придется страдать.

— Только на один раз!

Пройдя в центр зала, я положил руку девушке на талию. Заиграла новая мелодия, и мы закружились в танце. Музыка была довольно бодрая, так что огни и лица замелькали как в калейдоскопе. Марьяна танцевала неплохо, однако до бабушки ей было как до звезд.

— Ого… — охнула она мне на ухо. — А ты неплох…

— Танец и полет — это почти одно и то же, — отозвался я, все же испытывая легкую ностальгию. — Мы с Дарьей часто танцевали вместе.

— Как⁈ У тебя же было четыре ноги?

— И что? Это проблема?

— Ну-у-у…

— Ладно-ладно, иногда я превращался в человека.

Музыка ускорялась, а мы кружились все быстрее. Скоро вокруг нас образовалось свободное пространство: далеко не каждый мог выдержать такой ритм. Через пятнадцать минут музыка остановилась, и мы замерли. Сердце моей партнерши стучало как бешеное, да и я слегка запыхался. Тело еще было недостаточно сильное.

Вдруг спина начала как-то странно покалывать. Наверное, снова полезли чешуйки. Оно и не удивительно — вон как Марьяна раскраснелась.

Зрители взорвались аплодисментами.

— Ну ты и… — выдохнула Марьяна. — Бабушка никогда не рассказывала про танцы…

— Я полон сюрпризов.

К ней больше никто не рискнул подходить: поняли, что со мной им конкуренции не выдержать. Заиграли медленный танец, и нам с Марьяной снова пришлось покружиться. Правда, уже не так быстро, и я смог спокойно рассмотреть лица присутствующих.

— И Позорин тоже здесь? — удивился я, углядев в одном из танцующих этого мерзкого мальчишку. К своей даме он прижимался так сильно, будто вот-вот собирался сломать ее напополам. — Он что, прошел страх-комнату⁈

— А ты видел его там? Я нет. Значит, папаша протащил.

Поймав мой взгляд, Зорин выпучил глаза и наступил на ногу своей партнерше. Взвизгнув, она едва не шлепнулась на паркет.

— И на Испытании его тоже папаша протащит? — презрительно ухмыльнулся я, наблюдая как Зорин прыгает вокруг нее волчком. Ему тут же залепили хлесткую пощечину, и красная от злобы партнерша убежала прочь.

— Кто знает? Формально на Испытании все равны, но у отпрысков богатых семей, шансов больше. Они могут прийти в хороших доспехах и с запасом мощных заклятий. А вот маги-простолюдины… как придется.

Какое-то время мы танцевали молча. Вдруг я почувствовал нечто странное — зов! И не просто зов, а зов МОЕГО золота.

И тянулся он от черноволосой женщины в платье в пол — довольно высокой, красивой и гордой. С висков к подбородку тянулась вязь сложной татуировки. Левый глаз закрывала черная повязка.

— А это что за дама?

Марьяна скосила глаза и тут же зашептала:

— Лучше не смотри на нее. Это Магистр Доминика Кирова по прозвищу Домна. Глава Инквизиции. С ней шутки плохи.

— Думаешь, она настолько плохо танцует? — хмыкнул я и получил тычок в бок.

Через мгновение эта странная дама пропала в толпе и на ее месте появился какой-то толстяк, а с ним и тот самый маг по имени Вергилий. При виде меня он приветственно поднял бокал.

— Слушай, — шепнул я Марьяне. — К тебе случайно вчера не заглядывала Инквизиция?

Нахмурившись, она подняла на меня глаза.

— Нет, а…

— Вчера один заявился в бар под вечер. Тот самый, от которого мы убегали на складах. Зовут Лаврентий Скуратов. Неприятный.

Марьяна поежилась.

— Знаешь такого?

— Слышала это имя. Цепной пес Магистра, — кивнула она. — Что он спрашивал?

Я бегло перерассказал ей наш разговор.

— Черт… — протянула она. — Но раз мы до сих пор на свободе, значит, у них на нас ничего нет.

* * *

Где-то среди гостей.

Уж не думал Лаврентий, что этот парень еще и на Испытание заявится. Во время танца с принцессой он показал себя вполне неплохо, даже профессионально. Весь зал наблюдал за ними, затаив дыхание.

Пока все на них пялились, к Лаврентию подошел Шептун. Когда шпион закончил доклад, Лаврентий опешил:

— Два часа⁈ Ты уверен?

Шептун кивнул.

— Хорошо, продолжай наблюдение, — сказал Лаврентий, отпив шампанского, и его подручный растворился в толпе.

Инквизитор задумался. Час назад ему доложили, что в этом Обухове нет почти ничего интересного: лоботряс, неудачник и двоечник — среднюю школу он закончил со справкой. Работал кое-где и кое как. Приводов не имелось. Отец неизвестен.

И лишь одна часть его биографии смутила Лаврентия. А именно его мать, что когда-то работала гувернанткой во дворце.

Хмм… Мог ли он оказаться отпрыском кого-нибудь из придворных? А вдруг за ним кто-то стоит?

Тут на ум снова попалась та самая монета. Отчего она никак не выходила у него из головы?

— Хмм…

Нет, ошибки быть не может, парень не так прост. Как минимум потому, что он побил рекорд страх-комнаты. А это уже повод поволноваться.

— Лаврентий, и ты тоже здесь? — вырвал его из мыслей знакомый голос, Инквизитор повернулся.

— А-а-а… Аристарх, какая встреча! — протянул он при виде няньки принцессы. — Что, не надумал вернуться в нашу службу?

На губах Аристарха возникла улыбка.

— Спасибо, но Инквизиция в прошлом, все же я на пенсии.

— Жаль… А то вернулся бы? Все же за Марьяной Васильевной нынче есть кому приглядеть…

И он кивнул в спины уходящих Ивана с Марьяной. За ним еле заметно поползла и тень за колонной.

— Знаете, кто этот юноша?

— Знаю, — кивнул Аристарх. — Иван Обухов. Парень странный, но надежный. По словам Ее Величества.

Лаврентий вскинул бровь.

— Неужто? Он знаком с самой Королевой?

— Именно. И за ним не стоит присматривать. Отзовите шпика, будьте любезны, Лаврентий. Оставьте этого Ивана мне.

* * *

Вечерело. Бал медленно перетекал в массовую попойку, и мы с Марьяной решили, что с нас хватит. Выйдя за ворота, мы направились через площадь. У каждого в кармане лежало приглашение на Испытание.

— Еле ноги передвигаю, — буркнула Марьяна и, присев на лавочку, переобулась в кроссовки. — Проводишь до остановки?

— Угу, — кивнул я. Для меня этот вечер тоже выдался тяжелым.

Всю дорогу за нами кто-то шел. Стоило повернуться, как он пропадал — лишь краешек плаща мелькал за углом.

Снова тот самый шпион? Интересно, чей он? Инквизиции, Королевы, или бандитов-недобиток? Хех, не успел я возродиться, как врагов уже выше крыши.

К счастью, шли мы недолго. Неподалеку поджидала знакомая машина.

— Эй, молодежь! — и из окна выглянул Стас. — Уже все? Что-то вы долго!

Марьяна с радостным вздохом уселась в машину и, распрощавшись с ней, я направился в переулок. Мой шпион, естественно, последовал за мной.

— Иван, только не говори, что это снова твои «друзья»…

Но он опять не ответил. Что ж, раз так, то жди — вылетишь из моей головы как пробка!

Зайдя за угол, я принялся ждать. Вскоре на землю легла тень. Схватив «хвост» за шкирку, я одним движением прижал его к стене.

— Ты чего⁈ — вскрикнул здоровяк в низко надвинутом каплюшоне. — Пусти!

Я сдернул капюшон, приготовившись дать ему в зубы, но… Этот толстяк был выше меня на целую голову, однако видок у него был совсем не воинственный.

И даже больше. Скорее, забавный.

— А ты чего за мной крадешься?

— Я… И вовсе я и не крадусь!

— Вижу, — буркнул я, осмотрев его с головы до пят.

Нет, никакой это не шпион. У шпионов не бывает такого пуза, а еще коленки не дрожат — а я даже не использовал на нем Взгляд.

— Ну что, — проговорил я, — сам скажешь, зачем следил за мной, или тебе помочь?

— Ладно-ладно! — и толстяк поднял пухлые руки. — Победил! Я хотел познакомиться с тобой. Но… постеснялся подойти после комнат. А потом эти танцы…

— … Зачем?

— Просто… Ты же тот парень, что просидел в страх-комнате два часа?

— И что? — прищурился я, припоминая, что он был среди испытуемых.

— Ну… — протянул он, пригладив волосы. — Хотел подружиться… Испытание не за горами, знаешь ли. Надо держаться вместе, если…

И он опустил нос с таким видом, будто только что ляпнул какую-то глупость. Прочем, так и было.

— Я Артур. Вот…

Он аккуратно выбрался из моего захвата и протянул руку.

Артур, вот значит как? Кое-как прошел комнату, а теперь решил найти себе союзника и по-быстрому проскочить в аристократы?

— Я не спрашивал твоего имени. Друзья мне не нужны.

И направился вон из переулка.

— Эй⁈ — бросил он мне в спину. — Запомни мое имя! Я Артур Романович Зайцев, понял?

Остановившись, я обернулся. Парень был по-прежнему жалок, однако в его глазах мелькнуло нечто знакомое… Гордость.

Вдруг от стены рядом с его головой отскочила пустая пивная банка. Парень дернулся, а я посмотрел туда, откуда прилетел «снаряд». Выход из переулка загородила троица улыбающихся парней с мечами на поясах.

От них разило магией… и немного золотишком.

— Зайцев! Попался, чертов обманщик! Сейчас мы тебя так отделаем, что сам захочешь в могилу к своему поганому предку!

Предку?..

Я сощурился. А эти трое тоже были среди испытуемых — и все пролетели со свистом, не продержавшись в страх-комнате и минуты. Тот рыжий так вообще был первым трусом. Перевозов, кажется. Судя по норову, осанке и костюмам — никчемные наследнички, не сумевшие доказать свой статус.

— Эй ты, вали отсюда! — кивнул мне Перевозов. — Этот обманщик сейчас будет скакать носом по асфальту. Если не хочешь присоединиться к нему, то топай!

Я не сдвинулся с места.

— Трое на одного? Вижу, страх-комната в вас не ошиблась.

Улыбочки тут же потухли.

— Ааа… Ты же тот псих, Обухов, что заперся в страх-комнате!

Я не остался в долгу:

— … Да, это был интересный опыт. Жаль, крики перепуганных олухов мешали мне слушать тишину.

Это их добило, и они заговорили наперебой:

— Ты жульничал! Это невозможно просидеть в этом чулане два часа! Думаешь, мы тебя испугаемся⁈

Тратить время на эту троицу мне совсем не хотелось, так что я дал им шанс:

— У вас есть минута, чтобы убраться, — и поглядел на Артура. — Ты правда из рода Зайцевых?

Тот закивал.

Снова осмотрев этого дрожащего… зайца-переростка, я фыркнул. Яблоко от яблони укатилось порядочно, ибо его предок, Артур Зайцев, был так же здоров, однако вместе сала на нем были сплошные мышцы.

А эти балаболы все что-то ныли в мой адрес. Вот и давай шанс таким ничтожествам…

— Минута прошла. Артур, хочешь со мной подружиться? — спросил я, засовывая руки в карманы, где лежали мои кастеты. — Тогда твой тот рыжий болтун.

— А?..

— Вырубишь его, и тогда мы с тобой выпьем. Понял?

И не дождавшись его реакции, я повернулся к троице. Раз они не уходят, значит, сами виноваты — отдадут все золото до последней монеты.

— Ты вообще из чьих будешь, Обухов? — спросил Перевозов. — Простолюдин? Лакей?

— Будущий аристократ. Подходите, дамы.

Это было последней каплей.

— Ну держись, гад! Мы тебя по стенке размажем!

Еще шаг, и мы с Перевозовым пересеклись взглядами. Его лицо мигом побледнело. Он даже слегка отступил.

Вдруг на асфальт между нами легла тень.

— Вот как, значит? Представитель дворянского рода хочет избить кого-то в переулке?

Мы повернулись. Прислонившись к стене, на нас смотрел не кто иной, как Аристарх, нянька Марьяны.

— Как не стыдно… — и он сунул в рот сигарету. — Вы бы еще со спины напали…

— А ты кто такой⁈

Нянька смерил парней ледяным взглядом. В клубах дыма из сигареты мерцали электрические разряды.

— Аристарх фон Риз, свидетель вашего опрометчивого и недостойного поведения. Раз вы, юный Перевозов, член благородной семьи, значит, и сражаться должны по правилам благородного поединка. Посему я, как представитель королевской власти, объявляю вас участниками дуэли.

— ЧТО⁈

Тот улыбнулся.

— По упрощенной программе, конечно же. Ведь магических перстней у вас еще нет…

Он встал между нами. Щелчок пальцами, и переулок накрыло дрожащим магическим куполом.

— Как вы, наверное, знаете, тот, кого вызвали, — говорил Аристарх, — имеет право избрать ход схватки. Либо равный поединок один на один, либо двое на одного, но с преимуществом для вызванного. Итак…

Он кивнул мне.

— Хорошо. Вы двое, — и я кивнул дружкам Перевозова. — Будете драться со мной по правилам двойной дуэли. А ты, рыжий, поборешься с Артуром один на один. Победишь, что ж… может, и уйдешь на своих двоих.

Тот захлопал глазами. Его дружки заозирались.

— Испугались? Кстати, награду тоже выбираю я. Верно?

— В рамках разумного, — сказал Аристарх. — Главное не касаться имущества рода. Если они откажутся, то я, как свидетель, позабочусь, чтобы вас, отступников чести, в будущем году и близко к Аркануму не подпустили.

Парни побледнели.

— Ну что скажете? — спросил я. — Ваше золото в обмен на мое.

И я показал им горсть золотых монет. Их жадные глаза тут же блеснули, и они подошли ко мне.

— Согласны!

Надев свои золотые кастеты, я ухмыльнулся.

— Победитель получает золото! — и рванул в бой.

Ни извлечь мечи, ни использовать магию они не успели. Захрустев разбитыми носами, оба рухнули к моим ногам.

— Тьфу! Дуэлянты!

Один подхватил камень, но я снова оказался быстрее — ударом в челюсть отправил его отдыхать. Его дружок, стоило нашим взглядам пересечся, с воем отполз к стене. Из его носа брызгал целый фонтан соплей и крови.

— И еще удивляетесь, почему страх-комната выплюнула вас⁈ Посредственность!

Я поглядел на Аристарха. Тот кивнул.

— Чистая победа. Вы оба, — и он повернулся к Перевозову с Зайцевым. — Готовьтесь.

Мы снова пересеклись взглядами с Перевозовым. Наблюдая, как он краснеет, я улыбнулся.

— Выиграешь у этого коротышки, и мы с тобой поболтаем. Я, ты и мои пассатижи.

Его дружок с разбитым носом подтвердил мои слова: сплюнул зуб, и нет, не золотой. Второй вовсе отключился.

— … А потом, — продолжил я, — заберу твой костюм. Домой побежишь в портках.

Артур нервно рассмеялся, но, посмотрев на своего соперника, покраснел как помидор. Перевозов с ненавистью выхватил меч.

— А я заберу твою жизнь, ничтожество!

Сглотнув, его соперник тоже выхватил свое оружие.

— Серьезно⁈ Деревянный?

Впервые за вечер меня смогли удивить.

Глава 13

Как накачать мышцы?

Я поморгал, не веря, что Артур действительно вытащил из ножен деревянный клинок, но факт оставался фактом. Ладно, пусть развлекаются. Перевозова оставлю на сладкое.

Повернувшись к мальчишке, дрожащему у стены, я сказал:

— Не смотри на них. Лучше снимай со своего дружка все золото. И сам вытаскивай все.

Тот пугливо глянул на Аристарха и под его хмурым взглядом принялся ощупывать себя. Сорвав с себя все золоченые пуговицы, он полез в карманы своего друга, который так и лежал в отключке.

Когда он вцепился в его золотую пряжку, тот открыл глаза.

— Ааа… Вася, где мы?.. Ты че делаешь⁈

— Молчи! Я жить хочу! И ты, вроде, тоже!

Через минуту у моих ног сверкала дюжина пуговиц, пряжка, крестик и золотые часы с гравировкой.

— Пойдет, — хмыкнул я, собрав все, а затем посмотрел на дуэлянтов.

Те стояли друг напротив друга с обнаженным оружием, замерев как статуи. Ни один не нападал, оба дрожали как листья на ветру, но каждый немного по своей причине.

— Вы чего стоите⁈ — крикнул Аристарх. — Сражайтесь!

Схватка была скоротечна. Перевозов даже не успел поднять меч, как прыгнувший на него пухляш Артур споткнулся и полетел к его ногам. Деревянный меч подлетел в воздух и…

Неплохо так приложил своего хозяина по темечку. Парень грохнулся лицом прямо на мостовую. И затих.

Это был нокаут.

— Эээ…

Перевозов посмотрел сначала на своего соперника — с недоумением — а затем на меня — с нарастающим ужасом.

Я развел руками. Ну что ж…

— … Надеюсь, ты живешь недалеко.

Я вышел вперед, поправляя кастеты на руках. Перевозов стоял не жив, не мертв.

— Постой…

— Эй ты, клоп! — рыкнули у него за спиной. — Мы не закончили!

Он резко обернулся — за ним стоял Артур, готовый к бою.

— К мамке побежишь без портков! — ухмыльнулся он и рванул в бой быстро, как молния. Их мечи скрестились.

Сражался Артур на удивление сносно. Движения хоть и были немного зажатыми, но точными.

Наконец, во все стороны полетели щепки, но пухляш только усилил нажим. Прыгнул, выбросив вперед клинок, а его рыжий соперник попытался ударить его по голове.

Сверкнуло, и я моргнул. Миг спустя Перевозов, держась за грудь, барахтался в куче мусора. Острие его собственного меча было нацелено ему в кадык. Держал его Артур.

— Сдаешься? — процедил он. Его глаза немного серебрились, а над плечами поднимался дым.

— Сдаюсь, — проблеял Перевозов, пытаясь встать, но острие мешало ему.

— Что ж… — и на губах Зайцева зажглась какая-то маньячная улыбочка. — Значит, разоблачайся, червяк!

Его оппонент тут же позеленел.

— Нет! Не буду! Забирай меч! Он мне не нужен!

Подбросив трофейный клинок в руках, Артур критически осмотрел его гарду. Там даже родовой герб сверкал.

— Ты и вправду червяк, — презрительно проговорил подошедший Аристарх. — Тебе голый зад дороже, чем родовая реликвия? Раз так, то проваливай. В следующем году и не думай явиться в Арканум.

Купол растаял, и вся эта троица недоаристократов поплелась прочь. Одному приходилось каждый шаг придерживать свои портки.

Проводив их глазами, Артур подошел ко мне и протянул руку.

— Я бы и сам справился, но… Все равно спасибо.

Рукопожатие было крепким. Очень.

— Я Арчибальд Корвин.

Корвин? Разве он не был только что Зайцевым?

* * *

— Заточенный, — хмыкнул я, попробовав на палец острие трофейного меча, который Арчи подарил мне в благодарность. — А говорили, что в Арканум с боевым оружием нельзя…

Мы сидели на лавочке и ждали такси. Мой новый друг одолжил у Аристарха сигаретку и молча дымил, с наслаждением выпуская кольца.

На мое замечание Аристарх фыркнул:

— Слизнякам закон не писан. Если бы не я, они бы просто прирезали вас.

— Ха! — пыхнул дымом Арчи. — Ты просто не знаешь Корвина, старик!

На что нянька только закатил глаза.

— Боюсь, Аристарх, это ты спас их шкуры. Теперь они тебе по гроб жизни обязаны, — сказал я. — Кстати, а ты тоже был нынче на открытии?

Он кивнул.

— И хочу заметить, что манерам тебя еще учить и учить, Обухов.

Я пропустил его замечание мимо ушей.

— А ты будешь на Испытании?

— Нет, я уже староват, — и Аристарх громко хрустнул шеей. — У меня выслуга.

— А что ты тут забыл? Марьяны здесь нет.

— Знаю. Зато здесь есть ты, — и он указал на меня тлеющей сигаретой. — И ты с недавних пор тоже являешься частью моей работы… И не только моей.

— Ты о ком?

— А ты не знаешь, что тобой интересуется Инквизиция?

Я поморщился. Раз даже нянька в курсе, то, кажется, Лаврентий взялся за меня всерьез. Кажется, это и были те самые подковерные игры, о которых предупреждала моя Дарья.

— Не люблю, когда суют нос в мои дела, — сказал я. — А ты с какой стати за мной ходишь? Я что, член королевской семьи?

Он ответил не сразу.

— Скажу так… Мне захотелось понаблюдать за тобой. Раз ты, Иван, отчего-то появился в жизни Марьяны, то мне следует знать, из чего ты сделан.

— Мог бы спросить Королеву.

— Мог бы… Но на правду я не рассчитываю.

Я только слегка ухмыльнулся. Конечно, зачем же ей откровенничать на такие темы?

— Спасибо за компанию, Аристарх, но мне не нужна нянька.

— Возможно, — и на его тонких губах мелькнула тень улыбки. — Однако почему это должно волновать меня? Совать нос в, как ты выразился, куда не просят, тоже часть моей работы.

Я только вздохнул.

— Может быть, ты тоже хочешь вызвать меня на дуэль?

Он помолчал.

— Не сегодня.

И выбросив окурок в урну, Аристарх направился прочь. Арчи же проводил его глазами и заявил:

— Странный он… Может, уже в кабак⁈

* * *

В кабак, так в кабак… Все же мой новый знакомый победил.

Мы уселись в «Золотом котле» и заказали себе пива. Пока Арчи уговаривал одну кружку за другой, я с интересом рассматривал его. С тех пор, как мы познакомились, этот пухляш будто повзрослел на пару, а то и на все десять лет. Взгляд, походка, голос… Черт, даже цвет глаз поменялся — вместо карих они теперь были стального цвета.

Очень странный парень. Болтал он тоже без умолку. В основном про женщин, выпивку, а еще про то, как он «надрал задницу Перевозову».

— Этот прием оттачивался мною целых три года! — хвастался он. — С его помощью можно разделать кого угодно!

Это он про тот прием, которым он уложил рыжика — отчаянный прыжок и сокрушающий выпад. Эффектно, но довольно самоубийственно.

— А если противников несколько? — поинтересовался я, но он только отмахнулся. — А если бы он был быстрее?

— Пустяки…

— Пустяки? Остаться без головы?

— Пустяки! — и он ударил кулаком по столешнице. Глаза сверкнули. — Может, сам хочешь со мной сразиться и испытать меня, Иван?

Я улыбнулся. Заманчиво, конечно, но…

— Не хочу тратить силы перед Испытанием. Все же драться деревяшкой…

— У Зайцева есть родовой меч. Из стали. А деревяшку ему пришлось взять, потому что на парадную шпагу нет денег.

— Зайцева? А ты не Зайцев?

Он фыркнул:

— Я Корвин. А этот хлюпик пусть пока дрыхнет.

— Доспехи, надеюсь, у тебя есть?

Он снова махнул рукой.

— Пустяки.

Я решил его немного подразнить.

— Ты не думай, что на Испытании будешь прятаться за моей спиной. Я не собираюсь убивать монстров и еще приглядывать за кем-то.

Грохнув кружкой об стол, он рыкнул:

— Шутишь⁈ Смотри! Этот прием оттачивался мною семь лет!

Вскочив, он схватил меч, а затем взмахнул над головой.

От клинка в воздухе повис остаточный след. Бокалы за столами задребезжали, а следом одна из кружек попросту взорвалась — и прямо в руках у одного рыжебородого посетителя. Пиво забрызгало ему все штаны.

А удар был неплох. Расточителен, но неплох.

— Махать мечом в воздухе и бить монстров — это разные вещи, знаешь ли? — сказал я.

— Нарываешься на дуэль⁈

— Монстров ты тоже будешь вызывать на дуэль?

Казалось, Арчи вот-вот взорвется, однако он остыл так же быстро как и завелся. Улыбнувшись, парень снова замахал рукой.

— Пустяки… Дайте мне сюда парочку портальных тварей, и я засуну их обратно в Изнанку.

— Ага, имел дело с порталами?

— А то! Парочку пришлось закрыть. Не веришь⁈

На этого горячего парнишку оглядывался уже весь кабак. Рыжебородый посетитель, в руках у которого взорвалась кружка, был и вовсе красным как рак. Его сжимающиеся кулаки еле слышно поскрипывали.

— Смотри внимательно! — воскликнул Арчи. — Этот прием со мной уже десять лет!

Он попытался провернуть очередной финт, но его нога как не кстати подкосилась и этот горе-боец с грохотом полетел на пол. От удара со столешницы слетела пустая кружка — и ударила его по голове.

Он тут же отключился.

— Та-а-ак! — вылез из-за прилавка хозяин заведения. — Тебе, парень, кажется хватит!

Я склонился над ним, но пухляш уже открыл глаза.

— Я в норме… — пробормотал он слабым голосом. — Просто немного перенервничал… Где этот рыжий?..

Оглядевшись, он столкнулся глазами с тем самым посетителем с рыжей бородой. У него в пальцах до сих пор была ручка от разбитой кружки. Сложив волосатые руки на мощной груди, он пробасил:

— Хочешь проблем, парень?

И навис над ним огромной бородатой горой. Мой друг сразу поплыл.

— Нет… Все хорошо… Простите!

Купив рыжему пива, он скромненько опустился на стол. Смелости в глазах как не бывало. Он стал как будто меньше.

— Так как мне тебя называть? — спросил я.

— Артур Зайцев, — отозвался этот странный паренек уже совершенно иным голосом.

Я улыбнулся.

— Ты интересный парень…

— А, Иван… — и нагнувшись над столом, он спросил: — Мы же победили тех троих?

Не успел я ответить, как дверь в бар раскрылась, и на пороге появился смертельно бледный мужчина с кудрявой шевелюрой.

— Помогите! Портал открылся, и прямо у меня на чердаке! Там же антикварный хрусталь! ВСЯ МОЯ ЖИЗНЬ! Есть тут арканисты⁈ Или хотя бы маги?

Разговоры мигом затихли. Поднялась рука, а затем еще десять. И все они указывали на Артура.

— Что⁈ — встрепенулся он. — Куда?..

Мужичок тут же подбежал к нему и схватил за плечи.

— Молодой человек! Как мне повезло! Вы же боевой маг⁈

— Да, но…

— Отлично! Быстрее, иначе мой драгоценный хрусталь…

Вдруг откуда-то прозвучал душераздирающий вой и посетители вжались в стулья.

— НЕТ! — заверещал кудрявый. — Эти щупальца все там разнесут!!!

И схватив побледневшего Арти за локоть, он потащил его к выходу.

— ЧТО⁈ Портал? Щупальца⁈ Стойте, я не…

Но дверь за ними уже закрылась.

— Так, Борис, — обратился я к бармену. — Звони-ка Марьяне…

* * *

Драка с иноземным кальмаром была непростой, но мы втроем все же сумели затолкать тварь обратно в Изнанку. Марьяна закрыла портал, а затем повернулась к нам.

— Все живы?

Я кивнул. На мне не было ни пятнышка, а вот мой новый знакомый выглядел неважно: он умудрился попасться одному из щупалец, и теперь его всего покрывала слизь.

— Зато жив, — хлопнул я его по плечу. Руку от слизи пришлось вытереть о занавеску, но она все равно была изодрана в клочья, как в целом и весь чердак. В крыше сквозили дыры, а на полу хрустела куча стекла. Огромная куча стекла.

Не успели мы выдохнуть, как раскрылась дверь, и на пороге возник хозяин чердака. Лицо его было белее мела.

— Чудовище убито, — сказала Марьяна. — С вас…

Но не дослушав ее, хозяин вцепился в волосы и рухнул на колени.

— Моя коллекция уничтожена! Я ПОГИБ! Что скажет мама⁈

— … пятьсот монет за ликвидацию монстра и еще двести за закрытый портал. И того семьсот. Будете платить наличными?

Лицо хозяина мигом преобразилась. Он моментально вскочил.

— Это безобразие! И вы еще требуете денег⁈

— Да, — кивнула она. — Эта тварь угрожала жильцам дома. А вас что, больше волнует куча какого-то пыльного хлама⁈

Мужчина хотел было разразиться криком, но у него на пути встал я. В моих руках была крохотная золоченая рюмочка.

— Ты где это взял? — и я ударил пальцем по стенке. — На ней клеймо Башни.

Хозяин снова преобразился — уже в сторону учтивости — и вытащил из кармана кошелек.

— Прошу… Никому не говорите о…

— О чем? О том, что ты хранил тут нелегальный антиквариат из Башни? — и я улыбнулся. Стекляшки на полу меня не интересовали, а вот эта рюмочка очень даже. — Мы будем молчать, только если ты выплатишь моей подруге все до копейки. А еще скажешь, откуда у тебя эта рюмка?

У того затрясся подбородок.

— Его зовут… Коллекционер… — сказал он. — Прошу…

И он упал на колени.

— Не говорите ему! Я отдам все! ВСЕ ОТДАМ! ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИТЕ КОЛЛЕКЦИОНЕРУ!

Ползая у нас в ногах, он принялся выворачивать карманы, и нам под ноги посыпались деньги. Мы переглянулись. Опять это имя?.. Кажется, его уже упоминал Гурий.

Между тем, гора денег все увеличивалась.

— Хватит уже! Что еще за Коллекционер? — спросила Марьяна.

— Страшный человек! Он будет очень зол, если пронюхает, куда девался сервиз!

Улыбнувшись, я присел на корточки.

— Ты украл у него эту рюмку? Где?

Тот затряс своими кудряшками.

— Не я, а курьер! Его зовут Малой. Я больше ничего не знаю!

Я вздохнул. Опять ниточка тянется к этому Малому…

— Что ж, — сказал я. — Значит, с тебя деньги и за работу, и за молчание.

Забрав все до копейки, мы вышли во двор.

Коллекционер, вот как? Кажется, кто-то всерьез решил заиметь всю «коллекцию» моих ценностей. Что же это за делец такой?..

— Лучше не ищи неприятностей на свой хвост, — сказала Марьяна, словно прочитав мои мысли. — Тем более город ты не знаешь. Он сожрет тебя.

— Ты забыла с кем говоришь, девочка, — отмахнулся я. — Лучше иди готовься к Испытанию.

— Сама разберусь!

Стоило девушке направиться прочь, как Артур толкнул меня локтем:

— Ты ее знаешь?..

— Да, это Марьяна. Опытный маг-арканист. А что?

Артур не ответил — все стоял и смотрел ей вслед. Уши у него горели как два фонаря.

* * *

Верховный Арканум.

— Что значит, какой-то простолюдин просидел в страх-комнате два часа к ряду⁈

Возглас верховного мага Марципания затихал под куполом просторного зала заседаний. Собравшиеся за круглым столом маги Арканума зашептались.

— Два часа? Походу, кое-кто перепил на банкете…

Секретарь, сообщивший им эту новость, забубнил:

— Возможно, это ошибка… Я уточню…

— Возможно⁈ Это какой-то бред! Кто фиксировал? Быстро сюда Вергилия! Это его штучки!

Но не успел секретарь броситься выполнять приказ, как порог кабинета пересек не кто иной, как сам улыбающийся маг Вергилий. За ним как две тени следовали его помощники — Бонифаций и Пафнутий.

Усевшись на свое место, он щелкнул пальцами, и со столика в углу соскочила пузатая бутылка вина. Перевернувшись прямо в воздухе, она наполнила бокал до краев, а тот прыгнул магу прямо в пальцы.

— Я тоже удивлен, но это правда, Марципаний Кондратьевич. Твой рекорд побит! — и на стол перед носом Верховного мага упал лист бумаги со списком испытуемых. Взяв документ, Марципаний тяжело опустился в кресло.

Маги Арканума снова зашептались.

— Час пятьдесят восемь минут… Обухов? Кто таков?..

— Вы его видели, благородные господа. Тот самый несдержанный юноша, которому не терпелось пройти Испытание, — ответил с улыбкой Вергилий. — А еще он неплохой танцор.

Два его подручных, встав за его спиной, охотно кивнули.

— Мы-то думали, что он уже того, — заявил Бонифаций. — И хотели уже бежать за монтировкой, но запахло жареным и…

Но осознав, что сморозил глупость, маг поспешил закрыть рот.

— И комнату уже починили, — закончил за него Вергилий.

— Ага-а-а… — протянул Марципаний, отложив бумагу. — Но это невозможно! Каков его ранг?

— Судя по всему, самый низкий, — отозвался Вергилий. — Был бы выше третьего уровня, он бы точно был у нас в базе.

Марципаний крепко задумался. Погладив свой медальон на груди, он спросил всех собравшихся:

— Он может составить проблемы?.. Все же среди испытуемых множество отпрысков благородных родов, которые заинтересованы в том, чтобы пройти Испытание без сучка без задоринки! А тут…

— Конкурент! — поднял руку Бонифаций, но под тяжелым взглядом остальных магов пугливо опустил руку.

— Мне кажется, нам не стоит волноваться, — сказал худощавый маг, сидящий по правую руку от Вергилия. — Все же сидеть в страх-комнате еще не значит успешно пройти Испытание. Он может, и не трус, но вряд ли хороший боец.

— Мой сын тоже проходит Испытание, — буркнул седовласый маг слева. — И мне не очень хочется, чтобы его место занял какой-то… Сколько в нынешнем году у нас мест?

— Двадцать! — крикнули с другого конца стола. — И не одним меньше! Хватит уже пускать кого попало в ряды аристократии!

Маги согласно кивнули. Вергилий же устало вздохнул.

— А вы что, хотите, чтобы этот парень пошел в Инквизиторы?.. — спросил он, оглядев зал. — Доминика ищет талантливых ребят… Если он и вправду талантлив, то это потенциальный…

— Конкурент! — снова поднял руку Бонифаций, но его брат Пафнутий посмотрел на него как на идиота. — Что⁈

Вергилий же кивнул.

— Именно… А нам что, нужны сильные Инквизиторы под носом?

Однако на него активно замахали руками.

— Среди Инквизиторов тоже мало желающих нянчится с простолюдинами! — заговорили все наперебой. — Этот Обухов обычный наглец! Он умрет на самом пороге! Испытание в этом году смогут пройти только подготовленные дети аристократов! С хорошей броней и магическим оружием! Зря мы, что ли, продумали все до мелочей⁈

Зал наполнился голосами, и Вергилий устало приложился к бокалу с вином. Поздравив друг друга с успешной организацией еще не начавшегося Испытания, маги обсудили еще пару незначительных вопросов и, кряхтя, принялись расходиться.

Вергилий тоже направился на выход, но его окликнули:

— Задержись-ка на минуту, — и он нехотя вернулся к Марципанию. Двери закрылись, они остались наедине. — Ты же понимаешь, насколько важно то, чтобы представители родов приобрели титул? Все же не у каждого аристократа есть возможность «протащить» всех своих отпрысков, а от этого…

— Зависит будущее Арканума. Конечно, знаю…

А еще он знал, сколько золота оседает в кармане у начальства за то, чтобы в Испытании все прошло «так как должно» и чтобы в аристократы проскочили те, кому это нужно.

— Вот-вот! Хорошо, что ты понимаешь! — улыбнулся Марципаний. — Надеюсь, больше ты не будешь делать никаких глупостей, как вчера на открытии, да?

— Конечно, нет. За кого ты меня принимаешь?

Распрощавшись с «дорогим начальством», Вергилий вышел, миновал коридор и спустился по лестнице. На очередном пролете он резко скользнул в темную нишу. Тени тут же попытались сбежать, но маг был быстрее.

— Попался!

— Пусти!

Но хватка у мага была стальная. Немного поборовшись, Шептун сдался.

— Чего тебе нужно⁈

— Как что? — удивился Вергилий. — Твои услуги! Или тебе не нужны деньги?

В его ладони весело зазвенело золотишко. Глаза Шептуна зажглись.

— Но… мне уже заплатили…

— Да ну? Кто⁈ Нет, дай угадаю! Марципаний! Чтобы следил за мной и чтобы «я не наделал глупостей»? Да?

Шептун неохотно кивнул.

— Я и не собираюсь делать глупостей. Тихо-мирно побуду в Аркануме, а вот ты, Шептун, ты наделаешь «глупостей»!— и с широкой улыбкой Вергилий ссыпал всю горсть Шептуну в карман.

Затем обняв шпиона за плечо, маг сказал:

— Значит так… Знаешь такого парня по имени Иван Обухов?

* * *

До начала Испытания нам выделили целых две недели. Времени было не много, но и не мало, и за этот срок мне нужно быстро привести себя в форму.

И это…

— Будет непросто, — поморщился я, разглядывая свое тщедушное тело со всех сторон в зеркале. Если оно сейчас треснет, я его пойму — жалкое зрелище.

— Не нравится, проваливай! Это мое тело!

Я почуял на себе взгляд в отражении. На меня снова смотрел Иван.

— Еще чего захотел? Потеснишься ТЫ, молчун, ибо тот, кто довел себя до такого… — и я схватился за нарождающееся брюшко. — Не достоин не то, что тела, но даже права голоса!

Мизинец снова начал недовольно дергаться, а я отошел от зеркала. Если хочу успеть привести себя в форму до начала Испытания, нужны две вещи: больше золота и больше тренировок.

— Да-а-а… Однако с одной силой моих блестяшек я далеко не убегу… — задумчиво проговорил я.

Как именно тренировать человеческое тело мне было неизвестно, и поэтому мне требовался специалист. И, кажется, я знаю, кто сможет мне помочь.

— Борис, — сказал я, спустившись в бар, — ты вроде как-то рассказывал, что был на военной службе?

— А то! — кивнул бармен, протирая стаканы. — Пятнадцать лет отмаршировал, от звонка до звонка!

Его глаза зажглись огоньком ностальгии, и прежде чем он снова начал бы вспоминать дела давно минувших дней, я спросил:

— У вас же там были физические нагрузки?

— Еще бы! Каждый день! Утром зарядка, потом днем вторая зарядка, а еще вечером… А уж в воскресенье — целых пять! И даже по ночам, бывало, нас подрывали для внеочередного марш-броска. Наш старшина так говорил: чем больше мышц на жопе, тем меньше ветра в голове. Эх, золотое время!

Посмотрев на его выпирающее брюхо, я решил, что, видать, это «золотое время» было довольно давно.

— … После месяца в нашей роте, — все рассказывал Борис, — любой салага превращался в некое подобие мужика! А уж через полгода…

— Отлично. Можешь прокачать меня по вашему методу? За две недели.

Борис вылупился на меня с таким выражением, будто я только что рассказал, что могу превращать воду в пиво.

— За две недели? Прокачать⁈

И хлопнув рукой по столу, он громко расхохотался. Однако при виде моего отнюдь не шутливого выражения лица, резко стал серьезным.

— Ну, хорошо, — и с этими словами Борис вышел из-за стойки. — Но знай! Слова «не могу», «устал» и «пощады» я не приму!

— Хорошо. Но и ты пообещай, что обеспечишь мне максимальный результат.

* * *

И Борис обеспечил мне результат. Начали мы со следующего утра, и выдохнуть я смог только вечером: весь день я бегал, прыгал, приседал, делал упоры лежа, растягивался и прочее. Конечно, без золота это никчемное тело развалилось бы уже к обеду, однако при помощи моих сокровищ все процессы проходили с утроенной скоростью. Да, есть тоже приходилось, и за троих.

И уставать, конечно, тоже.

— А ты неплохо справляешься, — сказал Борис уже вечером. Я на негнущихся ногах поднимался по лестнице в свою спальню. — Отдыхай. Завтра день пропустим.

Я остановился. О таком уговора не было.

— Нет, удвой нагрузку.

— А?..

— Или ты не веришь в меня?

Борис опешил.

— Верю, но…

— Раз так, то спокойной ночи!

И только улегшись на свои сокровища, я смог расслабиться. Почти.

— Ты чокнулся⁈ — заговорил Иван. — Ты же убьешь меня! Пусть я не могу двигаться, но я тоже устаю! Я чувствую каждый подход! Каждое повторение!

— Отвали. Это все ради дела.

— Для дела⁈ Мое тело не выдержит твое «дело»!

— Еще как выдержит, — и я широко зевнул. — А не выдержит, что ж…. Получишь свое тело обратно…

Иван принялся протестовать, но слушать его крики всю ночь у меня не было никакого желания. Подойдя к табуретке, я приготовился пнуть ее со всей силы — мизинцем, естественно.

— Хорошо! Хватит! Ты победил!

— То-то же… — и снова зевнув, я снова улегся на золото. — А пока я не усну, можешь рассказать мне о чем-нибудь…

— О чем?

— Не знаю… О том, как ты жил… Как… И о прочем…

Иван понял, что выбора у него особо то и нет. Рассказывал он не шатко, не валко, но зато выложил мне кучу интересных бытовых деталей.

Будильник прозвенел в 6:30, а я был как огурчик. Спасибо золоту.

— Смеешься что ли?.. — протянул Борис, когда я спустился вниз, как ни в чем не бывало. — И что, даже мышцы не болят⁈

Я покачал головой, а затем, упав, начал отжиматься.

— Ты что… все еще не веришь… в меня⁈

Сделав положенные тридцать раз, сорвался на пробежку.

— Прошу, помедленней… — стонал Иван каждый новый километр. — Я так устал…

— Я тоже, — фыркнул я. — Проблемы?

По возвращению снова натолкнулся на удивленного Бориса.

— Ну! — и я сверкнул глазами.

Тот махнул рукой, и таким образом мы тренировались целый день — и да, комплекс стал сложнее вдвое. Он называл это странным словом «кроссфит».

Закончили мы на закате.

— Завтра точно нужен день отдыха, а не то… — заикнулся Борис, и Иван крикнул:

— Да-а-а-а-а!

Но я отмахнулся.

— Нет. Отдых только ночью. Завтра снова будем работать! Или ты не веришь в меня⁈

Борис поверил только ближе к концу недели. Иван все это время рыдал как девчонка.

На седьмой день бармен притащил откуда-то боксерскую грушу, по которой я самозабвенно молотил своими золотыми кастетами. Добавилось плавание — в городской реке, ибо другого места не нашлось. Как не кстати, под водой открылся небольшой портальчик, так что пришлось немного повозиться с окопавшимся там внеземным кальмаром. С золотом в карманах плавал я как акула, поэтому у кальмара не было шансов. И нет, оно совсем не тянуло меня на дно.

Ужин у всего «Котла» в этот вечер был на славу. Половину этой неземной твари съел я.

Вскоре на задний двор притащили железо, а еще сварганили турник. И так один день за другим.

* * *

Наблюдая за Иваном Борис не уставал удивляться. Любой в его роте, где он служил полевым поваром, сломался бы на третий, максимум на четвертый день, а этот только рычал и требовал новых высот.

— Быстрее! Сильнее! — бормотал он, прыгая вокруг груши, а потом падал в упор лежа, а затем снова вскакивал со скакалкой в руках. И даже с утяжелителями ему было «слишком легко»!

Вскоре к нему присоединился и тот странный пухляш, что выделывался своими «преемчиками». Сначала эта жирная туша едва не померла на простой пробежке, но, ударившись башкой о поребрик, он вскочил и едва не обогнал Ивана.

— И это все, на что ты способен, Обухов⁈ — хохотал пухляш, не выпуская сигареты из зубов.

Пока они пытались обставить друг друга, у Бориса кончались идеи. Иван взвалил на себя все самые жесткие упражнения и даже те, что не снились даже самому первому бойцу его части.

И все ему мало…

— Борис, дай сюда гирю! — рычал Иван, зачем-то зажав в зубах золотую цепочку. — И не вздумай меня жалеть! Завтра должно быть еще тяжелее!

Но на завтра бармен так и не смог ничего придумать. Иван совсем разозлился:

— И это все, на что ты способен, Борис⁈ Я разочарован!

Разозлившись, бармен принял вызов. Что ж, раз этот чудак требует еще и еще, то…

— Будет тебе «еще», парень, — сказал Борис, проводив обоих «спортсменов» на пробежку, а затем вернулся в бар. Там прошел за стойку и решительно взял телефонную книгу.

Он знал одного человека, который мог доставить Ивану максимальное «наслаждение». Они с Борисом давно не общались, однако, почему бы не вспомнить старые времена?

Наконец он нашел нужный номер. Трубку взяли с третьего гудка.

— Слушаю, — прозвучал знакомый голос. Борис ответил не сразу. Но ответил:

— Ну что, пузатый⁈ Еще не лопнул?

Глава 14

Хочешь поиграть с Коллекционером?

— Двадцать восемь… Двадцать девять… — шипел я, подтягивая корпус к перекладине. Баул, набитый золотом, пришлось зажать между ногами, но все равно утяжеление мешалось. — Тридцать… Тридцать один…

Борис смотрел на меня немигающим взглядом. Он и еще десятка два пьянчуг, выглядывающих из окон бара. Все наблюдали за мной как завороженные.

— Во, парень дает! А вы говорили — остолоп!

— Он еще и пить бросил! С ума сойти!

— Борис, в каком, говоришь, переулке его по голове так ударили?

— Вы как хотите, но мне отчего-то расхотелось сегодня пить…

— Тридцать шесть… — выдохнул я, и тут у меня в кармане раздался звонок. Как ни странно, звонил телефон, что лежал там еще со времен подвала, где нашел покой курьер по кличке Малой. На экранчике светилось — «Серый».

Повиснув на одной руке, я взял трубку.

— Слушаю.

— Малой, ты жив⁈ — раздался голос на «проводе». — Мне-то сказали, ты сдох. Вот и верь после этого людям! Сбросил товар?

Я подтянул ноги к перекладине и повис вниз головой. Взяв баул в одну руку, а телефон в другую, принялся делать упражнения на пресс.

— Все… на мази…

— Ты чего там пыхтишь⁈ — хихикнули в трубке. — Я ее знаю?..

Сделав очередной подъем, я выпрямился.

— Серый, соберись. Где и когда?

— Ах, не терпится отдать мне мою долю? Хорошо!

— Я про адрес. Где мне найти такое же золото.

— Ишь какой смелый! Прошлый раз тебя ничему не научил? Ну что ж, раз так, то давай встретимся и произведем обмен. У меня осталось еще немного золота из закромов Коллекционера. Гурию понравится, а то, говорят, он после взрыва на складах уже на мели…

Коллекционер? Интересно, интересно… Надо бы узнать о нем поподробней.

— Диктуй адрес, — сказал я и спрыгнул с турника.

Артур все это время лежал рядом без чувств и с огромной шишкой на лбу. Иван, к слову, тоже чувствовал себя неважно: временами стонал и звал маму, однако сейчас отчего-то помалкивал. Видимо, тоже отдыхает.

Что ж, сделаем и сами небольшой перерыв.

* * *

Место встречи располагалось неподалеку. И это был очередной грязный переулок, разрисованный разноцветной тарабарщиной. Пахло в нем неважно.

За целый день тренировок меня слегка пошатывало, но золото в карманах быстро приводило тело в тонус. Надеюсь, долго тут расхаживать не придется.

Добравшись до тупика, я набрал Серого.

— Я на месте. Ты где?

— Что у тебя с голосом, Малой? Хвораешь?

— Угу. Так где?..

— Видишь дверь между буквами «G» и «М»?

Я осмотрелся. На одной из разрисованных буквами стен действительно была крохотная дверца. Одна единственная на весь этот переулок.

— Встречаемся внутри. А тут слишком много глаз.

И он отключился.

Я подошел вплотную к двери и почувствовал зов золота. И не просто какого-то, а МОЕГО. Значит, не обманул Серый.

Хотя…

На всякий случай надев кастеты, я аккуратно потянул дверь. Внутри были какие-то переходы, а затем еще и ржавая лестница. С каждым шагом зов золота приближался.

Еще немного, и передо мной встала очередная дверь, на этот раз железная. Золотом пахло с той стороны. За ней располагалась глухая темная комната с кучей шипящих телевизоров у стены. В их дрожащем свете стояло кресло, повернутое ко входу высокой спинкой. В нем кто-то сидел.

Едва я ступил за порог, как дверь с грохотом закрылась. Обернувшись, я влетел в нее плечом.

Заперто. Засада…

Тогда я направился к креслу. Стоило подойти, как оно повернулось само.

— Ты кто⁈ — дернулся мужик, примотанный к креслу цепями. На башке у него была какая-то штуковина, напоминающая капкан. — Где Малой?

В следующую секунду телевизоры за креслом вспыхнули. На экранах появилась надпись: «ПОПАЛИСЬ, ВОРИШКИ»! Из колонок по углам комнаты зазвучала веселая музыка.

— Что значит, где Малой⁈ — зазвучал механический голос. — Ты чего, не узнаешь своего товарища по воровству МОЕЙ собственности?

— Это не он! — заверещал пленник. — Я не знаю, кто это!!!

— Не он… А где Малой? — и на экране мигнуло изображение. Теперь там были сплошные знаки вопроса. — Почему ты привел сюда постороннего, Серый?

— Малой подох две недели назад, — сказал я. — А ты, похоже, заманил меня в ловушку. Это твоя ошибка.

Я постарался посмотреть на Серого как можно строже. И тот разрыдался.

— Ай-ай-ай-ай! — снова зазвучал голос из колонок. — Жаль-жаль-жаль Малого… Что же! Значит, ТЫ пришел украсть МОЮ собственность⁈ Как неразумно…

Слушать его болтовню я не собирался. Подошел ко второй двери и дернул. Увы, она тоже оказалась заперта.

— Открой дверь, — сказал я, осматриваясь. — Ты кто вообще такой?

— Я? Разве Серый не рассказывал обо мне⁈ О Коллекционере?

Изображение на телевизорах снова мигнуло, и весь экран заполнила морда какого-то ухмыляющегося монстра. Вернее, это была маска, сделанная из…

— Золота, — произнес я одними губами, вглядываясь в дрожащее изображение.

А мне тут начинало нравиться.

— Да, я Коллекционер! — и человек на экране вскинул руки, усыпанные золотыми цепочками и перстнями. — Я коллекционирую вас! Воры, ничтожества и прохиндеи! Которые отравляют жизнь этому городу! Которые несут только зло, коварство и…

— Так, хватит болтать, — сказал я, посмотрев в экран Взглядом. — Открой эту дверь. Мне нужно кое-что у тебя забрать.

Однако этот странный тип даже не вздрогнул. Видимо, через экраны телевизоров мои способности не действуют. В ответ раздался издевательский смех.

— Ах, ты еще и наглец⁈ Хорошо! Я люблю наглецов! Вами кишит каждый закоулок этого мерзкого места, вы…

Я закатил глаза. Очередной болтун.

Коллекционер пустился рассуждать про «злодеев», «змей подколодных», «завистников» и «ничтожеств». Затем кратко рассказал биографию этого Серого, за которым тянулась череда ограблений, мошенничеств и даже одно убийство.

— Все ложь! — заверещал тот, задергавшись в кресле.

— Ага, как же! Я хорошенько тебя изучил! Ты это заслужил, ничтожество!

— Довольно болтовни, — оборвал я этих двоих и кивнул на дверь. — Где ключ?

— Увы, ключа от этого замка у меня нет, — сказал Коллекционер. — Зато он есть у Серого! У этого глупенького Буратино, который везде сует свой нос!

— Где? — и я повернулся к Серому. Глаза у него тут же полезли на лоб.

— У меня нет ничего!

— Как же? — хихикнул Коллекционер. — Не чувствуешь необычную тяжесть в желудке?

Серый позеленел.

— Да-да-да! Ты же любишь золото, Серый? Вот и держи! Золотой ключик у тебя в желудке, и достать его может только твой верный Пьеро!

— Что?..

— И у него есть ровно минута, — и изображение переключилось на таймер, где оставалось уже пятьдесят восемь секунд. — Как только время истечет, устройство на твоей башке активируется и…

Снова экран мигнул, и на нем показалась гильотина.

— Стой, нет! — взвизгнул Серый. — Как же он его вытащит, ключ же…

— Ручками, дорогой, ручками! А тебе, Малой, или как там тебя, я советую поторопиться, ведь газ, заполняющий помещение с тех пор, как закрылась дверь, вскоре сделает из тебя хрипящий кусок мяса.

И снова Коллекционер расхохотался.

— Поспеши! У тебя есть сорок девять секунд! Итак, начнем же!

Снова таймер — и сорок восемь… сорок семь… сорок шесть…

Посмотрев на дергающегося Серого, я вздохнул. Лезть ему в рот? Нет. Еще не хватало руки марать.

— Стой! — покраснел он, стоило мне подойти. — Отвали!!! Не смей совать руки в…

Я не стал никуда ничего совать. Просто как следует вдарил ему по дых, а затем подставил ладонь ко рту. Он дернулся и из него вылетел золотистый ключик. Поймав его, я пошел отпирать.

Ключ вошел в замок как влитой. Дверь открылась.

— ЧТО⁈ — прозвучал голос из колонок. — Какого… Нет, так не должно было быть! Как… Как ты это сделал?.. Проклятье, я не подумал, что можно просто вызвать рвотный рефлекс…

И в колонках зашуршали бумажки.

— … как же я не предусмотрел… Зараза…

— Эй! — крикнул Серый. — Останови таймер! Он вытащил ключ!

— Знаю! Знаю! Подожди…

Бумажки шелестели, а я оглянулся на таймер. Осталось двадцать секунд.

— … Где этот план на случай победы… Блин, и чего так быстро?

— Ты издеваешься⁈ Сними эту штуку! Малой, вернись!!!

— Я не Малой, — пожал я плечами и, войдя в следующую комнату, закрыл за собой дверь. Мне вслед прозвучал истерический визг. Затем… Крик оборвался.

— Чтоб тебя! Сработало даже раньше, — вздохнул Коллекционер. — Ох уж эти устройства… Слышь, ты… Малой.

— Меня зовут Иван, — сказал я, и тут под потолком вспыхнул яркий свет. Пришлось даже закрыть глаза рукой.

— Иван… У тебя поди тоже грехов полные штаны, да?

— Например? — спросил я, часто моргая.

— Не отнекивайся! Вы все виновны! И тебе придется постараться, чтобы выбраться отсюда. Пусть ты и открыл дверь, но газ все еще заполняет пространство…

Пока он извергал из себя этот пафосный бред, я огляделся. В комнате снова было полно телевизоров с его мерзкой рожей. Пол был решетчатый, а ниже бурлил огромный бассейн, заполненной водой, в котором плавал какой-то бледный тюлень.

Вернее, человек, и его колышущиеся телеса определенно кого-то мне напоминали.

— Ты! Какая встреча!

И я довольно присел на корточки. В бассейне плескался распорядитель подпольных боев, который сбросил Марьяну в яму.

— Бввввв! — затряслась эта туша, а затем вынырнула на поверхность и вцепилась в решетку. — Спасите!

А ему было отчего беспокоиться — с двух сторон на него двигались решетки со стальными штырями. Еще пара метров, и они превратят его в шашлык.

— Есть золото? — спросил я босса.

— Какое золото⁈ Я сейчас умру, черт тебя!!!

— Значит, нет… — и я решил пойти поискать Коллекционера. Как раз рядом была еще одна дверь.

— Стой! Я знаю, где золото! У меня есть слиток, помнишь⁈ Только вытащи меня!

— Жизнь за слиток? — сощурился я.

— Да! Я принесу тебе слиток! Отдам все золото, что у меня есть!

Я кивнул. Хорошая сделка. Будет по гроб жизни обязан.

— Хочешь спасти своего друга⁈ — вновь появился в телевизорах Коллекционер. — А ты уверен? Знаешь, сколько грехов за ним? Сколько людей он бросил в яму за долги? Знаешь…

Ага, вот и рычаг! Наверное, он и останавливает штыри. Я дернул его.

— Готово? — посмотрел я на босса, а тот закричал только громче. Решетки начали двигаться к нему вдвое быстрее. — Похоже, нет…

Пока меня сыпали проклятиями, я обратился к телевизорам:

— Как остановить эти штыри?

— Штыри? — хихикнул Коллекционер. — Никак. Механизм не имеет обратного хода. Твой друг может спастись, только если пролезет вон в ту трубу в стене, куда утекает вся вода. Но есть одна загвоздка…

Ага, я уже понял. Босс был слишком жирным, чтобы пролезть в эту трубу. Он уместится в ней разве что своим тройным подбородком.

— … Да, твоему другу придется экстренно худеть! — и Коллекционер снова засмеялся. — Но тебе не стоит беспокоиться о его судьбе. Лучше подумай о себе!

— Я уже выполнил твое задание.

— Первое, да! А теперь должен выполнить второе! Итак…

И в стене открылась дырка.

— Лезь вон в это отверстие, быстрее! Газ почти заполнил твои легкие. Там тебе придется преодолеть…

Покачав головой, я направился в противоположную сторону — к телевизорам, за которыми находился электрощиток.

— Эй, ты чего делаешь⁈ — заорал Коллекционер. — Не смей лезть туда!

Открыв дверцу, я вырвал целую связку проводов. Посыпались искры, и решетки замерли. Боссу несказанно повезло — штыри остановились буквально в сантиметре от его огромного пуза.

Коллекционер был недоволен:

— Сволочь! Как ты посмел мешать моей головоломке⁈ Да я тебя…

— Давай-давай, открывай следующую дверь, — и я направился к выходу. — Что там, ров с крокодилами?

И дверь таки открылась передо мной.

— Стой, а как же я⁈ — воскликнул босс, трясущийся между штырями.

— А что ты? У тебя есть труба. В нее и лезь. Другого выхода я не вижу. Увидимся снаружи. Не забудь про слиток.

Я осторожно перешагнул порог и оказался в очередной комнате. Там была яма, в которой что-то возилось и пищало. Что-то серое, и этого было ужасно много.

— Крысы…

Нет, идти у Коллекционера на поводу у меня желания нет — да и золотой зов исходил чуть сбоку от выхода.

— Здесь тебе предстоит… — забуровил этот псих, но я подошел к стене и постучал о металлическую поверхность. Угадал, стена была полая. Похоже, технический отсек, прикрытый иллюзией. Хитро, и сделано куда ловчее, чем на Базаре.

— Эй… Это вообще-то моя собственность!

Вырвав панель, я наткнулся на связки проводов, через которых можно было пролезть. И да, там была решетка вентиляции.

— Вылезь оттуда, негодяй! Или ты хочешь, чтобы я вызвал полицию⁈

Голова уже начинала кружиться — все же про газ он не шутил. Проходя комнату за комнатой, я выигрывал время, но не мог держаться вечно.

— Я с тобой справлюсь и без полиции, — и ударом ноги я вынес решетку. Затем рухнул на колени и пополз по трубе. Дышать уже было почти невозможно, грудь сильно сдавило.

Впереди показалась еще одна решетка, и, вынеся ее, я вывалился в коридор. Здесь, к счастью, было куда свежее…

— Фух… Ты чего уже все?.. — зазвучал голос Ивана. — Или мы еще тренируемся?

— Почти, — сказал я, осматриваясь.

Находились мы в темном коридоре. Тут было много дверей, за которыми кто-то стонал, кричал, а то и хрипел.

Ведомый золотым зовом я направился вперед по коридору. Каждый шаг меня сопровождал вой:

— Назад! Назад! Куда ты делся⁈ Тебе не поздоровиться, когда ты…

И вот последняя дверь. Зов золотой маски был прямо за ней. Какая безалаберность со стороны этого психа…

Поправив кастеты, я вошел в маленький кабинет, залитый светом множества мониторов. На каждом была своя комната смерти и в каждой страдал очередной грешник. Перед столом же стояло кресло, в котором бесновался какой-то коротышка:

— … пойдешь дальше! О, ты не знаешь, какие ужасы тебя ждут дальше! Ты погибнешь, глупец! Где ты⁈ Где ты, падла?

Аккуратно подойдя к креслу, я развернул его. Провод микрофона натянулся, и карлик в золотой маске едва не слетел на пол — он вцепился в него мертвой хваткой.

— А в телевизоре ты мне казался больше, — улыбнулся я и хрустнул костяшками.

Тут же заметил рядом кнопку с надписью «Стоп». Стоило ее нажать, как раздался щелчок, а затем где-то встал огромный механизм. Стоны сразу затихли и через какое-то время сменились радостными криками.

— Итак… Коллекционер, значит?

— Ладно, ты зашел СЛИШКОМ далеко! Бери мою маску! Это чистое золото! — и сорвав ее со своего прыщавого лица, гном бросил эту прелесть мне в ноги. — А теперь уходи! Прочь! Прочь! Пока я не вызвал…

— Подними, — приказал я.

Он спрыгнул с кресла и сунул мне маску в руки.

— Ну-ка, улыбнись, — наклонился я, поглядев ему прямо в глаза.

Затрепетав, Коллекционер натянул вымученную улыбку. А вот и коронки…

— Что ж… — Я достал из кармана пассатижи. — Не обещаю, что будет не больно…

* * *

Когда все его ценности перекочевали ко мне, я отпустил Коллекционера отдыхать на пол, а сам заметил на одном из мониторов бронированную дверь огромного сейфа.

— Вор… — хрипел Коллекционер, елозя руками мне по ноге. — Это мое…

— Где эта дверь⁈

Коротышка выплюнул очередной зуб. Увы, самый обыкновенный.

— Никогда… Я лучше умру… Там моя коллекция золо…

В следующую секунду лицо Коллекционера поплыло. Кажется, он понял, что сболтнул глупость.

— НЕТ! НЕТ, НЕ ДАМ!

Я присел на корточки.

— Либо дверь, — сказал я, — либо яма с крысами. Выбирай.

Хнычущий Коллекционер все же выбрал первое. Я толкнул его к двери, и мы вышли в коридор.

— Так, стой! — и дернув его за шиворот, я огляделся. — Нам нужно прихватить того жирдяя. Он обещал мне золото.

— Юлиус — шкура поганая! — затряс кулачками гном. — Зачем он тебе? Он обманул меня и украл МОЙ золотой слиток!

— Твой слиток? А ты, что любитель делать ставки?

— Было дело…

Я фыркнул.

— А откуда у тебя целый слиток? Ты что, золотых дел мастер?

— Да… НЕТ!

Не успел я расспросить его подробнее, как под потолком завыла сигнализация.

— Это что? Это ты сделал⁈

И подняв руку, я оторвал Коллекционера от пола. Ворот тут же натянулся у него на горле.

— Нет… Это… Из магазина…

— Из магазина⁈ — и бросил его на землю. — Из какого еще магазина?

Хрипя, Коллекционер пополз в свою каморку.

— Сволочи… Все у меня отнять хотите…

Подвинув к себе один из мониторов, он начал переключать камеры, пока не вывел изображение из зала, уставленного сверкающими витринами. На каждой виднелись цепочки, крестики и кольца. Это был ювелирный магазин.

Я бы страшно обрадовался, если бы не одно «но». Продавцы с клиентами лежали лицами в пол, а между прилавками расхаживали какие-то парни с оружием и в балаклавах с крысиными ушами. Все золото, что попадалось им под руку, они сгрибали в мешки.

Та самая дверь уже стояла нараспашку и оттуда тоже выносили золото.

— Грязные ублюдки!!! — завизжал Коллекционер. — Мой магазин! Чертовы Крысы грабят мой магазин!

Крысы? Еще одна банда что ли?

И тут я уловил вой сирен — звук раздавался где-то снаружи. Мужики на камерах тоже его услышали. Похватали сумки и дали деру.

Коллекционер же окончательно озверел. Раскрыв пасть, попытался укусить меня за руку. Выругавшись, я дал ему подзатыльник, но ему это и надо было — вырвавшись, он колобком укатился к двери в коридор.

А оттуда раздавались шаги.

— Где эта сволочь! Где Коллекционер⁈

Я выскочил в коридор, намереваясь поймать беглеца, но был вынужден остановиться. Все двери в «комнаты смерти» стояли открытыми настежь, а ко мне двигалась целая толпа каких-то растрепанных и очень злых мужиков. Коллекционер, хохоча, уже был за их спинами.

— Это он! Вон он, Коллекционер! Парень с золотой маской! Бей его!

Скрипнув зубами, я применил на них Взглядом. Первые ряды встали, но сзади их подпирали их товарищи по несчастью. Толпа напирала. Звук сирены, тем временем, звучал прямо над нами.

Что ж, времени объяснять кто я и в какую сторону лучше бежать этим олухам, не было.

Сжав кастеты, я пошел на них.

* * *

Под ювелирным магазином.

Члены банды Туннельных крыс, перекидывая друг другу мешки с золотом, быстро спускались все ниже по туннелям Коллекционера — и прямо в канализацию, по которой можно было легко уйти от полиции.

— Слышите? — насторожился один из бандитов. Откуда-то кричали.

— Пошли! — пихнул его в бок подельник. — Пока этот идиот «развлекается», он нам ничего не сделает! А вот полиция…

И перехватив мешки, они рванули дальше. Скоро криков стало так много, что даже у самого стойкого затряслись колени.

— Он там что, решил целую толпу замучить?..

А крик все нарастал. Орали как минимум десятка два, не меньше. Казалось, кто-то с кем-то дерется.

— Чудовище… А еще говорят, это мы дегенераты…

Не выдержав, Крысы пошли на крики. Они раздавались совсем близко, за углом, и орали так, будто там было настоящее побоище.

— А может, не надо?..

Но главный все равно выглянул — и обомлел. Коридор полностью заполнили полуголые мужики, и они пытались побить одного типа — в золотой маске и с золотыми кастетами. Выбивая зубы то одному, то другому, он исчезал среди спин, а затем снова появлялся — и медленно, но верно, как танк, двигался к выходу.

— Ну нахер…

И Туннельные крысы рванули в канализацию. Рев сопровождал их еще долго.

* * *

Опершись руками о колени, я пытался отдышаться. Победа была за мной, однако, мне тоже пару раз неплохо прилетело. Весь пол занимали побитые, стонущие тела. Мужики были еще живы, но шишек я им наставил знатно. Парни просто решили, что я тот, кто их мучил, так что никаких серьезных ран.

— А теперь валите отсюда, — сказал я, направляясь к выходу. — Коллекционером был тот карлик! Кретины, будь я им, вы бы были уже трупы!

Зов золота отдалялся, и я поспешил нагнать его. Выбив еще пару дверей, увидел лестницу вниз, а за ней…

— Смрад… — выдохнул я, поняв, что спустился в канализацию. Запах буквально сбивал с ног.

Выбравшись в сырой туннель, я пошел вперед, и вдруг… Вой. Кто-то подвывал, будто побитая псина. Еще пара шагов, и я разглядел источник звуков — прямо у меня над головой висел босс арены. Его жирная, покрытая тиной и еще чем-то мерзким туша, торчала из трубы как затычка из бутылки.

— Вылез таки⁈ — охнул я, осматривая верхнюю половину босса. Все, что ниже груди, сидело в трубе.

— Спаси-и-и-и… — протянул он, смешно дрыгая руками. — Я отдам тебе все золото!

— Золото это хорошо, — ухмыльнулся я и, взяв его за запястье, потянул. Никак. — Отдашь все до последней монетки, правда?

Поджав жирные губы, он кивнул. Я потянул еще раз — и все никак.

— Кажется, ты застрял. Не повезло, — выразил я очевидную истину и обернулся на зов.

Голоса со стучащими шагами глухо звучали эхом — и отдалялись. Зов золота тоже. Я хотел броситься в погоню, но босс закричал:

— Нет! Ты умрешь тут! Канализация это территория Туннельных крыс! Тут настоящий лабиринт! Сюда даже сантехники бояться спускаться!

Что ж, в чем-то он прав. Проходов впереди действительно было много, а судя по тому, что нити зова разделились, бандиты бросились в рассыпную. А тут еще и семейка жирных крыс у стены: все пятеро с нескрываемым интересом поглядывали на изрядно вспотевшего босса.

Не хотелось их расстраивать, но все же выбить из него слиток — не менее важно.

— Так и быть, жирный, — кивнул я и, взявшись за него всерьез, подналег. — Тянем-потянем…

* * *

Неподалеку от «Золотого котла».

Было уже темно, а Артур все сидел на лавочке рядом с турником. Вокруг было тихо и пусто, холодало, но он не думал уходить. Ждал Ивана, но его отчего-то не было.

Перед ним блестела огромная лужа, откуда на него смотрел ОН. Арчибальд Корвин. Его альтер-эго, вечный спутник и источник проблем. И он был очень недоволен.

— … Этот Обухов твой ЕДИНСТВЕННЫЙ шанс вернуть честь рода, идиот! — рычало грозное лицо в отражении. — А ты все хнычешь и хнычешь! Не стыдно?

— Нет…

— ЧТО⁈

Артур вздохнул.

— В смысле, да, очень стыдно. Я буду стараться.

И поднявшись, он поплевал на руки. Вцепившись в турник, попытался подтянуться. Руки затряслись и парень повис как мешок. Пузо неуклонно тянуло его к земле.

— Еще! — рычал Корвин из лужи. — Еще! Тянись, сало! Ты должен не просто стараться, ты должен сделать все, чтобы не отставать от Обухова! Не могу же я постоянно тебя заменять⁈

Артур выдохнул. Как ни крути, но Корвин был прав. Как всегда.

Спрыгнув на землю, он упал в упор лежа, но и тут не смог сделать больше десятка раз. Закончив, направился к груше. На ней было намалевана какая-то морда, отдаленно напоминающее лицо их покойного Короля.

— Так и быть… Я буду тренироваться. Ради рода, ради чести, ради…

— Ради мамки твоей!

— Да, ради мамы!

— … И той девчонки, с который ты глаз не сводишь, — хохотнул Корвин. — Как ее, Марьяна, да?

Артур покраснел. А затем вытащил из ножен свой деревянный меч. Он убрал его в ножны только под утро.

Глава 15

Да кто такой, этот Обухов?

После этой развеселой ночи босс, которого, кстати, звали Юлиус, и вправду похудел — от трех подбородков осталось только два. Бока тоже куда-то пропали.

— Юлиус, скажи, в чем твой секрет? — спросил я, когда мы вылезли на поверхность неподалеку от Базара. Было почти утро. — У меня есть знакомый, которому тоже не помешает быстро похудеть.

Он что-то проворчал, а затем мы с ним отправились за слитком. На арене было все по прежнему — только из ямы больше никто не кричал. Трибуны пустовали.

Сунув мне в руки эту тяжеленную прелесть, Юлиус еще и ссыпал целую шапку золотых монет. Их звон приятно ласкал мой слух.

— И спасибо тебе, Обухов… — а затем, разрыдавшись, Юлиус принялся меня обнимать. Неожиданно, и не очень приятно… Все же человек, который всю ночь ползал по канализации, пах далеко не цветами.

Я немного смутился, но все же похлопал его по плечу. Видок у него был не из лучших — такое экстренное похудение не слишком способствует настроению. Да еще и золотишка он потерял изрядно. Однако лучше быть худым, чем мертвым — это я прочитал в его глубоко запавших глазах.

Возвращаться в «Золотой котел» было тяжеловато: мышцы ныли, глаза слипались, а синяки сильно болели. Но золото лечит…

— Ох уж, это слабое тело…

Когда я дотопал до «Золотого котла», на горизонте уже светало. Во дворе, где мы оборудовали тренажерку, было пустовато, а вот на лавочке сопел Артур. Его деревянный меч лежал у него на животе.

Я не стал его будить. Пусть поспит, все же он обычный слабый человек. Почти.

— Надеюсь, ты не собираешься возвращаться в эту канализацию? — негодовал Иван. — Там такая жуткая вонь!

— А что остается? Туда утекло все мое золото.

— Тебе оно так нужно?

— Конечно. Оно мое! Ждать, пока до него доберется стража я не собираюсь.

Но все же лазить по канализации мне очень не хотелось. Там в потемках и Инквизитор ногу сломит, а без конкретного местоположения логова Крыс, бродить по лабиринту дело бессмысленное. Нет, ни бандитов, ни монстров я не боялся. Дело это не на одни сутки, а день Испытания неумолимо приближался.

Поэтому оставалось одно — рассчитывать, что однажды мне повезет, и я почувствую зов во время одной из пробежек. А он, чую, будет не из простых. Все же золота у Крыс было много. И возможно не от одного Коллекционера.

— А еще этот гном, — пробормотал я. — Он точно затаит злобу.

Раз так, то нужно держать ухо востро и поднакопить сил. Сейчас зайдем в бар, поднимемся по лестнице и…

— Так! — и на пороге «Золотого котла» вырос Борис. — Ты время видел⁈

Я поглядел на часы. Было 6:44.

— А ну быстро на пробежку, рядовой! Бегом!

Иван снова зарыдал.

— Нет… Ты же не хочешь, еще и…

Нет, я хотел. Какими бы уставшими мы ни были, но обещание есть обещание. А я всегда выполняю то, что обещал.

Закинув золотишко к себе, я побежал по улицам. Город просыпался.

* * *

Улицы города.

Шептун снова стоял на крыше и наблюдал за переулком неподалеку от бара «Золотой котел». И в нем нынче было людно.

— Парень? Один парень вынес целую банду⁈ Ты издеваешься?

На огороженной забором парковке стоял амбал ростом в два метра, бугристый и широкоплечий как атлант, с презрением оглядывал ряды разношерстной шпаны — а их было с полсотни, не меньше. На его лбу была толстая металлическая пластина. Встречаясь с ее опасным блеском, каждый опускал глаза в землю. Шептун знал его — это был Феликс, бандит по прозвищу Кувалда. Опасный, жестокий преступник.

Напротив же трясся коротышка с перевязанной рукой и с многочисленными ожогами.

— Но он… Но он…

Не успел коротышка договорить, как амбал схватил его за грудки.

— Один парень обчистил Эмиля, а потом разнес хату Лео⁈ Это шутка?

— Нет, Феликс! Ты просто не видел его!

— Он не человек! — закричали парни за его спиной. — Лео бил его кастетами прямо по лицу, а он только смеялся!

— А Макс ударил его заточкой, и он все равно встал!

— И даже Пушок, говорят, об него зубы обломал! А еще Инквизитор…

— Может, он бессмертный⁈

По рядам прошелся пугливый шепоток и парни начали озираться. Кувалда же, откинув голову назад, расхохотался.

— Чушь… Бессмертие — это сказки для бабок и детей.

— Не веришь⁈ — и коротышка вырвался. — Тогда пошли! «Котел» недалеко! Он там постоянно зависает!

Кувалда вздохнул.

— Столько шума из-за какого бара… Хорошо. Где…

— ВОТ ОН!!!

И все как один повернулись к выходу из переулка. К ним бежал какой-то парень.

Амбал свел брови.

— Это же?.. — и он повернулся к своим дружкам. — Он же совсем пацан!

— Эй, вы! — донесся до них крик. — Вы чего столпились? Дорогу!

Кувалда опешил — парень мчался на них как бешеный, словно спринтер. На руках и ногах у него были утяжелители. В карманах что-то звенело.

— Ты Иван Обухов? — крикнул Кувалда, выходя ему навстречу

— Да! А ты кто⁈

— Я тот, кто раздавит тебя! Меня зовут…

— У тебя есть золото?

— Какое к черту…

— Нет золота, значит отвали! Дорогу!

Мотнув головой, амбал зарычал:

— Ну-ка иди сюда, сопляк! За дерзость…

Парень рванул изо всех сил. Их разделял сетчатый забор, и он, проигнорировав калитку, вскочил наверх, а затем сиганул вниз — и прямо на плечи амбала. На его кулаках заблестели золотые кастеты. Не успел Кувалда дернуться, как парень, усевшись на нем как на стуле, влупил ему по лицу.

— Что… — и удары посыпались градом. После десятого хука в челюсть амбал закачался. Парень соскочил с него — легко как пушинка — а вот его противник рухнул на землю как мешок с песком. Лицо у него превратилось в кашу, а зубы были выбиты в шахматном порядке.

Парень выпрямился, и стоило ему оглянуться на шпану, что обступила его кольцом, как все полсотни парней попятились.

— Ну, кто следующий⁈

— Вы что, струсили⁈ — заверещал бандит с перевязью. — Он всего один! Бей его!

Однако остальные как-то спешили бросаться в драку. Парень ухмыльнулся.

— И что вы мне сделаете? Вас-то всего четверо.

Вдруг в него полетели палки с камнями. Увернувшись, парень кинулся в драку. Толпа поглотила его, и Шептун уже было решил, что ему крышка, но нет — то и дело он выпрыгивал из этого моря людей, вбивая кастет то в одно, то в другое рыло.

А их и вправду было всего четверо — одновременно нападавших. Остальные просто мешались друг другу и тупо били своих товарищей по затылкам. Скоро под ногами у парня елозили в кровь избитые бедолаги.

Когда их накопилось с десяток, откуда-то зазвучал голос:

— Эй, Обухов! Ты не охренел бить каких-то увальней⁈ И без меня!

Шептун повернулся на голос — а к ним мчался еще один тип. Здоровый и жирный как боров, но бежал он с таким остервенением и прытью, будто первоклассный спортсмен. В зубах дымилась сигарета, в руках был деревянный меч.

— Бомбочкой! — и ударом в чью-то морду он тоже присоединился к избиению.

Конца дарки Шептун не стал ждать — и так было понятно, что бандитов ничто не спасет. Нужно было еще доложить Вергилию: Обухов успешно готовиться к Испытанию.

* * *

— Выплевывай!

Избитый бандит плюнул золотым зубом мне в ладонь.

— Еще!

Он снова плюнул. Снова золотым.

— Еще!!!

— У мефя мофше неф… — и он раскрыл свою беззубую пасть. — Прафда…

Фыркнув, я встал на ноги. Золотом от него действительно не пахло.

— Значит, завтра принесешь еще золота. А иначе снова поищем пару коронок у тебя во рту. Понял?

Он кивнул и отключился. Я же, развернувшись, оглядел ряды стонущих на земле бандитов.

— У кого еще осталось золото? Ты! Кольцо, давай сюда! А ты чего отворачиваешься? Все слышали⁈

Посиневшие лица повернулись ко мне.

— Все золото понесете в «Золотой котел», а не то! — и я хрустнул пальцами. — Будет плохо! Поняли?

Бандиты кивнули. Ну и прекрасно.

После драки меня слегка шатало, но я не жаловался. Золота удалось набрать полные карманы, да и разминка вышла неплохая. Теперь можно и вернуться к тренировке.

Артура пришлось взять с собой. В конце драки он сильно ударился головой и вернулся в свое неловкое сознание.

— И чего им было надо?.. — бурчал я на ходу. — Артур, есть идеи?

Пробежав положенные десять километров, я оставил истощенного Зайцева на лавочке, а сам бросился в реку. После трех километров схватил скакалку. Попрыгав сорок минут, с места рванул обратно.

— Пощади…. Пощади… — ныл проснувшийся Иван. — Я больше не могу…

— Терпи! Это все ради дела! Ради Башни, ради Принцессы, ради золота!

— К черту! Найди мне новое тело! Я больше не собираюсь страдать!

— Только после того, как стану аристократом. Не раньше!

Иван зарыдал, но к счастью быстро заткнулся. Я уже был у «Золотого котла». Стоило подойти ко входу, как дверь открылась и…

И меня оттолкнуло массивное пузо. Попятившись, я сжал кулаки. Что за?..

На пороге стоял какой-то здоровенный мужик с узкими как щелочки глазами. Длинные волосы стянуты в хвост. Руки перемотаны бинтами до самых локтей. В зубах дымился огрызок сигары.

— Ты чего творишь⁈ — зарычал я. — Ослеп совсем?

А тот широко улыбнувшись, лишь весело рассмеялся. Пивом от него попахивало так сильно, будто он последние сорок лет своей жизни плавал в пивной бочке.

Шлепнув себя по животу, толстяк пропел:

— А это ты Иван, которого нужно научить пунктуальности? Так-так-так…

И потряхивая своим пузом, сошел с крыльца.

— Хочешь в бар? Отдохнуть после тяжелой пробежки? Пивка холодненького попить?

— Что ты несешь? Дай пройти!

Но это огромное пузо снова встало у меня на пути. Едва заметным движением, он снова оттолкнул меня. Это было быстро.

— Зараза…

И снова этот странный тип шлепнул себя по пузу:

— Попробуй пройти, Иван. Иначе Ногай сделает из тебя котлету!

Я хотел уже использовать на нем Взгляд, как сбоку открылось окно, и к нам выглянул Борис.

— Иван, ты что, опять бездельничаешь? — покачал он головой. — Еще пять минут и придется бежать второй круг!

Ага, понятно — все проделки этого хитреца. Толстяк, похоже, очередная часть тренировки. Я улыбнулся. Этого мне было и надо.

— Нагай, — крикнул Борис, — ты же поможешь Ивану пройти в бар?

— А то, Борис! Нагай всем помогает!

Вновь шлепнув себя по животу, он рванул на меня, да так быстро, что я едва успел увернуться. Его кулак пролетел почти у самого лица. Он сверкнул как молния.

Пыль поднялась столбом. Нагай повернулся. На его лице было легкое удивление.

— Хех, признаюсь, не каждый сможет уйти от моего удара. Что ж, похвально… — и сунув руку за пазуху, Нагай вынул фляжку. — Твое здоровье, Иван.

Хлебнув какого-то пойла прямо из горла, он встрепенулся. Рыгнув, вытянул вперед кулаки. Мышцы на предплечьях надулись — а каждый бицепс размером был с мою голову. Кулаки тоже.

— Найти себе оружие, человек, — рыкнул я, вынув кастеты, — я не дерусь с безоружными.

Но Нагай покачал головой.

— Нагай презирает оружие. Он сражается так как привык — голыми руками!

И взмахнув животом, он подскочил в воздухе, легко как мячик. Когда он приземлился, то поднял гигантский столб пыли.

* * *

Во дворе «Золотого котла».

Драка разгорелась нешуточная — Нагай постепенно теснил Ивана, но тот не давался. Прохожие, спешащие на работу, домохозяйки на кухнях, пьянчужки, решившие с утра пораньше заскочить в бар — все следили за схваткой, вытаращив глаза.

— Во, толстяк дает! И не скажешь, что он в стельку пьян!

— Время же семь утра. Когда он успел? Да еще и во вторник?

— Борис, откуда ты его вытащил⁈

— Сидел в соседнем баре, пил рассол и искал, с кем бы подраться, — кивнул бармен, стоящий в дверях. — Это мой старый армейский приятель. Нагай по прозвищу Каменный мешок. Он натаскает Ивана, как сле…

Оба соперника прыгнули друг навстречу другу. Их кулаки столкнулись с громким хлопком.

— Вы видели, что произошло⁈

— Кажется, я моргнул…

* * *

— Признаюсь, Иван, — проговорил толстяк, стоя ко мне спиной. — Ты смог меня удивить…

— И ты тоже, человек, — проговорил я, сплюнув кровью. — Ты тоже.

Использовать против безоружного кастеты я посчитал бессмысленным — раз уж новый учитель дерется голыми руками, то и мы поборемся с ним без лишнего железа.

Пару раз уже казалось, что его упорство возьмет верх, но нет, новый Ваня Обухов не так прост.

Ухмыльнувшись, Нагай повернулся. У него из носа текла струйка крови.

— Но пока все еще слабо, Иван, — кивнул он, пропустив меня в бар, где столпилась куча зрителей. — Увидимся завтра в 7:00. На этом самом месте. Борис…

Бармен стоял на крыльце.

— Спасибо за нового ученика. Я сделаю из него настоящего мужчину.

И он поплелся прочь. Проводив его глазами, я покачал головой, а затем направился в бар.

Шаг за порог, и все вокруг закружилось. Удара об пол я не почувствовал. Кажется, все же не стоило тренироваться семеро суток подряд.

* * *

К Испытанию я готовился всю следующую неделю — и тренировками с Борисом и Нагаем дело не ограничилось. Была еще магическая практика, и с этим мне помогал Силантий.

— Вы же помните магию огня, госпо… Иван? — спросил он, пока мы сидели с ним на берегу залива. Далеко сквозь дымку виднелась Башня, а еще Зайцев — он застыл на холмике, делая упражнения на выносливость. Над водной гладью, крича, носились чайки.

— Помню, — кивнул я, и в памяти мелькнуло то самое незабываемое чувство, когда обжигающее пламя вылетает наружу, сжигая все на своем пути. Как ни странно, но в процессе горло словно сковывает льдом. — Однако мне требуется кое-что попроще.

Раз Инквизиция может определять, когда я использую Древний огонь, значит, нужно свести такие заклятия к минимуму. Придется научиться простейшим трюкам — человеческим — как бы стыдно это ни было.

Силантий поднял палец, и на конце закрутился примитивный огненный шар. Маг с улыбкой перекинул его на ладонь.

— Это просто! Всего лишь представьте себе результат и направьте энергию вослед своим мыслям. Дар сделает остальное.

Сорвавшись с руки, огонек улетел к кусту. Вспыхнуло, и его охватило пламя.

Я покачал головой.

— Мне нужно что-то помощнее. Аналог моего Огня, но не настолько приметный…

Силантий пожал плечами.

— Думаю, такого заклятья в природе не существует. Ибо огонь без дыма, сжигающий тело и душу за считанные секунды — это ваша прерогатива. Даже глава Ордена, Марципаний, считает этот Огонь выдумкой.

Я вздохнул.

— Значит, учи меня человеческой магии…

— Хорошо, — кивнул Силантий. — Повторяйте за мной.

К концу дня я уже мог делать простейшие огненные шары. Это оказалось непросто — и к вечеру я чувствовал себя совершенно разбитым. Назавтра маг обещал помочь мне бросать молнии, а потом перейти к искусству порождения воды и льда.

— Будем тренироваться каждый день, — сказал он, когда мы сидели в баре, потягивая пиво. — Глядишь, и снова обратитесь в себя прежнего.

Я покачал головой. В ближайшее время это очень вряд ли.

— Да, практика всегда дается нелегко, — сказал Силантий с улыбкой. — Но у вас хорошо получается. Люди бы осваивали технику целую неделю, а то и месяц.

— Слушай, еще кое-что…

Я указал себе в голову.

— Иван Обухов. Каким-то образом этот человек все еще жив и сидит у меня в мозгах. Навредить мне он не может, но уж больно он болтливый.

— Я все слышал! — заворчал Иван. — И вовсе я не болтливый!

— Не сомневаюсь… Короче, нужно сделать так, чтобы он исчез.

— Хотите переселить его в новое тело? — спросил Силантий.

Я задумался. В целом мне было плевать, но пусть будет новое тело.

— Есть такое заклинание?

— Есть. Помню, что-то подобное было в Книге Душ…

— Да? — насторожился я. — У тебя есть?

— Нет, но такая была в вашей библиотеке. Кажется… Да, там еще было про создание фамильяра…

Почесав голову, я повернулся к окну, где виднелась Башня. В ней и впрямь хранилось много всяких странных книг, но всеми ими заведовал библиотекарь, а его, скорее всего, уже и в живых-то нет. Старичку и тогда было прилично лет.

— Ее написал полубезумный монах, Хазрад аль’Ар Рахид, — пояснил Силантий. — Говорят, он пытался продлить себе жизнь, баловался с переселением душ и создавал себе фамильяров.

— Хочешь сказать, нам придется проникнуть в Башню?

Я так-то не прочь, но, боюсь, до поры до времени с этим придется повременить.

Маг же покачал головой.

— Нет, библиотеки там давно нет. Я интересовался.

— А где она? Ты знаешь?

— О, да. Но… С этим есть проблема.

— Говори. Я решу любую проблему.

Увы, я погорячился. Силантий сказал, что все книги в свое время уволокли в городскую библиотеку, а туда, по его словам, пускают только аристократов.

— Что ж, — заключил я и отпил немного пива, — вот и очередной повод получить титул…

* * *

День за днем я тренировался. Силантий, Нагай, Борис… Зайцев тоже приходил, правда, до первого удара по голове, но и после парень старался как мог. Пару раз появлялась и Марьяна, чтобы закрыть очередной портал и справиться, как у меня дела. Она также день за днем пропадала в зале магической и боевой практики в своем институте.

Моим же залом были улицы, а тренажерами — шпана, которая «несла» мне все больше и больше золота. После каждой пробежки в моих карманах оседала пара горстей цепочек, колец и коронок.

— Мелочь, а приятно… — хмыкнул я, слушая, как позванивают ценности в моих карманах.

Зайцев тоже был доволен, ибо сигарет с них падало тоже порядочно — к концу пробежки он набирал пухлый портсигар.

Увы, с каждым разом «дани» удавалось собрать все меньше. В конце концов, стоило нам появиться на улицах, как закоулки, где обычно слонялась шпана, мигом расчищались.

Через пару дней в районе не осталось ни одной бандитской тени. К сожалению, меньше людей от этого не стало — под ногами начали путаться какие-то женщины с колясками, старики да дети, коих раньше видно не было.

— И где вы раньше были⁈ Дорогу! Дорогу!

И однажды утром, проходя мимо зеркала, я задержался.

— А неплохо… — заметив как расширились плечи, а на руках начали появляться мускулы. От брюшка же не осталось и следа. — Иван, видал?

— Да… — ответил он. — Круто… Что, сегодня перерыв?

Я хохотнул. Ну шутник.

— Еще чего? Раз результат есть, нужно утроить интенсивность! Иван, прекращай! От твоего плача у меня уже болит голова…

* * *

За пару дней до начала Испытания пришлось заскочить на Базар за доспехами. Побродив по прилавкам, я забраковал большинство. Наконец, нашел то, что нужно.

— Высококачественная сталь, — расхаживал вокруг меня торгаш, напевая мне на ухо свои лживые песни, — выкованная в той самой Башне еще века назад!

Он, конечно, врал — до брони из Башни этим убожествам было как до луны. Но выбирать не приходилось, ибо на что-то большее расписных бумажек пока не хватало.

К счастью, эти доспехи сидели плотно и хорошо защищали от физических атак, однако защита от магии были совсем скромная — любой маг расплавит такие, как масло на сковородке.

— Ладно, что-нибудь придумаем, — кивнул я, расплачиваясь с торгашом.

По дороге обратно сделал крюк и направился в сектор, где торговали артефактами и прочей магией. Возможно, получится зачаровать доспехи за плату.

Но… От цен у меня чуть клыки не вылезли. Не успел я расстроиться, как мне попался знакомый бородатый профиль. Стоя у лавки с артефактами, Тимофей Лысый бранился с каким-то торгашом.

— А я говорю, ты мне обещал по старому курсу! Какая мне разница, что цены выросли!

Стоило мне приблизиться, как волхв обернулся.

— Почуял меня, чародей? — улыбнулся я. Вот и нашелся тот, кто поможет мне зачаровать доспехи.

Я рассказал ему задачу, а еще попросил сделать на внутренней стороне доспехов множество маленьких кармашков, чтобы в них можно было носить предметы размером с монету. Шлем же следовало переделать так, чтобы с внутренней стороны осталось место для маски.

Последней просьбе он удивился:

— Зачем тебе это?

— Небольшой каприз… — загадочно проговорил я. — Сделаешь до Испытания?

— До Испытания?.. Могу, но другие заказы придется отложить…

Отведя его в сторону, я сунул ему в карман расписные бумажки.

— Справишься, получишь столько же.

Его лицо тут же просияло, но толика подозрительности осталась.

— А не обманешь? Меня этими новыми курсами не проймешь!

— Тебе еще аванс нужен?

Тот покачал головой, забрал доспехи и, пообещав закончить к началу испытания, направился прочь. Я же решил повидаться с Гурием, но вот незадача — вход в его палатку закрывала накидка с надписью «Закрыто».

— Эй, Гурий, — сказал я. — Знаю, что ты здесь. Вылезай, подлый трус!

— Не выйду! У меня учет!

— Кажется, ты мне обещал золото?

Возникла пауза.

— Обухов⁈

— Он самый. Есть золото?

— … нет.

— Почему⁈

Я принюхался. С той стороны щита золотом даже и не пахло.

— Ты чего, теперь торгуешь медью?

— Да, черт возьми! Бижутерией! — и в ткане появилась крохотная щелочка, где заблестели мокрые глаза Гурия. — И все из-за какого кретина, который устроил заварушку на складах, и теперь там хозяйничают Инквизиторы. Все цепочки псу под хвост! А тут еще мой грузчик переметнулся к культистам!

— К культистам⁈

— Ага, он и раньше был странным, а теперь ходит по Базару и собирает паству. Тьфу, смотреть противно!

И щелочка закрылась. Почесав затылок, я отошел от прилавка.

Вот тебе еще одна беда нарисовалась. А золота до Испытание мне нужно много, и быстро. Не хочу рисковать этим телом, пусть и таким жалким.

Тут к палатке подошел какой-то блондинчик в рясе. Прокашлявшись, он сказал:

— Гурий, ты не передумал?

— Нет! — зарычали с той стороны. — В гробу я видел спонсировать вашу лавочку!

Тип в рясе разочарованно покачал головой.

— Деньги есть тлен, Гурий. А когда Он обретет силу, они тем более станут мусором. Тем более такой презренный металл как золото!

Я же хмыкнул:.

— Глупо. Золото не простой металл.

Улыбнувшись, тип кивнул.

— Именно! Его мы собираем для нашего господина, который недавно вернулся в этот мир! У тебя есть что предложить культу Его Возвращения?

Я улыбнулся. У меня кое-что было.

* * *

Где-то у прилавков.

Нико Кучерявый чуть не свернул себе шею, пока следил за этим парнем по фамилии Обухов. Всю неделю он чистил район от прежних банд. И наблюдая, как этот парень расшвыривает парней, словно детей, Нико понял одно — Обухов был силен. Очень силен. Его пытались прихлопнуть уже, как минимум, десяток претендентов на район, и никто не смог. Ни один…

А что это значит? А значит, если Нико его победит, то именно он станет главным на районе!

— … И тогда я тебе покажу, батя, кто тут слабак… — прошипел Нико, но тут натолкнулся на взгляд продавца молний в бутылках.

— Эй, паренек, ты глядеть будешь или покупать?

Нико кивнул и решительно полез за кошельком. Там были все его деньги.

— Я беру все!

Глава 16

Кто такие виверны?

Культиста звали брат Геннадий и по пути к грузовику он разъяснил, что культ Его Возвращения образовался пару лет назад, но не пользовался особой популярностью. На них много раз организовывали рейды Инквизиторы, но полностью разогнать культистов им не удалось. Худо-бедно они выживали, однако на днях в Храме Единого вновь возгорелось пламя, а затем…

— Он вернулся! Верховный Жрец оказался прав!

И с тех пор Культ начал расти как на дрожжах. Только за последнюю неделю их ряды увеличились втрое. На каждую его фразу я кивал как самый распоследний простофиля.

— И это действительно Тот самый, кто жил в Башне? — спросил я. — Настоящий?

— Да! Тот самый! И ты увидишь Его!

— Хочешь сказать, ваш Жрец напрямую общается с Ним?

Гена кивнул.

— И не просто общается, а выполняет Его приказы. Я тоже слышал Его Слово. Поэтому и спешу поделиться им с окружающими!

Он распростер руки в стороны:

— Чем больше людей вольются в наши ряды, тем больше спасутся. Повелитель сейчас копит силы, но вскоре Он испепелит всех неверных! Мы же станем править миром!

И Гена зловеще захохотал, а я же снова кивнул.

— Интересно, интересно…

— Ты с дуба рухнул⁈ — воскликнул Иван. — Еще не хватало нам вступить в секту!

— И это мне говорит человек, влезший в долги к Эмилю?

— Это другое!

— Вот и помалкивай. Я знаю, что делаю.

Забрав еще пятерых бедолаг, разочаровавшихся в жизни, мы вышли к старенькому грузовичку. На борту было написано: «Прачечная». Дверь открыл еще один культист и протянул нам повязки.

— Завяжите глаза, братья, и не бойтесь. Все самое страшное позади.

Загрузившись, мы поехали. Всю дорогу я нагло подглядывал, а направлялись мы глубоко загород.

— Вам повезло, — тараторил Гена, выруливая на проселочную дорогу. — В культе вы получите все, о чем мечтали. Еду, воду, женщин…

— И женщин⁈ — зашептались будущие культисты.

— О, да! А еще рясу, тарелку каши и смысл жизни!

Простофили в повязках одобрительно забубнили, а затем начали расспрашивать о том, сложно ли пройти вступительный тест.

Геннадий покачал головой:

— Элементарно! Вам всего-то нужно отдать Жрецу все золото и прочие ценности, облачиться в рясы, а потом поклясться в верности Культу. Так вы станете одними из нас и понесете Его слово в мир!

Я закатил глаза — какие же они идиоты… Однако стоит отдать должное Гене: болтун он оказался первоклассный. Через полчаса езды все пятеро стали убежденными сторонниками Культа, а затем затянули торжественный гимн:

— … возрадуйтесь Его Возрождению! Славься Культ! Да здравствует повелитель и Верховный Жрец! — кричали в грузовичке во весь голос.

Мне же, чего греха таить, пришлось подпевать. Я же, как-никак, тоже кандидат на вступление в этот закрытый клуб. По крайней мере, до тех пор, пока заберу все их золото.

Нет, мне, конечно, лестно, что какая-то кучка неудачников все это время ждала моего Возвращения, однако ко всем культам и религиозным организациям я всегда относился строго отрицательно. Как правило, возглавляли их всякие проходимцы.

Через пару куплетов мы добрались до глухого забора, за которым располагались заброшенные здания. У ворот Гена заглушил двигатель.

— Все на выход! И помните первое правило культа Возвращения Его: Все, что вы увидите, это священная тайна!

Толкаясь и наступая друг другу на ноги, мы вылезли наружу. Украдкой приподняв повязку, я огляделся. Кажется, когда-то это был завод, но с тех пор много воды утекло. Полнейшее запустение.

Мы вошли в полуразрушенное здание, и за порогом нас встретил еще один человек в рясе и капюшоне.

— Стой! Кто идет?

— Это Гена… Кхм… Вернее, брат Геннадий. Веду неофитов на церемонию инициации.

Хмурый культист осмотрел всех пятерых, а затем поглядел на меня.

— Ты! Что ты ищешь в Культе⁈

Мне очень хотелось сказать «золота», но я ответил:

— Мудрости. Смирения и Правды.

Это его удовлетворило.

— И ты найдешь их здесь. Все в Культе знают Правду!

Сняв повязки, мы пошли дальше. Коридор сменился лестницей, и мы начали спускаться. На глубине я наконец-то почуял золото — очень много золота.

Наконец мы вышли в темное сырое помещение, откуда-то зазвучали поющие голоса, а затем появились мужчины в рясах.

— Стой! Кто идет?

— Брат Геннадий, веду неофитов к Верховному Жрецу.

Вперед вышел культист.

— Прежде чем предстать перед Верховным, сдайте золото во благо культа! — и он подставил нам блюдо.

Пятеро балбесов, даже не моргнув, отдали им все до последней копейки. О днище звенели монеты, серьги, броши, позолоченные часы, обручальные кольца и просто какие-то камешки. Каждый стук заставлял мое сердце стучать все чаще.

Наконец культист подошел ко мне.

— Сдай золото и обрети Бессмертие!

Тут я решил поспорить:

— Золото принадлежит Ему. Ты что, Он?

Лицо культиста приняло озадаченное выражение.

— Какая дерзость! Все золото служит Его воле! У тебя что, нет золота?

— Есть, но оно не для тебя, человек. Оно принадлежит Ему.

Однако в наш спор вступил Гена:

— Иван обещает даровать золото лично Ему, когда мы примем его в наши ряды. А потом найдет вдвое больше ценностей. Так, Иван?

Я довольно кивнул. Искать ценности — это я люблю. Правда, вы их вряд ли увидите.

Культист, однако, сомневался. Но все же уступил.

— Хорошо… Теперь облачитесь в рясы, — кивнул он на кучу вонючих мешков в углу. — Помните, что вы полностью отрекаетесь от мира за этими стенами. Даже от ваших имен вам придется отречься.

Мы переоделись, а затем направились на звуки пения. Скоро гул от наших шагов стал отскакивать от грубых каменистых стен. Впереди показался дрожащий свет десятков факелов, и мы добрались до пещеры, где было много людей в рясах. Среди них на троне сидел престарелый мужчина в алом облачении и в желтой накидке. Вернее, не желтой — а золотой. Она состояла из колец, монет и цепочек. Еще множество золота сверкало в одеянии его дружков, окруживших главного кольцом.

— Ты… Ты же не хочешь их всех…. — опять заныл Иван.

— Хочу, — шепнул я. — И сделаю. Та накидка мне не помешает.

Мы подошли ближе, а затем Жрец крикнул:

— Приветствую, братья! Сегодня вы обретете новую семью! Вы обретете Повелителя!

Нас окружили остальные культисты.

— Теперь вы должны поклясться, что полностью отрекаетесь от мирской жизни, — продолжил Жрец. — Для вас нет законов, норм морали и правил. Нет государства. Нет королей и авторитетов. Только Он, наш Повелитель!

— И где Он? — спросил я, оглядываясь. Кроме мрачных фигур в рясах, в пещере не было и близко не напоминающее существо с крыльями и хвостом.

— Всему свое время, — ответил Жрец. — Сейчас Повелитель почивает, и вы увидите Его после трапезы. А теперь торжественная клятва!

Каждый выходил вперед и произносил клятву, в ходе которой ему даровали новое имя.

Наконец дошла очередь и до меня.

— Как твое имя?

— Иван.

— Забудь это имя. Нынче ты брат Доброжмых. Клянешься ли ты в верности Ему?

— Клянусь быть верным Ему и умереть за Него!

Я улыбнулся — было забавно клясться в верности самому себе.

* * *

Как ни крути, но обещание они выполнили — накормили нас от пуза. Правда, обычной кашей с хлебом и квасом.

— Верховный Жрец коснулся меня, представляете⁈ — все повторял один из дурачков, остальные только кивали.

Я же жевал эту пустую еду, раздумывая, как бы мне умыкнуть то золото, что навесил на себя этот старый мошенник… Дело надо провернуть сегодня, ибо завтра уже может быть поздно: Инквизиция не дремлет, и в худшем случае накроет эту лавочку с потрохами. Тогда плакало мое золото.

Нет, действовать надо сейчас.

— А когда же мы увидим Его? — снова спросил я. Сидевший поодаль Гена изрек:

— Скоро. Вам повезло, друзья. Нынче к Нему поведут принцессу!

Все ахнули, а затем начали расспрашивать подробней. Я тоже навострил уши.

— Чего тут рассказывать? — пожал плечами культист. — Он требует себе принцессу, а как иначе? Только одна единственная может удовлетворить Его притязания — и мы дадим нашему Повелителю то, чего он жаждет! До этого повелитель съедал всех претенденток на роль принцессы, однако Верховный Жрец уверен, что ныне мы приведем к нему ту самую!

Все одобрительно забубнили. Я же закашлялся — от попыток подавить смех, кусочек каши пролез не в то горло. Гена заботливо принялся хлопать меня по спине.

— Не спеши, Доброжмых! В нашем деле не надо спешить!

Это ты так думаешь. Сейчас погляжу на вашего Повелителя, а потом раздену вас до нитки.

В столовку зашел культист.

— Пора! Пора, братья! Он проснулся!

Стулья заскрипели, все пошли на выход. Цепочка культистов с факелами потекла по коридорам, и, наконец, мы вышли к гигантской норе, за которой зияла тьма, а еще пахло как в зверинце.

Там и толпились культисты во главе со Жрецом.

— Все в сборе? Отлично, начинаем! Введите принцессу!

Культисты разошлись в стороны, и к Жрецу подвели девушку в рясе. Она пыталась вырваться, но ее держали как в клещах.

— Пустите! Я не хочу быть жертвой!

— Сбрось свои одеяния, дитя! — воскликнул Жрец, взяв ее за плечи. — Тебе нечего опасаться. Позволь нашему господину увидеть тебя во всей красе!

— Пустите меня! У меня дочь!

— Дочь? Мы все отреклись от своих родных! Ты давала клятву!

— Я передумала! Идите вы все в задницу!

— Предательница! — и Жрец ударил ее по щеке. — Как ты смеешь⁈

Ее схватили двое. Пока они боролись, Жрец прогрохотал:

— Глупое дитя! Тебя избрали для Него, и ты станешь его женой, хочешь ты того, или нет.

Визг поднялся под потолок. Ее дернули за шиворот, и на ее шее засверкала цепочка с кулоном.

— Воровка! — зарычал Жрец. — Это не твое! Оно принадлежит Ему!

Он попытался сорвать кулон, но девушка укусила его за палец.

— Черт с ней! Бросьте ее в пасть к нашему Господину! Пусть растерзает эту дуру!

Но те двое не посмели даже приблизиться к норе. Толкнув девушку ко входу, мигом кинулись наутек. Девушка же не сделала и шагу. В ответ из пещеры прозвучал еще более грозный рык. Лица культистов побелели.

— Вы чего встали, трусы⁈ — и Жрец заозирался. — Кто-нибудь проводите ее в объятья мужа! Есть добровольцы?

Однако среди этих рьяных поклонников некоего Повелителя, добровольцев отчего-то не нашлось.

Кроме одного.

— Можно мне? — вызвался я, подходя к Жрецу. — Всегда хотел поглядеть на Него хоть одним глазком.

— Вот это истинный слуга Повелителя, — кивнул Жрец. — Как твое имя?

— Брат Доброжмых.

— Отдай принцессу нашему господину, брат Доброжмых, и возвращайся. Тебя ждет награда.

— Золото?

Откинув голову назад, Жрец рассмеялся.

— Хорошая шутка. Нет, конечно. Еще одна тарелка каши с квасом. А золото, — и он поднял руки вверх. Перстни на его жирных пальцах и руно на плечах заблестели в свете факелов. — Принадлежит Повелителю!

— Если оно принадлежит Повелителю, то отчего оно не в пещере? — спросил я.

— Вольнодумствуешь, молодой человек! Ну, ничего, мы направим тебя на верный путь. А сейчас…

И он указал пальцем на дрожащую девушку.

— … веди ее к мужу! Быстрее!

Я прихватил с собой факел и повел бедняжку в пещеру. Та начала упираться, но все было тщетно. Взвалив девушку на плечо, я широкими шагами направился в темноту. Крича во все горло, она принялась лупить меня по спине.

Тьма нас окутала кромешная, факел разгонял ее всего лишь на пару шагов. Пахло тут примерно так же как в канализации.

Вскоре девушка устала и повисла на мне.

— Успокоилась? — выдохнул я. — Как тебя зовут?

— Вика… Прошу, я не хочу…

— И не будешь. Сейчас мы убьем эту гадину и обратно.

Из глубины пещеры снова зарычали — и очень натурально. Девушка опять заплакала.

— Будет тебе… — закатил я глаза. — Думай о хорошем. Думай о… Золоте.

Она даже перестала плакать. Я же поглядел на ее цепочку.

— Как вы собираетесь его убить⁈ Он же…

— Умер век назад. Его победил олух по имени Олаф, не слышала? А раз так, то убить эту ящерицу раз плюнуть.

Девушка только хлюпнула носом.

— … Ты что же, не веришь в возвращение?

— Какое там возвращение? Ты видела золото на плечах этого толстяка? — и я хохотнул. — Если бы это было оно, золото сверкало бы у Него под брюхом, а не на телесах всяких жрецов.

Несмотря на мой уверенный тон, девушка продолжала дрожать, и я спустил ее на землю. Она тут же рванула назад, но я крепко схватил ее за руку.

— Хочешь умереть?

— Нет…

— Сзади тебя точно ждет смерть. Стоит тебе выйти, культисты разорвут тебя в клочья. Хочешь жить? Иди со мной.

И я пристально посмотрел ей в глаза. Часто заморгав, она вытерла слезы, затем громко высморкалась.

— Все? Отлично, идем.

Мы пошли дальше. Теперь уже она крепко держала меня за руку.

— … Дура, поверила своему парню, — бормотала она на ходу, теребя свой кулон. — Он сказал, что тут друзья… Тут хорошо, есть на кого опереться, но нужно носить эти идиотские рясы… А я, дура…

Скоро мы остановились. Под ногами что-то белело.

— Ой, — охнула Вика, разглядев человеческий череп. — Мамочка…

Костей был целый ковер. Девушка попыталась сбежать, но рядом снова раздался рык, и она с писком упала на колени.

— Не хочу! У меня дочь!

Раздались шаги. Тяжелые, а еще скрип по камню. Оно приближалось.

Я поднял факел повыше, и скоро сумел разглядеть чешую, большие зубы, крылья и две толстенные когтистые лапы. А еще глаза — горящие от голода.

Девушка завизжала:

— Мамочки, это Он!

Поглядев на нее, я покачал головой. Ну не глупая ли?

Девушка зашлась отчаянным криком и, свернувшись в клубок, принялись ждать своей участи. Я же пошел на этого «Повелителя», держа факел в вытянутой руке.

Вскоре на свету показалась вся тварь, а была это жалкая портальная виверна, ибо лапы у нее было все две. Вскоре стал понятен и источник скрипа. Пузо у нее было такое, что твари приходилось буквально тащить его по земле. Откормили эти культисты ее знатно.

Виверна взмахнула крыльями и, угрожающе зарычав, открыла пасть. А затем скакнула на меня. На метр, правда. Все же с таким пузом особо не попрыгаешь.

— Жалкое зрелище… — протянул я. — И как тебе не стыдно⁈ Мы же одной крови!

Сейчас не было смысла скрывать свою сущность, и я высвободил ее на волю.

Виверна моргнула, а затем собрала глаза в кучку. Узнала таки.

— Что? Поняла, КТО перед тобой? Сидеть! Сидеть, я сказал!

Крылья опали, пасть бессильно щелкнула. Следом из нутра донеслось жалобное завывание и виверна плюхнулась на свое объемное пузо.

— Вот-вот, — кивнул я. — Не забывай, кто твой царь и бог. Это что у тебя там?

И я разглядел на ее лапе цепь. Она крепилась к стене.

— Понятно… — вздохнул я. — Погоди. Эй, Вика? Вика, прекрати орать!

— Помогите! Мамочка…

— Возьми факел и за мной. Не смотри ей в глаза.

Под пристальным взглядом виверны мы добрались до конца цепи. Крепление было примитивным — просто арматурина, вставленная в скобы. Я вырвал ее одним движением.

Виверна дернула лапой, а затем распрямилась. Крылья расправились за ее плечами. Она довольно фыркнула.

Я упер кулаки в бока.

— Жрать хочешь?

Рыкнув, виверна закивала. Я мотнул головой в сторону выхода.

— Там полно жратвы. Жри их сколько хочешь, но… — и я поднял палец. — Старика в красном плаще и его приближенных не смей глотать! Я сам!

Виверна втянула пузо и потопала к выходу. Когда звук ее тяжелых шагов стал затихать, раздался крик десяток глоток.

— Приятного аппетита, — проговорил я и оглянулся на Вику. — Ты-то как, нормально?

Вика не отвечала. Кажется, она была в шоке.

Я прошел немного дальше в нору и увидел портал. Вернее, почуял. Этот тип не разглядеть обычным глазом, в свете фонаря только еле заметно дрожал воздух.

Такие скрытые порталы открываются, выпускают на волю какого-нибудь монстра, а потом срастаются до поры до времени.

— Куда? Что ты делаешь? — спросила меня Вика, когда я подошел к глухой стене и, надев перстни, положил на нее руку. В следующий миг воздух вспыхнул и поперек стены показалась светящаяся трещина.

— Старая… — прошипел я, сжимая пальцы. А раз старая, значит, и закрыть ее не так просто.

Потревоженная червоточина попыталась вырасти, но я только усилил хватку. Спустя полминуты удалось справиться с ее силой, а потом запечатать. Портал хлопнул, реальность пришла в норму.

Я сжал кулак — он дымился, а вот на золотых перстнях показался зеленоватый налет. Плохо. Золото начинает темнеть, и без очистки мои перстни могут стать опасными. Вот и еще одна работа для Тимофея Лысого.

— Пошли, — сказал я и, взяв Вику за руку, направился вон из норы.

Крики звучали всю дорогу, но вот стоило нам выйти под своды пещеры, как они затихли — половина в коридорах, ведущих к поверхности, а остальные в глотке у виверны, что, облизываясь, доедала очередного культиста. Между ее клыками торчала золотая цепочка.

— Вика, подожди меня здесь. Так! — Я подошел к твари и упер руки в бока. — Я же сказал, не жрать старика в красном⁈ Плохая виверна! Плохая!

Уши виверны опустились. Она обиженно взвыла.

— Плюй! Плюй, кому сказано!

Виверна еще немного поворчала, а затем плюнула — золотое руно из сотен колец и монет рухнуло к моим ногам. Оно было все покрыто слизью.

— Терпимо… — вздохнул я, поддев руно палкой. — Вика, подержи… А ты, давай выплевывай остальное. Быстро!

* * *

Руины завода.

— Слышал? Кажется, опять кто-то рычал…

Полицейские переглянулись. Им очень не хотелось соваться в эту клоаку. Капитан услышал странные звуки еще десять минут назад, а затем был крик — и чудовищный. Словно орала целая толпа, а еще какая-то жуткая тварь. Эти звуки и привели сюда патрульных.

Рев явственно раздался снова, и где-то совсем близко. Капитан достал рацию:

— Первый, я третий. Снова слышим крики. Пришлите наряд, а мы пока продвигаемся. Возможно, нужен арканист.

— Принял. Доклад каждые две минуты!

Убрав рацию, капитан кивнул, и полицейские продолжили движение к заброшенному зданию. Изнутри мелькали какие-то огоньки.

Вдруг ворота вынесло, а затем двор заполнили визжащие люди в длиннополых рясах.

— Культисты, мать их? Лежать! Полиция!

Вся орава промчалась мимо, игнорируя полицию. Стоило патрульным подойти, как из дверного проема раздался рык.

— Сука, что за черт?..

Следом там зажглись глаза, и с угрожающим рычанием из темноты скакнула здоровенная тварь.

— Монстр!!! Стреляй!

Пистолеты загрохотали в их дрожащих руках, но чешуйчатая крылатая тварь даже не поморщилась. Она схватила зубами ближайшего культиста, а затем, расправив крылья, рванула в воздух. Поднялся ветер и патрульных снесло на землю.

— Это что за тварь… — охнул капитан, приподнимаясь. — Кому расскажу, не поверят…

Они еще долго провожали глазами гигантскую крылатую тень, пересекающую небосвод.

Глава 17

Меч? А может, что получше?

— Налево! Направо! Вперед! — повторял счастливо спасшийся культист Гена, которого я «попросил» вывести нас из этих катакомб. Бежать ему было непросто: все же половину золота пришлось нести ему. Вике я тоже доверил мешочек, но небольшой. Килограммов на пять.

Скоро под ногами захлюпала вода. Мы были в какой-то заброшенной штольне. Наконец впереди забрезжил свет, и я вдохнул свежий лесной воздух. Тяжело дыша Гена выбрался за мной: огромный мешок едва не прижимал его к земле. Он был весь покрыт потом, на груди краснел отпечаток когтей. За ним показалась Вика.

— Смотрите, ничего не потеряйте, — буркнул я. — Все должно остаться до последней монетки! Я проверю!

Выбравшись из подземелий, мы побежали через лес.

Нести золото было тяжело, но уловом я был доволен. А это значит, что к началу Испытания я готов!

— Хватит… — выдохула Вика и сложилась пополам. Мешок рухнул ей под ноги. — Не могу больше…

Дальше пошли быстрым шагом. Где-то звучала сирена, но к счастью далековато. Добравшись до трассы, мы остановились.

— Ты хорошо поработал, человек, — кивнул я, но бывший культист не ответил. С того момента, как их Повелитель принялся пожирать одного поклонника за другим, он пребывал в какой-то прострации.

Ряса висела мешком. Заплывшие глаза были как стеклянные. Казалось, ему на все было наплевать.

Помахав у него перед лицом, я забрал мешок.

— В благодарность за помощь, я разрешаю тебе уйти, человек. Бывай, и желаю тебе найти себе нового Повелителя, — кивнул я, и мы с Викой пошли прочь. Через пятьдесят метров я оглянулся. Гена как был, так и стоял на тропинке. Смотрел он куда-то в сторону. Неподалеку взвыли волки, но Гену и это не тронуло. Его глаза были пусты.

Удостоверившись, что погони нет, я вызвал Стаса. Когда перед нами остановился автомобиль, мы прыгнули на заднее сиденье. От массы золота машина немного просела, но все же поехала.

Наконец, Вика спросила:

— А вы не могли бы?.. Проводить меня домой?..

— Хмм… — проворчал я, разглядывая колечки. — Не мог бы…

— Эмм… а если так? — и она сняла свой кулон. — Держите. Это малость, но примите в благодарность.

Взяв побрякушку, я повертел его в руках и нащупал кнопку. Внутри была фотография маленькой девочки лет пяти.

— Так… — раздался в голос Ивана. — Это нельзя брать.

— С ума сошел⁈ — прошипел я, отвернувшись к окну. — Оно же золотое!

— Он ей дорог! Она ради него даже Жреца за палец укусила!

— Наплевать.

И спрятал цепочку в карман. После всех этих приключений мне захотелось пить. А еще принять душ… И поспать…

Эх, все же человеческие привычки берут верх.

— У тебя дома есть вода?

— Вода? Конечно есть.

— Это радует, — выдохнул я.

Ее дом оказался старой панельной пятиэтажкой — конечно, не такой развалюхой, где жил курьер, но и не те прекрасные дворцы, что располагались в центре города.

Прежде чем выйти, Вика с тоской посмотрела на окна. Кажется, домой она не сильно рвалась.

Отпустив Стаса, мы поднялись на ее этаж — и там нас встретила надпись поперек двери — «Должник!». Вокруг тоже было много чего намалевано: «Верни долг!», «Мы знаем, где ты живешь!».

Только Вика вставила ключ в замок, как скрипнула соседняя дверь.

— Явилась, проститутка? — вылезла наружу какая-то женщина с синяками под глазами. Перегаром от нее несло за милю. — Коллекторы вчера снова приходили, видала? Как и позавчера, и позапозавчера. И ко мне тоже ломились. Думали, я тебя у себя прячу!

— Извини, Люся…

— Извини⁈ Они мне всю дверь изрезали, а ты извини! — и она посмотрела на меня. — Опять новый хахаль? Не многовато ли?

Вика покраснела, а ответ раздалось мерзкое хихиканье.

— Это не твое дело, — процедила Вика, со злостью дергая ключом в двери. Кажется, заклинило. — Лучше иди своего Романа встречай, а то он вернется и поставит тебе новый «подарок»…

И тут баба вспыхнула.

— Ты че, оборзела⁈ Не тебе, что-то про моего Ромку гавкать! А ну иди сюда!

Когти у нее были сантиметра два — и ими она сразу же нацелилась Вике в глаза. Еще бы миг, и было бы поздно, но я вовремя впихнул бабу в ее конуру. Обстановка там была ничуть не лучше, чем на лестнице — даже обувь липла к полу.

— Пусти! — крикнула она, пытаясь вырваться. — Как ты смеешь трогать даму, а?

— Даму? — я наклонился ближе к ее лицу. — Где ты тут увидела даму?

Она хотела сказать что-то еще, но пересеклась со мной глазами и передумала. Толкнув ее в квартиру, я захлопнул за ней дверь.

Вика стояла опустив голову.

— Какие-то у тебя соседи невежливые.

— Оставь ее. Она просто напугана. Сейчас Рома придет, и начнется… Он так-то мужик более-менее, но как напьется…

С трудом, но она открыла дверь — судя по состоянию замка, обратно он не закроется. В квартире было чисто и опрятно, но вот старая мебель и отклеивающиеся обои навевали тихую грусть. Белый кот, выглянувший из гостиной, хищно зашипел и скрылся под диваном, куда я и запихнул мешки с золотом.

— Охраняй! — шикнул я на это недружелюбное создание.

Тут же мой взгляд привлекла куча каких-то железяк на столе, словно тут бытовал юный техник. Какие-то провода, шестеренки и все такое.

— Это что, твоего парня?

— Нет, мое. Ерунда, мусор обычный, — хлюпнула носом Вика. Книг на полках тоже было немало. Рядом стояли фотографии, и на нескольких я разглядел ту самую девочку с кулона. Девочка выглядела счастливой.

— Твоя? — спросил я.

— Угу, Диана, но сейчас она у бабушки. Здесь ей нечего делать.

— А что у тебя еще и долги?

Она вздохнула.

— Не у меня, а у моего… У бывшего. Но все записано на меня… По-другому Лену бы ни за что не взяли в ту магическую школу…

— У нее что, есть задатки к магии?

Вика кивнула.

— Нам пришло письмо из Арканума. Мол, так и так, у вашей дочки мощный дар, и мы предлагаем отдать ее нам на обучение. Но плата за год… Много. Но дочь так обрадовалась, и я…

Она прикусила губу и перевела тему.

— Ладно спасибо, что проводили. Дальше я сама. Вам тут опасно сидеть.

— Это отчего же?

— Вы разве не видели двери? Могут прийти коллекторы!

— Что за коллекторы? — я насторожился. — Крысы из канализации?

— Чего?.. Из банка!

Я нахмурился. Крысы из банка…

— Банкиры? Охотники за рабами?

— Ну… Вроде того, — и, нервно улыбнувшись, она развела руки в стороны.

— Ааа… Так ты рабыня?

— Должница, — поправила она меня.

— Слышал, что у банкиров много золота.

— Конечно.

От этой новости я непроизвольно улыбнулся.

— Тогда точно дождусь их. А ты можешь отдыхать.

На ее лице появилось странное выражение, но она все же не стала спорить и пошла умываться. Я же зашел на маленькую кухоньку, нашел стакан и налил воды из-под крана.

В этой квартире было ужасно тесно. И как люди живут в таких коробках?

— Верни цепочку! — снова начал капать на нервы Иван. — Ты же видишь, как она живет!

Я хмыкнул и сделал еще пару глотков.

— Она сама виновата, в том как живет. Набрала долгов, и думала, что все забудут. Умнее надо быть, ловчее… Богаче! — и я подбросил цепочку в руке. — Давно бы обчистила этих культистов, а она… Глупая женщина! Плачет и плачет!

Иван застонал. В подъезде же раздались голоса, хлопнула соседняя дверь. Затем раздались крики.

— Опять? Как ты меня достала!

Стены тут были тонкими, словно бумага, так что пощечина была слышна, как и плачь. Видимо, это и был тот самый Роман, похититель женских сердец. Не знаю, что та баба ему сказала, но он начал стучать к нам в дверь.

Не хотелось бы, чтобы он спугнул коллекторов. Я вышел и увидел мужика в растянутой майке, жирного телосложения.

— Это ты мою бабу трогал⁈ — рявкнул он. Наверное, в своей голове он выглядел устрашающе, но на деле…

Я же во все глаза смотрел на его цепь — как ни странно наблюдать золото в этом клоповнике, но это было именно оно. А еще кольца на жирных пальцах и даже серьги…

Да, мужик себя любил.

— Это твоя женщина? — кивнул я на закрытую дверь в их логово. — Ты бы следил за ней, а то она много орет без толку.

Мужик выпучил глаза и сделал неуклюжее движение рукой. Кулак прошел мимо и угодил точно в стену. Хрустнуло, раздался удивленный вскрик.

— МОЯ РУКА!

Он согнулся и попятился назад, но продолжал злобно смотреть на меня.

Видно, никаких навыков у него не было. Скорее всего, просто очередной любитель махать кулаками на улице.

— Роман, иди к своей женщине, — сказал я, смотря на него снизу-вверх. — Извинись, а потом купи ей что-нибудь красивое. Пусть хоть раз в жизни почувствует себя женщиной.

— Да пошел ты!

— Какой ты дерзкий, — и я ухмыльнулся. — Знай свое место.

По щелчку пальцев цепь на его шее натянулась. Роман захрипел.

— Иди и извиняйся. У тебя есть минута, прежде чем цепь задушит тебя. И да, Думаю, тебе стоит возместить мне моральный ущерб. Снимай все, что у тебя есть…

Он попытался возразить, но цепь затянулась еще туже. Спорить было бесполезно.

Бросив к моим ногам свое золото, Рома, похрюкивая, пополз обратно в квартиру. Морда у него так покраснела, будто он вот-вот превратится в помидор.

Собрав ценности, я остался у двери — снизу лестничной клетки слышались голоса:

— Видели свет? По-любому она в хате!

— На этот раз не отсидится! Выносим все ценное, что найдем.

Захохотали. Несложно было догадаться к кому шли эти «гости».

Из соседней квартиры, тем временем, звучали какие-то странные звуки. С трудом, но мне удалось уловить ключевую фразу — «Прости, дорогая. Я больше не буду».

Этого мне было вполне достаточно. Еще щелчок, и Роман начал спокойно дышать.

Когда я надел кастеты, на этаж вышла троица «гостей». Двое были крупные, даже очень, а вот третий совсем мелкий — метра полтора и кепка на голове. В руках его дружков были банки с краской.

— Так-с, — сказал мелкий, мерзко шепелявя. — Это кто у нас тут? А Вика дома?

Я не ответил. Мне было достаточно того, что они уже сказали.

* * *

В соседней квартире.

— Прости, Люся, — плакал Рома, валяясь у своей девушки в ногах. — Я больше не буду… Прости, Люся…

Когда он принялся целовать ей руки, Люся совсем потерялась.

— Рома, — ошарашено сказала она, стоя посреди кухни с ватой, торчащей из носа. — Ты заболел?

— Ты прощаешь меня?.. Давай я куплю тебе что-нибудь…

Люся опустилась на колени и увидела его разбитый кулак.

— У тебя кровь⁈

— Это… — заикнулся Рома, и тут из подъезда раздались странные звуки. Кто-то кричал, раздавались удары. Затем что-то нехило рвануло.

— Мамочки! — взвизгнула Люся, и еще минуту они с Ромой сидели посреди кухни в обнимку, пока в подъезде кто-то выл и рычал. Затем раздался крик, звон стекла и нечто тяжелое рухнуло во двор. Следом прозвучал новый крик — долгий и протяжный, а после…

— Пусти, пусти, сволочь! Нет-нет-нет, не отпускай!!!

Набравшись смелости, Люся выглянула в окно.

Внизу на асфальте дергались двое мужчин. А на их этаже какой-то коротышка с разбитой рожей торчал прямо из окна подъездного балкона — завывая, он пытался влезть обратно, но его держала чья-то сильная рука.

— Плати за моральный ущерб!

— Хорошо… — пискнул коротышка, роясь в карманах. — Только не отпускай!

— Быстрее! Еще быстрее! ЕЩЕ БЫСТРЕЕ!

Он вытащил пару золотых монет и стянул с пояса ремень с золотой пряжкой.

— И это все⁈

— У меня больше ничего нет!

— Не ври мне.

Затем раздался отчаянный крик и Люся спряталась обратно в кухню.

— Что там?.. — пискнул Роман, а потом оба, двигаясь на полусогнутых, подползли к окну. Выглянув, замерли.

На поручнях балкона стоял тот самый парень, что приходил вместе с Викой. Держа за щиколотки того самого коротышку, он тряс им над пропастью, как старым пыльным пальто. Вниз летела мелочь.

— Я не вру! — пищал мужичок. — Хватит! Это все!!!

Встряхнув им еще раз, парень остановился. Последняя монетка звякнула об асфальт.

— Вот теперь действительно все. Прощай, человек.

— Что? Нет, ты не… А-а-а-а!

Пальцы разжались, а визжащий коротышка рухнул вниз. К счастью для него внизу стоял открытый мусорный бак. Туда он и влетел, крышка с грохотом закрылась.

Над пропастью зависла рука и снизу, вращаясь, в раскрытую ладонь полетели предметы — кольца, монеты и золотистая авторучка. Все попало парню точно в руку.

— Отлично…

* * *

Дождавшись пока коротышка с друзьями, пропадет за углом, я вернулся в квартиру. Крысы оказались крысами, но к сожалению не теми, которые мне нужны. Хотя бы золото отдали, и на том спасибо.

Вика давно помылась и лежала в спальне, свернувшись калачиком. Только скрипнула дверь, как она подскочила — на бледном лице страх.

— Тихо, я их прогнал, — сказал я, присаживаясь рядом. — Можешь спать.

— Ты убил их?..

— Нет, но к тебе они точно не сунутся. Сколько, говоришь, ты должна банкирам?

Немного помявшись, Вика назвала сумму.

— Но… Я сама справлюсь, — добавила она, вытерев слезы. — Вернусь на работу и буду пахать с утра до ночи…

— Это правильно, — буркнул я и вытащил из кармана пару пухлых пачек, что мне удалось вытряхнуть из коротышки еще в подъезде. — На, закроешь часть этим.

Охнув, она бросилась на меня с объятиями. Я мягко отстранил ее, а затем, направился на выход.

— Ты куда?.. — и снова на этом ее заплаканном лице появилась тень страха. — Я же…

— Я пробуду тут до утра. Спи.

Стоило мне закрыть дверь, как снова «проснулся» Иван:

— Цепочка-а-а! Отдай цепочку, дурень!

Вместо цепочки он снова получил мизинцем по табуретке. Под его крик боли я вышел в подъезд. Постучавшись в соседнюю дверь, крикнул:

— Эй, Рома! Ты, кажется, кое-что забыл?

Дверь приоткрылась, и там показалась грустное лицо мужчины. Без лишних слов он сунул мне цепь.

— Что-то еще?..

— Ты умеешь чинить замки?

— Да…

— Отлично. Этот что-то барахлит. Починишь, а потом закрасишь все надписи, — и я кивнул на испорченные коллекторами стены, — понял?

— Ладно…

— Извинился перед Люсей?

— Так точно.

— Молодец. Купишь ей какую-нибудь цепочку. А теперь за работу!

* * *

В квартире Вики.

Она проснулась с первыми лучами солнца и тут же подумала, что видела очень длинный и странный сон. Культ. Пещера. Чудовище и…

Она вся сжалась. И что, тот парень тоже оказался сном?

Выбравшись из постели, Вика пугливо выглянула в коридор, а затем прошла на кухню. Входная дверь была заперта изнутри, а значит…

— Дура… На что ты надеешься? На чудо?

Вика направилась в ванную, а там…

— Ой!

Она так и застыла на пороге.

Тот парень лежал прямо в ванне, укутавшись в золотой плащ, который он добыл в пещере. Еще там сверкала целая гора монет, колец, серег и прочего золота. Даже ее цепочка — ее парень сжимал в кулаке.

Открыв глаза, он сладко зевнул.

— Уже проснулась? Подожди минуту, я сейчас освобожу ванную…

* * *

Подвал где-то в городе.

Николай сидел на ящике, до отказа забитым молниями в бутылках. Чтобы заполучить их, пришлось вытрясти весь общак, залезть в долги и даже украсть деньги у родителей, но ради дела ему ничего не было жалко.

В подвале их набилось почти сотня — больше шпана, и всем тут не больше восемнадцати. Впрочем, и самому Коле только вчера исполнилось шестнадцать. Он, правда, не афишировал это и всегда добавлял себе лишний год-полтора.

— Коля, а ты уверен?.. — уже в сотый раз задали ему один и тот же вопрос. — Парней Феликса помяли знатно… Да и сам Феликс до сих пор в травме…

Сплюнув, Николай поднялся. Медленно снял шапку, и его тщательно выбритая лысина засверкала в свете тусклой лампы. От виска к шее шла свежая татуировка в форме хвостатой ящерицы с крыльями.

Поправив очки, он оглядел толпу этих трусливых индюков.

— Трус! Кто зассал, валите! Тут бабам не место!

По рядам прокатилось бурление, а затем принялись расходиться. Захлопали двери, и в подвале осталось совсем немного. Николай бегло пересчитал актив — тридцать два человека. Немного, но для того, чтобы отделать одного зарвавшегося засранца, и этого хватит.

Все же главное не количество, а качество. А в своих парнях он уверен. Многих он знал аж с первого класса.

— Отлично, — и кивнув, он подошел к ящику у стены. — Глядите! Этот день войдет в историю!

Взяв монтировку, он открыл крышку. Парни столпились вокруг. Повисла тишина.

— Это что?..

Ухмыльнувшись, он вытащил из ящика куртку. На спине была кривовато нарисована еще одна ящерица с крыльями. Золотого цвета.

— Надевай! И вы все! Запомните этот день! Избавившись от трусов и ничтожеств, нынче рождается новая банда! Теперь мы Хозяева трущоб!

* * *

Утром позвонил Тимофей и сообщил, что заказ готов. Испытание обещалось на следующий день, и о нем болтали буквально на каждом углу.

— По телеку вас тоже будут показывать, — улыбнулся Борис, когда я завязывал шнурки. — Ты это… не вздумай проиграть! Я поставил на тебя кругленькую сумму!

— Там что и ставки делают?

— А как же? В основном все ставят на аристократов из важных семей, а вы с Марьяной и Артуром — темные лошадки, и на вас ставок почти нет, так что…

Он хитро улыбнулся.

— В случае победы мы озолотимся! — зловеще засмеялся я.

Последнее слово мне понравилось. Прикинув шансы, я выложил Борису пачечку расписных бумажек и попросил поставить на меня. Ухмыльнувшись в усы, тот убрал деньги под стол и выдал мне расписку.

Только я направился на выход, как проход загородили трое мужиков. Их лица были бы грозными, если бы они не синели как фонари, а руки их не висели на перевязках. Один прыгал на костыле.

— Что такое? — сощурился я, но они, извинившись, принялись рыться в карманах.

Через пару секунд все трое сунули мне несколько золотых монет.

— Вот, — проблеял один из них, и они покорно склонились в поклоне. — Это все, что мы собрали…

Я вскинул бровь.

Ага, кажется, это одни из тех, кого мы с Зайцевым оттделали в один из прошлых разов.

Взяв золото, я поднял руку, и они пугливо вжали головы в плечи. Но я всего лишь похлопал их по плечам.

— Молодцы. А остальные?

— Принесут! Они обещали!

Я кивнул в сторону позолоченного котла в углу.

— Все золото будете оставлять в этом чане. И так каждый месяц. Тогда не трону, поняли?

Вновь все трое закивали, а сзади появилась еще парочка парней. Вежливо поздоровавшись, они вытащили из карманов золотые монеты и бросили в «золотой» котел.

— Я надеюсь, вы это не украли? — сощурился я.

— Нет, что вы! Это заначка!

Следом в баре появились еще трое и, роясь в карманах, направились к котлу. Дверь хлопала, в зал входили все новые и новые «короли улиц», а золото звенело о медное днище. Наблюдавший за этим процессом Борис недоуменно чесал затылок.

— До следующего месяца, парни! — помахал я им и повернулся к бармену. — Так, Борис, если появятся еще желающие отдать мне свое золото, пусть кидают в котел. Я потом заберу, хорошо?

Борис кивнул. Он хотел что-то сказать, но махнул рукой. И хорошо.

По дороге до Тимофея и моего нового доспеха, весь город тоже болтал про Испытание. Афишами была заклеена чуть ли не каждая стена. Радио, газеты… — все об одном.

— Говорят, в этом году будет… Как это говорит молодежь? А, полный трэш! — судачили две старушки на остановке. — Ох, жалко мне бедненьких…

— У меня внук тоже пытался пару лет назад. Отделалася переломом ноги. Повезло.

И только одна новость могла поспорить с Испытанием. Стоило мне войти в автобус, как пассажиры буквально с цепи сорвались:

— Еще вчера Его видели на окраинах! Говорят, свил себе гнездо где-то в лесу!

— Он вернулся⁈ Это ли не предвестие Конца Времен?

Но было и другое мнение:

— Говорю же вам, это обычная виверна! Дурни!

— Пфф! Откуда вы знаете, как Он выглядел? Вы что, жили в допортальные времена?

— Я видел фотографии в газетах — у него две лапы, а не четыре!

— Знаем мы эти фотографии, журналисты и Королеве вторую голову пририсуют!

— Если он настоящий, почему прячется в лесу, а не обосновался в Башне?

Повисла тишина.

— А⁈ А, нечем крыть, болтун!

— Сам ты болтун!

Слушать эти склоки было довольно весело, но через две остановки я был вынужден выйти у оружейника. Меч, коим меня «одарили» недоаристкраты, был красивым, но для боя с монстрами совсем не подходил. Продав его, я мог приобрести что-нибудь поэффективней.

В лавке меня встретили той же самой тишиной, но стоило мне подойти к конторке, как откуда-то донеслось:

— О, клиент! — и передо мной снова появился тот самый беловолосый хозяин заведения. — А, это вы, юноша!

— Я, и на этот раз мне нужно что-нибудь посерьезней тупой железяки.

— Ага! — улыбнулся продавец. — Что предпочитаете? Колоть, резать…

— Бить. Монстров. И желательно с первого удара.

Глаза продавца загорелись от удовольствия. Он скрылся среди своих железок, но вскоре появился, неся в руках какие-то железные перчатки.

— Вот! Этим вы точно убьете много монстров!

Взяв оружие, я покрутил их в руках, а затем надел. Пальцы с заостренными концами двигались свободно. Предплечье тут же зафиксировалось, так что стянуть эти перчатки постороннему было почти невозможно.

— Если сожмете чуть сильнее…

Я сжал и на костяшках вылезли шипы, напоминающие острые клыки.

— Зачарованные?

— О, да! Вижу, вы разбираетесь, — улыбнулся продавец. — Попробуйте активировать…

Но я уже сделал это. Перчатки засияли, и в следующий миг их объяло пламя. Продавец отскочил с довольной улыбкой.

Я тоже не мог не улыбнуться. Это были огненные рукавицы.

— Говорят, оружие само выбирает себе владельца, — сказал продавец. — И это явно выбрало вас.

— Сколько?.. — спросил я, ожидая, что он заломит огромную цену. Но за такую красоту мне было ничего не жалко — тем более, расписных бумажек, коими после коллекторов у меня были забиты все карманы.

— На него сейчас скидка. Полцены.

Я удивленно посмотрел на продавца. А мне нынче везет.

* * *

Оружейный магазин «Режь, руби, коли!»

Как только за очередным довольным клиентом закрылась дверь, Генрих выдохнул. Парень доволен, и это самое главное. Теперь неплохо бы, чтобы он вернулся — и живым. Все же на мертвых клиентах бизнес не сделаешь.

Продавец повернулся, и тут в углу шевельнулись тени. В следующий миг оттуда прозвучал голос:

— Ну что, взял?

Генрих фыркнул:

— Конечно! Надо быть полным кретином, чтобы не взять такую красоту! Да еще и за полцены…

— Ты хотел сказать, за одну десятую их истинной цены? — хихикнул Шептун, сунув руку в карман. — Что, у самого слюнки текут на эти перчатки?

— А то нет… Я бы за такое отдал десяток своих лучших работ…

— Надеюсь, он поймет, как активировать их на максимум?

Забегав глазами, Генрих хлопнул себя по лбу. Зараза…

— Ну дубовая твоя голова! Лови уж!

Звякнуло, и к Генриху полетел мешочек. Поймав его, оружейник взвесил его в руке.

— А Вергилий средств не жалеет… И ради кого? Что это за парень такой?

— Ты свое дело сделал, Генрих. Остальное тебя не касается, — бросил Шептун, а затем растворился в тенях.

* * *

— Не кажется ли тебе, что эти перчатки стоят втрое дороже даже полной стоимости? — спросил Иван.

В автобусе было особенно нечем заняться, поэтому я ответил:

— Кажется.

— И?..

— Они стоят вдесятеро дороже.

Иван долго молчал.

— А вдруг, это ловушка? Такие предметы просто так в руки не падают!

— Может, и не падают. Спрошу Силантия, а теперь тихо. Наша остановка.

Через пятнадцать минут я был у «Срочной починки артефактов». Открыли мне почти сразу.

— Рано ты что-то, — пробурчал Тимофей, пропуская меня внутрь. — Я почти закончил. Осталась косметика.

Пришлось немного подождать, однако, примерив доспехи, я остался доволен результатом. Даже маску удалось надеть вместе со шлемом.

— Сидят как влитые, — улыбнулся Тимофей, подтягивая ремешки на спине. — А уж зачарованы на совесть. Отвечаю!

И отойдя к стене, он снял с полки бутылку, в которой сверкала молния. На его губах появилась улыбка.

— Ты ничего не почувствуешь, Иван! Как будто комарик укусит!

Мы переместились в тестовую комнату, где не было ничего, кроме дырявых матрасов, и чародей швырнул в меня бутылку. Рвануло, под потолок поднялся подпаленный пух. А вот я… был в норме. Разве что по ушам ударило довольно сильно.

— Неплохо, — кивнул я, ощупав себя. — А ты кудесник… С огнем и холодом также хорошо?

Волхв кивнул.

— С огнем да, а вот холод может подкачать. Было бы больше времени, я бы сделал лучше, но…

— Пойдет.

И вытащив еще одну пачку бумажек, я бросил ее Тимофею. Двигаться в доспехах было немного непривычно, но ничего — привыкну. К тому же у меня еще тренировка с Нагаем.

— Ты что, на рынок в них собрался? — удивился Тимофей, увидев как я расфасовываю золото по внутренним кармашкам, коих артефактор наделал огромное множество.

— Все свое ношу с собой, — улыбнулся я, застегиваясь, и прямо в броне направился на выход.

Сил во мне было на в разы больше!

* * *

Неподалеку от «Золотого котла».

В переулке было ветрено, воняло канализацией, а еще голуби, сидевшие на проводах, опасно курлыкали прямо над головами Хозяев трущоб. Крылатых диверсантов пару раз пытались согнать, но все было бестолку — другого места для засады не нашлось.

Но какие-то грязные птицы не смогут разрушить их план! Из этого переулка засранцу не выбраться! Это был его, Николая, звездный час!

— Готово, — улыбнулся он, отходя от лужи, которую он расчертил крестиком. Затем повернулся к строю своих парней. — План максимально прост! Обухов забегает в переулок, ступает в лужу, а мы забрасываем его гостинцами.

С этими словами он подкинул в руке бутылку с молнией. Рядом из ящика сверкала остальная часть снарядов.

— От него остается одна отбивная! Если надо, добиваем его парой крепких ударов. Все!

Сказав это, Николай улыбнулся.

Один росчерк молнии, и Хозяева станут главными на этих улицах! За последние пару недель отсюда вымыло всех — Эмиля, Лео и даже Феликса Кувалду. Остались лишь они — Коля и его банда!

— ВОН ОН! — раздался крик с крыши.

И все тут же повернулись туда, куда указывал смотрящий. В дальнем конце улицы действительно показался Иван Обухов. Едва завидев его силуэт, парни в панике забегали.

— Куда⁈ — зашипел Николай. — Половина на крышу, идиоты! Половина на парковку! Осторожно, не разбейте бутылки!!!

Зазвенело стекло, и парни с молниями в руках полезли в укрытия. Коля тоже прыгнул за свой мусорный бак. Обухов приближался — он как обычно несся по улице как угорелый, что-то нашептывая себе под нос, но на этот раз…

— Он что в доспехах? — удивились парни с крыши. — Зачем он надел доспехи⁈

— Эй, про доспехи уговора не было!

— Разве доспехи были в плане⁈ Мы же обсуждали доспехи?

— Что-то я очкую, пацаны… Может, ну его?..

— Идиоты! — заскрипел зубами Николай, выглядывая из-за бака. — У нас же молнии! А железки — это идеальный проводник тока! Вы чего, в школе не учились⁈

— Нет…

Однако при слове «проводник тока» все воодушевились. Все же Коля носил очки, а значит, был самым умным. Парни знали, что ему довелось закончить целых девять классов.

— Приготовьтесь, по моей команде… ОГОНЬ!

И стоило Обухову ступить в «заветную» лужу, как отовсюду посыпались бутылки с молниями. Полыхнуло так, что Николай ослеп, а следом еще и оглох. Протирая глаза, парни с крыш прыгнули в переулок. Сквозь звон в ушах донесся довольный рев:

— Сдохни, Обухов! Сейчас землю жрать будешь!

Проморгавшись, Коля нащупал свою счастливую дубинку. Его тоже слегка шандарахнуло разрядом, но ему было плевать — главное надрать этому засранцу за…

— Че⁈

Иван Обухов стоял посреди переулка. Асфальт вокруг него был выжжен напрочь, с его наплечников поднимался дым. Сам он при этом был абсолютно невредим.

— Это кто бросил⁈ — и он пнул одну-единственную бутылку, которая каким-то чудом не разбилась. — Ты, лысый?

И пошел на Николая.

Вжав голову в плечи, он оглянулся на товарищей — они были все белые, но не только от страха. В воздухе слышалось испуганный шелест крыльев.

— Валим!

Они кинулись наутек, однако не успев пробежать и половины переулка, встали как вкопанные. Впереди стоял он. Толстяк с сигаретой в зубах. Выглядел он грозно, в руках был деревянный меч.

— Есть прикурить?

— Засада! — заверещали парни, которых взяли в кольцо. — Колян! На помощь!

Но предводитель не смог ответить. Он уже получил от Обухова прямой в нос и лежал на асфальте, пялясь в ясное безоблачное небо.

* * *

— Эй, лысый. Лысый, просыпаемся! Просыпаемся, лысый! — и я пощелкал пальцами у него перед лицом.

Заморгав, он приподнялся.

— Где мои очки?..

Оглядевшись, я подцепил разбитые стеклышки и нацепил ему на нос. Они сели криво, но по-другому было никак.

— Ты это бросил? — и я сунул ему под нос бутылку.

Даже не пытаясь отпираться, лысый кивнул.

— Это была твоя ошибка.

— Я знаю…

— Но ее можно исправить.

— Как⁈ — и глаза лысого загорелись надеждой.

— Золотом.

Лысый тут же приуныл.

— Нет… Я забрал все из общака, чтобы купить молнии… И даже у мамы взял все деньги, чтобы… чтобы…

На его глазах заблестели слезы.

— Чтобы убить меня? — помог я ему подобрать нужные слова.

— Ну… Так получилось…

И он захныкал, как девчонка.

Он был еще мелким, даже младше Ивана. А всем известно, что чем особь младше, тем меньше у нее серого вещества.

Я огляделся — а глаза были на мокром месте у всех, кто еще был в сознании. Всем лет по пятнадцать-шестнадцать, и ни у кого нет даже банальной цепочки.

Тоска. Им еще повезло, что я не стал бить их своими новыми перчатками.

— Да что ж такое… — шипел Зайцев, выворачивая карманы уже у десятого парня, лежащего в отключке. — У вас чего, ни у кого нет сигарет⁈ Эх, молодежь!

— Парни… — позвал их лысый. — У вас есть золото?..

Все покачали головами.

— Ладно, — вздохнул я. — Звать-то тебя как?

— Кучерявый… Вернее, Коля Перепелкин.

Смерив его презрительным взглядом, я вздохнул. Эти клоуны были настолько жалки, что даже злиться на них было как-то мелко.

— Значит так, Коля. У тебя есть шанс исправиться. Но только один.

— Какой⁈

— Ты когда-нибудь бывал в канализации?

* * *

Королевский дворец.

Дарья Благословенная сидела перед зеркалом. Смотрелась на себя и обливалась слезами. Когда за ее спиной еле слышно скрипнула половица, Королева тут же вытерлась.

— Ну… — сказала она, скосив блестящие глаза. — Как дела у нашего друга?

Шептун поклонился.

— Он… Очень активный молодой человек…

— Я не сомневалась. И все же?

— Он настроил против себя половину одного из самых криминальных районов в городе. И все еще жив.

— Дальше.

— И более того, за это время трое авторитетных главарей сошли со сцены. Остальные смертельно бояться выходить на улицы, а кое-то даже носит Обухову дань. Район вообще преобразился, и там стало безопаснее. И это всего за две недели.

— Прекрасно…

— Кто он, ваше величество? Этот Обухов?

— Не важно. Это все?

— Все, что мне удалось узнать.

— Раз так, то продолжай наблюдение. Если что-то изменится до Испытания, дашь знать.

— Есть.

— Инквизитору тоже доклад, если попросит, но… знай меру. Обо всех настроениях Лаврентия относительно Ивана тоже доложишь.

— Слушаюсь.

— Иваном еще кто-то интересуется?

Шептун замялся. Вздохнув, Дарья вытащила из стола золотую монету и кинула через плечо. Поймав ее, шпион ответил:

— Маг из Арканума. Зовут Вергилий.

— Ладно, ему тоже можешь рассказать. Все, свободен.

Еще раз поклонившись, Шептун растворился в тенях. Дарья же вернулась к своему отражению, которое рассматривала вот уже полчаса. Еще вчера, да и все последние десятилетия, вид собственной увядающей кожи заставлял Королеву тихонько грустить.

А вот совсем недавно… Она не могла поверить… Морщины начали разглаживаться. Одна за другой.

Глава 18

Как пройти Испытание?

В день Испытания я как следует выспался, позавтракал, снарядился в новые доспехи с рукавицами, расфасовал по кармашкам золото и направился к выходу из бара. По пути задержался у котла, и мое сердце потеплело. Золота там за минувшие сутки сильно прибавилось, он был заполнен почти на половину.

Стоит ли прятать все это? С одной стороны, оставлять золото тут, прямо в центре кабака, ужасно глупо. С другой, все знают, кому оно принадлежит…

— Положи в банк! — снова решил давать мне советы Иван. — И спи спокойно!

— Тогда я точно спокойно не усну…

Немного подумав, я взял фломастер и написал прямо на котле: «Муляж». Думаю, теперь ни у кого и мысли не возникнет подходить к нему ближе пары метров.

На улице меня уже ждал Стас. Ехали мы довольно долго, и к исходу часа пути мне позвонила Марьяна.

— Тебя где носит⁈ Уже почти все в сборе!

Пришлось попросить Стаса поднажать — к счастью, дорога была абсолютно пустая. Все это время ехали мы вдоль побережья гигантского озера. При взгляде на его безбрежную сверкающую поверхность на меня навалилась грусть. В голове мелькнули воспоминания о том, как мы с Дарьей летали над водами. А зимой даже катались на коньках…

Пока я поминал былое, дорога вывела нас далеко в провинцию — где, как сказала Марьяна, устроили «испытательный полигон».

— О, знаю я это место! — сказал Стас, посматривая по сторонам. — Тут карьеры да шахты повсюду, а пару лет назад народ отсюда валом схлынул…

— Отчего?

— Портальные монстры окопались, как отчего? Зуб даю, будете их выкуривать, — и улыбнувшись, Стас вырулил к очередному повороту и там мы наткнулись на КПП, где дежурил десяток вооруженных ребят. Проверив мое приглашение, нас пропустили.

— А вот этого я не ожидал… — оглянулся Стас, когда мы увидели кучу автомобилей и бетонных бункеров. — Тут что, реально Испытательный полигон?

Через пять минут мы уперлись в еще одно КПП, и там уже мне пришлось бежать на своих двоих. Вокруг распростерся лес, и был он каким-то странным — будто по нем прошлась буря. Половина деревьев лежала на земле, а другую половину перекосило.

Наконец, ноги донесли меня до до карьеров. Там показался очередной бункер, а в нем огромные ворота с нарисованной на них буквой «А». Рядом выстроилась пестрая толпа в доспехах. Туда я и направился.

Звучала перекличка:

— Егоров?

— Здесь!

— Борцунов?

— Я!

— Илларионов?

— И!

— Попова?

— Я!

Я влетел в толпу и, протолкавшись, увидел впереди две знакомые бороды: Бонифаций и Пафнутий стояли у ворот и выкрикивали фамилии.

— Обухов!

— Тут! — поднял я руку, и куча голов повернулась. Затем по рядам прошлась волна шепота.

— Ты где был⁈ — зашипела Марьяна, поймав меня за наплечник. — А если бы начали без тебя?

Оделась она в добротные легкие доспехи, и куда лучше моих, надо признать. На бедре висела боевая рапира, а ремешок за плечом оттягивал лук со стрелами. Думаю, Дарья постаралась, чтобы ее внучка была укомплектована как следует.

Встав рядом, я огляделся. От группы, что собралась перед страх-комнатами, осталась дай бог четверть — чуть больше сотни человек. Все при оружии, в доспехах, на лицах застыло волнение. Даже Зорин, который тоже стоял среди претендентов, был бледен как полотно.

Хех, бедолага. Тут папаша ему не помощник.

Ага, вот и Артур. Судя по отсутствию в зубах сигареты, это был именно он. Хорошо это или плохо?.. Ну, как посмотреть. Пусть пока будет Артур, а для драки «разбудим» его более злобную версию.

В целом две недели тренировок дали свои плоды: парень немного схуднул, а в глазах прибавилось решимости. Одет Зайцев был в какие-то помятые доспехи, а на плече…

— Иван! Вот и ты! — воскликнул он, обернувшись. — А мы уже думали не придешь!

Трое парней тут же пригнулись — ибо штуковина, лежащая у него на плече, едва не посносила им головы.

— Осторожней, идиот!

Я же удивленно приподнял бровь. Кажется, это был меч — и огромный, шириной в пару ладоней и, судя по слою ржавчины, видал он времена получше.

— Зайцев! — крикнул маг. — Зайце-е-ев!

— Я! — и Артур снова повернулся. Еще трое вовремя пригнулись.

— Черт тебя дери, Зайцев! Полегче с этой штукой! Ты ее, что со стройки украл?

— Ой, простите… — и он опять повернулся.

— Зараза! Опусти его, дебил!

Вокруг Артура мигом образовалось свободное пространство.

— Тебе бы что-нибудь полегче… — сказал я, разглядывая эту оглоблю. Что-то он мне напоминал…

Крякнув, Артур упер острие в землю.

— Это наш родовой, — сказал он, выдохнув. — Хочешь подержать?

Взяв меч в руки, я сразу признал его. За слоем ржавчины проступил величественный клинок, с которым, как мне помнилось, расхаживал его предок.

— Это Клык! — улыбнулся он.

Да уж… Зайцев вековой давности мог махать этим Клыком одной рукой, а вот его внук… Скажем так, ему этот меч еще предстоит освоить.

— А где твой меч⁈ — спросил он, и глаза Марьяны начали недовольно расширяться.

Улыбнувшись, я ударил кулаками друг о друга. Перчатки слегка полыхнули огнем.

— А мне он и не нужен…

Еще через десяток фамилий перекличку закончили, а затем маги долго что-то записывали и с кем-то созванивались. А тем временем, воздух начал портиться: к нам подошел Зорин и еще три каких-то парня. Очень знакомых. Постойте-ка…

— А ты чего тут делаешь⁈ — удивился я, узнав в одном из них того рыжего любителя дуэлей в подворотне. Разоделся Перевозов в такие тяжелые доспехи, будто собрался встречать поезд своим носом. На меня же смотрел волком.

— Это мой слуга, — ухмыльнулся Зорин. — Слуг брать не запрещено!

Мы с Марьяной переглянулись, а затем немного по-другому посмотрели на окружающих. И что, многие из этих закованных в железо воинов — и не участники вовсе, а слуги?..

— Так и знал, что ты попробуешь схалтурить, Зорин! — воскликнул какой-то высокий парень с длинной челкой. — Ты чего, думаешь у них за спинами отсидеться⁈

— Еще слово, и я отрежу тебе язык!

Эти двое ударились друг о друга нагрудниками. Наверное, схватились бы за мечи, однако маги хлопнули в ладоши.

— Прошу внимания!

Следом раздался протяжный скрип — ворота пришли в движение. Медленно и величественно две гигантские створки раскрылись, и за ними мы увидели сплошную тьму.

Маги повернулись к нам с довольными улыбками.

— Итак, дорогие участники! — заговорил Бонифаций. — За этими дверьми находится несколько километров подземных коммуникаций, заполненных портальными монстрами, аномальными ловушками и еще черт знает чем. Так, Пафнутий?

— Именно! — кивнул его товарищ. — Когда-то это были шахты по добыче золота…

Блаженная улыбка сама вылезла на моем лице.

— … но они давно выработаны.

Услышав это, я тут же потух. Ну и не надо.

— Золото еще осталось, но на самых нижних ярусах, — продолжил Бонифаций, — куда соваться смертельно опасно из-за возможных обвалов, а также особенно сильных монстров. Ваша задача…

В его руке появился белый шар.

— … отыскать один из подобных камней и выбраться ко входу «Б». Всего камней ровно двадцать. А значит, заслужить титул смогут только двадцать участников.

— То есть каждый пятый пройдет… — прошептала Марьяна. — Если выживет…

— Как только все двадцать камней окажутся на поверхности, испытание официально завершено. Всех кто в этот момент еще будет находиться внизу, мы вытащим. Но лучше вам выбраться самим…

— Очень успокаивает, — хмыкнул я. — А если я достану два камня, или три?

— Это не имеет никакого смысла. Однако если вы жаждете острых ощущений, то мы приготовили задачу для самых отчаянных — и это особый шар!

Артефакт в его руке резко покраснел. Маг с улыбкой подбросил его в воздух, и эта штуковина резво исчезла во тьме.

— И куда он? — спросила Марьяна.

Бонифаций пожал плечами.

— А кто его знает? Возможно, вы найдете шар где-нибудь на дне, а, может быть, он будет летать у самой поверхности? Кто поймает его, тоже получит титул, а еще доступ к Испытанию следующего уровня. Но прежде чем гнаться за ним, подумайте, — и он пощелкал пальцем себе по лбу, — а оно вам надо? Шар не будет вас жалеть…

И оба старых мошенника захихикали. По рядам прошлась волна шепота.

— Еще не хватало… За каким-то шаром гоняться… Те бы еще найти…

— Ну, что все готовы? — и Бонифаций оглядел строй. — Или, может, кто-то хочет отказаться? Смотрите, как только вы окажетесь внутри, двери тут же закроются за вами! Выбраться вы сможете только у выхода «Б»!

Артур поднял руку.

— А где он, этот выход «Б»?

— Хороший вопрос, молодой человек! Выход «Б» там, куда ведут указатели — смотрите в оба!

Он снова обвел взглядом наши ряды.

— Так, отказников нет? Отлично! Просим! Испытание официально объявляется открытым!

* * *

У входа «Б».

На трибунах.

— … Кто поймает его, — голос из колонок громом разносился над головами сотен зрителей, — тоже получит титул, а еще доступ к Испытанию следующего уровня…

Услышав последнюю фразу, Верховный маг Марципаний едва не подавился виноградинкой. От его кашля люди на трибунах начали озираться.

— Кхе… Зараза… Что⁈ — охнул он, задергавшись на своем месте в королевской ложе. — Какое еще Испытание следующего уровня? Какой еще к черту двадцать первый шар⁈

Его секретарь недоуменно пожал плечами.

— Что-то не так, Марципаний Кондратьевич? — и он поймал взгляд королевы Дарьи, сидевшей неподалеку с бокалом вина в руке. — Вы не согласны с правилами?

Марципаний подобрался.

— Насколько я знаю, ваше величество, титулов у нас обещалось только двадцать… И шаров, соответственно, тоже…

Дарья на это слегка махнула рукой.

— До вчерашнего вечера это было так. Но я добавила еще один. Для интереса.

— Вы? Добавили? Для интереса⁈

Королева кивнула.

— Именно. Вчера вечером я получила письмо, в котором некий Вергилий предложил добавить еще один шар — летающий, чтобы, так сказать, добавить перчинки к Испытанию. И я решила, что это хорошая идея. Вы не согласны?

Марципаний заскрипел зубами. Но ответил:

— Вы правы… это… интересно… — выдавил из себя маг, а затем прошипел себе под нос: — Ну, Вергилий! Только покажись!

— Марципаний? — вскинула бровь Королева. — Что вы там все бурчите?

— Ничего, ваше величество… Только хотел сказать, что вы сегодня особенно хорошо выглядите…

* * *

Подъемник скрипел, стонал и хрюкал, спускаясь все ниже, и наконец достиг нижнего уровня. Заскрипели открывающиеся ворота, и наша группа высыпала в шахту. Тут было настолько темно, что даже фонарь едва спасал, но не это было самым скверным. Хуже всего то, что участники набились в туннель как кильки в банке.

Мне подобная толкучка была не по нраву, так что я, взяв в охапку Артура с Марьяной, скользнул в боковой проход.

— Эй, куда⁈ — охнула девушка, но я ее не слушал — в темноте я видел куда лучше, чем остальные. Пройдя где-то метров тридцать, мы остановились. Голоса и грохот доспехов затихали вдали.

— Хочешь ломиться толпой? — хмыкнул я, зажигая фонарь для остальных. — Если там действительно ловушки, то толпа этих баранов поляжет сразу. А как только рядом мелькнет хотя бы тень шара, они друг друга затопчут. Нет, мне это не интересно. Будем искать шары своими силами.

— Веди, босс! — кивнул Артур, перехватывая меч.

Тут вылезла проблемка, ибо вместе с ним, да еще и в доспехах, Зайцев занимал весь туннель: от стены до стены. Нет, так оставлять его нельзя — на ходу он постоянно задевал то за потолок, то за стены, а своей оглоблей постоянно скреб по полу. А уж как дело дойдет до драки…

— Так, здоровяк, — и я обернулся к парню. — Вызывай-ка своего друга.

Тот захлопал глазами.

— Какого это?..

— Корвина! Сейчас он куда надежнее. Давай быстрее!

Артур смутился. Оглянувшись, он не нашел ничего лучше, чем впечататься шлемом в перекладину. Крякнув, парень отлетел нам под ноги. Балка заскрипела, а сверху на нас посыпался песок.

— Ты это… — и Марьяна помогла ему подняться. — Не перестарайся…

— Артур? — спросил я, оглядывая парня. — Или?..

Тот развел руками.

— Надо попробовать еще раз…

Только он разбежался, как я схватил его за руку.

— Ты так обвал спровоцируешь. Как еще можно вызвать Корвина?

— Никак. Только хороший удар по голове…

Мы с Марьяной тяжело вздохнули. Как-то подобный исход дела я не предусмотрел…

— Ладно, пока пойдем так. Артур, перехвати меч вдоль туннеля и следи за тылами. Если будет драка, коли, а не руби, — распорядился я. — А ты, Марьяна, держись между нами. Стрела всегда наготове.

Они кивнули, и мы цепочкой осторожно двинулись вперед. Постепенно коридоры расширились — и вот мы вышли в более-менее просторное место. Голоса вдалеке затихли, как вдруг…

Рев поднялся такой, будто где-то началась настоящая битва.

— Идиоты… — прошептала Марьяна. — Они чего, так и перли всем составом?

Артур сглотнул. Звуки были действительно жутковатыми.

Я же двинулся дальше. Раз так, то через несколько минут конкурентов сильно поуменьшится.

Мы миновали еще полсотни метров, и тут впереди мелькнули светящиеся глаза. Раздался угрожающий рык, а с ним и скрип натягиваемой тетивы. Щелкнув, стрела Марьяны пролетела у меня над ухом. Зажглась голубым и на миг высветила оскаленную пасть. Глаза тут же потухли, рык тоже оборвался.

— Отличный выстрел! — воскликнул Артур, но я бы так не радовался.

Вместо одной пары глаз появились еще две, а затем пять, а затем…

* * *

В баре «Золотой котел».

Бар был набит битком, все посетители столпились вокруг телевизора. Слышался хруст орешков, звон стаканов и скрип стульев. Пиво лилось рекой.

— Бедолаги, это же надо так вляпаться в эту ловушку…

— И кто их целой толпой погнал? О, вон твой же фаворит! Как ярко пылает!

— Эй, а где наш Иван?

— Эээ… Наверное, помер уже… Стоп! Вон! Вон в том углу!

И вся ватага выпивох придвинулись почти к самому экрану. На минуту все задержали дыхание. На экране была нехилая драка.

— Точно наш! И тот жирдяй с девчонкой!

— Эй, отодвиньтесь, ничего не видно!

— Ой, не могу смотреть! Это что, летучие мыши⁈

— Все, кранты Ване! Моя ставка погибла!

— Ты в самом деле на него поставил? Ха, дуралей!

— Эй, где мое пиво⁈

— Борис, еще пива!

Бармен крутился как белка в колесе: подливая пива страждущим, он то и дело с замиранием сердца посматривал в экран, где уже ничего не было видно из-за крыльев и всполохов огня. Не дай боже Иван облажается — ставка двадцать к одному, он не может проиграть!

К счастью, битва была скоротечна. Добив последнего гада, компания пошла дальше, а бар разразился радостными криками.

— Во! Это по нашему! А я говорил, что Ивана так просто не взять!

Борис же выдохнул и направился к бочонку. Открыл кран и… Пусто⁈ Так быстро!

— Борис! Пиво!!!

— Сейчас-сейчас, — махнул рукой Борис и направился в подвал. Едва он спустился вниз, как его ушей коснулось инфернальное рычание. Исходило оно из кромешной тьмы.

Там, где хранился весь запас пива.

* * *

Когда последняя летучая мышь — размером с собаку — подохла под моим сапогом, наша компания двинулась дальше. Подземелье как будто проснулось — отовсюду что-то рычало, гремело и стонало, а мы спускались все ниже. Перчатки в бою оказались даже лучше, чем я мог рассчитывать: убивали тварей с одного удара. Ловушки тут тоже встречались — в основном липучки и электрические глушилки. К счастью от них фонило магией, и мы легко их обходили.

Золото из недр наполняло меня бодростью. Жаль, что забрать его не удастся, но за этот небольшой источник дармовых сил можно сказать этим туннелям огромное спасибо.

— Тут настоящий лабиринт! — бурчала Марьяна позади. — И где мы отыщем этот шар? Мы же могли просто пройти мимо…

Я покачал головой. В коридорах позади нас точно ничего не было — я чую магию нутром. А еще порталы: их тут было настолько много, что виски начинали ныть. Большинство из них давно «заросли», но чем чаще мы использовали магию, тем быстрее они просыпались.

— Старайтесь драться без магии, — сказал я после того, как мы вынесли очередную банду летучих мышей. — Магия отрицательно влияет на порталы.

— Ты это этим скажи! — и Марьяна ткнула пальцем себе за спину, где еще слышался грохот битвы. Заклятиями наши «союзники» кидались не по-детски. — Как они там вообще еще не оглохли с такого шума?

— Может, и оглохли давно, — буркнул я и направился дальше. И это еще не говоря про возможный обвал.

— О! Смотрите, камера! — и Артур ткнул пальцем в незаметную штуковину, висящую на потолке. Помахав рукой, он крикнул: — Мама, смотри я в телеке!

— Пошли уже… — закатила глаза Марьяна.

Ход пошел под откос, и чем ниже мы спускались, тем тише становились звуки. Наконец все как отрезало. Под ногами потянулись рельсы.

— Стоп! — остановился я, почуяв магию.

Впереди было пусто — на первый взгляд, конечно. Я пригляделся, и точно — от одной стены до другой блестело нечто… нет, не золотое, а какой-то белый порошочек с блестящими вкраплениями.

Подхватив камень, я бросил его вперед, и тут же вспыхнувшее белое пламя заволокло весь коридор. Еще бы шаг, и от нас остались бы одни угольки.

— Это что за ловушка? — охнула Марьяна. — Они что хотят нас живьем спалить⁈

Я ухмыльнулся. Всплеск магии от этой ловушки был оглушающим. Попади в самый эпицентр, и не будь у меня защиты от огня, гореть мне синим пламенем.

Мы пошли дальше. Вдруг впереди показался огонек.

— Сейчас я ее… — прошипела Марьяна, натягивая тетиву. Я тут же перехватил ее руку.

— Стой.

Нет, это были не глаза, а…

— Шар! — охнул Артур, вглядываясь во мрак впереди. — Нашли!

Мы осторожно двинулись на огонек — коридор пошел на расширение, и мы вышли в просторную залу. Здесь сходились сразу семь проходов. На земле переплетались рельсы и в самом центре стояла вагонетка, на которой и лежал шар.

Велик соблазн был броситься хватать добычу, но…

— Что такое⁈ — спросила Марьяна, когда я встал на месте.

Нет, слишком просто. Я поднял глаза наверх.

На потолке вниз зубастыми головами висели мыши — и их были сотни. Кажется, они спали.

— Бли-и-ин! — охнул Артур и тут же закрыл себе рот. Парочка тварей недовольно заерзала, но к счастью, так и не проснулась.

— Тсс!

И приложив палец к губам, я кивнул Марьяне. Наши доспехи гремели уж слишком сильно, а ее легкая броня тут была как нельзя кстати.

Не спуская глаз с потолка, она аккуратно направилась к шару. Каждый шаг мне казалось, что вот-вот над головой раздастся отвратительный писк, и вся эта свора ринется прямо на нас, но нет — до шара девушка добралась вполне благополучно.

Вытянула руки и схватила шар.

— Есть…

И только она сделала шаг назад, как шар ослепительно вспыхнул.

* * *

В баре «Золотой котел».

— Взяла! Взяла!!! — закричали выпивохи, забарабанив по столам и затопав ногами. Грохот поднялся до самой крыши. И только те, кто ближе всего сидел к телеку, услышали его — звон, коим буквально взорвался шар.

— Заткнитесь! Там что-то происходит!

Все разом умолкли. Из телевизора слышался шелест сотен и сотен крыльев.

— Ох, мать…

— Что там⁈

— Кажется, шар испускает какой-то звон. Ох, бедная деваха… Эй, Борис как там пиво⁈ Борис?

От авторов: Уважаемые читатели! Если нравится книга, то ставьте лайк! Вам не сложно, а авторам приятно!

Глава 19

Зачем красный шар?

Мои пылающие кулаки убивали мышей одну за другой, мечи Артура и Марьяны рубили тварей на лету, но меньше их не становилось. Казалось, даже стены и потолок сплошь состояли из крыльев, зубов и когтей. Сталкиваясь со мной глазами, твари с визгом разлетались, но их было так много, что они просто грозили снести нас как волна. Тогда было принято стратегическое решение…

— Валим! — крикнул Артур, и я решил, что это неплохая идея. Впереди была вагонетка — к ней мы и побежали.

Стоило нам забраться сверху, как она со скрипом тронулась. Затем, позвякивая, покатилась вперед, а там рельсы шли под уклон. Спустя пару секунд вагонетка уже мчалась по туннелю с приличной скоростью. Мы как могли старались не свалиться, ветер завывал в ушах. А еще мыши — они преследовали нас по пятам. Скорость все нарастала.

— Ваня! — закричала Марьяна. — Что делать⁈

— Я думаю!

Вдруг туннель резко оборвался, и внизу показался мостик на деревянных опорах. Вокруг же раскинулась гигантская пещера, стены которой терялись в темноте. Внизу блестела вода.

Я оглянулся — позади все было заполнено озверевшими тварями. Мыши висели у нас на «хвосте» и не собирались останавливаться. Звеня и грохоча, вагонетка спускалась все ниже. Скорость все увеличивалась.

Впереди же…

Нет, ошибки быть не могло. Метров через пятьдесят мостик упирался в щит с надписью STOP. Дальше рельс не было.

— Твою ж…

— Ваня!

Тогда было принято стратегическое решение…

— Прыгаем! — крикнул я, и все втроем мы скакнули во тьму.

Взвизгнув в последний раз, вагонетка унеслась прочь. Шелест крыльев и визг тоже. Меня завертело в воздухе, а затем повсюду забурлила вода. Откуда-то раздался грохот, а затем нечто черное ушло под воду — похоже, вагонетка пришла на «конечную».

Едва я разобрался, где верх, а где низ, как на глаза попалось сияние — шар! Он лежал на самом дне. Разгребая воду, я потянулся к нему. Стоило мне коснуться пальцем его белой поверхности, как раздался звон и шар ослепительно вспыхнул.

Оглядевшись, я прижал артефакт к себе. Вокруг была вода, пузыри и темнота, но, кажется, где-то послышалось бульканье…

Чтобы выбраться на берег, ушло порядочно сил — все же плавать в доспехах дело нелегкое — но все же я справился. Сплюнув воду, оглянулся. Подземное озеро было огромным — метров сто в диаметре, не меньше. Товарищей нигде не было.

— Артур! Марьяна!

Не успел я заволноваться, как на противоположном берегу появилась Марьяна.

— Гадство… — фыркнула она, откашлявшись. — Эй, вы где?..

Я замахал руками и поднял вверх сияющий шар.

— Фух, а я думала, потеряла… — выдохнула девушка, а затем замотала головой. — А где Зайцев⁈

И вдруг в воде мелькнул огонек — и начал приближаться к поверхности. Спустя пару секунд на берег выбросило… шар⁈

— Еще один⁈

Вода же неподалеку от нее вспенилась, и тут же разошлась в стороны — на поверхности появился Артур. На его плече лежал Клык и парень держал его одной рукой.

Выйдя на берег, Зайцев затрясся как пес. Брызги полетели в разные стороны.

— Гадство! — зарычал он. — Вы что, совсем водить не умеете?

— Ар… Корвин!

— Да, моя принцесса, — и он оскалился. — Я вытащил этот шар для тебя!

Парень заерзал по карманам и вытащил портсигар. Внутри не было ничего, кроме воды и мятой бумаги.

— Зараза…

— Эй, Корвин! Лови! — крикнул я и, размахнувшись, швырнул свой шар ему в руки. — Ищите выход «Б». Там и встретимся!

— А как же…

Не успел он закончить, как откуда-то снова раздался визг и рычание. Миг спустя, под потолком вновь показались мыши.

— Валите! Быстро! — и я рванул в проход неподалеку.

Наконец-то, я остался один. Теперь ни за кем не нужно приглядывать, а значит, можно и не сдерживаться.

В очередном туннеле все было затоплено по колено, и идти было довольно непросто. Через какую-то сотню шагов раздался звон захваченного шара. Очевидно, эти сигналы слышали все в подземельях — мол, очередной артефакт взят, и вам следует поторопиться искать свой. Ну, или же отнять у противника… Об этом в правилах же ничего не было?

Вдруг за углом нечто блеснуло красным. Сердце екнуло, и я направился прямиком к свету. Однако стоило мне оказаться на месте, как огонек испарился. Зарычав, я побежал вперед и скоро выбрался на сухое место. Впереди был туннель, и в самом конце показался он — алый шар!

Он исчез в ту же секунду.

— Ну держись! — и я сорвался в погоню.

Опять зазвенело, а затем еще раз. Кажется, парни вошли во вкус.

Туннель петлял, а вместе с ним и клятый шар. Вращаясь вокруг своей оси, он покачивался в воздухе и сиял то из одного прохода, то из другого. Словно издевался!

— Быстрый…

Остановиться я успел в самый последний момент — коридор обрывался, а внизу зияла тьма. Шар же завис прямо над пропастью и медленно, покачиваясь, перелетел на ту сторону провала. Сверкнув красной вспышкой, этот негодник пропал.

— Хитро, — выдохнул я и кинулся по боковому коридору, чтобы перехватить артефакт. Тут снова зазвенело, но мне уже было на все наплевать — главное взять свой приз!

Внезапно в одном из проходов появился белый огонек. Шар лежал прямо на земле. До него было метров десять, он так и просился в руки.

Остановившись, я задумался. Схватить этот и искать путь на поверхность? Или же рискнуть, и получить возможность подняться еще выше? Не это ли мне нужно, чтобы играть в эту их полити…

— Эй, Ваня, как думаешь, рискнем? — буркнул я себе под нос, но тот отчего-то снова решил поиграть в молчанку.

Вдруг послышались шаги, и рядом с шаром возникла фигура в доспехах. И не одна, а целых четверо.

— Вот и ты!

Склонившись, парень потянулся к шару. Кругом брызнули искры, и он с визгом повалился на землю. В ответ раздался смех — его «товарищ» аж за живот схватился от веселья. У него в руках был еще один белый шар.

— Эй, ты чего ржешь⁈

— Ты идиот, Петя? — раздался голос, и я узнал Зорина. — Ты же слуга, забыл? Официально ты в Испытании не участвуешь!

— И че?..

— А то! Хватай его, или нет, тебя этот шар все равно не примет. Отойди!

Расстроенный парень попятился, а Зорин вытащил меч. Один удар, и шар раскололся надвое. Свет тут же потух.

— Ойк! — и Зорин засмеялся. — Кажется, какому-то деревенщине не повезло!

Я нахмурился. Вот вы значит как…

— Там еще красный был, видел?

— Угу, — кивнул Зорин, — ушел в самый низ, но оно нам надо? Мне эти Испытания нафиг не сдались. Все батя со своим «долгом»… Зачем вообще жопу рвать, если титул можно просто купить?

— Были бы деньги…

— У отца их море, но он зачем-то тратит мое время на эти глупости. Ладно, валим. Может, по пути найдем еще один мячик…

Они повернулись, и тут же наткнулись на меня.

— Ты! — зарычал Зорин. — Обухов!

— Я.

— Еще не сдох?

— Ты как я вижу тоже… Позорин.

И ухмыльнувшись, я пошел на эту троицу. Двое попятились, а Зорин вытащил из кармана какую-то круглую штуковину.

— Лови! — и швырнул мне под ноги. Ее разорвало с яркой вспышкой, а затем повсюду заклубились языки пламени. Я лишь поморщился — эта шутка была посильней бутылки Тимофея, но ненамного.

— Ах ты, ублюдок! — рявкнул Зорин и вытащил из кармана еще одну бомбочку. — А как тебе…

Но я уже бросился на них. Бомбочку отбил на подлете. Все объяло пламя, как и мои рукавицы.

* * *

В баре «Золотой котел».

— Борис! Борис, держись, Борис!

— Держу-у-у-усь!

Выпивохи пару раз попытались сунуться вниз сами, но отхватив пару раз от чудища, оккупировавшего подвал, поспешили ретироваться.

— Не злите его, идиоты! Он и так уже три бочки разбил! — кричал Борис, которому удалось спрятаться где-то в углу подвала. — Звоните в Ассоциацию! Звоните Марьяне! Звоните хоть кому-нибудь… А зараза, отвали! Отдай эту бочку! Нет! Десять лет выдержки!

Звонки ничего не дали — телефон Марьяны, естественно, был не абонент, а в Ассоциации неизменно отвечали:

— Ваш звонок очень важен для нас. Пожалуйста, оставайтесь на линии…

И далее звучала расслабляюще-раздражающая музыка. Сливаясь с ревом чудища, она казалась топотом неотвратимой судьбы.

— Что делать⁈ Пиво долго не протянет!

Тогда они бросились звонить Нагаю, но увы — длинные гудки следовали один за другим, но этот старый пьянчуга отчего-то не отвечал.

— Зараза! Сегодня же понедельник! А по понедельникам у него отсыпной! Его и из пушки не разбудишь!

Вдруг из подвала донесся грохот, а за ним и крик Бориса — еще один бочонок с пивом приказал долго жить.

* * *

Где-то в шахтах.

Звон следовал один за другим, но Марьяна думала об ином — как отыскать путь на поверхность? Маги говорили о каких-то знаках, и им с Зайцевым постоянно встречались стрелочки, однако расположены они были так хаотично, словно их специально пытались запутать.

— Или не специально… Подстава! — вздохнула она, когда они встали у очередной развилки. Указателя было два. И каждый смотрел друг на друга. Марьяна тяжело вздохнула. Что-то здесь не чисто…

Следом снова звякнуло. Это уже десятый. Или двенадцатый?..

Тут вперед вышел Зайцев, повел носом и решительно направился налево. Туда не указывал ни один указатель.

— Почему туда? — спросила Марьяна.

— Там свежее, — подмигнул он ей. — Доверься мне, красавица.

И уверенно пошел вперед. Недоуменно похлопав глазами, Марьяна побежала следом. На ходу она фыркнула:

— Манеры, лицо мужчины…

Еще через пару переходов туннель пошел в гору. Но не успели они сделать и десятка шагов, как впереди показались двое. Сверкнули обнаженные мечи, и парни в мощных доспехах сделали шаг к ним.

— Давайте сюда шары, и можете валить!

Снова своды пещеры сотряс звон. Семнадцатый? Двадцатый?..

Прижав к себе шар, Марьяна посмотрела противникам под ноги — почти под стопой одного из них поблескивал белый песочек. Один неверный шаг и…

— Попробуй отними! — рыкнул Зайцев, вскинув свой меч. — Этот удар я тренировал целых двенадцать лет!

Он прыгнул, и вдруг все потонуло во всполохах белого пламени.

* * *

Нет, убивать я их не стал. Всего лишь поколотил так, что оба бежали, обгоняя свой визг. Зорин же со страху растерял свою взрывчатку, получил от меня пинка в рыло, а затем скакнул в какой-то проход.

— Посредственность…

И я решил немного поиграть с ним в кошки-мышки.

Бежать пришлось довольно долго — а земля, тем временем, опускалась все ниже. Звон при этом раздавался каждые две-три минуты. Уже подходил к концу уже второй десяток, а значит, все шары нашли своих хозяев.

— Ты труп! Я расскажу отцу! — кричали из темноты. — Отвали от меня! Что тебе нужно? Шар⁈ Я его честно вырвал из рук этого ничтожного Илларионова!

Я хохотнул.

— А я вырву из твоих! Не оттягивай неизбежное, Позорин. Давай сюда шар, и никто не пострадает!

В ответ на меня полилась отборная брань. Я увеличил скорость, и тут впереди зажегся огонек — прямо на земле лежала сумка, из которой выглядывал шар, Зорина рядом не было.

Сплюнув, я потянулся к сумке.

— Хитрый! — хмыкнул я, заметив на пути тот же самый порошочек, на который мы наткнулись парой уровней выше. От него все так же слегка попахивало магией.

Сумку пришлось осторожно оттащить — Позорин кинул ее так близко, что одно неверное движение, и огонь спалит ее вместе с шаром. Повесив трофей на плечо, я отошел подальше, а затем кинул туда камень. Пламя вспыхнуло до самого потолка.

Затаившись, дождался, когда послышатся осторожные шаги…

— Трус! — рыкнул я, шагнув к Зорину, а тот завизжал так пронзительно, будто родился девчонкой. Рухнул как подкошенный.

— Нет, нет! Я все понял! Понял!

— И где твоя аристократическая гордость⁈ Что скажет твой папаша, когда узнает, что ты просто бросил свой титул в грязь?

— Не смей оскорблять моего отца!

— А не то… Что?

В ответ от истерично закричал, выставил вперед меч и ринулся на меня — без стоек, магии и прочих трюков, просто в лоб. Я же просто отошел в сторону. К сожалению — для Зорина — за моей спиной была пропасть, в которую он и упал.

Удара о землю, я так и не услышал.

* * *

Где-то в шахтах.

— Ну наконец-то… — сказал Зайцев, доставая из пачки сигарету. — Можно расслабиться…

И подойдя к догорающим останкам двух мерзавцев, он прикурил. Выпустив дым в потолок, улыбнулся.

— Закончил?.. — буркнула Марьяна, сбивая рукой пламя с рукава. — Тогда пошли уже!

— С превеликим удовольствием! Красавица!

Марьяна снова фыркнула, и они побежали к поверхности. Впереди им попалось еще несколько сбитых знаков — все они указывали ложное направление.

— Вот гады! Похоже, кто-то хочет, чтобы мы не прошли!

— Им уже все равно, — хохотнул Зайцев.

Скоро ушей коснулись голоса и крики, а в лица подул свежий ветерок.

* * *

Я погружался все глубже в шахты, а повсюду раздавался противный треск — порталы поджидали за каждым углом, а рядом что-то постоянно шипело, клекотало и рявкало.

А еще были голоса:

— Кто этот парень⁈ От него аура такая, будто он тоже какой-то черт из иномирья!

— Плевать на него. Где Семен? Где Петя? Бросили нас, трусы!

— Стоп, что это⁈

Голоса затихли, и послышался новый звук — как будто сюда приближалось нечто ОЧЕНЬ большое. Куда больше Позорина и его дружков вместе взятых. И оно трещало.

Я скрылся в соседний проход и постарался не дышать. Оно было близко. Вдруг виски заболели, и прямо в голове раздался голос:

— Я… чую тебя… Чую…

И вот оно заползло в туннель. Зубов у него было под сотню, а вот вместо глаз была пустота. Медленно и величественно гигантская туша — один метр за другим — проползла мимо меня. От морды до хвоста я насчитал шагов тридцать. Пахло от этого гигантского червя другим измерением.

— Чую… Я знаю, кто ты…. Ты тот самый… Но в облике жалкого человека… Ты слаб… Как же мне повезло!

В голове раздался противный смех.

— Убить тебя будет так просто… Так просто… Я стану легендой! Всемогущим…

Прижавшись к стене, я сжал зубы. Очередная портальная тварь, возомнившая о себе невесть что.

Драться с ним в такой тесноте? Нечего и думать, он тут в своей стихии. Подхватив камень, я швырнул его в темноту и, упав, он отозвался гулким эхом. Червь тут же ринулся в ту сторону, а я, проводя тварь глазами, направился вперед.

Наконец, вышел к очередной развилке — а проходов тут было целых шесть штук, и ни одного указателя.

И снова красный шар! Этот негодяй прыгал то в один проход, то в другой, а я бежал за ним. По пути попадались монстры, но, едва заметив меня, они с воем разбегались.

Под ногами же потянулся гладко обтесанный камень. По сторонам были стены коридора, выложенные каменными блоками. Через пару шагов я увидел ступеньки.

— Так… Видимо, шахтеры до чего-то «докопались»…

Вдруг где-то снова заголосили дружки Зорина. Кажется, там была драка. Я нахмурился, но все же продолжил спуск вниз. И тут вновь прозвенело — совсем рядом!

Взяли⁈

Я поднажал и скоро выбрался в круглый зал, окруженный колоннами. Других проходов не было. Там и висел мой красный друг — его блестящая поверхность дрожала, словно от страха. И не мудрено, ибо находился он в лапах какой-то головастой твари с крылышками. Ног у него не было, так что чудище просто висело над полом. Под ним лежали двое парней, закованные в броню. От них поднимался столб дыма — оба были мертвы.

Только увидев меня, красные глаза монстра сощурились. Пасть раскрылась…

— Нет, не смей! — крикнул я, но алая поверхность уже пропала в его глотке. Рыгнув, монстр осклабился.

Я сжал кулаки, и мои рукавицы вспыхнули.

— Ты только что обрек себя на мучительную смерть…

Тварь зарычала, а затем надулась и плюнула в меня молнией. Яркий свет осветил каждую щелочку на стене, затем все потухло. Я стоял на своих двоих, а по моим доспехам бегали крохотные искорки.

— Хорошие доспехи ты сколотил, волхв Тимофей… — и выдохнул облачко наэлектризованного пара.

Монстр удивился, но я не дал ему ни секунды на раздумья: кинулся в бой. Первый мой удар он выдержал, второй тоже, а потом, взвыв, сам ринулся в атаку.

Его пасть раскрылась, и там зажегся голубой свет…

За мгновение до выстрела виски заныли — аура от него исходила мощная. А еще запах… он пах Древней магией.

* * *

У выхода «Б».

На трибунах.

Магистр Доминика Кирова, вольготно расположилась в своей ложе, неподалеку от самой Королевы Дарьи. Краем глаза она могла наблюдать, как ее величество беспокойно елозит в своем кресле — на экранах, установленных прямо перед трибунами, показывали, как нелегко приходится соискателям статуса в этих жутких пещерах. Половина погибла в первые полчаса, другая же боролась за жизнь изо всех сил.

Среди них была сама Марьяна Васильевна. Королеву было несложно понять.

Увы, с экранов девушка давно пропала. Как и все, кто сунулся ниже третьего уровня — они попросту исчезли с «радаров». А тут еще и большая часть камер отчего-то не работала. Кажется, вместе с ней был и тот парень, за которым уже вторую неделю ползает Лаврентий?

— Да это он, — кивнул Инквизитор, сидящий подле Кировой. — Иван Обухов. Отпрыск кого-то из приближенных Королевы.

— В самом деле?.. — изогнула Доминика тонкую бровь.

Лаврентий пожал плечами.

— Обычное дело. Какой-то аристократ спутался с какой-то гувернанткой, и вот на тебе. Видимо, никаких прав у него нет — оттого и бегает по этим пещерам. Врет что слабый, но очевидно, еще и очень дерзкий, как мы уже видели. В моем отчете про его похождения целый раздел…

— А если сжато?

Пока Лаврентий рассказывал, Доминика задумчиво попивала вино. Незаконнорожденными она никогда не увлекалась — какой смысл? У каждого из влиятельных аристократов их как собак нерезаных. Однако такой может сыграть хорошую службу, особенно если влиятельный родитель с ним в ладах. А уж если он талантливый…

Не успел Лаврентий закончить, как ее ушей донесся очередной звон — и совсем не такой как предыдущие.

— Вы слышали⁈ — заревел комментатор над трибунами. — Кажется, кто-то взял красный шар! Кто же это мог быть? Как жаль, что камеры барахлят!

Тут из выхода «Б» показался участник, и в руках у него пылал белый шар. Трибуны взорвались овациями.

— Вот и он! Первый счастливчик, прошедший Испытание! Приветствуем его!

К нему кинулись люди с микрофонами, но тот уже качался. В следующий миг победитель растянулся на земле. Кажется, это обморок.

— Наконец-то… — выдохнула Доминика. Значит, скоро это унылое состязание закончится.

Вдруг в ее висках закололо, и от неожиданности Магистр выпустила бокал. Под звон разбитого стекла вино брызнуло на ее платье, но она даже не обратила на это внимания.

Знакомое чувство. Лицо Лаврентия сказало ей все…

Отставив бокал, он прыгнул — и прямо через ограждение. Доминика рванула следом и, остановившись у самого края, вцепилась в поручни. Ее верный пес, мягко приземлившись на землю, со всех ног мчался через арену — прямо ко входу в шахты. При виде него второй участник, только что выбравшийся на воздух, едва не упустил свой таким трудом добытый шар.

— Возьми его! — прошипела Магистр вслед своему слуге. — Кем бы он ни был…

Глава 20

Как заморить червячка?

Очередной удар, и монстр забился на земле. Из всех щелей брызнули искры и его опутало собственными молниями. Еще чуть-чуть, и монстр поджарит сам себя.

— Дай сюда шар! — и мой пылающий кулак снова впечатался в его уродливое рыло. — Дай, быстро!

Черепушка треснула, а я, вцепившись в челюсти, разжал ему пасть. Молнии вырвались наружу и заплясали по доспехам — грохот ударил по ушам, оставив лишь звон, но я все равно сунул руку в глотку твари.

Вдруг портал разверзся и наружу вылезла еще одна образина. Злее, бугристей и больше прежней. Настоящий слон с хоботом и щупальцами.

Заметив меня, он остановился. При виде того, как я выворачиваю его товарища на изнанку, монстр попятился, а затем с трубным воем полез обратно в свою Изнанку.

Мой же монстр не выдержал — его брюхо взорвалось пучком молний, и они брызнули на меня. Доспехи заскрипели, но выдержали. На миг я ослеп, но все же разглядел внутри алое сияние. Оно кинулось прочь, но я был быстрее — прыгнул. Поймал шар в последний момент и вжал в пол. Попался!

— Не уйдешь, — ухмыльнулся я, сунув в сумку к его белому брату. — Сиди тихо!

Портал подрагивал, и с той стороны что-то происходило. Его бы следовало закрыть, но нет — такого уговора не было. Я и так сделал больше, чем следовало.

Теперь один путь — наверх.

Стоило добраться до середины лестницы, как по туннелям прокатился яростный рев, а затем мелкие камешки на ступенях запрыгали от топота. Похоже, тот «слон» привел с собой друзей.

Я бросился вверх, а сзади все кипело от жажды поймать меня.

— Это Он! Человечек! Взять человечка! Мы войдем в историю!!!

Яростный рев снова сотряс стены, и мне пришлось поднажать. К счастью, золотые недра еще питали мои силы, и поэтому их было хоть отбавляй. Пробегая мимо очередной развилки, я резко поменял направление и затаился в уголке.

Как и ожидалось, зубастая «компания» пронеслась мимо.

— Я возьму себе его глаза! Глаза мне оставьте!

Проводив их глазами, я фыркнул, перехватил сумку и направился искать выход — а воля имела свой «запах», запах свежего воздуха.

Вдруг откуда-то послышался стон. Исходил он из соседнего коридора.

Еще десяток шагов, и прямо на земле я увидел человека в доспехах. Стоило мне приблизиться, как в его руке сверкнул окровавленный меч. Вокруг лежал десяток убитых монстров.

— Сука, еще один монстр! Подожди…

— Я не монстр, — сказал я, осматривая его. — Серьезно тебя?

Глупый вопрос — из-под пластины на бедре кровь так и хлестала. Попали точно в сочленение.

— А… Ты участник? — послышалось из-за глухого забрала. — Что, пришел поглумиться?

— Нет, — покачал я головой и оглянулся. Из туннеля доносилось рычание. Наверное, та ватага все ищет меня.

Впереди тоже что-то рычало, трупов же там лежало куда больше, чем десяток как мне показалось вначале. Монстрами был устлан весь пол, и так до поворота.

Кажется, этот парень буквально прорубался к этому месту. Нет, бросить его было бы неправильно. Он силен, а силу я уважаю.

— Идти сможешь?

— Могу, но… — и он завозился, пытаясь встать. — Сука… Больно-то как… Ты чего творишь⁈

Сунув руку под пластину, я попытался сосредоточиться. Ликвидировать рану я не мог, а вот на время остановить кровотечение — очень даже. Хорошо, что влияние золотых недр еще не утихло окончательно.

— Как ты так умудрился? — спросил я, заряжая его энергией. — Засада?

— Ага, напали со спины, сволочи. Из-за чертового шара… А тут твари…

Я нахмурился. Нетрудно догадаться, кто это мог быть и чей шар у меня сейчас лежит в сумке.

— Вставай, — сказал я, дернув парня за плечо. — Идти недолго. Как тебя зовут?

— Игорь.

Подняв парня на ноги, я вытащил из сумки белый шар и сунул ему в сумку.

— Можешь не благодарить, Игорь. Пошли.

От удивления тот не смог выдать ни звука, но я уже пошел прочь. Он быстро захромал за мной.

— Почему?.. Ты же…

— У меня есть. Топай, а не болтай.

Впереди вновь раздался хруст — будто нечто огромное приближалось к нам. Вернулся инфернальный запах, и я скрипнул зубами. Опять та же история: узкий проход, а впереди приближается тот червяк

Мы юркнули за угол, а следом в коридоре появился он. Слепой червь.

— Что за…

— Тихо! — зашипел я на этого идиота, но было поздно — тварь, бормоча свою околесицу, уже ползла к нам. Пасть была полураскрыта, и зубы торчали наружу, едва помещяясь внутри.

Как назло позади был тупик, и если тварь сейчас повернет к нам, придется несладко.

Взяв камень, я решил провернуть тот же самый трюк и швырнул его в сторону. Червь дернулся и было пополз на звук, однако быстро остановился, перегородив проход.

Ноздри на слепой роже дрогнули.

— Ага… Чую! ЧУЮ ТЕБЯ!

Но я уже был у его морды. В этот удар я вложил почти все силы. Поднялся визг, а затем пламенем заволокло все до потолка, но я продолжал вбивать кулаки во врага. Пятясь, червь попытался меня укусить, но в следующий миг на него скакнул Игорь. Меч в его руке блеснул и вонзился твари в небо. Пробив ей глотку, парень дернул клинок.

— Никак…

Тогда добавив еще один удар, я дернул его за плечо, и мы кинулись в освободившийся проход. Долго одним нам бежать не пришлось — на пятки снова стали наступать монстры со инфернальным слоном во главе.

— Где ты? Где ты, человечек? Покажись⁈

Еще один поворот и навстречу зазвучали шаги. Человеческие. В любой другой ситуации, я бы обрадовался, но нет — сейчас что монстр, что человек: все наши враги.

Миг спустя перед нами вырос силуэт, а сзади же вновь послышалось:

— Я чую его, братья! Он тут! Он наш!!!

Спереди же холодно проговорили:

— Ни с места. Инквизиция.

И я узнал Лаврентия. Вот только этого мне сейчас не хватало — драться с Инквизитором.

Я сказал как можно непринужденнее:

— Мессир, и вы тут? Тоже собрались получить титул?

На мою шутку Лаврентий нахмурился только сильнее. Его голубые глаза сверкнули.

— Обухов, ты⁈

— Я. А вы удивлены?

— Как ни странно, нет. Я чую магию. Древнюю, и ты опять стоишь у меня на пути… Интересное совпадение.

Я мотнул головой себе за спину, а там уже появилась клыкасто-когтистая банда во главе с инфернальным слоном.

— Вот он! Человечек! Хватай!

Я же улыбнулся.

— С ними поболтайте про Древнюю магию, Лаврентий. А нам пора.

Инквизитор смерил меня злобным взглядом, а затем татуировки на его черепе вспыхнули чистой энергией. Мы с Игорем едва успели увернуться — он рванул на врагов как стрела.

— Иди сюда челове…

Брызнула кровь, и все потонуло в реве и визге. Мы же ринулись к выходу, и уже у самого поворота я оглянулся. Инквизитор наматывал хобот на предплечье, а второй рукой готовился врезать слону прямо промеж глаз. Остальных тварей просто разбросало по стенам — от них остались только дергающиеся кровавые ошметки. Затем все пропало во сполохах голубого пламени, и я зажмурился.

Каким бы надоедливым не был Лаврентий, но иногда он даже полезен…

Проморгавшись, мы побежали дальше. Грохот ударов был недолгим — скоро сзади все затихло.

* * *

Где-то в шахтах.

Отодрав хобот, Лаврентий ударил монстра им же. И бил до тех пор, пока тварь не перестала дергаться.

Затем огляделся. Пара выживших тварей пугливо разбегалась, но остальных можно было отскабливать от стен мастерком. Отбросив хобот, Инквизитор направился вглубь шахт — оттуда еще доносился отзвук Древней магии, как вдруг…

Лаврентий остановился. На ум опять пришел Обухов. Вернее, его взгляд, мелькнувший из-за забрала.

Очень знакомый взгляд… Нет, тот самый. Как тогда на складах.

Он было рванул назад, но все же направился дальше. Плевать, он все равно никуда не денется. А вот шахты следует проверить.

Добравшись до самого дна, Лаврентий обнаружил древние катакомбы с залом, окруженным колоннами, где раздавили какую-то неслабую сущность — ее буквально выжгли изнутри, от нее и исходил запах Древней магии. Из портала в стене еще лезли какие-то твари, но стоило Лаврентию полыхнуть аурой, как они с визгом убрались к себе в иномирье.

Закрыв портал, Инквизитор было направился вверх по лестнице, как его ушей коснулись голоса:

— Отдай! Отдай! Это мое, гад!

— Ты че, попутал, Перевозов? Ты мой слуга! Отдай шар!

Перебранку оборвал хлопок, а затем и болезненный крик.

— Идиот! Сильно тебя?..

— Да… Дай руку…

— Вот еще! Сам выберешься, балбес! Я иду наверх!

— Стой, а как же я?.. Вернись, Сема!

Но его «товарищ» не ответил. Где-то уже вовсю рычали.

Инквизитор же продолжил подъем, пока не выбрался в коридоры. Через пару поворотов он услышал кряхтение неподалеку — из ямы, к краю которой и подошел Лаврентий.

Скоро там показалась чья-то белобрысая макушка.

— Сука… Дурацкий шар… Выкинуть бы тебя…

Стоило ему вцепиться в края ямы, как он поднял глаза. При виде Лаврентия этот побитый паренек едва не выпустил свой трофей. Его нижняя губа затряслась.

— Эээ… Здрасьте… А вы…

Но только Инквизитор нагнулся, чтобы схватить его за загривок, как нога парня соскользнула, и он с воем скрылся в черном провале.

* * *

Туннель взбирался все выше, и скоро нам в лица подуло свежим ветерком.

— Почти выбрались…

Игорь кивнул. Он еле держался на ногах, но продолжал идти. Скоро мы увидели на земле почерневшие от копоти доспехи.

Двое. Их хозяева были мертвы.

— Бедняги… Это что, монстры их так?

Я покачал головой. Кажется, они наткнулись на огненную ловушку, а потом горько пожалели, что не вложились в защиту от огня.

Очередной туннель остался за спиной, и наконец мы вышли к клетке подъемника, огороженной решеткой. На сетчатой двери была буква «Б».

— Добрались! — обрадовался Игорь, посмотрев наверх. Клетка покачивалась высоко наверху и оттуда доносились голоса, крики и смех сотен человек.

Только Игорь дернул рычаг рядом с дверью, цепи и тросы пришли в движение. Медленно и неохотно, но Клетка начала спускаться.

Я же обернулся и посмотрел во тьму переходов. Рычали далековато, но все еще не слабо

Интересно, а где Марьяна с Артуром? Удалось ли им добраться досюда? На ум пришли тела, на которые мы с Игорем наткнулись пятью минутами ранее. Но нет, доспехи были явно чужие.

Вдруг из темноты раздался вой — и настолько жуткий, что Игорь едва не выронил меч.

— Что это⁈

Проверять мне совсем не хотелось. Вой нарастал, и чем ближе грохотала клетка, тем громче слышался голос монстра.

— Быстрее уже, чертов лифт!

Наконец грохот механизмов затих, и клетка встала. Игорь забрался внутрь.

— Чего ждешь? Давай!

Едва дверь встала на место, как из тьмы показалась слепая морда червя.

— Я чую! Чую тебя! — и эта тварь рванула на нас с дикой скоростью.

Игорь же дернул рычаг, подъемник сдвинулся с места. Червь был уже близко. Раскрыв пасть, он вцепился в ограждение. Заскрипел металл, а затем в сетке появилась дыра — туда и заползло чудище.

Клетка была уже высоко, но и червь не собирался отступать. Прыгнув на стену, быстро заработал своими крохотными лапками и пополз к нам.

— Чую! Чую! Даже костей не оставлю!

Клетка раскачивалась, скрипела, но поднималось. Тварь была быстрее — прыгала с одной стены до другой, готовясь вцепиться в решетчатый пол.

— Черт, он догоняет! — воскликнул Игорь, а я вытащил из кармана припасенную бутылку с молнией. Поблагодарив тех кретинов в подворотне, прицелился и бросил вниз — и прямо в открытую пасть.

— Ложись!

Рвануло так, что подъемник закачался. Всполохи молний лизнули и нас тоже, однако больше всего досталось монстру. Он с воем сорвался со стены и, объятый искрами, полетел вниз. От удара о землю, клетка еще раз подпрыгнула, но продолжила движение.

— Туда тебе и дорога! — хохотнул Игорь, а затем мы посмотрели наверх.

Залитое светом отверстие выхода приближалась. Там все кричали и смеялись. Слышалась какая-то музыка.

— Неужели это очередной участник⁈ — раздался усиленный голос, а ему ответили сотни криков. — Кто же это⁈

Я зажмурился — подъемник был у самого верха. Солнце светило нещадно. Скрипнув в последний раз, механизм встал, и мы с Игорем выбрались наружу.

— Ого, их целых двое! — грохотал голос. — Приветствуем обоих! Вы сегодня герои дня!

В ответ трибуны — а это были именно трибуны, расположенные вокруг амфитеатром — разразились овациями. На них бесновались сотни человек. Повсюду вспыхивали огни вспышек.

— Неплохо вышло! — хохотнул Игорь, а затем снял шлем. Откинув с лица длинную челку, он победно поднял свой шар над головой. Трибуны же просто взбесились — и особенно сильно бесновались девушки. Когда этот смазливый парень улыбнулся, кое-кто даже шлепнулся в обморок.

Я тоже вытащил из сумки свой трофей. Гром поднялся такой, что нас едва не снесло.

— Постойте… У второго что, красный шар⁈ У нас тут не просто победитель, а тот, кто заслужил право подняться на новую ступень! Вот это день!

Глаза еще резало, и я прикрыл их. Свет померк и остались только голоса, свист и овации. Стоять так в темноте и слушать крики сотен довольных людей было приятно… Словно в далеком прошлом…

Но долго простоять так не удалось — сзади раздалось шипение. Клетка задрожала.

— Все назад! — крикнул я и, схватив Игоря за наплечник, толкнул его в сторону. В тот же миг подъемник подпрыгнул и из ямы вырвалась зубастая морда червя. Черного от копоти и ожегов, но все еще жутко опасного.

— Даже костей! Не оставлю!

Отбросив шар, я сжал кулаки — на этот раз точно убью! В следующую секунду нас с Игорем накрыло тенью. Толпа ахнула — раскрыв пасть, червь прыгнул.

Я приготовился бить, но тварь, не долетев до нас, просто зависла в воздухе. Толпа снова ахнула, а червь, пытаясь найти опору, бессильно забил лапками. Из щелкающей пасти исторгся стон полный обиды.

— Марципаний, меры безопасности у вас ни к черту, — раздался голос в упавшей тишине, и я обернулся.

На одной из центральных трибун, уперев ногу в ограждение, стояла она — женщина в черном по фамилии Кирова, Магистр Инквизиции. Легким мановением руки, она перевернула червя, а затем закрутила ее как тряпку. Тварь взвизгнула, на землю закапала зеленая кровь.

— Ваше величество, — обернулась Кирова к Дарье, что сидела неподалеку. — Позвольте забрать эту пакость? Уж очень интересный экземпляр. Моим специалистам по иномирцам понравится…

Дарья едва заметно кивнула, а затем Кирова щелкнула пальцами. Двери по сторонам раскрылись, и отовсюду появились люди в черном с сетями в руках. Первой к червю неслась рыженькая дамочка в круглых очках.

— Это же надо! Такой экземпляр! И живой! Даже не терпится вскрыть эту тушку!

И пока червяка опутывали сетями, к нам подбежали полтора десятка человек в доспехах — с ними были и Марьяна с Артуром. Все взволнованные, но довольные как дети, у каждого в руках по сверкающему шару.

Ни слова не говоря, они схватили нас с Игорем, подняли на руки и начали качать. Я было попытался вырваться, но каждый раз, как они подбрасывали меня в воздух, мое тело на мгновение зависало.

Я улыбнулся. Не полет, но уже неплохо.

— Так-с! — и с трибун спустился знакомыйы нам маг. Мы видели его на экране во время открытия — с большим жирным лицом, пушистой белой бородой, а еще золотым медальоном на широкой груди.

Верховный маг Марципаний. На экране он казался грозным, а на деле… Ростом он доходил мне до подбородка.

— Позвольте засвидетельствовать шары, молодые люди!

Нас поставили на ноги. Игорь, белозубо улыбнувшись, продемонстрировал им свой шар. Я же…

Так, а где он⁈

Оглядевшись, понял, что выпустив шар, чтобы всыпать червю, я дал этому мелкому засранцу снова от меня сбежать…

— Зараза…

— Нет шара, нет титула! — ухмыльнулся в бороду Марципаний. — Ничего, страшного. В следующем году…

— Вы что⁈ — охнула Марьяна. — Он выбрался с шаром, все трибуны это видели!

Но маг был непреклонен.

— По правилам…

Я хотел уже испепелить его на месте, но вдруг за спинами зажегся красный огонек. Все развернулись — к нам шагала Дарья. В ее руках и пылал алый шар.

С трибун ее тоже заметили. Опустилась тишина. Даже червяк, которого тащили прочь, отчего-то затих.

— Ваше величество, что вы… — заикнулся Марципаний, но Королева проигнорировала его.

Подойдя ко мне, она протянула мне трофей.

— Неплохо, молодой человек, — кивнула Королева. — Как ваше имя?

— Иван… — Я шар с таким видом, будто вижу Дарью впервые в жизни. — Иван Обухов.

— Смелости вам не занимать, Иван. Не только захватить алый шар, но и спасти из лап смерти другого участника, — и она повернулась к Игорю. — Надеюсь, вы это запомните, юный Илларионов?

Не успел он ответить, как сзади снова раздались какие-то звуки.

— Охраняй Королеву! — крикнул Игорь, и все мы сомкнулись вокруг Дарьи кольцом.

А в дыре, рядом с которой лежал поломанный подъемник, заискрился воздух. Затрещало, и в следующий миг оттуда с воем вылетел человек в покоцанных доспехах.

Ударившись о землю, он распластался на ней ничком. Затем, вскочив, кинулся ощупывать землю. За слоем грязи и копоти с трудом, но просматривалось рыло Зорина.

— Где? Где? Где он⁈

Вдруг в дыре показалась лысая голова Лаврентия. Увидев его, Зорин плюхнулся на пятую точку и отполз подальше.

Инквизитор же непринужденно выбрался из шахты. На сгибе локтя он держал белый шар.

— Это последний! — заголосил комментатор в полной тишине. — И он в руках у… У…

Но Лаврентий даже бровью не повел. Проходя мимо Зорина, он бросил артефакт ему в руки с таким видом, будто выбрасывает мусор.

— Что… — охнул Зорин, поднимаясь на ноги. — Он мой? Мой!!! Я взял шар, все видели⁈

Но ему никто не ответил. Трибуны затихли — все глаза сошлись на Инквизиторе. Даже Дарья нахмурилась, а на лице Марципания отчего-то возникла довольная улыбочка.

Похлопав руками, Лаврентий обвел нашу запылившуюся компанию хмурым взглядом, а затем столкнулся глазами со мной.

Сощурился.

— Всех под арест и в карантин, — распорядился он. — От них ото всех пахнет Древней магией.

* * *

В баре «Золотой котел».

— Ваш звонок очень важен для нас, пожалуйста, оставайтесь…

— Сука, эти идиоты наверняка тоже смотрят это чертово Испытание! — бушевали протрезвевешие выпивохи, бегая вокруг двери в подвал. — Что же делать⁈

— Звони в Инквизицию!

— Ты что, с дуба рухнул⁈

Но тут в подвале рванула очередная бочка.

— Кто-нибудь знает телефон Инквизиции⁈

К счастью, в этот самый момент раскрылась входная дверь и на пороге бара появился архимаг Силантий. Он был трезвый, а еще очень злой.

— Добрый день, молодые люди, а…

— Силантий! Роденький!

И выпивохи бросились перед ним в коленопреклоненную позицию.

— Ты же закрываешь порталы⁈

— Силантий, ради бога, спаси Бориса, он там…

— Пиво! Пиво погибает!

Но не успел разом посерезневший Силантий шагнуть к подвалу, как рев монстра отчего-то утих. Пьянчуги затаили дыхание. Старые ступени скрипели — кто-то медленно поднимался к ним. Кто-то живой.

— Кончено… — прохрипели в тишине. — Мы пропали!

Все тут же попрятались под столами. С места не двинулся один Силантий. Его глаза вспыхнули, а по кончикам усов начали гулять молнии.

— Кхе-кхе… — Раскрылась дверь, а затем в зал вышел сильно потрепанный Борис. — Грязная тварюга… Насилу удавил…

В одной руке у него был один единственный бочонок пива. Во второй он держал дрожащего рыжего кошака.

— Мяу-у-у-у!

— Силантий, — кивнул Борис, — портал твой. А этого…

И он всмотрелся в грустные кошачьи глазенки. Выбросить бедную животинку у него рука не поднялась.

* * *

Где-то в шахтах.

Петр Перевозов, завывая, тыкался то в один проход, то в другой, но отовсюду ему слышалось то рычание, то вой, то шипение. Вокруг была тьма, и ни лучика света. Он не видел даже собственного носа.

Ошалев от страха, Перевозов вжался в стену, и понял — ему конец.

И ради чего он вообще поперся сюда? Ради задницы Зорина, вот ради чего! А он — просто кинул его как драный носок! Ууу, падла! Только бы выбраться… Только бы выжить, и он…

Тут рядом, в полной темноте, послышался шаг. Парень сжался — вот она смерть, оно идет за ним…

— Я не хочу…

Вдруг у него возникла мысль — драться! Или может, лучше попробовать сбежать? Нет, он будет драться! Он не трус!

Шаги приближались, Перевозов выставил вперед обломок меча. Сжал зубы. Только покажись, и…

Но тут из-за угла вышла она. Девушка, тонкая как тростинка, а еще полностью голая.

— Петя… — и подняв руки ему навстречу, она улыбнулась. — Как же долго я тебя искала…

Меч задрожал в руке Перевозова. Он недоуменно открыл рот.

Не успел парень, понять, как такое возможно, как оказался в ее объятиях. Меч со звоном ударился о камни.

— Как долго я мечтала об этом, Петя… — и она впилась ему в губы.

На миг ему захотелось вырваться, но он только сжал девушку в объятиях. Прильнул сильнее. Она была такая мягкая…

Хихикнув, его потащили прочь. Дальше. В темноту.

Глава 21

Как дожить до титула?

В целом я был доволен результатом Испытания. Однако «карантин» немного подпортил упоение от победы, ибо едва успели мы скинуть доспехи, как всех выживших участников раскидали по грузовикам и очень долго куда-то везли. С каждой выбоиной на дороге лица даже у тех, кто с достоинством выдержал Испытание, белели все сильнее.

— Мы умрем… Мы умрем… Мы умрем… — раздавалось из каждого угла темного кузова. У всех на коленях лежали их шары, однако интересовали они участников в последнюю очередь.

Вдруг в окошке, забранном решеткой, показался город, а там и Башня. И она приближалась. Мое сердце забилось чуть чаще. Неужели нас везут именно туда? Участники же, при виде нее, стали еще более бледными, хотя казалось бы, куда больше.

Не выдержав напряжения, Зорин бросился к окошку водителя:

— Выпустите меня! Я не хочу! Мне не нужен титул! Я хочу домой!

Лаврентий же, сидящий на переднем сидении, смерил его презрительным взглядом и задвинул окошко. Зорин же разорался только сильнее. Его шар упал на пол и принялся кататься туда-сюда.

— Сядь, дебил… — вздохнула Марьяна, пнув его как мяч. — И шар свой забери!

— Сука, все вымокло к черту… — ворчал, тем временем, Зайцев, ощупывая свои карманы. — Эй, есть у кого-нибудь спички?

Вот кто совсем не волновался, так это он. Плюнув, парень даже полез к окошку. Оттолкнув разрыдавшегося Позорина, постучался к Инквизитору.

— Эй, командир! Есть прикурить?

Как ни странно, окошко отодвинулось, и там показалась рука с зажигалкой. Вспыхнуло пламя, Зайцев с наслаждением затянулся.

— Добро-о-о… Эй, вы че такие тухлые? Ну, не на расстрел же нас везут, в самом деле?

В кузове послышался стон — полный боли, отчаяния и безысходности. Махнув на них рукой, Зайцев уселся на свое место, и через минуту по кузову уже разносился его богатырский храп.

Через минуту он оборвался.

— Ааа… — застонал Зайцев, открыв глаза. — Где я?..

И приподнявшись, он огляделся.

— Мы же победили?

Все присутствующие хмуро кивнули.

Башня, тем временем, становилась все ближе, и я даже прильнул к окну, но нет. Везли нас в здание на берегу реки.

Мрачное и выложенное из красного потемневшего кирпича, оно напоминало настоящую крепость.

* * *

В одиночной камере — или в «карантине», как они это называли — пришлось провести немало времени, прежде чем меня отвели в кабинет к Лаврентию. Там он довольно долго пытался выяснить у меня все, что нам довелось увидеть в катакомбах.

— … И как это связано с Древней магией? — спросил Лаврентий, прощупывая меня своими ледяными глазами.

Я же пожал плечами. Еще чего, рассказывать такому как ты?

В окне словно умышленно виднелась моя Башня. Меня буквально трясло от желания пододвинуть стул поближе и полюбоваться ею, но я смотрел только на Лаврентия.

И вот миновал уже второй час нашей с ним «беседы», а Инквизитор все не отступал. Мне же пришлось проявить чудеса изворотливости, чтобы не сболтнуть лишнего.

— … Как я уже говорил раз сто, про Древнюю магию вам лучше спросить у монстров, которых вы так неосторожно превратили в фарш, — говорил я, поглядывая на часы. — Лучше вам прикрыть эту шахту, раз из нее лезет такое. Кажется, наружу так и не вышла половина участников.

Лаврентий прищурился.

— А как же ВАМ удалось выжить, Обухов? Вы же утверждали, что плохо колдуете?

— Не в колдовстве дело, а в умении использовать подручные средства, — ответил я. — Я и червю попал молнией прямо в пасть. Подготовка — это уже половина успеха, не согласны?

Лаврентий сверкнул глазами.

— А вот ваши друзья говорит иное…

— Что именно?

— То, что вы увлекаетесь давно забытыми практиками, — и Инквизитор сложил губы в некое подобие улыбки. — Не отпирайтесь. Нам уже все известно. От нашей организации не бывает секретов.

Я поднял бровь. Рассказать им что-либо могла только Марьяна, однако крайне сомнительно, чтобы они всерьез допрашивали внучку Королевы. Этот глупец что, думает, я поверю в этот дешевый трюк с «ложными свидетелями»? Еще в мои годы это считалось дурным тоном. Он бы еще в «хорошего палача, плохого палача» сыграл бы…

— Что ж, раз вам все известно, — сказал я. — Тогда арестуйте меня. Зачем вы тратите мое и свое время?

Лицо Лаврентия не дрогнуло, однако глаза загорелись злобой — значит, точно блеф.

— … И вообще, — раздался голос Ивана у меня в голове. — Ты имеешь право на один телефонный звонок!

— Очень вовремя ты мне это сказал, — буркнул я, и вдруг Инквизитор полез в карман.

Мое сердце упало. Я знал, что именно он собирается достать.

Звякнув о стол, она закружилась волчком. Такая блестящая, такая круглая, такая… Моя. Моя… МОЯ!

Моя монетка!

— Знаете, что это, Иван? — спросил он, закрутив монету в пальцах.

— Конечно… — протянул я, внутренне возмущенный тем, как он смеет так нагло вращать ее в своих грязных пальцах!

— Не просто монета. Это монета из Башни, — проговорил Лаврентий ледяным тоном, а затем продемонстрировал мне «орел» с моим гордым профилем. — Когда-то множество подобных монет лежало под Его животом. Большая редкость, надо признать… Большинство из таких монет давно переплавлено.

Я постарался сделать удивленную мину, однако мне и в самом деле было чему подивиться. В проницательности ему не откажешь. И в нюхе тоже, ведь он в самом деле…

— Подозревает, кто ты? — озвучил мою мысль Иван. — Нет, он снова блефует! Требуй свой законный звонок!

Да? И кому мне звонить? Борису что ли? Телефона Дарьи у меня все равно нет, да и не собираюсь я прятаться у нее под юбкой. Справлюсь с Инквизитором сам, он и так уже три часа ходит вокруг да около, а толку ноль.

Я улыбнулся. Все же несмотря ни на что этот Лаврентий мне импонировал. Да, с ним приходится рассчитывать каждый шаг, однако если враг, то такой как он.

Умный. Жестокий. Хладнокровный. И всегда добивается своего. До знакомства со мной, конечно же.

— Как-то совсем не вериться… — заметил я, не спуская взгляда с монеты. — Под его животом, говорите? И вы верите в эти сказки?

Покрутив монету в пальцах, Лаврентий задумчиво проговорил:

— Может, вы и правы… Сказки… Однако вам ли не знать, что в каждой сказке скрыта доля истины?

Я приподнял бровь. Это снова намек?

— Сами знаете, с тех пор как эпоха сказок окончилась, порталы стали нашей главной бедой. Магия же ежегодно приобретает новые, подчас самые жуткие формы. А уж если она Древняя…

Монета сделала еще один виток вокруг его пальца, и Лаврентий положил ее на стол. А затем пододвинул ко мне.

— Берите.

Я прирос к стулу. Он что, издевается?.. Но нет, судя по лицу Лаврентия, он был абсолютно серьезен.

Он отдавал мне МОЮ монетку⁈

Наши глаза встретились. Я сохранял каменное лицо, однако у Инквизитора поползла мерзкая улыбочка.

— Это провокация! — вскрикнул Иван. — Эй-эй! Не вздумай! Не трогай! Это вещдок! Вещдоки нельзя трогать!!!

И мысли не было, хотя… Вру, было. Сотни мыслей. А еще руки… Не сцепи я их на коленях, уже бы, наверное, держал бы монету, а то и горло Лаврентия.

— Что же вы? Наверное, никогда не держали в руках такую драгоценность? — проговорил Инквизитор, смотря на меня немигающим взглядом паука, который вот-вот поймает в сети надоедливую муху. — Берите.

— Это подарок? Спасибо, но я этого не заслуживаю. У меня уже есть шар из рук королевы. Мне большего не надо.

Внутри же у меня рвался вулкан. Моя монетка… Лежит на его грязном столе, еще мокром от слез других участников, которые сидели на этом стуле до меня…

— Что же вы? — спросил Инквизитор. — Вы нынче герой дня, Иван. Герой достоин подержать в руках такую малость.

Лаврентий встал и направился к выходу.

— Я на пару минут. Не скучайте.

Он скрылся за дверью, а я остался один на один со своей монеткой. Рука было дернулась схватить ее, но мне страшным усилием воли удалось остаться на месте.

— Та-а-ак, — протянул Иван. — Спокойно…

— Я спокоен, — проговорил я, но это была ложь. На лбу выступили капельки пота. Руки дрожали.

Им нужно было взять монету. Покрутить ее в пальцах. Пощупать. Ощутить все ее изгибы, все неровности, все канавки, все выступы, все грани рисунка. Коснуться крылатого профиля, потом перевернуть и погладить лицо моей Дарьи, что было выгравировано на «решке»…

Она так красива, изящна… Так блестяща, она свет моей жизни, тепло моего сердца…

Я вздохнул. Руки уже тряслись.

И чего сложного? Просто протяни руку и возьми ее! В конце концов, Инквизитор же сам разрешил, верно?

— Да…

Так возьми, возьми ее, глупец! Она же наша! Она принадлежит только нам! Она наша! Наша! НАША!

Я зажмурился, но огонь внутри не утихал. Внутренний голос просто взбесился…

Она наша! И никто не вправе владеть ею! Только ты! Они отняли у нас все — и Дарью, и Башню, и золото!

И теперь мучают обычной монетой! Негодяи! Убей! Убей их всех!

— Дыши… Дыши… — говорил Иван. — Выдыхай…

Я выдохнул. А затем, закрыв глаза, представил как монета лежит на моей ладони. Как она теплеет, а затем делится со мной своей скрытой силой, которую не способен осознать ни этот глупый Лаврентий, ни этот никчемный Марципаний, никто в этом мире…

Только я. Только я знаю, каково это, когда потоки первозданной энергии льются по моим венам, как…

— НЕТ!

Черт!

И я одернул руку. Оглянулся. Надеюсь, никто не заметил?

Хитер Лаврентий! И с Башней в окне, думаю, это тоже его идея. Все же большинство людей боится даже смотреть на нее, а вот я…

— Надо как-то отвлечься… А! Короче, слушай анекдот, — сказал Иван. — Заходит как-то в бар Магистр Кирова, Король Олаф и Верховный маг Марципаний…

Слушая его несмешные анекдоты и сопротивляясь зову, мне пришлось просидеть на этом неудобном стуле где-то минут сорок. Чувствовал я себя при этом как в кипящем котле, вокруг которого прыгает надоедливый бесенок.

— … а он такой: а я как будто из последних сил! Ну! Смешно же! Смешно!

— Заткнись уже… Я в норме.

Наконец дверь скрипнула, и я почувствовал себя спасенным. В кабинет вернулся этот хитрый лис. Сев обратно за стол, Лаврентий взмахнул рукой. Звякнув, монетка упала на пол.

Ударившись о мой ботинок, она легла «решкой». Мое сердце упало.

— Не-е-ет… — запищал Иван. — Это он случа…

Нет, это он специально! Сука, он ударил ее! Ударил мою монетку!

— Ох, какой я неловкий! — улыбнулся Лаврентий. — Не вернете ли мне МОЮ собственность?

Секунду стояла тишина. И за эту секунду я придумал сотню казней для Лаврентия.

— Мы погибли! — стонал Иван. — Не будет у меня нового тела! И даже старого! Нас выжмут как тряпку!

Сохраняя кислую мину, я взял салфетку и нагнулся. Монетка лежала прямо под стулом и сверкала мне так соблазнительно — буквально пела о том, как прекрасно будет сунуть ее в карман.

Я тяжело вздохнул. Но нет, милая моя. Не сегодня. Но жди. Мы обязательно встретимся вновь…

Подхватив ее салфеткой, я все равно почувствовал райское блаженство. Вот она. В моей руке…

Пока я нес ее до столешницы, прошла, казалось бы, целая вечность. Вечность, потонувшая в блеске, в сиянии, в сладостном тепле и…

Я положил ее обратно на стол. Разжать пальцы было нелегко, но я справился. Что-то во мне лопнуло, но я только улыбнулся — пошире, и прямо в хмурое лицо Инквизитора.

— Ваша монета хороша, спору нет, мессир. Но мне больше по вкусу кольца, — и с этими словами я откинулся на спинку. Я ненавидел себя за эти предательские слова, но, надеюсь, моя прелесть поняла, что они чистая ложь. — Итак, на этом все? Я очень спешу. Нужно переодеться в чистое, забрать шар, а потом и титул.

Инквизитор долго мерил меня тяжелым взглядом. Однако схватил трубку и, набрав какой-то номер, буркнул в динамик:

— Забирайте Обухова.

Дверь за моей спиной открылась, и я обернулся. Пара мужчин в белых халатах смотрели на меня с таким видом, будто собирались мною поужинать.

Лаврентий зажег сигарету.

— И сделайте все, чтобы этот наглый оборванец был достоин своего титула.

* * *

Следующий час прошел странно. Мне пришлось пройти довольно занудную процедуру, которую они назвали «медкомиссией». И при этом в раздетом виде.

— Воспринимайте это, Обухов, как посвящение в ряды лучших, — пояснил Лаврентий, стоя в сторонке, пока целый взвод врачей наворачивал вокруг меня хороводы. — А лучший должен быть здоров как бык.

Ощупав меня со всех сторон, проверив мне сердцебиение, давление, дыхание, слух и зрение…

— Закройте правый глаз и назовите самую нижнюю строчку!

— Сделано в Королевстве. Заказ №0000847. Печать офсетная.

…а также задав кучу странных вопросов, меня препроводили в комнату с креслом и каким-то аппаратом в проводах и лампочках. Чем-то он напоминал древний пыточный аппарат, правда, с несколькими позолоченными деталями. Рядом стояло повернутое кресло, а у мониторов работали двое врачей в белых халатах. Их очки плотоядно сверкали.

В ответ на мой вопросительный взгляд Инквизитор пояснил:

— Как новоявленный аристократ, Обухов, вам также придется пройти магическое освидетельствование: потенциал, предрасположенность, и прочее. Всего лишь формальность.

И он снова гаденько улыбнулся.

— Что-то мне никто не говорил про такую «формальность»… — протянул я, наблюдая как врачи что-то щелкают на приборной доске.

— С этого года каждый аристократ должен пройти проверку на «вшивость», — продолжил Лаврентий. — К тому же вы вскоре предстанете перед Ее Величеством, посему…

— На этот раз нам точно крышка! — заныл Иван. — Он прощупает тебя, как девку на танцполе!

— Заткнись! — прошипел я сквозь зубы.

— Он чист! — кивнул один из мужчин и кресло повернули.

В нем с какой-то кастрюлей на голове сидел Артур. Браслеты на его руках раскрылись, и он с трудом поднялся на ноги. Видок у него был такой, будто его целый час проворачивали в бетономешалке.

Судя по уставшим глазам, это был именно Артур. И хорошо, его несдержанному дружку лучше пока поспать.

— В душевую его! — кивнул Лаврентий. — А там переодеть в чистое!

— Удачи… — проговорил Артур заплетающимся языком, а затем скрылся за дверью.

Тут же на его место усадили меня и начали опутывать проводами.

— И этим всем занимается Инквизиция?.. — удивился я, когда мне на подбородке затянули ремешок.

Лаврентий кивнул.

— А кто же? Все же вас принимают в ряды лучших. Не вертитесь!

Щелкнул тумблер, и на панели засверкали лампочки. Затем рука одного из врачей потянулась к катушке. Я вздохнул. Придется попотеть…

Агрегат зашумел, и у меня в висках появилось легкое покалывание.

— Не обращайте внимание, — сказал Лавретний и обратился к двоим за мониторами. — Ну что там?

Один из них сощурился. По экрану забегали какие-то графики.

— Посредственные способности… Дар есть, но слабенький… Предрасположенность… Непонятно… Как он вообще прошел Испытание с такими силами? Он же едва колдует!

Лаврентий покосился на меня.

— Я уже объяснял, — ответил я. — Не нужно много магии, если есть хоть капля ума.

Рука врача, тем временем, еще немного повернула катушку. Покалывание стало сильнее.

— Так… А это что за…

А вот в эту сторону им, очевидно, смотреть не следует. Золотая деталька внутри агрегата немного помогла мне. Легонько дернем ее, а затем… Щелкнуло, и…

Завоняло паленым. Прошла секунда, и внутри этой штуковины что-то рвануло. Дымом пахнуло во все стороны.

— Зараза! Что за черт⁈

И оба врача бросились к своему агрегату, который немедленно охватило пламя. Взвыла сирена, а затем с потолка на нас хлынул ледяной душ. Пожар, правда, от этого только разгорелся.

— Нет-нет-нет! Она стоит миллионы!

Через минуту душ закончился, а мокрые до нитки врачи усиленно заливали его пеной. Лаврентий же стоял мрачный как туча. У него с носа капала вода.

— Я же прошел проверку? — поинтересовался я. — Можно уже идти в душ?

Инквизитор повернулся к своим коллегам. Те развели руками.

— Он чист.

— Но вы чего-то заметили?

Они пожали плечами и сколько Лаврентий не пытался расспрашивать их, они не смогли сказать ничего определенного.

— В нем что-то есть, однако для новой проверки мы должны починить агрегат. А это будет нескоро…

Тогда меня препроводили в коридор, в конце которого слышался шелест воды. В душевой я заметил кучу народу — участники, включая Артура и Игоря, выстроились в душевых кабинках под струями ледяной воды. В углу кто-то кричал, и, пройдя немного вперед, я увидел у стены Зорина, которого пара Инквизиторов с увлечением поливали из брандспойта.

— Мерзавцы! Мой отец….

— За ушами не забудь помыть! — хохотал Инквизитор, усилив напор. — Добро пожаловать в аристократы!

— А вы с новичками не церемоньтесь, Лаврентий, — заметил я и тут же поймал взгляд Зорина.

— Ты, Обухов! Отверни свою… — и ему в рожу прилетела тугая струя. Он забулькал.

— Скажи «спасибо» отцу, что еще жив и при титуле, щенок! — рявкнул на него Лаврентий. — Вытаскивайте его!

Обмякшего Зорина подхватили под руки и потащили прочь.

— Мама… папа, заберите меня отсюда…

Я же получил кусок мыла и кивок в сторону душевой кабины.

— Мойся, Обухов, и побыстрей, — сказал Лаврентий. — А затем поедешь во дворец. Не заставляй Ее Величество ждать.

Я улыбнулся.

— Вы же меня подбросите?

* * *

Язык мой — враг мой. Лаврентий действительно меня подбросил.

Меня и всех остальных сильно помятых победителей, которых весь день и всю ночь «пытала» Инквизиция, одели с иголочки. Затем раздали всем по шару, погрузили в тонированный микроавтобус и отправили… куда-то.

Всю дорогу водитель молча курил, косясь на нас в зеркало заднего вида. Атмосфера была гнетущей, окна оказались затемнены даже внутри, так что дорогу разглядеть не получалось. Хорошо хоть радио работало — и все разговоры были только о вчерашнем Испытании. Что интересно, ни об инциденте с Инквизицией, ни КУДА именно отправили победителей — не слова.

— У меня такое ощущение, — шипел Артур, почесываясь. — Что в этой рубашке кто-то умер…

— И не говори, — буркнул Игорь, елозя на сиденье. — У меня на подкладке странное красное пятно…

Я же, задумчиво порывшись в кармане, продемонстрировал всем чей-то выбитый зуб, и нет не золотой.

После этого всем стало совсем грустно.

— А нас случаем не на казнь везут? — горько хихикнул Игорь.

— Не накаркай… — буркнул Арти. Остальные заерзали на своих местах.

Еще одна беда — Марьяны среди нас не было ни в застенках Инквизиции, ни в машине. В последний раз ее видели еще в грузовике, но куда они дели ее дальше — было неизвестно.

— Интересно, что с ней?.. — мрачно прошептал Артур. — Кстати, а этот чего здесь делает?

И он кивнул в сторону Зорина, забившегося в самый угол. Выглядел он как помятый бурдюк в галстуке.

— Поди за него папка вступился, — заметил Игорь. — Он теперь тоже «победитель».

Мы ненадолго остановились, а затем где-то скрипнули ворота. Проехав еще немного, машина встала. Где-то громко шумела вода. Фонтаны?

— Вылезайте, — буркнул водитель, и я открыл дверь.

По сравнению с темным салоном здесь было так светло, что я зажмурился. Немного проморгавшись, понял, куда нас привезли, и нет, Лаврентий не соврал. Это был королевский дворец, а шум воды и вправду оказался шумом десятков фонтанов. И снова в центре экспозиции возвышался атлетичный Олаф.

Нас немного подержали на въезде, но через пять минут мы всем составом уже мчались по ступеням. Внутри под опекой слуг нас повели к тронному залу. У высоких дверей мы и встретили Марьяну с шаром под мышкой, а еще Аристарха, который молчаливой тенью стоял неподалеку.

И улыбался.

— Наконец-то! Я думала тебя там с концами, — сказала Марьяна и даже обняла меня.

Я невинно улыбнулся.

— Какому-то Инквизитору меня не заболтать, девочка. А ты…

Марьяна стушевалась и скосила глаза на Аристарха.

— Меня вытащила… бабушка. Говорила же, что сама справлюсь, но…

Двери раскрылись, и мы потянулись в тронный зал, который буквально блестел от украшений. Народу было много: аристократия в нарядных одеждах, гвардейцы, маги Арканума, представители Инквизиции, журналисты с камерами, а также Королева — она сидела на троне. У его подножия расхаживала ведущая с микрофоном.

— … Проявив волю, смелость и достоинство, эти двадцать человек доказали, что они достойны того, чтобы встать в ряды лучших нашего родного Королевства. И пусть их нынче нет с нами, однако… Ах! Вот и они!

Все головы повернулись к нам. Сквозь сгустившуюся тишину залаяла какая-то собачка.

— Прошу, — крикнула ведущая, — поприветствуйте наших новоявленных рыцарей бурными овациями! Они это заслужили!

Собравшиеся тут же разразились аплодисментами, а к нам подскочил камердинер.

— Прошу сюда-с!

Нас подвели поближе к трону и выстроили цепочкой. Затем принялись объяснять церемониал.

— Итак, дорогие друзья, — вновь зазвучал голос ведущей. — Позвольте перейти к церемонии награждения наших немного запоздавших чемпионов. Каждый из них с честью выполнил поставленную задачу: прошел сквозь тьму, огонь и зубы монстров…

— … А также застенки Инквизиции, — буркнул Игорь.

— … чтобы вырвать у судьбы самую главную привилегию — титул рыцаря!

Под дружные хлопки ведущая вытащила бумажку.

— И первым этой чести удостаивается… Зайцев, Артур Романович!

Зрители вновь захлопали. Секунда сменяла секунду, а вот Артур что-то не торопился выходить. Стоял как громом пораженный, бледностью напоминая гипсовую статую. Уши начали загораться.

— Эй, ты чего⁈ — ткнула его в бок Марьяна. — Твой выход!

Остальные тоже закивали:

— Давай, Арти, вали! Это твой звездный час!

— Мой?.. — он сглотнул. — Мне выходить⁈ Мне?

Кое-как его вытолкнули к трону, перед которым он встал как вкопанный. Зашелестело платье, и с седалища поднялась моя Дарья. В ее руке блеснуло лезвие меча.

Я аж залюбовался ею. С момента нашей последней встречи она стала еще прекрасней.

— На колени! — прогремел ее голос в тишине.

Коленки Артура задрожали, и он распростерся перед ней на одном колене. Уселся он, правда, довольно далеко, и ему пришлось подобраться к Королеве гуськом.

— Квак-квак, — хихикнул Игорь, и парочка парней тихонько рассмеялась.

Подняв меч, Дарья коснулась клинком плеча Артура.

— Клянешься ли ты, Артур, сын Романа из рода Зайцевых с честью соблюдать обязанности рыцаря?

— Эээ… — и он завис.

— Клянусь! Клянусь, блин! — зашипели на него со стороны. Марьяна хлопнула себя по лбу.

— Клянусь!

— Клянешься ли ты почитать предков, служить Отечеству и защищать народ от исчадий Изнанки?

— Клянусь!

— Клянешься ли ты платить ежегодные взносы в казну как член благородной фамилии?

Заминка.

— ДА!

— Встань же, сир Артур Романович Зайцев!

И склонившись, Дарья подняла его с колен. Затем ему сунули в руки конверт, какую-то расписную бумажку с гербом и микрофон. Камеры нацелились на его лицо.

— Прошу пару слов! — кивнула ведущая, а Артур, осознав, что от него требуют произнести речь перед всей страной, начал зеленеть.

— Блин, как бы он там не умер, — хмыкнул Игорь. — Эй, Зайцев, не дрейфь!

Задрожав еще сильнее, Артур прислонил к губам микрофон. Голоса и хлопки затихли. Несколько мучительно долгих секунд стояла тишина.

Наконец…

— Я хочу…

— Это мой сын, это мой мальчик! — раздался крик среди толп народа. — Артурчик, не горбись!

Еще секунда тишины и толпа взорвалась хохотом. Артур же из зеленого мигом стал красным — особенно уши. Теперь они пылали как факелы.

— Ну, ма-а-ам!

И смех стал только громче. Признаюсь, я тоже позволил себе улыбнуться. Игорь же едва не лопался со смеху.

Интересно, а как бы повел себя Корвин? Лучше не думать об этом…

— … Хочу поблагодарить своих друзей, учителей и… маму, — наконец, выдавил из себя Артур и, сунув микрофон в руки ведущей, убежал со сцены.

— Это было мощно! — кивнул Игорь, хлопнув его по плечу.

Его вызвали следующим, и он направился на сцену. Поклявшись в верности Отчизне, Короне и народу, парень произнес речь о том, как незабвенно он будет хранить покой Королевы, блюсти честь рода и…

— Платить налоги! Я обязательно оправдаю оказанную честь! Спасибо!

Провожали юного сира очень восторженно, впрочем, судя по тому, как он держался, к вниманию Игорь привык. Далее вызвали еще трех победителей и, наконец, прозвучала фамилия:

— Зорин! Семен Борисович!

Эта завшивленная мумия еле дотащилась до трона, где и упала на колени. Рядом встала Дарья.

— Клянешься ли ты, Семен, сын Бориса из рода Зориных с честью соблюдать обязанности рыцаря?

— Да, клянусь.

— Клянешься ли ты почитать предков, служить Отечеству и защищать народ от исчадий Изнанки?

— Да, клянусь.

И тут Дарья как-то странно улыбнулась.

— А не клянешься ли ты плести интриги вокруг трона, шептаться за спиной у Королевы и тащить все под себя?

— Да, клянусь… Ой…

Хохот поднялся до самого потолка, а вот Зорин едва не сгорел от ужаса.

— Нет, я… Я не то хотел сказать! Ваше величество, я буду хорошим!

И он принялся дергать ее за полы платья, вымаливая прощение. На него тут же кинулись стражники, оттащили перепуганного вусмерть балбеса подальше от трона и уже там сунули конвертик с расписной бумажкой.

Королева же стояла с невинной улыбкой на устах. Вот за это я и люблю эту шалунью.

Наконец, очередь дошла до Марьяны.

Стоило той опуститься на колено, а моей Дарье подойти к ней с мечом, как я услышал шепот:

— Что за вид, барышня? — нахмурилась королева. — Где ты взяла это платье? Она на тебе, как на корове седло!

Марьяна скрипнула зубами.

— Ну ба! Давай быстрее, ты колешь меня этой штукой!

— Как закончится церемония, быстро переодеваться! Еще же бал!

Я закатил глаза. Не-е-е-ет…

Закончив бормотать клятвы, Марьяна тоже немного помялась и, выдавив пару фраз о том, как она рада такой чести, мигом убежала к нам.

— Фух, — вздохнула она. — Всегда ненавидела публично выступать…

— Учись, — ответил я, наблюдая за очередной клятвой. — Королеве без этого никак.

Марьяна закусила губу.

— Не дай бог…

Затем настал мой черед. Сопровождаемый сотнями взглядов я поднялся к трону и опустился на колено перед Королевой. Все затихли.

Тяжелый меч коснулся моего плеча. Дарья вздохнула.

— Клянешься ли ты, Иван, сын Петра из рода Обуховых с честью соблюдать обязанности аристократа, почитать предков, служить Отечеству, защищать народ от исчадий Изнанки и платить налоги?

Я гордо произнес:

— Клянусь, моя Королева…

Улыбнувшись, Дарья подняла меч. Вдруг моих глаз коснулся блеск стали, и я кинулся вперед.

А затем меня ударили в самое сердце. Боль была адская.

От авторов: Дорогие друзья!

Вот мы пришли к тому самому моменту, когда следующая глава станет платной. Книга или шаурма? Извесный вопрос, над которым, наверняка, многие задумаются. В любом случае, большое спасибо за ваши лайки и комментарии. Они сильно мотивируют! А мы, тем временем, движемся вперед!

А к тем, кто приобретет книгу с наградой, в гостевую скоро прилетит чибик.

Глава 22

Что, снова танцы⁈

— Обухов! Ты меня слышишь⁈

Я открыл глаза, но перед ними все равно было темно. Вдруг все ярко вспыхнуло, а затем начали появляться какие-то силуэты. А еще голоса, кто-то кричал.

Проморгавшись, я разглядел лицо — старое, и все в морщинах. Это был Аристарх. Он сидел, склонившись передо мной, и его руки светились зеленоватым светом. Мы все еще были в тронном зале.

Стоило двинуться, как боль пронзила меня как стрела. Потянувшись к груди, я нащупал ее… стрелу⁈

Да, это было взаправду. У меня из груди торчала короткая арбалетная стрела. Та самая, что предназначалась Дарье, но я немного нарушил ее планы.

— Не дергайся, Обухов! — зарычал Аристарх, а затем схватился за древко. — Будет больно.

Я кивнул, а затем меня накрыло волной боли. Зараза, будь я в своем прежнем облике, это была бы просто заноза, а так…

Древко уже лежало поодаль, однако боль никуда не уходила. Руки Аристарха снова вспыхнули, и он положил их мне на грудь. Резь в груди отступила, но не сильно.

На лбу у няньки появились капли пота.

— Зараза, не вылезает, — прошипел он. — Похоже, не обычный…

— Что?

— Наконечник. Он остался в ране, и если ничего не сделать, он доберется до сердца и…

— И⁈ — вдруг раздался голос Ивана. — Что «и»? Мы умрем⁈ Нет, нет, только не так! Эй ты, держись! Помни про золото! Борис должен тебе целый мешок!

А он был прав, моя ставка выиграла, а значит, золота обещалось много. От этой мысли мне немного полегчало, однако без срочного притока энергии мне придется нелегко. Я был выжат как лимон.

Вдруг рядом появилось лицо Марьяны. Бледное как мел.

— Ваня! Держись! Сейчас Аристарх его вытащит!

Но тот только поморщился. Руки засверкали еще ярче, однако боль только усилилась. И да, я чуял его — чуть левее центра груди. Медленно, но верно наконечник двигался к сердцу.

До него оставались какие-то миллиметры.

Скосив глаза вбок, увидел Дарью. Она стояла поодаль в окружении гвардейцев и не сводила с меня взгляда. Королева пыталась вырваться, но охрана смыкалась только сильнее.

На полу неподалеку лежало тело. В черном. В руках был арбалет.

— Кто это?.. — шептались придворные, что еще толпились в зале. — Убийца? Какой скандал!

Зашипев, Аристарх сжал кулаки, и наконечник в моей груди болезненно дернулся. Но лишь на миг — и снова полез дальше.

Вдруг сбоку нечто блеснуло: цепочка на груди Марьяны. Та самая, что спасла меня в подвалах Лео.

— Марьяна, не могла бы ты…

Охотно сняв цепочку, она сунула ее мне в руку. Откинув голову, я сжал кулак и закрыл глаза. Сила наполнила мои жилы, а затем направилась к груди.

— Давай… Еще чуть-чуть…

Аристарх вновь усилил нажим, а я ударил по наконечнику энергией. Задрожав он остановился, но снова — рывками принялся продираться к сердцу. Сжав зубы, я толкнул его, а затем…

— Есть!

Он исчез.

Я выдохнул и откинулся на пол. В пальцах Аристарха был зазубренный клинышек острия.

— Тебе повезло, Обухов, — сказал нянька. — Если бы не я…

Сжав цепочку Марьяны, я улыбнулся.

— И что бы я делал без тебя, старик?

— Пустите!

И растолкав гвардейцев, ко мне бросилась Дарья.

— Обухов! Ты жив?

— Да, моя Королева… — улыбнулся я, заглядывая в ее глаза. В них пылал искренний, неподдельный страх.

Как в тот самый день. Как тогда…

С очень давних пор мы находились друг от друга так близко. Наши глаза вглядывались друг в друга какую-то секунду — мне казалось, что время остановилось.

— Кажется, мы не знакончили с клятвой?..

Тем временем, Аристарх мягко отстранил королеву и положил мне на грудь обе руки. Тепло пришло вместе с болью, но это была приятная боль. Я сильнее сжал цепочку, и рана начала медленно срастаться. Через пару минут мне даже удалось сесть.

Увидев это, нянька удивленно приподнял бровь.

— Ну, Обухов… А на тебе все зарастает, как на собаке…

— Не хочу пропустить свой оммаж, — хмыкнул я и, взявшись за его плечо, поднялся на ноги.

Народ как был так и находился в тронном зале. Его двери были накрепко закрыты. Кивнув Аристарху, я освободился от его хватки, а затем направился к месту, к которому осмелился подойти лишь один человек.

Лаврентий. Он стоял рядом с телом человека в черном, что появился за спиной у Дарьи за миг до того, как стрела сорвалась с тетивы. Откуда он появился, я так и не понял, да и мне было наплевать. От трупа поднимался дым, одной руки у него не было. Ее сжимал Лаврентий, и я заметил на пальце у оторванной конечности золотое кольцо.

И необычное. Мое. Из Башни.

— Кто посмел? Это неслыханно! — бормотали вокруг. — Подослать убийцу к Королеве! И так подло! Со спины!

Я же ловил на себе взгляды. И далеко не все из них были дружелюбными.

* * *

День был омрачен едва не случившейся трагедией, однако Дарья наотрез отказалась прерывать церемонию. Когда мои раны окончательно срослись, а труп убийцы убрали, мы снова собрались в тронном зале. На этот раз все стояли с совсем иным выражением на лицах. Никакой радости, даже напускной не было ни у одного. Похоже, придворные были искренне напуганы.

— Иван Обухов! — разнесся голос по залу, и я подошел к трону.

Дарья снова была с мечом. Опустившись на колено, я улыбнулся ей. Наши глаза вновь пересеклись, и она медленно опустила клинок мне на плечо.

Сталь была холодной.

— Клянешься ли ты, Иван Обухов, и впредь защищать покой Короны, с честью соблюдать обязанности рыцаря, почитать предков и защищать народ от исчадий Изнанки?

И на все это я твердо ответил:

— Да, моя Королева.

— Встань же, сир Иван Петрович Обухов! И прими мою искреннюю благодарность за спасение от рук убийцы!

Дарья помогла мне подняться, а затем слегка поцеловала в щеку. Прикосновение ее губ было как разряд тока. Если во мне еще обитала слабость после ранения, то после этого все окончательно вымыло, как волной.

— Я так испугалась… — шепнула она мне на ухо, прежде чем отстраниться. — Не знаю, как бы я…

Но тут ее голос дрогнул, и она поспешила отвернуться. На миг на глазах Дарьи блеснула слезинка, но Королева быстро стерла ее.

Мне же передали все бумаги и вручили микрофон. Я не стал ходить вокруг да около и просто поблагодарил всех, кого следует, и объявил, что с честью оправдаю возложенный на меня долг. Да, и про налоги тоже не забыл.

Под гром аплодисментов я вернул микрофон ведущей и наконец-то спустился к своим.

Давно пора. Думаю, мой выход несколько затянулся.

— Это было мощно! — воскликнул Игорь. Остальные его поддержали. — Давай-давай, открывай свой конверт!

Сломав печать, я достал кольцо. На нем была выгравирована пылающая «О» — первая буква моей фамилии, а еще какая-то когтистая лапа, что держала ее как кольцо.

Это очевидно был герб.

На грамоте же был зафиксирован факт того, что я, Иван Петрович Обухов, такого-то числа, такого-то года в королевском дворце в присутствии таких-то и таких-то высоких господ дал обет и присягнул на верность Королеве Дарье Алексеевне как сир рыцарь Иван Петрович Обухов. Затем шел текст моей клятвы и размашистая королевская роспись.

И все.

* * *

— И что, кроме титула нам ничего не полагается? — спросил я, когда двери тронного зала закрылись за нами.

— У тебя теперь есть куча прав, Иван, — пояснил Игорь, пока мы все шли по коридору. — Например, право быть землевладельцем, право быть избранным в Совет, вести сделки от лица рода, и все такое прочее…

— Короче, я имею право быть кем-то? А дальше как повезет.

Он кивнул.

— Ты и об обязанностях не забудь. Например, военные сборы.

Я фыркнул. Ну а как же иначе?

— Впрочем, за спасение жизни Королевы, тебя точно вознаградят. Так что, тебе уж не стоит волноваться за свою судьбу. А нам…

И он хохотнул.

— … неплохо бы держаться к тебе поближе. А то, глядишь, из-за угла снова выскочит какая-нибудь…

Тень мелькнула прямо за поворотом. А затем обратилась улыбающимся Аристархом.

— Обухов, на пару слов, — сказал он. — А вы, молодые люди, милости прошу во внутренний двор.

И похлопав меня по плечам, остальные поспешили прочь. Последней шагала Марьяна — ее взгляд был взволнованным.

Когда их шаги затихли, Аристарх молча вытащил из кармана острие стрелы.

— Ты знаешь, что это, Обухов?

— Как что? Стрела, которая чуть было…

— Она предназначалась Королеве, а не мальчишке. Такая способна убить даже Магистра. А ты…

— Та-а-а-а-ак… — зашумел в моей голове Иван. — Нас опять приперли к стене!

Еще чего. Смотри и учись, балбес.

— … А мне повезло, что убийца промахнулся, — ответил я. — К тому же рядом был такой лекарь-виртуоз, как вы, Аристарх. Как я могу вас отблагодарить?

Лицо няньки же выражало лишь легкое удивление.

— Именно это я ответил на вопрос тех, кто спросил то же самое. Однако меня самого этот ответ не удовлетворяет.

Я пожал плечами и постарался изобразить благостное недоумение.

— Очевидно, у меня есть ангел-хранитель. Он защитил меня от смертельного удара ножом, он же помог выжить в шахтах, и он отвел руку убийцы. Вам мало, Аристарх?

И улыбнувшись, я направился вслед остальным. Обернувшись, спросил:

— Так как мне благодарить вас за спасение?

Нянька же бросил:

— В следующий раз, Обухов, надевайте кольчугу.

Хмыкнув, я пошел дальше и вдруг услышал звуки музыки.

— Зараза… Танцы!

Мои ноги сами собой понесли меня прочь, но сзади, как назло, стоял Аристарх, а из боковых коридоров появились представители Инквизиции. После покушения ими был буквально наводнен каждый сантиметр дворца.

— Западня… — буркнул я и, поправив удавку на шее, пошел вперед как на экзекуцию.

— Интересно, как Королева отблагодарит нас за спасение?.. — болтал Иван, пока я шел, понурив голову. — Может, внеочередной титул? Земля? Золото…

— Золото это хорошо, — кивнул я, высматривая возможные пути к отступлению. Но, увы, Инквизиторы попадались на каждом шагу. — Но для меня самое главное жизнь Дари. Но золото, конечно, не помешает…

Мероприятие проходило во внутреннем дворе. И снова бокалы, снова танцующие парочки, и снова я в водовороте шепотков и взглядов через плечо. Однако на этот раз на меня смотрели куда пристальней — с любопытством, толикой страха и немного с высокомерием. Последние носили на себе больше всего золотых украшений.

Впереди показалась Марьяна, и вновь она ловила на себе взгляды кавалеров. Увидев меня, девушка отвергла какого-то парня и подбежала ко мне.

— Жив? — и ощупала меня с таким видом, словно я был иллюзией. — Ничего не болит?

Я покачал головой.

— Я здоров как бык.

— Отлично! Может, потанцуем?

А тут в груди что-то резко закололо… Спасение однако пришло откуда не ждали.

— Позвольте вас пригласить, сир рыцарь, — и к Марьяне подошел Игорь с протянутой рукой. — Вы сегодня затмили всех дам.

Девушка залилась краской, а затем скосила на меня глаза. Я кивнул — пускай покружатся. Самое главное, мне удалось уйти от этой ужасной участи.

Взяв Марьяну за талию, Игорь повел ее на танцпол, где вовсю кружились парочки. Я же предпринял маневр отступления — к столу с закусками, где было спокойней всего.

— … Артурчик, ты был таким красивым! Теперь все дворянки твои! — услышал я голос, а затем разглядел Зайцева в объятиях какой-то дамы с пышным бюстом. В него она вжимала лицо моего товарища.

— Мама, прекрати, люди же смотрят!

— Ох, я так боялась, что ты не вернешься из того подземелья! — причитала она, только сильнее прижимая к себе сына. — И как ты мог так поступить с матерью⁈ Ты же ничего не сказал, паршивец! Ты же мог погибнуть!

— Потому что ты бы не пустила меня, мам! Как еще я мог вернуть нашему роду статус, если не пройду Испытание!

— Все равно надо было сказать, а не убегать из дому среди ночи! — и она поймала мой взгляд. — Ах, это же твой друг⁈ Который…

Но я продолжил свой маневр. Не люблю светские разговоры, да и в животе еще со вчерашнего утра не было ни росинки.

Наконец добравшись до стола, не стал сдерживаться. Набрал всего понемногу и накрыл большим куском хлеба.

— Красота! — улыбнулся я своему творению. Бутерброд вышел в три этажа.

Положив сверху кусочек петрушки, раскрыл рот и…

— Иван Обухов? Этот⁈

Зарычав, я обернулся. За мной стоял крупный мужчина с проседью в бороде. На цепких голубых глазах сверкали очки, но вот взгляд за ними был чисто медвежий.

— Да, — протянул я, — а кто спрашивает?

Мужчина прищурился и осмотрел меня с ног до головы. Затем фыркнул:

— А в доспехах ты казался выше… Что ж…

Он задумчиво забарабанил пальцами по бокалу с шампанским, который держал в руке. Рядом с ним встал Игорь. Марьяны рядом отчего-то не было.

— Иван, позволь представить моего отца, — сказал Игорь, немного смущаясь. — Граф Родион Григорьевич Илларионов. Он приехал только что, чтобы познакомиться с то…

Но граф уже протянул мне руку.

— Следовало бы сказать тебе «спасибо» за то, что спас моего сына, Иван, — сказал он, впрочем, смотря на меня как удав на кролика. — Ты еще, говорят, спас нынче Королеву, это правда?

— Ну, было дело, — сказал я, приняв его руку. Тот сжал ее так, словно намереваясь ее сломать. До тренировок с Нагаем, я бы, наверное, поморщился, но сейчас ответил — и тоже сжал посильнее.

Граф ухмыльнулся.

— … И чего эти придворные не напридумывают, — хохотнул он, дернув меня за руку. — Сказать «спасибо» такому тщедушному задохлику, как ты?

Он хохотнул. Рука сжалась еще сильнее.

— А ну-ка, Игорь, — и повернулся к сыну. — Вызови-ка его на дуэль!

Игорь немедленно закатил глаза, а окружающие при слове «дуэль» замолкли на полуслове. Даже музыка отчего-то стала тише. Танцующие парочки остановились.

— Папа, ты опять?.. — простонал Игорь. — Ну не здесь же! Не сейчас! И не с ним, он же…

Мне же показалось, что это какая-то шутка, но, судя по взгляду графа, он был серьезен как никогда.

— Герой? Спаситель⁈ Ха! Вызови его на дуэль, Игорь! — и граф ткнул в меня пальцем. — Если он и в самом деле тот самый, кто вытащил из пещер красный шар и твою задницу заодно, то еще один поединок для него не будет проблемой!

С этими словами Илларионов хитро улыбнулся.

— Думаете, я как-то схитрил? — спросил я.

— На этом Испытании хитрит большинство высокородных шакалов, — сказал граф, понизив голос. — Я же сказал сыну: пройдешь Испытание как самый распоследний простолюдин и докажешь всем, что Илларионовы еще в силе. Только так заслужишь титул и мое уважение!

— Ваш сын дрался как лев.

— Значит, пусть докажет это. А ты, если хочешь дружить с моим сыном, тоже сразишься! А про спасение Королевы даже не заикайся: не исключено, что тебе просто повезло попасться на пути у стрелы. Да и что-то ты не выглядишь раненым?..

— Хотите посмотреть на мои шрамы?

— Я посмотрю на них после поединка.

И схватив нас с Игорем за плечи, он столкнул нас грудь в грудь.

— Деритесь! Ну же!

Тут к нам подошел камердинер.

— Родион Григорьевич, дуэли в королевском дворце…

— … проводятся только с разрешения Ее Величества, — сказал Илларионов, не моргнув и глазом. — И оно у меня имеется.

Он кивнул в сторону, где кучковалась высшая аристократия. Там же граф пересекся взглядом с Дарьей. А она со мной — и в этом взгляде сверкнула какая-то хитринка.

О, нет… Это что, политика? Началось…

Игорь при этом довольным не выглядел. Тяжело вздохнув, он подошел ко мне и шепнул:

— Наступи мне на ногу!

Я закатил глаза.

— Ты серьезно?..

— Абсолютно! Королева смотрит!

А Дарья действительно смотрела. Хитрика только разгоралась. Интересно, что она задумала? Мало ей покушения что ли?

Ладно, будь по вашему… Я аккуратно — самым носком ботинка — наступил Игорю на туфлю.

Толпа ахнула. Голос Игоря грозно прозвучал в тишине:

— Прошу прощения, Иван Петрович, но вы задели мою честь!

Сорвав перчатку с руки, он легонько шлепнул меня по щеке.

— Дуэль!

От авторов: Дорогие друзья!

Хотим еще раз поблагодарить вас, что вы с нами! Вы самые крутые! А ваши лайки самые-самые!

Глава 23

Как быть аристократу?

Дуэль устроили в саду. У Дарьи тут стояла специальная круглая площадка, чтобы те, кто решит немного «размяться», не отходили далеко. Я не удивлен, ибо в этом дворце скука смертная.

Хоть эта «дуэль» и выглядела как фарс, но мне пришлось выбирать себе секунданта — им оказался, как это ни странно, Артур. Так уж вышло, что из моих знакомых он стоял ближе всех.

Договорившись с секундантом Игоря, он вернулся со шпагой в руке.

— Поединок один на один. До первой крови.

— Так значит, драться будем всерьез? — спросил я, приняв оружие.

Нет, немного помахать мечами это даже полезно, но в тонкостях «политики» я пока до конца не разобрался.

— А как же? — пожал плечами Зайцев. — Граф Илларионов человек серьезный. Богат, знатен, а еще рубака знатный…

Кивнув, я направился к площадке, вокруг которой уже собиралась публика. Игорь тоже был там — стоило мне забраться по ступенькам, как и он тоже вышел ко мне.

Оказавшись в центре внимания, я поочередно поймал взгляды всех, кого знал — даже Марьяны. Она стояла, злая как тигрица. Аристарх тоже едва не прожигал меня взглядом. Дарья же загадочно улыбалась и о чем-то шепталась с придворными.

— А что, в случае проигрыша? — спросил я Игоря.

— Чьего, твоего или моего? — улыбнулся он.

— Твоего, конечно.

— Ха! Если проиграю, то ты получишь уважение и дружбу моего отца. Поверь, — и он выхватил меч, — она дорогого стоит. Связей у него завались.

— А если выиграешь ты?

— Не получишь. Как и очень многие из моих друзей…

Взмахнув мечом, Игорь прочертил в воздухе линию. Испарилась она спустя секунду.

Я тоже принял боевую стойку.

— И что много своих друзей ты вызывал на дуэль?

— Всех до одного. Отцу важно, чтобы те, кто дружит со мной, не были «тряпками».

— Эй, хватит болтать! — крикнул граф Илларионов, стоявший в толпе. — Сходитесь, дамы!

Я ухмыльнулся. Ладно, будь по вашему. Поиграем в эту самую «политику».

* * *

Где-то среди гостей

— Как это пошло, драться на торжественном вечере… Этот симпатичный молодой человек, который спас Королеву, это Обухов Иван, да?

— Кто? Этот? Нет, баронесса, это сын Родиона Григорьевича, Игорь.

— Да нет же, я про его оппонента… О, боже они начали, не могу смотреть! Граф, что там происходит⁈

— Кажется, я моргнул… Нет, Обухов контратакует!

— Какая жуть! Мне так жарко!

— Вот это скорость! А Игорь Родионович… Нет, он еще в строю! Отвечает! Выпад!

— Вы только посмотрите, какими глазами на схватку смотрит Ее Величество. Кажется, она переживает…

— Ставлю своего скакуна, что будущее у этого молодого человека теперь обеспечено. Если он переживет эту дуэль… Нет!

— Что там? Что⁈

— Там… кровь!

* * *

— Неплохо дерешься, Ваня, — ухмыльнулся Игорь, замерев с клинком, лежащим на моем окровавленном плече. — Вот только реакцию еще стоит потренировать…

— И ты тоже хорош, Игорюша, — парировал я, застыв с мечом, что секунду назад поразил его в руку. С лезвия капля за каплей скатывалась кровь. — Правда, ноги тебя подводят…

Толпа давно уже не дышала. Мы стояли друг напротив друга. Все было кончено.

Послышались хлопки, и вот уже весь сад исходил аплодисментами. Стоило мне убрать клинок, как Игорь зашатался. Я попытался его поддержать, но руку сразу же пронзила боль. Нам обоим досталось.

— Кто победил? Кто победил⁈ — кричала в толпе какая-то дама с веером. — Вы видели, кто поразил противника раньше?

Мы с Игорем переглянулись и синхронно пожали плечами. Вроде бы, у нас вышла ничья.

Громче всех хлопал, как ни странно, виновник торжества — граф Илларионов. Стоило нам спуститься, как мы с Игорем попали в руки лекарей. Раны были несерьезными, так что, поколдовав над нами пять минут, нас сразу же отпустили.

И тут я попал в руки графа.

— Неплохо, молодой человек, — отозвался Илларионов и посмотрел на Игоря, как мне показалось, с пренебрежением. — Где изволили учиться драться?

— На улицах, — сказал я, впрочем, не погрешив против истины. Большинство битв, в которых мне приходилось принимать участие еще в своем крылатом обличье, действительно проходили на свежем воздухе.

— Это заметно… Изящества вашему стилю боя все же не хватает, — заметил граф и хлопнул меня по спине. — Хорошо, Игорь. Я разрешаю тебе дружить с этим молодым человеком!

У того сразу же отвисла челюсть. А граф Илларионов, кивнув мне, подхватил у слуги бокал шампанского и отправился восвояси.

— Первый раз в жизни, — проговорил Игорь, провожая отца глазами. — Слышу от него такие слова… Он правда, сказал, что разрешает мне дружить с кем-то⁈ Ты же слышал?

Я пожал плечами.

— Радуйся. Теперь мы братья по крови.

К нам уже подходила Марьяна. Она хотела что-то сказать, но только махнула рукой. Артур тоже появился и, пожав нам руки, поздравил с ничьей.

— Может, свалить уже отсюда куда-нибудь? — предложил Игорь. — Вроде, свое мы получили, а едва тут совсем не вкусная…

Я хотел подойти к Дарье, однако, едва мы пересекались глазами, как она еле заметно покачала головой. Рядом с ней стояла женщина в черном, что «поймала» червя.

Доминика Кирова. И она тоже внимательно меня рассматривала. За ее спиной показался Лаврентий с Аристархом.

— Политика…

Вдруг мне на телефон прилетел звонок от Бориса. Взяв трубку, услышал на фоне странное шипение, как будто…

— Зараза, — прошипел я, вслушиваясь в странные шипящие звуки. Неужели портал?

Звонок тут же оборвался.

* * *

Мы примчались через пятнадцать минут. Попытки дозвониться до бара ничего не дали: трубку брали, но в ней постоянно что-то шумело, шипело и свистело. А потом клик! — и все затихало.

Снаружи бар выглядел вполне мирно, разрушений никаких, а вот в окнах было пусто. Свет не горел.

— Держитесь ближе, — сказал я, и мы вчетвером вошли в бар с обнаженными мечами.

— Когда я говорил, не свалить ли куда-нибудь, я немного другое имел в виду, — невесело хохотнул Игорь.

В баре было темно и, да, в помещение не оказалось ни единой живой души. Даже стул Силантия, и тот пустовал. Ушей коснулось шипение, и исходило оно из телевизора: на экране был «мертвый» канал.

Оглядевшись, мы направились к стойке — а на ней стояла одинокая пенистая кружка, рядом лежал телефон Бориса.

Вдруг из-за стойки поднялась тень. Хлопнув лапами по столу, она рыкнула:

— НУ! ПОПАЛИСЬ, АРИСТОКРАТЫ!

Заскрипели стулья и вокруг нас сошлись еще пара десятков мрачных силуэтов. С пивными кружками в руках.

Ярко вспыхнул свет. Захлопали хлопушки и нас осыпало конфетти.

— Поздравляем! — закричали мужики и захлопали в ладоши. Борис, выйдя из-за стойки, поднес нам четыре полные кружки пива.

— Борис! — зашипела Марьяна в лицо улыбающемуся бармену. — Ты не офигел? Мы с тебя чуть не шлепнули! Дай сюда!

Взяв кружку, она начала пить. Завсегдатаи разразились радостными криками.

— Пей! Пей! Пей! Пей! Ура-а-а!

Охнув, Марьяна вытерла губы. Следом и нам пришлось пить — завсегдатаи проследили, чтобы в нас залилось все до капли. А потом снова, и снова, и снова…

Через час «алкогольных гонок», как называл их Борис, Артура совсем сморило, и Игорь вызвался доставить его домой. Мы же вдвоем еще держались. Вернее, держалась Марьяна. На меня же алкоголь почти никак не действует.

И хорошо. Для окружающих.

— Когда ты внезапно пропал с камер, мне показалось, что все — кирдык денежкам, — говорил Борис, раскуривая трубку. — Но у меня глаз наметан. Знаю, на кого ставить! Вот твоя доля.

И он выложил передо мной мой выигрыш. Естественно золотом.

— Неплохой куш, — кивнул бармен. — Денег мы подняли неплохо. Теперь и ремонтик можно сделать, и даже расширяться…

— Расширяться?

— Угу. Например, нанять официанток, почему нет? А то со всей этой оравой нам втроем никак не справится.

— Втроем?..

Я думал, что ослышался, а затем уловил на себе взгляд из-под стойки. Там показалась шерсть, оборванное ухо, хвост, лапы, мокрый нос, а затем и весь кот. Настолько рыжий, что казался красным. Спину же пересекали оранжевые полосы. Глаза были ярко-зеленого цвета. Почти как у меня.

Едва мы столкнулись взглядами, как он зашипел.

— Это что, твой новый помощник?

— О, да, — ответил Борис. — Зовут Василий.

Огласив помещение громким мявом, кот прыгнул на стойку и выпустил когти. А они у него действительно были огромные. Тоже почти как у меня, в лучшие дни.

Борис аккуратно погладил кота по ушам.

— Если бы не его коготки, боюсь то чудище меня бы с потрохами съело.

— Что за чудище? — покосилась на него Марьяна.

— Ах да, я же не рассказал… Короче…

Он поведал о том, как еще вчера в подвале открылся портал и бар едва не лишился всего запаса пива. Силами Бориса, Василия и счастливо подвернувшегося трезвого Силантия один бочонок все же удалось спасти. А вот остальные…

Когда Борис дошел до этой части, половина слушающих нас завсегдатаев буквально рыдала.

— Неужели нет способа ликвидировать угрозу порталов хотя бы в клятом подвале⁈ — затряс кулаками один из рассерженных пьянчуг.

— Есть, конечно, — кивнул Борис. — Но для этого нужны специальные «порталоотводы».

А вот это что-то новенькое. В мое время я сам по себе был порталоотводом, а нынче…

— Что за порталоотвод? — спросил я. Борис охотно пояснил:

— Устройство. Жутко дорогое. Да и надежность его далеко на стопроцентная, но с ним лучше, чем с пустым погребом.

— Порталоотвод, интересно… И сколько стоит такой агрегат?

Борис назвал цену. Я чуть не выпустил кружку на пол.

— Да это же можно целый бар купить!

— А ты как думал? — ухмыльнулся Борис. — За безопасность нужно платить, и много. В центре города почти в каждом доме стоят такие отводы. Поэтому там намного безопаснее, чем здесь. В трущобах.

Я поймал взгляд Марьяны, и она отвела глаза. Похоже, восприняла все сказанное на свой счет.

— А как же страховка? — спросила она. — У тебя она есть?

Борис хмыкнул.

— От порталов не страхуют. Последняя фирма, которая занималась такой «благотворительностью», лопнула лет пятнадцать назад! Эй, Вася! — крикнул он одному оборванному пьянчужке в углу. — Ты же работал в той фирме, да?

Тот что-то пробурчал, и пропал в бокале с пивом.

— Говорят, в «Пенном свине» стоит порталоотвод, — вклинился в наш разговор один из завсегдатаев. — Вот у них за год ни одного портала в радиусе полусотни метров не открылось. Вокруг даже недвижимость подорожала.

Борис довольно кивнул.

— Зато пиво у них разбавляют! — заявил второй завсегдатай. Остальные согласно закивали. — Как появилась эта хреновина, так хоть не заходи туда! Шляпа, а не пиво!

— Ну а как прикажете окупать эту дорогую штуковину? — сощурился Борис.

— Тогда мы против!

— Вот в следующий раз, как откроется портал, Валера, ты сам полезешь душить монстра! А я буду в зале — пить неразбавленное пиво и смотреть телевизор! Надеюсь, к тому времени его уже починят, а то работает один канал с романтикой!

И подойдя к шипящему телевизору, Борис ударил его по боку. Без толку.

— И давно он так?.. — спросила Марьяна.

— А вот как Иван сказал Королеве, «да», так его и вырубило. Хорошо, хоть успели до этого момента! Тьфу!

Пока бармен, ворча на все лады, принялся щелкать с одного «мертвого» канала на другой, мы с Марьяной напряглись.

Он что, имеет в виду за миг до появления убийцы?..

— То есть во всем городе не в курсе, что на Королеву было совершено покушение? — задумался я. — Они обрубили все раньше?

— Оперативно они, — буркнула Марьяна. — Или… кто-то знал заранее?..

Не успел я ответить, как снаружи послышались автомобильные гудки.

— Ох, слава богу, привезли новую партию! — воскликнул Борис, вылезая из-за стойки. — Та-а-ак! Я отхожу на десять минут! Пока меня не будет…

И он обвел всех присутствующих суровым взглядом.

— … даже не думайте присасываться к крану с пивом! Гена, это тебя в первую очередь касается!

— А я-то чего⁈

— Знаю я тебя! Только отвернись! У тебя и так долг, забыл⁈ — и бармен ткнул пальцем в кота, который сидел рядом с бочкой в позе затаившегося тигра. — Если что, Василий уже надрессированный — мигом надерет зад каждому любителю дармового пива! Иван, ты герой дня, и вам с Марьяной все за счет заведения.

Я салютнул ему кружкой и Борис направился к «черному» ходу.

— Чего нахмурилась? — спросил я Марьяну. — Не боись, твою бабушку я защищу. Или ты из-за этих «порталоотводов»?

— Меня это бесит… Проблема порталов — наша общая беда, а все эти «зорины»…

— При мне тоже так было. Только поводы покрасоваться были совсем другие.

— И что⁈

— Ничего. Такова жизнь. У кого золото, — и я закрутил на столе монету, — у того и власть.

Допив очередную кружку, и я направился налить еще. Стоило мне подойти к крану, как, ощетинившись, кот зашипел.

— Спокойно, мохнатый. Это последняя.

Василий однако решил поспорить — едва я протянул руку, как он попытался меня цапнуть.

— Ну, черт ушастый!

— Похоже, он хочет, чтобы ты заплатил, — хмыкнула Марьяна.

Пока я пытался победить Василия в битве за пивной кран, со стороны входа внезапно запахло золотом. Я насторожился — а оно приближалось. Послышался визг тормозов, а затем пьяные голоса.

Немного погодя дверь с грохотом влетела в стену, и в баре крикнули:

— Эва! Есть в этом клоповнике место, где благородные господа могут расслабиться, не смущаясь присутствием всякой швали⁈

В ответ завсегдатаи резко уткнулись в свои кружки, а я скосил глаза на вход. Там стояла троица — толстый, тонкий и длинный. Все со шпагами и при параде.

Аристократы? Интересно, и чего они тут забыли?

Василий же все не унимался. Сдавшись, я выудил из кармана медяк и бросил коту. Как ни странно, тот придвинул монетку к себе и довольно уселся сверху. Гневные глаза потухли.

— Тоже мне, страж…

Аккуратно открыв кран, я наполнил кружку до краев. Кот не сводил с меня настороженного взгляда, но не препятствовал.

— Благодарю, — буркнул я и вернулся к Марьяне, которая тоже сидела ниже травы, тише воды. — Снова знакомые из гимназии?

Она не ответила, а компания аристократов, тем временем, пересекала зал. Троицу мужичков, мирно попивающих пиво у стойки, они согнали одним щелчком пальцев. Стулья заскрипели под их задницами, а на пальцах засверкали родовые кольца.

Золото пахло от всех троих, и больше всего от длинного. И не простым золотом. А МОИМ.

— Эй, где бармен⁈ — разорался толстый. — Кто-нибудь обслужит нас, или нет?

— Он вышел… — пробурчал пьянчужка неподалеку.

— Жесть, ну и сервис… Говорил же, надо было в «Его логово» идти, а не в этот клоповник…

Длинный заулыбался:

— Значит, раз бармена нет, мы обслужим себя сами. Нет бармена, нет денег!

Двое расхохотались, а этот обнаглевший смельчак полез за стойку. Охранявший кран кот издал нечто среднее между рычанием и скрежетом пилы.

— Брысь! — и парень потянулся к крану. В ответ ему едва не прилетело когтистой лапкой. — Ах ты, сволочь!

— Ты чего там, Илья⁈ Где пиво?

— Сейчас-сейчас…

Снова попытка, и снова кот оказался быстрее. Вскочив на бочонок, Василий выгнул спину и ощерился — да так жутко, что и у меня, наблюдающего за представлением с другого конца стойки, забегали мурашки по спине.

Я ухмыльнулся. А кот был страшен в гневе.

— Отвали, шкура! — бушевал аристократ. — А то я тебя на колбасу пущу! Ай!!!

И, отскочив, он ударился спиной о шкаф с бутылками. Парочка со звоном разбилась об пол, но аристократ даже глазом не моргнул.

— Эта тварь меня поцарапала! Хватай ее!

Его друзья со смехом вскочили со стульев и окружили вожделенный бочонок. Кот при этом не отступал — оскалился и распушил усы. Хвост трубой, когти на лапках сверкают. Как у тигра, готового к броску.

Тут в зал вернулся Борис. В руках у него была пара пивных бочонков. Увидев троицу, он едва не выронил их.

— Ты бармен? — повернулся к нему «раненый», сверкая кровавой отметиной на роже. — Видел, что твоя шкура сделала с моим благородным телом?

Борис осторожно кивнул:

— Сейчас принесу зеленку.

— Стоять! Раз кот твой, значит, напал на меня тоже ты. Знаешь, что бывает за нападение на аристократа?..

Так, тут настала пора вмешаться. Я было встал, но меня за рукав поймала Марьяна и усадила на место.

— Ваня, нет!

— Почему? Пусти! Я быстро, только заберу их золото.

Но Марьяна держала меня изо всех сил.

— Нет, нельзя! Теперь ты не можешь так просто взять, набить им морды и отобрать золото!

Я насторожился.

— Это еще почему?..

— Ты же аристократ, забыл? У тебя есть род, статус и все такое! Ты спаситель Королевы, в конце концов!

Я фыркнул.

— И никто об этом не знает. Подожди, я быстро. А то Бориса уже почти раздели…

— Нет! Ты не можешь драться в баре! Иначе потеряешь статус! За этим зорко следят!

— Хочешь сказать, получив этот дрянной титул, я теперь не имею право избивать негодяев?

— Да! Только на официальных дуэлях!

Я вздохнул. Ну что за чушь…

— Ладно-ладно, ох уж эта политика. Пусти уже, я все понял, — и стоило Марьяне отпустить меня, как я крикнул: — Эй вы, коту нужна была монета!

Марьяна застонала и упала на стойку. Троица же, услышав мой голос, обернулась. Борис, которого буквально прижали к стене, облегченно выдохнул.

— Че?..

— Монета, оглох? Монета за пиво, и еще сто за разбитые бутылки. Борис, посчитай им стоимость вечера.

— Ты че сказал⁈ — захлопал глазами «раненый» Илья. — Мы разве спрашивали, надо нам платить или нет⁈

Все трое тут же забыли и про кота, и про бочонок, и про Бориса. Ударив табуретку, стоявшую у него на пути, Илья направился к нам. Его друзья тоже.

— Ты с луны свалился? Так разговаривать со мной? — обратился он ко мне. — Я баронет Илья Францев!

— Не знаешь, с кем говоришь, чернь? — рявкнул его толстый дружок. — Перед тобой сир Александр Ройс!

— Когда с тобой говорит его милость Максим Щорс, нужно вставать, бестолочь! — заявил тощий.

Я устало улыбнулся. Очень хотелось просто набить им морды и отобрать золото, однако раз, по словам Марьяны, теперь это запрещено, то придется действовать по-другому.

Снова играть в «политику».

— Так уж вышло, что я тоже сир, — сказал я, взяв кружку с пивом. — И вставать перед вами ниже моей чести.

Они вылупились на меня, словно я был телевизором.

— Ты⁈ Сир? — и Илья фыркнул. — Че ты забыл в этом клоповнике, раз ты «сир»?

— То же, что и вы. Я тут отдыхаю, — вздохнул я, а затем поднял руку. Перстень на моем пальце заблестел. — А вы только что оскорбили меня. Как это называется у аристократов? Честь? Так вот…

И я поднялся со стула.

— … ты задел ее. А это я терпеть не намерен. Придется нам с вами сразиться!

Трое переглянулись. Затем заржали.

— Ты? Будешь сражаться с нами⁈

Я и глазом не моргнул.

— Если вы боитесь, то решим дело миром, как благородные господа. Ты, — и я указал поочередно на каждого, — снимаешь свои кольца, а также золотые запонки. Ты свою серьгу и браслет. А ты, Илья, выкладываешь золотой медальон, и говоришь, откуда такой взял?

Ибо именно от него и несло МОИМ золотом.

— Это подарок отца… — выпалил он, но его тут же ткнули в бок. — Какое твое дело⁈

— Неважно. Вы выкладываете все, затем приносите извинения. Сначала бармену, потом мне, а затем — коту Василию.

В ответ кот оскорбленно мяукнул.

— Либо будем выяснять отношения по-другому…

— Только не в моем баре! — крикнул Борис и троица снова повернулся к нему. Он тут же поправился: — Прошу, благородные господа, проследовать за гаражи… Там сражаться сподручнее-с.

Шлеп! — и мне под ноги прилетела перчатка. Затем, еще двое аристократов бросили свои.

Я улыбнулся.

— Значит, дуэль.

Стоило этой фразе слететь с моего языка, как наши кольца засверкали.

Глава 24

Трое на одного?

С этой троицей мы договорились на следующий день. Можно было, конечно, устроить «показательную порку» немедленно, но уж больно много сил я потратил на все эти Испытания, да и «политика» требовала сдержанности, такта и осторожности.

Марьяна тоже. После того, как за троицей захлопнулась дверь, она вцепилась в меня как коршун:

— Сразу с тремя⁈ Ты с дуба рухнул?

— Ты забыла, кто я, девочка? — сверкнул я глазами.

— Это, похоже, ты забыл, кто ты! Ты человек, а они…

— У них мое золото. Этого достаточно, чтобы вызвать на дуэль всех троих.

Марьяна хлопнула себя по лбу, но больше спорить не стала. И хорошо, это не ее дело.

Секундантом я попросил побыть Игоря. Едва с моих уст слетало слово «дуэль», как в трубке присвистнули:

— Дуэль⁈ Ты когда умудрился? С тех пор, как я уехал, прошел всего час!

— Я вступился за честь одного гордого существа, — объяснил я, покосившись на Василия. Тот утвердительно мяукнул.

— А ты хорош, Иван! Только с бала, и сразу дуэль! Мой папа это бы одобрил!

И Игорь рассмеялся. Правда, при упоминании фамилии одного из тех, с кем мне предстояло драться, на «линии» возникло секундное молчание.

— Щорс?.. Сын того самого барона Щорса? Оружейника?

— Возможно. А какая разница?

На «линии» что-то разбилось.

— Ты с дуба рухнул⁈ — воскликнул Игорь. — Щорсы все бойцы каких поискать! Да Макс тебя размажет! Не знаешь, кто он?

Я не знал, но во дворце никаких Щорсов мне не встретилось, а значит, это какая-то мелкая шелупонь, о которой и не следовало волноваться. А вот о золоте его друга Ильи Францева — еще как. А еще о сведениях, откуда его отец достал МОИ сокровища, и есть ли там еще.

— Францев⁈ Ройс? — Игорь с каждой секундой говорил все тише. — Ваня, скажи, что ты шутишь, и тебя не вызвали все ТРОЕ и в ОДИН ДЕНЬ?..

Что ж, отпираться я не стал. Молчал Игорь долго.

— Мой отец в тебе не ошибся. Ну что ж, дуэль, так дуэль. Надеюсь, с одним из них ты согласился на двойной поединок без магии?

— Нет, один на один, и с магией. С каждым.

На это Игорь молчал еще дольше. Но все же согласился…

— … проводить тебя в последний путь!

Я ухмыльнулся.

— Не опаздывай. Кому-то же придется нести их золото.

Отключившись, я отложил трубку. Рядом со стойкой сидел Коля Кучерявый, окруженный своей «бандой» из пятнадцати готовых на все Хозяев трущоб. Они все с ног до головы были в пластырях, однако глаза Коли горели решимостью.

— Он согласился, — кивнул я, отпив пива. — Все назначено на семь утра. Чтоб были там как штык.

— Нам что, тоже придется драться? — пугливо спросил какой-то пухлый парень за спиной Коли, и тот ткнул его в бок. — Ну, я просто спросил…

Я пожал плечами.

— Спрячетесь неподалеку, и если эти трое решат обмануть, или притащат с собой еще парней, тоже присоединитесь к драке. У вас же еще остались молнии?

Кучерявый кивнул.

— Отлично. Главное, не показывайтесь никому на глаза. И ждите сигнала.

— А какой сигнал?.. — спросил тот же самый парень.

Я задумался.

— Например, если поднимется крик, рев и все такое. Ну или вы поймете, что ситуация вышла из-под контроля. Понятно?

Они закивали.

— Хорошо… Как там дела с Крысами?

Кучерявый вытащил из кармана план канализации. Наши головы склонились над ним. Выглядел он довольно… кустарно. Похоже, рисовал кто-то из них.

— Сегодня проверили всю центральную часть. Там ничего, — сказал Коля, ведя пальцем от одного перехода к другому. — Завтра, думаю, взяться за южную, и если ничего не найдем, то запад — он самый глубокий.

— И самый темный… — пробурчал все тот же парень. — И холодный…

— Кочерга, да заткнись ты!

Внимательно осмотрев карту, я кивнул. Работы предстояло много.

— Хорошо. Обо всех зацепках будете докладывать мне. Эй, Борис, — позвал я бармена. — Налей им пива за мой счет.

Лица парней просветлели, и только получив в руки пенные кружки, они принялись хлестать напиток изо всех сил. Единственный, кто едва прикоснулся к кружке, был Коля.

— Ни о чем не беспокойтесь, босс! Мы поймаем этих гадов за хвост!

Утром чуть свет мне позвонила Марьяна и спросила, не передумал ли я.

— Ваня… Я понимаю, что ты древний, сильный и грозный, и все такое. Но драться с недоаристократами и мелочью в шахтах это одно, а вот с бывалыми бретерами, на счету у которых не одна жизнь — совсем другое…

Такая забота меня тронула.

— Ты недооцениваешь меня, девочка, — ответил я, начищая тряпочкой свои огненные перчатки. — Хочешь, приходи. Будет весело.

Но Марьяна не смогла прийти — сослалась на завал на учебе, да и «светиться» перед этой троицей ей тоже не хотелось.

— Хорошо… буду держать за тебя кулачки.

Драться мы договорились подальше от лишних глаз — в промзоне, в каналах, давным-давно осушенных. Как упомянул Борис, еще Его огненным дыханием, что было полным враньем.

И вот мы с Игорем прыгнули в такси, и Стас быстро домчал нас до точки. Вокруг все заросло бурьяном. Где-то кричали чайки.

— Что-то мне это не нравится, — пробурчал мой друг, вместе со мной выбравшись под мелкий дождик. Вокруг развалины и ни души. — Мне кажется, это ловушка…

— Тем хуже для них, — ответил я, заметив рядом движение.

Из-за огромной кучи щебня, заросшей травой на миг мелькнула лысина Кучерявого. Я кивнул — пусть он и балбес, но свое слово держит.

— Твой батя же отомстит за нас в случае чего? — спросил я, забросив за спину сумку с перчатками.

Игорь смутился.

— Сомневаюсь… Он говорит, что каждая дуэль это испытание. А испытания мужчина должен гордо выносить на своих плечах.

— То есть нет?

— Нет…

Мы немного прошлись вперед, и вдалеке я разглядел незнакомую машину, а рядом и пухлого Ройса. Тот стоял спиной ко входу в гигантскую трубу, лежащую на земле и уходящую куда-то в сторону реки. Рядом с ноги на ногу переминался незнакомый субъект в сюртуке — похоже, секундант.

Увидев нас, Ройс оглянулся в темноту позади себя. Остальных дуэлянтов видно не было.

— Думал, мы не придем? — спросил его Игорь, подходя. Тот не замедлил с ответом:

— Не думал, что и ты здесь будешь, Илларионов. С каких пор ты водишься с какими-то выскочками?

— С тех самых, когда и твой отец поднялся из простолюдинов, — улыбнулся он, чем вызвал у Ройса недовольную гримасу. — А где остальные? Только не говори, что испугались.

Ройс кивнул себе за спину. В трубу.

— Ждут, — и ухмыльнулся. — Будем драться внутри.

Остановившись, я оглядел эту «арену» — диаметр у трубы был метров десять. Стенки покрывал толстый слой ржавчины и мха. Изнутри несло сыростью.

— Издеваешься? — удивился Игорь. — Зачем лезть внутрь?

— Чтобы не засекли магию, — ответил за него секундант. — Отец Максима Леонидовича строго-настрого запретил ему сражаться на дуэлях, и для этого в его кольце стоит оповещатель. Внутри этого сооружения он бесполезен.

Мы с Игорем переглянулись. Понятно… Похоже, достали родителя вечные дуэли его сына.

— Что ж, — кивнул я. — Веди.

И оба зашагали в темноту. Мы же с Игорем направились следом. Стоило только свету погаснуть, как я понял, о чем говорил секундант — этот металл слегка притуплял внешние воздействия. Особенно магические.

Вытащив телефон, я поглядел на экран. Связь здесь тоже не работала.

* * *

В промзоне.

Стоило боссу со своим другом исчезнуть в отверстии гигантской трубы, как Хозяева трущоб забеспокоились.

— Эй! А куда это они⁈

— Про трубу никто не говорил! Как мы узнаем, что «ситуация вышла из-под контроля»?

— Э, Колян, че делать?

И все повернулись к своему лидеру. Тот бросил еще один взгляд на трубу, и все вместе они скатились с песчаной насыпи, за которой и прятались. Рядом лежал ящик с молниями, коих осталось ровно десять штук. Неподалеку из кустов выглядывали их мопеды.

— Будем ждать… — решился Коля.

— Чего ждать?

— Как чего⁈ Как только «ситуация выйдет из-под контроля»! Тупой что ли, Кочерга?

— Ааа…

— Крики, вой, визги и все такое! Босс же сказал, не высовываться, вот мы и будем ждать!

— А вдруг…

— А раз «вдруг», вот ты и ступай на разведку! Затаишься где-нибудь в трубе и будешь смотреть! Топай, чего встал⁈

И накинувшись на Кочергу, его быстро вытолкали за насыпь.

— Дуй! Увидишь, что дело плохо, дашь сигнал, и мы ринемся спасать босса!

— Хорошо. Дайте хоть фонарик, а то там…

На него посмотрели, как на идиота.

— Ладно-ладно… Иду…

* * *

Для обычного человека тут было мрачнее некуда, и если бы не дыры в «потолке», с которых капала вода, наверное, тьма была бы кромешной. А еще лужи — под ногами больше ничего другого и не попадалось.

— Эх, Иван, — хихикнул Игорь. — Я рад, конечно, что мы друзья, но давай в следующий раз я выберу место, где повеселиться…

— Принято, — отозвался я, заметив впереди летающий огонек, в свете которого показался и Щорс с Францевым. В бледном свете их лица напоминали белые пятна. Как ни странно, оба были трезвые, алкоголем от них и не пахло.

Как и золотом. Это меня немного напрягло.

Мы остановились.

— Не испугался⁈ — удивился Щорс. Эхо от его голоса гулко заскакало по трубе. — А в тебе есть что-то от аристократа, Обухов…

— Поменьше болтай. Или ты все же хочешь передо мной извиниться?

Тот мигом насупился. Глаза загорелись как факелы.

— Прошу не провоцировать его милость, — вклинился между нами секундант. — Все должно быть по форме официальной магической дуэли.

Игорь кивнул мне, и они с секундантом вышли вперед.

— Прежде чем драться, — сказал Илларионов, — я хотел бы зафиксировать готовность к схватке. Кто хочет пойти на мировую?

Он оглядел всех присутствующих. Никто не ответил.

— В случае поражения, какие условия сатисфакции? — задал он следующий вопрос.

— Будет моим слугой, — ухмыльнулся Ройс.

— Отдаст мне свою подружку, — кивнул Францев. — С которой он сидел в баре.

— Будет молить о пощаде, — сказал Щорс. — Лизать мне ботинки, есть из моей руки и так далее. Или умрет!

Их секундант нахмурился.

— Убийство, ваша милость? Я не соглашался на смертельный исход…

— Тебя никто не спрашивает, Петр. Делай свое дело, а то твоя сестра отправится обратно в бордель.

Вздохнув секундант, спросил меня:

— А какие ваши условия?

Я ответил:

— Золото. Все, что есть на счетах этой троицы.

Секундант покачал головой.

— Прошу прощения, но условия дуэли не должны касаться имущества рода. Дуэль подразумевает индивидуальную схватку. И договор должен быть строго индивидуален.

Что ж, стоило попытаться. Увы, зова от точно них не исходило, поэтому здесь и сейчас они не могли мне отдать ничего, кроме оружия и шмоток.

Немного подумав о том, как мне выудить из Францева мою собственность, я сказал:

— Тогда одно желание. На каждого. И оно не касается дел рода.

Секундант повернулся к троице.

— Согласны?

— Желание? — нахмурился Францев. — Какое⁈

Я пожал плечами.

— Пока не знаю. Придумаю, когда вы все трое будете молить о пощаде.

Секундант выдержал секундную паузу, а затем ответил:

— Требовать исполнения личных желаний в качестве сатисфакции не возбраняется дуэльным кодексом. Согласны, господа?

Двое неохотно кивнули, и мы поочередно коснулись перстнями. Они вспыхнули легким розоватым светом.

— Дуэльный договор заключен, — кивнул секундант, а затем посмотрел на Щорса, который так и остался стоять на месте. — Ваша ми…

— Нихера я не буду выполнять твои приказы! — рявкнул он. — Кто ты вообще такой, выскочка? Мой род насчитывает пятнадцать колен! Мой предок…

Я вздохнул. Ну началось… Сейчас придется выслушивать его липовую родословную во всех подробностях. Еще будучи крылат, знавал я одного Щорса — вчерашнего крепостного, торгующего борзыми щенками, которых он сам же и крал с поводка. Положение в свете он получил после того, как вытащил из болота светлейшего князя, куда тот рухнул по пьяни. Ставлю один золотой, что этот клоун его потомок.

Не собираясь слушать очередную «правдивую» историю, я вышел вперед.

— Отказываешься, Щорс, значит, умрешь. Давай, выходи, если не трус.

Тот сплюнул и вытащил свой меч.

— Смерть на смерть!

— Идет.

Мы сделали шаг друг к другу, а затем, вытянув руки, коснулись перстнями. Камни вспыхнули.

Затем настала очередь секундантов — они отошли подальше, а потом подняли ладони. Их глаза засияли, и на расстоянии в двадцать метров вокруг нас с Щорсом возникли голубые очертания барьера. Почти сразу они начали медленно смыкаться.

— За края заходить нельзя, — пояснил секундант. — Один шаг, и вас поразит молнией. Круг сомкнется через три минуты. Начинайте!

Я надел перчатки. Щорс ухмыльнулся, а затем, попятившись к краю, повернул камень на навершии своего меча. Тот вспыхнул ярко-голубым. Следом подо мной отчего-то стало легко. Я посмотрел вниз и осознал, что мои ноги… оторвались от земли⁈

А мой враг был уже близко — летел по воздуху.

— Защищайся, ничтожество!

Удар, и мы разлетелись в разные стороны как мячики: мой противник подлетел вверх, а затем мягко приземлился прямо на вогнутую поверхность трубы. Я же завис прямо посредине — невесомый как пушинка.

— Что такое, Обухов? Испугался⁈ — хохотнул Щорс, а затем снова прыгнул на меня.

Мы снова столкнулись. Обменявшись ударами, разминулись. На этот раз на стене стоял я, а Щорс примостился на «потолке». Вокруг нас летали мелкие камешки, травинки и капельки влаги. Меч Щорса разгорался все сильнее.

— Кажется, я знаю, что будет моим трофеем, — улыбнулся я, сжимая кулаки. Пламя вспыхнуло, озарив всю трубу.

Враг кинулся на меня и одновременно с его пальцев сорвались сверкающие стрелы. Летели они из рук вон плохо — видно, отсутствие силы тяжести сыграло тут свою роль.

Половину я сбил, а от других ушел вниз. Прыжок, очередная «сшибка», и нас вновь разбросало. На этот раз я едва не коснулся края, но тут же, ударившись о стену, полетел контратаковать. Пламя вспыхнуло еще ярче — и враг зажмурился.

Сказать, что Щорс удивился, значит, не сказать ничего. Он едва увернулся от моего кулака, летящего ему в челюсть, а затем заработал тычок шипастой перчаткой. Крик сотряс трубу, а капельки крови закружились в воздухе.

— Сука! — взвизгнул он и, отбив мой новый удар, прыгнул вбок — почти к краю. Едва не наступив на опасный участок, прыгнул в сторону. — Как ты так быстро освоился⁈

Я расхохотался. Полет, друг мой! Я снова летаю, черт тебя!

Еще один прыжок, а затем еще раз. Стрелы вспыхивали еще дважды, но каждый раз улетели в «молоко». Вращаясь как юла, Щорс едва мог уворачиваться и отбивать мои атаки. А я не спешил кончать с ним — ощущение полета, пусть и кратковременного было крайне волнующим.

Это же почти как на крыльях…

Через полминуты быстрого боя пот со лба Щорса летел градом, а руки все были в волдырях от ожогов. Он отбивался все слабее, а свет кристалла начал дрожать. Конец был близок — как и пределы круга. Мы сражались уже в пределах десяти метров.

И вот мы сошлись на потолке. Мой удар отбросил Щорса прочь — и прямо «вниз». Полетел он уж слишком быстро, а значит…

Кристалл на мече заискрился.

— Зараза! — и приземлившись на потолок, я помчался прямо по стене.

Едва добравшись до пола, Щорс деактивировал кристалл. Судя по тому, как он зашипел, тот был адски горячим. Огонек померк, а я ускорился — сила тяжести навалилась на меня как лавина. К счастью, «потолковая» часть трубы была уже позади, и я мчался по скату.

Щорс ждал меня.

Уронив меч, он скрестил пальцы, и между ними зажглась голубая сфера. Увеличившись вдвое, она сорвалась прямо на меня.

— Сдохни!

Увы для него, я оказался быстрее. Пропустив пылающий сгусток над плечом, прыгнул — и влетел обеими ногами врагу прямо в живот. Крякнув, он рухнул на пол, я скакнул сверху. От удара у него захрустели ребра.

Взвыв, он задергался, а затем потянулся к мечу, лежащему на расстоянии чуть дальше вытянутой руки. Но мой кулак снова был быстрее — я вцепился ему в горло.

— Не так быстро. Убери руку, или умрешь.

Мои пальцы сжались, и Щорс захрипел. Его рука почти взялась за кристалл, но…

— Сдаюсь… Ты побе…

— Ага, значит, я могу тебя убить? — и я улыбнулся.

Нижняя губа Щорса задрожала. Лицо, покрытое ожогами и копотью, стало бледным как у трупа.

— Нет, я…

— Что, просишь пощады? Готов выполнять мои желания?

Тот стал еще бледнее и бешено затряс головой. Сжав пальцы, я повернулся к секунданту — они с Игорем стояли на самом краю барьера, до которого было жалких три метра. Францев с Ройсом напоминали каменные изваяния.

— Кажется, боец отказывается соблюдать условия договора, — сказал я, все сжимая пальцы. Враг захрипел и забился, но мои пальцы были буквально сделаны из стали. — Умирать он не согласен.

Секундант вздохнул.

— В случае отказа от соблюдения условий дуэли, вы можете подать официальную жалобу в дуэльную ассоциацию. А также в Арканум или лично Королеве. Вам возместят весь ущерб за счет средств рода.

— То есть дело дойдет до его отца… — склонил я голову, посмотрев краснеющему Щорсу прямо в глаза. — И он…

— Пощади, я прошу пощады!!! — взвизгнул он. — Я выполню одно твое желание, черт тебя! Какое⁈

Хех, и не думалось мне, что угроза раскрыть его перед отцом будет настолько эффективной. Даже глаза едва из орбит не выскакивают.

— Принято, — сказал я, разжав пальцы. Щорс закашлялся. — Отдаешь мне свой чудо-меч и вали к своему папаше, жалкий слизняк.

Кашляя, он приподнялся, и мы снова коснулись кольцами. Сияние погасло, а барьер и вовсе рассеялся, не добравшись до нас какого-то метра. Помогать этому ничтожеству встать из лужи у меня рука не поднялась — пусть сам колупается.

Взяв свой трофей, я повернулся к оставшимся двум дуэлянтам и гаркнул:

— Ну, кто следующий⁈

Оба стояли как громом пораженные. Наверное, рассчитывали, что после активации кристалла Щорс меня прибьет первым же ударом? Промашка вышла, ребята. Тем более, антигравитационный меч теперь в моих руках.

Переводя взгляд с одного лица на другое, я ждал их решения. Но они мешкали.

— Ты! — и я направил острие в лицо Францеву. — К барьеру!

Но тот не сделал и шага. Попятился. Как и его приятель Ройс.

— Куда⁈ Выходите, трусы! — крикнул я и сам пошел на них.

Еще шаг, и, переглянувшись, оба развернулись и дали деру. Молча.

— Эй, а ну назад!

Но нет. Шаги только громче застучали по гулкой трубе. За ними увязался и секундант. А вот он отчего-то кричал как резаный.

— Зараза… — выдохнул я. — Значит, будем писать жалобу… А…

И тут я увидел взгляд Игоря — тоже испуганный до чертиков. Он смотрел куда-то мне за спину. В его руках был обнаженный клинок.

— Ты чего?.. — нахмурился я и обернулся.

Над поверженным Щорсом нависла гигантская тень. С крыльями.

Парень силился закричать, но только впустую набирал в легкие воздух. А тень все росла. И вот на огромной вытянутой морде, покрытой чешуей, засверкали глаза. Во рту показались острые зубы.

— Мама… — и щелк!

Его голова пропала в зубастой пасти. Захрустело, и тварь просто отгрызла этому идиоту голову.

* * *

В трубе.

Кочерга медленно шел, выбирая места, где посуше, а звуки из темноты раздавались наижутчайшие. Там постоянно что-то сверкало, кто-то злобно кричал, а еще звенела сталь. Каждую секунду Кочерга думал, что вот-вот «ситуация выйдет из-под контроля», однако нащупать эту грань он все никак не решался.

— Эх, говорила мне мама: учись на электрика…

Подойдя к месту схватки еще на десять метров, он разглядел впереди людей — четверо стояли за пределами сверкающего барьера, а еще двое летали посреди трубы словно были привязаны к «потолку» веревками. Вокруг постоянно что-то мелькало, ревело пламя и сверкали магические стрелы. А парни еще и прыгали по трубе, словно гимнасты в цирке.

У Кочерги отвисла челюсть. А это считается ситуацией «вышедшей из-под контроля»?

Решив, что, наверное, босс знает, что делает, он принялся ждать. Как ни крути, но драка выглядела красивой. Да и босс явно брал верх над врагом. Наконец его пальцы сомкнулись на горле соперника, и Кочерга выдохнул.

Один враг повержен. Осталось еще двое, и они смогут вернуться в…

— Канализацию… — проговорил Кочерга. — Зараза.

Впрочем, награда за поиски Крыс была тоже ничего — пиво из «Золотого котла». А оно было ужасно вкусным. Крепкое, темное, с горчинкой… Нет, оно определенно того стоило!

И вдруг он услышал приближающиеся шаги. На него неслись двое, а за ним еще один, кричащий во все горло.

Кочерга едва успел отскочить, но все равно полетел в лужу. Плюхнувшись, он вымок до нитки и с трудом смог подняться. Проводив взглядом трех беглецов, удивленно приподнял бровь.

— Все что ли⁈

Вдруг его ушей коснулся рык, а затем и вой, от которого у него внутри все похолодело. Затем ветер — иссушающий и мощный, словно от гигантских…

Посмотрев на место схватки, Кочерга похолодел. На него неслась гигантская крылатая тень.

Глава 25

Что там наверху?

— Ваня, бежим! Это же…

Моя чешуйчатая знакомая взревела. Настолько жутко, что Игорь сорвался бежать, но я дернул его за руку.

— Побежишь — умрешь! — и направился вперед. — Эй ты, гадина! Ты чего тут забыла? Вали отсюда!

Натолкнувшись на мой Взгляд, виверна заворчала, но стоило мне подойти поближе, как тут же оскалилась. Когти заскребли по ржавчине, крылья взметнулись вверх. Должен отметить, в полумраке выглядело это, действительно, зловеще.

Игорь же кричал:

— Ваня! Это же Он!!!

— Заткнись, это жалкая виверна, — оглянулся я, присматриваясь к твари, которая пятилась все дальше. — Ты что-то прячешь?..

И только я подошел поближе, как она взмахнула крыльями и полетела на нас. Игорь с криком шлепнула на спину, но тварь пронеслась у нас над головами — и прямо к выходу. Пару секунд спустя раздался крик кого-то из сбежавших балбесов. Через миг крылатый силуэт пропал снаружи.

— Твою ж… — выдохнул Игорь, поднимаясь. — С чего ты взял, что это виверна?

— У нее же две лапы, а не четыре. Да и откуда в этой трубе взяться таким как Он? Сам знаешь, Олаф Его давным-давно прикончил…

С этими словами я осторожно обошел то, что осталось от Щорса, и прошел подальше в темноту. Так и есть — в глубине было гнездо. Воняло от него соответствующе.

— Прямо как в твоей квартире, Ваня, — буркнул я, и Иван забубнил что-то невнятное.

Вспомнив огромное брюхо виверны, я задумался. Возможно, оно было отнюдь не от обжорства…

— Пошли отсюда, — и мы с Игорем направились на выход.

— Надо бы звякнуть в Ассоциацию, или в Инквизицию, на худой конец, — говорил Игорь, когда мы, щурясь от яркого света, подходили к выходу. — Это, походу, тот самый монстр, о котором говорили в новостях…

Только выйдя на улицу, я всмотрелся вдаль — и сразу же увидел летящую виверну. В небе она держалась неважно, однако в когтях дергалась чьи-то жирные тушки.

— Это Ройс⁈ — охнул Игорь, приглядевшись.

Я тоже сощурился. Да, в левой лапе был тот самый пухляш по фамилии Ройс. А вот в правой…

— Кочерга! Кочерга-а-а-а! — раздался крик, и мы увидели моих балбесов, выходящих из укрытия. Они смотрели вверх с открытыми ртами.

— Говорил ему, дебил! А он…

Да, кажется, Кочерге придется несладко. Виверна явно была голодна.

— Интересно, куда она направилась? — спросил Игорь.

— Расслабься, — махнул я рукой. — Сожрет их, а потом снова где-нибудь затаится. В ее положении нужно много питаться.

Игорь недоуменно похлопал глазами.

— Ты хочешь сказать, у нее будет…

— Я хочу сказать, что нам нужно уходить отсюда. Кажется, наша дуэль накрылась медным тазом.

И я посмотрел на свое кольцо. Оно еле заметно светилось.

— Нет. Ваш дуэльный договор еще в силе, — заметил Игорь.

— И сколько он продлится?

— Эмм… Где-то сутки, а потом кольцо взорвется и тебе оторвет руку.

— Чего⁈ — спросили мы одновременно с Иваном. — МНЕ оторвет руку?

При виде того, с каким отвращением я посмотрел на кольцо, Игорь расхохотался.

— Шучу, шучу! На тебя просто наложат штраф за ложную дуэль.

— На меня⁈ Это меня же вызвали, а не я их!

— Да, но все же они из важных семей. Поэтому платить придется тебе.

— И сколько?..

Игорь назвал сумму. Впрочем, не такую уж и большую.

— И это в день, — поднял он палец.

— В день⁈

— А ты как думал? — и Игорь улыбнулся. — Дуэль — вещь серьезная. С них государство богатеет!

Я не выдержал и сплюнул. Ну, Дарья! Впрочем, на нее это похоже. Деловая хватка у моей Принцессы всегда была на зависть. Извлекать деньги из аристократии за дуэли — в ее манере. Когда-то давно она пыталась отучить меня чесать спину о кладку Башни, и за каждый раз похищала золотой. Как вспомню, аж в дрожь бросает…

— И пеня будет капать до тех пор, — продолжил Игорь, — пока кольца снова не коснутся друг друга после поражения или мировой. Но за мировую тоже положен штраф!

— А за победу — налог с того, кто проиграл?

— Как ты догадался?

Я покачал головой. Ни на какую мировую, ни на поражение я не согласен. Только на победу. Только на золото.

— Босс! — и подбежавший Коля дернул меня за плечо. — Нужно что-то делать, иначе Кочерга…

— Дался тебе твой Кочерга! Быстрее, не хочу платить штраф!

И мы побежали к своему транспорту: они к мопедам, а мы — к машине Стаса.

— То есть, формально мы с Францевым и Ройсым еще деремся на дуэли? — рассуждал я на бегу. Сзади затарахтели мопеды, и Хозяева трущоб, обгоняя нас, понеслись вперед. — А что будет, если он подохнет в зубах этой твари?

Игорь пожал плечами.

— Не знаю… Но вполне вероятно, что штрафовать тебя будут до тех пор, пока ты не коснешься его родового кольца… А оно у виверны вылезет… естественным методом.

Я зарычал — и кто придумал эти идиотские правила? Хотя глупый вопрос.

— Поэтому, как бы нам не хотелось, но… — улыбнулся Игорь. — … Придется спасать высокородную задницу Ройса…

Не тратя времени понапрасну, мы прыгнули в машину к Стасу — а тот знай себе пялился на небо, где еще виднелся силуэт виверны. Когда двери захлопнулись, он обернулся. На его лице застыло какое-то странное выражение то ли счастья, то ли крайнего УЖАСА.

— Эй, народ, вы видели⁈ Это же Он! Настоящий! В газетах не врали⁈

Я кивнул и ткнул пальцем вперед.

— Да, давай за Ним!

Стас ошарашенно заморгал.

— Иван Петрович, вы же шутите?..

— Нет, конечно. Плачу двойную таксу. Давай пошевеливайся!

Вздохнув, Стас осенил себя крестным знаменьем, а затем рванул вперед. Нас с Игорем аж в сиденья вжало — как шибко он направился в погоню. Вот что творит эта такса.

— Еще бы знать, куда направился еще один «дуэлянт»… — задумчиво проговорил я, глядя в окно. Хозяева трущоб мчались впереди, и Стас очень быстро сел им на хвост.

— Он бежал так шибко, что пыль до сих пор не улеглась, — кивнул водитель, вращая «баранку». — Это вы их так отделали, Иван Петрович?

— Еще чего? Я их и пальцем не тронул! Но мне очень надо!

Стас присвистнул.

— А вы опасный человек… Не хотел бы я перейти вам дорогу…

Вскоре вокруг замелькали улочки города. Стас выжимал из машины все, но крылатая точка не приближалась. Хозяева трущоб тоже не успевали. Еще чуть-чуть, и виверна грозила пропасть за домами.

— Зараза, Стас! Быстрее!

— Больше моя малышка не сдюжит!

Когда мы добрались до центра, где-то завыл сигнал воздушной тревоги.

— Внимание всем жителям! — заговорили из мегафонов противным женским голосом. — Убедительная просьба уйти с улиц и оставаться дома. Ни в коем случае не смотрите наверх! Повторяю, оставайтесь дома и не в коем случае не смотрите наверх!

Конечно же, все сделали ровно наоборот — высыпали на улицы и подняли лица кверху.

— Это птица? Это самолет⁈

— Нет, это Он! Спасайся, кто может!

Ор поднялся выше крыш.

— Блеск! — хмыкнул Игорь, когда все начали носиться в панике по улицам. — Еще не хватало, чтобы полиция увязалась за нами…

— Полиция не увяжется, — отозвался Стас. — А вот Инквизиция, как пить дать. Может, мы…

Я покачал головой. А тем временем, «птичка» таки исчезла за крышами.

— Видел куда она полетела, Стас? — спросил Игорь, вцепившись водителю в сиденье.

— Куда-то в лес… А там ищи ее, свищи…

Немного покатавшись по улицам, вы выехали к окраинам. Крыши разошлись, но «птички» нигде не было видно. Дорога и вправду уводила к лесу.

— Стоп! — крикнул я, и Стас дал по тормозам. Машина встала, а я вышел на обочину. Меня вел зов.

И привел прямо по «адресу» — к золотому кольцу, лежащему в траве. Подняв его, я поморщился. Похоже, эта тварь таки переварила верхушку культа имени Его, а вместе с ним и их блестяшки, которые еще остались в ее желудке.

— Терпимо…

— Эй, босс! — и рядом остановились Хозяева трущоб. — Потеряли⁈

Один из парней нагнулся и поднял что-то с земли. Это были разбитые желтые очки.

— Бедный Кочерга… Он был так молод…

— Заткнитесь! — шикнул я, а сам, сжав кольцо в руке, закрыл глаза и сосредоточился. Через секунду мне удалось нащупать «ниточку» — она тянулась к северо-западу, где напевала еще одна золотая вещица.

— Гони, я покажу дорогу, — сказал я, усевшись обратно в машину. — Будет тебе тройная такса.

* * *

В городе.

Потянувшись, Эдгар Ильдарович сошел с крылечка своего ювелирного магазина и огляделся. Утром было холодно, свежо и немного влажно — его любимая погода. Жаль, что окружающие его ничтожества были не в силах оценить ее: жались себе по углам, словно настал конец света.

— Да-а-а… Красота! — сказал хозяин магазина, зевнув и увидел на ступеньке утреннюю газету. На глаза сразу попался заголовок «ОН ВЕРНУЛСЯ?»

Фыркнув, Эдгар Ильдарович все же поднял газету. Пробегая статью глазами, он презрительно усмехался. Мимо на дикой скорости пронеслась воющая пожарная машина, а за ней две полицейские.

— Какая чушь! — воскликнул он, складывая газету. — И чего только эти писаки не придумают?

В своей жизни он верил лишь одному источнику информации — себе. Молодой хозяин ювелирного добился в этой жизни слишком многого, чтобы верить россказням неудачников.

Повернувшись, Эдгар Ильдарович хотел поприветствовать своего соседа, но тот словно не замечал его. Стоял и с взволнованным видом пялился на небо. Люди на обочине тоже смотрели в ту сторону — а на подошедшего к ним Эдгара никто даже не обернулся!

Это его несказанно оскорбило. Он добился в жизни слишком многого, чтобы его вот так не замечали!

— Эй, вы чего там рассматриваете? — спросил он, но даже и не подумал поглядеть вверх. К чему? Что может происходить в небе, кроме дождя, который никто не предсказывал?

Сосед все же оглянулся. В его глазах был дикий страх.

— Т-т-т-там… О-о-о-он! — и он наставил палец в небо.

Даже не подумав поднять глаза, Эдгар Ильдарович ухмыльнулся.

— Чушь! Это все сказки! Сколько вам лет, Анатолий Константинович? Еще скажите, что в гороскопы верите!

И хохотнув, он направился в свою лавку. Ну что за балбесы? Как можно верить в эти россказни сказочников-журналю…

— Зараза! — и он едва не рухнул вниз — прямо в открытый люк канализации, который какой-то лентяй оставил нараспашку.

А эти знай себе смотрят на свое небо! Идиоты, хоть кто-нибудь бы посмотрел вниз, туда где происходят действительно важные вещи!

— Эй, может, кто-нибудь закроет люк⁈ — замахал руками Эдгар Ильдарович, но всем было по боку. Даже проезжающая мимо полиция знай себе смотрела вверх.

Он на мгновение даже хотел проследить за их взглядами, но вовремя отбросил эту глупую мысль. К чему следовать вкусам пустоголовой толпы? Люк он также не стал трогать. Он добился в этой жизни слишком многого, чтобы пачкать руки!

— Пора открывать магазин… — фыркнул он и направился обратно в ювелирный. А эти балбесы уже разбегались по норам — и правильно, нечего бездельничать!

Только ступив в полумрак магазина, Эдгар Ильдарович понял, что что-то не так — какие-то шорохи, а еще коврик лежит не на своем месте. Попытавшись включить свет, он ничего не добился — выключатель не работал.

Вдруг где-то в подсобке что-то грохнулось.

— Эй, кто здесь⁈ — крикнул он, выходя в зал. — Магазин еще закрыт! Вылезайте, иначе я вызову…

И тут в спину ему уперлось нечто твердое. Он хотел было обернуться, но тут из-за прилавков показались они — целая банда мужиков в балаклавах, напоминающих крысиные уши. Все с оружием.

— А ну тихо! — шепнули ему сзади, а рот сжала холодная ладонь. — Поможешь нам вынести все до последнего медяка, уйдешь живым.

* * *

Лес обступал наш автомобиль все плотнее. Зов же с каждой найденной золотой вещицей только усиливался.

— У нас теперь зверушка, гадящая золотом? — хихикнул Игорь. — А откуда ты знаешь, где будет следующая?

— Интуиция…

Каждые двести-триста метров Стас останавливал машину: я выходил, подбирал золото, а потом мы срывались дальше. Было, конечно, мерзко, но не оставлять же золото на поживу менее придирчивым гражданам?

Еще десяток остановок, и логово виверны было уже недалеко — об этом возвестил отдаленный рев.

— Ваня… — сказал Игорь. — Когда я согласился быть твоим секундантом, я ожидал, что все выльется в историю, но такую…

Я тоже. И с ней нужно быстрее кончать, пока сюда не нагрянули конкуренты. Драться с кем-нибудь вроде Лаврентия не только за золото, но и за Ройса с Кочергой мне совсем не улыбалось.

— Эй, а это что? — насторожился Стас, сбавляя скорость. Посреди дороги стоял автомобиль, а рядом двое мужчин с оружием. У всех нашивки Ассоциации.

Зараза… Вот и конкуренты, да еще и коллеги Марьяны. Интересно, она тоже тут?

— Сюда нельзя! — сказал Стасу подошедший маг. — Поворачивай!

Но тот уперся рогом:

— С чего бы это? Эта дорога для всех!

— Ты чего, таксист, с дуба рухнул? Не слышал оповещение? Всем бояться и не смотреть на небо! Или тебе уши прочистить? А вы, двое…

Я же открыл дверь и положил руку на окошко — специально, чтобы оба разглядели родовое кольцо. Игорь сделал также. Хозяева трущоб даже не стали тормозить — просто промчались мимо.

— Эй, куда? — охнул маг им вслед. — А ну стоять!

Я же дернул его за рукав. Моя рука была в огненной перчатке.

— Не так быстро! Кто таков?

И при виде, как по моему запястью гуляют крохотные язычки пламени, с мага мигом слетела вся спесь.

— Черкасов… Простите, ваша милость, но в той стороне опасно. Такое чудище — это не шутки, если вы…

— Я сам решу, как мне быть, — бросил я и вылез из машины. — Значит так, стойте тут и никого не пускайте, ясно?

— Что? Но…

— Ясно? — и я добавил своему взгляду убедительности. Эти двое закивали. — Хорошо. Стас, езжай дальше!

Когда за мной захлопнулась дверь, водитель рванул. Двое опешивших магов еще какое-то время провожали нас глазами, а затем принялись куда-то звонить.

— Быстро они, сволочи! — фыркнул Игорь, оглянувшись. — Видать Ассоциация хочет забрать чудище себе…

— Это мы еще посмотрим.

Откуда-то послышались завывание сирен. Похоже, городская стража тоже решила подключиться к поискам. Если это она, а не кто посерьезней…

— Эх, завтра все газеты будут трубить… — и Игорь осекся. Впереди слышались крики, а над верхушками деревьев полыхали магические огни. Следом грохнуло так сильно, что стволы закачались.

Кажется, веселье в самом разгаре.

Петляя по грунтовке, мы выехали на открытую местность — к старой водонапорной башне, вокруг которой носилась виверна. У подножия суетились маги, пытаясь попасть в нее то огненным шаром, то молнией, то ледяным копьем. Увы для них, каждый второй снаряд летел мимо, а остальные разбивались о башню.

С каждым новым попаданием, сооружение опасно дергалось. Трещин на ней было и без того с избытком.

— Идиоты… — вздохнул я. — Если они еще раз промахнуться…

И тут один маг, накодовавший некий особо огромный сверкающий шар, вскинул руку, и снаряд сорвался в полет. Виверна, изогнувшись в воздухе, пропустила его под брюхом, а тот угодил точнехонько в башню.

Стас ударил по тормозам, и местность сотряс взрыв — башню разорвало в клочья. Огромная стена воды вырвалась на свободу и водопадом рухнула прямо на магов. Поднялся грохот, пар и искры от молний. Затем все затихло. Слышался только легкий шум от крыльев виверны, победно парящей над полем брани.

Мы же выпрыгнули из машины и сразу в кусты — там как раз показались Хозяева трущоб.

— Босс! Мы нашли Кочергу! — и довольный Коля кивнул на верхушку дерева, где сидел один из членов его банды. Толстяк выглядел испуганным.

Вдруг ожили рации:

— Прием! Прием! Как слышно? Это Кордон-1! Мимо нас проскользнули какие-то скучающие аристокатики! Сейчас будут у вас! Прием! Где вы, мать вашу⁈

Но магом никто не ответил.

— Похоже, ребята вышли из игры, — сказал Игорь, выглядывая из-за кустов. — Может, все же ну ее?.. Я заплачу за тебя этот глупый штраф!

Я покачал головой. Еще не хватало лезть к Илларионовым в долги.

— Бутылки еще остались? — спросил я Колю, и парни вытащили из карманов «молнии». — Хорошо. Выходим. Если что, швыряйте все и сразу. Кто-нибудь да попадет…

Подойдя поближе, мы увидели то, что осталось от магов Ассоциации. Половина превратилась в ледяные статуи, а другие просто почернели как пережаренные котлеты. По их доспехам бегали искорки разрядов, в небо поднимался мерзкий вонючий дым. Были и те, кто просто лежал на земле, хлопая глазами. Таких было человека два-три от силы, к одному из них я и направился.

— Ну что, отец, как охота? — спросил я мага, пытающегося снять закопченный шлем. Кажется, он застрял. — Не против, если и мы попытаем счастья?

— Что? Кто⁈ Кто пустил? Назад! Нельзя смотреть наверх!

Он было поднялся, но, не удержавшись, тут же сел на задницу. Я покачал головой, и вдруг почуял движение.

Виверна, усевшись на остатки водонапорной башни, облизывала пасть. Вдруг в нее полетело еще одно заклинание. Едва увернувшись, тварь рванула в бой и пропала между деревьями. Где-то загрохотала битва.

— В бой! За Кочергу! — зарычал Коля и вся его ревущая ватага кинулась на звуки. — ЗА КОЧЕРГУ!

Мы с Игорем тоже, но у самой башни парень остановил меня.

— Гляди! Вон наш клиент! — и он ткнул пальцем в балкончик на башне, на котором и дрожал еле живой сир Ройс. — Не запылился даже!

Я бы так не сказал. Выглядел парень так, будто виверна уже поживала его пару раз. Кажется, он даже схуднул. Наверное, это школа Юлиуса.

— Эй! Слезай оттуда! — крикнул ему Игорь. Завидев нас, Ройс замычал:

— Не могу, я боюсь!

— Она улетела, идиот! Слезай!

— Я боюсь высоты! — отозвался он и еще сильнее вцепился в поручни. Под ним была лестница, но ею он, судя по трясущимся коленкам, пользоваться не собирался.

— Трус! — рявкнул я, и тут в воздухе вновь показалась виверна. От нее валом валил дым, а по шкуре плясали молнии. Видно, наши задели таки гадину.

Качнувшись в воздухе, она полетела — и прямо на нас с Игорем.

С ней я больше не собирался возиться — глянул на нее Взглядом, и она, взвизгнув, задержалась в воздухе. Мой товарищ тоже не зевал: вскинул руку и в ней выросло длинное ледяное копье. Размахнувшись, он швырнул его прямо в виверну.

Она дернулась в сторону, но было поздно. Копье пронзило ее насквозь.

— В яблочко!

Взревев, тварь плюнула в нас чем-то зеленым, но ядовитый плевок разбился у нас под ногами. Кашляя, мы отбежали. Запах вкупе со столпом дыма поднялся мощный.

— Гадина! — рыкнул Игорь и, оступившись, упал. Его нога тоже дымилась, покрытая брызгами по бедро. Он быстро покрыл ее тонким слоем льда, а затем быстро разбил корку. Штаны можно было выкидывать, но к счастью яд до кожи не добрался.

— Идти сможешь? — спросил я, наблюдая, как он неловко поднимается на ноги.

— Если не быстро, то да… Где виверна⁈

Я ее чуял — вернее, золото, которые еще было в ней, пусть и немного. Зов удалялся, а вот сирены городской стражи, наоборот, приближались.

— Вот черт! — простонал Игорь. — Только этих не хватало…

— Задержи их. Я разделаюсь с тварью сам.

— Уверен⁈ Она же…

— Ранена. Давай, без разговоров. Голову поделим пополам.

— Эй! — раздался крик. — А как же я⁈

Я посмотрел наверх — а Ройс, смотря на меня мокрыми глазами, дрожал как осенний листочек на ветру. Башня под ним скрипела, стонала и немного рычала, и чем громче, тем сильнее бледнел «сир рыцарь».

Мы с Игорем махнули на него рукой и разошлись в разные стороны: он в сторону сирен, а я за виверной. Уже в зарослях мне повстречался золотой блеск — кольцо лежало прямо в траве, рядом была кровь. Только я направился, чтобы забрать свое, как из кустов вышел Коля. Его плотоядные глаза смотрели на мою собственность.

— Не трожь! — рявкнул я, и Коля отстранился. — Где виверна?

— Наши ее загнали в нору! Еще чуть-чуть, и….

— Не трогать. Она моя. Как и золото в ней. Веди!

Мы пошли вперед, и каждые десять метров нам приходилось останавливаться. Под ногами попадались броши, монеты, перстни…

— Это что, чей-то золотой зуб?

— Да, и он мой!

— А у вас просто нюх на них, ваша милость, — присвистнул Коля. — Вон-вон, еще брошка в траве.

— Без тебя знаю!

«Золотая дорожка» уводила нас все дальше. В небе никого не было, а вот на земле, да — следов было много, и все они хаотичные, кровавые и покрытые ядом. Кусты тоже дымились испарениями, ими виверна метила каждый шаг.

И вот, подняв очередную монетку, я оказался перед входом в грот. Хозяева трущоб окружили его кольцом, держа в руках последние оставшиеся «молнии». След твари уводил в темноту, а вот золотого зова как не бывало. Похоже, эта монетка оказалась последней.

Стоило приблизиться ко входу, как изнутри раздался вой. Хозяева трущоб попятились.

— Не бойся, — сказал я, обнажив меч, — это не больно.

По поводу этой твари у меня были смешанные чувства. С одной стороны, виверна опасна и, если от нее не избавиться, она с голоду сожрет не только Ройса, но и какого-нибудь Бориса. С другой, она все же родственник мне, пусть и далекий.

— За мной не ходить, — сказал я и спустился в пещеру.

Виверна нашлась почти сразу — тварь забилась в самый дальний угол. Каждый шаг ожидая плевка ядом, я аккуратно подошел поближе, но она отчего-то не стала нападать. Лежала смирно, и даже не рычала, будто…

Я подошел вплотную. Ни движения. Затем ткнул ее мечом — точно, дыхания не было. Кажется, удар ледяным копьем стал фатальным.

— Даже жаль ее, — заговорил Иван. — Как ни крути, но она была красивой…

Покачав головой, я собрался было уйти, но не сделал и шагу. Рядом с тушей что-то лежало…

Кое-что крупное, овальное и пятнистое.

Глава 26

Почем виверна?

— Зачем? Зачем тебе эта дрянь⁈ — бушевал Иван, пока я выкатывал находку из пещеры. — Тебе не хватает еды в холодильнике?

— Это трофей. Молчи, Иван, ты ничего не понимаешь, — пыхтел я, ибо «трофей» оказался довольно тяжелым. — На крайний случай будет хороший завтрак.

На выходе меня ждали Хозяева трущоб. С каждым моим шагом их глаза все больше расширялись.

— Это… — заикнулся Коля, но я отмахнулся.

— Не болтайте, а помогите мне! Есть у кого сумка?

Тут же один из них снял с плеч рюкзак, и мы быстро спрятали находку от лишних глаз. Оглядев своих подчиненных, я остановился на том самом пухляше, которого похитила виверна, и поманил его пальцем.

— Давай, Кочерга, впрягайся, — сказал я, подходя к нему с тяжелым рюкзаком. — Отвечаешь за него головой.

— А че это я?.. — проблеял он, но Коля тут же набросил ему на плечи лямки.

— Ты самый крупный! Давай быстрее! Босс только что дал тебе задание!

И они принялись устраивать рюкзак у него на спине.

— … Ему еще его придется высиживать, как пить дать… — ухмыльнулся Коля, похлопав товарища по плечу. — Куда его, босс?

— В машину, но смотрите не попадитесь городской страже, — сказал я, уловив звуки приближающихся сирен. — Они уже близко.

— Есть!

— А вы, — и я посмотрел на остальных. — Закидайте эту пещерку ветками и постарайтесь вычистить все следы. Нам тут лишние глаза и уши ни к чему.

Они кивнули. Коля с Кочергой растворились в кустах, а парни принялись маскировать местность. Я же вернулся к водонапорной башне. Выжившие маги уже куда-то подевались, а Ройс все сидел наверху и, обливаясь слезами, ждал, когда про него хоть кто-нибудь вспомнит.

При виде меня он оживился.

— Спасите!

— Ты думаешь, я буду снимать тебя? — крикнул я дрожащему толстяку. — Вон лестница. Лезь, а то просидишь здесь до старости.

— Ты убил Его?..

— Виверну? Да, слезай!

— Это была виверна⁈

Я покачал головой. Еще один…

К счастью, он нашел в себе силы поставить ногу на ступеньку. А потом еще одну, и еще…

— А ты делаешь успехи, человек, — хмыкнул я, наблюдая, как он трясется после каждого движения. — Такими темпами тебе прямая дорога в цирк.

И только Ройс преодолел половину лестницы, как раздался противный скрежет. Одна из опор лестницы лопнула, и этот циркач закачался над «пропастью». Закричал он как девчонка.

— Помоги! Спаси! Ива-а-а-а-ан! Я сдаюсь!

— Идиот… Под тобой всего три метра. Прыгай!

— Аааай!

Вереща, Ройс вцепился в лестницу до белых костяшек, и стал напоминать очень жирного кота, залезшего на дерево. Я же покачал головой. Жалкое зрелище.

— Спускайся и кончим дуэль!

— Я же сказал, что сдаюсь! Так вот я сда…

На этом лестница не выдержала его тупости. Как его не зашибло проржавевшей железякой, осталось загадкой. Но рухнул он красиво — как огромный откормленный орел с перебитыми крыльями. От грохота с веток вспорхнули птицы.

Подойдя к нему, я раздосадовано вздохнул. Сир рыцарь был без сознания.

— Ладно, будь по-твоему… — буркнул я и коснулся своим перстнем его печатки. Мигнув, оба тут же потухли. — Наверное, сработало…

— Вон они!

И вслед крику из леса выбежала целая толпа: люди в форме городской стражи, какой-то народ в доспехах, еще несколько вооруженных парней из Ассоциации, в числе которых были и те, что пытались задержать нас на въезде. За ними ехала целая колонна военных машин.

От шума у меня сразу разболелась голова.

— Ваня!

Среди них показалась даже Марьяна. Следом за ней плелся и хромающий Игорь. Он улыбался до ушей.

Подбежав ко мне, девушка открыла рот. Начала она чуть погодя:

— Ты чего тут дел… Хотя глупый вопрос… Ты видел монстра⁈

Я кивнул.

— Видел. Он уже мертв.

— Как?.. А как же дуэль? Ты чего дрался на дуэли с…

Но тут она увидела Ройса. Он все еще находился в бессознательном состоянии, и его тащили к одной из машин с каким-то гербом. Похоже, люди из его рода.

— Он мне проиграл желание, — буркнул я. — Ничтожество. Как очнется…

К нам подбежал один из магов:

— Где зверь⁈ Нужно оцепить район, иначе…

Не успел я ответить, как снова раздался шум мотора, и к нам подъехала еще одна машина: огромная, черная и без опознавательных знаков. И это могли быть только одни ребята.

— Ну приехали… — пробурчал Игорь, а остальные пугливо попятились. Про монстра все мигом забыли. — Только этих не хватало.

Захлопали двери, и к нам вышло трое Инквизиторов, и нет, Лаврентия среди них не было. Впереди шагала рыжая женщина в очках. Знакомая. Кажется, я видел ее на арене.

— Добрый день, — сказала она подчеркнуто вежливо. — Простите, что отвлекаю, но вы не видели здесь чешуйчатую зверушку с крылышками?

— Я…

— Видели? Видели! Слава богам! Я бы хотела ее вскрыть! — и ее глаза за круглыми стеклами блестели каким-то детским нетерпением. — Мне бы ТАК хотелось ее вскрыть! Это же надо!

— Но мы ее убили, — сказал я, кивнув на Игоря. — И теперь она наш трофей.

— Покупаю! — воскликнула Инквизиторша и достала целую пачку денег. — Сколько⁈

У Игоря мигом отвисла челюсть. Марьяна тоже удивилась — она, правда, и не переставала стоять с полуоткрытым ртом. Я же потер подбородок. И действительно, за сколько я был готов продать «зверушку» этой странной особе…

— А сколько у вас есть?.. — сказал я первое, что пришло в голову.

Как ни странно, это сработало, ибо Инквизиторша мигом вытащила из кошелька все расписные бумажки до последней. Затем принялась снимать с пальцев золотые кольца, а следом и серьги. Последним в мою ладонь упала ее золотая брошь.

Ее коллеги в темных очках все это время стоически молчали.

— Итак, где?.. — улыбнулась Инквизиторша, как нас прервал еще один автомобиль.

Мы обернулись, а к нам двигалась троица людей в мантиях, и они тоже были мне знакомы. Впереди шагал тот самый маг, что прыгал с балкона в Аркануме — Вергилий, кажется. За его плечами держались организаторы «конкурсов»: Бонифаций и Пафнутий.

— А, сир Обухов? Какая встреча! — улыбнулся он. — А мне очень хотелось лично поздравить вас с победой в Испытании. Что вы тут, тоже охотитесь на монстра?

— Уже все закончилось. Монстр мертв.

Вергилий приподнял бровь.

— Неожиданно… И кто его убил? Вы?

— Именно. И мы с этой особой оформляем сделку на него, — сказал я, кивнув на Инквизиторшу. — Поэтому…

Маг предостерегающе поднял руку.

— Нет, нет, постойте! Я понимаю рвение Инквизиции, но Арканум тоже заинтересован в том, чтобы получить тело этого драконида, — и он строго посмотрел на Инквизиторшу. — Лукреция Валентиновна, как не стыдно обманывать этого молодого человека?

— Обманывать⁈ Это моя зверушка, я ее купила!

Вергилий посмотрел на горсть серег и бумажек в моих руках и хохотнул.

— И только⁈

Он тут же вытащил кошелек. Не успел я удивиться, как у него в руках появилась какая-то бумажка. Что-то на ней черканув, он протянул ее мне.

— Вот чек! Примите мои поздравления сир Обухов, теперь вы бога…

Взяв этот жалкий клочок, я рассмотрел его со всех сторон. Он, конечно, был красив, но до тех расписных бумажек, которыми по недомыслию расплачивались в этом ущербном времени ему было далеко. Какая-то дешевка!

Хохотнув, я протянул его обратно.

— Шутите? Тварь за какой-то клочок бумаги? Ну уж…

Однако Марьяна с Игорем уже вцепились мне в руку:

— Нет, Ваня!!! Бери и не думай!

Громче всех в орал Иван — он выдавал вообще нечто нечленораздельное. Мизинец в ботинке дергался как ненормальный.

Я посмотрел на них как на маленьких.

— Издеваетесь? Это же?..

А Инквизиторша тоже вовсю что-то черкала на точно таком же клочке. Ее очки торжественно сверкнули.

— Держите, сир Обухов! Здесь вдвое больше!

Получив очередной «чек», я поднял бровь и обратился за разъяснением к товарищам, однако вид у них был такой, будто мне только что дали пропуск в сокровищницу Королевства со словами: бери все, что захочешь!

Вергилий же немедленно повернулся к своим помощникам:

— Бонифаций, Пафнутий, все ценности сюда, быстро!

— Но…

— Быстро, я сказал!!!

И пока он «раздевал» этих двоих, где-то опять заревел мотор, и к нам подъехал огромный броневик с надписью «АПЧ» на капоте. Увидев его, Марьяна закатила глаза.

— О, нет… Это мой начальник…

Рессоры броневика заскрипели, и наружу вылез просто гигантский бородач с повязкой на глазу. Передвигался он на костыле — одна нога у него была деревянной. Крякая каждый шаг, его грузная фигура приближалась к нам.

— Где зверь⁈ Покажите мне зверя! — разнесся по лесу его трубный голос. — Марьяна, ты чего стоишь⁈ Почему район не оцеплен!

Навстречу ему вышел Вергилий.

— Потому что тварь мертва, Карл Иванович. И теперь она собственность Арканума!

И он повернулся ко мне с блаженной улыбкой. Его протеже в это время накидали к моим ногам драгоценные камни. Бонифаций тряс над ладонью какой-то алюминиевой кружкой — с каждым разом наружу вылетал очередной сверкающий камешек.

— И последняя… — вздохнул Пафнутий, бросая мне колечко. — Обручальное…

— Только через мой труп! — рыкнула Инквизиторша и повернулась к своим. Увидев ее решительный взгляд, оба попятились. — Звоните Домне, живо!

Увидев эту сцену, Карл Иванович обернулся к своим. А их на полянке набилось с сотню человек.

— Ко мне! Выворачивайте карманы все! — затем обернулся к Марьяне. — И ты тоже!

— Аааа… Почему я⁈

— Выворачивай, или уволю!

И Марьяна пронзила нас таким взглядом, будто ее заставили прилюдно раздеваться. Мы же с Игорем переглянулись. Кажется, ситуация начала выходить из-под контроля…

Нет, деньги никогда не помешают, однако, чую, добром это не закончится. Особенно это касалось Инквизиции. А ведь они всерьез звонили своему Магистру.

— Не отвечает… — пробубнил коллега Лукреции. — Может…

— Звони еще раз! Она должна мне за преферанс!

Сплюнув, она принялась звонить сама. К нам же выстраивалась очередь из магов. И каждый, с неприязнью глядя на нас с Игорем, копался в карманах.

— Так хватит! — поднял руки Игорь. — Достаточно! Виверна временно не продается!

— Что⁈ — охнули представители всех трех организаций. — Как это не продается?

— Нам с Ваней нужно посовещаться, — и Игорь потянул меня в кусты. — Минуту…

Когда мы оказались с ним один на один, Илларионов покачал головой:

— Нет, Ваня, так не пойдет. За эту виверну они и убить могут. У нас два варианта: либо бежать, либо договориться со всеми тремя покупателями…

— Зачем⁈ — воскликнул Иван. — Просто дождитесь, пока кто-нибудь не назовет самую высокую цену! Мы же станем богачами!

Я же молча пнул ствол березы. Этот «советчик» сразу заткнулся.

— … Ибо продав виверну кому-нибудь одному, — продолжал Игорь, — мы тут же настроим против себя двух других. Да и те, кого «раздели», нам этого не простят. Ты как хочешь, а иметь во врагах Арканум, Инквизицию и Ассоциацию мне не улыбается.

Тут он прав. Дарья тоже будет злиться.

— Значит, выход один, — сказал я. — Просто разделим виверну и заберем их золото.

Игорь охнул.

— Ты гений!

* * *

По итогу виверну поделили на три части: Инквизиторше досталась голова и крылья, Аркануму лапы, хвост и кости. Ассоциация же, поскольку их лидер прибыл последним, пришлось довольствоваться чешуей и потрохами.

Проводив всех троих гроту, мы с Игорем аккуратно отступили на заранее подготовленные позиции — подальше отсюда. Карманы нам оттягивала целая куча драгоценностей, золота и расписных бумажек. Не так много, как можно было получить с них, ибо с обычных оперативников Игорь отказался брать деньги, но мы определенно были в плюсе.

Когда спины всех троих пропали в гроте, их подчиненные задержали дыхание. Наступила напряженная тишина. Казалось, даже птицы замолкли.

— С ума сойти! — донесся возглас Инквизиторши. — Это же виверна!

— Ну хоть кто-то… — вздохнул я, а следом послышался новый возглас:

— Так и знал! Шкуру попортили! Чего ты смеешься, Вергилий⁈ Забирай свои культяпки и проваливай!

— У вас есть пила?

Тут к нам вылезла Инквизиторша. Ее раскрасневшееся лицо было настолько довольным, что очки буквально болтались на ухе. Следом показались и мужчины. У обоих руки были по локоть в крови.

Увы, сбежать нам не удалось. Двигалась эта Инквизиторша быстрее молнии.

— Если еще поймаете такую тварь, дайте мне знать, — сказала она, тряся мою руку. Затем незаметно сунула мне визитку с номером телефона. Там было и ее имя — Лукреция Валентиновна Ардова, старший вивисектор.

Подмигнув, она шепнула мне на ухо:

— Но чтобы… неофициально. И чтобы без этих…

— Ты о чем там с ним шепчешься, Лукреция⁈ — заголосил глава Ассоциации, вытаскивая из машины пилу. — Будешь забирать свою черепушку? Вергилий, прочь с дороги!

— Иду-иду! — улыбнулась она, а затем снова шепнула мне: — Просто позвоните мне, и я приеду. Деньгами не обижу.

И снова подмигнула.

— Странно… — проговорил я. — Не думал, что Инквизиция еще и платит за то, что кто-то делает ее работу?

Она махнула рукой.

— Иные мои коллеги излишне горячие. Сказано им, не попортить шкуру, а они — шкуру привезут, а все, что внутри, сожгут к черту!

— Ладно, мы подумаем… — пробубнил Игорь.

— Вот-вот! Вы такие молодцы! Такой ценный экземпляр! Такая красивая голова! А крылья! Дайте я вас поцелую!

А вот это было явно лишнее. Хихикнув, Инквизиторша потерла ладошки и вытащила крюк. С ним и исчезла внутри грота. Остальные маги, выдохнув, принялись расходиться. Марьяна исчезла еще раньше — «от греха подальше», как она выразилась.

— Еще легко отделались… — бурчали маги, рассаживаясь по машинам.

Я же еще раз посмотрел на визитку и с довольным видом убрал ее в карман. Сдавать монстров в Инквизицию по неофициальным каналам, и еще получать за это расписные бумажки? Что ж, наверное, мне повезло.

Попрощавшись с этими милейшими людьми, мы отправились искать Стаса, а там и Хозяев трущоб. Ройса же давно увезли.

— Теперь парню точно прилетит от отца, — хохотнул Игорь.

— Зараза… — вздохнул я, хлопнув себя по лбу. Со всеми этими Ассоциациями и Инквизициями совсем забыл про дуэль. — Нам же еще искать Францева…

Такси Стаса мы нашли довольно быстро, а следом и Хозяев трущоб. Мой трофей они положили на заднее сиденье, куда мы с Игорем и прыгнули.

— Что теперь, босс? — улыбнулся Коля. Он то и дело поглядывал на наши пухлые карманы и странно подмигивал.

— Теперь? Теперь вы возвращаетесь в канализацию. Туннельные крысы сами себя не найдут!

Парни мигом приуныли. Но все же прыгнули на свои мопеды и умчались.

— Полагаю, им тоже кое-что причитается, — заметил Игорь. — Они тоже помогали.

— Ты прав. Им причитается лишняя кружка пива. Поехали, Стас.

Через минуту машина уже мчалась обратно в город.

— А что у тебя за рюкзак? — спросил Игорь. — Там что, тоже золото?

Покачав головой, я оглянулся, но дорога позади была пуста. Все эти люди были так занятой разделкой виверны, что даже не поинтересовались, а что еще мы могли вынести с «места преступления».

Когда мы отъехали подальше, я открыл «молнию».

— Серьезно⁈ — охнул Игорь. — Это же…

— Угу, — кивнул я, опустив тяжелый рюкзак в ноги. — Только тссс. Это наш с тобой небольшой секрет.

* * *

Город встретил нас недружелюбно: повсюду были битые витрины, следы пожаров и пугливые взгляды из-за окон. Хорошо хоть сирены больше не выли. Машин было мало, но нас это совсем не радовало.

— Теперь ищи этого Францева, как иголку в стоге сена… — проговорил я, задумчиво смотря по сторонам. — Как думаешь, куда мог поехать перепуганный аристократ, сбежавший с дуэли?

— Как не знать? — улыбнулся Игорь. — Конечно же, в какой-нибудь кабак. Залить горечь поражения и оторваться на ком-нибудь, кто слабее.

Я задумался. А это имело смысл. Но неужели придется объезжать все кабаки в городе?

— Они еще вчера упоминали про какое-то «Логово»… — проговорил я. — Знаешь такое?

Как ни странно, но ответил мне Стас.

— «Его логово»? — повернулся он. — Конечно. Кто в городе не знает про это заведение? Оно от «Котла» недалеко, в соседнем районе.

— Конкуренты, значит?

Игорь тоже кивнул.

— Это заведение держит род Францевых. Логично, что Илюша поехал именно туда. Он там как за каменной стеной.

Я нахмурился. Только стены мне штурмовать не хватало. Однако ради своей собственности можно и рискнуть.

— Значит, решено. Будем выкуривать этих чертей из «Логова», но сначала… — и я похлопал по своему «секретику». — Надо забросить это в «Котел».

Остановившись перед баром, я вытащил сумку. Днем в баре было совсем мало людей, а вот Борис куда-то вышел.

Тем лучше — не хочу посвящать его в свои планы.

* * *

Где-то в застенках Инквизиции.

Доминика морщилась — телефон стоял на беззвучном, но все жужжал и жужжал у нее в кармане. Этот звук ввинчивался в и без того больную голову, словно сверло.

На экранчике светилось: «Лука». И чего названивает эта ненормальная? Опять что ли не может затащить очередную зверюгу в ворота?

За стеклом наблюдательной комнаты врачи только что отделили от тела голову. Одежда с тела убийцы была свалена в углу — там не было никаких зацепок. На теле тоже…

Вот так. Очередной убийца покушается на жизнь Ее Величества, а улик никаких. За это никого из них по головке не погладят.

— Ты пробил золото, Лаврентий? — спросила она Инквизитора, стоявшего рядом.

Он кивнул. Золотое кольцо вместе с арбалетом и тем самым болтом лежало на столе. Других вещей у убийцы не было.

— Почти сразу. Оно из Башни.

Доминика фыркнула.

— Это я и без тебя знаю. Но чье оно⁈

Тот пожал плечами. Улыбнулся.

— Его.

— Лаврентий!

— Прошу прощения, Доминика Александровна. Все чисто. Ни следов, ни отпечатков. Даже одежда сделана вручную и нарочито кустарно. Полагаю специально, чтобы было невозможно опознать ни магазин, ни портного…

— И при всем при этом убийца мертв… — сказала она, просто констатируя факт. — Но зачем ему кольцо? Зачем ВСЕМ ЭТИМ ЛЮДЯМ какие-то побрякушки?

Инквизитор снова пожал плечами.

Врач за стеклом, подхватив голову полностью лысого мужчины — у него даже бровей не было — положил ее на стол, стоявший у самого стекла. Затем вставил пальцы в рот и раздвинул губы.

Там показались клыки.

— Он не человек, — сказал Лаврентий. — У него даже внутренности расположены как у…

Врач в это время открыл голове глаза. Сначала один, потом второй. Первый был вполне нормальный — карий. А вот второй был зеленым, и зрачок был вытянут в щелочку.

Как у…

— … как у ящерицы, — сказала Доминика и дернула шнурок, свисающий с потолка. На наблюдательное окно тут же опустилось жалюзи. — Если это не человек, то, возможно, и золото он использует как…

Тут на вечно хмурой физиономии Лаврентия промелькнула тень удивления. Доминика же не стала продолжать свою мысль.

— Нельзя больше допустить ни одного покушения… — сказала она.

— Мы и в прошлый раз так решили, — заметил Лаврентий.

Рассверепев, Доминика ударила кулаком по столу. Грохнуло так, что стекло за жалюзи задребезжало, а на месте удара показалась вмятина. Кольцо же подскочило и запрыгало по полу.

Инквизитор не дрогнул даже скулой. Аккуратно поднял кольцо и положил на прежнее место.

— Плевать! — шипела Доминика. — Удвоим охрану, если понадобится! Или утроим! Усилим штат, или…

Она осеклась. Вздохнув, упала в кресло, стоявшее позади.

— … Изымем все золото из обращения. Рано или поздно, нам повезет.

Лаврентий покачал головой.

— Вы и сами понимаете, что это невозможно, Доминика Александровна. Золота слишком много, а его владельцы…

— В основном аристократы, знаю, — и она махнула рукой. — Они-то за него удавятся, даже если приставить им пистолет к виску…

Щелкнув пальцами, Магистр улыбнулась.

— Однако Его золото мы все же можем изъять. Все золото с клеймом Башни! — и она хохотнула. — Раз этим мерзавцам так нравится Его золото, то пусть попробуют до него добраться!

Лаврентий же нахмурился.

— Но и это…

— Пусть за деньги, пусть ценой крови, но все до последней монеты! Давно пора вернуть их!

Улыбнувшись какой-то полубезумной улыбкой, Доминика посмотрела на своего сотрудника.

— И этим займешься ты, Лаврентий.

Глава 27

Да что за ужас тут творится⁈

Когда мы подъехали к «Его логову» уже темнело. Народ на входе толпился с таким непринужденным видом, будто и не было над городом никакого зверя, не выли сирены, а люди не сходили с ума от страха. Половина была уже в стельку пьяна.

— Помощь нужна? — спросил Игорь. — Я, конечно, теперь боец так себе, но…

Я покачал головой.

— Жди в машине. Этот Францев мой.

Выйдя, я направился ко входу, проталкиваясь сквозь толпу подвыпивших гостей. Двери напоминали пещеру, из которой вырываются языки пламени. Изнутри слышалась музыка, и настолько паршивая, что мне резко расхотелось даже приближаться к этому месту.

— Только ради золота… — пробормотал, приближаясь ко входу.

На страже стоял огромный мужик в темных очках под два метра ростом.

— Ты, проходи! Ты, вали отсюда! Ты, проходи! Ты, проваливай, урод! — рычал он в лицо каждому.

Перед теми, кому дали добро, двое охранников благодушно открывали двери, а вот неудачников эти же «швейцары» награждали пинком под зад, если они убегали недостаточно быстро. Несмотря на это, ручеек желающих посетить «Логово» не иссякал.

Один парень решил поспорить с таким положением вещей:

— Эй ты, мутант! Такому как ты место в…

Не успел он выразить свое возмущение более развернуто, как схлопотал прямой в нос. Несколько секунд спустя парень уже отдыхал в мусорном баке. Деньги из его вывернутых карманов перекочевали в банку при входе.

— А у них тут серьезно процесс поставлен… — заметил Иван.

— Бывал тут? — спросил я.

— Ну, разок…

— Что, не пустили?

— Слушай, ты… Да! И тебя не пустят!

Я фыркнул.

— Смотри и учись.

Вдруг на пальце парня впереди меня сверкнул родовой перстень. Двери открылись перед ним без всяких вопросов, и он свободно вошел внутрь. Охранник же, проводив его глазами, принялся куда-то звонить.

— Думаю, наше колечко лучше снять, — заметил Иван. — А то Францев еще подготовится…

А тут мой болтливый сосед был прав на все сто. Охранник с крайне озабоченным видом еще что-то черкнул в блокноте.

Кольцо я быстро положил в карман и в этот момент очередь подошла ко мне. Едва взглянув на меня, амбал ткнул пальцем прочь:

— Ты вали отсюда. Тут тебе не «Золотой котел».

— Что ты имеешь против «Котла», человек?

Вскинув брови, мужик хохотнул:

— А тем, что это забегаловка для последних отбросов! Для таких, как ты!

И обхватив пузо рукой, усыпанной золотыми перстнями, он расхохотался. «Коллекция» была на зависть — на некоторых пальцах сидело аж по два перстня.

— Извинись, — сказал я. — А то тебе будет очень плохо.

— Ты чего, мне угрожаешь⁈ — и охранник хрустнул костяшками. — А знаешь, что бывает с теми, кто угрожает роду Францевых?

— Нет. А что бывает, если люди рода Францевых решат покуситься сами на себя?

— Ты чего несешь⁈ Ну ты… — и он вскинул руку.

Легкий жест, и его кулак — вернее, золото на пальцах — развернуло прямо в воздухе, а затем вся коллекция перстней прилетела охраннику в лицо. Удар был хорош, однако здоровяк устоял.

— Че?.. — охнул он и затряс башкой. — Что за…

Он снова попытался меня ударить, но кулак опять изменил ему — попал в челюсть. Зуб вылетел как пробка из бутылки.

— Ты… — и новый удар. Очки разлетелись надвое.

— Что-что? Ты что-то сказал? — отогнул я ухо, но процесс самоизбиения продолжился.

Снова удар — на этот раз в глаз. Затем снова в челюсть. По почкам, апперкот…

— Ты-ы-ы! — взвыл он, но его кулаки месили ему рожу так яростно, что он не смог закончить ни единой фразы. — Твоя…

— Что ты говоришь? Не бей себе морду, когда разговариваешь, человече!

— Прохо… прохо…

— Что-что⁈

— Проходи-и-и-и! — завизжал охранник, и тут же получил очередной удар. Он же и последний. Туша грохнулась об пол, широко расставив руки со сбитыми костяшками.

Я же поднял взгляд на его компаньонов.

— Слышали, что сказал начальник? — сказал я, а эти двое переглянулись. Затем просто открыли мне двери.

— Проходите, ваша милость…

— Спасибо.

Они сбежали в ту же секунду. Я же поднял с пола банку и выудил пару золотых. Перстни с пальцев побитого начальника покатились вслед за мной. Сзади под радостные крики в клуб повалила толпа.

— Да сегодня просто день открытых дверей!

В «Логове» на меня нахлынула такая волна шума, что зов немедленно потерялся.

— Зараза…

Творилось тут нечто очень странное: в полумраке под яркими вспышками огней бесновался народ, за стойкой с кнопками прыгал какой-то парень в наушниках, а с потолка свисали клетки, в которых дрыгались полуобнаженные дамы. Все это венчала просто чудовищная музыка.

— И как вы тут живете… — буркнул я, поглядывая на рабынь в клетках. Несмотря на заключение, вид у них был не особо грустный. Они танцевали, изгибаясь так, что нечто внутри меня отзывалось целой армией мурашек.

Единственным приличным местом были балконы на втором этаже. Там располагались столики, за которыми сидела богато разодетая публика.

— А мне тут нравится, — отозвался Иван, дергая мизинцем в такт музыке. — Эх, а я в таком виде…

Фыркнув, я направился к барной стойке. Пропустив стакан какой-то синей водички, мне удалось немного снизить влияние шума.

— И какой у нас план? — спросил Иван.

— Ищем Илью. Находим. Заканчиваем дуэль. И добываем золото.

— Короче, как обычно…

Вдруг музыка немного затихла. Облегченно выдохнув, я сосредоточился, и скоро нащупал нужную «ниточку». Вела она на второй этаж. Едва я успел отлипнуть от стойки, как под потолком загремел голос:

— А теперь то, чего вы так долго ждали! ОН выходит на охоту!

В зале разом погас весь свет. Опустилась тьма, и откуда-то послышалось угрожающее рычание. Почти такое же, как из…

— Портал⁈

Вдруг со стороны сцены вспыхнули глаза — красные как два рубина. В толпе закричали, и сцену осветило яркое пламя. В его лучах появилась зубастая морда, крылья и чешуйчатый хвост — к зрителям выполз Он.

По толпе прошлась волна криков — однако довольно веселых. Оно и не удивительно, ибо на сцену вылезло нечто совсем смехотворное: с огромной головой, совсем никакими лапками и еле намеченными крылышками. Переваливаясь с ноги на ногу, оно вновь зарычало. Из пасти потянуло дымом, а затем вспыхнувшие лучи прожекторов обратились к потолку — оттуда, позвякивая цепью, спускалась клетка.

— Кого же он отведает сегодня⁈ — звучал голос. — Неужели… О, да, это же Принцесса!

Толпа радостно закричала. Клетка же, покачиваясь, зависла над сценой. Открылась дверь, и наружу показалась девушка. Из одежды на ней были одни кожаные ремешки.

— Кто же спасет меня⁈ — воскликнула она и прыгнула на сцену.

— Эй, детка! — закричали зрители. — Иди к нам!

Монстр потопал к ней, а девушка, взмахнув длинными волосами, отпрянула к длинному шесту. Мне же ее лицо показалось до боли…

— Вика⁈ — одновременно воскликнули мы с Иваном. И да, это была именно она. Та самая девушка, что я вырвал из лап культа. Кажется, она снова была в беде.

Музыка вновь загремела, а Вика, вцепившись в шест, начала вытворять сложные пируэты. Монстр же ползал вокруг и облизывался. Открылась пасть, и меж его зубов угодил ремешок, а потом еще один…

И еще один…

— Срамота, — буркнул я и полез поближе к сцене. Когда очередной ремешок полетел в толпу, там все буквально взорвалось от восторга, так что некоторых перевозбудившихся идиотов приходилось буквально отпихивать.

— Ах, вот что это за работа… — протянул Иван. — Ясно…

Отбросив последний ремешок, Вика осталась в одних ниточках, чем сорвала овации, а затем, упав, поползла по сцене — и прямо ко мне. Монстр же, выдыхая клочья тумана, последовал за ней. Пытаясь сбежать от него, девушка выгибалась и извивалась как змея. Все ее филейные части сверкали в свете софитов.

— Кто же спасет меня… Кто же…

Монстр огромной дымной тенью навис над ней. Клыкастые челюсти раскрылись, но я был уже близко. Удар по носу, и эта тварь с визгом отпрянула. Вика же удивленно захлопала ресницами и приподнялась. Стоило нашим взглядам пересечься, как она вскочила на ноги, будто ее ударило током.

— Ваня⁈ Ты чего тут…

Но я не ответил — мое внимание было полностью отдано еще одному участнику этого странного представления. Огромный, мускулистый и намазанный маслом. В руке у него был меч, а вот физиономией он напоминал мне…

— Олаф⁈

Только увидев меня, этот странный тип быстро исчез со сцены. Вика же, покраснев до ушей, прыгнула прямо к «монстру». Тот попытался ее схватить, но девушка, ловко увернувшись от его зубов, скакнула обратно за решетку. Стоило двери захлопнуться, как клетку потянуло под потолок. Там открылось отверстие и клетка исчезла.

Публика же встретила это разочарованными криками.

— И это все⁈ Верните деньги! Он должен был ее съесть! Эй парень, ты все испортил!

Под их нечленораздельный вой я покинул сцену и, ни ничего не понимая, вернулся обратно в стойке. А бармен словно меня и ждал — плеснув очередной стакан, крикнул мне на ухо:

— Последняя, парень! — и он похлопал меня по плечу. — Иди лучше закадри девочку на танцполе! Не мешай спектаклю!

Покачав головой, я махнул еще этой жижи, а затем направился к лестнице на второй этаж, которую закрывала плотная занавесь с буквами VIP. Туда и уводил зов. Вику, наверное, тоже утянуло куда-то туда.

Увы, у лестницы путь преградили два амбала в пиджаках. У обоих в ушах были золотые серьги. У одного в левой, у другого в правой.

— Эй ты, пацан! Ты не охренел портить вечер и ломать реквизит? Пошли-ка побеседуем!

И их лапы потянулись ко мне. Как быть с ними, я долго не думал. Один щелчок пальцев, и серьги притянулись одна к другой. Вскрикнув, эти двое зарычали уже друг на друга:

— Степа, ты че⁈ Больно же!

— А ты, че? Пусти, мля!

Пытаясь расцепиться, они заохали, а затем чуть не содрав занавесь, рухнули к моим ногам. Пока оба пинались, я вбежал на второй этаж, где располагались балконы. Там трудами какой-то магии атмосфера была совсем другой, и первые пару секунд я просто стоял и блаженно слушал «тишину». Нет, музыка здесь играла, но совсем другая — не такая громкая и куда спокойней и мелодичней. Столы ломились от бутылок из-под шампанского, шелковых скатертей и позолоченных вещей.

— Какой контраст… — проговорил я. — Лепота…

И стоял бы я так еще какое-то время, однако кто-то позади решил помешать мне отдыхать.

— … А потом я хватаю шар, и мы пошли к поверхности. Да, я бы взял и красный шар, но все же друг важнее.

— И вы в самом деле вытащили его на себе, сир?

— А то как же? Не мог же я оставить его в лапах монстров! Сейчас погоди, малышка… Эй ты, смерд! Еще шампанского!

Мне было так хорошо после того ужаса внизу, что я проигнорировал этого болтуна. Однако голос был знакомым.

— Эй! Оглох что ли⁈ Смерд! Когда сир Зорин разговаривает с тобой, нужно отвечать!

Заскрипел стул, и я повернулся. Передо мной стоял сам сир Зорин собственной персоной. При виде меня его лицо начало напоминать ту коробку, что любили вешать на перекрестках. Сначала оно стало красного цвета, потом побледнело и, наконец, приобрело зеленоватый оттенок.

Молчание затянулось.

— А… Позорин? — начал я разговор. — Как дела?

— Н-н-нормально…

— Что, празднуешь победу на Испытании?

— Да…

— Молодец, я тоже. Принесешь мне что-нибудь выпить?

Ничего не ответив, он вжал голову в плечи и засеменил куда-то в сторону туалета. Сидевшая тут же дама проводила его удивленным взглядом.

— Эй, Сема, ты куда⁈

Я же надел перстень. Теперь скрываться не было смысла.

Как раз вовремя. Ко мне подбежала официантка. На ней тоже были одни ниточки с ремешками, а еще галстук, заячьи уши и пушистый хвост-бумбон. Один взгляд на мой перстень, и она расплылась в фальшивой улыбке.

— Ваша милость, вы заблудились? Вас проводить за столик?

— Мне нужен Илья Францев. Знаешь такого?

Дежурная улыбка тут же пропала.

— Знаю. Но он сейчас занят.

— Где?

— Прошу прощения, но мы не разглашаем такую информацию. Почему бы вам…

Но я уже распознал «ниточку». Зов вел прочь от общего зала, и тоже за занавеску, на которой было вышито сердечко.

— А там что?

— Это приватная ложа, — и ее глазки лукаво зажглись. — Туда ходят парочками… на массаж…

Одной рукой обняв девушку, другой я вытащил пару расписных бумажек и сунул за ниточку на ее бедрах. Когда резинка щелкнула, шепнул ей на ушко:

— Встречаемся там. Возьмешь что-нибудь выпить?

Взгляд тоже пошел в дело. Поморгав, она улыбнулась.

— Конечно! Я сейчас! — и попрыгала к бару. Проводив ее глазами, я скользнул в эту самую ложу. За занавесью тянулся длинный коридор с кучей дверей. Зов золота усилился.

Тут музыка была совсем спокойной, скоро ее скрыли другие звуки. Томные, страстные, а еще… что-то звонко щелкало, словно я находился в застенках у палачей.

— Да, да, шлепни меня, малышка! Шлепни! Сильнее!

Одна из дверей открылась, и в коридор выскользнула девушка в ремнях, шипах и в маске. За ее спиной в комнате мелькнуло нечто такое, что вызвало у меня бурление в желудке.

— Срамота…

Закрыв дверь пыточной, девушка приложилась к ней спиной и тяжело выдохнула.

— Заблудились? — спросила она, вытащив сигарету. — Или кого-то ищете?

— Да, ищу Илью Францева, — ответил я, поглядев ей в глаза.

В ответ на мой Взгляд она мило улыбнулась, а я щелчком пальца помог ей прикурить. Отвратительная привычка, как оказалось, но читать мораль этой уставшей дамочке явно не к месту. Пытать людей — дело тяжелое, как ни крути.

Выдохнув дым, она ответила.

— Драконыш сейчас играет с Принцессой и Герцогиней.

Увидев мое удивленное лицо, девушка хихикнула:

— Мы так называем сынка владельца, Илюшу. Пожелайте удачи нашей Принцессе.

Нетрудно было догадаться, о чем она.

— Что, лютует этот ваш Драконыш?

— Угу, постоянно. А сегодня и того хуже. Вернулся весь какой-то нервный, устроил скандал, засадил управляющему в нос, а сам заперся в кабинете. Сидел там тихо как мышь, и вот — потребовал себе девушек. Теперь держись…

Она вздохнула.

— Меня в прошлом месяце тоже ему отдали… Синяки до сих пор не проходят…

Она была практически раздета, так что на ее теле действительно просматривалась пара темных пятнышек, которых тщетно пытались замаскировать пудрой.

Тут позади раздался цокот каблучков, и я обернулся. «Зайчиха», которую я отправил за выпивкой, томно улыбалась. В руках была пузатая бутылка шампанского.

— Ты готов, мой тигр?

Я ответил на ее улыбку и сказал, совсем чуть-чуть вложив силы во Взгляд:

— О, да. Ты говорила что-то про массаж?..

* * *

В кабинете.

У Ильи Францева до сих пор дрожали руки, и ему пришлось выпить еще вина, чтобы успокоиться. Он никак не мог поверить в то, КОГО они видели в той трубе. Эти идиоты-журналисты в кой-то веки написали правду!

А потом Саня у него в когтях… Про Макса и говорить нечего… Хех, наверное, Обухову тоже не поздоровилось! Ну и черт с ними со всеми. Парням он был должен, а раз их больше нет в живых, значит, и платить некому. Нет худа без добра, как любил повторять его папаша.

Теперь ему нужно немного: налить полный бокал, устроиться поудобней на этом кожаном диване и немного расслабить ремень.

Выпьем еще и…

— Ну что вы как мертвые?.. — простонал он, наблюдая, как две девушки танцуют для него приват. — Активней! Активней!

Обе закружились изо всех сил. Илья махнул еще один стакан и поманил пальцем в Вику, которую здесь называли Принцесса. И во многом за дело — фигурка у нее высший класс.

Улыбнувшись, она с видимой опаской села ему на колено.

— Вам понравилось, господин?..

— Нет, — и он с силой оттолкнул ее. Ойкнув, она растянулась на полу. Францев кивнул второй девушке. — Эй ты, сучка! Как там тебя?..

— Катя…

— Вдарь ей!

— Что?.. — охнула Катя, посмотрев на Вику. — Вдарить?..

— Да. Со всей силы. Давай!

Вжав голову в плечи, Катя сжала кулачок и легонько ткнула Вику в бок.

— Сильнее! Со всей силы! Или мне самому вам всечь?

— Господин, вы же знаете, — заикнулась Катя. — У нас в клубе нельзя…

— Что⁈ Что ты сказала? Мне что-то нельзя⁈ Лупи ее, я сказал!

Она ткнула ее посильнее. Вика даже не пискнула.

Не стерпев, Францев схватил плетку и, не успел он ударить, как девушка с визгом упала на пол.

— Бить надо со всей силы! Ты! — и он швырнул плетку на пол перед Викой. — Бей ее, или я тебя саму взгрею!

Дрожащей рукой нащупав плетку, девушка подняла было ее, но, только взглянув на плачущую Катю, выпустила оружие.

— Нет, не буду… У нас…

— Что⁈

— У нас так не принято… Давайте я позову Жанну, и мы…

Он едва сдержался, чтобы не влепить ей.

— Ах, не принято? А как принято у таких ничтожеств, как ты? Трясти задницами принято, да?

Она не ответила. Францев вгляделся в их жалкие мордашки, а затем с улыбкой сунул руку в карман брюк.

— Ты, вроде говорила, что у тебя дочка есть, да, Вик?

Ее личико побледнело.

— Да…

— Как у нее дела? Учится колдовать, да? Не хочет всю жизнь на шесте вертеться, как мамка?

— Это пилон… — пискнула Катя.

— Чиво?

— Ничего…

Катя немедленно притихла. А вот Илья достал деньги. И много. Было забавно наблюдать, как их глазки сразу же забегали, стоило похрустеть пухлой пачкой зеленых.

— Наверное, коллекторы совсем замучили? — снова обратился он к Вике. — А плата за обучение в этом году снова скакнула, да? — и отстегнув несколько банкнот, он помахал ими у Вики перед лицом. — Дам тебе за каждый хороший удар, поняла?

Он бросил деньги ей под ноги. Затем улыбнулся как хищный зверь:

— Не стесняйся. Либо ты ее отделаешь, либо я вас. Но уже бесплатно.

Затем расхохотался собственному остроумию. Вика же сделала шаг. Взяла деньги.

— Вик… — простонала ей в спину ее дрожащая подружка. — Только не по лицу…

Но та не повернулась. Смяла деньги и швырнула их Францеву в лицо со словами:

— Не нужно мне! Катя, пойдем!

Тогда он сам схватил плетку, а обе девушки с визгом прыгнули друг к другу в объятья. Францев хотел от души отстегать их, но только схватил бутылку и отпил прямо из горла. Обе девушки валялись у него в ногах и рыдали в голос.

Он ухмыльнулся. Вот так! Вы должны трепетать, сучки! Молить о пощаде! Заискивать! Пресмыкаться!

— Грязные девки…

Ему хотелось все же проучить их, но тут сзади раздался стук в дверь.

— Кто там⁈ Занято, мля!

— Шампанское, господин! — послышалось с той стороны. — Вы, наверное, устали? Позвольте сделать вам массаж!

Аня? Францев хотел послать ее ко всем чертям, но отбросил плетку. Достали…

— Заваливайся! — и он кивнул Кате. — Открой Аньке дверь. А ты, Вика… Налей мне вина.

Он плюхнулся на диван. Сзади скрипнула дверь и раздался стук каблуков. Краем глаза Францев заметил ее заячьи уши и расслабился.

Трясясь, Вика поднесла ему бокал.

— Анька, делай массаж… — буркнул Францев, приблизив к губам вино, но понюхал и плеснул Вике в лицо. — А вы обе — танцуйте!

Смазывая слезы по потекшему макияжу, девушки снова принялись танцевать. Францев же растянулся на диване и теплые руки Ани легли на его плечи. Он прикрыл глаза. Так все достало… Ничтожества… Вокруг него одни ничтожества…

Аня нажала чуть сильнее, и он застонал.

— А полегче нельзя?

— Вот так?

— Да… Вот тут сильнее!

Она нажала так, что в спине Францева что-то хрустнуло.

— Вот так неплохо… И вот так… Вот тут посильнее… Нет, сюда не надо! Вот сюда… Да-а…

Она снова нажала, и Францев, вытянувшись на всю длину, вжал голову в подушки. По спине прошлось приятное покалывание.

— А у тебя сильные руки, Ань… — блаженно улыбнулся он. — Ты когда-нибудь держала в руках плетку?

— Да. Много раз, господин.

— Сейчас закончим, и ты накажешь этих двух дурочек. Они сегодня очень плохо себя вели… — и он поднял голову. Катя с Викой почему-то стояли и с удивлением смотрели поверх его головы. — Вы чего встали, дуры? Или в зубы захотели? Танцуйте вам сказа…

Хруст! — и его пронзила игла боли.

— Сука!!! Ты чего, чокнулась⁈ Я же сказал туда… — и тут ему стало так больно, что в ушах зазвенело. — АХ ТЫ, ****!

Взвыв от боли, он повернулся, чтобы пересчитать этой криворукой дуре все зубы, но тут перед глазами появилось нечто золотое, а затем вспыхнули звездочки.

Свет погас, и Илья провалился в сон. И там был Он.

Глава 28

Кто такие космонавты?

— Эй! Илюха! Просыпаемся! — и я пощелкал у него перед лицом. — Илюха, пора вставать!

Задрожав, Францев открыл глаза.

— Мввв…

— Ах да, погоди, — и я вытащил у него изо рта кляп. — Кто вообще додумался? Вик, ты?

Пару секунд он тупо вглядывался в меня. Вдруг лицо его вытянулось.

— Ты!!! Обухов! Живой⁈

— А то, — кивнул я, отходя от клетки. — Пришлось повозиться с виверной, но зато теперь мы можем закончить нашу дуэль. По моим правилам.

Францев раскрыл глаза еще шире, а затем вскочил и звонко влетел в прутья головой. Вскрикнув, он отпрянул и приложился еще и затылком.

— Ты только не поранься, — хохотнул я. — Ты нам живой тут нужен.

Выругавшись, Францев осмотрелся — прутья окружали его сплошным кольцом, но не это было самым страшным. Для него, естественно.

— Это что за хе… — охнул он, осмотрев свой новый облик, а он был не вполне презентабельным: женские трусики, каблуки и кожа с заклепками. Светин хвостик и ушки довершали образ. — Что за херня⁈

Он хотел было открыть дверь, но нет, на ней висел здоровенный замок. К тому же руки ему сковали наручниками, так что испортить себе образ ему тоже было не суждено.

— Что?.. НЕТ! Ты чего задумал, Обухов⁈

Наблюдая как он дергается в клетке, где еще пятнадцать минут назад сидела Вика, я пожал плечами.

— Да так… Хотел проучить тебя за то, что сбежал с дуэли. Настоящие аристократы так не поступают, знаешь ли? Они дерутся до последнего вздоха, до последней капли крови. И даже если наступит Его Возвращение, они останутся в строю.

И с улыбкой я повернулся к Вике. С каменным лицом девушка стояла рядом с панелью, которая спускала клетку в зал. Ее ладонь лежала на рычаге.

Осознав, что стоит на кону, Францев попытался выбить дверь лбом, но и тут вышла промашка. После выпитого алкоголя сил в нем было с донышко. Прутья тоже не поддались его зубам — каждое было толщиной с палец.

— Чего ты хочешь⁈

— Закончить дуэль, что же еще? — и вытащив меч, я слегка кольнул этого негодяя в бедро. Он завизжал.

— Хорошо! Я сдаюсь! Говори свое чертово желание!

Я мотнул головой в сторону дам. Лица всех троих были белее мела.

— Их ты увольняешь с тройным окладом. Нет, давай с шестерным. И забываешь об их существовании. Понял?

Тот охотно затряс головой.

— Будет! Дай телефон! Звони в бухгалтерию!

Схватив трубку с дивана, я ткнул в пару кнопок и прижал ему к уху.

— Тома! Сейчас к тебе придут три дуры… — он сглотнул. — Уволишь их с шестерным окладом, поняла? Нет, не пьяный! Делай, что сказано, а то сама вылетишь с работы как пробка!

Я отключился и кивнул этой троице. Девушки пулей рванули вон.

— Это все? — простонал Илья.

Я закрутил на пальце пару золотых цепочек. Это все золото, что мне удалось найти. В ящиках лежали еще какие-то пакеты с белым порошком, но они были мне неинтересны.

— Где тот медальон, который ты носил вчера? Мне он тоже не помешает.

— Медальон? Нет у меня его.

— Как? А где он?

— Заложил. Еще вчера.

— Ты? Заложил⁈

Подскочив к клетке, я просунул руку между прутьев. Прежде чем Францев успел хоть что-то сделать, схватил за горло и стиснул так, что у него глаза едва из орбит не выскочили. Рывок, и его морда громко звякнула о прутья.

— Кому⁈ — рявкнул я, ошпарив его Взглядом. — Говори, плесень!

— Процентщице… — просипел он, елозя как скользкий червь. — Она… скупает… такое золото…

— Какое? Из Башни⁈

Илья затряс головой. Я разжал хватку и он, кашляя, упал на пол клетки.

— Где мне ее найти⁈ НУ!

Сбиваясь, он назвал мне адрес. Пронзив его взглядом, я все же вытянул руку. Наши перстни соприкоснулись. Дуэль была окончена.

— Ладно, живи пока, — прошипел я. — Надеюсь, недолго.

Неожиданно зазвонил телефон. Раздался щелчок, а затем сработал автоответчик:

— Эй босс? На месте? Есть кто⁈ Але-е-е-е! Короче, в клуб едут «космонавты» с облавой! Кое-кто проболтался, чем мы тут занимаемся, так что лучше побыстрее всю дурь спустить в унитаз, пока не поздно! Бухгалтеру я уже звякнул. Тома уже, наверное, жжет все улики! Отбой!

И щелкнув, телефон отключился. Я посмотрел на Илью — его лицо приобрело пунцовый оттенок. Не успел он открыть рот, как открылась дверь и на пороге появились девушки и какая-то миниатюрная девчонка с внушительным бюстом и в больших круглых очках.

В руках у всех были сумки. И тяжелые.

— Это что?.. — спросил я.

— Наши зарплаты, — сказала Вика. — И еще кое-что…

Тут вперед выступила девушка в очках.

— Могу я пойти с вами?.. — спросила она, косясь на зеленеющего Илью. — Если сюда приедут «космонавты», они перевернут тут все вверх дном! А Францевых тут черной бухгалтерии! Все повесят на меня! Я не хочу в тюрьму!

И она бросила к моим ногам свою сумку. От нее пахло золотом.

— Тома⁈ Тварь! — взвыл Илья. — Да ты знаешь, что ты… Да мы тебя… ОСВОБОДИТЕ МЕНЯ!!!

Он совсем взбесился и попытался все же прогрызть прутья клетки. Я перевел взгляд с него на девушек, а затем опустил на сумку.

Золото свое слово сказало.

— Прости, Илья…

Дернув рычаг, я подхватил сумку и под отчаянный визг Францева, клетка с которым рухнула вниз, направился на выход. Девушки засеменили за мной.

Откуда-то донеслось:

— А теперь гвоздь программы. Неподражаемая Вишенка!

За стенами все затопили радостные крики, ударила музыка, но громче всего звучал вой Ильи.

— Нет-нет-нет! Не-е-е-е-е-ет!

Мне было его совсем не жаль, однако, чую, он так расстроился не только из-за своего позора, но и из-за перспективы знакомства с какими-то «космонавтами». Интересно, кто это?

Едва мы пересекли половину коридора, как нам навстречу открылась дверь и там показалась та самая девчонка в кожаной маске.

— Вик? Что за крики? А вы это куда?..

— Подальше отсюда! — крикнула она, следуя за мной. — И тебе, Жан, стоит свалить! Сейчас сюда прибудут копы!

— Шутишь⁈

— Эй, вы о чем там? — закричали из комнаты пыток. — Какие еще копы? Эй ты, сучка, освободи меня!!! Нельзя, чтобы они меня застали в таком виде! Я депутат городского Совета!

Девушка думала ровно секунду. Выбежав в коридор, захлопнула дверь в пыточную и присоединилась к нам. Крик депутата городского Совета потух за нашими спинами.

— Надеюсь, у Бориса для вас всех найдется место… — пробурчал я, оглядывая свою новую армию.

— Борис? Кто такой? — спросила Вика.

— Хороший мужик, пусть и слабак. Ему как раз позарез нужны официантки.

Что ж, вот ему и сотрудницы. Им бы еще какую одежонку найти, а то в этих ремешках, поди, прохладно…

Вшестером мы спустились на первый этаж, а там веселье не утихало ни на минуту. Парень у пульта прыгал как ненормальный.

— Вот он! Хватайте его! — раздался крик, полный ненависти, боли и жажды кровавой мести.

Мы подняли головы. Прямо над нами в свете софитов покачивалась клетка с Ильей, а он в своих пикантных одеяниях был объектом всеобщего внимания. Свист и крики стояли горой, в него даже кидали деньгами. Сам Францев был отнюдь не рад такому вниманию.

Тут-то нам и заступили дорогу охранники. Троих я узнал — у парочки были разорваны уши, а вот третий был тем любителем начистить себе морду. Остальные пятеро казались не менее рассерженными.

— Все, парень! — и они вытащили дубинки. — Краны тебе!

Но в следующий миг дверь позади них вынесло ударом ноги. Забряцала амуниция и в помещение ворвались вооруженные люди в шлемах и броне.

— Внимание! Вечеринка окончена! — рыкнул главный, но услышали его считанные единицы. Музыка была слишком громкой. — Это облава!

Время ненадолго задержало свой бег, и за это время я посмотрел сначала на охранников, затем на воинов в броне, а потом и обратно. Нет, отдавать золото ни тем, ни другим у меня желания не было.

— Дамы, — оглянулся я к своим. — Держитесь за меня. Вик, поверни камушек на рукоятке меча, будь другом.

— Что? Зачем?.. — воскликнула она, но послушалась.

Навершие меча у меня на бедре вспыхнуло, а затем мое тело и сумки начали терять вес. Девушки тоже почуяли этот деликатный момент и вцепились в меня как в спасательный круг. Ноги оторвались от земли.

Энергии при этом из меня вытянуло просто адски много. Перед глазами забегали белые искорки, но я только мотнул головой. Сегодня буду спать как убитый.

— Держитесь! — и собрав всю оставшуюся силу, оттолкнулся от пола. Пролетев через зал, наша компания оказалась на потолке среди мигающих огней, а снизу началось нечто нехорошее — все гости «Логова» как один начали подниматься в воздух. Пару секунд спустя там был весь клуб.

— Во, нормальная туса! А то как-то тухло было! — закричали среди танцующих, а затем все с радостными криками начали разлетаться кто куда. — Эй, диджей, поддай газку!

И да, воины на пару с охраной тоже взлетели. Но им было далеко не весело.

— Что за?.. Немедленно прекратить! Использовать магию против слуг закона запрещено!

Оттолкнувшись от потолка, я бросил меч болтаться в этом аду, а сам полетел в сторону входа. Кричащие от страха девушки потянулись за мной. Сумки тоже.

Тут на нашем пути появился летучий охранник, но я шагнул ему прямо на лицо. Следом попался еще один, и я прыгнул прямо ему в нос. И так — прыгая с одной мычащей рожи на другую — мы добрались до выхода на кухню. Музыка при этом долбила как ненормальная.

— Выключите музыку! Остановите маги! Что за черт⁈ — кричали воины, но продолжали без толку барахтаться в воздухе. — Стоять! Вы все арестованы!

Этот крик звучал нам в спины. Выбравшись в подсобку, мы побежали к «черному ходу». Уже у самого порога раздался сильный грохот и крики. Музыку сразу отрубило.

— Кажется, кристалл на мече не выдержал такой отвязной вечеринки, — хохотнул Иван.

Стоило гравитации вернуться, как на меня словно навалилась вся тяжесть этого мира. И сумки тоже — они словно стали тяжелее в разы. До выхода мы доплелись на полусогнутых и сразу вышли под дождь — он лил как из ведра.

— Ну и плевать! — обернулась Вика. — Мы сделаем свой клуб! И пофигу! И катитесь!

Нам кто-то попытался перекрыть путь, но стоило мне поглядеть на него, как он молча растворился в дожде. Отойдя от клуба подальше, мы потянулись в переулок, откуда нам уже мигали фарами. Такси подскочило секундой позже.

— Прыгай! — крикнул Игорь, но, увидев целых пять девушек, мокрых до нитки, да и еще в таких странных костюмах, улыбнулся. — А ты быстро сориентировался, Вань…

— Поехали! — выдохнул я, упав на переднее сиденье. Девушки с сумками и довольным Игорем кое-как уместились позади. — В «Золотой котел»… Быстро!

Автомобиль запетлял по улочкам, а я как мог пытался не потерять сознание. Этот чертов меч выдоил меня без остатка. Даже золото не сильно помогало.

— Больше я по клубам не ходок…

Увы, слабое тело оказалось сильнее. Темнота заволокла собой все.

* * *

В клубе «Его логово».

…И снова раздался навязчивый стук.

— Занято! Занято, я сказал!

— Ойк! — хихикнули с той стороны дверцы. — Извиняй, парень. Я думал тут свободно… Ой, пардон…

Поскрипывая ботинками по полу, этот идиот свалил, и Семен Зорин обхватил голову руками. Чертов Обухов! Ничтожество! И как он посмел! Грязный выскочка, ну погоди!..

И пока он еле слышно шипел себе под нос одно проклятье за другим, сбоку послышалось:

— Рома, а ты уверен?..

— Конечно, родная, я так сто раз делал! Ничего не бойся!

Услышав за стенкой ритмичные страстные звуки, Зорин зажмурился и застонал. Он вот уже полчаса сидел в кабинке общественного туалета, и все никак не мог решить, как он отомстит Обухову.

А он отомстит! Страшно отомстит! Сначала за унижение в ателье, а потом за Испытание, а потом… За все! Ох, Обухов будет страдать!

Едва не сломав от злости зуб, Зорин вытащил телефон. Пальцы быстро забегали по кнопкам.

— Ну Ивашка, смотри… Смотри… Будет у тебя проблем целый мешок…

Не успел он решить, кто из его контактов устроит Обухову настоящий ад, как снова раздался стук в дверцу.

— Да что⁈ Занято, я сказал!

— Сема, это ты? — вдруг послышался голос его подружки. — Сема, вылезай! Он уже ушел…

На этом Зорин весь сжался. Это унижение было выше его сил. Он был готов провалиться сквозь землю. Вдобавок и парочка за стенкой стала еще громче.

— Сема! Слышишь⁈ Пойдем! Что ты там рассказывал про Испытание?..

— Да как ты смеешь мне мешать, стерва! — взревел Зорин. — А ну выйди немедля!

Пискнув, девушка замолкла. Послышался стук удаляющихся каблучков. Ей вслед кто-то свистнул.

— Он недостоин тебя, красотка… Все они такие…

Скрипнув зубами, Зорин вернулся к контактам. Можно было позвонить отцу, но придется рассказать про их стычку на Испытании, а в ней было мало достойного.

— Нет, отец пролетает… А что если?..

Он остановился на контакте под названием М. Этот парень был из тех, кто «решает проблемы», но берет дорого. Однако что делать? Не терпеть же этого нахала Обухова⁈

Зорин думал одну длинную минуту, и только хотел нажать на «вызов», как нечто снаружи загрохотало. Так и не донеся палец до кнопки, он прислушался. В клубе что-то происходило. Что-то ужасное — криков и стуков было столько, будто там открылся портал в Изнанку. Даже эти двое за стенкой затихли.

Неужели…

— Блин! Блин! Блин! Блин! Как не вовремя!

А ведь у него не доспехов, не нормального оружия! Он гол как сокол!

Снова раздался взрыв, и палец сам собой шлепнул на «вызов», гудки пошли…

— Сука, нет! — но трубку уже взяли.

— Алло. Добрый вечер, Семен Константинович. Не думал, что вы снова решитесь позвонить мне.

— Да… — выдохнул Зорин, покрывшись холодным потом. Этот голос всегда вызывал в нем легкий приступ паники. — У меня есть для вас… работа…

Вновь загрохотало, и уже близко. Кажется, за стеной.

— Оплачиваемая, надеюсь? И нет, чеки я не принимаю. И наличные тоже. Только золото.

Не успел Зорин ответить, как шум докатился и до туалета. Наружную дверь вышибли, и по полу застучали тяжелые сапоги.

— Всем выйти из кабинки! Это полиция! — заревели на два голоса. В ответ раздался женский визг.

— Что?.. — охнул Зорин и, подскочив, едва не выронил трубку. — Я пере…

Но дверь вышили уже в кабинке. Получив по лбу, Зорин все таки выпустил трубку. Бульк! — и она упала прямо в унитаз.

— НЕТ! — взвизгнул Зорин, но тут ему прилетел удар прикладом в нос. Очнулся он уже на полу. Руки были стянуты за спиной, а перед глазами расхаживали двое в черных сапогах. Рядом лежали его вещи: ключи, мелочевка, какие-то бумажки и…

— А это что такое, парень? — спросили довольным тоном, и у него перед носом опустился маленький пакетик с белым порошком. — Объяснишь?

— А… а… мне подкинули… не мое… мой отец…

В ответ раздался издевательский смех.

— Отец? Это уже что-то новенькое! Ну пошли, и батю твоего прихватим!

* * *

В баре «Золотой котел».

Борис уже пять минут пялился на гигантское пятнистое яйцо, которое он нашел в подсобке. Его уместили прямо в домике Василия, поставили рядом включенный обогреватель, а еще сиротливо прикрыли одеяльцем.

— Мяу! — протестующе закричал кот.

— Та-а-ак… — протянул Борис. — И кто это такой умный?..

Он вышел в зал и упер кулаки в бока. Замолкнув, посетители тут же повернулись к нему. Все знали: если Борис встает в такую позу, значит, он недоволен.

— Вас нельзя и на минуту оставить! И кто додумался притащить в подсобку гигантское яйцо⁈ Валера, ты?

— А че я-то?

Борис погрозил ему пальцем.

— Ты в прошлый раз спрятал под стойкой катушку медной проволоки! И типа я не замечу? Скажи спасибо, что я не выдал тебя копам!

— Было дело… Но ни о каких яйцах я не знаю… Ик!

Борис оглядел оставшихся выпивох, но все лишь сконфуженно пожимали плечами. Силантий тоже был вне подозрений — маг был не из тех, кто доставляет проблемы, да и он сегодня не появлялся. Про Нагая и говорить нечего, он вовсе где-то потерялся.

Значит, остался только один человек.

— Ива-а-ан!

В ответ за стенами зазвучал двигатель, а через минуту машина остановилась у их окон. Захлопали дверьми, а затем к ним вошли…

Бар погрузился в молчание. Даже музыка оборвалась, а телевизор опять начал показывать «мертвый» канал.

— Здравствуйте, — и все пятеро дам в облегающей черной коже, мокрые и растрепанные очаровательно улыбнулись. — А нам сказали, что вы ищите официанток?

Между ними болталось тело Ивана. Кажется, он был без сознания.

Глава 29

Как пройти в библиотеку?

Проснувшись, я какое-то время смотрел в потолок, и не мог понять, как вчера добрался до своей комнаты. Последнее, что помню, это фары, мелькающие огни города, сигаретный дым, шепчущие голоса над ухом, а потом все… как отрезало. Видать, сознание покинуло меня еще на полпути.

Попытавшись встать, сразу же рухнул на подушки. Тело было совсем вялым, будто налитым свинцом. А всему виной тренировки, Испытания и так далее. Все же этим слабым мышцам нужен нормальный отдых.

— А я говорил! Говорил! — послышался голос Ивана. — Что теперь с тобой делать?

— Отвали…

В спальне отчего-то было совсем темно, а еще мебель стояла как-то совсем не так. Принюхавшись, я удивился — в воздухе носился запах свежести и… вишни?

Открыв шторы, я удивился вторично. На подоконнике стоял цветок, а стекло казалось настолько чистым, что даже касаться его как-то неудобно. В комнате же не было ни следа от пыли. Все полы выметены, а паутина в углу куда-то подевалась. Один паук, что в поте лица плел над моей головой свои узоры, сейчас грустно болтался над диваном.

Так постойте… Тут что была…

— Уборка⁈ Кто посмел?

Снизу при этом раздавались голоса, скрежет и веселая музыка. И нет, не шансон, а что-то про любовь.

На часах при этом было десять — до открытия «Котла» еще целый час.

— Подозрительно… — нахмурился я и кинулся в диван. К счастью, золото было на месте.

Еще с лестницы я увидел их — летающие в воздухе полупрозрачные пузыри. И они мне очень не понравились.

— Какая-то магия…

Но следом послышался голос Бориса:

— Аккуратней, эти бутылки мне достались еще от дедушки! Стулья не поломай, им через год полвека стукнет! А эта тряпка…

Спустившись, я сразу наступил в пену, которой были покрыты полы от входа до самой барной стойки. По ней, как по облакам, скользили те самые вчерашние девицы. К счастью, на них уже не было той уродливой одежды, и они разоделись в обычные футболки с джинсами. Катя с Аней натирали пол швабрами, Вика с тряпкой в руке командовала за барной стойкой, еще кто-то гремел в подсобке.

Борис же стоял в центре помещения и с потерянным видом, аки флюгер на ветру, поворачивался то туда, то сюда. На его руках притаился кот Василий.

— Извините, Борис Эдуардович, но в вашем баре женской руки не было с момента основания! — заявила Вика, натирающая столешницу. — И как не стыдно принимать тут гостей⁈

— Им все равно! Они тут за пивом, а не за чистотой! Ты поаккуратней, краску сотрешь!

Девушка фыркнула.

— Это не краска! Это грязь! Вы эту стойку вообще мыли когда-нибудь⁈

— Нет.

— А стоило бы!

— Какая глупость — мыть барную стойку! Каждому бармену известно, что чем больше в нее впитается пива, тем больше клиентов!

В подсобке снова загрохотало, и Борис, выпустив Василия, направился туда.

— Эй, вы чего там делаете⁈

В ответ раздался истошный визг, и в зал, быстро перебирая лапками, выбежала целая банда мышей. Девушки с криком попрыгали на стулья, а за мышами с довольным мявом устремился Василий. Когда хвосты зверушек скрылись в подвале, Борис захлопнул за ними дверь.

— Что тут за дела? — спросил я, оглядывая помещение, по которому медленно скользили пузыри. С опаской коснувшись одного из них, я чихнул — лопнув, он брызнул прямо в лицо. — Какая гадость…

— Ага, вот и он! — упер кулаки в бока Борис. — Хорош!

Я пожал плечами. Я знал, что я хорош.

— И как ты это объяснишь? Видишь, что они сделали с моим баром⁈ — и бармен обвел рукой свой зал, который, как ни крути, начал приобретать более приятные очертания. — Всего одна ночь, а наутро такое!

— Тебе же нужны были сотрудницы? Вот, и получай. А про бар ты ничего не говорил.

Борис не сдавался:

— Да они даже котел не пожалели!

Котел сверкал так сильно, будто в самом деле был сделан из чистого золота. Монет же в нем стало еще больше, что несказанно улучшило мне настроение.

Пока я рассматривал свои новые монеты, Борис ворчал и шипел как старый испорченный радиоприемник. Из подсобки, тем временем, показалась девушка в очках. В руках у нее был огромный пыльный том.

— Эй! Это же дедушкина бухгалтерская книга! — охнул Борис. — Ты откуда ее достала?

— Она подпирала ножку шкафа, — сказала очкастая, опустив здоровенную книжищу на стол. — И судя по всему, к ней никто не прикасался лет двадцать.

— А зачем она? Все, что мне было нужно, вот здесь, — и он похлопал пальцем по виску.

Открыв том, очкастая громко чихнула. Ее накрыло облаком пыли.

— Тамара Михайловна! Мы же убираемся! — закричали девушки. — Иди тряси этой рухлядью где-нибудь в другом месте!

Проигнорировав их, она перевернула пару страниц.

— Борис, в вашей бухгалтерии и мышь не ночевала. Последнюю запись оставили еще при Нем.

— Вот пусть Он и волнуется об этом. Эй, не трогай телевизор! Сегодня придет мастер и починит эту рухлядь!

Вика же подсоединила какой-то проводок, и телевизор замигал. Там появилась картинка.

— Дай сюда! — и отняв у девушки пульт. — Как ты это сделала? Я вчера всю голову сломал.

Улыбнувшись, Вика пожала плечами.

Борис же буркнул себе что-то в усы и защелкал по каналам. Устройство работало, однако ловил только один сигнал под названием «Страсть-ТВ». Остальные каналы по-прежнему не работали.

— … И никто не сможет нас разлучить, никто! — шептал какой-то черноусый брюнет сгорающей от страсти красотке.

— А как же твой брат Хосе? Он обещал убить тебя!

— Это неважно! Главное, я люблю тебя, Фрида, и буду любить вечно!

— О, Хосе!

— О, Фрида!

Девушки остановили уборку. На экране эти двое начали страстно целоваться, а, тем временем, из кустов показался какой-то тип с кинжалом.

— Осторожно!

Покачав головой, Борис выключил телевизор, чем спровоцировал всеобщее возмущение.

— Не отвлекайтесь, — сказал бармен. — Раз начали разносить мой бар, то доводите дело до конца. А ты!

И, взяв меня под локоть, он повел меня в подсобку.

— … Как ты объяснишь вот это? — и показал на яйцо, которое я вчера приволок к нему под крышу. — Что это вообще?

— Как что? Яйцо виверны.

Глаза Бориса едва не вылетели из орбит.

— Пусть полежит здесь до срока, — сказал я, поправив одеяло и подвинув поближе обогреватель. — Я потом заберу.

— До какого еще срока? Ты чего задумал?

— Посмотрим… Если оттуда вылупится виверна, то можем ее продать, а нет, так разрешаю тебе сделать из него яичницу.

— Виверна? Вылезет… В моем баре⁈

Устав с ним спорить, я вытащил из кармана расписные бумажки.

— Вот, Борис, за неудобства, — и сунул бармену в карман на фартуке. — Это часть за голову ее мамаши. Завтрак будет?

Почесав затылок, бармен все же уступил и направился на кухню. Тут ко мне подошел кот Василий.

— Мяу!

— Знаю-знаю, но тебе придется потесниться, — сказал я. — Хотя ты можешь и лечь сверху. Ему будет только теплее.

Судя по взгляду, кот не сильно оценил мою идею. Хотя какая разница? Он все равно только и делал, что охранял пивную бочку. Вот пусть и спит рядом.

Позавтракав, я направился разбирать свои сокровища. Сумки девушки отволокли к себе в спальню, которая оказалась даже теснее моей. Туда меня отвела Тамара Михайловна. Почему ее так называли, учитывая, что она была еще младше Вики, было не совсем понятно.

— Полагаю, это из-за очков, а еще ее манеры носить эти шали, — пояснил Иван. — Со спины ее можно легко принять за бабульку.

Скоро к нам присоединились и остальные девушки. Все золото из сумок досталось мне, а остальное мы разделилили. Вернее, разделили они, а большую часть отдали в счет моей помощи. Мне было приятно.

— Если бы не вы, Иван, Францев мог нас и покалечить, — сказала Вика. — Давно я не видела его таким… грозным.

— Угу, и пьяным, — кивнула Жанна и показала свои синяки. — Это мне еще повезло, что меня на скорой тогда не увезли.

— Так и уволилась бы, — фыркнул я, пересчитывая монеты. Каждая заставляла мое сердце биться чаще. — Или дала бы ему в лоб своей плеткой. Делов-то…

Жанна покачала головой.

— Ага, и потом найдут меня в речке… По частям…

— Знаете, как говорят у нас в клубе? — спросила Аня. — Если попал в «Логово», то остался в «Логове». Отец Ильи очень не любит, как это говорят, «бегунков». Тех, кто увольняется по собственной воле, потом могут и наказать. Я вот хотела сбежать, но меня вернули насильно.

И их лица помрачнели. Особенно грустной выглядела Тамара Михайловна — она вообще сидела бледнее некуда.

— Что же нам? Сидеть теперь в этом баре⁈ — поежилась Катя. — Я так-то учусь, а этот бармен явно не в восторге от нас. Он и так еле-еле согласился дать нам переночевать. Уборку мы затеяли, чтобы выразить благодарность, понравится… А он…

Вика фыркнула.

— Подумаешь! Еще и обозлился! Грязнуля!

— Иван, вы же поговорите с Борисом, чтобы нам позволили остаться? — взмолилась Аня. — Хотя бы на время!

Я снисходительно улыбнулся. Наивные, думают, что у них получится отсидеться и Драконыш о них забудет? Хех. Нет сомнений, что пока Илья болтался в той клетке, он каждой придумал смерть поизощренней. В первую очередь для меня, конечно, но и им точно попадет. Особенно этой Тамаре Михайловне — за то, что не взяла всю вину на себя, да и обчистила их как липку.

Следовало бы, конечно, прихлопнуть Францева еще в клетке, однако, чую, этот идиот, пытаясь мне отомстить, притащит больше золота. Как Эмиль с Лео. Как все эти бандиты, от которых я вычистил полрайона. Как очень многие враги, с коими я встречался еще в своей крылатой ипостаси. Все возвращались, и все приносили мне золота.

Посему далеко не всегда стоит расправляться с врагами одним ударом. Особенно если у них богатые семьи.

— Думаю, Борис и без меня давно дал вам «добро», — сказал я. — Он, конечно, слабак и ворчун, но без помощников ему не удержать это заведение. Особенно тех, кому он обязан.

Выйдя из спальни, мы спустились и увидели Бориса. Уперев руки в бока, он осматривал обновленное помещение и довольно подкручивал усы. На лице бармена лежало счастливое выражение.

— Вот видите? — кивнул я девушкам. — Ворчит он только для виду. А так он свой. Пусть и слабак.

Оставив их продолжать знакомство, я отнес золото к себе. По сравнению с конурой, где поместили всех пятерых «принцесс», мое логово казалось бальным залом.

— Может, вам поменяться? — спросил Иван. — Все же им там так тесно. И они женщины!

От его глупости я закатил глаза.

— Шутишь? А где по-твоему я буду прятать золото? В раскладушке?

Однако тут появилась новая проблема: комната была пусть и уютная и относительно просторная, но отнюдь не резиновая. Диван буквально лопался от переизбытка ценностей: давно вытащив из него наполнитель, я набил его монетами и они уже распирали обшивку. Тайники тоже закончились: и за обоями, и в шкафу, и под полами места больше не было.

Тогда мне пришлось «попросить» цветок потесниться.

— Сделано! — улыбнулся я, оценивая новый тайник. Увы, хватит его ненадолго.

Куда же прятать золото дальше? В баре? Вряд ли Борис обрадуется, когда обнаружит в других комнатах мои «заначки», как любили говорить его клиенты. Место в золотом котле тоже скоро иссякнет, да и опасно хранить ценности у всех на виду. Как бы там ни было, но вскоре мне предстояло решить, куда же деться из этой тесной конуры.

Мне требовалось новое пристанище.

* * *

К обеду бар словно зажил новой жизнью. Придя в обновленное помещение, клиенты даже стеснялись заходить, ибо обычно грязные полы были вычищены до блеска, а шелестящие тут и там юбки заставляли завсегдатаев дышать чуть чаще.

Кое-кто разворачивался со словами:

— Извините, кажется я ошибся…

Таких Борис насильно затаскивал обратно. Сунув в руку полную кружку пива, он доказывал, что «Золотой котел» все еще «Золотой котел». Правда, чуть-чуть изменившийся. И с женщинами.

— Что вам налить? — улыбалась Аня то одному, то другому клиенту. На ней была обычная одежда официантки, однако свои ушки они все же надела.

— Пива… — отвечали притихшие мужички. — Пожалуйста…

Напившись силой золота, я же решил пройтись по адресу, который мне оставил Францев. Однако прямо на пороге меня поймал Силантий.

Был он каким-то посвежевшим. Даже морщины стали не такими глубокими.

— Иван, вы вернулись! Вы целы?.. — и маг ощупал меня с таким видом, будто увидел впервые. — Что же, теперь вы аристократ?

— Да-да, теперь во мне бурлит голубая кровь, — отмахнулся я и направился на выход. — Борис, налей Силантию чего-нибудь за мой счет, а я…

— В библиотеку?

Я остановился. Ах да, еще же нужно подыскать тело для Ивана. А для этого нам нужна эта самая Книга Душ.

— Что важнее? Золото или Книга? — задумался я, но спустя секунду, хохотнув, направился на выход. Золото, конечно.

Силантий однако направился за мной.

— Позвольте сопровождать вас, Иван. А то в этой библиотеке не мудрено заблудиться.

— Не сегодня, — отмахнулся я. — У меня есть «золотое» дело, которое не требует отлагательств.

— Жаль… — приуныл Силантий. — А ведь завтра обещается ночь, идеально подходящая для занятий черной магией. Такая бывает лишь раз в несколько лет!

Он вытащил из складок мантии какую-то бумажку с формулами и принялся мне что-то долго объяснять. Устав от всех этих сложностей, я с тоской посмотрел на свой адрес и решил все же уступить старику.

Ладно, пусть будет Книга Душ. Иван и так с самого утра слишком много болтает.

* * *

— Слушай… — говорил мне на ухо Иван. — А ты уверен, что эта книга, ну… сработает?

Пока мы ехали в метро, он задавал один и тот же вопрос в разных вариациях уже раз пятнадцать. Силантий же скромно сидел на лавке и с улыбкой листал газету с заголовком «Туннельные крысы наносят ответный удар!» Как ни странно, но половина вагона читала газеты с плюс-минус той же новостью.

— Нет, — неизменно отвечал я, разглядывая афишу, где анонсировали спектакль под названием «Золотой ключик». — Но если у меня есть хотя бы призрачная возможность от тебя избавиться, я с удовольствием ей воспользуюсь.

— А у нас разве есть тело⁈ — вдруг заголосил он. Кажется, его осенило. — Куда ты хочешь меня запихать?

Я пожал плечами. Признаюсь, об этом думать не приходилось.

— Куда-нибудь… Например, в Василия. Ты хотел когда-нибудь быть кабацким котом?

— Нет!

— Отчего же? От тебя все равно никакого толку. А так лежал бы, охранял пивной кран…

— Я хочу быть человеком!

— Ладно-ладно, на обратном пути заедем на кладбище и…

— Что⁈ Мне нужно свежее тело!

— Где я тебе найду человеческое тело⁈ — сказал я излишне громко, и половина вагона обернулась. Я сказал чуть потише: — Будешь ныть, окажешься в теле бобра, обещаю.

Отмахнувшись от его нытья, я вернулся к афише. Спектакль был, судя по всему, про какое-то ожившее бревно, до одури возжелавшее золота. В целом, проблема бревна была мне знакома, да и золота, похоже, в этой истории обещалось много.

Возможно, на это даже стоит сходить с…

— Эх, Дарья, наверное, не согласится…

— Конечно, не согласиться! — хохотнул Иван. — Она же, блин, Королева! У нее дел и без твоего спектакля выше крыши!

— Еще одно слово, и я засуну тебя в тело мокрицы, — буркнул я, и тут Силантий сунул мне под нос газету.

— Смотрите, Иван, — и он показал мне статью с кучей фотографий. — Какие новости!

Статья называлась «Ночной налет» и повествовала о «рейде полиции на ночной клуб „Его логово“, известном своей нехорошей репутацией». На фотографиях было множество людей в наручниках, которых насильно выводили из клуба. Среди них я заметил одну очень знакомую и мерзкую морду.

— Ага, Позорин!

Взяв газету, я прочитал статью от корки до корки. Странно, но вот конкретных фамилий журналист не называл. Писал просто: пойманы преступные отпрыски из числа дворянства, а кто конкретно — молчок.

— Привыкай, — хмыкнул Иван. — Так у нас постоянно. Все знают, что там наверху одни негодяи, но вот фамилии называть «стесняются».

Перевернув страницу, увидел знакомый силуэт. Вернее, целых шесть — какой-то ловкач умудрился щелкнуть даже нас с девушками. К счастью, из-за дождя ни лиц, ни других особых примет запечатлеть ему не удалось.

Под фотографией была надпись: «Крысы бегут из Логова».

— Вот гад…

Там была еще пара новостей об аресте культистов, результатах Испытания (фамилии участников отчего-то не назывались, была только пара фотографий, правда, тоже низкого качества), а затем шли результаты футбольных матчей.

И ни одной новости о том, что во время торжественного обета, на Дарью было совершено покушение. Я забрался даже в раздел со светскими сплетнями. Тоже мимо.

— Кое-кто очень не хочет огласки, — хихикнул Иван. — Твоя Дарья всегда была такой… скромницей?

Скомкав газету, я поднялся и по пути к выходу «случайно» заехал ногой о скамейку. Иван зарыдал, и поделом ему.

Выйдя из метро, мы направились к зданию, напоминающему перевернутый чемодан. Перед ним возвышался неизменный памятник Олафу — на этот раз мой недруг был изображен задумчивым гигантом, подпирающим свою бычью челюсть. На фасаде золочеными буквами было выведено: «Королевская библиотека им. Олафа Освободителя».

Я сделал пару шагов, и тут услышал зов. Окаменев, огляделся. Вокруг меня шумел город. Золота, как и людей, тут было много, однако то самое пело… прямо из-под земли!

Рядом располагался канализационный люк. На моем лице сама собой выползла улыбка.

Попались, Крысы!

Открыв люк, я прыгнул вниз. Оказавшись в коллекторе, сразу осознал, что тут я не один. На моих кулаках были кастеты.

— Покажитесь, воры! — зарычал я, и тут из тьмы вышли они.

Туннельные крысы. Их было десятка два, не меньше. Врагов был полный туннель.

Конец первой книги.

Продолжение читайте тут: https://author.today/work/490108

И хотим выразить особую благодарность тем, кто комментирует и лайкает эту книгу! Вы классные!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Это кто переродился?

Content

Это кто переродился?

Глава 1 Это кто переродился?

Глава 2 Как вернуть свое?

Глава 3 Как закрыть портал?

Глава 4 Почему такое слабое тело?

Глава 5 Как пользоваться пассатижами?

Глава 6 Где Олаф?

Глава 7 Где мои пассатижи?

Глава 8 Как вернуть монетку?

Глава 9 Все носят галстуки?

Глава 10 Инквизитора вызывали?

Глава 11 Ты боишься темноты?

Глава 12 Учишься балету, Иван?

Глава 13 Как накачать мышцы?

Глава 14 Хочешь поиграть с Коллекционером?

Глава 15 Да кто такой, этот Обухов?

Глава 16 Кто такие виверны?

Глава 17 Меч? А может, что получше?

Глава 18 Как пройти Испытание?

Глава 19 Зачем красный шар?

Глава 20 Как заморить червячка?

Глава 21 Как дожить до титула?

Глава 22 Что, снова танцы⁈

Глава 23 Как быть аристократу?

Глава 24 Трое на одного?

Глава 25 Что там наверху?

Глава 26 Почем виверна?

Глава 27 Да что за ужас тут творится⁈

Глава 28 Кто такие космонавты?

Глава 29 Как пройти в библиотеку?

Nota bene