Кодекс Императора VII

Глава 1

Со всех сторон разносились взрывы. Запах пороха и крови завис в воздухе. Мой энергетический барьер искрился от напряжения.

В нас непрерывно стреляли из вражеских танков. О барьер взрывались артефактные заряды. Мне приходилось вливать в него колоссальное количество энергии. У меня самого столько не было, а потому я вложил в правую руку Кодекс Первого Императора. Мое тело непрерывно поглощало энергию из реликвии.

Враг подходил к городу Нойхайм со всех сторон, часть моих людей находились и там.

Ситуация накалялась с каждой минутой. Дым от взрывов заполонил всё вокруг, и мои танкисты только благодаря радарам видели врагов. Мне же вовсе приходилось использовать магическое чутьё. Это одна из граней физического усиления, которую я развивал с самого детства. Способность чувствовать врага на расстоянии.

Германцы сильно превосходили нас числом. Всех их силой победить не получится. А потому придётся действовать хитростью.

Вдруг в наушнике послышались помехи. Кто-то пытался заглушить связь.

Я взглянул на коммуникатор на своей руке. Входящий вызов.

Значит, кто-то освободил для себя безопасный канал. Не хотел, чтобы наши переговоры услышали посторонние.

Забавно выходит. Нахожусь в самом пекле битвы. Враги атакуют со всех сторон. Почему бы не ответить на звонок? И правда.

Я взял трубку. И услышал насмешливый голос Эдмунда фон Гогенберга:

— Сдавайся! Ты уже проиграл. К тому же у меня есть приказ не брать тебя живым. Но… есть нюанс! Если ты сдашься сам, то мы ещё можем договориться. А у Российской империи есть много чего, что она может нам предложить.

В ответ я рассмеялся:

— Молодость всегда соседствует с глупостью.

Сказав это, я бросил трубку. Не стал дожидаться ответа. Нет у меня сейчас времени на бессмысленные споры, которые ни к чему не приведут. Мы это уже проходили с отцом Эдмунда.

Какими бы плохими ни были последние императоры Российской империи, никто из них никогда не сбегал и не показывал врагу спину. Почему Эдмунд фон Гогенберг решил, что я стану первым из них? Глупость. Другого объяснения у меня просто нет.

Хорошо еще, что Гриша не стал императором. А то он мог бы стать первым.

Перестрелка продолжалась. Танк подо мной трясся в разные стороны, ведя огонь из всех своих орудий.

Барьеры были построены таким образом, чтобы мы могли атаковать из-под них, а вот извне сюда ничего не могло проникнуть.

Очередной артефактный снаряд взорвался о купол. Перед глазами вспыхнуло огненное месиво.

Связь восстановилась, и я настроился на общий канал для всех танкистов:

— Группа засады готова?

— Готова, мой император! — сразу ответил мне Кутузов.

Так, а он что делает в танке? Ладно, потом разберусь. В его безопасности я не сомневаюсь. Этот человек выживал там, где, казалось бы, совсем не осталось надежды.

— Переходим на отдельный канал, — скомандовал я.

Связисты быстро отделили нас от основной беседы.

— Готовность две минуты. Скоро начнём действовать, — сообщил я, когда остались только нужные люди.

— Так точно! — ответил мне Соломонов.

Ещё один! А он-то зачем в это вписался?

— А вы здесь откуда? — строго спросил я у Соломонова.

— Ну вот так. Я теперь тоже здесь, — неопределённо ответил он. — Знаете, мой император, это необычно. Мне нравится!

Понятно… его нет смысла даже пытаться отговаривать.

Конечно, если я отдам приказ, то у Соломонова не останется выбора. Но зачем обламывать человеку веселье? Он уже опытный и прекрасно осознаёт все риски. Нет смысла в сотый раз ему о них напоминать.

Вокруг нас творился полный хаос. Из-за дыма вообще ничего не было видно.

Пока по промежуточным итогам было понятно, что танки выходили из строя с обеих сторон. Но у кого перевес — пока посчитать было невозможно. Только не в условиях ожесточённой битвы.

Дождавшись нужного момента, я скомандовал:

— Действуем!

Часть моих танков окутало сгустком теневой энергии. Тьма полностью обволокла их. Миг. И они провалились в тень.

В этот же момент я открыл множество порталов. Больше двух десятков. И в них въехали мои танки. Через один из таких прошёл и тот, на котором я стоял. Конечно, ведь Соломонов записал нас в группу засады. Хотя не стану лукавить, мне и самому это нравится.

Мы вышли за спиной врага. Справа и слева. Окружили его со спины.

— Огонь! — прокричал я.

И танки дали мощный залп из всех орудий по врагу.

Взял из Кодекса Первого Императора три дара огня. Сплёл их в один. И направил вперёд технику огненного смерча.

Она мигом разбила вражеские щиты и закрутила три танка. Поднявшись от земли, они взорвались.

Фух… Это было не так просто, как в первые разы. Магические каналы уже сильно нагреты. Главное в пылу сражения вовсе сознание не потерять.

Мы продолжили стрелять по полной со всех сторон. Так мы получили небольшое преимущество.

С помощью Кодекса Первого Императора я принялся распространять энергию по округе. Подпитывал ею барьеры наших танков.

Энергии было такое колоссальное количество, что воздух от неё искрился. В дыму пожаров мелькали золотистые искры.

В барьер нашего танка прилетел мощный снаряд. Затем ещё… И ещё.

Взрывы раздавались один за другим.

Дальше я взял у Кодекса Первого Императора пять даров воды и льда. Использовал их, чтобы создать огромное количество ледяных игл.

Какая бы ни была совершенная у танка система, одно слабое место всегда имелось.

В момент выстрела иглы направились в дуло танка. Попали туда. И снаряд сдетонировал внутри дула. Его разворотило. А дальше танк добили выстрелами из других орудий.

Сложнее всего было уловить момент, когда танк собирался сделать выстрел. Уловить эти доли секунды. И направить мощные иглы.

Я повторил этот трюк ещё несколько раз. Пока иглы не закончились.

Присел на танк. Сил практически не осталось. Я сконцентрировался на подпитке наших барьеров. Сейчас это самое главное. А с оставшимися танками наши справятся и без меня.

— Теперь, главное, продержаться, — сказал я про себя, продолжая вливать энергию в барьеры.

Поднялся. В таком положении будет куда проще передавать энергию.

Перелистываю страницу Кодекса Первого Императора, и новая волна энергии разлетается по округе, точно девятибалльный морской шторм. От неё даже танки шатаются.

Перед глазами помутнело. Это будет тяжело… Но мне не в первой. Я должен не только защитить своих. Но и помочь им победить.

* * *

Эдмунд фон Гогенберг уже видел свою победу. Представлял, как его танковая дивизия напрочь уничтожает имперцев. Остатки армии обращаются в бегство. А солдаты под руки приводят к нему Маргарет. Он смотрит в ее глаза и улыбается. Этой ночью он получит свою награду!

— Командир! — голос связиста выбил его из размышлений.

— Что? — рявкнул он.

Эдмунд фон Гогенберг не сомневался в победе. Ни капли. Даже в самом худшем варианте германцы просто задавят имперцев числом.

— У нас проблемы! Танки врага сзади.

Сперва Эдмунду показалось, что это шутка… Но нет, в таких условиях никто не станет шутить.

— Как? — сразу спросил Эдмунд фон Гогенберг.

— Не знаем. Предположительно, теневая магия и порталы.

— Здесь же глушилки! Они целое состояние стоят!

— Каким-то образом имперцы их обошли, командир!

Хотя, чего тут удивляться? Это было понятно ещё тогда, когда Дмитрий Романов открыл огромный портал и перебросил сюда свою танковую дивизию. Откуда только она у него взялась?

Германская разведка тщательно следила за развитием вооружения в Российской империи, и ни о чём таком они не докладывали. Эдмунду казалось, что они продолжают производить танки старого образца.

— С левого фланга десять вражеских танков. Позади — пять. Справа — четыре, — отчитался один из членов экипажа.

Имперцы начали активно атаковать германцев со спины. Барьер танка Эдмунда дрогнул.

— Остановить часть машин! Направить их разобраться с левым, правым и задним флангом! — отдал приказ Эдмунд фон Гогенберг.

— Есть! — раздалось из динамиков.

Видимость в округе была почти нулевая, поэтому Эдмунд фон Гогенберг продолжил следить за ходом битвы через радары.

Исчез один его танк. Второй.

Разом три!

Германцы начали нести большие потери. В то время, как имперцев укрывали такие мощные барьеры, что через них ни один заряд не прошёл.

У Эдмунда в голове не укладывалось, что это за технология. Слишком мощная защита. Слишком! Такое не могли создать артефакты. Это нужно иметь целую прорву энергии.

— Командир! Поступили новые сведения, — позвал один из членов экипажа.

— Что там?

— Дмитрий Романов стоит на танке. И у него в руках Кодекс Первого Императора. От него вокруг разливаются волны энергии.

Так вот почему барьеры не пробить. Они подпитываются от реликвии. Чёрт, это сколько же в ней мощи!

Значит, на этих позициях атаковать бесполезно. Нужно менять тактику.

Имперцы загнали германские танки в капкан. И у них остался только один путь — идти вперёд. К городу Нойхайм.

— Полный вперед! — решительно скомандовал Эдмунд фон Гогенберг.

Танки выдвинулись.

Сейчас они сломают стены города и въедут внутрь. Дмитрий смог переиграть германцев, но это не будет иметь смысла, когда танки Эдмунда войдут в город.

Там они смогут оторваться по полной. Ведь «Громовая дивизия» была создана преимущественно для городских сражений. Для такого типа боя у танков имелось множество разных фишек. Да что говорить, один танк вовсе мог снести целое здание!

Пора начинать!

* * *

Я держал барьеры наших танков около часа. Было сложно. Очень. Я держался из последних сил. Одна сила воли заставляла глаза не закрываться.

Каналы напрочь перегрелись. Ещё бы, ведь через них прошло столько энергии, сколько обычно проходит через Одарённого за несколько лет.

После такого я не одну неделю буду восстанавливаться — придется использовать магию по минимуму.

Да и запас даров Кодекса Первого Императора я тоже сильно истощил. Он вернулся к своему начальному уровню. Когда я только забрал его из главного зала дворца после коронации.

Вдруг каналы перестали пропускать энергию. Они уже пропустили максимум, который только могли.

Купол сорвался. Я резко присел. И над головой пронёсся вражеский снаряд. Врезался в соседний танк. Но на том ещё держалась защита.

Оставаться здесь опасно. Сил у меня осталось только на самые простые трюки.

Перемещаюсь через тени в штаб, организованный в городе Нойхайм. Захожу в палатку и падаю на стол.

— Господин! Как вы? — рядом появилась Алина с подносом, на котором стояла вода и полотенца. — Вид у вас не очень.

Всё лицо было в саже. Я вытер его влажным полотенцем. Стало чуть легче.

Напился воды. Прохлада растеклась по желудку. Но удовольствие длилось недолго. Тело все ещё было охвачено жаром. Возможно, у меня начнётся лихорадка из-за перегретых каналов. Тогда, чтобы её устранить, придётся использовать лекарский дар. Как раз в Кодексе Первого Императора остался один.

— Вы в порядке? — повторила вопрос Алина.

Она тоже была вся измазана в саже.

— Да. Было тяжело. Но мы справились, — кивнул я. — Моя битва на сегодня закончилась. Я пустой.

Ещё одна техника, и я точно здесь свалюсь. И здесь уже никакая сила воли не поможет.

— Господин, я могу чем-нибудь помочь? — участливо спросила Алина.

— Принести ещё воды, — я протянул ей обратно пустую бутылку.

Она открыла рядом с собой небольшой проход в тень и достала ещё три бутылки с холодной водой.

— Ваше Императорское Величество, слышали новости? — обратился ко мне генерал Малышев, армия которого тоже участвовала в этой битве. Точнее, её часть. Вторая половина осталась в Австрии.

— Нет. Я всё время держал барьеры, а для этого нужна полная концентрация. Докладывайте.

Мой голос звучал тише, чем обычно. Не хватало сил, чтобы даже поддерживать иллюзию силы.

Но этого больше и не требовалось. В шатре находились только доверенные люди.

Последний час я был так сконцентрирован на подпитке барьеров, что даже не слышал, о чём говорят на общей линии связи.

— Шестьдесят пять процентов танков противника уничтожено, — гордо заявил генерал Малышев. — Мы потеряли всего двадцать процентов от общего числа. Наши экипажи не пострадали. Ваши тени успели всех эвакуировать. Но это не самое главное. Эдмунд фон Гогенберг погиб!

Я улыбнулся одним уголком рта. На большее просто не хватило сил. Новость и в самом деле была замечательная.

Поднялся.

— Господин! Куда вы в таком состоянии? — запричитала Алина.

— Доделать начатое. И ты мне в этом поможешь.

Поскольку у меня самого сил не осталось, я нырнул в тень вместе с Алиной. Вышел прямо перед танками врага. Точнее, перед тем, что от них осталось. Небольшая группа… хотя пару часов назад здесь была целая дивизия.

Воздух перенасытился порохом. Но дым развеялся. Больше никто не стрелял.

Алина протянула мне мегафон. И я начал говорить, обращаясь к нашим врагам:

— Эдмунд фон Гогенберг погиб. А вы окружены. И будете все уничтожены. Однако я дам вам шанс спастись. Если сейчас все выйдете из военной техники и уйдёте на своих двоих, мы не станем вас преследовать. Даю слово императора Российской империи.

Возвращаю мегафон Алине.

— Как думаете, согласятся?

— Сейчас сама увидишь.

Через пару минут люки танков начали открываться. Люди выходили один за другим и спешно покидали поле боя.

Как я и обещал, их никто не преследовал. Пусть уходят. И расскажут всему миру, что здесь произошло.

После того, как германские танкисты ретировались, мы вернулись в штаб. Туда уже вернулись Соломонов и Кутузов. Мы принялись подводить итоги. Сколько было потеряно. Сколько приобретено.

— По большей части мы выстояли благодаря вам, император, — Соломонов поднялся со своего места и поклонился мне.

Затем его примеру последовали все присутствующие.

— Мы гордимся, что у Российской империи такой император. Который готов сражаться вместе с солдатами в первых рядах! — Кутузов ударил себя в грудь.

Я слегка кивнул. Затем продолжилось активное обсуждение и выстраивание дальнейших планов.

Я велел отдать вражеские танки нашим танкистам, чтобы разбирались. А сам отправился отдыхать. В городе предстояло ещё много дел, и с ними Кутузов с остальными генералами прекрасно справятся и без меня. Там ничего сложного. К этому моменту город был уже почти захвачен.

Проснулся я через три часа и отправился с Соломоновым осматривать германские танки.

— Ваше Императорское Величество, оказалось, что у нас есть экипаж для сорока танков.

Это были хорошие новости. Граф меня порадовал.

— Наши люди смогут ими управлять. Конечно, не идеально, но смогут, — продолжал Соломонов.

— Отлично.

— Хотите, чтобы они участвовали в войне? — слегка улыбнулся Соломонов.

— Конечно. Оружие не должно стоять без дела, когда его можно с пользой применить.

— Позвольте поинтересоваться, когда?

— Уже.

Услышав это, Соломонов выпучил глаза. Такого поворота он явно не ожидал.

— Рассаживайте своих людей по танкам. Выдвигаемся через полчаса, — отдал я указание.

Уладив некоторые дела в штабе, я вновь вернулся к танкам. Они были полностью готовы к тому, чтобы продолжить сражение.

Я поднял руку, пытаясь открыть портал. Сперва не получалось. Энергия в воздухе завихрилась и тотчас распалась

Во-первых, сил я восстановил самую малость. И то благодаря подпитке от Кодекса Первого Императора. Реликвия наполнила источник, только каналы немного остыли. Во-вторых, германцы активировали новые глушилки. Они работали иначе, чем прежние. И мне пришлось постараться, чтобы найти способ обойти их.

Но в итоге портал открылся. Я забрался на один из танков, и мы поехали вперед.

Дивизия выехала прямо возле дворца австрийского императора. А его неплохо подлатали после прошлого моего посещения. Пора это исправить. А то смотрю, они уже и башню новую начали возводить!

Усмехаюсь и командую через средство связи:

— Огонь!

Глава 2

Вильгельм фон Цальм находился в одном из магических бункеров австрийского дворца. Герцог держался за голову. Звуки обстрела доносились даже досюда. Стены дрожали. А лампы на потолке мигали. Резервный генератор явно был повреждён.

Вокруг герцога собрались его верные люди: министры, советники и военачальники. А также охрана, которая выстроилась по периметру бункера.

Одарённые выставили барьеры. Сейчас их главной задачей было обеспечить безопасность правителя Австрийской империи.

Все ждали нападения. Не было сомнений, что если дворец берут штурмом, то враги обыщут каждый его уголок. Доберутся до всех бункеров и защищённых помещений. Они ни перед чем не остановятся, чтобы свергнуть власть! А иначе зачем ещё нападать на австрийский дворец?

— Когда это уже закончится? — прокричал Вильгельм фон Цальм, когда барьеры в очередной раз содрогнулись от выплеска магии из артефактных снарядов. — Где наши войска? Службы безопасности? Тайная канцелярия? Инквизиция? Да кто угодно! Где они все⁈ Когда это всё закончится?

— Подкрепление выехало, Ваша Светлость, — сообщил помощник герцога.

— Почему это не прекращается⁈ — Вильгельм фон Цальм продолжил кричать, не слушая ответов.

Он был невероятно зол. Только они начали восстанавливать дворец после нападения Дмитрия Романова, как вот опять!

Вильгельм фон Цальм сидел себе спокойно в своём кабинете и пил чай, подаренный делегацией из Кореи. Размышлял, как успешно прошло недавнее сражение с Германской империей. Никто не победил, и все остались при своих. Но герцог все равно чувствовал за собой некоторое преимущество. Особенно если учесть, что австрийцы толком не готовились к этому сражению. А германцы были хорошо подготовленные.

Герцог сидел и разрабатывал новые планы войны. Он хотел не только вернуть часть своих земель, которые забрала Российская империя, но и оттяпать кусок у германцев. Вильгельм фон Цальм хотел по полной разобраться с имперцами, которые тоже сейчас стягивали войска в Германскую империю.

Герцогу очень не хватало портальщиков. Очень! Те, которые служили Фридриху Шестому, сбежали. И больше мастеров порталов у Австрийской империи не имелось. Это очень печалило герцога.

Германская империя пользовалась своими портальщиками по полной.

Странное сейчас время… То, что происходит сейчас, крайне не нравится герцогу. Эта мода, которую ввёл Дмитрий Романов — активно использовать мастеров порталов во время ведения войн. Раньше считалось, что портальщиков нужно использовать редко и крайне аккуратно, чтобы ни в коем случае не потерять столь ценного Одарённого.

Во всех странах работают спецслужбы по выявлению мастеров порталов. Их задача — отслеживать и уничтожать их, чтобы ослабить другую страну. Поскольку мастера порталов — это невероятная мощь.

Словно сейчас все правители резко забыли, что их нужно прятать и никогда никому не показывать.

Российская империя активно перебрасывает свои войска через порталы. Вильгельму фон Цальму это крайне не нравится. Особенно если учесть, что у него мастеров порталов нет!

Германская империя тоже активно перекидывает войска через порталы. Так к ним постоянно подходит свежее подкрепление.

Сейчас Вильгельм фон Цальм рассчитывал, что германские войска помогут ему выбить из своей страны имперцев, а затем австрийцы смогут продвинуться в глубь российской территории. Ведь Российская империя вдруг напала на германцев. Но для герцога это хорошо, ведь часть войск они переправили туда.

Вильгельм фон Цальм сидел и подписывал различные приказы, как стены его кабинета содрогнулись. И напрочь выбило окно. Он успел прикрыться барьером. В кабинет сразу влетела охрана и сопроводила его до убежища.

Обстрел до сих пор не прекращался…

— Как нет информации? — продолжал кричать Вильгельм фон Цальм. — Как эти имперские сволочи смогли сюда пробраться? Мы же поставили новую защиту от порталов!

Вильгельм фон Цальм потратил на новую защиту целое состояние. А сейчас она не сработала! Установившему противопортальную систему артефактору не поздоровится!

— Прошу прощения, Ваша Светлость, — слегка поклонился помощник. — Но это не то, чем кажется.

— А что? — Вильгельм фон Цальм сжал кулаки до белых костяшек.

Помощник осторожно протянул планшет. Разъярённый герцог вырвал устройство из его рук.

На экране включилось видео. Прямая трансляция сражения у дворца. Поднялась пыль, но кое-что всё-таки можно было рассмотреть.

Танковая дивизия обстреливала дворец. Уже не так интенсивно, как полчаса назад. Часть танков перенаправилась к холму, на дорогу, которая вела к смотровой площадке, откуда открывался замечательный вид на дворец.

Вильгельм фон Цальм увидел германские опознавательные знаки на танках.

— Да ладно? — нахмурился он. — Германцы посмели напасть на мой дворец! Уничтожу!

Пока Вильгельм фон Цальм наблюдал, обстрел продолжался. Но герцог уже не обращал внимания на дрожащие барьеры и стены.

Вильгельм фон Цальм понимал, что рано или поздно германцы уйдут. Как минимум у них закончатся снаряды.

Тогда герцог соберётся и нанесёт ответный удар! Но сначала закроет эту чертову смотровую площадку! Хватит! Насмотрелись! Вильгельм фон Цальм её бульдозерами снесёт, если понадобится! А если не получится, то сам возьмёт в руки лопату и начнёт копать. Но от этого холма надо избавиться!

* * *

Нападение на австрийский дворец проходило просто замечательно. Особенно удачно всё сложилось с дорогой, которая вела к смотровой площадке для туристов, которая располагалась на холме. Отсюда было удобно вести обстрел по дворцу.

Из минусов — у нас скоро закончатся снаряды. Вот что мне нравится в германских танках — это удобная система загрузки снарядов. Сбоку танка имелся отсек, там имелся специальный пас, куда помещался снаряд, и механизм проталкивал снаряд дальше. В имперских танках загрузка снаряда шла через башню.

Множество боеприпасов мы вытащили из других германских машин, которые остались ещё у Нойхайма. Некоторые нашли на городских складах. Это позволило нам постоянно обновлять боезапас. Но даже так он не бесконечный.

Из интересного — я взял с собой небольшой отряд зенитчиков. А также перенёс сюда германскую систему ПВО из города Нойхайм.

Зенитные установки мы нашли там же. И сейчас они активно стреляли по воздушным целям.

Вот две ракеты только что полетели в небо. Сбили два вертолёта. Отличное попадание!

Все мои люди были в германской форме. Пусть австрийцы думают, что на них напала Германская империя. А то чего они спокойно сидят в своём дворце?

Следующий выстрел из зениток не принёс успеха. Ракета пролетела мимо.

По воздушным целям стрелять тяжело. Однако таким образом мы уничтожили тринадцать вертолётов, пару истребителей и десяток десантных самолётов, которые хотели высадить здесь спецназ.

Удобно, когда у врага нет своих мастеров порталов. На штурм дворца австрийцы бы точно ими воспользовались, как минимум для того, чтобы свалить. А там можно было бы их и засечь.

Штурм активно продолжался. Вот от левого крыла дворца уже остались одни развалины. Прекрасное зрелище!

Параллельно ко мне постоянно подходили мои люди с отчётами. Пока всё шло очень даже хорошо.

— К отправке готова новая техника, — сообщил через переговорное устройство Соломонов.

— Сейчас заберу, — ответил я и вновь открыл портал.

После боя под городом Нойхайм силы успели хоть немного восстановиться. На открытие порталов мне этого с лихвой хватит.

Солдаты перевезли через портал самоходные артиллерийские установки.

— Сколько выстрелов удалось найти? — спросил я у Кутузова, который пришёл вместе с техникой.

— В каждой установке по тридцать два выстрела, — довольно ответил он.

— Отлично. Работайте!

— С радостью!

Кутузов распределил артиллерию на нужные позиции, и начался обстрел.

Насколько мне известно, с артиллерией в городе Нойхайм было туго. Этот город находится далеко от границ. Там изначально было мало артиллерийских установок и снарядов к ним.

А то, что имелось, мы по большей части уничтожили при захвате Нойхайма. Поэтому сейчас в штурме австрийского дворца использовались лишь остатки.

Артиллерия начала работу по списку целей, который мы подготовили вместе с Кутузовым.

Сперва ракеты ударили по казарме. Потом по стоянке авиатехники императорского полка. Началась обработка подъездной дороги ко дворцу.

Тени также принимали участие в сражении в стороне. Во многом благодаря им к нам так и не добрался никто из имперцев.

Также им удалось найти склад боеприпасов, где нашлись снаряды для артиллерийских установок. Они были перенесены сюда, и мы продолжили обстрел.

Так продолжалось в течение нескольких часов. Мы отрабатывали по целям и стреляли по дворцу, барьеры которого находились уже на последнем издыхании.

Поразили много значимых целей, в то время как атака из танковых орудий не прекращалась.

— Можно отступать! — скомандовал я и снова открыл портал.

Танки тотчас развернулись и принялись уезжать. Я прошёл вместе с ними.

Вышли неподалёку от нашего штаба в городе Нойхайм. Там я собрал всех своих солдат и сделал небольшое объявление:

— Поздравляю вас с успешным завершением операции! Теперь у нас новая задача — нужно вывезти из города всё ценное, — я указал на портал, который вёл в столицу.

Сперва в этот портал прошли германские танки. Затем отправились те, что вышли из строя. И наша техника. Даже развороченные танки мы забирали. Неважно, что они сгорели, что-то из компонентов всё равно можно будет использовать.

Но главное — не оставлять это всё противнику.

Город Нойхайм постепенно разбирался по частям. Солдаты прошерстили его от и до. Вывозили оборудование с заводов. Всевозможную технику. Обчистили хранилища банков. Забирали даже документы из государственных учреждений.

В Российской империи найдётся много применений для всего этого добра.

Не то чтобы мы сами не могли все это произвести. Как раз наоборот. В Российской империи хорошо развита промышленность, и сейчас идёт её активный подъём. Дело скорее в том, чтобы ослабить Германскую империю как можно сильнее.

Я хочу разозлить германцев. Напрочь вывести из себя. Злой противник допускает куда больше ошибок, чем холодный и расчётливый.

Также это разграбление — неплохая моральная поддержка для народа Российской империи. Его атакуют со всех сторон, а тут император принесёт трофеи.

— Когда будем отходить? — спросил у меня Кутузов.

— Сейчас ещё одна германская армия на подходе. Сразимся с ними и уже потом отступаем.

* * *

Рухан Ашрафи являлся руководителем отделения тайных отношений. Это была особая шпионская организация в Персии. Её агенты не просто следили за людьми, но и при надобности регулировали их взаимоотношения.

Отдел Рухана Ашрафи легко подставлял или убирал лишних людей, которые могли принять не самые правильные решения в той или иной стране.

Рухан Ашрафи уже тридцать лет работал на этой должности. Заработал себе седину в двадцать три и сейчас был полностью седой. И если бы не седина, то он бы выглядел гораздо моложе своих шестидесяти, как и другие сильные Одарённые.

Сегодня отделение тайных отношений проводило совместную операцию вместе с северянами и японцами.

Планировалась массивная вылазка на границе Российской империи, во время которой персы перекинут туда сотню многоликих. Учитывая, насколько сильны эти Одарённые, это легендарная мощь!

Жаль только, что посланные во дворец российского императора многоликие больше не выходят на связь. С самого момента восхождения на престол Дмитрия Романова. Уже нет надежды на то, что они живы. Правда, неизвестно, каким образом их смогли вычислить… Ведь это почти невозможно.

Сейчас многоликие должны переместиться в один из крупных северных городов империи и вырезать всю верхушку, начиная с семьи князя Эльбрука и прочих аристократов, и заканчивая крупными ремесленниками и владельцами производств.

Город перестанет функционировать и перестанет быть безопасным для имперцев.

Рухан Ашрафи хотел провернуть эту операцию сразу в столице Российской империи, но визирь не дал своего разрешения. Сказал, что сперва надо отработать методику на севере.

Финальная проверка перед началом операции прошла успешно.

— Все готово, господин, — сообщил один из его агентов. — Двадцать искусственных мастеров порталов и три обычных готовы.

Наступление планировалось массивное. Будет огромное количество точек для переброски.

— Начинаем, — скомандовал Рухан Ашрафи.

Мастера порталов открыли проходы, и многоликие ушли через порталы. А вместе с ними небольшая группа поддержки из персидских солдат.

Рухан Ашрафи планировал сработать быстро, чётко и качественно.

Как только все бойцы прошли через порталы, их закрыли. Не было смысла держать их открытыми на протяжении всей операции — это лишний расход энергии. А двадцать персидских портальщиков способны только на минимальные действия.

Бойцы вступили в сражения, и пошли первые отчёты о стычках. Где-то они прошли успешно, где-то не очень. Обыденные вещи, не было поводов для переживаний.

— Господин, появились тени из особого имперского отряда! — сообщил по рации один из командиров. — Есть раненые.

Рухан Ашрафи широко распахнул глаза от удивления. Многоликие — и ранены? Надо сильно постараться, чтобы ранить такого воина…

— Господин, трое раненых на запасном пункте. Их надо забрать. А я возвращаюсь в битву.

— Хорошо, — коротко ответил Рухан Ашрафи.

Затем он повернулся к одному из мастеров порталов и скомандовал:

— Открой портал на запасной вариант.

Мужчина кивнул и поднял руки. Воздух вокруг него заискрился… Но ничего не произошло.

— Не могу, господин.

— В смысле? — вскинул бровь Рухан Ашрафи.

Ему это очень не понравилось.

Мастер порталов попробовал ещё раз. И снова — лишь сотрясание воздуха.

— Не могу, — пожал плечами мужчина.

— Тогда ты открой, — Рухан Ашрафи приказал другому Одарённому.

Опять в воздухе развеялось пара искр. И всё…

Рухан Ашрафи прошёлся по всем портальщикам. Никто не смог открыть портал в Российскую империю!

— Что за… — не успел он выругаться, как по рации снова позвали.

— Командир! Теней стало больше. Ситуация плачевная! Есть погибшие!

Рухан Ашрафи обомлел… Насколько сильными должны быть противники, что им удалось справиться с некоторыми из многоликих?

— Здесь еще какая-то Роза-Мария. Очень сильная Одарённая! Сейчас я постараюсь с ней разобраться, — сказав это, командир отряда отключился.

Рухан Ашрафи принялся ждать. Полчаса… Связи нет.

По факту у Рухана Ашрафи в Российской империи сейчас около сотни многоликих, и он никак не может их вытащить. Это полный провал!

Особенно если учесть, что Рухан Ашрафи не понимает, почему мастера порталов не могут выполнять свою работу!

Вскоре все многоликие перестали выходить на связь… Рухан Ашрафи опустился в кресло и схватился за голову.

— Господин, что нам дальше делать? — спросил его заместитель.

— Нужно убить ярла Хакона Виклунда, — отдал он приказ.

— Но он же наш союзник, — заместитель с непониманием посмотрел на своего руководителя.

Наверняка Рухан Ашрафи сейчас выглядел полностью обречённым.

— Именно. И я приказываю его убить.

— Будет исполнено! Но что нам делать после этого?

Все знали, что бывает после подобных масштабных провалов, поэтому заместитель и спрашивал с такой настойчивостью.

Рухан Ашрафи был уверен, что северяне знали о подвохе с портальщиками, но промолчали. Настояли на участии в этой операции и причём не собирались идти в сам город, а остались у границ! Теперь всё понятно. Иначе бы они действовали вместе со всеми! Не намекали бы, что их портальщик не может действовать в этой операции.

Рухан Ашрафи вздохнул и наконец ответил:

— А дальше я пойду к визирю и прямо всё расскажу. Вам скоро пришлют нового руководителя. А я приму свою честную смерть за то, что подвёл народ Персии.

Глава 3

Как и ожидалось, скоро к городу Нойхайм подошла германская армия. Сперва я отправил туда теней, и они довольно успешно отбивались. Смогли внести хаос в первые ряды противника.

Убрал всех своих людей со стен города Нойхайм. Все равно от этих стен почти ничего не осталось. Нам было выгоднее выбрать совершенно другую тактику.

Враги не спешили атаковать с помощью артиллерии, поскольку могли задеть город Нойхайм. А у них все-таки была цель его вернуть.

У нас было два оптимальных варианта развития событий: начать сражение в городе или выйти за стены. В первом варианте могли пострадать обычные жители, а я этого не хотел.

Поднявшись на стену, я наблюдал, как германская армия надвигается на нас. Очень мощный противник. Идет, точно разрушительное цунами на прибрежный город.

Я не переживал. Не было повода. Сражение пройдёт как надо.

Одарённые стихии земли, которые были в составе моей армии, сделали в округе множество мелких ямок. Свободные тени быстро по ним прошлись и заминировали.

Всё поле, к которому сейчас подходили враги, было заминировано.

Вот один вражеский танк взорвался, наехав на мину. Прекрасно! А мне уже нравится начало этой битвы!

Уже и пехота зашла на минное поле. О, вот и первые жертвы!

— Твой выход, — оборачиваюсь к стоявшему рядом Одарённому солдату.

— Я не подведу, император, — поднял он руки, на которых образовалась серая дымка.

В моей армии нашелся всего один солдат с даром к созданию дыма. Ведь это очень редкий талант. Встречается на десять процентов чаще, чем дар портальщика.

Такой же был у меня совсем недавно, но пришлось от него избавиться ради призрачного дара. Он куда более полезен в моем положении.

Струи дыма потекли от рук коренастого солдата вниз по стене. Забавно, что сейчас кроме нас здесь никого не было. Если бы враги об этом знали, то обязательно стреляли бы именно сюда. Но я им не дам такой чести — добраться до меня.

Плотный дым окутал минное поле, точно пуховое одеяло. Словно чёрная дождевая туча опустилась на землю и вот-вот разразится громом и молниями.

У солдата дар был ещё совсем неразвитый, совсем на начальном уровне. Но положив руку ему на плечо, я влил в него немного энергии. А потому удалось заполнить всё поле.

Теперь можно действовать.

— Всем за стены, — передал я приказ в переговорное устройство.

Моя армия вырвалась из города и вступила в сражение с германцами. Изначально позиции у нас были не очень удачные, но я их улучшил тем, что вывел врага на минное поле. У врагов есть единственный выход — это пойти вперед. Вступить с нами в прямое противостояние.

Сам я в гущу сражения не совался, а работал на расстоянии. Раскрыл Кодекс Первого Императора и собирал из него дары. За последний день он успел пополнить свои запасы даров, и было из чего выбирать.

Вложил в руку сияющую сферу. Дар света. Сформировал из него мощное энергетическое копьё. И отправил в стан врага.

Оно прошибло армию врага почти до самого конца. Даже один танк задело. А неплохо!

Дальше все продолжалось хорошо. Периодически я бросался дарами, прорезая строй врага. Но большую часть делали мои солдаты и тени.

Так прошло около шести часов, пока враг не начал нас сильно теснить. Техника начала отходить обратно к городу. Тогда я скомандовал общее отступление.

Мы с солдатами и командирами собрались на площади. Я подошел к Алине и Кутузову.

— Для меня будет особое задание, да, господин? — обрадовалась она, хотя я еще слова сказать не успел.

Вот неугомонная. Война прямо-таки горячит её кровь. Впрочем, сейчас всем нам это на руку.

— Вы знаете, что делать, — серьезно обратился я к обоим.

— Знаем. Но я по-прежнему считаю, что это безумие, — покачал головой Кутузов.

Я улыбнулся. Понравилось мне это определение для плана. Ведь только поистине безумные планы могут нанести врагам такой урон, что они потом сто раз подумают перед нападением на нас. Даже если мы тут в самой глубинке Германской империи засели.

Взмахнул рукой и создал портал, куда и прошёл вместе со своими людьми.

Мы вышли в германском полевом лагере, который располагался неподалёку от города. Здесь завязалось новое сражение. Но ничего сложного, мы вполне успешно отбивались. У врага не было столько Одарённых, чтобы они могли противостоять моим теням и гвардии, которую я лично усиливал дарами из Кодекса Первого Императора.

Здесь было множество палаток со складами с боеприпасами. На них мы и нацелились, когда перебили всех германцев.

— А теперь грузим всё и уезжаем! — отдал я приказ.

Боеприпасы быстро перекочевали в грузовики, и мы уехали через портал.

Задача была не просто взять что-то еще у германцев, а сделать им максимально больнее. Чтобы их император рвал и метал!

После успешного завершения операции я отправился домой. Мне требовалось хотя бы немного отдохнуть после битв. Остудить магические каналы, дать источнику время стабилизироваться.

Однако только я зашёл в свой кабинет, чтобы посмотреть хотя бы срочные отчёты, как ко мне ввалился Сергей Захарович Лаврентьев. А вместе с ним зашла и моя сестра Анастасия.

— Раз ты так выглядишь, случилось что-то важное, — сделал я вывод по его взмыленному виду.

— Да, Ваше Императорское Величество! — поклонился он. — Началась война!

Я тяжко выдохнул. Нет, ну это уже даже не смешно!

— Кто на этот раз? Почему они все не могут успокоиться?

— Там не совсем обычная ситуация, Дмитрий Алексеевич, — осторожно начал Лаврентьев.

— Персы развязали войну с северянами! — прямо ответила Анастасия, перебив разведчика.

Я усмехнулся и присел в своё кресло. Это же замечательная новость! И я даже догадываюсь, что случилось.

Око Императора работало как часы. Оно блокировало всех портальщиков, которые пытались открыть порталы на территории Российской империи извне. Запоминало их ауры. И не трогало оно только тех, кого я обозначил. Как минимум меня, Елисея и некоторых китайских портальщиков.

В одном из последних отчётов говорилось, что персы убили одного ярла. Покушение выдалось громким, и северяне не оставили это без внимания. Этот северянин руководил недавней вылазкой в город Эльбруков. Насколько мне известно, он скрыл от своих союзников тот факт, что Око Императора заблокировало возможности портальщика северян на территории Российской империи.

Северяне психанули и объявили персам войну. А те охотно поддержали. Им тоже не понравилась эта история, из-за которой ещё двадцать три их портальщика оказались также заблокированы. Самое забавное, что персы тоже не понимают, почему так произошло.

Тактика с подставой других отлично работает. Я остался доволен.

А значит, уже всё не так плохо. Таким темпами я все войны завершу, не принимая в них особого участия.

* * *

Визирь Насир аль-Дин был в ярости!

— Северяне поплатятся за эту подставу! — он ударил кулаком по столу так громко, что все находящиеся в зале совещаний вздрогнули.

Визирь построил много планов мести. Ведь никто не смеет подставлять гордых персов! Никто!

— О, Светлейший! Предлагаю сперва направить авиацию. Подробный план вы можете рассмотреть на вашем планшете.

Визирь изучил предложение и улыбнулся.

— Хорошо. Для первого хода. Но этого мало, — оскалился он.

Когда персы договорились с северянами об использовании портальщиков, Визирь Насир аль-Дин рассчитывал, что после удачной проверки в городе князя Эльбрука можно будет и штурм российского дворца устроить! Но теперь большинство персидских портальщиков вовсе не могут открывать порталы в империю!

И никто из учёных не может ответить, почему так. Мастеров порталов осматривали и лекари. И тоже разводили руками.

В итоге персы похитили ярла Хакона Виклунда, который и подставил их. Долго пытали его перед смертью. И всё узнали. Северяне специально обманули персов и греков, утаив правду об их первой операции с портальщиком на территории Российской империи.

Поэтому теперь Визирь Насир аль-Дин собирается со всей жестокостью отомстить северянам. Фронт на границе с Российской империей теперь заморожен. Приоритеты смещаются. А учитывая, что персы проделали в Германской и Австрийской империях, они не так много потеряли.

— А теперь давайте придумаем, как быстро захватить север, учитывая разделяющее нас расстояние, — визирь Насир аль-Дин скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

— У нас есть ещё несколько вариантов, — заявил один из советников и принялся подробно рассказывать.

Эта война будет легендарной. И станет уроком всем остальным, у кого хоть раз возникнет желание так поступить с гордым персидским народом!

* * *

Этим вечером Маргарет сидела у камина во дворце российского императора. В его покоях. Обстановка была тихой и непринуждённой. Только огонь потрескивал в камине, слегка нарушая это спокойствие.

Было непривычно. Хотя бы ненадолго постоянная гонка закончилась, и австрийская принцесса смогла с облегчением выдохнуть.

Дмитрий Романов сидел рядом с ней. Это был тот редкий момент, когда он находился во дворце, и никто и ничто не мешали ему отдохнуть. Это тоже радовало Маргарет. Как и то, что он разделил это время с ней.

— То, что ты сделал с австрийским дворцом, было легендарно, — улыбнулась Маргарет.

— Тебе не жалко дворца? — он изобразил небольшое удивление.

— Очень жалко. Его будут восстанавливать годами, если не десятилетиями. Но как только представляю лицо фон Цальма в этот момент, вся жалость сходит на нет.

— Я же говорил, что Австрийская империя вернётся к тебе. Пусть по кускам, но вернётся.

Маргарет слегка улыбнулась. Она чувствовала себя не очень полезной, и это тревожило девушку. Слишком много Дмитрий Романов делает для неё.

А она сейчас с любопытством сидит и слушает его рассказ о штурме своего же дворца! И не может оторваться… Давно Маргарет не испытывала такого. Она не притворялась, что ей интересно, как делала на большинстве светских бесед. С Дмитрием ей было и правда хорошо.

Более того, Маргарет начала понимать, что ей нравится быть рядом с императором.

— Это ещё не всё, — Дмитрий поднялся с дивана, закончив рассказ о сражении.

Маргарет подняла на него блестящий взгляд, горящий любопытством. Дмитрий улыбнулся и отошёл к двери. Приоткрыл её. И когда Маргарет увидела, кого ему передали, её сердце ёкнуло. На глазах выступили слезы. Обычно она хорошо умеет скрывать и сдерживать эмоции. Но не в этот раз.

— Мне доложили, что ты по ней скучаешь, — Дмитрий протянул Маргарет серую кошку британской породы.

— Да, — она приняла кошку и прижала к себе, точно грудного ребёнка. — Мне очень не хватало Вафельки… Подожди, так значит, ты напал на австрийский дворец только для того, чтобы вытащить её?

— Отчасти да, — пожал плечами Дмитрий.

Маргарет широко улыбнулась. Погладила старую кошку, которую ей подарил отец на пятнадцатилетие. Тогда Маргарет очень хотелось иметь друга, с которым не нужно притворяться. Вафелька стала её отдушиной. И вот она, наконец, вернулась к хозяйке.

Кошка замурчала на руках принцессы.

— Спасибо… — прошептала Маргарет. — Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.

Этот жест значил для Маргарет очень многое. К тому же для простого политического союзника никто не стал бы так рисковать. Значит ли это, что Дмитрию нравится Маргарет?

Эта мысль заставила щёки принцессы покраснеть. Она положила кошку на диван и коснулась её мягких лапок.

— Всё не так плохо, как казалось. Знаешь, теперь я уверена, что у тебя всё получится. Какими бы сильными ни были враги. Какая бы ни была у них защита. Ты уже сделал невозможное — взял штурмом дворец. А значит, и с остальным у тебя проблем не возникнет.

— А раньше ты в это не верила? — поинтересовался Дмитрий.

— Раньше мне казалось, что эта война затянется на долгие годы. А теперь я узнала тебя получше. И поняла, что совсем скоро этой войне придёт конец. Как и всем прочим.

— Посмотрим, — уклончиво ответил Дмитрий и перевёл взгляд к камину.

Пусть он этого не признавал, но у Маргарет уже не было ни капли сомнений. Она не знала наверняка, кто перед ней, ведь сверстники Дмитрия ведут себя совсем иначе. Дмитрий слишком опытен. Слишком хитёр. Слишком хорошо знает людей.

И Маргарет искренне хотелось помочь ему победить. Сделать это ещё быстрее, чем он планирует. Осталось придумать как.

* * *

Вечер прошёл в спокойной обстановке. И даже ночью меня ни разу не разбудили со срочными новостями.

Во время штурма австрийского дворца я отправил группу теней разыскать кошку по имени Вафелька. Это была одна из причин, по которой я вообще туда сунулся. Не только же фон Цальма злить.

Кому-то это может показаться мелочью. Зачем так рисковать ради кошки? Но, во-первых, ни одна тень во время этой операции не пострадала. А во-вторых, такой счастливой Маргарет я ещё никогда не видел.

Австрийская принцесса окончательно уверилась, что я на её стороне. Этим жестом я сделал многое. Усилил её привязанность к себе. Увеличил лояльность, сыграв на нужных эмоциях. Ну и просто порадовал девушку, у которой отняли всё. Это всё надо будет вернуть. Не только земли, но и верность народа. И даже любимого кота, как бы это абсурдно ни звучало. Тогда картина сложится целиком. И Российская империя на ближайшие сто лет обретёт по-настоящему благодарного союзника.

Размышления прервал приход Кутузова, которого я позвал после завтрака.

Ничего не сказав, я повёл его в подземелье дворца. Туда, где находились секретные объекты. В одно из помещений для тренировок особо опасных Одарённых мы и зашли.

— А теперь садись в позу лотоса и медитируй, — сказал я Кутузову.

Он исполнил приказ.

— Решили мне дар подарить? — довольно спросил он, закрывая глаза.

— Да, я же обещал, — пожал я плечами.

А я всегда держу своё слово. Данное и союзникам, и врагам.

— Но почему в такой обстановке? — недоумевал Кутузов.

Раньше я просто делился дарами в удобный момент. Но сейчас всё будет немного иначе.

— Можем себе позволить, — легко ответил я.

Чутка обманул Кутузова. Но это чисто для пользы дела. И очень скоро он об этом узнает.

Я открыл Кодекс Первого Императора и направил десять сфер с дарами в своего военачальника. Они были разной силы и качества. Но от такого количества скрутило даже Кутузова. Хотя по одному он легко принимал дары. Сейчас же нагрузка на магические каналы сильно увеличилась.

— А теперь держись, — произнес я, когда дары устаканились в источнике Кутузова.

— Что? Точнее, всегда готов! — быстро исправился он.

Я улыбнулся одним уголком рта. Кутузов выглядел слишком самодовольным и самоуверенным. Он пока не представлял, что я придумал ради его усиления. Ради того, на что он сам положил всю жизнь.

— Явись на зов Императора, водный элементаль, хоть и обитаешь ты в другом измерении этого мира, — прошептал я, вкладывая в свои слова дар императора.

Внезапно посреди помещения начали появляться капли воды. Их становилось всё больше и больше… Они спешно собрались в массивную фигуру.

Перед нами предстал водный дух.

— У меня есть человек для контракта. И он уже готов его подписать, — указал я на Кутузова.

В тот же миг элементаль ринулся к нему. Впился в грудь, тело Кутузова выгнулось. Соединение с духом вышло болезненным, но быстрым.

— А моё разрешение для этого не требуется? — возмутился он, придя в себя.

— Нет. Или ты забыл? — слегка улыбнулся я. — Ты вверил свою судьбу в мои руки.

Кутузов выдохнул, признавая свою неправоту. И больше спорить не стал.

Теперь, главное, не дать Кутузову сойти с ума после соединения с духом. А также не дать элементалю захватить его тело.

Но если всё получится, Кутузов станет как минимум в два раза сильнее!

Глава 4

Утро следующего дня выдалось на удивление спокойным.

Из окна моего кабинета пробивался яркий свет полуденного солнца и ложился на пол косыми лучами.

На диване сидела Маргарет и гладила свою кошку Вафельку. Австрийская принцесса улыбалась. А ее кошка мурчала, сидя у нее на коленях.

Улыбка Маргарет была искренней. Не той, что я видел у неё во время общения с местной аристократией. Там Маргарет просто играла свою роль, которую хорошо знала с самого детства. Сейчас же девушка не притворялась, а была собой. И мне это нравилось.

В кабинете царила тишина. Слишком спокойная атмосфера для императора страны, которая ведёт войны со множеством государств.

Я ещё раз взглянул на Маргарет. От улыбки у неё появились ямочки на щеках.

После того как я принёс ей Вафельку, она сильно изменилась. Стала меньше тревожиться, меньше злиться на происходящее, на которое не может повлиять. Казалось, что её жизнь возвращается в привычное русло.

Маргарет снова стала той девушкой, с которой я познакомился на приёме у Фридриха Шестого. Мир его праху.

Интересно, какой Маргарет станет, когда я верну ей всю Австрийскую империю?

Хотя я могу сделать это хоть завтра. Нужно лишь поднапрячься. Это потребует больших жертв среди солдат и огромных финансовых вложений, ведь туда придётся отправить львиную долю техники, имеющейся в империи. Не говоря уже о премиях для военных, выплаты их родственникам в случае смерти и закупке нового вооружения и провизии. Всё это стоило колоссальных средств!

В первую очередь я не хотел рисковать людьми, если можно было решить конфликт иначе. Я император, который ценит всех своих подданных. И в отличие от герцога фон Цальма, не собираюсь отправлять солдат умирать понапрасну.

С другой стороны, можно было попытаться отбить столицу Австрийской империи. Тогда множество городов сами бы подняли бунты и вскоре присоединились бы к освободившимся территориям.

Мне лишь нужно посадить на трон законную императрицу и дать ей слово перед людьми. Тогда Маргарет с лёгкостью бы доделала работу.

Австрийскую империю на самом деле несложно завоевать. Вся загвоздка заключалась в удержании новых территорий. Здесь и возникают трудности. В Российской империи просто не хватит людей для подобного. Сейчас множество войск находится на фронтах с Великим Северным Союзом и Персией. Перебрасывать их оттуда чревато серьёзными последствиями. Вплоть до потери наших территорий.

— Мне кажется, или ты сегодня какой-то другой? — внезапно спросила Маргарет, продолжая гладить Вафельку.

— В каком смысле? — я слегка нахмурился.

Её заявление меня слегка озадачило.

— Обычно я вижу тебя более серьёзным, погруженным в дела Российской империи. Ты идеальный император, — с гордостью сказала Маргарет. — А сейчас видно, что ты немного расслабился. И на самом деле я рада, что ты смог отдохнуть. Отдых помогает набраться сил на новые свершения.

Я кивнул. Последние сражения вытянули из меня много сил. Требовалось время на восстановление. Я не мог сразу после победы над двумя германскими армиями ввязаться в третий бой.

— Когда ты вернёшься на фронт? — спросила Маргарет с толикой сожаления.

Словно она не хотела, чтобы я уходил от неё. Наверняка даже не подозревала, как легко это читалось на её лице. Лёгкая краснота на щеках говорила о смущении. А улыбка стала чуть шире.

— Очень скоро, — ответил я.

Маргарет действительно переживала за меня. Это было нечто большее, чем благодарность за её спасение и помощь с возвращением Австрийской империи.

На моём столе все это время лежал раскрытым Кодекс Первого Императора. Он загорелся ярким золотым свечением.

— Что это? Что-то случилось? — встрепенулась Маргарет.

— Всё нормально, — улыбнулся я. — Мне нужно ненадолго отойти.

— Всё в порядке? — уточнила она.

— Да, — немного соврал я, а затем вышел из кабинета.

Когда загорается Кодекс Первого Императора, значит, какое-то дело безотлагательно требует моего участия. Я даже знал, какое именно.

Прыгнул в тень и быстро добрался до подземного дворцового комплекса. Тайные коридоры встретили меня гудением потолочных ламп.

Кутузов всё ещё находился в той комнате для тренировок, где я оставил его вчера. Ему требовалось время, чтобы сродниться с новой сущностью, привыкнуть к ней и подчинить её.

Когда я зашёл в помещение, Кутузов сидел на полу в позе лотоса и мотал головой, словно пытался высмотреть кого-то в пустоте комнаты. Но кроме голых стен здесь ничего не было. Если не считать вшитых в стену артефактов, которые должны поглощать остаточную энергию после тренировок Одарённых.

— Как всё прошло? — спросил я.

Кутузов резко обернулся ко мне. Он сперва даже не заметил моего присутствия. Это на него не похоже.

— Ваше Императорское Величество, я видел духа воды, — серьёзно заявил он. — Мне даже удалось с ним пообщаться.

Так, кажется, Кутузов не совсем понимает, что произошло. Но такое тоже возможно. Всю ночь в его организме боролись две сущности, и это противостояние могло легко коснуться кратковременной памяти.

— Дай угадаю, этот разговор не закончился ничем хорошим? — хмыкнул я.

— Почти. Мы очень долго сражались. Мне даже начало казаться, что это противостояние никогда не закончится. Но я победил, — закончил он усталым голосом.

Кутузов не понимал, что всё это сражение происходило в его сознании. Словно во сне. Но для него оно было более чем реально. Однако главного Святозар пока не осознавал.

— Элементаль назвал своё истинное имя, — продолжил он. — Только тогда я смог его подчинить. Даже удивительно… Я никогда ещё не видел такой силы! Словно теперь мне подвластна вся вода на этой планете!

Это он чересчур замахнулся! Хотя в чём-то он прав. Теперь силы Кутузова возросли минимум в два раза. И очень скоро мы сможем это проверить.

— Элементаль очень близок к истинной стихии. Он воспринимает магию на совершенно другом уровне. Ты столкнулся с разницей восприятий, но скоро к этому привыкнешь, — спокойно ответил я.

— Примерно понимаю, о чем вы говорите, мой император. Я читал об этом в библиотеке отца, когда ещё жил у него дома.

На последних словах Кутузов слегка скривился. Часто казалось, что ничто не может пошатнуть этого человека. Что он всегда серьёзен и твёрд в своих намерениях, точно величественная гора. Его выдержке завидовали многие: и тени, и гвардейцы.

Но стоило вспомнить о Викторе Степановиче Разумовском, как это впечатление напрочь разбивалось, точно морские волны о скалы. Отец причинил Святозару такую травму, от которой так просто не избавиться. Её можно только смыть кровью.

— В этих книгах говорилось, что в древности проводили разные эксперименты с элементалями. И там писалось, что после того, как дух забирался в тело человека, он изменял его и забирал себе через какое-то время. Он полностью подчинял тело реципиента, — голос Кутузова стал серьезным, как сталь.

— И ты не против? — я приподнял бровь.

— Нет. Ради императора я готов и не на такие жертвы.

Он был серьёзен в своих словах.

— Но сколько мне осталось? — спросил он безо всякого сожаления.

— Не знаю, — пожал плечами я. — Выбирай сам. День, месяц, год, может, двадцать лет, а может, и все семьдесят.

— Я могу долго сопротивляться.

— Ты как минимум не умрёшь, — улыбнулся я. — Да, элементали могут забирать тела. Но с тобой так не получится. Ты связан более сильной клятвой.

Я достал Кодекс Первого Императора и показал его.

— Так что должен тебя разочаровать. Ваше сражение не было правдой. Элементаль просто с тобой игрался. Проверял, можешь ли ты выдержать хотя бы минимальный урон от него.

— Это казалось очень реальным… — пробормотал Кутузов.

— Прислушайся к своей стихии. Что она скажет?

Он поднялся на ноги и на миг закрыл глаза. Вокруг нас в воздухе всегда разлито какое-то количество воды. Через эти частички Кутузов и прислушался к своей стихии. А затем ответил:

— Слышу смех и веселье.

— Вот видишь. Ему весело, что ты повёлся. Элементаль очень сильная сущность и обладает такими силами, которые тебе и не снились. Попав в твоё тело, он сразу сообразил, что ты связан клятвой с Кодексом Первого Императора. А поэтому захвата тела не жди.

Святозар Разумовский выдохнул с облегчением.

— Но какой тогда смысл элементалю заключать с нами сделку? — недоумевал он.

— Ему нужна разная энергия для развития, и её он будет получать из Кодекса Первого Императора.

Это была чистая правда. Я намеревался кормить элементаля дарами, которые собирает Кодекс. Ведь в нём есть самая разная энергия.

А для элементаля это настоящая золотая жила, потому он и не стал раздумывать, заключая со мной сделку.

— В Кодексе Первого Императора хватит энергии, чтобы прокормить такое существо? — уточнил Кутузов.

— Да. На то это и книга империи, — серьёзно ответил я. — Ладно, приходи в себя. У тебя есть несколько часов, потом пойдём действовать.

— Так быстро? — удивился Кутузов.

— А чего тянуть? Энергия тебя переполняет. Ей нужен выход. А травм у тебя нет. Я уже просканировал тебя своим даром.

— Рад служить, — Кутузов ударил себя кулаком в грудь.

Я кивнул и прыгнул в тень. До вечера предстояло решить ещё некоторые другие дела.

Вернулся в свой кабинет. Маргарет на месте не было. Видимо, она отошла по своим делам.

Зато на моём столе сидела Вафелька и элегантно мыла свою лапку.

Я сел в кресло, намереваясь разобрать документы. Но в итоге за последующие полчаса так ничего не сделал. Хотя всё равно остался доволен.

У меня в запасе находился очень слабый дар света. Я вывел его к указательному пальцу и использовал, чтобы сделать нечто напоминающее солнечный зайчик. За ним и стала бегать Вафелька по всему кабинету.

Как только я отвлекал её игрой и садился за документы, кошка тут же возвращалась на шуршание бумаг. Вот вместо работы я и поиграл с кошкой! Казалось бы, это такая глупость… Но императоры тоже люди, и нам иногда нужно отвлекаться на что-то. Мы не роботы и не можем вечно выполнять чётко поставленную задачу, хотя иногда мне очень этого хочется.

Взяв кошку на руки, я переместился на диван и принялся размышлять о предстоящем задании с Кутузовым. Все-таки планы намечались очень интересные.

* * *

Император Германской империи только что закончил разговор с герцогом фон Цальмом. Он пытался объяснить правителю Австрийской империи, что Дмитрий Романов разыграл их обоих и превратил в заклятых врагов.

В итоге Германия и Австрия сейчас сражались между собой, а у Российской империи все фронты заморожены. Для Дмитрия Романова всё выходит как нельзя хорошо!

Захваченный имперцами город был обесточен, в нём не осталось ничего. Больше никаких действующих производств. Имперцы вынесли всё ценное и даже больше. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг не понимал, зачем им понадобились документы из старых архивов. Всё равно существовали цифровые копии.

Но зная Дмитрия Романова, он уже подозревал, что за этим кроется какой-то план. Поэтому велел аналитикам просчитать все варианты от и до.

Сейчас Германия окончательно застряла в войне с Австрией. Уже не могло быть и речи о нападении на Российскую империю. Вильгельму Адальберту фон Гогенбергу приходилось снимать своих людей с резервов, рассчитанных как раз на войну с имперцами. Ресурсы переправлялись в другое русло, и теперь их не хватало на два фронта.

Это крайне расстраивало Вильгельма Адальберта, однако поступить иначе он не мог. Иначе часть Германской империи вскоре перейдёт под власть австрийского правителя. А этого допускать нельзя!

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг уже несколько раз пытался объяснить фон Цальму, что всё это подстава, что их намеренно стравили. Но тот упорно не верил, утверждая, что германцы обстреляли его дворец из танков, и простить этого он никогда не сможет. Тон, с которым это было сказано, заставлял поверить в искренность его слов.

Император Германской империи не понимал, как вообще могло произойти подобное. Где именно он просчитался?

Но теперь выбора у него не оставалось. Нужно было нанести Австрийской империи серьёзный удар. Заставить её проиграть в большом сражении, а затем можно будет снова сесть за стол переговоров. Возможно, тогда фон Цальм остынет и поумнеет, чтобы наконец увидеть то, что происходит на самом деле.

* * *

Я стоял на борту одного из наших новых кораблей, совсем недавно спущенных на воду. Вместе со мной на главной палубе находились тени и Кутузов со своей гвардией. Лица бойцов выражали полную готовность к предстоящему заданию.

— Открываю портал, — сообщил я и поднял руку.

В пятистах метрах от нас открылся огромный портал. Прямо на воде.

Он высосал из меня прорву энергии, на лбу выступили капли пота. После такого понадобится подпитка от Кодекса Первого Императора. Надеюсь, в ближайший час мне не придётся открывать еще один портал, иначе я прямо здесь свалюсь с ног.

Все капитаны были проинструктированы заранее, поэтому четыре имперских корабля незамедлительно заплыли в портал.

Мы оказались недалеко от нашей цели. Около портового военного городка, расположенного на одном из островов Японии.

Уже царила глубокая ночь, и только лунный свет освещал нам дорогу. Мы заглушили двигатели, выключили свет. Сделали всё, чтобы пройти незамеченными под покровом ночи.

Движением кораблей руководил Кутузов. Теперь его магии хватало, чтобы легко создавать подводные течения и направлять корабли к цели. С таким Одарённым никакой двигатель не нужен!

Корабли остановились на необходимом расстоянии от города, и тогда я скомандовал вести огонь.

Снарядов у нас было достаточно, и мы начали отрабатывать по важным производствам, артефактным мастерским, пороховым заводам. Разгромили всю ветвь и арсеналы.

Нас очень быстро заметили и сразу открыли ответный огонь. Кутузов тут же окружил наши корабли огромными водонепроницаемыми куполами. Со стороны это наверняка выглядело чем-то невероятным. Одарённых, способных на такое, в этом мире можно по пальцам пересчитать.

Все прилетающие снаряды разбивались о барьеры Кутузова. Чем сильнее был удар, тем больше доставалось Святозару, который брал всё на себя.

Однако он не жаловался.

— Помощь нужна? — спросил я.

— Нет, Ваше Императорское Величество, — твёрдо ответил он. — Справлюсь. Просто мне не нравится, как эти атаки отдают по вискам. Нужно привыкнуть и абстрагироваться.

Я продиагностировал его своим даром. У Кутузова оставалась ещё прорва энергии. Поэтому вмешиваться я не стал.

Очень скоро весь портовый город захватил огонь. Пожары полыхали то тут, то там… От производств не осталось живого места.

То, куда не смогли добраться артефактные ракеты, уничтожили тени. Они быстро переместились к берегу и закладывали взрывчатку там, где я велел.

Вскоре у берега стало светло, как днём. Зарево от пожаров освещало всю округу. И отражалось от морской глади так же ярко, как свет закатного солнца.

К нам смог приблизиться один из японских кораблей. Остальных мы атаковали с дистанции и смогли нанести повреждения.

— Ваше Императорское Величество, позволите? — спросил Кутузов, видя, что я сам собираюсь атаковать.

А почему бы и нет? Проверим, на что теперь способен мой полководец.

— Разрешаю, — скомандовал я.

Около японского корабля поднялись огромные волны. Точно гигантские щупальца они обвили всё судно. Проломили его защитный барьер. И утащили ко дну…

— Это было красиво, — похвалил я его.

— Рад стараться.

— А теперь поднимай корабль обратно, заберём его с собой. У меня уже есть идея, где он может пригодиться.

Когда все цели были выполнены, я скомандовал отступать. И мы снова прошли через портал. Благо к этому моменту я успел набраться энергии из Кодекса, чтобы без проблем открыть новый проход.

На верфи я приказал починить трофейный корабль. Отдал соответствующие инструкции Кораблёву. А сам с чистой душой и совестью отправился спать.

И этой ночью меня снова никто не будил. Эта тенденция начинала мне нравиться. Так ведь можно и к спокойной жизни привыкнуть!

После завтрака пришло сообщение от графа Кораблёва, что всё готово. Быстро он сработал! Наверняка привлёк для этого дела всех своих Одарённых инженеров.

Я вернулся на верфи через портал. Боевой корабль японцев уже починили и нашли к нему команду. Ещё с прошлого захвата японских кораблей у нас оставались люди, умеющие управлять такими судами.

Сразу позвал Кутузова с гвардией и Алину с тенями. Мы поднялись на корабль, уже спущенный на воду.

Я вновь открыл портал, и корабль переместился в нужное место. Стоя на главной палубе, я осматривал округу и улыбался.

— Чувствуешь, чем пахнет? — поинтересовался я у Кутузова.

— Пахнет полнейшим издевательством, — с возмущением ответил Святозар. — Даже мне уже кажется, что это перебор!

— Ну, не знаю. По мне, так это достаточно весело, — пожал плечами я. — И, кстати, ты заметил, что он стал меньше говорить об уничтожении Российской империи?

— На его месте я бы вообще об этом помалкивал.

Я улыбнулся и еще раз окинул взглядом австрийский дворец. С озера, половину которого сейчас занимал японский военный корабль, севший на мель, открывался замечательный вид. Отсюда будет очень удобно вести огонь!

* * *

Вильгельм фон Цальм находился в своём кабинете и строил планы по уничтожению Германской империи, которая так нагло посмела обстрелять его дворец! Просто неслыханная дерзость!

Этот случай никак не выходил у герцога из головы. Ему хотелось мести, жестокой и кровавой. Он возненавидел германцев даже больше, чем имперцев. И всё за один день.

Открыв карту, фон Цальм прикинул дальнейший план действий. Думал, на какие города германцев стоит совершить нападение.

Разработка планов успокаивала герцога. Это были те минуты спокойствия, когда он мог позволить себе не испытывать эмоции. Место правителя Австрийской империи ему нравилось, но он не ожидал, что эта должность потянет за собой столько ярости. Столько внутреннего огня, который нужно выплёскивать наружу!

Мысли прервала распахнутая дверь. Помощник ввалился в кабинет без стука.

— Что такое? — рявкнул Вильгельм фон Цальм.

Ему крайне не понравилось такое пренебрежение правилами этикета.

— Нападение через портал! — прокричал мужчина, силясь отдышаться.

— Что? Где⁈ Не на холме же⁈

Наконец-то его снесли. Теперь вместо смотровой площадки у дворца красовалась ровная поляна.

Вчера вызвали бульдозеры и Одарённых стихии земли, которые всё перекопали и выровняли местность. Теперь с этой возвышенности ни один враг не сможет вести обстрел!

— На нас напал корабль! — воскликнул помощник.

— Какой корабль⁈ У нас нет ни форта, ни моря! — нахмурился герцог.

Ему уже казалось, что над ним издеваются. Это же полный бред!

Только стоило ему об этом подумать, как где-то вдалеке раздались выстрелы.

— Опять! — выкрикнул фон Цальм. — Но как? Как⁈

— Корабль находится в озере, — сообщил помощник. — Японский корабль!

— Серьёзно? — фон Цальм не поверил своим ушам.

— Да. Можете сами убедиться, — он протянул герцогу планшет с записью камер видеонаблюдения.

Но дворец очередной раз тряхнуло. Планшет чуть не выпал из рук герцога. И он понял, что это правда…

Неужели ещё и японцы! Им-то чем Австрийская империя не угодила⁈

Глава 5

Фердинанда фон Кирдорфа срочно вызвали в австрийский дворец вместе с его гвардией.

Род барона не был крупным или богатым, но с давних времен славился военными достижениями. Его отец выстроил сильную личную гвардию. А Фердинанд фон Кирдорф продолжил ее развивать, отбирая исключительно проверенных и преданных людей. Все они были Одарёнными разных стихий.

Гвардия Фердинанда фон Кирдорфа считалась одной из сильнейших в Австрийской империи из-за своих выдающихся Одарённых. Здесь были люди, которые учились магии с самого детства. У многих были относительно редкие дары.

Поэтому Фердинанд фон Кирдорф и его люди часто выполняли как частные, так и государственные заказы. Сегодняшний вызов относился ко второму. Барона и его гвардию призвали для захвата японского корабля, который внезапно появился прямо посреди озера в саду австрийского дворца!

Как только Фердинанд фон Кирдорф прибыл на место, его отряд сопроводили в безопасную точку, откуда открывался вид на начавшееся сражение. Точка находилась за высоким ограждением на возвышенности, где располагался полигон для тренировки охраны герцога.

С палубы японского судна непрерывно вёлся обстрел, и больше половины дворца было уже уничтожено. Но это было сделано не за один день.

Нападения на австрийский дворец повторялись столь часто, что его попросту не успевали восстанавливать. Несмотря на то, что к ремонту привлекались Одарённые с архитектурным профилем, способные за несколько дней возвести целое поместье. Но ущерб каждый раз оказывался настолько велик, что дворец не успевали восстановить, как случалось следующее вторжение.

Вон, Северную башню недавно восстановили, и её снова разнесло в щепки от выстрела из корабельной пушки.

— Хорошо, что это японцы, а не Российская империя, — пробормотал Фердинанд фон Кирдорф, наблюдая за сражением со стороны.

Он использовал давно проверенную тактику: узнай о своём враге как можно больше и только потом нападай.

— Это не японцы, мы не успели вам сообщить, — прокашлялся сопровождающий. — Обратите внимание на форму. Это имперцы.

— Что? Мы так не договаривались, — эта новость меняла всё.

Фердинанд фон Кирдорф был согласен воевать с японцами, но не с Российской империей.

— Информация была получена минут двадцать назад. Если у вас есть какие-то вопросы, обращайтесь к герцогу фон Цальму, — пожал плечами сопровождающий и поспешил ретироваться.

К кораблю невозможно было подойти вплотную. С борта вели мощные магические атаки, а само судно было окутано защитным водяным куполом. Даже сильнейшие Одарённые герцога фон Цальма не сумели пробить этот барьер. Поэтому к делу и привлекли сторонних специалистов.

Фердинанд фон Кирдорф почувствовал себя обманутым. Когда его вызывали, он искренне обрадовался, что предстояло сражение с японцами, а не с имперцами. Против воинов Российской империи биться было куда опаснее… На поле боя с рядовыми солдатами ещё можно было справиться, но если прибывали особые специалисты… ситуация менялась кардинально.

Однако, если бы и правда на дворец напали японцы, Фердинанд фон Кирдорф нисколько бы не удивился. Вильгельм фон Цальм мог хоть завтра поссориться с половиной мира. И тогда сюда не только японцы нагрянут.

Ведь фон Цальм это не Фридрих Шестой, который действовал осторожно и обдуманно. Фердинанд фон Кирдорф поймал себя на мысли, что с прошлым императором было лучше и проще. Он не пытался развязать войну с целым миром. Не злил врагов настолько, что они три раза на неделе штурмовали его дворец.

Барон снова окинул взглядом японский корабль. Перед ним был «Ясомото» — судно последней модели японцев. Как его перетащили в центр Австрии? Это оставалось загадкой.

Над столицей установлена особая защита от порталов. Раз её обошли, значит, вся система работает чёрт пойми как.

Фердинанд фон Кирдорф слышал, что недавно дворец атаковали германцы. Раз справился с защитной системой не только портальщик из Российской империи, значит, проблема в самих артефактах. Но кто станет заниматься их усилением? Давно бы пора это сделать, но что-то результатов не видно!

Отряд барона фон Кирдорфа начал активную подготовку к наступлению.

— Идём? — спустя минут двадцать спросил Максимилиан Радави.

Он был не только главой гвардии фон Кирдорфа, но и его близким другом детства. Они вместе учились фехтовать. Вместе осваивали магию. Фердинанда и Максимилиана многое связывало, но на работе это, как правило, не отражалось.

— Идем, — кивнул Фердинанд фон Кирдорф.

Гвардейцы оперативно выдвинулись к японскому кораблю.

— Стойте! Вы куда? — окликнул их барон.

— Как куда? На захват судна, — пожал плечами Максимилиан Радави. — Вы же сказали идти.

— Но я не сказал куда, — строго поправил их Фердинанд фон Кирдорф.

— Тогда куда нам идти, господин? — переспросил Максимилиан Радави.

Фердинанд фон Кирдорф ещё раз посмотрел на корабль. Того, что он увидел, было достаточно для выводов. Он не собирался отказываться от своих принципов не связываться с имперцами.

— Мы идём искать истинную императрицу Австрии. Маргарет, — произнес фон Кирдорф. — Если кто-то откажется, я не стану возражать, но не пойму такого решения.

— Никто не против, — оглядел своих гвардейцев Максимилиан Радави. — Главное — нам семьи вывести.

— Обязательно, — кивнул Фердинанд фон Кирдорф. — Вот этим сейчас и займёмся.

А герцог фон Цальм со своими замашками на расширение Австрийской империи пусть идёт куда подальше! Дорасширялся, дятел!

— А как же захват корабля? — уточнил Максимилиан Радави.

— Пусть захватывают дворец, — отмахнулся барон.

Ему было уже всё равно. Он не собирался вести своих людей на верную смерть! Точно не ради герцога фон Цальма!

Фердинанд фон Кирдорф подошёл к военачальнику, ответственному за операцию, и сообщил, что его отряд не сможет справиться. Сказал, что сил у него недостаточно, чтобы пробить барьер имперцев. Военачальник огрызнулся и велел убираться прочь.

Фердинанд фон Кирдорф со своими людьми отправился в свои покои дворца. И только зайдя внутрь, он позволил себе с облегчением выдохнуть и улыбнуться. К счастью, южная часть дворца сегодня ещё не пострадала. Она находилась вне зоны обстрела. Но из окон открывался прекрасный вид на озеро, возле которого развернулось сражение.

Спустя некоторое время на штурм японского судна отправились другие аристократы. Гвардейцы фон Кирдорфа с любопытством наблюдали за происходящим из окон через бинокли. Попутно они собирали свои вещи.

— Господин, смотрите, у них даже получается! — указал Максимилиан Радави.

— Где у них получается? — хмыкнул Фердинанд. — Вон, барон фон Тирель уже мёртвым свалился!

— Эх… — тяжело вздохнул Максимилиан Радави.

В его голосе уже не осталось ни капли надежды, что кто-то сможет захватить этот корабль. Однако гвардеец продолжал с любопытством наблюдать за происходящим.

Примерно через четыре часа штурм корабля завершился.

— У них получилось! — радостно воскликнул глава гвардии на весь зал, где расположился отряд барона фон Кирдорфа.

У них оставалось ещё несколько часов до вылета.

— Да, получилось стать идиотами, — сухо прокомментировал Фердинанд фон Кирдорф, не отрывая взгляда от окна.

На палубу японского судна один за другим заходили аристократы вместе со своими гвардиями. Каждый стремился показать герцогу, что именно его люди «приложили руку» к захвату корабля.

— Обычное дело. Разделение славы, — хмыкнул Максимилиан Радави.

— Но не тогда, когда речь идет о Дмитрии Романове, — покачал головой барон фон Кирдорф. — Он парень молодой, но репутация у него такая, что и старики позавидуют.

— Но корабль же захватили!

— Смотри внимательнее.

Стоило Фердинанду это сказать, как озеро содрогнулось от мощнейшего взрыва.

Корабль даже подбросило в воздух, и он разлетелся на куски. Судьба тех, кто находился на палубе, была предрешена… Двор огласили крики боли и отчаяния.

Фердинанд фон Кирдорф вздохнул, радуясь, что не оказался среди безрассудных.

— Вот о чём я и говорил, — обратился он к своим гвардейцам. — Дмитрий Романов ничего не отдаёт. А если что и отдаёт, то лучше отказаться.

Все присутствующие с пониманием кивнули.

— Вы уже собрали вещи?

— Да! — хором ответили бойцы.

— Тогда вылетаем, — приказал Фердинанд фон Кирдорф. — Больше нам здесь делать нечего!

* * *

Новая операция в столице Австрии прошла крайне успешно. Меня уже начинает забавлять традиция штурмовать австрийский дворец хотя бы раз в неделю.

Мы переместили в озеро рядом с австрийским дворцом передовой японский военный корабль. Сначала враги даже не поняли, что атаковали их именно мы. Но вскоре заметили моих бойцов на борту.

В этот раз одежду мы менять не стали. У нас просто не было такого количества формы японских солдат, чтобы хватило на всех моих людей. Не говоря уже о разнице размеров, японцы сами по себе куда меньше. А сшить такое количество мы бы не успели.

В итоге австрийцам быстро стало понятно, кто совершил нападение. А завершилось оно очень интересным и красочным взрывом. Думаю, фон Цальм обрадовался, когда увидел этот «салют». Ух, последствия он долго будет убирать!

— Японцы же всё хвастались, что их корабли суперпрочные. Обманывали! — посетовал я.

Кутузов хмыкнул и ответил:

— Да мы туда столько взрывчатки напихали, что даже ваш дворец не выдержал бы, Ваше Императорское Величество!

— Да что там напихали… — махнул я рукой. — Мелочи!

— Напихали-напихали, под самый потолок, — кивнул Кутузов. — И австрийцам напихали… но уже не взрывчатку.

— И это говорит мой командир гвардии!

— Не я такой, а жизнь такая, — вздохнул он. — Иногда мне и правда кажется, что все происходящее — сплошное безумие. Боевой японский корабль в руках имперцев расстреливает австрийский дворец! Что можно придумать ещё безумнее?

— Если бы на палубе оказалась германская армия со своей техникой, — улыбнулся я.

А Кутузов приоткрыл рот от удивления. Он явно не ожидал такого ответа.

— Мой император, а как бы вы их заставили переместиться на этот корабль?

— Вариантов много. От внушения до подкупа. Но, скорее всего, я бы просто телепортировал их. Они бы даже не поняли, что случилось. Переместились, а тут уже их австрийцы штурмуют! Я и правда думал над этим вариантом, но времени на реализацию не хватило, — печально вздохнул я.

— Понятно.

В этот момент в мой кабинет постучала сестра. Она стучит всегда три раза, я уже запомнил этот звук за годы жизни во дворце.

— Заходи, — крикнул я.

Анастасия Романова быстрыми шагами подошла к моему столу.

— Брат, ты не забыл, какой сегодня день? — с улыбкой спросила она.

— Конечно нет. Сегодня день императорской семьи. Планируется конференция и праздник по всему городу.

Сегодня мне предстоит выйти к народу.

— Так почему же ты ещё не готов? — прищурилась Анастасия.

— Как не готов? Я всегда готов.

— Ты в обычном мундире. Перед людьми лучше предстать в праздничном, с наградами!

— По-твоему, именно награды красят императора, а не его поступки? — я изобразил удивление.

Анастасия покраснела. Раньше в нашей семье было принято нацеплять на мундир все знаки отличия. Императоры часто пользовались своей властью и выписывали награды сами себе. Отчего их ценность давно упала в глазах людей. Я не собирался повторять их тактику, пусть и с настоящими наградами.

— Так вот почему ты их никогда не надеваешь?

— Именно, — ответил я, поднимаясь из-за стола. — Машина уже готова?

— Да. Мы ждали тебя.

Мы отправились на главную городскую площадь. Там собралось огромное количество людей.

Сегодня выступали известные исполнители, а после концертов должен был выйти я с речью.

Обычно в этот день императора народ не видел. Но я решил изменить протоколы и порядки. Почему только семья Романовых должна получать подарки в этот день? Мне захотелось сделать что-то и для своих людей.

Когда пришло время, я поднялся на сцену, подошёл к микрофону и поднял руку. Толпа мгновенно стихла.

— Дорогие граждане, — начал я, — сегодня, в этот великий день, когда принято чествовать семью Романовых, я хочу сделать подарок и для вас.

Я сделал паузу и продолжил:

— Сегодня открываются две полностью бесплатные больницы. Пользоваться ими смогут и простолюдины, и аристократы. Кроме того, открываются четыре военных госпиталя. В них военные будут получать полный комплекс медицинской помощи от врачей и лекарей, включая протезирование. Солдаты смогут пользоваться правом посещать госпитали пожизненно, даже когда покинут службу.

Толпа разразилась аплодисментами. Я снова поднял руку, заглушая шум.

— Также сегодня открываются двадцать четыре приюта для животных. Со столичных улиц исчезнут все бродячие кошки и собаки.

Приюты и раньше существовали, но ещё мой отец начал их постепенно закрывать. Он считал подобные траты совершенно ненужными. Я решил исправить эту несправедливость, сперва в столице, а затем по всей Российской империи.

Люди кричали и хлопали. Я снова поднял руку, успокаивая их.

— Сегодня открываются шесть государственных производств для борьбы с безработицей. А праздник в честь семьи Романовых теперь будет длиться три дня, — закончил я свою речь.

Для простолюдинов это означает три выходных. А то было несправедливо, что государственные органы отдыхают дни дня, а простолюдины — всего один.

Под торжественные возгласы я спустился со сцены. Остался посмотреть одно из представлений.

Одарённые иллюзий показывали сцену коронации Первого Императора. Вышло по-настоящему красиво и триумфально. Меня даже ностальгия пробрала, стоило вспомнить времена моей первой жизни.

Вернувшись во дворец, я первым делом зашёл в покои к Маргарет. Она сидела в выделенном ей кабинете.

— Чем занята? — спросил я, переступив порог.

— Веду переговоры с австрийской аристократией, — пожала плечами она. — С кем-то получается наладить контакт. С кем-то не очень. Но это дело времени.

— И больше у тебя дел нет?

— Нет. Только это…

— А у меня сегодня выходной, — улыбнулся я.

— Какой ещё выходной? — вскинула брови Маргарет. — Война же в самом разгаре!

Моё заявление сильно озадачило девушку.

— В империи сегодня официальный выходной. Значит, и император имеет право отдохнуть, — ответил я. — Хочешь куда-нибудь сходить?

— С радостью! — её щеки слегка порозовели. — А можно взять с собой Вафельку?

Она кивнула на кошку, мирно спавшую на диване.

— Можно.

В этот момент из тени возле шкафа появилась Алина.

— А меня с собой возьмёте? Я хоть и не Вафелька, но тоже могу быть полезной! — она сложила ладони так, будто это кошачьи лапки.

— Хорошо, — кивнул я.

Алина бы и без того следовала за мной по теням.

— О, я смогу таскать Вафельку на ручках и показывать ей окрестности! — обрадовалась Алина.

Она подхватила кошку на руки и прижала к груди. Маргарет только улыбнулась.

У меня возникло чувство, что этот вечер действительно станет незабываемым. Осталось узнать, в хорошем или плохом смысле.

* * *

Дочь барона Клюквина, Светлана, не была дома с восьми лет. Спустя десять долгих лет она наконец-то вернулась в поместье, чтобы увидеть братьев, младшую сестру, а также мать и отца.

Сперва девушке показалось, что родные не особо рады её возвращению. Но она надеялась, что за ужином всё изменится. Родные вспомнят её, и появится хороший шанс наладить отношения.

Светлана торопливо прихорашивалась к ужину, на который едва успела после дороги. Со стороны она казалась миниатюрной невысокой девушкой. Стояла у зеркала и накладывала лёгкий макияж, чтобы скрыть следы усталости.

— Госпожа, ужин уже начинается, — поторопила ее служанка.

— Иду-иду, — отозвалась Светлана и направилась к выходу из спальни.

Она поспешила вниз, не хотелось лишний раз злить отца.

В большом обеденном зале слуги начали подавать первые блюда. Светлана сидела молча, пока к ней не обратился старший брат:

— Ну что, как твоя частная школа? Которая госуда-а-арственная! — он насмешливо протянул слова. — Стала там самой умной?

— Всё хорошо. Я прилежно учусь, — спокойно ответила Светлана.

— Паршивая школа! — рявкнул барон Клюквин.

Высокий мужчина с густой бородой, в которой уже пробивалась седина. Он выглядел грозно, но Светлану его вид давно не пугал.

Она лишь усмехнулась. А затем ровным тоном ответила:

— Там действительно хорошо учат. Работают выдающиеся преподаватели. Мы выходим из академии уже готовыми специалистами.

Барон сжал вилку, которой ел мясо, и зарычал. Ему не нравилось столь вольное поведение дочери. Клюквин считал, что она и говорить без разрешения не имеет права!

— Или у тебя есть другие претензии к этому месту, отец? — спокойно уточнила Светлана.

— Не должна баба тратить всё время на обучение! Она должна заниматься другими делами! — прорычал он.

— Какими же, батенька? — изогнула бровь Светлана. — Торговать телом ради рода?

— Не торговать телом, а выйти замуж! — резко поправил её отец.

— Это и называется продать дочь повыгоднее, — пожала плечами девушка.

Ей становилось всё труднее сохранять спокойствие, но выдержка, которой учили в академии, помогала. По сравнению с заданиями, что выпадали там, семейный ужин был лишь цветочками.

Мать Светланы сидела молча. Даже не смотрела в сторону дочери. Она во всём угождала барону и никогда не смела перечить его словам. Светлане искренне не хотелось повторять её судьбу.

— Таков удел всех женщин! — прокричал барон Клюквин. — Если тебе что-то не нравится, можешь жаловаться хоть самому императору!

— Обязательно, — кивнула Светлана, — как появится возможность, так и сделаю.

Барон и его сыновья дружно расхохотались. Только мать и сестра Светланы сидели с поникшими лицами.

— Ты надолго приехала? — наконец спросил отец.

— На две недели.

— Отлично, — потёр ладони барон. — Скоро у нас будет приём. Увидишь, как живут нормальные люди.

— Даже не надейтесь, — покачала головой Светлана. — Я не собираюсь выходить замуж после первого же приёма.

— Кто знает, кто знает… Там будет много достойных мужчин. Они тебя и спрашивать не будут, — усмехнулся барон Клюквин.

— Они как минимум вас спросят, — напомнила Светлана.

— А я им не откажу.

Светлана перевела взгляд на сестру и вздохнула.

— А что с Еленой? Удивительно, что ей уже семнадцать, а вы её ещё никому не продали.

— Она тебя беспокоить не должна. Елена никому не интересна. Вот про тебя спрашивают, например, барон Череницын.

— Ему шестьдесят, — скривилась Светлана. — Ему бы о здоровье своем думать, а не о женитьбе. Даже удивительно. Ведь моя сестра куда красивее. А ей не интересуются. Возможно, это разумные люди.

— В каком смысле? — нахмурился отец.

— Я ведь всем, с кем вы пытались заключить сделки о помолвке, отправляла письма. Они ко мне прислушались.

Светлане очень хотелось ответить отцу по достоинству. Но она могла рассказать лишь малое, что и сделала.

— Сомневаюсь, что кому-то есть до тебя дело, — хмыкнул барон Клюквин.

— Не знаю. Я делала это через ректорат, — невозмутимо ответила Светлана.

Старший брат вскочил с места с криками:

— Так это ты виновата⁈

— Стой, Саш! — остановил его отец. — Она просто пытается нас разозлить. Никто бы не воспринял эти слова всерьёз.

Светлана слегка улыбнулась. Сколько она не была дома — столько же еще хотела бы не приезжать. На самом деле, если бы не младшая сестра, она бы и вовсе сюда не вернулась.

Когда Светлане было восемь, на неё обратили внимание и пригласили учиться в элитное заведение. Отец с самого начала был против и не хотел отпускать дочь, но письма и давление серьезных людей сделали своё дело. Если бы не они, Светлану бы давно выдали замуж.

Двести лет род Клюквиных действовал по одной схеме: дочерей продавали в обмен на выгодные союзы. Капитал создавался на брачных сделках, а не на производствах или фабриках. Хотя Светлана считала, что развивать благосостояние рода вторым способом было бы куда выгоднее.

Больше за ужином Светлана в разговоры не вступала. Не хотела ругаться. Боялась, что не выдержит и скажет лишнего. А за это её в академии по головке не погладят.

После ужина в дверь её комнаты постучала сестра и осторожно приоткрыла дверь.

— Лена, заходи! — радостно разрешила Светлана.

Девочка зашла. Она выглядела зашуганной. Плечи опущены, взгляд в пол, словно она чего-то опасалась.

— Я пришла тебя предупредить, — едва слышно проговорила Елена.

— О чём? — серьёзно спросила Светлана.

— Уезжай. Сегодня же уезжай. Это ловушка!

— Какая ловушка?

— Не могу сказать… не могу, — Елена едва не расплакалась. — Просто уезжай. Прошу тебя! Пожалуйста!

Елена развернулась и выбежала из комнаты.

Светлана же и не думала уезжать. Показывать свою слабость она не собиралась. Да и оставалась надежда, что в её семье все может наладиться…

На следующий вечер в поместье барона Клюквина собралось множество знатных гостей.

Всеволод Игнатьевич Клюквин расстарался и устроил роскошный приём. Слуги в дорогих ливреях носили подносы с шампанским и вином. Дамы блистали в роскошных платьях, мужчины соревновались в вычурности костюмов и знаках отличия.

Светлана выглядела не менее элегантно, чем остальные. Лёгкое, но изящное платье лишь подчёркивало её миниатюрность. Она старалась держаться в тени, но отец не собирался оставлять её в покое.

В середине вечера он что-то шепнул дирижеру, и музыканты резко замолкли. Барон шагнул к микрофону, поднял руку и провозгласил:

— Прошу минуту внимания! Сегодня у меня особенное объявление. На этом приёме присутствует моя старшая дочь, Светлана!

Он указал на девушку, и сотни глаз устремились к ней.

— Я не видел её целых десять лет. Она обучалась в престижной частной школе, добилась множества успехов и вернулась домой. И потому сегодня я объявляю, что Светлана ищет себе мужа!

Под аплодисменты гостей Светлана вскинула брови, а затем решительно направилась к сцене. Взобравшись на неё, она громко произнесла:

— Мой отец ошибся. Я не ищу мужа!

Нужно было положить конец этому спектаклю, пока не случилось плохого.

— Ошибся? — воскликнул барон. — Нет, сегодня же мы найдём тебе супруга, а завтра будет свадьба!

— По правилам академии, где я учусь, мне запрещено вступать в браки и союзы до окончания договора об обучении, — спокойно возразила Светлана.

— Мне плевать на твою академию! — рявкнул отец. — Я уже отправил письма с требованием твоего отчисления. Так что поздравляю, доченька, больше ты там не состоишь! Я твой родитель, так что слушай мою волю.

Зал зашумел. Все начали перешёптываться. Кто-то смотрел на Светлану с сочувствием, кто-то с любопытством, а кто-то и вовсе с завистью.

В этот момент шестидесятилетний барон Череницын склонился к её отцу и что-то зашептал ему на ухо. Оба отошли в сторону.

— Я не против взять её второй женой! — выкрикнул молодой аристократ.

— А я — третьей! — донеслось из толпы.

— Четвёртой женой! — поддержал пожилой граф Потёмкин.

Светлане захотелось закатить глаза. Она чувствовала себя мерзко посреди этого аукциона за её тело.

На сцену вышел барон Череницын, уверенно провозгласив:

— А я готов взять её первой женой. Более того, заключу с родом Клюквиных договоры и сделаю их партнёрами в разработке шахт!

У отца Светланы чуть челюсть не отвисла. Золотые прииски барона Череницына делали это предложение слишком выгодным.

— Всё решено! — воскликнул барон Клюквин. — Ты станешь его женой, Светлана! Выпьем, барон? — протянул он бокал Череницыну.

— Это фарс! — выкрикнула Светлана, вновь выходя на сцену. — Такому не бывать!

Она чувствовала, как рушатся последние обрывки надежды на счастливую семью. В груди засела обида и разочарование. Это чувство с тяжестью сжимало её сердце. Иллюзии, что когда-нибудь родные Светланы изменятся, окончательно исчезли.

— Закрой рот и подчиняйся! — прорычал отец. — Думаешь, академия станет вступаться за одну ученицу против аристократии? Когда-то по глупости я отпустил тебя туда! Теперь ты живёшь по моим законам!

— Почему по глупости? — усмехнулся пожилой барон Череницын. — Я люблю умных женщин.

— Лучше бы вы любили принимать ванну чаще раза в неделю! — холодно ответила Светлана.

Толпа ахнула. Барон Клюквин не выдержал. Рванул к дочери и замахнулся правой рукой, но Светлана резко перехватила его запястье.

Это потрясло всех. Миниатюрная девушка только что остановила сильного мужчину.

Светлана отбросила руку отца, достала телефон и набрала один номер.

— Ученица номер триста двадцать один. У меня серьёзные проблемы. Требуется срочное вмешательство учредителей и совета, — спокойно произнесла она в трубку.

В зале раздался дружный смех. Но Светлана не обращала внимания.

Музыка снова заиграла. И минут десять Светлана стояла в стороне ото всех. Однако потенциальный жених нашёл её. Барон Череницын в красках рассказывал Светлане, где они проведут медовый месяц.

Вдруг в центре зала один за другим раскрылись шесть порталов.

Из первого вышел Кутузов с гвардейцами.

— Это же глава службы безопасности империи! — узнал его кто-то в толпе.

Из второго появился Сергей Захарович Лаврентьев.

— Глава разведки… — зашептали вокруг.

Из третьего в чёрном одеянии вышла Алина. С ней Светлана была хорошо знакома по академии.

— Это помощница и личная горничная императора! — воскликнул один из пожилых аристократов.

— Откуда знаешь? — спросил его друг, стоящий рядом.

— Недавно с семьёй был на имперском балу. Так мой племянник умудрился шлёпнуть её по заднице. До сих пор кости не могут правильно срастись!

— А это же граф Соломонов! — толпа загудела, когда появился новый участник.

Наконец, из последнего портала вышли женщины в строгих чёрных костюмах.

— Тут только самого императора не хватает! — ахнула одна из дам.

Бокал выскользнул из рук барона Клюквина. Он был в полном шоке. Багровые от злости щёки тотчас побледнели. Он с полным непониманием смотрел на дочь.

— Император занят. Он на пикнике, — широко улыбнулась Алина, поглаживая кошку на руках. — Он послал меня вместо себя. Кстати, знакомьтесь! Это Вафелька, австрийская кошка!

Она продемонстрировала кошку залу и добавила:

— А раз я здесь вместо императора, то кому-то сегодня придётся увидеть его гнев. Я готова привести приговор в исполнение!

Глава 6

Стоило только проснуться, как меня уже начали все вызванивать по самым разным делам. Благо на Российскую империю больше никто не нападал. Сегодня. Но и помимо врагов империи хватало нерешённых вопросов.

Император всегда всем нужен. Эх, даже отдохнуть не дают. А так хотелось устроить себе небольшой отпуск! Поехать на море в «Черноморскую Ривьеру», полежать на шезлонге недельку… Но не судьба! Даже неделю Российская империя не протянет без правителя. По крайней мере сейчас. Обязательно найдутся умники, которые попытаются захватить страну, пока император отсутствует. А потому приходится довольствоваться малым…

Я хотел сегодня выспаться. Просто выспаться! Но не удалось, и в итоге всё утро я решал важные государственные вопросы. Министр экономики наконец доработал реформы, и ему требовалось срочное согласование со мной. У остальных министров именно сегодня образовались такие же, не менее важные вопросы.

Даже не скажу, что на том свете отоспаться получится. Обычно это получается только в первые годы жизни, когда я ещё ходить толком не умею. Такой отдых мало кому понравится.

В который раз становлюсь правителем и убеждаюсь, что у государя никогда не иссякает количество дел.

Вот, например, вчера на пикнике, где я был вместе с Маргарет, возникла крайне неприятная ситуация. Одну из молодых теней насильно пытались забрать из академии.

Это учебное заведение в своё время я организовал не совсем законными путями, но вскоре полностью его легализовал. Это было ещё тогда, когда я подделывал указы отца и выделял себе на это бюджет.

Зато сейчас эти действия дают свои плоды. Рядом со мной есть сильная защита. И отряд, который уже начали побаиваться во всех уголках планеты.

С подделкой бумаг продлилось всего года два, пока я не перевёл академию для теней на своё личное финансирование. Взял деньги в одном из старых тайников, который оставил ещё со времен своей первой жизни.

Я раскидал много заначек по всей империи и до сих пор всё не нашел. Потому что в этом не было острой нужды. Некоторые тайники так хорошо спрятаны, что моего нынешнего уровня сил попросту не хватит до них добраться.

Сейчас академия — это официальное государственное учебное заведение. Все поступающие туда тени подписывают особые договоры. Они не имеют права покидать академию до сдачи финальных экзаменов, а родители не могут их забрать.

Однако не все родители готовы отпустить своего ребенка учиться с такими условиями. В основном это те, кто уже имеет планы на своё чадо. Для таких случаев предусмотрена денежная компенсация с отправкой некоторых государственных писем. В них говорится о том, что ребёнок показывает выдающиеся результаты, за что его зачисляют в элитную академию при императоре Российской империи, а родственники получают денежные выплаты.

Как правило, сумма их устраивает, чтобы не противиться такому решению. И не затевать конфликт с государством. Ведь это заведомо проигрышная позиция для большинства.

Однако спустя долгие годы некоторые люди забывают о подписанных обязательствах. Вчера мы чуть не лишились одной из теней.

Мне хотелось отправиться лично на эту операцию, но я находился вместе с Маргарет на пикнике. Было бы невежливо оставлять её одну.

Мы притворялись самыми обычными людьми, у которых нет дел государственной важности. Мы общались и смеялись часы напролёт. И мне это даже понравилось.

На операцию я отправил Алину вместе с Вафелькой. Служанка не хотела расставаться с кошкой, которая ей безумно понравилась. А самой кошке, судя по её поведению, было всё равно. Лишь бы её гладили. Мне начинает казаться, что все женщины неравнодушны к этим пушистым существам.

Также сыграли свою роль и новые протоколы. Вместе с тенями на операцию явилась служба безопасности, разведка и многие другие. Хоть они и считали, что являются основной силой, на самом деле были сдерживающим фактором, чтобы Роза-Мария и остальные тени не угробили всех присутствующих.

Такая неприятная ситуация случается не в первый раз. Как показывает судьба, сильный дар тени имеют именно те, у кого очень непростая жизнь. Поэтому дочь барона Клюквина пришлось забрать из поместья силой и пригрозить барону некоторыми санкциями, если он решит повторить нечто подобное.

Как передала Алина, судя по ошарашенным глазам Клюквина, он всё понял хорошо и надолго. Надеюсь, иначе его судьбе даже я не позавидую. Наказание в таких случаях придумывают тени. А у женщин в этом плане очень богатая фантазия.

Праздник в столице продолжался полным ходом, а потому у меня не осталось особо важных дел. Со всем неотложным разобрался еще с утра.

В эти праздничные дни никогда не подписывались государственные указы, никогда не развязывались войны… хотя второе было скорее совпадением. Это три дня в году, когда народу Российской империи можно спокойно отдохнуть.

Однако государственный праздник не означает, что император тоже должен отдыхать. Хотя у некоторых моих предшественников этот трёхдневный отдых мог растянуться и на несколько месяцев.

Мне было очень интересно, как поживают Фёдор и Григорий, а потому я спустился в дворцовый подземный комплекс.

Подошёл к Оку Императора, отодвинул специальный ящик и положил туда волос Григория. Установка заработала. «Глаз» засветился.

Всё помещение заполнила картинка, напоминающая крайне реалистичную голограмму.

Увиденное меня сильно удивило. Братья там совсем обнаглели, что ли? Хотя это было понятно ещё тогда, когда они решили убить собственного брата, чтобы получить трон. И потом… когда ради власти они решили, что можно прикончить не меня одного. Даже интересно, как далеко могут зайти их планы?

Фёдор и Григорий находились на роскошном приёме, который сами и устроили. Оба брата были одеты в императорские церемониальные одеяния. Это были запасные варианты, которые шили ещё до моей коронации. На тот случай, если в гонке выиграет кто-то из братьев.

И вот сейчас они играли роль императоров! Я не удержался от усмешки.

Братья вальяжно общались с высокопоставленными людьми, которые к ним подходили. И главное — никто не подавал виду, что это всего лишь фарс.

Судя по данным Ока Императора, братья находились где-то на границе Российской империи. Видимо, решили организовать приём союзников там, где можно было бы быстро сбежать из страны.

Сейчас они на Дальнем Востоке, рядом с границей с Аляской. Российская империя там ни с кем войн не ведёт, и все пути отхода открыты. По крайней мере, пока не ведёт.

Смотря на происходящее, я покачал головой. Братьям было очень весело, судя по их наглым улыбкам. Они потеряли практически всё, что у них было, и не могут этого даже осознать. Или это уже политические конвульсии пошли?

Я достал свой телефон, открыл специальный раздел с донесениями по моим братьям, пролистал его. Нашел последний номер, который зарегистрирован на Григория, и написал ему сообщение.

«Поправь корону, а то криво надел. Дмитрий Романов».

На картинке Ока Императора сразу отобразилось, как Григорий достал телефон, прочитал сообщение и тут же побледнел. Начал осматриваться по сторонам и даже вверх посмотрел. Взгляд его застыл на люстре.

«Ну да, я здесь. Это Око Императора. Можешь рукой помахать», — отправил я второе сообщение.

Получив его, Григорий начал паниковать.

— Нас видят? Видят! — прокричал он. — Нужно срочно усилить защиту.

— Как видят? Опять? — закатил глаза Фёдор.

Неужто надеялся, что на Дальнем Востоке Око до него не дотянется?

Гости начали расходиться, а братья спешно переместились в комнату, которую считали более защищённой. Хотя я видел их и оттуда.

Через пару минут картинка начала мигать. Против Ока Императора использовали какую-то новую защиту. Жаль, что долго у них сдерживать установку не получится.

Око Императора устроено так, что ты можешь заглушить этот артефакт один, два, десять раз, но на одиннадцатый оно поймёт, как ты это делаешь. И научится сопротивляться.

На самом деле, этот артефакт не сильно слабее, чем Кодекс Первого Императора. Единственный минус, что действует Око только на территории Российской империи, поэтому оно и считается полностью мирным артефактом, созданным исключительно для защиты.

Во времена своей первой жизни я не делал артефактов, которые бы работали по всему миру. Как и боевых. Чтобы мои предки не стали использовать эти артефакты во имя разрушения… Кто-нибудь из них ведь мог попытаться и целый мир завоевать с помощью этих артефактов!

Российская империя прекрасно существует в тех границах, в которых она состояла ещё при моей первой жизни. Я намеревался это сохранить.

А возможно, чуть расширить империю. Изначально я этого делать не собирался, но в последнее время появилось очень много поводов. Посмотрим, как оно получится на самом деле.

После небольшого представления с братьями я решил, что можно отдохнуть. Наконец-то!

Мне очень понравилось общаться с Маргарет, поэтому дальше я отправился к ней. Думаю, приглашу её в венский театр.

Только для этого дела нужно будет хорошо замаскироваться.

* * *

Фёдор и Григорий Романовы спешно отменили приём, поняв, что их обнаружили. Снова! Да сколько уже можно⁈

На лицах братьев читалась настоящая паника. Где бы они ни пытались спрятаться от своего младшего брата, он их везде находил. Оставалось только одно решение, к которому ни один из братьев не хотел прибегать…

После того как гости покинули поместье Летовых, где проходил приём, граф позвал старших Романовых на серьёзный разговор.

Граф Фёдор Леонидович Летов состоял в коалиции, в которую входили и род Казанских, и род Вороновых, и многие другие. Поняв, что небезопасно вести дела рядом с наследниками, ведущие члены коалиции отправили братьев на самый восток империи.

— Вам придётся покинуть Российскую империю, — серьёзным тоном сообщил пожилой граф Летов. — Слишком велик риск слива информации. Также по нашим данным Око Императора не должно работать за границей.

— Может, что-нибудь придумаем? — нахмурился Фёдор.

Он недавно побывал в Персии, и ему этого путешествия хватило за глаза. Слишком пыльно, слишком жарко. Все люди вокруг говорят на непонятном языке.

Как бы Фёдор ни пытался, у него не получалось освоить местный язык. Возможно, потому что в первую очередь он пытался учить его в барах. И слишком громко кричал на переводчиков, что они от него убегали. Странные… Наверняка думали, что Фёдор Романов хочет их убить. А он всего лишь вымещал злость через слова.

— Повторяю, что члены коалиции не станут рисковать сливом информации. Мы уже определили направление, куда вы отправитесь, — закончил граф Летов с усмешкой. — Видимо, у Дмитрия Романова есть на вас энергетические слепки. Никому из союзников не выгодно держать вас при себе.

— Мы же императоры! — процедил Григорий.

— Император сидит на троне, — вздохнул граф Летов. — А вы лишь полезные фигуры, не больше. Причём чем дольше Дмитрий Романов сидит на троне, тем меньше полезности у вас остается. И тем меньше союзников. Если так пойдёт и дальше, то коалицию придётся распустить.

Эти слова Григорию не понравились. Он сжал кулаки. Быстро перебирал в голове варианты. Что же можно сделать? И один вариант пришёл на ум. Придётся действовать кардинально, но иного выхода не остаётся.

— Хорошо, — сухо ответил Григорий Романов. — У меня есть к вам одно предложение. Я готов рассказать очень важную информацию, но взамен мы оба останемся в Российской империи и получим некоторые дополнительные блага.

Он стал перечислять условия. Когда Григорий закончил, граф Летов аж присвистнул.

— И что это за информация? — прищурившись, спросил он.

— Так мы договорились? — уточнил Григорий.

— Если информация будет достаточно полезной, то да.

— О, она может изменить всё, — улыбнулся Григорий Романов.

— В таком случае слушаю вас, — скрестил руки на груди граф Летов.

— Все ключевые фигуры Дмитрия находятся во дворце. Мы их уничтожим. Плевать, что это государственный символ, уничтожим и построим новый!

Григорий сжал челюсть так, что едва не стёр эмаль. Так сильно он ненавидел своего младшего брата!

— Интересно, — хмыкнул граф Летов.

— Под дворцом есть специальные помещения, в которые заложен один артефакт, — продолжил Григорий. — Его силы хватит, чтобы от дворца остались лишь воспоминания. Однако это может провернуть только носитель императорской крови. У нас она есть, и мы готовы помочь.

— Нет, это уже перебор! — вскрикнул Фёдор Романов.

— Нет, — улыбнулся его брат, — я уже давно не считаю дворец своим домом. С тех пор как Дмитрий его захватил и установил там свои порядки.

— А почему мы раньше не знали об этой информации? — с возмущением спросил граф Летов.

— Эта информация касается исключительно императорской семьи, — пояснил Григорий. — Артефакт был создан спустя двести лет после правления Первого императора. Он разрабатывался на случай, если враги захватят дворец. Чтобы можно было разом их всех уничтожить. Вместе со всеми секретами Российской империи…

— Если всё так, то одного штурма хватит, чтобы избавиться от всех, — задумался Летов. — Это меняет всё.

— Да, — кивнул Григорий, — и я помогу вам составить подробный план действий.

— Сперва нам нужно обсудить это с остальными членами коалиции. Но думаю, они не откажутся от такой возможности.

* * *

Вильгельм фон Цальм очень устал за последние дни. Только за эту неделю на его дворец трижды было совершено нападение. Трижды!

Герцог усиливал охрану как только мог. Установил всевозможную защиту от порталов, какая только существовала в мире. Но это всё равно не помогало… Вильгельм фон Цальм уже испытывал навязчивый страх, что сейчас он ушёл из дворца, а его снова попытается кто-нибудь захватить… И ведь герцог уже не удивится, если увидит у своего дворца не только имперцев, но и японцев! Все хотят отхватить от Австрии кусок побольше, только ни у кого это не получится!

Герцог сидел в ВИП-ложе в оперном театре и смотрел представление. В конце концов, хотя бы сегодня он может себе это позволить. Однако насладиться представлением у него так и не получалось.

В голове постоянно крутились мысли, что время утекает… И вместо того, чтобы сидеть здесь, он мог сделать что-то полезное для Австрийской империи или сокрушить несколько дивизий врагов! Германская империя наверняка сейчас готовит планы против него!

Сейчас военные действия с Российской империей максимально сокращены, а война с Германией в полном разгаре. Вильгельму фон Цальму была просто необходима победа в ближайшем крупном сражении!

Пока так продолжается, Российская империя крепнет. И это фон Цальму очень не нравилось.

Нет, он не может просто так здесь сидеть, пока есть безотлагательные дела! Нужно придумать новый план, как захватить Российскую империю. Как уничтожить этого выскочку — Дмитрия Романова!

С этими мыслями Вильгельм фон Цальм поднялся со своего места.

— Я ухожу во дворец, — сообщил он своей охране. — Появились срочные дела.

Стражники поднялись вместе с ним.

— Ваша Светлость, но вы столько работаете, вам бы отдохнуть, — запричитал помощник герцога. — Доведёте ведь себя…

— Нет, не надо! — резко ответил он. — Я правитель Австрийской империи. Я в полном порядке и даже не знаю, что такое усталость.

Герцог фон Цальм собирался выйти из ложи, как вдруг его взгляд зацепился за две знакомые фигуры…

Человек, похожий на Дмитрия Романова, шёл под руку с девушкой, напоминающей Маргарет.

Нет, этого точно не может быть! Нет! Только не они!

Фон Цальм протёр глаза и ещё раз посмотрел в ту сторону. Коридор был пуст… Он проморгался и посмотрел еще раз. Снова пусто!

— Вы правы, — герцог фон Цальм со вздохом опустился на свое место. — Один день можно и отдохнуть.

Что только от усталости не померещится!

Глава 7

Маргарет осталась довольна походом в венскую оперу. Прошло уже три часа, а она до сих пор находилась под впечатлением. Эти эмоции мешали ей уснуть.

Вафелька расположилась в ногах своей хозяйки и мерно посапывала. Всё-таки вместе с ней куда спокойнее. Не зря же котов называют «пушистыми антидепрессантами».

Австрийская принцесса присела на кровати и погладила кошку. Вафелька замурчала, но глаз не открыла. Так и лежала, свернувшись калачиком.

Маргарет поразило, как Дмитрий Романов вообще все провернул. Они весь вечер сидели в ложе, и принцесса видела множество знакомых лиц. Эти люди смотрели и на нее, но будто не узнавали.

Император использовал отводящий взгляды или скрывающий артефакт? Или это австрийская знать не могла поверить, что у императора и Маргарет хватит наглости явиться в самый центр вражеской империи? Когда она спросила об этом Дмитрия, он подтвердил, что никаких артефактов с собой не брал. Расчёт был на то, что они могут в любой момент уйти через портал.

«Вражеской»… Австрийская принцесса не ожидала, что такие мысли у нее возникнут о собственном доме. Все-таки ей хотелось его вернуть. Чтобы все было, как раньше… Хотя она прекрасно понимала, что так не будет. Но Маргарет может приложить усилия и приблизиться к тому процветанию, что было во времена правления ее отца — Фридриха Шестого.

Поскольку многие видели человека, «похожего на Дмитрия Романова», то без разговоров во время представления не обошлось. О российском императоре говорили не только как о враге. Его описывали, как властного и характерного человека. Правителя, который поступает как сам того желает. Он не ищет возможностей или шансов. Он сам их создает. Маргарет была с этим полностью согласна.

Она общалась со многими представителями аристократии, и не только в Австрии. И ни разу не встречала никого, похожего на Дмитрия.

Хм, Маргарет заметила, что стала думать о нем все чаще и чаще. Почему-то эти мысли вызывают улыбку на ее лице. И вот сейчас она не может уснуть, потому что раз за разом вспоминает их поход в театр.

Она смогла отдохнуть…

— Мя-а-ау! — подала голос Вафелька.

— Что такое? — Маргарет убрала руку от кошки.

Животное вытянуло лапку в направлении шкафа.

— Кто там? — в голосе принцессы лязгнула сталь.

Из темноты на свет луны, бьющий из окна, вышла Алина. В руках у нее была упаковка кошачьего печенья.

— Простите, госпожа, — склонила голову служанка. — Я ждала, пока вы уснете, чтобы устроить сюрприз Вафельке. Сегодня я отвечаю за вашу безопасность. Вот и подумала сделать Вафельке приятность. Простите!

Алина низко поклонилась.

— Ничего, — слегка улыбнулась принцесса. — Давай вместе ее покормим.

Лицо Алины растянулось в улыбке, и она протянула упаковку печенья Маргарет. Принцесса отнесла их к миске кошки, которая стояла в соседней комнате — в небольшом обеденном зале.

— Ой, а это кто? — указала Маргарет на распластавшееся на полу тело.

— Их было пятеро, — вновь улыбнулась Алина. — Одного просто убрать не успели.

— Понятно. Рыбалка продолжается, — усмехнулась принцесса.

* * *

Федор и Григорий Романовы по-прежнему находились в поместье графа Летова. Их не выгнали за границу, что несказанно радовало обоих братьев.

Но в этот раз способ достижения цели вызвал противоречия:

— Это перебор, — хмыкнул Федор. — Тебе не стоило раскрывать семейные тайны.

— Это еще почему? — Григорий Романов налил в бокал крепленого вина.

Сейчас ему очень хотелось напиться. Забыться. Почувствовать себя хорошо.

Григорий понимал, что алкоголь — это всего лишь ловушка. Но ничего не мог поделать со своими желаниями. Он только радовался, что является Одаренным. Если человек без дара употребляет спиртное, то это может вовсе закончиться плачевно. Чаще всего такие люди умирают от болезней, вызванных алкоголем, у них же нет денег на хорошего лекаря. А вот у Григория были.

— Это серьезное дело. Вместе с дворцом ты похоронишь и все достояние нашей семьи! — прорычал Федор.

Но Григорий лишь отмахнулся от его слов:

— Плевать! Дима забрал у нас все! Все! Понимаешь⁈

— Это не повод уничтожать семейное достояние. Мы же уничтожим и то, что сами могли использовать. Сам знаешь, сколько во дворце нераскрытых тайников!

— Ты не понимаешь, — печально усмехнулся Григорий и подошел к окну.

Отсюда открывался красивый вид на берег. Холодное море. Волны которого с треском разбивались о высокие скалы. Говорят, что граф Летов выбрасывает своих врагов именно с этого обрыва. Так он развлекается… Впрочем, сейчас это неважно.

— Так просвети меня! — бросил Федор.

— Уже неважно, какими способами мы достигнем своей цели! Или ты не хочешь стать настоящим императором? А не подделкой, в которую мы сейчас играем!

Правда была обидной. Лицо Фёдора слегка скривилось.

— Чем дольше живет Дима, тем меньше у нас остается! Понимаешь⁈ — Григорий обернулся и посмотрел в глаза брату. — Мы должны уничтожить его любой ценой. Даже если придется пожертвовать половиной Российской империи! Все равно вторая достанется нам.

— Когда ты успел стать таким? — с пренебрежением спросил Федор.

— Каким⁈ — повысил голос Григорий Романов. — Ты хочешь власти не меньше меня. Но раз ты не готов идти до конца, то тебе лучше вернуться в Персию.

— Нет, — Федор сжал кулаки. — Туда я точно не вернусь.

— Что такое? Изменились приоритеты?

Федор молчал. Но Григорий видел, что ему удалось убедить брата.

Хорошо. Большего ему и не нужно для выполнения плана. Осталось дождаться ответа от членов коалиции.

Где-то через полчаса в покои братьев постучали. Вошел граф Летов.

— Пьете? — с пренебрежением спросил старик. — Потом на лекарей разоритесь печень восстанавливать.

— Вы пришли, чтобы читать нам нотации? — спросил Федор и опустошил свой бокал.

Алкоголь ему помогал… Но не расслабиться, а смириться с мыслью об уничтожении родового гнезда.

Федор хотел избавиться от этой пагубной привычки. И корил себя за слабую волю. Из-за которой он каждый вечер срывается и велит слугам принести очередную бутылку…

— Вы не маленькие дети, чтобы я вас учил, — хмыкнул граф Летов. — Пришел ответ от коалиции. Они готовы назначить дату штурма дворца. От вас потребуются полные сведения о местоположении артефакта.

— Давайте карту! — поднялся Григорий. — Я покажу, как лучше всего до него добраться.

* * *

Вильгельм фон Цальм находился на военном совещании. Все присутствующие выглядели нервными. В воздухе практически чувствовалось напряжение.

Сидящий рядом с герцогом советник уже три раза поправил воротник своей рубашки. Один из генералов то и дело щелкал шариковой ручкой.

Вильгельм фон Цальм лениво слушал предложения. Одно, второе… четвертое. Все они казались правителю Австрийской империи полным бредом.

Он лениво зевнул. Выпрямился и громко сказал:

— Знаете, господа, я наконец понял, почему наша страна оказалась в таком плачевном положении. Вы полнейшие бездари! Которые ни на что не способны. Все ваши планы приведут Австрию к погибели!

Кто-то из присутствующих начал злиться. Кто-то и вовсе показал обиду.

Кто-то лениво смотрел в окно. Так, а этого человека вовсе надо будет уволить! Все советники герцога должны быть заинтересованы в судьбе Австрийской империи! И тем более должны способствовать повышению позиций Вильгельма фон Цальма. У этого человека герцог подобного рвения не увидел.

Вильгельм фон Цальм вздохнул в полной тишине. Он легко переложил вину за происходящее на своих советников и был этим доволен.

— Ваша Светлость, — обратился к герцогу пожилой генерал. — При всем уважении, но в нашем положении не приходится выбирать между разными вариантами. Мы сейчас находимся в плачевной ситуации и пытаемся сделать хоть что-то, чтобы стабилизировать ее. Нам нужно продержаться до того момента, когда войска придут в полную боевую готовность. Все-таки мы не были готовы к полномасштабной войне. Только к локальной.

— Да, и это вина прошлого императора! — воскликнул Вильгельм фон Цальм. — Этот бездарь сидел на троне и при этом не держал полноценную армию в боевой готовности. Как так можно? А это его доктрина о консервации!

Чтобы армия Австрийской империи была максимально большой, Фридрих Шестой принял решение законсервивать ее. Так он смог значительно сократить расходы на ее содержание. И отправить эти финансы на развитие артефакторики. Хотя Вильгельм фон Цальм считал это бесполезным занятием. Ведь имперцы уничтожили большую часть запасов его хваленых артефактов!

— Доктрина и работала, — осторожно напомнил генерал. — Просто перед полномасштабной войной армию надо было расконсервировать.

Вильгельм фон Цальм скрежетнул зубами. Ему не понравилось, что генерал говорил так, будто герцог не предусмотрел очевидного. Нет, это не так. Обстоятельства не позволяли тратить столько времени на подготовку!

— Ерунда это все, — процедил герцог. — Вы прекрасно знаете, почему мы не могли ждать!

— Тогда предлагаю послушать, что вы предложите нам, Ваша Светлость, — генерал победно улыбнулся и скрестил на груди руки.

— И предложу, — хмыкнул Вильгельм фон Цальм и подошел к огромной интерактивной карте, что висела на стене. — Семнадцатую, триста сорок шестую и двадцать четвертую танковую дивизию отправляем вот сюда, к германцам, — он сделал соответствующее обозначение на карте. — Шестой и тридцать девятый полка отправляются на границу с Российской империей. Будут давить наших врагов там, — с ухмылкой закончил герцог.

— Это безумие! — выпучил глаза пожилой генерал. — Такого количества не хватит для штурма!

— Слушайте мой приказ, — рявкнул Вильгельм фон Цальм. — За следующие две недели вы должны захватить эту территорию, — он обвел на доске большой кусок земли Российской империи недалеко от границ с Австрией.

Все присутствующие посмотрели на герцога, точно на сумасшедшего. Он усмехнулся и продолжил:

— Думаете, это невозможно? Не понимаете, как этого добиться? А я вам расскажу. Благодарите меня за то, что я на вашей стороне и думаю вместо вас, как решить наши проблемы. Бездари!

В обычное время Вильгельм фон Цальм не стал бы оскорблять своих советников. Но постоянное напряжение и стресс дают о себе знать. Герцогу нужно было куда-то вылить свои эмоции, обвинить кого-то… Умом он это понимал, но вслух признавать не собирался.

— Заходите! — велел герцог, и дверь в зал для совещаний отворилась.

К герцогу подошли грек, северянин и японец. Их появление вызвало волну удивления среди советников и военачальников.

— Представляю вам наших новых союзников! — торжественно провозгласил Вильгельм фон Цальм. — В следующем сражении они выступят на нашей стороне!

— Ваша Светлость, но их войска находятся слишком далеко от нас, — поднял руку один из советников.

Самый молодой из присутствующих. Ему было чуть больше тридцати лет. Но соображал парень хорошо, а потому и попал в совет.

— Не проблема! — ухмыльнулся герцог. — У союзников достаточно мастеров порталов, чтобы осуществить переброску армий.

Ставки были невероятно высоки — все присутствующие это понимали. Тем удивительнее было то, сколько стран хочет избавиться от Дмитрия Романова. Три серьезных и мощных государства уже готовы использовать мастеров порталов для боевых действий!

Считалось, что использовать в войне этих Одаренных самое последнее дело. Обычно это говорило о безысходности…

Однако все понимали, что благодаря мастерам порталов у них появляется шанс. Огромный шанс победить не в одной, а сразу в двух войнах!

Хоть Российская империя и стабилизировала свое положение… Но выстоять против трех армий сразу нереально.

* * *

Праздники, конечно, интересно закончились. Я почти привык к пониженной нагрузке, но радость длилась недолго. Только закончились праздники, как начались боевые действия…

В три часа ночи мне пришло сообщение о том, что на нас напали японцы.

Я сначала удивился. Ведь море, соединяющее наши страны, заминировано. Каким боком японцы решили на нас напасть? Неужели тоже использовали мастеров порталов?

Проверил на интерактивной карте на своем планшете. С восточной стороны все было нормально.

— Так где же нападение? — с недоумением я поднялся с кровати.

— Позвольте помочь? — позади раздался голос Алины.

Я протянул служанке свой планшет.

— Вот здесь, господин, — она указала на границу с Австрийской империей.

Японцы в Австрии? Что там забыли эту туристы недоделанные?

Пока размышлял, пришел новый отчет от разведки. Северяне оставили часть сил у города князя Эльбрука. Но за него я не переживал, ибо хорошо усилил его армию. А вот то, что северяне тоже отправили часть своих войск в Австрию, меня совсем не радовало.

Я вызвал начальника своей службы безопасности. Кутузов явился через три минуты.

— Принимай командование в свои руки, — я протянул ему планшет со всеми данными для ознакомления. — Задержишь армию врага, прорывая некоторые дамбы. Выиграешь нам два дня — этого будет достаточно.

— Слушаюсь, мой император, — гордо ответил Кутузов.

Я же направился на совещание военного совета. А затем решил навестить адмирала Покровского.

Через портал я переместился в его кабинет.

Он тут же меня заметил и поднял удивленный взгляд. Прищурился.

— Михаил Павлович, есть разговор.

Он явно не был рад меня видеть. Но выбора я ему не оставил. И открыл еще один портал.

— Прошу за мной, — указал я.

— А если я откажусь?

— Напрямую нарушите приказ своего императора?

После этого вопроса Покровский неохотно поднялся.

Мы переместились на одну военно-морскую базу. Совсем недавно Кораблев спустил на воду свои суда. И сейчас их свежая краска блестела в свете рассветного солнца.

Я успел узнать многое о Покровском из отчетов. Он топил за империю. Всю жизнь развивал флот, но ему постоянно отказывали в финансировании. Из-за этого большинство предложений было отвергнуто. Наверняка он думал, что со мной будет так же. И только договор с моими братьями может помочь решить эту проблему.

— Красивые корабли? — спросил я.

— Допустим. К чему этот вопрос, Ваше Императорское Величество? — нахмурился Покровский.

— Это твой флот. Ты тот, кто жаждет славы. Сражений. И побед! Тебя утомило, что за последние годы флот Российской империи превратился в мусор. Ты жил морем и флотом, а тут каждый год финансирование только сокращали. Я прекрасно понимаю твое негодование. Я возрожу российский флот. И тебе предлагаю встать во главе всего.

Покровский несколько минут смотрел на корабли, прежде чем ответить:

— Согласен. Я давно думал, как бы договориться с вами. Это удача, что вы сами пришли.

Я слегка улыбнулся. Время сыграло мне на руку. Спроси я об этом месяц назад, Покровский бы ни за что не согласился. Сейчас же мои позиции сильно возросли.

— Эти корабли — не самое интересное, чем тебе придется командовать, — я снова открыл портал. — Прошу!

Покровский горел любопытством. Он первым шагнул в портал.

— Где мы? — спросил он, осматриваясь в новом месте.

— В подземной бухте, — я хлопнул в ладоши, и свет вокруг включился.

Покровский открыл рот, когда увидел у пирса тридцать передовых военных кораблей. Такой мощи он не видел даже у других государств. Мы с Кораблевым долгие годы их разрабатывали. А стоил каждый из них целое состояние.

— Принимайте командование над новыми посудинами, — сообщил я.

— Посудинами? Да это самые величественные корабли из всех, что я только видел! — с восхищением проговорил Покровский.

— Найдешь для них команды?

— Конечно! Это кораблей на флоте было мало! А вот моряков хоть отбавляй! Но… как вы их создали? Это же огромные затраты. Не говоря уже о времени, которое требуется на постройку такого количества судов.

— Пока одни играли в государственный переворот, кто-то поднимал армию, — пожал я плечами.

Я оставил Покровского разбираться с кораблями и даже выдал ему ненадолго Елисея для быстрой переброски команд.

Сам же отправился к Маргарет. Она сразу сообщила, что ей-таки удалось договориться с некоторыми австрийскими аристократами.

В середине разговора мне пришло очередное сообщение. На этот раз Испанская Конфедерация объявила нам войну!

Я сохранил спокойствие до конца разговора, а затем отправился в свой кабинет. Вызвал Ариадну Мегали — фальшивую греческую королеву. И свою сестру.

Быстро ввел их обеих в курс дела.

— М-да, только испанцев нам не хватало для полного счастья! Скоро еще больше стран начнет объявлять нам войну. Маховик закручивается, — проговорила Анастасия.

— В этом ты права, — кивнул я.

В самое ближайшее время Российская империя должна показать на примерах, что бывает с теми, кто так безрассудно объявляет нам войну!

— Ситуация паршивая, — помотала головой сестра. — Что делать будем?

— С испанцами вопрос легко решается, — улыбнулся я. — Уверен, они передумают на нас нападать и переключатся на Грецию. Слишком спокойно этой стране живется в последнее время.

— Но как это сделать? — недоумевала Анастасия.

Я же обратился к поддельной королеве Греции:

— Мне понадобится твоя помощь.

— Все что угодно, если это поможет делу, — сдержанно кивнула Ариадна Мегали.

— О да. Это поможет. То, что мы сделаем, очень сильно удивит и Грецию, и Испанию. Возможно, они этого никогда не простят.

Глава 8

Во дворце греческого короля сегодня было спокойно. Из окон пробивался тусклый свет луны. А тишину развеивал лишь стук каблуков по коридору.

Ариадна Мегали улыбалась. Она с ностальгией вспоминала эти места. Вот комната, где её с раннего возраста учили быть похожей на истинную греческую королеву. Там и началась её роль.

Уже тогда настоящая королева Греции невзлюбила своего двойника. Ариадна была для неё лишь игрушкой. Полезным инструментом, созданным решать важные задачи, до которых сама королева не может или не хочет дотягиваться.

Наследница трона предпочитала не замечать Ариадну. Как бы «подделка» ни старалась с ней сблизиться, ничего не выходило.

Поначалу Ариадна Мегали пыталась быть хорошей и полезной. Но раз за разом об неё просто вытирали ноги… и она ничего не могла с этим поделать. Она служила своей стране, как ей и говорили с самого детства. Иной жизни она не представляла. До встречи с Дмитрием Романовым.

Хотела бы она вернуться? Вот прямо сейчас она может завернуть в спальню короля, стража её пропустит. Расскажет ему обо всём, что узнала во дворце императора Российской империи. А за последние недели сведений она сумела собрать немало. Столько, что хватит купить новую жизнь.

Но в то же время Ариадна Мегали знала, что стоит ей начать говорить… и уже на втором слове её уничтожит Кодекс Первого Императора. Быстро и беспощадно.

Эта реликвия не знает жалости. Как поняла Ариадна Мегали, в Кодекс заложена особая программа, которую создал ещё Первый Император. Выдающийся был правитель, раз о нём до сих пор вспоминают. Причём не только в Российской империи, но и во всём мире.

Как Дмитрий Романов смог подчинить эту реликвию? Об этом говорил весь российский дворец. И не только. Иногда, выходя в город по делам, Ариадна Мегали слышала разговоры на улицах. Раньше она никогда не слышала, чтобы простолюдины настолько активно говорили о своём правителе. Причём в положительном ключе.

Часто бывает так, что народ обсуждает то, что им не нравится. Реформы, войны и налоги. А с Дмитрием Романовым всё было наоборот. Обсуждали то, как положительно его решения влияют на Российскую империю. Кажется, Дмитрий Романов имеет все шансы стать не менее великим государем, чем Первый Император.

Ариадна Мегали остановилась у комнаты в конце коридора. Завидев её, стражники тотчас открыли двери. Они с настоящей королевой были настолько похожи, что даже приближённые их не отличали. Сейчас это было двойнику на руку.

Осталось в этом дворце место, по которому она по-настоящему соскучилась. Ведь реальная королева отправляла Ариадну замещать её не только на государственных приёмах.

Она подошла к кровати и положила тёплую руку на плечо двадцатилетнего парнишки. Наследника Греции.

— Матушка? А вы как здесь… — проснулся он и протёр кулаками глаза.

Ариадна Мегали заменяла королеву даже в том случае, если нужно было сопровождать ребёнка на мероприятия. Пусть настоящей матерью наследнику Ариадна Мегали не была. Но за долгие годы службы во дворце она привязалась к этому парню. Видела, как он растёт.

Ариадна Мегали очень хотела его навестить. А потому обрадовалась, когда Дмитрий Романов предоставил ей такую возможность.

— Мы очень редко видимся, — улыбнулась она и присела на кровать.

— Это значит, вы подумали над моими словами? Отпустите меня на флот? — глаза парня загорелись азартом.

— Ты еще слишком молод, Иоаннис, — покачала она головой.

— Я уже не маленький! — воскликнул парень.

— Конечно, ты будущий полководец и адмирал. Кстати, я тебе чая с молоком принесла, — Ариадна Мегали протянула ему стакан с тёплым напитком.

Молока ровно треть стакана. Напиток слегка сладковатый. Всё, как любил наследник.

— Спасибо! — он выпил сразу половину стакана.

— Рада о тебе позаботиться, — улыбнулась она.

— Я могу сам…

Он не договорил. Его сморило так, что голова наследника упала на подушку.

Ариадна Мегали погладила его по волосам. Печально улыбнулась. Нажала кнопку на своём коммуникаторе, отдавая условный сигнал.

Через минуту рядом с Ариадной открылся портал. Оттуда вышли двое гвардейцев и забрали парня.

— Осторожнее! — бросила она им вслед.

Ариадна Мегали не жалела о своем поступке. Ведь иного пути всё решить без потерь для Российской империи просто не существует. Она доверилась Дмитрию Романову, который заверил, что угрозы жизни для наследника не будет.

* * *

— Что значит пропал из своих покоев? — выкрикнул Николаос Мегали, когда глава службы безопасности с самого утра сообщил ему о пропаже старшего сына и наследника престола.

Королева Греции сидела рядом, держась за грудь. На бедняжке лица не было.

— Утром стража его не нашла, Ваше Величество! — поклонился высокий мужчина.

Мигель Розмари. Ему шёл уже шестой десяток. Большую часть жизни он работал в греческом дворце. Он относился к королевской семье почти как к родной.

— Мы проверяем весь дворец. Пока никаких следов, — продолжил Мигель Розмари.

— Он выходил ночью? Стража должна помнить, — тихо спросила королева Греции.

Было видно, что она готова уцепиться за любую возможность.

— Нет. Но… неужели вы не помните? — замялся Мигель Розмари.

— Говори прямо! Что случилось ночью? — спросил у него король, повысив голос.

— Ваша супруга заходила к Иоаннису. Всего минут на десять. Ничего подозрительного, — пожал плечами безопасник.

Он воспринимал это как незначительный факт. Ведь мать не может причинить вреда своёму ребенку.

— Но я не заходила! — вскочила королева Греции. — Нет… Это была не я!

В глазах женщины застыл ужас. И полное понимание того, что наследника в Греции они уже не найдут.

— Это всё имперцы, — процедила она.

— Я бы не стал сразу об этом судить, — осторожно возразил Мигель Розмари. — Возможно, кто-то из ваших врагов воспользовался магией иллюзий. Они отвлекли внимание стражи, после чего воспользовались мастером порталов. У меня только такое объяснение.

— Логично. Но роль имперцев нельзя отрицать, — процедил Николаос Мегали.

Его невероятно злила эта ситуация. Кто-то из врагов посмел позариться на самое святое! На наследие Греции!

Кто бы это ни был, он за это поплатится!

— Можете прекратить поиски по дворцу, — распорядилась королева Греции.

Мигель Розмари вопросительно посмотрел на Николаоса Мегали. Последнее время все служащие дворца не воспринимали приказы королевы всерьёз. Слишком испортилась её репутация.

— Выполняй, — хмыкнул Николаос Мегали. — Пора прибегать к крайним мерам.

— Спустимся к древу Ахиллеса? — предположила королева.

— А иного выбора нет.

Начальник службы безопасности, как один из самых доверенных людей при дворе, знал много секретов дворцовых подземелий. Мигель Розмари отправился вместе с королём и королевой.

Они спускались по древним лестницам, высеченным в природных пещерах. Своды здесь были хорошо укреплены древними мастерами, опасности обвала не было.

Здесь таилось много греческих тайн. А в самом низу располагались руины древнего города, в котором до сих пор ведутся археологические раскопки. Правда, мало смельчаков находится спускаться так глубоко. Руины города таят неведомую опасность. Каждый третий археолог пропадает. И до сих пор неизвестно, кто именно в этом виноват.

В тоннелях царила напряжённая тишина, которую нарушали лишь звуки тяжёлых шагов.

— Далеко еще? — спросила у мужа королева Греции.

— Еще три уровня вниз. Дерево Ахиллеса находится ненамного выше руин.

Поэтому король и королева спускались сюда крайне редко. Слишком рискованно. Несмотря на то, что у каждого из правителей имеется амулет-артефакт, связывающий их с мастерами порталов. Они могут в любой момент запросить открытие портала, и их вытащат.

По мере спуска троица проходила мимо множества развилок и ответвлений. Здесь был настоящий лабиринт, карту которого знали немногие. Здесь хранились слишком ценные для Греции вещи, чтобы эту карту чертить на бумаге. Поэтому допуск на нижние уровни подземелий имели лишь немногие люди, кроме археологов.

Король и королева переняли традиции предков и делали всё ради сохранения этого места. Они даже лишний раз не брали с собой гвардейцев, довольствуясь лишь мощными защитными артефактами.

Наконец они дошли до нужного помещения. Король приложил руку к холодному камню, и в тоннеле открылся проход.

Прямо посреди пещеры цвело огромное зелёное дерево. Оно пестрило буйством красок в этом мрачном месте.

Николаос Мегали приблизился к стволу дерева. Достал из кармана небольшой нож.

— Позволь мне, — попросила королева.

— Нет, лучше я, — он разрезал свою ладонь.

Дерево могло найти лишь родственную кровь. Воспользоваться его особенностью можно раз в несколько лет… поэтому Николаос Мегали не хотел рисковать.

Вот он поймал себя на мысли, что уже сам сомневается, где его настоящая жена. Можно было это прямо сейчас и проверить. Но тогда он не найдёт сына. Выбор был очевиден.

Окровавленная ладонь коснулась древа. Нижние ветви опустились, словно были сделаны из резины.

Они изогнулись и вытянулись, создавая большой круг. И вскоре внутри его завихрилось пространство. Николаос Мегали подошёл ближе…

Увидел, как его сын сидит в камере.

— Прекратите! — кричал он на греческом, когда его били испанские солдаты.

Причём на парне был мундир Российской империи… Но это не отменяет вины испанцев за то, что приняли Иоанниса за имперского солдата!

Ещё один удар. Испанцы разбили нос наследнику.

— Говори! Как ты здесь оказался? — спросил переводчик на русском с акцентом.

— Я ничего не знаю! Не понимаю вас! Прекратите! — в панике закричал Иоаннис.

Изображение померкло.

— Он у испанцев, — проговорил Николаос Мегали, сжимая кулаки. — Они ответят за каждую царапину на его лице!

Стоило ему это сказать, как у прохода в тоннель раздался шорох. Все обернулись. У королевы и вовсе задрожали ноги от страха.

— Уходим! Немедленно, — скомандовал король и потянулся к амулету.

* * *

Король Испанской Конфедерации Альфонсо Мигель сидел на своём троне. Совсем недавно ему пришло сообщение от короля Греции об объявлении войны. И всё почему? Потому что испанцы перепутали наследника Греции с имперским солдатом. Ну не идиоты ли?

Как так можно? Альфонсо Мигель не понимал. Это природная глупость или желание выслужиться? В любом случае он это просто так не оставит! Тот, кто по факту развязал войну между государствами, должен ответить!

Чтобы всё выяснить, Альфонсо Мигель собрал в тронном зале всё военное командование.

— Дебилы! Зачем вы это сделали⁈ Кто ответственный? — прокричал король Испании, не скрывая своего гнева. — Греки нам похищение наследника точно не простят!

— Ваше Величество, — вышел вперёд командир городской стражи. — Иоаннис Мегали был одет во вражескую форму. Причём форма офицера высшего эшелона. Мы приняли его за шпиона Российской империи!

— А вы не задумывались, почему этому офицеру высшего эшелона всего двадцать лет? — пророкотал Альфонсо Мигель.

— В Российской империи всякое бывает, — беспечно пожал плечами начальник стражи. — Может, его родственники на это место устроили.

— Ладно, — вздохнул король. — Но что ваш шпион забыл на лавочке в центре Мадрида? Он просто спал, когда вы его взяли!

— Ваше Величество, зная имперцев, они могли придумать какую-то хитрость, чтобы нас запутать. С ними нужно быть максимально настороже.

— Допустим. Это я ещё могу понять. Но вы за это дело выписали семьдесят две награды своим людям!

— Ну, парни старались. Проводили операцию по захвату.

Судя по голосу мужчины, вины он за собой не чувствовал.

— Какую операцию? — прищурился Альфонсо Мигель. — Ладно, допустим, они старались. Но в отчёте написано, что была раскрыта информация, которая может победить Российскую империю. Это какую информацию вы смогли выведать?

— Ну… — замялся начальник стражи.

— Хватит! — пророкотал Альфонсо Мигель. — Вы и ваши ребята отправляетесь воевать с Грецией! Будете отрабатывать свои ошибки!

— Слушаюсь, Ваше Величество, — склонил голову мужчина.

Альфонсо Мигель хмыкнул. Он мог и вовсе приказать казнить начальника городской стражи за такое безрассудство. Но людские ресурсы не безграничны. Поэтому на море от них будет больше толку. Если выживут, Альфонсо Мигель, так и быть, подумает о прощении.

Но сперва надо выиграть войну с Грецией. Альфонсо Мигель даже не сомневался, что греки ждать не будут. Наступление начнётся в ближайшие дни… А может, даже сегодня.

* * *

Я сидел в своём кабинете. Вокруг находились доверенные люди: Кутузов, Алина, Лаврентьев и моя сестра.

Сегодня посреди ночи меня не будили — а это уже большой плюс!

— Испания наступает… Почему ты флот к Японии отправил? — недоумённо спросила сестра.

— Так надо, — улыбнулся я. — А испанцы отступят.

— Почему они должны отступить?

— Потому что я так сказал, — вздохнул я.

Вот снова они хотят узнать новости раньше времени.

— Неужели ты нашел где-то Одарённого с даром провидца? — прищурилась сестра.

— Нет.

Таких Одарённых в этом мире я вовсе не встречал. Очень сильный и опасный дар. Даже ценнее мастера порталов.

Знавал я одного провидца, который мог предсказывать на два дня вперед. Для этого он тренировался долгих пятьдесят лет. Но даже два дня, когда речь идёт о весомых событиях, что можно изменить — это очень много.

Когда-то я был королем Нитландии, и у меня был в подчинении такой Одарённой. Могу с уверенностью назвать эту жизнь самой скучной и спокойной из всех. Ибо провидец предсказывал появление всех врагов. Всех невзгод. Кажется, что вместе с этими предсказаниями он забрал и радость жизни. Удивляться было нечему.

Это был единственный раз, когда я умирал в старости, в своей кровати. С улыбкой на устах, предвидя новую интересную жизнь.

В кабинет постучался один из разведчиков.

— Ваше Императорское Величество, — поклонился мне мужчина. — Как вы и предвидели, испанцы отступили. Направили свои корабли к Греции.

— Вот видите, — пожал я плечами.

— Невероятно… — прошептала Алина.

— Можешь быть свободен, — велел я разведчику, и он удалился.

— Как ты это сделал, брат? — Анастасия встала с дивана и подошла к моему столу.

Я рассказал всем присутствующим историю о том, что провернул с наследником Греции.

Ариадне Мегали это далось тяжело. Всё-таки она привязалась к парнишке. Но мы следили до самого момента опознавания, чтобы его жизни ничего не угрожало. А побои от испанцев быстро заживут, стоит только к парню хорошего лекаря привести.

— Да ладно? — выпучила сестра глаза. — Вот почему греки напали на испанцев.

Она говорила это так, словно не могла поверить собственным словам.

— Ага.

— Неужели ты только на это сделал расчёт? Греция могла не воевать из-за наследника, — уточнила сестра.

— Могла. У них ведь много наследников. Пропадет один, останутся другие. И ещё много других личностей, которые бы по чистой случайности оказались в Испанской Конфедерации. Так что если не из-за наследника, то из-за остальных Греция бы точно на них напала, — с улыбкой закончил я.

— Это гениально, господин, — захлопала в ладоши Алина.

— В самом деле, — вздохнула сестра. — Даже не представляю с какой скоростью работает твой мозг. Ты постоянно выдаёшь безумные, но рабочие планы.

Только на этом история не заканчивается. Мы нарядили греческого наследника в форму наших солдат. Рассчитывали, что так по нему сразу будет понятно, что не может двадцатилетний парень быть полковником… Но испанцы не поняли и отделали парня.

Скорее всего, о нашей причастности знает и король Греции. А потому стоит ожидать от него ответного удара. Но не скоро. Сперва они долго будут разбираться с испанцами.

Глава 9

Император Кореи Ким Сону находился в своём тронном зале. Это помещение было не таким большим, как у многих других императором, но несмотря на это здесь помещались и гости, и все самые приближённые правителя. А таких насчитывалось двадцать человек из знати. Это были министры, советники и военачальники.

В отличие от других императоров, Ким Сону четко ограничил их число. Он не хотел, чтобы за ним постоянно ходила сотня-другая приближённых. В Российской империи после восхождения на престол Дмитрия Романова была проведена мощная чистка. Из ста тринадцати приближённых прошлого императора государь оставил всего тридцать. И то многим из них дал задания не в самой столице, а в регионах. Поэтому и за ним не ходила целая толпа.

А вот если сравнить с новым правителем Австрии — Вильгельмом фон Цальмом, то выходила совсем комичная картина по мнению императора Ким Сону. Герцог приблизил к себе многих аристократов, и его окружение сильно разрослось. Это напоминало Ким Сону маму-утку, за которой ходит множество детёнышей и не могут сделать ничего без её одобрения.

Об этом император Ким Сону мысленно рассуждал, когда ему представили только что прибывших гостей. Делегация из страны-союзника. Из Японии.

— Ваше Императорское Величество, — поклонился пожилой посол. Очень низко, что по японским меркам значило высшее уважение обратившегося. — У вашего венценосного брата, императора Японии, есть для вас подарки.

Посол указал на большие деревянные сундуки.

— Подарки посмотрю попозже. Скажите мне, посланник друга, зачем вы проделали столь длинный путь до моего дворца? — спросил Ким Сону.

Он понимал, что у дипломата есть важная задача. Любой другой вопрос императоры могли обсудить с помощью защищённой связи. Но раз он отправил человека с подарками — дело действительно серьёзное. Японский правитель что-то хочет от Ким Сону. Интуиция подсказывает, что его просьба очень не понравится корейскому правителю.

— Вы правы, Ваше Императорское Величество, — снова поклонился дипломат. — Сперва хочу доложить вам, что строительство вашего завода по переработке полезных ископаемых завершено. Он может начать функционировать на днях.

А посол хорош! Решил начать с хороших новостей. Но это только насторожило императора Ким Сону.

Этот завод строился японцами на территории Кореи. У них с императором Японии была договорённость об обмене знаниями и технологиями. В итоге Корея построила одно производство им. В прошлом году. А японцы своё строительство растягивали. Вплоть до сегодняшнего дня.

— Это замечательные новости, — кивнул правитель Кореи. — Но вы ведь не только ради этих новостей приехали?

— Вы правы, о мудрейший, — льстиво ответил посол. — Ваш венценосный брат просит о помощи. Сейчас на Японию надвигается флотилия имперцев. Император просит вас вступить в войну на его стороне как своего друга и союзника.

На мгновение в зале повисла гробовая тишина. Пока один из советников не решил высказаться:

— Мы должны немедленно согласиться, Ваше Императорское Величество! Это отличный шанс отхватить свой кусок от обширных земель Российской империи.

— Точно, — подхватил один из генералов. — Это очень хороший повод для вступления в войну. Так мы не будем нападавшей стороной. Мы выступим как помощь со стороны.

— Я готов отправиться со своими кораблями в Японию сегодня же! — вызвался один из аристократов.

Император Ким Сону молчал. Он анализировал ситуацию и не спешил сразу давать ответ.

Однако посол увидел настроение приближённых императора. И на его лице уже расцвела победная улыбка.

— Какой ответ мне передать правителю? — поспешил спросить он.

Но Ким Сону лишь жестом дал понять, что ему надо хорошо всё обдумать.

— Я могу провести наземную операцию. У меня хватает гвардейцев, — вызвался ещё один из аристократов. Его семья много поколений выращивала вокруг себя сильное войско. Это могло быть хорошим подспорьем в войне с Российской империей.

— Ваше Императорское Величество! — вышел вперёд молодой дворянин. — У моей семьи есть шесть военных кораблей. Мы готовы предоставить их для помощи нашим союзникам.

Так вызвались ещё несколько аристократов. Все, у кого было что предложить, хотели принять участие в войне с Российской империей. Ким Сону это не понравилось, но внешне он своего раздражения никак не выдал. Он понимал, что приближённые не видят всей картины.

Император Ким Сону давно следил за развитием событий в Российской империи. Анализировал все происходящие события. И кое-что его очень настораживало. Хотя предложение японцев о войне и в самом деле казалось выгодным. На первый взгляд.

— Ваше Императорское Величество, если мы используем мастеров порталов, то сможем нанести удар и в порту Российской империи! — выступил адмирал.

Его глаза блестели азартом. Давно этот человек не принимал участия в военных действиях. И было видно, как у него чешутся руки.

— А может, и в самой столице… — начал один из советников.

Но Император Ким Сону поднял руку, прерывая поток слов.

— Внимание. Помолчите, — проговорил он в тишине.

Больше никто не посмел прервать размышления правителя. Посол стоял с жадными глазами возле трона и ждал ответа. Причём с таким видом, словно он ждёт то ли свою очередь на казнь, то ли стоит за наградой.

— Я принял решение, — громко провозгласил император Ким Сону. — Сообщите моему венценосному собрату, что корейский флот сейчас на реорганизации, и ещё месяц он не будет готов к боевым действиям.

— Но… — осторожно начал посол, — Ваше Императорское Величество, это же неправда…

— А вы скажите ровно так, как я передал.

Это была не просьба. А приказ.

— Хорошо, Ваше Императорское Величество, — склонил голову посланник. — Подскажите, в чём причина такого решения?

Видно, что посол явно не ожидал отказа. Улыбка сразу исчезла с его лица.

— Я всё обдумал и вот что вам скажу. Российская империя — лакомый рисовый шарик, от которого хочется откусить побольше, ибо кажется, что он ничейный. Но есть нюанс. Австрийская и Германская империи тоже так думали. И теперь они воюют между собой. Так думали Испанская Конфедерация и Греческое королевство. Они всегда были друзьями, а теперь ведут сражения на море друг с другом.

— Простите, о мудрейший, но как это связано? — уточнил посланник.

— Теперь так думают японцы. У них кораблей в два раза больше, чем у нас, но они всё равно зовут нас на помощь в войне с Российской империей. Поэтому я не хочу воевать с имперцами в качестве союзника Японии. Складывается очень плохая тенденция. Поэтому давайте подождём ещё немного. К тому же сейчас Китайская империя усиливается, — император Ким Сону намекнул на возможную войну с соседями. — Ни к чему сейчас растрачивать ресурсы корейского флота.

— Понял, Ваше Императорское Величество. Раз вы приняли окончательное решение, я могу откланяться?

— Да. Решения я своего не изменю. Можете быть свободны.

— Спасибо, мудрейший! — низко поклонился на прощание посол и вышел из тронного зала.

На императора Ким Сону уставились десятки недоумённых взглядов его приближённых.

Правитель Кореи очень хорошо видел происходящее с врагами Российской империи. Но никак не мог понять, почему так происходит. Даже сидящие в этом зале лучшие аналитики страны не смогли ему ответить на эти важные вопросы. А потому они сегодня были единственными, кто не стал выражать поддержку идеи воевать с Российской империей.

Как можно поссорить верных союзников до такой степени, что они начинают воевать друг с другом? Как⁈

Император Ким Сону опасался, что подобное случится с Японией и Кореей. А ему очень не хотелось разрывать этот вековой союз, который был выгоден обеим сторонам.

В итоге правитель Кореи мудро рассудил, что не стоит лезть туда, где он ничего не понимает.

Так однажды, когда Ким Сону был самым младшим из наследников империи, он прилюдно отказался от своего права на трон. Ему тогда было всего четырнадцать, но он уже решил не лезть в политику, в которой ничего не понимает. Ким Сону не стал рисковать.

И к восемнадцати годам он остался единственным живым наследником. Остальные претенденты на престол перебили друг друга в борьбе за власть. Теперь Ким Сону император. И он предпочитает продолжать эту традицию и не ввязываться туда, где ничего не понимает. С Российской империей был точно такой же случай.

— Что ж, посмотрим, сколько стран окажутся нетронутыми после того, как Российская империя завершит войны, — тихо сказал он.

А затем велел позвать следующего гостя. День обещал быть тяжёлым.

* * *

Сейчас я находился на фронте с Австрийской империей. В отличие от столицы моей страны, где уже наступила зима, здесь было достаточно тепло. Не считая жара от вечных взрывов, которые постоянно происходили то тут, то там.

— Ваше Императорское Величество, — ко мне подошёл генерал Малышев, который командовал новой операцией. — Спешу сообщить, что мы активно продвигаемся вглубь. Соблюдаем рекомендованную вами скорость продвижения.

— Отлично, — улыбнулся я. — Для следующего задания возьмите теней.

Они пришли вместе со мной. Собственно, я и пришёл сюда лично, чтобы передать Малышеву часть отряда и узнать, как дела на фронте.

— Принято! — вытянулся по струнке Малышев. — Инструкции у меня имеются. Разрешите приступать?

— Разрешаю.

Пока Малышев собирал специальный отряд, я выслушал другие доклады от моих военачальников. На Австрийском фронте всё продвигалось как нельзя хорошо. Мне даже не к чему было придраться.

Когда все были в сборе, я открыл портал. Туда вошли тени и лучше бойцы Малышева. Обратно они уже сами доберутся. А мне нужно проверить, как идут дела на другом фронте. Потому я открыл второй портал, который вёл в часть на границе с Персией.

Появился прямо в кабинете генерала Уварова. Завидев меня, он вскочил со стула и отдал воинское приветствие.

— Ваше Императорское Величество, чем обязаны вашему визиту? — спросил он после официального приветствия.

Этот человек знал, что я не появляюсь просто так. И каждый раз ждал новых указаний, которые всполошат этот улей, зовущийся военной частью.

— Отчёт, — скомандовал я.

Уваров тотчас протянул мне увесистую папку. Там было всё то, что нежелательно было передавать через обычные каналы связи. Несмотря на всю защищенность, в вопросе стратегии я рисковать не любил.

Пролистав папку, я сделал вывод, что продвижение в глубь Персии идёт полным ходом. Но не так быстро, как в Австрийской империи.

Меня удовлетворило всё, что я увидел, а потому я передал указания о новых операциях. А затем решил навестить местных солдат. Им иногда полезно видеть своего императора. Понимать, что он всегда рядом, даже если не ведёт армию в бой лично.

Хотя мне было бы приятно принять участие. Просто я не могу разорваться сразу на четыре фронта.

Кстати, касательно сухопутных войн, единственным проблематичным фронтом стала граница с Великим Северным Союзом. Там всё сыпалось, точно карточный домик. И после проверки в этой части я намеревался отправиться туда.

На севере не было потерь с нашей стороны. Как бы парадоксально ни звучало, но именно в этом и заключалась вся проблема. Я велел своим людям ни в коем случае не стоять до конца, отходить при угрозе их жизни и здоровью.

На этот фронт у меня тоже имелись свои грандиозные планы. Но для их осуществления требовалось выждать определённое время. Поэтому я и предложил свои бойцам такую тактику. Этого хватит, чтобы просто потянуть время до нужного момента. Чтобы всё не обвалилось окончательно до тех пор, когда можно будет действовать.

Об этом я размышлял, попутно здороваясь с местными военачальниками, которых встречал в штабе управления. Но выйти из здания даже не успел, как телефон пиликнул сообщением. Звук у меня стоял только на срочные сведения. И все знали, что этой функцией стоит пользоваться только в крайнем случае.

Потому я незамедлительно достал телефон.

«Не могу дозвониться. Связь глючит», — пришло сообщение от сестры.

Хм, странно. И даже удивительно. Чтобы спутниковая и артефактная связь вдруг начали глючить? Никогда такого не было.

Я спешно набрал номер Анастасии, и она сразу ответила.

— Фух! Ты все-таки перезвонил, — сразу сказала она с явным облегчением. — У меня срочные новости. В СМС не решилась написать. На дворец напали!

Связь была защищённой. Но Анастасия права — сообщения менее защищены. И лучше перестраховаться в этом вопросе.

— В смысле напали? — мне сложно было в это поверить. — Кто посмел?

Анастасия проговорила что-то невнятное. Её голос напрочь заглушили помехи. И связь отключилась. Что за чёрт⁈

— Ваше Императорское Величество! — позади раздался голос Кутузова.

Он перемещался между частями вместе со мной. И недавно отходил, чтобы проверить состояние местных складов. Сейчас он выглядел взвинченным и озадаченным явно не из-за недостачи боеприпасов.

— Что случилось во дворце? — сразу спросил я.

Не успел Кутузов ответить, как телефон снова зазвонил. На этот раз со мной хотел связаться Сергей Захарович Лаврентьев. Но только я нажал на принятие вызова, как связь снова оборвалась.

Не нравится мне всё это…

— Нападение, Ваше Императорское Величество! — спешно начал Кутузов.

— Серьёзно? Там же стоит защита. Город защищён Оком Императора.

Но, судя по всему, даже эта артефактная установка оказалась не всесильной. Что ж, такое часто бывает. Поэтому я не рассчитывал, что Око Императора может защитить столицу абсолютно от всего.

Осталось выяснить, что именно смогло пройти через сложную и надёжную защиту установки.

Снова звонок. Служба безопасности. Но связь оборвалась ещё до того, как я нажал на принятие вызова.

— Мой император, мне не удалось получить конкретные сведения. Думаю, нам надо срочно возвращаться, — быстро проговорил Кутузов. — Не всё так просто, если нам специально глушат связь. Наверняка хотят оттянуть момент, когда вы всё узнаете.

— Ты прав, — кивнул я, уже не обращая внимания на очередной звонок.

Открыл портал, и мы с Кутузовым прошли через него. Вышли возле дворца… и я на миг обомлел от увиденного. Кулаки сжались от злости.

В небе над столицей царил полный хаос и беспредел. Из множества открытых порталов на парашютах сбрасывалась бронетехника. Очень много танков новейшего образца. Солдаты с сильными барьерами. Видимо, у каждого было по артефакту. Тот, кто организовал эту операцию, хорошо подготовился. И потратился.

Средства ПВО работали на полную мощность. Но в половине случаев им мешали барьеры. Техника с людьми в большинстве своём долетали до земли. Впервые вижу в этом мире парашюты, которые не может поразить ракета!

— Вот и сделали свой ход аристократы из сопротивления, — сказал я Кутузову, который с выпученными глазами смотрел на происходящее. — А также два моих старших брата.

Осмотревшись, я понял одну важную вещь:

— Силы врага над всем городом. Не только над дворцом.

— Что прикажете делать, Ваше Императорское Величество? — спешно спросил Кутузов.

— Бери всех, кого сможешь найти, и вступайте в бой.

— Слушаюсь, мой император!

В моей руке материализовался теневой клинок. Я тоже не собирался сидеть в стороне, пока мои люди обороняют дворец. Там сражение уже вовсю велось — это было очевидно по доносящимся звукам. А вот в самом городе боевые действия только скоро начнутся.

Враги открыли порталы очень высоко. До туда средства ПВО не дотянутся. А как было бы хорошо отправить в порталы парочку ракет!

Войска противника постепенно опускались на парашютах. По сведениям разведки, данные которой до меня дошли, только стоило оказаться возле дворца, численность армии врага — восемьдесят-сто тысяч человек. Немыслимое число для одного города! Да у меня самого в столице столько военных не наберётся — все разбросаны на четыре разных фронта.

Однако и эту ситуацию придётся решать. Очень срочно!

— Алина! — позвал я, когда Кутузов удалился выполнять указание.

— Я здесь, господин! — она вышла из моей тени и тотчас встала по стойке смирно.

— Слушай мой приказ. Бери свободных теней и удерживайте дворец. Любой ценой. Он не должен достаться врагу ни при каких обстоятельствах! Там таится слишком много секретов Российской империи. Мы не можем их потерять.

— Поняла, — хищно улыбнулась она, и в руке девушки материализовался теневой молот. Огромный — не меньше самой Алины.

— Иди, — кивнул я.

Девушка спешно скрылась в тени.

А у меня снова зазвонил телефон. На этот раз Соломонов.

— Ваше Императорское Величество, я всё знаю. Мои бойцы готовы к переброске!

— Понял, — ответил я и тут же открыл портал.

Из него ровными рядами стали выходить люди Соломонова. А у него самого гвардия была немаленькая. Плюс он согнал сюда рекрутов, которые почти закончили своё обучение у него.

Бойцы Соломонова по моему приказу отправились в город. И там началось множество локальных сражений.

Я же отправился во дворец. Сразу на входе наткнулся на отряд вражеских солдат. Пока они не успели меня заметить, нырнул в тень.

Вышел за спиной у ближайшего. Воткнул ему в спину теневой клинок. Мужчина с хрипом повалился на землю, а я уже снова скрылся в тени.

В отряде было около тридцати человек, с которыми я расправился. И только потом смог попасть во дворец.

Это была лишь первая группа. Разведка. Основные силы врага только собирались возле ворот дворца. И скоро начнётся штурм.

Я переместился в кабинет сестры через несколько теневых прыжков. Она вздрогнула при виде меня.

— Фух, это ты, — выдохнула она.

— Врагов ждала? — уточнил я, присаживаясь на диван.

— Да, испугалась, что меня пришли схватить.

— Не переживай, сейчас тебя охраняют целых три тени.

Анастасия выпучила глаза. Обычно её охраняла всего одна служанка. Но сейчас я решил усилить защиту своих близких. Ради этого даже снял некоторых теней с других заданий. Сейчас нужно правильно расставлять приоритеты.

— Времени мало. Организуй мне трансляцию на весь город, — сказал я.

Знаю, что у сестры есть такая возможность.

— Сейчас, сейчас, — проговорила она, доставая артефактную камеру.

Она была настроена на трансляцию в настоящем времени на всех каналах и даже на рекламных щитах. Везде, где используются артефактные экраны и мониторы с выходом в сеть или с доступом к телевидению.

— Готово! — сообщила сестра, и я поднялся.

Поправил мундир и встал напротив герба Российской империи. Подойдёт для фона. Сейчас нет времени выбирать что получше.

— Дорогие жители столицы, — начал я обращение с серьёзным тоном. — Сейчас каждому из вас главное — не паниковать. Собирайте документы и идите в ближайшее убежище. Бункеров по городу достаточно — места хватит всем. Будьте организованы, от этого зависит ваша жизнь. Часть аристократов решила предать присягу короне и императору. Они выступили против нас. Мы выстоим, даю вам слово императора Российской империи. Дайте мне всего три дня, и я решу этот вопрос.

Трансляция завершилась. А в моей руке вновь появился теневой клинок. Пора показать врагам, что они совершили очень большую ошибку, когда решили сунуться во дворец.

* * *

Вокруг Фёдора и Григория Романова собрались все их союзники. Впервые они увидели всю коалицию в сборе. Около сорока человек расселись за длинным столом и смотрели прямую трансляцию из дворца.

— Три дня, — рассмеялся Евгений Казанский — сын князя. — Дмитрий даже не представляет, что его ждёт!

Все дружно подхватили его смех. Сами братья Романовы были на седьмом небе от счастья. Наконец-то этот момент настал! Они свергнут своего никчёмного братца с трона и сами станут императорами!

Григорий не мог дождаться этого момента. У него внутри всё бурлило от предвкушения. Скоро он сам сможет водрузить на свою голову легендарную корону Первого Императора. Судя по слухам, в ней столько мощи, что она точно должна уцелеть после взрыва. А уж отреставрировать её от незначительных повреждений не проблема.

— Мы собрали армию в триста тысяч солдат, — усмехнулся граф Летов.

Впервые Григорий видел этого старика в таком приподнятом настроении.

— Сто тысяч — это только первый этап, — кивнул Фёдор Романов.

Он один из немногих оставался хмурым. Не нравилось Фёдору, что союзники не позволили ему лично руководить боевыми действиями. Да что там! Даже принять участие не разрешили! А потому, как Фёдор сказал Григорию, он чувствовал себя ребёнком, у которого отняли его любимую конфету.

— Не говоря уже про наёмников из других стран, с которыми мы договорились, — добавил князь Воронов.

Он недавно прилетел вместе со всей своей семьёй. Князь предпочёл оказаться подальше от столицы, пока там идут боевые действия. А управлять ими можно хоть с Дальнего Востока, что они сейчас и делали.

Как ни крути, но именно в поместье графа Летова сейчас было безопаснее всего для членов коалиции. Сюда привезли новую усовершенствованную систему против мастеров порталов. И против Ока Императора.

— Меня больше удивило, как вы смогли договориться с другими странами о предоставлении нам мастеров порталов, — широко улыбнулся Григорий Романов.

Особенно его шокировали британцы. Григорий и другие союзники не предполагали, что у них настолько мощные Одарённые. К тому же ради этой операции британцам пришлось рассекретить двенадцать мастеров порталов!

— Уметь надо, — уклончиво ответил Воронов.

— Но откуда у британцев столько портальщиков? — никак не мог понять Григорий Романов. — Ещё и персы нам двадцать предоставили. Но мы уже догадываемся, откуда они у них.

Григорию начало казаться, что мастера порталов не такие уж и редкие, как принято считать. Иначе бы для свержения Дмитрия Романова не предоставили такое количество!

— Ну, шестеро портальщиков из Британии имеют русское происхождение, — ответил князь Воронов.

Услышав это, все присутствующие выказали удивление. Кто-то широко распахнул глаза. Кто-то раскрыл рот. Кого-то и вовсе выдавали лишь расширившиеся зрачки.

К этому времени Дмитрий Романов закончил свою речь, и трансляция завершилась. На экране вновь появилась карта столицы с намеченной тактикой захвата.

— Давайте поднажмём, — Григорий хлопнул в ладоши.

Сегодняшний день для него был как праздник!

— Да, это наш последний шанс, — кивнул его старший брат. — Дмитрий не справится со всем тем, что мы ему подготовили.

— Если император хоть откуда-то заберёт войска, у него рухнет какой-то из фронтов, — оскалился князь Казанский. — А иначе ему нас попросту не победить.

— Переброска занимает много времени. Даже если он решится, — подтвердил один из союзников. — Нам необходимо действовать быстро. Молниеносно!

— Не переживайте, — улыбнулся князь Казанский. — Сейчас Дмитрию Романову будет крайне сложно найти войска для сопротивления нам. У него каждый солдат на счету. Все дивизии выполняют свои задачи, и их непросто будет снять. Даже учитывая потери после этого. Да у него даже флот сейчас идет к берегам Японии.

Григорий улыбнулся. Всего три дня. И его младшего брата не станет. А Григорий сможет получить столь долгожданную власть. И трон. Пусть даже дворец придётся отстраивать заново.

Глава 10

Красильников Сергей Измайлович был командиром танкового звена коалиции, которая была создана для поддержки истинных правителей — Фёдора и Григория Романовых.

Кто именно из старших наследников сядет на трон после захвата столицы, а в частности — императорского дворца, ему было всё равно. Главное, что он выполняет дело, которое у него хорошо получается. И что за это платят приличные деньги. А уж кто их платит — не столь важно.

Парашют Сергея Измайловича раскрылся, и десантника слегка подбросило в воздух. Начался относительно медленный спуск к поверхности. А внизу уже начались всевозможные сражения. Ну ничего, долго столичные войска сопротивляться не смогут. Их слишком мало по сравнению с тем, что подготовила коалиция.

В отличие от своих бойцов, Сергей Измайлович решил спуститься не внутри танка, а на простом парашюте. Сделанным специально для Одарённых, он раскрывался куда ниже, чем обычные парашюты. Под защитой артефакта, создающего мощнейший барьер. Говорят, сам князь Воронов эти барьеры в Австрийской империи заказывал, ещё до того, как там случился государственный переворот.

У Сергея Измайловича было четыреста пятьдесят танков, которые сейчас спускались на парашютах прямиком из порталов. По ним активнее всего стреляли из ПВО, но стандартные ракеты не могли пробить надёжную защиту.

Командир с улыбкой наблюдал за происходящим. Сейчас в его руках сосредоточена огромная мощь! Да такого количества танков точно хватит, чтобы сравнять с землёй всю столицу, а потом еще на Подмосковье топливо останется. Но как бы Сергею Измайловичу не хотелось пойти в разнос, он был обязан выполнять приказ.

Здесь за ним и его бойцами пристально следят, и уже не получится действовать так, как в Африке. Когда помимо захваченного поселения они шли грабить и соседние. Конечно, не все, а только те, у кого глаза блестели азартом. Те, кто жаждал нового выплеска адреналина в кровь. Сергей Измайлович был из таких людей. И всячески одобрял подобную инициативу среди бойцов.

Спускающиеся на парашютах танки попутно вели огонь из пулемётов. Куда? Сергей Измайлович сделал вывод, что они просто стреляют туда, где видят движение. Прицеливаться, будучи подвешенным в воздухе, очень сложно. Ещё и отдача от взрыва постоянно меняет траекторию падения.

Большинство выстрелов были в молоко. А даже если пострадает кто-то из гражданских, когда они случайно заденут жилой дом, это всё спишется на прелести войны. Во время захватов городов часто страдают мирные жители, которым не повезло оказаться здесь.

Сергей Измайлович знает очень мало военачальников, которые бы пеклись о состоянии людей, живущих в захваченном городе. Из последних — Дмитрий Романов был из таких. Но такая позиция императора только раздражала командира танковых войск. И сразу захотелось побыстрее свергнуть этого мальчишку с трона!

— Командир! — вызвали его по рации. — Уже половина наших внизу.

— Отлично! — спешно ответил Сергей Измайлович. — Я тоже иду на снижение. Все, кто спустился, идите прямиком ко дворцу. Сносите окружающие здания. Действуем по плану.

— Есть! — ответил помощник, и связь оборвалась.

Командиру оставалось до земли всего-ничего. Как где-то над головой раздался взрыв.

Выругавшись, Сергей Измайлович попытался рассмотреть, что же там произошло. Но его самого чуть не сбило обломками падающего танка.

— Что за чёрт! — прорычал он.

Барьеры должны были выдержать стандартные ракеты…

— Командир, — и снова голос помощника.

— Что? — Сергей Измайлович рявкнул в рацию.

— Враги используют артефактные снаряды в системах ПВО!

Это было плохо. Но не настолько, как показалось на первый взгляд.

— Командир, что делать? — четко спросил помощник. — Артефактная защита против них не работает.

— Отставить панику! — крикнул Сергей Измайлович в рацию, переключившись на канал общей связи со всеми бойцами. — ПВО и артефактных снарядов у врага не так много. Большую часть средств ПВО вовсе направили в Персию! — рассмеялся командир.

Однако взрывов в воздухе становилось всё больше. Системы ПВО в первую очередь сбивали именно танки.

Присмотревшись, Сергей Измайлович понял, что исходят они из разных частей города. Там, на планах, предоставленных коалицией, ПВО не было. Не могли же прислужники императора в такой короткий срок их туда перенести!

Не могли… А значит, император Дмитрий всё это время скрывал дополнительные ракетные установки! И об этом никто не знал!

Сергей Измайлович вновь потянулся к рации, чтобы сообщить об этом начальству. Но не успел…

Раздался новый залп. Артефактная ракета пробила барьер, но не взорвалась. Сергей Измайлович сразу выронил рацию из рук.

Ракета продырявила парашют командира и полетела дальше, пока не врезалась в спускающийся танк.

— Вашу мать! — закричал Сергей Измайлович, стремительно падая вниз.

* * *

Мои враги придумали неплохой план по захвату столицы. Для его осуществления они сделали очень многое. Ведь я сразу приметил в воздухе не только российских солдат. Кто-то из членов коалиции нанял военные отряды из-за рубежа.

Однако в чём смысл столь радикальных действий?

Неужели всё это сделано только для того, чтобы захватить столицу и дворец? Я ведь всегда могу перекинуть часть войск с фронтов с помощью порталов.

А возможно, на то и расчёт. Только мне стоит забрать войска с одного направления, как сразу со стороны врага начнётся мощное наступление. Члены коалиции вполне могут быть в сговоре с персами, австрийцами, северянами и даже японцами.

Скорее всего, враги рассчитывают, что я заберу солдат с персидского и австрийского фронта. С двух направлений, чтобы не оставлять фронт совсем без войск.

Если начнётся нападение сразу и в Персии, и в Австрии, то эти два фронта тяжело будет восстановить. Даже за три дня армии врагов могут сильно оттеснить нас назад. Банально из-за нехватки человеческих ресурсов с нашей стороны.

К сожалению, в этой жизни дар чтения мыслей и намерений я не встречал. Поэтому нельзя сказать со стопроцентной точностью, что задумали враги. Вблизи них нет моих теневых шпионов — они все заняты на других позициях. Сейчас нет возможности отправить кого-то на разведку так далеко, а насколько мне известно, члены коалиции собрались на Дальнем Востоке. Лишних теней у меня попросту нет.

Размышляя о планах врагов, я открывал один портал за другим, стоя на улицах столицы. Нагрузка была колоссальная, а потому я постоянно подпитывался от Кодекса Первого Императора. Благо у этой реликвии почти неиссякаемый запас энергии. Она восполняет её быстрее, чем я трачу на свои нужды.

Через порталы в столицу прибывали разные войска. Всё-таки были помимо фронтовых направлений части, откуда я мог взять людей.

— Ваше Императорское Величество! — отдал воинское приветствие один из командиров. — Сорок третья дивизия Сибирского полка прибыла на защиту столицы!

Только полковник Зарецкий привёл с собой четыре тысячи человек — очень хорошее вложение в оборону города.

— Ваш главнокомандующий — Кутузов, — кивнул я в сторону Святозара, который как раз раздавал указания вновь прибывшим.

— Понял, Ваше Императорское Величество! — отчеканил полковник и направился к Кутузову.

Также многие аристократы Российской империи поняли, что меня так просто не убить. Узнав о случившемся в столице, многие сами позвонили и предложили помощь. Я не стал отказываться — это было бы глупо.

Здесь появились многие мои союзники. И явные, и тайные.

— Ваше Императорское Величество! Барон Погребицкий вместе со своей гвардией к бою готов! — сообщил мой давний знакомый.

— Благодарю, — кивнул я. — Кутузов распределит вас на позиции, — вновь указал я на военачальника.

Всё-таки я не могу выполнять несколько дел одновременно, как бы ни хотелось. Сейчас вся концентрация направлена на поддержание открытыми порталов и подпитку от Кодекса первого Императора. Я не могу ещё и над картой стоять, чтобы всех разогнать по позициям. Кутузов с этим справится не хуже меня.

Мы с бароном Погребицким познакомились, когда мне было двенадцать лет. Отец ездил по делам в Сибирь, а я решил составить ему компанию. Заодно проехался по некоторым небольшим городам.

Жена барона умирала от смертельной болезни. А у меня как раз оказался при себе слабый лекарский дар, как один из временных. Я помог бедняжке исцелиться взамен за верность барона. И с тех пор до самой коронации я его не трогал. После моего восхождения на трон барон Погребицкий, на удивление всех своих соседей, сразу принёс присягу новому императору и короне. А сейчас стал одним из первых, кто вызвался прийти на помощь, когда я в ней нуждался.

— Ваше Императорское Величество! — ко мне подбежал один из столичных военачальников с отчётом.

— Ты с хорошими новостями? — я не сводил взгляда с нового портала, который открывался прямо сейчас.

— Да! Все скрытые средства ПВО активированы! Артефактные ракеты со складов доставлены на позиции! — отчеканил ответственный.

Быстро он выполнил мой приказ.

— Молодец. А теперь следи, чтобы снаряды не заканчивались. Вовремя нужно пополнять со складов.

— Есть! Мы уже распечатали резервный склад. Начинаем доставку!

Я одобрительно кивнул, и мужчина убежал по своим делам. А учитывая, что он ответственный за все ПВО в столице, работы ему предстоит немало.

Эти скрытые средства ПВО я подготовил давно. И в течение долгого времени занимался их разработкой, внедрением и сохранением в тайне. Последнее было сложнее всего. Поскольку эти передовые системы нуждались в обслуживании, а подпускал я туда только самых доверенных людей.

Средства ПВО — весёлые штуки и очень дорогие. Особенно если стреляют артефактными ракетами нового образца. Враги наверняка рассчитывали, что я перевёз все ПВО на фронты. Однако я их столько украл в Австрии, Германии, Персии, Греции, Японии и даже в Испании, что на фронте столичное ПВО было бы уже лишним. Там этих установок и без того с излишком.

Некоторые я правда перевозил в столицу и усиливал свою скрытую систему обороны. Средствам ПВО была нужна небольшая модернизация, после чего они были полностью готовы к работе.

И прямо сейчас по врагам стреляли из всех орудий! А в небе начался дождь из танков! Непередаваемое зрелище.

Выдался небольшой перерыв, поэтому я достал телефон и велел Грозовому отряду вернуться в столицу. Передал им координаты, где должен открыться портал.

И уже через полчаса из моего портала вышел отряд из двенадцати человек. Все загорелые, поскольку долгое время орудовали в Персии. Они там забрали немало жизней наших врагов. Не провалили ни одного выданного им задания! Я бы даже сказал, что эффективность их работы точно такая же, как у моего теневого отряда.

— Ваше Императорское Величество! Грозовой отряд по вашему указанию прибыл, — отдал воинское приветствие командир — граф Грозов Виктор Сергеевич.

— Рад, что у вас получилось прибыть вовремя. Нам с вами предстоит много работы, — со всей серьезностью ответил я.

Высокий мускулистый мужчина возрастом под пятьдесят. Однако благодаря своему сильному дару выглядел он максимум на тридцать. У графа было серьёзное выражение лица — отряд пришел в полной боевой готовности.

До этого они выполняли задание в горах Персии. Грозовой отряд — это ещё один мой проект, как и отряд теней. Только здесь численность Одарённых куда меньше.

Все члены Грозового отряда являются диверсантами. И мастерами своего дела. Они заточены на бои в глубоком тылу и тайном устранении целей. А самое главное, что они все обладают даром управления погодой!

Одарённые со слабейшим даром, какой только можно придумать в этом мире… Но есть нюанс. Очень весомый. Я сам делал им обучающую методичку.

В одном из своих прошлых перерождений мне довелось освоить и управление погодой. На самом деле я старался освоить все дары, какие только можно. Но даже за такое огромное количество перерождений у меня этого не получилось. Часто мне открывался новый и уникальный дар. И я охотно пользовался такими возможностями. Но сейчас не об этом.

В том перерождении я освоил дар управления погодой достаточно хорошо. Так хорошо, чтобы в одиночку встать на пути у целой армии. Не то, чтобы у меня тогда не было своей армии. Как раз была. Но зачем понапрасну тревожить людей, когда врагов можно было снести одним мощным ураганом?

К слову, в том мире магия погоды тоже считалась слабой. И мне пришлось развивать этот дар самостоятельно. Иногда наступать на грабли, которые могли стоить моей жизни. Но результаты тех исследований я применяю даже в этой жизни. Все самые успешные техники и вошли в мою методичку для отряда.

Виктор Сергеевич с распахнутыми глазами смотрел в небо. Увиденное удивило не только его, но и всех остальных членов Грозового отряда.

— Что нам нужно делать, Ваше Императорское Величество? — уточнил Виктор Сергеевич.

— Мне нужно разбавить небо, — сообщил я графу.

Он хищно улыбнулся. Этот человек всем сердцем и душой болел за Российскую империю. И делал всё для ее блага.

Сейчас ему снова выдастся возможность послужить на благо своей Родины. Ведь не так опасны внешние враги, как внутренние. Ни австрийцы, ни персы, ни греки, ни кто-либо ещё не смогли дойти до столицы. А вот местные аристократы смогли. Пришло время приструнить их раз и навсегда. Ибо происходящее уже неслыханная дерзость.

— Готовы? — уточнил я у графа Грозова.

— Работаем, Ваше Императорское Величество!

Члены Грозового отряда направились на указанные позиции. И уже через несколько минут небо озарила целая цепочка молний. Они выстрелили одновременно. Многозубые вилы молний притягивались друг к другу, выстраиваясь в настоящую цепь.

Это напомнило мне сетку, которую ставят для акробатов. Только сегодня цепочка молний напрочь пробила артефактные барьеры спускающихся бойцов. Некоторых даже поджарило. И множество людей попадали вниз.

Небо огласили крики паники и ужаса. А нечего было соваться в столицу, когда вас не звали! На что напоролись, то и получили.

Одарённые начали подготовку ко второму этапу. Над столицей стремительно сгустились чёрные тучи. Поднялся ветер. И началась мощнейшая буря.

Я приказал своим бойцам спрятаться в укрытия. Не хватало ещё, чтобы их унесло. Буря проходила высоко над землёй, но зная, как сложно управлять погодой в одной-определённой точке, лучше перестраховаться. На случай, если буря хотя бы частично опустится на столицу.

Ветер спешно отгонял парашютистов от столицы. Причём как людей, так и тяжелую технику.

Смотря на происходящее, я невольно усмехнулся. Какую-то часть врагов ещё неделями придётся по округам собирать. Сейчас их знатно разбросает.

Очень многие потеряли управление над своими парашютами и полетели кто куда. Главное — не туда, куда им изначально было надо. Нескольких даже обратно в порталы забросило. Вот удивятся на той стороне!

Было приятно наблюдать за тем, как численность вражеской армии стремительно уменьшается прямо на глазах.

Вот из порталов выпрыгнули новые десантники. Их сразу унесло ветром. Только крики были слышны где-то на периферии.

Что ж, здесь я разобрался. Теперь нужно возвращаться ко дворцу. И разобраться с теми, кто уже успел спуститься на землю. Насколько мне известно, враги успели спустить не меньше двухсот танков. И все они сейчас движутся к моему дворцу.

Пора показать всему миру, что бывает с теми, кто решил напасть на столицу Российской империи! Я никогда не стану жалеть тех, кто угрожает жизни моего народа. И за каждого убитого жителя столицы буду отвечать в десять раз яростнее.

Фёдор и Григорий очень скоро пожалеют, что не принесли мне присягу в самом начале.

Глава 11

Я находился в большом зале для совещаний. Алины здесь не было. Она выполняла мой приказ и вместе с тенями сражалась с теми, кто пытался подступить ко дворцу.

Зато здесь находилась Анастасия, Кутузов, все мои министры и столичное военное руководство. Маргарет решила не вмешиваться, она вместе со своей охраной оставалась в своих покоях. Там защита стоит даже на стенах, до неё будет добраться так же трудно, как и до дворцовых хранилищ.

За окном раздавались звуки многочисленных выстрелов и взрывов. Вся столица уже стояла на ушах. Но мне в первую очередь нужно было убедиться, что никто из гражданских не остался в опасности.

— Как обстоит ситуация в городе? — спросил я у всех присутствующих.

Кутузов включил большой монитор, висящий на стене. И сперва показал видео со всех дорог, ведущих в столицу. Сюда практически никто не ехал, кроме добровольного подкрепления от дворян. Там было совсем мало людей, чтобы я открывал для них порталы. Некоторые союзники, живущие поблизости, могли доехать и самостоятельно.

— После прохода танков от дороги ничего не останется, — схватился за голову министр финансов.

Этот человек всегда переживал за казну. Но в том и заключалась его работа. А потому не было поводов его осуждать. Вполне вероятно, что мы потратим годовой бюджет города на восстановление столицы после погрома. Если не больше…

— Это техника барона Нежинского, — прокомментировал Кутузов. — Он пару часов назад связался со мной и предложил помощь. Зная, что он ваш союзник, мой император, я не стал отказываться.

— Правильно сделал. Сейчас нам нужна большая поддержка. И будет лучше, если небольшие отряды подойдут сами.

И даже всех тех, кого я перекинул через порталы, не хватит, чтобы победить армию, собранную коалицией. А если начну перебрасывать небольшие отряды — до двадцати человек, то так все три дня только и буду заниматься переправой. И даже этого не хватит. А потому нужно действовать чуть иначе.

— Первая партия войск врага уже десантировалась. Как вы знаете, танки пытаются пробиться ко дворцу. Благо это дело не быстрое, и большинство граждан успели спрятаться или эвакуироваться, — продолжил Кутузов.

На выезде из города со всех сторон виднелись пробки. Все, у кого была возможность, спешно покидали столицу. Но это лишь малая часть её жителей.

— Убежищ хватило? — поинтересовался я.

— Да, большинство не заполнено и на пятьдесят процентов. Некоторые люди не успевали до них добраться и спускались в подвалы, — ответила сестра, протягивая мне планшет с данными.

Я ознакомился. В режиме реального времени было видно, как укрытия и бункеры заполняются. Туда не переставали прибывать люди.

— Мне кажется, что всё это было не зря, — уверенно заявила сестра.

Поднял на неё вопросительный взгляд, а она продолжила:

— Ты несколько раз проводил учения. По ложной тревоге людям было необходимо добраться до убежищ. Думаю, только поэтому граждане сейчас так организованы.

— Другие службы тоже готовились к подобному, — добавил Сергей Захарович Лаврентьев. — Благодаря вашему приказу, Дмитрий Алексеевич, сейчас все знают, как действовать.

Когда началась первая война, я отдавал подобные указы. Учения должны были пройти не только в столице, но и во всех приграничных городах.

Конечно, мы не могли рассчитывать на то, что кто-то из врагов доберётся до города. Наоборот, всеми силами пытались это предотвратить. Но у Многомерной Вселенной очень часто свои планы. Поэтому лучше быть подготовленными ко всему. Я так рассудил в самом начале своего правления и велел подготовить граждан Российской империи к некоторым неожиданностям. Сейчас один из таких указов сыграл нам на руку.

— Ваше Императорское Величество! — обратился ко мне генерал Камышев Сергей Васильевич. — На Преображенской улице проблемы!

Это была одна из улиц в центре города.

— Сейчас враги пытаются пробиться к главному филиалу Имперского банка имени Романовых, — с придыханием закончил он.

Я откинулся на спинку стула и задумался. В принципе, находящиеся там деньги нам не нужны. Главная сокровищница находится во дворце, и туда враги не доберутся без допуска. Даже если очень захотят. По сравнению с ней филиал Имперского банка — это мелочь.

Да и врагам нашим эти деньги не нужны. Они также всё прекрасно понимают. Их цель — это скорее подорвать здание банка и посеять панику среди людей.

Сейчас выстрелы и взрывы в городе доносились разрозненно, в разных частях. Но если враги затронут такое огромное здание в центре, то последствий не избежать.

В этом банке находятся накопления очень многих людей. А как известно, государством застрахована лишь малая их часть. Многие, кто копил на машину или дом, считая этот банк надёжным, скоро лишатся своих средств. А это уже плохо.

Само здание Имперского банка имени Романовых очень хорошо защищено. Его строительство организовывал один из моих предков-императоров. В своё время там заложили очень мощную защиту. И каждый год её проверяли и обновляли, вплоть до сегодняшнего дня.

Но к Имперскому банку идут отнюдь не слабые Одарённые. Всё происходящее отобразилось на мониторе. Вокруг здания собралось много людей. Шла ожесточённая битва.

— Ваше Императорское Величество! Что прикажете? — спросил Кутузов.

Я поднялся и поправил свой мундир. Со всей серьёзностью ответил:

— Я лично отправлюсь туда.

— Но это же безрассудство! — всплеснула руками Анастасия. — Мы не можем подвергать опасности правителя целой страны. Уж лучше я пойду.

— Нет, — отрезал я, и сестра слегка успокоилась.

В ней чувствовалось напряжение. Словно она опасалась потерять меня во время штурма столицы. Ведь иначе, по её мнению, она должна будет занять моё место.

Раньше Анастасия следила за войнами на значительном расстоянии. Никогда не совалась в самое пекло. Сейчас же, независимо от её воли, она оказалась в гуще происходящего. Это вызывало сильные эмоции. Слегка затуманило разум.

— Тебе не о чем переживать, — подошёл к ней и положил руку на плечо. Сестра слегка расслабилась. — Если я сказал, что со всем разберусь, то так и будет.

— Прости. Мне не следовало сомневаться в твоих словах. Я же знаю это… Ты один из немногих людей в Российской империи, кто всегда держит своё слово.

Ей было непросто это сказать. Признать ошибку на глазах у всех людей.

— Желаю тебе удачи, брат, — искренне добавила она.

Я кивнул. Вышел в коридор. А затем нырнул в тень.

Следовало поторопиться. Иначе события этих дней оставят неизгладимый отпечаток на душе у каждого жителя столицы.

* * *

В одном из бункеров спального района столицы Российской империи собралось более пятисот человек. Среди них находилась и семья Смирновых. Молодая пара, обоим около тридцати лет. Михаил Смирнов держал на руках четырёхлетнего сына Никиту. А его жена Светлана была с грудным ребёнком на руках.

Как только Смирновы увидели обращение императора, они сразу же отправились в бункер, который находился на соседней улице от их многоквартирного дома. Они не были дворянами. Обычные граждане. Михаил Смирнов вовсе трудился на текстильном предприятии, жена сидела в декрете.

Семья мечтала о большом доме, чтобы у каждого из детей была своя комната и им не приходилось ютиться в двушке.

— Мне страшно, — шепнула на ухо Михаилу его жена.

— Не переживай. Здесь нас не тронут, — он поцеловал её в лоб.

Сам Михаил переживал не меньше, но этого не показывал. Жена должна видеть в нём сильного человека. Защитника, за которого она и выходила замуж.

— Папа, а мы надолго тут? — спросил Никита, прижимая к себе небольшую игрушечную машинку. Без неё он отказывался уходить из дома.

— Не знаю, сынок. Наверное, на пару-тройку дней. Император же сказал, что разберётся за три дня, — улыбнулся сыну Михаил.

Сейчас было главное — сохранять спокойствие и трезвый ум. Только тогда они смогут сориентироваться, если случится что-то непредвиденное… А учитывая, какой неожиданностью стало само нападение на столицу, Михаил уже был морально готов к чему угодно. Хоть к апокалипсису.

— А он сможет? — Никита поднял на отца взгляд своих больших голубых глаз.

— Сможет. Наш император — это человек, который никогда не нарушает своих обещаний. Доверимся ему.

По крайней мере, за своё недолгое правление Дмитрий Романов сделал почти всё, что обещал. Остальное было в процессе.

На стене включился телевизор, где показывали новости.

— Император Дмитрий Романов принял решение участвовать в сражениях, происходящих в городе, — с экрана вещала миловидная брюнетка. — Сейчас он вместе со своей гвардией отправляется к столичному филиалу Имперского банка имени Романовых, возле которого ведутся бои.

Михаил слушал с придыханием. Он искренне надеялся услышать хорошие новости. Но был готов и к плохим.

— Это конец, — донесся обречённый голос женщины из толпы.

— Не пори чушь. Мирное население никто трогать не будет, — хмыкнул стоящий рядом с ней мужчина.

— Да глупости это всё! — подал голос один из стариков. — Вот нам показывают, что император принимает участие. Они там его рядышком поснимают или вовсе клона в сражении покажут. Император никогда не станет собой рисковать.

— А мне кажется, император справится с нападением, — возразил ему басовитый голос мужчины с другого конца бункера. — Справился с войнами. Вон как врагов побеждает! Справится и с нашей аристократией!

Мнения сильно разделились. Такова уж природа людей. Кто-то разочаровался в жизни и привык везде искать подвох. Кто-то ждал только плохого, не веря, что и в его жизни может случиться счастье.

Михаила жизнь тоже потрепала, но не сильно. Всё наладилось, когда он встретил Светлану и построил с ней семью. Она стала для него лучом солнца в самый тёмный день.

Михаил навсегда запомнил, что даже после самой чёрной ночи… всегда наступает рассвет.

И многие в этом бункере разделяли его убеждения. Они смотрели в экраны и надеялись на лучшее. Ведь именно надежда даёт нам силы в самые сложные моменты жизни.

По телевизору начали показывать, как враги прорвались в Имперский банк. Направились к главному денежному хранилищу, находящемуся в отдельном охраняемом корпусе.

— Плакали мои денежки, — всплакнула женщина, стоящая перед Михаилом.

Его накопления тоже были в том банке. Как и у большинства жителей столицы.

Но Михаил понимал, что деньги — это всего лишь средство для достижения целей. Он понимал, что может потерять все, что упорно откладывал четыре года. Но для него было главным, что жена и дети рядом. Что они в безопасности.

— Эх. Зря я пенсию вчера не сняла, — посетовала одна из старух.

Михаил продолжил наблюдать за происходящим на экране. Враги прорвались к самому хранилищу. Но у входа их встретил Дмитрий Романов со своей гвардией во главе со Святозаром Разумовским — героем многих войн.

Видя серьёзное лицо императора, Михаил почему-то перестал в нём сомневаться. Словно вокруг этого человека была аура полной уверенности.

— Неужели он правда лично пришёл? — ахнула одна из дам.

— На двойника не похоже, — словно эксперт, прокомментировал старик. — Да даже клонами так не рискуют!

— Император лично пришёл отбивать наши деньги, — улыбнулась Светлана.

Впервые с начала нападения он увидел улыбку жены.

— Ура! — провозгласил кто-то в толпе.

— Ура! Ура! — подхватили другие люди.

Бункер наполнился радостными эмоциями. Михаил почувствовал резкий контраст с тем настроением, что царило здесь пару часов назад. И тоже улыбнулся.

— Может, не стоило ему идти? Если целый император погибнет, то всему конец! — продолжил свои причитания старик.

— Мы верим в него! — ответили ему в толпе.

Все понимали, на какой риск пошёл Дмитрий Романов. И ради чего? Ради денег простых граждан. Дворяне обычно хранят свою казну в других местах.

Михаил невольно восхитился человеком по ту сторону экрана. И искренне пожелал императору удачи. Ведь с таким правителем Российской империи точно ничего не страшно. Дмитрий Романов встанет вперёд и постоит за всех своих жителей!

* * *

Александр Витальевич Якубский являлся сыном главы влиятельного графского рода. Его отец входил в коалицию против императора Дмитрия Романова.

Александр Витальевич всю сознательную жизнь занимался военным ремеслом. Стал отнюдь не слабым Одарённым. Отец заметил достижения сына, а потому сегодня именно Александр руководил штурмом Имперского банка. Он намеревался во что бы то ни стало выполнить свою цель.

Якубский вёл к зданию банка большой отряд солдат и Одарённых. По пути они встретили сильное сопротивление. Но смогли отбиться от всех, встреченных на дороге.

Они успешно вошли на территорию Имперского банка. Первой целью было денежное хранилище.

Однако подойдя к нужному корпусу, отряд во главе с Якубским остановился. Он сразу узнал гвардейцев, но не мог поверить, кто их возглавляет.

Александр Витальевич присмотрелся. И сомнений больше не осталось. Перед ним стоял сам император Российский империи!

— Да ладно? Так бывает? — обернулся Александр Витальевич к своему помощнику.

— Видимо, да, — кивнул мужчина и ухмыльнулся. — Никаких сомнений. Это император.

— Вот нам подфартило, — потёр ладони глава отряда. — Кажется, штурм города закончится куда раньше, чем мы думали.

Для этого надо всего лишь уничтожить Дмитрия Романова. У него гораздо меньше бойцов, так что и проблем с этим возникнуть не должно.

Александр Витальевич так обрадовался, что не заметил, как изменилось настроение его помощника. Ухмылка пропала с лица мужчины. Он неверящим взором смотрел на Дмитрия Романова.

— Господин, нужно отступать, — настойчиво сказал он командиру. — Это не человек…

— А кто? Клон? — такой вариант нельзя было отрицать.

Возможно, сюда отправили клона или иллюзию, чтобы показать народу, какой хороший император — участвует в сражениях сам!

— Нет, этих я бы почувствовал сразу. Это настоящий император. У него сила множеств… — помощник сглотнул. — Так… так не бывает.

Было видно, что он по-настоящему испугался. Александр Витальевич пока конкретно не понимал — чего. Но даже так он не мог позволить себе отступить!

Помощник Александра имел дар просвещения. Он мог видеть силу и энергию других Одарённых. С его помощью отряд всегда знал, какого толка нападения стоит ожидать от врагов.

Якубского смутило это предостережение. Однако шанс убить императора казался слишком заманчивым. Новый правитель никогда не забудет, кто именно привёл его к трону. И Александр Витальевич может рассчитывать на высокую должность при дворе.

— Нападаем! — отдал он приказ.

И отряд вступил в бой с гвардейцами императора. Александр Витальевич сразу же увидел, как теневой клинок императора пронзил шею его помощника.

Но если бы глава отряда отвлекался на такие мелочи, он бы никогда не стал предводителем.

Кто-то из гвардейцев направил в Якубского воздушный серп. Но Александр Витальевич вовремя успел прикрыться щитом. Началась такая суматоха, что он даже не увидел нападавшего.

Пришлось атаковать первого попавшегося гвардейца. Александр Витальевич использовал технику всепоглощающего пламени и направил её в спину одного из гвардейцев.

Но не успел огонь добраться до цели, как между командиром отряда и его жертвой встал капитан гвардии. Он лишь поднял руку. И огненная техника разбилась о тонкий водяной щит.

— Как? Это же смертоносная техника, — пробормотал Александр Витальевич, не понимая, что происходит.

Новую атаку он подготовить не успел. Пол под ногами задрожал. Прорвало трубы!

И вода сформировалась в мощную волну. Которая отбросила Александра Витальевича к стене!

Он едва не захлебнулся… Энергетические доспехи пробило, и сейчас командир отряда чувствовал себя так, будто на нём только что плясала целая рота.

Когда Александр Витальевич поднялся, то осознал, что уже восемьдесят процентов его отряда убито… А император Дмитрий Романов как стоял, так и стоит с невозмутимым видом. Совершенно спокойный.

— А вы чего не подходите? Устали? — спросил у оставшихся император.

Александр Витальевич сразу осознал, что это конец… Но как это возможно? Даже за пару минут схватки командир отряда увидел, что Дмитрий Романов использовал более двадцати даров!

Да кто он вообще такой?

Стоило Александру Витальевичу только моргнуть, как император оказался напротив него. Улыбнулся… и глава отряда не успел ничего сделать. Даже рук поднять.

Лезвие теневого клинка пронзило его сердце. Так легко, словно нож растаявшее масло.

— Кто ты… — прохрипел Александр Витальевич, падая на пол.

Но ответа он уже не услышал…

Глава 12

Сражение у главного здания Имперского банка завершилось успешно. Не скажу, что я сильно устал, но со стороны явно выглядел слегка побитым. На лице кровь, причём не моя. Мундир испорчен и подпалён. Однако обошлось без травм. С самого начала захвата города заработал себе несколько царапин, не более.

Хорошо, что у меня устойчивая психика. И я умею сохранять холодный разум в любых ситуациях. Во многом это благодаря дару Императора. Постепенно я открываю его новые грани и встраиваю в саму структуру своей души. Это очень хорошо влияет на память и скорость обработки данных. Например, во время тяжёлых переговоров я могу провести длинную цепочку рассуждений у себя в голове, а для оппонента это будет лишь мгновением. Для него это выглядит так, словно я сразу отвечаю на сложный вопрос, даже не обдумав. Кстати, это одна из причин, почему многие считают меня безумцем.

Но всему виной банальное умение думать. Если размышлять и задавать нужные вопросы самому себе, анализировать, то легко можно приходить к не самым очевидным выводам.

Почему я об этом вспомнил? Это очень помогает, когда стоишь в центре города и смотришь на горы трупов. Неподготовленного человека такая картина могла бы вовсе сломить. Но не меня.

Как-то раз в одном из своих перерождений я остался один на целой планете благодаря дару Императора. Тот мир хотели захватить вторженцы… Они и отравили атмосферу целой планеты.

Тогда я просто проснулся ранним утром и вскоре понял, что остался один. А человеческие тела были повсюду. Куда бы я ни пошёл, запах смерти преследовал меня.

Но всё изменилось, когда через межмировые порталы пришли захватчики. Я смог уничтожить первых переселенцев. И вторых… и даже десятую группу. Но в одиннадцатой пришли слишком сильные Одарённые. С даром, способным уничтожать целые планеты.

Тогда я и погиб. Но с чистой совестью, зная, что сполна отомстил за своих людей. Целую планету захватчиков, конечно, не убил. Но на несколько миллионов их ряды за несколько лет проредил. Я один долгое время не давал им переселиться на свою планету. Однако даже после смерти я не понял, кем были те, кто смог меня убить.

Если сравнить эти случаи, то происходящее сейчас — сущая мелочь. Но тогда почему на душе так грустно? Почему в душе разгорается злость? Потому что здесь умирают не только враги, но и мои люди…

Об это я думал, смотря на тело одного из своих гвардейцев. Андрей Шарапов. Новобранец. Он показывал невероятный потенциал, но до конца Кутузов его ещё не обучил. А из-за нехватки людей мы не могли оставить новичков в казарме.

У меня сжались кулаки. Каждая война уносит жизни… Но сейчас это ощущается больнее всего. Почему? Нас предали свои же. Фёдор и Григорий уничтожают собственный народ! И ведь уроды гордятся этим! Такие жалкие люди готовы на всё… ради власти. Но они её не получат. Пока я стою на этой земле.

— Ваше Императорское Величество! — подбежал ко мне Кутузов. — У нас пятеро раненых, которых нужно срочно доставить лекарям. Ещё у девятерых незначительные травмы.

— Отправляем всех в лазарет, — отдал я указание и поднял руку. Открыл портал.

В него сразу же на армейских носилках, которые были у отряда с собой, перенесли одного из раненых гвардейцев. Из его живота торчал клинок, который предусмотрительно не стали вытаскивать без лекарей. Иначе откроется сильное кровотечение, которое мы не сможем остановить самостоятельно. Разве что я лекарский дар в солдата вложу. И то не факт, что он успеет слиться с магическим источником до того, как человек истечёт кровью.

Я поддерживал портал, пока туда заносили раненых. Гвардейцы хорошо проинструктированы на этот счёт и уже сами распределяли своих по значимости повреждений. Первыми в портал шли тяжело раненые. Те, кому нужно оказать помощь как можно скорее.

— Куда вражескую технику? — поинтересовался Кутузов, указывая на горящие танки.

Ничего целого у врага не осталось. А возиться с повреждёнными трофеями сейчас времени нет.

— Алина, — негромко позвал я.

Девушка появилась из тени Кутузова и широко мне улыбнулась. Весь её костюм был испачкан кровью, хотя на чёрном это было не особо заметно.

— Как успехи? — сперва спросил я у неё.

— Не даём врагам прорваться ко дворцу. К ним постоянно приходит подкрепление, поэтому пока не закончили. Но сейчас, судя по всему, они отошли на перегруппировку.

Алина хищно улыбнулась, предвкушая новое сражение.

— Спрячь технику, — кивнул я на горящий танк.

— Конечно, господин!

Она вприпрыжку направилась к танку. Коснулась машины, и её обволокло чернотой. Через миг огромный танк провалился в тень.

То же самое она проделала с другой техникой противника. Нельзя, чтобы они её забрали.

Алина справилась со всем минут за пятнадцать, и я отпустил её обратно. Раз уж ей так не терпится навалять ещё кому-нибудь из врагов. Что ж, сегодня она может даже не сдерживаться.

Я продолжал наблюдать. И мне не нравилась картина, царившая в городе. Сражения. Ранения. Смерти. Поднимающийся вверх дым от пожаров… И это город, который мне дорог.

Сегодня погибали многие… Но стоило ли это того? С обеих сторон потери были значительные, но никакого результата. Враги всё ещё в столице… где им не место.

Вот правду говорят, что люди умирают ради денег. И чаще всего это пустая трата жизней.

Всё это мне совершенно не нравится. И даже подбешивает. Ведь убиваю я не тех, кто вторгся в Российскую империю, а желающих проникнуть сюда великое множество, а самих же имперцев… Своих! Но в то же время предателей, решивших устроить мятеж.

Причём можно считать, что у них это успешно получилось. Особенно если учитывать, что сейчас вся столица в боях. А невинные люди прячутся, боясь высунуть нос из убежища.

Собранную врагами армию отправить бы в Австрию или Персию. Она бы сильно повлияла на исход войны. Она бы перевернула весь расклад сил. Стала бы нашим неожиданным козырем, от которого врагам уже не отмахнуться.

Поэтому у Российской империи сейчас возникла проблема. По факту сейчас мы удерживаем приграничные земли малым количеством солдат. В идеале их надо гораздо больше.

Кстати, даже сейчас в Российской империи остались аристократы, которые просто наблюдают за происходящим. Они не понимают, что время, когда можно было сохранять нейтралитет, давно закончилось. И будь у меня больше рук, я бы уже до них дотянулся. Но каждый раз, когда хочу это сделать, возникают более серьёзные проблемы. Вот, например, нападение на город.

В Северске вовсе аристократы вдохновились происходящими событиями и тоже решили поднять мятеж! Как итог, в этом северном городке тоже начались боевые действия… Решили спихнуть власть, устроить переворот и захватить город. Аристократы решили, что хотят привести в Северск законную власть. И почему из-за этого должны страдать обычные жители города? А по их мнению, законная власть — это Григорий, Фёдор и собранная ими коалиция.

Северск — городок небольшой, но аристократия там слишком дерзкая. Я не стал с ними церемониться. Как только мне доложили о происходящем, отправил туда один гренадерский отряд. Люди там достаточно жёсткие.

Плюс я предоставил им поддержку из четырёх теней. Да, они бы пригодились и здесь, но в то же самое время я не собираюсь идти на поводу у всякой мелочи и отдавать им хоть какой-то город. Хотя здесь дело даже не в городе… а в человеческих жизнях. Ведь в Северске сидят многие доверенные и преданные мне люди.

Если сидящие у власти сдадут город, то там сразу произойдёт полная зачистка. Моих союзников и подчинённых ни за что не оставят в живых. Этого я ни за что не допущу!

Будь на моём месте Григорий или Фёдор, они бы легко пожертвовали одним городом на время. Рассудили бы, что потом его будет легко отбить. Но я не собираюсь идти по такой дороге.

Лучше я сам вместо гренадёрского отряда поработаю в столице, пока они заняты в Северске. Так у меня получится сохранить больше жизней.

Я поднял взгляд вверх. Порталы над городом вообще не закрывались. На поддержание такого количества должна тратиться прорва энергии, и непонятно, откуда враги её берут. Хотя, возможно, они накупили каких-нибудь австрийских кристаллов-накопителей. Или придумали другой способ, ведь это сложная, но вполне решаемая задача.

Порталы не только не закрывались, а ещё постоянно открывались новые! К Фёдору и Григорию присоединялись новые силы. Судя по эмблемам на технике, это были бойцы из разных вражеских стран. Видимо, тоже вдохновились происходящим. Решили не жалеть сил, чтобы свергнуть меня…

Ну ничего, я их всех уничтожу.

* * *

После сражения у Имперского банка Святозар Разумовский по прозвищу Кутузов отправился на центральную площадь по приказу своего императора.

Сражений в городе происходило много, поэтому самые сильные бойцы были рассредоточены, чтобы помочь большему количеству солдат. Если бы все сильные Одарённые находились в одном отряде, эффективность продвижения была бы разы меньше. Кутузов эту тактику понимал и одобрял.

Святозар вступил в сражение на площади. Здесь ещё до его прихода творился полный хаос. С неба продолжали падать люди и техника, от которых имперцы и пытались отбиваться.

Враги сбились в отряды. А вот имперских солдат здесь было немного. Но так было сделано специально. Зачем сюда много народу, если есть Кутузов? Он и сам так считал. Ни к чему солдатам мешаться под ногами и лишний раз подвергать свою жизнь опасности.

Земля задрожала. Проложенные под землёй трубы лопнули. Вода вырвалась наружу, точно здесь прорезались гейзеры.

Кутузов улыбнулся. Его родная стихия… Она была повсюду. Она придавала ему сил.

Один из отрядов врага он просто накрыл водяным куполом. Захватил и горящий рядом танк. Вся испаряющаяся вода быстро восполнялась из окружающей среды. И как бы враги ни пытались, у них не получалось прорваться. За пару минут они просто задохнулись угарным газом. Только тогда Кутузов снял купол.

Наблюдая за этим отрядом, Кутузов попутно сражался с другим. Водяные копья летели одно за другим. А водные лезвия были столь мощными, что могли перерезать вражеский танк пополам.

Кутузов двигался быстро, уничтожая врагов один за другим. А иногда и целыми группами.

Крики боли и отчаяния заполнили площадь. Сюда пришла в гости сама смерть. И Кутузов охотно подбрасывал ей новые подношения.

А вот членов нового отряда Кутузов узнал. Люди вышли на площадь и встали перед ним.

Во главе врагов стоял Афанасий Гаврилович Разумовский. Родственник, черт побери!

Пятьдесят три года, хотя выглядел он максимум на тридцать. Отличительной чертой было отсутствие двух пальцев на правой руке. Травма после одной из военных операций, на которой присутствовал и сам Святозар. Забавно, но тогда он считал Афанасия для себя хорошим примером. Сейчас же этот человек вызывал у Святозара лишь раздражение и гнев. За предательство Родины! За то, что его род предал не только страну, но и самого Святозара.

Афанасий Гаврилович служил в гвардии отца Кутузова. И сейчас смотрел на Святозара со злобной ухмылкой.

— Вот так встреча! — картинно обрадовался он.

Кутузов промолчал. Лишь сжал кулаки, готовясь к следующей атаке.

— Я всегда знал, что ты бестолочь! — выпалил Афанасий Гаврилович. — Даже умереть толком не смог! Ты хоть понимаешь, что подставил весь род⁈ Твоя смерть дала нам невероятные преимущества. А твое воскрешение опустило Разумовских ещё ниже, чем мы были до этого!

Это заявление вызвало злобные реакции у всех членов отряда Афанасия. Все они хотели поквитаться с Кутузовым.

— Вот почему я никогда не хотел служить таким, как ты! — прорычал Афанасий Гаврилович. — Твой отец умеет принимать сложные решения на благо рода, а ты нет! И ты за это поплатишься.

Все члены отряда подготовились к атаке. Встали в боевые стойки. И первым атаковал сам Афанасий Гаврилович.

В Кутузова полетело огненное копьё. Но на его пути тут же выросла тонкая стена из воды. При соприкосновении огня и воды образовался горячий пар. Но Кутузов его быстро развеял, чтобы не мешал видимости.

— Это всё, на что ты способен? — усмехнулся один из членов отряда врага. Тоже дальний родственник. — Мы тебе сейчас покажем, что такое настоящая магия!

Парню на вид было не больше тридцати. Спесь ещё не спала. А потому эти слова вызвали у Кутузова лишь улыбку.

Враги принялись готовить коллективную технику. За считанные мгновения они образовали широкое кольцо огня. Оно поднялось в воздух и нависло прямо над Кутузовым. Кольцо обвалилось пламенем вниз.

Кутузов оказался в ловушке. В куполе, состоящим чисто из огня. И он стремительно уничтожал весь находящийся внутри кислород.

Но у Святозара это не вызвало ни паники, ни страха. Он топнул ногой. И в тот же миг под ногами образовалась трещина в асфальте, откуда полыхнула вода.

Кутузов сделал из неё такой же купол. Благодаря находящемуся внутри элементалю, который любил пытаться сводить его с ума, сил хватило, чтобы перекрыть коллективную технику.

Огонь исчез. Образовалось много горячего пара. Но в этот раз Кутузов не стал разгонять его. Сконцентрировал в одной точке. Добавил туда огня из своего второго дара. И выпустил на врага.

Никакие щиты и барьеры не помогли отряду. И крики ужаса вновь заполнили площадь.

— Меня не волнует ни род, ни гнилые люди, состоящие в нём. В том числе и отец, — проговорил Кутузов, стоя над умирающими.

Он развеял пар, но тот сделал своё дело. Сварил заживо его врагов. Остались считанные секунды до того, как их сознание навсегда отключится.

— Я служу Российской империи! — гордо проговорил Кутузов. — А не прихвостням своего отца. Я не служу выдуманным идеалам, которые будут выгодны только мне, как это делает отец. И не стану ими оправдывать ужасные действия, подобно вам. Вы сделали предостаточно. Настолько, что мне уже плевать, что будет с моим родом.

На Кутузова посмотрели красные глаза Афанасия Гавриловича. А затем они замерли.

Все нападавшие были мертвы.

Но на этом веселье не заканчивалось. Кутузов собирался помочь и другим отрядам. А потому отправился на соседнюю улицу, на которой тоже велось сражение.

* * *

Правитель Германской империи Вильгельм Адальберт фон Гогенберг с огромным интересом наблюдал за происходящим в Российской империи. Ему это очень нравилось.

Всегда приятно смотреть, как погибают твои враги, особенно если ты сам не приложил к этому руку.

Отчёты разведки поступали почти ежеминутно. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг видел, что в столице ведётся множество сражений, но пока перевеса нет ни у одной из сторон. Захватчики топчутся на месте.

Волнения начались и в других городах имперцев. В Северске также царило полное безумие. Если это вовремя не остановить, то оно разнесётся по Российской империи, точно лавина.

Императору Германии очень хотелось, чтобы бунтовщики выиграли. Когда свергнут Дмитрия Романова, будет гораздо проще планировать наступление на Российскую империю после войны с Австрией. Из-за открытия австрийского фронта ресурсов на полноценную войну не хватит.

Однако некоторая часть войск в резерве у императора Германии имеется. А что если помочь захватчикам? С ними потом будет куда проще договориться, если не победить.

Но это уже размышления на будущее. Больше всего правителя подстёгивало желание мести! Он хотел отплатить Дмитрию Романову за то, что стравил их с Австрией. Сделал союзников врагами!

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг собрал совещание. И все приближённые императора согласились, что это хорошая идея. Были разработаны несколько вариантов предложений для коалиции. Проработаны способы ведения переговоров и нужные ответы. Это заняло долгих три часа. Но после император был уверен, что точно не продешевит.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг отдал распоряжение связаться с Фёдором или Григорием Романовыми. Уже через десять минут помощник вернулся и передал, что вся коалиция готова к переговорам. Император потёр ладони от предвкушения и велел настроить защищённое соединение.

На огромном мониторе в кабинете правителя возникла картинка. За столом сидело не меньше сорока человек. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг и не думал, что в коалицию входит так много сильных родов! Он считал, что Казанские и Вороновы там самые главные. Но сейчас император наблюдал князей из других регионов Российский империи.

После стандартного приветствия и представления участников Вильгельм Адальберт фон Гогенберг начал переговоры:

— Господа, у меня есть к вам деловое предложение.

Сперва император посмотрел на реакцию. Лица были заинтересованными.

— Я готов предоставить вам помощь для захвата Российской империи в качестве десяти мастеров порталов и своей армии. С их помощью вы сможете захватить город Екатеринодар.

Сейчас войска Германии находятся в другом городе, но благодаря портальщикам будет не проблема их перебросить.

Надо отдать членам коалиции должное. Многие смогли скрыть удивление от такого предложения. За исключением самих Фёдора и Григория Романовых.

Все увидели в этом возможность. Члены коалиции смогут вернуть свою честь и репутацию.

Да и сам император Германии намеревался так отомстить за захват одного из его городов. Можно было направить войска на помощь в столицу, но правителю показалось более интересным, если армия захватит другой город.

— Что вы хотите взамен, Ваше Императорское Величество? — князь Воронов сразу смекнул, что есть подвох.

— Для предоставления помощи у меня есть свое условие. Захваченный моей армией город должен перейти Германской империи.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг думал сделать этот отнюдь не маленький город плацдармом для будущей войны с Российской империей. А она обязательно будет, если столица падёт. Тогда вся Российская империя скатится в разруху.

Члены коалиции взяли время посовещаться. Но очень скоро вернулись с ответом:

— Мы согласны, — ответил князь Воронов.

— В таком случае я начинаю переброску войск прямо сейчас, — довольно сообщил император Германии.

Он с удовольствием посмотрит, как Российская империя рушится, точно карточный домик.

Глава 13

Я находился в главном зале для совещаний, в своем дворце. Здесь присутствовали все мои приближённые и военачальники, руководившие военными действиями в столице.

На столе была разложена огромная карта города. На ней размечены все улицы и дома столицы с чёткими границами по районам. Здесь уже было расчерчено где какие сражения ведутся, где закончились, а где наши бойцы ждут наступления врага в засаде.

Какие-то районы уже были полностью захвачены врагом — в основном на окраине. Где-то бои за территорию ещё шли, но захватчики уже начали там обосновываться. Но я не собирался давать врагам надолго там оставаться.

Согласно моим планам, захватчики быстро вылетят из города, но в то же самое время их достаточно много, что на порядок усложняет задачу. Также враги смогли обосноваться в зданиях и прячутся там.

Сразу вспоминаю захват города Найроби в Африке. После того, как мы выбили оттуда германцев, их подкрепление стало искать нас в домах. А там они простецкие и не такие высокие, как в Российской империи. В основном двухэтажные, когда в столице строят либо особняки, либо многоквартирные дома от пяти этажей.

Так вот, подкрепление германцев искало нас долго. Очень долго. При этом у них почти не возникало сомнений, что мы спрятались, поскольку в городе скрыться очень просто.

Только тогда наши войска ушли. А сейчас люди Фёдора и Григория прячутся в жилых домах столицы. И у меня нет их личных вещей, чтобы каждого искать через Око Императора. А потому придётся действовать иными методами.

Пока я об этом рассуждал, смотря на новые данные на карте, в зал для совещаний вошёл Лаврентьев. Начальник разведки также предоставил своих агентов для защиты города.

— Ваше Императорское Величество, — он склонил голову. — У нас возникла серьёзная проблема.

Сергей Захарович Лаврентьев подошёл к карте и обвёл пальцем несколько зданий в центре.

— Под этими многоэтажками находится один из бункеров. Он полностью укомплектован. Поскольку людей больше принимать он не мог, его закрыли, дабы усилить безопасность находящихся там граждан. Сам бункер герметичен. Рассчитан на мощные атаки артефактных ракет.

Лаврентьев посмотрел на меня. Я кивнул, обозначая, что понял намек. Этот бункер выдержит попадание снаряда, способного за раз разнести весь город.

Такие были изобретены имперскими артефакторами около ста лет назад. Сразу получили распространение по всему миру. Не из-за договора по обмену знаниями, а из-за шпионажа других стран.

Над миром нависла невероятная угроза. И мой прадед, будучи императором, решил пойти на компромисс. Собрал совещание всех представителей стран, где велись разработки такого оружия. Оно считалось самым мощным в мире и могло сравниться разве что с некоторыми Одарёнными.

Были долгие переговоры. В ходе которых ради сохранения мира разработку и использование подобного оружия решили запретить. И внесли это в международные законы.

Однако все понимали, что у каждой страны останется пара ракет в загашнике. Несмотря на то, что их использование и вовсе может вызвать общемировой скандал.

В то время в столице были построены специальные бункеры. Только они способны выдержать удар такого оружия. Я не изучал его досконально, поэтому точно не скажу, из-за каких алхимических реакций достигается такая мощность. Но факт остаётся фактом.

Если бункер закрыт, то никто и ничто не может туда проникнуть.

— Только что поступил сигнал, что система жизнеобеспечения повреждена. Внутри заканчивается кислород. И повреждена система подачи воды, — закончил Кутузов. — Видимо, повреждения произошли во время недавних боев.

Я поднялся и обернулся к Алине:

— Бери своих и отправляемся на зачистку.

— С удовольствием, мой господин! — она улыбнулась и хлопнула в ладоши.

Я же поставил флажок на карте в месте, куда мы собирались.

Необходимо быстро освободить людей. А иначе всё может плачевно закончиться для сотен жизней. Я, как император, не могу допустить такого исхода.

* * *

Коалиция собралась на очередное совещание после долгого перерыва. Князь Воронов привычно присел на своё место и окинул взглядом довольных Фёдора и Григория Романовых.

Пётр Леонидович Воронов был предельно сосредоточен. Он понимал, что это последний шанс коалиции свергнуть нынешнего императора и поставить одного из своих людей.

Желательно Григория Романова. Он уже дал согласие жениться на Екатерине Вороновой, которая раньше была его фрейлиной. Но после коронации её отозвали из дворца. И сейчас девушка находилась в этом поместье, как и многие другие члены семьи князя. Некоторых он взял с собой, некоторых отправил в другие усадьбы рода. Главное — подальше от столицы и других городов, где намечаются военные действия.

— Господа, самое время начать подведение промежуточных итогов, — сказал Пётр Леонидович, развеивая напряжённую тишину.

Почти все выглядели нервными. Граф Летов постоянно поправлял воротник рубашки. Князь Свиридовский осматривался по сторонам. Присутствующие показывали много мелочей, которые Воронов легко подмечал с высоты своего опыта в политике. Он научился хорошо читать людей.

А вот Фёдор и Григорий, находясь среди своих союзников, даже не пытались скрыть радости. Они перешёптывались, уже строя планы касательно постройки нового дворца.

Фёдор хотел себе большую казарму, в два раза больше прежней. И десять площадок для тренировок Одарённых. А еще предложил организовать отдельное крыло для его дам…

Григорий же так высоко не замахивался. И рассказывал, что в первую очередь хочет заполучить Корону Первого Императора. Что будет в новом дворце — его мало интересовало. Кроме бара, конечно. Даже сейчас перед наследником стоял стакан виски.

Пётр Леонидович тяжело вздохнул. Будь у него возможность, он бы сам сел на трон. Но не получится. Смерть Романовых приведёт к гражданской войне, согласно данным аналитиков.

По факту она уже началась, но не в том масштабе, что может грозить. Воронов понимал, что в таком случае он страну с колен не поднимет. Ему нужно действовать тонко и осторожно. Через наследников Романовых, которые, согласно договорённости, выполнят любой его приказ.

— Пока у нас минимальные потери — пятнадцать тысяч человек, — сообщил князь Казанский. — Уже появилась возможность подсчитать. Точных цифр пока нет, поскольку бои идут постоянно.

— Также удалось захватить некоторые районы на окраине. Сейчас продолжается активное продвижение в глубь города, — князь Воронов включил с помощью пульта огромный монитор на стене. Там в режиме реального времени на карте показывалось передвижение войск.

— Неплохие успехи за первый день, — кивнул князь Свиридовский.

— Каким-то чудом Дмитрий немного оказался готов, — хмыкнул Пётр Леонидович. Он рассчитывал на более быстрое продвижение. — Даже наш план с тем, чтобы император перекинул войска с Персии и Австрии, не сработал.

Это невероятно бесило князя Воронова. Ведь именно на этот ход коалиция рассчитывала в первую очередь. А поскольку план не сработал, приходилось действовать экспромтом. Воронову не хватало времени на тщательное обдумывание идей, он разрывался между ними. Это только подливало масла в огонь.

— Тем не менее, войск для сопротивления у императора недостаточно, — ровным тоном добавил князь Багрянцев.

Пожилой мужчина нервно закручивал кончик своих седых усов.

Однако эта информация не радовала князя Воронова. Он прекрасно знал, какова расстановка сил, но также успел хорошо узнать Дмитрия Романова. Этот мальчишка столько раз выходил сухим из воды, что на этот раз хотелось сделать всё наверняка.

— Пока недостаточно. Нам всё равно нужно отправить больше людей в столицу, — обозначил Пётр Леонидович. — У Дмитрия остаётся возможность взять силы с фронта, и нельзя сразу отметать этот вариант. Если он не сделал этого сразу, то это не значит, что он совсем отказался от подобной затеи. Мы должны быть готовы к любому сценарию.

— Согласен с вами, — кивнул граф Летов. — Мы не в том положении, чтобы рисковать исходом. Необходимо, чтобы каждый приложил все свои силы для победы!

Остальные присутствующие согласились.

— Рассказывайте, что вам удалось сделать, — выпрямился Пётр Леонидович.

— Мне вчера удалось заключить удачный контракт, — улыбнулся граф Погребалов. Мужчина сорока лет с густой черной бородой. — У меня есть семь тысяч наёмников из Османской империи и Сирийского королевства.

— Хороший вариант, — кивнул князь Воронов.

— Я готов отправить свою гвардию, — предложил князь Свиридовский. — В количестве пятнадцати тысяч.

Пётр Леонидович одобрительно кивнул.

— Мне удалось быстро организовать набор рекрутов, — сообщил граф Невалов. — У меня есть только паршивые войска, которые ещё не обучены. Перекидывать их — плохая затея. Но если открыть портал на земле, то думаю, они справятся.

— Вы же знаете, что это маловероятно, — хмыкнул князь Казанский. — Мастера не могут открывать порталы дважды. Один портальщик — один проход. Не говоря уже о том, насколько защищена столица.

Портал на земле — это большой риск. Если до него доберутся люди императора. И не так просто найти портальщика, который ещё не открывал проходы в Российскую империю.

— Значит, надо рисковать и открывать в воздухе. Часть разобьётся. Часть долетит. Но как минимум можно посадить их в технику, какую не жалко, и десантировать в ней, — задумался Невалов. — Рекруты хотя бы свои присутствием подраконят системы ПВО, — с усмешкой закончил мужчина.

Не было в его словах ни капли жалости к своим же людям. Но князь Воронов его хорошо понимал. Они — всего лишь расходный материал для достижения больших целей.

— Да и систем ПВО в таком количестве в столице не должно было быть. По сведениям разведки Дмитрий Романов только забирал установки из столицы. А потому откуда ПВО там появились в таком количестве — непонятно, — развёл руками барон Дарницкий.

ПВО создавали большие неудобства для десантников. Также у Дмитрия появился отряд Одарённых, способных управлять погодой. Периодически они создают сильный ветер, и войска разбрасывает по округе. Но благо, что без потерь. Единственное неудобство, что этим людям и технике долго потом добираться до своего пункта назначения.

— Скорее всего, это трофеи из Австрийской империи и Персии, — предположил князь Казанский.

— Вы можете себе представить, сколько он таким образом взял трофеев? — хмыкнул Пётр Леонидович.

— Очень много, — выдохнул Дарницкий. — Раз меньше людей стало долетать до земли, это ещё один повод увеличить численность наших войск.

Князья Воронов и Казанский кивнули.

— Император — мастер порталов — это слишком жёстко, — покачал головой Свиридовский. — Даже если бы он был прекрасным императором и полностью нас устраивал, такого правителя в любом случае пришлось бы ликвидировать. Это слишком большая угроза для всех. Император может в любой момент явиться домой к подданному и спросить за любой косяк! Уж не говорю про постоянное напряжение для лидеров других стран. Они тоже понимают, что такого императора почти невозможно взять. Он же в любой момент может сбежать!

— Плюс он может организовать тайные встречи, которые не отследить, — в голосе князя Казанского слышались нотки зависти.

Несомненно, каждый аристократ хотел бы себе такой дар. Он сделает любой род в разы сильнее.

Присутствующие закивали, соглашаясь с высказываниями.

— Надо перекинуть как можно больше солдат. Пока порталы открыты, а Дмитрий не нашёл способа их закрыть, — сделал вывод из разговора Пётр Леонидович. — Сейчас у нас с вами достаточно большие успехи, господа. Вы видите их на карте. Но необходимо додавить, — князь сжал руку в кулак. — Рано или поздно Дмитрий найдёт подкрепление.

Обсуждение продолжилось. И ещё несколько аристократов предложили свои гвардии. Некоторые вовсе смогли договориться с иностранными наёмниками.

Пётр Леонидович остался доволен. Против такого количества Дмитрий Романов не сможет выстоять. А такими темпами через два дня дворец уже будет уничтожен. Князю Воронову уже не терпелось посмотреть на руины. И наконец ощутить в своих руках ту власть, что он заслуживает.

* * *

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг лично руководил операцией по захвату Екатеринодара. Это была невероятно важная миссия, а потому император Германии решил лично участвовать.

Он сидел в большом зале вместе со своими советниками. Сегодня военачальников было меньше. Некоторые отправились в имперский город. Другим были поручены операции в Австрийской империи, ведь война там активно продолжалась.

Порталы уже были открыты в воздухе над городом. Германцы взяли за основу ту же схему захвата, что использовали члены коалиции. Она уже показала себя очень действенной.

— Начинается переброска войск, Ваше Императорское Величество, — сообщил один из военных советников.

У правителя Германии была за собой военная мощь целой империи! И он не собирался экономить. А потому…

— Первыми идут наёмники, — отдал приказ Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. Их он собрал целых семьдесят тысяч человек.

А затем наблюдал за трансляцией, которая велась с дронов. Их первыми отправили через порталы для того, чтобы разведать обстановку.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг собрал со всего государства людей не только из своего резерва, но и из частных военных компаний. Он предлагал им большие деньги и надеялся, что хотя бы половину угробят в Екатеринодаре.

В Германской империи существовало особое правило. Оплата производится только тем людям, которые живыми вернулись с операции.

Частные военные компании берут большие деньги за свою работу, ибо большие риски. Но если наёмник погибает, его семье уже ничего не платят. И самой организации — тоже.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг сделал это специально, чтобы в стране не развелось слишком много подобных частных компаний. Сейчас он резко сократит их численность.

Лет двадцать назад таких организаций развелось настолько много, что они решили совершить государственный переворот! Император едва сумел их передавить и устранить большую часть. Сейчас ситуация повторялась, Германию снова заполнили военные организации.

Плюс Вильгельм Адальберт фон Гогенберг сделал лазейку для себя, чтобы можно было их нанимать. Потому во всех войнах правитель и использует наёмников как пушечное мясо.

— Сработали системы ПВО, — сразу сообщил один из присутствующих. — Барьеры пока держатся.

Император спокойно воспринимал эту информацию. Он и рассчитывал, что многие погибнут, ещё не долетев до земли.

Первые диверсанты достигли земли, и началась видеосъёмка с их камер на отдельном мониторе. В городе сразу началась паника. Находящиеся на улицах граждане Российской империи принялись разбегаться. Очень неорганизованно.

— Пока всё штатно. Восемь порталов уже открыто. Остальные наготове, — сообщил пожилой советник. Он был самым старшим из присутствующих, но хорошо разбирался в тактике, а потому на пенсию уходить не желал.

Император кивнул и продолжил наблюдение. Нравилось ему смотреть, какой хаос начинается на улицах. Тем более первым группам удалось высадиться в самом центре Екатеринодара. Тут и до государственных объектов недалеко.

Вдруг асфальтированная дорога начала разъезжаться… Прямо из-под земли высунулись большие сдвоенные пушки. И начали автоматически вести огонь по воздушным целям.

Одарённые диверсанты, которых первыми перебросили в город, сразу взорвали пушки. От них через средство связи пришло сообщение:

— Уничтожаем долговременные точки. Также идём к средствам ПВО. Пока нам никто ничего противопоставить не может, — сообщил командир первого диверсионного отряда.

Правитель Германии улыбнулся. Это была хорошая новость. Нужно нанести как можно больше урона, пока имперцы не опомнились и не начали оказывать сопротивление.

Дальше всё тоже шло по плану. Наёмники продолжали спуск. Их командиры уже доложили о приближении к земле.

Телефон в кармане императора зазвонил. Причём он был отключен… Что за чертовщина⁈ Номер тоже не определяется.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг поднял трубку и услышал голос Дмитрия Романова:

— Интересный ход. Жалко, что предсказуемый. Не жаль погубить целую армию? Впрочем, не моё дело. О твоих солдатах я сожалеть не буду.

На этом связь оборвалась. А император Германии недоумённо посмотрел на телефон, плохо понимая, как такое вообще возможно. Его устройство должно быть защищено от вмешательства извне.

— Тревога! — закричали через специальную линию, по которой осуществлялась связь с командирами отрядов. — Появились имперские войска! Очень много солдат! Они выходят из государственных учреждений!

Камера сменила ракурс. На мониторе стало видно, как из дворца местного князя выезжает тяжёлая техника. А за ней выходят имперские войска. Не должно их столько быть здесь в таком количестве!

— Это же столичная гвардия! — узнал их пожилой советник. — Первый корпус!

— Да не может такого быть! — сперва не поверил Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. — В столице же идут сражения. Это что же выходит… Дмитрий Романов их перебросил из столицы ради одного города? Это неоправданный риск.

— Он безумец! — воскликнул один из военачальников.

— Безумец, который сейчас имеет все шансы угробить нашу армию, — ответил пожилой советник.

Император схватился за голову. К такому повороту событий он явно был не готов.

Глава 14

В бункерном комплексе собралось более двух тысяч людей. Помимо гражданских, здесь были и старшие, которые отвечали за бесперебойную работу бункера. А также большое количество обслуживающего персонала. По факту все это были обычные люди, прошедшие специальное обучение, после которого их закрепили конкретно за этим бункером.

Также здесь находились полицейские, приписанные к этому месту. Но они просто стояли в стороне, наблюдая за людьми. Паники не было, а потому помощь органов правопорядка не требовалась.

Ярослав Иванович Пресняков был инженером и принимал участие в проектировании и строительстве убежищ. Но не такого уровня… Этот бункер мог выдержать удар самой мощной артефактной ракеты, какие официально запрещено использовать по решению мирового сообщества.

— Не удаётся починить систему фильтрации воздуха, — доложил он начальнику бункера, сжимая в руке гаечный ключ. — Боюсь, что…

— Не здесь, — начальник поднял руку, перебив инженера.

Ярослав Иванович покорно кивнул. Он не привык спорить с начальством. Всегда делал, что скажут, и был на хорошем счету у руководства.

В бункере возникло небольшое задымление. Но дым не мог уйти из-за поломки в системе воздухообеспечения.

Он увидел, что женщин и детей отводят куда-то в сторону. Ближе к основному выходу. Но Ярослав Иванович не мог знать зачем. А спрашивать у руководителя не стал — всё равно не ответит.

— Идите за мной, — указал начальник бункера инженеру.

Около тридцати мужчин прошли в отдельное помещение. Здесь было сдвинуто несколько столов, чтобы организовать один большой, за который и присели все присутствующие. Потом дверь затворилась.

— Какие у нас шансы? — спросил начальник у Ярослава Ивановича. — Введите всех в курс дела. Расскажите, что увидели.

— Этот бункер сможет функционировать ещё три часа, не больше, — Ярослав Иванович рассказал подробно обо всех повреждениях в системе жизнеобеспечения бункера.

— Остальные инженеры пришли к таким же выводам, — кивнул Николай Константинович — один из старших ответственных.

Перед людьми лежали папки с отчётами других инженеров. Все они уже пытались починить систему фильтрации воздуха. Ярослав Иванович был последним. Он не смог, как и остальные. Потому что поломка была настолько значительной, что устранить её невозможно.

— У меня есть предположение, что систему повредили до того, как бункер закрыли. Извне это сделать невозможно, — поделился своими мыслями Ярослав Иванович.

— Думаете, враги среди нас? — хмыкнул его начальник.

— Не знаю. Они могли как остаться следить за нами, так и уйти, обрекая нас на гибель. Второй вариант более логичен.

Все присутствующие с этим согласились.

— Николай Константинович, — обратился к старшему начальник Ярослава. — Мы уже отправили сигнал бедствия, но сами понимаете, спасать нас глупо — наверху полно врагов, а наш район не является приоритетным. Поблизости нет никаких производств и ничего важного. По факту наша просьба о помощи — это только армию отвлекать от важных объектов. Поэтому я даже не знаю, что ещё предпринять.

Ярослав Иванович скривился. Он считал, что жизнь людей куда дороже всяких зданий и фабрик. Их восстановить можно, а вот человеческие жизни — нет.

— Нам нужно решить, что делать, если не последует помощь. А её, скорее всего, не будет, — поднялся главный ответственный за бункер.

Все молчали. Ни у кого не было адекватных предложений. Долгую минуту в помещении стояла напряжённая, почти могильная тишина.

— Мы можем избавиться от стариков, — предложил один из старших. Мужчина, на вид семидесяти лет. По глазам было видно, что он готов пожертвовать и собой в том числе ради остальных. — Так мы сможем выиграть время для других.

— Так нельзя, — не выдержал Ярослав Иванович. Хотя он вовсе не собирался спорить с начальством. Его не для этого сюда позвали.

— Ярослав Иванович, выйдите, пожалуйста, — попросил его начальник.

Инженер неохотно поднялся. Начальник кивнул охраннику. Видимо, это условный приказ. Чтобы за ним проследили. Чтобы он не сболтнул лишнего другим людям.

Он обречённо направился на выход, когда из темного угла раздался голос:

— Никому не придётся умирать, — из тени вышла высокая женская фигура. — Сидите здесь и не разводите панику. Помощь уже в пути. Скоро вас вытащат.

Ярослав Иванович широко улыбнулся. Он узнал форму на девушке — это личный отряд самого императора! Такие люди не врут. Наверняка она явилась сюда раньше остальных — как раз для того, чтобы предотвратить последствия.

Инженер с облегчением выдохнул.

На лицах остальных присутствующих радость смешалась с полным шоком.

— Его Императорское Величество Дмитрий Романов отправил девятый гвардейский полк на зачистку этого района, — продолжила тень.

— Неужели о нашей ситуации сообщили самому императору? — начальник бункера поднялся со своего места. Он широко распахнул глаза от удивления.

— Всё верно, — кивнула девушка. — Ваша информация относилась к приоритетной. И даже больше скажу — если бы не технические проблемы, Дмитрий Романов сам бы открыл портал и вытащил вас отсюда. Эвакуировал бы во дворец или в любое другое безопасное место.

Механизмы открытия дверей так же пострадали, как и общая система жизнеобеспечения. Инженеры осматривали и её — с теми же плачевными выводами.

Тень могла отсюда выйти. И при желании могла сделать проход для остальных людей. Но вокруг не было безопасных мест, все захвачено врагами. А потому придется ждать, пока здания не зачистят.

— Правда? — расцвёл начальник бункера.

— Правда. Вам необходимо ждать и сохранять спокойствие. Подмога уже в пути.

— Тогда, если вы не против, я сообщу людям приятные новости!

— Конечно, — кивнула тень и тихо добавила. — А я прослежу, чтобы вы не натворили глупостей.

Начальник бункера, словно окрылённый, вылетел из помещения. Он вышел даже быстрее инженера, который стоял у двери.

Ярослав Иванович неспеша направился в одну из комнат, отведённых для людей. Он верил в императора Российской империи. И больше не переживал.

* * *

Когда я собирался на очередное задание, ко мне подбежал Кутузов:

— Через порталы пошла новая волна противников! В этот раз оттуда вылетает даже воздушный флот!

Святозар Разумовский протянул мне планшет со съёмками с дронов. Из порталов врага вылетали и истребители, и вертолёты. Интуиция буквально кричала, что на этом всё не закончится. Потом в ход пойдут воздушные суда покрупнее.

— Поднимай наши эскадрильи, — отдаю я приказ и возвращаю планшет.

Однако я понимал, что и с нашими эскадрильями всё не так просто. Особенно если учитывать, что все столичные аэропорты, в том числе и военные, сейчас напрочь заблокированы.

Вокруг всех аэропортов города столпилось много врагов. Они уже установили там свои системы ПВО, чтобы сбивать все наши самолеты и вертолёты. Может случиться такое, что судно собьют ещё до того, как оно поднимется в воздух.

Также нужно учитывать, что сейчас во всём городе и его округе идут бои.

— Потери будут колоссальные, если самолёты попытаются прорваться, — предупредил Кутузов.

— А кто сказал, что мы их вызываем со столицы? Я просил тебя отдать приказ в другой город. В Иркутске имеются свободные воздушные суда, — ответил я, и на лице Кутузова отразилось лёгкое удивление.

Я же открыл портал, и мы переместились в военный аэропорт Иркутска. Находящиеся здесь военные были в полном шоке. Но через пару секунд до них дошло, кто именно пришёл с визитом, и они вернулись к своим привычным делам. А ко мне отправился местный генерал.

Прямо над аэропортом Иркутска в воздухе я открыл большой портал. Он выходил в воздушном пространстве за столицей, куда не достанут вражеские системы ПВО.

— Ваше Императорское Величество, — обратился ко мне местный генерал.

— Поднимайте триста двадцать первую «Воздушную эскадрилью имперского крыла», пусть проходят через портал к столице и занимаются воздушными целями, — быстро отдал я приказ.

— Есть!

У меня не было времени церемониться с генералом, а потому всё происходило быстро. Помимо названной, в воздух должны подняться ещё несколько эскадрилий. Их номера и названия я также сообщил местному генералу.

— Алина, — позвал я.

— Слушаю, господин! — она появилась из тени Кутузова.

Алина всегда меня слышала, как бы далеко мы друг от друга не находились.

— На каждой вертушке должно быть как минимум по одной тени.

— Господин! — вытянулась девушка. — Но у нас почти нет сейчас свободных теней, — она развела руками.

— Выдели хотя бы пятерых.

— Ну-у, я попробую.

Я строго на неё посмотрел.

— Найду, — уже серьёзно ответила она.

— Пусть прыгают по вражеским судам. Угоняют их. А затем по новой. И так до тех пор, пока у врага не закончатся летательные аппараты.

— Принято! — Алина козырнула мне и снова исчезла в тени.

Когда в аэропорту Иркутска всё было решено и нужные воздушные суда прошли через портал, мы с Кутузовым вернулись в столицу.

Не прошло и десяти минут, как мне на телефон позвонил генерал Уваров. Он сейчас командовал наступлением в Персии. Его вопрос мы быстро решили. Персы начали активное наступление, и Уваров быстро согласовал со мной план новой операции.

А ещё через четыре минуты мне позвонил генерал Малышев, который находился в Австрии и командовал военными действиями там.

— Да ладно? Ещё один, — тихо спросил я, прежде чем взять трубку.

Таких совпадений не бывает.

— Слушаю, — ответил я в трубку.

— Ваше Императорское Величество, — сразу обратился ко мне Малышев. — Австрийская империя пошла в полное наступление! Начались ожесточённые бои. Я отправил вам полный отчёт о происходящем.

— Вы для этого позвонили? — уточнил я, поскольку об этом мог узнать и из докладов.

— Нет, Ваше Императорское Величество! Хотел предложить вам перекинуть часть своих войск в столицу. Судя по происходящему там, вам требуется поддержка.

Это было благородно с его стороны. Однако я понимал, каковы могут быть последствия.

— Вам сейчас, главное, держать своё направление. А мы как-нибудь справимся.

— Ваше Императорское Величество, но какой смысл? Если столица падёт… Может, нам всё-таки стоит отступить? — в голосе генерала сквозила неуверенность.

— Нет, у меня всё под контролем. Вы не переживайте. Уже скоро станет гораздо проще.

— Хорошо, — не стал он спорить, но голос всё равно дрогнул.

Малышев переживал за столицу. Это было похвально и благородно. Скоро он поймёт, почему на самом деле я отказался от его помощи.

Я следил за тем, как происходят воздушные бои над столицей. Точнее, боями это можно было назвать с большой натяжкой. Некоторых теней-таки смогли снять с задач, и сейчас они переключились на вертушки, безупречно выполняя свою работу. Техника перехвата у нас была хорошо отработана.

Попутно подходили военные и разведчики со всевозможными докладами. Они сообщали только самое важное, все остальные отчёты отправлялись на мой планшет.

Также начались сражения там, где находился повреждённый бункер. Военные вовсю выбивали противника. Но были места, где бои велись тяжеловато. Продвижение к зданиям над бункерами велось крайне медленно.

Нужно было ускоряться. Сейчас на кону стоит несколько тысяч жизней!

Чтобы открыть портал прямо в бункере и вытащить людей, мне нужна была координационная сфера. Ведь сам я там никогда не был и не видел этого места. При таких условиях портал можно открыть только через сферу. Но сейчас в наличии нет ни одной свободной!

А что можно сделать в таком случае? Открыть порталы на крышах зданий! Их я прекрасно видел со съемок дронов, которые записывали все происходящие бои. Они сразу отправляли данные на сервера. Дроны — техника не самая надёжная. И часто бывает так, что их сбивают магическими техниками врагов или же выстрелами. У нас имелись и усиленные артефактной защитой дроны, но таковые имелись в строго ограниченном количестве. На покрытие всего города их бы не хватило.

Через открытые мной порталы прошли солдаты. Это была группа подкрепления. Тем самым зачистка зданий над бункером, которые контролировал враг, началась с самого верха, пока сражающиеся внизу не могли к ним пробиться.

Таким образом бойцы принялись зачищать все указанные здания.

Я проследил, что всё идет по плану. Когда здания будут очищены, можно будет добраться до входа. Отправленная тень без труда справится с герметичной дверью, и люди выйдут уже в безопасном месте.

Мне пришлось обратить своё внимание на другое место, где тоже в срочном порядке требовалась помощь. Это московский метрополитен.

Там сейчас на одной станции застряло около двадцати тысяч человек. Входы и выходы закрыты — станция полностью законсервирована. Враги не смогут туда попасть.

Однако у этих людей сейчас жестокие условия. В этом метро нет ни еды, ни воды, и долго там люди не протянут. А потому нужно было срочно перемещать их в другое безопасное место.

Я связался с Новосибирском. И мне тут же ответил местный князь — Головин Борис Станиславович. Благо он был одним из моих союзников.

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество, — почтительно поздоровался он. — Чем обязан такому звонку?

— Мне нужно переместить людей в безопасное место. Подготовьте палаточный лагерь и обеспечьте людей всем необходимым. Про тепловой купол не забудьте, чтобы никто не замёрз, — сразу отдал я распоряжение.

— Конечно, Дмитрий Алексеевич. Также спешу вам сообщить, что по вашему приказу подготовлено пять тысяч солдат для переброски в столицу.

— Отлично, подготавливайте. Скоро буду.

Я открыл портал в Новосибирск и вышел на военной базе. Вскоре сюда подъехал сам князь и его приближённые аристократы.

Мы немного поговорили. Уточнили некоторые вопросы. Но задерживаться здесь я не собирался. Иначе так можно до бесконечности с аристократами болтать — им только дай повод.

Солдаты уже стояли строем, готовые к переброске. Также рядом с аристократами находились небольшие гвардии по двести-триста человек, которые тоже собирались отправиться нам на подмогу.

Не только коалиция моих врагов перекидывает в столицу новые войска, но и я. Это будет достойный ответ Григорию и Фёдору.

Но при всём этом понимаю, что осталось продержаться совсем немного. Буквально пару дней.

У врага ещё остались свои резервы. А моя задача заключается в том, чтобы коалиция сконцентрировала все свои силы в столице. Мне нужно их опустошить. А для этого мне сейчас придётся очень постараться. Врага нужно взбесить, тогда члены коалиции перейдут к своим резервам.

Я подождал, пока солдаты и аристократы пройдут через портал. Сам прошёл последним, изменив выходную точка портала.

Вышел не в казармах, а в метро. Предо мной стояла огромная толпа. При моём появлении люди затихли, но всего на несколько мгновений. Кто-то смотрел на меня с восторгом, кто-то с недоумением.

— Минуточку внимания! — громко объявил я и поднял руку.

Шепотки в толпе прекратились.

— Меня зовут Дмитрий Алексеевич Романов. Я ваш император. Оборона столицы затягивается. Здесь небезопасно. Поэтому сейчас все друг за другом проходим в портал в другое безопасное место, — указал я.

Лишних вопросов не последовало. Люди медленно начали стягиваться к порталу и проходить сквозь него.

Тяжело перебрасывать большие массивы людей. Для любого ранга мастера порталов. Но мне помогал Кодекс Первого Императора. Бесконечно из него черпать энергию нельзя, но я действовал во благо Российской империи и ее жителей, и реликвия это понимала. Потому она охотно делилась своей силой и помогала в моих начинаниях. Ведь Кодекс Первого Императора для подобного и был создан мной.

Все люди постепенно переходили в город Новосибирск. Я прошёл следом за ними, чтобы проверить, как власти устроили лагерь.

У портала был размещён пункт медицинской помощи. Везде ходили волонтёры и помогали спасённым сориентироваться. Здесь стояли столы с едой и водой, куда голодные отправлялись первым же делом.

Также у портала стояли автобусы. Первые отвезли людей в пансионаты, находящиеся поблизости. Следующие — в поместья аристократов, которые те выделили для помощи. Остальные должны были отправиться в палаточный лагерь. Там тоже подготовили всё, что я просил: от тёплой одежды до детского питания.

К слову, я запомню тех двух аристократов, которые выделили свои летние резиденции для размещения людей. Это по-настоящему достойный поступок. Тем более я об этом их не просил — они сами проявили инициативу.

После проверки я вернулся в столицу к насущным делам. Так замаялся, что и не заметил, как наступил вечер.

Выглянул в окно дворца и увидел дым в лучах закатного солнца. Бушующие пожары уже потушили, но последствия остались. А сражения продолжались, и даже сюда доносились звуки новых взрывов.

— Не хочешь часа на два отлучиться отсюда? — оборачиваюсь к Алине. — И взять с собой сотню наших гвардейцев.

— С радостью, господин! — улыбнулась она. — Только отдам Вафельку обратно.

На руках Алины сидела довольная британская кошка. Мне начинает казаться, что главное желание Вафельки по жизни — чтобы её гладили сутками напролёт. Алина, кстати, с этим прекрасно справляется.

— Почему ты вообще ходишь с кошкой Маргарет? — нахмурился я.

— Ну-у… она разрешила!

К слову, когда Алина носила Вафельку на руках, её шёрстка становилась чуть вздыбленной. Прямо как у кота известного злого профессора из фильмов.

— Подготовка полчаса — и выдвигаемся, — велел я.

— Куда? — распахнула глаза Алина.

Обычно она более охотно шла на сражения. Но сейчас в её привычную картина вписалась… эм, кошка.

— Не скажу. Собирайся.

— Слушаюсь, господин, — широко улыбнулась она и вышла в коридор.

У меня же оставалось полчаса, чтобы заняться другими важными делами. Пока появилась возможность, я записал небольшое обращение к людям, чтобы их успокоить.

— Граждане Москвы! Не переживайте. Противник слаб. И мы активно работаем над его устранением. Осталось продержаться совсем немного до тех пор, пока угроза не будет нейтрализована. Вы осведомлены, что нужно спрятаться и не выходить до окончания боевых действий.

— По-моему, неплохо вышло, — сказала сестра после того, как закончила съёмку.

— Угу. А как это у тебя оказалось? — я указал на кошку, сидящую на столе Анастасии.

— Ну, пока Маргарет на переговорах, я решила за ней проследить, — хищно оскалилась сестра.

Как бы она сама эту Вафельку не съела, зная особенности её дара.

— Ты смотри, если с ней что-то случится, тебе придётся искать точно такую же кошку. Чтобы даже характер совпадал. Я не собираюсь смотреть на страдания женщин, которые к ней привязались.

— Ладно, — печально ответила сестра и взяла на руки Вафельку. — Как ты вообще мог такое обо мне подумать!

Я строго посмотрел ей в глаза.

— Уже несу её обратно к Маргарет, — посерьёзнела Анастасия и вышла из кабинета.

Можно сказать, что сегодня я спас ещё одно невинное животное. Уверен, Анастасия сама не понимает мании своего зверя. Но так уж он устроен. Он охотится на слабых. А кто здесь может быть слабее этой округлой кошки? Учитывая, что других животных во дворце нет — никто. И теперь я понимаю, почему в своё время отец запретил их разводить.

Однако я уверен, что Анастасия справится и с этим. Особенно после нашего разговора — она поняла, что я буду крайне недоволен в случае пропажи этой кошки.

Кстати, обращения к людям я делал не только для того, чтобы успокоить народ в столице. Мне хотелось и врага позлить. Прекрасно знаю, что эта трансляция дойдёт и до них, как и все другие.

Через полчаса пришла Алина с гвардейцами. И я открыл портал.

Мы вышли около одного большого имения.

— Ого! А где это мы? — спросила Алина, осматриваясь.

Вокруг было полно снега. Его убирали на дорожках, но те все равно оставались белоснежными от недавнего снегопада.

— Находимся мы в самой глубине империи. Это имение графского рода Чкаловых. Кстати, они — одни из зачинщиков мятежа.

— Замечательно! — хлопнула в ладоши Алина.

— Это ещё не замечательно, — улыбнулся я.

— А что тогда? — девушка с недоумением на меня посмотрела.

— Замечательно то, что я разрешаю тебе не сдерживаться.

— Серьёзно⁈

Она мне сперва не поверила. Неужели я могу отказать Алине в такой прекрасной мелочи?

— Да.

— Ура! — она подпрыгнула от радости.

Потом через тень переместилась к воротам имения. В её руках находился огромный теневой молот.

Алина ударила своим оружием по вратам. Они разлетелись в разные стороны. Причём одна из створок просто врезалась в здание!

— Вперёд! — скомандовала она тройке теней, которые также отправились с нами.

Гвардейцы прошли следом.

Я спокойно себе прошел на территорию. Смотрел, как вокруг разворачиваются сражения.

В одном из окон второго этажа я увидел главу рода Чкаловых. Он внимательно наблюдал за происходящим. Я помахал мужчине рукой и даже улыбнулся. А он взял и сразу задёрнул шторы! Словно я должен сразу исчезнуть.

Граф Чкалов, кстати, отдал всех своих людей. И сейчас они находились в столице. Сражались против моих людей!

Он остался безо всяких резервов. Так хотел меня изжить и столицу угробить, что всех гвардейцев отдал! Бедняга. Но ничего, сейчас ему будет очень весело.

Глава 15

Японский император Харутака Кадзами сидел в своем большом кабинете. Когда к нему пришли разведчики, у старика уже начал дёргаться глаз.

— Флот Российской империи ещё не отступил? — сразу спросил правитель.

— Нет, Ваше Императорское Величество, — ответил разведчик и поклонился.

Харутака Кадзами очень давно живёт на этом свете, и большую часть своего существования он правит небольшой, но сильной островной страной. За все эти годы не было ещё случаев, чтобы у него развился нервный тик. Который сейчас возникает каждый раз при упоминании имперцев.

Император Японии очень опасался повторения того случая с флагманским флотом, который шёл на Сахалин. К сожалению, до острова он так и не добрался. Но самое удивительное, что имперцы справились с флотом, вообще не имея своих собственных судов.

А сейчас корабли у врагов есть. И в большом количестве!

Харутака Кадзами подготовился к войне на море так хорошо, насколько это позволяли ресурсы его империи. Но при упоминании имперцев в груди становилось тяжело, злость заполняла некогда холодный разум и смешивалась с тревогой. Неужели императору пора на пенсию? Ведь подобного он раньше за собой не замечал.

— Что в мире происходит? — на выдохе спросил Харутака Кадзами. — У имперцев рядом персы и австрийцы, которые активно их атакуют. Германская империя высадила десант из порталов над Екатеринодаром. Плюс в столице происходит вооружённая смена власти. А они решили идти на нас! Почему? По-хорошему они должны были отвести флот и распределить ресурсы на другие направления.

Об обстановке в Российской империи было хорошо известно — сейчас весь мир с придыханием следил за разворачивающимися событиями. Все ждали победы Дмитрия Романова. Или его скоропостижной смерти.

Харутака Кадзами относился ко второй группе. Он не мог простить имперцам прошлого поражения, хотя считал себя достаточно мудрым и опытным человеком. Он умел принимать решения, невзирая на эмоции. Он умел отрекаться от собственных чувств.

Но с имперцами это не работало! Стоило лишь подумать о Дмитрии Романове, как вновь разгоралась злость. Харутака Кадзами пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы отогнать это наваждение. Чтобы вернуть себе холодный разум.

— Мы задали этот вопрос нашим аналитикам. Их отчёты уже на вашем рабочем компьютере, мой император, — склонил голову разведчик.

Император Харутака Кадзами лишь отмахнулся. Видел он эти отчёты. Ничего толкового. Сколько бы аналитики ни пытались просчитать имперцев, ни разу у них этого не получалось.

Сейчас люди императора тоже предсказывали, что опасаться нечего. Что флот Японии в разы больше, чем у Российской империи. Что у них на кораблях стоит передовое вооружение, а у имперцев лишь старые корабли. Прошлые императоры только сокращали финансирование у адмиралов, и сейчас от некогда величественных судов осталась одна рухлядь.

Харутака Кадзами считал, что его опасения не беспочвенны. Он всей душой и сердцем желал разбить имперцев. Отомстить им за прошлый проигрыш! Но в то же время здраво оценивал риски.

Ведь от имперцев можно ожидать чего угодно.

Когда разведчик удалился, Харутака Кадзами собрал военный совет. И сразу отдал военачальникам приказ:

— Готовьте весь наш флот и выводите корабли навстречу имперцам, — голос императора звучал громко и чётко. Как звон барабанов в напряжённой тишине. Никто бы не посмел усомниться в его решении. — Выводите суда из бухт и портов. Раз имперцы хотят войны в море, то они её получат.

— Всё сделаем, мой император, — поклонился один из адмиралов.

Единственное, на что Харутака Кадзами сейчас надеялся — что у Дмитрия Романова не хватит времени проконтролировать ещё и эту войну.

Император не сомневался в силе своего флота, но после последней стычки на море с имперцами, когда они потеряли огромное количество кораблей, правитель серьёзно задумался о будущих столкновениях. Имперцы действовали хаотично, непредсказуемо — и это больше всего раздражало. Они использовали безумные, но действенные тактики. И ведь до таких методов ещё надо было додуматься!

Плюс сейчас в Российской империи крайне неспокойно. Последние события также настораживали императора. Харутака Кадзами рассчитывал, что столица падёт почти сразу. А она довольно уверенно держится до сих пор.

Также сыграла роль информация от дяди нынешнего императора Российской империи, которую недавно донесли до Харутаки Кадзами. До коронации Дмитрий Романов создавал впечатление крайне заурядного человека. Но как оказалось, это было притворство, и ничего более.

Это всё явно указывает на то, что у Дмитрия Романова целое море секретов, до которых пока не добралась ни одна разведывательная служба. У императора имеется дар мастера порталов — это же неслыханно! Если бы об этом было известно раньше, этот ребёнок бы вовсе не дожил до восьми лет.

Судя по всему, даже родственники не знали. Неужто ребёнок сам понял, что сведения о даре нужно держать в неведении? Это же бред какой-то!

С Дмитрием Романовым явно что-то не то… Харутака Кадзами уже невольно начинает верить в слухи, которые говорят, что этот парень воплощение самого Первого Императора, которого сама Земля призвала на свою защиту! Ведь сейчас Российская империя переживает худшие времена за всю свою историю.

Все прогнозировали, что скоро эта страна падёт. Но пока этого не случилось…

Обсуждение по разработке тактики ведения боя затянулось на несколько часов. После чего император довольный поднялся. У них был готов как основной план, так и несколько запасных.

Харутака Кадзами отправит навстречу к имперцам целую армаду! Против такого не выстоит ни один флот в мире. Однако император все равно опасался… Что же на этот раз ему приготовила Российская империя?

* * *

В Букингемском дворце происходило совещание, на котором присутствовал сам император Ричард Грейстоун, его верные лорды и министры. Шло активное обсуждение сложившейся в мире ситуации.

— Греки с испанцами так и не могут договориться, — покачал головой Алекс Фрай — один из министров. — У японцев проблема в виде наступающего флота Российской империи.

— Это я уже слышал, — кивнул Ричард Грейстоун. — Лучше расскажите, как обстоит ситуация на Африканском континенте.

Сейчас эту часть суши активно делили между собой многие страны. Британская империя хотела отхватить кусок побольше.

Ричард Грейстоун хотел бы и от Российской империи откусить свой кусок, пока эта страна невероятно слаба по своим меркам. Но понимал, что пока это малореализуемо. Африканский континент же был перед ним как на ладони. Приходи и бери. И не будет там настолько непредсказуемых личностей, как тот же Дмитрий Романов.

— Местные бунтуют в Западной и Восточной колонии. Мы делаем вид, что всё в порядке, но ждём, пока они поднимут свои восстания. Тогда можно будет подавить и уничтожить взрослое население, словно они первыми на нас напали, — объяснил Алекс Фрай.

— Хорошая тактика, — кивнул Ричард Грейстоун.

Если взрослое мужское население будет уничтожено, то воцарению власти Британской империи больше никто не будет мешать.

— На самом деле необязательно всех уничтожать. Лучше обратить в рабство. А чтобы предотвратить бунт рабов, их можно продать на Американский континент, — продолжил император Британии.

— Мы произведём необходимые расчёты и попросим аналитиков предоставить полный расклад по этой идее, — кивнул один из министров.

Ни одно решение не принималось в этой стране просто так. Ричард Грейстоун ценил тщательный подход своих людей к общему делу. Мало было принять решение, нужно было просчитать возможные исходы, оценить прибыль и риски. И только после этого можно подписывать соответствующий указ.

— В Великом северном Союзе всё стабильно, — продолжил Алекс Фрай как министр по вопросам иностранных дел. — Они пытаются пробиться через границы и начать захват Российской империи. Но каждый раз что-то идёт не так. Подробный отчёт о действиях северян уже на вашем планшете.

Ричард Грейстоун кивнул. Император уже ознакомился с этим отчётом. И сделал для себя вывод, что такими темпами это противостояние будет очень долгим. Обе стороны конфликта несколько месяцев топчутся на одном месте. А северяне даже не в состоянии захватить один-единственный приграничный имперский город.

— Германская империя пытается захватить Екатеринодар. Но каким-то образом там оказалась большая имперская армия, которая смогла дать сопротивление.

— А что в столице? — сухо спросил император.

Это его интересовало больше всего.

— Продвижение идёт крайне медленно. Людям Дмитрия Романова удалось отбить обратно несколько районов, — Алекс Фрай вывел на большой экран карту столицы, где были выделены захваченные области.

— Мало, — хмыкнул Ричард Грейстоун. — Какую поддержку мы ещё можем предоставить?

Британская империя и без того отправила своих мастеров порталов в помощь коалиции. Но судя по отчётам, этого оказалось мало.

Ричард Грейстоун считал, что нужно приложить все силы, дабы бунт закончился государственным переворотом. Не только коалиции, но и у всех остальных союзниках.

Дмитрий Романов — слишком непредсказуемая и опасная личность, чтобы оставлять его в живых. Не говоря уже о даре портальщика.

— Наши мастера порталов, как и все, работают на износ, — поделился начальник службы безопасности, он был ответственным за этих Одарённых. — Уже достоверно известно, что один мастер порталов не может дважды открыть проход в Российскую империю. Что-то непонятное блокирует их силы. Такая же ситуация с портальщиками других стран. Не все это признают, но вывод очевиден.

Кто-то просто решил скрыть факт блокировки способностей. Но у власти сидят не дураки, и для них это очевидно.

— Поэтому наши мастера открыли порталы один раз и теперь их поддерживают, — продолжил мужчина в очках с толстым стеклом. — Сейчас в Одарённых вливают огромное количество энергии, чтобы у них были силы для поддержания открытых проходов. Мы используем дорогие и мощные артефакты для поддержания их жизненной силы и тонуса магических каналов.

Ричард Грейстоун кивнул. Он видел в сводках, сколько стоят эти артефакты-кристаллы из Австрийской империи. Баснословные деньги! Но император Британии был готов на эти вложения ради смерти Дмитрия Романова.

Ему даже начало казаться, что со смертью этого мальчишки начнётся мир и покой. Российскую империю поделят между собой многие страны, и на долгое время у них больше не будет поводов воевать.

Конечно, выглядело это как наивные мечты. Ведь если правителю надо, он всегда найдёт повод развязать очередную войну. Поэтому Ричард Грейстоун быстро отмахнулся от этих мыслей.

— Некоторые портальщики не выдерживают. Падают в беспамятстве… Для них это слишком тяжело, — покачал головой безопасник.

— Ни в коем случае нельзя рисковать мастерами порталов, — голос Ричарда Грейстоуна звучал серьёзно и жёстко. — Если кому-то из них становится дурно, сразу выводите их из игры. Не хватало нам из-за Российской империи своих Одарённых лишиться.

— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество!

Но с другой стороны, у аналитиков есть мнение, что Британская империя может себе позволить пожертвовать двумя-тремя мастерами порталов.

Им надо уничтожить Российскую империю! И это небольшая цена.

Уже весь мир ощутил мощь Дмитрия Романова… А ему пока лишь двадцать лет. Что же будет, когда ему исполнится сорок? Император Российской империи довольно быстро стал угрозой мирового масштаба. Угрозой, которая по факту первой никогда не угрожала… Но наверняка, когда она вырастет, то начнёт это делать. Британская империя не собиралась такого допускать.

К тому же территории Российской империи уже негласно поделены. Если бы не Дмитрий Романов, то план по захвату этой страны уже был бы осуществлён.

Также есть мнение, что за этим правителем стоит другая, какая-то более мощная сила. Ричард Грейстоун пытался понять какая.

Самое распространённое мнение, что это Китай направил в Российскую империю своих специалистов, которые по факту и руководят страной. А Дмитрий Романов — всего лишь ширма.

Есть даже предположение, что настоящий император давно находится в клетке, а на его место китайцы поставили высокорангового метаморфа, который может имитировать любого человека. Это очень секретная информация, поскольку такие Одарённые могут менять любые части своего тела — от длины волос до роста человека. Меняться они могут как угодно — этим метаморфы и опасны.

Насколько широко распространяются их навыки — в общественности обычно не говорят. Ибо если об этом будет известно повсеместно, то метаморфов уже не так просто будет использовать. Обязательно найдутся методы, чтобы выявлять этих Одарённых.

Многие думают, что метаморфы не умеют становиться идентичными другим людям. Что они умеют принимать только звериные черты. Но Ричард Грейстоун знал, что это отнюдь не так. Ведь в Британской империи имелся такой Одарённый.

Эта теория сегодня тоже прозвучала на переговорах. Один из министров вспомнил британского метаморфа — Джека Многоликого. Его дело в своё время было самым громким для Скотланд-Ярда.

Правда, это расследование того стоило. Когда Джека Многоликого поймали, Британская империя провернула с его помощью ещё много дел. Это было очень выгодно для страны. По факту он до сих пор жив, здоров и часто заменяет собой императора Британии. Но у спецслужб особого доступа к этому метаморфу нет, его контролирует лично Ричард Грейстоун.

— Нам нужно придумать, какую посильную помощь ещё оказать коалиции, — задумался Алекс Фрай.

Присутствующие стали предлагать варианты. Ричард Грейстоун одобрил один из них:

— Нужно собирать наёмников в Британии и переправлять. Сначала в Австрию. А потом порталами или самолётами в Российскую империю. Нам нужно додавить имперцев! — отдал распоряжение император.

— Будет сделано, император, — кивнул Алекс Фрай.

— Также свяжитесь с Персией. Заплатите им, надавите на них, чтобы они начали нападение на Российскую империю.

— Австрия давит на имперцев хорошо, она начала активные действия сразу, как в столице поднялся бунт. А вот персидский правитель не спешит действовать… И понятно почему, — вступил в обсуждение один из советников. — Персы ждут новость о том, что Российская империя пала и войска бегут. Тогда они смогут пройтись по выжженой и пустой земле. Не хотят персы ради победы проливать свою драгоценную кровь.

— Высокомерные сволочи. Пусть они все там умрут, но развалят эту чёртову империю! — процедил Ричард Грейстоун.

— Мы приложим все усилия, чтобы договориться, — пообещал Алекс Фрай.

Император кивнул. Сейчас многие страны оказывают поддержку коалиции, чтобы в Российской империи наконец случился государственный переворот. Против такой мощи даже Дмитрий Романов не выстоит.

* * *

Начался активный захват имения графа Чкалова. Мои люди работали слаженно и оперативно. Они быстро уничтожили гвардию, захватили слуг. И добрались до членов рода. Взяли также и главу этой семьи, который всё пытался спрятаться от меня за занавеской. У него оказалось недостаточно сил, чтобы противостоять моим Одарённым.

У рода Чкаловых имелись и наследники. Но сейчас все дети находились на учёбе в Британской империи. Уверен, что их заблаговременно вывезли из страны, чтобы обезопасить в случае раскрытия козней этого рода против империи. Еще полгода назад они находились здесь.

Я изучил биографии всех членов этой семьи. Все досье из службы безопасности. Все отчёты. И судя по ним, граф Чкалов и его союзники начали подготовку к восстанию ещё полгода назад. Тогда же он отправил наследников подальше.

Всех захваченных через порталы переместили в столицу, во дворец — в подвалы разведки. А там уже с ними будет работать Сергей Захарович Лаврентьев. Ему опыта в допросах не занимать.

Возможно, проще было бы всех убить. Но зачем, если я недавно провёл модернизацию всех темниц? Сперва заключённые там посидят в удобствах, а потом их будет ждать честный суд, который вынесет приговор.

Люди должны видеть, что их император не кровавый палач и тиран, а человек, который делает свою работу. Делает её хорошо и справедливо.

Из имения Чкаловых были вывезены все ценности и документы. Для этого я открыл порталы для специально подготовленных бригад.

Времени разбираться где что у нас не было, поэтому мои люди забрали всё, что только могли. А перебирать это всё будем уже потом.

От некогда величественного имения остался лишь полуразрушенный дом. Окинув его печальным взглядом, я вновь открыл портал. И вернулся во дворец.

Привёл себя в порядок. Разобрался с некоторыми делами в кабинете, а затем отправился в зал совещаний, где меня уже ждали все доверенные люди в том же составе.

— У нас новый расклад, господа, — сообщил я, присев на свое законное место. — Слушайте внимательно.

Я взял несколько флажков и поставил их на разложенной карте города.

— Это первоочерёдные цели, которые нам необходимо уничтожить, — объяснил я. — Разберитесь с ними.

Это были большие, зачастую жилые здания. У каждого из них была своя история. Каждое имело для города свой смысл. Например, в одном на первом этаже находился детский реабилитационный центр. Во втором — небольшой исторический музей.

— Сейчас враги минируют эти здания. Хотят устроить в городе как можно больше хаоса. Но мы не можем этого допустить, — закончил я.

Эта информация была получена не от разведки — их людей не хватало на весь город. А от призраков. Они сейчас стараются и докладывают мне разную информацию, желая получить энергию для перерождения.

Сейчас наша главная задача — не дать пострадать невинным людям и не допустить паники. А для этого придётся использовать кардинальные методы борьбы с врагом.

* * *

Большинство членов коалиции находились в поместье графа Летова, расположенного на Дальнем Востоке. Аристократы сходили на обед и довольные вернулись в большой зал для совещаний, чтобы продолжать наблюдение за тем, как продвигается захват столицы Российской империи.

Сперва были зачитаны наиболее интересные отчёты от военных. Согласно одним — армия продвигалась ближе ко дворцу. Согласно другим — имперцам удавалось вернуть себе некоторые районы.

Князь Воронов не видел сильного прогресса с учётом того, что в столицу были отправлены дополнительные войска.

Прямо посередине очередного доклада в зал постучали. Громко и настырно.

Князь Воронов разрешил войти, и в помещение просочился глава его разведывательной службы.

— Ваше Сиятельство, — поклонился он и спешно продолжил. — На имение графа Чкалова напали люди императора! Они задержали всех, кто там находился! Чкалов и его люди сопротивлялись, но туда явился лично Дмитрий Романов со своими карательными отрядами. У Чкалова не было шансов…

— В смысле явился? — нахмурился Фёдор Романов. — У него не должно было быть на это времени.

Братья Романовы в недоумении переглянулись.

Граф Чкалов со своей семьей только вчера уехал из поместья Летовых. И сегодня его уже задержали… Слишком быстро всё происходило. Князю Воронову это не нравилось.

— Как он все успевает? — процедил Григорий Романов.

— Разберитесь с произошедшим, — отдал приказ разведчику Пётр Леонидович Воронов. — Мы хотим конкретно знать, что там произошло.

Мужчина поклонился и вышел. А члены коалиции начали высказывать свои догадки, почему же так вышло. Но минут через пятнадцать были прерваны этим же человеком.

Глава разведки рода Вороновых вернулся и включил на большом экране видео.

Там было показано, как граф Чкалов в наручниках идёт по темным коридорам императорского дворца в сопровождении стражи. Он входит в один из залов, где уже собрались журналисты. Они задают ему вопросы, но граф молчит. Идёт с опущенной головой дальше — в темницу.

Эта картинка была специально показана для народа Российской империи. Правитель хотел показать, что мятежников постепенно отлавливают.

Пётр Леонидович хмыкнул. Он сразу перестал себя чувствовать в полной безопасности. Даже промелькнуло мимолётное желание сбежать за границу. Однако Воронов отступать ни в коем случае не собирался.

У князя есть своя высшая цель. Он жаждал власти. И собирался идти до самого конца. Пётр Леонидович не может себе позволить проиграть в этой войне! Он поднял бунт в стране и теперь должен довести его до государственного переворота.

— Господа, — обратился ко всем присутствующим граф Невалов. — Пожалуй, я не буду отдавать вам свою новую гвардию. А оставлю её при себе.

Лица всех присутствующих стали задумчивыми. Случай с графом Чкаловым показал, что не стоит отправлять в столицу все ресурсы. Кого-то необходимо оставить для собственной защиты. Пётр Леонидович Воронов сразу так сделал. Но большинство других членов коалиции были так опьянены возможностью разделаться с Дмитрием Романовым, что отдали всех своих бойцов.

Становилось ясно, что после сегодняшних новостей количество дополнительных бойцов, которых собирались отправить в столицу, сократится как минимум вдвое.

— Нам с вами нужно крепко подумать, — серьёзно сообщил Пётр Леонидович. — Мы не можем рисковать ни своей безопасностью, ни нашей победой. Нужно найти оптимальный выход.

— Продолжим переговоры с другими странами? — предложил князь Казанский.

— Да. И уже завтра нам нужны результаты. Больше тянуть нельзя.

Глава 16

Вся радость Григория Романова от начавшейся в столице операции быстро улетучилась, когда ему самому выпал жребий подорвать императорский дворец.

Сейчас, сидя в большой квартире, в самом центре столицы, окруженный верными войсками, наследник уже жалел, что сам предложил эту идею.

Когда его хотели отправить за границу, эта мысль была спасительным якорем, за который и уцепился наследник всеми своими силами. Подрывной артефакт под дворцом сможет активировать лишь кровь рода Романовых. А таковых в коалиции двое — он и Фёдор. Вот и пришлось устраивать жеребьевку между ними двумя.

Григорий вытянул короткую соломинку. И все союзники поддержали решение отправить в столицу именно его. Еще бы, ведь он младше Фёдора! Ему наверняка благоволят куда больше как новому императору.

Но цесаревич не собирался отдавать правление в руки старшего брата. Несмотря на страх и панику, которые возникали только от одного нахождения в центре боевых действий. А для этого ему нужно выжить.

Вдох… Выдох. Надо поговорить с братом.

Он достал телефон. Из трубки послышались короткие гудки…

Григорий Романов в опасности. Но самое тревожное — результат всей операции теперь зависит чисто от его действий. Эта мысль преследовала его, заставляла ярость разгораться в груди.

— Гриша, успокойся, — говорил ему Фёдор по телефону. Григорий пытался говорить спокойно, но у него это совсем не получалось. Вопреки всему тому, чему его учили с самого детства, эмоции взяли верх. — Ты же сам предложил эту затею, помнишь? Большая часть уже сделана, тебе осталось лишь доделать начатое.

Фёдор говорил ровным, успокаивающим тоном. Григорий Романов знал этот приём… А потому подобное лишь больше злило наследника.

— Засунь это «успокойся» знаешь куда… — процедил Григорий.

На том конце раздался глубокий выдох. Видимо, Фёдор сам держался, чтобы не сорваться на младшего брата.

— Всё пошло по одному месту, — добавил Григорий.

Он рассчитывал совершенно на другой исход. Планировал сидеть в поместье Летовых до самого конца, как и большая часть коалиции.

Хотя в свете последних событий аристократы задумались о собственной безопасности. И теперь Григорий Романов совсем не уверен, что они последуют изначальному плану.

— Тебе не о чем переживать, — продолжал успокаивать его Фёдор. — С тобой не одна сотня хорошо обученных войск.

В квартире находилась меньшая часть выданных Григорию бойцов. Согласно плану он должен был зайти во дворец вместе с отрядом в несколько тысяч. Пока большая часть отвлекает внимание, беря удар на себя, самые сильные Одарённые сопроводят наследника к подрывному артефакту, а затем быстро эвакуируют цесаревича из дворца.

— Тебе надо лишь зайти с ними во дворец, — напомнил Фёдор.

Линия переговоров была защищённой, но Фёдор все равно не рисковал говорить прямо. От их младшего брата можно чего угодно ожидать.

— Сам бы и шёл, — гаркнул Григорий Романов и бросил трубку.

Попытки Федора успокоить его только сильнее злили. Грудь уже сдавливало от накатывающей тревоги. От былой уверенности Григория не осталось ни следа, а эмоции требовали выхода.

— Когда вы уже прорвётесь во дворец⁈ — бросил он начальнику гвардии князя Воронова. С Григорием отправились именно его войска.

— Когда нам освободят подступы. Сейчас там идёт танковое сражение, — совершенно спокойно ответил командир.

Его поведение раздражало. Весь из себя такой спокойный и уверенный, словно не боится за свою жизнь.

— Эта операция по плану должна была пройти за один день!!! — прокричал Григорий Романов, выплёскивая гнев.

— Мы действуем по обстоятельствам, Ваше Величество. Ради вашей же безопасности нужно подождать, — пояснил начальник гвардии.

На это Григорий Романов уже не стал возражать. Его безопасность — это хороший аргумент.

Наследник опустился на диван и схватился за голову. Он не понимал, как младший брат до сих пор держится. Откуда у него настолько большая армия и все эти защитные системы? Только средства ПВО сбивали в воздухе огромное количество диверсантов.

Даже в этой квартире Григорий Романов слышал звуки выстрелов, доносящихся снаружи. В центре города было сосредоточено множество зенитных установок. Но откуда они здесь взялись? Неужели и правда такое количество из Персии и Австрии натырил? Григорий Романов не понимал, как он вообще умудрился переправить такое количество ПВО!

У коалиции был план развести в городе панику и обратить людей в бегство. Но император сразу сделал заявление, и горожане спрятались по убежищам и бункерам. Сейчас простого человека на улицах городах днём с огнем не сыщешь!

Но больше удивляло, что люди покорно пошли прятаться безо всякой панику. Что они успели уйти до начала основных боевых действий! Поэтому среди гражданских пострадавших почти не было.

Григорий Романов помнил, какие укрытия были в столицы. Все они находились в аварийном состоянии ещё четыре месяца назад, когда наследник читал об этом в отчётах. Неужели брат восстановил всё за столь короткий промежуток? Это же сколько средств он на это потратил! Откуда у него вообще такие ресурсы, когда страна ведёт сразу несколько войн?

— Какой же ты урод, братец, — пробормотал Григорий Романов, потирая переносицу. — Своими руками тебя уничтожу… Вырву глотку! Разорву на мелкие куски!

Григорий Романов продолжал в голос ругаться. Окружавшие его бойцы косо посматривали, но ни слова не говорили.

Вдруг в кармане завибрировал телефон. Дмитрий прислал сообщение: «Гриша, не матерись. Ты же аристократ, а это некрасиво. И ноги со стола убери!»

Григорий Романов резко выпрямился и осмотрелся. Паника нарастала… Опять Дмитрий использовал Око Императора, а иначе он бы не смог его найти с такой защитой. Опять эта артефактная установка обошла выданную наследнику защиту! Как же это бесило!

— Срочно меняем локацию! — вскочил с дивана наследник. — Нас обнаружили!

Он говорил громко, не скрывая злости на Дмитрия. Пусть знает, какое отношение родственников он сам заслужил своими действиями.

Охрана открыла перед цесаревичем дверь. Григорий Романов вышел в коридор с твёрдым намерением дойти до дворца. И сделать всё возможное, чтобы прикончить мелкого ублюдка!

* * *

Император Китая Лю Цзяньлун сидел на своём троне. Подле него сидел его сын — Ван. У него был трон поменьше.

Сейчас проходил совет в стиле древних традиций. Подданные стояли на коленях, выказывая уважение своему императору.

Всё проходило в зале, в котором пятьсот лет назад было принято решение об объединении Китая в единую империю. С тех пор здесь практически ничего не меняли, разве что слегка обновляли интерьер. Этот зал считался достоянием Китайской империей. А потому все важные советы проводились именно здесь.

Сперва шли разговоры о внутренней политике, и наместники из провинций лично рассказывали императору о своих успехах. Лю Цзяньлун всех выслушал и дал комментарии.

Потом подняли вопрос о внешней политике.

— Как вы считаете, какую роль может сыграть Китай в мировой политике? И самое главное — какие выгоды и последствия будут для нашей империи? — задал император интересующий его вопрос.

Аналитики и советники должны были быть к нему готовы. Ведь приближённые императора Лю Цзяньлуна ежедневно мониторили новости из других стран.

— Ваше Императорское Величество, сейчас самый идеальный момент, чтобы вступить в войну на стороне Российской империи, — доложил один из советников. Невысокий мужчина с зелёными глазами. — Ни в коем случае нельзя упускать наш союз с Российской империей, а учитывая происходящее время, объединённые силы врагов реально могут её добить. А потом эти же люди возьмутся за Китайскую империю. Мы готовы к противостоянию, но зачем нам его ждать? Если сейчас можно обойтись меньшей кровью и провести операции на территории другой страны. Российская империя точно не откажется от военного союза.

Советник был прав, что союз с имперцами очень выгоден для Китая. Между странами налажена система взаимопомощи и торговых поставок, которую не хотелось терять. Такие же договоры с другими странами будут стоить значительно дороже из-за логистики. Поставлять товары через границу — не то же самое, что везти их сюда через полмира из той же европейской части.

Также император не забывал ни о договоренностях с Дмитрием Романовым, ни тот вклад, что сделал для Китая Первый Император.

Однако по мнению императора, советники не увидели самого главного.

— Этот вариант не подходит, — ответил император Китая.

Спорить никто не стал. В Китайской империи принято сразу прислушиваться к мнению своего государя. Его слово — это закон.

Китайцы верили в своего императора. Для них он был потомком древних богов, как говорилось в древних легендах. Сидящий на троне — мудр и справедлив, а если его решения непонятны в данный момент, то позже всё становится очевидно.

Лю Цзяньлун часто поражал людей своей мудростью. Они привыкли к нему. И всегда прислушивались. Не столько из-за древних традиций, сколько из уважения, которое император завоевал у своего народа и приближённых.

Советник кивнул, и продолжилось обсуждение других важных вопросов. Корейцы предложили контракт по поставке артефактов невидимости для армии Китая. Также японцы хотели выкупить право на создание артефактных ракет нового образца.

Насчёт первого предложения Лю Цзяньлун обещал подумать, а от второго отказался сразу. Он не собирался усиливать тех, с кем возможен военный конфликт в будущем. И чем японцы думали, когда это предлагали? Там же у власти неглупые люди сидят. Возможно, рассчитывали на удачу. Но удача — это не про политику, а потому предложение японцев император даже всерьез не рассматривал.

Когда совещание закончилось, Ван подошёл к правителю и серьёзно спросил:

— Отец, а почему ты отказался вступать в войну на стороне Российской империи? Ты же говорил, что тебя устраивает такой сосед, как Дмитрий Романов. Он ведёт Российскую империю в правильное направление, а экономические соглашения приносят очень хорошую прибыль нашей стране. Почему нет? Ты же говорил, что Дмитрий Романов справится с бременем своего правления.

Ван выглядел недоумённым.

— Не лучше ли сейчас помочь и сделать Российскую империю нашим должником? — продолжил наследник. — Направим к ним небольшое количество войск. Да, это развяжет в итоге войну с некоторыми странами, но у нас и без того с ними натянутые отношения.

— Сын, мне нужен нормальный союзник. На честных условиях. А в честном союзе не забирают победу у других. Уверен, Дмитрий Романов и сам справится. А если мы сейчас вмешаемся, то нам придётся делить лавры победителей. Представь, каково будет это осознавать жителям Российской империи. Сейчас, когда им так отчаянно нужна победа и вера в лучшее. Имперцы столько всего делали, а побеждают в итоге две страны. Я не считаю это честным.

— А если они не справятся самостоятельно? Тогда мы потеряем основного союзника.

— У Российской империи есть большой шанс развалиться. В то же самое время Дмитрий Романов не раз показывал, что умеет делать невозможное. Поэтому будем ждать от него чудес и сейчас, — слегка улыбнулся Лю Цзяньлун. — Но кое-что мы всё-таки сделаем. Однако сделаем так, как я скажу.

— Слушаю ваши указания, — кивнул сын.

Он был готов служить и стране, и своей семье. Лю Цзяньлун гордился этой чертой своего сына — он правильно его воспитал.

— Подготовить дипломатическую миссию, которая будет после всех боевых действий доставлять помощь первой необходимости. Российская империя и сама может это обеспечить, но первые два-три дня логистика явно будет страдать. Многие граждане пострадают — их дома уничтожат. Также необходимо собрать наши строительные и военные бригады, чтобы они помогли с восстановлением жилья. Многие будут ранены. Поэтому вдобавок к прочему отправим несколько лекарских бригад. Так мы покажем свои добрые намерения.

— Я прослежу за исполнением, отец, — поклонился Ван.

* * *

Сегодняшнее утро началось с хороших новостей. Я даже удивился такому повороту.

— Господин, первые боевые столкновения с японцами начались, — сообщила мне довольная Алина. — Враги выдвинули нам навстречу большой флот. Но ваши планы успешно удались. Было захвачено восемь боевых кораблей.

— Наконец-то! — улыбнулся я. — Японцы решились на контрмеры. Где сейчас находится японский флот?

— Сейчас они отступили. Японцы явно не были готовы, что потеряют восемь кораблей до наступления сражения.

— Хорошо, пусть тени достанут координатную сферу для Елисея. Он откроет порталы, и вы отправите на эти корабли наши команды, как и было оговорено ранее.

— Всё будет сделано, господин, — слегка поклонилась Алина.

Последнее время у неё постоянно было приподнятое настроение. Она не просто улыбалась как обычно, а искренне радовалась. Интересно, это из-за постоянных боевых действий, или на неё Вафелька так влияет? А может — всё сразу.

Я открыл на планшете карту и посмотрел на ней передвижения врага. Подробно изучил все предоставленные сведения, пока находился в своём кабинете.

Затем направился на военный совет. В тот же зал заседаний, где мы с советниками встречались ранее. Вывел на монитор карту, на которой отображалось происходящее в водах около Японии. Небольшими красными точками были обозначены корабли врага.

— Господа, пора с этим всем заканчивать, — сообщил я, присев на свое место. — Сегодня наконец всё закончится. Подготовка почти завершена. Ночью мы уничтожим врагов. Бойцы должны находиться в полной боевой готовности.

Также я лично буду участвовать в боях. Не могу же я пропустить такое событие!

Финальный подготовительный этап занял восемь часов. После чего я вместе с некоторыми тенями и гвардией отправился на один из восьми захваченных кораблей японцев. Их отбуксировали согласно моим указаниям.

Эти корабли удалось захватить благодаря теням. Они находились на судах Российской империи в количестве пятнадцати штук. Как только японские корабли подошли на допустимое расстояние, тени переместились на них парами и начали захват. Удалось справиться быстро во многом благодаря эффекту неожиданности.

Сейчас эти тени ушли через портал в столицу. Там их сейчас не хватает.

После того, как до начала боя тени захватили японские корабли, всё дальнейшее сражение у врагов пошло по одному месту. И они скомандовали отступление.

Как итог: нашему флоту удалось также потопить несколько вражеских кораблей.

Сейчас я стоял на главной палубе. Обернувшись к своим бойцам, спросил:

— Готовы?

— Готовы! — стройным хором ответили люди.

— Выдвигаемся, — улыбнулся я. — Это будет весело!

В следующий момент я открыл огромный портал. Восемь кораблей проплыли туда. Наш был первым.

Как только судно заплыло в портал, оно начало падать. Все находящиеся на борту были предупреждены, а потому никто не паниковал.

Падение было контролируемым. Члены команды выпустили специальные парашюты для кораблей, которые разрабатывал специальный военный инженерный отдел. Парашюты находились в установках, хорошо закреплённых на борту корабля.

Они были способны выдержать гигантский вес кораблей. А также с их помощью можно было менять направление движение и контролировать, куда именно мы приземлимся.

Парашюты замедлили падение. Но в нашу сторону сразу направились самолёты врага. Мы сразу их сбили — на корабле имелись средства ПВО.

Мы плавно упали на одну из площадей столицы, захваченных врагом. От веса корабля тотчас просел асфальт, он пошёл трещинами по всей улице. Нас хорошо впечатало в землю — думаю, на несколько метров в глубину. Благо в этом месте не находилось никаких городских коммуникаций.

Другие корабли переместились в иные точки, тоже захваченные врагом. Портал был один, а вот точки выхода у каждого отличались.

Это было весело, ведь мы использовали тактику врага. Получалось так, что японские корабли после такого пируэта в любом случае будут повреждены или уничтожены. Но ради такого я не собирался жертвовать судами Российской империи. Ведь есть отличные бронированные японские корабли «Фуруама», способные выдержать падение с такой высоты.

После приземления по нам сразу началась пальба. Буквально из всего: от автоматов до зенитных ракет. Но на броне от них оставались лишь незначительные вмятины.

Пока враги не успели полностью осознать, что именно произошло, мы включили полную систему защиты. Турели работали на триста шестьдесят градусов. Огонь вёлся из всех орудий.

Так было на всех спущенных на столицу кораблях. По всему городу. Можно сказать, на каждую площадь — по кораблю. Только одно судно отправилось за город.

Я достал из ножен клинок и обратился ко своим людям, когда звуки пальбы по нам поутихли:

— Теперь идём и добиваем врагов!

— Вы понимаете, что мы только что тысяч двенадцать-пятнадцать убили на этой площади только одним кораблем? — спросил у меня рядом стоящий Кутузов. Он явно был поражен эффективностью такой тактики.

— Да. Но мне за них не обидно. Среди них в основном одни иностранные наемники, а их жизнь для меня значения не имеет. Мне больше жаль потраченных на них патронов. Нечего жалеть тех, кто пришёл на наши земли с оружием в руках. Выдвигаемся вперед!

Глава 17

Министр Британии Алекс Фрай сидел в своем кабинете и занимался делами, связанными с Российской империей. Император Ричард Грейстоун назначил его полностью ответственным за это направление.

Алексу Фраю было даже немного обидно, ведь ещё несколько месяцев назад он полностью отвечал за все международные связи Британии. Но из-за слишком сильной активности Российской империи правителем Британии было принято решение оставить ему дела только одной страны. Иначе его отдел не справился бы с внезапно свалившейся на него нагрузкой.

Несколько руководителей из отдела международных отношений получили повышения и теперь занимались вопросами, связанными с другими странами. Алекс Фрай был искренне недоволен этим решением, ведь работа с имперцами — самая сложная. Их император Дмитрий Романов слишком непредсказуем. А это сулит Алексу Фраю огромное количество проблем. Эту работу британский правитель мог доверить только доверенному, а главное — проверенному годами человеку.

Министр уже не мог дождаться того дня, когда российского императора наконец уничтожат! Это будет выгодно как для Британской империи, так и для самого министра.

Так, что там по последним отчётам… Он не успел открыть специальное приложение на рабочем столе, как в кабинет ворвались!

— Министр! — прокричал один из сотрудников отдела международных отношений, он как раз отвечал за сбор данных. — У нас серьёзное ЧП! Вам это нужно видеть!

— Объясни нормально, что случилось! — потребовал министр.

Мужчина аж запыхался, пока бежал сюда. Пытаясь перевести дыхание, он ответил:

— В двух словах не объяснить…

Алекс Фрай мигом поднялся и направился вслед за своим специалистом. По пустякам его бы не стали вызывать, а значит — случилось что-то по-настоящему серьёзное.

Он вышел в основной офис своего отдела. Который с недавних пор отвечал только за Российскую империю. Здесь находилось много ответственных специалистов. На стенах висело множество мониторов, к которым и приблизился министр. Там показывали самые важные события в Российской империи.

— Это шутка такая? — Алекс Фрай широко распахнул глаза, смотря на один из мониторов.

— Нет, министр! Съёмка ведётся в реальном времени! — пояснил его главный помощник.

Там, на одной из площадей столицы Российской империи, стоял японский военный корабль! Он вёл огонь из всех орудий. Мощь корабля напрочь разносила всё вокруг, поднимая столбы пыли и создавая множество пожаров.

Из динамиков Алекс Фрай слышал даже крики умирающих наёмников. На площади творился полнейший ад!

Спаренные пушки сорокового калибра стреляли по домам и вражеским укреплениям. Там везде находились солдаты коалиции.

Алекс Фрай совершенно ничего не понимал. Каким-то образом имперцы переместились на корабли… причём японские. У них особенная броня, такую не перепутать ни с чем.

В судно постоянно прилетали снаряды, а ему хоть бы что! Также Одарённые неустанно атаковали всевозможными техниками. Но броню не получалось ни прожечь, ни разрезать, ни заморозить… Правду говорят, что японская броня — самая лучшая в мире!

Японские корабли неповоротливые и медленные. Но зато они прекрасно сдерживают удары противников. На них также установлена артефактная защита в виде барьеров. Но в ней как раз не было ничего особенного — её враги быстро пробили.

Даже не факт, что передовые артефактные торпеды повредят эту броню. Здесь нужно что-то помощнее… Сработает разве что какая-нибудь запрещённая мировым сообществом ракета. Но такую без последствий для выпустившей её страны не запульнуть. Это нарушение международных законов, а его очень сложно оправдать перед общественностью.

Ещё можно попробовать тактику концентрированного огня. Сделать в броне одну трещину, которая и будет распространяться. Поскольку сама броня магического происхождения не имеет, с этим справятся разве что сильные Одарённые.

Огонь с корабля был настолько мощный, что сносились стоящие вокруг здания! Картина на экране выглядела эпично. Завораживающе. И непонятно для острого аналитического ума министра.

Алекс Фрай взглянул на другие мониторы. Там происходило нечто похожее… Везде сражения, разгром и полный хаос. Война в её привычном виде. Хотя нет… будь война обычной, мятежники бы уже захватили столицу Российской империи. В данном случае силы были не равны — не существует людей, подготовленных к сражению с кораблём на суше!

— Сколько всего японских кораблей в столице? — уточнил он у помощника.

— Семь в городе, один за городом, — сразу ответил стоящий рядом мужчина.

Также на съёмках было видно, что войска Дмитрия Романова пошли атаку во всех направлениях. Алекс Фрай не ожидал, что у императора имеется такое количество солдат! Ведь он не стал забирать солдат ни из Персии, ни из Австрии, хотя коалиция на это рассчитывала.

— Перекидывайте туда все наши резервы! — отдал приказ Алекс Фрай.

— Но нам нужно время, министр. Пока они долетят на самолётах, бои уже закончатся, — в голосе помощника чувствовалась тревога.

— Нет у нас времени! Сейчас шестьдесят тысяч наёмников сидят и ждут приказа! Они необходимы там! — повысил голос Алекс Фрай.

Было сложно сохранять холодный разум после всех этих новостей. Приходилось импровизировать. И действовать крайне быстро. Пока Британская империя ещё может повлиять на ход восстания.

— Открываем порталы в небе над столицей — по тем координатам, что получили от коалиции! Беру всю ответственность на себя, — закончил приказ министр.

— Слушаюсь, — кивнул помощник и поспешил передать приказ военным.

Изначально британцы хотели открыть порталы на австрийской территории, чтобы неведомая сила имперцев не воздействовала на их портальщиков. Сейчас все знали, что в Российскую империю портал можно открыть только один раз.

Теперь нет времени на подобный манёвр. Поэтому Алекс Фрай был готов открыть портал напрямую. Из своей страны.

Он должен сделать всё возможное, чтобы свергнуть императора Дмитрия! Ведь у Британии, как и у многих других государств, большие планы на Российскую империю. Их невозможно осуществить, пока на троне сидит Дмитрий Романов!

После отдачи приказа порталы открылись на британской военной базе. И прямо через них отряды наёмников отправились в столицу Российской империи.

Алекс Фрай вновь вернулся к мониторам. Теперь на них показывалось, как наёмники десантируются на парашютах.

Теперь остаётся только ждать победы бунтовщиков. Ведь количества наёмников должно хватить, чтобы этой ночью противостоять войскам Романова.

* * *

Император Японии Харутака Кадзами сегодня был грустным и злым. И даже не скрывал своего настроения, хотя обычно предпочитал держать эмоции при себе, чтобы они не мешали принятию важных решений.

Он собрал всех своих адмиралов и капитанов флагманских судов. И сейчас они стояли перед японским правителем на коленях. Каждый из них всем своим нутром чувствовал злость своего императора.

Они понимали, что пришли на наказание. И вид у всех был такой, словно они уже на эшафоте стоят.

— Что это за сражение было⁈ — выпалил Харутака Кадзами. — Почему оно так закончилось? Может кто-то объяснить мне суть⁈

Харутака Кадзами не мог оставить это просто так! Очередное поражение перед имперцами!

В зале для совещаний было множество мониторов, которые сейчас включили для показа кадров с морского сражения. Там были съёмки как с самих кораблей, так и с дронов.

На одном из мониторов было показано, как японские суда вступили в бой с противником. Часть кораблей моментально перестают стрелять и разворачиваются в сторону от остальных. Начинают уходить от основной флотилии.

Ну и нелепица! Смотря на это, Харутака Кадзами только хмурился.

— С этими кораблями что произошло? — серьёзно спросил он.

— Не знаю, — поднялся для ответа адмирал, командующий всей флотилией.

Он был поставлен главным вместо предыдущего, который также потерпел поражение в битве с имперцами. Тогда суда даже до Сахалина не добрались.

— Их мы и потеряли первыми, — продолжил адмирал. — Судя по всему, именно в этот момент произошёл захват.

— Наши плавучие крепости — это позор, — потер переносицу император Харутака Кадзами.

Было видно, что атака с других кораблей японцев шла из рук вон плохо. Это выглядело не как сражение, а как жалкие попытки… Барахтанье сардин в сетях рыбаков.

Адмиралы пояснили, что это барахлили системы управления. Но непонятно, что именно сделал враг, чтобы добиться такого результата.

Один из кораблей и вовсе сам взорвался! По нему ни разу не ударили! Это еще больше разозлило Харутаку Кадзами.

Император, судя по увиденному, мог только предполагать, что работал личный отряд теней Дмитрия Романова. В прошлый раз именно они внесли огромный вклад в победу Российской империи над японцами.

Ещё подобное возможно провернуть с помощью мастеров порталов. Но для них здесь слишком много мелких, локальных действий.

Харутака Кадзами склонялся к тому, что это всё-таки тени. Они могли перемещаться между судами, подкладывая заряды и выводя из строя оборудование. Только после прошлого раза на всех судах была установлена защита от таких Одарённых. Как они смогли её преодолеть, если это были они — непонятно.

— А что с нашей подлодкой? — громко спросил император у присутствующих.

Лица всех стали куда более печальными.

— Она не всплыла. Мы не знаем, где она, — раздосадованно сообщил адмирал японского флота.

— Да ну эту Российскую империю… — махнул рукой Харутака Кадзами, сдерживаясь, чтобы не начать ругаться бранными словами при своих людях. В Японии с этикетом было очень строго, и даже в самые эмоциональные моменты император себе подобного не позволял. — Я уже не знаю, как с ними воевать!

На несколько минут воцарилась тишина. Она ознаменовала траур… не только по погибшим собратьям. Японцы похоронили свою возможность победить над имперцами.

В дверь постучали. Харутака Кадзами отдал разрешение, и в зал совещаний вошёл глава разведки.

— Ваше Императорское Величество, — он поклонился низко, как полагается кланяться самому императору. — У меня есть хорошая новость. Мы нашли наши корабли.

— Слушаю, — правитель заинтересовался.

Ему сейчас очень не хватало хороших новостей.

— Японские корабли уничтожили много войск Российской империи. И даже здания пострадали! — довольно продолжил разведчик.

— Какие еще здания? Вы о чём? — нахмурился Харутака Кадзами.

Это звучало как полный бред, как большая несуразица, называемая сражением, что он сейчас на мониторах наблюдал.

— Посмотрите, и вы всё поймете, — разведчик поднёс императору планшет, на котором были фотографии от союзников.

Император увидел, что сейчас его корабли стоят на разных площадях. И это точно был не фотомонтаж… Был на снимках специальный символ, обозначающий, что местные специалисты всё проверили на подлинность.

На снимках эти корабли вели огонь из всех орудий по солдатам и окружающим зданиям.

— Правда, наши разведчики говорят… — замялся разведчик, — войска-то Российской империи, но принадлежат они по факту мятежникам. Тем, которых мы поддерживаем, кстати.

Император покачал головой. После этого доклада он сразу осознал, какими возможностями сейчас оперирует Дмитрий Романов.

Однако Харутака Кадзами часто говорил о нынешнем императоре с его дядей, который укрывается здесь — в Японии. Он охарактеризовал племянника, как слабого, ленивого, безынициативного. Он говорил, что Дмитрий Романов никогда политикой не интересовался. Что дара у него толком никакого нет! Что сюрпризов от него ожидать не стоит.

Дядя не раз проверял племянника, когда думал — на кого из наследников сделать свою ставку. Он даже брал у Дмитрия Романова анализы крови — проверки были по всем фронтам.

Ни одного попадания в характеристике!

Харутака Кадзами поднялся и суровым голосом отдал приказ:

— Нашему гостю из Российской империи отрежьте палец. За враньё. И скажите ему, пусть ещё подумает. Может, он все-таки забыл нам что-то рассказать о нынешнем императоре. А если и забыл, тогда отрежьте ответственному за переговоры с ним два пальца. Потому что, кажется, нас с вами облапошили.

* * *

Сантьяго Варгас входил в отряд спецназначения от Испанской Конфедерации. Вместе с ним работали по-настоящему суровые ребята, которым не раз доводилось побывать в горячих точках. Все они обучались в специальной школе перед поступлением на службу, где их учили выживать в любых ситуациях. Эта школа спецподготовки считалась самой эффективной в Испанской Конфедерации.

Сантьяго и ещё многих его коллег задним числом уволили из испанских спецслужб для проведения особой операции. Всего около тысячи человек. Ребята один за другим устроились на работу в частную военную организацию. И сейчас они маскировались под наёмников.

Основная задача «наёмников» — отомстить Российской империи за всё то, что они провернули в их стране и в нейтральных водах поблизости. Там до сих пор только двадцать процентов мин удалось нейтрализовать.

Сантьяго Варгас вместе со своими сослуживцами и другими наёмниками находился в грязном подвале. Вся экипировка была практически уничтожена.

А от отряда в тысячу человек осталась, быть может, сотня…

— Как же всё-таки хорошо было раньше. А мы тогда этого не понимали, — печально сказал Родригес — друг Сантьяго ещё со школы спецподготовки. — Когда нас сюда отправляли, все знали — будет тяжело. Но мы лучшие, — мужчина печально усмехнулся. — Кто бы мог представить, что только в небе погибнет больше сотни наших.

— Мы не могли знать, какие у имперцев системы ПВО. Мы готовились к одному, а получили другое, — ответил Сантьяго Варгас. Его взгляд был таким же печальным.

Бои начались сразу, как только испанцы приземлись. Они пришли сюда через портал, как и многие другие наёмники, нанятые коалицией.

Через пару минут появилась странная теневая фигура. Это был человек с даром тени — Сантьяго Варгас не сомневался. Он уже видел таких Одарённых в Персии.

Тень бросилась на отряд, в котором и состоял Сантьяго Варгас. Она одна смогла противостоять множеству… Но всё-таки в спецотряд брали только лучших, и им даже удалось ранить тень. Однако они понесли потери, а Одарённый сбежал.

Затем начались другие задания. Сперва две стычки с небольшими отрядами имперцев. Им удалось победить, но тоже не обошлось без потерь.

Сантьяго Варгас недоумевал, как вообще обучают имперских солдат, если они могли биться с его отрядом на равных! А иногда и чуточку лучше.

Воодушевлённые небольшими победами, «наёмники» отправились на зачистку одного из районов столицы Российской империи. Они рассчитывали сразу отбить цель, но в итоге три здания едва смогли захватить.

Потом они рассчитывали захватить Имперский пехотный корпус четвёртого полка. Место элитных войск, таких же, как отряд Сантьяго Варгаса. До этого там побывали другие отряды союзников, и испанцы рассчитывали добить имперскую армию, которая там осталась. Тогда их жертва не была бы напрасна.

Сантьяго Варгас понимал, что мятежники хотят выиграть за счёт количества войск. Да и у императора Дмитрия Романова армия рано или поздно должна закончиться.

Всё должно быть очень просто, учитывая, что здесь не заставляли гражданских воевать.

В Испанской Конфедерации было похожее восстание чуть больше сотни лет назад. Тогда каждому гражданскому выдали оружие и мобилизовали в королевскую армию.

Стоило Сантьяго Варгасу об этом вспомнить, как наверху раздались звуки взрывов. Сейчас по зданию, где прятались испанцы, вёл обстрел японский военный корабль! Никто вообще не понимал, как он здесь оказался. А огонь оказался столь мощным, что солдатам срочно пришлось искать укрытие. Они уже думали не о победе… а о том, чтобы хотя бы выжить.

— Раньше всё неплохо было. А сейчас мы в полной заднице… — повторил друг Варгаса.

Все находящиеся здесь с ним согласились. Голос печальных воспоминаний стоял в подвале ещё три часа, пока звуки наверху не стихли. Вспоминали и старые операции, и дружбу вне отряда, и тех людей, кого они больше никогда не увидят.

В подвале воцарилась напряжённая, обречённая атмосфера. Испанцы уже не знали, чего ожидать, когда выбирались на поверхность.

Они все были в пыли и грязи. Шли с опущенными головами. От былого величия и самоуверенности членов спецотряда не осталось и следа.

Когда Сантьяго Варгас вышел, то увидел сплошные руины. Здесь пахло кровью и порохом. Испанец от удивления приоткрыл рот.

На единственном свободном от руин участке площади стояли имперские солдаты, служащие Дмитрию Романову.

— Будем сражаться? — спросил Сантьяго Варгас у командира.

— Ага, сражаться, — с сарказмом ответил он. — Складывайте оружие в кучку. Мы сдаёмся. Так нас хоть не завялят. В этом месте битва проиграна. Может, у других отрядов всё пошло по лучшему сценарию.

Никто не спорил…

Испанцев осталось почти сотня, а имперских солдат — несколько тысяч. Идти в бой с ними — чистое самоубийство.

* * *

Я непрерывно следил за сражениями, которые велись при помощи боевых японских кораблей. После того, как закончил на своей позиции, вернулся в главный командный штаб, находящийся во дворце.

Здесь на мониторах было удобно просматривать происходящее с японскими кораблями. Где-то всё шло хорошо, где-то не очень…

На Боровицкой площади японский корабль достаточно быстро уничтожили. Хоть он и выполнил свою задачу. От врагов на той площади только пара человек выжили.

Там целый отряд в две тысячи человек проводил операцию по уничтожению корабля. В итоге они вместе с ним и подорвались. А команда ушла через открытый мной портал за несколько минут до подрыва.

В остальных местах суда остались в целости и сохранности. В трёх местах из восьми боеприпасы у кораблей закончились гораздо быстрее, чем враги. Но туда я отправил подкрепление.

В общей сложности операция проходит успешно.

— Ваше Императорское Величество! Открылись новые порталы! — сообщила мне одна из теней.

Алина сейчас находилась в пылу сражения, поэтому себе на замену она оставила одного из новичков. Сколько бы она ни кричала о моей безопасности, понимала — защита по факту мне не нужна. Сейчас тени — невероятно ценный ресурс. Поэтому мы не стали трогать сильнейших ради моей охраны — они нужны в других местах.

— Я уже чувствую, — спокойно ответил я девушке, и она исчезла в собственной тени.

Присутствие новых порталов я прекрасно ощущал, ведь сейчас сам был связан незримыми узами с Оком Императора. Эта связь осуществлялась через Кодекс Первого Императора, который попутно усиливал и мои способности.

Новые порталы оказались достаточно интересными. Через эти три больших прохода десантируется огромное количество солдат. По энергетической сигнатуре понятно, что идут они прямиком из Британской империи.

— Господин! Я вернулась! — позади раздался радостный голос Алины. — От врагов и мокрого места не осталось.

— Молодец, — похвалил я, не отрывая взгляд от мониторов.

— Ой, а когда будет следующее задание? — Алина хищно улыбнулась.

— Скоро. Пока можешь отдохнуть.

Алина слегка нахмурилась, показывая, что отдых ей не нужен. Однако спорить не стала — знала, что это бесполезно и ни к чему хорошему не приведёт.

Сколько не отправляй убийцу работать по её прямому профилю, ей всегда будет мало. Такой Алина всегда была. С момента, когда отправилась на первое задание.

Она — один из немногих людей, кто встречает смерть с радостью. Собственно, как и все остальное в этой жизни. Вот, сейчас она взяла из рук Вафельку и принялась сюсюкаться с кошкой. Забавное зрелище, учитывая все нюансы.

Сестра также находилась в штабе. Но в отличие от Алины и Маргарет, Анастасия неодобрительно посматривала на эту серую кошку.

Мы все вместе наблюдали за экранами, там из больших новых порталов на столицу опускается множество солдат. Алина и Анастасия наблюдали спокойно, а у Маргарет дернулся глаз. Хоть её и учили политике с раннего возраста, в гуще боевых действий девушке бывать не приходилось. Это была не мелкая стычка, а серьёзный военный конфликт, где на кону стояли и наши жизни.

— Это последний рывок. Многие страны уже в открытую сбрасывают не только наёмников, но и своих солдат под прикрытием. Мятежники понимают, что могут проиграть, а потому идут на риски, — объяснил я.

— Если бойцов у врага будет ещё больше, то и мы можем проиграть, — насторожился Кутузов.

Большую часть времени он участвовал в сражениях. Но сейчас по моему приказу вернулся в главный штаб.

— Нам нужно вывести свои войска из резервов. С персидского или австрийского флота. У нас сейчас практически все ресурсы задействованы. Если враг пришлёт ещё подкрепление, победить будет очень сложно, — закончил Кутузов.

— Это не нужно, — ответил я ровным, деловым тоном. — Новое подкрепление врага не предоставит нам проблем. С ними я разберусь.

На этот счёт у меня имелись свои планы. Разные, на каждый возможный вариант развития событий. Ускоренная работа мозга позволяла мне быстро анализировать. Я никогда не действовал прямо по ситуации, а даже если отвечал сразу — всё равно имел место холодный расчёт.

— Скоро вернусь, — сообщил я своим людям и поднялся.

Открыл в штабе портал, ведущий к самой высокой из башен дворца. Переместился.

Здесь открывался прекрасный вид на городское небо. А особенно — на три новых открытых портала.

Я слегка улыбнулся, взял немного энергии у Кодекса Первого Императора и открыл ещё один свой портал.

Прямо под проходами врага, откуда вылетал десант.

Портал получился большой и растянутый. Обычно для создания столь широких проходов требуется прорва энергии, что делает его открытие проблематичным для мастера. Но не тогда, когда имеется в руках столь мощная реликвия, как Кодекс Первого Императора.

Сейчас мой портал покрывал площадь под всеми проходами врага. Я удерживал его, что тоже требовало колоссального вливания энергии.

Второй портал при подобном удерживании открыть уже не мог, а потому пришлось возвращаться в штаб на своих двоих. Учитывая размеры дворца, это заняло больше пяти минут. А во время действующих сражений дорога каждая минута. Поэтому я торопился и переходил через тени. Но моего развития этой способности не хватало, чтобы сразу прыгнуть в штаб. Пришлось делать множество остановок.

— Вот я и решил проблему, — сказал я своим людям, завороженно наблюдающим за мониторами.

Всё, что выходило из порталов врага, попадало внутрь моего детища: люди, парашюты, техника. В воздухе у них почти не имелось манёвренности, чтобы сменить курс падения и пролететь мимо. Поэтому в моё детище попадало до девяносто процентов всего, что скидывал враг.

— Но это широкий портал. Как ты себя чувствуешь? — Маргарет явно понимала особенности его создания.

— Всё нормально, — ответил я.

Хотя понимал, что выгляжу не очень. Стремительно утекающая из источника энергия забирала все краски и физические силы. Сейчас моё лицо было мертвенно-бледным.

— Присяду, пожалуй, — я опустился в кресло.

Мы продолжили наблюдение.

— Господин! А куда этот портал ведёт? — поинтересовалась Алина. Она держала на руках Вафельку, у которой был самый безразличный вид к происходящему, какой только возможно. Кошка реагировала только на прикосновения Алины. И отвечала ей легким мурчанием.

— Ведёт он в одно интересное место, где им всем очень понравится, — уклончиво ответил я.

* * *

Визирь Насир аль-Дин, как и многие другие правители, активно наблюдал за происходящим в Российской империи. Он изучал отчёты на компьютере. И чем дальше смотрел, тем больше хмурился. Сейчас Насир аль-Дин находился в одном из приграничных городов, куда приехал для проведения переговоров с союзниками.

Правитель Персии рассчитывал, что эта победа будет более лёгкой. Но войска Дмитрия Романова оказывали мощное сопротивление мятежникам в столице.

Тяжело вздохнув, Насир аль-Дин решил отдохнуть. Очистить голову от проблем и тревог. А потому направился в купальню.

Визирь Насир аль-Дин расположился в горячей воде. Прикрыл глаза. Он хотел пролежать так час с наслаждением. Ему помогало так отвлекаться от работы, чтобы сохранить трезвость ума и спокойствие. Хотя Российская империя часто умудрялась вывести его из себя.

Один из помощников ввалился в купальню и тотчас упал на колени.

— О, Великий! Дела в Российской империи пошли не по плану, — виновато сообщил помощник.

— Что не так? — вздохнул Насир аль-Дин. — В смысле?

Как же ему надоела эта Российская империя. С ней вечно что-то идёт не по плану! За что получают деньги тактики и аналитики, которые строят эти планы?

— Смотрите, — помощник протянул планшет визирю.

Там на фотографиях было показано, как войска десантируются из портала над персидской столицей! Да кто вообще посмел покуситься на пустынную святыню? Неужели снова имперцы?

Насир аль-Дин даже удивился от такого зрелища. Что это за мастер порталов, у которого хватило сил создать нечто подобное? Неужто сам Дмитрий Романов? Если это так, то император куда опаснее, чем визирь предполагал ранее. Поддержание столь огромного портала требует массу энергии.

— Вам нужно связаться с теми, кому принадлежат эти войска, — продолжил помощник. — Наши люди вступили в сражение. Но они ничего не понимают, и в рядах солдат начинается паника.

Визирь Насир аль-Дин хмыкнул. Это даже звучало абсурдно! У прекрасно подготовленных войск, прошедших не одну войну… началась паника!

— Эти войска явно принадлежат не Российской империи. Но самое печальное, что в нашей столице начался полный хаос. Из-за маскировки десантников наши войска не могут отличить своих от чужих. Начались схватки между собой, — продолжил помощник. — Мы пытаемся стабилизировать ситуацию, но разные общины этому препятствуют.

Дамаск был распределён между разными общинами и кланами. С правом собственности там всё было строго. Ведь это земли предков.

Когда на территории общины приземляются вооружённые люди, члены общины их и слушать не хотят. Они сразу вступают в сражение. Это было логично и ожидаемо.

Понятно, что враги начинают отстреливаться. Даже если врагами они не являются. И начинается полный хаос. И судя по отчёту, так сейчас происходит во многих местах персидской столицы.

У Персии имелись договорённости с другими странами насчёт Российской империи. Насир аль-Дин считал их своими условными союзниками. Но в то же самое время визирь сейчас отдаст приказ уничтожить их всех, понимая, что о таком он с другими государствами не договаривался.

Если визирь сейчас не уничтожит внезапно появившиеся в своей столице войска, то его репутация в Персии пострадает. Но если разберётся со всеми сразу, то это укрепит её до небывалых высот среди всех жителей пустынной страны. Да и соседи в виде Сирийского королевства и Османской империи по достоинству оценят такое решение и силу, которой обладает персидский визирь.

А с другими странами Насир аль-Дин потом разберётся. Всё-таки это не его проблема. Он вообще не понимает, как так получилось…

Мысли прервали разведчики, которые тоже явились прямо в купальню.

— О, Великий! — поклонился главный разведчик. — Вам звонок из Британской империи. Срочный. Они просят сохранить людей. Говорят, что это всё происки Российской империи, а конкретно — Дмитрия Романова.

Насир аль-Дин нахмурился.

— Уничтожить. И не трогать меня до окончания боёв, — отдал он приказ.

— Слушаюсь, о Великий! — отозвался помощник.

Гости удалились, оставляя визиря одного. Правитель прикрыл глаза и всем телом погрузился в горячую воду.

Касательно переговоров с другими странами у него было готовое решение. Но Российская империя должна будет заплатить за свою дерзость, показанную сегодня.

Глава 18

Министр Алекс Фрай продолжал наблюдать за происходящим в столице Российской империи. Сперва всё шло неплохо — его наёмники начали опускаться к земле. Средства ПВО работали по ним как обычно. Процентов десять погибало в воздухе, но это были допустимые потери. Главное, что большая часть успешно добиралась до земли.

Три портала были открыты высоко. Погода начала портиться, и обзор загородили тучи. Алекс Фрай предполагал, что это произошло не просто так — у императора Дмитрия Романова служили и Одарённые погоды. Они уже не раз заставляли спускающихся на парашютах улетать куда подальше. Обычно обходилось без жертв, но десантникам приходилось долго добираться до точек сбора.

— Пока всё продвигается в штатном режиме, господин, — доложил разведчик, отвечающий за наблюдение за порталами.

— Хорошо. А как внизу обстоят дела? — уточнил Алекс Фрай.

— Пока нет связи с наёмниками. Мы предполагаем — это из-за погоды. Там явно собирается магическая буря.

Как же надоели эти Одарённые погоды! Ладно они просто создавали магические бури… Но из-за них напрочь выходила из строя связь. А мощности двигателей отправленных дронов не хватало, чтобы удержаться на месте. Вот сейчас и эти начнут улетать, а Британии потом новые отправлять. Столько расходов из-за глупого ветра!

Алекс Фрай продолжил наблюдение. Он ожидал, что сейчас поднимется штормовой ветер и у них появятся новые проблемы. Но ничего такого не происходило. Это настораживало. Это выходило за рамки привычной картины мира министра.

— Пришло сообщение от наёмников, которым удалось спуститься! — к министру подбежал тот же связист-разведчик.

— Что там? — уточнил Алекс Фрай.

Наверняка ребята хотели отчитаться о том, как прошли первые бои.

— На землю удалось спуститься почти сотне человек.

— И всё? — Алекс Фрай резко обернулся к разведчику.

Ведь он лично видел, как из порталов выходили тысячи… Куда они все делись? Такое количество даже ветром не сдует. Ведь многие находились внутри техники, а её курс поменять куда сложнее — и по большей части танки достигали земли.

— Да. Один из бойцов организовал видеосъёмку снизу. Вы должны это видеть, — нервно сообщил мужчина и настроил монитор.

Алекс Фрай распахнул глаза. На трансляции было показано, как сверху развернулся широкий, огромный портал. Это явно не работа британцев… Министр сомневался, что у кого-то из его союзников вообще имеется портальщик подобного уровня — для такого манёвра нужно колоссальное количество энергии.

— Откуда взялся ещё один портал? — громко спросил Алекс Фрай у всех присутствующих.

— Нет данных, — четко ответил разведчик.

Министр нахмурился и продолжил наблюдать.

— Пусть приблизят изображение, — отдал приказ Алекс Фрай.

А когда он смог увидеть портал поближе, то распахнул глаза от удивления. Именно туда попадали все спускающиеся наёмники! А чертова туча лишь закрывала портал, чтобы никто не заметил его с верхнего ракурса.

— Отменить переброску! Срочно! — рявкнул министр, и помощник тут же передал его приказ в военную часть.

— Уже всех перебросили! — сообщил помощник после звонка.

Алекс Фрай мысленно выругался. Там же столько людей и техники… Столько денег было на это выделено! И куда это всё пропало? Неизвестно — связи с этими бойцами нет.

Сейчас вся команда связистов пыталась организовать канал связи, но без толку.

— Господин! Его Императорское Величество вызывает вас на срочный совет, — сообщил помощник.

Министр тяжело вздохнул и отправился в зал заседаний. Здесь уже собрались все приближённые Ричарда Грейстоуна.

Как только Алекс Фрай зашёл, то взгляд сразу зацепился за мониторы. На которых он увидел своих солдат! В Дамаске!

— Кто-нибудь знает, как так вышло? — строгим тоном спросил император.

Алекс Фрай поднялся и четко ответил:

— Согласно вашему приказу мы оказывали помощь мятежникам в столице Российской империи. Перебрасывали им наёмников в срочном порядке через порталы. Но Дмитрий Романов открыл портал под нашими проходами. К сожалению, из-за туч мы поздно это заметили. И сейчас большая часть наёмников оказалась в Персии, — он кивнул на монитор и присел обратно.

Присутствующие негодовали.

— Соедините меня лично с советниками визиря! — прокричал лорд Брайан, ответственный за это направление. У сорокалетнего аристократа лицо покраснело от злости.

Ещё бы, ведь теперь ему разруливать эту ситуацию… Всё-таки хорошо, что Алексу Фраю оставили всего одно направление, пусть и самое сложное.

— Мы пытались. Они отказываются разговаривать, — помотал головой глава разведки Британии.

— Да что там вообще происходит? — спросил один из военных советников. — Как они до такого додумались? Вступили в бой с армией, которая предназначалась их же врагу!

Разведчик не сводил взгляд со своего планшета. Вдруг он выпрямился. И громко сообщил:

— Удалось связаться с визирем!

— Устанавливай соединение, — велел император.

На одном из мониторов показалась фигура визиря Персии. Он сидел в каком-то кабинете. А за окном, что располагалось за его спиной, виднелся явно не Дамаск.

— Как вы посмели? — процедил визирь. Его голос прозвучал как гул барабанов в образовавшейся напряженной тишине.

Министр, ответственный за отношения с Персией, поднялся. Он подробно объяснил, что произошло. Говорил чётко и убедительно. Однако визирь на это лишь хмыкнул.

— Мы с вами о подобном не договаривались, — голос визиря звучал зловеще. Имперцам удалось его по-настоящему разозлить. — Ваши войска могли сдаться. Вместо этого они вступили в сражение с моими людьми. Мне не нужны ваши оправдания про отсутствие связи. Вы ответите за подобное отношение к своим союзникам. Все ваши бойцы будут уничтожены.

Связь резко оборвалась. Алекс Фрай помотал головой, прекрасно понимая последствия такого поворота.

— Мы сделали всё, что могли, — схватился за голову лорд Брайан. — На данный момент нам остается только ждать и верить, что всё закончится не так плохо.

Император Британии нахмурился. Он, как и все присутствующие, понимал — визирь всегда исполняет свои обещания. Нет повода сомневаться в его словах.

Можно забыть о наёмниках и технике, которая перебрасывалась вместе с ними.

— Даже если у нас не получится вернуть наёмников, — осторожно сказал Алекс Фрай, — то мы можем повторить попытку в другом виде. Мятежникам по-прежнему нужна наша помощь для устранения Дмитрия Романова и захвата власти.

* * *

Началось то, чего все так долго ждали, а особенно — Фёдор и Григорий. Уверен, братья видели этот момент в своих сокровенных мечтах. Что ж, пусть любуются, пока есть возможность. Штурм дворца долго не продлится.

Весь комплекс зданий грохотал. А пол под моими ногами дрожал от взрывов.

За последние сутки я выбил большую часть врагов из их укреплений. Безопасных укрытий больше нет… И это — катастрофические последствия для самой столицы. Но здания можно отстроить заново, а вот человеческие жизни уже не вернуть. Поэтому все те жители, кто не смог убежать из города в самом начале, до сих пор сидели в охраняемых убежищах. Наша первоочерёдная задача — защитить невинных людей.

Оставшиеся в живых враги выдвинулись ко дворцу. Мои бойцы пытались их остановить, но тягаться с армией в пятьдесят тысяч человек, которая передвигается в основном на бронетехнике, совсем непросто.

Вся сложность заключалась в том, чтобы не просели другие направления. Сейчас многие бойцы находились на охране бункеров и убежищ. Другие находились у порталов в ожидании подкрепления врага. И это только часть того, что происходило в этом огромном городе. Войска в Персии и Австрии я по-прежнему не трогал.

Первую попытку штурма дворца в самый первый день мятежа мы успешно остановили. Тени уничтожили несколько сотен танков… Но враг решил значительно укрепить свои позиции. И на вторую попытку бросил все свои оставшиеся силы.

Я находился в штабе командования и с мониторов наблюдал, что сейчас творится вокруг дворца. Там началась настоящая бойня.

Даже тени и гвардейцы не справлялись с таким количеством врагов, что уж говорить о других бойцах…

Один из танков выстрелил в сторону казарм. Снаряд взорвался о барьер, окружающий дворец. Но сейчас нас обстреливали с такой силой, что этот купол долго не протянет.

— Ваше Императорское Величество, — ко мне подошёл Кутузов. Он выглядел уставшим и слегка побитым. Всё-таки последние дни он провёл в пылу сражений и почти не отдыхал. — Враги прорываются. Нам срочно требуется подкрепление.

— Командуй отступление всем нашим войскам, — велел я. — Но пусть остаются готовыми к сражению.

От неожиданности Кутузов даже не сразу нашёлся, что ответить. Мой приказ удивил всех присутствующих.

— Брат, но тогда враг захватит столицу, — голос Анастасии дрогнул от страха. Пошатнулась репутация несгибаемой женщины.

Маргарет же молчала. Хотя глаза выдавали все её страхи.

— Вам не о чем переживать, — мой тон был успокаивающим. Паника среди своих приближённых мне точно не нужна.

Мне бы и вовсе хотелось оградить девушек от подобных переживаний, но сейчас это не представляется возможным.

— Скоро вернусь, — поднялся я.

Через тени переместился в подземный дворцовый комплекс. Зашёл в одно из помещений, где находился старый архив. Здесь были документы ещё до указа о цифровизации: тогда всё хранили на бумаге.

Я дошёл до конца помещения. Приложил руку к каменной стене, выпустил немного своей энергии. Спрятанный в стене магический механизм узнал её, и раздался звук работающих шестерёнок. Стена медленно, со скрипом, отъехала вбок, и я прошёл в тайную комнату.

Здесь сразу зажглись магические огни. Они располагались в чашах на стенах — ведь это очень старое помещение. Создано ещё до изобретения электричества, тогда дворец освещала только магия.

По бокам стояли статуи известных личностей Российской империи. Был здесь и я, будучи в роли Первого Императора.

На стенах висели старые картины, которых время не посмело коснуться. Долгие годы эта комната была законсервирована. Благодаря особой артефактной системе в стенах здесь застыло само время. С людьми бы такое провернуть не вышло, но с вещами всё гораздо проще — у большинства из них нет души.

В конце зала стояло двенадцать разных тронов, на которых в своё время сидели правители старины. Те, кто правили империей ещё до Первого Императора.

Этот тайник я организовал ещё в своей первой жизни. И вложил сюда несколько секретов, до которых потомки так и не добрались.

Я выбрал один из тронов и присел на него. Выпрямился и приказным тоном произнёс:

— Первый Император требует активировать защитную систему второго порядка — Зимний дворец.

* * *

Святозар Разумовский по прозвищу Кутузов с трепетом наблюдал за происходящим вокруг дворца. На одном из мониторов было показано, как танки врага подорвались на заминированном участке. На другом — Одарённые атаковали барьеры дворца всевозможной магией. Купол дрожал и искрился от напряжения.

Кутузов понимал, что скоро враги прорвутся во дворец. Несмотря на то, что Дмитрий Романов обещал разобраться, Святозар нервничал. Думал, как можно помочь решить ситуацию, но на ум приходило только подкрепление, которое император уже отказался призывать.

Силы были слишком неравны. Даже самые сильные Одарённые, служащие Дмитрию Романову, не справятся с такой армией, что собирается возле дворца.

Рядом с Кутузовым стояла Алина. Девушка хмурилась. Ей явно не нравилось, что сейчас она находится здесь, а не в пылу сражения.

Маргарет же сидела через два стола и, кажется, даже не смотрела на экраны ради своего спокойствия.

С фронтальной стороны дворца надвигалась целая армия. У обороняющихся почти не осталось сил. Но у нападавших их и вовсе не оставалось. Враги сражались из последних сил.

С другой стороны врагов было значительно меньше.

— Где наш император — не знаю, — вздохнул Кутузов.

— Он же сказал, что скоро вернётся и всё решит, — ответила Алина, не отрывая взгляда от мелькающей картинки на мониторе.

Один из членов имперской гвардии только что воздушным серпом разрезал целый танк! Это зрелище заставило девушку улыбнуться.

— Пойду, что ли, задержу их, — Кутузов кивнул на мониторы. — Может, меня хоть прибьют, — он вздохнул. — А то я себя чувствую не начальником службы безопасности, а просто бесполезным человеком. Император практически всё делает сам.

— Действуй как хочешь, — пожала плечами Алина.

Кутузов развернулся, как вдруг ему стало холодно. Даже стоящая рядом девушка задрожала.

— Вы заметили, что стало холодно? — спросил один из наблюдателей штаба.

— Да, как-то резко всё изменилось, — ответил ему сидящий за соседним столом мужчина.

Кутузов напрягся. Зимой кондиционеры во дворце не работали, только отопительная система. Но даже если бы кто-то включил охлаждение, оно бы не сработало так резко. Это явно была магия.

Начальник службы безопасности решил разобраться и спустился вниз. Однако он остановился на лестничном пролёте, наблюдая, как иней покрывает пол первого этажа. Со всех сторон доносились порывы ледяного ветра. Изморозь захватывала стены, поднимаясь всё выше и выше.

Он достал телефон, чтобы подключиться к камерам и посмотреть, что происходит снаружи.

Оледенение вышло за пределы дворца на территорию. Прошло под ногами защитников, но никак им не навредило. Это обнадёживало.

Весь сад был в снегу. Деревья и кустарники мигом заморозило. Стужа сочилась от самого дворца. Лёд, снег и ветер. Красивое, мощное, но крайне опасное зрелище.

Она прошла через барьеры и дошла до вражеской армии, точно смертоносная лавина.

Стужа прошлась по первым рядам врагов, обращая всё на своём пути в лёд. Люди застывали в причудливых позах. Они даже не успевали понять, что случилось.

— Полный назад! — прокричал кто-то из врагов, завидев, как танк обращается в ледяную статую.

Однако предпринять он ничего не успел — стужа настигла и его. Он обратился ледяной статуей, на лице которой навсегда осталась паника.

Один из Одарённых создал вокруг себя огненный барьер. Толстые стены из пламени. Однако и это не помогло. Стужа в мгновение ока потушила пожар. Охладила разгорячённое тело. И забрала его навеки в свой плен.

Поняв происходящее, Кутузов вернулся в штаб. Его помощь больше не требовалась.

В штабе все стояли перед мониторами, заворожённо наблюдая. Алина и вовсе стояла с открытым ртом.

— Как так? — захлопала она глазами.

— Император же говорил, что разберётся, — Кутузов слегка улыбнулся.

В очередной раз Дмитрий Романов смог его удивить. Служить такому господину было крайне интересно, а к тому же эффективно.

На мониторах было видно, как стужа забирает в своё лоно людей тысячами. И сейчас перед дворцом расцветал целый сад из ледяных статуй.

— Система защиты Зимний дворец. Дыхание Первого Императора, — проговорила Анастасия Романова. Шок и ужас были написаны на её лице. — Как такое возможно… Дмитрий каким-то образом нашёл его наследие. И смог воспользоваться.

Кутузов тоже не понимал, как такое возможно. Но он об этом не думал. Вокруг Дмитрия Романова происходило слишком много странного, чтобы он анализировал все действия своего господина. Он был солдатом и привык выполнять приказы. И ещё ни разу император его не подвёл или не сдержал обещания.

Внезапно все присутствующие встали на колени. Кутузов последовал примеру. Но продолжал смотреть, как враги тысяча за тысячей умирают, не успевая убежать от стужи.

— Это же одна из легенд… — прошептала Алина. — Если враги вторгнутся во дворец, то Император использует своё ледяное дыхание. И обратит в ледяные статуи всех, кто посмел вторгнуться на земли в центре столицы, где правит сам Император.

Глава 19

Герцог Вильгельм фон Цальм сидел в большом зале для совещаний, где на мониторах велась прямая трансляция из столицы Российской империей. Его приближённые завороженно наблюдали, перешептываясь между собой:

— Это же Ледяное Дыхание Первого Императора, одна из старых легенд.

— Это не может быть дыханием в привычном смысле этого слова. Скорее всего, легенда сложилась после первого использования артефактной системы, — предположение министра финансов звучало чётко и логично.

— Звучит логично, но мы не можем знать наверняка. Учитывая, сколько сюрпризов преподносит в последнее время Российская империя, они могли и саму душу Первого Императора держать где-то в подвалах.

— Невозможно, — хмыкнул один из министров. — Тоже склоняюсь к тому, что это какая-то артефактная система защиты. Но её мощь поражает воображение — здесь вы правы, господа.

— Сколько же энергии понадобилось на её создание? В нашей империи столько кристаллов-накопителей не наберётся, чтобы заморозить целую армию, — в голосе пожилого военного советника слышалась дрожь.

Герцог же не отрывал взгляд от монитора. Он слушал разговоры вполуха. Там один за другим наёмники и бойцы коалиции превращались в ледяные статуи. Герцогу казалось, что он даже на расстоянии чувствует этот холод… Холод — главный враг стихии огня.

А потому произошедшее сильно задело Вильгельма фон Цальма до глубины души. Но в этот раз он не пылал, не кричал, не бил кулаками об стены. Он сидел ровно и молча смотрел за происходящим.

Уже больше десяти тысяч человек обратилось в лед.

Вильгельм фон Цальм невольно представил, что такое может случиться и с ним. По телу пробежали мурашки.

— Дыхание Императора — легендарная вещь, — продолжилось тихое обсуждение. — Про Российскую империю раньше много легенд ходило, и любой политик и чиновник очень хорошо знал эту страну. Эти легенды знали в любой более-менее сильной стране. Тяжело не знать и не изучать тех, кто так плотно вписан в историю.

— Это конец, Ваша Светлость, — один из генералов обратился к герцогу. — Восстание задушено. Войска уничтожены. Мы не понимаем точно, как всё это произошло. Там находились отнюдь не слабые бойцы и Одарённые, и они не справились. Мы даже представить себе не можем, что это за сила и откуда она взялась, как была активирована. Кто мог вложить столько энергии в Ледяное Дыхание Первого Императора? Пока это загадка, не имеющая ответа.

Герцог был уверен, что этот случай запомнят. Но как и во многих других случаях, загадка останется нерешённой, как бы упорно ученые и аналитики ни пытались докопаться до произошедшего.

— Это трагедия, Ваша Светлость, — произнёс один из советников. Этот человек всегда следил за своими эмоциями, но сейчас даже он выглядел печальным. — Что мы будем делать дальше?

— Договариваться с Германской империей. И отдавать им часть своих земель, — это решение далось герцогу нелегко, но он не показал виду. Его тон оставался ровным и чётким. — В обмен на мирный договор. А сами будем давить на Российскую империю дальше. Поэтому перекидываем войска из Германии на российский фронт. Сейчас их столица в полной разрухе. Возможно, у нас что-то получится.

Грех было не воспользоваться такой возможностью — империя ослабла после восстания. Хотя после увиденного у герцога закралась мысль больше не соваться в Российскую империю, но он быстро от неё отмахнулся. Вильгельм фон Цальм не тот человек, который будет отказываться от своих целей, когда на горизонте маячит что-то непонятное. Пусть даже легендарное.

— Выполняйте приказ, — приказал герцог. Хотя на подсознательном уровне уже почти не верил, что у Австрии получится победить.

* * *

Члены коалиции также наблюдали за происходящим в столице Российской империи, как это делал и весь мир. За событием такого масштаба неустанно следили и обсуждали.

За столом сидело чуть больше тридцати аристократов. Григорий Романов находился в столице, а вот некоторые другие рода решили покинуть поместье графа Летова и спрятаться от греха подальше. Некоторые уехали за границу. Кто-то решил дожидаться окончания боевых действий в глубинке Российской империи. Страх взял верх над этими людьми, и желание обезопасить семью пересилило все другие задачи.

В зале царила напряжённая атмосфера, разве что воздух не искрил. Первые десять минут все сидели молча, не зная, как реагировать на увиденное. Сейчас прямо на глазах аристократов их армии и союзники обращались в лёд. Застывали в убегающих позах, не в силах спастись от легендарной стужи.

Каждый понимал, что это конец. Разочарование было написано на этих некогда радостных лицах. Три дня назад члены коалиции пророчили себе громкий триумф и захват власти. Сейчас каждый из них думал, как самим спастись от гнева императора. Ведь неизвестно, сколько ещё у него в рукаве таких легендарных сюрпризов.

— Господа, у нас ещё есть шансы, — заявил Фёдор.

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Произошедшее сильно разозлило цесаревича. Он отказывался принимать очевидный факт. Победы не будет.

— Какие шансы? — хмыкнул его друг — Евгений Казанский. — Даже если мы снова отправим подкрепление, его также заморозят на подходе ко дворцу. Или, может, у кого-то есть идеи, как с этим бороться?

Ответом стала гулкая тишина. Даже на мониторе не было звуков. Стужа добралась до дрона, ведущего съёмку с воздуха, и заморозила его вместе с солдатами.

— Тут даже самые сильные Одарённые стихии огня не справятся, — покачал головой граф Летов.

— Как думаете, господа, у нас ещё есть шанс на спасение? — в голосе князя Казанского слышалась надежда вперемешку с отчаяньем. Он цеплялся за любую возможность — не сохранить свою власть, а хотя бы выжить.

— После произошедшего в столице — очень сомневаюсь, — категорично ответил Пётр Леонидович Воронов.

В зале снова воцарилась тишина. Каждый думал о том, как бы спасти свою шкуру.

— Но мы не можем просто сдаться! — выкрикнул Фёдор.

На его слова не обратили внимания. Он утратил свою полезность и выгоду ровно в тот момент, когда исход мятежа стал очевиден. Теперь он не полезный актив, а лишь мешающий балласт, который необходимо сбросить.

Пётр Леонидович Воронов поднялся и взял инициативу в свои руки. Нужно было действовать, пока не стало слишком поздно. Нужно спасать собственные жизни.

— Скорее всего, у нас осталось немного времени. Может, два часа… может, сутки. Но больше двух дней Дмитрий Романов нам точно не даст. За это время мы должны собрать всё свое имущество — всё, что можно вывести из империи, всех важных людей и родственников. И исчезнуть с территории Российской империи. По-другому не будет.

— Вы правы, — кивнул граф Летов. — А теперь, прошу меня простить, но мне нужно подготовиться к переезду. Вы же можете оставаться в поместье сколько понадобится.

Пожилой граф стремительно удалился из зала совещаний.

— Пожалуй, и мне пора, — за ним следом вышел Фёдор Романов. Но его даже не стали взглядами провожать.

Все понимали, что предложенное Вороновым — единственно верное решение. Последний шанс спастись самим и спасти своих близких, которые тоже оказались замешаны в сговоре.

Сейчас не играли роли статусы, титулы и финансы каждого из присутствующих. Всё равно какое благосостояние было у каждого из аристократов.

Все они лишились своих армий в столице Российской империи. А те войска, которые остались — это даже не смешно. Если явится кто-то из спецотрядов Дмитрия Романова, остатков гвардии не хватит, чтобы защитить своих господ. Их убьют — это почти очевидный исход.

Остались всего несколько сильных Одарённых, которых члены коалиции решили не отправлять в столицу. Но навряд ли их хватит для противостояния. Нет смысла рисковать ни ими, ни собственными жизнями.

К тому же непонятно, какие ещё у Дмитрия Романова козыри в рукавах припрятаны. Пётр Леонидович Воронов лично для себя решил, что больше не собирается воевать с этим мальчишкой… Нет, мальчишкой его уже не назовёшь. Он уже показал себя настоящего. Показал как истинного Императора Российской империи, с которым не потягаться.

Численный перевес был на стороне мятежников, как и эффект неожиданности. Но даже при таком, самом паршивом раскладе Дмитрий Романов победил. В любом случае, нужно бежать. Это понял даже Фёдор Романов, которому сложнее всего было принять поражение.

У коалиции была конкретная цель — захват власти. А теперь им лет пять-семь нужно восстанавливаться, даже если их не будут трогать. Мятежники бросили на эту операцию буквально все свои силы и ресурсы. Всё, что у них было.

Это была поистине великолепная военная операция. В начале они планировали подорвать дворец, а потом всё так успешно закрутилось с порталами в воздухе, что было решено захватить весь город.

Кстати, эту идею подал граф Вихрев. Он в своё время на воздушном шаре всю столицу облетел. У него имелись специальные маго-технологии для сбора координат. Координатные сферы хоть и редкая вещь из древних времён, но не настолько, чтобы их вообще не умели создавать.

Изначально был запланирован только подрыв, а в итоге получилась огромная наземно-воздушная операция в столице. И ещё в нескольких городах, но там восстание подавили сразу — император Дмитрий моментально отправил туда своих людей, хотя члены коалиции надеялись, что он сосредоточит войска именно в столице.

Плюс к операции присоединились другие страны. Участвовали как частные, так и государственные военные компании. Но это всё уже неважно… Ведь сейчас всему пришёл конец.

— Даже затрудняюсь сказать, сколько войск мы потеряли в столице, — печально сказал барон Коновалов, когда на экране вновь появилась картинка — уже с другого дрона.

— Только у дворца погибло тысяч пятнадцать, — сообразил князь Казанский. — А сколько всего войск было у Дмитрия Романова?

— По нашим подсчётам, не более двадцати тысяч, — напомнил князь Воронов. — Получается, он победил настолько малыми силами.

А коалиция собрала больше трёхсот тысяч… Колоссальный перевес! Но и он и не помог победить… Хотя изначально казалось, что победа на ладони. Вот она власть — иди и бери. Ожидания от операции были огромными, но тем больнее было признавать печальный итог.

Сейчас у дворца Дмитрия стояла настоящая ледяная армия. Пётр Леонидович никогда не сталкивался ни с чем подобным… И это пугало его до дрожи в коленях.

— Не стоило приступать к этой операции, — князь Казанский уже пожалел, что ввязался в эту авантюру. — Я это понял ещё во время первых битв. Дмитрий Романов — гениален, нам с ним не тягаться.

Многие за этим столом жалели о своём решении вступить в коалицию… Но не говорили об этом. Не нужно было произносить вслух то, что и так написано на их лицах.

— Мы были слепы, — подтвердил Пётр Леонидович Воронов. — Не стоило верить отчётам разведки и другим наследникам… Мы поверили, что он бесталанный, слабый, никчёмный. И сами не разглядели в нём большее. Такие люди, как он, по всей видимости, не горят на каждом шагу доказывать свою исключительность и хвалиться.

Князь Воронов, как и все остальные, винил в недальновидности не себя, а общество, в котором приходилось жить. В нём сложились определённые обычаи и традиции, когда каждый аристократ привык выпячивать свои достижения, даже если таковых у него ещё не было. Любили дворяне выдумать про себя с три короба хвалебных историй и рассказывать их на каждом мероприятии.

В нынешнем обществе сильно смазалась грань между правдой и ложью.

— А что делать с цесаревичами? — спросил один из военных.

Пётр Леонидович Воронов усмехнулся и ответил:

— По моей информации Фёдор уже сбежал в Японию. Для него организовали специальный портал, так что он ушёл прямо из холла. Цесаревич заранее подготовил себе пути бегства.

Князь Казанский неодобрительно хмыкнул, хотя сам поступил бы подобным образом. Но ему не понравилась первая реакция Фёдора, настаивающего, чтобы мятежники шли до конца. Они и так дошли до финишной черты… Им больше нечего противопоставить Дмитрию Романову.

— А Григорий… — продолжил князь Воронов. — Его судьба мне неизвестна. Но зная его характер и смелость, он сейчас сидит в каком-нибудь иностранном городе в лучшем из отелей и рассказывает всем, как он практически добился успеха. Но что-то пошло не так.

— В общем, господа, собираемся и тоже уходим, — поднялся князь Казанский, а следом за ним и его сын.

— Вы правы, пора уходить, — кивнул Пётр Леонидович Воронов. — Когда император придёт в себя или хоть немного окрепнет, он подведёт итоги сражения, и нам не будет спасения нигде. Ни в воздухе, ни на земле, ни даже в море и в загробном мире.

* * *

Я осознал себя сидящим на полностью заледеневшем троне. Моё тело покрывала корка льда. Температура организма опустилась до критической отметки. Сердце едва билось в груди. Я не мог даже пошевелиться, а реакции были заторможены… даже думалось медленнее, чем обычно.

Холод пробирал до самых костей. Но мне было спокойно.

Перед глазами возникла картинка. Отрывок из прошлого…

В этом самом зале стояли двенадцать суровых мужчин. Они что-то обсуждали, но голоса звучали слишком приглушённо и неразборчиво. Но я хорошо помнил этот разговор, и мне не нужно было слышать его второй раз.

Потом каждый из мужчин получил из моих рук, когда я был ещё Первым Императором, специальные амулеты-ключи на золотых цепочках. С их помощью осуществлялся доступ в это самое помещение. Эти люди были назначены хранителями этого места.

Вот амулет-ключ получил высокий статный мужчина в военном мундире. Как сейчас его помню — граф Григорьев. Он отличился в войне с Персией. Благодаря его навыкам мы победили в последнем сражении. А следом — выиграли и войну.

Дальше шёл барон Беспалов. Выдающийся Одарённый антимаг. Благодаря его навыкам нам удалось предотвратить одно из вторжений в столицу. Он также участвовал в создании Ока Императора.

Князь Голицын разработал экономическую реформу, которая помогла поднять страну с колен после военных действий, когда всё было в разрухе. В отличие от нынешних министров, он сразу подумал не только об аристократах, но и об обычных гражданах империи.

Граф Терентьев распродал всё своё имущество, хотя этот человек считался одним из богатейших в стране. Он устраивал пункты выдачи еды для всех нуждающихся. Благодаря его действиям удалось предотвратить голод в стране, пока экономика не восстановилась после военных действий. Также он построил несколько больниц и детских домов, в которых страна так отчаянно нуждалась.

Помню, как князь Казанский однажды потерял всех наследников, когда дворец уже однажды чуть не пал под натиском врагов.

А граф Вязовский полностью лишился дара, когда накрыл целый жилой район куполом в момент магической бомбёжки. Этим он дал возможность десяткам тысяч людей спастись.

У каждого из присутствующих имелись свои заслуги перед Российской империей. Эти люди совершили великие дела и были за это вознаграждены Первым Императором.

Когда империя была в критическом состоянии, самые доверенные и надёжные люди получили статусы Хранителей. Их имена были вписаны в Кодекс Первого Императора… и от этого мне даже грустно.

Я помню этот день. Помню слова клятвы, которую они произносили в этой самой комнате. Они обещали, что их рода никогда не забудут о долге перед Российской империей, и в час нужды они придут на оборону сердца страны.

Считалось, что слишком много секретов Первый Император, то есть я сам, оставил именно в этом зале. Это были подарки для будущих поколений.

Этот дворец никто никогда не должен был захватить, и будучи Первым Императором, я придумал, как это сделать. Поэтому и раздал амулеты-ключи.

У меня ещё теплилась надежда, что хоть кто-то явится. Хоть один из наследников всех тех, кто давал клятву в этой комнате. Я надеялся, что память об этом дне не забыта, и знания передавались будущим поколениям.

Но этого не случилось.

Четыреста лет — слишком большой срок даже для Хранителей. Как итог — наследие не сохранилось. Остались лишь позабытые легенды…

Впрочем, даже эти рода, кто из них остался существовать до сих пор, не прибыли на помощь.

Беспаловым было всё равно на происходящее в столице. Голицыных давно не осталось… Григорьевы давно разорились, и Одарённых в их семье уже сто лет не рождалось — им попросту нечем было помочь.

Кто-то и вовсе перешел на сторону врага, как это сделал Казанский. Даже сложно поверить, что раньше мы с этим родом были не просто союзниками, а близкими друзьями.

Картинки в голове мелькали одна за другой… События тех дней. Заслуги перед Родиной… и всё то, что осталось от этого былого величия.

Под грузом воспоминаний я невольно начал засыпать. А это плохо. Я выложился на максимум, создавая и поддерживая огромный портал, а после Дыхание Императора — система защиты «Зимний дворец» тоже давалась нелегко. Сил у меня не оставалось…

Даже Кодекс Первого Императора перегрузился после произошедшего. Вкованное в артефакт заклинание Дыхания Императора обладало нечеловеческой силой. На время теперь даже Кодекс превратился в обычную книгу, ему тоже понадобится восстановиться. При том, что это неодушевлённый артефакт с собственным сознанием.

Постепенно я засыпал. Глаза закрывались… и я не мог пересилить это желание. Не хотел…

Возможно, для меня это тоже конец. Мысли спутались, смешались сё воспоминаниями… Я уже не мог отличить, где правда, а где лишь прошлое. Разум постепенно затуманило…

Так и хотелось погрузиться в спасительную черноту. Избавиться от лютого холода и просто отдохнуть.

— Российской империи нужен государь. Проснитесь, — гулкий шёпот донесся откуда-то от стен. Заставил меня выплыть из небытия.

Что это было? Как же сложно соображать в таком состоянии…

Какой-то знакомый голос. Из древних времён… Очень знакомый. Но не могу узнать. Не могу вспомнить.

Эти мысли помогли сосредоточиться. Я медленно, плавно начал открывать глаза.

Вот и один из минусов артефакта, которым я воспользовался для защиты дворца. Ты должен быть невероятно силён, а иначе пожертвуешь собой…

Чем сильнее желание закрыть глаза, тем тяжелее их потом открыть.

Мои веки пытались открыться полностью… но снова закрывались. Раз за разом.

Но я не могу уйти. У меня даже нет наследников… Если я умру, к власти придёт Фёдор или Григорий. Или Анастасия, если у неё хватит сил тягаться с братьями.

А если некому перенять трон, то и жителям Российской империи конец. Страну растаскают по кусочкам враги, как они это и задумали изначально.

Нет. Я не могу это так оставить…

С этими мыслями я резко распахнул глаза.

Враги только и ждут моей смерти. А я не дам им такого удовольствия. Не дам!

Если бы рядом кто-то находился, то заметил бы, как ярко сейчас горят мои глаза. Золотым сиянием. Свечение исходило из самой моей души.

Цвет золота олицетворяет правление и власть. Ответственность, которая возлагается на плечи государя.

Я медленно поднимаюсь с трона. Покрывшая меня ледяная корка трескается. Осыпается на пол.

Огляделся. В комнате никого не было.

Я начал двигаться к выходу. Медленно, не спеша. На своих дрожащих от бессилия ногах. Самое сложное уже позади… Я по крайней мере остался жив.

До штаба я добирался долго. И ни одному из встреченных на пути не позволил себе помочь. Ведь император должен быть сильным. Это образ правителя, от которого ждут определённых вещей. И я ему соответствовал благодаря своей сильной душе и воле.

Вид у меня был крайне печальный, но сейчас мне было всё равно. Ведь каждый понимает, почему это произошло… И главное — ради чего.

В штабе меня встретила целая толпа. На меня сразу набросилась Алина.

— Господин! Позвольте помогу! — выкрикнула она.

Но я поднял руку и остановил её.

— Со мной всё в порядке, — мой голос звучал тихо, но твёрдо. — Лучше дайте мне доклад о состоянии города.

Следующие пять-шесть часов я сидел и через силу слушал о последствиях мятежа. А также решал некоторые вопросы.

Отдельно ко мне подошла Маргарет и поинтересовалась:

— Как ты себя чувствуешь? Выглядишь не очень хорошо, если честно…

— Знаю, — кивнул я.

— Не стану как все остальные предлагать тебе взять перерыв. Ты всё равно не послушаешь.

— И верно. Сейчас благополучие наших граждан на первом месте.

— А на каком месте твоя жизнь? — на её лице отразилась тревога за меня.

Этот вопрос заставил ненадолго задуматься. Хотя в разных жизнях я уже об этом размышлял, и ответ всегда был разным.

— На последнем. Император создан для того, чтобы защищать свой народ. Чтобы вести его вперёд. В первую очередь он должен думать о гражданах.

Маргарет кивнула. Видимо, я дал ей хорошую почву для размышлений.

Тем временем ко мне подошли с очередным отчётом, и Маргарет отошла к Алине, которая делала вид, что прикладывает все свои усилия для охраны Вафельки.

Доклады были разными. Какой район уничтожен полностью, где повреждены здания или убежища. Где ещё остались единицы врага. Каких-то врагов не могли найти, а кто-то из них вовсе убежал, пытаясь спастись от своей участи.

— Военные госпитали переполнены, — продолжал докладывать Кутузов. — По нашим расчётам, в военный госпиталь во дворце сегодня разом принесли более шестисот человек. Все, кто сейчас на службе из лекарей, уже полностью пустые. Они уже сделали всё, что могли за эти дни. А перекидывать нам сюда некого… Портальщики уже вымотаны.

— Сейчас разберусь, — поднялся я.

Ноги подкосились, и я невольно облокотился о стену. М-да, такими темпами я вечность буду до госпиталя добираться.

— Мне нужно плечо, — сказал я Кутузову.

Наступил крайний момент, когда стоило воспользоваться помощью начальника гвардии.

Святозар Разумовский и сам плохо стоял на ногах после всех сражений. Но несмотря ни на что, он помог мне добраться до военного госпиталя.

Здесь, в одном огромном, зале лежали все больные. Основной больницы при дворе не хватило, чтобы вместить всех присутствующих, потому целители воспользовались соседними помещениями для размещения раненых.

В моих руках тут же оказался Кодекс Первого Императора.

«Вставай. Нет времени спать. Верные сыны Российской империи нуждаются в нас», — мысленно обратился я к нему.

Начал подпитывать его энергией из своей собственной души. Это единственное, что у меня осталось.

Тонкая золотистая нить соединила нас с Кодексом. И реликвия засияла, привлекая взгляды всех присутствующих.

Кодекс Первого Императора раскрылся. Из него начала выливаться энергия во все стороны. Яркая. Разноцветная.

Сработало. Он меня услышал. И стал делать то, для чего и был создан мной в первой жизни.

Энергетические лучи останавливались мимо проходящих людей, огибали их. Им помощь не требовалась — они были здоровы.

Но ни одного больного энергия не обделила. Она впивалась в грудь каждого. Заставляла просыпаться…

Кто-то получал дар вместе с энергией — Кодекс Первого Императора принял решение наградить многих, кто верно сражался в последние дни, кто всеми своими силами защищал город… и даже был готов погибнуть ради него.

Энергия из реликвии поможет больным быстро восстановиться. Тяжёлые раны она не залечит, но по крайней мере уберёт риск летального исхода.

Те, кто верой и правдой сражался за свою империю, должны жить.

Когда лучи энергии коснулись каждой койки. Кодекс Первого Императора перестал сиять. Он захлопнулся в моих руках.

Снова уснул… Он очень устал за сегодня, собственно, как и я сам. Тоже еле держусь на ногах, а глаза закрываются — клонит в сон.

Однако ещё не время. У меня много работы…

— Ваше Императорское Величество! — главный лекарь заметил, как меня шатает, и обернулся к помощникам. — Койку сюда!

Двое лекарей помладше сразу поднесли одну из больничных коек.

— Дмитрий Алексеевич, вам бы прилечь. Мы о вас позаботимся, — голос лекаря был успокаивающим, а предложение соблазнительным.

— Не стоит, — сухо ответил я. — Есть те, кто нуждается в помощи больше, чем я, — обернулся к Кутузову. — Пойдём в мой кабинет.

Однако стоило мне сделать два шага, как глаза заполонила чернота… Я рухнул.

Меня сразу подхватили и уложили на кровать. Я был в сознании, но совершенно без сил.

Вокруг поднялась паника.

— Найдите хоть какой-то целительский артефакт! Хоть что-то должно было остаться! — кричал главный лекарь на своих помощников.

Пожалуй, мне и правда стоит сначала восстановиться. Печально осознавать, но на данный момент у моих сил и воли есть предел. И я его достиг…

Но единственное, что радует — понимание, что до этого момента я всё делал правильно. Ведь когда меня положили на кровать, я услышал голос не только Кутузова, но Анастасии, Маргарет и Алины:

— Отдохните. Мы сами обо всём позаботимся.

— Всё будет хорошо.

Тогда я спокойно закрыл глаза. И провалился в безмятежность. Теперь можно и себе позволить отдохнуть.

* * *

Григория Романова охватила настоящая паника после произошедшего во дворце. Ещё вчера он всем сердцем желал штурма дворца. Хотел зайти туда, выполнить своё предназначение и быстро выйти. Получить, наконец, столь желанную власть!

А сейчас единственное, чему он радовался — что не оказался среди замороженных бойцов.

Цесаревич вместе с остатками своих людей — а их осталось всего человек пять — бежал из столицы куда подальше.

— Как можно было такое допустить? Как⁈ Надо было всего лишь к артефакту проникнуть! — кричал Григорий Романов. Его одолевала паника и злость. Эмоции искали выход, и он вымещал их на тех, кто остался рядом с ним.

— Прекратите кричать. Сейчас у нас всех незавидное положение, — впервые гвардейцы начали ему возражать.

— Да вы хоть знаете, с кем разговариваете? — выпалил Григорий Романов. — Да я вас!..

— Вы — человек, по колено застрявший в дерьме, — прорычал Сорокин Николай — старший из оставшихся в живых гвардейцев.

Григорий Романов вместе с остальными находился в канализации. Здесь всё было заполнено отходами и фекалиями. Цесаревичу доставало до груди, так что Сорокин ещё приуменьшил.

Это был единственный способ незаметно выбраться из города. А вместе с продвижением по канализации Григорий Романов терял и своё достоинство… Сейчас от него остался лишь пустой гонор, и больше ничего.

Положение было ужасным. Пришлось прорываться с боем, в ходе которого и погибло большинство гвардейцев, приставленных к Григорию.

Связи не было, а потому с союзниками связаться тоже было невозможно.

Из тысячи людей, бывших у Григория Романова, осталась эта пятерка. Положение незавидное… И осознание этого только разогревало тревогу и ярость в груди наследника.

— Ненавижу! Всех их ненавижу! Не младший брат, а настоящий урод! Чтоб он заживо сгнил!!! — Григорий Романов кричал всё, что только приходило на ум.

Но это не помогало успокоиться… О спокойствии теперь можно было только мечтать.

Хоть Григорий Романов и кричал о ненависти, вслух он не мог признаться, что просто боится. Ему было невероятно страшно за свою жизнь.

Ему уже не надо ничего: ни трона, ни денег, ни власти. Сейчас он просто хотел жить… Он очень жалел, что пошёл против своего младшего брата, хотя не мог набраться смелости произнести это вслух.

Внезапно впереди Григорий Романов увидел просвет.

— Вперёд! — скомандовал он, и отряд ускорился.

Очень скоро они вышли в одно болото. Все грязные и зловонные.

Григорий Романов ступил на твёрдую землю. Упал на колени… Начал бить её кулаками. И зарыдал от всех пережитых эмоций. Как ему было жаль, что нельзя повернуть время вспять…

Глава 20

Алина многое повидала в этой жизни. Примерила на себя множество разных ролей. Участвовала во всевозможных сражениях.

Ее лично тренировал Дмитрий Романов. А помимо этого занималась с сёстрами-тенями. Долго, изнурительно, но результативно.

Она завершала задания, которые по оценкам аналитиков выполнить было невозможно. Многие называли её подход безумным, но он всегда давал результат.

Алина раз за разом доказывала окружающим, что она лучшая во всём, несмотря на свой юный возраст. Там, где на выполнение задания другой тени требовалась неделя, личная служанка императора справлялась всего за час.

Она бесчисленное множество раз смотрела смерти в глаза… Но сейчас девушке хотелось просто сдаться. Впервые в жизни она чувствовала такую пустоту и бессилие в своей душе.

Алина понимала, что она не вывозит свалившуюся на неё нагрузку. Сейчас, сидя в кресле императора Российской империи, за его столом, она хваталась за голову.

Вокруг творился полнейший хаос… Один за другим приходили подчинённые императора с докладами. На планшет Дмитрия Романова то и дело поступали новые уведомления. Многие из них подсвечивались красной надписью: «Срочно!»

Все от неё что-то хотели… И Алина искренне не понимала, как император вообще справляется с такой нагрузкой.

Ладно в мирное время, но сейчас — после подавления мятежа — работы было непочатый край. Девушка не знала, за что хвататься в первую очередь.

Где-то не могли разобрать завалы — слишком много зданий было разрушено, и людей категорически не хватало. Где-то оставшиеся без крова люди просили помощи. В больницах и вовсе не хватало врачей и лекарей… И это всё только вершина айсберга, на который напоролась Алина. Сейчас она чувствовала, что все эти проблемы тянут её ко дну, точно пробитый корабль.

На планшет императора приходили только те сведения, которые он мог решить. Потому глобальные проблемы сыпались одна за другой… Хотя было бы проще, если бы присылали отчёты об обвалившейся кладке одного-единственного здания… А не о целом районе, оказавшемся в руинах.

Казалось бы, всё это должны решать люди, находящиеся на местах. Ведь у каждой зоны города были свои ответственные. Но перед тем, как отключиться, Дмитрий Романов чётко сказал, что должен знать обо всём, что происходит в городе. Чтобы максимально быстро ликвидировать все последствия.

Даже перед тем, как потерять сознание, император успел вылечить множество людей в госпитале. А ведь Алина знает о Кодексе Первого Императора гораздо больше, чем остальные. Ведь она доверенное лицо государя.

Она понимает, какую работу он проделал и чего ему стоили все манипуляции с этой реликвией. Дмитрию Романову необходимо проводить всю эту энергию через своё тело, а в госпитале он выпустил достаточно. Это огромная нагрузка не только на сам организм, но и на магический источник.

Кодекс Первого Императора и без человека может помогать людям, но тогда его возможности очень ограничены. Для управления им нужен не только сильный характер, но и закалённая душа. Потому он и носит имя Первого Императора, а не самой Российской империи.

Всё это рассказывал девушке сам Дмитрий Романов. И каждый раз она не переставала удивляться силе этой реликвии и тому, как у императора получается ей управлять.

Планшет снова завибрировал. Пришли новые срочные доклады! Увидев их, Алина тяжело вздохнула… Ей уже хотелось выть от количества работы! Она была готова делать что угодно, хоть пойти в одиночку против целой армии! Лишь бы не заниматься всем этим…

Бумажная работа невероятно бесила девушку. Всё-таки она боевая единица и для такой работы не приспособлена.

Дверь в кабинет открылась, и вошла Маргарет. Алина тотчас выпрямилась и сделала серьёзное лицо. Она не хотела показывать другим своё отчаяние.

— Привет, — улыбнулась австрийская принцесса. — Я сделала то, о чём ты меня просила.

— В смысле «сделала»? — распахнула глаза Алина. — Там же нужно было организовать огромное количество людей! Решить вопросы о предоставлении помощи из других городов. Собрать бригады. И ещё много чего!

— Ну да, — пожала плечами Маргарет. — По-быстрому всё сделала.

Вот что называется — у человека имелся опыт организационной работы!

— В смысле? А откуда ты… — задумалась Алина.

— Ты забыла, кто я? — по-доброму усмехнулась Маргарет.

— Точно! — широко улыбнулась девушка. У неё только что созрел новый план. — Подойди сюда. Садись.

Она поднялась и усадила Маргарет на своё место. Пододвинула к ней стопки бумаг. Открыла срочные доклады на планшете Дмитрия Романова.

— Можешь со всем этим разобраться? — спросила Алина с неприсущей ей серьёзностью. — Может, у тебя лучше получится.

— Я попробую, — задумчиво ответила австрийская наследница.

Алина с облегчением переместилась на диван. И в течение нескольких часов наблюдала, как Маргарет решает все срочные вопросы. Да она уже дошла до тех, что нужно было решать во вторую и третью очередь!

Маргарет оперативно перебирала данные, связывалась с нужными людьми и давала соответствующие указания. Причём такие, до которых Алина никогда бы в жизни не додумалась!

— Алло, — позвонила кому-то Маргарет. — Соедините меня с инженерными войсками… С любым отрядом… Неважно с каким. Свободным! Бегом! — через пару минут она продолжила раздавать указания. — Сейчас собираетесь и идёте на Подольскую улицу. Вам надо вытащить людей из-под бункера под обрушенным домом. У вас на это есть тридцать минут. Там завален выход из бункера. Потом идёте на Кантемировскую улицу и расчищаете завалы. Затем Замятинскую. Улицы находятся недалеко друг от друга. На всё у вас есть два часа!

— Ты же можешь не лично звонить, а приказывать кому-то из помощников, — решила подсказать Алина, когда Маргарет положила трубку. — Их там сейчас полный зал ожидания.

— А чего раньше не сказала? — глаза Маргарет заблестели азартом. — Давай их всех сюда!

Работа закипела с новой скоростью. Маргарет сама быстро решала вопросы, но с помощниками процесс пошёл в двадцать раз быстрее.

Алина начинала понимать, чем Маргарет так понравилась императору Дмитрию.

На самом деле они очень похожи, когда начинают решать дела. Дмитрий действовал точно так же. Слаженно, чётко и быстро.

Он тоже переживал за людей в первую очередь, а потом уже думал о себе.

Ходит много слухов, что Алина спит с императором. Ходит и во дворце, и в кругах аристократов, и в народе. Потому что Алина всегда находится рядом со своим господином. Но на самом деле это далеко от правды.

Дмитрий Романов — её учитель, наставник и господин. Между ними никогда ничего не было. Поэтому Алина будет рада, если император найдёт себе кого-то, столь близкого по духу. Ведь он часто рассказывал, что такому, как он, сложно найти пару, учитывая его опыт за многие жизни. А бывало и такое, что он жил более сотни лет в одном теле.

Но Дмитрий Романов говорил Алине, что чувствует — это перерождение какое-то особенное. На уровне чувств и интуиции. Может, оно и правда так… и он погибнет, а пройдёт достаточно длинный путь.

Он рассказывал ей про личностей, которые больше двух-трёх тысяч лет умудряются оставаться живыми. Как? Алина не понимала, но ей это было и не нужно — не её уровень стремиться к подобному. Но девушка была уверена, что именно Дмитрий Романов сможет разобраться.

* * *

Пробуждение было отвратительным. Как только я открыл глаза, то сразу почувствовал боль во всём теле. Меня всего ломило так, словно я вчера с крыши упал, а не заклинание Дыхания Императора активировал.

Сперва мне показалось происходящее сном… Словно это нападение на столицу — лишь страшный кошмар. Но я быстро осознал действительность и поднялся.

Осознал, что лежу голый. В своей собственной спальне. Интересно, кто меня раздевал и куда дели мою одежду?

Подошёл к шкафу, намереваясь быстро что-то на себя надеть. Но быстро не получилось — меня шатало в разные стороны, а взгляд плыл.

Однако одеться всё-таки пришлось, хотя, будь моя воля, прямо так бы и завалился в кабинет. Но я император, лицо целой Российской империи, и в любой ситуации должен выглядеть как подобает государю — безупречно.

Поэтому я привёл себя в порядок и начал открывать портал… Но ничего не получалось. Я только воздух в спальне сотрясал.

По телу прокатилась волна боли, ведь я сильно напрягся. Был ещё вариант добраться до кабинета через тени, вот его я и использовал.

Однако стоило нырнуть в тень, всё сразу пошло не по плану… Такое ощущение, что я вообще первый раз проделываю эту технику. Влияние тени на организм было колоссальным. Вокруг было холодно и скользко —неприятнейшее ощущение.

Вдруг меня выбросило из тени. Благо успел сгруппироваться. Однако приземлился совсем не там… буквально ногами на стол. А хотел оказаться возле двери кабинета.

Позади раздался крик. Оборачиваюсь к столу и вижу Маргарет.

— Упс! Перестарался, да? — спрашиваю у неё. С иронией, чтобы успокоить девушку.

На её крики уже Алина с теневым молотом прибежала!

— Отставить молот! — бросил я приказ служанке. — Это всего лишь я!

Алина остановилась, с недоумением на меня посмотрела и ответила:

— Да нет. Молот я, пожалуй, оставлю. Пару раз им можно и ударить сбежавшего императора, который не понимает, что такое отдых и насколько он сейчас необходим! — она свела брови к переносице, что выглядело скорее забавно, чем грозно.

Я улыбнулся. Спустился со стола, к облегчению Маргарет.

— Бей, — я расставил руки, открывая себя.

Решительность Алины тотчас улетучилась. Вместе с теневым молотом.

— Ладно, не буду, — вздохнула она. — Не по чину мне императора бить. Так что давайте попросим об этом Маргарет.

Мы оба обернулись к австрийской принцессе. Но она лишь испуганно помотала головой.

— Раз с этим вопросом мы разобрались, — мой тон стал серьезным, — тогда расскажите, что произошло, пока меня не было.

— Хорошо, можете остаться, — широко улыбнулась Алина.

Я усмехнулся. Мне, императору Российской империи, разрешили остаться в своем же кабинете! Вот так и передавай полномочия приближённым — как бы нового переворота не учудили!

Дальше пошли разговоры о делах. Девушки отчитывались о проделанной работе. А она была колоссальной!

Несколько раз меня чуть не отключило, а потому я осознал — возможно, опасения девушек не так уж и безосновательны. Но если я не помогу жителям столицы после всего произошедшего, то просто не прощу себе этого.

Оказалось, что спал я часов восемь. А в моём случае несколько дней нужно выделить на восстановление.

— Хорошая работа, — похвалил я Маргарет после того, как увидел всё, что она сделала. — Но сейчас нужно направить продовольственную помощь в детские дома и приюты для бездомных. Логистика сильно пострадала, и нам нужно это проконтролировать.

На планшете висело ещё множество непрочитанных докладов с пометкой о срочности. С этим ещё предстояло разобраться.

— Я назначу ответственных, — кивнула девушка и вызвала помощника. Передала ему соответствующий приказ.

— Дальше, смотри… — я открыл одно из уведомлений. — Водоканал в одном из районов пострадал — люди совсем остались без воды. Отправь туда дворцовых инженеров — они должны быть свободны.

Я успел увидеть, что занимаются они лишь восстановлением дворца после штурма — некоторые снаряды-таки долетели до нас. Но эту работу можно было отложить на потом, когда есть более срочные дела.

Маргарет также отдала распоряжение помощнику. И ещё несколько часов мы разбирали всё то, что было необходимо сделать. Я успокоился только тогда, когда закончились срочные задачи. На данный момент. А приходят они постоянно.

Потом пришёл Кутузов, с которым предстояло решить военные вопросы.

— Австрия перекидывает войска на нашу границу. Опять, — доложил он о самом главном и протянул полный отчёт в жёлтой папке. — Герцог где-то нашёл свободные резервы.

Это меня даже порадовало. Почему? Всё-таки я собирался вернуть Австрийскую империю Маргарет. А это означает, что нам необходимо победить в этой войне. Если противник нападает, так действовать гораздо проще. Лучше играть от обороны, чем нападать самим.

Поэтому я был всеми руками за продолжение войны. Но единственное — было пару неудачных моментов. И нам нужно продержаться ещё недели две, пока не будут готовы кое-какие резервы. А это, кстати, восемьдесят тысяч солдат, которые я даже при подавлении мятежа в столице не использовал. Почему? Я обещал этим людям.

Ведь это новобранцы, которые пошли в армию по собственному желанию. Сейчас часть проходит подготовку у Соломонова, под его личным надзором. Часть отправлена на разные полигоны, и доверенные люди в роли командиров также занимаются их тренировками.

Пока они не готовы, я не могу просто взять и бросить их в бой на растерзание врагу. Жизни людей для меня не пустой звук.

Понимаю, что не использовал их в рискованной ситуации, но я лично им говорил, что до окончания обучения не будет никаких перебросок. Это всё прописано в их контрактах.

К тому же я сам по себе не собираюсь использовать необученных людей. Даже если бы до конца их подготовки оставалось два-три дня. Ровно до окончания срока новобранцы считаются теми, кто не прошёл должную подготовку.

Но с чем этим людям повезло — у них будет новая техника и экипировка. Я уже смог наладить нормальное производство, в чём помогли также российские артефакторы. Все будут вооружены по высшему разряду.

Впрочем, и нынешняя армия постоянно получает обновки и пополнения ресурсов. Постепенно идёт замена старого оборудования на новое. Ибо на своей армии я экономить не собираюсь.

Поэтому… на всё нужно время. И сейчас нам с Кутузовым предстоит решить, каким образом мы будем выигрывать себе эти две недели.

* * *

Василий Лебедев с улыбкой на лице выходил из бункера вместе со своей семьёй. Их убежище оказалось под завалами, и они уже думали, что помощи придется ждать неделями. Но всё оказалось быстро.

Он осуждающе посмотрел на идущего впереди мужчину, который постоянно кричал, что их всех похоронили в бункере! Что их не вытащат в ближайшую неделю! Как же Василий Лебедев был рад, что тот оказался неправ.

— Ну что, не вытащат, говоришь? — обратился к нему Василий Лебедев.

Мужчина обернулся, хмыкнул, но ничего не ответил. Конечно, никто не любит признавать свою неправоту.

Жена и внуки выглядели уставшими. Но даже малыши не капризничали, а слушали своих родителей.

Людям помогали выходить имперские солдаты и спецслужбы. У выхода ждали несколько машин скорой помощи, готовых сразу отправить пострадавших по больницам.

Василий Лебедев и сам раньше служил в армии. Только ближе к шестидесяти годам вышел на пенсию, и то потому, что здоровье не позволяло служить дальше. Он подошёл к одному из военных, намереваясь узнать новости.

— Какова обстановка в городе? — спросил старый вояка у молодого солдата.

— В городе остались точечные отряды врага, сейчас идёт полная зачистка.

Василий Лебедев попросил рассказать подробнее. И чем дальше солдат рассказывал, тем больше у старого военного округлялись глаза. Он не ожидал, что у врага был настолько большой численный перевес! А то, что сделал Дмитрий Романов при штурме дворца — это же невообразимо! Видимо, император и правда великий человек. Он смог защитить город, несмотря ни на что.

Василию Лебедеву казалось, что последствия будут гораздо хуже. Когда бывший солдат прошёл до конца тоннелей и поднялся на поверхность вместе со своей семьей, то увидел свой дом, который тоже попал под обстрел. На удивление, его уже восстанавливали.

— Подскажите, когда закончились бои? — спросил Василий Лебедев у одного из строителей.

— Часов шесть-семь назад, — пожал плечами высокий строитель.

— В смысле? И уже идёт восстановление? — он удивился, что сюда так быстро прислали строительные бригады. Никогда ещё Василий Лебедев не видел такой скорости восстановления, а он во многих горячих точках побывал в своё время!

— Да, приказом императора были наняты все строительные компании города и отправлены к повреждённым зданиям. Сразу после окончания боёв. Указ государя уже вышел, так что всё повреждённое будет восстановлено. А что придётся снести, то будет построено заново в лучшем виде. Поэтому ни о чем не переживайте и проходите в распределительные пункты.

Вот чудеса! Может, хоть на старости лет Василий Лебедев нормально в Российской империи поживёт. Раз император настолько переживает за людей, то на это есть все шансы.

Василий Лебедев улыбнулся. В этот момент он ощутил невероятную гордость и за Российскую империю, и за её армию, и за императора Дмитрия Романова.

Глава 21

Дарницкий Владислав Романович успешно смог сбежать из Российской империи и сейчас находился в резиденции своего друга — Амосова Петра Николаевича. Барон Амосов каждый год приезжал в Испанскую Конфедерацию на зимовку, и в этом году даже обострившиеся отношения между странами его не остановили. У его жены было заболевание лёгких, и теплый морской воздух помогал ей восстанавливаться. И так год за годом, только этими поездками и спасалась семья.

В Испанской Конфедерации было совсем немного русских аристократов, поэтому Владислав Романович был рад найти компанию, которая говорит на его языке.

Бароны сидели на веранде, солнце лениво клонилось к закату, освещая небосвод своими яркими лучами. Вокруг стояла умиротворяющая атмосфера.

Сперва разговоры были непринуждёнными. Владислав Романович расспрашивал друга о здоровье его жены и об обучении детей.

Они были ровесниками — обоим по сорок три года. И дружили ещё со времён учебы в академии. Вернее, тогда они тесно общались, а вот во взрослой жизни общение свелось к минимуму.

— Не жалеешь о том, что всё бросил? О том, что принял участие в провалившемся заговоре, из-за которого тебе пришлось сбежать? — внезапно спросил Пётр Николаевич у друга.

Владислав Романович с ответом не спешил. Он ненадолго задумался и понял — не о чем тут жалеть. Он решил ответить честно.

— Нет. У меня всё хорошо. До этого я был обычным бедным аристократом, а теперь у меня денег и ресурсов хватит на сто лет безбедной жизни, если не больше. Я сумел вывести все активы заграницу, а потому оно того стоило, — Владислав Романович поднял бокал красного вина, а затем отпил глоток дорогого напитка. — Хотя знаешь, кое о чём я всё-таки жалею.

Пётр Николаевич с любопытством слушал. Друг почему-то нахмурился. Но Владислав Романович считал, что это зависть. Ведь ему не удалось поучаствовать в мятеже.

— Жалею, что не получилось поставить своего императора, — широко улыбнулся барон Дарницкий Владислав Романович.

Друг хмыкнул, сложил руки на груди и спросил:

— А ты думаешь, что другой государь сможет привести империю к процветанию и успеху?

Услышав это, Владислав Романович рассмеялся.

— Мне всё равно. Какая разница, кто сидит у трона? Это не влияет на мое благосостояние. Я другие цели преследовал, сам понимаешь…

Во взгляде Петра Николаевича проскользнуло осуждение. Владислав Романович должен был догадаться, что его друг явный патриот, раз до сих пор не перебрался за границу. Он мог бы круглый год жить в Испанской Конфедерации, но вместо этого каждый раз возвращался в Российскую империю.

— Понимаю, — кивнул он. — А ещё хочу сказать, что рад тебя видеть.

Владислав Романович не понял: в голосе прозвучала радость или ирония? Он надеялся, что первое. Барон Дарницкий не так хорошо разбирался в людях, как прочие аристократы. Ему с детства было тяжело понимать эмоции других. Но основы, которые помогали в деловых переговорах, он выучил.

— И я рад, что встретились, — легко ответил Владислав Романович и снова поднял бокал.

— Мы с тобой двадцать лет не виделись, и пожалуй… Это наша последняя встреча. Видеть тебя я, наверное, больше не хочу, — теперь печаль друга стала очевидна. — По старой дружбе помогу: документы, которые ты просишь, будут готовы, и на этом всё.

Пётр Николаевич поднялся из-за стола.

— А сейчас попрошу тебя вернуться в отель. Сообщу, когда всё будет готово.

Владислав Романович кивнул и поднялся. Спорить он не собирался. Он знал, что если человек в тебе разочаровался — этого так просто не откатить назад. Барон Дарницкий не ожидал, что его откровенная история вызовет у друга настоящее презрение. А именно это он увидел во взгляде Петра… Владислав Романович навсегда запомнит этот взгляд.

Пожалуй, о потере друга он будет жалеть даже больше, чем о предательстве своей страны.

— Прощай, — бросил Владислав Романович и направился к выходу.

Он отгонял от себя тревожные мысли. Пускай от него отказался друг, зато деньги остались. И теперь можно жить в своё удовольствие.

У выхода ждала машина с водителем. Владислав Романович присел на заднее сидение.

— Куда едем, господин? — спросил водитель на испанском.

— В отель «Вечерний прилив», — сухо ответил Владислав Романович, провожая взглядом дом своего бывшего друга. Больше он сюда никогда не вернётся.

— Конечно! Довезу с ветерком! — рассмеялся водитель, и машина тронулась с места.

Владислав Романович обратил внимание, что водитель ведёт себя как-то странно. Когда он возил его сегодня по другим делам, то постоянно молчал.

Автомобиль проехался по узким улочкам и выехал на трассу. Начал ускоряться.

— Мы не торопимся, — напомнил Владислав Романович.

Но водитель не ответил… Автомобиль набирал дикую скорость. У барона внутри всё сжалось от такого поворота событий.

— Куда гонишь? — громко спросил он.

— Вон там пропасть, кстати, очень глубокая, — насмешливо ответил водитель. — Нам туда!

Когда мужчина обернулся, Владислав Романович понял, что это не его водитель…

— Стой! — прокричал он. Но приказ был проигнорирован.

Скорость уже перевалила за двести километров в час. Из машины прыгать в таких условиях — чистое самоубийство.

— Какого фига!!! Ты же тоже разобьёшься! — в панике заорал барон.

— Арлекин — и разобьётся? Не смеши, — усмехнулся водитель. — Арлекин рождён, чтобы летать!

Водитель рассмеялся во весь голос, и машина полетела в пропасть! Владиславу Романовичу ничего не оставалось, кроме как вцепиться в кресло и надеяться на лучшее.

Машина была полностью бронированной, он купил её уже в Испанской Конфедерации. Не стал экономить, чтобы у него была возможность пересидеть там во время нападений.

И сейчас эта броня сыграла с ним злую шутку.

— Российская империя не прощает предателей, — голос Арлекина стал серьёзным.

Машина упала вниз с обрыва, за которым бушевало море. Впечаталась в скалу, и броня смялась. Владислава Романовича придавило. И автомобиль начал медленно погружаться на дно…

Лёгкие барона заполнила вода, началась дикая агония. Понимая, что умирает, он впервые пожалел о том, что предал свою Родину.

* * *

После хорошего сна я немного восстановился. Меня больше не шатало, а мертвенная бледность с лица исчезла. В таком виде уже было можно показаться людям, а потому я созвал пресс-конференцию.

Журналисты собрались в большом зале на первом этаже. Здесь чаще всего и проводились подобные мероприятия, поскольку зал был специально для этого оборудован — выстроена сцена с микрофоном, расставлены стулья.

Я поднялся под вспышками фотокамер. Подошёл к микрофону, сохраняя серьёзное выражение лица. Ведь завтра именно эти фотографии будут в газетах.

— Дорогие граждане! — начал я обращение к народу. — После подавления мятежа столица, конечно, пострадала. Но сейчас она успешно восстанавливается силами всей Российской империи. Особую благодарность хочу выразить людям, которые сами проявили инициативу. Империя сама должна заботиться о своих жителях, но происходящее сейчас считаю правильным. Десятки городов отправляют в столицу всевозможную помощь и своих специалистов, которые день и ночь работают на благо империи.

Журналисты похлопали. А затем начались привычные, рутинные вопросы:

— Ваше Императорское Величество, подскажите, как обстоят дела на австрийском фронте? — спросила женщина в очках и темно-зелёном костюме.

— На фронте с Австрийской империей всё под контролем, — ровным тоном ответил я.

Женщина кивнула — этот ответ её удовлетворил.

Журналисты перестали задавать наводящие вопросы после моих ответов. Значит, что я достиг такого уровня доверия, когда слова императора достаточно.

— Ваше Императорское Величество, подскажите, в каком порядке будет восстанавливаться повреждённое жильё? — задал вопрос пожилой журналист из «Имперского вестника».

— Восстановительные работы уже начались у восьмидесяти процентов зданий. Половину удастся починить к концу недели, ещё половину — в течение месяца из-за крупных повреждений. Остальные двадцать процентов подлежат сносу, и на их месте в течение года начнётся строительство новых домов. Все жители обеспечены комфортным временным жильём.

— Спасибо, Дмитрий Алексеевич, — кивнул он и вернулся на своё место.

Затем последовал вопрос от сидящего рядом репортёра:

— Ваше Императорское Величество, подскажите, пожалуйста, как хорошо сейчас обеспечена безопасность столицы? Возможно ли повторение такого сценария?

Все присутствующие с любопытством уставились на меня. Вопрос был очень актуален. Я отвечал предельно честно:

— Сценарий с порталами, конечно, может повториться. Но не факт, что только в нашей империи, — усмехнулся я, бросая намёк.

Если кто-то ещё посмеет напасть на столицу подобным образом, я не позавидую его судьбе. Как и не завидую сбежавшим заговорщикам. Постепенно мои люди доберутся до каждого. И они пожалеют о том, что решили поднять бунт против власти.

Кстати, сегодня Арлекин уже от одного избавился. Что не могло меня не радовать.

— Многие страны помогли предателям, — продолжил я. — Их ещё ждёт расплата за свои решения.

После этого заявления в зале послышались шепотки. Журналисты принялись бурно обсуждать моё высказывание.

— Ещё вопросы? — уточнил я.

Около часа я отвечал на менее значительные вопросы. Почти все они касались восстановления тех или иных элементов в столице.

Я успокоил людей, а затем направился к себе в кабинет. Но не успел пройти и половину пути, как закружилась голова, а по телу разлилась слабость.

Тяжело вздохнул и присел отдохнуть. Всё-таки я ещё не до конца восстановился, и не мудрено: мне бы в идеале после Дыхания Императора неделю в кровати лежать. Очень уж тяжко далась пресс-конференция, но не пойти я на неё не мог. Граждане ждали моего обращения, и я дал ответы на интересующие их вопросы. Это должно их хоть немного подбодрить.

Отдохнув, я поднялся и направился дальше. Понимаю, что в идеале мне сейчас нужно быть на фронте и там решать дела, которых накопилось вагон и маленькая тележка. А сил на это у меня нет… Потому очень рассчитываю, что завтра моё состояние будет лучше.

У меня много планов, сюжетов и военных событий, которые должны произойти, но без моего участия многое попросту не сбудется. В будущем, конечно, я больше не стану допускать такого: чтобы всё было закручено на мне. Но сейчас и выбора как такового нет. Можно сказать, что я собой затыкаю разные дыры в обороне империи.

С этими мыслями я и зашёл в кабинет. Пока в полной мере использовать магию возможности не было, поэтому я принялся за бумажную, рутинную работу. С восстановлением города тоже надо было разобраться окончательно.

До вечера мне помогала Маргарет, у которой уже неплохо получалось. Даже подумал, что можно было бы сделать её своим заместителем, если бы ей на роду не было написано сидеть на австрийском троне.

Сегодня уже началось также и восстановление дворца с помощью добровольцев из слуг. Я выделил им одного координатора, Одарённого стихии земли, и вместе они принялись чинить повреждённые участки.

Вечер мы провели вместе за непринуждёнными разговорами. Было спокойно. И хорошо.

— Тебе бы отдохнуть недельку, — посоветовала Маргарет, на коленях которой мерно сопела Вафелька.

Кажется, что на неё эта кошка действовала как антидепрессант, поэтому принцесса и таскала её везде.

— Я отдохну. Когда в империи всё будет спокойно. А ты вернёшь свой трон.

Она слегка улыбнулась и кивнула. Уже поняла, что со мной бесполезно спорить.

А когда я поднялся с кровати следующим утром, то первым делом заглянул внутрь себя. Немного помедитировал, разгоняя энергию по каналам. Оценил, что меня вполне хватит на несколько порталов.

Утро началось с отчётов о проделанной вчера работе. Восстановление города продвигалось согласно моему плану.

Китайская империя также предложила нам свою помощь, и я не стал отказываться от подобного дружеского жеста. Знаю, что у Китая была возможность вступить в войну на нашей стороне во время бунта. Они могли просто перебросить своих людей и вступить в сражение, но благоразумно не стали этого делать, чтобы не забирать себе лавры. Как итог — Российская империя справилась с мятежниками без помощи извне. Для меня, как императора, это было важно. Ведь так мы всему миру показываем, что способны решать вопросы самостоятельно.

Возникли проблемы с предоставлением временного жилья в столице — оно попросту закончилось. Не хотелось размещать в палаточных лагерях тех, кто ждёт починки своих домов, а потому я отправил людей в столичные и пригородные поместья тех аристократов, которые сбежали из страны. Только в одном поместье Воронова сможет поместиться более тысячи человек! Причём с максимально комфортными условиями.

За это утро я отдал множество указаний, выслушал десятки отчётов. И даже начал разбираться с восставшими против власти аристократами.

Некоторые из сотрудничающих с заговорщиками сами пришли и сдались. Их участие было не особо критичным, поэтому можно было обсудить варианты искупления долга перед империей. Они готовы понести любое наказание, вплоть до заключения глав родов, лишь бы остальных пощадили.

Однако решить их судьбу окончательно я не успел — только ознакомился с делами. В кабинет вошёл Кутузов с новостями:

— Ваше Императорское Величество, Австрийская империя выдвинула все свои войска вперёд в нашу сторону.

— Понятно. Началось, — вздохнул я, понимая, что на этом мой отдых закончился. Собственно, чего-то такого я и ожидал. — Немедленно выдвигаюсь туда.

Поднявшись, я открыл портал прямо посреди кабинета. Вышел на той стороне. Сразу оценил свое состояние — вроде никаких жёстких последствий. Только слабость усилилась, но с этим можно бороться с помощью силы воли. А её мне не занимать.

Значит, всё не так плохо. С этой мыслью я зашёл в штаб командования, где уже собрались все ответственные за это направление. Встал над картой, где стрелками было отмечено, как продвигается наш враг.

Там было видно всё, что происходит на фронте. Пока наши силы и силы врага были ещё относительно равны. У Российской империи укреплены позиции с австрийской стороны, и мы можем достаточно хорошо продержаться.

Однако к австрийцам уже пришла подмога. А в будущем ожидается ещё большее подкрепление. Они собираются пойти в пробное наступление, то есть наступать будут на нас несколькими волнами. Первая рассчитана скорее на то, чтобы разведать обстановку и оценить наши возможности по сравнению с тем, что было до небольшой войны Австрии с Германией. После этого конфликта фронт какое-то время был заморожен.

Наступление волнами — это нападение и отступление, а потом всё заново. И так раз за разом.

После стандартного приветствия генерал Малышев, командующий армией на этом направлении, спросил у меня:

— Ваше императорское Величество, что будем делать?

Я ещё раз бросил взгляд на карту и ответил:

— Элементарно. Выводите всех людей. Отступайте на пять километров назад.

Все присутствующие военачальники ошарашенно посмотрели сначала на меня, потом начали переглядываться между собой. Они совершенно не понимали моего плана.

— Ваше императорское Величество, но почему? — генералу Малышев уточнял для лучшей эффективности, он не пытался мне возражать.

— Мы можем укрепиться на позициях. И ещё долго их сдерживать, — озвучил другой вариант один из командиров.

— Безумие, — раздался шепоток в конце комнаты, но я сделал вид, что не услышал.

— Отступайте, — отрезал я. — Просто отведите войска для перегруппировки на пять километров.

Видя мою уверенность, никто спорить не стал. Однако логику они не понимали — это хорошо читалось по лицам. Военачальники отправились выполнять приказ. А я тихо усмехнулся и сказал:

— Совсем скоро вам всё станет понятно.

* * *

Вильгельм фон Цальм сегодня пребывал в приподнятом настроении. Смотря на интерактивную карту на большом коридоре, он понимал — у них наконец-то появился шанс выбить имперцев с их позиций! Заставить их откатиться назад — к прежним границам. А там того и гляди австрийцы выдвинутся в глубь Российской империи.

Мысли герцога вновь заполонили фантазии о победе над имперцами. Всем сердцем и душой он ждал именно этого дня!

Австрийцы приготовили для имперцев достаточно много сюрпризов, благодаря которым и собирались оттеснить их. К такому Российская империя точно не готова!

Плюс Вильгельм фон Цальм подготовил для этой войны новую технику — её совсем недавно собрали на австрийских заводах. Техника нового поколения, её совсем недавно закончили испытывать. Она вызовет большое удивление у имперцев!

Герцог всё подготовил по высшему разряду. А численность войск Австрии превышала имперские в два раза!

Всё было готово к предстоящему сражению. И Вильгельм фон Цальм с нетерпением ждал его. Ждал победы!

Согласно данным разведки, Российская империя еще не оклемалась от произошедшего в столице. А потому подготовиться должным образом она не успела. Вильгельм фон Цальм выбрал идеальный момент для наступления!

Оставались считанные часы, когда к генералу зашёл один из генералов.

— Ваша Светлость, на фронте произошли изменения, — ровным тоном сообщил мужчина.

— Какие? — усмехнулся Вильгельм фон Цальм.

— Имперская армия отходит.

Улыбка резко исчезла с лица герцога. Такого поворота он не ожидал. Однако это был не повод расстраиваться раньше времени.

— В смысле «отходит»? Бежит от нас, что ли?

— Нет, отходит. Они собираются и уходят, — пожал плечами генерал, а затем протянул герцогу планшет с видеосъёмкой.

Там было видно, как имперцы собираются и уходят назад. Как будто домой собрались! Не напрягаются, не бегут, вещи не оставляют.

— Совет уже собран? — уточнил Вильгельм фон Цальм.

— Да, Ваша Светлость.

— Пойдёмте. Это нужно обсудить с остальными. Очень уж странно они себя ведут.

Герцог и генерал добрались до зала совещаний: всего несколько дверей от кабинета фон Цальма. Там уже собрались все советники и военачальники. Один из них подробно ввёл всех в курс дела и показал съёмку, ведущуюся в реальном времени.

Услышав сводку, один из генералов поднялся и почти закричал:

— Всем в нападение! Немедленно настигнуть! Догнать и порвать! Идеальный шанс. Они сейчас полностью недееспособны…

— Стоять! Ничего не делать! — резко перебил его Вильгельм фон Цальм.

Ему уже хватило сюрпризов от имперцев, а потому он не собирался принимать необдуманных решений.

У герцога всё было продумано до мелочей — он видел дислокацию врага, от этого и отталкивался. А сейчас его планы рушились, точно карточный домик. От нарастающей паники начал дёргаться левый глаз.

Почему имперцы стали отходить? Конечно, глупости на войне происходят часто, но не в случае с Дмитрием Романовым. Он показал, что не из тех, кто способен на глупости. Он из тех, кто подобным образом организовывает ловушки и заманивает туда врага.

Герцог искренне не понимал, почему он отдал такой приказ. Почему?

Этот вопрос панически прокручивался в голове, но точного ответа Вильгельм фон Цальм для себя не находил.

Где он просчитался? Почему герцог не видит того, что очевидно Дмитрию Романову? Где ловушка? Где подвох?

Выражение лица герцога стало напряжённым. Тревога сковала грудь… и он принял крайне непростое для себя решение:

— Отменить наступление. Всех советников и аналитиков ко мне. Нам нужно обдумать это дело. Что-то здесь нечисто.

— У нас же все готово! — возразил один из генералов.

— Плевать, — отмахнулся Вильгельм фон Цальм. — Я не хочу из-за одного неверного движения потерять целую армию.

Самое большее, что сейчас бесило герцога — это не приостановление или отмена наступления. А то, что он не мог понять задумку Романова. Почему император Российской империи видит больше, чем он? Что это вообще за человек?

И где он находит эти возможности, которые обычно у всех на виду, но ты их видишь только после того, как их применил Романов? Неужели Вильгельм фон Цальм настолько тупее этого мальчишки⁈ Да не может такого быть!

Герцог решил, что и шагу не ступит, пока не найдёт эту возможность!

Глава 22

Из открывшегося портала гордо вышел Вильгельм фон Цальм со своими помощниками.

— Ну и дыра, — буркнул он, присаживаясь на уготовленное ему место за большим круглым столом.

Совет правителей было решено собрать на нейтральной территории. На одном острове в Средиземном море, который по факту не принадлежал ни одной из стран. А здесь ничего и не было, чтобы бороться за эту землю.

Среди джунглей, на возвышенности располагался небольшой замок. Сделанный красиво, по указанию короля Греции. Он первым приспособил этот остров для переговоров. С тех пор сложилась своеобразная традиция.

Пока герцог вспоминал об этом, из второго портала вышел император Японии со своей большой свитой. За ним — британский император.

В сопровождении всего трех помощников прибыл испанский правитель. Император Германии взял с собой больше двадцати человек сопровождения.

А вот персидский визирь вовсе чуть ли не целый боевой отряд с собой притащил. Хотя на этом острове царило правило — никаких боевых действий. И за этим следили Бдящие. Двое боевых Одаренных в ранге абсолютов. Они не принадлежали ни к одной из стран, будучи путешественниками в поисках силы. Когда они стали одними из сильнейших, король Греции сделал им особое предложение и отправил служить на этот остров.

От Великого Северного Союза через портал явилась целая делегация. А помимо них пришли правители еще нескольких стран, у которых тоже имелись свои интересы к Российской империи. В том числе Теодор Пиррос — король Македонии.

Был приглашен еще и правитель Кореи, но он отказался участвовать в разборках с Российской империей.

Вскоре все главы государств собрались за столом. В комнате царила прохлада благодаря расставленным охлаждающим кристаллам. Король Греции, как организатор, позаботился о комфорте своих дорогих гостей.

Здесь были все, кто был так или иначе связан с Российской империей. Почти все присутствующие помогали заговорщикам среди российской знати. Но даже их помощь не смогла обеспечить победу…

После обмена приветствиями, началось активное обсуждение последних новостей.

— Мы отправили в Российскую империю двадцать тысяч наемников. Ни один не вернулся, — серьезным тоном сообщил правитель Японии.

— Двадцать? Мы отправиль семьдесят тысяч, — печально усмехнулся Ричард Грейстоун — император Британии. — Но вместо Российской империи они попали в Персию.

Визирь молчал, не желая комментировать возникший в Дамаске конфликт.

Все поделились потерями и отсутствием результата. Вильгельм фон Цальм озвучил выводы после всего вышесказанного:

— Господа, мы с вами крупно облажались! Нужно что-то решать. Раньше мы с вами пытались действовать полумерами, каждый хотел сохранить лицо. Делал все, чтобы не нарушить международных законов. Мы хотели подстроить все так, чтобы весь мир считал — Российская империя развалилась сама, а мы тут ни при чем.

— Согласен с вами, Ваша Светлость, — кивнул король Испанской Конфедерации. — Либо мы действуем все вместе и открыто, либо нужно идти договариваться с Российской империей. Но это уже придется перед Дмитрием Романовым в ноги кланяться, — лицо правителя скривилось, сама эта мысль была ему противна. — Время для шуток совершенно и полностью прошло. Если империя сейчас не развалятся… — он перевел взгляд на визиря. — Персия почему-то медлит. Австрия не факт, что сможет сама справиться с имперцами.

Это заявление заставило герцога нахмуриться. А вот визирь сохранял спокойствие, точно вековая скала.

Вильгельм фон Цальм уже не знал, что и думать. По идее Австрия должна справиться, но учитывая происходящее сомнений у герцога все больше и больше. Они имелись во всем, что связано с Дмитрием.

— Сперва нужно устранить Романова, потом уже разваливать Российскую империю, — хмыкнул Вильгельм фон Цальм.

— Если империя выживет и окрепнет — прощения не будет никому. Ближайший век будет достаточно жесткий. И не факт, что наши страны продолжат существовать, учитывая мощь Российской империи, которую она может вернуть, — сообразил император Британии.

Вся ненависть к императору этой страны отразилась в его взгляде.

Испанцы и греки полностью поддержали высказывание Ричарда Грейстоуна.

Японский император велел помощнику настроить экран, висящий на стене. А потом объявил:

— Господа, хочу вам кое-что показать.

На мониторе отобразились фотографии из столицы Российской империи. Замороженная армия возле дворца.

Эти фотографии вызывали трепет у всех присутствующих.

— Это технологии прошлого, — пояснил японский император. — Дмитрий Романов каким-то образом получил к ним доступ. Но больше настораживает тот факт, что там ходят самые разные легенды. Вплоть до технологий и артефактов, которые могут уничтожить мир. Это делает ситуацию еще серьезнее.

После этого заявления на лицах присутствующих промелькнула тень ужаса. Все видели, на что способен Дмитрий Романов. И все боялись, что он достанет другие козыри из рукава.

— Если нас будут осуждать в мире, мы сможем прикрыться тем, что бесконтрольная и безбашенная империя во главе с сумбурным мальчишкой, который только и делает что развязывает войны, заполучила опасное для всего мира оружие, — предложил король Греции.

И все присутствующие поддержали его. Обсуждение продолжалось еще несколько часов. К концу император Германии поднялся и решил подытожить:

— Ну все, игры отныне закончились. Переходим к настоящим действиям. И начнем, пожалуй с того, что сейчас можно по полной оказывать помощь, что Австрийской империи, что Персии. Возможно, сейчас получится нанести первый упреждающий удар их руками. Но перед этим, пожалуй, стоит объявить Российскую войну от имени всех нас.

* * *

Я находился в штабе командования, который располагался неподалеку от фронта с Австрийской империей. Сейчас происходило совещание военачальников, в котором я активно принимал участие.

— Ваше Императорское Величество, — обратился ко мне генерал Малышев. — Это было достаточно рискованно. Откуда вы могли знать, что австрийцы не пойдут дальше?

На лице генерала отражалось удивление. Он хорошо контролировал эмоции, но расширенные зрачки его выдавали.

— Я предполагал. Использовал тактический прием по изучению врага настолько, чтобы понимать даже то, как он мыслит. Наши действия буквально довели герцога фон Цальма до ментальной недееспособности. Он уже не может адекватно мыслить. Фон Цальм привык действовать с позиции полного изобилия — когда у него все хорошо и продумано.

А герцога фон Цальма я нехило довел. У него теперь глаз должен дергаться, когда кто-то рядом произносит мое имя.

— Сейчас у него проблема со стороны Германии, — продолжил я. — Люди начинают нервничать и психовать из-за потери части земель, которые пришлось им отдать ради мира. Плюс еще продолжается война с нами. Подобное в коротком отрезке времени любого пошатнет. Вот герцог и допускает ошибки. Я предполагал, что примерно в это время и должно смениться его мышление. Но ничего, скоро они поймут, что это был блеф и пойдут вперед — занимать наши позиции.

— Это плохо, — помотал головой генерал Малышев. — Мы долго подготавливали позиции. Обустраивались там, копали окопы и устанавливали укрытия.

— Это прекрасно, что вы проделали такую работу. Австрийцы видели все приготовления. Видели, сколько сил было в это вложено. А потому они не будут догадываться о наших планах.

— Каких планах? — спросил Малышев, и все остальные с интересом уставились на меня.

— Прошлой ночью отряд из полусотни теней заминировал все на наших прошлых позициях.

На той территории сейчас столько взрывчатки. Один большой склад, который еще мой отец наполнял. Это старая взрывчатка, но достаточно неплохая. С ней можно было долго вести боевые действия, но я использовал ее чисто для заминирования одного участка.

Там было много чего: обычные и магические мины, всевозможные бомбы — в том числе переделанные авиационные бомбы, минно-взрывные устройства, которые реагировали на вибрации, и еще много чего интересного было на том складе. А потому я очень ждал, когда уже армия туда выдвинется.

Какая армия? Есть предположение, что там будет не только Австрия.

Разведка сейчас преподносит совершенно разные данные в отчетах, поэтому непонятно чему верить. Ситуация в мире нынче очень напряженная.

— Разбирайтесь пока, а я пошел, — сказал я военачальникам.

Затем поднял руку и открыл портал. Вернулся во дворец — там тоже предстояло решить немало дел.

Я направился в зал для переговоров. Там все было подготовлено к приему гостей. Все красиво украшено. Алина даже новую форму горничной надела ради такого случая.

— Я готова подавать гостям чай, господин, — широко улыбнулась она.

Я кивнул.

Присел на кресло и открыл еще один портал. Но через него первые минуты никто не выходил.

— Точно все правильно? — шепотом спросила Алина.

— Да, жди.

Ответил я, и девушка продолжила внимательно наблюдать за порталом.

Вскоре из него вышел правитель Македонии с несколькими охранниками и помощниками. Недавно он сообщил мне о своем желании тайно встретиться, и я все организовал.

После обмена любезностями согласно этикету, мы присели за стол, и начался разговор.

— Не ожидал я увидеть одного из тех, кто еще несколько часов назад находился на совершенно других переговорах, — я бросил намек на недавний сбор всех моих врагов на одном острове в Средиземном море.

Там многие страны решили объединиться для объявления войны Российской империи. Правда, пока никаких заявлений они не делали.

Что именно они обсуждали я толком не знал. Но о проведении этого совещания мне доложили. А дальше несложно догадаться к какому выводу пришли враги Российской империи.

— В первую очередь я хочу сказать, что не поддерживаю ничего из сказанного на совете глав государств, — Теодор Пиррос сразу понял о чем речь, и даже не стал ничего отрицать.

Возможно, на тех переговорах он играл свою роль. Сомневаюсь, что он открыто говорил бы о том, с чем согласно большинство. Либо же он сейчас лукавил предо мной и это очередной план врагов. Нужно быть осторожным.

— Да, наемники из моей страны также отправлялись в Москву для поддержки мятежников. На тот момент это казалось мне разумным решением, — продолжил Теодор Пиррос. — Но надеюсь вы понимаете, какое было на меня оказано давление.

Если бы он не согласился его могли посчитать нашим союзником. А учитывая, что все соседи Македонии — мои враги, это могло вылиться санкциями для ее жителей. Теодор Пиррос заботился о своем народе — это я мог понять.

— За эти действия я прошу у вас прощения. И готов компенсировать свою вину, — искренне сказал король. — Моя страна не является большой, сильной и могущественной, и с нас сейчас много не возьмешь. Но мы готовы стать с вами партнерами. Откинуть все то, что было между нашими государствами раньше. Поэтому я хочу перейти на вашу сторону.

Серьезное заявление! Которое сулит Теодору Пирросу и его народу большие проблемы.

Я взглянул на этого шестидесятилетнего мужчину, который сидел и извинялся перед молодым парнем, коим я являлся. Это многое показывало о нем. Все то, что не смогли рассмотреть другие.

В подобные союзы не вступают ради блефа или игры. Это серьезный шаг. А значит, в искренности короля Македонии сомневаться не стоит.

Он сделал тяжелый шаг, принял сложное решение, которое считает правильным. Многие не смогли до такого дойти, ведь понимают как опасно тягаться с Российской империей.

Ему было проще вступить в союз с другими, чем прийти на ковер к кому-то гораздо моложе себя и совсем неопытному, как правитель. Ну, так должны были считать все, кроме некоторых моих приближенных.

— Российская империя под угрозой, — продолжил Теодор Пиррос. Далее он рассказал обо всем, что говорилось на собрании глав государств. Информация была очень занятной.

Услышав все это, я усмехнулся и спросил:

— Зачем же вы предлагаете союз, если Российская империя под угрозой?

— Честно? Я не верю, что у них что-то получится. Мне удалось проанализировать многие вещи, и я не думаю, что такой человек как вы сможет проиграть. Даже такому большому союзу.

— Да бросьте, — я снова усмехнулся. — Вы верите в эти слухи про наследника Первого Императора.

Теодор Пиррос покачал головой. И ответил:

— Нет, в эти слухи я не верю. Я верю в самого Первого Императора, который вернулся в свою страну в час нужды.

Глаза правителя Македонии зажглись золотым огнем.

А вот это уже интересно! Теодор Пиррос не так прост, как показался на первый взгляд.

— Интересно… Не думал, что встречу наследника Александра, — ответил я.

Помню Александра из Македонии. Он правил страной в то время, когда я еще был Первым Императором, и нас связывали некоторые дела. Четыреста лет назад у Александра был дар влияющий на большие массы людей. Не такой, как у меня, но тоже интересный.

— Также хочу сказать, что больше никто ни о чем не знает. И догадаться об этом тяжело, — Теодор Пиррос слегка улыбнулся. — Просто у меня есть некоторое преимущество из-за моего дара.

— Знаю. Называется Память Предков. И что же меня выдало?

— Ничего не выдало. Но по памяти своих предков все стало очевидно. Они хорошо запомнили только одного человека, от взгляда которого хотелось бежать, прятаться и подчиняться. Но только не смотреть ему в глаза, — серьезно ответил Теодор Пиррос.

— Но только тогда, когда я в гневе, — уточнил я.

— В гневе вы всегда. Когда на вашу империю нападают.

Я вновь усмехнулся. Этот разговор становился все интереснее и интереснее.

— Ну что ж, пожалуй интересные времена ждут две наши страны.

— Да, это будет время побед, поражений, крови, печали, грусти, но в итоге радости.

Голос правителя Македонии стал предельно серьезным.

— Брось, — отмахнулся я. — Не собираюсь проживать все эти отвратительные дни, которые несут потери.

— Но как же война? — брови Теодора Пирроса поползли ко лбу от удивления. — Они готовы объявить войну! Неужели вы не ответите?

— Нет, не отвечу, — пожал я плечами. — А зачем отвечать на глупые войны?

Теодор Пиррос озадачился.

Из ниши в потолке выехал большой телевизор. Там включились последние новости. А я поднялся.

— Посидите здесь, а я сейчас вернусь, — попросил я.

Правитель Македонии кивнул. А я открыл портал и вышел.

* * *

Теодор Пиррос оказался прав. Дмитрий Романов и есть Первый Император. Было много косвенных признаков, и некоторые сомнения имелись. Но после сегодняшнего разговора все они развеялись.

Правителю Македонии было приятно встретиться и узнать этого легендарного человека. Он пока не дал четкого согласия, но Теодор Пиррос был уверен, что союзу между их странами быть.

Он помнил величие Первого Императора по легендам. И не лукавил, когда говорил, что его не победить.

Взгляд устремился к телевизору. Журналисты снимали пустую трибуну, на которой внезапно открылся портал. И к микрофону подошел Дмитрий Романов.

— Виновные в нападении на столицу найдены, — сделал он громкое заявление. — Британская империя, Япония, Персия, Германская империя, Испанская Конфедерация, Австрийская империя, Великий Северный Союз, Греческое королевство предоставляли помощь мятежникам. По большей части мы сражались с их наемниками, чем с выходцами из нашей империи.

В толпе раздались шепотки. Люди были в шоке от количества стран.

Дмитрий Романов продолжил:

— Если они считают, что могут безнаказанно стереть с лица Земли целый имперский город и убить всех его жителей, они ошибаются. Отныне они являются врагами Российской империи. Таково слово императора! Империя сбрасывает лик милосердия и понимания к ближним своим. И отныне она надевает облачение войны.

Так Дмитрий Романов намекнул, что война будет со всеми странами. И гражданам империи стоит подготовиться.

— Наши враги ответят за все. Вопрос только в том хватит ли у них мужества встать перед этим ответом или выдержать его.

Теодор Пиррос сидел в полном шоке. Неужели Дмитрий Романов только что первый объявил всем войну⁈ Это же безумие!

Выходит… эм, ну да, по мировой истории все знали, что Первый Император никогда не терпел, не ждал, а всегда действовал. И никогда не думал, сколько у него врагов. Он просто решал проблемы. И приводил свою империю к процветанию.

Он не так много правил, но за это время успел сделать то, чем его наследники пользовались до недавнего времени — разбазарили все его могущество.

Теодор Пиррос рад, что его он, как и его великий предок, вновь сможет объединиться с Российской империей, и они будут вместе идти по этому великому пути.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Кодекс Императора VII

Content

Кодекс Императора VII

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Nota bene