Чериковер Илья Михайлович

Антисемитизм и погромы на Украинѣ 1917-1918 гг. Перiод Центральной Рады и гетмана

Содержанiе

От "Ostüdisches Historisches Archiv"… 1

С. Дубнов, Третья гадаймачина… 9

ВВЕДЕНIЕ

Историческая нить погромов. — Между Днѣпромъ и Днѣстромъ. — Украина, как страна погромов. — Украинское крестьянство до революцiи. — Руссификацiя и культурная отсталость крестьянства. — Экономическiе мотивы погромов. Антагонизм между городом и деревней. — Земельный голод и товарный голод. — Роль евреев в городѣ. — Роль крестьянства. — Мiровая война и предпосылки для анархiи и погромов. — Революцiя 1917 г. и гражданская война. — Рост авантюризма. — Вооруженная Украина. — Анархiя и смѣна властей. — Вѣхи погромов на Украинѣ 1917–1918 гг… 17

ГЛАВА I

Послѣ февральской революцiи; антисемитская агитацiя. — Первые попытки эксцессов. — Анархiя. — Борьба за нацiональное самоопредѣленiе Украины. — Центральная Рада. — Украинскiя требованiя и россiйскiя партiи. — Автономiя и федерацiя. — Начало конфликта между Петроградом и Кiевом. — Первый Универсал. — Первыя украинскiя войсковыя части; войсковые с'ѣзды. — Соглашенiе между Петроградом и Кiевом и новый конфликт. — «Самостiйники». — Борьба между большевистской властью и Радой; ультиматум большевиков и война. — Третiй и четвертый Универсалы; провозглашенiе независимости Украины. — Побѣда большевиков и распад украинской армiи… 29

ГЛАВА II

Безвластiе. — Развал русской армiи. — Самодемобилизацiя. — Анархiя на фронтѣ и на мѣстах. — Приказ командующаго ю.-з. фронтом. — Первый запрос в Радѣ о погромах. — Массовые эксцессы в прифронтовых губернiях. — Дни ярмарок и базаров. — Солдатскiе и «пьяные» погромы. — Усмиренiе эксцессов. — Поведенiе мѣстных властей. — Борьба между большевиками и украинцами и погромы. — Эксцессы в январѣ 1918 г… 49

ГЛАВА III

Украинское нацiональное движенiе послѣ революцiи и еврейскiя партiи. — Вступленiе нацiональных меньшинств в Раду и Генеральный Секретарiат. — Украинско-еврейскiя взаимоотношенiя. — Еврейскiй вице-секретарiат — еврейское министерство. — Поворот к «самостiйничеству». — Украинская Народная Республика и еврейскiе представители. — Отношенiе еврейской провинцiи. — Разрыв с Россiей и позицiя еврейских партiй. — Закон о нацiонально-персональной автономiи. — Перелом в отношенiях украинцев к евреям. — Мирные переговоры в Брестѣ; борьба между двумя делегацiями. — Наканунѣ паденiя Кiева. — Украинскiе военные круги. — Антисемитская агитацiя в Кiевѣ. — Убiйство предсѣдателя Союза евреев-воинов… 64

ГЛАВА IV

Рост антисемитизма в Россiи. — Отношенiе центральных органов Совѣтов и Временного Правительства. — Отношенiе украинской власти. — Воззванiя А. Шульгина, Винниченко и Петлюры. — Воззванiе еврейскаго ген. секретаря. — Комиссiя по борьбѣ с анархiей. — «Оазис порядка». — Безсилiе и нейтралитет украинской власти. — Вопрос о самооборонѣ. — Еврейскiе солдаты на фронтѣ и погромы. — Конференцiи Союза евреев-воинов. — Проект о еврейских воинских отрядах. — Отношенiе еврейскаго министерства; надежды на «вiльных козаков». — Вопрос о самооборонѣ в еврейском National-Rat'ѣ. — Защитники и враги вооруженной самообороны. — Еврейскiя дружины. — Роль еврейскаго министерства в борьбѣ с погромами. — Надежды провинцiальнаго еврейства… 79

ГЛАВА V

Украинизацiя армiи и исключенiе евреев. — Первые украинскiе войсковые кадры; лагерь Раштат в Германiи. — Богунскiй полк. — Возникновенiе «вiльнаго козацтва»; исключенiе евреев. — Роль «вiльных козаков» в погромах. — Побѣда большевиков и бѣгство Рады в Житомiр. — Возвращенiе украинской армiи в Кiев и погромное настроенiе. — Нацiональная политика большевиков на Украинѣ. — «Пятаковщина». — Разлив большевизма. — Отношенiе еврейских партiй к большевикам; Рада или большевистская власть? — Бѣгство Рады и «нейтралитет меньшинств». — Еврейскiй обыватель и украинская идея. — Руссификацiя, централизм и ассимиляцiя. — «Измѣна евреев». — Симптомы ограниченiя равноправiя. — Насильственная украинизацiя. — Растущiй шовинизм… 98

ГЛАВА VI

Возвращенiе в Кiев и погромные эксцессы украинской армiи. — Кiевскiя событiя; Городская Дума; укр. соцiалистическiя фракцiи. — Эксцессы в Кiевск. губернiи, «Уполномоченные Рады». — Эксцессы на желѣзных дорогах; ст. Гребенка и Ромодан; запросы в Радѣ. — Эксцессы в Полтавѣ и В. Короленко. — Погромы, учиненные крестьянами. — Событiя в Медвинѣ и губернскiй комиссар. — Изгнанiе крестьянами евреев из деревень; приговоры сельских сходов. — «Жидовская манифестацiя». — Украинская пресса и погромы. — Антисемитскiя статьи «Новой Рады». — Нападки на евреев в Радѣ; ратификацiя Брестскаго договора. — Два лагеря. — «Завоеванiе или утѣсненiе?» — Разоруженiе евр. отрядов самообороны; Одесская дружина. — Конец «золотого перiода» украинскаго движенiя… 119

ГЛАВА VII

Наступленiе нѣмецко-украинских войск. — На сѣверѣ Черниговщины. — Отступленiе большевистских частей и погромные эксцессы. — Событiя в Мглинѣ и Суражѣ. — Рѣзня в Глуховѣ. — Погромная Одиссея. — Первое погромное бѣженство. — Рѣзня в Новгород-Сѣверскѣ. — В районѣ. — Погромы и Совѣтская власть. — Отдѣльные эксцессы большевистских частей… 143

ГЛАВА VIII

Призванiе нѣмцев. — Разгон Рады. — Гетманщина. — Нѣмецкая оккупацiя. — «Генеральская реакцiя на Украинѣ». — Нѣмцы и реставрацiя. — Кiев и буржуазно-монархическая концентрацiя. — Позицiя еврейской буржуазiи. — Похищенiе А. Добраго. — Настроенiя еврейской провинцiи. — Режим гетманщины и еврейская общественность. — Ликвидацiя нацiональных завоеванiй; ограниченiя в правах. — Поход на евреев в оффиц. прессѣ. — Украинская демократiя и евреи; Укр. Нацiонально-Державный Союз. — Отношенiе украинской лѣвой прессы. — Администраторы на мѣстах. — Антисемитскiя воззванiя нѣмецкаго командованiя на Украинѣ. — «Евреи самые зловредные агитаторы против нѣмцев». — Мѣры против евреев. — Нѣмцы и еврейскiе погромы… 154

ГЛАВА IX

Погромы, учиненные гетманскими солдатами и «вартой». — Событiя в Городнянском уѣздѣ, Черниговской губ. — Событiя в Кiевской губ. — Земельная политика Рады; земельная и продовольственная политика нѣмцев на Украинѣ. — Нѣмцы и помѣщики. — Нѣмецкiя карательныя экспедицiи. — Возстанiе крестьян. — Повстанческое движенiе и еврейскiе погромы. — Событiя в Звенигородском уѣздѣ; Лысянка; Таращанскiй и Сквирскiй уѣзды. — «Евреи привели нѣмцев». — Меморандум Кiеской общины и министр И. Кистяковскiй. — Канун рокового года… 169

Отдѣл матерiалов и документов

I. Сообщенiя и донесенiя о погромах.

I) Спекуляцiя и погромы, II) Солдатскiе погромы, III) Погром в Сквирѣ, IV) Погром в Гайсинѣ, V) Винница, VI) Погром в Литинѣ, VII) «И все таки», VIII) К погрому в Умани, IX) Погром в Аннополѣ, X) Погром в Котельнѣ, XI) К событiям в Мястковкѣ, XII) К событiям в Каневѣ, XIII) В м. Судильниково, XIV) К событiям в Дубно, XV) Погром в Жабокричѣ, XVI) Погром в Овручѣ, XVII) К событiям в Макаровѣ, XVIII) Погром в Рашковѣ, XIX) Список погромленных пунктов 1917 г… 185

II. Резолюцiи, протесты, запросы и воззванiя о погромах.

I) Временное Правительство и погромы, II) Первый Всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов об антисемитизмѣ, III) Ц. И. К. Совѣтов и погромы, IV) Запрос в Малой Радѣ об анархiи и безчинствах, V) Первый евр. запрос в М. Радѣ о погромах, VI) Второй евр. запрос о погромах, VII) Воззванiе А. Шульгина против погромов, VIII) Циркуляр против погромной агитацiи, IX) Воззванiе С. Петлюры против погромов, X) Воззванiе евр. генеральнаго серетарiата, XI) Протесты евр. солдат против погромов, XII) Русскiя общеармейскiя организацiи против погромов… 207

III. Самооборона и еврейскiя воинскiя части. Украинизацiя армiи и евреи-солдаты.

I) Проект евр. вооруженных отрядов, II) Первая конференцiя Союза евреев-воинов, III) Вторая конференцiя Союза евреев-воинов: 1. резолюцiя о евр. отрядах самообороны, 2. Проект положенiя о воинских отрядах евр. самообороны, IV) National-Rat о самооборонѣ, V) Пострадавшiй от погрома и вопрос о самобооронѣ, VI) Еврейскiе солдаты и самооборона, VII) Еврейское министерство и самооборона, VIII) Антисемитизм в украинской армiи, IX) Украинизацiя армiи и евреи-солдаты, X) «Вiльно козацтво» и евреи… 223

IV. Эксцессы украинской армiи, украинская власть и общественность.

I) Запрос о погромном настроенiи в Кiевѣ, II) Пораженiе Рады и нацiональныя меньшинства, III) Делегацiя Кiевской Городской Думы к укр. армiи (из отчета М. Рафеса), IV) Событiя в Кiевѣ, V) Евреи и укр. войско (ст. А. Никовскаго), VI) Запрос в Радѣ о событiях в Бердичевѣ, VII) «Печальные дни в Бородянкѣ», VIII) Эксцессы на желѣзных дорогах: 1. запрос в Малой Радѣ, 2. к событiям на ст. Ромодан, 3. к событiям на ст. Гребенка, IX) К событiям в Кременчугѣ, X) Запрос в Радѣ о насилiях мѣстной власти, XI) К событiям в Брусиловѣ, XII) Погрном в м. Гоголево, XIII) Медвинскiй погром и администрацiя… 244

V. Погромы большевистских частей.

I) Событiя в Мглинѣ и Суражѣ, II) Погром в Глуховѣ, III) Под страхом погрома, IV) Погром в Новгород-Сѣверскѣ, V) Разоруженiе евр. дружин… 284

VI. Перiод гетмана и нѣмецкой оккупацiи.

I) Гетманскiе администраторы на мѣстах, II) Антисемитизм оффицiальной прессы, III) Воззванiе Нацiонально-Державнаго Союза, IV) Лѣвая укр. пресса и погромы, V) Германское командованiе на Украинѣ: 1. запрос мин. путей сообщенiя, 2. об'явленiе нѣм. комендатуры в Бѣлой-Церкви (фотограф. снимок), 3. нѣм. комендатура и и община в Бѣлой-Церкви, 4. нѣмецкое воззванiе в Смѣлѣ (фотограф. снимок), VI) Австрiйское командованiе на Украинѣ: 1. циркуляр к раввинам, 2. протест Проскуровской общины, 3. «Издѣвательство или того хуже?», VII) Антисемитизм в нѣм. колонiях на Украинѣ, VIII) Изгнанiе евреев из деревень крестьянами, IX) Повстанческое движенiе крестьян и погромы: 1–2. погром в Лысянкѣ, 3. к событiям в Жашковѣ, 4. эксцессы в Володаркѣ, X) «Древо плача», XI) Меморандум Кiевской общины… 303 — 335

От "Ostüdisches Historisches Archiv"

В состав редакцiонной коллегiи настоящаго изданiя входят: Баал-Махшовес, Бен-Адир, С. М. Дубнов, В. И. Лацкiй и И. М. Чериковер.

Уже в ближайшiе два года послѣ революцiи, в 1917 — 1918 гг., по Украинѣ пронеслись десятки отдѣльных еврейских погромов и эксцессов. Однако, никому тогда не пришло в голову, что это предвѣстники массового погромнаго движенiя. С первых же дней 1919 г. это стало сразу очевидно. Почти одновременно с побѣдой украинской Директорiи и ея армiи вспыхнул пожар погромов и еврейской рѣзни — в Овручѣ, Бердичевѣ, Житомiрѣ и в десятках других еврейских городов и мѣстечек — на протяженiи всего нѣскольких недѣль. Опасность еще больше увеличилась, когда украинская армiя была вынуждена, в январѣ-мартѣ 1919 г., под напором совѣтских войск, очистить почти всю Украину и когда начался развал и деморализацiя этой армiи. Погромы скоро приняли характер огромнаго и длительнаго народнаго бѣдствiя.

В концѣ января 1919 г. в Кiевѣ образовался Центральный Комитет помощи пострадавшим от погромов, вокруг котораго в то время об'единялись всѣ еврейскiя партiи. В задачи комитета входило только дѣло помощи, но уже с первых мѣсяцев в его архивах собрался такой богатый фактическiй матерiал о погромных событiях, доставленный уполномоченными с мѣст, и матерiал этот производил такое потрясающее впечатлѣнiе, что возникла мысль о немедленном его опубликованiи. По предложенiю «Jüd. Volksverlag» в Кiевѣ Центральный Комитет принял в апрѣлѣ постановленiе приступить к изданiю книги с этими матерiалами. О перiодѣ погромных событiй, предшествовавших образованiю комитета, довольно значительный матерiал находился у Нацiональнаго Секретарiата (испольнительнаго органа еврейскаго нацiональнаго собранiя, произошедшаго в Кiевѣ в ноябрѣ 1918 г.), который обратился в Центральный Комитет с предложенiем о своей готовности присоединиться к изданiю; предложенiе было принято. К этому был привлечен также и упомянутый «Volksverlag», который взял на себя техническую часть изданiя.

Из этих трех сторон и образовалась в мая 1919 г. «Редакцiонная коллегiя по собиранiю и опубликованiю матерiалов о погромах на Украинѣ». В коллегiю вошли тогда: В. Лацкiй, Н. Штиф (вскорѣ выступил) и И. Чериковер — в качествѣ литераторов, и прис. пов. М. Гольдштейн, а вскорѣ вмѣсто него д-р Ф. Ландер, — как представители от Центральнаго Комитета. Редакцiонная коллегiя не стремилась к тому, чтобы стать информацiонным бюро о погромах, хотя, несомнѣнно, такое бюро было тогда весьма своевременно, а хотѣла дать фундаментальный об'ективный труд историческаго характера, с систематизированными документальными данными, без политических тенденцiй и даже без заранѣе подготовленной цѣли вызвать чувство жалости и соболѣзнованiя. Но даже для такой исторической задачи нужно было раньше всего собрать достаточно вѣскiя документальныя данныя. Коллегiя поэтому и обратила с самаго начала свое главное вниманiе на собиранiе матерiалов и созданiе архива. Коллегiя стремилась к такому матерiалу, который дал бы не только протокольное описанiе погромных бѣдствiй, но и общiй фон и политическую обстановку этих событiй.

Послѣ долгих мѣсяцев работы, послѣ того, как редакцiонная коллегiя опросила сотни общественных дѣятелей и пострадавших и послала на мѣста спецiально уполномоченных ею для этого лиц, ей удалось собрать весьма обширный матерiал. Не меньше значенiя имѣл тот огромный матерiал, который находился в различных еврейских и общих учрежденiях и который постепенно также перешел в архив редакцiи. Редакцiонная коллегiя цѣликом наслѣдовала архивы Центральнаго Комитета помощи погромленным и Нацiональнаго Секретарiата, а затѣм также архивы слѣдующих учрежденiй и обществ: Краснаго Креста в Кiевѣ (отдѣла помощи погромленным), еврейскаго министерства на Украинѣ (перiода 1917 — 1918 гг. и перiода 1919 и отчасти 1920 гг.), Кiевскаго КОПЕ, Московскаго ЕКОПО, ряда общин — особенно Кiевской, Одесской и Харьковской, Историко-информацiонной комиссiи и Об'единеннаго совѣта сiонистских организацiй (ОССО) в Одессѣ, Лиги борьбы с антисемитизмом (существовала в Кiевѣ при деникинцах), слѣдственных комиссiй и юридических бюро по дѣлу о погромах (в Житомiрѣ и Кiевѣ). Кромѣ перечисленных, у редакцiи оказались значительные матерiалы также из архива Собеза (соцiальнаго обезпеченiя, отдѣла помощи), Евобщесткома (евр. общественнаго комитета) и других совѣтских учрежденiй, между ними — коллекцiя неопубликованных матерiалов из оффицiальных источников о повстанческом движенiи крестьян и бандитизмѣ. Уже во время пребыванiя в Берлинѣ архив существенно обогатился новыми матерiалами из заграничных источников: от комитетов помощи погромленным, «украинских комитетов» и эмиграцiонных бюро в Варшавѣ, Львовѣ, Кишиневѣ и друг. мѣстах, от еврейскаго National-Rat в Варшавѣ, украинских дипломатических миссiй, «Комитета еврейских делегацiй» в Парижѣ и Joint Distribution Committee в Нью-Iоркѣ.

В архивѣ накопился таким путем огромный сырой матерiал: нѣсколько тысяч протоколов и показанiй пострадавших, отчетов общественных дѣятелей и уполномоченных, донесенiй из общин, меморандумов и оффицiальных отношенiй; нѣсколько сот воззванiй погромных атаманов и приказов властей в подлинниках; свыше четырехсот фотографических снимков убитых, раненных, погромленных мѣстечек, а также нѣкоторых погромных атаманов и членов еврейских самооборон; именные списки нѣскольких десятков тысяч убитых; обширный матерiал, характеризующiй политическую сторону событiй, крестьянское повстанческое движенiе, украинско-еврейскiя отношенiя; много «человѣческих документов» — частных писем и описанiй, дневников, «пинкосы» общин и т. п. Кромѣ этого сырого матерiала, в архивѣ собрана также вся пресса за годы погромов — комплекты еврейских, украинских и русских газет и отдѣльно газетныя вырѣзки. В архивѣ имѣются также кинематографическiя фильмы нѣскольких погромов. В настоящiй момент данныя архива охватывают свыше тысячи погромов и много сотен разрушенных общин. Архив стал, таким образом, единственной в своем родѣ исторической коллекцiей, воздвигнутой в память великих бѣдствiй 1918 — 1921 годов на Украинѣ.

Редакцiонная коллегiя первоначально все свое вниманiе сосредоточила только на собиранiи матерiалов. Спокойно заниматься описанiем событiй, систематизацiей и исторической обработкой было в то время совершенно невозможно. Коллегiя работала в огнѣ страшных событiй, в кольцѣ погромных взрывов. Основалась она послѣ того, как украинское еврейство пережило уже погромное нашествiе петлюровских армiй и первых «атаманов», на завтра послѣ страшной «григорьевщины», в разгарѣ перваго повстанческаго движенiя украинской деревни против совѣтской власти и погромнаго похода против евреев. Поход этот охватил всю территорiю еврейскаго населенiя на Украинѣ и оставил послѣ себя десятки тысяч убитых. К августу 1919 г. это движенiе нѣсколько стихает, — и вдруг политическая сцена неожиданно мѣняется: в Украину вторгается армiя Деникина, шедшая фактически с лозунгом монархической реставрацiи, пролившая рѣки еврейской крови почти на всем протяженiи Украины и вырвавшая с корнем много десятков еврейских общин. Перiод деникинщины еще не успѣл закончиться, как с начала 1920 г. вспыхнуло новое повстанческое крестьянское движенiе, во главѣ с атаманами — предводителями погромных банд, и пошла новая волна еврейских погромов, которая временами ослабѣвала, временами усиливалась, но которая цѣликом не прекратилась и в 1921 году. Одновременно с этим началось серьезное погромное движенiе в сосѣдней Бѣлоруссiи, гдѣ первоначально поляки и Булак-Булахович, а затѣм крестьяне-повстанцы учинили ряд погромов, тянувшихся до осени 1921 года. Заняться историческими описанiями и систематизированiем матерiала в такой атмосферѣ было невозможно, хотя редакцiонная коллегiя нѣсколько раз пыталась начать работу. Еще лѣтом 1919 г. в Кiевѣ образовался спецiальный орган — «правленiе» из представителей Центральнаго Комитета помощи погромленным, Нацiональнаго Секретарiата, Volksverlag'а и редакцiонной коллегiи — для общаго административнаго руководства работой по изданiю.

В началѣ 1920 года, когда условiя жизни на Украинѣ еще болѣе ухудшились, стало совершенно очевидным, что издать эти книги в предѣлах Украины, и Россiи вообще, невозможно. Кромѣ существенных технических препятствiй, было еще одно мѣшающее обстоятельство: редакцiонная коллегiя, фактически лишенная возможности в россiйских условiях работать легально, смотрѣла на собранный ею матерiал, как на еврейское общественное достоянiе, и считала вредным, чтобы опубликованiе этих матерiалов приняло рѣзко-политическiй и партiйный характер. Эти соображенiя привели к мысли о необходимости перенести изданiе за границу. С большими трудностями и с риском колоссальный архив был вывезен из Украины и в полной сохранности доставлен в Берлин, который был избран мѣстом изданiя.

Еще будучи в Кiевѣ стало ясно, что такое изданiе не может быть делом небольшой группы мѣстных дѣятелей и что необходимо привлечь к нему болѣе широкiе общественные круги, а главным образом организацiи помощи, как в Россiи, так и за-границей. С этой цѣлью представители редакцiонной коллегiи, прибыв в Москву, вступили в сношенiе с тѣми еврейскими общественными организацiями, которыя к тому времени уцѣлѣли в Россiи. Послѣ переѣзда в Берлин эти представители обратились также к евр. организацiям помощи в Европѣ и Америкѣ с предложенiем присоединиться к изданiю и делегировать своих представителей в правленiе. Осенью 1921 г. на это предложенiе откликнулись и присоединились слѣдующiя заграничныя организацiи: Peoples Relief Committee в Нью-Iоркѣ — первая организацiя оказавшая изданiю матерiальную поддержку и давшая возможность начать работу; National Federation of Ukrainian Jews в Нью-Iоркѣ; Comité Exécutif de la conférence universelle juive de secours в Парижѣ. Еще до этого в правленiе вошли нѣкоторые бывшiе активные дѣятели комитетов помощи в Россiи и Украинѣ, к тому времени находившiеся в Берлинѣ. Таким образом, руководство изданiем получило болѣе широкую общественную базу. В соотвѣтствiи с этим измѣнилась и конструкцiя правленiя в том смыслѣ, что представители частнаго учрежденiя (издательства Volksverlag) или политического органа (Нацiональнаго Секретарiата) не могли в нем остаться. Нѣкоторыя измѣненiя и дополненiя произошли также и в составѣ редакцiи, подготовляющей изданiе к печати. В Берлинѣ «Редакцiонная коллегiя» была оффицiально зарегистрирована, как общество, под названiем «Ostjüdisches Historisches Archiv» (Историческiй архив восточнаго еврейства).

Вся эта организацiонная работа, как и приток новых матерiалов, на время задержали подготовку и изданiе книг. В настоящiй момент работа по составленiю этого многотомнаго изданiя приближается к концу.

Стремясь к тому, чтобы книги не являлись просто собранiем сырых документов, но дали бы прагматическую исторiю и ход развитiя событiй на основанiи документальнаго матерiала, редакцiонная коллегiя нашла нужным раздѣлить каждый том на двѣ части: в первой дается историческiй обзор событiй на общем политическом фонѣ, во втором — документы и матерiалы в систематизированном видѣ.

Все изданiе распадается на ряд слѣдующих книг, принадлежащих перу отдѣльных авторов:

Том первый: Антисемитизм и погромы на Украинѣ в 1917 — 1918 гг. (перiод Центральной Рады и гетмана) — И. Чериковера.

Том второй: Погромы 1919 г. (перiод Петлюры и возстанiя Григорьева) — того-же автора.

Том третiй: Погромы Добровольческой армiи — I. Шехтмана.

Том четвертый: Повстанческiе погромы («1920 год на Украинѣ — гражданская война и погромы») — Н. Штифа.

Том пятый: Результаты погромов (статистико-экономическое изслѣдованiе) — Я. Лещинскаго.

Том шестой: Краткое описанiе всѣх зарегистрированных погромов, список погромленных пунктов, именной список убитых — Н. Гергеля.

Том седьмой: Матерiалы к исторiи еврейской самообороны.

Кромѣ этих главных болѣе обширных книг, проектируется также изданiе нѣкоторых монографiй меньших размѣров — «пинкосы» нѣкоторых общин (в подлинном или обработанном видѣ), сборники болѣе характерных и обстоятельных показанiй и т. п., а также, если окажется достаточно матерiала, — и описанiе погромов в Бѣлоруссiи. Книги выходят на еврейском (idisch) и русском языках одновременно; позже предполагается издать их также на одном из европейских языков, в сокращенном видѣ. Кромѣ текста будут даны также фотографическiе снимки убитых и пострадавших, снимки наиболѣе важных документов, статистическiя таблицы и дiаграммы. Все изданiе разсчитано на 150 — 160 печатных листов, т. е. 2400 — 2600 страниц, на каждом языкѣ.

***

В заключенiе мы выражаем глубокую благодарность всѣм организацiям, оказавшим нам содѣйствiе в собиранiи матерiалов и их опубликованiи, а также слѣдующим лицам, оказавшим этой работѣ существенныя услуги: предсѣдателю кiевскаго Центральнаго Комитета помощи погромленным — прис. пов. С. Б. Ратнеру, представителю Еврейскаго Нацiональнаго Секретарiата — I. И. Гринфельду, представителю отдѣла помощи при Красном Крестѣ в Кiевѣ — д-ру Ф. Е. Ландеру, представителю Volksverlag — П. Г. Дубинскому, представителю Peoples Relief Committee — Б. Цукерману, представителю Joint Distribution Committee — д-ру Френку Розенблату, предсѣдателю Federation of Ukrainian Jews в Америкѣ — д-ру I. Крымскому, представителю «Комитета еврейских делегацiй в Парижѣ» — Л. Моцкину, члену польскаго сейма — И. Гринбауму и мног. др. Мы выражаем также глубокую благодарность слѣдующим лицам — нашим сотрудникам, оказавшим цѣнныя услуги собиранiю матерiала: В. Весту, И. Гитерману, Х. Гофману, И. Клинову, У. Коральнику, М. Лейзеровичу, Ш. Непомнящему, М. Рекису, Б. Слуцкому, Рахиль Файгенберг, Р. Н. Чериковер, а также уполномоченным Кiевскаго Центральнаго Комитета помощи погромленным и отдѣла помощи при Красном Крестѣ: I. Брауде, Б. Брагинскому, С. Кагану, Я. Таю, И. Цифроновичу и всѣм участникам изданiя.

Берлин, февраль 1923.

Ostjüdisches Historisches Archiv.

Третья гайдамачина

Историческое вступленiе

Многiе народы вписали свои имена в тысячелѣтнiй мартиролог еврейства, но лишь немногiе займут там такое видное — и, конечно, незавидное — мѣсто, как народ украинскiй. Со середины 17-го вѣка этот народ в моменты политической смуты исполняет «миссiю» истребленiя еврейства с бóльшим рвенiем, чѣм его предшественники в вѣка крестовых походов. Самый послѣднiй подвиг его на этом поприще, совершившiйся на наших глазах, превзошел по своим размѣрам всѣ погромы и «рѣзни» былых вѣков. Миссiя Украины в исторiи еврейства, вѣроятно, еще не закончена, но теперь уже можно подвести ей нѣкоторые итоги и поставить ее в опредѣленныя историческiя рамки[1].

То, что произошло на Украинѣ в 1918 — 1920 гг., носит всѣ признаки историческаго нацiонально-украинскаго движенiя, извѣстнаго под именем гайдамачины. Главный признак гайдамачины заключается в том, что она всегда сопутствует какому-нибудь политическому кризису и в своих рѣзких проявленiях знаменует распад государства, в состав котораго входит Украина. Три больших взрыва ея сыграли эту фатальную роль: гайдамачина, вызванная казацким возстанiем 1648 года, положила начало распаду Польши; «Уманская рѣзня» 1768 года, послѣднее звено в цѣпи гайдамацких погромов 18-го вѣка, ознаменовала канун раздѣлов Польши; гайдамачина 1918 — 1920 годов знаменует начало распада Россiи. Взрывчатое вещество накапливается в украинских народных массах на почвѣ нацiональных, религиозных и экономических столкновенiй с окружающим народным населенiем, но для производства взрыва требуется непремѣнно политическiй фитиль — война, революцiя, контр-революцiя, всякiй надлом государственнаго организма. И в центрѣ взрыва всегда стоит еврейство.

В цѣпь трехвѣковой гайдамачины слѣдует включить и тѣ два погромных движенiя, которыя до сих пор не связывались с нею и считались как бы самостоятельными общерусскими явленiями: анти-еврейскiе погромы 1881 и 1905 годов. И тѣ и другiе совершались почти исключительно на Украинѣ (небольшой процент погромов 1905 года в сѣверо-западных губернiях Россiи и в Польшѣ относится преимущественно к разряду военных или полицейских эксцессов). Обѣ эти группы погромов были опять-таки тѣсно связаны с политическим моментом. Толчок южно-русским погромам 1881 года дало цареубiйство 1-го марта, а октябрьскiе погромы 1905 года были прямым отвѣтом на участiе евреев в тогдашнем революцiонном движенiи. Мстительная правительственная реакцiя в одних мѣстах «двинула Ахерон» — дремавшiе в украинских массах гайдамацкiя инстинкты, а в других ограничилась тѣм, что не мѣшала этим инстинктам, которые пробуждались сами собою в атмосферѣ политическаго пожара.

Трудно указать в исторiи такой примѣр выдержанности и послѣдовательности народных масс в одном направленiи на протяженiи трех столѣтiй. Украинскiй гайдамак 20-го вѣка мало чѣм отличается от своего предка в 17-м или 18-м вѣкѣ. Поражают своим сходством картины того, что творилось во всѣх этих Лысянках, Уманях, Звенигородках, Таращах, Овручах, Острогах — при Хмѣльницком, Гонтѣ и — Петлюрѣ. Мѣнялись политическiя и соцiально-экономическiя условiя Украины и ея разнороднаго населенiя, но сущность гайдамачины осталась та же.

В страшное десятилѣтiе 1648 — 1658 г. перед нами борьба трех нацiй — украинцев, поляков и евреев. Казацкое возстанiе против Польши превращается в истребительную войну крестьян против «ляхов и жидов», помѣщиков и арендаторов-торговцев. Вырѣзываются или угоняются в татарскiй плѣн цѣлыя еврейскiя общины Волыни, Подолiи, Кiевщины, Черниговщины, за исключенiем отдѣльных лиц, притворно принимающих крещенiе. Сотни погубленных общин, опустошенные города, десятилѣтiя украинской «Руины» — таковы послѣдствiя гайдамацкаго разгула. Лѣвобережная Украина — Малороссiя, соединившаяся с Москвой, разрѣшает еврейскiй вопрос по-московски: никаких евреев она не терпит на своей территорiи; попадающiя туда нелегально группы «зарубежных» евреев безпощадно изгоняются, как «враги Христовы», от которых и в Петербургскiй перiод «не желают интересной прибыли». Но на польской сторонѣ, в правобережной Украинѣ, еще крѣпко держится дух гайдамачины в 18-м вѣкѣ. В мирное время он проявляется в обыкновенных грабежах на больших дорогах, в случайных набѣгах на незащищенныя войсками мѣстечки и разгромѣ еврейских домов, а в моменты войны и смут он прорывается в массовых погромах и рѣзнѣ. Польское междуцарствiе 1734 года вызывает гайдамацкаго зверя из его логовища: он гуляет по городам и мѣстечкам Подолiи и нападает на беззащитное еврейское населенiе. Через 30 лѣт он уже чует запах разлагающагося трупа Польши и врывается в гражданскую войну времен Барской конфедерацiи с «освященными ножами» колiивщины. Оффицiальный лозунг движенiя — мѣсть за попранныя права диссидентов-православных, угнетаемых тѣм-же воинствующим католицизмом, от котораго страдали и евреи, — и тѣм не менѣе гайдамак охотнѣе всего рѣжетъ еврея, оставляя в исторiи огромное кровавое пятно — «Уманскую рѣзню».

С паденiем Польши тройной нацiональный антагонизм — польско-еврейско-украинскiй — смѣнился двойным: русско-еврейским. Так как в теченiе ста лѣт русское правительство монополизировало еврейскiй вопрос и обыкновенно рѣшало его в канцелярiях в духѣ весьма близком гайдамацкому сердцу, то гайдамачина была надолго парализована. Но когда реформы Александра II, не эмансипируя евреев, все-таки открыли перед ними болѣе широкiя экономическiя и культурныя перспективы, украинец насторожился. Еврей, поднимающiйся по общественной лѣстницѣ, становящiйся «паном» — фабрикантом, крупным купцом, гордым интеллигентом, казался ему какой-то аномалiей рядом с массою мелких еврейских торговцев, факторов, шинкарей, приходивших в соприкосновенiе с крестьянами. Для новаго взрыва гайдамачины нужен был только политическiй фитиль, и стихiйный ум гайдамака умудрился изготовить его из матерiала, вовсе не предназначеннаго для еврейскаго погрома. Революцiонная пропаганда 1870-х годов с ея «хожденiем в народ» расшевелила украинское крестьянство, но не успѣло оно двинуться «против царя и господ», как произошло цареубiйство 1 марта 1881 года, и послышался возглас: «Евреи убили царя. Царь вѣлел бить жидов!». И тут живо откликнулся проснувшiйся историческiй гайдамак. Не нужно было, чтобы из Петербурга был пущен этот сакраментальный лозунг. Он родился в душѣ гайдамака, как нѣкогда апокрифическая «золотая грамота» Екатерины II. На этот раз в погромной кампанiи 1881-82 гг., ординарный погром — разрушенiе домов с грабежом имущества — составлял правило, а убiйство или «рѣзня» — исключенiе (Кiев, Балта). За сто слишком лѣт рука бойцов отучилась рубить, но скоро эта наука была опять усвоена в совершенствѣ.

Полицейскiй генiй Плеве и его учеников в министерских креслах уловил эту особенность украинской души: ея чуткость к еврейскому погрому. Репетицiя Кишиневской резни (1903), исполненная смѣшанным украинско-молдаванским персоналом, прошла блестяще, и в октябрѣ 1905 г. кровавое зрѣлище было повторено во всероссiйском масштабѣ. Но и тут Украина играла главную роль: девять десятых всѣх погромов произошли в ней. Тут новые гайдамаки вернулись уже к славным традицiям своих предков: «сухой» погром вышел из моды; большая часть погромов сопровождалась рѣзней. В 1905 г. под новыми оболочками: «контр-революцiя, черносотенство, Вандея» — не примѣтили исконной гайдамацкой сущности того, что творилось в южной Россiи. Забыли историческую преемственность гайдамачества, его истинную природу — зажигаться именно там, гдѣ предстоит расправа с евреем. Вѣдь только в Великороссiи от рѣдких там октябрьских погромов пострадала революцiонная русская интеллигенцiя, между тѣм как на Украинѣ, под знаком мести за революцiю, вырѣзывались и громились еврейскiя массы в сотнях городов и селенiй.

Школа великаго разбоя, именуемая «мiровой войною» нашего времени, дала послѣднiй закал гайдамачеству. Уже на войнѣ, в прифронтовых еврейских погромах, особенно отличались козаки, историческая гвардiя гайдамачества. Дальновидные люди предвидѣли еще тогда, в связи с памятным «военным навѣтом», что на Украинѣ по окончанiи войны пойдет новая цѣпь погромов. Но свѣтлая политическая весна 1917 года заставила нас забыть об этих опасностях. Среди ужасов еще неоконченной войны и уже начавшейся анархiи мы с украинцами вдруг стали братьями во свободѣ. Мы забыли о вѣковых обидах, и когда украинское общество потянулось к своему нацiональному идеалу автономiи, а затѣм и «самостiйности», еврейское общество протянуло ему братскую руку. Странное, невиданное было зрѣлище лѣтом и осенью 1917 года. Два народа, раздѣленных потоком крови в прошлом, перешагнули через этот поток и сказали друг другу: будем вмѣстѣ бороться за свободу и справедливость. Украинская Рада в Кiевѣ увидѣла в своих рядах еврейских политиков, украинское правительство — «генеральный секретарiат» — имѣло в своем составѣ секретаря или министра по еврейским нацiональным дѣлам. Внутри территорiальной автономiи Украины как-будто осуществлялась персональная автономiя еврейскаго населенiя — мечта новаго нацiональнаго еврейства… Но в тѣ-же дни с фронта доносился, все болѣе приближаясь, зловѣщiй гул: самовольно или по приказу демобилизованная русская армiя возвращалась с фронта домой — и из украинских городов и мѣстечек послышались вопли избиваемых евреев. Навстрѣчу одичалой солдатчинѣ поднялось гайдамацкое крестьянство, и между этими двумя огнями очутилось «свободное» трехмиллiонное еврейство «великой самостiйной Украины».

А тут из столиц Россiи, гдѣ воцарился хаос большевизма, дан был лозунг гражданской войны. В началѣ 1918 года большевики берут Кiев, через короткое время их оттуда выталкивают, — и готово новое обвиненiе, новый предлог для проявленiя гайдамацкаго зверства: всѣ евреи — большевики. В то же время в связи с возстанiем крестьян против германской оккупацiи пускается в ход обвиненiе: евреи предали нас нѣмцам. В умѣ гайдамака всѣ эти противорѣчивые мотивы об'единяются в любимый синтез: бей жидов. Параллельно всероссiйскому погрому большевиков на Украинѣ тянется полоса еврейских погромов 1918 года, при германской оккупацiи и гетманщинѣ. А затѣм идут два страшнѣйших года: 1919 и 1920 — время непрерывной гражданской войны, господства огня и меча, время петлюровщины и деникинщины, атаманов-бандитов и партизанских войн, польскаго вторженiя в Украину и опустошительнаго движенiя красной армiи[2]. Гайдамачина пирует на славу: три миллiона евреев отданы ей на поток и разграбленiе. Ужасы хмѣльничины и гонтовщины блѣднѣют перед этим кровавым пиром. Сотни тысяч убитых и изувѣченных, десятки тысяч изнасилованных женщин, сотни городов, претерпѣвших многократные погромы и рѣзню от разных банд и лишившихся почти всего еврейскаго населенiя, много городов-кладбищ, сравненных с землей — таковы итоги третьей гайдамачины.

Многотомная книга, которой предпосылаются эти краткiя историческiя параллели, разскажет современникам и потомству о событiях эпохи третьей гайдамачины, разскажет в многочисленных оффицiальных документах, в описанiях очевидцев и самих жертв, а вмѣстѣ с тѣм внесет систему и порядок в этот огромный матерiал, собранный в самой юдоли плача, по свѣжим слѣдам. Исторiя наших послѣдних катастроф может писаться теперь не по случайным разсказам одиноких лѣтописцев, вспоминающих пережитое или услышанное от других и обобщающих впечатлѣнiя узкаго круга лиц; она составляется нынѣ коллективно, на основанiи многих тысяч документов, пишется сотнями и тысячами авторов, которые не думали быть лѣтописцами, а просто воспроизводили видѣнное и лично перенесенное вмѣстѣ с душевным состоянiем пережитаго момента. Систематизированный здѣсь матерiал дает прежде всего ясную картину страшных событiй нам самим, современникам, которые в эти годы политическаго хаоса не могли слѣдить за их кровавою цѣпью на огромном пространствѣ Россiи, «преданной мечам и пожарам». Затѣм он послужит твердою опорой будущему историку, который будет испытывать глубокую боль в процессѣ изображенiя кошмарных событiй, но будет избавлен от опасенiя за достовѣрность источников своего труда.

Духу еврейства чужда мысль древняго римскаго поэта: «Может быть, из наших костей возстанет нѣкогда мститель». Единственная наша месть — увѣковѣченiе злодѣйства в исторiи. Народ, пронесшiй сквозь строй тридцати вѣков свои священныя заповѣди: «не убiй, не кради, не грабь, не предавайся разврату», — просто зарегистрирует чудовищное нарушенiе всѣх этих заповѣдей в колоссальных размѣрах многими тысячами людей Содома. А попасть на черную доску еврейской исторiи — это самое тяжкое моральное наказанiе. Вѣдь эта черная доска дала мiру нравственную характеристику предшественников нынѣшних погромщиков, от древних египетских фараонов и персидских Гаманов до коллективных Гаманов средневѣковья и ближайших к нам эпох.

Берлин. 28 февраля 1923 года.

С. Дубнов.

Введенiе

Историческая нить погромов. — Между Днѣпромъ и Днѣстромъ. — Украина, как страна погромов. — Украинское крестьянство до революцiи. — Руссификацiя и культурная отсталость крестьянства. — Экономическiе мотивы погромов. — Антагонизм между городом и деревней. — Земельный голод и товарный голод. — Роль евреев в городѣ. — Роль крестьянства. — Мiровая война и предпосылки для анархiи и погромов. — Революцiя 1917 г. и гражданская война. — Рост авантюризма. — Вооруженная Украина. — Анархiя и смѣна властей. — Вѣхи погромов на Украинѣ 1917–1918 гг.

Очевидец событiй в Заславлѣ, на Волыни, по которой прокаталась весной 1919 г. волна погромов, учиненных «петлюровской» армiей, отмѣчая в своем дневникѣ переживанiя еврейскаго населенiя, пишет: «Двѣсти семьлесят один год тому назад в моем родном городкѣ Заславлѣ, на Волыни, сидѣл р. Натан[3] и вел лѣтопись тѣх ужасных дней — дней Бондана Хмѣльницкаго, описывая бѣдствiя, которыя претерпѣл наш народ. Пришло-ли ему тогда в голову, что через много поколенiй, двѣсти семьдесят один год спустя, послѣ цѣлых эпох человѣческаго прогресса, высоких научных истин и соцiальных идей, поразительных открытiй и изобрѣтенiй, в том же самом городѣ будет сидѣть пишущiй эти строки, который носит то же имя, что и он, р. Натан, автор «Jewejn Mezula», и который является внуком его в пятом поколѣнiи, — и кровью сердца будет вести такую же лѣтопись страданiй своего народа, несчастiй и ужасов, звѣрств и насилiй, которые причинили евреям дикiя полчища Петлюры, кровавые потомки великаго Хмѣльницкаго… Рисовалось-ли ему это когда-нибудь?..»

Так пишет современник наших событiй, потомок автора знаменитой старой хроники, пытаясь нащупать ту историческую нить еврейских бѣдствiй на Украинѣ, которая тянется со времен Хмѣльницкаго через гайдамачину вплоть до наших дней. И дѣйствительно, для историка картина еврейских переживанiй на Украинѣ в 17-м и 18-м вѣкѣ и в наши дни представляет поразительное сходство. При свѣтѣ революцiоннаго бунта в крови современнаго украинскаго крестьянина как будто вспыхнули традицiи прошлаго. Из пепла, покрывавшаго историческую Украину, возродились прiемы казачества, запорожской сѣчи и вольной, но жестокой гайдамачины. «Горите степи пожарами! Пришла пора мѣнять кожух на жупан» — с этими примитивными лозунгами начался в серединѣ 18-го вѣка бунт «колiивщины», когда крестьяне-гайдамаки поднялись под руководством Желѣзняка, против поляков-помѣщиков. А на дѣлѣ соцiальное движенiе свелось преимущественно к тому, что возставшiе разошлись по Украинѣ «з ножом у холявi жiдiв кiнчать», как поет в своей поэмѣ о гайдамацком возстанiи Шевченко, или «жiдiв шаблями христити», по выраженiю украинскаго народнаго эпоса.

Как тогда, так и теперь вспыхнувшая в странѣ гражданская война привела к крестьянскому повстанчеству, носящему в основѣ сощiальный характер, и необычайному развитiю партизанщины, с ея многочисленными «атаманами» и «батьками», к мужицкому анархизму, и одновременно с этим — к жестокому разгулу нацiональных страстей и слѣпой, жгучей ненависти к евреям. Крестьянское повстанчество почти всюду на Украинѣ вырождается в погромный поход против еврейскаго населенiя, который не уступает по своим размѣрам самым крупным историческим бѣдствiям, пережитым еврейским народом в прошлом. По исчисленiю историков, за 10 лѣт хмѣльничины погибло на Украинѣ до четверти миллiона евреев, до 700 еврейских общин. Во времена позднѣйшей гайдамачины — в 18-м вѣкѣ — погибло от 50.000 до 60.000 евреев. Еще не пришло время дать точный подсчет тѣх жертв, которыя погибли во время погромов за послднѣе годы на Украинѣ. Но по всѣм данным можно утвердительно сказать, что число это почти не уступает перiоду хмѣльничины и чрезвычайно превосходит страшные годы гайдамачины и Уманьской рѣзни. Историческiя хроники, — немногочисленныя, правда, — оставшiяся с тѣх печальных эпох, дают ряд потрясающих драматических моментов переживанiй украинскаго еврейства, окруженнаго огненным кольцом погромов. Но тот, кто знаком с документами, собранными в нынѣшнюю эпоху, убѣдиться, что современность, быть может, еще богаче такими потрясающими моментами. И так, как в былыя времена, событiя разыгрались в тѣх-же территорiальных рамках: преимущественно в правобережной Украинѣ. Колыбелью еврейскаго погрома была и осталась полоса между двумя главными рѣками Украины — между Днѣпром и Днѣстром.

Давно на Украинѣ отзвучали казацкiе и гайдамацкiе бунты. Страна еще в 18-м вѣкѣ окончательно потеряла свою независимость и была включена в состав Россiйской Имперiи. Украина превратилась в ряд обыкновенных губернiй на югѣ Россiи. Но сколько в Россiи не возникало массовых антиеврейских погромов, территорiей их всегда оказывался «юг Россiи». Покуда Россiя лежала, по выраженiю Герцена, в «каменном обморокѣ», пока вся страна и всѣ части были наглухо окутаны одним покровом общероссiйскаго гнета, географическаго постоянства в погромном движенiи не было замѣтно. Когда же революцiя 1917 года этот покров сорвала, и началась дифференцiацiя Россiйской Имперiи, выдѣленiя нацiональных частей, в том числѣ и Украины, географическiя рамки движенiя ясно опредѣлились. Евреи жили большими массами и на Литвѣ, и в Бѣлоруссiи, отчасти в Латвiи и в нѣкоторых пунктах центральной Россiи — с «перiода бѣженства», — но вспыхивало массовое антиеврейское движенiе неизмѣнно на Украинѣ. Этот факт был исторически знаменателен.

В началѣ 80-х годов в Россiи впервые возникли массовые антиеврейскiе погромы, которые тянулись почти 3 года. Первый погром произошел 15-го апрѣля 1881 года в Елисаветградѣ; движенiе охватило затѣм Херсонскую, Кiевскую, Екатеринославскую, Черниговскую, Волынскую, Полтавскую и Подольскую губернiи, всего около 150 пунктов, — и все это, за малыми исключенiями, в украинских губернiях; в одной лишь Кiевской губернiи пострадали 48 городов и мѣстечек. Послѣ перерыва в 23 года, в дни октября 1905, снова вспыхнули массовые погромы, носившiе на этот раз гораздо болѣе широкiй и жестокiй характер. В теченiе 4 — 5 дней волна погромов охватила 690 пунктов. Присматриваясь к их географическому распредѣленiю, мы опять видим то же — главной территорiей их является все та же Украина: в одной лишь Черниговской губернiи произошло 329 погромов, в Херсонской — 82, Полтавской — 52, Екатеринославской и Кiевской — по 41, Подольской — 37. В прилегающей к Украинѣ Бессарабской губернiи было 71. В сравненiи с этим число погромов в других губернiях совершенно незначительно, а на Литвѣ и в Польшѣ, гдѣ евреев жило больше, чѣм в украинских губернiях, погромов тогда почти не было. В событiях 80-х годов участiе деревни не бросалось в глаза, главную роль играла городская чернь, подстрекаемая юдофобской агитацiей и направляемая полицейской рукой. Городская-же чернь в южных губернiях, особенно в крупных пунктах, не является только украинской, а представляет собой деклассированный элемент: смѣсь украинцев и пришельцев из русских губернiй или руссифицированных мѣстных мѣщан. В октябрьских же событiях 1905 года наряду с городской чернью, а мѣстами и впереди нея, шел уже крестьянин, старожил украинской деревни. Об огромном участiи крестьян можно судить по тому, что из 690 октябрьских погромов 626 падает на мѣстечки и деревни. Русская полицейская рука легко подняла против евреев крестьян, мѣщан и деклассированные элементы населенiя именно в украинских губернiях, чего ей не удалось добиться в других районах поселенiя евреев.

Украинское нацiональное движенiе, как массовое, в тѣ годы еще дремало, но соцiальное движенiе украинскаго крестьянства уже шло полным ходом. Начало участiя широкаго народнаго элемента в россiйской революцiи вообще можно в сущности датировать массовыми крестьянскими возстанiями, вспыхнувшими весной 1902 года в Полтавской и Харьковской губернiях, т. е. на Украинѣ. Революцiонное движенiе получило особенно широкое развитiе на «югѣ Россiи». Украинская деревня обнаружила огромные запасы бурной революцiонной энергiи. Как будто в ея соцiально-политических конвульсiях слышались отзвуки возставшей запорожской сѣчи и вальнаго казачества. В перiод перваго революцiоннаго под'ема, в 1902 — 1907 гг., крестьянское движенiе не запятнало себя еврейской кровью; погром был обязательным придатком реакцiи и полицескаго режима. Но в революцiи 1917 года и позже стихiя бунта всколыхнула деревню на Украинѣ до дна и в атмосферѣ разжигаемой гражданской войны неожиданно дала эффект еврейскаго разгрома и рѣзни.

Стихiйное бунтарство оказалось наиболѣе присущим украинскому крестьянству не только по свойствам его характера, выкованнаго в казацкой и запорожской вольницѣ 16 — 18 вѣков, хотя и это несомнѣнно сыграло значительную роль, сколько благодаря тѣм соцiально-экономическим условiям, в которых украинскiй крестьянин находился до послѣдних лѣт. Нигдѣ в Россiи не было таких огромных и богатых помѣщичьих владѣнiй, как на Украинѣ (помѣщичьи «экономiи», посессiи), и нигдѣ, с другой стороны, на было такого земельнаго утѣсненiя среди крестьян. Малоземелье и безземелье чувствовалось здѣсь острѣе, чѣм гдѣ-бы то ни было. По данным сельско-хозяйственной переписи 1916 г. помѣщикам в украинских губернiях принадлежала 1/5 всей посѣвной площади, в то время как для всей Европейской Россiи эта доля равна только 1/10; в среднем на одно помѣщичье хозяйство на Украинѣ приходилось 112 десятин. В результатѣ богатыя хлѣбородныя украинскiя губернiи, кормившiя Россiю и отчасти Европу, давали избыток крестьянскаго населенiя и огромный процент переселенцев. Украинскiй крестьянин уходил из своего края, в поисках земли, в Сибирь, в среднюю Азiю, отчасти на Дон, на сѣвер Кавказа. По данным «Статистических свѣдѣнiй по земельному вопросу в Европейской Россiи» за 20 лѣт, с 1885 г. по 1904 г., четвертую часть всего переселенiя в Азiатскую Россiю дали три украинскiе губернiи — Полтавская, Черниговская и Харьковская, потерявшiя около 5 человѣк на каждую 1000 душ сельскаго населенiя, между тѣм как общiй процент по 50 губернiям Россiи равнялся всего 1,4 на 1000. Огромное переселенiе, хотя и в меньших размѣрах, шло и из правобережных украинских губернiй. Революцiя этот острый земельный голод удовлетворила. Но вслѣд за этим начался еще болѣе серьезный, таившiй опасныя послѣдствiя, — голод товарный.

Изслѣдователи украинской жизни указывают также на другое явленiе, которое несомнѣнно сыграло роль в злодѣянiях послѣдних лѣт: на крайнюю культурную отсталость украинскаго крестьянства. Так, напримѣр, грамотность среди населенiя украинских губернiй значительно меньше развита, чѣм среди прочаго населенiя Россiи[4]. По данным всероссiйской переписи 1897 г. среднiй процент грамотности среди всего населенiя Россiи составлял 23,3 %, причем в нѣкоторых великорусских губернiях процент этот повышался до 36,1. Грамотность-же украинскаго населенiя не поднималась выше 16,4 % (Черниговская губ.), понижаясь в отдѣльных мѣстностях до 10,5 % ((Подольская губ.), до 9,4 % (Волынская губ.) и даже до 6,3 % (Овручскiй уѣзд). Характерно при этом то обстоятельство, что послѣднiя двѣ губернiи с наименьшей грамотностью являются центром правобережной Украины. Отсталость украинскаго населенiя в значительной степени является, по справедливому указанiю украинских изслѣдователей, результатом многолѣтней политики царскаго правительства, политики нацiональнаго гнета, лишившей населенiе школы на родном языкѣ и жестоко преслѣдовавшей всякiя проблески нацiональной культуры. До февраля 1905 года даже Евангелiе было на украинском языкѣ строго запрещено! От этой политики страдала больше всего деревня, не поддававшаяся руссификацiи.

Дѣйствовал-ли в походѣ украинской деревни против евреев главным образом момент историческiй — «память крови» о временах Хмѣльницкаго и Кривоноса, Гонты и Уманьской рѣзни, или причина кроется исключительно в современных соцiально-экономических условiях края, в ненасытной ненависти деревни к городу, гдѣ главную, активную роль в торгово-промышленной жизни играют евреи, — сказать с достовѣрностью пока еще трудно. Чтобы отвѣтить на этот вопрос с полной опредѣленностью, нужна хоть нѣкоторая перспектива, хоть небольшое отдаленiе от нашей эпохи, эпохи революцiонных бурь и потрясенiй. Между тѣм, эти бури и потрясенiя еще далеко не закончили своего круга, бурныя воды не вошли в свои берега, и мы сами еще являемся живыми участниками событiй. Мы стоим вплотную к современности. Строгiя опредѣленiя и дефиницiи вряд-ли при таких условiях возможны. Судя, однако, по многочисленным данным, нашедшим отраженiе в собранных показанiях и матерiалах, значительную роль в психологiи крестьянства, в его походѣ против евреев, сыграли экономическiе мотивы. Жизнь, потребности и прiемы удовлетворенiя стали примитивны до первобытности. Война и революцiонныя бури создали рѣдкiй в исторiи товарный голод у деревни. Соль, керосин, сахар, мануфактура, гвозди, а вначалѣ и мелкая размѣнная монета становятся рѣдчайшими, недосягаемыми для крестьянина предметами. Небольшой запас этих продуктов, который сосредоточивается в городах и мѣстечках, лежит в руках исконных торговцев Украины — евреев. Во время войны и разрухи торговля принимает характер спекуляцiи, часто злостной. Война и революцiя снесли всѣ прежнiя устои соцiальной морали и развязали людскую злобу. Казалось — все стало дозволенным. Всѣ эти причины вмѣстѣ содѣйствовали тому, что поход в город за мануфактурой или солью фактически превращался в поход за товаром и добром еврея, а послѣднее неожиданно привело к походу за душой еврея, к жаждѣ крови. Эти чувства в затуманенном мужицком мозгу необычайно обострились пропагандой примитивной гражданской войны — с одной стороны, и пропагандой нацiональнаго шовинизма — с другой.

Враждебное отношенiе украинской деревни к городу попадает на нацiональные рельсы и катится быстрѣе, благодаря тому, что города на Украинѣ являются в значительной степени неукраинскими, что сильной городской украинской буржуазiи здѣсь нѣт. «Исторiя нам не дала такой буржуазiи», пишет извѣстный украинскiй писатель и политическiй дѣятель, В. Винниченко, в своей истории революцiи на Украинѣ. «Господствующiе классы на Украинѣ — неукраинцы». «В данный момент нѣт на Украинѣ буржуазiи, которая признавала бы себя украинской», писала также депутацiя от Центральной Рады в своем меморандумѣ Временному Правительству, в маѣ 1917 года. В этом утвержденiи есть несомнѣнно нѣкоторое преувеличенiе, ибо забыта та крѣпкая сельская буржуазiя, которую украинская деревня давно выдѣлила, тѣ среднiе «хлѣборобы», которые организовались в «Украiнську Демократично-Хлiборобську партiю» и в апрѣлѣ-маѣ 1918 года приняли такое дѣятельное участiе в созданiи гетманской «Украинской Державы», совмѣстно со «Всеукраiнським союзом земельних власникiв», и тѣ истинно-украинскiе «куркули» (кулаки), против которых агитаторы гражданской войны поднимали бѣдное и мелкое крестьянство. Но в отношенiи к городам и мелким мѣстечкам это утвержденiе В. Винниченко (он-же, по всему видно, и автор упомянутаго меморандума) в общем вѣрно. В торгово-промышленной жизни, особенно мелкой и средней, гдѣ покупатель-крестьянин и продавец-горожанин сталкиваются вплотную, господствовали евреи. Города, а тѣм болѣе мѣстечки на Украинѣ преимущественно населены евреями. Особенно это вѣрно для правобережных губернiй. Если судить по данным переписи 1897 г., пропорцiи коей в общем сохранились до послѣдних лѣт, то в правобережных губернiях — в Кiевской, Подольской, Волынской, отчасти Херсонской среднiй процент еврейскаго населенiя по губернiи, т. е. считая и деревни, равен 12 — 13. В городах-же процент этот равен: в Кiевской губ., а также в Херсонской — 31, в Подольской — 41, а в Волынской — 51. Процент этот по отдѣльным городам и особенно мѣстечкам значительно поднимается. Есть пункты, гдѣ евреи составляют нерѣдко 90 — 95, а в нѣкоторых мѣстах почти 100 процентов населенiя. Интересно прослѣдить процент населенiя в пунктах, переживших наиболѣе острыя бѣдствiя погромов и рѣзни. Так, напримѣр, в Волынской губернiи: в м. Грицевѣ, гдѣ произошел один из первых погромов в сентябрѣ 1917 г., евреи составляют 98 %; а Камень-Каширскѣ, гдѣ Булак-Булахович учинил осенью 1920 г. жестокiй погром, 99 % евреев; в Житомiрѣ процент евреев доходит до 47. В Кiевской губернiи: в Бердичевѣ евреев 78 %; в Радомыслѣ, пережившем ряд погромов, евреев 69 %; в Умани — евреев 58 %; в Фастовѣ, гдѣ произошла знаменитая рѣзня, учиненная деникинцами, 52 %; в м. Игнатовкѣ, нынѣ почти уничтоженном погромами, евреев 84 %; а в Тетiевѣ, пережившем ужасную рѣзню в мартѣ 1920 г., евреев 95 %. В Подольской губернiи: в Проскуровѣ — евреев 49 %, Бершади — 85 %, в Тростянцѣ — 55 %, в Фельштинѣ — 95 %; всѣ послѣднiе пункты перенесли ужасные погромы, а нѣкоторые и массовую рѣзню (Тростянец, Фельштин).

С другой стороны, нигдѣ крестьянство не занимает такого мѣста в экономической системѣ страны, как здѣсь. Украина является, вѣроятно, наиболѣе крестьянской страной в Европѣ. По новѣйшей переписи 1920 — 1921 г., в 12 нынѣшних украинских губернiях, насчитывается около 26.000.000 жителей, из них свыше 21.000.000 живут в деревнях[5]. Но если отбросить такiе четыре крупных города, как Одесса, Кiев, Харьков и Екатеринослав, число жителей коих вмѣстѣ составляет почти 1.300.000, а также часть Донецкаго бассейна, причисляемаго теперь к Украинѣ, то крестьянскiй характер этого края выступит еще яснѣе. Здѣсь, в этом царствѣ мужиков, с особенной силой разыгрался в годы революцiи бунт мужицкой стихiи, шедшiй первое время под знаком разрушительнаго «большевизма». Когда-же украинская деревня отказалась прiять коммунистическiе опыты и принудительную власть московскаго совѣтскаго правительства и вступила с ним в упорную вооруженную борьбу, через своих «повстанцев» и «партизан», то она со всей злобой обрушилась раньше всего на город и мѣстечко, гдѣ главную роль играли евреи. Евреи, составляя не только значительный, но и очень активный элемент городского населенiя, были больше других втянуты в политическую и революцiонную жизнь и играли также очень замѣтную роль в коммунистической партiи и в совѣтском аппаратѣ. Евреи-коммунисты часто бывали на видных постах, являясь энергичными проводниками «московской» политики. Совѣтская власть нигдѣ, быть может, так безпощадно не проводила свою политику и нигдѣ так азартно не толкала к гражданской войнѣ, особенно в деревнѣ, как здѣсь, совершенно игнорируя сложныя нацiональныя взаимоотношенiя, существующiя на Украинѣ, и неминуемыя для еврейскаго населенiя послѣдствiя, явные признаки которых были уже на лицо. Эта политика зажженнаго факела в пороховом погребѣ дала врагам совѣтской власти повод пролить рѣки невинной еврейской крови.

Таковы были соцiальныя взаимоотношенiя на Украинѣ к моменту революцiи. Четырехлѣтняя война еще до этого подготовила всѣ предпосылки взрыва, разрухи страны и анархiи деревни; она-же подготовила тѣ провалы моральнаго сознанiя, которые сдѣлали возможными массовыя преступленiя послѣдних лѣт. Революцiя, явившись отвѣтом на войну, была безсильна остановить процессы распада и анархiи и засыпать пропасти. Она только обнажила и обострила эти процессы. Война научила миллiоны людей технически владѣть оружiем и болѣзненно милитаризовала психологiю. Люди вошли в то «интимное отношенiе к пушкам», к оружiю, которое оказалось таким роковым. Во время мiровой войны Украина имѣла два крупных фронта — юго-западный и румынскiй. А когда кончилась внѣшняя война, началась еще болѣе зловѣщая война внутренняя, гражданская, междоусобная, в каждом поселенiи, на каждой улицѣ, ожесточенная и упорная. Идеологiя войны, военных методов, мораль фронта, аттак, «волчьих ям» и осадных положенiй по прежнему господствовали в жизни, хотя мiровая война давно окончилась. Война и революцiя дали украинскому населенiю оружiе в руки, больше чѣм в других районах. Украинскiй крестьянин, его сын — солдат, дезертир, партизан уносили с фронтов, внѣшних и внутренних, в деревню огромное количество вооруженiя, зарывая его до поры до времени в землю. И потому всѣ гражданскiя столкновенiя на Украинѣ и почти всѣ погромные налеты носят вооруженный, обыкновенно кровавый характер.

Был еще один фактор, игравшiй не послѣднюю роль, как элемент погромной психологiи, это — необычайное развитiе авантюризма, вообще характерное для послѣдних лѣт и принявшее на Украинѣ особенно широкiй характер. Историческая Украина хорошо знакома с этим явленiем еще с 16 и 17 вѣков. Авантюризм способствовал созданiю казачества. Казаки запорожской сѣчи, во главѣ с атаманами, отправлялись в смѣлые авантюристическiе походы вести борьбу с «невѣрными», с татарами и турками, под флагом побѣды креста над полумѣсяцем. Но истинным стимулом священной войны было, как указывают даже украинскiе историки, исканiе приключенiй с цѣлью скорой наживы; походы давали огромную, богатую добычу[6]. Такой авантюризм, и под таким-же флагом, был развит в Европѣ еще со времен крестовых походов и в существѣ своем имѣл ту же причину. В современной Украинѣ воскресли с новой силой эти старые прiемы казацкаго авантюризма 17-го вѣка, появились кондотьеры революцiи, новые «крестоносцы». Поход-же на «невѣрных» оказался походом на еврейское мѣстечко.

В результатѣ всѣх указанных причин Украина становится ареной взаимнаго ожесточенiя, вооруженных кровавых столкновенiй, непрерывных переворотов и политических смѣн. Смѣна властей доходит мѣстами до неслыханных в исторiи размѣров. Так, напримѣр, в Кiевѣ от февральской революцiи до 1921 года произошло 14 — 15 переворотов и возстанiй, почти всегда вооруженных. В таком городѣ, как Умань, переворотов насчитывают чуть-ли не до 25; во многих мелких пунктах число переворотов еще больше. На этом мечущемся кораблѣ, в атмосферѣ стихiйной анархiи, стали возможны массовыя преступленiя погромов.

Описывая перiод во многом сходный с тѣм, что Украина пережила в послѣднiе годы, — перiод возстанiя Хмѣльницкаго и послѣдовавших войн, Г. Сенкевич дает в своем романѣ «Огнем и мечем» слѣдующую картину края: «Страшный пожар по всей Украинѣ, рѣзня, убiйства — все это свалилось так неожиданно, что никто не мог повѣрить, что столько бѣдствiй сразу постигли страну… Порвались всѣ общественныя связи, человѣческiя и родственныя узы, изчезла всякая власть и пропало различiе между людьми. Словно ад спустил с цѣпи все зло и послал его гулять по свѣту… Пылали города, деревни, мѣстечки, усадьбы и лѣса… Тысячи людей гибли без слѣда».

Характеризуя погромные силы на Украинѣ, мы сознательно оставили в сторонѣ погромы, учиненные русской Добровольческой армiей, т. наз. «деникинцами», во второй половинѣ 1919 г. Неслыханныя звѣрства «деникинцев», в нѣкоторых отношенiях превзошедшiя погромы учиненные украинской армiей и даже крестьянами-повстанцами, являются предметом особаго изслѣдованiя, и им будет посвящен особый том. «Деникинскiе» погромы учинены силами, чуждыми Украинѣ и враждебными украинскому и крестьянскому движенiю; нас-же в этих — первых — томах интересует исторiя и идеологiя погромов, учиненных украинскими силами.

***

Посвящая отдѣльный том погромам 1917 — 1918 годов, мы отнюдь не думаем поставить этот перiод рядом со страшным 1919 годом. Между ними несомнѣнно огромная разница. Но в 1917 г. и особенно в 1918 г. были даны в зачаточной формѣ прообразы тѣх зловѣщих погромов, которые в послѣдующiе годы получили массовый, эпидемическiй и неслыханный по своей жестокости характер. В годы Центральной Рады и гетмана начала также складываться та соцiально-политическая идеологiя, благодаря которой позднѣйшiй погромный взрыв стал возможен. Поэтому так необходимо изученiе этого перiода. Перiод этот начинается солдатскими и «пьяными погромами», эксцессами и грабежами, рѣдко с человѣческими жертвами, как результат развала русской армiи, эпидемiи дезертирства, стихiйной демобилизацiи двух крупнѣйших военных фронтов и разгрома винных складов на пути. В этих грабежах принимают участiе также и крестьяне. Когда эта волна начинает затихать, возникает новый ряд погромов, в связи с войной между украинцами и большевиками; на сцену выступает новый участник эксцессов — украинская нацiональная армiя. Военныя столкновенiя сбивают на короткое время на тот же путь погрома и нѣкоторыя красныя части. Господство гетмана, оккупацiя нѣмцев и политика реставрацiи вызывает лѣтом 1918 г. повстанческое движенiе среди крестьян, и вмѣстѣ с этим начинается новый ряд жестоких погромов, учиненных крестьянами-повстанцами.

Таковы главнѣйшiе вѣхи развитiя погромнаго движенiя на Украинѣ за эти два года.

I

Послѣ февральской революцiи; антисемитская агитацiя. — Первыя попытки эксцессов. — Анархiя. — Борьба за нацiональное самоопредѣленiе Украины. — Центральная Рада. — Украинскiя требованiя и россiйскiя партiи. — Автономiя и федерацiя. — Начало конфликта между Петроградом и Кiевом. — Первый Универсал. — Первыя украинскiя войсковыя части; войсковые с'ѣзды. — Соглашенiе между Петроградом и Кiевом и новый конфликт. — «Самостiйники». — Борьба между большевистской властью и Радой; ультиматум большевиков и война. — Третiй и четвертый Универсалы; провозглашенiе независимости Украины. — Побѣда большевиков и распад украинской армiи.

Антисемитская агитацiя в украинских губернiях началась почти немедленно вслѣд за февральской революцiей. В рядѣ городов замѣчается уже в мартѣ-апрѣлѣ 1917 года погромное настроенiе, появляются даже отдѣльныя попытки эксцессов, обостряется злобное отношенiе к еврейскому населенiю. Это были всходы сѣмени, брошеннаго в русскую обывательщину минувшим режимом, пережившiе революцiю. На почвѣ обостряющейся анархiи — продовольственных затрудненiй, остраго товарнаго голода, быстро растущей дороговизны, общей политической нервозности — сбитое с толку городское мѣщанство стало, по старому, искать виновника всѣх бѣд в евреѣ. В евреѣ-торговцѣ, в евреѣ-спекулянтѣ, в евреѣ-революцiонном деѣтелѣ, в евреѣ, который стал занимать посты в городском самоуправленiи или милицiи, министерствах и комиссарiатах. Вообще — в евреѣ, который, по мнѣнiю христiанскаго обывателя, больше всѣх выиграл от революцiи и получил всѣ права, всю власть и владѣет всѣми запасами товаров и продовольствiя. Активную роль в этой агитацiи первое время играли еще старые черносотенные элементы, потерявшiе почву под ногами и смотрѣвшiе со злобой на новые порядки.

Первыя свѣдѣнiя об антисемитских выступленiях послѣ революцiи пришли из Кiевской и Полтавской губернiй. В началѣ марта на страницах «Извѣстiй Полтавскаго Совѣта рабочих и солдатских депутатов» (№ 7, 1917 г.) появилось первое извѣстiе о погромной агитацiи черносотенных элементов в Полтавѣ; эта агитацiя обратила тогда на себя вниманiе В. Короленко, который в мѣстной печати («Полтавскiй День») заклеймил эти выступленiя[7]. Активная агитацiя в Кiевской губернiи велась, главным образом, в Васильковѣ и особенно в Брусиловѣ. В Брусиловѣ была даже сдѣлана — впервые послѣ революцiи — попытка устроить погром, но начавшiйся грабеж еврейских лавок был сейчас же прекращен милицiей[8]. В началѣ мая в глухой провинцiи Кiевской губернiи, в с. Снѣжки, Таращанскаго уѣзда, была сдѣлана попытка создать ритуальное дѣло: крестьяне пустили слух, что одна из мѣстных евреек «источила кровь» с ритуальными цѣлями у христiанской девочки[9]. В самом Кiевѣ очень рано началась погромная агитацiя, которая приняла усиленный характер к iюню. В концѣ iюня еврейское населенiе, особенно на Подолѣ, пережило здѣсь нѣсколько тревожных дней, в виду готовившагося погрома; толпа напала на евреев, возивших товары, нѣкоторых сильно избила, избив при этом также заступавшихся милицiонеров-евреев. 24-го iюня были созваны экстренныя засѣданiя комитетов партiй и мѣстных общественных организацiй (партiй с.-р., с.-д. и Украинской Рады), в виду тревожнаго погромнаго настроенiя в городѣ.

Царившее в Кiевском районѣ настроенiе вызвало в началѣ апрѣля особое воззванiе к населенiю начальника Кiевскаго военнаго округа ген. Ходоровича, по поводу ожидаемых погромов, в котором говорилось: «Распространяются слухи о возможности еврейских погромов. Разсылаются особыя прокламацiи, призывающiя к таковым… Всякiя попытки нарушить порядок путем насилiя должны быть пресѣкаемы. В случаѣ призыва войск для борьбы с насилiем начальники войсковых частей должны принимать всѣ мѣры к недопущенiю такового»[10]. Слухи о возможном погромѣ очень рано возникли и в другом центрѣ давней черносотенной агитацiи — в Одессѣ. Агитацiя началась еще в мартѣ. В апрѣлѣ комиссар Временнаго Правительства в Одессѣ, Л. Велихов, заявил представителям печати, что «опасность погрома на время устранена, но эксцессы на этой почвѣ, при измѣнившейся обстановкѣ, вполнѣ возможны»[11]. Хотя до эксцессов в Одессѣ не дошло, но погромная агитацiя в теченiе многих мѣсяцев там не прекращалась, приняв к осени 1917 г. довольно угрожающiй характер. Агитацiя велась также в рядѣ пунктов на югѣ, в районѣ прилегающем к Одессѣ. В виду погромнаго броженiя в Балтѣ, в мартѣ, Совѣт солдатских депутатов отправил туда 100 солдат с пулеметами[12]. В Тирасполѣ была раскрыта попытка к устройству погрома: на чердакѣ одного дома было инсценировано ритуальное убiйство, по городу были расклеены листки, призывающiе к погрому[13]. О сильной черносотенной агитацiи на почвѣ дороговизны и продовольственных затрудненiй сообщалось из ряда мѣст: из Житомiра, гдѣ толпа женщин производила обыски продовольствiя в еврейских домах; из Елисаветграда, гдѣ толпа разрыла нѣсколько десятков еврейских могил, ища продуктов; из Александровска, Екатеринославской губ., гдѣ толпа напала на еврейскiя лавки и начала их громить. К событiям этого рода слѣдует отнести и погромную вспышку в м. Катербургѣ, Волынской губ., происшедшую 2-го iюня. Уполномоченный комитета КОПЕ (Кiевскаго Общества помощи евр. населенiю, пострадавшему от военных дѣйствiй) так сообщал об этом событiи: «В Кременецком уѣздѣ в послѣднее время велась агитацiя против торговцев-евреев. Особенно дѣятельное участiе в этой травлѣ принял солдат, который прiѣхал в Катербург в отпуск и который раз'ѣзжал по деревням, произносил рѣчи и призывал крестьян к расправѣ над торговцами-евреями и к расхищенiю имущества и товаров. 2-го iюня, во время ярмарки в Катербургѣ, упомянутый солдат собрал крестьян, доказывал им, что только одни евреи виноваты во вздорожанiи жизни». В результатѣ были разграблены товары в нѣскольких еврейских магазинах. Но из Кременца немедленно прибыли представители армейскаго совѣта, исполнительнаго комитета и начальник милицiи, и погром был прiостановлен»[14].

Заслуживающими вниманiя являются антисемитскiя выступленiя Хрусталева-Носаря, предсѣдателя перваго петербургскаго совѣта рабочих депутатов в октябрьскiе дни 1905 г., весьма в свое время популярнаго дѣятеля. Хрусталев-Носарь рѣзко измѣнил с того времени свои убѣжденiя и послѣ революцiи 1917 г. образовал у себя на родинѣ, в Переяславѣ, Полтавской губ., так наз. «Переяславскую республику», гдѣ вел открытую антисемитскую агитацiю, призывая крестьян к борьбѣ с евреями[15].

Всѣ эти безчинства, грабежи и вспышки антисемитизма еще не внушали тогда тревожной мысли о нарожденiи массоваго погромнаго движенiя. Вся Россiя была охвачена конвульсiями злобы и общей анархiи. Разваливалась армiя. Солдаты самовольно бросали фронт и демобилизовывались. Бродившiе по странѣ дезертиры грабили города и особенно мѣстечки. В деревнях стихiйно поднималось крестьянство и стало громить помѣщичьи имѣнiя, а часто и сосѣднiе города. В городах свирѣпствовали обывательскiе «самосуды». В политической атмосферѣ необычайно накалялись страсти. В странѣ начиналась острая гражданская война, и в этом клубкѣ взаимной злобы и общероссiйской анархiи терялась погромно-антисемитская нить. Но именно на Украинѣ эта нить скоро выбилась из общаго клубка, и над еврейским населенiем был завязан узел погромов.

Общiя политическiя неурядицы, господствовавшiя в Россiи, на Украинѣ обострялись особыми причинами: тяжелым процессом нацiональнаго самоопредѣленiя, «собиранiя украинской земли», и проистекающими отсюда конфликтами. Что Украина не была в соцiально-политическом и культурном отношенiи, обыкновенной частью страны, просто «югом Россiи» — это стало очевидно сейчас-же послѣ февральской революцiи. Революцiя складывалась здѣсь совершенно иначе, чѣм в остальной части Россiи. На арену политической борьбы неожиданно выступила сила, оказавшаяся очень стойкой и актуальной, — нацiональный украинскiй элемент, и этим новым фактором опредѣлился весь ход революцiонных событiй в краѣ. Уже в мартѣ, сейчас послѣ революцiи, украинскими дѣятелями образована в Кiевѣ Центральная Рада (Совѣт), вскорѣ сдѣлавшаяся революцiонным нацiональным парламентом. Рада составилась из представителей украинских соцiалистических партiй всѣх оттѣнков, крестьянских и войсковых организацiй, культурных, профессiональных и кооперативных обществ и мѣстных «рад». Одновременно с обще-революцiонными лозунгами, Центральная Рада выставила нацiональныя требованiя. Первоначально ея нацiональныя лозунги были сравнительно скромны — она домогалась признанiя автономiи Украины, но вмѣстѣ с этим она выдвинула требованiе, новое для русских политических кругов — о федеративном переустройствѣ Россiи («достиженiе широкой нацiональной и территорiальной автономiи в Россiйской Федеративной Республикѣ»). На этой точкѣ зрѣнiя в общем оставался и созванный Радой в Кiевѣ 6 — 8 апрѣля Всеукраинскiй нацiональный конгресс. Конгресс, собравшiй до 700 делегатов, сдѣлал первые практическiе шаги для осуществленiя автономiи, признав «неотложной потребностью организацiю краевого совѣта из представителей украинских областей, городов, нацiональностей и общественных слоев». Рада, таким образом, стала конструироваться, как мѣстная нацiональная власть. В маѣ она впервые конкретно формулировала перед Временным Правительством свои требованiя: признанiе ее краевой властью в предѣлах 12 губернiй с украинским населенiем и, — что она считала, очевидно, особенно важным, — немедленное допущенiе организацiи на фронтѣ и в тылу особых украинских войсковых частей в составѣ общерусской армiи.

Русская демократiя, как буржуазная, так и соцiалистическая, в первые мѣсяцы революцiи относилась сдержанно, а нѣкоторые партiи весьма отрицательно даже к принципу широкой нацiональной автономiи и особенно к мысли о федеративном переустройствѣ Россiи, и во всяком случаѣ откладывали этот вопрос до Учредительнаго Собранiя. Особенно рѣзко-отрицательно к украинским требованiям отнеслись с самаго начала обще-демократическiе и революцiонные органы в самом Кiевѣ, во главѣ которых стояли, кромѣ русских политических дѣятелей, также и евреи, примыкающiе к обще-русским партiям. Наканунѣ созыва украинскаго нацiональнаго конгресса руководители кiевскаго Совѣта рабочих и солдатских депутатов и других обще-революцiонных организацiй, на об'единенном засѣданiи 4-го апрѣля, потребовали от украинцев яснаго отвѣта по поводу «сепаратистских тенденцiй». Старый украинскiй вождь, проф. М. Грушевскiй, тогда задал собравшимся знаменательный вопрос: «С кѣм мы, украинцы, здѣсь встрѣтились — с друзьями или врагами?». Он категорически отверг обвиненiе в желанiи отдѣлиться от Россiи[16]. Однако, тот же проф. М. Грушевскiй, почти в то же время, писал в газ. «Нова Рада»: «Знамя самостiйной Украины ждет, и развернется оно тогда, когда всероссiйскiе централисты захотят вырвать из наших рук флаг широкой украинской автономiи в федеративной и демократической россiйской республикѣ»[17]…

В Петроградѣ, в руководящих политических центрах, настроенiе было болѣе умѣренное, чѣм у русских партiй в Кiевѣ, но и здѣсь оно было не в пользу немедленнаго осуществленiя широкой нацiональной автономiи. Наиболѣе непримиримую позицiю в этом вопросѣ занимали кадеты, которые, как строгiе поклонники государственнаго единства, были вообще против всякой автономiи, носящей нацiональный характер. Что-же касается соцiалистических партiй, то в теорiи они очень далеко шли в признанiи прав нацiи на самоопредѣленiе, но требовали обязательной санкцiи всероссiйскаго Учредительнаго Собранiя. Так, первый Всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов рабочих и солдатских депутатов (iюнь — iюль 1917 г.), руководимый с. д. «меньшевиками», принял далеко идущую резолюцiю по нацiональному вопросу, согласно которой Временное Правительство должно «издать декларацiю о признанiи за всѣми народами Россiи права на самоопредѣленiе, вплоть до отдѣленiя». Но, «настаивая на болѣе энергичной, чѣм до сих пор, дѣятельности Временнаго Правительства для удовлетворенiя потребностей нацiй, с'ѣзд высказывается против попыток разрѣшенiя нацiональнаго вопроса до Учредительнаго Собранiя явочным порядком, путем обособленiя от Россiи отдѣльных ея частей». Партiя соц. — революцiонеров, на третьем своем с'ѣздѣ, приблизительно в то-же время, высказалась «в принципѣ для Россiи за форму федеративной демократической республики, с территорiально-нацiональной автономiей», с обезпеченiем прав нацiональных меньшинств, но и она соглашалась эту программу провести только через Учредительное Собранiе. Совершенно на другой позицiи стояли большевики. В резолюцiи, предложенной ими на первом с'ѣздѣ Совѣтов, говорилось: «За всѣми нацiями, входящими в состав Россiи, должно быть признано право на свободное отдѣленiе и на образованiе самостоятельнаго государства». Но у большевиков это был только тактическiй и агитацiонный шаг, как увидим дальше. Временное Правительство стало в этом вопросѣ на ту-же точку зрѣнiя, что и большинство русских партiй, и было рѣшительно против попыток осуществить автономiю явочным порядком, как это демонстративно дѣлали украинскiе дѣятели в Кiевѣ. Особенно отрицательно оно первое время отнеслось к выдѣленiю нацiональных украинских частей в русской армiи.

Все это вело к обостренiю отношенiй между Петроградом и Кiевом. Показательным и для дальнѣйшей исторiи этих отношенiй существенным является настроенiе самочинно образовавшихся украинских войсковых частей, ядра будущей украинской армiи. Уже на первом всеукраинском войсковом с'ѣздѣ, состоявшемся в Кiевѣ 5-го мая 1917 г. и собравшем до 700 делегатов солдат, проявилось возбужденное настроенiе против Петрограда. Но в тот перiод украинскiе вожди были еще настроены мирно и пытались сдержать шовинистическое возбужденiе. Выступившiй на с'ѣздѣ В. Винниченко говорил украинским солдатам: «Русская демократiя создала революцiю и дала нам свободу — не будем-же отворачиваться от наших самоотверженных союзников… Не слѣдует аргументировать штыками. Не штыками собираемся мы защищать нашу свободу». Украинскiе вожди, несмотря на растущее расхожденiе с россiйской демократiей, были тогда очень далеки от мысли порвать с Петроградом. В концѣ мая Рада послала в Петроград, к Временному Правительству и Совѣту рабочих депутатов, спецiальную депутацiю, во главѣ с В. Винниченко, которая в обширной запискѣ ознакомила руководящiе петроградскiе круги со своими требованiями. Скромныя для истиннаго настроенiя украинских дѣятелей, эти требованiя умалчивали даже о необходимости федеральнаго переустройства Россiи и сводились в главных чертах к необходимости признанiя за Украиной широкой нацiональной автономiи и «проведенiя в жизнь выдѣленiя украинцев в особыя войсковыя части, как в тылу, так, поскольку можно, и на фронтѣ». Но русская демократiя была тогда неподготовлена к этим идеям, она еще смотрѣла на Украину, как на обыкновенную часть Россiи, и требованiя украинской делегацiи были отвергнуты.

Этот шаг вызвал в рядах украинских дѣятелей огромное возбужденiе. Особенно сильно раздраженiе было в украинских войсковых кругах. Как раз к этому времени Радой был назначен второй войсковый с'ѣзд. Замѣчая растущее вреди украинцев недовольство, А. Керенскiй, бывшiй тогда военным министром, запретил с'ѣзд. Несмотря на запрещенiе, послѣднiй, однако, состоялся (4-го iюня). Украинскiе вожди и здѣсь не дали разгорѣться чувствам вражды и активнаго сопротивленiя. «Путь возстанiя для нас невозможен», сказал на с'ѣздѣ Винниченко. «В наших руках громадная сила, мы можем разрушить всю Украину, но мы не хотим быть слѣпыми Самсонами». Историк этой эпохи, описывая настроенiе, господствовавшее на с'ѣздѣ, сообщает, что «вождям украинскаго движенiя пришлось употребить большiя усилiя, чтобы стихiйный протест и гнѣв украинскаго солдата не перешел нужных границ… На с'ѣздѣ раздавались даже голоса за необходимость полнаго и немедленнаго отдѣленiя Украины от Россiи»[18]… Нѣсколько лѣт спустя послѣ этих событiй, описывая засѣданiе Рады, в связи с докладом ѣздившей в Петроград депутацiи, Винниченко в таких выраженiях характеризовал тогдашнее настроенiе: «Доклад вызвал такую бурю, что она перелилась через край и захватила даже Центральную Раду. Для чего, зачѣм она посылала депутацiю выпрашивать милость у этих вѣковѣчных врагов нашего народа? Не просьбами, не переговорами, не доводами справедливости надо на них влiять, — с ними надо разговаривать кулаком»[19]… Когда получился отказ Временнаго Правительства, предсѣдатель Рады проф. М. Грушевскiй, сказал на всеукраинском селянском с'ѣздѣ: «Свято революцii скiнчилося» — «Праздник революцiи кончился! Наступает грозный час… Украина должна сорганизоваться!».

Психологически в этот момент родилась идея полной независимости и захвата власти на Украинѣ. Рѣшительным шагом на этом пути явилось опубликованiе Радой 10-го iюня перваго Универсала (манифеста) «к украинскому народу, на Украинѣ и внѣ предѣлов Украины находящемуся». «Временное Россiйское Правительство, — говорилось в Универсалѣ, - отвергло всѣ наши требованiя, оттолкнуло протянутую руку украинскаго народа». «Правительство не в состоянiи создать для нас правопорядок», «отнынѣ мы сами будем творить нашу жизнь». Универсал оповѣщал далѣе, что Рада принимает на себя всѣ функцiи управленiя краем, приглашал населенiе по всѣм административно-политическим нуждам обращаться к ней, предписывал «переизбрать администрацiю» там, гдѣ в интересах украинскаго дѣла это понадобится, и вводил особое финансовое обложенiе. «Мы, Украинская Центральная Рада, предписываем всѣм организованным гражданам сел и городов и всѣм украинским общественным управам и учрежденiям установить с 1-го сего iюля обложенiе населенiя податью на народное дѣло». Одновременно с этим Рада избрала исполнительный орган — Генеральный Секретарiат, игравшiй роль краевого украинскаго министерства, куда вошли 5 членов украинской соцiал-демократической партiи (среди них двое наиболѣе видных — В. Винниченко и С. Петлюра), 2 украинских соцiалиста-революцiонера и 2 болѣе умѣренно настроенных члена. В декларацiи вновь образованнаго Генеральнаго Секретарiата, оглашенной представителем ея, В. Винниченко, 27 iюня на засѣданiи Рады, говорилось: украинская демократiя «не питает вражды к Петрограду, но проявляет к нему полное безразличiе, ибо она имѣет свою собственную власть». Первый Универсал, явившiйся поворотным пунктом в борьбѣ украинских дѣятелей за власть, был провозглашен с возможной торжественностью, сперва на втором войсковом с'ѣздѣ, а затѣм всенародно, на Софiйской площади, перед памятником Богдана Хмѣльницкаго. Второй войсковой с'ѣзд, собравшiй, согласно украинским источникам, 2.300 делегатов, «представителей 1.600.000 украинцев-солдат фронта и тыла», явился как бы той реальной силой, которая должна была подкрѣпить требованiя Универсала.

С этими фактами и настроенiями на Украинѣ Петрограду приходилось считаться. Раньше всего пришлось в положительном смыслѣ разрѣшить вопрос о формированiи украинских частей в предѣлах русской армiи. Впервые это было допущено, как это ни кажется странным, самым правым членом Временнаго Правительства — военным министром А. Гучковым, разрѣшившим в частном случаѣ формированiе украинских войск[20]. В концѣ апрѣля солдаты-украинцы самочинно образовали в Кiевѣ украинскiй отряд, названный ими «Первым полком имени Богдана Хмѣльницкаго». Вслѣд за этим началась самочинная организацiя и других полков. Военным властям, в виду этих фактов, пришлось разрѣшить легальное формированiе 3 украинских корпусов. Украинцами был образован в Кiевѣ так называемый «Войсковой генеральный комитет», во главѣ котораго с самаго начала стал С. Петлюра, который руководил этими формированiями. Таким путем был создан — главным образом, самими солдатами — ряд новых полков: Полк имени гетмана Полуботько, Полк имени Гонты, Полк имени Сагайдачнаго, Полк имени Дорошенко и друг. «Пiдем пiд украiнським прапором» — «пойдем под украинским флагом», кричали солдаты. Слѣдует указать, что эти формированiя происходили, главным образом, в тылу и совпали как раз с перiодом массоваго дезертирства в в рядах армiи[21]. Особенно много таких дезертиров вошло в Полк имени гетмана Полуботько, отличавшiйся своим вызывающим поведенiем и причинившiй не мало хлопот самим украинским дѣятелям. Он считался вторым украинским полком (послѣ полка имени Богдана Хмѣльницкаго); состав его был такой пестрый, что даже Рада и Войсковой генеральный комитет относились к нему с опаской. Дважды «полуботьковцы» были назначены к отправкѣ на фронт, но отказывались выступить, а в началѣ iюля, как раз когда большевики в Петроградѣ сдѣлали первую попытку поднять возстанiе, «полуботьковцы» выступили в Кiевѣ. Но мотивы их выступленiя были совершенно другiе. В перехваченном планѣ их возстанiя говорилось: «Мы, украинцы-казаки, которые собрались в Кiевѣ, не хотим имѣть свободы только на бумагѣ или полусвободы. Послѣ провозглашенiя перваго Универсала (второго мы не признаем) мы приступаем к наведенiю порядка на Украинѣ. Для этого всѣх россiян и ренегатов, которые мѣшают работѣ украинцев, мы смѣщаем с их постов силою, не считаясь с Россiйским Правительством». «Полуботьковцы» успѣли занять нѣкоторыя военныя и правительственныя учрежденiя, но в дѣло вмѣшалась Рада, и при помощи Полка Богдана Хмѣльницкаго они были обезоружены[22].

Русская демократiя была поставлена перед фактом наростающей на Украинѣ нацiональной силы — и согласилась пойти на уступки. Так, напримѣр, первый Всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов рабочих и солдатских депутатов (iюнь — iюль 1917 г.) в резолюцiи по украинскому вопросу «обѣщал революцiонной демократiи Украины свою поддержку в осуществленiи демократической автономiи Украины, с обезпеченiем прав нацiональных меньшинств» и высказался за соглашенiе с Радой. Насколько серьезно в Петроградѣ отнеслись к вопросу о предотвращенiи конфликта с Радой, видно из того, что Временное Правительство делегировало в Кiев таких трех видных своих представителей, как Керенскiй, Церетели и Терещнко. В результатѣ их переговоров с Радой было достигнуто 3-го iюля соглашенiе, торжественно опубликованное, с одной стороны в спецiальном актѣ Временнаго Правительства, с другой — во втором Универсалѣ Рады. «Временное Правительство протягивает руку представителям украинской демократiи — Центральной Радѣ», оповѣщалось в Универсалѣ. Генеральный Секретарiат, по соглашенiю 3-го iюля, являлся отнынѣ «носителем высшей краевой власти Временнаго Правительства на Украинѣ». Очень важным пунктом является принятое Радой предложенiе Временнаго Правительства о ея пополненiи представителями и других народностей, живущих на Украинѣ (русских, евреев и др.), в размѣрѣ 30 % состава Рады. Благодаря этому, Рада должна была превратиться из органа нацiональнаго в территорiальный. Что касается украинизацiи войск, то соглашенiе, отвергнув план немедленнаго широкаго перехода к системѣ территорiальнаго комплектованiя, все-таки разрѣшило «комплектованiе отдѣльных частей исключительно украинцами».

Соглашенiе 3-го iюля явилось моментом наибольшаго сближенiя между россiйской и украинской демократiей. В самом россiйском правительствѣ это соглашенiе привело к внутреннему кризису: недовольные уступками, сдѣланными украинцам, министры-кадеты вышли из состава Временнаго Правительства. Россiйская демократiя, однако, всецѣло поддержало это соглашенiе с Кiевом. Но в тѣ дни разгара политических и нацiональных страстей и шатанiя власти мирныя взаимоотношенiя долго не могли продолжаться. Конфликт назрѣл уже мѣсяц спустя. Выработанный Радой «Статут высшаго управленiя Украины» носил уже слѣды максимальнаго толкованiя прав краевой власти. Представленный через особую делегацiю Временному Правительству, он был послѣдним, не склонным теперь пойти на уступки, благодаря усилившемуся влiянiю вновь вернувшихся кадетов, отвергнут, и вмѣсто него из Петрограда прислана так называемая «Инструкцiя 4-го августа», которая носила значительно болѣе ограничительный характер: так, напримѣр, в ней рѣшительно было отвергнуто расширенiе Украины на 12 губернiй, и территорiя ея была ограничена 5 губернiями; ограничена была также компетенцiя Генеральнаго Секретарiата, путем исключенiя дѣл военных, путей сообщенiя, международных сношенiй, продовольственных, почты и телеграфа, которые должны были быть подвѣдомственны общеимперским органам власти. Несмотря на крайнее возбужденiе, которое «инструкцiя» вызвала в рядах украинских дѣятелей, она Радой все таки была принята, и если бы не дальнѣйшее развитiе общих событiй в Россiи, послужила бы, вѣроятно, правовой нормой во взаимоотношенiях между Петроградом и Кiевом. «Это все таки была первая дѣйствительная и дѣйствующая конституцiя Украины», пишет один из рѣзких противников этой инструкцiи по существу[23]. Отношенiя между Петроградом и Кiевом стали обостряться еще тогда, когда в Малой Радѣ было, в октябрѣ, постановлено о созывѣ «сувереннаго украинскаго учредительнаго собранiя», независимаго от всеероссiйскаго. Временное Правительство увидѣло в этом фактѣ особенно показательный симптом крайняго сепаратизма и домоганiя немедленнаго отдѣленiя от Россiи, и в связи с этим заговорили даже о возможных репрессiях против Рады и Генеральнаго Секретарiата. Из Петрограда было отдано распоряженiе кiевской прокуратурѣ начать немедленное слѣдствiе по поводу этого шага, в Петроград были вызваны для об'ясненiя члены Генеральнаго Секретарiата, а пока было рѣшено прiостановить ассигнованные Секретарiату кредиты.

Это были, однако, только угрозы. До разрыва между Петроградом и Кiевом было еще далеко. Несмотря на возросшiя сепаратистскiя тенденцiи, идеи общероссiйскаго революцiоннаго фронта еще были достаточно сильны среди украинских дѣятелей. Столкновенiе и разрыв возникли лишь при большевиках, послѣ октябрьскаго переворота. Это столкновенiе сразу приняло вооруженный характер и круто повернуло настроенiя украинских дѣятелей, рѣшив вопрос о «самостiйности» Украины.

Идеи «самостiйности» и разрыва первоначально почти не имѣли приверженцев в руководящих украинских кругах. Так, в апрѣлѣ 1917 г., вопрос о самостiйности вызывал почти единодушное отрицательное отношенiе[24]. Единственная партiя, стоявшая с самаго начала на точкѣ зрѣнiя разрыва с Россiей и совершенно самостоятельной государственности, — так называемая партiя «соцiалистов-самостiйников» была очень малочисленна и не пользовалась никаким влiянiем. Ея крайнiя выступленiя вызывали в Радѣ не раз улыбку. Первоначально «самостiйники» даже не входили в Центральную Раду; на нацiональном конгрессѣ (в апрѣлѣ) они не имѣли своего оффицiальнаго представителя. Позже, на первом всеукраинском войсковом с'ѣздѣ кандидат в президiум от самостiйников был забаллотирован; с'ѣзд нашел нужным даже отгородиться от них в печати[25]. В оффицiальных актах и рѣчах идея самостiйности Украины почти отсутствовала. В первом Универсалѣ опредѣленно говорилось, что украинскiй народ имѣет право на своей землѣ сам устраивать свои порядки, «не оддiляючись вiд усiэi Россii, не розриваючи з державою росiйською». Яснѣе это было подчеркнуто во втором Универсалѣ, по настоянiю прiѣзжавших представителей Временнаго Правительства: «Мы, Центральная Рада, всегда за то, чтобы не отдѣлять Украину от Россiи», и дальше: «Мы рѣшительно отбрасываем попытки самочиннаго осуществленiя автономiи Украины до всероссiйскаго учредительнаго собранiя». Но в теченiе лѣта идея эта сдѣлала быстрые успѣхи. В апрѣлѣ 1917 г. Винниченко на засѣданiи совѣта об'единенных общественных организацiй заявил, что «сепаратистское теченiе можно считать умершим». Нѣсколько мѣсяцев спустя он находил уже, что это движенiе «настолько выросло за полтора мѣсяца, что с ним приходится вести серьезную борьбу». А во время обсужденiя в Малой Радѣ вопроса о суверенном украинском учредительном собранiи, тот-же Винниченко сказал: «Украина никогда не давала обѣщанiй не выходить из состава Россiйскаго Государства»[26]… 16-го декабря он заявил уже в Центральной Радѣ, под гром аплодисментов украинской публики: «Я не боюсь слова «самостiйность», если не будет иного выхода». Когда на «С'ѣздѣ народов», состоявшемся в Кiевѣ в сентябрѣ 1917 г., представитель польской соцiалистической партiи привѣтствовал украинское движенiе, как стремящееся к государственной самостоятельности, предсѣдатель Рады и с'ѣзда, проф. М. Грушевскiй, в отвѣт на это заявил: «Мы, украинцы, не стремимся к самостiйности, — путь этот лежит уже позади нас, он принадлежит прошлому. Мы были самостоятельным государством и добровольно соединили свою судьбу с россiйским государством. Теперь, когда Россiя является свободной демократической республикой, мы останемся свободной автономной нацiей в россiйской федеративной республикѣ»[27]. А нѣсколько мѣсяцев спустя, в декабрѣ, закрывая восьмую сессiю Рады, проф. М. Грушевскiй уже заявил: «Мы были строгими федералистами, но условiя сдѣлали так, что мы стали самостiйной, независимой республикой».

Эта побѣда не партiи «самостiйников», а самой идеи отдѣленiя от Россiи, побѣда, ставшая возможной благодаря конфликту с Петроградом. Конфликт между Совѣтом Народных Комиссаров и Радой сразу принял очень острый характер и скоро привел к ожесточенной войнѣ. Такая острая вражда между украинскими дѣятелями и большевиками является нѣсколько странной, если принять во вниманiе, что украинцы до побѣды большевиков питали к ним извѣстныя симпатiи, и даже в первыя недѣли послѣ октябрьскаго переворота не чувствовалось непрiязненнаго отношенiя к ним в кругах Рады, несмотря на отрицательную резолюцiю послѣдней по поводу этого переворота. Еще до своей побѣды в октябрѣ, большевики занимали крайнюю позицiю в разрѣшенiи украинскаго вопроса (как и нацiонально-территорiальнаго вообще) и шли дальше максимальных требованiй самой Рады в тот перiод. Исходя из самаго радикальнаго толкованiя права нацiи на самоопредѣленiе, большевики, напримѣр, на первом всероссiйском с'ѣздѣ Совѣтов осудили политику Временнаго Правительства против Украины, «как контр-революцiонную и анти-демократическую», и предложили признать за Украиной право на полную государственную независимость и на отдѣленiе. Что эта позицiя была только тактическим шагом, видно из поведенiя большевиков в Кiевѣ, гдѣ они вели борьбу с украинским движенiем, обвиняя Раду и украинских дѣятелей в «нацiональном шовинизмѣ». А как только они стали у власти, то немедленно рѣзко столкнулись с руководящими органами украинской автономiи. Один из лидеров украинской с.-д., М. Ткаченко, сказал на засѣданiи Центральной Рады в первые дни обостренiя конфликта с большевиками: «Девять мѣсяцев мы совмѣстно с большевиками боролись против Керенскаго и буржуазiи, а теперь мы дошли до войны. Что же случилось?» В тѣ-же дни (начало декабря) Винниченко в Малой Радѣ сказал: «Большевики своим сапогом пытаются затоптать украинское движенiе и затянуть нас в свое гнилое петроградское болото»[28].

Конфликт назрѣвал в теченiе всего ноября, а к декабрю Совѣт Народных Комиссаров обратился к Радѣ с ультимативной нотой. В этой нотѣ большевики, правда, извѣщали, что «признают Украинскую Народную Республику и ея право на полное отдѣленiе от Россiи», но вмѣстѣ с тѣм об'явили Радѣ «немедленную войну», дав срок в 48 часов. Формальныя обвиненiя, пред'явленныя в ультиматумѣ, сводились к тому, что Рада «дезорганизует фронт, отзывая свои войска», что она обезоружила в Кiевѣ перешедшiя на сторону большевиков войсковыя части (во время столкновенiя с войсками Временнаго Правительства), и главное, что она признала Донскую и Кубанскую области, об'явившiя себя независимыми, и пропустила идущiя с фронта донскiя и кубанскiя части, но в то же время отказалась пропустить совѣтскiя войска на Дон для подавленiя заговора, поднятаго атаманом Калединым. В своем отвѣтѣ на ультиматум Рада сослалась на свое право нейтралитета и на то что «Правительство Великорусской республики» не имѣет права вмѣшиваться в ея дѣла. «Стоя на почвѣ строгаго нейтралитета, мы не будем пропускать большевистских войск для братоубiйственной войны на Дону», сказал Винниченко в Малой Радѣ. Вслѣд за этим и начался поход большевиков на Украину и взрыванiе украинской власти изнутри в самой странѣ. Работавшiе на Украинѣ большевики потребовали созыва с'ѣзда совѣтов, надѣясь через совѣты захватить власть. В первых числах декабря состоялся в Кiевѣ этот Всеукраинскiй с'ѣзд Совѣтов крестьянских, солдатских и рабочих депутатов, оказавшiйся очень многочисленным, но из 2500 депутатов большевиков оказалось всего 60 человѣк. «На Украинѣ еще не было ни одного с'ѣзда, — пишет историк этой эпохи, — который бы с таким негодованiем отнесся к большевикам, как этот, созванный большевиками с'ѣзд!» Большевикам не давали говорить, — пишет он дальше, — а угроза против Рады со стороны Совѣта Народных Комиссаров вызвала настоящую бурю возмущенiя[29]. Большевики отдѣлились тогда и созвали в Харьковѣ отдѣльный Всеукраинскiй с'ѣзд Совѣтов, выбрали свой Исполнительный Комитет — орган совѣтской власти на Украинѣ, об'явили Центральную Раду распущенной и стали активно помогать войнѣ против Рады.

Большевики с сѣвера автоматически потянулись на юг для захвата власти. Этот момент сыграл рѣшающую роль в переломѣ настроенiя украинских дѣятелей. Разлив большевизма грозил захватить и Украину, и они рѣшили, отдѣльно от русской демократiи, окопаться на своей территорiи, выставив в видѣ плотины идею полной нацiональной самостоятельности и акт разрыва с Россiей. Они считали, что октябрьским переворотом и поведенiем «Правительства Великорусской Республики» общероссiйскiй революцiонный фронт прорван и государственная связь с Россiей фактически расторгнута. Точно так, как поступила теперь Рада, поступил два года спустя, в тѣх же цѣлях огражденiя от большевизма, ряд мелких нацiональностей бывшей россiйской Имперiи (Эстонiя, Латвiя, Литва, Грузiя и др.). Первый такой опыт был сдѣлан Украинской Радой.

Третiй Универсал, обнародованный 9-го ноября, фактически формулировал распад Россiи: «Отнынѣ Украина становится Украинской Народной Республикой… До созыва украинскаго учредительнаго собранiя вся власть творить порядок на нашей землѣ, издавать законы и править принадлежит нам, Украинской Центральной Радѣ, и правительству нашему, Генеральному Секретарiату». Однако, и этот Универсал в принципѣ еще стоял на почвѣ федерацiи — федерацiи «равных и вольных народов Россiи», «не отдѣлялась от Республики Россiйской и сохраняя единство ея». Совершенно иначе звучал уже четвертый Универсал, обнародованный 11-го января 1918 г., т. е. в разгарѣ войны с большевиками, наканунѣ захвата ими Кiева. Здѣсь уже прокламировался полный и окончательный разрыв с Россiей. «Отнынѣ Украинская Народная Республика становится самостiйной, ни от кого независящей, свободной, суверенной Державой Украинскаго народа». Украина находилась в опасности, как с сѣвера, со стороны большевиков, так и с запада, гдѣ русско-нѣмецкiй фронт стоял обнаженным. Единственный выход из положенiя украинскiе дѣятели узрѣли в актѣ отдѣленiя. Четвертый Универсал должен был, по их мысли, укрѣпить силу внутренней нацiональной сопротивляемости и с другой стороны, — что они считали особенно важным — развязать руки для начала сепаратных переговоров о мирѣ с Германiей. Нѣсколько лѣт спустя один из главных вдохновителей этого акта, В. Винниченко, писал об этом Универсалѣ тогда, когда он уже открыто считал себя коммунистом: «Провозглашенiе этой формы нашей государственности, (самостiйности Украины) вызывалось всей необходимостью и неизбѣжностью той ситуацiи, какая складывалась. Раньше всего, об'явленiе Россiей войны Украинѣ само толкало на разрыв федеративных отношенiй. Украинское правительство имѣло и формальное, и моральное право не считать себя в связи с тѣм государством, которое находилось в состоянiи войны с Украиной. Фактически же самостiйность уже существовала… А что больше всего довершало самостоятельную форму украинской государственности, так это то, что и Францiя, и Англiя, и другiя державы, наконец, прислали своих оффицiальных представителей при Украинской Народной Республикѣ»[30].

Первоначально большевики не имѣли успѣха в своем походѣ на Украину. Но, как всегда, они больше дѣйствовали необычайно энергичной агитацiей и зажигательными призывами к бунту, пущенными в ряды враждебной стороны, чѣм прiемами военной стратегiи. Они воспользовались броженiем и анархiей, господствовавшей на Украинѣ, и пытались расколоть край гражданской войной. Эти попытки оказались для них очень удачными. Идеи большевизма, в его тогдашней первоначальной формѣ стихiйнаго разрушенiя и примитивной «экспропрiацiи», красной пугачевщины и классовой мести, нашли именно на Украинѣ чрезвычайно благопрiятную почву и оставили у украинскаго крестьянина и солдата глубокiй слѣд надолго. С продвиженiем большевиков к ним переходит губернiя за губернiей, — сначала Харьковская, затѣм Екатеринославская, Полтавская, а к серединѣ января 1918 г. они уже стояли у ворот Кiева, сердца Украины. Наиболѣе замѣчательным явленiем при этом было то, что той реальной силы, на которую Рада опиралась, рѣшившись провозгласить свои манифесты о независимости (универсалы), теперь у нея почти не оказалось. Как только началась война с большевиками, войска Рады в цѣлом рядѣ мѣст переходят на их сторону. Так, напримѣр, переход полка имени Орлика в Екатеринославѣ рѣшил там побѣду большевиков, а в Кiевѣ на их сторону перешли лучшiе украинскiе полки — полк имени гетмана Дорошенки, полк имени Сагайдачнаго и даже первый украинскiй полк имени Богдана Хмѣльницкаго[31]. «Большая часть большевистскаго войска складывалась из наших-же солдат», пишет В. Винниченко. «Полки имени разных гетманов, кои так сознательно, так стройно, так рѣшительно вступали в столицу Украины для обороны, которые так веселили всѣ украинскiя сердца своей нацiональной сознательностью и искренностью, своими желто-голубыми знаменами и украинскими пѣснями, которые так звучно кричали «славу» украинской власти, — вот эти-то полки через каких-нибудь нѣсколько недѣль непонятным путем сперва теряли свою стойкость, затѣм впадали в апатiю, в «нейтралитет» к большевикам, а затѣм… поворачивали вмѣстѣ с большевиками свои украинскiе штыки против нас»…[32]. Описывая настроенiе Рады в дни приближенiя большевиков к Кiеву, очевидец этих событiй пишет: «Больше всего удивляет, что украинскiе солдаты не реагируют на это. Еще недавно, какiя нибудь двѣ недѣли тому назад, никто в зданiи Рады не посмѣл бы так открыто поддержать большевиков»[33].

Здѣсь мы впервые встрѣчаемся с явленiем, столь характерным для Украины: шатанiем украинской деревни и ея выходцев — солдат, партизан, повстанцев — от одной власти к другой, от нацiональнаго большевизма к большевизму соцiальному и обратно, в состоянiи стихiйнаго бунтарства. С этим явленiем мы позже не раз встрѣтимся. Оно сыграло роковую роль в разливѣ гражданской войны и нацiональных столкновенiй на Украинѣ, истоки котораго мы хотим здѣсь прослѣдить.

II

Безвластiе. — Развал русской армiи. — Самодемобилизацiя. — Анархiя на фронтѣ и на мѣстах. — Приказ командующаго ю.-з. фронтом. — Первый запрос в Радѣ о погромах. — Массовые эксцессы в прифронтовых губернiях. — Дни ярмарок и базаров. — Солдатскiе и «пьяные» погромы. — Усмиренiе эксцессов. — Поведенiе мѣстных властей. — Борьба между большевиками и украинцами и погромы. — Эксцессы в январѣ 1918 г.

Политическая тяжба, а затѣм вооруженная борьба между Кiевом и Петроградом усилили анархiю на мѣстах и повели к двоевластiю, а чаще всего к полному безвластiю. Отсутствiе-же власти было тѣм бульоном, в котором развивался погромный микроб. Когда в ноябрѣ 1917 г. в Каневѣ, Кiевской губ., произошел погром, и прокурор окружного суда рѣшил произвести судебное разслѣдованiе, он в недоумѣнiи остановился перед отсутствiем власти на мѣстах. В оффицiальном обращенiи к вице-секретарю по еврейским дѣлам, просившему о таком разслѣдованiи, прокурор писал: «Прошу немедленно увѣдомить меня, кто является в настоящее время представителем административной власти в г. Каневѣ, если таковой имѣется, и также поручить ему сообщить мнѣ безолагательно о дѣйствительной силѣ законной власти»[34].

Наиболѣе крупную роль в политической дезорганизацiи страны в тот перiод сыграл катастрофическiй развал русской армiи. На долю Украины во время мiровой войны пришлось два важных фронта — юго-западный и румынскiй. Лѣтом 1917 г. театр военных дѣйствiй передвинулся вглубь страны — он был перенесен из Галицiи в Волынскую и Подольскую губернiи. С этого момента, послѣ пораженiя при Тарнополѣ лѣтом 1917 г., необычайно усиливается развал армiи, повлекшiй за собой столь серьезныя политическiя послѣдствiя. Агитацiя «большевизма», в его первоначальной примитивной формѣ, дѣлает среди солдат огромные успѣхи. Смертельно усталые и одичавшiе от войны, солдаты самовольно бросают фронт. Возникает самочинная демобилизацiя, открытое дезертирство, уход в тыл. По пути солдаты громят помѣстья и мѣстечки. Разгром винных заводов и складов принимает массовый характер. Стихiя бунта и естественнаго протеста временами вырождается в пьяные погромы, в дикiя звѣрства, подобно тѣм, какiя отступающая из Галицiи русская армiя учинила в Тарнополѣ и Калущѣ. Разгромив эти города, солдаты стали грабить, насиловать и убивать, при этом пострадало главным образом еврейское населенiе. Командующiй армiей по случаю этих безчинств писал: «Я отдал приказ разстрѣлять этих негодяев без суда. Особо назначенными для этого командами разстрѣляно 14 негодяев на мѣстѣ преступленiя»[35]. Тарнополь и Калущ явились знаменательным симптомом, — разлагающаяся солдатчина психологически уже опускалась до погрома. Слѣдует, однако, указать, что Украина явилась лишь территорiей, гдѣ это погромное движенiе получило свое крещенiе; участниками-же явились не украинскiе выходцы, во всяком случаѣ не только они, а русскiй солдат вообще, так как Волынь и Подолiя были театром военных дѣйствiй для всероссiйской армiи.

Рисуя картину анархiи в тот перiод в тылу и на фронтѣ, В. Винниченко так характеризует силы, способствовавшiя этой анархiи: «Крестьянство, измученное войной, взволнованное революцiей, убогое в духовной жизни, бѣдное развлеченiями кинулось в алкоголизм, ища в нем забытья и развлеченiя. Во всѣх селах расплодились в колоссальном количествѣ самодѣльные водочные заводы, которые курили водку — «самогонку»… Село напивалось, дурело, отравлялось, изводилось и спасалось этой «самогонкой». Сельская (да и городская) милицiя была плохо организована, никто ее не уважал, не боялся ея… Суд не функцiонировал. Народ искал выхода и справедливости в себѣ самом. Пошла эпидемiя самосудов». И наконец: «С фронта цѣлыми массами двинулись дезертиры. Измученные и обозленные своими страданiями в аду побоищ, они страшной темной силой пошли по краю, забивали всѣ желѣзныя дороги, увеличивали безпорядок и часто изливали на невинных свою злобу и свое отчаянiе»[36]. На с'ѣздѣ губернских и уѣздных комиссаров автономной Украины, происходившем в началѣ сентября 1917 г. в Кiевѣ, всеми представителями губернiй была дана картина полной анархiи в краѣ. «По губернiи идут самосуды», сообщил комиссар Полтавской губернiи. «По губернiи идут крупные безпорядки и погромы, чинимые солдатами, а также массовое нарушенiе права на почвѣ земельных и лѣсных отношенiй», сообщил комиссар Волыни. О насилiях, чинимых солдатами, отступающей с фронта русской армiи сообщал также и комиссар Подолiи[37].

Безчинства солдат вызвали спецiальный приказ командующаго юго-западным фронтом, от 1-го октября 1917 г., в котором говорилось, что «Ушицкiй, Могилевскiй, Литинскiй, Летичевскiй, Староконстантиновскiй, Изяславскiй, Островскiй и друг. уѣзды стонут под нашествiем развращенных агитацiей банд»[38]. Всѣ эти уѣзды принадлежали к числу еврейских районов. Линiя фронта и пути демобилизующейся солдатчины проходили по густо покрывавшим правобережную Украину еврейским городам и мѣстечкам. И всѣ послѣдствiя стихiйной демобилизацiи и неудачной войны обрушились раньше всего на еврейское населенiе прифронтовой полосы. Вот какую картину переживанiй еврейскаго мѣстечка в тѣ дни рисуют сообщенiя с мѣст: «Анархiя все болѣе и болѣе охватывает наш край, — пишут с Волыни. В особенно тяжелом положенiи оказывается еврейское населенiе. Лица в солдатской формѣ грабят, громят и поджигают. Переживаемые ужасы неописуемы. Солдаты, расположенные в этой мѣстности, именуют себя «большевиками», они творят эти ужасы и усиливают анархiю. «Это не наше, мы не украинцы», — вот что ими руководит»[39]. Из другого мѣста Кiевской губернiи кратко сообщают: «В м. Хабно разграбленiе имѣнiя помѣщика; спирт расхищается; пьяныя банды терроризируют населенiе. Еврейскiй погром неизбѣжен, помощи ниоткуда нѣт»[40].

Несмотря на активное участiе солдат в этих эксцессах, это не были чисто военные погромы, — того, напримѣр типа, какими прославилась русская армiя с конца 1914 г. в Польшѣ и Галицiи, и в iюлѣ — октябрѣ 1915 г. в Гродненской, Ковенской, Виленской, Минской и Волынской губ. т. е. по всей прифронтовой полосѣ. Теперь наряду с солдатом выступает другой участник погрома, едва ли не самый активный, — крестьянин. Солдат, главным образом русскiй солдат, был элементом посторонним в краѣ, пришельцем, он дѣйствовал налетами, покуда длился перiод русско-нѣмецкаго фронта и демобилизацiи. Крестьянин-же был элементом мѣстным, стародавним, это был крестьянин украинскiй, и его вовлеченiе в погромный круг оказалось болѣе постоянным и значительно болѣе угрожающим. Острое броженiе, охватившее деревню послѣ революцiи и имѣвшее глубокiя соцiальныя основанiя, вылилось в форму разрушительнаго бунта больше всего на Украинѣ. Захват помѣщичьих земель, разоренiе и поджог имѣнiй и убiйства владѣльцев, злоба к городу, который «прячет товары» и ничего не дает деревнѣ, - явленiя болѣе характерныя для украинской деревни, чѣм для всякой другой. Стихiя соцiальнаго бунта, разжигаемая гражданской войной, начинает вырождаться в стихiю антиеврейскаго погрома. В наростающем погромном движенiи городское мѣщанство, которое в первые нѣсколько мѣсяцев послѣ революцiи играло первенствующую роль, скоро отходит на заднiй план.

28-го ноября 1917 г. в Малую Раду был внесен от имени сiонистской фракцiи I. Шехтманом первый запрос о погромных эксцессах. Больше чѣм от 30 пунктов Подольской, Волынской и Кiевской губ., - говорилось в запросѣ, - получены телеграммы о погромах. «В телеграммах указывается на беззащитное положенiе еврейскаго населенiя, отданнаго на поток и разграбленiе пьяных погромных банд. Горят города, разгромлены лавки, уничтожается домашнiй скарб; послѣднѣе имущество терроризированной еврейской трудовой массы безпощадно и безцѣльно губится озвѣрѣвшей толпой. Жизнь беззащитнаго населенiя висит на волоскѣ… Мѣстныя власти безсильны… Ужас положенiя усугубляется тѣм, что все здоровое и взрослое еврейское мужское населенiе находится в армiи. Отпора громилам дать некому; остались одни старики, дѣти и безпомощныя женщины; жизни и чести их угрожает смертельная опасность». 19-го декабря 1917 г. в Раду были вторично внесены два запроса о погромах: от имени сiонистской фракцiи Н. Сыркиным и от имени «Бунда» Д. Липецом, в которых указывалось, что «волна погромов на Украинѣ не только не спадает, но все возрастает».

Вносившiе запрос говорили в нѣсколько сильных выраженiях о «погромной волнѣ»; в то время как могла быть рѣчь не о погромах в широком смыслѣ, а только об их зачаточной формѣ — эксцессах, безчинствах, грабежах, сопровождаемых лишь в болѣе рѣдких случаях человѣческими жертвами. Для характеристики того, как преувеличенно еврейскiе дѣятели представляли тогда размѣр погромнаго движенiя, приведем слѣдующiе факты: представитель «Бунда», Д. Липец, заявил в серединѣ декабря в Радѣ, что «за один только день получено 214 телеграмм о безчинствах в трех губернiях Украины»… Не менѣе преувеличенным было заявленiе представителя сiонистской фракцiи, Н. Сыркина, во время второго запроса в Малой Радѣ 19 декабря 1917 г., что «погромы исчисляются уже ежедневно не десятками, а сотнями»[41].

Отдѣльные эксцессы происходили уже в первые мѣсяцы революцiи, но они носили, как мы видѣли, случайный характер и были вызваны агитацiей мѣстных черносотенных элементов. 27-го августа в Умани произошли безпорядки на почвѣ дороговизны, в которых приняли участiе городская толпа и которые, по словам газет, «едва не вылились в грандiозный погром»[42]. Но систематическiй ряд погромных эксцессов начинается с середины сентября 1917 г. Первые нѣсколько мѣсяцев эксцессы носят характер солдатских и «пьяных» погромов. В теченiе трех с половиной мѣсяцев, до конца 1917 года, движенiе охватывает около 60 пунктов, — если считать только тѣ, которые удалось зарегистрировать, — почти исключительно в Кiевской, Волынской и Подольской губ. Однако, попытки к погрому и погромная агитацiя замѣчаются в гораздо большем числѣ пунктов. 11 сентября 1917 г. чуть не произошел еврейскiй погром в самом Кiевѣ; уже вспыхнули отдѣльные эксцессы, при этом одна еврейка была убита, но попытка была прекращена. «Можно быть увѣренным, — писала по этому поводу г. «Naie Zait», что чѣм хуже будет продовольственное и вообще экономическое положенiе страны, тѣм чаще и опаснѣе будут такiе эксцессы. Это опасность, которой надо смотрѣть прямо в глаза и к которой надо быть готовым»[43]. Приблизительно в это время в Кiевѣ найдены были антисемитскiя прокламацiи, по которым ясно было видно, что монархисты готовятся к погрому: «Проснись, русскiй народ, — говорилось в прокламацiях. — Недавно свѣтило солнышко, в Кiев прiѣзжал русскiй царь, а теперь всюду жиды. Сбросим это ярмо, мы не можем этого терпѣть. Они доведут родину до гибели. Долой жидов! Соединись, русскiй народ. Дайте нам царя!»[44]

Над еврейским населенiем Украины уже через полгода послѣ революцiи и уравненiя в правах нависла та специфическая атмосфера погромных страхов и тревог, которая часто хуже самого грабежа и эксцесса. В нѣкоторых пунктах погромные эксцессы того перiода приняли довольно серьезныя формы насилiй, сопровождавшихся даже человѣческими жертвами. В Острогѣ, Волынской губ., погром, происшедшiй 30 сентября, был учинен расквартированным там 266 полком. Всѣ еврейскiе дома и лавки были разграблены, нѣкоторые сожжены, нѣсколько еврейских жителей было при этом убито, нѣсколько ранено; разгрому подвергся город вообще[45]. Серьезныя для того времени событiя произошли и в Ямполѣ, Подольской губ., гдѣ толпа солдат и крестьян, под предводительством матроса, подожгла 6-го ноября еврейскiе дома, разграбила их и убила 4 евреев. Обращаясь за помощью к командующему войсками Кiевскаго округа, вице-секретарiат по еврейским дѣлам сообщает о полученной с мѣста телеграммѣ: «Ямполь разгромлен. Из Томашполя, Подольской губ., передают, что лава громил Ямполя движется на Томашполь»[46]. Послѣ этого Ямполь вторично пережил погромные страхи, по городу распространены были прокламацiи, призывающiя к рѣзнѣ и погрому. Серьезный характер носили также эксцессы в м. Рашковѣ, Подольской губ. 30 декабря сюда прибыла на отдых сотня казаков 4-ой армiи. «К вечеру, — пишут в своем донесенiи жители мѣстечка, — часть этих казаков, вооруженных винтовками, появилась на главных улицах мѣстечка и открыла стрѣльбу по беззащитным обывателям, наводя панику на все мѣстечко. В это время другая часть оцѣпила патрулями боковые улицы и переулки, отрѣзав бѣжавшим из своих домов жителям путь в болѣе безопасныя мѣста. Убив двух евреев на смерть, они принялись громить магазины и частныя квартиры, разграбили всѣ товары, уничтожили мебель, взломали двери и окна домов и опустошили все на своем пути. Темная масса крестьян, присоединившись к ним, способствовала грабежу»[47]. В Овручѣ, Волынской губ., погром произошел 16 декабря «на старый русскiй манер со всѣми атрибутами», как пишет очевидец. Солдаты всю ночь стрѣляли и грабили лавки; утром оказалось, что свыше 60 еврейских лавок разграблены. «Когда мы бросились в штаб расквартированнаго у нас 265 полка и в караульную команду, то оказалось, что всѣ эти стражи были заняты у лавок, иные из них грабили, а другiе стояли и защищали громил, стрѣляя в воздух и не давая посторонним остановить их… Товары были вывезены крестьянами, с'ѣхавшимися на санях из окрестных деревень». Один из еврейских жителей, пытавшiйся помѣшать грабежу, был убит[48]. Попытки разгрома были сдѣланы и в сосѣдних мѣстечках, в Норинскѣ, Словечно и друг. В Жабокричѣ, Волынской губ., толпа крестьян напала 22 октября на евреев, стала их избивать, многих ранила и ограбила мѣстечко. В Сквирѣ, Кiевской губ., толпа солдат учинила во время ярмарки 23 октября погром. В Сквиру выѣзжала послѣ этого из Кiева спецiальная слѣдственная комиссiя, командированная Генеральным Секретарiатом, с участiем представителя еврейскаго вице-секретарiата. Послѣднiй в своем отчетѣ дал слѣдующую картину событiй: «Толпа, состоявшая из солдат и мѣщан, хладнокровно грабила еврейскiя лавки и частные дома и звѣрски избивала евреев. В толпѣ находились милицiонеры и военный патруль, которые спокойно смотрѣли на всѣ происходившее, а нѣкоторые из них даже принимали участiе в погромѣ… Распространился слух, что евреи стрѣляют в толпу, и тогда была открыта стрѣльба по еврейским домам. В результатѣ разграблено большое число еврейских лавок и квартир, 6 евреев получили тяжелыя раненiя, а 4 — легкiя». Упомянутая комиссiя совмѣстно с прокуратурой произвела дознанiе и арестовала многих участников[49]. Погром с человѣческими жертвами был учинен солдатами также в Монастырищѣ, Кiевской губ., гдѣ 19 ноября было убито 3 еврея. Серьезные для того времени эксцессы произошли и в Единцѣ, Подольской губ., гдѣ с конца ноября, в теченiе недѣли, солдаты вмѣстѣ с мѣстными «кацапами» разгромили всѣ еврейскiя лавки, сожгли много еврейских домов и нѣскольких человѣк ранили. Прибывшiй наряд солдат усмирил погром[50].

Не всюду, однако, безчинства против евреев сопровождались человѣческими жертвами. Обычно эксцессы выражались в нападенiи на еврейскiя лавки и дома, разграбленiи их, иногда в избiенiях. Но непремѣнно, во всѣх случаях, над евреями нависала атмосфера погромных угроз и страх насилiй, — даже там, гдѣ погром останавливался на порогѣ кровопролитiя. Эта типичная картина погромных настроенiй рисуется во всѣх сообщенiях с мѣст. Согласно этим послѣдним, цѣлый ряд погромных выступленiй, с одной стороны, и погромных страхов — с другой связаны с днем ярмарки, или базарными днями, когда с'ѣзжаются толпы окрестных крестьян, скопляются солдаты, и стихiя разгула и злобы разражается еврейским погромом. Связь между крестьянской ярмаркой, иногда в соединенiи с храмовым праздником, и еврейским погромом — явленiе старое, свойственное исторической Украинѣ еще со времен погромных взрывов при Хмѣльницком и гайдамаках. Так было, напримѣр, в знаменательный день «освященiя ножей» в Чигиринѣ, когда Желѣзняк поднял гайдамацкiй бунт и закончил его Уманьской рѣзней. Как тогда, так и теперь, эта черта характерна только для перваго перiода погромнаго движенiя, когда погром еще ищет внѣшняго толчка, подходящаго стимула, когда он способен родиться только в пьяном ярмарочном разгулѣ.

«6-го ноября, в лень ярмарки, в мѣстечко Каменку из окрестных сел стала прибывать масса народу, среди которых было много солдат и лиц подозрительных», сообщает начальник милицiи губернскому комиссару. Толпа осадила присутствовавшую милицiю и стала приступать к разгрому лавок; было брошено из толпы громил в милицiю 8 ручных бомб, милицiи пришлось даже стрѣлять в толпу боевыми патронами, в результате со стороны громил оказалось 2 убитых и 7 раненых[51]. Еврейскiе представители доносят из м. Котельни, Волынской губ., что «крестьянское населенiе открыто говорит, что не только имущество может и должно быть у евреев отобрано, но сами евреи находятся внѣ закона и с ними можно сдѣлать что угодно», и что погрома ждут в день ярмарки[52]. Предводитель дворянства Острога обращается телеграфно в министерство по еврейским дѣлам с просьбой ходатайствовать об удаленiи погромно-настроенных солдат из м. Ляховцы, Волныской губ., «иначе, — пишет он, — грозит гибель мѣстечку, гдѣ 15-го января предстоит ярмарка»[53]. «Населенiе живет все время в паникѣ, особенно в ярмарочное время», доносит предсѣдатель мѣстечковой управы м. Ильинцы, Кiевской губ., 11-го ноября. В Мястковкѣ, Подольской губ., 30-го октября произошел погром, во время котораго свыше 50 еврейских ловок и 30 домов были разграблены, добро забрано или уничтожено: «каждую недѣлю, в день базара, мы ждем погрома и жизнь не втерпеж», пишут жители мѣстечка[54]. В м. Тальном, Кiевской губ., в день ярмарки, 12 декабря, были разгромлены почти всѣ еврейскiя лавки, причем участiе в погромѣ принял и мѣстный гарнизон. Евреи-солдаты сорганизовались и хотѣли помѣшать погрому, но гарнизон отказал в выдачѣ им оружiя[55]. Аналогичныя сообщенiя об ожидаемых или произошедших эксцессах в ярмарочные дни были получены из цѣлаго ряда других мѣст (Аннополь, Бородянка, Таганча, Томашполь, Канев и друг.). Характерна в этом смыслѣ коротенькая телеграмма из трех слов, присланная Коростышевской общиной в министерство по еврейским дѣлам: «Ярмарка прошла благополучно»; это означало: погром мѣстечко миновал.

Явно выраженный солдатскiй характер, как всегда с участiем крестьян, погромы носили как в прифронтовой полосѣ, так и в тылу. Из Овручскаго уѣзда сообщают, что солдаты и крестьяне, разбив винные склады, четыре дня громили еврейское населенiе. «В 5 прифронтовых уѣздах оперируют вооруженные банды, банды угрожают захватить всю Волынь», пишет корреспондент из тѣх мѣст[56]. «В нашем мѣстечкѣ, сообщают представители м. Деражни, Подольской губ., от 1-го декабря 1917 г., - происходило в послѣднее время избiенiе мирных жителей, погром и поджог еврейских лавок. Главное участiе принимали расположенные в мѣстечкѣ и его районѣ 267 запасный пѣхотный полк, 288 Пермская дружина и проходящiя части 34 корпуса… Сейчас опасаются общей рѣзни со стороны тѣх же войсковых частей. Жизнь в мѣстечкѣ замерла. Гражданскiя и военныя власти бездѣйствуют»[57]. «Свыше двух мѣсяцев, — пишет корреспондент из м. Полонное, Волынской губ., - как город охвачен погромным змѣем». Еще в концѣ сентября солдатами, разбившими винные склады, были здѣсь произведены безпорядки и грабежи; 17 октября снова произошли безчинства солдат; под огромным страхом жило мѣстечко и в послѣдующiе мѣсяцы[58]. В ноябрѣ в теченiе одной недѣли дважды произошел погром в Рыбницѣ, Подольской губ., участiе в коем принял 284 запасный полк. «Если не прибудут вѣрныя воинскiя части, то мѣстечко превратится в прах», пишет корреспондент[59]. 23 октября в Гайсинѣ солдаты, находящiяся на излѣченiи в 180 и 15 венерических госпиталях, разграбили город[60]. Серьезные для того времени эксцессы произошли 26 ноября в Умани. Начальник уманьскаго гарнизона в телеграммѣ к генеральному секретарiату по войсковым дѣлам пишет: «Солдаты разграбили оружейные магазины. Дома горят. Солдаты грабят город. В городѣ стрѣльба. Из окрестностей прибывают крестьяне и принимают участiе в разграбленiи лавок. Положенiе трагическое»[61]. Многiе пункты, не пережившiе самаго погрома, жили, однако, все время под знаком погрома.

В нѣкоторых мѣстах, гдѣ возникали эксцессы, мѣстныя военныя или гражданскiя власти и милицiя принимали мѣры и легко предотвращали погром. Так было в Каменкѣ, Под. губ, Сквирѣ и Каневѣ, Кiевской губ., в Дубно, Острогѣ, Волынской губ. В Каневѣ, напримѣр, солдаты, громившiе евреев, чуть не расправились «самосудом» с мѣшавшим им уѣздным комиссаром; в Каменкѣ, как мы видѣли, громилы даже бросали бомбы в милицiю, и послѣдняя стрѣляла. В Ямполѣ усмирили погром вызванные из Могилева-Подольска гусары, при этом многiе погромщики были арестованы, а нѣкоторые избиты. В Тирасполѣ солдаты, в октябрѣ, стали грабить магазины и угрожали погромом; тогда мѣстный Совѣт рабочих и солдатских депутатов вызвал из Бендер воинскую часть, которая открыла стрѣльбу по громилам, один из громил был при этом убит, нѣсколько ранено и 75 человѣк были арестованы[62]. Вообще, в тѣх мѣстах, гдѣ была пущена в ход вооруженная сила, погром немедленно прекращался. Так было, напримѣр, в Томашполѣ, Верховскѣ, Коростышевѣ, Литинѣ, Богуславѣ, Фастовѣ, Жашковѣ, Иванковѣ, Полонном и друг.[63]. «Достаточно было-бы одного выстрѣла, чтобы вся толпа профессiональных и случайных погромщиков разбѣжалась», сообщает представитель еврейскаго вице-секретарiата послѣ обслѣдованiя событiй на мѣстах. Однако, чаще всего, как мы видѣли, милицiя, мѣстный гарнизон и даже спецiально присланные для усмиренiя воинскiе отряды сами становились в ряды погромщиков. В началѣ декабря фракцiей «Бунда» был внесен в Центральную Раду вопрос о событiях в м. Дзыговкѣ, Подольской губ., гдѣ были разграблены 32 еврейскiя лавки и многiя евр. квартиры. «Мѣстная власть, — говорилось в запросѣ, - не приняла никаких мѣр против погрома, многiе представители власти даже сочувствовали погромщикам»[64]. В нѣкоторых пунктах предотвратить погром удавалось мѣстным группам еврейской самообороны, на чем нам прiйдется отдѣльно остановиться.

С конца ноября появляются погромы, связанные со столкновенiями между большевиками и украинцами. Характерным для этого типа погромов является погром, разыгравшiйся в Дубно, Волынской губ. Уполномоченный КОПЕ в своем донесенiи дает слѣдующую картину событiй: «В городѣ ожидалось столкновенiе между большевиками и украинцами… В городѣ абсолютно нѣт ничего, что напоминало бы власть. Одновременно дѣйствуют — или вѣрнѣе бездѣйствуют — комиссарiат, Рада, большевистскiй военно-революцiонный комитет и милицiя, без всякаго контакта и согласiя. Темные элементы, как большевистскiе, так и украинскiе, воспользовались моментом для своих преступных цѣлей. Здѣсь полное перемирiе и единодушiе между враждующими, и в еврейском погромѣ участвуют и обезоруженные большевики, и солдаты из украинской команды, и другiе… Военно-революцiонный комитет вызвал броневик и пулеметы, началась стрѣльба по улицам, и громилы разбѣжались. Населенiе охвачено паническим ужасом. Сегодня громилы вернулись в город со своим оружiем, и идет перепалка… Организовалась самооборона, но она не в силах что нибудь сдѣлать без оружiя, а военно-революцiонный комитет отказывается вооружить населенiе из за политических соображенiй… В городѣ имѣются свыше 200 еврейских солдат в отпуску, и они, совмѣстно с остальной молодежью, в состоянiи составить отличную самооборону»[65]. Картина столкновенiй между большевистскими и украинскими частями, в связи с погромом, дается также в донесенiи жителей мѣст. Макарова, Кiевской губ. В мѣстечкѣ господствовало сильное антисемитское настроенiе и ждали погрома. 23-го ноября нѣсколько еврейских обывателей отправились в Кiев и обратились за помощью в Кiевскiй Совѣт рабочих депутатов. Послѣднiй дал им 22 красногвардейца, которые прибыли в Макаров. «Надо сознаться, что благодаря им не произошли безчинства в воскресенье, во время базара; между тѣм всѣ симптомы погрома были уже на лицо; крестьяне уже готовились». Но попав в мѣстечко как раз в день выборов в учредительное собранiе (очевидно — украинское), красногвардейцы воспользовались этим и повели агитацiю за большевистскiй список; это привели к их столкновенiю с украинцами. Через нѣсколько дней прибыла рота украинцев и арестовала красногвардейцев. «Немедленно настроенiе среди крестьян измѣнилось; они открыто говорили: «теперь только мы возьмемся за жидов». К этому прибавилась сильная агитацiя со стороны украинских солдат… Между крестьянами пошли слухи, что евреи прячут пулеметы и что они против украинцев»[66].

Послѣднiй мотив является болѣе характерным для того типа погромных эксцессов, которые разыгрались позже, в 1918 г., в связи с растущим антисемитизмом в рядах украинской армiи. Для эксцессов 1917 г. обычным предлогом явились совсѣм другiе мотивы: что «евреи прячут товары», что «они виноваты в дороговизнѣ», что «у них все есть», а чаще всего погромы проходили без всяких лозунгов: просто собирались солдаты русских частей, разбивали еврейскiя лавки, брали товар, безчинствовали, и им в этом дѣятельно помогали украинскiе окрестные крестьяне, никогда не забывавшiе прiѣхать в еврейское мѣстечко на ярмарку или базар с пустым мѣшком, куда можно уложить награбленное еврейское добро…

Первое мѣсто по числу погромленных пунктов в перiод от сентября до конца 1917 года занимает Кiевская губернiя (половина всѣх пунктов), за ней слѣдует Волынская, затѣм Подольская. В Полтавской же, Херсонской и Черниговской число это ничтожно[67].

Волна эксцессов не остановилась и в 1918 году. Весь январь происходят насилiя над евреями того-же характера, как в минувшiе мѣсяцы. В Волынской губернiи наиболѣе серьезные случаи произошли в м. Лугины и Ляховцы. 2-го января солдаты-пулеметчики начали безчинствовать в м. Лугины и разграбили всѣ еврейскiя лавки. Нѣсколько дней спустя солдаты сдѣлали попытку повторить погром, но этому помѣшала организовавшаяся в мѣстечкѣ еврейская самооборона; нѣсколько членов самообороны было при этом убито, нѣсколько ранено. Солдатами мѣстнаго гарнизона и чернью был учинен тогда-же грабеж в Ляховцах. Ряд погромных эксцессов происходит и в Кiевской губернiи: в м. Ново-Прилуки, Бердичевскаго уѣзда, вспыхнули 10-го января безчинства, окончившiяся нѣсколькими еврейскими жертвами. В м. Каменка 5 января, под видом поисков «пулеметов и бомб», происходят повальные обыски у евреев, с конфискацiей товаров в лавках и отнятiем продуктов в домах; обыски эти предприняты были солдатской секцiей мѣстнаго Совѣта рабочих и солдатских депутатов, окрестными крестьянами и «вольными казаками»[68]. Когда евреи пришли жаловаться в волость, им отвѣтили, что собранiе солдат окружных деревень вынесло постановленiе об этой реквизицiи; взятые у евреев товары будут распредѣлены по кооперативам этих деревень. В Кагарлыкѣ крестьяне произвели нападенiе на еврейское кладбище и совершенно его разрушили. В Подольской губернiи извѣстны погромные эксцессы, произведенные в Тульчинѣ, в январѣ, Кубанским полком: еврейскiя лавки были разграблены, дома подожжены, нѣсколько евреев ранено[69]. Тѣм же Кубанским полком учинены вслѣд за этим эксцессы и в Брацловѣ.

По своему типу всѣ эти эксцессы примыкают к еще к первому перiоду погромнаго движенiя, зародившемуся еще лѣтом 1917 года. Погромныя событiя, которыя разыгрались в послѣдующiй перiод, уже не имѣли своим непосредственным источником развал русской армiи. Они тѣсно связаны с новыми этапами в еврейско-украинских отношенiях, с военными дѣйствiями между украинцами и большевиками, а также с новыми повстанческими настроенiями в украинской деревнѣ.

III

Украинское нацiональное движенiе послѣ революцiи и еврейскiя партiи. — Вступленiе нацiональных меньшинств в Раду и Генеральный Секретарiат. — Украинско-еврейскiя взаимоотношенiя. — Еврейскiй вице-секретарiат — еврейское министерство. — Поворот к «самостiйничеству». — Украинская Народная Республика и еврейскiе представители. — Отношенiе еврейской провинцiи. — Разрыв с Россiей и позицiя еврейских партiй. — Закон о нацiонально-персональной автономiи. — Перелом в отношенiях украинцев к евреям. — Мирные переговоры в Брестѣ; борьба между двумя делегацiями. — Наканунѣ паденiя Кiева. — Украинскiе военные круги. — Антисемитская агитацiя в Кiевѣ. — Убiйство предсѣдателя Союза евреев-воинов.

Когда украинскiя партiи начали, послѣ февральской революцiи, строить зданiе автономной Украины, их домоганiя, особенно же планы о федеративном переустройствѣ Россiи, вызвали в средѣ русской демократiи, как мы видѣли, недоумѣнiе и даже раздраженiе. Молодой Украинѣ пришлось начать серьезную идейную борьбу за свои лозунги. В такой момент еврейская общественность на Украинѣ, - поскольку общественность выражается в политических партiях и в руководящих органах, — оказалась на сторонѣ украинцев. Уже на Всеукраинском нацiональном конгрессѣ, в апрѣлѣ 1917 г. в Кiевѣ, еврейскiе представители выступили с привѣтствiями. Оратор от Совѣта об'единенных еврейских организацiй закончил свое слово провозглашенiем «славы украинскому народу». Привѣтствовали украинское движенiе также нѣкоторыя соцiалистическiя еврейскiя партiи и сiонисты. Сочувствiе еврейских партiй было тѣм болѣе важно, что русскiе демократическiе органы в Кiевѣ вели первое время активную борьбу против украинскаго дѣла. Так, напримѣр, «Исполнительный Комитет Совѣта об'единенных общественных организацiй», являвшiйся фактической революцiонной властью в Кiевѣ послѣ февраля, постановил делегировать особую депутацiю к Временному Правительству, с цѣлью помѣшать планам украинцев о немедленной автономiи. В состав этой депутацiи рѣшено было включить также и представителя от евреев, но благодаря противодѣйствiю нѣкоторых еврейских дѣятелей, еврей в депутацiю не вошел[70]. Однако, отношенiе еврейских партiй к наростающему украинскому движенiю долго оставалось в предѣлах моральной поддержки. И только тогда, когда Рада стала конструироваться, как краевая власть, и когда украинское движенiе обнаружило серьезную силу, возрос дѣйственный интерес к нему со стороны еврейских партiй.

В первые мѣсяцы существованiя Рады вопрос об украинско-еврейских отношенiях не ставился конкретно. Правда, на Всеукраинском конгрессѣ была принята резолюцiя о том, что «одним из главных принципов украинской автономiи признается полная гарантiя прав нацiональных меньшинств, живущих на Украинѣ», но практически ничего для этого не было сдѣлано. С другой стороны, и еврейскiя партiи еще стояли в сторонѣ от украинскаго дѣла. В iюнѣ 1917 «Бунд», считаясь уже с тѣм, что автономiя Украины становится фактом, выдвинул идею созыва территорiальнаго с'ѣзда, чтобы договориться об основах автономiи и правах меньшинств. Но практически вопрос об участiи меньшинств в органах автономiи был разрѣшен лишь соглашенiем 3 iюля между Временным Правительством и Радой, коим обусловлено пополненiе Рады и Генеральнаго Секретарiата представителями других нацiональностей Украины. Оповѣщая об этом, второй Универсал писал, что пополненная Рада явится отнынѣ «единым высшим органом революцiонной демократiи Украины и будет представлять интересы всего населенiя нашего края». Это звучало уже совершенно иначе, чѣм первый Универсал, гдѣ говорилось о «державной нацiи на Украинѣ». По соглашенiю 30 процентов мѣст в Радѣ было предоставлено нацiональным меньшинствам (евреям, великороссам, полякам), и в состав Генеральнаго Секретарiата были также включены неукраинцы. Евреи получили 50 мѣст в Центральной Радѣ и 5 мѣст в Малой Радѣ; мѣста были распредѣлены между всѣми еврейскими партiями. Таким образом, впервые было создано еврейское нацiональное представительство[71].

К этому времени относится начало наиболѣе дружественных отношенiй между украинскими и еврейскими дѣятелями. На первом засѣданiи Малой Рады (органа, выдѣленнаго из Центральной Рады, с меньшим составом и болѣе гибкаго), 11-го iюля, с горячими привѣтствiями выступили, как уже равноправные участники, всѣ еврейскiя партiи, говорившiя о «возрождающемся украинском народѣ», о справедливых требованiях автономiи, а нѣкоторыя даже о федеративном переустройствѣ Россiи. «Это был один из самых красивых моментов в сожительствѣ нацiональностей на Украинѣ», — пишет В. Винниченко в своем обзорѣ эпохи. «Была искренность в примиренiи, было желанiе дружнаго сотрудничества и общаго дѣла, было желанiе забыть старыя недоразумѣнiя. И я должен снова подчеркнуть: эта искренность особенно проявлялась у представителей еврейских организацiй. Они уже осознали Центральную Раду, как свой орган, и выступили в нем, как равные его члены, с равными правами политическими и нацiональными»[72]. Говоря в другом мѣстѣ того-же обзора об отношенiи нацiональных меньшинств к украинской власти, Винниченко пишет о евреях: «Еврейскiя политическiя партiи отнеслись разсудительно, а иныя из них и симпатизирующе к идеѣ украинской государственности… Разсудив, что украинцы не сегодня-завтра неминуемо вытѣснят господство русских, они не имѣли никаких основанiй бороться с украинцами ради господства русских. Они приняли к свѣдѣнiю идею украинской государственности, как факт, как нечто естественное и неизбѣжное… и совершенно сознательно, рѣшительно и послѣдовательно почувствовали себя гражданами Украинской державы»[73]. Без них, без нацiональных меньшинств, — сознается он дальше, — мы не могли считаться властью всего населенiя Украины, не могли получить довѣрiя среди населенiя городов, не могли получить признанiя Временнаго Правительства, не могли получить необходимых финансовых средств…

Был ли это, дѣйствительно, союз по разсчету, или союз, основанный на искреннем сочувствiи, как указывал Винниченко раньше, но еврейскiе представители, вступив в Раду, явились открытыми защитниками украинскаго дѣла. Когда возник конфликт по поводу «Инструкцiи 4 августа», ограничивающей права и рамки украинской власти, представители еврейских партiй выразили свой протест против Петрограда наравнѣ с украинцами. Даже представитель «Бунда», который держался в украинском вопросѣ не такой послѣдовательной и искренней позицiи, как другiя еврейскiя партiи, М. Рафес, бывшiй противником идеи федеративнаго переустройства Россiи и подвергшiй первый Универсал рѣзкой критикѣ, в этом конфликтѣ тоже стал на сторону украинцев[74]. Сейчас послѣ соглашенiя 3 iюля М. Рафес вошел в состав Генеральнаго Секретарiата, в качествѣ «генеральнаго контролера», и даже в состав делегацiи от Рады, ѣздившей в концѣ iюля в Петроград, с цѣлью отстоять расширенiе автономных прав Украины и компетенцiи Рады. Позже он ушел с поста генеральнаго контролера, и на его мѣсто вступил также один из представителей «Бунда» — А. Золотарев. С другой стороны, и украинцы, несмотря на всю подозрительность, часто проявляемую ими в отношенiи к «нацiональным меньшинствам», т. е. к евреям, в тот перiод внимательно относились к их нацiональным требованiям. 15 iюля был учрежден пост вице-секретаря по дѣлам еврейской нацiональности, и на этот пост назначен, по соглашенiю с еврейскими соцiалистическими партiями, представитель наиболѣе близкой к украинскому правительству «Об'единенной еврейской соцiалистической партiи», д-р М. Зильберфарб. В ноябрѣ Вице-секретарiат был преобразован в генеральный секретарiат, а в началѣ января 1918 г. — в министерство по еврейским дѣлам. Это был первый в исторiи случай учрежденiя «еврейскаго министерства». Еще болѣе важное значенiе имѣл изданный Радой в январѣ закон о нацiональной автономiи.

Покуда украинскiе дѣятели оставались на почвѣ автономiи и федерацiи с Россiей, держались единаго революцiоннаго фронта с россiйской демократiей и не рвали с Россiей государственно-правовой связи, еврейскiя партiи охотно шли с ними. Когда же, начиная с октября — ноября 1917 г., в украинском движенiи произошел рѣзкiй перелом в сторону «самостiйности» и разрыва с Россiей, еврейскiя партiи остановились. Первым признаком этого перелома, как извѣстно, явился третiй Универсал (9 ноября). Но еще до этого, в октябрѣ, украинскiя партiя поставили вопрос о созывѣ сувереннаго украинскаго учредительнаго собранiя (Установчи Зборi). Мнѣнiе еврейских дѣятелей по этому вопросу разошлись: еврейскiя партiи вмѣстѣ с украинцами голосовали за суверенность, и только «Бунд» (вмѣстѣ с «меньшевиками») высказался рѣзко против. «Если вы против раздѣла Россiи, — сказал М. Рафес, обращаясь к украинцам, — то не можете говорить о суверенности… Разрыв с россiйским учредительным собранiем мы считаем контр-революцiонным актом и будем против него бороться». Знаменательным явленiем было то, что и всѣ другiе противники «суверенности», выступавшiя в Радѣ от имени россiйских партiй, были евреи: «Мы будем бороться против всяких сепаратистских тенденцiй. Пусть украинцы не переоцѣнивают своих сил», заявил представитель с.-д. «меньшевиков» — Балабанов. «Если вы хотите отдѣлиться от Россiи, то выдвигайте лозунг суверенности», заявил представитель россiйских с.-р. — Скловскiй…

Третiй Универсал явился дальнѣйшим толчком в этом расхожденiи. Он был предложен Радѣ украинскими вождями совершенно неожиданно для еврейских партiй, которым пришлось в атмосферѣ подозрѣнiй и разгоравшихся нацiоналистических страстей дать на него отвѣт. Нацiональным меньшинствам было устроено нѣчто вродѣ экзамена на вѣрность украинскому дѣлу. И еврейскiя партiи всѣ голосовали за Универсал, за прокламированiе Украинской Народной Республики. Но при этом они добились, чтобы было ясно подчеркнуто, что украинское государство создается, «не отдѣляясь от россiйской республики и сохраняя единство ея», стремясь к тому, чтобы россiйская республика стала «федерацiей равных и свободных народов». Еврейских представителей сильно побуждало голосовать за Универсал то обстоятельство, что в него включено было обѣщанiе относительно нацiонально-персональной автономiи: «Украинскiй народ, — гласил этот пункт, — сам долгiе годы боровшiйся за свою нацiональную свободу и нынѣ ее добившiйся, будет твердо сохранять свободу нацiональнаго развитiя всѣх народов, на Украинѣ живущих. А потому об'являем, что народам великорусскому, еврейскому, польскому и иным на Украинѣ предоставляем нацiонально-персональную автономiю».

Еврейскiе представители приветствовали Универсал, но не скрывали, что смущены новым нацiонально-политическим курсом. «Мы с тревогой подходим к этому акту», заявил представитель «Об'единенной еврейской соцiалистической партiи», М. Литваков, на засѣданiи Малой Рады 7 ноября: «Прокламированiе украинской республики может быть воспринято так, будто мы рвем на части живое тѣло Россiи». В том же духѣ высказались и представители «Бунда» и «Поалей-Цiон». С другой тревогой подошел представитель сiонистской фракцiи, Н. Сыркин: «Одно нас останавливает в этом актѣ, - а что, если принятiе Универсала вызовет еще больше анархiи? Что будет, если эта анархiя, от которой обыкновенно страдают в первую голову евреи, теперь еще больше усилится?»[75]. Несмотря, однако, на тревогу, всѣ еврейскiе представители высказались за Украинскую Республику. Представитель «Бунда», А. Золотарев, при этом сказал: «Когда мы видим, что освобожденный украинскiй народ дает и нашему народу свободу, мы берем на себя часть отвѣтственности за этот акт и от всего сердца подписываемся под Универсалом»[76].

Взяв на себя часть отвѣтственности, еврейскiе политическiе дѣятели стали на защиту фактически «самостiйной» республики. «Можно ли требовать от украинцев, чтобы они отказались от своих интересов и нацiональных стремленiй во имя вѣры (в силы русской революцiи), которой у них нѣт?.. Украинская республика об'явлена от имени и для всего населенiя Украины, как еврейскаго, так и украинскаго, русскаго и польскаго… Да здравствует свободная Украина, первый член федеративной россiйской республики», — так писал в тѣ дни орган «Об'единенных» «Naie Zait»[77]. Отношенiе еврейской провинцiи, вѣрнѣе — ея политических организацiй, к Универсалу было в очень многих мѣстах радушное. Так, напримѣр, в м. Городище, Кiевской губ., на большом еврейском массовом собранiи была принята резолюцiя о том, что «Универсал осуществляет не только самыя завѣтныя стремленiя лучших сынов Украины, но также и стремленiя еврейской демократiи и наши права на нацiональную автономiю». Организацiя «Об'единенных еврейских соцiалистов» в Проскуровѣ, привѣтствуя Раду, находила, что «необходимость Универсала вызвана политическим положенiем, создавшимся в Россiи в послѣднее время»[78]. Районная конференцiя той же партiи в Умани также привѣтствовала по этому случаю Раду, выразив надежду, что «погромы будут немедленно прекращены»[79]. В том же духѣ высказались и другiя еврейскiя организацiи. Совѣщанiе общин Херсонской губернiи, происходившее в Елисаветградѣ, приняло резолюцiю о том, что «единственной правомочной властью на Украинѣ является Центральная Рада, которая опирается на довѣрiе украинской демократiи и неукраинских демократических партiй, также и еврейских». Совѣщанiе затѣм высказалось за включенiе Херсонской губернiи в состав украинской республики[80]. Такiя привѣтствiя и резолюцiи выходили уже за предѣлы чисто платоническаго отношенiя к украинскому дѣлу.

Но украинское дѣло не остановилось на третьем Универсалѣ, послѣднiй послужил лишь исходной точкой для новаго курса. Поход большевиков и вызванная этим гражданская война дали, как мы видѣли, огромный толчек таившимся страстям и потенцiям самостiйничества, т. е. разрыва с Россiей. Впервые открыто это сказалось на засѣданiи Малой Рады 22-го ноября по вопросу о сепаратном мирѣ. В этот момент украинскiе и еврейскiе дѣятели впервые рѣзко разошлись в своих настроенiях. Всѣ украинскiя партiи высказались за принятiе предложенiя о сепаратном мирѣ с Германiей, всѣ еврейскiя единодушно высказались против, и к ним присоединились россiйскiя партiи — с.-д. «меньшевики» и соц. — революцiонеры. Но опять: представителями от этих общерусских партiй выступили евреи… Резолюцiя нацiональных меньшинств о том, что вести переговоры о мирѣ нужно только от имени центральной россiйской (федеративной) власти и по соглашенiю с союзниками, была украинцами рѣшительно отвергнута. В горячих дебатах двух сторон сказались двѣ точки зрѣнiя. «Вы все время утверждали, — говорил представитель «Об'единенных соцiалистов», М. Шац-Анин, обращаясь к украинцам, — что хотите создать свободную Украину в об'единенной Россiйской федерацiи. Как же может часть федерацiи вести отдѣльные мирные переговоры, когда это может помѣшать интересам цѣлаго? Не означает ли это, что вы хотите от Россiи отдѣлиться? Тогда скажите это прямо, к чему прятаться?»[81].

Четвертый Универсал прямо это и сказал. Вопрос об отдѣленiи от Россiи был заранѣе рѣшен в рядах украинских дѣятелей и еврейским представителям пришлось считаться с ним, как с фактом. Будучи рѣшительными противниками разрыва государственно-правовой связи с Россiей, акта, санкцiонирующаго распад Россiи и разрывающаго россiйское еврейство на двѣ части, орiентируясь на об'единенный революцiонный фронт, еврейскiя партiи, однако, не рѣшились голосовать против Универсала, манифеста независимой Украины. Они поэтому воздержались; открыто против голосовал только «Бунд», вмѣстѣ с россiйскими «меньшевиками»; воздержались, вмѣстѣ с еврейскими партiями (кромѣ сiонистов, которые в этом голосованiи вообще не участвовали), также и другiя нацiональныя меньшинства — россiйскiе соц. — революцiонеры и «польское центральное об'единенiе»[82]. «Мы поставили себѣ предѣл, дальше котораго мы идти вмѣстѣ с украинскими товарищами не смогли бы, этот предѣл — единство Россiи», сказал еще при голосованiи третьяго Универсала представитель «Бунда» А. Золотарев. «Об'явленiе самостiйности, — писал орган сiонистов, — было ошибочным и легкомысленным шагом, который еще отзовется в недалеком будущем. Как с экономической стороны, так и с политической «самостiйность» только усилит тѣ преграды, которыя и так мѣшают свободному развитiю украинской народной республики»[83].

Отношенiе еврейских партiй к новому курсу вызвало в рядах украинских дѣятелей, а особенно среди рядовых украинцев, необычайное озлобленiе. Их раздражала независимость политики еврейских партiй в вопросах строительства Украины. На засѣданiи Малой Рады 6 января 1918 г., когда обсуждался вопрос о наступленiи большевиков и об украинской мирной делегацiи, демонстративно сказалось это настроенiе. Когда выступил представитель «Бунда» М. Рафес, ему с хор кричали «в синагогу!» и не давали говорить. Украинцы стали упрекать нацiональныя меньшинства в том, что они «мѣшают освобожденiю Украины». Еще болѣе шовинистическая атмосфера царила в Радѣ, когда голосовался четвертый Универсал. Во время рѣчи оратора «Бунда», М. Либера, среди украинской публики слышались свистки и ругань. Выступленiе даже воздержавшихся от голосованiя еврейских представителей было встрѣчено злобными выкриками.

За два дня до голосованiя Универсала, 9 января 1918 г., Радой был единогласно принят закон о нацiонально-персональной автономiи, внесенный еврейским генеральным секретарiатом. Об огромной важности этого закона можно судить по тому энтузiазму, с которым он был встрѣчен представителями евреев, которых фактически он больше всего касался. «Принятый нами закон сравним лишь с актами великой французской революцiи; тогда были провозглашены права человѣка, сегодня-же прокламированы права нацiй», сказал генеральный секретарь по еврейским дѣлам (позже министр) М. Зильберфарб. Представитель «Бунда», М. Рафес, привѣтствовал его, как «крупнѣйшей важности акт, какого еще не знает ни одна страна в Европѣ». В том же духѣ высказались также и представители сiонистов и других партiй. Лидер сiонистов, Н. Сыркин, радостно писал тогда: «Старая мечта осуществляется»[84]. Еврейскiе дѣятели разослали телеграммы с извѣщенiем и поздравленiями по поводу принятаго закона в различные еврейскiе центры — в Петроград, в Америку, в Австрiю. Закон о нацiонально-персональной автономiи был принят тогда, когда украинскiе дѣятели актом принятiя четвертаго Универсала порвали идейно с представителями нацiональных меньшинств. Это в значительной степени лишало закон его значенiя. Замѣчательно то обстоятельство, что как раз перiод, когда конкретно опредѣлилась новая идеологiя украинских дѣятелей и был взят курс на «самостiйность», т. е. время между ноябрем и январем, является также перiодом наиболѣе благопрiятнаго для евреев законодательства в области нацiональных прав. В вопросѣ о правах нацiональных меньшинств украинскiе дѣятели, дѣйствительно, шли далеко. Но общую политическую линiю и процесс государственнаго строительства Украины они рѣшились проводить, не считаясь с настроенiями еврейской общественности и нацiональных меньшинств вообще.

Еврейскiе представители были против Универсала, но когда Универсал был принят и украинская независимость об'явлена, они отнеслись лойяльно к новому курсу. «Нацiя не может быть в оппозицiи», писала «Naie Zait» в передовой статьѣ «Свершившiйся факт». Газета, однако, не скрывает, что «событiя, которыя могут сопутствовать процессу самостiйности, могут поставить в особо опасное положенiе еврейскiя массы»[85]. Уже ближайшiя событiя показали, что эти слова являются в значительной степени пророческими. Именно в эти мѣсяцы в рядах украинских вождей возникает то подозрительное и недовѣрчивое отношенiе к евреям (к «нацiональным меньшинствам»), которое среди рядовых украинцев, на хорах Рады и в широких кругах примитивно воспринимается, как антисемитскiй импульс. На засѣданiи Центральной Рады, 16 декабря, глава правительства, В. Винниченко, выступил с ѣдкой рѣчью против нацiональных меньшинств. «Мы их линiю хорошо знаем», сказал он. «Когда мы добивались имѣть кой-какую раду с комиссаром из Петрограда, меньшинства кричали нам: «Вы нацiоналисты, вы шовинисты, вы сѣете рознь»… Но прошли мы этот этап и дошли до автономiи. Опять меньшинства закричали: «Вы нацiоналисты, вы шовинисты, вы сѣете рознь»… И начали хвалить наш предыдущiй этап. Но отмахнулись мы от автономiи и пошли дальше — и дошли до федерацiи. Опять меньшинства закричали: «Вы нацiоналисты, вы шовинисты». Теперь они хвалили нас, если бы остановились на автономiи. Но мы пойдем еще дальше, а куда — сами знаем. Меньшинствам хочется, чтобы у нас была одна линiя — на Петроград»[86]. Все это сопровождалось бурными апплодисментами и и смѣхом украинской публики. Другой видный украинскiй дѣятель, также член украинской соц. — демократической партiи, стоявшiй на ея лѣвом фронтѣ, Неронович, когда обсуждался в Радѣ вопрос о сепаратном мирѣ, сказал открыто: «Я никогда не вѣрил нацiональным меньшинствам, которыя все время вели кампанiю против Рады, и даже теперь, когда меньшинства требуют, чтобы власть перешла только к Радѣ, мы им им тоже не вѣрим»[87]. Таково было тяжкое обвиненiе, брошенное не-украинским, т. е., главным образом, еврейским представителям. Любопытно, что этот самый член Рады Неронович короткое время спустя, когда большевики стали приближаться к Кiеву, одним из первых перешел на их сторону и стал против Рады…[88].

Крутой перевод стрѣлки на «самостiйность» поставил всю политику и идеологiю украинскаго дѣла на новыя рельсы. Нашествiе большевиков, рѣзко осужденное всѣми россiйскими партiями, изображалось в Кiевѣ исключительно, как нашествiе «великороссов». Сам глава правительства открыто это высказывал. «Борьба, которую ведут с нами большевики, есть борьба нацiональная. Большевики борятся с нами, как великороссы», сказал В. Винниченко на Всеукраинском с'ѣздѣ Совѣтов. Между тѣм, это озлобленiе против «великороссов» неожиданными путями привело к озлобленiю против евреев. Дремавшiя в глубинѣ украинской общественности антисемитскiя чувства были внезапно выбиты наружу.

Несомнѣнно, что в обостренiи этих настроенiй свою роль сыграли мирные переговоры в Брестѣ и конфликт, возникшiй между большевистской и украинской мирными делегацiями. Сепаратные переговоры с нѣмцами, которые вела делегацiя от Рады, и заключенный ею сепаратный мир спутали всѣ планы большевиков и значительно ухудшили их позицiю. Глава большевистской делегацiи, Л. Троцкiй, вынужден был, с одной стороны, признать в Брестѣ независимость Украинской Республики и ея право на переговоры, а с другой — он всѣми мѣрами пытался помѣшать украинской делегацiи заключить отдѣльно мир; когда-же мир с Радой был все таки заключен (9 февраля 1918 г., по нов. ст.), он выразил оффицiально рѣзкiй протест. Еще до этого, на засѣданiи конференцiи 1 февраля, произошло, на глазах у представителей центральных держав, бурное столкновенiе между Троцким и украинской делегацiей. Троцкiй старался всѣми мѣрами дискредитировать правительство Центральной Рады в глазах членов конференцiи, отрицая за ним право говорить от имени Украины. В отвѣт на это украинцы обрушились против большевиков. «Голословныя заявленiя большевиков, — сказал член украинской делегацiи М. Любинскiй, — о полной свободѣ народов Россiи — только грубый демагогическiй прiем. Правительство большевиков, которое разогнало Учредительное Собранiе и опирается только на штыки наемной красной гвардiи, никогда не рѣшится провести в Россiи справедливые принципы права на самоопредѣленiе… Только из страха перед развитiем нацiональных революцiй большевики выдвинули, со врожденной им демагогiей, как в Россiи, так и здѣсь, на мирной конференцiи, тезис права нацiй на самоопредѣленiе», — В результатѣ этого спора граф Чернин сдѣлал от имени центральных держав заявленiе, что они «признают Украинскую Народную Республику теперь самостiйным, свободным, суверенным государством, которое вправѣ заключать самостоятельно интернацiональные договоры»[89].

Мирный договор, заключенный украинцами в «тылу у большевиков», явился ударом для послѣдних и вынудил их идти на болѣе тяжкiя условiя. Дальнѣйшiя событiя оказались для них еще болѣе угрожающими: с приходом нѣмцев на Украину и в Крым, и особенно с их продвиженiем на Дон, большевики увидѣли перед собой опасный нѣмецкiй фронт, охватившiй их с трех сторон — с запада до Ростова. Нѣт сомнѣнiя, что всѣ эти обстоятельства сыграли в дальнѣйшем свою роль в отношенiях большевистской партiи, и в частности главы Красной Армiи, к украинской независимости и сильно влiяли на их агрессивную против украинцев политику. С другой стороны, не мало способствоваа дальнѣйшему озлобленiю украинских нацiональных дѣятелей антиукраинская позицiя большевистской делегацiи в Брестѣ, которая возглавлялась двумя евреями — Л. Троцким и А. Iоффе.

Одновременно с этими событiями происходят перемѣны в составѣ украинскаго правительства. Новый курс поставил у власти новые элементы. Послѣ четвертаго Универсала происходит смѣна кабинета: болѣе умѣренныя — в смыслѣ самостiйничества — украинскiе соц. — демократы, с В. Винниченко во главѣ, уходит, и их мѣсто занимает наиболѣе многочисленная партiя — украинскiе соц. — революцiонеры, с В. Голубовичем, в качествѣ предсѣдателя кабинета министров. Вмѣстѣ с этим крѣпнет дух реакцiонно-шовинистическiй. С продвиженiем большевиков ближе к Кiеву, усиливается влiянiе на украинскую политику военной партiи. Комендантом города, об'явленнаго на осадном положенiи, назначается начальник Кiевскаго «вольнаго казачества», М. Ковенко, фигура очень видная и активная в шовинистически настроенных военных кругах, игравших роковую роль в погромном движенiи этого и послѣдующих перiодов[90]. М. Зильберфарб, близко наблюдавшiй тогда, в качествѣ еврейскаго министра и члена кабинета, украинскiя дѣла, пишет: «В Кiевѣ господствовала тогда военная власть, которая никогда не была свободна от антисемитизма. Раньше, когда в городѣ было об'явлено военное положенiе, военная власть издала приказ, по которому из Кiева высылаются всѣ жители, которые поселились послѣ 1-го января 1915 г. Этот приказ явился особенным ударом для еврейскаго населенiя, получившаго легальную возможность поселиться в городѣ лишь послѣ закона о равноправiи 22-го марта 1917 года. Почти ¾ кiевскаго еврейскаго населенiя попали под угрозу выселенiя. Еврейскому министру удалось, однако, этот приказ прiостановить. Но позже стало еще хуже». Когда было об'явлено осадное положенiе и всю власть получили военные круги, начались гоненiя; всѣ не-украинцы, а евреи в особенности, были взяты под подозрѣнiе. Без суда и слѣдствiя разстрѣливались десятки лиц. «Еще до-нынѣ не установлено дѣйствительное число погибших в тѣ дни; неизвѣстно куда их трупы дѣвались. Отдѣльныя, очень частыя нападенiя происходили и на евреев. Было не мало импровизированных, а то и организованных, погромных выступленiй на улицах Кiева. Еврейскiй министр не имѣл власти остановить эти дикiе эксцессы… и 16 января 1918 г. он вручил Радѣ свою отставку»[91].

Антисемитская агитацiя в Кiевѣ была так сильна, что на засѣданiи Рады 20-го января сiонистская фракцiя внесла об этом запрос, предлагая Радѣ обратиться к населенiю со спецiальным воззванiем о недопустимости нацiональной травли. Характерно то обстоятельство, что один из вождей украинской с.-д., Б. Мартос, высказался против такого воззванiя, упрекнув «нацiональныя меньшинства» в том, что они недостаточно энергично поддерживали Раду в ея борьбѣ с большевиками. Особенно рѣзко он выступил против «Бунда», который, по его словам, «ведет двуличную политику в отношенiи Рады»[92]. В результатѣ было принято постановленiе, чтобы воззванiе к населенiю выпустили соцiалистическiя фракцiи. Такое воззванiе было опубликовано: с одной стороны оно призывало населенiе поддержать Раду в борьбѣ с большевиками, а с другой — предостерегало от нацiоналистической травли. В тѣ дни озлобленiя и паники, когда город находился под непрерывным обстрѣлом большевистских пушек, во время котораго погибло нѣсколько сот человѣк мирнаго населенiя, погромное настроенiе сильно обострилось; были сдѣланы даже попытки разгрома еврейских лавок. К этому времени относятся первыя погромныя выступленiя «вiльных козаков» Ковенко. Происходит организованное нападенiе на помѣщенiе Союза евреев-воинов и разгром Союза. Явившiйся для об'ясненiя предсѣдатель исполнительнаго комитета Союза, Iона Гоголь, был в стѣнах комендатуры звѣрски убит (20 января).

IV

Рост антисемитизма в Россiи. — Отношенiе центральных органов Совѣтов и Временного Правительства. — Отношенiе украинской власти. — Воззванiя А. Шульгина, Винниченко и Петлюры. — Воззванiе еврейскаго ген. секретаря. — Комиссiя по борьбѣ с анархiей. — «Оазис порядка». — Безсилiе и нейтралитет украинской власти. — Вопрос о самооборонѣ. — Еврейскiе солдаты на фронтѣ и погромы. — Конференцiи Союза евреев-воинов. — Проект о еврейских воинских отрядах. — Отношенiе еврейскаго министерства; надежды на «вiльных козаков». — Вопрос о самооборонѣ в еврейском National-Rat'ѣ. — Защитники и враги вооруженной самообороны. — Еврейскiя дружины. — Роль еврейскаго министерства в борьбѣ с погромами. — Надежды провинцiальнаго еврейства.

Антисемитская агитацiя и погромное настроенiе, постепенно наростая не только на югѣ, но и в цѣлом рядѣ мѣст Россiи, приняли такой угрожающiй характер, что обратили на себя вниманiе революцiонных органов власти. Юдофобская агитацiя шла также среди солдат, сопутствуя развалу армiи и наростающей демобилизацiи. Эта агитацiя приняла в нѣкоторых мѣстах такiе серьезные размѣры, что, напримѣр, областной фронтовой с'ѣзд в Одессѣ, в iюнѣ 1917 года, постановил, «в виду опасности антисемитской агитацiи для русской революцiи», просить Временное Правительство «принять мѣры защиты против угнетенiя евреев»[93]. Но центральные органы власти уже сами обратили вниманiе на опасность антиеврейской агитацiи. В концѣ iюня первый Всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов в Петроградѣ принял единогласно рѣшительную резолюцiю против антисемитизма, в которой призывал всѣ мѣстные Совѣты «зорко слѣдить за всякими происками антисемитских групп и агитаторов», вести просвѣтительную работу среди народа и обѣщал еврейским народным массам «стать грудью на их защиту от всяких попыток каких либо насильственных дѣйствiй против евреев»[94]. Позже, к октябрю, когда погромное настроенiе еще болѣе усилилось, Центральный Исполнительный Комитет Совѣтов принял, послѣ доклада представителя «Бунда», Р. Абрамовича, рѣшительную резолюцiю о борьбѣ с погромным движенiем. «В различных мѣстностях Россiи, — гласила резолюцiя, — толпы озлобленных, темных, а часто и отуманенных спиртом людей… громят, грабят, совершают безчинства, насилiя и убiйства». Резолюцiя эта также рекомендует зорко слѣдить за происками погромных агитаторов и развить агитацiю против погромов. Как конкретную мѣру Ц. И. К. Совѣтов предложил созданiе особых комиссiй с участiем партiи, рабочих организацiй, представителей власти, в цѣлях «идейной борьбы против погромной агитацiи и организацiи защиты граждан»[95]. Погромныя событiя обратили на себя вниманiе также и Временнаго Правительства. 27-го сентября оно обсудило этот вопрос и рѣшило принять экстренныя мѣры. «В цѣлом рядѣ городов, — гласит его постановленiе, — происходят крупные безпорядки и погромы на почвѣ преимущественно продовольственной неурядицы, принимающiе часто, особенно на югѣ, антиеврейскiй характер». Видя причину анархiи в отсутствiи на мѣстах твердой власти, правительство постановило создать там «особые комитеты Временнаго Правительства, с участiем представителей мѣстных общественных учрежденiй, главным назначенiем которых явится подавленiе безпорядков». Правительственным комиссарам предоставляется в цѣлях подавленiя и предупрежденiя безпорядков «примѣнять всю полноту власти»[96]. Несмотря на самыя благiя намѣренiя этих постановленiй, они на дѣлѣ не были осуществлены. Ц. И. К. Совѣтов и Временное Правительство даже не сговорились между собой по вопросу о созданiи «комиссiй» и «комитетов» по борьбѣ с погромами, и каждый из них отдѣльно вырабатывал свои мѣры.

Но в центральной Россiи, несмотря на сильное антисемитское настроенiе, антиеврейское движенiе не приняло активнаго характера погромов; извѣстны только серьезные эксцессы, возникшiе в сентябрѣ в Тамбовѣ. Между тѣм на югѣ, на Украинѣ, в это время начиналось уже, как мы видѣли, довольно широкое погромное движенiе, захватившее вскорѣ много десятков пунктов. Постановленiя петроградских органов власти, если-бы они и были реальны, не имѣли-бы вообще силы на Украинѣ, гдѣ фактически дѣйствовала своя, нацiональная власть.

Отношенiе украинской власти к насилiям над еврейским населенiем было первоначально вполнѣ опредѣленное — она пыталась с ними бороться всѣми имѣющимся у нея средствами, как пыталась вообще остановить анархiю в краѣ. За мѣсяц слишком до перваго запроса в Радѣ о погромах генеральный секретарь по дѣлам нацiональных меньшинств, А. Шульгин, в рѣшительных выраженiях осудил в спецiальном воззванiи антиеврейскую агитацiю. Это воззванiе слѣдует считать первым выступленiем украинской власти в вопросѣ о погромах. «Из различных мѣст Украины, — гласит оно, — приходят печальныя свѣдѣнiя, что помимо обычных грабежей, поджогов и т. п. замѣчаются также попытки устройства еврейских погромов и грабежа еврейскаго добра. Преступные агитаторы, пользуясь темнотой народной массы, пытаются раздуть чувства нацiональной вражды… Всѣ сознательные украинцы должны со всей своей энергiей помочь Генеральному Секретарiату и мѣстной администрацiи в их борьбѣ против этого проклятiя, которое перешло к нам в наслѣдство от царскаго режима»[97]. Вслѣд за этим генеральный секретарь по внутренним дѣлам, В. Винниченко, также обратился к губернским и уѣздным украинским комиссарам с экстренным циркуляром по тому-же вопросу. «Темными элементами ведется погромная агитацiя среди толпы, особенно в дни ярмарок и базаров и в других мѣстах скопленiя народа, причем были случаи, когда эта агитацiя приводила к разгрому лавок и частных домов». Циркуляр предписывает властям на мѣстах принимать рѣшительныя мѣры борьбы против такой агитацiи и безчинств и присылать вооруженную охрану[98]. Хотя в циркулярѣ был почему-то обойден вопрос о том, против кого бывают направлены обыкновенно погромныя безчинства, но было ясно, что рѣчь идет о евреях. Эти мѣры были приняты, благодаря влiянiю вице-секретарiата по еврейским дѣлам. Нѣсколько позже, в ноябрѣ, с воззванiем к солдатам по поводу погромов обратился и С. Петлюра, ген. секретарь по войсковым дѣлам. «Не допускайте погромов и безпорядков, — гласило воззванiе, — ибо если допустите их, вы позором покроете славное имя украинскаго войска. Никакiе погромы не должны имѣть мѣсто на нашей землѣ»[99]. Сообщая о мѣропрiятiях, принимаемых правительством, оффицiоз евр. вице-секретарiата (мы имѣем в виду газ. «Naie Zait», орган «Об'единенных еврейских соцiалистов») писал: «Но надо быть на стражѣ и слѣдить, исполнили-ли мѣстные комиссары этот приказ, дѣйствительно-ли войска оказали содѣйствiе комиссарам, ведет-ли прокуратура слѣдствiе против виновных»[100].

Вопрос о погромах не мало волновал тогда еврейскiя партiи и обсуждался на засѣданiях National-Rat'а («Еврейская народная рада») — нацiональнаго совѣта, образовавшагося при секретарiатѣ по еврейским дѣлам из представителей партiй. На засѣданiи 5-го ноября было сообщено, что Генеральным Секретарiатом, совмѣстно с еврейским секретарiатом, принимаются всѣ мѣры к наказанiю виновных, что многiе агитаторы и участники погрома уже арестованы. Согласно постановленiю этого засѣданiя, генеральный секретарь по еврейским дѣлам, М. Зильберфарб, выпустил спецiальное воззванiе к еврейскому населенiю. Указывая, что волна погромов, захлестнувшая ряд еврейских городов и мѣстечек, является результатом общей анархiи, охватившей страну, воззванiе говорит: «В дѣйствительности, однако, опасенiе погромов имѣет в украинских губернiях меньше основанiя, чѣм гдѣ-бы то ни было… Если во всѣх остальных областях Россiи нѣт в настоящiй момент твердой государственной власти и во многих мѣстах проливается не мало крови, то на Украинѣ власть тверда и прочна. А эта власть стремится здѣсь всѣми силами гарантировать и обезпечить порядок и спокойствiе для всѣх народностей, населяющих Украину. Генеральный Секретарiат твердо рѣшил не допускать на территорiи Украины никаких безчинств и безпорядков… Не теряйте только мужества, граждане-евреи»[101]. Так оптимистически были тогда настроены еврейскiе дѣятели.

Среди мѣр, предпринятых украинским правительством для подавленiя безпорядков, отмѣтим проект «Особаго совѣщанiя» («нарад») для борьбы с анархiей на Украинѣ, которое должно было составиться из представителей секретарiата внутренних дѣл, военнаго, нацiональных вице-секретарiатов и представтелей общественных организацiй. «Разростающаяся на Украинѣ анархiя, — говорится в циркулярѣ, разосланном в эти вѣдомства по поводу проекта, — помимо подрыва авторитета власти, является также фактором, разрушающим мирное сожительство населяющих Украину народностей и во многих случаях причиняет непоправимый вред интересам нацiональных меньшинств»[102]. Такая комиссiя («Особое совѣщанiе») по борьбѣ с анархiей была дѣйствительно учреждена, но она в общем оказалась бездѣятельной и ни в какой мѣрѣ не повлiяла на судьбу погромнаго движенiя в краѣ. В ноябрѣ и декабрѣ 1917 г. движенiе приняло еще болѣе широкiй, чѣм прежде, характер. Давая на засѣданiи 14 декабря, во время восьмой сессiи Центральной Рады, отчет о дѣятельности еврейскаго ген. секретарiата, М. Зильберфарб указал, как много сил и энергiи было секретарiатом потрачено на борьбу с погромами и обратился к Радѣ с призывом присоединиться к этой борьбѣ.

Но украинское правительство, очевидно, не в силах было с этим движенiем бороться, или боролось с ним недостаточно энергично. В самый разгар анархiи в краѣ и безчинств над евреями В. Винниченко заявил на засѣданiи той-же восьмой сессiи Рады, что «Украина является теперь оазисом порядка». Когда-же еврейскими представителями ему было указано на волну еврейских погромов, он ограничился отвѣтом, что «иногда извѣстiя о погромах являются преувеличенными, и пустой случай выдается за погром». В отвѣт на вторичный запрос в Малой Радѣ о погромах, В. Винниченко сказал: «Генеральный Секретарiат, конечно, отнюдь не примирился с этим вопiющим явленiем… Но творятся, к сожаленiю, еще большiя погромы, и если прiйдут на Украину большевики, то случится всеобщiй погром. Этим и об'ясняется невозможность принятiя рѣшительных мѣр. С мѣст берется все самое сильное и посылается на украинско-русскiй фронт для защиты Украины». В извѣстном смыслѣ вѣрно было указанiе, что размѣры погромнаго движенiя иногда преувеличивались, как мы это видѣли. Но в таком отвѣтѣ главы правительства евреям чудилось проявленiе равнодушнаго отношенiя к погромным эксцессам. Когда был внесен первый запрос о погромах, 28 ноября, генеральный секретарь по войсковым дѣлам (т. е. военный министр) С. Петлюра сказал: «Погромы падают на прифронтовую полосу, гдѣ чрезвычайно много разных запасных воинских частей. Эти части и дѣлают погромы… Разгрузка тыла от праздных запасных частей встрѣчала препятствiя бюрократическаго характера, но эта реформа вскорѣ будет произведена. Секретарiат будет вскорѣ также имѣть достаточно военной силы, при помощи которой можно будет рѣшительно бороться с анархiей»[103]. Такой силы у украинской власти, однако, не оказалось. Внося в срединѣ декабря вторичный запрос в Раду о погромах, представитель сiонистской фракцiи, Н. Сыркин, сказал: «Генеральный Секретарiат в послѣднее время как будто перестал проявлять прежнюю чуткость к воплям жертв и как будто фаталистически примирился с ними». В статьѣ «Украина, исполни долг свой!» тот-же представитель сiонистов писал: «Прежде, при первых свѣдѣнiях о погромѣ или даже только об опасности погрома, Генеральный Секретарiат бывало живо реагирует… Теперь-же он выслушивает донесенiе о погромах и просьбы о помощи, как прiѣвшуюся пѣсенку… и никакiя практическiя мѣры не принимаются»[104]. На том самом засѣданiи Рады, гдѣ Винниченко назвал Украину «оазисом порядка», представитель «Бунда» внес предложенiе о принятiи правительством энергичных мѣр для подавленiя анархiи в краѣ и ликвидацiи погромнаго движенiя. Когда в Таращѣ, Кiевской губ., начался погром, еврейскiе общественные дѣятели в Кiевѣ обратились, 17 декабря, к губернскому комиссару Саликовскому за помощью; тот отвѣтил, что «ежедневно получает массу телеграмм о погромах, но помочь не может, так как у него нѣт необходимой воинской силы». То же самое отвѣтил и начальник украинской части, генерал Богуславскiй, к которому еврейскiе представители тогда обратились[105].

Безсилiе власти и недостаточность правительственных мѣр привели часть еврейских дѣятелей к мысли о вооруженной самооборонѣ. Но в этом вопросѣ среди еврейских партiй не было единодушiя. Внося в концѣ ноября от имени сiонистской фракцiи запрос о погромах, I. Шехтман при этом заявил: «Со всѣх сторон поступают к нам настойчивыя требованiя еврейских солдат, чтобы им разрѣшено было организовываться в спецiальныя дружины для защиты жизни и чести своих отцов, матерей и сестер… Не находит ли Генеральный Секретарь возможным разрѣшить воинам-евреям организовать спецiальныя дружины для охраны еврейскаго населенiя?» С. Петлюра в своем отвѣтѣ высказался в принципѣ за еврейскiя дружины, обѣщая кромѣ того в наиболѣе угрожаемых мѣстах размѣщать свои «надежныя воинскiя части». Однако, против предложенiя сiонистов выступили тут-же в Радѣ лидеры еврейских соцiалистических партiй. Представитель «Бунда», М. Рафес, нашел, что особыя еврейскiя воинскiя части будут только способствовать погромам, а М. Шац-Анин, от имени «Об'единенных» заявил, что такiя особыя части «против интересов и воли народа». В том-же смыслѣ высказывался даже представитель болѣе умѣренной «Volkspartei». Вопрос этот в Радѣ больше не поднимался. Когда в декабрѣ был внесен второй запрос о погромах, В. Винниченко сообщил, что «Генеральный Секретарiат принимает всѣ мѣры к выдѣленiю воинских частей для прекращенiя погромов». Но обѣщанiя эти ни к чему не привели. Присланные украинскiе отряды часто сами становились в ряды громил. Особенно непрочной гарантiей оказались образованные тогда на мѣстах охранные отряды так наз. «Вольнаго казачества».

Ненадежность украинских частей привела тогда организацiю Союза евреев-воинов к мысли о самостоятельном формированiи еврейских воинских дружин. Участившiяся насилiя против евреев, вспыхнувшiя сразу в рядѣ мѣст, вызвали огромное возбужденiе среди еврейских солдат русской армiи, находившихся на фронтѣ. Характерной в этом смыслѣ является резолюцiя протеста, принятая на собранiи представителей солдат-евреев 10 пѣхотной дивизiи, — тогда, когда движенiе только начиналось. «Каждый день, — говорилось в резолюцiи, — мы с болью и слезами читаем о звѣрствах, чинимых над еврейским народом темными, безотвѣтственными, а подчас и организованными силами. Великая русская революцiя, возвѣстив странѣ и всѣм народам ея зарю истинной свободы, оказалась безсильной, чтобы остановить злую агитацiю и проявленiе ея против евреев». Выражая протест, солдаты-евреи писали: «Требуем, чтобы повсюду мѣстные представители власти и выборныя организацiи воспрепятствовали всѣми мѣрами всяким антисемитским выступленiям. Требуем принятiя рѣшительных мѣр, дабы солдаты-евреи, вѣрные свободѣ и революцiи, могли спокойно исполнять свои обязанности»[106]. С аналогичными резолюцiями выступили и организацiи евреев-солдат 224-го пѣхотнаго Юхновскаго полка, 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса и друг.[107]. Это настроенiе евреев-солдат передалось и общим руководящим органам русской армiи. Так, напримѣр, дивизiонный комитет той же 10 пѣхотной дивизiи принял, по предложенiю представителей солдат-евреев, антипогромную резолюцiю, в которой он «выражает протест по поводу позорных явленiй, массовых погромов, и настаивает на принятiи самых энергичных мѣр для предотвращенiя и пресѣченiя подобных явленiй»[108].

Вопрос о мѣрах борьбы с погромами серьезно занял вниманiе первой конференцiи Союза евреев-воинов, происходившей в Кiевѣ 10 — 13 октября 1917 г. «В Россiи в настоящее время господствует толпа», сказал докладчик по вопросу о борьбѣ с погромами. «Быстро развивающiйся в настоящее время антисемитизм есть психоз толпы». «Центральная Рада в борьбѣ с погромами безсильна. Красная гвардiя также не гарантирует дѣйствительность защиты, ибо и в Красной гвардiи развивается антисемитизм». «Необходима организацiя еврейской самообороны в самых широких размѣрах, самообороны организованной, внушающей к себѣ серьезное отношенiе»[109]. В этом смыслѣ и было принято конференцiей постановленiе. Проект этот уже не раз обсуждался в рядах Союза. На мѣстах-же в это время уже начали образывываться явочным порядком еврейскiя дружины.

Вопрос о вооруженной самооборонѣ стал особенно остро послѣ октябрьскаго переворота, когда массы «вырвались из под надзора», как говорится в матерiалах Союза. Волна эксцессов все больше и больше разросталась, и о еврейских дружинах снова заговорили, но на этот раз болѣе конкретно. Так, на общем собранiи евреев-солдат 19 пѣхотной дивизiи, стоявшей в Новоселицах, была принята резолюцiя, гласящая: «Мы, евреи, окопные солдаты, требуем, как от Центральной Рады, так и от центральной россiйской власти, организацiи из тыловых частей дружин из солдат-евреев и других нацiй, сочувствующих идеѣ обороны беззащитных еврейских масс от погромов. Эти дружины должны быть вооружены и находиться в постоянном распоряженiи генеральнаго секретарiата по еврейским дѣлам на Украинѣ, а в центральной Россiи — у демократически избранных общин, а затѣм Всероссiйскаго еврейскаго с'ѣзда»[110]. Произошедшiй приблизительно в это время третiй армейскiй с'ѣзд XI армiи, также стоявшей на Украинѣ, выразил по предложенiю делегата от еврейской военной организацiи, в особой резолюцiи свой протест против погромов, признав «святым долгом революцiонной демократiи принять участiе в самооборонѣ, организуемой евреями», находя также желательным образованiе отдѣльных еврейских частей[111]. Корпусный комитет 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса также принял постановленiе: «выдѣлить особые отряды из евреев и охотников для охраны еврейскаго населенiя»[112].

Но для планомѣрной организацiи отрядов самообороны требовалась оффицiальная санкцiя. Гарнизонное собранiе евреев-воинов в Кiевѣ нѣсколько раз принимало об этом постановленiе (в концѣ октября и в декабрѣ). На собранiи 21-го декабря евреи-солдаты Кiевскаго гарнизона осудили «нерѣшительную политику еврейскаго секретарiата (министерства) в дѣлѣ способствованiя проведенiю в жизнь постановленiя об образованiи еврейских воинских частей» и потребовали от него немедленной организацiи таких отрядов и выработки совмѣстно с Союзом евреев-воинов рѣшительных мѣр неотложной борьбы с погромами. «В случаѣ неудовлетворенiя еврейским секретарiатом в теченiе трех дней настоящаго требованiя», организацiя Союза евреев-воинов оставляет за собою свободу дѣйствiй, т. е. право самостоятельнаго формированiя отрядов[113]. И дѣйствительно, вскорѣ, 30-го декабря, в Кiевѣ открылась вторая конференцiя Союза, на которой был выбран устав о созданiи еврейских дружин. Устав этот, под названiем «Проект положенiя о воинских отрядах еврейской самообороны, расположенных на территорiи Украинской Народной Республики», был затѣм представлен в генеральный секретарiат по войсковым дѣлам, а послѣднiй передал его в секретарiат по еврейским дѣлам. Цѣли и характер отрядов, согласно «положенiю», опредѣлялись слѣдующим образом: «Охрана чести и достоинства, жизни и имущества еврейскаго населенiя и защита его от анархически-погромных выступленiй, с чьей бы то ни было стороны, на территорiи Украинской Народной Республики. Отряды не принимают участiя ни в каких видах политической и межнацiональной борьбы, поскольку таковая не угрожает жизни и благосостоянiю еврейскаго населенiя». Отряды состоят из кадра, куда входят солдаты дѣйствительной службы, но негодные к строю, и из резерва-добровольцев, лиц не военнаго званiя. В отношенiи высшаго командованiя отряды должны находиться на общих основанiях с прочими частями войск; при высшем командном составѣi округов должны по дѣлам отрядов еврейской самообороны находиться представители Союза евреев-воинов; вооруженiе, довольствiе, обмундированiе еврейскiе отряды получают на общих основанiях с другими воинскими частями[114].

Еврейское министерство явно не было согласно с этими планами о еврейских дружинах. «Генеральный секретарiат по еврейским дѣлам, говорится в матерiалах Союза евреев-воинов, отнесся к проекту положенiя в цѣлом отрицательно, и в свою очередь предложил в видѣ компромисса образовать «Вiльне козацтво», имѣя 40 еврейских инструкторов»[115]. Союз с этим не согласился и на свою отвѣственность продолжал организацiю отрядов. Отношенiе еврейскаго министерства[116] к вопросу о еврейских отрядах было не случайным: оно, как увидим дальше, отражало настроенiе еврейских лѣвых партiй, руководители коих выступили рѣшительно против планов Союза евреев-воинов. Особенно опредѣленно это отрицательное отношенiе проявилось со стороны National-Rat'а. На засѣдаiях 15 и 18 ноября и 4 декабря обсуждался вопрос о мѣрах борьбы с погромами. Присутствовавшiй при этом обсужденiи предсѣдатель Союза евреев-воинов, I. Гоголь, указывал на необходимость формированiя еврейских воинских отрядов: «Этого опредѣленно требуют солдаты фронта». «Мы ждать не могли, — сказал он, — и организовали для предотвращенiя погрома в Кiевѣ еврейскую воинскую самооборону; мы полагаем, что такiе отряды должны организоваться по всей Украинѣ. Мы стоим перед опасностью, что скоро дрогнет фронт и зальет всю Украину кровавой волной погромов… Против этого предложенiя рѣшительно высказались всѣ входившiя тогда в National-Rat еврейскiя партiи (сiонисты и партiи правѣе в этот перiод в National-Rat не входили). Представитель «Бунда» нашел, что «отряды самообороны опасны для самих евреев, из них создается новая военная каста и что они вызовут антисемитскую травлю». Представитель «Поалей-Цiон» нашел, что они могут даже «провоцировать погромы» и нужны лишь общiе смѣшанные воинскiе отряды с преобладанiем евреев. В том-же духѣ высказались и представители «Об'единенных евр. соцiалистов» и «Volkspartei». А представитель министерства по евр. дѣлам, И. Хургин, нашел, что «худшiй из палiативов в борьбѣ с погромами это выдѣленiе особых еврейских отрядов… Слѣдует образовать гражданскiя дружины и для этого можно использовать институт Вiльнаго козацтва»… В соотвѣтствiи с этим была единогласно принята резолюцiя, что «формированiе особых еврейских воинских частей для защиты еврейскаго населенiя вредно, как с политической стороны, так и в интересах фронта»[117], и рѣшено, чтобы при еврейском министерствѣ была образована спецiальная комиссiя по вопросу о мѣрах борьбы с погромами. К слѣдующему засѣданiю комиссiя представила свой план: при генеральном секретарiатѣ по внутренним дѣлам организуется штат в 200 инструкторов «для борьбы с анархiей», из них 50 еврейских, которые будут доставлены Союзом евреев-воинов[118].

Разногласiе среди еврейских партiй в вопросѣ о самооборонѣ находится в связи с общими разногласiями о том, нужно ли вообще евреям-солдатам на Украинѣ формироваться в особыя воинскiя части. В тот перiод шла энергичная украинизацiя войск, и евреи очутились в безвыходном положенiи: украинцы их из своих частей исключали. «Среди еврейских солдат, — пишет газ. «Naie Zait», — распространяется поэтому лозунг об образованiи еврейских батальонов, полков и дивизiй, и тогда (говорят солдаты) перестанут бросаться нами от украинцев к русским и наоборот, а главное — тогда мы сможем собственными силами бороться против погромов». Но, — возражает газета, отражая взгляды лѣвых партiй — «это принесет больше вреда, чѣм пользы, ибо вызовет сильныя тренiя между между еврейскими солдатами и нееврейскими и общим населенiем»[119]. Представители лѣвых теченiй стояли на той точкѣ зрѣнiя, что погромы есть бѣдствiе не только еврейское, а потому вся демократiя должна бороться с ними, и здѣсь нѣт мѣста спецiально еврейской самооборонѣ[120]. Резолюцiя соцiалистической фракцiи на конференцiи союза евреев-воинов Кiевскаго округа называет идею нацiональных еврейских военных формированiй «шовинистическим затемнѣнiем умов»; резолюцiя находит, что этот план «искусственным путем придает борьбѣ, которую власть ведет против уголовных преступников, характер межнацiональной войны»[121].

Другую точку зрѣнiя защищали сiонисты, стоявшiя за еврейскiя воинскiя формированiя вообще и особенно в цѣлях борьбы против погромов. «В настоящiй жестокiй момент у всѣх одна мысль, один лозунг: самооборона, еврейская нацiональная самозащита», писал Н. Сыркин в разгарѣ погромнаго движенiя. Согласно его плану самооборона должна оффицiально быть признана и получать от правительства оружiе[122]. В том-же органѣ сiонистов идея самообороны получила дальнѣйшее развитiе. «Еврейская самооборона должна в наше время носить характер только солдатской самообороны. В рядах россiйской армiи находится не меньше 400 тысяч евреев, и еврейство вправѣ требовать от своих сыновей защиты», писал главный защитник этой идеи в статьѣ «Неотложная потребность». Автор вскорѣ расширяет свое предположенiе и выступает в защиту идеи «еврейских полков» вообще. «В россiйской армiи идет безостановочный процесс нацiонализацiи, выдѣленiя из армiи частей по нацiональному составу». «Еврейскому народу угрожает, что он будет из армiи исключен и таким путем лишен возможности выполнить самый элементарный и важный долг — «долг крови». А потому необходимо формированiе отдѣльных еврейских полков, главным-же образом — для защиты от погромов»[123]. Другой поборник этой идеи еще болѣе воинственно требовал еврейских формированiй: «Теперь пора громко сказать: еврейскiе солдаты — еврейскiе полки. Еврейскiе полки — в еврейскiя мѣстечки»[124]. К этой точкѣ зрѣнiя, как мы видѣли, примыкал и Союз евреев-воинов. «Вся армiя в Россiи нацiонализируется, говорил предсѣдатель Союза, I. Гоголь, на засѣданiи National-Rat'а. — Почему поляки и мусульмане могут имѣть свои воинскiя части, а мы, евреи, нѣт?.. Жизнь толкает нас к этому. Перед нами погромная опасность».

Обстоятельства вскорѣ измѣнились, и надежды на помощь со стороны украинскаго войска совершенно исчезли. Выступавшiй на конференцiи Союза евреев-воинов 4 января 1918 представитель евр. министерства сказал: «Раньше была возможность положиться на воинскiя части, которыя предназначались властью для подавленiя погромов, но теперь… быть может наступило уже время образовать еврейскiе вооруженные отряды самообороны»[125]. Еврейское министерство, отнесшееся раньше столь отрицательно к идеѣ еврейских отрядов, теперь круто мѣняет свое мнѣнiе. В оффицiальном отношенiи на имя командующаго войсками Кiевскаго военнаго округа, 15-го января, тот-же И. Хургин (теперь товарищ министра по евр. дѣлам), который на засѣданiи National-Rat'а так рѣзко высказывался против отрядов, теперь, «исходя из отсутствiя у комиссiи по борьбѣ с анархiей реальной военной силы», настаивал на «срочном утвержденiи представляемаго проекта (положенiя конференцiи евреев-воинов), как единственной для правительственной власти реальной мѣры борьбы с погромной волной в данный момент» («Як одинокоi для урядовоi влади реальноi мiри в боротьби с погромною хвилею в сучасний момент»)[126]. Еврейское министерство, очевидно, разочаровалось в комиссiи по борьбѣ с анархiей, и в планѣ об инструкторах, из котораго ничего не вышло, и в помощи со стороны «Вiльнаго козацтва», которое скоро показало свое настоящее лицо.

Наступившiя событiя далеко отодвинули, однако, надежды на оффицiальную санкцiю еврейских отрядов самообороны. Вся линiя руководящей политики на Украинѣ пошла по совершенно иным путям. Спустя нѣсколько дней послѣ отношенiя еврейскаго министерства о еврейских отрядах украинскими войсками был разгромлен Союз евреев-воинов, убит его предсѣдатель, дѣятельность Союза фактически прекратилась, и образованiе групп еврейской самообороны на мѣстах пошло уже случайно, без организующаго центра, иногда при партiйных организацiях. При описанном отношенiи к идеѣ еврейских отрядов, которая не находила защиты даже в еврейском министерствѣ, самооборона не могла сыграть серьезной роли в предотвращенiи погромов. Однако, в рядѣ мѣст Союзу евреев-воинов удалось образованiем отрядов защитить еврейское населенiе. Так, напримѣр, в Овручѣ, Волынской губ., отдѣл Союза, получив от властей оружiе, правда послѣ погрома, сформировал отряд из 120 человѣк, который отбил новое нападенiе банды, оперировавшей в окрестностях — в Словечно, Норинскѣ и др. Благодаря отряду Союза, вызванному из Кiева, были предотвращены эксцессы в Таращѣ, Кiевской губ. В Дымерѣ, Кiевской губ., экстренно прибывшiй отряд еврейских солдат прiостановил смертный приговор, вынесенный мѣстному жителю-еврею импровизированным «народным судом» и предотвратил погром в мѣстечкѣ[127]. Во многих пунктах образовались по своей иницiативѣ еврейскiе отряды самообороны. Так, напримѣр, извѣстна еврейская дружина в Одессѣ, на которой мы позже еще остановимся. В Екатеринославѣ существовало нѣсколько дружин — при трех еврейских соцiалистических партiях и при Союзѣ евреев-воинов. В м. Лугины, Волынской губ., при повторном погромѣ, 8 января 1918 г., сорганизовалась еврейская самооборона, которая открыла стрѣльбу по громилам, при этом нѣсколько человѣк было убито, нѣсколько ранено. Цѣлый ряд мелких еврейских дружин, по 10 человѣк в дружинѣ, организовался для защиты от погромов в Заславльском уѣздѣ, Волынской губ.[128]. Еврейская дружина основалась, в концѣ 1917 г., также в Голованевскѣ, Подольской губ., - мѣстечкѣ, впослѣдствiи, в 1919 г., прославившемся своей самообороной, на чем еще прiйдется в дальнѣйшем остановиться. Во время погрома в Новоград-Волынскѣ, 20 — 23 января, выступила еврейская дружина, во главѣ с помощником коменданта, христiанином, и усмирила погром, убив 2 участников погрома[129]. Во время январских событiй в Брацлавѣ, Подольской губ., там тоже сорганизовался еврейскiй отряд. Аналогичный отряд сформировался тогда же в сосѣднем Немировѣ и, дѣйствительно, предотвратил погром во время ярмарки 19 января, разогнав выстрѣлами злоумышленников, при этом один член отряда был ранен[130]. В Макаровѣ, Кiевской губ., когда толпа крестьян во время ярмарки напала, 21 ноября 1917 г., на еврейскiя лавки и стала их грабить, она встрѣтила отпор со стороны группы мѣстных евреев, при этом нѣсколько евреев было тяжело ранено[131]. Таких отдѣльных случаев было не мало, но широкаго распространенiя самооборона не получила и не носила планомѣрнаго, организованнаго характера. С наступленiем новых событiй на Украинѣ, особенно с приходом нѣмцев, многiя еврейскiя дружины были разоружены; нѣкоторыя-же дружины, как увидим ниже, были разоружены большевистскими частями.

Очень важную роль в противодѣйствiи погромам путем обращенiя к властям сыграло еврейское министерство. Со средины октября 1917 года в вице-секретарiат по еврейским дѣлам стали стекаться со всѣх захваченных эксцессами или угрожаемых пунктов жалобы, просьбы и даже требованiя о заступничествѣ. Число обращенiй в ноябрѣ и декабрѣ значительно возросло. Дѣятельность еврейскаго министерства в дѣлѣ борьбы с погромами выразилась в обращенiях к различным органам власти или в судебныя инстанцiи о принятiи мѣр: к центральной власти — о принятiи общих мѣр и посылки охраны, к прокурору судебной палаты (или военно-окружного суда) — о «немедленном назначенiи слѣдствiя и привлеченiи виновных к законной отвѣтственности», к губернскому комиссару или начальнику милицiи — о высылкѣ воинскаго отряда или о разслѣдованiи; в нѣскольких случаях оно обращалось за содѣйствiем также и к Совѣту рабочих депутатов. Хотя еврейское министерство дѣйствовало в качествѣ правительственнаго органа, оно фактически явилось в роли заступника, и его обращенiя не всегда увѣнчивались успѣхом. Однако, по его требованiю в ряд мѣст были посланы воинскiе отряды (в Умань, в Каневскiй уѣзд и друг.). В нѣкоторые пункты были посланы спецiальныя слѣдственныя комиссiи, с участiем его представителя. Так было в Сквирѣ и в Каневѣ; в этих мѣстах, также в Черкассах и в других пунктах прокуратурой, благодаря этим комиссiям, начато было слѣдствiе. Отношенiе органов мѣстной власти к обращенiям еврейскаго министерства было не всегда одинаковое, чаще всего были случаи полнаго игнорированiя. Когда евр. министерство (секретарiат) обратилось к кiевскому губернскому инспектору милицiи с просьбой смѣстить начальника милицiи в Макаровѣ, поддерживающаго в мѣстечкѣ погромную агитацiю, то получила от инспектора милицiи короткiй отказ: «Не вижу законных основанiй для смѣщенiя с должности начальника милицiи в Макаровѣ»[132]. Таков был отвѣт губернской милицiи на требованiе органа, играющаго роль министерства! Еврейское министерство пыталось принимать и другiя мѣры: оно выработывало законопроект о возмѣщенiи за счет государства убытков, причиненных во время погромных эксцессов, но мысль эта движенiя не получила. Роль министерства не ограничивалась, однако, этими оффицiальными выступленiями и отношенiями; не менѣе важно было личное воздѣйствiе стоявших во главѣ его лиц и лидеров еврейских соцiалистических партiй вообще на руководителей украинской политики в дѣлѣ защиты еврейскаго населенiя. Так, по всему видно, что мысль об «особом совѣщанiи по борьбѣ с анархiей» была инспирирована ими, как и план об институтѣ инструкторов при министерствѣ внутренних дѣл для борьбы с анархiей. Впрочем, как «особое совѣщанiе», так и институт инструкторов ни к каким результатам не привели.

Отношенiе провинцiальнаго еврейства, захваченнаго эксцессами, к еврейскому министерству было, в общем, довѣрчивое. Иногда доходило до курьезов. Так, напримѣр, жители м. Макарова, жалуясь на своего начальника милицiи, пишут, что «он донимает мѣстечко поборами; раньше для него и 10 рублей были монетой, теперь подавай ему 100 руб., и этого ему мало». «Великiй господин, — обращаются они к еврейскому министру, — свѣтось Израиля, убери его из нашего мѣстечка и пришли нам хотя бы болѣе дешеваго»…[133]. Но не всѣ так наивно реагировали на насилiя. Еврейскiй общинный комитет м. Мястковки, Подольской губ., пережив раз погром и ожидая повторенiя, обращается в еврейское министерство с просьбой: выслать немедленно вооруженную охрану из 20 человѣк, затѣм «указать нам, гдѣ мы могли бы на наши деньги прiобрѣсти необходимое число оружiя, чтобы раздѣлить между тѣми, кто способен носить его», а также прислать прокурора для производства слѣдствiя и обыска у громил награбленных вещей[134]. В обращенiях к еврейскому министерству встрѣчаются и выраженiя рѣзкаго недовольства отрицательным отношенiем к формированiю еврейских отрядов. Какой то «ограбленный еврейскiй портной из Овруча» в обширном и очень характерном письмѣ спрашивает: «Гдѣ же наш National-Rat, который должен защищать нацiональные интересы на Украинѣ?.. Что они себѣ думают, сидя у себя в кабинетах, в то время, как еврейское населенiе терпит грабежи и издѣвательства от банд дезертиров-погромщиков? Кто лучше может защитить отцов, матерей, братьев и сестер, чѣм Союз евреев-воинов?.. И если-бы мы ждали помощи от Рады, вмѣсто того, чтобы организовать самооборону, погром продолжался-бы еще, как это было в остальных мѣстечках»[135].

У обывателя крылась еще вѣра, что еврейское министерство, National-Rat и еврейскiя руководящiя партiи могли-бы, при правильной линiи поведенiя, воздѣйствовать на направленiе украинской политики в отношенiи еврейскаго вопроса. Но дальнѣйшiй этап в еврейско-украинских отношенiях показал неосновательность этих надежд.

V

Украинизацiя армiи и исключенiе евреев. — Первые украинскiе войсковые кадры; лагерь Раштат в Германiи. — Богунскiй полк. — Возникновенiе «вiльнаго козацтва»; исключенiе евреев. — Роль «вiльных козаков» в погромах. — Побѣда большевиков и бѣгство Рады в Житомiр. — Возвращенiе украинской армiи в Кiев и погромное настроенiе. — Нацiональная политика большевиков на Украинѣ. — «Пятаковщина». — Разлив большевизма. — Отношенiе еврейских партiй к большевикам; Рада или большевистская власть? — Бѣгство Рады и «нейтралитет меньшинств». — Еврейскiй обыватель и украинская идея. — Руссификацiя, централизм и ассимиляцiя. — «Измѣна евреев». — Симптомы ограниченiя равноправiя. — Насильственная украинизацiя. — Растущiй шовинизм.

С приближенiем побѣды большевизма украинцы всѣ надежды возложили на активное нацiональное сопротивленiе и на оставшiяся им вѣрными части украинской армiи. Как всегда во время войны и военно-нацiоналистическаго курса, легко рождались подозрѣнiя и упреки в «измѣнѣ». В этот перiод на Украинѣ впервые появились тѣ два обвиненiя против евреев, которыя позже сыграли такую роковую роль, как поводы к погромам: «Евреи — враги Украины», «евреи — на сторонѣ большевиков». Когда в срединѣ января 1918 г., во время девятой сессiи Центральной Рады, еврейскими представителями был снова поднят вопрос об эксцессах, евреев в отвѣт обвинили в уклоненiи от участiя в армiи. От евреев потребовали, чтобы они «доказали свою преданность украинской республикѣ» и «отмѣжевались от большевиков», заявив об этом в спецiальном воззванiи. Лидер «соцiалистов самостiйников» Степаненко однажды бросил в Радѣ упрек евреям, что они стоят в сторонѣ в то время, когда нужно защищать Украину.

Формально упрек мог казаться правильным. В украинской армiи евреев, дѣйствительно, не было, как не было, впрочем, никого из нацiональных меньшинств. Но это вѣрно только формально. Украинская армiя строилась исключительно, как армiя нацiональная, благодаря усилiям самих-же украинских дѣятелей. Когда эта армiя впервые стала формироваться, путем украинизацiи военных частей, то евреи были при этом исключены. Многочисленные факты подтверждают это[136]. В началѣ ноября, напримѣр, евреи-солдаты 13-го запаснаго полка жаловались на исключенiе их из полка в виду его украинизацiи[137]. На эти случаи живо реагировали тогда еврейскiя военныя организацiи. Так, еврейская организацiя 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса вынесла резолюцiю, что «считает этот факт антидемократическим и противорѣчащим принципам нацiональной терпимости, неоднократно провозглашенным Украинской Радой»[138]. Еще рѣзче отозвались на украинизацiю солдаты-евреи 12-ой пѣхотной дивизiи. Привѣтствуя «украинскiй народ в его нацiональном освободительном движенiи и Центральную Раду, провозгласившую нацiонально-персональную автономiю», евреи-солдаты находят, однако, что «украинизацiя фронта не есть мѣра укрѣпленiя революцiи». «В случаѣ, - гласит резолюцiя дальше, — если части дивизiи будут украинизироваться, евреи-солдаты, жители Украины, обязаны остаться в своих частях, но напоминая, что ни в какую братоубiйственную, гражданскую войну, противорѣчащую интересам революцiи, не вступят»[139]. Откликнулись на это и нѣкоторыя общiя военныя организацiи. Третiй с'ѣзд XI армiи вынес спецiальную резолюцiю, что он считает исключенiе евреев из украинизируемых частей актом антидемократическим и находит справедливым, чтобы из исключенных при нацiонализацiи армiи евреев «составлять, при их желанiи, отдѣльныя еврейскiя части»[140].

Вопрос об исключенiи евреев из украинизируемых частей обсуждался и на засѣданiях National-Rat'а, по иницiативѣ представителей Союза евреев-воинов, в связи с вопросом о формированiи еврейских отрядов самообороны. На 6-м засѣданiи была принята резолюцiя слѣдующаго содержанiя: «Еврейская демократiя должна бороться против того, чтобы армiя на Украинѣ организовывалась на нацiональном принципѣ, и требует от Укр. Рады, чтобы строго соблюдался принцип территорiальнаго строенiя… Украинскiй генеральный секретарь по войсковым дѣлам должен издать спецiальный приказ о том, что недопустимы никакiя попытки исключенiя каких-бы то ни было украинских граждан из украинской армiи и возбужденiе солдат-украинцев против солдат-неукраинцев»[141]. Образованная при еврейском генеральном секретарiатѣ, по предложенiю National-Rat'а, спецiальная комиссiя по этому вопросу представила к слѣлующему засѣданiю, 4-го декабря 1917, свои постановленiя совпадающiя с приведенными («издается приказ по Украинѣ, что украинская армiя должна быть территорiальной, а не нацiональной»). Еврейскiй генеральный секретарiат запросил С. Петлюру, какой принцип положен в основу украинизацiи войск — территорiальный или нацiонально-персональный, но опредѣленнаго отвѣта от него не получил. Касаясь этого вопроса, «Naie Zait» писала, что евреи солдаты и юнкера находятся в безвыходном положенiи: «уйти в чисто-русскiе полки их удерживает простой политическiй такт, так как это означало-бы демонстрировать свое непрiязненное отношенiе к Украинѣ», а из украинских полков их выбрасывают[142].

Таковы были общiя условiя формированiя украинской армiи. Был еще момент психологическiй. Строители нацiональной армiи всѣми мѣрами пытались возродить военный романтизм историческаго прошлаго Украины, — дух гайдамачины, запорожской сѣчи и разгульнаго казачества. Имена Хмѣльницкаго, Гонты, а позже Наливайко, в память коих были образованы спецiальные полки, удовлетворяли этому чувству украинскаго романтическаго нацiонализма, но эти имена разно говорили историческим воспоминанiям и чувствам украинцев и евреев… Культивируемый в этой нацiональной армiи дух шовинизма неизбѣжно вел к юдофобiи и дал почувствовать евреям, что былыя традицiи вольной жестокой гадамачины воплощаются нынѣ в жизни. Живописный «гайдамак», «сине-жупанник» и «сѣчевик» с красным шлыком скоро стали в современной Украинѣ угрозой для еврейскаго населенiя, как это было на Украинѣ 17-го или 18-го вѣка.

Начало украинской армiи слѣдует отнести к тому перiоду, когда, как мы видѣли, из русской армiи стали самостоятельным путем выдѣляться украинскiя части и когда в Кiевѣ образовался вначалѣ «Первый полк имени Богдана Хмѣльницкаго», а затѣм и ряд других полков. Генеральный войсковой комитет (во главѣ котораго стоял С. Петлюра) придавал этому процессу планомѣрный характер. Сформированные полки по большей части отличались своим неустойчивым настроенiем. Нацiонально воодушевленные, нерѣдко бурно шовинистическiе, многiе из этих полков в самую трудную для украинцев минуту перешли на сторону большевиков. Выше мы видѣли, сколько хлопот полк имени гетмана Полуботько причинил правительству, отказываясь идти на фронт и готовясь захватить власть. Послѣ третьяго Универсала, в ноябрѣ 1917 г., было приступлено к образованiю совершенно самостоятельной украинской армiи, независимой от русской. В началѣ января Радой был принят закон об образованiи украинской народной армiи. Но под напором большевиков имѣющiяся украинскiя части почти распались. Послѣ заключенiя мира с центральными державами, в февралѣ 1918 года, украинское правительство приступило к формированiю новой регулярной армiи. Ядром этой армiи послужило нѣсколько полков «сѣчевиков» («сiчовых стрильцiв»), сформированных в Германiи из украинских военнопленных в лвгерѣ Раштат (Баден). Начало военной организацiи «сѣчевиков» в этом лагерѣ относится еще к 1916 году, когда был образован «Первый запорожскiй полк имени Тараса Шевченко». В лагерѣ Раштат нѣмцами были собраны военнопленные русской армiи, происходившiе из украинских губернiй, и здѣсь же они подвергались спецiальной украинской пропагандѣ в духѣ ненависти к «Московiи», предназначаясь для борьбы против Россiи, с лозунгом отдѣленiя Украины. В лагерѣ была организована спецiальная организацiя «Запорожська сiч», которая готовила такiе отряды. «Главное значенiе этой организацiи, — пишет историк Раштатскаго лагеря, — заключалось в том, что она поставила украинское дѣло на почву самостiйности». «Если мы хотим видѣть первый образец сѣчевой организацiи, созданной позже на Украинѣ, то мы его имѣем в Раштатѣ. Эти «сiчи» и «вiльно козацтво», созданныя на Украинѣ в дни революцiи в 1917 году, не отличаются в основѣ ничѣм от Раштатской «сiчи»[143]. Проведенiе нѣмецких планов — руководство украинской пропагандой в лагерѣ и формированiе отрядов — принадлежало ярко-самостiйническому обществу «Союзу визволення Украiны», с его центром в Берлинѣ. Аналогичные лагеря в Германiи спецiально для украинцев и с тѣми же цѣлями имѣлись, хотя в меньших размѣрах, также в Венцлярѣ и Зальцведелѣ. Еще в началѣ существованiя Центральной Рады нѣмцы предложили нѣкоторым украинским дѣятелям эти кадры, как боевую силу против Россiи, но тогда это было отклонено. Теперь-же, послѣ мирнаго договора в Брестѣ, эти украинскiя части из нѣмецких лагерей, одѣтыя в красочные нацiональные костюмы (в «синiе жупаны»), пришли на Украину совмѣстно с нѣмцами. Из Раштата отправились тогда два полка; первым пошел полк имени Богуна. «Человѣк 800, - описывает этот случай историк лагеря, — назвали себя полком имени Богуна и 17 февраля 1918 г. выѣхали из Раштата на Украину». Вслѣд за ним послѣдовал второй полк[144]. Вернувшись на Украину, эти части явились пылкими ненавистниками «Московiи» и вообще отличались своим нацiонально-шовинистическим настроенiем. Для нас чрезвычайно цѣнно указанiе о первоначальном происхожденiи «Богунскаго полка». С «Богунским полком» нам неоднократно прiйдется встрѣчаться позже, при обзорѣ событiй в 1919 г. Полк этот явился в первые мѣсяцы 1919 г. оплотом советской армiи на Украинѣ, борясь против «петлюровцев» и за советскую власть. Но одновременно с этим «богунцы» явились грозой еврейских городов и мѣстечек, благодаря своим буйным погромным эксцессам.

Само собой понятно, что настроенiя, господствовавшiя в нацiональных украинских полках, не могли привлечь к ним еврея-солдата, если-бы он даже не был из них насильно исключен, и не могли служить достаточной гарантiей для еврейскаго населенiя. Не могли привлечь к себѣ евреев и отряды «Вiльного козацтва». «Вiльне козацтво» возникло лѣтом 1917 г. первоначально в Звенигородском уѣздѣ, Кiевской губ., гдѣ было организовано солдатом Грызло, в видѣ добровольной мѣстной охраны в селах и мѣстечках для защиты от грабежей, для ловли дезертиров и т. п., и скоро широко разрослось. «В теченiе мая — iюня нѣкоторые уѣзды Кiевщины цѣликом «покозачились», пишет историк украинской революцiи; отсюда движенiе пошло и в другiя губернiи. Начавшись в селах, «Вiльне козацтво» перебросилось затѣм и в нѣкоторые города, среди рабочих и особенно среди желѣзнодорожников[145]. На состоявшемся в Чигиринѣ, в началѣ сентября, первом с'ѣздѣ атаманом «Вiльного козацтва» был избран потомок послѣдняго гетмана, ген. П. Скоропадскiй — тот, который позже был посажен нѣмцами гетманом Украины. Первое время эта организацiя не только не была оффицiально признана, но даже встрѣтила противодѣйствiе со стороны украинскаго правительства; сентябрьскiй с'ѣзд украинских комиссаров даже постановил «немедленно обезоружить уже существующiе отдѣлы Вiльного козацтва». Но затѣм организацiя оффицiально санкцiонируется, милитаризируется и включается в состав украинских воинских частей. В октябрѣ 1917 г. была выработана для нея особая «инструкцiя», согласно которой она создается «для об'единенiя всѣх граждан, без различiя нацiональности»; «вiльни козаки — говорилось в инструкцiи — должны принимать всѣ мѣры, чтобы не допустить никаких погромов и грабежей». Правительство, в лицѣ Генеральнаго Секретарiата, стало возлагать на нее большiя надежды, как на организацiю, которая побѣдит анархiю на Украинѣ. Между тѣм, «вiльни козаки» все болѣе и болѣе проникаются духом «самостiйничества» и исключительнаго шовинизма и не допускают в свои ряды евреев. В обращенiи к еврейскому министерству евреи м. Ротмистровки, Кiевской губ., «энергично протестуют» против исключенiя из Вiльного козацтва записавшихся евреев и сообщают, что у них возник даже вопрос «об организацiи спецiально еврейскаго вольнаго козачества», но они нашли это нецѣлесообразным…[146].

Отношенiе к «вiльным козакам» в руководящих лѣвых еврейских кругах было первое время, как мы видѣли, вполнѣ довѣрчивое, — они не поняли природы этой организацiи. О безусловной полезности ея писал орган «Об'единенных еврейских соцiалистов» и оффицiоз еврейскаго министерства[147]. За нее стояло само еврейское министерство, даже выдвигая ее взамѣн еврейской самообороны. Призванные охранять населенiе, «вiльни козаки» вначалѣ кое-гдѣ, дѣйствительно, воспрепятствовали погромным эксцессам (напримѣр, в Бѣлой-Церкви, Черкассах, в Звенигородском уѣздѣ), но скоро они показали свое настоящее лицо. «Вiльни козаки» прiобрѣтают репутацiю участников и даже зачинщиков погромных эксцессов. Евреи из г. Канева жалуются в министерствао, что мѣстные громилы «переименовали себя в Вiльное козачество» и что их главныя требованiя — «переход всей власти, как городской, так и уѣздной в их руки, и они намѣтили начальником уѣзда главнаго громилу»[148]. Жалобы на безчинства «вiльных козаков» поступили также из Таращи, Каменки, Ново-Прилуки и других пунктов. Но особенно они показали себя в январскiе дни в Кiевѣ. Слѣдует считать чрезвычайно показательным то обстоятельство, что организаторами «вiльных козаков» на мѣстах являлись иногда лица, впослѣдствiи прославившiеся, как руководители самых от'явленных погромных банд; таков, напримѣр, был извѣстный Струк в Чернобыльском районѣ. Сам иницiатор этой организацiи, упомянутый выше солдат Грызло, впослѣдствiи, в 1919 — 1920 г., становится одним из видных погромных атаманов в Звенигородском уѣздѣ, гдѣ им была учинена рѣзня евреев в Мокрой Калигоркѣ и в нѣкоторых других мѣстах[149]. Между тѣм В. Винниченко, уже примкнув к коммунистам, в своем, не раз цитированном нами, трудѣ дает восторженную характеристику «вiльных казаков»: «Наиболѣе сознательный — политически и нацiонально — элемент брал на себя охрану порядка в своем районе… И таким путем возникли «сотни», «курени», «коши» казацкiе… Практика Вiльного козацтва показывала, что оно привлекало элемент развитой, революцiонно и нацiонально-сознательный. Был даже какой-то романтизм во всем строѣ этих сотен, куреней, даже в одеждѣ (жупаны, старинныя сабли, казацкiя шапки)»[150]. Другой историк украинской революцiи, П. Христюк, один из вождей укр. с.-р.[151], тоже очень сочувственно пишет о «Вiльном козацтвѣ», как об организацiи с романтико-историческими традицiями. «Движенiе это самочинно распространилось по всей Украинѣ, в формѣ всенароднаго вооруженiя, для самозащиты от бандитизма и для защиты классовых экономических интересов селянства в процессѣ революцiи». Автор упрекает далѣе украинское правительство, что оно не сумѣло использовать это «стихiйное движенiе» для революцiи и для государственнаго строительства…

Чѣм упорнѣе становилась война между украинцами и большевиками и чѣм успѣшнѣе шло наступленiе послѣдних, тѣм больше обострялись нацiоналистическiя страсти не только в рядах украинской армiи, но и в рядах украинских дѣятелей. Бѣгство из Кiева в Житомiр при наступленiи большевиков сыграло в этом отношенiи роковую роль. В срединѣ января 1918 г. большевики подступили к Кiеву и подвергли его сокрушительной и безпощадной 11-ти дневной бомбардировкѣ. 26-го января Кiев был взят. Когда члены украинскаго правительства и часть Рады бѣжали в Житомiр, среди них не оказалось ни одного представителя нацiональных меньшинств — ни великороссов, ни поляков, ни также и евреев. Озлобленное-же настроенiе покинутых украинцев обратилось цѣликом только против евреев. Намѣтившiйся уже раньше перелом в настроенiи, теперь, в «Житомiрском сидѣнiи», рѣзко обострился. В февралѣ 1918 г. украинская делегацiя заключила в Брестѣ сепаратный мир с германкой коалицiей. Нѣмцы согласились оказать помощь украинскому правительству «в трудной борьбѣ против великороссов», как это было оффицiально формулировано, и немедленно двинули свои войска на Украину. 1-го марта (по нов. стилю) они заняли Кiев[152]. Вмѣстѣ с ними вернулись и украинскiя войска, которых вел С. Петлюра. И обратный путь этих послѣдних от Житомiра к Кiеву отмѣчается рядом серьезных эксцессов против евреев. Отнынѣ на сцену в погромном движенiи выступает новый участник, до этого игравшiй лишь случайную роль — украинская армiя.

Настроенiя, царившiя в рядах возвращающейся из Житомiра украинской армiи, ярко рисуются в отчетѣ представителя «Бунда», М. Рафеса, участника делегацiи, высланной Кiевской Городской Думой от соцiалистических ея фракцiй навстрѣчу приближающимся украинцам, чтобы просить о недопущенiи в городѣ эксцессов со стороны войска, в виду дошедших слухов о его погромном настроенiи. М. Рафес подробно разсказывает о том, как встрѣчена была делегацiя передовым воинским отрядом ген. Присовскаго. Солдаты и даже офицеры не скрывали своего озлоблено-антисемитскаго настроенiя. В отвѣт на просьбу о недопущенiи эксцессов, солдаты возмущенно кричали: «Нѣт, мы расправимся, и расправимся безпощадно». «Я один вырѣжу не менѣе 50 евреев», кричал кто-то из солдат. «Полгорода, всѣх жидов надо перерѣзать!», причал другой. «Этого Рафеса надо первым застрѣлить»… «Мы жили с евреями в мирѣ и согласiи. «Мы» им «дали» равноправiе, нацiонально-персональную автономiю. Но им всего этого мало, они хотѣли всю Украину захватить в свои руки. Жид Троцкiй идет войной на Украину, и его поддерживают всѣ евреи-капиталисты», кричали солдаты в другом мѣстѣ. «Когда мы отступали из Кiева через Подол, мы в каждом еврейском домѣ находили пулемет, из котораго в нас стрѣляли», говорили другiе солдаты. «Всѣ три миллiона жидов надо выгнать из Украины, пусть идут себѣ, куда хотят», «Украина — для украинцев!». Эи восклицанiя и угрозы убѣдили делегацiю, что «в рядах украинской армiи готовится погром на евреев». В беседѣ с делегацiей генерал Присовскiй сказал: «Еще хуже настроенiе того отряда, который ведет в Кiев Петлюра, там — гайдамаки». Делегацiя отправилась тогда к С. Петлюрѣ и изложила свои опасенiя. «Мы получили возможность, — пишет М. Рафес в своем отчетѣ, - побесѣдовать с ним с глазу на глаз. Мы ему сообщили все, что видѣли и слышали, и указали на необходимость принять нужныя мѣры против кровавой бани и погрома. Мы говорили с ним как с членом с.-д. партiи». В отвѣт на это Петлюра сказал, что «не может ничего гарантировать; настроенiя солдат ему извѣстны, но он видит здѣсь только жажду мести, а не антисемитизм»[153]. В цѣлях предосторожности, однако, С. Петлюра рѣшил ввести войска в город не через еврейскiй Подол, а через пригород Куреневку. Ознакомившись с настроенiем украинских солдат, член делегацiи, украинскiй с.-д. Чиколенко сказал: «Они задушат украинскую свободу в еврейской крови»…

Озлобленiю широких украинских кругов в значительной степени способствовала политика большевиков, пришедших в страну, как завоеватели. Побѣдитель Украины, главнокомандующiй восточным фронтом, извѣстный полковник Муравьев, взяв Кiев, издал 30 января свой знаменитый «Приказ № 14», в котором буквально говорилось слѣдующее: «Эту власть (Совѣтов) мы несем с далекаго сѣвера на острiѣ своих штыков, и там, гдѣ мы ее устанавливаем, всецѣло ее поддерживаем силой этих штыков и матерiальным авторитетом революцiонно-соцiалистической армiи»[154]. «Кровью и огнем мы прошли по краю», заявил полковник Муравьев на засѣданiи Кiевскаго Совѣта… Заняв на нѣсколько недѣль Кiев, большевики разрушили до основанiя то, что с таким трудом и надеждами было создано украинским нацiональным движенiем. Рада вынуждена была бѣжать, министерства были разгромлены, украинскiе деньги аннулированы, украинскiе нацiоналисты безпощадно преслѣдовались, нацiональныя завоеванiя лежали в обломках. Фактически была отмѣнена также и нацiонально-персональная автономiя для меньшинств[155]. Такую картину рисуют даже лица, стоящiя за союз с большевиками. Так, напримѣр, В. Винниченко в 1920 году пишет о тѣх днях: «Что касается нацiональной украинской культуры, то она вся была подведена под категорiю контрреволюцiонной и без всякаго милосердiя подавлялась. Прессу запретили, украинскiе типографiи конфисковали, книжные магазины закрыли, школы были прiостановлены… Наиболѣе темные большевистскiе элементы срывали со стѣн портреты Шевченко и топтали их ногами; ловили по деревням украинских школьных учителей, издѣвались над ними и разстрѣливали только за то, что они были сознательными украинцами»[156]. Такую же картину разгрома дает и П. Христюк в своей исторiи: «Во всей Украинѣ был произведен жестокiй погром украинской интеллигенцiи. С'агитированное и озлобленное московское войско убивало каждаго, кто говорил на украинском языкѣ». Автор приводит имена разстрѣлянных большевиками украинских соцiалистических дѣятелей. «Вмѣсто Совѣтов управляли революцiонные комитеты и разные комиссары… Всюду хозяйничал штык»[157]. В этот перiод перваго своего пришествiя на Украину большевики открыто шли, как централисты, и фактически, как руссификаторы. Это был перiод так называемой «Пятаковщины», по имени вдохновителя этой политики, главаря кiевских большевиков Пятакова[158]. Эта сторона большевистской политики отчасти примиряла с ними тѣ общерусскiя политическiя теченiя в краѣ, которыя вообще были рѣзкими противниками большевиков. Кiевскiй городской голова Рябцов, русскiй с.-р., ярый враг большевиков привѣтствовал, однако, их приход, как «возстановленiе единаго общероссiйскаго революцiоннаго фронта» (Христюк, т. II, с. 135).

Украинскiе дѣятели в тѣ дни оказались одинокими, и этим было вызвано их озлобленiе. В своем озлобленiи они утверждали, что «евреи на сторонѣ большевиков» и предают украинское дѣло. Но факты показывают, что большевизм широко захватил и украинскiе ряды: во главѣ большевистских войск против Рады, вмѣстѣ с Муравьевым, шел Юрiй Коцюбинскiй, сын извѣстнаго украинскаго писателя; побѣда большевизма стала вообще возможна, благодаря измѣнѣ лучших украинских полков (полк Богдана Хмѣльницкаго, полк Сагайдачнаго, полк Орлика и друг.). Недавнiй защитник «самостiйности», член Рады Неронович, примкнул к большевикам в самую опасную для Рады миинуту. 16-го января были арестованы 7 членов Рады, украинских лѣвых с.-р., за большевистскiя симпатiи. Большевистская агитацiя заразительно дѣйствовала на всю страну вообще. «Большевизм глубоко проник также и на Украину, — сказал представитель русских с.-р. при голосованiи IV Универсала, — он имѣется даже здѣсь, в стѣнах Рады». Украинскiе дѣятели не могли быть даже увѣренными в настроенiи деревни — их главнаго оплота. «Когда мы оставляли Кiев, — признался ген. Присовскiй упомянутой делегацiи от Думы, — населенiе нас так оскорбительно равнодушно отпустило. Нам стрѣляли в спину. Нас преслѣдовали крестьяне в деревнях»[159].

Разлив большевизма захватил украинское населенiе, — захватил он также и еврейское населенiе. Города и мѣстечки Украины, гдѣ евреи составляют значительную часть, а мѣстами громадное большинство, являлись главным опорным пунктом большевиков. Больше всего выдѣлялись видные большевики-евреи в столицѣ Украины — Кiевѣ (Чудновскiй — комиссар города, Крейцберг — комиссар финансов, Райхштейн — комиссар прессы, Шапиро — комиссар при армiи, И. Кулик и друг.) и в таких городах, как Одесса или Екатеринослав[160]. Извѣстное число еврейских рабочих вступило в Красную гвардiю. Все это несомнѣнно указывало на огромную заразительную силу большевизма. Но среди еврейских партiй и руководящих органов еврейской общественности не было никого, кто был бы с большевиками. Наоборот, еврейскiе представители в Радѣ занимали в отношенiи к большевиками наиболѣе непримиримую позицiю. Так, напримѣр, послѣ октябрьскаго переворота представитель «Об'единенных еврейских соцiалистов», М. Литваков, потребовал от Малой Рады, которая, видимо, еще колебалась в своей позицiи, «ясно и рѣзко высказаться против авантюры большевиков». Когда большевики об'явили Радѣ войну, представитель «Бунда», А. Золотарев, призывал в Малой Радѣ, совмѣстно с представителями россiйских соцiалистических партiй, «не оставнавливаться на полпути и довести до конца войну против могильщиков революцiи»[161]. Представитель «Об'единенных», член Рады М. Шац-Анин, заявил на С'ѣздѣ Совѣтов в Кiевѣ, что «в конфликтѣ между украинской революцiонной демократiей и кучкой узурпаторов еврейская демократiя стоит на сторонѣ украинскаго народа»[162]. Орган «Об'единенных» писал, когда большевики об'явили войну Радѣ, что Рада «не допустила на Украинѣ анархiи, царящей в Великороссiи, и именно за это «преступленiе» еврейская демократiя Украины должна поддержать Раду»[163]. Сравнивая в одной из своих рѣчей положенiе в Россiи и на Украинѣ М. Рафес с удовлетворенiем сказал: «У нас, слава богу, есть Центральная Рада» (см. П. Христюк, т. II, стр. 46). Многiе украинскiе дѣятели были недовольны непримиримым отношенiем еврейских партiй к большевистской власти в Петроградѣ. Когда Малая Рада приняла отрицательную резолюцiю против октябрьскаго переворота большевиков, орган укр. с.-д. «Робiтнича Газета» — орган почти правительственный — писал, что резолюцiя эта была «вымучена» у Рады «бундовцами» и «меньшевиками»[164]. П. Христюк в своей исторiи революцiи пишет в недовольном тонѣ: «Можно сказать, что, главным образом, благодаря «меньшинствам» Центральная Рада не остановилась серьезно на мысли о формальном признанiи Совѣта Народных Комиссаров правительством Великороссiи. А такое признанiе само напрашивалось»[165]…

Но наиболѣе показательным является отношенiе еврейских партiй к большевикам тогда, когда они оказались побѣдителями. Представитель «Бунда», который вызывал среди многих украинцев такое против себя озлобленiе, как враг Украины, М. Рафес, открыто хвалил Раду и нападал на большевиков уже послѣ занятiя ими Кiева: «Чуждая краю власть пришла в Кiев. Оккупацiонная армiя. Она разогнала всю демократiю, всѣм сѣла на спину — и хочет господствовать». Автор проводит подробную параллель между большевистской властью и Радой и рядом фактов доказывает, насколько демократичнѣе и революцiоннѣе была Рада[166]. В статьях «Штыкократiя» и «Как велика катастрофа» тот же автор снова дает рѣзкую характеристику большевиков, которые «своими «соцiалистическими» пушками выполнили работу Шульгина — они разстрѣляли всѣ нацiональныя завоеванiя революцiи на Украинѣ»[167]. Орган другой партiи — «Об'единенных» — также писал, что большевизм «фактически несет только разрушенiе и смерть» (churboines un corbones). «В кошмарные дни господства большевистскаго меча» газета звала к идеалам, которые революцiя на Украинѣ первоначально себѣ поставила[168]. Не меньшiя симпатiи украинское движенiе нашло и в рядах партiи «Поалей-Цiон». Нѣкоторые представители этой партiи, как напримѣр С. Гольдельман, были явными и далеко идущими приверженцами украинской независимости. Нечего и говорить, что партiи несоцiалистическiя, как напримѣр сiонисты, стояли еще дальше от большевиков и еще рѣзче выступали против них, выражая открыто свои симпатiи украинскому движенiю, которое среди сiонистов на Украинѣ было вообще популярно. Но нас здѣсь интересует настроенiе главным образом соцiалистических еврейских партiй, так как украинскiе шовинисты именно их подозрѣвали в большевизмѣ и во враждебности Украинѣ.

У иных еврейских поклонников украинскаго движенiя вѣра в Украину и в ея руководителей заходила очень далеко. Характерной в этом смыслѣ является статья, появившаяся на страницах органа «Об'единенных» — «Naie Zait» — опять таки в дни господства большевиков и гоненiй на украинское дѣло. Статья носит многозначительное заглавiе: «Погромныя инсинуацiи» — инсинуацiи на украинцев, повинных будто в погромах, как пишет автор, — инсинуацiи, пущенныя нарочито большевиками. «Надо, видите ли, привить еврейскому населенiю страх перед возможным возвращенiем к власти украинцев, которые якобы несут «на кончикѣ меча» евреям кровавые погромы, — и тогда будут благословлять власть большевистскую». «Мы не отрицаем, — продолжает автор, — что даже в рядах украинской демократiи имѣются такiе, которые еще не освободились от грѣха антисемитизма… Даже в рядах украинских соцiалистических партiй имѣется не мало присосавшихся к ним черносотенных элементов». Но «Украинская Рада, украинская революцiонная демократiя и ея органы — они чисты от грѣха, они двойной игры в этом вопросѣ не вели»…[169].

Когда Рада вернулась к власти, она была еврейскими партiями встрѣчена привѣтствiями. Орган «Об'единенных», в статьѣ «На старых позицiях», писал: «Мы — граждане Украинской Народной Республики, и мы будем защищать всѣ соцiальныя и нацiональныя достиженiя свободной революцiонной Украины»[170]. Еще с болѣе опредѣленной защитой украинской идеи выступили сiонисты. Так, напримѣр, лидер сiонистов, Н. Сыркин, касаясь вопроса о Холмщинѣ, являвшагося предметом спора между Польшей и Украиной, писал в маѣ 1918 г., уже тогда, когда украинской независимости был нѣмцами нанесен сокрушительный удар разгоном Рады: «Во всѣх конфликтах, которые произойдут до мирнаго конгресса между Польшей и Украиной о пограничных землях, мы, евреи, должны стоять на сторонѣ молодой демократической украинской народной республики… Захочет ли Польша расширить свою власть на земли былой Люблинской унiи, захватив границы Украины, Литвы и Бѣлоруссiи, мы, евреи, употребим все свое влiянiе, чтобы этого не допустить… точно также, как в борьбѣ между центристской Россiей и свободным принципом федерацiи мы стояли на сторонѣ свободной автономной Украины»[171].

Но украинцев не удовлетворяло такое платоническое сочувствiе. Редактор газ. «Нова Рада», А. Ниновскiй, откровенно выразил это в своей статьѣ, когда писал: «Пока шла только бумажная борьба между нашей властью и большевиками, еврейскiя общественныя организацiи высказывались против большевиков. Казалось, что когда прiйдется защищать столицу Украины, весь город будет на сторонѣ защитников Кiева и поможет им морально и физически… Но что-же оказалось?» Дѣйствительно, евреи не проявляли активности в защитѣ украинскаго дѣла. Раньше всего бросается в глаза тот многозначительный факт, что евреи не входили в украинскiя политическiя партiи. Об'ясняется ли это тѣм, что украинскiя партiи, даже соцiалистическiя, как «Укр. с.-д.» и «Укр. с.-р.» с самаго начала революцiи строились, как ярко-нацiональныя партiи, или другими причинами, но факт был тот, что в них не было ни одного еврея[172]. В то-же время евреи стояли во главѣ всѣх общероссiйских партiй в Кiевѣ и вообще на Украинѣ («меньшевиков», в меньшей степени у с. — р'ов и большевиков). Евреи отсутствовали также, как мы видѣли, в украинской армiи, которая являлась армiей нацiональной и не допускала в свои ряды евреев. Еврейскiе представители фактически не несли отвѣтственности за направленiе украинской политики, хотя участвовали в Радѣ. Они не нашли для себя нужным послѣдовать за Радой во время наступленiя большевиков и не участвовали в «Житомiрском изгнанiи». Обстоятельства так сложились, что евреи не могли проявить активности в украинском нацiональном строительствѣ. И в Радѣ внѣшне получилось опасное положенiе, по существу невѣрное: происходила не борьба партiй вокруг таких важнѣйших вопросов, как вопрос об отдѣленiи от Россiи, или сепаратном мирѣ с Германiей, а борьба нацiй — еврейской и украинской, одной нацiональной концентрацiи против другой.

Факт этот, естественно, бросался в глаза украинским дѣятелям. Историк украинской революцiи, касаясь безнадежной защиты Кiева при наступленiи большевиков, писал, что часть русской и еврейской рабочей массы, под влiянiем агитацiи большевиков, подняла возстанiе в самом Кiевѣ; правая-же, антибольшевистская часть, которая шла за «меньшевиками», с. — р'ами и Бундом, «просто не захотѣла выступить в защиту Кiева». «Рафесы, Балабановы, Скловскiе[173] — эти наибольшiе враги большевиков в Центральной Радѣ — теперь стояли в сторонѣ… Этот «нейтралитет меньшинств» производил очень тяжелое впечатлѣнiе на украинскую демократiю». В Центральной Радѣ, в первые дни осады Кiева, был извѣстным укр. с.-д. дѣятелем и министром М. Поршом, пред'явлен запрос «меньшинствам» по поводу их «нейтралитета», но послѣднiе уклонились от прямого отвѣта. «На глазах у всѣх произошло раздѣленiе рабочих и интеллигенцiи Кiева на два лагеря, не столько по классово-соцiальному признаку, сколько по нацiональной принадлежности: на одной сторонѣ образовался антиукраинскiй русско-еврейскiй лагерь, на другой — все болѣе изолировались и уменьшались силы украинской революцiонной демократiи». А когда украинцы ушли в Житомiр, — «никто из «меньшинств» не поѣхал туда вмѣстѣ с правительством Украинской Народной Республики»…[174]

Надо сознаться, что украинская идея, несмотря на поддержку еврейских партiй, не проникла в толщу еврейскаго населенiя. Помимо партiй существовал еще просто обыватель, который питал к украинскому дѣлу опредѣленное недовѣрiе, в лучшем случаѣ равнодушiе. Это отношенiе выражалось не только в подсмѣиванiи над украинским языком и вывѣской; на украинизацiю он отвѣчал пассивным сопротивленiем. Еврейскiй обыватель боялся украинства, оно было ему чуждо, в то время как в русское государство и в русскую культуру он, несмотря на всѣ послѣднiя потрясенiя, вѣрил. Слѣдует имѣть в виду тот огромной важности факт, что города на Украинѣ почти не являются украинскими, все украинское движенiе питалось, главным образом, деревней, малоземельным и средним крестьянством. Выборы в городскiе думы, имѣвшiе мѣсто лѣтом 1917 г., показали, как слабо влiянiе украинскаго элемента. Во всѣх почти городах блок украинских партiй получил на выборах значительное меньшинство, всюду побѣждали русскiя партiи. Даже в Кiевѣ, центрѣ украинства, гдѣ голосовал и украинскiй гарнизон, украинцы получили лиш около 20 % голосов. Говоря об этом пораженiи украинцев и роли в нем еврейскаго населенiя, В. Винниченко пишет: «Еврейство, составляющее достаточно высокiй процент населенiя в городах, в перiод выборов в думы всюду еще держалось русской орiентацiи, оно еще не вѣрило в побѣду украинства, а потому не имѣло никаких основанiй голосовать за него»[175].

Идеологiя централизма и руссификацiи, вспоенная старым режимом, была очень сильна не только среди русскаго населенiя края, но и еврейскаго, а у еврейской буржуазiи и интеллигенцiи и части рабочих к этому времени присоединились еще и чувства ассимиляцiонныя.

Еврейскiя партiи, примкнув к украинскому дѣлу, в этот момент несомнѣнно разошлись с еврейской обывательщиной. И не только обывательщиной. Среди еврейской рабочей массы, от имени которой евр. соцiалистическiя партiи говорили в Радѣ, было также много таких элементов, которым украинская идея оставалась совершенно чужда. Дав извѣстное число охотников в Красную гвардiю, еврейскiе рабочiе не дали ни одного добровольца украинцам. Даже в рядах членов партiй курс, взятый лидерами в Кiевѣ, не всегда, очевидно, встрѣчал сочувствiе, если вѣрить позднѣйшим признанiям. Лидеры «Об'единенных еврейских соцiалистов», партiи в свое время близко стоявшей к украинскому дѣлу, признались в этом позже, когда примкнули к коммунистам и критиковали свою прежнюю тактику: «Рабочiя массы, организованныя, как Об'единенной еврейской соцiалистической партiей, так и в Бундѣ, все время относились, как к Радѣ, так и к методам борьбы за нацiональную автономiю крайне сдержанно и холодно. Все это была «высокая политика» партiйных верхов». «В Кiевѣ, в разрѣз с линiей Ц. К., рабочiе, члены партiи («Об'единенных») записывались в Красную гвардiю; в Екатеринославѣ организацiя вела линiю соглашенiя с большевиками»[176]. Такая оппозицiя существовала и в рядах «Бунда» и «Поалей-Цiон», в послѣдней партiи имѣлось даже опредѣленное большевистское крыло.

Но поскольку еврейская общественность была организована и поскольку общественность вообще выражается в партiях, украинское еврейство было на сторонѣ украинцев и оказывало им серьезную моральную поддержку. Но украинцам, очевидно, этого было мало. И как они потребовали от еврейских лавочников переписать в кратчайшiй срок всѣ вывѣски с русскаго на украинскiй, так они и от еврейских представителей потребовали передѣлки в кратчайшiй срок идеологiи всего еврейскаго населенiя Украины, с круговой порукой, пред'являя к немедленной оплатѣ счет за нацiонально-персональную автономiю и за еврейское министерство. Еврейскiя партiи не могли и не хотели брать на себя такой круговой поруки. Украинскiе дѣятели с этим не считались и упрекали евреев в «измѣнѣ». На засѣданiи Малой Рады, 19-го марта 1918 г., лидер «соцiалистов-самостiйников», Степаненко, прочитал декларацiю, в которой требовал репрессивных мр против нацѣональных меньшинств за то, что они идут против украинских интересов, и в частности требовал в видѣ кары закрытiя еврейскаго министерства (а также министерства по великорусским дѣлам). «Евреи и русскiе тянут к Москвѣ — сказал он однажды, — а потому они не должны быть допущены ни к каким отвѣтственным постам и не занимать мѣст в государственном аппаратѣ Украины». Здѣсь уже рекомендовалось покушенiе на политическое равноправiе нацiональных меньшинств. В тѣ дни появились симптомы оффицiальнаго нарушенiя нацiональных прав меньшинств. В бытность свою в Житомiрѣ Малой Радой были приняты два закона, явно шовинистическаго характера. Один из них, весьма существенный, о подданствѣ, гласил, что «гражданином Украины является тот, кто в ней родился и тѣсно с нею связан»; эта формулировка явно оставляла мѣсто произволу. Другой мелкiй, но характерный; это «закон о вывѣсках»: всѣ вывѣски должны в кратчайшiй срок быть переписаны по украински. К этому-же времени относится и аннулированiе денежных знаков — «100 карбованцiв» (рублей) с надписями, кромѣ украинскаго, также и на еврейском, русском и польском языках. Знаки эти были только незадолго до этого выпущены и демонстрировали принцип равноправiя нацiональностей на Украинѣ. Уничтоженiе их теперь явилось ударом по этому принципу. По возвращенiи в Кiев министр внутренних дѣл издал приказ о том, что вывѣски, надписи и об'явленiя должны быть только на украинском языкѣ; аналогичные приказы были изданы также министром почт и телеграфов и министром «судових справ» (юстицiи). В началѣ марта об этом было в Раду внесен партiей «Поалей-Цiон» запрос. Аналогичный запрос был сдѣлан также и предсѣдателю Совѣта министров и подписан «Volkspartei», «Об'единенцами» и фракцiей россiйских с. — р'ов.

Все это были симптомы, которые говорили о растущем общественном и государственном шовинизмѣ. Так «малый нацiонализм», по опредѣленiю М. Грушевскаго, постепенно превращался в «большой нацiонализм». Первое воззванiе против погромов, выпущенное генеральным секретарем по нацiональным дѣлам А. Шульгиным в октябрѣ 1917 г., уже тогда предупреждало против такого шовинизма: «Нас угнетали, — говорилось в воззванiи, — но мы никого не должны угнетать. Каждый украинец должен помнить, что наша свобода еще не прочна, мы нуждаемся в силах матерiальных и духовных. Если мы допустим развитiе нацiональной вражды и еврейских погромов, мы этим оттолкнем от себя цѣлый народ. Мы этим наложим темное пятно на нашу совѣсть, и весь мiр нас будет считать народом, недостойным свободы»…[177].

На описанном фонѣ нацiональных отношенiй, в атмосферѣ раздраженiя против евреев, «шовинистическая экспансивность», как это было названо в прессѣ, легко привела украинскую армiю к погромным эксцессам.

VI

Возвращенiе в Кiев и погромные эксцессы украинской армiи. — Кiевскiя событiя; Городская Дума; укр. соцiалистическiя фракцiи. — Эксцессы в Кiевск. губернiи, «Уполномоченные Рады». — Эксцессы на желѣзных дорогах; ст. Гребенка и Ромодан; запросы в Радѣ. — Эксцессы в Полтавѣ и В. Короленко. — Погромы, учиненные крестьянами. — Событiя в Медвинѣ и губернскiй комиссар. — Изгнанiе крестьянами евреев из деревень; приговоры сельских сходов. — «Жидовская манифестацiя». — Украинская пресса и погромы. — Антисемитскiя статьи «Новой Рады». — Нападки на евреев в Радѣ; ратификацiя Брестскаго договора. — Два лагеря. — «Завоеванiе или утѣсненiе?» — Разоруженiе евр. отрядов самообороны; Одесская дружина. — Конец «золотого перiода» украинскаго движенiя.

Погромныя похожденiя украинской армiи начались на путях военных столкновенiй с большевиками. Первые, отдѣльные эксцессы возникли еще в январѣ 1918 (Новоград-Волынск), но главная волна прошла в связи с наступленiем украинско-нѣмецких войск на большевиков в февралѣ-мартѣ по пути из Житомiра в Кiев. 17-го февраля гайдамаки напали на ж.д. станцiях Сарны и Коростень на евреев и многих убили; точно сколько было убитых, донынѣ не установлено. Погромные эксцессы прошли также и в Бердичевѣ, по пути в Кiев, в концѣ февраля. 3-го марта в Малую Раду, засѣдавшую тогда в Житомiрѣ, был внесен запрос о бердичевских событiях. В вопросѣ сообщалось, что когда украинцы подошли к Бердичеву, к ним вышла с привѣтствiем делегацiя из представителей Совѣта рабочих депутатов, Городской Думы и Земской Управы (всѣ эти три органа находились здѣсь в руках евреев), но делегацiя эта была обстрѣляна. В первый день вступленiя украинскаго войска в город было 20 жертв; на населенiе была наложена контрибуцiя в 5 миллiонов рублей[178]. 23-го февраля гайдамаки заняли ст. Бородянку (по той же линiи Коростень — Кiев), убили 2 евреев и стали требовать от еврейскаго населенiя выдачи оружiя. В Клавдiево, близ Бородянки, ими было убито 7 евреев. Корреспондент «Naie Zait» передает картину событiй в Бородянкѣ: гайдамаки потребовали, чтобы евреи выдали «спрятанные у них 2 пулемета и 70 ружей», угрожая, в противном случаѣ погромом. Евреи клялись, что у них нѣт никакого оружiя, но это не помогало. Тогда всѣ евреи мѣстечка — дѣло было в Пурим — одѣли «талесы» и «тефилiя», взяли свитки Торы и со всѣх молелень собрались на синогогальной площади, что близ шоссе. Почтенные представители общины, падая ниц, вздымали руки вверх, другiе подымали свитки Торы и клялись. «Это была страшная картина». Но ничто не помогало, пока община не догадалась откупиться деньгами от гайдамаков. «Слѣдует отмѣтить, — сообщает корреспондент далѣе, — что всѣ эти дни на вокзалѣ ст. Бородянки находился Петлюра и его помощник Загородскiй. Населенiе Бородянки послало к нему депутацiю, состоявшую из 8 христiан и 2 евреев. Но Петлюра, собиравшiйся уѣзжать, отослал депутацiю к своему помощнику. А послѣднiй отвѣтил, что гайдамаки «раздражены», и он ничего не может подѣлать»[179]. Эксцессы, без человѣческих жертв, происходили в срединѣ февраля в Коростышевѣ, Подольской губ., гдѣ гайдамаками были высѣчены в комендатурѣ 25 евреев, и в Бѣлой-Церкви, гдѣ «вiльни козаки» безчинствовали в синагогѣ, под видом поисков спрятаннаго евреями оружiя[180].

Но наиболѣе длительными и серьезными являются событiя, разыгравшiяся в Кiевѣ, по возвращенiи туда украинцев 1-го марта. В теченiе почти трех недѣль Кiев становится ареной неслыханных до того насилiй над еврейским населенiем. Когда украинскiя войска подходили к городу, Городской Думой была послана, кромѣ упомянутой выше делегацiи, спецiальная делегацiя и к С. Петлюрѣ, шедшему во главѣ гадамаков. Считаясь с просьбой Думы и зная настроенiе своих солдат, С. Петлюра повел их в город не через населенный евреями район, а другой дорогой. Это, однако, не помогло. Как только гайдамаки вступили в Кiев, началась сильная погромная агитацiя и пошли самовольные аресты и разстрѣлы. Гайдамаки и отряды «Вiльнаго козацтва», с криками «всѣх жидов перерѣжем», хватали посреди улицы мирных жителей-евреев, под предлогом ареста «жидовских комиссаров», уводили их в казармы и чаще всего разстрѣливали. Офицеры раз'ѣзжали по городу и нагайками избивали евреев. Послѣднiе попрятались в страхѣ по домам. С утра до ночи стекались к Городской Думѣ печальныя свѣдѣнiя о произведенных над евреями насилiях. Мѣстом тайной расправы стал Михайловскiй монастырь, гдѣ находился штаб гайдамацкаго отряда (одного из «куреней смерти»). «Там происходят ужасныя, кошмарныя сцены, — писала «Naie Zait», — оттуда никто не выходит живым. Передают также, что ужасныя убiйства происходят на Владимiрской горкѣ, много трупов сбрасывают оттуда в Днѣпр»[181]. Только за один день 6-го марта, — сообщает газета, — были на Владимiрской горкѣ найдены 3 убитых еврея, между ними один инвалид (Борух Зак). На Владимiрской горкѣ произошло также звѣрское убiйство гимназистов братьев Майзель, 16 и 17 лѣт. Особенно пострадало еврейское населенiе на окраинах города — на Подолѣ и Демiевкѣ. По данным комиссiи при Городской Думѣ, только за время с 1 до 8 марта было зарегистрировано 172 случая насилiй над евреями, среди них: 22 случая убiйств, 11 истязанiй, 3 изнасилованiя, 19 случаев угроз разстрѣлом, 28 арестованных, чья судьба неизвѣстна, 16 — без вѣсти пропавших и т. п. Позже число эксцессов уменьшается, но отдѣльные случаи продолжаются до 20 марта. Упомянутая комиссiя была образована при Думѣ еврейскими гласными, совмѣстно с общиной, для защиты еврейскаго населенiя от насилiй, но комиссiи оставалось только регистрировать эти случаи, остановить же их не было в ея власти. Не помогли также старанiя нѣкоторых гласных Думы украинцев-соцiалистов. Послѣднiе приняли самыя энергичныя мѣры к прекращенiю эксцессов, об'ѣзжали арестныя мѣста, пытаясь освободить невинно арестованных евреев. Украинскiе депутаты Думы обратились к казакам со спецiальным воззванiем, в котором писали: «Не запятнайте Украину самосудами и массовыми насилiями над человѣческими правами. Мы вѣрим, что солдаты-украинцы хранят завѣт своих дѣдов-казаков: безоружнаго не бьют. Мы вѣрим, что вы не допустите грабежей и насилiй над невинными жителями, к какой бы они нацiи ни принадлежали».

Кiевская Городская Дума сыграла в тѣ дни очень видню роль в дѣлѣ заступничества за терроризированное еврейское населенiе. Городской голова, Е. П. Рябцов, обратился к «Головѣ вольнаго казачества Кiева», атаману Данченко, с горячим призывом прiостановить насилiя: «Прошу Вас, — гласило это обращенiе, опубликованное в прессѣ, - во имя будущаго украинской народной республики, остановите казни без суда, самочинные аресты неповинных граждан… Остановите преслѣдованiе казаками евреев, преслѣдуемых только потому, что в средѣ большевиков были евреи. Евреи были и есть в числѣ боровшихся против большевиков, как были и украинцы среди большевиков. Прошу Вас, прекратите кровавое мщенiе»[182]. С аналогичным призывом обратился он также и к украинскому военному министру Жуковскому и коменданту Присовскому. В отвѣт на эти обращенiя были отданы приказы казакам прекратить насилiя. Депутацiя от всѣх фракцiй еврейской общины посѣтила премьер-министра В. Голубовича, которому представила меморандум о событiях. Приведя данныя о массовых насилiях, установленных комиссiей при Думѣ, меморандум указывал, что эти насилiя над гражданскими происходят «по нацiональному признаку». «Разстрѣливают почти исключительно евреев, и погромная волна, которая всегда подтачивает основы государств и народов, исключительно направлена против евреев». Меморандум требовал, чтобы эти злодѣянiя были прiостановлены «всей силой государственнаго аппарата». В Голубович в отвѣт завѣрил депутацiю, что курс правительственной политики вообще, а в нацiональном вопросѣ в частности, остается прежнiй, и просил передать еврейскому населенiю, что нѣт основанiй для тревоги и опасенiй. Первоначально власти отнеслись довольно индиферентно к событiям, считая, что ужасы преувеличиваются еврейским населенiем. Но когда кругом заговорили об усиливающихся безчинствах гайдамаков, когда в защиту выступила Городская Дума, когда об этом, наконец, заговорил предсѣдатель Рады М. Грушевскiй, власти издали нѣсколько приказов, призывавших казаков прекратить самочинные акты расправы. Ни о каких мѣрах наказанiя виновных не могло быть тогда рѣчи: казаки вернулись в Кiев, как «избавители от большевиков», как опора нацiональнаго движенiя, и были осыпаемы привѣтствiями. Насколько в дѣйствительности власти были намѣрены серьезно бороться против погромных насилiй, можно судить по тому факту, что когда учреждена была оффицiальная комиссiя для разслѣдованiя кiевских событiй, то первоначально входившiй туда представитель от Думы (Ульяницкiй) скоро из нея вышел, заявив, что «комиссiя занимается вовсе не разслѣдованiем мартовских событiй (насилiями над евреями), а разслѣдованiем дѣйствiй большевиков»…

Незадолго до того избранная на демократических началах Кiевская еврейская община в своем воззванiи к населенiю по поводу событiй указывала, что оффицiальныя власти и представители украинских партiй относятся отрицательно к происходящим погромным эксцессам: «Братья, — писала она, — знайте, что в этих повторных злодѣянiях новое украинское правительство, только что вернувшееся в город, не повинно. Всѣ отвѣтственные руководители украинских политических партiй стараются всѣми мѣрами подавить погромное настроенiе». «Это тяжелое время, — писала община, — требует особаго политическаго такта и осторожности». «Не дѣлайте необдуманных шагов»[183]. Этими предупрежденiями еврейская община намекала на имѣвшiя мѣсто факты, когда во время кiевских эксцессов нѣкоторые еврейскiе обыватели хотѣли обратиться в нѣмецкую комендатуру с просьбой о вмѣшательствѣ. Были даже свѣдѣнiя, что еврейская обывательская депутацiя из окраин посѣтила с этой цѣлью нѣмецкiя военныя власти. Община считала такiе шаги безтактными по отношенiю к украинцам и предупреждала об этом еврейских жителей. Почти в тѣх-же выраженiях, что представители общины, говорили о поведенiи оффицiальных кругов в своем воззванiи и еврейскiе гласные Городской Думы. Но в еврейской прессѣ была нѣсколько другая оцѣнка этого поведенiя. «Правда, — писала «Naie Zait», в статьѣ «Почему они молчат?» — что украинское правительство неповинно в нападенiях на евреев. Оно несомнѣнно не науськивало на них украинских солдат… Но — и это надо признать — оно пока относится «нейтрально» к ужасным событiям»[184].

Украинское войско уловило, очевидно, этот «нейтралитет» власти, политику попустительства в вопросѣ о погромах — и продолжало свои дѣйствiя. Но многiе представители власти на мѣстах, особенно начальники отдѣльных воинских частей, не соблюдали даже и этого «нейтралитета» и открыто давали волю антисемитским эксцессам. И временами чувствовалась чья-то рука, которая направляла на путь расправы с евреями за дѣянiя большевиков…

Волна погромов, начавшаяся с возвращенiем украинских войск и достигшая высшаго проявленiя в кiевских событiях, не остановилась в мартѣ-апрѣлѣ и затронула ряд пунктов в Кiевской губернiи. 1-го марта в м. Корсунь явился отряд украинцев, во главѣ с нѣкiим Кириченко. Назвав себя «комиссаром Центральной Рады», он разоружил мѣстечковую охранную дружину и под угрозой «вырѣзать всѣх жидов» потребовал от еврейскаго населенiя контрибуцiи[185]. 2-го марта явился отряд гайдамаков в Радомысль, во главѣ с начальником уѣздной милицiи Мизерницким. Угрожая расправой, Мизерницiй наложил на евреев контрибуцiю. Мѣсяц спустя тот-же Мизерницкiй явился с отрядом в м. Брусилов, Радомысльскаго уѣзда, вызвал к себѣ представителей еврейскаго населенiя и заявил им буквально слѣдующее: «Я уполномочен Центральной Радой сѣчь, бить, разстрѣливать, дабы ввести порядок» и потребовал, под угрозой расправы, внесенiя контрибуцiи[186]. Еврейское министерство обратило тогда особое вниманiе губернскаго комиссара на дѣйствiя Мизерницкаго[187]. Через нѣсколько дней послѣ этого «Об'единенная евр. соцiалистическая партiя» внесла в Малую Раду запрос, гдѣ между прочими эксцессами перечисляла и дѣйствiя Мизерницкаго, называвшаго себя «уполномоченным» Центральной Рады[188]. Погромные эксцессы происходили также, в началѣ марта, на ст. Буче, в Гостомелѣ, позже — в м. Хабное, Бровары и Гоголево. Наиболѣе серьезный характер событiя приняли в послѣднем пунктѣ. 23 марта в Гоголево (мѣстечко близ Кiева) вошел отряд гайдамаков, который напал на еврейскiя квартиры и застрѣлил двух евреев. Одним из убитых был представитель мѣстной общины, Б. Каганов. «Войдя в его квартиру, — говорится в донесенiи, — гайдамаки приказали ему лечь на пол, и при отчаянных криках и мольбах его старушки матери, жены и шестерых дѣтей в него было произведено два выстрѣла». «Отдав приказ немедленно отвезти трупы убитых на кладбище, гайдамаки принялись разыскивать других, наиболѣе видных и почетных евреев, но послѣднiе успѣли скрыться. Ночью гайдамаки стали обходить еврейскiя квартиры и требовать, в видѣ выкупа, денег и водки». Гайдамаки придумали себѣ также особую потѣху: одному мѣстному еврею, — сообщается в другом донесенiи об этих событiях, — они одѣли боченок на голову, дали палки в руки и повели по базару: «Хай грае, щоб дiвчата танцювали»[189].

Среди кровавых эксцессов этого перiода должны быть отмѣчены событiя на желѣзнодорожных станцiях. Эксцессы эти происходили по линiям Кiев — Полтава и Кiев — Бахмач. По линiи Кiев — Полтава событiя приняли особенно жестокiй характер на станцiях Гребенка и Ромодан. Вот что доносят о ст. Гребенка уполномоченные трех еврейских соцiалистических партiй Пирятина в еврейское министерство: «Начиная с первых числе марта вплоть до послѣдняго времени (средина апрѣля), на станцiи производятся насилiя над проѣзжающими пассажирами, сопровождающiяся ограбленiями, издѣвательствами, а иногда убiйствами». «На территорiи вокзала все время подбирают трупы убитых пассажиров… В Пирятинѣ похоронены 10 убитых в Гребенкѣ евреев, кромѣ того 8 человѣк ограблены и убиты в ночь на 10-е апрѣля»[190]. Еще болѣе жестокiй характер приняли безчинства над проѣзжающими евреями на ст. Ромодан: с 30-го марта до средины апрѣля здѣсь было убито гайдамаками до 40 евреев. В справкѣ департамента общих дѣл еврейскаго министерства приводятся слѣдующiя краткiя свѣдѣнiя: На ст. Ромодан войсковая команда терроризирует пассажиров — арестовывают, бьют, грабят деньги, а также убивают». Далѣе приводятся факты: 31-го марта разстрѣляли двух проѣзжих евреев, 6-го апрѣля истязали третьяго, 9-го апрѣля избивали и ранили еще одного еврея-пассажира, избили также 60 лѣтняго старика и его зятя, высѣкли нагайками другого пассажира[191]. Аналогичныя событiя, хотя в менѣе жестоких формах, происходят и на ст. Бахмач: «Гайдамаки нападают на еврейских пассажиров, безпощадно их избивают и грабят. Они нѣсколько раз отправлялись в самый город и разстрѣляли нѣскольких евреев, забрав деньги. Нѣмецкiй комендант отвѣтил, что он ничем помочь не может, а украинскiя власти никаких мѣр не принимают»[192].

Безчинства казаков вызвали тогда два запроса в Малой Радѣ 16-го апрѣля, внесенные — один сiонистами, а другой «Об'единенными еврейскими соцiалистами». Первый запрос касался спецiально эксцессов на желѣзнодорожных станцiях. «По сообщенiю мѣстных жителей, — гласил запрос, — в районѣ ст. Ромодан и по сей день обнаруживаются трупы убитых и удушенных, главным образом, евреев… Происходят грабежи и избiенiя, причем, как комендант станцiи, так и другiя начальствующiя лица не принимают никаких мѣр к защитѣ населенiя». Касаясь событiй на ст. Гребенкѣ — «второго центра насилiй и убiйств» — авторы запроса сообщали, что «вiльни козаки» арестовали здѣсь 9 пассажиров, которых потом обнаружили убитыми. «Так называемые «вiльни козаки» — сообщается в запросѣ далѣе — высѣкли вызваннаго в комендатуру для об'ясненiй мѣстнаго раввина, 60 лѣтняго старика… Станцiи Ромодан и Гребенка об'явлены как бы опасной зоной… Послѣ прохода воинскаго поѣзда, вышедшаго из Кiева 2-го апрѣля, между станцiями Барышевкой и Березанью были обнаружены два трупа, а между Переяславским раз'ѣзом и ст. Яготин — 3 трупа. 4-го апрѣля на ст. Барышевка прибыл вагон, в котором, как потом выяснилось, находилось 5 трупов евреев, удушенных ремнями и веревками, страшно изуродованных и, очевидно, раньше выброшенных из вагона на полотно желѣзной дороги, так как у одного оказались отрѣзанными обѣ ноги». Расправы, происходящiя при попустительствѣ властей, заканчивает запрос, приняли такой характер, что «возвращают еврейское населенiе к безправным временам царизма»[193]. Второй запрос, основанный на приведенных уже нами донесенiях в еврейское министерство, касался эксцессов в Гоголевѣ, Брусиловѣ, Корсуни и Радомыслѣ, а также на ст. Ромодан и Гребенка[194]. Оба эти запроса были Радой приняты (на засѣданiи 20-го апрѣля). Но при этом нѣкоторые представители украинских партiй в непрiязненном тонѣ упрекнули евреев в раздуванiи извѣстiй о якобы погромленных мѣстах: «там совсѣм не так страшно, как говорили интерпеллянты», заявил представитель крестьянской трудовой партiи Крыжановскiй, а представитель украинских с.-р. Григорьев прямо назвал еврейских интерпеллянтов «нечестной оппозицiей».

В то самое время, как еврейским представителям посылались эти упреки, волна насилiй, хотя и шла уже на убыль, окончательно еще не прекратилась. Эксцессы происходили в цѣлом рядѣ пунктов, и особенно часто на желѣзнодорожных станцiях, как, напримѣр: по линiи Сарны — Лугины, на ст. Ольшаницы, Тараща, Ставище — Кiевской губ., на ст. Лозовой и Ромны — Полтавской губ. Об одном из этих эксцессов в районѣ Таращи сообщается (в донесенiи из м. Хащеватое) следующее: «23-го апрѣля евреи мѣстечка были среди ночи разбужены стрѣльбой какого-то вооруженнаго отряда, который с криками «бейте жидов» напал на дома, разрушил их, ограбил и 9 евреев ранил, из них 4 женщин. Дѣти, женщины и дѣвушки валялись на улицѣ, моля о помощи, но помощи ниоткуда не было»[195].

Вниманiе общества в то время привлекли, благодаря вмѣшательству В. Короленко, насилiя, произведенныя гайдамаками в Полтавѣ. С первых дней своего прихода в Полтаву гайдамаки стали избивать на улицѣ евреев. 29-го марта они арестовали нѣскольких евреев, которых отвели в зданiе Виленскаго военнаго училища и начали жестоко сѣчь и избивать шомполами, издѣваясь над ними, заставляли продѣлывать «нѣмецкую гимнастику», бить друг друга по лицу; в общем каждый из арестованных получил до 200 ударов; избиваемых заставили при этом кричать «Хай живе вiльна Украiна». Против этих насилiй выступил в мѣстной соцiалистической газетѣ «Наша Мысль» В. Короленко со статьей «Стыд и грѣх». «Людей сѣкли шомполами, — писал он, — заставили нѣсколько раз пережить ужас предстоящей казни, при этом низко издѣвались над их достоинством, заставляя кричать «ура» во славу украинства и проклятiя «жидам» и «кацапам». Послѣ истязанiя всѣх истязуемых отпустили, потому что они оказались явно не причастными к большевистской борьбѣ… Их истязали только за нацiональность»[196]. «Статья произвела сильное впечатлѣнiе, — сообщает уполномоченный ЕКОПО, — и вызвала отвѣты украинских офицеров, оправдывавшихся и отмежевавшихся от палачей застѣнка… Молва в городѣ приписывала руководство избiенiями полковнику Шаповалу»[197]. Против Короленко в защиту украинскаго войска выступил с запальчивым отвѣтом член Рады Макаренко. Несмотря на опубликованiе приведенных фактов, истязанiя арестованных евреев и нѣкоторых русских офицеров продолжались, хотя застѣнок как будто перестал существовать. Зданiе Виленскаго военнаго училища так и прослыло в городѣ под именем «Виленскаго застѣнка». «За свое выступленiе, — сообщала «Кiевская Мысль» — В. Короленко стал получать предупрежденiя, что ему грозит избiенiе и даже убiйство»[198].

Аналогичной экзекуцiи, как в Полтавѣ, были подвергнуты мирные жители-евреи и в Константиноградѣ, Полтавской губ. Гайдамаками были здѣсь убиты 3 еврея. В апрѣлѣ были учинены казаками насилiя в Кременчугѣ. Гайдамаки стали хватать евреев, обыкновенно торговцев, обыскивали их, истязали, а нѣкоторых тайно разстрѣливали; офицеры только поощряли насилiя[199]. Вопрос об этих насилiях обсуждался на спецiальном засѣданiи Кременчугской Городской Думы. Представитель еврейской общины сказал при этом: «Первым выступленiем представителя общины в Думѣ суждено быть — защита вопроса о насилiях над евреями. Вмѣсто нацiонально-персональной автономiи мы имѣем нацiонально-персональное убiйство, избiенiя, ограбленiя, издѣвательство и глумленiя. Волна этих насилiй катится по всей Украинѣ с первых дней водворенiя украинской власти послѣ изгнанiя большевиков, и на днях волна эта докатилась и до нас». В результатѣ обсужденiя Думой была принята резолюцiя об образованiи слѣдственной комиссiи; резолюцiя также требовала присылки «парламентско-слѣдственной комиссiи» из центра и преданiя суду всѣх виновных начальствующих лиц. Всѣ эти рѣшенiя, однако, ни к каким результатам не привели. Присутствовавшая при оглашенiи в Думѣ фактов гласная-христiанка сказала при этом: «Послѣ выслушаннаго здѣсь — что я могу сказать? — Я русская, и мнѣ стыдно быть среди евреев»[200].

Почти 3 мѣсяца — февраль, март и апрѣль 1918 г. — тянется перiод погромных эксцессов, чинимых украинскими воинскими отрядами. Это была первая встрѣча нацiональной армiи Украины с еврейским населенiем. Позже, с приходом Директорiи, происходит вторичная встрѣча этих двух элемепнтов народонаселенiя края — украинскаго казака и жителя еврейскаго мѣстечка, — и результат оказывается тот же, только неизмѣримо болѣе зловѣщаго характера.

Параллельно с эксцессами украинской армiи происходит ряд других погромов, гдѣ главными участниками являются крестьяне. Это — вторая, и болѣе серьезная, активная сила в погромном движенiи. В описываемый нами перiод погромы, учиненные крестьянами, встрѣчаются, однако, сравнительно мало и спорадически. Антисемитизм крестьян выражался в болѣе пассивных формах. И только позже, в iюнѣ-августѣ 1918 года, когда, в связи с обострившимся революцiонным броженiем, вспыхивает крестьянскiй бунт против нѣмецко-гетманскаго господства, движенiе крестьян в повстанческих районах обрушивается и на евреев. Систематическiй-же поход деревни против евреев относится к 1919 г., когда повстанческое движенiе принимает необычайно широкiе и опасные размѣры.

Характерным для настроенiя деревни, а также для отношенiя администрацiи к насилiям над евреями является погром в м. Медвинѣ, Кiевской губ. В донесенiях мѣстных жителей событiя рисуются таким образом: «22-го января крестьяне с. Медвина, явившись огромной толпой, с пулеметами, винтовками и бомбами, в центр мѣстечка, начали громить еврейских жителей… Были разграблены всѣ еврейскiе лавки и дома. Всѣ товары крестьяне наложили на подводы и отвезли к себѣ домой; также они поступили и со всей домашней обстановкой, движимостью и одеждой медвинских евреев. По разграбленiи всего движимаго имущества громилы принялись за недвижимое: они начали поджигать строенiя; сгорѣло много построек. Погром продолжался нѣсколько дней; особенно звѣрскiя формы принимал он по вечерам и ночам… Были убитые и раненые (1 убитый и 2 раненых)». Когда пострадавшiе евреи обратились за содѣйствiем к начальнику уѣздной милицiи, послѣднiй отвѣтил, что «без нѣмецкаго отряда он безсилен бороться с такой вооруженной толпой, ибо в с. Медвинѣ насчитывается болѣе трех тысяч винтовок, много пулеметов и масса ручных бомб»… Послѣ долгих ходатайств начальник уѣздной милицiи, спустя два мѣсяца послѣ погрома, явился в мѣстечко; убѣдившись в полном разгромѣ еврейскаго населенiя, он рѣшил начать разслѣiдованiе среди крестьян, но послѣднiе его прогнали. «Крестьянское населенiе на общем собранiи заявило, что в погромѣ участвовали цѣлыя общества, и никаких разслѣдованiй и дознанiй по дѣлу о погромѣ не допустит», так сообщает в оффицiальном протоколѣ о своем посѣщенiи Медвина начальник милицiи[201]. Не добившись разслѣдованiя на мѣстѣ, разоренное еврейское населенiе мѣстечка послало депутацiю в еврейское министерство, а послѣднее направило ее к кiевскому губернскому комиссару. Вот что сообщает медвинская депутацiя о том, как она была губернским комиссаром принята: «Послѣ того, как он долго кричал на нас, топал ногами и угрожал кулаками, крича, что «всѣ евреи-большевики» и что «90 процентов евреев участвовали в большевистском бунтѣ», послѣ того, как он вынимал газету и читал имена евреев-большевиков, — он отвѣтил, что ничего не может подѣлать, так как власти на мѣстѣ нѣт, а из кармана он дать власти не может»[202]. Испытанiя медвинских евреев этим не кончились. Через нѣкоторое время в Медвин была все таки послана воинская часть «сѣчевиков» для охраны. Но вот что сообщает один из членов депутацiи о поведенiи сѣчевиков: «Как только они вошли в мѣстечко, 19-го апрѣля, они стали производить обыски в еврейских домах, врываясь ночью в квартиры; нѣкоторые квартиры они ограбили. Они стали требовать у евреев выдачи оружiя, нѣскольких евреев арестовали, одного высѣкли, пришедшую депутацiю от еврейскаго населенiя чуть не избили ногайками». «Отряд этот не только не принес нам никакой пользы, но еще ухудшил наше положенiе, так как крестьяне радуются теперь на наши неудачи и бѣдствiя»[203]. Дикiя насилiя над евреями со стороны крестьян произошли в это время также в м. Саврань, Подольской губ. Напавшiе на мѣстечко крестьяне разграбили всѣ еврейскiя лавки, часть мѣстечка сожгли, двух видных представителей еврейскаго населенiя, д-ра Клейна, стоявшаго во главѣ самообороны, и его тестя, Киржнера, подвергли звѣрским истязанiям: первому отрѣзали руки и нанесли много других ран, второго так долго гнали по городу и били желѣзными палками, что он скончался[204].

Отношенiе деревни к евреям выражалось не только в формѣ физическаго насилiя и прибыльнаго погромнаго грабежа. Антисемитизм пустил здѣсь вообще глубокiе корни. Несмотря на революцiю и провозглашенное равноправiе, крестьяне в нѣкоторых мѣстах выносят приговоры об изгнанiи живущих в деревнях евреев. В нѣскольких селах Проскуровскаго уѣзда (Подольской губ.) были уже очень рано случаи, когда крестьяне отказывали евреям, давно живущим в деревнѣ, в дальнѣйшем наймѣ помѣщенiй, и евреям пришлось выселиться[205]. Начиная с осени 1917 г. случаи изгнанiя крестьянами евреев учащаются, особенно в Литинском и Брацлавском уѣздах, Подольской губ, и Таращанском уѣздѣ, Кiевской губ. Один из выселяемых в жалобѣ в еврейское министерство сообщает: «Крестьяне опредѣленно заявляют, что «ни треба нам жидiв в силi, нихай вони iдут собi у город». «Довожу до свѣдѣнiя, — пишет он, — что выселенiя производятся во всѣх селах Литинскаго уѣзда»[206]. С начала 1918 г. число таких случаев еще больше увеличивается. В архивѣ еврейскаго министерства (в отдѣлѣ Правовое положенiе) имѣется за этот перiод цѣлый ряд жалоб на выселенiе по приговорам сельских сходов евреев, причем таких, которые живут в селѣ по 30 и даже по 60 лѣт.

Особенно сильны были антисемитскiя настроенiя крестьян в Таращанском уѣздѣ, Кiевской губ., - в том самом уѣздѣ, которые нѣсколько позже явился очагом повстанческаго движенiя в Кiевщинѣ и одним из важнѣйших пунктов крестьянской революцiи на Украинѣ. Евреи села Скоморошки, Таращанскаго уѣзда, Кiевской губ., обращаясь в апрѣлѣ 1918 г. в евр. министерство с просьбой о заступничествѣ, сообщают, что крестьяне в январѣ вынесли на сходѣ постановленiе об удаленiи из предѣлов деревни 15 живущих там еврейских семей. В концѣ марта крестьяне снова на сходѣ порѣшили немедленно удалить служащих на сахарном заводѣ евреев с их семьями (любопытно, что завод принадлежал еврею, администрацiя была также еврейская). На сходѣ крестьяне вообще высказались за необходимость выгнать всѣх поселившихся здѣсь «жидов»[207]. Об аналогичных настроенiях крестьян сообщалось в прессѣ также и из нѣскольких мѣстностей Подольской губ.: из Ладыжина и ряда деревень в его районѣ. Еврейскому министерству пришлось даже спецiально обратиться к губернскому комиссару с просьбой принять мѣры против выселенiя крестьянами евреев в Литинском уѣздѣ[208]. Волостные комитеты мѣстами принимают постановленiя о созданiи особой «черты» для евреев, выгоняя их из предѣлов сельскаго поселенiя. Особенно недружелюбно относятся крестьяне к занятiю евреев земледѣлiем. Они не только вновь не допускают их к землѣ, но пытаются изгнать евреев-поселенцев из еврейских колонiй. Так, из Чеваньской колонiи близ Фастова (Кiевской губ.) сообщали, что «среди крестьян идет сильная агитацiя об изгнанiи евреев из колонiи, с цѣлью отбить у них всякую охоту к земледѣлiю»[209]. В прессѣ также сообщалось об эксцессах со стороны крестьян в еврейских колонiях Херсонской губ., - Новополтавкѣ, Ефингари и друг.

Антисемитская струя, которую принесла с собою украинская армiя, как вода на мельницу, дав новый импульс и как бы оффицiальную санкцiю погромным чувствам. Донеся о насилiях гайдамаков в м. Гоголево, Черниговской губ., представители мѣстнаго населенiя дѣлают очень характерное добавленiе: «Тревога среди евреев еще усиливается тѣм обстоятельством, что темныя крестьянскiя массы, видя с какой легкостью и безнаказанностью гайдамаки расправились с евреями, увѣровали, что гайдамаки присланы верховной властью Украины для расправы с евреями, и с тѣх пор начали смотрѣть на послѣдних, как на клейменых преступников, находящихся внѣ законной защиты»[210]. Деревня оказалась необычайно воспрiимчива к погромным идѣям и всегда охотно шла вслѣд за буйствующим гайдамаком с пустым мѣшком забирать еврейское добро. Но за то она часто оставалась довольно равнодушной к положительным моментам украинскаго нацiональнаго движенiя. Один из наблюдавших настроенiе крестьян в пунктѣ, который впослѣдствiи прославился рядом погромов, — в м. Иванковѣ, Кiевской губ., передает слѣдующую любопытную сцену: «В апрѣлѣ 1918 г. мѣстные украинскiе дѣятели устроили празднество в память Шевченко и пригласили также евреев принять участiе. Евреи согласились, и в устроенной манифестацiи участiе приняли еврейскiе обыватели (baalebatim), во главѣ с раввином; кромѣ них шло всего человѣк 10 украинцев. Крестьяне отнеслись ко всей этой манифестацiи с насмѣшкой, освистали ее, издѣвались и называли ее «жидовской манифестацiей»…[211].

Украинская пресса в общем высказалась против погромных эксцессов. Орган украинских с.-р. «Боротьба» во время Кiевских событiй писал, что необходима слѣдственная комиссiя об этих эксцессах, и что комиссiя должна быть под контролем населенiя. Однако, он не указал, кто является главным участником эксцессов. Болѣе открыто выступил тогда орган укр. с.-д. «Робiтнича Газета»: «Мы знаем, — писала она, — что безотвѣтственными лицами дѣлаются попытки среди безсознательной массы представить большевистскiя событiя, как власть евреев, как еврейскую интригу. Мы должны самым энергичным образом протестовать против таких слухов и призвать к единенiю и сотрудничеству с еврейской демократiей. Мы должна напомнить этим безотвѣтственным лицам, что отношенiе еврейских партiй к большевизму было все время рѣзко-отрицательное». Против погромов выступила также «Нова Рада» (орган с.-ф.), но она скрыла истинных виновников, хотя не могла о них не знать: Дикую погромную агитацiю, — писала она, — ведут тайные черносотенцы и хулиганы, также сомнительные «большевики», чтобы замѣсти слѣды, и просто обыватели. «Мы увѣрены, — добавляла газета, — что погромов и насилiй не будет, что украинская армiя не пойдет по пути большевистских грабителей»[212]. Прошло нѣсколько дней, волны антисемитизма сильно поднялись, и «Нова Рада» сама выступила с рядом открыто антисемитских статей. На страницах этой газеты в разгарѣ гайдамацких эксцессов в Кiевѣ была помѣщена статья, в которой автор писал, пытаясь передать аргументы казаков: «Нам стрѣляли в спину… Евреи носили пищу большевикам, сообщали им о наших патрулях, с красными повязками на рукавах пролѣзали, чтобы оказать им помощь. А когда большевики побѣдили, вся еврейская молодежь перешла в ряды красногвардейцев». «Еврейское населенiе нас не любит, не сочувствует нам… Мы знаем, что при новом случаѣ евреи нас снова предадут, будут стрѣлять в нас, доносить на нас… Мы солдаты — и на стрѣльбу мы отвѣчаем стрѣльбой. На удар — ударом». Передавая эти аргументы, автор добавляет: «логическiй ход мыслей у казаков вовсе не так дик». «Евреи должны принять мѣры к тому, чтобы подавить злобу против них, они должны отречься от Чудновских, Райхштейнов и Шапиро. Они на дѣлѣ должны доказать свою преданность украинскому государству, а не держать курс по политической погодѣ»[213]. Вслѣд за этим с аналогичной статьей («Евреи и Украинское войско») и с тѣми же аргументами открыто выступил редактор газеты, видный украинскiй дѣятель и товарищ предсѣдателя Рады, А. Никовскiй. Рисуя положенiе казаков в Кiевѣ при наступленiи большевиков, он писал: «К большевикам прокрадывалась с нарукавными знаками «Краснаго Креста» еврейская молодежь, которая затѣм вооружалась винтовками против украинских казаков. Украинскiя войска попали как-бы в мышеловку, повсюду они были окружены врагами. Когда, наконец, украинцы вынуждены были уйти, «Кiев» стрѣлял им в спину до послѣдняго строенiя под Святошиным. Присматриваясь к единичным и групповым врагам своим, украинцы отлично разглядѣли, что это была исключительно еврейская молодежь, — студенты, гимназисты, рабочiе». «Казаки снова пришли в Кiев. Куда же именно пришли они? Не болѣе и не менѣе как во вражескiй город… Они (евреи) молчат о нашем приходѣ, они молчат о всѣх безчинствах против нас их родичей и сыновей, но за то шумят по поводу самочинных арестов, всѣ убiйства валят они на нашу голову, агитируют против украинской власти, а тѣм временем они не отказываются от заработка около нѣмцев»… «Казаки, — продолжает А. Никовскiй, — в парламентѣ не бывают… там слова, а на Васильковской улицѣ (еврейскiй район) такiя дѣла, что на каждом шагу оглядывайся, чтобы чего добраго тебя не сразила пуля, пущенная нацiональным меньшинством». «Еврейство прячется за Думу, за прессу, но непосредственно оно ничего не сказало… А ведь у кiевскаго еврейства имѣется свыше 40 различных общественных организацiй… Почему они не протестуют (против большевиков)? Почему они, евреи, до сих пор не заявляют, что они также граждане Украинской Республики?»… И дальше, опять: «Красногвардейцы, состоящiе преимущественно из евреев, разстрѣливали украинцев за то, что они украинцы, а их отцы и братья указывали, гдѣ и кто из украинцев прячется, кто кѣм был во время «господства украинцев»[214]. Так писал наиболѣе умѣренный и солидный украинскiй орган в разгарѣ гайдамацких насилiй, давая полное моральное и психологическое оправданiе этим насилiям[215]. Позже, правда, эти украинскiе органы печати осмотрѣлись и перемѣнили свой тон, но пропасть между украинскими и еврейскими дѣятелями все больше и больше расширялась.

Озлобленное настроенiе украинских дѣятелей против нацiональных меньшинств особенно остро проявилось на засѣданiи Малой Рады 17-го марта, при обсужденiи мирнаго договора с центральными державами, заключеннаго украинской делегацiей в Брестѣ. Засѣданiе — сообщает очевидец — носило характер открытаго скандала и превратилось в ряд эксцессов против «меньшинств». Им мѣшали говорить даже члены Рады, а с хор неслись крики и ругань. Вопрос шел о том, ратифицировать-ли мир или нѣт, при этом всѣ украинскiя, а также и всѣ еврейскiя партiи — кромѣ «Бунда» — высказались за ратификацiю, а «Бунд», россiйскiе «меньшевики» и соцiалисты-революцiонеры были против. Ораторами послѣдних трех партiй были евреи (Рафес, Биск и Скловскiй). Всѣ они отклоняли этот мир отнюдь не из за каких либо еврейских нацiональных соображенiй. Даже представитель «Бунда» не этим аргументировал; он говорил украинцам: «Вашим миром вы продали русскiй народ и окраинные народы Россiи». И несмотря на то, что прочiя четыре еврейскiя партiи голосовали вмѣстѣ с украинцами, возбужденiе против евреев, особенно в публикѣ, было так велико, что предсѣдатель Рады, М. Грушевскiй, велѣл стражѣ очистить хоры. «Украинцев выгоняют, а жиды остаются хозяйничать», кричали с хор. «Украинцы остаются здѣсь» — отвѣтил Грушевскiй, показывая на себя[216]. Несмотря на такое обостренiе страстей, еврейскiе представители три дня спустя приняли участiе совмѣстно с украинцами в торжествѣ празднованiя годовщины Рады. «Послѣ всего, что Украина пережила, мы стали увѣрены, что она может и будет жить, — заявил представитель «Об'единенцев», Ю. Новаковскiй. С такими же привѣтствiями выступили и другiя еврейскiя партiи. Представитель «Бунда», М. Рафес, при этом сказал: «Против нацiональных меньшинств началась кампанiя. Этим хоронят революцiю. И если мы с вами не найдем пути сближенiя, мы оба будем похоронены». С другой стороны оратор «соц. — федералистов» Кушнир заявил: «Пока меньшинства не пойдут с нами, мы будем шовинистами»…[217]

В этих словах представителей двух нацiональностей Украины заключались два рѣзко противуположных взгляда на сотрудничество. Точно стѣна стояла между ними. Ненормальное положенiе, в какое попала еврейская общественность при нацiональной политикѣ украинцев, вызвало у нѣкоторых еврейских дѣятелей сомнѣнiе в дѣйствительной выгодѣ самаго института нацiональной автономiи. В статьѣ «Завоеванiе или утѣсненiе?» один из лидеров «Об'единенцев», М. Литваков, писал: «Украинцы постепенно превратили этот институт в какую-то государственно-политическую черту осѣдлости». «Они говорят евреям: заберите у нас круг ваших спецiальных дѣл, дѣлайте там, что хотите, разрѣшайте себѣ свои вопросы, как вашей душе угодно, но украинское государство — это вас не касается, это предоставьте нам». Автор указывает далѣе, что всѣ важнѣйшiе акты в Радѣ — всѣ, начиная с третьяго Универсала, — были рѣшены без вѣдома и воли нацiональных меньшинств. «Правда, им послѣ этого всего разрѣшали прочитывать свои декларацiи, но самое чтенiе этих декларацiй превратилось в род экзамена на вѣрность украинскому государству. А экзамен был строгiй, безпощадный и пристрастный»…[218]

Оглядываясь назад на весь этот перiод погромных эксцессов, слѣдует отмѣтить, что еврейское населенiе в цѣлом и в этот перiод не чувствует себя еще терроризированным погромными событiями. Несмотря на довольно широкiй и непрерывный характер погромов, провинцiальное еврейство проявляет извѣстную энергiю в борьбѣ с ними. Выше мы привели ряд фактов о дѣятельности вооруженных отрядов самообороны, которым не раз удавалось отстаивать мѣстечко. Но благодаря все большему усиленiю реакцiонно-шовинистическаго курса, не только стало невозможным оффицiальное признанiе еврейских отрядов, но в нѣкоторых мѣстах началось даже разоруженiе самообороны. Так, напримѣр, евреи м. Голованевска, Подольской губ., чья дружина получила впослѣдствiи, в 1919 г., большую славу, обратились теперь в еврейское министерство с просьбой ходатайствовать возвращенiе отнятаго у них оружiя; в мѣстечкѣ имѣлась «боевая дружина при комитетѣ общественной безопасности», которая была разоружена уѣздным комендантом. Общей участи подверглась также и «Еврейская боевая дружина» в Одессѣ. Одесская дружина возникла, по иницiативѣ еврейских общественных дѣятелей, в августѣ 1917 г., в разгарѣ «пьяных безпорядков», и скоро превратилась в серьезный воинскiй отряд, сыгравшiй большую роль в охранѣ города от погромов. Дружина просуществовала, с перерывами, при всѣх властях, свыше двух лѣт. Она имѣла постоянный оплачиваемый состав из бывших солдат и содержалась на средства еврейскаго населенiя, а одно время даже субсидировалась Городской Думой. Дружина была строго аполитична, преслѣдуя только цѣли защиты еврейскаго населенiя и вообще охраны города. Особенно велико было ея значенiе в перiод борьбы между большевиками и украинцами, а позже нѣмцами, когда ей дѣйствительно удалось уберечь Одессу от погрома. Наканунѣ прихода нѣмцев на Украину дружина насчитывала до 600 постоянных членов (кромѣ резервов), расположенных в 12 казармах, была хорошо вооружена и имѣла пулеметныя команды. По приходѣ нѣмцев дружина была ими разоружена; сдав большую часть оружiя (22 пулемета, 1000 винтовок и массу патронов), дружина приблизительно треть оружiя тайно закопала. С уходом нѣмцев, в концѣ 1918 г., дружина была возстановлена, но вторично разоружена большевиками в апрѣлѣ 1919 г. Возстановленная к приходу деникинцев, а августѣ 1919 г., она была ими в третiй раз и окончательно расформирована[219]. Вооруженная самооборона существовала также в Екатеринославѣ, но здѣсь не было общаго отряда, а каждая из трех еврейских соцiалистических партiй имѣла свою дружину и кромѣ того имѣлся отряд Союза евреев-воинов. Дружины были хорошо вооружены, и благодаря этому погромная агитацiя в городѣ не приняла активных форм. Но в концѣ марта 1918 г. всѣ эти дружины были насильственно разоружены красногвардейцами-большевиками и анархистами (см. об этом дальше). В болѣе слабой формѣ отряды вооруженной самообороны существовали и в рядѣ других городов (напримѣр, в Харьковѣ), но всѣ они вынуждены были при нѣмцах и гетманѣ ликвидироваться.

Помимо мѣр самозащиты, по прежнему, как и в предыдущiй перiод, были пущены в ход мѣры политическаго воздѣйствiя на правительство и просьбы о помощи. Как и раньше, эту задачу воздѣйствовать на власть взяло на себя еврейское министерство, куда продолжали стекаться всѣ донесенiя с мѣст о насилiях. Но в этих донесенiях уже больше жалобы, чѣм требованiя, как было прежде. Чувствуется, что провинцiальное еврейство постепенно теряет вѣру в дѣйствительную силу своих нацiонально-государственных прав и смущено крѣпнувшим шовинистическим курсом. Успѣх обращенiй еврейскаго министерства к власти был также неодинаков в разные перiоды. До января 1918 обращенiя приносят извѣстные результаты — властью посылается на мѣста охрана, назначается кое-гдѣ слѣдствiе, образовываются комиссiи по борьбѣ с эксцессами. Начиная с января и дальше ни о комиссiях, ни о слѣдствiях, ни тѣм менѣе о посылкѣ отрядов для борьбы с эксцессами не слышно, — вѣдь активными участниками эксцессов являются часто сами украинскiе воинскiе отряды.

Круг погромных эксцессов, связанных с «золотым перiодом» украинскаго нацiональнаго строительства, завершился к маю 1918 г. Послѣднiе мѣсяцы этого перiода характеризуются поправѣнiем курса и диктатурой «нацiональнаго большевизма». В эти мѣсяцы рельефно намѣтились тѣ два канала, через которые на Украинѣ накоплялась и текла погромная энергiя — нацiональная украинская армiя, реставрированная в духѣ гайдамачины, и украинская домовито-анархическая деревня, еще не распустившая свои огромныя повстанческiя потенцiи. С мая и дальше происходит рѣзкое измѣненiе в государственном устройствѣ молодой Украины, наступает перiод нѣмецкой оккупацiи, гетманщины и ликвидацiи революцiонных завоеванiй. Погромныя событiя в этот новый перiод протекают уже в других условiях, хотя преемственно связаны с «золотым перiодом» украинскаго движенiя.

VII

Наступленiе нѣмецко-украинских войск. — На сѣверѣ Черниговщины. — Отступленiе большевистских частей и погромные эксцессы. — Событiя в Мглинѣ и Суражѣ. — Рѣзня в Глуховѣ. — Погромная Одиссея. — Первое погромное бѣженство. — Рѣзня в Новгород-Сѣверскѣ. — В районѣ. — Погромы и Совѣтская власть. — Отдѣльные эксцессы большевистских частей.

При переходѣ из описаннаго перiода в новый, в мартѣ-апрѣлѣ, на границах Украины вспыхнуло нѣсколько погромов, которые и по своему характеру и по своим участникам рѣзко выдѣляются из круга обычных эксцессов того времени. Они шагнули вперед из ряда, выпали из общей цѣпи событiй 1917–1918 гг., как-бы предвѣщая тѣ кровавыя событiя, которыя больше характерны для послѣдующаго жестокаго года. Теперь они захватили небольшую территорiю в сѣверо-восточном углу Черниговской губернiи и не приняли широкаго и длительнаго характера.

Глухов, Новгород-Северск, Середина Буда и их районы становятся на время центром неслыханных звѣрств — еврейской рѣзни. Нависшiй погромный страх гонит еврейское населенiе с мѣста на мѣсто, из мелких пунктов в города, в поисках безопасности. Для того перiода это было новое явленiе, неожиданный взлет погромной волны. В этих событiях выступают совершенно новые участники, а именно — дезорганизованные большевистскiя воинскiя части. Событiя не связаны с прежней линiей погромнаго движенiя на Украинѣ, с его главными активными силами — украинской армiей и крестьянством. Их принесла сила, чуждая краю, — пришедшiе с сѣвера красногвардейцы и матросы, спрятавшiе под большевистскими лозунгами тот соцiально-анархическiй разгул, который демобилизующаяся солдатчина лѣтом и осенью 1917 г. проявила в пьяных погромах, в грабежах и эксцессах в мѣстечках Волыни и Подолiи. Как и тогда, так и теперь на Черниговщинѣ, эти солдаты в своих нападенiях на евреев широко пользовались поддержкой и содѣйствiем мѣстнаго крестьянскаго населенiя.

Как почти всѣ погромы на Украинѣ, начиная с 1918 г., и эти находятся в тѣсной связи с военными дѣйствiями. Это были эпизоды в военных столкновенiях между большевиками и наступающими нѣмцами, которые помогали украинцам очистить сѣверные уѣзды Черниговской губернiи и южныя Полѣсья от большевистских частей и желѣзной рукой провели пограничную линiю между Украиной и Россiей. Погромы эти были самочинным дѣлом озлобленных отступающих красных войск и шли в разрѣз со всей политикой центральной совѣтской власти. Но в тот перiод (конец «Петроградскаго перiода» совѣтской власти) большевики в центрѣ еще сами пропагандировали «самодѣятельность масс», красныя войска еще не подверглись дисциплинѣ и взнузданiю, и против довольно сильных антисемиских настроенiй в рядах этих войск еще не велась систематическая борьба, как это стало позже.

Ряд наблюденiй свидѣтельствует, что в частях совѣтских войск, оперировавших в пограничном районѣ Полѣсья и Черниговщины, антисемитскiя настроенiя были очень сильны. В прессѣ в то время сообщалось, что в Гомелѣ, со стороны котораго нѣмцы наступали на этот район, части красных войск перед тѣм, как совѣтская власть оттуда эвакуировалась, пытались учинить погром, но вооруженная самоохрана не допустила, при этом пострадало нѣсколько погромщиков. Разбѣжавшiеся по мѣстным районам дезорганизованныя части красноармейцев стали затѣм распространять слух, что «жиды разстрѣливают Красную армiю». В г. Мглинѣ, Черниговской губ., антиеврейское настроенiе среди нѣкоторых большевистских элементов было так сильно, что член мѣстнаго Совѣта, еврей, предупредил еврейское населенiе, что оно должно «реабилитировать себя от обвиненiя в контр-революцiонности», ибо вопрос о погромѣ «уже поставлен на очереди в Совѣтѣ»[220]. Через нѣкоторое время в Мглинѣ дѣйствительно разыгрались кровавыя событiя: на уѣздном с'ѣздѣ крестьянских депутатов был убит предсѣдатель Совѣта; со ст. Унечи прибыла тогда карательная экспедицiя красногвардейцев и под предлогом наказанiя виновных учинила еврейскiй погром: — 15 евреев было убито, нѣсколько евреев ранено и избито, еврейскiя квартиры были разгромлены. В один дом, гдѣ прятались евреи и русскiе, вошли красногвардейцы с криком: «русскiе — выходи, жиды — оставайся», и оставшiеся 7 евреев были вырѣзаны, в том числѣ двухлѣтняя дѣвочка. Погромные эксцессы, но без человѣческих жертв, произошли также в сосѣднем городѣ Суражѣ. Сюда прибыл отряд красноармейцев «1-го полка имени Ленина» «для наказанiя контр-революцiонеров», и произвел разгром еврейских квартир. Командир краснаго отряда, прибывшаго для усиренiя погрома, публично утверждал, что «евреи в других мѣстах встрѣчали нѣмцев хлѣбом-солью»…[221].

Но значительно серьезнѣе были событiя, которыя разыгрались в Глуховѣ. Вот что сообщает об этом харьковская газета «Соцiал-Демократ»: «С 5 часов вечера 7-го марта, в теченiе двух с половиной суток, город был во власти раз'яренной черни… Пострадали почти исключительно евреи… У многих из оставшихся в живых отрублены руки. На глазах у матерей убивали малолѣтних дѣтей… Мужчин выволакивали на улицу, били прикладами, кололи и разстрѣливали. Все это — с пьяными песнями и дикой руганью. О грабежах и говорить нечего. Их окрестных сел явились с мѣшками и вывезли абсолютно все, оставили только голыя стѣны». Очевидец пишет: «Кровь лилась рѣкой, разстрѣливали цѣлыя семейства, не щадили и стариков и дѣтей; цѣлыя семейства лежат на еврейском кладбищѣ». Погром захватил также и пригороднее село Есмань.

Глуховскiй погром возник в результатѣ ожесточенной схватки, шедшей между большевистскими и украинскими частями. Стоявшiй в Глуховѣ Батуринскiй полк, об'явившiй себя украинским, выгнал большевиков из города; тогда им на помощь явился из Курска Рославльскiй партизанскiй отряд красногвардейцев, и город был взят обратно. Отряд (во главѣ котораго стоял матрос Цигапко), ворвавшись в город, рѣшил в видѣ мести «вырѣзать всѣiх буржуев и жидов». К нему присоединилось много окрестных вооруженных крестьян, «большевистски»-натроенных, а также мѣстная чернь. Солдаты Батуринскаго полка также перешли к ним, сообщив при этом, что «глуховскiе евреи их подкупили, чтобы они воевали против большевиков». Рѣзнѣ поверглось исключительно еврейское населенiе, были убиты из не-евреев только украинскiй комиссар Дрозд и офицеры украинскаго полка. Всего было убито свыше 100 евреев, не только буржуазные обыватели, но и рабочiе, бывшiе солдаты[222]. Погром изобилует сценами необычайной жестокости, которыя в этот перiод почти не встрѣчаются. Очевидцы погрома сообщают: в одном домѣ убили всю семью — отца, мать и трех дочерей, причем над трупами издѣвались; в другом на глазах у матери убили ея трех сыновей, причем убiйцы спокойно ей объявили: «Тебя не тронем, мы к тебѣ завтра обѣдать прiйдем, готовься». И, дѣйствительно, пришли. Раввина, старика лѣт 70, выволокли на площадь, выставили в ряд с другими и разстрѣляли; так-же поступили и с «шохетом», котораго вытащили раненым из больницы. Обстрѣляли синагогу, изорвали свитки Торы. Обезумѣвшiе и опьяненные солдаты кричали: «Нам приказано вырѣзать всѣх жидов». Погром затих лишь на завтра, когда мѣстный Совѣт выпустил воззванiе: «Красногвардейцы, довольно крови!». Характерен штрих: на могилѣ партизан, павших во время столкновенiя с украинцами, водрузили красное знамя, с надписью: «Да здравствует Интернацiонал»»…[223]

Руководящiе большевистскiе круги в Петроградѣ истолковали глуховскiя событiя, как обычный военный эпизод. В «Правдѣ» была помѣщена телеграмма от 18 марта, которая гласила буквально слѣдующее: «Доблестный Рославльскiй отряд занял Глухов послѣ упорнаго сопротивленiя. Улицы Глухова и прилегающiя к желѣзнодорожной станцiи мѣста покрыты трупами. В городѣ организован Совѣт»…[224]

Вслѣд за Глуховым произошли убiйства евреев на ближайших станцiях, а 19-го марта отрядом Красной гвардiи и присоединившимися к ним крестьянами произведено избiенiе в м. Середина Буда. Почти всѣ евреи мѣстечка в страхѣ бѣжали, но погромщикам удалось здѣсь убить до 20 человѣк (в одной семьѣ были убиты отец, мать, сын и дочь)[225]. Погромный террор охватил весь район Глухова, евреи в страхѣ разбѣжались по лѣсам и полям, выдаваемые крестьянами и преслѣдуемые красными войсками. В свое время еврейскую прессу обошло письмо одного из таких бѣженцев, подробно описывающаго свои трагическiя переживанiя во время этой погромной Одиссеи[226]. Так мѣталась не одна еврейская семья в смертельном страхѣ перед погромным призраком.

Движенiе красных частей против евреев кругами разошлось по сосѣдним уѣздам. Одно из донесенiй в еврейское министерство сообщает о погромных событiях в нѣскольких мелких пунктах Сосницкаго уѣзда. «Терроризированное еврейское населенiе сел Ахрамѣевичи и Сядрино, числом свыше 120 человѣк, оставив всѣ имущество, бѣжало в Корховку, под охрану нѣмецкаго патруля. Что дѣлается с еврейским населенiем дальше на 15 верст неизвѣстно, но крестьяне разсказывают, что там ужасы не меньше… Милицiи и вообще власти нѣт»[227].

Военныя дѣйствiя между большевиками и нѣмецко-украинскими войсками уже приближались к концу, когда вдруг вспыхнул новый кровавый погром в Новгород-Сѣверскѣ. Погром произошел 6-го апрѣля и был учинен арьергардом совѣтских войск, отступавшим от Сосницы по направленiю к Брянску. Еще до этого еврейское населенiе подвергалось здѣсь неоднократным насилiям: когда организовался мѣстный Совѣт, красноармейцы и матросы стали дѣлать обыски у евреев. под видом поисков оружiя, и забирать деньги. В концѣ марта сюда прибыл новый большевистскiй отряд (под начальством матроса Берети), который созвал всѣх имущих евреев и потребовал внесенiя до вечера контрибуцiи в 750 тысяч рублей. В началѣ апрѣля отставшiй от большевистских войск отряд пытался учинить погром, но был вытѣснен из города городской охраной. Получив подкрѣпленiе, отряд стал приближаться к городу. В своем меморандумѣ мѣстный Комитет помощи погромленным дает слѣдующую картину погрома: 6-го апрѣля в Новгород-Сѣверск прибыл еврей-нарочный с извѣстiем, что «приближается большой отряд большевиков, которые говорили крестьянам, что ѣдут в город вырѣзать всѣх евреев». Вскорѣ дѣйствительно прибыли развѣдчики большевистскаго отряда и обратились к милицiонерам: «Мерзавцы, бросайте оружiе, рѣжте жидов!» и раз'ѣхались по всѣм улицам с криком «бей жидов»… Затѣм стали входить главныя силы большевиков, «и тогда началась рѣзня и погром». «Жестокость и безпощадность бандитов, — говорится в меморандумѣ, - не поддаются описанiю. В большинствѣ случаев дѣтей убивали на глазах родителей, а отцов на глазах жен и дѣтей… Были случаи, когда русскiе и евреи находились вмѣстѣ, тогда русским приказывали отойти в сторону, а евреев тут-же убивали. Были случаи, когда пойманных евреев выстраивали в шеренгу, приказывали готовиться к смерти, потом отпускали и опять строили, повторяя по нѣсколько раз, чтобы больше насладиться предсмертными муками и униженiем обреченных… Было нѣсколько случаев, когда, забрав деньги, послѣ долгих и слезных упрашиванiй и мольб, предварительно надругавшись и издѣваясь над своими жертвами, потом дарили им жизнь». «Прятались кто куда мог, — продолжает меморандум, — многiе спустились в окружающiе город рвы и направились в близлежашiя деревни, но крестьяне очень враждебно встрѣчали спасавшихся, ссылаясь на приказ, воспрещающiй под страхом смертной казни принимать евреев. Было даже нѣсколько случаев убiйств в селах». Рѣзня продолжалась всего 4 часа. Было убито, считая убитых по дорогам и в окрестностях, 88 евреев, 11 тяжело ранено. Разгром продолжался и послѣ этого мѣстными крестьянами из Заручья, Рѣшетиловки и Покровщины. Во время погрома в Новгород-Сѣверскѣ был убит еврейскiй писатель-гебраист А. Я. Слуцкiй (писавшiй под псевдонимом «Issi Habawli»).

Продолженiю погрома помѣшало спѣшное наступленiе нѣмцев. Большевики ушли, но через день вернулись и вытѣснили нѣмцев. «Когда уходил нѣмецкiй отряд, — передает меморандум характерную сцену, — за ним слѣдом, как в дни великаго исхода из Египта, потянулось почти все еврейское населенiе города. 8-го утром город был окончательно занят нѣмецкими войсками, водворился порядок, и евреи вернулись в свои покинутыя жилища». «Тогда (послѣ отступленiя большевиков) начался ужас в деревнѣ. Всѣ евреи, жившiя в селах и деревнях, лежащих на пути отступленiя большевиков к Погару, подверглись разгрому. Особенно сильно пострадало м. Гремяч, гдѣ убитыми оказались 15 евреев и всѣ разгромленными. Погромное настроенiе раскинулось по всему уѣзду, и всѣ евреи, оставив на произвол судьбы свое состоянiе, имущество, бѣжали в город. Убитых в уѣздѣ оказалось 24 еврея… И до послѣдняго времени, — заканчивает меморандум, — отдѣльныя банды продолжают безчинствовать в предѣлах уѣзда»[228].

По своему характеру событiя в Новгород-Сѣверскѣ, как и в Глуховѣ, являются прототипом погромов взбунтовавшихся частей Красной армiи, которые обрушились на евреев позже, начиная с лѣта 1919 г., и нашли свое наиболѣе полное выраженiе в «Григорьевщинѣ». Это был перегной большевизма, с которым центральная совѣтская власть вела в 1919 году упорную борьбу. Теперь-же, весной 1918 г., эти деморализовано-бандитскiя части прекрасно уживались в совѣтской армiи и искренне считали себя большевиками. Сцена массового исхода евреев при приближенiи большевиков является знаменательной. Она повторяется еще раз в концѣ 1918 г. «В связи с переходом в послѣднее время Глухова и Новгород-Сѣверска в руки большевиков все еврейское населенiе этих мѣст выѣхало оттуда», говорится в одном документѣ характеризующем событiя в декабрѣ 1918 г.[229]. Подобнаго рода «исход» стал позже, в 1919 — 1920 годах, бытовым явленiем у затравленнаго погромами украинскаго еврейства. Но тогда евреи уходили вмѣстѣ с большевиками, спасаясь от повстанцев или деникинцев; теперь-же первое явленiе погромнаго бѣженства было вызвано как раз страхом перед наступленiем большевиков.

Погромы, учиненные в Черниговщинѣ деморализованными отрядами большевистской армiи являются лишь эпизодом большевистско-нѣмецкаго фронта. Погромныя выступленiя красных частей вообще находили очень рѣзкое осужденiе в рядах руководителей совѣтской власти. Однако, антисемитскiя выступленiя эту власть интересовали исключительно с точки зрѣнiя «контр-революцiи». Вскорѣ послѣ совѣтской телеграммы о «доблестном Рославльском отрядѣ», занявшем Глухов, появилось в «Извѣстiях» сообщенiе о глуховском погромѣ. Особое сообщенiе было в Москвѣ опубликовано также комиссарiатом по нацiональным дѣлам совмѣстно с еврейским комиссарiатом, в котором было даже преувеличено указано, что «в Глуховѣ во время погрома была вырѣзана вся еврейская интеллигенцiя». Но в обоих сообщенiях умалчивалось, кто явился устроителем этой рѣзни. Большевики созвали в Петроградѣ митинги протеста против «рѣзни евреев на Украинѣ и армян на Кавказѣ» и спецiальное засѣданiе Петроградскаго Совѣта. Но при этом опять умолчали о поведенiи красных войск в Глуховѣ и в других пунктах, а говорили исключительно о погромах в тѣх «городах и деревнях, которые были заняты украинцами, нѣмцами и румынами»… Правда, комиссарiат по нацiональным дѣлам совмѣстно с еврейским комиссарiатом выработали ряд мѣр борьбы против погромов, постановив: вести пропаганду среди рабочих, «учинить надзор за агитацiей попов», предложить «комиссiи Дзержинскаго» (впослѣдствiи «ЧЕКА») бороться против погромов и т. п.[230] Но ни событiя в Глуховѣ, ни событiя в Новгород-Сѣверскѣ не были совѣтской властью разслѣдованы, виновники не понесли никакого наказанiя, и всему этому «эпизоду» не было, повидимому, придано никакого значенiя. На это равнодушiе указывалось тогда в еврейской печати. На еврейскiе общественные круги событiя в Глуховѣ и Новгород-Сѣверскѣ произвели тогда огромное впечатлѣнiе. Это сказалось, напримѣр, на засѣданiи Совѣта Кiевской общины, в апрѣлѣ 1918 года, когда получилось донесенiе о Новгород-Сѣверском погромѣ.

Сѣверо-восточные уѣзды Черниговской губ. — единственное мѣсто, гдѣ красныя войска выступили, как участники погромов очень серьезнаго характера. Но отдѣльные, случайные погромные эксцессы, направленные против евреев или фактически коснувшiеся евреев, произошли и в других мѣстах. В началѣ 1918 г. в Симферополѣ отрядом матросов-большевиков учинена была ужасная рѣзня среди мѣстной интеллигенцiи и буржуазiи, во время которой пострадали главным образом евреи. Отряд «симферопольцев» послѣ этого, в февралѣ, прибыл в Одессу, гдѣ соединился с совѣтскими войсками полк. Муравьева, порываясь и здѣсь учинить такую же рѣзню, но благодаря случайности город избѣг этой участи[231]. На засѣданiи Кременчугской Городской Думы, в апрѣлѣ 1918, представитель евр. общины сказал: «На кременчугском еврейском кладбищѣ свѣжа еще могила 17 евреев, звѣрски разстрѣляных и истерзанных в Галещинѣ (ст. близ Кременчуга) за «шпiонаж» в пользу украинско-нѣмецкой армiи»[232]. Отдѣльныя антисемитскiя проявленiя бывали и в нѣкоторых других пунктах на Украинѣ, впрочем без серьезных результатов. Так, напримѣр, в Екатеринославѣ, в концѣ марта, отряд «анархистов-максималистов», совмѣстно с красногвардейцами, неожиданно напал на помѣщенiе еврейских дружин, охранявших город от насилiй, и разоружил их. Дружины принадлежали еврейским соцiалистическим партiям и Союзу евреев-воинов. Напав на зданiе, гдѣ находилась дружина «Об'единенной евр. соцiалистической партiи», отряд открыл по ней стрѣльбу из пулеметов и затѣм забрал оружiе; один из еврейских дружинников был при этом убит; нападавшiе кричали, что «жиды — контр-революцiонеры и бѣлогвардейцы»[233]. Что в рядах красных войск не все обстояло благополучно в отношенiи антисемитизма показывает слѣдующiй факт, обнародованный газ. «Вперед» (центр. орган с.-д. партiи, Москва, май 1918 г.): Военным комиссарiатом было получено от своего отвѣтственнаго инструктора Фомина сообщенiе о «предательском поведенiи еврейской самообороны» в Курскѣ, стрѣлявшей в отступающiя совѣтскiя войска. Курскiй Совѣт и еврейскiй комиссарiат в Москвѣ опровергли это сообщенiе, указав, что в Курскѣ вовсе нѣт спецiально-еврейской самообороны, а есть общiй отряд по охранѣ города, и что все сообщенiе носит «провокацiонный характер»[234].

Наступившее скоро временное затишье в военных дѣйствiях ослабило вообще основу погромных «интенцiй» на Украинѣ, в частности в рядах большевистских частей. Антисемитскiя чувства этих частей (среди которых было много так наз. «лѣвых с.-р.») скоро нашли себѣ болѣе мирное примѣненiе. В пограничных пунктах, при переходѣ из Великороссiи на Украину, лѣтом 1918 г. стояли кордоны большевиков и при обысках особенно сильно подвергали грабежу пассажиров-евреев. Это было время массового отлива буржуазiи и интеллигенцiи с сѣвера на юг, главным образом, на Украину, гдѣ нѣмцы «установили порядок». Под видом чистки буржуев часто подвергали грабежу именно евреев.

Установив границу между Россiей и Украиной, нѣмцы скоро стали истинными хозяевами края. Первоначально оставили в видѣ ширмы власть Рады, а затѣм ширмы отбросили, посадили гетмана и взяли фактически всю власть в свои руки. Перiод гетманско-нѣмецкiй, т. е. перiод от мая до конца 1918 года является перiодом переходным. Послѣ этого наступает новый фазис в развитiи политических катаклизмов и погромных событiй на Украинѣ.

VIII

Призванiе нѣмцев. — Разгон Рады. — Гетманщина. — Нѣмецкая оккупацiя. — «Генеральская реакцiя на Украинѣ». — Нѣмцы и реставрацiя. — Кiев и буржуазно-монархическая концентрацiя. — Позицiя еврейской буржуазiи. — Похищенiе А. Добраго. — Настроенiя еврейской провинцiи. — Режим гетманщины и еврейская общественность. — Ликвидацiя нацiональных завоеванiй; ограниченiя в правах. — Поход на евреев в оффиц. прессѣ. — Украинская демократiя и евреи; Укр. Нацiонально-Державный Союз. — Отношенiе украинской лѣвой прессы. — Администраторы на мѣстах. — Антисемитскiя воззванiя нѣмецкаго командованiя на Украинѣ. — «Евреи самые зловредные агитаторы против нѣмцев». — Мѣры против евреев. — Нѣмцы и еврейскiе погромы.

28-го апрѣля нѣмцами произведен был на Украинѣ государственный переворот. Рада была разогнана, республиканское министерство упразднено. Генерал царской службы, потомок послѣдняго гетмана Украины и бывшiй недавнiй организатор «вiльних козаков», П. Скоропадскiй, стал при поддержкѣ нѣмцев Гетманом Украинской Державы. Вмѣстѣ с этим усиливается и власть нѣмцев, как фактических оккупантов страны. Перiод семи с половиной мѣсяцев гетманщины и нѣмецкой оккупацiи является сравнительно самым спокойным в смыслѣ погромных выступленiй. Об'ясняется это, раньше всего, тѣми строгими порядками, которые нѣмцы вообще старались установить, а главное — отсутствiем военных дѣйствiй. В это время было ликвидировано прежнее нацiонально-украинское войско и «Вiльне козацтво»; осталось только нѣсколько украинских полков, игравших роль гетманской гвардiи, а также «Державна варта», т. е. государственная милицiя для охраны. Однако, даже и этот перiод затишья таковым является только относительно. Нить погромов на Украинѣ ни на одну минуту цѣликом не обрывается.

Заключив мир с нѣмцами, Украина сразу попала в орбиту нѣмецкаго имперiализма. Представители Рады в Брестѣ сами не предвидѣли огромных и опасных послѣдствiй этого шага для судьбы революцiи и края. Положенiе украинскаго правительства было к моменту подписанiя договора дѣйствительно тяжелое. Правительство и Рада сидѣли запертыми в Житомiрѣ, не имѣя войск: за ними послѣдовала лишь горсточка украинских солдат — всего 2.000 человѣк. «Положенiе было безвыходное», — пишет историк революцiи на Украинѣ. «По шоссе, в Ровнѣ, были большевики. К Бердичеву подступали большевистскiя войска из Казатина-Фастова, а к Коростышеву — из Кiева». А к тому-же, добавляет он, «господствующая демократiя» Житомiра встрѣтила Центральную Раду и правительство очень непривѣтливо, намекая на то, чтобы они убирались из города. Тогда Рада обратилась к нѣмцам с просьбой предоставить для помощи украинскiе отряды галичан-сѣчевиков и сформированные в германских лагерях отряды военнопленных-украинцев. Но нѣмцы предложенiе отвергли и вмѣсто этого выдвинули свой план — помочь нѣмецкими регулярными войсками. Рада согласилась — и немедленно были двинуты желѣзные полки Германiи и Австрiи, которые стремительно вторглись в предѣлы страны, в двѣ-три недѣли очистили ее от большевиков и стали твердой ногой на Украинѣ. Украинская мирная делегацiя в Брестѣ послѣ приглашенiя нѣмцев обратилась с воззванiем «К нѣмецкому народу». Говоря о походѣ большевиков на Украину, делегацiя писала о них: «Враг нашей свободы вторгся в наш родной край, чтобы снова, как 254 года тому назад, огнем и мечем поработить украинскiй народ». «В этой тяжелой борьбѣ за наше существованiе мы ищем помощи. Мы глубоко вѣрим, что любящiй спокойствiе и порядок нѣмецкiй народ не останется равнодушным, когда узнает о нашей тягостной судьбѣ. Нѣмецкое войско, которое стоит сбоку нашего сѣвернаго напрiятеля, имѣет силу, чтобы помочь нам и своим вмѣшательством охранять наши сѣверныя границы от дальнѣйшаго вторженiя врага»[235].

Так произошло призванiе нѣмцев. Соцiалистическiе украинскiе дѣятели скоро поняли, чѣм они заплатили за эту помощь, но идти назад было поздно. Украина была уже всецѣло под властью нѣмецкой военной оккупацiи. Рада и украинскiя соцiалистическiя партiи оказались в роли «несущих шлейф генеральской реакцiи на Украинѣ», как пишет Винниченко. Правда, «генерал соглашался, чтобы шлейф этот был желто-блакитнаго цвѣта» (желто-голубой, нацiональный флаг Украины), — нѣмцы прикрыли эту оккупацiю ширмами «самостiйности Украины». Но им нужна была страна замиренная и послушная, преодолѣвшая революцiю, а нашли они страну, полную революцiонных страстей, и во главѣ управленiя — будирующiя нацiонально-соцiалистическiя партiи и радикальные органы власти. Тогда пришел нѣмецкiй лейтенант на засѣданiе Рады, 28-го апрѣля, и разогнал ее, нѣскольких украинских министров арестовал, — и этим ликвидировал цѣлый перiод украинской революцiи, полный захватывающей борьбы и прекрасных надежд.

Наступившiй послѣ этого режим явился режимом фактической реставрацiи, под нацiональным декорумом гетманщины. Реставрацiя в первое время не проявлялась столь открыто, особенно в области нацiональной, но в области политической и особенно соцiальной ликвидацiя завоеванiй революцiи шла болѣе откровенно. Вскорѣ послѣ своего прихода главнокомандующiй нѣмецкими войсками на Украинѣ, ген. Эйхгорн, издал приказ об обязательном засѣвѣ полей и отдачѣ хлѣба нѣмцам «по сходным цѣнам». В серединѣ мая были изданы «Временныя правила о земельных комиссiях», в коих приказывалось «вернуть владѣльцам их хозяйства и побудить населенiе к добровольному возвращенiю отобраннаго добра и возмѣщенiю убытков», причем губернскiе и уѣздные начальники должны оказать содѣйствiе вооруженной силой. Основываясь на этих приказах и на общем духѣ новой политики, помѣщики стали возвращаться в свои помѣстья и часто отбирали землю силой у крестьян. Постепенно началась также ликвидацiя политических завоеванiй и ограниченiе свобод. На мѣста были посажены многiе администраторы царскаго режима, дѣйствовавшiе пока под флагом «Украинской державности». У рабочих стали урѣзывать недавно добытыя экономическiя завоеванiя, а с другой стороны оказывалось самое широкое покровительство организацiям промышленников и крупных землевладѣльцев («Протофис», «Суозиф» и «Союз хлѣборобов»), агрессивно настроенным и открыто стремившимся к реакцiи. Под властью нѣмцев и гетмана Украина стала базой бѣжавшей буржуазiи и центром бѣшеной спекуляцiи.

Реакцiя скоро проявилась и в области нацiональной. Взяв первоначально курс на умѣренное нацiонально-украинское теченiе, гетман мѣняет орiентацiю, входит в тѣсный союз с русскими добровольческими образованiями, открыто проповѣдующими «единую Россiю» и рѣзко враждебными украинскому движенiю. Гетман поощряет концентрацiю на Украинѣ контр-революцiонных группировок, и Кiев становится под его покровительством оплотом «бѣлогвардейской» и монархической концентрацiи. Так, напримѣр, 23-го iюля в Кiевѣ состоялся большой монархическiй с'ѣзд, обсуждавшiй мѣры возстановленiя Россiйской Имперiи в старых границах, «под скипетром монарха»; 24-го iюля в Кiевѣ состоялась панихида по Николаю II с участiем чиновников из министерства финансов; 7-го iюля произошла монархическая манифестацiя в Софiйском соборѣ. Кромѣ реакцiонных сил, произошла также группировка либеральных элементов в «Русском союзѣ», образовавшемся в Кiевѣ в маѣ 1918 г. с цѣлью об'единенiя русских сил на Украинѣ для защиты русской культуры и русской школы, но имѣвшем дѣйствительной задачей борьбу за «недѣлимую Россiю» и против украинскаго дѣла в краѣ. В этот союз входили самыя различныя русскiя партiи — от кадетов до народных соцiалистов, входили даже нѣкоторыя отдѣльныя лица из среды правых с.-р. — ов и «меньшевиков».

Еврейская буржуазiя, очень сильная в украинских городах, особенно в таких крупных, как Кiев, Харьков, Одесса и Екатеринослав, приняла замѣтное участiе в общей погонѣ за скорой наживой, в спекуляцiи и биржевом ажiотажѣ, которые так характерны для перiода гетманщины. Она, правда, воздерживалась от активнаго участiя в политической реставрацiи, инстинктивно боясь возвращенiя режима безправiя, но общей политикѣ нѣмцев, пытавшихся строгими мѣрами установить порядок, она вполнѣ сочувствовала. Это поведенiе еврейской буржуазiи казалось украинскому населенiю вызывающим. Вхожденiе в состав перваго гетманскаго кабинета крупнаго одесскаго финансиста-еврея С. Гутника кололо глаза украинцам, хотя С. Гутник принимал дѣятельное участiе в ликвидацiи еврейских нацiональных завоеванiй и в первую голову нацiонально-персональной автономiи. Еще болѣе раздражающее впечатлѣнiе на украинскiе круги производила дѣятельность другого крупнаго банкира-еврея, А. Добраго, в Кiевѣ, котораго украинскiй историк называет «правой рукой нѣмцев в их антигосударственных замыслах». В концѣ апрѣля, еще в дни существованiя Рады, министр внутренних дѣл, укр. с.-д. М. Ткаченко, желая арестовать Добраго за вредную, по его мнѣнiю, дѣятельность, не рѣшился это сдѣлать открыто и прибѣгнул к помощи организацiи «Союз Вiзволення Украiни», которая тайно «похитила» Добраго; всему аресту был, таким образом, придан авантюристическiй характер[236]. Нѣмецкое командованiе приказало освободить арестованнаго, отдало под суд нѣскольких украинских министров и одновременно с этим издало приказ о введенiи на Украинѣ нѣмецких военно-полевых судов.

Еврейское населенiе в мелких городах и уѣздах отнеслось к нѣмцам не так восторженно, как буржуазiя крупных городов, но в общем довѣрчиво, особенно в первый перiод. Раньше всего на нѣмцев смотрѣли, как на прочную защиту от анархiи и погромных эксцессов. Но кромѣ того: при нѣмцах открывались большiя возможности для торговли и спекуляцiи. Не обходилось при этом и без безтактных шагов, когда нѣмцы (в особенности в части, оккупированной австрiйскими войсками) использовались в цѣлях защиты спекуляцiи. Были также случаи, когда евреи сопровождали нѣмецкiя карательныя экспедицiи в деревни, особенно в Подольской губернiи[237]. Но скоро в еврейском мѣстечкѣ начинает чувствоваться охлажденiе к нѣмцам. С одной стороны — пугали признаки насаждаемой ими реакцiи, пугала их жестокая политика в деревнѣ, вызывавшая возстанiе крестьян, бросавшихся раньше всего мстить еврейскому мѣстечку, с другой — нѣмцы сами, как мы увидим, проявляли опредѣленныя антисемитскiя наклонности и в рядѣ мѣст стали преслѣдовать евреев. Были случаи, когда они пороли евреев, якобы за «спекуляцiю», и случаи карательных «подвѣшиванiй» и истязанiй[238]. У еврейскаго обывателя наступает разочарованiе и даже раздраженiе против нѣмцев.

Отношенiе организованной еврейской общественности, политических дѣятелей и демократических общин к режиму гетманщины и нѣмецкой оккупацiи было с самого начала отрицательным. Общая реакцiя, как это всегда бывает, немедленно отозвалась на еврейском вопросѣ. Права, добытыя еврейским населенiем в прошлый перiод, права, с которыми было связно столько надежд, были теперь ликвидированы. 9-го iюля отмѣнен закон о нацiонально-персональной автономiи, было упразднено еврейское министерство, которое уже с момента воцаренiя гетмана влачило жалкое существованiе[239]. Затѣм был создан ряд ограниченiй для еврейскаго общиннаго строительства[240]. В правилах «о временном государственном устройствѣ украинской державы» устанавливалось, что «первенствующая в Украинской Державѣ есть вѣра христiанская, православная»: не-провославным предоставлено только «свободное отправленiе их вѣры и богослуженiя». Вскорѣ начинаются ограниченiя и в гражданских правах: евреям закрыт доступ на государственную службу[241]. Евреи привлекаются к уплатѣ контрибуцiи, налагаемой на деревни «за участiе в аграрных безпорядках», хотя еврейское населенiе, разумѣется, никакого участiя в крестьянских волненiях не принимало; при этом евреи облагаются во много раз выше нееврейскаго населенiя. Так было, напримѣр, в Обуховѣ, Кiевской губ., гдѣ на мѣстечко была наложена контрибуцiя в размѣрѣ свыше 2 миллiонов рублей в возмѣщенiе за понесенные помѣщиком убытки (при этом на долю еврейской семьи пришлось в среднем около 2.000 руб., а крестьянской — 400)[242]. Также обложено было контрибуцiей еврейское населенiе м. Людвиполя, «для возмѣщенiя убытков, понесенных окрестными помѣщиками в переходное время». «Контрибуцiя взыскивалась с суровостью величайшей»[243]. Аналогичные факты имѣли мѣсто и в рядѣ других пунктов.

В оффицiальной и оффицiозной прессѣ велась часто антисемитская агитацiя. Особенно отличалась газ. «Вiдродження», оффицiоз военнаго министерства. В концѣ мая газета выступила с серiей статей о нацiональных меньшинствах, причем главным образом обрушилась на евреев. «Экспансивные, подвижные, жадные, с лихорадочными руками и глазами», «народ, всюду вызывающiй против себя ненависть», «каждому власть имущему заглядывающiй в глаза» — такова характеристика евреев, которую дает газета. «В Кiевѣ евреи были первыми в руководствѣ возстанiем большевиков и в партизанской войнѣ. Поэтому злоба противной стороны и обрушилась главным образом на их голову; ненависть к ним страшно возросла, их разстрѣливали безпощадно, даже соцiалистическiе элементы заразились антисемитизмом». «Там, гдѣ строится украинская государственность, — там евреев, как активных работников, нѣт; там-же, гдѣ она разрушается, — там евреи работают очень усердно… Они должны стать совершенно нейтральными, не вмѣшиваться в эмансипацiю украинскаго народа; если-же они активно выступают против, — то они пожнут то, что посѣяли». «Евреи, — заканчивает статья, — были на сторонѣ поляков, когда мы с послѣдними воевали, и за это дорого поплатились. Исторiя дает к этому блестящiя иллюстрацiи. Теперь Украина борется с Московщиной, и еврейство снова перешло в лагерь наших врагов. Заплатит оно и за это»[244]… В таком явно угрожающем тонѣ писала оффицiозная пресса. На украинском книжном рынкѣ стали открыто появляться антисемитскiя изданiя, вродѣ выпущенной издательством «Нацiональный Прапор» брошюры «Как жил украинскiй народ», гдѣ достается «москалям» и «ляхам» и спецiальный тезис о евреях гласит: «Жиды всегда были нашими врагами, и при каждом случаѣ они предавали нашу Державу». Появились также лубочныя картины о том, как «Максим Залiзняк та сотник Iван Гонта взяли Умань i гайдамаки свяческими ножами вирiзали всiх жидiв та ляхiв».

Но гораздо болѣе симптоматичным, чѣм мнѣнiе субсидируемой оффицiозной газеты, или случайных брошюр, было отношенiе украинской демократiи к еврейскому вопросу. Чрезвычайно характерным в этом смыслѣ является отношенiе образовавшагося в маѣ Украинскаго Нацiоанльно-Державнаго Союза. Позже в августѣ послѣ нѣкотораго измѣненiя своего состава, он был переименован в Нацiональный Союз; этот-то Союз поднял в ноябрѣ 1918 возстанiе против гетмана, и из его среды вышла Директорiя. Нацiонально-Державный Союз, куда входили «с.-ф. — ы», «соцiалисты-самостiйники», «Демократы-хлѣборобы», «Рада желѣзнодорожная и почтовая», при своем основанiи, в маѣ 1918, обратился с обширным воззванiем «К нѣмецкому народу» (такiя воззванiя были тогда в модѣ) о положенiи Украины. В этом воззванiи между прочим говорилось: «Еврейскiй народ, буржуазiя котораго уже цѣликом ассимилировалась по языку с русским, видит в отдѣленiи Украины территорiальное сокращенiе своей торгово-промышленной дѣятельности, а в нацiонально-культурном возрожденiи украинскаго крестьянина видит прямую угрозу своему положенiю давняго торговаго посредника. Жидiвськiй нарiд прагне (жаждет) единоi Россii i ненавидить самостiйность». Ненавидя украинскiй народ, евреи, русскiе, поляки «видят свое спасенiе только в том, чтобы украинскiй народ поссорить с нѣмецким» (подчернуто в подлинникѣ). Представители от евреев и русских в Радѣ, раздували всякiе незначительные проступки нѣмецкаго войска, и «систематически и сознательно провоцировали украинско-нѣмецкiя отношенiя», а с другой стороны — подговаривали украинских крестьян, что «Рада продала Украину нѣмцам, что нѣмцы пришли с цѣлью вернуть землю помѣщикам»[245]. Так, в стилѣ явнаго доноса, писал Союз, обращаясь к нѣмецкому народу, а в дѣйствительности к оккупацiонной власти, прямо указывая на «меньшинства», как на виновных в бѣдствiях Украины. Этот донос был особенно обиден в устах представителей украинской демократiи. Когда нѣмецкiй лейтенант вошел 28-го апрѣля в зал засѣданiя Рады, чтобы разогнать ее, на трибунѣ стоял послѣднiй оратор Рады — представитель еврейской партiи (Бунда), М. Рафес, — и призывал «рабочих всѣх нацiональностей на Украинѣ защищать суверенность Украинской Народной Республики от нѣмецкаго имперiализма»…[246]

Правда, в это-же время в лѣвых украинских кругах, раньше также склонных в борьбѣ с большевиками пользоваться ходячими антисемитскими аргументами, замѣчается как будто отрѣзвленiе. Так, еще в послѣднiй перiод Рады газета правительственной партiи (укр. с.-р.) «Боротьба» выступила с рѣшительной статьей против погромов — «Надо остановиться». «На мѣстах, — говорила газета, — не поняли, что значит «твердая власть», к которой правительство стремится. Там думают, что это значит бить и рѣзать, и эту твердую власть раньше всего испытали на себѣ еврейскiя спины». «Неудивительно, — продолжает газета, — что органы тѣх еврейских партiй и кругов, которые всегда шли с нами рука об руку, начинают оглядываться на нас с недовѣрiем. Так дальше идти не может». «Тѣ, от кого это зависит, должны немедленно, не откладывая, остановить «охоту», начавшуюся в провинцiи на еврейское населенiе»[247]. В маѣ, когда начались разговоры об отмѣнѣ закона о нацiональной автономiи, с горячей статьей в защиту интересов «меньшинств» выступила «Нова Рада» — орган партiи «с.-ф.», чья подпись стояла под доносом нѣмецкому народу на еврейскую интригу. «Нацiональное равноправiе, — писал орган этой партiи, — было одним из самых красивых завоеванiй революцiи на Украинѣ». «Хотя в Центральной Радѣ и бывали нѣкоторыя недоразумѣнiя между украинскими партiями и так называемыми «меньшинствами», но украинскiй революцiонный парламент с самаго начала твердо стал на почву нацiональнаго равноправiя». Газета выражает поэтому увѣренность, что нацiональныя министерства вновь возродятся[248]. Характерны эти колебанiя в таком серьезном вопросѣ, как еврейскiй, у отвѣтственных украинских органов на протяженiи столь короткаго перiода.

Впрочем, эти органы печати и стоящiя за ними партiи были теперь не у власти. К власти пришли другiя силы — и с евреями заговорили совершенно новым языком. Особенно откровенно это дѣлалось в провинцiи. «Заключенiе слѣдственной комиссiи по дѣлу о погромах в Житомiрѣ», в январѣ и мартѣ 1919 г., дѣлая обзор предшествовавшей событiям эпохѣ, сообщает, что «Волынскiй губернскiй староста (т. е. начальник губернiи), С. В. Андро, пригласил к себѣ в ноябрѣ 1918 г. членов президiума Житомiрской еврейской общины и, приняв их крайне грубо, сказал в присутствiи многих свидѣьелей буквально слѣдующее: «В Бердичевѣ сволочная еврейская молодежь разстрѣливает офицеров-добровольцев, борющихся с большевиками (подразумѣвается с Директорiей, поднявшей возстанiе против гетмана). Передайте населенiю, что я больше этого не потерплю; за малѣйшее большевистское выступленiе евреев я залью Житомiр еврейской кровью»…[249]

Австро-германскiя военныя части таким откровенным погромным языком не говорили, однако, своими неоднократными антисемитскими выступленiями онѣ не мало способствовали возбужденiю против евреев. Уже вскорѣ послѣ своего прихода в Кiев нѣмцы вывѣсили на вокзалѣ рядом два плаката: «Warnung vor Taschendieben» и «Warnung vor jüdischen Geklwechslern» («Остерегайтесь воров» и «Остерегайтесь еврейских мѣнял»). Это уже было показательно. Еврейскiе представители внесли об этом в Раду, 20-го апрѣля, спецiальный запрос. Украинцы, которые отнеслись тогда к приходу нѣмцев доброжелательно, увидѣли в запросѣ только «мелочность и придирчивость», как заявил один из ораторов[250]. Эти антисемитскiе выпады нѣмцев не были случайностью. В мартѣ украинское издательство выпустило брошюру, под названiем «Зачѣм нѣмцы пришли на Украину?», содержавшую ряд оффицiальных документов, отвѣчающих на этот вопрос. В брошюрѣ был опубликован также и отвѣт, данный представителями германскаго штаба в Кiевѣ, в котором, между прочим, говорилось: «Большая часть евреев вѣрит, что нѣмцы повредили их интересам, ибо, они, евреи, имѣли возможность в дни господства большевиков торговать награбленными вещами». Это обвиненiе было так огульно, что украинское издательство, выпустившее брошюру, нашло нужным прибавить от себя: «Мы не совсѣм раздѣляем это мнѣнiе о роли большинства евреев во время большевистскаго возстанiя»[251].

Но в поведенiи нѣмцев были и не столь невинные случаи. Австро-германским командованiем в различных мѣстах был выпущен ряд воззванiй и распоряженiй, спецiально направленных против евреев. Приводим нѣкоторыя из них. Германская окружная комендатура в Смѣлѣ, Кiевской губ., выпустила, за подписью подполковника Шерера, об'явленiе к населенiю, в котором говорится: «Установлено, что непрiятельскiе агенты, большей частью евреи, в городах и селенiях распространяют ложные и раздражающiе слухи о нѣмцах; они хотят этим подорвать честь Германскаго Государства и Вас лишить довѣрiя к нѣмцам, которые охраняют Вас против разбойников и банд». За распространенiе подобных слухов об'явленiе грозит заточенiем и даже смертной казнью[252]. Через нѣкоторое время тѣм-же подполковником Шерером было выпущено новое об'явленiе (на нѣмецком, украинском и русском яз.) о том, что «вожаками банд и агентами распространяются слухи о предстоящем отозванiи нѣмецких войск из Украины», а затѣм огромным жирным шрифтом: «Особенно снова евреи разносят такiе слухи» (Hauptsächlich sind es wiederum Juden, welche dieses Gerücht unter die Leute tragen). Об'явленiе предупреждает «мирных и трудолюбивых граждан и крестьян» против евреев, разносящих такiе слухи, и угрожает послѣдним тѣми-же, что раньше, карами[253]. 18-го iюля в Бѣлой-Церкви было расклеено об'явленiе, подписанное германским окружным комендантом, полковником Никишом фон Розенек, в котором говорилось: «До свѣдѣнiя Комендатуры дошло, что большая часть еврейскаго населенiя, в особенности большинство еврейских торговцев, на рынкѣ и в своих поѣздках по деревням самым позорнѣйшим образом агитируют против Украинскаго Правительства и и нѣмецкой власти». Приглашая уѣздных старост и волостных старшин безотлагательно сообщать имена этих вредных элементов, об'явленiе грозит этим «еврейским нарушителям мирной жизни» (Jüdische Friedensstörer) самыми суровыми наказанiями[254]. Когда делегацiя от мѣстной городской управы и еврейской общины явилась в нѣмецкую комендатуру ходатайствовать о том, чтобы это об'явленiе не было расклеено, представитель комендатуры рѣшительно отказал, заявив, что это об'явленiе будет, наоборот, распространено в большом количествѣ экземпляров, ибо «евреи самые зловредные агитаторы против нѣмцев»[255]. Совѣт еврейской общины в отвѣт на это на экстренном засѣданiи принял резолюцiю протеста против обвиненiя, «возвращающаго евреев к прежним временам», и рѣшил оповѣстить об этом случаѣ центральные органы и общественное мнѣнiе[256]. Еще дальше пошел представитель австрiйскаго командованiя в Верхнеднѣпровскѣ, Екатеринославской губ., вывѣсившiй слѣдующiй приказ: «Я запрещаю мѣстным жителям iудейскаго вѣроисповеданiя вступать в какiе-либо сношенiя с моими солдатами, разговаривать с ними, гулять и т. п.». Нарушенiе приказа карается в первый раз поркой, во второй — разстрѣлом.

Чрезвычайно характерным для психологiи нѣмецкой оккупацiонной власти в ея отношенiи к евреям является циркуляр, разосланный в августѣ 1918 г. австрiйским командованiем к раввинам и в общины Подольской, Полтавской и Херсонской губ., о «Влiянiи еврейскаго населенiя на солдат». «Доказано, — гласит этот циркуляр, — что единичные члены еврейской нацiи пытаются склонить наших солдат к проступкам и преступленiям в: а) политическом направленiи и — б) хозяйственном отношенiи (к воровству, грабежу, запрещенной торговлѣ, торговлѣ оружiем и др.)». «Извѣстно, с какой солидарностью держится и дѣйствует все еврейство», в виду этого нѣмецкое командованiе «привлекает к отвѣтственности все еврейство» и призывает его воспрепятствовать своим дурным элементам. «Если-же оно этого не сдѣлает, то явится их соучастником и должно нести всѣ послѣдствiя этого. Послѣдствiя суть: контрибуцiя на еврейское населенiе, исключительныя мѣры против него» (Tut sie das nicht, macht sie sich mitschuldig und muß dann die Folgen tragen. Die Folgen sind: Kontribution auf die Judenschaft, Sondermaßnahmen gegen dieselbe). Представители австрiйской военной власти на мѣстах приняли этот циркуляр к руководству, и напр. плац-комендант Проскурова обратился к мѣстному еврейскому общинному совѣту с требованiем на основанiи упомянутаго циркуляра «выдать тѣ элементы из среды евреев, которые ведут агитацiю против нынешней власти на Украинѣ», в противном случаѣ будет усмотрено со стороны общины «намѣренное укрывательство преступников», и на нее будет наложена контрибуцiя. Проскуровскiй общинный совѣт вынес в отвѣт резолюцiю протеста, указывая, что «общинный совѣт избран еврейским населенiем для удовлетворенiя его нацiональных потребностей, но ни в коем случаѣ для выполненiя полицейских функцiй»[257]. Приблизительно в это-же время австрiйскiй комендант в Екатеринославѣ вызвал к себѣ мѣстных раввинов и представителей общины и, строго приняв их, прочитал по запискѣ перечень еврейских проступков: что «Всемiрный еврейскiй Союз» занимается шпiонажем в пользу Англiи и Францiи, что «евреи являются вожаками краж и мошенничеств на Украинѣ». Комендант потребовал, чтобы община выдала властям этих шпiонов и преступников, а также приняла резолюцiю о своей орiентацiи на центральныя державы, «так как извѣстно, что евреи относятся недружелюбно к нѣмцам». Еврейскiе политическiе дѣятели в то время, очевидно, не чувствовали себя запуганными такими угрозами, и фракцiи Екатеринославскаго общиннаго совѣта приняли в отвѣт резолюцiю, что «община с негодованiем проходоит мимо всѣх этих инсинуацiй» и не находит нужным выносить резолюцiю о своей орiентацiи[258].

Эти открытыя выступленiя нѣмецкаго командованiя против евреев происходили в странѣ, пропитанной антисемитской злобой, гдѣ требовалась сугубая осторожность. На практикѣ часто бывало, что нѣмецкiе солдаты во время насилiй, чинимых украинскими воинскими частями или «вартой» (милицiей) над евреями, оставались нейтральными, иногда-же держались явно во вред евреям и даже помогали насильникам. Но бывали часто и обратные случаи, — когда нѣмцы прекращали насилiя над евреями, руководясь политикой установленiя порядка. Эта политика, дѣйствительно, и воспрепятствовала тому, чтобы погромы в этот перiод приняли особенно широкiй характер. Серьезный и жестокiй характер приняли тѣ погромы, которые были устроены крестьянами, но они возникли, как результат революцiоннаго движенiя деревни против власти — против гетмана и нѣмцев, и не могут быть отнесены на их счет.

IX

Погромы, учиненные гетманскими солдатами и «вартой». — Событiя в Городнянском уѣздѣ, Черниговской губ. — Событiя в Кiевской губ. — Земельная политика Рады; земельная и продовольственная политика нѣмцев на Украинѣ. — Нѣмцы и помѣщики. — Нѣмецкiя карательныя экспедицiи. — Возстанiе крестьян. — Повстанческое движенiе и еврейскiе погромы. — Событiя в Звенигородском уѣздѣ; Лысянка; Таращанскiй и Сквирскiй уѣзды. — «Евреи привели нѣмцев». — Меморандум Кiеской общины и министр И. Кистяковскiй. — Канун рокового года.

Из погромных эксцессов, учиненных гетманскими частями, особо должны быть отмѣчены событiя, разыгравшiяся в маѣ 1918 г. в Городнянском уѣздѣ, Черниговской губ. Начались событiя с м. Слобода Радуль (1-го мая), со столкновенiя между гетманскими казаками и прибывшим нѣмецким отрядом, приглашенным испугавшейся еврейской дѣвушкой. В результатѣ, когда оба отряда помирились, украинцы рѣшили отомстить евреям. Командир гетманскаго отряда, уѣздный комендант Ярошевскiй, приказал согнать все еврейское населенiе мѣстечка — 27 мужчин и 28 женщин — в управу и там подверг их истязанiям. Затѣм он выстроил всѣх избитых и сказал: «Нѣмецкiй комендант дал мнѣ возможность сдѣлать с вами все, что захочу; населенiе предлагает вас перебить, но я вас милую, но требую в теченiе 10 минут выдать все оружiе». Евреи стали плакать и клясться, что у них нѣт никакого оружiя, но им не повѣрили. Тогда один из евреев пошел и тайно купил у христiанина револьвер и принес коменданту… В результатѣ этих событiй упомянутая еврейская дѣвушка оказалась убитой, у многих из подвергнутых в управѣ истязанiю оказалось по 40 — 50 раненiй, многiе долго не могли встать с постели[259]. Тот-же украинскiй отряд, во главѣ с Ярошевским, отправился послѣ этого в сосѣднее мѣстечко Добрянку (на границѣ Могилевской губ.) и, под'ѣхав к синагогѣ, потребовал от молящихся «в теченiе 5 минут» сдать все имеющееся у евреев оружiе, угрожая в противном случаѣ репрессiями. Раввин взошел на амвон и заклинал евреев, имѣющих у себя какое-нибудь оружiе, сдать казакам. Нѣкоторые отыскали у себя оружiе и сдали его. Послѣ этого отряд подверг еврейское населенiе безпощадному избiенiю; были тяжело избиты до 20 человѣк[260]. 23-го мая тот-же Ярошевскiй со своим украинским войсковым отрядом учинил насилiя над евреями Городни. Казаки домогались признанiя в устройствѣ евреями «тайнаго собранiя в синагогѣ», на котором якобы обсуждался вопрос «о мѣрах и способах уничтоженiя украинскаго войсковаго отряда». «Тайное собранiе» оказалось обыкновенным молитвенным собранiем, гдѣ обсуждался вопрос о ремонтѣ синагоги. Несмотря на это были арестованы мѣстный раввин и еще нѣсколько еврейских жителей, и их избили нагайками и прикладами. Донося о событiях в министерство, жители Городни пишут: «Еврейское населенiе терроризировано постоянными угрозами поголовной рѣзни, внезапными облавами и обысками по ночам… Уже два мѣсяца еврейское населенiе живет в страхѣ, напуганное звѣрскими избiенiями и разстрѣлами в Радулѣ и Добрянкѣ»[261].

Насилiя со стороны гетманских казаков или милицiи произошли, кромѣ этого района Черниговской губ., также в нѣкоторых пунктах Кiевской губ. В мѣст. Плисково вошел 12-го мая отряд казаков, разставил пулеметы по улицам и приступил к грабежам; попадавшихся навстрѣчу евреев казаки жестоко избивали, не щадили и больных, которых стаскивали с коек и избивали нагайками[262]. В м. Ружинѣ прибывшим «для водворенiя порядка» карательным отрядом были произведены в августѣ насилiя над евреями; нѣсколько человѣк было избито; 7 евреев с раввином во главѣ отряд забрал с собою, завел в амбар и подверг их истязанiям, избив до потери сознанiя. Другой прибывшiй отряд также стал грабить и издеваться над еврейским населенiем; полковник, руководившiй отрядом, натравливал крестьян на евреев, рекомендуя переложить на евреев половину той суммы контрибуцiи, которая была наложена на крестьян в возмѣщенiе убытков, понесенных помѣщиком во время аграрных безпорядков[263]. В нѣкоторых мѣстах главным участником насилiй является «варта» — государственная милицiя, призванная к охранѣ порядка. Так, из м. Бѣлиловки, Кiевской губ., телеграфируют, что «Державная варта, во главѣ со своим начальником, терроризирует еврейское населенiе, арестовывает невинных, избивает, берет крупныя взятки»[264]. В другой телеграммѣ сообщается, что «7-го iюля отряд резервной милицiи громит, избивает еврейское населенiе м. Кузьмина (Волынской губ.). Населенiе, дѣти спасаются бѣгством. 20 евреев увезены, судьба их неизвѣстна»[265].

Так органы власти на мѣстах сами своими дѣйствiями против части населенiя расшатывали основы того порядка, который они призваны были насаждать. В провинцiи во многих пунктах получила оффицiальную санкцiю политика особых контрибуцiй на евреев за преступленiя явно вымышленныя. Сами нѣмцы, как мы видѣли, неоднократно в своих воззванiях угрожали спецiально евреям контрибуцiями и другими карами за «проступки и преступленiя». Эти примѣры заражали. На евреев стали смотрѣть, как на естественный об'ект вымогательства и грабежа. «Еврейское населенiе, — говорится в докладной запискѣ совѣта Кiевской общины, — терроризированное набѣгами, налетами и разгромами переходнаго времени, испытыват на себѣ, кромѣ того, непосильную тяжесть безпрерывно налагаемых на него денежных контрибуцiй…не находящих никакого оправданiя даже по законам переживаемаго нынѣ грустнаго переходнаго времени».

Погромныя насилiя со стороны войск или «варты» в перiод гетманщины не носили характера системы и были немногочисленны и случайны. Болѣе серьезными, как указано, были погромы второго типа, возникшiе в связи с вспыхнувшим движенiем деревни против господства нѣмцев и гетмана. Это было первое повстанческое движенiе крестьян на Украинѣ послѣ революцiи, подготовившее паденiе гетманщины и уход нѣмцев нѣсколько мѣсяцев спустя.

Волненiя в украинской деревнѣ возникли лѣтом и к августу приняли серьезный, угрожающiй характер. Нѣмцы и гетман, вернувши к власти помѣщиков и покушаясь на землю, перешедшую уже фактически в руки крестьян, не учли тѣх огромных запасов революцiонной энергiи, далеко не израсходованной, которыми деревня обладала. В предыдущiй перiод, Рада, опиравшаяся, главным образом, на украинскую деревню, вела политику радикальнаго разрѣшенiя земельнаго вопроса в пользу крестьян. Четвертый Универсал опредѣленно подтвердил положенiе о «передачѣ земли трудовому народу без выкупа», приняв за основу «отмѣну собственности и соцiализацiю земли». Этим постановленiем Рада в сущности только санкцiонировала фактическiй захват земли крестьянами. Окончательный закон о соцiализацiи земли был издан Радой уже в мартѣ 1918 г., при нѣмцах, и он-то больше всего побудил крупных землевладѣльцев к тому, чтобы завладѣть, при помощи нѣмцев, властью, хотя Рада позже и отступила от первоначальнаго принципа, приняв постановленiе о сохраненiи земельных участков до 30-ти десятин за их собственниками. Гетман, пытавшiйся вначалѣ опереться на мелких и средних «хлѣборобах», позже открыто стал на сторону крупных землевладѣльцев. Возбужденiе в деревнѣ было также вызвано продовольственной политикой нѣмецко-австрiйских властей, пытавшихся выкачать из деревни побольше продуктов, не останавливаясь перед самыми жестокими мѣрами. Нѣмцы пришли на Украину за хлѣбом и брали его, как могли. «В деревнѣ дѣлалось что-то страшное», — пишет историк этой эпохи. «Казалось, не будет границ издѣвательствам над крестьянами». «Людей брало временами отчаянiе. В Ц. К. Всеукраинской Селянской спiлки (союз) прибывали делегацiи, сотнями прибывали приговоры сельских обществ со всѣх уѣздов Украины с просьбами освободить крестьянство от бѣды, «какую самые старые люди не запомнят». «Разстрѣливая крестьян, — пишет автор в другом мѣстѣ, - выжигая цѣлыя села артиллерiей, нѣмецкiе генералы вызвали страшную ненависть со стороны крестьян. Нѣмцы и помѣщики — эти два явленiя слились в представленiи крестьян в единый образ лютаго врага»[266].

Перiод нѣмецко-гетманскiй принято считать спокойным. Ошибочность этого утвержденiя проистекает оттого, что принималось во вниманiе только положенiе в городах. В городах, дѣйствительно, чувствовалась крѣпкая власть, желѣзная рука нѣмцев, установивших внѣшнiй порядок и спокойствiе. Не то было в деревнѣ. Деревня не приняла этой власти и во многих случаях оказывала ей вооруженное сопротивленiе. Для характеристики настроенiя деревни в тѣ мѣсяцы приведем свидѣтельство газеты, по существу рѣзко враждебной революцiонному и крестьянскому движенiю, — газ. «Россiя», издаваемой В. Шульгиным в Екатеринодарѣ; тѣм важнѣе эти показанiя. Состоянiе Украины, — пишет газета, — может быть характеризовано двумя положенiями: «германская оккупацiя и начинающаяся народная война»… «В настоящее время несочувствiе к нѣмцам превращается в открытое движенiе, причем послѣднее все болѣе и болѣе прiобрѣтает нацiональный характер»[267]. «Бывали случаи, когда нѣмцы с большими карательными экспедицiями проходили весь уѣзд от конца до конца и огнем и мечем водворяли порядок». «Но, — продолжает газета, — нѣмцы уходили, и снова появлялись повстанцы, избивавшiе оставленныя власти». «В общем можно сказать, что нѣмцы оккупируют только большiе города, в которых они держат значительные гарнизоны. Вся остальная страна пребывает на вулканѣ, который часто необыденно вспыхивает»[268]. Коснувшись того-же явленiя в другом номерѣ, газета дает снова картину «кровавых столкновенiй между германцами и крестьянами». «Смертная казнь, конфискацiя, наказанiе цѣлых селенiй, — вот тѣ мѣры, посредством которых достигается на Украинѣ относительный порядок»[269]. В. Винниченко в своей книгѣ описывает настроенiе, которое эта политика вызывала в деревнях: «Поднимались цѣлыя деревни, выкапывали заржавленныя, принесенныя с фронта, ружья и выступали против помѣщичьих и правительственных сотен, жгли помѣстья и усадьбы приверженцев гетмана»[270].

Возстанiе достигло наибольших размѣров в Кiевщинѣ, гдѣ во главѣ движенiя стоял укр. лѣвый с.-р. Шинкарь, бывшiй при Радѣ командиром украинской армiи, боровшейся с совѣтскими войсками, и начальником Кiевскаго военнаго округа. Свое начало возстанiе имѣло в Звенигородском уѣздѣ. «Вскорѣ послѣ разгона селянскаго с'ѣзда, — писал орган укр. с.-р. «Боротьба» (№ 2, сентябрь 1918 г.) — в Звенигородском уѣздѣ началось первое возстанiе. Скоро оно охватило почти весь уѣзд и постепенно перекинулось на всю Кiевщину и Уманьщину». Организованным центром возстанiя в районѣ была Лысянка. «Из Лысянки оно перешло к Звенигородку, Богуслав, Корсунь и дальше, в послѣднее время охватило также Таращанскiй уѣзд, захватив затѣм Бердичевскiй и Васильковскiй район». К октябрю движенiе, очевидно, нѣсколько стихает, но в срединѣ ноября возрождается с огромной силой почти по всей территорiи Украины, идя за призывами поднявшей возстанiе Директорiи, и сметает режим гетманщины.

Наблюдая рост и характер повстанческаго движенiя, мы встрѣчаемся со знаменательным явленiем, которое в послѣдующiе два года особенно бросается в глаза: неразрывная, почти органическая связь между повстанчеством на Украинѣ и еврейскими погромами. Одновременно с первыми вспышками крестьянских возстанiй рождается и яростное движенiе деревни против еврейскаго населенiя. Связь между двумя этими явленiями видна хотя бы из того, что большая часть еврейских погромов этого перiода имѣла мѣсто в селах и мѣстечках Таращанскаго и Звнигородскаго уѣздов, Кiевской губ., которые являются как раз колыбелью крестьянской революцiи и партизанщины.

Обычная картина погромов этого типа такова: налет окрестных партизанских групп из деревни на мѣстечко, вымѣщенiе на евреях злобы против нѣмцев и гетманской власти, погромный террор в теченiе недѣль, иногда мѣсяцев, частые случаи жестоких убiйств, охота на спасающихся по окрестным дорогам евреев, ограбленiе и вымогательство контрибуцiи под угрозой смерти. Послѣднiй прiем примѣняется с особенной настойчивостью и планомѣрностью, и фактически создается положенiе, что повстанческое крестьянское движенiе этих районов питается забранными у евреев деньгами.

Группа первых повстанческих погромов была немногочисленна и имѣла свое гнѣздо на границѣ Таращанскаго, Звенигородскаго и частью Сквирскаго уѣздов Кiевской губ.; перiод этих погромов тянется от iюня по сентябрь 1918 г. Одним из первых пострадавших пунктов является м. Лысянка, Звенигородскаго уѣзда. Лысянка — мѣстечко с историческим прошлым; еще во времена гайдамачины Желѣзняк впервые встрѣтился здѣсь, в 1768 г., с Гонтой — и устроил знаменитую рѣзню евреев. С этого мѣстечка началось и теперь. «Весь район, Звенигородскiй, Таращанскiй и сосѣднiе уѣзды, — доносят представители этого мѣстечка, — живут как на вулканѣ, который готов ежеминутно взорваться»[271]. «На почвѣ неурядиц при раздѣлѣ земли и недовольства нѣмцами, — говорится в другом донесенiи, — в средѣ крестьян Звенигородскаго уѣзда начались большiя волненiя. 5 iюня многотысячная толпа крестьян из окружающих деревень ворвалась в м. Лысянку и предала разгрому и разоренiю всѣ еврейскiе дома и магазины. За разгромом послѣдовала кровавая расправа с еврейским населенiем». «Терроризированное еврейское населенiе укрылось в погреба, но несчастныя жертвы в одних случаях были извлечены и убиты, причем надругались над трупами, в других — их похоронили под развалинами, бросая бомбы в погреба. Так заживо похоронены были в одном погребѣ 7 человѣк»[272]. Всего убито было около 40 евреев (кромѣ бѣглецов, убитых по окрестным дорогам), 50 евреев получили тяжелые раненiя. Прекратившись со вступленiем в мѣстечко нѣмцев, погром трижды возобновлялся послѣ их ухода. Раввин Лысянки сообщает ряд потрясающих эпизодов погромных переживанiй мѣстечка, зажатаго между поднявшимися крестьянами и нѣмецкими карательными отрядами. «Послѣ того, как крестьяне, ворвавшись в мѣстечко, учинили рѣзню еврейскаго населенiя, на мнѣ легла обязанность ѣздить отыскивать в окрестностях трупы убитых евреев, чтобы предать их землѣ». «Затѣм я обратился в сосѣднiя еврейскiя общины с призывом о помощи, и получил от них такую обильную поддержку продуктами, что мѣсяц мог содержать все еврейское населенiе Лысянки. Я не отказывал также христiанам (крестьянам), обращавшимся ко мнѣ за помощью»… Прогнав нѣмцев и закрыв всѣ выходы из города, крестьяне произвели еще ряд убiйств евреев. Особенным звѣрством отличалось убiйство адвоката Эрлихмана, котораго нашли с выколотыми глазами, отрѣзанными ушами и изрѣзанным на части. Затѣм прибыл большой отряд нѣмцев, в нѣсколько тысяч человѣк. «На похоронах Эрлихмана, — сообщает раввин, — я произнес поминальное слово… и при этом присутствовал нѣмецкiй комендант; всѣ кругом плакали, и даже комендант плакал и стал упрекать крестьян в звѣрствѣ. Это, очевидно, чрезвычайно озлобило крестьян против меня. Затѣм нѣмцы назначили военный суд, судили убiйц и 40 человѣк приговорили к разстрѣлу. Они заставили евреев выступить свидѣтелями и изобличать бандитов, и этим возбудили навѣки злобу против евреев. Когда нѣсколько дней спустя нѣмцы уѣхали, оставив нас без охраны, бандиты вновь ворвались в мѣстечко и опять учинили рѣзню»[273].

Партизанское движенiе крестьян началось и в сосѣднем мѣстечкѣ Виноград, того же Звенигородскаго уѣзда. «Уже 3 мѣсяца, — пишет уполномоченный мѣстечка в письмѣ от 1 сентября, — мы живем без всякой власти, в виду возстанiя крестьян. Каждый раз прiѣзжают банды в 30 — 50 человѣк верховых, при полной боевой амуницiи, собирают всѣх евреев в синагогу, окружают зданiе и под угрозой разстрѣла требуют в кратковременный срок контрибуцiи, а пока им уплачивают они ходят по домам и грабят»[274]. Повстанцами было по дорогѣ убито 7 евреев; когда жены нѣкоторых убитых поѣхали в село «выпросить своих мужей», их тоже убили. Кромѣ этих было найдено много других убитых по окрестным дорогам. В м. Рыжановкѣ, того-же уѣзда, повстанцы убили 7 евреев.

Крестьянское движенiе вспыхнуло одновременно и в Таращанском уѣздѣ и точно также обрушилось на евреев. Повстанцы нѣскольких деревень явились в средних числах iюня в дер. Торчицы и убили 18 евреев: в одном домѣ убили отца и дочь, в другом — мать и двух дочерей, в третьем — 4 человѣк, в том числѣ 10 лѣтняго ребенка. Раненых закапывали живьем. Евреи в паникѣ бросились бѣжать, но их настигали и на мѣстѣ приканчивали[275]. В сосѣдней дер. Стрижевкѣ крестьянами было разгромлено нѣсколько имѣвшихся там еврейских семейств и 2 еврея убито. В м. Ставище нѣсколько раз врывались повстанцы. Первоначально они ограничивались только контрибуцiей; в срединѣ iюля происходит в мѣстечкѣ бой между повстанцами и нѣмецким отрядом; послѣ ухода послѣдняго повстанцы, засѣв мелкими партизанскими группами по дорогам и в лѣсах, стали вымѣщать свою злобу на проѣзжих евреях. «Ежедневно, — сообщают в своем донесенiи жители Ставища, — привозят к нам одного или двух убитых в окрестностях евреев. Никто не рѣшается пуститься в путь. Жизнь мѣстечка остановилась… Третьяго дня нашли у дер. Жидовская Гребля 9 еврейских трупов, из них 4 женщины»[276]. Подробно о событiях у себя в мѣстечкѣ и во всем описываемом нами районѣ сообщает еврейскiй общинный совѣт в Жашковѣ. «Уже скоро 3 мѣсяца, — говорится в письмѣ, - как наше мѣстечко и сосѣднiя — Лысянка, Петр, Ставище, Виноград и др. пребывают в большой опасности». «До вас должны были дойти слухи о послѣдних ужасных событiях в Таращанском уѣздѣ, об открытых издѣвательствах над трупами убитых, донестись вопли женщин и дѣтей». «Мы не успѣваем предать погребенiю один труп, как уже привозят второй и третiй; изверги издѣваются над трупами, бросают их по дорогам с отрубленными головами, сломанными руками, вспоротыми животами. Жизнь совершенно замерла… Мы бродим, как живыя тѣни». В письмах приводится затѣм перечень нѣскольких человѣк, убитых партизанами в самом Жашковѣ. «Нѣмцы, часто проходящiя через мѣстечко, точно подливают масла в пожар, охватившiй район: Когда мы к ним обращаемся за помощью, они отговариваются, что у них нѣт об этом приказанiй свыше»[277]. Мѣстечку пришлось послѣ этого еще не мало пережить: уполномоченный КОПЕ сообщает, что вслѣд за этими событiями в Жашковѣ показался отряд «красноармейцев» (очевидно, большевистскiй партизанскiй отряд), во главѣ с Гребенко. «Лозунгом отряда было: против украинской власти, против гетмана и убивать богатых. Отрядом было убито до 10 евреев» (к сообщенiю приложен список убитых)[278].

О Сквирском уѣздѣ имѣется донесенiе из м. Володарки. В мѣстечко врывались партизаны, накладывали на евреев контрибуцiю и грабили; близ мѣстечка было убито, 3-го августа, 9 евреев, по окрестным дорогам убиты 21 человѣк. Во время своего налета на мѣстечко партизане подошли к земской больницѣ и потребовали у врача выдачи недобитых в лѣсу евреев с цѣлью теперь с ними покончить, с большим трудом удалось больных спасти[279].

Лозунгом — или предлогом — погромов этого перваго перiода повстанчества является месть евреям за хозяйничанье на Украинѣ нѣмцев. «Евреи привели нѣмцев», кричали крестьяне во время погрома в Лысянкѣ. В Володаркѣ повстанцы наканунѣ погрома расклеили воззванiе с призывом «выгнать нѣмцев, перебить помѣщиков и евреев». Аналогичное явленiе наблюдалось и в Рыжановкѣ и цѣлом рядѣ других пунктов. В дер. Торчицѣ крестьяне рѣшили перебить евреев за то, что они «привели нѣмцев и отказываются от участiя в походѣ, организованном крестьянами против нѣмцев и украинскаго правительства»[280]. С другой стороны, нѣмцы обвиняли евреев в обратном. Обозрѣватель событiй в Корсуни сообщает, что вокруг города происходили упорные бои крестьян-повстанцев с нѣмцами; однажды нѣмцам пришлось оставить город. «Когда они на завтра вернулись обратно (в началѣ iюля), они рѣшили излить свою злобу на евреев, которые якобы тепло принимали «большевиков», как нѣмцы называли повстанцев. Нѣмцы в'ѣхали в город на броневикѣ и выстрѣлили прямо в группу евреев, мирно стоявших на базарѣ; нѣкоторые были при этом убиты, нѣкоторые ранены и остались надолго калѣками[281]. Германское командованiе оффицiально заявляло (в Бѣлой Церкви), что «евреи — самые зловредные агитаторы против нѣмцев». А возставшiе против нѣмцев крестьяне громили евреев за то, что «евреи привели нѣмцев». Эти два взаимоисключающих утвержденiя должны были служить прикрытiем истинной причины погромных чувств, обостренных до послѣдних предѣлов в атмосферѣ безпощадной гражданской войны и анархiи в крестьянской Украинѣ.

29-го августа представители Кiевской еврейской общины подали докладную записку о погромных эксцессах министру внутренних дѣл, Игорю Кистяковскому. Послѣднiй, еще недавно видный дѣятель кадетской партiи, теперь об'явившiй себя рьяным поклонником украинской державности, в отвѣт на конкретныя, фактическiя данныя о погромах сказал, что, согласно получаемым от губернских и уѣздных старост сообщенiям, нигдѣ на Украинѣ не замѣчается спецiальнаго движенiя против евреев. «На Украинѣ нѣт антисемитизма», успокоительно сказал он депутацiи… «Правда, в нѣкоторых мѣстах имѣют мѣсто насилiя над евреями, но это об'ясняется вообще хаосом переходнаго времени, да кромѣ того — всѣ эти убiйства и грабежи являются результатом большевизма, в коем евреи участвуют пропорцiонально больше, чѣм это полагается по их числу на Украинѣ». Он все таки обѣщал принять рѣшительныя мѣры против эксцессов. В представленной ему докладной запискѣ община писала: «Погромная волна грозит разлиться кровавым потоком по всей Кiевщинѣ, Черниговщинѣ и Волынщинѣ». «Во многих городах и мѣстечках еврейство находится в постоянном страхѣ за жизнь и имущество». Для предотвращенiя дальнѣйших эксцессов Кiевская община предлагала правительству: обнародовать воззванiе к населенiю против погромов, образовать слѣдственную комиссiю, «с привлеченiем по возможности представителей еврейской общественности», издать законопроект о возмѣщенiи правительством убытков потерпѣвшему населенiю, ассигновать 300.000 руб. для экстренной помощи и принять другiя соотвѣтствующiя мѣры[282]. Всѣ эти предложенiя, однако, ни к чему не привели; гетманское правительство ни мѣр против погромов, ни мѣр помощи не приняло. Почти всѣ описанные погромы этого перiода разразились уже послѣ подачи докладной записки. Да и вряд-ли гетманское правительство вообще могло воздѣйствовать на движенiе, другой конец котораго был направлен главным образом против него самаго.

Еще в началѣ августа, когда антисемитизм стал принимать серьезныя формы, была, по иницiативѣ Кiевской общины, создана спецiальная «Комиссiя для юридической, административной и матерiальной помощи евреям, пострадавшим в переходное время на Украинѣ». В комиссiю, кромѣ Кiевской общины, должны были входить также представители наиболѣе крупных еврейских общин. Комиссiя выбрала бюро и приступила к работѣ, но ей не удалось осуществить свои широкiя задачи, и она главное вниманiе направила на усилившiеся погромные эксцессы. Но и здѣсь ея работа свелась преимущественно к собиранiю матерiалов и к регистрацiи погромных событiй, — влiять на их прекращенiе она не была в силах.

Описанные погромы, учиненные крестьянами, заключают в себѣ главнѣйшiя типическiя черты повстанческих погромов, получивших позже, в 1919 — 1920 гг., такое массовое распространенiе. Теперь, на зарѣ повстанiя, движенiе деревни против евреев захватило небольшой район 2 — 3 уѣздов Кiевщины, но позже оно расширяется на всю правобережную Украину, переходит на восток, за Днѣпр, в районы Полтавской и Черниговской губ., опускаясь к югу, до Чернаго моря, и принимает необычайно зловещiй характер почти повальной эпидемiи среди украинской деревни. Родилась эта эпидемiя вмѣстѣ с крестьянской революцiей и на родинѣ этой революцiи. Восстанiе деревни скоро очистило Украину от гетманщины и нѣмцев, установило новые политическiе порядки. Но было трагическим капризом исторiи: то, что для страны в цѣлом явилось расширенiем революцiи, для ея еврейскаго населенiя явилось зловѣшим признаком хмѣльничины и Уманьской рѣзни…

Обращаясь «от имени страдающей провинцiи, ввергнутой в погромный ужас, от имени тысяч евреев, живущих в смертельной опасности», к Кiевской общинѣ, игравшей тогда роль центральной, одна из погромленных общин писала: «Не думайте, что все, описанное нами, случайныя явленiя; нѣт, тут дѣйствует организованное разбойничество, и нас ждет еще еврейская рѣзня, и кто знает, как долго такое состоянiе будет тянуться»[283].

Слова эти оказались пророческими, и факты страшнаго 1919 года это показали.

Матерiалы и документы к исторiи антисемитизма и погромов на Украинѣ в 1917 — 1918 гг

I. Сообщенiя и донесенiя о погромах

(1917 г.)

Приводим наиболѣе характерныя сообщенiя о погромных эксцессах, произошедших в перiод от сентября до конца декабря 1917 г., по газетным свѣдѣнiям и по неопубликованным архивным данным. Стиль подлинников нами по возможности всюду сохранен.

I.

«Спекуляцiя и погромы».

«По странѣ катится грязная волна массовых грабежей и погромов. Не кровавая волна пока, к счастью, но грязная, так как нападенiю подвергается не жизнь, а имущество, и не только еврейское имущество, но имущество вообще, всякое мѣсто, гдѣ имѣются товары, которые можно разграбить.

…Не надо от себя скрывать, что участниками погромов и грабежей в основном являются в большинствѣ не сознательные контр-революцiонеры, а что многiе из участников, быть может, искренне вѣрят, что эксцессами и грабежами они исполняют какой-то революцiонный долг. Предлогом является, обыкновенно, преслѣдованiе спекулянтов.

…Борьба против спекуляцiи, необходимая и законная, часто переходит в борьбу лично против спекулянтов и против всѣх, находящихся под подозрѣнiем, что они имѣют какое-либо касательство к спекуляцiи.

…Надо начать рѣшительную, безпощадную, организованную и систематическую борьбу против спекуляцiи. Ибо спекуляцiя продуктами питанiя начинает превращаться в спекуляцiю жизнью граждан, существованiем революцiи и существованiем жизни страны».

«Naie Zait», № 18, от 2-го октября 1917 г., ред. статья.

II.

«Солдатскiе погромы».

«Каждый день приходят извѣстiя о новых еврейских погромах. Каждый день мы получаем новыя печальныя сообщенiя о безчинствах. И одно бросается при этом в глаза: всюду погромы начинаются одинаково и всюду они проходят при одних и тѣх-же обстоятельствах; всюду предлогом являются дороговизна и спекуляцiя; всюду погромы начинают солдаты, обыкновенно тѣ, которые уклоняются от фронта, всюду милицiя не вмѣшивается, или-же смѣшивается с толпой громил — с мѣстными мѣщанами и окрестными крестьянами, приходящими с пустыми мѣшками, чтобы унести награбленное домой. И еще одно: мѣстные домократическiе органы не в состоянiи словами вразумлѣнiя прiостановить погромы; никто их не слушает, а иногда их представителей даже избивают, как защитников «жидов».

Старая, знакомая картина, — на лицо и старая, знакомая черта: погромная агитацiя ведется открыто, у всѣх на глазах; назначается заранѣе день погрома, а послѣ погрома грабители безнаказанно разгуливают и продолжают угрожать. И еще одна старая черта: стоит только серьезно, с оружiем в руках выступить против погромщиков, как разнузданная банда грабителей разбѣгается.

И так всюду. Как будто заранѣе сговорились, как будто всѣми этими анархическими и разбойничьими выступленiями руководила-бы одна рука»…

«Naie Zait», № 41, от 30-го октября 1917 г., ред. статья.

III.

Погром в Сквирѣ.

(Кiевская губ.).

«Управляющiй дѣлами еврейскаго вице-секретарiата, тов. И. Хургин, член особой комиссiи Генеральнаго Секретарiата, посланной в Сквиру для обслѣдованiя произошедших там событiй, сообщает слѣдующiя подробности о погромѣ.

«Погром в Сквирѣ начался 23-го октября, в 3 часа дня, и продолжался до ночи. Он носил исключительно антиеврейскiй характер и во всѣх своих деталях похож на погромы 1905 года. Толпа, состоявшая из солдат и мѣщан, хладнокровно грабила еврейскiя лавки и частные дома и звѣрски избивала евреев. В толпѣ находились милицiонеры и военный патруль, которые спокойно смотрѣли на все происходящее, а нѣкоторые из них даже принимали участiе в погромѣ. Милицiонеры останавливали на улицѣ евреев и обыскивали их, чтобы убѣдиться, не носят-ли они при себѣ оружiя. Распространился слух, что евреи стрѣляют в толпу, и тогда была открыта стрѣльба по еврейским домам. В результатѣ разграблено большое число еврейских лавок и квартир; 6 евреев получили тяжелыя раненiя, а 4 — легкiя.

О возможности погрома в городѣ говорилось еще за двѣ недѣли до него, но для его предотвращенiя не было принято никаких мѣр. Когда погром начался, в городѣ не нашлось никого, кто-бы позаботился о его прекращенiи, хотя было-бы достаточно одного только выстрѣла, чтобы толпа профессiональных и случайных погромщиков разбѣжалась.

Уѣздный комиссар будто ни о чем не знал…

…Комиссiя Генеральнаго Секретарiата и вызванный послѣдним товарищ прокурора произвели строгое дознанiе о происшедших событiях. Арестовано много погромщиков, производится строгое разслѣдованiе, и виновные вскорѣ будут привлечены к суду».

«Naie Zait», № 40, от 28-го октября 1917 г.

IV.

Погром в Гайсинѣ.

(Подолiя).

…«В воскресенье, 22-го октября, около 3 часов дня, толпа солдат подошла к табачной фабрикѣ Зальцмана, выломала двери и стала грабить. К солдатам присоединилось много мѣстных крестьян, которые помогали им в грабежѣ. В городѣ распространилась погромная паника, и люди стали разбѣгаться, сами не зная куда. В этот момент появилось нѣсколько верховых казаков, которые разогнали людей по домам. Около 6-ти часов, когда населенiе сидѣло запершись в квартирах, появилась банда солдат-грабителей, которые с криком пустились по базару и зашли сначала в оружейный магазин, но там ничего не нашли. Тогда они стали взламывать двери различных лавок и выбрасывать товары на улицу. Крестьяне и крестьянки подбирали товары, уносили с собой, и никто этому не препятствовал. Из домов боялись выходить, потому что казаки разгоняли и стрѣляли вверх. Лишь через 3 часа, когда уже было разграблено 13 лавок, казаки попросили солдат: «довольно, братцы!».

В эту ночь никто не спал.

Страх об'ял весь город, и евреи начали организовываться. Была создана «красная гвардiя», но у нея не было оружiя. Тогда обратились к воинскому начальнику за винтовками, но солдаты не разрѣшили их выдать, а револьверов в городѣ не оказалось.

Мы переживаем сейчас страшныя дни и не знаем, что нас ждет завтра».

«Naie Zait», № 41, от 30-го октября 1917 г., сообщенiе корреспондента.

V.

Винница.

(Подолiя).

«Настроенiе здѣсь очень подавленное. Только и говорят, что о грабежах и погромах. Как только были получены свѣдѣнiя из Литинскаго уѣзда о событiях, которыя там происходят, наш исполнительный комитет рабочих депутатов основал комиссiю по охранѣ города от погромов. Раньше всего взялись за уничтоженiе спирта, который имѣется на мѣстных заводах в огромном количествѣ… Нужно было при этом дѣйствовать очень осторожно, так как среди мѣстнаго гарнизона, большевистски настроеннаго, велась открытая агитацiя за разграбленiе завода. Из окрестных мѣстечек и деревень приходят до сих пор невеселыя свѣдѣнiя. Из м. Язвина телеграфируют, что там расклеены погромныя прокламацiи, и что окрестныя крестьяне говорят открыто о погромѣ. Из других мѣстечек просят о помощи».

«Naie Zait», № 37, от 25-го октября 1917 г., сообщенiе корреспондента.

VI.

Погром в Литинѣ.

(Подолiя).

…«24-го октября, утром собралась толпа солдат, как из числа квартирующих в городѣ, так и из демобилизованных, живущих в окрестных деревнях, а также крестьяне и крестьянки с мѣшками и напали на еврейскiя лавки. С запертых лавок были сорваны замки. Стали выбрасывать, ломать, рвать и дѣлить между собою различные товары; в домах разбивали стекла…

Когда пришли гусары, толпа разбѣжалась…

25-го была образована слѣдственная комиссiя, которая ищет виновных в безпорядках; учреждается революцiонный суд.

Есть также свѣдѣнiя о погромах в Хмѣльникѣ и нѣкоторых окрестных деревнях».

«Naie Zait», № 41, от 30-го октября 1917 г., сообщенiе корреспондента.

VII.

«И все таки»…

(ст. Н. Сыркина).

«В Острогѣ, Ямполѣ, Каневѣ и еще и еще — уже произошли погромы. В Тамашполѣ, Таганчѣ и т. д. — ждут погрома. В Сквирѣ и почти по всей Волынской губернiи — готовятся к погромам. В Таращѣ и в других мѣстах — предотвратили погром, а из десятков других городов и мѣстечек молят о помощи против погромов.

…Вся жизнь в нашем краѣ во власти ужасов и погромных страхов. Грязная волна грабежей, дикости, разнузданности разлилась, как болото, по всей странѣ.

…Из деревень непрестанно прибывают на ярмарки в еврейскiя мѣстечки сотни пустых возов, с намѣренiем вернуться полными, нагруженными еврейскими товарами, еврейским добром, — ведь каждый еврей богач.

…И все таки мы призываем еврейскiй народ не терять мужества, призываем к спокойной работѣ и, главное, к активной борьбѣ при строительствѣ новой жизни.

Всѣ мѣры защиты от грабежа и убiйства принимаются, и в этом отношенiи нам всѣми силами помогает украинскiй Генеральный Секретарiат всей полнотой власти, находящейся в его распоряженiи. Никто не должен сомнѣваться в доброй волѣ Генеральнаго Секретарiата. Он дѣйствительно напрягает всѣ возможности, чтобы обезопасить страну от дикости и грабежа».

«Der Telegraf», № 3, от 17-го ноября 1917 г., ст. «Un vundestwegen…».

VIII.

К погрому в Умани.

(Кiевская губ.).

Генеральный Секретарь по войсковым дѣлам получил от начальника Уманьскаго гарнизона слѣдующую телеграмму:

«В 7 часов вечера начался погром. Солдаты разграбили оружейные магазины. Дома горят. Солдаты грабят город. В городѣ идет стрѣльба. Из окрестности прибывают крестьяне и принимают участiе в разграбленiи лавок. Положенiе трагическое. Нѣт никакой охраны. Просят немедленно прислать дисциплинированный воинскiй отряд. Завтра мы ждем захвата банка и казначейства».

«Der Telegraf», № 10, от 28-го ноября 1917 г.

IX.

Погром в Аннополѣ.

(Волынь).

«В четверг, 30-го ноября, у нас была большая ярмарка. Уже нѣсколько мѣсяцев как над нашим мѣстечком висит страх погрома; напуганное населенiе к каждой ярмаркѣ вызывает милицiю и солдат.

…Около часу дня кучка крестьян вошла в лавку шапошника и стала торговать шапки, — и нѣсколько минут спустя уже возникла ссора. Сигнал был дан. Большая толпа крестьян ворвалась к шапошнику и разграбила в лавкѣ все, что было… Вслѣд за этим тысячная масса обратилась к другим лавкам, которыя хозяева успѣли уже закрыть. Желѣзными ломами толпа сломала замки, и в теченiе получаса всѣ лавки были опустошены.

Казаки дважды стрѣляли в воздух, но это на толпу не подѣйствовало. Как потом оказалось, казаки сами подговаривали крестьян учинить погром.

…На завтра прибыли из Острога представители Совѣта рабочих и солдатских депутатов. Была основана слѣдственная комиссiя. Собираются поѣхать по окрестным деревням искать награбленное, но крестьяне открыто грозят учинить «настоящiй» погром».

«Der Telegraf», № 20, от 11-го декабря 1917 г., сообщенiе корреспондента.

X.

Погром в м. Котельно.

(Волынь).

Получено секр. по евр. дѣлам 15-го ноября 1917 г., № 81.

«Господину Генеральному Секретарю по еврейским делам,

Доктору М. Зильберфарбу.

Уполномоченных еврейскаго населенiя м. Котельни, Житомiрскаго уѣзда, Берко Мошковича Трохмана и Шлемы Iосифовича Гутмана

Прошенiе.

За послѣднее время в м. Котельнѣ, Житомiрскаго уѣзда, сильно развилось пьянство и возбужденiе мѣстных крестьян к учиненiю погромов над еврейским населенiем. Шайки молодых крестьянских парней посреди бѣлаго дня ходят по мануфактурным и другим еврейским лавкам и грабят товары, а мѣстная милицiя, чувствуя себя против этих грабителей безсильной, бездѣйствует. Дошло уже до того, что крестьянское населенiе открыто говорит, что не только имущество евреев может и должно быть от них отобрано, но что и сами они находятся внѣ закона, и с ними можно сдѣлать, что угодно, так что погром с убiйствами предвидится на днях.

Мы обращались к Житомiрскому Уѣздному Комиссару, а также к Волынскому Губернскому Комиссару, прося о защитѣ, но Уѣздный Комиссар только раз прислал войска для предупрежденiя погрома в ярмарочный день, а на слѣдующiй день солдаты ушли, и мы опять остались беззащитными. Главным образом плохо то, что против сильно развитаго у нас пьянства надлежащiя мѣры не принимаются, а раз пьянство не искоренено, то погромы и грабежи неминуемы.

А потому мы обращаемся с настоящею всепокорнѣйшею просьбой у Вам, как к Генеральному Секретарю Центральной Рады, пользующейся большим авторитетом у крестьян нашей мѣстности, о принятiи мѣр к прекращенiю грабежей наших имуществ и предупрежденiи готовящегося генеральнаго, со всѣми атрибутами, еврейскаго погрома. Какiя мѣры принять мы, конечно, указывать не можем, но первым средством, по нашему мнѣнiю, было бы предписанiе Центральной Рады на имя волостного крестьянскаго начальства о недопущенiи никаких насилiй против евреев и их имущества и о принятiи строгих мѣр к искорененiю пьянства в нашем мѣстечкѣ».

Подписи: Берко Трохман,

Ш. Гутман.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг. (отдѣл о погромах).

XI.

К событiям в Мястковкѣ.

(Подолiя).

Получено секр. по евр. дѣлам 1-го декабря 1917 г.

(пер. с др. — еврейскаго).

«Досточтимым руководителям Центральной Рады в Кiевѣ и засѣдающему среди первоизбранных, почтенному Секретарiату,

Господину доктору Зильберфарбу.

Уважаемые господа!

Наш вопль, вопль истерзанных, уже передан был Вам дважды по телеграфу в связи со страшным погромом, имѣвшем мѣсто в нашем городѣ Мястковкѣ, Подольской губ., 30-го прошлаго мѣсяца октября, когда свыше 50 магазинов, около тридцати домов были уничтожены, опустошены и разрушены варварами, жаждавшими крови и чужого имущества. Все, что было в домах, начиная с субботней одежды, зимняго и лѣтняго платья, вещей домашняго обихода и различной посуды, — было забрано, разграблено, увезено. Остатки-же болѣе громоздкаго имущества грабители разбили, растоптали ногами, безжалостно разсѣкли топорами, привели в полную негодность зеркала, оконныя стекла, так что об исправленiи их никогда не может быть даже рѣчи. И так как мы были крайне изумлены, что не получили никакой помощи и удовлетворительнаго отвѣта от Центральной Рады, мы командировали к Вам на прошлой недѣлѣ спецiальнаго посланца-делегата, подателя сего, г. Элiезера Вейцмана, чтобы он в этот тяжелый для нас момент призвал на помощь, в виду грозящей опасности. И вот Ваш отвѣт, с которым он вернулся: что сейчас-же обратятся в Винницу, призовут всѣх уѣздных комиссаров и передадут им распоряженiе расквартировать вооруженных солдат в каждом городѣ, нуждающемся в особой охранѣ, дабы они стояли на стражѣ. Будет также разрѣшен отпуск различнаго оружiя для организацiи в каждом городѣ самоохраны, дабы можно было защищать жизнь и оказать сопротивленiе погромам, этой язвѣ, развивающейся в час ужасной сумятицы и грозящей развиться и дальше. К нашему горю, однако, мы отчаялись в том, что Ваше обѣщанiе будет исполнено, ибо пока и намѣка на какую-бы то ни было помощь нѣт. А мы, пострадавшiе от погромов, разбиты и приведены в содроганiе этим бѣшенным ураганом, пронесшимся на наших глазах в день погрома, когда мы осушили до дна отравленныя чаши. Наша жизнь висит на волоскѣ, в буквальном смыслѣ этого слова. По ночам мы ждем не дождемся утренней зари, а днем мы считаем часы, которые нам осталось дотянуть до слѣдующаго дня. По субботам — наша еженедѣльная ярмарка, день, прiуроченный к злодеянiям погромщиков, когда буквально темно становится от разнуздано-дикой толпы, собирающейся из окрестных деревень. Жизнь нам не в жизнь. В виду этого мы вторично посылаем подателя сего, вышеупомянутаго г. Вейцмана, с просьбой: 1) чтобы нам были возможно болѣе поспѣшно посланы двадцать вооруженных солдат, которые-бы постоянно стояли на стражѣ, пока пронесется гроза анархiи; 2) указать нам мѣсто и источник, гдѣ бы достать на наши деньги необходимое количество оружiя, для распредѣленiя его между жителями города нашего, способными носить оружiе; 3) командировать на нѣкоторое время прокурора-обвинителя, который, при помощи солдат, занялся бы поисками спрятаннаго награбленнаго имущества у грабителей и лиц, подозрѣваемых в участiи в грабежѣ, дабы публично вскрыть их грѣх и позор…

…Настоящим подписываемся, вторник, 28-го ноября 1917 г., Мястковка».

(15 подписей).

Печать: «Мястковскiй Еврейскiй Общинный Комитет».

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг. (отдѣл о погромах).

XII.

К событiям в Каневѣ.

(Кiевская губ.).

Получено секр. по евр. дѣлам 4-го декабря 1917 г., № 200.

«Доклад делегатов Каневской еврейской общины, гласных Каневской Городской Думы, Х. Чудновскаго и М. Вильнера.

Еврейское населенiе г. Канева послѣ пережитаго им погрома продолжает оставаться в безпокойно-тревожном состоянiи, по слѣдующим причинам:

1) Громилы, чинившiе погром, которые в день погрома были в числѣ восьми человѣк, остаются быть на волѣ и, 2) овладѣв на второй день оружiем городской милицiи, они вооружают подозрительных лиц, подготовляя, по слухам, в ближайшiя ночи рѣзню еврейскаго населенiя, прiурочив для этого воскресенье, 19-го с. м., и понедѣльник, как ярмарочные дни. 3) Власть, обладая силою (присланных для усмиренiя) украинцев, в числѣ 75 человѣк, под командою сотскаго, является пассивной по отношенiю к громилам, которые, под руководством неизвѣстнаго предводителя, переименовали себя в «Вiльное козачество», хотя они и не знают программы его. 4) Главныя требованiя «Вiльнаго козачества»: уничтоженiе гражданской власти и переход всей власти, как городской, так и уѣздной в их руки, и они намѣтили начальником уѣзда главнаго громилу. 5) Безнаказанность громил и полное отсутствiе судебнаго разслѣдованiя случившагося наводит крестьянскую и мѣщанскую среду на мысль, что громить евреев желательно власти, и это их прельщает для присоединенiя к громилам, а на евреев наводит паническiй страх. 6) Городской голова отсутствует, Городская Дума не созывается, еврейское населенiе в безпомощном положенiи.

Еврейское населенiе г. Канева делегировало нас в Центральную Раду и Генеральный Секретарiат просить: а) снарядить судебное слѣдствiе, так как мѣстный слѣдователь бездѣйствует, мотивируя это негарантированностью власти, и б) принять мѣры к аресту виновных».

(подписи).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг. (отдѣл о погромах).

XIII.

К событiям в м. Судилково.

(Волынь).

Получено секр. по евр. дѣлам 13-го декабря 1917 г., вход. № 293.

«В Главный Секретарiат по еврейским дѣлам.

Уполномоченный еврейскаго общества м. Судилкова, Изяславльскаго уѣзда, Волынской губ., гласный волостного самоуправленiя, Самуил Финкельштейн.

Анархiя все болѣе захватывает наш край. В особенно тяжелом положенiи оказывается еврейское населенiе. Лица в солдатской формѣ грабят и громят, и поджигают. Пережитые ужасы неописуемы. Солдаты, расположенные в этой мѣстности, именуя себя «большевиками», творят эти ужасы и увеличивают анархiю и грабежи. «Это не наше, мы же не украинцы» — вот что ими руководит. Просим помочь. Если возможно послать хотя бы 10 солдат, людей вѣрных, то удалось бы водворить порядок.

Расходы для 10-ти человѣк еврейское общество взяло-бы на себя. Кромѣ того эти солдаты могли-бы помочь мѣстному самоуправленiю и уменьшить анархiю.

Необходимо немедленно принять мѣры.

Гласный Судилковскаго волостного самоуправленiя Самуил Финкельштейн».

13-го декабря 1917 г.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг. (отдѣл о погромах).

XIV.

К событiям в Дубно.

(Волынь).

«В Комитет Помощи,

Кiев.

Из моих телеграмм к Вам и в «Кiевскую Мысль» Вам извѣстно о событiях в Дубно. Уже нѣсколько дней, как в городѣ ожидались столкновенiя между большевиками и украинцами. Нѣкоторыя мелкiя большевистскiя части были обезоружены украинцами, но в городѣ так называемая «власть» все-же была в руках военно-революцiоннаго комитета, в котором преобладают большевики. Это привело к тому, что в городѣ абсолютно нѣт ничего такого, что напоминало-бы о власти. Просто не к кому обращаться. Одновременно дѣйствуют, или вѣрнѣе бездѣйствуют, комиссарiат, Рада, военно-революцiонный комитет и милицiя, без всякаго контакта и согласiя. Вполнѣ ясно, что темные элементы, как большевистскiе, так и украинскiе воспользовались моментом для своих преступных цѣлей. Здѣсь полное перемирiе и единодушiе между враждующими, и в еврейском погромѣ участвуют и обезоруженные большевики, и солдаты из украинской команды и другiе. Вчера громилами была обезоружена милицiя и нѣкоторые саперы, вызванные для охраны города. Военно-революцiонный комитет вызвал броневик и пулеметы, началась стрѣльба по улицам, и громилы разбѣжались.

Населенiе охвачено паническим ужасом. Сегодня громилы вернулись в город со своим оружiем, и идет перепалка, есть нѣсколько раненых, как со стороны военно-революцiоннаго комитета, так и среди громил. Организовалась и самооборона, но она не в силах что-нибудь сдѣлать без оружiя. Военно-революцiонный комитет отказывается вооружить населенiе из-за политических соображенiй, а между тѣм немногочисленные патрули комитета тоже не вполнѣ надежны. Возможно, что сегодня выдадут нам оружiе из одного военнаго склада, тогда возможно будет защитить жизнь и имущество граждан собственными силами, так как в городѣ имѣется свыше 200 еврейских солдат, которые сейчас в отпуску, и они вмѣстѣ с остальной молодежью в состоянiи составить отличную самооборону.

Разгромлено до сих пор 15 магазинов, убытки около 200.000 рублей. Но несчастье в том, что погром еще не ликвидирован, носятся самые нелѣпые слухи, и завтрашнiй день покрыт мраком неизвѣстности.

С. Вертгейм».

Из архива КОПЕ (Кiевскаго комитета помощи евреям, пострадавшим от военных дѣйствiй), матерiалы 1917 г., донесенiе уполномоченнаго.

XV.

Погром в Жабокричѣ.

(Подолiя).

Жабокричевская Еврейская Община.

Получено секр. по евр. дѣлам, 27-го декабря 1917 г., № 143.

«Его Высокоблагородiю Господину Генеральному Секретарю по еврейским дѣлам.

Членов еврейской общины м. Жабокрича, Ольгопольскаго уѣзда, Подольск. губ., Шлемы Блехмана и Гершки Брейтмана,

Прошенiе.

16-го числа сего ноября, мы, Блехман и Брейтман, делегированные еврейским населенiем нашего мѣстечка Жабокрича, имѣли честь говорить с Вами лично по поводу погромной волны, охватившей наш край, в том числѣ и наше мѣстечко Жабокрич, погромно-настроенное крестьянское населенiе котораго во много раз превосходит еврейское населенiе, которому грозят гибельныя послѣдствiя, — и просили Вашей помощи. Броженiе среди крестьянскаго населенiя все растет, и вчера, 22-го числа сего ноября мѣсяца, в день «введенiя в храм Пресвятыя Богородицы», крестьянскiе парни, отрицательно настроенные, вошли в мѣстечко — еврейскую черту — и стали избивать встрѣчных евреев желѣзными прутьями, ворвались в одну из мѣстных синагог и избив там двух евреев, удалились, оглашая воздух побѣдными криками, а евреи, безсильные, беззащитные, прятались, точно затравленные. По Вашему совѣту, мы вчера, 22-го сего же числа, обратились письменно к нашему уѣздному комиссару (г. Ольгополь, Подольской губ.), с просьбой командировать в наше мѣстечко Жабокрич достаточное число солдат, необходимое для огражденiя нас от насилiй погромно-настроенного элемента крестьянства.

Обращая и Ваше вниманiе на наше крайне тяжелое положенiе, на то, что ежеминутно рискуем сдѣлаться жертвами исключительнаго произвола и погромнаго разгула, — честь имѣем почтительнѣйше просить Ваше Высокоблагородiе поддержать с своей стороны наше ходатайство перед Ольгопольским уѣздным комиссаром, распорядившись об ускоренной присылкѣ нам, евреям м. Жабокрич, надежной помощи в лицѣ сознательных украинских частей, призванных стоять на стражѣ порядка и спокойствiя.

Ноября 23-го дня, 1917 г.

Шлема Блехман.

Герш Брейтман».

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XVI.

Погром в Овручѣ.

(Волынь).

Получено секр. по евр. дѣлам, 3-го января 1918, № 483.

(Пер. с еврейскаго).

Овруч, 17-го декабря 1917 г.

«В Еврейскiй Нацiональный Совѣт на Украинѣ, Кiев.

Товарищи, кровью и слезами ограбленных пишу я Вам эти строки. Погромная волна, нахлынувшая сейчас на всѣ мѣста, гдѣ евреи составляют большинство населенiя, докатилась и до нас. В пятницу ночью на всѣх улицах началась стрѣльба. Никто, понятно, не мог выйти на улицу. Утром узнали, что под аккомпанемент выстрѣлов был произведен самый настоящiй погром на старый русскiй манер. Разграблено свыше 60 еврейских лавок. Обратились в штаб (у нас стоит 265 полк), в караульную команду, но всѣ караулы были заняты у лавок: одни грабили, а другiе на улицах защищали погромщиков, стрѣляя в воздух и не давая их задерживать. Стрѣльба продолжалась с часу ночи до 8 часов утра. Товары были вывезены прiѣхавшими на санях крестьянами окрестных деревень. Часового мастера Лейбу Векслера, оказавшаго сопротивленiе, убили. Что не успѣли забрать, было уничтожено — «хорошо отомстили». Убытков свыше миллiона рублей (перед праздниками навезли много товару). Разграблено добро — результат упорнаго еврейскаго труда десятков лѣт. Состоятельные превратились в бѣдняков и должны прибѣгнуть к посторонней помощи. Маленькiя еврейскiя лавчонки, гдѣ находилось все состоянiе их владѣльцев, уничтожены. Настроенiе очень подавленное. Телеграфировали в Раду, в Искорость (Коростень), Кiев, Житомiр, но помощь не прибыла. Телеграфные провода были порваны. Организовалась самооборона из еврейских солдат, которые возстановили порядок и вмѣстѣ с русскими солдатами цѣлую ночь охраняли город и разгоняли крестьян, ѣздивших к воскресенью на зрѣлище. Теперь в город вошли казаки, и приняты соотвѣтствующiе мѣры…

«Ограбленный еврейскiй портной из Овруча».

(Вторую половину этого письма, касающагося вопроса о самооборонѣ и позицiи National-Rat'а и евр. министерства, см. дальше в гл. III).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XVII.

К событiям в Макаровѣ.

(Кiевская губ.).

Получено ген. — секр. по евр. дѣлам, 28-го декабря 1917 г., № 400.

(пер. с еврейскаго).

«Господину Зильберфарбу,

Генеральному Секретарю.

Покорнѣйшая просьба жителей м. Макарова.

Великiй Господин во Израилѣ, от коего 3 тысячи семейств нашего мѣстечка Макарова ждут спасенiя, а особенно по дѣлу, о котором Вы дали нам слово святое и нѣсколько раз обѣщали — о нашем начальникѣ милицiи, который продолжает ежедневно донимать нас своими взятками, коими он грабит мѣстечко. Больше терпѣть нѣт сил, а он все продолжает быть начальником, без всякаго основанiя… Он только что забрал у города 500 руб., а что стоит нам одно его пьянство и его милицiонеров, к тому же при нем имѣются человѣк 5 евреев из самых подонков…

С тѣх пор, как Вы обѣщали нашему раввину Махлину, что Вы смѣните его (начальника милицiи), а все осталось, как было, он еще больше донимает мѣстечко. Раньше у него и десятирублевка была монета, теперь ему и 100 рублей мало, и он хвастает, что погром в мѣстечкѣ неминуем. Тогда мѣстечко охватывает смертельный страх, собирается совѣщанiе, и ему вносят 500 рублей. Через 3 — 4 дня — снова деньги. Великiй Господин, свѣточь Израиля, помоги нам. Убери его из нашего мѣстечка и пришли нам хоть болѣе дешеваго, дабы нам легче перенести было. Когда великiй Господин уберет его из Макарова, мы, тысячи человѣк, дадим показанiя, каким он взяточником был и как он угрожал учинить погром. Помоги нам, помоги!

Просители м. Макарова (подписи)».

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XVIII.

Погром в Рашковѣ.

(Подолiя).

Получено мин. по евр. дѣлам, 10-го января 1918 г. № 603.

«Генеральному Секретарiату по еврейским дѣлам на Украинѣ.

Граждан-евреев, жителей мѣстечка Рашкова, Подольской губ.

От имени всего еврейскаго населенiя нашего мѣстечка, перенесшаго в ночь на 31-е декабря минувшаго года всѣ ужасы вооруженнаго грабежа, обращаем наши взоры с горячей мольбой о немедленной помощи к Вам, г. Генеральный Секретарь, представителю нашего народа в Украинской Народной Республикѣ. Подробности происшедшаго погрома таковы:

В субботу, 30-го декабря, утром сюда прибыла из г. Сорок сотня слишком казаков 4-ой армiи, направившаяся в Балту, Подольской губ., и расположилась здѣсь на отдых. К вечеру того же дня часть этих казаков, вооруженная винтовками, появилась на главных улицах мѣстечка и открыла стрѣльбу по беззащитным обывателям, наводя панику на все мѣстечко; в это самое время другая часть казаков оцѣпила патрулями боковые улицы и переулки, отрѣзав бѣжавшим из своих домов жителям путь в болѣе безопасныя мѣста. Убив двух евреев на смерть, они принялись громить магазины и частныя квартиры, разграбили всѣ товары, уничтожили мебель, взломали двери и окна домов и опустошили все на своем пути. Темная масса крестьян, присоединившись к ним, способствовала грабежу и сама тоже расхищала потом и кровью добытое добро беззащитных евреев, которые сидѣли в своих домах и ежеминутно подвергались обстрѣлу казаков, направлявших выстрѣлы в запертыя двери. Лишь около полуночи выстрѣлы прекратились, и казаки, оставшись без снарядов, ушли на квартиры. Картина, представившаяся глазам послѣ разгрома, не поддается описанiю: два ряда разгромленных магазинов, в буквальном смыслѣ ограбленных, и значительное число опустошенных домов со взломанными дверьми и вывороченными оконными рамами; тут же валялись 2 трупа невинно пострадавших мирных жителей мѣстечка. По своей жестокости разгром этот напоминает ужасные набѣги диких разбойников. Всѣ наши обращенiя к командиру казаков и начальнику участковой милицiи о помощи были безрезультатны: первый ссылался на свое безсилiе остановить разыгравшуюся стихiю, а второй по телефону отвѣтил, что завтра утром прiѣдет. Дѣйствительно, начальник участковой милицiи прiѣхал из м. Каменки в воскресенье, в 11 часов утра, когда казачья сотня уже отбыла из мѣстечка в Балту, и хотя привез с собою 8 вооруженных солдат, ничего не сдѣлал в смыслѣ обнаруженiя ограбленных товаров у нѣкоторых мѣстных крестьян. Мало того, он даже не мог оставить нам этот маленькiй отряд на нѣсколько дней для охраны от дальнѣйших эксцессов, которые по слухам готовились на слѣдующiе дни: солдаты наотрѣз отказались оставаться даже на один день и в тот же день отбыли вмѣстѣ с участковым комиссаром обратно в м. Каменку.

Легко себѣ представить, каково наше положенiе теперь, когда такiе кровавые расправы проходят безнаказанно для грабителей, когда мѣстная власть безсильна настолько, что боится даже словом воздѣйствовать на хищнически настроенную часть крестьян, когда военная защита наша — солдаты, командируемые для подавленiя погрома, категорически отказываются от своих обязанностей. При таком положенiи вещей мѣстное еврейское населенiе переживает жуткiе дни под вѣчным страхом лишиться не только своего имущества, но и самой жизни. Мы поэтому обращаемся к Вам, г. Генеральный Секретарь, с всепокорнѣйшей просьбой оказать нам необходимую и немедленную помощь, дабы оградить нас в дальнѣйшем от грознаго кошмара, лишающаго нас всякаго покоя и грозящаго ежедневно превратиться в жестокую дѣйствительность. Пусть голос осиротевших семей и обнищавших жителей-евреев не останется гласом вопiющаго в пустынѣ. Помогите-же нам в нашем стремленiи к самозащитѣ присылкою необходимаго нам оружiя. Протяните руку помощи. Не давайте нам пасть жертвою безвременья. Пусть раздастся Ваш властный голос в защиту нас, обездоленных братьев Ваших, видящих единственное свое спасенiе в Вашей поддержкѣ, которая даст нам физическую и моральную силу перенести наши страданiя. Твердо уповая, что настоящiй наш призыв послужит на пользу не только нам, но и всѣм братьям нашим, проживающим в нашем уѣздѣ, просим отвѣтить нам непосредственно, что именно предпринимается Вами для обезпеченiя евреев от погромов вообще и нас в частности.

м. Рашков, Подольской губернiи.

Января 2-го дня 1918 года».

Предсѣдатель мѣстечковаго Исполнительнаго Комитета (подпись).

Члены Комитета (подписи).

Гласные из евреев Рашковской волости (подписи).

Жители (подписи).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XIX.

Список погромленных пунктов

(сентябрь — декабрь 1917 г.).

Вот перечень тѣх пунктов — около 60, - в коих зарегистрированы прессой и по данным архива министерства по еврейским дѣлам погромные эксцессы от середины сентября до конца декабря 1917 г.

Кiевская губернiя.

Виноград (13-го ноября).

Володарка (осенью).

Дашев (28-го ноября).

Жашков (20-го октября).

Жарница (14-го ноября).

Животов (7-го ноября).

Иванков (4-го и 12-го ноября).

Ильинец (начало ноября).

Канев (6-го ноября).

Корнин (16-го ноября).

Макаров (21-го ноября).

Монастырище (19-го ноября).

Погребище (17-го октября).

Ракитно (14-го декабря).

Сквира (23-го октября).

ст. Слободка (13-го декабря).

Ставище (17-го октября).

Тальное (12-го декабря).

Тараща (17-го декабря).

Торговец (10-го и 18-го декабря).

Умань (25-го ноября).

Волынская губернiя.

Аннаполь (13-го ноября).

Варковичи (9-го декабря).

Веледник (12-го декабря).

Вышгородок (2-го декабря).

Грицев (21-го сентября).

Дубно (12-го декабря).

Заславль (30-го ноября).

Котельно (начало ноября).

Кременец (15-го декабря).

Купель (5-го и 10-го декабря).

Мирополь (1-го декабря).

Овруч (16-го декабря).

Олыка (27-го ноября).

Острог (30-го ноября).

Полонное (26-го ноября).

Сандомир (19-го декабря).

Судилков (середина декабря).

Теофиполь (11-го и 17-го декабря).

Подольская губернiя.

Гайсин (20-го октября).

Голованевск (18-го декабря).

Деражня (1-го декабря).

Дзыговка (начало декабря).

Единец (29-го ноября).

Жабокрич (22-го октября).

Каменка (6-го ноября).

Литин (конец ноября).

Меджибож (18-го октября).

Мястковка (30-го октября).

Рашков (30-го декабря).

Рыбница (ноябрь).

Солобковцы (23-го ноября).

Ямполь (6-го ноября и 19-го декабря).

Полтавская губернiя.

Иваницы (13-го ноября).

Прилуки (23-го октября).

Черниговская губернiя.

Короп (10-го и 18-го ноября).

Херсонская губернiя.

Тирасполь (октябрь).

В этот перечень включены также и тѣ пункты, гдѣ эксцессы не приняли серьезнаго характера и выразились только в массовом ограбленiи еврейских лавок или домов. Имѣется также ряд пострадавших пунктов, о которых нѣт точных свѣдѣнiй, как Томашполь (Волынской губ.), Ивангород (Подольской губ.), Дзыговка (Подольской губ.) и другiе. Но помимо перечисленных имѣлся ряд мѣст, находившихся на самом порогѣ погрома и переживших весь ужас его ожиданiя, как напримѣр Винница, Славута, Тараща. В послѣднем пунктѣ погром уже было начался, но дальнѣйшiй рост его был предотвращен, благодаря еврейской дружинѣ. Среди пунктов, живших под страхом погрома, были даже такiе крупные центры, как Одесса, Харьков, Кременчуг и другiе.

Список этот далеко не полный, так как не всѣ пункты удалось зарегистрировать.

II. Резолюцiи, протесты, запросы и воззванiя о погромах

I.

Временное Правительство и погромы.

29-го сентября 1917 года состоялось, под предсѣдательством А. И. Коновалова, засѣданiе Временнаго Правительства, посвященное обсужденiю тревожных сообщенiй с мѣст. На засѣданiи принято слѣдующее постановленiе:

«Анархiя разростается. В цѣлом рядѣ городов происходят крупные безпорядки и погромы на почвѣ преимущественно продовольственной неурядицы, принимающiе часто, в особенности на югѣ, антиеврейскiй характер. Видную роль в руководствѣ безпорядками в нѣкоторых мѣстностях играют дѣятели Союза русскаго народа, распространяющiе прокламацiи с призывом к еврейским погромам и возстановленiю монархическаго строя.

Мѣстныя власти не в силах подавить столь широко развившуюся анархiю из-за отсутствiя твердой власти. Одной из основных причин послѣдняго является существованiе во многих мѣстностях цѣлаго ряда комитетов, претендующих на власть и взаимно тормозящих дѣятельность друг друга. Правительственный комиссар принужден лавировать между противорѣчивыми постановленiями различных комитетов, и работа его поэтому сильно затруднена.

Такой порядок признан Временным Правительством недопустимым и, в видах установленiя единства власти, рѣшено образовать на мѣстах особые комитеты Временнаго Правительства, с участiем представителей мѣстных общественных учрежденiй, главным назначенiем которых явится подавленiе безпорядков. Исполнительная власть в этих случаях вручается правительственному комиссару, а в мѣстностях, гдѣ введено военное положенiе, — представителям военной власти. Комиссарам предоставляется примѣнять всю полноту власти не только к подавленiю безпорядков, но и для предупрежеднiя могущих произойти волненiй.

В первую очередь предположено принять весьма энергичные мѣры по отношенiю к мѣстностям, уже охваченным погромным движенiем.

Осуществленiе всѣх намѣченных мѣропрiятiй по борьбѣ с анархiей рѣшено провести немедленно телеграфным путем».

Цит. по еженед. «Разсвѣт», № 13, от 4-го октября 1917 г.

II.

Первый всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов об антисемитизмѣ

(iюнь — iюль 1917 г.).

Первый всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов рабочих и солдатских депутатов, состоявшiйся в Петроградѣ в концѣ iюня и началѣ iюля 1917 г., принял слѣдующую резолюцiю об антисемитизмѣ:

«1) Многовѣковое безправiе евреев в Россiи и антисемитская травля против них, служившая одним из средств царизма в борьбѣ за власть, принявшая особенно дикiй характер во время войны, — все это успѣло пустить яд человѣконенавистничества, вражды и недовѣрiя к евреям в широкiя народныя массы.

2) Безсильная добиться возврата стараго порядка в открытой борьбѣ, контр-революцiя стремится использовать эти темные предразсудки масс, отвлечь их вниманiе от подлинных причин кризиса, переживаемаго страной, и дать выход стихiйному недовольству и глухому броженiю народных масс в движенiи, направленном против евреев.

3) Эта антиеврейская агитацiя, маскирующаяся часто под радикальными лозунгами, представляет огромную опасность и для еврейскаго народа и для всего революцiоннаго движенiя в странѣ, ибо грозит потопить в братской крови все дѣло освобожденiя народа и покрыть революцiонное народное движенiе несмываемым позором.

4) Поэтому прямые интересы широких народных масс и дѣло чести революцiи требуют от всей революцiонной демократiи самой энергичной борьбы со всякими попытками антиеврейской травли и подавленiя в зародышѣ всяких антиеврейских выступленiй.

5) Всероссiйскiй с'ѣзд Совѣтов рабочих и солдатских депутатов призывает всѣ мѣстные совѣты зорко слѣдить за всякими происками антисемитских групп и агитаторов, вести неустанную агитацiонную и просвѣтительную работу среди самых широких народных масс в цѣлях борьбы с антиеврейской травлей, а своему Центральному Комитету поручает озаботиться изданiем соотвѣтствующей литературы по еврейскому вопросу.

6) Посылая свой братскiй привѣт борющемуся в общих революцiонных рядах еврейскому рабочему классу, с'ѣзд призывает его вселить в еврейскiя народныя массы твердую увѣренность в том, что вся организованная революцiонная демократiя страны встанет грудью на их защиту от всяких попыток каких-либо насильственных дѣйствiй против евреев».

Резолюцiя принимается единогласно.

Цит. по ежен. «Разсвѣт», № 1, от 9-го iюля 1917 г.

III.

Центральный Исполнительный Комитет Совѣтов и погромы

(сентябрь — октябрь 1917 г.).

В засѣданiи Ц. И. К. Совѣтов рабочих и солдатских депутатов в Петроградѣ во внеочередном порядкѣ обсуждался вопрос о борьбѣ с погромным движенiем. С докладом по этому вопросу выступил представитель «Бунда», Р. Абрамович, указавшiй на ту опасность, которую погромное движенiе вообще и антиеврейское в частности несет для дѣла революцiи, и предложил слѣдующую резолюцiю:

«В различных мѣстностях Россiи толпы озлобленных, темных, а часто и отуманенных спиртом людей, руководимыя и направляемыя темными личностями, бывшими городовыми и уголовными преступниками, громят, грабят, совершают безчинства, насилiя и убiйства. Это погромное движенiе, широкой волной разливающееся по Россiи, таит в себѣ величайшую опасность для всего дѣла революцiи, приводя к полной анархiи, к совершенному разложенiю государства, кровавым столкновенiям, звѣрским насилiям над мирными и ни в чем не повинными жителями. Мало того, не подлежит сомнѣнiю и может считаться точно установленным, что во всем этом погромном движенiи участвует умѣлая и опытная рука черной контр-революцiи. Погромная и в частности антисемитская агитацiя, проповѣдь вражды, насилiя и ненависти к инородцам и евреям является, как показал опыт 1905 года, наилучшей почвой для торжества контр-революцiонных настроенiй и идей. Всѣ революцiонные рабочiе, крестьяне и солдаты должны поэтому проникнуться сознанiем великой опасности, которой грозят дѣлу свободы погромы, и напречь всѣ свои силы для борьбы с ними. Ц. И. К. призывает мѣстные Совѣты рабочих и солдатских депутатов зорко слѣдить за происками погромных агитаторов, контр-революцiонеров, развивать самую энергичную агитацiю против погромнаго движенiя и рѣшительно пресѣкать в самом зародышѣ, не останавливаясь перед примѣненiем вооруженной силы, всякiя погромныя попытки, как явно контр-революцiонные акты».

Резолюцiя эта принимается. В дополненiе к ней Ц. И. К. выработал ряд конкретных мѣр для борьбы с погромами, которыя в особой циркулярной телеграммѣ рекомендуются вниманiю Совѣтов. В частности рекомендуется созданiе особых комиссiй, с участiем партiй, рабочих организацiй, представителей военной и гражданской власти, в цѣлях идейной борьбы против погромной агитацiи и организацiи защиты граждан.

Цит. по еженед. «Разсвѣт», № 14, от 11-го октября 1917 г.

IV.

Запрос в Малой Радѣ об анархiи и безчинствах.

На засѣданiи Малой Рады, 24-го октября 1917 г., был внесен запрос о безчинствах и погромах на Украинѣ.

Представитель «Польскаго демократическаго центра» В. Рудницкiй:

«На Украинѣ все больше и больше растут анархiя и погромы. Банды дезертиров и грабителей, а часто и мѣстные крестьяне грабят мѣстечки и деревни. Снова набросились на поляков и евреев… Что предпринимает украинская власть, чтобы задушить погромное движенiе?

Лотоцкiй (ген. писарь и врем. генеральный секретарь по внутренним дѣлам): Генеральному Секретарiату все это извѣстно, но он ничего не мог сдѣлать. Были только организованы слѣдственныя комиссiи, выѣхавшiя в Славуту[284] и в Сквиру.

В. Рудницкiй отвѣчает, что об'ясненiя Лотоцкаго его не удовлетворяют».

«Naie Zait», № 38, от 26-го октября 1917 г., отчет о засѣданiи М. Рады.

V.

Первый еврейскiй запрос в Малой Радѣ о погромах

(внесен 28-го ноября 1917 г. от имени сiонистской фракцiи I. Шахтманом).

«Несмотря на двукратныя обращенiя Генеральнаго Секретаря к населенiю Украины с призывом прекратить позорящiе революцiю и свободную Украину погромные эксцессы, обращенiя, сопровождающiяся категорическим заявленiем, что всѣм подобным преступленiям будет твердой рукой положен предѣл, погромная волна на Украинѣ не только не спала, но все ширится и растет, угрожая полной анархiей и разоренiем городам и мѣстечкам Украины.

Из цѣлаго ряда пунктов, свыше 30, Подольской, Волынской и Кiевской губернiй нами ежедневно получаются от представительней еврейскаго населенiя умоляющiя телеграммы о начавшихся или укрожающих погромах. В телеграммах указывается на трагическое положенiе беззащитнаго еврейскаго населенiя, отданнаго на поток и разграбленiе пьяных погромных банд. Горят города, разграбляются лавки, уничтожается домашнiй скарб; послѣднее имущество терроризированной еврейской трудовой массы безпощадно и безцѣльно губится озвѣрѣвшей толпой. Жизнь беззащитнаго населенiя висит на волоскѣ. Мѣстныя власти безсильны. Охраны нѣт никакой. То обстоятельство, что, несмотря на принятые Генеральным Секретарем мѣры, погромная волна все растет, доказывает, что милицiя и содѣйствующiя ей войсковыя части фактически не справляются со своей задачей.

Ужасы положенiя усугубляются тѣм, что все здоровое и взрослое мужское населенiе находится в армiи. Отпора громилам дать некому. Остались одни старики, дѣти и безпомощныя женщины. Жизни и чести их угрожает смертельная опасность. Это знают и чувствуют евреи-воины. Они не могут оставаться спокойными в своих частях, пассивными зрителями совершающихся насилiй. Со всѣх сторон поступают к нам настойчивыя требованiя еврейских солдат, чтобы им разрѣшено было организоваться в спецiальныя дружины для защиты жизни и чести своих отцов, матерей и сестер. Они справедливо считают, что защита их обездоленных семей — их естественное право и обязанность.

Оставляя открытым принципiальный вопрос о выдѣленiи воинов в отдѣльныя нацiональныя воинскiя единицы, мы считаем, что евреям-воинам не может быть отказано в правѣ созданiя дружин со спецiальной цѣлью охраны еврейскаго населенiя от погромов. Само собой разумѣется, что эти еврейскiя дружины будут находиться на общем положенiи, в полнои распоряженiи ген. секретарiата по войсковым дѣлам.

Мы убѣждены, что генеральный секретарiат примет героическiя мѣры к тому, чтобы властно положить конец опустошающей погромной вакханалiи, и что имѣющiя образоваться еврейскiя воинскiя дружины, рука об руку с дисциплинированными частями революцiонной украинской армiи, будут ему в этом надежной опорой.

Исходя из вышеизложеннаго, сiонистская фракцiя, глубоко взволнованная обращаемыми к ней мольбами еврейскаго населенiя о спасенiи, обращается к генеральным секретарям по внутренним и войсковым дѣлам с запросом:

1) Какiя реальныя мѣры предприняты к немедленному прекращенiю погромов?

2) Не находит-ли возможным генеральный секретарiат разрѣшить евреям-воинам организовать спецiальныя дружины для охраны еврейскаго населенiя?»

В об'ясненiе этому вопросу генеральный секретарь по войсковым дѣлам, С. Петлюра, признал факт широкаго распространенiя погромов и недостаточность предпринимаемых в этом отношенiи мѣр. Сочувственно отнесясь к идеѣ выдѣленiя евреев-солдат в особыя воинскiя части для борьбы с погромами, С. Петлюра в то же время категорически заявил, что секретарiатом приняты будут рѣшительныя мѣры против погромов и в наиболѣе угрожаемых мѣстах будут размѣщены надежныя воинскiя части.

Архив редакцiи, матерiалы 1917 — 1918 гг., копiя перваго запроса, дост. I. Шехтманом.

Согласно одесскому еженед. «Еврейская Мысль» отвѣт С. Петлюры гласил так: «Погромы падают на прифронтовую полосу, гдѣ чрезвычайно много разных запасных воинских частей. Эти части и дѣлают погромы. В тылу так много этих частей, что онѣ даже не отвѣчают требованiям фронта. Разгрузка тыла от праздных запасных частей встрѣчала много препятствiй бюрократическаго характера. Но эта реформа будет вскорѣ произведена; вскорѣ секретарiат будет также имѣть достаточно своей военной силы, при помощи которой можно будет рѣшительно бороться с анархiей. Г. Петлюра полагает, что не встрѣтится препятствiй и к сформированiю еврейских дружин».

«Евр. Мысль», № 3, 1917 г.

VI.

Второй еврейскiй запрос о погромах в Малой Радѣ

(внесен 19 декабря 1917 г. от имени сiонистской фракцiи Н. Сыркиным).

«С большим сожалѣнiем я должен отмѣтить, что Генеральный Секретарiат за послѣднее время перестал проявлять прежнюю чуткость и энергiю в борьбѣ с погромами, как бывало раньше. Он, как будто, примирился с мыслью, что погромы неизбѣжны. Все украинское войско занято теперь войной с большевиками; оно охраняет границы Украины. Но страна сама, особенно ея еврейское населенiе, страдает от грабежа и разбоя. Никакое честное правительство не может допустить, чтобы мирное населенiе стало жертвой грабежей, — и Генеральный Секретарiат обязан принять энергичныя мѣры. В противном случаѣ должен будет вмѣшаться украинскiй парламент, ибо погромы являются огромной опасностью для всей Украины. Украинская Республика держится только довѣрiем народных масс. Если-же грабежи и погромы будут продолжаться, молодая Украинская Республика и ея правительство потѣряют все довѣрiе народа.

Я требую: 1) Из всѣх воинских частей должен быть выдѣлен опредѣленный процент солдат, со спецiальным назначенiем защищать населенiе от грабежей и разбоев; 2) в еврейских городах и мѣстечках должны быть усилены гарнизоны и увеличены войска».

С отвѣтом выступает предсѣдатель Генеральнаго Сектетарiата, В. Винниченко:

«Мы не успокоились и не успокоимся на мысли, что ничего сдѣлать нельзя. Время теперь тяжелое, но мы примем всѣ мѣры, дабы защитить страну и еврейское населенiе. Первое требованiе г. Сыркина уже принято нами, что касается второго, то я его передам Генеральному Секретарiату. Во всяком случаѣ всѣ мѣры защиты от погромов будут приняты».

«Der Telegraf», № 27, от 22-го декабря 1917 г..

Согласно «Кiевской Мысли» вступительная часть запроса г. Сыркина гласила:

«Волна погромов не только не спадает, но все возрастает, и погромы исчисляются уже ежедневно не десятками, а сотнями. И в отношенiи их уже недостаточно отдѣльных, разрозненных распоряженiй и мѣропрiятiй. Нужны общiя мѣры, необходима планомѣрная и энергичная борьба с погромами.

Генеральный Секретарiат в послѣднее время, к сожалѣнiю, как будто перестал проявлять прежнюю чуткость к воплям жертв и как будто фаталистически примирился с ними. Я не сомнѣваюсь в добрых намѣренiях Генеральнаго Секретарiата, но будучи занят защитой границ Украины у Бахмача и Жмеринки, Генеральный Секретарiат начинает относиться фаталистически к растущей погромной волнѣ».

Отвѣт В. Винниченко гласил, согласно этой газетѣ, так:

«Генеральный Секретарiат, конечно, отнюдь не примирился с этим вопiющим явленiем — погромами. Мы с большим смущенiем выслушиваем эти сообщенiя. Но — не в каждом случаѣ можно что-то сдѣлать. Творятся, к сожалѣнiю, еще большiе погромы, и если прiйдут на Украину большевики, то случится всеобщiй погром. Этим и об'ясняется невозможность принятiя рѣшительных мѣр. С мѣст берется все болѣе сильное и посылается на украинско-русскiй фронт для защиты Украины. Но Генеральный Секретарiат принимает всѣ мѣры к выделенiю воинских частей для прекращенiя погромов. Это не оговорка, это принятое рѣшенiе Секретарiата».

Запрос о погромах был поддержан также представителем «Бунда» А. Золотаревым.

Архив редакцiи, матерiалы 1917 — 1918 гг., копiя запроса нап. в «Кiев. Мысли» 21 или 22 дек. 1917.

VII.

Воззванiе против погромов

(извлеченiе).

«Из различных мѣст Украины приходят печальныя свѣдѣнiя о том, что помимо обычных грабежей, поджогов и т. п. замѣчаются также попытки устройства еврейских погромов и грабежа еврейскаго добра. Преступные агитаторы, пользуясь темнотой народной массы, пытаются раздуть чувства нацiональной вражды… Всѣ сознательные украинцы должны со всей своей энергiей помочь Генеральному Секретарiату и мѣстной администрацiи в борьбѣ против этого проклятiя, которое перешло к нам в наслѣдiе от царскаго режима…

…Нас угнетали, но мы никого не должны угнетать. Каждый украинец должен помнить, что наша свобода еще не прочна, мы нуждаемся в силах матерiальных и духовных. Если мы допустим развитiе нацiональной вражды и еврейских погромов, мы этим оттолкнем от себя цѣлый народ. Мы этим наложим темное пятно на нашу совѣсть, и весь мiр будет нас считать народом, недостойным свободы.

Генеральный секретарь по дѣлам нацiональных меньшинств — А. Шульгин».

Цит. по «Naie Zait», от 20-го октября 1917 г.

VIII.

Циркуляр против погромной агитацiи.

Получено вице-секр. по евр. дѣлам, 22-го октября 1917 г., вход. № 32.

(пер. с украинскаго).

Генеральный Секретарiат Украины.

Генеральный секретарiат внутренних дѣл.

Администр. — политическiй отдѣл.

№ 1679

20-го октября 1917 г.

Кiев.

Срочно.

Циркулярно.

Гг. Губернским и уѣздным Комиссарам.

В послѣднее время в секретарiат по внутренним дѣлам поступают свѣдѣнiя о том, что темными элементами ведется погромная агитацiя среди толпы, особенно в дни ярмарок и базаров, на базарах и в других мѣстах скопленiя народа, причем бывали случаи, когда эта агитацiя приводила к разгрому лавок, частных домов, подвалов и т. п.

Органам мѣстной власти, в лицѣ губернских и уѣздных комиссаров, предлагается сдѣлать распоряженiе, чтобы в базарные и праздничные дни, а также в дни ярмарок усиливались наряды пѣшей и конной милицiи и вызывались на помощь милицiонерам воинскiе патрули. Начальникам милицiи, в вѣдѣнiи коих имѣется городская и уѣздная милицiя, — принять мѣры, до примѣненiя оружiя включительно, против нарушенiя порядка и спокойствiя населенiя.

Лиц, которыя будут вести погромную агитацiю, задерживать и препровождать в распоряженiе судебной власти.

Генеральный секретарь внутренних дѣл

В. Винниченко.

Директор адм. — политическаго отдѣла (подпись).

Г. Товарищу генеральнаго секретаря по евр. дѣлам.

24-го октября 1917 г.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

IX.

Воззванiе С. Петлюры против погромов и анархiи.

«Я, в качествѣ генеральнаго секретаря по войсковым дѣлам в Украинской Народной Республикѣ, призываю всѣх вас, мои товарищи и друзья, в настоящее время к общей дружной работѣ. Будьте организованы и об'единены — всѣ за однаго и один за всѣх. Наше войско молодо, оно только становится на ноги, и вы своей дисциплинированностью докажете, что являетесь славными потомками наших великих предков.

Всѣ, как один, станьте вокруг Центральной Рады и ея Генеральнаго Секретарiата. Не допускайте погромов и безпорядков, ибо если вы допустите их, вы позором покроете славное имя украинскаго войска. Никакiе погромы не должны быть допущены на нашей землѣ. Я уже вызвал украинскiе полки и дивизiи, чтобы охранять порядок на Украинѣ. Одновременно с этим я украинизирую различныя части в тылу: запасные полки пѣхоты и кавалерiи, артиллерiйскiя дружины, саперов и другiе батальоны, с цѣлью имѣть возможно больше своих частей. Войска будут размѣщены по всей Украинѣ, по всѣм желѣзнодорожным линiям и дорогам, дабы покончить с безчинствами и погромами.

Знайте, что все это я дѣлаю по уполномочiю нашего правительства, правительства Украинской Народной Республики. Я несу отвѣтственность перед Центральной Радой, перед Генеральным Секретарiатом и перед всѣм населенiем за спокойствiе в нашем краѣ, но я эту отвѣтственность могу нести только тогда, если я буду опираться на вас, украинскiе солдаты».

Цит. по газ. «Der Telegraf», № 1, от 15-го ноября 1917 г.

X.

Воззванiе еврейскаго генеральнаго секретарiата.

(пер. с еврейскаго).

«К еврейскому населенiю.

Граждане евреи.

За послѣднее время над многими еврейскими городами и мѣстечками пронесся дикiй ураган погромов, оставившiй послѣ себя слѣды ужасных разрушенiй. Может казаться, что возвращаются старыя времена, когда над нашими головами висѣл меч Николая, когда мы всѣ, наша жизнь и имущество могли дѣйствительно стать безнаказанно добычей всякаго и каждаго.

Не слѣдует, однако, забывать, что вся Россiя переживает теперь тяжелыя времена, что в жизни всѣх народов наступила большая сумятица, вызванная несчастiями и опустошенiями. Война, которая косит направо и налѣво; дороговизна, предвѣстница голоднаго ужаса; спекуляцiя, еще сильнѣе обостряющая тяжелую нужду бѣдноты, — все это является причиной эксцессов, нападенiй, грабежей, анархiи и погромов вообще.

При такой анархiи в странѣ, когда населенiе выведено из себя и так возбуждено, неудивительно, что злая рука может направить массы на еврейскiе дома и магазины, в результатѣ чего возникают спецiально еврейскiе погромы.

Пока-же евреи живут в постоянной боязни погромов, что уже само по себѣ представляет собою величайшее проклятiе.

В дѣйствительности, однако, опасенiе погромов имѣет в украинских губернiях меньшее основанiе, чѣм гдѣ-бы то ни было. Во всѣх губернiях Украины вся государственная власть перешла к Центральной Радѣ с ея собственной исполнительной властью, в лицѣ Генеральнаго Секретарiата. И если во всѣх остальных областях Россiи нѣт в настоящiй момент твердой власти, и во многих мѣстах проливается не мало крови, то на Украинѣ власть тверда и прочна. А эта власть стремится здѣсь всѣми силами гарантировать и обезпечить порядок и спокойствiе для всѣх народностей, населяющих Украину. Генеральный Секретарiат твердо рѣшил не допускать на территорiи Украины никаких безчинств и безпорядков. И им приняты всѣ мѣры для того, чтобы на Украинѣ не было мѣста еврейским погромам. Если-же они гдѣ-либо возникнут, то в корнѣ будут ликвидированы.

Граждане евреи вы не должны забывать, что в составѣ Украинскаго Генеральнаго Секретарiата имѣется также Еврейскiй генеральный секретарiат, в компетенцiю котораго входят всѣ еврейскiя дѣла. И еврейскiй генеральный секретарь стоит на стражѣ всѣх интересов еврейскаго населенiя Украины.

Генеральным Секретарiатом издан приказ мѣстным властям всей Украины ни в коем случаѣ не допускать погромов. И когда вы убѣдитесь, что явно готовится еврейскiй погром, обращайтесь к мѣстной власти и требуйте примѣненiя надлежащих мѣр. В необходимых случаях сообщайте об этом также мнѣ генеральному секретарю по еврейским дѣлам. В послѣднем случаѣ Генеральный Секретарiат уже позаботится о том, чтобы ваши справедливыя требованiя были удовлетворены: чтобы погром был прекращен, или чтобы он в самом зародышѣ был ликвидирован.

Не теряйте только мужества, граждане-евреи! Генеральный Секретарiат Украины принимает всѣ необходимыя мѣры в цѣлях защиты вашей жизни и безопасности вашего имущества и достоянiя.

Генеральный секретарь по еврейским дѣлам

д-р М. Зильберфарб».

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XI.

Протесты еврейских солдат против погромов

(из архива Союза евреев-воинов).

1.

Протокол собранiя представителей солдат-евреев 10-й пѣхотной дивизiи, 9-го октября 1917 г.

«На засѣданiи присутствовало 18 делегатов от всѣх частей дивизiи. Предсѣдатель собранiя — тов. Штерн, секретарь собранiя — тов. Лейбин.

Общее собранiе, обсудив вопрос о происходящих выступленiях, выражающихся в формѣ погромов и грабежей, главным образом против евреев, вынесло слѣдующую резолюцiю:

«Каждый день приносит нам извѣстiя о новых, многочисленных невинных жертвах еврейскаго народа. Каждый день с болью и слезами читаем о звѣрствах, чинимых над еврейским народом темными, безотвѣтственными, а подчас и организованными силами. Великая Русская Революцiя, возвѣстив странѣ и всѣм народам ея зарю истинной свободы, оказалась безсильной, чтобы остановить злую агитацiю и проявленiя ея против евреев.

Потоки невинной крови тщетно взывают к справедливости и разуму. Мы, солдаты-евреи, находимся на фронтѣ, и не можем спокойно относиться к этим проявленiям злой воли и мысли. Вѣрные сыны революцiонной армiи, почерпнувшiе в самой революцiи новыя силы и надежды, мы с ужасом смотрим на настоящее и будущее и, обезпокоенные и возмущенные, мы, представители солдат-евреев 10-й пѣхотной дивизiи, заявляем громкiй протест против насилiя и звѣрств, чинимых над семьями нашими и наших близких, против ложных инсинуацiй, приписываемых нашим единовѣрцам. Обращаемся с просьбой ко всей русской демократiи, к сознательным массам русскаго народа бороться всеми мѣрами против безумной травли.

Требуем, чтобы повсюду мѣстные представители власти и выборныя организацiи воспрепятствовали всѣми мѣрами всяким антисемитским выступленiям. Требуем принятiя рѣшительных мѣр, дабы солдаты-евреи, вѣрные свободѣ и революцiи, могли спокойно исполнять свои обязанности. Считая, что лишь общiя усилiя об'единенной демократiи могут быть залогом безопаснаго существованiя нацiональнойстей, населяющих Россiю, обращаемся с просьбой ко всѣм солдатам-товарищам, к полковым, ротным и командным совѣтам поддержать наш справедливый протест и требованiя».

Собранiе постановило: «Ходатайствовать перед дивизiонным комитетом о разрѣшенiи командировать в города Россiи двух делегатов от дивизiи, для ознакомленiя на мѣстах, какiя мѣры принимаются в дѣлѣ организацiи безопасности еврейскаго населенiя…»

2.

Резолюцiя солдат-евреев 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса.

«Извѣстiя об учиняемых над евреями погромах все чаще доходят к нам в окопы и глубоко волнуют нас. Охваченные тревогой за жизнь оставленных нами в тылу родных и близких, мы не можем спокойно исполнять свой воинскiй долг.

Корпусный комитет еврейской организацiи 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса заявляет, что вмѣстѣ с евреями других частей армiи будет твердо и рѣшительно бороться против поднявшей голову гнусной банды преступников, посягающих на жизнь и свободу евреев.

Мы призываем к безпощадной борьбѣ с черносотенцами и россiйскую демократiю. Пора прекратить позорныя для свободной страны насилiя и варварство. Довольно проливать невинную кровь!»

Предсѣдатель (подпись).

Секретарь (подпись).

(М. П.).

3.

Резолюцiя.

«Мы, евреи-воины 224-го пѣхотнаго Юхновскаго полка, на собранiи 14-го ноября рѣшили горячо протестовать против попыток темных масс организовать погромы. Считаем нужным отмѣтить, что когда наша кровь льется на фронтѣ, мы должны быть здѣсь спокойны и не безпокоиться за судьбу наших родных братьев и сестер… В чем просим Центральный Комитет в Кiевѣ опубликовать наш протест».

Дѣйствующая армiя 14-го ноября 1917 года.

Предсѣдатель еврейскаго комитета при 224-м пѣхотном полку (подпись).

Секретарь (подпись).

XII.

Русскiя общеармейскiя организацiи против погромов.

Выписка из протокола засѣданiя дивизiоннаго комитета 10-ой пѣхотной дивизiи, от 14-го октября 1917 года.

«Выслушав постановленiе солдат-евреев 10-й пѣхотной дивизiии и постановленiе полкового комитета 38-го Тобольскаго полка о происходящих в тылу погромах, дивизiонный комитет присоединяется к резолюцiи Тобольскаго комитета:

«В виду участившихся за послѣднее время массовых погромов, направленных безотвѣтственными лицами, главным образом против евреев, дивизiонный комитет выражает протест по поводу этих позорных явленiй и настаивает на принятiи самых энергичных мѣр для предотвращенiя и пресѣченiя подобных явленiй».

Постановлено: «Удовлетворить ходатайство солдат-евреев 10-й пѣхотной дивизiи о разрѣшенiи им командировать в города Россiи двух делегатов для ознакомленiя на мѣстах, какiя мѣры принимаются в дѣлѣ организацiи безопасности еврейскаго населенiя».

Предсѣдатель (подпись).

Секретарь (подпись).

Из архива Союза евреев-воинов, Кiев.

III. Самооборона и еврейскiя воинскiя части

Украинизацiя армiи и евреи солдаты

I.

Проект еврейских вооруженных отрядов.

Получено вице-секр. по евр дѣлам, 9-го октября 1917 г., вход. № 6.

г. Кiев. 9-го октября 1917 г.

«Представителям еврейскаго населенiя в Радѣ.

Участившiеся в послѣднее время во всѣх частях Россiи безпорядки принимают все болѣе и болѣе антиеврейскiй характер. Не вдаваясь в оценку причин и условiй, вызвавших печальныя событiя в Бендерах, Тирасполѣ, Острогѣ, Харьковѣ и др. мѣстах, я, как еврей, кому дорого все, что касается еврейскаго народа, и как офицер, считаю своим долгом представить на разсмотрѣнiе еврейских общественных организацiй слѣдующiй проект организацiи самозащиты еврейскаго населенiя. и еврейскаго имущества.

Я стою на той самой точкѣ зрѣнiя, что до возстановленiя дисциплины и мощи всей Россiйской армiи и до организацiи милицiи, еврейское населенiе в случаѣ эксцессов со стороны темной черни, не сможет разсчитывать на законную, так сказать, защиту, на которую оно имѣет право, и будет предоставлено самому себѣ. В доказательство достаточно вспомнить событiя послѣдних дней и факт, зарегистрированный всѣми газетами, что в городах, гдѣ имѣли мѣсто безпорядки, милицiя, в большинствѣ случаев, оказывалась безсильной против раз'яренной толпы, а войска или сами принимали участiе в безпорядках, или же не были в состоянiи остановить их.

Мой план организацiи самозащиты заключается в слѣдующем:

Во всѣх городах и мѣстечках, гдѣ находятся временные или постоянные гарнизоны, еврейскiе солдаты и офицеры, принадлежащiе к этим гарнизонам, выдѣляются в особыя группы, под начальством старшаго в чинѣ еврея, и держатся наготовѣ для немедленнаго вмѣшательства в случаѣ возникновенiя антиеврейских безпорядков. Эти группы не освобождаются, конечно, от общей службы и общих военных обязанностей и, в случаѣ ухода войск гарнизона на фронт, замѣняются соотвѣтствующими группами других войск, приходящих на мѣсто первых.

…По иницiативѣ еврейских общественных организацiй и с разрѣшенiя Временнаго Правительства, можно было-бы приступить безотлагательно к организацiи этих групп путем оповѣщенiя всѣх начальников гарнизонов. Было-бы при этом полезно и разумно пригласить этих послѣдних раз'яснить всѣм войскам, что в этом фактѣ, что одни еврейскiе солдаты призваны на защиту еврейскаго населенiя от темной черни, нѣт ничего оскорбительнаго для остальных солдат и что это дѣлается только с цѣлью внесенiя планомѣрности и организованности в дѣло защиты еврейскаго населенiя. Впрочем, существованiе группы еврейских солдат, разумѣется, не освобождало бы остальныя войска и милицiю от обязанности защищать жизнь и имущество евреев. Еврейскiя группы являлись бы только ячейкой, центром этой защиты.

Созданiе вышеозначенных групп внесло-бы успокоенiе в среду еврейскаго населенiя и заставило-бы задуматься темную трусливую чернь, которая, зная, что за еврейским населенiем стоят организованныя группы солдат, готовыя при первом сигналѣ войти в дѣйствiе, не посмѣли бы, как это бывает теперь, дать волю своим разнузданным страстям.

…Моя совѣсть еврея и офицера мнѣ говорит, что что-нибудь надо сдѣлать.

Поручик I. Д. Ланда».

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

II.

Первая конференцiя Союза евреев-воинов в Кiевѣ[285].

(Вопрос о погромах и самооборонѣ).

Засѣданiе 12-го октября 1917 г. Предсѣдательствует I. Трумпельдор.

«Слово предоставляется докладчику по вопросу о погромах, Ниренбергу:

В Россiи в настоящее время господствует толпа, в которой 80 % «мартовских» соцiалистов, — людей, которые до мартовскаго переворота, быть может, спокойно истязали-бы еврейское населенiе. Быстро развивающiйся в настоящее время антисемитизм есть психоз толпы и исходит он из таких сфер, откуда этого ожидать было нельзя. Тѣ мѣры, которыя принимаются в этом направленiи органами россiйской революцiонной демократiи никаких реальных результатов не дают. Власть безсильна и никаких гарантiй в защитѣ еврейских прав и жизни дать не может. Центральная Рада в борьбѣ с погромами безсильна. Красная гвардiя не гарантирует дѣйствительности защиты, ибо и в красной гвардiи развивается антисемитизм. Необходимо реагировать на покушенiя к попранiю нашей нацiональной чести. 1905-ый год нас научил. Евреи-воины оставить фронт не могут, нацiонализировать еврейское войско невозможно. Необходима организацiя еврейской самообороны в самых широких размѣрах, самообороны обученной, организованной и внушающей к себѣ серьезное отношенiе. Мобилизоваться необходимо для защиты нацiональной чести. Дѣйствiя самообороны необходимо координировать с дѣйствiями революцiонной демократiи. Иницiативу организацiи еврейской самообороны должны взять на себя отдѣленiя С. Е. В. (Союза евреев-воинов), необходимо обратиться к Временному Правительству с протестом по поводу погромов и указанiем на необходимость еврейской самообороны.

Познанскiй. Фруг, нацiональный поэт, говорил: «Радость каплей, горе чашей, это доля жизни нашей». И такова вся жизнь еврейскаго народа. Погромы стараго времени с теперешними сравнить нельзя. Погромы революцiоннаго перiода ужасны, а отношенiе к ним части христiанскаго населенiя индиферентно. Революцiонная демократiя безсильна. Гидра контр-революцiи поднимает свою голову. Необходима легализованная, могучая, передвижная, как армiя, еврейская самооборона.

Спектор. Поводом к возникновенiю погромов, главным образом, служит продовольственный вопрос. В отношенiи продовольственнаго вопроса необходимыя мѣры принимаются, и вопрос этот большей частью технически невозможно разрѣшить. Но главным образом погромы начинаются, когда толпа перепьется. Необходимо требовать уничтожекнiя спирта, иначе борьба с погромами будет весьма затруднена.

Трумпельдор. Погромное настроенiе пустило глубокiе корни в христiанском населенiи. Даже дѣти, и тѣ, наслушавшись погромных рѣчей родителей, иногда дѣлают попытку к устройству погромов (участвовать в погромах). Дѣйствiя еврейской самообороны должны быть вполнѣ согласованы с дѣйствiями всей революцiонной демократiи. Нечего бояться организацiи еврейской самообороны. Поднят вопрос о реорганизацiи армiи по территорiально-нацiональному принципу. С. Е. В. должен привѣтствовать эту мысль и всѣми мѣрами содѣйствовать пополненiю нацiональной армiи добровольческим элементом.

Гоголь. Еврейство может вполнѣ разсчитывать на содѣйствiе в борьбѣ с погромами сознательной части армiи, но организоваться еврейство должно. Нельзя предоставлять защиту своего народа другим.

Шильман. Извѣрившись в революцiи, темная масса может явиться оплотом контр-революцiи, и первой ласточкой контр-революцiи будут еврейскiе погромы. Не только еврейство заинтересовано в недопущенiи погромов, но и революцiонная Россiя, боящаяся контр-революцiи, допустить их не желает, и если организованное еврейство выступит с иницiативой по вопросу о защитѣ своей нацiональной чести и борьбы с контр-революцiей, то оно встрѣтит самую серьезную поддержку со стороны передовых революцiонных элементов. Конференцiя должна обратиться к органам революцiонной демократiи с предложенiем об образованiи боевых дружин не только для борьбы с погромами, но и со всякими выступленiями контр-революцiи.

Кишиневскiй. Нас били, бьют и будут бить. Так было и так будет, и помочь этому очень трудно. Раньше всего нужно полагаться на самого себя. Еврейская самооборона должна быть и должна во что-бы то ни стало легализоваться и дѣйствовать в контактѣ с революцiонной демократiей. Спецiальныя окружныя комиссiи должны руководить дѣйствiями еврейской самообороны во всем округѣ и направлять ее куда потребуется».

Принята слѣд. резолюцiя по вопросу о погромах: «Заслушав доклад и пренiя по вопросу о погромном теченiи, конференцiя рѣшает организовать еврейскую самооборону для борьбы с усиливающейся погромной волной и поручает комиссiи выработку спецiальнаго устава еврейской самообороны».

Из архива Союза евреев-воинов. Протоколы первой конференцiи, в октябрѣ 1917 г.

III.

Вторая концеренцiя Союза евреев-воинов в Кiевѣ

(декабрь 1917 — январь 1918 г.).

1.

О еврейских отрядах самообороны.

На одном из послѣдних засѣданiй конференцiи была принята слѣдующая резолюцiя о еврейских погромах и мѣрах борьбы с ними:

«Считая, что единственным средством борьбы со всевозрастающей волной еврейских погромов является организованная еврейская воинская сила, конференцiя находит необходимым: 1) Формированiе еврейских сводных воинских отрядов в цѣлях борьбы с погромами, при условiи, чтобы надлежащая власть предоставила еврейским воинам право выдѣляться из общих воинских частей. 2) Наряду в этим конференцiя считает необходимым существованiе в городах и местечках гражданской самообороны из надежных элементов. С этой цѣлью должны быть выдѣлены спецiальные инструкторы из рядов еврейских воинских частей. Еврейскiе сводные воинскiе отряды, а равно и самооборона на мѣстах, должны дѣйствовать в контактѣ с революцiонно-демократическими организацiями».

Цит. по «Der Telegraf», № 7 от 8-го января 1917 г.

2.

Проект положенiя о воинских отрядах еврейской самообороны, расположенных на территорiи Украинской Народной Республики.

(принят на второй конференцiи Союза евреев-воинов).

«1) Цѣли и характер отрядов.

а) Охрана чести и достоинства, жизни и имущества еврейскаго населенiя и защита его от анархически-погромных выступленiй, с чьей-бы то ни было стороны, на территорiи Украинской Народной Республики.

б) Отряды не принимают участiя ни в каких видах политической и межнацiональной борьбы, поскольку таковая не угрожает жизни и благосостоянiю еврейскаго населенiя.

в) Отряды дѣйствуют всегда в контактѣ с демократическими организацiями.

2) Состав отрядов.

Отряды состоят из: а) кадра и б) резерва.

Состав кадра опредѣляется в количествѣ: командира отряда, завѣдывающаго хозяйством, двух врачей, 13 офицеров, дѣлопроизводителя, казначея и 1000 солдат. В обязанности кадроваго состава входит: несенiе внутренней службы, согласно устава, попеченiе об имуществѣ отряда, хозяйственная работа для нужд отрядов, обученiе резерва и руководство послѣдним.

Кадр состоит из солдат, негодных к строю, состоящих на военной службѣ в разных частях войск, расположенных на территорiи Украинской Народной Республики в районах фронта и тыла.

Резерв состоит из лиц не-военнаго званiя, в возрастѣ от 18 до 45 лет, добровольно вступающих в эти отряды. Лица, добровольно вступающiя в резерв, рекомендуются под моральную и матерiальную отвѣтственность политическими партiями или общественными организацiями.

3) Дѣятельность отрядов.

Отряды формируются и расквартировываются во всѣх губернских и уѣздных городах Украинской Народной Республики с правом свободнаго передвиженiя по своему уѣзду. Отрядам присваивается наименованiе пунктов, в которых они формируются.

В отношенiи высшаго командованiя отряды находятся на общих с прочими частями войск основанiях. При высшем командном составѣ военных округов, входящих в состав Украинской Народной Республики, по дѣлам воинских отрядов еврейской самообороны состоят представители Временнаго Центральнаго Комитета Всероссiйскаго Союза Евреев-Воинов (ВЦЕКОВСЕВ).

Передвиженiе отрядов происходит по соглашенiю между этими представителями и высшим командованiем даннаго округа, а в случаях, не терпящих промедленiя, — по усмотренiю командира отряда и состоящаго при нем представителя ВЦЕКОВСЕВ'а, о чем немедленно доносится по начальству.

Всякая часть отряда, выступающая для дѣйствiй, сопровождается представителем ВЦЕКОВСЕВ'а, для координированiя дѣйствiй с мѣстными воинскими и гражданскими властями, коим представляется право посылки своих представителей в штаб данной части отряда.

4) Хозяйственная часть отрядов.

Кадры отрядов пользуются из казенных сумм всѣми видами довольствiя (для людей и лошадей), согласно раскладки, установленных для остальных воинских частей даннаго округа. Резервы же отрядов довольствуются из сумм ВЦЕКОВСЕВ'а.

Довольствiе натурой получается из складов мѣстнаго интендантства и продовольственных управ.

Вооруженiе (пулеметы и ленты к ним, трехлинейныя винтовки со штыками и патроны к ним, шашки, револьверы и патроны к ним и ручныя гранаты), снаряженiе и обмундированiе отрядов происходит на общих с другими воинскими частями основанiях. Средства тяги и связи (лошади, сѣдла, сбруи, повозки, автомобили и грузовики) предоставляются на общих с другими частями войск основанiях.

(Послѣднiй — 5-ый — пункт касается дѣлопроизводства отрядов).

Из архива Союза евреев-воинов (Кiев).

IV.

National-Rat о самооборонѣ и еврейских отрядах.

6-е засѣданiе Еврейскаго Нацiональнаго Совѣта, 18-го ноября 1917 г. Предсѣдательствует г. Юдин.

Обсуждается вопрос о евреях-солдатах.

Представитель Союза евреев-воинов, I. Гоголь, сообщает о безвыходном положенiи еврейских солдат, систематически выталкиваемых из украинизируемых воинских частей. Хуже всего положенiе еврейских юнкеров. «Ѣхать на Дон для них невозможно, так как это означало-бы дать себя использовать для нежелательных политических цѣлей. Ѣхать вглубь Россiи — нецѣлесообразно, так как великорусскiя воинскiя части, которыя сами стремятся нацiонализироваться, не примут их в качествѣ офицеров. Выхода не видно. Движенiе носит стихiйный характер и бороться с ним путем распоряженiй и приказов невозможно».

Оратор переходит к вопросу о погромах. «Общiя воинскiя части, — говорит он, — посылаемыя для подавленiя погромов, являются ненадежной защитой; для этого должны быть использованы еврейскiе солдаты».

Представители партiй, входящих в National-Rat, высказываются против предложенiя Союза евреев-воинов.

Вайсенблюм («Бунд»):…«Созданiе особых еврейских воинских отрядов, как средство от погромов, совершенно безполезно и даже вредно. Во время демобилизацiи еврейскiе отряды все равно не смогут удержать погромную толпу, а из тѣх солдат-евреев, которые возьмут на себя эту задачу, может образоваться еврейская солдатская аристократiя».

Корнгольд («Поалей Цiон»): «Солдаты-евреи, которые будут организованы со спецiальной цѣлью охраны порядка, еще могут провоцировать погромы. Положиться на общiя части тоже нельзя, нужно поэтому образовать отряды с большинством из евреев-солдат, но команда в этих отрядах должна принадлежать неевреям».

Душкан («Бунд»):…«Выступленiе еврейских солдат опасно. Могут произойти столкновенiя».

Гоголь: «В виду украинизацiи должны быть сформированы еврейскiе отряды для борьбы с погромами. Этого опредѣленно требуют даже солдаты с фронта».

Хургин (представитель еврейскаго генеральнаго секретарiата): «В отношенiи погромов всѣ предложенiя являются паллiативом, а худшим из паллiативов является выдѣленiе особых еврейских отрядов. Вообще трудно отдѣлить еврейскiй погром от нееврейскаго. Необходимо организовать гражданскiя дружины, ибо солдаты против солдат вообще не пойдут. Мы можем использовать для этой цѣли институт Вiльнаго козацтва».

Дубинскiй («Volkspartei») вносит слѣдующую резолюцiю, которая принимается:

«Выслушав доклад представителя Союза евреев-воинов, об украинизацiи воинских частей, а также о необходимости организовать охрану против еврейских погромов, National-Rat постановляет:

I. Еврейская демократiя должна бороться против того, чтобы армiя на Украинѣ организовывалась по нацiональному принципу, и требует от Украинской Рады, чтобы строго соблюдался принцип территорiальнаго строенiя армiи.

II. Украинскiй генеральный секретарь по войсковым дѣлам должен издать спецiальный приказ о том, что недопустимы никакiя попытки исключенiя каких-бы то ни было украинских граждан из украинской армiи и возбужденiя солдат-украинцев против солдат-неукраинцев.

III. Созданiе особых еврейских воинских отрядов в цѣлях защиты еврейскаго населенiя National-Rat находит вредным, как с политической точки зрѣнiя, так и с практической.

В цѣлях скорѣйшей организацiи охраны еврейскаго населенiя еврейскiй генеральный секретарiат должен образовать особую комиссiю, которая выработает нужныя мѣры и представит в National-Rat об этом доклад. Еврейскiй генеральный секретарiат должен взять на себя иницiативу созданiя комиссiи из представителей National-Rat'а, Союза евреев-воинов и других еврейских солдатских организацiй, с цѣлью регулировать взаимоотношенiя между еврейскими солдатами и нееврейскими на Украинѣ».

7-е засѣданiе, 4-го декабря 1917 г.

Предсѣдательствует М. Литваков.

Хургин сообщает о постановленiях, которыя выработала комиссiя о положенiи солдат-евреев, согласно рѣшенiю прошлаго засѣданiя.

Приводим из этих постановленiй наиболѣе существенныя:

«Издать приказ по Украинѣ о том, что украинская армiя должна быть территорiальной, а не нацiональной, за исключенiем двух полков — «полка имени Богдана Хмѣльницкаго» и «полка имени гетмана Полуботько», в отношенiи которых принимаются во вниманiе условiя, при которых они были созданы, — и они сохраняют свой нацiональный принцип формированiя» (пункт 1).

«Предлагается отдѣлу охраны при генеральном секретарiатѣ по войсковым дѣлам организовать курсы украинскаго языка для еврейских юнкеров, находящихся в украинских военных школах в Кiевѣ» (п. 2).

«Еврейскiй генеральный секретарiат посылает своих комиссаров в военные комиссарiаты Украинской Народной Республики, которые должны помочь комиссарiатам в вопросах, касающихся еврейских солдат» (п. 5).

«Издать раз'ясненiе, что граждане, являющiеся постоянными жителями Украины, суть украинцы» (п. 6).

Хургин сообщает затѣм о постановленiях другой комиссiи — по борьбѣ с погромами: среди 200 инструкторов, которые теперь учреждаются при генеральном секретарiатѣ по внутренним дѣлам для борьбы с анархiей, будет 50 еврейских. Союз евреев-воинов берет на себя доставить этих инструкторов.

Архив National-Rat'а (Кiев). Протоколы 6-го и 7-го засѣданiя, 18-го ноября и 4-го декабря 1917 г.

V.

Пострадавшiй от погрома и вопрос о самооборонѣ

(извлеченiе из обращенiя в министерство по евр. дѣлам).

(перев. с еврейскаго).

…«Даже в самый критическiй момент нашлись у нас, в Овручѣ, из числа солидных обывателей из Volkspartei такiе, которые утверждали, что опасно давать евреям оружiе, но другого выхода нѣт… Горе было-бы нам, если-бы мы их послушали. Погромщики перешли-бы из лавок в дома, покуда пришла-бы помощь из Украины, отвѣт на телеграммы…

Спрашивается, гдѣ-же наш National-Rat, который защищает наши нацiональные интересы на Украинѣ?…Что они себѣ думают, сидя у себя в кабинетах, в то время как еврейское населенiе терпит грабежи и издѣвательства от банд дезертиров-погромщиков? Кто лучше может защитить отцов, матерей, братьев и сестер, чѣм Союз евреев-воинов? Правда, эта задача не легкая, к которой надо подойти осторожно, но надо только быть хорошо организованным.

Мнѣ припоминается первый митинг украинцев. Многiе из присутствующих ставили оратору-офицеру шовинистическiя требованiя об украинской военной самозащитѣ. И он пламенно отвѣтил: Кончается ужасная война, толпы людей будут отпущены по домам голодные, обозленные, они пройдут по Украинѣ, - кто защитить наши «хаты», наше добро и имущество, если не наши солдаты-хозяева, которым дорого наше добро? Только они уберегут от разоренiя! А мы смотрѣли иронически на этого шовиниста. Мы заняты усовершенствованiем мiра, нам-де нужно вести классовую борьбу с буржуазiей, кто-бы она не была, бороться с Kol-Isroel-Politik. Мы, соцiалисты, утверждали, что нѣт нацiй, а есть классы. И как бывало говорили, что еврейская кровь смазывает колеса революцiи, так — погромы ведут к соцiализацiи капитала; погромы происходят вѣдь не только против евреев, но против богатых вообще. Если так, почему-же пострадали только еврейскiя лавки и даже мелкiя лавченки, хазяева коих стали теперь нищими, почему только еврейскiя портные, часовые мастера, у коих уничтожили машины, разграблены инструменты? Свобода ослѣпила нам глаза, притупила наши чувства. Разсѣяны мы стали по разным партiям, заимствовали принципы, которые не имѣют мѣста, и одолѣло нас (библейское) проклятiе: куда не прiйдете, будет поздно, и всюду вы будете послѣдними. Мы разсуждаем и спорим, нужна-ли организацiя евреев-воинов, может-ли такая сила противостоять неорганизованным крестьянам, — а еврейское добро (пока) разграбляется, разоряются еврейскiя мѣстечки… И душа разрывается от боли: рука об руку мы шли, а теперь не на кого положиться. Мы тащим камни для чужих построек, а о себѣ совершенно забываем! На прошлой недѣлѣ прiѣхал к нам делегат от Кiевскаго Союза евреев-воинов, говорил о необходимости еврейской самообороны — военной самозащиты. Тогда мы, соцiалисты, «разбили» выдумку сiонистов, мы должны идти совмѣстно с ними (с не-еврейскими партiями). Ах, если бы у нас была такая самооборона, какая сорганизовалась послѣ погрома! Два десятка вооруженных еврейских солдат сумѣли-бы разогнать прибывших крестьян и удержать чернь, защитив еврейское добро, которое теперь пошло прахом. Но мы опоздали. Всего на нѣсколько дней… И если-бы мы ждали помощи от Рады, вмѣсто того, чтобы организовать самооборону, погром продолжался-бы еще, как это было в остальных мѣстечках. Всего нѣсколько дней. — А что дѣлает в это время наш National-Rat?…На телеграмму не отвѣчают, сами тоже не организовали (помощи). Какую позицiю он занимает? Это историческое преступленiе, которое будет записано кровью и слезами ограбленных. И путь эта невинная кровь брызжет на платье тѣх, которые не ищут и не указывают пути, как остановить еврейскiе погромы. Дайте совѣт. Подайте помощь!

Ограбленный еврейскiй портной из Овруча».

(Начало этого письма, касающееся самаго погрома в Овручѣ, см. в I-й главѣ приложенiя).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

VI.

Еврейскiе солдаты и самооборона.

Получено секр. по евр. дѣлам, 22-го декабря 1917 г., вход. № 363.

Резолюцiя о самооборонѣ,

принятая на общем собранiи евреев-воинов Кiевскаго гарнизона, 21-го декабря 1917 года.

«Принимая во вниманiе: 1) непрекащающiеся, а, наоборот, все болѣе усиливающiеся погромы и насилiя над еврейским населенiем; 2) безпомощность властей в борьбѣ с ними, вслѣдствiе царящей на Украинѣ анархiи, и отсутствiе планомѣрности этой борьбы; 3) нерѣшительную политику Еврейскаго Секретарiата в дѣлѣ способствованiя проведенiю в жизнь постановленiя гарнизоннаго собранiя евреев-воинов, от 29-го октября сего года, об образованiи еврейских воинских частей, — общее собранiе евреев воинов требует от Еврейскаго Секретарiата немедленной организацiи еврейских воинских отрядов и выработку совмѣстнаго с Союзом евреев-воинов планомѣрнаго образа дѣйствiй в рѣшительной немедленной борьбѣ с погромами.

В случаѣ неудовлетворенiя Еврейским Секретарiатом в теченiе трех дней настоящаго требованiя, Союз евреев воинов в лицѣ его Исполнительнаго Комитета оставляет за собою свободу дѣйствiй».

(М. П.)

Предсѣдатель (подпись).

Секретарь (подпись).

Из архива Союза евреев-воинов (Кiев).

VII.

Еврейское министерство и самооборона.

1.

На второй конференцiи Союза евреев-воинов.

С докладом о погромах и необходимости самообороны выступает прапорщик Михлин (меньшевик):

«Исполнительный Комитет Союза евреев-воинов всегда считал своим долгом всѣми силами бороться с погромами и анархiей. Приходя в частое сопрокоснованiе с властью, мы убѣдились, что революцiонная демократiя безсильна сдѣлать для нас что либо реальное. Мы должны были считаться с печальным фактом, что в борьбѣ с погромами мы должны полагаться исключительно на собственныя силы. Многочисленныя резолюцiи еврейских воинских частей всѣ высказались за организацiю еврейских отрядов. Мы приступили к осуществленiю этой мысли; при этом мы, понятно, думали продолжать борьбу на общем фронтѣ против общих врагов русской революцiи, вмѣстѣ с остальными гражданами. Борьбу-же с еврейскими погромами мы разсматривали, как наш собственный еврейскiй фронт.

Послѣ продолжительнаго обмѣна мнѣнiй, наш Комитет отклонил мысль о гражданской самооборонѣ. Из опыта для нас стало ясно, что вооруженiе гражданскаго населенiя опасно и безполезно, и мы приняли рѣшенiе о военной самооборонѣ. Украинское правительство принципiально приняло наши проекты в этом смыслѣ. Мы ему представили «Проект еврейской самообороны в Кiевском округѣ». Согласно послѣднему, отряды самообороны должны находиться в вѣдѣнiи общественной власти, которая должна назначать командный состав по указанiю Союза евреев-воинов. Украинское правительство принципiально согласилось с нашим проектом; оно лишь потребовало, чтобы еврейскiй генеральный секретарiат дал на это свое согласiе.

Но со стороны еврейскаго секретарiата мы встрѣтили упорное сопротивленiе. Там считали еврейскими только такiе погромы, которые носили ярко выраженный по существу, чисто антисемитскiй характер. Большинство-же погромов было засчитано в общую категорiю «безпорядков».

Стоя на такой точкѣ зрѣнiя, еврейскiй генеральный секретарiат считал, что это есть задача всей революцiонной демократiи и в частности «Вiльного козацтва», в ряды коего теперь (как оказалось) евреев не допускают. Наш Исполнительный Комитет вынес об этом резолюцiю в том смыслѣ, что «Вiльне козацтво» не выполняет своего назначенiя, все-же мы приняли эту мѣру, как временную. Нам было предложено из общаго числа 250 инструкторов выбрать лишь 50 евреев. Но еврейскiй генеральный секретарiат сократил затѣм это число до 20-ти.

Из этих 20-ти было затѣм потребовано выбрать всего пять «самых желательных», и с тѣм условiем, чтобы была дана их личная и общественная характеристика. Это требованiе мы признали для себя недостойным и отклонили его.

Нынѣ еврейскiй генеральный секретарiат, повидимому, уже разочаровался в «Вiльном козацтвѣ» и выработал новый законопроект об организацiи общих отрядов для борьбы с погромами. Проект этом есть подлинная копiя нашего проекта, но слово «еврейскiй» всюду вычеркнуто. Таким образом получается, что вся наша работа в борьбѣ с погромами свелась собственно к борьбѣ с еврейским генеральным секретарiатом. Теперь мы обращаемся к с'ѣзду за поддержкой в этой борьбѣ.

Опыт учит нас, что для борьбы с погромами пригодны только охранныя команды из солдат, спецiально для этой цѣли командированных. Смѣшанных частей, которым можно было довѣриться, не существует. Еврейское мѣстечко для смѣшанных отрядов также соблазнительно, как и склады спирта. Лишь за еврейскiя части можно быть увѣренными, что они не присоединятся к погромщикам. Мы кровно заинтересованы в созданiи особых еврейских отрядов для борьбы с погромами».

«Der Telegraf», № 7, от 8-го января 1918 г.

2.

Обращенiе еврейскаго министерства к командованiю Кiевскаго военнаго округа.

15-го января 1918 г., № 702.

(перев. с украинскаго).

«Командующему войсками Кiевскаго военнаго округа.

Ссылаясь на наши личные переговоры, прилагаю при сем представленный мнѣ Исполнительным Комитетом Союза евреев-воинов Кiевскаго военнаго округа проект положенiя о созданiи дружины по борьбѣ с погромами, которая формируется указанным Союзом, с измѣненiями в тѣх пунктах, которыя относятся к порядку военнаго подчиненiя. Указанный проект, как я Вам уже сообщил в личной бесѣдѣ, я поддерживаю.

Вмѣстѣ с тѣм увѣдомляю, что на конференцiи евреев-воинов Кiевскаго военнаго округа и Юго-западнаго фронта, состоявшейся в Кiевѣ с 30-го декабря прошлаго года по 7-ое января сего года, были приняты рѣшенiя, копiи которых при сем прилагаю, и в исполненiе которых избранный на конференцiи Исполнительный Комитет евреев-воинов Кiевскаго военнаго округа и приступает к формированiю дружины.

В виду, во-первых, отсутствiя в настоящее время у комиссiи по борьбѣ с анархiей реальной войсковой силы, на которую она могла бы опираться, и, во-вторых, что Исполнительный Комитет состоит из лиц, мнѣ извѣстных и без сомнѣнiя лояльных — я, как товарищ министра по еврейским дѣлам и как член комиссiи по борьбѣ с анархiей, позволяю себѣ настаивать на срочном утвержденiи представляемаго проекта, как единственной для правительственной власти реальной мѣры в борьбѣ с погромной волной в данный момент.

Тов. Народнаго Министра по еврейским дѣлам,

И. Хургин».

VIII.

Антисемитизм в украинской армiи.

1.

В генеральный секретарiат по еврейским дѣлам поступило заявленiе еврея унтер-офицера, Давида Кацева, который служит в украинском гайдамацком полку имени гетмана Сагайдачнаго.

В своем донесенiи Кацев сообщал слѣдующее:

«Уже два года, как я нахожусь в дѣйствующей армiи. Вскорѣ послѣ революцiи я был избран предсѣдателем полкового комитета 699-го Саровскаго полка. Когда началась украинизацiя армiи, я, как житель Украины, вмѣстѣ с другими украинцами, был отправлен в Кiев в гайдамацкiй полк, гдѣ меня опредѣлили в полковую канцелярiю». 26-го ноября, когда Кацев был дежурным по канцелярiи, туда вошел дежурный офицер и, узнав в Кацевѣ еврея, спросил его: «Почему вы, собственно, находитесь в нашем полку?» На это Кацев возразил: «Если бы с таким вопросом ко мнѣ обратился солдат, я бы еще нашел, что отвѣтить, но с Вами, сознательным офицером, я считаю лишним об этом разговаривать». На этом разговор был кончен.

Но 1-го декабря командир гайдамацкаго полка получил рапорт с предложенiем исключить Кацева из полка за агитацiю, которую он якобы ведет среди солдат. На рапортѣ командир положил резолюцiю: «исключить».

Кацев обратился с жалобой в комитет полковой «рады», который постановил оставить Кацева в полку и разслѣдовать, насколько правильно возводимое на него обвиненiе. Узнав о таком рѣшенiи рады, командир созвал всѣх офицеров, которые снова постановили исключить Кацева из полка втеченiе 24-х часов.

Послѣ этого к Кацеву был прислан солдат с ультимативным требованiем немедленно оставить полк. В случаѣ, если Кацев самовольно не уйдет, заявил солдат, придут солдаты и заставят его уйти, не то — он будет ими заколот.

Кацев обращается в генеральный секретарiат с просьбой помочь ему перевестись в другую украинскую часть. Заявленiе заканчивается слѣдующими словами: «Больше всѣх мы, еврейскiе солдаты, страдали от стараго режима. Наши спины еще и понынѣ не могут разогнуться от полученных нами побоев. Теперь этого быть не должно. Долой рабство! Да здравствует многострадальный еврейскiй народ! Да здравствует истинное равенство всѣх народов!»

«Der Telegraf», № 22, от 13-го декабря 1917 г.

2.

От имени группы солдат-евреев 33 пѣхотнаго запаснаго полка солдат Израиль Махмен (Нахмен?) сообщает слѣдующiя факты:

«14 iюля нас (7 солдат евреев) в числѣ других 85 человѣк откомандировали из 33 пѣхотнаго запаснаго полка, стоящаго в Симферополѣ, в Одессу в запасный пулеметный батальон. По прибытiи на мѣсто нас поразил дух антисемитизма, царившiй в батальонѣ. Даже лучшiе люди батальона — его батальонный комитет — на одном из своих засѣданiй вынес чисто юдофобскую резолюцiю, слѣдствiем которой явилось выселенiе нас из батальона, как евреев, в свои прежнiя части. Остальные-же из 85 человѣк: поляки, великороссы, украинцы и др. остались служить в пулеметном батальонѣ. У нас, при выходѣ со двора казарм батальона, в ушах звенѣли тѣ погромныя и юдофобскiя восклицанiя, которыя не раз нам приходилось с болью в душѣ выслушивать от многих и многих товарищей по службѣ не-евреев. Мы спрашиваем: почему мы, солдаты-евреи, несшiе и несущiе всѣ тяготы, как и остальные граждане, не имѣем того же права находиться в пулеметном батальонѣ наравнѣ со всѣми».

Высланные из батальона евреи обратились с письмом на имя военнаго министра, в котором сообщают ему об этом фактѣ и прилагают протокол батальоннаго комитета.

Помѣщая настоящее сообщенiе, «Извѣстiя Ц. И. К. Петроградскаго Совѣта рабочих и солдатских депутатов» пишут:

«До сих пор мы знали только об антисемитских выступленiях царских охранников и черносотенцев, да темных обманутых ими масс. Впервые мы узнаем о таком выступленiи выборной войсковой организацiи».

«Разсвѣт», № 8, от 30-го августа 1917 г.

IX.

Украинизацiя армiи и евреи-солдаты.

(Из архива Союза евреев-воинов. Кiев).

1.

Резолюцiя, принятая общим собранiем евреев-солдат 12-ой пѣхотной дивизiи.

«Всестронне обсудив вопрос об украинизацiи дивизiи, общее собранiе постановило:

1) Мы, евреи, которые терпѣли от гнета самодержавiя больше всѣх нацiй в Россiи, лишенные гражданской и нацiональной свободы, мы идем в первых рядах революцiонной демократiи и боремся за гражданское и нацiональное равноправiе всѣх нацiй, в том числѣ и еврейской, помня, что от успѣха и укрѣпленiя революцiи зависит наша гражданская и нацiональная свобода. Мы высоко держим красное знамя, на котором начертано братство и равенство народов, нацiональное самоопредѣленiе и федеративная республика. Мы привѣтствуем братскiй украинскiй народ в его нацiональном освободительном движенiи; мы привѣтствуем Центральную Раду, провозгласившую нацiонально-персональную автономiю для всѣх нацiональных меньшинств, живущих на Украинѣ. Но принимая во вниманiе, что украинизацiя фронта не есть мѣра укрѣпленiя революцiи, а наоборот — полный разрыв со всероссiйской демократiей, которая стремится к скорѣйшему демократическому миру, а также принимая во вниманiе продовольственный кризис в городах и в армiи, в связи с полным разстройством желѣзных дорог, так как украинизацiя армiи вызовет усиленную переброску войск, которая еще болѣе разстроит транспорт, усилит продовольственный кризис и экономическую разруху, что вызовет большую анархiю в странѣ, - мы, евреи-солдаты, находим, что мѣра украинизацiи фронта есть мѣра, противорѣчащая интересам революцiи и не своевременна по техническим соображенiям.

2) В случаѣ, если части дивизiи будут украинизироваться, евреи солдаты, жители Украины, обязаны остаться в своих частях, напоминая, что ни в какую братоубiйственную, гражданскую войну, противорѣчащую интересам революцiи, не вступят.

3) Мы, евреи окопные солдаты, читая ежедневно с тревогой в сердцѣ о еврейских погромах, требуем, как от Центральной Рады, так и центральной Россiйской власти, рѣшительных мѣр в борьбѣ с еврейскими погромами.

Вмѣстѣ с тѣм мы требуем организацiи из тыловых частей дружин из солдат-евреев и других нацiй, сочувствующих идеѣ обороны беззащитных еврейских масс от погромов. Эти дружины должны быть вооружены и находиться в постоянном распоряженiи генеральнаго секретарiата по еврейским нацiональным дѣлам на Украинѣ, а в Центральной Россiи — демократически избранных общин, а затѣм Всероссiйскаго Еврейскаго С'ѣзда».

Предсѣдатель (подпись).

Секретарь (подпись).

(М. П.)

7-го декабря 1917 г.

Новоселица.

2.

С'ѣзд 11-ой армiи о погромах и еврейских отрядах.

На 3-iй армейскiй с'ѣзд XI-ой армiи от еврейской военной организацiи 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса был делегирован д-р Каминскiй. На этом с'ѣздѣ были приняты слѣдующiя резолюцiи, предложенныя послѣдним:

1) Третiй армейскiй с'ѣзд XI-ой армiи считает чинимыя над еврейским народом насилiя позорным пятном Великой Русской Революцiи. С'ѣзд обращается ко всѣм товарищам с призывом бороться против допущенiя еврейских погромов и считает святым долгом революцiонной демократiи принять участiе в самооборонѣ, организуемой евреями, — для чего Военно-Революцiонному Комитету с'ѣзд предлагает принять всѣ мѣры.

2) Третiй армейскiй с'ѣзд XI-ой армiи считает исключенiе евреев из украинизируемых частей актом антидемократическим и противорѣчащим принципам нацiональной терпимости. Поэтому с'ѣзд горячо протестует против подобных актов. Вмѣстѣ с тѣм, с'ѣзд считает справедливым из принимаемых на военную службу и исключаемых при нацiонализацiи частей евреев составлять, при их желанiи, отдѣльныя еврейскiя части с разрѣшенiя Верховнаго Главнокомандующаго (послѣднiя слова были предложены делегатом-большевиком).

Обѣ резолюцiи приняты единогласно.

X.

«Вiльне Козацтво» и евреи.

Получено секр. по евр. дѣлам, 8-го декабря 1917 г., № 240.

Протокол.

Ротмистровка, Кiевской губернiи, Черкасскаго уѣзда.

«Мы, жители Ротмистровки, заслушав на общем собранiи в субботу, 2-го декабря 1917 г., сообщенiя Ермака, Дубинскаго и Дрона о том, что организовавшееся Ротмистровское «Вольное казачество» исключило из своей среды всѣх своих членов-евреев, обсудили этот вопрос и пришли к слѣдующему заключенiю:

1. Исключенiе из среды мѣстнаго «Вольнаго казачества» уже записавшихся в него евреев носит открытый антисемитскiй характер, указывает на антисемитское настроенiе организаторов и противорѣчит третьему Универсалу и всему отношенiю Центральной Рады к нацiональному вопросу.

2. Организацiя, спецiально еврейскаго «Вольнаго казачества» для защиты мѣстных жителей, их жизни и имущества от эксцессов, которые, к прискорбiю, происходят у нас в городѣ, - нецѣлесообразно, так как это может вызвать нацiональныя тренiя и обострить взаимоотноешнiя.

Мы единогласно постановили коммандировать граждан Iосифа Котлярскаго и Iосифа Дрона к Генеральному Секретарю по еврейским дѣлам со слѣдующим наказом:

1) Энергично протестовать против того, что евреев изолируют при организацiи «Вольнаго казачества» и других организацiй охраны, и требовать, чтобы Еврейскiй Секретарiат принял срочныя и самыя энергичныя мѣры к тому, чтобы вопрос был разрѣшен в благопрiятном смыслѣ.

2) Требовать, чтобы Генеральный Секретарiат Украины командировал своего члена, который на мѣстѣ произвел-бы дознанiе о происшедшем конфликтѣ и постарался бы его уладить».

Слѣдуют 192 подписи.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

IV. Эксцессы украинской армiи, украинская власть и общественность

(январь — апрѣль 1918 г.)

1.

Запрос в Центральной Радѣ о погромном настроенiи в Кiевѣ

(январь).

В дни осады и бомбардировки Кiева большевиками в городѣ наступило тревожное настроенiе. На нѣкоторых улицах (Большая Васильковская и на Подолѣ) начался уже грабеж лавок. 20-го января был внесен в Центральную Раду запрос по поводу ожидаемых антиеврейских эксцессов.

«Засѣданiе начинается с интерпеляцiи сiонистской фракцiи по поводу антисемитскаго настроенiя в городѣ, в связи с послѣдними событiями.

I. Шехтман выступает с поддержкой интерпеляцiи: В связи с тѣм фактом, что среди арестованных большевиков имѣются также и евреи, в городѣ создалось очень тревожное настроенiе, направленное против евреев. Толпа, — говорит оратор, — истолковывает этот факт, как признак того, что евреи помогают большевикам. Констатируя общеизвѣстный факт, что большевизм явленiе общее, а не спецiально еврейское, Шехтман требует, чтобы Центральная Рада выпустила от своего имени воззванiе, которое успокоило-бы возбужденное населенiе.

Д. Мартос (укр. с.-д.) высказывается против такого воззванiя. Мартос обвиняет нацiональныя меньшинства в том, что они недостаточно энергично поддерживали Раду в ея борьбѣ с большевиками. Особенно рѣзко выступает он против «Бунда», который, по его словам, ведет двуличную политику по отношенiю к Радѣ.

Степаненко (укр. с.-р.) говорит, что было бы гораздо цѣлесообразнѣе, чтобы нацiональныя меньшинства выпустили воззванiе о поддержкѣ Рады. Это было-бы лучшим отвѣтом на всѣ тревожные слухи. Нацiональныя меньшинства должны ясно заявить, с кѣм они идут.

М. Либер («Бунд»), очень взволнованно: «Бунд» всегда очень энергично боролся с большевизмом. Напротив, как раз украинскiе соцiалисты шли раньше рука об руку с русскими большевиками. Выпустить особое воззванiе значило-бы показать, что мы испугались.

Со скамей украинских партiй раздается цѣлый ряд выпадов по адресу нацiональных меньшинств…

Происходит рѣзкiй дiалог между представителями разных партiй. Так, напримѣр, представитель «Поалей-Цiон» удостовѣряет, что в Полтавѣ, в Совѣтѣ рабочих депутатов, он поддерживал Раду, а украинскiе с.-р. были против нея.

Интерпеляцiя сiонистов поддерживается русскими народными соцiалистами (рѣчь г. Ганкина). Представитель русских с.-р. Рихтер также находит, что воззванiе к населенiю должно быть выпущено.

I. Шехтман отвѣчает украинским соцiалистам. Еврейское населенiе и сiонистская фракцiя, — говорит он — имѣли право критически отнестись к отдѣльным актам Рады. В общем-же они в борьбѣ Рады с большевиками были всегда на сторонѣ Рады. Антисемитское настроенiе должно быть всѣми мѣрами подавлено.

Украинскiе с.-р. вносят предложенiе, чтобы воззванiе было выпущено соцiалистическими партiями.

Предложенiе это принимается».

«Der Telegraf», № 16, от 24-го января 1918 г.

II.

Пораженiе Украинской Рады и нацiональныя меньшинства.

(Перiод наступленiя большевиков на Кiев, январь 1918 г.).

«Русскiе и еврейскiе рабочiе, с'агитированные большевиками, подняли возстанiе в самом Кiевѣ, чѣм очень затруднили оборону столицы. Правая-же, антибольшевистская часть русско-еврейской рабочей массы, которая шла за россiйскими с.-д. «меньшевиками», правыми соц. — революцiонерами и за «Бундом», просто не захотѣла выступить в защиту Кiева. Рафесы, Балабановы, Скловскiе — эти наибольшiе враги большевиков в Центральной Радѣ — теперь стояли в сторонѣ, совсѣм не думая про то, чтобы хоть чѣм-нибудь помочь украинской власти в дѣлѣ обороны Кiева. Этот «нейтралитет меньшинств» производил очень тяжелое впечатлѣнiе на украинскую демократiю. На запрос М. Порша (укр. с.-д.) в Центральной Радѣ (сдѣланный в первые дни осады Кiева), почему россiйскiе соц. — революцiонеры и бундовцы не дают для обороны Кiева своих боевых (партiйных) дружин, «меньшинства» отвѣтили, что, мол, их дружины не имѣют оружiя. А когда в отвѣт на это было указано, что в военном министерствѣ можно достать сколько угодно оружiя, «меньшинства» ничего не отвѣтили. На глазах у всѣх произошло раздѣленiе рабочих и интеллигенцiи Кiева на два лагеря, не столько по соцiально-классовому признаку, сколько по нацiональной принадлежности: на одной сторонѣ образовался антиукраинскiй русско-еврейскiй лагерь, на другой — все болѣе изолировались и уменьшались силы украинской революцiонной демократiи.

…Когда правительство бѣжало послѣ взятiя Кiева в Житомiр, никто из «меньшинств» за правительством Украинской Народной Республики не послѣдовал».

П. Христюк в своей кн. «Замiтки i матерiяли до исторii укр. революцii», 1921, т. II, стр. 126.

III.

Делегацiя Кiевской Городской Думы к украинской армiи

(из отчета М. Рафеса).

В послѣднiе дни февраля 1918 года, когда послѣ побѣды нѣмецко-украинских войск над большевиками, к Кiеву стали приближаться украинскiя части, Кiевская Городская Дума рѣшила послать навстрѣчу этим частям особую делегацiю, с цѣлью ознакомить с положенiем в городѣ и просить воздержаться от политической мести, в виду дошедших слухов о злобном настроенiи украинских солдат, особенно по отношенiю к евреям. Делегацiя состояла из представителей только соцiалистических фракцiй Думы. В нее входили слѣдующiе думскiе гласные: И. Алексѣев — с.-д. «меньшевик»; Н. Пухтинскiй — русскiй с.-р.; И. Фещенко-Чоповскiй — укр. с.-ф.; Л. Чикаленко — укр. с.-д. и М. Рафес — представитель «Бунда».

В отчетѣ описываются мытарства, испытанныя делегацiей в пути, пока ей, наконец, удалось 1-го марта войти в соприкосновенiе с передовым украинским отрядом генерала Присовскаго.

Когда солдаты по пути услыхали, что делегацiя прiѣхала просить о недопущенiи эксцессов в городѣ, они стали кричать:

— «Нѣт, мы расправимся, и расправимся безпощадно».

— «Посмотри-ка, Дума послал одних только жидов» (в делегацiи, кромѣ Рафеса, евреев больше не было).

Делегацiя послѣдовала дальше. Автор сообщает:

«Нас вводят в дом в с. Романовкѣ. За столом сидит офицер. Комната полна солдат. Дисциплины никакой не видно. Солдаты вмѣшиваются в разговор, вставляют ядовитыя, злобныя замѣчанiя.

Здѣсь мы также выдвигаем на первый план наших украинцев. Чикаленко представляет членов Рады и получает сердитый отвѣт офицера:

— Почему эти члены Рады не сопровождали правительство, когда оно уѣзжало в Житомiр?

Это замѣчанiе, которое было намеком на измѣну, вывело Чикаленко из себя, и он в рѣзкой формѣ отвѣтил:

— А почему вы так внезапно всѣ покинули Кiев, не сообщив даже о вашем от'ѣздѣ и растеряв министров в Кiевѣ. Мы всѣ втроем ушли с послѣдняго засѣданiя (Рады) под градом пуль».

Делегацiя показывает резолюцiю, принятую Городской Думой.

…«Когда читается второй пункт резолюцiи об общей амнистiи, комната оглашается довольно недвусмысленными возгласами, полными ожесточенiя, жаждой мести. В них чувствуется весь гнѣв этой маленькой кучки солдат, оставшихся вѣрными правительству Украинской Народной Республики и так жестоко оскорбленных 25-го января (день, когда Рада покинула Кiев).

— Да, в Городской Думѣ сидят только бундовцы.

— Я один вырѣжу не меньше 50.

— Полгорода, всѣх жидов надо перерѣзать.

Мы не вступаем в полемику. Настроенiе слишком опредѣленное»…

При прiемѣ делегацiи генералом Присовским в салон-вагонѣ штаба в тот же день, на станцiи Бучѣ, генерал, при чтенiи пункта резолюцiи об амнистiи и о воспрещенiи самосудов, сказал:

— «Я от вас ничего не скрою и не создам у вас иллюзiй. Положенiе в этом смыслѣ чрезвычайно серьезное. Моя часть состоит преимущественно из офицеров, за 90 % которых я ручаюсь. По нынѣшним временам нас, правда, считают контр-революцiонерами, но у нас царит преданность дѣлу и дисциплина. Я увѣрен, что прикажу — и все будет в порядкѣ. Никаких эксцессов не будет. В моей части находятся, однако, примѣрно, 10 процентов таких, за которых никто не может поручиться. Еще хуже настроенiе того отряда, который ведет в Кiев Петлюра, там — гайдамаки. Ожесточенность и жажда мести там чрезвычайно сильны. Много ненависти основано там на обвиненiи евреев в участiи в большевистском возстанiи. Этим положенiем было озабочено также правительство. Мы имѣли по этому поводу бесѣду с предсѣдателем совѣта министров и искали способ предотвратить эксцессы в городѣ, недавно пережившим такую ужасную бомбардировку».

…«Во время разговоров на ст. Бучѣ, принявших характер настоящаго митинга, в котором принимало участiе и небольшое число желѣзнодорожных рабочих станцiи, картина царящих настроенiй опредѣлилась вполнѣ ясно: жажда расправы и мщенiя за оскорбленiе и позор, испытанные при вынужденном оставленiи Кiева, были у этой маленькой кучки солдат только одним из моментов настроенiя. Жажда мести приняла здѣсь одностороннiй характер; она была всецѣло направлена против евреев, носила явно антисемитскiй характер. Это был, однако, антисемитизм чисто политическаго происхожденiя»…

…«Я остановлюсь на наиболѣе характерном разговорѣ.

Солдаты отказываются вѣрить, что всѣ большевики ушли.

— Нѣт, они остались и думают, что не будут узнаны. Мы, однако, все передали нашему шпiонажу. Имѣются списки 4.000 лиц. И всѣх их мы уничтожим. То же произошло и в Бердичевѣ и всѣ они были узнаны.

— Почему первые большевистскiе шпiоны, которых мы встрѣтили здѣсь в Бучѣ, были евреи?

— Держит ружье — Сруль и Мошко: «я — красногвардеец», мы уже им покажем!

— Вы видите, господин (не товарищ, а господин) Рафес, вот у меня 10 пуль, столько я отложил, больше не хочу, и всѣ десять — против евреев.

— Вы видите, — говорит второй, — вот мой патронташ, здѣсь 30 штук, у меня еще есть, и всѣ пули я разстрѣляю. Если мы вас встрѣтим в городѣ, мы и вас разстрѣляем».

По дорогѣ к Петлюрѣ, куда часть делегацiи направилась, М. Рафес завязывает бесѣду с сидящим рядом с ним «вiльным козаком».

…«Я хочу узнать, что случилось в Бердичевѣ и Житомiрѣ. Уже по нѣкоторым намекам можно было догадаться, что там жестоко расправились. А Бердичев вѣдь меньше всего повинен в большевистских грѣхах. Бердичевская Дума, как передавали, даже привѣтствовала четвертый Универсал, соцiалистическiя партiи там не знали о позицiи центров. Совѣт рабочих депутатов там антибольшевистскiй, — почти единственный Совѣт в Россiи, в котором большевистскiй штаб посадил комиссара. Большевистская власть носила явно оккупацiонный характер. Туда явился штаб большевистской части и стал хозяйничать. Сейчас же послѣдовало раз'ясненiе, что Совѣт рабочих и солдатских депутатов не соотвѣтствует настроенiям избирателей, и были назначены новые выборы, которые, однако, прошли под антибольшевистским лозунгом получить в руки власть. Городская Дума также приняла рѣзкую резолюцiю против большевистскаго захвата власти. Что-же означало замѣчанiе коменданта, что в Бердичевѣ большевикам преподнесли пять миллiонов? Кiев вѣдь тоже «преподнес» Муравьеву десять миллiонов, но здѣсь всѣ знают, как это произошло. Не плохо-ли освѣдомлена украинская власть об обстоятельствах, при которых большевики получили бердичевскiе пять миллiонов, если они таковые дѣйствительно получили?

— Да, в Бердичевѣ многiе были наказаны. Сраженiе там произошло на улицах»…

По дорогѣ автомобилю делегацiи пришлось задержаться. Во время стоянки находившiеся здѣсь солдаты-украинцы вели тѣ же озлобленные разговоры.

…«Один из солдат говорит:

— Когда мы отступали из Кiева через Подол, мы в каждом еврейском домѣ находили пулемет, из котораго в нас стрѣляли»…

В другом мѣстѣ:

…«Жажда мести и здѣсь была исключительно сильна.

— Двѣнадцать дней я пробирался пѣшком из Кiева в Житомiр. Теперь мы посчитаемся за это (говорил солдат).

Я (сообщает Рафес) пытаюсь убѣдить их в безполѣзности этих кровавых жертв. На них, однако, это мало дѣйствует.

— Ну, сколько человѣк, — спрашиваю я, — вы всѣ вмѣстѣ можете перебить в Кiевѣ? Ну, пятьсот человѣк, не больше, вѣдь.

— Нѣт, мало, — кричит один.

— Ну, тысячу, — подсказываю я.

Эта цифра, повидимому, их больше удовлетворяет».

…Один из солдат говорит:

«— Мы жили с евреями в мирѣ и согласiи. «Мы» им «дали» равноправiе, нацiонально-персональную автономiю. Но им всего этого мало, они хотѣли всю Украину захватить в свои руки. Жид Троцкiй идет войной на Украину, и его поддерживают всѣ евреи-капиталисты. Жиды уже уничтожили одно государство — русское, теперь они хотят разрушить второе — украинское».

…«Антисемитскiе возгласы продолжаются.

— Всѣ три миллiона жидов надо выгнать из Украины. Пусть идут себѣ, куда хотят.

И, наконец, открыто уже раздается проклятая фраза всѣх нацiоналистов всего мiра:

— Украина для украинцев!

— Не позор-ли это, что в Кiевѣ, в столицѣ Украины, городской голова какой-то «кацап», Рябцов».

«Никто здѣсь не выступил с протестом против того, что здѣсь, в рядах украинской армiи, готовится погром на евреев, кромѣ г. Чикаленко, который никогда еще, кажется, так не чувствовал одиночества украинскаго соцiалиста, как теперь.

Когда мы от'ѣхали, мы дѣлились с ним впечатлѣнiями.

И он повторял все тѣ-же слова:

— Они задушат украинскую свободу в еврейской крови».

Делегацiя направилась затѣм к отряду, который вел в Кiев Петлюра.

…«Мы получили возможность побесѣдовать с ним с глазу на глаз. Мы ему сообщили все, что видѣли и слышали, и указали на необходимость принять нужныя мѣры против кровавой бани и погрома. Мы говорили с ним, как с членом с.-д. партiи.

Петлюра отвѣтил, что лучшим выходом из положенiя будет, если военный министр прiймет его план, который имѣет исключительно военныя цѣли и состоит в отправкѣ войска за Днѣпр для преслѣдованiя большевиков. Он не может ничего гарантировать; настроенiе солдат ему извѣстно, но он видит здѣсь только жажду мести, а не антисемитизм. Антисемитизм он склонен отрицать».

Из кн. М. Рафеса «Oifen schwel vun der kontr-revolutzie», Кiев, 1918 г., стр. 53 — 97.

IV.

Событiя в Кiевѣ

(по возвращенiи украинцев, послѣ побѣды над большевиками, начало марта 1918 года).

1.

«Настроенiе в городѣ».

«Настроенiе в городѣ очень тревожное, но особенно подавлено оно у еврейской части населенiя. Распространились слухи, что украинцы посчитаются с евреями за то, что в Кiевѣ среди большевиков были также евреи. Слухи стали распространяться в субботу, когда украинская власть вступила в город. По приходѣ украинских войск, среди них началась усиленная погромная агитацiя. Кiевская Городская Дума приняла рѣшенiе требовать у представителей украинской власти принятiя мѣр к недопущенiю эксцессов. Комендант Присовскiй передал, что он примет всѣ мѣры, не взирая на то, что среди солдат царит враждебное настроенiе против нѣкоторых частей кiевскаго населенiя.

Уже в субботу начались незаконные обыски, аресты и даже разстрѣлы. Стоило еврею попасться солдатам на глаза, как на него набрасывались: «Жид, ты, должно быть, жидовскiй комиссар». И тут же еврея арестовывали. Такiе случаи произошли на Думской площади, на Фундуклеевской ул., на Софiйской площади, на Подолѣ и в других частях города. К вечеру уже стало извѣстно, что украинскiе казаки разстрѣляли двух рабочих-бундовцев при выходѣ их из мастерской городского союза. Они были убиты, не успѣв вынуть и показать документы, удостовѣряющiе их личность.

Ночью произошло много арестов и обысков среди евреев. Арестованных чаще всего уводят в Бендерскiя казармы. В воскресенье утром движенiе на улицах очень незначительно. Улицы почти пусты, царит большая паника. Передают, будто на Подолѣ происходит еврейскiй погром.

Слухи эти, оказавшiеся впослѣдствiи ложными, еще больше взбудораживают кiевских евреев, и еврейское населенiе прячется в домах, не рѣшаясь показаться на улицѣ».

«Naie Zait», № 29, от 4-го марта 1918 г.

2.

«Обыски, аресты и разстрѣлы».

«В зданiи Городской Думы постоянное дежурство еврейской комиссiи для разслѣдованiя арестов, обысков и разстрѣлов среди евреев. Сюда непрерывно приходят донесенiя об ужасных фактах. В большинствѣ случаев пострадавшiе евреи — люди неповинные, арестованные лишь на том основанiи, что на них указали, что они большевики, что у них находились большевики и т. п. На улицѣ евреи арестовываются лишь за то, что они «выглядят как большевистскiе типы». (В газетѣ идет затѣм перечисленiе ряда фактов об обысках, арестах и без вѣсти пропавших. Приводим только послѣднiе факты из перечисленных).

«Вчера, в 12 часов дня, группа украинских солдат-гайдамаков напала на дом № 51 по Нижнему Валу и терроризировала весь дом. В одной квартирѣ они ограбили 9.000 рублей. Присутствовавшiе при налетѣ милицiонеры не препятствовали грабежу. Из этого дома обратились в Думу с просьбой прислать охрану, так как населенiе его живет в страхѣ.

…На Межигорской ул. казаки арестовали члена общины Л. Казулеца с матерью и шурином. Казулеца отвели в Плоцкiй район, гдѣ избивали его на глазах у всѣх и, взяв у него 50 рублей выкупа, отпустили.

На Нижнем Валу с часу дня раз'ѣзжали конные гайдамаки и в районѣ между домами № 51 и 63 нападали на евреев, избивая их нагайками и саблями. При этом гайдамаки кричали: «Мы всѣх евреев вырѣжем».

«Naie Zait», № 30, от 5-го марта 1918 г.

3.

В Комиссiи еврейских гласных.

«Обыски, аресты и разстрѣлы среди евреев в Кiевѣ все еще не прекращаются, несмотря на то, что украинской властью и Городской Думой принимаются всѣ мѣры для прекращенiя насилiй. С ранняго утра в комиссiю по охранѣ города (при Думѣ) стали поступать свѣдѣнiя о нападенiях, грабежах и арестах евреев. Такiя извѣстiя поступают преимущественно с Подола, Константиновской, Ярославской, Нижняго Вала и других улиц. Ежеминутно в комиссiи раздаются телефонные звонки с просьбой о помощи. В помѣщенiи комиссiи, гдѣ несут дежурство еврейскiе гласные и представители Кiевской общины, происходят ужасныя сцены. Приходят женщины, дѣти, мужчины, солдаты, студенты и со слезами на глазах передают об ужасающих фактах.

С разных концов города, главным образом с Подола, являются депутацiи и просят городского голову о помощи.

«Если вы для нас ничего не сдѣлаете, кто-же нам поможет», плачет старик еврей, обращаясь к городскому головѣ. Городской голова его успокаивает и увѣряет присутствующих евреев, что городская управа принимает всѣ экстренныя мѣры для подавленiя эксцессов. «Мы дѣлаем все возможное, мы надѣемся, что еще через пару дней все успокоится. Всѣ арестованные будут освобождены. Спецiальная комиссiя работает 24 часа в сутки. Крѣпитесь!» Этот отвѣт успокаивает на короткое время. Снова приходят люди и передают о потрясающих фактах.

Городской голова принимает всѣ еврейскiя депутацiи, успокаивает всѣх по возможности: «Сегодня, говорит он, Подол будет взят под опеку городской управы. Охрана будет строгая, и мы надѣемся подавить всѣ нападенiя на евреев и грабежи». Городской голова просит евреев обращаться исключительно к городской комиссiи, дабы работа сконцентрировалась в одном мѣстѣ.

За вчерашнiй день (4-го марта) комиссiя зарегистрировала нѣсколько фактов самочинной расправы с неповинными евреями, много нападенiй и незаконных обысков». (Идет перечень фактов; приводим только нѣкоторые из них).

…«Слѣдует отмѣтить, что во время налетов «работает» с бандой солдат нѣкiй Милашевскiй, который называет себя атаманом «Куреня смерти». ОН ограбил на Думской пл. д. 3 — Эпштейна, дома 61, 65, 67 по Александровской ул., д. 33 по Марiино-Благовѣщенской. При этом атаман изнасиловал нѣсколько женщин.

В комиссiю поступило слѣдующее печальное сообщенiе: около 2 часов 3-го марта на Подолѣ видѣли как нѣсколько солдат ведут еврейскаго солдата к берегу Днѣпра. Солдат умолял товарищей отпустить его, так как у него старуха мать и шестеро маленьких братьев. Это не помогло, и спустя нѣкоторое время на берегу нашли его труп.

На Владимiрской горкѣ нашли трупы братьев Майзель, оба учащiеся, которые были звѣрски убиты. Позже передали, что на госпитальной улицѣ лежит труп человѣка, похожаго на еврея. На Волошинской улицѣ, у дома 50, лежит труп неизвѣстнаго еврея. За вчерашнiй день таких свѣдѣнiй поступило много.

На Львовской улицѣ к дворнику дома № 1 вошло нѣсколько «вiльных козаков», увели его и у Софiевскаго собора страшно избили. Дворник этот передает, что арестованных уводят в особое мѣсто, в казармы, и там подвергают жестоким мученiям. Жертвы избиваются до потери сознанiя. Звѣрства там необычайно велики: отрѣзывают руки, ноги, головы. Дворник просит кого-нибудь из комиссiи придти к нему, и он сообщит потрясающiе факты.

…Комиссiя работает непрерывно и принимает всѣ мѣры к ликвидацiи эксцессов».

«Naie Zait», № 31, от 6-го марта 1918 г.

4.

Антисемитскiй террор.

(В комиссiи еврейских гласных).

За вчерашнiй день (6-го марта), по свѣдѣнiям комиссiи еврейских гласных, нѣсколько уменьшилось число арестов и и самочинных расправ над неповинными евреями Кiева. Все-же антисемитскiй террор в городѣ еще не прекратился.

…Около часу дня в комиссiю сообщают, что мимо Думы проходит похоронная процессiя убитых бр. Майзель. Всѣ еврейскiе магазины закрыты; большая толпа народу, идущая за гробом, требует, чтобы из Думы было произнесено нѣсколько сочувственных слов. Гласные Думы не нашли цѣлесообразным произносить рѣчи из Думы, и процессiя прослѣдовала дальше.

…Одна еврейская женщина, Мирецкая, с Демiевки, (Китаевская, 4) принесла написанную по русски записку, которую она нашла на своих дверях. Записка слѣдующаго содержанiя: «На ваш дом готовится нападенiе. Сдѣлайте все, чтобы спасти невинных дѣтей от гибели. Не подражайте Заку, вѣрьте мнѣ». Женщина эта разсказала, что такую-же записку получил в свое время еврей Зак, впослѣдствiи, как извѣстно, убитый. Она со слезами умоляет о помощи. Вообще передают, что на Демiевкѣ существует большая банда хулиганов, и евреи живут в погромном страхѣ. Комиссiя хлопочет, чтобы туда был послан автомобиль с 20-ю солдатами для охраны.

Около 2 час. дня в комиссiю сообщают, что на улицѣ у Думы стоят два офицера и ведут антисемитскую агитацiю. Высылают двух дежурных офицеров, которые разгоняют толпу, но офицеры-антисемиты куда-то исчезают.

На Лукьяновкѣ, как передают, расхаживают какiе то суб'екты, называющiе себя «гайдамаками», и забирают без денег в еврейских лавках все, что им угодно, говоря при этом, что вскорѣ они вырѣжут всѣх евреев, а вмѣстѣ с ними и их друзей нѣмцев.

Сторож Владимiрской горки сообщает, что там разстрѣляли 8 евреев, и тѣла их сбросили с горки вниз. Один труп уже найден, милицiя ищет остальные. В Царском саду также находят тѣла убитых.

В комиссiю то и дѣло приходят взволнованные евреи и требуют, чтобы были приняты энергичные мѣры против антисемитскаго террора, царящаго в Кiевѣ. Члены комиссiи дѣлают все возможное. К сожаленiю, кромѣ просьб и ходатайств по возможности уменьшить переживаемый террор, они ничего сдѣлать не могут».

«Naie Zait», № 33, от 8-го марта 1918 г.

5.

В Кiевской Городской Думѣ.

«В засѣданiи Городской Думы от 6-го марта обсуждалось положенiе в городѣ; приводим отрывки рѣчей, касающихся евреев:

Гл. Сыркин: Дума должна поднять голос протеста против безчинств и самосудов. Еврейское населенiе изстрадавшееся во время осады города и во время большевистскаго плена, возмущено позором безчинств, чинимых спецiально над евреями. Мы требуем героических мѣр к прекращенiю погромов, отвѣтственность за которые падает на украинскiя военныя власти.

Гл. Суховых (с.-р.): Ужасы казней без суда не уменьшаются. Незначительное количество разстрѣляных принадлежит к тѣм, кого можно назвать красногвардейцами, в большинствѣ же случаев мы имѣем дѣло с вполнѣ опредѣленными явленiями. Человѣка останавливают на улицѣ и спрашивают: «Ты жид?» Смотрят его документы, уводят, и на другой день находят его убитым. Господа гласные! Это кошмар, это ужас! Это возвращает нас к темным временам режима Плеве, к исторической датѣ 18-го октября 1905 года. Ужас не только в том, что нѣсколько несознательных солдат расправляются с неповинными евреями, а что это явно погромное настроенiе в отдѣльных частях войск встрѣчается с погромным настроенiем, которое всегда было в черносотенном Кiевѣ и которое до большевистских дней не могло, нѣт — не смѣло поднять голову, а теперь голову поднимает. Этот кошмар продолжается. Вот, только сейчас сообщили, что найдены изуродованные трупы уведенных вчера юношей Майзель. Населенiе живет в паническом страхѣ погрома. Всѣ взоры обращены к Думѣ, к нам идут депутацiи, у нас просят защиты. Все это мы должны сказать власти прямо и честно. Надо прекратить самочинныя обыски, аресты, расправу с представителями еврейской нацiональности».

Из ежед. «Евр. Мысль», № 14 — 15, от 26-го марта 1918 г.

Резолюцiя Городской Думы против эксцессов.

К концу засѣданiя 6-го марта принимается слѣдующая резолюцiя:

«Выслушав сообщенiя о самочинных расправах, разстрѣлах, грабежах, насилiях и незаконных обысках, производимых разными вооруженными группами, Дума с глубоким возмущенiем констатирует, что эти поступки покрывают позором виновных и чернят украинское правительство. От имени всего населенiя Дума признает безусловную необходимость, чтобы высшая украинская власть приняла энергичныя и рѣшительныя мѣры для возстановленiя спокойствiя и порядка, разоружив и наказав виновников насилiй. Всѣ дѣло охраны города должно быть передано вѣрной и сильной городской милицiи, стоящей на стражѣ спокойствiя граждан и находящейся внѣ всякой нацiональной и политической борьбы. Всякiя незаконныя военныя организацiи должны быть запрещены».

«Naie Zait», № 32, от 7-го марта 1918 г.

6.

Письма городского головы Е. П. Рябцова.

I. К головѣ «Вiльного козацтва» Кiева, атаману Данченко.

«Прошу Вас, во имя будущаго Украинской Народной Республики, остановите казни без суда, самочинные аресты неповинных граждан, которыми нѣкоторые Ваши казаки омрачают дни вступленiя украинских властей в Кiев, дни освобожденiя города от насилiя большевиков. Пусть виновных покарает суд Республики. Остановите преслѣдованiе казаками евреев, преслѣдуемых только потому, что в средѣ большевиков были евреи. Евреи были и есть в числѣ боровшихся против большевиков, как были и украинцы среди большевиков, и в слѣпом нацiональном мщенiи могут пострадать тѣ, кто шли плечом к плечу с нами на дѣло освобожденiя от большевиков. Прошу Вас раз'яснить вольным казакам, что если они не прекратят преслѣдованiя граждан без суда, то у нас опустятся руки в нашей повседневной работѣ. Все остановится. Жизнь замрет. Надвигается опять призрак голода. Рабочiе и служащiе опять не будут получать жалованья, а семьи будут нестерпимо страдать. Республика украинская будет в опасности. Прошу Вас, прекратите кровавое мщенiе, возстановите законность, порядок и дайте гражданам возможность отдаться работѣ укрѣпленiя государственнаго строя молодой демократической Республики».

II. К министру по войсковым дѣлам Жуковскому и к коменданту Кiева, ген. Присовскому.

«Минувшiй день, день вступленiя в Кiев украинских частей, освободивших населенiе от большевистских насильников, омрачился казнями без суда, самочинными арестами граждан, преимущественно евреев. Я прошу Вас прекратить это. Тѣ, кто производит эти насилiя, не вѣрят, вѣрно, что это та-же анархiя, тот-же террор, которым большевики держали населенiе в ужасѣ. Вѣдь нельзя-же не знать, что это губит дѣло укрѣпленiя молодой Украинской Республики. Если нам, гражданам, не будет обезпечена неприкосновенность личности и жилища, если не возстановится законность и порядок — мы опять, как при большевиках, остановимся в своей трудовой жизни. Опять не будет спокойствiя и бодрости, опять жизнь замрет, и Республикѣ вновь грозят потрясенiя от упадка дѣятельности всѣх творческих сил страны. Теперь, когда нужно крайнее напряженiе сил, опускаются руки, когда слышишь о кровавом мщенiи и о насилiях, чинимых даже над неповинными гражданами. Прошу вас во имя блага страны прекратить это».

Е. П. Рябцов.

«Кiевская Мысль», 3-го марта 1918 г.

7.

К украинским солдатам.

Воззванiе депутатов Кiевской Гор. Думы — украинцев.

«Украинскiе депутаты Кiевской Городской Думы, избранные на демократических началах, являются истыми представителями всего украинскаго населенiя Кiева. Нынѣ мы привѣтствем вас, защитников наших против большевистскаго кулака, охранителей прав и свободы украинскаго народа.

В теченѣе трехнедѣльнаго хозяйничанья большевиков в городѣ мы, кiевскiе граждане, пережили ужасное время, — время подавленiя свободы, оскорбленiй, страха и тревог. Но это неслыханное несчастье постигло не одних только нас, но, как жителей Кiева, также евреев, поляков и великороссов. Общая бѣда для всѣх нас об'единила, и теперь мы привѣтствуем вас, товарищи казаки, за ту свободу, которую вы нам вернули. Но привѣтствуя вас, мы просим вас охранять свободу Украины, за которую вами пролито так много крови. Стойте на стражѣ равенства и братства, провозглашеннаго Центральной Радой. Не запятнайте Украину самосудами и массовыми насилiями над человѣческими правами. Мы вѣрим, что солдаты-украинцы хранят завѣт своих предков о том, что безоружнаго не бьют; мы вѣрим, что вы не допустите никаких грабежей, никаких издѣвательств над неповинными жителями, к какой-бы нацiи они не принадлежали. Вы ведете войну с большевизмом, который принесен к нам с сѣвера на штыках, но вы не воюете с народами, населяющими Украину, которые к распространенiю большевизма никакого отношенiя не имѣют.

Дайте-же столицѣ Украины мир и покой, дайте кiевскому населенiю мирно работать на благо свободной Украинской Республики».

«Naie Zait», № 29, от 4-го марта 1918 г.

8.

К еврейскому населенiю.

I. Воззванiе евреев-гласных Думы.

«Граждане евреи.

Тяжелые и печальные дни переживает теперь кiевское еврейское населенiе. Не успѣли освободиться от ужасной гражданской войны, которая затопила город кровью и убiйствами, не успѣли передохнуть от большевистскаго грабежа и разбоя, как снова по городу начинают распространяться мрачные слухи о новой опасности, нависшей над головою евреев. В тяжелое переходное время, в перiод политических сумерек, когда копьем и мечем мѣняется государственный строй в странѣ, когда власть переходит от одного правительства к другому, — в такое время возможны печальные эксцессы и нападенiя отдѣльных лиц или групп с низменными инстинктами, которыя использовывают темноту народную в своих разбойничьих и грабительских цѣлях.

В этот момент мы обращаемся к вам, мы, еврейскiе гласные, избранные вашим довѣрiем и заявляем вам:

Руководители всѣх отвѣтственных украинских партiй ведут систематическую борьбу против антисемитских агитацiй черных сил. Всѣ представители Украинской Республики, единственной нынѣ власти в странѣ, дали самыя лучшiя завѣренiя, что они не допустят погромов и что примут всѣ мѣры для подавленiя антисемитскаго настроенiя и погромной агитацiи, которую темные элементы стараются поддержать.

Еврейскими гласными, в живом контактѣ с Городской Думой, основана комиссiя, которая стоит на стражѣ еврейских интересов. Во всѣх несчастных случаях, при арестах и нападенiях, еврейское населенiе с полным довѣрiем должно обращаться к нам. Мы примем всѣ мѣры, чтобы облегчить бѣду и помочь чѣм возможно. Мы требуем от еврейскаго населенiя, чтобы без вѣдома комиссiи никто не обращался к каким-либо властям или к военному представителю, дабы не мѣшать нам в нашей работѣ. Обращаться надо только через комиссiю или с ея вѣдома.

Мы призываем населенiе не увеличивать паники и ужаса, порождаемых необоснованными слухами и извѣстiями. Все, что в силах человѣческих, будет нами сдѣлано.

Еврейскiе гласные Кiевской Городской Думы».

«Naie Zait», № 29, от 4-го марта 1918 г.

II. Воззванiе Совѣта Кiевской еврейской общины.

«В тяжелый и печальный момент обращается к вам Совет Кiевской еврейской общины, избранный вами, широкими демократическими еврейскими массами. — Совѣт, которому вы довѣрили охрану ваших еврейских нацiональных интересов.

Дни освобожденiя от большевистскаго ига омрачились нападенiями черных сил, ядовитая змѣя погромной агитацiи расползается по несчастному городу. В этот момент мы считаем своим долгом заявить: братья, знайте, что в этих позорных злодѣянiях новое украинское правительство, только что вернувшееся в город, неповинно. Всѣ отвѣтственные руководители украинских политических партiй стараются всѣми мѣрами подавить погромное настроенiе. Всѣ представители украинской военной и правительственной власти дали прочныя завѣренiя, что они погромов не допустят и что отдѣльные негодяи-грабители и убiйцы, дающiе волю своим низменным инстинктам, будут строго наказаны.

Вмѣстѣ с Городской Думой, и в тѣсном с нею контактѣ, наш общинный Совѣт избрал комиссiю, которая день и ночь дежурит в Думѣ. О всѣх несчастных случаях она доводит до свѣдѣнiя представителей украинской власти и старается по мѣрѣ сил помочь и облегчить горе. К членам этой комиссiи обращайтесь с полным довѣрiем.

…Мы требуем, чтобы еврейское населенiе без вѣдома комиссiи не обращалось ни к кому из представителей власти. Дѣлайте все через комиссiю и с ея вѣдома.

Тяжело и печально переходное время, когда мѣняются государственныя формы и правительственные аппараты. Во много раз печальнѣй и опаснѣе оно для нашего города; это тяжелое время требует особаго политическаго такта и осторожности. Не сѣйте паники, не дѣлайте необдуманных шагов, во всѣх случаях обращайтесь в комиссiю.

Временный Совѣт Кiевской еврейской общины».

«Naie Zait», № 31, от 6-го марта 1918 г.

9.

Депутацiя от Кiевской еврейской общины у. предсѣдателя совѣта министров.

«Послѣднiя событiя в Кiевѣ, носящiя по большей части антисемитскiй характер, а также слухи о готовящемся в Кiевѣ погромѣ, побудили сенiорен-конвент Кiевскаго общиннаго Совѣта послать депутацiю к предсѣдателю украинскаго совѣта министров, В. А. Голубовичу.

Депутацiя, в которую вошли представители всѣх фракцiй («Об'единенные» — М. Шац, «Бунд» — А. Страшун, сiонисты — Н. Сыркин, «Поалей-Цiон» — А. Ревуцкiй, «Фолкспартей» — Юдин) представилась министру В. А. Голубовичу, привѣтствововала вернувшееся украинское правительство и передала слѣдующiй меморандум:

«Радостные дни возвращенiя украинской власти в столицу Украины, к глубочайшему прискорбiю, омрачились кровавыми звѣрствами, самочинными расправами, грабежами и насилiями над кiевским еврейским населенiем. Всѣ эти насилiя, вообще недопустимыя в организованном государствѣ, происходят почти исключительно по нацiональному признаку. Разстрѣливают почти исключительно евреев, и погромная волна, которая всегда подтачивает основы государств и народов, направлена исключительно против евреев.

С 1-го по 8-е марта комиссiя по охранѣ города зарегистрировала слѣдующее число насилiй и самочинных расправ: угроз — 19, арестованных, без вѣсти пропавших — 28, арестованных, но затѣм освобожденных — 27, убитых — 22, избитых — 11, ограбленных — 13, насильственно забранных — 5, изнасилованных — 3 и т. д.

За малыми исключенiями, всѣ эти невинно пострадавшiе принадлежат к еврейскому населенiю. Совѣт Кiевской еврейской общины, избранный, согласно законам Украинской Центральной Рады, на основѣ демократическаго избирательнаго права, потрясенный всѣми этими звѣрствами, обращается к вам, как представителю высшей власти на Украинѣ, и позволяет себѣ указать, что все еврейское населенiе охвачено страхом и скорбью и ждет от вас немедленнаго приказа о прiостановленiи этих насилiй и самочинных расправ. Оно ждет от вас самых рѣшительных мѣр для прекращенiя в корнѣ этих вопiющих дѣянiй и преданiя виновных законному суду.

Еврейское населенiе надѣется, что погромной агитацiи, поддерживаемой всѣми всколыхнувшимися темными силами, врагами не только евреев, но и свободной Украины и всѣх достигнутых ею свобод, — будет положен конец всей силою государственнаго аппарата, имѣющагося в вашем распоряженiи».

Представители соцiалистической фракцiи к этому добавили, что с точки зрѣнiя соцiализма такiе факты не должны быть допущены, так как они приводят к контр-революцiи и соцiальной реакцiи.

Предсѣдатель совѣта министров успокоил делегацiю и заявил, что имѣвшiе мѣсто отдѣльные случаи произошли оттого, что в первые дни еще не было налаженнаго государственнаго аппарата, и что теперь таких случаев больше не будет; приняты всѣ мѣры к подавленiю насилiй. Он благодарил за привѣтствiе от имени еврейскаго населенiя и завѣрил делегацiю, что правителственный политическiй курс вообще, а по отношенiю к евреям, в частности, остается тѣм же самым, и что нѣт никакого основанiя для тревоги и опасенiй.

«Naie Zait», № 35, от 11-го марта 1918 г.

V.

«Евреи и украинское войско».

(Из ст. редактора «Новой Рады», А. Никовскаго, 9-го марта).

…«Если до сих пор никогда и нигдѣ, ни среди украинской интеллигенцiи, ни среди политически-активнаго крестьянства, ни, наконец, в средѣ войска незамѣтно было никаких проявленiй юдофобства, не существовало ни малѣйшаго подозрѣнiя о враждебных к нам чувствах еврейской нацiи, необходимо констатировать, что сейчас враждебное, и даже опасное, настроенiе против евреев несомнѣнно существует и что это настроенiе наростает и принимает опредѣленно острыя формы.

…Пока шла бумажная война между нашей властью и большевиками, еврейскiя общественныя организацiи высказывались против большевиков. Такой тактики держалась еврейская пресса и пресса, руководимая преимущественно евреями. Выходило как-будто, что, когда придется защищать столицу Украины, весь народ будет на сторонѣ защитников Кiева и окажет этим защитникам моральную и матерiальную помощь. Что же оказалось? Возстанiе подняли арсенальцы, число которых было хорошо извѣстно. Не трудно было изолировать повстанцев в арсеналѣ, окружить их и заставить сложить оружiе. Но оказалось, что с каждым днем число врагов возрастало, и главное, что враги эти появились всюду. На казачество, которое никогда ничѣм не обижало мирнаго населенiя, не требовало себѣ даже продовольствiя, — на это казачество посыпались пули с выступов домов, с балконов, изо всѣх темных углов. Город превратился в стотысячнаго лютаго врага. Женщины и дѣти выполняли вражескую развѣдку и приносили осажденным арсенальцам пищу и боевые матерiалы. К большевикам прокрадывалась с нарукавными знаками «Краснаго Креста» еврейская молодежь, которая затѣм вооружалась винтовками против украинских казаков. Украинскiя войска попали как-бы в мышеловку, всюду они были окружены врагами. Когда, наконец, украинцы вынуждены были уйти, «Кiев» стрѣлял им в спину до самаго послѣдняго строенiя под Святошиным. Присматриваясь к единичным и групповым врагам своим, украинцы отлично разглядѣли, что это была исключительно еврейская молодежь, студенты, гимназисты, рабочiе.

…Казаки снова пришли в Кiев. Куда-же именно они пришли? Не болѣе и не менѣе, как во вражескiй город.

…Правда, и у нас есть Ю. Коцюбинскiй, Неронович и Касьяненко. Но вѣд мы против них выступали, мы с ними воюем. А евреи? Они молчат о нашем приходѣ, они молчат о всѣх безчинствах против нас их родичей и сыновей, но за то шумят по поводу самочинных арестов, всѣ убiйства валят они на нашу голову, агитируют против украинской власти, а тѣм временем они не отказываются от заработков около нѣмцев…

…Там (в парламентѣ) слова, а на Васильковской улицѣ такiе дѣла, что на каждом шагу оглядывайся, чтобы, чего добраго, тебя не сразила пуля, пущенная нацiональным меньшинством. Еврейство прячется за Думу, за прессу, но непосредственно оно ничего не сказало. Оно не реагирует на тѣ обвиненiя, которыя идут из лагеря казаков и кружков украинской интеллигенцiи. А вѣдь у кiевскаго еврейства имѣется свыше 40 различных общественных организацiй. Почему эти организацiи до сих пор молчат? Почему онѣ не протестуют. Почему они, евреи, до сих пор не заявляют, что они также граждане Украинской Республики, и всѣми силами протестуют против того, чтобы кто-нибудь мог допустить мысль о том, украинскiя войска могут вести себя, как большевики. Почему они до сих пор не выступили с заявленiем, что Крейцберги, Райхштейны и Чудновскiе — предатели государства украинскаго и еврейскаго народа. А то у украинскаго войска осталось впечатлѣнiе, что когда Кiевская Городская Дума привѣтствовала при приходѣ большевиков «единый революцiонный фронт» и в то время, когда Крейцберги издавали финансовыя распоряженiя, их отцы около кафе Семадени спекулировали на украинских деньгах. Красногвардейцы, состоящiе преимущественно из евреев, разстрѣливали украинцев за то только, что они украинцы, а их отцы и братья указывали, гдѣ кто из украинцев прячется, кто кѣм был во время «господства» украинцев. Большевики грабили кiевское населенiе, а это самое населенiе, и наипаче всѣх евреи, радовались, что все-же это не украинцы».

Цит. по «Евр. Мысли», № 16, от 1-го апрѣля 1918 г., ст. «Первое предостереженiе».

VI.

Запрос в Малой Радѣ о событiях в Бердичевѣ

(февраль 1918 г.).

«На засѣданiи 3-го марта в Малой Радѣ, засѣдавшей тогда в Житомiрѣ, представитель «Бунда» Д. Липец, поднял вопрос о положенiи в Бердичевѣ. Д. Липец указал, что в виду вновь создавшагося положенiя он считает для себя невозможным выступить в качествѣ полномочнаго представителя «Бунда» в Малой Радѣ, и что он находится здѣсь лишь в информацiонных цѣлях. Он ограничился лишь передачей сущности дѣла — самый запрос внесла украинская с.-д. партiя.

В запросѣ сказано: «Украинская с.-д. фракцiя поддерживает запрос на основанiи свѣдѣнiй, которыя представитель «Бунда», т. Липец, сообщил о репрессiях в Бердичевѣ, выразившихся в рядѣ строгих приказов, грозящих разстрѣлами и смертными приговорами, и, наконец, в штрафѣ в 5 миллiонов рублей, наложенном на Бердичев за сочувственное якобы отношенiе к большевикам. Украинская с.-д. фракцiя просит совѣт народных министров немедленно снарядить разслѣдованiе событiй в Бердичевѣ и принять всѣ необходимыя мѣры к охранѣ города от репрессiй и к наказанiю виновных по строгости закона».

По предложенiю украинских с.-д. запрос единогласно признан срочным.

Об'ясненiя к запросу дал Д. Липец, который в своей рѣчи указал на слѣдующее: В перiод власти большевиков в Бердичевѣ гласные мѣстной Думы приняли всѣ мѣры, чтобы сохранить членов укр. «фронтовой Рады»; когда украинская власть подошла к городу, им навстрѣчу с украинскими флагами вышла делегацiя из представителей рабочаго Совѣта, Думы и Земской управы. Делегацiя подверглась обстрѣлу. При этом атаман передового отряда заявил, что он вырѣжет полгорода. Первый день прошел очень тревожно. Было 20 человѣческих жертв. Затѣм прибыл главнокомандующiй, который издал один приказ за другим; приказы эти полны угроз разстрѣлами, убiйствами. Послѣднiй акт — 5-ти миллiонная контрибуцiя. Главнокомандущiй угрожает взыскать контрибуцiю военной силой. Слухи, что большевики наложили на город контрибуцiю, совершенно ложны.

Оратор закончил свою рѣчь словами: «Бердичевская Дума всегда относилась сочувственно к возрожденiю Украины. Бердичевское населенiе живет под ужасным впечатлѣнiем, что оно так жестоко преслѣдуется лишь за то, что большинство его составляют евреи».

«Naie Zait», № 33, от 8-го марта 1918 г.

VII.

«Печальные дни в Бородянкѣ».

(Кiевская губ. — февраль 1918).

«Страшные, кошмарные дни, напоминающiе времена Средневѣковья, пережили евреи Бородянки, благодаря гайдамакам, пробывшим в мѣстечкѣ нѣсколько дней, с субботы 23-го по четверг 28-го февраля. Все время их пребыванiя в мѣстечкѣ, во главѣ с атаманом, царил смертельный страх; и моментами мѣстечко было на волосок от повальной рѣзни. Началось с того, что на вокзалѣ они убили двух евреев и разграбили всѣ еврейскiе дома. К счастiю, жители заблаговременно убѣжали с вокзала, и убiйств больше не произошло.

Слѣдует отмѣтить, что всѣ эти дни на вокзалѣ ст. Бородянки находился Петлюра и его помощник, Загородскiй.

Затѣм гайдамаки вошли в мѣстечко и об'явили, что у евреев имѣется два пулемета и 70 ружей, и если евреи этого оружiя не выдадут немедленно, то они устроят погром. Не помогли никакiя клятвы и завѣренiя, что оружiя в мѣстечкѣ нѣт. Тогда — это было в Пурим — евреи облачились в «талесы» и «тефилин» и, взяв всѣ имѣвшiеся в мѣстечкѣ свитки Торы, клялись перед гайдамаками. Это была страшная картина. Всѣ евреи мѣстечка бѣжали в «талес» и «тефилин», неся священные свитки из своих молелень к синагогальной площади у шоссе. Нѣкоторые из почтенных жителей мѣстечка падали ниц и вздымали руки к небу, другiе поднимали свитки Торы и вмѣстѣ, всей общиной, клялись перед гайдамаками. Так как опредѣленной формулы для такого рода присяги нѣт ни в одной из «Техинот» (кстати, гайдамаки языка «Техинот» не понимают), то каждый еврей клялся по своему: «Я клянусь, я божусь». Вначалѣ гайдамаки начали было подшучивать над этой толпой в «талес» и «тефилин», но затѣм плач и вопли их нѣсколько тронули. Клятвы эти все же не совсѣм помогли, и необходимо было прибѣгнуть к старому еврейскому средству. Пригласили атамана в один дом и и сообщили ему кое-что по секрету… Это помогло, и раздраженные гайдамаки отказались от оружiя, имѣвшагося якобы у евреев.

Но это еще не все. В четверг, во время похорон 2 евреев, убитых на вокзалѣ, и 7, убитых в Клавдiево, когда все мѣстечко было на кладбище, пришло нѣсколько гайдамаков и выстрѣлами разогнали евреев.

Надо еще прибавить, что населенiе Бородянки послало делегацiю к Петлюрѣ на вокзал; делегацiя состояла из 8 христiан и 2 евреев. Но Петлюра уже собирался уѣзжать и отослал их к своему помощнику, Загородскому. Загородскiй-же отвѣтил, что гайдамаки «раздражены», и он ничего не может подѣлать. Между прочим, гайдамаки высѣкли еврея-извозчика, привезшаго делегацiю на вокзал».

«Naie Zait», № 42, от 19-го марта 1918 г., сообщ. корреспондента.

VIII.

Эксцессы на желѣзных дорогах.

(апрѣль 1918).

1.

Запрос в Малой Радѣ.

В засѣданiи Малой Рады от 16-го апрѣля 1918 г. М. Гроссман, от имени сiонистской фракцiи, внес слѣдующiй запрос о насилiях над евреями:

«Начиная с 1-го апрѣля на станцiях линiи Кiев — Полтава безпрерывно происходят грабежи, насилiя и убiйства, которые чинятся, как эшелонами проходящих войск, именующих себя гайдамаками, так и мѣстными группами «вiльных козаков». Безчинства и ничѣм не оправдываемыя жестокости производятся, главным образом, над еврейским населенiем, причем сплошь и рядом солдаты, называющiе себя гайдамаками, втаскивают в вагоны ни в чем не повинных евреев, избивают их там нагайками и выбрасывают из вагона. Ежедневно в Кiев прибывают очевидцы этих кровавых расправ, а также лица, пострадавшiя от них, которыя во фракцiю сiонистов доставляют матерiалы и фактическiя данныя о происходящих событiях. Сообщаемые факты одновременно подтверждаются сообщенiями, как кiевской, так и провинцiальной печати. Так, 8-го апрѣля на станцiи Ромодан солдаты публично высѣкли розгами пассажира-еврея за произнесенное им обращенiе «товарищ». На той-же станцiи избит и ограблен еврей Яков Гольдберг. За протест против насилiй и глумленiя были избиты и затѣм высѣчены также пассажиры Вабульскiй из Кiева и Конторер из Кременчуга. По сообщенiю мѣстных жителей в районѣ ст. Ромодан и по сей день обнаруживаются трупы убитых и удушенных, главным образом евреев, из которых нѣкоторые предаются погребенiю станцiонным сторожем Дырдой. На ближайших к Ромодану станцiях происходят грабежи и избiенiя, причем, как комендант ст. Ромодан, Дузенкевич, так и другiя начальствующiя лица, не принимают никаких мѣр к защитѣ населенiя. Вторым центром насилiй и убiйств является ст. Гребенка, на которой господствует шайка солдат, называющих себя «вiльными козаками». Нѣсколько дней тому назад ими были арестованы в одной из гостиниц 9 человѣк, которых потом обнаружили убитыми. Во вторник 9-го апрѣля на этой-же станцiи был задержан пассажир Меер Яник, втащен в комендантскую, избит и ограблен, а затѣм принужден к подписанiю расписки о том, что никаких претензiй не имѣет. Об ограбленiи и избiенiи сообщает также кiевскiй житель Найвелт. 7-го февраля, так называемые «вiльны козаки» высѣкли вызваннаго в комендатуру для об'ясненiй мѣстнаго раввина, 60-ти лѣтняго старика. Всѣ эти факты являются лишь отдѣльными сообщенiями о многочисленных подобных случаях насилiя и убiйств.

Населенiе окончательно терроризировано, и ст. Ромодан и Гребенка об'явлены как-бы опасной зоной, переступать которую евреям не рекомендуется. Далѣе: послѣ прохода воинскаго поѣзда, вышедшаго из Кiева 2-го апрѣля, между Переяславским раз'ѣздом и Яготиным были обнаружены три трупа, а между ст. Барышевкой и Березанью 2 трупа. 4-го апрѣля на ст. Барышевка прибыл вагон, в котором, как потом выяснилось, находилось 5 трупов евреев, удушенных веревками и ремнями, страшно изуродованных и, очевидно, раньше выброшенных из вагона на полотно желѣзной дороги, так как у одного оказались отрѣзанными обѣ ноги. Жители Барышевки обратили вниманiе на то, что 4-го апрѣля к мѣстному раввину явился солдат комендатуры с пакетом от атамана Герасименко. Содержанiе пакета остается и по сей день тайной, но через два дня послѣ того, как раввина посѣтил начальник милицiи, ночью, несмотря на наступленiе субботы, 15 евреев были заняты рытьем могил на кладбищѣ. Через два дня, 7-го апрѣля, в 2 часа ночи, на еврейском кладбищѣ видѣли свѣт и движенiе группы людей; как потом оказалось, там было втайнѣ совершено погребенiе 5 трупов неизвѣстных евреев, доставленных в особом вагонѣ из Яготина. Нѣт сомнѣнiя, что тайное погребенiе, произведенное без предварительнаго составленiя протокола, снятiя фотографiй и врачебнаго свидѣтельства о смерти, было совершено по настоянiю мѣстных властей, пожелавших по каким либо соображенiям скрыть факт убiйства 5 евреев.

Насилiя, убiйства и грабежи, жертвами которых является, главным образом, еврейское населенiе и происходящiе при попустительствѣ властей, приняли хроническiй характер, который возвращает евреев к безправным временам царизма. Жизнь замирает. Довѣрiе к власти с каждым днем падает, и одновременно во всѣх слоях населенiя растет крайнее недовольство и озлобленiе. Приведенные выше факты являются не единичными, а характеризующими общее положенiе не только в Полтавской губ., но и в Черниговской».

«Евр. Мысль», № 18, от 26-го апрѣля 1918 г.

Запрос был напеч. также в «Кiевской Мысли».

2.

К событiям на ст. Ромодан.

Получено министерством по евр. дѣлам, 10-го апрѣля 1918 г., № 1197 г.

(перев. с еврейскаго).

«В Еврейское Министерство при Центральной Радѣ.

Гражданина Нохума Конторера, проживающаго в Кременчугѣ, на Александровкѣ, № 69.

В воскресенье, 8-го апрѣля, я выѣхал из Кременчуга в Кiев через Ромодан. В Ромоданѣ я 9-го апрѣля должен был с 5 часов утра до 12 часов ночи ждать поѣзда, который идет на Кiев. На вокзалѣ пассажиры жаловались, что украинская власть этой станцiи терроризирует пассажиров: арестовывают, избивают, забирают деньги, а потом убивают. По этому поводу я могу дать слѣдующiя показанiя.

В субботу, 31-го марта, на ст. Ромодан застрѣлили двух молодых людей, у которых было около 90.000 рублей (они из Богуслава, Кiевской губ., фамилiя одного из них — Iосиф Гольдберг). В пятницу и субботу 6-го и 7-го мучили и избивали нѣкоего З. М. Нижника (ст. Мироновка, Ю.-З. Ж. Д.); у него забрали 1600 рублей, из которых ему вернули в понедѣльник 1400 руб. В понедѣльник вечером разсказывали, что на станцiи застрѣлили двух человѣк. В понедѣльник, 9-го, в 10 часов вечера, когда прибыл поѣзд из Кiева, в зал зашел отряд украинских солдат, и вошедшiй с ними атаман потребовал, чтобы всякiй, кто имѣет при себѣ оружiе, отдал его немедленно; если-же окажется, что кто-нибудь спрятал оружiе, того тут-же будут пороть. Затѣм они стали провѣрять документы. Рядом со мной сидѣли два 65 лѣтних старика-еврея, у которых паспорта оказались просроченными. Атаман стал кричать: «Жиды, знаем вас, всыпем вам по 30 розог, тогда будете знать, как ѣхать со старыми документами». Тут я не выдержал и обратился к атаману с протестом: «Кто дал вам право давать розги?». На это он мнѣ отвѣтил: «Молчи лучше, иначе тебѣ плохо будет», и пошел дальше, а кампанiя его стала меня куда-то тащить. Когда меня вытащили из зала, меня два раза ударили сзади нагайкой, которой и ранили мнѣ голову. Я кричал от боли. На мой крик сбѣжалось нѣсколько пассажиров, прибѣжал также украинскiй комендант, который мнѣ велѣл зайти в санитарный вагон. Там нѣмецкiй фельдшер оказал мнѣ медицинскую помощь, задержав кровь, которая шла из раны. Свидѣтелями того, как меня тащили из зала и ранили, были: член Центральной Рады Приходько и военно-судебный слѣдователь при штабѣ 4-ой армiи, В. Протопопов, живущiй на ст. Ромодан. Они могут дать показанiя обо всем происходящем на ст. Ромодан вообще и в частности о нападенiи на меня.

По разсказам пассажиров, на ст. Гоголево также было разстрѣляно на прошлой недѣлѣ 3 еврея. Их задержали, забрали у них всѣ документы, отвели в поле (приблизительно четверть версты от вокзала), там застрѣлили и похоронили около канавы.

Об избiенiях на ст. Ромодан и вообще обо всем, что там происходит, могут также дать показанiя слѣдующiе милицiонеры ст. Ромодан: старшiй милицiонер Славко и Иван Луцин. Сѣкут и избивают у них на глазах.

К эксцессам на ст. Ромодан

(март 1918)

Давид Оводенко, убит гайдамаками на ст. Ромодан

Неизвѣстный, убит гайдамаками на ст. Ромодан

(Доставлено в еврейское министерство Миргородским общинным совѣтом)

К эксцессам на ст. Ромодан

(март 1918)

Нахман Крумельцадик, убит гайдамаками на ст. Ромодан

Мордух Гольдберг, убит гайдамаками на ст. Ромодан

(Доставлено в еврейское министерство Миргородским общинным совѣтом).

В цѣлях защиты граждан и вообще проѣзжающих, вынужденных вслѣдствiе пересадки останавливаться на ст. Ромодан, я прошу, в виду изложеннаго, Еврейскаго Министра принять исключительныя мѣры для устраненiя банды вооруженных грабителей, которые пользуются своей властью на ст. Ромодан и своими дѣйствiями дискредитируют и игнорируют судебную власть Украинской Республики.

Нохем Конторер».

Кiев, 10-го апрѣля 1918 г.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918.

3.

К событiям на ст. Гребенка.

Получено министерством по евр. дѣлам в апрѣлѣ 1918 г., № 1263.

«Господину Министру по еврейским дѣлам Украинской Народной Республики.

Мы уполномочены Пирятинским комитетом партiи Поалей Цiон, С. С. и Е. С. и Бунда заявить о нижеслѣдующем: На ст. Гребенка, находящейся в 13 верстах от г. Пирятина, начиная с первых чисел марта вплоть до послѣдняго времени, производятся насилiя над проѣзжающими пассажирами, сопровождающiяся ограбленiями, издѣвательством, побоями, а иногда убiйствами. Тѣ-же милицiонеры, которые производят провѣрку документов и обыски, уводят иногда насильно свою жертву, под предлогом «к коменданту», из зала вокзала, причем возвращаются не всѣ, а возвращающiеся почти всѣ избиты и ограблены. На территорiи вокзала все время подбираются трупы убитых пассажиров. Из удостовѣренiя Пирятинскаго общественнаго раввина от 12-го декабря, за № 74, и Городищенскаго волостнаго правленiя от 23-го марта, за № 1528, видно, что в городѣ Пирятинѣ похоронены 10 убитых (в Гребенкѣ) евреев, кромѣ того, 8 человѣк ограблены и в ночь на 10-ое апрѣля убит житель г. Лубен, Полтавской губ., Слуцкiй, старик 67 лѣт, хорошо извѣстный в нашем краѣ, как состоятельный человѣк. По показанiям пассажиров, на глазах которых был увезен Слуцкiй, убiйству предшествовали слѣдующiя обстоятельства:

Милицiонер, провѣрявшiй документ, потребовал от Слуцкаго «выдать оружiя». Несмотря на заявленiе послѣдняго, что у него оружiя нѣт и тут же произведеннаго обыска, не обнаружившаго никакого оружiя, он был потащен этим милицiонером, а на завтра утром его нашли убитым возлѣ станцiонной водокачки. В ту-же ночь были избиты и ограблены житель г. Прилук, Явиц, и житель г. Нѣжина, Добрушин, освидѣтельствованiе коих было произведено г. городовым врачем г. Пирятина — Бернявским. Населенiе всей мѣстности терроризировано.

Наша просьба: немедленно принять мѣѣры к прекращенiю избiенiй, убiйств и грабежей и вмѣстѣ с тѣм произвести разслѣдованiе всего происшедшаго.

Делегированные Пирятинским комитетом евр. соц. партiй Поалей Цiон, С. С. и Е. С. и Бунда (подписи)».

Кiев, 14-го апрѣля 1918 г.

Из архива министерство по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

IX.

К событiям в Кременчугѣ.

(Засѣданiе Кременчугской Городской думы от 16-го апрѣля 1918 года).

«Гласный Балабан от имени рос. с.-д. партiи и «Бунда» вносит запрос о насилiях, чинимых над мирными гражданами в городѣ. Гласный приводит нѣкоторые случаи избiеiнй и насилiй, имѣвших мѣсто на ст. Кременчуг и в городѣ. Так, без всяких причин были избиты нѣкiе Островскiй, Савранскiй и друг. Против избiенiя, главным образом евреев, необходимо принять спѣшныя мѣры.

Гласный Кунин заявляет, что имѣется ряд указанiй на то, что насилiя эти носят вполнѣ организованный характер. Избiенiя евреев производятся бандой хулиганов и черносотенцев, под флагом гайдамаков. Эти избiенiя носят, как это имѣло мѣсто в Полтавѣ, Ромоданѣ и др. мѣстах, вполнѣ организованный характер и служат, повидимому, проявленiем извѣстной системы. Если покажется на станцiи Кременчуг еврей, его без всяких основанiй избивают до смерти. Всѣм извѣстно, какiе у нас практикуются прiемы для экзекуцiи: берут людей, чтобы их на вокзалѣ «освѣжить» нагайками. Избiенiя производятся гайдамаками… На основанiи рѣшительно всѣм извѣстных фактов избiенiя евреев, мы просим Управу сказать нам, какiя мѣры она принимает для борьбы с хулиганскими выступленiями в городѣ».

…От имени еврейской общины говорит гласный Е. К. Добниц.

«Давно-ли в стѣнах этой залы мы слушали торжественное чтенiе III Универсала на четырех языках? Этот историческiй акт единодушно и горячо привѣтствовали всѣ. Наши представители, представители еврейства, не могли, разумѣется, не подчеркнуть, исключительное значенiе Универсала для нас, евреев, которые впервые на длинном этапѣ изгнанiя услышали про долгожданную нацiонально-персональную автономiю. Это было одним из величайших завоеванiй революцiи для нас, евреев. Радость наша была и потому особенно велика, что мы тогда вѣрили, что эта автономiя не только приведет к мирному сожительству всѣх народов Украины, к нацiонально-культурному самопредѣленiю всѣх нацiй и свободному соревнованiю всѣх их на общем пути культуры и прогресса, но имѣли основанiе надѣяться, что этот акт послужит путеводной звѣздой для всѣх стран, в коих нацiональный вопрос на очереди. И было это так недавно, когда происходили выборы в еврейскую общину, в тот орган, который на мѣстѣ должен осуществлять это нацiонально-персональную автономiю.

И вот, первым выступленiем представителя общины в Думѣ суждено быть — защита запроса о насилiях над евреями. Вмѣсто нацiонально-персональной автономiи мы имѣем нацiонально-персональное убiйство, избiенiя, ограбленiя, издѣвательства и глумленiя. Волна этих насилiй катится по всей Украинѣ с первых дней водворенiя украинской власти послѣ изгнанiя большевиков, и на днях волна эта докатилась до нас. Среди бѣла дня, на глазах у всѣх, люди арестовываются и избиваются, и не всѣ возвращаются… Мы далеки от мысли подозрѣвать власти в попустительствѣ, тѣм болѣе послѣ завѣренiй и обѣщанiй, полученных представителями еврейской общины от украинскаго коменданта. Мы хотим вѣрить, что всѣ эти насилiя дѣло подонков общества, звѣрскiй инстинкт которых всегда подберет себѣ соотвѣтственный лозунг и флаг. Но мы также хотим вѣрить, что борьба с этими черносотенцами не столь уж непосильна, если-бы только было искреннее желанiе. Городской комитет общественной безопасности недавно доказал это в тяжелый перiод безвластiя и межвластiя. Мы должны поэтому сказать центральной власти, в лицѣ мѣстных представителей и мѣстной власти, в лицѣ городского самоуправленiя: не смотрите на эти событiя, как на частныя, касающiяся только нас, евреев, а как на общегосударственныя, ибо черви, подточившiе корень многовѣковаго дуба могучаго государства Россiйскаго, тѣм опаснѣе для молодого, хрупкаго организма возрождающейся Украины. Эти черви — нацiональный шовинизм, нацiональная рознь и антисемитизм. Мы увѣрены, что Дума вынесет соотвѣтственное постановленiе и будут приняты мѣры к защитѣ нашей жизни, нашей чести и нашего достоянiя».

…Гласная В. Панератцева: «Послѣ всего выслушаннаго здѣсь, что могу я сказать? — русская, и мнѣ стыдно быть среди евреев»… «Нам, русским, позорно, что мы еще до сих пор не научились уважать человѣка в человѣкѣ».

Большинством голосов Дума постановила принять слѣдующую резолюцiю:

«Дума требует принятiя самых энергичных мѣр для прекращенiя хулиганских выступленiй и преданiя суду всѣх начальствующих лиц, отвѣтственных за эти выступленiя, для чего требует скорѣйшаго прибытiя в г. Кременчуг парламентско-слѣдственной комиссiи, до прибытiя которой Городская Дума образует самостоятельную полномочную слѣдственную комиссiю для разслѣдованiя всѣх фактов, связанных с черносотенными выступленiями частных и оффицiальных лиц и учрежденiй».

Протоколы Кременчугской Городской Думы (засѣданiе 16-го апрѣля 1918 г.), № 15, копiя в матерiалах ЕКОПО и в архивѣ редакцiи.

X.

Запрос в Радѣ о насилiях мѣстной власти.

«Запрос министрам внутренних дѣл, военному и по еврейским дѣлам фракцiи Об'единенной евр. соц. рабочей партiи».

За послѣднее время все учащаются случаи насилiй, грабежей, вымогательств, чинимых представителями мѣстной администрацiи над еврейским населенiем Украинской Народной Республики.

1) В м. Гоголевѣ, Черниговской губ., отряд гайдамаков 23-го марта с. г. без всякаго повода разстрѣлял двух евреев — Бѣлановскаго и Каганова. Ночью гайдамаки ходили по еврейским домам, грабили и насильничали. На другой день ходили по магазинам и грабили, причем подвергли истязанiям еще двух евреев — Марголина и Бермана.

2) На ст. Ромодан и Гребенка отряды гайдамаков систематически терроризируют пассажиров. 31-го марта было разстрѣляно два еврея — фамилiя одного из них Гольдберг. 6-го апрѣля избивали нѣскольких пассажиров, в том числѣ Нижника, у котораго забрали деньги. 9-го апрѣля избивали нѣскольких человѣк, в том числѣ М. Конторера.

3) В м. Брусиловѣ, Радомысльскаго уѣзда, Кiевской губ., начальник милицiи Мизерницкiй 4-го апрѣля потребовал от еврейскаго населенiя внесенiя до 5-го апрѣля 50.000 рублей, заявляя, что он «уполномочен Центральной Радой сѣчь, бить, разстрѣливать для водворенiя порядка», и угрожая, в случаѣ неисполненiя его требованiя, жестокой расправой.

4) В м. Корсунь, Каневскаго уѣзда, Кiевской губ., отряд гайдамаков, с правительственным комиссаром В. Кириченко во главѣ, 1-го марта потребовал от еврейскаго населенiя доставить в теченiе получаса 2.000 руб, 6 пар сапог, что было исполнено. На другой день начальник милицiи, Копачевскiй, обратился к предсѣдателю Корсунской мѣщанской управы, М. Зискину, со слѣдующим документом, за № 366: «Мною получено устное распоряженiе от комиссара Центральной Рады Кириченко о том, чтобы мѣстное еврейское населенiе приготовило сегодня 100 пар годных к носкѣ сапог, 300 шапок, 30 шинелей, 100 рубах, 100 пар кальсон, 100 пар портянок и 7 мѣховых шапок с красными верхами».

Помимо своей незаконности, требованiе это было физически невыполнимо. 8-го марта Кириченко потребовал 3.000 руб. от еврейскаго населенiя и получил таковые. Оба эти правительственных лица, Копачевскiй и Кириченко, терроризируют и обирают мѣстное еврейское населенiе.

5) В г. Радомыслѣ вышеупомянутый начальник милицiи Мизерницкiй ночью с 2 на 3 марта потребовал от евреев внести ему в теченiе 24 часов 100.000 руб., угрожая расправой и насилиiем. На другой день ему было внесено 50.000 руб., а через день еще 30.000 руб.

Во всѣх этих явленiях насилiй и вымогательств, чинимых органами власти над еврейским населенiем, мы усматриваем недопустимую ни с какой точки зрѣнiя, гибельную для государства систему подрыванiя основных устоев гражданскаго и политическаго общежитiя.

Доводя об этих актах насилiя до свѣдѣнiя министров внутренних дѣл, еврейских дѣл и военнаго, мы обращаемся к ним с настоящим запросом:

1) Извѣстно ли министрам об этих насилiях и вымогательствах над еврейским населенiем Украинской Народной Республики?

2) Если извѣстно, то что думают министры предпринять для того, чтобы очистить административный аппарат Республики от вредных, подрывающих государственность, элементов и чтобы сохранить еврейское населенiе У. Н. Р. от средневѣковых гоненiй и издѣвательств?

Запрос наш просим признать спѣшным».

Подпись: М. Шац (Анин).

Кiев. 11-го апрѣля 1918 г.

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XI.

К событiям в Брусиловѣ.

1.

Получено министерством по евр. дѣлам, 5-го апрѣля 1918 г., № 1080.

(перев. с еврейскаго).

«В Народное Министерство по еврейским дѣлам на Украинѣ.

Заявленiе.

4-го апрѣля 1918 г. в Брусилов, Кiевской губ., Радомысльскаго уѣзда, прiѣхал уѣздный начальник или инспектор милицiи с большим числом милицiонеров и пригласил к себѣ представителей еврейскаго населенiя — мѣстечковую или поселковую управу. Явившимся к нему головѣ и членам управы инспектор милицiи, г-н Мизерницкiй, заявил слѣдующее: «Я уполномочен Центральной Радой пороть, бить, разстрѣливать и убивать для того чтобы установить порядок». Затѣм он категорически потребовал, чтобы Брусиловское еврейское населенiе принесло ему к 5 часам дня 5-го апрѣля пятьдесят тысяч (50.000) рублей, в противном случаѣ он примет свои мѣры, на которыя он уполномочен.

Будучи делегированы Брусиловской поселковой управой от еврейскаго населенiя, мы просим принять всѣ возможныя мѣры для прiостановленiя приказа вышеупомянутаго испектора милицiи г-на Мизерницкаго, который сейчас находится в Брусиловѣ».

Кiев, 5-го апрѣля 1918 г.

(Подписи).

2.

5-го апрѣля 1918 г., № 928.

(перев. с украинскаго).

«Господину Губернскому Комиссару.

Препровождая при сем приведенное заявленiе представителей Брусиловской мѣстечково-поселковой управы о насилiи, которое собирается учинить извѣстный инспектор милицiи г. Мизерницкiй, Народное Министерство по еврейским дѣлам просит принять телеграфно срочныя мѣры к предотвращенiю незаконнаго вымогательства в отношенiи еврейскаго населенiя в Брусиловѣ. О послѣдовавшем просим не отказаться извѣстить нас».

Тов. Народнаго Министра по евр. дѣлам (подпись).

Директор канцелярiи (подпись).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XII.

Погром в м. Гоголево.

(март).

Получено министерством по евр. дѣлам 5-го апрѣля 1918 г., № 1085.

«В Секретарiат по еврейским дѣлам.

Еврейскаго населенiя м. Гоголева, Черниговской губ.

Донесенiе.

В субботу, 23-го марта по новому стилю, отряд гайдамаков в 30 — 40 человѣк, с сотником Ляхневичем во главѣ, вошел в м. Гоголево, находящемся в 40 верстах от г. Кiева. Своему вступленiю в мѣстечко гайдамаки придали характер буйнаго набѣга и, уже приближаясь к базару, они стали избивать нагайками попадавшихся им навстрѣчу прохожих, терроризируя, таким образом, населенiе и наводя на него панику. Вступив в мѣстечко, гайдамаки вмѣстѣ со своим сотником ворвались в еврейскiя квартиры, находящiяся в центрѣ, и стали проводить здѣсь акты безграничной жестокости и насилiя над мирными еврейскими обывателями. Один еврей, Эфроим Бѣлановскiй, был вытащен гайдамаками на улицу и, послѣ долгих и мучительных истязанiй и глумленiй, был разстрѣлян. Затѣм гайдамаки направились в дом Берки Каганова — человѣка, пользовавшагося всеобщим почетом и уваженiем, как среди еврейскаго, так и украинскаго населенiя. Войдя в его квартиру, гайдамаки приказали ему лечь на пол, и при отчаянных криках и мольбах его старушки матери, жены и шестерых дѣтей, в него было произведено два выстрѣла, от которых он сейчас же скончался. Отдав приказ немедленно отвезти трупы убитых евреев на кладбище, гайдамаки принялись разыскивать других, наиболѣе видных и почетных евреев, но послѣднiе успѣли скрыться. Ночью гайдамаки, группами в 2 — 3 человѣка, стали обходить еврейскiя квартиры и требовали в видѣ выкупа денег и водки. Так, два гайдамака вошли в дом Арона Александрова и потребовали доставить им в теченiе двух часов тысячу рублей и водки, угрожая, в случаѣ неисполненiя этого приказа, переколоть всѣх находившихся в домѣ женщин и дѣтей. Требованiе это было выполнено, — гайдамаки забрали тысячу рублей, а доставшуюся им водку тут же и выпили. Аналогичный случай имѣл мѣсто и в домѣ Мордуха Спитковскаго, Бера Ваксмана, Лазаря Гафта, Мордуха Барсука и др. На слѣдующiй день, в воскресенье утром, евреям торговцам отдан был приказ, под угрозой смерти, открыть немедленно свои магазины и лавки. Когда это требованiе было выполнено, гайдамаки начали обходить еврейскiе магазины и забирать все, что им нравилось, сопровождая свой открытый грабеж циничными насмѣшками и издѣвательствами. Так, напримѣр, забирая в магазинѣ Кричевскаго ушивальники, они при этом добавили, что сдѣлают из них «плетки для жидов». Жена убитаго Каганова была доставлена в свой магазин под жестокими ударами нагаек, и, когда магазин был открыт, гайдамаки забрали оттуда на нѣсколько тысяч рублей мануфактурнаго и бакалейнаго товару. В этот же день были подвергнуты мучительным истязанiям и безчеловѣчным глумленiям два бѣдных еврея, Муня Марголин и Лейба Берман. Первому из них одѣли на шею веревку, и под ударами нагаек тащили по улицѣ, второго еврея начали избивать нагайками по лицу, так что все лицо покрылось кровоподтеками.

В понедѣльник утром гайдамаки ушли из Гоголева, но еврейское населенiе продолжает еще до сих пор оставаться в страхѣ и неувѣренности за свое благополучiе. Тревога евреев усиливается еще тѣм обстоятельством, что темныя крестьянскiя массы, видя, с какой легкостью и безнаказанностью гайдамаки расправились с евреями, увѣровали, что гайдамаки присланы верховной властью Украины для расправы с евреями, и с этих пор начали смотрѣть на послѣдних, как на клейменых преступников, находящихся внѣ законной защиты. Доводя об этом до Вашего свѣдѣнiя, еврейское населенiе просит Вас принять возможныя мѣры к тому, чтобы разсѣять нѣсколько страх и кошмар, под давленiем котораго находится пятьдесят еврейских семейств м. Гоголева».

(подписи).

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

XIII.

Медвинскiй погром и администрацiя.

(перев. с еврейскаго).

«Многоуважаемый Господин Министр.

Вчера, когда мы обратились к Вам с жалобой о погромѣ, который произошел 21 — 24 января с. г. в городѣ Медвинѣ, Вы посовѣтовали нашей делегацiи обратиться за помощью к губернiальному комиссару, к которому Вы дали нам письмо[286]. Комиссар принял нас, но совсѣм непривѣтливо. Он стал кричать на нас, угрожать кулаками и упрекать нас в том, что всѣ евреи — большевики и что 90 % евреев участвовали в большевистском возстанiи. Мы отвѣтили ему, что у нас не было евреев большевиков и что до послѣдняго времени мы жили в мирѣ с крестьянами. Тогда он нам напомнил, что Троцкiй и Каменев, «главные руководители большевиков», — евреи, а здѣсь, в Кiевѣ, нѣкто Лапидус, еврей 18 лѣт, сидѣл на его, комиссара, стулѣ. Затѣм он взял газету и прочел нам список евреев-большевиков. Когда он немного успокоился, мы разсказали ему об ужасном погромѣ, о том как грабили, как стрѣляли в людей, о том, что убили старика еврея 65 лѣт и ранили троих. Мы ему сказали, что стрѣльба и нападенiя по ночам продолжаются уже 2 мѣсяца и некому нас защитить, не к кому нам обратиться. Начальника милицiи, прiѣхавшаго к нам из Богуслава отобрать винтовки у грабителей, послѣднiе прогнали, и он еле спасся. Комиссар отвѣтил нам, что стрѣляют не только у нас, но и в Кiевѣ, что помочь он нам ничѣм не может, так как власти на мѣстѣ нѣт, а «из кармана, — сказал он, — я дать власти не могу, а там, у вас, меня нѣт»… Послѣ наших настойчивых просьб он написал телеграмму уѣздному комиссару, котораго он просит принять мѣры к прекращенiю погрома. Нам-же он сказал, что сомнѣвается, чтобы уѣздный комиссар мог нам помочь, так как ему не с кѣм водворить порядок.

В виду изложеннаго мы просим Вас, Господин Министр, принять мѣры к охранѣ нашей жизни. Мы ежедневно в опасности, так как погромщики, совершенно ограбив нас, собираются теперь нас убить.

Моисей Мисянз.»

Из архива министерства по евр. дѣлам, 1917 — 1918 гг.

V. Погромы большевистских частей

(Черниговская губ.)

I.

Событiя в Мглинѣ и Суражѣ.

…«Когда перед занятiем Гомеля Совѣтская власть оттуда эвакуировалась, оставшiеся в городѣ красноармейцы пытались устроить погром. Организованная жителями самоохрана, вооруженная винтовками и пулеметами, разбила погромщиков (красноармейцев и мѣстных хулиганов) и не допустила до погрома; при этом нѣсколько погромщиков было убито и ранено, а остальные разбѣжались. Нѣкоторые из них скрылись в сосѣдних деревнях, другiе присоединились к отступавшим отрядам Красной армiи, разнося повсюду басни о «жидах, разстрѣлявших Красную армiю в Гомелѣ». Эти слухи питали и без того сильныя антисемитскiя чувства, выливавшiяся то там, то здѣсь в еврейскiе погромы.

В городѣ Мглинѣ (Черниговской губ.) в совѣтских кругах антиеврейское настроенiе настолько усилилось, что один из членов Совѣта — еврей А. - выступил в синагогѣ с призывом записываться в Красную армiю, дабы реабилитировать себя от обвиненiя в контр-революцiонности и спасти еврейское населенiе от погрома, вопрос о котором, как выразился оратор, «уже поставлен на очереди в Совѣтѣ»… Когда через нѣкоторое время в Мглинѣ разыгрались кровавыя событiя, ничего общаго с евреями не имѣвшiя и в которых евреи не принимали почти никакого участiя, даже как отдѣльныя лица (убiйство предсѣдателя Совѣта Шимановскаго на уѣздном с'ѣздѣ крестьянских депутатов, на котором не было, вѣроятно, ни одного еврея), то карательная экспедицiя, присланная штабом со ст. Унеча, Полѣсских жел. дорог, в составѣ трех отрядов (Брянскаго, Московскаго и третьяго, названiя котораго мы не знаем), учинила в городѣ, под предлогом наказанiя виновных, еврейскiй погром; убито было 15 евреев, много евреев избито и ранено, разгромлено большое число еврейских квартир. На другой день послѣ погрома город должен был выплатить очень большую контрибуцiю.

Отдѣльныя подробности карательной экспедицiи напоминают самые тяжелые погромы 1905 года. В дом мѣстных богачей и общественных дѣятелей Нѣгинских, гдѣ находилось нѣсколько десятков человѣк евреев и русских, вошли красногвардейцы с криком «русскiе — выходи, жиды — оставайся», выпустили всѣх русских (между ними успѣли выйти и 2 еврейки), а оставшихся семь человѣк зарѣзали. В их числѣ — дѣвочка 2-х лѣт, глухонѣмая женщина и др. Когда красноармейцы кончили свое кровавое дѣло и уходили из дома Нѣгинских, подошел начальник одного из отрядов Красной армiи, крестьянин Зорин. На вопрос, что вы здѣсь дѣлали, — он получил от красноармейцев отвѣт: «жидов рѣзали». Зорин, возмутившись, на мѣстѣ убил двух красноармейцев, но принужден был бѣжать и скрыться от солдат своего-же отряда, не простившаго своему начальнику заступничества за евреев…

Событiя, разыгравшiяся в сосѣднем городѣ Суражѣ, гдѣ, к счастью, дѣло ограничилось лишь матерiальным ущербом, были еще болѣе показательны для того антисемитскаго настроенiя, которым проникнута Красная армiя.

Еще при существованiи совѣтской власти в Суражѣ, как и в других городах края, по постановленiю городской думы и с разрѣшенiя Совѣта была организована городская самоохрана. При эвакуацiи Совѣта им было оставлено для самоохраны значительное количество винтовок и пулемет. Но уже через нѣсколько дней среди красноармейцев, находившихся на ст. Унеча, началось сильное озлобленiе против Суражской самоохраны. В усиленно распространявшихся провокацiонных слухах, послуживших причиной дальнѣйших событiй, ничего противоеврейскаго не было — все возмущенiе направлялось против офицеров, одѣвших яко-бы погоны, и помѣщиков. Но когда настроенiе достигло высшаго напряженiя, и поѣзд в составѣ 20 вагонов красноармейцев («Перваго полка имени Ленина») прибыл в Сураж для наказанiя контр-революцiонеров, вся энергiя их была направлена к разрушенiю еврейских домов и квартир, и лишь благодаря мужеству члена комиссiи по охранѣ города, тов. В., до послѣдней минуты, несмотря на угрозы разстрѣла, ведшаго переговоры с начальником штаба по междугороднему телефону, погром обошелся без человѣческих жертв.

…К вечеру погром удалось прекратить, и город отдѣлался лишь большими матерiальными убытками. Через день-другой прибыл из г. Мглина спецiальный конный отряд Красной армiи под начальством Лобанова, со спецiальной цѣлью поддержанiя порядка в городѣ. Лобанов собрал на улицѣ у базара нѣчто в родѣ уличнаго митинга, обратился к населенiю с успокоительной речью и неожиданно закончил угрозою: «евреи в других мѣстах встрѣчали нѣмцев хлѣбом солью, если то же самое будет и в Суражѣ то»…

«Разсвѣт» № 18, от 26-го мая 1918 г., М. Iонович «На красном фонѣ».

II.

Погром в Глуховѣ.

(разсказ пострадавшаго).

…«Послѣ пораженiя Кiевской Центральной Рады и распространенiя по Украинѣ большевистской власти глуховскiе большевики также захватили власть. Хозяином в городѣ стал Совѣт рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, во главѣ с комиссарами, из которых один, Власов, был деревенским кулаком; другой, Пильченко, — человѣк с уголовным прошлым: был осужден, как фальшивомонетчик…

Отношенiя между украинцами и евреями все время были хорошiя…

18-го февраля (ст. ст.) в Глуховѣ узнали, что в город возвращается с фронта Батуринскiй полк, который стоял там еще до войны, Полк был украинизирован и стоял на сторонѣ Центральной Рады, которая приказала очистить Глухов от большевиков. Это было совершенно достаточно для того, чтобы Совѣт со своими комиссарами и Красной гвардiей спѣшно оставили город. Батуринскiй полк, всего человѣк 300, вошел в город. Власть снова перешла к украинскому Ген. Секретарiату.

…Но это продолжалось недолго. Уже через 4 дня, 21-го февраля, распространился слух, что на Глухов опять идут большевики — Рославльская партизанская часть Красной армiи — и с ними много крестьян из окрестных деревень, которые еще и раньше были хорошо вооружены и склонны к большевизму. В городѣ встревожились; выслали развѣдку и вообще стали готовться к войнѣ, каждый по своему: евреи поселились в подвалах.

19-го февраля, утром, за городом, недалеко от вокзала, начался настоящiй бой между глуховской милицiей и Батуринским полком, с одной стороны, и большевистскими солдатами-партизанами и крестьянами — с другой. У послѣдних были пулеметы и даже пушки, которыми они бомбардировали вокзал и город. Вполнѣ понятно, что против таких сил защитники Глухова недолго могли удержаться, к тому-же солдаты Батуринскаго полка в срединѣ боя побросали оружiе и перешли на сторону большевиков, заявив при этом, что глуховскiе евреи их подкупили, чтобы они воевали против большевиков. Офицеры полка остались в рядах милицiи и вмѣстѣ с послѣдней энергично защищали город. Но кучка людей вскорѣ была разсѣяна, и большевики заняли город, над которым еще продолжали разрываться снаряды.

По городу разсыпались вооруженные партизаны и крестьяне, среди которых были воры, женщины и дѣти; крестьяне прiѣхали с пустыми подводами. Отдѣльныя группы стали обходить дома и спрашивали:

— Гдѣ здѣсь живут жиды?

…Войдя в дом и не найдя там никого, они пускались по чердакам, подвалам, сараям и другим скрытым мѣстам, куда евреи попрятались. Во многих домах христiанская прислуга указывала, куда спрятались евреи. Бандиты были пьяны.

Найдя в подвалѣ или в ином мѣстѣ евреев, они пред'являли им требованiе выдать оружiе, которое у них будто имѣется, и так как оружiя, разумѣется, не было, то их арестовывали и водили в Совѣт. Но в Совѣт их не приводили, а по дорогѣ либо разстрѣливали, либо убивали. Во многих мѣстах это дѣлалось совсѣм просто: выводили цѣлыми семьями во двор, ставили в ряд и разстрѣливали…

Когда нѣкоторые евреи, со смертельным страхом в глазах, пытались узнать у пьяных бандитов, за что убивают, в чем вина, — солдаты коротко отвѣчали:

— Нам приказано вырѣзать всѣх жидов.

…Одну семью вывели во двор и дали по ней залп. Двое сыновей пали замертво, мать была ранена, остальные вбѣжали в квартиру и попрятались. Через нѣсколько минут вошла другая банда и разстрѣляла остальных; пробовали при этом штыками — дѣйствительно-ли тѣ умерли и стрѣляли под кровать на случай, если туда кто-нибудь спрятался… Солдаты ходили также по амбарам и втыкали штыки в сѣно, чтобы узнать не спрятан-ли там кто-нибудь. Многiе, дѣйствительно, попрятались в сѣно и оказались таким образом заколотыми. Возможно, что в стогах сѣна лежит много мертвых тѣл.

Отдѣльныя сцены погрома.

Не всякiй имѣл счастье быть убитым сразу на мѣстѣ. Во многих случаях партизаны пытали свои жертвы, раньше чѣм их убить, и издѣвались над ними. В одной семьѣ состоятельнаго, виднаго еврея солдаты перед тѣм, как убить его, требовали большую сумму денег. Послѣ этого там застали слѣдующую картину: одна дочь, дѣвушка, лежала с разбитым черепом, двѣ младших стояли на колѣнях с распростертыми руками; их, очевидно, убили, когда онѣ умоляли разбойников подарить им жизнь; отец лежал буквально изрѣзанный на куски, а мать сидѣла на стулѣ против зеркала, и в ея мертвом рту торчал цветок…

У одной матери на глазах убили троих ея сыновей; ей-же партизаны совершенно спокойно об'явили:

— Тебя не тронем; мы к тебѣ завтра обѣдать придем, готовься.

И они сдержали слово, нѣсколько дней подряд мать кормила обѣдами убiйц своих трех сыновей.

Через нѣсколько дней послѣ рѣзни солдаты приходили ѣсть в дома, гдѣ оставшiеся в живых узнавали в них убiйц своих отцов, матерей, братьев, сестер и дѣтей. Солдаты это спокойно выслушивали и продолжали ѣсть.

…Раввина (Berele der Row), почти семидесятилѣтняго старика, потащили на городскую площадь, куда привели еще нѣскольких мѣстных еврейских обывателей, находившихся в тюрьме. На площади раввина и других евреев выставили в ряд и разстрѣляли.

…Нѣкоторыя тѣла найдены с отрѣзанными руками, ногами или другими частями тѣла, с выкотлотыми глазами…

Раненые не могли получить медицинской помощи, так как выйти на улицу нельзя было; там хватали евреев и разстрѣливали на мѣстѣ. Если-же кому-нибудь и удавалось довести раненаго до городской больницы, то тут-же около его задерживали и убивали.

Рѣзня происходила исключительно среди евреев. Кромѣ евреев разстрѣляли только офицеров Батуринскаго полка и украинскаго комиссара Дрозда. Мирное-же христiанское населенiе не пострадало. Никто из христiан не хотѣл впустить к себѣ и скрыть от убiйц ни одного еврея, даже близкаго знакомаго. Временный общественный раввин, служащiй Соединеннаго банка, спрятался с женой и двумя дѣтьми в помѣщенiи банка; его сослуживец-христiанин выдал его. Раввина потащили «в Совѣт» и по дорогѣ закололи, жену тоже убили; дѣти-же остались живы. Вообще убивали многих на улицах, когда их вели будто под арест, или когда кто-нибудь пытался бѣжать из города. Кiево-Московская улица, гдѣ находится Совѣт, вся залита кровью. В городском саду найдено 40 трупов. На одной желѣднодорожной станцiи возлѣ Глухова вывели из вагона 8 евреев, изрѣзали на куски и тут-же, у полотна дороги, похоронили.

В нѣкоторых случаях удалось откупиться за деньги…Среди тѣх, которые не могли дать за себя выкуп, не дѣлали никаких различiй. Так, убили нѣскольких евреев — бывших солдат, которые в настоящую войну получили Георгiя. Не щадили также ни женщин, ни стариков, ни дѣтей, хотя партизаны говорили, что они ищут молодых людей.

Рѣзня длилась весь день 22-го февраля и всю ночь на 23-ье. Потом лишь по городу расклеили воззванiе от Совѣта:

«Красногвардейцы, довольно крови!»

Массовая рѣзня прекратилась и начался погром, длившiйся 2 дня подряд. Ограбили до чиста всѣ еврейскiя квартиры и лавки. В погромѣ принимали участiе и сами большевистскiе комиссары. Крестьяне нагрузили свои подводы еврейскими товарами и еврейским добром и отвезли к себѣ в деревни. Кромѣ того, крестьяне обобрали всѣ трупы, сняли с них все, что имѣло цѣнность, и голыя мертвыя тѣла бросили на еврейском кладбищѣ. В Совѣт призвали служащих погребальнаго братства и приказали похоронить убитых. На похоронах не было ни одного мужчины из оставшихся в живых, так как на улицѣ еще разстрѣливали. Только женщины пришли на кладбищѣ к погребенiю. Всего похоронили приблизительно 140 человѣк, но надо полагать, что не всѣ трупы найдены[287]. Кромѣ того стало извѣстно, что в окрестных деревнях вырѣзали всѣх евреев, но не хотели выдать их трупы. Евреев, ѣхавших за трупами, разстрѣливали.

…Послѣ рѣзни на город наложили контрибуцiю в 300.000 рублей, несмотря на то, что послѣ погрома всѣ обнищали. Перед Пасхой комиссар Пильченко потребовал, чтобы евреи внесли ему 10.000 рублей, иначе повторится рѣзня. Деньги были внесены.

Во время рѣзни была повреждена синагога, разодраны свитки Торы и книги.

Со времени рѣзни прошло уже 7 недѣль, а жизнь евреев все еще висит на волоскѣ. Город как будто вымер. Никого не выпускают… Все еврейское населенiе чувствует себя приговоренным к смерти; оно одиноко, безпомощно и отрѣзано от других еврейских общин.

…В заключенiи — один маленькiй штрих.

Партизан, павших в бою с милицiей, торжественно похоронили в центрѣ города и на могилах водрузили красное знамя с надписью:

«Да здравствует Интернацiонал!»

«Unser Togblat» (Петроград) № 48, от 19-го апрѣля 1918 г.

III.

Под страхом погрома.

«Письмо».

«Письмо написано 10-го (23-го) апрѣля 1918 г. в деревнѣ Глинная мѣстным евреем, который во время массовой еврейской рѣзни, устроенной в Глуховѣ побѣдоносными большевистскими партизанами, вмѣстѣ со своими родными бѣжал из Глухова в ближайшее мѣстечко Алтухов. В тот момент, о котором идет рѣчь в началѣ письма, Глухов и ближайшее к нему мѣстечко Середина Буда (евреи его называют «Ди Бойд»), расположенное у ст. Озерово, заняты нѣмцами. Бѣжавшiе из Глухова туда вернуться не могут, и они странствуют, гонимые ужасом и горем.

Вот это письмо.

«Дорогой брат Ш.-Д., дорогая сестра Р.

…Послѣ пережитых нами шести дней мы сегодня впервые раздѣлились и пролежали всю ночь, и хотя не спали, но провели гораздо спокойнѣе, чѣм предыдущiя ночи, так как здѣсь уже не слышно стрѣльбы. И вот теперь, когда на душѣ немного спокойнѣе, я хочу описать вам болѣе или менѣе подробно все происшедшее с нами за послѣднiе дни.

В прошлую среду, 4-го[288], я пошел на вокзал. В Алтухов прибыл эшелон красногвардейцев из тѣх, что бѣжали из Глухова при наступленiи нѣмцев. Когда поѣзд остановился, из вагонов вышли всѣ разбойники. Хотя и пора было привыкнуть к ним, — они вѣдь теперь повсюду, куда не повернешься, — все-же при видѣ их у меня екнуло сердцѣ… С этим поѣздом проѣхал из Буды[289] кузен Якова. Я стоял с ним и разговаривал; он мнѣ передал, что Глухов уже занят. В это время к нам подошел один из разбойников с пьяными на выкат глазами, которых я испугался раньше, чѣм тот стал разспрашивать нас: кто мы. В ту минуту я не был в состоянiи отвѣтить, но кузен Яков был увѣреннѣе в себѣ — он, вѣдь, носит солдатскую форму — и отвѣтил, что мы мѣстные. Тогда тот стал говорить: «Что дѣлать с вашим братом?» В Глуховѣ евреи будто стрѣляли в них и выдали их нѣмцам, и за это, мол, многих из них разстрѣляли, — а виноваты всѣ евреи… Разбойник пошел в зданiе вокзала, отдал какiе-то распоряженiя, и сейчас-же началась стрѣльба и паника. Бѣжать было поздно, к тому же я не был в состоянiи тронуться с мѣста. Но кузен Якова повел меня (слава Богу!) на станцiю. Но и там было неспокойно; я замѣтил, что нѣкоторые христiане спрятались в телеграфной конторѣ, я тоже зашел туда. Один из телеграфистов обратился ко мнѣ с вопросом: «Чего тебѣ здѣсь надо?» Что мнѣ было ему отвѣтить?.. Он выгнал меня, и тогда только я почувствовал, что я еврей.

…Вечером распространился слух, что на станцiи будет бой, так как там остановились три эшелона дезертиров с фронта, а из Брянска прiѣзжают партизаны, чтобы наказать дезертиров. Одновременно мы услышали «прiятную» вѣсть о том, что в Будѣ уже был настоящiй погром, что там избили и ограбили многих евреев, но кого — неизвѣстно…

…В четверг утром к нам прибѣжал знакомый (христiанин) и сказал, чтобы никто на вокзал не ходил, так как там спрашивают, нѣт ли здѣсь евреев. Мы всѣ замерли, только Яков еще храбрился. Но Эстер (жена Якова) стала неузнаваема, и мы отвели ее с дѣтьми к крестьянину. Через час нам сообщили, что на станцiи стрѣляют, и мы рѣшили прятаться. Мы сняли у крестьянина квартиру для ночлега.

Вечером мы тайком, огородами отправились на нашу квартиру, но пока мы пришли там уже раздумали и не хотѣли нас впустить на ночлег, боясь за себя. Тогда мы отправились искать ночлега в другом мѣстѣ. Мы пошли прямо в лѣс, отошли нѣсколько верст от деревни, подошли к одной сторожкѣ и попросили сторожа взять с нас сколько хочет, но пустить на ночлег. Он отвѣтил, что ни за какiе деньги не впустит, так как к нему уже приходили спрашивать, нѣт-ли у него евреев… Никакiя мольбы не помогли, и мы отправились обратно в деревню. Эстер, правда, хотѣла остаться ночевать в лѣсу, но это вѣдь было также небезопасно. Тогда Яков пошел искать другую квартиру, а мы остались ждать, пока он вернется. Он сказал нам, что мы должны переждать в лѣсу, пока хорошенько не стемнѣет, и тогда мы отправимся на новый ночлег. Он нанял также трех крестьян за четыреста рублей, чтобы они нас стерегли пока минет бѣда. Вы можете себѣ представить наше настроенiе!

Когда совсѣм стемнѣло, мы отправились на квартиру. Да, я совсѣм забыл упомянуть, что когда мы шли искать ночлега, за нами в деревнѣ бѣжали всѣ, от мала до велика, указывали пальцами и смотрѣли, как на звѣрей. Говорили: «Жиды прячутся». О, как горько и больно слышать это и молчать. За что?..

Но вот, слава Богу, мы на новой квартирѣ. Одна маленькая комнатка, хотя и чистая, но холодная, совсѣм без печи. Кругом иконы. Мы — усталые, разбитые, цѣлый день без пищи. Обѣд дома остался в печи, и мы в чем были бѣжали, оставив квартиру на произвол судьбы. Мы всѣ разсѣлись в темнотѣ, так как боялись зажечь огонь. Дѣтей, которых прислуга очень любила, она забрала к своим родителям; прятаться с ними вмѣстѣ все равно было невозможно: дѣти, и к тому избалованныя.

…Но это еще ничего. Мы пришли к заключенiю, что оставаться всѣм на одной квартирѣ нецѣлесообразно. Сонечка с Крейной ушли поэтому на квартиру, гдѣ помѣщается контора Якова, а мы остались здѣсь. Слышно было только, как по улицѣ проходят пьяные солдаты и говорят, что будут грабить и убивать, и, кромѣ этого, идет стрѣльба. Так мы просидѣли в муках до 5-ти часов дня. Якову надоѣло сидѣть на одном мѣстѣ и он пошел на почту узнавать новости. Прислуга зачѣм-то зашла домой и вдруг услышала стук в дверь. Подбѣжав к окну и увидя, что под'ѣхали верхом солдаты, она прибѣжала к нам и со слезами стала умолять, чтобы мы скорѣе убѣжали куда-нибудь, так как нас, навѣрное, пришли искать. Вы можете себѣ представить, как мы себя чувствовали в ту минуту. Соня и Крейна тоже были с нами. Мы ужасно растерялись Что дѣлать? Куда бѣжать? К тому еще Якова не было. Пойти искать его было опасно, так как можно было наткнуться на разбойников; бѣжать всѣм вмѣстѣ мы тоже боялись, а раздумывать долго нельзя было. Тогда Соня и Крейна убѣжали в лѣс в одну сторону, а я с Ривой и Эстер, собравшись с послѣдними силами, убѣжали в другую сторону лѣса.

Теперь представьте себѣ слѣдующую картину: мы бѣжим, а за нами бѣжит прислуга и слезно просит, чтобы Эстер забрала у нея своих дѣток, так как она боится держать их у себя, на нее обязательно донесут, что она прячет у себя еврейских дѣтей, и тогда, помилуй Бог, убьют и дѣтей, и всю ея семью. Но в эти страшные минуты Эстер не могла и не хотѣла думать о дѣтях, — как можно с такими дѣтьми бѣжать, особенно, если не знаешь, куда бѣжишь. Представляете ли вы себѣ, что мы тогда переживали! Прислуга бѣжала за нами и все умоляла; видя, что на ее мольбы не обращают вниманiя, она заявила, что все равно она их не будет держать у себя в домѣ и выгонит. Рива тоже стала просить (Эстер), чтобы она взяла с собою дѣтей, но та не хотѣла и рѣшила бѣжать одна, оставив дѣтей на милость Божiю.

И мы убѣжали, куда глаза глядят. Бѣжим втроем, всѣ заплаканные, а я чуть с ума не схожу, глядя на мертвенно-бледное, измученное лицо Эстер. Как ей должно быть тяжело бѣжать от своих дѣтей… На кого она их оставила!.. Гдѣ Яков, никто не знает, и Бог знает, что с ним. Вспоминая, как себя чувствовал тогда, я начинаю бояться за самого себя…

Мы обо всем забыли и только бѣжали, бѣжали… Два часа бѣжали, и все время слышна была стрѣльба. Так как нам пришлось идти по водѣ, я промочил себѣ ноги. Когда мы выбились из сил, Эстер с Ривой сѣли и заплакали, а я стал молиться «минхе», горько оплакивая наше положенiе.

…Теперь я на время прерву разсказ о себѣ — мы все еще в пути — и разскажу о Яковѣ и дѣтях. Прислуга нашла его и сказала, что мы убѣжали, тогда он пошел на квартиру и прислуга привела ему дѣтей. Всѣ крестьяне плакали, потому что они были увѣрены, что мы заблудимся. Тогда они всѣ (Яков с дѣтьми, прислуга и крестьяне) пошли в лѣс искать нас. Дѣтки всю дорогу плакали и кричали: «Гдѣ наша мама?» Один Бог мог услышать их плач, и Он, видно, услышал. 20 часов мать не видала своих дѣтей. Все время они кричали и искали нас. Но в поисках за нами они устали и, не найдя нас, вернулись обратно…

А мы все шли, ничего не вѣдая; это было в пятницу вечером, когда уже пора было готовиться к субботѣ. Вдруг мы увидѣли дома. Мы обрадовались и стали приближаться, но, подойдя совсѣм близко, увидѣли перед собой рѣку, которую нельзя было перейти. Я было рѣшил, чтобы мы сняли обувь и пустились в брод, но здѣсь Бог указал нам дорогу: мы увидѣли кладку и по ней перешли. Мы зашли в ближайшiй дом. Оказалось, что мы попали на противоположный берег Алтухова… Нам удалось уговорить хозяев (крестьян), чтобы они нам разрѣшили переночевать…Мы остались с домохозяином и его братом. Они приняли меня очень хорошо, дали сдѣлать «кидуш» и предложили поужинать. Но я был пресыщен пережитыми страданiями… Здѣсь мы тоже не раздѣвались; я опять провел безсонную ночь и, увидя разсвѣт, благодарил Бога…

На полпути нас нагнала христiанская дѣвочка и сказала, чтобы мы вернулись, так как раз'ѣзжают солдаты и стрѣляют. То же сказала нам и подошедшая баба. Я спросил ее, как же она расхаживает так свободно и не боится стрѣльбы; она отвѣтила, что «нас не трогают, а ищут только вашего брата». Мы поняли, что она узнала в нас евреев. Мы вернулись обратно; ноги отказывались двигаться, но я пошел и даже побѣжал. Три дня без сна, без пищи, не мывшись… И снова мы пришли назад, на третью квартиру, и как мнѣ ни было тяжело, но я должен был сознаться, что боюсь итти. И мнѣ стало очень обидно: за что нам такiя мученiя? Здѣсь живет много поляков, попадаются иногда и нѣмцы, — никого не трогают, и только евреев мучают и преслѣдуют со всѣх сторон…

…В воскресенье на улицах проходило много пьяных. Мы всѣ сидѣли дома и, успѣв уже привыкнуть к нашей горькой участи, немного успокоились. Мы надѣялись только на Бога и молили, чтобы скорей пришли н. (нѣмцы), и тогда мы, с Божьей помощью, оживем, потому что З. они уже заняли. Но, видно, не наступил еще конец нашим страданiям. В 9 часов вечера надвинулась новая черная туча. Прибѣжали люди, которых мы наняли для охраны, и сообщили нам новость, от которой потемнѣло в глазах. Из Глухова прибыли два крестьянина, которые ѣздили туда за хлѣбом и попали в плѣн. Они — гои! — вырвались из плѣна, прибѣжали домой, собрали группу крестьян и разсказали, будто евреи в Глуховѣ им отомстили и сильно их избили, поэтому нужно вырѣзать и ограбить всѣх евреев… Представляете ли вы себѣ, каково нам стало на душѣ… К великому несчастью даже Яков растерялся, от страха у него зуб на зуб не попадал, и он не мог выговорить ни слова. Но Бог сжалился над его малыми дѣтьми и над нами всѣми: Яков пришел немного в себя, распорядился, чтобы запрягли нашу лошадь, нанял еще одну подводу, велѣл забрать, что можно из вещей, и в 12 час. ночи мы всѣ поѣхали в деревню, расположенную в 17 верстах от Алтухова. До того Яков нашел другую квартиру, гдѣ можно было просидѣть эти нѣсколько часов до от'ѣзда, чтобы нас никто не замѣтил, так как здѣсь оставаться было опасно.

В 10 часов мы отправились на новую — четвертую — квартиру. Здѣсь мы почувствовали себя еще хуже, хотя нас приняли очень хорошо; нас положили прямо на пол, накрыли тряпками, потушили свѣт и велѣли немедленно уснуть. Яков сейчас же и уснул. Я-же и на сей раз не мог спать и лежал в большом нетерпѣнiи, пока не прибыли подводы. Мы под'ѣхали за дѣтьми и забрали их спящими с собой. Печальная это была картина, когда сонных дѣтей надо было одѣвать. Даже желѣзные крестьянскiе нервы не выдержали этого зрѣлища, и присутствовавшiе при этом мужики прослезились. Когда в час ночи вынесли соннаго Нисенку, он спросил: «Куда вы меня несете, вѣдь стрѣляют!»…

Дѣтей всѣх размѣстили спящими, стоявшiе при этом мужики и бабы плакали, особенно плакала прислуга. Четыре мужика провожали нас, пока мы в'ѣзали в лѣс, потом они вернулись, а мы поѣхали одни.

…Мы проѣхали всю ночь и прибыли в деревню в понедѣльник, в 6 часов утра. Но не успѣли мы отдохнуть, как прибыла новая вѣсть: к хозяйкѣ дома, гдѣ мы остановились, пришла баба из ближайшей деревни (12 верст отсюда) и разсказала слѣдующее: в их деревнѣ об'явили, что кто впустит к себѣ еврея будет убит вмѣстѣ с семьей. Хозяйка позвала Эстер и сказала: «Прошу тебя, ищи себѣ другую квартиру, я боюсь вас держать у себя». К счастью, хозяин, прослужившiй много лѣт у евреев, был добрым человѣком и заявил, что не боится и что мы можем остаться. Мы послали в Алтухов нарочнаго, чтобы он принес нам вещи из нашей квартиры. Он вернулся и кое-что принес. Оказалось, что до сих пор там спокойно и никого не трогали. Возможно, что мы напрасно испугались и так настрадались и еще теперь мучаемся… Бог знает, как долго это может продолжаться…

Ваш брат Моисей».

«Unser Togblat» №№ 64, 65 и 66, средина мая 1918 г.

IV.

Погром в Новгород-Сѣверскѣ.

(Доклад комитета помощи пострадавшим).

«Совѣту Кiевской еврейской общины.

Докладная записка.

Напряженное состоянiе населенiя г. Новгород-Сѣверска началось еще при пребыванiи в нем большевиков — 3-го и 8-го артиллерiйских дивизiонов. В январѣ 1918 г. ими были разгромлены 2 аптекарских магазина и обувной склад Ссудо-сбергательнаго товарищества. И хотя их дѣйствiя не носили специфическаго антисемитскаго характера, но пострадали преимущественно евреи. В началѣ марта прибыл первый отряд матросов. С их появленiем начались безпрерывныя обыски у всѣх граждан. Под предлогом поиска оружiя врывались в квартиры обывателей и забирали все цѣнное, что попадалось на глаза. В то время ими была наложена на город контрибуцѣя разновременно на сумму около 170-ти тысяч рублей. В концѣ марта вступил в город отряд, под командою матроса Берети, отступавшiй на Брянск. Этим отрядом была наложена на город контрибуцiя в 750 тысяч, но послѣ переговоров согласились получить 230 тысяч руб. Это было 30-го марта. В тот же день отдѣльныя группы отряда ходили по домам, преимущественно еврейским, требовали денег и цѣнностей. 31-го марта отряд уѣхал, захватив с собой всю наличность казначейства со всѣми цѣнностями, которыя там находились, пароход и двѣ барки, на которыя все нагрузили, и уѣхали по направленiю к Брянску. Власть в городѣ была передана начальником отряда Берети мѣстному профессiональному союзу, что было зафиксировано, причем было указано, что если послѣ ухода отряда появятся отдѣльныя группы, считать их самочинными, приказы их незаконными, и таковыя подлежат разоруженiю.

Послѣ ухода отряда Беретти в городѣ (из отряда) осталось нѣсколько человѣк, к ним присоединилось из Сумского отряда нѣсклько, и образовалась группа в 35 — 40 человѣк, которая вознамѣрилась взять власть в городѣ в свои руки. 2-го апрѣля они из города перешли на вокзал. В городѣ носились слухи, будто замышляется еврейскiй погром. Вечером 2-го было устроено совѣщанiе из представителей профессiональнаго союза, городского самоуправленiя и нѣскольких офицеров, на котором послѣ долгих споров, незначительным большинством голосов, было постановлено, в виду малочисленности группы бандитов и их подозрительнаго поведенiя, согласно постановленiю в актѣ передачи власти, разоружить их. С этой цѣлью отряд, организованный профессiональным союзом, ночью подошел к вокзалу. Послѣ непродолжительной перестрѣлки банда отступила к Горбовскому мосту. 3-го утром городская самооборона начала арестовывать подозрительных личностей, человѣк 15 — 18, и начала подготовляться к отраженiю ожидавшагося наступленiя со стороны прогнанной вооруженной банды. В городѣ была сильная паника. Всѣ боялись мести со стороны прогнанной банды в случаѣ полученiя ими подкрѣпленiя. Примѣр Глуховской рѣзни сильно безпокоил всѣх, как русское, так и еврейское населенiе, но, конечно, евреев в особенности.

И дѣйствительно: банда, получив небольшое подкрѣпленiе, в полдень повела наступленiе со стороны Горбовскаго моста. К вечеру городская самооборона, не выдержав наступленiя непрiятеля и побросав большею частью оружiе, разбѣжалась, и город остался совсѣм без защиты. Но получив тревожное извѣстiе о приближенiи нѣмецких войск, банда в город не зашла и бѣжала. Во время перестрѣлки была первая еврейская жертва — был убит молодой человѣк Случек. Слѣдует отмѣтить, что тюрьма, в которой содержались арестованными подозрительные 15 — 18 человѣк, никѣм не охранялась, и вечером 3-го, когда самооборона разбѣжалась, они были освобождены одним русским обывателем, в настоящее время арестованным. Несомнѣнно они сыграли большую роль в послѣдующих событiях.

4-го и 5-го прошли сравнительно спокойно. 6-го утром прiѣхал нарочным еврей, Гуревич Нисон, с извѣстiем, что приближается большой отряд большевиков, которые говорили крестьянам, что ѣдут в город вырѣзать всѣх евреев. Сообщенiю Гуревича, к несчастью, никто не придал особаго значенiя, и почти всѣ остались на мѣстах. Около 10-ти часов вечера явились два развѣдчика, которые выдали себя за украинцев, и выстрѣлами в воздух разогнали всѣх собравшихся в базарный день крестьян. Они под'ѣхали к стоявшим милицiонерам с криком: «Мерзавцы, бросайте оружiе, рѣжьте жидов» и раз'ѣхались по улицам с криком: «Бей жидов». Около помѣщенiя милицiи член земельнаго комитета Украинченко пытался усовѣщевать их, за что был тут же на мѣстѣ разстрѣлян. Вскорѣ начали входить со всѣх сторон города главныя силы большевиков, и тогда началась рѣжня и погром.

Жестокость и безпощадность бандитов не поддается описанiю. В большинствѣ случаев было, что дѣтей убивали на глазах у родителей, а отцов на глазах у жен и дѣтей. Не считаясь с возрастом, полом и классовым положенiем; если только еврей, то убивали. Были случаи, когда русскiе и евреи находились вмѣстѣ тогда русским приказывали отойти в сторону, а евреев тут же убивали. Были случаи, когда пойманных евреев выстраивали в шеренгу, приказывали готовиться к смерти, потом отпускали и опять строили, повторяя так нѣсколько раз, чтобы больше насладиться предсмертными муками и униженiем обреченных. Почти всѣ убiйства сопровождались ограбленiем жертв. Было нѣсколько случаев, что, забрав деньги, послѣ долгих упрашиванiй и мольб, предварительно надругавшись и издѣваясь над своими жертвами, потом дарили им жизнь. Прятались, кто куда мог. Многiе спустились в окружающiе город рвы и направились в близлежащiя деревни. И если кому удавалось незамѣченным пройти мимо бандитов то, попадая в деревни, все-же не удавалось укрыться, так как крестьяне очень враждебно встрѣчали спасавшихся бѣгством, ссылаясь на приказ, воспрещающiй под страхом смертной казни принимать евреев. Было даже нѣсколько случаев убiйств в селах. Такое-же отношенiе большинства крестьян было и к бѣжавшим из города 3-го апрѣля.

В городѣ рѣзня продолжалась до 3-х часов. В три часа банда, боясь приближенiя нѣмецких войск, боясь, что им могут отрѣзать единственный свободный путь отступленiя, с большой поспѣшностью оставила город. И если бы не эта поспѣшность и боязнь за собственную участь, то в городѣ не осталось бы никого в живых. Разгром продолжался мѣстными крестьянами из Заручья, Рѣшетиловки и Покровщины до ночи. За день убитыми оказалось 64, а раненными 10 евреев.

7-го утром явился отряд Шостенских рабочих, а к 10 часам утра вошел нѣмецкiй отряд. Пробыв в городѣ до 4-х часов, нѣмецкiй отряд, несмотря на просьбы всѣх горожан и на беззащитность так ужасно пострадавшаго города, не остался, ссылаясь на имѣющiйся у них приказ, и ушел. И за ними слѣдом потянулось, как в дни великаго исхода из Египта, почти все еврейское населенiе города. 8-го утром город был окончательно занят нѣмецкими войсками, водворился порядок, и евреи вернулись в свои покинутыя жилища. Тогда начался ужас в деревнѣ. Всѣ евреи, жившiе в селах и деревнях, лежащих на пути отступленiя большевиков к Погару, подверглись разгрому. Особенно сильно пострадало мѣстечко Гремяч, гдѣ убитыми оказалось 15 евреев и всѣ разгромленными. Погромное настроенiе раскинулось по всему уѣзду, и всѣ евреи, оставив на произвол судьбы все свое состоянiе, имущество и, за рѣдкими исключенiями, даже домашнюю утварь, бѣжали в город. Убитых в уѣздѣ оказалось 24 еврея и раненной 1 женщина. И до послѣдняго времени отдѣльныя банды продолжают безчинствовать в предѣлах уѣзда.

Вот это вкратце исторiя погрома в Новгород-Сѣверскѣ. В результате оказалось убитыми 88 евреев и тяжело раненными 11 человѣк. Разгромлено товару и имущества на сумму свыше 3-х миллiонов рублей и оставлено на произвол на сумму около 1-го миллiона»…

(Конец доклада посвящен сообщенiю о мѣрах помощи пострадавшим).

Комитет по оказанiю помощи пострадавшим от погрома 6 (19) апрѣля 1918 года в Новгород-Сѣверскѣ.

Предсѣдатель (подпись).

Члены (подписи).

Из архива Кiевской евр. общины (1918 г.).

V.

Разоруженiе еврейских дружин в Екатеринославѣ.

(март 1918 г.).

…«Война с буржуазiей» — это был единственный лозунг нашего большевистскаго «Совѣта рабочих депутатов». И проводили они этот лозунг путем разоруженiя всѣх еврейских боевых дружин: дружины «Об'единенных соцiалистов», «Бунда», «Союза евреев-воинов» и друг., которыя, по убѣжденiю мѣстных большевиков, ставили себѣ одну цѣль — защищать буржуазiю.

При разоруженiи еврейских боевых дружин большевики шли рука об руку с так называемыми «анархистами и максималистами», которые были самыми заядлыми врагами еврейских соцiалистических боевых дружин.

Таким образом, однажды, в субботнiй день мы увидѣли по екатеринославскому проспекту отряд, вооруженный всѣми родами оружiя (артиллерiя и кавалерiя), который направлялся к зданiю, гдѣ помѣщалась дружина «Об'единенных». Во главѣ отряда шли мѣстные анархисты и представители военно-революцiоннаго штаба.

Зданiе упомянутой дружины было без всякаго предупрежденiя обстрѣляно из пулеметов. Отношенiе большевистских, соцiал-коммунистических бойцов к еврейским соцiалистам во время уполмянутаго разоруженiя было чисто хулиганское. «Жид», «контр-революцiонер», «бѣлогвардеец» были самыми деликатными выраженiями. Каждую минуту можно было ждать разстрѣла всей дружины до одного человѣка. Но нѣкоторые видные большевики из военно-революцiоннаго штаба ходатайствовали кое-как у «высоко-революцiонизированных» красногвардейцев, чтобы на этот раз ограничились лишь тѣм, что разоружат дружинников и отпустят их с миром.

При разоруженiи дружины «Об'единенных» был убит дружинник, тов. Еворович, нѣкоторые товарищи были ранены.

В тот-же день были разоружены дружины «Бунда», «Поалей-Цiон» и «Союза евреев-воинов».

Трудно описать страх и ужас, об'явшiй мѣстное населенiе вообще и евреев в частности: если «защитники» буржуазiи устранены, — с буржуазiей можно дѣлать, что угодно.

И стали грабить буржуазiю.

…Это в концѣ концов зашло так далеко, что Совѣт должен был признать, что разоруженiе еврейских дружин было слѣдствiем провокацiи, и снова был издан приказ о вооруженiи всѣх дружинников».

«Naie Zait», № 58, от 12-го апрѣля 1918 г., корреспонденцiя из Екатеринослава: «Большевистское владычество и вступленiе гайдамаков и нѣмцев».

VI. Перiод гетмана и нѣмецкой оккупацiи

(май — декабрь 1918 г.)

I.

Гетманскiе администраторы на мѣстах.

1.

…«Когда Директорiя организовала возстанiе против гетмана, и еврейскiя соцiалистическiя партiи, считая политику гетманскаго правительства гибельной для широких народных масс, отнеслись сочувственно к новому республиканскому движенiю, то Волынскiй губернскiй староста С. В. Андро, пригласив к себѣ президiум еврейской общины, в лицѣ Я. А. Шпильберга, Н. М. Эвенчика (не имѣвших ничего общаго с соцiалистическими партiями) и Я. О. Розенблата и, приняв их крайне грубо, заявил им в присутствiи многих свидѣтелей: «В Бердичевѣ сволочная еврейская молодежь разстрѣливает офицеров-добровольцев, борющихся с большевиками (т. е., очевидно, с войсками Директорiи). Передайте населенiю, что я больше этого не потерплю: за малѣйшее большевистское выступленiе евреев я залью Житомiр еврейской кровью». (Показанiя члена Трудового Конгресса П. М. Дзевалтовскаго, Я. О. Розенблата и Е. Б. Эльясберга, т. I, лл. 124 — 128, 68 — 73 и 89 — 91).

Угрозы Андро имѣли своим результатом то, что не только еврейская демократiя, но и еврейская буржуазiя, экономически заинтересованная в торжествѣ гетманскаго режима, имѣвшая в составѣ гетманскаго правительства своего представителя (министра торговли и промышленности С. М. Гутника), измѣнила свое отношенiе к правительству гетмана и встрѣтила занятiе войсками Директорiи Житомiра почти благожелательно. Еврейская-же демократiя встрѣтила войска Директорiи с чувством радости, а когда в Житомiрѣ произошли вооруженныя столкновенiя между нѣмцами и войсками Директорiи, оказала ей ряд услуг, укрывая солдат армiи Директорiи и тайно снабжая их, с опасностью для жизни, продовольствiем».

Из Заключенiя слѣдственной комиссiи по дѣлу о первом и втором погромах в Житомiрѣ, гл. I в архивѣ редакцiи (матерiалы о житом. погромах).

2.

«Елисаветградскiе газеты опубликовали слѣдующую телеграмму Пищевича, бывшаго губернским комиссаром Херсонщины в гетманскiе дни:

«Сборная. 5 городов Херсонской губернiи 118-а. По свѣдѣнiям департамента варты в связи с миром замѣчается агитацiя евреев среди германских войск об уходѣ полков. Примите мѣры к выясненiю лиц, которыя замѣчаются в постоянном стремленiи вращаться среди солдат, и при наличiи данных сообщите о них мнѣ и военному командованiю. Пищевич. 29-го Октября. № 458».

Из «Евр. Мысли», № 8, от 21-го февраля 1919 г.

II.

Антисемитизм оффицiальной прессы.

(из ст. газ. «Видродження» о нацiональных меньшинствах).

В первой части статья слѣдующим образом характеризует евреев: «Экспансивные, подвижные, жадные, с лихорадочными руками и глазами», «народ, всюду вызывающiй против себя ненависть», «каждому власть имущему заглядывающiй в глаза». Затѣм во второй части слѣдует:

…«Украинское государство явилось для евреев неожиданностью, которая откуда-то выплыла; евреи этого не предвидѣли, не взирая на их необычайную способность пронюхивать всякую новость. Они привыкли жаться к сильному; украинскiй-же народ никогда им сильным не казался; народ без языка, без культуры, без власти — и вдруг он поднимается на высоту государственнаго существованiя.

Есть чему удивляться. Евреи еще не освободились от всего этого, еще не уяснили себѣ своей орiентацiи и не вышли еще из состоянiя русско-державной инерцiи. Они ведут агитацiю против украинской самостiйности, подчеркивают свое знанiе русскаго языка, игнорируют факты украинской государственности и стараются вернуть старый, привычный порядок.

В Кiевѣ евреи были первыми в руководствѣ возстанiем большевиков и в партизанской войнѣ. Поэтому злоба противной стороны и обрушилась главным образом на их голову. Ненависть к ним страшно возросла, их разстрѣливали безпощадно; даже соцiалистическiе элементы заразились антисемитизмом.

Там, гдѣ строится украинская государственность, там евреев, как активных работников нѣт; там-же, гдѣ она разрушается, — там евреи работают очень усердно. Им было необходимо разрушить самостоятельную Украину, им нужна Великая Россiя. Они остались вѣрны себѣ и слѣдовали своему инстинкту, разрушая власть украинскаго народа. Так и должно быть, если исходить из еврейской нацiональной точки зрѣнiя. Но это не умаляет отрицательнаго к ним отношенiя. Они должны стать совершенно нейтральными, не вмѣшиваться в дѣло эмансипацiи украинскаго народа; если-же они открыто выступают против, то пожнут то, что они посѣяли. В борьбѣ двух больших территорiальных народов проиграет москофильство и проиграет еврейство. Евреи были на сторонѣ поляков, когда мы с послѣдними воевали, и за это дорого поплатились. Исторiя дает этому блестящiя иллюстрацiи. Теперь Украина воюет с Московщиной, и еврейство снова перешло в лагерь наших врагов. Заплатит оно и за это.

Живя компактными массами на Украинѣ, евреи связывают свою судьбу с тѣми, кто нас преслѣдует, — и факт этот порождает тот новый антисемитизм, который так нервирует евреев и вызывает их недоумѣнiе».

Цит. по газ. «Naie Zait», № 98, от 1-го iюня 1918 г.

III.

Украинская демократiя и отношенiе к евреям.

Воззванiе Нацiонально-Державнаго Союза «К нѣмецкому народу»

(извлеченiе; перев. с украинск.).

…«По мѣрѣ того, как нѣмецко-австрiйско-украинскiя войска выгоняли из Украины московскiя орды, стала сильно возрастать ненависть к украинскому народу у тѣх, кто этим ордам радовался, кто ненавидѣл идею Украинскаго Государства, кто в неволѣ украинскаго народа видѣл свою выгоду. Великороссы, евреи и польская шляхта узрѣли угрозу для себя в ростѣ украинской государственности и, безсильные вести открытую борьбу, они прибѣгли к тайным интригам. Это домашнiе враги украинскаго народа. В большевистско-московском набѣгѣ украинскiе великороссы узрѣли возврат своего нацiональнаго господства над украинским народом, возврат к единой Россiи, поэтому даже помѣщики-великороссы, боясь соцiальной программы большевиков, привѣтствовали возвращенiе господствующаго русскаго (московскаго) языка и московскаго кулака над Украиной. Еврейскiй народ, буржуазiя котораго уже цѣликом ассимилировалась по языку с русским, видит в отдѣленiи Украины территорiальное сокращенiе своей торгово-промышленной дѣятельности, а в нацiонально-культурном возрожденiи украинскаго крестьянина видит прямую угрозу своему положенiю давняго торговаго посредника. Еврейскiй народ жаждет единой Россiи и ненавидит украинскую самостiйность. Польская шляхта, владѣющая огромными помѣстiями на Украинѣ, недружелюбно относится к государственному возрожденiю украинскаго народа. Таким образом, об'единенные ненавистью к украинскому народу, великороссы, евреи и поляки видят свое спасенiе только в том, чтобы украинскiй народ поссорить с нѣмецким. Сигнал к этому подали представители русской и еврейской демократiи, которые на правах членов Центральной Рады засѣдали в Малой Радѣ и вносили безконечные запросы. Раздувая иные незначительные поступки нѣмецкаго войска и придавая поступкам этим первостепенное государственное значенiе, они систематически и сознательно провоцировали украинско-нѣмецкiя отношенiя. А тѣм временем и русско-еврейская буржуазiя начала нашептывать против украинскаго народа, увѣряя нѣмцкое командованiе, что украинскiй народ не имѣет зрѣлой интеллигенцiи, что весь народ состоит из простонародья, дикаго и некультурнаго. Русско-еврейская буржуазiя, указывая на состав Центральной Рады, увѣряла, что других культурных людей, кромѣ тѣх, что засѣдают в Центральной Радѣ, украинскiй народ совсѣм не имѣет. С другой стороны, великороссы и евреи косвенно и непосредственно увѣряли украинскаго крестьянина, что Центральная Рада продала Украину нѣмцам, что нѣмцы пришли за тѣм, чтобы вернуть землю панам, не допустить никаких политических и соцiальных реформ, чтобы поработить Украину или при случаѣ заплатить ею Англiи, Францiи и Россiи».

Из кн. П. Христюка «Замiтки i матерiали до iстроii укр. революцii 1917 — 1920», т. III, стр. 66 — 67.

IV.

Лѣвая украинская пресса и погромы.

«Надо остановиться».

(ст. газ. «Боротьба», орган укр. с.-р.).

…«Какую еврейскую газету теперь ни открыть, раньше всего бросается в глаза тот факт, что дня не проходит, чтобы не было статьи о текущем моментѣ на Украинѣ.

Во всѣх этих статьях чувствуется очень большое безпокойство.

Почти всѣ онѣ говорят о злодѣянiях, происходящих теперь на Украинѣ.

На мѣстах не поняли, что означает твердая власть, к которой правительство стремится.

Мѣстное «начальство» думает, что это означает «бить и рѣзать без разбору».

И эту твердую власть раньше всего испытали на себѣ еврейскiя спины.

Началось то, что даже во времена Николая считалось величайшим позором.

Введено было тѣлесное наказанiе розгами.

Наказывают не по суду, не по закону, а просто… розгами… Тот еврей «большевик» — ему слѣдует дать 25 ударов, а та — «большевичка» — ей надо дать меньше, она вѣдь женщина.

И началось то, что бывало в «доброе старое время».

Ловят… кладут — и сѣкут…

Не знаю, насколько факты эти достовѣрны, но ими полна вся еврейская пресса.

И неудивительно, что такой орган, как «Naie Zait» зашел так далеко, что в отвѣт на террор, чинимый над евреями, призывает к такому же со стороны самих евреев. И неудивительно, что органы тѣх еврейских партiй и кругов, которые всегда шли с нами рука об руку, начинают оглядываться на нас с недовѣрiем.

Так дальше идти не может.

Надо положить конец дѣйствiям тѣх суб'ектов, которые, выдавая себя за украинцев, этими дѣйствiями позорят государство.

Надо раз навсегда положить конец дикости и позору, чинимым в провинцiи мѣстными «самодурами».

Нельзя допустить, чтобы какой-нибудь мѣстный «самодур» накладывал печать позора на все государство.

Тѣ, от кого это зависит, должны немедленно, не откладывая, прiостановить «охоту», начавшуюся в провинцiи на еврейское населенiе. Надо строго наказать тѣх, кто, как в былыя времена, хочет сдѣлать себѣ карьеру на нацiональных преслѣдованiях».

Цит. по «Naie Zait», № 59, от 13-го апрѣля 1918 г.

V.

Германское командованiе на Украинѣ и евреи.

1.

Запрос министру путей сообщенiя.

Сiонистская фракцiя внесла в апрѣлѣ в Центральную Раду слѣдующiй запрос министру путей сообщенiя:

«1) Извѣстно-ли министру путей сообщенiя, что на вокзалѣ ст. Кiев, у входа в информацiонное бюро германскаго желѣзнодорожнаго коменданта, вывѣшены рядом два нижеслѣдующих плаката на нѣмецком языкѣ: «Остерегайтесь воров» и «Остерегайтесь еврейских мѣнял»?

2) Если извѣстно, то какiе мѣры приняты министерством для устраненiя подобных, совершенно недопустимых плакатов, которыми лишь возбуждается и обостряется нацiональная рознь, а также огульно берется под подозрѣнiе цѣлая нацiональность?»

«Евр. Мысль», № 18, от 26-го апрѣля 1918 г. (запрос внесен М. Гросманом).

2.

Об'явленiе нѣмецкой комендатуры в Бѣлой Церкви.

Bekanntmachung.

Der Kommandantur ist gemeldet, daß ein großer Teil der jüdischen Bevölkerung, insbesondere die meisten jüdischen Händler, auf dem Markt und bei ihren Reisen auf das Land, gegen die ukrainische Regierung und die deutsche Besatzung schmachvoll agitieren und dem Landmann einzureden suchen, daß die Deutschen nach der Ernte den Bauern, das ganze Getreide ohne Bezahlung wegnehmen wollen.

Das ist eine ganz infame Lüge! Im Gegenteil! Die Deutsche Truppenmacht bemüht sich auf das eindringlichste, jedem Bauern die nötigen Mittel zu belassen, damit er ruhig und in Frieden seinem arbeitsreichen Beruf nachgehen kann. Das von ihnen nötig gebrauchte Getreide wirt seitens der deutschen Truppen dem Landmann pünktlich mit barem Gelde bezahlt. Die Deutsche Heeresverwaltung will Ruhe, Ordnung und insbesondere Sicherheit schaffen, damit jeder ungestört durch seine Nachbarn und unbehelligt seinen Boden bebauen und sein Handwerk ausüben kann.

Die deutsche Kommandantur ist unterrichtet über eine ganze Reihe von solchen jüdischen Friedensstörern. Sie wird unnachsichtlich gegen diese gefährlichen Individuen vorgehen, und macht darauf aufmerksam, daß diese gemeingefährlichen Personen durch ihr Gebahren sich der strengsten Strafe aussetzen, wenn sie durch ihre Wühlarbeit das willige Landvolk von ihrer ordnungsmäßigen Tätigkeit abbringen vollen.

Die Kreischefs und Gemeindevorsteher werden eindringlich gebeten, sofort die Namen dieser schädlichen Elemente hierher mitzuteilen, damit gegen sie auf das strengste eingeschritten werden kann.

Wer, wie diese jüdischen Händler, gegen die in der Ukraine befindliche deutsche Truppenmacht agitiert, gefährdet die Ernährung und die ordentliche Friendsarbeit des ukrainischen Volkes!

Der deutsche Bezirkskommandant Nikisch von Roseneck, Oberst.

K. St. Qu., den 18. Juli 1918.

(Русскiй текст см. на прилагаемом фотографическом снимкѣ, на стр. 311.)

Из архива редакцiи (отдѣл документов).

3.

Нѣмецкая комендатура и еврейская община в Бѣлой Церкви.

«В Еврейское министерство

Кiев.

21-го iюля н. ст. 1918 г. нѣмецкая комендатура в Бѣлой Церкви опубликовала об'явленiе к населенiю (на нѣмецком и русском яз.). Об'явленiе подписано окружным комендантом (Васильковскаго, Каневскаго и Таращанскаго уѣздов), полковником Никишем фон Розенэк.

В нем говорится слѣдующее (приводится полный текст вышеупомянутаго Bekanntmachung).

Еще до того, как об'явленiе это было расклеено, депутацiя из представителей Бѣлоцерковской городской управы и еврейскаго общиннаго совѣта обратилась в комендатуру с просьбой его не опубликовывать; депутацiей было при этом приведено много мотивов, один из которых, — что нацiональнаго раздѣленiя в данном случаѣ быть не должно и что указанiе лишь на одну часть населенiя — на еврейскую — здѣсь недопустимо. Представитель комендатуры, лейтенант Флет, заявил, что обращенiе это будет распространено в большом количествѣ экземпляров, так как евреи самые зловредные агитаторы против нѣмцев. Он обратился к депутацiи с просьбой начать агитацiю среди евреев в синагогах, чтобы они измѣнили свое поведенiе, перестали спекулировать и не агитировали против нѣмцев.

25-го iюля было созвано засѣданiе Бѣлоцерковскаго общиннаго совѣта, которое обсудило этот вопрос. Принимая во вниманiе, что такого рода об'явленiя возвращают еврейское населенiе к прежним временам, когда оно выдѣлялось в особую группу и на него возводились спецiальныя обвиненiя, совѣт Бѣлоцерковской общины единогласно постановил рѣзко протестовать против этого об'явленiя и протест этот переслать в центральные органы еврейской нацiональной автономiи, которые должны всесторонне этот документ оцѣнить и принять всѣ нужныя мѣры, чтобы об этом узнали как высшая власть, так и общественное мнѣнiе Украины и других стран».

Архив евр. министерства (1917 — 1918 гг.), донесенiе из Бѣлой Церкви.

Нѣмецкое об'явленiе в Смѣлѣ.

VI.

Австрiйское командованiе на Украинѣ и евреи.

1.

Циркуляр к раввинам.

K. u. K. 11. Kav. Brig. Kmdo.

908/4

Einfluß der Judenschaft auf die Mannschaft.

Alexandria.

An den Rabbiner

von…

Feldpost 436, am 25, August 1918.

Im Auftrage des Armeekommandos gebe ich Ihnen Nachstehendes bekannt:

Es ist erwiesen, daß einzelne Angehörige der jüdischen Nation es versuchen, unsere Soldaten zu Vergehen und Verbrechen in

a) politischer Richtung

b) wirtschaftlicher Hinsicht zu verleiten (Diebstahl, Raub, verbotener Handel, Handel mit Waffen usw.).

Es ist bekannt, wie solidarisch die gesamte Judenschaft zusammenhält und vorgeht. Um eine Abhilfe im Vorgehen meist nicht erweisbarer Einzelner zu schaffen, müssen wir die gesamte Judenschaft zur Verantwortung ziehen. Daher möge die gutgesinnte, anständig denkende, nur auf bürgerlichen Gewinn hinarbeitende Judenschaft die schlehten Elemente an ihrem schädlichen und zersetzenden Treiben hindern. Tut sie das nicht, macht sie sich mitschuldig und muß dann die Folgen tragen.

Die Folgen sind: Kontribution auf die Judenschaft, Sondermaßnahmen gegen dieselbe. Wenn die guten Elemente in der Judenschaft fürchten, daß dies die alte Stimmung der Bevölkerung gegen sie auslöst, dann ist es umso dringender diesem schädlichen Treiben Einhalt zu tun.

Die Rabbiner, als in jeder Beziehung führende Organe der Judenschaft, haben es in der Hand, das Ansehen und die Ruhe der Judenschaft zu wahren. Mit dem Glauben gat die Sache nichts zu tun.

Печать: "K. u. K. 11. Kavallerie-Brigade-Kommando". (Unterschrift):

Перевод на русскiй язык:

Командованiе Императорск. и Королевск. 11-й Кавалерiйской бригады.

908/4.

Влiянiе еврейскаго населенiя на солдат.

Александрiя[290].

Раввину города…

Полевая почта 436, 25-го Августа 1918 г.

По порученiю командованiя армiей об'являю вам слѣдующее:

Доказано, что единичные члены еврейской нацiи пытаются склонить наших солдат к проступкам и преступленiям в -

а) политическом направленiи,

б) хозяйственном отношенiи (к воровству, грабежу, запрещенной торговлѣ, торговлѣ оружiем и пр.).

Извѣстно, с какой солидарностью держится и дѣйствует все еврейство. В цѣлях противодѣйствiя поступкам единичных лиц, обнаружить коих большей частью не удается, мы должны привлечь к отвѣтственности все еврейство. Пусть-же благомыслящая часть еврейства, довольствующаяся обычной прибылью (в дѣлах), воспрепятствует дурным элементам в их вредной и разлагающей дѣятельности. Если-же оно этого не сдѣлает, то явится их соучастником и должно нести всѣ послѣдствiя этого.

Послѣдствiя эти суть: контрибуцiя на еврейское населенiе, исключительныя мѣры против него. Если-же благонамѣренные элементы еврейства опасаются, что это может возбудить против него прежнiя чувства (старую вражду?) населенiя, то оно тѣм рѣшительнѣе должно воспрепятствовать этой вредной дѣятельности.

Раввин, как руководящiй во всѣх отношенiях орган еврейскаго населенiя, вполнѣ в состоянiи охранять честь и спокойствiе еврейскаго населенiя. С религiей это дѣло ничего общаго не имѣет.

Печать. (Подпись).

Архив редакцiи (отдѣл документов).

2.

Протест Проскуровской общины.

«Совѣт Проскуровской еврейской общины, выслушав отчет президiума о пред'явленном совѣту проскуровским плац-комендантом требованiи, на основанiи циркуляра австрiйскаго командованiя, «выдать тѣ элементы из среды евреев, которые ведут агитацiю против нынешняго правительства на Украинѣ», и что «в случаѣ отказа исполнить требованiе, власть усмотрит в этом преднамѣренное укрывательство преступников и наложит на еврейское населенiе контрибуцiю» — единогласно, в пленарном засѣданiи 26-го августа 1918 г., принял слѣдующую резолюцiю, которую постановил препроводить в ту инстанцiю, откуда этот циркуляр исходит:

«Совѣт общины находит, что подобное, обращенное к нему, требованiе является большим оскорбленiем и грозит опасностью для проскуровскаго еврейскаго населенiя, которое совѣт представляет. Совѣт общины усматривает в этом требованiи попытку использовать старые прiемы отжившаго средневѣковья тѣм, что на все еврейское населенiе желают взвалить вину за проступки отдѣльных, безотвѣтственных лиц, которыя могут быть у евреев, как и у других народов, и за которых все общество отвѣтственности нести не может.

Совѣт общины в своей дѣятельности имѣет вполнѣ опредѣленныя функцiи, — он избран еврейским населенiем для удовлетворенiя его нацiональных нужд, но ни в коем случаѣ — для выполненiя полицейских функцiй, как розыск преступников. Это — задача государственной власти и суда, перед которыми евреи, как граждане Украины, отвѣтственны в такой же мѣрѣ, как и всѣ граждане вообще. За каждое преступленiе они несут наказанiе не как евреи, но согласно общим законам страны, которые не дѣлят украинских граждан на евреев и неевреев. Отметая с глубочайшей досадой подобныя требованiя, обращенныя исключительно к еврейскому населенiю, совѣт общины выражает надежду, что такiя к нему обращенiя со стороны какой-бы то ни было власти на Украинѣ впредь не будут имѣть мѣста».

Архив редакцiи (отдѣл документов). См. также «Naie Zait», № 164, от 10-го сентября 1918 г. и «Евр. Мысль», № 41 — 42, от 11-го октября 1918 г.

3.

«Издѣвательство или того хуже?»

«Екатеринослав. — Екатеринославская община получила приглашенiе от австрiйскаго коменданта прислать к нему своих представителей. Явились общественный раввин, два духовных раввина и представитель общины, г. Каган. Комендант суровым тоном прочел им по запискѣ приблизительно слѣдующее:

Извѣстно, что «Всемiрный еврейскiй союз», существующiй уже очень давно, использует свою организацiю в цѣлях шпiонажа в пользу Англiи и Францiи; затѣм, — что евреи являются вожаками краж и мошенничеств на Украинѣ. Поэтому еврейская община должна взять на себя обязанность выдать властям шпiонов и преступников. Далѣе комендант заявил, что власти извѣстно, как евреи относятся недружелюбно к нѣмцам, и он предлагает общинѣ вынести резолюцiю, что она орiентируется на центральные державы.

На засѣданiи общинных фракцiй этот факт подвергся обсужденiю, и была принята резолюцiя о том, что община с негодованiем проходит мимо всѣх этих инсинуацiй и не находит нужным выносить резолюцiи о своей орiентацiи».

«Naie Zait», № 167, от 13-го сентября 1918 г., сообщ. корресп.

VII.

Антисемитизм в нѣмецких колонiях на Украинѣ.

«В нѣмецких колонiях усиливается антисемитизм. Раньше евреев обвиняли в симпатiях к большевизму, а теперь — к украинцам, которые требуют осуществленiя закона о соцiализацiи земли. Антисемитизм выражается в том, что евреев выселяют из помѣщенiй, реквизируют их товары, продукты. 15-го апрѣля закончился с'ѣзд нѣмецких колонистов южной Россiи, который руководит организацiями нѣмцев-колонистов. С'ѣзд принял рѣшенiе обратиться во всѣ колонiи с предложенiем прекратить преслѣдованiе евреев, так как это позорно для нѣмцев, лишь недавно испытавших на себѣ всѣ ужасы шовинизма. Воззванiе будет разослано во всѣ мѣстныя нѣмецкiя газеты».

«Naie Zait», № 62, от 17-го апрѣля 1918 г.

VIII.

Изгнанiе евреев из деревень крестьянами.

Получено министерств. по евр. дѣлам 15-го апрѣля 1918 г., № 1232.

(перев. с еврейскаго).

«Министру по еврейским дѣлам.

От евреев, жителей деревни Скоморошки, Староживотовской волости, Таращанскаго уѣзда (Кiевской губ.).

Крестьяне нашей деревни за послѣднее время на своих сходах выносят приговоры о том, чтобы еврейскiя семьи немедленно оставили деревню. Так, в январѣ они постановили, чтобы 15 еврейских семейств выѣхали за деревенскую черту. Из этих 15 семейств 7 — служащiе сахарнаго завода; администрацiя завода пустила их на свою территорiю, остальныя-же семьи должны были оставить Скоморошки и от этого сильно пострадали. 23-го марта был вынесен приговор, согласно которому 4 семейства заводских служащих-евреев должны немедленно выѣхать. На сходѣ крестьяне говорили, что они должны выселить всѣх «жидов», которые здѣсь поселились (владѣлец — г-н Гальперин, директор — г-н Берг и большинство служащих — евреи). Они назначили краткiй срок — 1-го апрѣля, к которому деревню должны оставить еще нѣкоторыя семьи. У них вообще господствует антисемитское настроенiе, вслѣдствiе котораго они постановили выселить из деревни всѣх евреев.

В виду изложеннаго просим еврейскаго министра принять всѣ мѣры для защиты наших интересов: прiостановить выселенiе, назначенное на 1-го апрѣля, водворить обратно семьи, выселенныя уже из деревни Скоморошки, и предотвратить дальнѣйшiя выселенiя.

Делегаты: Шолэм Фирман, Iосиф Гарвецкiй».

Архив евр. министерства (1917 — 1918 гг.), отдѣл о погромах.

IX.

Повстанческое движенiе крестьян и погромы.

(Кiевская губ.).

1.

Погром в Лысянкѣ и окрестностях.

(перевод с др. — еврескаго).

Комитет Помощи евреям-бѣженцам м. Лысянки.

Звенигородка, Кiевск. губ.

5-е Аба 5678 г.

«Совѣту еврейской общины в Кiевѣ привѣт и мир!

Несчастья послѣдняго времени дают себя чувствовать во всѣх отраслях жизни, но особую печать они наложили на еврейскую улицу. И на сей раз на наш народ излились гнѣв, мщенiе и ненависть со всѣх сторон. В этом ужасном положенiи находится наш уѣзд, Звенигородскiй, в теченiе послѣдних мѣсяцев. Но несравненно горше участь мѣстечка Лысянки, которое лежит в 25 верстах от нашего города. Уже болѣе двух мѣсяцев, как тамошнее еврейское населенiе страдает от горьких издѣвательств, грабежей, насилiй и звѣрств. Свыше 50 человѣк невинно убито, кромѣ большого числа раненых, и их имущество разграблено. Всѣ эти жестокiя злодѣянiя принесли с собой страшное экономическое разрушенiе и подавленность духа в эту старую еврейскую общину, насчитывающую 5.000 душ. Но несмотря на пережитые ужасы, они держались, оставаясь на мѣстах, пока была малѣйшая возможность. Послѣднiя-же событiя, 25-го Тамуза, своими ужасающими звѣрствами перешли всѣ границы и заставили еврейское населенiе м-ка бросить остатки своего имущества и взять в руки странническiй посох. И в субботу 26 Тамуза мы, жители Звенигородки, были свидѣтелями траурнаго шествiя доведенных до отчаянiя лысянских евреев, которые прибѣжали сюда в смертельном страхѣ… Человѣческiй язык не в силах изобразить эту потрясающую картину, картину новаго, современнаго голуснаго скитанiя. Измученные, истерзанные, гонимые, они еле живые добѣжали сюда.

Звенигородская община, сама тоже испившая чашу горечи, напрягла свои слабыя силы и помогла этим несчастным, голодным, босым и нагим. Сперва Звенигородская община полагала, что ея помощи вмѣстѣ с помощью ближайших общин будет достаточно для удовлетворенiя всѣх нужд бѣженцев. Но вскорѣ она увидѣла, что для этого нужна также помощь болѣе отдаленных общин. Болѣе ста семей нуждается в полной поддержкѣ, и расходы необычайно велики.

…Мы обращаемся к вам, представители Кiевской общины, а через вас ко всѣм нашим братьям, членам общин:

Дорогiе братья, нужда очень велика. Спѣшите и пришлите скорѣе помощь вашим несчастным братьям! Не теряйте ни минуты. Спасайте наших братьев от горемычнаго попрошайничества. Исполните ваш долг перед братьями-евреями!…

С уваженiем и братским привѣтом,

Предсѣдатель — В. З. Капитановскiй».

Адр.: Звенигородка, Кiевск. губ., Комитет по оказанiю помощи погромленному евр. населенiю м-ка Лысянки.

Архив Кiевской евр. общины (1918 г.)

2.

Лысянка.

(перевод с др. — еврейскаго).

«В Комитет Помощи пострадавшим от погромов.

Кiев.

…Уже 12 лѣт, как я занимаю пост раввина в Лысянкѣ, Звенигородскаго уѣзда, Кiевской губ. И вот, прошлым лѣтом (1918 г.) мѣстные крестьяне возстали против гетмана и нѣмцев и повели с ними ожесточенную войну. Понятно, что бѣда разразилась над нами, евреями, в первую голову. Мѣстные крестьяне, зная наших почтенных обывателей, зашли к ним в квартиры и вырѣзали со страшной жестокостью и мучительством около 80 человѣк[291]. А послѣ того, как нѣмцы были ими изгнаны, они заперли мѣстечко, не давая нам выѣхать без разрѣшенiя. Многiе получили у них «пропуск», но я не хотѣл уѣзжать из мѣстечка, так как на мнѣ легла обязанность ѣздить отыскивать в окрестностях трупы убитых евреев, дабы предавать их землѣ. И я, да будет благословлено имя Господа, с опасностью для жизни исполнил свой долг. Затѣм, когда всѣ остались голы и босы, я обратился в сосѣднiя еврейскiя общины с призывом о помощи и получил от них такую обильную поддержку продуктами, что я мѣсяц мог содержать еврейское населенiе Лысянки. Я не отказывал также христiанам (крестьянам), обращавшимся ко мнѣ за помощью, и этим я славил имя Божье. Таким образом, несмотря на опасность, я не мог оставить жителей моего мѣстечка, которые пришли ко мнѣ со слезами: На кого вы нас оставляете? Кто о нас позаботится?

Во время осады было убито много людей и среди них адвокат Бер Эрлихман, мир праху его, но мы не знали, гдѣ его могила, пока не пришли в наш город нѣмцы, в числѣ нѣскольких тысяч человѣк. Тогда нашли его труп, с явными признаками ужасных мученiй: его зарѣзали, выколов предварительно глаза и отрѣзав уши. Его предали землѣ и весь город был на похоронах. Я произнес поминальное слово в центрѣ города, возлѣ нѣмецкой комендатуры, и при этом присутствовал нѣмецкiй комендант; всѣ кругом плакали, и даже комендант плакал и стал упрекать крестьян в звѣрствѣ. Это, очевидно, чрезвычайно озлобило крестьян против меня. Затѣм нѣмцы назначили военный суд, убiйц судили и 40 человѣк приговорили к разстрѣлу. Нѣмцы заставили евреев выступить свидѣтелями и изобличать бандитов, и этим возбудили навѣки злобу против евреев вообще и в частности против жены покойнаго Эрлихмана за то, что она показала против злодѣев, уведших ея мужа из дому.

Спустя нѣсколько дней, когда бандиты узнали, что нѣмцы от нас ушли и оставили город без всякой военной охраны, они в пятницу вечером вошли в город и безжалостно стали рѣзать и убивать. Упомянутая вдова Эрлихман попалась им на глаза. Она убѣжала ко мнѣ в дом и спряталась на чердакѣ. Тогда они принялись за меня, говоря: «Это раввин, давайте посчитаемся с ним». Я убѣжал, и один из бандитов погнался за мной и, пробѣжав двѣ улицы, не мог меня поймать. Но тут я увидѣл, что мнѣ не спастись от него, так как я был загнан в тупик. Тогда я остановился, поднял глаза к небу и молил смилостивиться надо мной и моими пять дѣтками, чтобы они, упаси Господь, не остались, как корабль без руля. В эту минуту изверг у меня на глазах вытащил шашку из ножен и три раза ударил меня голой шашкой по головѣ. Я, понятно, упал на мѣстѣ. Тогда бандиты убѣжали из города, похваляясь, что они (сохрани Господь!) убили еврейскаго раввина и теперь евреи совсѣм оставлены на произвол судьбы. Через час за мной пришли, перенесли меня в дом, а в субботу утром я уѣхал в Звенигородку, а за мной весь город от мала до велика — мужчины, женщины и дѣти. Оттуда меня привезли сюда в Кiев, и благодаренiе Всевышнему за его великую милость, что он прислал мнѣ благодѣтеля, в лицѣ профессора Дитерихса, ординатора при университетѣ. Во вторник он сдѣлал мнѣ трепанацiю черепа в двух мѣстах, что точно описано в приложенном медицинском свидѣтельствѣ. Два мѣсяца я пролежал больной в госпиталѣ и еще до недавняго времени ходил туда на перевязки…

Сим остаюсь другом вашим,

Мойше Вайсерман, духовный раввин города Лысянки».

Архив Кiевскаго Центр. Комитета помощи погромленным, отдѣл Городского комитета (1919 г.); поступило в комитет в апрѣлѣ 1919 г.

3.

К событiям в Жашковѣ и его районѣ.

(перевод с др. — еврейскаго).

Жашков, 14-го Элула 5678 г.

«Совѣту Кiевской Общины.

Уважаемые товарищи.

Уже скоро три мѣсяца, как наше мѣстечко и сосѣднiя, — Лысянка, Петр, Ставище, Виноград и др. пребывают в большой опасности. Жизнь наша висит на волоскѣ. Один день ужаснѣе другого. Банды вооруженных грабителей то и дѣло нападают на наше мѣстечко и на сосѣднiя, убивают, грабят и не щадят человѣческих жизней. Почти ежедневно они внезапно появляются на улицах, убивают и избивают всѣх встрѣчных. Убiйства послѣдних дней до того ужасны, что разгром отходит уже на заднiй план. До вас должны были дойти слухи о послѣдних ужасных событiях в Таращанском уѣздѣ, об открытых издѣвательствах над трупами убитых, донестись вопли женщин и дѣтей. Между тѣм, члены Кiевской общины сидят себѣ, сложа руки, и палец о палец не ударяют. Главная причина нашего молчанiя до настоящего момента кроется в том, что мы далеки и оторваны от еврейскаго мiра. Почта и телеграф также не вполнѣ оправдывают своего назначенiя, по причинѣ поврежденiя телеграфных проводов, а также потому, что им не совсѣм можно в этих дѣлах довѣрять… Дороги чреваты опасностями, и даже с'ѣстные продукты доходят до нас с трудом.

Горе велико. Мы не успѣваем придать погребенiю один труп, как уже привозят второй и третiй; изверги издѣваются над трупами, бросают их по дорогам с отрубленными головами, сломанными руками, вспоротыми животами. Жизнь совершенно замерла, нѣт ни искры надежды, ни луча свѣта. По ночам не спим; бродим, как живые тѣни. При малѣйшем намекѣ на шум мы бѣжим и прячемся в складах и погребах.

Настоящим мы передаем вам подробности событiй и убiйств, имѣвших мѣсто в нашем мѣстечкѣ и в окрестности.

На второй день Тамуза впервые начались во всей их жестокости убiйства евреев в нашем уѣздѣ, особенно в селах, лежащих по близости к нам. В деревнях Торчица, Стрижевка и др. были убиты цѣлыя семьи — мужчины, женщины и дѣти. Чудом спаслись только успѣвшiе бѣжать и оставившiе на произвол судьбы все свое имущество. Второе нападенiе было организовано на Жашков. По дорогѣ, в трех верстах от Жашкова, близ села Тихой, грабители убили двух евреев, Бердичевскаго и Зильберга. Вслѣдствiе того, что было опасно выѣзжать за город, нельзя было найти их трупы, и послѣднiе валялись в теченiе восьми дней на полѣ. У Бердичевскаго голова была отрублена, а второго почти нельзя было опознать. На глазах у всѣх жителей нашего мѣстечка, потрясенных и плакавших, были забраны два еврея, Поляков и Долгонос, выведены за мѣстечко и убиты самым жестоким образом. Во время третьяго налета, когда разбойники ворвались к нам в полдень, им удалось убить юношу Хаим-Герша Бурштейна, оказавшаго сопротивленiе. По дорогѣ, близ Ставищ, встрѣчных евреев убивали, это сдѣлалось обычным, каждодневным явленiем. В Ставищах-же во время произведеннаго вооруженнаго нападенiя погибли четыре еврея. Близ Винограда захватили пятерых проѣзжих евреев и потребовали от их семей выкупа в десять тысяч рублей. При этом было поставлено условiе, чтобы жены заложников сами привезли эту сумму. Когда деньги были уплачены, были убиты и заложники, и их жены. В Ловинской корчмѣ, недалеко от Володарки, грабители, точно дикiе звѣри, растерзали двадцать одного человѣка в один день. Убiйств, совершающихся ежедневно по дорогам, трудно подсчитать. Много людей убито, многiе чудом спаслись от смерти. Нѣсколько дней тому назад, 12-го августа, вооруженные бандиты вошли в близлежащее м. Петр, стали грабить и стрѣлять в жителей. В этот день им удалось тяжело ранить шесть человѣк. Во время наблюденiя за молотьбой был вчера убит у нас нѣкiй Израилевич, бѣженец из Лиды, бѣдняк, семейный. Сегодня, в момент составленiя означеннаго письма, были убиты два еврея с ужасной жестокостью — Каган и Бринскiй. Ужас и горе до того велики, что почти все мѣстечко обливается слезами. Кругом душераздирающiй плач и рыданiе. Наши страданiя тѣм сильнѣе, что нам некуда спастись и нѣт надежды на улучшенiе положенiя. Мѣстной власти у нас нѣт никакой. Самообороны нѣт из-за отсутствiя оружiя, хотя таковая могла бы сорганизоваться, как у нас, так и в сосѣдних мѣстечках. Нѣмцы, часто проходящiе через наше мѣстечко, только подливают масло в пожар, охватившiй район. Когда мы к ним обращаемся за помощью, они отговариваются, что у них нѣт об этом приказанiй свыше.

От имени страдающей провинцiи, ввергнутой в погромный ужас, от имени тысяч евреев, живущих в смертельной опасности, мы обращаемся к вам, как к членам центральной еврейской общины Украины, с настоятельной просьбой: окажите нам помощь всѣми возможными средствами. Опасность растет и ширится с каждым днем. Атмосфера кругом становится все болѣе ядовитой. Ненависть крестьянскаго населенiя растет, и их отношенiе к нам все болѣе и болѣе ухудшается. Они видят, что кровь еврейская льется безнаказанно, как вода, и у них разгорается жажда еврейскаго имущества и жизни. Не относитесь ко всему этому легко. Это не просто избитыя фразы, а кровью и слезами писано. Это черная страница, составленная для вас, ничто в сравненiи с самыми событiями. Мы вам не даем указанiй, как быть, что дѣлать, но мы требуем от вас во имя еврейства и евреев: торопитесь и спасите. Обратитесь к кому слѣдует — к украинскому правительству, в министерства, сообщите о нашем положенiи (только не от имени нашей общины) в мѣстных др. — еврейских и разг. — еврейских газетах, даже в заграничной печати, созывайте совѣщанiя общественных дѣятелей, представителей всѣх партiй, дайте нам надлежащiй совѣт и дѣлайте, что только можете.

Не думайте, что все, описанное нами, случайныя явленiя; нѣт, тут дѣйствует организованное разбойничество, и нас ждет еще еврейская рѣзня, и кто знает, как долго такое состоянiе будет тянуться.

Мы увѣрены, что вы серьезно вникните в содержанiе нашего письма и сдѣлаете все возможное для оказанiя нам помощи.

С совершенным почтенiем

Жашковская община:

Президiум (2 подписи),

Исполн. Комитет (4 подписи),

Члены Совѣта (7 подписей).

Архив Кiевской евр. общины (1918 г.).

4.

Эксцессы в м. Володаркѣ.

Получ. Кiевск. общиной 23-го авг. 1918 г., № 27.

«В Кiевскую Еврейскую Общину.

От уполномоченнаго евр. населенiя м. Володарки, Сквирскаго уѣзда, Б. Клигмана.

27-го iюля с. г. неизвѣстными лицами было расклеено в мѣстечкѣ Володаркѣ об'явленiе неизвѣстной организацiи, лозунгом которой является: «выгнать нѣмцев, перебить помѣщиков и евреев». 3-го августа в 6 верстах от мѣстечка в руки названной банды попались 9 проѣзжих евреев, из них 6 человѣк было убито на мѣстѣ, остальные трое, проявлявшiе еще признаки жизни, были доставлены в Володарскую больницу. 6-го августа утром на мѣстечко напало человѣк 40 вооруженных бандитов и, собрав евреев, потребовали контрибуцiю в 30.000 руб., из которых получили тут же 11.000. Получив указанную сумму, бандиты стали грабить еврейскiя квартиры, забирая деньги и разныя цѣнности. У нѣкоторых лиц были похищены также вещи, лошади. Затѣм подошли к земской лечебницѣ и потребовали у врача выдачи больных, недобитых ими в лѣсу, с цѣлью покончить с ними. С трудом удалось припрятать несчастныя жертвы; при этом один из больных от волненiя скончался. Уходя, бандиты пригрозили расправиться с евреями, если они попытаются вызвать нѣмцев для защиты. В момент пребыванiя бандитов в мѣстечкѣ милицiи не видно было. Эксцессы со стороны мѣстных крестьян, выражающiеся в том, что бьют окна в еврейских квартирах, также нерѣдки, и еврейское населенiе постоянно пребывает в страхѣ. В результатѣ тяжелой атмосферы, в которой приходится жить евреям, половина еврейскаго населенiя покинула мѣстечко. Но в виду опаснаго сообщенiя с ближайшими городами (Сквира, Бѣлая-Церковь) возможность покинуть мѣстечко также отпадает.

В виду изложеннаго, еврейское населенiе м. Володарки просит от Кiевской еврейской общины содѣйствiя в дѣлѣ командированiя в мѣстечко надежнаго отряда для защиты населенiя мѣстечка от нападенiя и террора бандитов. Во время нападенiя шайки на мѣстечко мѣстное крестьянское населенiе оставалось совершенно безучастным к происходящему. Поэтому обращаемся с просьбой воздѣйствовать каким-нибудь путем на крестьян Володарки, среди которых, полагаем, имѣются соучастники этих преступленiй, чтобы, в случаѣ вторичнаго нападенiя, крестьяне также приняли участiе в отраженiи нападающих. Присылка воинскаго отряда на короткое время, или перiодическое пребыванiе такового в мѣстечкѣ нежелательно, ибо в перiоды отсутствiя охраны евреям грозит еще большая опасность от мести со стороны преступников.

Берух-Шлема Клигман».

Архив Кiевской евр. общины (1918 г.).

X.

«Древо плача».

Печатаемый документ — надгробный «плач» над убiенными в Лысянкѣ во время погрома лѣтом 1918, составленный мѣстным «шохетом» и кантором. Автор, живой свидѣтель событiй, описал их в видѣ «плача» по типу старинных еврейских «Kinot», на др. — еврейском языкѣ. Описанiе это интересно не только по своей формѣ, но и по содержанiю: в нем дается перечень и картина произошедших в Лысянкѣ убiйств. Мы передали прозой этот трудно поддающiйся переводу стиль «плача», взяв только тѣ строфы, гдѣ сообщаются фактическiя данныя.

…«Я-бы хотѣл, чтобы голова моя была ручьем, глаза — ключем слез, дабы до конца своей жизни, до послѣдняго вздоха оплакивать погибших.

Ибо даже сердце из камня — и то разстанет, слезы из глаз потекут ручьем от предначертанной свыше судьбы, — чтобы люди погибли от руки убiйц.

В шестой день недѣли, 25 Сивана, в полдень, в год «когда Лысянка руками загублена», был город дважды разрушен и разграблен, и убиты тридцать два человѣка.

Страшная, потрясающая картина. Из четы р. Мойше Антоновскаго и его вѣрной жены ни он вдовцом не остался, ни она вдовой, — вмѣстѣ погибли они мучительной смертью.

В погребѣ у него пряталось много семей. Там-же находился и реб Шамай Кочубеевскiй с семьей, но изверги гранатами взорвали погреб — их не стало.

Невѣста, готовая к вѣнцу, чистая душа, была там в подвалѣ убита вмѣстѣ со своей сестрой. Отец их, р. Iехiель Ланда, горько рыдал над их могилой — над их черным вѣнцом.

Благочестивый р. Мордхѣ, сын Авраама. Великiй ученый, мудрый и скромный. Чистой молитвой молился по ночам, во время ночного бдѣнiя. А был убит посреди улицы и три дня не сподобился быть погребенным.

Вот и р. Шлойме левит, — вышел ненамѣренно, ангел смерти велѣл ему остановиться, он не послушался — и тут-же на мѣстѣ был убит пулею.

…Еще много, много других погибло от рук извергов, со словом «Эход» (Бог един) на устах. Среди них р. Мойше, сын Авраама, р. Арон, сын Цви-Гада.

И еще три жертвы — не мѣстные люди; они как скот были зарѣзаны в дорогѣ, ограблены до тла и сожжены, дабы их не опознали.

Стар и млад оплакивали жертвы Кишинева, среди них «шамеса», павшего на посту. Пал и наш «шамес», р. Шмуель, убитый извергами в синагогѣ, когда он тѣлом защищал свитки Торы.

…Многiя семьи были вытащены из домов, родители с дѣтьми, братья с сестрами, мужчины, женщины, дѣти — и всѣ они были немилосердно убиты, изуродованы. Спереди и сзади истязали их ангелы смерти и гибели.

…Реб Бенiамин Шафир был убит вмѣстѣ со своим единственным сыном, единственной своей радостью и утѣхой. А мать осталась жива, оплакивая их обоих и молясь о третьей могилѣ для себя.

О р. Овадьѣ Ровинском и его семьѣ я хочу отдѣльно излить свою скорбь, — он был так благочестив и праведен. Он погиб в дорогѣ. Раньше чѣм отдать Богу душу, он в страхѣ поднял глаза к небу и так горестно, в ясном сознанiи, закричал, что даже ангелы на небѣ горько зарыдали: такова Тора, таково благочестiе — и таково воздаянiе?

О, Всевышнiй, сам-же ты в Торѣ повелѣл «в один и тот же день не закалывать отца и сына»[292], - чѣм-же провинились рабы твои, что р. Овадья и сын его Пинхос оба вмѣстѣ были зарѣзаны?

Жена р. Пинхоса, в скорби за дочь свою, молила убiйц убить ее сначала. Мать с мольбой прикрыла дочь; несчастная погибла, и дочь спаслась.

…К дню мѣсячных поминок по убiенным прибавились еще новыя четыре жертвы, — и тогда в страхѣ бѣжало все мѣстечко, от мала до велика, потянулись ряды новых изгнанников.

Кто на повозках, кто пѣшком; кто со спящими дѣтьми на руках, кто неся истомленных дѣтей на плечѣ, а иные несли свою обувь на палкѣ — знамя изгнанничества.

И вдруг раздались страшные вопли. Боясь преслѣдованiя, мы бросились в сторону. Но скоро узнали, что причина не в погонѣ: у одной из изгнанниц начались роды…

Так прибыли мы в Звенигородку, полные отчанiя, голые, босые, с разбитыми сердцами…

Со слезами писал — Iосиф Толчинскiй,

шохет и кантор м. Лысянки».

Из архива Кiевской евр. общины (1918 г.).

XI.

Меморандум Кiевской общины.

«Господину Министру внутренних дѣл Украинской Державы.

Совѣта Кiевской еврейской общины, в лицѣ: ея предсѣдателя — инженер-технолога Н. С. Сыркина, товар. предсѣдателя — кiевскаго купца Х. С. Рубинчика и предсѣдателя общинной управы — общественнаго раввина, пом. присяжнаго повѣреннаго Я. М. Алешковскаго.

Кiев, августа 27 дня, 1918 года.

Докладная Записка.

Едва освободившись от рокового нашествiя большевиков, ознаменовавших свой путь массовыми избiенiями и убiйствами евреев и разгромивших их имущества, как напримѣр: Новгород-Сѣверск (убито 88 евреев, тяжело ранено 11), Срединная Буда (убито 25 евреев) и др., как над еврейским населенiем разразилась новая гроза. Разростается погромная агитацiя со стороны темных элементов. Крестьяне призывают к рѣзнѣ евреев. Во многих городах и мѣстечках происходит безпощадное избiенiе и издѣвательство над ни в чем неповинным еврейским населенiем. Эксцессы часто сопровождаются роковым финалом. Очевидцы и мѣстныя еврейскiя общины отмѣчают много случаев убiйств, разгромов и разоренiй. Во многих городах и мѣстечках еврейство находится в постоянном страхѣ за жизнь и имущество. Погромная волна грозит разлиться кровавым потоком по всей Кiевщинѣ, Черниговщинѣ и Волынщинѣ. Не желая утруждать Вашего вниманiя, господин Министр, перечнем всѣх этих скорбных фактов, позволяем себѣ довести до Вашего свѣдѣнiя лишь нѣкоторые характерные из них.

Не имѣя юридической возможности подкрѣпить эти сообщенiя документальными данными, берем на себя смѣлость представить на Ваше благоусмотрѣнiе эти факты в том освѣщенiи, в котором они нам переданы со стороны потерпѣвших и очевидцев:

В м. Лысянкѣ, Звенигородскаго уѣзда, на почвѣ неурядиц при раздѣлѣ земли, среди крестьян начались большiя волненiя. 5-го iюля озвѣрелая толпа крестьян из ближайших деревень ворвалась в мѣстечко, разгромила всѣ еврейскiя дома и магазины, разорила совершенно все еврейское населенiе и произвела кровавую расправу. Погромщики, ворвавшись в дом Ровинскаго, схватили его семью и скрывавшихся к него сосѣдей (25 человѣк), повели в ближайшую «клуню», откуда на утро вывели всѣх в открытое поле и разстрѣляли.

Терроризированное населенiе укрывалось в погребах, но обреченных на смерть выволакивали и на глазах родных убивали, надругаясь над трупами; в других случаях одичавшiе крестьяне, бросая бомбы в погреба, хоронили несчастные жертвы под развалинами погребов. Так заживо похоронены были в одном погребѣ 7 человѣк: сестры Ланда, Кочубеевскiй и др. Убитых в м. Лысянкѣ 39 человѣк.

Звѣрства прекратились только с вступленiем отряда германских солдат, но стоило отряду покинуть мѣстечко, как избiенiя и терроризированiе мирнаго населенiя возобновились с ужасающей силой.

Поражающим звѣрством отличается убiйство Лысянскаго адвоката Эрлихмана, который был изрѣзан убiйцами на части.

В м. Стрижевкѣ толпа крестьян, перерѣзав сообщенiе с ближайшими мѣстечками, стала громить дома евреев, а затѣм направилась в сосѣднюю деревню Торчицы, гдѣ были убиты 18 человѣк. Убивали дѣтей (10 лѣтняго мальчика), взрослых закапывали живьем, убѣгающих настигали и убивали.

В м. Плисково, Кiевской губ., 12-го мая вошел отряд в 130 гайдамаков. Разставив пулеметы по улицам, гайдамаки приступили к грабежам. Всѣх попадавшихся настрѣчу евреев жестоко избивали. Не было пощады и больным, которых стаскивали с больничных коек и били кнутами. За попытку нѣкоторых бѣжать из мѣстечка начальник (уѣздной) милицiи г. Липовца, Драгошевскiй, обложил евреев контрибуцiей, угрожая в случаѣ невнесенiя денег уничтожить мѣстечко при помощи гайдамаков. Контрибуцiя была немедленно внесена.

В м. Городнѣ, Черниговской губ., 23-го мая, по приказу исполняющаго обязанности мѣстнаго коменданта, г. Ярошевскаго, были арестованы казаками украинскаго войскового отряда Гирш и Евсѣй Писаревскiе. Во дворѣ комендантскаго правленiя в одном из сараев казаки подвергли арестованных не поддающимся описанiю пыткам. Домогались признанiя участiя Писаревских в состоявшемся якобы собранiи евреев, имѣвшим цѣлью уничтоженiе украинскаго отряда. Послѣ допроса избитые г. г. Писаревскiе были освобождены. В этот день по тому же поводу казаки арестовали раввина, мѣстных жителей Л. Кагана, Д. Меерзона, А. Бенцiонова и др. Арестованных подвергли ударам прикладами и нагайками. Всѣ послѣ допроса освобождены.

В м. Бѣлиловкѣ начальник Варты, г. Янковскiй, подверг в теченiе 13-го и 14-го iюля безпричинному аресту ряд евреев. От арестованных без всякаго повода г. Прилуцкаго и г. Спивака начальник Варты потребовал 300 рублей и, получив таковую сумму, освободил их.

В м. Ружинѣ, Кiевской губ. Призванный для водворенiя порядка карательный отряд пребывал в мѣстечкѣ 8 дней, издѣваясь над еврейским населенiем и избивая отдѣльных лиц. Уходя, отряд захватил с собою 7 евреев, с раввином во главѣ: их завели в амбар, гдѣ подвергли жестоким пыткам и избили до потери сознанiя. Сейчас-же ушедшiй отряд был смѣнен другим. Новые блюстители порядка забирают из магазинов товары, ничего не уплачивая. Еврейское населенiе принуждается к чисткѣ улиц под свист нагаек. Полковник, руководящiй отрядом, натравливает крестьян на евреев, рекомендуя привлечь послѣдних к уплатѣ половины контрибуцiи, наложенной на крестьян в цѣлях удовлетворенiя помѣщиков за понесенные ими во время безпорядков убытки.

В м. Ставище, Кiевской губ. В серединѣ iюля произошел в мѣстечкѣ бой между германцами и партизанами; послѣднiе были разбиты и разсѣяны. Но послѣ ухода германцев партизаны опять стали господами мѣстечка и окрестностей. Неорганизованными разбойничьими бандами они засѣли в окружающих мѣстечко лѣсах, сдѣлав дороги непроѣзжими. Ежедневно приходят вѣсти, что то в одном, то в другом мѣстѣ проѣзжiе евреи дѣлаются жертвами бандитов. 16-го августа доставлены в Ставище 9 трупов убитых евреев — жертвы тѣх же бандитов. Вся жизнь мѣстечка остановилась. От времени до времени шайки партизан нападают на мѣстечко, накладывают на евреев контрибуцiи (так, недавно внесено по требованiю такой шайки 15.000 рублей).

В м. Володаркѣ, Кiевской губ., об'явилась разбойничья организацiя, призывающая «выгнать нѣмцев, перебить помѣщиков и евреев». Бандитами заняты проѣзжiя дороги. 3-го августа ими убито 6 проѣзжих евреев, трое с слабыми признаками жизни доставлены в мѣстечко. 6-го августа бандиты вошли в Володарку и потребовали от еврейскаго населенiя контрибуцiю в 30.000 рублей. Получив немедленно 11.000 рублей, они разсыпались по мѣстечку, забирая у евреев деньги и др. цѣнности. Мѣстные крестьяне спокойно наблюдали происходящее. Отрѣзанные от ближайших мѣстечек (Бѣлая-Церковь и др.) непроѣзжими дорогами, евреи безсильны что либо предпринять и живут в атмосферѣ террора и грабежей.

Еврейское населенiе, терроризированное набѣгами, налетами и разгромами переходнаго времени, испытывает на себѣ еще, кромѣ того, непосильную тяжесть безпрерывно налагаемых на него денежных контрибуцiй, далеко не соотвѣтствующих матерiальным возможностям обнищавших мѣстечек и не находящих никакого юридическаго оправданiя даже по законам переживаемаго нынѣ грустнаго переходнаго времени.

Так:

В Обуховѣ, Кiевской губ. В возмѣщенiе понесенных во время аграрных безпорядков убытков, помѣщик Гербель наложил на мѣстечко контрибуцiю (2.180.000 р.), которая распредѣлена между еврейским населенiем и крестьянами так, что на долю каждой еврейской семьи приходится около 2.000 руб., на долю же крестьянской семьи 400 руб. Между тѣм, евреи никакого участiя в хищенiи не принимали. Тѣ же из похищенных вещей, которыя были отдѣльными евреями куплены у земельнаго комитета, частью возвращены, частью за них уплочено по оцѣнкѣ.

В м. Людвиполѣ. И без того обнищавшее вслѣдствiе пожара, в котором погорѣло все мѣстечко, еврейское населенiе Людвиполя обложено безпричинной контрибуцiей в 2.000 руб. со двора. Эта сумма предназначена для возмѣщенiя убытков, понесенных окрестными помѣщиками в переходное время. Контрибуцiя взыскивается с величайшей суровостью. Поводом к указанному обложенiю служит закупка отдѣльными евреями при отстраиванiи погорѣвшаго мѣстечка лѣсных матерiалов у окрестных крестьян, расхищавших во время безпорядков помѣщичьи лѣса.

Мы не сомнѣваемся, господин Министр, что центральные органы Украины не могут допустить и не допустят это попиранiе самых элементарных прав граждан Украины — еврейскаго населенiя.

В этом сознанiи мы черпаем увѣренность в том, что призыв о помощи, раздающiйся со многих мѣст Украины, найдет четкiй отклик и справедливое отношенiе со стороны Вашей.

В цѣлях предотвращенiя в дальнѣйшем подобных прискорбных эксцессов позволяем себѣ представить на Ваше благоусмотрѣнiе всепочтительнѣйшую нашу просьбу о нижеслѣдующем:

1. Издать спецiальное обращенiе от имени Правительства ко всему населенiю Украины, в котором было бы указано, что всякое покушенiе на погромы, убiйства евреев будут подавляться энергичными мѣрами в корнѣ, а виновные будут судимы по всей строгости законов военнаго времени.

2. Образовать слѣдственную комиссiю, с привлеченiем по возможности представителей еврейской общественности, для производства разслѣдованiя на мѣстах.

3. Издать законопроект о возмѣщенiи Правительством убытков потерпѣвшему населенiю, так как мы полагаем, что Правительство, заботясь о правопорядкѣ и защитѣ интересов всѣх граждан, не может в данном случаѣ лишить своей поддержки еврейское населенiе, тѣм болѣе, что частная благотворительность, при всем напряженiи сил, не в состоянiи удовлетворить нужды безвинно пострадавших.

4. Ассигновать 300.000 рублей в видѣ экстренной помощи. Помимо существенной пользы, которую принесет это ассигнованiе, сам этот факт, наряду с другими мѣропрiятiями, внесет нѣкоторое успокоенiе в еврейское населенiе и воочiю убѣдит его в справедливом отношенiи Правительства к его нуждам.

5. Соблаговолить распорядиться принять соотвѣтствующiя мѣры, в виду того, что погромная атмосфера сгущается и грозит разразиться новыми бѣдствiями».

(Подписи).

Архив Кiевской евр. общины (1918 г.).

Примечания

1

Во избѣжанiе недоразумѣнiй, необходимо сдѣлать здѣсь одну общую оговорку к историческому тезису, развитому в настоящем «вступленiи». Когда мы говорим о гайдамачинѣ, как типичном нацiональном движенiи Украины, или о погромной миссiи украинскаго народа в исторiи еврейства, мы разумѣем «народ» не абсолютно, а лишь относительно, т. е. большiя массы людей на извѣстном уровнѣ духовной культуры, не прiобщая к нему общественных слоев, поднявшихся над этим уровнем культуры. Термин «миссiя» мы также понимаем не мистически, а конкретно-исторически: как постоянство склонностей и дѣйствiй, проявленное народными массами на данном культурном уровнѣ и в предѣлах даннаго перiода. В нашем случаѣ мы вполнѣ допускаем, что лучшiе люди Украины, об'ясняя гайдамачину историческими причинами, отнюдь ея не оправдывают и даже глубоко ею возмущаются; с другой стороны, постоянство погромных склонностей и дѣйствiй, именуемое здѣсь условно «миссiей», мы фактически устанавливаем в предѣлах трехвѣковаго перiода исторiи еврейско-украинских отношенiй, нисколько не предрѣшая неизбѣжности этого постоянства в далеком будущем.

2

«Деникинщина» или погромы анти-большевистской Добровольческой Армiи, самые звѣрскiе из еврейских погромов того времени, составляют как-будто исключенiе из нашего общаго тезиса, поскольку в этом движенiи участвовали разнородные этническiе элементы Россiи, от бывшей царской гвардiи из дворян до кавказских инородцев. Но тут надо помнить слѣдующiя обстоятельства: 1) театром военных дѣйствiй против евреев была территорiя Украины; 2) зачинщиками в кровавой расправѣ с евреями являлись большею частью казаки, которые с 17-го вѣка во всѣх подобных подвигах являлись предтечами гайдамаков; 3) как и в былыя эпохи, вслѣд за казацкой военной расправой идет «мирная» крестьянская расправа — гайдамацкiй грабеж, увоз награбленнаго из городов в деревни и т. п. Когда же, вслѣдствiе пораженiя Добровольческой Армiи, военные погромы кончились, тотчас снова вступила в исполненiе своих обязанностей гайдамачина с ея бандитами-атаманами и опять залила Украину еврейской кровью.

3

Натан Ганновер, автор извѣстной исторической хроники «Jewejn Mezula» — о еврейских погромах при возстанiи Хмѣльницкаго.

4

См., напримѣр, сб. «Украинскiй вопрос», изд. III, 1917 г., стр. 154. Сборник этот издан украинскими дѣятелями во время войны на русском языкѣ.

5

См. ст. Х. Раковскаго «Совѣтская Украина в 1921 году» в «Извѣстiях» (московских), от 6-го янв. 1922, напеч. данныя о результатах переписи. Мы берем в круглых цыфрах.

6

Ср. Н. Василенко, «Очерки по истрiи Западной Руси и Украины», Кiев, 1916 г.

7

Замѣтка В. Короленко перепечат. в «Евр. Недѣлѣ» (Петроград) № 14 — 15, от 15-го апрѣля 1917 г.

8

Там-же.

9

Там-же, № 24, от 18-го iюня 1917 г., хроника.

10

Там-же, № 14 — 15, от 15-го апрѣля 1917 г.

11

Там-же, № 17, от 30 апрѣля 1917 г.

12

Там-же, № 12 — 13, от 24-го марта 1917 г.

13

Там-же, № 14 — 15, от 15-го апрѣля 1917 г.

14

Архив КОПЕ, донесенiе уполномоченнаго по Волынской губернiи, от 15-го iюня 1917 г.

15

См. еженед. «Разсвѣт» № 1, от 9 iюня 1917 г.

16

П. Христюк, «Замiткi i матерiали до iсторii укр. революцii», 1921, том I, стр. 31.

17

Там-же, т. I, стр. 124.

18

П. Христюк, цит. соч., т. I, стр. 70.

19

В. Винниченко, «Вiдродження нацii», изд. в Вѣнѣ, 1920, т. I, стр. 174 («Не проханнями, не переговорами, не справедливостю треба з ними балакать, а кулаком!»).

20

П. Милюков, «Исторiя второй русской революцiи», т. I, стр. 157.

21

Ср. кн. К. Оберучева (Кiевскаго военнаго комиссара при Временном Правительствѣ) «В дни революцiи», Нью-Iорк, 1919 г., стр. 97 — 98. К. Оберучев приводит в своей книгѣ факт, который мы нигдѣ в другом мѣстѣ не встрѣтили и который кажется нам неправдоподобным: будто на нѣкоторых украинских знаменах уже в то время имѣлись надписи «Хай живе вiльна Украiна без жидiв i ляхiв»! См. стр. 99.

22

П. Милюков. «Исторiя второй русской революцiи», т. II, стр. 79 до 83. Книга Милюкова вообще дает очень тенденцiозное и невѣрное описанiе революцiи, в частности в отношенiи Украины, но этот эпизод описан по оффицiальным данным, и мы заимствуем его оттуда.

23

В. Винниченко, в своей «Вiдродження нацii», т. I, стр 338.

24

В. Винниченко, в своей «Вiдродження нацii», т. I, стр. 43.

25

Нѣсколько лѣт спустя послѣ этих событiй Винниченко, характеризуя партiю самостiйников, писал: «Это был, главным образом, военный, «атаманскiй» элемент, без опредѣленной соцiальной программы, без всякаго политическаго образованiя, но с ярким нацiоналистическим темпераментом, служившим им и программой, и тактикой, и аргументами». В. Винниченко, цит. соч., т. I, стр. 250.

26

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр. 19.

27

Цит. по кiевской евр. газ. «Der Telegraf» № 26, от 21 дек. 1917, ст. Н. Сыркина.

28

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр. 72 — 83.

29

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр. 69 и дальше.

30

В. Винниченко, цит. соч., т. II, стр. 231.

31

Там-же, цит. соч., том II, стр. 255. См. также сборник «Малая Русь», вып. II, 1918 (Кiев), под ред. В. Шульгина, ст. «Война украинцев с большевиками». По свѣдѣнiям газет к большевикам перешел также полк имени Шевченко.

32

В. Винниченко, т. II, стр. 156.

33

«Naie Zait», от 17 января 1918 г. Для характеристики того, как вообще разбѣгались тогда солдаты, интересно указанiе украинскаго министра Порша в Малой Радѣ 3 января 1918 г., когда обсуждался вопрос о реорганизацiи армiи, что от нѣкоторых корпусов осталось всего по… 70 человѣк и что все военное имущество расхищается солдатами при самочинной демобилизацiи.

34

Архив министерства по еврейским дѣлам (1917 — 1918 г.), отношенiе прокурора Черкасскаго окружного суда к вице-секретарiату по еврейским дѣлам, от 20-го ноября 1917 г., за № 3645.

35

Цит. по еженед. «Разсвѣт» (Петроград) № 4 — 5, от 6 авг. 1917 г.

36

В. Винниченко, цит. соч., т. II, стр. 50.

37

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр. 14.

38

«Кiевская Мысль» от 10-го октября 1917 г., приказ от 1-го октября за № 1021.

39

Архив министерства по еврейским дѣлам, сообщенiе от еврейскаго общества м. Судилкова, Волынск. губ., от 13-го декабря 1917 г. (вход. № 293).

40

Там-же, телеграмма из Хабно, от 10-го декабря 1917 г. (вход. № 243).

41

Слова Липеца см. «Naie Zait» № 80, 1917 г., а Сыркина — во 2-й части настоящей книги — «Матерiалы и документы».

42

«Разсвѣт», № 9, от 6 сент. 1917.

43

«Naie Zait», № 9, от 15 сент. 1917 г., ст. «Агитацiя против евреев».

44

Цит. по еженед. «Разсвѣт», № 9, от 6 сент. 1917 г.

45

Архив КОПЕ, донесенiе об Острогѣ уполномоченнаго по Волынск. губ., от 4-го декабря 1917 г. Послѣ погрома была образована мѣстная слѣдственная комиссiя.

46

Архив министерства по еврейским дѣлам (1917 — 1918 г.), вход. № 160, телеграмма из Ямполя.

47

Там-же, донесенiе жителей Рашкова, вход. № 603, получ. 10 января 1918 г.

48

Архив министерства по еврейским дѣлам (1917 — 1918 г.), донесенiе очевидца из Овруча от 17 декабря 1917 г., вход. № 483.

49

«Naie Zait» от 28 октября 1917 г. См. также архив еврейскаго министерства.

50

«Der Telegraf» (кiевск. газ.), № 20, от 11 дек. 1917 г.

51

Архив министерства по евр. дѣлам, копiя отношенiя начальника Ольгопольской уѣздн. милицiи Подольскому губ. комиссару, от 22-го ноября 1917 г., за № 6191.

52

Там-же, вход. № 81, от 15 ноября 1917 г.

53

Архив министерства по евр. дѣлам, телеграмма из м. Ляховицы, вход. № 762, получ. 16 янв. 1918 года.

54

Там-же, донесенiе из Мястковки, от 28 ноября 1917 г.

55

«Naie Zait», № 80, от 18 декабря 1917 г.

56

Там-же, № 77, от 14 декабря 1917 г.

57

Архив еврейскаго министерства, вход. № 250, от 10 декабря 1917 г.

58

«Naie Zait», 1917 г., № 15, также № 41.

59

Там-же, № 58, от 21 ноября 1917 г.

60

Там-же, № 39, от 27 октября 1917 г.

61

Цит. по газ. «Der Telegraf» № 10, от 28 ноября 1917 г. См. также № 15.

62

Цит. по газ. «Naie Zait», № 40, от 28 октября 1917 г.

63

Архив еврейскаго министерства, сообщенiя из этих мѣст.

64

«Der Telegraf», № 17, от 7 дек. 1917 г.

65

Архив КОПЕ, донесенiе из Дубно от 14 декабря 1917 г., см. там-же двѣ телеграммы из Дубно («в уѣздѣ не прекращаются безпорядки и т. д.»).

66

Архив еврейскаго министерства, донесенiе из Макарова, вход. № 173, получ. 1 декабря 1917 г.

67

См. перечень всѣх этих пунктов во 2-й части настоящей книги — «Матерiалы и документы».

68

Архив еврейскаго министерства, донесенiе из м. Каменки, полученное 14 января 1918 г., вход. № 702. См. также Одесск. еженед. «Еврейская Мысль», № 9, 1918 г. Эта Каменка — Кiевской губ. (Чигир. уѣзда); упомянутая выше Каменка (погром 6 нояб.) — Подольск. губ.

69

По другим сообщенiям погром учинен был солдатами 132 пѣхотнаго полка, см. одесск. еженед. «Еврейская Мысль», № 9, 1918 г. Когда мѣстная дума обратилась к «радѣ» 132 пѣхотнаго полка за помощью, солдаты отвѣтили, что не желают «защищать жидов».

70

См. брош. Н. Сыркина, «Наша позицiя в Украинской Центральной Радѣ», Кiев, 1917 г.

71

Евреям, по пропорцiи, полагалось больше мѣст, но они оставили себѣ из политическаго такта только 50 и 5.

72

В. Винниченко, цит. соч., т. I, стр. 297.

73

Там-же, стр. 286.

74

Ср., напримѣр, ст. в «Голосѣ Бунда», 1917 г., № 3.

75

«Naie Zait», № 49, от 10 ноября 1917 г.

76

Там-же, в том-же номерѣ. Интересно отмѣтить, что против III Универсала никто не голосовал, а воздержались 4 чел.: русскiе с.-д. и русскiе с.-р. Не подписал только представитель «польскаго центральнаго об'единенiя».

77

«Naie Zait», № 48, от 9 ноября 1917 г.

78

Там-же, №№ 56 и 55, от 17 и 16 ноября 1917 г.

79

Там-же, № 78, от 15 декабря 1917 г. Резолюцiя с опредѣленной защитой украинскаго движенiя принята также конференцiей украинских сiонистов.

80

Там-же, № 88, от 30 декабря 1917 г. См. ту же газету №№ 67 и 73. В послѣднем номерѣ описывается, как торжественно был отпразднован третiй Универсал в Винницѣ, гдѣ он был прочитан также и по еврейски. То же произошло в Кременчугѣ и друг. городах.

81

«Naie Zait», №№ 59 и 60, от 22 и 23 ноября 1917 г.

82

Вопрос о IV Универсалѣ голосовался в Малой Радѣ 11 января 1918 г. и прошел 39 голосами украинцев против 4, при 6 воздержавшихся.

83

«Der Telegraf», № 15, от 17 января 1918 г., ст. М. Маккаби, «Об'явленiе самостiйности».

84

«Der Telegraf», № 2, от 16 ноября 1917 г., ст. «Der guter onheib» («An alter cholem wert m'kujem»).

85

«Naie Zait», № 10, от 13 января 1918 г.

86

«Кiевская Мысль», от 19 декабря 1917 г., Отчет о засѣданiи Центральной Рады.

87

Там-же, от 22 и 23 ноября 1917 г.

88

Позже, в январѣ, он был убит. Это была месть «за измѣну».

89

Цит. по кн. П. Христюка, т. II, стр. 108 — 112.

90

М. Ковенко, как и С. Петлюра и В. Винниченко, был членом украинской соц. — демократической партiи.

91

Д-р М. Зильберфарб, «Евр. министерство и евр. автономiя на Украинѣ» (на евр. языкѣ), изд. «Фольксферлаг», стр. 60 — 61. Извѣстно, что М. Зильберфарб отказался от своего поста не только из за антисемитских эксцессов но вслѣдствiе общаго поправѣнiя курса, выразившагося между прочим в арестѣ 7 членов Рады, укр. лѣвых с.-р., примкнувших к большевикам. М. Зильберфарб был против ареста членов парламента.

В «Евр. Мысли» (№ 7 — 8, 1918 г.) приводится запрос, внесенный М. Сыркиным от имени сiонистской фракцiи еще 6 января 1918 г. относительно приказа о правѣ жительства.

92

См. «Der Telegraf», № 16, от 24 янв. 1918 г.

93

«Евр. Жизнь» (еженед., Москва) № 23, от 25 iюня 1917 г.

94

Цит. по «Разсвѣту», № 1, от 9 iюля 1917 г.

95

Там-же, № 14, от 11 октября 1917 г.

96

Там-же, № 13, от 4 октября 1917 г.

97

Цит. по «Naie Zait», от 20 октября 1917 г.

98

Архив еврейскаго министерства, циркуляр ген. секретаря внутренних справ к губернiальным и повитовым комиссарам, от 20 октября 1917 г., за № 1679.

99

Цит. по газ. «Der Telegraf», № 1, от 15 ноября 1917 г.

100

«Naie Zait», № 35, от 23 октября 1917 г.

101

Архив еврейскаго министерства (отдѣл о погромах). Напеч. также в «Naie Zait», № 50, 1917 г.

102

Там-же, вход. № 31, копiя проекта «нарада» для борьбы с анархiей.

103

«Евр. Мысль», № 3, 1917 г.

104

«Der Telegraf», № 27, от 22 дек. 1917 г.

105

Там-же, № 25, от 19 дек. 1917 г.

106

Архив Союза евреев-воинов, копiя протокола собранiя еврейских представителей 10 пѣхотн. дивизiи, от 9 октября 1917 г. Из другого документа в архивѣ видно, что в 10 пѣхотной дивизiи находилось 500 евреев-солдат.

107

Там-же.

108

Там-же, копiя выписки из протокола засѣданiя дивиз. комитета 10 пѣхотн. дивизiи, от 14 октября 1917 г. Но бывали и обратные случаи, когда общеармейскiя организацiи отнеслись равнодушно к еврейским бѣдствiям: так, напримѣр, на с'ѣздѣ румынскаго фронта предложенiе протестовать против погромов было встрѣчено полным молчанiем. См. «Der Telegraf», 1917 г., № 26, от 21 декабря, письмо в ред. д-ра Шимкина.

109

Там-же, протоколы конференцiи Союза, засѣданiе 12 октября 1917 г. Это была конференцiя евр. солдат юго-западнаго фронта.

110

Там-же, резолюцiя еврейских солдат 12-ой пѣхотной дивизiи, от 7 декабря 1917 г.

111

Там-же, матерiалы для газ. «Голос еврея-воина».

112

Там-же, копiя протокола засѣд. корп. комитета 5 Сибирскаго армейскаго корпуса, от 20 декабря 1917 г.

113

Архив еврейскаго министерства, копiя резолюцiи евреев-воинов Кiевскаго гарнизона, вход. № 363, получ. 22 декабря 1917 г.

114

Архив Союза евреев-воинов, проект положенiя об отрядах евр. самообороны.

115

Там-же, матерiалы для газ. «Голос еврея-воина» (зам. «Союз и самооборона»).

116

Как извѣстно, «Министерство по еврейским дѣлам» так стало именоваться лишь в январѣ 1918 года (послѣ закона о нац. — персональной автономiи 9 января). До ноября-декабря оно называлось «Вице-секретарiат по еврейским дѣлам», а в декабрѣ «Генеральный секретарiат по еврейским дѣлам». Мы часто для удобства пониманiя называем его кратко: «еврейское министерство».

117

Протоколы National-Rat'а, засѣданiе 6-ое, от 18 ноября 1917 г. О ходѣ дебатов см. также «Naie Zait», №№ 53 и 57, от 15 и 20 ноября 1917 г.

118

Протоколы National-Rat'а, 7-ое засѣданiе, от 4 дек. 1917 г.

119

«Naie Zait», №№ 54 и 55, 1917 г. «Вопросы евр. войсковых образованiй», ст. М. Каца.

120

Ср., напримѣр, резолюцiю на с'ѣздѣ евреев-солдат 7 армiи, 23 ноября 1917, в Проскуровѣ: «Принимая по вниманiе, что бѣдствiя погромов падают не только на евреев, но и на другiя части населенiя, с'ѣзд находит, что мѣры борьбы против этого позорнаго явленiя должны быть предприняты совмѣстно со всей россiйской демократiей». См. «Naie Zait», № 66, от 30 ноября 1917 г.

121

Там-же, № 6, 1918. См. также в № 8, 1918 г. статья д-ра Б. Сегала «Нужна ли нам еврейская армiя?».

122

«Der Telegraf», № 11, от 29 ноября 1917 г.

123

«Der Telegraf», ст. Кантора о самооборонѣ в № 14, от 4 дек. 1917 г., и его-же статья «Еврейскiе полки» в №№ 26 и 27.

124

Там-же, Письмо в редакцiю д-ра Шимкина, в № 26 от 21 дек. 1917 г.

125

«Naie Zait», № 4, 1918, заявленiе И. Хургина.

126

Архив еврейскаго министерства, отношенiе к команд. Кiевскаго военнаго округа, от 15 января 1918 г., исх. № 702.

127

«Der Telegraf», № 9, от 10 янв. 1918 г.

128

См. «Naie Zait», от 21 декабря 1917 г.

129

Архив редакцiи (1919 г.) сообщ. о Новоград-Волынскѣ О. Сафьяна.

130

Там-же, отчет о Брацлавѣ (из матерiалов еврейскаго министерства в Каменец-Подольскѣ (1919 — 1920 г.).

131

Архив еврейскаго министерства (1917 — 1918), донесенiе из Макарова, получ. 24-го ноября 1917, № 126.

132

Архив еврейскаго министерства, отношенiе инспектора милицiи Кiевск. губ. от 22 нояб. 1917 г. Отвѣт евр. министерству подписан даже не инспектором милицiи, а его помощником…

133

Там-же, письмо Макаровских жителей от 21 октября 1917 г. (на еврейском языкѣ).

134

Там-же, письмо из Мястковки, Подольск. губ., от 28 ноября 1917 г. (на древне-еврейск. языкѣ).

135

Архив еврейскаго министерства, Письмо «Ограбленнаго еарейскаго портного из Овруча», от 17 декабря 1917 г. (на еврейск. языкѣ).

136

Характерным в этом смыслѣ является случай с евреем, унтер-офицером гайдамацкаго полка имени гетмана Сагайдачнаго, Давидом Кацевым. Послѣ расформированiя его дивизiи на фронтѣ он, как житель Украины, был отчислен в упомянутый гайдамацкiй полк в Кiев. Но офицеры и солдаты-украинцы угрозами смерти заставили его выйти из полка. Д. Кацев обратился за содѣйствiем в евр. ген. секретарiат. См об этом в «Naie Zait», от 13 дек. 1917 г., «Антисемитизм в укр. армiи», также «Der Telegraf», № 22, от 13 дек. 1917 г.

137

«Кiевская Мысль», от 9-го ноября 1917 г.

138

Архив Союза евреев-воинов (Кiев), резолюцiя корпусн. комитета евр. военной организацiи 5-го Сибирскаго армейскаго корпуса, от 12-го ноября 1917 г.

139

Архив Союза евреев-воинов, резолюцiя евреев-солдат 12 пѣх. дивизiи, от 7 декабря 1917 г.

140

Там-же, резолюцiя 3-го с'ѣзда XI армiи о погромах и евр. частях.

141

Протоколы National-Rat'а, засѣданiе 6-ое, 18-го ноября 1917 г.

142

«Naie Zait», № 54, 1917 г., уже цит. ст. «Вопросы евр. войсковых образованiй».

143

О. Терлецькiй, «Исторiя украiнськоi громади в Раштатi», Лейпциг, 1919 г., стр. 205. Кстати, автор приводит любопытный факт, характеризующiй политическую природу украинской «сiчi» в лагерѣ: «сiч» имѣла в 1917 г. нѣсколько военных парадов — в день праздника Т. Шевченко и… в день тезоименитства Вильгельма II. См. стр. 312.

144

Там-же, стр. 360.

145

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр 187 (прил.), также 15.

146

Архив еврейскаго министерства, протокол постановленiя евреев г. Ротмистровки, с 192 подписями, вход. № 240, от 8 дек. 1917 г.

147

См. «Naie Zait», от 14 октября 1917 г., ст. о «Вольном казачествѣ».

148

Архив евр. министерства, доклад делегатов Каневской общины, вход. № 200, получ. 4 декабря 1917 г.

149

Архив редакцiи (1919 г.), отчет о событiях в Мокрой Калигоркѣ (из матерiалов КОПЕ, дост. Херсонским).

150

В. Винниченко, цит. соч., т. II, стр. 52.

151

Христюк был также министром вн. дѣл в кабинетѣ Голубовича.

152

Отсюда и дальше мы придерживаемся в датах новаго стиля. До этого мы всюду держались стараго.

153

М. Рафес, «Oif'n Schwel wun der Kontrrewolützie», Кiев, 1918 г., отчет о делегацiи, стр. 53 — 96.

154

Цит. по кн. П. Христюка, т. II, стр. 149, также по бундовской ежед. газ. «Volkszeitung» (Кiев), от 31 января 1918 г.

155

Помѣщенiе евр. министерства, как и великорусскаго, было занято большевистскими учрежденiями и частью разгромлено; польское министерство осталось существовать, но при нем был назначен комиссар, поляк-большевик.

156

В. Винниченко, цит. соч., т. II, стр. 271.

157

П. Христюк, т. II, стр. 149 и дальше.

158

Было два брата Пятаковых, оба видных большевика; один из них, Леонид, был тайно убит «вiльными козаками» наканунѣ прихода большевиков в Кiев, второй — Г. Пятаков играл видную роль в рос. коммунистической партiи и лѣтом 1922 года был назначен предсѣдателем высшаго рев. трибунала в извѣстном процессѣ с. — р'ов.

159

М. Рафес, цит. кн., стр. 78.

160

А. Гольденвейзер в своих воспоминанiях о Кiевѣ сообщает, что во главѣ большевистских войск, совмѣстно с полк. Муравьевым, шел на Кiев также «Кронштадтскiй матрос Рошаль» (см. Архив Русской Революцiи, т. VI, Берлин, 1922). Рошаль, как извѣстно, был евреем-студентом. Мы, однако, нигдѣ больше не нашли подтвержденiя о роли Рошаля в походѣ на украинцев.

161

См. «Naie Zait» от 27 и 28 октября, также 7 декабря 1917 г.

162

Там-же, от 6 декабря 1917 г.

163

«Naie Zait», от 9 декабря 1917 г.

164

«було вимучено вiд Малоi Ради».

165

П. Христюк, т. II, стр. 53.

166

«Volkszeitung» (орган Бунда), от 30 января 1918 г., ст. «Ich wel pruwen varglaichn».

167

Там-же, от 31 января и 1 февраля, 1918.

168

«Naie Zait», от 31 января 1918 г., ст. «Что-же дальше?» и «Новая власть». См. там-же также ст. «За что?».

169

Там-же, от 19 февраля 1918 г., ст. М. Бренера «Pogrom-rechiless».

170

«Naie Zait», от 2 марта 1918 г., перед. ст.

171

Еженед. «Oif der Wach», Кiев, № 4, 1918 г., ст. «Нѣмецко-украинско-польское». Еще в апрѣлѣ 1917 г., в самом началѣ украинскаго движенiя, Н. Сыркин первым выступил в центральном органѣ сiонистов в Петроградѣ «Евр. Жизнь» с нѣсколькими статьями «На Украинѣ», гдѣ горячо защищал украинское дѣло; см. №№ 17 и 18; 1917 г.

172

Единственная украинская партiя, в которой имѣлись евреи, да и то в самом незначительном числѣ, была умѣренная партiя «соцiалистов-федералистов» (с.-ф.).

173

Лидеры «Бунда», русских «меньшевиков» и русских с.-р. в Радѣ.

174

П. Христюк, цит. соч., т. II, стр. 126 и 127. См. также аналогичное указанiе у рьяного защитника Петлюровскаго правительства, А. Д. Марголина, в его книгѣ «Украина и политика Антанты», Берлин, 1922 г., стр. 52 и 55.

175

В. Винниченко, цит. соч., т. II, стр. 44.

176

Брош. «На поворотѣ», изд. Ц. К. Об'един. евр. соц. партiи, Москва, май 1920 г. Брошюра издана по случаю перехода большинства партiи на позицiю коммунистов. Чрезвычайно характерно то обстоятельство, что почти всѣ лидеры еврейских соцiалистических партiй в Радѣ, выступавшiе такими противниками большевиков и защитниками украинства, позже перешли в ряды русск. коммунистической партiи (М. Рафес, А. Золотарев, Д. Липец — из «Бунда»; М. Литваков, Ю. Новаковскiй, И. Хургин и др. — из партiи «Об'единенцев»).

177

Не слѣдует, разумѣется, смѣшивать автора этого гуманнаго воззванiя, украинскаго министра по нацiональным дѣлам А. Шульгина, с редактором антисемитски-реакцiоннаго «Кiевлянина» и извѣстным монархическим дѣятелем — В. Шульгиным, который является также ярым врагом украинизма.

178

Запрос был внесен украинскими соцiал-демократами, на основанiи информацiи, доставленной представителем «Бунда» Д. Липецом, который спецiально прiѣхал для этого в Житомiр, как член Рады. Послѣдняя запрос единогласно приняла. Д. Липец был в Житомiрѣ единственным членом Рады неукраинцем. Но он никакого участiя в работах Рады не принял и даже заявил, что «в виду вновь создавшагося положенiя он считает невозможным выступать, как полноправный представитель «Бунда» и находится только с информацiонными цѣлями». См. «Naie Zait» от 8 марта 1918. Это заявленiе еще больше подчеркнуло изолированное положенiе украинских дѣятелей.

179

«Naie Zait», от 19-го марта 1918 г.

180

Гайдамаками были учинены довольно серьезные эксцессы также в той части Бѣлоруссiи, которая по Брестскому договору отошла к Украинѣ: в цѣлом рядѣ мелких пунктов в районѣ Мозыря произошли погромы, нѣкоторые даже с человѣческими жертвами. Во главѣ этой части гайдамаков стоял одесскiй укр. дѣятель, лидер «самостiйников», д-р Луценко.

181

«Naie Zait», от 7-го марта 1918 г.

182

См. газ. «Кiевская Мысль» от 3-го марта 1918 г.

183

По данным архива Кiевской общины видно, что авторами этого воззванiя, защищавшаго украинскую власть, были: Н. Сыркин (сiонист), д-р Гарбер («Поалей-Цiон») и М. Левитан («Об'единенец»).

184

«Naie Zait», от 6-го марта 1918 г., передовая.

185

Архив еврейскаго министерства, донесенiе о событiях в Корсуни евреев-гласных волостного земства, вход. № 1165, от 9-го апрѣля 1918.

186

Там-же, донесенiе представителей Брусиловской поселковой управы, вход. № 1080, от 5-го апрѣля 1918.

187

Там-же, отношенiе еврейскаго министерства от 5-го апрѣля 1918 г., исх. № 928.

188

Там-же, копiя запроса в Малую Раду от 11-го апрѣля 1918 г. Любопытна дальнѣйшая карьера этого Мизерницкаго: позже он становится «боротьбистом» — членом партiи укр. лѣвых с.-р. «Боротьба», шедшей с большевиками, — и во время извѣстнаго процесса «меньшевиков» в Кiевѣ, в мартѣ 1920 г., был назначен членом судившаго их «чрезвычайнаго революцiоннаго трибунала», как представитель от «боротьбистов». Он состоял также членом руководящей коллегiи по народному образованiю («Наробраз») в Кiевѣ. Вскорѣ послѣ этого он вступает в ряды Коммунистической партiи Украины, занимая видные посты (он был комиссаром просвѣщенiя — «Освiты» — по Полтавской губ.). В апрѣлѣ 1920 г. нѣкоторые еврейскiе соцiалистическiе дѣятели представили предсѣдателю Кiевскаго «Губисполкома» (исп. комитет совѣтов по губернiи) Иванову доказательства погромной дѣятельности Мизерницкаго в прошлом. Иванов обѣщал разслѣдовать этот случай, но из этого ничего не вышло, вслѣдствiе спѣшной эвакуацiи Кiева большевиками перед наступленiем поляков.

189

Архив еврейскаго министерства, донесенiе представителей м. Гоголева, вход. № 1085 («Пусть играет, чтобы дѣвушки танцевали»).

190

Там-же, вход. № 1263.

191

Там-же, вход. № 1087 (справка).

192

Там-же, вход. № 1364, от 19-го апрѣля 1918 г.

193

Запрос был внесен от имени сiонистской фракцiи М. Гросманом. Цитируем запрос по еженед. «Еврейская Мысль» от 26-го апрѣля 1918 г. К сожаленiю, запрос, дав ряд важных свѣдѣнiй о насилiях, не сообщил при этом точно источник, откуда эти свѣдѣнiя заимствованы. Запрос был напечатан в «Кiевск. Мысли» и в кратком видѣ также в еженед. «Разсвѣт» № 16–17, 1918 г.

194

Запрос был внесен «Об'единенцами», поддерживал его от имени фракцiи М. Шац-Анин. См. копiю запроса в архивѣ еврейскаго министерства (11-го апрѣля 1918 г.).

195

Архив еврейскаго министерства, донесенiе из м. Хащеватое (на древне-еврейском языкѣ), вход. № 1675.

196

«Кiевская Мысль», от 19 апрѣля 1918 г., о событiях в Полтавѣ и о ст. В. Короленко.

197

Архив редакцiи (1919), отчет уполн. ЕКОПО Я. Казакова о Полтавѣ. Рѣчь, очевидно, идет не о М. Шаповалѣ, видном с.-р., а об А. Шаповалѣ, «соцiалистѣ-самостiйникѣ», принимавшим дѣятельное участiе в военных формированiях среди украинцев-военноплѣнных в Раштатѣ и причастном позже к ряду крайних шовинистических выступленiй; между прочим, ему приписывали убiйство члена Рады Нероновича за переход к большевикам.

198

«Кiевская Мысль», от 19-го апрѣля 1918 г.

199

Протоколы Кременчугской Городской Думы, засѣданiе 16 апрѣля 1918 г., № 15; см. архив редакцiи (о Кременчугѣ); также показанiя Л. Стрижевскаго.

200

Там-же; слова эти принадлежат гласной Думы В. Панератцевой.

201

Архив еврейскаго министерства, вход. № 1195, от 10-го апрѣля 1918 г.

202

Архив еврейскаго министерства, донесенiе члена медвинской депутацiи, вход. № 1210, от 11-го апрѣля 1918 г. Кiевским губернским комиссаром состоял тогда один из видных укр. дѣятелей и лидеров партiи «с.-ф.» — А. Саликовскiй. Вообще он не был ни раньше, ни послѣ этого замѣчен как антисемит, и надо полагать, что здѣсь была случайность, но случайность эта характерна…

203

Там-же, вход. № 1510.

204

См. евр. еженед. «Oif der Wach», № 3, 1918 г.

205

«Евр. Недѣля», № 21, от 28-го мая 1917 г.

206

См. напр., там-же, жалобу из с. Лукьяновки, близ м. Кашеватое, Кiевск. губ., получ. 15-го апрѣля («крестьяне собрались и заявили, что не хотят евреев»). См. также в архивѣ еврейскаго министерства (отдѣл погромов) отношенiя министерства по поводу аналогичных случаев: к брацлавскому повiтовому комиссару, от 28-го ноября, и новоград-волынскому уѣздному комиссару, от 29-го ноября 1917 г.

207

Архив евр. министерства, вход. № 1232, от 15-го апрѣля 1918 г.

208

Там-же, отношенiе к комиссару в Винницу, исход. № 174, от 5-го декабря 1917 г.

209

Там-же, донесенiе из Чеваньской колонiи, вход. 843, от 15-го марта 1918 г.

210

Там-же, донесенiе о событiях в Гоголево, от 5-го апрѣля 1918 г., вход. № 1085.

211

Архив редакцiи (1919 г.), доклад о событiях в Иванковѣ, зап. по сообщ. секретаря общины А. Кагана.

212

Цит. по «Naie Zait», № 31, от 6-го марта 1918.

213

Ст. Яриновича в газ. «Нова Рада», № 23, 1918 г. Как извѣстно, Яринович — псевдоним редактора газеты А. Никовскаго.

214

Не имѣя под рукой этого номера «Новой Рады» (ст. помѣщена 9-го марта), мы цитируем по еженед. «Евр. Мысль» № 16, 1918 г., (Первое предостереженiе), гдѣ статья передана почти полностью. См. также «Naie Zait», от 11-го марта 1918 г.

215

С аналогичными обвиненiями против евреев выступил тогда также украинскiй с.-д. Свогобочный (Гр. Гетьманец) в спецiальной брошюрѣ «До страшних днiв у Кiiвi».

216

«Naie Zait», от 19-го марта 1918 г. Мир был ратифицирован всѣми голосами против 7 («меньшевиков», «Бунда», росс. с.-р. и польскаго «централа»).

217

«Naie Zait», от 22-го марта 1918 г.

218

Там-же, от 25-го марта 1918 г. («A gewins oder a gseire?»).

219

См. подробно об одесской дружинѣ записки и воспоминанiя С. Якоби, ея организатора и руководителя, в архивѣ редакцiи. Кромѣ этой дружины, имѣвшей спецiальныя цѣли самообороны, в Одессѣ существовала еще еврейская воинская часть, т. н. «Еврейскiй батальон», образовавшiйся с разрѣшенiя Генеральнаго Секретарiата и расформированный с приходом нѣмцев.

220

Мы цитируем слова газеты; нам, однако, не вѣрится, что газета этим думает, что Совѣт собирался учинить погром, но, надо полагать, что Совѣт столкнулся с погромным вопросом в виду антисемитскаго настроенiя красных частей.

221

Еженед. «Разсвѣт» (Петроград) № 18, 1918 г., «На красном фонѣ». Свѣдѣнiя о Мглинѣ и Суражѣ заимствованы нами только из этой газеты, так как в других источниках мы не нашли об этом ничего.

222

В газ. «Naie Zait», от 24 и 25 апрѣля 1918 г., имѣется список около 100 убитых евреев в Глуховѣ. По нѣкоторым, явно преувеличенным, свѣдѣнiям убитых было свыше 400 (см., напримѣр, газ. «Соцiал-Демократ»).

223

См. петроградскую еврейск. газету «Togblat» от 19-го апрѣля 1918 г., обширное показанiе очевидца. См. о Глуховѣ также «Разсвѣт» (еженед.) № 11–12 и 14, 1918 г.

224

Этот Совѣт, в лицѣ комиссара Пильченко, вскорѣ послѣ погрома, наканунѣ Пасхи, наложил на евреев контрибуцiю, угрожая, что в противном случаѣ погром повторится. См. «Togblat» от 19-го апрѣля 1918 г., разсказ очевидца о глуховском погромѣ.

225

«Naie Zait» от 4-го мая 1918 г.

226

Письмо («Матерiалы для исторiи») было напечатано в маѣ, в газ. «Togblat», №№ 64 — 66; см. также еженед. «Евр. Недѣля» № 15, 1918 г. и «Разсвѣт» № 18, 1918 г.

227

Архив евр. министерства, донесенiе о Сядрино и Ахрамѣевичи, от 8-го апрѣля 1918 г., вход. № 1147. См. также «Naie Zait» от 10-го апрѣля 1918 г.

228

Архив Кiевской евр. общины, меморандум Новгород-Сѣверскаго Комитета помощи в Кiевскую общину от 19 апрѣля 1918 г. Меморандум перепечатан в сборн. «Zionistische Samelbicher» (на евр. языкѣ) том 1-й, Петроград 1918. Болѣе кратко о событiях в Новгород-Сѣверскѣ см. также в архивѣ евр. министерства, отчет раввина, вход. № 1045, от 21 мая 1918 г., а также газ. «Togblat» от 9 мая, «Разсвѣт» № 16–17, 1918 г. В «Naie Zait» от 19 апрѣля 1918 г. напеч. список 63 убитых в Новгород-Сѣверскѣ, среди них 20 женщин. См. также еженед. «Евр. Мысль» № 36, заимствованное из газ. «Hajnt» описанiе Ш. Шнейфала о погромѣ.

229

Архив еврейскаго нацiон. — секретарiата, донесенiе из Конотопской общины о событiях, январь 1919 г.

230

В то время в Совѣтской Россiи царило вообще тревожное погромное настроенiе. В разных концах Россiи вспыхивали отдѣльные антисемитскiе эксцессы и погромы, учиненные городским населенiем, крестьянами или солдатами, но они не приняли широких размѣров. Погромы захватили тогда главным образом Бѣлоруссiю — Минскую, Витебскую и отчасти Могилевскую губ., слѣд. пункты: Кайданов, Радашковичи, Столбцы, Раков, Городок, Клецк, Воложин и др. Погром произошел и в самом Витебскѣ. В Могилевской губ. погромы учинены были польскими легiонерами («первого корпуса»). Еврейскiе погромы произошли также и в далекой Бухарѣ и Ташкентѣ и были учинены мѣстными «сартами» и русскими солдатами.

231

См. упомянутыя записки С. Якоби об одесской боевой дружинѣ, в архивѣ редакцiи.

232

Протоколы Кременчугской городской думы, засѣд. 16 апрѣля 1918 (копiя в архивѣ редакцiи). По тексту рѣчи видно, что оратор считает это убiйство дѣлом рук красных войск, однако мы нигдѣ больше не нашли подтвержденiя о случаѣ в Галещинѣ.

233

«Naie Zait», от 12-го апрѣля 1918 г., также от 9-го апрѣля 1918 г.

234

Ср. «Naie Zait» № 84, от 15-го мая 1918.

235

Цит. по кн. П. Христюка, т. 2, стр. 139.

236

О похищенiи этой нацiоналистической украинской организацiей Добраго см. интервью с ним в «Naie Zait» от 6-го и 7-го мая 1918 г. В iюлѣ 1918 г. в Кiевѣ произошел процесс по дѣлу похищенiя Добраго. На скамьѣ подсудимых сидѣло нѣсколько видных представителей правительства Рады, во главѣ с бывшим премьером Голубовичем. Судил их нѣмецкiй военный суд. Процесс явился открытым надругательством над самостоятельностью Украины и внес в ряды украинских дѣятелей огромное раздраженiе против нѣмцев. Рикошетом раздраженiе перенесено было и на евреев, так как причиной позорнаго процесса был еврей-банкир…

237

См. С. Гольдельман, «In Goles bei di Ukrainer», Вѣна, 1921 г., стр. 43.

238

Ср., напримѣр, описанiе И. Клинова о мѣстечкѣ Голованевскѣ, Подольской губ., в сборникѣ «In der Tkufe vun Rewoluzie», который выходит в изд. «Jüd. Literarischer Verlag» (на евр. яз.), Берлин.

239

Послѣ выхода в отставку М. Зильберфарба пост еврейскаго министра нѣкоторое время оставался незамѣщенным; послѣ прихода нѣмцев короткое время пост этот занимал представитель «Volkspartei» В. Лацкiй, котораго поддерживали еврейскiя лѣвыя партiи. В началѣ гетманскаго господства В. Лацкiй вышел в отставку. Пост директора департамента общих дѣл занимал в министерствѣ, еще с конца 1917 г., Н. Гергель, который оставался до ликвидацiи министерства.

240

В нѣкоторых городах были арестованы предсѣдатели общин (Городище, Старо-Синява), в других запрещены засѣданiя общин (Ямполь, Фельштин), или закрыты их канцелярiи (Погребище). См. «Die jidische Autonomie un der Nationaler Sekretariat in Ukraine» (евр.), Кiев 1920, стр. 218 и др.

241

Так, напримѣр, в Овручѣ, Волынской губ., был получен из Житомiра тайный приказ не брать евреев на государственную службу, а ранѣе принятых постепенно увольнять. См. архив редакцiи (1919 г.), доклад А. Гиллерсона об Овручѣ.

242

Архив Кiевской евр. общины, докладная записка совѣта общины на имя министра внутренних дѣл, от 27-го августа 1918 г., также другiе матерiалы о насилiях над евреями при гетманѣ, свѣдѣнiя об Обуховѣ.

243

Там-же.

244

Не имѣя под рукой газ. «Вiдродження», цитируем по газ. «Naie Zait», от 1-го iюня 1918 г., гдѣ статья почти цѣликом приводится.

245

П. Христюк, цит. соч., т. III, стр. 66 — 67.

246

Цит. его слова по кн. П. Христюка, т. II, стр. 173.

247

Ст. напеч. в газ. «Боротьба» 11-го или 12-го апрѣля 1918 г.

248

Ст. напеч. в газ. «Нова Рада» 22-го или 23-го мая 1918 г.

249

Архив редакцiи (1919 г.), заключенiе слѣдственной комиссiи о погромах в Житомiрѣ; также показанiе П. Дзвалтовскаго, Я. Розенблата и Е. Эльясберга (отдѣл матерiалов о Житомiрѣ).

250

Запрос был внесен от имени сiонистов М. Гросманом. Между прочим, аналогичные плакаты нѣмцами были вывѣшены и в нѣкоторых других городах: нам извѣстен, напримѣр, такой случай в Александрiи Херсонск. губ.

251

Брошюра на укр. яз. «Для чого нiмцi пришли на Украiну?», вышла в изданiи «Вiдродження».

252

Архив редакцiи (отдѣл документов), «Bekanntmachung», помѣченное Смѣлой, 6-го октября 1918 г.

253

Там-же, «Bekanntmachung», от 17-го октября 1918 г., Смѣла.

254

Там-же, «Bekanntmachung», помѣч. 18-го iюля 1918 г., на нѣмецком и русском языках (в Бѣлой-Церкви). См. во 2-й части настоящей книги «Матерiалы и документы».

255

Об этом воззванiи и переговорах см. архив редакцiи (матерiалы 1917 — 1918 гг.), копiю сообщенiя в евр. министерство из Бѣлой-Церкви.

256

Архив редакцiи (отдѣл документов), копiя циркуляра «Einfluß der Judenschaft auf die Mannschaft», из Александрiи (Херсонской губ.), 25-го августа 1918 г., от имени «K. u. K. 11. Kav.-Brig.-Kmdo».

257

Там-же (матерiалы 1917 — 1918 гг.), копiя резолюцiи Проскуровскаго общиннаго совѣта, от 26-го августа 1918 г.

258

«Naie Zait», от 13-го сентября 1918 г., ст. «Choisik oder erger?»

259

Архив евр. министерства, донесенiе о событiях в Слободѣ Радуль, вход. № 1892, от 24-го мая 1918 г.

260

«Naie Zait», от 30-го мая 1918 г.

261

Архив евр. министерства, копiя донесенiя из Городни Кiевской общинѣ, вход. № 1956, от 31-го мая 1918 г.

262

Архив Кiевской общины, докладная записка общины министру вн. дѣл, от 27-го августа 1918 г.

263

Там-же.

264

Архив евр. министерства, вход. № 2860, от 15-го iюля 1918 г.

265

Там-же, телеграмма из совѣта общины Староконстантинова, вход. № 2638, от 9-го iюля 1918 г.

266

П. Христюк, цит. соч., т. 3, стр. 59 и 106.

267

г. «Россiя» (Екатеринодар), № 3, от 18 авг. 1918 г., ст. «На Украинѣ».

268

Там-же, № 4, ст. «Еще о народной войнѣ на Украинѣ».

269

Там-же, № 29, ст. «На Украинѣ».

270

В. Винниченко, цит. соч., т. 3, стр. 71. — Оффицiальное телеграфное агентство УТА также сообщало о сильной повстанческой группѣ в районѣ Звенигородки, доходившей до 12 000 человѣк с пулеметами и даже орудiями.

271

Архив евр. министерства, донесенiе о Лысянкѣ, получ. 1-го iюля 1918 г., за № 2429.

272

Архив Кiевской общины, донесенiе от евр. населенiя Лысянки, получ. 7-го iюля 1918. См. также упом. выше докладную записку общины министру внутренних дѣл, от 27-го августа.

273

Архив Кiевскаго Центр. Комитета помощи погромленным, отдѣл городского комитета, письмо Лысянскаго раввина, получ. 30-го апрѣля 1919 г., вход. № 133 (на древне-евр. яз.). В письмѣ дается преувеличенная цыфра убитых — 80 человѣк.

В другом документѣ о Лысянских событiях сообщается такой эпизод: когда повстанцы, прогнав нѣмцев из района, рѣшили отомстить евреям за то, что «они привели нѣмцев», и устроить рѣзню, то руководитель повстанцев, Артаменко, заявил, что он даст лучше себя убить, чѣм пролить кровь невинных евреев. См. архив редакцiи, отчет уполномоч. КОПЕ: «Лысянка в 1918 — 1920 гг.».

274

Архив Кiевской общины, донесенiе из Винограда, вход. № 67, от 27-го октября 1918 г.

275

Там-же, донесенiе о Торчицѣ.

276

Там-же, донесенiе из Ставища, от 10 элула (средина августа), 1918.

277

Там-же, донесенiе Жашковскаго общиннаго совѣта, вход. № 31, от 29-го августа 1918 г.

278

Архив редакцiи (1919 г.), доклад уполномоч. КОПЕ, Х. Гофмана, о Жашковѣ.

279

Архив Кiевской общины, донесенiе из Володарки, вход. № 27, от 23-го августа 1918 г.

280

Там-же, упом. донесенiе о Торчицѣ.

281

Архив редакцiи (1919 г.), доклад о Корсуни, составл. А. Юдицким.

282

Архив Кiевской общины, докладная записка мин. вн. дѣл, от 27-го августа 1918 г.

283

Архив Кiевской общины, обращенiе Жашковской общины в Кiевскую, получ. 29-го августа 1918 г. (на древне-евр. языкѣ).

284

Представитель поляков своим запросом имѣл явно в виду извѣстное жестокое убiйство семьи крупнаго помѣщика кн. Сангушко в Славутѣ, произведенное солдатами и крестьянами. И. Ч.

285

Это была конференцiя евр. солдат юго-западнаго фронта; то же и вторая конференцiя, состоявшаяся в Кiевѣ в декабрѣ (см. дальше).

286

Кiевским губернским комиссаром в то время состоял А. Саликовскiй, видный дѣятель партiи с.-ф. См. наше примѣч. в I-ой части, гл. VI, о Медвинских событiях. И. Ч.

287

Цыфра убитых здѣсь нѣсколько преувеличена; см. в первой части гл. VII.

288

4-го апрѣля ст. ст.

289

Вышеупомянутое мѣстечко, которое нѣмцы заняли послѣ Глухова.

290

Александрiя — Херсонской губ.; здѣсь находился штаб этой бригады.

291

Здѣсь дана преувеличенная цыфра убитых. Как извѣстно, в самой Лысянкѣ было убито только около 40 человѣк; много убитых было в окрестностях. И. Ч.

292

Говорится относительно рѣзки скота.

Content

Чериковер Илья Михайлович Антисемитизм и погромы на Украинѣ 1917-1918 гг. Перiод Центральной Рады и гетмана

Содержанiе

От "Ostüdisches Historisches Archiv"

Третья гайдамачина Историческое вступленiе

Введенiе

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

Матерiалы и документы к исторiи антисемитизма и погромов на Украинѣ в 1917 — 1918 гг

I. Сообщенiя и донесенiя о погромах (1917 г.)

II. Резолюцiи, протесты, запросы и воззванiя о погромах

III. Самооборона и еврейскiя воинскiя части Украинизацiя армiи и евреи солдаты

IV. Эксцессы украинской армiи, украинская власть и общественность (январь — апрѣль 1918 г.)

V. Погромы большевистских частей (Черниговская губ.)

VI. Перiод гетмана и нѣмецкой оккупацiи (май — декабрь 1918 г.)

Примечания