Дарья Донцова

Черно-белое преступление

© Донцова Д., автор сценария, беллетризация, 2022

© Маяцкий А., режиссер, 2022

© ООО «СМФ»

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

История Медовой Долины

Медовая Долина – городок на берегу моря, в котором живут самые разные животные.

У жителей Медовой Долины хорошие добрососедские отношения, почти все в городе знают друг друга, часто проводят время вместе и всегда готовы прийти на подмогу. Но загадочные и необъяснимые события порой приводят к недопониманию и в некоторых случаях даже к ссорам друзей! Тогда соседи обращаются за помощью к сове Софи, чей неординарный ум позволяет распутывать самые таинственные истории.

Поскольку сова Софи ночная птица и днем спит, то ее помощник бельчонок Чинк фиксирует на свой фотоаппарат события, произошедшие днем. Вечером или ранним утром Софи проводит расследование. Фотографии Чинка и становятся главным материалом для работы Софи.

Глава первая

Белка Люси – лучшая портниха Медовой Долины. Если вы хотите новое праздничное платье или брюки, блузку, костюм, юбку на каждый день, то сразу спешите к Люси. Она может сшить все, да еще сделает сумочку, шляпу, портфель, любую обувь! Люси – мастерица на все лапы.

Белка не только талантлива, она еще и ответственна. Если Люси пообещала: «Платье окажется готово седьмого июня», то будьте уверены, шестого июня, в двадцать три часа пятьдесят пять минут белка войдет в ваш дом с чехлом для одежды в лапах. Почему шестого? Договаривались же, что вы получите обновку седьмого! Ответ прост: седьмое число наступает в полночь, а больше всего на свете Люси боится подвести своего клиента.

Поверьте, она забудет про завтрак, второй завтрак, третий завтрак, про четыре своих обеда, пять полдников, семь ужинов! Люси даже ни одного орешка не сгрызет, но привезет вам новое платье за несколько минуту до того, как часы на башне ратушной площади Медовой Долины возвестят о наступлении дня, когда нужно отдать заказ.

Самолет может прилететь в аэропорт с опозданием, поезд задержаться в пути, автобус способен сломаться. Летчик, машинист, шофер – все могут заболеть, не выйти на работу. Но Люси никогда не подводит клиентов, она гениальная портниха и бесконечно ответственная белка.

А еще Люси немыслимо аккуратна. Она никогда не выйдет из дома без укладки хвоста, модного наряда и уместного макияжа.

Теперь представьте себе изумление совы Софи, лучшего детектива Медовой Долины, когда сегодня Люси ворвалась в ее кабинет, упала в кресло и закричала:

– Все пропало! Ужас! Катастрофа! Кошмар! Кавардак!

Сова посмотрела на Люси и встревожилась.

– Ты вся растрепанная, губную помаду в лапы не брала, духами не пахнешь! Дорогая, что случилось? Чем я могу тебе помочь?

– Беда! – заплакала белка. – Все погибло! Кавардак! Кавардак! Кавардак!

Послышался шорох, и в открытое окно заглянул из сада бельчонок Чинк, помощник Софи.

– О! Люси, ты здесь, – обрадовался он и перепрыгнул через подоконник, – а я тебя ищу! Шел сейчас и увидел на дороге вот это!

Чинк вытащил из кармана браслет и сказал:

– Я сразу понял, что он твой. На украшении разноцветными камушками выложено имя «Люси». В Медовой Долине только тебя так зовут.

Люси на секунду перестала причитать.

– Браслет? Какой?

– Вот же он, – сказал Чинк и протянул Люси свою находку.

Белка закрыла глаза.

– Не желаю думать о ерунде! Ужас! Беда! Кавардак! Кавардак!

Чинк попятился.

– Люси! Ты назвала свой собственнолапно сделанный браслет ерундой?

Бельчонок повернулся к сове.

– Надо срочно вызвать доктора. Портниха заболела. Она не обрадовалась, что я нашел ее налапник, а назвала его ерундой. О! Я понял! Белку напугал этот… ну… она постоянно о нем твердит… гавардок! Люси! Скажи, где его найти, гавардок этот? Я ему сам лапой в нос дам!

Софи встала из-за стола, открыла секретер, вынула бутылочку синего стекла, вытащила из горлышка пробку, затем достала из ящика серебряный стаканчик, накапала в него жидкости цвета шоколада и протянула его гостье.

– Дорогая, выпей!

Люси выполнила просьбу Софи. Чинк поставил свой хвост столбом.

– Софи! Белка тебя послушалась? Невиданное дело! Люси не стала спорить, говорить: «Сама знаю, что мне пить, мне не нужны ваши советы!» Она точно заболела!

Глава вторая

– Кавардак! – всхлипнула Люси. – Самое ужасное для меня: кавардак!

Чинк бросился к портнихе и обнял ее.

– Не бойся! Мы прогоним того, кто тебя напугал так, что ты даже серьги в уши не вставила.

Портниха всхлипнула, закрыла глаза и захрапела.

– Она заснула, – изумился бельчонок, – ох, похоже, Люси совсем плохо.

– Просто ее усыпили капли, – объяснила сова, – подремлет минут десять, очнется и объяснит нам, что произошло.

– И так понятно, – запрыгал Чинк. – Может, помчаться к белке домой? Наверное, гавардок там. Надо его выгнать. Можно я возьму у тебя швабру? Как стукну его!

Софи улыбнулась.

– Чинк, никогда не надо устранять проблему с помощью швабры, не нужно ни с кем драться. Любые конфликты лучше решать с помощью беседы. Гавардока не существует, Люси твердила: «Кавардак, кавардак».

– Какая разница, как его зовут! – воскликнул бельчонок. – Главное, что он портниху испугал.

– Кавардак – это название еды, – пояснила детектив, – блюда из мяса, картофеля, овощей. Его стали готовить много-много лет назад в казане или кастрюле. Кавардак – это очень вкусно. Но из-за того, что в тарелке лежит все вместе: мясо и овощи перемешаны, люди стали называть словом «кавардак» беспорядок. Вот у тебя в спальне, Чинк, настоящий кавардак! Книги, вещи, все перемешано, как мясо и овощи в кушанье. Каждое слово в нашем языке имеет свою историю. Например, завтрак. Почему он так называется?

– Ну… – пробормотал Чинк, – его едят утром.

– Логичнее тогда говорить не завтрак, а утряк? – улыбнулась Софи. – Ответ прост. Слово «завтрак» появилось очень-очень давно, никто не знает, когда именно, но точно в древние времена. А тогда не было магазинов, где можно купить йогурты, сосиски, яйца, хлеб, масло. Еду готовили долго, холодильники еще не придумали, поэтому любое блюдо хранилось считаные часы, потом оно портилось. И все готовилось медленно, у хозяек в те времена не было острых ножей, мясорубки, терки… Мясо, например, растирали камнями. Чтобы накормить утром семью, женщина должна была не спать всю ночь. Но разве человек может жить без сна?

– Конечно нет, – ответил Чинк, – и мы, белки, и вы, совы, тоже нуждаемся в отдыхе.

– Правильно, – похвалила его Софи, – поэтому утреннюю еду готовили вечером, а ели ее назавтра, на рассвете. Завтрак – это блюдо, которое на завтра! Повторяю: в давние времена, когда появилось слово «завтрак», еду готовили загодя и ели не сегодня, а завтра. О! Люси, ты проснулась?

– Да, – кивнула белка, – спасибо, Софи, мне стало легче, могу теперь рассказать, что произошло.

– Слушаем тебя, – сказала Софи и посадила на лицо очки.

Чинк хихикнул.

– Почему ты всегда надеваешь очки, когда кто-то говорит? Они же не слуховой аппарат?

– Замолчи, – велела бельчонку Люси, – не задавай глупых вопросов.

– Глупых вопросов не бывает, – спокойно возразила Софи, – если чего-то не знаешь, надо непременно обратиться к тому, кто тебе все объяснит. Чинк, мы непременно побеседуем о моих очках, но позднее. Люси, начинай.

Портниха заломила лапы.

– Лиса Рита заказала мне платье, сейчас опишу какое! Я взяла особую ткань! Купила ее…

Бельчонок опустил хвост и начал вздыхать.

Люси замолчала, потом сердито воскликнула:

– Софи, вели ему перестать сопеть! Я не могу говорить о самом страшном дне в моей жизни, когда твой помощник хрюкает, закатывает глаза, чихает, кашляет, прыгает, бегает…

– Ничего этого я не делал! – удивился бельчонок. – Просто мне стало скучно, когда ты принялась про одежду для лисы говорить! Прекрасно знаю, что ты целый час впустую проболтаешь! Зачем нам знать, какую тряпку ты купила? Переходи сразу к делу!

Большие глаза Софи стали огромными.

– Чинк! Так говорить невежливо!

– Почему? – возразил бельчонок. – Я сказал правду! Она сейчас долго ткань описывать будет, а можно же просто сказать: «Я сшила Рите обновку!» У меня сегодня времени нет!

– Ты что, президент Медовой Долины? – прищурилась Люси.

– Разве я похож на старого енота Клауса? – обиделся Чинк. – Я что, такой же толстый? Меня везде на машине возят, потому что мои лапы еле-еле ходят? Нет! Перед тобой молодой, стройный, красивый бельчонок, я быстро бегаю! И почему ты вдруг такой странный вопрос задала? Я похож на Клауса, как яблоко на паровоз.

– Старыми бывают кресла, – отрезала Люси, – а про енота лучше сказать: пожилой, так уважительнее. Да, Клаус раздобрел, но это не от котлет, а от лет!

– Не понимаю, – сказал Чинк, – при чем здесь котлеты? Я их очень люблю, в особенности картофельные с грибной подливкой. Но сейчас не время о еде болтать.

– Енот с трудом ходит, потому что у него лапки болят, – продолжала Люси. – Бегать, как ты, Клаус не может. Но ума и воспитания у него хватит на десять бельчат. Старших надо уважать, они плохого не посоветуют. Вопрос про президента я задала потому, что ты стал меня торопить. А это невежливо. Если бы ты работал президентом Медовой Долины, тогда понятно: ты по уши занят, каждая минутка на счету. Но куда торопиться бельчонку, а?

– На турнир по шишкам, – неожиданно ответил Чинк, – я хочу посмотреть, что там делают.

– Турнир по шишкам? – изумилась Софи. – Впервые о таком слышу!

– Я тоже. Он состоится сегодня, – заявил Чинк, – мне интересно. Наверное, участники друг в друга шишки кидать будут.

Люси посмотрела на сову.

– Софи, у меня горе, беда, ужас, катастрофа, кавардак! Я хочу рассказать, что случилось, а Чинк не дает!

– Говори, дорогая, – ласково попросила сова, – приношу тебе извинения за поведение своего помощника, сейчас он будет тебя внимательно слушать.

Глава третья

Люси прижала обе лапки к груди.

– Лиса Рита заказала новое платье. Попросила такое, чтобы все от удивления рты раскрыли. И я придумала нечто потрясающее. Всю переднюю часть наряда обшила пуговицами, которые сама смастерила. Черными и белыми.

Бельчонок поморщился.

– Жуть! Небось голова заболит на эдакое смотреть!

Сова укоризненно воскликнула:

– Чинк!

Помощник детектива понял: он сказал не то, что надо, и забубнил:

– Ну, в смысле жуть какое красивое, и всем оно так жутко понравится, что от жути все с ума сойдут!

Люси закатила глаза.

– Я поместила рано утром платье в чехол, повесила его на вешалке в прихожей и пошла выпить чаю. Всегда так делаю после того, как завершила работу. Затем хотела лисе обновку отнести, но пока я завтракала, кто-то срезал все пуговицы с платья!

– Срезал пуговицы? – повторила Софи. – Вот уж странность! Зачем?

Чинк подпрыгнул.

– Ура! У нас новое дело! Сейчас сбегаю, сделаю фото места происшествия, и мы найдем преступника.

Напевая себе под нос веселую песенку, бельчонок выпрыгнул в окно.

Люси закрыла мордочку лапками.

– Рита хочет сегодня надеть платье на свой день рождения. Праздник состоится в шесть часов вечера. Софи, времени совсем нет. Я плачу! Я рыдаю! Я в ужасе! Мой самый страшный кошмар сбылся: я не могу отдать заказ вовремя.

Белка стала заливаться слезами.

В окно кабинета влез помощник детектива.

– А вот и я со снимками. Тра-ля-ля! У нас новое дело! Ура! Платье испортили! Как здорово!!!

Софи нахмурилась.

– Чинк! Если хочешь стать настоящим детективом, то держи себя в лапах! Никогда нельзя радоваться, что кому-то платье испортили!

Бельчонок с недоумением посмотрел на сову, потом подошел к доске, которая висела на стене, прикрепил к ней фото, отошел в сторону, обхватил себя лапами и начал сопеть и кряхтеть.

Софи взяла свою лупу в роскошной золотой оправе, украшенной разноцветными камнями, стала изучать снимок и сказала:

– Так, так! Вижу пустую вешалку, наверное, на ней висело платье Риты.

– Да, – всхлипнула Люси. – Хотите посмотреть, какую красоту я сотворила?

Белка вытащила из кармана телефон, постучала когтем по экрану, протянула мобильный Чинку и велела:

– Сам восхитись и покажи Софи!

Бельчонок бросил взгляд на экран.

– От черно-белых пуговиц рябит в глазах. Еще секунда, и у меня голова заболит. Ужас!

Софи покачала головой.

– Чинк, воспитанный житель Медовой Долины должен держать себя в лапах!

– А я что? Я ничего, – загудел ее помощник, – просто правду сказал. В глазах от пуговиц рябит! Сейчас меня стошнит!

Софи положила лупу на стол.

– Люси, мы идем к тебе домой. Я увидела на фото черную кисточку, она лежит у вешалки. Думаю, ты не пришивала ее на обновку Риты.

Люси замахала лапами.

– Черная кисточка? Конечно нет! На платье были только пуговицы такого цвета, они прекрасно сочетались с белыми.

Белка кинулась к двери, Софи поспешила за ней, Чинк выскочил в окно.

Глава четвертая

– Где кисточка? – спросил бельчонок.

– На снимке видно, что она лежит у вешалки слева, – пояснила Софи. – Поищи, пожалуйста.

Чинк встал на четвереньки, потом лег на живот, чихнул и спросил:

– Почему в прихожей такой беспорядок? Валенки, босоножки, резиновые сапоги – все в одной куче.

– Чинк, – остановила его Софи, – пожалуйста, молча поищи кисточку и не забывай, что настоящий детектив всегда держит себя в лапах.

– Извини, Софи, – прокряхтел бельчонок, – трудно держать себя в лапах и одновременно шарить ими по полу в поисках улики. Вот! Там еще резалки валялись!

Чинк встал и протянул Софи свои находки. Потом бельчонок принялся отряхиваться, в разные стороны полетели пыль и крошки… Софи поморщилась.

– Если ты запачкался, выйди во двор и там приведи себя в порядок. Нельзя отряхиваться в прихожей!

Бельчонок опустил хвост.

– Разве я виноват, что Люси никогда не подметает пол?

– Неправда! – воскликнула белка. – Тридцать первого декабря я всегда делаю уборку.

– Один раз в году? – хихикнул Чинк.

Люси схватилась лапками за голову.

– У меня дети и тьма заказов. Некогда бегать с тряпкой. Между прочим, пыль толще сантиметра отваливается сама, падает на пол, налипает на обувь, потом бельчата ее на лапках уносят во двор. Можно не тратить время, размахивая шваброй.

– Надо рассказать о твоем методе моей маме, – задумчиво произнес Чинк, – а то она постоянно приказывает нам дом пылесосить.

Софи кашлянула.

– Давайте вернемся к расследованию. Чинк – молодец, нашел кисточку и ножницы, которые он называет «резалками». Последних на фото я не заметила.

– Они под комодом валялись, – уточнил бельчонок.

– Люси, что ты можешь об этом сказать? – поинтересовалась сова.

Белка взяла ножницы.

– Они детские, маленькие, с закругленными лезвиями, такие делают, чтобы малыши не поранились. Я работаю другими, портновскими, они длинные и очень острые. Зачем мне ножницы для детей? Мои мальчики вырезать не любят. У нас таких нет.

– Так, так, – пробормотала Софи, – я так и думала, значит, их потерял преступник. Как он мог снять с платья оригинальный декор? Только срезать!

– Можно еще отгрызть, – возразил Чинк.

– Я пришила пуговицы очень крепко! – объяснила Люси. – Нитки взяла прочные, их не перекусишь.

– Я легко перегрызу что угодно! – заявил Чинк.

– Даже чугунную сковородку? – прищурилась Люси.

Сова захлопала крыльями.

– Давайте говорить исключительно по делу! Ножницы, похоже, принес преступник. А что вы можете сказать о кисточке?

Белка сказала:

– Такие пришивают к головным уборам для судей. Видели, наверное, черную шляпу квадратной формы, с одного ее угла свисает такая кисточка. На простых шапках их не бывает.

– О-о-о! – протянул Чинк. – Мы нашли преступника, это наш судья, колли Степан. Ну и ну! Судья – вор!

– Не неси чушь! – возмутилась Люси. – Степе и в голову не пришло бы срезать пуговицы с платья Риты!

– Почему? – заспорил Чинк. – Может, он обиделся на Риту и решил ей гадость сделать!

Софи вздохнула.

– Люси, ты кому-нибудь рассказывала о дизайне платья для лисы?

– Нет, нет, – затрясла головой Люси, – я всегда храню тайну клиента. Режьте меня, пилите, душите, отнимите третий обед, но я никогда не скажу, что кому шью.

Софи повернулась к Чинку.

– Степан понятия не имел, как Рита оденется на свой день рождения. И я знаю, что он во вторник уехал отдыхать на озеро. У судьи – отпуск, у него есть полное алиби!

– Что у Степана есть? – спросила Люси. – Полный, то есть толстый алабай? И откуда он взялся? У нас в деревне живет семья алабаев, но они все поджарые!

Чинк расхохотался.

– Люси! Ну ты и сказала! Жареные алабаи!

– Поджарые, – уточнила белка.

Чинк схватился лапами за живот.

– Ой, не могу! Сейчас умру от смеха. На чем их поджарили? Когда я шел к Софи из дома, то встретил на улице алабая Рика с женой. Они в спортивных костюмах, как всегда, по утрам пробежку совершали. Разве жареный алабай станет по берегу реки носиться?

Люси махнула лапой.

– Неуч! Поджарый – синоним слова «стройный».

– Синоним? – растерянно повторил бельчонок.

– Хорош помощник детектива, – фыркнула лучшая портниха Медовой Долины, – родного языка не знает.

– Мы уже один раз обсуждали с тобой, что есть похожие слова, – пришла на помощь Чинку Софи, – например: бранить – ругать, блестеть – сверкать, врач – доктор, солдат – воин. Вот они называются синонимы. И Люси сказала не «алабай», она произнесла – «алиби», то есть доказательство того, что ты не совершал преступление. Кто-то утром срезал пуговицы с платья Риты. Я в это время беседовала в своем кабинете с ежом Филимоном. Он подтвердит, что мы с ним провели утро в разговорах о его проблеме. Значит, у меня есть алиби: я не могла срезать пуговицы, потому что была с Филимоном. Никто, в том числе сова, не может одновременно находиться в двух местах. Я понятно объяснила?

– Да, – воскликнула Люси, – но я не подозревала тебя в порче платья Риты! У меня возник вопрос: Чинк, а у тебя есть алиби?

Бельчонок подпрыгнул.

– Люси! Я – детектив, смешно думать, что я мог забрать пуговицы. Зачем они мне? Куда я их дену?

– Не знаю, не знаю, – пробормотала белка, – подозрительно однако…

– Софи, – возмутился Чинк, – скажи ей, чтобы перестала намекать, будто я платье испортил.

– Хороший вопрос, – задумчиво протянула Софи.

– Какой? – полюбопытствовала лучшая портниха Долины.

– Их даже два, – ответила сова. – Чинк только что сказал: «Зачем они мне? Куда я их дену?» У меня нет на них ответов. Эти вопросы – главные, которые детектив должен задать себе, когда работает над любым делом. С какой целью кто-то совершил преступление? Что он хотел получить? Если найдешь ответы, то мигом поймешь, кто преступник. А в отношении Чинка… Люси, что бельчонок мог сделать с пуговицами черного и белого цвета, а?

Портниха насупилась.

– Он просто решил поссорить нас с Ритой!

Чинк отпрыгнул в сторону.

– Да зачем мне это делать?

Глава пятая

Софи вынула из сумочки свою роскошную лупу.

– Люси, поверь, Чинк здесь ни при чем. Давай проведем следственный эксперимент. Представь, что нас с помощником тут нет, и продемонстрируй, как ты вела себя утром.

– Не поняла, – удивилась белка.

– Повтори все свои действия до того, как прибежала ко мне, – уточнила Софи.

– Не понимаю, – опять сказала Люси.

– Можно я объясню? – спросил Чинк.

– Попробуй, – разрешила Софи.

Бельчонок распушил усы.

– Ты проснулась утром. Что было дальше?

– Глупый вопрос, – фыркнула белка, – я села в кровати.

– А потом? – не утихал Чинк. – Перечисляй по порядку.

– Пошла в ванную, умылась, почистила зубы, оделась, сварила себе какао, – зачастила Люси.

– Вот! – обрадовался помощник совы. – Представь, будто нас тут нет, и повтори все, что делала утром.

– Подробно, – добавила Софи, – во всех деталях.

– Зачем это проделывать? – спросила Люси.

– Этот следственный эксперимент поможет нам найти преступника, – объяснила сова.

– Ну, раз так, то ладно, – согласилась Люси, – уходите.

– Куда? – опешил Чинк.

– Куда-нибудь, – махнула лапкой белка, – вас тут утром не было.

Бельчонок расхохотался. Софи строго посмотрела на него и объяснила:

– Люси, нам надо видеть, что и как ты делала! Просто представь, что ты одна, а нас нет.

– Но вы тут, – возразила белка.

Софи сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Дорогая, когда Рита заказала платье, как ты поняла, что его надо украсить пуговицами?

– Просто представила себя лисой и мигом сообразила, как она будет хороша в пуговичном платье, – затараторила портниха.

– Отлично! – заликовала Софи. – А теперь просто представь, что нас в доме нет!

– Но вы есть, – повторила Люси.

– Ммм, – простонал Чинк.

– Если вы спрячетесь в шкафу, – неожиданно сказала белка, – вот тогда у меня все получится.

Софи взмахнула крылом.

– Чинк, вперед, в шифоньер.

– Куда? – заморгал бельчонок.

Сова улыбнулась.

– Помнишь мой рассказ про слова-синонимы? Шифоньер и шкаф – это синонимы. Сейчас я открою гардероб, и мы залезем внутрь.

– Гардероб – синоним шифоньера и шкафа? – догадался Чинк.

– Правильно, молодец, – похвалила его сова, – очень интересное слово. Оно пришло к нам из французского языка, состоит из двух частей, которые пишутся вместе, гарде и роб. Гарде[1] – в переводе с французского – сохранять, защищать, беречь. Роб – одежда, наряд, платье.

– Гардероб, – повторил Чинк, – тот, кто хранит одежду. Здорово!

– Чем больше слов ты знаешь, тем приятнее с тобой общаться, – заметила Софи и полезла в шкаф.

Чинк последовал за ней. Люси бросилась в комнату. Наступила тишина. Потекли минуты.

– Что она делает в спальне? – удивился через некоторое время бельчонок.

– Не знаю, – прокряхтела Софи, – однако тут душно, и в щелку между дверцами плохо видно.

Чинк сдернул с вешалки шубу.

– Надену ее, прикинусь, будто я пальто.

Софи взяла плащ.

– Отличная идея. Теперь мы – вещи и можем открыть шкаф.

Глава шестая

Не успела детектив с помощником замаскироваться, как из спальни выглянула Люси.

– Эй, Софи!

– Меня тут нет, – отозвалась Софи.

– Есть проблема, – зашептала белка, – я поняла, что мне надо повторить все, что я делала утром. Но! Я спала в старой уютной пижамке. В ней стыдно кому-либо показываться. Можно надеть новую, красивую, с кружевами?

– Ладно, – согласилась Софи.

– Какая нам разница, во что ты нарядишься? – прошептал Чинк.

– Тсс, – шикнула сова, – если нет разницы, то всегда надо уступить тому, для кого разница есть. Тебе и мне все равно, а Люси приятнее бегать перед нами в новом костюме для сна.

Раздался топот, из комнаты вышла хозяйка, на ней красовалась шелковая пижама ядовито-розового цвета. Меховая накидка, туфли на каблуках, колье, серьги и пара браслетов завершали утренний наряд.

– Елки-палки, – ахнул Чинк, – жуткая красота!

Люси медленно дошла до ванной, скрылась в ней и закричала:

– Софи, у меня закончилась клубничная зубная паста, я ею зубы утром чистила. Можно взять апельсиновую?

– Да, – ответила сова.

– Люси, – не выдержал Чинк, – начни с того момента, как повесила в прихожей платье.

– Умываться не надо? – уточнила белка.

– Только если тебе самой приятно освежиться, – ответила Софи. – Дорогая, если ты хочешь, чтобы я нашла пуговицы, а Рита получила платье…

– Это мое самое огромное и единственное желание на сегодня, – закричала Люси, выходя из ванной.

– Тогда поторопись сделать то, о чем я тебя попросила, – договорила сова.

Белка закрыла глаза, кинулась в свою спальню, через секунду снова очутилась в холле, но на сей раз у нее в лапах был чехол с платьем. Портниха повесила его на крючок и убежала на кухню, напевая:

– Сейчас выпью какао-макао-дакао! Съем булочку.

До ушей Чинка долетело звяканье и чавканье.

– Она ест! – удивился помощник детектива, – по-взаправдашнему!

– Похоже, Люси прекрасно вжилась в роль, – заметила Софи.

В ту же секунду портниха вышла из кухни и приблизилась к вешалке.

– У нее на морде крошки, – шепнул Чинк, – точно булочку слопала!

– Тсс, – прошипела сова, – внимательно наблюдаем!

Глава седьмая

Люси, продолжая мурлыкать песенку, открыла чехол, молча посмотрела на вешалку, постояла пару мгновений и закричала так пронзительно, что у совы все перья встали дыбом.

– Где пуговицы? Куда они делись?

Потом белка начала метаться по прихожей, расшвыривая обувь на полу. Устроив настоящий беспорядок, Люси замерла посреди холла и пробормотала:

– Может, я их в холодильник положила?

– Мне такое в голову не пришло бы. Правда, один раз я засунула в морозильник телефон. Почему я это сделала? Не знаю! – прошептала Софи. – Однако в портнихе пропадает великая актриса! Не всякая белка может так изобразить, что она пережила утром! Люси!

Хозяйка дома вздрогнула.

– Кто здесь?

Софи высунулась из шкафа.

– Всего лишь я и Чинк.

– Совсем забыла, что вы в прихожей, – смутилась Люси. – У меня получилось изобразить, что и как я делала сегодня утром?

Сова выбралась из шкафа.

– Дорогая, это было гениальное представление. Изучу-ка я внимательно пол в прихожей. Может, неизвестный преступник следы оставил?

Софи начала разглядывать пол и бормотать:

– Ну и ну! Щепки, иголки, камушки…

– Похоже, Люси в этом году пылесос не включала, – ухмыльнулся Чинк. – Когда какие следы появились, непонятно!

– Может, улики в саду найдутся? – предположила сова.

Бельчонок, портниха и Софи вышла из дома.

Сова достала лупу.

– Люси, у тебя ни цветов, ни кустов с ягодами нет. И плодовые деревья не растут, – удивился Чинк.

– В саду у белки повсюду голая земля или песок, – согласилась сова. – На почве любые следы видны прекрасно. Но здесь их столько!!! К Люси постоянно приходят клиенты, и дети ее тут носятся.

– Вот не надо думать, что я ленивая и поэтому не ухаживаю за садом, – сердито сказала Люси, – целый день до ночи я шью всем обновки! Не ем, не пью, только заказы выполняю!

– Сейчас ты булочку слопала, – напомнил бельчонок.

– Только потому, что Софи велела показать, что я утром делала, – пояснила белка.

– Получается, что ты две плюшки схомячила, – заметил бельчонок, – одну, когда встала, вторую – при нас!

Люси уперла лапы в бока.

– А какое твое дело, сколько витушек с корицей я сгрызла? Если ты полагаешь, что я трачу много золотых монет на еду, то ошибаешься. Я экономная. Выпечку мне булочник, кот Платон, дарит. Ему очень нравятся фартуки, которые я для него шью. Каждое утро получаю десять…

– Витушек с корицей, – подпрыгнул Чинк.

– Нет, – возразила Люси, – пять с корицей и столько же с маком.

– Могла бы и меня угостить, – укорил бельчонок хозяйку дома.

– Так я представила, что вас здесь нет, – отбила его атаку Люси, – Софи велела не замечать ни ее, ни тебя.

– В тот момент, когда ты лопала плюшку, могла бы и забыть о том, что говорила Софи, – заныл Чинк, – и угостить нас. А потом опять сделать вид, что нас нет!

Глава восьмая

– Чинк, замолчи, – велела Софи, – хорошо воспитанный бельчонок не может вести такие разговоры.

– Почему? – заморгал Чинк. – Он что, немой?

– Нет, – ответила сова, – просто воспитанный…

– Ты его знаешь? – перебил ее Чинк. – Этого хорошо воспитанного?

– Ну… – протянула Софи, – ну… возможно… О! Это мопс Лаки! Он много читает, всегда вежлив.

– Так ему небось двести лет, – засмеялся ее помощник, – мама говорит, что он еще во время ее детства был старый. Ему просто шевелиться неохота!

И тут раздалась песня: «Пирожные, мороженое, конфеты, мармелад, всему этому я очень рад». Чинк вытащил из кармана телефон.

– Сообщение от медвежонка Фила! «Турнир по шишкам не начнется вовремя, он задерживается». Здорово! Я могу успеть, хочу посмотреть, как участники шишками швыряются.

– Софи права, – сказала Люси, – ко мне приходят клиенты, их много. Дети носятся, все вытаптывают. Какие цветы, ягоды? Я не лентяйка, но…

Люси замерла с открытым ртом и закричала так, что сова зажмурилась.

– Черная фигура! У калитки!

Софи обернулась и увидела кого-то в шляпе и длинном плаще.

Незнакомец только что вошел во двор, понял, что его заметили, развернулся и убежал. Из кармана плаща неизвестного выпал листок. Но он не заметил потери и выскочил на улицу.

– Не пойми кто потерял не пойми что! – занервничала Софи. – Что он обронил?

Чинк подбежал к бумажке, взял ее и принес сове.

– Читаю вслух, – сказала Софи. – «Турнир в беседке на площади. Судья Фил». Хм, дальше оторвано. Но у нас в Долине есть одна беседка на Ратушной площади. Ну-ка, все за мной.

Софи выбежала за калитку, Чинк и Люси поспешили за ней.

Вскоре троица была у беседки.

– Слышите голос? – тихо произнесла Софи.

– Да, – прошептал Чинк, – кто-то говорит: «Чтобы победить, надо пройти в дамки! И тогда она всех съест! Где же судья? Почему мы не начинаем?»

– Бело-черные пуговицы, дамка… я начинаю понимать, – обрадовалась Софи. – А что там лежит возле беседки?

Люси начала озираться по сторонам.

– Где?

Сова показала крылом налево.

– Там.

– Ничего не вижу, – пробормотала белка.

Чинк прыгнул, схватил что-то белое, возвратился назад и отдал найденное Софи.

– Это простая коробка, – разочарованно протянула портниха, – на крышке нарисованы черные и белые квадратики. Ничего интересного.

Сова улыбнулась.

– Люси, ты ошибаешься. Мы обнаружили нечто замечательное. Я все поняла!

Софи развернулась и покинула площадь.

Люси побежала за ней.

– Стой, стой! Что замечательного в какой-то коробке? Маленькой, не особенно красивой! На ней нет ни позолоты, ни резьбы, ни разноцветных камушков!

– Сейчас вернемся в мой кабинет, и я все объясню, – пообещала сова.

Глава девятая

– Ну, теперь наконец мы узнаем, что такого здоровского есть в этой коробке, – сказал Чинк, бегая вокруг стола совы.

Люси села на диван и простонала:

– Как я устала! Обед скоро, а ты, Софи, так ничего и не узнала! Кто взял пуговицы? Где они?

– Обед! – подпрыгнул бельчонок. – До жути охота слопать суп вместе с тарелкой и всем остальным в придачу: картошкой, тушеной морковкой!

– Чинк, – строго произнесла сова, – лучше сказать: «Я слегка проголодался».

– Слегка? – повторил бельчонок. – Да я готов жареную табуретку схомячить. «Слегка проголодался!» Ха! Это неправда.

– Фраза, которую я посоветовала тебе говорить, даст всем понять, что ты хорошо воспитан, – вздохнула Софи, – а выражение «до жути охота слопать суп вместе с тарелкой» произведет на всех не лучшее впечатление. Но давайте посмотрим на шкатулку! В ней хранится прекрасная настольная игра! Она называется шашки. Слышали о такой?

– Нет, – хором ответили Чинк и Люси, потом бельчонок заныл:

– Когда пообедать можно?

– Держи себя в лапах, – строго сказала сова. – Шашки придумали очень давно. Никто не знает имени того, кому пришло в голову взять доску, расчертить ее на шестьдесят четыре белые и черные клетки и посадить за нее двух игроков. У них у каждого по двенадцать шашек.

Софи открыла коробку и высыпала на стол груду белых и черных пластмассовых кругляшей.

– Такие фишки и называются шашками. У одного игрока они белые, у другого – черные. Как можно победить в этой игре? Надо отобрать у противника его шашки, «съесть» их. Это логическая игра, те, кто хорошо в ней разбирается, как правило, быстро осваивают арифметику. Увидела я эту коробку и сразу поняла, где пуговицы и кто их срезал с платья Риты!

– Софи, ты знаешь, кто украл пуговицы? – обрадовался Чинк.

Сова улыбнулась.

– Некто в черном вошел в сад белки, увидел нас и убежал. Но он потерял обрывок бумаги, и, прочитав текст, я узнала, что сегодня в беседке состоится турнир по шашкам и судит его сын медведицы Розы.

Люси замахала лапами.

– Софи! Меня шашки не интересуют! Мне пуговицы нужны.

Чинк, который по-прежнему обнимал себя лапами, сказал:

– Фил говорил мне о соревновании. Только он шепелявит, поэтому я расслышал: «Турнир по шишкам», очень хотел пойти и посмотреть, как участники друг в друга бросать их будут. А теперь расхотел. Сразу желание пропало, как только Софи прочитала, что судьей будет Фил! Он всегда жульничает!

– Не знаю, честно ли медвежонок будет судить турнир, – начала сова, – но…

Договорить она не успела, Чинк перебил Софи:

– Конечно нет! Если Фил где-то судит, то всегда на первом месте оказываются его родственники.

– Не хочу говорить о том, что мне доподлинно не известно, – остановила бельчонка Софи, – а вот то, что Фил постоянно теряет свои вещи, я знаю точно.

Сова стала аккуратно складывать в коробку шашки.

– Когда мы стояли у беседки, слышали, как кто-то сказал: «Чтобы победить, надо пройти в дамки». Дамка – главная шашка в игре. Они черные и белые, как пуговицы на платье Риты. В тот момент у меня появилась догадка, а потом я нашла коробку с настольной игрой. Я сложила все улики вместе и поняла, что случилось, кто потерял в прихожей Люси черную кисточку. И догадалась, кто срезал пуговицы!

Глава десятая

Люси вскочила с дивана.

– Софи! Назови имя!

– Здрассти, – пробасил хорошо всем знакомый голос, и в окно влез медвежонок.

Он подошел к письменному столу и заканючил:

– Софи, пожалуйста, выручи, у меня неприятность.

Софи быстро прикрыла коробку с шашками книгой.

– Хорошо, но с условием, что ты ответишь на мои вопросы.

– Почему ты так странно нарядился? – изумился Чинк. – Черный халат, черная шляпа, черные перчатки?

Софи усмехнулась.

– Ну, это и мой первый вопрос.

Фил сел в кресло.

– Я сужу турнир по шашкам. На мне мантия судьи и шапочка судьи. Так всегда рефери одеваются. Наверное, Чинк, ты не в курсе, что означает слово «рефери»?

– Думаю, это синоним слова «судья», – ответил бельчонок.

– Что такое «синоним»? – спросил медвежонок.

– Потом объясню, – пообещал Чинк. – А перчатки тебе зачем?

– Это и мой второй вопрос! – заявила сова.

Фил вскинул голову.

– Понимаешь, Чинк, стать судьей на турнире может не каждый житель Медовой Долины. Надо прослушать лекцию и только потом получишь форму: четырехугольную шапочку и мантию. Навряд ли ты знаешь слово «мантия», она сейчас на мне.

– Черный халат, – хмыкнул бельчонок.

Фил кивнул.

– Да, необразованные жители Медовой Долины мантию именно так называют. Профессор на лекции сказал: «У судьи должны быть чистые лапы, чтобы к ним ничего не прилипало». Вот я и натянул перчатки!

Софи распушила перья.

– Нельзя гордиться своими знаниями и считать себя умнее других. Мантия – это часть торжественной одежды царей, судей, академиков. Фил, «чистые лапы, к которым ничего не прилипает», это не про вымытые с мылом конечности. Это про твою честность.

Фил заморгал.

– Не понимаю.

Сова прищурилась.

– Допустим, что твой родной дядя скажет: «Фил, ты получишь от меня десять кило конфет, но за это сделаешь меня победителем турнира, даже если я всем проиграю». Если ты возьмешь конфеты и поставишь дядю на первое место, значит, ты нечестный судья с липкими лапами.

– Я никогда так не поступлю! – обиделся медвежонок.

– Молодец, – обрадовалась Софи, – продажный судья – это отвратительно.

– Я у дяди конфет не возьму, – продолжал Фил, – любимого дядю я просто так всегда главным победителем назначаю, бесплатно, потому что он мой родной и любимый.

Сова закрыла крылом глаза и спросила:

– Фил, зачем ты срезал пуговицы с платья, которое висело в прихожей Люси?

Белка ахнула.

– Так это он – вор и разбойник?

– Нет! – возмутился медвежонок. – Просто я попал в сложное положение. Я же судья, поэтому должен хранить шашки у себя. Сегодня я пришел в беседку рано утром, чтобы проверить, как стол разместили, правильно ли стулья поставили. Потом решил коробку с шашками в сейф спрятать, а ее в кармане не оказалось! Представляете?

– Очень даже хорошо представляем, – рассердился Чинк, – ты постоянно что-то теряешь!

Но медвежонок, похоже, не слышал замечания бельчонка, он продолжал:

– А как без шашек турнир по шашкам проводить? Что делать? Я обежал всех соседей. Ни у кого шашек нет. От полной безнадежности я бросился к Люси. Еще подумал: «Ну откуда у белки умная игра, она же портниха».

– Ну и ну! – возмутилась Люси. – Ты считаешь тех, кто шьет одежду, глупыми?

– Ты не можешь быть судьей, – задрал нос Фил, – а я прослушал лекцию. Несомненно, я намного умнее швеи. Но вот что удивительно! Я увидел у Люси в прихожей… шашки. Да только она их по глупости на платье пришила, не поняла, для чего предназначены костяшки. Я быстро срезал все и ушел.

– Ты носишь с собой ножницы? – уточнила Софи.

– Конечно, они в любой момент могут мне понадобиться. Жаль, что я часто их теряю, – вздохнул Фил.

Софи положила на стол маленькие ножницы.

– Это твои?

– Да, – обрадовался Фил, – давай их сюда!

– Интересно, что сказали игроки, когда увидели, чем им предлагается играть? – осведомилась сова.

Медвежонок махнул лапой.

– Я прибежал в беседку, разложил шашки, радовался, что у меня все готово. И тут появляется барсук Михаил и давай смеяться: «Фил, хорошая шутка! Ты положил вместо шашек пуговицы, все посмеются. А где коробка с настоящими шашками?»

Глава одиннадцатая

Медвежонок поежился.

– Я подумал, что он меня разыгрывает, спросил: «Почему ты решил, что это пуговицы?» Михаил еще сильнее развеселился: «Так они с дырочками!»

Фил схватился лапами за голову.

– Взял я одну фишку! А в ней маленькие отверстия! Побежал к Люси, хотел у нее спросить, зачем она мои шашки просверлила? Увидел, что она не одна, и ушел. Решил потом с портнихой поговорить, а у Софи шашки попросить. Подумал, что у детектива они точно есть.

– Что? – закричала белка. – Глупее ничего до сих пор не слышала. Вот у меня умный вопрос. Как ты не догадался, что срезаешь с платья пуговицы?

– Так их много было, – запричитал Фил. – Зачем столько? Две, три, ну, ладно, четыре, и хватит. А на платье была просто куча моих шашек.

– Это не твои шашки, а мои пуговицы! – завопила Люси. – Сколько раз можно повторять: пуговицы! Пуговицы!

– Нет, не поверю, – рассмеялся медвежонок, – хоть сто раз повтори! Не бывает на одежде столько пуговиц! Зачем они там?

– Люси, Фил, перестаньте спорить, – посоветовала Софи.

– Трудно перестать, когда медвежонок говорит глупости, – затопала лапками белка.

– Она проделала в моих шашках дырки и не сознается! – воскликнул медвежонок.

Сова встала.

– Все замолчали. Первое. Любой скандал…

– Мы просто разговариваем, – возразил Фил.

– Нет, – заявила Софи. – Что такое беседа? У медвежонка свое ви́дение проблемы, и у Люси тоже свое ви́дение проблемы. Они хотят договориться, садятся за стол. Белка молча слушает Фила, а он потом молча слушает белку. Затем оба участника беседы задают друг другу вопросы. И в результате решают проблемы, что-то умное взяли от Фила, что-то умное – от Люси, а глупости отбросили. Никто не настаивает, что он прав, не кричит, не ругается! Вот это разговор. А у вас крик. Итак! Первое. Любой скандал останавливает тот, кто умнее! Он говорит тому, кто глупее: «Хорошо, ты прав». Второе. Нельзя входить без спроса в чужой дом и брать там даже свою вещь без разрешения хозяев. Третье.

Сова открыла ящик письменного стола, вынула коробку и протянула ее Филу.

– Вот шашки, ты их потерял. Верни то, что отрезал.

Медвежонок вытащил из карманов белые и черные пуговицы и положил их на стол Софи. Люси бросилась к ним.

– Ура! Они нашлись. Пришью их на платье! Успею до начала вечеринки! А уж потом с тобой побеседую, Фил!

Погрозив медвежонку лапкой, белка убежала.

Фил вытер лапой нос.

– Зачем я к тебе прибежал? Чтобы ты шашки отыскала. Теперь они у меня. Ура! Можно начинать турнир!

Медвежонок исчез за дверью.

Чинк нахмурился.

– Софи, ты разыскала шашки, поняла, кто срезал пуговицы. Получается, что ты сделала хорошее дело и для Люси, и для Фила, но никто из них не сказал тебе «спасибо»!

Сова спросила:

– Чинк, а ты сам всегда благодаришь тех, кто тебе помог?

– Да! – воскликнул бельчонок.

– Неужели? – прищурилась Софи. – Утром ты надел рубашку, брюки и пошел к маме, обнял ее, поцеловал и сказал: «Спасибо, что у меня есть чистая одежда»?

Бельчонок заморгал.

– Мама должна стирать, убирать, готовить – это ее обязанности.

Сова вздохнула.

– Чинк, а какие у тебя обязанности?

– Ну… – пробормотал бельчонок, – ну… хорошо учиться.

– Так ты не для мамы знания получаешь, а для себя, – возразила Софи, – если в дневнике будут стоять двойки-тройки, то ты не попадешь в институт, не сможешь получить хорошую профессию. А вот что ты должен для мамы делать? Именно для нее?

– Не знаю, – растерялся бельчонок, – обедать с аппетитом! Мама всегда говорит, что ее радует, когда дети все съедают!

– Так это тоже для тебя, для твоего крепкого здоровья, – засмеялась сова. – Подумай, что ты делаешь для родителей, лично для них? Может, когда они устают, ты чай им готовишь? И не забываешь говорить старшим «спасибо». У меня возник еще один вопрос. Почему ты все время обнимаешь себя лапами и кряхтишь? Ты заболел?

Чинк потряс головой.

– Нет. Я здоров. Ты же сама сказала: если хочешь стать настоящим детективом, то держи себя в лапах. Вот я и стараюсь.

Софи широко открыла глаза, потом, старательно пряча улыбку, объяснила:

– Чинк, держать себя в лапах – значит думать о том, что говоришь, не грубить, не врать, не злиться, не смеяться над другими, всегда вести себя вежливо. Хорошо воспитанное животное держит себя в лапах, но сдавливать себя не надо. А теперь мне нужно отдохнуть.

Чинк пошел к двери, бормоча себе под нос:

– Софи – очень умная, но иногда она непонятно говорит: «Держи себя в лапах». Лучше сказать: «Веди себя так, как бабушка велит». Вот тогда все будет ясно.

Эпилог

Когда Чинк ушел, Софи открыла шкаф, вынула из него толстую книгу в бархатном переплете, села за стол, расстегнула золотые защелки, взяла ручку и начала писать, приговаривая:

– Дело номер двести семнадцать. Кто-то срезал на платье лисы Риты пуговицы, они служили декором. После проведенного расследования стало ясно: преступления не было. Глупый поступок совершил медвежонок Фил, он потерял коробку с шашками.

Сова оторвалась от работы, посмотрела на большой портрет, который висел на стене, и заговорила:

– Дорогая бабушка Елена, мне хочется стать не только лучшим детективом, но и такой же замечательной учительницей, как ты. Поэтому, расследуя каждое дело, я непременно стараюсь научить чему-то правильному жителей Медовой Долины. К сожалению, они быстро забывают мои объяснения. Недавно мы говорили о том, что такое синонимы. И оказалось, что Чинк не помнит ту беседу. О хорошем воспитании тоже говорили, но Фил опять вытер нос лапой! Интересно, куда запропастился платок, который я ему подарила? Что мы обсуждали сегодня? Что нового узнали Чинк и Люси? Гавардока не существует, есть слово «кавардак», это название блюда, но одновременно и синоним выражения «беспорядок». А еще все очень удивились, когда услышали, что завтрак так называется, потому что в давние времена его готовили вечером и ели назавтра утром.

Сова опять взглянула на картину.

– Чинк – добрый бельчонок, ему нравится работать у меня помощником, но сегодня он обрадовался, что кто-то испортил платье лисы! Чужая беда для него – просто новое дело! Это не очень хорошо. Если у кого-то случилась неприятность, надо ему посочувствовать и предложить свою помощь.

Софи покачала головой и засмеялась.

– А еще Чинк решил, что поджарый алабай – это жареный алабай. Интересно, кто еще не слышал слова «поджарый»? И теперь бельчонок знает, что такое алиби, почему гардероб так называется, какая интересная игра шашки и что такое «чистые лапы судьи»…

Софи покачала головой.

– Очень интересное дело о пуговичном платье. Вот только меня расстроил Чинк, он не говорит маме «спасибо», полагает, что она обязана стирать, гладить, готовить. Наверное, есть еще дети, которые забывают поблагодарить маму, папу, бабушку, дедушку.

– Софи! – позвал кто-то.

Сова вздрогнула, спрятала свой дневник в стол, обернулась и увидела в окне Люси.

– Я отвратительна, – заявила та.

– Нет, дорогая, ты прекрасная белка, – возразила Софи.

– Верно, – согласилась портниха, – но сегодня я повела себя ужасно. Не сказала тебе «спасибо» за то, что ты спасла мою репутацию самой аккуратной портнихи, которая никогда не опаздывает отдать заказ.

– Мне очень приятно слышать это, – улыбнулась Софи.

– Это просто слова, – отмахнулась белка, – лучше получить подарок! И я его принесла, он приятней сладких речей. Смотри!

Люси поставила на подоконник… кастрюлю.

– Ой! – выпалила сова.

– Перед тобой сумочка. Правда, оригинальная? – спросила белка.

Софи молча кивнула.

– Чтобы сделать мне приятное, всегда и везде ходи с ней и рассказывай тем, кого встретишь, что невероятно прекрасную со всех сторон сумку смастерила я, – попросила Люси и исчезла.

Софи осторожно взяла подарок и пробормотала:

– Белка – очень хорошая портниха, кастрюля просто как настоящая. Интересно, как в нее вещи класть. О-о-о! Надо поднять крышку. Со стороны, наверное, это будет выглядеть странно: я кладу кошелек в кастрюлю и хожу с ней по магазинам. Но! Дареному коню в зубы не смотрят! Хорошее воспитание велит мне носить эту сумку с собой!

Примечания

1

Garder (фр.) – защищать, беречь. Robe – платье, одежда.

Content

Дарья Донцова
Черно-белое преступление

История Медовой Долины

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Эпилог

Примечания