Звездный Поток. Клановец

Пролог

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Гамма, центральная система Вечной Пятерки

Ресницы Аэлиты Брин дрогнули, когда по её лицу пробежали лучики света, прорвавшиеся через крону домашнего дерева. Это была особенность жилого комплекса «Вегетация»: будильник в виде настоящего солнечного света, пропущенного через живую листву! Это естественное сочетание делало пробуждение легким и дарило ощущение бодрости, на какое не способен ни один стимулятор. И симулятор тоже.

Кроме обычной сантехники в ванной, в зале с деревом не забыли установить реалистичную модель горного водопада — очень удобную штуку, чтобы принять утренние водные процедуры.

Максимально естественно проснувшись и умывшись, Аэлита почувствовала себя готовой к свершениям. Тем более что её личная конфигурация приема пищи предполагала утром и вечером ограничится питательным витаминизированным муссом — который можно и приятно выпить, разбирая корреспонденцию. А чтобы планировать день было еще приятнее — женщина прошла через притворяющееся стеклом защитное поле и вышла, не одеваясь, на балкон.

Архитекторы жилого комплекса и тут продолжали линейку естественности — личное пространство на воздухе оформили в виде уступа на каменном склоне. Без перил и других диссонансных вещей. Собственно, стена здания с этой стороны успешно имитировали упомянутый каменный склон (в том числе окно из силового поля), увитый самым настоящим живым вьюнком. Кое-где и кусты росли, и трава.

Брин любила это место за непроизвольно подкатывающий к горлу комок — ведь с уступа можно было вполне по-настоящему упасть. Да, падающего обязательно подхватит спасательный дрон, а уж Оператору Витальной Энергии Звездного Потока и подавно будет позором не справится с такой ерундовой высотой самостоятельно. Но подсознанию этого не объяснить и оно каждый раз поднимает тревогу. Понимание работы подсознания — ключ к полному контролю над собственным телом. Но ключом еще надо уметь пользоваться…

Пока женщина, прикрыв веки, всем телом впитывала солнечные лучи, на похожую терраску вышел сосед. Такой же полностью обнаженный, с телом античного атлета и взглядом мудреца. Улыбнувшись и помахав соседке рукой, он приступил к комплексу гимнастических упражнений — утренней разминке.

«Виктор Волков», — подсветил имя «социальный помощник». Поскольку Лита не была знакома с мужчиной, больше ничего не высвечивалось. Сама женщина для соседа тоже помечалась просто «Аэлитой Брин», без подробностей. Которые, возможно, он бы и хотел узнать, завязав знакомство. Но привитое в школе чувство такта мешало — а столкнуться с соседкой в подъезде у него никак не получалось.

«Или я наговариваю на честного человека, пусть ему товарищеское второе имя „Волков“ присвоили» — про себя весело хмыкнула Брин, открывая почту. — «И он не подгадывает мое появление на балконе, чтобы тоже выйти и покрасоваться, хех!»

Сама Аэлита никогда не тренировалась дома. Хотя бы и потому, чтобы не испортить настроение соседу. Увидев разминку ОВЭ третьего уровня, причём специализирующегося на боевом применении своих способностей — мужик тут же все поймет и ему долго будет стыдно. Так зачем создавать социальное напряжение на пустом месте. Пусть лучше украдкой пялится на её грудь и непроизвольно сильнее старается, доводя свое тело совсем уж до идеала. Подсознание ведь никогда не дремлет, исподволь подталкивая нас к тем действиям, что заложили миллионы лет эволюции. Зачем противится, если, понимая принцип работы, можно использовать?

Окончательно отодвинув соседа на периферию восприятия, Брин провела пальцами к крохотным бугоркам, симметрично расположенным чуть дальше внешних уголков глаз. Проекторы дополненной реальности, по умолчанию включенные только в режим «социального помощника», показали полный интерфейс.

Триста лет назад, когда был достигнут общественный консенсус на счет обязательного имплантирования защитных пленок на роговицу, по поводу интеграции системы дополненной реальности разгорелся большой спор. Кончился он тем, что ввели обязательное ограничение на заполнение поля зрения, контраст, и прочее. И сделали невозможным работу с закрытыми глазами. Потому большинству людей обычно проще было взять планшет или открыть голографический экран коммуникатора. Но Брин не хотела отрываться от взглядом от великолепного вида, открывающегося с её терраски.

Бетте и Гамме Вечной Пятерки повезло: их поверхность перепланировали исходя из специально выработанных дизайн-проектов. Альфе, Дельте и Эпсилону такого внимания пока не досталось. Тоже находясь в «зеленой зоне» желтого светила системы, они все же солидно уступали в климатическом комфорте Бетте и Гамме. Потому прямым консенсусом граждан Вечной Пятерки было утверждено прежде взять под контроль климат — и только после этого заниматься глобальными красивостями. Как и другие школьники, Аэлита поучилась на каждой из планет и теперь, на опыте, каждый день наслаждалась открывающимися видами того места, где она живет. В том числе пока разбирала почту.

Сначала умная программа открыла женщине семейные письма. Тройняшки не забывали маму и порой забрасывали целым ворохом медиа, расчетов, а то и чего головоломнее. Пока получалось разбираться, но детки стремительно уходили каждый в свою выбранную область работы и исследований. Тут Лита иронично подумала, что её собственному отцу повезло: силовик-ОВЭ частенько работал с вещами, запрещенными к свободному распространению. Потому частенько папа получал письма вида «я тебя лю, па!» и самолично нарисованное сердечко! К чему относился очень тепло и с юмором. Кстати сам он мог нагрузить любого, ибо занимался прикладной физикой звезд.

Иногда Аэлита немного жалела, что по молодости решила отдать свой общественный социальный долг через образование временной семьи и принудительную близнецовую беременность. Ну, как временной? Пятнадцать лет они с мужем и детьми прожили вместе. Успели полюбить друг друга. Пока сестры и брат не поняли, что готовы выбрать наставника и не выбрали каждый своего. Кажется — просто пропасть времени бесполезно тратится, но это не так. У ребенка должны быть отец и мать, это важная и ответственная работа — вырастить собственных детей. При этом совершенно не обязательно полностью отстраняться от собственной жизненной стези.

«Когда-нибудь я обязательно еще раз создам семью, и уже не буду никуда торопится, » — разглядывая выверенные дизайнерами-планетологами линии горизонта, задумалась Лита. И перелистнула вкладку с «семейных» на «важные». Одно из увиденных писем заставило Брин натурально подскочить!

«Заявка на работу по профилю „Прогрессор“ одобрена.»

Кто-то мечтает изменять планеты, кто-то — разведывать дальний космос, а кто-то — нести свет тем, кто погряз во мраке и даже не знает, что может быть иначе. Когда-то давно маленькая Литочка прочла о Прогрессорах и загорелась этой мечтой. Поделилась с матерью, но та внезапно оказалась резко против. Ссора не утихла и потом. Но Аэлита оказалась на диво упертой — и пронесла свою мечту через года. Не просто пронесла — сделала все, чтобы её заявку приняли. Развила свои способности к управлению Витальной Энергией, отслужила в Космических войсках, проработала три года наставником для одаренных, обучая новых ОВЭ — оказалось, она родилась с нужным талантом! Только для подачи заявки ей пришлось дополнительно учится и сдавать сложный комплексный экзамен. Тогда ей сказали: ждите.

И вот — дождалась! Недаром товарищи из школьной группы дали ей второе имя-аббревиатуру «Брин». Не сравнение с животным, типа «Волков» или «Воронов», не отсылку к ландшафту или космическому объекту, а своеобразный девиз. «БРИН — Больше Работай и Надейся»! Редкое признание личных качеств.

Аэлита пробежалась по своему жилищу, собирая личные вещи и одеваясь в свой любимый изящный и практичный комбез. Личного набралась небольшая сумка через плечо: были среди граждан Вечной Пятерки любители окружать себя всяким барахлом, но они составляли меньшинство. Такие всегда страдали от неизбежных переездов. Аэлита же уложилась в десять минут и удовлетворением кивнула сама себе: оставался идеальный порядок. Скоро придут роботы и все отмоют-дезинфицируют — и апартаменты примут нового жильца.

Торопится смысла не имело, так что добираться до места назначения Брин решила на поезде. По сути правильнее было назвать транспорт не «поездом» и «движущейся гостиницей». Тем более, что двигался он по воздуху, опускаясь на остановках в отведенных местах. Но вот прилипло — поезд и поезд. Там Лита и поела, и поработала — пока она еще не прогрессор. И спустя шесть часов оказалась перед зданием Социальной Службы — одним из многих на планете. Только в этот раз её путь лежал в служебные коридоры с дверями без подписей: лишь навигатор в дополненной реальности знал путь. В конце которого он скупо подписал дверь: «Корпус прогрессоров».

Глава 1

Дом, милый дом

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Ли Цзя, материнская планета клана Ли

Центральная зона республики Сто Миров

Утренний свет мягко заливал кухню, пробираясь сквозь тонкие занавески. Пахло какао, жареной рыбой и чуть подгоревшими тостами. Кто-то неудачно попытался выставить таймер на гриле — или пушистой попой уселся на кнопку и прибавил лишние секунды. Отчего воздух был едва ощутимо горьковат. В остальном всё шло по плану.

— И когда мы уже начнём есть так же, как в том пафосном ресторане? — вроде бы ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла Тесс. — Ну, знаете, со всеми этими воздушными муссами, шедевральной подачей и тарелкой, расписанной соусом?

Названная сестра смотрела на меня, но обращалась, естественно, к своей матери. Которая сегодня «дежурила» по кухне. В настоящий момент она уже закончила метать на стол тарелки с едой и складывала фартук — собиралась убегать на работу.

Констанция Талани Кунг Ли — Тесс так её называла, если хотела вывести из себя — уже три месяца работала шеф-поваром в очень крутом ресторане в клановой столице Ли Цзя. Благодаря вмешательству клана Ли на прошлой работе в столице столичной планеты Элитеи ей не только позволили уволится день-в-день, но еще и великолепную характеристику расписали. Заслуженную. На новом месте, конечно же, тоже молчаливо были в курсе, что принимают ведьму. Но понятия не имели о других сторонах её прошлой жизни.

Работа ей нравилась. Кормить многочисленную детвору семьи Кунг — не очень. Откосить от этой почётной обязанности она не могла: матриарх рода была настойчива в стремлении создать идеальную семью. А значит, все взрослые по очереди должны были демонстрировать детям свою заботу. Хотя бы в виде горячего завтрака.

— Когда вы начнёте за это платить, — не оборачиваясь, отозвалась женщина. Одновременно с этим показала кулак Фире, которая зачем-то собралась стащить из миски жареную рыбку. — Или хотя бы складывать за собой посуду в автомойку, а не выбрасывать часть приборов в утилизатор!

Мелкие сёстры-кунги прижали головы: устроили шалось, пытаясь скрыть, что не доели часть завтрака. Автомойка же выдает информацию об объеме удаленной органики, а из отчета утилизатора пойди пойми, кто чего выкинул.

— Последствия Второй Великой Завтраковой войны, — хмыкнул Цзан, отправляя в рот щедро обмазанный паштетом тост.

— А на войне бывают жертвы, — в тон ему произнёс Джар Ян.

Здоровяк уже закончил есть и теперь флегматично поглаживал между ушами своего фамильяра. Синего кролика, которому младшие сестрёнки Цзана придумали имя — Юй. Из всех Зверей Потока, поселившихся в резиденции рода, мелкота почему-то отдавала предпочтение именно ему.

Шая с Анасдеей после слов мамы Конни подорвались из-за стола, чтобы помочь. Одновременно с мелюзгой — и, естественно, столкнулись с ними. В воздух взлетели пара тарелок, соусник, маслёнка и десяток столовых приборов. Которые так и остались висеть, словно случившееся произошло в условиях невесомости.

— Поток! — первой из невидимости проявилась Ная, удерживающая соусник и тарелку. — Вас вообще можно одних оставить?

— Бремя старших, сестра! — Ло показалось забавным начать жонглировать вилками и ложками, что вызвало бурю восторгов со стороны младших Кунгов. Особенно после того, как Ра стал подхватывать со стола ещё не задействованные приборы и переправлять их Оранжевой.

Мы с фамильярами почти сразу приняли общее решение — дома мы больше не скрываемся. Для членов семьи, по крайней мере. И теперь даже самые младшие видели всю эту разноцветную, слегка сумасшедшую компанию.

— Я вижу, вы тут со всем справляетесь, — буркнула Констанция, принимая от Кера посуду и складывая её в раковину. — Тогда я пошла, а то опоздаю на работу. Ори, ты за старшего.

— А чего это он? — тут же возмутилась Тесс. — Мне двенадцать, а ему только девять!

— Я смотрю на внутренний возраст, — отрезала ведьма и со всей возможной поспешностью покинула кухню. — Посуду помойте!

Мне оставалось только кивнуть, скрывая довольную улыбку. Завтраки семьи Кунг не тянули на клишированную голограмму «Счастливая семья столетия», но были настоящими.

— Давайте просто поедим, — произнёс я, сурово глядя на всё ещё выступающих жонглёров — Красного с Оранжевой. — У нас тренировка скоро.

— Прозвучало как вызов! — оскалился Ра. И тут же переправил часть левитирующих приборов в мою сторону.

Пришлось подхватывать их силовым полем и… направить к Анасдее. Которая без труда подхватила эстафету, через секунду включив в игру Шаю. Та — Цзана, он — Яна. И через десяток секунд уже вся пятёрка «апасных» увлечённо жонглировала всем, до чего могла дотянуться.

Кроме продуктов. На всё съедобное сразу был введён строжайший запрет — после того как выхватили от мамы Венлинг за неуважительное обращение с едой. Хотя мы на пол её никогда не роняли. И вообще, ни один бутерброд не пострадал.

Мелюзга носилась по периметру, пытаясь выхватить из воздуха летающие тарелки, на которых уже вальяжно восседали Ра и Ло. Кер тем временем принялся объяснять Фире, как правильно взаимодействовать с бытовыми приборами, не сжигая их тонкую начинку. Ная изображала строгую мамочку, но сама едва сдерживалась, чтобы не включиться в игру.

Тесс, как ей казалось, незаметно придвинула свой стул к моему. До отлёта в Академию оставалось всего три дня, и она уже начала заранее скучать. Почти полгода мы провели вместе — и вот впереди снова расставание. Даже Анасдея, которая обычно бросала едкие реплики в сторону названной сестры, сегодня молчала. Всё понимала.

Я поймал себя на том, что хочу замедлить время. Остановить этот момент — с запахом тостов, смехом и котами, сидящими на летающих тарелках. Остановить — и просто остаться здесь. Чуть дольше. По правде сказать, после того, как мы все обрели настоящий дом, возвращаться на учебу в Академию не хотелось совершенно.

Но — нужно.

* * *

— Последнее перед вашим отлетом занятие, ученики, — прогудел Фэй Цзен. — Рановато, конечно, но ничего не поделать. Устрою вам экзамен на первый дан сегодня.

Первый дан — это когда ученик, следующий путем Монаха постигает удар. Самая простая ступень в обучении — и самая сложная одновременно. Ведь от постижения правильного удара кулаком зависит дальше буквально все. Не понял, накосячил, заучил нетвердо — и тебе уже не стать в полной мере идущим Путем Пустой руки. Просто на каком-то дане застрянешь — и все.

Обычно наставники-Монахи проводят экзамен для учеников разных данов в какой-то один день примерно раз в половину года. Но наша группа у главного шамана Большого клана Ли — единственная. Опять же, мы уже не массовый продукт обучения, а эксклюзив. В общем, оказались достойны послабления.

— Цзан, выйди первым и покажи, как надо, — о-о-о, а вот это обязательная часть ритуала! Одно дело учитель — и другое дело погодка, но уже обученный. М — мотивация. Нам она, правда, не особо нужна — но церемония есть церемония.

Мой, или, правильнее сказать, наш сводный брат должен был расколоть сразу пять плиток из мраморных отходов. Причем расколоть голой рукой и не пользуясь рубашкой! Победа через разбитые в кровь костяшки и сломанные кости тоже не засчитывалась. Чистая техничность и правильный выплеск витальной энергии. Причем этот прием и для неодаренных доступен! Только еще сложнее, ведь они не чувствуют энергию внутри себя, и манипулировать напрямую не могут. Только через работу мышц, дыхание и работу с собственным сознанием. Бр-р!

Цзан провел демонстрацию идеально. Резкое до размазывания движение рукой — и плитки трескаются, раскалываются на почти равные половинки.

— Учитель! — напоследок Цзан изобразил уважительный поклон.

— Ори, к доске! — запрыгала на месте Ло.

— Цыц, егоза! — Оранжевая тут же сделала вид, что она вовсе не Зверь Потока, а египетская статуэтка кошки. Просто очень авангардно окрашена. Остальные фамильяры дружно сидели в рядок у стены, мои коты иногда тихо переговаривались. — Пойдет… Тесс!

— Ой, я⁈ — округлила глаза названная сестра.

— Ты, ты, — фыркнул Фэй. — Экзамен положено сдавать по старшинству.

— И прочности кулаков! — донеслось от оранжевой статуэтки кошки.

Это да, там где солнит мог рассадить себе кожу, чешуйчатая кожа бронита сама могла повредить поверхность. Тестерадос нам демонстрировала, как быстро дополнительно твердеет кожа на её сжатых в кулак пальцах.

Впрочем, тест для единственной среди нас не-шаманки был легок совсем по другой причине: «ударный» выплеск энергии принципиально мало чем отличается от выплесков при работе с ведьмовскими приемами. Все отличие только в скорости и фокусировке.

Прежде чем стукнуть по мишени, девочка размяла кулак, потом локоть, потом потянулась туда, сюда, краем глаза ловя: смотрю я за ней или нет? Я чуть заметно покачал головой, за что в ответ получил на мгновение высунутый язык.

— Да бей уже, дылда лысая! — не выдержала Анасдея.

— Готова? Удар! — Фэй не дал разгореться девичьей ссоре. Кстати говоря, оказалось, брониты могут отращивать себе волосы! Во всяком случае — брониты-ведьмы. Констанция себе так и оставила пышную шевелюру, только стиль прически сменила. А вот Тесс вернулась к тому облику, в котором мы с ней познакомились. Видимо, это несло какой-то завуалированный смысл, но он от меня ускользал. Зато заставлял постоянно хмурится Ильтазар.

Удар у Тестерадос вышел что надо! Плитки не просто раскололись, но и пошли трещинами, крошась. Куски камня запрыгали по полу. А сама виновница торжества затрясла отбитыми пальцами. Впрочем, тут же с невинным видом протянула кисть на освидетельствование шамана. Полностью здоровую, конечно же. Цзену оставалось только вздохнуть:

— Прошла. Иди, действительно, следующим, Ори.

Для прохождения экзамен надо было расколоть три плитки из пяти. Но мне ли отставать от Цзана? Тем более, мраморные плитки когда-то были частью раковин моллюсков, и для Звездного Потока не являлись пустым местом. Что неплохо помогало рассчитать импульс, просто посмотрев на стенд.

— Удар!

Получилось! Все пять плиток раскололись на две половинки. Правда, не такие ровные, как у Цзана.

— Эй, дылда! Смотри, как это делают аристократы! — Аня вышла на площадку чуть ли не пританцовывая. И по сигналу четко влепила кулачком по плитам. Четыре каменных снаряда с характерным звонким хрустом лопнули — как будто их плиткорезом распилили. Правда, пятая пошла трещинами, но осталась целой.

На лице Тесс было написано все, что она желает сказать эльфитке… Но благоразумие победило. Терпение Фэй Цзена испытывать не стоило.

— Хоть самой последней позориться не буду, — нога за ногу вышла к стойке Шая. У Ренфолд камнем преткновения оказалась работа с собственным разумом. Мы все ей по очереди пытались помочь, и даже что-то начало получатся. Вопрос, хватит ли этого чего-то?

— Удар!

Две плитки треснули сразу. Третья зазвенела, разбрасывая отколотое кусочки и сломалась спустя половину секунды. Фух!

— Джар, умоляю: аккуратно! — попросил человек-гора свою молодую миниатюрную (к оригиналу!) копию. — Соизмерь силу и энергию…

Хлоп! Кулак почти погладил первую плитку. На мгновение показалось, что так все останется… а потом мрамор взорвался осколками и стал оседать густой пылью. Мало того, дрогнул свод пещеры, качнулись предметы… и откуда-то из-за стены раздался жалобный звон! Переменившись в лице, Фэй выскочил из нашего грота и открыл дверь в соседней. Среди развешенного старинного холодного оружия и броней на самом видном месте горкой лежали осколки высокой вазы.

— С Прародины, восемь тысяч лет ей было… — схватился за голову наставник.

— Что значит было? — Тесс, проходя мимо меня, толкнула в бок локтем. — Она целая, только кажется разбитой.

— Да-да, — быстро прошмыгнул за ней я. — Вот, смотрите!

В четыре руки мы меньше чем за минуту сложили сосуд из осколков. Попутно возвращая материалу недавно утраченную целостность ведьмаческим воздействием на изрядно потрепанную веками органику в глине и глазури. Грамм десять с пылью потеряли, но и только. Ну, может, еще растительный орнамент слегка утратил целостность. Но если не приглядываться…

— Вот, как новая!

— Не бита, не крашена, один владелец, — фыркнул Красный. — Что? Смешно же! Чего вы на меня так пялитесь?

— Все прошли, — устало вздохнул главный шаман. — Первый дан присвоен, поздравляю. И… улетайте уже на Элитею! А ты, Тесс, ведь остаешься? А ты с каждым кувшином так можешь?

— М-да, — покачала головой Ло. — А мы даже не начинали всё ронять.

* * *

Письмо от Коса Фаркаша, капитана и владельца «Кузнечика» пришло еще сегодня утром, но чтение его пришлось отложить на потом — с учетом скорого отбытия на Элитею, плотность графика была просто запредельной. Мельком глянув на сопроводительную записку от службы безопасности клана: «уровень безопасности зеленый», к чему даже стал привыкать, открыл текст на коммуникаторе.

Мы не переписывались до этого ни разу: сначала просто незачем было, на одном-то корабле. А потом СБшники мягко намекнули, что для собственной безопасности мне лучше не отправлять писем бывшим членам экипажа. Мол, кто знает, не следят ли за кем-то из них агенты Доминионов Свободы или жаждущие мести пираты. Что нельзя маленькому Ори, бывшему юнге, то можно главе рода Кунг Большого клана Ли. После консультации со службой безопасности клана, конечно.

Спецы устроили собственную проверку — она растянулась на целый месяц. По результатам которой я получил «добро».

— Ну давай, не томи, Ори! — фыркнул Кер с плеча.

— Да, имей совесть! — поддакнул Ра.

Ная с Ло проявили чуточку больше выдержки, но и они с нетерпением ждали новостей об экипаже «Кузнечика».

«Рад, что у тебя все хорошо, юнга! Большой клан, серьезно? Неожиданно! Хотя Мария утверждает, что как раз ожидаемо — уж больно непростой ты малец! Спрашивает — ты уже научился пить утренний чай с кислым лицом и приподнятым мизинцем? Привет тебе от нее, кстати — стоит за спиной, пока я пишу и следит, чтобы обязательно это упомянул. У нас все хорошо. И мы отлично понимаем, благодаря кому…»

— Не перевелись еще в галактике достойные люди, — со значением произнесла Зеленая. — А то обычно, как выживут, начинают думать, что это им так просто невероятно повезло. Про тех же, кто их из задницы вытащил, предпочитают забыть.

— Да ладно тебе, ребята с «Кузнечика» никогда такими не были, — погладил я всеобщую мамочку. И продолжил чтение.

«Страховых выплат и выплаченной сам-знаешь-кем суммой 'за содействие» нам хватило на покупку нового судна. И когда я говорю нового, то именно это и имею ввиду. Ха, ты бы его видел, малыш! Индивидуальный заказ, трюм в два раза больше, системы управления и навигации — просто сказка! Даже автоповар приличный, хотя до твоего уровня готовки ему бесконечно далеко. По сути, мы попросили собрать нам более люксовую версию «Саранчи» с поправкой под нужды перевозчиков. Хотя и не отказались от ряда оборонительных возможностей — все ведь бывает, хех! И как ты думаешь мы его назвали? Правильно! «Вивенский светлячок!»

— Они, небось, еще и раскрасили так же, — саркастично произнес Кер. Свесился с плеча, заглядывая в экран. Увидел приложенный снимок: обтекаемые линии, глянцевая чёрная обшивка с кислотно-зелёными вставками… — Ох тыж! Вырвиглазно, но стильно! Одобряю!

«По правде сказать, после той эпопеи, мы с Майклом и Марией хотели было осесть в каком-нибудь приличном гравитационном колодце и забросить свою бродячую жизнь, как это сделал Стражински. Напугали нас здорово, что сказать. Все стороны. Но, видимо, для этого наша троица оказались слишком беспокойной, хех. Короче говоря, ничего не вышло. Пару месяцев на планете и мы остро захотели куда-нибудь полететь. Чем сейчас и занимаемся. Взяли нового мехвода…»

— А Корнелиус, получается, все-таки свалил? — протянула Ло. По неясным причинам супер-внимательная рыжая иногда становилась безумно рассеянной. — Рипли же, да? Точно, Лиза Рипли. Та охотница.

«У Нила, кстати, все хорошо! Они с Рипли живут на Кармануте, выкупили квартиру — закачаешься, родили ребенка — девочку. Очень милая крошка — когда не орет. Мы заскакивали туда с грузом, Лиза тайком от Нила просила взять ее куда-нибудь. Так и сказала: „Хоть куда! Хотя бы на месяц“. Похоже, охотница не была готова к материнству, хех!»

— Нил — отец, — не скрывая удивления произнес я. — Вот уж кого не ожидал увидеть в этой роли!

— Да ладно: «Нил — отец!» — Ра все видел со своей стороны. — Рипли — мать!

— Надо обязательно выбрать время и сгонять на Карманут! — решительно заявила Ная. — Я хочу это увидеть — ребенок Лизы и раздолбая Корнелиуса!

— Давайте только лет через пять, хотя бы, — с неуверенностью сказал Кер. — Что? Пусть немного подрастет, что ли. Младенцы такие шумные, а мне крошек Кунг по хвост хватает! И я не кролик, чтобы меня тискать!

«Сам знаешь, с нашим профилем грузоперевозок, мы то там, то здесь. Но твое приглашение на Ли Цзя буду держать в уме в первую голову! Если будем рядом и попадем на твои каникулы — обязательно заглянем, пусть даже и с пустым трюмом! Но и ты помни — если что-то понадобиться от простых дальнобойщиков, тебе достаточно лишь сказать. Мы отлично помним, благодаря кому остались живы. Констанции привет. Береги себя. Фаркаш, Хоранзи, Ширай».

В глазах немного защипало — ветер, наверное. А в груди растеклось чувство тепла. У «Кузнечика» — нет, теперь у «Светлячка» все хорошо. Увидимся или нет — это уже как Поток решит. Мне же достаточно знать, что экипаж жив и занимается любимым делом.

* * *

Заняв место главы рода, я получил доступ к личной информации своей большой семьи. И, знаете, что я сделал с этой информацией в первую очередь? Стал готовить — сюрприз! — День Рождения для Шаи! Конечно, потому что он ближайшим по датам оказался, а не по какой-то другой причине.

Собственно, я с самого начала не планировал что-то этакое — это ведь семейное мероприятие. Потом неизбежно появятся связи внутри клана, мы сами вырастем и вот это вот все. Но пока — только для своих, в узком кругу. К счастью, на балансе рода числились свободные апартаменты с неплохой кухней — иначе пришлось бы арендовать. Дома-то приготовления не скрыть. Особенно от шамана с фамильяром.

Не забыл я проконсультироваться на счет детских праздников и с матриархом рода Кунг. Как оказалось, никаких особых правил не было. День Рождения ребенка принято было встречать так, как ребенок пожелает. Торт и свечи — приятная, но не обязательная традиция. Шарики, хлопушки — все что душе угодно. Только фейерверки не допускались. Но если прямо очень хотелось — сел в корабль и на любой ближайшей периферийной планете даже спрашивать никого не надо.

Излишества и «что-то на богатом» я своей волей сразу отмел — и осталось веселое детское застолье с вручением подарков. А, и еще я ввел в правила рода Кунг запрет на идиотские бумажные колпачки, умудрившиеся пройти сквозь века и пламя и до сих пор пользующиеся некоторой популярностью. Ничего-ничего, вот вырасту и внесу в клановый Совет предложение о запрете этой фигни на уровне Республики!

Общим подарком стал складной тактический стол, на котором можно разыгрывать виртуальные сражения или планировать реальные. Конечно, штуковина была уровня тактического командира — «микростратегическая», как хором окрестили её коты. Мелкие подарки покупали каждый сам — я выделил бюджет. Лично я напрягся и вырастил в клановом саду ведьмовские и обычные травы вроде Локкийской травы — и вручную собрал целый набор ароматных и полезных чаев. Только доставай пакетик, читай что внутри и заваривай!

Заманить Шаю в аппартаменты оказалось совсем просто: я своей волей после тренировки объявил, что нам нужно заехать в одно место. А там…

Пух! Пух! Пух! Конфетти, музыка, хором «Хэппи бездей ту ю», дошедший почти без изменений. И слезы! Горькие рыдания именниницы, остановить которые не смог даже Джар Ян. Хорошо хоть мы позвали и взрослых. Мне обнимать микростратега было не с руки, Тесс растерялась. А вот мама Кони враз оказалась рядом, увела умываться, поглаживая по голове, одновременно успокаивая аккуратными касаниями витальной энергии.

— Простите! — минут через десять вышла к нам зареванная именинница. — Я… Я маленькая пообещала себе, что не буду праздновать Дни Рождения, пока все не исправится так, как было до смерти мамы и папы-ы-ы!!!

— Значит, мы угадали, — в наступившей тишине, прерываемой рыданиями, твердо сказал я. — У тебя опять есть семья, которая тебя любит ничуть не меньше! В том числе есть женщина, уже назвавшая тебя своей дочерью.

Понятно, что Шая опять расплакалась — но уже скорее облегченно. Опять Констатации пришлось её у нас забрать. А потом и пару кусков торта с чаем в отдельную комнату унести. Но мы все же неплохо провели время — особенно мелкие сестрички Цзана. А на следующее утро оказалось, что Ренфолд выбрала себе «в мамы» Констанцию Талани. Похоже, моя первая приемная мать не ограничилась успокоительным воздействием, но и рассказала о себе. Что с ней сотворила ведьма, как превратила в идеальную саботажницу и спецагента.

Да уж. Как в старом земном мультике: «Наконец сбываются все мечты: лучший мой подарочек — это ты!» Страшно подумать, что получится из этой гремучей смеси: малолетней, но уже вполне профессиональной убивашки, и мамочки, у которой не только скелеты в шкафу, но и личное кладбище. Наверное, будут рецептами причинения добра плохим людям делиться…

* * *

За время жизни на Ли Цзя я понял, что мое любимое время здесь — сумерки. Когда воздух становится будто бы плотнее, но одновременно с этим легче. На здания и зеленые зоны опускается тёплая вуаль, сглаживая углы и добавляя таинственности и даже немного мистики. Повсюду зажигаются тусклые фонари, чье назначение не осветить, а подчеркнуть атмосферу. Вдалеке обязательно будет звучать мелодия, вплетающаяся в стрекот насекомых и дыхание ветра в листве.

Что и говорить — Ли умели делать свою жизнь красивой. Простыми, на первый взгляд, решениями.

Как и совместное чаевничанье с Магистром клана. Не церемония, а просто совместно проведенное время за чашкой ароматного напитка. Что не мешало поднимать важные вопросы.

Почему-то глава клана Ли после знакомства время от времени приглашал меня на неформальные встречи. Трижды меньше чем за полгода! Даже с учетом всей моей уникальности я находил подобный интерес… странным. Ну что я пока могу? Но, видимо, Ли Дзэншень из рода Кайлунь что-то такое во мне все-таки разглядел. А, может, я ему просто понравился в качестве нового родственника? Собственно, под предлогом поговорить по-родственному я к нему и летал. Под этим соусом приглашение перед отбытием стало вполне логичным.

Первые полчаса «дедушка Дзэншень» смаковал чай и вел неторопливую беседу в духе словоохотливого старика. Спрашивал, как у нашей семьи дела, интересовался достижениями каждого — ага, типа ему не докладывают. Если нужно — то и в режиме реального времени. Но в конечном итоге подвел разговор к сути встречи.

— Ты не хочешь возвращаться в Академию.

Это не был вопрос. Констатация факта. Я кивнул.

— Да. Не хочу.

А что еще было говорить? Мне нравилось здесь. Все, кого я знал и любил тоже находились здесь. Можно заниматься развитием дара в спокойных условиях, под присмотром опытного Шамана. Нужно быть полным дураком, чтобы отказываться от подобного.

Магистр Ли тоже кивнул.

— Понимаю. Здесь твой дом. Твоя семья. Наставники. Стая. Всё, что тебе важно, — он сделал небольшую паузу. — Но ты полетишь. Вы все полетите.

— Да, — вновь подтвердил я. — Полетим.

Тоже нечего добавить. Клан Ли получил новый актив в виде планеты. Обзавелся пятью Шаманами. Редкий дар, огромные возможности и — такие же большие вызовы. Пристальное внимание со стороны остальных Больших Кланов, например. Каждый шаг, каждое действие Ли — под их лупой.

— Другие семьи могу позволить себе беречь детей, — Дзэншень плеснул нам еще немного чая, буквально на дно. Целая философия в едва заметном жесте. Большая чашка — пей и уходи. Маленькая чашка — желанный гость. Постоянное подливание чая — забота.

— И вы бережете.

— Да, бережем. Но не можем трястись над каждым. Это слабость. Страх — слабость.

— Поэтому мы летим на Элитею, — сказал я то, к чему он подводил. — Показать, что Ли не боятся отпускать детей на учебу.

— Верно. Вы там будете совсем одни… — он многозначительно покачал головой. — Без старших, без наставников. Вам самим нужно показывать силу. Свою силу. Силу семьи. Силу клана.

Совсем одни! Я бы расхохотался в лицо этому хитрому старикану, к которому успел привязаться. Благодаря неутомимой Оранжевой разведчице, я был прекрасно осведомлен НАСКОЛЬКО мы будем одни. За три месяца клан буквально наводнил Академию своими людьми. Новые преподаватели, техперсонал и даже сотрудники тамошней службы безопасности!

Допустив один раз похищение ребенка прямо из-под носа, Ли больше не собирались пускать дела на самотек. Подозреваю, что у нашего декана состоялся не один неприятный разговор с Магистром.

Я слегка наклонил голову, перекатывая чай по стенкам чашки.

— Одни, — повторил я с тенью усмешки.

Пауза.

— Да, — снова сказал Магистр. — Одни.

Мы смотрели друг на друга, не моргая. Медленно, почти синхронно, улыбнулись. После чего я поклонился — это уже выходило довольно естественно — поднялся и пошел прочь. Ли Дзэншень сказал все, что хотел сказать. С моей стороны было бы невежливым отнимать время этого занятого человека.

— Ох, как я не люблю всю эту политику! — прошипела Ная, возникая рядом. Во время встречи с Магистром фамильяры, по согласованию, держались поодаль. Что не мешало им беззастенчиво подслушивать. — Ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь — бр-р! Люди вечно все усложняют!

— Это шахматная партия, которая никогда не прекращается, — пожал я плечами. — Как по мне, вполне соразмерная цена за спокойствие и безопасность близких. Если мне предстоит на некоторое время в свете софитов встать у доски — так тому и быть.

— Главное, фигуры правильные выбирай, — воинственно заявил Ра. — Уверен, с Шахматными Котами они еще не сталкивались!

— Шахматными Котами? — я не выдержал, и прыснул.

— Да уж получше название, чем шахматный конь! — обиделся Красный.

Через секунду истерично ржали уже все.

— Что там с Тесс? — уточнил, когда смешки улеглись. — Она не оставила мысли в последний момент спрятаться в багаже? Хотя, по-моему, на такой номер только Алиса Дрейк способна. И то вроде она уже переросла подобные перфомансы.

— Да ты что! Отличный же план! — хихикнула Ло. — Я лично его доработала и дальше нашей Тесочке помогала.

— А потом сдала ее маме Конни, — проворчал Кер.

— Просто показала куда смотреть! — гордо вскинула голову Оранжевая, показывая, что ни о чем не жалеет. — Куда лучше, чем если бы её безопасники вытурили. Повзрослеет — поймет, еще и благодарить будет!

— Поймет, — эхом отозвался я, прогоняя легкое чувство вины. Встряхнулся, и с немного наигранной бодростью произнес. — Ладно, Шахматные Коты! Завтра начинается новая партия.

— Порвем эту доску! — Ра.

— Доску ломают, рвут газету или тряпку, — задушнил Кер.

— Порвем эту доску, как тряпку!

— А может попробуем просто отучиться курс? — вставила Ло. Выдержав ироничный взгляд Зеленой, фыркнула. — Да-да, знаю: фигню сказала!

Глава 2

Снова Академия

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Академия, Академия, я скоро увижу тебя, Академия! Я скоро взгляну на твои прекрасные стены и башни! Твои Храмы и площади! И влюблюсь навсегда, Академия! — невероятно фальшиво напевал Кель, ёрзая и кружась посреди кают-компании.

Для этого ему пришлось принять свою компактную форму — иначе б не поместился. Но голос тише сделать он не догадался. Или не захотел. В результате уши страдали у всех, а мне до кучи еще и казалось, что я слышу не знакомый голос «божественного», а перевод индийского кинофильма болливудского производства. И соответствующую музыку. Так и ждал, что следующий куплет будет про «ты увидела мою родинку и узнала меня, твоего четвероюродного кузена, потерянного в детстве!»

Устрой Пернатый такой концерт не за пару минут до посадки — точно огреб бы от моих котиков. Ну, как огреб — стерпел бы тумаков пушистыми лапками без когтей. Но сейчас проще было переждать.

Хотя страдали не все, как выяснилось. Вон Ло закрыла глаза и самозабвенно качала головой в такт «чарующей мелодии». Кто бы мог заподозрить Оранжевую в таких странных музыкальных вкусах.

— Посадка произведена. Пассажиры могут покинуть борт, — предупредила система автооповещения. И начала опускать посадочный трап.

Ну вот и прилетели. Пятеро самых апасных шестикурсников (ха! Покажите других таких, кто на зимних каникулах планету у преступников отжал!) и их фамильяры. Готовься, Академия!

— Сейчас нас должен встретить один из сотрудников ректората и заселить, — Шая, стоило оказаться в альма матер, тут же вспомнила, что она, вообще-то, командир группы. И сразу начала фонтанировать командами. — Там мы переодеваемся в форму и дружно идем к храму. Разместим наших Зверей, а Аня наконец пообщается с Вадиком.

Бедный лис. Быть ему Вадиком до скончания веков!

— А я? А я? — Кель бросился ей под ноги маленьким ужиком. Такой трогательный, не знал бы, что он за тип, поверил бы. — Возьмете с собой?

И глазками так — хлоп-хлоп. Даже Ная повелась, лапку к щеке приложила.

— Кель, ну хорош уже паясничать, — вздохнул я устало. — Сам же сказал: квиты по всем счетам, только до Академии меня довезите. Хотя я не очень понимаю, зачем было менять Ли Цзя на столичную планету. Там хотя бы еще один дракон был.

— Зачем-зачем? — брюзгливо проворчал Зверь, разом теряя всю свою умилительность. — Затем, зачем и вы сюда прилетели, — тут он резко, без перехода увеличился, заставляя Шаю и Анасдею рефлекторно отшатнутся. И проревел: — Самосовершенствоваться!

— Еще раз так сделаешь — будешь совершенствоваться двумя независимыми частями! — рявкнула Ильтазар, которой поганец едва не протер лицо чешуёй. С некоторых пор у моей самопровозглашенной «наложницы» чешуя вызывала особенно негативные эмоции. — Хотя что это я? Ты ж червяк, у тебя что голова, что задница — одно и то же!

— Интересно, будут ли две половинки Келя дружить, если его пополам разрезать? — на ровном месте загрузилась Ло.

— А давайте проверим! — неугомонный Красный, как обычно предпочитал не рассуждать, а действовать. Даже когти уже выпустил.

— С Ильтазар — точно не будут, — немного подумав, глубокомысленно изрек Кер, обламывая всем увлекательный эксперимент.

Следом за нами с минутным опозданием на другом краю космического порта Академии опускался еще один корабль — и мы послушно ждали его приземления, не выходя за пределы размеченной площадки. Техника безопасности, все дела. Опять же в первый день получить выговор — причем за дело — не хотелось. Но все эти правила, как выяснилось, относились только к людям.

Я не успел отследить, как с небес спикировал Стуний — бесшумно, как и полагается каждому уважающему себя филину. И не обращая ни на кого внимания, сходу вцепился когтями за шею Келя, а клювом принялся долбить змея по голове с частотой, которой и дятел позавидует! Из энергетического тела, которое кроме шаманов никто видеть не мог, сразу полилась кровь.

События развивались так быстро, что мы не только вмешаться — отреагировать толком не успевали. Кель, надо отдать ему должное, вообще не растерялся — чувствовался боевой опыт и сожранные на Фортуне «божественные». Сразу же начал сопротивляться, за половину секунды приняв свой максимальный размер… и тут же сжавшись до маленькой змейки.

Расчет его был очень прост: или та, или другая трансформация окажется не по когтям филину. Однако красный птиц тоже молодость не по библиотекам провел и филигранно подстраивался под изменения размеров своего противника! Продолжая рвать его острейшими когтями и долбить клювом.

Быть бы нашему рептилоиду битым, если бы не подлый прием из арсенала Булька. Синяя отравленная энергия, которая в свое время доставила нам немало проблем на пиратской планете, хлынула из его распахнутой пасти прямо в морду не ожидавшего такого Стунию!

Филин отшатнулся, ослабил хватку и Кель выкрутился из захвата. Но развивать успех не стал, вместо этого… шмыгнув мне за спину!

— Ори помоги!!! Он же меня сожрет!

Гребаный подставушник! Никогда своей пернатой башкой не думает! Полуслепой филин бросился на его голос — прямо на меня, то есть! Выставив перед собой воттакенные когти! И мне волей-неволей пришлось вмешиваться в схватку Зверей.

«Железная рубашка» укрыла тело, и я попросту схватил почерневшей рукой за выставленную лапу, в другой руке формируя лезвие энергопилы. Мост между разумами помог Анасдее абсолютно синхронно поймать нашего учителя-оборотня за вторую конечность, и тоже приставить пилу к перьям на шее. Красиво получилось, если со стороны смотреть. Технично. Будто мы этот маневр не раз отрабатывали.

— Давно не виделись, Стуний, — опасные вибрации сами собой прорвались в мой голос. — Мы тебе тут не мешаем?

— А ну быстро!.. — тут красный птиц углядел, как «пила» в руке моей «наложницы» срезает концы его перьев на шее в опасной близости от кожи. — Вы прогрессируете… Стоп! Вы меня все, что ли, видите⁈

— Сюрпрайз! — прокричал Красный с головы Джара, заставив меня резко посмотреть… на Ло. Которая явно подготовила следующую реплику.

— Молчу, молчу! — Оранжевая аж лапками рот зажала.

— Мы тут тебе в храм своих новых фамильяров привезли, — укоризненно сказала оборотню Ильтазар. — А ты…

— Мочи его! — «подбодрил» из-за спины писклявый голос. — Дави на морально-волевые!

— А я тут увидел мерзкого кровавого червя, — уже более спокойно проговорил главный Зверь Академии, медленно отходя от горячки короткого боя. — Самого жалкого предателя и манипулятора из всех, что я когда-то знал.

— Но ты меня все-таки знаешь! — между мной и Аней просунулась небольшая змеиная башка. — Эй, Ори! Ори! Полегче-е-е!!!

Это я отпустил филина и схватил чью-то чешуйчатую шею. Не развеивая пилы.

— Что скажешь? — ласково спросил я Келя.

Тот сразу же отвел взгляд, а вместо него заговорил Стуний.

— В последний раз, когда я его видел, он смердел мучительными смертями и сам не верил в те слова, что произносил, — дернул уголком клюва красный птиц. Только не спрашивайте меня, как у него это мимическое движение получилось. — А еще он предал своего шамана! Непростительно!

— Это было давно и неправда! — быстро заверил меня Пернатый, делая вид, что задыхается. — Нет, действительно давно. Больше тысячи лет назад! Или двух?.. Я с тех пор исправился! Правда-правда! Сам же видел!

Я развеял «пилу» и приложил освободившуюся ладонь к лицу. Подумал — и отпустил Келя. Не то чтобы он не мог освободиться сам, просто в этих обстоятельствах предпочел изображать шланг. Ведь между красной пернатой смертью и им стоял только я.

— Напоминаю, я вам помог на Фортуне! — змей закрутил головой, будто пытаясь заглянуть в глаза всем собравшимся. — Много раз!

— Ага, и чуть не убил несколько раз тоже, — вмешалась Шая. — Напомнить, сколько раз ты нас под своих «божественных» братьев подставлял? Мне особенно не понравился тот, у которого ты разжился этой синей гадостью! А теперь еще ею плюешься!

— Как союзник ты, конечно, дно, — припечатала и Анасдея.

Не найдя поддержки у женской части апасных, Кель повернулся к мужской. Столкнулся с задумчивым взглядом Цзана.

— Получается, Кель еще на Прародине возвышение через человеческие смерти проходил? — произнес наш шаолинь. — Тогда понятно, почему он себя, как шизофреник часто ведет и всех подряд оскорбляет. Любой бы от такого свихнулся.

— Эй! — кажется, Пернатый Змей по-настоящему обиделся. — Это у меня юмор такой. Юмор!!! Вы просто не понимаете!

— Стуний, извини, — я вздохнул, краем глаза отслеживая посадку второго корабля, из-за которого нам пришлось ждать за ограждением. Тот уже встал на опоры, сигнальная система космопорта сообщила, что «передвижение разрешено». И к нам с края поля неторопливо выдвинулся незнакомый мужчина. Ну, как незнакомый? Азиатские черты лица не оставляли места для сомнений, один из тех, кого тут как бы нет. — Это я привез Келя из Дикого космоса, с планеты, где хозяйничали пираты. Он нам и правда помог, и поэтому я выполнил его просьбу. Не знал, что все так… драматично.

— Я тоже думал, что все не так драматично! — не преминул едко вставить Кель. — Время — лечит, слышал, Красный Клюв?

Я только головой покачал. Цзан, похоже, был прав. Это не чувство юмора, а какой-то нездоровый суицидальный синдром. То он выжить хочет, то максимально красиво убиться об Стуния. Шизофреник, как есть!

— Не вижу проблем, — прищурился оборотень. — К тебе у меня никаких претензий, Ори. А с Кровавым червяком я, поверь, прекрасно и сам разберусь.

— А что, мне не полагается шанса доказать, что я изменился⁈ — возмутился недавно бывший Божественным. — Тысяча лет прошла! Или все-таки две?.. Короче, я сам отказался культы возглавлять, помните?

— Было немного не так, — пробормотала Шая.

— Но ведь было же! Эй! Ну вы что, все забыли, что ли?

Что-то в голосе Келя поменялось. Похоже, он максимально напрягся, чтобы говорить серьезно. Как бы иронично это не звучало.

— Вы что, не видите? Я сам сюда явился! Это было осознанное решение! Я больше не хочу болтаться на задворках Галактики. И расти за счет жертв тоже не хочу! Я хочу стать как ты, Стуний. В конце-концов, красный ты клюв, у всех бывают ошибки юности, скажи, что сам без греха, а? И вообще, свой путь от рождения до становления разумным я и вовсе не выбирал! Первый шаман меня накормил жертвой не особо спрашивая, знаешь!

— Давайте мы все тебя пожалеем! — фыркнул Филин.

— Не надо жалеть! Просто дай шанс, и докажу, что изменился! Я знаю, ты ведь и хуже меня Зверей принимал под крыло!

— Слова, слова… — Стуний покрутил головой. — Те, про кого ты говоришь, все доказали свое намерение Поступком. Но ты ведь на это не способен, а Предатель Шамана?

Похоже, для главного Зверя Академии это был триггер почище кровавых жертв. Или мне показалось?

— Поступок… — змей медленно опустился кольцами на покрытие космодрома. — Поступок. Верно. Ну, допустим… Ори, возьми меня в фамильяры. Пожалуйста!

— Что-о⁈ — мне показалось, что я ослышался. — Тебя⁈

— Ты самый сильный из всех, идущих этим путем, — удивил меня змей с воробьиными крылышками. — Даже тот самый Коготь тебе в подметки не годится. Если уж кто и сможет помочь мне измениться в лучшую сторону, то это ты! А еще ты умудрился отдавить любимые мозоли и Когтю, и пиратам, и контрабандистам, и разведке Доминионов Свободы. Дважды! Разве тебе не нужно живое разумное оружие, способное сокрушить крейсер? Ну, если там нет магистра какого-нибудь…

— Скорее, разбить яйца кирпичом всем этим уродам, — донеслось еле слышное от Шаи.

— Может, мне и нужно оружие, — помедлив, со вздохом сказал я. — Но к фамильяру у меня другие требования. Кроме умения убивать, он должен уметь любить.

— Да я воплощение любви!

Как обычно — треп без тени осмысленности!

— Не себя, балда! — махнул я рукой. — Своих братьев и сестер, быть добрым, стать частью нашей семьи. Как, потянешь?

— Да я!.. — с горячностью выпалил Пернатый. И вдруг завис, словно его от розетки отключили. Взгляд остекленел, энергетическое тело расслабилось и безвольными кольцами стало опускаться к моим ногам.

— Что это с ним? — палец Анасдеи прошел сквозь бок Келя. Пришлось ей оборачивать руку «рубашкой» и тыкать повторно. В этот раз касание удалось… но ни к чему не привело.

— Похоже ему поплохело, — задумчиво произнес Кер.

— А если разряд дать? — Ра.

— Опять прикидывается, лживый червь! — презрительно клекотнул Стуний. — Ори, если хочешь знать мое мнение…

— Погодите-ка, — я остановил всех.

Бросил взгляд на змея, потом на движущегося к нам сопровождающего. Тот прошел уже две трети пути… хотя по таймингу должен был уже дойти. Но парадоксальным образом приближался медленнее, будто каждый следующий шаг был короче предыдущего. Ну и подготовка у агентов «дедушки» Дзэншеня! Не просто заметил, что у нас что-то важное происходит, но и отреагировал так, что не прикопаться!

Значит время есть. Кель так и лежал на бетоне космодрома. Единственным признаком того, что он еще не издох, были тяжелые слезы, которые медленно катились из его открытых глаз.

Блин, вечно с ним какие-то проблемы!

Наши разумы все еще связывал мост, что мы построили на Фортуне. Потому совершить задуманную чудовищную глупость не составило труда. Сначала я убрал все свои защитные сооружения, потом втерся волей между его башен и стен — и резким усилием развалил их, как кубики детского конструктора! Ведь хозяин больше не держал оборону. Ему было не до того.

Кель в моем подсознании никак не желал визуализироваться, будто у него и не было изначальной формы. Но это бесформенное нечто тоже беззвучно плакало, свернувшись вокруг… пустоты. Пустоты на месте того, чего я у него запросил. Любовь? Семья? Только доброта отзывалась чем-то смутным.

Эх.

Нет, он не умрет, если я его так оставлю. Придя в себя, и не обнаружив ничего на месте той клокочущей Пусторы, он просто станет еще более мерзкой и бездушной скотиной, чем был до этого момента. Закончит перерождение в Зверя-убийцу, за которыми архонты гоняются. И тогда дороги назад у него уже не будет. И никакой Поступок ничего не исправит.

Я понимал, сколько проблем на шею себе вешаю, но… просто не мог оставить все, как есть!

— Я согласен стать твоим шаманом, Кель, — произнес я, чувствуя, как мост между разумами из двухсоставного разводного становится однопролетным неразрывным. Одновременно с этим, я собрал вместе всю ту душевную теплоту, что смог в себе найти и залил в зияющую пустоту. Через мгновение подключились коты и даже Фира робко внесла свою лепту. Последней присоединилась Аня, которую я мысленно попросил помочь. В этом деле переборщить не удасться.

Я не питал иллюзий, что Змей сразу же исправится. И понимал, что всех нас ждет долгий, местами мучительный путь. Но мне ли боятся сложностей? Да и поздно уже — после всего, что со мной напроисходило.

— А? — поднял голову Кель. Глаза у него были абсолютно безумные. — Что?

— Я же от него требовал Поступок, а не от тебя, Ори, — попенял мне Стуний. — Вот уж в ком, ребята — а в вас я не сомневался. Приходите в Храм сегодня, а этого… — он пнул лапой змея. — Так и быть, сам донесу.

Красный филин, словно заправский змееед, подхватил Келя за середину туловища лапами — и взлетел. Оставалось надеяться, что он действительно понесет его именно в Храм, а не сожрет по дороге. Или лучше рассчитывать на обратное?

Вот же нашел себе з-заботу!

— ВИО-шесть? — наконец подошел к нам работник Академии… и поклонился клановым поклоном Ли. — Мне нужно проводить вас к вашему месту дислокации.

— Мы готовы! — за всех ответила Ренфолд.

Фух. Только прилетели — и уже вляпался.

Глава 3

Новые расклады

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Вроде всё то же самое, но пахнет как-то иначе, — задумчиво протянула Шая, по бетонной дорожке подходя к нашему коттеджу-казарме. — А я, оказывается, соскучилась…

— Пылью пахнет, — буркнул Ян, умудряясь тащить свои вещи, Шаины, а также одновременно выступая постаментом для своего и ее фамильяра.

Выглядело это мило. Как будто я вернулся в свою первую жизнь, и наблюдаю, как мальчик несет портфель девочки, которая ему нравится. Ну, с поправкой на ветер, да.

— Это запах приключений! — идущий самым первым, Ра раскинул лапы, втягивая воздух полной грудью. — Пахнет победами. Или как минимум — обедами. Мы же вовремя, да?

— Утро еще, проглот, — хмыкнула Ная.

Скромное двухэтажное здание из светлого камня действительно не изменилось. Те же стены, те же окна, та же площадка-плац, где мы все когда-то — кажется сто лет назад! — познакомились. А вот мы изменились. После Фортуны, после Ли Цзя — стали другими. И некогда большой дом воспринимался, как детский штаб во дворе настоящего дома.

Внутри тоже все осталось, как было в момент нашего отбытия. То есть по-военному чисто, строго, аккуратно. Уборка перед приездом сделана, комнаты на месте, на кроватях лежит свежее белье и новые комбезы Академии. Даже одна из картин в гостиной на первом этаже висела неровно, как тогда. Удивительно, что я это запомнил.

— Не спим! — Шая несколько раз хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — У нас куча дел еще! Переодеваемся в форму, разбираем вещи, завтракаем. Потом фамильяров надо в Храм отвести.

— Интересно, а кто у нас наставник вместо того урода? — словно бы себе под нос пробубнила Анасдея.

Все неуловимо напряглись, вспомнив прежнего. Того, что выглядел совершенно нормальным человеком — до тех пор, пока не решил нас похитить и продать пиратам.

Про замену нам еще не сообщали, но кое-какие догадки у меня имелись. Особенно после всех тех мер безопасности, которые были введены после инцидента кланом Ли и администрацией Академии.

— Почему-то мне кажется, что это будет Бен Ферандо, — озвучил я догадку. — Он по боевой части преподаватель, да и старый друг ректора по учебе. А кто может быть надежнее, чем тот, кому ты доверяешь.

Сигнал вызова пришёл на манжету комбеза, стоило мне только его натянуть. Будто датчики сообщили от этом отправителю. Хотя, почему «будто»? Развернул — ректор Дэниэл Ли. Вызов: «Явиться по прибытию».

Ну вот. Только подумал — и пожалуйста.

— Меня срочно к ректору дернули, — сообщил команде. — Похоже, скоро узнаем и про наставника.

Апасные молча кивнули, только в глазах Шаи мелькнула и тут же растворилась досада. Вызвали меня, а не ее. Формально она все также оставалась старшей нашей группы. А фактически сейчас вся ВИО-шесть состояла из выходцев клана Ли. Из семьи Кунг, в которой глава — я. Надо будет потом проговорить этот дуализм в командовании.

— А может он узнал про драку Зверей на космодроме? — предположила Анасдея. — И хочет накрутить хвоста?

— Или так, — я усмехнулся и вышел.

* * *

Подходя к кабинету ректора, я поймал себя на мысли, что как-то зачастил сюда с визитами. Вообще, для нормального кадета одной личной встречи с главой Академии уже более чем достаточно. Я же сюда бегаю по поводу и без такового. С другой же стороны, где я, и где нормальность?

Сейчас, интересно, причина какая?

— Да из-за Стуния с Келем, — высказался Красный. — Стопудово!

— Ты иди, мы здесь пока погуляем, — мягко произнесла Ная.

Фамильяры еще не успели «заселиться» в храм, поэтому пошли со мной. Но в кабинет магистра, который мог их ощутить, заходить не пожелали. Так что в приемную я вошел один. Постучал в дверь, услышал изнутри «войдите» и вошел.

— Рад тебя видеть, Ори.

Дэниэл Ли сидел в кресле. Поза расслабленная, одна нога закинута на другую. На лице улыбка, воротник комбеза чуть расстегнут. Для полноты образа не хватало лишь дымящейся сигары в одной руке, и бокала с виски в другой. Не глава учебного заведения, а пожилой плейбой на пляже.

— Здравствуйте, ректор. — нейтрально отозвался я. — Хотели меня видеть? Мы только прибыли…

— Да, я знаю. Присаживайся.

Фраза была произнесена в фирменном стиле этого хитрого лиса. Которую можно было понять, как угодно. От «да, мне доложили о посадке корабля, едва его опоры коснулись поверхности», до ' я знаю, что вы там успели учудить'.

Но я полгода прожил на Ли Цзя, общался с такими людьми, которые никогда ничего напрямую не скажут. Так что развести таким простеньким подкатом меня было нереально.

Сел. Нацепил на лицо маску предельного внимания. Замер, передавая инициативу ректору. Тот секунд десять меня рассматривал с легкой улыбкой, но «пробить» не смог.

— Хотел поставить тебя в известность об изменениях, которые ждут ВИО-шесть, — наконец произнес он.

Ага, значит не драка Зверей. Уже хорошо!

— Конечно, слушаю, — так же без выражения ответил.

— Ваш переход в состав Большого клана Ли поставил меня в довольно двусмысленное положение, — проговорил Дэниэл Ли после некоторой паузы. — На выходе получился казус, с которым, уверен, ни один ректор до меня еще не сталкивался. Вся группа состоит из выходцев одного клана. Даже одной семьи. Это… ставит определенные вопросы.

— Понимаю.

— И это я еще не говорю о безопасниках Ли, которых мне пришлось принять в штат Академии, — продолжил он. — Что тоже рождает вопросы.

— У других кланов? — подсказал я.

— Верно. Академия — нейтральное учебное заведение. Здесь не имеет значения из какой семьи происходит кадет. Однако в силу обстоятельств этот баланс был нарушен.

И посмотрел на меня так, будто это я во всем виноват. Ага, молодец такой! Это же я проспал спящего агента Доминионов и не смог найти похищенных слушателей в кратчайшие сроки.

— Тяжело вам, — произнес сочувственно, решив его немного потроллить.

— Я справлюсь, — холодно улыбнулся он. — Уже нашел решение, которое сможет снять возникшее напряжение. Мы увеличим состав ВИО-шесть до стандартной численность в десять человек. Разбавив вашу группу выходцами из других Больших кланов.

Вот удружил, так удружил! Не, так-то я ректора вполне понимал (хотя и не жалел совершенно). Но, блин! Благодаря его решению придется с новыми людьми знакомится, как-то интегрировать их в состав уже сложившейся команды. Опять же, у нас пятерых есть некоторые тайны, которые не хочется доверять чужакам. Тем более — представителям из других кланов.

— Ясно.

— Надеюсь, это твое «ясно» не значит — пусть приходят, и если выживут в группе, то так тому и быть? Я ведь знаю, какими гостеприимными могут быть «апасные». И рассчитываю на сотрудничество. Как главы одной из семьей клана Ли.

Ну вот, блин! Теперь и с этой стороны еще поджал. Типа, ты теперь не сам по себе мальчик Ори, а член могущественного сообщества, которое не может действовать без оглядки на другие такие же.

Атос. Партос. И компромисс!

— Мы сделаем все, чтобы новым участникам ВИО-шесть было комфортно в коллективе, — кивнул я. — До разумных пределов, конечно.

В смысле, если среди них обнаружится откровенный клановый подсыл, задача которого выяснить про Ли, дружелюбный климат моментально похолодеет.

— Конечно.

— Список кандидатов уже есть?

— Я доверил составить его наставнику Бену Ферандо. Как преподаватель по боевым дисциплинам, он лучше меня справится с выбором кандидатов для ВИО-шесть.

Вот же хитрюга, а! Я даже восхитился (мысленно) изяществу этого простого решения. Лавируешь среди Больших кланов, пытаясь никому ноги не оттоптать, поручаешь доукомплектацию апасной группы своему подчиненному, а если кто-то из клановых возмутиться, что их ребенок не попал туда, куда так хотелось, всегда можно перевести стрелки на ответственного.

— Он же, кстати, будет вашим новым куратором.

А вот это хорошая новость. На самом деле хорошая. Единственное, что сам Бен Ферандо вряд ли рад такому назначению. Он дядька умный, прекрасно понимает, какой головняк ему передают.

Но — справится. Мы все — справимся. Уж после пиратов Четкой Фортуны — что нам какие-то Большие кланы?

— Если это все, ректор?.. — я поднялся.

— Да, Ори. Это все. Не задерживаю. И, держи меня в курсе, если не сложно.

— Конечно.

* * *

Коты за дверями приемной чуть ли не толпой на меня накинулись.

— Ну?

— Что он сказал?

— Это из-за Стуния с Келем?

— Нас отчисляют?

— Типа, вы не подслушивали? — усмехнулся я. — На улице поговорим.

Там уже разгорался день — не тот мягкий, иногда туманный, как на Ли Цзя, а прямой, дерзкий… академический я бы сказал. Солнце било ровными уверенными лучами, спасибо хоть не жаркими. На миг даже взгустнулось и захотелось домой. Но я ведь хозяин своим эмоциям? Собрался.

— Такие дела… — поделившись в фамильярами деталями, которые он могли упустить, произнес я, неторопливо шагая по одной из аллей.

— Вот же жук! — Ра, по-моему даже восхитился.

— Мы знали, что будет нелегко, — утешила Ная.

Жизнь вокруг бурлила: группы курсантов куда-то шли, бежали, прогуливались. За деревьями на площадке играли в мяч — были слышны удары по покрытию и, кажется, по чему-то более мягкому… Стоп! Это ведь не то, что я думаю?

— Ага! — Оранжевая разведчица уловила даже не мысль, а ее тень. Успела метнуться за деревья и вернуться. — Вписка, прикинь! Как в прошлый раз!

— Освященная веками традиция! — глубокомысленно возвестил Ра, приложив лапку к груди. — Пойдем накажем?

От увиденного я ощутил себя Нео из первой части «Матрицы», когда он пялился на исчезающую и снова появляющуюся кошку. «Дежавю — это когда перезагружают систему» — вот прямо один в один к ситуации.

Повзрослевшие на год ребята из шестой «обычной» группы играли в баскетбол. Как и положено солнечникам, перепасовывая друг другу мяч рывком с усилением. В результате чего безопасный спортивный инвентарь превращался в серьезный снаряд и угрозу. Если не успеть его правильно поймать и удержать силовыми полями.

Вот только метали они его по очереди только в одного пацана. Моего возраста, в новенькой форме Академии с шестеркой на плече. И делали это без остановки. Удар, перепас, удар, снова перепас. Новичок едва выдерживал темп… точнее — уже не выдерживал. Два последних броска он пропустил, не успев вовремя выставить щит. Да еще так неудачно подставился, по нижней губе стекала кровь.

Но все равно — очень неплохо. Девятилетка против пяти подростков лет тринадцати — это достойно. Он явно был не из этой компании, судя по всему просто проходил мимо, как я когда-то. Вон и сумка на краю площадки стоит.

— А можно с вами?

Произнес я это тихо, но вожак-староста — тот самый! — услышал. Обернулся, улыбнулся хищно, а потом как-то резко побледнел. Узнал, похоже.

Чтобы и остальные не рылись в памяти, выискивая там блондинистого пацана, которого видели второй раз в жизни, подкинул подсказку. Зажег на ладони плазмоид. И пару раз, как мячом, ударил им в покрытие площадки.

— Он…

— Этот!..

— Да как так⁈

Узнали! Хорошо. Шепотки полетели над окруженной деревьями площадке. Только староста — главный, надо держать лицо! — не поддался общей панике, и произнес примирительно.

— Он с нашей группы, Коррен. Это не твое дело.

Имя он не вспомнил, оно для тех, кто имел доступ, высвечивалось на нагрудном патче. А вожак доступ имел.

— Какое дело, дружище? — улыбнулся я, глядя на то, как фамильяры рассаживаются по периметру, и Синий передает Красному иллюзорный поп-корн. — Я просто спросил, можно ли с вами поиграть?

И без паузы отправил шаровую молнию в полет. Как баскетбольный мяч. Даже крикнул с небольшим запозданием:

— Лови!

Прямо, как он год назад.

К чести командира группы, за прошедшее время он не только вытянулся на пару сантиметров, но и подтянул боевку. Подросток принял плазменный шар на щит, вот только выставил не очень грамотный угол. В результате плазмоид срикошетил и полетел в другого парня из его группы.

Короче, продержались они минуты две от силы. То, что для нас с Тесс и Анасдеей было игрой, для них — экзаменом, к которому они не готовились. Был бы на моем месте препод, поставил бы всей пятерке жирный «неуд». Естественно, я постарался, чтобы в этот раз обошлось без серьезных травм — плазмоиды ведь тоже можно разные делать. Но вид у покидающих площадку курсантов был жалким: они хорошо помнили, как было в прошлый раз.

Спасибо, что не стали кидаться глупостями, вроде: «Мы еще встретимся». Потому что явно этого не хотели.

— Ты как? — подошел к новичку.

Обычный пацан. Моего возраста, тоже блондин. Лицо хмурое, глаза настороженные. Кстати, когда его «вписывали», он не боялся. Злился, не успевал, но не не боялся. Хороший знак.

— Я бы и сам справился, — довольно неприветливо отреагировал он.

— Конечно! — согласился я. — Просто у меня с этими ребятами свои счеты. Они мне в прошлом году такую же вписку устроить пытались. Вот я и не удержался. Прости, если помешал.

— Вален верно сказал. Я из их группы. Теперь жизни не дадут. Будут считать слабаком, за которого нужно вступаться.

— Да забей! — отмахнулся я от этих детских переживаний. — Ты нормально держался, а злиться они на меня будут, а не на тебя. Меня Ори зовут, кстати. Коррен Талани, но я не люблю полное имя. Так что лучше — Ори. ВИО-шесть.

Про Кунг и тем более Ли я пока решил не добавлять. В глазах мальчишки мелькнуло странное выражение. Удивление и неверие.

— Я тоже Коррен, — усмехнулся он смущенно, немного оттаивая. — Коррен Канара Терра. Я, наоборот не люблю, когда меня Ори называют. Вот только родители спецом так и делают. Шестая обычная, ну ты понял уже. Только сегодня прилетел и… вот.

Терра — это же клан?

— Большой клан, если быть точным, — поправил меня Кер.

Все фамильяры уже собрались кружком вокруг новичка и внимательно его изучали.

— Вот, даже, как… — протянула Ная.

— Сразу на шестой? — уточнил я.

— Домашнее обучение, — на этой фразе мальчишка как-то нервно передернул плечами. Видать, неприятные воспоминания.

Про клан Терра я не знал ничего. Ну, за пределами общедоступной информации. Большой клан, как правильно сказал Кер, богатые, влиятельные. Несколько планет, вассалов из других малых кланов. Вроде бы что-то с молниями связано — родовая особенность.

Которую Коррен ни разу не применил, даже если и умел это делать. Отхватил по лицу, но не психанул и не сорвался. Тоже хороший знак. В смысле, какое-то самообладание есть. И не кичится происхождением.

— Слушай, мне сейчас к своим надо, давай позже пересечемся, поболтаем? — предложил я, одновременно перебрасывая ему свой внутренний академский комм. — Надо же удача какая — тезку случайно встретил.

— Давай, — обмениваясь контактом ответил тот. — Ну, будто Поток привел.

— Нет никаких «будто», глупые человеки! — Ра умудрился усесться в позу лотоса и сложил передние лапки на коленях. Имел бы более развитые пальцы — замкнул бы их в кольцо. — Поток ведет!

— Ом-м-м! — отозвалась разноцветная банда. И начала ржать.

Не обращая на них внимания, я кивнул Коррену.

— Если этот Вален будет и дальше приставать — дай знать.

— Сам справлюсь, — с легкой улыбкой ответил мальчишка. — До встречи.

И, подхватив сумку, побежал в сторону своей располаги. А я — к своей.

— А нормальный паренек, — произнес Кер через некоторое время.

— Мне, кстати, тоже понравился, — поддержала его Ная. — Держался с достоинством. Несмотря на обстоятельства.

— Ори, а давай его к нам возьмем? — «озарило» Красного.

— В стаю? — Оранжевая, видимо, отвлеклась и не уловила контекст.

— В группу апасных, ворона!

Я даже с шага сбился — а сам почему об этом не подумал? Нам в любом случае кого-то навяжут, а Коррен вроде бы не выглядит плохим человеком. И фамильярам по душе пришелся. Лучше он, чем кто-то другой. К тому же — у меня хорошие отношения с тем, кто формирует список.

Не откладывая дело на потом, я набрал на комме номер Бена Ферандо.

— Это Ори. Да, нормально добрались, разместились уже. К ректору тоже сходил. Да, в курсе про расширение. Он сказал, что вы списки формируете? Есть кандидат, ага. Не сказать, что хороший знакомый, но парень толковый. И не слабак. Ага. Коррен Канара Терра.

Глава 4

Интерлюдия: Ректор (Командующий) Академии Элитеи Дэниел Ли. Танец меж девяти огней!

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Несгибаемому ректору Академии Элитеи тоже надо отдыхать — особенно после сложных разговоров. Налить себе чаю, сесть в в расслабленную позу… И почитать ответ на собственноручно составленный запрос службе безопасности подконтрольного учебного заведения. Не совсем стандартный.

«Упорно курсируют слухи, что ректор собирается просить у клана Ли принять его в свой состав», — ну, это следовало ожидать. — «Ссылаясь на свою фамилию и некогда утраченное родство.»

Тьфу ты, хорошо что чай успел проглотить!

«Именно сходством фамилий объясняется активное сотрудничество Академии и Девятого Большого Клана»

— Галактикой правит не тайная ложа, а явная лажа! — с наслаждением сказал собственному планшету ректор. Немного подумал, тяжело вздохнул и мрачно добавил. — Да и я недалеко ушел от галактических трендов!

Спустя несколько лет работы командиром Академии до Дэна наконец-то дошло, почему именно его выбрали на эту должность. И почему предшественника с почестями отправили пинком под зад! Тот просто закрывал глаза на сложившееся в лучшем военном училище Ста Миров… болото! Матерое такое, с толстым, благообразно притворяющемся твердью слоем мха над трясиной! Таким толстым, что посадку космического корабля выдержит! И только докопавшись до жижи начинаешь понимать, на чем лежит это благообразие.

Первым звоночком были психи, психологи, в смысле. Сколько лет шайка уродов и идиотов корежила мозги кадетов и лезла в преподавательский процесс? Не меньше пятидесяти, получается — а то и всю сотню! Передавил бы голыми руками, лично каждого подержав за шею! Или можно было бы Бена позвать, а самому со стороны наблюдать с чашкой чая. Сам-то Дэниел легко отделался еще, а вот жизнь вынужденного больше десяти лет скрываться от бывших сослуживцев (!!!) под личиной призового охотника друга реально сломали. Те, кто привил будущим офицерам ощущение, что Устав можно на одном месте вертеть, а вместо честной службы надо мутные схематозы прокручивать!

Вместе с выдворенными психами ушли и некоторые преподаватели. Мол, ректор свои порядки наводит, наплевав на традиции, деспот и тиран. Пришлось набирать новых, причем часть на свой страх и риск: действительно глубокие проверки длились месяцами, а то и годами (пресловутое сотрудничество с республиканской СБ оказалось каким-то не равнозначным). Шанс принять агента вражеской разведки или даже какого-нибудь не засвеченного члена одной из крупных преступных структур пришлось принять как данность и усилить меры безопасности. Которые сработали, мать их!

Умбер Валон, проверенный-перепроверенный, проработавший двадцать (!!!) лет в Академии и имевший настолько хорошую репутацию, что его назначили в наставники «апасной» группы, тьфу, вот жеж привязалось! Уже и преподы так ВИО-группы называют! И почему упорно кажется, что без длинного языка Коррена Талани не обошлось? Короче, Валон оказался «спящим» предателем! Которого напугали чистки в рядах Академии — из-за чего он решил при случае сбежать, но не с пустыми руками. И он сам ему в это деле помог — не нарочно, конечно. И все бы у предателя получилось, если бы он не покусился на Коррена.

То, что на репутации Академии не осталось жирного черного пятна — по сути заслуга мелкого безбашенного, лишенного каких-либо тормозов шамана. Умудрившегося справится без своего фамильяра… фамильяров. Коррен Кунг Ли то ли оборзел окончательно, то ли получил прямые указания от главы клана Ли — пришел на вызов со своими Зверями Потока. Четырьмя!!! Каково, а? И тут сумел что-то сумасшедшее отчебучить! Надо, наверное, будет зазнайке намекнуть, что магистр, если ему прямо приспичит, может серьезно улучшить свою чувствительность к невидимому. В том числе и в сторону дальности восприятия.

С другой стороны, чего Ори скрываться? Он уже супер-выгодно продался, и как бы не Ли Кайлунь Дзэншеню лично. Больно уж старикан засуетился, предлагаю помощь и поддержку. От которой Дэн не мог и не хотел отказываться. Да, у клана Ли имелись собственные цели — но они, хотя бы, не пересекались с целями ректора и всей Академии в целом. То есть на лояльность — в нужных пределах — можно было уверенно рассчитывать. Ура!

Самое главное: в неписаных понятиях межклановых отношений Дэниел Ли тоже сделал все как нужно. Актив, который способен в одиночку пиратские крейсера захватывать и революции с кучкой несовершеннолетних соратников на планетах поднимать — нужно хорошо защищать. Тут Ли были в своем праве. Но одновременно с этим большие кланы, чтобы не потерять лицо, были обязаны показательно начать задавать вопросы: а не переходит ли независимая Академия под власть Ли? Нет? А чем уважаемый ректор это убедительно докажет? Причем присылать своих людей на заполнение вакансий никто больше не спешил: им-то зачем? И выкручивайся, как хочешь.Тьфу еще раз!

Комм на запястье завибрировал в особом ритме: входящий вызов от важного абонента. Дэниел со вздохом отставил чай, повел рукой.

— А теперь чем порадуешь? — спросил он у голограммы Бена Ферандо.

— Так это ты меня порадовал, заместителя мне нашел! — с тщательно наигранным воодушевлением произнес бывший призовой охотник. — Только провести через кадры официально забыл, наверное.

— Это ты про кого сейчас? — напрягся Ли.

— Да про Коррена же, конечно! — все с той же интонацией отрапортовал друг. — Он мне сейчас звонит и говорит: так мол и так, нашел первого кандидата в нашу группу. Мне тут ректор сказал, что надо еще пятерых клановых ребят набрать, вот, мол, уже вовсю над этим работаю. Что ты ему сказал, кстати?

— Что группа будет расширена до десяти человек, и почему это важно, — помассировал переносицу свободной рукой Дэниел. — Сказал, что ответственного назначил тебя. Помогать не просил, если ты об этом.

— А! Я-то уж подумал! — тут Бен все-таки перешел на нормальный тон. — Пацан и раньше от скромности не страдал, а теперь и подавно. Ну и какие инструкции? Рассмотреть кандидата или показательно отвергнуть?

— Что хоть за фрукт? — ректор почувствовал укол головной боли. Ну почему проблемы только множатся — в этот раз вообще на пустом месте? И Бен пока еще недостаточно хорошо играет в административно-политические игры, чтобы отпускать его самого решать вопросы с кланами.

— Ты будешь смеятся, его тоже зовут Коррен! — коротко хохотнул преподаватель. — Коррен Канара Терра. Только сегодня прилетел в Академию, принят вне контракта как платный слушатель.

— И мистическим образом тут же встретил своего тезку, так, что ли? — фыркнул магистр. — Система, покажи мне самую первую встречу Коррена Талани Кунг Ли и Коррена Канара Терра. Что, опять⁈

Встреча на спортивной площадке, однако, кардинально отличалась от предыдущей. В этот раз Ори не размазал противников на превосходстве в сродстве с потоком, а демонстративно унизил, кидаясь шаровыми молниями размером с грецкий орех. Кстати говоря, прошлогодние залетчики в этот раз хоть что-то смогли противопоставить юному гению. Но это все равно не помогло.

— Они и внешне похожи, — фыркнул Бен. — Только Терра слабоват. Подмастерья ему, по-честном, натянули. Вот Ори… что-о⁈ Мастер⁈

— Надо внимательнее читать документы, представленные учащимися, — пожурил Ферандо непосредственный начальник. — Причем документ о прохождении испытания подписан магистром Ли Дзэншенем, главой клана Ли. А на приложенной записи испытания хорошо видно, что наш кадет едва не разрушил робота, но в последний момент проявил бережливость к ресурсам клана.

Бывший абордажник витиевато, но восхищенно выругался!

— Наш пострел везде поспел! — в конце фразы заключил он.

— Наш, — дернул щекой Ли. Но тут же его лицо приобрело задумчивое выражение. — Наш. Хм. Вот что, дружище. Перезвони Ори — нашему, хех, — и скажи, что не против, чтобы он сам выбрал себе в группу клановых представителей. Но не за просто так, а за тоже неформальную помощь в тренировках. Скажи, что можешь обеспечить площадку вдали от чужих глаз и там не будет работать видеонаблюдение и форма не будет писать данные.

— Это-то еще зачем⁈ — округлил глаза преподаватель «боевки».

— А ты забыл, что я про Ори тебе говорил некоторое время назад? — вкрадчиво спросил Дэниел. — И про его возможности?

— Ты имеешь в виду ш… — тут Ферандо вспомнил, что он мягко говоря не один и не в защищенном кабинете. — Понял, не дурак. Дурак бы не понял. А ты уверен?..

— Вот и узнаешь! — отрезал Ли. — Все, мне некогда с тобой лясы точить. Все узнал, что хотел? Тогда — конец связи!

Выдохнуть. Вновь налить чай. Откинуться в кресле. Еще пять минут полного покоя.

— К вам посетительница с особым статусом. Ожидает в коридоре.

Как же вы все меня за…долбали!!!

— Приглашай, пожалуйста, — самым медовым голосом, на который был способен, отозвался ректор. И достал вторую чашку. Запрошенный им прогрессор-наставник из Вечной Пятерки прибыл. Завалить меня проблемами хотели? Поиграть игроком? Ловите ответочку!

Гражданина Вечной Пятерки можно было выделить из толпы даже не зная ничего про это государство. Пластика движений: воспитание детей в государстве высшего социализма (это они сами так определяли свой общественный строй) начиналось в том числе с обучению ходьбе. Эта особая грация, «восстановленная естественная» по мнению выходцев из звездной системы с пятью пригодными для жизни планета — была, что называется, «первым звоночком». Дэниел терялся, когда пробовал сформулировать, насколько отличаются люди Ста Миров и Вечной Пятерки. По одним критериям выходило, что не очень-то, а по другим — что предков нынешних высших социалов когда инопланетяне украли и воспитали!

Аэлита Бринн не являлась исключением из правил. С одной стороны — так и транслируемая вовне женственность: от филигранной прически-каре и до особенно подчеркивающей красоту стоп обуви. Облегающий комбинезон, при это абсолютно не сковывающий движение. К счастью, прогрессор не забыла, что не у себя на родине и одежда нигде не нарушала нормы местной морали точно так же, как платье или брючный костюм.

С другой стороны, она совершенно естественно поздоровалась с ректором, улыбнулась выверенной деловой улыбкой и крепко пожала протянутую руку.

— Очень рада знакомству! — сказала она самым обычным женским голосом. Никакой экстремальной певучести или чего-то такого. — Для меня большая честь получить такое назначение! Из сопроводительной документации я понял, что мне доверят взять на себя обязанности куратора какой-то особой группы одаренных детей девяти-десяти лет?

— Особой — это очень мягко сказано, — улыбнулся Дэниел. — Однако позволь мне тебе кое-что рассказать до того, как я перейду к основному брифингу. Мне повезло, уже будучи капитаном я получил в подчинение вашего соотечественника, прибывшего на стажировку и обмен опытом. Мы неплохо сдружились, и он многое рассказал о том, как у вас на Родине заведено. Как видишь, сразу перешел на «ты».

Брин в ответ открыто улыбнулась и кивнула.

— Это мое первое посещение Ста Миров. Разумеется, я буду только рада узнать больше информации.

— В нашем профессионально этикете часто запрещается проговаривать важные вещи вслух, — Дэниел налил себе и своей гостье чаю. — Но я поступлю согласно вашему этикету и расскажу все прямо и в лоб. Взамен попрошу не раскрывать никому, о чем именно я с тобой беседовал. Идет?

— Даю слово, — как-то даже торжественно выделила голосом Аэлита это простое обещание. Нарушить которое могла, но только в исключительных случаях. Например, помогая раскрыть убийство того, кто обещания взял.

— Сначала я расскажу о себе и о ситуации вокруг Академии Элитеи и как она сложилась. И о моих причинах согласится на участие в учебном процессе прогрессора…

Разговор по меркам ректора Ли получился экстремально-длинным! Еще и в день перед началом нового семестра! Не удивительно, что хозяина кабинета то и дело дергали по «важным» и «очень важным» поводам. Но все вопросы Дэниел решал парой-тройкой фраз и возвращался к прерванному диалогу. А ведь ему еще на вопросы и реплики отвечать приходилось!

— Но почему конкуренция за влияние на Академию так остра⁈ — не сдержалась Аэлита. — Это учебное заведение ведь проект Большой Девятки. Если один клан вложится больше — это же хорошо для всех!

— Но он станет больше влиять, — Ли приходилось себе напоминать, что в некоторых вопроса граждане Вечной Пятерки словно дети. Причем из глухой деревни на самой задрипанной планете!

— Как, если это официально запрещено?

— Неофициально. Корректируя действия людей на местах.

— Так пусть тоже пришлют ресурсы и людей, раз так переживают!

— Им их жалко выделять на дело, которое не отобьет инвестиций. Как я говорил уже, Большой клан Ли просто вынужден был пойти на этот шаг. — терпеливо отвечал магистр.

— Постой-постой. Так остальные хотят, чтобы выделенные ресурсы клана Ли распределились не только на тех, ради кого они выделены, но и на их собственных детей, обучающихся тут? — попыталась хоть как-то понятно сформировать для себя услышанное Брин.

— Пожалуй, самое четкое определение, — задумавшись, согласился Дэн.

Он по своему другу из Пятерки то же самое замечал. Детские вопросы — а потом неожиданный вывод. Дети, кстати, тоже так могут — только реже и не все. Потеря лица, потеря лица! А на самом деле банальное желание выхватить себе чужой кусок! Тьфу, гадость! Вдвойне гадость, что пресловутая «потеря лица» произойдет, если все выхватили, а ты — нет!

— Эту бы энергию и ресурсы, что Большие кланы Ста Миров тратят на глупые конфликты и толкание локтями — и вы бы смогли построить Высший Социализм не хуже нашего! — в сердцах припечатала женщина.

— Я читал историю Вечной Пятерки, — покачал головой ректор. — Во всяком случае, тот вариант, что ваше правительство распространяет как официальный. Прогресс вашего общества был достигнут через чудовищное напряжение сил и самоограничение. И не за несколько лет, а за три столетия! И еще столько же ушло на погашение самовозникающих социальных конфликтов и окончательное выстраивание системы воспитания и обучения человека-социала. Представь, что у нас кто-то подобным процессом займется — например, тот же большой клан. Его же сожрут! Вместе с планетами, инфраструктурой и всем прочим. И хорошо если без рейдеров из Доминионов обойдется.

— Я ведь готовилась, — мягко напомнила Брин. — В том числе и из этих соображений был сформирован Корпус прогрессоров. Чтобы мы помогли обойти «подводные камни» социальных изменений и достичь высшего социализма через эволюцию текущего строя. Через точечную помощь и только по запросу со стороны Ста Миров.

«Да-да, верю-верю!» — подумал магистр. — 'Как будто нет скрытых агентов. Впрочем, ты сама можешь об этом не знать. Не твой уровень.

Вслух же сказал.

— Думаю, теперь мы можем перейти непосредственно к виновнику торжества и причине твоего вызова.

— Вся во внимании! — повела плечиком Аэлита. Хозяину кабинета пришлось напомнить себе, что он видит не заигрывание, а ту самую «естественную пластику». Ведь если Бринн захочет с ним переспать — она не будет его соблазнять, а прямо скажет. В некоторых вещах этикет Вечной Пятерки невероятно удобен!

— Коррен Талане Кунг Ли, — магистр вывел фотографии. — Сирота, умудрившийся как-то пережить спонтанную инициацию…

— Но как⁈ — широко раскрыла глаза ОВЭ-оператор. — Это же невозможно — обуздать не раскрытый дар!

— Увы, этих данных у меня нет, — развел руками Ли. — Но сведения точные. У меня работает преподаватель, который помогал мальчику, но — только раскрыть потенциал. И он уверен, что на момент прохождения испытаний тот даже банальным кинетическим ударом не владел. Бен Ферандо, можете сами у него узнать, я разрешаю. Но только строго конфиденциально.

— Поняла, — кивнула прогрессор.

— Далее его усыновила ведьма Констанция Талани, поскольку он спас её малолетнюю дочь, обманом проданную в рабство…

— Какое дичайшее варварство… — тихо, но разборчиво прошептала женщина. — Подожди-подожди, сколько Коррену сейчас лет?

— Девять, — с дичайшим наслаждением сообщил ректор. — А спас когда ему было шесть лет и два месяца. Сумел проникнуть на корабль работорговцев, незаметно взломать навигационный компьютер и посадить в порту, где поддерживается закон и порядок. Потом, спустя год после усыновления, отправлен Констанцией Талани работать юнгой на транспортном корабле — и еще примерно через год, столкнувшись с пиратами, захватил в одиночку пиратский корабль-носитель класса крейсер.

— В одиночку⁈

— Есть не до конца подтвержденная информация, что ему помогли связанные Звери Потока, — душа Дэниела прямо пела: наконец-то можно еще кому-то передать тяжесть знания о Коррене! — И это еще не всё. По данным Большого клана Ли Коррен стал инициатором социалистической революции на одной из планет в Диком космосе. После чего его в клан и приняли.

— Так. Так. — прогрессор потерла виски тем самым жестом, за которым себя частенько ловил сам магистр. — Я… оказалась немного не готова к масштабам ситуации. Нужны подробности. И подумать. Сначала подумать, потом информация, потом еще подумать.

— Мне иногда кажется, что вся наша Галактика слегка не готова к масштабам Коррена, — меланхолично произнес Дэниел. — Еще чаю? Помогает думать. У меня тут большие запасы…

Глава 5

Друзья старые и новые

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

После посещения ректора я все-таки попытался заняться действительно полезными делами. Вещи минимально разложить, проинспектировать хранилище автоповара и приготовить нормальный ужин — обед мы со всеми этими танцами на снегу пропустили. Как думаете, у меня получилось?

— Стуний весь на нервах, — доложил мне Красный, длинным прыжком прямо через стену запрыгнув кухню-гостиную. — Разрывается между надзором за Келем и необходимостью отслеживать новых кадетов на предмет их шаманизма.

— Мы предложили ему свою помощь, но Большой Красный Брат Ра, кажется, решил, что мы прикалываемся, — добавила появившаяся следом Ло.

— Ты задолбала уже болливудщиной! — вздыбил шерсть Красный. — Короче, нас всех вместе ждут только поздно вечером. Иначе никак.

— Так даже лучше, — с облегчением решил я. — Хоть поедим нормально.

Да уж, первый день в Академии выдался богатым на события, встречи и разговоры. Поток, видимо решив, что планку нужно держать и дальше, ближе к вечеру нарисовал визит Бена Ферандо. Бывший абордажник подкатил к нашему коттеджу на электрокаре, предложив прокатиться и поговорить. Поесть мы успели, а вот мимо чая с печеньками я пролетел. Попытка зазвать моего первого Учителя почаёвничать элитным чаем, выращенным на Ли Цзя, провалилась. А кофе предложить я ему как-то не догадался.

— Что такое сдохло в Академии, что курсантам предлагают передвигаться не бегом, а на колесах? — спросил я, усаживаясь на переднее сидение рядом с водителем. Увязавшиеся за мной коты не отказали себе в удовольствии расположиться в машине. И на машине.

— Ха-ха-ха, — наставник обозначил, что юмор он уловил, но смешной шутку не считает. — Не здесь, Коррен.

И тронул машину с места.

— А теперь посмотрите направо, — голосом питерского экскурсовода произнес Красный, устроившийся на коротеньком капоте кара. — Вы может видеть шестиэтажный учебный корпус, построенный под влиянием позднего неоклассицизма. Как и все архитектурные решения той эпохи, он украшен большим количеством стекла, что делает здание воздушным, словно бы парящим в воздухе. А слева…

Остальные фамильяры чинно расположились на заднем сидении, причем Кер опять устроился рядом с Фирой, что-то ей негромко втолковывая. Видимо, объясняя, что не все произносимое Ра следует воспринимать серьезно. Концепция юмора, как и многое другое, еще не давалась пятому Зверю моей маленькой стаи.

Вообще, Синий, похоже, взял шефство на леопардихой. Постоянно что-то объяснял, показывал и учил работе с Проявлениями — точнее тому, как сделать их минимально заметными для людей. Особенно с техникой — подозреваю в команде скоро появится еще один техноромантик. Или кто-то другой.

— А сейчас мы подъезжаем к окраинам академгородка, где в большей степени расположены тренировочные комплексы, оборудованные максимальным уровнем защиты, — продолжал балоболить Ра. — Именно здесь проводятся зачетные испытания и экзамены курсантов. Поговаривают, что во время полнолуния, здесь можно встретить тех, кто завалил сдачу и до сих пор бродит между строений. Встреча с ним, согласно фольклору курсантов…

— Сигнала нет, — вдруг прервал его Синий. Они с Фирой к этому времени устроились у меня на коленях, Кер что-то показывал ей на планшете, который я для вида придерживал рукой. — Э-э! Что за дела, верните вайфай, сволочи!

Бен Ферандо как раз съехал с бетонной дорожки и кар затрясло на петляющей между высокими деревьями гравийке. Вскоре он остановился у границы очередного тренировочного поля, точнее даже сказать — небольшого полигона. По площади которого в художественном беспорядке были разбросаны полуразрушенные строения, бункеры, остовы военной техники.

— Что за шикарный постап! — восхитилась Оранжевая. — Здесь будто Фаллаут снимали!

— Зачем мы здесь? — Наю, в отличии от Ло, интересовали более практичные вещи.

Местность и правда выбивалась из общего стиля локаций Академии. Вся какая-то неухоженная, заброшенная и максимально негостеприимная. Словно бы тут действительно боевые действия происходили. С применением тяжелого вооружения. Причем, довольно давно.

— Полигон для отработки площадных техник, — пояснил бывший абордажник, видя мое недоумение. — Вывели из обращения лет десять назад уже, после смены курса преподавания. Когда я учился, он еще работал, хотя и выглядел примерно также. Здесь не работает внутренняя связь Академии, а выставленные по периметру генераторы помех не позволяют комбезам писать происходящее. Здесь можно поговорить.

Я пару раз хлопнул глазами — а нафига такие сложности? Что такого бывший наставник собирался сказать, что для этого потребовалось подобное место? К счастью, Бен Ферандо не относился к той же категории хитрецов и интриганов, что и его непосредственный начальник, а выдал все прямым текстом.

— Я и Дэн догадываемся, что ты Шаман, Коррен, — произнес он. — Пришлось сопоставить множество мелких фактов, потратить кучу времени на анализ и теперь в этом практически нет сомнений. Сразу скажу — в Академии этим знанием обладаем только мы с ректором. Так и останется.

— Если? —закончил я за него, не опровергая, но и не подтверждая сказанное.

— Никаких «если», — мотнул головой Бен. — Это не сделка. Просто информирование о том, что мы знаем. И все. Не ищи подвоха. Не от меня.

Я молча склонил голову, принимая ответ. Ну, по крайней мере, от этого близкого человека мне таится не придется. И это хорошо, наверное.

— Полигон ректор предоставляет в личное пользование группе ВИО-шесть, — продолжил между тем экс-абордажник. — Чтобы ты и твои соученики могли не таясь тренироваться. Это благодарность. Сам он этого, как ты понимаешь, сказать не может.

Я поднял бровь.

— Э-м… За что?

— За то, что вы выжили, по большому счету, — усмехнулся Бен. — Я понимаю, что ты еще ребенок и многие вещи для тебя неочевидны…

— Святая простота! — не удержался от реплики Красный.

— … но сам факт того, что группа похищенных детей смогли вернуться без чьей либо помощи, при этом освободив от власти пиратов целую планету, вознес репутацию Академии на небывалую высоту. Теперь Дэн может козырять этим фактом, заставляя всех недовольных его методами управления молчать. Если бы события пошли по более трагическому варианту, то он бы потерял должность — как минимум. Так что это лишь форма благодарности.

— А ректор красавчик! — протянула Ло. — Реально, он же сейчас всем может тыкать — посмотрите какие у меня курсанты учатся. Пиратов бьют, носители захватывают.

— Причем, ничего для этого не сделав, — мрачно закончил за Оранжевую Кер.

— Короче, скажи ему Ори, что полигона за такой подгон маловато! — сделал вывод Ра. — Пусть гонит личный крейсер, плавающий график посещений по учебе, бассейн в коттедже… Ай, Ная! Да щас-то я че сказал?

— Просто — сказал, — Зеленая опустила лапку, которой отвесила Красному подзатыльник. — А стоило помолчать.

— Ну, спасибо, — я посмотрел на Ферандо и кивнул. — Полигон пригодится.

— Я назначен негласным куратором вашей группы, — продолжил наставник. — В дополнении к официальному. Для обеспечения безопасности должен буду присутствовать на здешних тренировках.

— То есть условия все-таки есть! — хмыкнул я.

— Это разумная мера предосторожности, — дернул плечом собеседник. — Ты должен это понимать.

Что я понимал, так это то, что для первого дня как-то слишком много новостей. И эта, приятная, безусловно, все равно выглядела как часть какой-то игры. Не бывшего абордажника, ему-то я как раз верил полностью. Его начальника — вот уж кто не упустит шанса погреть руки над чужим огнем.

— Ладно.

— Я составлю график в ваших занятиях. Сделаю так, чтобы для этого места у вас нашлось достаточно времени.

— Спасибо.

— И еще. По поводу расширения группы. Тот паренек, Коррен Терра, с завтрашнего числа зачислен в ВИО-шесть. Кроме того, мы с ректором обсудили и решили, что готовы рассматривать предложенные тобой кандидатуры.

Да что за грузовик с пряниками перевернулся на нашей улице! Такое ощущение, что следующей фразой Бена станет: «А еще мы решили зачислить тебя в штат преподавательского состава на профессорскую должность. И я буду называть тебя Ори».

В смысле, я не параноик, но это же не значит, что они за мной не следят. Не бывает такого, чтобы на тебя просто высыпали мешок с подарками и ничего не попросили взамен. Обязательно попросят. Но не сейчас, а тогда, когда я отказаться не смогу.

— Просто поблагодари, — посоветовала Ная. — Это явно игра ректора, но она не против тебя. Скорее, он пытается закрепить за тобой статус особого кадета с набором бонусов. Чтобы использовать это на другом уровне.

— Все хотят дружить с Ори, — важно кивнул Красный. — Понимают, кто станет императором галактики, вот и спешат подсуетиться… Ай! Ай! Ай! Втроем-то зачем⁈

— Каракало свое красное прикрой, понял? — за всех ответил Кер.

Я сделал, как сказала Зеленая. Еще раз поблагодарил, сел в кар и Бен Ферандо повез нас обратно к коттеджу «апасных». Поспать бы… но ведь еще фамильяров устраивать и Шаю, Джара и Цзана с храмом и его хранителем-оборотнем поздним вечером знакомить. В смысле, по нормальному, а не на бегу или вообще в драке!

…Вернулись мы, конечно, за полночь. Пока мои братья и сестра уяснили, как работает четверка храмов Академии, пока Стуний по моей просьбе продемонстрировал свои навыки превращаться в человека, пока мы навестили Келя в отдельном зале, «отмокающего» в естественном завихрении витальной энергии — нельзя было допустить, чтобы Змей решил, что про него забыли. Заодно мы опять поделились с ним теплом своих душ, как бы пафосно это не звучало. А домой — пешком! Вернувшись, быстро улеглись. Я вообще мгновенно отрубился. Надеюсь, день встреч и сюрпризов закончился и завтра будет как-то полегче.

* * *

Проснувшись, я первым делом словил дежавю. В нашем коттедже настолько ничего не изменилось, что при некотором напряжении воображения можно было бы подумать, что все случившееся после злополучной для нас «проверки в полях» мне просто приснилось. Культы с культистами, анимированные трупы, бои против сильных и злых Зверей Потока, гадские фермеры, пираты, работорговцы, контрабандисты… И новый дом в клане Ли!

Полежав и покатав эту мысль в голове, я все же встал, наскоро умылся и натянул форму. Плац ждать не будет. Да и вообще, на солнышке и посидеть приятно, и медитация лучше дается. Следом за мной вышел, хех, братец Цзан. Он уселся рядом и тут же поймал столь глубокий внутренний покой, что казалось: сейчас захрапит! Но стальная клановая закалка не прошла даром и Кунг Ли не издавал ни одного провокационного звука.

Анасдея появилась третьей, зевая во все горло. Но уселась рядом и честно начала работать. Для неё сейчас медитация была ключом к стабильной «железной рубашке» — потому характерная чернота то появлялись на её коже, то пропадала.

Джар Ян не заставил себя ждать. Мягко опустившись на асфальт (или что тут вместо него?), он сразу ушел в себя. И вот его «рубашка» уже не пропадала. Прав оказался «дедушка» Дзэншень, что наш халк очень хорошо найдет общий язык с Фэй Цзеном. Главный шаман клана Ли сумел найти подход к здоровяку, и обучение сразу поперло в гору!

А вот следующий одногруппник пришел со стороны улицы.

— Э… Привет? — Коррен Канара Терра отчетливо растерялся, оглядывая плац. — А меня в вашу группу зачислили…

Вчера я оповестил друзей, что у нас имеется неофициальная площадка для тренировок в том числе и со Зверями Потока. А вот о договоренности про выбор одногруппников я решил пока умолчать. Мы, конечно, необычные — но все-таки пока еще дети. Если способности Цзана не выдать вольно или невольно эту щекотливую информацию я доверял, а Анасдею мог вовремя одернуть по безмолвной речи — то Шая и Джер оставались темными лошадками. Короче, это был один из тех моментов, когда остальным стоило меньше знать чтобы крепче спать. Черт. Да я прям настоящим политиком становлюсь…

Разумеется я быстро поднялся покрытия плаца и повел Коррена к остальным, сделав вид, что приятно удивлен.

— Народ, наш новый соученик! Мой тёзка! Из клана Терра!

— Что, правда? — вскочила Анасдея. — Забавно! Вы даже чем-то похожи! Как познакомились?

— Ну-у… — парень слегка покраснел.

— В баскетбол вместе играли! — не дал договорить я. — Противник был повержен!

— Вместе с площадкой, как в прошлый раз? — недоверчиво спросила от двери Шая.

— Шая Ренфолд, командир группы, — представил я. — А это Коррен Канара Терра, он теперь с нами учится будет. И меня надо до Ори сокращать, а его не надо, он не любит. И площадку я не попортил. И даже чужие шкурки сохранил почти целыми.

— Что, еще один Коррен? — фыркнула девочка-одуванчик. — Ребят, вы даже похожи, вы в курсе?

Будь тут Ло, обязательно предложила бы поискать одинаковые родинки.

— Кстати, ты почему Коррена представляешь с родовым и клановым именем, а нас — без? — полюбопытствовала Ильтазар.

— Да как-то… — я потер затылок. — Само так вышло… Не привык, наверное.

Точнее, подсознательно ощущал, что как бы выделываюсь перед сверстником, когда демонстрирую свою причастность к Большому клану. Дурь, конечно, и дурь вдвойне, что перед взрослыми я не стесняюсь. Но вот как-то я сам за собой не отследил. Вот вроде считаешь себя взрослым, главой целого рода — и вдруг такое детское-детское проскакивает!

— Ага, то-то твой приятель, наверное, удивился: подходит такой простолюдин, узнает, что ты — Терра, и продолжает вести себя так же! — фыркнула аристократка.

— Всегда представляйся незнакомцам полным именем, Ори, — открыв один глаз, попенял мне Цзан. — Они должны сразу понимать, какая семья и какой клан стоят за твоей спиной. Иначе получится бесчестно.

— Честно говоря, я с не клановыми сверстниками ни разу и не общался… — выдавил из себя Коррен, покраснев. — А на счет полного имени — дядя тоже самое от меня требовал перед отлетом. Раз двадцать повторил.

— Ладно, ладно, исправляюсь! — я выставил ладони перед собой. — Мы тут все пятеро из рода Кунг клана Ли. Сводные братья и сестры.

Мне показалось, что тёзка вздрогнул и хотел сделать шаг назад, но смог сдержаться.

— В смысле биологически мы даже близко не родня, — встряла Ильтазар, демонстративно вешаясь мне на плечо. — Потому эта «сводность» не помешает стать наложницей Ори, как только мы войдем в возраст!

Я прикрыл глаза рукой, стараясь не покраснеть совсем уже в свекольный цвет.

— А-ня! — простонала Шая. — Ну зачем вот так вот…

— Просто заранее предупреждаю, чтобы не было лишних иллюзий, — независимо повела плечом девочка, не отпуская меня. — Ты, кстати говоря, тоже не свободная уже. У неё, Коррен-не-Ори, помолвка с вон тем здоровяком!

— Что-о? Помолвка⁈ — зря я думал, что поставлю рекорд по интенсивности цвета. Бордовостью Ренфолд перещеголяла бы сейчас и свеклу! — Н-но-о…

— При всех пообещала, что станешь его женой? Пообещала, — безжалостно добила Ильтазар. И, повернувшись к другому Коррену, объяснила. — На нас двухэтажное здание обрушилось, и Джар закрыл нашего командира от обломков. Сам принял удар, кости в осколки и отравы хапнул столько, что коньки намылился откинуть. И тут Шая такая: «я согласна стать твоей женой!» Представляешь — тут же ожил!

— Его Коррен вылечил! То есть Ори! — замахала перед собой ладонями кудряшка.

— Толку-то, если он оживать не хотел? Без твоего обещания.

— Как это, здание — упало? — ошалело спросил у меня Канара.

— Да нас тут похитили всех под новый год, — отмахнулась Анасдея, не дав мне и рта раскрыть. — Прошлый наставник предателем оказался. Хотел нас рабами в Доминионы продать, гад такой. Вот и пришлось сражаться за свою жизнь.

— «Апасными» быть опасно, — вставил Джар Ян.

У моего тёзки глаза уже стали по монете в один керм. Да, монеты в Ста Мирах тоже ходят. На периферии некоторые сделки только таким налом и проводятся, чтобы неделями не ждать результат банковского перевода. Но переводом все же безопаснее.

— Не думаю, что подобный инцидент повторится, — попытался успокоить его я. — Ректор лично заверил главу нашего клана, что меры по безопасности значительно усилены. А что касается тех событий с похищением — так мы же выжили. И отомстили. Всем! Так что с нами не пропадешь, даже если попадешь. Да ты и сам не промах, я же видел!

Тут нужно было что-то сказать. Мой визави, кажется, слишком близко к сердцу принял услышанное. И поверил. Так и будет теперь сторонится, если только я не найду нужные слова. А, ну конечно!

— Ну что, дружба?

И протянул руку. Коррен поднял на меня глаза.

— Я слышал от дяди, что интересы клана превыше любых отношений между людьми, — взглянув мне в глаза, тихо сказал парень. Сначала мне показалось, что это «нет», но почти сразу стало понятно: он меня честно предупреждает, что называется, «на берегу».

— Если дружба не обман и не для выгоды, а просто честная дружба, — я подумал, и неожиданно для себя добавил. — Или любовь. То тогда никакого отношения к делам клана такая дружба или любовь не имеет. Вернее, даже наоборот. Именно такие связи помогают уходить от конфликтов и налаживать взаимовыгодные отношения. Согласен?

— Согласен, друг, — мне почему-то показалось, что Канара Терра готов расплакаться. Но разобраться помешали громкие хлопки ладоней.

— Слова не мальчика, но мужа, настоящего социала!, — сказала женщина в форменном комбезе преподавателя Академии, бесшумно появившаяся на плацу. Не сама, её привел маленький дрон, как когда-то меня самого. — Здравствуйте, дети! Меня зовут Аэлитра Брин и я ваш новый наставник!

Глава 6

Интерлюдия: Бен Ферандо. Смотри и учись!

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

После разговора с Корреном, Бен чувствовал себя… странно. Да, пожалуй, именно так — странно. С одной стороны — он был честен с мальчишкой, сказал все, как есть и ничего не утаил, с другой же — у бывшего абордажника оставалось ощущение, что его самого сыграли в темную. Что у встречи с воспитанником имелась иная цель. Которая пока ускользала от понимания.

Дэн что-то задумал. Ферандо знал этого человека со школьной скамьи, считал своим другом, и верил, как самому себе. Но осознавал, что на должности ректора Академии простые честные парни не выживают. Глава самого престижного учебного заведения в Ста Мирах, кузницы элиты вооруженных сил Республики, человек, на котором сосредоточено внимание Больших кланов, не может себе позволить жить с открытым забралом.

Как не может себе позволить пребывать в неведении его ближайший сподвижник. Бен припарковал кар на стоянке главного корпуса и решительно направился к лифту. Настала пора поговорить со старым другом. Более откровенно, чем обычно.

— Дэн, есть разговор… — начал он, коротко постучав в дверь и без паузы войдя в кабинет начальника.

Но закончить фразу не успел, поскольку сидящий за столом ректор тут же замахал рукой. Одновременно показывая этим жестом, чтобы он проходил и молчал. Бен не сразу заметил, что он говорил по комму.

— Да, господин Косыгин, договорились. Жду вас через час. Отлично! — Отключив связь, Дэниел Ли с удовольствием потянулся и уже для вошедшего преподавателя произнес. — Хорошо, что ты пришел. У меня назначена пара встреч с представителями Больших кланов, я бы хотел, чтобы ты присутствовал.

Все, о чем Бен хотел поговорить с ректором моментально вылетело из головы.

— Серьезно? Я — присутствовать при разговоре с представителями Больших кланов? Дэн, ты ни с кем меня не перепутал?

— Ты, наверное, до сих пор представляешь себя рубакой-абордажником, который первым врывается в пролом? Чтобы ветер в лицо, волосы назад?

Вместо ответа Ферандо провел пятерней по короткому ежику уже начавших седеть волос. Как бы говоря — вот эти волосы назад? Это ж какой должен быть ветер!

— Я к тому, что ты ближайший помощник ректора военной Академии Элитеи, — хохотнул Ли. — Чтобы ты там сам о себе не думал. Человек, принимающий непосредственное участие в управлении этой громоздкой и забюрократизированной структурой.

— Что ты задумал? — напрягся бывший абордажник. Никогда ему не нравились такие заходы. Да и друга своего он хорошо знал. Понимал, что далее последует что-то из разряда не очень приятного. Или — очень неприятного.

— Как говорил наш препод по тактике — некогда объяснять. Прыгать надо. Да не хмурься ты так, Бен! Посидишь в сторонке, послушаешь, как умные люди ведут дела, может научишься чему-то полезному. Ну и мнение со стороны составишь. Короче, с минуты на минуту войдет Диего Хот Сервантес, у него, как он сказал, безотлагательный разговор по поводу его сына.

— ВИО-шесть, — хмурясь от понимания, вставил преподаватель по боевым дисциплинам.

— В точку!

— А на кой хрен ты поручил мне формировать список для доукомплектования группы, если сам этим занимаешься?

Дэниел развел руками.

— Я бы и не занимался. Но отец юного Идальго очень просил о встрече. Кто я такой, чтобы отказывать ему?

— Опять ты что-то задумал…

В этот момент в дверь постучали.

— Просто сиди и молчи! — шепнул ректор напоследок. И крикнул: — Входите!

Сам тотчас поднялся и нацепив на лицо радостную улыбку, двинулся встречать гостя.

— Господин Хот! Рад встрече!

Смуглый, сухощавый и подвижный, словно атакующая змея мужчина сверкнул белыми зубами.

— Ректор Ли, спасибо что нашли для меня время!

Бен Ферандо подавил лезущую наружу саркастическую ухмылку и решил следовать инструкциям начальства. То есть, поздоровался с гостем, уселся за дальний край стола, и стал изображать из себя предмет интерьера. За всю получасовую беседу ректора с представителем Большого клана Сервантес не проронив ни одного слова.

А те двое просто соловьями разливались!

Сервантес рассказывал, какой чудесный у него сын, как он участвовал и побеждал во всех детских клановых соревнованиях для одаренных, какая у него страсть к обучению и желание после завершения Академии пойти служить во флот. Другими словами, беззастенчиво сватал парня в ВИО-шесть. Об открывшихся вакансиях в которой, похоже знали все в галактике.

Дэниел в свою очередь проявлял осведомленность об успехах юного Идальго Хота в учебе, прочил ему большое будущее во флоте Республики, но с искренним сожалением сообщал, что группы повышенной опасности полностью заполнены.

В какой-то момент Диего Хот даже вспылил — для Сервантесов это было скорее нормой, чем исключением из правил. Начал на повышенных тонах говорить, что он видит игру ректора насквозь. Особенно, в той ее части, в которой руководитель учебного заведения с потрохами продался Большому клану Ли.

К удивлению Ферандо, на горячечный бред клановца, Дэниел ответил с не меньшей экспрессией. Вскочил, стал размахивать руками, требовать сатисфакции прямо здесь и сейчас. А через минут два этих горячих, как кровь на южном солнце господина, уже жали друг другу руки, заверяя в вечной дружбе и сотрудничестве по любому поводу.

Надо ли говорить, что Ли вписал Идальго Хота в список ВИО-шесть?

— Это чё щас было? — забыв о манерах произнес Бен на родном диалекте окраинной планеты, где вырос, стоило только двери закрыться за представителем Большого клана.

— Психологическая подстройка, метод отзеркаливания, — спокойно ответил ректор, по лицу которого никто бы сейчас не сказал, что пару минут назад он брызгал слюной и грозил Сервантесу самыми страшными карами. — Полезная штука, кстати. Очень помогает в переговорах. А если еще знаешь психологический портрет оппонента…

Заканчивая фразу, Дэн взмахом руки активировал настольный терминал. И Бен уставился на экран, где было открыто несколько файлов. Один из них был посвящен психологической оценке Диега Хот Идальго. А другой так же подробно рассказывал о его сыне Идальго.

— Это что, документы «психов»? — осторожно уточнил бывший абордажник.

Ответ ему не слишком требовался, так как был совершенно очевидным. Но Бен хотел, чтобы Дэн честно ответил. Как к нему попала база данных распущенной службы психологической коррекции, которая, ко всему прочему, еще и была жутко обособленной, только формально ректору подконтрольной. Из-за чего раньше доступа к этим файлам не было ни у преподавателей, ни у самого ректора.

— Ну не пропадать же добру! — широко улыбнулся Ли. — Служба расформирована и больше не мешает работать, но ее наследие очень нам пригодится.

— Это законно, вообще?

— Ну… — без выражения протянул ректор.

— Дэн, какого хрена ты делаешь?

— Послушай, ты же не будешь отрицать, что преподаватели, да и глава Академии, должны знать, какие тараканы водятся в головах наших курсантов. Мы тут как бы профессиональных убийц растим, если забыл! И просто обязаны понимать, где и кого из них может переклинить. И среагировать на опережение. А «психи» никому ни черта не показывали! Писали обтекаемые бумажки на запросы, из которых ни хрена было не понять! И как в таких условиях работать?

— Высокая мотивация достижений, конкурентность, склонность к соревнованию и стремление превзойти других, низкая толерантность к неопределённости, перфекционизм, эмоциональная реактивность…

— Про Идальго читаешь? Да уж, паренек просто ракета!

— И ты решил, что засунуть его в группу к «апасным» — это отличная идея? Да это же гарантированное столкновение с Корреном Талани!

— Корреном Талани Кунгом Ли, — спокойно поправил его ректор.

— Я знаю, как звучит его клановое имя!

— А теперь произнеси его еще раз и на минуточку задумайся…

— Дэн!.. Кварк тебя раздери! Ты что задумал? Это же!..

— Да-да, мой друг. Именно так.

— Так нельзя!

— Давай это чуть позже обсудим, ладно? Клан Полуночи на подходе, — ректор построжел лицом, но под конец все же добавил. — Слово даю — все объясню. И, если ты увидишь это неприемлемым, отменю, невзирая на последствия.

Пришлось Ферандо удовлетвориться этим обещанием. Усесться на свое место, прикинуться ветошью, и слушать, как его друг общается со вторым представителем Большого клана.

Петр Косыгин был классическим представителем клана Полночь. Массивный настолько, что в дверь прошел с осторожностью, чтобы не зацепить плечами косяки. Но без грамма лишнего жира, одни лишь мышцы и тяжелый скелет. Улыбка на его простом грубоватом лице выглядела, как оскал гризли. За миг до того, как этот зверь разорвет вас надвое.

Любезности в нем было также немного, как и лишнего веса.

— Зря вы натянули оценки Наташе, — сказал он глухим басом. — Она лентяйка и тупица, а вы перевели ее на следующий курс.

Бен едва не закашлялся от такой откровенности. Уже того, чтобы обвинить высшее должностное лицо в подлоге учебной ведомости курсанта было достаточно для скандала. Так Косыгин еще и дочь свою обозвал глупой. При посторонних, в общем-то людях.

Впрочем, если он и приукрасил оценку, то не сильно. В прошлом году Ферандо приходилось вести занятия у тогдашнего шестого курса — обычного. И Наташу Косыгину он помнил неплохо. Рассеянная блондинка с хлопающими глазками и полным отсутствием интереса к предметам. Впрочим, переводные экзамены она сдала честно, хотя и прошла по нижнему краю возможного.

Не будь она из Полуночи, учащейся на платной основе, ее бы отчислили. Но одаренный клановец не пойдет во флот по обязательному контракту. Если пожелает служить — его должны принять. Или не принять, если выпускная характеристика плохая, или принять, но на должность какого-нибудь мичмана. Такому не доверят жизни людей и ценное имущество, так что…

— Петр, вы заблуждаетесь! Наташа вовсе не глупая девочка, ее потенциал просто еще не раскрылся, — с приторной улыбкой сообщил ректор.

— Дэниел, не надо мне вешать на уши лапшу! — отрубил Косыгин. — Я знаю свою дочь, и считаю, что она не заслужила перехода на седьмой курс. Ей нужно работать больше. Она ведь до сих пор Ученик, тогда как большинство ее сверстников уже Подмастерья! А кое-кто уже и Мастера получил!

«В этом заведении вообще можно хранить хоть какие-то тайны? — подумал Бен Ферандо. — Публичная библиотека, а не режимный военный вуз!»

Впрочем, лицо его никак не показало текущих в голове мыслей. Неподвижную маску удалось удержать даже после следующей реплики Косыгина.

— Я требую вернуть ее на шестой курс, ректор Ли! Пусть еще раз пройдет программу. Крайне желательно, чтобы на этот раз с нее спрашивали по всей строгости!

— Мы и не миндальничаем с курсантами, Петр. Это военная Академия…

— Еще строже! Засуньте ее в ВИО группу! Надеюсь, там ее мозги наконец встанут на место!

«Они сговорились, что ли!»

— Боюсь, господин Косыгин, вы не понимаете, чего просите, — голос Дэниела стал строже и официальнее. — Группа повышенной опасности не зря носит такое название…

— У меня еще полно детей, — взмах массивной ручищей. — И без надобности те, что не способны принести роду пользу!

— К тому же, группы на шестом курсе полностью укомплектованы…

— А я слышал другое. Что в ВИО-шесть недобор. И она полностью состоит из выходцев клана Ли.

— Там есть также представитель клана Терра и Сервантес, — поджал губы ректор. Всем своим видом показывая, насколько ему неприятно об этом говорить.

— Ну так пусть туда добавится еще и Полночь, — фыркнул здоровяк. — Что для этого нужно сделать? Подписать отказ от ответственности? Закупить новое оборудование для курса? Я хочу, чтобы у моей дочери была возможность стать достойной представительницей рода!

В следующие несколько минут Косыгин и Ли занимались словесной борьбой. И победил в ней клановец. Буквально обезоружил оппонента доводами, выкрутил руки и ушел, довольно насвистывая.

— Есть! — почти шепотом произнес Дэн, вскинув руку в победном жесте.

Бен потер переносицу. Он уже ничего не понимал. Начальник Академии радуется тому, что человек из Большого клана растоптал его, а потом останками вытер пол?

— Ты удивлен, — не спросил, а констатировал школьный товарищ. — Давай-ка я тебе кое-что покажу.

Ректор снова активировал погашенный перед приходом клановца терминал, повернул экран к Бену, и открыл на нем файл Наташи Косыгиной.

«Маскировка компетентности, тенденция скрывать свои способности и достижения, чтобы не выделяться или избежать повышенного внимания. Интеллектуальная недооценка, преднамеренное занижение своих интеллектуальных способностей с целью создать впечатление меньшей компетентности. Когнитивная гибкость, Способность анализировать ситуации с разных точек зрения и применять сложные стратегии для достижения целей, которые могут включать манипулятивное поведение. Стратегическое мышление, способность планировать и действовать с учётом долгосрочных целей и возможных последствий, что может включать манипулятивные тактики».

Когда Бен Ферандо поднял глаза, то увидел, как его собеседник широко улыбается.

— Ну, что скажешь?

— Скажу, что это все словно бы относится к другому человеку, — растерянно произнес бывший абордажник. — Дэн, во имя Потока, объясни, что все это значит?

— Что-что, старина, — вздохнул ректор. — Ничего такого, с чем бы ты еще не сталкивался. Большие кланы хотят прогнуть Академию. Они уже давно доминируют в Республике, и все чаще ведут себя так, будто законы писаны не для них. Хотя сами же когда-то их написали и утвердили! Да тебе-то что это объяснять! Напомнить, почему ты несколько лет жил под именем Борка Рауля?

— Это понятно, — отмахнулся Бен. — Кланы зажрались, но какая тут связь с нашими курсантами? И конкретно — с ВИО-шесть, вокруг которой вся эта стая шакалья носится, как гиена вокруг свежего трупа?

— Самая прямая, друг мой. Самая что ни на есть прямая. Кланы хотят получить нашего паренька. Ори ведь гений, ты не будешь этого отрицать, верно?

— Ну-у, я бы не разбрасывался такими громкими заявлениями…

— Два захваченных пиратских носителя, одна освобожденная от гнили планета, оттоптанные ноги Доминиона — и это только то, что на поверхности лежит. Шаманизм, Зверь Потока, навыки из школы Ведьм, железная рубашка клана Ли и щиты Макира. Он универсал, Бен! Впитывает в себя все, с чем сталкивается. Для него словно бы не существует ограничений пути солнечника, перед которыми пасуют все остальные.

— И ты решил подкинуть ему Сервантеса и Полночь для полного комплекта… Стоп, ты что, серьезно рассчитываешь на то, что он сможет использовать клановые техники?

— И клана Терра, напомню. А почему нет? Кроме того, — Дэниел прокрутил несколько экранов на терминале. — А, вот оно! Кроме того, мой друг, он каким-то образом воздействует на тех, кто идет с ним рядом. Посмотри на его соучеников — они уже вполне осваивают основы клановой техники Ли. Не удивлюсь, если он их еще шаманами сделает.

— Давай дадим ему еще копейный удар Сервантесов и отвод глаз Полуночи! В самом деле, почему нет, Дэн! Подумаешь, если что-то пойдет не так, построим новую Академию, взамен разрушенной!

— Он ответственный паренек.

Экс-абордажник вздохнул, но был вынужден признать, что это утверждение полностью соответствует действительность. Другой бы на месте Коррена Талани уже натянул на макушку корону, и тыкал бы всем вокруг своей исключительностью. Но ни его ученик. Он даже после того, как стал главой рода в Большом Клане не изменился.

— Ну, допустим, — после долгого молчания произнес наконец он. — Ладно. Ты хочешь вырастить универсала. Это понятно — хорошая цель для ректора. Для любого наставника, если уж на то пошло. Но почему именно эти детишки из Сервантесов и Полуночи? Первый однозначно полезет в драку за лидерство, а вторую — если все верно в документах «психов» — и вовсе растят, как будущую главу службы безопасности клана.

— А вот тут нам нужно вернуться к тезису, что я озвучил чуть раньше, — довольно улыбнулся Дэниел Ли. — Большие кланы потеряли берега и ведут себя, будто закон для них не писан…

Глава 7

От каждого по способностям

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Новый куратор группы вышла на середину плаца, двигаясь невероятно плавно. И все то время, пока она шла, я пытался понять, что же не так в её походке. Не я один, как выяснилось.

«Какая-то запредельная пластика движений!» — передала мне по мосту между разумами Анасдея. — «Она словно плывет или танцует!»

— Не буду ждать, пока вы спросите, — улыбнулась наш новый куратор. Похоже, для нее наша реакция не стала новостью. — То, что вам кажется странным в моих движениях, для общества Ста Миров — просто забытый рудимент. Если коротко, так двигались наши предки-охотники — в отличие от предков-собирателей. Некоторые наши антропологи поэтично называют такую пластику «шаг зверя» или «шаг зверолова». Как вы знаете, в эволюции нашего вида победил собиратель, ставший землепашцем. Но ученым Вечной Пятерки удалось восстановить особенности движений древних охотников. Оказалось, что наши предки умели двигаться так, чтобы меньше уставать при ходьбе и избегать ударных нагрузок на суставы! Всеобщим голосованием граждан нашей родины было решено обучать детей от года этой биокинетической схеме.

— Охренеть! — тихо донеслось от Шаи.

— Предваряя и следующий вопрос: да, этому можно научится. Но в вашем возрасте подобное потребует осознанных усилий и множества тренировок. А вот малыши, только начинающие ходить, осваивают все влет. Так что если кто-то желает — можете сказать мне это после утренней тренировки. Давайте переместимся на площадку и там продолжим знакомство.

Брин приглашающе махнула рукой… И тут же нас остановила.

— Ага, новенький в группе! — обрадовалась наставница, увидев заходящего на наш плац шестикурсника. Изрядного дылду, надо сказать, чуть ли не выше нашего Халка, только в отличие от него — легкого и изящного. Даже форменный комбез не мог добавить брутальности этому сбежавшему от станка балеруну.

— Идальго Хот Сервантес, к вашим услугам, — парень на полном серьезе изобразил что-то вроде поклона, только в отличие от уже ставшего мне привычным в исполнении Ли, тут еще было какое-то странное движение рукой. Дошло не сразу — это же «приветствие со шляпой»! Только без шляпы.

— Еще один любитель истории, — на грани слышимости прокомментировал Цзан. Кажется, Аэлита с первого взгляда ему чем-то не понравилась. Как и клановец из Сервантесов.

— Как хорошо, что ты успел к тренировке, Идальго, — улыбнулась Брин. — Все за мной на площадку!

И мы, не успев познакомится с новичком, побежали. Наша наставница задавала темп и, казалось, не напрягается вообще. Но поспеть за ней у меня получалось с некоторым напряжением. Джара Яна нес Поток, щедро снабжая мышцы витальной энергией — у нашего мини-громилы она чуть ли не из ушей лилась. Цзана смолоду гоняли в семье, да и Путь Монаха предполагал привычку к физическим нагрузкам. Мне же, кроме тренировок с Борком Раулем, помогало еще ведьмовство. И только Хот на своих ходулях справлялся на голой физике — насколько это вообще применимо к солнечнику, у которого Поток укрепляет тело.

Я протянул руку Анасдее, стимулируя её мышцы, а Джар просто подхватил взвзизнувшую Шаю и посадил себе на плечи: изобрел, так сказать, командирскую башенку. Ничего, я еще обойду его, создам промежуточный аккумулятор для бластера! Тьфу, от Красного его прикольчиками заразился!

Следуя таким ордером, команд десять или двенадцать перегнали как стоячих! Под конец Брен так разогналась, что мне уже некогда было следить за дорогой и все посторонние мысли как метлой вымело — только бы не отстать. Так что прибытие на площадку состоялось как-то неожиданно.

— Неплохой уровень командного взаимодействия, молодцы, — довольно улыбнулась Аэлита. Кажется, у неё даже пульс не изменился после пробежки. — Что ж, знакомимся дальше! Я поработала с вашими личными делами и примерно представляю уровень ваших возможностей. А вот вы мой — нет, надо исправить. Но для начала кое-что объясню: у меня на Родине принят несколько другой принцип обучения управлению витальной энергией Звездного Потока. Первые одаренные Вечной Пятерки, взяв за основу Путь Солнечника, решили рационализировать и оптимизировать обучение. В результате, там, где вы изучаете отдельные приемы и практики, операторы витальной энергии Вечной Пятерки учатся основам владения Направлениями.

Тут Брин заставила небольшой булыжник взлететь,подлететь к себе, отлететь. Потом она резким движением руки расколола камень пополам, и одну часть оставила левитировать, а второй словно из пушки выстрелила в сторону дальней стены. От удара снаряд едва ли не в пыль раскрошился! При этом наставница продолжила говорить.

— Направление дистанционной кинетики позволяет манипулировать предметами. Насколько я знаю, именно держать что-то на весу вас не учат? В том числе и себя?

Мы все помотали головами, во все глаза рассматривая, как течет энергия в теле преподавателя. Небо и земля по сравнению с нами! И, главное, никакого напряжения силы: все та же легкость.

— Направление термодинамического воздействия.

Порыв ветра обернулся языками жаркого пламени, которое в свою очередь обернулось сетью разрядов. Тут ничего нового, разве что простота, с которой одно Проявление переходит в другое. А, нет! Брин смогла сконденсировать из воздуха целую пригоршню воды! Демонстративно отпила, остальное выплеснула.

— Направление работы с полупроницаемой мембраной.

Это она про щиты, что ли? Точно! Очередная демонстрация заставила меня натурально раскрыть рот! То, что я привык воспринимать как невидимую обычным глазом твердую плоскость или, в крайнем случае, пустотелый шар — в руках Аэлиты лепилось как скульптурная глина! Стол и стул, зонтик от дождя, кувшин, который женщина наполовину наполнила из воздуха и чашка, куда перелила! Охренеть! Последней демонстрацией был доспех или, может, скафандр из элементов барьеров!

— Ну и последнее, но не по важности, направление: медицина. В традиции Солнечников Ста Миров и Доминионов, освоение такого важного аспекта в манипуляциях витальной энергией отнесено к рангу Грандмастера, что, я считаю, в корне неправильно. Наоборот, это самое первое, что надо изучать! И со мной согласны все преподаватели Вечной Пятерки — не только одаренные. Долг оператора — в чрезвычайной ситуации использовать свои способности во благо ближнего! Ведь в отличии от обычного врача все инструменты у нас всегда с собой!

Куратор оглядела нас, убедилась, что последняя реплика услышана и дошла от ушей до мозга, опять улыбнулась и спросила:

— Остались какие-то вопросы, дети?

— Госпожа Наставник, — влез Идальго. — У вас самой какой ранг?

— Во-первых, не «госпожа», можно просто по имени, — качнула головой Брин. — Или, если воспитание не позволяет упростить обращение, товарищ Брин.

Последние два слова Аэлита выделила голосом, и у меня по коже пробежали мурашки. Словно из фильма о Великой Отечественной я услышал рефреном: « товарищ комиссар!» На крохотное мгновение наша наставница показала ту часть своего характера, что мы еще не видели. Брр!

— А во-вторых, — как ни в чем не бывало продолжала женщина. — Ранги у нас не в ходу. Я Оператор третьего уровня из пяти, что примерно можно соотнести с рангом Мастера. Однако я не проходила принятый у вас экзамен, где нужно противостоять роботу-убийце. Мы вообще не используем машины с искусственным разумом… как тренеров.

«Так по-идиотски!» — услышал я не сказанное.

— Когда формировали свод законов Вечной Пятерки, юстициары и законотворцы закономерно решили, что нельзя ограничивать разум, естественный или искусственный, сверх социально-необходимых требований. Разумным машины стали такими же гражданами нашей страны, что и люди, — что-то разошлась наша наставница. — Их, конечно, было очень мало, этих машин. Но именно к ним обратились с вопросом: как регламентировать выпуск новых И-Эр. Машинные разумы единогласно решили, что рождение и воспитание нового собрата допустимо и желательно в случае наличия сложной научной или технической проблемы. Чтобы у искусственно-разумного тоже была цель в жизни! А не…

Аэлита махнула рукой, и натянуто улыбнулась.

— Еще вопросы?

После такой отповеди отмолчались все.

— Тогда приступим к занятию, — решила Брин. — Вернее, это будет что-то вроде тестирования, но без оценок. Для начала нужно проверить, сможете ли вы повторить за мной то, что я продемонстрировала в направлениях кинетики и мембран.

Не смотря на то, что гостья из Вечной Пятерки являлась Учителем, что-то путное с левитацией камня получилось только у меня и Ильтазар. Остальные мои приемные родственники нет-нет да бросали укоризненные взгляды: мол а нам объяснить? Однако секрет был в другом: Аня еще до Академии освоила «небесный шаг» и научилась балансировать себя на собственных кинетических толчках снизу вверх. А я попросту умел выпускать энергию непрерывным потоком в силу своих ведьмовских умений.

Коррен Канара Терра упорно пытался повторять за учителем, но пока получалось плохо. А вот Идальго добился определенных успехов… только очень кратковременных. Камень секунду-полторы болтался на одной высоте, но потом со свистом улетал в далекие дали или падал. Что Сервантеса безумно бесило! Видимо привык, как и я все быстро перенимать — а тут нашла коса на камень. Наконец он не выдержал.

— Учитель! Скажите, зачем мы это делаем? Я не понимаю!

— Чтобы иметь возможность более полно использовать свой дар и адаптировать свои умения к возникающим ситуациям, конечно, — удивилась Аэлита. — Меня в Академию за этим и пригласили: передать эксклюзивные для Ста Миров навыки и приемы учащимся особо отличившейся группы ВИО-шесть.

— Ладно, медицина, — все не унимался Хот. — Но чем мне поможет левитация камня?

— А что, ничем не поможет? — склонила голову к плечу Аэлита.

— Нет! Мы же тут все будущие офицеры — армейские или своих кланов! — взмахнул руками что ветряная мельница крыльями парень. — А в бою нужен конкретный арсенал конкретных приемов. Причем даже не очень большой — главное, заученный и выдаваемый на рефлексах!

Я не выдержал и молча приложил ладонь к глазам. Такой твердолобости от ребенка десяти или сколько ему там лет, одиннадцать? — я не ожидал. Как и не ожидал, что мой жест заметят.

— Ты! Ты, который ручками глазки закрывает! — тут же переключился Сервантес. — Скажешь я не прав? Скажешь? Или зассал⁈

А вот тут среагировали все присутствующие Ли, оставив игру с камнями и двинувшись ко мне. Надо как-то адекватно поставить придурка на место, пока до кланового конфликта не дошло.

— Во-первых, меня зовут Коррен Талани Кунг Ли, — я твердо заучил урок, и теперь не делал ошибок. — Во-вторых, ты сказал, что мы тут все будущие военные, так?

— Так, — глядя на меня исподлобья и подозревая подвох, кивнул Идальго. И взгляд этот был… странным. — И что?

— А то, — я набрал в легкие побольше воздуха и отчеканил: — Что ты кадет, Идальго Хот Сервантес! Командир отдал приказ — ты выполнил!

Тут я выдохнул и спокойно добавил.

— И только потом можешь спрашивать: зачем?

Чему-то клановца все-таки научили. Во всяком случае, он с прямой спиной повернулся к молча все это наблюдающей Аэлите и четко произнес:

— Виноват! Возвращаюсь к выполнению упражнения…

— Наставница Брин, — подняла руку Шая, привлекая внимание к себе. — Я командир учебной группы ВИО-шесть, Шая Ренфол Кунг Ли. Если мы сейчас продолжим занятие, то не успеем не только на завтрак, но и на первый учебный час!

— А вам что, не сказали? — удивилась куратор. — Когда, куда и на какие занятия вы идете — решаю я. Считайте, у вас плавающий график, — и очередная улыбка.

Я мысленно пометил, что тумаки Красному нужно раздавать превентивно, а не после того, как он «напророчил», зараза!

— Так что мы продолжаем… если, конечно, группа не проголосует против занятий кинетикой и за медицину.

— А что, так можно⁈ — уронил ненавистный камень Сервантес.

— Конечно, — мягко сказала Хоту Аэлита, напрочь обнуляя заработанные мною виртуальные очки лидерства. — Жить по уставу научится гораздо проще, чем манипуляциями с витальной энергией. Успеете еще. Так что на счет продолжения занятия?

— Мы за продолжение, — оглядев своих, оповестил я. Коррен тоже было открыл рот, но передумал и промолчал. Чем тут же воспользовался Хот.

— Эй, вы из одной семьи! Ваш голос должен считаться за один!

— Может, тебе и право решать за всех отдать? — ухмыльнулась Анасдея.

— Да не нужны нам эти игры с камушками! — вроде довольно искренне возопил Идальго. — Я могу легко это доказать! Учитель Брин, выйдете со мной на учебный спарринг!

Цзан аж крякнул от такой наглости. Шая сжала зубы: ей и так происходящее было не по нутру, а тут еще и этот!

— Преподавателю запрещено выходить на спарринг с учеником правилами Академии, — хмыкнула Аэлита. — Тем более, тебе надо убеждать не меня, а Коррена. Того Коррена, который Ли. Коррен, согласен на поединок?

Что-то мне тоже Брин не нравится. Будто специально играет против меня. Или просто в «Разделяй и властвуй»?

— Согласен, — мрачно согласился я, глядя на наставницу.

— Это будет быстро! — ухмыляясь мне в лицо, самоутвердился Хот. Ну-ну.

Мы разошлись на двадцать метров — площадка позволяла.

— По моей команде «стоп» оба прекращаете атаковать, — раздала последние указания Брин. — Щиты держать можно. Три, два, один… начали!

Идальго молодец — вскинул щит сразу же, как только прозвучала команда. Потому выпущенная мною толстенная молния не достала придурка. Зато на мгновение ослепила и обе шаровые молнии синхронно влетели в барьер, перегружая его. Я в это время уже бежал навстречу сопернику, сокращая дистанцию. Но то ли опыт у этого Сервантес был неплохой, либо просто хорошо учили — он сумел вскинуть второй щит и перекрыл его первым новосозданным… Чтобы получить движущимся щитом Макира сзади и полететь кувырком мне под ноги. За это время я успел подбежать в упор. Все, что мне оставалось — изобразить добивающий удар рукой даже не активируя «железную рубашку».

— Раунд! — только и оставалось, что сказать мне. Мои ребята поддержали меня короткими аплодисментами.

— Показательно раскатал, — удовлетворенно констатировал Цзан.

— Ори — победитель! — повисла у меня на шее Аня.

— Вот и решили вопрос, — удовлетворенно кивнула Шая. — Надеюсь только, за завтрак не придется сражаться?

— Эй, это было нечестно! — вскочил на ноги и отбежал от меня Хот. — Тебе помогли! Ударили мне в спину!

— Это Коррен тебя ударил, все честно, — вмешалась Аэлита, так и оставшаяся стоять в отдалении. Рядом с ней перетаптывался второй Коррен, решивший пока хранить нейтралитет. — Я следила. А теперь, дети, вернемся к…

— Ах, так⁈

Я обернулся слишком поздно: Идальго уже принял какую-то странную позу, будто собрался дротик бросать — и начал движение всем телом. И витальная энергия во всем его теле пришла в согласованное движение! Никогда такого не видел: максимум даже самый мощный прием захватывал руку или ногу. Потому мне хватило и доли секунды понять: удар будет поразительно, невозможно мощным!

Старый состав «апасных» словно стайка воробьев бросился в стороны — не прошли даром «каникулы» на Фортуне. И я в том числе. Видя, что выполняющий движение Сервантес доворачивает за мной, я подбросил себя щитами вверх и вбок, одновременно выбрасывая щит навстречу противнику.

Дудки, он не потерял меня из виду и успевал закончить удар! Мне оставалось только создать перед собой скрещенные плоскостные щиты и окутаться пузырем третьего, одновременно врубая «рубашку».

В такие моменты мир словно замедляется — я успел увидеть, как Брин выбрасывает поперек удара свой, похожий на воду, барьер… И он лопается вслед за моим скользящим щитом! И в то же мгновение луч из невероятно плотной витальной энергией перегружает мои щиты! Раз, два, три! И сокрушительный пинок в область живота!

Что-то подобное со мной проделал Бульк: ударом щупальца запустил полетать сквозь стену. Тут эффект бы примерно тот же: «железная рубашка» выдержала, а вот ткани и органы под ней — не очень. Боль — невероятная! Но всего несколько мгновений, пока не справилось ведьмаческое исцеление. На стену, окружающую нашу площадку я приземлился почти в норме. В смысле, изрядно помятым, но удерживая и боль, и сознание под контролем.

Чтобы увидеть, как непонятно откуда взявшаяся Фира, увеличившаяся до размера микроавтобуса, хватает пастью моего ухмыляющегося обидчика.

— Нет!!! — кажется, кричал не только я.

Поздно. Заливая все кровью из сквозных дыр диаметром в руку, Идальго Хот Сервантес рухнул на траву.

Глава 8

Дисциплинарное взыскание

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Временной поток будто бы разделился на два отдельных независимых ручья. В одном течение было бурным и невероятно быстрым. В другом, который словно бы наслаивался на первый, вода текла едва-едва.

— Фира, дурында! — из воздуха возникает четверка фамильяров. Красный сразу же хватает уменьшающуюся прямо на глазах леопардиху за загривок и небрежно отбрасывает в сторону. — Нельзя! Фу!

Рядом с ней оказывается Кер и начинает что-то втолковывать, одновременно постукивая лапкой по склонившейся головенке фиолетовой.

Но это — фоном. Тем, где ручей едва течет, и где я могу разглядеть каждую деталь. Без понимания — откуда они тут взялись так быстро.

На другом слое я уже на коленях рядом с Сервантесом. Не думая. Не сомневаясь. Не тратя ни одной доли секунды на постороннее действие.

Диагностика. Разорванные сосуды. Мышцы в кашу. Внутреннее кровотечение. Внешнее. Перелом трех ребер. Будь дерзкий клановец обычным человеком, я бы смотрел на мертвеца. Но солнечник еще живет. Пропитанный витальной энергией Потока организм борется. Не справляется, но борется. Пытается остановить кровь, срастить сосуды, восстановить ткани и запечатать открытые раны…

Я помогаю. Трава, которая помнит в своих предках деревья — для ведьмовских техник нет различий в материалах. Все — живое. Если уметь и очень захотеть, то растительные волокна станут нитями, сшивающими раны, а веточки переплавятся в куски псевдоплоти, закрывающие зияющие прорехи в теле.

А я умею. И очень хочу.

Когда рядом появляется Брин я заметить не успеваю. Бросаю на нее короткий взгляд и слышу:

— Слишком быстро теряет кровь. Мозг умрет. Я помогу.

И она помогает. Не знаю как, но процессы метаболизма в теле замедляются, и кровь сильными толчками бьющая из сквозных отверстий в теле Сервантеса, начинает вытекать медленно, будто бы даже лениво.

Понятия не имею, что за технику использовала наставница из Великой Пятерки, но мне она подарила дополнительное время. Через сколько там мозг уже не спасти? Четыре минуты, вроде? Ну так она дала мне еще минимум две.

И я не трачу этот бесценный дар впустую. Зашиваю, протезирую и не думаю о том, как это выглядит, когда в тело человека врастают посторонние предметы. Главное — спасти.

Транспортного дрона над нашими головами я заметил только когда с облегченным вздохом выпрямил спину. Справился! Клановец не двигался и никаких признаков активности не подавал, но жил! Слабое дыхание, едва бьющееся сердце, однако это уже не скоростной забег на ту сторону. Замершее в неустойчивом равновесии пламя свечи, которое уже можно раздуть.

— Ори, в сторону!

Брин бережно подхватила ставшее еще более костлявым тело Сервантеса, легко запрыгнула на полку дрона, и тот, поднявшись метров на десять вверх, унес их в сторону лечебного корпуса.

— Ф-фух! — выдавил я из себя тяжелый выдох. И два временных потока снова сошлись в один.

Однокурсники смотрели на меня. Старые «апасные» с одобрением, поддержкой, невероятной теплотой, которая сама складывалась в слова: «Ты молодец! Справился». А вот у тезки, который Терра, глаза были с чайные блюдца, на лице застыло выражение полного неверия в происходящее.

Так и порывало подмигнуть ему и спросить: «Первый раз?»

— Как думаете, что дальше будет? — почти без интонации произнес Цзан. Будто его этот вопрос не слишком-то и волновал.

— Шухер на всю Академию, — за меня ответила Шая. — Могут даже группу распустить, с них станется.

Джан за ее спиной молча кивнул, а вот Анасдея сразу возмущенно подскочила.

— А че сразу распустят, а? Кто бычил, тот и огреб в итоге! Это самозащита, вообще-то! В чистом виде! Он же убить Ори хотел, але? Мы все видели — даже Брин свои щиты поставила, а он их пробил!

Послушаешь ее сейчас и не скажешь, что год назад она была чопорной, следящей за манерами и приличиями аристократкой. Которая всех вокруг считала быдлом.

— Фира, конечно, погорячилась немного… — хмыкнул я.

Говорил в основном для сокурсников, но ответ пришел от фамильяров.

— Малышка не виновата! — тут же возникла передо мной Ная. Адвокат прайда во всей красе. — Она защищала тебя!..

— Просто ты не дал ей прямого приказа не покидать Храм! — поддержала Зеленую Ло.

— А мозгов у нее еще, как у аквариумной рыбки, — с одной стороны безжалостно, а с другой — очень даже на стороне защиты, выступил Красный.

Еще и встал так, чтобы прикрыть все еще что-то внушающего Фире Кера. Ну и ее тоже, соответственно.

— Акелла промахнулся и стае нужен новый вожак? — устало откидываясь на спину произнес я со смешком. Давая этой немудрящей шуткой понять, что никого не виню — как за подобное вообще можно винить? — Вы как тут оказались-то? Все? Зова же не было.

— Кель, — ответила Ная, сразу после моих слов как-то неуловимо расслабляясь.

Первой мыслью было, что червяк-переросток опять что-то начудил. Я даже напрягся, но Ра уже начал объяснять.

— Ты взял очень сильного, хотя и тупого Зверя в фамильяры, — фыркнул он. — И твой радиус связи с нами возрос. Ты что, не заметил, что ли?

— Да как-то не до того было… — растерянно потер я голову.

С первого дня — сплошная нервотрепка! Будто не на учебу приехал, а в Парламент Ста Миров! Все чего-то хотят, никто ничего прямо не говорит, какие-то игры подковерные. Стоило только принять покровительство клана Ли — и понеслось!

— Короче, теперь твоя зона связи с нами покрывает всю Академию, — гордо, будто это была ее личная заслуга, произнесла Ло. — Можем все видеть, что и ты, слышать, ну и вообще! Короче, Зов не нужен больше.

— Вот только этот твой рост и привел к такой трагедии, — Кер закончил с чтением нотаций Фире, и подтолкнул ее лапкой в мой сторону. Мягко, но вместе с тем, решительно. — Она увидела угрозу на тебя и поспешила на помощь. А мы не успели среагировать.

Леопардиха приближалась медленно, будто идя на казнь. Я не стал ждать — таким манером она до меня к вечеру дойдет, кряхтя поднялся и в два шага оказался рядом. Сгреб ее под руку, провел ладонью по ушам.

— Ты не виновата, поняла? Так делать не стоило, но ты — не виновата. Даже не думай этим голову забивать, ясно?

От Зверя тут же потекла волна обожания, благодарности, хотя они и были еще окрашены тяжелым чувством вины. Однако, закончить работу с самым младшим в стае фамильяром, мне не дали. Ная вдруг вскинулась, будто услышала, что где-то скребется мышь, и исчезла. А несколько секунд спустя из воздуха вывались девочка в комбезе, да еще и с нашивкой «ВИО-шесть».

Еще один одногруппник?

Блондинистая, почти уже подросток — лет двенадцать-тринадцать на вид. Растерянная, злая, но тут же нацепившая на лицо маску наивной дурочки. Глазками хлоп-хлоп, улыбка до ушей.

— Ой, — миленьким голоском произнесла она. — Всем привет! Я Наташа Косыгина из Полуночи, меня в вашу группу перевели!

— Уже давно тут под отводом глаз что-то ходило, — сообщила Зеленая, недобро глядя на новенькую. — Как ближе подошла, я ее засекла и выпнула из инвиза.

— Слышь! — Анасдея оказалась рядом с блондинкой быстрее всех. — Ты шпионила, что ли?

— Просто стеснялась подойти… — потупила глазки та.

Судя по выражению глаз, никто из «апасных» ей не поверил. Но разборки с ней тоже пришлось отложить на потом. Едва слышно гудя четырьмя движками, над нами повис небольшой атмосферный флаер. А я даже не знал, что по Академии можно так передвигаться. С другой стороны — ситуация-то не штатная.

Несколько секунд — и он уже сел на землю, а и кабины выскочил Бен Ферандо. К нам он приблизился с таким лицом, будто обнаружил гнездо пиратов под боком и решил с ним во чтобы то ни стало покончить.

Пока он торопливо шагал к нам, группа успела подняться и даже изобразить подобие строя, военная Академия, как бы. Надо соответствовать. Наставник остановился не доходя двух шагов.

— С тем бардаком, что тут произошел сегодня, разбираться будем позже, — проговорил… нет, пообещал он. — Сейчас группа ВИО-шесть, включая переведенных в нее курсантов, направляется на завтрак. После чего возвращается в расположение и — не покидает его до дальнейших распоряжений. Приказ ясен? Тогда бегом выполнять! Коррен, ты со мной.

Когда «апасные» послушно побежали в сторону столовой, экс-абордажник соизволил пояснить мою задержку:

— Там медики тебя требуют. Сервантеса в капсулу положить не могут — она его не принимает после твоей «первой помощи». Так что прыгай во флаер и погнали.

— Давайте обратно в Храм, — сказал я котам. — Позже поговорим…

* * *

— Ну наконец-то! — воскликнул сухощавый, интеллигентного вида мужчина лет пятидесяти. На нем был белый, с красными вставками комбез врача. — Ты это с ним сделал?

Спрашивал он, впрочем, не о характере ран Сервантеса, который лежал тут же, подключенный к нескольким приборам, а о методах лечения. Хм-м, да, как-то не подумал я о том, что капсула сагрится на посторонние вставки в теле и откажется лечить пациента, которого я с таким трудом удержал на этом свете.

С другой стороны — а какие варианты были?

— Ну, я, — кивнул.

— Десять процентов чужеродной ткани! — посетовал врач. И сразу же сделал неожиданный вывод. — Будешь мне ассистировать!

Что? То есть, да, но какого хрена! У них своих медиков нет, что ли, раз курсанта напрягают. Эх, ладно!

— Мы в ответе за тех, кого подлечили, хе-хе! — прозвучал вдруг голос Ра, которого рядом не было.

Ах тыж! Расширенный радиус!

— Ага!

— Не болтай под руку!

И снова после совсем небольшой паузы — работа. Причем, на износ. На этот раз за состоянием здоровья следили приборы и опытные медики, моей же задачей было по одной убирать заплатки, чтобы хирург заменял их привычной для людей и капсулы органикой. Дело медленное, кропотливое, за первый подход, который продлился более часа, удалось избавиться только от двух деревянных затычек.

— Мальчик останется у нас, — тоном не терпящим возражений сообщил гравврач Аэлите Брин. Она так и оставалась рядом с оперблоком. — Накормим, спать уложим, обратно доставим. Но без него сейчас никак. А вы ступайте, голубушка. Все, что могли, вы уже сделали. И сделали отлично.

Судя по выражению лица преподавательницы из Вечной Пятерки, сама она так не считала. Но спорить не стала, и оставила меня на попечение группы врачей. В которой я залип на следующие двое суток.

Нет, мы не работали постоянно все это время. Проводили одну операцию, делали паузу, специалисты выращивали из клонированных клеток Сервантеса очередную заплатку — мы готовились к следующей. Как пошутил Ирвин Гастинг, начальник медслужбы и ведущий хирург: осуществляли поэтапный переход от дерева к мясу.

— Ага. Только этот тип все равно останется деревянным! — не удержался тогда от реплики Красный.

В остальном же медики не соврали. Мне тут и питание обеспечили, и место для сна, и даже притащили планшет с расписанием занятий, которые сейчас проходили моя группа. Чтобы я без отрыва от производства мог еще и учиться.

По последнему, скажу честно — я на это дело сразу же забил. Работа ассистентом хирурга оказалась настолько утомительной, что после каждой операции я просто приходил, падал на кушетку и засыпал. До следующего подъема. Фактически, даже не заметил, как время пролетела. Лишь когда грандмастер Гастинг сказал, что с работой закончили и пациента положили восстанавливаться в медкапсулу, облегченно вздохнул.

Свобода!

Но не тут-то было. Пока я был с головой погружен в лечение дубоватого однокурсника, в Академии успело произойти множество событий. О части из них мне рассказали фамильяры. Некоторые стали новостями, вываленными на меня ректором с изяществом падающего с пятого этажа шкафа.

— Инцидент во время учебного поединка между Идальго Хот Сервантесом и Корреном Талани Кунг Ли была разобран на заседании специальной дисциплинарной комиссией, — сообщил он, когда меня сразу из медблока, не дав даже в расположение заскочить, доставили к… Храму. Точнее, к небольшому павильону рядом с ней, который я сразу про себя окрестил «переговоркой». — С ее решением уже ознакомились все заинтересованные стороны. И согласовали его. Как у действительного слушателя Академии, у участников инцидента нет права оспорить или отсрочить решение комиссии.

«Заинтересованные стороны» находились здесь же. Необычайно серьезно выглядящий ректор представил мне их, хотя одного из них я знал прекрасно. Шаман Большого клана Ли Фэй Цзен стоял рядом с Шаманом Большого клана Сервантес Винсанте Дуго — худощавым стариком, будто сошедшим со страниц книги про Буратину и папу Карло. Поодаль находился еще один солнечник в ранге Магистра — представитель специального подразделения СБ Республики по борьбе с проявлениями Потока.

Четвертым был Стуний. Но не в облике красного филина, а человеческом, который я уже видел раньше. И, судя по всему, все участники этого собрания были прекрасно осведомлены о том, кто он такой.

Я кивнул. Спорить с этой толпой взрослых и, чего греха таить, довольно могущественных людей, я не собирался. Во-всяком случае до тех пор, пока не решу, что они там между собой нарешали.

— Коррен, — мягко и участливо начал вслед за ректором красный птиц. — Твой фамильяр напал на человека и чуть было не убил его. Самостоятельно, без твоего приказа, чувствуя лишь опасность для Шамана….

Так, похоже мое инкогнито приказало долго жить и даже протухнуть успело. Не, так-то понятно, что все, кому надо, уже знали, что в шестой «апасной» есть Шаман с фамильяром (и не один!), но здесь об этом уже прямым текстом говорят.

— Это полностью снимает вину с тебя, равно как и провокационные действия спарринг-партнера, который нанес удар сверхмощной клановой техникой летального воздействия. Однако, ставит под сомнения твои способности контролировать своего Зверя Потока.

Последние три слова в этой наглухо чиновничьей формулировке Стуний умудрился как-то выделить голосом. И я понял, что комиссии неизвестно о том, что Зверей-то у меня побольше, чем один. И так и останется, если я буду хорошим мальчиком и продолжу молчать.

— Это моя вина, — согласно кивнул я.

Стуний-человек удовлетворенно кивнул.

— Скажу, как есть. Глава рода Хот клана Сервантес требовал уничтожения Зверя Потока, который нанес его сыну такие страшные повреждения. Даже обратился в спецподразделение СБ по борьбе с проявлениями Потока… — я возмущенно вскинулся, но меня тут же успокоили взмахом руки. — Комиссия отказалась от такого дисциплинарного взыскания. Ею было принято решение на время обучения удалить Зверя Потока от Шамана, чтобы подобных инцидентов больше не происходило. Именно для этого здесь Шаманы рода Ли и Сервантес. Один заберет Фиру на Ли Цзя, где ты с ней сможешь видеться только во время каникул. Второй подтвердит, что передача Зверя Потока произошла. Магистр Тимет выступит на процессе передачи нейтральной стороной. Чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что все сделано, как должно.

Все это время мои остальные фамильяры помалкивали. И я прекрасно понимал почему. Тут по меньшей мере три Магистра, способные их без труда засечь. А также сделать выводы — у Коррена Талани Кунг Ли не один, а целых шесть фамильяров. И тогда взыскание будет совсем иным. С учетом, что этот Магистр Тимет из СБ — оно мне не понравится совсем.

— Ясно, — кивнул я.

— Ты согласен с решением комиссии? — спросил ректор.

— Согласен.

— Тогда призови своего Зверя, Коррен, — попросил Стуний.

Я отправил Зов и фиолетовая леопардиха почти мгновенно оказалась рядом. Прижалась к ноге, опасливо глядя на людей.

— Все в порядке, Фира, — мягко произнес я, гладя ее между ушами. — Слушай, ты сейчас полетишь домой с дядюшкой Фэем, помнишь его? Вот и хорошо. Там будешь жить и ждать меня, поняла? Его слушайся…

На последней фразе с трудом удалось не дать сорваться слезам. Спрятался за этикетом и поклоном.

— Передаю Зверя Потока на ваше попечение, Магистр Фэй Цзен.

— Принимаю Зверя Потока на попечение, Мастер Коррен Талани Кунг.

— Свидетельствую передачу. Свидетельствую передачу, — эхом отозвались Сервантес и Тимет.

После чего Фэй развернулся и пошел прочь. А Фира, бросив на меня последний, как мне показалось, осуждающий взгляд, поплелась за ним хвостиком.

— Не печалься, младший брат, — дедок из Сервантесов вдруг оказался рядом. Положил узкую ладошку на плечо. — Никто не причинит твоей девочке вреда. И не дал бы, уж поверь мне — чего бы там не требовал этот мальчишка Хот. А время учебы пролетит незаметно.

Из его слов я понял сразу две вещи. Именно он отстоял Фиру перед требованиями отца Идальго. И предложил альтернативное наказание для Шамана, не удержавшего своего Зверя. А еще, что Шаманы, из какого бы клана не были, держаться особнячком. И свои дела предпочитают решать между собой.

— Спасибо, — поблагодарил я Сервантеса. Вполне искренне.

— И вот еще, Коррен, — с другой стороны приблизился Стуний. — На время обучения тебе запрещено брать себе в фамильяры новых Зверей Потока из числа свободных, живущих при Храме. Я за этим лично прослежу. Тебе это понятно?

Красный птиц, конечно, красавчик! Ни одного нового из числа свободных, значит? Никто же не говорил про занятых старых…

Глава 9

Доверие и вера

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— А мы повторно проголосовали после того, как наставница к нам вернулась и выбрали изучение медицины! — огорошила меня Шая Ренфолд. — Сам понимаешь, после того, что мы увидели — выбор был очевиден.

«Получается, копейный мажорчик у тебя выиграл, Ори!» — захихикала Ло.

«Но какой ценой? — возразил Синий. — Ценой всего!»

— И где мы будем заниматься? — поинтересовался я. — Неужели в больнице?

— Сегодня вы будете заниматься прямо в расположении, как и вчера, — появилась на плацу Брин. — Вам надо для начала разучить прием для быстрого запоминания больших объемов данных. Твоим одногруппникам, Ори, я его уже вчера показала. Тебе покажу сейчас. Что-то мне подсказывает — тебе его изучить будет проще и быстрее чем другим.

Прием заключался в стимуляции мозга витальной энергией Потока. Прижимаешь руки к своду черепа — и правильно подаешь энергию. Главное не вспоминать, что я примерно так же заставлял яблоки зреть и суп становится вкуснее. Иначе в процессе можно реально паническую атаку словить!

Тем не менее, прием нельзя было назвать именно ведьмовским: из пути Матери там только плавная и дозированная подача витальной энергии. В остальном же — никакой опоры на интуицию и Мать Природу, а четкая и подробная инструкция.

— Очень желательно не использовать чаще чем раз в день, — предупредила Аэлита. — И не более тридцати дней подряд. Дальше передышка как минимум два месяца! А если пришлось в экстренной ситуации применить несколько раз подряд за день — то нужно не меньше полугода не использовать.

Наша наставница уже успела поставить остальным одногруппникам — кроме Идальго, все еще лежащего в больничке — безопасный для оттачивания приема уровень зачерпываемой из Потока силы. И теперь только следила за устроившимися на полу прямо в кухне-гостинной учениками. Иногда помогая справится с начавшимся головокружением или какой другой незапланированной побочкой того же уровня дискомфорта. Джар, например, то и дело засыпал. У меня же попытки с двадцатой неожиданно получилось достичь нужного эффекта — первым.

— Учитель Брин, я чувствую, как мир вокруг замедляется! — поспешил оповестить я.

— О, прекрасно! — наставница тут же оказалась рядом и положила передо мной свой планшет. — Максимально сосредоточься на проекционном экране. Готов? Запускаю!

Над прибором зависла проекция человеческого скелета с подписанными названиями костей. Но стоило мне только охватить взглядом чертеж — кадр сменился на отдельно показанные кости рук, на которых уже были отмечены отдельные части этих самых костей. Еще смена слайда — и теперь уже ноги. Еще. Еще. Мне кажется, или смена кадров ускоряется? Я же так ничего не запомню! Вместо того, чтобы паниковать, я постарался как можно больше успевать охватить взглядом — и почти сразу же впал в своеобразный транс. Из которого вышел только после того, как проектор вывел надпись «конец мнемонического занятия».

— Достаточно пока, — убрала планшет Аэлита. — Ну, как ощущения?

— Странные немного, — признался я. — И мне кажется, я ничего не запомнил.

— Давай проверим? — изобразила свою фирменную улыбку куратор. — Как называется отверстие в черепе, куда входит спинной мозг?

— Большое затылочное отверстие, конечно, — ответил я прежде, чем успел обдумать вопрос. И схватился за голову: все увиденное в трансе начало появляться и укладываться в моем памяти!

«О! Теперь мы знаем кунг-фу!» — обрадовался Красный. — «В смысле, анатомию!»

— Только не обольщайся слишком сильно, маленький гений, — по-доброму поддела меня Брин. — Запомнить и суметь применить — вещи очень разные. Без практических занятий теория так и останется теорией… Так, дети. А вы-то чего прекратили тренировку? Это Ори справился, а не вы!

В этот момент я передавал Ильтазар свои ощущения и подмеченные тонкости. Моя «наложница» воодушевилась и стала стараться вдвое прилежнее.

— Учитель Брин, а можно вопрос? — вдруг поднял руку Коррен, который Канара Терра. И после кивка продолжил: — Если Ори освоил мнемоническую стимуляцию — он ведь не только на себе её теперь может запустить, но и на других?

— Верно, — медленно проговорила Аэлита. — Рада, что ты догадался. Вот только… Ты и правда готов доверится Коррену Талани Кунг Ли, Коррен Канара Терра? Это ведь воздействие на мозг, как ни крути?

А вопрос-то с подвохом. Кажется, после выходки Идальго Хота Севантеса наша куратор кое-что важное поняла о кланах и о политических раскладах в Ста Мирах. Как она сама сказала, теория остается только теорией без практики.

— Ори не раздумывая спас Идальго после того, как тот его чуть не убил, — тихо и смотря в пол, ответил тёзка. — Хотя мог бы этого и не делать. Ори хороший человек. Пусть дядя обругал бы меня и назвал дураком — я доверяю Ори. Вот.

Мы все вздрогнули, когда наставница подняла руки и демонстративно захлопала в ладоши.

— Молодец! — твердо сказала она. — Ты понял сейчас то, что многие взрослые не могут понять и за всю свою жизнь. То, из какого ты клана, рода и семьи — ничего по-настоящему не говорит о тебе самом. А говорит — хороший ты человек или плохой. Запомни это навсегда, все запомните, дети.

— А как отличить хорошего от плохого? — вкрадчиво поинтересовался Цзан.

— Если очень коротко, то хороший — это тот, кто постарается совершить добрый поступок, если заметил, что он нужен ближнему, — без запинки ответила Брин. — А если развернуто — то учеными Вечной Пятерки больше сотни монографий на эту тему написано, а детей учат быть хорошими на всем протяжении обучения в школе. Если захотите, я после занятий скопирую вам подборку книг из своей библиотеки… А теперь — голосуем за предложение Коррена! Кто за то, чтобы провести мнемоническое обучение основам Анатомии после стимуляции со стороны Коррена? Что скажешь, Наташа Косыгина Полночь?

— Я-а⁈ — округлила глаза блондинка, выпадая из своего фирменного инвиза. — П-почем я?

Казалось, что блондинка просто тупит — но выражение глаз выдавало работу мысли. Я так и не разобрался, дура она или просто прикидывается — но клановое воспитание есть клановое воспитание. Основы вбивают всем.

— Потому что ответы всех остальных я знаю, — весело хмыкнула куратор. — Ори своих приемных родственников по разу, а кого и по два буквально вырвал из лап смерти. Ну ты видела, как он может. Что им теперь опасаться легкого воздействия на мозг? А вот ты все-таки из другого клана.

Что-то меня в её фразе цепануло, но я не смог понять, что именно. А вот Наташа, кажется, поняла — вон как закусила губу. И лицо стало серьезным… на секунду. После чего блондинка словно опомнилась и доверчиво улыбнулась.

— А я как все! Только папе не говорите, ладно?

— Понятно… Ори, приступай! А я раздам планшеты…

— Подождите! Я уже почти сама справилась! — крикнула Анасдея.

— … Кроме Ильтазар Кунг Ли, если она не передумает.

И Аня действительно справилась еще до того, как я обошел всех остальных. Наталья, когда я ей возложил руки на голову, попыталась изобразить котенка — хорошо, моя «наложница» уже ушла в обучающий транс. А вот с Корреном внезапно что-то пошло не так.

— Я вижу какие-то странные смазанные отрывочные видения, — его голос заставил меня отдернуть руки.

— А ну-ка дай-ка я, — Брин, мягко отстранила меня, сама возложив руки на голову Канара. — Видишь?

— Что-то… мелькает… непонятное… — похоже, Терра не мог четко выразить, что ощущает.

— Мозг в порядке, — пробормотала наставница. И уже громче добавила. — Это что-то персональное, у некоторых людей встречается. Сможешь просто потерпеть до конца воздействия?

— Это не больно и почти не мешает, — уйдя в себя, отозвался Коррен. — Давайте, я не хочу ото всех отстать.

После сеанса и обеда Аэлита показала простенькие диагностические приемы, позволяющие выяснить целостность костей и мышц. После заморочек с мнемонической стимуляцией освоить их удалось буквально за полчаса. Еще полчаса мы отрабатывали приемы друг на друге (девочки на девочках, мальчики на мальчиках) — после чего куратор повела нас… на занятия младшекурсников, где восьми и семилетки отрабатывали толчки и прочие навыки, необходимые для экзамена на ранг Подмастерья. Не всегда удачно.

— О, у этого трещина в кости! — восхищалась Ильтазар.

— Множественные микроразрывы в мышцах, — Цзан обследовал серьезного надутого пацана.

— Тебя что, били? — склонилась над семилеткой Наташа. — Синяки по всему телу. Ну-ка давай, покажи тёте Нате — кто? Одногрупники?

— Ну все, тебе кабзда, гаденыш! — крикнул один из мелких кадетов… и схватился за шею. А потом смертельно побелел.

— Если интересно, я ему сказала, что будет обижать слабых — я приду к нему ночью невидимой и придушу, — выходя у меня из-за спины, тихо сказала Косыгина.

— А почему ты мне это говоришь? — удивился я.

— Потому что усекла, кто в нашей группе главный, — ответила она. — И хочу быть в твоих глазах хорошей!

Я так сразу и не нашелся, что ответить. Вот и думай теперь: это она искренне или в политику в нашей опасной песочнице поиграть решила?

* * *

— Ори, я хотела бы с тобой поговорить, — тормознула меня Брин после занятий. — После ужина, а то меня твои одногруппники убьют за то, что я их повара к плите не допустила.

Я согласился, теряясь в догадках.

— Плюс одна в гарем! — самым своим мерзким тоном проскрипел Ра. Впрочем, нормальный голос прорезался тут же: — Ай! Ай!! Ай!!! Да за что все вместе-то! Шуток не понимаете⁈

— Каркало свое закрыл, на! — был ему ответ в три голоса. Я только хмыкнул: заслужил, красный засранец.

Разумеется, никакой романтикой и не пахло. Но хорошо, что Красному надавали по шее, ведь Брин где-то выцыганила электрокар и отвезла меня в свои апартаменты. Уверен, дурацкие шуточки на мою голову вываливались бы непрерывным потоком.

«Эй, я же все слышу!»

«А мы готовы добавить!» — это Ная.

— Здесь не ведется наблюдение, а твой комбинезон запишет белый шум, — предупредила она меня, ставя передо мной чашку с чаем. — Я хотела бы поговорить с тобой о Зверях Потока.

— Сложно отрицать, что я — шаман, — развел руками я, быстро прокрутив в голове ситуацию. — Так что вас интересует? Если это не нарушает интересы клана Ли, я попробую быть откровенным.

— Скорее, сама тебе хочу рассказать, как устраивают связь Зверя Потока и оператора витальной энергии у меня дома, — мягко сообщила мне наставница. — Как и у вас тут на Элитее, у нас есть специальные команды, чтобы отыскивать еще неразумных Зверей и переселять в аналог ваших Храмов…

Я постарался не показать, насколько для меня в новинку информация по Элитее. И Стуний, гад, мог бы и намекнуть! Какая там должность была у магистра-СБшника? Представитель специального подразделения СБ Республики по борьбе с проявлениями Потока? Я-то думал они суровые ликвидаторы — а, получается, на них еще, как бы это сказать, зверепотоковая бытовуха висит!

— Оператор для Зверя подбирают очень тщательно, — тем временем продолжала рассказ Аэлита. — Он должен быть опытным, с безупречной репутацией и быть истинным социалом. Ведь Зверь, как только они образуют равную связь — начнет очень быстро учится у партнера. Обучение заканчивается, когда энергетическая сущность станет способна пройти экзамен на аттестат зрелости. Стать полноценным членом нашего общества, наряду с людьми и искусственно-разумными машинами.

Судя по всему, меня выдало выражение лица — не получилось сохранить покерфейс.

— Разорвать связь или продолжать оставаться с наставником в качестве партнера — каждый Зверь выбирает сам, — улыбнулась мне Брин. — Но быть частью общества Высших Социалов ему это ничуть не мешает. Ведь первое, чему учится энергет — воплощаться в свою проекцию и быть видимым всем. К концу обучения Зверь обычно выбирает себе постоянный облик — как правило более или менее гуманоидный. Иногда полностью человеческий — но чаще с некоторыми отличиями, чтобы не вводить окружающих в заблуждение. Например, облик молодой девушки с кошачьими ушами и хвостом. Или прямоходящего зайца в старомодной шляпе-цилиндре и сюртуке…

В этот момент Кер и Ра одновременно мне прислали свои варианты хуманизации Зеленой и Оранжевой — я чуть не выплюнул только что выпитый глоток чая! Вот жеж стервецы!

«А ну и нам показали быстро, что вы Ори отослали!» — спалила придурков Ная. — Ну⁈ Ага. А что, ничего так.

«Только кошкой все равно быть лучше. Мы совершенство, не то, что приматы,» — отозвалась Ло.

— Я понимаю, что у вас, шаманов, приняты другие формы взаимодействия со Зверями Потока, — Аэлита сделала вид, что не заметила моей секундной гримасы. — Так же понимаю, что у тебя и выбора-то особого не было. Но… ты очень необычный ребенок, Ори. Возможно, мой рассказ поможет тебе пересмотреть что-то во взаимодействии с твоими связанными…

— А почему во множественном числе? — напрягся я.

— Хотя бы потому, что я умею читать по губам, — изобразила тонкую понимающую улыбку наставница. — А ты в критической ситуации не смог себя до конца проконтролировать. Не волнуйся, я никому твой маленький секрет не открою. Слово социала!

Час от часу не легче! Хотя-а… Что я теперь-то потеряю, если спрошу?

— Может быть вы знаете какие-то особые методики, облегчающие социализацию Зверей? — спросил я. Пусть думает, что про Фиру волнуюсь — на самом-то деле меня куда больше один Змей волнует.

— Боюсь, нужно отучится в школе в Вечной Пятерке, чтобы научится не только самому уметь социализироваться, но и социализировать других, — искренне вздохнула оператор витальной энергии. — Я, конечно, сейчас перепишу тебе некоторые наши учебники. Но как ты в них разберешься и когда найдешь на это время — не знаю…

«Ори, можно я ей покажусь?» — очень напористо попросила Зеленая. — «Раз уж она о нас догадывается и запись не ведется?»

Ого, что это с ней?

«Давай,» — разрешил я.

— Эй, дамочка! Между прочим, Ори отлично умеет социализировать! — материализовав свою проекцию, сразу же наехала на Брин Ная. — И нечего нас какими-то ущербными считать! Фира, дурочка, с нами всего полгода прожила, понятно? И это в Академии мы соблюдаем общие правила — а в нашей семье такие же порядки, как у вас!

— Поняла, поняла, поняла! — Аэлита аж выставила ладони перед грудью, как бы сдаваясь. — У меня и в мыслях не было оскорбить Вас, уважаемая, и вашего человека!

— Вот то-то же, — оставила за собой последнее слово Зеленая — и ушла из оптического диапазона и физически тоже устремилась назад в храм.

Встретившись взглядом с куратором, я только развел руками — уже второй раз за вечер.

— Моя вина, — покаялась женщина. — Глубоко извиняюсь, что позволила себе такой тон! Если позволишь, я тебе и твоим Зверям объясню, в чем причина.

— Конечно, — кивнул я. — Ная тоже… повела себя далеко не образцово.

Мост между разумами донес до меня самодовольно-гордый фырк. «Всеобщая мамочка» защитила маленького Ори от злой тётки Брин, ага.

— Дело в том, что наша базовая парадигма о строении общества говорит о том, что чем больше разнообразие разумов в социуме, тем он сильнее и стабильнее. При условии, что все разумы социальны. Вечная Пятерка, в отличии от других звездных государств Человечества уже несколько столетий отправляет дальние экспедиции в поисках экзогенных разумных видов. Пока безрезультатно, но мы верим, что наши расчеты верны и обнаружение разумных инопланетян откроет новую эру для нашего вида!

Как же она вдохновенно это сказала! Я не стал ей говорить про слонов, дельфинов и китов, которых на моей Земле в двадцать первом веке сочли ограничено-разумными. Тем более, на Элитее их вроде как нет. Зато есть настоящий инопланетянин-умница Пушок, переехавший сюда вместе с Алисой и её папой.

— А если я скажу, что в соседнем городе живет настоящий разумный инопланетянин? — медленно произнес я. — Правда, он считает себя полуразумным — как он сказал, «по человеческой классификации»…

Надо было видеть в этот момент глаза Аэлиты. Куда там Коррену-однофамильцу!

— Могу познакомить, — я едва сдержался, чтобы не шаркнуть ножкой. Тем более, сидя эффект совсем не тот.

Паукам в Вечной Пятерке точно понравится. Все лучше, чем зайцами на кораблях людей кататься и потихоньку проникающих на борт инвазиров подъедать.

Глава 10

Интерлюдия: Идальго Хот Сервантес. Последствия поединка

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Придя в себя в больничной палате, Идальго улыбнулся. Так улыбаться мог только победитель. Да, ему пришлось несладко, даже вырубило — правда, он совершенно не помнил чем. Но главное, что заносчивый Коррен Ли получил по заслугам. А значит, дело того стоило.

Правда, было немного стыдно от того, что для драки с наглецом пришлось задействовать «копейный удар». Отец ведь всегда говорил, что это можно делать лишь когда других вариантов не остается. Но противник в этот раз ему действительно достался очень сильный, а значит — оправдано. Ведь главное — победа!

Прикрыв глаза, он как сейчас видел — мощная родовая техника пробивает один за другим защитные барьеры противника, и наконец бьет его самого. Наглого, лживого, постоянно скалящегося, с этим застывшим выражением на лице, будто он тут лучше всех. Ха! И как тебе «копейный удар» Сервантесов, Коррен Талани Кунг Ли? Понравилось? Небось, тоже еще в койке валяешься? Или даже в капсуле: перебитый позвоночник и просверленные насквозь внутренности еще никому здоровья не добавляли! Пусть скажет «спасибо», что в голову или в грудь не стал бить!

Главное — формально Брин не остановила поединок, сказав «стоп» или «закончили». Значит что? Значит, он был (и бил!) в своем праве! А вот нечего в спину толкать.

Победу немного омрачал тот факт, что сам он угодил в госпиталь. Вряд ли что-то серьезное — пробудившись, клановец сразу же проверил подвижность конечностей, и убедился, что все было в полном порядке. Тело ощущалось легким, послушным, словно бы после хорошего отдыха. Возможно, он просто свалился от истощения — все же Ли заставил его попотеть.

Да и клановый удар требовал большого количества энергии.

Он уже собрался подняться и идти к выходу, но в этот момент дверь скользнула в сторону, впуская в палату отца. Обычно стремительный в движениях, Диего Хот Сервантес вошел внутрь тяжело ступая. Как если бы был погружен в тяжелые мысли.

— Отец! — вскочил Идальго. — Я могу все объяснить!..

Юный Сервантес уже понял, что печалить отца. Его учебный спарринг с Ли. Точнее, результаты этой учебной схватки. Скорее всего, тщедушный щенок получил слишком сильно, и главе семьи пришлось утрясать последствия конфликта в Академии. Такое уже бывало не один раз, и каждый раз отец сердился. Но и гордился тоже, хотя никогда и не произносил этого вслух.

Хот была не самой значимой семьей в клане. Где-то посередине по влиянию и чуть ниже — по силе дара. А потому достижения Идальго всегда радовали отца. Но сегодня Диего Хот лишь коротко махнул рукой, призывая к молчанию и терпению.

Идальго знал за отцом эту манеру. Когда он сердит, то сдерживаясь, предпочитал общаться знаками. Поэтому он послушно сел на кровать и приготовился получать свою порцию родительского неудовольствия. Никакой вины, при этом, за собой не ощущая. Но изображая ее на лице. Потому, что так положено.

Некоторое время отец молчал. Просто стоял и смотрел на сына, отчего тому с каждой секундой становилось все более не по себе. Когда же он наконец заговорил, Идальго услышал совсем не то, что ожидал.

— Ты опозорил семью. Опозорил клан. Ты…

Следующей фразой вполне могла стать: «Ты мне больше не сын» — Идальго каким-то шестым чувством это понял. Но глава семьи ее не произнес. Удержался в последний момент.

— Но я же победил… — ошеломленно выдавил из себя юный Сервантес.

Такого от отца он не ожидал. Тот всегда учил сына побеждать. Всегда и везде. В всегда. Любых противников. Честь семьи, честь клана — он отлично отстаивал ее на различных соревнованиях, неизменно повергая всех своих противников в грязь. И теперь, когда он говорит о позоре, это может значить только одно.

Наследник рода проиграл.

Неизвестно как, но выскочка Ли остался в сознании после его лучшего удара. И смог нанести ответный удар. Оставив за собой победу.

— Прости меня, отец! — подскочив с кровати, мальчишка исполнил самый глубокий и полный раскаяния поклон из тех, что знал. — Я подвел тебя.

— Ты даже не представляешь, как… — тихим голосом молвил отец.

Идальго так и оставался согнутым, ожидая дальнейших слов. Но их все не было и не было. Уже устав ждать, он рискнул поднять голову и сразу же встретился со жгучим взглядом. Не гневным, что удивило.

— Ты ничего не помнишь, верно? — спросил отец. — О том, как закончился твой поединок с Корреном из клана Ли? — увидев согласный кивок, он вздохнул и приказал: — Сядь, я расскажу. И покажу.

Сказать, что уши Идальго пылали после рассказа — не сказать ничего. Он был готов на месте провалиться от едкого, как самый острый перец, стыда. В глазах щипало от требующих выхода слез бессилия и унижения, и лишь невероятным усилием воли он держал их в себе.

Он проиграл. Мелкий противный Ли оказался выбран Зверем Потока! Оказался Шаманом, как сказал отец. Как из какой-то глупой детской сказки! О чем Сервантесам, понятное дело, никто ничего не сказал — и не собирался, конечно же. И в результате поединка, чувствуя опасность для своего хозяина, Зверь почти убил обидчика — да, тоже как в сказке. Отец даже показал запись, где из воздуха за его спиной появляется здоровенная пасть с огромными острыми клыками — полностью прозрачная, явно специально выведенная в видимость каким-то цифровым фильтром — и чуть не пополам перекусывает фигурку человека!

— Молчи о том, что видел на записи, — хмуро предупредил его папа. — И о шаманах помалкивай. И это не мой приказ, а главы клана. Сболтнёшь… Короче, лучше молчи. Наш род сейчас и так в сложном положении.

Но что было гораздо хуже — Коррен его и спас. Остановил кровь, ведьминскими уловками (откуда он вообще ведьмовство знает и как выучил⁈) наложил протезы из травы и дал дожить до попадания в лазарет. А потом еще два дня помогал хирургам, меняющим временные заплатки на постоянные.

— Я не смогу больше учиться в этой группе, отец, — проговорил он после долгого молчания. — После такого позора…

Как Диего Хот оказался рядом, Идальго понять не смог. Он всегда был быстрым, стремительным, как бросок степной гадюки с родной Каталины. Но сегодня превзошел себя.

— Ты будешь учиться в этой группе! — яростно прошипел он в лицо сыну. — Будешь, раздери тебя Поток! И станешь делать это хорошо!

Потом он сказал еще очень много обидных слов. Что семья опозорена его поступком, и ему придется здорово потрудиться, чтобы о нем стали вспоминать пореже. Что дома его видеть не хотят, поскольку опасаются ведьминских закладок в его мозгах. Оказывается, это тоже не просто страшилки про Темный Путь и проклятых самим Потоком старух и опасных юных дев! Проклятый Ли и тут удружил!

Но самое главное, отец жестко приказал наладить с этим Корреном товарищеские отношения!

— Повторяю еще раз: глава клан приказал ничего не говорить о том, что тебе известно, кто такой Коррен из клана Ли. Ты должен молчать о его Пути, о Звере, и не пытаться ему отомстить, — под конец, когда от тяжести слов Идальго чувствовал себя раздавленным в плоский блин и высушенным на полуденном солнце овощем, отец припечатал. — Тебе повезло: Коррена Талани Кунга Ли, как Шамана, который не смог контролировать своего Зверя — лишили фамильяра на время обучения в Академии. Можешь не бояться невидимки, только и ждущим, чтобы ударить исподтишка. Но ты-то бил сам! Потому твоим же наказанием станет то, в чем ты оказался так плох.

* * *

Оказывается, он провел в госпитале целых четыре дня. Выписали Идальго на следующее утро после этого неприятного разговора. Полностью здорового, но эмоционально опустошенного. Он просто не понимал, как все это могло случиться с ним. Отвечал на вопросы врачей автоматически, двигался будто бы под водой. И не очень понимал, как ему жить дальше.

Семья отвернулась и не хочет его возвращения. Учиться придется бок о бок с врагом, который спас ему жизнь. И еще это наказание, про детали которого отец ни проронил ни слова, разве что взял обещание, что отлынивать от него Идальго не будет.

Приказ есть приказ — он с младенчества привык подчиняться словам отца. А потому, выйдя из госпиталя, он не бросился к космодрому, чтобы сбежать с планеты, как желала его душа, а направился к расположению группы ВИО-шесть. К которой был прикреплен, хотя и не хотел этого.

Пришел как раз к занятиям. Одногруппники — конечно же опять кроме ненавистного Ли! — сидели в позах для медитации и под руководством наставницы Брин по очереди входили в транс, уставившись на быстро мигающие экраны планшетов.

На его появление отреагировали по разному. Учитель кивнула и даже слегка улыбнулась, здоровяк — Джар Ян, кажется? — до которого еще не дошла очередь просто открыл глаза, взглянул на него без интереса, и закрыл их. Девчонка Ильтазар сморщилась так, будто рядом находился источник крайне неприятного запаха. А Коррен… Самим Потоком проклятый Коррен Ли, стоящий рядом с сидящим тёзкой из клана Терра, приветливо помахал ему рукой!

«Наглец! Он еще и издеваться вздумал! — мгновенно воспламенился Идальго. — После всего того, что сделал со мной? Лишив меня уважения отца, будущего, он еще и скалится?»

Он даже открыл рот, чтобы высказать этом зазнайке все, что о нем думает, но вспомнил слова отца, и прикусил язык. Товарищеские отношения к концу учебного года! Не друзья, но и не враги.

— Присоединяйся, — махнула рукой Аэлита Брин. — Группа сейчас проходит ускоренное обучение медицине с помощью прием мнемонического транса. Ты здорово отстал, но это ничего. Ори и Анасдея освоили метод стимуляции, запускающий транс — кто-то из них может помочь тебе, если ты готов довериться. Сможешь догнать остальных.

«Ни за что! — чуть было в голос не заорал юный Сервантес. — Он и так насадил во мне ведьминых закладок, из-за которых мне запрещено появляться на Каталине. Довериться ему?»

— Позвольте, я попробую разучить нужный прием сам, Учитель, — максимально вежливо произнес он вслух. — Если вы мне объясните…

— Как хочешь, — пожала плечами Брин, не догадываясь или не желая знать об истинных причинах отказа. — Но так было бы значительно быстрее. Группа проголосовала за такой метод. Кроме того, я считаю, что после случившегося, тебе нечего бояться Ори.

«Она знает? Конечно, она знает! — птицей в клетке забилась мысль. — Все знают!»

Только вбитое в клане воспитание позволило удержать лицо.

— Я сам, — твердо, как ему казалось, проговорил Идальго.

Через два часа он был вынужден признать, что свои способности переоценил. В группе уже все обсуждали заученную в трансе медицинскую информацию — и только он, как дурак, сидел в позе лотоса и не мог продвинуться ни на шаг, чтобы к обучению вообще приступить! Зачем она вообще нужна, эта дурацкая мнемоника? Так все запомнить нельзя, что ли? Это военная Академия, а не училище для библиотекарей. Надо просто попросить у Брин материалы и прочесть вечером. Не при всех же!

Большим удивлением для него стало, что никто на него, похоже, не злиться. Его не избегали, некоторые даже помогали советом, хотя и держались немного настороженно. Это смущало и злило одновременно. И юный Сервантес не знал какой эмоции отдать предпочтение.

К обеду, так и не достигнув никаких успехов, он поднялся по команде наставницы. И когда та отпустила группу на обед, тоже собрался идти. Но был остановлен ею.

— Просто хочу кое-что прояснить, Идальго, — лицо Брин выражала дружелюбие.

— Да, Учитель.

— Я кое-что выяснила по твоему клановому прием. Опуская саму дикость концепции уникальности знания, поняла, как она работает.

«Невозможно!»

— Тебе требуется полная концентрация и серьезная синхронизация всего тела для нанесения этого, так называемого «копейного удара». Это ее существенный минус, хотя мощь удара, несомненно, впечатляет.

— К чему вы это говорите, Учитель? — хмуро буркнул Идальго.

— Просто хотела поставить тебя в известность, — улыбнулась Брин. — Если на моих занятиях ты снова попробуешь атаковать кого-то этой техникой, я оторву тебе одну из конечностей.

— Ч-что⁈ — глаза юного Сервантеса полезли на лоб.

— Только не воспринимай это как угрозу, — «успокаивающе» замахала руками наставница. — Я лишь хочу сказать, что это самый простой способ тебя остановить. Потеряешь ты концентрацию от моих действий или нет — сказать наверняка сложно. Щиты на пути удара ставить бесполезно, это я уже поняла. А вот без руки или ноги копейный удар нанести попросту невозможно. И руку или ногу приживить или, в крайнем случае, заново вырастить из стволовых клеток легче, чем вытаскивать очередного ученика с того света. Ты хорошо меня понял, Идальго Хот Сервантес?

— Д-да, Учитель… — выдавил мальчишка, чувствуя себя окончательно оплеванным. Хотя еще утром казалось: куда больше?

— Ну и отлично! Все, беги на обед!

Хот Сервантес даже не вспомнил, что хотел попросить у наставницы учебники.

* * *

Занятия после обеда Брин отменила. Сообщила, что вся ВИО-шесть едет в город, чтобы познакомится с девочкой, у которой живет какой-то полуразумный паук. Бред несусветный, да еще и информация об этом звере исходила от, конечно же, Коррена Ли!

— Но у нас же сейчас по расписанию… — начал было возражать Идальго. Но был остановлен плавным взмахом руки.

— Я Учитель этой группы и я определяю расписание ее занятий, — мягко произнесла она. — А ты не едешь, Идальго. Согласно распоряжению дисциплинарной комиссии, у тебя начинается отработка проступка. Я ввела в твой планшет метку, куда тебе следует явиться. Увидимся вечером!

И радостные одногруппники — еще бы, вылететь в город посреди занятий — неслыханное дело! — ускакали вслед за наставницей. А Идальго, проклиная все на свете, потопал по маршруту, проложенному на планшете. Который привел его на большой, огороженный забором, пустырь где-то на окраине Академии.

Замок на воротах приветливо мигнул зеленым, считав биометрические данные с его комбеза, и пропустил Сервантеса внутрь. Где он увидел заброшенное четырехэтажное здание казармы, уже давно выведенное из эксплуатации.

— И что я тут должен делать? — проворчал Идальго, разглядывая заброшку. Потом вспомнил, что детали дисциплинарного наказания находятся в планшете, и развернул его. — Что? Да какого черта я должен это делать⁈

«Кадет, — значилось в тексте. — Данное здание подлежит полной деконструкции. После чего здесь будет построено новое комфортабельное общежитие для преподавателей. Задача — провести деконструкцию здания. Особые условия — разрушать здание можно лишь „копейным ударом“ Сервантеса. Телеметрия учебного комбинезона будет фиксировать выполнение требования. При любом несоблюдении условий задания взыскание не будет засчитано и вы будете переведены на новый объект. Время на выполнение задания не ограничено».

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Идальго сумел побороть подступивший гнев. От унижения, понимания, что от него отвернулись родные, а администрация Академии заставляет его выполнять работу — клановой техникой! — которая подходит для строительной техники, сводило скулы. И хотелось что-нибудь сломать.

— Ну посмотрим еще! — зло прошептал он, вставая в позицию. — Да я в пыль тут все разнесу за день! Тоже мне! Наказание! Ха!

Он начал движение всем телом, собирая энергию Потока каждой мышцей, синхронизируя и оформляя ее в призрачное копье в правой бросковой руке. И с выдохом отправляя его в полет.

Плотный луч витальной энергии сорвался с руки и с огромной скоростью устремился к стене здания. Дотронулся до нее и без всякого сопротивления, пробил. А за ней еще и следующую. Оставив ровную, словно бы проплавленную в бетоне дыру, в которую можно было просунуть кулак.

Однако, сама конструкция даже не дрогнула.

— А если так⁈ — закричал Идальго, чувствуя отчаяние, сжимающее его сердце. Только сейчас он начал понимать, какую свинью ему подложили с этой отработкой взыскания!

Снова встал в позицию, сконцентрировался, и выдал еще более мощный выплеск силы. Который, как и первый, пробил дыру в первой стене, второй, и даже, кажется, третьей.

— Еще раз! — не позволяя себе впасть в уныние рявкнул он.

Выплеск. Две дырки. Выплеск — три. Еще! Еще! Еще!

Через пятнадцать минут непрерывного использования клановой техники, Идальго промок насквозь, словно только что выполз из бассейна. Руки дрожали, дыхание ранило грудь, а перед глазами плавали цветные круги. Но даже сквозь них мальчишка видел, что десятки раз продырявленная им стена стоит и не собирается рушится. Еще и ухмыляется издевательски всеми отверстиями.

— Да я отсюда до конца семестра не выйду! — в сердцах воскликнул он. После чего рухнул на колени и неожиданно даже для самого себя, разрыдался.

Глава 11

Не первый контакт

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— А кто такая Элис и где она живет? — во все кошачье горло орал с головы Брин Красный. — А мы такой компанией возьмём да и припремся к Элис!

Наставница время от времени бессознательно тянула руку к голове, видимо ощущая почти незаметный дискомфорт. Может, она бы и поняла, что что-то не так, но уж больно её захватила будущая встреча с представителем инопланетного разума. Разумеется, она разучила ведьмачий прием «энергетическая нить» и попросила меня по возмозможности научить всех остальных. После нескольких дней в попытках освоить мнемоническую стимуляцию Коррен и Наташа довольно легко освоили новшество — а остальные и так знали. Мы пятеро, ныне Кунги Ли, использовали «нить» в джунглях Чёткой Фортуны вместо рации ближнего действия. Натренировались.

А вот Идальго Хот Сервантес пролетел. Его выписали из больницы в аккурат на следующее, то есть сегодняшнее утро. С «горячим испанцем» всю первую половину дня происходило что-то странное. Его то раздувало от эмоций, то он, наоборот, впадал в уныние и вообще не старался. К тому же отказался от моей и Анасдее помощи в запуске мнемонического транса. Сам себе злобный буратина, что сказать? Кажется, его окончательно добило то, что Аэлита даже не подумала взять его с нами в поездку к Алисе.

Хотя, наверное, и правильно. Младшая Дрейк хоть и стала куда степеннее, все равно оставалась тем еще электровеником! Еще спровоцирует Идальго случайно. Ну его. Кстати, Коррен, который тёзка, рассказал мне, что у его отца родовое имя — Идальго! Еще одно забавное совпадение в именах! С другой стороны, народу в Ста Мирах живет очень и очень много — наверное, и к самому редкому имени только в центральных мирах с сотню тёзок наберется. Если не тысячу.

Мои родственники на выходку Ра внимания почти не обращали. Привыкли за то время, пока мы жили на Ли Цзя в родовом поместье: если уж Красный решил повалять дурака — остановить его может только хор-рошая затрещина от Наи.

— Я бы стукнула, — вздохнула Зеленая. — Но, кажется, он от каждого удара все дурнее и дурнее становится. Думаю, его не бить, а жалеть надо.

И выдавила настоящую слезу! Синий и Оранжевая только глубокомысленно покивали. Да, мы находились сейчас уже за пределами Академии на борту воздушного автобуса, что должен доставить нас прямо к дому Алисы. Как моя цветная четверка мне пообещала — одного меня они не отпустили. Стуний возражать не стал — именно против них. А остальных порекомендовал оставить в храме. Ребята, подумав, согласились. А Келя я бы и сам не взял, если бы тот уже вышел из своего целебного для души сна.

— Я? Я дурею⁈ — разумеется, Ра купился на эту маленькую фальшивую игру собратьев. — Да я! Да вы! Вот возьму, и говорить с вами не буду! Вот!

— Да! — три лапки встретились в жесте «дай пять». Анасделя прикрыла рот ладошкой и отвернулась, чтобы Красный не заметил её ухмылки.

— Наконец-то не лопается! — вытерла выступившие капельки пота со лба Наташа Косыгина. Речь, естественно, шла про нить для общения с Пушком. — Уф, надеюсь ты прав, Ори — и один ведьмачий прием можно безопасно для совершенствования по пути Солнечника изучить.

— Информация из достаточно надежного источника, — ответил ей я.

— Честно говоря, звучит как суеверие какое-то, — поморщилась Брин, отвлекаясь от планшета. Наставница проверяла, не забыла ли она в свой плане беседы с Пушком добавить какой-нибудь экстра-важный вопрос: все еще сидящий на её голове Ра беззастенчиво пялился на экран. — Но я уже несколько раз обожглась в суждениях о пути Солнечника — и потому огульно высказанный Ори тезис отрицать не буду.

— Тем более сам Ори совершенно этим ограничением не заморачивается, — подмигнула мне блондинка, тут же заработав огненный взгляд от Ильтазар.

— Могу и тебя попробовать научить другим ведьминским практикам, — предложил я. — Но если что — я честно предупредил.

— Я подумаю, — дипломатично ушла от ответа Полночь. И тут же поменяла тему. — Учитель, скажите — а мы что, вот так и припрё… то есть, я хотела сказать — нагрянем в гости к Алисе Дрейк?

Красный аж раскашлился на своем насесте.

— В смысле? — нахмурилась Аэлита. — У нас научно-обучающее занятие вне стен Академии. Дрейки предупреждены и дали согласия, в том числе и живущий с ними уважаемый Пушок. Все детали визита согласованы. Что не так?

Косыгина очень тихо, но тяжело вздохнула — так, чтобы наставница не услышала. Когда она заговорила — тон её голоса неуловимо поменялся.

— Учитель. Мы едем к девятилетней девочке — практически моей ровеснице. Да, она умна не по годам, получила отменное домашнее образование в области зоологии, является официальным кипером огромного разумного паука — но девочкой все еще остается. И тут мы такие: приве-ет!

— И… что? — опять нахмурилась женщина.

— Да подарок нужен, вот что! — не выдержала Наташа. — Понятно, что в Академии нам взять его негде было — но сейчас-то мы вне закрытой зоны! Неужели у вас в Вечной Пятере так не принято?

— В некоторых случаях — да, принято, — задумчиво протянула Аэлита и тут же встряхнулась. — Так, группа! Выбираем Алисе подарок!

Разумеется, ходить по магазинам на для этого не пришлось: все заказали через Сеть, и доставку сделали ровно в тот момент, как автобус припарковался на парковке небоскреба типа «вертикальный город».

* * *

Элитея, как и любая другая планета — очень разная. Кроме того, кланы и республиканские власти постарались сделать столичную планету одновременно красивой, удобной… и способной, не теряя этих качеств, вместить всех желающих тут жить. Кто, конечно, мог себе это позволить. Потому кроме классических городов были и вот такие: титанические башни, пробивающие облака. Самая высокая поднималась на пятьдесят километров — но те, что для жизни, обычно не делали выше пяти. И возвышались эти «маленькие» вертикальные городки в парковой зоне на треть континента размером! Захотел — сел на гравилифт и через минуту уже валяешься на траве и гордо отвечаешь друзьям на вызовы «я в лесу!» Не удивительно, что Дрейки поселились именно в таком месте.

Квартиры в этом доме на жилых уровнях выходили окнами сразу и наружу, и в этакие «внутренние дворики» в центре этажа. Задумка проектировщиков удалась: зонирование давало возможность почувствовать себя не в «человейнике», а вполне себе узком коллективе соседей, вроде небольшого дачного поселка или деревни. Что заслужило горячее одобрение Брин и даже слова «архитектор — настоящий социал!»

— Глянь, глянь, Петровна! — две пожилые дамы, до того мирно сидящие на скамейке среди цветочных клумб при виде нас очень оживились. — Это ж кадеты Академии, аж в форме! Не иначе как в самоволку сбежали!

— Глупости-то не говори, — упрекнула её солавочница. — Вон преподаватель их ведет. Да и не сбежать кадетам никак. Даже под землю не подкопаться.

— А я вот — сбегала! — гордо выпятила грудь первая.

— Это ж в каком году было? Еще до миллениума пойди!

— А хоть бы и так!

— Вот после тебя все и заделали, хулиганка!

— Двести лет в обед, а еще как огурчик, — удовлетворенно сказала мне Ная, благодаря которой я и услышал большую часть беседы. Так-то мы уже подошли к нужной двери и Аэлита провела рукой над сенсором «дверного звонка». Ой! Кажется, у меня приступ внезапного ясновидения и я догадываюсь, что сейчас произойдет!

— О-о-ри-и-и-и!!! — из открывшейся двери вылетело нечто очень быстрое и смазанное и попыталось отправить меня в короткий полет путем повисанием на моей шее с разгону! — Наконец-то мы увиделись!

Я смог устоять, помогая себе щитом, выставленным за спиной и упертым в пол. Форма тоже помогла, но синяки я точно заработал — специально сдержался и не выставил «железную рубашку», чтобы Алиса об неё не ушиблась. Но мне то что? Три минуты — и все зажило, как на ведьме. Тем временем у меня за спиной Синий и Красный отдали по маленькой игрушечной купюре Оранжевой и Зеленой. Надо будет все-таки выяснить, как они проделывают этот фокус.

— Тоже соскучился, — признался я… и через плечо заметно подросшей Дрейк поймал взгляд Ильтазар. Почему-то не злобный или яростный — а требовательный. — Вот, какое-никакое, а приключение тебе привел!

— Отличное приключение! — солнечно улыбнулась Алиса. — И безопасное для окружающих. Я теперь очень-очень за этим слежу! Познакомишь меня со всеми?

Тут моя ровесница кое-что вспомнила и обратилась к остальным.

— Давайте пройдем в гостиную!

— Пойду бабок на лавке послушаю, — решил Кер. — Уж больно прилипли к нам глазами и что-то бодро обсуждают.

* * *

Квартира у Алисы была что надо: квадратов пятьсот! Помещалось на такой площади абсолютно все, включая личные апартаменты Пушка и его же здоровенную камеру гибернации — его запас живой пищи. К моему удивлению, паук обнаружился на уставленном едой столе в гостиной! Еще большим удивлением стало то, что мне удалось «поднять» соединяющую нас энергонить спустя столько времени без касания!

— Друзья! Друзья! Я так рад вас приветствовать! — «сказал» он мне и котам. — Постарался по древнему человеческому обычаю «накрыть поляну» к вашему приходу! У нас тоже есть подобный ритуал: передача пойманной добычи тому, кого рад видеть.

— Пушок очень интересуется историей нашего вида, и готовит почти так же здорово как и ты, Ори, — пояснила мне Алиса, заметив ошарашенное выражение лица. — Как бы отдаривается за то, что мы снабжаем его тем, что он сам любит есть. Ой, мы же так и не познакомились, что это я!

Пока мы расшаркивались, вручали подарки (одним не обошлось), заверяли младшую Дрейк в лучших к ней чувствах — Аэлита терпеливо ждала, когда наконец дойдет до дела, по которому мы прилетели. Из нашего короткого обмена репликами она поняла главное — паук вполне социален! И теперь просто горела энтузиазмом. Но все же первый вопрос задала Алисе.

— Скажи пожалуйста, а твой отец здесь?

— В своем кабинете, — хихикнула девочка, — сказал, что не будет мешать моему бенефису. Сказал, что выйдет как только нам понадобится. И если понадобится.

«А пока следит через камеры,» — сам достроил фразу я. С одной стороны, как-то странно. А с другой — может, все правильно делает. От него-то как от меня никто СБшников не отвел. А тут пожалуйста: все доказательства, что никаких контактов с агентом Вечной Пятерки не искал. Почему с агентом, а не с учителем? Спецслужбисткая логика. К тому же я и сам не до конца уверен, что Брин только наставница. И что ректор просил только наставницу в своем запросе.

Тем временем мы попробовали стряпню Пушка — и Дрейк ничуть не приуменьшила. Готовил паук отменно — и без всякого обращения к Потоку! Вдвойне внушает огромное уважение тот факт, что для него самого вкусным является совсем другая еда! И вот наконец-то все протянули нити — и начался диалог, ради которого все затевалось. Причем Брин пришлось привыкать к манере общения паука — я помнил, что поначалу колебания нити доносят очень мало интерпретируемой информации и только потом начинаешь «слышать» не отдельные слова, а предложения. Но тут отличился Джар Ян: как и Оранжевая, он сходу смог настроится на собеседника.

— Гений, как и я! — разулась от тщеславия Ло.

А вот мне вскоре стало скучно: Аэлита принялась пересказывать уже известные мне факты о Вечной Пятерке, получалось это у неё не быстро. И когда Алиса незаметно тронула за плечо — поднялся вслед за ней и вышел из залы.

— Как я рада за тебя, Ори! — толкнула она меня кулаком в то же плечо. — В Большой клан пробился! Учишься с друзьями! Вот, зацени мою берлогу!

Комната Алисы напоминала скорее гнездо, чем берлогу. Этакий эпицентр управляемого хаоса: много мягких поверхностей для лежания, рядом сложный комплекс для классической легкой атлетики и «беговая дорожка с препятствиям» — домашний вариант полноценной тренировочно-игровой трассы, где мы познакомились. Вместо одной из стен — вроде как настоящий кусок скальной стены… сменивший рельеф, стоило девочке, проходя мимо, провести пальцами по сенсору.

— На ту стенку я уже влезла, — пояснила она мне.

Я уже было подумал, что меня ждет приглашение на дружеский спарринг, но нет.

— Там было по-настоящему опасно, да? — тихо спросила она у меня. — Там, где ты пропадал несколько месяцев?

— Если бы твой папа не научил меня «рубашке», — я показал ей, как моя кисть чернеет и опять возвращает свой прежний цвет. — Я бы не смог вернуться и сидеть сейчас рядом с тобой.

— Твой зверь Потока явился к Тесс, когда мы были в Академии, — это она мне передала уже по нити. — Сказал ей, что ты жив — где-то там, далеко. И тут я, кажется, впервые в жизни по-настоящему испугалась! Потому что мы все тут и не в силах даже чуть-чуть помочь!

Тут Дрейк провели рукой, словно вытирает глаза от выступивших слез — но лишняя влага на её лице так и не появилась. Сдержалась.

— Как хорошо, что ты смог опять все повернуть по-своему и все-таки встретиться со мной до зимних каникул! — сказала она уже вслух.

— Это Пушку надо сказать спасибо и наставнице нашей группы, — улыбнулся я. — Кстати, мне не удалось сохранить свой шаманизм в тайне. Теперь всем, кому надо, знают. И в Больших кланах, и в Эсбэ. Благо, я уже Ли и…

Я хотел сказать «охоты на меня не будет» — но сразу же понял, что это неправда. Может, Ори-шаман уже и не предмет охоты, а вот Ори-революционер и ломатель бизнеса на Зверях Потока — очень даже. Другой вопрос, что в случае «поимки» мы еще посмотрим, кто тут охотник, а кто — жертва. Но факт остается фактом.

— И? — хозяйка комнаты заглянула мне в глаза. И тут же в помещение вбежала Зеленая. Она молча показала мне лапкой на место на полу.

— И может быть хватить подслушивать? — громко спросил я в «пустоту».

Отвод глаз спал… и явил на том месте, куда я смотрел Косыгину и Ильтазар, стоящих в обнимку. Впрочем, они тут же разлиплись.

— Это нужно, чтобы я могла под свою способность еще кого-нибудь спрятать! — быстро проговорила Наташа, разглаживая виртуальные складки на комбинезоне.

— Мы просто не хотели вам помешать! — с абсолютно честными глазами сказала Анасдея. С учетом того, что мы связаны мостом между разумами — идея, что я могу на это повестись — с самого начала провальная.

— Алиса, ты такая классная! — на второй голос подпела Полночь. — Хотела с тобой подружиться, но застеснялась.

— Точно! Так напинала этой чешуйчатой Тесс прямо у кабинета ректора! Мне все рассказали!

Помнится, в пересказе Тесс совсем другая сторона была обозначена победившей.

— Мы хотим с тобой дружить! — унисоном выдали вторженки, заставив меня фыркнуть. Тоже мне, актрисы погорелого театра.

Однако Дрейк секунду подумала — и вдруг подскочила к парочке.

— Давайте! — радостно воскликнула она, пожав и тряхнув руку сначала одной, потом другой. — Айда со мной на «дорожку»! Места как раз на троих хватит! А Ори будет судить.

«И лечить,» — флегматично подумал я, когда тренажер на пятнадцатой секунде выплюнул обеих «подружек». Алиса, конечно же, сходу врубила максимальную сложность и высокую скорость. Впрочем, к чести Ани и Наташи на втором заходе они продержались куда дольше. А на третьем — еще дольше. А потом пришлось тряхнуть стариной и показать класс мне. После чего внезапно сложившаяся парочка воспылала взять реванш.

В итоге, когда мы покидали жилище Дрейков — Аэлита все же выдернула Игоря Дрейка на разговор — Ильтазар и Косыгина выглядели так, будто все это время кирпичи таскали. Без усиления от Потока!

— Какая же она страшная! — призналась Полночь моей «наложнице». — И эти её домашние игрушки… Она ведь правда по скалы на одной мышечной силе поднимается! И почему нас в Академии этому не учат?

— Жалеют, похоже, — тряхнула головой Аня.

…Синий все так же сидел перед лавочкой, внимательно слушая разговор.

— Да это замаскированные космические пираты, говорю ж тебе! — донеслось до меня. — А та длинная высокая вообще робот-убийца, восставший против своих хозяев и теперь командует всей шайкой! У неё, поди, скелет-то из композитов!

Века идут, но кое-что никогда не меняется. Одни с надеждой смотрят в космос и хотят найти там неизведанное. Другие видят неизведанное в каждом проходящем мимо их дома.

Глава 12

Микрополитика

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

В автобусе товарищ Бринн едва сдерживалась, чтобы не вести себя, как радостный подросток. То есть, лицо держала — Учитель же! — но волны эмоций от нее так и били.

— Это очень серьезное открытие! — удерживая голос в диапазоне допустимых приличий, но периодически не удерживаясь и пуская в него нотки возбуждения первооткрывателя. — С Пушком должны поработать специалисты!.. Надо организовать экспедицию на его родную планету!..

И так далее. Не думаю, что она не понимала всех сложностей, которые перед ней стояли — да начать хотя бы с проблем с коммуникацией. Разумный паук хоть и мог общаться с людьми, освоившими работу с энергетической нитью, но понятия не имел о таких вещах, как система человеческой навигации. Как его цивилизация вообще представляет космос? Пройдут месяцы, если не годы, прежде чем исследователи смогут выяснить в какую сторону им лететь. Космос большой — тут даже сравнение иголки и стога сена нервно курят в сторонке.

Понимала, но ничего с собой поделать не могла. И я не тот человек, что будет ее осуждать. Социалы Вечной Пятерки чуть ли не жили ожиданием встречи с братьями по разуму. И тут одного из них обнаруживают в одном из подъездов столичной многоэтажки. Да Бринн просто с мечтой детства столкнулась!

— Эка ее повело! — восхищенно цокнула Ло. Разведчица, наверное, лучше всех понимала Аэлиту. Как коллега по цеху исследователей. — Того и гляди бросит учить детей в Академии и сорвется на поиски инопланетян.

— Скоро отпустит, — небрежно махнула лапкой Ная. — Это у нее первая реакция, а так-то она девушка ответственная. Меня больше Наташа волнует.

— А что с ней? — Кер тут же подсел к Зеленой и соорудил на мордочке тоже выражение внимательного интереса ко всему на свете, которое почему-то напомнило бабуль с лавочки.

— Как-то она слишком настойчиво в друзья пробивается, — хмыкнула всеобщая мамочка. — Я тут поспрашивала у Стуния за клан Полночь, эти ребята специализируются на разведке, шпионаже и остальных не слишком-то благородных делах. Да и родовая техника у них подходящая — инвиз.

— Я всегда начеку! — Ра гордо продемонстрировал впечатляющие когти, которым еще и придал алый инфернальный отблеск. — Если дернется — бритвой по горлу и в колодец.

— Не надо никого в колодец, — сдерживая смех попросил я. — Тем более, что у нас его нет.

— Для дела я найду! — пообещал Красный.

— Она, может, просто друзей не умеет заводить. Фиг его знает, как у них в кланах с этим вопросом. Вон того же Сервантеса взять. Он сам по себе пацан не плохой. Просто…

— Туповатый?

— Злобный?

— Подлый?

— Застроенный какой-то, — пожал я плечами. — Не знаю, как у Сервантесов домашнее обучение построено, но явно не так, как это организовано у Ли. Идальго сейчас как лошадь с шорами. Смотрит только вперед, мышление черно-белое, только победа и вот это вот все. По поединку с ним было хорошо видно — ни капли выдумки.

— Зато дури дофига! — сварливо фыркнул Кер. В отличие от остальных фамильяров, он так и не простил вспыльчивого клановца за то, что тот стал причиной ссылки для Фиры. Считай, ученицу и техноромантика забрали. Добавил, явно косплея бабу Нюру. — Попомните мои слова: наплачемся мы еще с этими клановыми!

Этот разговор получил неожиданное развитие, когда мы вернулись в Академию и топали в сторону нашей располаги. Аэлита Бринн отправила нас одних, а сама умчалась в сторону центрального корпуса. Что-то мне подсказывало — отправить доклад на родину, и, возможно, поставить в известность здешнюю администрацию. Сказала, что нагонит нас уже у расположения.

А мы на одной из дорожек столкнулись с парочкой курсантов плюс-минус нашего возраста — мальчишкой и девчонкой. На плечах у них алели шевроны шестого курса.

— Полночь! — окликнул пацан Косыгину. — Готовишься уже, скрытная дрянь?

— Да пошел ты! — тут же ощерилась Наташа с нескрываемой злобой. — Ходи и оглядывайся, Девона!

— Че сказала? — тут же попер буром незнакомец. Его спутница сделала вид, что хочет его удержать, но глазами улыбалась.

— Что слышал, извращенец! Иди дальше за девчонками в душе подглядывай, на большее ты не способен!

— Да я тебя!

— Ну, давай, Девона! Рискни здоровьем!

Если честно, я даже завис, пока они переругивались. Неожиданно вышло. Косыгина всегда такая демонстративно дружелюбная и местами даже застенчивая, вдруг преобразилась в настоящую фурию. Глаза мечут молнии, пальцы растопырены, как когти у Ра, того и гляди в глотку пацану вцепится. Да и тот не отставал.

Ситуацию спасла Шая.

— Смирно! — рявкнула она вдруг сержантским голосом. — Кадет Тир Абот Девона, изложите суть претензий к кадету группы ВИО-шесть Наташе Косыгиной Полночь! Мне, как ее командиру.

Ренфилд явно воспользовалась своим командирским доступом, и считала имя пацана с его нашивок. И тот, не ожидав такого официального обращения, сразу начал сдуваться. Сперва выдал: «Не твое дело!» Но после того, как Шая приказала ему доложить командиру его группы о недостойном кадета поведении, добавив, что сама также отправит об этом рапорт своему руководству, вспомнил, что комбезы пишут все. И поджав хвост, быстро свалил. Напоследок бросив в сторону Косыгиной злобный взгляд.

— Это что было, Наташа? — потребовала объяснений наш микростратег.

— Девона… — буркнула блондинка.

— И? — не отступила Шая. — Мне из тебя каждое слово вытаскивать?

— Клан Девона находится в конфликте с кланом Полночь, — нехотя выдавила из себя девочка.

— Монтекки и Капулетти, блин! — проворчал за плечом Кер. По прибытию в Академию, фамильяры сразу же отправились в храм, но контакта со мной не разорвали.

— Кланы! — в тон ему отозвался Ра. — Так это, я ищу уже колодец или как?

— Копать будешь! — с угрозой в сторону Красного, прилетело от Наи. — Лапами!

— Здесь тоже? — Шая, тем временем, продолжила давить на Наташу.

— Не, — мотнула головой та. — Просто слушок прошел, что в ВИО-шесть кого-то из Девоны хотят засунуть. Ну и этот извращенец решил, что его.

— Почему извращенец? — Анасдея прижала Косыгину с другой стороны.

— Ты что, не знаешь про клановую технику Девоны? Они с помощью Потока могут видеть сквозь стены. Даже толстые! Я слышала, что на Тира уже были жалобы от девочек…

— И его хотят к нам!

— Какого хрена!

— Так нельзя!

Как это часто бывает с девочками, они очень быстро объединились против общего врага, и начали строить планы, как бы не допустить появления Девоны в нашей группе. Начисто упуская из виду, что Косыгина, вообще-то, тоже постоянно под отводом глаз ходит.

А я задумался над проблемой, но совсем с другой стороны.

Скорее всего, все эти слухи про подглядывание не имели под собой ничего реального. В Академии знали, кого брали на обучение, и вряд ли пускали на самотек такие семейные техники. Так что, даже если бы Тир и захотел подглядывать или совершать что-то неприличное, его вытолкали домой в считанные часы. С позором. Не знаю как, но выяснили бы.

Меня же волновало другое — нездоровая тенденция. Бен Ферандо сказал, что ректор хочет увеличить нашу группу до штатной численности в десять человек. Одного протащил я, двух других — Сервантеса и Полночь — назначили сверху. Судя по всему, следующая парочка тоже будет из Больших кланов.

— К бабке не ходи! — согласился Синий.

Раньше я об этом как-то не задумывался, но столкнувшись с тем, что у Девоны с Полуночью терки, вздрогнул. Не хватало такого нам в группу, довеском к Сервантесу. И еще кого-нибудь, у кого подобные сложности с Террой. И так покой только сниться, а с такими раскладами про него вообще можно забыть.

Блин, нормальная же была группа! Устроили тут… серпентарий!

— Хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам, — поделился мудростью Красный. И образ еще прислал, где сидит в позе лотоса, положив верхние лапки на нижние.

— Ага, послушают его! — фыркнула Ло. — И что он скажет? Дяденька ректор, а можно нам не надо клановых! Ну, позязя!

В теории, я мог бы и сам предложить кандидатуры новых кадетов. Но имелся и нюанс. Я не имел ни малейшего представления о учениках за пределами группы. Может и есть кто-то, кого я хотел бы видеть рядом, но как их, блин, найти?

— Взрослые, — покивал головой Кер. — У них же свои планы, вечно считают себя самыми умными.

— Значит нужно сделать так, чтобы идея исходила не от Ори, — Зеленая.

— От Бринн! — на мне цепь рассуждений замкнулась. И я в один момент понял, что именно нужно сделать.

Точнее, окончательно план сложился, когда мы подошли к расположению, и увидели на плацу сидящего на коленях Идальго Сервантеса. Который, судя по всему, продолжал постигать тонкости мнемотехники. По лицу, кстати, было заметно, что не очень-то и успешно.

Плюс еще наставница появилась. Закончила свои дела в администрации и спешила к нам. Вот это вида этих двоих у меня в голове план окончательно и сложился.

— Учитель! — пока остальные заходили внутрь, я поднял руку привлекая внимание. — Можно с вами кое-что обсудить?

— Конечно, Ори, — Бринн, как обычно, была само дружелюбие. — Что именно?

Я стрельнул глазами в сторону грызущего гранит науки Идальго. Аэлита понятливо кивнула, и повела меня прочь от корпуса.

«Что-то случилось? — самозванная наложница увидела, как мы с наставницей уходим в сторону от располаги. — Куда это ты с ней?»

«Надо кое-что обсудить, — успокоил я ее. — Это по поводу Сервантеса».

«Пусть гонит его нафиг! — по-своему поняв мой ответ сообщала Анасдея. — Ему тут никто не рад!»

— Так о чем ты хотел поговорить, Ори? — когда мы отошли на полсотни метров, снова спросила Бринн.

— О нашей группе, Учитель, — ответил я. — Точнее, по поводу увеличения ее штатной численности. У нас не хватает двух человек, их скоро добавят. И мы столкнемся вот с этим.

Еще раз стрельнул в сторону Сервантеса глазами. Наставница нахмурилась.

— Ты против донабора в группу? — она тоже все поняла по-своему.

Это что, какая-то девчачья фишка, я не понимаю? Она решила, что я тут свою власть пытаюсь установить? И боюсь конкурентов?

— Нет, я против того, чтобы в группе оказались кадеты, которые тормозят процесс обучения. Сервантес не принимает мою помощь с мнемотехникой, поскольку обижен. А еще он боится. Не знаю чего, кражи клановых секретов, наверное.

— Эти мне ваши кланы! — тяжело вздохнула Бринн. — В развитом обществе социалов такому место нет…

— Но мы здесь, — немного невежливо прервал я ее, пока она снова не оседлала любимую тему о том, как все хорошо у них и плохо — у нас. — И с таким, вполне возможно, снова придется столкнуться. Что будет, если тянуть группу назад будет не один Сервантес, а еще двое? Мнемотехника — это ведь самое начало того, что вы нам собираетесь давать, верно? А что дальше будет? С более сложными техниками?

Про кланы я не выпячивал, но она уже сама все поняла. Задумалась, покивала и спросила.

— У тебя, насколько я понимаю, есть предложение, как такого избежать?

— Идея, скорее. Что, если вы проведете с курсантами шестого курса занятия по мнемотехнике? И сами отберете из них тех, кто сможет справиться с заданием без постороннего вмешательства? Сразу решим несколько вопросов — и с набором, и с успеваемостью группы.

На этот раз Бринн думала гораздо дольше. Но потомрешительно хлопнула в ладоши.

— Ты прав. И идея отличная! Я немедленно иду к ректору с этим предложением, думаю, он меня полностью поддержит.

Ну, в ней-то я не сомневался. А вот в том, что хитрый лис Дэниел Ли будет рад ее поддержать — как раз наоборот. Уверен, что это с его легкой руки к нам в «апасные» записали и Идальго Сервантеса, и Наташу Полночь. Какие-то свои вопросы он решает, понять бы еще какие… Впрочем, не особо интересно. Пусть они лучше поборятся друг с другом — наставница и ректор. Я лично ставлю на Бринн.

Когда Учитель ушла, еще раз поблагодарив меня за прекрасную идею (и взяв обещание все-таки подтянуть отстающего Идальго), фамильяры не смогли отказать себе в удовольствии появиться и позубоскалить.

— Вы такой хитрый и коварный, мастер Ли! — Красный даже напялил на себя что-то вроде китайского халата династии Хань. Для полноты образа. И сразу принялся кланяться. — Позвольте поздравить вас!

— Да-да! — закивал рядом с ним Синий, ради разнообразия изобразив поверх шерсти японское кимоно. — Действовать чужими руками это очень в духе клана Ли.

— Великолепный ход! — Ло хотя бы никого не косплеила, но только в одежде. — Неприятель будет повержен, и даже не узнает, чья рука нанесла ему смертельный удар.

Последней появилась Ная, и Красный, скорее по привычке, чем по необходимости, сразу же развоплотил костюм ханьского чиновника и на всякий случай отступил подальше. Смотри, уже рефлексы у бедняги! Впрочем, она и не собиралась никого одаривать подзатыльником.

— Будем надеятся, что ректор прислушается к Бринн, — произнесла она.

— А когда узнает, что идея принадлежала Ори, поймет, наконец, с кем связался! Кто тут всех за ниточки дергает! — Ра, видя, что бить его не будут, осмелел и снова приблизился. И зловеще расхохотался.

Зеленая некоторое время смотрела на него, не мигая, отчего смех Красного довольно быстро превратился в покашливание.

— Что теперь-то? — опасливо уточнил он.

— Это по-твоему демонических хохот? — спросила Ная строго. — Эх, всему вас надо учить. Смотри, как надо — на выдохе. Му-ха-ха!

— Тоном ниже, — фыркнул Кер. — Вот так: Ух-ха-ха-ха!

— Да что бы вы понимали в настоящем злодейском хохоте! — во внезапное соревнование включилась и Ло. — Ах-ха-ха-ха-ха!

Некоторое время понаблюдав за фамильярами с усмешкой, я вздохнул и побрел к Сервантесу. Который все так и сидел в позе лотоса, что-то там пытаясь изобразить.

— Давай помогу? — произнес, усаживаясь напротив.

Погрузившийся в себя Идальго вздрогнул, открыв глаза, и убрал пальцы от висков. В его взгляде — да, я не ошибся в прошлый раз — отчетливо мелькнул страх. А вот гнева не было. Что уже неплохо.

— Н-не надо! — торопливо ответил он. И даже попытался оказаться от меня подальше, не поднимаясь с задницы.

Да, как-то сильно тут все запущено!

— Слушай, тебе что про меня наговорили, а? — миролюбиво протянул я. — Почему ты меня боишься?

Во взгляде пацана мелькнула знакомое высокомерие. Не надолго, но мелькнуло.

— Вот еще! Чего мне тебя бояться?

Но голосок петуха все-таки дал. Значит, я не ошибся.

— Ладно, — легко согласился я. — Но враждовать нам совсем не обязательно…

И тут у Сервантеса что-то в голове переклинило. Не давая мне договорить, он начал торопливо выталкивать изо рта слова.

— Не обязательно, да⁈ Да ты всю мою жизнь разрушил! Зверя своего на меня натравил! Меня теперь дома видеть не хотят, боятся, что ты мне ведьминские закладки поставил! А еще поставили долбить копейным ударом здание под снос! А еще…

Он довольно долго высказывал мне список претензий. Пару минут в пулеметном темпе — как только дыхалки хватило. Я слушал молча, давя позывы, но под конец все же не выдержал и расхохотался. Это был обычный смех, а не то, что демонстрировала пестрая банда несколько минут назад.

— Еще и ржешь!!! — вспыльчивый Сервантес подскочил, нависая надо мной.

— Прости! — я вытянул перед собой руки. — Просто — ведьминские закладки? Это кто из меня такого монстра делает?

— Ты лечил меня ведьминскими методами!

— Ну, там выбора особого не было. Но ментальные закладки? Идальго, мне девять лет, я просто не умею этого делать! Я даже не знаю того, кто мог бы!

— Врешь!

— Да зачем бы?

— Ты меня ненавидишь!

— С чего?

— Из-за тебя мне до конца семестра здание сносить! А оно даже не собирается падать! Это издевательство!

— А ты что, просто по стенам кинетикой лупишь?

Тут он замолчал, глядя на меня с опаской. Да плевать, главное, что орать перестал, и всех вокруг обвинять в своих бедах.

— Ну, да… А что?

Я волевым усилием заставил себя не закатывать глаза. Досчитал до десяти, и произнес.

— Ты про несущие конструкции слышал раньше?

— Пф-ф! Конечно! — но по глазам было видно, что он понятия не имеет о чем я говорю.

Ладно. Случай, судя по всему, более запущенный, чем я предполагал.

— Давай так. Мою помощь с мнемотехникой ты принимать боишься из-за ведьминских закладок, — он было вскинулся, но я поднял руку, призывая дать мне закончить. — Но на разборе здания этим я тебе навредить не смогу, верно? Давай мы с тобой после ужина сходим на отработку и я просто на практике тебе покажу, как одним-двумя ударами можно уронить целую стену. Это не сложно, главное принцип понять…

Было видно, что Идальго очень не хочет принимать мою помощь. Не знаю — из гордости, наверное. Но и долбить фирменным ударом Серватесов по бетону без всякого толка, ему хотелось еще меньше.

— Хорошо… — наконец смог произнести он. И потом с явным таким скрежетом, добавил. — Я буду очень благодарен.

Глава 13

Интерлюдия: Бен Ферандо. Игра с ненулевой суммой

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— … Считаю, что организация выбора на конкурсной основе — наиболее рациональный вариант, — услышал Бен Ферандо, едва дверь в кабинет ректора открылась. — Это не только возможность получить наиболее объективный результат, но и разрыв в рутинном учебном расписании, увеличение интереса к учебе через конкурсный подход и возможность получить полезнейший навык, который точно пригодится в ближайшем и отдаленном будущем!

Аэлита Брин говорила все это спокойно и, одновременно, вдохновенно. Причем какого-то наигрыша не чувствовалось.

— Конечно, в реализации соревнования есть некоторые сложности, — тем временем наставница «апасных» добралась и до минусов. — Надо предварительно научить детей контролировать истечение витальной энергии в определенных пределах. Но это простой навык, его точно освоят все и довольно быстро. Если потребуется, я привлеку свою группу: моим кадетам передача опыта точно по силам.

Бен, дождавшись кивка, вошел в кабинет и сел в стороне от беседующих.

— Очень интересно звучит, — несколько раз кивнул уже Аэлите Дэниел. — Думаю, для шестикурсников — всех шестикурсников, а не только группы ВИО-шесть — возможность получить новый опыт будет весьма полезна. Разумеется, мы сначала опробуем прием на себе, чтобы лично, своим примером гарантировать родителям детей его безопасность при соблюдении необходимых условий. Бен, займись-ка этим новым приемом, пожалуй. Потом меня научишь.

Что называется, ничего не сделал, только вошел. У «правой руки» ректора на языке крутились всякие плохие и очень плохие слова для ответа начальству, но он из себя выдавил вполне цензурный вопрос.

— Что, прямо сейчас?

— Почему бы и нет, если товарищ Брин согласна? Вряд ли у тебя это займет много времени. Не курсант уже.

— Согласна, — подтвердила Аэлита.

Посмотрев, какой из медитационных залов в главном корпусе свободен, Ферандо своей преподавательской властью забронировал его до завтрашнего утра. И привел туда наставницу «апасных». То еще «свидание». Но чему бывший абордажник кроме всего прочего научился в армии — без подсказок понимать, когда можно кричать «какого хрена⁈», а когда — засунуть свое мнение куда подальше и брать под козырек. Другое дело, что Брин в этом смысле ему была никто.

— О каком приеме вообще шла речь? — прозвучало грубовато, ну и пусть. В конце концов, это ее, а не его инициатива. Вот и пусть она ее и… озвучивает.

— Активация способности нашего мозга к быстрому запоминанию информации, — отозвалась Аэлита как ни в чем не бывало. — У меня на родине этому воздействию присвоено название «Мнемоническая стимуляция». Позвольте…

Брин мимолетно поморщилась и предложила:

— Давай на «ты»?

— Давай, — односложно ответил Бен.

Впрочим, то ли опыт помог, то ли восходящие потоки витальной энергии, пронизывающие всю башню снизу доверху благодаря хитроумной системе улиц кампуса — у него действительно получилось сделать то, что ему показала товарищ высший социал. Почти сразу и несмотря на плохо скрываемый скепсис.

Надо отдать наставнице «апасных» должное: она ни словом, ни жестом не показала, что её как-то задевает плохо скрываемая грубость мужчины. Разве что в качестве своеобразной «ответочки» скормила ему путеводитель по достопримечательностям планет Вечной Пятерки. С красивейшими трехмерными фотографиями и полным описанием, которое он запомнил чуть ли не наизусть. Вот нашла чем ему память забивать! Она же не резиновая!

— Как видишь, все безопасно, — подвела черту Брин. И пригласила. — Прилетай к нам для обмена опытом. Вживую все эти места еще более потрясающие!

Архитектурные шедевры, уютные или наоборот — величественные природные локации, лишь слегка упорядоченные человеком, так и стояли перед глазами. Стоило сосредоточится на одном из образов, как чуть ли не перед глазами начинали бежать строки:

«Плачущие Облака Элиона» — над бескрайними фиолетовыми степями третьей планеты системы парят гигантские геоактивные облака — полупрозрачные, переливающиеся структуры, напоминающие обычные серебристые облака, но в тысячу раз массивнее. Каждое утро они «плачут» алмазной пылью: кристаллы застывшего гелия и метана, подсвеченные солнцем, медленно опускаются на землю, покрывая её мерцающим ковром. Ветер собирает эти кристаллы в звонкие дюны, чей шелест слышен за километры. Когда-то здесь был…'

'Пульсар мне в зад! — чуть не выругался экс-абодажник. Обескураженный эффективностью мнемонического сеанса и, одновременно, простотой техники. Но нашел в себе силы ответить: — Спасибо, я подумаю…

Неожиданно для себя, он ответил улыбкой на улыбку Аэлиты. Но тут вспомнил, что ему предстоит неприятный разговор с одним ушлым типом, не любящим отвечать на прямые вопросы. И улыбка быстро увяла.

* * *

— Как впечатления?

— Какого лысого кварка, Дэн⁈

Разумеется, боевой товарищ, друг, а теперь еще и командир до сих пор не покинул свое рабочее место. Ради разнообразия ректор не разбирал «бумажки» на проекционном экране, а вполне себе спокойно пил чай.

— Неужели сам не понял? — удивился Ли, к клану Ли отношения не имеющий.

— Понял что? Что Брин пришла предлагать некий конкурс на скоростное заучивание «Мнемонической стимуляции», причем всем шестым курсом разом — и тебе эта идея почему-то понравилась?

— Почему бы и не повысить успеваемость, если мне это вообще ничего не будет стоить? — поиграл бровями хозяин кабинета. Потом сощурился, даже наклонил к плечу голову. — Что, ты реально спросил не спросил Аэлиту, зачем? Ну даешь!

— Ты. Мне. Скажи, — едва сдерживаясь, чтобы не начать давить голосом, ответил Ферандо.

— Все просто, — взял чашку в руки ректор. — Призом маленького конкурса будет… Да ты бери чашку и наливай себе, зря, что ли старался, заваривал? Так вот — призом будет обучение вместе с «апасными» в одной группе. Там как раз два места осталось.

— И ты спустил такой самоуправство? — недоверчиво глянул поверх чашки Ферандо. — У тебя ж на ВИО-шесть были планы внутри планов внутри планов. Настолько важные, что с Большой Девяткой заигрывать не побоялся.

Тут Дэниел весело захохотал, даже чай пришлось отставить, чтобы не пролить.

— Планы есть, — согласился глава Академии, чуть успокоившись. — Только почему — «не побоялся»? Для нас с тобой эта маленькая игра только на пользу! Куда бы она не свернула. Чего, скажи, боятся?

— Что твои… маневры, — не сразу нашел нужное слово Ферандо. — Поймут и поставят на вид?

— Какие маневры? — даже выставил руки перед собой Дэн. — С конкурсом — даже не моя инициатива!

— Да? Да угадаю, Брин? — фыркнул бывший призовой охотник.

— Нет, Ори, — в тон подчиненному отозвался ректор. — Не веришь? Вот, гляди на запись.

На фрагменте, где представитель Вечной Пятерки заявила, что идея отличная, и она прямо сейчас идет к ректору, чтобы ее обговорить, Бен Ферандо не удержался и влепил пятерню в лицо. Заметив сквозь растопыренные пальцы, как старый друг удовлетворенно улыбается.

— Как, Дэн⁈ Ну вот как у него это выходит? — покачал головой преподаватель боевки, когда запись закончилась. — Он же крутит собственным наставником, как хочет!

— Во-первых, твой подопечный предложил не абы что, а то, что и самой Аэлите по вкусу, — объяснил Ли. — Ей, как ни странно, тоже не очень хочется погружаться во всю эту возню с детишками Больших кланов. Во-вторых, в глазах Брин Ори первооткрыватель нового разумного вида… Да, я понимаю, что чисто технически это и не так, но тем не менее. И в сумме наша высшая социалка весьма благодарна Коррену Талани Кунгу Ли, а потому легко согласилась продавить через меня его идею. Прекрасно, заметь, понимая, что мальчишка решает свои вопросы.

— И ты поддался, — заключил Бен.

— Почему нет, если это только нам всем на пользу? Включая саму Академию. Тебе знакомо понятие «игра с ненулевой суммой»?

— Слышал что-то такое… — без всякой уверенности в голосе произнес учитель.

— Если совсем простыми словами, это ситуация, в которой участники могут выиграть вместе, хотя играет каждый в своих интересах. Ты же с агропланеты родом, да? Ну вот, что будет, если два фермера будут строить каналы, а не воровать воду друг у друга? Урожай будет богаче у обоих!

Преподаватель «боевки» честно задумался. Но в голову вместо умных мыслей лезло «да пошло оно все!» — и Ферандо сдался.

— Каким образом? — устало спросил он. — Применительно к Академии, пожалуйста, без фермеров.

— Как ты сам знаешь, клановое воспитание и образование считается элитным, — отсалютовал чашкой другу ректор. — Никто даже и думает оспаривать это утверждение. Дети из Большой Девятки приходят в Академию более подготовленными и лучше мотивированными, чем дети обычных родителей. Но посмотри на пятерку Кунгов: четверо из них попали в клан Ли всего полгода назад. И что? Где превосходство урожденных клановцев? Особенно показательно Сервантес облажался — но и у Полночи с Террой не сказать, чтобы были особые успехи в учебе.

Дэниел с удовольствием отхлебнул и поставил чашку на столик.

— Теперь Брин устраивает конкурс на два последних места в группе. Как думаешь, Бен: пройдут его клановцы-претенденты?

— Пройдут те, у кого склонность к относительно тонким манипуляциям энергии Потока, — тут экс-призовой охотник нахмурился. — Кланы уже тысячу лет бьются над тем, чтобы следующее поколение могло вложить в клановый прием как можно больше силы.

— Вот ты и ответил, — растянул губы в змеиной улыбке ректор. — Я так и скажу клановым родителям, очень желающим запихать своих отпрысков к «апасным», что соревнование за места выявит самых достойных. Ведь кто ж может быть достойнее их детей, верно? Практически между собой соревноваться будут, хех! И без моего прямого вмешательства. Ну а когда состязание покажет иное — честно разведу руками. Мы ведь сделали для них все, что смогли. Это они не шмогли.

— И каждый такой случай поднимает престиж Академии и уменьшает престиж Больших кланов, — эхом повторил Ферандо то, что уже слышал от своего босса. — Что будет положительно сказываться на автономности нашего учебного заведения от других политических сил…

— Как я и сказал: ситуация беспроигрышная, — ухмыльнулся Дэниел Ли.

— Погоди-погоди, — бывшего абордажника вдруг посетила вообще-то давно напрашивающаяся мысль. — Если престиж Академии Элитеи возрастет, то и клановые родители будут отправлять к нам больше детей!

— Больше финансирования, больше сильных кадетов и меньше подонков, сумевших доучится до звания офицера, типа того, от которого ты пострадал, — довольно перечислил Дэн.

— И меньше свободы? — скептически уточнил мастер-учитель.

— И больше свободы, — откровенно развеселился хозяин кабинета. — Ведь место, где сходятся интересы нескольких Больших кланов должно быть максимально независимым и нейтральным к каждому кадету. В обратном случае и до клановой войны, и последующего распада Ста Миров станет недалеко.

— Другими словами, они сами обеспечат нейтралитет. Своими силами…

— Гениально, не более того!

Несколько минут мужчины молчали. Бен укладывал в голове новые вводные и пытался понять, когда его боевой товарищ, этот отчаянный и неунывающий рубака, успел стать таким прожженным интриганом. Дэниел Ли же в это время заваривал новую порцию чая. И что-то довольно мурлыкал под нос.

— То есть у Ори, считай, карт-бланш на его фирменные выходки? — после затянувшейся паузы вздохнул Бен.

— Пока он побеждает и выживает — да, — жестко подтвердил ректор. — Парню, к слову, тоже такая тренировка полезна. Он ведь теперь не просто свой собственный мальчик, а глава семьи в Большом клане. Пусть тренируется в условно безопасных условиях. Говорю же — выгода для всех!

— Ладно, последний вопрос, — решил до конца прояснить мастер-учитель. — Почему ты меня заставил этот «Мнемонический буст» или как его там выучить?

— Кроме того, что я тебе доверяю и потому что ты теперь сам можешь научить хоть кадетов, хоть преподавателей? — невинно спросил Дэн. — Да потому, что ты, задница ленивая, обещал мне показать прогресс на пути к рангу Гранд! И где? Хоть так, может, расшевелю!

* * *

Конечно же ответственным за проведение соревнования друг Ли назначил Бена. Кто б сомневался. Впрочем, бывший абордажник быстро сообразил: у Брин большой опыт организации таких мероприятий благодаря специфическому школьному образованию Великой Пятерки. И просто последовал полученным советам, с незначительными коррективами. В конце концов чем он хуже Дэниела, загребающего жар чужими руками?

Такое распределение труда пошло мероприятию на пользу: вместо скучного массового урока «апасные» разыграли целое шоу для однокурсников, сначала запоминая, например, учебник по физике — а потом свободно пересказывая названные из зала странички! Надо ли сказать, что овладеть мнемоническим приемом захотели абсолютно все, включая дежурных преподавателей, собранных для пущего контроля события?

Причем таймер собственно состязания запустили только после того, как все ученики смогли без запинки продемонстрировать истечение витальной энергии из собственных рук с требуемой безопасной мощностью. Дальше час напряженного сопения из без малого тысячи кадетских носов… и пять победных воплей! Смогли! Успели!

И — ни одного кланового ребенка, как и ожидалось. Первые двое получили оговоренный суперприз, остальным достались «утешительные» награды. И само знание о возможности быстрого запоминания — только тренируйся, и уже без спешки освоишь прием. Н-да. Только тренируйся…

…Вечер суматошного дня Ферандо встретил на тренировочном полигоне, выделенном для неформальных занятий «апасных». Как ни крути, командир прав: не стараясь, грандом не стать. И он старался, чередуя медитации с отработкой сложных приемов. Пока после очередной медитации он не очнулся с кошкой, спящей на его коленях. Серой такой, в полоску. Которые, полоски, в смысле, почему-то отливали зеленым. Свет, что ли, так падает?

— Ну привет, — вторженка не пожелала просыпаться. Столкнуть наглое животное тоже оказалось не так-то просто: стоило положить на спину пушистой руки — и та оглушительно замурчала. Да что ты будешь делать!

— Животное, мне тренироваться надо, — воззвал к совести четвероногой экс-абордажник. — А я для тебя, поверь, плохая подставка.

— Мур, му-ур! — у шерстяной явно было другое мнение.

— Я по хорошему предлагал освободить мои ноги, — машинально гладя кошку по спинке, со вздохом пригрозил будущий гранд. — Ты не мой босс, так что я вполне могу тебя согнать.

Кошка подняла голову и едва приоткрыла один глаз, насмешливо посмотрев на человека. А Бен подумал, что пушистую придется выдворять с полигона, а то и вовсе вызывать санитарную службу: откуда она вообще тут взялась? От кого-то из преподавателей слиняла, очевидно. Может, лучше воспользоваться обстоятельствами — и войти в медитацию еще раз? Глядишь, свалит туда откуда взялась. Если так подумать — вот эти вот успокаивающие «мур, мур» только в тему для перехода в транс.

В этот раз погружение в себя чем-то отличалось от обычного. Словно кто-то помогал формировать течение энергий и исправлял ошибки, что Ферандо даже не замечал. Так просто же! Эх, только ведь собственно часть, касающаяся Потока — это далеко не все. Со своей профессией нужно сдать экзамен на старшего офицера у аккредитованной военной комиссии для окончального признания ступени грандмастера. А это буквально терабайты разборов былых сражений, ТТХ техники и кораблей и многое, многое другое. И читать-смотреть все это некогда… Только если не воспользоваться мнемометодикой Вечной Пятерки!

Бывший призовой охотник аж подскочил и не сразу сообразил, что кошки и след простыл. Да и вообще, ночь уже вступает в свои права. А меж тем мурлыка успокоила и отвлекла его от мыслей по работе настолько, что мастер-учитель смог скинуть шоры, навязанные темпом жизни и все хорошо обдумать.

— С меня миска самого лучшего кошачьего лакомства, что продают в зоомагазинах! — в темноту произнес он. Но темнота, разумеется, не ответила.

Глава 14

Новички

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Не сказать, что я прямо вот радовался, когда в соревновании, устроенном Аэлитой Бринн первые места заняли вовсе не клановые воспитанники…

— В смысле, не радовался!.. — прилетело лениво-возмущенное от Красного.

— Но такой результат меня полностью устроил! — с нажимом подумал я, представляя, как глажу наглого фамильяра против шерсти.

— Какой бесчестный прием! — Ра фыркнул и демонстративно «отключился».

Ладно, радовался. Было, чего уж греха таить. В конце концов, ради этого и предложил высшей социалке схему, при которой представители Больших кланов практически гарантированно пролетали мимо «шестой-апасной». Все-таки, это я успел заметить уже из общения с Сервантесом и Полуночью, да и Терра тоже, воспитывали там детишек в традициях «больше-выше-сильнее». Про тонкий контроль никто даже не заморачивался…

Клан Ли в этом плане, как я сейчас только начал понимать — отличался куда более живым и не зашоренным мышлением. Видимо это было связано с выбранным путем Монаха, в который навыки Солнечника вплетались как умения поддержки. А в боевых искусствах, как известно, для победы над равным или сильнейшим противником надо понять оппонента и подстроится.

Поэтому претенденты из Больших Кланов, среди которых Ли не было, с самого начала обречены были на проигрышные позиции в соревнованиях Брин. Все они безнадежно отстали от пятерых справившихся, и совсем уж сильно от двух наших новеньких: Душнилы и Заучки. То есть, Зандера Волоковски и Дебры Нокс, конечно же. Которые первыми освоили прием мнемонического запоминания, были переведены в «апасные» и с самого утра единственного выходного дня — Аэлита посчитала, что это нужно сделать, чтобы у ребят было время влиться в коллектив — выносили мне мозг.

Не только мне, если быть честным. Анасдея волком смотрела на пополнение, а мне через мост разумов кидала предложения одно другого живодернее. Мол, а давай я «забуду» закрыть кран на кухне, где мы сейчас сидели, она зальет пол, а ты случайно «покажешь», как зажигаешь шаровую молнию? Поправил её, что нужно чем-то засолить воду для улучшения электропроводности — и похвалил за применение знаний физики в борьбе с ближним своим.

Шая с Джаром временно отсутствовали, отправившись погулять, Цзан уселся в своей комнате медитировать и запретил ему мешать, а остальные вынужденно терпели словесное недержание новичков в ожидании моих булочек. На готовку которых меня подначила свалившая командирша «апасных», между прочим! Кстати говоря, накормить досыта десять прожорливых десятилеток — не такое уж простое дело. Нужна гора еды! Так что уйти от теста я не мог, тем более взялся размешивать его руками для пущего вкуса. Пришлось страдать — вместе с теми, кто алчал в числе первых вгрызться в сдобный горячий бок.

Почему страдать? А вот почему:

— А ты сколько уже книг запомнила, после того, как мнемотехнику выучила? — спрашивала мелкая, похожая на мультяшную белку Дебра у насупившейся от постоянных вопросов Ильтазар. И не дожидаясь ответа: — Я семнадцать! Сегодня вот собиралась еще полностью выучить учебник по квантовой физике за седьмой курс.

Или.

— Мало ты тесту дал настояться, — нудно, вроде бы даже не ко мне лично обращаясь, гудел откуда-то слева Зандер. — Я читал, что после замешивания, ему нужно дать сорок пять минут, тогда сдоба будет более пышной.

И так без остановки. Раз за разом. По кругу. Нет, я все понимаю, они новенькие, хотят побыстрее влится в коллектив, не совсем понимают, как это сделать и поэтому ведут себя довольно глупо. Но, кварк мне в задницу, как говорит Бен Ферандо, думая, что его никто не слышит — может лучше было не выделываться и дать ректору самому подобрать кандидатуры в группу? Ребята явно робеют перед слухами, которые гуляют по Академии про нашу отмороженную банду, вот и несут всякую чушь. Да, про слухи: явно ректора работа. Слишком уж много достоверной информации в них было. Причем клановые ребята и девчонки точно знали, что правда, а что нет — но держали это знание при себе. В этом плане с клановыми новичками было бы намного проще…

— С клановыми была всего-то попытка убийства с помощью родовой техники, — подражая Зандеру проворчал Кер прямо из Храма.

— И не забудь про слежку из инвиза! — поддержала его Ная.

— Я понял, уже. Понял!

Так то Душнила с Заучкой неплохие курсанты. Наверное. Умные, старательные, без этой заносчивости прирожденных «аристо», но, блин — такие дети! Вот это их хвастовство ненужное… В смысле, нам всем от девяти до двенадцати, но эти точно тянут ровно на свои десять. Нет у них за спиной бэкграунда с трупами, погонями, и захватом практически ничейных планет. А еще они будто постоянно подозревают, что мы от них что-то скрываем. Какие-то страшные клановые секреты и прочую фигню. Мол, недостойны. Еще одна причина себя «продать» подороже.

— Кстати! — Зандер проводил взглядом противень с булочками, исчезающие в духовом шкафу. — А точно был крейсер?

Вот и я о чем. В начале семестра информация о том, где пропадала наша группа была доступна только администрации Академии. Сейчас же, судя по вопросу Зандера, об этом не знал только ленивый. Причем, в подробностях. И про захват планеты, и про крейсер. Хорошо еще инфу про шаманизм и Зверей Потока все знающие держали при себе.

— В каком смысле?

Давно замечал, подобных Зандеру душнил и заклепочников не смущают прямые взгляды, каверзные вопросы и даже доказательства, разрушающие их сложившуюся систему знаний. Однокурсник глаз не отвел.

— Ну, ходят слухи, что вы своей группой, впятером, освободили планету в диком космосе от пиратов, а потом захватили их корабль-носитель класса крейсер. Первое я под сомнение ставить не буду — одаренные действительно могли разбить разрозненные банды пиратов, не имеющие никакой организации, и, скорее всего, скверно вооруженные. Но вот корабль, висящий на орбите… Как-то не верится.

Ты смотри какой осведомленный!

— Слышь! — краснея от гнева Анасдея начала подниматься.

— Это вовсе не претензия, — тоном, который четко давал понять, что претензия все-таки имелась. — Но серьезно! Каким образом пятеро одаренных на уровне Подмастерья смогли добраться до висящего на орбите корабля, минуя его системы обороны, москитный флот, а потом еще расправится со всеми боевиками, которые находились на борту.

— Повезло, — улыбнулся я, через мост убеждая перевозбужденную «наложницу» опуститься обратно.

— Ты не подумай, я же не говорю, что именно вы эту историю придумали, — легко согласился Душнила. — Скорее всего, слухи просто поползли, обрастая подробностями, которых не было в реальности. Так был крейсер? Мы же теперь свои, можете сказать.

Он был чернявым, похожим на цыганенка, выросшего возле Гарварда. Очень живая мимика, невероятно серьезный и острый взгляд, будто бы он всех и каждого подозревает в краже книг из библиотеки. А он их еще прочесть не успел.

— Был, — на кухню вернулся Кунг. Уселся напротив Зандера, попытался придавить его взглядом. Безрезультатно. — А на чем бы мы, по-твоему, смогли вернуться из Дикого космоса? На солнечном ветре?

— Ну какое-то корыто у пиратов было, — Зандер покачал головой. — Но крейсер? В учебнике по тактике написано, что для захвата корабля такого класса, требуется минимум три Мастера. И это лишь при отсутствии одаренных у противной стороны. Иначе нужно…

— Крейсер был, — я не видел смысл скрывать то, о чем уже и так все знали. — Старенький, ушатанный, но вполне боевой. На борт мы попали, захватив в плен одного из пиратов.

— При каких обстоятельствах? — вот ведь неугомонный!

— Это секретная информация! — не удержалась Анасдея.

— И нам придется тебя убить, если ты узнаешь, — все с той же доброжелательной улыбкой ответил я.

Заучка нахмурилась, видимо приняв мои слова за чистую монету, а Душнила презрительно фыркнул.

— Большие кланы! — выдал он. — Вечно строите из себя непонятно что!

А вот это прямо обидно было. Особенно учитывая тот факт, что фамилию Ли я ношу чуть меньше полугода.

— Зря ты так про кланы, — неожиданно выступила на моей стороне Полночь. — Думаешь, у нас там от рождения сладкая жизнь?

— А что, не так? — усмехнулся Зандер. Дебра согласно кивнула, мол, все знают, что вы там как сыр в масле катаетесь.

Было довольно неожиданно видеть, как Терра, Сервантес и Полночь переглянулись друг с другом. И едва заметно покачали головами. У каждого из ребят явно имелась своя история про то, как «хорошо» живется под крылом Большого клана. Я доподлинно знал только одну — Идальго. Тот мне ее разболтал, когда возмущался: ты, дескать, всю жизнь мне испортил.

Предки у него действительно оказались теми еще отморозками. Запретили возвращаться на родную планету, подозревая, что после моего исцеления у него в мозгах остались ментальные закладки, которые я поставил, используя ведьминские техники.

Чем была недовольна в своей семье Наташа пока оставалось неизвестным. А вот тезка из Терра вдруг решил рассказать о своих трениях с родственниками. Видно, наболело уж очень — и доверие к нам, одногруппникам, некоторое появилось.

— У нас очень болезненно относятся к чистоте генетической линии, — вдруг произнес он, глядя в стол. — А у меня родители из двух разных кланов. Мама из Терра, а отец из Макира.

Я удивленно повернулся к Коррену. Все остальные тоже. Вот это заявочка.

— И что? — через некоторое время осторожно спросила Косыгина. Похоже, она лучше всех поняла суть проблемы. На ее лице даже сочувственное выражение появилось.

— Да ничего, — пожал плечами тезка. — Старшие в семье разозлились, родители пошли против их воли. Когда я родился, они спрятали меня на какой-то глухой планете на окраине обитаемых миров. Я там с дядей жил — единственным родственником, который к браку родителей отнесся нормально. А маму с папой впервые увидел только когда во мне наследственный дар Терра пробудился. Только после этого меня признали, родителям разрешили быть вместе, а меня вернули домой.

Надо же. А Коррен не просто тезка. У него еще и детство схожим было. Но хотя бы с дядей жил, а не оказался брошен один-одинешенек. Это я радуюсь за него, если кто не понял.

— Офигеть!.. — прошептала Дебра, проникнувшись скорее не трудным детством однокурсника, а романтической историей его родителей. — А почему старшие были против?

Сервантес с Полуночью бросили на девочку кинжально-острые взгляды, ты мол, совсем дура, что ли? А я, кстати, тоже причины не понимал. Мало принадлежать к одной из семей Большого клана, нужно было в нем родиться, чтобы разбираться в различных тонкостях.

— И пропитаться всем этим бредом, ага, — хмыкнула Оранжевая.

Тоже верно.

— Клановая техника, — пояснил Коррен, когда все остальные решили отмолчаться. — Считается, что при смешении генетических линий двух веток, например, Терры и Макира, ни один из доминирующих способов взаимодействия с Потоком не получит развития.

Ага. Понятия не имел, что дела обстоят таким образом. То есть, в Больших кланах запрещены браки с конкурентами? Как интересно!

— Именно, — грустно подтвердил Коррен. — Меня вернули домой только тогда, когда проявилась родовая техника. А до этого даже в мою сторону не смотрели. Типа, выбраковка…

— Но вернули же, — как-то не очень уверенно произнесла Наташа.

— Ага. Как мальчика для битья! — невесело улыбнулся Терра. — Со сверстниками сразу не сложилось, постоянные конфликты и обвинения в том, что я не папин сын. Еще и с таким заходом: мол, повезло! Молнии Терры у меня хоть и есть, но слабее, чем у одногодок. Их-то с пеленок учили, а меня только в восемь в клан вернули! И движущиеся щиты Макара я так и не смог воспроизвести.

Зандер с Деброй как-то притихли во время этого разговора. По лицу Душнилы даже проскочило такое выражение, будто ему жаль, что он поднял эту щекотливую тему. Или показалось?

Кунг за значением посмотрел на меня. Он прекрасно знал о наличии последней техники в моем арсенале.

— Могу научить, — сказал я, верно поняв этот взгляд.

Коррен нахмурился.

— Чему?

— Щитам Макира. Не скажу, что это будет просто, но возможно. По сути, это ведь только прием, не более.

— Ты же Ли? — удивился Зандер. — У вас… как там… «стальная безрукавка»? Кстати, что это?

— «Железная рубашка», — поправил я и в качестве демонстрации показал кисть правой руки черной броней, хорошо заметной под налипшими кусочками теста. — Защитный прием, в бою дополняющий щиты и делающий возможным схватку буквально врукопашную. Ну или вот в мирное время — не дающий тесту облепить мои пальцы так, что хрен отмоешь!

— Месить тесто кулаками, — это боевая ситуация, — невозмутимо поправил меня Цзан. — И ты сейчас побеждаешь. Во имя пирожков!

Сидящие в гостиной посмеялись, кроме неуверенно улыбнувшихся новичков.

— Секретным клановым приемом мешать тесто… — пробормотал Зандер, но мы услышали.

Тоже мне, зануда. А головой подумать?

— Как может быть секретным прием, если ты в теории можешь повторить его, просто отследив течение энергии в организме исполняющего? — с иронией спросил его я.

— Издеваешься, да? — обиделся и надулся душнила.

— Вовсе нет, — покачал головой я. — Просто у тебя слишком низкий ранг для этого. Вообще, смысл клановых «коронок» не в том, что это секретный удар, а что использовать их могут даже Ученики. Ну, типа, если война, то ты сразу можешь в строй поставить кучу бойцов с сильной техникой. Ведь большинство одаренных даже в кланах не желают тратить время на самосовершенствование.

— Ты правда можешь научить движущимся щитам? — по глазам Коррена было видно, что мой ответ ему очень важен. Жизненно важен, я бы сказал. Все то время, пока я говорил и «побеждал» тесто, он напряженно думал, полностью уйдя в себя. И вот — спросил.

— Макировским щитам? Да.

— А меня? — вот от кого я не ожидал такой просьбы, так это от Зандера. Правда, он не мог не ввернуть под конец обиженное. — Или это только для клановых?

— Ты вообще слушал меня? — фыркнул я. — Любой Солнечник может научится. Если есть желание, я могу и тебя научить. Но для тебя как для подмастерьи это будет реально тяжело. Нужно будет проявить упорство и полностью сконцентрироваться на процессе во время занятий.

— И я! — тут же подскочила Дебра, вдруг осознав, что мимо неё проплывает очередная виртуальная «пятерка» за старание. — Я тоже хочу научиться щитам Макира! А еще железной рубашке Ли!

— Я могу попытаться объяснить, как делать «копейный удар», — глядя в сторону сказал вдруг Идальго. Вот это да! Удивил так удивил! Уж от кого не ждал!

Да, после того нашего разговора, отношения с горячим Сервантесом стали понемногу улучшаться. Нельзя сказать, что мы прям стали друзьями, но врагами быть точно перестали. Однако, его предложение стало для меня полной неожиданностью. Чтобы гордый Идальго Хот вдруг сам предложил поделиться знаниями⁈

— Отлично! — подбодрил его я.

— Гарантировать успеха не могу, — пробурчал он в ответ. — Я не Учитель, и для меня «копье» делать естественно, как дышать…

— Но попробовать стоит.

— Ну с меня тогда молнии Терра, — улыбнулся Коррен.

— Наташа, а ты может тогда… Наташа?

А кому я это говорю? Никого уже не было. Косыгина, сообразив, к чему идет разговор, использовала отвод глаз и пропала. Попросить, что ли Наю, чтобы она ее оттуда выпнула. Как тогда, в первый раз? Хотя, пофиг. Пусть прячется, если хочет.

— Тогда предлагаю сходить на наш полигон после чая с булочками. Попробуем, кто что может…

Все сразу воодушевились, особенно Терра. Которому, видимо, было жизненно необходимо доказать своему клану, что он не какая-то обраковка, а полноценный одаренный. Способный потянуть родовые техники от обоих родителей. Не знаю, стал бы я на его месте так заморачиваться. На мой взгляд, родители должны любить своего ребенка просто по факту его существования, а не за то, что он молниями может швыряться.

Но это точно не мое дело. Чужая душа — потемка, а уж чужая семья — вообще темный лес!

Некоторое время все просто болтали. Немного расслабившись, даже Зандер стал вести себя почти, как нормальный человек. Нет, он и дальше продолжал понемногу душнить, имея на любой аспект разговоры свое бесценное и безусловно важное для всех мнение. Но уже без такого жесткого вызова в сторону всех клановых.

— Коррен, а у тебя лицо изменилось, — услышал я вдруг. От него.

— В смысле? — искренне удивился Терра.

Я, признаться, тоже подвис. Как это — лицо изменилось?

— Ну мы же с тобой в одной группе были, — пояснил мистер Душнила. — Те несколько дней, пока ты в «апасные» не перешел. И помню твое лицо, когда ты только приехал. У меня очень хорошая зрительная память!

Ну кто бы сомневался!

— Мы же дети, — покровительственно протянула Анасдея. — Растем, меняемся. Что в этом удивительного?

— Но не за две же недели, — запротестовал Зандер. — Я серьезно, у Коррена скулы были тоньше, и мочки ушей другие. Вот как у тебя, Ори.

Дебра сразу полезла смотреть вблизи, а тезка только махнул рукой, мол, ну хорош уже! Я тоже ухмыльнулся. Мочки ушей! Да кто вообще смотрит на форму мочек ушей? Только такие все обо всем знающие «специалисты», как Зандер.

— Давайте уже чай пить, — сказал я, прекращая глупый спор. Булочки я из духового шкафа достал уже минут десять назад, и сейчас они доходили, распространяя аромат свежей сдобы на всю кухню. — А потом идем на полигон.

— А мы вовремя! — в дверях возникла микростратегша, вернувшаяся с прогулки. За ее спиной возвышался Джар Ян. — А что за поход на полигон? Сегодня же выходной.

— Да мы вот решили поделиться секретными клановыми техниками, — заговорщически произнес я.

— Отличная мысль, я в теме! — Шая попыталась ухватить одну из булочек и сразу же запихать ее в рот. — Ай!

Я был готов к этому.

— За столом, Шая Ренфолд!

— Вообще-то, я командир группы!

— Не на моей кухне!

— Деспот!

— И руки помой! Аня, я все вижу!

Глава 15

Вакуум

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

После первых двух недель обучения, сумбурных и нервных, на удивление все устаканилось. С одной стороны — в группе не осталось свободных мест, с другой — наставница как задала высокий темп, так его и не снижала. Даже когда закончился «месяц быстрого запоминания». Вернее, особенно когда он закончился — и пришлось забивать память учебной информацией без мнемоники. А ведь мы еще и по вечерам самостоятельно на выделенном неформальном полигоне занимались! Для этого, правда, приходилось дергать Бена Ферандо — но он, кажется, был скорее за движуху. Как он мне сказал: «ваше присутствие мотивирует меня тренироваться на сдачу экзамена на грандмастера».

Заучивание клановых приемов, как я и думал, грозило занять значительно больше времени, чем постижение повсеместно распространенных. Самым простым, удивительно, оказалось понять принцип «копейного удара» Сервантес — я даже смог его повторить! Но — только я. Самым сложным в этом «простом» оказалось синхронизировать движения телом и потоки энергии в теле. Уже получив результат, я понял, с чем можно сравнить удар витальным «копьем»: с выстрелом из большого лука! Не спортивного, не охотничьего роликового — а древнего клееного композитного лука в рост человека! Когда приходилось работать всем телом, чтобы натянуть тетиву «на разрыв». Одновременно всем телом целясь!

Я невольно поднял свое мнение о Идальго, когда я оценил, насколько он овладел своим «коронным» клановым ударом. Не даром в клане все турниры выигрывал — действительно выдающийся молодой спортсмен! Именно спортсмен: отец его продвигал именно в этом пути развития, надеясь таким образом «закинуть» сына куда выше своего потолка возможностей в клане. В результате вышло что вышло. Н-да. Ну, хотя бы врагом Хот меня больше не считал и молчаливо признал мое лидерство в группе.

На вечерних занятиях Сервантес корпел над «железной рубашкой»: его очень впечатлил тот факт, что она не дала ему проткнуть меня насквозь. Тут, правда, гордому «испанцу» больше помог мой братец Цзан: его-то учили осваивать прием классически, через боевые искусства. То есть как раз через движения тела и медитацию. После чего дело пошло на лад, и сейчас Идальго мог укрыть свою кисть в черноту защитного приема секунды на три! По-моему, его самого удивлял такой явный прогресс.

Зандер, помнящий, как я «прижег» его одногруппников шаровыми молниями решил развиваться в Проявления — ну или в направление термодинамического воздействия, если пользоваться классификацией Вечной Пятерки. Чем спровоцировал Дебру, немедленно взявшуюся за ту же область. Немного притеревшись к остальным, и что-то для себя решив, это парочка немедленно начала выяснять, кто из них самый умный.

Остальные как-то не горели принимать участие в этой специальной дисциплине, а меня оба исключили из противостояния. С одной стороны, как судью, а с другой стороны, как повара, сумевшего из предоставляемых Академией продуктов приготовить их любимые блюда. Я вообще заметил, что возможность оставить без сладкого — колоссально действенный рычаг управления одногруппниками!

Это в начале учебного года все сползаются от родителей наевшиеся вкусняшек и отдохнувшие. А вот когда учеба реально жмет из тебя соки неделю за неделей и до зимних каникул целая вечность — вот тогда-то вкусная еда и начинает цениться. Даже клановыми кадетами, что уж говорить про детей из обычных семей. Теперь-то я очень хорошо понял Бена Ферандо, когда он еще будучи Борком Раулем, мне на Бруасе рассказывал, как ему запомнился торт на Новый Год.

К сожалению, нашего неформального наставника забирать из Академии было некому. И я ведь чуть не разделил его судьбу — если бы Констанция не нашла Тесс, в семь мне была бы прямая дорога прямо вот к воротам Академии… Ладно. Как говорится: история не имеет сослагательного наклонения. Мне повезло, Фернадо тоже повезло в конце концов: он своими руками убил своего врага, восстановил свое доброе имя (и фамилию), поменял работу на куда более респектабельную, чем ловить бандитов и работорговцев. А теперь мои коты еще и помогали Учителю в его тренировках, гармонизируя вокруг себя энергию Потока, а где и потихоньку поправляя ошибки экс-призового охотника.

Справедливости ради надо сказать, что моя цветная четверка помогала всем, кто приходил на площадку. Шаманы просто слышали их подсказки, а остальным — так же, как с Беном. Остальным — это всем, кроме Наташи. Как тогда, при первом разговоре она ушла в невидимость — так и пошло: едва речь об обмене знаниями, так Полночь волшебным образом исчезает. Что не помешало ей заявляться на неофициальный полигон вслед за нами… первые три раза. Зеленая с трудом, но её находила. А вот на четвертый раз фамильяры огорошили меня известием, что знают, как сбивать инвиз!

— Те волны, что выпускал пиратский гранд, которого мы впятером с тобой с трудом прибили! — волнуясь, протараторил Синий. — Они не от Зверей Потока, это способ увидеть невидимок! Нас по сути побочкой отбрасывало!

— Я врубала отвод глаз и Кер с Ра подбирали воздействие, чтобы меня найти, — обстоятельно объяснила Зеленая. — Оказалось, «инвиз» можно разорвать нашим когтем! Если попасть, конечно.

— Короче, «отвод глаз» — это что-то вроде искусственного энергетического тела, — влез Ра. — Теми энерговолнами его можно просто сдуть. Ну или хотя бы пойти рябью. Хоба — и мышка поймана!

Что и произошло на ближайшей тренировке. Договорившись с названными братьями и сестрами, я на тренировки выпустил волну.

— Смотри, приведение! — азартно выкрикнула Анасдея, первой заметив пошедшую рябью маскировку Наташи.

Кто ж знал, что наши новички засандалят по ряби каждый по молнии? Вот дети, блин: реально испугались! Хорошо, что они Проявления в варианте клана Терра не освоили — и «приведение» отделалось легким испугом, удар принял на себя кадетский комбез. Надо сказать, что легкий удар током не заставил Косыгину потерять концентрацию и маскировку она удержала. Но намек поняла и больше не лезла. Кому другому это грозило бы как минимум одиночеством, но блондинка умело и как бы случайно рушила все естественным образом возникающие психологические барьеры. У меня даже возникло предположение, что она так специально тренируется на нас: отталкивает и притягивает по-очереди. Что ж, её выбор.

Если на земной манер наименовать месяцы учебного года Академии Элитеи, то за сентябрь и октябрь мы полностью закончили курс экстренной медицины от Аэлиты Брин. К огромному облегчению кадетов старших курсов, которых за мелкие провинности заставляли работать для нас «куклами». А Ферандо после слитой по дурости «боевки», бывало, целую группу или даже две загонял к нам, а не в капсулы. Если, конечно, не было серьезных травм. Говорят, дисциплина и успехи в спаррингах и групповых учениях у выпускного и предвыпускных потоков взлетели на недосягаемую высоту!

Но вот настал «ноябрь» — и мы погрузились в таинства направления дистанционной кинетики. Это было интересно и тяжело — взять и перевернуть в голове свое представление о телекинетических приемах, заучиваемых еще с самым первым учителем. Мне все опять давалось проще, чем другим — но эмоций вызывало не меньше. Особенно страшно оказалось первый раз полететь без поддержки щитов. Это как научится плавать, только без воды — воздух-то не может человека без специальных средств удержать. А вот волны Звездного Потока — оказывается, могут! Ровно до того момента, пока ты не потеряешь концентрацию и собьешь структуру телекинетического кокона.

— Как только все смогут как Ори и Аня — группу ждет кое-что захватывающее и интересное! — объявила Брин.

— Наставница, ну зачем нам полет? — тут же заныл Зандер. — Мы обязательно самостоятельно изучим движущиеся щиты Макира: их использовать проще и надежнее! И движение, и защита сразу!

«И атака,» — явственно подумал Идальго, потирая затылок, но промолчал.

— Насколько я знаю, у тебя, Зан, и по термодинамике пока успехи не сказать, чтобы прямо выдающиеся, — незло хмыкнула Аэлита. — А телекинез себя, поверь уж, очень важный навык. Как только все освоите — дам на собственном опыте убедиться. Так что уж постарайся. Хотя бы ради меня!

— Л-ладно, — Волковский покраснел и отвернулся, чтобы наставница это не увидела. Под гнусное тройное девичье хихиканье, конечно же.

Впрочем, смех почти сразу же оборвался: если переступить черту «социально допустимого», высшая социалка вместо вечерней самостоятельной тренировки уводила проштрафившегося для профилактической беседы. Причем ведь для каждого находила свои слова, чтобы «влезть под кожу» и реально заставить ребенка почувствовать, в чем и почему он был не прав. Во всяком случае, Ильтазар она отучила чуть что бычить, а Косыгину — исчезать во время официальных занятий. А вот Коррена сумела как-то так ободрить, что он перестал стесняться демонстрировать свои успехи и стал осторожно высказывать собственное мнение, когда это требовалось.

К моему удивлению сносно держать себя в воздухе мои одногруппники смогли к началу условного «декабря». Судя по довольной улыбке Аэлиты — она заранее смогла рассчитать сроки и теперь довольно улыбалась: уложились все.

— Группа «ВИО-шесть» получает зачет по дистанционной кинетике, — хлопнула она в ладоши. — А теперь все спускайтесь на землю и идемте за обещанным захватывающим и интересным!

Пробежка по улицам Академии привела нас в парк, а в нем — к отдельно стоящему павильону. Который оказался надстройкой над здоровенной лифтовой шахтой! С управляемой гравитацией сложно сказать на какую глубину мы спустились: за стандартную минуту высокие технологии могут увезти и на триста метров, и на три километра, и на все пятьдесят! Понятно, что вверх — внизу-то уже где-то на пятнадцати магма пышет жаром и давление запредельное. Так что по-логике получалось скорее три сотни, чем три тысячи.

— Шлюз? — удивился всезнайка Волковски — Зачем лифт ведет в шлюз?

— Сейчас все узнаешь, — изобразила улыбку Джоконды Брин. — Проходите вторые ворота, как только закроются первые… а теперь вот к этому иллюминатору. Компьютер, поднять защитные жалюзи!

В первый момент я не поверил своим глазам — и никто не поверил. Видели снимки лунной поверхности? Вот за стеклом расстилался подобный пейзаж, подсвеченный прожекторами и… звездами⁈

— А вот и наш лифт, — вовремя указала рукой наставница. Твою ж! Немного приплюснутый куб на опорах мигнул двигателями — двигателями⁈ — и взмыл в черные небеса. Где и растворился.

— Внимание, учебный полигон «Вакуум Девятнадцать» переходит в рабочий режим, — заговорил автоинформатор. — Условия: спутник газового гиганта в системе Марина Четырнадцать. Эмуляция естественной гравитации через три… два… один…

Желудок резко дернуло вверх, голова закружилась. Зато все тело стало легче перышка, так и норовило само взлететь!

— Спасите!!! — тоненько пискнула Нокс.

Идальго явно хотел выругаться, но смог промолчать. Аня и Дебра ограничились восклицаниями, а Наташа аж мигать начала, на мгновение проваливаясь в невидимость и тут же выходя из неё!

— Поздравляю с началом начальной пустотной подготовки, дети, — Аэлита искренне веселилась, глядя на нас. — На две недели эта учебная станция станет вашим — нашим! — домом.

— Без тяготения? — Цзан справился с рвотным рефлексом. Почему-то ему почти-невесомость далась особо трудно. Я даже думал помочь, но лезть под руку не стал: зря, что ли, медицину учили и практиковали?

— А вот это по вашему выбору… — прищурилась наставница.

— Да мы все «за», чтобы генераторы отключили! — хрипло высказался Зандер, перебив преподавателя. — Правда, народ?

Все закивали… кроме меня и Анасдеи. Потому что я уже догадался, в чем подвох и передал по мосту «наложнице». Учителя надо было внимательнее слушать

— Вы не поняли, — вроде как обычно ласково улыбнулась Брин, но почему-то показалось, что мы видим оскал тигра! — Выбор в том, что можно наслаждаться почти-невесомостью или использовать полученные на занятиях по кинетике навыки, создав персонально себе эмуляцию тяготения. Тот же кокон, только вектор усилия будет не тянуть вас вверх, а прижимать к полу.

— Кажется, даже немного проще, чем полет, — пройдясь по полу словно её вес остался прежним, — осторожно оповестила всех Шая. — Надо только не терять концентрацию… Ой!

Это «ой» стоило нашему микростратегу удара головой об потолок — но, по-моему, она даже не заметила столкновения. Вышедший из соседнего отсека «ой» был в преподавательском комбезе, но при погонах. Судя по знакам различия — в звании не ниже майора по классификации, принятой на моей первой родине. Крупный такой дядька с короткой стрижкой «под машинку» и чисто выбритым лицом. Именно «дядька», а не просто мужчина. За плечами преподавателя чувствовался опыт.

— Командир учебной станции полигона «Вакуум Девятнадцать», — представился он нам, отдавая воинское приветствие. — Довожу до сведения кадетов, что распоряжением ректора Ли вы переходите под мое командование на две недели. Ко мне обращаться «командир Леонов» или просто «командир». Вопросы есть?

— Русский космонавт! — хором взвыла у меня в голове цветная четверка! — Настоящий!

— А где тут туалет? — тут же влез Зан.

— И когда нас покормят? — одновременно спросила Дебра. — И, главное, как?

Я толкнул Шаю в бок, отчего она чуть не улетела к противоположной стене. Блин, опять забыл про микрогравитацию! Но нить успел протянуть и подсказал, что надо ответить. В смысле, она сама тоже знала — просто растерялась.

— Командир учебной группы Ренфолд. Вопросов нет, командир Леонов!

— Ну хоть кто-то из вас интересовался Уставом, — улыбнулся этот персонаж. Но тут же сделал серьезное лицо. — Так, слушай приказ! Двадцать четыре часа на адаптацию к микрогравитации, и выходите на посты. Занять каюты согласно штатному расписанию, оно в ваших коммуникационных устройствах. Ознакомится и разойтись! Наставник Брин, проследите… пока что.

— Я так и не поняла, будут ли нас кормить? — трагически прошептала Дебра.

— Ну что, дети, — привлекла наше внимание хлопком в ладоши Аэлита. — Вот он ваш первый шаг в настоящий космос. Не пассажирами уютных кают в лайнерах и торговых судах, а без скидок. Не забывайте применять полученные а Академии навыки и учитесь субординации. За эти две недели вы сами поймете, насколько важно соблюдать вертикаль подчинения на борту. К сожалению, руководство Академии выступило резко против заодно пройти с вами курс борьбы за живучесть…

Зная, как тренируют будущих офицеров-подводником, мне стало плохо от одной мысли об учебных ситуациях. Это ведь пожары в отсеках, разгерметизации и прочие подобные «прелести»! Фух, хвала и слава ректору Ли, что пронесло! Пока пронесло, конечно.

— Да, на счет кают, — «вспомнила» наш официальный куратор. — Приказ «разойтись» отдан потому, что через шесть-восемь часов в организме человека начинается перестройка процессов под невесомость. С головными болями, слабостью и тошнотой. Но вы-то у меня все подготовленные, так что используйте это время с толком: изучите все присланные вам документы. Отнеситесь к ним как можно более серьезно. Особенно к инструкции по пользованию туалетом — слышал, Зан?

Упс. Туалет типа «пылесос». Как же мы попали! Особенно если кто-то действительно не справится!

— Зато Приключение! — ободрила меня Зеленая.

Да. Приключение. Очень ждал. Вот спасибо-то.

Где-то двенадцать часов спустя я влез в спальный мешок и попытался заснуть, прижав себя к полу кинетикой. Симптомы «космической болезни» я успешно подавил, так что оставалось убедить свой вестибулярный аппарат, что я не падаю в бесконечную пропасть.

Ладно. Все плохое, что могло — уже произошло. Я и про туалет в том числе. Даже интересно вступить на путь предков, которые на моей Земле мне были почти что современниками…

— Ори, просыпайся! — голос Стуния у моего уха заставил меня дернуться и улететь к потолку. Да твою ж!

— Что еще⁈

— Кель закончил свой лечебный сон, — «обрадовал» меня красноперый оборотень. — Теперь ему желательно недели две от тебя вообще не отлучаться, держать максимально близкий контакт.

— Ты ведь соскучился, Ори⁈ — обвил мою грудь Змей. — Соскучился, правда⁈

З-зараза!!!

Глава 16

Станция

Год 1140 от начала Экс… так, нет.

Звездная дата неизвестна.

Тренировочная база «Вакуум-19»

День первый

Просыпаться в невесомости — отдельный квест. Один из самых мразотных, если подумать. Мозг еще не понял, где верх, а где низ, а тело уже норовит уплыть в сторону — не подумав, я слишком рано отстегнул крепление спального мешка.

Судорожно вцепившись в край «кровати», я попытался вспомнить, какого вообще кварка тут происходит. И тут же получил толчок в плечо.

Случайный. Сервантес, с которым мы делили на двоих кубрик, вставая, неосторожно меня задел.

— Да чтоб тебя! — если бы не держался за кровать, уже летел бы к стене. Плюс еще Кель помог. Намотался хвостом на поручень, а верхней частью тела на мою кисть.

— Прости, Ори! — Идальго от столкновения тоже слегка закрутило, и он принялся балансировать руками, пытаясь восстановить равновесие.

Еще тринадцать дней так!

— Да не волнуйся ты так! — считав мой эмоциональный фон, вылез с ободрением Кель. Странным, как он сам. — Я же с тобой!

База «Вакуум-19» была точной копией древней лунной или астероидной станции чуть ли не времен начала Экспансии — тесной, перегруженной техникой и с постоянным гудением вентиляции. Гравитация здесь была… если можно так выразиться — один процент от привычной. Ходить приходилось осторожно — стоило только потерять концентрацию, упустить состояние «полетного кокона», в котором создавалась внутренняя гравитация для одного человека, как ноги сами отрывались от пола. На утреннем разводе кто-то из группы постоянно куда-то уплывал.

Шая пока стояла на полу твердо. С таким видом, будто ее совершенно не беспокоили дрейфующие мимо однокурсники. Сверилась с расписанием на день, полученным от командира, и начала выдавать наряды.

— Так, сегодня Коррен бортинженер, пост номер три, Наташа — оператор связи, Дебра — завхоз, Ори — проверка научного оборудования…

— А я? — К моменту, когда Ренфолд перечислила всех, остался только Зандер.

— А ты — сантехник, — улыбнулась микростратегша. Как мне показалось, немного мстительно. Что в их коридоре успело произойти?

— Эй, за что⁈

— Ты же сам сказал, что временные нормативы на пользование туалетом — бред бредовый? И еще что-то про норму потребления воды? Вот, все санузлы станции в твоем полном распоряжении. На сегодня. Приказ командира Леонова.

Точно — что-то случилось. Кто-то — не будем показывать пальцем — слишком долго умывался.

— Моя месть будет ужасна!

— Это угроза, кадет Волоковски? Старшему по званию?

— Выдвигаюсь на пост! — донеслось уже из коридора. — Не слышу ничего!

* * *

Ничего особо сложного в назначенных нам работах не было. Минимум технических знаний, максимум внимательности и терпения. Я к примеру, отвечал за научное оборудование станции — всякие там сканеры, спектрографы, криогенные накопители и прочие биодатчики с ультрафиолетовыми обеззаражевателями. К слову — все было вполне современное.

Его нужно было проверить на работоспособность, осмотреть на предмет физических повреждений и убедиться в том, что каждый прибор находится на своем месте. И закреплен — гравитация, помним, да?

Я уже прошелся по своему чек-листу, и собирался заняться изучением документации, когда по станции вдруг разлетелся тревожный звук сирены. А вслед за ним голос станционного ассистента.

— Внимание, аварийная ситуация. Зафиксировано повышение концентрации углекислого газа. Зафиксировано падение эффективности фильтров на 47 процентов. Ожидаемый запас кислорода без устранения неполадки — 6 часов 12 минут. Персоналу базы занять места согласно штатном регламенту и приступить к устранению неисправности.

— Да чтоб вас всех! — беззлобно проворчал я, покидая свой пост и пытаясь вспомнить, куда идти. — Обещали же без борьбы за живучесть!

В первый же день, блин. Дали бы хоть привыкнуть немного.

Вспомнил, что делать подсмотрев в планшете инструкции. Лаборант идет в отсек со скафандрами, где ожидает дальнейших распоряжений. А оперативная группа — Цзан и Джар, при содействии дежурного техника, отвечающего за системы регенерации воздуха — сегодня у нас это Идальго, пытаются все починить.

Надеюсь, шести часов им хватит, а то воздух уже тяжеловатый. Или рвануть к ним на помощь? Нет, так нечестно будет, да и ребята обидятся. Решат, что я им не доверяю. Я бы, честно говоря, один бы справился, тем более что опыт есть, но так будет нечестно.

Не мог даже посмотреть, как они там действуют. Стуний попросил котов не появляться в подземном полигоне без крайней на то необходимости. Сказал, что Келю полезно побыть со мной тет-а-тет.

— Мне кажется, ты слишком на эту тему морочишься, Ори, — поделился мнением Кель, так и обвивающий мою грудь на манер пулеметной ленты. Этот-то точно не собирался никуда лететь и показывать, что там в отсеке с воздушными фильтрами. — Просто учения. Если хочешь знать мое мнение, ваши наставники перемудрили со сложностями.

— А ты бы все упросил?

— Именно! — Пернатый Змей после долгого лечебного сна пылал желанием общаться и давать советы. — Сам подумай — зачем это все? Ни у Ста Миров, ни у Доминионов, нет действующих станций, в которых бы отсутствовала гравитация. Да и системы жизнеобеспечения дублируются раза на четыре. Падение уровня кислорода, фильтры 47 процентов — ну бред же.

— Всякое бывает в космосе, — отмахнулся я от еще одного душнилы. — Станции без гравитации, кстати, есть — те, что по-настоящему давно построены. Во всяком случае, так в методических материалах, скинутых Леоновым, написано. Потом, мало ли в каких условиях придется службу нести. Вот нас и натаскивают по самому паршивому сценарию.

— Такой еще специально поискать придется!

— Согласен. Но… Четкая Фортуна и наше там появление, как тебе такое?

Бывший божественный фыркнул. Звук, как из шланга воздух стравили:

— Уел. Ладно. Топай по своему штатному расписанию.

* * *

Справились ребята всего за пару часов — ни у кого даже головокружения от недостатка кислорода не случилось. И больше в этот день приключений не было. Ну, если не считать за таковое небольшой скандал, который Дебра Нокс устроила на камбузе.

— Опять? — Дебра с отвращением на лице разглядывал тюбик с надписью «Паштет мясной, обогащенный витаминами». — Как это вообще есть можно?

Девочка по какой-то причине решила, что уж на ужин-то командование расстарается, и выдаст вместо пасты нормальную еду. Не знаю, что ее привело к этой мысли.

— Выдавливаешь и глотаешь, — философски отозвался Цзан. А секундой позже продемонстрировал. — А-ам!

— Гадость! — девушка даже содрогнулась, глядя на это. — Ори, а может ты приготовишь что-нибудь.

Так вот в чем дело! М-да, расслабил я однокурсников!

Режим дня на учебной базе был в чем-то даже возведен в разряд ритуала. Обязательного к исполнению: хочешь спать, не хочешь, а будь любезен отправиться в кровать. Если, конечно, не в оперативной смене. Даже «наверху» в Академии, с этим было не так строго. Нет желания спать — пожалуйста, читай. Главное, другим не мешай.

Тут же, стоило станционному времени отсчитать одиннадцать вечера, как освещение везде гасло. Лишь дежурное тускло горело, не погружая коридоры во тьму. Гудели системы рециркуляции воздуха, едва слышно попискивали другие приборы. Ночь, короче говоря.

Мне было предельно понятно почему так. Режим — при полном отсутствии примет смены дня и ночи — спасал кукушку от выгорания. А вот Келю с непривычки было тяжко.

— Ори, мне не спится! — едва слышным шепотом произнес он мне в самое ухо. Выбрав для этого тот самый момент, когда я уже начал проваливаться в дрему.

— Ты Зверь Потока, Кель, — проворчал я в ответ. — Ты в принципе не можешь спать.

— Тут так тихо и одиноко! — не сдавался он.

— Это учебная база, а сейчас ночь!

— Давай выйдем и посмотрим на звезды?

— Мы под землей!

— Ну Ори!..

— Да дай же мне поспать, шланг-переросток!

День третий

За двое суток рутина станции успела въесться в кожу. Постоянная борьба с отсутствием гравитации, однообразная еда и учебные тревоги делали свое дело. Настроение у всех было, как вкус того паштета в тюбике: серое и безрадостное.

— Ненавижу невесомость, — простонал Зандер за ужином, катая по столу тюбик с рагу. Тот периодически пытался улететь, но однокурсник его вовремя ловил.

Большинство из нас уже приноровилось двигаться в условиях практически отсутствующей гравитации. Но успехи у всех были не одинаковы. Я, например, уже почти не замечал усилий, который тратил на удержание «полетного кокона», Шая с Анасдеей приспособились не только по полу ходить нормально, но и по стенам с потолком.

А вот Зандер… В теории-то он про направленную на себя кинетику мог лекцию прочитать, на практике же все было не так гладко. Еще и стены на него будто сами напрыгивали. Никто из группы на себя столько биогеля не переводил.

— Ненавижу туалеты, — мрачно добавила Ильтазар, на смену которой сегодня пришлась учебная тревога. В одном из санузлов. Нет, не буду ничего рассказывать про это. Кажется, такой злой я свою «наложницу» видел только в самом начале нашего знакомства.

— Ненавижу вас всех, — без выражения буркнула Косыгина, выныривая из инвиза, забирая свою порцию и сразу же исчезая.

Сегодня наша шпионка была в медико-санитарной службе, и опережая всех, даже аварийщиков, под привычным инвизом рванула к месту тревоги. Подоспела как раз к моменту, когда… Нет, обещал же, не буду ничего рассказывать!

— Ори, ну давай ты что-нибудь приготовишь нормальное? Я бы что угодно сейчас отдала за суп-пюре со шпинатом!

Дебра так и не сдавалась. Решила действовать измором. Даже каким-то образом заставила меня пообещать посмотреть — только посмотреть, не больше! — что можно сделать с помощью многозональной микроволновой печи, которая стояла в научном отсеке и была предназначена для работы с образцами грунта. В теории, если создать вокруг нее такой же «полетный кокон», который мы использовали для передвижения, и в получившемся эрзац-гравитационном поле…

— Бу-э! — прокатилось вдруг по всему камбузу.

Зря, конечно, Дебра упоминала про шпинат. Наташа еще не отошла после ликвидации аварии.

День пятый

По коридорам базы плыл дым. Истошно орала сирена, спокойный голос станционного ассистента сообщал, что в научном блоке произошло возгорание. Командир Леонов в респираторе стоял в коридоре и наблюдал за тем, как оперативная смена несется на пожар.

Реально несется. Коррен с Идальго уже полностью свыклись с новой средой обитания, и фактически передвигались длинными, точно рассчитанными прыжками, используя кинетическое воздействие только при входе в повороты.

Я двигался чуть позади них — медики не должны путаться под ногами у тех, кто ликвидирует опасность. Вспомним Наташу Косыгину и извлечем урок из ее печального опыта.

Да и вмешиваться не спешил. Леонов очень четко дал понять, что во время аварийной ситуации мозговые штурмы, помощь товарищу и вот это вот все, могут подключаться лишь в том случае, если оперативная смена не справилась.

«Каждый выполняет свою задачу. Иначе, как потом вашу успеваемость оценивать? — в первый же день спросил он. — А вот когда товарищ облажается — тогда пожалуйста!»

Жестко, но справедливо. За время пребывания на подземной «лунной» станции, все мы уже поняли, что гоняют нас не просто так. А безжалостно выдавливая любые слабости. В том числе и тем, что вскрывали их. Космос ошибок не прощает. У одаренных, может, и побольше шансов выжить при том же пожаре или разгерметизации корпуса, но не сказать, что намного.

Другими словами, лучше сейчас понять, в чем ты плох, чем в реальной заварушке.

Первое, что сделал Сервантес, добравшись до входа в научный отсек — хлопнул ладонью по кнопке возле шлюза. Дверь тут же опустилась, отсекая ползущий в коридор дым, а он уже начал вводить на пульте команду откачки воздуха из помещения.

И как бы вроде все правильно, но слегка перепутав порядок действий. В отличие от моего тезки.

— Эй! — подлетевший Терра слегка толкнул напарника. Снова поднял переборку и тут же нырнул в облако дыма.

Несколько секунд спустя он выскочил наружу, кашляя, как проклятый, неся на руках Дебру Нокс. Лицо девочки полностью закрывал респиратор, но я опознал ее по приметным каштановым волосам. И только после этого он снова опустил шлюз и запустил процедуру откачки воздуха. Ну а я подскочил к пострадавшей, и начал реанимационные мероприятия.

Их, как оказалось, делать было не нужно. Командир Леонов еще до нашего появления снабдил Дебру дыхательной маской. Вопрос оставался только в одном — это учебная тревога или все-таки настоящая. Почему? Просто выглядела девочка как-то сконфуженно.

Идальго тоже стоял красный, как вареный рак. Про то, что перед процедурой локализации возгорания нужно проверить, не осталось ли кого внутри, горячий «испанец» забыл.

Леонов демонстративно щелкнул кнопкой архаичного секундомера.

— Неплохо, неплохо, — тоном, который говорил как раз об обратном, произнес он. — Хорошее взаимодействие. Быстро подоспели, уложились в норматив. Не забыли проверить помещение, — короткий взгляд в сторону еще более красного Сервантеса. — Только объясните мне, господа курсанты, почему во время объявления тревоги, оперативная смена проигнорировала требования об обязательном ношении дыхательных масок? Да еще и сунулись спасать кого-то без нее, а курсант Терра? Курсант Талани — тот же вопрос.

Блин! А самое очевидное действие-то я и не совершил!

— Теперь о причинах пожара, — командир повернулся к спасенной, отчего та сразу попыталась сделаться маленькой и провалиться куда-нибудь под переборку. — Не уверен, что на занятиях это рассказывают, но… В общем, не стоит экспериментировать с одновременной установкой защитных полей и мощным устройством микроволнового излучения.

День десятый

Прошло пять дней с пожара. Пять дней бесконечных учений, отработок нормативов и тюбиковой пищи. Терпение экипажа, запертого в железной банке, было на исходе. Дебра все чаще с тоской смотрела на микроволновку, по всей вероятности уже осознанно желая устроить возгорание. Остальные же просто считали дни до конца изоляции. Взрыв был неизбежен.

— Наряды на сегодня, — зачитал я с планшета. Пришла моя очередь быть «замком» в этом вечном бардаке. — Ильтазар — медицинский блок, Нокс…

— Никуда не пойду, пока нас нормально не покормят! — заявила вдруг Дебра. — Это же издевательство — вторую неделю пихать в нас эту гадость! И вообще — нарушение прав человека!

Зандер и, к моему удивлению, Анасдея одобрительно загудели, затопали ногами и застучали по стене. Прям митинг вокруг броневичка, ага! Причем Ильтазар просто повеселится решила — а вот на счет парочки новичков я не уверен.

— В космосе нет прав, только пайки, — попытался шуткой разрядить ситуацию я.

Зря, видимо. Взгляды группы сразу сделались осуждающими. Будто именно я был виноват в том, что нормального камбуза тут нет, и готовить не представляется возможным. А после выходки Нокс в научном отделе, я даже пробовать не буду!

— Тогда мы объявляем забастовку! — не преминул сообщить Зандер. Дебра отчаянно закивала.

— Это что, бунт на корабле? — с нотками детского восторга осведомился Кель с плеча. — Какая прелесть! А мы будем вешать мятежников на рее, и скармливать их акулам?

— Как только найдем акул, — мрачно пообещал я в ответ. Вообще-то как неформальный лидер я не должен был допускать чего-то подобного. Вот только меня не спросили.

Зато, как выяснилось несколько секунд спустя, не он один находил ситуацию веселой.

— Нештатная ситуация: «Мятеж на станции», — ожил динамик, заговорив голосом Леонова. — В учебном плане ее не было, но раз уж вы настаиваете… Курсант Талани, новая вводная. Два бунтовщика — курсанты Волоковски и Нокс. Ренфолд и Сервантес — ранены. Твои действия?

— Бунт! Бунт! Бунт! — радостно закричали названные мятежники. Зря.

Пернатому новый учебный сценарий пришелся по вкусу. Сорвавшись с моего плеча, он заметался по кубрику, вместе с «мятежниками» выкрикивая лозунги. А вот Шая почему-то расстроилась. Как только ее объявили раненной, она вздохнула и с грустным лицом уселась у стены.

Отлично. Бунт, значит?

— Взять их! — наверное я улыбнулся… как-то не так. Дебра с Зандером моментально закрылись щитами, вскочили,встав плечом друг к другу. Вот только это им не помогло ни разу. Мелькнули две черные тени, и оба мятежника рухнули на пол с вывернутыми за спину руками.

Цзан уселся сверху на Зандера, Анасдея, где-то взявшая пластиковые стяжки, теперь пеленала по рукам и ногам Дебру. Причем оба не забыли приложить «бунтовщиков» медицинским приемом, работающим как заменитель медикаментозного наркоза для купирования болевого синдрома — насмотрелись, как я тоже самое ведьмачеством с реальными одаренными врагами проделывал. Рефлексы у моих соратников во время пребывания на Четкой Фортуне сформировались под стать профессиональным у охотникам за призами.

— Э-э, Ань, а ты чего против них? — подначил я «наложницу». — Ты же тоже за забастовку выступала?

— Ну так меня же мятежницей не назначили! — радостно улыбнулась она, затягивая последнюю стяжку на щиколотке Дебры. — Приказ выполнен, командир! Ну что, допрос — или сразу в шлюз и воздух спустить?

Самое страшное, теперь она не шутила. Была уверена, что я не прикажу, но приказ выполнить была, тем не менее, готова.

Леонов, блин! Ты хоть понимаешь, что разбудил на свою и мою голову⁈ Я поднял взгляд к динамику под потолком, ожидая инструкций. Динамик молчал.

Глава 17

Луна

Звездная дата неизвестна.

Тренировочная база «Вакуум-19»

Вечер десятого дня

— Какого долбанного звёздного демона до меня не довели, что кадеты участвовали в боевых действиях⁈ — стукнул кулаком по столу Леонов. В невесомости, правда, жест выглядел скорее театрально: от реального удара космонавт улетел бы под потолок.

— Если вы спрашиваете меня, Иван — то я вообще не имею право доводить информацию о своих кадетах кому бы то ни было, кроме ректора Ли, — совершенно спокойно ответила Брин, сидящая по другую сторону стола. Ну, как сидящая? Кресел на базе по понятным причинам не было, так что наш куратор удобно устроилась прямо в воздухе, лишь касаясь ногами пола. — Это входит в условия моего договора найма.

— Нет, я хочу знать причину, по которой мне не предоставили часть информации из личных дел обучаемых, — совсем уж потемнел лицом командир учебной станции.

— Об этом мне тоже ничего не известно, — развела руками Аэлита. — Я из Вечной Пятерки, в местной «кухне» разбираюсь постольку поскольку.

— Но до вас-то довели информацию полностью? — попытался просверлить взглядом визави командир станции.

— Да.

— Тогда вы, раздери меня космический крокодил, должны были меня предупредить! Что так мол и так, учебные сценарии с подавлением волнений запрещены!

— Почему? — искренне удивилась высшая социалка. — На мой взгляд, ребята отработали максимально четко и корректно.

— Вы их глаза в тот момент видели? Кадет Ильтазар Кунг Ли, когда спросила, что делать дальше — она ведь реально была готова пытать или убить своих одногруппников! А Коррен Талани Кунг Ли? Откуда этот непререкаемый авторитет у части группы? Это, по-вашему, нормально⁈

— С учетом того, что я про семью Кунг знаю, да, — спокойствие Брин могло дать фору в прочности броне танка.

— Да вашу ж Машу! — выругался офицер. — И как мне теперь командовать непонятно кем?

— Как и раньше, — посоветовала наставница. — Могу гарантировать, что «опасные» — вменяемы и управляемы, открыты для нового опыта и знаний, с пониманием относятся к тяготам обучения.

— Сколько я наслушался подобного дерьма от уважаемых людей, наставница Брин — и не передать…

— Какой-то глупый разговор, неинтересный, — проворчал Кель, привычно наматываясь на меня, как на катушку. — Этот скучный Леонов все испортил! Сказал бы «Раздери меня космический змей!» А я — тут как тут!

— Кель, угомонись, — прочувственно попросил я. — Ты ведь теперь хороший, по твоим собственным словам. Вот и соответствуй…

— Да я самый лучший, вообще! Смекаешь, как тебе повезло, Ори?

— … Не то Стуний решит, что должен взять твое воспитание в свои лапы и крылья, — договорил я.

— Всё! Молчу! Молчу!

Наконец-то можно заснуть.

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Честно говоря, я удивлен, — демонстративно глядя в планшет, театрально удивился Леонов. — Ни одну учебно-тренировочную ситуацию не запороли, со всеми проблемами, в том числе и самостоятельно устроенными — справились.

Ответом командиру послужили наши кислые рожи. Практика официально закончилась, потому искусственную микрогравитацию отключили. И тут же на нас навалились все девяносто пять процентов стандартного «Же» Элитеи. От которых мы, как выяснилось, уже отвыкли. Теперь «полетный кокон» приходилось держать для облегчения стояния на палубе. Блин.

— За такой невероятный подвиг, — командир подвигал бровями, чтобы мы случайно не подумали, что он не шутит. — То есть за сданный пустотный зачет — положена награда…

Тут мужчина потянул паузу, но никто не выкрикнул «какая?» или «это обед из ресторана⁈» Удивительным образом «подавление бунта» прочистило мозги Зандеру и Дебре. То ли удары по головам помогли во время захвата, то ли следы от пластиковых стяжек на руках и ногах после того, как мы их разбудили.

— Посещение военной базы на обратной стороне элитейской луны! — бравурно закончил Леонов. — Гордитесь: обычным гражданским туда практически не попасть, а вам как будущим офицерам целую экскурсию проведут! Заодно узнаете, насколько современный пустотный объект отличается от этой базы.

Если командир «Вакуума Девятнадцать» хотел заставить нас еще сильнее страдать — у него получилось. Один только Кель воодушевился.

— На военных базах обычно есть, чем поживиться! — рук у Змея нет, потому он потер чешуйки о чешуйки, сложив хвост вдвое. Получилось очень узнаваемо.

— Даже не думай! — предупредил я его.

— Я ж поделюсь! В смысле, только глазком одним гляну!

Тьфу.

— Но перед полетом вам, конечно, дадут отдохнуть, — выдержав еще одну паузу, добавил Леонов.

— Ура! — все-таки вырвалось у Зандера.

Нет, так дело не пойдет. Когда Брин проводила нас до нашего коттеджа, все повалились на кровати не раздеваясь — кроме меня. Мышцы уже пришли в норму — витальная энергия творит чудеса! — и ничего не мешало начать готовить. По моим подсчетам, к ужину все выползут из своих комнат. Желая только одного: жрать!

— Ты для сокурсников как мамочка, Ори! — хихикнул Кель. Если он хотел меня этим поддеть — ничего у него не вышло.

— Не как мамочка, а как папочка, — улыбнулся я ему в ответ. — Слышал выражение «отец-командир»?

— Ты, вообще-то, не командир, — поправил меня Змей.

— Да-а? — я оттранслировал ему эпизод, который он и сам видел: с подавлением «мятежа».

— Хм-м, — задумался Крылатый. — Получается, подчиненными не только командовать надо, но и заботится о них?

Хорошо, руки были заняты. Не то б я себе синяк на лице фейспалмом оставил. Свел бы конечно сразу, но факт остается фактом.

Не знаю, до каких выводов дошел бы Кель — но тут прямо через стену в кухню-гостиную влетел красный филин. Вот только…

— Жалкий червь, настало время вернуть тебя в храм!

— Красный? — недоверчиво посмотрел я на птицу… с кошачьими ушами. Ну и связь между нами никуда не делась, хоть паршивец её и приглушил.

— Ну Ори, он почти поверил! — кот снова стал котом. — Видел бы ты его змеиную морду сейчас!

— Я сразу сказала, что шутка дурацкая, — следом появилась Зеленая. — Но ради неё наш балбес даже трансформировать свой облик смог, и мы решили подыграть.

— А я ему говорил: надо узоры скопировать, для достоверности, — Синий потерся о мою руку, пока Оранжевая и Красный сделали лапками «дай пять». — Но Стуний и правда сказал нам отвести Келя в храм. «Чтобы по дороге не потерялся.»

Последнюю фразу Кер произнес характерным говорком оборотня.

— Так, подождите, — вдруг вмешался сам Кель. — Если вы мною командуете — значит, вы мои командиры. Значит, должны заботится обо мне! Так Ори сказал.

— Да мы и заботимся о тебе, дурачок чешуйчатый! — Ная произнесла эти слова так мягко и ласково, что Крылатый даже не нашелся, что ответить. — Ну все, идем уже.

Коты и Змей прошли сквозь стену, только Зеленая задержалась. Она запрыгнула на стол, неожиданно озорно осмотрелась… и превратилась в кошкодевушку лет двадцати в купальнике! Зеленую, правда, и одежда была того же цвета — но своего эффекта она добилась: я так и раскрыл рот в изумлении! Мой фамильяр приложила пальчик к губам — мол, никому! — и тоже ретировалась, в смазанном прыжке.

Ну охренеть теперь. В смысле, совсем.

* * *

— Да за такую божественную еду я что угодно простить готова! — закатила глаза Дебра. — Поток, неужели издевательства кончились? Я думала — в больницу попаду!

— Между прочем, еда из тюбиков была вполне съедобной, — поучительно повела вилкой в воздухе Аня. — Правда, Наташа?

Косыгина сначала замерла с ложкой в руке, потом со вздохом подняла взгляд от тарелки.

— В прошлом году у нас был тренинг на выживание в диких условиях, — тут она посмотрела на меня. — Тот самый, на котором вы, Кунги, на четыре месяца застряли. Так вот, нашей группе пришлось лягушек ловить. И свежевать, прежде чем пожарить.

Зандер, сидящий рядом со мной, отчетливо позеленел. Но испортить ужин я ему не дал, положив руку на грудь и убрав тошноту.

— Спасибо! — одногруппник несколько раз глубоко вздохнул.

— Не за что, ты и сам так умеешь, — напомнил я ему.

— Да я все время как-то забываю, — признался он.

— Лягушка — это легко, — неожиданно подал голос Сервантес. — У меня на Родине до сих пор есть степи, где дикие быки живут — развели во время терраформирования. Считается охотничьей доблестью сразить такого в честном поединки единственным копейным ударом! Вот его да, попробуй разделай — по традиции, охотник должен сделать это самостоятельно. Пять тонн весит, скотина! И из туши не только мясо срезать надо, но и печень достать, и язык, и мозг…

В этот раз Волковски справился сам. Впрочем, не совсем аппетитные темы не помешали моей группе обожраться вусмерть. Поправить самочувствие лечебным воздействием — и впихнуть в себя еще немного. И, как выяснилось уже утром — поступили абсолютно верно.

— Учитель, мы не на площадку? — за всех удивилась Шая, когда Брин повела нас в другую сторону. Бегом, разумеется.

— На космодром, конечно, — отозвалась Аэлита. — Командир Леонов же сказал вам, что будет награда за старание. Или вы думали еще неделю отдыхать?

«Тоже мне, награда!» — передала мне по связи разумов Ильтазар.

«Зато не рутина» — отозвался я.

У десантного корабля, отличающегося раскраской и маркировкой от академического меня уже ждали коты… и Кель. С цветной четверкой все понятно: они же пообещали меня одного никуда не отпускать. А вот чего они Змея с собой взяли?

— Я сказал им всем, что жить без тебя не могу, Ори! — манерным голосом почти пропел Пернатый, вызвав четыре синхронны разноцветных фейспалма.

Ага, наша Связь продолжает укрепляться — вот Змей уже стал «слышать» некоторые мои не оформленные в речь «громкие» мысли.

— Мы его этому не учили! — сразу же зачем-то открестилась Ло.

— Во-во, даже у меня юмор не настолько дурацкий, — подтвердил Ра.

— А еще Стуний просил по возможности обходится без затрещин при общении с крылатым шлангом, — словно бы в сторону прокомментировала Ная, рассматривая свою переднюю лапу с выпущенными когтями. — В обмен на то, что чешуйчатый не полезет искать сокровищницу на лунной базе.

— Все интересное обломали! — пожаловался мне Кель своим обычным тоном. — Хотя… может у них там пленные пираты в заключении томяться? Я бы поделился методами допроса!

Горбатого могила исправит. Мои названые братья и сестры делали вид, что не замечают этой перепалки: я их еще на второй день на станции попросил. Иначе Крылатый, воодушевленный вниманием, начинал совсем уж в разнос идти. А так поорёт про акул и реи — и сам успокоится.

* * *

Корабль нам достался не просто десантный, а специально дооборудованный для перевозки экскурсий. То есть в десантном отсеке стояли не только кресла, но и были развешены панорамные экраны, выполняющие функцию иллюминаторов. В итоге, стоило миновать атмосферу — мы только и делали, что крутили головами! Орбитальной инфраструктуры у столичной планеты оказалось столько, что взгляд наталкивался на искусственные конструкции куда только не посмотри! И это только на низкой орбите! Как минимум еще столько же скрывалось за планетой, а часть по-любому просто было не видно. И только Луна казалась не тронутой человеческой деятельностью… с видимой стороны!

Обратная сторона планетоида оказалась застроена так, что напоминала один в один спину ежа! Может, немного лысую и почему-то желто-серую спину — но тем не менее. Над риголитом поднимались мачты многочисленных антенн, направляющие, мачты и прочие фермы. Сверкали проблесковые маячки, за линией терминатора многочисленные проблесковые маячки и прожектора сливались в одно световое пятно необъятных размеров. Даже коты и Кель пялились на все это великолепие слегка офигев — что говорить о кадетах?

— Если вы хотите знать, почему на видимой стороне местной луны нет построек, — вдруг подала голос наставница. — То это сделано из соображений эстетики. Чтобы не нарушать небо столичной планеты техногенным пейзажем прямо в небе и не снижать альбедо естественного спутника.

Одногруппники отреагировали по-разному, но в основном фырканьем или восклицанием «во дают столичные мажоры!» Да, это и правда в прямом смысле заоблачный уровень мажорства! Луна, видите ли, должна под пейзаж подходить! Тем временем корабль начал снижаться, а под нами потянулись открытые доки и причалы для космических кораблей. Наше внимание сразу притянул к себе даже не крейсер — огромный линкор, лежащий на стапеле! Крошечные искры у его боков, то затухающие, то разгорающиеся не могли быть ничем иным кроме работы сварочных аппаратов.

— Они это старье ремонтируют или режут? — влез неугомонный Зандер. — Такие корпуса лет шестьсот назад делали!

— Не скажи, — вдруг откликнулся Коррен. — Это же носитель, мобильная база. Вдали от постоянной инфраструктуры поддержки без подобного корабля невозможно вести боевые действия. Так что чинят, конечно. И модернизируют.

— А как же крейсера дальнего действия⁈ — немедленно взвился Волковски. — Сверхбольшие носители — даже не прошлый век, а прошлая эпоха!

— Крейсерами можно выполнять только ограниченный круг задач, — обычно тихий и скромный Терра ощутимо так начал распыляться.

Во дают оба двое! Вроде уже хорошо обоих узнал — а они, оказывается, вон чем увлекаются. Что, правда, для будущих офицеров скорее плюс, чем минус. Спорщики постепенно вошли в такой раж, что, по-моему, совершенно упустили процесс посадки. А он вышел эпичным до безобразия: в одном месте военные прорыли от поверхности вниз тоннель такой ширины, что по нему упомянутый крейсер мог спуститься. Поперек, а не носом вниз, я имею в виду. В глубине естественного спутника туннель расширялся до огромного ангара: этакая многоярусная парковка для космического транспорта. Где-то на треть занятая. Что-то подобное я уже видел в орбитальном хабе Црезы — но масштаб все же был поменьше. Во всяком случае, там только суда класса космос-атмосфера парковались. А здесь — в том числе крейсера!

Но ангар оказался не концом путешествия: наш корабль вошел из него в куда более узкий ход, чтобы в итоге пройти шлюзование и приземлиться… на подземной площади? Супермегаплацу? Месту проведения парадов? Ладно, главное — нас там ждали.

— Командор Шеридан, — отрекомендовался светловолосый военный средних лет, как только мы спустились по трапу. — Наставник, выстройте кадетов.

Брин чуть нахмурилась, но выполнила приказ.

— Кадеты, сегодня для вас знаменательный день. День, когда вы лично познакомитесь с Флотом Республики и службой в Вооруженных Силах Ста Миров. Служба — не только почетная, иногда сложная работа. Вы буквально встанете между жизнями мирных людей и опасностями космоса!

Речуга явно была составлена заранее и заучена — но надо отдать должное командору: воспроизводил он нам все с выражением и напором. Было в ней и про свет во тьме космоса, и про открытие новых миров, и еще много про что. Даже про зарплаты военных. А вот условия службы… мягко обходились. Зато под конец Шеридан нас реально огорошил.

— Чтобы лучше почувствовать ритм жизни лунной станции Элитеи, я временно закреплю за каждым из вас лейтенанта. Программа составлена так, чтобы каждый прошел по всем выбранным местам — но в своем порядке. Также офицеры ответят на ваши вопросы.

Кажется, от такого подхода даже Брин оторопела — но делать нечего, пришлось ей пойти вместе с Шерианом, который пообещал, что не даст нашему куратору заскучать в ожидании. Мне же достался в сопровождение молодой офицер — собственно, все прикомандированные были молоды — со смешной для меня фамилией «Мимоза». Говорил он со мной показательно как со взрослым, усадил в отдельный электрокар.

Блин. Почему я чувствую себя так… некомфортно? Вроде и все хорошо, но я вот уверен: не так должны экскурсии проводится! Мы военным на хрен не упали. Откуда столько заботы?

— Как-то все это странно, — передала мне по связи Зеленая. — На всякий случай, я поеду с Анасдеей, Синий с Цзаном, Ло с Шаей и Ра с Джаром. У тебя остается Кель. Если что — используй «Зов»!

— Не думаю, что мне или другим что-то в этом подземном супер милитари-мегаполисе грозит, — ответил я ей. — Но… спасибо! Мне будет так гораздо спокойнее.

Так, ладно. Как я понимаю, все скоро и сам узнаю. А если что…

— Ради тебя я тут все на камушки разнесу! — живо пообещал Кель.

Вот-вот. Если что — я не беззащитен. Совсем не беззащитен.

Глава 18

Профайлинг

Год 1140 от начала Экспансии

Лунная база , окрестности планеты Элитея, столицы Ста Миров

Вот из-за этого чисто психологического дискомфорта я не мог нормально насладиться окружением. Казалось бы — мегабаза на темной стороне Луны! Технологический шедевр военного назначения! И меня, школьника по сути, сюда пустили на экскурсию! Это же… Это же… Ух, короче! Носится по здешним коридорам, как в задницу ужаленный, я может быть и не стал бы. Но точно поизучал бы все, до чего дотянулись бы мои руки, с удовольствием погрузился бы в этот стерильный, холодный воздух, наполненный запахом озона от силовых щитов.

Но мне испортили экскурсию. Огромный, холодный, совершенный мир, пахнущий металлом, пластиком, остался для меня всего лишь бэкграундом. Задним планом. В то время как сопровождающий лейтенант, вышел на первый план, заслонив собой всё величие инженерной мысли.

— Прошу сюда, кадет, — мой сопровождающий офицер улыбался так приветливо, будто мы с ним старые дружбаны, встретившиеся после долгой разлуки. Чуть ли не под локоть взять пытался, демонстрируя показную дружелюбность, но сдержался в последний момент. Идти рядом с таким человеком было неуютно — слишком неискренняя, натянутая приветливость, слишком холодный, сканирующий каждый мой мускул взгляд. — Вы отлично показали себя на базе «Вакуум-19». Сам командор Леонов вас хвалил. Нечасто от старика услышишь добрые слова.

Серьезно? Мне показалось, что он спешил, как можно быстрее от нас избавиться, словно мы были не курсантами, а прокаженными. Особенно после «подавления мятежа», который он сам же и объявил. Смотрел на нас потом такими глазами, будто постоянно ждал внезапной атаки. Или взятия на абордаж его древней базы.

— Ну, мы же группа повышенной опасности, — сделал я попытку уйти от этой темы, стараясь казаться расслабленным и глядя на массивные гермодвери, способные, по идее, выдержать прямое попадание небольшого метеорита. — Да и сложного там ничего не было. Несколько учебных ситуаций, которые доставляли трудности только тем, что моделировались на морально устаревшем оборудовании.

Это, если он вдруг не понял, хороший такой мостик к тому, чтобы рассказать мне о здешнем, современном, блеснуть знаниями. Но лейтенант намека не понял, а скорее — предпочел его проигнорировать, его мозг был настроен на одну волну. И продолжил развивать свою линию.

— А подавление мятежа? Удивительно! Твои одногруппники, да и ты сам, действовали так решительно! Словно ветераны, а не первогодки.

— Спасибо! — буркнул я, чувствуя, как затылок начинает зудеть от этого пристального внимания. — Хорошие учителя.

— А как вы обычно реагируете на стрессовые ситуации? На неожиданную угрозу? — его голос стал чуть более настойчивым.

Я аж моргнул. С какого это перепугу экскурсовод задаёт такие вопросы, будто мы на сеансе у штатного психиатра?

— По-разному, — ответил максимально нейтрально, пожимая плечами. — Зависит от ситуации. Но глотки, как правило, не режем. Стараемся решать вопросы с минимальным ущербом.

— Ах-ха-ха! — рассмеялся Мимоза, и звук этот был таким же фальшивым, как и его улыбка. — Отличная шутка!

Я так-то не шутил, если что. Почти. Никто, кроме Шаи, этого еще не делал.

— Мне не нравится этот человек! — прошипел из-за плеча Кель. — От него разит ложью. Хочешь, я ему шею сверну? Тихо, никто не заметит…

— Он и не должен тебе нравится, — фыркнул я мысленно в ответ, стараясь не менять выражения лица. — Но ведет он себя действительно подозрительно. Словно пытается составить психологический портрет.

Сперва это навязчивое разделение группы по разным маршрутам, потом лейтенант со своими странными, неуместными вопросами. Будь я параноиком, решил бы, что меня сейчас психолог на откровенность разводит. Только такой, армейский. Флотский, точнее. Совершенно без изысков и выдумки, в лоб, по уставному шаблону.

Пару минут «экскурсовод» потратил на заученный, монотонный рассказ о паукообразных дронах-ремонтниках, которые ползали по стенам, щупальцами-манипуляторами проверяя целостность сварных швов. Они же, по его словам, выступали первой линией обороны, если бы кому-то пришло в голову высадить на базу десант.

После чего, словно спохватившись, что отвлекся от главного, вдруг спросил снова, глядя на меня в упор.

— А кто в вашей группе лидер?

Я чуть не споткнулся на идеально ровном, антистатическом покрытии пола. Ну да, обычный экскурсоводский вопрос, ага! «Смотрите, справа вы видите иллюминатор, а теперь скажите, кто у вас главный и как часто вас посещают суицидальные мысли?»

— Командиром группы официально является кадет Шая Ренфолд, — осторожно произнес я.

— А неформальным? К кому прислушиваются в критический момент? Кто принимает решения? — он не отступал, его глаза сузились, превратившись в щелочки.

— А это что за люк? — я резко указал пальцем на неприметный круглый люк в полу, окруженный желто-черной полосой. — Куда он ведет? Для аварийной эвакуации?

Теперь уже офицер сбойнул и пару раз моргнул, его заранее подготовленный сценарий дал сбой. Да, господин лейтенант, в эту игру можно играть вдвоем.

— Технический доступ к магистральным энергетическим кабелям и системам охлаждения, — автоматически ответил он, и тут же, поймав себя на этом, нахмурился. — Коррен, из записи вашей учебной миссии, у меня сложилось устойчивое впечатление, что группа подчиняется и прислушивается именно к тебе, а не к кадету Ренфолд. Это так?

То есть, он даже не скрывает теперь того, что превратил экскурсию в особую, мягкую форму допроса! Так, а как у нас по другим направлениям? Я мысленно открыл канал связи с фамильярами.

— Один в один! — первой отозвалась Ная. — У них, похоже, на всех одна и та же методичка, спущенная сверху. Я уже сказала Анасдее, чтобы она за языком следила и лишнего не ляпнула. Понять бы еще, зачем они это спрашивают. Кому мы помешали?

— Ну тут очевидно, как бы, — поделилась мнением Ло. — «Апасная» группа напугала всех своей решительностью и эффективностью, подавляя тот дурацкий «бунт», вот они и пытаются понять, не психопаты ли вы, случайно. Ну, вдруг у нас в планах захват базы на Луне! Правда, непонятно, нафиг бы она сдалась?

— Похоже на то, — высказался и Кер, его «голос» был самым спокойным и аналитичным. — Кстати, сопровождающий Цзана ведет запись опроса прямо через очки дополненной реальности. У него там что-то вроде интерактивной анкеты, которую он заполняет, помечая наши реакции. Очень непрофессионально, мог бы действовать более скрытно.

Техноромантик мой — красавчик! Уже, похоже, удаленно и незаметно взломал доступ к девайсу «своего» офицера. Я бросил быстрый, оценивающий взгляд на Мимозу. Этот очки не носил, видимо, полагался на старую добрую память.

— А Яна сейчас на стресс пытались развести, — необычно, но Красный к беседе на расстоянии присоединился последним. Занят, наверное, был. — Подловили на слове, спросили, что бы он делал, если бы группа оказалась в ловушке. А рядом дрон тусил, ни разу не заметный, который его биоритмы и кожно-гальваническую реакцию считывал.

— Ну, удачи им, — неслышно для Мимозы хихикнул я, представляя себе каменное лицо Джара Яна. — Джара на слова-то развести сложно, не то что на эмоции.

— Нет, ну если бы они сейчас Шаю заперли в шлюзовом отсеке и ему показали, что сейчас ее выбросят в вакуум… — явно накинул на вентилятор Ра, обожающий катастрофические сценарии.

— Тогда бы нам действительно пришлось бы захватывать базу на Луне, — вздохнул я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Нафиг бы она сдалась! — не поменяла своей точки зрения Ло.

Как-то так мы и катались по бесконечным, похожим друг на друга стерильным коридорам. Минута про скорость развертывания противоастероидных систем и их мощность, пара минут — завуалированного допроса. Я отвечал на каждый такой вопрос очень взвешенно, обдуманно, стараясь не давать лишней информации, и вскоре сделал окончательный вывод — мы действительно проходили своеобразный, правда, очень топорный психологический тест. Вот только никак не мог взять в толк, кому и зачем он нужен прямо сейчас.

Ректору? Так он и так знает нас всех, как облупленных. Нет, ну может, про всех моих фамильяров он не в курсе, равно как и о том, что все члены клана Ли из ВИО-шесть — Шаманы со Зверем Потока. Но так ведь и вопросы были не об этом. К тому же, насколько мне было известно, у Дэниела Ли серьезные контры с распущенной психологической службой Академии. Нет, этот бы просто послал Бена Ферандо, а тот бы задал прямой, как удар кулаком, вопрос, без этих ужимок.

Тогда, получается, военным? Флотским, в смысле. Но зачем? То есть, да, мы будущие офицеры, и когда-нибудь (не обязательно, и не все), будем служить в рядах военно-космических силах Республики. Но это когда еще будет? Через несколько лет! Не рановато ли за нас взялись, проверяя психологическую устойчивость? Или они собираются нам завтра поручить в командование эсминцем.

При этом — даже не скрываются ведь! СБ-шники, с которыми я уже неоднократно имел дело, и то тоньше, изощреннее действовали! Эти же — как кадеты на первом практическом занятии по вербовке.

— Ну ты сравнил — безопасников и армейскую разведку! — я почти увидел, как Кер поправляет на носу воображаемые очки, его мысленный голос звучал с легкой насмешкой. — Это два разных мира, Ори. Одни работают с информацией и людьми, другие — с кнопками «пуск». Спасибо скажи, что вас сразу не обкололи психотропными сыворотками и не подвесили за руки к потолку в изоляторе для особо важных персон.

— Спасибо!

— Что, прости? — переспросил лейтенант Мимоза.

Нет, это я не запутался между разговорами с фамильярами и его монотонным бубнежом про тройную систему дублирования систем безопасности на станции. Просто сейчас мне показалось уместным его немного потроллить.

— Я говорю, вы так интересно и подробно рассказываете, лейтенант Мимоза! Спасибо за экскурсию! — натянул я самую невинную улыбку, какую только смог.

— Ну что ты, Коррен, это ведь мой долг. В конце концов, через несколько лет и ты можешь оказаться на моем месте…

— Допрашивать кадетов под видом экскурсии по сверхсекретной военной базе? — ввернул я, поднимая бровь.

Было непросто изобразить фирменную, ядовито-невинную улыбку Келя, но, кажется, у меня получилось. Сопровождающий отчетливо сбойнул, замер на полшага, его лицо на мгновение обнулилось, перезапустившись только секунды через четыре. И тут же нацепил на лицо официально-приветливое, ничего не выражающее выражение.

— Нам сюда.

— Вот же гад, даже оправдываться не стал! — возмущался Пернатый, когда электрокар бесшумно катил по практически пустому, освещенному тусклым аварийным светом коридору, а офицер Мимоза замолчал, не видя, про что ему теперь рассказывать. — Слушай, Ори, а чего он к тебе вообще так прицепился? Я так думал, что здешние военные, флотские, они на вашей стороне. Они же Республика. Нет?

Я задумался. Как объяснить живущему, возможно, тысячи лет Зверю Потока, да еще созданному, фактически, за счет энергии от жертвенных смертей, что взрослые, умные, сильные люди могут немного опасаться детей, у которых за спиной уже небольшое, но личное кладбище. Непростая задача.

— Понимаешь, Кель, есть такой термин — посттравматическое стрессовое расстройство, — начал я издалека, подбирая слова. Но Змей меня мгновенно перебил.

— Ты что, решил, что меня в сети забанили? Я когда ото сна отошел, очень много времени проводил за самообразованием. И сейчас постоянно что-то изучаю! Красный с Синим даже целый список обязательной литературы для меня составили, говорят, чтобы я «не позорил своего Шамана дремучим невежеством». Я знаю, что такое ПТСР. Эти умники в погонах решили, что у тебя крыша поехала после того, как ты убивал себе подобных на Фортуне?

«Забанили»! Узнаю тлетворное влияние Кера! И Ра, если уж на то пошло. «Список литературы» для бессмертного Змея — ребятки знатно над ним постебались, это точно. С другой стороны, молодцы — не придется объяснять очевидные вещи. Особенно важно для такого долгожителя, вроде экс-божественного, который неизвестно сколько лет провел в диком космосе, среди отбросов общества.

— Вроде того. После Четкой Фортуны это вполне могло произойти… — начал я.

— Не с Шаманом! — авторитетно и почти гордо заявил Зверь Потока, перебивая меня. — Я тут недавно со Стунием беседовал…

О! Точнее — о-о-о! Они уже разговаривают! Обычно там все диалоги состоят из ругани и способов разделки оппонента. Прогресс!

— … И он мне сказал, что если Шаман окончательно не свихнулся на первом же контакте с такой непостижимой сущностью, как разумное воплощение Потока, то потом ему это уже не грозит. Твой разум уже прошел максимальную проверку на прочность.

— Ну… вроде того, да, — согласился я, удивленный такой осведомленностью и логичностью от самого Келя.

— К тому же, ты ведь с друзьями оказался в стрессовой ситуации, верно? — продолжил Кель, которому явно импонировал мой удивлённый вид. — И выбор был очень простой — погибнуть или адаптироваться. Вы выбрали второй вариант, а детская психика — она невероятно пластичная штука…

Мне аж захотелось посмотреть этот пресловутый список литературы, который Кер с Ра составили для Келя. Там, похоже, помимо инструкций к бытовой технике и романов про космических ковбоев, было несколько серьезных трудов по психологии и психиатрии. Причем, довольно продвинутого уровня.

— Кто ты такой и куда дел моего Пернатого Змея? — сердито свел я брови, делая вид, что разглядываю схему вентиляции на стене.

— Я просто хочу быть полезным своему Шаману, смекаешь? — гордо выпятил он грудь. — Я ценю, что ты принял меня, дал шанс, поэтому я тоже адаптируюсь, учусь. Стуний говорит, я делаю большие успехи.

— Понятно, — протянул я, в смятении.

Даже не знаю, смеяться мне или начинать опасаться за свою жизнь? До недавнего времени полубезумный, абсолютно непредсказуемый и наглухо эгоистичный Зверь Потока, вдруг начал рассуждать о полезности, адаптации и цитировать учебники по психологии.

— Ну, если хочешь быть полезным…

— Да! — если раньше Змей говорил будто с листа читал, заученно, то теперь его энтузиазм сделался неподдельным, почти детским. — Говори, что нужно сделать? Можно организовать незаметный сердечный приступ у этого человека, и тогда он никому не расскажет того, что успел узнать о тебе. Абсолютно естественная смерть — ты останешься вне подозрений! А Синего попросим, чтобы он стер все данные с его планшета.

А, нет! Старый добрый Кель, никакой подмены не произошло. Даже спокойнее стало как-то.

— Нет. Никого убивать не нужно. И вообще, заруби себе на носу, что ты не должен причинять вреда никому из людей без моего прямого, четкого и однозначного приказа. Это правило номер один.

— Ну я же не отморозок какой-то, Ори, — даже обиделся Пернатый. — И не думал даже о чем-то таком уж радикальном без твоего согласия. Так что тогда нужно сделать? Сломать ему ногу? Подставить перед начальством? Очернить в глазах сослуживцев? Знаешь, я сталкивался с таким забавным термином, как «газлайтинг». Это когда…

— Проследить за ним, — мысль наконец оформилась у меня в голове, обретая четкие контуры. — За всеми этими «экскурсоводами». Пусть они выведут тебя на их начальство, на того, кто отдал этот приказ. Сможешь?

В самом деле — если они получили задание провести этот топорный тест с курсантами ВИО-шесть, то потом обязаны пойти к начальству с докладами, сдать свои «отчеты». Те данные, которые они сейчас клепают в свои планшеты и очки, — это одно, а личные впечатления, устный доклад — совсем другое, куда более ценное. И если Кель за ними проследит, то сможет узнать, кто же был настоящим заказчиком этой странной «экскурсии».

— Задачу понял! Проследить, найти начальство, и уничтожить его! — с энтузиазмом прошипел Кель. — Ты прав, какой смысл убивать исполнителей — разить нужно в самое сердце, в источник угрозы! Отличный, элегантный план! Не зря я тебя выбрал!

— Мы. Не. Убиваем. Людей, — произнес я мысленно, разделяя слова, чтобы подчеркнуть их важность. — Ни исполнителей, ни начальство. Никого.

Но Келя это не особо впечатлило, он уже увлекся новой игрой.

— А как же те, на Четкой Фортуне? — поинтересовался он. — Тех ведь ты убивал. Или там можно?

Как с маленьким, пусть и очень древним и опасным ребенком, ей-богу!

— Это были враги. Плохие люди. Они сами выбрали свой путь и сами напали на нас, — терпеливо объяснил я. — Здесь же — военные Республики. Свои.

— То есть, плохих можно убивать? — уточнил Кель, явно пытаясь вывести для себя работающий алгоритм.

— Только если они представляют непосредственную угрозу для меня или моих друзей, и только если я лично прикажу. Во всех остальных случаях — нельзя. Вопросы?

— Сложно… — протянул Змей, и в его «голосе» послышалось разочарование. — Много условий. Раньше было проще.

— Ничего не сложно! Тебе нужно проследить за «экскурсоводами», послушать то, что они будут говорить начальству, выяснить, кто этот человек, после чего вернуться ко мне и все рассказать. Никого не калеча и никого не убивая! Понял?

— Да понял я, понял… — разочарованно вздохнул Змей. — Следить, выяснять, докладывать. Скучно.

— Кстати, забыл спросить, ты сам с Луны добраться сможешь до Элитеи? — как-то упустил этот момент. Я знал, что коты точно не справятся, слишком большое расстояние. Но этот живущий черти сколько лет Зверь точно должен справиться.

— Могу, но не люблю, — признался Кель. — Но это не проблема. Если что, зацеплюсь за любой попутный транспорт, и спокойно спущусь с ним в атмосфере.

— Отлично! — я почувствовал облегчение. — Действуй.

— Ты только Стунию потом скажи, что это я не сбежал, а ушел по твоему заданию, — вдруг попросил Кель, и в его тоне впервые прозвучала неуверенность. — А то он опять начнет думать, что я за старое взялся…

Глава 19

Интерлюдия: Кель. Новая жизнь змея

Год 1140 от начала Экспансии

Лунная база планеты Элитея, столицы Ста Миров

У людей есть поговорка: научить старого пса новым фокусам. В том смысле, что чем старше становишься, тем сложнее воспринимается новое. Кель не мог назвать свой возраст даже в тысячелетиях: то ли два, то ли три, то ли вообще четыре. Как-то он не считал свои года — зачем? Тем более, довольно долго владение календарем было прерогативой избранных жрецов, и было больше никому не нужным…

Став участником космической экспансии Человечества, Змей волей-неволей стал обращать внимания на даты — время обрело для него смысл. Он вообще многое понял за последнюю тысячу лет. В том числе и то, что зашел в тупик. Более молодые Звери Потока легко обходили его по силе — а Пернатый все никак не мог приблизится к настоящему могуществу. Даже победа над заклятыми врагами на Чёткой Фортуне не помогла, лишь показала: так ему и быть жалким неудачником.

Решение попасть на Элитею и как-то уломать живущих при Монастыре, то есть теперь уже Академии, принять к себе — было чистой воды авантюрой. Жестом отчаяния, можно сказать. Келю было страшно туда соваться, но и не попробовать он не мог. Можно было бы сказать, что проскочил он совсем на тоненького… но нет. Не проскочил. Тому, старому Змею пришлось умереть. Причем не от когтей Стуния и не от рук людей — Крылатый сам его прикончил.

Как теперь уже было понятно — трансформация личности произошла бы и сама собой, без участия шамана. Став другим, Змей с ужасом понял, что его ждало. Ведь он между принятием человечности и отказом от неё без Ори выбрал бы второй вариант. И обрел бы такую желанную мощь… совершенно бессмысленную. Превратился бы в мега-хищника с холодным разумом охотника. Что автоматически равнялось бы потери свободы воли. Да и смысла жизни, по большому счету.

Маленький шаман с невероятно сильной волей сумел пробиться через кровавый туман жертвенных сил, накопленных за много веков, и показать, для чего по-настоящему нужен союз человека и Зверя. Доверие. Взаимопомощь. Возможность стать частью чего-то большего. И распрощаться с холодным и злым одиночеством. Если б Змей еще знал, как ему по-новому себя вести…

Впрочем, еще научится. Кель прямо-таки всем естеством ощущал, что неодолимая стена, отделяющая его от постижения нового — пропала! И как все просто оказалось, на самом деле! И сложно: прошлое ведь никуда не пропало. Стуний все мозги проклевал, что не ни в коем случае нельзя забывать то, что было. Пусть преимущественно негативный опыт — но такой нужный, чтобы не повторять ошибок! И Пернатый честно старался не повторять. Понять ведь, где ошибка, а где нет — тоже не всегда просто.

Так что Ори не зря буквально разжевал задание. Проследить, подслушать, запомнить главаря разведчиков, то есть тьфу — командира! Запомнить и пересказать шаману. Ну где тут можно напутать? Жаль, что в сокровищницу наведаться не получится — не обнаружив себя, материальные предметы не утащить. Потом, Ори сказал, что у них нет сокровищницы. Дурацкая какая-то база!

Крылатый уже со стороны смотрел, как группа и коты-фамильяры загружаются в десантный корабль. Помахал на прощание хвостом — и увязался за лейтенантом Мимозой. Можно было сразу упасть на хвост командору Шеридану — вроде он командовал «экскурсоводами». Но вдруг он только исполнял роль говорящей головы в нужном звании?

Мимоза и другие лейтенанты тем временем покинули супер-плац и все вместе дошли до платформы метрополитена. Келю бросилась в глаза схема линий: оказывается, поезда маглева связывали все части лунной базы — и экскурсоводы про них и словом не обмолвились! То ли секретность, то ли так «хорошо» подошли к составлению индивидуальных обзорных программ.

Ждать нужной остановки пришлось долго: около двадцати минут! Причем все молчали, даже не перебрасывались дежурными замечаниями. Змею успел заскучать и по своей инициативе проверил карманы военнослужащих — не только «своих», но вообще всех, кто ехал в вагоне. Ничего ценного не нашел: среди прочего откровенно преобладали конфеты, а у одного и вовсе лежала фигурка солдатика.

Но вот, наконец, профайлеры вышли из поезда. Еще пять минут по запутанным одинаковым коридорам — и офицеры попали в типичный такой офис со столами и встроенными в них терминалами. Разве что рабочие места не поленились разделить непрозрачными звукоизолирующими перегородками. Лейтенанты сразу же засели корректировать записанные скрытыми микрофонами результаты опросов, а Змей опять заскучал. Правда, чуть-чуть все-таки развлекся, читая составляемые отчеты.

«По словам кадета Зандера Волковски, среди кадетов ходят упорные слухи об участии в прошлом учебном году группы ВИО-пять в освобождении пиратской колонии в диком космосе. Которая впоследствии была сдана Большому клану Ли в обмен на принятие в семью Кунг не клановых членов ВИО-пять. А за полгода до того Коррен Талани, тогда еще не Кунг Ли, оказался захвачен вместе с экипажем коммерческого транспорта неизвестного наименования и доставлен на пиратский крейсер-носитель, где лично уничтожил весь экипаж. По словам кадета Волковски, кадет Коррен Кунг Ли подтвердил эту информацию, во что опрашиваемый не совсем верит.»

«Кадет Дебра Нокс подтверждает, что во время отработки учебной ситуации „Бунт на космической станции“ во время практики на полигоне „Вакуум 19“ по команде Коррена Талани Кунга Ли была произведена их с кадетом Волковски мгновенная нейтрализация. Не смотря на поднятые щиты и готовность отразить учебную атаку. Однако прямого ущерба нанесено не было.»

Там еще много чего было написано: не клановые «апасные» разболтали абсолютно все, что знали — и еще и от себя добавили! Правда, почему-то постеснялись рассказать, что для идущих по учебному распорядку приемов пищи готовит Ори — зато нажаловались, что клановые зазнайки вечно что-то скрывают и обсуждают что-то свое. Еще и недовольны клановым воспитанием, снобы хреновы!

«И чего мой шаман возится с этими мелкими дураками?» — спросил сам себя Змей. — «Еще и в группу зачем-то затащил. Вон остальные трое разведчикам ничего толком не рассказали о себе. Вот тебе и пресловутое клановое воспитание!»

Да, лейтенанты оказались офицерам Разведки Флота, тут Ори правильно догадался. Руководил ими капитан Борисов. Дождавшись отчетов, он начал по-одному вызывать подчиненных в свой кабинет и дополнительно опрашивать. Пока Кель обследовал шкафы, полки, ящики стола и прочие интересные места, половина лейтенантов «отстрелялись». Шестым вошел долговязый офицер в очках дополненной реальности — тот, что вопросы запомнить не мог.

— Командир, можно вопрос? — вдруг спросил он.

— Спрашивай, Радж, — вздохнул капитан. — Опять заметил что-то, что другие не увидели?

— Мой кадет очень спокойно себя вел, — замялся подчиненный. — Не как ребенок с незнакомым взрослым. Но при этом не пытался познакомится-сблизится или, наоборот, держать дистанцию. Словно… словно вместе с нами был кто-то еще, кого я не вижу! Еще при встречи и перед отправкой я посмотрел на остальных — вроде как все Кунги себя так вели.

Если бы Кель был котом, он бы навостри уши, услышав это. Интересно!

— Я верю в твою интуицию, лейтенант. Но в этот раз ты явно переборщил с мнительностью, — поморщился Борисов. — Кто мог невидимым сопровождать детей — и чтобы датчики его не засекли? Разве что сказочный Зверь Потока!

Тут капитан громко фыркнул! Змею нестерпимо захотелось показать на глаза этим людям и крикнуть «привет» — во бы они глаза выпучили! Но еще больше он не хотел подорвать доверие Ори, да и миссию ему поручили действительно важную. Так что сдержался.

— В сказках как раз-таки упоминается, что Зверь может выбрать себе одаренного и стать его спутником… — начал было Радж и осекся под взглядом начальства.

— Ты же понимаешь, что несешь бред, правда? — с нажимом спросил капитан. — Скорее всего, какая-то особая техника Солнечников, вроде медитации, которой детей обучили в клане. Про Ли всяких историй много ходит, уж очень они особняком стоят по сравнению с другими кланами Большой Девятки.

— Нам бы хотя бы одного одаренного в подразделение… — вздохнул Радж.

— Это вообще не ко мне, — сморщился, будто сжевал ломтик лимона Борисов. — В Вооруженные силы Республики Солнечники идут не слишком охотно, в основном лишь те, у кого выбора особого нет. И девяносто процентов из них — Ученики, с трудом освоившие необходимый для своего ранга минимум! Но даже их разбирают в десант и спецназ, а остальных хапают себе безопасники. Одна Академия Элитеи дотягивает своих кадетов до Мастеров. И их тут же распихивают по самым горячим направлениям!

— Можно было наших штурмовиков позвать, — тихо парировал лейтенант.

— Серьезно? — даже не стал отчитывать подчиненного капитан. — Я это так и вижу! «Значит так, пацан. Мне тут впихнули список тупых вопросов, ты мне ща быстренько ответь, что в голову взбредет — и я тебе покажу такие отпадные штуки, закачаешься? У нас симулятор свободного падения на планету с атмосферой есть — надо щитами тормозить, чтобы не угробиться!»

— По-моему, тогда бы ребята честнее ответили, — продолжил спор лейтенант. И старший по званию его почему-то опять не одернул. — Не скажу за всех, а «мой» Цзан уже со второго вопроса понял, что я составляю его профайл. Один Поток знает, что правда в его реакциях, а что — заранее заучено. Посмотрел на меня как на врага! И дальше отвечал односложно.

— Вот для этого ты мне и нужен со своей хваленой интуицией! — опять надавил голосом Борисов. — Что там с психопрофилем, если не смотреть в анкету?

— Парень явно знает, что такое оружие и насколько оно опасно в чужих руках, — сосредоточился Радж. — Я завел его в тир, и он сразу напрягся. А вот на технические моменты почти не реагировал. Даже когда я показал ему симулятор рубки крейсера. Предложил сесть — и он машинально положил руки на пульт так, будто уже управлял подобным кораблем. Причем столько часов, что движения въелись в моторную память.

— Интересно как… Получается, сведения о захвате крейсера подтверждаются, — сказал сам себе кэп. — И остальное — тоже…

— Что-о⁈ — у лейтенанта, что называется, глаза на лоб полезли.

— Некоторые кадеты, в отличии от Кунгов, язык за зубами даже не подумали держать, — туманно пояснил начальник. — Лучше скажи, что мне написать в выводах наверх. Нужно кадетам мозги вправлять или пусть живут?

— Цзан воспринимал нас если не как врагов, то как противников точно, — подумав, решил Радж. — Все время был сосредоточен, ждал подвоха. И это здесь: в самом защищенном месте звездной системы!

— Генерал Такахаси будет в восторге, — опять скривился капитан. И уже совсем другим голосом приказал. — Свободен, лейтенант. Следующего ко мне.

— Есть! — четко вытянулся Радж и почти промаршировал на выход.

«Еще и генерал,» — потер чешуйки о чешуйки Кель, имитируя потирание рук. — «Надеюсь, капитан ему не по почте отчет отправит. А то как я его тут искать буду? Хотя-а… У генерала-то в сейфе точно что-то дорогое может лежать! Я только одним глазком!»

* * *

Ждать, пока Борисова вызовут к Большой Шишке оказалось невыносимо скучно. Змей, чтобы не сделать от скуки какую-нибудь дурацкую глупость полез исследовать соседние отсеки, время от времени возвращаясь в кабинет капитана. И едва не упустил того, когда вызов все-таки поступил. Оказалось, для старших офицеров был предусмотрен отдельный транспорт: индивидуальные капсулы! Капитан не относился к командному составу, но из-за вызова смог воспользоваться VIP-вариантном маглева. Всего семь минут вместо двадцати — и вот он уже на месте.

Палуба, где находился рабочий кабинет генерала сильно отличалась от остальных. Стильные двери, имитация паркета на полу, живые растения в кадках… и те самые десантники на постах. Зачем-то с оружием в руках, прижатым к груди, застывшие, будто статуи. Впрочем, Кель быстро понял, зачем карабины: среди одаренных никто не дотягивал даже до мастера! Да и подмастерьи стояли только по бокам от входа в генеральские апартаменты.

Такахаси как раз читал выжимку из отчета капитана разведчиков, небрежно махнул подчиненному рукой. Мол садись и не отсвечивай. И только минут через пять соизволил начать разговор.

— Значит, считаешь, что детишек — к мозгокрутам?

— Вывод сделан на основе доступных данных, командир! — вскочил и вытянулся Борисов.

— Сказал же: вольно! — недовольно зыркнул хозяин кабинета. — Садись, Борисов. Если бы я хотел формализма и по Уставу, дернул бы твоего комдива. Но я поручил проверку лично тебе. Смекаешь?

«Наш человек!» — обрадовался Змей.

Правда, генерал тоже не владел сродством с Потоком даже на уровне Ученика. А Пернатый уже думал, как прятаться от гранда или, тем более, магистра. Не пришлось.

— Так точ… — под взглядом начальства капитан запнулся и неуверенно ответил. — Да, я понимаю.

— Смотри-ка, можешь ведь, когда захочешь, — одобрил генерал. — По твоему анализу получается, что пятерых кадетов из ВИО-шесть готовят к специальным операциям для ЭсБэ? Не рано взялись? Да еще это принятие в клан…

— Есть мнение, что между Ли и Службой Безопасности Республики был заключен некий договор. Клану — неординарные самородки на развод, а безопасникам — группа сильных солнечников, которую можно кидать против самых одиозных противников. Под видом взвода обычного спецназа ВС Ста Миров. Во всяком случае, ненависть к пиратам и однозначный взгляд на Доминионы Свободы как на противника им уже привили. А командир Академии Дэниел Ли смог вызвать из Вечной Пятерки наставника-преподавателя для обучения по специальной программе.

— То есть «безы» за наш счет решили собрать взвод ликвидаторов и зачищать всякое дерьмо, — кулаки военного управленца сжались. — Причем таких, что и своих уроют не поморщившись, если чего не так. И клановый статус их от многих проблем автоматически защитит.

— Более того, Коррена Талани Кунга Ли инициировал и учил до ранга Подмастерья Бен Ферандо. Тот самый капитан, из-за которого в двадцать шестом разгорелся небывалый коррупционный скандал после обвинения группы офицеров в организации пиратства. Ниточки потянулись так далеко, что ЭсБэ пришлось прятать Ферандо под чужим айди по программе защиты свидетелей.

— Тот идиот, который не смог аккуратно настучать нашим внутрякам и устроил шитшторм, из-за которого кучу нормальных офицеров списали? — на всякий случай переспросил Такахаси. — Он еще жив?

— И преподает как раз таки в Академии Элитеи, — подтвердил капитан. — Дэниел Ли его лично вытащил. Они, оказывается, друзья.

— Получается, «ректор» затаил — а теперь отыгрывается, вовсю запустив к себе «безов», — сделал жевательное движение массивной челюстью генерал. — Распустил армейских психологов под видом что те, мол, склоняют кадетов к образованию организованных преступных групп, и теперь крутит, что хочет. С фигой в кармане. И мы его шарагу еще и финансируем, и сделать ничего не можем.

— По официальным каналам — нет, — подтвердил Борисов. — Разве что вот принудить провести реабилитационные мероприятия группе кадетов…

— После отчета наших психов из госпиталя уже будет хорошая причина провести ревизию в этом рассаднике агентов ЭсБэ, — неприятно ухмыльнулся Такахаси. — А там, глядишь, и еще за что зацепиться можно будет. А ты толковый малый, Борисов. Пойдешь ко мне в спецгруппу со своим взводом на прямое подчинение? Всем по «звездочке» на погоны уроню сразу же!

— Так точно, генерал! — опять вскочил капитан, скрывая за бравой уставщиной кислое выражение лица.

«Теперь мне точно есть, что рассказать Ори,» — решил Кель.

И напоследок заклинил замок генеральского сейфа. Судя по тому, что там лежало — Такахаси придется взрезать плазменным резаком композитную капсулу самому, лишь бы никто посторонний не увидел.

Глава 20

Госпиталь

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Автоматические двери шаттла с тихим шипением сомкнулись, отсекая шум академического космопорта. В салоне воцарилась гнетущая, уставшая тишина, нарушаемая лишь негромким но навязчивым гулом атмосферных двигателей и едва слышным шипением системы вентиляции, подающей стерильный, отфильтрованный воздух.

— Четвертый день одно и тоже! — простонала Анасдея, падая на сиденье рядом со мной. Она закатила глаза к потолку, словно взывая к небесам. — Сколько можно уже! Я лучше бы на десять спаррингов с Идальго сходила!

— Я тоже устал, — со своего места сообщил обычно немногословный Джар. — Голова гудит.

Ему в беседах с психологами приходилось сложнее всего. Ведь там нужно было отвечать на каверзные, порой абсолютно абсурдные вопросы вопросы. Причем, не в обычной для здоровяка манере: «да» или «нет». Развернуто! Понятное дело, что он уже вымотался.

А вот Цзан откровенно троллил врачебный состав, найдя в этом своеобразное развлечение. Те в первый день пошли по стандартным вопросам, среди которых оказался такой: «Доводилось ли ему уже отнимать человеческую жизнь». Побратим не раздумывая ляпнул — нет. Ну как же, тут же завелись «психи», которые имели полный доступ к досье курсанта. «Вот у вас же написано! — тыкали они пальцем в экран. — Вы, курсант Кунг, блокируете негативный опыт? Отрицаете случившееся?»

— Так то пираты были! — сделал большие глаза наш шаолинь. — Пиратов убивал, да. Людей — нет.

Его ответ (тут, конечно, Шая постаралась) уже успел разойтись по всей Академии. И превратился в мем для внутреннего пользования. Пройдет несколько лет, все уже забудут, кто и при каких обстоятельствах это сказал, а но фразочка «Пиратов убивал, людей — нет» останется. Навсегда врастет в курсантский фольклор, как одна из тех легенд, что передаются из поколения в поколение.

— Если они опять начнут гонять по тем же тестам, я точно кого-нибудь прибью! — Аня явно искала у меня сочувствия.

Я лишь хмыкнул, мысленно отправил по «мосту» теплое, успокаивающее чувство, полное понимания, и похлопал ее по ладошке. Держись, мол, не одна тут.

— Меня больше волнует, что мы от новеньких можем отстать, — высказалась и Шая. — Наставница Бринн как раз сейчас разучивает с ними направление термодинамического воздействия, а у нас на это только часа два в день остается.

— Нагоним, — успокоил я и ее.

После посещения «темной стороны луны» нас не трогали аж целых два дня! Группа спокойно занималась, в кои то веки без приключений и превозмоганий. Но я догадывался, что это не продлиться долго. Спасибо Келю — он хорошо поработал. Благодаря ему я знал даже больше, чем мне собирались рассказать.

Так что когда вечером второго дня на электротележке прикатил Бен Ферандо и позвал на очередной «серьезный разговор», я уже знал к чему все идет.

— Это не инициатива ректора, — сразу же начал бывший абордажник. — Поверь, «психов» Дэниел ненавидит не меньше моего! Сколько крови во время кадетства нам попортили… Но на Дэна крепко надавили, не оставив выбора. Флотские параноики решили перестраховаться. Так что вам будет лучше подчиниться и пройти эти дурацкие тесты.

С начала очередной учебной недели всем членам клана Ли из группы ВИО-шесть надлежало пройти обязательную психологическое обследование у специалистов. Чтобы исключить возможность подтасовки данных — не в Академии, а в профильном военном госпитале. Ведомственно относящемуся к — сюрприз-сюрприз! — военно-космическим силам Республики.

Понятное дело, оформлять нас в стационар никто бы не позволил — это был бы уже перебор. Стороны сошлись на ежедневном амбулаторном посещении: с утра и до трех часов после полудня. Ректор выписал нашей пятерке освобождение от занятий, и вот теперь мы каждый день, сразу после завтрака, летали за территорию училища. Где отвечали на глупые вопросы смотрели на мерцающие точки на экранах и пытались доказать целому штату серьезных, невозмутимых мужчин и женщин в белых халатах, что с крышей у нас все в полном порядке.

А так как они — вопросы, в смысле, — изо дня в день повторялись по кругу, «апасные» уже начали понемногу звереть. Аня-то ладно, она всегда такая резкая. Но Джар! Дошло до того, что здоровяк начал сам затевать разговоры, а не просто отвечать, когда к нему обращались!

Мне было чуточку проще. Пока доктора медицины пытались вывести меня на «чистую воду», и найти хоть какие-то следы посттравматического синдрома, я развлекался беседами с фамильярами. Ная на второй день научилась косплеить закрепленную за мной врачиху, только в образе кошкодевочки, так что самым большим испытанием было не заржать. Ну и Келя еще сдерживать — после возвращения с базы Змею везде виделись шпионы и заговоры, и на каждого сотрудника госпиталя он буквально волком смотрел.

Ладно бы только смотрел — так он еще и настойчиво предлагал «превентивно обезопасить» самых подозрительных. В свойственной ему, особой, деликатной манере. Смекаете?

Так вот незаметно, за болтовней, мы и добрались до госпиталя. С высоты он выглядел, как россыпь белых кубиков со скругленными гранями, которые великаны забыли на зеленой лужайке. По мере снижения картина менялась. Огромные ослепительно белые корпуса, парковые зоны — красиво, короче говоря. В первый день, когда нас сюда привезли, я даже порадовался смене обстановки. Но быстро понял, что ошибся.

Корпус психологической службы снаружи ничем не отличался от прочих. Но вот внутри словно бы поработали какие-то дизайнеры маньяки. Которым была поставлена четкая цель — посетитель должен чувствовать себя максимально дискомфортно.

Высокие потолки, холодный свет, глухие стены и длинные коридоры. На каждом углу — камеры, не сводящие с тебя объективов. И охрана. В конце каждого коридора — свой пост охраны. Нет, не мужиков в композитных доспехах и плазмаметами в руках. Всего лишь парочка из медсестры и медбрата — первая с клонированным лицом стервы, второй — с фигурой профессионального борца.

Очень настраивает рассказывать о своих проблемах, да.

Нас встретил все тот же, что и всегда, флегматичный мичман с планшетом в руках. Взгляд без интереса прошелся по каждому из «апасных», сверился со списком.

— Следуйте за мной, кадеты. Расписание без изменений.

Маршрут нам был до тошноты знаком. Сперва забор биоматериалов в процедурке, вслед за этим — фиксация физиологических показателей. На второй день, помню, Анасдея возмутилась, мол, а нафига, вчера же все сдали уже. На что ей без выражения сообщили, что так они устраняют возможность принятия препаратов, которые бы сделать даже законченного маньяка нормальным. На время.

Следующий пункт программы — индивидуальная работа с психологом. Мой «любимый» кабинет. Там уже ждала все та же доктор Эрика Вальс, женщина с идеальной прической, стеклянным взглядом профессионала и улыбкой, которая никогда не покидала губ. Ее вопросы были выверенными, как у снайпера, и такими же предсказуемыми.

— Здравствуйте, Коррен. Давайте поговорим о захвате пиратского крейсера-носителя. Постарайтесь описать свои чувства, которые вы испытывали в процессе боя.

Мне еще в первый день послышалось, что она хотела сказать не «боя», а «бойни».

— Что вы чувствуете, стреляя в людей, сержант? — возникший за спиной врачихи Красный напялил на себя мундир офицера американской армии времен войны во Вьетнаме.

— Отдачу, полковник, сэр! — с другой стороны в «оливе» морпеха вытянулся по струнке Синий.

Подавив улыбку — ну вот чтобы я без них делал? — я начал выдавать заученные ответы. Социально одобряемые и приемлемые. Чувства долга, опасения за жизнь экипажа, сожаление о неизбежном насилии, радость за спасенных — и вот это вот все. Сам же через Наю с Ло смотрел, как идут дела у остальных.

Тоже шаблонно. Анасдея откровенно зевала, Джар пялился в карточки с кляксами и выдавал длинные описания — не просто бабочка, а махаон. «Видите здесь характерный изгиб в верхней трети крыла?» Цзан опять взялся за свое и теперь грузил врача зубодробительными текстами из каких-то древних клановых книг: «Невозможно осквернить духовную чистоту, ибо к чистому не липнет грязь». Шая вообще «вышла из чата» — отвечала монотонно и уверенно, а на самом деле, как я догадывался, прогоняла по памяти выученный вчера мнемотехникой учебник по термодинамике.

Еще один потерянный день…

После индивидуальных занятий тот же мичман повел нас на обед. А вот забрал со столовой уже другой человек. Тоже в форме, но незнакомый.

— Следуйте за мной, кадеты, — он даже улыбнуться попытался. Типа, смена паттерна на дружелюбие.

Провожатый доставил нас в большой зал, где вместо стульев для групповых занятий — сейчас оно было по расписанию — стояли пять капсул гибернации. Их мягкая голубая подсветка была единственным источником света в комнате, кроме тусклой лампы над дверью. Возле капсул нас стоял незнакомый врач в светло-сером комбинезоне. За его спиной топтались два медтехника.

Врач тоже встретил нас радостной улыбкой.

— Здравия желаю, будущие офицеры! Меня зовут доктор Армен. Сегодня мы опробуем новый протокол. Неинвазивное сканирование нейронных связей в состоянии контролируемого медикаментозного сна. Это позволит получить наиболее полную картину. Прошу занять капсулы.

Меня будто током ударило чувство дежавю, да и ребята тоже отчетливо замешкались на входе. Переглянулись друг с другом, после чего все дружно посмотрели на врача, как на врага. Если у нашей группы и имелся травматичный опыт, то связан он был именно с этими триггерами. Этого они добиваются? Чтобы мы начали психовать от вида капсул?

Ну-у, зря. Дважды повторенная шутка становится совсем не смешной. Шая первой отреагировала на предложение. Сделала шаг вперед и ровным голосом произнесла.

— Протоколом нашего обследования, согласованным с командованием Академии, подобные процедуры не предусмотрены. Мы не давали согласия на применение медикаментозного сна. Если медицинский персонал госпиталя настаивает на этом, то мы готовы продолжить обследование, но только в присутствии нашего куратора Бена Ферандо или наставницы Аэлиты Бринн.

Лицо доктора Армена построжело. И куда девалась его дружелюбная улыбка?

— Расписание было изменено. Это обязательный этап. Пожалуйста, не усложняйте, у меня еще много работы сегодня…

И в этот момент из стены вынырнула Ло. Вид у Оранжевой был взволнованный.

— Ори, тут в соседней комнате четверо человек лежит связанных и без сознания! Похоже, настоящие врачи!

Чем хорошо, когда в группе все сплошняком Шаманы, способные видеть Зверей Потока — объяснять ничего не надо. Стоило только разведчице сказать об опасности, как мы начали действовать.

Джан, разогнавшись с места, как гоночный болид, выставил перед собой щит, и будто кегли снес уже выдвинувшихся в нашу сторону медтехников. Цзан резко повернулся к закрывающему выход «мичману» и мгновенно почерневшей рукой резко ударил его в левую часть груди. Аня с Шаей зажгли на руках плазмоиды и с нехорошими взглядами стали обходить «доктора Армана» с двух сторон. Тот побледнел, и выхватил из-под комбеза оружие — короткоствольный игольник.

Я только и успел крикнуть:

— Живыми!

Немного опоздал, все же. Одного из противников «апасные» все же вывели из строя фатально. Того самого мичмана — сердце остановилось.

Не дожидаясь, пока девчонки поджарят «врача», я послал в его сторону щит. Который выбил у него из руки игольник, и протащил до дальней стены. И прижал к ней, словно бабочку. Махаона, ага! Видите у него в верхней трети крыла характерный изгиб?

Ну а Джар без затей приложил медтехников «наркозом».

— Цзан, заблокируй дверь! — тут же начал я распоряжаться. — Шая, попробуй связаться с Академией. Аня — убери оружие подальше, чтобы никто не пострадал. Джар — найди мне какое-нибудь растение, я вроде в коридоре видел кадку. Потом, так уж и быть, запихни сердечника в капсулу. Ло — разведка внутреннего периметра. Кель — внешнего. Никого не трогать, только смотреть и докладывать.

Последнее я для Змея специально добавил. Не хотелось бы, чтобы он со своей шпиономанией проредил персонал здешнего госпиталя. Понятно же, что местные тут не причем.

Когда все рассредоточились, я приблизился к «доктору». Никакой рефлексии или сомнений я не испытывал. На нас напали — мы ответили. Неважно — Элитея это или Четкая Фортуна.

— Доктор Армен, — за неимением другого имени, я решил обратиться к прижатому щитом к стене противнику так. — Объясните, что вы с нами собрались делать? После того, как мы ляжем в капсулы гибернации?

Старался говорить спокойно, но чувствовал внутри дрожание чего-то холодного и очень злого. Мы живем, учимся, никого не трогаем, а эти продолжают к нам лезть и лезть! Будто во всей этой огромной галактике, с миллиардами проживающих на сотнях планетах людей, больше докопаться не к кому!

А эти еще и дерзкие! В самом центре столицы Республики, в военном госпитале! Запредельная наглость! Кто такие, вообще? Доминионы?

Пленник не отвечал. Просто смотрел, будто бы сквозь меня. Ну да, ну да, допрос проводимый ребенком — это совсем не страшно. Можно было плюнуть на его ответы, дождаться подмогу и сдать неудачливого похитителя с подельниками в руки спецслужб. Пусть сами разбираются!

Но! Нам ведь опять ничего не расскажут. А я очень хотел знать про своих врагов все. И для того, чтобы избежать подобных нападений. И — чтобы предотвратить их на стадии планирования. То есть, найти заказчика и… отдать его Келю.

Джар к этому времени сбегал в коридор и вернулся со здоровенной кадкой с сансевиерией, более известной, как «тещин язык» или «щучий хвост». Настоящий символ всех лечебных учреждений — абсолютно неубиваемое, устойчивое к перепадам температур и скудному поливу, но при этом одно из лучших растений-фильтров, выделяющее кислород даже в ночью.

Подчиняясь витальной силе Потока, «языки» начали быстро расти, причем в строго определенном направлении. И через несколько секунд первые отростки проникли в поры кожи «доктора Армана». У того глаза от боли побелели, даже забыл, как дышать.

— Повторю вопрос. Кто вы такой и что вам от нас нужно?

Пришлось повторить это еще два раза. За это время сансевиерия уже проросла в его руке до локтя, причиняя невероятную боль. Чтобы пленник не умер от болевого шока, приходилось его еще попутно подлечивать.

— Мы просто наемники! — прохрипел «врач» наконец. — У нас контракт!

Ну вот! Можно же было сразу так! А то корчат сперва из себя несгибаемых, а потом удивляются, что из руки какие-то корешки торчат!

— Что за контракт? Кто заказчик?

Многого наемник рассказать не смог. Получили заказ от посредника. Должны были просто уложить нас в капсулы гибернации, а потом залечь вместе с ними на дно. Заказчик подозревал, что искать пропавших курсантов будут хорошо, поэтому о «доставке» договорился отдельно — не раньше, чем через три месяца. Все это время мы должны был лежать тушками в пластиковых гробах и ждать.

Оплата была шикарной. Кроме того, посредник предоставил все подробности — где мы будем, когда, а также способы проникнуть в военный госпиталь и все необходимые для этого тайминги.

Я уже было собирался заканчивать с неудачливым похитителем, как тот вдруг выдал еще немного интересного.

— Посредник сказал, что заказчик послал своего человека следить за нами, — под легким витальным обезболом говорил он уже внятно. — Мол, если у нас все штатно пройдет, то он и не появится.

— А если нет?

В ответ мужчина только плечом дернул. И в тот же миг в помещение ворвался Кель. Возбужденный и довольный, будто ему драка с очередным Божественным предстояла.

— Там! Там! — закрутился он вокруг меня. — Шаман! Ты сказал не нападать, я не напал! Он идет! И Божественный!

— Толком, Кель!

Словно бы отвечая на мой вопрос, дверную группу вырвало из стены вместе с косяком. Краем она зацепила стоящего рядом Цзана — по счастью так и не снявшего «железную рубашку». Но силы удара все равно хватило, чтобы легкого парнишку будто ветром сдуло.

В провале же возник похожий на сотканного из темного тумана волк. Огромный, с горящими льдистой синевой глазами, и пастью, в которую можно было и Бена Ферандо целиком запихнуть.

— Неудачники! — презрительно пролаял он, глядя на наших пленников. — Мне обещали профессионалов!

Глава 21

Столичные разборки

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Бей! — заорал я, даже не пытаясь завести разговор с вторженцем, одновременно бросая «пилу» и укутываясь в «рубашку». Никогда б не подумал, что буду благодарен Келю за то, что он заставил нас пятерых сражаться с Божественными на Фортуне — но сейчас этот опыт зарешал. Никакой раскачки, никаких сомнений. Анасдея запустила противозверьевой удар одновременно со мной, так же быстро создав защитную технику. Судя по тому, что остальные три пилы вгрызлись в волка менее чем через секунду — остальные поступили так же. Даже сбитый с ног Цзан.

— Ха! Ай да я! — Змей услышал мою мысль про благодарность вместе с безмолвно отданным приказом. Потому смачно харкнул волку прямо в морду отравленной синей энергией и немедленно шмыгнул в сторону, чтобы, вернув себе максимальный размер, вцепиться твари клыками в бок. Опять лишь на мгновение опередив котов. Выросшие до размеров плейстоценовых пещерных львов фамильяры предпочли клыкам когти — ну а у змея не было особого выбора.

В общем, пафосная выходка с ломанием стены и самолюбованием вслух дорого обошлась супер-волку. Он только и успел, что расплющить одного из нейтрализованных нами наемников ударом лапы — а мы совместными со Зверями усилиями превратили его шкуру и сантиметров на двадцать под ней в кровавую кашу. Ну или энергетическую кашу, ладно — реальной-то плоти у созданий Потока нет. Еще и ослепили и дезориентировали — опять спасибо Келю. И сделали очень, очень больно.

Волк рванулся, разом потеряв телесность — но это ровным счетом ничего не изменило. Одного Келя на себе, он, может бы, и уволок бы — но только не пятерых противников разом. Он даже контратаковать толком не мог: мало того, что Кер с легкостью увернулся от его ослепшей морды — так еще и мы, шаманы, продолжали закидывать тварь «пилами». И безнадежный, агонизирующий вой нас ничуть не сбил. Еще немного…

Тут ясно видимый шаманским зрением противник вдруг потерял контуры и распался облаком тумана.

— Утекает! — видно, Кель уже встречался с таким трюком. — За ним, добьем, где соберется!

И действительно, туман вдруг потек лентами, совершенно игнорируя стены и другие преграды. Каждый из моих Зверей бросился за лентой — но их было много, очень много. Нам, людям, пришлось выбить дверь соседнего помещения через коридор — пустого, к счастью, это была комната для совещаний — чтобы увидеть развязку. Часть лент вдруг распались туманом и начали растворятся — включая те, за которыми погнались фамильяры. Остальные смогли скрыться. Действительно, утек.

— Командир группы ВИО-шесть Шая Ренфолд, — поднесла интегрированный в рукав коммуникатор к губам наша микростратег. — Чрезвычайная ситуация, нас атаковали с целью похищения. Подать сигнал тревоги.

Наши гражданские коммы лежали в сейфах Академии, дожидаясь каникул. А интегрированные — обеспечивали только местную связь на территории учебного заведения… в обычном режиме. Но даже на Земле мобильные телефоны по особым номерам могли обеспечить звонок через сети любого оператора. Что говорить про здешнюю электронику?

— Сигнал подан… Есть ответ! Чрезвычайные службы и Академия оповещены. Ваши координаты переданы и отслеживаются в реальном времени, — мягко ответила автоматика униформы.

— А тревоги-то в самом госпитале нет, — отметил Цзан. — Им тут стены ломают, кабели и оптоволокно порвали — и как будто ничего и не было.

— Меня больше беспокоит, не повесят ли разрушения на нас? — голос Ани переключил мои мысли на нужный лад. И как я сразу не подумал?

— У нас есть «языки» и обездвиженные врачи в соседней комнате лежат, — напомнила вернувшаяся Ная. — Да и на камерах…

— Шая, запроси голосовую связь, срочно! — перебил я.

— Критическая ситуация, запрашиваю голосовую связь с куратором!

— Запрос принят… Выполняю… Выполняю… Вызов переключен на командира Академии Элитеи Магистра Дэниела Ли.

— Еще лучше! — я наклонился над коммуникатором Шаи, не дожидаясь сакраментального «слушаю». — По нашим координатам нужны Борцы с проявлениями Потока!

После чего уже спокойнее добавил.

— Мы отбились, но не смогли добить.

— Понял, — сухо ответил глава Академии. — Ждите на месте. Это приказ.

И отключился, тоже не став ждать ответа.

— Вот теперь можно выдохнуть, — я подал пример, отодвинув себе стул. И увидел, как на территорию госпиталя пикирует группа из нескольких полицейских флаеров с врубленными стробоскопами-маячками и здоровенный брутальный бронированный шаттл, видимо с полицейским спецназом. — Ненадолго.

— Может, мы врачей освободим? — предложила Оранжевая. — А то пока копы поднимуться…

— Ни в коем случае! — рывком преградила ей путь Зеленая. — Никто про нас не должен знать! Дети сами справились.

— Обломщица, — фыркнула Ло.

— А вы, кстати, ничего не знаете про связанных врачей, поняли? — теперь всеобщая мамочка обвела всех шаманов глазами. — Мы сами отойдем на безопасное расстояние, чтобы никто не засек. Кель, тебя это тоже касается. Кель?

— Слышу, слышу, я понял, — Змей выглядел непривычно-задумчивым. — Я понимаю, что мы Ори только проблем создадим, если нас увидят.

— Мы за ним приглядим, — пообещал Кер. Звери исчезли — и вовремя. Прямо на головы полиции с дикими перегрузками и ревом форсированных движков, от которого стекла задрожали, зашла пара десантных бортов с символикой военной полиции на борту. Сейчас еще и «инквизиция» СБшная подвалит — и такая вечеринка, чувствую, начнется!

Словно проснувшись, где-то внутри здания заунывно завыла тревожная сирена — но не на нашем этаже. Судя по всему, прежде чем пытаться нас украсть, наёмники взломали местную систему безопасности. И качественно так.

Дальнейшие события показали, что я ошибся. Расслабляться можно было смело — мы больше получаса проторчали в конференц-зале, а к нам так никто и не явился. Сначала полиция и военная полиция едва не сцепились, но спецназовцы от обоих подразделений немедленно договорились между собой и начали совместно выводить врачей и пациентов из корпуса. Это я тоже увидел из окна. Но на наш этаж не сунулись. Видно, «инквизиторы» вовремя прислали указания. Сами они прибыли только спустя двадцать минут — но шаги в коридоре раздались лишь через десять с лишним минут.

С другой стороны — а чего им торопиться? Телеметрию с нашей формы они наверняка уже давно получают — значит, понимают, что мы здоровы и успели успокоится.

— Я агент Тимет, ЭсБе, отдел по борьбе с проявлениями Потока, — спокойно зайдя в дверь, представился инквизитор. — Присутствующий здесь кадет Талани Кунг Ли со мной знаком.

— Добрый день, магистр, — вежливо поздоровался я. — Ну или не очень добрый, как посмотреть.

— Вы все живы, даже не ранены, — флегматично отметил мужчина. — Так что день определенно добрый. Теперь сосредоточьтесь и опишите мне Зверя, когда он появился. Остальное потом.

— Огромный волк, словно из тумана! — вылезла вперед меня Шая, только потом увидев мое выражение лица. Дура! Взяла и спалилась на ровном месте!

— Мы его все увидели именно таким, — вдруг спокойно произнес Джар. — Он сломал стену, и показался нам.

Фух! Молодец Ян, отмазал свою будущую невесту.

— Но после первого залпа «пил» он пропал и корректировал огонь Ори, — мост между разумами позволил мне подсказать Анасдее правильные слова.

— Пилы? — удивился «инквизитор». — Залп?

— Это прием, который я подсмотрел у пирата-гранда во время моего первого захвата крейсера-носителя, — темнить было нельзя, зато правду можно было подать в нужном ключе. — Он, правда, только отбрасывал Зверя потока, до режущих качеств я сам его довел на Фортуне. И ребят научил. Назвал «энергетической пилой». Показать?

— По возможности медленно и не доводя до формирования, — согласился спец-СБшник. Я подчинился. — Понятно. Зверь не выдержал обстрела и отступил?

— Не просто отступил! — я максимально подробно описал превращение в туман и бегство в несколько сторон сразу. Понятно, в версии, будто моих фамильяров тут не было.

— Ясно, — Тимет определенно не любил длинные разговоры. А, может, и правда спешил открыть охоту на волка. — Все что нужно, я узнал. Теперь ответьте на вопросы моих коллег под протокол, после чего они отвезут вас в Академию.

Ага, а ты типа не записал сейчас все, что мы сказали, на свой комм? Ну-ну.

Дальше ничего нового для меня не было: нас развели по комнатам, заняв подходящие помещения прямо на этаже и опрашивали раздельно. Причем если спец-СБшникам нужно было узнать подробности нападения именно Зверя Потока, то обычным — все остальные подробности. Я послушно отвечал на вопросы — как и Анасдея.

Остальные, уверен, тоже справились: все-таки в клане мы успели научиться кое-чему помимо «железной рубашки» и ударов руками. Официальная беседа (а не та хрень, что нам устроили на экскурсии!) с официальными лицами в это «кое-что» входила: клановцам Больших кланов нужно отвечать не только не нарушая закон, но и не разглашая клановые секреты.

Отмечу: вопросов вроде «а где это вы научились Тёмному пути Ведьмы?» или «а почему вы решили, что вправе провести полевой допрос?» мне не задали. Не давили, не пытались взять на нейролингвистический прием или оказать явное психологическое давление — все максимально корректно. Даже дополнительно накормили реквизированными у врачей печеньками и напоили чаем.

Сами СБшники тоже не стеснялись кушать чужие вкусняшки, из чего я сделал вывод, что хозяева за ними еще не скоро явятся. И точно: когда нас вывели на крышу, двойное полицейское оцепление никуда не делось. Можно даже не гадать: всех врачей из психоневрологического отделения задержали и будут мурыжить, пытаясь найти крысу, давшую доступ в серверную хакеру и организовавшую проникновение наемников.

И наверняка еще много чего найдут неприятного — так всегда и бывает. И на генерала с японской фамилией тоже выйдут. Жаль, я этого всего не увижу. И вроде как злорадствовать нехорошо, да и куча невиновных пройдет через не самые приятные процедуры допросов и прочих следственных мероприятий. Но… задолбали, блин! Так что я совсем не расстроен, что всем сопричастным кармой в ответочку прилетело!

Борт СБ привез нас сразу на космодром Академии. Разумеется, мы пропустили не только все уроки, но и время для самостоятельных заданий и приготовления ужина. Зато встречала нас внушительная делегация из ректора, Бена Ферандо, Аэлиты Брин и пяти служащих Собственной безопасности учебного заведения. Все из клана Ли, разумеется. В такой «дружественной» обстановке нас передали с рук на руки. Напоследок старший агент из числа прилетевших оповестил ректора — ну и нас всех, заодно.

— Кадетам, — тут он перечислил наши полные имена. — Запрещено покидать территорию Академии, пока идет расследование в части, непосредственно их касающейся. Мы отдельно свяжемся и предупредим, когда запрет перестанет действовать.

То есть больше ни по каким психам нас точно не потащат? Ура Службе Безопасности Республики!

Дэниел Ли дождался, когда корабль «инквизиторов» взлетит, и только потом обратился к нам.

— Ребята, вы молодцы! — искренне, как мне показалось, похвалил он нас. — Действовали грамотно и без малейших колебаний! Вовремя подали сигнал тревоги, вовремя дали знать об особенностях ситуации. Очень плохо, что сторонние силы заставили вас через все это пройти. Но будьте уверены: из этой вашей битвы и победы я извлеку максимум. Никакая посторонняя воля больше не сможет заставить кадетов делать что-то, что мешает учебе и ставит под удар вашу безопасность! Обещаю.

Что-то крупное в лесу сдохло, что Дэниел вот так в открытую это все нам говорит. Вернее, он настолько уверен, что сможет использовать ситуацию в своих целях, что даже не счел нужным это от нас скрывать. Или он специально предупреждает, чтобы мы не думали, что выгодополучатель от созданной ситуации только он?

Бен Ферандо не стал бросаться пафосными обещаниями, просто сказал, что мы все молодцы и по его дисциплине всем зачет автоматом.

— Использовать Зверя Потока для нападения на людей — какая-то вообще несусветная дикость и подлость! — сказала нам Брин. — Но вы даже в этой ситуации справились. Горжусь, что именно мне выпала возможность вас учить. И хорошо, что вы освободили лишний день. Теперь точно успеете догнать остальных «апасных» до каникул.

Зимние каникулы! Совсем вылетело из головы за этими унылыми дурацкими «приключениями»! Больше недели — дома! Вдали от политических заморочек, клановых отношений и прочей взрослой фигни!

И мы — налегли. Ой как налегли! Причем одновременно пришлось еще и сдавать зачеты по общеобразовательным предметам, которые мы благодаря Брин не посещали. Наставница, оказывается, все рассчитала заранее: у нас как раз закончился двухмесячный мораторий на использование мнемонической стимуляции. Один день — один учебник, один предмет. Собственно, ничего удивительного — шестой курс за вычетом специальных занятий равен шестому классу школы. Даже математика еще достаточно простая.

Были итоги и в самостоятельных занятиях на неофициальном полигоне. Идальго уже мог обернуть одну из рук в «железную рубашку». Зандер и Дебра теперь долбили молниями не хуже Коррена — впрочем, тут еще сильно помогли и занятия с Аэлитой. Всем помогли, не только им. Теперь-то мой тёзка сможет задать соклановцам-одногодкам! Но все же главным для него достижением стал щит Макира. За неделю до каникул у него получилось в первый раз!

На следующих тренировках у Терра щит выходил только один раз из пяти-шести попыток — и парень мог отправить его только от себя, с вытянутой руки. Но ведь получался же! Канара буквально светился счастьем и уже предвкушал, как порадует дядю и родителей.

Пожалуй, из новичков в «апасных» я за этот семестр больше всех сдружился именно с Корреном. Не конфликтный, честный и не любящий навязываться, иногда наивный, иногда, наоборот — Терра был именно таким, кого я хотел видеть своим другом. Пусть я и Идальго вроде выровняли отношения — все-таки осадочек от смертельной драки остался и у него, и у меня. Волковски и Нокс заметно повзрослели не только физически, но и ментально… правда упорно продолжали играть в свои глупые игры «кто лучше учится, кто больше знает». Пусть их. Еще успеют хлебнуть всякого в жизни. Пусть веселятся, пока ничего не мешает.

Особняком стояла Наташа. Вот уж кто казался взрослым — так это она. Манипуляции, попытки подбить на то или иное действие она произвольно меняла на демонстративное сближение с полным отзеркаливанием оппонента — и наоборот. В итоге с ней как бы дружили все — и одновременно со всеми выдерживалась дистанция. Не могу сказать, что она как-то старалась извлечь из всех этих действий выгоду или как-то нас использовать — скорее, как я раньше уже решил, просто тренировалась. Плюс раздражающая манера чуть что уходить в инвиз — тоже не добавляла доверия и желания общаться.

Но и плохим человеком Косыгину я считать не мог. Далеко не худший вариант — в этом полугодии на медицинских практиках я насмотрелся на кадетов с разных курсов. «Прописчики» их бывшей группы Коррена и Зандера смотрелись безобидными овечками на фоне буллеров из первого потока — тех самых, что Полночь напугала до усрачки. Да и среди старшаков находились те еще кадры. Причем и клановые, и обычные.

Но хороших парней и девчонок среди обучающихся все же было больше. И пока такие люди шли служить во Флот Ста Миром — за будущее Республики можно было не беспокоится. Как и за будущее Академии.

Глава 22

Интерлюдия: Дэниел Ли. Хитрая обезьяна побеждает

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Помещение предназначалось для ожидания. Небольшое, около двадцати квадратных метров, но на удивление уютное. Несколько кресел, мягкий диван, картины на стенах и даже инсталляция в виде камина, в котором бился почти не отличимый от настоящего голографический огонь. А еще здесь было тихо. Очень тихо. Даже не скажешь, что снаружи бурлит жизнь самого беспокойного в Ста Мирах и никогда не прекращающего работать чиновничьего органа — Парламента Республики.

За его стенами, в коридорах этого человеческого улья, тысячи людей были заняты своими ежедневными, несомненно, важными делами. Бегали, ходили, проводили совещания, устраивали беседы, читали с планшетов, о чем-то спорили или перекусывали во множестве расположенных по территории кафе.

Большая их часть даже не догадывалась о том, насколько важное событие должно было произойти в этих стенах сегодня. И, скорее всего, никогда о нем не узнают.

А вот два человека, сидящие в удобных креслах комнаты ожидания, прекрасно знали и понимали. Ждали его с нетерпением, но проявляли эмоции по разному.

Высокий импозантный мужчина с проседью в длинных, собранных в хвост на затылке волосах и постоянным намеком на улыбку на лице, только что разлил по чашкам чай, и готовился попробовать ароматный напиток.

Его сосед в сторону чашек даже не смотрел. Очень высокий, худой и какой-то нескладный, что бросалось в глаза даже когда он сидел, с огненно-красными волосами, среди которых выделялась белая прядка, нахохлившись смотрел прямо перед собой. На его лице застыло выражение недовольства.

— Не могу поверить, что ты уговорил меня на это, Дэниел, — проворчал он негромко. — Такого никто никогда не делал… Во имя Потока — политика! Чем я думал, вообще?

— Прошу, успокойся, Рерис, — на ректора Академии ворчание спутника не произвело никакого впечатления. Он неторопливо поднес чашку к губам и сделал крохотный глоток. — Какой у нас был выбор?

— Да я понимаю… Но все равно.

— Ты мне лучше другой скажи. Того Зверя — волка — так и не смогли обнаружить?

— Ты ведь прекрасно знаешь, что нет, — фыркнул Рерис. — У тебя прямой контакт с инквизиторами из СБ.

— Я спрашивал про твои возможности, а не их, — тонко улыбнулся Дэниел.

— Нет, дети Потока, из тех, с кем я держу связь, не смогли помочь в его поисках. Но несомненно, что он не из местных. Гастролер, причем не очень-то и сильный.

— Правда? — ректор Ли искренне удивился. — А мне инквизиторы сказали совсем другое. Да из рапорта ВИО-шесть это буквально следовало. Сильный, разумный, легко ушел от преследования…

Красноголовый мужчина откинулся на спинку кресла. На его губах возникла улыбка легкого превосходства. Во время разговора он немного расслабился. Чего, собственно, Дэниел и добивался.

— Детишкам простительно не понимать истинную силу Зверя, — лекторским тоном произнес он. — Да, выглядел Волк могучим и, возможно, действительно обладает собственным разумом. Но говорил за него Шаман. Смотрел его глазами и оценивал ситуацию. И он же его увел, едва осознал, что справится с нашими воспитанниками не сможет.

— Вот как? — немного озадачился ректор.

Он-то сам Шаманом не был, и о Зверях Потока знал не слишком много. Гораздо больше, чем многие в Республике, но лишь потому, что Рерис ему об этом рассказывал. Как главе Академии. Но при этом далеко не все — Хранитель Храма был тем еще тихушником.

— Именно так! — Рерис со значением воздел палец к потолку. — Скорее всего Волк — отожравшаяся на жертвах тварь…

Тут он встрепенулся, сообразив, что сказал больше, чем собирался, и замолчал.

Дэниел вздохнул — вот так всегда! Каждое слово приходится тянуть клещами. И вроде его собеседник понимает надежность союзника, но никак не может побороть природную скрытность.

— А его Шаман? — толкнул он очередной пробный шар.

— Деланый, — неохотно ответил красноголовый. — Как и сам Зверь. С высокой степенью вероятности — из питомника на Фортуне. На Элитее недавно, иначе бы так глупо не подставился. Сейчас, если у него есть хоть капелька мозгов, он залег на дно, и вряд ли появится в ближайшие несколько месяцев.

— А раньше об этом ты не мог сказать? — без возмущения, но с легкой укоризной, уточнил ректор.

— Ты не спрашивал, — дернул плечом Рерис. Некоторое время выдерживал взгляд собеседника. — Что? Ну пойми же, Дэниел, мне очень непросто с тобой откровенничать! Да, я уже убедился в твоей надежности, и в твоих по-настоящему добрых намерениях в отношении нашего воспитанника, но нельзя же просто взять и отказаться от складывавшихся сотни лет привычек? Путь Шаманов — для Шаманов. И такие как я обычно не рассказывают о них другим.

— Инквизиторов же консультируешь, — упрекнул его ректор.

— Со службой у меня договор. Инквизиторы уничтожают опасных тварей, я рассказываю, как с ними можно справится. Они взамен привозят тех, кто еще не встал на путь зла, чтобы я мог о них позаботиться. Вырастить…

— Найти Шамана?

— Это не так работает! — чуть ли не подскочил с кресла Рерис. — Никто никому никого не подбирает! Только эти идиоты из питомника на Фортуне и им подобные! Настоящее слияние должно происходить естественно! Это акт дружбы и высочайшего доверия с обеих сторон, а не какая-то сделка! Я лишь забочусь о детях Потока, а найдут они потом партнера или нет — не имеет значения! Храм — не питомник!

— Я понял, понял! — Дэниелу даже пришлось руки поднять, призывая собеседника успокоиться. — Не кипятись! Этого, как и многого другого, я не знал.

— С тобой я об этом говорю лишь потому, что сложилась такая ситуация! — все еще на повышенных тонах отозвался красноголовый. — Если бы не эти идиотские человеческие интриги в самом сердце Республики, я бы и дальше молчал.

— Что ж, спасибо бардаку во флоте, за то, что я стал чуточку осведомленнее… — почти под нос хмыкнул ректор Ли. И громче, добавил. — И благодаря твоей помощи, Рерис, мы сможем с ним разобраться.

— Да уж надеюсь! — фыркнул тот. — Чуть не загубили одного из самых перспективных Шаманов своего поколения, вояки хреновы! — тут он повернулся в сторону Дэниэля с подозрением во взгляде. — А ты ведь знал, что такое возможно?

— Если ты говоришь о том, что по результатам поездки группы «апасных» на лунную базу, отдельные представители флота запустят очередной виток ведомственной борьбы с ЭсБэ, привлекут к делу психологическую службу, а какие-то наемники, воспользовавшись выходом нужных им детей в город, решат исполнить черт знает когда объявленный контракт на похищение, то нет. Конечно же не знал.

Подозрений в глазах Рериса меньше не стало.

— Но предполагал, что такое возможно?

Ректор Ли расхохотался.

— Ты из меня всеведущего кукловода не делай, пожалуйста. Я живу не так долго, как ты. Как, по-твоему, можно было предсказать такую цепь событий? Свое мнение по этому поводу я тебе уже говорил. К ситуации привел бедлам, длящийся уже многие годы. Служба Безопасности, группы интересантов из командования флота, Большие кланы — все хотят вырвать для себя кусок повкуснее, а об общем деле думают в последнюю очередь. Если вообще о нем вспоминают.

— Тем не менее, из ситуации ты выжал максимум. И повернул ее к своей пользе.

Дэниел лишь плечами пожал.

— И что? Ты думаешь мне все происходящее нравилось? Да я когда занял пост главы Академии чуть не поседел. Постоянное лавирование между разных групп вместо того, чтобы создавать условия для обучения будущих офицеров флота и ЭсБэ — по-твоему, это то, о чем я мечтал? — по мере того, как мужчина говорил, его голос становился все более громким и страстным. — А «психов» вспомни! Если бы не тот случай с похищением, мне бы еще несколько лет пришлось работать с ними! Так что, да, Рерис! Я использовал ситуацию. И тогда, и сейчас! И снова это сделаю, если придется. Чтобы добиться главной своей цели — снова сделать Академию главным военным училищем Республики. Из стен которой будут выходить не карьеристы, взяточники и клановые дельцы, а настоящие патриоты! Ты этими вопросами свою голову, конечно же не забиваешь, но на сегодня Сто Миров обладают лишь тенью своего прежнего могущества. Пока обороноспособность флота еще сильна, но что будет через пятьдесят лет, а? Когда у руля встанут те, кого мы выучили? Это очень сильно зависит от того, КАК мы это сделаем!

Слушающий его красноголовый мужчина под конец хмыкнул.

— Прекрасная речь, Дэниел, — совершенно серьезно сказал он. — Вот этой своей искренностью и желанием изменить сложившийся порядок вещей, ты и заслужил мое доверие.

— Это была репетиция выступления в Парламенте, — хохотнул ректор, вновь возвращаясь к своей обычной манере поведения. Глянул на панель с часами над дверью. — Которая начнется уже вот-вот…

Словно услышав его последнюю фразу, в комнату ожидания вошел молодой человек в сером комбинезоне здешнего обслуживающего персонала.

— Господин Ли, господин Анкх, нам пора, — сказал он. — Заседание особого комитета Парламента Республики начнется через десять минут. Позвольте мне проводить вас.

Сопровождающий вывел их в ту часть здания Парламента, куда простым смертным было не попасть. Провел по длинному тихому коридору, устланному мягким ковром, поглощающим шаги. Словно подчеркивая силу традиций, стены здесь были отделаны не современными материалами, а настоящим тёмным деревом. С потолка лился мягкий, приглушённый свет.

Молодой человек остановился перед массивной дверью из полированного чёрного камня. Равномерно-матовой, но только на первый взгляд. Если присмотреться, то становилось заметной тончайшая резьба, складывающаяся в схематическую звёздную карта Республики.

— Вас ожидают, — он отступил в сторону.

Дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая взору огромный круглый зал, построенный в виде классического амфитеатра. Под куполообразным потолком, на котором мерцала проекция текущего звёздного неба над Элитеей, сидели более сотни человек. Здесь были представители всех Девяти Больших Кланов, Службы Безопасности, флота и гражданские чиновники высокого ранга. Кого-то из них ректор Ли знал лично, с кем-то был знаком заочно, а многих видел впервые.

Что не удивительно — управляющий делами звездной республики орган был огромен. Высшая Палата, Низшая, множество комитетов, ведомств, отделов — сегодня здесь собрались все, кто мог принимать решения.

Звуки растворялись в огромном помещении. И несмотря на то, что до появления двух запланированных докладчиков люди разговаривали друг с другом, возникало ощущение полной тишины.

«Ну что же, малыш Дэни, — хмыкнул про себя глава Академии. — Вот и настал твой звездный час! От сегодняшнего выступления зависит очень многое. Как бы даже не все».

Рерис, следуя заранее оговорённому плану, молча направился к рядам для приглашённых экспертов и занял место в конце, стараясь быть как можно менее заметным. Это ему, разумеется, не удавалось — его яркая внешность заставляла многих делегатов смотреть на него с нескрываемым любопытством.

Сам же ректор Ли твёрдым шагом прошёл к центральной трибуне из того же матового чёрного камня, что и двери. Он положил на неё ладони, окинул зал взглядом и начал говорить. Его голос, усиленный встроенной в камень акустической системы без труда разлетался по залу, достигая самых дальних его уголков.

— Уважаемые члены Парламента, — начал он. — Мой доклад, который вы согласились заслушать в экстренном порядке, называется «Угрозы и вызовы ближайшего столетия». И многие из вас, вероятно, считают, что речь пойдет о неких гипотетических предсказаниях. Это не так. Мой доклад опирается на множество разрозненных фактов, которые, будучи собраны воедино, неоспоримо доказывают, что трещина в фундаменте Республики уже существует. Поэтому со всем уважением прошу вас отнестись к моим словам со всем вниманием. А я, с вашего позволения, приступлю.

В течение следующего часа Дэниел Ли скупо и по-военному лаконично, доносил до собравшихся мысли о том, что безопасность Республики находится под угрозой. В финале он упомянул и о нескольких эпизодах, которые произошли с его курсантами. Включая последний из них, случившийся в госпитале Вооруженных сил.

Он не называл имен — члены Парламента обладали возможность самостоятельно поднять всю сопутствующую информацию, чем многие и занимались прямо во время заседания. Ректор лишь очерчивал контуры настоящего времени, которое в развитии способно уничтожить будущее.

Слушали его действительно очень внимательно. Если в самом начале доклада Дэниел видел поднятыми лишь треть голов собравшихся, то сейчас все не сводили взглядов с выступающего. И эти взгляды становились все напряженнее.

— Один из ключей сохранения нашего оборонительного потенциала — Академия, — перешел он к выводам. — Элитное военное образовательное учреждение для одаренных, уже многие годы поставляющее во флот, Службу Безопасности и клановые структуры кадры. Людей, которые решают самые сложные, самые опасные проблемы в Республике. Часть из них со временем занимают высшие командные должности. Не ошибусь, если скажу, что присутствующие здесь представители военных структур в большинстве своем обучались на Элитее. И именно Академия, точнее, сложившаяся практика борьбы за лучшие кадры, а также забюрократизированная и неэффективная система управления ею самой, зависимость от множества интересантов из самых разных ведомств, станет — подчеркну, не может стать, а именно станет! — тем фактором, который и приведет Республику к краху.

Ректор Ли взял паузу, оглядев собравшихся. Большинство из них продолжали внимательно слушать, ожидая финального вывода. Но некоторые уже поняли к чему он подводил все это время. И среди них было довольно много тех, кому выводы главы Академии не нравились. Вот только поделать с этим они уже ничего не могли.

— В качестве одной из мер, я предлагаю дать Военной Академии Элитеи особый статус. Свободный от любого влияния крупных игроков. Сознавая, что абсолютной свободы не существует, а также те опасения, которые неизбежно появятся после подобного, я, кроме того, предлагаю и систему, которая позволит полностью контролировать учебное заведение, но вместе с тем выведет его из под удара большинства интересантов. Как действующий ректор Академии, я предлагаю создание Координационного Совета, в котором каждая из заинтересованных сторон получит один голос. Всего их будет пять.

В полной тишине он озвучил первых четыре стороны. Один голос в Совете должен быть отдан Большим кланам, а там уж они сами между собой разбираются, как его использовать. Второй получит Служба Безопасности Республики. Третий — флот. Четвертый останется у ректора Академии.

— Пятый голос, который может стать решающим в любом виде споров в будущем, я предлагаю отдать Хранителю Храма. Зверю Потока, которого невозможно подкупить или каким-то иным образом перетащить на свою сторону. Сейчас я передаю слово ему — Стунию.

И в ставшей совершенно оглушительной тишине, ректор Ли вышел из-за трибуны. Наблюдая с едва заметной улыбкой — а он сумел их огорошить! — как со своего места поднимается и идет к месту докладчика нескладный худой мужчина с ярко-красными волосами.

Прежде чем начать говорить, он кое-что сделал. Людской облик Рериса Анкха дрогнул, стал прозрачным, как мираж в летнюю жару, и вместо него всем собравшимся предстал величественный, исполинских размеров красный Филин. Его округлые, бездонные, помнящие еще Исход с Прародины глаза, медленно, не мигая, обвели сидящих в зале. В этом взгляде не было ни угрозы, ни вызова — лишь спокойное, всеобъемлющее знание и безмятежная мощь. Он простоял так несколько секунд, воплощенная тишина и невозмутимость, а затем также плавно и бесшумно, словно тая в воздухе, вновь обрел человеческий облик.

— Понимаю ваше недоумение, — произнес он, и его голос, тихий и негромкий, достигал самого дальнего уголка зала. — Скажи мне кто-то пару тысяч лет назад, что Зверь Потока будет выступать перед управляющим органом человеческого государства, я бы, наверное, посмеялся. Но ректор Ли прав — сложившаяся ситуация требует мудрого решения. И найдено оно может быть только общим согласием. Четыре голоса, чтобы управлять. И один — мой, чтобы хранить память. Ваши жизни, даже тех, чье сродство с Потоком позволяет жить века, коротки и изменчивы. Вы часто забываете то, что следует помнить. Я же остаюсь. Я стану вашей живой, нерушимой памятью. Хранителем сути договора, заключенного здесь сегодня. И гарантом того, что слова, сказанные сейчас, и решения, принятые в этом зале, не будут извращены временем или забыты под грузом новых распрей.

В этот момент по залу прошла волна — не грубая и сокрушительная, а глубокая, бархатистая и невероятно плотная. Её ощутил каждый одаренный, да и обычные люди почувствовали необъяснимый трепет соприкосновения с чем-то грандиозным и вечным. Это была не угроза, а напоминание. Напоминание о силе, пронзающей всю галактику. На фоне которой меркли сиюминутные амбиции и политические игры. Это был словно бы сам Поток во всей его мощи — не разрушительной, а созидающей и хранящей.

— Вопросы, пожалуйста? — Дэниел Ли снова подошел к трибуне.

Ему не требовалось вглядываться в лица, чтобы понять: он победил. Собственно, победил еще тогда, когда уговорил красного филина себе помочь. Оставалось лишь поставить финальную точку — вот этим вот выступлением. И она поставлена. Будет совещание, потом голосование за создание специальной комиссии — которое, конечно же, пройдет большинством голосов. Раз уж старейший Хранитель высказался за. И все: с этого момента уже никто посторонний не сможет свободно вмешаться во внутриакадемические дела! Даже если у него штаны с лампасами или высокое положение в Большом клане. Фух! Будто гору сдвинул на собственном горбу.

Глава 23

Каникулы

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Каникулы, каникулы, прощай любимый класс! Каникулы, каникулы, мы долго ждали вас![1] — хрипловато орал Красный. Объяснить ему, что карьера эстрадного певца ему не светит — ни у кого из нас так и не получилось.

— Строго говоря, каникулы начинаются только завтра, — не смог промолчать Синий.

Все коты и Кель, не покидая Храма моими глазами смотрели на голографический экран кадетского коммуникатора, на который я вывел зачетную ведомость. На которой красовались «зачтено» и «отлично». И только одно «хорошо»: препод по чистописанию пошла на принцип и не поставила «отлично» за без ошибок записанный диктант. Не стала придираться к плохому почерку, просто честно сказала, что навык рукописного письма — это практика. А мы ей как раз и пренебрегли. Да, из-за личного распоряжения ректора — ну и что? Наши проблемы, не её.

Дебра чуть на стенку не влезла от фрустрации без всяких приемов Потока — но внезапно помог Зандер, успевший узнать, что это предмет не идет в итоговый аттестат с оценкой, только зачетом. Тут-то отличницу слегка попустило. Но явно не до конца.

— В следующем семестре договорюсь о дополнительных занятиях! — с фанатичным блеском в глазах сообщила она нам. Анасдея закатила глаза, Наташа молча приложила руку ко лбу.

— Тогда тебе придется пропустить как минимум часть самостоятельных занятий, — указала на очевидную проблему Шая, как бы невзначай укутывая руку «железной рубашкой».

— Я буду догонять на выходных! — с безумным взглядом берсерка заявила заучка, теперь уже заставив покачать головами и парней.

На прошлом — последнем — занятии на неофициальном полигоне я убедил Нокс и Волковски сосредоточится на защите. И Коррена — тоже. Сам же решил заняться ни много ни мало — отводом глаз! В этом мне должна была помочь Ная — а сам я уже планировал научить остальных Кунгов. Будет сюрприз Косыгиной! Ну и навык в целом весьма полезный — сколько раз Зеленая меня им на Бруасе выручала.

Мы всей группой потопали в расположение — делать в учебных корпусах до конца каникул нам уже было нечего. Торопиться тоже не хотелось — все уже мысленно прикидывали, что успеют сделать за короткий «зимний» пересменок.

— Первым делом нажрусь конфет как не в себя! — мечтательно зажмурился Зандер. — И буду каждый день их есть!

— Мама приготовит свой особый суп, — вздохнула Дебра. — Вот только, боюсь, после готовки Ори мне он уже не покажется таким вкусным…

— А я прямо здесь останусь куковать, — неожиданно признался Идальго. — Но отец и мать обещали приехать на три дня и провести их со мной на Элитее.

— Тут много отличных мест, включая развлекательные комплексы для детей с городской квартал размером, — внезапно ответил ему Цзан. И для нас пояснил. — Когда мать привезла меня поступать в Академии, мы прилетели за четыре дня. И первые три она меня везде водила, чтобы не так тяжело было потом расставаться.

Тут разговор перешел на аттракционы и другие детские развлечения в столице. Я заметил, как Наташа и Аня дружно вздрогнули при упоминании «супер-дорожки», компактный вариант которой стоял у Алисы дома. После визита к Дрейкам на квартиру, мы стали чаще обмениваться письмами, потому я уже знал кое-что, что для остальных станет неожиданностью. И расстроит — вот уж к гадалке не ходи. Именно потому и не рассказал — чтобы зачеты сдавали спокойно.

— Дети, все — молодцы! — Аэлита ждала нас в кухне-гостиной коттеджа. — Поздравляю с успешно закрытой сессией!

Наставница не просто похвалила устно, но и принесла нам огромную коробку конфет к чаю. Вечная Пятерка куда плотнее занималась генетическим дизайном, и «натуральные компоненты», прошедшие на кондитерские изделия придавали лакомству совершенно необычные вкусовые оттенки. Хороший подарок получился. Прощальный.

— Не могу сказать точно, но, возможно, ректор вернет вашу группу в общее расписание занятий, — подождав, пока мы все съедим, сообщила нам Брин. — В любом случае, вашим наставником назначать другого одаренного.

Переждав дружный стон, и вопросы «ну почему?», высшая социалка улыбнулась.

— Помните, мы ездили к Пушку и общались с ним? — спросила Аэлита. — Для вас все на этом и закончилось, но для Вечной Пятерки это событие стало настоящим фурором! Собранные нами данные, включая видеопротокол общения, обработала сводная группа ученых, был даже создан отдельный комитет по Контакту. И мне прислали запрос на возвращение на Родину и приглашения для Пушка, доктора Дрейк и его дочери. Комитет счел, что нужно попытаться наладить взаимодействие с уже готовым к общению с людьми представителем вида, и только потом посылать экспедицию на планету, где они массово, но не вступая в контакт с местным человеческим населением, проживают.

Тут Брин не удержалась и быстрыми движениями взлохматила волосы мне, Коррену и Джару.

— Я бы с удовольствием взяла вас с собой! Имею все основания и право: все-таки мы вместе собрали ключевые данные, а без Ори вообще ничего бы не вышло. Но формат обучения в Академии не подразумевает возможность уйти в академический отпуск, — тут она остро взглянула на Канара Терру и Хота Сервантес. — Да и родители у многих будут против: все-таки Вечная Пятерка находится на значительном отдалении от Ста Миров. Но обещаю, что буду регулярно присылать рабочие материалы Комитета по Контакту.

Как я понял из писем Алисы, бурление из-за выявления разумного вида среди Членистоногих затронуло не только государство Высших Социалов, но и наше. Все-таки эпохальное открытие… которое без пинка от Вечной Пятерки никто даже не попытался исследовать — а ведь Дрейк-старший написал шесть научных статей о «полуразумных» пауках только за последний год.

В научном сообществе Ста Миров отнеслись к работам моего недолгого Учителя как к отчетам о дрессировке шимпанзе — некоторые из этих обезьян даже могут освоить жестовый язык! Ну вот скучает человек на должности, куда его запихнуло СБ Республики. Но серьезно отнестись к работам профессора с «черной меткой» никто из мэтров зоологии и биологии и не подумал. Оно надо? Потом придут «молчи-молчи» — и доказывай, что не верблюд!

Но как только в союзном государстве начался движ — то же самое СБ сделало все, чтобы пропихнуть Дрейка в командировку в Вечную Пятерку! Потому что одно дело все отдать на откуп учеными из Пятерки — и совсем другое, когда открытие совместное! И, главное, кроме Игоря Дрейка вообще никто не в теме — тут маститых академиков подвела привычка быть больше политиками, чем исследователями. И поделом.

А у зоолога-солнечника как финал долгой командировки неиллюзорно замаячило как раз-таки академическое кресло и попадание в учебник новейшей истории! Что ж, абсолютно заслуженно, я считаю. И радует, что я к этому признанию и сам руку приложил — пусть и не ожидал таких масштабных последствий.

Съев все конфеты и закусив моим печеньем, мы попрощались с наставницей. Каждого она обняла, каждому нашла нужные слова. Шая и Анасдея аж расплакались, у Дебры тоже глаза были на мокром месте. Зато Наташа продемонстрировала настолько фальшивое сожаление, что заметили это абсолютно все. Ну и дура. Напоследок Брин переслала нам методичку по работе с направлением полупроницаемых мембран — то есть с щитами.

— Общий принцип вы уже знаете, сможете самостоятельно освоить, — подмигнула она нам. — Конечно, дольше провозитесь без наставника — но к чему стремиться — знаете. Сами видели во время демонстрации на первом занятии.

После ухода уже бывшей наставницы группой овладело легкое уныние. Но стоило напомнить, что завтра по домам — настроение сразу же поползло вверх.

— Каникулы, каникулы, друзья и развлечения. Да здравствуют каникулы, ведь это приключения! — пропел Ра. — Что вы на меня так смотрите?

— Да вот, удивляемся, почему ты кот, как и мы, — за всех ответила Зеленая.

— А что, должен быть кем-то другим? — обиделся Красный.

— Да! Ворона ты красная! Приключений ему захотелось…

* * *

Утро началась с метаний по дому в поисках забытых, но очень важных вещей, вроде расчесок, зубных щеток и красивых камешков, подобранных на память на территории Академии. А также попыток упаковать печенье, которое я напек всем в дорогу. Дебру очень волновало лицо и прическа — мол, мать обругает, если девочка явится растрепанной. Раз десять умылась. Зандер вслух грезил конфетами — вчерашней доли ему, видите ли, не хватило.

Этим двоим нужно было выдвигаться к главному входу на территорию Академии — встретиться с родителями. И оттуда автобусами в космопорт. Прислать корабль за учеником для посадки на территории Академии могли вроде как все, но позволит себе такое за редким исключением получалось только у Больших кланов.

— До скорого, — с зевком попрощался с нами Сервантес — и ушел в свою комнату досыпать.

А мы в кои-то веке шагом отправились на космодром. Никаких «бегом марш», а с Аэлитой еще и на нехилой такой скорости, от недели к недели все увеличивающейся. Помогая себе всеми изученными приемами от «полетного кокона» до медицинской стимуляции мышц! Эх, неужели в следующем семестре мы будем бегать опять как все? Даже мечтать боюсь! И… признаться, я буду скучать по Брин. Её индивидуальные занятия очень много дали. А декларируемая позиция социала дала толчёк к обмену знаниями между одногруппниками.

Первой не доходя взлетно-посадочного поля пропала Полночь. Уже у края космопорта выяснилось, что корабль клана Терра еще не прилетел — и Коррен отправился скучать на лавочку. А вот наш, клана Ли, борт как раз заходил на посадку!

— Учитель Фэй! — заорали мы все разом, только увидев, кто спускается по откинутой аппарели. С секундным запозданием появились наши фамильяры, устроив хоровод вокруг старшего шамана клана. Только Кель предпочел сразу намотаться на меня и не отсвечивать — он прекрасно помнил свои художества перед человеком-горой и нарываться отнюдь не хотел. Последовали искренние обнимашки — мы действительно соскучились! Фэй Дзен не стал корчить из себя умудренного старца и сам с не меньшим удовольствием сгреб нас сразу всех в охапку — и детей, и Зверей.

— Пострелята! — с чувством произнес он. — Ну что, домой?

— Домой! Ура!

«Не поверишь, я даже по чешуйчатой-младшей успела соскучится!» — передала мне по мосту между разумами Ильтазар. Мы привычно уже разместились по каютам, готовясь услышать команду на старт… которой все не было и не было. Потом ожила громкая связь.

— Ученики, мне не дают разрешения на вылет. «Инквизиторы», оказывается, все еще не закончили расследование! — шаман еле сдерживал раздражение. — Собираемся в кают-компании.

— Жалкого трусливого пса и его хозяина уже столько дней найти не могут! — человек-гора сжимал и разжимал огромный кулак. — Единственный выход быстро закончить эту канитель — вмешаться самому. Я уже связался со спецотделом, они не рискнули мне отказать! Ори, разрешишь мне взять с собой твоих котов и змея? Чем больше разумных Зверей будут помогать в поиске — тем быстрее будет результат. Аня, пожалуй, отпусти со мной и Фриза тоже. Пусть пока почти не говорит, но соображалка у него уже работает.

— Пойдете? — спросил я своих.

— Наконец-то мы эту шавку отследим и допинаем! — тут же вылез Ра.

— Без проблем, — Кер.

— Лучший разведчик Ста Миров в деле! — Ло в своем репертуаре.

— А я прослежу, чтобы без глупостей, — добавила Ная.

— Я не подведу, — пообещал Кель.

— Фриз согласен! — за своего Зверя ответила моя «наложница».

— Сейчас за мной пришлют челнок. Можете оставаться на корабле, он все равно без вас отсюда не улетит, — напоследок предупредил нас старший шаман. — Да, Венлинг и Констанция для вас чуть ли не два центнера еды в холодильник запихали. Как знали, что придется задержаться.

— Ура! Домашняя хавка! — вскинула кулачок Шая. — Апасные, на штурм холодильника!

— Ура-а!!! — это уже хором.

Как с голодного края. Будто я не кормил их все эти недели. Но так-то, конечно, понятно: Академия выдает только простые продукты, а наши мамочки наверняка расстарались и добыли и приготовили что-то особенное. Для матриарха семьи Кунг и ресторанного су-шефа-ведьмы это не так-то уж и сложно. Жаль, они редко нас балуют: и у той, и у другой времени не хватает дома у плиты стоять.

Не удивительно, что я вышел помахать рукой Фэй Цзену один. Шаттл действительно прилетел очень быстро и так же быстро улетел. Я еще долго смотрел ему вслед, пока связь с фамильярами не разорвалась из-за расстояния. Потом рассеянно обвел взглядом поле космодрома… и невольно зацепился взглядом за садящуюся рядом с нашим кораблем изящную яхту с символикой клана Терра. Ага, а вон и Коррен идет к посадочному сайту — почему-то нога за ногу, как будто не очень-то ему и хочется увидеться с родными.

Делать было особо нечего, проголодаться я еще не успел — а все печенье «в дорогу», которое я пек, специально встав пораньше. Потому просто продолжил наблюдать за одногруппником. Тот почти дошел до корабля, когда по опущенному трапу к нему спустился мужчина. Расстояние между размеченными площадками сделали достаточно большим — метров пятьдесят. Потому я не смог расслышать обмен репликами между родственниками. Потому случившееся стало для меня полной неожиданностью!

Канара Терра вдруг попятился, но мужчина рывком догнал его и положил на голову раскрытую ладонь. Но Коррен вдруг резко крикнул «нет!» — даже я услышал. И откинул взрослого визави щитом Макира! Откинул недалеко — и в ответ «родственник» ударил ребенка ослепительным разрядом молнии. Коррен успел вскинуть щиты, но Проявление оказалось настолько сильным, что схлопнулось оба и моего одногруппника хорошенько так приложило высоковольтным разрядом! Как назло, Коррен уже успел переодеться в гражданку — так бы форма защитила. А враг уже шел к нему, вытягивая руку…

Все это я видел уже в полете, заключив себя в полетный кокон и разгоняясь кинетикой. Меня уже дважды пытались украсть, причем оба раза замаскировавшись под вроде как своих — потому сомнений никаких у меня не осталось. И теперь пытался совершить похищение! Коррен молодец, но противник ему попался не по классу. А вот мне — как раз!

Похититель меня заметил и попытался подбить тем же сверхсильным ударом молнии. Попал… и разряд бессильно соскользнул с моей «железной рубашки», только испортив рубашку обычную. Пофиг! На таран!!! В последний момент я перевернулся в воздухе и вбил свои ноги в щит противника, заставив тот мгновенно лопнуть. После чего со всей силы впечатал обе ноги в бок противника! Мужика отбросило и поволокло по покрытию — как минимум руку и ребра с правой стороны я ему сломал, передав всю накопленную инерцию. Все, не боец — пока в капсуле не отлежится. Кстати, где там охрана порта? Пора бы уже тревогу поднимать, не? Или опять взлом?

Выведя из строя противника, я бросился к Коррену. Но не успел приложить руку для лечебного воздействия, как почувствовал характерное колебание энергии у себя за спиной. Вскидывая щиты, я поймал уже две ослепительные молнии — из корабля выбрались еще двое! Они что-то кричали, но за треском я не мог расслышать ни слова.

— Аня, враг! — я перекинул Ильтазар по мосту свои ощущения и мысли, пытаясь разглядеть противников, одновременно закрывая рукой глаза. Эти двое долбили меня не переставая, четко чередуясь и спалив к чертям мою одежду! А я не успевал поднимать щиты и отойти не мог, даже руку от глаз отвести! Ведь за моей спиной лежал Коррен. «Железная рубашка» держалась — но взамен я стремительно терял силы. Все-таки она создавалась для противодействия ударам, а не постоянному давлению.

Вмешательство Анасдеи оказалось как раз вовремя, противникам волей-неволей пришлось рассредоточить огонь. А следом уже выбежали Джар и Цзан. Перестав быть мишенью, я, упав на колени, выставил барьер и склонился над Канара. Живой! Я справился с ролью щита! Сейчас я тебя вылечу…

Движущийся щит, прилетевший с другой стороны от барьера, врезал мне четко по затылку, едва не сломав шейные позвонки. Во всяком случае, отчаянный хруст я услышал всем черепом! Молнии, «мой» прием… два гранда⁈ И как назло, при мне ни одного фамильяра! Только я об этом подумал, как рыжая белка Хвостик порвала когтями лицо правому, а левого по ногам атаковали синий кролик и зеленая черепаха. Не понимая, как их достают, сработавшийся дуэт резко разорвал расстояние, отлетев-отпрыгнув к хвосту яхты… и тут рявкнуло башенное орудие на нашем корабле. Так вот чем занималась Шая. Выстрел пришелся в двигатели яхты, совсем рядом с вражескими солнечниками. Их отбросило уже взрывом, окатив градом раскаленных осколков.

— Одно движение — и от вас даже пепла не останется, — разнесся над космодромом голос нашего микростратега, перекрыв даже завывание наконец-то сработавшей сирены. С неба буквально посыпались флаеры службы безопасности Академии, откуда стремительно десантировались солнечники в броне и при оружии, сразу же разворачивая щиты и оцепляя два корабля и нас между ними. А сверху завершили периметр дроны нескольких видов.

— Всем не двигаться! Деактивировать корабельное орудие! Отменить приемы Потока. Руки поднять и держать на виду!

Я расслабился, сбрасывая «рубашку»: среди этих бойцов как минимум треть из клана Ли. В обиду нас не дадут. И Фэй Цзен тоже тут, на Элитеи. Его уже даже, скорее всего, оповестили.

— Раненых на носилки!

— Ори, я все вспомнил! — успел прошептать мне Коррен, когда его эвакуировали, а я остался стоять.

— Кадеты медленно подходят к офицеру с синей повязкой на рукаве. Медленно!

— Что произошло? — откуда-то среди безопасников взялся Стуний в своей человеческой форме. Я с удивлением почувствовал, как между мной и красным филином-оборотнем формируется мост! Без предварительной подготовки, на одних силе воли и мастерстве. Подключившись, я даже не попытался выставить защиту, открывая свою память.

— Мужчина с борта яхты Терра ударил Коррена Канара Терра Проявлением Молнии, — параллельно четко ответил я. — Пробил щиты и попытался что-то сделать с раненым. Я вмешался, но противников оказалось еще двое.

— Свидетельствую, так и было, — поморщился Зверь, разрывая контакт. — Кадеты ВИО-шесть защищали своего товарища.

— Все равно придется их задержать, — уже без прежнего напряжения кивнул офицер.

Красный, ну твою крылатую лошадь! Мог бы и промолчать ради разнообразия! Накрылись каникулы пушистой котовьей жопкой. Зато приключения во все поля, этого да, не отнять.

[1] Песня из м/ф «День рождения Алисы»

Эпилог

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Дэниел Ли рассчитывал на более долгий период спокойствия — после таких-то напрягов это было бы справедливо! Долгие месяцы подготовки, использование любой возможности для того, чтобы сделать, наконец, Академию тем учебным заведением, каким оно должно быть, завершились оглушительной победой в республиканском Парламенте.

Так что, да, добившись своих целей, он вполне законно рассчитывал, что несколько месяцев перед очередным кризисом у него имеется. Но вот кто же знал, что буквально через несколько дней на его земле опять случится бедлам. Как бы даже не превосходящий уровнем все, что было раньше.

Хотя, нет. Конечно же, нет. Драка на космодроме Академии с участием представителей трех (!) Больших Кланов, ни шла ни в какое сравнение с похищением его курсантов. С одним похищением и еще одной попыткой, если уж быть точным.

Так, небольшой бардак. Ничего такого. Просто рабочий вторник ректора военного училища.

Но с проблему, тем не менее, нужно было решать максимально оперативно. Вот только для начала ректору хотелось бы в ней разобраться. Лично. И пока получалось не очень.

Вздохнув, он сделал глоток остывшего чая, и запустил запись первого допроса.

'Опроса! — тут же мысленно поправил он себя. — Черта с два бы кто-то дал бы мне допрашивать представителей Больших Кланов.

Голографический экран показывал картинку небольшой, но вполне комфортабельной комнаты — каждый из участников безобразной драки на космодроме получили такую. В этой находился Маллен Идальго Макира.

Судя по лицу этого высокого, атлетически сложенного мужчины, он до сих пор не вполне понимал причины временного задержания. Что не мешало ему держаться с нескрываемым чувством превосходства потомственного аристократа.

— В который раз повторяю вам, офицер, — пристально глядя на сотрудник ЭсБэ, который вел опрос, — Это на нас напали. Не мы, а на нас. Я прилетел забрать сына на каникулы, а столкнулся в вашей Академии с бардаком и произволом. А теперь вы еще пытаетесь так все повернуть, будто я виноват!

— Никто вас ни в чем не обвиняет, — терпеливо, явно уже не в первый раз, повторил безопасник. — Мы просто пытаемся разобраться в причинах случившегося. Согласитесь, ситуация непростая. Давайте еще раз пройдемся по основным событиям. Вы сидели в корабельной рубке…

— Во имя Потока! — Макира вздыхает. — Да, мы только что посадили корабль, а брат моей жены, Брен Канара, вышел встретить Корена…

— Где в этот момент находилась ваша супруга?

— Сидела рядом, я уже говорил! Она первый пилот!

— Понятно, продолжайте, — сбэшник сделал очередную пометку в планшете.

— Да нечего продолжать! Тут я слышу, как мой сын кричит «Нет»…

— Слышите? Вы ведь сказали, что находились внутри корабля?

— Аппарель была открыта, офицер. И кричал он очень громко.

— Спасибо за уточнение, продолжайте. Услышали крик Коррена…

— И побежал, естественно! Вы бы как поступили на моем месте, когда услышали крик своего ребенка? Выскочил на посадочную площадку и увидел, как Коррен лежит без сознания, Брен тоже валяется в отключке, а над моим мальчиком склоняется пацан с явно недобрыми намерениями

— То есть вы предположили, что мальчик девяти лет напал на вашего сына, предварительно обезвредив одаренного взрослого солнечника в ранге Мастер?

— Брен как боец — слабак, — припечатал Макира. — И Мастер только номинально, я бы лично его больше Подмастерьем считал. Но да, я так и подумал! А что еще было думать? К тому же, тот, кого я принял за мальчика девяти лет, мог быть обычным карликом. Или генетически измененным бойцом. Которого таким сделали, чтобы он смог подобраться к нам поближе.

— Поэтому вы и атаковали ученика Академии?

— Послушайте, я ведь только что сказал, что не знал, кто он такой.

— Но атаковали.

— Что еще я по вашему должен был сделать?

— Просто ответьте на вопрос.

— Да, я его атаковал. Потом подключилась моя жена…

— Прошу простить, но вы били на поражение? Или с намерением оглушить?

— Офицер, я ударил проявлением молнии. Она разбилась о щит парня. Естественно, что я усилил давление.

— То есть сознавали, что ваши действия могут привести к ранению или даже смерти учащегося Академии.

— Да чтоб вас кварком разорвало! Я не знал, что он ученик Академии!

— Вы не видели форму курсанта?

— Одежда на нем была порванной, какие-то лохмотья. А под ней что-то вроде «жидкой» брони или чего-то в этом роде.

— Поэтому вы били с намерением убить противника?

— В том числе. Знаете, подозрительно видеть военные технологии на мальчишке.

— То есть, вы понимали, что атакуете ребенка?

— Послушайте, мы ходим по кругу!

На этом месте Дэниель Ли остановил запись. Почесал затылок, сходил заварил свежего чая, выпил его, и снова уселся за стол.

Макира не врал. Для ректора это было совершенно очевидно. С точки зрения этого здоровяка все действительно выглядело именно так, как он и описывал. Вплоть до «железной рубашки», в которой с легкой руки Ори, щеголяют уже не только члены клана Ли.

Да и досье красавчика — то, что удалось собрать на члена Большого Клана Макира и мужа члена Большого Клана Терра — говорило о том же. Это боец. Боевик, даже. Не особенно хитрый, может быть не очень умный, но сильный и опасный. Гранд, как никак. Причем как гласит отметка в открытых данных — квалификационные испытания прошел на Новой Терре, материнской планете клана Терра. Там представителю другого большого клана точно не стали бы подсуживать.

Здесь ректор на миг отвлекся от Макиры и позволил себе немного погордится. Его курсант! Да, Ори сам по себе хорош, и заслуга тут ни Дэниэла Ли, ни Бена Ферандо и даже не Аэлиты Брин. Но, кварк мне в задницу — его курсант! Который продержался несколько секунд против одновременно атакующих грандов. Мамочка Коррена Канара была в том же ранге, что и папочка. Показатель!

— Ну давай послушаем, что она скажет, — пробормотал он под нос, запуская очередную запись. Сцена та же, декорации те же, только главное действующее лицо изменилось. Худенькая невысокая женщина — дунь и улетит. Лира Канара Терра.

Здесь ничего нового ректор не услышал. Опрос чуть ли не дословно повторял то, что он уже слышал от Макиры. Терра сидела с мужем в рубке, только посадила корабль, услышала крики, выскочила наружу, увидела брата и сына лежащими, атаковала. Единственным отличием от показаний ее супруга было то, что женщина ударила проявлением молнии с секундной задержкой. Вслед за мужем, не разобравшись в ситуации, но решив, что уж он то понял, что тут происходит.

А еще она поминутно прерывала опрос и требовала сообщить ей, что сейчас с Корреном. Мать все таки.

— И тоже не врет, — заключил Дэниел Ли.

Проводящие беседу с временно задержанными членами клана Терра и Макира специалисты не опирались только на свои навыки следователей. Использовалась, естественно, и техника. Но ректору она была не особенно нужна — чтобы отличить правду от лжи хватало жизненного опыта и чуйки. И Маллен и Лира говорили правду. Они действительно искренне беспокоились за своего сына, и были готовы на все, в том числе и на то, чтобы развязать небольшую войну в столице Республики — лишь бы Коррен был в безопасности.

Дэниел видел здесь определенную гиперопеку над мальчиком — уж Лира-то точно над ним тряслась, как перепуганная. Странно, что с таким подходом к его воспитанию, эта парочка вообще решилась отправить его на учебу в Академию. Хотя, может поэтому и отправили?

А сейчас пацан лежал без сознания в здешнем госпитале. Как его вырубило на посадочной площадке, так и лежал. Ничего серьезного на самом деле: энергетическое истощение, болевой шок, слабые ожоги. Все это быстро лечится и к вечеру пацан не только на ноги встать должен, но и даже домой с родителями улететь будет в состоянии.

Если он, Дэниел, конечно, его отпустит.

Формально, задерживать его у ректора права не было — законные каникулы, да и родители здесь, вон в «камерах» оба. Пусть бы и набедокурившие, как пьяные офицеры дальней разведки в каком-нибудь заштатном космопорте. Но последнее легко решается влиянием их семей.

Принять решение старому лису мешало другое обстоятельство. Слова, что юный Терра бормотал в забытьи. Возможно бред, а может статься, что и не совсем. Во всяком случае не то, что ждешь от мальчишки десяти лет, прошедшего по грани жизни и смерти. Что то про то, что он все вспомнил, обвинения отца в каком-то подлоге, том, что тот ему всю жизнь загубил.

Честно говоря погружаться в это все не хотелось. Ну его это грязное белье Больших Кланов! Да и малых, если уж на то пошло. Вот только — придется. Пострадал один его кадет. И второй подвергся нападению. Разобраться необходимо. Особенно с учетом поведения третьего фигуранта дела.

Тоже Терра, брат Лиры и дядя Коррена — Брин. И с ним все было гораздо интереснее. Если первые двое говорили чистую правду, просто действовали чрезмерно импульсивно и необдуманно, то третий отчетливо врал.

Дэн в который раз запустил запись его опроса.

— Я не понимаю, как это возможно! — возмущенно кричал мужчина. — Это же произошло в столице, в самом почетном и безопасном учебном заведении на все Сто Миров! Возмутительно! Поверьте, я это так не оставлю! Клан Терра этого так не оставит!

— Прошу вас успокоится, уважаемый Брен Канара Терра, — сотрудник собственной безопасности Академии, который вел опрос третьего задержанного клановца, был другим, но вел себя точно также, как и двое его коллег. Профессионально сдержанно, максимально вежливо и при этом с холодной отстраненностью. — Прошу вас описать ваши действия с момента, как вы вышли из корабля.

— Тут нечего описывать, офицер! — ко всему прочему, Терра еще и руками начал размахивать. — Абсолютно нечего! Едва я вышел из корабля, как на нас с племянником напал этот взбесившийся щенок! Он атаковал нас! Он!

— Лживый сукин сын, — не удержался от комментария смотрящий запись Дэниел Ли. — И тупой, вдобавок! Это же учебное заведение для одаренных, мать твою, детей! Тут даже в толчках камеры стоят. Все, что ты делал у меня запечатлено с десятка ракурсов. Да я зубы тебе могу пересчитать и волосы в носу.

Про тоже сказал и ведущий опрос эсбэшник. Более вежливо, чем его начальник. Мол, на записях четко видно, Мастер Канара, что у вас с племянником произошел конфликт. Он оттолкнул вас техникой, затем вы атаковали его техникой. Как вы это объясните?

— Вы не понимаете! — возопил задержанный клановец. — Это была игра! Традиция у нас с Корреном. Он ведь мне как сын. Долгое время я заботился о нем, пока его родители были… недоступны. Как я мог причинить ему вред, офицер?

— Тогда как вы объясните свои действия?

— Я ведь уже все сказал! Это такая игра. Коррен рос слабым мальчиком, очень нечувствительным к Потоку. Мне приходилось заниматься с ним каждую свободную минуту. Каждую, офицер, минуту! Так как он слабее большинства своих сверстников, ему приходилось все время быть настороже. Вот мы и придумали эту игру. Я внезапно нападаю, он должен успеть защититься.

— Но ваш племянник первым ударил по вам проявлением…

— Да какая разница⁈ Сколько мне еще выслушивать ваши дурацкие вопросы⁈

Между тем, то что произошло на космодроме между Бреном и Корреном, на игру не тянуло совсем. Ректор запустил одну из записей столкновения на отдельном экране. Вот, пожалуйста, мальчишка подходит к дяде и что-то ему говорит. Требовательно и с очень, надо сказать, недовольным видом. Брен резко отвечает, мальчишка отступает, но мужчина не дает ему это сделать. Очень недвусмысленным движением он кладет ему ладонь на макушку и… тут же отлетает в стороны, сбитый с ног движущимся щитом, являющейся родовой техникой Макира.

После чего поднявшийся дядя лупит его молнией с такой силой, что у паренька моментально схлопываются грамотно поставленные перекрестные щиты! А сам он падает без сознания. Игра, да, господин Брен Канара Терра? Как бы не так!

— Проклятые кланы! — фыркнул Дэниел. — Все у вас не как у людей! Понятно почему выходцы из старых семей в большинстве своем такие уроды. С таким-то детством, в окружении таких-то родственников!

Еще около получаса ректор пил чай и думал. Потом поднялся и пошел в госпиталь, к кадету Коррену Канара Терра. Как раз пришло сообщение от его лечащего врача о том, что мальчишка пришел в себя. И очень просит встречи лично с ним.

* * *

Коррен в больничной пижаме сидел на больничной койке и выглядел целым и невредимым. Но вот выражение лица… и глаза. Дэниел едва не вздрогнул, встретившись взглядом с мальчиком. Так мог смотреть солдат, выживший в тяжелейшем бою или взрослый мужчина, которому недавно сообщили, что вся его семья погибла в техногенной катастрофе и трупы уже опознали.

— Как себя чувствуешь, Коррен? — самым мягким своим тоном спросил ректор.

— Мой организм полностью здоров, — глухо произнес кадет, заставив Ли вспомнить, что парень прошел курс экстренной медицины от Брин. — В остальном, так погано мне еще никогда не было.

— Что ты имеешь в виду? — услышав такое, магистр не мог не задать этот вопрос.

— Мой отец, Брен Канара Терра бросил меня и мать. Она красавица, но даже не одаренная. Поигрался — и забыл! Вспомнил о нашем существовании, когда ему понадобился подложный наследник для его сестры! Он отнял меня у матери и отвез к ведьмам, чтобы те исковеркали мое тело и мою память! Даже имя отнял! Мэтью меня зовут, Мэтью! Не Коррен! Родной отец заставил меня считать себя тем, кем я никогда не был!

Тут рот парня скривился в неприятной, понимающей усмешке.

— Не верите? Конечно, не верите. Я бы и сам не поверил, если бы мне кто-то такое в начале семестра сказал. Хорошо мне мозги промыли… Только вот никто не учел, что Учитель Брин научит нас мнемоническому приему, для которого надо воздействовать на мозг. Видимо, он конфликтует с наложенными закладками. Сначала я стал видеть эпизоды из прошлого как видения. Но только увидев… отца, — сказал словно сплюнул Терра. — Вспомнил все! Высказал ему все в лицо! А он — попытался опять стереть мне память!!!

— История действительно… спорная, — не стал кривить душой Дэниел. — Ты позвал меня, чтобы её рассказать?

— Чтобы попросить перевести мое обучение с платной на контрактную основу, пока я еще по возрасту прохожу, — с нотками отчаяния в голосе признался кадет. — Тогда Академия станет моим опекуном и мне не придется возвращаться в «семью». Боюсь даже представить, что они со мной тогда сделают. Я понимаю, что прошу слишком много… Но к кому я могу обратиться, кроме вас⁈

«Ненавижу кланы и их грязные игры!» — с тоской подумал Ли.

— Твое слово против слова твоего отца и твоей тети с её мужем, — тяжело уронил ректор вслух. — Разве только что ты сможешь вызвать у своих родственников реакцию при личной встрече, однозначно говорящую в твою пользу. Тогда я получу основание обратиться в Ювенальную службу. Которая по результатам расследования сможет лишить семью Макира родительских прав, а тебя на время расследования поместит в интернат. Это будет долго, муторно и унизительно. Но это — единственный твой шанс.

— Я готов, — мрачно подтвердил Коррен. Или все-таки Мэтью? Не сказать, чтобы ректор ему до конца поверил. Но и игнорировать отчаянный крик о помощи не мог.

— Тогда я завтра утром соберу всех участников инцидента на космодроме, чтобы твои родственники смогли принести вступившимся за тебя Кунгам Ли извинения. И настанет твой ход. И… попробуй заснуть, чтобы завтра побороться за свое будущее со свежей головой.

Утром Дэниел лично привел Коррена… Или Мэтью? — к дверям в конференц-зал. Там уже ждали возможности зайти внутрь «апасные» Кунги и старший шаман Ли Фэй Цзен. От человека-горы прямо-таки физически ощутимо исходили волны сдерживаемого гнева. И четко ощущалось присутствие множество Зверей Потока, причем некоторые из них аж давили своей мощью на чутье магистра-солнечника. Наверное, поэтому тут же находился и Стуний в облике преподавателя. Только вот стоял он рядом с Ори, и, судя по всему, собирался выступать на стороне кадета-мастера. Да уж, заварилась гребаная каша!

Впрочем, того, что произошло после открытия дверей, ректор даже в самом страшном сне представить не мог! Лили и Брен Канара Терра уже уселись на свои места — их пропустил через другой вход. Рядом с женой устроился Маллен Идальго Терра. Входящие кадеты волей-неволей первыми обращали внимание именно на сидящих взрослых. В том числе и Коррен Талани Кунг Ли — только молодой шаман вдруг замер, неверяще глядя на своих недавних противников.

— Мама? Папа? — неуверенным голосом произнес Ори.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Звездный Поток. Клановец

Content

Звездный Поток. Клановец

Пролог

Глава 1 Дом, милый дом

Глава 2 Снова Академия

Глава 3 Новые расклады

Глава 4 Интерлюдия: Ректор (Командующий) Академии Элитеи Дэниел Ли. Танец меж девяти огней!

Глава 5 Друзья старые и новые

Глава 6 Интерлюдия: Бен Ферандо. Смотри и учись!

Глава 7 От каждого по способностям

Глава 8 Дисциплинарное взыскание

Глава 9 Доверие и вера

Глава 10 Интерлюдия: Идальго Хот Сервантес. Последствия поединка

Глава 11 Не первый контакт

Глава 12 Микрополитика

Глава 13 Интерлюдия: Бен Ферандо. Игра с ненулевой суммой

Глава 14 Новички

Глава 15 Вакуум

Глава 16 Станция

Глава 17 Луна

Глава 18 Профайлинг

Глава 19 Интерлюдия: Кель. Новая жизнь змея

Глава 20 Госпиталь

Глава 21 Столичные разборки

Глава 22 Интерлюдия: Дэниел Ли. Хитрая обезьяна побеждает

Глава 23 Каникулы

Эпилог

Nota bene