Его Величество Мертвец Том 5

Книга 5

Это книга является художественным вымыслом. Все события, описанные в ней, вымышлены и не имеют отношения к реальности. Все действующие лица являются плодом воображения. Любые совпадения с реальными компаниями, людьми и странами случайны. Все аналогии случайны.

Глава 1

Грохнул стройный залп мушкетов. За ним ещё и ещё. Откуда-то со стороны донеслась артиллерийская канонада. Битва в самом разгаре.

Наблюдаю за происходящим с отстранённым безразличием. Просто отмечаю мысленно, какие из моих «предсказаний», хотя скорее предположений, уже сбылись. И пока могу собой гордиться, Арантир очень умный, Арантир всё правильно предполагал, разве что с временны́ми рамками мог немного не угадать.

Мушкеты стали нормой для континента. Потребовалось «всего» десять лет. Нам буквально неизвестно ни одного государства, ни одной армии, даже не одной наёмничьей ватаги, не вооружённой пороховым оружием. Холодняк ещё не ушёл в прошлое, но постепенно занимал примерно те же ниши, которые занял в мире, откуда я пришёл. Пушки тоже стали относительной нормой, хотя бы пара батарей имелась в любой армии, претендующей на звание именно армии, а не личной дружины местного феодала.

Впрочем, для нашего завоевания такие перемены не только не явились проблемой, наоборот, ускорили процесс во всех смыслах. Сразу по многим причинам.

Во-первых, технологическое преимущество осталось за нами. За долгие годы в Союзе появилось не просто много, а очень много инженеров и мастеров. Настолько много, что их уже не стоило считать поштучно, а сразу называть процент от общего населения. Это как бы до… Много, в общем. Чудовищно много в реалиях средневековья. Поэтому технический прогресс, что десяток лет назад на заре Союза хоть и шёл, но регулярно хромал, спотыкался и тормозил, наконец поехал. Процесс, который я годами подталкивал своими силами, поехал сам. Я больше не впрягался собственных хребтом, нет, оседлал и направлял. В Союзе два десятка оружейных заводов, занимающихся только созданием винтовок, и почти все занимаются самостоятельной разработкой своих образцов. Именно винтовок, унитарный патрон мы, с нюансами и кучей технических проблем, но сделали. А вместе с ним и магазинные винтовки. Пока только пятизарядные с продольно-скользящим затвором. Сделали, в смысле опытный образец. Были и другие «новинки», новые снаряды с довольно надёжным, при этом простым ударным взрывателем. Пушки новые. Паровой двигатель нового образца, уже не требующий бригады инженеров для ежедневного обслуживания. Хоть был и нюанс, несколько омрачавший картину.

Во-вторых, помимо технологического преимущества мы имели преимущество общественно-политическое. В том смысле, что если нам требовался замок в месте, где его не было, мы его строили. Если требовалось переселить город, мы его переселяли. Мало того что у Союза было в целом достаточное количество ресурсов, так ещё этими ресурсами мы свободно пользовались, без проволочек с необходимостью убеждать каждого местного феодала. Порой смотрю на соседей и диву даюсь, какие у них возникают проблемы на ровном месте.

Экспансия шла. Построенные за последние годы академии госслужбы стабильно давали кадры, новые территории ассимилировались, где быстрее, где медленнее. Однако с одной глобальной проблемой мы всё же столкнулись.

Пальба пошла на убыль, в битве наступил перелом. Для меня, как и для Альта, лича, командовавшего на этом участке границы, победы была очевидна. Для нашего противника, видимо, нет. Ну а что? Численное превосходство у них. Нежить в наших войсках только строевая, батальон гарнизонной службы, а это треть войска, остальные, формально, ополченцы. Там, правда, такие ополченцы, что в другой армии сойдут за гвардию, но это нюансы. Пушек мало, всего батарея, а у врага целых пять. Но дьявол кроется в деталях.

Мушкеты у нас на порядок лучше. Да, всё ещё мушкеты, винтовки пока в таких количествах, чтобы закрыть границу, мы не производим. Но у нас буквально лучшее, максимум, что можно выжать из оружия, не использующего унитарный патрон. Выверенная конструкция, качество материалов, качество сборки. Отличный порох, хорошие пули. Из наших мушкетов можно вести прицельную стрельбу, а не только в строй с сотни шагов и куда бог пошлёт. Да и скорострельность, благодаря конструкции, заметно выше. С пушками всё то же самое: качество, материалы. Но главное, в общем-то, это снаряды. У нас есть нормальные фугасы, и только у нас. Все вокруг стреляют ядрами и, реже, бомбами. А у нас фугас. Корпус кованый, для создания осколков, внутри заряд взрывчатки. Взрывчатка обжимает полую трубку с отверстиями. В задней части трубки — шарик, удерживаемые мягкими язычками. К шарику прикреплён запал, скрученный в днище снаряда, изолированный от взрывчатки. При выстреле шарик остаётся на месте, а запал загорается. При ударе шарик, благодаря инерции, пролетает по трубке до носа снаряда, вытягивая запал. Запал попадает в полую трубку с отверстиями, пламя зажигает взрывчатку. Чаще всего снаряд, попадая даже в не защищённого доспехом человека, успевает взорваться, не долетая до земли. Так что батарея у нас была одна, но противника это не спасло.

Всё бы хорошо, но мы упёрлись. Когда я только начал что-то строить и производить, это был условный тир первый, уровень технологий, мало отличающийся от того, что было до меня. С созданием Союза мы вышли на тир второй, шагнув на ступеньку выше всех вокруг. Технологии для выхода на условный тир третий у нас были. У нас не было ресурсов.

Винтовки, с нормальными стволами и нормальной механикой, унитарные патроны и гильзы к ним, новые паровые двигатели, на порядок более технологичные, чем используемые сейчас, новые станки, новое всё требовало не только банальной стали. Марганец, сера, фосфор, кремний, хром, никель, вольфрам, молибден, ванадий, кобальт, алюминий, титан, церий, неодим, цезий, лантан. Из всего этого списка у нас имелись только марганец, сера, фосфор и кремний, но в ничтожных, по масштабам всего Союза, количествах. Получение других материалов мы только осваивали. Три года уже осваиваем, в этом году должны закончить лабораторный способ получения хрома, никеля и кобальта. Есть лабораторный метод получения алюминия, но там проблемы с электричеством. А ведь там ещё водород и азот потребуются, с ними вообще всё очень сложно.

Гномы продолжают попытки получить требуемое качество стали на текущем уровне технологий, но не выходит. Либо слишком хрупко, либо слишком жёстко, либо нет устойчивости к перепадам температуры. Механизмы винтовок раскалываются, стираются, заедают. Не сразу, но несколько сотен выстрелов — это несерьёзно. Да и после первого десятка повреждения сказываются на работе механизмов, вплоть до возможности взорваться. А паровики нового поколения так и вовсе критически требовательные к материалам.

По этой причине я сегодня оказался здесь, на границе Союза, очень далеко от столицы. Здесь в горах нашли богатые руды. Мнение и интересы местных, само собой, нас не волновали совершенно, хотя сначала мы попытались банально купить землю. Нам отказали. Можно было попробовать разные методы, дипломатия, торг, шпионаж, но зачем? Пришли и заняли интересовавший нас хребет, начав «спешное» по меркам окружающих, и вполне стандартное по нашим меркам возведение укреплений, стен, фортов и основной крепости. Ну и железную дорогу тянули, куда же без неё. А пока всё это строилось, геологи ковыряли камни, оценивая масштаб месторождения.

И вот в один прекрасный солнечный день к нам пожаловали незваные гости, которых сейчас добивали драгуны. Кавалерии у нас было не слишком много, и в лобовые атаки всадников бросали редко, банально незачем. А вот добивать разбитого и морально уничтоженного противника — самое то.

Когда с разгромом было покончено, пленных командиров доставили в наш лагерь. Битва проходила не под стенами (всё равно недостроенным), а в нескольких километрах от наших укреплений. И место лучше подходит, и рабочие в безопасности. Из шести человек я не без труда, но всё же узнал только одного, высокого, плечистого мужчину в тёмном доспехе. Мода у местных такая, железо обрабатывать, создавая матово-чёрный цвет вместо блеска полированной стали.

— Какие люди! — салютую мужчине кубком. — Проходи, присаживайся, налей вина. Перед смертью, конечно, не напьёшься и не отдохнёшь, но всяко приятнее.

Король Рихард. Нет. Райнхард. Человек, о существовании которого я узнал буквально на днях. Король Райнхард смотрел на меня мрачно, но от предложения не отказался, пройдя до стола. Палатка была достаточно большой, стол тоже не скромный, так что я дозволительно кивнул и остальным.

— Не стесняйтесь, господа, располагайтесь. Что вы такие мрачные?

— Избавьте нас от своего отвратительного юмора, — ответил Райнхард.

— Придётся потерпеть, Ваше Величество, — улыбаюсь я, делая глоток вина. — Кому принадлежала светлая мысль попробовать нас на прочность?

Молчат, партизаны.

— Можете не отвечать, — сопровождаю дозволение взмахом руки. — Я сейчас найду труп одного из ваших товарищей и подниму нежитью. Он мне всё и расскажет. А заодно и послужит сотню другую лет.

Ожидаемо мысль об осквернении покоя мёртвых не оставила людей безразличными.

— Это было общее решение, принятое на совете, — прояснил ситуацию Райнхард. — Гарнизон не выглядел многочисленным, у нас был шанс.

— Нет, не было, — отрицательно качаю головой. — Даже разбить гарнизон, в чём вы убедились. Да даже если бы справились, вы как с Союзом воевать собирались? У нас одной кавалерии больше, чем всё население вашего королевства. А кавалерия у нас — сугубо второстепенное воинство, малочисленное, если откровенно.

Король надулся как мышь на крупу.

— Это наша земля. Наш долг обязывает нас драться за неё. Выбирая между гибелью с честью и жизнью в бесчестии…

— Да, да, да, — перебил я Райнхарда. — Слышал много раз. Честь. Забавное слово. Честь…

Произношу слово медленно, будто пробуя на вкус.

— Вам она явно не знакома, — проворчал король.

Смеюсь над их наивностью. Смеюсь в лицо, ничего не скрывая.

— О, у меня есть что сказать о чести. Видишь ли, Райнхард, нам нужна эта гора. Нужны её недра. И, придя сюда, мы не скрывались, не обманывали и не юлили, прямо сказав, что нам нужен этот горный хребет.

— Это священная земля! — выкрикнул один из мужчин.

Отмахиваюсь.

— Да, да. Мы нашли захоронение ваших предков.

— Если ты посмел хоть что-то… — начал король.

— Что ты мне сделаешь? — вопросительно поднимаю бровь.

Молчит.

— Ага, молчи и слушай, король. Захоронения мы нашли. Души давно отправились дальше, а останки давно истлели и непригодны для некромантии. Мы готовы были купить эту землю… — насмешливо улыбаюсь. — Но торг — это слишком низко для вас, правда? Люди чести. А что в итоге, люди чести? Ваша земля потеряла защитников. И знайте, я ответного похода проводить не буду. Не мы заберём ваши земли, это сделают ваши соседи.

Сколько интересных эмоций отразилось на их лицах, загляденье. Мы-то цивилизованные, у нас завоевание исключительно гуманное, никого не грабят, никого не убивают, красота. Местным элитам предлагают встроиться в систему, пусть с некоторым поражением в правах, но всё равно на руководящие должности. А местные такую гуманность не проявят.

— Из-за своей чести погибнете вы, погибнут ваши семьи, погибнут ваши подданные. Смерть, смерть и смерть. А могли бы многое получить, если бы пошли на сотрудничество. Получается, честь ваша не стоит и медяка.

— Делай, что должен, живой мертвец, — мрачно ответил мне король.

Что должен, да?

— Альт!

В палатке показывается лич.

— Всех пленных выпороть, но чтобы без травм и смертей, а потом выставить из лагеря. Как закончите — сворачивай лагерь и возвращай всех на свои места.

Возмущения не слушаю. Райнхард для меня — дворовой хулиган. Серьёзно наказывать не за что, просто отпускать несправедливо. С прагматической точки зрения он нужен мне живым и свободным, чтобы не разбираться с теми, кто придёт ему на смену. Впрочем, даже эти соображения так, мелочи. У нас на расстоянии двухнедельного перехода армейский корпус стоит в своей цитадели. Ультимативное оружие в местных реалиях. Так что причина, по которой Райнхард выжил — он действительно человек чести. Местами наивный, местами бесхитростный, но честный. Пусть живёт.

Глава 2

Через проекцию я присутствовал на заседании Государственного совета. Это был не узкий круг советников, а натуральное собрание Думы. В какой-то момент всем стало очевидно, что прямое управление при таком масштабе государства уже становится невозможным. Привычный для местных путь — создание провинций, в которых будет рулить ставленник. Классическая феодальная схема, когда отдалённые земли становятся скорее государствами-сателлитами, чем полноценной частью единого целого.

Я предложил другой вариант. Союз был условно разбит на провинции, в текущем моменте аж на тринадцать. Разбивка проводилась без оглядки на старые государственные границы, нас больше волновало экономическое единство территорий. Провинции разбивались на области. Области на районы, в районах имелись населённые пункты. В каждом населённом пункте свой совет, решавший чисто местные вопросы, по сути — местное самоуправление, хоть и обязанное оглядываться на указы «сверху». Каждый местный совет выбирал двух представителей из своих рядов для формирования районного совета, решавшего проблемы уже на уровне района. Районный совет отправлял представителей в областной, областной в провинциальный, провинциальный в государственный. Простая иерархия. Были нюансы, в крупных городах могло быть больше одного совета, например, когда город занимал два берега реки. Свои советы имели крупные предприятия, по очевидным причинам.

Государственный совет собирался раз в полгода неполным составом. В том смысле, что от каждой провинции ехал только один представитель, а не оба сразу. Чисто решить текучку. Полностью Государственный совет собирали всего два раза и планировали делать это только по важным ситуациям.

И ГосСовет не был формальным органом, нет. Депутаты ГосСовета имели вполне реальную власть, вписавшись в политическую систему Союза, выступая лишь на один уровень ниже, чем министры. А председатель ГосСовета был как раз равен министрам. Учитывая, что выше министров (формировавших уже Совет министров) оставался только я… А я стал фигурой… Как бы мягко выразиться? Формальной? Нет, власть у меня как раз была во всей полноте. Настолько абсолютная, что никаким монархам моего мира и не снилось. Только я самоустранился, потому что механизм и сам работал.

Никакого волшебства в этом не было, просто Союз имел чудовищную экономическую, политическую и военную мощь. Никаких конкурентов на материке просто не осталось. Даже если весь остальной материк объединится против нас (что по многим причинам невозможно без какого-нибудь божественного вмешательства), это будет всего лишь «сложная ситуация», возможно, даже близкая к «критической», но вообще ни разу не катастрофа. Сейчас же масштабных проблем банально не имелось на горизонте. Как там говорил один якобы умный политик в том мире? Дайте мне двадцать лет? Ну так у нас эти самые двадцать, тридцать, даже пятьдесят лет были. Ввиду отсутствия конкурентов.

Голод побеждён. С болезнями боремся, с переменным успехом, но крупных эпидемий за эти десять лет так и не произошло. Дальнейшее развитие пока встало, но мы ещё текущим уровнем благ не всех обеспечили, и ещё лет пять не обеспечим, хотя и очень стараемся. Даже проблема карьеристов, ставящих свою любовь к власти (или к деньгам) выше долга, не выходит за уровень мелкой неприятности. Депутатской неприкосновенности у нас нет, касты бюрократов, прячущих под ворохом бумажек свои делишки, также нет. Наоборот, с бюрократизмом борются, даже относительно успешно. На уровне районов депутату из какого-нибудь села достаточно просто явиться в областной совет и сказать, что есть некая проблема. И никто не подумает отправить человека писать какие-то бумажки. На более высоких уровнях, понятно, построже, там объёмы ресурсов уже другого порядка, но и там действует правило: «делай, бумаги задним числом оформим, под мою ответственность». Есть опасность сделать неправильно, не по злому умыслу, а из-за спешки, но у нас земля не горит под ногами, жёстких сроков никто никому не ставит, так что головотяпство существует в минимальном объёме.

Ну и регулярные профилактические проверки от принципиально неподкупных личей. Люблю нежить. Лич, теоретически, может предать, но это чисто теоретически существующая ситуация. Потому что подкупить, шантажировать, угрожать личу банально нечем. Поскольку само мышление нежити несколько отличается от чисто человеческого, ни одному чиновнику физически не придумать, что можно предложить мертвецу, чтобы заинтересовать.

Идиллия. Так хорошо, что даже скучно. Чувствую себя читером, уже завоевавшим бо́льшую часть доступной карты и размышлявшим, стоит ли «закрасить» последние участки, или наплевать и считать себя победителем.

Взгляд выхватил среди присутствующих Спараса, в прошлом мага Серой Цитадели. Моя пламенная речь, сказанная когда-то Агфас, имела вполне реальные последствия, да такие, на которые я не рассчитывал, хотя и надеялся. Маги передрались между собой. Без дураков, Агфас собрала всех наиболее адекватных, что-то там затевала, но не успела, среагировали остальные. Короткая и кровопролитная война внутри Цитадели, и выжившие (из обоих лагерей) открыли ворота и сдались нам на милость. К счастью, вся верхушка магов была перебита. К счастью, потому что они бодро пополнили ряды личей, расширяя возможности нашей нежити. А некоторые так и вовсе стали фуриями.

Заседание закончилось, цели на следующие полгода намечены. Сейчас делегаты пойдут договариваться между собой о решении различных «мелких» вопросов. Сколько мороки было наладить вертикальное и горизонтальное взаимодействие, чтобы какой-нибудь чиновник, отвечавший за, допустим, продовольствие, мог подойти к чиновнику по строительному ведомству, или там по железнодорожному, и, изложив свои проблемы, не был послан с формулировкой: «у нас своё начальство, у вас своё, по своему ведомству и разбирайтесь». Вроде наладили, хотя совершенствовать систему все же продолжали.

После заседания меня нашёл Хаарт.

— Есть дело. Тебя это заинтересует.

И, не дожидаясь моего ответа, двинулся по коридору. Некоторые вещи не меняются.

— Мне даже не надо применять свою силу и напрямую спрашивать у личей и другой нежити, чтобы понять, что произошло. Вы закончили перевод очередного манускрипта древних магов и что-то там нашли.

Хаарт даже не обернулся.

— Лучше.

Шутник, ага.

Рассеиваю проекцию и создаю в другом месте, где чувствую наивысшую концентрацию магов. Оказываясь в одном из больших магических залов, замираю, глядя на продолжающуюся работу. И, когда входит Хаарт, признаю:

— Ты прав, это интересно.

В центре залы заканчивали возведение стационарного телепорта. Ну, или «алтаря телепортации», «алтаря переноса» и десяток других названий, в зависимости от перевода. Суть едина — это портал. Из всех исследований, основанных на материалах по древним магам, прорыва я меньше всего ожидал именно в этом направлении.

О том, что маги древности активно ими пользовались, мы знали давно, ещё при расшифровке материалов с первых раскопок нашли достаточно материалов и упоминаний. Только общая информация о порталах не давала возможности их воссоздать. Долгое время… Хм, долгое время, да почти все эти десять лет мы считали, что порталы воссоздать не получится, банально магия теперь иная и такие трюки просто невозможны. А затем откопали очередные руины и нашли там сам портал, целый, не повреждённый. Вместе с ним нашлась и литература. Похоже, один из магов осваивал порталы, или занимался установкой стационарных алтарей, из текста не совсем понятно.

Постепенно расшифровывая записи, мои маги высказали робкую надежду, что портал всё же удастся воссоздать. Точки концентрации силы изменились, и сейчас лучшим местом была цитадель «Предельная», по многим причинам, но в первую очередь из-за эманаций смерти, конечно же. Я высказывал сомнения, что смерть для порталов не очень, наверное, но… Скажем так, с нюансами. Для живых существ портал, запитанный на магии смерти, действительно опасен, вероятно, смертельно, а вот для нежити — самое то.

Там вообще вылезла масса нюансов, связанных с изменениями в магических школах… Кого я обманываю, магия рухнула и была построена заново, так что подходы отличались концептуально, отчего в некоторых моментах даже у меня чесались мозги, когда помогал остальным. И вот, портал собран и даже в закрытом состоянии я (через проекцию, сильно урезающую чувствительность) замечаю необычные потоки магии.

— Портал работает, — заговорил стоявший рядом Хаарт. — Я отправлял туда духа разведчика. Судя по отклику — выход находится за пределами нашего континента.

Нам достался портал с заранее настроенной фокусировкой точки выхода. Чтобы точку выхода перенастроить, надо разобраться с системой координат, а для этого необходимо много чего, в идеале — несколько работающих порталов и возможность собрать данные об их работе. Без стационарного приёмника на той стороне портал превращается в односторонний, да ещё и с «плавающей» точкой выхода, скорее даже пятном, радиусом в несколько десятков километров. Методом тыка портал не настроить, не прикрутили древние к нему пульт управления, где повертел крутилку, и точка выхода сместилась на несколько километров в нужную сторону.

— Что на той стороне?

Ответ не обрадовал.

— Неизвестно. Слишком большое расстояние. Всё, что приходило от разведчика — там есть земля и, вроде как, деревья и скалы.

— То есть это могут быть как живые деревья, так и сухие стволы посреди пепелища, — оценил я разброс вероятностей.

— Да. Есть ещё проблема. Даже отправка духа требует серьёзных затрат энергии. Мы не сможем отправить большой отряд.

Большой отряд и не нужен, только небольшая группа для разведки. Такая, чтобы смогла установить обелиск и обеспечить хотя бы подобие связи. Большие расстояния и на обелиски влияют, всё же требуется пробить не пустое пространство, а мир, наполненный текучими энергиями.

— Большой и не требуется. Нужна разведка, авангард, который оценит, стоит ли вообще тратить время и ресурсы на освоение другого материка.

Очевидно, в отряде нужны личи, что смогут возвести обелиск. Но личи уязвимы без свиты. Да, с небольшим отрядом обычных людей лич справится, потому что люди просто не смогут нанести мертвецу заметный урон, но если у противника будет маг, или хотя бы гранаты, и исход предрешён. К тому же лич — нежить, и не может спрятаться свою природу, так что и замаскироваться не выйдет. Вампиры в этом смысле лучше, и сами по себе бойцы, и могут выдавать себя за человека. Только не могут поднять обелиск. А отправлять смешанную группу — не факт, что не разбросает. Из высшей самостоятельной нежити остаются только фурии, но они тоже не поднимают обелисков. К тому же фурии требуют подпитки и, когда выдохнуться, просто потеряют физические оболочки. Будут долго и печально плыть в нематериальном теле в направлении дома, на что уйдут, возможно, годы. А скорее десятки лет.

— А поддержать портал своей силой, чтобы он был стабильней, и группа прошла кучно? — спрашиваю, уже зная, что буду делать.

— Можно, но личей с таким запасом силы четверо.

— Пятеро, — улыбаюсь. — У меня есть идея, и вам она не понравится.

Глава 3

Портал горел серо-фиолетовым маревом. Визуально не представлял ничего особенного, а вот в плане восприятия магии всё ощущалось намного интереснее. На первый взгляд казалось, что стоишь рядом с чёрной дырой, всасывающей всё вокруг без остатка. Однако магия в окружающем пространстве не исчезала, то есть она одновременно уходила в портал и не исчезала. Парадокс. Если же подняться (или опуститься) до тонких и глубоких манипуляций, портал постоянно касался всего вокруг едва заметными нитями. Настолько неосязаемыми, что ползущий по стоптанной до мозоли пятке комар был более заметен, чем эти нити. А ещё портал постоянно посылал в мир импульсы, как эхолот, и явно считывал отклик. И это ещё не всё.

— Мы готовы, — обрадовал Хаарт.

Я поступил, как тиран и самодур. Собрал ближних и объявил, что пройду порталом, взяв с собой пяток фурий, пару личей и нескольких вампиров. Рассеяв проекцию, вернулся в своё тело. Мне ещё предстояло в Предельный возвращаться, а путешествие на тысячу километров железной дорогой даже в том мире могло не меньше суток занять, если с остановками. Мне же предстояло ехать неделю, если нигде не сломаемся.

Когда прибыл, меня, само собой, ругали и отговаривали. В основном женщины, мужчины почему-то мою авантюру восприняли как должное. Не иначе из мужской солидарности. Поспорили, поспорили, да и признали, что, кроме меня, со всем спектром задач может справиться только Хаарт, но он-то как раз, в отличие от меня, очень важный и нужный винтик в государственном механизме. Некоторые сентиментальные личности пытались давить на детей… Да, их у меня появилось трое, два парня и девочка. Однако родитель я пусть в целом хороший, но не любящий. Дети никаких струн в моей мёртвой душе не задевали. Я со всей ответственностью подошёл к воспитанию потомства, тем более что у двоих старших (кто бы сомневался) уже прорезались магические способности, и младший тоже имел все шансы стать магом, но любви между нами не было. Дети это ощущали и ко мне совершенно не тянулись. Хорошо ещё, что не боялись. Вон, даже по имени не называю, настолько незначительно их присутствие в моей нежизни.

И вот мы вдесятером, Я, Ежелин и ещё четыре фурии, два лича и два вампира, готовились отправиться в новый мир. В смысле, на другой континент, но в текущих реалиях разница не слишком велика.

— Поехали.

Толкаю свою силу в портал, чтобы стабилизировать пролом пространства. Магия тут же начинает обволакивать меня, а затем и моих спутников. Портал — это не дверь, не тоннель и даже не… Не знаю что. Перенос больше напоминает удар молнии. Импульс энергии должен ударить в нас, свернуть до материальной точки, проломить пространство, выбросив нас-точку в зоне выхода, и снова развернуть. В этом смысле получалось, что портал больше напоминал ретранслятор из вселенной массового эффекта, потому и назывался телепорт. Ну да с практической точки зрения это всё малозначимые нюансы.

Толкаю в портал необходимое количество энергии, запуская процесс.

— Один маленький шаг для человека…

Делаю шаг, испытывая на себе эффект сворачивающегося пространства. Ощущения, когда твоё тело сминают в плоский лист, скатывают трубочкой, трубочку снова плющат, затем снова сматывают, и так сотню раз, пока ты не становишься точкой, непередаваемы. Само движение ощущается странно медленным, как полёт через кисель. Возможно, это продиктовано отсутствием физических явлений, движение сопровождающих. Ни тебе инерции, ни сопротивления воздуха, ничего. Почувствуй себя фотоном, называется. Ещё и чувство времени сбоит.

А затем материальную точку начинает раскручивать обратно. Как будто на сеанс к костоправу сходил. Пятьдесят раз подряд. Ещё и костоправ такой попался, творческий, очень любящий своё дело. Есть состояние, когда всё тело чувствуется таким, будто ты его отлежал. Здесь с точностью до наоборот, каждая косточка в теле решила стать олимпийским чемпионом, пошла в ближайшую тренажёрку и устроила себе силовую.

— И большой шаг на голову тому, кто создал телепорты, я бы сделал, — выдыхаю, покачиваясь и прикладываю все силы, чтобы не упасть.

Стошнить не стошнит, физиология не та, но вестибулярный аппарат сказал: «мои полномочия всё» и вышел из чата. Предатель. Минут двадцать я точно простоял, прежде чем пришёл в себя. Выпрямился, огляделся.

Деревья, трава. Ничего, что выбивалось бы из привычной картины мира. Враждебной флоры и фауны не обнаружено, никто прямо здесь и сейчас нас убить и сожрать не пытается. Хорошо. Провожу ревизию своей группы. Мысленно рассчитываю «на первый-второй». Все на месте. Нет, нас слегка раскидало, пока я договаривался с вестибуляркой, те, кто отлетел подальше от общей группы, успели подойти. Разброс в километр можно считать отличным результатом, учитывая, что прыгнули мы на пару десятков тысяч километров точно, а то и больше. Как там говорил самый лучший пилот? Прыгнул через полгалактики и попал в цель меньше спичечной головки?

— Ежелин, осмотритесь.

Фигура в чёрном балахоне, под которым прятались воронёные доспехи особой конструкции, кивнула под капюшоном.

— Приступаем… — прошелестела фурия потусторонним голосом.

Пять фигур бросились в разных направлениях. Вампирша, Ванесса, окинула ближайшие деревья оценивающим взглядом. Прикидывала, похоже, сможет ли взобраться на вершину и осмотреться. Я же обратился к личам.

— Оставьте метку-ориентир.

Всё равно надо ждать, пока фурии вернутся, а за это время личи успеют создать некро-постройку. Безобидную, просто отметка в земле, что-то типа: «здесь был Арантир». Ориентир, чтобы я смог найти, где вывалился из портала. Или, если из дома отправят ещё кого-нибудь, чтобы было понятно, где приземлились мы.

Ни разведка фурий, ни работа личей много времени не заняли. Фурии сообщили, что разумной жизни в округе нет. Есть полуразумная. В холмах неподалёку Ежелин нашла пещеру, в которой обитали серокожие коротышки. Других следов цивилизации вокруг не обнаружили. Призвал призраков и повторил приказ, отданный фуриям. Только теперь охват стал больше.

— Не, к коротышкам мы не пойдём, — решаю, прикидывая варианты. — Мы, как шакал Табаки, пойдём на север.

Компания наша, по возможности, была замаскирована. На фуриях балахоны, что сойдут за дорожные плащи. На вампирах кожанки, вполне способные носить гордый титул «лёгких доспехов». Личи в мантиях и с масками, закрывающими лица. Если не присматриваться, то и не скажешь, что нежить.

Не знаю, кому нравятся прогулки через лес, у меня сие действие энтузиазма и щенячьего восторга не вызывало. Буреломы, овраги, торчащие корни, заросли кустов. Личи забили на конспирацию и просто парили над землёй. Фурии двигались в призрачной форме. Страданиям предавались только я и вампиры, хорошо ещё, что усталость нам не грозила.

Ближе к вечеру сразу два призрака сообщили о найденном поселении. Посмотрел их глазами. Призраки нашли форт, или нечто подобное. Деревянный частокол, несколько башенок, закрытых от стрел. Размер форта невелик, где-то двадцать пять на двадцать пять метров. Вокруг форта вырубка, образовавшая десяток метров чистого поля, явно часть защиты. Только рва почему-то нет.

На одной из башенок рассмотрел гуманоида, расовую принадлежность которого не сразу сумел интерпретировать. Голова, две ноги, две руки. И перья. И клюв вместо рта. Антропоморфные птицы? Судя по кольчуге и арбалету в руках (рукокрыльях?), существо вполне разумно. Но возникает закономерный вопрос: как оно отреагирует на человека?

Впрочем, до заката мы до них дойти всё равно не успеем. И пусть нам спать не требовалось, но выходить ночью на укрепление, имеющее явно военное предназначение, не стоит. Лучше провести аккуратную разведку.

Ночью, остановившись на почтительном расстоянии от форта, отправил внутрь пару фурий. Ежелин вызвалась добровольцем. Двигаясь под землёй, разведчики проникли за стену и заглянули во все строения, бревенчатые, с дощатыми крышами. Казармы и склад нас особо не интересовали, хотя и туда заглянули. Посмотрели на оружие и доспехи. Качественное (относительно, само собой) железо, мечи, арбалеты. Мечи отчётливо фонили магией, но какой — не разобрал. Что-то стихийное, но тонкое, надо в руках держать, чтобы точно сказать. Куда больше интереса привлекла другая постройка. Открытый фасад с большой общей комнатой, имеющей костёр посредине. Прямо в полу сделано углубление, выложенное камнями. Есть несколько комнат, или даже кабинетов, выходивших в общий холл. Мне требовались документы. Вопрос языка и письменности. У меня-то есть способность понимать любую речь, но это не касалось моих спутников. Впрочем, у вампиров был свой метод, позволявший «научиться» языку жертвы.

Бумаги найти труда не составило. Иероглифическое письмо. Возникла заминка. Я, глядя на текст глазами Ежелин, понимал отдельные иероглифы, но не сразу разобрался, в каком порядке их читать. Оказалось — по три столбиком, сверху вниз. Столбик образовывал слово, или слово с предлогом. Читались такие столбики справа налево. Правда, беглое ознакомление с документом практически ничего не дало. Пришёл, ушёл, принёс, донёс. Чтобы разобраться, что здесь происходит, потребуется за этими бумагами посидеть, причём пару часиков точно. Пока воздержусь. Все воины в форте были из этих птица-человеков, предположительно — мужчины. Один из фурий застал местного за посещение отхожего места, подсмотрел. Вроде тот больше на мужчину похож был.

Вернул фурий и дал отмашку продолжать движение в обход форта, от которого дальше на север шла грунтовая дорога. Вот вдоль неё и двинулись, а призраки летели впереди, проводя разведку. Было немного странно видеть дорогу через дикий лес. Найти этому объяснение я могу без труда. Например, мы на границе, а прошли мы пограничный форт. Только граница с чем? Как в Предельном? Граница освоенных земель? Допустим. А дорога, значит, линия снабжения? Тогда она длинная и безопасно по ней пройти можно только с отрядом, что не очень хорошо.

Призраки нашли реку, относительно широкую, вплавь так просто и не перебраться, и ещё один форт. Хотя скорее небольшую крепость, занявшую оба берега. На этом берегу передовое укрепление, опять же, частокол и деревянные постройки. Хороший широкий мост на другой берег, где раскинулась основная часть укреплений. Даже каменная постройка в центре имелась. И здесь тоже птица-люди, форма (если так уместно выразиться про относительно однотипную одежду, в которую обязательно входила кольчуга) и оружие совпадают.

Светало, и мы заняли овраг вне видимости стен. Здесь я немного задержусь и посмотрю на местных, как и чем они живут.

Глава 4

День наблюдения прояснил некоторые моменты, но в то же время оставил множество вопросов.

Во-первых, есть подозрение, что у этих птица-людей сформировалось кастовое общество. Уверенности нет, потому что это внезапно даже при кастовом обществе касты каждый день в любом разговоре не обсуждают. Просто разные касты живут друг от друга несколько обособленно, а в некоторых случаях даже изолированно.

Например, на той стороне реки нашлись возделываемые поля, на которых работали те самые серокожие коротышки, что при свете дня вызвали у меня ассоциацию с гоблинами. Кривые уши, большие длинные носы, в общем, не самые привлекательные ребята. Если гоблины в пещере, которых мы нашли вчера, были чистыми дикарями, то здешние… Были всё ещё дикарями, но с налётом цивилизации. Они носили одежду и пользовались инструментом, но в быту… Нда. Как самое заметное: какие-то личинки и гусеницы на завтрак и обед, причём в сыром виде. Огонь вообще не использовался.

Люди и некоторое количество гномов стояли явно повыше чернорабочих. Помимо гоблинов, здесь ещё были… Хм. Назовём их, орки. Зеленокожие, ниже людей, но выше гномов, и тоже диковаты. Как и гоблины, орки были чернорабочими. Грузчики и носильщики в основном. Что орки, что гоблины при появлении рядом гуманоидных птиц сразу пригибались, чтобы казаться меньше, и стремились убраться подальше, ни в коем случае не переступая дорогу и вообще стараясь не обращать на себя внимания. Что люди, что гномы с птицами говорили нормально, может, не на равных, но и не как слуги перед хозяевами.

Птицы только на роли военных, но какой-то особенной привилегированности за ним нет. За стенами города есть компостная яма, куда сбрасывали тела умерших от тяжёлой работы гоблинов. Так вот, в ту же яму отправились и два трупа птицов. Гнить, чтобы стать удобрением на полях.

Наконец, были эльфы, но мало, насчитали всего пятерых за целый день. Все — мужчины, все в чём-то наподобие мантии. Я бы сказал, что они в иерархии выше всех остальных. От этих гоблины натурально разбегались в священном ужасе, а орки покрывались холодным потом и натурально тряслись. Однако эльфы общались с птицами и людьми. Было заметно, что остроухим относятся, как к начальству, плюс были явные культурные маркеры. В присутствии эльфов никто не сидел, никто не ел, не разговаривал громко. Какой-то агрессии по отношению к остроухим мы не заметили, но демонстрируемое выработанное почтение явно заколочено в спины палками. В общем, ситуация не прояснилась, став ещё запутаннее.

Во-вторых, это не просто какая-то граница. Ремесленники активно трудились, правя испорченные доспехи и оружие. Посмотрели мы на эти доспехи, а несколько клинков фурии просто уволокли для изучения. На кольчугах есть рваные дыры, явно от когтей или клыков. Следы, напоминающие кислоту, как на доспехах, так и на оружии. С кем они здесь сражаются? С ксеноморфами?

При этом никакой системы оповещения я не нашёл. Никаких сигнальных огней. Может, магия? И, что важно, ни следов активных боёв, ни гор трупов под стенами нет. Откуда берутся убитые и раненые? Ответа за прошедший день я не увидел. Возможно, если подождать ещё день или несколько, что-нибудь прояснится, да и у местных можно будет что-нибудь услышать, но по совокупности факторов я решил продолжить движение.

Форсировали реку мы в стороне от крепости, не испытав особых затруднений. Какой-либо магии я не заметил, так что река, несмотря на ширину и относительно быстрое течение, не выглядела непреодолимой преградой.

Стоило отойти от неё на десяток километров, как начали попадаться первые поселения, а у нас появились некоторые трудности с передвижением из-за охотников. Убивать местных я пока не хотел, приходилось скрываться. Это не было сложностью как таковой, но несколько замедляло движение. Охотниками почти поголовно были люди, изредка встречались эльфы. На полях трудились гоблины, а орки выступали грузчиками и носильщиками. Однако погонщиков я пока так и не увидел, да и птицев здесь уже не попадалось. То есть совсем, ни одного не встретили, если не считать военный отряд, шедший по дороге явно в сторону крепости, но мирных жителей — ни одного.

Сами мы двигались подальше от дороги, за транспортной артерией я наблюдал через призрака. Ближе к полудню увидел некий караван: десяток телег, шедших одной колонной. В охране птицы, в остальном — люди. Зародилось стойкое желание умыкнуть одного местного и обратить в вампира, чтобы и рассказал нам о местных реалиях, и с инфильтрацией помог, а то наши аристократические человеческие морды будут среди местных сильно выделяться.

В таком темпе прошло несколько дней, пока мы не добрались до города. И пришлось остановиться на почтительном расстоянии, по сути рассматривая издалека. Сам город был обнесён стеной, хоть и относительно скромной, метров пять, с редкими башнями. Вокруг стены раскинулись обширные пригороды, именно во множественном числе, потому что реально обширные, как бы не в несколько раз больше самого «города». И если отступить от средневекового принципа: «город» — это то, что «огорожено» стеной, то получался ограждённый стеной центральный район, и остальной город вокруг.

Состав жителей несколько отличался от того, что мы видели раньше. Гоблинов и орков здесь не было видно вовсе, а работу орков выполняли… Их более крупные собратья. Кожа посветлее, мышцы покрупнее, да и на головах не морды с лёгким ненавязчивым налётом интеллекта, а вполне лица. И хотя было заметно, что эти орки на низшем положении, от остальных они уже не разбегались в ужасе. «Всего лишь» всячески выражали почтение и услужливость. Людей и гномов было заметно побольше, ну так город же, в основном тут жили ремесленники. Птицы всё так же исполняли роль военных, но здесь появились и другие военнообязанные, и их я бы назвал драконийцами. Антропоморфные прямоходящие рукокрылые ящерицы на голову превосходили немаленьких птицев, часто выполняли роль офицеров, были и небольшие отряды, состоявшие из них. Несмотря на звериные морды, с интеллектом у них тоже всё явно было в порядке. Причём гражданских птиц и драконийцев мы так и не заметили. Зато появились гражданские эльфы. Немного, но положение у них было сродни аристократическому, все вокруг выражали им почтение, но прям вытягиваться в струнку с готовностью выполнять любой чих не проявляли. Были и эльфы-маги, эти уже что-то приказывали и руководили некоторыми работами, однако даже с ними городские орки, после глубокого поклона, говорили, обычно уточняя, что и куда нести. То есть эльфы явно были неотъемлемой частью иерархии, но отнюдь не её вершиной.

Так кто же в этом паноптикуме главные жабы?

От города уже заметно тянуло магией, нейтральной, так что на наши эманации смерти она никак не реагировала. После долгих размышлений я всё же отправил на разведку призраков. И ничего, никаких особых защитных систем на появление бестелесных наблюдателей не выявило. Призраки начали присматриваться к местной жизни уже вблизи. Мы же отошли поглубже в лес, чтобы найти укромное место и затаиться.

В центральную часть города призраки сразу лезть не стали, начав с пригородов. Нашли район, где проживали орки. На удивление прилично. Жильё напоминало большие бараки вместо домов, но внутри у каждой «семьи» была комната. Орские девушки не особо отличались людским, покрупнее и мускулистее, лица с некоторыми особенностями, но на этом всё. Дети посещали нечто вроде школы, где немолодой… Эльф… У меня начинает складываться понимание роли остроухих в этом социуме. В общем, эльф рассказывал детям всякое. Письменности орков не учили, но политическую программу в виде сказок и легенд давали. И уже здесь я узнал, кто всем этим правит. Правда, мне стало известно только самоназвание, не более того, и оно мне ничего не говорило. Ну «Жель’ми луай», и что мне это даёт? Одно понятно, что эти ребята на вершине социальной лестницы, и перед ними надо падать на колени, ни в коем случае не поднимая взгляда, если на то не будет разрешения.

Вечером понаблюдал за тем, как отдыхающие стражники, птице-люди, завалились в одну из таверн. Где несколько из них приставали к человеческим девушкам, и никто на такое даже косых взглядов не бросал. Причём «приставали» вполне прилично, то есть говорили нехитрые комплименты, предлагали угоститься чем-нибудь вкусным, и вообще провести время вместе. И девушки не шарахались от клювомордых, реагировали так, будто говорят с простыми людьми. А ближе к ночи несколько самых удачливых птицев поднялось на второй этаж в компании барышень. Птицы своих спутниц не целовали, клювы к этому не располагали, но в остальном делали «сну-сну» так же, как и мужчины чистой человеческой расы.

Эльфы, кроме тех, у кого была работа в пригороде, к ночи подтянулись за стены. Понаблюдав за людьми и гномами, я убедился: говорят все на одном языке. Даже заметных диалектов нет, и что люди, что гномы занимают нишу ремесленников. Гномы в основном работали с «твёрдыми» материалами, камнем и металлами, люди тянули всё остальное. Технологически ничего интересного они не показали, может, чуть лучше, чем на дефолте было у нас до сотворённой моими руками промышленной революции. Притом «получше» обеспечивалось не новыми технологиями, а большей открытостью, ведь здесь гномий металл не был диковинкой. Материал гномьего изготовления использовался как основной.

Ночью призраки заглянули за стены, обойдя нехитрую сигнальную защиту. Видел подобное и у нас, реагирует, когда некто чужой влезет на стену. Оказавшись внутри, призраки сразу нашли казармы, причём два больших блока. Тот, что покрупнее, занимали птицы. Все обитатели исключительно мужчины, живущие на казарменном положении. Вторые и лишь чуть менее крупные для драконийцев. Оказалось, что ящеромордых в городе не десяток или два, а почти три сотни. И здесь уже встречались женщины и дети, хотя всего десяток, они жили в отдельной от остальных секции.

Нашёлся и район обитания эльфов. Я оказался прав в своих предположениях, остроухие занимали нишу священнослужителей или их аналога. Здесь стоял довольно крупный храм… Наверное, храм, потому что для приёма прихожан он явно не предназначался. Внутри только эльфы, причём есть и слуги, и уборщики, этакая закрытая община. Основная часть общины спала, так что в естественной среде я их увидел только на следующий день.

И, наконец, самый богатый особняк города. И он был защищён магией, так что внутрь призраки проникать не стали, наблюдая снаружи. Пришлось оставить дежурную пару наблюдателей на целый день. В особняк заходили драконийцы и эльфы, но обитатели не выходили до самого вечера. Лишь ближе к закату две фигуры покинули защищённые стены.

Высокие, стройные создания, нечто среднее между людьми и эльфами нашего материка. Кожа светлая, глаза у обоих полностью голубые, волосы длинные, пшеничные. Из заметных отличий, помимо глаз, удлинённые руки с длинными пальцами, и строение ступней, больше напоминающее пальцехождение, хотя сложно сказать из-за обуви. Одно точно — там нечеловеческая ступня.

И в качестве ручного зверька эту парочку сопровождала натуральная химера. Тварь, двигавшаяся на четырёх мускулистых лапах, имевшая изменённую морду, не происходящую ни от одного известного мне живого существа, на её голове располагались немного подвижных длинных отростков, явно способных хватать, и длинный хвост с жалом.

Мне нужен тот, кто ответит на мои вопросы.

Глава 5

Операцию «Болтливый Осёл» проводили фурии. Ежелин молчала, но я ощущал её желание проявить себя. Целью был выбран эльф непонятной профессиональной принадлежности. Мы знали, что он относился к остроухой общине, но чем конкретно занимался — вопрос. Точно не из слуг, не учитель, не проповедник. За день он если и пересекался с кем-то, то были это простые бытовые разговоры.

Фурии подловили его, когда эльф возвращался к воротам. Город хоть и был довольно плотным, и потому густонаселённым, но это по меркам средневековья, да и праздношатающихся горожан не встретить, все работают. Поэтому моментов, когда путник оказывался на улице один, без посторонних и случайных свидетелей, хватало. В такой момент фурии и набросились на остроухого. Три фигуры в чёрном, они выскочили из-под земли, схватили и, на ходу придушив жертву, скользнули в тёмный закуток. Там убедившись, что жертва потеряла сознание, упаковали и понесли. Ежелин и ещё одна фурия проводили разведку, прокладывая путь, а третий нёс жертву. Прошло без проблем, сверхъестественные чувства фурий позволили им обойти живых и спокойно покинуть город.

И вот цель в моих руках. Эльф сильно отличался от привычных мне. Разрез глаз, уши длиннее, тело… Меньше. Теперь, когда эльф был перед глазами, а рядом стояли оба вампира, я понял, что жертва-то наша довольно субтильна, хотя не голодает и физическими нагрузками явно не пренебрегает.

Призраки сообщили, что пропажу обнаружили и в городе началось шевеление. Наблюдение не выявило в городе преступников, никто не нападал на горожан в тёмных переулках, на улицах не встречались «откровенно бандитские морды», даже городская стража при патрулировании города выглядела расслабленной, и только на окраине города становилась серьёзной и сосредоточенной. Так что несколько групп стражников прошлись по маршруту похищенного, зашли в пару мест, где, возможно, мог задержаться эльф, а когда ничего не нашли, им на смену вышли дракониды. И эти явно собирались прочёсывать окрестности. Поэтому мы своевременно убрались подальше.

Единственный вопрос, который передо мной встал: обращать в вампира сразу, или сначала допросить так? И, поскольку с обращением никаких проблем не ожидалось, эльф был вполне обычным живым, а магия в нём хоть и ощущалась, но не на том уровне, чтобы помешать, я выбрал обращение. Зачем тратить время на пытки, а потом ещё раз повторять те же вопросы уже вампиру, проверяя, не соврал ли он в первый раз? Я посчитал, что незачем. Выпить кровушки вызвалась Ванесса. Оставалось дождаться обращения.

* * *

Боярин Рекс вошёл в боевой зал и, обходя братский костёр, прошёл к столу князя. Опустившись на одно колено, дракониец замер, ожидая дозволения говорить. Тимур заглянул в глаза своему сотнику, командующему драконийской дружиной, и по выражению лица понял, что поиски успехом не увенчались.

— Было что-то, о чём мне стоит знать? — спросил князь.

— В лесу на юго-востоке нашли стоянку. Егерей, — прорычал Рекс. — Костра не разводили. Следов лежаков нет. Отхожего места нет. Количество определить не удалось, но точно больше трёх. Стояли они там больше двух дней. Мы не смогли найти следов, ни по которым они пришли, ни по которым уходили. Это всё, повелитель.

Князь жестом отослал боярина. Дракониец поднялся и ушёл за стол к своим собратьям. Князь же повернулся к старому эльфу.

— Скажи мне, Тиллель, что такого было в этом книгочее, чтобы за ним посылать егерей?

Старый волхв развёл руками.

— Прости, князь, но я сам теряюсь в догадках. Склоняюсь к тому, что егеря ошиблись и взяли не того. Милерей родился здесь, я знаю его с детства. Таланта к силе он не проявил, зато был внимателен и вдумчив, потому и стал книгочеем.

— Книгочеи многое знают, — молвил князь.

— Милерей молод, князь. Лонниль старше, знает всё, что Милерей и даже больше, и также ходит по городу. По всему, если нужен был книгочей, выбор бы пал на другого.

Князь прикрыл глаза, размышляя. Случившееся оставило множество вопросов, без ответов на которые не было понятно, что делать дальше. Обратиться к брату за поисковым отрядом? Но пропал всего лишь молодой книгочей, ради которого дёргать княжеских егерей некрасиво. Просто махнуть рукой? Это же всего лишь молодой книгочей. Репутация князя не позволяет, негоже оставлять такие выпады без ответа.

— Тиллель, пошли ворона великому князю, напиши, что по землям ходят чужие егеря, без подробностей.

Остроухий понятливо кивнул.

— И ещё одного ворона, моему брату. Попроси его прислать егерей. Объясни ситуацию, но не говори о том, что мы не знаем, зачем этот книгочей кому-то потребовался. Вместо этого туманно намекни, что Милерей чем-то важен.

— Я понял ваше желание, князь, — задумчиво ответил эльф. — Думаю, я знаю, как можно добавить весомости простому книгочею.

* * *

— Ну, рассказывай, Милерей, — подбодрил я новообращённого вампира.

Экс-эльф удивлённо таращился на нас, не понимая, кто мы такие и откуда взялись. Но кивок Ванессы, которую он ощущал, как старшую, подействовал безотказно, и вампир уточнил.

— Что именно, п-повелитель?

— Давай начнём с твоей жизни, а дальше посмотрим, — решаю.

И разговор затянулся.

Милерей был книгочеем, а если на наш лад — писарем. В его прямые обязанности входил учёт работы ремесленников города, сколько чего произвели, сколько чего потратили, сколько ещё надо. Поскольку грамотных и умеющих считать не только на пальцах до ста было не сильно много, то книгочей, даже младший, считался вполне уважаемым человеком. А вообще, книгочеи выполняли роль чиновников, заодно переписывали книги и входили в касту… Волхвов, если пытаться интерпретировать. Да, они были в том числе жрецами, но с местным божеством это была глубоко второстепенная роль. А так волхвы лечили, учили, наставляли. Ну и жреческие функции заодно, да, проведение обрядов тоже в их обязанностях.

Город, в котором родился и вырос Милерей, считался приграничным, это я правильно подумал. Только с нюансом. Граница, та самая крепость, разделяя не местных и соседнее государство, а резервацию, в которой растили химер. Или не растили, а выпускали охотиться. А ещё здесь иногда появлялись какие-то странные твари, которых убивали. Какие? Милерей не знал. Короче, с этим надо разбираться отдельно. Касательно же самого города, название он носил такое, что транскрипцию на русский я бы не рискнул делать. А в переводе он назывался «Граничный Город рода Орловых». Князь — местный из рода Гороран, то есть «те, что ведут род от Орла», или Орловы. Если другой князь сядет, будет и город иначе называться. Не очень удобно, но Милерей не мог представить, что бывает иначе.

Насчёт кастовой системы я был прав и неправ одновременно, и это же было связано с химерами. Здесь, насколько знал Милерей, балом правят химерологи. Княжеские семьи все поголовно — генно-модифицированные ребята. Из кого именно их модифицировали, вампир не знал, он вообще не осознавал, что князья — это не воплощение богов на земле, а всего лишь смертные, которым выкрутили характеристики, это уже я сложил два и два.

Итак, да, у местных очень развита химерология. Птице-люди, драконийцы и гоблины с большой вероятностью выведены искусственно. Потому что Милерей хоть и был простым младшим книгочеем, но книги-то читал. И, заставляя его пересказывать содержание исторических хроник, я выявил закономерность. Князья в их текущем виде появились не слишком давно, каких-то веков пять назад. Хотя к цифрам и особенно датам я относился скептически, некоторые события экс-эльф описывал так, что в указанные временные рамки они не влезали. В исторических хрониках это было подано, как «снизошёл владыка небесный до самых достойных и наделил их…» и так далее, но мы умеем читать между строк и выявлять нюансы. Изменения произошли не сразу. Хоть хроники при переписывании явно правились, и описания князей сейчас и того, какими они были раньше, совпадают, но рассказ вампира позволил выявить детали. Князья улучшали себя постепенно, кое-где даже откатывая изменения, видимо, неудачные.

Далее, углубляясь в историю, объясняется, что тысячу с чем-то лет назад началось развитие химерологии, и появлялись первые твари, выведенные под конкретные задачи, но именно выведенные изменением существующей фауны, а иногда и флоры. Затем, когда с животными наигрались, начали создавать зверушек практически с нуля, либо соединять несоединимое и впихивать невпихуемое. То есть выводить гибриды теплокровных млекопитающих и хладнокровных рептилий, например.

На последней стадии, если верить книгам, лет за триста до появления «князей», начали играть с разумными. Орков, судя по их древним описаниям, слегка кастрировали, уменьшив габариты, изменив характер и загнав на положение рабов. Из кого вывели гоблинов — непонятно, может, продолжали измываться над орками, а может, и из гномов, но вывели и этих трусливых мерзавцев. С эльфами непонятно. Части остроухих явно подрезали возможности, превратив в умных, исполнительных и послушных «волхвов». Часть пошла на «егерей» и «погонщиков». Судя по описанию, ребята напоминали тёмных эльфов, самые элитные представители которых занимались разведением и контролем химер, а остальные были «егерями». И слово «егерь» надо прямо несколько раз в кавычки ставить, потому что к хождению по пересечённой местности и чтению следов они имели последнее отношение. Егеря соединяли в себе дознавателей, следователей, горлохватов, шпионов и прочие профессии такого толка.

Птицев делали то ли из людей, то ли из эльфов, или вообще из метисов, потому что, по наблюдениям вампира, от эльфов и людей метисы рождались нечасто, а вот птицы могли обрюхатить что человеческую девушку, что остроухую, и делали это вообще без проблем. С ящерицами всё непонятно, нужно отлавливать кого-то с большими познаниями.

Насчёт людей и гномов я не ошибся, они занимались ремёслами всех мастей, распределяя конкретные направления между собой.

Такая вот солянка у местных, если верить летописям. Которым я не верил. Могу где-то ошибаться, ведь Милерей абсолютно надёжным источником информации не был, так что и гоблины могут запросто отказаться отдельной расой, и птицы могут быть выведены из тех же драконидов, чем чёрт не шутит. В чём вампир был уверен, так это в предназначении гарнизонов. Мы находились на границе области, выделенной под выведение химер. Где-то на юге, в нескольких дневных переходах, находилось… нечто вроде нескольких городов, где трудились химерологи. И там всё было под охраной, но иногда твари всё же сбегали, поэтому, на всякий случай, вся территория была ограждена дополнительным кордоном. Очень захотелось зайти на чай к химерологам, но там мне надают по шее с моим текущим отрядом, поэтому не сейчас.

Про политическую систему экс-эльф мало что сказал. Правили князья, а как они распределяли власть между собой — это не его ума дело. Про другие государства Милерей знал только, что они есть и их два. А с инфильтрацией всё непросто, потому что местные живут закрытыми сообществами. Буквально все знают всех из своей группы, и любой чужак здесь сразу будет заметен. Значит, надо думать, что и как делать дальше.

Глава 6

Наш отряд бодро уматывал на северо-восток. Сначала мы просто шли в том направлении, действуя в рамках общего плана. Раз с инфильтрацией такие сложности, надо закрыть другие задачи. Найти укромный уголок и поставить обелиск, чтобы наладить связь с домом. Для этой цели были выбраны джунгли, практически непроходимые, да ещё и разбросанные по островам, образованными сетью рек. Местная Амазония, короче говоря. Нормальные корабли могли ходить только по наиболее крупным речным артериям, на мелкие соваться уже было опасно. Так, во всяком случае, писалось в книгах Милерея. Да и сами джунгли в плане фауны вообще не подарок. Нам, мертвецам, самое то для создания узла связи.

Однако довольно быстро выяснилось, что нам на хвост сели. Призраки, продолжающие мониторить обстановку, заметили шедший по нашим следам отряд. Два десятка тёмных эльфов, которых наш вампир смело назвал егерями, и пяток страхолюдных зверушек. Смесь овчарки, тигра и чёрт знает чего ещё. Само собой, первой мыслью было поохотиться на охотников. Поймать и допросить егерей, перебить тварей, и топать дальше. К сожалению, Милерей уведомил, что после исчезновения такой группы за наши поиски возьмутся вообще все князья в округе. А если не найдут, то искать будут вообще все. Пусть не сразу, но точно будут. Егеря у местных — это элита. Не настолько элита, чтобы прям каждый егерь — это штучный продукт, такими здесь были боевые погонщики, но всё равно предельно серьёзные ребята. Положить отряд так, чтобы не было потерь с нашей стороны, а у егерей никто не сумел отступить, это заявка. Заявка на громкое объявление себя врагом всем и каждому.

Поэтому мы драпали. Егеря действительно показали себя крутыми ребятами. Мы шли день и ночь, без остановок на отдых. Они останавливались на короткие ночёвки и шли только днём, зато без остановок. Только мы двигались по чужому лесу, а они — по привычным местам, так что отрыв увеличивался далеко не так быстро, как мне хотелось бы. Очевидно, что до джунглей мы дойдём первыми, но есть одно но! Они могут вызвать подкрепление, что сразу будет перед нами и пойдёт наперехват. Поэтому призраки бдили, чтобы не пропустить ворона с сообщением.

Джунгли, к слову, были не единственным вариантом, куда забраться. Были в окрестностях неприятные, с точки зрения местных, горы. Сразу три вулкана, действующих, создавали, во-первых, постоянные землетрясения, пусть и мелкие, а во-вторых, выбрасывали много ядовитого газа. В перспективе, в плане строительства базы для завоевания (будем честными, я сюда прыгал не ради увеселительной прогулки) горы подходили куда лучше джунглей, но так было просто никак с трупами. Важнейший элемент любой войны нежити — трупы.

Мы наматывали целые километры, уходя всё дальше в малонаселённые районы страны. Некоторые сложности всё равно были, всё же цивилизация, она и есть цивилизация. Вокруг не только леса, населённых пунктов хватает, как хватает и полей с пастбищами. По открытой местности свободно можно двигаться только ночью, днём там шныряют гоблины. Так что нам пришлось попетлять, постоянно корректируя маршрут. Был соблазн не придерживаться строгой маскировки, но я подавил в себе минутную слабость. Милерей ничего не слышал о нежити, поэтому местные к столкновению с подобными нам не готовы. Пусть дальше всё именно так и остаётся.

* * *

Капитан Резак был вынужден отдать приказ об окончании преследования. Когда командир драконийской сотни сообщил, что не смог даже определить, сколько егерей было в отряде, похитившем проклятого книгочея, Резак лишь посмеялся над ним. Но вот они сами две недели шли за жертвой и не знали, кого преследуют.

Гончие держали след. С трудом, двигаясь довольно медленно в сравнении с тем, как это бывает при настоящей погоне, но держали. Егеря же не находили цепочки следов. Отдельные отпечатки ступней, сломанные ветви, потревоженные кусты — да, но не цепочки. Преследуемые будто были бестелесны, или большую часть расстояния преодолевали полётом. Сколько их? Неизвестно! И подчинённые Резака не нашли ни одной стоянки! Ни кусочка ткани! Ни одной обглоданной кости! Те, кого они преследовали, будто бы не спали и не ели. Даже не пили! Потому что следов исправления нужды тоже не было.

Резак слышал, что лучшие из его коллег держали две фляги. Из одной пили, в другую сливали, а затем выливали в водоёмы и другие места, где запах не найдёт ни одна гончая. Но так можно было двигаться день-два, но не вторую неделю к ряду! К тому же беглецы либо вообще не покидали лесных массивов, либо выходили только ночью, не привлекая к себе никакого внимания. Егерю оставалось только признать поражение. Неприятно, но в этот раз Резак столкнулся с кем-то, чьи навыки оказали на недостижимой высоте.

Отряд в любом случае зашёл слишком далеко, выдохся и почти выел припасы, хотя они и пытались в дороге питаться тем, что ловили и находили.

— Пошли ворона князю, мы возвращаемся. О провале укажи, но без подробностей. Я сам ему доложу, когда вернёмся.

* * *

Забравшись на подходящий холмик, я смотрел на уходящий в горизонт лес. Всё равно что на зелёное море смотреть, просто лес, который уходит в горизонт, ярко-зелёное практически гладкое марево. Впечатляет, признаю.

Заглянув в последний попавшийся на пути населённый пункт, отличавшийся от родного города Милерея лишь размером, мы умыкнули языка, в этот раз птицеголового, чтобы расспросить об этой местности. Знал клювастый не так чтобы много, но прояснил обстановку.

Такой реки, как Амазонка, здесь не было. Бассейн создавали сразу пять крупных рек, две из которых вполне подходили для речного мореходства. На остальных ходить можно было только на плоскодонках из-за растительности, но это считалось самоубийством. Местная фауна, хищная и опасная, не боялась нападать на плавательные средства. И если речные кораблики были орешком крепким, всё же и борта повыше, и корпус попрочнее, и устойчивость не в пример, то плоскодонки становились деревянным блюдом с приглашением отобедать.

По двум мореходным рекам были раскиданы десяток поселений типа крепость. В джунглях охотились на некоторых животных, не ради мяса, а для шкур и всяких алхимических ингредиентов, собирали что-то из флоры, ну и рубили лес. А ещё в джунглях водились разумные наги, с которыми у князей была взаимная нелюбовь. Наг было не слишком много, на рожон они не лезли, но сложностей, конечно, добавляли. Где обитали змеехвостые — неизвестно, с местными наги не спешили делиться адресами. Но ничего, сами найдём. Дальше два варианта, либо наги наши конкуренты за эту местность, тогда кто не спрятался — я не виноват. Либо наши союзники в борьбе угнетённых народов против угнетателей.

В этот раз, к слову, языка мы захватывали не в ходе стелс-операции, а банально изобразив нападение диких тварей. Оно для местных куда как менее подозрительно, чем исчезнувший прямо посреди города житель. Язык наш просто единственный, пока, выживший из отряда. Расспрашивал я живого, так как больше вампиров мне пока не требовалось, а мертвец очень специфически воспринимает мир и даже собственную память, и разговаривать с духом мёртвого о живом мире — удовольствие ниже среднего. Да, живой мог соврать, но я никаких секретов и не вызнавал, спрашивая об общедоступных вещах. По окончании разговора птиц присоединился к своим собратьям.

С местными обитателями мы также уже успели познакомиться. Делились они на две большие группы. Первыми были сбежавшие химеры, твари злобные и относительно опасные. Правда, либо тупенькие, либо с какими-то странными паттернами поведения. Потому что наткнувшись на нас, группа из четырёх особей, двух крупных и двух маленьких, бросилась с яростью нападать. Вообще, не раздумывали. Выглядели твари так, будто на гориллу натянули скин рыси, кошки с широкими плечами и мускулистыми передними лапами. А на лапах ещё и выраженные пальцы, но хватательного рефлекса нет.

Столкнулись мы и с нормальными животными. Явно хищники, две довольно крупные рептилии, типа варана. Я считал рептилий не самыми разумными существами, но у этих, наверное, хорошие инстинкты. Потому что, посмотрев на нас, они свалили в заросли.

На рассвете мы перешли расплывчатую границу местного мангрового леса. Сложнее всего пришлось вампирам. Я и личи просто парили, легко облетая все препятствия. Над водой мы тоже вполне могли пролететь. Фурии смещались в бесплотную форму и также летели. Вампирам пришлось осваивать акробатику. К счастью, лес был достаточно густым, а ветки достаточно толстыми, чтобы использовать их в качестве опоры. Но, когда мы достигли первой реки, личам и мне пришлось переносить вампиров на руках.

— Простите за неудобства, господин, — умильно хлопая ресницами, сказала Ванесса.

Ей ситуация казалась забавной, как, впрочем, всем нам. Даже личи, несмотря на дубовость в плане эмоций, находили какую-то иронию в том, что вампиры оказались неспособны справиться с такой лёгкой преградой.

Я задумался над способностями вампиров. А можно ли привить им превращение? По дефолту таких способностей не было, хотя с ростом могущества вампиры и становились сильными бойцами, но рост их способности был линейным. В смысле, росли уже доступные способности, но не появлялись новые. Превращение в другую форму, например, летучей мыши, пока не было востребовано. И до создания фурий я бы сказал, что такая трансформация вообще невозможна. Слишком велика сложность и затраты энергии. Однако, если сравнивать, трансформация у фурий на порядок сложнее. Что за ерунда — изменить физический облик. Вот переходить из призрачного состояния в физическое, а затем обратно — это трюк. Это прямо трюк из всех трюков. А дополнительная форма… Только возникает проблема. Фурий-то я сразу создавал с такой способностью, а вампиры — вот они. Они уже «живут», то есть их придётся новым трюкам именно учить. Подумаю на досуге, возможно ли вообще такое.

К закату нашли ровную площадку в глубине джунглей. Я понимаю, почему эта земля… скажем так, не особо привлекает живых. Насекомые, много насекомых. Жара, на которую мы не обращали внимания. Влажность. От этого мы научились защищаться, снаряжение всех, кроме Милерея, имело магическую защиту от всяких неприятных процессов, типа окисления.

— Ставим обелиск, — приказываю. — Сообщим домой, что с нами всё хорошо.

Глава 7

С первого раза не получилось. В том смысле, что обелиск обычного формата не добивал до дома. Оказывается, у этих трансляторов есть вот такое ограничение на расстояние. Хотя, возможно, дело не в расстоянии, а в разного рода магических помехах, всё же мир вокруг нас пропитан магией. Ага, всё есть Ци и Ци есть всё. Ну, не совсем так, но приобретённый за эти годы опыт давал мне не только общее знание: «мир сотворён богами». Это знание само по себе ничего не давало, не имело практического выражения. Ну, сотворили и сотворили. Эти материи выходили за пределы не просто возможностей, а даже понимания смертных.

Только я был уже далеко не простым смертным. До уровня древних магов, менявших по своей прихоти даже ландшафт, ещё не дошёл, само собой, но божественной воли я касался. А она касалась меня. И сейчас держа между пальцами зелёный лист местной пальмы и убивая его лёгким касанием смерти, я не просто «убивал» этот листок. Моя сила вступала во взаимодействие с силами, из которых боги ковали мир. И вступая в это взаимодействие, запускала законы мироздания, делала живое мёртвым в соответствии с заложенными концепциями. Всё есть энергия, определённым образом структурированная. И воля творцов, создавших мир, построивших структуру, делающую энергию материей, пронизывает весь мир.

Но здесь, на этом континенте, всё несколько отличается от привычного мне. Не концептуально, в каких-то нюансах, незаметных даже пристальному взгляду деталях. Первые звоночки появились, когда я создавал вампира, но там это всё проходило в разряде «ожидаемой погрешности». Сейчас, подняв обелиск, я кое-что понял. Некромантии действительно не было. Божество, посмотрев на заигрывания своих братьев, собрал «надстройку» на общей системе, позволив живым касаться той части системы мироздания, что отвечала за смерть.

И вот обелиск, в который тоже вложена определённая роль, концепция, задача. Только на этом материке смертных, обращающихся к смерти, похоже, нет. Не возникло необходимости, не сложились обстоятельства для появления некромантов. Здесь не хоронят трупы. На поле боя не остаётся трупов, химеры сжирают врагов практически целиком. Нет трупов. Нет кладбищ. Нет некромантии.

Будет.

Да и на тему «всё есть энергия» надо подумать. Потому что сама эта фраза, если её осознать, тянет за собой толстые последствия. Но это потом, сейчас я поднял взгляд на обелиск, сосредоточив внимание не на физическом объекте, а на структуре, на магическом естестве. Кажется, Молчащий просто по своей прихоти прикрутил некромантию к системе мира, как надстройку, лишь опосредованно касающуюся остальных… эм, частей? То есть вот ты взываешь к магии смерти, формируешь определённым образом запрос, и «надстройка» некромантии, положив на причинно-следственные связи, выдаёт тебе «строение». Пикантность ситуации в том, что это, в каком-то смысле, божественное творение. Некромант, хотя скорее лич по затратам энергии, буквально косплеит бога, творя материю из энергии. Да, строго в заданных рамках, но сам факт!

А вот обелиск, который, так-то, не связан с другими, разбросанными по землям Союза. Формально не связан, «область покрытия» не достаёт до другого обелиска, чтобы установить связь. И, если подумать, если покрутить концепцию… Или что-нибудь прикрутить сверху? Всё же магические структуры — это не микросхемы и не какие-то компьютерные программы. Энергия плюс воля даёт материю. А если…?

Подхожу и касаюсь обелиска, внедряя часть своей воли в структуру и запуская преобразование. Пошло изменение формы, как внутренней, так и внешней. Я превращал обелиск в некий… Маяк? Сложно давать названия чему-то, что-то только что чуть ли не на коленке сделал сам. Формально я облёк свою волю в некий посыл. С самим по себе действием проблемы не было, магия и есть оформление своей воли в магический посыл. Но внедрять это таким образом мне ещё не приходилось. И не факт, что оно заработает. Однако прошла секунда, вторая, третья, и на меня накатило исчезнувшее с момента переноса на этот континент ощущение от связи с целым государством.

Сосредотачиваюсь и, преодолевая неслабое сопротивление, ищу Хаарта. А затем, с ещё большим сопротивлением, создаю свой фантом. Несколько секунд, и влажные жаркие джунгли, наполненные жизнью, почти всегда недружелюбной, сменяются тихим кабинетом. Застаю лича, ожидаемо, за работой. Хаарт нисколько моему появлению не удивляется.

— Наконец-то!

Да, за меня даже не беспокоились. С одной стороны, приятно, что в мои силы настолько верят, с другой… Нет, другой стороны нет, в меня просто верят, да. Хаарт уверен, что я из любой ситуации выберусь.

— И я тоже соскучился. Пробивать расстояние сложно, поэтому буду краток.

Энергия реально улетела в трубу, так что я максимально сжато изложил результаты наблюдений и общую ситуацию.

— Что будешь делать? — спросил Хаарт.

Ну, вариантов у меня было, из наиболее адекватных, два. Искать портал и настраивать его на прыжок обратно. Либо закрепляться, выступая авангардом вторжения Союза.

— Обоснуюсь здесь и попробую нарастить силы.

О сложностях с трупами я упомянул, но сложности не непреодолимые. Придумаю что-нибудь.

— Ищи портал, — настоятельно потребовал Хаарт.

Как будто я не понимал, что мне нужна логистика с домом для переброски… всего.

— Займусь сразу, как прикрою тыл. Что у вас?

Особых новостей у лича не было. Запущенные процессы продолжались, соседей держали в тонусе, всё работает, эксцессы в пределах ожиданий. Союз не то чтобы застыл, но несколько притормозил. Сейчас огромному государству требовалось по-хорошему ассимилировать все новые территории. Вообще, нам надо ещё десяток лет, чтобы подросло новое поколение, уже воспринимающее Союз своим домом и своей родиной. Хаарт рассказывал, а я между строк отмечал ключевые моменты. Промышленность работает, стараясь выровнять уровень доступных благ, но это не в ближайшем будущем. Потому что вместе с повышением этих самых благ пошёл и рост населения. Ну, как рост. Те три из пяти детей, что раньше умирали, умирать перестали. То есть промышленность вроде как всем необходимым население обеспечивала, но росло это население достаточно быстро, чтобы предложение не успевало перекрывать спрос. Так что некоторое время, причём речь идёт о десятке лет как минимум, даже о закрытии базовых потребностей для всего населения речи не идёт.

Казалось, много ли нужно для крестьянской семьи, а нет. Дом каменный построй, да с нормальной крышей, да с водоснабжением, да с канализацией. Да, всё это у нас практиковалось, строились водонапорные башни, в которые воду набирали паровыми машинами. Отопление не требовалось, да и горячего водоснабжения не предполагалось, люди обходились своими печами, но уже это был о-го-го уровень. И даже построить эти самые сто домов, это уже затраты материалов и времени. А ведь ещё мебель, посуда, другие коммуникации. А там и логистика на сотни и тысячи километров. В общем, перепроизводства пока можно не опасаться.

Удостоверившись, что дома всё в порядке, рассеял фантом, вернувшись на суровую грешную землю.

Итак, для начала надо разбить здесь аванпост. Наверное. Или не надо? Мне вообще в принципе нужна постоянная база? Как источник снабжения? Так снабжать пока нечем и некого. Как центр операций? Уже ближе. Только для центра мне нужно либо большое кладбище, чтобы поднимать оттуда нежить, либо портал. С кладбищем всё сложно. Само собой, трупы здесь найти можно, но… Мало. А для некромантии надо много, желательно — очень много. Пока всё выглядит так, что создать кладбище мне будет проще, чем найти.

Второй вариант — портал. Хорошая новость — мне достаточно его найти, а потом могу приволочь в любое удобное место и развернуть там. Камни портала вполне транспортируемы. Но! Мы не в «Подземельях и Драконах». Портал нужно найти только в руинах древних магов. А руины древних магов, это не элитное подземелье для пати из четырёх героев. Это реальные руины, которые ещё надо отыскать, а затем провести археологические изыскания. То есть не босса подземелья побеждать, а копать, копать и копать.

Вариант третий, появляющийся по причине сложностей с двумя вышеописанными, состоял в поиске местных союзников. Например, надо попробовать с нагами. Милерей уверен, что те разумны. Насколько разумны — вопрос открытый. Если они на уровне родоплеменных отношений, толку от их разума никакого, только вред. В любом случае их надо найти и, для начала, за ними понаблюдать. Для чего были созданы призраки с модификацией и отправлены прочёсывать джунгли.

Сам ещё раз «оглядываюсь», в плане своего местоположения на карте местности. От границ джунглей мы отошли достаточно, чтобы для войска князей, пожелай они сюда добраться, путь превратился в проблему, не решаемую просто так с ходу. Потребуется целая экспедиция, если у них нет летающих тварей. Вампир утверждал, что такие есть, но из разряда — птичка-разведчик. Забираться глубже в джунгли не имело особого смысла, по крайней мере, сейчас. Как опорная база это место подходило, если уж потребуется что-то большее — тогда да, залезу в леса.

Приняв рабочий план даю личам отмашку окапываться. Вот где некропостройки раскрывали себя в полной мере. Плевать на то, что сидим в джунглях, сейчас организуем себе отличный фундамент и несколько построек для размещения… Правда, скелетов вокруг как не было, так и нет, поэтому черновую работу выполнять некому.

Обратился к своему внутреннему конструктору. Всю прошедшую нежизнь с трупами никаких заминок не было, поэтому я просто не задавался вопросом — а можно ли их получить каким-то извращённым способом. А вот появилась нужда, и начался поиск.

Десятка два минут ушло на формулирование задачи и способы её решения. Всё же магия есть материализованная воля, так решение есть для любой задачи, вопрос лишь в сложности реализации. И как ни странно, кое-что подходящее я откопал. Некий Алтарь костей, способный не быстро, но всё же давать скелетиков, создавая их из воздуха, в смысле, из энергии. Выглядело всё это как некий склеп, с алтарём, над которым крутился шар магии, и с десятком… эм… ниш в стенах, закрытых. Когда в нише появлялся скелет — она открывалась. Я передал смысл максимально утилитарно, но всякие аспекты и нюансы, типа влияния на живых, на окружающее пространство в целом всё это было второстепенным. Главное — эта штука давала мне материал. Мало и медленно, но давала! И этот самый алтарь стал второй, после обелиска-маяка, постройкой.

Глава 8

Словил чувство сродни ностальгии. Маленькая база, минимум подчинённых и опасный враждебный мир вокруг. Ресурсов минимум, никаких сильных союзников в округе не намечается, зато противник в этот раз не разобщён, а сплочён дальше некуда. Хотя и я сам не такой зелёный и наивный, да и силушки куда больше стало.

Скелеты-гвардейцы, правда, голые, как в смысле экипировки, так и в смысле отсутствия «железа мертвецов», споро рубили лес… Каменными топорами, нда. У меня здесь режим хардкора, построение промышленной державы с уровня первобытного (почти) общества. Хотя это скорее косплей двух азиатов, якобы строящих пятизвездочные бунгала примитивными инструментами. Как и у них, у меня за кадром бригада профессионалов и парк техники.

Алтарь выдавал скелетов не так чтобы часто, но через сутки два десятка костяков уже бодро бегали по округе, выбирая подходящие брёвна на частокол. Оставить свой маленький лагерь вообще без стены можно, но не нужно. В том смысле, что вторжения злых ворогов я совершенно не опасался, но какая-нибудь зверушка, что прибежит и нагло нагадит у меня прямо под дверью — это да, это меня пугало. И ведь её даже не сожрать в акте справедливого возмездия. И нежитью особо не поднять, на кой-чёрт мне скелет животного? Частокол постепенно возводили, испытывая сложности с поиском более ли менее ровных стволов. Да и донести их до нашей стоянки тоже тот ещё квест.

Пока скелеты горбатились, призраки прочёсывали местность. Само собой, уже нашли наг. Несколько групп на промысле, охота на разумных двуногих и прочая партизанщина. Что могу сказать о них? Ну, во-первых, да, они разумны. Оружие — костяные копья на палке. Добротные такие копья, с «лезвиями» сантиметров тридцати. И кость не простая. Не знаю, изначально зверушка была магическая, или уже кузнецы магов (или кто у них там за оружие отвечает) постарались, но в куске кости, как и самой палке, пусть в меньшей степени, ощущалась магия. Явно какое-то укрепление, позволявшее хорошим ударом срубать ветки с орочье бедро толщиной. Помимо оружия, сумки и некоторые элементы «брони», хотя на счёт предназначения этих наплечников и нагрудников не уверен, ну и всякие украшения ещё. Помимо вещей выделялись и действия чешуйчатых. Маскировка, тактика, поведение. И это я ещё про речь не сказал. Они болтают, причём язык не самый простой, не как у каких-то варваров. И это скорее не другой язык, а диалект.

Во-вторых, внешность. Гуманоидный верх, змеиный низ. В положении «стоя» где-то между полутора и двумя метрами. Если со всей длиной хвоста, то побольше, конечно, но вообще довольно щуплые ребята. Верхняя половина худощава даже для эльфов, пожалуй. Ну а так чешуя, плавники, жабры, всё на месте. Кожа либо голубая (различных оттенков), либо зелёная, также различных оттенков. Различий между зелёными и синими, помимо цвета, не заметил, выглядели все примерно одинаково.

В-третьих, твари явно земноводные, чувствуют себя комфортно, довольно быстро плавая и уверенно ползая. С дыханием проблем тоже не видел, они неплохо дышали как под водой, так и чисто воздухом. Очень захотелось отловить одну и препарировать. Или даже не одну. Вопросы были как к дыхательной системе, так и к некоторым другим. Как существуют наги в вымышленном фэнтезийном мире мне было понятно, но как работает их физиология здесь? Много вопросов, как функционируют разные системы. А ещё вопрос — кто и зачем их вообще создавал? Но на этот вопрос, понятное дело, ответ не факт что вообще найдётся.

Меня наги пока не видели, так что я спокойно собирал информацию. И наблюдение очень быстро переменило моё отношение к этим существам. Я ожидал увидеть некое… пусть будет «племя», или нечто подобное в своей организации и структуре. Всё же инструмент и снаряжение виденных наг на это намекали. То есть я предполагал, что химерологи наткнулись на некое в самом деле племя или небольшой народец, живший в этих местах, и изменили его под свои нужды, однако что-то потом не срослось, наги продолжили жить там, где жили, так и не познав «счастья» цивилизации.

Думал, ага. Увидев, как отряд наг нападает на небольшой обоз с припасами, что из обоза берёт, как в целом действует, я понял, что думал не в ту сторону. Что-то как-то всё больше мне стало казаться, что история возникновения наг совершенно иная. Взяли неких уже разумных и цивилизованных… разумных, не знаю, эльфов или людей, превратили их в наг и послали осваивать вот эти дикие места. И уже после этого что-то пошло не так, и теперь наги играют в партизан, а химерологи не торопятся повторять эксперимент. Как вариант на данную тему, наг создал какой-то конкретный химеролог, пославший остальных князей. То есть это изначально мог быть дебош одного человека и его последователей.

Чем дольше наблюдал за пресмыкающимися, тем больше убеждался в верности своей догадки. А раз передо мной вполне цивилизованные ребята, то, в общем-то, остаётся только правильно себя подать. Чтобы и силушку продемонстрировать богатырскую, и не напугать до… Хм. Мокрой набедренной повязки.

И подходящий случай, создавший идеальную ситуацию, пришлось ждать целую неделю. Карательный отряд князя выловил нескольких наг. Обычно княжеские рептилии, которые главным образом и выступали в этих джунглях ударной силой, даже в воде создавая реальную угрозу нагам, просто убивали хвостатых. А раз поймали — значит, не просто так. Либо эти конкретные наги в количестве трёх мужчин и женщины, чем-то важны. Либо потребовались образцы для страшных магических экспериментов, таких подробностей признаки не выяснили. В любом случае я подвёл фурий и вампиров к… назовём это крупным фортом. Участок земли, ограждённый от внешнего мира частоколом, имевший хороший выход к реке, соответственно — причалы, и предназначенный для проживания аж пары сотен солдат и некоторого количества членов других каст.

С точки зрения эффективности атаки мне следовало бы использовать ночь, но сегодня главной целью была именно демонстрация. Поэтому фурии и вампиры аккуратно подобрались к частоколу и выждали момент.

Призраки подсказали, когда наги займут свои места в качестве зрителей, так что штурм больше напоминал спектакль. Первыми сквозь стену прошли фурии. Пять призрачных фигур вылезли из стены, обращаясь материальными объектами. Прошли в таком месте, где их практически сразу заметили, ибо так и задумано. Ежелин вскидывает руку, и ближайший противник вздрагивает, чтобы уже через секунду лишиться души. Мощи экс-эльфийки хватило, чтобы вырвать душу и, демонстрируя это всем вокруг, притянуть к себе и сожрать.

— Смерть пришла! — весело прошипела фурия, прежде чем броситься на остальных.

Прошипела она потусторонним голосом, а значит, дословно её слова никто понятно не мог. Впрочем, посыл: «вас всех сейчас будут убивать», они осознали. И даже не все побежали в панике. Да, Ежелин делала это чисто ради напугать всех вокруг. Однако ящерицы психологическую атаку выдержали, ринувшись в бой. Без особого успеха, но попытались, да. Вампиры тем временем ловили пытавшихся сбежать. Я наблюдал за съёмками фильма ужасов со стороны. А что? Классическая сцена: «жуткие монстры нападают на военных». В форте не было никого, способного хоть что-то сделать фуриям. Без магии и качественного артефактного оружия в этом бою делать нечего. У местных артефактное оружие было недостаточно качественным. Хотя… Здесь были химеры, а у химер имелись вполне магические зубки и коготки, так что совсем неуязвимыми фурий считать не стоит, найдётся и на них управа. Когда-нибудь.

Впрочем, мы всё же не на съёмках фильма ужасов, так что фурии вырезали не вообще всех живых, а только тех, кто оказывал сопротивление. Поэтому очень скоро форт был взят, а у нас образовались пленные. Не особо много, пяток эльфов, несколько птицев и пара гномов. Ящеры и орки погибли все, показав стойкость и готовность сражаться до конца. Не гарантирую, что за стойкостью не стоят изменения в психике, не позволяющие этим существам сдаваться в принципе, но запишем, как стойкость.

Наги нашлись на площадке перед центральной постройкой форта. В клетках. Вся четвёрка змеехвостых оторопело наблюдала, как два лича поднимают нежить и налаживают временный порядок между пленниками. Что конкретно делать с пленными — я пока не решил, но с большой вероятностью их всех ждёт смерть. Ну, может быть кроме гномов. Всё же это сугубо военный форт, и все здесь присутствующие тоже, так или иначе, являются частью военной структуры князей. И пока у меня нет возможности изолировать пленных или вербовать на свою сторону, ждёт их только смерть и обращение нежитью. Про попытки мирного сосуществования даже не задумывался, время показало: бесполезно. Не думаю, что разумные на этом материке с радостными визгами присоединятся к Союзу.

Так вот, подошёл я к клеткам, где сидели змеехвостые. Окинул их всех оценивающим взглядом, легко выделяя главного. А затем просто махнул рукой. Наги было напряглись, но две фурии всего лишь начали ломать замки и открывать клетки.

— Свободны, — сообщил я всё ещё не понимающим, что происходит, нагам и сделал вид, что потерял к ним интерес.

Произвожу правильное впечатление. Во-первых, показываю, что я им не враг и, возможно, даже ситуативный союзник, ибо враг моего врага. Во-вторых, показываю, что в них я не заинтересован и ничего мне от них не надо. То есть пришёл я сюда не за ними, а вообще по своим делам и так далее. Это всё для правильной позиции в дальнейших переговорах.

Наги дождались пока всех освободят, убедившись что до них никому нет дела. Старший, которого я правильно определил, построил остальных и, ещё раз бросив на меня взгляд (ох, сколько всякого в этом взгляде скрывалось), повёл своих на выход.

Да, они ушли. И да, я просто дал им свалить. По той же причине, по которой не завалился прямо в один из лагерей, найденных призраками. Они сами ко мне придут, не могут не прийти. Надо же разобраться, что за неизвестный появился на оспариваемой территории, что от меня ждать и так далее.

Сам же я занялся даже не пленными, а трофеями. Здесь имелось некоторое количество железа, а так же, как ни банально, мебель. Всё это мне в моём лагере пригодится. Как минимум для вампиров, которые вполне любят комфорт. Хоть и могут потерпеть и поспать на камнях, при необходимости, но зачем такой экстрим, если проблема легко решается?

Пока прикидывал, что да как, пришёл Милерей. Его остроухие сородичи и оба карлика интересовались, что они могут сделать, чтобы сохранить свои жизни. И если с гномами всё было понятно, два кузнеца, могут и на меня поработать пока, то эльфы… На кой-чёрт они мне?

— Веди, познакомимся, — вздохнул я. — Дам им шанс доказать мне, что от живых будет больше пользы, чем от мёртвых.

Глава 9

Хард-кор мод всё так же актуален. Да, у меня появились кузнецы. Правда, учитывая весь мой опыт по работе с металлом, полученный за последние годы, они мне разве что в подмастерья годятся, но да ладно. Лишняя пара рабочих рук, да и нужны мне сейчас инструменты, типа топоров, а не оружие и доспехи. Металл у меня тоже появился, набрали с некоторыми запасом. Сложнее оказалось решить вопрос с кузницей. Пришлось грузить все подходящие камни с форта на лодки, подвозить максимально близко к нашей базе и тащить. А затем ещё складывать саму кузницу. Увидев гномов, разинув рты смотревших на новую кузню, испытал некоторую гордость. Найти глину для раствора оказалось нелегко, но призраки справились, так что кузница вышла по всем правилам, с двойным нагнетанием. Так что вскоре гномы приступили к изготовлению инструмента. Уже с первым стальным топором работа скелетов пошла значительно бодрее.

Эльфам сохранил жизнь. Вдумчивый разговор с остроухими показал неоднозначную картину. Диалектическую, так сказать. С одной стороны, все подданные князей были вполне верны хозяевам, честно служили и бунтовать мыслей не имели. Ну, кроме наг, но там своя история, как водится. Основное население государства вполне себе спокойно жило и никаких брожений не предпринимало. Устоявшаяся система взаимоотношений всех в целом устраивала, ибо реально угнетены в ней были только орки и гоблины, да у птицев жизнь была не сахар, все остальные чувствовали себя вполне вольготно. Притом что гоблинов вообще не спрашивали, орки чем-то там заслужили, а птицам, вероятно, подкрутили мозги. С другой стороны, самоотверженной преданностью князьям могли похвастаться только ящерицы, которым подкрутили мозги на данную тему, причём явно намного сильнее, чем птицам. Остальные такой преданности не испытывали… И это выглядело странно.

Пытаясь разобраться с причинами такого отношения, попробовал подробнее говорить с остроухими. И каждый раз, когда разговор касался этих самых князей, я улавливал некоторый… страх.

— От меня ускользает, какой сейчас властью обладают князья? — впервые спросил я прямо.

До этого старался вести разговор так, будто бы я местный, просто пропадавший в каких-то безлюдных гребнях последние… много лет. И потому несколько упустивший текущее положение вещей. Такая позиция не требовала от меня особых усилий и несла лишь мелкие неудобства в плане возможных вопросов. Но вот, придётся слегка выйти из роли.

— Эм… Абсолютная, господин, — ответил недоумевающий эльф.

Так, абсолютная, это значит вообще никаких рамок.

— И насколько часто князья этого века своей властью… злоупотребляют?

От постановки вопроса остроухих передёрнуло, но информацию я всё же получил.

— Нет, что вы, господин! Князья милосердны! Добры к нам! — первым дело, естественно, началось отрицание злых наветов.

— Если не считать того случая с братом Сейллири…

— И того раза с Шойни…

— А молодой Гуллойр был слишком нагл…

В общем, даже эти ребята, жившие в заштатном гарнизоне, куда князь заглядывал несколько раз за год, без труда припомнили случаи злоупотреблений. А это гарнизон! Пограничный! А в пограничном гарнизоне отношение к солдатам и жителям намного мягче, чем где-нибудь в безопасном городе. И это говорили остроухие, буквально наиболее высокая каста. Когда я на ту же тему вывел гномов, те сдерживаться не стали.

— Мы давно привыкли лишний раз не показываться на улицах, господин, — поведал гном. — Да женщинам нашим повезло, не слишком они подходят собой под вкусы князей. Всякое бывало, и наших женщин забирали… — гном криво хмыкнул, — в служанки. После чего их, само собой, никто и никогда не видел. Но редко. А вот вашему брату да, не повезло. Особенно в городах.

На большие города ещё предстоит посмотреть, это не срочно. Пока же всё выглядело парадоксально, но в целом понятно. Князья создали вполне стабильную и даже справедливую систему взаимоотношений, в которой место отбросов и самых шпыняемых заняли полуразумные существа, неспособные осознать всю глубину своего положения. Несправедливость же представляли только сами князья, однако их было не сильно много (с их физиологией ещё много вопросов, но доберусь рано или поздно), и даже если каждый будет раз в неделю творить какую-то маленькую дичь, а раз в месяц дичь побольше, в масштабе целого государства это носило вполне терпимый характер.

Но! Если бы князья вообще не были мудаками, то подданные за них бы стояли. А так сильных претензий у жителей к своим фактически хозяевам не было, но в глубине души сидело пожелание пойти и сдохнуть в ближайшей канаве. Парадоксально, но первое впечатление именно такое.

Эльфов оставил, пока не выделяя конкретной работы. Просто обустраивали жизнь в нашем лагере, в меру своих сил. Ещё они потенциально оставались ходячим запасом крови для вампиров, но об этом пока помолчим. Сами вампиры вели себя прилично, так что длинноухие даже ни о чём не подозревали.

Призраки продолжали облетать болота. Искали, что можно экспроприировать. Оставлять живых свидетелей я не собирался, если не считать наг, так что преждевременного раскрытия не опасался. Да, рано или поздно информация о моём существовании распространится среди наг, кого-нибудь из змеехвостых поймают, и так князья обо мне узнают, ну и пусть. Это произойдёт когда-нибудь, к тому времени выкурить меня из джунглей будет нетривиальной задачей.

Живые пленники чурались мертвецов первые дни, но довольно быстро привыкли. Похоже, начали относиться так же, как к химерам — страшные твари, но послушные и относительно безопасные, если не совать руки в пасть. Скелеты в этом отношении были ещё безопаснее, так что проблем не возникло.

Через несколько дней я выбрал новую цель для атаки. Выбирал вовсе не наобум. Наблюдая за обширными территориями, я изучал систему войск князей. Какие крепости и форты отвечали за снабжение, а из каких устраивали операции. Откуда проходили наступательные операции, а где ловили наг. В голову того, кто всем этим командовал (если он вообще один) я пока не залез, только выделил линии снабжения.

В джунглях пища портилась быстро и потому была налажена система снабжения. Однако некоторые элементы этой системы оставались уязвимы. Вряд ли об этом знали наги, иначе напали бы сами, но змеехвостым, очевидно, не хватало информации. Своей целью я выбрал форт, у которого имелась гавань, пусть и маленькая. Здесь корабли, доставляющие по рекам провиант, останавливались на стоянку и ночлег. Выждав, пока все судна уйдут, оставив только гарнизон, я послал фурий в атаку. На этот раз мы играли в стелс до последнего.

Ежелин проникла в караулку, пристроенную к стене, прикончив дежурного сержанта. Никаких сложностей — птиц смотрел в другую сторону, так что даже не заметил появления фурии. Закинув труп в тёмный угол, Ежелин дала отмашку остальным. Фурии, выжидая удобного момента, начали убирать охрану со стен. Два часа времени, и к стене можно армию подводить, не потревожив гарнизона. Армии у меня не было, только несколько вампиров и отряд скелетов. Скелеты, впрочем, атакующей силой не выступали, только в качестве грузчиков трудились.

Фурии, усиленные вампирами, начали зачистку. Начали с главного (его для разнообразия захватили), и пошли по инстанциям. В смысле, от дома к дому. Я создал чёртову имбу. Фурии проходили сквозь стены, двигались бесшумно, убивали быстро. Заметить фурию в темноте, неважно в бесплотной форме или в материальной, очень сложно. Нет, за десять лет с момента создания они себя проявить, само собой, успели, но дома им редко приходилось действовать так. Из-за всяких мелких феодалов гонять по границе элитных воинов никто не хотел, все пограничные вопросы решались войсками. А здесь раскрылись во всей красе.

Я сам зашёл в уже взятый форт, когда личи начали поднимать мертвецов, возвращая их на свои места. Я пришёл не ради форта, а ради кораблей, потому дошёл до главного, боярина Баскера, и поинтересовался, какие корабли он ждёт завтра. Мужчина человеческого племени, хотя и с заметной примесью княжеской крови (вот я и увидел, как выглядят полукровки), говорить со мной не хотел. Живой. Мёртвый заговорил как миленький, рассказав о трёх кораблях с припасами. Хорошо, значит, время я подгадал правильно.

Нежить заняла свои места, призраки подсказали, как всё должно выглядеть со стороны, чтобы не вызывать подозрений. Засада организована. Ночь прошла, наступил рассвет, но, само собой, сразу с утра никто бы к нам не приплыл. Только через несколько часов появилось первое судно. Небольшое, способное ходить не только по основным водным артериям. Переодевшиеся вампиры радушно встретили кораблик, пока фурии проникали внутрь через воду. На судне имелось два десятка разумных экипажа, в основном люди, три ящерицы. Боя не получилось, ящериц вырезали сразу, предложили остальным сдаться. Остальные отказались и отправились следом. После чего были подняты нежитью, скелеты перенесли всё добро с корабля в форт, а сам корабль увели в один из «тупиков», не знаю, как они на реках называются, и там затопили. Второй корабль, точная копия первого, повторил судьбу предшественника.

И только под вечер появилось третье судно, крупное, на каком в каждую щель не заберёшься. Судно пришло на ночёвку, всё же останавливаться посреди этих джунглей даже крупному (по местным меркам) кораблю опасно. Фурии привычно двинулись на абордаж, пока вампиры готовили встречу на причале.

И здесь план сломался. Я не видел, что происходит на палубе, но там явно что-то заметили. И вместо людей на причал прыгнули химеры. Две крупные твари ломанулись на вампиров, проламывая деревянный настил когтями. Встретили животных Ванесса и Коул. Два старших вампира вступили в смертоносный танец. Интересный контраст, видеть, как хрупкая девушка, которую я на руках переносил через реку, ускользает от когтей и клыков рыси-переростка, одновременно орудуя двумя короткими клинками. В первые же секунды Ванесса вспорола брюхо химере и с хирургической точностью вырезала какой-то орган, вывалившийся на причал и соскользнувший в воду. Затем были подрезаны связки, резко снижая прыть твари, укол лезвием в шею, с поворотом, и вот уже фонтанчик крови, который не думает останавливаться.

Впрочем, нельзя сказать, что вампиры справились легко, это явно было на пределе их сил. Без ранений обошлось только потому, что химеры явно затачивались на других врагов. Не на таких, какие могут скользнуть под брюхо противника, в двадцатисантиметровую щель, затем вскочить из неудобного положения, полностью меняя вектор движения, прыгнуть на холку, с перекатом уйти из-под удара лапы, приземляясь строго на ноги, из такой позы подпрыгнуть на высоту пары метров, или уйти новым перекатом, или снова скользнуть вперёд под удар лапы, или ещё что-нибудь. Короче, акробатика с надругательством над законами механики и физики. Не прошло и минуты, как две ещё живые, но полностью лишённые способности сопротивляться, туши упали в мутную, окровавленную воду. Впечатляющая живучесть, да и сила не маленькая, но скорости и ловкости химерам не хватило.

А затем на причал спрыгнул князь. Что же, удачно. Сейчас я узнаю, каковы они в бою.

Глава 10

Князь обнажил полуторный меч, которым легко орудовал одной рукой. В ведомой руке появился тонкий длинный клинок, типа стилета. Вампиры уже несколько выдохлись, но готовы были ринуться в бой. Само собой, устать физически полумертвецы не могли, но бой на пределе сил истощил их энергию, и сейчас старшим вампирам требовался либо отдых, либо свежая кровь. Фурии тем временем проникли на корабль, преодолев магическое сопротивление. Не знаю, на какой магии оно строилось, но корпус имел защиту, так что фуриям потребовалось некоторое время на взламывание. Я отозвал Ежелин, приказав ей атаковать князя. Сам же подошёл поближе, чтобы среагировать, если ситуация резко выйдет из-под контроля.

Князь лихо рванул вперёд, «прыгая» на добрые двадцать метров с места, как раз к вампирам. И, само собой, вместе с прыжком нанося удар. Коул блокировал удар, Ванесса попыталась атаковать, но князь легко отбил выпад. Завязалась схватка, и несколько секунд я наблюдал за фехтованием существ, вышедших за пределы человеческих возможностей. Обычного человека здесь нашинковали бы походя, не помогли бы никакие тренировки, разве что доспехи могли спасти.

Князь, оценив способности вампиров, атаковал магией. Голубоватая молния ударила в Ванессу, сбивая с ног и отбрасывая в воду. Интересная атака, не удар молнии, как выглядит внешне, а кинетический импульс, довольно мощный и, что важнее, быстрый. Я ощутил начала формирования магии, там всего пара секунд. Впечатляюще быстро.

В бой вступила Ежелин. Фурия выскользнула из-под причала в призрачной форме и нанесла удар. Не ожидавший подставы князь если и заметил нового врага, не успел толком отреагировать. Проклятый меч лишь с небольшой заминкой пробил доспех, войдя в плоть князя. Насквозь не прошёл, но явно ранил. Князь попытался отогнать второго вампира, чтобы полностью переключиться на фурию. Впрочем, я сам отозвал Коула, пока тот не пропустил удар. Выдохся кровосос, потерял прыть и ловкость.

Ежелин сошлась с князем в дуэли. Ещё одна молния от князя, прошедшая сквозь призрачную форму, озадачила противника. Ежелин не была настолько быстра и ловка, как вампиры, но могла частично переходить в нематериальность, чем напропалую пользовалась, имея подавляющее преимущество и не зарубив князя в первые же секунды только потому, что тот отступал. Пока князь не сделал что-то, покрыв клинок магическим сиянием. Ежелин не стала рисковать и теперь уклонялась от атак. Баланс сил сместился к равновесию, но преимущество всё равно оставалось за фурией, так как второй клинок князя был бесполезен, а от одного полуторника Ежелин легко отбивалась, сама пользуясь второй рукой для атаки. Банально схватила стилет князя прямо за лезвие и рубанула по заблокированной руке.

Лишившись ладони, князь стал осторожнее, отходя и начав перебирать боевую магию. Однако расходящаяся волна силы, как и узкая атака, опять же, некой волной, имели чисто физическую природу и фурии никак не повредили. Некие магические лезвия, запускаемые князем, уже доставали до Ежелин, но не имели достаточной концентрации, чтобы нанести заметный ущерб.

Ещё с десяток секунд они фехтовали, пока я не убедился: князь показал всё, на что способен. Послал в бой остальных вампиров, в смысле двух, один из которых — Милерей. Молодые и относительно слабые, но свежие мертвецы стали соломинкой, переломившей хребет верблюду. Князя зарубили. Подошедшие вампиры заставили мужчину отвлекаться на себя, тратя концентрацию на магические атаки, чем и воспользовалась Ежелин, ткнув князя в грудь. Ещё не смертельно, но срубленная следом за уколом голова поставила в поединке точку.

С кораблём тоже скоро закончили, там было несколько ящериц и пара людей-магов, что меня заинтересовало. Но бойцов фурии порубили, а маги, поняв, чем пахнет дело, убились. Магически убились, не осталось ни тел, ни, как я чуть позже проверил, душ. И… это необычно. Вызывает множество вопросов.

Но первым делом я отправился изучать князя, отдав остальным приказ работать с трофеями. И выловить Ванессу, само собой, к счастью, вампирша не особо пострадала. Итак, князь. Было у меня желание сделать его нежитью, но пришлось закатать губу. Ощущался он как некое скорее магическое, чем просто живое существо. Как голем или элементаль, или нечто такое. Также ощущались сильные химеры, то есть эти ребята точно были результатом магической химерологии. Поэтому тело отправилось на вскрытие.

Мы, само собой, набрали трофеев, собираясь утащить всё, что могло иметь ценность. Если не у нас, то у наг, например. Но сбор требовал времени, сортировки, скелетов ещё надо правильно навьючить, в общем, у меня нашлась минутка на вивисекцию. Вскрытие князя подтвердило мои предположения, с ними очень хорошо поработали химерологи. Со всем телом, не исключая ничего. Кожа изменена. Поверхностный слой устойчив к порезам, следующий слой имел свойства ньютоновской жидкости, твердея при физическом воздействии. Не знаю, как они этого добились, и как князья вообще жили с такой вот «бронёй» вместо кожи, предположу, что это как-то контролировалось сознанием, но простой человек с обычным мечом вообще не имел шанса зарубить даже голого князя. Голого и не сопротивляющегося. Обычный меч просто не справится со шкурой.

Мышечные ткани тоже полностью изменены. Здесь мне сказать сложно, понятно только, что структура у них другая, даже сами переплетения иные, но на этом всё. Кости очень прочные, такие у скелетов-гвардейцев со свинцом, и то не факт. Возможно, у князя ещё прочнее. Внутренние органы… Нда. Два сердца, четырёхкамерные лёгкие, тонкий, вытянутый желудок, кишечник раза в два короче человеческого, и пяток новых органов. Два напрямую подключались к лёгким, ещё один орган тянул отростки к мышцам, два просто включены в кровеносную систему. И тело изнутри заполнено некой жидкостью, возможно, гелем. В местах, где Ежелин проткнула этого красавца, нет следов внутреннего кровотечения. Да и внешнего тоже. Эти твари не могли истечь кровью, физиология не позволит. Прыть князя снизилась, видимо, только потому, что первый же удар пробил один из неизвестных мне органов, вместе с печенью. Ну и да, изменённые ступни, не пальцехождение, но модификация, явно для мощных рывков и прыжков.

Получалось, что князья над всеми местными доминируют. Скорость, ловкость, устойчивость к повреждениям, сила, да ещё и магия. Вот поспорить могу, что магия есть не только у конкретно этого, но и у всех его собратьев. Фурия его один на один вполне забарывает, не без усилий, но забарывает. А вот вампирам, даже старшим, ловить в бою один на один нечего. И это очень серьёзный результат, учитывая, что вампиры как раз наравне с фуриями были «элитными» бойцами. А теперь выходит, что только фурии у нас встают на ступень «элиты», а все прочие опускаются на ранг… ну допустим «гвардейцев». Впрочем, ерундой занимаюсь. Десяток «рядовых» гвардейцев с мушкетами князя вполне застрелят. Быстрее пули двигаться всё равно невозможно, особенно если пуль несколько и стреляют с разных сторон.

А ещё получалось, что этих самых князей искусственно создали. Ну, пусть искусственно улучшили из каких-то обычных разумных. И что-то как-то у меня целостная картинка не складывается. В том смысле, что остальной местным паноптикум выводили, и даже есть понимание, кто в какое время появился. Но князья были всегда, с самого начала. И либо тогда князья не были такими крутыми и их улучшали постепенно, отрабатывая разные элементы на прочих химерах. Либо князья как раз с самого начала были крутыми, но это не была заслуга местных. Какое-то наследие прошлого, с которым местным постепенно разбирались, и, получая понимание процесса, применяли уже сами. А может, местная история просто нагло врёт, и всё было иначе. Тоже не стоит исключать.

В обоих случаях князей улучшали постепенно с наработкой знаний или изучали как раз князей, нарабатывая знания по химерологии, есть большой вопрос. В первом — кто проводил улучшения князей? Понятно, что некие химерологи, но в таком случае именно химерологи должны быть главными, а князья — проводниками их воли. Во втором случае вопрос: кто создал князей, что с них позже химерологи учились создавать других химер? Что же, узнаю позже, пока просто запомним.

Корабль пошёл на дно. Да, здесь неглубоко, так что он остался торчать у причала, но помешает другим кораблям швартоваться, или как там оно называться? Причаливать? В общем, актом вандализма я был удовлетворён. А крепость просто подожгли. Большого пожара я не опасался, слишком здесь влажно.

Собрав всё ценное, наш отряд отправился восвояси. Пару дней пристраивали украденное и обживались, пока я выбирал новую цель. Призраки обнаружили захваченных в плен наг, и мы сразу отправились на место. Ничего неожиданного не случилось, снова быстрая зачистка. В этот раз форт гражданских не имел вообще, так что никого в плен не брали. Трёх захваченных наг отпустили с миром, как и в прошлый раз.

В следующий месяц совершили ещё пять налётов. Два на портовые крепости, но уже без столкновений с князьями. Два налёта на чисто военные крепости, насколько я понял, необходимые для контроля территории и координирования действий в нескольких фортах поменьше. Именно эти две узловые точки были головной болью наг, насколько я мог судить по найденным там бумагам. В общем, обе крепости мы сожгли, устроив князьям большую головную боль. Пятый налёт прошёл на небольшое поселение, где уже нашлись не только воины. Результатам стали пленные.

И вновь что люди, что гномы, что даже эльфы без всякого сопротивления перешли в моё подчинение. Люди и гномы чисто мастеровых профессий. Эльфы — местное жречество, книгочеи. Но главное: среди людей нашёлся дворянин. Точнее, никто из пленников не знал, что тот однорукий калека, работавший писарем, из благородных кровей. Гиллиан сам признался.

— Всё это, — мужчина здоровой правой рукой указал на то немногое, что осталось от левой, а также на прочие свои раны, — милость князей, Арантир. Я и мой род стали неугодными, и мне чудом удалось избежать гибели. Меня посчитали погибшим. Здесь мне помогли знакомые, позволив кое-как устроиться и жить.

— А не хочешь ли ты, Гиллиан, вернуть себе здоровье?

Дворянин зло улыбнулся.

— Ещё как хочу. Но чего мне это будет стоить?

Пожимаю плечами:

— Да не так уж и много. Присоединись ко мне и воюй с князьями. А дальше ты и сам во всём разберёшься. Ты сможешь стать такими, — указываю на Ванессу, — как они. Сильным, быстрым. Бессмертным.

Мужчина некоторое время думал, а затем спросил:

— Достаточно сильными, чтобы биться с князьями?

— Не один на один, но да. Ванесса и Коул почти на равных бились с одним из них.

Само собой, Гиллиан согласился. И он стал очень хорошим приобретением.

Глава 11

Гиллиан рассказал о том, как живут в цивилизованной части местного… государства. На языке крутилось слово «Царство», да и вообще местный язык по смысловой составляющей не коррелировал с «европейскими» понятиями. Многочисленных виконтов, графов, лордов, герцогов и прочего паноптикума дворян здесь не было. Совсем. Были князья, хозяева жизни и хозяева всего. Были «дворяне», в самом прямом смысле этого слова — «люди двора», придворные. Ещё были «бояре», опять же в прямом смысле — «люди боя». А среди князей был первый среди равных, правитель, император, царь, король, неважно. Местное название слишком неблагозвучно, пусть будет царь.

Князей было мало. Даже в крупных городах набиралось две-три семьи, десяток человек вместе с детьми и стариками. Они физически не могли тянуть всю административную деятельность на себе, да и не хотели. Поэтому имелись подчинённые, первые их них «бояре». В местах, где служба получше, в основном — люди, где кровь и смерть — птицемордые и ящерицы. Хотя расовой дискриминации почти не было, боярами могли быть представители всех «рас», кроме гоблинов и орков. Бояре тянули офицерские должности, выступая командным составом. Часть бояр являлась личными дворянами, это в основном всякие птицы и ящеры. Их привилегии по наследству не передавались, да и привилегии эти были малы. Зато среди людей, эльфов и гномов встречались настоящие династии, поколениями пребывавшие в войсках. Гномы обслуживали осадные машины, нередко целыми кланами. Бояре из людей чаще всего были всадниками, тяжёлой кавалерией, реже — средней и лёгкой. Эльфы — егерями. Хотя это не непреложное правило, встречались среди егерей и люди, хотя и нечасто, людей можно было увидеть и среди инженеров. Несколько остроухих династий создавали становой хребет средней кавалерии, так что насчёт кастовой системы я несколько поторопился.

Если «бояре» обеспечивали военную службу, то дворяне — гражданские направления. Род Гиллиана, например, разводил лошадей. В общем, часть дворянских родов выступала в качестве «компаний», или, если на средневековый манер, цехов, обеспечивая производство и торговлю, а часть шла на различные административные должности. Дворяне, конечно, стояли выше простых смертных, имея привилегии и различные преимущества, но были сравни смертным перед князьями. И хотя, как я опять же правильно предположил, князья совсем уж безбашенными маньяками не являлись, но за неудачную шутку, задевшую княжескую честь, даже опосредованно, лишали головы вообще без разговоров. Никаких судов, решение князя — закон. И это не какая-то абстрактная угроза, у Гиллиана за неуместный флирт зарубили тётушку, за косой взгляд порешили двоюродного брата, а младшую несовершеннолетнюю тогда сестру, не спрашивая ничьего мнения, растлили два молодых князя. Девушка это пережила, но так себе детские впечатления, если честно. И княжичам за это никакого наказания. То есть пусть редко, но князья творили всякое дерьмо.

Ещё Гиллиан прояснил ситуацию с магами.

— Круги магов — закрытое место. Проявил магические способности — добро пожаловать. И жить ты будешь не в том круге, что ближе всего к твоему дому, нет, наоборот — увезут как можно дальше. Оттуда не возвращаются. Магов, если это не благословенная сила, растят в строгой дисциплине… — рассказывал дворянин.

Благословенная сила — это как раз предрасположенность к магии жизни и её разделу — химерологии. Химерологи среди прочих магов были ребятами привилегированными, но, опять же, перед князьями все равны. А круги магов мне кое-что напомнили, была одна вселенная с чем-то подобным. Здесь, правда, всё было менее жёстко: в кругах безвылазно сидела только молодёжь. По окончании обучения маги уже могли передвигаться по городу, занимать какие-то должности. Гиллиан не знал, что там происходит внутри кругов, не имел доступа, но встреченные им волшебники хоть и не выглядели слишком довольными жизнью, но и погружёнными в пучину мрака не казались.

Последней важной частью рассказа были соседи царства. Маркхаги на юге и «демоны» на северо-востоке. С демонами очевидно, что это не демоны, а ещё одна изменённая химерологией разумная раса. Клыкастая, рогатая, крупная и сильная. Агрессивные ребята, которые не вели переговоров, не брали пленных, зато ели своих врагов… Короче, демонами назывались вполне обоснованно.

С маркхагами сложнее, это не самоназвание какой-то «расы», а государство. Людей там не встречалось, зато имелись эльфы, орки (свободные, а не как в царстве) и гномы. Не было птицев и ящеров, зато жили ребята, по описанию Гиллиана, являвшиеся антропоморфными волками и кошками. То есть я попал на материк, где древние маги развлекались с химерологией, обращая разумные (а может, и не только разумные) виды в различные, что удивительно, вполне жизнеспособные популяции изменённых существ. Без особой фантазии, правда, либо же самые фантастические твари не выжили. И теперь выпущенный на свободу зверинец организовался и весело режется друг с другом. Да, все три государства (о других Гиллиан ничего не слышал) воюют без остановки. Когда более активно, когда пассивно. Сейчас шла пассивная фаза, все зализывали раны после прошлой ожесточённой «войны», судя по всему.

Актуальная для меня информация. Войны закончились не вчера, и стадия восстановления численности уже пройдена, сейчас идёт обучение и накопление резерва. Для меня это значит, что, стань я заметной занозой в причинном месте, сюда сразу начнут стягивать войска, хотя бы чисто для тренировки. Учитывая, что мы на последней ходке завалили князя, отряды егерей сюда перебросят очень скоро. А это значит что? Верно, надо расширить личный состав, причём не высшей нежитью, а расходными боевыми единицами. Вампиры — это хорошо, но всё же высшая нежить, наделённая личностями, это слишком расточительно для обычных схваток.

Некоторый запас мертвечины я набрал, и теперь следовало придумать, как её применять. К сожалению, железо мертвецов здесь было не в ходу, так что получить в качестве трофея даже пары килограмм не удалось. То есть обычные гвардейцы у меня оставались без доспехов, без оружия, ещё и без усиления. Толку от них в бою будет мизер.

Передо мной вставал выбор. Рыцари смерти, которых можно изменить и оптимизировать под местные условия. Или же открывшиеся мне совсем недавно мёртвые жнецы. И последние выглядели интереснее, пусть, что иронично, были сложнее в подъёме. Мёртвый жнец выглядел как скелет в накидке из грубой потрёпанной ткани, но именно что выглядел. На деле эта нежить была уже не просто скелетом, а полумагическим конструктом. Понятное дело, что самый примитивный кадавр — груда костей, управляемая магией, то есть тоже полумагический конструкт, но с нюансами.

Я всё пытался понять, как вообще происходит развитие, почему раньше мне были доступны только кадавры, а затем постепенно дошло до гвардейцев и тех самых костяшек-жнецов. Ответ я нашёл, и он меня позабавил. Тупое повторение поднятия, каким я прошёл от кадавров до первых нормальных скелетов, в каком-то смысле качало мою магическую мышцу. Только не мышцу, а разум. Многочисленные повторения позволили лучше понять процесс, осознать механику магии смерти. И каждый следующий шаг вперёд был связан с постепенным осознанием той грани мироздания, которая касалась силы смерти. Здесь можно было бы пошутить про путь извращённого культиватора, но никакого просветления и духовного роста развитие магии не предполагало, так что, расширяя ширину и глубину познаний, было ближе науке.

Правда, будучи магией, да ещё и не предназначенной для смертных, развитие шло скорее интуитивно, и осознавать все процессы я начал только с выходом на свой текущий уровень. Да и за прошедшие десять лет не сказать, что сильно прогрессировал. Кое-что понял — да. Осознал качественный рост своей силы, сама моя энергия стала на шажок ближе к прообразу. И, по идее, мой кадавр при прочих равных должен был уверенно перешибать скелета, стоявшего на ступень выше по качеству, но поднятого обычным некромантом. Дальше эта тенденция теряла наглядность, и хотя мой гвардеец был сильнее гвардейца обычного некроманта (если обычный некромант вообще поднимет гвардейца), но на этом и всё. Больше такого, чтобы стоящий на ранг ниже бил стоявшего на ранг выше, не было.

В любом случае сейчас я осознавал и понимал этот мир достаточно, чтобы нормально воспринимать скелетов-жнецов, которые для удара создают костяной «меч», на деле являющийся скорее магическим. Ага, на магии смерти, так что раны, оставленные таким оружием, очень неохотно лечатся, долго не заживают, гниют, болят и доставляют массу других впечатлений. И скелеты-жнецы часть физического ущерба игнорируют просто потому, что могут, я тоже воспринимал нормально. По сути, у меня был элитный боец, каких я мог поднять и пару сотен, и которых не боялся бы потерять. Ну, уничтожат одного, двух, десяток — невелика потеря.

С рыцарями смерти всё несколько сложнее. Да, в плане поднятия рыцари смерти были лишь чуть «сложнее» скелетов-жнецов. И, скажем так, сложность лежала в разных плоскостях, для рыцаря надо дольше обрабатывать духовную начинку, для жнеца — больше концентрироваться на физическом воплощении, вкладывая приличное количество магической силы. Только рыцарей придётся оптимизировать под наши условия, то есть в ручном режиме создавать модель, максимально эффективную в джунглях. И не факт, что получится быстро. Да, в результате рыцарь точно будет мощнее скелета, но этого рыцаря надо ещё придумать. И ещё как-то компенсировать отсутствие доспехов и железа мертвецов.

Взвесив все «за» и «против», решил не отказываться ни от одного варианта. Поднять хотя бы три десятка скелетов-жнецов, одновременно прорабатывая рыцаря смерти. За поднятием жнецов меня и застала Ежелин.

— Пополнение? — спросила фурия, явно намекая на трёх поднятых жнецов.

— Именно, — подтверждаю.

С виду смотришь — скелет и скелет. Однако фурия, очевидно, видит всё иначе.

— Хорошо, — одобрительно кивает Ежелин. — Здесь интересно. Необычно.

В этом я с ней согласен.

— Да. А как интересно станет, когда мы сюда войска приведём!

От Ежелин пришёл смешок.

— Хаос, что очистит эту землю, и воля, что наведёт здесь порядок, — поддержала меня фурия.

Наблюдаю за подъёмом очередного скелета-жнеца, отслеживая, как магия смерти взаимодействует с миром, встраивая в естественный порядок вещей ходячего мертвеца, заточенного только на уничтожение живых в любом виде и в любых количествах. И чем больше наблюдаю, тем больше понимаю, как мало я ещё знаю о мире и его устройстве.

— Ежелин, — обращаюсь к фурии.

Та возвращает мне безмолвный вопрос: «чего?»

— А почему ты не пользуешься магией?

Глава 12

Обычный для этих мест жаркий день. На небе ни облачка, а в округе ни одного насекомого. Твари повымирали от эманаций смерти и более сюда не залетали, а устойчивых к смерти и способных ею подпитываться ещё не появилось, поэтому в моём лагере вездесущей мошкары не было. Я весь такой красивый стоял на ступеньках «храма», некростроения, вмещающего мои личные покои. За моей спиной Ежелин, остальная высшая нежить с разных сторон. А передо мной делегация змеехвостых. Не прошло и полгода.

Наги пожаловали в количестве пяти, четверо мужчин и одна женщина. Если считать с хвостом, то они побольше людей, но по габаритам основного тела, пожалуй, даже чуть меньше. Все в неких доспехах, лёгких, судя по виду. Все с оружием, причём интересным. Духовые трубки на креплениях за спинами, короткие костяные ножи на поясе, под правую и левую руку, какое-то верёвочное оружие, метательная сеть, или нечто вроде боласа. Отсутствие железа легко объясняется, оно в этих джунглях быстро заржавеет. Оружие фурий не портится только потому, что оно магическое.

— Я вас внимательно слушаю, — окидываю вопросительным взглядом гостей.

Короткая заминка, и центральный наг выползает немного вперёд.

— Меня зовут Делвин. Я веду за собой две сотни воинов нашего рода.

— Арантир, — представляюсь в ответ, не поясняя, кто я такой.

Ещё одна заминка, пока Делвин ждал от меня дополнительных пояснений. Не дождавшись, змеехвостый продолжил:

— Ты враждуешь с князьями, как и мы.

Киваю.

— Верно, но это ещё не делает нас друзьями, Делвин. Враг моего врага далеко не всегда мой друг. Временный союзник — возможно. Однако у меня есть сомнения в том, что мне нужен такой союзник, как вы.

Наг нахмурился.

— Это намёк на то, что мы слабы?

— Нет. Раз князья вас до сих пор не уничтожили, вы точно не слабы. Дело в другом. Скажи мне, Делвин, что вы хотите получить победив?

— Свободу, — не раздумывая ответил наг. — Князья видят в нас только рабов…

— Что такое свобода? — перебиваю нага.

Делвин прищурился. Изменённое лицо змеехвостого оказалось довольно выразительно. Подвижные брови, скулы чуть-чуть приподнимаются и опускаются, челюсть двигается. Предположу, что у них раскрывающаяся челюсть, которая не только лампочку, но и человеческую голову способна заглотить.

— Что за вопрос? Ты хочешь нас оскорбить, Арантир? Высмеять?

— Нет. Честно, нет. Видишь ли, Делвин. Я — авангард армии Союза. Государства, куда более могущественного, чем царство князей, или государства ваших соседей. То, что ты видишь вокруг — ничтожно малая часть наших сил. Да, на другой материк была послана элита. Лучшие из лучших. Но десяток бойцов — это смешно. Армия Союза измеряется сотнями тысяч солдат. У нас на вооружении ужасающие военные машины, плюющиеся огнём и сталью. И у меня возникает вопрос, Делвин, что для вас свобода? Хотите вы жить сами по себе, обособленно ото всех, нести ответственность только за себя? Свобода для вас, это неприятие любой власти? Или вы готовы стать гражданами Союза?

Наги переглянулись. Гляделки сопровождались шипящими звуками. И моё универсальный переводчик не сработал, они не использовали полноценный язык, скорее какую-то систему условных сигналов. Сложную систему, способную передавать внушительную смысловую нагрузку.

— Откуда нам знать, что ты говоришь правду об этом Союзе? — задал вполне логичный вопрос Делвин. — Мы ничего об этом не слышали. Я вижу вокруг сильных воинов, но, может быть, вы беглецы? Ведь я ничего не слышал о тех, кто прибывал с другого материка.

Киваю:

— Сложно поверить, не спорю. Только ещё раз присмотрись к тому, что видишь. Личи, вампиры, скелеты. Вы здесь сталкивались с такими?

Наг был вынужден признать:

— О живых мертвецах остались полузабытые легенды.

— Тогда могу вас поздравить, вы встретили одного из самых могущественных магов смерти этого времени. А, возможно, и просто одного из самых могущественных магов, — дал я сам себе скромную характеристику. — Это была хорошая новость. А плохая новость — я не просто так назвал себя авангардом. Армия Союза придёт на эти земли, рано или поздно. И всего скорее рано.

Последовала короткая пауза, пока наги переваривали услышанное. Собрав треснувшую картину мира в единое целое, Делвин спросил:

— И как в Союзе относятся к нагам?

— Ванесса, как у нас относятся к нагам? — переадресовал я вопрос.

Вампирша не подвела.

— Никак. Никому нет особого дела до того, кем ты родился, будь ты хоть разумным тестом в горшке. Подчиняешься государству и соблюдаешь законы — гражданин. Только это имеет значение.

Змеехвостая девушка оторопело спросила:

— Разумное тесто в горшке?

Вампирша пожала плечами:

— К слову пришлось, просто шутка. Но поверь, если такое существо нам встретится, и оно будет соблюдать законы Союза, никого не будет смущать, что оно — тесто.

Потом, ожидаемо, пошли вопросы, уточнения, детали. Много вопросов. Ещё больше вопросов. Ожидаемо наги нам на слово не поверили. Не в том смысле, что они считали нас лжецами, нет. В их картину мира государство с такой системой и такими законами, как в Союзе, не укладывалось никак. И здесь либо крах картины мира, кризис веры, катарсис, кататония и прочие проявления разрыва шаблона, либо банальное отрицание. Наги предпочли банальное отрицание.

Делвин попытался отойти от политических вопросов и перейти к проблемам насущным. Им очень хотелось побеждать князей, и у змеехвостых даже вполне имелись шансы, если бы не некоторые «но». В первую очередь нагам не хватало снаряжения. Это не Делвин сказал, это я и сам понимал, глядя на гостей. Также в списке причин значилось полное отсутствие единого командования. Опять же, наги дураками не были и хотели бы работать, как единое целое, но не могли, оставаясь небольшими группами партизан, по возможности помогающими друг другу, но большую часть времени действующих обособленно и занятых собственным выживанием. Это уже Делвин рассказал, не прямо, но мы умели задавать вопросы. Ещё низкая численность, ведь у наг не было ресурсов и возможности расширить свою популяцию. Плюс географические условия. Да, джунгли и реки спасали наг от князей, но эти же джунгли мешали и самим партизанам.

В общем, Делвин пытался скооперироваться со мной на ниве партизанских действий, но я его потуги срезал. Во-первых, я хотел, чтобы наги признали Союз своей новой страной, а меня правителем. Вольные партизаны, сидящие по джунглям (в перспективе по МОИМ джунглям) мне были не нужны. Во-вторых, я партизанщиной не занимался. Я наносил диверсионные удары, вообще не боясь налететь на вооружённый отряд и вступить в открытый бой. Этим мы принципиально отличались от змеехвостых, те только гадили исподтишка. Не в укор им, стараются, делают всё, что могут, но разрозненные отряды партизан и отряд элитного спецназерского спецназа — несопоставимые оперативные единицы. В-третьих, даже возьми я Делвина под своё крыло, на кой чёрт мне они нужны? Полтора десятка бойцов всего, что я с ними делать буду? Навьючу на манер мулов? Это ведь единственное им применение. Нет, он, конечно, говорил про две сотни, но… Не привирал, нет. Он был для них военным лидером, но не лидером духовным, эти тонкости я успел узнать, наблюдая за нагами через призраков.

Покинули наги нас без видимого результата, но загруженные информацией по самое не могу. Да, формально я с ними даже о нейтралитете не договорился, оставляя за ними право резать нас, а за собой право резать их, но это сущая малость. Мы с Делвином друг друга поняли, и змеехвостые поняли, что против них я ничего не имею и дальше продолжу освобождать, если случайно встречу. В их положении уже это вызывало однозначную радость. Очевидно, что и наги на нас нападать не станут. Разве что случайно, например, если мы замаскируемся, а они примут нас за воинов князей.

Своего я добился, пустив среди змеехвостых мысль о присоединении к нам с признанием меня неоспоримым лидером. И, закончив с дипломатией, я вернулся в свои «покои», чтобы магически перенестись домой. Первым делом хотел встретиться с Хаартом, но тот укатил по делам, поэтому о делах мне докладывала Каролина. Впрочем, ничего интересного она мне не рассказала. Ассимилировали захваченные земли, наводили порядок, налаживали логистику, готовя новый виток завоеваний. Всё тихо и спокойно. Да, случались мелкие «войны», но масштаб по меркам Союза совершенно никчёмный, подумаешь, десяток тысяч человек на одном поле боя собрались. Смешно.

Решил себя порадовать посещением экспериментального производства. Под это дело целый новый город достраивали, уже вполне работающий, просто не все производства развернули, да не инфраструктуру для рабочих ещё налаживали, а так многое уже работало.

И одного-единственного человека, к которому мне можно было бы обратиться по всем вопросам, здесь не было, этот город уже строился по иным принципам, в том числе принципам управления. Коллективного управления. Так что «главными» здесь числились три десятка разумных, людей, гномов и даже одного эльфа, между которыми распределялись обязанности и ответственность.

И облетал я производство по отдельности. Половина технологий в этом городе не найдут массового применения ещё десятки, возможно, сотни лет. Работала электрическая лаборатория. Пару чисто практических решений они дели, например, системы зажигания от электрической искры. Банальный педальный генератор: жмёшь на педаль, срабатывает несложный кинетический генератор, в нужном месте зажигается искра. Новые пушки уже делались под эту технологию, как и некоторые двигатели, печи и всё, где требовалось что-нибудь поджигать. Но в остальном там занимались всякими футуристичными штуками.

Хорошо работала лаборатория паровых машин. Я как не считал маленькие паровики промежуточной тупиковой технологией, ограниченно применимой, так и не считаю. И в лаборатории собирали весьма интересные агрегаты, отличавшиеся и мощностью, и относительной компактностью. Ну и ценой, а также сложностью производства, само собой. Когда у нас появятся нормальные сплавы в промышленных количествах (и инженеры оптимизируют производство), земли этого мира увидят монстров из стали, неудержимых и непобедимых. Сейчас по небольшой площадке катался гусеничный паровик. Не было на нём пока ни брони, ни башни, ни оружия. Стенд, очередной прототип, созданный для изучения работы подвески и системы управления. Появление настоящего танка — вопрос времени. Ещё бы экипаж из скелетов, но это уже невозможно. Прицеливание пушки и управление даже гвардейцам не давалось. Что-то там не работало в их магических мозгах. Когда-нибудь попробую поднять мертвеца из погибшего танкиста и посмотрю на результат.

Алхимики бились над философским камнем. Золото нас интересовало поскольку постольку, а вот получение других металлов — очень даже. Только им приходилось вслепую тыкаться, наугад. И результата пока не было. Видимо, действительно в золоте содержался сакральный смысл, а мы хотели получить металлы, о которых и знают-то специалисты в металлургии.

В общем, никаких революционных открытий, но посмотреть на плоды теоретических трудов мне было интересно. Пожалуй, единственным именно техническим прорывом могла похвастаться только механическая лаборатория. Они создали механическую логику и сейчас собирали механическую счётную машинку. Агрегат крупный, но какое это имеет значение? Ведь создание, пусть пока механической, но логики, это веха, открывающая в перспективе сначала механический компьютер, а затем, когда-нибудь, и электронный.

Глава 13

Магическая атака проносится в каких-то сантиметрах от моего тела, слегка нагревая кожу. Излишне прыткий князь, зажатый фуриями, решил сделать меня основной целью. Я уже и забыл, когда в последний раз оказывался в ближнем бою. Страха, само собой, не было совершенно. Не было вообще ничего, ни азарта неожиданной схватки, ни даже малейшего любопытства касаемо моих текущих физических кондиций.

Последние внезапно оказались выше ожидаемых. До фурий я, само собой, недотягивал даже близко, но и вампирам не уступал в ловкости и скорости. Раненый князь очень старался, но не смог меня задеть. Точнее, не имел возможности, я ему не уступал, да и времени у него было не более нескольких секунд. А затем подоспели фурии и объяснили ему глубину его неправоты. Очень доходчиво объяснили, нанося множество несмертельных, но болезненных ран и травм. Даже немного забрызгали меня кровью, так они были недовольны поступком мужчины. Бой ещё не закончился, но противники… Цитируя одного харизматичного мертвеца, они уже были мертвы, просто ещё об этом не знали.

Итак, подводя промежуточные итоги.

За диверсионную работу можно смело ставить себе отметку «отлично». Опорные пункты князей в джунглях уничтожаются, личный состав выкашивается, захваченные наги освобождаются, задницы князей с каждым днём берут новый уровень накаливания.

У последнего результата наших действий есть два последствия. Первое: князья стягивают к джунглям войска. Пока непонятно, как они собираются обычных солдат в этих джунглях использовать, но, возможно, придётся оставлять базу и переходить на новое место. Второе: в джунгли уже стянули отряды егерей, которые активно прочёсывают территорию.

Собственно, в этот раз мы противостояли именно егерям, усиленным аж двумя князьями и несколькими магами. И это ничего не изменило. Фурии и вампиры стали действовать аккуратнее, мы дополнительно подключили призраков для разведки, и я всё же поднял пару рыцарей смерти, чаще всего выступавших этакими слонами, привлекающими всеобщее внимание и держащими удар, пока остальная нежить наносила основной урон. Егерей мы вырезали практически так же, как до этого вырезали обычных солдат. Но!

С егерями я сталкивался не в первый раз, да и с магами тоже. И, подняв мертвецов, получил стратегическую информацию. Подняв аж пять молодых и слабых вампиров, а также двух личей, я смог собрать обширные сведения по географии княжеств. Ещё удалось узнать, что о нас вообще знают князья. Знали они мало, кто-то вырезает народ, и это точно не наги, но на этом всё. Вроде как у князей было вполне конкретное предположение, но с простыми смертными те не делились.

— Мы закончили, господин, — склонился молодой вампир из новичков.

Окидываю поле боя взглядом. Да, выживших добили, трофеи (интересовало нас не так уж много, можно в карманах унести) собрали.

— Продолжаем движение, — приказываю, отталкиваясь от земли и переходя на полёт.

География меня интересовала не просто так. Сидеть в кустах бесконечно я не собирался, мне нужен портал. И, составив вполне приличную карту, я определился с зоной поисков. А затем собрал отряд и, смазав лыжи, двинулся на поиски приключений.

Встреченный нами сегодня отряд егерей патрулировал границу джунглей. Мы могли бы без труда патруль обойти, но зачем? Князья узнают, что мы не только в джунглях сидим? И что они с этой информацией сделают? А так добавил им немного хаоса в понимание обстановки.

Два часа после битвы мы двигались в молчании, пока я отслеживал расстояние до монолита. Джунгли остались позади, сменившись холмистым густым лесом, появились следы цивилизации. Мы пересекли дорогу, видели вдалеке дым, наткнулись на распаханное поле и немного изменили маршрут. Когда ощущение от монолита натянулось струной, я приказал искать укромное место. При мне остались личи и рыцари смерти, а фурии и вампиры рассыпались по округе, чтобы уже через несколько минут найти пещеру. Или скорее провал?

Среди холмов скрывалась узкая, но довольно глубокая впадина. Повиснув над ней, я попытался ответить себе на вопрос: как она образовалась. Метров пять глубины точно, однако вокруг не каменистый грунт, а рыхлая земля, удерживаемая только корнями деревьев. Вымыло? Спустился, но ничего не обнаружил, просто впадина в земле. Подойдёт. Запустил процесс, оставив доводить дело до конца личам.

Монолиты решил оставлять, чтобы всегда быть на связи с основной базой, а через неё и с Союзом. Не хочется возводить ещё один усиленный монолит на новом месте. Да и для защиты основной базы, мало ли, налетят прямо на неё князья. Без моей координации и поднятия мертвецов оставленные силы могут и не отбиться. Само нападение, правда, маловероятно. Гвардейцы изрядно поработали землекопами, превратив округу из непроходимых джунглей в нечто, что цензурными словами не описать. Если я начну описывать, получится нецензурно — восхищённо, а если будут описывать князья, что сунутся в ту местность, то получиться просто нецензурно и крайне экспрессивно.

Пока возводился монолит, мы издалека понаблюдали за крестьянами. Конкретно здесь не столько полями занимались, сколько выгулом овец. По этническому составу в основном люди, семья гномов, семья остроухих и, что было неожиданно, некоторое количество птицев. Последние, вероятно, жили здесь ради охраны остальных от дикого зверья и маловероятного, но возможного прихода наг. Совсем нет гоблинов, да и орков тоже не замечено.

— Нападём? — спросил Аткаст, молодой вампир.

Я покосился на мужчину.

— А головой подумать?

— Егеря, двигаясь по вражеской земле, не пропускают селения, когда могут напасть, — пояснил свою идею вампир. — Пусть князья думают…

— Что мы — вражеский егерский отряд? — понял я мысль. — Нет, не стоит. У нас принципы. Войска Союза в обычной ситуации некомбатантов не трогают.

Настаивать кровосос не стал.

Когда монолит был закончен, я попытался сориентироваться по карте. Как же сложно без аэрофотосъёмки работать по нарисованным примерно и от руки картам. Нет, я отдаю должное, карты делали довольно точными и подробными, но погрешности всё равно оставались, и, двигаясь не по дорогам, промахнуться на десяток километров можно вообще запросто. Точнее, попасть точно в цель — удача, чаще всего путешествуя через буреломы, как раз промахиваешься.

Населённые пункты меня не интересовали совершенно. Форты чисто военного назначения не волновали тоже, но туда как раз следовало заглядывать. Я в каком-то смысле даже восхищался тем, как поставлено у князей информирование. Каждый смертный знал ровно столько, сколько требовалось в его работе. Прояснить мне общую картину не могли даже захваченные старшие офицеры, не делились с ними стратегической информацией. Всё знали только князья. Однако хоть мы с ними сталкивались уже больше десятка раз, захватить живым ни одного из них так и не удалось. Не сдаются, не теряют сознание, продолжают сражаться до смерти.

Была у меня мысль захватить женщину, или ребёнка. Или всё сразу, чтобы, угрожая ребёнку, заставить говорить женщину. Но всё, что я знал о князьях, говорило о бесполезности данного шага. Мать даже при угрозе своему дитя будет изображать гордого самурая. Либо постарается нарваться на смерть, либо убьёт себя. Единственная лазейка — превращение ещё живого князя в нежить. Для этого требовался, во-первых, мужчина, во-вторых, молодой. Ребёнок не перенесёт превращения, как и женщина. Принципиально. Женщины и дети в личей не обращались, моя знакомая владетельница магии ядов — единственное известное исключение. Взрослый мужчина не даст себя захватить. И только с подростком есть шанс, что он не прикончит себя в процессе. Только и это пользы не принесёт. Мальчики до определённого возраста живут с мамой и… Ни во что не посвящены. А затем их забирают учиться в… Хм… Мой переводчик подобрал слово «академия», но смысл не совсем точен. В общем, учиться. Получается, даже если я пацана из дома умыкну и личём обращу (это ещё не факт, что получится, трупы князей маги смерти игнорировали совершенно), он всё равно не расскажет мне ничего сверх того, что я уже о князьях знаю.

Возвращаясь к карте. Меня интересовал кусок земли, со всех сторон окружённый сетью фортов и крепостей. Таких участков в княжествах было пять штук, отличались друг от друга они только географией и двумя «ф» — флорой и фауной. В том смысле, что где-то это был лес, где-то лесостепь со всеми вытекающими, где-то вообще болото, но в целом ничего особенного. Просто кусок местности, закрытый по периметру линией крепостей. Крепости стояли не слишком плотно, можно даже сказать — разрознено. Внутрь периметра особо не совались, этого не требовалось. Однако я не получил чёткого ответа на вопрос: а что там внутри? То есть в одном случае я знал, что там выращивают химер, и вокруг зона безопасности, но только в одном, в пяти оставшихся были вопросы. Егеря разводили руками: не их это работа. Там только маги да воины, ну и проштрафившиеся егеря, для которых это становилось билетом в один конец. Маги сказали чуть больше. Внутри периметра появляются твари и лезут на живых. Сами выходят на форты и крепости. Нападают, не щадя себя, пока всех не перебьёшь. На вопрос: «насколько опасные твари», получил неопределённый ответ: «по-разному бывает». В среднем опаснее крупных умных хищников, или около того.

Насколько я понял (а все вокруг клялись, что приходящие твари точно не из местной фауны), кто-то пользуется таким же порталом, каким я попал сюда. Точнее, я построил такую гипотезу, но имелась в ней масса дыр. Допустим, на одном из материков есть такой портал, он активен, и через него можно попасть на этот материк. И тамошняя агрессивная фауна регулярно прыгала в портал и попадала сюда.

Первая нестыковка — сама работа портала. Эта штука жрала энергию как не в себя, и здесь не выйдет сказать, что это конкретно у нас портал бракованный. Нет, мы разбирали письмена, разбирали рабочую схему. Этот портал создаётся на короткое время и никак иначе, потому что пробивал огромное расстояние. Получается, что портал включается и выключается, и иногда им пользуются неразумные твари. Вновь нестыковка — чтобы портал сработал, нужен разумный. Фокусировка и поддержание стабильного канала не происходит само по себе. И, насколько мы успели разобраться в работе портала, без воли и разума мага никак не обойтись. Руны, артефакты, ничего не сработает, хоть ты тресни. Выходит, кто-то разумный периодически отправляет сюда хищных зверушек. Не прям часто, но стабильно. Но тогда возникают новые вопросы. Зачем? Почему из портала не выходят разумные? Как минимум маги уверены, что разумных не было. Опять же портал не один, их несколько, и все срабатывают одинаково. Это как? На той стороне один портал связан с несколькими на этой? Тогда точно нужен разумный, чтобы выбирать точку выхода.

В общем, дело ясное, что дело тёмное. Придётся топать своими ножками и на месте разбираться. Отлавливать выходящую живность и ковыряться. Это всё потом, сейчас мне требовался маршрут к опасной зоне с учётом выставления обелисков по пути. Ага, приключений на двадцать минут, вошли и вышли.

— Снимаемся, господа и дамы, нас ждёт долгий путь, — говорю, сопровождая приказ магическим посылом.

Глава 14

Взгляд сосредоточился на тёмной фигуре, мелькнувшей между стволов, и Делвин прижал сещтак (духовая трубка, вымышл., автр.) к губам. Резкий выдох, из трубки вылетела оперённая игла. Егерь схватился за лицо и, уже вырывая иглу, упал между корней, пропав из виду. Сейчас он использует противоядие и дальше пойдёт уже осторожнее, всё по инструкции. Делвин прошипел условный сигнал и поспешил отойти. Два товарища последовали за ним, убираясь подальше от отряда егерей.

Вожак мысленно проклинал мертвецов, пришедших в эти земли. Проклинал не из злости, а от обречённости. Откровенно говоря, предъявить мертвецам ему было нечего. Арантир ничего не должен ни Делвину лично, ни нагам в целом, вождь понимал такие вещи. Не стал бы лидером, если бы не понимал. При этом нежить никогда не нападала на наг, всегда освобождая пленных, когда встречала их в фортах. И позиция Арантира в вопросе сотрудничества Делвину тоже была понятна. Маг смерти пришёл сюда, как завоеватель. Он видел эти земли своими, а всех разумных делил на две категории: будущие подданные, или граждане, как говорили сами мертвецы, и враги.

Не согласился подчиняться Арантиру воин-наг не из шкурного желания сохранить свою власть. Просто понимал — его решение расколет общину. Старейшины, когда Делвин вернулся и рассказал о встрече, выступили категорически против подчинения. Раз наг не смогли победить князья, то не смогут и мертвецы. В тот момент Делвин тоже испытывал большие сомнения в том, что Арантир всерьёз намерен воевать с князьями, и что за его спиной стоит не горстка сильных бойцов, а целое государство. Но время шло, нежить побеждала, мертвецов становилось больше. Князья посылали на подавление всё больше и больше сил, но ситуация не менялась. Арантир побеждал отряды, захватывал форты, освобождал пленных наг.

И вот закономерный результат. Князьям надоело терпеть поражения, на границе джунглей собрались поистине крупные силы, как обычные войска, так и элитные отряды егерей. Последние начали углубляться в опасные земли. Именно егеря сейчас загоняли отряд Делвина, уже успев «откусить» нескольких бойцов. Эти в плен не брали, убивали на месте, с особой жестокостью, наглядно демонстрируя, насколько князья разгневаны. И сетовать на мертвецов бесполезно, Арантир не скрывал своих планов и делал то, о чём говорил. А значит, и реакция князей была предсказуема. Винить можно только себя, следовало убраться как можно дальше, а не сидеть, наблюдая за художествами внезапных союзников.

Перед лицом мелькнуло нечто тёмное и быстрое, рядом раздался глухой удар. Среагировать Делвин не успел, уже в следующий миг один из воинов болезненно вскрикнул. Их перехватили. Несколько егерей, тёмных эльфов, показались впереди. Луков и арбалетов они не использовали, слишком быстро портится тетива в этом климате. Метательных ножей, покрытых ядом, вполне хватало. Делвин успел один раз выстрелить из сещтака и, выхватив ножи, сошёлся с двумя егерями. Ему повезло, егеря хоть и показали себя сильными воинами, но слишком непривычная местность сыграла свою роль, один из остроухих споткнулся и налетел на отравленный каменный нож, второй вступил в воду и не заметил хвоста Делвина. Обхватив лодыжку, наг дёрнул, роняя егеря в воду и закалывая. Третий, получивший отравленную иглу, то ли не принял противоядие, то ли выпил, но неверное. Он потерял координацию и пропустил удар. Однако и сам Делвин не ушёл без ран, из нескольких порезов струилась кровь.

Он вырвался, один. Понимая, что осталось ему недолго, Делвин спешил к основному отряду, предупредить, чтобы они успели уйти. Рвался, заставляя себя думать, лишь бы не терять сознания. И резко остановился.

Среди егерей не было химер. Это элитный отряд, у них должны быть химеры. Обязаны! Его выпустили. Позволили уйти, пустили по следу химер, способных даже здесь найти его по запаху крови. Отпустили, чтобы наг привёл их к остальным. Пожертвовали несколькими своими… Пожертвовали. Делвин понял, что егеря дрались хоть и отчаянно, но как-то не так. Старики, возможно? Или вообще не егеря, а лишь ряженые?

Поморщившись, наг снова бросился вперёд. Даже если он ведёт за собой погоню, сказать остальным всё равно надо. Он двигался, понимая, что теряет сознание. Ещё чуть-чуть, ещё пара рывков, и он просто шлёпнется в воду и провалится в темноту. Минуя большой корень, Делвин соскользнул, начав заваливаться, но был подхвачен сильными руками. Не сразу понял, что происходит, разглядывая своих воинов. Он порывался им сказать, предупредить об опасности, но воины, видя раны вожака, сунули в лицо дурман. В другой ситуации это могло бы спасти Делвина, погружая в состояние между сном и явью, заглушая боль и вместе с тем не давая отключиться, потерять сознание. Сейчас это может закончиться смертью для всех.

Какое-то время, наг даже под страхом смерти не смог бы сказать, сколько это длилось, он ощущал только движение мира вокруг, чьи-то сильные руки, а ещё собственные попытки что-то сказать, предупредить. Закончилось всё, когда в нос ударил резкий запах, разгоняющий наваждение.

— Он приходит в себя! — обрадованный голос.

— Не тормошите, дайте ему отдышаться!

— Где… — попытался спросить Делвин.

Вместе с прояснившимся сознанием пришли боль, тошнота, сухость и прочее менее значительное. Жестом, заставляя гомонящих подчинённых замолчать Делвин, заставил себя сказать:

— Уходите! Живо! Егеря!

Наги всполошились. Привычные к постоянному кочевью, они быстро собирали лагерь. Но всё равно они не успевали. Почти не издавая шума, через джунгли пробирались химеры. И, заметив своих жертв, взревели, бросаясь в атаку. Делвин ещё не видел таких монстров. Поджарые тела, длинные конечности, шипастые шкуры, хвост с натуральным лезвием. Твари кинулись на наг. Собраться Делвина растерялись. Кто-то выхватывал клинки, намереваясь своей жизнью дать время для бегства остальным, кто-то пытался бежать, но остальные метались, застигнутые врасплох. Делвин и его собраться всегда избегали открытого боя, и опыт поединков был в лучшем случае у нескольких его воинов.

Делвин дёрнулся, попытался встать, но тело не слушалось. Он был слаб от ран, да и дурман ещё не прошёл. А затем очередная химера увидела его и выбрала своей целью. Пластичная, как кошка, она с рыком прыгнула к нему, вцепилась когтями в хвост, отчего у него побелело перед глазами. Клыки вцепились в руку, и в этот момент наг порадовался, что дурман ещё действовал, иначе он мог бы и умереть от боли. Руку дёрнуло, раздался хруст костей, и наг понял, что лишился конечности. Вторая рука потянулась за ножами, но их не оказалось в ножнах. Химера с хрустом раскусила его руку и с рычанием приготовилась к прыжку.

Чёрное лезвие тенью прилетело откуда-то сбоку, входя остриём в шею химеры и продолжая вращаться, едва не отрезав голову. Лапы твари подогнулись, взгляд заметался. Химера не могла чувствовать страха, создатели лишили её такой возможности. Она лишь бешено вращала глазами, уже не полностью контролируя тело. Голова при попытке повернуться накренилась в сторону, открывая глубокий разрез. Позвонок ещё держался, ещё не позволял отделить голову от туши, но разрезанные мышцы сделали своё дело.

На химеру сверху налетел вампир, одним движением высвобождая свой клинок. Химера рванула, вампир падением с переворотом оказался прямо перед ней, успев перехватить меч и нанести второй удар, на этот раз отрубая голову окончательно.

Осознав, что смерть отменяется, Делвин огляделся. Нежить. Вампиры, существа, внешне лишь бледностью отличавшиеся от людей и эльфов, убивали химер и успевших вступить в бой егерей. Химеры, несмотря на всю скорость и ловкость, не могли ничего сделать с вампирами, тёмные эльфы могли и того меньше.

— Живой? — спросил женский голос.

Делвин обернулся, увидев девушку-вампира. Лицо её показывало соучастие, но наг не был уверен, что эти чувства искренние. Оставалось у него ощущение, что вампиры, как и прочая менее разумная и эмоциональная нежить, не более чем марионетки в руках Арантира.

— Частично… — выдохнул наг.

Он вспомнил эту девушку. Ванесса, к ней обращался Арантир. Она подняла взгляд, окидывая взглядом поле боя.

— А я ещё удивлялась, куда это они так спешили. Знала бы, что они идут за вами…

Ванесса вновь глянула на нага, увидев, как тот из сидячего положения заваливается набок.

— Эй, эй! Ты чего? — вампирша подхватила нага и осторожно перенесла к дереву, усадив спиной на ствол.

Выжившие наги собирались вокруг вожака, но только трое мужчин подползли ближе. Один порывался оказать помощь, но, глянув на раны, опустил руки.

— Дрот, похоже, ты теперь за главного…

— Ты чего удумал, чешуйчатый? — вмешалась вампирша.

— Не мешай, — отмахнулся наг. — Я должен предупредить… Наставить…

Но Ванесса склонилась над нагом.

— А может, ты всё же хочешь пожить ещё?

Делвин хотел, ещё как хотел. Боялся, отлично понимая, о чём говорит Ванесса.

— Даже если соглашусь… Я буду служить вам… Арантиру… А мои соплеменники…

Ванесса закатила глаза.

— Расслабься, хвостатый, никто тебя от твоих друзей отрывать не будет, — и, уже обращаясь ко всем остальным. — Убирайтесь подальше, ритуал не для посторонних глаз.

Делвин хотел спросить, но Ванесса положила ладонь ему на голову.

— А ты расслабься. А лучше засыпай.

И, повинуясь её словам, наг отключился.

Вампирша сидела в палатке, найденной среди трофеев. Наг вот-вот должен был очнуться, Ванесса уже успела получить от Арантира профилактический втык за самодеятельность, похвалу за инициативу и инструкции по разговору и дальнейшим действиям. Амбиции не позволяли ей оставаться в роли простого бойца, и девушка прилагала усилия для продвижения в иерархии.

Делвин зашевелился и открыл глаза, растерянно оглядываясь.

— Как себя чувствуешь, хвостатый? — спросила Ванесса.

Делвин посмотрел на неё, прислушался к себе и ответил:

— Жажда… — произнесено с теми интонациями, когда становиться понятно — это слово приобрело для новоиспечённого вампира новый смысл.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнула вампирша. — Пробуждение основного инстинкта говорит о том, что твоя физиология перестроилась правильно. Ты инстинкт осознаёшь, значит, в безумную тварь не превратился.

Делвин мрачно кивнул.

— Да. И что дальше?

Ванесса покачала головой.

— Хвостатый, не веди себя глупее, чем ты есть. Всё ты понимаешь. И что у твоего народа только один путь — стать гражданами Союза, ты тоже понимаешь. Хотя вы, конечно, можете слиться в экстазе с князьями и попытаться нам противостоять.

Наг сморщился, даже плечами передёрнул.

— Вот! — удовлетворённо улыбнулась Ванесса. — Сейчас ты немного оклемаешься, потом выпьешь одного из егерей. Мы для себя брали, но ты теперь один из нас, так что пользуйся. Ну а дальше вернёшься к своим чешуйчатым друзьям и продолжишь дело борьбы за свободу угнетённого народа.

— И всё? — удивился Делвин.

— И мы будем координировать дальнейшие действия, — подтвердила Ванесса, — чтобы такого, как вчера, не повторялось. Расслабься, хвостатый. Ты не предал свой народ, не продал его, и далее по списку все не.

— Я понял, — кивнул Делвин. — И спасибо.

Ванесса внутренне обрадовалась маленькой победе.

Глава 15

Немного не так я себе представлял присоединение к нам наг, но Ванесса, отдаю ей должное, вовремя подсуетилась. Она не подстраивала ситуацию, не подставляла Делвина, но, мягко говоря, прошла по самой грани между верностью и вероломством. Она всего лишь наблюдала, позволив обстоятельствам сложиться в капкан для нага и его собратьев, готовая вмешаться в любой момент. Вампиресса выждала, позволив Делвину дойти до отчаяния, и только тогда вмешалась.

Наказывать за самоуправство не стал, но воспитательную беседу провёл. Новый виток отношений между Союзом и нагами был оплачен жизнями последних, и пусть в будущем это станет спасением человеко-змеев, не стоит злоупотреблять такими методами. Легко возомнить себя стоящим выше жизней «простых смертных», перестать понимать обычных людей, начать отделять себя от них. То, что я сам уже ощущаю себя совершенно оторванным от граждан Союза, осознаю, что мыслю и воспринимаю мир неестественным для смертного образом, это не достоинство, а недостаток, способным привести к катастрофическим заблуждениям. Ванесса задумалась и, кажется, вняла предупреждениям. Что же, я продолжу наблюдать за амбициозной девушкой, ведь амбиции, направленные в созидательное русло, дают богатые плоды.

Перешедший на нашу сторону Делвин разумностью своей превзошёл даже смелые ожидания. Осознавая наши действия по мягкой ассимиляции своего народа, наг в оценках этого не оперировал банальными «хочу» или «не хочу», «нравится» или «не нравится». Делвин сомневался только в могуществе Союза и способности нашего государства распространить свою власть на эти земли. И, стоило в этой способности убедиться, вожак принял необходимость ассимиляции, как единственный разумный путь для наг, если они хотят выжить. Плюсик рядом с его именем, настоящий лидер, которого надо сохранить и позволить возвыситься от местечкового вожака до предводителя всего народа. Как бы ещё теперь нескольких его собратьев обратить в вампиров с наказом оберегать лидера. Передал Ванессе предложение поговорить с Делвином и навести его на мысль о том, что достойных, но искалеченных ветеранов стоит превратить в вампиров. Но мягко. Не стоит давить лидерские качества нага в зародыше, он и так подспудно ожидает от нас тотального контроля. Необходимо предоставить ему максимальную свободу действий, дать понять, что Союз выступит тылом, надёжным, всегда готовым помогать, а не стоящим над плечом и донимающим подсказками, приказами и наставлениями.

Также от Делвина удалось узнать больше об обществе змеехвостых. Говоря откровенно, наги двигались к пропасти, ногу над бездной ещё не занесли, но там оставалось несколько шагов. Я сам с нагом не разговаривал, светские беседы оставив Ванессе (раз уж вампирша заварила эту кашу, то вмешиваться на финишной прямой я счёл неразумным, дал довести дело до конца), но стоило девушке упомянуть неких «старейшин»… О, сколько ассоциаций тянет это простое слово, как ясно встаёт предо мной образ, бесчисленно воспроизведённый в культуре моего родного мира. Обратившись к памяти, я нашёл множество примеров поведения старцев, получивших власть. Консерватизм, отрицание нового, вплоть до изгнания всех, кто к новому тянется, желание заморозить ситуацию, называя это традициями, установить неизменный статус-кво. Доходящее до глупости отрицание реальности во всём, что «отступает от традиций», то есть не вписывается в привычный старцам мир. В лучшем случае старцы сбрасывали на молодых грязную работу и хотя бы не мешали. В случаях, когда старики старались действовать адекватно реальности, они открещивались от звания почётных «старейшин» всеми правдами и скорее набивались в наставники молодым, а порой и первыми принимали на себя удары судьбы, давая этим самым молодым шанс.

Наги до крайности ещё не дошли. Они отлично понимали, что когда-то были цивилизованными людьми (или из кого их там делали), что пользуются примитивным оружием из практических соображений, как самым эффективным в их условиях, а не потому, что другого не умеют. Они живут так, как живут не потому, что это традиции, оставленные им предками, а потому что вынуждены выживать. Но через сколько поколений это забудется? Когда вынужденное станет привычным, а привычное традиционным? Три? Пять? Ассимиляция в Союз спасала змеехвостых от участи более страшной, чем банальная смерть. Деградация в дикарей, а то и полное лишение разума — вещи вполне реальные, бытие определяет сознание, а в поведении наг уже просматриваются несвойственные цивилизованным разумным действия. Вампиры и призраки успели понаблюдать за бытом наг, выяснив, что те не носят нижнего белья, справляют нужду на глазах друг друга (из соображений безопасности, но закрепление поведения идёт), не пользуются посудой и столовыми приборами, а порой и вовсе питаются сырым мясом. Вынужденное уже стало привычным.

Вывод из всего этого состоит из двух пунктов. Первый: спасаем наг от деградации путём продвижения своего чешуйчатого вампира и развала авторитета старейшин. Второй пункт: придумываем тест на старость для всех должностных лиц Союза. Пока человек открыт новому, готов меняться и менять мир вокруг себя — может трудиться на благо общества, хвала ему и почёт. Однако стоит ему начать ворчать про «раньше трава была зеленее» и вообще обращаться к прошлому опыту как возведённому в абсолют образцу правильного, всё, баста. Отсечение от реальной власти и принятия решений. А там либо должность консультанта, всё же опыт прошлого мы уважаем и ценим, либо почётная пенсия. Опыт прошлого не может и не должен быть образцом для будущего. Источником решений, идей, подходов — сколько угодно, но опыт должен быть переосмыслен и актуализирован под современную обстановку. Сложнее будет с войсками, вооружённые силы наиболее инертны и консервативны, причём обосновано. Именно в армии непроверенные решения могут иметь самые катастрофические последствия. К армии выработаем особый подход, но в остальных областях — дорогу молодым.

Размышления не мешали мне наблюдать за размеренной жизнью города. Естественно, издалека и через призраков, но это уже сущие мелочи, право слово. Увиденное, по большому счёту, подтверждало сложившуюся у меня общую картину. Город, аккуратно и явно не стихийно вписанный в сложный рельеф, состоял из трёх ярко выраженных районов, или делился на два ярко выраженных (прямо огороженных стеной от остальных) и ещё пять не столь явных.

Центром (или скорее вершиной) был район князей, само собой. Фактически приспособленная для комфортного проживания крепость, одной стороной прижатая к невысокой горной гряде, другой омываемая полноводной рекой. Внутрь я по очевидным причинам призраков не посылал, ограничившись внешним наблюдением. Крепость как крепость. Далее большую часть города составлял второй район, внутри которого выделялось несколько. Во-первых — храмовый, примыкавший прямо к крепости. Во-вторых — казармы, где жил гарнизон. В-третьих — башня магов и, судя по всему, место, где создавали химер, там же загоны и прочее. В-четвёртых — промышленные кварталы. В-пятых — рынок. Рынок и промышленные кварталы чётко друг от друга не отделялись, да и башня магов не огораживалась, но дифференциация была видна даже мне, чужаку. Вокруг всего этого раскинулась внешняя городская стена. А уже за ней районы бедняков, своей внешней стены не имевшие. По этническому разнообразию здесь всё было привычно, князья, эльфы, ящеры и немного людей в замке, в храмовый квартал приходили все жители города, кроме орков. Ещё орков не пускали к химерам, но в остальном они работали по всему городу. Гномы в основном сосредоточились в промышленных кварталах. Ну и гоблины только за внешней стеной. Ко всему этому я уже привык, ничего нового для себя не отметив.

Меня больше интересовал процесс создания химер, однако этому имелось две преграды. Первая: защита магического квартала, далеко не всюду призраки могли оказаться. Вторая: сторонним наблюдением можно понять далеко не всё. Хотя даже так увидеть удалось многое. Выращивали химер из… яиц. Я думаю, что это яйца, некая форма магического кокона. Где-то в башне пряталось хранилище, откуда коконы приносили в инкубаторы. А дальше всё напоминало банальный завод. В смысле было три линии, что потоком выращивали каждая свой тип химер. Я говорю: линии, но процесс, несмотря на непрерывность, выдавал новорождённую химеру даже не каждый день. А ведь это были «массовые» особи, ничего выдающегося не умеющие. И их ещё растили, но не здесь. Детёнышей отдавали приезжавшим отрядам. Полагаю, растить их будут будущие хозяева, сразу же закрепляя привязку. Сама линия выглядела как инкубаторы с артефактами, предположу, создающими необходимые условия и напитку магией. Отдельно выращивали сильных особей. Там уже постоянно присутствовали маги, бдительно контролируя процесс.

Я описываю всё это довольно утилитарно, сами химерологи явно относятся к этому иначе, со священным трепетом в каком-то смысле. Множество ритуалов, не магических, а… Хм… Языческих. Что-то на уровне плюнуть через левое плечо и постучать по дереву. Бессмысленные манипуляции, с точки зрения чистой магии, хотя, судя по строгости исполнения, они всё же требовались. Похоже, вводили магов в необходимое состояние духа. Примитивно, с моей точки зрения, но жесты руками и словесные формы заклинаний выполняют ту же роль, так что я не осуждаю. Относительно слабые маги нашли метод творить довольно сложную магию, пусть и через подобные костыли.

Уделил внимание производству. Технологии очень неравномерны. Где-то гномы творят настоящие чудеса, здесь и инженеры Союза бы уважительно поклонились мастерству. Однако это нечто вроде цеховой структуры, где каждый мастер с подмастерьями чуть-ли не отдельно от остальных работает и каждое изделие сам изготавливает от начала и до конца. Просачивания технологий между разными областями не замечено. Мастера, изготавливая то, что должно быть массовым, много времени тратят на нефункциональное украшательство. На выходе получается высокая по качеству продукция, но в объёмах, едва покрывающих потребности княжеств, судя по разговорам о том, чего не хватает и что нужно сделать как можно скорее. Манера и содержание общения не давали усомниться: производимого недостаточно, а произвести больше невозможно, несмотря на относительную обширность промышленных районов.

Узнав о городе всё, что меня интересовало, я отозвал наблюдателей. До границы опасной земли оставалось несколько дней пути.

Глава 16

Пока я тянул цепочку монолитов, Ванесса пила кровь князей. В переносном смысле. Ветеранов первых войн за Предельных среди её окружения, само собой, не было. Откуда? Однако всем офицерам основы партизанской войны преподавали, так что ориентир у вампирессы был. Князья, потеряв несколько отрядов егерей, ввели войска в джунгли. Но крупной армию князей можно назвать только по местным меркам. Для тотального контроля обширной территории, как ни крутись, не хватало. Князья пошли разумным путём, создавая сеть опорных пунктов… Ну, расширяя то, что у них уже было, насыщая гарнизоны и строя дороги, а кое-где даже мосты прокладывая магией и физическим трудом. Ванесса увидела в этом возможность и начала действовать.

В уме Ванессе не откажешь, как и в старании. Разве что ресурсов у неё куда меньше, чем было в своё время у меня. Фантазия, впрочем, далеко не такая больная, в отличие от меня. К тому же перед ней стояли другие задачи, так что там, где я применял тактику: «Добро пожаловать в Ад. Вы все здесь сдохнете», у Ванессы было нечто вроде: «Добро пожаловать в Ад. Вы будете страдать, и некоторые из вас сдохнут». Местным хватило и этого, чтобы получить полные штаны впечатлений. Ловушки на дорогах и не только, ещё ловушки, много ловушек. И изредка засады.

Наги, те, что не убрались подальше вглубь джунглей, осознали свою ничтожность перед воинами Союза и преисполнились желанием перенять мастерство причинения вреда ближнему своему. Что думали по этому поводу князья — наверняка неизвестно, но несложно догадаться. Базу нашу найти не смогли, пока, во всяком случае. Вокруг неё уже сновали, но химеры не смогли взять след (Ванесса озаботилась маскировкой) и база оставалась в относительной безопасности. Разве что работы, особенно кузнечные, приходилось проводить только ночью, чтобы не выдавать позиции дымом.

Важный момент. Насколько всё это выглядит «простым» для меня, настолько тяжело это всё даётся Ванессе. Девушка она, конечно, умная, волевая и решительная, однако неопытная. Управление сородичами хоть ей и даётся, но требует много сил, моральных в первую очередь, да и мозги напрягать приходится. Князей она побеждает, хотя и не без ошибок. Пока ситуацию компенсирует превосходство нашей элитной нежити над солдатами князей (обычных скелетов те же егеря бы раскидывали без проблем, а химеры и вовсе закатывали в грязь не напрягаясь), но я на всякий случай за ней наблюдаю, готовый вмешаться. Хорошо, что сама больше в бой не лезет, её светлая голова ценна только вместе с телом. Рыцарей смерти можно разменивать сколько угодно. Личей можно поднять заново, филактерии хранятся в храме. Вампиров только жалко, так Ванесса сама расклад понимает и своих сородичей хранит.

Убедившись, что всё хорошо, вернулся к своей задаче. Где-то впереди, на расстоянии дневного перехода, находилась незримая граница, за которой лежала запретная земля. Насколько знали все те, кого я расспрашивал, в запретных землях водились дикие гоблины и иногда появлялись твари. Это всё, что о тех землях было известно. Я предполагаю, что где-то там лежит стационарный портал. Вопрос: где?

Я вижу девственную природу, холмистая местность, лес (спасибо, что не джунгли, успели наскучить), никаких построек, никаких руин. И находится портал далеко не факт, что в центре этой территории. Если сбилась фокусировка, область выхода могла «уйти» на несколько десятков километров от портала. Нужно сужать зону поисков.

Первая пришедшая мне в голову идея: засветить портал. Расставить по долине уловители магии. Для начала немного, штук двадцать. Они базировались на нейтральной магии, и я уже был вполне способен их самостоятельно и поставить, и настроить, и включить. Далее либо ждать, пока портал выплюнет незваных гостей с неизвестного континента. Портал срабатывает, я проверяю все уловители. Если я не воткну один из уловителей прямо над порталом, то три уловителя дадут наибольшую засветку, сузив область. Повторить операцию два раза и получу довольно точное положение портала. Но при дальнейшем обдумывании понял, что не сработает.

Во-первых, засветки будет две, одна — самого портала, вторая — непосредственной точки выхода. Во-вторых, фон магии здесь довольно насыщен, уловители сами по себе будут заполняться. А это не палка с горшком на вершине, это артефакт, который надо ставить по месту. Соответственно, пока я расставляю все уловители, установленные первыми уже успеют частично заполниться. Учитывая, что заполняться будут неравномерно (насыщенность магии не только не равномерна, она ещё и постоянно меняется). Большая погрешность, для чистоты получаемых данных придётся ставить максимум штук пять уловителей, а они точно не накроют всю область. В общем, времени придётся потратить много, а с гарантией результата всё не слишком радужно. Требовался другой подход к поискам.

И за обдумыванием этого самого другого подхода меня и застиг сигнал от вампиров. Нападение на форт князей.

Вперёд бросил призраков. Вмешиваться или нет — я ещё решу, а вот посмотреть на таинственных пришельцев было интересно. Сами мы тоже приблизились к месту боя, но оставались на почтительном расстоянии. Всё же говоря про «вмешаться», я не имел в виду впрягаться и защищать солдат князей. Мирное население — да, вообще без вопросов, здесь мне даже думать не надо, я — представитель (даже не постесняюсь этого слова «лицо») государства, у государства есть чёткая позиция, и я её придерживаюсь. В этом сила прочных государств — нет неоднозначных моральных выборов. Формулы «мы своих не бросаем» или «русские не сдаются», они смешными выглядят только для стороннего наблюдателя, живущего в другой системе ценностей. А когда ты внутри системы, где эти принципы транслируются и выполняются, всё выглядит вполне серьёзно. И когда возникает ситуация: бежать или вытаскивать раненого даже не товарища, а вообще незнакомого бойца другого подразделения, ты игнорируешь угрозу и вытаскиваешь. Потому что уверен, точно так же будут вытаскивать тебя.

Я знаю, как это работает. Поэтому в Союзе есть принципы. Гражданских, своих — защищать до последнего. Чужих — защищать по возможности. За мной самим, само собой, всякое есть. Не бог, не безгрешен, ошибался. Учёл, извлёк уроки.

Мы добрались до своей позиции раньше, чем призраки долетели до места боя. Я надеялся, что с холма откроется хоть какой-то обзор, но нет. Вокруг лес и не видно ни черта. Пришлось ждать, когда до места доберутся призраки. А когда добрались…

Признаюсь, я оказался озадачен. Ожидая увидеть «тварей», я думал, что был готов к любым существам, от относительно безобидных вариаций каких-нибудь хищников, усиленных магией, до порождений фантазии Лавкрафта. Последнее, конечно, сомнительно, пространство здесь никто не корёжил, кошмары не оживали, наоборот, всё чинно и культурно. Я готов был увидеть автоматонов, роботов, киборгов или что-то из этой братии. Опять же, против этой версии говорило полное отсутствие запчастей и металлолома. Что-нибудь бы от них оставалось. Я успел практически весь бестиарий прокрутить в голове, прикидывая наиболее достоверные варианты.

Не ожидал я увидеть ангелов. Не гуманоидов с крыльями, нет. Я видел нечто куда более концептуальное. Крылья — да, белые, с алыми прожилками. И глаза, чистые, голубые глаза. Много глаз. Глаза и крылья. И различные геометрические фигуры. И вообще. Смотрел и не понимал, что я, собственно, вижу.

Существа, ангелы, не атаковали первыми. Они пытались подлететь к разумному и… Заглянуть в глаза? Воины пытались тыкать в них клинками и копьями, пускали стрелы. Физические атаки не наносили видимых повреждений, лишь заставляли ангелов мерцать. Когда ангелы добирались до смертных, заглядывали в глаза, те замирали на месте. А затем падали, как подкошенные. Не мёртвые, я не ощущал смерти. А ещё ангелы исчезали. Не знаю, получали они ущерб от атак, или насыщались… Каким-то образом исчезали. Но то один, то другой покрывался белым светом и исчезал во вспышке, не оставляя после себя ничего.

Один из ангелов внезапно появился рядом с призраком. Заглянул в глаза.

Понимаю, почему смертные падают, как мёртвые. Ещё бы они не падали. Это было уже знакомое мне «касание». Касание божественной сущности. Даже сама сущность была мне знакома.

Светлая Матерь.

Богиня, чей культ был практически уничтожен у нас, никуда не девалась. И, если верить словам одной путешественницы, эта богиня держала в руках целый материк. И я, откровенно говоря, совершенно не горел желанием снова с ней сталкиваться. Получается, нужно держать в голове возможность прихода ангелов с материка, подконтрольного «церкви». Целый материк! Даже Союз пока таких владений не имел.

Коснувшись чистой смерти, ангел, заглянувший в бездну, рассеялся. Правда, вместе с призраком, что посмотрел на чистый свет. На остальных ангелах это никак не сказалось, занимались тем же, чем и раньше. А у меня впервые с момента появления на этом появилось стойкое желание собрать вещи и убраться подальше.

Я знал, что делать со смертными. Я не говорю о том, как и побеждать, это я знал давно. Мудрость гласит: завоевать — легко, удержать — сложно. Я учился не побеждать, а распоряжаться плодами победы. С богом всё несколько сложнее.

Бога нельзя победить. Светлая Матерь как бы божество этого мира, причём из демиургов, творцов, местный недосягаемый Олимп. Даже если я физически ликвидирую всех её последователей, это по факту ничего не изменит. Богиня начнёт сначала, потратит годы, сотни лет, если потребуется. Она, судя по всему, желает диктовать свою волю миру и не интересуется чьим-либо мнением по этому поводу.

Почему я захотел свалить подальше? Я же тоже вполне себе оперирую теми же временными промежутками. Продолжаю действовать, как смертный, здесь и сейчас, потому что могу. Не послал на этот материк толпу агентов внедрения, не завербовал эту же толпу из местных, не придумал какой-то другой гениальный план с перспективой «сработает через три поколения». Мог бы, но мне больше нравится действовать, как смертный. Бытие определяет сознание.

Однако я также понимал, что со Светлой мы столкнёмся снова. Она будет физически устранять меня, а я буду физически уничтожать её миньонов. Кто там в итоге победит — время покажет, но устраивать здесь бойню только из-за личной (в каком-то смысле) вендетты с богиней мне не хотелось. Давлю в себе низменный порыв и настраиваюсь на другую задачу: найти портал и перекрыть его для всех, кроме своих. Благо точно знаю, что такая опция есть.

А бойцы князей успешно «победили» ангелов. От светлых не осталось тел и других следов, всё исчезло. Тела, будто лишённые души, отправились в компостную яму. Понимаю, почему ангелов называют просто тварями. Таких ребят словами так сразу и не описать. А опишешь — не поверят.

Глава 17

Клинок фурии отсёк голову дикому гоблину, посчитавшему, что сумеет спрятаться. Довольно наивное заблуждение, но от полуразумных дикарей я и не ждал ничего гениального.

К гоблинам мы заглянули далеко не из праздного любопытства. Отбросив идею с магическим поиском, я рассмотрел альтернативы. Была мысль потрясти на предмет знаний князей, что-то же они могли узнать за много лет-то. Хорошо подумав, понял, что ничего местные не знают. Угрозы редкие вторжения ангелов не представляли, так смысл тратить время и ресурсы на поиски? Нет, понятно, что местность они прочесали, и ничего не найдя, бросили это дело. Появились чужаки прямо из воздуха, значит — магия. Вот и весь сказ.

Послал призраков изучать территорию и искать любые мелочи, что не вписываются в общую картину. А затем понял, что уже знаю о такой мелочи. Дикие гоблины. Без особого труда нашёл сразу несколько пещер, где ютились эти ребята. Зачистил. На первый взгляд ничего интересного там не нашлось, но призраки изучили все стены, пытаясь выявить скрытые проходы. И выявили.

Призраки хоть и были бесплотными, но очень плохо ориентировались под землёй, да и двигались через землю (камень, песок, неважно) медленно. Поэтому искать подземелье с их помощью можно, правда, очень долго. За неимением альтернатив, послал их изучать пещеры и нашёл даже не проходы, а натуральные норы, в которые даже сами гоблины протискивались с некоторым трудом. А уже дальше, раскапывая эти норы, удалось наткнуться на настоящее подземелье. Портал был где-то там, на глубине, а значит, найти его будет всего лишь делом времени. Сложнее будет откопать путь на глубину, но с этим справимся. Подходящее место мы уже выбрали, вырезав ещё одну группу дикарей, чьи тела послужат материалом для создания скелетов-землекопов.

Рабочие из гоблинов получались далеко не первоклассными, раскопки потребуют времени, и само по себе это меня не волновало. Напрягала угроза, исходящая от ангелов. Очевидно, что богиня меня заметила. Теперь вопрос только в том, сколько времени ей потребуется, чтобы осознать увиденное и передать какие-то приказы на мой счёт. Может, несколько минут, а может — несколько десятков лет. Сильно переживать об этом я не собирался: смысл переживать о том, на что ты не можешь повлиять?

Раскопки уже шли вторую неделю, а фурии как раз прибили отряд… Ну, ладно, польстим, отряд дикарей, вылезший проверить, почему нет вестей от сородичей. Не первые такие проверяющие. Однако сегодня не гоблины, за избиением которых я даже не вполглаза наблюдал, меня развлекали. Я глазами призраков видел, как некая процессия въехала в одну из крепостей. Процессия примечательная, потому что на шести конях ехало два эльфа-жреца, один егерь и четыре князя. На одной из лошадок вместе с мужчиной ехала… девушка? Девочка? Сложно сказать, но точно женского пола, точно уже не ребёнок и точно ещё не взрослая. Да и неслись они так, будто за ними гнались по пятам четыре всадника апокалипсиса в компании назгулов.

Привлекло меня это, потому что сложилось сразу несколько нетипичных условий. Во-первых, князья редко путешествовали с минимальной свитой. Бывает, но это может быть один князь с сопровождением, а не сразу четыре князя с тремя подчинёнными. Во-вторых, князья очень редко гнали лошадей галопом. Опять же в бою — запросто, но в основном они являли образец величия. Несущийся князь, это как бегущий генерал, в мирное время вызывает смех, а в военное — панику. Так и сейчас процессия вызвала настоящую панику в крепости. Такую, что гарнизон построился и, стоило процессии оказаться за стенами, выстроился у ворот, готовый костьми лечь, но не допустить неизвестного супостата внутрь. А никаких преследователей-то и не было, так что вскоре гарнизон получил приказ вернуться к прерванным занятиям. В-третьих, девочка эта. Дети и подростки стабильно путешествовали в каретах или не путешествовали вовсе. Чаще второе, сидели детишки по крепостям и нос наружу не совали, тем более девушки. В общем, даже по отдельности привлекает внимание, а уж всё вместе вызывает очень сильный интерес.

Интерес мой был настолько сильным, что вылился в рискованное мероприятие по проникновению. Ежелин вызвалась добровольцем, воспользовавшись моментом, когда гарнизон бегал, как ошпаренный, и освободил часть стен от патрульных. Однако, фурия пропустила начало разговора, потратив время на банальное ознакомление с внутренней архитектурой крепости и поиск князей среди многочисленных комнат.

— Очень опрометчивый поступок… — со вздохом произнёс самый старший из собравшихся князей.

Его волосы успела тронуть седина, а лицо пошло морщинами, но в целом таким уж старым князь не выглядел. Четверо разумных, трое мужчин и та самая девушка собрались в к… Кабинете? Мебель не давала чёткого понимания назначения комнаты. Впрочем, неважно.

— Я была в своём праве! — с яростью отозвалась девушка.

— А я не про тебя. Бересклет подставил не только себя, но и своего брата. Останься кретин в живых, Базрош сам бы оторвал младшему голову.

— Только теперь он захочет оторвать головы всем нам, — вздохнул другой мужчина, выглядящий моложе остальных.

Он выделялся, потому что единственный был облачён в кольчугу.

— После того как он на меня посматривал? — девушка скривилась. — Он захочет раздвинуть мне ноги. И плевать ему на брата.

— Ему почти наверняка да, — подтвердил старший. — А прочим?

Девушка прикусила губу.

— Старшие не дадут ветви Сеадан прерваться, — сказал молчавший до этого мужчина. — Они укоротят Базроша, одёрнут остальных, ещё и сверху взыщут за закидоны Бересклета.

— Нам тоже достанется, — возразил молодой.

— Не убьют хотя бы, — с философской отрешённостью констатировал старший. — Только вы зря сюда так рвались. Кто же теперь её к старшим пропустит? День, максимум — два, и за вами придут.

— Пересечём проклятую землю! — уверенно заявил молодой.

— Дурак, — поморщился старший. — Жить надоело?

— Она пройти сможет! — настоял молодой. — И ты сам говорил, что твари приходили недавно.

В комнату зашёл ещё один князь, кивнул старшему.

— Долго здравия, Мелгил.

— С вами никакого здоровья не хватит, — проворчал старший. — Ты слышал, что задумали эти сосунки?

Вошедший вопросительно посмотрел на собратьев.

— Мы пересечём проклятую землю и доставим Нэрулинь Старшим, — пояснил средний по возрасту.

Он был каким-то невыразительным, я не мог выделить какой-то черты, выделявшей его среди прочих князей.

— И это ваш план? — удивился вошедший. — Это всё, что вы смогли придумать? Поменять одного ублюдка на других?

Дослушать окончание разговора Ежелин не смогла. Тройка остроухих и две химеры двигались по коридору с таким видом, будто что-то искали. Целенаправленно искали, настороженно, с хорошо различимым намерением поймать нарушителя. Что же, защитная магия у них всё же работает, пусть и не идеально. Фурия попробовала спрятаться в другом месте, используя призрачную форму, но поисковый отряд шёл по её следу. В конце концов, Ежелин пришлось отступить.

Услышанного в любом случае было достаточно, чтобы продолжить внешнее наблюдение за крепостью и устроить засаду. Что бы они там ни решили, есть шанс примерно пятьдесят на пятьдесят, что вскоре через «проклятые земли» будет убегать одна девица с относительно небольшим сопровождением. А это как раз тот шанс пленить князя, уже не ребёнка и понимающего расклады в их обществе, но ещё не способного убить самого себя. Даже ждать долго не придётся, время князей, похоже, поджимало.

И да, моё предположение подтвердилось тем же вечером. Княжна в сопровождении одного воина и одного мага покинула крепость и направилась сначала в передовой форт. В сам форт они заезжать не стали, объехав и двигаясь прямо в лес. Похоже, хотели отойти подальше и заночевать в дикой местности, опасаясь преследования.

Для разнообразия решил не начинать прямо с кровавой резни. Всё же княжна находилась в специфическом положении. Появился пусть исчезающий, но шанс поговорить и даже принудить сдаться. Не большой такой шанс, но хоть что-то. Тем более довести дело до смертоубийства я всегда успею.

Выждав, пока путники поставят лагерь и устроятся на ночлег, подвёл свои силы. А затем сам залетел на маленькую полянку и сел рядом с догорающим костром, начав подбрасывать ветки, приносимые вампиром. Фурии подлетели к сопровождающим и тихо их разбудили, держа оружие на горле и не давая возможности дёрнуться или подать голос. А через некоторое время проснулась и Нэрулинь, если это имя девушки, конечно.

Вздрогнув, она уставила на меня взгляд. Затем огляделась, проверяя обстановку. Убедившись, что неизвестный, сидевший у костра, полностью контролирует ситуацию, вздохнула и медленно, не делая никаких резких движений и постоянно держа на виду руки, села.

— … — девушка сделала вдох, но так ничего и не сказала, сверля меня взглядом.

Пытаясь сверлить, во всяком случае, в темноте она видела не так чтобы много, хоть князья явно ориентировались в ночи лучше обычных людей.

— Простите, что был вынужден так бестактно прервать ваш сон, юная леди. Вы отныне пленница со всеми вытекающими последствиями.

На лице княжны отразилось недоумение. Кратковременно и не слишком ясно, но ещё секунду назад она думала, что понимает ситуацию. Теперь же находилась в лёгкой растерянности. Фурии тем временем забрали у воина всё оружие, а магу вовсе заткнули рот и связали руки.

— Кто вы? — спросила княжна.

— Арантир. Ваш пленитель, сейчас это единственное, что имеет значение. Я сам по себе, никому не подчиняюсь и ни с кем не связан никакими договорами относительно вас.

— Ренегат? — удивилась Нэрулинь.

О! Так у них всё же есть отступники? Причём не в единичном количестве, иначе отдельное слово не появилось бы. Будь отступник один, он бы и носил имя собственное. Нет, здесь именно относительно массовое явление.

— Нет. И не стоит гадать, всё куда сложнее, готового ответа у вас нет, мне придётся объяснять и пояснять, кто я. И откуда. Второе даже важнее.

Зрачки девушки расширились.

— Вы… твари…

Хмыкнул. Быстро соображает. И, что важно, предположение сделала не самое очевидное, хоть и напрашивающееся.

— Неплохо. Не совсем верно, но общий ход мысли в правильную сторону пошёл. Я действительно пришёл с другой земли. Но нет, к тем тварям, с которыми сражаются ваши воины, я не имею отношения, скорее наоборот. Но я всё же попрошу вас проявить благоразумие и не оказывать сопротивления. Вам предстоит отправиться со мной.

Глава 18

Признаю, я применил, возможно, самое коварное оружие, которое вообще можно применить против женщины. Я бессовестно воспользовался её любопытством. И мне даже нисколько не стыдно.

Одну из пещер мы довольно быстро оборудовали для относительно комфортного содержания пленников. Не курорт, само собой, но существовать вполне можно. Поселил даму отдельно от её охраны, в разных тоннелях. Мне нужно, чтобы княжна не могла говорить ни с кем, кроме меня. Охраняли её две вампирши, и они были не слишком разговорчивы.

Оставив девушку под наблюдением, вернулся к земляным работам. Нора, подходящая гоблинам, меня не удовлетворяла совершенно, так что копательные работы несколько затягивались. Но для нормальной экспедиции на глубину нам в любом случае требовался полноценный проход, я ещё думал над тем, как оптимизировать процесс. Всё упиралось в практически полное отсутствие ресурсов и инструментов. Из ресурсов под рукой только лес, из инструментов то, что схватили у местных, то есть в лучшем случае дрянного качества железные поделки. Я, само собой, сетовать из-за оставшихся на другом континенте мощностей не собирался, и даже не позволял себе мимолётных предательских мечтаний на эту тему. Отправляясь сюда, я сам себе создал испытание, так что нет смысла, столкнувшись с трудностями, обращаться к чит-кодам.

Дав княжне денёк повариться в собственном любопытстве, посетил её только под вечер. Девушка всеми силами держала лицо, но изменение её состояния при моём появлении легко считывалось. Я подошёл к дверному проёму, открытому. Решётку я всё равно мог сделать только из дерева, и такая преграда княжну не остановит. Поэтому единственным сдерживающим фактором выступали вампирши. Очевидно, девушка прикидывала шансы на побег, но постоянное движение по пещере (вывозили породу) её останавливало. На меня девушка смотрела с демонстративным безразличием, сама разговор не начинала. Что же, подождём ещё денёк. Разворачиваюсь и собираюсь уходить, получая в спину вопрос.

— Вы пришли, чтобы просто на меня поглазеть?

Оборачиваюсь и вновь встаю в проходе.

— Нет, чтобы проверить, как вы обустроились. Убедившись, что всё в порядке, не счёл нужным вас беспокоить. У меня ещё много дел. Если у вас нет вопросов, я откланяюсь.

Она всё же не удержала лицо. Какая-то эмоция (хотя скорее целая палитра эмоций) отразилась на красивом лице, я разбирать не берусь.

— Есть вопросы. Как мне к вам обращаться?

— Арантир. Я же представился, — я сделал ровно один шаг, чтобы оказаться «внутри» камеры, но более не приближался.

— Это имя. Обращаться к малознакомому мужчине просто по имени неприлично. У вас есть титул?

— Кронлорд Первого Союза.

— И насколько велик ваш… Первый Союз?

— Чтобы пересечь его на лошади, потребуется около четырёх месяцев, — прикинул я расстояния и масштабы.

И, видя вытянувшееся лицо княжны, добавил:

— Учитывайте, что дороги у нас мощённые камнем. Главные практически все, но многие второстепенные тоже. А также по всем дорогам разбросана сеть перекладных, где можно заменить уставшую лошадь свежей. Так что, путешествуя вашими скоростями, потребуется больше полугода.

Девушке потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с ошеломлением.

— И… Как вы… Должность кронлорда, насколько она высока?

Хмыкаю.

— Высшая власть Первого Союза — Совет Лордов. В него входят три разумных, кронлорд, лорд-канцлер и принц-лорд. Формально я один из правителей Первого Союза. Я основатель государства.

Девушка прищурилась.

— Вы лжёте. Не может правитель лично…

Она запнулась.

— Отправиться в составе небольшой экспедиции в неведомые дали? Может. Как я и сказал, формально я правитель. На деле у нас довольно сложная система управления, в которой я и другие лорды выступаем скорее советниками. На местах правят местные советы, чьи полномочия установлены законами. Также Лорды разрешают кризисные, в масштабе всего Союза, ситуации. Учитывая нашу мощь, военную и экономическую, настоящих кризисов не было уже несколько лет. Вот я и решил отправиться в экспедицию. Я могу вернуться в любой момент, пусть и несколько экстравагантным, я бы даже сказал: не очень приятным, методом.

— Я не верю, — призналась княжна.

Киваю:

— Не удивлён. На вашем месте я бы, возможно, тоже не поверил. К счастью, доказывать что-либо вам, или кому-либо другому, у меня нет необходимости.

— И зачем вы здесь, кронлорд? — прямо спросила княжна.

— Я уже отвечал на ваши вопросы. Теперь вы ответьте на несколько моих. Зачем вы поехали напрямую через эти места? Насколько я понял, вы и ваши войска их оградили и давно не суётесь сюда.

Девушка не сразу решилась ответить. Лицо держала, но и так понятно, что сейчас она прикидывала за и против в своём положении и перспективах разговора.

— Простые смертные, сколько ни искали в этих местах что-нибудь необычное, не преуспели. Однако здесь регулярно появляются… существа. А мои собратья исчезают.

— Исчезают? — уточняю, заинтересовавшись.

— Да. Вспышка света и пустое место. К счастью, женщины этому не подвержены.

Я задумался. Вспышка света? Спонтанная телепортация? В принципе, энергетика князей хоть и носит следы угнетения, мне пока неясные, вполне способна потянуть открытие портала. И как раз из-за искажений в энергетике может срабатывать открытие, хотя сам князь, если что и осознаёт, то не успевает рассказать остальным. Натянутая теория, но вполне возможная.

— Ясно. Но я спросил не об этом, а о том, что привело сюда вас.

— Нужда, само собой, — поморщилась девушка. — Глупость, предательство и нужда. Моя глупость и доверие к человеку, который этого не заслуживал. Его вероломное предательство, вынудившее меня пойти на жестокий поступок. И нужда, вызванная ответственностью за собственные действия.

Лицо девушки отразило нечто, что я назвал бы усталой злостью. Злость, что уже выдохлась. А обстоятельства (и поступки людей в первую очередь) ещё не прошли стадии принятия, сидя в памяти, как воспалённая рана.

— Звучит так, будто ваш жених вам изменил.

Княжна хмыкнула.

— В каком-то смысле. Княжеские обряды отличаются от обрядов черни, так что Бересклет совершил нечто куда более грязное, чем банальная измена.

Любопытно.

— Расскажете подробнее?

Вновь на лице девушки отразилась внутренняя борьба. Наконец, она решилась.

— Я расскажу. А после вы больше расскажете о вашем Союзе.

— Конечно, я же сам это предложил, — киваю.

— Тогда слушайте. Нам, князьям, истинным властителям земли, не так просто заводить потомков, как простым смертным. Сам физический обмен жидкостями — лишь малая часть необходимого.

И княжна начала рассказывать. Сначала несколько сбивчиво, но я был благодарным слушателем. Получалось, что князья-то бракованные. Она этого, естественно, не говорила, это мои выводы, которые напрашивались сами собой. Просто забеременеть княгиня не могла, требовалась магическая подпитка. Осознанно такие (довольно тонкие, надо полагать) манипуляции недо-маги князья выполнить не могли. Вместо этого был разработан специальный ритуал. Три — пять князей (в зависимости от личного магического потенциала) выбирали одну даму и включали подпитку. Далее требовалось от года до нескольких лет (снова в зависимости от личностей «отцов») постоянной подпитки, чтобы женщина достаточно насыщалась магией. И дальше… Отцы по очереди ходили к своей общей жене, пока не случалось оплодотворение. Будущая мать этот счастливый момент ощущала всем телом, ведь вся переполнившая её магия резко улетала в матку, простите за органические подробности, что было, мягко говоря, болезненно для матери.

— Если бы эта грязная свинья просто ходил бы к другой женщине, изменял в понятиях смертных, мне было бы плевать, — вернулась к личной проблеме девушка.

— Он нарушил магическое насыщение, — догадался я.

— Если бы только это, — криво улыбнулась княжна. — Тоже оскорбление, достаточно, чтобы я отказалась от близких связей, но Бересклет этим не ограничился. Он хотел, чтобы я прыгала к нему в постель по первому требованию, и участвовала в его грязных игрищах вместе с любовницами и любовниками.

Девушка скривилась.

— Мне казалось, у князей подобный гедонизм не принят? — с сомнением спросил я, не уверенный, правильно ли передал смысл словом «гедонизм».

Однако девушка меня поняла, горько улыбнувшись.

— Верное замечание, такое поведение порицается. И именно мне достался единственный подобный ублюдок…

Она вздохнула и поднялась, пройдясь по своей не особо большой камере. В неровном свете факелов это место вызывало ассоциацию с какой-то аскетичной кельей старого святого.

— Я убила его. Это преступление, да. Сложись обстоятельства иначе, мы, я и моя ветвь, отделались бы вирой. Только старший брат Бересклета тоже не без своих… — девушка вновь скривилась. — Особенностей. Передо мной встал выбор: терпеть и дальше безумие этой ветви или бежать с тусклой надеждой найти защиту. Я выбрала второе.

— И, похоже, вы ошиблись, раз выбор привёл вас сюда?

Княжна кивнула, остановившись.

— Давай вернёмся к вашим ответам. Так зачем эта экспедиция, кронлорд?

Улыбаюсь.

— Сам способ перемещения, княжна. Как, кстати, вас зовут?

Девушка вернулась на свою лежанку, устроилась настолько удобно, насколько шкуры, брошенные на камень, позволяли, и ответила:

— Нэрулинь.

— Рад познакомиться, княжна Нэрулинь. Я уже упомянул, что наше государство достаточно велико. Расстояние не является непреодолимой проблемой, мы достигли в создании транспортных средств определённых успехов, связь с помощью магических средств наладить тоже удалось. Однако нас заинтересует возможность дальних путешествий, которую использовали древние маги.

Я щёлкнул пальцами.

— Стационарные порталы. Они состоят из двух маяков. Мы обнаружили один у себя, изучили. Этого, к сожалению, недостаточно для полного понимания столь сложной магии. Где-то здесь, под землёй, ждёт своего часа второй маяк. Из-за него сюда попадают те твари, с которыми регулярно сражаются ваши воины. Я хочу перекрыть им выход, а затем изучить маяк, чтобы передать эти знания в Союз и, возможно, поставить здесь постоянную торговую факторию на основе постоянного портала, если это возможно.

Княжна, вижу по глазам, ещё в моменте с порталами готова была обрушиться на меня с вопросами, но сдержалась. Сказывается воспитание, наверное. И спросила она о другом.

— Только торговую факторию?

Улыбаюсь.

— На самом деле я уверен, что без войны не обойдётся. Мой опыт говорит о том, что каждый деревенский староста, у которого есть хотя бы ржавый наконечник для копья, доставшийся от прадеда, мнит себя прыщом земли, которому все обязаны в ноги кланяться. Это не говоря уже о настоящих правителях, под которыми армия в хотя бы несколько тысяч человек. Князья обязательно посчитают нас слабаками, которых надо если не завоевать, то, как минимум, заставить платить дань.

Нэрулинь вздёрнула носик.

— Не сравнивайте нас с какими-то смердами!

Мне оставалось лишь хмыкнуть.

— Увидите, княжна Нэрулинь. Ваши братья нападут на меня. И неизбежно умоются кровью.

Глава 19

Проход в подземные тоннели, наконец, мы пробили. Тоннели, конечно, были приспособлены под всё тех же гоблинов, а значит, не отличались высотой потолков и шириной проходов, но это уже неважно. Фурии и вампиры начали продвижение вглубь, а скелеты гоблинов закреплялись на зачищенных участках. Я надеялся, что нас не будут ждать совсем уж адские лабиринты, как в каком-нибудь муравейнике, но… Видимо, мозгами гоблины недалеко от муравьёв ушли. Как и количеством.

Это наверху сидели жалкие кучки дикарей, в глубине шла настоящая движуха. Фурии встречали всё новые и новые отряды. Пусть гоблины в плане боевых возможностей даже на смазку для клинка не годились, слабые, хрупкие, глупые (в какой-то момент фурии и вампиры вообще перестали использовать клинки, наспех стесав из приготовленных на баррикады досок дубинки, которыми вполне успешно отправляли коротышек в последний путь), но их было много. Чем дальше, тем больше я начинал подозревать постоянную активность портала, через который дикари и пёрли сюда. Чем они здесь питаются — не хочу даже думать.

Мы занимали тоннель за тоннелем. Вскоре стало ясно, что моей элитной нежити недостаточно для нормальной зачистки, и начался массовый подъём гоблинов. Из этих субтильных слабаков и скелеты получались не шибко крепкие, даже у меня, так что нежить преимущества перед аборигенами не получала. Началась великая подземная война гоблинов. Орды коротышек сошлись в смертельной битве, кровь лилась реками, и далее по списку.

В другой ситуации, возможно, я бы относился ко всему этому серьёзнее. Там на тёмных тропах сотни живых существ ожесточённо отбивались от сотен мертвецов. С точки зрения самих гоблинов это выглядело, наверное, пугающе. И эпически, да. Для меня же это была мышиная возня. Я не обрушивал на головы коротышек своды пещер только из необходимости искать демонов портал. С нашей точки зрения, всё происходящее напоминало рутинную работу по зачистке канализации от паразитов. Личи поднимали скелетов, я тоже подключался временами, всё же младшие товарищи выдыхались, им требовались перерывы.

Шёл час, второй, шестой. Наметились некоторые изменения. Невооружённые гоблины теперь бежали от нежити сразу, а в бой вступали только облачённые в простой хитиновый панцирь и вооружённые костяным оружием ребята. Какая-то дифференциация между ними всё же есть. Решился на обыск трупов, пусть и чужими руками. В сумках невооружённых нашёлся перекус: сушёная рыба, какие-то корни и грибы, а также лепёшка из неидентифицированного теста. И это о многом говорит. Дикари всё же далеко не дикари.

Среди врагов промелькнул маг. Потом, в другом тоннеле, ещё один. Да и воинов стало в целом больше. Хаотическое метание по тоннелям изменилось. Мы постепенно расширяли захваченную область, а с той стороны баррикадировались и создавали точки сопротивления. До позиционной войны не дошло, само собой, вампиры баррикады сметали если не походя, то и не особо напрягаясь. Однако вражеские шаманы заинтересовали. Поймать, правда, не удалось. Стоило фурии подобраться к зелёному коротышке, обвешанному какими-то… штуками и держащим в руках две костяных палки, так же изукрашенных, как гоблин сгорел в магическом пламени, даже тела для поднятия не осталось. Души, впрочем, тоже. И был в этом магическом пламени лёгкий привкус… Божественного.

Вот же! Божество незнакомое, да и слабое, точно не из Безмолвных. Остаётся надеяться, что коротышки на самом деле не поклоняются втайне двум братьям. Как-то я совершенно не уверен, что смогу остановить Ваагх.

Однако стоит признать, что чем дальше, тем больше становится очевидно: мы столкнулись с цивилизацией. Странной и непривычной нам, но точно цивилизацией. Например, вскоре удалось найти шахту. Гремлины добывали железную руду и волокли её куда-то вглубь своего подземного города. Однако железных вещей нежить практически не встречала, так, редкие безделушки, погрешность в статистике.

А ещё я понял, что из подземелья они не вылезали осознанно. Князья, столкнувшись с такой ордой, могли бы, конечно, слегка напугаться. Может, даже не слегка. Только затем они спустили бы химер с поводка и сказали: «фас», после чего уютные пещеры превратились бы для химер в шведский стол и охотничьи угодья, а для коротышек в лабиринт ужасов.

Отработав свою смену на подъёме мертвецов, я двинулся ближе к поверхности. По пути думал, как сварганить на коленке химическое оружие. Какой-нибудь злой газ, который вычистит паразитов из тоннелей. Ничего путного придумать не удалось, впрочем, я изначально скорее мысленно иронизировал на тему, чем всерьёз разрабатывал такую идею.

Княжна всё так же сидела в отведённой ей темнице. Я, насколько смог, добавил покоям пленницы комфорта. Пытался поговорить с её подчинёнными, но те изображали самурайскую гордость и на контакт не шли. Хорошо ещё до самоубийства не додумались. Была мысль обратить их вампирами, но решил повременить день-другой. Ещё не знаю, как будет складываться общение с княжной, да и статус самих воинов непонятен. Если они просто два доверенных сильных бойца из гарнизона — не больно и нужны. Нэру, что интересно, их состоянием не интересовалась ни разу.

— Княжна, не удовлетворите моё любопытство?

— Ничего не обещаю, кронлорд, — отозвалась девушка.

Не молчит, на контакт идёт, так что нормально, говорить можно.

— Скажите, Нэрулинь, как давно вы используете гоблинов в хозяйстве?

Девушка немало удивилась вопросу.

— Этих уродцев? Сотни лет. Они глупы, но с простой работой справляются. Почему вас это интересует, кронлорд?

— Потому что прямо сейчас мои воины вырезают гоблинов сотнями, там, — киваю себе под ноги, — внизу. Их там намного больше, чем даже в самых больших ваших городах.

Само собой, княжна мне не поверила.

— Этого не может быть! Вы не видели наших городов!

Её именно это возмутило?

— И тем более этих грязных дикарей не может быть так много!

— Я бы предложил вам прогуляться и увидеть всё своими глазами, но зрелище не для благородной девушки. Да и вообще не для неподготовленного разумного.

Пленница насупилась, но я лишь улыбнулся.

— Я не насмехаюсь над вами, княжна. Внизу разветвлённая сеть пещер, где и обитают гоблины. Далеко не такие дикие, как может показаться на первый взгляд.

— Мы живём с ними сотни лет! А вы здесь сколько? Несколько дней? Нам лучше знать! — возразила девушка.

Мне оставалось лишь хмыкнуть в ответ.

— Да, я здесь не так давно, но потому и не подвержен устоявшемуся заблуждению, воспринимая всё свежим взглядом. Но давайте не будем спорить. Верите вы мне или нет, не имеет значения, я от вас не требую никаких действий, просто хочу прояснить ситуацию. Я же правильно понимаю, что гоблины живут по всему континенту, а не только здесь?

Девушка медленно кивнула. Очень так задумчиво кивнула. А ведь не дура. Может, и не поверила, но всё же прикинула, что будет, если я не соврал. А получалось, что сеть подземелий может оказаться очень большой. Для проверки решил сопоставить положение текущих позиций, что уже заняли мои мертвецы, с поверхностью. Пока мы за пределы условной «проклятой земли» не вышли, но кое-где уже оказались под фортами князей. А внизу проходы и не думали заканчиваться.

— Вы хотите сказать, что у нас под ногами живут эти… — осознала Нэру.

— Не исключаю, — киваю. — Кто-нибудь контролирует численность гоблинов? Их работу? Жильё проверяется?

Нэру медленно повернула голову влево, затем вправо. Очень медленно.

— Не было необходимости… Они туповаты, но с землёй справлялись. А большего им и не доверяли…

Эпично. Это что получается? Гоблины собирают урожай… И просто передают его своим собратьям под землю? Да быть не может. Это же насколько эффективно должно быть земледелие, чтобы хватало и тем, кто наверху, и тем, кто внизу? А если проверить? Перенаправил отряд вампиров в область под ближайшей крепостью с целью найти возможный путь на поверхность.

— Я искренне надеюсь, что всё не настолько плохо, — признаюсь, ни словом не соврав. — Иначе они вам на раз два устроят самый страшный голод в вашей истории.

В глазах княжны появилось нечто, что ещё не было стразом, но опасением, небеспочвенным. Впрочем, я уверен, что всё не может быть настолько эпично, иначе гоблины, несмотря на свою слабость, давно бы поставили князей в любую мыслимую позу по своему желанию. Продуктовая безопасность — не шутка. Я сам видел процесс, там не на одних гоблинах всё держалось, и вообще кое-где коротышек вовсе нет. Так что вряд ли гоблины настолько круто держат за мягкое место князей. Но что они по всему континенту расползлись — это запросто.

— Этого не может быть, — выдохнула княжна. — Гоблины, конечно, живут наособицу, но с ними постоянно работают. Нет, что-то бы давно заметили.

— Соглашусь с вами, княжна. Они действительно глуповаты, а такой масштабный саботаж требует изрядного ума. Ваши одомашненные гоблины, скорее всего, не представляют серьёзной угрозы. Но внизу обширные пещеры и много гоблинов. Очень много. Ума понять, что они слишком слабы для открытого противостояния, им хватает. А может, они просто привыкли жить под землёй, и для них прятаться — давно отработанный механизм защиты. В любом случае ждать вторжения из-под земли вам, вероятно, не стоит.

— Утешили, — саркастично проворчала девушка.

Понятно, что ей хочется передать всю эту неоспоримо важную информацию собратьям, но кто же её пустит-то? Нэру это понимает и всего лишь саркастично ворчит. Я же… Я держу в голове план по захвату этого континента, и любые войны между будущими подданными Союза сделают победу легче, менее затратной на ресурсы и людей. Однако стравливать князей и гоблинов всё же не стоит. Как бы не получилось, что для князей это станет лёгкой победой, после которой они только усилятся. Для и гоблины для нас вообще не выглядят опасными. Появись такой подземный город у нас, и всё закончилось бы изготовлением серии тоннельных рыцарей смерти… Кстати, домой надо сообщить и предупредить о самой возможности существования соседей снизу.

— Они не лезли к вам сотни лет, и сейчас, очищая тоннели, я не вижу следов подготовки к вторжению на поверхность. Вам действительно не о чем переживать, княжна.

Девушка прищурилась.

— А как у вас получается с ними сражаться? Если тоннели столь обширны? Вы же сказали, что прибыли сюда в составе небольшой группы.

Улыбаюсь.

— Некромантия, княжна. Мы поднимаем трупы в свою армию, посылаем их на гоблинов, убиваем и поднимаем ещё.

Глава 20

Пока я устраивал геноцид гоблинам, Ванессе пришлось затаиться. Нашу скрытую базу обложили со всех сторон. Вампирша, само собой, делала всё, чтобы князьям и в голову не пришло, что где-то рядом располагается опорный пункт противника. Сейчас никто специально базу не искал, но войска князей оказались со всех сторон и сидели довольно плотно, лишая нас возможности даже нос высунуть. Подобное было ожидаемо, и я не особо переживал, ведь занять те места, застроив постоянными базами, князья не смогут. А как ситуация прояснится — Ванесса наладит выход небольших сил и продолжит диверсионную деятельность. Сама деятельная вампирша сейчас изнывала от вынужденного безделья.

Наги ушли глубже в джунгли. За последнее время наши диверсии (и банальная экспроприация припасов) позволили змеехвостым накопить солидный запас, чтобы избежать проблем с голодом. Наш чешуйчатый вампир постепенно набирал авторитет и ухитрялся даже не выдавать свою истинную природу. Конспиратор. Не знаю, как он решал вопрос с кровью, предположу, что так же, как Ванесса и остальные — аккуратной охотой на воинов князей. Сам Делвин на эту тему распространяться не торопился, видимо, ещё не морально не привык, а я не лез.

Великая гоблинская война… Продолжалась. Я искренне впечатлён количеством этих коротышек. Они не кончаются, хотя стало заметно, что плотность подземного населения снижается. Нонкомбатантов мы уже встречаем довольно редко, всё чаще сталкиваясь с боевыми отрядами, усиленными шаманами. Не скажу, что они внезапно начали ценить свои жизни или жизни своих собратьев, но организованности в действиях явно прибавилось.

Ещё мы начали находить много интересного. Например: шахты. Гоблины добывали железную руду и уголь. Несколько явно уже опустошённых жил нашлось, а железная шахта в разработке относительно недавно. Возникает логичный вопрос: а, собственно, зачем? Железных изделий мы как не находили, так и не находим. Понятно, что куда-то всё это уносят, и теперь мне очень хочется выяснить — куда? Помимо шахт, удалось найти подземную реку, в которой даже водилась рыба, шедшая на прокорм. Неподалёку организовано выращивание грибов и тех растений, корни которых шли в пищу. Снова налицо вполне себе следы цивилизации, только какие-то спорадические. Нашлась пара очень скудных алтарей, судя по всему, для шаманов. На моё появление алтари никак не реагировали.

И мы всё же нашли выходы на поверхность, вероятно, подземные коротышки вполне контактировали со своими надземными сородичами, но признаков активного обмена товарами не было. В созданных проходах едва можно протиснуться и самому гоблину, куда там с собой ещё что-то объёмное тащить. Да и нет нигде следов зерна или чего-то подобного. Сделаю смелое предположение: гоблины наблюдали за жизнью на поверхности, не имея (по крайней мере, в обозримой перспективе) планов как-либо контактировать живущими над головой. Даже жаль, что налаживать с ними контакт бесполезно. Не вступают они в разговоры. А те, кого удалось выловить, ничего не знали, да и общались-то с большим трудом. Ограниченный словарный и смысловой запас, ага.

Я старался нащупать портал, надеясь перекрыть его и остановить поток бесконечного «мяса», но мало того, что сами тоннели были тем ещё лабиринтом, гоблины, похоже, начали обрушивать проходы. Когда обвал случился в первый раз, я порядком напрягся. Быстро откопать обрушение не представлялось возможным, скорее прокопать новый проход было задачей попроще. Что ещё хуже, при грамотном подходе к обвалам гоблины могли превратить и без того напоминающие лабиринт тоннели в натуральный ад топографа, поставив меня перед выбором: пытаться дальше идти по тоннелям, стараясь выкапывать проходы и надеяться случайно попасть туда, куда надо, либо вообще создавать «червя», чтобы рыл мне проход. К счастью, никакой системности в обвалах не было, либо я её не замечал, так что мы постепенно подходили к ожесточённо защищаемому коротышками месту.

Понимая, что начинаю звереть от бесконечной резни в этих каменных кишках, решил сделать передышку. Сосредоточился на монолитах, чтобы перенестись домой, хотя бы сознанием. Заодно обрадую соратников новыми вводными.

Хаарт, для разнообразия, оказался на месте. И, когда я к нему пожаловал, выглядел каким-то шибко недовольным.

— Хаарт. Что-то случилось?

— Арантир… Как ты там говорил? Явление блудного сына?

Хм, чувство юмора. Хаарт не склонен к шуткам, особенно по поводу работы и важных вещей. Может шутить на личные темы. Значит, что-то личное. Неужели с бывшей женой пытался помириться? Впрочем, не моё дело.

— Фраза верная, но я бы оспорил её отношение ко мне, — подлетаю и изображаю приседание в кресло. — Порадуешь новостями?

Лич откинулся на высокую спинку своего кресла (очень хотелось сказать: трона), окинув взглядом стол, прежде чем безошибочно найти сложенную стопку бумаг, скреплённую шнурком.

— Вот. Тебе понравится.

Открываю и с первых же страниц мне начинает нравиться. Они всё же запустили новое поколение паровых машин! Доработали прототипы и реализовали на доступных ресурсах! Компактнее, мощнее, эффективнее, надёжнее! Ура, товарищи! Несколько лет теоретических исследований, опытов, экспериментов и, наконец, долгожданный результат. Ещё раз пробегаюсь по предварительным параметрам, сравнивая с нашими основными серийными образцами. Так, рост мощности довольно скромный, но и демоны с ней, с мощностью. Зато габариты сократили почти втрое, а массу так и вовсе в пять раз! Пожалуй, это заявка на новое поколение двигателей, а вместе с ними и новое поколение всего оборудования и машин. Отличные новости! Да, оно всё ещё сильно уступало передовым образцам на недоступных ресурсах, но всё равно прогресс здесь и сейчас.

— Даже жалею, что нахожусь на другом континенте и не могу принять участие во внедрении нового образца, — посетовал я, продолжая знакомиться с отчётом. — Так это гномы нас, оказывается, сплавом порадовали. Вот как добились снижения массы.

— У меня здесь ещё два документа сопоставимого содержания. Интересует?

— Само собой!

Второй отчёт был после первого ожидаем, производство многих редкоземельных металлов из лабораторных масштабов сделало первый шаг к промышленным. Всё ещё мало и очень не хватает, но громы первый рабочий сплав уже сообразили, с минимальным использованием редкоземельных металлов, чтобы хоть как-то покрыть потребности промышленности в новых сплавах.

Третий отчёт касался электричества. Прорыв выглядел очень скромным, если не знать подоплёки. Из одной лаборатории в другую послали короткий сигнал, а затем получили такой же сигнал в ответ. Маленький первый шаг, который через какое-то время откроет нам целый раздел технологий. Но это будет когда-нибудь, а пока просто порадуюсь, ещё один важный шаг вперёд.

— Хорошие новости. Я, к сожалению, похвастаться хорошими новостями не могу.

— Почему я не удивлён? — отозвался Хаарт.

Но на этом шутки кончились, и мы перешли к делу. Сначала я накинул личу обновлённую информацию по князьям, полученную от Нэру.

— Они были слугами у магов древности, — выдал своё предложение лич.

— Почему слугами? — удивился я.

Что вывели их маги древности и я не сомневался, зависимость от насыщенного магического фона неслучайна. К тому же в отличие от химер, князья стабильны и способны к нормальной репродукции самих себя. Как, впрочем, и прочие расы континента. Я даже почти уверен, что всех этих птиц, ящеров и прочих не выводили, как думают местные, по мере развития химерологии. Все они либо жили давно, либо… Местные находили какие-нибудь схроны с готовыми мутагенами, сразу проводящими мутацию в строго заданных рамках.

— Если судить по способностям древних, специализированные солдаты им были не нужны. А вот слуги, что не умрут, если какое-нибудь колдовство выйдет из-под контроля…

Киваю.

— Пожалуй, верно. Я, однако, хотел поднять другой вопрос. Когда Союз будет аннексировать княжества, что мы с ними будем делать?

— Твои мысли? — уточнил Хаарт.

— Думаю, стоит отделить детей от взрослых и воспитать уже в нашей системе ценностей. Всё же князья могут помочь нам, работая в сложных условиях. Обычно для этого есть нежить, но…

Хаарт кивнул.

— Но и она не универсальна. Да, я согласен, вынесем в ГосСовет это предложение.

Ага, вынесем, потому что у нас демократия в хорошем смысле. Решение о фактическом геноциде целого народа (возможно, и мягком, достаточно лишить их возможности заводить детей, и сами вымрут) принимается коллективно.

— Дальше будут плохие новости.

Сначала рассказал об «ангелах» и божественном присутствии. Впрочем, информации было не так уж много, так что много времени это не заняло.

— Конфронтация с последователями Светлой Матери была неизбежна, но порталы надо дополнительно защитить, учтём. И держать под рукой армейский корпус как минимум.

Да, держим в уме возможность, что Светлая Матерь просто откроет портал для своих последователей и выпустит их на нас. Мы же не правительство из фантастического триллера, игнорирующее все угрозы и успешно профукивающее все полимеры, чтобы герои могли превозмогать.

Обсудив детали, перешли к гоблинам. Хаарт слушал молча, внимательно, и когда я закончил излагать всю уже полученную информацию, сказал:

— Звучит бредово. Если бы всё это рассказал мне не ты — ни за что бы ни поверил.

— А знаешь, как я себя чувствую, глядя на всё происходящее? — подтверждаю со своей стороне ощущение нереальности.

— Давай всё же попробуем проанализировать ситуацию.

Хаарт встал и прошёлся по кабинету. Развернулся и прошёлся в обратном направлении. Затем ещё раз. На пятом кругу он остановился.

— Нет, слишком много вариантов приходит на ум. Нужно больше информации. Найди сам портал, их город, ещё что-нибудь. Место, куда они несут руду и уголь. То, что ты нашёл, напоминает периферию, колонию, от которой нужны только ресурсы.

— Думаешь, встречу гоблинов, облачённых в стальные доспехи? — уточняю я.

— Уверен. И не расслабляйся. Очень скоро на смену безобидным коротышкам могут прийти такие существа, как те же князья. Если не такие же физически развитые, то точно магически одарённые.

Ага, владеющие магией земли на уровне открытия и закрытие тоннелей усилием воли. Устроят они мне похохотать, это да.

— Да, буду осторожен, сам на глубину больше не полезу.

— Много нежити ты уже поднял? — спросил Хаарт.

— Нет, а что? — задумавшись о необходимости укрепить основные тоннели, чтобы их не завалили мимоходом, я не сразу понял смысл вопроса.

Хаарт ухитрился сделать очень выразительное лицо, демонстрируя осуждение.

— Арантир. Твои лимиты на поднятие высшей нежити, конечно, чудовищны, но не бесконечны.

— Я знаю, Хаарт. Я не собираюсь создавать ещё одну армию нежити, тем более высшей. Моя цель — найти портал и запустить его. Не представляешь, как мне не хватает нашего современного оружия.

Глава 21

Как бы ни упирался подземный народ, остановить меня не получалось. Замедлили, заставили потратить ведро нервных клеток — возможно, но не остановить. Передовой отряд, ворвавшись в очередной тоннель, вместо привычных грубо вытесанных стен и пола/потолка увидел выровненные поверхности подземного коридора. И гоблинов, облачённых в натуральные латы, вооружённых пиками с металлическими наконечниками. Эти коротышки были уже не такими уж и коротышками, имея около полутора метров высоты. Под шлемами виднелась красная кожа, не знаю, боевой это раскрас или естественная пигментация. Из-за спин трёх рядов пикинёров открыли огонь арбалетчики, кроша низшую нежить.

Впечатлённый горячим приёмом, я послал фурий. Была маленькая вероятность наличия каких-нибудь магических арбалетных болтов, способных достать и фурию в призрачной форме, но не случилось. Элитный некромантский спецназ полетел прямо на латников, чем напугал тех до мокрых штанов своей неуязвимостью к атакам. И, войдя в соприкосновение, проигнорировал пикинёров, бросившись прямо на стрелков. На завязавшуюся суматоху подоспели вампиры, и оборонительный отряд был сметён. Личи подняли новых мертвецов, уже закованных в латы, и наступление продолжилось.

Лёгкая прогулка в любом случае закончилась. Красные гоблины (я убедился, это пигмент кожи) оказались уже относительно крепкими ребятами, вполне сопоставимыми с людьми, может даже покрепче, стабильно носили латы (воины ближнего боя) и кольчуги (все остальные), и воевать вполне умели. С тактикой всё было на уровне, гоблины старательно устраивали засады и всеми силами пытались оттянуть куда-нибудь первую линию мертвецов и дорваться до вампиров и личей. Пусть они пока не поняли, что даже лич в ближнем бою вообще не подарок, а вампир так вообще, главное — у гоблинов регулярно получалось навязать бой по своим правилам. Заканчивалось всё это плохо для гоблинов, личи не давали себя убить, а вампиры пусть и не пробивали латы ударами клинков, не желая портить оружие, зато без труда тыкали заточками в незащищённые места. Ну и чудес героизма и стойкости гоблины не демонстрировали, хотя и откровенными трусами не были, держались до определённого предела, а затем чаще всего пытались отступить. Панического бегства от красных мы не видели.

Пока армия продолжала истреблять новых врагов, я глазами призраков изучал обстановку. Грубые пещеры остались позади, мы попали не просто в рукотворные подземные строения, а в прилично оформленные галереи. Серьёзно, не знал бы точно, что всё это создавали гоблины, подумал бы на гномов. На полу плитка, выложенная различными узорами. Стены оформлены в виде колонн, переходящих в арки на невысоком потолке, между которыми нанесены барельефы, изображающие некие сцены. Возможно — исторические, но я бы не утверждал. Поражает, что такая ручная работа повсюду. Мы заглядывали в явно второстепенные помещения, где ютились дикие гоблины, и встречали всё те же элементы оформления. Коротышки вложили очень много труда, здесь годы и годы работы, а ведь это всего лишь коридоры.

Латами и арбалетами красные решили не ограничиваться. Пробившись через коридор в некий зал, мы натолкнулись уже на… Крепость? Довольно просторный зал, куда вело сразу три прохода, через один из которых мы и подошли. А встречали нас восемь площадок, на боковых и противоположных стенах которых размещались баллисты, или нечто подобное, а вместе с ними ещё и арбалетчики. Полированный пол зала пересекала линия укреплений, не совсем стена, скорее редут, усыпанный кольями, но скелеты её вряд ли пройдут. В редуте есть ворота, естественно, наглухо закрытые. Так мало того, у гоблинов есть маги. Последнее стало очевидно, когда в нашу сторону полетели заклинания.

Передовой отряд смело минуты за три, может, чуть дольше. И к сожалению, штурмовать эту оборону мне было нечем. Понятно, что низшую нежить я мог посылать до упора, пока все трупы не переведу, а трупов у меня много. Только было очевидно: низшая нежить даже до редута не доберётся, слишком большая плотность огня. Нежить будут уничтожать быстрее, чем она выходит из единственного прохода.

Я сразу послал отряды на поиск остальных выходов, а заодно и, чем боги не шутят, пути обхода этой линии Маннергейма. А сам начал думать над способом штурма. Учитывая плотность огня, на скорость и ловкость полагаться нет смысла, нужна защита и живучесть, значит — рыцарь смерти. Хороший, плотный рыцарь смерти. Только здесь облом, ни кузницы, чтобы сделать какие-нибудь доспехи, ни металла мертвецов для усиления, ничего. Создать-то рыцаря смерти я смогу, но в текущих условиях он станет расходным материалом, что сможет пережить бой только по счастливой случайности. И если посылать низшую нежить на смерть — это нормально, то высшую, разумную, да ещё и в таких условиях, когда высшая нежить становится просто пушечным мясом за неимением альтернатив — это расточительство и пустая трата сил. Понятно, что если другого не придумаю — буду делать так, но сначала лучше поискать и подумать.

Поднялся к своей пленнице и приволок наиболее… Наименее искалеченное тело красного гоблина, в доспехах, чтобы достичь максимального эффекта.

— Вот, познакомься, княжна. Красный гоблин.

Пусть в первую секунду на лице княжны и появилась брезгливость, девушка быстро переключилась на любопытство, стянув шлем и изучив сначала его. Затем перешла к латам и самому гоблину.

— Я таких никогда не видела. И не слышала ни о чём подобном…

— Ещё у них есть маги. Вполне приличные, к слову, — отметил я.

И мысленно вздохнул. В Союзе поголовье магов восстанавливалось очень медленно. Пока непонятно — почему, вроде бы все условия созданы. Но за прошедшие годы появилось не так уж много, в масштабе Союза, магов. Да и со жречеством не всё просто. Культы «добрых» богов не запрещены, есть верующие, есть жрецы, но мало. Разумных куда больше привлекает наука, понятная, логичная, стабильная, и что было решающим, доступная всем. Да, нам требовались инженеры, и мы их получили много, в масштабах государства. Ирония в том, что за это мы платили угасанием интереса к магии. И существование во всех учебных заведениях магических факультетов, где магию и рассматривали с точки зрения науки, помогало слабо. Единственное, в чём был заметный прогресс — магические силы наших немногочисленных волшебников. Понимание сути вещей, тонкие манипуляции, постоянные нестандартные применения силы, всё это «раскачивало» магическую мышцу. Средней руки маг Союза был на голову выше по своим возможностям среднего мага старого времени. А маги красных гоблинов «приличными» выглядели только рядом с магами князей, само собой. Но их, чёрт возьми, было довольно много, а это значит, что в целом у гоблинов магов больше, чем у Союза.

— А также арбалеты, баллисты. Они владеют строем и очень хорошо умеют обрабатывать камень.

— Эти доспехи… Они командирские? — спросила Нэру, хотя сама уже знала ответ, просто не хотела в него верить.

— Нет, княжна. Такие доспехи носят все воины, что вступают в ближний бой. Остальные носят кольчуги.

Нэру нахмурилась.

— Если они выйдут на поверхность… Нам будет не просто с ними справиться, — признала девушка.

— Я бы не был столь однозначен, княжна. Не просто так эти красные ребята не суют нос из своих обжитых чертогов. Я предположил бы, что вы от них отобьётесь, хотя и прольёте много крови, в том числе своей.

— Хотите меня успокоить? — криво улыбнулась Нэру.

— Нет, просто даю оценку. Они не слишком храбры, в обороне стоят крепко, но в нападении всё будет иначе. Низкорослы, хоть и довольно крепки, у ваших высоких воинов будет преимущество. Не знаю, как у них, но у вас хорошо отработано подчинение и координация. И надо посмотреть на логистику. Войны выигрывают не доспехи, а снабжение войск.

Княжна хмыкнула.

— А вы на что полагаетесь? На снабжение?

Выражаю снисхождение.

— У нас на высоте всё, княжна. И снабжение, и доспехи, и оружие.

Девушка промолчала и вернулась к гоблину.

— Зачем вы это мне показываете, кронлорд? Я ведь всё ещё пленница и не могу ничего рассказать сородичам.

— Вы пока пленница, княжна, — уточняю я. — Мы не враги, войны никто не объявлял. Я держу своё присутствие в секрете только по одной причине — опыт. Без армии, стоящей за спиной здесь и сейчас, переговоры нет смысла даже начинать, этому научила меня жизнь. Когда я найду и настрою портал, вызову сюда подкрепление, вот тогда мы с вашими сородичами поговорим обстоятельно. А вы сможете рассказать им обо всём увиденном. Моя идея понятна?

Получаю в ответ короткий кивок.

— Вполне. Тогда, может быть, вы мне ещё экскурсию проведёте? Или там по-прежнему неподходящая обстановка?

— Неподходящая. Красные, — киваю на тело, — доставляют некоторые хлопоты. Не настолько, чтобы остановить моё продвижение, но достаточно, чтобы не водить на передовую гостей ради экскурсии. А в тех местах, где уже безопасно, не на что смот…

Замолкаю, получив зов от одного из отрядов. Наткнулись на ещё один укреплённый зал. Обходов как не было, так и нет. Красные забаррикадировались и ждут нас с распростёртыми объятиями. Единственный успех — нашли все входы в первый зал. Теперь при необходимости не придётся пользоваться только одним.

— Кронлорд? — не поняла моего молчания Нэру.

— Простите. Мы столкнулись с некоторым препятствием и убедились, что обхода нет. Придётся пробиваться.

Признание слабости вызвало у княжны хорошо скрываемое оживление и интерес.

— С чем вы столкнулись?

— Оборонительный рубеж, княжна. Всего лишь оборонительный рубеж. Нечто вроде ваших крепостей. Только в подземелье всё иначе, там не замки строят, а перекрывают тоннели. Теперь необходимо решить, как мы его пройдём.

— Неужели вы не так сильны, как хотите показаться? — с наигранным самодовольством спросила Нэру.

Девушка хотела немного меня вывести, чтобы, видимо, начал хвастаться и рассказал побольше.

— Основные войска Союза смели бы этот рубеж, не замедляя продвижения. Моя заминка не связана с нехваткой сил для преодоления обороны красных гоблинов. Имеющиеся у меня элитные единицы просто слишком ценны, чтобы бросать их на прямой штурм. Согласитесь, вы же не бросаете князей на штурм крепостей, зачистки логовищ всяких тварей и прочее, верно?

Княжна согласилась:

— Да, не бросаем. Для этого есть бояре и воины.

— Бояре и воины, говоришь? — отозвался я негромко.

Если из гоблинов скелеты слабые, то почему бы не использовать кого-то другого? Эту мысль надо обдумать.

Глава 22

На подготовку решительного штурма укреплений ушло две с лишним недели. За это время было сделано много и сразу по нескольким направлениям.

Отряды зачистки прошли тоннели вокруг укреплённого ядра, нашли четыре «входа», и каждый был таким же редутом. Какой ветвистой и хаотичной была сеть тоннелей диких гоблинов, такой в противоположность диким собратьям была точной и ровной сеть красных гоблинов. Зачистка ещё продолжалась, теперь мы расширялись в разные стороны, но там тоннели сходили на нет. Выходило, что есть ядро с красными гоблинами. Есть разветвлённый город дикарей, и есть сеть уходящих в разные стороны тоннелей, в основном шахт и прочих добывающих объектов. Дикари, однако, остались дикарями, нормально обжитых помещений у них не имелось. Спали прямо там, где работали, ели как придётся, хорошо хоть не гадили прямо там, где жили.

Чтобы красные не расслаблялись, мы продолжали атаки. Непостоянные, разбросанные по времени. Ну и количеством таким, чтобы не перемолоть все доступные труппы и не остаться без материала.

Но всей подземной эпопеей занимались другие. Я же взмыленной лошадью носился по округе, собирая материалы. Задумался над иронией ситуации. Куда чаще я играл от обороны, а если в нападении, то имея подавляющее преимущество. А вот, на тебе, ситуация, когда уже я вынужден ограниченными ресурсами вскрывать приличную оборону. Хуже всего будет, если за первым эшелоном окажется ещё один, а мне не хватит импульса пробить и его тоже. Там, конечно, будут трупы защитников, но вдруг? Не пришлось бы этими трупами удерживать захваченный рубеж, готовя следующую атаку. Ладно, в любом случае выкручусь. То, что мне очень не хочется бросать высшую нежить на убой, не значит, что я принципиально не могу этого сделать.

Готовил материал для поднятия рыцарей смерти, заодно набирая металла для брони. Тащил всё, что плохо лежало, не разбирая назначения. Руководствуясь принципом: «оружие должно быть красивым». Рыцарей поднимал вдумчиво, чтобы хаотичный на первый взгляд металлолом, покрывая тела, создавал ужасающую гармонию. Исходя из стоящих задач, рыцари получились… хм… Гориллами. Усиленные и защищённые передние конечности, и в целом верхняя часть туловища, чтобы удержать удары защитников и дойти до редута. А чтобы идти бодрее и не подставлять менее прочную задницу и нижние конечности, поставил рыцарей в позу гориллы. Протестировал в одном из тоннелей. Туша в сотни четыре кило, способная очень бодро бежать. То, что нужно.

Хотел выбрать момент, когда у гоблинов идет замена, но коротышки не меняли всех бойцов сразу. Красные производили ротацию постоянно, так что поймать момент слабости не представлялось возможным. Вторым неприятным моментом стала магическая защита. Призраки и фурии в бестелесной форме очень неохотно преодолевали стены. Посылал призраков для разведки, хотел узнать, что там за редутом. Погрузившись глубоко в стену, призраки просто застревали и теряли ориентирование. Не смогли ни пройти глубже, ни вернуться назад. После такого посылать фурий не стал.

Прикидывая варианты, додумался проверить, насколько хорошее ночное зрение у красных. Тоннели источников света не имели, к слову, мы все сражались во тьме. В тоннелях красных кое-где светильники были, но явно для сугубо гражданских нужд, воевали гоблины в темноте. Однако темнота — штука такая. Облачённые в чёрное скелеты, очень медленно ползущие по заваленному трупами полу, смогли продвинуться достаточно далеко, прежде чем были обнаружены магами. Именно магами, не рядовыми бойцами.

Так у меня созрел вполне приличный план.

В один нехороший, для гоблинов, день и час через все три прохода в зал ворвались рыцари смерти, бодрым галопом бросившись на защитников. Естественно, гоблины ответили всем, что имели, очень внушительно выглядели рыцари смерти, хотя и были, по секрету скажу, далеко не такими уж и опасными. Важно другое, пока рыцари отвлекли на себя основное внимание, действовала и другая нежить. К сожалению, фурий у меня было всего три, и они прятались за рыцарями смерти, стремясь добраться до рядов защитников. Ещё разом встала вся претворявшаяся… кхм, мёртвыми, низшая нежить. Уже несколько последних атак половина набегающей нежити просто достигала определённого рубежа и падала, будто бы поражённая арбалетным болтом или магией. А затем, во время другой атаки, медленно ползла вперёд. Так что в момент общего рывка впечатление они произвели. А ведь среди этих мертвецов были и мёртвые жнецы, так что, доберись они до противника, устроят массу впечатлений. Часть магов и арбалетчиков перевели фокус внимания с рыцарей на другую нежить, что мне и требовалось. Вампиры на пределе способностей прыгали по стенам, пытаясь добраться до балконов с магами и баллистами.

Рывка хватило, первый рыцарь смерти добежал до редута и, уже теряя целостность под потоком заклинаний, рухнул на защитников, давя своим телом. Фурий не бросился в бой сразу, перейдя в призрачную форму и схоронившись. В суматохе боя потребовалось всего секунды три, чтобы гоблины плюнули на неподвижно лежащее тело и сосредоточили внимание на прочих нападающих. Фатальная ошибка. Фурий перешёл в материальную форму и врезался в ряды красных, показывая, что такое — вершина эволюции высшей нежити в деле уничтожения живых в ближнем бою.

Вампиров у меня под рукой имелся всего десяток, и их всё же заметили. Однако арбалетчиков на балконах было не особо много, баллисты для стрельбы по юрким целям не подходили, а маги гоблинов хоть и умели бить больно, но опять же по площади, а не по юрким целям. Из десятка ранить успели половину, и только двоих сбросить на пол. Одного — фатально, связь с ним оборвалась. Второй упал и затих, но я его ощущал. Выжидает, восстанавливается. Остальные ворвались на два балкона, устроив там тотальный дестракшен.

В это время два оставшихся рыцаря смерти дорвались до редута, в рядах гоблинов началась резня, а там подоспела и низшая нежить. Особо отрывались мёртвые жнецы. Последним штрихом стали личи, подошедшие на дистанцию подъёма нежити, и началось восстание мертвецов. Гремлины на балконах продолжали бросать магию и отстреливаться, восьмёрка вампиров физически не могла зачистить всех быстро, рыцари смерти пали первыми, отработав свою задачу, трёх фурий было недостаточно для толпы латников. Однако всё это уже детали. Если у гоблинов нет хорошего козыря в рукаве, то оборона будет сломлена и очень скоро мои войска прорвутся дальше.

Очень скоро растянулось минут на двадцать. Когда вампиры зачистили половину балконов, гоблины с оставшимися сочли нужным отступить. А лишившись поддержки и воины внизу дрогнули. Впервые увидел паническое бегство в исполнении красных. По их следам бросил только низшую нежить. Как там звучит фразеологизм? На плечах защитников ворвёмся в город? Ну вот скелетов-то мы бросили, а высшая нежить отошла. Больше всего пострадали вампиры, если забыть про павших рыцарей смерти, меньше всего досталось фуриям. Маги гоблинов так и не решились лупить площадной магией по своим же в надежде достать фурий, так что, свалив рыцарей смерти, переключились на личей. Последние, впрочем, пострадали слабо и продолжили поднимать нежить и бросать её вперёд, но от боя пока стоит их держать подальше.

Низшая нежить тем временем распространялась по внутренней части подземной крепости. Гоблины оттянули войска от других направлений и пытались остановить вал. Без заранее подготовленных позиций это у них получалось через раз. «Свежие» мертвецы продолжали подходить. Так что гоблины хоть и сражались, даже с переменным успехом, но теряли живую силу, медленно, но неумолимо. Чем быстрее теряли, тем больше слабели, и оставалось лишь дождаться перелома, когда нежить захлестнёт защитников.

Не захлестнуло. Нет, у гоблинов не нашлось чудо оружия, что переломит ход сражения. Они просто дрогнули и начали спешно отступать, где-то панически бежать. Убедившись, что сопротивления больше нет, я и сам решился на спуск, даже прихватил с собой княжну.

— Давно обещал вам экскурсию, — пояснил я.

— Спускаться с опасным типом в неизвестное подземелье, — не могла не вставить княжна. — Отвратительная перспектива, если здраво посмотреть.

Нас сопровождали два вампира, из молодых, ещё не освоившихся полностью и потому не участвовавших в штурме, зажгли факелы. Ночное зрение княжны было не столь острым, как наше.

— Вам ничего не угрожает, — улыбаюсь. — Разве что расстанетесь с завтраком. Мы ещё не убирали следы боёв.

Сначала Нэру увидела моих скелетов, что наводили порядок в отвоёванной части подземелья. Порядок и относительную чистоту мы поддерживали не из чьей бы то ни было прихоти, сугубо практические соображения. Если в тоннеле не будет мусора, посторонний не сможет в этом мусоре спрятаться, или сделать баррикаду, или как-либо ещё использовать в своих целях. Свои собственные подручные материалы мы хранили в оборудованных складах и под обязательной охраной.

На княжну скелеты произвели впечатление, хоть я и не берусь сказать, какое именно.

— И много вы можете поддерживать таких?

Хмыкаю.

— Много, княжна. Десятки… тысяч, если потребуется.

Девушка выпучила глаза.

— Да, да, — киваю, подтверждая, что она правильно меня поняла. — Основную часть армии Союза составляют скелеты. Не такие, само собой. Эти — подняты на месте без предварительной подготовки. Солдаты строевой армии — другое дело, там и все усиления, делающие скелета прочным, ловким, сильным, и специально созданный под него доспех. Пусть не латы, но со своей задачей справляются.

Пока княжна переваривала масштаб открывшихся глубин, мы дошли до части подземелий, ранее принадлежавших красным гоблинам. Здесь внимание Нэру от внутренних размышлений перепрыгнуло на внешние виды. Ну и на следы боёв, само собой. Тел уже не было, но оставалась кровь и кое-какой хлам. Впрочем, смотрела Нэру на фрески.

— Это всё сделали они…

— Княжна, я оставлю вам возможность рассмотреть рисунки подробнее, но позже. Сейчас я хотел вам показать другое.

— М… — недовольно протянула девушка, — Простите, кронлорд.

Миновав ещё несколько проходов, мы, наконец, вошли в зал, где случилась бойня. Повинуясь моей воле, низшая нежить зажгла ещё часть факелов, чтобы дать княжне общую картину. Я всё больше склонялся к мысли, что девушку стоит отпустить. Только как-нибудь аккуратно, к нужным сородичам, с которыми девушка поделится увиденным. Не сейчас, позже, когда мы сами закрепимся здесь. Опять же, не ради создания дружбы с князьями, наоборот. Я уверен, что без конфликта не обойдётся. Нет, у Нэру другая задача. Создать среди князей группу тех, кто изначально будет знать: с нами можно было договориться, но на нас полезли, и мы ответили со всей силы. И чтобы среди них была мысль: с нами всё ещё можно договориться, пусть и с уступками.

И, видя впечатление княжны, мысленно улыбался. Больше, больше ярких впечатлений. Таких, чтобы её словам точно не поверили до определённой поры.

Глава 23

Больше серьёзных узлов обороны нежить не встречала. Сразу за редутами, стоило миновать короткий коридор, начинались функциональные помещения. Пространства у гоблинов было не слишком много, но оно использовалось по максимуму. Склады, кухни, жилые комнаты, кузницы, мастерские, даже тренировочные комнаты имелись. Всё максимально рационально, я даже уважением некоторым проникся. Красные гоблины вообще не были дикарями. Даже немного жаль, что мы с ними контакт наладить не сподобились. Хотя я почему-то уверен, что при выборе «мирного» подхода и дипломатии доступ к порталу пришлось бы выбивать месяцами, если не годами.

И да, всё здесь было сделано красиво. Без дураков, всё вокруг — произведение искусства. Всюду колонны, скульптуры, фрески. Тематика немного непривычная, мягко говоря. Когда видишь скульптуры обнажённого гоблина, а-ля Аполлон, всего такого мускулистого, героического, с обильной шерстью на груди и прочими физиологическими особенностями гоблинов, вызывает нехилый диссонанс. Были и женские скульптуры, опять же обнажённые, и снова различия физиологии не позволяли полностью проникнуться эстетикой, хотя отдаю должное работе мастера. А архитектура заставляла восхищённо материться. Большинство помещений выходило в некую внутреннюю сферу, полость, создающую ощущение подземного города. Не просто бесконечные кишки тоннелей, а город в подземелье, пусть и относительно небольшой. Я даже некоторую долю вины испытал, превратив этот город в декорации для фильма ужасов с вырезающими живых мертвецами повсюду. Повинуясь моему приказу, низшая нежить не слишком усердствовала, позволяя гоблинам стягиваться к центру города.

А центр города — это то, ради чего мы сюда, собственно, пробивались. Ядро всего этого великолепия. Сфера, естественно, красиво украшенная, будто висевшая на четырёх каменных мостах, хотя внизу, в тени, скрывалась толстая поддерживающая колонна. И от этой сферы тянуло уже знакомой энергией. Портал был активен, и в него активно убегали гоблины. Посетила мысль дать гоблинам спокойно убраться, но, боюсь, уходя, они что-нибудь поломают в портале, а оно мне надо? Бросил вперёд вампиров и фурий, чтобы захватили портал в неповреждённом виде.

Рядом восхищённо выругалась Нэру. Восхищённо и с едва скрываемой завистью.

— Да, впечатляет, согласен, — киваю. — У нас в Союзе есть и более масштабные сооружения, но мы не отдавали столько сил внешней красоте. Пожалуй, надо задуматься о художественных школах.

Княжна покосилась на меня, вид имея несколько затравленный.

Вампиры подтвердили захват объекта. Я отдал приказ нежити добивать оставшихся гоблинов и двинулся дальше. Входя на мост, не удержался и, подойдя к краю, глянул вниз. Не пропасть, но высота приличная.

— Вам совсем нестрашно? — Нэру высоту переносила куда хуже.

Хмыкнул и вступил на поручень ограждения.

— Конечно, нет, как можно бояться высоты?

Спросил я, одновременно шагнув в пропасть. Княжна дёрнулась, а я всего лишь использовал левитацию. На моём текущем уровне это уже был полноценный полёт, разве что медленный, не особо быстрее неспешного бега.

— Когда умеешь летать?

Запоздало пришла мысль, что нужно было со словами «да здесь невысоко» рухнуть вниз, а затем взлететь с другой стороны моста, получилось бы ещё эффектнее.

Но в сторону ребячество. Я вернулся на мост и прошёл до портала, занявшего зал внутри сферы. Здесь тоже хватало украшательств, но теперь они меня не занимали. Всё моё внимание обратилось на портал. Сфера, мутная пелена, через которую я видел коротышек на другой стороне. Плохо видел, мог разобрать только силуэты. Мне куда важнее магия, как просто разлитая по этому месту, так и сосредоточенная в сфере. Я коснулся этой магии, толкнул свою волю по невидимым потокам. Прошло несколько долгих секунд, и сфера рассеялась. Я закрыл портал.

— Ну вот, — удовлетворённо киваю. — Маленькая веха в моём пути.

Оборачиваюсь к Нэру.

— Княжна, вы вольны остаться здесь и подробно осмотреть этот подземный город, а можете вернуться в свои покои. Я, к сожалению, не смогу уделить вам должного внимания в ближайшее время. Меня ждут магические изыскания.

Девушка медленно кивнула.

— Не волнуйтесь, кронлорд. Я, с вашего позволения, удовлетворю своё любопытство и всё здесь осмотрю.

— Извольте, — киваю, чтобы через секунду забыть о гостье и сосредоточиться на изучении портала.

Наконец-то у нас есть второй образец!

Первым делом сосредоточился на монолитах и создал астральную проекцию на той стороне, у нашего портала. Поднял всех, взбодрил, порадовал новостями и настроил на аврал. После чего начал подробно описывать портал, перенося каждую деталь. Уже этот процесс занял часы, а мы ведь только начали.

Когда у моих учёных-магов была полная картина, начался разбор подробностей. Сопоставляли, сравнивали, делали предположения, составляли гипотезы. Довольно быстро пришли к выводу, что сама подпитка портала у гоблинов была выполнена как-то иначе. Стали разбираться и ещё через пару часов работы сообразили. Гоблины поставили портал ни где-нибудь, а в конкретном месте, прямо на пересечении каких-то природных, естественных магических линий. Правда, линии эти были столь глубокими и столь слабыми, что запитать портал от них без ухищрений у коротышек не вышло. И столб, на котором сфера с порталом стояла, как и сама сфера, играли роль то ли медиатора, то ли проводника. Не просто так этот столб на три сотни метров в глубину уходил, а ведь мы и так уже далеко под уровнем моря находились. Пришлось мне побыть ныряльщиком и слетать на глубину.

Что могу сказать, естественные линии силы существуют, но нам от этого ни горячо и ни холодно. Они глубоко, и не такие уж насыщенные, чтобы это имело значение. Да, пересечения двух линий хватало, чтобы поддерживать стабильный переход, но… Судя по всему, основная подпитка у гоблинов шла с той стороны, здесь портал работал больше как приёмник и стабильный маяк-ориентир.

На этом моменте пришлось погнать учёных отсыпаться, а то мы вторые сутки вокруг портала бегали.

Пока я ожидал договорённые десять часов, за которые народ мог бы выспаться и банально привести себя в порядок, случилось неожиданное. Портал сработал, выплюнув к нам красного гоблина в обычной гражданской одежде, не вооружённого. Вампиры, охранявшие портал, на него с агрессивными намерениями, само собой, сразу не бросились, хотя клинки к шее приставили, да. Мало ли, может — маг. Или ещё какая пакость. Но гоблин возопил на своём языке, держа руки на виду и стараясь не шевелиться и дышать через раз.

Поскольку автоматический переводчик был только у меня, пришлось организовывать встречу. У портала гостя не оставили, перетащив в одно из жилых помещений, куда пришёл и я. Гоблин, похоже, сразу увидел в моём лице важную шишку, начав напрочь игнорировать вампиров, с которыми пытался говорить до этого.

— Надеюсь, вы, господин, способны на нормальном языке изъясняться, а то миссия моя закончится, не успев толком начаться.

Подлетаю ближе, рассматривая гоблина уже своими глазами.

— О… твари бездны… Препарируют тебя сейчас, Биттер’фет, или ещё чего похуже…

Цивильная одежда, ткань хорошей выделки. В нагрудном кармане… Пенсне? На шее галстук повязан. На ногах ботинки из кожи. Колоритно, учитывая, что всё это на гоблине надето.

— Не говорит, даже не пытается заговорить. И правда! Чего с мертвецом разговаривать? — продолжал балаболить гоблин.

— У меня нет необходимости тебя препарировать. Здесь под рукой столько твоих собратьев, и мёртвых, и даже ещё живых до недавнего времени, что ничего нового я от тебя таким способом не узнаю.

Гоблин оживился.

— Великолепно! Диалог! Позвольте представиться! Биттер’фет Эг’рурк-рурк. Скромный мастер монеты, широко известный в узких кругах как Биттер Спущу Последние Штаны, — гоблин, косясь на вампиров, вскочил и поклонился в пояс.

Забавно.

— И за какие заслуги тебя таким извращённым способом решили наказать, Биттер?

Выпрямившись и улыбнувшись во все… шестьдесят четыре? Зубов у гоблинов было явно больше, чем у людей. В общем, гоблин широко улыбнулся, внимательно меня рассматривая.

— За способность договориться с любым даже самым несговорчивым клиентом, само собой!

— И спустить с него последние штаны?

— Такое было всего раз, уверяю, но вот прицепилось! — деланно возмутился гоблин.

А мастер монеты — это, надо понимать, коммерсант? Некоторые формулировки гоблина я вроде понимал, но явно с искажениями.

— Допустим. И почему ваши собратья решили вдруг перейти к переговорам, уважаемый Эг’рурк-рурк?

Биттер почесал за ухом.

— Собственно, уважаемый, вы же сами на нас напали. Я без претензий! — сразу поднял руки гоблин. — Что сделано до сделки — то забыто и зарыто. Уверен, мои нерадивые собратья чем-то вызвали ваше неудовольствие… Кстати, а чем?

Хм. То есть взаимодействие с ними, теоретически, всё же возможно? Если они тоже на другом континенте обитают, то пока интересы Союза до них банально не дотягиваются. Теоретически мы с ними даже можем сотрудничать. Теоретически, потому что открывать для них порталы к себе домой… Впрочем, почему бы и нет? Если они ковыряются в земле, то могли найти кое-какие редкоземельные металлы. Мы тоже найдём что им продать.

— Портал. Мне нужен был портал, и я посчитал, что вы вряд ли согласитесь его одолжить. Или продать за приемлемую цену.

Биттер досадливо поморщился.

— Ваша правда, цену бы выкатили, не постеснялись. Это же нарушение логистики, поставок, сроков! Кошмар! За неустойку бы так загнули, эх, да ж голова закружилась. Но, получается, других претензий у вас нет? — гоблин с любопытством заглянул мне в глаза.

— Никаких, — подтверждаю. — Я, Арантир, кронлорд Первого Союза, подтверждаю нейтралитет с нашей стороны.

— Замечательно! — Биттер забавно развёл руки в стороны. — А договор о ненападении с пунктами о торговых отношениях? В смысле… Я, как полномочный представитель Монополии Эджат’рорг-рорга подтверждаю нейтралитет с нашей стороны. И всё же о торговле…

Нда, отношение к смерти сородичей поразительное.

— Можно будет обсудить, когда у нас появится граница и связь.

А ещё, если гоблины умеют пользоваться порталами и готовы торговать, они могут нам продать секреты работы самого портала.

— Мы, так уж получилось, только получили доступ к порталам и ещё осваиваем это средство связи и коммуникации, — продолжаю я. — Мы очень заинтересованы в торговых отношениях, однако не зависящие от нас преграды мешают взаимному обогащению.

— Вы говорите на нашем языке, господин Арантир! — расцвёл краснокожий. И тут же смутился. — Только… Мне не оставили средств обратной связи… Но мы обязательно что-нибудь придумаем!

Глава 24

— И они готовы нам всё это продать? — спросил Хаарт с сомнением.

В его понимании стратегическая информация была практически бесценной, и то, с какой лёгкостью коротышки (со слов Биттера, правда, с остальными ещё предстояло договариваться) готовы были продавать такие секреты, заставляло Хаарта подозревать подвох. Не могу его за это винить, с точки зрения человека поведение гоблинов… Неадекватно. Я же смотрел на это шире, так скажем. Для меня не была удивительной разница в мировоззрении людей и гоблинов, я на себе знал разницу в мировоззрении живых и мёртвых людей, которую Хаарт не осознавал. Впрочем, я безграничным доверием к гоблинам тоже не преисполнился, ожидая подвохов и каверз.

— Жажда наживы, выгоды, — кивнул я. — Для них это важнее мести за павших. Они к смерти своих сородичей относятся с пренебрежением. Предположу, что это следствие многочисленности и быстрой рождаемости. По моим наблюдением самки диких гоблинов рождают по три ребёнка минимум, в среднем шесть-семь. Даже если более цивилизованные собратья имеют меньшую рождаемость, в соотношении это всё равно выйдет минимум один или два, а в среднем три или даже четыре. Плюс короткая беременность и довольно быстрое взросление.

— Всё равно сомнительно. Они понесли серьёзные потери и просто утрутся? — продолжал излучать подозрительность Хаарт.

— Я не предлагаю им безоговорочно доверять, Хаарт. Просто допускаю, что получение ресурсов для них важнее мести. Особенно учитывая наше превосходство. Представь себя на их месте и попробуй прикинуть на перспективу. Твой передовой гарнизон огрёб по зубам, не сумев даже ощутимо замедлить продвижение противника. Да, их укреплённый форт меня слегка задержал, но я взял его первым же штурмом. Конфронтация выглядит бесперспективно.

— Тогда я тем более не дам врагу знания о том, как до меня добраться, — отозвался Хаарт.

— А если ты уверен, что враг всё равно эти знания получит, потому что там дел на пару месяцев работы? Зато, если договориться сразу — можно за эти знания что-то да стрясти. А ещё наличие порталов может направить нас на другие континенты, и гоблины будут нам уже менее интересны, особенно если станут торговать? Всё это — выигранное время для подготовки и перевооружения.

— В этом есть смысл, — признал Хаарт.

— Могу вообще добить. Представь, что у них уже есть опасный враг, от которого они по подземельям и прячутся. Возможностей красных ребят вполне хватило бы для противостояния князьям, но они сидели тихо, как мыши под веником.

— А мы, в качестве союзников или наёмников, можем стать их защитниками? — понял мысль лич.

— Именно. Я почти уверен, что последователи Светлой Матери считают гоблинов монстрами, подлежащими истреблению. Светлые, — я произнёс слова с иронией, — очень уж категоричны, ну ты и сам знаешь.

Хаарт знал. Последний оплот этих фанатиков на нашем континенте добивал именно он. Там, конечно, уже жалкий огрызок оставался, но и они доставляли неудобство, как камушек в ботинке.

— А у нас есть что им предложить? — перевёл в другое русло разговор лич.

— Золото как минимум. Этого добра у нас в достатке. Уверен, металлы их тоже заинтересуют, учитывая, в каких объёмах мы можем организовать поставки. Пища, опять же. Ткани. Продукты высокой переделки без самой технологии получения этого продукта.

— И ты хочешь, чтобы они открыли портал сразу сюда?

Киваю.

— Да. Это тонкий момент, но один портал может обеспечивать один стабильный постоянный переход. Можно постоянно переключаться между разными точками, но это тратит очень много энергии. Куда больше, чем один постоянно настроенный портал. Мне с гоблинами обмениваться нечем, для торговли в любом случае потребуется переход в Союз.

Хаарт меня понял.

— Связь с тобой у нас стабильная и постоянная, останется только с помощью знаний гоблинов создать ещё один портал. И тогда мы будем торговать с гоблинами и снабжать тебя.

— А мне в любом случае надо собирать портал и переносить в другое место, чтобы сбить наводку ангелам. Придётся искать источник магической энергии, но у меня есть варианты.

Я успел подумать над деталями до того, как связался с Хаартом, так что аргументов в запасе имел с избытком. Лич, само собой, не испытывал особого счастья от открывающихся перспектив, и дело не в гоблинах. Те не представляют особой угрозы линейной армии Союза, максимум головная боль от взаимодействия с торговцами, готовыми продать что угодно и кому угодно. Хаарт не желал лишний раз сталкиваться с последователями Светлой матери. Да и моя экспедиция уже затянулась, лич хотел побыстрее наладить портал и прислать сюда армию для захвата континента. Но знания о том, как создавать порталы, а не только активировать завалявшиеся от древних (которые ещё надо найти) была очень ценна. На том и порешили.

Нежить уже закончила сбор портала и готовилась к маршу. Биттер нетерпеливо путался под ногами и докучал всем подряд. Даже до Нэру добрался, вызвав у княжны культурный шок. И сделал это, не зная языка местных. Вот княжна своим собратьям мозги вынесет, когда будет про всё это рассказывать. Мне же в целом она более не нужна, всё, свою роль она практически выполнила. Но первым до меня, само собой, добрался неугомонный гоблин.

— Господин Арантир! Не мучайте предприимчивую душу бедного коммерсанта…

Я даже остановился и задумчиво посмотрел на красного. Само собой, «коммерсант» у них там значило не совсем то, что я в первую секунду подумал, но некоторая синонимия присутствовала. Тоже «разумный, решающий вопросы, связанные с получением прибыли», насколько мне пояснял встроенный переводчик. И это немного отличалось от «мастера монет». Ну, как бы «мастер монет» было то ли официальной должностью, то ли профессией, а «коммерсант» — тем же самым, но когда это призвание по жизни. Нда. Биттер моей задумчивости не заметил, или не придал значения, продолжая тараторить.

— Безделье губительно для нашего деятельного народа. Я совершенно никому ничего здесь не могу продать! Немыслимо! Одни говорят, что им ничего не надо. Другие, что у них нет денег и что ссуду под совершенно разорительный для меня процент они брать не хотят.

Как он от них ответов добился? Жестами объяснялись? И я пожалею об этом вопросе, но всё же спрошу:

— А вам разве есть что продавать?

— А как же! — вскинулся гоблин. — Стал бы я мастером монеты, если бы не умел сколотить капитал на посредничестве! А там бы и товарами разжился. Но нет, не хотят, — сокрушённо пожаловался он. — Как прошли ваши переговоры, господин Арантир? Порадуйте моё ранимое сердце новостями о предстоящих прибылях!

— Наша команда, работающая с порталом дома, в Союзе, попытается настроиться на ваш портал. Направление зададут по информации, которую мои люди собрали здесь. А там… Неужели разумные не смогут договориться о взаимных прибылях? — улыбнулся гоблину.

Новость Биттера не обрадовала совершенно.

— Как! А как же посредничество! Все сливки снимут в обход меня! Бедный я, бедный! Всё, нажитое непосильным трудом, пропало! Такие деньги мимо моих рук прошли! Как жить дальше⁈ Стыдно-то как перед предками!

Сколько экспрессии.

— Скажи, Биттер, так за что тебя на самом деле в портал бросили?

— А! — отмахнулся гоблин. — Я хорошо вложился в железные шахты на этой стороне. И когда вы закрыли портал, я очень громко страдал от потери. Вот сородичи и решили меня к моему имуществу приблизить. Ну и вдруг я действительно договорюсь, чем глубинные демоны не шутят?

Я подозревал, что всё именно так.

— Не расстраивайся, Биттер, будет и на твоей улице прибыльная сделка. Ещё над своими собратьями посмеёшься, которые пока не знают, на что скоро подпишутся.

Мгновенно забыв о своих тяготах, гоблин заинтересованно обернулся ко мне.

— А на что они подпишутся?

— Хм. Видишь ли, Биттер, в Союзе вся внешняя торговля ведётся только государством.

— Как так⁈ — опешил гоблин.

— Очень просто. У нас произошла полная монополизация. Весь Союз — одно большое предприятие. Предприятие с огромными ресурсами. У нас плавка металлов измеряется тысячами тонн. Понимаешь? И как единое предприятие, мы без особого напряжения можем выставить на материал очень низкую цену, хоть равную себестоимости.

Морда Биттера вытянулась.

— Демпинг! — выдохнул гоблин с благоговейным ужасом.

Естественно, он использовал несколько иное слово, но смысл… Смысл довольно точный.

— Учитывая объёмы, у вас и себестоимость такая, будто землю кротам продаёте. А если государственная монополия, никто с вами конкурировать не сможет. Да за два-три года вы же нас сможете полностью на своё сырьё посадить. Ограничение только в пропускной способности самого портала!

Киваю.

— Да. Чугун, железо и сплавы, сталь, в том числе гномья. Текстиль. Древесина и древесный уголь. Продукты питания.

И вместо ужаса на лицо красного вылезла гаденькая улыбочка.

— О, хотел бы я на это посмотреть.

Восхитительная любовь к ближнему.

— А то, что мы твоих сородичей если не разорим, то полностью подчиним экономически? — уточнил я.

Не удивился, когда гоблин безразлично пожал плечами:

— Мы под землёй живём. С поверхности к нам вы всё равно не поедете. Какое-то время мы будем в подчинении, а потом снова освободимся. Так всегда бывает.

Всё просто. Хаарт подозревает подвох, но подвох совсем не там, где ищет лич. Если гоблинов не первый раз эксплуатируют другие народы, а они там уже в буржуа превращаются. Разве что промышленная революция у них так и не началась, что-то в укладе жизни мешает. Может, быстрое восполнение численности. Может, слишком короткая жизнь. Может, отсутствие стремления сделать эту короткую жизнь хоть немного лучше. Облачиться в доспехи, построить баллисты и натренировать магов их заставила собственная слабость и стремление защититься, это понятно. А вот барельефы и всякую скульптурную эстетику объяснить сложно. Не знаю я о них чего-то. Ладно, время покажет.

Портал был собран, группа практически готова к отправке. Понятно, что Биттер пока отправится с нами, а княжну с двумя охранниками, одного из которых мы всё же обратили, чтобы сделать шпиона, мы в ближайшее время отпустим где-нибудь в безопасном месте. Но вопрос здесь другой.

А куда мне идти-то? Обратно на базу в джунглях? В принципе, можно. Магических линий не так уж и мало, откопаем одну. Разве что копать в тех местах придётся… В воде. С другой стороны, скелетам на такие мелочи плевать, они легко за водолазов сойдут. Плавать не умеют, но это мы как-нибудь решим. Но что дальше? Открою я портал в этих джунглях, а потом оттуда логистику тащить? Так себе перспектива. Тогда уж лучше здесь и остаться.

Однако здесь я оставаться не хотел. Если оставить портал здесь, даже перенастроив его, у последователей Светлой останется настройка на это место. Ну вот работают так эти порталы. Нужно, и чтобы маяк на точке выхода был, и настройка «географическая» на эту же точку. А значит, мне нужно другое место, поэтому на свет была извлечена карта округи, и я погрузился в изучение.

Глава 25

Нэрулинь находилась в странном состоянии прострации. Всё то, что она увидела за последний месяц, само по себе ломало её представление о мире. Другие материки, на которых жили другие народы. Маг смерти с целой армией мертвецов и выглядящих живыми существ, чью природу княжна не понимала. Долгие часы одиночества, скрашиваемые только недолгими разговорами с теми, кто её охранял, и более долгими, хотя и редкими разговорами с Арантиром. Маг смерти называл себя кронлордом, одним из правителей огромного государства. Нэрулинь не верила ни в то, что Арантир действительно являлся правителем, ни в масштаб и мощь этого непонятного Союза, но ни проверить, ни опровергнуть слова мага не могла. А затем Арантир показал ей подземелье, в существование которого Нэрулинь тоже сначала не поверила. Подземные существа построили целый город, защищали его, но оборона пала под натиском мертвецов. Княжна увидела другой мир, другую культуру. Увидела многое, чего никогда не видела раньше. Ещё этот приставучий гоблин. А Арантир, забрав то, что ему было нужно, просто вывел её из подземелья.

И после всего Арантир просто оставил её и двух её телохранителей на какой-то опушке в лесу, лишь указав направление до ближайшего форта. И через несколько часов княжна вышла к гарнизону. Капитан форта был очень удивлён такому визиту, но выделил сопровождение до цитадели.

И вот она сидит в кабинете князя Карблада, рассказывая обо всём, что с ней произошло. Пытается рассказывать. Карблад и Горхол, князья цитадели, подвергали сомнению каждое её слово. Девушка видела, чем дальше, тем меньше ей верят.

— Это невозможно! Я отказываюсь верить в подобные небылицы! Маги с другого континента! Подземный город! Что за вздор⁈ — возмущался Карблад.

Князь выглядел почтенным мужем, и если бы не некоторая небрежность во внешнем виде, помятости и изношенность тканей, стоптанность ботинок, он бы производил своим видом ощущение опытного разумного. Однако внешний вид, а также сбивчивая речь портили впечатление. Горхол демонстрировал спокойное благоразумие, и хоть он был моложе, казался куда более опытным и прозорливым, нежели Карблад.

— Не стоит так прямо обвинять девушку во лжи, — отметил Горхол.

Карблад хмыкнул, но чуть кивнул Нэрулинь.

— Прошу прощения, я не думаю, что вы лжёте, но…

Княжна признала:

— Я понимаю, как звучат мои слова. Если бы всё это не было тем, что я пережила сама, я также отрицала бы подобное.

— Вот видишь, мой друг, Нэрулинь признаёт, что сама видит сомнительность своего рассказа. Она в здравом уме и показывает приличествующее юным леди благоразумие. Давай умерим скепсис и подумаем над этим ещё раз. Ведь мы можем просто проверить слова княжны, послав туда поисковый отряд.

— Чтобы их разорвали твари? — ответил вопросом Карблад. — Или эта нежить?

— Касательно тварей, то, я думаю, их мы здесь больше не увидим, — заявил Горхол.

Старший князь и княжна удивились.

— Откуда такой вывод? — спросил Карблад.

— Со слов леди, если я всё правильно понял, получается, что Арантир приходил за неким порталом. Верно?

Нэрулинь подтвердила.

— С его слов да, всё так.

— И он этот портал, получается, уходя забрал с собой?

Княжна кивнула.

— Получается, что так.

— Вот! А теперь мы вспомним, что твари появляются здесь время от времени, но будто возникают из ниоткуда. Так почему бы им не возникать из этого портала?

— Тогда почему они возникают не постоянно, а лишь время от времени? — сразу возразил Карблад.

— Потому что основными пользователями портала были эти… Красные гоблины. Твари могли лишь изредка проходить сюда, к нам. Теперь же они и вовсе должны исчезнуть.

— Уверен? — с сомнением спросил старший князь.

Горхол развёл руками.

— Я лишь предполагаю. Ответит нам на этот вопрос время и только время.

— Предположение, не лишённое здравого смысла, — признал Карблад. — А нежить?

— А с ней и того проще. Нэрулинь и её сопровождающих Арантир не убил, лишь задержал. И подробно объяснил, чего хочет. Использовал юную леди для донесения своих слов нам. Значит, и наш отряд он не попытается убить, особенно если мы не начнём атаковать первыми.

— И таким образом, наш дозор либо найдёт нежить и этого Арантира, либо подземелье, в котором прятались гоблины, — закончил Карблад.

Всё же старший князь, справившись с эмоциями, явил истинно княжеское благоразумие и прозорливую взвешенность. Горхол жестом признал полную правоту старшего товарища.

— У меня появилось подозрение, которое теперь меня не оставляет, — признался задумавшийся Карблад.

Горхол заинтересовался.

— Поделишься? Признаюсь, я в этой ситуации больше не вижу ничего, чем стоило бы заинтересоваться.

— Дела в джунглях, — прямо высказался Карблад. — Наши воины несли потери, значительные, как нам сообщали. Недавно всё прекратилось. И, если сопоставить со временем, когда Нэрулинь столкнулась с этим Арантиром, это вызывает подозрения.

— Очень важная мысль, — признал Горхол. — Правда, я считаю, её стоит придержать и точно во всём убедиться. Ведь если мы ошиблись, то всего лишь развенчаем свои подозрения и ничего ужасного не произойдёт. Зато если эта догадка окажется верной, этот Арантир представляет угрозу, именно такую, какую он хотел внушить юной леди.

— Согласен. Подозрения пока придержим. Я сделаю распоряжения, — сказал Карблад и вышел.

Нэрулинь тоже порывалась уйти, но голос Горхола её остановил.

— А как вы вообще отправились в такой поход, юная леди? Вы упустили этот момент в своём рассказе, и не случайно, я уверен. Хотя, признаю, насыщенность последних событий могла притупить воспоминания обо всём предшествующем.

Княжна вздохнула.

— У меня были особые обстоятельства, господин.

— Не те ли, что связаны с братьями Базрошем и Бересклетом?

Нэрулинь нахмурилась.

— Вы задаёте вопросы, на которые сами знаете ответы. Это не делает вам чести.

Нисколько не смутившись такой отповедью Горхол продолжал смотреть в лицо Нэрулинь.

— Не имел злого умысла. И заметьте, я не упомянул об этом раньше, а мог ведь намекнуть, что все ваши небылицы связаны с желанием замять конфликт, вынуждающий вас скрываться и игнорировать взятые обязательства.

— Если вы ждёте, что я вас за это отблагодарю, то напрасно, — язвительно отозвалась Нэрулинь.

— Нет, Нэрулинь, я от вас не благодарности жду, — сохраняя благопристойное выражение лица, ответил князь. — Я хочу знать, что именно вы планировали делать дальше. Сейчас я обязан либо воззвать к вашему благоразумию и препроводить к Базрошу, либо услышать от вас достаточно весомую причину этого не делать.

Княжна поджала губы. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с собой и ответить:

— Я прошу прощения, но мне нечем вас убедить. Я действовала из личных соображений.

Мужчина поднялся с кресла и подошёл к княжне вплотную. Он был на полголовы выше и смотрел на неё сверху вниз.

— Прошу вас, княжна, оставьте это. Скажите прямо, на что вы рассчитывали.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

— Мне нечего вам сказать.

— Ваше упрямство не делаем вам чести, Нэрулинь.

— Мне кажется, князь, вы хотите не ответа от меня добиться, а что-то мне навязать. Если я ошибаюсь, что же… Оставьте меня и поступайте так, как велит ваша честь.

Горхол собирался ответить, но его остановила открывшаяся дверь. Вошла женщина княжеских кровей, утончённая и невысокая, с красивым лицом и очень длинными волосами. Под её взглядом Горхол нахмурился и отступил от Нэрулинь на шаг.

— Вы уже закончили разговор? Я позаботилась о комнате для нашей гостьи со всеми необходимыми удобствами.

— Мы ещё не закончили разговор, госпожа Ланали, — прищурился Горхол. — Есть важный вопрос…

— Вы вопросы сможете задать и завтра, — всё тем же безупречно вежливым тоном продолжила Ланали. — Я уверена, они подождут. А сейчас наша гостья устала, ей требуется привести себя в порядок после дороги и, само собой, выспаться.

Князь хотел возразить, но уже сама Нэрулинь шагнула к выходу.

— Я выслушаю ваше предложение завтра, князь. Сейчас я действительно хочу отдохнуть в безопасном месте, не под присмотром двух существ, что вроде бы похожи на живых, но не требуют ни воды, ни пищи, ни сна. Мне придётся чудовищно преуменьшать, чтобы пристойно выразить, насколько сильно подобное соседство доставляло мне неудовольствие.

Более не давая Горхолу вставить и слова, Ланали увела Нэрулинь и проводила в выделенные гостье покои.

— Здесь можешь спокойно отдыхать и ничего не опасаться, — улыбнулась Ланали. — И не волнуйся. Горхол громко лает, но совершенно беззуб и не может по-настоящему укусить.

Нэру опешила от такого откровения.

— Я… Спасибо за помощь, госпожа. Но…

Ланали понимающе улыбнулась.

— Почему я встала на твою сторону? Опыт, милая. Я очень хорошо знаю своих мужей и просто понимаю: никто из них ничего по поводу тебя предпринимать не станет. Завтра Горхол сделает вид, что никакого разговора между вами и не было. Он склонен по утрам забывать свои слова и терять накопленную за день смелость. И что важнее, у нас есть кровные претензии к Базрошу. Ты не первая, кто страдает от излишней самоуверенности братьев.

Намёк был довольно прозрачен, Нэру хоть и испытывала жгучее любопытство и желание узнать, что Ланали и её мужей связывало с несостоявшимся мужем Нэру.

— Спасибо, — уже искренне, а не удивлённо отозвалась Нэру. — Сейчас у меня есть только маленькая надежда на нежелание Старших терять ветвь Сеадан.

Ланали посмотрела на девушку с пониманием и снисходительным сочувствием.

— Не рассчитывай на слишком многое, милая. Отвергнуть притязания на тебя Базроша они, думаю, согласятся. Но даже не думай требовать наказания, каким бы справедливым тебе самой твоё требование ни казалось. Базрош — один из лучших полководцев, к тому же плодовит. У него много детей, и они мало уступают отцу в способностях. Да и младший брат его… Был под стать старшему, пусть и уступал в уме.

— Я понимаю, — кивнула Нэру. — Всё, чего я хочу — освободиться от них.

Княгиня подумала немного и вздохнула.

— Как я слышала, Базрош получил задание от Старших. Ты слышала наверняка о проблемах в джунглях. Пока там нет никаких успехов, наши войска умирают, а мы даже не знаем, кто наш враг. На Базроша возлагают большие надежды, но они же могут принести тебе множество печалей. Если он попросит тебя в качестве награды за победу — Старшие не откажут, даже если ранее аннулировали всё, что вас связывало.

Нэру вздохнула.

— Я понимаю.

А мысленно добавила самой себе, что сразу от старейшин отправится путешествовать. Или попробует найти Арантира снова. Что угодно, лишь бы её было трудно найти, когда ненавидимый ею ублюдок попробует заговорить о ней, как о своей награде.

Глава 26

Выбор пункта дислокации портала не стал большой проблемой, но всё же затруднением. В первую очередь затруднение выходило из противоречивости задачи. С одной стороны, нам требовалось труднодоступное место, куда в обозримом будущем не сунутся князья с армией. С другой стороны, территория не должна создать нам логистический ад, когда Союз начнёт экспансию. Изучив доступные карты, я понял, что подложил сам себе свинью.

Идеальной точкой могли стать те самые джунгли, если бы я не навёл там шороху. Выбрать место на самой границе между биомами, одно из нескольких подходящих, и спокойно начать окапываться. Построить сначала «торговую факторию», а затем по ситуации, либо колонизация военная, либо торгово-экономическая. Однако сейчас там всё кишело войсками князей, яблоку упасть негде, а сразу начинать с агрессивной дипломатии я был не готов. Всё же мой небольшой отряд хоть и был круче гор, но полноценную войну в одно лицо я пока не вытяну. Не без заранее подготовленных и укреплённых позиций. С гоблинами такое прокатило только потому, что подземелья создавали условия для использования небольшого количества элитных бойцов в тонких коридорах. На равнине так не выйдет.

Другим относительно неплохим вариантам были горы. Гористая гряда на юге и ещё одна на востоке. Плюсы — труднодоступность для князей. Мы же, обустроившись там и поставив портал, вопрос логистики снимем в кратчайшие сроки. Вариантов масса: механические лифты, канатные дороги, наклонные железные дороги, углубиться в скалу и поставить точку развёртывания на высоте окружающей равнины, пробив себе сквозь эту же скалу проходы в конце концов. Имея взрывчатку такое провернуть не особо сложно.

Только были минусы. Первый и, наверное, решающий — отдалённость. Придётся сначала эвакуировать Ванессу с её группой. Сейчас они сидят тихо, и об их лёжке князья вроде бы не подозревают. Но в любой момент может произойти случайность, и мне придётся сломя голову бежать на выручку. С отмеченных, как подходящие, гор быстро прибежать не выйдет. Даже самым бодрым маршем можно недели две убить на путь, что много, а там время возрастает до нескольких месяцев. Были и другие минусы у обеих точек, менее значимые и решаемые, но хватало и первого.

Получалось, что удовлетворяющей все мои потребности позиции банально не существовало. Везде это будут компромиссы, причём значительные. Пришлось выбирать приоритет, решать, что сейчас важнее всего. И крутящийся под ногами Биттер стал ответом на вопрос. Завоевание этого материка было целью глубоко вторичной, шедшей по разряду: «когда-нибудь в будущем». В первую очередь Союзу требовались ресурсы, материалы и, по возможности, технологии, знания. Если думать в таком ключе, то именно горы становились приемлемым решением. И торговую факторию организовать, что-то покупая прямо у местных, и в недра углубиться, добывая ресурсы. Конечно, строить подземный город, как гоблины, мы не могли. Те пользовались бесплатной рабочей силой в виде своих диких собратьев, но у нас имелись технологии и гномы. Справимся.

В таком ключе возвращалась проблема Ванессы. Вампиршу и её отряд надо доставать из джунглей и всем вместе уходить на новое место. Да, бросаем наг, но они от наших приоритетов ещё дальше, чем захват материка. Постройки наши придётся бросить. Что они попадут в руки местных, я не опасался, пусть попадают. Разломают — не страшно. Быстро получить какую-либо информацию князья не смогут, разве что догадаются, кто им в последнее время потери устраивал, ну да переживут.

Сейчас мы аккуратно подбирались к базе Ванессы. Я прикидывал, как бы достать вампиршу, при этом не начав кровавое побоище против всех находящихся в округе войск. Вампирша была очень рада, что её забирают, наконец, спасая от вынужденного безделья, но могла помочь только информацией о расположении ближайших лагерей и фортов князей, куда вампиры регулярно выбирались, чтобы попить кровушки и провести разведку. Собранные данные разведки оптимизма не внушали, народа вокруг было в избытке. Группа воинов налегке пройти могла, но вывести с базы всё накопленное уже не получится. В округе шло сразу несколько линий снабжения. Князья озаботились дорогами, где это было возможно, а где невозможно — понтонными мостами. И везде наблюдательные посты, пусть с десятком солдат, но натыканы часто. И патрули между постами ходили часто.

Перенёсся проекцией на базу.

— Господин! — вскочила Ванесса.

Вампирша, как услышала о скором переносе базы, постоянно сидела в ожидании, готовая всеми силами этот перенос ускорить. На напоминание об отдыхе отмахивалась, ворчала, что отдыха им хватало в последние дни.

Жестом останавливаю девушку и приступаю к небольшой ревизии. Что и сколько нам надо отсюда унести. У нас же, помимо непосредственно нежити, здесь ещё и ремесленники сидели. Не особо много, но это разумные. Живые разумные, которых тоже надо выводить. Хорошо хоть, припасов им хватало, Ванесса озаботилась, постоянно подворовывая у князей. Часть имущества можно было и бросить, наберём на новом месте. Часть низшей нежити также могла остаться здесь, даже рассеивать не надо, просто отправить в «спящий режим».

— Может, уйдём дальше в джунгли? Там намного меньше патрулей, — предложила Ванесса, следовавшая за мной.

Не знаю, поняла она ход моих мыслей, или сама думала в том же направлении и высказала то, что пришло в голову.

— Похоже, именно так и придётся сделать, — киваю. — Но князей всё равно нужно чем-то отвлечь.

Решил сделать то, чего не делал уже много лет. Обратился к своей силе, заглянув в «каталог безумных творений». Тот самый, где хранились создания других некромантов, не нашедшие широкого применения. Слишком специфичные, слишком узкоспециализированные. Или просто неэффективные.

Мне требовалось нечто, что я мог бы поднять в местных ограниченных условиях, и одновременно чтобы оно как можно больше походило на местных химер. Чтобы князья не на некроманта подумали, а на сбежавшую и одичавшую химеру.

И снова двоякость. Сейчас я стал жутко могущественным некромантом со всеми вытекающими, мог поднимать жутких монстров и так далее, но… Большая часть этих самых жутких монстров помимо такого красивого меня требовала ещё и жутко редких ингредиентов. Из того, что не требовало ингредиентов, предлагаемые существа относились к призракам и их вариациям, в основном. Имелись там всякие кракозябры, но скорее гуманоидные и неахимер не тянущие ну никак. На создание собственной «модели» не было времени. После долгого перебирания вариантов нашёл нечто, что меня, после некоторой доработки напильником, удовлетворило.

Сначала, правда, пришлось небольшим отрядом фурий и вампиров устроить налёт за материалом. Для создания монстрика требовались трупы, свежие и довольно много. Мы выбрали один из старых фортов, где как раз помимо собственно гарнизона готовились к выходу патрули. Я сам за всем этим наблюдал со стороны. Любовался, откровенно говоря. Фурии зашли с разных сторон, вампиры одной кучкой перемахнули через невеликую стену, а дальше нежить реализовала сцену то ли из фильма ужасов, то ли из фэнтезийного боевика с рейтингом восемнадцать с множеством плюсов. Кровь, отрубленные конечности, вспоротые тела, полный набор. Там среди птиц, ящеров и остроухих вроде был князь, но три фурии не дали ему шанса себя показать.

Тела стащили в одну кучу, прямо в центр форта. Как раз и я успел подойти. Куча, конечно, живописная, кровоточащая и отвратно пахнущая, но приходится иногда и таким вот заниматься. Несколько минут на создание заклинания, десяток минут на сбор душ, насильственно лишённых жизни, ещё десяток минут на раскрытие заклинания и придание ему окончательной формы. Получившуюся сферу, источающую тьму пополам с зелёной скверной бросить в кучу тел. Рецепт создания милой смертоносной твари.

Даю своим сигнал отступать, да и сам сразу покидаю форт, оставляя лишь призрака для наблюдения. У этого создания один инстинкт и очень слабые паттерны послушания, так что не буду проверять, насколько оно признаёт своего создателя.

Куча тел лежала неподвижно. Сначала внутрь всосалась кровь. Минуту назад всё было в крови, и вот уже все тела выглядят так, будто их предварительно осушили. Затем куча начала вздрагивать и проваливаться внутрь себя. Это тварюшка набирала массу. Быстро набирала, в геометрической прогрессии, с каждым вздрагиванием куча оседала всё быстрее. Пока не провалилась внутрь себя, открывая существо.

Не знаю, было ли у этого существа своё название и вообще существовали ли в каких-нибудь мирах аналоги, но… Треугольное тело с широким верхом и узким низом, восемь конечностей, трёхпалых когтистых «рук» с пятью суставами, нет головы, вместо неё на месте шеи вертикальная пасть с щупальцами вместо зубов. Глаз нет, тварь «видит» жизнь вокруг, особенно жизнь разумную.

Создание огляделось и, не найдя жизнь в ближайшей округе, развернулось и двумя прыжками оказалось на стене, а оттуда рвануло прямо в лес. Помянув минутой молчания всех жертв извращённой фантазии безумного некроманта и моей недоброй воли, передал Ванессе приказ убираться в джунгли.

На глазах моего призрака монстр перехватил патруль, просто и без затей проглотив одного за другим пятерых разумных. Птицы пытались сопротивляться, но без видимого успеха. Перекус только распалил аппетит монстра, бросившегося дальше. На форт он налетел точно так же, как на патруль, не воспринимая разумных за угрозу. Народ в первую секунду изрядно ох… офи… обал… офоно… Кхм, был ошарашен. Настолько, что монстр успел проглотить одного и начать проглатывать второго, прежде чем его атаковали. И вновь обычное оружие тварь проигнорировала, только магия остроухих заставила нежить отвлечься.

Монстр перестал просто глотать всех подряд, начав наносить удары мощными лапами. Он пытался добраться до магов, воины пытались его остановить. Птицеподобные просто разлетались от ударов, ящеры держались лучше, но только появившийся князь сумел остановить, а не только замедлить монстра. Князь плясал вокруг, бил магией, пытался наносить удары клинком. Монстр, поняв, что вёрткая цель ему не даётся, вновь принялся жрать. Чем больше он ел, тем сильнее становился и, сожрав достаточно, мог рассчитывать поймать и князя. Немногочисленные оставленные магией раны довольно быстро заживали, уязвимые места находились слишком глубоко. В какой-то момент князь устал и допустил ошибку, а затем тварь добралась до магов. Этот гарнизон был вырезан.

Это существо убивало себя и могло жить, только когда ело. Чем больше оно ело, тем сильнее становилось, но тем быстрее расходовало энергию и тем быстрее умирало. Где-то через тысячу трупов оно будет очень сильным, но будем умирать быстрее, чем сможет есть, и просто подохнет. Мы вместе с Ванессой к тому времени будем уже достаточно далеко.

Глава 27

— Да как такое возможно⁈ Боги бездны! За что вы так со мной⁈ Никогда ещё род мой не видывал такого позора! — причитал гоблин.

Причина причитаний Биттера была довольно банальна и объяснялась старой как мир поговоркой: «нашла коса на камень». Иначе говоря, Биттер нашёл достойного противника, сумевшего обвести торговца вокруг пальца. Справедливости ради оппонент Биттера пользовался не столько деловыми способностями, хотя и ими конечно же, сколько женским очарованием. Ванесса со снисходительной улыбкой наблюдала за метаниями краснокожего, всем видом показывая, как она наслаждается ситуацией. Впрочем, Биттер на самом деле ситуацией тоже наслаждался, в каком-то смысле. В очень… извращённом смысле, ага.

Дело в том, что вампирша учила гоблина языкам, у того проявились не дюжие дарования в этом деле. Однако Ванесса имела чувство юмора и иногда очень свободно интерпретировала значения слов, давая своему ученику ошибочное понимание тех или иных словесных конструкций, после чего весь лагерь наблюдал, как Биттер выставляет себя на посмешище при очередной попытке продать воздух. Гоблин не обижался, чувствовал, что шутки не носят характера издевательства, смеялся со всеми и обещал отыграться. И даже отыгрывался, регулярно подкалывая кого-нибудь из коллектива. Самыми слабыми его жертвами были ремесленники, будучи простыми людьми, не способными противостоять изощрённому коммерсанту, наиболее сильными — личи. Несмотря на некоторую извращённость мышления, мёртвые маги были очень умны. И умели считать. Пару раз попавшись на уловки Биттера, они уловили логику его схем и начали обращать её против него же. Как некогда два моих лича играли в быстрые шахматы, здесь мертвецы развлекались логической задачкой, причём и между собой тоже. Если я когда-нибудь захочу получить двух аудиторов сотого уровня, помогу этим двоим пройти все стадии развития до псевдоживого состояния.

— Не терзайся так сильно, Биттер, ведь мы оказываем тебе бесценную услугу, — улыбнулась Ванесса.

Гоблин подозрительно прищурился.

— Бесценную? Это как?

— За неё не надо платить, — уточнила вампирша. — Ты получаешь опыт, который используешь позже против своих собратьев. Понимаешь?

— Что за инсинуации на честного торговца! — возмутился Биттер.

Естественно, возмущение было насквозь притворным.

Наблюдая со стороны за развлечением своих подчинённых, я мысленно хмыкнул. Сидят, зубоскалят. А ведь по сути, что я вижу? Компанию очень опасных убиванцев. Несколько натуральных суперсолдат, выведенных для ведения боя против всего, что хотя бы не летает (фурии). Суперсолдат калибром поменьше, для боя тоже подходящих, но заточенных несколько под другие задачи (вампиры). Ходячие танки в лайт исполнении (рыцари смерти). Полевые командиры, способные на поле боя создать армию из трупов (личи). Немного рядовых солдат разных специальностей (низшая нежить). Один связавшийся с этой компанию торговец (гоблин). Несколько случайных живых. Ну и я, один из сильнейших магов вообще и, вероятно, сильнейший маг смерти в мире. Очень весёлая компания.

Как-то совершенно неожиданно пришла мысль. Она не стала для меня откровением, само собой, но в то же время я эту простую истину до конца не осознавал. Истина в том, что я прямо сейчас, без поддержки Союза, могу этот континент захватить. Теми силами, что имею под рукой и могу создать. В целом, нечто подобное один раз я уже провернул, разве что там у меня была цитадель и Предельный, и на меня не сразу стали всерьёз нападать. Здесь, стоит князьям осознать моё присутствие, а благодаря Нэру они всё осознают, можно не сомневаться. Так вот, стоит им осознать, кто я и на что способен, на меня бросят все силы. Не думаю, что договорятся с соседями, сразу, во всяком случае, но пару раз крепко получив по зубам да, прижмут гордость и пойдут на уступки со старыми врагами. Только это ничего не изменит.

Здесь у меня нет готовой базы, с которой я смогу начать завоевание, но какая это, в сущности, мелочь. Куда важнее, что и я сам намного сильнее, чем командир гарнизона, отбивавший первое нападение дикарей с пустошей. В первый раз мне потребовалось много лет. Здесь не получится разбить князей поодиночке, да и быстро догадаются смертных против меня не бросать, сосредоточатся на химерах, так что всё равно потребуются годы. Ну и что? Нехваткой времени я в целом не страдаю. Однако вызывает беспокойство фактор Светлой Матери. Она тоже может действовать планами длиною в века, и она действует уже сейчас. Пусть не она сама, пусть её слуги, неважно. В общем, полной уверенности в том, что эти самые сотни лет мне действительно дадут, у меня не было.

— Я всё равно не понимаю, что тебя не устраивает? — в очередной раз возмутился Биттер. — Честные инвестиции в честное дело, хороший процент инвестору, отчисления, доступ ко всему перечню товаров по льготной цене…

— Ты хочешь быть посредником между Союзом и князьями, продавая последним то, что Союз будет добывать и перерабатывать, и предлагаешь мне, члену Союза, покупать у тебя по льготной цене товар, который Союз тебе же будет предоставлять по оптовым ценам? — уточнил лич.

— И иметь свой процент с каждой сделки! — добавил гоблин. — Вариант беспроигрышный! Надёжное вложение средств! Сделку лучше тебе никто и никогда не предложит!

— Я соглашусь на это сразу после того, как ты купишь у меня свою шляпу за двадцать ваших монет.

Гоблин схватился за шляпу.

— Но она у меня.

— Ты предоставишь её мне за десять монет.

— Но зачем я буду тебе её предоставлять? — не понял Биттер.

— Это инвестиция в мой бизнес. Предлагаю девяносто процентов с прибыли тебе. Сделка, что лучше твоей.

— И правда, лучше, — нахмурился гоблин. — А в чём подвох?

— В том, что шляпа остаётся у тебя, но ты должен мне одиннадцать монет.

— Воровство! Мошенничество! — взорвался возмущением гоблин, но быстро успокоился и продолжил уже деловым тоном. — Но девяносто процентов — это отличная сделка. Какие ещё товары я могу дать тебе на реализацию?

— Возьму у Ванессы клинок в аренду, — предложил лич.

— Клинок очень хороший, я согласна на пять монет в день.

— Честная цена, — подтвердил гоблин.

— Возьму у тебя его за сто монет, — продолжил лич, — и продам Ванессе этот отличный клинок за тысячу сто монет.

— Продано! — с улыбкой подтвердила вампирша.

— Теперь у тебя есть девятьсот монет, — порадовал лич гоблина.

— Отлично! Хорошая сделка! — покивал Биттер.

— И ты пожизненно платишь Ванессе три монеты в день, потому что взял её клинок в аренду, — оборвал радость красного мертвец.

Несколько секунд гоблин осознавал услышанное, а затем начал вдохновенно ругаться, правда, на своём языке, чтобы никто кроме меня не понимал. И нет, он не был дураком и отлично понимал подвох. Этот разговор вообще был про другое.

— Так не может быть! Нельзя продавать то, что арендовано! Я бы с радостью, да кто же купит?

Сохраняя невозмутимость, лич спросил:

— Чем ваши дикие собратья пробивают тоннели?

— Кирками, само собой, — ответил Биттер.

— Вы им их продаёте?

— Конечно! Сто пятьдесят колец за кирку.

Мертвец махнул рукой.

— Не продавайте. Сдавайте в аренду. Пять колец за рабочий день. Тридцать дней кирка ведь прослужит?

Красный задумался.

— Не, надо восстанавливать в кузне каждую неделю, — протянул он, чтобы через пару секунд продолжить, — Работу кузни тоже можно изменить. Платите кузнецу не за каждую кирку, а за рабочий день. Будете носить инструмент каждый день — он потратит на правку десяток минут. Доведёте кирку до плачевного состояния — будет ковыряться с ней весь день и не прикоснётся к другим. А это мысль! Да, это мысль!

Лич хотел ещё что-то добавить, но понял, что Биттер уже загрузился и для новой информации недоступен. Мертвец сразу потерял к коротышке интерес, занявшись своими делами. Оставил свои умозаключения до следующего раза. Мертвецов эти разговоры не утомляли, в какой-то степени даже развлекали, особенно вампиров.

Пока народ развлекался, я продолжал стратегическое планирование. До цели ещё недели две пути, по оптимистичным прогнозам. И пока мы не прибудем на место и не возведём новый обелиск дальней связи, новостей с большой земли не будет. Но это всё из очевидного, найти место, поставить первичные укрепления, начать развёртывание. С рабочей силой будет сложно, это в Предельном я сидел на натуральном кладбище, не испытывая затруднений с материалом для некромантии. Здесь захоронения если и есть, то их не так-то просто найти. Хотя с другой стороны…

Я заглянул за грань.

Нельзя сказать, что боги совсем покинули этот материк, но их присутствие здесь было каким-то… формальным? Что куда интереснее для меня, это ситуация с душами, не ушедшими дальше в поток перерождений. Даже в Предельном, где погибло чёрт знает сколько разумных, откуда я годами поднимал целые армии нежити, даже там плотность готовых для использования душ не сильно превышала местный фон.

Нужно уточнить, что для той грани пространство несколько условно, даже в сотне километров от крепости я мог спокойно хватать души, обитавшие около неё. Но здесь такая плотность была растянута, я ощущал её везде, где бы ни находился.

Захоронение. Всё дело в нём, точнее, в его отсутствие. Захоронение — ритуал. В моём первом мире он нужен был живым, чтобы проститься с мёртвыми. В этом мире он нужен был мёртвым, чтобы освободиться от проблем жизни. Ритуал мог быть разным, команда учёных, историков и культурологов, совсем небольшая, но достаточная для работы, уже нашла информацию о десятках способов захоронений, применявшихся народами Союза, и это всего пара лет вдумчивой работы, они лишь сковырнули первый пласт. Наверняка там намного больше. Так что сам ритуал не сводился к погребению в земле или сжиганию тела, вариантов хватало, все они срабатывали, освобождали душу от бремени проблем жизни и отпускали туда, куда души должны были отправиться.

Местные никого не хоронили сотни лет. Бросание тела в яму для получения удобрения не было захоронением. Они все умирали, но никто не получал покоя. Никто. Гоблины, к слову, тоже умирали в подземельях, и тоже без всяких захоронений, но те хотя бы были локальной проблемой.

Из-за грани я слышал гул голосов. На моём текущем уровне способностей никакого вреда их присутствие причинить не могло, вообще никак на меня не влияло, но… Может ли кто-то, помимо некромантов, использовать эти души? Я задался этим вопросом, вспоминая «ангелов». Нематериальные существа. Может ли Светлая Матерь использовать души для создания таких вот гостей? Вопросы.

— Привал окончен, — командую, поднимаясь. — В путь.

Глава 28

Снова горы. Нет, очевидно, я вновь окапываюсь в горах вовсе не потому, что люблю виды на ледяные шапки. Банальная рациональность. Здесь можно поставить защищённую крепость (имея необходимые ресурсы и технологии, само собой), здесь в недрах гор можно отыскать кое-что интересное, и здесь относительно нормальная логистика. Пустыни, джунгли, болота, всё это имеет массу минусов и недостатков. Само собой, есть ещё вариант построить крепость в удачном месте на реке, либо вообще на речном острове, и в чём-то классическая крепость будет куда предпочтительнее сомнительной постройки в горах. Но лучшие места уже заняты, а места не лучшие потребуют больше времени на развёртывание. Как раз времени-то нам князья и не дадут. В горах же защититься намного проще. Ну, если твои подчинённые мертвы и им не нужно кушать.

Мы поставили лагерь у подножья, пока призраки и вампиры проводили разведку. Перед нами лежал не один хребет, а горная цепь, довольно крупная. Мне не нужна просто крепость на склоне, я искал небольшую (относительно) долину в горах, которую можно перекрыть и окопаться внутри. Зная, как могут разрастаться опорные пункты, я сразу нацелился на будущее расширение. Глазами призраков изучая холмы и долины, я мысленно рисовал города с обширными подземельями, шахтами, промышленными предприятиями и прочими элементами высокой цивилизации. Мой творческий и созидательный порыв был прерван тревожным сигналом от вампиров. Пришлось сосредоточиться и понять, что они там нашли и что хотят мне показать.

Одна из двоек, прочёсывавших округу, наткнулась на рукотворное сооружение. По отсутствию каких-либо дорог вокруг вампиры сделали логичное предположение о заброшенности постройки, чем бы она ни была. Стены успели порасти лозой, так что издалека не разобрать, стены этого форта, или какого-то дома. Попробовали подобраться поближе и рассмотреть подробнее. Обострённые чувства вампиров позволяли первыми обнаружить жизнь, какое-то движение внутри, заставив моих разведчиков затаиться. Рассмотреть кого-либо внутри они не смогли, но хотя бы удостоверились, что перед ними некие стены какой-то древней крепости. Древней, потому что стены точно старые, и архитектура совершенно незнакома вампирам, а ведь оба обращены из местных.

Послал туда призраков. Через два десятка минут узнал, что крепость защищена магическими барьерами, и призракам не хватает сил для преодоления сопротивления. Это было уже интересно, хотя барьеры, само собой, могли быть и старыми, подпитываемыми от тех же скрытых в глубине магических жил. Поднял отряд и повёл к крепости. Чем бы она ни была, мне соседство ни к чему.

Вскоре узнал, что фурии барьер ощущают, могут его без проблем пройти, только пока не торопятся. Помимо барьера, там и следящие чары висят, а значит, фурий заметят сразу. Мысленно выругался. Не на защиту, с ней проблем не было, кто-то давным-давно озаботился, уважаю чужую работу, не более того. Выругался я, потому что у нас подобных чар нет, а хочется уже.

Когда подошли уже всем отрядом, некоторое время решал, послать вперёд вампиров, или рыцарей смерти. Вторых не жалко, да и их ещё попробуй, убей. Первые не выглядят как монстры, и есть вероятность, что с жителями руин получится договориться. Может там ещё одно поселение гоблинов в глубине? Поэтому вперёд пошли вампиры, но с наставлением не подставляться и, если что, сразу отступить.

Крепость действительно вызывала ощущение руин. Если под стенами когда-то был ров, он исчез, деревья росли под самыми стенами, лоза ещё повсюду. Однако внутри кто-то прятался. Вампиры замечали движение, но не успевали рассмотреть силуэты. Какие нам достались скромняги. Подобравшись ближе, вампиры обнаружили ворота во внешней стене. Открытые или выломанные, а может, и сгнившие. Никаких следов от ворот вокруг видно не было. Никакой надстройки над воротами также не было, то есть здесь просто стояли две воротины. Или надстройка была деревянная и сгнила. Потом, возможно, отскоблю стены от лозы и посмотрю, может, остались на стене какие-то элементы конструкции, или углубления какие-нибудь.

Вампиры прошли ворота, оказавшись во дворе. Сразу бросилось в глаза отсутствие растений. Лоза, да и вообще лес будто пытались проникнуть внутрь периметра, но смогли лишь оплести стены. Внутри нас встретила ровная площадка с несколькими постройками. На глаз — идеально выровненная. Постройки двухэтажные, но сохранились только каменные стены. И вновь вампиры улавливали движение, но не могли никого заметить. Зато заметили фурии. Несколько невысоких худых фигур в плащах и каких-то обмотках. На головах капюшоны, так что кто там скрывается — не понять. Но это точно гуманоиды.

— Поймать, — отдаю приказ.

Фурии сорвались с места. Фигуры, понявшие, что их заметили, попробовали дать дёру и сделали это с впечатляющей ловкостью. Впечатляющей для живых, само собой. Однако фурии, да ещё вместе с вампирами, справились, но действовали аккуратно, никого не покалечили. Когда пленников уже вели ко мне, стало ясно, что предо мной эльфы… Хм, босмеры? Невысокие, с кожей зеленоватых оттенков, тем не менее выглядящих естественно, а не болезненно, уши хоть и заострённые, но не сильно длинные. Мужчина и три женщины. Бороды у мужчины нет, на головах короткие волосы, лица в рисунках. Недовольные, зыркают зло, молчат. Всех поставили на колени под мои очи. Я смотрю на них, они на меня. Мне для срабатывания переводчика надо услышать хотя бы несколько слов, но эльфы молчали.

— Вы понимаете местную речь? — спросил я.

Презрения во взглядах прибавилось. Либо понимают речь, либо узнают диалект. Так, допустим, они меня понимают. Указываю на скелета.

— Видите его? Понимаете, что это такое?

Смотрят на меня, понимания на лице не прибавилось.

— Если будете молчать, я просто прирежу одного из вас и подниму нежитью.

Ноль эмоций, килограмм презрения. Вздохнул и помассировал переносицу.

— Почему всегда, когда пытаешься вести себя милосердно, разумные ведут себя вот так? Почему они смотрят на меня так, будто я лично вырезал их детей, родителей, друзей и домашний скот? Ещё с вызовом таким, мол, давай, убивай нас.

Подошла Ванесса.

— Обратить одного из них и всё выяснить, — предложила вампирша.

— Теперь каждого босяка и оборванца обращать? Зачем они мне нужны? — покачал головой. — Посмотри на этих задохликов! Тебе не стыдно на такого собрата смотреть будет?

Сморщив свой аккуратный аристократичный нос, Ванесса признала:

— Да, пожалуй.

— Просто отпинайте мужчину, чтобы больно, но без серьёзных травм.

Вампиры, чувствуя моё раздражение, с большой радостью приступили к выполнению. Оттащили в сторону и начали пинать, будто шайка школьных хулиганов, поймавших зазнавшегося ботаника. С минуту в тишине раздавались глухие удары и стоны эльфа.

— Стойте! Прекратите это! — взмолилась одна из эльфиек.

И её речь резанула меня. Что-то в словах было не так. Впрочем, позже разберусь.

— О! Вы заговорили! Значит, умеете не только морды корчить? — язвительно спросил я.

Остроухие, которые пленные, уставились на меня с таким видом, будто увидели говорящую табуретку.

— Всё, хватит его пинать, — приказал вампирам.

Пинки прекратились, но спустя пару секунд один из кровососов ещё разок зарядил остроухому под рёбра.

— Пробуем ещё раз. Меня зовут Арантир. Я не местный, но любопытный. А вы кто такие?

Избитый босмер, всё же били его очень аккуратно, выкрикнул:

— Ничего ему не говорите!

Даже слишком аккуратно. Вампиры поспешили заткнуть срывающего переговоры хулигана новыми пинками.

— Да прекратите вы! — вновь взмолилась остроухая.

— Хочу донести до этого невоспитанного господина мысль о недопустимости вмешательства в важные разговоры. Но вы, конечно же, можете занять его место.

Секунд пять женщины переводили взгляд с меня на сородича, пока одна из них не попыталась встать. Естественно, её удержали, но остроухая всего равно предложила себя.

— Меня. Возьмите меня, не бейте его.

— Хватит, — останавливаю вампиров и обращаюсь к избитому. — Эй, болезный. Лежи и помалкивай, иначе вместо тебя бить будут твоего сородича.

Я ответа не слышал, но вампиры мне услужливо передали:

— Он что-то сказал. Звучало, как ругательство.

— Точно ругательство, — подтвердил второй. — С такими интонациями обычно куда-нибудь посылают по извилистому маршруту.

И пнул разок. Они-то не поняли, о чём я с остроухой говорил. Я же вернул внимание дамам.

— Может, представитесь уже, и мы попробуем поговорить, как цивилизованные разумные?

— Ты пришёл сюда! Осквернил это место! И называешь себя цивилизованным? — бросила другая остроухая.

Так, терпение. Не надо их убивать. Оборачиваюсь к вампирам.

— Пните его ещё по разику каждый.

Они с удовольствием выполнили. Пленницы возмутились.

— Эй! Прекратите!

— Давайте ещё раз, для понимания. Мы проходили мимо. Увидели руины, которые выглядят как руины. Выглядят так, будто здесь никто не живёт. Я не видел столба с предупреждением, что это какое-то священное место.

Леди переглянулись.

— Ты говоришь на атса’цхана, но не знаешь, что это святилище са’цха?

Язык. Их речь неправильная, искажённое звучание. А ведь это не просто какой-то местный диалект! Это нечто иное, куда более глубокое.

— Я не местный, — пожимаю плечами. — Вообще, не с этого континента. И я всё ещё никого из вас не покалечил, несмотря на ваши попытки вывести меня из себя.

Остроухие коллективно покосились на мужчину. Отмахиваюсь:

— Всё с ним в порядке, несколько ушибов.

Женщина, что ещё несколько минут назад была готова занять место мужчина, попробовала встать, и в этот раз, повинуясь моему жесту, ей не помешали.

— Мы храним святилище.

Я скептически приподнял бровь.

— Храните? На охрану вы не тянете.

Она отрицательно покачала головой.

— Охранять мы не должны. Только поддерживать.

И замолчала. Я нахмурился.

— И? Что это за святилище? Кто вы, помимо того, что его храните. Вы же где-то живёте, чем-то питаетесь. Я в округе поселений не видел.

Женщина потупилась.

— Простите, мы не привыкли говорить с чужаками.

— Не рассказывай ему ничего! — снова крикнул мужчина.

И снова получил несколько пинков.

— Да хватит его уже бить! — закричала эльфийка.

Киваю:

— Оставьте его. Кляп только в рот вставьте, а то надоел.

Глядя на выполнение моего приказа, остроухие снова всполошились.

— Что вы делаете?

— Да надоел он просто своими репликами, — отмахнулся я. — Помолчит немного, грубиянам это полезно. А теперь давайте нормально пообщаемся.

Остроухие переглянулись и без всякой радости согласились.

Глава 29

Ночь, руины, горы, идиоты.

За идиота, правда, пытаются держать меня, но это мы поправим.

— Ещё раз, дамы. Я умею производить в уме простейшие логические рассуждения. В округе нет поселений, дорог и прочих следов цивилизации. Вы четверо живёте где-то здесь, где-то в этих руинах. Но мало того что здесь нет следов цивилизации, здесь ещё нет источника воды, да и источников пищи я особо не вижу. Здешние леса, как я успел убедиться, не особо богаты на дичь. Поэтому ответьте мне на простой вопрос. Чем вы питаетесь и откуда берёте воду.

Согласившись говорить, остроухие показали нам руины, ничего конкретно о них не рассказав, а затем провели в подземную часть святилища, проведя по двум этажам. Пустым этажам, по большей части. Единственный круглый зал с чем-то вроде алтаря был назван жутко важной реликвией, в неё эльфы тыкали пальцами, утверждая, что хранят именно её. Я взял большую чашу из непонятного материала с пьедестала, повертел в руках и бросил в стену. С чашей и стеной ничего не произошло. Остроухие, к слову, дёрнулись запоздало, изображая священный трепет. Неубедительно так изображая, на троечку с минусом. Даже мужчина, над которым сжалились и вынули кляп, просто вздрогнул.

И когда стало очевидно, что они мне врут, я решил в последний раз попробовать договориться, не пуская в ход радикальные методы.

— Слушайте, давайте кое-что проясним. Я вижу два варианта. Один маловероятный, другой вероятный. Первый вариант: где-то здесь есть тайный путь в место, где живёт небольшая и хорошо скрытая община ваших сородичей. Вы на кой-то демон продолжаете ухаживать за этими руинами, что наполняет вашу жизнь смыслом. Если так — живите дальше, мне до небольшой общины дела нет. Я поселюсь поблизости от этого места, буду с вами торговать и защищать от князей. В том числе и эти руины, потому что это ничего мне не будет стоить…

— Лучше бы вы вообще убрались отсюда, чтобы мы жили, как раньше, — встрял мужчина.

Не смотрю в его сторону, спрашивая у женщин:

— Вам этот зануда придурочный не надоел?

Одна из остроухих, самая молодая, если я что-то понимаю в возрасте эльфов, кивнула:

— Ещё как всем надоедает.

— Искренне сочувствую, — киваю ей.

— Я, вообще-то, здесь нахожусь! — возмутился мужчина.

— Второй вариант, — продолжая, не обращая внимания на возмущения, — Вы четверо, если вас только четверо, небольшой отряд, который действительно отправляют наблюдать за этими руинами, чем бы они ни были. А где-то далеко есть не просто маленькое поселение, а ваше государство. Возможно, вы пользуетесь порталом. Может быть, у вас есть какой-то хитрый транспорт. И опять же, для отношений между нами это ничего не значит. Я застолбил конкретно это место, а с вашими сородичами готов спокойно торговать. Вон, посмотрите на этого красного коротышку. С его сородичами мы просто торгуем, они сидят у себя, мы у себя, все довольны.

Ага, про мягкую экономическую (а заодно и культурную) ассимиляцию промолчу. Кстати, вопрос культурной надо поднять с Хаартом, нужны актёры, постановщики спектаклей, сценаристы, и академия, где всему этому учат. У нас, конечно, есть художественная академия, и даже не одна, но пока они сами по себе существуют. Надо наладить создание пропагандистских спектаклей.

— Вы должны понять, что я отсюда не уйду. И если не получу ответов от вас, обыщу это место сам. Поставлю портал, вызову специально подготовленных рабочих. Они медленно и аккуратно, с сохранностью каждой плиточки, здесь всё разберут до самого основания. Опыт у нас есть, мы находили подобные руины, пусть в куда более плачевном состоянии.

— Оттуда вы знаете атса’цхана? — спросила сама коммуникативная из четвёрки.

— Ничего ему не говори! Мы выполняем свой долг! Мы…

— Замолчи, Чыш’ра. Оглянись вокруг и посмотри правде в глаза! — зло одёрнула мужчину адекватная эльфийка. — Арантир. Ты находил другие… руины атса’цхана. Скажи, как давно закончилось нерса’цхари?

Мозги с натугой скрипнули, переваривая вопрос. Термином са’цха, как я сначала подумал, обозначали связанное с древними и их властью. Отчасти это было так, но словообразование у древних было несколько сложнее, особенно с учётом магического аспекта этого языка. Нерса’цхари называли правление древних магов, но не сами маги, а их рабы. Нюанс на первый взгляд, но при дословном переводе получалось нечто вроде: «как давно правили властители с высшим правом власти». Мои мозги скрипят, потому что я из другой культуры, и контекст понимаю через раз. Это как вырвать из конца девятнадцатого века какого-нибудь крестьянина, поставить его перед современным австралийцем, знающим о России только то, что показывают в новостях, вручить последнему современный русский разговорник. И чтобы крестьянин спросил: «а баре как давно уже не баре?», и наблюдать за попытками австралийца понять вопрос. И это я ещё догадываюсь, что здешние эльфы древних считают за господ, а если бы я о древних вообще не знал? Вот бы смешной диалог получился: «Как давно господа правили?», «а кто ваши господа?», «Господа наши господа», «(￢_￢) (↼_↼)». Ведь в атса’цхана не так-то просто объяснить, кто такие «господа», потому что древние для рабов были богами, правителями, хозяевами, всем сразу. И рабский язык вообще не подразумевал, что кому-то придётся объяснять, кто такие хозяева.

Другой вопрос, почему остроухие вообще задают этот вопрос.

— Давно. Настолько давно, что сейчас о той эпохе даже не знают. Знания, воспоминания, предания, всё исчезло в реке времени. Прошли даже не сотни лет, тысячи.

Эльфы выглядели шокированными. То есть очевидно, что они понимали это. Понимали, что их эпоха осталась глубоко в прошлом. Но всё равно испытали шок.

— Вы что, все эти годы в каком-то… — аналога слов «анабиоз» и «стазис» я не нашёл, — сне пролежали?

Остроухие помолчали немного, а затем коммуникабельная ответила:

— Я покажу. Идёмте.

Даже зануда Чыш’ра промолчал в этот раз.

— Как тебя зовут? — спросил я.

Женщина оглянулась, несколько растерявшись.

— Кфу’ши.

А я запоздало понял, что имён у них нет. Это скорее должность или положение в иерархии, или нечто подобное. Личных имён нет.

— Я-я-ясно, — протянул.

Мы прошли в одну из комнат, и остроухая произвела некоторую магическую манипуляцию. И ладно бы просто манипуляцию, но… Она открыла даже не портал, а нечто вроде свёрнутого пространства. Наверное, это свёрнутое пространство. Потому что, войдя сюда, я одновременно и сместился в пространстве, и нет. Не уверен. На всякий случай заглянул за грань, увидев всё тот же фон из неупокоенных душ. Сколько вопросов.

Это место не отличалось от остальных руин архитектурой, но руинами не выглядело. Чисто, никаких трещин, даже воздух свежий, насколько я могу это ощущать. Одна жилая комната, скорее даже каморка, где, кроме четырёх лежаков, и нет ничего, нечто вроде склада и комната с кристаллом, большим, фиолетовым, в человеческий рост. И от кристалла сильно фонило энергией, только я не мог распознать её спектр. Энергия, плотная, мощная.

— Всё происходит здесь, — начала рассказывать остроухая. — Отсюда мы начинаем.

— Начинаем? — выразил я ожидаемое недоумение.

Остроухая кивнула.

— Наш нерса’цхадеш забрал наши души, сделав вечными слугами. Мы просыпаемся здесь, рядом с алтарём. Живём, ухаживаем за кулса’цхамун по мере сил, едим то, что ловим на охоте. И умираем, чтобы снова проснуться рядом с алтарём.

Несколько секунд я переваривал услышанное. Вдумчиво так переваривал.

— И как долго вы живёте?

— Около года, — ответила женщина. — Мы не помним ничего, только воспоминания до момента, как нерса’цхадеш забрал наши души. Но мы нашли записи, сделанные в прошлые разы.

Она подошла к одной из коек и вытащила из-под неё большой кусок грубо обработанной кожи. На ней было написано: «мы подготовили это, чтобы вы отмечали прожитые дни», а дальше шли отметки.

Вот это их хозяин подставил, конечно. Даже не знаю, в моём понимании тянет на изощрённый личный ад. Жить, оглядываясь вокруг и осознавая, что прошли сотни лет, а ты всё так же привязан к одному месту.

— Вот ещё, — женщина протянула мне самодельную книгу, сшитую из кусков всё той же грубо обработанной кожи.

«Не пытайтесь считать, это сводит с ума» — гласила первая запись.

По контексту имеется в виду считать циклы. Очевидно, пробовали. Просыпаться и видеть сотни отметок, что были до тебя? Дошли ли они до этих сотен отметок?

«Не уходите слишком далеко, смерть» — гласила следующая запись.

Понятно, проверяли границы.

«Убийца умирает» — гласила следующая запись.

Хм, не удивлён. Мужчина точно мог довести остальных до грани.

«Детей не будет»

Они не могли не попробовать.

«Сон не приносит забвения»

«Никто не поможет»

«Вокруг чужие»

И так далее, книжица на полсотни страниц с записями пессимистичного содержания. Осознавая, что пережили эти четверо, я не нахожу слов, если не считать ругательств. Книжица не выглядит сильно старой, да и все «листы» одинаково изношены. Значит, её периодически обновляют и переписывают.

— Для вас всё так, будто са’цха существовала буквально недавно. Вы помните мир другим. И каждый раз, просыпаясь, с ужасом осознаёте, что привычный вам мир остался далеко в прошлом. А потом с неменьшим ужасом понимаете, что навсегда останетесь пленниками этого места.

Эльфийка кивнула, две других опустили взгляд, мужчина разозлился, но бессильно выдохнул.

— Что-то случилось, господин? — спросила Ванесса, даже по моему обычно непроницаемому лицу сумевшая что-то понять.

— Нет, не случилось. Просто осознал судьбу этих бедолаг. Они заперты в этом месте, не способны далеко уйти. Заперты своим хозяином, древним, жившим больше двух тысяч лет назад. Для них то время было пару месяцев назад. Живут около года, умирают, а затем вон тот кристалл воссоздаёт их заново, без новых воспоминаний. Снова, снова и снова.

Кое-кто из вампиров присвистнул.

— А кто-то говорит, что бытность нежитью — это ужасное проклятие, — оценила Ванесса. — Да лучше рыцарем смерти или личем стать. Там хотя бы есть перспектива вернуть относительно живое тело.

Биттер снял шляпу.

— Может, вопрос неуместный, но что это за древние такие? — спросил гоблин.

— Потом расскажу, — ответил ему и обратился к остроухим. — Я повидал мир, видел руины. Их пришлось откапывать с очень большой глубины. Скажу больше, я точно уверен, что с того времени изменилась сама магия. Даже если ваши хозяева попробовали спрятаться через какое-нибудь хитрое заклинание — они всё равно все давно погибли.

— Но мы здесь! — возразил зануда. — Великая магия нашего господина…

— Вам повезло, — перебиваю его. — Хотя скорее не повезло. Кристалл, судя по моим ощущениям, требует не так много энергии, по сегодняшним меркам.

Пожалуй, моя филактерия, пока была отдельным камушком, была даже помощнее.

— Ему достаточно магического фона. Мир, который вы знали, остался в глубоком прошлом. Там же остались и ваши древние хозяева.

Глава 30

Я всё-таки уважаю Древних. Да, они были рабовладельцами и за рабов держали всех, кто слабее. Да, жизни этих самых рабов они ценили меньше, чем шнурки от ботинок. Да, они, видимо, творили много всякого отвратительного. Но магами были сильными и, что куда важнее, умными и изворотливыми.

Кристалл, называвшийся в грубом переводе «камень бессмертного слуги», можно без преувеличения назвать высококачественным изделием и даже произведением магического искусства. Это был именно искусно выполненный артефакт, а не мощная, тяжёлая дубина. Изуверский по отношению к четырём рабам, но гениальный!

После некоторых размышлений и разговоров мы, в смысле я с подчинёнными, заняли крепость. Мы обживали наружные помещения, прикидывали, как и куда ставить портал, где поднимать монолит. Ставить монолит прямо в крепости поостерёгся, мало ли какой магии это помешает.

Зануда ожидаемо ворчал, но с ним всё было предельно ясно, там, в прошлом, он был привилегированным рабом. Обычно это короткий путь в мудаки, скорее даже надо изначально быть мудаком, чтобы стать погонщиком других рабов — твоих бывших соратников, но этот ещё был нормальным. Относительно. Всё же осознавал мужик, что мир изменился, как бы тяжело ни было принятие такого изменения.

Я, впрочем, больше общался с девушками, они были адекватнее и рассказывали о своих бывших хозяевах охотнее. Рассказ очевидца о мире тысячелетней давности. Если бы я не имел уже некоторые представления о том времени, ходил бы нагруженный впечатлениями по самую маковку.

Древние делали вещи. Например, когда эти бедолаги ложились под ритуал, вокруг этой крепости никаких гор не было. Крепость располагалась на острове посреди нехилой такой реки. Настолько нехилой, что ни один берег невооружённым взглядом было не разглядеть. И остроухих, проснувшихся в горах, это совершенно не удивило, потому что маги прошлого при большом желании ландшафт меняли только в путь. У меня, конечно, шаблон рвётся при попытке осмыслить, какими силами надо обладать, чтобы превратить реку в горы, и при этом не только не раздолбав собственную крепость, но ещё её и в горы встроить.

Меня, впрочем, больше интересовала вообще жизнь людей, ну и эльфов, того времени, о чём женщины пусть с неохотой, но рассказывали. Остроухие подтверждали наши теории и немногие знания. Жизнь была суровой, разумных было мало, не успевали нарождаться, часто погибая от сотни возможных угроз. Источником угроз, само собой, были маги. Малочисленность накладывала свой отпечаток на всё. Никаких государств не существовало, в них не было смысла. Все смертные принадлежали либо магам вообще, либо конкретному магу, застолбившему поселение. Слуги, обслуживающие магов, само собой, априори были его рабами. Из рассказов становилось ясно, что обслуживание было… своеобразным. Вообще, взаимодействие магов и смертных носило очень странный характер.

Умея перекраивать континенты, маги не имели трудностей в плане обеспечения быта. Там дел на щелчок пальцев. Но бутылка вина, прилетевшая силой магии — это не круто. А фигуристая вышколенная служанка во фривольном наряде, подносящая вино — это хорошо, это эстетично. Если ещё фигурку не отдавать на откуп случайности и генам, а поработать над ней своими силами, так и вообще повод для гордости. Ибо да, тонкие манипуляции хоть им и давались, но требовали сосредоточения, концентрации, вдумчивого кропотливого подхода. Снести гору — легко и быстро. Превратить дурнушку в королеву красоты — долго и утомительно. Магам реально было проще воздействовать сразу на сотню разумных. Половина вымрет — не беда, оставшиеся станут лучше. Повторить пять поколений подряд — получишь небольшую общину с заданными параметрами.

Нда, восхищаясь некоторыми достижениями магов того времени, всё равно хочу добраться до них и крепко пожать шею двумя руками.

Князья, к слову, таким методом и были созданы. Остроухие видели множество применений этих ребят. Гладиаторы, помощники во время охоты, почётный караул. В те времена князья ничем не выделялись от других рабов. Да, крепче, сильнее, живучее, но для магов все рабы оставались рабами, просто с разными функциями.

И всё это вышеперечисленное относилось к взаимоотношениям магов и смертных, когда первые действовали относительно адекватно. Да, нисколько не ценили жизни рабов, скорее просто не замечали их, как предметы мебели. Жесть начиналась, когда маги развлекались. Ради смеха создать монстра, что устроит фильм ужасов одной отдельно взятой деревне? Запросто. Наслать какую-нибудь пакостную болезнь и смотреть, как быстро люди вымрут? Легко. Поменять направление рек, превратив земли, кормившие тысячу человек, в пустыню? Регулярно. Рабы и слуги хотя бы были магам для чего-то нужны. Слугам тоже доставалось, на них ставили эксперименты, банально изгалялись и делали много чего ещё, доступного при такой абсолютной власти. Такого, что белым колонистам и их чёрным рабам не снилось даже в самых больных фантазиях. Но ещё хуже было просто жителям мира, пытавшимся в этом хаосе выжить.

Друкхари из Молота Войны, увидев развлечения местных магов, испытали бы чувство собственной неполноценности. Да, извращённый разум и тёмных эльдар, и древних магов находил примерно равные развлечения. Просто у древних инструментарий был обширнее, а власть над телами и душами жертв больше. Банально убивать и калечить смертных быстро всем надоело. Нет, древние изощрялись, создавая условия, в которых разумные погружались в бездну отчаяния, чтобы потом продлить существование в этой бездне на сотню лет. Шутка, вроде «камень бессмертного слуги», применялась и для подобных развлечений. Пример, приведённый одной из девушек: маг заставил родителей наблюдать, как их дети, снова и снова возрождаясь из кристалла, живут рядом с каким-то поехавшим маньяком, что вновь и вновь над ними изгалялся, убивал, а затем с упоением втирался в доверие к ничего не подозревающим жертвам. Я, как не пытался, не мог вывести из этого развлечения хоть какой-то практический смысл.

Больше всего выбивало из колеи то, с каким спокойствием остроухие рассказывали о забавах своих хозяев. Для них это реально ощущалось нормой, странной, угнетающей, ужасающей, но привычной нормой.

Когда я всё пересказал остальным, Ванесса захотела попробовать обратить их в вампиров. Из милосердия. Хотела вырвать из цикла вечного рабства, чтобы остроухие получили свободу. Отправить их в Союз, чтобы пожили нормальной жизнью. Какой милый искренний порыв. Ну и да, желающих крепко пожать шею древних стало больше.

— Боюсь, не выйдет, Ванесса. Точно не обычным обращением. Если я правильно понимаю, что сделал их хозяин, мы имеем дело не с полноценными живыми существами, а с чем-то вроде призрака. Все четверо тысячи лет как мертвы, но хозяин использовал их души для создания материального призрака. Поэтому у них такая короткая продолжительность одного цикла. И воспоминания всегда сбрасываются по той же причине, их души не способны развиваться и накапливать опыт сверх очень маленького предела. Неполноценные души разрушаются сами собой, не способные поддерживать целостность. Магических способностей, чтобы это понять, у них нет.

— Ничего нельзя сделать? — с грустью спросила Ванесса.

Забавно. Скажи я сейчас, что сделать можно, но долго, ресурсозатратно и заморочено, давайте лучше сломаем кристалл и закроем вопрос, Ванесса даже не поморщится, сделает. И не будет меня после этого считать мудаком, ибо, ну… С чего бы? Кто они нам? Но вампирша всё равно сохраняет это человеческое сострадание. Правильно делает, внутренние сомнения и переживания полезны для развития. Рефлексия вообще вещь необходимая.

— Ну почему же нельзя. А как я нежить создаю? Нужно перехватить их обглоданную душу, или что там осталось. Укрепить её некромантией, насколько это возможно, и использовать для создания нежити.

— Чувствую, что всё не так просто, и есть проблемы, — поняла вампирша по моему тону.

Киваю.

— Есть. Первая проблема — их четверо. Поймать всех сразу не проблема, но сразу всех поднять не выйдет никак. Вылавливать их по одному тоже не выйдет, мне придётся ломать кристалл. Давать свободу одному и отправлять остальных просто умирать как-то некрасиво. Придётся придумать какой-то способ удерживать остальных, пока я поднимаю одного. Но с этим справиться как-то ещё можно, я даже примерно представляю варианты. Есть вторая проблема — состояние их душ. Обратить их в вампиров не выйдет никак. Для личей у них нет личной магической силы, если попробую — на выходе выйдет туповатое создание, которому потребуется вечность, чтобы осознать себя. И нет гарантии, что личности не сотрутся. Рыцаря смерти поднять можно, но опять же очень низка вероятность сохранения личности, да и рыцарь смерти из женщины… Не стоит.

Глянул за молчавшую Ежелин.

— Фурия точно не выйдет, души покалечены, магической силы нет, они просто растворяться в потоке душ. Из высшей нежити остаётся только какая-нибудь банши. Но менять калечное тело на бестелесную форму без возможности в перспективе получить постоянное тело… Теряется весь смысл.

Я перебрал вообще все доступные варианты, но там либо была специфика, типа духа мщения (физическое тело и разумность, но кому мстить-то?), либо как с банши, замена шила на мыло. Ничего, что я готов был предложить страдальцам.

Для меня это, по большому счёту, был интересный эксперимент. Разобраться в магии древних, возможно, изучить какие-то новые методы манипуляции энергией. Но изгаляться над пленниками, делая их положение ещё хуже… это всё равно что расписаться в собственной беспомощности.

— В общем, дамы и господа, откладываем пока этот вопрос. Либо я придумаю что-нибудь, либо мы просто освободим их от этого рабства.

Сами руины, к сожалению, значительным источником знаний не стали, во всяком случае внешняя их часть. Девушки сообщили, что где-то… «под» руинами есть скрытые помещения, где и хранилось то самое важное для хозяина остроухих. Только они, само собой, пути туда не знают и знать не могут. И мы без магического ключа или чего-то подобного даже дверь нащупать не можем. Я и личи честно старались. Ну ничего, мы здесь все, всё же, боевики. Откроем портал, вызовем сюда исследовательскую команду, пусть разбираются.

В общем, мы развёртывались, готовились, немного отдыхали. И как это всегда бывает — ничего не предвещало беды. А затем в небе появилось несколько химер. Они были невелики и летали высоко. У нас была развёрнута маскировка, я не только предполагал, что такие вот наблюдатели существуют. Я точно знал о них, некоторые обращённые вампиры поделили информацией. Только мало они знали, редко этих летающих использовали. Храм был замаскирован магией, а вот место возведения монолита — только подручными средствами. И, судя по тому, как птички начали наворачивать круги, маскировку нашу раскрыли.

Глава 31

Сижу, рассматривая разведчиков.

Поскольку эти наблюдательные птички зверем были редким и доступным не всем князьям, можно сделать вывод, что на нас вышел кто-то серьёзный. Дальше, само собой, было всего два варианта. Либо князья приходят сюда с большой армией и пытаются нас прихлопнуть, либо приходят, чтобы договориться. В вариант, что они вообще махнут на нас рукой с формулировкой: «нехай живут», я, откровенно говоря, не верил. В принципе, я в вариант с «договориться» не верил тоже. Всё будет так, как я говорил Нэру: сначала князья эпично отхватят, а уже потом будут думать про мирное сосуществование. Исходя из таких предпосылок, мы и готовились к горячей встрече. Впрочем, вариант с «договоримся» имел место быть, и для этого я всё подготовил, благо и готовить там было не особо много.

Покуда лично от меня подготовка ничего не требовала (стратегическое руководство после возведения первого монолита я мог вести, не вставая с кровати), я занялся изучением кристалла. Остроухих мои манипуляции не особо напрягали, кроме зануды, тот всё ворчал. Женщины, судя по всему, освобождение через смерть примут с облегчением. Я же, осторожно ковыряясь в сплетении магии, тихо ехал крышей. Расплетал хитрую вязь сложнейшего заклинания и пародировал одного гения с его: «Почему? Да почему? А, вот почему».

Если я правильно понимаю, а это совершенно не гарантировано, древние использовали как бы универсальную ману. С нюансом, что универсальность этой энергии не столько в возможности применять любые заклинания любых школ, сколько в самой сути. Эта магия как бы была силой творения, божественного творения. Собственно, отсюда и чудовищная власть древних над миром. Тем не менее, когда приходило время творить заклинания, универсальная энергия выделяла… потоки? спектры? Всё же потоки, стихийные, или как в этом кристалле, магия смерти. Да, фокус с душами четырёх несчастных был провёрнут именно магией смерти. Вопрос: как? Насколько я знаю, магия смерти появилась после древних, и среди них некромантов не было.

Был, кстати, вариант, что эти потоки магии смерти появились вместе с магией смерти, а до этого оно работало как-то иначе. Звучит фантастично, заклинание само перестроилось под влиянием внешних факторов, а не разрушилось, так обычно не бывает. Однако чужеродность некоторых элементов продолжала убеждать меня в возможности этой теории. По большому счёту именно благодаря тем элементам, что касались манипуляции душами, у меня вообще имелась отправная точка, с которой я начал расшифровывать конструкцию этого артефакта.

Если с той частью, что отвечала за работу с душой, всё было в каком-то «понятно» (по крайней мере, я понимал, как происходит процесс), то, нащупав часть, отвечающую за создание тела, я застопорился, пытаясь осознать подход неизвестного творца. Магия смерти могла творить материю из энергии, слегка нарушая законы реальности при создании высшей нежити. Так создавались фурии, например, да и личи в какой-то мере. Некростроения — вообще отдельная тема. Однако здесь концептуально артефакт пользовался законами мироздания, только не со стороны естественного течения жизни, а со стороны… богов. Буквально заклинание говорило: «я сказал да появится тело», и появляется тело. Надо ещё взглянуть на это в процессе, может, даже предложу остроухим пройти ещё один цикл перерождения науки ради, но то, что я видел, заставляло мозги чесаться. Я понимаю, как все эти элементы работают по отдельности, но комплексность построения ускользает.

Глядя на всё это, анекдот придумал. Приводят советские учёные своих коллег из-за рубежа в большой цех и говорят: «смотрите, это — квантовый компьютер». Зарубежные учёные отвечают: «подождите, но мы же видим, вот лампы, перфокарты, механическая логика». Советские учёные подтверждают: «да, лампы, перфокарты, механическая логика, но компьютер квантовый».

Или другая аналогия. Приходят к шаману и спрашивают: «ты умеешь вызывать дождь?». Он кивает: «умею». Берёт бубен, начинает плясать, что-то тараторить, бить в бубен. И начинается дождь. По отдельности все его движения не имеют смысла, но в комплексе начинают работать. Вот и я смотрю на различные элементы, понимаю, что они делают. По отдельности они не могут творить материю, да ещё и с такими мизерными затратами энергии. Однако стоит охватить весь комплекс творимой магии, и ты начинаешь понимать, что простейшие элементы встроены в иерархию, и создают контуры и воздействие на реальность иного уровня. Сумма элементов не равна всему комплексу магии. И вообще, как бы да, магия так и работает, в целом. Только здесь разрыв между простой основой и получаемым результатом просто чудовищный. Очень хочется разобраться, как оно взаимодействует, понять логику. Не факт, что смогу воспроизвести, но вдруг? В смысле, я же уже подобное проворачивал, когда создал воронку душ и весь тот ужас.

Ко мне пришла Лидия. Как самая общительная (общались с другими, впрочем, больше жестами, языковой барьер пока не пробивался), она получила от вампиров личное имя, к чему отнеслась совершенно равнодушно. Могу её понять, через какое-то время она об этом имени всё равно забудет.

— Вы хотите повторить такой артефакт? — спросила Лидия.

— Только изучить. В нашей культуре использование подобного артефакта на разумном будет считать пыткой. Думаю, даже в качестве наказания за самые страшные преступления обречение на подобную судьбу сочтут слишком жестоким.

Лидия невесело улыбнулась.

— Удивительно. Вы очень милосердны.

— Всё относительно. У нас довольно строгие и жёсткие законы. Другое дело, что большинство граждан могут спокойно прожить всю жизнь, и им даже в голову не придёт нарушать закон.

— Я не совсем вас понимаю, Арантир.

— Ну да, вы же никогда не жили в большом обществе. Понимаешь, сейчас насколько могущественных магов нет, даже больше скажу, большинство правителей вообще не маги. И чтобы разумные сосуществовали и не убивали друг друга просто так, не воровали, не отбирали силой, существует закон. Система законов. Крестьянин работает на земле, закон принуждает его платить налог, но закон же защищает его от грабителей и бандитов. Будь ты гражданином Союза, могла бы получить землю, построить дом, или засеять чем-нибудь, или использовать под выгон скота. А вот продать землю уже нельзя, продажа земли у нас запрещена. Получая с земли продукты, ты можешь их продать, или можешь обработать, сделать из хмеля пиво, например, и продавать уже пиво. А покупать пиво у соседа и перепродавать его в городе уже не можешь. Но если ты держишь магазин в городе, покупать пиво у поставщика и пускать его в розницу — пожалуйста.

— Очень сложно, — призналась Лидия.

Киваю:

— На первый взгляд да, но эта система существует не просто так. В некоторых государствах законы, на первый взгляд, не слишком строгие. За нарушения всего лишь штрафы, только в серьёзных случаях арест и содержание под стражей. Казалось бы — идеальные условия, но подчас за ними скрыт обман.

— Какой?

— Те, у кого деньги, выигрывают. Нарушил закон — откупился. А у кого денег нет — страдают. И чтобы выжить, вынуждены нарушать закон. А те, у кого деньги есть, нарушать закон тоже вынуждены, чтобы стать ещё богаче. Это грубое описание, я стараюсь передать саму ситуацию. Мягкость законов не гарантирует хорошей жизни, строгость вовсе не означает давления со стороны властей.

Оборачиваюсь к остроухой.

— Гражданам Союза живётся спокойно и свободно. Они уверены, что в их жизнь не ворвутся проблемы из ниоткуда. Никто, обременённый властью, не посмеет просто войти в их дом и что-либо отбирать силой. Никто не лишит их достатка и заработка. Их защищает закон, строгий и единый для всех. Это правда. Но законы наши не милосердны. По невнимательности или из злого умысла совершил ошибку, причинившую вред другим гражданам — отхватишь проблем полную телегу, и не только ты сам, но и твой начальник, допустивший тебя до работы. У вас были строгие хозяева, наказывавшие по своей прихоти. У нас строгие законы, накладывающие на каждого мешок ответственности.

Вернулся к изучению кристалла.

— Не хочу обнадёживать раньше времени, но в моих планах найти способ вас освободить. Для меня это способ изучить магию вашего времени. Если получится — станете гражданами, увидите, каким может быть мир без обнаглевших до безобразия ублюдков, способных по своей прихоти менять ландшафт.

Лидия издала непонятный звук, вроде смешка, но какой-то обречённый.

— Пора всерьёз учить ваш язык, да?

Отрицательно качаю головой и вновь поворачиваюсь к остроухой.

— Нет, упираться не стоит. Мне придётся попросить вас пойти на следующий цикл, чтобы разобраться в работе кристалла.

Женщина внешне не выразила никаких эмоций по поводу подобной перспективы.

— Сделаем по вашему приказу.

Она использовала слово «приказ», потому что других повелительных слов не знала. Любое слово хозяина было приказом. И безразличное отношение к очередной смерти тоже понятно. Без подобного фатализма, наверное, с ума можно сойти, и я не про ситуацию сейчас, а про их жизнь вообще.

— Лучше напиши самой себе сообщение, чтобы, когда вновь проснёшься, быстрее разобраться в происходящем. Уверен, вы будете шокированы, когда увидите меня, едва пробудившись.

После небольшой паузы, во время которой женщина выглядела задумчивой, Лидия кивнула.

— Да, напишу.

Кстати, насчёт напишу.

— Лидия, давно хотел спросить. А среди рабов много грамотных?

Впервые увидел её смущение.

— Нет, писать учили не всех. Главных слуг, помощников и… Наложниц, которым предстояло родить от нерса’цхадеш. Но мы знали лишь атса’цхана. Киатса’цхарига, истинная речь, находилась под запретом.

Заминка Лидии была столь короткой, что не слушай я внимательно и не заметил бы. Но я слушал, однако развивать тему не стал. Эти нюансы мне не были особо интересны, о сложностях зачатия с магами я уже успел от наших магов узнать. Зачем вообще древним дети — узнаю как-нибудь в другой раз. Про речь рабов я тоже уже знал, понял из противоречивых ощущений от «перевода».

— Ясно. Не удивлён, даже само знание киатса’цхарига даёт некоторую власть. Не удивительно, что эти знания находились под строгим запретом.

Я вернул внимание кристаллу, задумавшись на тему протягивания своих шаловливых ручек к магии в кристалле. Может, удастся вмешаться в процесс? Уловить, как распадающейся души возвращались и соединялись с создаваемой. Если повезёт, смогу помочь остроухим сохранять воспоминания. Правда, не думаю, что воспоминания о собственной смерти от распада души приятны, но эту цену можно заплатить.

А если я постараюсь полностью воспроизвести заклинание, вложенное в кристалл? Потребуется материальный носитель, но если выйдет — откроется возможность ставить эксперименты не на самих остроухих. Да, все эти варианты следовало проверить и отработать.

Глава 32

Как я и ожидал, князья подтянули к горам армию. Не сказать что огромную, но расположилась войсковая группировка не одним лагерем, а четырьмя. Одним основным в центре, и тремя на примерно равном удалении друг от друга для создания защитного периметра. Птицы, ящеры, химеры, маги, самих князей не меньше сотни. Вполне представительное воинство. Своими текущими силами в чистом поле стенка на стенку я бы против них не вышел, но горный пейзаж и долина предоставляли достаточно пространства для манёвра. А там главное — начать убивать и поднимать мёртвых, чтобы гости в полной мере осознали все «прелести» войны против некромантов. Постоянно висевшие в небе птицы-наблюдатели также погоды не делали.

Однако князья не пошли в атаку (сразу, по крайней мере). Крупный отряд выдвинулся из находившегося на почтительном расстоянии от гор лагеря и, несколько не доходя до подножия, начал развёртывание лагеря поменьше. Я прикинул расстояние, получалось, с погрешностью плюс минус лапоть, посредине между нашими руинами и лагерем князей. Этот жест тоже недоумения у меня не вызвал. Будут вести «переговоры», то есть предложат сдаться. Знаем, видели не один раз.

Когда небольшой лагерь был обустроен, в нём остались только слуги и некоторые припасы. После туда прибыло десятка полтора разумных, князей и эльфов, после чего подняли большой зелёный флаг. Я поспрашивал у местных, подтверждая предположение, сие было приглашением на поговорить.

На встречу взял фурий и вампиров, для солидности, и Биттера, по приколу. Последнему в дороге рассказывал о своём опыте взаимодействия с наделёнными властью разумными. Я признавал, что ситуации бывают разные. Например, если правитель лишь недавно пришёл к власти, или ему приходится постоянно с кем-то за власть конкурировать, то такой разумный вполне понимал компромиссы, взаимовыгодное сотрудничество, долгосрочные перспективы и многое другое. Та самая ситуация, в которой за одного битого двух небитых дают. Если же правитель с детства видел только своего предшественника, отца или другого родственника, который правил, не имея никаких серьёзных проблем, или не показывал эти проблемы отпрыску, а потом просто так получал власть, то такой разумный имел весьма наивное представление о незыблемости собственной власти. А если ещё его помазанником божьим называли, то всё, тушите свет, спускайте воду. В таких случаях приходилось небитого превращать в битого уже своими собственными руками, с кровью отдирая розовые очки и пинками вбивая адекватное восприятие реальности. Поскольку мы в глазах князей вряд ли представляли значительную силу, воспринимать всерьёз нас не станут.

Красный гоблин со мной согласился.

— Да, да, оно так. У моего родственника так было. Он поставлял выпивку в разные кабаки столицы. Конечно, не лучшие заведения города, но и не забегаловки всякие, где бездельники пропивают последние мозги. Да, не пытался эти новомодные вина гнать, как некоторые. Ну какие у нас вина? Где мы виноград вырастим, тьфу. Грог делал, но настоящий, не сивушный какой. В общем, захотел он дела расширить. Вниз падать некуда, в забегаловках только самое дешёвое пойло подают. Пошёл вверх. А там такие напыщенные кроты сидят, морды воротят. Сами на переговоры не пошли, послали какого-то ломаносого простофилю, что умеет только башмаки целовать…

Ломаносого? В смысле, с ломаным носом?

— В общем, ни в какую не шло. Пока я его не познакомил с одним парнем, что хотел своё хорошее заведение открыть. Его тоже теснили, поставщиков подговаривали, в банках шептали, пытались репутацию испортить. Но парень пробивной, выкрутился. И грог взял, хорошо этот настоящий грог пошёл. Ох, как потом те кроты близорукие шипели, эх.

Красный рассмеялся радостно и мстительно.

— Так и выходит. Если репутации нет, то пусть у тебя хоть всё уже работает, и карманы от золота рвутся, с тобой через губу говорят, если вообще говорят. Оно понятно, где-то даже хорошо, ведь если репутация есть, даже если в карманах пусто, тебе умные гоблины всегда помогут. Ты-то выкрутишься, а потом не забудешь, кто тебе помог, и тоже руку не побрезгуешь протянуть. Но если новый кто приходит — ох и трудно даже шаг сделать.

Хм, вообще я несколько о другом говорил, но Биттер по-своему прав. Как-нибудь потом подумаю на тему логики действий капиталистов, известных мне, на примере капиталистов-гоблинов.

В лагере нашего появления ждали, никакого удивления или суматохи. Оружие сдавать не требовали, услужливые остроухие пригласили в центральную палатку, самую роскошную. Ванесса отдёрнула передо мной полог, открывая проход. Не приступ услужливости, проверка, не прилетит ли изнутри чего-нибудь несовместимого с жизнью. Всё спокойно, входим. Четвёрка князей и два эльфа почтенного возраста. Сидят за большим столом, лица невозмутимые, почти. Разодеты красиво, но это даже упоминания не стоит. Среагировали на Биттера, но не удивлением, а удовлетворённым одобрением. Хм, значит, с Нэру уже разговаривали. Это даже хорошо, первое впечатление я на них уже произвёл. Садимся за стол.

— Господа, — обвожу всех взглядом и предлагаю, на правах хозяев, представиться.

— Кронлорд Арантир, — обращается ко мне центральный князь.

Даже на фоне собратьев он выглядит холёным и породистым. Всё то, что есть у князей, выкручено на максимум, внешний вид, движения, одежда.

— Я десница Схеашия, князь Вевех.

Признаюсь, я даже мысленно присвистнул. Да, десница, возможно, не совсем точный перевод, но основной смысл передаёт. Предо мной второй человек, в смысле князь, во всём «царстве». Лично прибыл, демонстрируя, насколько для князей важно разобраться со мной. Для максимального пафоса не хватает только сенешаля, который бы представил своего господина, но у них вроде такое не принято.

— От лица всех граждан Союза приветствую вас, князь, — киваю.

— Очень рад, что господин Биттер тоже присутствует, — Вевех скользнул взглядом по коротышке и снова сосредоточил взгляд на мне. — Скажите, кронлорд, что за странное название? Союз. Союз кого?

Абстрактный вопрос? Он спрашивает не о портале, не о гоблинах, не о моих разговорах с Нэру, даже не о джунглях, если они связали меня и джунгли, что не факт. Вопрос о названии. Хочет меня прощупать, что ли?

— Ваше государство называется Схеаши, верно?

Вевех промолчал, лишь кивнув.

— Какое происхождение у этого названия?

— Потомки Схеаши правят тысячу двести лет, передавая правление от отца к сыну. Это земля принадлежит нам больше тысячелетия, и все, кто на ней живут, тоже.

— Ясно. У нас раньше было много государств. Чаще всего они получали названия от местности, в которой находились. Реже названия происходили от правящих семей. Устоявшаяся практика.

Как он изучает меня, так и я могу изучить его. Проверить реакцию на некоторые факты, например.

— Другое дело — Союз. Нам не сотня лет, тем более не тысяча. Всего лишь десяток. Четырнадцать лет, если быть точным.

Холодные глаза князя продолжали следить за мной, но брови чуть опустились и сблизились. Он нахмурился. Однако никакой реакции нет, сидит, слушает. Биттер, к слову, широко улыбнулся. У него никаких вопросов название не вызвало, наоборот. У них ведь тоже «монополия» в первую очередь, с небольшим уточнением, кто именно монополию установил и закрепил. Социальный строй другой, отношение к наименованию тоже несколько иное.

— Наше государство появилось и существует для объединения всех разумных, готовых соблюдать наши законы. Оно изначально не привязано ни к конкретной территории, ни к конкретному правителю или его роду, ни к конкретному народу. Потому и название абстрактное и в то же время всеобъемлющее. Полное название звучит как: Первый Союз. Мы объединились не как народ, не как подданные какого-то правителя, не как жители какого-то места. Нас объединяет идея справедливого правового государства. Поэтому Союз.

— Спасибо за ответ, — невозмутимо отозвался Вевех. — Вы сказали, что прибыли к нам ради получения порталов. Однако вы действовали скрытно и агрессивно. Можете объяснить: почему?

— А где я действовал агрессивно? По отношению к вам агрессивно? — уточняю.

— Мы нашли ваши постройки в джунглях, кронлорд, — пояснил десница. — И провели некоторую работу. Раны, оставленные на наших погибших, нередко совпадают с ранами на гоблинах в подземелье, которое вы зачистили.

Отдаю должное, успели и в подземелья заглянуть, даже всё там облазить и найти трупы, и найти трупы в джунглях, и даже сопоставить. Серьёзно за дело взялись, прижало, видимо.

— Ладно, признаю, я действовал агрессивно. Всё время, что существует Союз, мы ведём войны. В основном завоевательные, но не из тяги к завоеваниям. Наоборот, мы бы спокойно сидели и занимались своими делами, благо, чем заняться есть, там на сотни лет планов. На заре своего развития мы занимали территорию, пусть крупного, но одного государства. И все вокруг отчего-то решили, что, раз у нас нет короля, правителя, объединившего аристократию, как нет и самой аристократии, мы слабы. И нападали. Снова и снова. И неизменно проигрывали.

Меняю позу, сдвигаясь вперёд и облокотившись на стол.

— Союз разрастался, забирал новые земли, легко принимал новых граждан. Мы становились только сильнее. В какой-то момент мнение местечковых царьков и корольков… — было очень сложно на языке князей выразить пренебрежение к правящим особам, соответствующих суффиксов в языке не было, пришлось обыгрывать через артикулы. — Нам стало просто безразлично. Теперь, когда мы находили необходимые нам ресурсы на чужой территории, мы, сохраняя приличия, предлагали торговлю, даже установку нашей фактории с платой налогов в казну правителя. Но нашу вежливость неизменно принимали за слабость. Либо отказывали, либо выкатывали совершенно неприличные требования. И мы забирали требуемое силой. Очень редко встречались правители, осознающие своё положение и соизмеряющие свои силы с силами Союза.

— И нас вы… — начал десница.

— Я не закончил, — перебиваю князя.

Он замолкает и сохраняет невозмутимость, хотя по дрожанию глаз вижу — подавляет злость.

— Прибыв сюда, я увидел вас. Во-первых, Союз более развитое и продвинутое государство. Пусть, из-за обстоятельств, мы пока не пользуемся этим преимуществом, но, стоит открыть портал, мы наглядно продемонстрируем вам, что такое «техническое превосходство». Во-вторых, я посчитал ваше государство разрозненным, рыхлым. Позже я осознал свою ошибку. В любом случае я не верю, что вы не попробуете применить против меня силу. Все пробуют. Столько раз я через это проходил, что теперь не считаю нужным особо сдерживаться и не использовать силу. Единственное ограничение — мы не убиваем некомбатантов, вообще по возможности не соприкасаемся гражданскими.

Несколько секунд десница смотрел мне в глаза. Я видел, как играют желваки, как сжимаются и разжимаются кулаки. Однако Вевех улыбнулся. Спокойно, даже немного насмешливо.

— Что же, кронлорд. Придётся мне разочаровать ваши ожидания. Если Союз готов к мирному существованию и вы, как его представитель, дадите слово не вмешиваться в наши внутренние дела, мы готова обсудить торговлю и размещение ваших… Как вы сказали? Факторий? Ваших факторий на нашей земле.

Глава 33

— Где-то их очень сильно прижало, — дал своё экспертное мнение Хаарт.

— Настолько прижало, что им либо не потянуть борьбу ещё и с нами, либо вообще нужны наши ресурсы, — добавил Алан.

Удалось застать обоих в столице, так что в коем-то веке голова болела не у меня одного. Вопрос, как дальше вести дипломатию, стал повесткой дня.

Хаарту удалось наладить контакт с гоблинами. До открытия постоянного портала не дошли, но сообщениями стабильно обменивались. Торговались. Гоблины, как и сказал Биттер, были готовы продать понимание работы порталов, осторожно набивая цену. Осторожно, потому что всё ещё находились под впечатлением от «войны первого контакта», или, как они сами называли: «незначительный инцидент со взаимным недопониманием». Заикались по поводу репараций, Хаарт обозначил масштабы возможного сотрудничества и объёмов торговли, гоблины подавились слюной и забыли по репарации, переключившись на систему скидок и льгот.

Ага, я так и представил: Китай начала двадцать первого века открывает портал в какую-нибудь Голландию времён начала промышленной революции и предлагает голландцам побыть дилерами. И ведь гоблины действительно не только для себя готовы были покупать или служить посредниками. У них имелся выход на поверхность собственного континента, где жили и воевали друг с другом какие-то там страны, а ещё имелся портал как минимум на другой континент, и там тоже шла своя движуха. Потенциальных покупателей у красных коротышек было столько, что даже Союз вот так сразу не смог бы закрыть весь возможный спрос.

Хаарт и Алан уже обсудили общую стратегию, при которой Союз пока остаётся в границах нашего континента и спокойно развивается. Мы не феодальное государство, и даже не капиталистическое, нам экспансия, военная или экономическая, для поддержания самих себя не нужна. Если/когда захватим весь свой материк, нам и армия будет нужна не настолько большая, чтобы держать всю границу, а такая, чтобы реагировать на возможные вторжения. Нет, идиотами мы не были и разоружения не планировали, но сейчас наша оборонка откровенно раздутая. С остальным миром же как раз можно взаимодействовать торговлей. Это у себя на континенте с нами торговать никто не хотел, а затем и не мог без опасения попадания в экономическую зависимость. Через гоблинов мы могли стать заводом этого мира, и единственный вопрос: а что нам покупать у остальных.

Я с этой стратегией легко согласился. Она и остроту проблемы князей снимала, если мы меняем вектор действий. Знания о порталах мы получили. Более ничего, за что следовало бы воевать, у князей на земле нет. Ну, ресурсы ценные, если найдём.

— Значит, договариваемся и на всю катушку пользуемся полученным временем. Ставим крепкий форпост, торгуем, наблюдаем, — заключил я.

— Не только наблюдаем, — подхватил Хаарт. — Надо не дать им окрепнуть слишком сильно. Я не хочу получить через несколько десятков лет конкурента.

Отрицательно качаю головой:

— Не получим. Даже если будем продавать им самые передовые наши изделия, они их не повторят. А если и повторят, то в мизерных количествах.

— Я не о технологиях, — отмахнулся лич.

Учитывая, что курирование этой сферы после моего ухода свалилось на него, Хаарт не хуже меня понимал, какая пропасть отделяет Союз от всех остальных. И как сложно повторить хоть что-то из того, что мы наловчились изготавливать массово.

— Я про экономический рост. Сейчас они разрознены, экономика неэффективна, производство примитивно. Если мы предоставим инструменты для повышения эффективности труда…

Улыбаюсь.

— О! Это будет замечательно. Рост населения при сохранении текущего общественного уклада неизбежно вызовет противоречия внутри общества. Поспрашивай гоблинов об их истории, узнаешь, как они своих монархов и аристократов резали, пока те не осознали бесполезность борьбы, слившись с новым правящим классом. Да и на нашу историю посмотри. Перед рывком вперёд неизбежен кризис. Всегда, во всех сферах. Князьям, чтобы догнать нас, придётся преодолеть не один кризис, а три или четыре. И даже это не страшно, потому что, после первого кризиса новая власть вполне может добровольно войти в Союз. Или стать нашей колонией, это от нас зависит.

Лич несколько секунд смотрел на меня, а затем спросил:

— Предлагаешь с ними, да и с гоблинами…

— Да, — киваю. — Новые орудия труда потребуют грамотных специалистов. Много грамотных специалистов. Знаешь, как было в Предельном ещё на заре перемен? Всего десяток живых «крестьян», но каждый максимально образованный, разбирающийся, помимо сельского хозяйства, ещё и в климате, и в химии, и демоны знает в чём ещё. И сам такой «крестьянин» за плуг не вставал. Князьям после получения нового оборудования потребуется грамотное население. А нам останется этому грамотному населению подспудно подбрасывать идеи о справедливом обществе. Нашем обществе. Главное — подавать информацию нейтрально, никак не задевая князей и их власть.

— Говоришь так, будто с таким сталкивался, — отметил Алан.

Пожимаю плечами.

— Там, откуда я пришёл, и не такое видали.

Раз войну отменили, я перебирал другие подходы. То, что я описал коллегам, было самым радужным вариантом, само собой, наиболее удачным для нас. Но в худшем варианте князья успеют вооружиться отсталым, по нашим меркам, оружием и попробовать оказать сопротивление в военном конфликте. Только у нас населения банально больше, пусть ненамного, народа-то у князей в целом хватает, но благодаря эффективности производства наш человеческий ресурс куда шире. А через пяток лет скажется «беби-бум», начавшийся после основания Союза, и у нас валом пойдёт трудоспособная образованная молодёжь. Нехватка кадров, сейчас не закрывающаяся, а только нарастающая, пусть и контролируемо (мы в плановой экономике успели немного разобраться, и проблема снимается), начнёт решаться за счёт этой новой молодёжи. В самом лучшем варианте развития событий Союз ждёт второй рывок в развитии.

Князья, при всём желании, скачкообразный рост населения не обеспечат, сама система такого не предполагаем и не выдержит. Конечно, есть магия, как фактор, и случиться может всякое, вмешательство богов или ещё какая дичь, но князьям всё равно придётся рвать жилы, чтобы просто сохранить хоть какой-то паритет. Поэтому я не боялся делиться с ними технологиями, пусть и не всеми.

Хаарт и Алан к идее отнеслись со скепсисом, но, проворачивая её в голове, совсем уж безумной и бесперспективной называть не спешили.

Поэтому предварительные договорённости с князьями были подтверждены. Я ещё на переговорах взял инициативу, оформив всё на наш манер. Пакт о ненападении, договор о дружбе и сотрудничестве, предварительное торговое соглашение, право на передвижение для представителей и граждан. Здесь невозмутимость Вевеха дала трещину. Пакт о ненападении князей впечатлил. Понятно, что при желании начать войну такая мелочь, как необходимость разорвать пакт за месяц до официального объявления конфликта — это сущая формальность. Впечатляли другие пункты пакта, обязывающие стороны ограничить воинские контингенты, расположенные у границы, а также право на взаимное инспектирование войск на другой стороне границы. Просто так ударную группировку у границы уже не сосредоточить, партнёр по пакту сразу это заметит.

Договор о дружбе и сотрудничестве и право на передвижение доставили князьям больше всего нервов. Первый юридически защищал послов и торговых представителей одного государства на территории другого, накладывая ответственность в случае происшествий, второй открывал возможности для перемещения в определённых пределах. Тонкая подстава была в том, что договор требовал как-то юридически оформить народонаселение. У нас-то всё было просто: все — граждане, перечень прав и обязанностей давно установлен и до населения доведён. Но у князей-то ничего подобного не было. Формально теми, кто попадал под определение «граждан», были только сами князья, а остальные полных гражданских прав не имели. И теперь князьям предстояло очень быстро решить, вводить понятие гражданства со всеми вытекающими проблемами, или очень быстро на коленке создавать систему стратификации, нормально описывающую, кто какие права имеет, и кто не имеет их вовсе.

Я предполагал, что князья выберут второе, разделив общество на три «касты»: князей, граждан и поражённых в правах. Будет интересно посмотреть, во что это выльется. Формально какой-нибудь крестьянин станет равным в правах эльфу-жрецу, на деле между ними остаётся очень большая разница в иерархии и статусе. А такие вещи рано или поздно выливаются в брожения умов. Князья, отдаю должное, некий подвох в этой идее чувствовали. И так понятно, что формализация социальных страт им была не нужна, и так всё работало, а любые перемены, даже если это просто формальное закрепление уже существующей системы, выливаются в проблемы. Раньше-то, при необходимости, какого-нибудь полезного человека можно было и дёрнуть с одного места на другое, и всё нормально, а теперь формализация, нужно эти вот переброски как-то прописывать. В общем, я подсунул свинью и тихонько радовался.

С предварительным торговым соглашением всё было просто, потому что в нём ничего и не было. Я знал, что Союз может продать, князья знали, что продать могут они, но вот что мы хотим купить — непонятно, надо присматриваться. Например, готовы ли князья продавать химер и технологию их выращивания? Сомневаюсь, но вдруг? Боевые-то химеры нам ни к чему, зато какой-нибудь живой экскаватор или вообще крот для прокладывания путей через горы был бы, кстати.

Вернувшись в своё тело сразу был осаждён Биттером.

— Арантир! Сними тяжкую ношу с измученной души! Порадуй моё высохшее сердце влагой добрых новостей! Связались ли твои лорды с моими коллегами?

Вот по глазам вижу, не очень-то его этот вопрос волнует. Точно, пройдоха, будет к чему-нибудь другому подводить.

— Связались, торгуются, — подтверждаю.

Гоблин хлопнул в ладоши.

— Отлично! Жмите этих прохиндеев! Не уступайте ни одного ржавого кольца!

— Ага, не сомневайся, спустим последние штаны.

Гоблин оскалился, ткнув меня пальцем.

— Подколол, да, я оценил. Только ты ещё заметил, как князья на меня поглядывали во время разговора?

Заметить-то я заметил, только не интерпретировал.

— А как они поглядывали?

— Так, что очень хотят со мной пообщаться, причём точно не в трёхстороннем порядке.

Киваю:

— Уверен, хотят. И договориться о чём-нибудь за моей спиной хотят ещё больше.

Гоблин закивал и потёр ладошки в предвкушении.

— Так я предлагаю им в этом прибыльном деле помочь. Зачем ты будешь предлагать им нужный товар по простой цене, если я могу продавать им тот же товар за дорого, потому что в этом есть элемент обмана?

Мне потребовалась ровно секунда, чтобы понять суть предложения.

— Контрабанда.

— Именно! — обрадовался Биттер моей понятливости. — Я думаю так…

— Согласен, — прерываю своего партнёра, протягиваю руку. — Давай обговорим, какие товары мне не стоит предлагать и как подвести тебе легенду, чтобы никто не заподозрил обмана.

— Великая бездна! — гоблин сложил лапки и выразил мордашкой одухотворение. — Спасибо тебе за такого понимающего выгоду и перспективы партнёра!

Глава 34

Рассвет в горах красив. Молодой вампир уже забыл, когда в последний раз вот так сидел и наслаждался видами. За последнее время многое изменилось в его жизни, и Гиллиан признавал: изменения эти ему нравились.

После нескольких лет, проведённых словно в тумане, когда его терзала тоска и боль, а взгляд застилала злоба, он думал, что уже выжег себя полностью. И предложение Повелителя мёртвых было принято со злой радостью. Арантир не обманул, обращение вернуло Гиллиану здоровье, сделало сильнее, дало шанс на возмездие. Он с радостью мстил, упиваясь охотой на князей и их слуг. В какие-то моменты Гиллиан думал, что теперь такой и станет его жизнь, наполненной кровью, смертью, упоением страданиями.

Вампир ошибся. Жажду убивать, как оказалось, не так уж сложно утолить. Тоска по близким улеглась в глубине души, злость выцвела, а разговоры с новым окружением разожгли любопытство. Рассказы о далёком и таком необычном государстве заинтересовали Гиллиана. Сначала он слушал истории из жизни. Пусть оттуда пришло всего несколько вампиров, все они жили в разных местах, настолько далёких друг от друга, что даже говорили на разных языках, хотя и знали общее для Союза наречие. Гиллиан тоже его учил, сначала просто со всеми, а затем по своему желанию. Он хотел побывать там. Побывать на другом континенте, практически в другом мире. Там, где живут совершенно по другим законам.

В этом желании он был не один. Рядом сидела Мойра, вампирша, обращённая немногим позже его. Гиллиан не знал, какой была её жизнь раньше. В первый раз он увидел её, раненую, измождённую, ещё живую, когда сам только осваивался с новыми способностями. В следующий раз она уже была вампиром, помолодела, стала немного выше. Следы изнеможения исчезли, отросли волосы, только затравленность из взгляда пропала не сразу. Она тоже хотела отомстить и освоилась быстрее, раньше начав выходить на охоту. Жажду мести они, однако, утолили практически одновременно. После очередного боя, в котором погибло сразу пять князей, она оба поняли, что более не чувствуют мрачной злой радости, когда отнимают жизни тех, кого ещё недавно люто ненавидели. Мойра спрашивала об этом Ванессу, на что вампирша лишь добродушно рассмеялась.

— А вы думали, нам нужны кровожадные маньяки, которым хочется только убивать?

И Гиллиану пришлось признать, что ему в жизни нужна новая цель. Он не собирался прямо сейчас бежать и что-то резко менять, просто начал смотреть вокруг новым взглядом. Оценивать не так, как делал это раньше. И вот так просто сидеть на склоне, смотреть вдаль и чувствовать рядом Мойру ему нравилось. Была в этом умиротворённость, будто противопоставленная напряжённости всей прожитой жизни.

— Значит, мы теперь сотрудничаем с князьями? — спросила Мойра.

Она последние дни охраняла личей, ставивших обелиски, так что о князьях знала только из рассказов других.

— Да, что-то такое. Но я видел хитрое лицо Ванессы. Подозреваю, что все эти договорённости — изощрённая подстава, и со временем Арантир всё обратит на пользу, себе и Союзу.

— Мы всё обращаем на пользу, — с улыбкой повторила Мойра слова Ванессы.

Старшая вампирша, впрочем, тоже услышала эти слова от кого-то ещё. Не сказать, что это был прямо девиз, но расхожее выражение. Всё же основу воинства Арантира составляла нежить, Высшая нежить, имевшая специфические отношения со временем и своеобразным пониманием пользы и выгоды.

— Ты придумал, как распорядиться вечной жизнью? — спросила Мойра.

— Пока ничего лучше путешествия по Союзу в голову не приходит, — отрицательно покачал головой Гиллиан, — Поэтому на ближайшую сотню лет ничего, кроме военной службы, я для себя не вижу.

— Буду банальной и снова сошлюсь на Ванессу, но она предлагала не спешить и посмотреть на Союз. Есть столько дел и занятий, о которых она сама узнала не так давно. Пусть мы, вампиры, созданы для войны, но Арантир никого не принуждает. Один мотивированный боец, осознанно выбравший путь воина, полезнее десятка солдат, принуждённых обстоятельствами, неважно какими.

Гиллиан хмыкнул.

— От порядков, что заведены на нашей новой родине, порой ум за разум заходит.

— Пусть так. Я ничего менять не хочу.

— Да. Я тоже, — подтвердил мужчина.

Так они просидели несколько часов, иногда болтая ни о чём, иногда просто наслаждаясь покоем. А затем пришёл Зов, собравший вампиров зале штаба, где несколько дней назад до личного состава доводили план обороны. Сейчас здесь народа было поменьше, а на сцене стоял лично Арантир.

Внешне маг смерти, лич, ничем не отличался от вампира. Бледноватая кожа, пепельные волосы, красные глаза, хищность в чертах лица. Сам Арантир никогда в бой не лез, хотя и никакого страха перед стычкой не испытывал, нередко находясь где-то поблизости. Для Гиллиана кронлорд оставался загадкой. Арантир мог быть совершенно «простым» в общении, безразличным к титулам, иерархии, регалиям. Мог в мгновение ока перемениться, начав почти физически источать власть и мощь, транслируя силу Союза, концентрацией которой он в каком-то смысле являлся. Но чаще Арантир напоминал учёного, немного оторванного от повседневности, живущего какими-то своими мыслями, теориями, исследованиями. И тем удивительнее было ощущать его Волю в бою. Там, в подземелье, когда они штурмовали защиту красных гоблинов, Арантир вёл их, вёл каждого, подсказывая, каждый момент, каждый шаг. Или во время поединков с князьями, когда именно присутствие кронлорда делало трёх или четырёх вампиров единым целым, позволяя чувствовать друг друга, и атаковать настолько слаженно, что подобное невозможно достичь никакими тренировками.

Сейчас же Арантир вновь выглядел учёным, чем-то слегка озабоченным, будто оторванным от своих важных дел сущей нелепицей, но не способным просто отмахнуться от необходимости находиться здесь.

— Рассаживайтесь, дамы и господа. Мы подозревали, что без очень веской причины князья нам не простят и не забудут все наши добрые дела. И мы были правы. Князья по уши в дерьме, метафорически.

Арантир вздохнул, проверяя, что его внимательно слушают.

— Господа кровососы, обращённые из местного населения. Что вы знаете о демонах?

Гиллиан нахмурился.

— Крупные, рогатые, клыкастые, сильные, хорошо организованные. И едят всех, кроме своих, — коротко ответил вампир.

Кронлорд кивнул.

— Кратко, но достаточно исчерпывающе. Для тех, кто не в курсе. Третье государство на этом континенте. Названия не имеет, точнее, демоны дипломатией не озаботились, как они сами себя называют — загадка. Обычно совершают небольшие вылазки к соседям, опустошают посёлки и даже города, если справляются со штурмом. Опустошают, в смысле половину съедают на месте, остальных уводят за собой.

Кронлорд помолчал, пройдясь перед вампирами.

— Примерно триста лет назад демоны совершили большое вторжение. Закончилось тем, что четверть царства осталась опустошена. В ноль. Князья уверены, что в ближайшие год, максимум — два, вторжение повторится. Источника информации они не обозначили, к сожалению. Тем не менее такую угрозу игнорировать не стоит. Пусть нам, как только откроется портал, демоны угрожать не смогут, но смотреть, как они уничтожают десятки тысяч разумных, мне не хочется. Поэтому, господа и дамы, вас ждёт большая командировка.

Дав слушателям осознать сказанное, Арантир продолжил.

— Слова князей и даже те знания, что есть у вас — это всё косвенная информация. Мне нужна конкретика. Поэтому вы, вместе с личами, отправляетесь на границу. Князья обещали свободный проход, обмануть не должны. Ваша задача — прибыть на место, поставить обелиск для связи, а затем найти и выловить нескольких демонов. Посмотрим, можно ли обратить одного из них для получения информации. Либо поднять нежитью, чтобы, опять же, получить больше информации. Есть ненулевая вероятность, что с ними будет как с князьями — имунность к некромантии.

Арантир пожал плечами.

— Значит, придётся импровизировать. Старые добрые допросы хорошо зафиксированной жертвы тоже могут быть эффективны.

Он ещё немного помолчал, обдумывая что-то.

— Также не забываем, что всё это может оказаться уловкой, подставой. Очень странной и глупой, но глупость разумных существ пределов не знает. Так что смотрите в оба. Но вообще ваша задача: узнать как можно больше о демонах. Общественный уклад, иерархия, правительство, вооружённые силы. Чем живут, что едят, занимаются ли ремёслами, чем вообще занимаются, помимо вылазок за жертвами. Их физиология, будут ли уязвимы для нашего оружия. Вопросы?

Пошло уточнение деталей и составление подробного плана действий. Гиллиан слушал, но участвовал мало. Сам он вживую не сталкивался с демонами. Вообще, мало кто переживал эти столкновения, только князья и самые матёрые воины. И, в редких случаях, те, кому очень сильно везло. Гиллиан знал того, кому повезло. Бывший егерь, из-за травмы ушедший в мирную профессию, единственный, кто сумел спрятаться от демонов, напавших на город. Единственный, кто сумел убраться из города под носом у этих тварей. Последнее было почти чудом, демоны, похоже, обладали почти звериным чутьём и находили своих жертв, как бы те ни прятались. В прошлое его жизни рассказы старого егеря внушали Гиллиану ужас. Но сейчас вампир улыбался.

— Что-то случилось? — спросила Мойра, хотя её слышали многие и обратили внимание.

— Вспомнил, как мне рассказывали о демонах. О том, насколько они ужасны. Насколько они сильнее обычного человека, или эльфа. И знаете? — вампир окинул всех взглядом. — Мы ведь тоже сильнее и человека, и эльфа. Намного сильнее. И теперь мне интересно: кто кого?

Арантир одобрил настрой оживившихся вампиров, но напомнил, чтобы не рисковали сверх необходимости. Когда совещание закончилось, Ванесса попросила Гиллиана задержаться.

— Не торопись, крутой парень, — улыбнулась она.

Гиллиан обернулся на Мойру и кивнул. Она явно поняла этот жест, обещавший найти её позже, и покинула зал.

— Я слушаю, — Гиллиан вновь обернулся к Ванессе.

Первое время в окружении вампиров ему было сложно привыкнуть к отсутствию жёсткой вертикали подчинения. Он знал, что Ванесса и, само собой, Арантир стояли выше него в иерархии, и их приказы Гиллиан выполнял неукоснительно. Однако в целом ему предоставлялась большая свобода действий, и это поначалу дезориентировало. Сейчас Гиллиан уже разобрался, что таким образом Арантир выявлял способных на инициативу и самостоятельность. Среди вампиров нашлось всего два пассивных юноши, выполнявших приказания всех остальных и не особо стремящихся себя проявить; остальные пользовались определёнными вольностями, особенно если были уверены, что таким образом достигнут лучшего результата. И сейчас Гиллиану не требовалось даже кланяться или называть Ванессу госпожой, вообще как-то выражать подобострастие. Парадоксально, что при таком подходе армия нежити оставалась безукоризненно дисциплинированной.

— Есть задание, не такое приоритетное, как изучение демонов, но тоже важное. Маркхаги. Пусть они не представляют такой угрозы, но о них мы также ничего не знаем.

— Хочешь, чтобы я собрал о них информацию?

Вампирша кивнула.

— Да. В идеале — обратил кого-нибудь из них для получения максимально полных сведений. И это не краткосрочная работа. Если внедришь агента, что сможет за месяц или год подняться в иерархии — будешь его курировать.

Так это и происходило. Задание, которое можно выполнить, как простой исполнитель, или показать себя и получить повышение.

— Мне не помешает прикрытие.

Ванесса удовлетворённо улыбнулась.

— Конечно, любого вампира, но с его согласия. По землям князей нам передвигаться разрешили, но верительную грамоту всё равно получи. Если что потребуется — говори. Удачи, Гиллиан.

Вампир хмыкнул, тихо ответив.

— Удача мне не нужна.

Глава 35

Наступило внезапное затишье.

Ушли на разведку вампиры с поддержкой личей, собирать информацию о демонах. Гиллиан вместе с подругой отправились изучать других соседей князей. Вампир Милерей с одним из наших ушёл искать Делвина и доводить новую информацию. Кажется, князья не планировали убирать войска из джунглей насовсем. На переговорах они настаивали, что наги к Союзу отношения не имеют, чтобы мы не кинулись их защищать. Я решил пока уступить в этом вопросе, ведь наги и сами были не готовы к ассимиляции. Пусть Делвин пока партизанит и накапливает авторитет, его время ещё придёт.

Мы осторожно окапывались в «своей» долине, которую князья нам милостиво передали. В пользование, не насовсем. Я даже немного поторговался для вида, искал способы «купить» этот кусок земли. Не вышло, вопрос территориальной целостности у них какой-то болезненный, зато какими гордыми они были, когда я всё же согласился на временную аренду. Поэтому и окапывались осторожно, чтобы заклятые друзья ничего не заподозрили. Всякие хорошо замаскированные огневые точки расставляли, позиции для артиллерийских батарей размечали, кое-где закапывали дороги, кое-где откапывали. Практического значения все эти телодвижения не имели, пока нет портала и доступа к огнестрелу от всех позиций толку ноль целых, хрен десятых. Когда пушки и винтовки будут — там всё развернётся в обратную сторону, нам станет вообще без разницы, где и на каких условиях принимать бой. Так что это учебно-тактическая подготовка, ну и лекарство от скуки заодно. Молодым лицам и вампирам тактический опыт не помешает, вот и отдуваются. Зато вампиры уже очень хорошо ориентируются на местности. Случись что — княжеским егерям станет очень грустно, да и вообще всем, кто к нам сунется.

Я разрывался между порталом и кристаллом. По первому шёл стабильный видимый прогресс, ещё недели три подготовительных работ, и мы сможем открыть стабильный, постоянный канал. Но не откроем, потому что единственный имеющийся у Хаарта в распоряжении готовый портал уже завязан на гоблинов. Сейчас они тестируют портал между двумя точками на карте Союза. Уже самодельные, а не откопанные из каких-нибудь руин. Первую и вторую стадию прошли, портал больше не закрывался сам по себе и не грозил убить переходившего, но добровольцев пока не пускал. Только предметы. И они иногда получали повреждения, порой фатальные, типа обращения в мелкую пыль. В общем, пока настраивают.

Изучение кристалла шло с заминкой, мне приходилось передавать результаты наблюдения в нашу гильдию, где вместе со всеми устраивать мозговые штурмы. И так-то всё хорошо, разрозненные знания о магии раскладывались по полкам, обретая системный вид. Только создалось у нас впечатление, что и древние действовали более на интуитивном понимании процессов, нежели осознанном. Божественные откровения, чтоб их. Процесс шёл, даже шёл хорошо. Будто учёным-физикам конца девятнадцатого века приволокли подробный чертёж ядерной бомбы вместе со схемой ядерного реактора. Общие принципы мы уже понимали, но в тонкостях процесса ещё требовалось разобраться.

И всё. Затишье. Никуда не надо срочно бежать, никто нам прямо сейчас не угрожает, результаты работы по хоть одному из направлений появятся через месяц самое раннее. И я не скучаю, нет, у меня есть чем заняться. Скучал в основном гоблин.

С Биттером мы договорились довольно быстро. Гоблин считал: мы придержим оружие, попробуем продавать что-нибудь, что нельзя будет направить в нас. Здесь мне пришлось его обломать. Неактуального, устаревшего оружия в Союзе было столько, что хватит князей по уши вооружить, чтобы каждый, кто винтовку держать способен, её в руки получил. И никаких причин не продавать им оружие у нас нет. Наладить производство пороха и патронов они не смогут, точно небыстро. А то, что наладят в кустарных условиях, не станет проблемой. Армии нужны десятки тысяч, сотни тысяч патронов, чтобы она могла нормально выучиться стрелять, а затем вести активные бои. Такого князья не воспроизведут ещё годы. Так что направить на нас наше оружие они смогут один раз, после чего останутся с бесполезными палками.

Ещё у нас была старая артиллерия, которую я тоже собирался сбросить местным. Пусть играются. В худшем случае, направив всё это против нас, стрелять они будут по скелетам, что я как-нибудь переживу.

Но вопрос с контрабандой остался. Золото у князей ценилось, можно смеха ради скинуть им один из философских камней, уже пользованный, чтобы не с полным зарядом. Но это единоразовый товар. А требовалось что-то относительно постоянное. Конечно, в Союзе производилось много вещей бытового назначения, и какой-то интерес эти вещи вызовут. Однако в местных условиях такие товары станут элитными, а значит, позволить себе их смогут только князья. Мы, само собой, можем обеспечить довольно низкую цену без необходимости продавать в убыток, но тогда теряется смысл контрабанды.

Получалось, нужно удовлетворять спрос. А спрос у князей был на товары военного применения. Например: личные доспехи. Латных доспехов здесь не делали, они слишком снижали подвижность. Но мы кое-что в этом понимали, и наши «лёгкие» доспехи давали приличную защиту, вообще не мешая двигаться. Это их заинтересует. Опять же клинки качественной выделки. У местных были гномы, и кузнецами они были неплохими, но всё же не такими крутыми, как в Союзе. Да и несколько интересных сплавов, недоступных обычным кузнецам, просто потому что производились только на промышленном оборудовании, можно применить. Вот уж холодняк продавать можно вообще без опасений. Какими бы крутыми ни были князья. Как не поднимали бы их боевой потенциал хорошие доспехи и оружие, против роты гвардейцев с винтовками это всё не играет.

Так, постепенно мы сформировали список доступных товаров, а Биттер уже провёл предварительные переговоры. Подозреваю, изрядно надругался над девственными, незамутнёнными контактами с капитализмом, мозгами князей. Мне их, впрочем, совершенно не жалко.

Сложнее дело обстояло с нашими собственными договорами. Сначала князья просто очень не хотели воевать с нами. Уже понесённых потерь им хватило, чтобы пойти на довольно большие уступки. Всего скорее, князья даже были готовы заплатить за прекращение огня, но я до подобного доводить не стал. Блюду определённую репутацию, даже не свою, а Союза. Когда я узнал про угрозу демонов и предложил им оружие, князья, само собой, были очень заинтересованы, и началось прикидывание вариантов торговли.

То, что нам нужны только и исключительно ресурсы, причём в промышленных объёмах, князей, само собой, не радовало. Потому что они не могли своими силами организовать добычу и доставку тысяч тонн руды. Колониальный способ работы, когда местное население предоставляет дешёвую рабочую силу на правах рабов, чтобы самыми примитивными методами добывать для нас интересующие руды, не устраивал меня (да и князей не вдохновлял). Другой способ, когда мы притаскиваем сюда оборудование и квалифицированную рабочую силу, организуем хотя бы добычу полезных ископаемых для дальнейшей транспортировки, мне не нравился. Это надо организовывать транспортировку необработанной руды (вероятно, через половину страны, не думаю, что мы всё найдём где-то поблизости). Затем переход через портал и приём с той стороны, откуда руду тоже надо транспортировать.

В общем, разумнее организовать здесь не только добычу, но и первичную обработку. Такое решение тянет за собой ряд… Тонких моментов. Потому что у нас промышленный способ добычи, то есть экскаваторы, примитивные (пока) самосвалы, это если открытый способ. На очень крупном поверхностном месторождении потихоньку собирали первый в этом мире гигантский роторный экскаватор на железнодорожной платформе и паровых двигателях. Предположительно будет полсотни метров в холке. Меня сначала отговаривали от постройки этого монстра, но я настоял, что технологию в любом случае надо отрабатывать, имеющиеся у нас сплавы должны справиться с нагрузками. Узким местом мог стать двигатель, паровики такой мощности ещё не строили, инженерный вызов!

Возвращаясь к местным месторождениям, задумывался я и о создании сети порталов. Но там, во-первых, сырая технология, которой ещё демоны знают, сколько времени до по-настоящему массового использования, мы и первый-то стабильный портал ещё не поставили. А во-вторых, увеличение количества действующих порталов, тем более массовое увеличение, приведёт к повышению вероятности спонтанного переброса к нам ангелов. А оно мне надо? Не надо.

То есть алгоритм действий у нас выходил только один. Сначала изучить местность и найти сами месторождения. Затем прокладывать к ним железные дороги. Уже на этом месте князьям будет ясно, с чем и кем они связались. Какое впечатление железная дорога производит на незнакомых с ней, но достаточно умных, чтобы осознать потенциал использования, разумных, я видел много раз. Заставляет задуматься о вечном и пересмотреть отношение к жизни, во всех смыслах.

А затем по железной дороге доставить на место оборудование для работы и материалы для создания жилого пространства. Поскольку предполагается, что добывать материалы мы будем долго и вдумчиво, народу следует обеспечить комфортные условия проживания. Причём долгосрочные, а не какие-то времянки. Это, в свою очередь, ведёт к созданию пусть не особо больших, по меркам Союза, но вполне представительных в местных реалиях поселений. А в условиях нейтрально-агрессивных соседей поселения придётся выполнять в стиле местных, с крепостными стенами. Ну, может, более продуманные с точки зрения военной науки и вообще градоустройства, да плюс с нашими материалами.

Князьям я свои представления довёл (не уточняя про размах и особенности нашего подхода к строительству), они пытались скрыть раздражение, но согласились. Вот удивятся, когда увидят наш форт с бетонными стенами в пяток метров высоты. Сначала, конечно, удивятся, когда поезда будут материалы доставлять. Хотя первый раз они бетонные стены увидят здесь, у портала.

Осознавая масштабы будущих строительных проектов, связался с Хаартом, обрадовав предстоящим логистическим адом. Это же тонны грузов надо на это сторону перебрасывать, а у нас игольное ушко в виде портала. Лич, как закончил ругаться некрасивыми словами, пошёл собирать консилиум, будут думать, что и в каких объёмах мы можем производить прямо здесь. А ведь ещё князьям заказанное оружие надо перебрасывать.

Так и получается, что вся экономическая мощь Союза у меня за спиной, а воспользоваться ей в полной мере я не могу.

Глава 36

Из Союза пришло две новости. По сути, взаимосвязанные. И я даже не могу с ходу определить, хорошие они или плохие. Да и по хронологии они, в общем-то, одновременные. В каком-то смысле обе новости — следствие одного события.

Первая новость, большая по масштабу, была связана с Илией. Той самой девушкой с суицидальными наклонностями, аномалией, магом смерти в женском теле. Она умерла. Причём не по собственной инициативе, а в результате несчастного случая. Поскольку случилось всё в нашей башне магии, маги смерти сразу начали думать в сторону её воскрешения, только сомневались в форме. Всё же личи могли быть только мужчинами. Фурию же поднять — надо звать как минимум Хаарта. Однако не успели, девушка их опередила, самоподнявшись.

Личем. Точнее, Королевой мёртвых.

Об этом событии я узнал не из какого-то послания, а по эху от произошедшего. Магия смерти сама мне подсказала, что где-то далеко родилась равная мне по силе. Вот так сразу, без прелюдий, без раскачивания дара. Более того, Илия взяла пространство, скрутила его в узел и удрала… куда-то. Я её ощущал, но только её существование, а не направление, в котором она сейчас находилась.

Получается, я помог ей настолько постичь магию при жизни, что после смерти создал… Ну, не чудовище, положим, но нечто очень мощное. Она точно могла войти в классическую некромантию. Я, да и Хаарт тоже, ощущали, как где-то далеко в движение пришла нежить. Много нежити. Неужели тот самый континент, где, по словам одной моей собеседницы, дикая нежить вырезала всё живое? Потому что, если да, нам же придётся что-то с этим делать. Хорошо, если Илия просто наводит там порядок и с радостью вольётся в наш дружный коллектив. Но я верю в закон Мёрфи. Постоянно вижу его актуальность и воспроизводимость. Поэтому ожидаю проблему, пусть и в перспективе.

Вторая новость связана с первой. Точнее, является причиной. Мой младший сын, Джоэл (имя давали родственники по линии матери), пробудил свой дар. Старший стал магом смерти, девочка творила всякое с холодом, а младший меня, видимо, очень не любит. Обиду затаил. Младший шарахнул магией света, изгнанием нежити. Собственно, помимо Илии он ещё одного лича рассеял своим ударом.

Джоэл тоже в своём роде аномалия. Магия жизни, которая обычно не предназначена для нанесения ущерба, наоборот, всякое целительство осуществляет. А мальчик лечить не может, зато может бить. И довольно быстро выяснил, что бить может не только нежить. И… Это иронично. Ирония запредельного уровня просто. У одного из сильнейших магов смерти младший сын — маг жизни, заточенный на уничтожение нежити.

Здесь можно было бы начать беспокоиться на тему… Ну, классической индийской драмы, когда обиженный сын врывается в замок отца и говорит: «пришло время положить конец твоим злодеяниям, но сначала я и мои сорок слонов станцуем». Если серьёзно, то парень был в каком-то смысле оружием против меня же. Да, ему потребуется десяток лет минимум, чтобы стать для меня реальной угрозой. Ему-то есть куда расти, а я в своём развитии притормозил. Дальше у меня уже концептуальные переходы на более высокие формы существования, и когда это случится — неизвестно. Если случится вообще. Но это всё не важно.

Я точно знаю, чему учат моих детей. Как учат. Какие мысли вкладывают, в каком-то смысле. Все эти годы я по факту работал двадцать четыре на семь в самом прямом смысле. Вопросов на тему: «почему нашему отцу важнее его работа, чем мы» дети уже давно не задают. Их как-то провезли по Союзу, показали масштаб. А потом сказали: ваш папа за всё это в ответе. Двое старших осознали и прониклись сразу. Когда тебя полгода катают, показывая просторы необъятной страны, даже ребёнок начинает осознавать масштаб. Младший тоже понял, просто позже, ввиду возраста. Детской обиды это не сняло, но редкие наши встречи показали детям, насколько я от них далёк. Нормально общаться мы сможем, но несколько позже, когда им будет хотя бы лет пятнадцать. В этом возрасте детей постепенно перестают терзать вопросы на тему: «как меня видят сверстники», но всё больше возникает вопрос: «а чем я вообще по жизни буду заниматься?». Так-то под влиянием внешних обстоятельств дети и раньше могли к таким вопросам перейти, но я решил не ломать психику и не лишать их, собственно, детства. И юности.

Когда ближний круг решил серьёзно со мной поговорить на тему моих «наследников», я огорошил соратников одним простым вопросом: «а с чего вы вообще взяли, что они мои наследники?».

Сначала вопроса не поняли. Потом подумали, но тоже не поняли. Пришлось разжёвывать. Хотя феодальную систему в Союзе сломали, сам принцип наследования дела родителей остался. Да что там, он и в моём мире сохранялся, истории, когда ребёнок не пошёл по стопам родителей, а решил заняться чем-то своим, были скорее исключением из правил. И такие дети нередко подвергались критике от сторонников «традиционного» наследования дела родителей. О том, что дети порой вообще не хотят заниматься тем же, чем занимались родители, большинство и слушать не хотели. Особенно когда речь шла о чём-то значимом: власть, капитал, да даже небольшое предприятие, стабильно приносящее доход. Это я ещё молчу о примерах, когда «на детях гениев природа отыгралась».

Поэтому я ничего передавать своим детям не собирался. Что я, собственно, вообще мог передать? Титул кронлорда? Даже если оставить в стороне, что я умирать не торопился, этот титул ещё надо заслужить. Это не корона, нужная в первую очередь для стабильного существования королевства, дабы была точка концентрации для аристократии. Титул кронлорда — должность, обязывающая, в случае проблем, тащить всю ответственность. То есть подразумевала эта должность и наличие личной силы (допустим, старший ещё имел теоретическую возможность достичь моего уровня, но чисто теоретическую), и умение этой силой распоряжаться. А что у меня есть кроме титула? Правильно: ничего. Я не владелец Союза, не правитель, скорее защитник. Герой. А всякие там сыны супермена — это влажные фантазии, оторванные от реальности. Здесь правильнее посмотреть на человека летучую мышь, у которого большая часть напарников погибла, а единственный сын… Нда, так-то, конечно, героем стал, но каких нервов это стоило отцу?

Второй момент: я вообще не собирался ни к чему принуждать своих детей. Если они будут постоянно рядом со мной, на них, без нашего на то желания, начнёт постепенно сваливаться груз ответственности за Союз. А я не хотел на них ничего взваливать! Может дочка вышивать хочет, или картины писать? Зачем ей вообще погружаться во весь мрак политики и экономики? А если никто из них банально не потянет бремя власти? Если хотят и потянут: пожалуйста! Обучение в академии, административная должность и вперёд. Понятно, что к моим детям отношение особое (как и к детям всей «элиты» Союза, но детей этих крохи в масштабах страны), но расстилать ковровую дорожку сразу в высшие эшелоны им никто не станет.

Нет, я давал своим детям учиться, пробовать себя в любых направлениях. А затем выбирать, чем они хотят заниматься. И здесь не только личный подход, эта тема касалась всего Союза. У нас же что? Социальное государство с общественной собственностью на средства производства. А значит, парадигма: «накопи побольше, чтобы твой наследник стартовал в лучших условиях и накопил ещё больше» не должна закрепляться. В наших условиях она звучит несколько иначе: «заберись на место повыше, чтобы наследнику тёплое место передать, вырастив преемника», но тоже неверно. Наша парадигма: «мы все вместе работаем, чтобы у всего следующего поколения было больше возможностей для реализации». И раз я именно так вижу будущее, то в первую очередь применять данное правило обязан к себе.

Династии военных, инженеров, учёных, работников культуры, это всё замечательно, но я не хотел, чтобы выбор человека был предопределён рождением и занятиями его родителей. А так, глядишь, десяток другой тысяч детей смогут сослаться на пример моих детей, отстаивая своё право занимать НЕ тем же, чем занимались родители.

Возвращаясь к ситуации с младшим, я ни о чём не переживал. Личный наставник, обучающий Джоэла, отслеживает настроение пацана. Парень немного обижен, что я нахожусь где-то далеко, но прямо обделённым себя не чувствует. Всё же наставники получили прямые инструкции касательно успехов подопечных. На каждый значимый успех я присылал своё «я тобой горжусь» и какую-нибудь безделушку. Моё присутствие в жизни детей пусть и было дистанционным, но всё же не отсутствовало полностью. Сейчас, конечно, я постоянно их успехи не отслеживал, но, когда доходили руки прочитать отчёты, реагировал.

Лича немного жалко. Его не развоплотило полностью, но задело по полной программе. Филактерия его постепенно восстанавливает, собирая сущность по кусочкам. Можно ускорить, но появляется риск что-то сделать не так и поломать, поэтому терпеливо ждём.

Больше времени потратил на то, чтобы успокоить всех причастных и просто находившихся рядом. Нет, причина переполоха мне была понятна, и действий от меня и руководства магов требовала. Только всё равно как-то они слишком запаниковали. Пришлось всех построить и напомнить, что на такие случаи есть написанные (в том числе ими же самими) инструкции и план действий. Успокоиться, выдохнуть и действовать согласно плану. Вроде помогло.

Вернувшись в тело, вздохнул, понимая, что магические изыскания на некоторое время если не остановятся вообще, то замедляться точно. Пока там всё проверят, все успокоятся и себя успокоят. Можно и поторопить, но мне ошибки из-за работы в напряжении не нужны, так что даю им время.

Выходя на улицу из руин, встретился к скелетами-жнецами, что сторожили выход. Живучести рыцарей смерти у них не было, до ловкости вампиров недотягивали. Зато они могут пригодиться в войне с демонами, если поставки оружия не сможем развернуть в должном масштабе. Что же, время у меня есть, перемещусь в Предельный и там, на хорошем кладбище, да с металлом мертвецов под рукой, создам эталонных мёртвых жнецов.

Глава 37

Отряд разведчиков поставил обелиск на границе со страной демонов. Уставшие от безделья за время пути вампиры сразу развили бурную деятельность, начав поиск образцов для исследования. Даже одёргивать не стал, только напомнил про аккуратность.

Однако сразу возникла проблема: демоны вампирам не попались. Три группы наших разведчиков углубились на территорию беспокойного соседа, но нашли только давно заброшенные поселения, явно ещё княжеские, очень уж характерная архитектура.

— Я так понимаю, не ведут они оседлую жизнь, — высказал мнение, рассматривая заброшку. — Либо селятся намного дальше от границы.

— Никаких свежих следов в округе нет, — не столько сообщила мне, сколько высказывала мысли вслух Ванесса. — Ни свежих кострищ, ни стоянок. Они вообще не стерегут границу.

У князей с этим всё тоже не идеально. Глянул я на их пограничные крепости. Народ там приуныл, конечно. Сразу возникло ощущение, что здесь либо очень проштрафившиеся, причём в том числе князья, либо просто добровольные смертники. Сидят в глухой обороне, насторожены, свободные от работы пьют. Упаднические настроения, однако.

— Попробуйте зайти глубже на их территорию, — предложил Ванессе. — А я с местными пообщаюсь. Раз такие настороженные сидят, может, знают что?

Князь ближайшего гарнизона встретил меня без особого восторга. Какого-то негатива тоже не заметил, глухое безразличие. Прочитал сопроводительные бумаги, полученные от вампира, посмотрел на мою призрачную фигуру.

— За стол, я смотрю, приглашать бесполезно, — насмешливо улыбнулся мужчина.

— Как-нибудь позже я лично сюда прибуду, — пообещал, уверенный, что оно неизбежно. — Пока хочу больше узнать о враге. Что вы о демонах знаете?

Князь опустился на стул, приложился к вину. Утёр рот, взялся отрезать ломоть мяса от запечённого кабанчика.

— Ничего, — сказал он, положил ломоть в тарелку, но есть не стал. — Найти егерей, достаточно сумасшедших, чтобы ходить в земли демонов, непросто, но случается. На три дневных перехода ничего нет, только заброшки, наши же. А кто уходит дальше — не возвращается. Да и те, кто недалеко ходят, тоже, порой, в одну сторону.

Только сказав это, приступил к еде.

— А какими бывают сами демоны? — раз уж разведданных нет, то хоть описание более подробное получить.

Князь вновь ответил не сразу.

— Разными. Есть крупные, мускулистые, с большими рогами. Есть с крыльями, не летают, но подпрыгнуть на несколько метров — легко. С разбега перемахивают ров и оказываются на стенах. Есть мохнатые, поменьше остальных, на четвереньках любят бегать, если рывок надо совершить, хоть так на ногах ходят и оружием пользуются. Большинство — худощавые, повыше людей, посильнее, покрепче, но ничем особо не выделяются…

Так, стоп, ещё раз.

— Чешуйчатые, крылатые, мохнатые, обычные. А таких, крупнее обычных, мускулистых и плечистых нет? А может, коротышки ушастые и злобные?

Князь посмотрел на меня с недоумением. Задумался, неохотно покивал:

— Ну среди обычных встречаются крупные, да. Про коротышек… Сам не видел, но… А что? Вы с ними сталкивались?

Хмыкаю.

— Сталкивался ли? Ну, как сказать…

Поскольку мы в зале присутствовали не одни, примеров у меня хватало. Тыкаю в офицера-ящера.

— Вон чешуйчатый стоит.

Указываю на пару бойцов-птицев.

— Вон крылатые.

Затем ловлю взглядом слугу.

— А вот такие обычные. Думаю, если выйдем в город, найду плечистых. А вот коротышек у вас нет, но…

— Не может быть! — поднялся князь. — Это не все демоны, которые встречаются. Я понимаю мысль, но должно быть другое объяснение!

Пожимаю плечами.

— Да сколько угодно. Навскидку могу пяток предложить. Я не утверждаю, что они похищают ваших людей и делают из них демонов. Может быть, основой для первых демонов пошли представители других рас. Мы разберёмся.

Вообще, я не был уверен, что всё настолько «просто». Да, можно допустить, что мы имеем дело с неким паразитом, захватывающим и преобразующим тела жертв. Могут быть и другие варианты, вплоть до демониц, насильственно спаривающихся с рабами и рождающих демонят с особенностями отца-донора. Одно очевидно: сходство не может быть случайным. Даже эти мохнатые демоны могут выходить из жителей соседней страны, кото-людей и собако-людей, или кто там у них живёт.

Хотя, если мы имеем дело с расой-паразитом, можно без моральных терзаний всех истреблять. Даже если паразит разумный. Мы в Союзе, конечно, придерживаемся широких взглядов, но сосуществование с такими ребятами не представляется возможным.

Пришлось ждать два дня, прежде чем одна из групп разведки вернулась.

— Господин, — старший среди вампиров кивком приветствовал меня, с Ванессой, оставшейся на «базе» курировать операции, поздоровавшись только кивком, — живого доставить не удалось.

Четверо сородичей приволокли тканевый мешок, раскрыв который показали нам демона. Краснокожий, примерно метр девяносто высотой и, навскидку, килограмм девяносто весом. Мускулистый, поджарый, рогатый и клыкастый. Кожа… Просто кожа, только красная и, местами, в наростах. На теле довольно простой, но всё же кожаный доспех, требующий выделки. Значит, какие-то разумные у них там встречаются.

— Встретили группу, один крылатый и пятеро таких. Сразу бросились на нас с грубым железным оружием. Сильные и довольно ловкие, как хорошо тренированный человек. Раны у них почти не кровоточат. Ну и свирепые, даже когда одного оставили и повязать пытались, брыкался до последнего, а в конце… Просто умер.

На мой вопросительный взгляд вампир развёл руками.

— Что-то внутри хрустнуло, и всё.

Вот даже как. Жаль. Я уже местный фон проверял, на той стороне тени всё тех же привычных мне смертных, демонов нет.

— Ванесса, поработаешь ассистентом во время вскрытия? — спросил вампиршу.

Та кивнула без всякого отвращения.

— Конечно. Самой интересно.

Тело отволокли в выделенный нам дом и положили на стол. Подумав немного, я попросил Ванессу озаботиться гигиеной. В том смысле, чтобы из комнаты убрали всё лишнее и, если труп брызнет во все стороны чем-нибудь отвратным и вонючим, нам не пришлось выбрасывать вещи наших же подчинённых.

Наконец, приготовления закончились, и мы аккуратно приступили к делу. К вскрытию, помимо Ванессы, подключился ещё один вампир, так сподручнее. Начали резать. Нам ещё князья говорили, что демоны особо кровью не истекают, и наши бойцы это подтвердили. Сейчас выяснилось, что помимо крови, если глубоко порезать, вылезает какая-то фиолетовая слизь. Слизь, несмотря на смерть тела, пыталась закрыть рану. Не регенерация в полном смысле, но от кровотечения они точно не умирают.

А когда мы всё же заглянули в богатый внутренний мир демона, стало ясно, что перед нами очередная сильно изменённая химерологией тварь. И что мы точно имеем дело с паразитом, только пока непонятно, каким именно.

Под сердцем сидел какой-то фиолетовый сгусток слизи, начавший вибрировать, шипеть и испаряться на воздухе. Он тянул свои быстро высыхающие щупы ко всем органам тела. Насчёт органов, сердце, лёгкие и желудок выглядели нормальными, если не считать фиолетовых прожилок. Остальные органы казались угнетёнными, скукоженными, может, вообще отмершими. Гениталии, например, атрофировались практически полностью. Несколько щупов тянулось к шее, так что мы потратили некоторое время и пролезли в голову. Во-первых, нашли место, где паразит сломал кости позвоночника, а заодно и повредил мозг, убивая носителя. Во-вторых, в черепе нашёлся второй фиолетовый сгусток, уже высохший. Мозг… Нда. Частично цел, если я правильно понимаю функции, то опорно-двигательный аппарат и то, что отвечает за восприятие, осталось целым. Остальное фиолетовый гад сожрал изнутри и занял. Напоследок попробовал использовать тело для некромантии, и здесь ничего особого не случилось, скелет вполне готов прямо сейчас подпрыгнуть и сплясать джигу-дрыгу.

— Какие выводы? — спросила Ванесса, когда мы покинули комнату.

Я ещё раз перебрал в голове увиденное. Кое-что стало ясно, но остались и вопросы.

— Очевидно, это какой-то паразит. Только непонятно, как появляются тела. Паразит подселяется к здоровому носителю, и тот постепенно преображается. Либо же они как-то сразу получают такие тела, и уже их используют.

Вампирша немного удивилась.

— Почему вы думаете, что они не захватывают пойманных рабов?

— Положение некоторых органов неправильное. Я допускаю, что они при отмирании скукоживались и даже меняли своё место в теле, но не настолько, чтобы оказаться по другую сторону диафрагмы. Надо, конечно, вскрыть и посмотреть хотя бы десяток тел, чтобы собрать статистику, так что пока остановимся на странных паразитах, — я ещё раз оценил параметры тела. — Несмотря на повышенную живучесть, особой стойкости тела демонов не показывают. Пули, попавшие в голову или верхнюю половину туловища, будут так же смертоносны, как и для простых смертных.

Повернулся к Ванессе.

— Продолжайте разведку. Если на границе никаких поселений демонов нет, продвинемся глубже и поставим обелиск там. И пусть личи поднимают трупы. Если на вас налетит орда — уходите, оставляя низшую нежить держать удар.

— Поняла, — склонилась вампирша.

Я вернулся к себе и, подумав над ситуацией, решил обратиться остроухим пленникам кристалла. После моего описания ответили, что ничего не знают. Кроме зануды. Он выглядел так, как будто понял, о чём речь, и быстро попытался это скрыть. И под моим недобрым взглядом занервничал.

— Рассказывай, — требую.

— Я ничего не знаю, — пытался отпираться эльф.

Он принципиально продолжал служить своему давно умершему хозяину, хотя глупость этого занятия признали даже его соратники. Правда, воли и характера у него не имелось, так что продавливал я его одной-двумя фразами.

— Ты не умеешь врать. А ещё труслив. Давай не будем переходить к угрозам, и ты сразу расскажешь, что знаешь.

Знал зануда, впрочем, не так уж много. Видел у своего хозяина колбу, в которой сидел фиолетовый сгусток щупалец. Причём зануда пояснил, что колбу эту принёс другой древний, типа похвастался другу: смотри, какую штуку сделал. И это всё, что смог рассказать остроухий.

— Я больше ничего не знаю. Колба просто стояла в кабинете господина, — завершил он свой рассказ.

Немного, но подозрение подтвердилось, демоны существуют ещё со времён древних. У меня, правда, один вопрос. Как они дожили до сегодняшнего дня и не захватили весь континент? Или не вымерли?

Больше информации я пока получить не мог, оставалось ждать.

Глава 38

Портал заработал.

Правда, пока только между гоблинами и Союзом, но сама технология работает, и теперь мы понимаем как. Да и без мелких неприятностей не обошлось. Всё же гоблины довольно пренебрежительны к жизни, даже к своей. И для них нет ничего особенного в том, что первое время портал работает нестабильно и возможны… Случайные флуктуации. Несчастные случаи, если говорить нашим языком. Гоблины честно признались, что свои стабильные порталы они донастраивали, порой даже много раз, прежде чем добиться нормальной работы, не угрожающей путешественнику участью быть рассеянным мелкой пылью по пространству. Правда, признались они уже после того, как первый скелет, тестирующий работу установки, вывалился на той стороне костяной пылью с мелкими вкраплениями осколков.

Но сама технология у нас есть, и сейчас я просчитывал координаты, заодно придумывая, как усовершенствовать систему подсчёта. Всё же ориентироваться по звёздам, лунному циклу и положению солнца можно, но погрешность чудовищна. А ещё требовалось создать какие-то заклинания для подсчёта расстояния. Стабильного прокола можно добиться даже при больших погрешностях, когда один портал прицелен в точку, находящуюся в сотне километров от реальной точки выхода. Но с таким подходом придётся сначала уточнять, насколько и в какую сторону мы ошиблись, а затем много-много раз проводить корректировку.

Расчётами я занимался в основном ночью, днём работая с нашими конструкторами. Пусть портал Союз-Гоблинград оставался опасен для всех, кто сколько-нибудь дорожил своей жизнью, но у нас имелась низшая нежить, которую не жалко. У гоблинов имелись… гоблины, которые младшие и менее разумные собратья красным. Короче, кому таскать грузы, нашли. А гоблины уже подготовили партии интересующих нас материалов. Понятно, что в довольно скромных масштабах, но у красных нашлось множество интересных руд с редкоземельными металлами, и всё это добро они с удовольствием продавали.

А значит, нам надо прикинуть, на что в первую очередь запасы материалов тратить. Большая часть пойдёт на научную металлургию. То есть на разработку сплавов, которые пока существуют только в теории. Однако мы можем начать кое-что собирать и на практике. И, подумав над вопросом, я выбрал паровые двигатели.

Есть вероятность, что паровиками мы будем пользоваться долго и очень широко по простой банальной причине. Нефть. В окружающей среде у нас очень мало нефти. К счастью, она вообще есть, но обнаруженные месторождения скудны. Гоблины с ней тоже не сталкивались, хотя землю копают много и вдумчиво. И это проблема. Демоны с ним, с бензином и топливами всех видом. Во-первых, паровики у нас ещё и близко не исчерпали возможности по модернизации, выжимать из них мощности мы будем ещё долго. К тому же если сильно прижмёт, сделаем ДВС на другом топливе, это точно возможно. Но нефть, это ещё и пластики, ну и некоторые другие материалы. И пластик стал для меня головной болью. Пластик — важнейший материал, необходимый для высокотехнологичной продукции. Ну, по моим воспоминаниям, во всяком случае. И становилось очевидно, что вся имеющаяся в доступе нефть точно пойдёт на пластмассы. Не знаю, получают какие-то полимеры из других материалов, подозреваю, что да. Но для меня там терра инкогнита, знаний уже не хватает.

Так что паровые машины служить нам будут ещё очень долго. И из всех проектов, остановленных из-за нехватки материалов, именно паровики выглядели наиболее перспективно. У нас на руках имелись две основные конструкции. Один образец, куда более сложный и технологичный, что требовал новых материалов. И второй, относящийся к предыдущему поколению, из которого выжали всё, что смогли. И вроде бы да, выжали. Круто! Работает! Но первый образец обещал быть мощнее, что ожидаемо, только дело не в этом. Новый образец подразумевал регулирование выходной мощности. Наши старые паровики работали по полной, не имея никаких режимов, а значит, требовали дополнительное оборудование, сложное, объёмное и тяжёлое. В новом двигателе реализовали регулирование давления на рабочие цилиндры, позволяя задавать режим работы, к тому же поставлен маховик, работавший плавно, а не рывком.

Короче, технологический шаг вперёд — это не только и не столько про выходную мощность, сколько про общее удобство работы. И я очень хотел этот шаг уже сделать. Так что первая партия редкоземельных металлов пошла на сплавы для первой партии паровых двигателей нового поколения.

Гоблины, к слову, очень хотели к нам на экскурсию, наши предприятия в первую очередь, и даже готовность пройти нестабильными порталами выразили. Хаарт их отговорил, выигрывая себе время на подготовку нескольких второстепенных предприятий под выставочные образцы. Да и портал оказался загружен, гоблины пытались отобрать время его работы даже от наших учёных магов, что его поддерживали и изучали. Я же наблюдал, оценивая пропускную способность одного прокола пространства. Получалось не то чтобы совсем мало, но скромно. Дело не только в площади портала, формально ограничивающей количество отправляемого за раз, но и в «пропускной способности». Портал имел конкретное ограничение на «объём» проходящего за промежуток времени вещества. Объём в кавычках, потому что дело не в объёме, не в массе, не в плотности и прочих чисто физических величинах, а в некой магической массе каждого предмета. Мы перекинули порталом философский камень, так проход потерял стабильность на двадцать минут. Захлебнулся, так сказать.

Вскоре у меня лежали усреднённые показатели, сколько можно поставить продукции за сутки. Сверил получившееся значение с хотелками Князей. Получалось, что даже выполнение плана минимум — минимальное обеспечение войск оружием против демонического вторжения (в этот момент явственно услышал лязг заряженного обреза двустволки и гитарно-электронный запил), нам потребуется три-четыре месяца, без использования портала для чего-либо ещё. Один портал — слишком мало. Очевидно, что надо ставить дополнительные, налаживая нормальную логистику. Ведь и я из Союза не так уж много подкреплений смогу перебросить. А здесь, на месте, как назло, острая нехватка трупов для воссоздания армии.

— Три месяца — вполне удовлетворительное время, — ответил мне князь Лааш, оставленный для связи и контактов. — Мы не ждём вторжения прямо завтра, кронлорд.

— Я сказал про минимальное обеспечение, князь, — напоминаю. — Снабжение во время войны полностью остановит переброс нового вооружения. Наше оружие жжёт порох и пули, и возможностей одного портала не хватит для перекрытия потребностей воюющей армии.

Князь чуть улыбнулся.

— Может быть, наши воины будут более умелыми в обращении с оружием и будут тратить меньше пуль?

О боги, мне достался кретин.

— Князь, — говорю мрачно. — Весь смысл огнестрельного оружия в том, чтобы заливать врага пулями, а не кровью своих воинов. Сентенцию на тему, что мы не умеем обращаться со своим же оружием, я, на первый раз, проигнорирую. В следующий, князь, я промолчу. Вручу вам сложное оружие и не буду объяснять, как им пользоваться. Позволю разобраться самим. Знаете, чем подобное заканчивается?

Лааш убрал улыбку с лица.

— Приношу извинения за поспешно брошенные слова. Такого более не повториться.

Быстро он. Хотя… Хм, я представил новую химеру, к которой не шла в комплекте инструкция по эксплуатации. Пожалуй, да, князь может представить, что произошло бы, исполни я своё обещание.

— Есть ещё кое-что. Когда я говорил про три-четыре месяца, имел в виду только снабжение в одну сторону, князь. В крайней ситуации Союз, конечно, начнёт перебрасывать вам необходимые для выживания оружие и припасы, но вообще мы подразумевали взаимовыгодный обмен, так что смело умножайте время вдвое. А вам ещё потребуется как минимум месяц, чтобы хоть как-то обучить бойцов обращаться с оружием.

Князь поднял руки.

— Хорошо, кронлорд, я понял. Но что вы хотите от меня? От нас?

— Место, откуда мы достали портал. Вы их обходите, потому что исчезаете спонтанным перемещением.

Лааш понял, о чём я говорю.

— Да, княжна нам рассказала, я знаю.

— Нужно организовать экспедиции в другие места. Мои подчинённые, усиленные вашими подданными. Своих ресурсов мне пока хватит только на одну экспедицию, с вами на все три. Эти порталы будут выгодны в первую очередь вам самим. Мы сможем поставить порталы в удобных вам местах для обеспечения снабжения.

— А вам для ваших нужд они не нужны? — спросил князь.

Отмахиваюсь. Железные дороги мы строить умеем, да и продемонстрировать их полезность местным надо. Чтобы ещё больше привязать к нам. Опять же, у нас будут свои гарнизоны и на точках добычи, и на порталах.

— У нас есть готовые способы решить проблему расстояния. Да и вы, я уверен, не станете размещать порталы у границы.

— Хорошо, кронлорд, — сдался князь. — Вы получите наших бойцов. Ещё что-нибудь вам требуется?

Ага, нам нужен мир. Желательно — весь.

— Нет, это всё, князь. Благодарю.

— В таком случае позвольте попросить кое-что у вас, — Лааш поднялся со своего кресла и прошёлся по шатру.

Это он нервничает, что ли?

— Слушаю, князь.

— Нэрулинь рассказала вам, как сложно нам заводить детей. Мы давно пытаемся что-то сделать с этим, многое перепробовали, но наши маги… Не справились с этой проблемой. А я уверен, что дело именно в магии.

И он прав, дело действительно в магии. Правда, подозреваю, там не только вопрос насыщенности энергией, но и что-то более сложное.

— По тому, как мы исследуем порталы, вы сделали вывод, что в магии мы разбираемся лучше? — уточняю.

Лааш кивнул.

— Да, именно эта мысль пришла мне в голову. Только я не уверен, как именно мне её оформить. В форме просьбы, или пытаться вас чем-то подкупить. Поэтому задам вопрос. Вы, Арантир, можете изучить процесс нашего деторождения и найти способ облегчить зачатие?

Хм… Я понимаю, чего он нервно выхаживает. Во-первых, вопрос щекотливый. Обратиться с ним к чужаку — это надо быть прижатым к стенке. Во-вторых, я практически уверен, что он спрашивает без санкции своего правителя. А раз так, то помимо личных мотивов, например, хочет детей иметь, но всё никак не получается, могут быть и другие. Скажем, найди я не слишком сложный способ обеспечить магическую насыщенность для будущей матери, да такую, что несколько «мужей» и возможных отцов не потребуется, этот секрет может сильно возвысить Лааша. Вплоть до смены правителя, ведь обладатель подобного секрета сможет набрать много верных сторонников. Интриги, интриги, интриги.

— Изучить вопрос я могу, князь.

Ведь точно так же владельцем этого секрета буду я. И уже я смогу вербовать сторонников среди князей. Даже если таких будет исчезающе мало.

— Я не обещаю результата, тем более быстрого. Но некоторые идеи у меня появились ещё во время общения с княжной. Мне, само собой, потребуется княжна для проведения исследований.

Лааш немного нахмурился.

— С ней ничего не случится. Во всяком случае, я уверен, что проблема именно в магии, а значит, лезть в тело нет необходимости. И, помимо княжны, потребуется и князь. Выполнять супружеский долг.

На это князь кивнул.

— Само собой, подобное я подразумевал. А…

— Никакой платы за это я не прошу, — останавливаю Лааша. — Исследование магии и познание новых граней её само по себе ценно.

Глава 39

Кристалл, поддерживающий псевдожизнь остроухих, изучен со всех сторон и единственное, что нам оставалось сделать — дать им умереть и восстановиться.

— Мне нужно наблюдать как за вашим состоянием, так и тем, что происходит в кристалле. Так что умереть вам придётся прямо здесь.

Лидия кивнула.

— Как скажешь, нам всё равно.

Хмыкаю.

— Не стоит быть столь безразличной к своей судьбе. Когда изучишь наш язык, поговоришь, вон, с Ежелин. Она очень интересный путь прошла от живого эльфа до своего текущего состояния.

Фурия услышала своё имя, но не поняла контекста, переводя взгляд с меня на остроухих.

— Попробую, — пообещала Лидия.

— Мы вас разведём по разным комнатам, чтобы не смотреть и не слышать, как умирают другие. Нельзя делать это одновременно, мне нужно наблюдать процесс.

— Мы всё сделаем, — повторила сентенцию Лидия. — И мы благодарны, Арантир. Ты действительно можешь нас освободить и пытаешься сделать это. Ещё одна смерть в бесконечной череде — ерунда. Даже если прошлые мы не помним.

Фаталисты.

Разогнал всех по местам и сосредоточился. У нас появились кое-какие анализирующие чары, изучение порталов вообще продвинуло магию Союза, пусть на несколько небольших шагов, но продвинула. Потому теперь я опирался не только на свои ощущения, но и на специально разработанные заклинания, как рунические, так и классические.

Самая большая ирония в том, что я — величайший маг Союза, вроде как должен носить титул Архимага, сидеть в башне и предаваться исследованиям, чтобы соблюдать образ. Но по факту кропотливыми исследованиями занимаются… самые слабые из наших магов. Не потому, что мы их просто используем, нет, они развиваются, насколько возможно, но все изыскания в Союзе ведутся коллективно. Никаких личных тайн и секретов. Жаль лишь, что в магии это не приводит к бурному росту общего уровня знаний… Сразу, во всяком случае, но образ мага я нарушаю, да.

Первой получает приказ Ежелин. Фурия убивает Лидию быстро и безболезненно. Вряд ли остроухая успела хоть что-то почувствовать. А вот я увидел много. Когда тело Лидии начало распадаться, я наблюдал магическую структуру, его поддерживающую. И это очень странно. Множество мелких заклинаний, по слоям имитирующих жизнь в организме. Сверхсложный массив иллюзий, явно избыточный, к тому же индивидуально сложенный, чтобы воссоздавать конкретного разумного. И я не могу назвать это тонкой работой, скорее уж наоборот. Это всё равно что мне бы потребовалось сохранить тысячу книг, но вместо одной библиотеки для всех, я бы построил тысячу библиотек, для каждой книги свою. Правда, здесь книг вообще миллион, что доводит аналогию до абсурда.

Если подходить со стороны современной магии, я бы многие заклинания соединял, их действие аналогично. Однако Древний действовал по своей логике. Думаю, это очередное подтверждение моей теории о том, что Древним магия давалась интуитивно, без глубокого и полного понимания всех процессов. Древний просто захотел создать копию своих слуг. И создал полную копию. Магия сама подстроилась под желание хозяина, максимально достоверно воспроизводя остроухих.

Тем не менее саму структуру я запоминал. Не всё и не в подробностях, слишком большой массив, но у меня будет ещё три попытки. И здесь магия на грани между иллюзией и божественным творением. Кажется, всё касающееся этих понятий лежит в разных плоскостях магии, но… Нет, не совсем. И я пойму больше, когда увижу, как кристалл воссоздаёт тела.

Отдаю приказ на второе убийство, в этот раз сосредоточенно наблюдая за духовной начинкой. То самое, что отделяет иллюзия от настоящего творения. Только и здесь у меня возникло ощущение, что Древний решил всё грубой силой, без тонкой проработки. Взял магии побольше и придал ей форму… Хм. Я узнал, как выглядит слепок живой души. На мёртвые я насмотрелся, а вот живых очень мало. Точнее, ощущать-то я живые души мог, только совершенно не имел над ними власти. Даже преобразовывание живого в вампира шло через умерщвление.

Обратил больше внимания на кристалл. В него ничего не возвращалось, только обрывалась связь с умершими. Связь столь тонкая, что я её не заметил, хотя обнюхал артефакт, казалось, вдоль и поперёк. Любопытно.

Третья и четвёртая смерть прошли подобным образом. Ничего «нового» не увидел, только расширяя и дополняя уже отмеченные детали. А дальше началась магия. Кристалл запустил цикл заново, начав формирование четырёх тел. Вот здесь я уже мог рассмотреть процесс именно создания, да ещё и в подробностях. Больше всего меня интересовали два момента. Момент оживления, когда «гомункул» оживал, превращаясь из магического конструкта в полноценную имитацию жизни. Второй момент — внедрение в тело сознания и души. Очень интересно разобраться, как это делается на самом деле, а не через магию смерти.

Процесс затянулся, так что у меня нашлось время поговорить с Биттером, проявляющим любопытство.

— И что? Этот камень каждый раз воссоздаёт тела?

Отрицательно качаю головой.

— Не только тела. Причина, по которой они ничего не помнят. Древний сделал оттиск. Взял их сущности и вдавил в магическую плоскость кристалла. Получилась форма, в которую каждый раз вливается энергия и создаёт копию. Это если очень грубо передавать суть.

— А это снятие оттиска? Они его не пережили? — предположил коммерсант.

— Да, это фатально. Что хуже всего, их души не ушли на перерождение.

Гоблин посмотрел на меня.

— Так всё это время души хранились внутри камня?

— Нет, — вновь отрицательно качаю головой. — В том то и дело, что нет. Души где-то. Когда они умирали, я чётко ощущал присутствие душ. Остроухие не накапливали воспоминаний. Память вообще очень тесно связана именно с телом. Однако души. Они вроде бы каждый раз воссоздаются по оттиску, и сейчас это происходит на моих глазах. И на моих глазах на воссозданных фантомных душах появляются следы прожитых лет.

— Это как?

Пожимаю плечами.

— Сложно сказать. Но мне предстоит найти души, где бы они ни находились, чтобы вытащить их из цикла.

— А как они это ощущают? — спросил Биттер. — Если памяти нет, но какие-то следы есть.

— Демоны его знают, — развожу руками. — Наверное, как некие эмоции, возникающие, но непонятные. Хотя судя по их состоянию, у них глубокая депрессия.

— Чего? — не понял Биттер.

Такого слова гоблинский язык не знал, и даже синоним подобрать удалось не сразу.

— Состояние разума. Точнее, болезнь разума. Физически с телом всё вроде бы в порядке, никаких видимых ран нет. Но разумный угнетён, подавлен, лишён сил. Хотя это может проявляться по-разному. Большая тема, сложная. Глядя на эту четвёрку, вполне можно говорить о болезни разума. Поговорив с ними, я списал это на особенности культуры. Всё же они жили рабами, и им могли привить эту модель поведения. Теперь не уверен.

Обернулся, увидев, как гоблин нарезает круги по комнате.

— О чём задумался?

— А если эта… как ты её назвал? Болезнь?

— Депрессия? — уточняю.

— Да! Раз это болезнь, то её как-то лечат, верно?

Нет. В смысле, он не мог увидеть в этом способ заработать. Не мог же?

— Лечат.

Биттер потёр ладони.

— А расскажи мне больше об этом болезни. Какой она бывает? И как её лечат?

Да, он увидел способ заработать.

— Ты хочешь продавать лечение? — уточняю с некоторым внутренним содроганием.

— Я всё хочу продавать! — нравоучительно поднял палец гоблин. — Если получится, то и лечение.

Теперь мне интересно, он действительно придумал это с ноля, или у них там такое уже практикуется?

— А у вас часто продают лечение?

Биттер недоумённо на меня посмотрел.

— Часто? В смысле? У нас всё лечение продаётся! Как иначе! А… Ну да, — он почесал нос. — Ваша пугающая меня бесплатная медицина. Золотое время уже прошло, партнёр. Времена, когда Зрагголг Бородавочник и Джиз-Джиз Великолепная делали капитал, остались позади. Никто больше не поверит в мазь от бородавок и панталоны девственности.

Я посмотрел на Биттера. Припомнил всех увиденных красных гоблинов.

— У вас же нет бородавок? — уточняю.

Гоблин закивал.

— Ага. Если гигиеной не пренебрегать. Но вспоминали об этом все, почему-то, уже накупив этой треклятой мази.

Подумав немного, я решил не спрашивать про панталоны. Арантир — серьёзный человек, в смысле, маг смерти. Правитель огромного государства. Учёный на полставки. Стратег, в конце концов, побеждавший в войнах. Я не хочу знать о панталонах девственности. Эх… Кого я обманываю?

— А панталоны? В чём подвох?

— О! Идея была хороша! Панталоны очень сложно снимались, без посторонней помощи не справится. Предполагалось, что юная особа будет носить такие и сохранит свою честь до свадьбы, ведь её укромность будет недоступна.

— Ага. Без посторонней помощи?

На это гоблин лишь развёл руками.

— Наличие панталон внесло особую изюминку в прелюдию. До них у нас перед этим делом каждый раздевался сам, а после появилась мода на раздевание девушки руками мужчины. Пикантно и свежо, потому Джиз-Джиз и зовут Великолепной.

Не знаю, по какому признаку это относится к медицине, но допустим.

— У меня есть несколько прорывных идей, Биттер. Могу даже… Продать. Но предупреждаю: если захочешь реализовать, делай через подставных людей. Тебя, когда узнают, попытаются убить.

Биттер загорелся интересом.

— Я с удовольствием выслушаю, но сначала что-то с той болезнью разума.

Мысленно взвешиваю за и против. Есть шанс, что изучение этой проблемы, помимо зарабатывания денег, ещё и подтолкнёт развитие психологии. Конечно, стартовать науку с откровенного шарлатанства не хотелось, но, учитывая специфику гоблинов, у них любое начинание начнётся с попытки объегорить ближнего и заработать на лохе. А так, глядишь, что-нибудь из этого и выйдет.

— Нужен доктор, который будет выслушивать пациента…

Я пересказал гоблину концепцию психотерапевта с основными штампами, типа позитивного мышления, проблем из детства и фрейдизма. Как это повсеместно бывает в психологии, под всем, что я рассказывал, лежали полноценные научные теории, при правильном применении способные помочь многим разумным. Если их не опошлять мещанской глупостью, не прикручивать метафизику и мистику, и не превращать в инструмент зарабатывания денег, само собой. Биттер, очевидно, собирался сделать и первое, и второе, и третье, но я этого ожидал. Главное — запустить идею, а уж энтузиасты, способные увидеть хорошее среди пошлости и глупости, приложатся. Я надеюсь.

— Это гениально! Продавать консультации с врачом! И результат проверить практически невозможно! Если что-то не сработало, всегда можно сказать: вы недостаточно старались, ведь только вы сами можете побороть проблемы в вашей голове! Доктор только подсказывает и направляет! Великая Бездна! — Биттер аж приплясывал. — Пожал бы автору этой идеи руку, но не хочу никогда с ним встречаться, чтобы не платить процент.

Ожидаемо. Меня определённо забавляет этот позитивный капиталист.

— А какие другие идеи, за которые мне могут оторвать голову, если узнают? — проявил интерес Биттер.

— Да всё очень просто. Сначала внушаешь обществу мысль, что от размера зависит, как хорош мужчина в постели. А затем начинаешь продавать средство, которое размер увеличивает.

Если верить Остапу Бендеру, реклама — двигатель прогресса. Хочу посмотреть, куда двинет прогресс гоблинов-капиталистов такая реклама.

Глава 40

Первая реакция проснувшихся после пробуждения остроухих оказалась предсказуема. В том смысле, что они не помнили прошлых циклов и вообще имели только инструкции без полного понимания ситуации. Увидев меня сразу после пробуждения, замерли, пытаясь понять, с чем имеют дело.

— Доброе утро, — здороваюсь с остроухими.

— Господин, — зануда первым принимает подобострастно позу, женская часть коллектива делает это несколько заторможено.

— Не угадали. Мы познакомились совсем недавно, а ваши господа мертвы уже тысячу с лишним лет. Вот.

Я протянул Лидии её записи, оставленные самой себе.

— Приходите в себя, осваивайтесь, потом поговорим.

Как можно быстрее отделаться от остроухих я пытался не просто так. Я увидел настоящую, чтоб её, уличную магию. Кристалл выполнял заложенную функцию, но на последних этапах показал такое, что я восхищённо матерился минут десять. Мысленно. Но восхищённо! Магия творения, создание живой материи из чистой магии. И я, кажется, понимаю как. При моём уровне владения магией это даже не высший пилотаж, а нечто запредельное, но… Теоретически, если не своей головой волей творить, а подобрать стационарную магию, артефакты, руны… Инструменты для создания… Инструменты!

Какая там у меня стояла главная проблема с поднятием нежити здесь, на этом материке? Отсутствие трупов? А если я это ограничение обойду?

Но это потом, сначала разобраться и точно понять, где и как существуют души пленников кристалла. Они точно не за гранью, это как-то слишком просто и одновременно ненадёжно. Потому что проводя время за гранью без возможности уйти дальше и нормально вернуться, души начали бы действовать. Рано или поздно разобрались бы, как сожрать ближнего. Вряд ли бы стали жрать друг друга, но свободных теней — обязательно. И за сотню другую лет разожрались бы так, что заклинание бы поднимало не эльфа, а какую-нибудь тварь, чисто мощью магии преобразовывающую своё тело на ходу.

Души не обитали вовне, души не обитали в кристалле. А слепки? Попробовал ещё раз внимательно изучить их. А что, если это не оттиск? Не слепок души, а нечто иное? Если это ключ? Только от чего? От двери? А может, от сундука?

От интересной работы и размышлений оторвали подчинённые. Дела, дела, дела. Мысленно вздохнул, отрываясь от того редкого занятия, что мне реально нравилось, возвращаясь к текущим делам.

Гиллиан докладывал о результатах первым. Сначала всё шло неплохо, он даже смог проникнуть в город маркхагов, Шуссунту, или как-то так, но быстро возникла проблема. Хотя язык вроде бы происходил от общего корня, диалект маркхагов, если не считать каких-то простых базовых вещей, отличался от княжеского. Как я понял из дальнейшего доклада, соседи князей, во-первых, оказались республиканцами, во-вторых, жили в полунезависимых полисах. Довольно странно, всё же это специфическая форма устройства общества и за прошедшие годы должен был найтись завоеватель, объединивший бы маркхагов… Но не нашёлся, не объединил.

В общем, Гиллиан пошёл по отработанной схеме. Нашёл подходящую жертву и обратил в вампира. Чтобы не вызвать переполоха, новообращённый Тилус вернулся к своей жизни и только по ночам общался с Гиллианом. Куча времени ушла на налаживание взаимопонимания, но Гиллиан справился, передав всё, что смог рассказать Тилус. Слушая пересказ, я мысленно морщился. Нет, Гиллиан сделал всё правильно, претензий к нему нет, но и опыта у него маловато. Надо больше выспрашивать о различных бытовых мелочах, на их основе можно сделать много выводов. Какие законы, как работают, как исполняются, кто надзирает за соблюдением законов, какие наказания. Какие товары на рынках, что считается доступным, что редким, какие цены. В общем, вампир мне принёс куда меньше информации, чем смог бы вытащить из Тилуса я. Но если всё делать самому, то подчинённые никогда не научатся делать самостоятельно.

Итак, мы теперь знаем, что у маркхагов полисное государство, с большой автономией отдельных городов, но всё же чем-то связанное. Как минимум на угрозы извне реакция следовала незамедлительная и от всех полисов. В каждом отдельном городе правил совет из самых знатных семей, являясь законодательным и исполнительным органом. С судами только непонятно, — Тилус упомянул мельком, а Гиллиан не подумал уточнить. Вооружённые силы формировались всеобщим сбором ополчения, и из всех ополченцев уже формировали отряды, а кого-то оставляли работать. Однако это пока всё, надо продолжать собирать информацию. Благословив вампира на это дело, переключился на Ванессу.

— Вы оказались правы, господин. Мы нашли… То, что порождает демонов.

Неужели как у порождений тьмы? По виду Ванессы я мог только предположить, что увиденное её шокировало. А шокировать вампира, да ещё и успевшего повидать всякого, не так-то просто. Но, в принципе, матки реально выглядели дрянью вполне достаточной, чтобы произвести впечатление.

— Как оно выглядело?

— Я… Не знаю, как это описать… Но попробую.

И попробовала. Нет, не матки. Куда более отвратительно.

Ванесса описала нечто вроде… Кладки? Места, где всё поросло какой-то дрянью, типа слизи, которой всё оплетено, как паутиной. И в паутине висели обездвиженные жертвы, пара орков, тройка гоблинов и несколько человек. Причём обоих полов. Жертвы оказались живы и в сознании, но… Брюшная полость раздута в несколько раз, а в ней полости, типа сот в улье, только больших, с локоть диаметром. И в этих сотах вызревали демоны, пока не заполняли всю соту, после чего вываливались и быстро вырастали во взрослую особь. Ванесса это всё рассказывала эмоционально, в деталях, всё ещё под неприятным впечатлением от увиденного, так что получился рассказ Лавкрафта. Больше всего вампиршу поразили лица жертв, не способные произнести ни звука, искажённые ужасом и отчаянием.

Когда она закончила, я несколько секунд сохранял молчание, обдумывая услышанное, а затем сказал:

— Огнемёты. Нам потребуются огнемёты.

И не только огнемёты. Надо уничтожить этих существ и убедиться, но не осталось никого. Какое-то изощрённое биооружие. А ещё надо узнать, почему оно не уничтожило всё живое на материке. Да, я уже слышал, что князья выращивают массу химер, в том числе тупых и одноразовых, как раз для демонов. Чтобы бросать в резню не своих подданных, а тварей, таких же безмозглых, как сами демоны. Но всё же у демонов есть какой-то мозговой центр, который концентрирует силы и водить большую орду в набег.

— Ты молодец. Пока не лезьте дальше. Изучать тварей будем уже в ходе тотальной зачистки.

Ванесса кивнула, всей душой одобряя такой подход. Отпустив её, связался с домом, передавая новые вводные. Хаарт неприятно впечатлился.

— Эта дрянь не распространяется? — спросил лич.

Пожимаю плечами:

— Каким-то образом распространяется, разберёмся на месте, — отрезал я. — Готовь экспедиционный корпус. Я не хочу жить в одном мире с этой штукой. Всей моей терпимости недостаточно для такого сосуществования.

— Понимаю, — подтвердил Хаарт. — Нужно много огня. И взрывчатки.

Я понял, что лич уже прикидывает в голове, какие силы потребуются для этого дела.

— Надо действовать наверняка, причём иметь большой запас сил сверх того, что необходимо по общей оценке.

На недоумённый взгляд Хаарта поясняю:

— Они существуют не первую сотню лет, но сидят на своей территории, лишь иногда устраивая большие набеги на соседей. Значит, что-то их сдерживает. Система находится в некоем равновесии. Наше вмешательство может сломать равновесие. Возможно, система сдерживания задумана и заложена их создателем. И мы, не зная об этом, одним своим появлением систему нарушим, вызывая лавинообразный рост численности этих тварей. Например, они созданы для противодействия некоему врагу, но до его появления должны просто поддерживать минимальную численность. И совершенно случайно на роль врага подойдём мы. Понимаешь?

Хаарт помолчал немного, а затем мрачно согласился.

— Да. Такие штуки создают с какой-то целью. Для противостояния чему-то большому и опасному.

— А почему это не может быть просто… Ну, нечто случайное? — спросила Каролина.

Потому что случайности неслучайны, ага.

— Потому что если бы оно выросло случайно, то существовало бы по законам случайностей. А по законам случайностей эта дрянь бы распространялась во все стороны. Но хоть большие, назовём это войнами, между демонами и остальными случались, но границы, насколько известно, менялись очень слабо. Не расширялись постепенно, не уменьшались, а просто слегка сдвигались. То туда, то обратно.

— Поняла, — не стала настаивать Каролина. — А изучение этой… Чем оно там является? Ты же сам говорил, что нам нужны знания.

И на этот вопрос у меня нашёлся ответ.

— Знания нам нужны, но изучать эту гадость я буду только в одном случае: если смогу её гарантированно изолировать на каком-нибудь острове, причём не посреди воды, а посреди лавового озера как минимум. И то десять раз подумаю. И ещё одно, Каролина. В науке есть один умозрительный закон: любого результата можно достичь более чем одним методом. Знаешь, о чём это?

Женщина наклонила голову.

— О том, что мы можем повторить этих демонов, если захотим их изучить?

— Нет. В смысле, да, это тоже, но я о другом. Если изучение этих демонов может принести некие знания, полезные нам, эти же знания мы можем получить иным путём. Существа-паразиты опасны. Пусть для нежити они менее опасны, чем для живых, попади эта зараза к нам, в Союз, может случиться всякое. Здесь, у князей, население слишком рассредоточено. Демонам, возможно, банально не хватает питания для взрывного роста. Оказавшись в одном из наших городов, эти твари расплодятся так, что даже мои способности по поднятию нежити не спасут.

— Надо форсировать работы над порталом, — решил Хаарт.

Киваю.

— А пока, несмотря на кривую работу, начать перебрасывать мне свинец.

Хаарт, зная моё положение и нехватку рабочего материала, заинтересовался.

— Нашёл огромное кладбище?

Отрицательно качаю головой.

— Нет. Предполагаю, что нашёл методику создания скелетов прямо из магии.

С другого материка ощутил, насколько Хаарту интересно.

— Только скелетов?

— Кость, если я правильно понимаю процесс, точно можно осилить. Насчёт других материй пока непонятно. Я очень хочу научиться у древних использовать любую стихию без ограничений, потому что магия — это всегда магия. Но так всё существовало в их времена, и нужна методика под нашу ситуацию. Это дело будущего. Если научусь создавать скелетов на голой силе — уже прогресс. Но для этого мне нужно время на исследования.

— Ясно. Держи в курсе, — ответил Хаарт и потерял интерес к разговору, переключаясь на другие задачи.

Каролина коротко попрощалась, и я вернулся к прерванному занятию. Любая магия — звучит круто, но я пока даже в теории не представляю, как именно обойти законы магического мира, существующие в настоящем. Знаю, что обход есть, например, через божественное вмешательство, но как реализовать — непонятно.

Возвращаюсь к кристаллу и остроухим. Работа. Меня ждало много интересной работы.

Глава 41

Началось.

Орда демонов появилась сначала в зоне разведки Ванессы, а затем, когда вампирша отступала, пошла за ней к границе. И уже этот момент косвенно подтверждал мои предположения относительно логики действий демонов. На всей протяжённости границы Ванесса намеренно выбрала не самое удобное место для её пересечения. Наоборот. Хуже места не придумаешь. И орда ломанулась именно туда. Причём, учитывая время, необходимое для преодоления пути, демоны среагировали не на уничтожение гнезда, а раньше, на перебитую патрульную группу.

Теперь я через личей, а те через призраков, внимательно отслеживаю все действия орды. Ну… Как орды. Довольно крупный отряд, навскидку несколько тысяч демонов точно наберётся. Оценивать сложно, у демонов есть некто вроде магов, способных хлопать слишком близко подобравшихся призраков, так что наблюдение только издалека. А наблюдаю я ради оценки действий, хочу понять: есть за их действиями разум или нет, только некие наборы алгоритмов.

Князья, предупреждённые о начале похода, спешно перебрасывают силы. Как я и думал, встречать демонов будут в первую очередь химеры. Выращенные в том самом месте, куда я изначально приземлился после портала. Посмотрел я и на химер, тоже издалека, чтобы не нервировать князей излишним вниманием. Ну, что сказать. Вершиной химерологии, по всей видимости, у князей выступает мантикора. Не классическая, но концепция просматривается. Тело тигра, только с дополнительной защитой, которому прикрутили крылья и длинный хвост с жалом. Лапы оставили, добавив длины когтей. Голова изменена, тоже дополнительная броня, больше глаз, рога. Клыки, похоже, с ядом. Летать не могла, но высоко подпрыгивала и планировала на довольно приличное расстояние.

Я без дела не сидел, изучал творение костей. Нащупал концепцию, тонкое место оставалось всего одна, как превращать мою магию смерти в магию творения, не теряя в процессе особенности аспекта. Я чувствовал, что почти решил проблему, что ещё чуть-чуть и случится озарение, но пока продолжал биться об стену.

Портал с грехом пополам работал, и мне перекидывали железо мертвецов. Часть груза терялась, но плевать, по иронии судьбы именно с запасами свинца особых проблем у нас не ожидалось. Иначе говоря, запасов этих в Союзе ещё полно, никакого дефицита в ближайшие годы не ожидается. Освобождение остроухих на некоторое время оказалось отложено.

К сожалению, ничего толкового с момента обнаружения орды и до момента подхода её к первой крепости князей мы сделать так и не успели. Для организации партизанской войны у меня пока не хватало ресурсов, в первую очередь — мертвецов. Впрочем, всего остального не хватало тоже, у князей банально не имелось производственных мощностей, чтобы развернуть создание каких-нибудь механизмов смерти. Поэтому на первом этапе войны я выступил наблюдателем. Вампирам приказал отойти из крепости, там оставались только фурии, как наименее уязвимые и наиболее способные удрать в случае неприятностей.

Пока по марш-броску демонов можно утверждать о двух вещах. Первое — они подчиняются какому-то централизованному управлению, либо они — муравьи. Слишком слаженно идут целенаправленным маршем, живые так не ходят, только нежить. Второе: еда для них явно является условностью, как и вода. Шли, не останавливаясь на привалы и не обращая внимания на источники воды. Плагиаторы.

За стенами крепости гарнизон готовился к встрече. Здесь имелись химеры, хоть и всего два десятка, да и не мантикоры, а твари попроще. Остальные занимали позиции. Выглядело хорошо, работали слаженно, своё место знали. Посмотрим, как это будет выглядеть в бою, но первое впечатление хорошее, этого не отнять. Вышли на стены и князья. Косились на фурий, но ничего против не говорили. Я, прикинув, приказал личам тоже присоединиться к обороне, а вампирам быть готовыми к фланговому удару. Если таким ударом получится переломить ход боя — попробуем, но просто давать своим умереть за пограничную крепость я не собираюсь. Не стратегический объект.

Орда на первый взгляд никакой особой тактики не демонстрировала, но только на первый взгляд. Крутые ребята, произошедшие от ящеров и имевшие свои крылья, прятались между рядов простого мяса. Первыми рядами пёрли оркоподобные, явно как самые крепкие. Я, присутствуя в форме фантома, окинул стену взглядом и мысленно поморщился. Сюда бы артиллерию, хотя бы до пороховую, пару баллист, уже бы кое-что. А то одни арбалеты — это как-то несерьёзно.

Птицы-арбалетчики открыли стрельбу по команде. Стреляли довольно метко, но назвать их огонь опустошающим я не мог, демоны падали не особо охотно. Сосредотачиваюсь на обелиске и готовлюсь устроить гостям большой сюрприз. Не знаю, имели ли демоны хоть раз дело с нежитью, но с гвардейцами точно не встречались. Не так много некромантов, что способны поднимать самую крутую низшую нежить.

Выждал ещё три залпа, а затем поднял трупы убитых демонов. В первые секунды началась резня, гвардейцы кидались на демонов, быстро создавая новые трупы, а я поднимал новых бойцов. Но затем в дело вступили их маги. И будто в лицо помоев плеснули. Магия демонов… искажала, заражала магический фон, нарушая работу моей магии. Скелеты, только начавшие бой, падали сразу группами. А затем демоническая магия полетела в меня. Повторно ощутил, как меня обливают помоями, но устоял. Я выдержал на себе внимание бога, чужая магия, какой бы она ни была, не сможет меня выдавить одним своим присутствием. Помешать поднимать нежить — да, это они могли. Низшую нежить.

Я принял действия демонов, как вызов, и поменял фокусировку. Найдя сразу несколько ещё нетронутых трупов, запустил в них процесс поднятия рыцаря смерти. Относительно слабого из-за экономии времени, но её маги подавить таким же приёмом уже не смогут.

Орда подошла близко к стенам, и демоны с крыльями показали, что крылья у них совсем небутафорские. Птицы хватались за клинки, отбрасывая арбалеты, но не все успевали, так что в первые же секунды пошли потери. Где стояли князья и фурии — там демоны довольно быстро улетали со стены, нередко по частям, но в нескольких местах прорыв удался. Я поднимать там не жить не мог, сосредоточенный на рыцаре смерти, зато могли личи. Их скелеты в среднем послабее, но внесли свой вклад в общее веселье.

А затем встал рыцарь смерти. Да, без железа мертвецов. Да, без доспеха, чистые кости. Но я, чёрт возьми, одним из сильнейших магов смерти, и если хотел создать убойную боевую машину — я её создавал. Рыцарь бросился на демонов, отыгрывая Палача Рока. Существование рыцаря не будет долгим, но точно будет ярким. Ловлю вниманием фурий, указываю на магов демонов и говорю фас. В этот момент обычные демоны уже штурмуют стены. Пара метров почти отвесного камня их не останавливает, только замедляет штурм. Цепляясь когтями, твари активно лезут на стены, активно бросаясь на защитников. Некоторое время идёт резня, защитники крепости умирают, но демоны мрут быстрее. Фурии успешно охотятся на магов, пусть и почти на пределе своих сил, едва уходя от демонов.

И, когда магов становиться исчезающе мало, я вновь начинаю подъём скелетов. Всё, трупов вокруг полно, маги физически не успеют меня остановить, перелом начался. Даю сигнал вампирам присоединяться, ещё минут пять-десять, и начнётся разгром демонов.

Мир вздрагивает. Моё внимание силой отводят от боя и направляют куда-то в сторону. На холме, далеко, там, откуда пришла орда, стоят трое демонов. Иных, отличающихся от рядового мяса. Медиаторы, трансляторы внимания для того, кто руководит ордой. Вот и познакомились. Как минимум узнали друг о друге.

Частью внимания продолжая контактировать с разумом орды, я не останавливаю подъём скелетов. На вечеринку влетают вампиры, и демонам становится совсем грустно. Собственно, победа неизбежна. Выступали бы против нас живые — уже бы дрогнули и обратились в бегство, но демоны продолжали сражаться, причём вполне неплохо. Нам не хватало численного превосходства, чтобы превратить победу в полный разгром. Им не хватало сил, чтобы нанести нам перед поражением заметный ущерб.

Однако другая часть моего внимания осталась обращена на противника. Ощущение чем-то напоминает внимание божества, но разве что напоминает. Да, сейчас на меня тоже смотрели, с той лишь разницей, что смотрело на меня нечто несоизмеримо менее могущественное. Более того, даже не более могущественное, чем я сам. И я смотрел в ответ. К сожалению, опыта подобных переглядываний я не имел, и потому не знал, как интерпретировать то, что видел. Времени разобраться мне не дали, разум прервал контакт.

Демонов добивали, мои воины в основном, а не солдаты князей. Те выдохлись, обрабатывали раны, просто пытались отдышаться. Проверяю свои силы. Среди фурий потерь нет, но… Им досталось. Физический вред причинить существам, не являющимся в полной мере материальными, непросто, но демоны смогли их потрепать. Вампиры — потерь нет, есть легко раненные. Легко отделались, можно сказать.

Нахожу князя, не помню, как там его зовут.

— Целы?

У него на рукаве кровь, но тяжело раненным мужчина не выглядит.

— Вполне. Хороший бой.

Хм, ну, на мой взгляд — так себе. Ни размаха, ни особого толка. Так, перебили передовую группу, надо ждать новую толпу безмозглых мясных дроидов. Только я совсем неуверен, что и во второй раз они пойдут по тому же маршруту.

Возвращаюсь в своё тело и иду к Лаашу, ожидающему новостей с поля боя.

— Арантир, — мужчина в нетерпении, но держит себя в руках. — Князь. Всё в порядке, передовой отряд мы разбили, потери незначительны, князья отделались ранениями, химеры, правда, перебиты.

На жизни прочих им плевать.

— Будут новые, — подтвердил мою оценку мужчина. — Вы уверены, что это передовой отряд?

— Абсолютно уверен.

Не буду говорить, что среагировали демоны на наши, конкретно Ванессы, действия и приходили выяснить, кто это такой новый появился за игральным столом. И о том, что снова они придут именно за нами, говорить не буду.

— Не волнуйтесь, князь, вашим воинам ещё будет где добыть славу оружия.

На эти слова Лааш удовлетворённо улыбается.

— Хорошая новость. Рад, что вы нас понимаете.

Суицидники, чтоб вас. Но на счастье князей, интерес к поводырю демонов у меня прямо свербел, а значит, свои силы мы сюда точно перебросим и эту проблему решим. Так или иначе.

Глава 42

Я доработал тот самый склеп, что давал мне скелетов в джунглях. Старый склеп в старой конфигурации выдавал, в лучшем случае скелета в час и то не каждый раз, а ставить несколько склепов не имело смысла. Они быстро теряли эффективность, так что армии через такой костыль всё равно не создать.

Однако, используя знания, полученные из кристалла, я сделал новый склеп. Этот, правда, требовал моего личного присутствия, активного, причём. Но, вливая свою энергию, я уже создавал скелета за каких-то пятнадцать минут. Всё ещё недостаточно для создания внушительной армии, но теперь у меня под рукой лежал свинец, и я поднимал не гвардейцев. Я поднимал жнецов. Хотел вообще выпендриться и сделать так, чтобы магическим оружием жнецов стали винтовки, но… Не смог. Причём не смог не потому, что это вообще невозможно. Возможно. У меня в принципе имелся выбор оружия. Меч, копьё, топор — пожалуйста. Ещё среди вариантов оказался лук. Всё это — сакральное оружие. В том смысле, что долго и активно использовалось разумными в качестве оружия. Мушкеты когда-нибудь тоже смогут стать таким оружием. По-честному говоря, учитывая размахи наших войн, счётчик убийств у мушкетов быстро догоняют аналогичные у другого оружия. К сожалению, это ограничение никак не обойти, остаётся только ждать. И когда-нибудь у меня появятся элитные солдаты с магическим оружием, поражающим в самую душу.

Вариант с луком, пожалуй, неплох. Стрелы жнецу не требовались, они просто появлялись на каждый выстрел. Стрелять это воплощение смерти тоже должно весьма метко. Да, стрелу всё равно мог остановить банальный щит, даже простая деревянная доска, единственный недостаток оружия. Но демоны щитов не носили. Поэтому мои войска пополнились отрядом жнецов-лучников. На сто двадцать бойцов ушла неделя, всё же не мог я двадцать четыре на семь в склепе сидеть, да и на создание каждого скелета уходило по пятнадцать минут. На самого жнеца тоже нужно время и концентрация. В общем, время. Теперь делал отряд ближнего боя, мечников. Следующим будут копейщики. Люблю унификацию.

Как ни странно, за прошедшее время новой орды так и не появилось. Хотя вампиры не уходили далеко от границы, оставляя за собой возможность быстро отступить. Ванесса хотела большего, но я осадил. Сейчас противник может прислать на границу каких-нибудь быстрых ребят, способных выловить и вампира, а мне не нужны бессмысленные потери. Чего ждать, я и так знаю. Либо демоны придут к нам, в смысле, князьям, и мы, в смысле князья с нашей посильной помощью, будем отбиваться. Либо они не придут, и тогда мы, в смысле я с переброшенной из Союза армией, приду к ним. Ванесса пыталась меня переубедить и дать разрешение на разведку. Пригрозил отправить крутить хвосты человеко-котам вместе с Гиллианом, успокоилась.

За процессом создания жнецов меня и застала благая весть. Её решил доставить Хаарт лично. Портал, наконец, работал так, как надо, создавая стабильный и безопасный проход. Первое, что сказал лич, оказавшись в склепе:

— Так вот, ты чем так сосредоточенно занимаешься, — оценил Хаарт, рассматривая мою работу.

— Да. Как думаешь, тянет на произведение искусства?

Лич задумался, а я ощутил, как он своей силой касается жнеца, оценивая боевой потенциал. Хаарту потребовалось несколько минут, прежде чем отрицательно покачать головой.

— Не понимаю.

— М? Чего не понимаешь? — уточняю.

— Моего уровня недостаточно, чтобы взаимодействовать со жнецом. И кстати, учитывай, что перепоручить его другим личам ты не сможешь.

Неожиданно.

— Ты уверен?

— Абсолютно, но можешь проверить.

Много времени проверка не заняла, обратился к силе, нашёл ближайшего лича и отправил командовать жнецами. Разочаровался в своих ожиданиях, жнецы приказы лича не воспринимали.

— Неожиданно, — повторил собственную мысль.

— А ты думал. Вообще-то, это, — Хаарт указал на жнеца, — вершина мастерства некроманта.

Я не мог с этим согласиться.

— Не совсем. Это не вершина.

— Да ну? А что тогда вершина?

Пожимаю плечами:

— Гвардейцы. Чтобы сотворить жнеца, быть просто некромантом недостаточно. Нужно осознание некоторых фундаментальных основ мироздания.

Хаарт, паривший над полом, качнулся на месте.

— Тогда, богоравный, сойди с небес на землю и снизойди до нас, простых смертных.

Шутник.

Однако он прав, открытие портала — важный момент, которого мы давно дожидались. Первыми за Хаартом порталом прошли рабочие и строители, начавшие быстро собирать на этой стороне станцию для приёма и отправки грузов. Просто положить через портал железнодорожную колею, несмотря на относительную стабильность магии, не представлялось возможным. Благо, это не моя головная боль, на той стороне хватало умных людей для придумывания механизмов. Через несколько часов я увидел станцию-времянку, которую ещё предстояло по-настоящему развёртывать.

Здесь поставили двухуровневую колею, напоминающую железнодорожную. Нижний уровень очень низкий и у самого пола, в верхний прямо над нижним, оставляя лишь небольшой просвет. Смысл раскрылся быстро, по верхнему сюда запускали груз на низких платформах. Здесь груз снимали, а платформу отправляли обратно по нижней колее. Если бы использовали, допустим, вагонетки, пришлось бы либо складировать их на этой стороне, либо отправлять обратно, что требовало бы времени. А так получался довольно бодрый поток грузов.

— А у нас рабочие двумя шеренгами шли, одни в одну сторону, другие в обратную, — поделился Биттер, когда увидел. — Но у вот так бодрее выходит, признаю.

Впрочем, Биттер быстро переключился на Хаарта, вываливая на лича все мутные схемы, которые смог придумать за прошедшее время. Хаарт в первые минуты явно подумывал, как бы сбежать, но потом внезапно втянулся. Полагаю, желание гоблина облегчить кошельки своих собратьев в пользу Союза нашло у мертвеца пониманием и одобрение.

Когда подготовили станцию, грузы пошли уже с разным назначением. Треть на строительство станции и инфраструктуры на этой стороне. Отряд гномов интересовался, где можно искать железо и откуда брать дерево для производства угля. Собираются ставить печи и выделывать сталь на железнодорожные пути. Порадовал их новостью, что здешнее месторождение скудновато и хватит его в лучшем случае на линию до места побогаче. Так что надо решать, ставить нормальный сталелитейный здесь, а потом возить сюда руду, или, наоборот, здесь построить времянку, проложить дорогу на нормальное место и основательно закрепиться там. Гномы задумались, даже Хаарт, подключившийся к вопросу, был озадачен. Стали разбираться, где будем брать уголь. Пережигать дерево на это всё же расточительно при наших объёмах производства.

Решили ставить нормальный завод рядом с месторождением, оно, по прикидкам, достаточно богато, чтобы имело смысл строить. Пришлось развёртывать небольшое производство здесь, чтобы протянуть рельсы. Наше текущее оборудование слишком большое для чего угодно, кроме железнодорожного транспорта. Мило. Период survival tactics закончился, снова начинается экономическая стратегия. Впрочем, оно логично. Разведка завершилась, перед нами война. А войны выигрывает экономика.

Князья получили груз оружия и инструкторов. Сцена: аборигенам показывают бум-палки. Пусть наши временные союзники и имели достаточно подробное описание мушкетов, но описание и встречали в реальности всё же разные вещи. Причём князья, когда слышали про очень быстрые пули, они думали про нечто похожее на арбалетные болты. И, надо сказать, князьям хватало реакции, чтобы видеть арбалетный болт и иметь возможность его отбить, ну, или уклониться. И пусть пуля летела намного быстрее, князьям всё равно хватало скорости восприятия, чтобы её заметить. Но только заметить. Ни отбить, ни уклониться никаких шансов.

— Чтобы научиться стрелять в сторону противника — много ума не надо, — объяснял инструктор. — Заряжание — навык, который просто надо отработать. Затем навести ствол на противника и надавить на крючок.

— Бесчестное оружие, — заявил Лааш.

Я хмыкнул. Если сейчас у них взыграет самурайский дух и князья откажутся от огнестрела, обрекая себя на гибель, мы отойдём в сторону и не будем мешать. Спасать тех, кто не хочет быть спасённым — гиблое дело.

— Заточить железный лом и огреть им противника — тоже много ума не надо, — в тон ответил инструктор, вызвав подгорание… неудовольствие князей, но продолжил быстрее, чем они ответили. — Только это не имеет ничего общего с фехтованием. Фехтование, это когда твой клинок выкован настоящим мастером, и когда ты потратил много времени на умение своим оружием пользоваться.

Эти слова заставили князей прислушаться.

— С огнестрелом всё точно так же. Это…

Инструктор пнул ящик с уложенными мушкетами. Благо, наше оружие уже давно делалось с запасом прочности, подразумевающем активный бой, то есть ползание по земле, камням, падение оружия и всё прочее в том же духе, да и к рукопашной схватке мушкеты готовы. Так что ящик можно сбросить с нескольких метров, и, если деревянные детали не расколются, оружие не придёт в негодность.

— Качественное оружие. Его делают настоящие мастера. Салага-новобранец сможет из него стрелять, но убить опытного солдата только случайно. И только если опытный подставиться сам. Зато опытный воин, понявший оружие и его философию — это другое дело.

После чего начал заливать про философию мушкета, и что заключается она не только в том, как держать и использовать мушкет, но и в том, где ты стоишь и как двигаешься по полю боя. Бредятина, перемешанная с содержанием воинских уставов, но неискушённому зрителю нравилось. Князья явно испытывали некоторое сомнение, всё же им острые железки ближе и понятнее, но больше бесчестным оружием не называли. М — Маркетинг.

Мне пришлось вернуться к административным обязанностям. Порталом проходили не только грузы, но и разумные, так что началось быстрое возведение населённого пункта. Мы, конечно, кое-что подготовили, даже построили пустых коробок, быстро оборудованных под жилую площадь. Правда, всё деревянное, но это временно, мы уже нашли, где достать много известняка, скоро будем делать бетон.

Свои войска пока не перебрасывали, я закончу с созданием отряда мёртвых жнецов и переключусь на гвардейцев. К тому времени с доспехами что-нибудь решим, оружие тоже найдётся, так что минимально необходимое количество солдат создам здесь сам.

Время начинает играть против нас. Чем дольше демоны не нападают, тем сильнее мы укрепляем князей. В какой-то момент укрепим настолько, что демоны перестанут быть угрозой, а мне этого пока не надо. Поэтому, если орда не появится до окончания создания отрядов жнецов, пойду дёргать тигра за усы сам.

Глава 43

Дёргать за усы не пришлось, тигр пришёл сам. Да так пришёл, что любо-дорого смотреть.

Ванесса со своей группой удирала от орды, насчитывающей даже навскидку больше тридцати тысяч голов. У первой встреченной крепости попытались дать бой. Получилась бойня, крепость просто уничтожили, причём довольно быстро. Я бы уделил этому событию больше своего личного внимания, если бы не ещё четыре такие же орды, атаковавшие в других местах. Я дистанционно участвовал в обороне одной крепости, наиболее для этого подготовленной, и там даже удалось отбить атаку. Впрочем, от гарнизона мало что осталось, в конце боя воевали только демоны и мертвецы. По сути, пиррова победа, ведь демоны отступили, когда стало очевидно, что победить они не смогут.

Мои призраки и летающие химеры князей следили за ордами. Дальше демоны не продвигались, разбирая крепости и восстанавливая численность. Разбили вокруг довольно хаотично выглядящий, на поверхностный взгляд, лагерь и планомерно разбирали стены. Немногим выжившим не повезло. В одной из крепостей их уволокли в единственное оставленное целым здание, в других местом для… выращивания были выбраны подземелья. Скоро узнаю, с какой скоростью они могут выращивать новых особей. Что странно — в этот раз я не заметил внимания чужого разума.

Совсем расслабиться демонам не дали. Ванесса успела соединиться с армией князя Деламина и вместе с ним атаковать одну из орд. Артиллерию мы князьям пока не выдавали, так что накрыть лагерь фугасными снарядами князь не мог. Более того, князь порывался пустить первыми в бой химер, и только вампирша уговорила его всё же начать с нового оружия. Дисциплинированные птице-люди успели освоить в походе мушкеты на вполне сносном уровне, так что огнестрел сказал первое слово в войнах на этом континенте. Жаль, своими глазами я этого не наблюдал, поблизости не нашлось обелисков. Всё со слов Ванессы.

Вампирша же слегка иронизировала, но представление о прошедшем бое дала. Мушкеты крайне удивили демонов. Армия князя вышла к лагерю, справедливо полагая, что орда бросится в бой сама. И демоны бросились. Князь поставил первый ряд мушкетёров на колено и дал залп двумя рядами. И Ванесса клялась, что демоны встали, когда часть из них свалилась с дырками в теле. Недоумённо поглядывали на падших и не шли дальше. А мушкетёры перестроились и дали второй залп. И только после третьего орда бросилась в атаку. Успели сделать ещё несколько залпов, прежде чем началась свалка, но демонов стрельбой скосили много, даже князь это признал после боя. Правда, Ванессе с вампирами пришлось ловить демонов, пытавшихся добраться до мушкетёров и завладеть их оружием. Боевые химеры вампирам в охоте очень помогали. Снова подтверждение, что руководит противником вполне себе разум, причём разум очень даже умный и прозорливый. Ванесса была уверена, что все попытки пресечены и оружие врагу не досталось. В общем-то, из демонов вообще никто уйти не сумел, орду помножили на ноль.

Оружие произвело на князей впечатление. Сделав не так уж много залпов, успели проредить орду настолько, что потенциально очень тяжёлый бой с неясными перспективами победы обратили чистой победой не просто с полным разгромом врага, а с натуральным уничтожением. Поэтому пушек князьям я не дам. И без них неплохо справляются, сейчас, во всяком случае.

Меня интересует, чем на новое оружие ответят демоны. Что ответят, к гадалке не ходи, недаром же они новым оружием сразу попытались завладеть. Как ни странно, я сам попадания мушкетов в руки демонов не опасался. Ибо… Что это им даст? Создать с нуля производство огнестрельного оружия… Успехов им. Я искренне в них верю, да. Они сумеют на коленке с ничего создать производственные цепочки, необходимые для создания пороха и металлов, разработают замки и механизмы и так далее и тому подобное. Были бы это не «демоны» с их пока непонятным устройством, а классическое средневековое государство, я бы сам им оружие подбросил, чтобы посмотреть, сколько ресурсов они спустят в разработку.

Но демоны. Демоны попытаются найти противодействие имеющимися ресурсами. Первое и очевидное — взять количеством. Прикинуть, сколько сил демоны потеряли под обстрелом, и заложить это число в следующий раз. Путь тупиковый, количество до бесконечности увеличивать нельзя, да и мушкетов у князей меньше не становится, наоборот. Однако как первая мера противодействия однозначно будет. Вторая мера — менять качество. Больше живучести, больше устойчивости проникающему урону. Здесь я на зыбкой почве предположений, возможности демонов пока неизвестны, но чего-то нового ожидать стоит. Может, не сразу, с первого раза демоны могли не разобрать, чем именно их убивают, но в какой-то момент сообразят. Вот и посмотрим, как ответят.

Князья, само собой, хотели больше оружия. Однако вели себя на удивление адекватно, не требовали, а спрашивали, можно ли как-нибудь форсировать поставки и что они могут сделать со своей стороны. Всё же князья оказались отличными полководцами. Правителями сильно так себе, судя по тому, что я увидел за прошедшие месяцы, но отменные полководцы. Силу своих войск они понимали отлично, опасность демонов тоже осознавали, как и потенциал нового оружия. А ещё они, похоже, намеревались подольше посидеть в обороне и получить от нас как можно больше оружия. Не знаю, всерьёз готовятся воевать с Союзом, или просто хотят стать посильнее, чтобы хотят что-то из себя представлять перед нами. Ну, чтобы мы хотя бы задумались о возможных потерях и начали воспринимать идею поиграть в дипломатию как достойную альтернативу. Не понимают князья, что мы бы не против играть в дипломатию сколько угодно, если бы от нас это зависело. Но в монархическом государстве оно как всегда выходит? С одним монархом договоришься, а следующий все договорённости похерит, уверенный, что договаривались мы исключительно из страха, да. Не следующий, так через одного.

В общем, мы поставляли оружие, князья перестраивали логистику под новые правила ведения войны, пока формируя одну ударную армию, вооружённую огнестрелом. К слову, Ванесса успела оценить в бою мантикор. Тех самых крутых химер. Двояко. Да, сильные, опасные, мощные, смертоносные. Но… Соотношение цены и качества. Рыцари смерти при всех затратах на своё создание эти самые затраты оправдывали с лихвой и даже тройным запасом. Жнецы вон, если бы не ограничение в управлении, тоже оправдывали. Сложно, долго — да, но они могут воевать строем. А строй побеждает. До появления автоматического оружия, когда одиночный боец с ручным пулемётом получит огневую мощь, способную за секунды скосить целый отряд, если тот не в укрытии, строй будет побеждать.

Мантикоры могли навести шороху в рядах противника, и даже не умирали. В смысле, даже если мантикоре наносили серьёзный урон, и химера падала, не способная продолжать бой, это ещё был не конец. Если победить или просто вытащить тело с поля боя, а затем влить специальное зелье, отпоить и откормить, то через некоторое время мантикора полностью восстанавливалась. Уже лучше, но всё равно дорого.

Из Союза пришла неожиданная новость. Меня совершенно внезапно обрадовали… Получением карболита. В смысле, там был ещё не готовый продукт, его до ума доводить, и бла-бла-бла, но да! Карболит или бакелит. Скорее всё же карболит, потому что Лео Бакеланда у нас нет, зато карболовая кислота есть. Алхимики выделили фенол из каменного угля и замутили феноло-формальдегидную смолу. Искали материал, не реагирующий на электричество. Нашли.

И я об этом узнал случайно, ибо сами алхимики не сразу осознали, что получили. Полимер! Полимер, не завязанный на нефть! Дорогой, правда, зараза. Процесс получения требовал длинный список различных ни разу не простых и не легкодоступных ингредиентов, но всё же! Просто в очередной раз, заглянув домой для просмотра накопившихся отчётов, увидел докладную на тему смолы, инертной к электричеству. Пришлось перекладывать все дела на исполнителей и вплотную заниматься вопросом. Пластик! Чёртов полимер! Замешивай и придавай любую форму! Держит довольно широкий диапазон температур, и это ещё не доведённый до ума состав.

Собрал инженеров, показал, как и что можно делать с карболитом. Показал, как можно использовать в сочетании с тканями, наполнителями и прочим. Впечатлились, осознали, начали развёртывать производство. Плевать, что состав ещё предстоит совершенствовать, уже в текущем виде он был очень нужен. Затормозивший паровоз технической революции снова разогревал котлы.

Основной прорыв ожидался в электронике. Новый материал хотели не только электрики, но именно там всё встало из-за невозможности собирать небольшие устройства. Деревянные корпуса регулярно горели, остальные не давали изоляции. Сейчас дело сдвинется с мёртвой точки, карболит электричество не проводит, да и к химии довольно инертен, не ко всей, но нам хватит.

— Ты где пропадаешь столько дней? — нашёл меня Хаарт после очередного рабочего совещания с инженерами.

Пусть электричество у нас на самом зачаточном уровне… Было ещё недавно. Для хоть каких-то осмысленных работ требовалось провести тысячи экспериментов, чтобы собрать цельную картину, как оно всё работает и взаимодействует. Однако количество учёных у нас постоянно растёт, не особо быстро, но кому проводить эксперименты — есть. Соответственно, и база нарабатывается. Плюс идёт активный обмен знаниями и не приходится одни и те же результаты получать по десять раз, потому что некоторые группы не знают, чем занимаются другие. Да ещё маги, если не хватало мощности от приборов, выдавали молнию. В общем, электричество у нас начало обретать некую опору, так что в обозримом будущем появятся полезные приборы.

— У нас технологический прорыв! — воодушевлённо отвечаю личу.

— У тебя там немного война идёт, — напомнил Хаарт.

Отмахиваюсь. Я следил за ситуацией, ничего важного там не произошло. Подумаешь, князья собрались и ударили по ещё одной орде. Даже победили, но уже с такими потерями, что лучше бы и не начинали.

— Ерунда, Хаарт. Там ещё ничего не идёт, только начинается. Подумаешь, несколько приграничных сражений. Интересное для нас начнётся сильно позднее. А сейчас… Какая разница, сколько там крепостей отобьют или захватят? — вопросительно смотрю на Хаарта.

Даже наша обычная забота о гражданском населении здесь неприменима, потому что всё гражданское население находится настолько далеко от демонов, насколько это возможно. Нет, это война сжигает военные ресурсы в первую очередь. Вот и пусть сжигает дальше.

— Не волнуйся, я внимательно слежу за ходом кампании.

Глава 44

Читаю сводки с фронта. Ну, образно выражаясь. Стараюсь привыкнуть к тому, что я главнокомандующий, а не полевой командир. Отчасти даже получается, хотя иногда очень хочется вмешаться. В моменты, когда конкретно мои подчинённые оказываются под угрозой. К счастью, Ванесса сохраняла осторожность и не подставлялась. Чего нельзя сказать о князьях.

Несмотря на осторожные подсказки, отступить на более подходящие для обороны позиции, князья оставили передовой отряд на месте уже разрушенной крепости и начали стягивать туда подкрепления, чтобы развить успех и, как говорится, лихим кавалерийским наскоком, да на территории противника. В общем, кураж, опасный кураж. И демоны довольно быстро князьям их ошибку прояснили. В нескольких боях, теряя наиболее слабое «мясо», заставили сжечь запас боеприпасов, затем отрезали подкрепление и навалились. Князья полными кретинами не являлись, сумели отступить, пусть и с потерями, и даже соединиться с подкреплением. Однако только что вышедшее из клещей воинство оказалось вымотано, а подкрепления не имели огнестрела. Случилась мясорубка, на которую уже подоспела моя нежить. Ничем хорошим всё равно не закончилось, эта армия князей практически уничтожена, наше оружие потеряно, демоны, пользуясь моментом, продвинулись вперёд. Ещё и по другим направлениям ударили, потому что там подкрепления и вовсе взять оказалось уже неоткуда.

Итог: много потерь у князей без заметного положительного результата. Князья, конечно, соберут новое воинство, земель у них в достатке и рекрутов немерено. Они вынуждены оперировать относительно небольшими армиями из-за ограничений логистики, банально не имея возможности кормить крупное воинское формирование. Глупо, на самом деле, я бы на их месте первым делом озаботился химерами, что перевозят грузы или сами быстро растут, чтобы становиться мясом для солдат. Но нет, химеры — строго боевая единица, в лучшем случае — разведчик, никак иначе быть не может. Ну что же, не мешайте глупцам совершать ошибки. Глупцов станет больше, а ошибки всё равно будут совершены.

У нас дела шли куда лучше и интереснее. Стахановскими темпами возведя первый завод для производства железа, мы приступили к созданию железнодорожного полотна. Протянем первую ветку к угольному месторождению, вторую к ещё одному железному, а дальше будет только наращивать темпы. Для князей уже готова легенда: будем строить линии к границе, для обеспечения снабжения, которого им как раз так не хватает.

Забавно наблюдать за князьями. Некий князь Харун, что сейчас обитает рядом с нами для координации действий, разрывается от внутренних противоречий. С одной стороны, ему хочется требовать с нас оружия и побольше. С другой стороны, не хочется князю признавать, что без нашего оружия война с демонами даётся им тяжело. Такая вот диалектика, борьба гордости с рациональностью. Пока компромисс найден с перевесом в гордость. Харун не столько просит, сколько спрашивает, какие будут объёмы поставок. Цундере, чтоб его, я никогда не признаюсь, что нам очень надо, ага.

Совещались с Хаартом на тему поставок артиллерии. Хоть одну батарею перебросить, наши ОФС откроют демонам дивный новый мир неизведанных ранее ощущений от нахождения под артиллерийским обстрелом. Всё упирается в логистику. Судя по докладам Ванессы, логистика князей физически не готова к таким подвигам, как снабжение воюющей батареи, да ещё и с таким плечом. Хаарт предложил другое решение.

В Союзе под видом факультатива балуются неуправляемыми ракетами. Направление сугубо вторичное, науке ракеты пока не нужны, промышленности тем более, а в военном деле почти по всем параметрам новая артиллерия выигрывает. Да что там, мы могли просто сделать ручные мортирки с хорошими гранатами, и это уже достаточно сильно, учитывая пренебрежение демонами защиты. Останавливает нежелание давать князьям слишком много оружия, тем более такого оружия, эффективного даже при небольшом количестве. А ракеты — то, что нужно. Оружие, эффективность которого напрямую зависит от технического уровня при производстве и качестве исполнения. Можно сделать в кустарных условиях, и я уверен, князья сделают, но эффективность будет минимальная. Хаарт развернул производства петард на земле Союза, я готовился делать то же самое здесь, только доберусь до некоторых материалов.

А вот в этих делах меня застал приезд старой знакомой, княжны Нэрулинь, да ещё и в сопровождении пяти молодых княжон, а также пятерых княжичей. Короче, целая делегация. С этой войной я не то чтобы забыл, но отложил на второй план мысли по поводу деторождения у князей. Опять же, подтверждение, что Лааш действовал самостоятельно. Искал способы перебросить ко мне выводок молодёжи под благовидным предлогом. Незнакомую молодёжь я отправил отдыхать с дороги, а с Нэру встретился.

— Рад снова тебя видеть, Нэрулинь, — панибратски приветствовал девушку.

Не просто так. Статус девушки после всего произошедшего… Позволял такие вольности, мягко говоря. И потому, насколько вялой оказалась реакция Нэру, подтвердил свои предположения.

— Кронлорд, — поклонилась девушка.

— Арантир, просто Арантир.

Нэру подошла ко мне и протянула письмо. Как я и думал, от Лааша. Князь объяснял, что десять юных дарований формально прибыли к нам учиться. Жук навозный, и изучение вопроса деторождения ему подавай, ещё и подростков этих учить чему-нибудь полезному. Интересно, это хитрость или наглость? Впрочем, для таких хитрых в Союзе давно подготовили спец программу для «заложников», благородных юных гостей, задача которых — обеспечивать лояльность родственников. Не потребовалась пока, но существует, вот и воспользуемся. В самом тексте, само собой, ничего крамольного не нашлось, так что использовать записку против князя Лааша не выйдет.

Отдельная часть записки касалась Нэрулинь. Опять же, князь подтвердил мои умозаключения. Девушка оказалась в предельно щекотливом положении. От смерти её спасло только личное знакомство со мной. Так-то у неё имелись шансы затеряться и просто стать никому не интересной, но самые важные правители уже обратили на неё внимание, а после такого затеряться невозможно. Короче, девочка полностью в моём распоряжении. Если выставлю её за дверь — проживёт она недолго.

— Так, сразу скажу, — обращаюсь к Нэру, — насчёт тебя у меня никаких договорённостей нет. В том, что ты здесь оказалась, моей воли тоже нет.

Та заглянула мне в глаза, постояла немного, и, вздохнув, кивнула:

— Верю, крон… Арантир.

— Ну так улыбнись! Хоть сейчас можешь пройти порталом и отправиться в путешествие по землям Союза. Теперь ты — свободный разумный. Гражданство Союза вот так сразу не обещаю, но тоже вопрос решаемый.

Княжна робко, но всё же улыбнулась.

— Я… Позже воспользуюсь вашим… твоим предложением. Сейчас я хотела бы быть полезной… Своему народу.

Дочь самурая, то есть князя. Хотя она должна быть образована, а образованные мозги не могут быть лишними. Какая-нибудь административная работа ей найдётся, этого добра у нас выше крыши.

— Если не боишься работы, — улыбаюсь, предупреждая: — У нас никто на твоё происхождение смотреть не будет — загрузят работой и крутись.

— Не думай, что можешь напугать меня подобным! — легко повелась княжна.

Хотя теперь уже не княжна, судя по содержанию письма.

— Первым делом тебе предстоит побыть добровольцем, — перевожу разговор. — Полежать часик другой на кроватке, пока я изучаю магические потоки.

— Прямо сейчас?

— Если ты никуда не спешишь, — подтверждаю.

Прямо сейчас не получилось, решил вопросы с «учителями» для княжичей и княжон. Только после этого прошли в экранированный зал.

— Раздеваться надо? — спросила Нэрулинь.

Нет, глубокий внутренний мир князей я уже изучил. И пусть у женщин могут быть некоторые отличия… В смысле они там точно есть, но сейчас можно обойтись без рассматривания внутренностей.

— У меня уже есть жена, и даже дети. Так что одежду оставь, лучше открой своё сердце.

— Эм… Как? — не поняла Нэру.

— Лежи и постарайся особо не двигаться.

Совсем не двигаться у девушки не получалось, но лёгкое шевеление мне никак не мешало. Я уже знал, что князьям, в смысле княгиням, требовался магический фон для вынашивания потомства. Но! Как именно он влиял? На что влиял? Пришлось искать и разбираться. Могу ещё раз себя похвалить, мои познания в магии всё ширятся. Механику действия я понимаю далеко не только в своей родной некромантии. И сейчас, касаясь тонких потоков магии, я постепенно понимал, что… Хм. А ларчик просто открывался.

У девушки нашлось две системы циркуляции чакры, в смысле, два комплекта магического тела. Вообще не касающихся друг друга, что важно. Первый самый обычный, не такой, как у нормальных магов, ограниченный и дававший доступ к конкретным магическим способностям. Думаю, если посмотрю на магию князя-мужчины, увижу нечто очень похожее. Прикол во втором комплекте, завязанном, что уже очевидно, на матке. Пустой и имевший специфическую систему питания. Система деторождения не тянула магию просто из окружающего мира, вместо этого там стояли… фильтры? Ограничители? В общем, затычки, которые требовалось лишь правильно открыть, либо подать на них правильную магию, что пройдёт через эти фильтры.

Вроде бы всё просто… Для меня. Но я понимаю, почему маги князей не справились. Надо иметь целый набор навыков и умений, которые нельзя получить просто прямым использованием магии. Однако сама система интересна.

— Я, в целом, понял проблему.

— Вот так сразу? — удивилась Нэру.

Киваю.

— Сам немного удивлён, но мой текущий уровень понимания магии позволил разобраться, как у вас всё устроено. Другое дело, что готового решения у меня нет и предстоит поработать, подбирая способ, который смогут применить князья без моей помощи. Но…

Отвлёкся от магии и взглянул на лицо девушки. Глубокое удивление в самой высокой степени, так сказать. Забавно. Киваю.

— Да, Нэрулинь. Ты лежишь рядом с очень могущественным магом. Возможно, одним из самых могущественных на сегодняшний день.

А всё потому, что на меня горбатятся другие маги, добровольно, с полной самоотдачей, и пополняют мой багаж знаний. Процесс взаимный, само собой, но у них нет ни того могущества, ни той глубины взаимодействия с миром, что у меня.

— Это сложно осознать, — призналась девушка.

— А кому сейчас легко?

Отпустил Нэру отдыхать, а сам прикидывал, с какой стороны пойти к решению проблемы. И к вопросу, стоит ли вообще её решать. На самом деле стоило. Даже если сейчас я открою волшебную… позу, в которой гарантировано можно зачать ребёнка, это знание всё равно быстро не разойдётся среди князей. А когда разойдётся, приведёт к увеличению количества детей. И только лет через дцать к появлению взрослых князей-воинов. К тому времени либо ишак подохнет, либо падишах, так что можно работать спокойно.

Глава 45

С улицы донеслись крики и восхищённая ругань. Молодой князь вздохнул и поднялся, прошёл по скрипучему полу до окна. Лето, довольно жаркое в этих землях, вступило в свою силу, и князь встал так, чтобы палящее солнце не касалось тела.

Увиденное заставило молодого воина скривиться. Нежить пленила нескольких демонов и притащила их в крепость. Скованные по рукам и ногам, лишённые малейшей возможности пошевелиться, твари лишь зыркали на всех вокруг, бессильные и уязвимые. Князья годами пытались пленить демонов, отряды егерей выслеживали небольшие группы, химерологи выводили химер для захвата. Не вышло. Самое большее, что им удавалось — захватить оглушённого демона. Но стоило тому прийти в сознание, как тварь начинала вырываться и её приходилось убивать. А нежить снова сделала то, что считалось невозможным.

Князь Баррас, юный воин, всего два года как получивший свой меч, исполнял приказ присоединиться к войскам, как и несколько других князей, для наблюдения за нежитью. Уже сейчас стало очевидно — в войне эти ненавистные союзники разбирались. Только разбирались неправильно. Ставили не на личную силу и таланты полководца, а как-то иначе. И демонов, остававшихся бичом всего континента многие сотни лет, уничтоживших все прочие государства, живые мертвецы пусть и воспринимали угрозой, но относились снисходительно. Баррас умел слушать, умел слышать мысли, что оставались невысказанными, прятались между произнесённых слов.

— Их много, но само по себе количество, каким бы большим оно ни казалось, ещё не гарантия победы, — сказала как-то Ванесса.

В этих словах князь не нашёл бахвальства, самоуверенности, желания набить себе цену. Женщина просто констатировала факт. И нежити, что способна поднимать сотни и тысячи воинов прямо на поле боя, можно верить в вопросе численности. Баррас видел, как смертоносны простые поднятые скелеты в бою. Относительно слабые, они тем не менее походили на демонов. Точнее, качества демонов в нежити возводилось в абсолют. Демоны не боялись смерти, но инстинктивно защищались. Демоны могли переносить страшную боль, но всё равно реагировали на болезненные раны. Скелеты не боялись и ничего не чувствовали. Подставлялись под удары и гибли, едва поднятые, но это не имело значения. Численность демонов, их способность жертвовать сотнями воинов, перестала считаться преимуществом. Нежить обернула это качество в своё преимущество, чем больше приходило демонов, тем больше скелетов могли поднять в бою мёртвые маги.

Однако по земле не ходили тысячи мертвецов, как стоило бы ожидать. Подняв на бой целую орду мертвецов, личи отпускали их, стоило бою закончиться. Скелеты считались настолько расходным материалом, что их даже не сохраняли до следующего боя. Нет, в боях участвовали сильные воины. Вероятно, лучшие из лучших. Баррас не верил, что у мертвецов есть ещё кто-то более опасный, чем фурии.

Эти твари вызывали чёрную злую зависть князей. Воины по природе, князья уважали настоящих воинов. И презирали химер, глупых животных с примитивными инстинктами. Вынуждены пользоваться этими тварями, но не по своему желанию, а для снижения потерь среди своих. Фурии, воины, разумные, дисциплинированные, обладающие личным мастерством, вызывали восхищение. И проклятую зависть. К счастью, фурий у Союза явно не слишком много. Да, они превосходили князей в бою, с чем приходилось соглашаться, пусть и скрипя зубами, но выступали всё же элитой для узких задач, редко применимой в больших сражениях.

Вампиры вызывали у Барраса смешанные чувства. Да, воины, причём вполне приличные. И уже не столь редкие, как фурии. По мнению князя, именно вампиры должны занимать место командиров, но в Союзе всё неправильно. У мертвецов командовали, отчего-то, мёртвые маги. Князь признавал, что именно эти… личи поднимают мёртвых и направляют их в бою, но всё равно видеть магов на месте командиров ему претило. Вампиры же… Не стремились быть воинами, скорее являясь егерями. Ночные операции, разведка и многое другое, что претит чести истинного воина.

Баррас наблюдал и запоминал, прислушиваясь к словам, к каждой оговорке. Здесь не вся армия Союза, только элитный отряд, авангард. Хотелось бы князю увидеть настоящее воинство Союза. Рядовых воинов, что вознесли своих повелителей и сделали государство сильнейшим на их континенте. Однажды князь спросил у вампира, что делал бы Союз, если бы им пришлось вот так столкнуться с демонами на их земле. Вампир злорадно улыбнулся.

— Мы бы утопили их в пламени и стали.

— Магия? — понял князь, внутренне кривясь.

Но вампир отрицательно покачал головой.

— Никакой магии. Для магов есть дела поважнее. Нет, не магия.

Вдаваться в подробности вампир не стал, а князь не стал расспрашивать. Понял лишь: нечестное огнестрельное оружие — далеко не единственное, что есть у армии Союза. Если вся эта бравада не враньё, само собой.

Баррас покинул свои покои и вышел на улицу. Вампирша Ванесса уже здесь, рядом с пленными, рассматривая их с удовлетворённой улыбкой.

— Зачем вы притащили этих тварей?

— Информация, князь, — не оборачиваясь на него, что вызывало внутреннюю злость, ответила вампирша. — О враге надо знать как можно больше. Понимаете?

— Они ничего не рассказывают, — напомнил Баррас.

— Вам не рассказывают. Но у нас есть надёжные средства для пленения, — женщина указала на оковы, расписанные узором металлические кольца, закреплённые на шее, лодыжках и запястьях демонов. — А раз получилось поймать, то, уверена, получится и разговорить.

Князь хотел возразить, но рядом появился призрак. Кронлорд Арантир собственной персоной, пусть и призрачной, явился в передовую крепость. Эта способность кронлорда ставила в тупик магов князей. Он появлялся рядом со своими воинами, не просто наблюдая за ходом битвы или отдавая приказания, он мог колдовать. Аномальное существо, явно далеко ушедшее за пределы понятия «маг».

— Поймали всё-таки? Отличная работа! — одобрил Арантир действия Ванессы.

Баррас много сил потратил на изучение языка, на котором общались союзники. Сам он изображал лишь базовое понимание некоторых слов, делал вид, что пока не способен воспринимать беглую речь. Всё это ради получения дополнительной информации.

— Оковы работали так, как планировалось, остальное — дело техники, — пожала плечами Ванесса.

— А теперь давай посмотрим… — Арантир качнулся к скованной фигуре.

— Зачем вы поймали эту тварь?

— Я же сказала — ради информации, — недовольно прищурившись, напомнила Ванесса.

— Мёртвых вы уже осмотрели, значит, его тело вас не интересует. Вы способны читать мысли?

Ванесса хотела что-то сказать, но ответил князю Арантир.

— Читать мысли я не могу, — сказал он не оборачиваясь. — Не у живых, как минимум. С этими тварями можно попробовать провернуть один трюк.

Арантир замолчал, начав выполнение каких-то пассов.

— Какой трюк? — спросил князь.

— Магический.

Арантир коснулся лба демона, отчего тот начал дёргаться. Впрочем, жёсткая фиксация не позволяла шевелиться, лишь напрягать и расслаблять мышцы.

— Подробнее, — потребовал князь.

— Не отвлекайте меня, князь, — ответил Арантир.

— Вы вряд ли достаточно разбираетесь в магии, князь, чтобы короткое объяснение помогло вам разобраться в тонкостях процесса, — добавила Ванесса.

Баррас нахмурился, встретившись со взглядом вампирши. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

— Вы всё же попытайтесь, я проконсультируюсь с нашими магами…

— Дело в том, что демоны — это паразиты. Тело, что вы видите, всего лишь оболочка, перчатка, которой демон пользуется. Сам он — паразит, скрытый внутри. Души этих тел искалечены, но всё же существуют. Если осторожно убить носитель, не нарушая работу органов и подпитку демона, можно использовать душу для непосредственного влияния на демона. Как минимум для контакта, — всё же ответил Арантир. — Теоретически.

Демон в оковах перестал дёргаться и затих, а маг смерти отлетел назад.

— На практике это тот ещё трюк. Чувствуя угрозу, тварь пытается сдохнуть. Этот уже подох, переходит к следующему.

Ванесса ожидала результата, поглядывая на князя. Тот, получив развёрнутый ответ, замолчал. Очевидно, ничего не понял, но держал лицо. Только после смерти четвёртого пленника Арантир удовлетворённо кивнул. Кронлорд заговорил на языке князей.

— Как я и думал, сам по себе демон довольно тупенький, в основном тварь использует мозги носителя. Но восприятие у них… — Арантир покачал головой. — К нам идут новые орды, и я даже примерно понимаю, откуда они идут. Однако много полезной информации таким варварским методом не вытащить, нужен более вдумчивый подход. Остальных пленных…

Арантир задумался на миг, а затем отмахнулся.

— Казнить. Есть другие способы, требующие менее извилистого исполнения.

Ванесса кивнула, а за её спиной младшие уже резали пленников.

— Это всё, князь? — обратился кронлорд к Баррасу.

Тот скорчил гримасу, вроде как почтительную, но едва скрывающую злость князя, однако кивнул и распрощался. Когда вокруг не осталось лишних ушей, Арантир спросил, перейдя на один из языков Союза, на котором здесь точно никто не говорил:

— И как они тебе?

Вампирша хмыкнула.

— Те, что постарше, эмоции хорошо контролируют, да и в целом более прагматичны. Молодёжь едва сдерживается, чтобы не плевать в нас. И такие рожи корчат, когда вынуждены с нами общаться, ребята с трудом от смеха сдерживаются. Когда думают, что мы не видим, смотрят с откровенной ненавистью.

Арантир качнулся на месте.

— Косность мышления бывает опасна, порой — смертельно опасна. Что же, мы давали им шанс.

Ванесса кивнула:

— Князья довольно дисциплинированы, никаких эксцессов не случилось. Но в своём презрении ко всем вокруг они удивительно упорны.

— Удивительно, что те молодые люди, которых мне выделил Лааш на опыты, такого поведения не показывают. Дичатся нас, но не более того. Предположу, что внутри князей есть некая дифференцированность.

— Узнаем, если общество князей начнёт раскалываться на части, — улыбнулась Ванесса.

Арантир бросил задумчивый взгляд на князя и группу его воинов.

— Я бы не был столь оптимистичен.

— А как проходит исследование князей? — проявила любопытство вампирша.

— Да я уже закончил, по большому счёту, — безразлично ответил Арантир. — Осталось протестировать. Даже несколько способов подобрал. Для одного вообще ничего не надо, кроме самих князей, для другого какой-нибудь маг, владеющий базовым пониманием рунописи. Могу вообще всё сделать сам, но не ручаюсь, что ребёнок после касания магии смерти выживет. Хотя с вампиром в качестве счастливого отца можно попробовать, результат… малопредсказуем.

Кронлорд повернулся лицом к вампирше.

— Я выслал отряд жнецов. Кроме меня, они мало кого слушают, придётся командовать лично. Отслеживай передвижение орд, нужно проверить жнецов в бою.

— Поняла, — подтвердила вампирша.

Силуэт кронлорда растаял.

Глава 46

Отряд мёртвых жнецов, усиленных рыцарями смерти, ушёл на войну вместе с очередным грузом оружия. К сожалению, даже если жнецы хорошо себя покажут в деле уничтожения демонов… Сама мысль об элитных войсках нежити, уничтожающих демонов, вызывает мысленную улыбку. Так вот, даже если жнецы будут резать демонов именно так, как я того предполагаю, это всё равно не переломит ход войны. Против демонов надо проводить полноценные войсковые операции с привлечением армий и корпусов зачистки территории. То есть привлекать армию Союза, а не отряды князей. Без нас это будет долгое и печальное зрелище, если демоны просто пощипают соседей и успокоятся. Либо зрелище будет трагическим, если демоны останавливаться не намерены.

Я, как ни странно, склоняюсь к первому. У меня получилось умертвить тело и через душу подключиться к демонической связи. Нормальных связных мыслей там не хватало, но общий посыл я уловил. Демоны изучали новое оружие и возможности соседей. Как только выработают противодействие — успокоятся. Ограничиваться в мои планы не входило. Всё же несмотря на относительно низкую плотность населения… Очень относительно… Численность населения на подвластных князьям землях вполне сопоставима с численностью населения Союза. Не в том смысле, что равнялась, нет, в Союзе народа раза в три побольше. Только у нас беби-бум и население в основной массе трудоспособным станет лет через пять в лучшем случае, а в среднем через десять и более. И если в сердце земель Союза и плотность населения уже довольно велика, и рождаемость намного раньше возросла, то на присоединённых землях всё только строится, и пока половина земель Союза, по факту, дотационные регионы. Здесь же, при всём относительно низком уровне производства, система уравновешена и работает примерно одинаково по всей территории, исключая некоторые регионы. И войн внутри княжеских земель не происходит, голода нет, прочих прелестей, косящих население, тоже. Не благоденствие, но для средневековья земли князей вполне плотно населены.

Для Союза это значит, что ассимиляция, какие бы события ни послужили её началом, не будет простой и лёгкой. Легко ассимилировать тех, кто находится в бедственном положении и легко принимает перемены, если они необходимы для выживания. Здесь же… Скорее будет серьёзное сопротивление. Само собой, давать демонам возможность устроить локальный конец света ради собственного удобства мы не собирались, но каким-то образом разворошить князей придётся. И вроде как у меня даже имелась та самая бомба, что закладывалась под фундамент государства. Способность к деторождению. Через несколько недель будет понятно, сработало или нет. Пять созданных пар прошли по разным методикам, вот и посмотрим на результаты.

Пока же мы наладили связь с нагами. Снова, ага. Пришлось очень аккуратно проводить группу с личем, чтобы он возвёл где-нибудь далеко в «тылу» наг монолит и наладил связь. Мне уже не хватает ещё одного портала, чтобы начать снабжать змеехвостых в обход договорённостей с князьями. В конце концов, не одним огнестрелом едины, чем снабдить союзников, чтобы повысить их шансы, у нас найдётся. Пока, однако, с новыми порталами полный застой. Воссоздавать порталы самостоятельно, оказывается, можно далеко не всегда и не везде. Нам, по сути, повезло, что удалось поставить два портала, соединив, как Союз со мной, так и Союз с гоблинами, но дальше всё очень неоднозначно. Настолько, что пришлось отправить группу археологов искать в руинах ещё одну готовую плиту. Только это мало что даёт. В обход князей такое провернуть уже не выйдет, значит, о портале они будут знать. То есть использовать новый телепорт придётся открыто, и точно не для снабжения наг.

Делвин, наш чешуйчатый хвостатый вампир, сильно продвинулся в иерархии. Ещё Ванесса обратила нескольких его верных товарищей, да и сам Делвин не сидел без дела. Рисковал, но ввязывался в бои, пил кровь, становился сильнее. И обратил ещё сородичей, собрав довольно мощный отряд. С наг уже достаточно слетел налёт цивилизации, чтобы уважение к силе вытесняло прочие аргументы. Делвина уважали, за удачливость, за успешность, за личную силу. И если при первой нашей встрече он говорил про несколько сотен воинов с очень сильной натяжкой, то сейчас его приказам подчинялись те самые сотни наг. Практически безоговорочно подчинялись, с готовностью плевать на мнение старейшин. Сейчас Делвин пытался сообразить, как ему обратить разрозненные группы в единую силу, да так, чтобы отбить некоторые территории у князей и выдержать ответный удар последних. Здесь ему и требовалось снабжение. Пришлось выискивать способы. Возможно, получится сделать что-нибудь через гоблинов, они-то никаких договоров с князьями не имели.

— И снова добро пожаловать в мир живых. На этот раз окончательно, — приветствовал я Лидию, поднося чашу с водой. — Привыкай к новому телу, оно не лишено недостатков живого.

Я всё же разобрался в кристалле. Правда, далеко не полностью. По сути, я воспользовался заложенными в кристалл возможностями, лишь немного изменив конечный результат, если грубо. Тоже не самая простая задачка, однако чувствую себя варваром. Довольно грубо вмешался в работу тонкого артефакта, неспособный даже близко повторить столь сложную магию. И вряд ли буду способен в ближайшее время, всё же древние оперировали иной магией.

— А остальные? — огляделась Лидия.

— Не все сразу, — отрицательно качаю головой. — Мне потребуется некоторое время, чтобы отдохнуть, а кристаллу — зарядиться, и потом верну к жизни следующего.

Да, оказалось, кристалл заряжается. Я так до конца не понял, на каком уровне происходят манипуляции с душой, сумел лишь разобраться, что кристалл в стандартном цикле не воссоздаёт душу полностью. Но, если в нужном месте дать пинка, кое-где поработать напильником, и перетянуть пару матефорических болтов, можно заставить механизм полностью воссоздать душу. Остаётся только правильно соединить эту душу с телом, а не так, как оно происходит по умолчанию.

— Я… Спасибо! — остроухая облегчённо выдохнула, а затем набросилась на воду.

Тот факт, что лежала она в ванночке с питательным составом, обнажённая, её не волновал совершенно. Чувствую себя доктором Франкен-кем-то-там, или всамделишным алхимиком, который работает по правилу равноценного обмена. Вроде гомункула случайно не создал.

Оставив остроухой одежду, покинул ритуальный покой. На улице пыхтел угольным дымом паровоз. Хотя скорее паровозик, маленький такой. Здесь инфраструктуры нет для полноценных машин, приходится пользоваться менее прихотливыми маломощными аналогами. Мощность меньше, зато выше надёжность и больший срок эксплуатации. И вагон запасных деталей с собой возить не надо. Правда, с водой всё равно сложно, просто из ближайшей лужи не подходит, даже фильтрации недостаточно. Надо проводить полноценную очистку и дистилляцию, установка в процессе строительства, пока возим воду через портал. Жесть полная, но приходится, этот паровозик тягает руду с шахты к мини-заводу. Скоро включим в цикл ещё один пункт. Нашли известняк, счастью не было предела, будем сразу замешивать бетон, это ускорит строительство. Что вдвойне радуем, будем делать бетонные шпалы, а не деревянные с коротким сроком службы.

Странно это, знать, что там, за порталом, промышленная мощь огромного государства. А здесь приходится крутиться в очень ограниченных ресурсах, потому что нормальное строительство нормальной промышленности требует очень много материалов. Наверное, что-то подобное чувствовали те, кто осваивал в моём мире Северную Америку или какую-нибудь Африку. Вроде бы уже промышленная революция случилась, а всё равно приходится пользоваться любой палочкой, попадающей в руки, потому что кроме этой палочки ничего нет. Например, очень хотелось начать производство кирпича, да только подходящей глины в округе не нашлось, только теперь, когда нашли известняк, сможем наладить производство силикатного кирпича, пусть и в ограниченном количестве. Всё же не везде бетон подходит.

Ко мне подошёл управляющий, хотя сейчас он скорее получался прорабом, руководящим стройками. Просил строителей, то есть скелетов. Я переадресовал одному из личей, склеп, создающий костяшки, сейчас свободен, пусть займётся. Для строительства гвардейцы не нужны.

— Твоё кронлодство! — появился гоблин.

— Биттер. Что-то случилось?

Коротышка схватился за сердце, слишком наигранно, чтобы в этом поверить.

— Работаю не покладая рук, а карманы всё так же нестерпимо пусты!

Хмыкаю.

— Совсем некого облапошить?

На это Биттер уже вполне искренне повесил нос.

— Совсем, — согласился он. — Я понимаю, что у вас с мошенничеством в любом виде всё очень строго, но как же порой хочется хоть монетку из чужого кармана умыкнуть. А нельзя!

— За монетку тебя не осудят, Биттер.

Гоблин отрицательно покачал головой.

— Нет, мой благородный друг. Это дело принципа. Обманывать надо тех, кто этого заслуживает. А гражданина вашего обмани, выуди денежку — он даже не расстроится. И это хорошо! — вскинулся Биттер. — Не пойми неправильно, я не осуждаю, наоборот! Только понимаешь, это как… Как…

Биттер задумался, подбирая аналогию.

— Это как играть в карты с ребёнком! Ты можешь легко обыграть сопляка, но он даже не особо расстроиться. Он даже не поймёт, что ты мухлевал. Только порадуется, что ты с ним вообще играешь. Только гадливое ощущение внутри останется. Я обыграл мелкого сопляка, нда, как глубоко я пал. Вот здесь что-то похожее. Нет смысла отбирать что-то у того, у кого нет жадности!

Я, кажется, понял, о чём он.

— А князья?

— Да ну их, — отмахнулся Биттер. — Эти вообще неправильные. Им важно, кто на них косо посмотрел и достаточно ли глубоко сгибают спину слуги. Фу на них.

— Понятно. Так что ты хотел?

— Что может хотеть бедный представитель народа? — трагично сложил лапки Биттер. — Только разрешения честному предпринимателю немного заработать…

Я предостерегающе покашлял.

— Много заработать, — поправился гоблин, — открыв культурно-массовое заведение.

Кто бы сомневался.

— Казино?

— Я бы не ограничивался такими узкими в значении словами, — смущённо потёр носком землю Биттер.

Ага, конечно.

— Зачем?

— А почему нет? — удивился гоблин. — Я, честь по чести, составил всё так, чтобы не нарушать законов Союза. Чтобы гости могли ощутить азарт игры, без угрозы отдать последние штаны. Оно, конечно, не совсем правильно, без риска-то, но весело провести время можно!

Нда. Почти уверен, что под вывеской легального заведения будет прятаться нечто не совсем законное.

— Ладно. Но ты понимаешь, насколько пристальное к тебе будет внимание? И какое наказание за нарушение?

Но Биттер уже расплылся в улыбке.

— Вы ни о чём не пожалеете! — заверил меня гоблин и побежал реализовывать свою идею.

Делаю мысленную отметку — реализовать через Хаарта какой-нибудь контроль за этой инициативой. Только не в министерстве культуры и не в министерстве спорта. Нет, в финансовом. Да, строгий финансовый надзор.

Глава 47

Такое случается редко, но случается. Все запущенные мной эксперименты с молодыми князьями сработали.

В одном варианте решения проблемы я не сомневался совершенно. Поставил магические уловители и настроил их, чтобы создавать нужный фон, поселил в комнату девушку, а дальше, как говорится, дело техники. Провала быть не могло, потому… да негде ему произойти. Второй метод несколько замудрёнее. Княжич готовил место в меру своих сил, используя предоставленные мной артефакты. По качеству это всё значительно уступало подготовленной мной лично поляне, но всё равно работало. От княжны уже требовалось правильно медитировать для ускорения процесса. Здесь я тоже не удивился положительному результату, всего лишь меньшая эффективность методики.

А вот дальше началось ошеломительное. Третий метод заключался в чём-то наподобие совместной медитации. Юноша медитировал и пытался фонить своей энергией, а девушка, соответственно, пыталась направить свою энергию, а также улавливаемую извне, в свою детородную систему. Честно, думал — не сработает. Но нет, эффективность ещё ниже, однако сработало, девушка забеременела. Отсюда вопрос… А князья точно пытались решить проблему? Точно-точно?

Допустим, медитировать они не умели, и только мои пояснения и одёргивания при ошибках помогли выполнить медитацию правильно. Сами князья не знали, как должно быть правильно, так что возможно. Но у них же есть свои маги! Допустим, пришлось преодолевать некоторую косность. Пара княжичей мне на полном серьёзе заявляли нечто вроде: «не барское это дело». Ага, детей заводить им не хочется, при учёте сложностей с этим самым заведением. Так что пришлось ещё мозги вправлять.

Ну и финальным штрихом стал совсем уж безнадёжный метод, в который я не верил совершенно, но применил, больше как ориентир: «как делать не надо», ну или вместо контрольной группы. Взял двух наиболее раскованных кандидатов, а затем по отдельности описал каждому, что необходимо делать во время совокупления, чтобы получилось передать энергию. И ведь всё равно сработало. Позы там, конечно, экзотические, но даже это сработало! Что вызвало у меня искреннее незамутнённое презрение к князьям.

То есть у этих кретинов имелись все инструменты под рукой, но что-то мне подсказывает, инструментами этими они бы не воспользовались, даже окажись на грани вымирания. Ведь это надо задуматься над тем, чтобы непросто приказать кому-нибудь: сделать, шоб завтра было! Это надо самому постараться, попробовать как-то поменять подход. Предположу, отдельные энтузиасты пробовали и, возможно, даже получали результаты, но при попытке объяснить остальным, что надо не только механически оплодотворение производить, но и ещё кое-что с женщиной делать, натыкались на глухую стену презрения.

Короче, вызвал я Лааша по оставленному на такой случай каналу связи. Хочу заглянуть ему в глаза, когда он узнать, сколь мало требовалось для решения проблемы, над которой они бились годами.

Тем временем резня между демонами и войсками князей набирала обороты. Князья удачно подловили одну из орд и отбили крепость, в которой закрепились и отыграли от защиты, разбив ещё одну орду. Но в это время другая орда вышла с «неожиданного» направления и навела шороху, захватив слабо защищённою крепость и разослав отряды в тыл князьям. Предполагаю, будут захватывать пленных для собственного размножения.

Пока результаты наглядны. Где князья используют огнестрел и соблюдают нашу тактику — победы, в худшем случае — отступают, нанося существенные потери демонам. Где действуют по своим схемам, с химерами и нормальной подготовкой — пятьдесят на пятьдесят, и всегда серьёзные потери. Ну а где демоны находят слабое место — там вообще полный разгром. Передовое оружие и тактика рулят, всё предсказуемо.

Пока ожидал высокопоставленного князя, успел «воскресить» ещё двух остроухих. Задумался, а стоит ли вообще тратить время на зануду. Спросил у Лидии. Судя по секундной задумчивости, к зануде никто симпатий особых не испытывал. Но девушка всё же решила, что он такой участи не заслужил.

Князей эпатировал паровик-путеукладчик. Уж не знаю, о чём думали аборигены, глядя на работу путеукладчика и то, как он таскает вагоны с рельсами и шпалами, но приходили поглядеть на зрелище многие. Мы только прошли спуск и вышли на равнину. Ещё сотни километров наматывать, прежде чем до месторождения доберёмся, и это пока только один путь. Второй будем вести, когда наладим логистику и сможем поставить махину помощнее. Этот укладчик, как бы он ни шокировал князей, по нашим меркам оставался малышом.

Примчался Лааш в сопровождении аж двух десятков князей, да ещё и с прочим сопровождением из магов, эльфов в основном, но видел там и людей. Такое чувство, что хотел презентацию устроить или нечто подобное, показать товар лицом, так сказать. Ну я ему покажу.

Актового зала для большого скопления людей не обзавелись, но сцену работники из Союза организовали довольно быстро. А дальше я начал издеваться над гостями. Вышел сам, девушек не привёл. Естественно, Лааш сразу спросил:

— А где…

— На магической подпитке, — срезал вопрос. — Зачем их сюда вести? Там от второй до третьей недели, что вы увидеть собираетесь? Вашего чутья на магию не хватит, чтобы определить зачатие.

— А вашего хватает? — тут же влез один из гостей.

— Более чем. Никакой особой сложности с зачатием нет. Проблема обнаружилась в том… — я подробно описал особенности репродуктивной системы князей.

Князья пучили глаза, а вот половина магов выдавала лицом нечто вроде: «наконец-то они услышали». Так, похоже, проблема именно в самих князьях и их заскоках.

— Правильную подпитку магией организовать несложно. Самые простые и примитивные способы: медитация и выбор поз, соединённый с некоторыми магическими манипуляциями.

Моя месть была сладка. Хвалёная выдержка князей оказалась раздавлена и уничтожена. Их перекашивало и плющило, пока я рассказывал, как надо заниматься любовью, чтобы получились дети. Только Лааш стоял с совершенно каменным лицом. Маги, впрочем, тоже впечатлений хватанули, а ещё косились на князей. А князья косились на магов, ставших свидетелями их позора. К сожалению, надолго растянуть подобную экзекуцию не получилось, материала маловато.

— Вы написали, что опробовали несколько способов, — заговорил Лааш, когда я замолчал. — Каковы другие?

Поворачиваюсь к нему, глядя с некоторым подозрением.

— Подпитывающие артефакты. Они несложны в настройке, княжич справился сам без всяких затруднений. С изготовлением несколько сложнее, совместная медитация куда практичнее и времени потребует столько же.

Князь напряг скулы.

— Мы всё же хотим получить подробную инструкцию по этим артефактам.

Без наигранности изображаю искреннее удивление.

— Вам что? Настолько не хочется заниматься любовью с собственными женщинами?

Раздался такой массовый скрип зубов, что слегка вздрогнули стены. Но князья держались, очень уж хотели получить результаты моих исследований. Нет, сюрреализм какой-то. Настолько походя я проблемы такого масштаба ещё не решал, новый опыт.

Сдав молодых будущих родителей Лаашу и распрощавшись с почтенной делегацией, вздохнул с чувством выполненного долга. Если я прав, у князей в ближайшем будущем появится очень много внутренних проблем и противоречий. Точнее, эти противоречия и сейчас есть, но скоро многократно обострятся. Подложил свинью и рад.

Этим же вечером ко мне воззвала Ванесса. Переместившись к своему монолиту, застал вампиршу в окружении сородичей. Все заляпаны кровью по самые уши, но кровь явно чужая. А вокруг крепость князей. Ну… То, что от крепости осталось. И много-много трупов. Тела лежали везде, просто внавалку, местами целыми кучами, под лестницами или у провалов. Изрубленные или просто проткнутые клинками. И много крови. Со стен она вообще стекала ручьями. А вот внутренние постройки почти не повреждены, если не считать выбитых дверей и окон. Пытаюсь прикинуть кого больше, защитников или демонов, но это бесполезно.

— Я же просил не рисковать.

Ванесса криво улыбнулась.

— А у нас потерь нет. И хотела показать вам это…

Девушка прошла к стене, не став заходить в пролом, а забравшись на остатки укреплений. Я просто взлетел. Под стенами трупов навалено не сильно меньше, чем внутри. Ещё одна большая битва этой войны. Ещё одна бессмысленная резня. Но я быстро понял, что мне хотела показать Ванесса. Среди трупов лежали демоны с изменёнными руками. Немного, единицы на всю павшую орду.

— Маги, — пояснила вампирша.

— Восстань, — приказываю ближайшему.

Свежий труп поднимается, раскрывая для меня свой разум. Как и у прочих демонов после смерти — почти девственная пустота в плане памяти и последних событий. Зато знания о магии остались. Эрзац-маг, магический источник и пара атакующих заклинаний без возможности изучить новое или хоть немного изменить имеющееся.

— Не понравилось им умирать под огнём, — констатирую.

А затем даю мертвецу мысленный приказ использовать заклинание. Просто в гору трупов. Он пытается, но смерть повредила заложенные структуры, и труп только подрывает сам себя.

— Они подошли под прикрытием других на дистанцию атаки и начали выбивать стрелков. Справились довольно быстро, и демоны полезли на стены. Ну и вот.

А я думал, просто больше народа бросать будет, но нет. Противник держал фокусы наготове и решил воспользоваться. Не критично, с магами мы уже сталкивались, что с ними делать — известно. Правда, я предпочитал в них стрелять из пушек, но можно и иначе. Партию ракет готовить закончили, вот и передам князьям, когда запросят что-нибудь помощнее. Арантир молодец, Арантир предусмотрительный.

— Господин, — зовёт Ванесса и указывает куда-то в сторону.

Прослеживаю направление и вижу тройку всадников. Демоны. И снова касание чужого внимания. Уже не такое, как в первый раз. Да, я тоже тебя вижу.

— Они точно утащили несколько стволов. Мы попытались перехватить, но куда там.

Отмахиваюсь.

— Рано или поздно это бы случилось.

Всадники скрылись из виду. Оборачиваюсь к вампирше.

— Отступите. Есть вероятность, что следующий удар будет сильнее всех предыдущих. Посмотрим на это со стороны.

Вампирша, само собой, осталась совсем не рада такому приказу, но оспаривать не стала.

— Поняла, мы передохнём и отступим на перевалочную базу.

Ещё раз нахожу взглядом один из трупов магов. Может, взять на исследование? Покрутив эту мысль, отказался. Ничего нового я не узнаю.

Глава 48

Возникший прямо в руке костяной клинок пробил пластину нагрудной брони и вошёл в тело практически без сопротивления. Проклятое оружие достало до прячущегося внутри паразита и, коснувшись его, обрекло на быструю гибель. Добавил бы «мучительную» для красного словца, но вряд ли эти твари могли осознавать такие тонкие материи.

Мёртвые жнецы добрались до передовой и обрадовали всех участников войны своим присутствием. Мои вампиры радовались искренне, Ванесса с подчинёнными не получала удовольствия мясорубки с демонами, ей бы интриги, заговоры и прочие радости жизни.

Князья тоже обрадовались, а теперь, не способные обтекать, впитывали. Они понимали, что фурии и вампиры — элита, штучный продукт, поэтому личная сила высшей нежити их хоть и угнетала, но не сильно. Низшая нежить, поднятая на поле боя, впечатляла только количеством. Жнецы же стали уже линейными войсками, пусть и «гвардейскими», и то, как сейчас жнецы резали демонов… Делало князьям грустно.

А уж как сами демоны радовались, налетев на передовой отряд. Налететь, собственно, не получилось. Жнецы-лучники стреляли не слишком часто, даже наоборот, зато редкая стрела не находила свою жертву. И когда я говорю: «жертву», подразумевается, что попадание стрелы приносило смерть.

И всё же жнецов мало. Слишком мало на такую орду. Демоны рвались к стратегической крепости князей, прорывались, не считаясь с потерями, сразу со всех доступных направлений. Жнецы перекрыли лишь одно — низину, перечёркнутую рекой. Уязвимое место, не защищённое третьим рядом стен, только вторым. К тому же отсюда можно ударить не только по второй стене, но и ворваться в город, а значит, в тыл защитником стены третьей, где войска князей сейчас отбивались от других ударов.

Несмотря на зерг-раш тактику, тот, кто контролировал действия демонов, умел в стратегию. Потеря этой крепости разделит логистику князей, отколет большой кусок их земель. Да, ещё несколько крупных дорог туда, на восток, ведут, но с приличным крюком, так что тамошним князьям придётся отбиваться в основном своими силами. И до последнего момента мы не предполагали, что демоны нанесут сюда удар, очень быстрая операция, с привлечением значительных сил. Орды демонов пёрли от «линии соприкосновения», блокируя встреченные форты и крепости, не осаждая, просто отрезая возможность ударить во фланг орде, и неслись дальше. Марш-бросок вышел впечатляющий, почти полторы сотни километров так прошли, всего-то за восемь дней. И ведь не по ровной степи, по лесам и холмам с оврагами и мелкими речками.

Я сам здесь оказался не столько случайно, сколько по забавному стечению обстоятельств. Думал, куда бы применить своих жнецов с наибольшим результатом, и потом планировал удар в стороне от основного театра действий. Да, я сам хотел зайти во фланг и углубиться в территорию демонов, посмотреть, как у них налажен контроль. Тоже ведь должны быть какие-то ретрансляторы, слишком быстрое реагирование у демонов. И, готовя удар, послал личей ставить обелиски по маршруту удара. Получалось, что в данном случае у меня скорость развёртывания и маневрирования была ниже, чем у противника, как ни забавно. В общем, получалось так, что для своей внезапной атаки и я, и демоны, выбрали примерно одно направление. Только они меня опередили, и, пожалуй, это к лучшему. Не хотел бы я своим относительно небольшим отрядом налететь на всю орду, не уверен в своей способности поднимать нежить так же быстро, как демоны будут её уничтожать.

Мы даже здесь, несмотря на возможность полностью перекрыть проход, медленно отступаем. В основном во избежание потерь. Жнецы, при всей их невероятной эффективности, не строевые бойцы, поэтому бой выглядит натуральной свалкой. Даже несмотря на филигранный контроль что с моей стороны, что со стороны демонов, тоже пренебрегающих строевым боем. Демоны даже научились сносно противостоять постоянно поднимаемой нежити, что встаёт буквально у них под ногами. К слову, сейчас далеко не все убитые демоны сразу отзываются на некромантию. Что-то там они с собой делают, вырабатывают методы противодействия, причём и защищают свои тела от некромантии, чтобы зомби у них прямо под ногами сразу не вскакивали, и своих убитых членят ударами когтей, клинков и топоров. В общем, не облегчают мне жизнь.

Сзади бахнула магия. Бахнула в том смысле, что поднялся большой огненный столб, и это точно магия — почувствовал. Перенеся туда внимание, понял, что бахали маги демонов, прямо по стене. Саму стенку не разрушили, но защитникам досталось от души. Отдаю должное стойкости князей, как самих, так и их воинов. Мы здесь третьи сутки под постоянными штурмами. С ближайших гарнизонов, тех, до которых демоны не смогут добраться без захвата этой крепости, все доступные силы уже стянули, постоянно подходят подкрепления, пусть и смешные в масштабе происходящих боёв и потерь с обеих сторон.

Землю встряхивает, снова магия, и на этот раз это уже удар именно по стене. В образовавшийся пролом бросаются демоны, будет прорыв. Прикидывая в голове расстояния и отдаю жнецам-стрелкам приказ о смене позиции, чтобы оказали поддержку при закрытии прорыва. Проблема в том, что без них я не удержу демонов здесь. Однако это ещё не значит, что мы сразу бросимся, кто куда, или что-то подобное. Нет, демонам придётся дорого заплатить за каждый метр продвижения.

Жнецы начали отступать. Очень медленно, настолько, что это даже не особо заметно. Просто те бойцы, что были впереди, после очередного удара уходили за спины остальных, немного отодвигая общую свору. Естественно, демоны заметили уход стрелков и даже попробовали навалиться, но я подобного ждал. Жнецы стали несколько менее осторожными и больше сосредоточились на убийствах. Да, начали получать повреждения, да, если в таком «режиме» сражаться долго, их рано или поздно перебьют, скорее поздно, само собой. Но ненадолго, чтобы пережить натиск — вполне. И когда натиск выдохся, жнецы снова стали осторожными, навязывая удобный нам бой.

На какое-то время всё вошло в некоторое хаотичное русло. Рубиловка, смерть, поднятие мертвецов. Я медленно сдавал позиции, отлично понимая, что третий, внешний ряд стен точно не удержим, сил не хватит. А вот за второй можно будет подраться, там и стены получше, и ширина «фронта» сразу сузится, увеличив плотность элитных бойцов. Звучит неплохо, но это не снимает проблему вражеских магов. Что-то реально мощное, как этот прорыв, они демонстрировали редко. Полагаю, для достижения результата демонским магам пришлось себя в ноль выложить, а это фактическая смерть. К тому же по очевидным причинам делать магов очень много демоны не могли.

Вампиры воззвали ко мне. Снова перевожу внимание, сначала на месте прорыва. Но там, на удивление, всё под контролем. Демоны штурмуют пролом, но оборона держится. Даже есть надежда, что натиск таки захлебнётся. Демонов, конечно, много, но не бесконечно. Однако зов вампиров шёл из другого места.

Демоны нашли место, где высота стены наименьшая, и… строили пандус. Несли большие мешки и скидывали, создавая не очень широкий, метров пять, пандус, чтобы по нему забегать сразу на стену. Довольно сомнительное, на мой взгляд, тактическое решение, но… Внешние стены действительно не отличались значительной высотой, а на том участке метра четыре, может, пять. То есть у демонов вполне могло получиться создать вторую точку прорыва. Сил одних князей не хватало даже на то, чтобы помешать демонам, а я тем более не имел больше резервов, для предпринятия каких-то мер. Так что задницу-то нам сегодня, похоже, надерут.

На «моём» направлении демоны снова начали натиск, сковывая жнецов боем. В этот раз я отдал приказ отступать и не подставляться. Очень скоро уже мне могут ударить в тыл, и до этого момента надо занять какую-нибудь выгодную позицию. Ну, как минимум не оказаться в невыгодной. Вампиры сообщили, что пандус построен и они пытаются задержать прущих по нему демонов. Всё же пандус узковат, да и устойчивость у него не самая совершенная, так что демонов лезет много, но терпимо.

И в этот момент совершенно неожиданно для меня из крепости со свистом вылетел огненный болид. Пролетев по изогнутой дуге, снаряд рухнул в рядах демонов и бахнул. Так, я знаю, что это. Но… Когда они успели?

Вслед за первым полетел второй, по немного другой траектории. Пристрелку делают. Сомнительное занятие, у этих эрзац-ракет точность отсутствует как параметр. Однако это наши ракеты, несколько партий мы поставили, но я не думал, что их привезут сюда. Собственно, я ими и не занимался, князья получили сами ракеты, да инструкторов по использованию в довесок. Бахнул второй взрыв и без паузы понеслась следующая ракета. Нда, демонов это, само собой, удивит, но вряд ли что-то изменит. Даже если у нас три блока таких ракет, огневой мощи, вероятно, всё равно не хватит.

Я продолжал организованно отступать, когда третья ракета сделала бадабум. Чтобы в следующую секунду князья устроили демонам огненный дождь. Семьдесят три ракеты с паузой в три секунды начали вылетать откуда-то из центра города. И начались взрыв.

Хм… А я и не думал, что наша система залпового огня сможет такое. Пусть каждая ракета имела заряд даже меньший, чем снаряд нашей артиллерии, но всё же ракет много. Четыре минуты, почти, и в армии демонов появилась заметная такая прореха. А из города полетела новая ракета, второй блок пристреливают.

Демонам не понравилось. Настолько не понравилось, что общий напор заметно спал. Жнецы даже отступать перестали. Неужели всё же перелом? В этот раз пристрелка прошла быстрее, хватило одной ракеты. Второй залп тоже полетит в толпы тварей на некотором отдалении от стен. Логично. С такой точностью есть некислая угроза влепить по своим. Ещё четыре минуты взрывов и пламени, и… всё. Демоны разворачиваются и начинают отступление. Создаю и отправляю призрака на поиск наших стрелков. Много времени не потребовалось, призрак взлетел и долетел до стены первого яруса. Всё же три блока ракета, значит, и ещё один залп они устроить могли.

Что же, победа. Пока что. Угрозу крепости мы не сняли, орда никуда не делать, пусть и отступила после понесённых потерь. Если нам дадут время, мы с остальными личами поднимем низшую нежить и отправим её ремонтировать разрушенную стену. И пандус этот разбирать, да. Я бы ещё ров откопал, и кое-где ещё стен поставил, но на это времени уже не хватит.

Перенёсся своей призрачной фигурой к князьям, что собрались недалеко от отстрелявшихся ракетниц. И были князья совершенно мрачными, слишком мрачными для победы.

— Что случилось? — спрашиваю у всех сразу.

— Орда разбила армию Гурона и захватила Аранес. Гурон, вероятно, погиб.

Гурон — один из сыновей правителя. Не наследник, но всё же. А Аранес — стратегическая крепость далеко на западе, западный край границы с демонами. Не настолько стратегическая крепость, как эта, но у демонов теперь большие возможности для развития успеха. Там у меня монолитов не поставлено, так что помочь я никак не мог, но отдаю демонам должное. Пока инициатива у них.

Глава 49

— То, что князья несут потери — не так страшно. Живой силы им хватает, пока, во всяком случае, — заключил я и отпил из бокала.

Вкус, конечно, слегка приглушён. Да и, откровенно говоря, я бы с большим удовольствием испил свежей крови. Настоящего голода, какой случается у истощённых вампиров, у меня нет и быть не может, я более совершенен. Но пристрастия и вкусы… да. И ведь донорской кровью не заменить, там всё в жизненной силе дело. В донорской крови немного жизненной силы есть, всё же добровольная жертва, но это не то.

Я перебрался обратно в Союз, взял небольшой отгул после аврала. Мы сидели в большой гостиной комнате моего особняка. Особняк, к слову, довольно скромный, по меркам имеющихся у меня в распоряжении ресурсов и вовсе загородная дача с минимальными удобствами. Чаще меня здесь бывали дети. Им вроде как даже нравилось, горы за окном, спокойствие, безмятежность. И отсутствие следов жизнедеятельности разумных. Особняк был построен не в медвежьем углу, конечно, но в довольно бесполезном с промышленной точки зрения регионе. Потому и спокойствие. Сюда вела единственная дорога, и та — железная.

— Что у них с логистикой? Почему такие проблемы? — спросил Хаарт.

— Я вроде уже рассказывал, — пытаюсь припомнить.

Хаарт кивнул.

— Может быть, но у меня много дел и нет абсолютной памяти.

— Химеры, — не стал я углублять тему памяти и перешёл к ответу. — Логистика у них поставлена очень хорошо, для их технического уровня, само собой. Но химеры очень прожорливы и прихотливы, никакой коннице не снилось. Так-то, если напрягутся, они смогут собрать довольно внушительные силы в одном месте. Но только для обороны и ненадолго. А демоны не дураки, ищут уязвимые места.

— Нашли, — мрачно высказался Хаарт.

Он в каком-то смысле уважал князей. Именно как воинов, сосредоточенных на личном мастерстве и прямых столкновениях. Арбалеты у них, конечно, есть, но до нашего появления играли сугубо второстепенную функцию. Сейчас их либо вообще собираются убрать, либо пытаются что-то ещё их них выжать, дабы приблизить к пороховому оружию. Думаю, всё же снимут и начнут изготовление кустарных реплик нашего оружия. Так вот, Хаарт князей уважал. И поражения от демонов воспринимал, как поражения воинского искусства от тупого нахрапа числом.

— Нашли, — подтверждаю. — И ударили они не просто по важному узлу. Гибель сразу нескольких важных личностей, ключевых в политической системе князей. Пусть вертикаль власти у них довольно… Простая, но особо приближённые к трону князья обеспечивают стабильность и нормальный диалог между правителем и остальными. Не сказал бы, что у них прямо разброд и шатание начнётся, но как сказывается отсутствие толковых управленцев в высшем звене — не мне тебе рассказывать.

— А заменить погибших быстро не выйдет. Приближённые, что могли бы безболезненно занять место выбывших, погибли вместе с патронами.

— Кого-нибудь назначат, точнее, уже назначили. У них сразу большой кусок страны под ударом, надо срочно что-то делать. Вот и делают. Одни готовят защиту, другие ударный кулак, чтобы отбить крепость, — киваю. — Но, если откровенно, князья меня не интересуют совершенно. Они понятные и даже где-то предсказуемые, к тому же очень скоро свой ход сделает Лааш. И хоть основные варианты предсказуемы, в сложившейся обстановке, боюсь, князья не устоят.

На чём, собственно, держалась целостность государства? Как ни банально: на сложностях с деторождением. Лучше и надёжнее всего дети получались, когда шло перемешивание. Князья из разных регионов имели больший шанс получить ребёнка, чем те, что жили рядом. А сейчас у каждого князя появится хорошая такая возможность делать детей самостоятельно, да ещё и от нескольких женщин сразу. Что, в свою очередь, очень быстро приведёт к мыслям, вида: «а зачем кормить столицу?». Наличие общего врага ещё как-то будет удерживать целостность, но князья, сидящие далеко от границы с демонами, вспомнят, что в их места демоны-то и не заходили никогда. А свои войска нужны здесь и сейчас, под рукой, мало ли. В общем, вариация на тему феодальной раздробленности. Не гарантировано, но сделать ставку я бы рискнул. Особенно если свою скрипку сыграем мы.

— Меня интересуют демоны. Как способы размножения, так и методы коммуникации. Не пора ли нам перебросить один корпус и немного повлиять на ход войны? — прямо спросил у Хаарта.

Князья будут ослаблены, они уже ослаблены, а исчезновение угрозы от демонов окончательно добьёт их единство.

— До последней битвы я бы именно так и поступил, — кивнул Хаарт. — Но теперь сомневаюсь. Наш корпус при всём могуществе не непобедим. Ловушки никто не отменял. Я посоветую укрепляться, на всех позициях, все ресурсы направить именно на это.

Наклоняю голову.

— А демоны? Не верю, что ты их просто проигнорируешь.

— Правильно не веришь, — подтвердил Хаарт. — Нужны мобильные диверсионные группы. Способные двигаться быстрее, чем их орда, понимаешь?

Я прикинул. Пожалуй, корпус действительно не совсем то средство, что нам нужно. Это что получается? Нам ещё и войска специального назначения создавать? Вот прямо войска, а не маленькие инициативные группы, как сейчас выступали вампиры? Ох, не было печали, да нервы подкачали.

— Если с элитными бойцами всё понятно и очевидно, то средства передвижения… — я поморщился.

— Пока без средств передвижения. И надо заимствовать у князей химерологию. Боевые твари на не нужны. А вот качественная альтернатива лошади пригодится.

— Тогда надо самих химерологов искать и вытаскивать. Но это всё равно небыстрое дело.

— Небыстрое, — согласился Хаарт. — Хотя начинать надо прямо сейчас. Когда князей охватит неразбериха, никто не будет копаться, куда там исчезли несколько магов.

Мысли вслух. Не думаю, что Хаарт говорил мне это с таким посылом, будто я этого не понимаю.

— Это всё дела перспективы. Что будем делать с демонами прямо сейчас? Мы же не хотим, чтобы они вообще всех сожрали. Захватывать опустошённый континент мне не улыбается.

— Не опустошат. Раньше же не опустошили, — покачал головой Хаарт. — Да и, думается мне, есть какие-то ограничения, не позволяющие демонам развернуться во всю ширь.

— Если мы своим появлением это ограничение не сняли, что вполне возможно, — напомнил я. — Магов у них раньше не было, например.

Лич некоторое время молчал, обдумывая ситуацию. Я не торопил. Самые простые и очевидные ходы я и сам уже рассмотрел. Отряд жнецов с поддержкой мог сработать в качестве рейдерской группы, но им требуется усиление, в первую очередь — вооружением. Причём даже не ручным, надо артиллерию пригонять, чтобы обеспечить подавляющую огневую мощь. Рыцари смерти в правильной модификации могли сойти за очень странных скакунов под вампиров. Не самых удобных скакунов, откровенно говоря, но потерпят. Опять же скорость — да, только огневой мощи не хватает.

— Я не сторонник использования сырых прототипов в боевой обстановке, — заговорил Хаарт, — но есть кое-что, что обеспечит тебе огневую мощь. Давай переместимся к нашим авиаторам.

Хаарту этот трюк давался сложнее, чем мне, но давался. А предложение заинтриговало. Не стал прокручивать в голове последние проекты, не буду портить себе сюрприз.

Мы переместились в административный центр города. Пришлось со всеми поздороваться, пусть и коротко. Хорошо ещё, в Союзе нет традиций с застольями для высокого начальства, да и какие застолья, когда мы в форме фантома заскочили? Хаарт выделил из общей толпы администраторов Германа Дора. Я даже смутно его помнил, над чем-то успели мельком поработать. Или нет? Вроде он просто в общей толпе был. И, похоже, это было давно, раз он добрался до такой должности.

— Вы хотите просмотреть прототип? — спросил Герман после приветствий.

— Не только посмотреть. Оценить перспективу перехода к полноценным испытаниям, — ответил Хаарт.

Ответ Германа не удивил.

— Прошу за мной.

Мы спустились на нижние уровни, где Герман сел в пассажирскую вагонетку, а мы пристроились рядом. Цивилизация, да. Я немного отвыкнуть успел, то на болоте сидеть приходиться, то в горах глухих во всяких древних руинах, по городу гоблинов шариться. А здесь — вагонетка. Отдельный вагон на цепном приводе, никаких тебе двигателей и минимум шума.

— Я надеялся, что машина будет проходить испытания за порталом. Здесь не осталось достойных целей, — улыбнулся Герман.

— Сколько времени займёт сборка с учётом пропускной способности портала? — спросил Хаарт.

— Надо прикинуть… — задумался Герман.

Пока инженер думал, я спросил лича:

— Как наше исследование порталов?

— Нескоро, — отрицательно покачал головой Хаарт. — Даже создание грубого прохода потребует полгода работы. Мы сейчас слишком мало знаем об этой магии, используем, не понимая всех принципов. Это неприемлемо. Действующие порталы без труда станут маяками для вторжения, приложи светлые достаточно усилий. Поставить два портала рядом невозможно, значит, придётся делать защищённую крепость вокруг каждого отдельного портала, с полноценным гарнизоном.

Нда, ни к чему такой экстрим.

— Если полностью занять рабочее время портала, то пять недель, — дал ответ Герман.

Месяц с небольшим — много. Непозволительно много, сейчас совсем отрезать снабжение князьям нельзя, не поймут. Значит, умножить на три, четыре месяца. Опоздаем. А что мне, собственно, хотят предложить? Авиация и месяц на сборку? Знаю я, как у нас собирают. Могут корабль собрать, если из готовых деталей. Но у нас авиация, значит, и корабль летающий.

— Вы закончили дирижабль?

Герман кивнул.

— Да, господин. Ходовые испытания закончены, учебные стрельбы прошли. Остался только дальний поход.

Мы доехали и через внутренние коридоры поднялись в ангар дирижаблей. Воздушные шары мы подняли давно, но их применение довольно ограничено. А вот дирижабли — другое дело. Я, правда, этим проектом занимался мало, только немного корректировал требования. Поскольку изделия штучные, в каждое выкладывались по максимуму. Герман рассказывал, какой газ в конце концов приняли за рабочий, как радовались новым лёгким паровикам, позволившим облегчить конструкцию, как тестировали высотность. Много чего рассказывал. Но я впервые, наверное, любовался машиной и не особо интересовался всеми этими техническими подробностями. Потом обязательно изучу, само собой, но сейчас я просто любовался. Любовался вершиной технической мысли. Боевой дирижабль. Огромная махина, вроде как имевшая защиту и от обычных физических атак, и от магии. В тех задании такое точно было.

— Красавец, — оценил я. — Начинайте переброску. Рассчитайте на три месяца.

Глава 50

Одно неверное решение порой вызывает целую лавину негативных последствий. Именно это и случилось с правителем князей, мужиком, с которым мне так и не довелось познакомиться. И чёрт бы с ним, не особо и хотелось, а уж после эпического по своей глупости решения так и вовсе.

Лааш, само собой, не горел желанием рассказывать о достигнутом в деле продолжения рода результате хозяину. Как я и предполагал, были там какие-то свои резоны и планы. Только оно же как: что знают двое, то знает и свинья. Информация дошла до правителя, но в искажённом виде, судя по всему. Мои источники в лице обращённого вампира, тайно внедрённого вместе с Нэру, да ещё некоторые заведённые контакты, не имели доступа к внутренней кухне князей, только слухи. И правитель не придумал ничего лучше, чем вызвать Лааша, которому и велел доложиться обо всём. Вот не хватает князьям тонкости в политике, слишком у них всё топорно. Лааш тоже умён, отпираться не стал… Почему-то… И выложил всё как на духу. Ну и получил по полной. Запрет на использование порочных практик, придуманных чужаком. И наказание для всех участников балагана. Надо ли говорить, что после такого запрета (а те, кому грозило наказание, молчать об эффективности порочных техник не стали) прожил правитель меньше суток? Соломинка, переломившая хребет верблюду.

Прикончив правителя, князья весело разделились на большинство в лице тех, кто готов был порочные практики использовать ради нормального размножения, и меньшинство в лице консерваторов. Впрочем, большинство тут же принялось дробиться дальше, с закономерным итогом. В столице случилась резня. После чего самый авторитетный из выживших консерваторов, князь Кафшарен, притащил армию и повторил подвиг Дун Джо и сжёг город, перенеся столицу в свой город и назначив себя хранителем истинных княжеских традиций. Короче, развлекались как могли, наплевав на угрозу демонов.

— Я ожидал, что полыхнёт, но не думал, что так сильно, — признался Хаарт, примчавшийся на эту сторону сразу, как поступили первые сведения об уничтожении столицы.

— А я чего-то подобного и ждал, — качаю головой. — Они стояли на грани выживания, и это обусловило создание жёсткой иерархии с минимумом инакомыслия. Только различные текущие проблемы и противоречия-то это не снимало, лишь купировало. Проблемы накопились, как огромный гнойный нарыв. А мы этот нарыв вскрыли.

Мы стояли на свежевозведённой стене. Железобетонной, по всем правилам, и не каких-то жалких пяток метров высоты, двадцать метров почти отвесной стены с рёбрами, препятствующими как установке лестниц, так и прочих известных «осадных орудий» для штурма стен. Стена вполне может оказаться актуальной, если веселуха у князей не закончится в ближайшее время. Правда, пока стена бесполезна, потому что построен лишь первый блок из почти сотни, но какие наши годы?

Случившаяся у князей резня, похоже, удивила даже демонов. Как они получали информацию — не знаю, однако факт есть факт. Военные действия пока прекратились. Я сразу отдал приказ на отход. Союз отводит свои военные силы к базам, пока у князей не закончатся разборки. Да, подкладываю им гигантскую свинью, но вообще действую даже в каком-то смысле благородно. Ведь мои военные подразделения, если кто-то из князей применит смекалку, можно использовать в разгорающейся Гражданской войне. Как очевидное: разместить в своём городе, после чего оппоненты не посмеют напасть, чтобы не втягивать Союз в конфликт.

— Ждал, но всё равно действовал? — посмотрел на меня Хаарт.

Намекает на наши принципы и стремление к минимизации потерь среди гражданских.

— Ворох противоречий сам по себе бы никуда не девался. Без смены всей системы, я имею в виду. Ты же, вроде, разговаривал с Нэрулинь? Слышал, как весело они живут.

Своими глазами я ничего не видел, всё это было внутренней кухней князей. То, что происходит за закрытыми дверями, в их замках и домах. Ничего особенного там, само собой, не случается. Что мы, не видели, как разумные, обладающие властью, умеют развлекаться? В случае князей всё было пропитано определённым колоритом (самки ящеров и птицев довольно специфичны в плане внешности и красоты), но не более того. Интриги, подставы, борьба за влияние, всё как у людей. Только одна проблема — сама политическая ситуация наглухо заморожена. Никаких реформ, изменений, даже мелких внесений в существующие законы. Законов-то как таковых нет, только замшелые традиции. Ноль социального и общественного прогресса. А здесь внезапно такое раздолье. Все подпольные философские течения разом выстрелили с закономерным результатом.

— Если мы начнём своими силами наводить порядок и подчинять территории, — Хаарт решил оставить метафорические вопросы, перейдя к практическим, — они быстро кооперируются и выступят единым фронтом.

— Ага. Поэтому мы будем постепенно наращивать силы. Причём максимально скрытно. Наши дорогие партнёры ни о чём подозревать не должны.

— И на наг сейчас давление спадёт, — вспомнил Хаарт.

— Уже спало, — подтверждаю. — Наш змеехвостый друг уже начал собирать силы. Хочет отвоевать хоть немного нормальной земли.

— С твоей подсказки?

Отрицательно качаю головой.

— Нет, всё сам. Самостоятельный парень. Далеко пойдёт, если не свернёт голову раньше.

— С нашей помощью не свернёт.

Мы ещё обсудили детали и нюансы, наметили планы. Маркхаги тоже очень образуются проблемам соседей и обязательно впишутся в общие разборки. Вот пусть против них князья и дружат, главное — без нас. Мы, чем чёрт не шутит, и тем оружия продадим. Через гоблинов. Нда, начинаю в каком-то смысле понимать янки моего родного мира. Сидишь на другом континенте, считай на другом конце планеты, и смотришь, как в Старом Свете друг друга весело убивают, да оружия подбрасываешь. Лепота. Биттер, к слову, с удовольствием включился в эту авантюру, взяв на себя главную роль. Похоже, гоблин полностью перешёл в разряд наших резидентов. Иронично, у коммерсанта нет родины, да.

Нэрулинь от всего происходящего находилась в ужасе. Даже немного жаль её. Чуть-чуть. Приходила и просила что-то сделать. Я честно спрашивал: сделать что? Раскидывал варианты, как Союз может вмешаться и к чему это приведёт. Понимаю, что хотела девочка совершенно не этого. Утешения или чего-то подобного, но что с того? Не буду же я обещать всех спасти. Попробовал занять делом, чтобы отвлечь, но вряд ли получилось.

Дирижабль собирали обстоятельно, без особой спешки. События в столице притормозили поставки оружия князьям, высвободив время работы портала. Когда спросили, как назовём, я думал не больше пяти секунд.

— Киров.

Местные иронии не оценили, и неважно.

Четвёрку древних эльфов я освободил и отправил в Союз. Пока они работают с нашими учёными-историками. Я же продолжал ковыряться в кристалле, хранящем ещё много интересного для изучения. Древние маги не были привязаны к определённому источнику силы, как сейчас. Понятно, что и сейчас маги свою энергию, ману, вырабатывают сами. Только даже вырабатывают уже с чётким оттенком источника. А в древности было не так. Но как?

Нейтральная мана? Так она и сейчас есть, только бесполезная почти. В смысле, для изделий, артефактов и всех побочных материй она необходима, да, но в чистой магии практически не применяется. В заклинаниях нейтральная мана — это скорее случайные эманации, остаточный эффект, рассеивание, не более того. Универсальная мана? Но это невозможно. В настоящее время невозможно точно, а древности… Непонятно, но тоже сильно вряд ли. В кристалле чётко прослеживаются элементы с разной дифференциацией. Однако суть, получается, одна? Но этого не может быть. Даже внутри кристалла происходит преобразование, взаимодействие разных по своим свойствам энергий. Не через какую-то универсальную ману, сразу. Как это происходит?

Я несколько секунд смотрел на кристалл. Обернулся, найдя на столе газовую лампу. Не то, мне нужно было иное. Подлетел, достал спички, зажёг. Спичка горит. Нормальная физическая реакция. В смысле химическая. Неважно, с точки зрения магии что происходит? Преобразование. Остаточная энергия жизни преобразуется в стихию пламени. Я думал, что магия в магию не преобразовывается. Ну или это что-то сродни ядерной физике, всякие распады, которые запускаются при помощи огромного количества энергии, и протекают с выбрасыванием огромного количества энергии. Но! Спичка горит.

Разлил воду на столешницу и положил тряпку. Поднёс к влажной ткани горящую спичку. Взаимодействие, прописанное в рамках существования мира. Базовые законы мироздания, универсальные. Пресловутый закон сохранения энергии.

Я взял другую спичку и зажал между пальцами. Осторожное воздействие маны и спичка сгнивает. Ещё раз. Спичка рассыпается в прах. Ещё раз.

Серная головка вспыхнула и осыпалась, дав дым.

Маг смерти пользуется магией смерти. Это закон мироздания. Базовый, формально ненарушимый. Чтобы обойти закон, надо чётко понимать, как он работает. Найти ключевые элементы. Обойти.

Вторая спичка. Воздействие магии. Огонь.

— Ай да Арантир. Ай да сукин сын!

Конец книги.

Март 2025 — Август 2025

Content

Его Величество Мертвец Том 5

Книга 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50