Искатель — 12

Глава 1

Первый том, тут: https://author.today/reader/370619/3428901

Я очнулся, с трудом разлепляя веки. Тяжёлые, будто свинцовые, они поддавались неохотно. Глаза высохли, а по краям засохла какая-то дрянь, стягивая кожу.

Что-то не так. Совсем не так. Я ведь заснул в горах, к югу от своего поместья Мирид, здоровый и полный сил в окружении отряда, который собрал для зачистки древних руин, около чёртового подземелья, которое нашёл пару месяцев назад и всё никак не мог захватить.

А сейчас… тело ощущалось чужим. Ватным, слабым, хрупким, таким я его не помнил уже целую вечность с тех самых пор, как валялся в постели на Земле, подхватив какую-то заразу. И хотя где-то на периферии сознания маячила жгучая боль, пронизывающая всё тело, я её почти не чувствовал, словно меня накачали мощным обезболивающим, как в детстве после операции.

Затуманенный разум постепенно начал выхватывать из тишины чьи-то голоса. Профессиональные, тихие, но настойчивые.

— Дыхание неровное, пульс учащается… Он приходит в себя.

— Дай-ка историю болезни. Хм… Больше года в коме, — резкий вдох. — Ожоги более девяноста процентов тела? У нас капельница с обезболивающим подключена?

— Да, доктор. Давали в малых дозах с момента аварии, иначе показатели бы зашкаливали.

— Бедняга. Что ж, увеличивайте дозу, пока не сможем обсудить с ним корректировку. И готовьте всё для пересадки кожи и физиотерапии, ему предстоит долгий путь.

Какого чёрта здесь происходит⁈ Звучало так, будто…

Собрав всю волю в кулак, я заставил себя открыть глаза, но тут же поморщился от ослепительно-яркого света флуоресцентных ламп под потолком. Сощурившись, обвёл мутным взглядом маленькую стерильную комнату. Больничная палата. Земная больничная палата. Никаких сомнений.

Тело оказалось почти полностью замотано в бинты, что, видимо, и объясняло, почему двигаться так тяжело. В палате стоял какой-то затхлый застоявшийся запах. Так пахнет в комнатах, где давно никто не живёт.

У кровати стояли двое: врач в знакомом до боли белом халате и медсестра в синем. Заметив моё движение, они оторвались от планшета с картой и посмотрели на меня.

— А, Крылов, — с тёплой профессиональной улыбкой сказал доктор. — С возвращением в мир живых.

— Кхг… — горло сдавил мучительный кашель. Я был уверен, что без этой дури, что мне капали, он отозвался бы адской болью. Но даже так, без боли, чувство тотальной неправильности происходящего нарастало.

Меня здесь быть не должно!

Пока я пытался отдышаться, борясь с подступающей паникой, медсестра поднесла к моим губам стакан воды с соломинкой. Я жадно вцепился в неё. Поза была неудобной, но любая попытка пошевелиться отдавалась такой дурнотой, что я сдался. Жажда мучила так сильно, что через пару секунд я предпринял ещё одну, более удачную попытку попить.

— Я доктор Семёнов. Вы пробыли в коме больше года. С сожалением должен сообщить, что Вы стали жертвой взрыва на производстве и получили тяжёлые ожоги. Мы ввели вас в медикаментозную кому, чтобы избавить от боли, но когда пришло время Вас из неё выводить… Вы не проснулись.

Неужели… это и правда Земля? Я что, каким-то образом вернулся? Или… О боги, нет! Я всё это время находился здесь⁈

Нет! Нет, это бред какой-то! Где Зара? Где Белла, Лейланна, Ирен, Мия, Марона, Лили, Самира, Триса, Сияна, Селина… Чёрт, где мои дети⁈ С ними всё в порядке?

Я снова закашлялся, поперхнувшись водой. Медсестра торопливо убрала стакан.

— Ур-р-р? — всё, что смог из себя выдавить.

— Жизненные показатели резко подскочили, — встревоженно сказала она.

Доктор тихо выругался.

— Пожалуйста, Крылов, постарайтесь сохранять спокойствие. Вам очень повезло, тот взрыв мог запросто Вас убить. Так бы и случилось, не окажись Вы на самой границе поражения. Вам предстоит долгая реабилитация, но не вижу никаких препятствий к тому, почему Вы не сможете жить полной жизнью теперь, когда очнулись.

Нет, нет!!

Паника накрыла с головой, я слабо дёрнулся. Каждое движение отзывалось тупой неправильной болью, но я лишь стиснул зубы и задёргался сильнее. Мне нужно вернуться! Как бросить своих жён и детей⁈ Я нужен им! Нужно защищать наш дом, поместье Мирид, если хаос с севера докатится до наших краёв!

Должно быть, я что-то бормотал вслух, потому что медсестра неуверенно спросила: — Жёны? Дети? О чём он говорит, доктор?

— Вероятно, коматозные галлюцинации, — ответил доктор Семёнов. — Нам, пожалуй, стоит вызвать кого-нибудь из неврологии, чтобы его осмотрели.

— Мия!! Где ты⁈ Что происходит⁈

В палату заглянул санитар, что-то коротко бросил доктору, и тот повернулся ко мне со своей дежурной улыбкой: — Хорошие новости, Крылов. Ваша сестра приехала Вас навестить.

Инна? Я немного успокоился и с нетерпением уставился на дверь. Одно из немногих сожалений, что остались у меня после смерти на Земле, это то, что я так и не смог нормально попрощаться с родителями и младшей сестрой. С годами мы с Инной отдалились, но в детстве были очень близки.

Санитар посторонился, но в палату вошла не Инна. Вместо неё появился какой-то странный невысокий мужичок в кричаще-ярком костюме из несочетающихся цветов и в такой же отвратительной шляпе.

— С первым апреля! — проорал он, раскинув руки.

Я смотрел на него в полном ступоре, и моё хрупкое чувство реальности окончательно разлеталось вдребезги.

— Что? Какого чёрта здесь творится?

Внезапно я снова ощутил себя в своём привычном сильном теле, которое дала мне Мия в новой жизни, снова был цел и невредим, оцепенение полностью исчезло, а разум прояснился. Комната осталась прежней, но врач, медсестра и санитар испарились, даже дверь исчезла, заперев нас в тесном пространстве больничной палаты.

Странный тип расхохотался.

— О, вот это ошарашенное лицо! Ради таких моментов я и живу! А что до происходящего… Сегодня первое число месяца ер, аналог вашего апреля на Валиноре, а значит, сегодня первое апреля! Ты же давно хотел ввести земные праздники: Хэллоуин, День благодарения, Рождество, вот я и решил уважить традиции твоего родного мира и отпраздновать День дурака!

— Заставив меня поверить, что вся моя жизнь на Валиноре — это коматозный бред, и напугав до усрачки? — разозлился я я, садясь на кровати. Облегчение боролось во мне с дикой злостью.

Чудак лишь громче заржал.

— Именно поэтому и получился такой классный розыгрыш! — он заговорщицки наклонился ко мне. — Кстати сегодня ровно год со дня твоего прибытия на Валинор. Твой первый день рождения в новой жизни! Ну, или второй, если считать тот, на который ты не обратил внимания. В общем, с днём рождения! Девятнадцать лет, а уже живёшь на полную катушку, а?

Я смерил его подозрительным взглядом.

— Ты ещё кто такой, чёрт возьми?

Логично предположить, что это бог, но за год пребывания на Валиноре я так и не узнал их всех. Надо бы исправить промах. Может, поэтому этот хмырь и назвался моей сестрой? Примерил на себя роль родственника?

Мужик отвесил такой низкий поклон, что чуть не ткнулся носом в пол, а его нелепый цилиндр слетел с головы.

— Балгур, в народе известный как Бог шуток! — весело представился он. Затем, картинно надувшись, схватил шляпу и, выпрямляясь, нахлобучил её обратно на голову. — Хотя тебе, конечно, пора бы уже меня знать. Божество помельче могло бы и обидеться, что его не узнали.

Бог шуток! Это вполне объясняло его клоунский наряд и всю глупую хрень с комой.

— То есть это всё какая-то идиотская шутка?

Балгур легко рассмеялся.

— Идиотизм в глазах смотрящего… — он резко оборвал себя и посмотрел куда-то вдаль, его лицо выразило обеспокоенность. — Чёрт, сестрёнка, похоже, не в духе. Мне пора! — он начал растворяться в воздухе, лихо помахав на прощание. — С днюхой, братан! Пропустим как-нибудь по стаканчику?

Едва он исчез, как в комнате появилась куда более знакомая фигура, миниатюрная, заметно беременная рыжеволосая девушка с тонкими чертами лица и бледной кожей, которая сейчас пылала от ярости.

— Не смей вторгаться в сны моего жениха, Балгур! — крикнула она, грозя кулаком в пустоту, где только что лыбился этот странный тип.

— Мия! — выдохнул я, с облегчением улыбнувшись, спрыгнул с койки и заключил её в объятия. — Боги, как же я рад тебя видеть!

Невеста-богиня сразу же обмякла в моих руках, её гнев немного утих.

— Прости за идиотский цирк. Как ты сам заметил, Балгур не знает меры, — она метнула злобный взгляд в пустоту. — Но я преподам ему очередной урок о границах, как только ты проснёшься. Не волнуйся, такого больше не повторится. Ты под моей защитой, и… свою семью и любых других божественных сущностей я попрошу больше тебя не беспокоить, или они на собственной шкуре узнают, почему Безымянная так долго могла странствовать по космосу, не опасаясь никого на своём пути.

Откуда-то издалека донёсся призрачный голос Балгура, словно дешёвый спецэффект:

— Да это же просто шутка, расслабься, сестрёнка!

Я рассмеялся. Теперь, когда Мия здесь, и я точно знал, что вся история с комой — фальшивка, на душе стало гораздо легче.

— Да не так уж всё и плохо, — сказал, поглаживая её по спине. — Зато снова увидел Землю, пусть и в виде паршивой больничной палаты, — я поцеловал её в макушку. — И я снова вижу тебя во сне, как в старые добрые времена.

— Это да, — она хихикнула и потёрлась носом о мою шею. — Знаешь, Ирен уже давно не помогает мне являться к тебе лично, но, признаюсь, чертовски приятно встретить тебя здесь в годовщину твоей новой жизни и в твой день рождения.

Я взглянул туда, где раньше находилась дверь, и вздохнул.

— Знаешь, единственный светлый момент в выходке твоего братца — это когда я подумал, что снова увижу Инну, — помолчал, а потом с надеждой спросил. — Я ведь… не могу её увидеть, да?

Моя богиня покачала головой, её взгляд наполнился сочувствием.

— Прости, любимый, это невозможно. Ты умер и перешёл в следующую жизнь.

Примерно этого и ожидал.

— Ну а как она? С ней всё в порядке? Ты можешь хотя бы это мне рассказать?

— Это на грани дозволенного, но, думаю, на такую малость могу пойти, — она положила голову мне на грудь, лениво рисуя узоры на моём животе. — У неё всё хорошо. В последнее время получила несколько хороших заказов, слухи о её работах расходятся. И да, она встречается с хорошим парнем, механиком.

— Она… Она нормально пережила мою смерть? Это её не слишком подкосило?

Мия нежно прижала ладонь к моей щеке, её зелёные глаза встретились с моими.

— Она горевала, но смогла пережить горе и пойти дальше. Так всегда бывает, когда умирает близкий человек. Но ты навсегда останешься и в её сердце, и в сердцах твоих родителей, — она слабо улыбнулась. — Более того, все они, как ни странно, хранят иррациональную, но твёрдую веру в то, что ты каким-то образом переродился и начал новую жизнь. Если тебе от этого станет легче.

Я резко втянул воздух. Никто из моих родных на Земле не верил в подобное, значит, это точно божественное вмешательство! Я крепче обнял свою любимую.

— Спасибо!

— Всегда пожалуйста, любимый, — она крепко обняла меня в ответ, а потом вдруг хихикнула. — Хотя отблагодарить меня ты, конечно, можешь фантастическим сексом на день рождения, когда вернёшься. Мы с девочками, возможно, уже запланировали для тебя вечеринку-сюрприз.

— Ну и что это за «сюрприз» теперь? — усмехнулся я.

— Я сказала «возможно». А может, и нет. Но ты в любом случае удивишься, — она снова нежно поцеловала меня, а затем её тон стал игривым. — А пока давай-ка просыпайся.

П. С. Автор долго мучался с Лили и Лилией:) В общем, теперь нашу пылкую и страстную кошечку будут звать: Сапфира. Прошу Любить и жаловать и не кидать тапками. ( А я постараюсь быстро внести изменения в уже опубликованные книги) Всем добра!

Глава 2

Я глубоко вдохнул одуряюще свежий горный воздух Валинора и сел.

На этот раз обошлось без сюрпризов. Я стоял именно там, где и должен, внутри просторной командирской палатки, которую Зара для меня обустроила. Мы разбили лагерь на вершине высокогорной долины у самого входа в подземелье эльфийских руин.

Рядом, свернувшись калачиком, спала Лили. Абсолютно нагая, прекрасная… Стоило мне пошевелиться, как она недовольно что-то пробормотала во сне, перевернулась и, стянув с меня одеяло, завернулась в него. Прохлада раннего весеннего утра тут же окатила меня, смывая последние остатки дрёмы.

Ну и ладно, всё равно собирался вставать. Мне оставалось только лелеять слабую надежду, что сегодня не придётся весь день выискивать подвохи и сомневаться в реальности происходящего из-за очередной шуточки Балгура, нужно полностью сосредоточиться на предстоящем рейде.

Хотя в лучших традициях дурацкого праздника я всё же пристроил над входом в палатку ведро со снегом. Предназначалось оно, конечно, Лили. Теперь придётся придумывать, как романтичнее и доходчивее объяснить своей невесте, что это за День Дурака такой.

Я натянул тёплую одежду, раскочегарил походную печку в углу, выведя трубу наружу. Пока палатка понемногу прогревалась, поставил греться глинтвейн, заварил овсянку и бросил на сковороду несколько полосок бекона. Дел предстояло много, и плотный завтрак являлся не роскошью, а необходимостью.

Ожидая еду, я вывел перед глазами информацию о рейде.

Удивительно, но если система сбора отряда оставалась довольно примитивной, то интерфейс рейда предлагал куда больше возможностей. Появилась функция формировать группы по ролям, получать подробную информацию об участниках, почти как в старых добрых ММО из прошлой жизни. Меня всегда удивляло, почему местные Искатели не пользуются этим постоянно даже для небольших вылазок, но вразумительного ответа так и не получил. Кажется, всё упиралось в то, что рейдовый интерфейс давал лидеру больше контроля, а свободолюбивые авантюристы этого не жаловали. Глупцы! Используй они эти инструменты с умом, в этом опасном мире выживало бы куда больше народу.

Для этого похода я собрал тринадцать человек, не считая нас с Лили. Монстры в здешних руинах водились, конечно, сильнее обычных, но не ровня тому Глубинному Бурильщику, на которого мы ходили с рейдом лорда Экариота в составе почти сорока бойцов. Положа руку на сердце, я чувствовал, что мог бы зачистить это место и полной группой из шести человек, будь все они 45-го уровня, но с нашим разношёрстным составом решил перестраховаться.

Костяк рейда составляла моя основная команда: я и Лили как стрелки, Владис — главный танк, Ванесса отвечала за подавление и поддержку уроном, Карина — основной целитель и её подругу Стеларию для усилений и подстраховки с лечением. Я умудрился переманить в свою группу почти всех высокоуровневых искателей из Тераны, до которых смог дотянуться, особенно целителей и бойцов поддержки, чей уровень перевалил за тридцатый.

Остальных пришлось добирать, опрашивая народ в ближайших городах и даже в самом Тверде. Убедить незнакомых людей рискнуть жизнью в рейде под командованием совершенно неизвестного им человека оказалось непросто, особенно когда они узнавали, что я собираюсь идти группой меньше двадцати человек, в то время как на подобные мероприятия обычно собирали не меньше полусотни. Они ведь не знали про мой Глаз Истины, а раскрывать свою козырную карту раньше пятидесятого уровня я не собирался. Пришлось корчить из себя эксперта по монстрам. Для людей, которых вёл лидер-новичок, это оказалось серьёзным испытанием веры, ведь все знали, что даже самые подготовленные рейды часто заканчиваются смертями.

И я костьми лягу, но не допущу подобной трагедии в своём отряде!

К счастью, репутация, похоже, бежала впереди меня. Звание рыцаря Ордена Стражей Севера и достижение Защитник Бастиона сыграли свою роль. Уверен, помогло и то, что я делил всю добычу поровну, а не забирал львиную долю за организацию, как это принято у других рейд-лидеров.

Несколько смельчаков, привлечённых перспективой хорошей добычи, всё же согласились меня выслушать, и, видимо, я сумел их убедить, раз уж они сейчас здесь.

Надеюсь, они не пожалеют, доверившись мне. Я успешно руководил десятками рейдов в ММО на Земле, был офицером, главным танком, видел стиль лидерства лорда Экариота и твёрдо знал, что смогу дать своим людям гораздо больше.

Тут мои размышления прервал зов снаружи. Кто-то, не дожидаясь ответа, шагнул внутрь и тут же разразился отборной руганью — ведро со снегом обрушилось точно ему на голову. Причём шёл он снаружи, где ловушку прекрасно видно.

— Какого хрена, приятель? — проворчал Владис, вваливаясь внутрь и стряхивая с себя снег, который тут же начал таять, разлетевшись во все стороны.

Я усмехнулся.

— День Балгура, — пояснил я и встретил в ответ недоуменный взгляд. Ну да, откуда ему знать⁈

Мой друг, он же заместитель и главный танк, подошёл к печке, развернул складной стул и протянул руки к огню. Не спрашивая, налил себе полную кружку глинтвейна.

— Нам надо поговорить.

Такое начало дня никогда не предвещало ничего хорошего, особенно в день опасного рейда. Я нахмурился, пододвинул свой стул и тоже налил себе глинтвейна, не забыв добавить в котелок ещё вина и специй.

— Ладно, — сказал я, откинувшись на спинку и дуя на дымящуюся кружку. — Выкладывай.

Владис не спешил, осторожно отхлёбывая обжигающий напиток. Я вздохнул.

— Что бы там ни было, давай начистоту. Ходить вокруг да около не в твоём стиле.

Воин усмехнулся.

— Это точно, мой метод — ломиться напрямик, — он посерьёзнел. — Как твой друг и заместитель, я пришёл высказать… некоторые опасения от лица многих участников рейда.

— Хорошо. Лучше разобраться с этим сейчас, до того, как мы войдем в руины, — я осторожно отпил. — Слушаю.

— В общем, кхм, дело в Лили, — сказал он, глядя в кружку.

Я напрягся.

— Что с ней не так?

— Люди недоумевают, почему ты отдал критически важное место в рейде… — он торопливо вскинул руку, — подожди, я лишь повторяю то, что слышал, своей низкоуровневой подружке-куниде с ремесленным классом.

— Невесте! — прорычал я.

— Знаю, знаю! — Владис снова выставил ладонь. — Это не мои слова.

Отчасти их можно понять. У Лили всего лишь 37-й уровень, не самый низкий в рейде, но определённо низший среди бойцов, где планка стояла на сороковом. К тому же её основной класс, Кожевник и подкласс Стрелок означали, что в бою она проявит себя явно слабее чистого воина. Но это не отменяло того факта, что они оскорбляли мою женщину.

— Ты уже работал с Лили в отряде, — резко бросил я, — и сам видел её в деле.

— В её мастерстве никто не сомневается, — вздохнул мой друг. — Но, приятель, буду честен. В рейдах постоянно гибнут люди. Ты и сам это знаешь, мы потеряли товарища в той заварушке с ордой. Это и для бойцов с основными классами опасно, не говоря уже о тех, у кого три четверти здоровья и урезанная защита. Мы все любим Лили, и никто не хочет, чтобы с ней случилась беда.

— Резонно, — согласился я. — Разделяю ваши опасения. Именно поэтому она изготовила для себя лучшую броню, которую только можно сделать на её уровне, включая особо удачные поножи, дающие дополнительную защиту. А ещё добротный нагрудник, дающий прибавку на ловкость и скорость атаки. Он не сильно повышает выживаемость, но заметно влияет на урон. Она пыталась отдать его мне, но я настоял. Мне-то лишний урон уже не так критичен, а вот ей в самый раз. С нетерпением жду, когда она догонит меня по уровню и сможет сделать такое же снаряжение и для меня. Кроме того, — твёрдо продолжил я, — мы зачаровали всю её экипировку на здоровье, защиту и сопротивление магии.

Владис покачал головой.

— Ценой урона, которого у неё и так три четверти от бойца основного класса.

Я вздохнул, допил вино и снял с печки завтрак.

— Допивай.

Мой друг поморщился и осушил кружку в несколько больших глотков.

— Артём…

— Пошли со мной.

Я встал и направился к выходу, танк неохотно побрёл следом.

Семеро из пятнадцати участников рейда уже собрались у главного костра, окружённые своими помощниками. С учётом нас с Владисом и Лили, ещё пятеро спали или где-то слонялись по лагерю.

Я подошёл к огню.

— Найди Ванессу, Олега, Юрия, Ярослава и Бориса и приведи их сюда, — коротко бросил одному из парней. — Остальные тоже приглашаются.

Мои люди, в основном друзья или те, с кем я уже сражался плечом к плечу, обменялись недовольными взглядами. Несколько человек отправились на поиски. Юлиан, пожилой жрец из Тераны, который, скорее всего, и являлся зачинщиком этого недовольства, демонстративно уставился в огонь. Чего ещё от него ждать?

Заложив руки за спину, я молча стоял, сохраняя на лице маску спокойствия. Оглядывая собравшихся, оценивал их уровни, классы, вспоминал, как мы вместе качались. Я ведь помог большинству из них поднять несколько уровней, готовясь к этому походу, что заметно укрепило их доверие ко мне как к лидеру.

Но даже так состав очень далёк от идеала: два танка с приличными уровнями и лучшей бронёй, что мы смогли достать, пять целителей и бойцов поддержки, семь бойцов, наносящих урон, из них трое стрелков и четверо клинков, и один специалист по стану. Честно говоря, я бы предпочёл одних стрелков. На Валиноре бойцы ближнего боя преимуществ почти не имели, а рисков хватало. Но в крайнем случае, пара из них могла бы подменить танков.

Большинство находились около 40-го уровня, и только я да ещё один парень 43-го. Учитывая, что монстры в рейде могли иметь и 44-й, это немного напрягало, особенно то, что целители едва дотягивали до 36-го.

Но на нашей стороне численность! И пока все остальные добросовестно делают свою работу, у танков хватит и здоровья, и брони, и лечения. Мой опыт подсказывал, что главное — это танки. Их мы и усилили по максимуму. Помогало и то, что в этом мире, похоже, не было таймеров ярости у боссов. Бой мог длиться столько, сколько потребуется, если, конечно, у целителей не кончится мана, а у танков не развалится броня.

Наконец в круг вошла последняя, кого мы ждали, Ванесса. В уголке её рта запеклась тёмно-красная, почти чёрная капля. Ясно, что она только что завтракала, обескровив какое-то животное. Я поймал её взгляд и незаметно провёл пальцем по своему рту. Вампирша с ледяным спокойствием достала из кармана платок, смочила его из фляги и аккуратно стёрла засохшую кровь.

Я повернулся к рейду. Тринадцать искателей и вдвое больше народу из их свиты смотрели на меня с любопытством, а некоторые с лёгким беспокойством.

— Итак, — небрежно начал я, — до меня дошли слухи, что некоторые из вас беспокоятся о безопасности Лили в этом рейде. Благодарю всех заботу, вы знаете, что для меня нет ничего важнее благополучия моей семьи.

Я сделал паузу, обводя их взглядом.

— Мы эти опасения уже обсудили и развеяли, так что поверьте, если мы не беспокоимся, то и вам не о чем. Лили сама сделала себе снаряжение высочайшего качества и зачаровала его так, чтобы не уступать в прочности любому стрелку основного класса. К тому же она невероятно быстра, что вы, несомненно, уже заметили. Так что за неё не волнуйтесь.

Юлиан хмыкнул.

— Значит, она выживет и превратится в бесполезный балласт, который всему рейду придётся тащить на себе.

— Вы так думаете? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал легко, хотя внутри всё кипело. Этот жрец точил на меня зуб с самой нашей первой встречи. То ли его бесило, что какой-то выскочка стал любовником баронессы Тераны, то ли просто завидовал. А может, и то, и другое.

Глава 3

Старый хрыч обвёл взглядом толпу, ища поддержки. Сочувствующих, видимо, нашлось достаточно, и он решил додавить. Голос зануды заскрипел, как несмазанная телега.

— Да у неё самый низкий уровень! А её вторичная специализация Стрелок позволяет наносить только три четверти урона от того, что выдал бы чистый лучник! И это я ещё молчу о том, о чём ты сам только что признался: всё её снаряжение и чары заточены на выживаемость, а не на урон!

Я спокойно кивнул, давая ему выговориться. Пусть выпустит пар. Взглядом прошёлся по лицам собравшихся. Кто-то хмурился, кто-то смущённо отводил глаза. Классика. Всегда найдётся тот, кто сомневается или чем-то недоволен.

— Понятно. Значит, некоторые беспокоятся, что Лили станет балластом? — спросил я вполголоса, но так, чтобы услышали все.

В ответ последовали несколько неуверенных кивков и пара извиняющихся пожатий плечами. Что ж, вполне ожидаемо. Люди боятся за свою шкуру, их можно понять.

— Хорошо. Ставлю сто золотых против ваших пятидесяти, что к концу рейда боевая сводка покажет, Лили на втором месте по общему урону сразу после меня.

Толпа дружно ахнула, кто-то нервно хихикнул, а потом раздался и откровенный хохот. Юлиан, тот самый старый жрец, самодовольно ухмыльнулся.

— Ты в своём уме? Готов выкинуть целое состояние на то, что твоя низкоуровневая недоучка всех уделает?

— Эй! — крикнул из толпы Олег, здоровенный детина с двуручным топором за спиной. — Я принимаю пари! Если командир хочет подарить нам двести золотых за то, что мы просто возьмём с собой эту милашку-куниду, кто я такой, чтобы отказываться?

Снова послышались смешки, но уже более добродушные. Я и сам усмехнулся. Ситуация и впрямь забавная, особенно когда точно знаешь, что выйдешь из неё победителем.

— Позвольте кое-что добавить, друзья, — я повысил голос, и смех тут же стих. — Вы пришли в этот рейд, доверяя моей репутации. Со многими из вас я дрался плечом к плечу, делил котелок и неделями качался бок о бок. Я ценю каждого из вас и жду от всех полной выкладки. Но скажу прямо, если говорить не о дружбе или любви, а о деле, о человеке, которому я доверяю наши жизни в этом походе, то этот человек — Лили.

— Я пас, — сухо бросила Ванесса, до этого молча стоявшая в стороне.

Она лениво поправила свою повязку на глазу, но во втором плескался холодный расчёт.

— Сир Артём и без моих денег достаточно богат, — она хищно улыбнулась, обнажив на мгновение клыки. — К тому же какой мне смысл жаловаться, что командир берёт в бой слабого бойца, если он один ввалит урона за двоих?

С этими словами она сделала едва заметное движение. Кожаный доспех тихо скрипнул, и Ванесса, плавно развернувшись на пятках, оказалась лицом к толпе. Её рука небрежно легла на рукоять кинжала. Шёпот, только что гулявший по рядам, мгновенно стих. Её единственный глаз медленно, с оскорбительной методичностью, прошёлся по лицам самых громких спорщиков, задерживаясь на каждом на долю секунды. Люди поёжились, кто-то даже невольно шагнул назад. Ванесса всегда била точно в цель, будь то глотка врага или центр назревающего бунта. Один взгляд, один жест — и вопрос закрыт. Профессионал! Именно за это я её и ценил.

— Кстати, раз пошла такая пьянка, — её голос прозвучал в наступившей тишине как щелчок кнута, — ставлю сотню на то же, что и он: командир нанесёт вдвое больше урона, чем тот, кто займёт второе место.

В лагере стало совсем тихо. Желающих принять её ставку, судя по всему, не нашлось. Я их не винил. Уровень, снаряжение, купленное за бешеные деньги, особо удачный лук, чары на каждой шмотке… Плюс Стремительный, который ускорял мои выстрелы на треть, хотя об этом мало кто догадывался. Да и репутация работала на меня; все знали, что я частенько вытворяю то, что многие считают невозможным.

Кажется, это окончательно успокоило народ насчёт Лили. Пари со мной заключили всего несколько человек. Куда меньше, чем я ожидал. Даже Юлиан не полез за кошельком, хотя и отвёл меня в сторонку для разговора. Он буквально впился в меня взглядом, вторгаясь в личное пространство.

— Ты хоть знаешь, зачем я здесь, парень? — прошипел он мне в лицо. От него несло не только ладаном и пылью, но и кислым запахом страха. Старик не злился, он боялся. Панически. За своих земляков из Тераны, за рейд, за… свою шкуру. Страх — плохой советчик, но хороший мотиватор. Ладно, сыграем.

Я спокойно выдержал его взгляд.

— Я буду участвовать в рейде! — его лицо побагровело, брызги слюны полетели в мою сторону. — Просто обязан, чтобы мои друзья из Тераны, да и все остальные остались живы! — он с силой ткнул себя костлявым пальцем в грудь. — Чтобы ты своей дурью никого не угробил!

Я мельком взглянул на свои руки. Именно эта «дурь» и вытаскивала нас из таких задниц, куда его «опыт» и не заглядывал.

— Ума не приложу, как ты в свои годы умудрился так подняться, — продолжал шипеть он, — но это не отменяет того, что ты — неопытный сопляк, и не годишься в командиры. Скорее наоборот лишь подтверждает это!

Железная логика! Тот факт, что я за год добился того, чего добился, вроде как должен бы служить доказательством обратного, но спорить с ним бесполезно.

— Отлично! — сказал я и хлопнул Юлиана по плечу, заставив его отшатнуться. — Следи за мной в оба. Прикрывай рейд, если ошибусь, и не бойся оспаривать мои приказы, если видишь явную лажу. Главное — не подрывай авторитет перед строем.

Жрец аж опешил от такой наглости.

— Это ещё почему ты так заговорил? — с подозрением спросил он.

— Потому что лидер, который слишком уверен в себе — первый кандидат на тот свет. А тот, кто не слушает толковых советов и черпает идеи только из своей головы, рано или поздно что-нибудь упустит.

Старик хмыкнул, явно не зная, как реагировать.

— Рассудительный и любезный, как всегда. Посмотрим, как ты запоёшь, когда сядешь в лужу, а я… отчитаю тебя, как ты того заслуживаешь, — он развернулся и, гордо вскинув голову, удалился.

Я же вернулся в нашу с Лили палатку, и увидел, что она стоит у входа, молча наблюдая за сценой.

Улыбнувшись, подошёл, обнял её и крепко поцеловал. До сих пор иногда не верилось, что мне досталась такая женщина: не просто неземная красавица, но и умница, быстрая не только телом, но и умом, с железными нервами при любой заварушке.

— Значит, ты поставил сто золотых на то, что я совершу невозможное? — спросила она. По её тону, как и по выражению лица, никогда не угадать, что за этим последует, проявление бурной радости или взрыв негодования.

Я рассмеялся и игриво дёрнул её за пушистый хвост.

— Потому что уверен в тебе на все сто, дорогая.

Лили шлёпнула меня по руке, сердито глядя исподлобья. Даже так она выглядела совершенно очаровательно.

— Ты же знаешь, что при всей моей сноровке я вряд ли нанесу столько же урона, сколько боец основного класса, да ещё и более высокого уровня, и особенно на боссе.

— Верю, что ты справишься, — я улыбнулся ещё шире и легонько потянул её за серебристую косичку, наслаждаясь замешательством своей обычно жизнерадостной невесты. — Но даже если бы шансы были равны, с чего бы мне заключать пари, которое не могу выиграть?

Она нахмурилась, обдумывая мои слова, и тут её глаза вспыхнули.

— Весь урон! — выдохнула она с внезапным восторгом.

— Весь урон, — торжественно подтвердил я.

Атак по площади хватало у многих классов, но у Стрелков вся система построена именно вокруг этого. Одна из первых же способностей позволяла бить по трём целям сразу, нанося каждой по половине от полного урона. Итого сто пятьдесят процентов без затрат маны, без перезарядки. Включай и выключай когда хочешь. Если бы статистика считалась по одному боссу, Лили, конечно, пролетела бы. Она хороша, может, даже лучше меня по части удержания одной цели, но я в рейд идиотов не набирал. Снижение урона на четверть — серьёзный минус. Вот только мы шли в рейдовое подземелье, где девяносто процентов боёв — это толпы монстров, а одиночных боссов раз, два и обчёлся. Почти каждый бой пойдёт в её пользу.

Лили хихикнула.

— То есть ты только что заработал четыреста золотых, просто потроллив скептиков?

Я широко улыбнулся.

— Мне показалось, это лучше, чем злиться на них.

— Боги, как же это круто! — она вдруг подпрыгнула, обвив меня руками и ногами, и впилась в мои губы яростным поцелуем. Через мгновение меня окутал её запах, аромат желания, ставший резким от внезапного возбуждения.

— Любимый мой, — прошептала она, прижимаясь всем телом, её лицо раскраснелось, — у нас есть ещё немного времени, прежде чем ты соберёшь всех для последних приготовлений. Так что, думаю, тебе стоит отнести меня обратно в палатку и как следует… уложить.

Меня накрыло мгновенно. Даже спустя месяцы, проведённые с Лили, каждая ночь с ней была как первая. Эта чертовка умела завести меня с полоборота, и её шёпот, обещающий жаркую близость, сработал лучше любого приворотного зелья.

Едва мы оказались в палатке, как она стащила с меня штаны. Её руки, всегда прохладные и нежные, обхватили член, уверенно поглаживая и разгоняя кровь. Потом она опустилась на колени и накрыла губами головку, дразня, едва касаясь зубками кожи. Я сжал кулаки, стараясь дышать ровнее. Она обильно смачивала стволслюной, размазывая её ладонями по всей длине и готовя к бою. Я тем временем уже избавил её от лишней одежды, одной рукой лаская влажную горячую киску и играя с набухшим бугорком, а другой сжимая упругую попку и теребя шёлковый белый хвостик.

Моя похотливая невеста долго дразнить не стала, повернулась, опёрлась руками о столик с картой и раздвинула ягодицы, выставив мне на обозрение свою нежную розовую дырочку. Её очаровательный хвостик нетерпеливо подёргивался.

— Возьми меня пожёстче, мой герой, — выдохнула Лили, и её глаза блеснули за стёклами очков, когда она посмотрела на меня через плечо.

Сейчас она хотела именно так, грубо и без прелюдий.

Я не стал терять ни секунды. Член уже пульсировал от нетерпения. Моя кунида предпочитала классику — сказывалась природная тяга её расы к размножению. Хоть мы всегда использовали заклинание Предотвратить зачатие, к этому моменту перепробовав почти всё, но брать эту красавицу сзади стало одним из моих любимых развлечений.

Одним плавным мощным толчком вошёл в неё до самого основания, заставив взвизгнуть и забарабанить ногой по полу от чистого удовольствия. Тугой сфинктер, сжимающий основание моего члена, вырвал из моей груди стон.

Лили хихикнула и восхитительно качнула задом, прижимаясь ко мне.

— Ты так и будешь стоять или начнёшь уже наслаждаться мной, любимый?

— Вот так? — схватил её за длинные серебряные косички и начал двигаться длинными резкими толчками, быстро набирая темп.

Моя любовница обезумела, отчаянно насаживаясь на меня, чтобы сделать проникновение ещё глубже. Её рука скользнула между ног, лаская клитор, а всё тело задрожало в преддверии оргазма.

Я перехватил для лучшего контроля косы повыше, откидывая её голову назад, пока гибкое тело не выгнулось, как натянутый лук. Теперь я мог смотреть прямо в её огромные серые глаза. Взгляд за стёклами очков остекленел от удовольствия, а аромат желания ударил в нос с новой силой.

— Я почти, — простонала Лили, лихорадочно лаская себя. — Давай вместе со мной.

Я был более чем готов. Снова вонзился в неё до упора, наслаждаясь жаром её тела, а когда она вся напряглась и закричала от экстаза, начал мощно изливаться глубоко внутрь.

На мгновение мы застыли, охваченные общим оргазмом, и в полумраке палатки перед моими глазами полыхнули огни.

Затем она протянула руку и шлёпнула меня по заднице. Я с ухмылкой снова начал двигаться, уже опустошённый, но всё ещё твёрдый, как железобетон. Казалось, для моей куниды не существовало предела удовольствию, и я всегда ставил себе задачу довести её до пика, на который только был способен.

После ещё нескольких минут нарастающего экстаза Лили вскрикнула так громко, что у меня зазвенело в ушах, и её тело содрогнулось в последнем спазме. Она обмякла, рухнув на стол.

Мгновение спустя её длинные бархатные уши дёрнулись. Она пошевелилась и приподнялась на дрожащих руках, глядя на меня с мечтательной улыбкой.

— Ух ты! — прошептала она.

— Настолько хорошо? — спросил я.

Лили хихикнула, вытирая слюну с подбородка.

— Невероятно! Сильно!

Из уст куниды это прозвучало как весьма серьёзная оценка. Я прижал её дрожащее тело к себе и поцеловал в плечо.

С новым смешком моя невеста качнула бёдрами, сжимая член.

— Теперь твоя очередь. Давай заканчивать и пойдём выигрывать этот спор.

Она определённо умела заводить. Я вновь жадно вонзился в неё, поддерживая ровный темп ещё около минуты, пока она подрагивала в оргазическом экстазе. Наконец, почувствовав приближение финала, вытащил член и излил сильные потоки спермы на её попку в форме сердечка. Она дрожала от удовольствия, а пушистый хвостик яростно трепетал.

Когда я закончил, она выпрямилась, повернулась, обняла меня и поцеловала так крепко, что оправа очков врезалась мне в щёку.

— С днём рождения, любимый!

Я моргнул. Хотя чему удивляться? Мия наверняка рассказала всем моим невестам, чтобы они могли отпраздновать вместе со мной.

И, чёрт возьми, это оказался лучший секс на день рождения в моей жизни.

Лили задержалась ещё на мгновение, вдыхая мой запах, смешанный с её собственным ароматом глубокой привязанности и удовлетворения, затем отстранилась и игриво шлёпнула меня по заднице.

— Ладно, пора выигрывать пари.

Глава 4

Светолесье.

Рейдовые твари около пещеры оказались… цветами. Целая свора из семи Скверноцветов-стражей, пропитанных порчей и кишащих мелкими паразитами. От них исходил такой тяжёлый приторный дух, что у меня тут же заломило в висках. Их арсенал оказался предсказуем до тошноты, типичный для агрессивной флоры: хлёсткие лозы, цепкие лианы, корни, пробивающие камень. В ход шли и атаки запахом, и ядовитая пыльца, которая сбивала с толку и травила. И, конечно, шипы. Усеянные этой пакостью сверху до низу, твари умели ими плеваться с пулемётной скоростью.

Мелькнула мысль, что сейчас бы сюда Лейланну, уж она бы выжгла эту клумбу дотла. Но, увы, её уровень для такого рейда был уже низковат, да и какой из неё боец на шестом месяце беременности? Она и сама с радостью осталась дома, в безопасности.

Хорошо хоть Карина на сороковом уровне получила Нейтрализацию яда, а у Юлиана имелась Повышенная концентрация для защиты от ментальных атак. Вдобавок Регенерация бодрости от Стеларии могла помочь нашим организмам бороться с этой дрянью. Надеюсь, этого хватит.

Я окинул взглядом свой отряд из пятнадцати человек. Хотя, если быть точным, из четырнадцати, потому что наш Арбитр в бою являлся скорее раздатчиком бонусов и мог спокойно отсиживаться в тылу, по необходимости подпитывая хилеров и стрелков слабенькой, но долгой регенерацией.

Все находились под баффами, отдохнувшие и сытые, так как походная стряпня немного подняла нам параметры. Разжевав каждому план на бой, убедился, что все знают свои позиции. В конце концов это всего лишь «прихожая» рейда, самый лёгкий этап, и от этих сорняков-переростков сюрпризов не ожидалось.

Я стукнул своим Железным Луком по древним камням, которыми был вымощен двор, привлекая общее внимание.

— Слушать сюда! — голос прозвучал твёрдо и уверенно. — В моих рейдах не дохнут. Это может случиться где-то ещё, но не у меня. Просто придерживайтесь плана. Каждый делает свою работу, и мы все выйдем отсюда победителями.

— И не сбивайте Подавление, — вставила Ванесса. Она, похоже, не видела иронии в том, что сама же использовала растительные заклинания, чтобы опутать один из цветков, пока мы не готовы им заняться.

Здешнее Подавление работало своеобразно. В отличие от игр, здесь любой мощный удар мог сбить с цели эффект контроля. К тому же оно могло и само по себе провалиться в любой момент, всё зависело от магического сопротивления или «физики» цели.

И всё же шесть врагов вместо семи — это уже серьёзное подспорье. Танкам будет легче их держать, урон по ним пройдёт меньше. В следующих боях я даже подумывал проверить, сможет ли Ванесса удержать двоих. Может, даже прикажу Юлиану помочь ей своей Солнечной вспышкой. Против рейдовых тварей, которые бьют как гружёный самосвал, лишний контроль не повредит. Хотя, конечно, в идеале мне хотелось бы иметь как минимум три активные цели, чтобы Лили могла выдать свой максимальный урон, но когда на кону стоит безопасность людей, о таких мелочах, как выигрыш в пари, нет и речи.

По моему сигналу Ванесса шагнула вперёд и начала плести заклинание. Из-под камней вырвались толстые лозы, схватили один из Скверноцветов и с треском припечатали его к земле. Остальные шесть тут же ринулись на нас, перебирая извивающимися корнями. Владис и Корвин, наш второй танк, бросились им наперерез.

Для меня начался первый бой в роли лидера рейда.

Хотя сразу сосредоточился на стрельбе, я не мог не осознавать свою новую роль. Здешняя система рейдов давала мощнейшие инструменты для анализа боя, и вся схема висела на периферии моего зрения, пока подбирал идеальную ротацию выстрелов. Удивительно, но это не сильно отличалось от старых добрых ММО.

И тут боковым зрением я уловил то, чего боялся. Красная линия угрозы, видимая только мне, метнулась от Корвина к одному из бойцов ближнего боя, Эйнару. Корвин, видимо, не рассчитал силу и не смог удержать троих нападавших. Один из Скверноцветов резко развернулся, игнорируя танка, и его колючая лоза со свистом полетела прямо в спину Эйнару. Парень, увлечённый атакой, даже не заметил угрозы.

Чёрт!

Всё могло пойти прахом в одну секунду, но прежде, чем я успел крикнуть, Владис, державший своих монстров железной хваткой, издал яростный рёв и, не бросая позиций, метнул в сорвавшуюся тварь свой щит. Удар пришёлся точно в ствол, заставив цветок пошатнуться и сбить траекторию атаки. Одновременно с этим вспышка света ударила по Эйнару; Карина среагировала мгновенно, накладывая исцеление на рану, которая только-только грозила появиться. Парень опомнился, отскочил, а Владис уже вернул щит на место и рыком перехватил внимание монстра на себя. Слаженно, но Корвин свою первую пометку в моём мысленном блокноте получил.

Именно в этот момент я ощутил главную опасность своей новой роли. На моём тактическом интерфейсе полоска здоровья Эйнара лишь на мгновение мигнула красным, потеряв процентов десять, но до меня донёсся его сдавленный вскрик боли. Я увидел распоротую кожаную куртку и кровь на рубахе под ней. Раньше, на Земле, просто цыкнул бы в дискорде, чтобы хил не спал, но здесь… Здесь настоящая кровь и настоящий страх на лице человека. С таким «игровым» интерфейсом перед глазами чертовски легко забыть, что всё происходящее — реальность. Люди, получающие урон на экранах, живые, с болезненными кровоточащими ранами, и если я их подведу, их смерть станет необратимой. Такое знание обостряло концентрацию и заставляло нервы натягиваться струной.

Скверноцветы начали хлестать колючими лозами не только по танкам, но и по дальним рядам. Темп боя упал, все были вынуждены уворачиваться, блокировать или срубать вездесущие плети. Я заметил, что Лили почти не потеряла в скорости, грациозно уходя от ударов, и изо всех сил старался подражать своей невесте, используя Перекат с выстрелом.

Краем глаза я заметил новую угрозу. Лоза, вынырнувшая из-за спины одного из монстров, шла по низкой дуге, целясь точно в Ванессу, которая как раз заканчивала плетение сложного заклинания, чтобы обновить контроль. Она полностью сосредоточилась на нём и не видела атаки. Времени на крик не оставалось. Мышцы свело знакомым напряжением, когда активировал Рывок Гончей. Мир смазался на долю секунды, и я врезался в плечо Ванессы, отталкивая её с траектории. В тот же миг тупой тяжёлый удар обрушился мне на спину, выбивая воздух из лёгких. Сотни ядовитых шипов впились в кожу, парализующий яд тут же начал растекаться по телу.

Чёрт, сбил ей контроль! Но уж лучше так.

Сброс Оков! Ледяная волна прошла по нервам, смывая оцепенение. Пока Ванесса, бросив на меня короткий, одновременно благодарный и раздосадованный взгляд, снова ловила свою цель, я развернулся, отсёк извивающуюся лозу своей глефой и тут же вернулся к обстрелу, вливаясь обратно в ритм боя.

Твари будто взбесились и начали палить огромными очередями шипов. Увернуться от такого шквала было невозможно. Моя кожаная броня большую часть ударов сдержала, но всё, что не прикрывали доспехи, тут же покрылось колючками. Я чувствовал, как яд и десятки мелких порезов медленно вытягивают из меня жизнь.

Стало ясно, что это не спринт, а марафон. Я заранее предупредил всех экономить ману, но всё равно видел проблемы: танки ловили больше урона, чем следовало, а некоторые бойцы откровенно филонили; аналитика показывала, что они не использовали каждую секунду для нанесения урона. Хуже всего было то, что целители и поддержка жгли ману так, будто это последний бой в их жизни. С ними предстоял серьёзный разговор.

И на фоне всего этого Лили была прекрасна!

Мой взгляд на секунду оторвался от мечущихся полосок здоровья и нашёл её. Она была великолепна! Пока остальные суетились, она превратила бой в смертельный танец. Ни одного лишнего движения, ни одной потраченной зря секунды. Её стрелы срывались с тетивы непрерывным потоком, поражая сразу троих врагов, на губах играла лёгкая улыбка полной концентрации. Она не просто наносила урон, а наслаждалась своей эффективностью. Скрепя сердце, признал, что даже среди других таких же как она ей нет равных. Я бы с радостью взял её в любой рейд на Земле. Чёрт возьми, как же мне повезло, что она здесь, со мной! Моя Лили…

— Выпускаю последнего! — наконец крикнула Ванесса.

Владис тут же подхватил извивающуюся тварь, без труда спровоцировал, и её быстро взяли в оборот.

Последние пять секунд боя я провёл в пыльцевом ступоре. Очнулся как раз в тот момент, когда последний Скверноцвет рухнул на камни, и бойцы разразились победным кличем, лязгая оружием.

Шагнул вперёд, чтобы собрать трофеи. Нашлась пара-тройка вещиц, вполне ожидаемых от монстров рейдового уровня, хотя ценного снаряжения, как назло, не выпало. Я пометил добычу для своих людей, пусть подбирают и отправляют в общак рейда. Уже в поместье Мирид всё учтут, оценят и поделят между участниками.

Затем жестом подозвал целителей и группу поддержки к основной массе бойцов.

— Так, все ко мне! — крикнул я. — Разбор полётов!

Народ ещё несколько минут приходил в себя: кто-то радовался победе, кто-то ворчал, вытаскивая шипы из одежды и доспехов. Мой взгляд зацепился за Эмиля, нашего Скоростного клинка. Бледный, злой, он как раз выковыривал занозу из пробитого наплечника. В голове, будто на повторе, прокрутилась та самая секунда, с которой всё едва не пошло наперекосяк.

* * *

Туман. Рёв. Ванесса уже вскинула руки, начиная плести своё заклинание подавления, её тёмные губы беззвучно шептали слова силы, но танки запаздывали. Всего на долю секунды, но в наступившем хаосе это затянулось на целую вечность. Я видел, как тварь, вынырнувшая из пелены, неслась не на них, а прямо на Эмиля, который по привычке рванул вперёд, чтобы нанести первый удар.

— Назад! — рявкнул я, но крик утонул в грохоте. Монстр ударил, Эмиль чудом успел подставить глефу, но его отшвырнуло, как тряпичную куклу. Он покатился по земле, вторая тварь уже заносила над ним свои когтистые лапы. Только в этот момент наш основной танк наконец добежал и сшиб её с ног, принимая удар на свой щит.

* * *

Я моргнул, прогоняя наваждение. Эмиль поймал мой взгляд и мрачно кивнул. Живой. И это главное.

— Первое и главное, — начал я, когда все угомонились, мой голос прозвучал жёстче, чем планировал. — Хочу поговорить о грамотном перехвате атаки, — несколько человек одобрительно загудели, особенно Эмиль, которого только что едва не порвали на куски. — Танки должны выдвигаться до того, как Ванесса начнёт подавление, чтобы успеть поймать монстров, когда те ринутся в бой.

Я перевёл взгляд на бойцов ближнего боя.

— Это же касается и клинков. Следите за танками и ждите, пока они не заберут на себя всех тварей, только потом подбегайте и начинайте резать.

— Но если мы так сделаем, у стрелков появится фора, и они займут все верхние строчки в таблице урона! — пожаловался Эйнар, местный Дуэлянт.

— Ты прав, — кивнул я, — но такова цена ближнего боя. Альтернатива — рискнуть и оказаться на месте Эмиля.

— Кстати, о таблицах, — с ухмылкой встрял Владис, покосившись на Лили. — Какие там цифры по итогам боя?

Я сдержал усмешку. Конечно, им не терпится узнать, что вышло. Вечное соревнование, как у детей в песочнице.

— До цифр ещё дойдём, сначала разбор ошибок, которые в следующих боях могут стоить нам жизни. Нужно отточить координацию на мелочи, прежде чем нарвёмся на босса, который устроит нам настоящую проверку.

Толпа недовольно загудела. Я с усмешкой покачал головой.

— Ладно. Вижу, пока не узнаете, не успокоитесь, — я бросил взгляд в угол обзора, где висел мой любимый экранчик, счётчик урона. — Первое место и двадцать три процента урона у меня.

Раздались восхищённые возгласы, хотя, кажется, никто особо и не удивился.

— Лили заняла второе место, одиннадцать процентов, — это сообщение вызвало уже целый шквал эмоций: недоверие, восхищение и растерянность. Судя по лицам, многие просто не понимали, как такое возможно. — Аналитика показывает, что она наносила урон девяносто девять процентов времени боя, включая те моменты, когда монстры вели огонь по нашим стрелкам.

Шёпот сменился настороженной тишиной. Я заметил, как помрачнели те, кто ставил против неё.

— Третье место, девять процентов — Эйнар, — продолжил я, ухмыльнувшись Дуэлянту. — Так что ты не в обиде. Четвёртое место, восемь процентов — Харальд, — результат нашего Магического защитника стал сюрпризом, хоть он и был одного со мной уровня, сорок третьего.

Этот парень являлся гибридом и выполнял критически важную роль: вешать защитные барьеры на второго танка и всех, кто попадал под удар, и при этом сам наносил урон. Его цифры впечатляли, хотя на мгновение я забеспокоился, не отлынивает ли он от своих прямых обязанностей.

Быстрый взгляд на экран поглощения урона всё прояснил. В списке значились всего трое: Юлиан, который держал щиты на основном танке и поддержке, Харальд, прикрывавший второго танка и всех остальных, и Карина, чей Щит-кокон от дальних атак стал каплей в море по сравнению с остальными. Впечатляет. Вклад Харальда оказался ненамного ниже, чем у Юлиана, и при этом он умудрился занять четвёртое место по урону. Парень явно на своём месте. Надо взять его на заметку для будущих вылазок, в моей основной группе как раз не хватает толкового защитника.

Остальные цифры были предсказуемы. Другие бойцы шли вперемешку с танками, а Владис даже умудрился обогнать парочку из них. Карина тоже наскребла свой один процент между заклинаниями лечения.

— Ладно, — подытожил я, когда покончили с цифрами, — теперь вернёмся к главному. Я заметил, что у многих из вас урон падал до нуля, как только начинался обстрел шипами, и не восстанавливался, даже когда…

— Постойте, — недоверчиво прервал меня Юлиан. — Вы хотите сказать, что следили за аналитикой прямо во время боя?

Я нахмурился.

— Да, так и есть, — моё заявление вызвало хор потрясённых возгласов. Я растерянно огляделся. — А разве командиры рейдов так не делают?

— Никогда о таком не слышала, — произнесла Ванесса. — Большинство используют её для подведения итогов и распределения добычи, не более.

— Но как вы умудряетесь отслеживать всё это и при этом наносить вдвое больше урона, чем кто-либо другой? — с благоговением спросила Карина.

— Потому что он гений! — с гордостью ответила Лили.

Я улыбнулся ей и снова посерьёзнел, глядя на отряд.

— Опыт. Долгая практика, метод проб и ошибок.

— Долгая практика? — хмыкнул Юлиан. — Вы впервые ведёте рейд, и это всего лишь третий, в котором участвуете. К тому же в прошлых вы не имели доступа к аналитике.

— Зато я много тренировался в рейдах у себя дома до того, как попал сюда, — ответил я. — И провёл их немало.

Лили понимающе улыбнулась, она-то знала и про Землю, и про мою любовь к старым добрым ММО из прошлой жизни. Разговоры об этом стали одной из её любимых тем. — Кроме того, аналитика в реальном времени позволяет мне, например, точно знать, когда кто-то начинает ловить урон, чтобы я мог предупредить лекарей. Или когда общий урон падает, потому что бойцы растерялись, и их нужно вернуть в строй.

Мои слова заставили многих задуматься.

— Не думала, что это настолько мощный инструмент, — проговорила Ванесса, задумчиво поглаживая бледный подбородок длинным ногтем. — Все командиры из вашего дома так делают?

— Лучшие да, — фыркнул я. — Хотя даже самые посредственные используют моды, которые выдают оповещения… — я осёкся. Говорить о том, чего в этом мире нет и быть не могло, не просто бессмысленно, но и опасно. Хотя… можно просто поставить кого-то вне боя, чтобы он следил за цифрами и выкрикивал команды. Это могло бы сработать, если найти подходящего человека. Ирен на эту роль подошла бы идеально, надо обсудить с ней такой вариант по возвращении. С другой стороны, через пару месяцев у нас родится ребёнок, так что с приключениями она, скорее всего, пока завязала.

Я потратил ещё час на детальный разбор боя, объясняя роль каждого.

— Может показаться, что ваша задача — просто бить, — говорил я стрелкам и клинкам, — но именно вы задаёте темп боя. Чем быстрее падает враг, тем меньше маны тратят целители, тем меньше у нас шансов наделать ошибок, и тем меньше опасных атак мы переживаем. Быстрое убийство — это грань между жизнью и смертью вашей и ваших товарищей.

Убедившись, что народ меня услышал, повёл отряд через двор к величественной мраморной арке, служившей входом в руины.

* * *

Мы подошли ближе, и мир вокруг изменился. Рёв далёких водопадов, что низвергались со склонов долины, создавал постоянную завесу из водяной пыли. Звуки глохли, словно мы погружались под воду. Туман лёг настолько плотно, что скрадывал расстояние, и казалось, что за аркой не просто руины, а бездна. Холодная взвесь оседала на доспехах и коже, вызывая неприятный озноб.

Я остановился у самого входа и, задрав голову, провёл ладонью по камню. Холодный, скользкий от въевшегося мха, он казался древним, как сами горы. Резьба на мраморе почти стёрлась от времени и влаги, уцелели лишь огромные, глубоко высеченные буквы над аркой. Незнакомые, чужие символы. Мой камень-переводчик, обычно слабо вибрирующий в присутствии древних рун, мёртво молчал. Ни малейшего отклика. Это встревожило. Значит, мы столкнулись с чем-то настолько старым, что даже магия артефакта пасовала.

Вгляделся в переплетение узоров, и на мгновение мне показалось, что вижу не буквы, а образы: сияющие деревья, звёзды, потоки света. Игра воображения или остаточная магия?

— Светолесье, — пробормотал я. Слово родилось в голове само, как далёкое эхо, как единственно верное название для этого места. Я оглянулся на отряд. — Есть идеи?

В ответ лишь пожимание плечами.

— Похоже на какой-то эльфийский диалект, — задумчиво протянула Ванесса. — Но я знаю их язык, и это слово мне ни о чём не говорит. Возможно, этот язык также мёртв, как и цивилизация, что его создала.

— А у эльфов был обычай гравировать записи на металлических пластинах? — спросила Лили, проводя тонкими пальцами по крошащемуся камню. Она явно вспомнила летописи, что мы нашли в Последней Твердыне Гурзана.

Вампирша пожала плечами.

— Не слышала о таком. Они гордятся тем, что одними из первых начали делать бумажные книги, а самые важные фолианты иногда покрывали воском для сохранности.

Значит, надежда найти здесь уцелевшие знания всё-таки есть!

Я мысленно проклял туман, из-за которого всё вокруг покрылось мхом и водорослями, что наверняка уничтожило большую часть того, что здесь хранилось.

— Ладно, — сказал, поднимая лук. — Полагаю, скоро мы всё узнаем. Двигаем.

Я шагнул через каменный портал в эльфийские руины, и рейд двинулся за мной.

Глава 5

Тропы на склоне оказались удивительно хорошо продуманы: широкие, с правильными перекрестками и террасами-площадками. Древние эльфы знали толк в планировке городов. Каменные здания с колоннами по обеим сторонам создавали ощущение парадного проспекта, даже несмотря на запустение. Архитектура дышала стариной, но не хаосом, всё построено по единому плану. Организованная цивилизация, не то, что наши деревушки.

На одном из поворотов нас встретили Мраморные стражи, два двухметровых голема, патрулирующие тропу. Сразу стало понятно, это уже серьёзнее Скверноцвета: примерно втрое сильнее, судя по справке. К счастью, дальнобойных атак у них не нашлось, только Дрожь земли, которая сбивала с ног, да Бросок валуна. Они, отрывая куски дороги, принялись швырять их в наших стрелков, целителей и поддержку.

Хорошо, что у меня теперь есть Железный лук с бронебойностью, против каменной брони самое то. У Владиса Железная дубинка тоже работала на славу, с каждым ударом снижая защиту врага. Но даже с этими преимуществами бой затянулся надолго. Камень — он и есть камень, не прорубить с первого раза.

Лили немного расстроилась, её Тройной выстрел против двух целей давал обычный урон. В таблице урона она начала сдавать позиции, и Эйнар её догонял. Я заметил, как она слегка вспотела от напряжения, но беспокоиться не стоило, кунида у меня боевая, сама разберётся.

Один из големов выдал Каменное око, предмет 41-го уровня. Сфера величиной с руку увеличивала урон заклинаний и скорость восстановления маны. Предназначалась для использования с жезлом или одноручным оружием, в зависимости от специализации мага.

Харальд попросил выкупить артефакт у рейда, и я его поддержал. Магический защитник с таким предметом проявит себя куда эффективнее в оставшейся части подземелья. После торга сошлись на тысяче двухстах тридцати золотых минус его доля по итогам рейда. Пожали руки. Заключили сделку, пожав руки, и Харальд забрал сферу, довольный покупкой.

Разбор боя прошёл быстро. Я высказал несколько замечаний по расходу маны, дал советы танкам по позиционированию мобов, а затем завёл непростой разговор с клинками о выполнении команд. Вернее, предпринял попытку поговорить.

Клинки действовали полностью до наоборот: игнорировали приказы, врывались, когда надо отступать, и отходили, когда следовало давить. При этом они всегда внимательно слушали тактические объяснения: расположение, атаки монстров, общий план боя, но когда дело доходило до конкретных команд в бою — всё, глухая стена.

Похоже, они не верили, что стрелок понимает их роль, и считали, что им виднее. Но мне-то довелось побыть в их шкуре! В старых добрых ММО из прошлой жизни играл за дамагеров не раз. К тому же, когда ты в гуще боя, трудно увидеть общую картину, а издалека обзор куда лучше.

Тут вопрос доверия и времени. Надеюсь, до того, как кто-то серьёзно пострадает. В итоге добился от них неохотного согласия сотрудничать, больше пока не выжать.

После боя вместо продвижения дальше я повёл группу к первым древним руинам.

Заглянув внутрь утонувшего во тьме мрачного строения, порадовался своему Ночному зрению. Выглядело оно как большая жилая комната с дверными проёмами, ведущими в меньшие помещения. К сожалению, всю свободную жилплощадь заселили Руинные ткачи, гигантские пауки, которых требовалось зачистить для обыска здания.

От этих тварей бежали мурашки по коже. Такие же жуткие, как обычные пауки, но размером с собаку, потому и каждую омерзительную деталь видно отчётливо. Атаки представляли собой ядовитые укусы и паутину, классический набор арахнида.

К счастью, они оказались заметно слабее обычных мобов этого уровня, примерно как монстры, рассчитанные на группу, а не на рейд. К тому же их можно было разделить на три меньшие группы.

Поскольку подавление десятка пауков одновременно выглядело бесполезным, поставил Ванессу защищать стрелков, целителей и поддержку на случай, если кто-то из пауков сорвётся на них. Она также могла наносить умеренный урон своими Терновым хлыстом и Захватом лозы.

С увеличением числа противников бой стал хаотичнее. Пришлось привлечь одного из крепких клинков для танкования дополнительных пауков, преследовавших другого бойца. Это работало, поскольку основной урон шёл от яда, а Карина могла его нейтрализовать.

Зато я с удовольствием наблюдал, как мой Большой лук пронзает врагов, отнимая немалый процент здоровья. Лили наносила потрясающий урон по площади, что снова подняло её в таблице, а Харальд обогнал Дуэлянта и занял третье место. Новый предмет не замедлил дать результат.

Паучья добыча состояла в основном из хлама, но рейдового хлама высокого уровня, который должен хорошо продаваться. Обсуждение после боя вышло ещё короче. Мы обговорили детали работы с множественными противниками в хаотичном бою, а я в очередной раз напомнил клинкам слушаться команд в напряжённых ситуациях. После этого приступили к обыску здания.

Вначале нас ждало разочарованием.

Руины оказались настолько древние, что всё органическое давно сгнило, включая большинство металлов. Даже изящная каменная кладка пострадала от выветривания и проросшей растительности, а комнаты покрылись вековой пылью, пропитанной плесенью, смешанной со следами множества древних поселений животных. Пришлось большинству участников рейда обвязать лица тканями от запаха и спор.

С другой стороны, когда всё сгнило, то, что не поддаётся гниению, становится гораздо заметнее: драгоценные металлы и камни, хотя многое уже растащили какие-то твари.

Когда я разгребал копьём крысиное гнездо, наткнулся на угольно-чёрную монету, и с волнением понял, это может быть только Божественный Металл, самый ценный драгметалл, равный 10,000 золота.

Почти благоговейно поднял монету. Удивительно лёгкая, она словно впитывала свет. Несмотря на простую форму диска и безликую поверхность, в ней имелась такая притягательная красота, что не мог отвести взгляд.

Возможно, дело в том, что знал её безумную ценность, но похоже, у этого потустороннего металла есть и другие особые свойства.

Я впервые видел Божественный Металл, хотя много о нём слышал. Он считался прочнее стали и был настолько труден в обработке, что только мировая система могла создавать из него монеты как сокровище от высокоуровневых монстров и подземелий.

Ходили слухи, что кузнецы и оружейники высочайшего уровня, выше 80-го, могут использовать его для создания оружия и доспехов. Найти такого мастера — огромная редкость, а стоимость изготовления полного комплекта доспехов или даже простого кинжала из Божественного Металла варьируется от сотен тысяч до миллионов золотых. Возможно, даже десятков миллионов!

Интересно, гарантирует ли это Легендарное качество всем изготовленным предметам? А может, даже что-то превосходящее Легендарное, чего никто раньше не видел? Узнаю ли я это когда-нибудь?

— Дарящая! — выдохнула Лили, подойдя и глядя на монету на моей ладони огромными серыми глазами. — Что это?

— Божественный Металл, — ответил я, протягивая ей монету для осмотра. — Самый ценный драгоценный металл.

— Что⁈ — воскликнула Ванесса, перелезла через кучи гнилого хлама и, вырвав монету из руки Лили, подняла её к свету. На бледном лице вампирши разлилось благоговение. — На нашем уровне такое событие один на миллион.

Остальные участники рейда столпились вокруг — большинство тоже никогда не видели сверхредкий металл. Впрочем, прошло совсем немного времени, и они с муравьиным упорством разбежались по разрушенному зданию.

Находка Божественного Металла вызвало бурную реакцию: мои спутники принялись разбирать старые гнёзда и рыть норы, где могли устроиться грызуны. В результате нашли множество монет, хотя, к всеобщему разочарованию, только золото и серебро. Кроме того обнаружили несколько самоцветов и удивительное количество искусно сделанных ювелирных изделий. Владис даже откопал под перевёрнутой каменной плитой прекрасную шкатулку из золота и рубинов. К сожалению, пустую, с почти сорванной с петель сломанной крышкой.

Изделия древних эльфов, лёгкие, изящные и невероятно сложные. На изготовление даже простой цепочки, скорее всего, уходили дни, а то и недели. Ювелиры предпочитали чистое серебро, жемчуг и бриллианты. Найденные другими участниками рейда камни тоже, видимо, когда-то были вставлены в украшения, скорее всего в серебряные.

Многие вещи украшали крошечные замысловатые эльфийские руны, которые Ванесса опять же не смогла прочесть, но предполагала, что они означают имена мастеров-изготовителей или личные послания на подарках.

В общей сложности полчаса поисков принесли находки примерно на тысячу золотых. Монета из Божественного Металла, безусловно, явилась главной наградой, но и кроме неё мы взяли фантастическую добычу. То, что нашли, уже превышало обычный заработок большинства из нас за прохождение подземелий или рейд даже на этом уровне, а мы ведь едва зашли в Светолесье.

Что лишь подтвердило, приключения — верный способ разбогатеть, особенно учитывая, что большинство квалифицированных рабочих зарабатывают пятнадцать золотых в год. Отчасти это могло быть связано с тем, что эльфийские руины, судя по следам, не были разграблены после падения города. Большую часть сокровищ составляло имущество местных жителей, а не добыча из подземелий.

В любом случае добра оказалось много.

Оставив первый эльфийский дом, с воодушевлением переместились к следующему зданию, предвкушая то же самое. К сожалению, он оказался местом массового скопления монстров, но и сокровищ там нашлось немного.

Ранее дом мог похвастаться прекрасным залом, который вероятно когда-то наполняла лёгкая музыка и приятные беседы, теперь же он представлял собой обветшалую, продуваемую ветрами комнату с несколькими открытыми стенами, открывающими вид на оставшиеся руины и реку внизу.

Всё скрывал туман прошедших веков.

В зале обитало гнездо Скальных аспидов. Каждый достигал восьми футов в длину, был смертельно ядовит, что, похоже, стало темой этих руин, и передвигался со скоростью молнии.

Клинки только обрадовались случаю отсидеться в стороне, позволяя танкам и стрелкам разобраться с этим. Добыча большую часть рейда разочаровывала, хотя змеиные шкуры — тоже неплохие трофеи. Из них получается более качественная кожа, которую Лили может использовать для изготовления брони своего уровня.

Они нам нужны постоянно и в огромных количествах, для этого месяцами выращивали подобных монстров везде где только можно.

Тем не менее члены рейда разочаровались этой комнатой. Даже открытие, что многие стены украшали толстые серебряные пластины искусной работы, совершенно потускневшие снаружи, но скрывающие несколько фунтов чистого серебра, не слишком улучшило настроение.

Драгоценный металл есть драгоценный металл, определённо пластины стоило взять, но даже пятьдесят фунтов серебра не стоят многого по сравнению с золотом, и уж точно не идут ни в какое сравнение с Божественным Металлом.

Поэтому мы оставили зал для лагерных помощников и перешли к следующему зданию, большому сооружению, похожему на амфитеатр, где, сразившись с ещё одной группой Скверноцветов у входа, наткнулись на первого босса подземелья.

Глава 6

Времени на раздумья не оставалось, даже Глаз истины толком не успел активировать, чтобы рассмотреть монстра, которого обнаружили внутри. Всего несколько секунд, чтобы оценить обстановку, как в тот раз в Афгане, когда зашли в дом и поняли, что попали в засаду.

Помещение, скорей всего, ранее служило каким-то театром или концертным залом, сразу пришло сравнение с Московской консерваторией, только в виде амфитеатра. Ряды кресел спускались к широкой мраморной сцене внизу. Всё заросло цветущими лианами, но насквозь пропиталось чёрной тягучей гнилью, от которой несло также мерзко, как от тех Скверноцветов, с которыми мы только что сражались.

Посреди этого растительного ада стояла женщина. Высокая, метра два с половиной, не меньше, гибкая и изящная, словно ива, закутанная в истлевшую накидку, затянутую паутиной, которая когда-то явно представляла собой переплетение цветов, а сейчас больше походила на саван.

Кожа белая, как берёзовая кора, а волосы будто осенние листья, золотистые, ниспадающие шлейфом за спину. Но большинство «листьев» уже побурели и начали гнить, а кожу изуродовали глубокие трещины, откуда сочилась чёрная дрянь. Лицо некогда, наверное, красивое, исказилось от скорби, глаза провалились.

Дриада, но изуродованная какой-то мерзостью этого проклятого места.

Оставалось горячо надеяться, что она просто монстр, порождённый системой, а не одна из сестёр Лигеи Розоцветной, вынужденная влачить такое жалкое существование. Но Глаз истины показал:

Осквернённая дриада. Атаки: Скорбь, Проклятие леса, Подавление…

Звучало не очень обнадёживающе. В прошлой жизни такие названия атаки обычно означали что-то психическое: дебаффы на мораль или контроль разума.

Дриада заметила нас, и её мёртвые глаза вспыхнули ужасом.

— Нет, милые дети! — закричала она надтреснутым голосом, так громко, что воздух задрожал. — Бегите из этого проклятого места, пока не пали, как мои прекрасные чада!

И тут меня накрыло.

Волна горя пронзила так остро и глубоко, что опустился на землю и закрыл лицо руками. Глаза наполнились слезами, хотя я изо всех сил пытался сдержаться. А вокруг плескалась радость этого места: голоса, поющие и смеющиеся, журчащие фонтаны, вздыхающий ветер… Века покоя, пока мир проносился мимо.

А потом всё изменилось. Песни превратились в крики, смех в вопли страдания. Повсюду прекрасные люди, мёртвые, неподвижные, с сочащейся бледной кровью пепельной кожей. Так они и гнили, пока чары долины не развеялись, и губительный туман не поглотил всё.

Идеальное мирное место стало безмолвным и мёртвым. Бесчисленные годы лишь призраки бродили по пустым коридорам, ища лица, давно истлевшие в прах, выкрикивая любимые имена, забытые временем.

Рыдания наполнили уши, мой голос слился с их голосами, а над всем преобладал плач осквернённой дриады.

Краем глаза мелькнул текст:

Предложено задание. Последняя Песнь: положить конец страданиям осквернённой дриады.

Заставил себя подняться на ноги. Вытер глаза и огляделся. Весь отряд скорчился на земле, горько плача, а дриада стояла, надрывно причитая:

— Бегите, милые дети! Бегите отсюда!

Харальд, спотыкаясь, опустился на одно колено и начал направлять Чародейскую стрелу на дриаду. Лицо потрясённое, но решительное.

— Стой! — взревел я.

Не желая рисковать тем, что Магический защитник не подчинится вовремя, набросился на него, прервав заклинание эффектом Сбивающего удара. В старых играх такой приём назывался «интерапт». Полезная штука, когда союзник делает что-то не то.

Он вскочил на ноги. Неверие и ярость перекрыли горе на лице.

— Что ты делаешь⁈ — Харальд, кажется, подумал, что я сошёл с ума. — В задании говорится «положить конец её страданиям»!

— Не убивая её, болван! — крикнула Карина, съёжившаяся и измождённая, но кое-как державшаяся на ногах. — Горе тому, кто ударит дочь Живы!

Не дожидаясь ответа, целительница начала накладывать на дриаду Очищение, а затем Нейтрализацию яда.

Туман горя рассеялся, и всё встало на свои места. В играх, где раньше зависал, не все схватки с боссами сводились к банальному «убей злодея». Иногда нужно лечить его или решать головоломку. Сразу пришло облегчение, похоже, здесь как раз такой случай.

Неизвестно, как эта дриада попала в рейдовое подземелье, но время для вопросов придёт позже, когда ей помогут.

— Целители и поддержка! — окончательно придя в себя, властно крикнул я. — Сосредоточиться на дриаде! Активизировать любые заклинания против порчи или хотя бы просто лечение! Влить в неё благотворную магию! Спасаем её любой ценой!

Рейд медленно оправлялся от наваждения, заклинатели изо всех сил старались помочь. Дриада продолжала стенать, словно не замечая наших усилий и умоляя немедленно бежать.

Клинки и стрелки растерянно стояли вокруг, не зная, как действовать. У большинства не было ничего подходящего, разве что у меня в кармане лежало лечебное зелье на случай чрезвычайной ситуации. Плюс зелье регенерации кожи, авось поможет изувеченной плоти дриады.

Я с флаконом в руках осторожно приближался к высокой женщине, но меня вдруг охватило чувство неладного. И дело было вовсе не в порче, которая висела в воздухе.

Не может так происходить! Бой с боссом, где работают только хилеры, а остальные стоят сложа руки? В нормальных играх такого нет, слишком скучно для большинства игроков.

Мигом активировал Быстрый выстрел, зарядил четыре стрелы и насторожился.

— Клинки, прикрывать входы! — крикнул застывшим, как истуканы, ребятам. — Ванесса, приготовься к подавлению подкреплений!

Весь рейд непонимающе уставился на меня.

— Стрелки, готовиться уничтожать поток врагов! И быстро, пока нас не задавили!

Сомнения на лицах спутников мгновенно исчезли, когда лианы на стенах театра зашевелились и раздвинулись, открыв дюжину трещин.

Сквозь щели хлынули Скверноцветы. Один, два, четыре, восемь… И ещё больше за ними.

Вот оно! Классическая механика: пока лечишь одну цель, на тебя валится толпа мобов.

Среди людей раздались крики. Владис и его напарник-танк бросились перехватывать приближающихся монстров, стрелки начали обстреливать цветы.

Я выстрелил огненной стрелой в ближайшего, затем выпустил остальные три так быстро, как только мог. Накатил прилив отчаяния. На нас ломилась такая толпа монстров, что не охватить взглядом. Больше, чем мы могли осилить, хотя Ванесса изо всех сил пыталась подавлять сразу две группы.

А потом увидел Скверноцветов, которые проскочили мимо танков, игнорируя рейд и устремляясь прямиком к дриаде. Владису удалось спровоцировать одного, но лишь на время, затем цветок снова двинулся к цели.

Чёрт! Вот в чём подвох!

— Фаза зачистки! — крикнул что есть сил. — Клинки, стрелки, изо всех сил уничтожаем тварей! Ванесса, переключайся на урон, пока цветок не нападёт на кого-то из нас. Целители, поддерживать и лечить дриаду любой ценой!

Первый Скверноцвет добрался до дриады и обвился вокруг неё лианами, пригвоздив к месту, потом пронзил другими, чёрными, сочащимися порчей. Дриада закричала в агонии, лианы пульсировали, высасывая что-то из неё.

Или закачивая ее мучения.

Стиснул зубы от ярости при виде мерзкого зрелища. Ни один невинный, тем более сестра Лигеи Розоцветной, не будет страдать на моих глазах! Я использовал всю перезарядку, выпуская стрелу за стрелой, даже применил Замедление, чтобы ненадолго притормозить атаку цветов на дриаду, но всё больше и больше паразитов обвивалось вокруг неё. Крики становились громче, кожа дриады покрылась пузырями, почернела, начала шелушиться. У целителей кончалась мана, а зелий у нас было мало.

Нужно срочно менять тактику.

Если правильно оценил сложность подземелья и не взял с собой слишком мало народа, ни один бой не должен быть таким адским.

Огляделся, пытаясь понять, что упустил. Скверноцветы продолжали лезть из трещин, и я задался вопросами, откуда они появляются, и когда поток наконец иссякнет?

Да я же идиот! Вот в чём дело!

Стены настолько заросли лианами, что камни треснули, раскрошились и держались только на растительности. Потолка либо вообще не было, либо он давно обрушился, так что падение камней на головы нам не грозило.

— Стены! — вновь заорал я. — Стрелки, все, у кого есть скорость, к стенам! Уничтожаем лианы, которые их держат!

Испугался, что в хаосе боя меня не услышат, но потом увидел, как Лили метнулась к ближайшей стене и принялась всаживать стрелы в лиану. Харальд присоединился к ней, перемежая защитные барьеры для дриады с магическими стрелами по растительности. Остальные бойцы постепенно отступали, отчаянно рубя упругие лозы.

Оставив их разбираться с первой стеной, подскочил к противоположной, где четыре пролома располагались рядом, вытащил легендарный сундук из специального кармана в сумке (штука размером с коробку для обуви, но весившая как гиря) и швырнул в брешь, где он и застрял.

— Расти!

С оглушительным грохотом сундук развернулся до полного размера метр на полметра. Тяжесть в пять тонн проломила стену, и он рухнул на каменный пол с такой силой, что земля задрожала. Лианы, державшие стену, оторвались от камней, обрушив целую секцию.

К сожалению, сундук засыпало камнями, так что в ближайшее время такой фокус не повторить. Нок счастью, обвал перекрыл все четыре входа, замедлив натиск Скверноцветов. Не останавливаясь, повернулся к другой стене и принялся обстреливать лианы. При каждом попадании от них отлетали огромные куски.

Конечно, не так быстро, как импровизированный таран из легендарного сундука, но всё же…

Скверноцветы вокруг дриады яростно зашипели, сплетая лозы, словно поняли, что подкрепление отрезано, а потом начали стрелять отравленными шипами.

Они заполнили ими вокруг всё пространство, перекрыв видимость. Хотя ни один из цветов специально по рейду не целился, здоровье моё и спутников падало с пугающей скоростью.

Шипы протыкали одежду там, где не прикрывали доспехи, и жалили, как сволочи. Яд растекался по венам парализующим огнём.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт! Приказать рейду укрыться, пока не кончится шквал? Дриада может не продержаться так долго без нашей помощи. Хотя, к облегчению, стена, над которой работали Лили и другие, рухнула как раз вовремя.

— Мать! — закричала дриада голосом, где смешались мучение и надежда. — Неужели наконец достигну своего конца⁈ Думаю, это станет облегчением.

Звучало очень плохо. Я выругался и выпустил ещё несколько стрел, наконец обрушив вторую стену. Скверноцвет, только что выбравшийся из трещины, спасся от обрушения и, рванул к дриаде. Я бросил перед ней ловушку из корней, чтобы ненадолго задержать нахала, потом ринулся к дриаде, прямо в гущу бури шипов, и влил в её кричащий рот лечебное зелье. Она захлебнулась, рефлекторно сглотнула, встретилась со мной взглядом огромных испуганных глаз, светящихся отчаянной мольбой.

Ободряюще улыбнулся ей, хотя бой шёл на пределе, здоровье стремительно падало, а товарищи отчаянно пытались поддержать её лечением и барьерами. Скормив последнее драгоценное зелье исцеления, вылил ей в рот одно из двух зелий регенерации кожи.

Применил Перекат с выстрелом, чтобы выбраться оттуда, активировал Рывок Гончей для отхода на безопасное расстояние, где ливень шипов не такой густой, и принялся уничтожать Скверноцвет с самым низким здоровьем.

Где-то позади раздался грохот, рухнула четвёртая, последняя стена. Это должно было отрезать комнату от новых монстров. Вокруг дриады осталось около дюжины тварей.

Либо запас шипов наконец иссяк, либо монстры поняли, что их шансы на исходе, но шквал прекратился. Скверноцветы полностью сосредоточились на убийстве скорбящей жертвы.

Когда Взрывная стрела прикончила одного, я тут же переключился на другого. Крики дриады резко оборвались, и она, слабо подёргиваясь, упала на землю. Карина закричала от горя и ярости, отчаянно применяя Нейтрализацию яда раз за разом и пытаясь остановить поток чёрной скверны.

Быстрые выстрелы, перекаты, взрывные стрелы… Я применял всё подряд, что только мог, даже бросил Кровоточащую ловушку, надеясь, что она подействует на цветочного монстра. Делал всё возможное. Подёргивания дриады замедлились, изо рта пошла пена, вслед за ней потоком хлынула чёрная жижа.

Чёрт побери! Если бы только я быстрее сообразил со стенами! Если бы привёл вдвое больше людей! Если бы подождал, пока поднимемся уровнем! Если бы был сильнее! Если бы…

Сколько тысячелетий эта дриада ждала здесь помощи, погрязнув в горе? И вот я пришёл и убил её в драке, к которой не был готов.

Стелария рухнула на землю, исчерпав ману после того, как весь бой кастовала регенерацию одну за другой. Вскоре к ней присоединился Юлиан, стиснув зубы от бессильной ярости. У Лили кончились стрелы, она бросилась рубить Скверноцветы коротким мечом, яростно крича.

Владис и второй танк склонились над дриадой, прикрывая её своими телами, пока бойцы ближнего боя рубили порчу лоз настолько быстро, насколько цветы успевали выпускать новые. Дуэлянт, задыхаясь от усталости, изо всех сил отталкивал монстра голыми руками, а сломанный меч валялся у его ног.

Осталось семь врагов. Пять. Дриада больше не двигалась. Два. Один.

Я добил последнего Скверноцвета финальной Взрывной стрелой, и когда тот превратился в почерневшую оболочку, руины театра погрузились в зловещую тишину.

Бросившись к дриаде, я рухнул рядом на колени, проверяя пульс на шее, дыхание. Карина из последних сил читала заклинания, её руки дрожали от истощения маны. Остальные целители подтянулись поближе к ней, работая молча и сосредоточенно.

Лили рыдала навзрыд, совала дриаде своё лечебное зелье и держала за иссохшую руку, наплевав на чёрную гадость, что расползалась по коже.

Мы ждали целую вечность. Или так показалось? Когда нервы на пределе, время тянется, словно жвачка. Потом дриада резко дёрнулась, ахнула и начала дышать глубже, как человек, который наконец-то вынырнул из воды на поверхность.

Плечи расслабились сами собой, я и не заметил, как сгорбился от напряжения. Сжал плечо Лили, мол, всё в порядке, держись, и с болезненным стоном поднялся на ноги. Подошёл к целителям.

— Что думаешь? — спросил у Юлиана.

Старик покачал головой, лицо у него было мрачнее тучи.

— Жива, слава богам. Но очистим ли мы её от порчи — большой вопрос.

Полностью разделяю его опасения.

— Предлагаю поставить целителей на четырёхчасовые смены, — я посмотрел на изнурённых людей. — Восстановят ману и продолжат работать.

Жрец кивнул.

— Да, это наш единственный шанс, — он огляделся по сторонам, поморщился на груды обломков. — Остальным тоже стоит отдохнуть, снаряжение починить. Хотя караул выставить надо, мало ли эти твари из-под камней выползут или перелезут через завалы.

К нам подошёл Владис с таким видом, будто побывал на похоронах.

— Странный какой-то получился бой, — проворчал он. — По всем канонам должны были получить подтверждение победы, опыт, добычу нормальную, а тут только эти проклятые цветы… И задание висит как незавершённое.

Я тоже это заметил. Как в старых добрых ММО из прошлой жизни: убил босса, а система молчит. Значит, либо этап промежуточный, либо что-то пошло не так.

— Либо это был не настоящий босс, — я наконец высказал вслух свои опасения, — а просто шанс помочь нуждающейся, либо бой ещё не закончен.

Владис сплюнул в сторону.

— Я тоже боюсь, что так и есть, — он оглядел измотанных бойцов и тяжело вздохнул. — Ладно, займусь людьми. Пусть отдохнут, снаряжение приведут в порядок, стрелы и расходники пополнят. Надеюсь, следующий этап не станет таким же паршивым.

Мне тоже предстояла куча дел: стрелы собрать, а сломанные починить или сделать новые. Проверить, хватит ли материалов на ловушки, в следующем бою наверняка пригодятся. И ещё сундук откопать из-под завала. Легендарный артефакт вроде как неуязвимый, но кто его знает… Теория — это одно, а практика — совсем другое. Уж слишком серьёзные камни на него свалились.

Пока что ничто его не смогло повредить, но такого экстрима он ещё не проходил.

Я взглянул на Юлиана.

— Думаю, целителям всё же стоит немного маны в запасе оставить на случай, если придётся снова драться.

Старик вздохнул как человек, которому предложили работать в выходные за полставки.

— Будет тяжко, но… разумная предосторожность, — согласился он неохотно.

Хлопнув священника по плечу, я тоже принялся за работу. В армии говорили: «хочешь выжить — готовься к худшему, а надейся на лучшее».

Часов через пять окончательно смирился с мыслью, что заночуем здесь, в разрушенном театре. Целители продолжали колдовать над Лореей.

Всё шло не совсем по тому сценарию, к какому привык в рейдах: убил босса, забрал лут, пошёл дальше. Но это настоящая жизнь, а не игра. Здесь умирал настоящий человек, и мы пытались ее спасти.

С другой стороны, время работало на нас. Все отдохнули, привели в порядок снаряжение. Даже провели разбор боя. Слишком много переменных, слишком мало контроля. Случись чуть-чуть по-другому, и могли всех потерять.

Хотя имелись и плюсы. Команда стала более сплочённой, меня слушают внимательнее. Ничто так не объединяет, как пережитое вместе дерьмо.

Я стоял и как раз прикидывал, не перелезть ли через завалы и проверить наших помощников, убедиться, что Скверноцветы им не угрожают, а заодно и мастеров позвать снаряжение чинить, но тут Лорея наконец зашевелилась и села, всхлипнув.

— Дети, — прошептала она, оглядывая нас запавшими глазами. В них отражалось столько тоски, что сердце сжалось от жалости. — Мои прекрасные дети, вы наконец вернулись ко мне?

Потом лицо её исказилось, и в голосе появилась горечь.

— О нет, всё верно, вы же новенькие. Те, кто разрушил мой зал.

Я быстро подошёл к высокой женщине и опустился на колени. Говорить нужно было мягко.

— Миледи, я сэр Артём Крылов, и это мой отряд. Как Вы себя чувствуете?

Дриада сжалась, и из вновь неё хлынула волна горя, такая же мощная, как в начале боя. Накрыло с головой, перехватило дыхание.

— Мои милые малыши! — простонала она надрывно.

Потом, с явным усилием воли, судорожно вздохнула и глухо рассмеялась, звук, от которого мурашки побежали по коже.

— Наверное, лучше не спрашивать, милый мальчик, — она протянула свою почерневшую потрескавшуюся руку. Из ран сочилась тёмная гадость. — Я Лорея, Мать Светолесья.

Я осторожно взял её руку и поцеловал, заставив себя не поморщиться. От неё несло гнилью и болезнью, но бедная женщина не виновата в том, что с ней сделали.

— Чем мы можем помочь, леди Лорея? Мои целители работают не покладая рук, чтобы очистить Вас от порчи.

Лорея снова издала тот жуткий смешок.

— Усилия твои ценю, милый мальчик, но они напрасны. Моя порча началась тогда, когда Проклятый Змей заразил моё любимое дерево. Погубил его, а потом исказил, заставил существовать в пародии на жизнь. Только дав покой моему дереву, полностью уничтожив его, я смогу наконец очиститься.

В углу поля зрения появился текст обновлённого задания. «Последняя Песнь: Прекратите страдания Осквернённой дриады. Леди Лорея умоляет уничтожить осквернённый Белый Исполин Светолесья и освободить их обоих от проклятия».

— Тогда именно это мы и сделаем, миледи, — твёрдо пообещал я.

— Нет! — закричала дриада, её глаза расширились от ужаса. — Нет, не рискуйте ради меня, милые дети! Бегите отсюда и оставьте меня страдать, я это заслуживаю.

Обменявшись обеспокоенными взглядами с остальными, покачал головой. Психологическая травма — штука серьёзная, и у этой женщины она, похоже, размером с айсберг.

— Не беспокойтесь за нас, — заверил её. — Мы собирались зачистить это место в любом случае, и будем рады помочь.

Лорея, стеная от горя, отпрянула и съёжилась среди обломков.

— Оставьте меня с моей печалью! — надрывно запричитала она. — Мне не вынести бремени смерти ещё одного невинного ребёнка на моей проклятой душе!

Я беспомощно смотрел на несчастную женщину, соображая, как поступить. Хотелось помочь и ради Лигеи, и ради неё самой, но разум дриады явно сломала чудовищная травма, усугублённая тысячелетиями одиночества и горя.

Возможно, лучший план — завершить квест, убрать источник порчи, а потом попробовать снова? Когда всё закончится, отведу её к Лигее, если кто и знает, как помочь, так это её сестра.

Тяжело вздохнул и повернулся к участникам рейда, которые выжидающе смотрели на меня.

— Время двигаться дальше. До заката ещё несколько часов, целители и маги восстановились. Обследуем территорию, убедимся, что больше нет Скверноцветов, которые могут угрожать леди Лорее, а потом продолжим.

Все неохотно кивнули. Бросить раненую женщину неправильно, но и торчать здесь бесконечно тоже нельзя.

Мы перебрались через завалы там, где они были пониже. Легендарный сундук отыскался довольно быстро. Несколько царапин и вмятин, но в целом невредим. Хорошо, что создатели не обманули насчёт неуязвимости.

За театром руины по-прежнему окутывал туман, только свет стал мягче, солнце клонилось к закату. Неожиданно мы столкнулись с ещё одной парой мраморных стражей на тропе. Теперь, по сравнению с боем против роя Скверноцветов, это нам показалось просто разминкой.

Големы ничего не дропнули, так что Каменное око, полученное Харальдом, видимо, оказалось редкой удачей.

Небо потемнело, и по общему решению решили обыскать ещё одно здание, прежде чем возвращаться в театр на ночлег. Здание, куда заглянули, ранее явно служило складом. Обшарив его сверху донизу, нашли гнездо Скальных аспидов и прикончили их.

Хорошо, что Карина была с нами, её Нейтрализация яда очень пригодилась.

На складе обнаружили груды ржавого металла, изъеденного коррозией, и кучу латуни под лёгким налётом, но в остальном пригодного к продаже. В углу скромно приютилась горка золота, тускло блестевшего под слоем плесени. Видимо, сундук сгнил и превратился в пыль, а содержимое осталось.

Владис предположил, что ржавый металл можно переплавить заново или хотя бы извлечь из него пригодные материалы, и посоветовал показать кузнецам из лагеря. Пусть решают, что с этим делать. Решив вернуться сюда позже за металлом, мы покинули склад и вернулись в театр, где обнаружили Лорею спящей.

Я сам вызвался нести первую вахту. Зябко кутаясь в плащ, неторопливо прохаживался туда-сюда, чтобы не сморило от усталости. С наступлением темноты воздух стал неприятно холодным, температура резко упала сразу градусов на десять точно, а туман по-прежнему висел неестественно густой.

Учитывая ожесточённую битву, которая здесь разыгралась, внимательно следил за окрестностями. Ночное зрение значительно улучшилось после получения навыка. То, как закончился бой, без подтверждения, без нормальной добычи, беспокоило и вызывало дурные предчувствия.

С рациональной точки зрения, скорее всего, дриада просто стремилась уничтожить своё проклятое дерево, но интуиция подсказывала, не всё так просто.

Один раз уже чуть не довёл отряд до катастрофы. Повторения не хотелось.

Глава 7

Я выплывал из дурного сна словно из болота. Единственное, что помогало не сбиться с курса, это — свет далёкой звезды.

Что за…

Сознание вернулось рывком. Следующее, что почувствовал, тёплые капли на лице. Открыл глаза и увидел рассветный свет, пробивающийся сквозь туман. Крепко спящая Лорея сжимала меня в объятиях, но моя голова лежала на коленях Лили. Кунида прислонилась спиной к стене, на её прекрасном лице застыла невыразимая мука.

Глаза у неё были закрыты, брови сведены от напряжения, а по щекам текли слёзы. Горячие солёные капли падали мне прямо на лицо. Даже во сне она выглядела измотанной, как мать, всю ночь не смыкавшая глаз у постели больного ребёнка.

Что случилось?

Рывком выбрался из хватки дриады. Та не сопротивлялась, лишь недовольно заворчала во сне. Сел и тут же обнял Лили, прижав её к себе крепко-крепко. Она оказалась тёплой, живой, пахла травами и лесом, полная противоположность гниющей полубогини.

— Дорогая? — с тревогой спросил, целуя влажные дорожки на её щеках. — Что случилось?

Лили вздрогнула и открыла глаза. Секунду смотрела на меня непонимающим взглядом, потом вскинулась и схватила моё лицо обеими руками. Пальцы её дрожали.

— Что… Ты в порядке? — голос моей невесты дрогнул, и она уткнулась лицом мне в плечо. — Ты бился в конвульсии без остановки несколько часов, любимый. Я всеми силами пыталась разбудить тебя, но ничего не помогало. Даже целители не могли помочь.

Я? Чёрт возьми, что за хрень со мной случилась?

Огляделся. И действительно, неподалёку сидели Карина и Юлиан, оба с обеспокоенными лицами. Юлиан выглядел особенно мрачно, видимо, потратил прилично маны, пытаясь меня привести в чувство.

Постарался припомнить сны, но в памяти осталось только ощущение: тоска такой глубины, что хотелось выть. Утрата, самоосуждение, безнадёжность… Как будто потерял всё, что мне дорого, и виноват в этом сам.

Неужели близость к Лорее заставила меня испытать её горе во сне? Если так, то спасибо богам, что детали стёрлись. Некоторые воспоминания лучше не хранить.

— Тс-с, — прошептал, целуя её в макушку. — Всё хорошо, дорогая. Это был всего лишь сон, а теперь я проснулся.

— Слава богам, — сказала она, прижимая меня ещё крепче. Дрожь постепенно проходила. — Ты казался таким печальным, Артём. Мне очень больно видеть тебя таким! И я так испугалась, когда ты не проснулся…

— Всё уже прошло.

Поцеловал её ещё раз и огляделся. В лагере царила тишина, почти все ещё спали. Хорошо, значит, мои вопли не подняли всех на уши, хотя судя по лицам целителей, всё выглядело довольно серьёзно.

— Приготовлю еду, которая даёт бонусы, а потом подготовлю рейд к выходу. Может, ещё поспишь до завтрака? — я посмотрел на храпящую рядом дриаду и поморщился. — Знаешь, давай найдём тебе другое место, чтобы прилечь.

К счастью, Лили не стала возражать, просто кивнула и ещё крепче прижалась ко мне. Она прекрасно понимала, что с Лореей что-то не так.

Взял Лили на руки, лёгкую, как пушинка, но такую тёплую и живую, и понёс подальше от спящей дриады, к краю лагеря. На ходу поймал встревоженные взгляды Карины и Юлиана и наклонился к ним.

— Отойдите все подальше от леди Лореи. Мы больше не будем спать в этом амфитеатре, если, конечно, останемся здесь ещё на одну ночь.

Карина вскочила, глаза у неё горели возмущением:

— Мы не можем просто оставить её одну!

В каждом рейде находится идеалист, готовый спасать всех подряд. Такие обычно первыми и гибнут.

— Мы вовсе не собираемся её бросать, пока не сделаем для неё всё возможное, включая доставку к тому, кто сможет ей помочь, если, конечно, она согласится, — бросив взгляд на измождённую фигуру дриады, поморщился. — Но я опасаюсь за её стабильность, даже когда она в сознании. А что творится в её голове во время сна, лучше и не знать. Нельзя рисковать жизнями людей из-за глупой неосторожности.

Юлиан наклонился ближе. Старый жрец всегда мыслил практичнее молодой целительницы, возраст и опыт делали своё дело.

— Что с тобой случилось? Что тебе приснилось, когда она держала тебя?

— Не помню деталей и благодарю богов за это, — я осторожно опустил Лили на землю подальше от амфитеатра. — Остались только ощущения: тоска, потеря, чувство вины. Как будто потерял всех, кого любил, и сам в этом виноват.

Притащив для Лили палатку и спальный мешок, устроил её поудобнее. Поцеловал в лоб и пошёл разводить огонь.

Сегодня необходимо приготовить особые блюда, что требовало концентрации и точности. Каждый ингредиент нужно добавлять в определённой последовательности, иначе не получится эффект. Рагу даст танкам больше выносливости, жареная дичь повысит скорость реакции лучников, травяной чай пополнит у магов запасы маны.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, я замер, а когда поднял глаза, увидел Карину. Она стояла рядом и смотрела с непроницаемым выражением лица. Во взгляде читалось что-то между подозрением и любопытством.

— Почему ты? — спросила она напрямик. — Ты находился в центре лагеря, но леди Лорея направилась прямо к тебе.

Хороший вопрос. Я и сам над этим думал, пока возился с готовкой. Слишком много совпадений в последнее время.

— Может, потому что это я говорил с ней прошлой ночью? Или что я уже встречал другую дриаду?

Карина вскинула брови:

— Ты⁈ Кого, когда?

— Несколько месяцев назад, до того, как встретил тебя в Тверде, — я пожал плечами, помешивая варево в котелке. — Кстати, она могла прийти ко мне по той же причине, по которой Лигея Розоцветная послала тебя… Меня заметили.

— И это что-то начинает напрягать, — мысленно добавил сам себе. Слишком уж много внимания со стороны высших сил. В армии есть примета, когда тебя замечает начальство, это редко к добру. А тут вообще речь о полубогах и древних сущностях!

Целительница слегка вздрогнула и отвернулась, поспешив к дриаде. Видимо, моё замечание попало в точку, её и правда послала мать-дриада.

Интересная закономерность вырисовывается!

Лорея продолжала спать беспокойно, ворочаясь и издавая глухие стоны, пока участники рейда просыпались, готовились и наконец выступали. Я наблюдал за ней краем глаза. Во сне она выглядела ещё более жалкой, чем наяву, время от времени её тело содрогалось как от боли, а из трещин сочилась всё та же мутная жидкость.

Судьба падшей дриады теперь находилась лишь в наших руках, что накладывало дополнительную ответственность на весь рейд. Люди чувствовали это и собирались на бой с торжественным, почти мрачным настроением. Молча перебрались через нижнюю точку разрушенной стены и продолжили путь, углубляясь в окутанные туманом руины.

Заклинатели выглядели уставшими после четырёх часов сна, особенно целители, потратившие остатки маны на попытки очистить дриаду вчера вечером. Хотя все исцелились от ран и нейтрализовали яды, полное восстановление требовало времени, с которым заклинания справлялись не полностью. К счастью, на боеготовность это влияло мало.

Мы теперь двигались более целеустремлённо, методично обыскивая здания по порядку. Добыча выпала скромная, но пока не встретили никаких признаков монстров. Иногда наталкивались на места, где они ранее обитали, о чём говорили следы логовищ, помёт, обглоданные кости, но самих тварей нигде не было.

— Странно, — думал я, прикидывая возможные объяснения. — Либо я ошибался, полагая, что Скверноцветы просто бесконечно плодятся в трещинах стены вокруг театра, либо крик Лореи действительно притянул всех монстров этого типа к руинам.

Если второе, то возникает неприятный вопрос. Можно ли было вообще избежать боя, зачистив остальную часть подземелья до визита к дриаде или, по крайней мере, облегчить задачу, приготовив ловушки и заклинания подавления заранее?

Размышления типа 'что было бы, если… конечно, дело важное, опыт нужно анализировать, но поздно пить боржоми, как говорится. Зато в следующий раз учту эту особенность. Возможно, стоит относиться к подобным рейдам как к старым добрым ММО из прошлой жизни: изучить механики подземелья, составить план и только потом идти к боссам.

С другой стороны, что, если оставишь боссов в покое, пока зачищаешь мелочь, а один из них вдруг выскочит посреди боя с мобами? Иногда очевидных ответов просто нет.

Покончив с ещё парой Мраморных стражей и несколькими гнёздами ядовитых тварей в зданиях, вошли в большой гнилой сад среди руин и тут нашли нашего первого настоящего босса подземелья.

Это оказалась слизь, но не имеющая ничего общего с теми приятными созданиями, которых я видел раньше, дружелюбными девочками-слизнями. Перед нами колыхалась колоссальная масса размером с двухэтажный дом, от которой несло гниющей плотью и химикатами. Она медленно пульсировала, как больное сердце, и от каждого движения воздух наполнялся кислыми испарениями.

Глаз истины определил её как

Кислотный Пожиратель. Монстр, Рейдовый рейтинг. Уровень 43. Атаки: Поглощение, Растворение, Кислотные брызги, Гнилостное гниение, Иссушающее касание, Нет уязвимых точек, Неудержимый, Регенерация, Дальний захват.

Просмотрев характеристики, я нахмурился. Запутанная картина. Атаки наносили низкий урон, а запас здоровья был на удивление мал. Похоже на классическую механику из старых игр: монстр с почти полным иммунитетом к урону. Значит, победа зависит от количества попаданий, а не от их силы.

— Информация по боссу, — передал рейду. — Предложения?

Владис почесал затылок, разглядывая пульсирующую массу: — Эту штуку не остановить. Она проглотит первого попавшегося, кем бы он ни был.

Юлиан мрачно кивнул. Старый жрец знал своё дело, за годы службы повидал всякого.

— Гигантская слизь обычно заглатывает искателей по одному и сразу же начинает переваривать. Сначала снаряжение растворяется, потом одежда, потом плоть. Целители могут попытаться сохранить жизнь жертве до конца боя, но если хочешь остаться с кожей, лучше освободить товарища быстро.

— Убиваем эту тварь быстрее, чем она кого-нибудь переварит. Клинки, вы отвечаете за освобождение поглощённых. Поддержка, от вас требуется максимум барьеров, чтобы люди не потеряли кожу.

Харальд поднял руку:

— Меня беспокоят кислотные брызги. Нужно заранее поставить защиту всем.

Лили подняла руку, очки блеснули в тусклом свете:

— Вопрос. Как-то не хочется терять ни кожу, ни снаряжение. Если слизь без разбора растворяет всё подряд, почему бы не сделать кучу дешёвой экипировки специально для этого боя?

Владис оживился, практичное предложение пришлось ему по душе: — Мне нравится. А если тебя поймают, выбрасывай оружие, пока не сожрали, чтобы не пострадало.

— А это сработает? — нахмурился Юлиан. — Звучит… не знаю… Слишком просто, как будто плюём на замысел богов.

Лили поправила очки и ухмыльнулась: — Или, может, боги хотят, чтобы мы находили креативные способы упростить себе жизнь?

Логично. В конце концов, система не запрещает менять экипировку, а умение думать головой — тоже часть мастерства.

Рейд, видимо, пришёл к тому же выводу, и мыотправились к лагерю сторонников у входа в подземелье, где Лили с портным из нашего обоза нашили кучу дешёвой кожаной и тканевой экипировки тридцатого уровня. Работали быстро, но качественно, сказывалось мастерство. Потом потащили всё обратно к слизи.

— Надеюсь, мы не самые большие идиоты в мире, — проворчал Владис, стягивая латы и кольчугу. Кожаные доспехи сидели на нём мешковато, как пижама на богатыре. — Его атаки слабые, говоришь, но я чувствую себя голым.

— Ну, не знаю, — Стелария игриво шлёпнула любовника по заднице. — А мне ты в коже нравишься.

Она тоже переодевалась в дешёвую одежду, способность слизи Дальний захват могла достать даже стрелков в тылу.

Юлиан и Харальд несколько минут колдовали, накладывая барьеры на всех участников. Магические щиты мерцали вокруг каждого тонкой плёнкой, как мыльные пузыри. Те, кто имел способности с перезарядкой, активировали их заранее.

— Особого порядка наступления тут не нужно, — я повысил голос, когда приготовления закончились. — Как только бой начнётся, просто бежим и лупим эту штуку. Быстрые атаки в приоритете; у неё почти иммунитет к урону, важно только количество попаданий. Я стану следить за способностями с перезарядкой, если они начнут наносить больше урона, сообщу.

Против него нужна слаженная командная работа, а не грубая сила.

Жестом приказал боевым магам открыть огонь. Дождавшись, чтобы самое быстрое заклинание ушло в полёт, одновременно выпустил святую взрывную стрелу в центр слизи. Святой эффект снижал регенерацию цели, что критически важно против такого живучего противника.

Вскоре гигантского монстра осыпал град дистанционных атак. Воздух засвистел от стрел и заклинаний, а я рявкнул:

— Клинки, вперёд!

Бойцы ринулись в атаку; доспехи звенели, ботинки, пробуксовывая, оставляли следы влажной земле сада.

Кислотный Пожиратель ожил, полдюжины псевдоподий выстрелили в сторону рейда, как щупальца гигантского осьминога. Участники увернулись и заметались, сокращая расстояние зигзагами. Одновременно веером разлетелись кислотные брызги. Появившись с левого фланга, они понеслись по дуге, шипя на барьерах и оставляя дымящиеся следы на наших дешёвых доспехах.

Я проследил траекторию кислотного конуса. Он не остановился после прохода по рейду, а продолжил движение, поливая и весь сад.

— Кислотный спрей — это определённый шаблон! — заорал что есть мочи. — Он поливает сад по кругу, подстраиваемся под движение!

Все мрачно кивнули. Когда фонтан кислоты снова устремился в нашу сторону, мы побежали короткими перебежками, стараясь не попасться под опасный водопад. Неприятно, но предсказуемо. Хуже, чем неожиданный обстрел, но лучше, чем хаотичные атаки.

Гнилостное гниение оказалось большей проблемой. При каждом ударе по слизи из неё вылетали брызги липкой массы. К счастью, клинкам хватило мозгов быстро сообразить бить под углом, чтобы ядовитые куски не летели в товарищей. А вот некоторые стрелки оказались не столь сообразительными.

— Дальний бой! — проревел я, перекрывая звуки битвы. — Не стреляйте по боссу рядом с рукопашными! Гнилостное гниение от ваших атак обрушивается на них!

Танки взялись за уничтожение ложноножек, которые тянулись к рейду. Рубили и кололи их с видимым трудом, эти штуки оказались крепче, чем выглядели. При попадании щупальца падали на землю, а слизь из них собиралась в упругие, подобные ртути капли и начинала медленно стекать обратно к основной массе.

Но атаки по щупальцам наносили такой же урон, как и удары по центральной массе, плюс убирали угрозу захвата. И что самое приятное, тонкие отростки содержали мало слизи для ответной реакции гниения.

— Переключаемся на щупальца! — скомандовал, подкрепляя слова делом.

Какое-то время тактика работала. С каждым отрубленным щупальцем мы отрывали ещё кусок от основной массы. Здоровье босса медленно, но неуклонно ползло вниз. Оторванные сгустки слизи всё равно устремлялись обратно к телу, но процесс занимал время.

Вскоре стало ясно, что любые способности наносят одинаковый урон, механика «почти полного иммунитета» работала как часы. Как только понял это, рейд смог переключиться на самые быстрые атаки и забыть о сложных приёмах.

Несколько человек получили удары щупалец и вмиг ослебевшие упали на землю с дебаффом Губительное прикосновение, который снижал силу на 75% на двадцать секунд. В какой-то момент псевдопод схватил Корвина и потянул к основной массе, но щупальце быстро отрубили, а удар ближайшего клинка вырвал танка из хватки.

Пока всё шло по плану, но я не верил, что так просто завалить босса. И оказался прав.

Когда его здоровье упало до семидесяти пяти процентов, Кислотный Пожиратель резко втянул все щупальца. Пауза длилась секунду, прямо тишина перед бурей, затем с булькающим грохотом из существа вылетела огромная ложноножка размером с бревно и обрушилась на Корвина, вдавив того в землю, и втянулась назад, унося с собой танка. Его засосало в центр прозрачной массы, где он слабо забился с ужасом, застывшим на лице. Поглощение — самая мерзкая способность слизи.

У Корвина хватило ума держать глаза закрытыми и не дышать, но лицо уже багровело от недостатка кислорода. Полупрозрачная кислотная масса вокруг него сгущалась, становилась непрозрачной. Слизь концентрировалась для ускорения переваривания.

Дёрганья бедняги замедлялись, густая слизь стала слишком плотной, чтобы двигаться. Несмотря на барьеры, которые постоянно обновляла поддержка, доспехи начали растворяться.

Быстро прикинул по аналитике — убить босса до начала переваривания плоти Корвина точно не успеем. Оставалось только надеяться, что целители сохранят ему жизнь, а шрамы… Что ж, шрамы заживут.

Горько выругался, от злости пнул ближайший комок слизи, который полз к основной массе, и замер, нахмурившись.

Кусок слизи шарахнулся от моей ноги как от огня.

Что за хрень?

Продолжая стрелять, попробовал наступить на вязкую массу. Она снова отпрыгнула, а кусочек, застрявший под подошвой, отчаянно извивался, пытаясь вырваться.

На остальных участников рейда слизь подобным образом не реагировала. Более того, видел, как Харальд ругался и отчаянно отскребал липкий ком с ноги; тот приклеился намертво и тянулся обратно к боссу.

Если подумать, ни одно щупальце за мной не гналось за всё время боя.

Ткнул в слизь ещё раз; та снова шарахнулась, и на мне замерцал эффект статуса, тут же исчезнув.

Нахмурился ещё сильнее и, повинуясь внезапному импульсу, прыгнул прямо к основной массе Кислотного Пожирателя. По идее, я должен был врезаться в неё лицом, но вместо этого вся масса растеклась вокруг меня, образовав идеальную полусферу чистого пространства, как будто попал в защитный пузырь внутри монстра.

Эффект статуса появился снова и остался.

Порча. Вы отравлены ядом Проклятого Кетцаля, который стал опасным из-за близости к другой форме порчи. Дриада, ослабевающая сила которой борется за вашу защиту. Таймер: 23 часа 59 минут 43 секунды.

— Вот оно что! — осенило меня. — Лорея! Вот почему слизь меня боится.

Это меняло всё.

Глава 8

Чёрт!

Как бы угрожающе это ни звучало, сейчас не до философии. Моё проклятие до чёртиков перепугало долбаного Кислотного Пожирателя, предоставив Корвину единственную надежду выжить.

Поэтому, надеясь, что не творю дичь вселенского масштаба, я нырнул прямиком в мерзкую слизь.

Чудовище отступало от меня, пока я не оказался внутри монстра. Благодаря этой реакции удалось добраться до центра и освободить товарища из кислотных объятий монстра.

Корвин рухнул на землю, хватая воздух ртом и судорожно делая первый нормальный вдох за последнюю минуту. Его дешёвая кожанка превратилась в лохмотья, одежда под ней в клочья, а открытая кожа покраснела, словно он полдня жарился на пляже в Сочи.

— Твою мать! — выдохнул боец. — Твою ж мать, твою мать…

Он скрутился калачиком и блеванул прямо на землю. Кислота, видимо, не только снаружи действовала, но и изнутри тоже здорово припекала.

Подставил потрясённому мужику плечо, приняв на себя большую часть его веса, и вытащил из тела твари. Едва поставил танка на твёрдую землю, развернулся и снова взялся за лук, поливая гада стрелами.

Остальная часть рейда пока держалась, никого не потеряли. Они неплохо увёртывались от Кислотных брызг, но пока Корвин отползал от разбушевавшегося монстра, ещё один здоровенный псевдопод выстрелил вперёд и схватил Карину, утащив её прямо в центр слизи.

Вот дерьмо!

Развернувшись, нырнул обратно в чудовище за целительницей. На этот раз решил не тупить: сдвинул защитный пузырь ровно настолько, чтобы выпустить её наружу, а потом снова переместился к центру. Изнутри-то стрелять намного удобнее, все уязвимые места как на ладони.

Несмотря на опасность заварушки, я не мог сдержать усмешку, когда здоровенный псевдопод затащил зверски ругающегося Владиса практически прямо ко мне.

— Не отставай! — бросил ему. — Будем мочить эту хрень изнутри.

Танк брезгливо осмотрелся, потом мрачно кивнул и пошёл в атаку, молотя дубинкой по слизи. Правда, пришлось увёртываться от Гнилостного Плевка.

Вскоре я заметил ещё одну интересную деталь: слизь, которая начала разбрызгиваться в нашу безопасную зону от контратак, тут же стремилась поскорее вернуться обратно к основной массе. То же самое происходило с моими стрелами.

Владис шокированно уставился на меня, потом на защитное пространство вокруг нас.

— Как ты вообще это делаешь?

— Лорея наградила меня своим проклятием, и остаётся меньше суток до того момента, как со мной случится что-то очень нехорошее. Настолько нехорошее, что даже гигантские слизневые монстры предпочитают держаться подальше.

— Дьявол! — он поморщился и продолжил мутузить врага.

Нам удалось сбить здоровье Кислотного Пожирателя до 51%. С некоторым удовольствием я наблюдал, как здоровенный псевдопод рванул за Лили, но девчонка грациозно подпрыгнула и увернулась, умудрившись на ходу выпустить пару стрел.

Когда мы добили гигантскую слизь до 50%, она лопнула вокруг нас.

Дрожащий купол раскололся пополам и разлетелся в стороны. Один слайм превратился в двух. Потом эти двое снова разделились и стали четырьмя. Каждый получил по четверти здоровья от того, что оставалось у большой слизи.

Отличная возможность для Тройного выстрела Лили.

Слизни расползлись в разные стороны, выпустив по несколько псевдоподов каждый, но все они как огня избегали меня.

Время снова стать командиром.

— Ко мне! — заорал я, несколько раз подряд махнув Искрой над головой, чтобы привлечь внимание рейда. — Все ко мне!

Пока товарищи собирались, я каблуком выцарапал в гниющей земле этого чёртова сада грубый круг размером с мой «защитный купол». В таких делах точность решает всё.

— Я проклят, и слизь меня избегает, — быстро объяснил толпе народу, сгрудившейся вокруг меня. — Держитесь в этом круге, и они будут избегать и вас тоже.

— А как же кислотные брызги? — запротестовал Юлиан.

Мрачно усмехнулся, подходя к центру круга.

— Ты предпочитаешь получать все атаки монстра, или только одну?

Целитель открыл рот, закрыл его и кивнул.

— Поддержка, держим барьеры наготове! — рявкнул он. — У кого повреждено снаряжение, немедленно меняем!

— Клинки прикроют стрелков, — добавил Владис. — Меньше нагрузки на целителей.

Я кивнул.

— А если кислота просочится через броню, стрелки могут поменяться местами с клинками.

Слизни уже подтягивались к нам, готовясь к атаке.

— Вот они идут.

Четыре ошмётка Кислотного Пожирателя набросились на группу со всех сторон. Щупальца то наступали, то отступали, приближаясь к границе, которую я очертил. Этот манёвр воодушевил товарищей, и даже когда на нас обрушились Кислотные брызги, в основном заблокированные телами танков и клинков, все яростно принялись за дело.

Особенно Лили. Девчонка с энтузиазмом поражала по три цели каждым выстрелом, внезапно её урон в битве с боссом увеличился вдвое.

Поскольку лекарям и поддержке не приходилось нести полную нагрузку, так как рейд получал урон только от одной атаки по площади, те, у кого имелись в арсенале боевые заклинания, тоже начали их использовать. Они так увлеклись, что мне пришлось даже прикрикнуть, чтобы экономили ману. Из головы не шёл тикающий таймер на моём листе параметров. Даже сосредоточившись на уничтожении этого босса, меня продолжал грызть червячок страха перед неизвестностью.

Из-за медленного урона по живучему врагу рейду пришлось сменить передовую линию после убийства первого из четырёх слизней. У двух других оставалось 84% здоровья, у третьего — 95%. Хороший знак; значит, бойцы фокусировались на правильной цели, а урон остальным наносился атаками по площади вроде Тройного выстрела Лили.

Я отозвал атакующих, а сам двинулся вперёд. Правда, оставаясь в центре круга, весьма проблематично защищать остальных. Это беспокоило; приходилось наблюдать, как Лили стоит под кислотным дождём, прикрывая бойцов, а те спешно снимали остатки разрушенной брони и натягивали новую.

Но пока никто не получил серьёзных ранений. Если, конечно, Кислотный Пожиратель не припас для нас ещё каких-либо сюрпризов, то все будет в порядке.

Но сюрпризов у него больше не нашлось. Примерно через пять минут мы прикончили вторую часть монстра. Потом ещё через несколько минут, третью, а ещё пару минут спустя последнюю.

Усталые рейдеры разразились нестройными криками ликования, когда четвёртый ошмёток слизи заклокотал, забурлил и растворился в растекающейся луже вонючей безжизненной жидкости.

В углу зрения появилось сообщение:

Поздравляем, вы победили рейдового босса Кислотного Пожирателя! Получено 45,000 бонусного опыта.

Выполнено ⅖ для достижения 'Герой Бастиона: убить 5 монстров рейдового уровня.

Получена добыча: Череп забытого героя ×7, Инертная слизь ×6, Разрушенный щит чемпиона ×1. Обыщите тело, чтобы забрать.

Обнаружен квест «Последняя Песнь». Доставьте череп забытого героя в храм или церковь, чтобы обеспечить достойное погребение останков невинно павшего героя.

Что ж, стоящее дело, если, конечно, мне суждено дожить до его завершения.

Я опустился на колени, обшаривая останки босса в поисках предметов, чтобы оценить, пригодятся ли они для рейда, но обнаружил только кучу золота и немного чистого серебра. Видимо, только металл выдержал длительное воздействие кислоты. Потом снова обратился к эффекту Проклят в моём статусе, пытаясь понять, что, к чертям собачьим, происходит.

И я был не единственным, кто задавался этим вопросом.

— Теперь, когда с боссом покончено, — резко сказал Юлиан, нависая надо мной, — не могли бы вы рассказать, что здесь случилось? Как вам удалось отпугнуть слизь?

— Как уже говорил во время боя, я проклят, — и мрачно описал эффект, который наложила на меня эта атака. Лили побледнела от ужаса, её глаза расширились от страха. — К гадалке не ходи, моя судьба теперь связана с судьбой Лореи. И у меня меньше суток, чтобы уничтожить её поганое дерево.

— Слишком смелое предположение, — сказала Карина.

— Есть один способ узнать, — сказала Лили, крепко схватив меня за руку. — Давай сбегаем и спросим у Лореи.

Я кивнул и повернулся к рейду.

— Отдыхайте и готовьтесь. Продолжим, как только вернёмся.

Не говоря больше ни слова, Лили рванула с места, а я активировал Рывок Гончей и помчался за ней на максимальной скорости.

Спринт по разрушенному Светолесью занял минут десять, дав хорошую разминку после боя внутри слизи.

— Дети мои, вы живы! — воскликнула дриада, когда мы карабкались по обрушившимся стенам её зала. Она не спала и сидела, сгорбившись, в том же положении, в котором и вчера. — Но вы должны покинуть это место немедленно, умоляю вас!

Я приблизился размеренным шагом и поклонился ей. В конце концов она всё-таки полубогиня, пусть и падшая.

— К сожалению, это невозможно, миледи. Боюсь, я теперь заражён той же порчей, что и вы.

Лорея посмотрела на меня с ужасом.

— Но это невозможно! — прошептала она. — Я не могла подвести ещё больше своих милых детей и стать причиной их страданий.

Она свернулась калачиком и завыла от горя так пронзительно, что в ушах зазвенело. Звук напоминал вой пожарной сирены, только в сотню раз громче.

Лили подбежала к скорбящей дриаде.

— Нет времени на это, миледи! — рявкнула она. — У Артёма меньше суток! Что с ним? Как его спасти?

— Бедные мои дети! — прошептала Лорея прерывающимся голосом. — Бедные, бедные милые дети! Такие маленькие, нежные и доверчивые! Но я подвела вас, когда вы больше всего во мне нуждались! Подвела вас, и маму, и всех!

— Лорея, очнитесь! — крикнула девчонка-кролик почти ей в ухо и решительно потрясла сгорбленную дриаду за плечо. — Пожалуйста, у него ещё есть время. Помогите нам!

Дриада просто рыдала, закрыв лицо руками, не обращая внимания на её мольбы.

— Чёрт! — крикнула Лили и резко повернулась ко мне с перекошенным яростью лицом. — Тогда сделаем, как ты сказал: пройдём рейд меньше чем за день, выполним задание и спасём Лорею.

Мне оставалось только кивнуть, другого выбора просто нет.

Мы вернулись к рейду.

— Что сказала дриада? — с тревогой спросила Карина.

Я покачал головой:

— Она совсем потеряла голову от горя.

Ладно, наступил момент истины.

— Друзья мои, не стану ходить вокруг да около. Боюсь, у меня осталось меньше суток, прежде чем умру или буду безнадёжно искалечен, — я оглядел товарищей. По лицам читалось всё, от шока до решимости.

— Сейчас у меня единственный выход — уничтожить босса подземелья и проклятое дерево Лореи за оставшееся время, и надеяться, что это меня спасёт, — помолчал, собираясь с мыслями. Что скажу дальше, изменит всё.

— Я намерен устранить всё, что стоит между мной и деревом, бросив на время всё остальное, включая зачистку монстров. Оставим это на потом. Заклинателям придётся беречь ману, насколько возможно, и позволить физическому урону добивать монстров. И всем нужно усерднее избегать урона. Если рана не кровоточит и не ослабляет, пусть естественная регенерация сама её залечит.

По рейду пронёсся тихий тревожный ропот. Я мрачно кивнул.

— Знаю, спешить в бою опасно. Теперь он потребует больших усилий и жертв, и я не могу приказать вам пойти это. Поэтому спрашиваю, готовы ли вы помочь мне?

— Конечно! — яростно воскликнула Лили. — Даже если придётся проходить это подземелье в вдвоём с тобой!

— Конечно, помогу, — тихо сказала Карина с решительным выражением лица. — Ты спас меня, когда моя жизнь была разрушена, и подарил новую. Если понадобится, пойду с тобой в пасть смерти.

Владис кивнул.

— Не бросаю друзей в беде, — он фыркнул, махнув рукой в сторону долины. — Кроме того, не думаю, что у нас есть шансы выжить здесь без лидера. Учитывая, что именно Артём может распознать всех монстров и спланировать сражения…

Стелария просто подошла к возлюбленному, взяла его за руку и кивнула.

Ванесса оглядела остальных.

— Любой из нас мог стать носителем этой порчи. И я не сомневаюсь, если бы так не повезло кому-то другому, сэр Артём предложил бы тот же путь. Я тоже не бросаю друзей в беде.

Харальд прочистил горло, подошёл ко мне и положил руку на плечо.

Слов не требовалось.

Над рейдом повисла напряжённая тишина. Она могла длиться и вечность, и полминуты, пока остальные участники обменивались неуверенными или виноватыми взглядами.

Потом Корвин, натягивающий пластинчатый доспех, с металлическим лязгом ударил себя кулаком в грудь, изобразив воинское приветствие.

— Если то, что ты говоришь об этой порче, правда, что она активировалась только когда ты приблизился к гигантской слизи, и монстр начал тебя избегать, совершенно очевидно, что ты столкнулся с угрозой только потому, что вытащил меня. Ты спас меня от ужасных мучений и увечий, а возможно, и от смерти. Я с тобой покуда не выберемся из этого мерзкого места.

Юлиан проворчал:

— Ты мне не очень нравишься, парень, но я здесь, чтобы убедиться, что мы все выживем и вернёмся домой. Если только ты не проявишь самоубийственное безрассудство в стремлении к исцелению, поддержу тебя.

Остались шестеро. Трое сразу же подошли, видимо, поняли, что голоса поданы, рейд продолжается, и если хотят надеяться на ещё большую добычу, нужно идти с нами.

После ещё одной долгой паузы Борис покачал головой.

— Желаю тебе всего наилучшего, парень, правда, но искатели гибнут в рейдах, а спешка может привести к гибели всех. Подожду с обслугой, чтобы получить свою долю добычи из того, что уже зачистили.

Не встречаясь ни с кем взглядом, он повернулся и пошёл обратно, а я получил уведомление, что Борис покинул группу рейда.

Эйнар наконец подошёл, смиренно пожав плечами. Остался один Юрий.

— Ты же не думаешь, что мы зачистим подземелье меньше чем за день? — маг испытывающе посмотрел на меня.

Судорожно вздохнул.

— Может, и нет, но попробуем.

— Ты чертовски прав, мы должны попробовать! — сказала Лили, свирепо глядя на остальных. — В большинстве подземелий всего три-четыре босса, а мы уже зачистили двоих. Справимся!

— А дриада была боссом? — поинтересовался Юрий.

Я покачал головой.

— Потом увидим. Ты с нами?

После небольшой паузы маг хмыкнул и шагнул вперёд.

Всё это время я старался сохранять уверенный вид перед рейдом, но сейчас в глубине души вздохнул с огромным облегчением. От группы кололся только один человек, значит, всё ещё возможно. Есть шанс вернуться домой к семье, выжить и увидеть, как растут мои дети.

— Поехали! — твёрдо сказал оставшимся. — Пора показать чудовищам Светолесья, что значит скорость! За Лорею!

Товарищи собрались вокруг, чтобы поддержать меня и похлопать по плечу.

Пора совершить невозможное.

Рейд обходил здания, проверяя их только на наличие боссов. Мы знали, что ищем Белого Исполина, который, скорее всего, находится снаружи, поэтому держались тропы, углубляясь в туманную долину.

Мраморные стражи падали гораздо неохотнее без поддержки заклинателей, не говоря уже о том, что танки и несколько клинков прихрамывали, получив лёгкие ранения и медленно восстанавливая здоровье. Стелария использовала Регенерацию только там, где необходимо. Это наименее эффективное боевое лечение, но зато одно из самых экономичных по мане. Карина тоже пускала в ход лечение, требующее воду в качестве реагента, которое также значительно экономило по ману.

Начали встречаться слизни, неприятно зелёные, как Кислотный Пожиратель. Как и босс подземелья, они сторонились меня, давая рейду больший контроль над боем.

Лили повысила уровень примерно через семь часов, достигнув 38-го. Её урон заметно возрос не только из-за улучшений от уровня, но и потому, что штраф к урону против высокоуровневых монстров немного снизился.

Боссы не попадались, хотя мы полностью обошли большую галерею, ведущую к склону холма, закончившуюся огромной комнатой.

Дальше нам начали встречаться гигантские змеи, изъеденные той же мерзкой чёрной порчей, что и Скверноцветы. Я почувствовал прилив надежды, мы приближались к Проклятому Кетцалю, и подгонял товарищей, ощущая, как чувство неправильности начинает распространяться по телу. Конечности понемногу немели.

В итоге, измотанные и потрёпанные после тяжёлых сражений, следующего за другим, мы наконец достигли дна долины. Перед нашими глазами раскинулся огромный луг с тихим озером.

В центре луга возвышалось дерево.

Белый Исполин. Вот только…

Глава 9

Белый Исполин был чёрным как ночь. Вот уж не думал, что когда-либо произнесу такую бредятину! Но факт оставался фактом: древо, которое когда-то сияло первозданной белизной, теперь влажно блестело от ужасной порчи, словно его облили мазутом. Из гниющих листьев и ветвей постоянно сочилась маслянистая жидкость, я видел похожую дрянь на заброшенных нефтебазах под Москвой.

Струи стекали на землю, образуя вонючую тёмную лужу вокруг корней. А сами корни… Дьявол, лучше бы я на них не смотрел! Они торчали из-под земли, как скрюченные разлагающиеся пальцы древнего скелета, будто какой-то великан тысячи лет назад пытался выбраться из могилы, да так и застыл, наполовину погребённый.

Массивный ствол настолько глубоко избороздили трещины, что удивительно, как древо ещё держалось. Любой шквалистый ветер должен был бы его свалить. И в этих трещинах… что-то шевелилось. Но присматриваться не стал, опыт подсказывал, что некоторые вещи лучше оставить неизученными.

Воздух здесь стоял густой, тяжёлый, словно перед грозой, только пахло не озоном, а несло чем-то гнилостным. От миазмов першило в горле, хотелось прикрыть нос рукавом, но нельзя, нужно держать лук наготове.

Нижние ветви дерева словно жили сами по себе, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять причину. В чёрной кроне скрывались кольца огромной змеи. Чернильно-чёрные витки сливались с гнилыми листьями так ловко, что глаз их почти не цеплял. Проклятый Кетцаль!

Тварь обвила добрую половину древа. На глаз её длина достигала метров тридцати и напоминала товарный состав, свёрнутый в кольцо. В обхвате змеюка превосходила человеческий рост а четыре пары крыльев плотно прижались к гибкому телу. Не хотелось даже активировать Глаз истины, чувствовал, что информация мне не понравится, но выбора не оставалось.

Проклятый Кетцаль. Монстр, босс подземелья рейдового рейтинга. Уровень 44. Атаки: Поднятие, Взлёт, Буря, Расшатывание, Чёрный дождь, Сжатие, Мастер Светолесья, Могучий удар, Сокрушение, Шторм крыльев, Гибельный вопль.

Едва интерфейс выдал информацию, как порча внутри меня запульсировала, словно откликнулась на родственную силу. Ноги подкосились от внезапной слабости, появилось такое ощущение, будто на плечи повесили мешки с цементом. Лили тут же шагнула ко мне, но я качнул головой. Пока справлюсь.

Но это ещё не всё. Глаз истины не остановился на змее, выдал информацию и о самом дереве:

Древняя Осина Светолесья. Осквернённое Бессмертное Великое Древо, Рейдовый Рейтинг. Уровень 45. Атаки: Почти Неуязвим, Заражён.

Отлично! Просто чертовски замечательно!

Тринадцать часов, именно столько осталось до того, как порча окончательно сожрёт меня изнутри. А впереди два босса подряд, которых нужно победить, чтобы добраться до источника заражения Лореи. Быстрая прикидка показывала, бой с Проклятым Кетцалём, судя по его уровню, станет простым, но опасным. А вот характеристики Великого Древа намекали на затяжной боевой геморрой.

Если предположения верны, нам придётся методично долбить огромный запас здоровья, при этом отбиваясь от волн подкрепления. Похоже, мне всё-таки суждено узнать, какие твари шевелятся в глубоких трещинах ствола.

Я взглянул на мрачный туман над головой, соперничающий с самыми тёмными грозовыми тучами. Сейчас светает или уже вечереет? В этой чёртовой долине и не поймёшь, но интуиция подсказывала, темнеет. А большинство заклинателей выдохлись, магической энергии у них осталась от силы половина.

Сражаться придётся ночью. Опять же вопрос в тактике: ломиться в бой с ослабленным запасом энергии или дать людям поспать четыре часа? Пополнить запасы, врезать первому боссу, снова отдохнуть и добить второго до окончания времени.

Часть меня, та, что чувствовала распространяющуюся по телу мерзость, призывала поторопиться, но командирская жилка требовала беречь людей. Мёртвыми героями поле не выиграть.

Торопливость в бою — прямая дорога на кладбище.

Внимание привлекло движение в высокой траве, десятки мелких змей скользили между стеблями. Понятно. Пока мы думаем о главных боссах, мелочь разминается под ногами.

— Ладно, — негромко скомандовал я, отвлекая внимание группы от грозных силуэтов впереди. Быстро описал им противников, с которыми предстояло столкнуться, и огласил план.

— Обходим луг по кругу, зачищаем змеиную мелочь. Затем отрабатываем тактику предстоящего боя, спим два часа для восстановления энергии, и тогда начинаем основную атаку.

Владис кивнул.

— Готовьте факелы! — крикнул он командам. — Сражаться придётся всю ночь, так что смотрите под ноги. Не время ломать шеи о камни.

По лугу ползли семь групп по четыре змейки в каждой. Работа оказалась простая, рутинная, почти расслабляющая. И поскольку магам не приходилось беречь энергию, всё равно потом отдыхать, они выдавали полную мощность.

После того, как полдня мы сдерживались, словно боксёры со связанными руками, возможность наконец дать волю всей энергии стала настоящим облегчением. Заклинания разрывали воздух, стрелы сыпались дождём. Монстры падали быстро и без особых хлопот.

В такие моменты чувствовалось, какая же всё-таки у нас слаженная команда! Каждый знал своё место, каждый делал свою работу без лишних слов.

Когда мелочь была зачищена, я вызвался стоять первую вахту, чтобы дать остальным поспать. Всё равно вряд ли смогу заснуть. Конечности начинали ныть от ощущения неправильности, будто тело больше не совсем моё.

А ещё я заметил маслянисто-чёрный оттенок в собственном поту. И не только я. Остальные участники рейда теперь старались держаться от меня подальше. Не мог их винить. Порча вызывала отвращение даже у меня самого, чего уж говорить о других.

Несмотря на это, Лили прижалась ко мне и обнимала, казалось, целую вечность, прежде чем устроиться на одеяле. Слёзы текли по её щекам бесконечным потоком.

— Я не потеряю тебя! — яростно прошептала она.

— Не потеряешь, — заверил её, не решаясь обнять в ответ. Мои прикосновения могли ей навредить, поэтому просто терпел её объятия, надеясь, что она не пострадает от близости, и молча моргал, сгоняя слёзы с глаз. Но даже слёзы имели теперь черноватый оттенок, от них зрение мутилось, даже когда стирал их.

С каждым часом порча становилась сильнее, а я слабел. Но нужно держаться ради Лореи! Ради всех остальных! Ради самого себя!

В мерцающем свете факелов, разгоняющих кромешную тьму, я оглядел оставшихся тринадцать участников рейда. Они готовы настолько, насколько возможно в данных обстоятельствах. Хотелось бы лучше, но приходилось работать с тем, что есть. По моим расчётам и характеристикам Проклятого Кетцаля, нам должно хватить огневой мощи.

— Не время для речей, — сказал с мрачной улыбкой. — Вы — самая слаженная группа, с которой мне приходилось работать. В этом проклятом месте нет ничего, что мы не смогли бы с лёгкостью преодолеть. И эта огромная змея вот-вот в этом убедится.

Поднял лук над головой.

— Спасём полубогиню и зачистим древние руины!

Бойцы издали мрачный боевой клич, нерадостный, но решительный, и быстро рассредоточились в отработанном строю: танки впереди, готовые принять первый удар на себя. Мы приблизились на десяток метров к зоне агрессии Проклятого Кетцаля, остановились и замерли в ожидании.

— Заклинатели! — скомандовал я.

Маги начали плести заклинания.

Поднял лук, натянул тетиву к уху, готовя огненную стрелу. Охватило знакомое ощущение как перед штурмом укреплённой позиции: тот же холодок в животе, та же собранность.

— Готовы? Внимание… Огонь!

Магический шквал обрушился на цель одновременно с моей огромной стрелой и меньшей стрелой Лили. Танки рванули вперёд, клинки отстали на десяток шагов, готовясь поддержать их.

Дистанционные атаки попали в нижнюю часть гигантской змеи, и чудовище отозвалось шипением, похожим на штормовой ветер. Кетцаль выскочил из своего укрытия в ветвях, расправляя крылья размахом метров в пятнадцать. Голова взмыла высоко над нами, глаза размером с автомобильные покрышки, чёрные, как смоль, смотрели сверху вниз с холодной ненавистью. Пасть распахнулась до невероятных размеров, перья встали дыбом, угрожающе загрохотали, а шипение переросло в пронзительный рёв.

Все отступили на шаг, инстинктивная реакция на угрозу.

Честно говоря, увидев это ужасающее чудовище во всей красе, едва сдержался, чтобы не обосраться. Даже опытные бойцы буквально прижались к земле, задрав головы и глядя вверх с нескрываемым ужасом.

Если это босс сорок четвёртого уровня, то даже представлять не хочу, как выглядит сотый.

Проклятый Кетцаль взирал на нас с высоты более тридцати метров, словно разгневанное божество на муравьёв. Массивные чёрные крылья колыхались, словно маня нас в зияющую пасть, а жирные чёрные капли чистой порчи капали зловонным дождём, от которого кожа покрывалась мурашками.

А внутри меня что-то дёрнулось в ответ на прикосновение этой гадости, моя порча откликнулась на родственную силу.

— Стрелки, фаза огня! — крикнул я, стряхнув оцепенение ужаса. Подкрепляя свои слова действием, натянул одну из стрел и выстрелил почти не целясь. По такой колоссальной туше трудно промахнуться, всё равно как по сараю с пяти метров.

Мой крик оторвал остальных от созерцания чудовищного монстра, стрелки присоединились к залпу. Я выпустил оставшиеся стрелы, затем использовал Быстрый выстрел, чтобы достать ещё четыре. Радовало то, что атаки наносили полный урон Проклятому Кетцалю, а не как с тем гигантским слизнем.

Его здоровье снижалось быстрее. С одной стороны, такой расклад обнадёживал, с другой — сложно отделаться от мысли, что гигантская змея может компенсировать это более мощными атаками.

Ответ получил, когда тварь издала такой глубокий и мощный звук, что он отдался в груди и заставил ноги задрожать от резонанса. Затем голова размером с легковушку с поразительной скоростью метнулась вниз.

Прямо на меня.

Выругался и активировал Рывок гончей, метнувшись вперёд от опускающейся пасти. Но она последовала за мной, моментально изменив траекторию и снова издав тот же рокот. Стало ясно, мне не убежать даже на максимальной скорости.

В последнюю секунду применил Перекат с выстрелом в сторону Юлиана, сбив его с ног и избежав удара огромной головы как раз в тот момент, когда она с такой силой врезалась в землю, что та содрогнулась.

Я поднял жреца на ноги и отскочил на приличное расстояние на случай, если змея продолжит охоту именно за мной. Не хотел, чтобы кто-то ещё попал под раздачу.

Тем временем массивные кольца змеи, всё ещё обвивавшие ветви, начали извиваться, скользя к земле. Четыре пары тяжёлых крыльев мощно взмахнули, облегчая ей спуск.

Когда массивное тело монстра наконец шлёпнулось вниз, земля вновь содрогнулась с такой силой, что тварь сбила с ног даже саму себя.

Проклятый Кетцаль снова загрохотал, выгибая шею в классическую позицию для удара, и снова нацелился на меня. Я наконец понял! Гигант повторял одно слово, настолько громкое, глубокое и резонирующее, что его скорее можно почувствовать, чем услышать.

— МОЁ!!!

Челюсти снова раскрылись, голова резко метнулась ко мне. Я даже не успел выстрелить, пришлось прыгать в сторону, используя всё тот же Перекат с выстрелом. Челюсть змеи задела меня и отправила в полёт метра на три, где я и рухнул плашмя, еле удержав лук в руках.

Блин, у монстра реально на меня приоритет! Его что, приманивает порча?

Очень, очень надеялся, что это временный эффект. Не хотелось играть в догонялки с каждым проклятым боссом до конца жизни. Я не танк, чёрт возьми!

Повинуясь импульсу, вскочил на ноги и прыгнул на шею пролетающей мимо змеи, вонзив глефу между двумя толстыми чешуйками. Широкое длинное лезвие вошло так глубоко, что оружие застряло. Меня сбило с ног, но я развернулся, уперевшись ногами в шкуру чудовища, и вцепился в рукоять изо всех сил.

Через несколько секунд, восстановив равновесие, зацепился ногой за древко глефы и снова отстегнул лук, выпуская стрелы в змею почти в упор.

Но вскоре мне пришлось снова вцепиться в древко свободной рукой, когда тварь резко встала на дыбы, поднялась на десятки метров вверх и начала яростно извиваться, пытаясь схватить меня зубами. К счастью, я находился слишком близко к её голове, и челюсти змеюки бессильно клацали буквально в полуметре от моего лица.

Хотя зрелище огромных зубов, с лязгом захлопывающихся и обдающих чёрной слюной, в итоге заставило меня обгадиться. Правда, я этого даже не заметил, полностью сосредоточившись на том, чтобы одновременно держаться за глефу и не выпустить лук.

Прошла целая вечность… Хотя, скорее всего, меньше минуты. Проклятый Кетцаль зашипел на меня, затем резко развернулся и устремился вниз, к Стеларии, стоявшей на безопасном расстоянии.

Наконец вырвав глефу, я отскочил от опускающейся головы, надеясь отвлечь гигантского монстра обратно на себя. Ноги больно впечатались в землю и, пролетев метров шесть, едва удержался на ногах, развернувшись для нового залпа стрел.

Стелария закричала, когда челюсти сомкнулись вокруг неё, но крик тут же оборвался, превратившись в бульканье. Гибельные клыки, длинные, как ножи, вонзились ей в плечо и бедро, впрыскивая яд. Кожа тут же почернела, а вены пугающе вздулись.

Она обмякла и рухнула на землю.

Владис беззвучно заорал, но, что его красит, не бросился к возлюбленной, доверил работу целителям.

Вместо этого пробежал по телу змеи и использовал способность Вызов, хотя никто не знал, сработает ли она на таком монстре.

Я искренне удивился, когда Проклятый Кетцаль резко обернулся, оторвавшись от торжествующего осмотра распростёртого на земле тела Стеларии, и двинулся к главному танку.

Перед лицом этого натиска танк укрылся за щитом и активировал все доступные ему защитные способности.

Быстрый выстрел перезарядился, и я воспользовался этим, всадив стрелы в огромный маслянисто-чёрный глаз монстра, когда тот пролетал мимо. Все попадания оказались критическими. В интерфейсе появился эффект Ослепление, снижающий точность на 50% на десять секунд и на 100% для всех целей слева от него.

Уже лучше, чем ничего.

Здоровье твари упало до 71%, на змее висело несколько заклинаний подавления, замедляя и снижая его характеристики, но особого эффекта не я не заметил. Кетцаль обрушил свою башку на Владиса, словно молотом припечатав здоровяка к земле с такой силой, что ноги того ушли в грунт по щиколотку.

Но танк каким-то чудом выдержал невероятный вес, подняв щит над головой. Когда гигантская змея попыталась его укусить, он уклонился и обрушил меч на нос чудовища. Проклятый Кетцаль издал ещё одно оглушительное шипение и развернулся для новой атаки, а Владис приготовился выдержать следующий удар.

Здоровье босса упало до 66%. Он резко взмыл на пятнадцатиметровую высоту, яростно хлопая четырьмя парами крыльев и поднимая настоящий ураган. Рёв перешёл в нечто запредельное. Ветер сбил меня с ног, ослепляя пылью, грязью и обломками. Видимость сократилась до трёх метров.

А потом стало ещё хуже: факелы погасли.

Благодаря Ночному зрению я едва различал в темноте извивы угольно-чёрного тела змеи. Стиснув зубы, поднялся и продолжил стрельбу, ожидая окончания способности Штормкрыльев.

В клубящейся темноте мелькали вспышки света от заклинаний, и я бегло просмотрел аналитику рейда. Никто не находился в критическом состоянии. К моему облегчению, Стелария полностью восстановилась, хотя с эффект Слабость от змеиного яда продлится ещё минут тридцать.

Шторм крыльев наконец утих, пыль начала оседать, но в кромешной тьме мало что можно было разглядеть.

— Свет!

Юрий ответил мне действием, разбросав огненные сферы, дающие достаточно освещения, чтобы подобрать упавшие факелы и заново их зажечь.

Инстинктивно бросился к Владису, который наклонился, чтобы зажечь факел от тлеющего костра мага, но на этот раз среагировал слишком медленно и впервые в этом бою оказался в центре атаки. Клык, длинный, как кинжал, вонзился мне в бок.

Онемение тут же охватило живот, затем ослепила резкая боль, и вновь разлилось онемение. Физически почувствовал, как яд вливается в организм и резонирует с Порчей внутри. Глаза заволокло чернотой, и я осознал, что меня с силой отбросило в сторону.

Очнулся как раз вовремя уже в воздухе, чтобы хоть как-то сгруппироваться. Левая нога подвернулась под неприятным углом и с хрустом сломалась, когда я ударился о землю. Каким-то чудом мне всё же удалось удержать лук, возможно, потому, что сжимал его мёртвой хваткой.

Новая волна боли накрыла с головой, на этот раз ничто не притупляло её. Едва попытался подняться, на меня нахлынула темнота…

Глава 10

Очнулся я от ощущения тёплой волны, прокатившейся по телу. Знакомое покалывание целебной энергии показалось манной небесной. Карина, должно быть, применила Нейтрализацию яда. Умница! Всё тело ломило, как после трёхдневного запоя, а ноги не слушались. Попробовал встать и качнулся как пьяный. Яд ещё гулял по крови, хоть и не убивал больше.

Нога, которую прижало хвостом этого гада, зажила, спасибо магии, но ныла так, словно её молотком отбивали. По ощущениям, кость срослась криво, и на полное восстановление уйдут недели, если не месяцы. В прошлой жизни после такой травмы провалялся бы в больнице полгода.

Взглянул на поле боя, и сердце ушло в пятки.

Половина рейда валялась без сознания. Тела разбросаны по поляне как после артобстрела, некоторые даже не шевелятся. Интерфейс показывал, что живы все, но накопленная усталость от ядовитых укусов и ранений свалила их с ног.

Владис стоял щитом между Проклятым Кетцалем и нашими целителями, Кариной с Харальдом, которые из последних сил поддерживали танка на плаву. Чёрная гниль лилась с крыльев змея дождём, и всех троих выворачивало наизнанку. Зараза замедляла, ослабляла, убивала медленно, но верно.

Лили пока стояла на ногах, одна из немногих. Стрелы сыпались из её лука без перерыва, красивое лицо окаменело от концентрации. Несколько клинков из рейда рубили крылатого гада в ближнем бою, но толку было мало: кожа у твари не уступала танковой броне.

Проверил интерфейс. У босса оставалось 23% здоровья.

Мысленно дал себе тумака, заставляя подняться, и достал Железный лук. Руки тряслись от остаточного действия яда, хорошо, что не ближний бой.

Когда начал натягивать тетиву, мышцы свело болью, но мне это удалось. Взял на прицел глаз чудовища, самое уязвимое место у любой рептилии, и выстрелил. Стрела вонзилась глубоко, и змей взвыл от боли.

План был простой: сначала Стрела Пустоты, чтобы снизить точность атак на 10% и дать Владису передышку, потом Быстрый выстрел. Постараюсь засыпать мразь стрелами, пока не сдохнет. Перекат с выстрелом оставлю для маневрирования, если что.

— Моё!! — взревел монстр человеческим голосом.

Вот дерьмо! Такое говорят только разумные твари, а они в разы опаснее обычных животных. Кетцаль рванул к Лили, наконец сообразив, что она и есть основной источник урона. Умная сволочь!

Лили отскочила в сторону с грацией балерины, но я видел, она тоже на пределе. Пот ручьями стекал по её лицу, дыхание сбилось. Впервые за всё время увидел, что она по-настоящему выдохлась.

С угрожающим шипением босс взмыл в воздух на четырёх крыльях, размах метров двадцать, не меньше. Видимо, набирал высоту для пике. Классическая тактика хищных птиц, только эта «птичка» весила тонн пять, и могла раздавить человека одним ударом.

Пока змей гонялся за Лили, остальные могли лишь беспомощно отстреливаться. Мы с Кариной продолжали засыпать его стрелами и ледяными иглами, но урон был слабым. Броня ещё та!

Здоровья у босса оставалось уже 10%. Почти добили!

Лили удалось увернуться от скользящего удара массивного хвоста, но едва-едва. Щит Харальда мерцал вокруг неё синим светом, блокируя часть урона. Она перекувыркнулась в воздухе и приземлилась на ноги, как кошка, тут же выпустив новую порцию стрел.

Боги, как же она красива в бою! Смертельно красива!

Тут интерфейс мигнул красным. Опасность! Резко повернулся туда, где сражались клинки. Эйнар лежал придавленный хвостом змея, вокруг него растекалась чёрная жижа, а полоска здоровья таяла на глазах. Остальные бойцы пытались его вытащить, но тварь прижала крепко.

— Карина! — рявкнул я, указывая пальцем.

Она мгновенно поняла начала творить исцеляющее заклинание. Отлично, соображает быстро.

Кетцаль тем временем распахнул пасть, преследуя Лили. Зубы как сабли, а глотка чёрная, словно портал в ад. Аспид явно намеревался проглотить её целиком. В прошлой жизни я насмотрелся документальных фильмов, где анаконды точно также заглатывают крокодилов.

Сейчас Лили выкладывалась по-настоящему: пот градом, лицо перекошено от напряжения, но держалась. Скорость у неё обычно как у гепарда, но даже гепарды имеют свойство уставать.

Попробовал Искру для отвлечения… Не прокатило. Оставалось только долбить урон. Пустил Взрывную стрелу по земле рядом с тварью, авось споткнётся от сотрясения.

А вот это сработало! Гигантский змей с грохотом врезался мордой в землю, но его кольца обвились вокруг Лили, заперев её в стальных объятиях. Змеиная голова поднялась, глаза горели торжеством. Тварь радовалась, что поймала добычу.

— Убей его! — заорал я, голос сорвался от напряжения. — Фаза горения! Всё что есть!

Все способности в ход, весь урон сейчас или никогда!

Лили попыталась перепрыгнуть через сжимающиеся кольца, но змеиная голова преградила путь и ударила её по спине. Кунида в отчаянии выхватила боевой нож и вонзила его в шкуру твари, проворачивая лезвие. Монстр сдавливал её всё сильнее, и я видел, как молочно-бледная кожа начала синеть от удушья.

1% здоровья у босса. Остались секунды, не больше.

Защитные барьеры мерцали вокруг Лили, исцеление лилось на неё потоком, но кольца сжимались неумолимо. Весь рейд бил в змея всем, что у кого было: стрелы, заклинания, клинки. Я выпускал стрелу за стрелой, пальцы кровоточили от тетивы…

И тут Лили обмякла. Голова упала на бок, глаза закрылись. Последний хриплый выдох — и тишина.

Сердце её остановилось. Всё остановилось.

В следующую секунду колоссальная тварь забилась в конвульсиях. Крылья молотили по земле, кольца ослабли, и змей рухнул замертво.

Интерфейс выдал сообщение:

Поздравляем, вы победили рейдового босса Проклятого Кетцаля! Получен опыт, 50 000 единиц.

Выполнено ⅗ для достижения 'Защитник Бастиона: Убить 5 монстров рейдового уровня.

Получены трофеи: Радужное оперение ×4, Голова крылатого змея ×1, Мерцающая чешуя ×6.

Задание обновилось.

Последняя Песнь: положить конец страданиям Осквернённой Дриады. Госпожа Лорея умоляет вас уничтожить Белого Исполина в руинах Светолесья. Вы убили чудовище, оскверняющее великое древо, ужасного Проклятого Кетцаля. Цель открыта.

Плевать интерфейс! Я бросился к Лили, разгребая безжизненные кольца. Пальцы нащупали пульс на шее. Слабый, но есть! Грудь поднималась и опускалась. Дышит!

Задыхаясь от облегчения, поднял её на руки. Плевать на слабость в ногах, плевать на боль, главное — она жива, и это единственное, что важно.

Отнёс Лили на чистое место, подальше от чёрной гнили, разлитой по лугу.

Целители ходили среди раненых, проверяли пульс, приводили в чувство кого могли. Я сел, положил голову невесты себе на колени, гладил по горящему лбу. Всё тело ломило, нога пульсировала болью, в груди першило от ядовитых испарений.

Хуже всего, что Порча никуда не делась. Интерфейс предупреждал, что осталось семь часов. Если не доберёмся до Белого Исполина до рассвета, всё это зря.

Минуты тянулись часами. Остальные участники рейда постепенно приходили в себя, собирались вокруг, отдыхали после жестокой схватки. И наконец-то, наконец-то глаза Лили распахнулись! Она посмотрела на меня мутным взглядом.

— Ты всё ещё жив! — прошептала она с облегчением.

Обнял её крепко, вдыхая запах волос.

— Только что хотел сказать то же самое.

Юлиан прочистил горло, скривился и схватился за бок. Видимо, рёбрам досталось изрядно.

— Надо обыскать босса, — сказал старый жрец, морщась от боли. — Может, найдём что-то полезное для битвы с Белым Исполином.

Лили кивнула и вскочила на ноги, слегка покачнувшись. Единственная из всего рейда, кого не укусили, значит, у неё нет никакого проклятья Слабость. Везунчик!

Я проверил интерфейс и расхохотался, с трудом поднимаясь на подкашивающиеся ноги.

— Что? — резко спросил жрец. — Что-то смешное?

Успокоившись, обнял невесту за плечи.

— Аналитика показывает, что Лили возглавила список урона в этом бою. На один процент обогнала меня.

Товарищи усмехнулись. Эйнар поклонился девушке:

— Это пари я с радостью проиграю.

Я поковылял к ближайшему кольцу мёртвого змея. Время обыскать тварь, может, что-то стоящее выпадет? В старых добрых ММО из прошлой жизни боссы всегда дропали лучшее снаряжение.

Помимо кучи реагентов, материалов и прочего хлама Проклятый Кетцаль выдал два предмета добротного качества и пять особо удачных. Для рейдового босса это просто офигенный лут.

Добротные предметы: Сапоги старейшины Даскенейна 44-го уровня и Шлем Последней битвы того же уровня. Сапоги кожаные, дают +10 к телосложению, +50 к рейтингу брони и барьер Песчаный щит, который блокирует урон, перезарядка 5 минут.

Естественно, как только достигну следующего уровня, надену их сам. Но ещё больше хочется, чтобы их получила Лили, с таким снаряжением она будет в куда большей безопасности. Не хочется больше видеть, как её душат змеиные кольца.

Шлем Последней битвы пластинчатый, танковские характеристики. Ему прямая дорога к Владису, когда тот достигнет нужного уровня. Без активной способности, зато с хорошей пассивкой: любой удар по голове, который мог бы оглушить, сбить с толку или вырубить, с вероятностью 20% вместо этого увеличивает рейтинг брони на 10 минут.

Пять особо удачных предметы разделили между магами и клинками поровну. Но больше всего заинтересовали кожаные наручи 43-го уровня. Они давали +7 к ловкости и бонус к способности 10-го уровня владельца.

Всем было любопытно, что это даст, но надеть их мог только я. И обнаружил, что мой Быстрый выстрел теперь выпускает пять стрел вместо четырёх, а скорость дополнительной стрелы увеличена на 50%.

Заметное усиление урона. В бою против дерева пригодится.

Из остальных предметов Харальду достались одеяния с дополнительной защитой от сокрушительных атак и ускорением восстановления маны, плюс перчатки, увеличивающие скорость заклинаний и их урон.

Возник спор, можем ли мы оставить предметы себе или обязаны сдать в гильдию. В итоге решили, используем в предстоящем бою, а потом разберёмся.

Я проверил запас маны и оглядел рейд.

— Ладно, уничтожение Белого Исполина станет долгой и утомительной процедурой, — в памяти всплыли характеристики цели. — У него чудовищный запас здоровья и снижение урона, но кроме волн миньонов особой опасности он не представляет. Предлагаю начать прямо сейчас. Пусть атакующие маги выжгут всю ману, а потом четыре часа поспим. Целители и саппорт работают посменно: один лечит, пока не кончится мана, потом ложится спать.

Корвин поморщился — у него висело три стака проклятья Слабость, и удивительно, что он ещё держался на ногах.

— Может, хотя бы дождёмся, когда спадёт проклятье? — предложил он.

У большинства осталось минут десять до снятия дебаффа. Что ж, разумное предложение. Все уселись, достали еду и воду, справили нужду, проверили снаряжение. Мы с Лили пересчитали стрелы. Их сотни, но з против дерева спустим все до единой, особенно если не сможем их подбирать, как с этим проклятым кетцалем.

Через пятнадцать минут двинулись к дереву.

Глава 11

— За леди Лорею! — торжественно провозгласила Карина, когда мы приблизились к цели. — Избавим несчастную от тысячелетнего проклятия и положим конец её страданиям!

Сердце ёкнуло. Вот она, цель всего безумия. Тысяча лет мучений! Даже представить страшно, что творилось в голове несчастной дриады долгие столетия.

— И за Артёма! — с яростью добавила Лили.

Мы подошли к Белому Исполину и без лишних слов и церемоний атаковали.

В обычной ситуации я бы почувствовал себя идиотом, стреляя по гигантскому мёртвому дереву, но это дерево… Господи, какая же это мерзость! Ствол буквально пузырился от гнили, по коре ползли тёмные потёки, от него исходил такой смрад разложения, что хотелось зажать нос. Отвратный запах, как будто кто-то взорвал морг посреди болота, нагло лез в лёгкие.

Я целился в глубокую трещину в стволе, логично предположив, что там самое уязвимое место. Хотя, честно говоря, не особо понимал, какой урон наносят мои стрелы этой громадине.

Но урон они всё же наносили, пусть и очень медленно, как капля точит камень. Зато теперь я мог оценить мощь новых наручей, разница в уроне была заметна даже для меня.

Примерно через минуту сосредоточенной стрельбы здоровье дерева упало со 100% до 99%. И тут из глубокой трещины появилось такое, отчего у меня мурашки побежали по коже.

Человекоподобная фигура, явно рождённая чёрной порчей, неуклюже вылезла из ствола. Она представляла собой идеальную копию сумеречного эльфа: красивые черты лица, длинные уши, но с головы до ног покрытую гнилостной чернотой, как будто кто-то окунул произведение искусства в дёготь.

Глаз определил его как

Падший Чемпион: Дуэлянт. Монстр рейдового уровня. Атаки: Костяной Коготь, Скрежет, Жуткая Маска, Пинок, Удар, Захват, Удушение, Распространение Порчи, Иссушающее Проклятие.

Добрые боги! Неужели это один из тех, кто когда-то защищал Светолесье, воскрешённый силой проклятия и превращённый в стража древа против своей воли?

Ком подкатил к горлу. Возможно, меня ждёт такая же участь, если не найду способ остановить свою Порчу. Стану таким же монстром, на меня начнут охотиться…

Отбросил страшные мысли, сейчас не время для самокопания.

— Дальний бой, на подходе! — крикнул команде, быстро анализируя информацию. — У существа нет способностей к скорости, так что можно его водить за нос! Ближний бой, держитесь подальше, лучше не лезть к этой дряни, если можно избежать!

Хорошая новость, что у нежити нет умений для быстрого сближения. Плохая же состоит в том, что его набор атак в рукопашке превратит любого из нас в фарш. Удушение, Захват — классические приёмы убийцы. А Распространение Порчи… От одной мысли о том, что эта зараза может перекинуться на остальных, мороз продрал по коже.

Мы с Лили плавно переключились на осквернённую нежить, Харальд и Ярослав сделали то же самое. По силе он примерно приравнивался к одному из Скверноцветов или крупной змее, а с ними мы уже справлялись, даже работая только стрелками.

Победили нежить довольно быстро. Порадовало то, что за неё давался опыт, и даже выпал трофей. Хотя вряд ли кто-либо из нас решится взять то, что несла осквернённая нежить, уж слишком велик риск заражения. Тем не менее это означало, что мы могли получить много опыта в этом бою, в зависимости от того, сколько монстров рейдового рейтинга ещё появится.

Мы снова переключились на дерево, вскоре снизив его жизненную силу до 98%.

На этот раз из ствола вырвалась нежить-маг земли, сотрясая почву и запуская в нас каменные снаряды, летящие со скоростью пуль. Снова ничего, с чем мы не справились бы, хотя Юлиану несколько раз пришлось ставить барьеры, когда камни летели слишком точно.

Такая закономерность сохранялась на протяжении первых 10% здоровья дерева: один процент — один монстр. Каждый из них имел свой класс: танк, боец ближнего или дальнего боя, целитель или поддержка. Некоторых оказалось до смешного легко убить, особенно лучников без прикрытия.

Но на 90% древо начало порождать с каждым процентом урона по два Падших Чемпиона, и всегда разных классов. Тут я прикинул цифры, и они получались весьма неприятные.

При 10% здоровья дерево породит уже 10 таких тварей за раз. Причём нежить не имела снаряжения, поэтому заклинателям приходилось полагаться только на способности, а остальные вообще дрались голыми руками. С одной стороны это упрощало дело, с другой же большинство из них можно было просто водить по кругу, не убивая.

Но по мере продолжения боя сражение обещало стать всё более ожесточённым, и нам понадобится контроль толпы, когда количество тварей выйдет из-под контроля.

Мысленно я ругался на чём свет стоит. Этот бой оказался, возможно, самым неподходящим из всех, с которыми мы могли столкнуться прямо сейчас. В идеале рейд должен бы потратить на это несколько дней, достаточно отдыхая между боями и планируя, как подбирать каждую новую группу приспешников.

Но времени у меня оставалось в обрез, что заставляло торопиться, хотя каждая клетка кричала «Не спеши, не наделай глупостей!»

Семь часов — целая вечность против обычного босса, но если учесть, что каждый 1% урона требует минуты сосредоточенных усилий, а потом последуют всё более сложные сражения с подкреплением… Может быть, я поставил перед собой невыполнимую задачу?

После того, как мы убили первых двух Падших Чемпионов, я объявил передышку. Мы просидели в напряжённом ожидании пять минут, пока не убедились, что приспешники появляются только тогда, когда дерево получает урон.

По крайней мере мы могли контролировать темп боя.

— Заклинатели, отдыхайте, — велел я. — Все, кроме Стеларии и Ванессы, у них ещё прилично маны. Пока танки сами справятся с лёгкими боями, нанося физический урон. Будем долбить дерево, а потом, если понадобится, остановимся и дадим вам четыре часа на восстановление маны перед финальным рывком.

Вампирша изогнула бровь:

— Ты хочешь, чтобы я потратила всю ману и заснула, когда рейд вот-вот столкнётся с наибольшим количеством врагов и будет больше всего во мне нуждаться?

— Всего на часок-другой, — заверил я её. — А потом проснёшься отдохнувшей и готовой к самым тяжёлым боям. Поверь, лучше сейчас поспать пару часов, чем потом сражаться при пустых запасах.

Ей не нашлось чем возразить на мою железную логику. В старых добрых ММО из прошлой жизни такая тактика называлась «консервация ресурсов». Лучше временно ослабить группу, зато к решающему моменту подойти в полной боеготовности.

Рейд разделился. Заклинатели отступили на край луга, чтобы поспать, а остальные вернулись к работе. Сплошная рутина: долбили неподвижную цель, потом останавливались, чтобы разобраться с приспешниками.

Два противника оказались ненамного сложнее одного, если не считать заклинателей, которые иногда накладывали болезненные проклятия. В конце концов Стеллария применила к большинству из нас Восстановление, постепенно исцеляя лёгкие раны.

С тремя, при 80% здоровья дерева и ниже, нам приходилось просто больше маневрировать. При 70% и четырёх противниках дерево всегда выпускало одного целителя и одного атакующего заклинателя. Приходилось сначала кидаться на целителя, чтобы он не лечил заклинателя, одновременно уводя остальных.

Тут здорово помогал Тройной выстрел Лили, поражая сразу нескольких врагов. Целитель из нежити рассеивал внимание и не мог сосредоточиться на поддержании заклинателя. Не будь у моей невесты этой способности, мы получили бы весьма болезненный урон, прежде чем смогли бы уничтожить главную угрозу.

При 60% с пятью противниками игра начала становиться более хаотичной: иногда выпадало два целителя, два заклинателя или два представителя других классов ближнего боя. Два целителя — настоящая головная боль, потому что на убийство заклинателя уходило больше времени. А два заклинателя так вообще просто кошмар!

Владису пришлось сражаться с осквернённой нежитью, выдерживая заклинания на своём щите и изо всех сил стараясь избежать рукопашного боя. В итоге он получил Иссушающее Проклятие и Распространение Порчи. Эффекты оказались несмертельными, но накапливали ослабления, длившиеся целый час. Проклятие ослабляло его физически, а Порча наносила медленный урон с течением времени.

Стало ясно, если он продолжит сражаться с нежитью, то в конце концов ослабления возьмут своё: танк станет слишком слаб для удержания позиций, а целителям будет трудно поддерживать его из-за постоянного урона.

Знакомая ситуация, в рейдах ММО такое случалось постоянно. Очевидно, танкам придётся сменяться, а также пришло время привлечь к ближнему бою часть бойцов.

На 51% я дал приказ прекратить атаки. Ванесса и Стеллария отправились спать. Некоторые тоже завалились на несколько часов, кто-то занялся починкой снаряжения, собиранием стрел или готовкой плотного обеда.

Когда у нас оставалось около трёх часов, и сквозь туман на луг начал пробиваться слабый рассветный свет, заклинатели проснулись. Наспех позавтракав, мы проверили снаряжение и приготовились к решающему броску.

Время поджимало, сдавливая мою шею удавкой. Чтобы полностью уничтожить дерево, потребуется почти целый час, и это без учёта приспешников, которые займут ещё больше времени. Оставалось меньше трёх часов до того момента, когда Порча окончательно сожрёт меня изнутри.

Есть один способ успеть, и для этого придётся снова положиться на Лили.

— Лили, — сказал я, — твоя задача — отвлекать приспешников.

Она решительно кивнула:

— Хорошо.

Я покачал головой и посмотрел на остальных участников рейда:

— Постарайся сохранить урон для дерева, целителей и заклинателей.

Девушка-кролик мгновенно поняла суть и сглотнула.

— Ясно. Нет времени убивать всех приспешников, — сказала она, — только опасных. Мне придётся отвлекать на себя всё больше и больше тварей, которые не умеют колдовать, по мере продолжения боя.

Да, дело обстояло именно так. В конце концов она окажется во главе целой орды нежити, сотен рейдовых монстров. Какого же труда ей будет стоить удерживать их на расстоянии от рейда, одновременно подбирая каждую новую группу появляющихся приспешников!

— Не прямо сейчас, — заверил я её. — Пока у нас ещё есть время убивать приспешников. Но главная задача остаётся прежней: уничтожать заклинателей и долбить само дерево.

— А мой контроль толпы? — спросила Ванесса.

— Направь его на заклинателей, если их несколько, или целителей, если заклинателей нет. Если выведешь часть опасных тварей из боя, будет легче разобраться с остальными.

После смерти дерева и устранения основных угроз оставшиеся противники, которых можно водить за нос, станут живой мишенью для стрелков. Это огромное количество лёгкого опыта, а возможно, и неплохая добыча.

— Ещё одно, — сказал я Лили, которая мрачно и сосредоточенно готовилась к своей неблагодарной задаче. — Ты, конечно, можешь убежать практически от всего, но если появятся быстрые противники, которые смогут тебя догнать, сразу предупреждай, мы их разберём.

— Понятно, — она со свирепым выражением подняла лук. — Давай уничтожим эту дрянь и спасём тебя!

Кивнул и крепко обнял её. Лили дрожала, крепко прижимаясь ко мне, я чувствовал, как колотится её сердце. Но когда она отступила, лицо выглядело спокойным и сосредоточенным. Вот это и называется выдержкой.

Участники рейда снова сгруппировались в стороне от расщелины в дереве, что давало Лили достаточно места, чтобы подхватить осквернённую нежить при появлении, а также простор на обширном лугу для манёвров. Мы взяли с собой все стрелы и припасы; я предчувствовал, что понадобится всё.

По моему приказу мы обрушили шквал атак на древо, снизив его здоровье до 50%.

Из шести появившихся противников один был целителем, другой — атакующим заклинателем. Хуже всего, что среди них оказался Усилитель, который тут же начал накладывать положительные эффекты на остальных и активировал Восстановление на заклинателе, когда мы сосредоточились на нём.

Усиления Стелларии давали нам солидный прирост параметров. Если она усиливала шестерых бойцов, то по эффективности равнялась ещё одному полноценному участнику боя. К несчастью, когда осквернённая нежить накладывала такие же эффекты на своих союзников, они получали значительный прирост здоровья и защиты.

А его Восстановление было процентным, и медленное лечение со временем оказывало серьёзное влияние на ход боя.

Мы разделались с заклинателем, причиняющим урон, а Лили подхватила трёх приспешников для отвлечения, на бегу нацелившись на целителя и Усилителя. Я продолжал обстреливать целителя, приблизившись к Ванессе.

— Буду выбирать Усилителей приоритетными целями, — пробормотал я. — Считай их первоочередными для подавления.

Она кивнула, поморщившись:

— Точно! Они превращаются в настоящую головную боль.

Следующей группе приспешников, двум целителям и двум атакующим заклинателям, не повезло. Вампирша поймала по одному из каждого типа своими растительными заклинаниями, мы сосредоточились на свободном заклинателе, затем на целителе, после чего добили её пленников.

Теперь за Лили следовало пять дополнительных противников, но это не мешало ей наносить практически непрерывный урон основной цели.

К моменту достижения нами урона в 40% появлялись уже семь приспешников за раз, а Лили водила за собой десятки противников. Благодаря тому, что она забирала менее опасную нежить, а Ванесса умело подавляла оставшихся, бои проходили без сюрпризов. Бойцы ближнего боя всё это время наносили постоянный урон дереву.

Семь приспешников оказались ненамного сложнее шести, они имели в группе в среднем одного-двух заклинателей и обычно одного целителя. Иногда, если везло, попадался только один из каждого типа. Если не везло, то два заклинателя. Но когда на 30% приспешников стало восемь, в каждой группе нежити появились уже по два целителя и по два заклинателя, плюс всё чаще стали попадаться Усилители.

К этому моменту Лили водила за собой почти сотню противников, собрав их в огромную кучу и описывая широкие круги по лугу. Мне приходилось предупреждать её о появлении новых приспешников, чтобы она могла вовремя подбежать ближе и подхватить их.

В первой группе из восьми появились Подавитель и Усилитель, и я пересмотрел приоритеты, когда эта мерзкая нежить первым делом ослепила Ванессу. Теперь справляться с группой стало настоящим испытанием и пришлось изрядно потратить ману, которой у нас и так оставалось в обрез.

К тому моменту прошло уже больше часа. Рассвет сменился восходом солнца, и сквозь густой туман, окутывающий руины, стал пробиваться более яркий свет.

Бои становились всё ожесточённее, особенно когда на 20% с девятью приспешниками группировки стали чаще включать монстров с контролем, таких как Заклинательницы живых лоз, Суккубы, Ночные хвататели и Следопыты.

Я переключил приоритет Ванессы на подавление этих противников, потому что если кто-то из них доберётся до Лили, она мгновенно погибнет. Толпа из полутора сотен приспешников просто набросится на неё и разорвёт в клочья, после чего остальные участники рейда последуют за ней.

Вид огромной орды монстров рейдового ранга действовал устрашающе. Чёрная волна нежити, сплошным потоком движущаяся по лугу за одинокой фигуркой девушки-кролика, навевала ужас. Если бы кто-то из наблюдателей не знал контекста, подумал бы, что видит апокалипсис.

Мне пришлось также отозвать танков, заставив их меняться, чтобы ни один не получил слишком много накапливающихся проклятий. Владису и остальным приходилось постоянно лечиться от Распространения Порчи — проклятие действовало непрерывно и постепенно ослабляло их.

На 13% наконец-то появился приспешник со скоростным классом, основанным на выносливости и мобильности, способный догнать Лили. Номинально боевые качества у него оказались слабые.

И если бы только это был обычный противник! Но монстр рейдового ранга с невероятным количеством здоровья и урона в сочетании со скоростью…

Лили пришлось подвести толпу на опасно близкое расстояние к месту боя, чтобы Владис смог перехватить быстроногого. Она хромала, лицо заливала кровь, сочащаяся из раны на голове, и всё это несмотря на барьер, который поставил перед ней Харальд. Порез был неглубокий, больше пугал контраст между тёмной кровью и бледной кожей.

У меня свело желудок, но я заставил себя сосредоточиться. Сейчас нельзя отвлекаться!

На 10% появилась первая группа из десяти: два целителя, два атакующих заклинателя, Усилитель и Следопыт, который тут же применил Травящий Рывок на Лили, ринувшись к ней. Несмотря на это, я назвал Усилителя первой целью для Ванессы, а одного из заклинателей — второй.

Лили смогла уйти от атаки.

Целителям рейда, которые до этого могли наносить хотя бы скромный урон по дереву, пришлось полностью переключиться на лечение танков от Распространения Порчи, а также избавлять пострадавших от атакующих заклинаний. Урон по дереву начал замедляться.

А у меня оставалось чуть больше часа.

Спустя восемь изнурительных боёв за Лили следовало более двухсот пятидесяти тварей. Танкам постоянно требовалось лечение от Порчи, бойцы получали урон, который целители не могли полностью излечить или заблокировать барьерами, и все сосредоточились на выживании.

У дерева осталось всего каких-то 2%, но я уже не чаял пережить ещё одну атаку. Изо всех сил надеялся, что это станет последней волной, после чего жизнь Белого Исполина упадёт до 0%, и монстр погибнет.

К счастью, Лили выглядела так, будто могла носиться по лугу ещё несколько часов, что, возможно, ей и придётся делать, чтобы мы смогли уничтожить всех проклятых монстров после основного боя.

Появилась последняя группа противников. Хотя танки не могли рисковать и подойти слишком близко, так как уже еле держались на ногах от накопленных проклятий, они хотя бы провоцировали заклинателей, принимая удары на себя, пока группа работала на урон. К этому моменту мы выстроили чёткую систему и действовали как отлаженный механизм. И хотя количество лезущих на нас монстров превратило бой в мясорубку, Лили всё равно удалось подхватить пять дополнительных врагов. Ванесса удержала ещё двоих, и мы убили оставшихся трёх, прежде чем переключиться на её пленников.

В тот момент, когда на таймере оставалось полчаса, я указал на последний 1% жизни гигантского дерева.

— Валите его! — заорал я.

Рейд сосредоточился на Исполине, но все держались начеку. Вдруг после его гибели появится последняя группа приспешников? Мы обрушили на монстра всё, что у нас было, пока его здоровье наконец не упало до 0%.

Тут всё дерево застонало, затряслось, и с оглушительным треском по стволу начали расползаться трещины.

— Дьявол! Назад! — заорал я, активируя Рывок Гончей. — Все прочь от дерева!

Глава 12

Мы кинулись во все стороны, когда трещины добрались до веток Белого Исполина. Сначала захрустели тонкие, потом треск перешёл в грохот, и основные ветки начали обваливаться, как брёвна с лесовоза. Земля ходила под ногами так, что некоторых из ребят сшибло с ног.

Большинство бойцов инстинктивно отбежали подальше от дерева, но лёгкие ветки всё равно доставали, царапали, били по плечам. Могло быть и хуже.

Тут я заметил Стелларию. Она спокойно стояла на своём «безопасном» расстоянии, метрах в тридцати от ствола. Видимо, считала, что этого достаточно, но не учла одну мелочь: прямо над ней нависала ветка размером с телеграфный столб.

Девчонка размахивала руками, что-то кричала нашим, подбадривала, наверное, не понимая, что через секунду её прихлопнет, как муху.

Думать некогда, нужно действовать.

Рванул к ней. Не обращая внимания на удивлённый вскрик, подхватил её под мышки и выскочил из-под ветки, как из-под падающего крана. Хорошо ещё, что девчонка лёгкая, килограммов сорок с хвостиком.

Ветка рухнула так, будто кто-то просто кинул её. Вот только что она висела в воздухе, а через долю секунды уже лежала там, где мы только что стояли. Земля в очередной раз дрогнула, удар чуть не свалил меня с ног.

Но не тут-то было. Проклятая ветка краем хлестнула меня по спине, не сильно, но достаточно, чтобы я кувыркнулся. Инстинктивно прикрыл Стелларию собой, когда мы оба рухнули на землю. Плечо сразу заныло, видимо, неудачно приземлился.

Не обращая внимания на боль, тут же вскочил, помог ей подняться и, схватив за руку, потащил за собой.

— Бежим! Стоять здесь себе дороже!

Она не спорила, видимо, до неё наконец дошло, что натворила.

К счастью, никого серьёзно не покалечило. В конце концов мы отбежали на безопасное расстояние и остановились. Белый Исполин рассыпался на части, как карточный домик, от многовекового гиганта остались только обломки да воспоминания.

Ребята наконец могли перевести дух. Все, кроме Лили. Кунида, словно заведённая, всё ещё носилась по полю, увлекая за собой несколько сотен нежити.

И тут в поле зрения появилось знакомое окошко системы: Поздравляем! Убит рейдовый босс Белый Исполин из Светолесья! Получено 55 000 опыта.

Прогресс достижения «Герой Бастиона: убить пятерых рейдовых боссов». Четыре из пяти.

Лут: Ничего.

Да уж, с лутом не повезло. В старых добрых ММО из прошлой жизни хотя бы какие-то шмотки выпадали.

Ещё одно уведомление:

Квест завершён. «Последняя Песнь»: положить конец страданиям Осквернённой Дриады. Возвращайтесь к леди Лорее и доложите о выполнении.

Проигнорировав весь поток информации, я повернулся к стрелкам. В бою на дальней дистанции участвовали все, даже целители вроде Карины, у которой имелись кое-какие боевые заклинания.

— Ладно, ребята, — буркнул, кивнув в сторону толпы монстров. — Идём добивать эту заразу.

Юлиан с облегчением посмотрел на меня. Старик всегда переживал за команду больше, чем следовало бы священнику.

— Значит, порча прошла? — спросил он.

Чёрт!

Быстро проверил характеристики, и сердце ухнуло в пятки. Проклятая дрянь никуда не делась, таймер неумолимо отсчитывал оставшееся мне время, 26 минут до смерти. Убийство дерева его не остановило.

По моему ошарашенному виду все сразу поняли, что к чему, лица у людей вытянулись.

— Беги к дриаде, — сказала Карина. — Если есть хоть какой-то шанс, то только там. Мы поможем Лили разобраться с этими тварями.

Кивнул и рванул с поляны по разрушающейся тропе, активировав Рывок Гончей. Пока заряды не кончились, надо использовать каждую секунду.

К счастью, добрался до амфитеатра куда быстрее, чем когда мы спускались к Белому Исполину — не пришлось расчищать группы монстров или аккуратно их обходить. Я мог нестись на максимальной скорости, лишь мелькали мимо знакомые места битв да трупы убитых тварей.

Как же удивительны чудеса Светолесья, а я так и не смог толком ими полюбоваться! Может, потом, если останусь жив?

Лорея сидела на своём обычном месте в центре громадной мраморной сцены. При виде меня на лице у неё появилось выражение почти детского удивления. Чёрная гниль, въевшаяся в её тело, начала отступать. Правда, нанесённый ею урон никуда не делся. Почерневшие и сгнившие растения вокруг тоже постепенно оживали, гниль стекала с них и испарялась.

Зрелище обнадёживало.

Перелез через обвалившуюся стену и бросился перед дриадой на колени.

— Миледи! Вы исцеляетесь!

Она посмотрела на меня непонимающе каким-то отрешённым взглядом, будто из другого мира.

— Исцеляюсь? Милое дитя, от горя нет лекарства! Особенно от горя, отравленного чувством вины.

— Но ваше проклятое дерево уничтожено, Осквернённый Кетцаль мёртв!

Измождённая дриада посмотрела на свои руки, сгибая и разгибая потрескавшиеся одеревеневшие пальцы.

— Да, я чувствую. Яд покидает меня.

В углу зрения мигнуло новое уведомление:

Квест выполнен. «Последняя Песнь»: Прекратить страдания Осквернённой Дриады. Леди Лорея идёт на поправку, порча в Светолесье начинает отступать. Получено 250 000 опыта. Получен эффект Благословение весны.

Благословение весны? Это что ещё такое⁈ Быстро проверил характеристики и присвистнул от удивления.

Благословение весны: сопротивление ядам +10%, скорость восстановления здоровья +5%'. Очищает от яда Осквернённого Кетцаля.

С бешено колотящимся сердцем открыл окно статуса. Проклятая Порча исчезла! И правда, теперь, когда обратил на это внимание, почувствовал, как мерзкое ощущение гниения уходит из тела.

Выдохнул с такой силой, будто с груди свалилась плита. Исцелён! Буду жить! Вернусь к семье, к детям!

Иссохшие руки обняли меня, потрескавшиеся ладони погладили лицо и волосы. Прикосновение показалось удивительно нежным для того, как страшно выглядели эти покалеченные руки.

— Тише, тише, милое дитя. Теперь ты в безопасности. Ты у своей Древесной Матери, и здесь тебе никто не причинит вреда.

Никакой порчи в прикосновении не чувствовалось, поэтому позволил себе расслабиться в её объятиях, заодно внимательнее изучил Благословение весны.

Судя по всему, эффект постоянный, никаких ограничений по времени.

Дьявол, да это же с лихвой компенсирует отсутствие лута с босса! Постоянный положительный эффект за квест? Такого и в лучших играх не дают! Интересно, есть ли ещё подобные награды? Если да, то можно накопить такие бонусы, что стану настоящим зверем задолго до максимального уровня.

Получен эффект Замеченный 3.

Да что за напасть-то такая⁈ Раньше получал эти «Замеченные» только когда делал что-то неординарное: улучшал способности или предметы не по стандарту, заставляя богов или тех, кто следит за балансом мира, вмешаться и подкорректировать мои «нововведения».

С другой стороны, логично, что, оказав серьёзную услугу полубогине, я привлёк к себе внимание. И, честно говоря, лучше уж получить Замеченного за помощь Лорее, чем за то, что в битве использовал легендарный сундук как таран.

Хотя радоваться особо нечему. До сих пор Замеченный в основном создавал проблемы. Были, правда, приятные исключения: помощь от Лигеи Розоцветной, например, не говоря уже о потрясающем сексе, или содействие Карины в гибели Фендала. Возможно, священник Фёдор на рыцарских судах проголосовал в мою пользу именно из-за этого, когда голоса лордов-судей разделились поровну.

И всё же сколько ещё проблем свалится на мою голову с новым уровнем Замеченного? Никогда не спрашивал у Мии, что означают эти уровни, насколько они высоки, и что нужно сделать, чтобы получить следующий.

Придётся разобраться с этим, когда вернусь к Ирен, если богиня вообще согласится отвечать на такие вопросы.

Впрочем, сейчас не время об этом думать, команда сражается с сотнями монстров без меня.

Осторожно высвободился из объятий Лореи, преодолевая её попытки снова притянуть меня к груди.

— Простите, миледи, но мне нужно вернуться к товарищам. Мы обязательно навестим вас как только сможем.

В конце концов, остальным членам команды тоже нужно сдать квест.

Дриада рассеянно оглянулась вокруг.

— Хорошо, милое дитя. Беги поиграй с друзьями, и обязательно повеселитесь как следует. А потом расскажешь мне о своих приключениях, когда снова встретимся.

Она нежно улыбнулась, и на её изуродованном лице появилось что-то материнское и доброе.

— Мальчики в твоём возрасте всегда так преисполнены фантазиями! Каждый ручеёк для них логово кобольдов, каждый нависший берег — драконья пещера. Но если увидишь госпожу Элариэну, пожалуйста, попроси её прийти ко мне и рассказать о проделках маленькой Алании.

Я посмотрел на неё с недоумением. Кто такие Элариэна и Алания понятия не имел, но спорить с полубогиней, которая пребывает явно где-то между реальностью и воспоминаниями, не стал.

— Не уверен, что встречу её, — ответил осторожно. — Но если встречу, обязательно передам.

— Хороший мальчик!

Лорея плюнула на край своей рваной одежды и нежно вытерла мне щёку, причмокнув от одобрения.

— Ничто так не согревает моё сердце, как вид счастливого ребёнка, перепачканного после игры на чистой земле. Только не забудь вымыть руки и лицо перед едой, милое дитя. Не хочу, чтобы мама тебя ругала.

Кажется, освобождение от порчи позволило разуму частично Лореи исцелиться, и она инстинктивно обратилась к тёплым воспоминаниям, защищаясь от ужасов, свидетелем которых была все эти годы. Наверное, воспоминания о детях, которых когда-то растила и защищала, отогревали её душу.

— Спасибо, Древесная Мать, — сказал мягко. — Я скоро вернусь навестить вас.

Она улыбнулась, и её изуродованное лицо стало почти прекрасным.

— Тогда иди, дитя.

Активировал Рывок Гончей, перелез через обвалившуюся стену и помчался по тропе к долине. Туман начал рассеиваться, и солнце местами ярко освещало обветшалые руины, даря им новую жизнь.

Хотелось бы исследовать это место основательно, раскрыть все его секреты, но сначала нужно закончить зачистку и сделать всё возможное, чтобы помочь Лорее. В идеале хорошо бы убедить дриаду позволить отвести её к Лилее, которая, возможно, сможет полностью исцелить недуг.

Я нашёл свою команду на краю толпы нежити. Лили продолжала свой безумный забег, выпуская стрелы на каждом шагу. Остальные стрелки помогали ей добивать ближайших и самых быстрых, хотя им приходилось быть осторожными и не подходить слишком близко, чтобы не переключить внимание тварей с зайчихи на себя.

К тому же, поскольку Лили бегала огромными кругами, монстры, ближайшие к команде, постепенно смещались, пытаясь добраться до неё по прямой.

Сразу направился к своим ребятам, тем, кто старался держаться в тылу. На них всё ещё висели заряды Увядающегопроклятия и Распространяющейся порчи, и целителям приходилось постоянно их лечить, потому что здоровье медленно утекало.

— Идите к леди Лорее, — сказал им. — После сдачи квеста она даст вам сопротивление ядам, увеличит скорость восстановления здоровья и очистит от порчи Осквернённого Кетцаля.

Владис сплюнул в сторону.

— Хорошо бы снять с меня эту дрянь, но давать усиления в конце рейда — полная чушь. В большинстве боёв они были бы кстати раньше.

Я усмехнулся.

— Это не временное усиление, а постоянный эффект характеристик, — быстро описал им Благословение весны.

— Благословение Живы! — пробормотала Ванесса с благоговением в голосе. — Немногие могут похвастаться тем, что получили нечто подобное, кроме великих героев уровней на двадцать-тридцать выше нас, удостоенных внимания божеств!

С тревогой подумал о Стремительном, который превосходил Благословение весны и тоже являлся даром богини. Или, если уж на то пошло, о Замеченном 3, хотя даром это сложно назвать.

В любом случае теперь понятно, что найти подобные постоянные усиления легко не получится.

Поражённые пошли вверх по тропе, чтобы не только сдать квест, но и связаться с группой поддержки во главе команды, убедиться, что с ними всё в порядке, и пополнить припасы. Карина и Стеллария пошли с ними для лечения, а также потому, что целительница жаждала получить благословение Богини Весны.

Я присоединился к остальным в зачистке монстров: стрелял по самым раненым в толпе, помогал высматривать цели, поскольку видел полоски их здоровья. Мимоходом заметил, что заражённая лужа у подножия Белого Исполина постепенно очищается. Скверна исчезала и с болезненно-чёрных, ранее сочащихся дрянью кусков упавшего дерева, оставляя после себя обычную гнилую древесину.

Более того, осквернённые монстры тоже теряли свою порчу, превращаясь в иссохшие оболочки, прежде бывшие телами павших защитников Светолесья, которых нужно будет достойно похоронить.

Однако монстры, с которыми мы сражались, оставались осквернёнными, что лишь укрепило в нас решимость уничтожить их и искоренить остатки яда Проклятого Кетцаля.

Двести пятьдесят рейдовых монстров — не вам шутки. Чтобы убить их всех, потребовались часы беспощадной резни. Хотя это стало, по сути, настоящей бойней: нежить продолжала преследовать Лили, а мы лишь методично их добивали.

В то время, как осквернённые демоны проявляли чудеса неутомимости, кунида наконец начала сдавать. По её молочно-белой коже струился пот, дыхание стало затруднённым, и она даже немного спотыкалась во время бега.

Первый раз видел, чтобы Лили показывала признаки усталости, и решил побаловать её, когда битва закончится.

Она действительно стала звездой этого рейда.

С другой стороны, сотни монстров плюс бонусы за убийство боссов и выполнение квеста давали кучу опыта. К тому же все получили немало от остальных боёв в подземелье. Неудивительно, что Юлиан и Стеллария повысили уровень, а остальные сообщили о значительном прогрессе к следующему.

Когда последняя нежить пала, все вздохнули с облегчением и плюхнулись на землю. Лили безвольно лежала на спине, глядя на проясняющееся небо и жадно глотая ртом воздух.

Спустя некоторое время я поднялся и, еле держась на ногах, подошёл к невесте, упал рядом с ней и обнял. Она прижалась ко мне с неожиданной силой, обхватив моё лицо мягкими ладонями.

— Это правда? — спросила она, и большие серые глаза за очками в металлической оправе застыли в тревожном ожидании. — Теперь ты в порядке?

— Я в порядке, — сказал, нежно целуя её. — Порча исчезла, яд ушёл, никаких негативных эффектов.

— Слава Богине! — выдохнула она, осыпая меня поцелуями.

Я чувствовал, как она дрожит от облегчения, как слёзы, скатываясь по её щекам, капают мне на лицо. Но через мгновение Лили отстранилась и снова обеспокоенно посмотрела в глаза.

— И у тебя нет никаких остаточных проблем? Никаких болей, головных болей, тошноты?

Усмехнулся, зарывшись лицом в её серебристые волосы. Они пахли полевыми травами и порохом от стрел.

— Я в порядке. Хорошенько высплюсь, и буду как новенький.

Невеста расслабилась под моими заверениями и жалобно застонала.

— А теперь мы можем это сделать? Всё кончено, и мы наконец можем поспать, да?

— Можем поспать, — согласился с ней. — Хорошенько отдохнём, сколько потребуется, прежде чем закончим дела и уберёмся отсюда.

— Хорошо!

Она посмотрела на голубое небо над головой. Туман окончательно рассеялся, и древние руины купались в солнечном свете.

— Хотя теперь, когда туман ушёл, а порча отступает, я бы хотела поближе рассмотреть руины. Может, найдём записи, древние артефакты или какой-нибудь намёк на то, кем они были и как жили?

— Почти уверен, это сумеречные эльфы, — сказал я. — Теперь, когда у нас есть время, можем исследовать руины сколько угодно, и, возможно, Лорея ещё расскажет нам о них.

— Может быть.

Лили уткнулась лицом мне в грудь и устало рассмеялась.

— Хотя мы не можем тратить время на исследования. Триса родит примерно через неделю, и мы обязательно должны вернуться к тому времени.

Прекрасно понимал это и сам не мог дождаться возвращения домой. По правде говоря, с новым витком жизни появилось непреодолимое желание проводить как можно больше времени со своими детьми: с Глорией, Астерией, Максом, Анной, Милой и Радой, с моими прекрасными дочерьми и сыном, с этим чудом и благословением моей жизни.

Внезапно поразила мысль: я провёл в этом мире всего год с небольшим, а дома меня уже ждали шестеро детей, другие находились где-то ещё, и ещё больше на подходе. Отрезвляющее напоминание о том, что нужно вести себя осторожнее в приключениях, чтобы находиться рядом с ними.

Лили игриво ткнулась носом в мою шею.

— К тому же свадьба уже через пару недель, нам нужно вернуться домой и подготовиться к ней.

При этой мысли почувствовал прилив волнения.

Я собирался жениться сразу на семи потрясающих женщинах, и такая мысль казалась невероятной в самом прекрасном смысле этого слова.

Глава 13

Эйнар, немного отлежавшись, принялся обыскивать тела. Смотреть на это было противно. Карина и Юлиан скривились от отвращения, даже у меня свело челюсть.

Хуже всего то, что идиот тратил время впустую: мертвецы не имели при себе ничего стоящего. Что, в общем-то, неудивительно. Они провели в этом состоянии тысячи лет, любая одежда или предметы давно сгнили и рассыпались в труху.

Я потёр переносицу, чувствуя, как накатывает усталость. Как и всё остальное в этих руинах, перспективы с экипировкой оказались полным разочарованием. Хотя сокровищ мы добыли предостаточно, а Благоволение весны, чёрт возьми, это вообще лучший подарок. Не занимает слот и даёт бонус, который мы пока даже перерасти по уровню не можем.

В играх такие бонусы ценились на вес золота. В Валиноре то же самое.

Впрочем, не всё уничтожалось разрушительным воздействием времени.

— Смотрите на этот клад! — заорал Владис, копавшийся у основания упавшего дерева.

Он шарил там в поисках трофеев и, судя по возбуждённому тону, кое-что нашёл. Он, в отличие от некоторых, не тратил своего времени на мародёрство, а искал действительно полезные вещи.

Его крик мгновенно привлёк внимание всей группы. Мы толпой двинулись к Владису, оставив Эйнара в его бесполезных поисках.

Один из гигантских корней Белого Исполина, вырвавшись из земли при падении, образовал естественное укрытие. В образовавшейся нише стоял изящный резной сундук явно эльфийской работы, украшенный тонкими узорами, которые даже сейчас слабо мерцали магией.

— Предметы внутри целы! — взволнованно воскликнул Владис, приподнимая крышку. — Либо они зачарованы на сохранность, либо сам сундук защищал их все эти годы!

Мы столпились вокруг сундука. Внутри действительно лежала целая россыпь сокровищ: оружие, доспехи, амулеты. Вещи выглядели так, словно их только вчера отполировали и аккуратно уложили.

— Блин, да тут добычи больше, чем должно быть в рейдовом подземелье! — возбуждённо сказала Ванесса, наклонившись над сундуком так, что её чёрные волосы почти коснулись содержимого.

Лили кивнула, прищурив свои глаза: — Может, это компенсация за то, что я ничего не получила от уничтожения дерева? Или бонус за спасение Лореи?

— А я думал, что Благоволение весны и есть наша награда за тот бой, — заметил Харальд, глаза которого загорелись алчным блеском при виде сокровищ. — Да и обычные трофеи столько не дают.

— Неужели вмешалась Мия? — подумал, заглянув в сундук через плечо Владиса, и нахмурился, быстро оценивая содержимое.

Большая часть снаряжения была хорошего качества, уровень «добротный», пара предметов тянула на «мастерский». Но уровни варьировались от пятнадцатого до двадцать пятого. Для нас, качавшихся уже за тридцатку, большинство вещей были откровенно слабоваты.

Исключение составлял только один предмет, щит тридцать восьмого уровня под названием «Щит Великой Стойкости». Массивная вещь с рунами усиления, которая идеально подошла бы для танка.

— Не думаю, что это добыча с босса, — тихо сказал союзникам, разглядывая предметы. — Скорее всего, это всё, что осталось от личного снаряжения защитников Светолесья. Артефакты руин, которые не относятся к системе подземелий.

— Логично, — согласился Харальд, почесав бороду. — Проклятый Кетцаль добычу дал, а в уведомлении об убийстве Великого Ясеня прямо указывалось, что «добыча отсутствует».

Пока остальные принялись вытаскивать и перебирать кучу разного снаряжения, прикидывая его ценность, я задержался возле сундука. В одной из моих любимых игр лучшей наградой за прохождение подземелья Самоцветные пещеры являлась не добыча внутри легендарного сундука, а сам сундук. И я надеялся, что и здесь ситуация будет схожей.

Активировал Глаз Истины и внимательно осмотрел сундук. Мелькнула характерная рамка с описанием, и я едва сдержал довольную ухмылку.

Конечно же! Легендарный предмет с чарами консервации! Самый настоящий волшебный холодильник!

Отлично. В поместье Мирид как раз не хватает нормальной морозильной камеры, если, конечно, группа позволит мне его выкупить. Интересно, как именно работают чары консервации? Можно ли засунуть туда мороженое и достать его через неделю не растаявшим? Или положить свежеприготовленный обед и вынуть его спустя день таким же горячим и ароматным?

Прочь ассоциации с холодильником, это может быть куда круче!

Пока оставил сундук там, где он стоял, и присоединился к группе. Самое время сказать речь. Встретил взгляды всех участников рейда и серьёзные, и улыбающиеся, и усталые. Эти люди прошли через ад ради меня.

— Спасибо вам всем, друзья! — начал говорить, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но не слишком официально. — Вы совершили невозможное и тем самым спасли мне жизнь. Я никогда не забуду, как вы сражались изо всех сил ради меня.

Помолчал, думая о том, как близко к смерти нас всех привела моя импульсивность.

— Хотя в следующем рейде я намерен действовать более осторожно, не держа клинок над собственной головой, — добавил с грустной усмешкой.

Группа расслабленно засмеялась, и я почувствовал, как спадает напряжение последних суток. Ближайшие товарищи принялись хлопать меня по плечу и пожимать руку. Владис, Олег и Ярослав обняли по-братски, Ванесса и Карина чмокнули в щёку как старые друзья после удачного дела.

Позволил себе расслабиться и насладиться этими драгоценными моментами. В рейдах такое редкость. Обычно либо готовишься к бою, либо восстанавливаешься после него, либо планируешь следующий ход, а тут можно просто побыть с людьми, которые рискнули жизнью ради тебя.

Но всё же пришлось вернуться к реальности. Оглядел руины, разбросанные вокруг тела, уничтоженную растительность. Работы предстояло ещё много.

— Разобьём лагерь здесь до полудня, отпразнуем, отдохнём, заночуем — объявил отряду. — Потом соберём тела и с уважением отправим их последний путь.

Раздались стоны нескольких участников, перспектива возиться с сотнями трупов никого не воодушевляла. Понять их было можно. После такой мясорубки все мечтали только об отдыхе. Я успел заметить недовольные взгляды и поспешил предупредить возникшие вопросы.

Обратился к Карине и Юлиану, самым религиозным в нашей группе. Если кто и знает, как правильно поступить с останками, то только они.

— Предать огню трупы — будет достаточно? — спросил у них.

Они переглянулись и кивнули.

— Многие северные племена именно так и делают, — ответил Юлиан, поправляя свою жреческую мантию. — И, конечно же, боги понимают, что после такой масштабной битвы нужно учитывать состояние и возможности отряда. Намерение также важно, как и само действие.

— Значит, можем с уважением оставить мёртвых там, где они лежат? — встрял Эйнар с надеждой в голосе.

Я поймал несколько брезгливых взглядов и сам чуть не скривился. Парень явно не понимал, о чём идёт речь.

— Дело добровольное, никого заставлять помогать со сжиганием тел не стану, — сказал спокойно. Нужно правильно объяснить свою позицию. — Но, думаю, мы должны устроить им достойные похороны.

Помолчал, глядя на разбросанные по поляне останки древних защитников.

— Они были когда-то мирными людьми, Лорея их любила. Несчастные и так слишком долго страдали от проклятья и заслуживают большего, чем быть оставленными гнить или стать кормом для падальщиков.

Эйнар сгорбил плечи.

— Да я просто пошутил, — пробормотал он, избегая моего взгляда.

Я улыбнулся и оглядел группу. Настроение у всех заметно улучшилось; людям нравилось, когда есть план.

— А утром соберём добычу с убитых монстров, обыщем зачищенные области в поисках спрятанных сокровищ, закончим полную зачистку подземелья и проверим всё остальное на предмет ценностей, — я специально сделал паузу для эффекта. — Может, даже найдём ещё одного босса с хорошими трофеями.

Последнее замечание вызвало усталые, но искренние возгласы радости. Перспектива дополнительной добычи мотивирует лучше любых речей.

Похлопал по плечам ближайших товарищей.

— Ну же! — сказал в лёгком, почти дружеском тоне. — Всем нам тяжело дались эти двадцать четыре часа, так что давайте найдём время отдохнуть и восстановиться. Заслужили.

Мы проспали мёртвым сном почти десять часов подряд. Лично со мной такого давненько не случалось. Я развалился прямо на лугу, под открытым небом, как в детстве на даче, когда бабушка в жару выгоняла всех спать на веранду. Только вместо московской области фэнтезийный мир, а вместо комаров остаточные миазмы от проклятых тварей.

Хорошо, что обошлось без ночных кошмаров. После такой бойни и увиденного в руинах Светолесья любой нормальный человек заработал бы серьёзную травму. Но организм, видимо, решил просто отключиться и перезагрузиться, как комп после синего экрана.

Луг действительно преобразился, когда рассеялась вся эта мерзость. Солнце наконец пробилось сквозь тучи, и первые его лучи согрели лицо. Чёрт, как же я соскучился по нормальному свету! Проведя несколько дней в сырой мгле, где даже воздух пах гнилью и смертью, начинаешь ценить такие простые вещи, как тепло солнечных лучей на коже, как запах травы вместо вони трупного разложения.

Лили свернулась рядом калачиком. Обнял её покрепче, зарылся лицом в мягкие волосы. После всего пережитого такие моменты близости ценятся по-другому. Знать, что твоя девушка рядом живая и невредимая — это дороже любых артефактов.

Хотя и жалко было расставаться с теплом её тела, когда пришло время дежурить, но кто-то же должен следить за лагерем! Даже на безопасной территории расслабляться нельзя, мало ли какие твари могут пожаловать на запах крови.

Все немаги в команде вырубились также, как я. Это нормально, организм требует восстановления после такого стресса. У магов тут свои заморочки: им нужно пополнить ману, поэтому они медитировали или дремали урывками, зато потом могли спокойно заснуть и полноценно отдохнуть. В итоге все как следует выспались, что в рейде критически важно. Измотанная команда — мёртвая команда.

Когда все окончательно пришли в себя, я решил не экономить на еде. Достал всё лучшее, что у нас было, не только дающую бонусы пищу, но и просто вкусную. После таких испытаний люди заслужили нормальный пир, а не сухой паёк. Команда должна чувствовать, что их ценят.

Эффект появился сразу. За час настроение в группе изменилось кардинально, от угрюмой усталости до почти предвкушения. Люди начали шутить, обсуждать планы, кто-то уже прикидывал, сколько добычи нас ждёт. Вот что значит хорошо поесть в компании! Получше любой психотерапии!

Хотя, если честно, мне самому не терпелось закончить с этим подземельем. Все необобранные трупы, непроверенные коридоры, возможные тайные комнаты торчали занозой в голове. Любой геймер знает, такие вещи оставлять нельзя, они могут выстрелить в самый неподходящий момент. А уж возможность встретиться с финальным боссом в том подземном зале… Нет, мы обязательно туда вернёмся.

Хотелось закончить с подготовкой к похоронам поскорее, слишком долго бедолаги лежали без погребения. Но для костров нужны хорошие дрова, и обычные ветки не подойдут. Решил подняться к Лорее, надеюсь древняя дриада не откажет в помощи и пойдет на встречу.

Путь к её залу показался коротким, наверное, потому, что шёл туда уже не в первый раз. Старое дерево встретило меня тишиной, но уже не такой зловещей, как раньше. Теперь здесь царило что-то вроде спокойствия. Ещё не мир, но хотя бы отсутствие активной враждебности.

— Лорея? — позвал я, войдя в зал. — Мне нужна твоя помощь.

Она материализовалась почти сразу, словно ждала моего прихода. В её облике кое-что изменилось: черты стали мягче, а в глазах появилась та теплота, которую не видел при наших предыдущих встречах. Может, освобождение от проклятия действительно вернуло ей часть человечности?

— Могу я сжечь остатки древа и похоронить воинов?

— Конечно, ты можешь воспользоваться древесиной. Моей усопшей осине будет приятно снова принести пользу людям в час нужды.

Древесина погибшего Великого Древа… Символично получается: старая жизнь даёт дорогу новой даже в смерти.

— А ты хотела бы присутствовать там, чтобы попрощаться с ушедшими из Светолесья, когда мы станем хоронить их?

В конце концов, она ведь единственная, кто помнил их живыми, кто знал их имена, их истории. Кто любил их.

Лорея застыла. Руки перестали гладить мои волосы, и я почувствовал, как напряглось её тело в долгой паузе, словно она обдумывала что-то очень важное или боролась с чем-то внутри себя.

— Вот молодец! — произнесла она наконец, но голос прозвучал странно, как будто она разговаривала не со мной, а с кем-то другим или сама с собой. — Может, побежишь и поиграешь? И не мог бы ты пригласить леди Белларию ко мне? Нам нужно спланировать Весенний фестиваль.

Я осторожно отстранился, пытаясь понять, что происходит. В глазах дриады появилось что-то отсутствующее, словно она смотрела не на меня, а сквозь меня в какие-то давние времена. Беллария… Кто это? Возможно, кто-то из тех, кого давно уже нет.

Ясно, травма оказалась слишком серьёзной. Она пока не готова встретиться с прошлым лицом к лицу.

— Тогда скоро увидимся, миледи, — сказал грустно и похлопал её по руке. — Мы там, на большом лугу, если Вы передумаете, приходите.

Бедная древняя! Пережить смерть всех, кого любишь, а потом столетиями нести эту боль в одиночестве да ещё и под проклятием. Некоторые раны слишком глубоки, чтобы зажить сразу. Время, вот что ей нужно. И, возможно, новые привязанности.

Глава 14

Только собрался рвануть обратно к лагерю с помощью Рывка Гончей, как меня окликнули. Обернулся. Борис торопливо ковылял в мою сторону, тяжело дыша и явно волнуясь. Настроение сразу испортилось.

Честно говоря, не ожидал его увидеть снова. После того, как он слинял в самый критический момент, я решил, что наши пути разошлись навсегда. Но вот он здесь, и по его виду понятно, пришёл не просто поздороваться.

Старик неловко переминался с ноги на ногу, явно подбирая слова. Классическая картина: человек понимает, что поступил паршиво и теперь пытается это как-то загладить.

— Слушай, парень, — начал он, глядя в сторону, — я просто хотел убедиться, что ты не обиделся на меня за… э-э…

Борис не договорил. Ну а что тут скажешь? За то, что бросил группу на произвол судьбы? За то, что струсил в решающий момент? Неловкая пауза затягивалась, и мне стало даже как-то неловко за него.

— Никаких обид, — сказал, протягивая ему руку.

И это правда. Злиться на человека за естественную реакцию самосохранения глупо. Я просил команду пойти в смертельно опасное место из личных побуждений, а не ради официального задания. Каждый имеет право сказать «нет», когда речь идёт о смертельном риске.

— Я попросил своих спутников пойти навстречу большой опасности из личного одолжения, и не могу винить вас за отказ.

Лицо Бориса слегка расслабилось, видимо, мои слова его немного успокоили. Он крепко пожал мне руку, наверное, ожидал совсем другой реакции.

— Благодарю вас, сир Артём, — сказал он с явным облегчением. — Понимаю, что не имею никаких прав на вашу добычу после моего ухода, но я благодарен за возможность принять участие в этом рейде и надеюсь, что вы позволите мне присоединиться к зачистке оставшейся части подземелья за мою справедливую долю.

Так вот оно что! Не просто извиниться пришёл, а хочет вернуться! Наверное, дошло наконец, что мы действительно справились с тем, что казалось невозможным, а значит, и оставшуюся часть подземелья тоже осилим. И лут там может ждать очень неплохой.

Мелочная часть меня хотела послать его подальше. Обижен я или нет, но этот человек не прикрыл мне спину, когда возникла критическая ситуация, а теперь вернулся за лёгкой добычей. К тому же его вклад был и так сомнителен — видел я его показатели в бою.

Но… Он всё-таки откликнулся на мой призыв изначально, когда многие отказались, оказал доверие. И никто не знает, какие нас ждут оставшиеся бои, возможно, каждый меч будет на счету. Лучше иметь в команде человека, который хотя бы частично полезен, чем столкнуться с нехваткой людей в критический момент.

— Конечно, — сказал я, хлопнув его по плечу. — Добро пожаловать обратно.

Открыв экран рейда, вновь отправил ему приглашение. Решение принято, теперь надо его придерживаться.

— Спасибо! — Борис аж просиял от радости и тут же принял приглашение. — Ты доказал, что способен достичь даже невозможного, так что знай, можешь обратиться ко мне за помощью в любых будущих подземельях или охоте на монстров.

Обещания давать легко, а вот когда дело дойдёт до реального риска, посмотрим, насколько твёрдыми они окажутся.

Мы вместе вернулись к лагерю и сразу принялись за дело. Надо отдать Борису должное, работал он усердно, без отлынивания. Помогал переносить тела, собирать хворост, разводить костры и проявлял подобающее уважение к мёртвым. Хотя меня брали сомнения, искреннее ли это почтение, или он просто желает произвести хорошее впечатление. Чужая душа потёмки.

Остальные участники рейда отнеслись к его возвращению заметно холоднее, чем я. Несколько человек открыто проворчали что-то о дезертирстве и его ненадёжности. Эйнар особенно метко высказался о том, что «некоторые товарищи возвращаются только тогда, когда запахло лёгкой добычей». А Карина добавила, что странно видеть людей, которые «бросают друзей в опасности, а потом приходят за наградами».

Пришлось вмешаться и пресечь эти разговоры. Да, конечно, мне понятны их чувства, но команда должна быть единой. Внутренние конфликты — прямая дорога к провалу следующего боя.

— Я официально пригласил Бориса вернуться в рейд, — сказал громко, чтобы все слышали. — Он откликнулся на мой призыв очистить это подземелье, и спасибо ему за это. Есть ли у кого-то возражения против его участия?

Гнетущая тишина повисла над рейдом. Недовольные взгляды никуда не делись, но открыто выступать против моего решения никто не стал. Уже хорошо. Единство команды важнее личных обид.

Работа по подготовке к похоронам, как и рассчитывал, заняла довольно много времени.

К тому времени, как развели последний из дюжины костров, солнце уже село. В глубоком овраге, где мы находились, сгустились сумерки, придавая происходящему особенную торжественность, даже треск костров звучал приглушённо в наступившей тишине.

Борис всё это время работал рядом с остальными, стараясь быть полезным. Он заслужил несколько косых взглядов, но, по крайней мере, открытый бойкот ему не объявили.

Когда все приготовления закончились, я понял, что наступил самый сложный момент. Кто-то должен сказать прощальные слова. Карина и Юлиан смотрели на меня выжидающе, видимо, считали, что именно лидер рейда должен взять это на себя.

Я стоял перед кострами, глядя на иссохшие тела, объятые пламенем, и внезапно почувствовал нечто странное. Глубокая печаль нахлынула откуда-то изнутри, не моя, а как будто чужая, лица, пожираемые огнём, показались мне смутно знакомыми, словно я видел их в забытых снах.

Может, это место действительно пропитано настолько глубокой древней скорбью, что она передаётся всем, кто здесь находится?

Стоя перед кострами в наступающих сумерках, чувствовал, как давит ответственность момента. Все ждали, что я произнесу нечто подобающее случаю. А что тут скажешь? Я не знал этих людей. Не знал их имён, их историй. Для меня они, как и для остальных, просто мумифицированные останки в древних руинах.

Но внезапно слова потекли сами собой, удивив меня самого.

— Эларет лу Матери ал’тансела, — произнёс я, и незнакомый язык лился настолько легко, словно всегда на нём говорил. — Ланасин ор’мира сент’эа.

Откуда всё взялось⁈ Это эльфийский язык, который я не изучал, или нечто ещё более древнее? Но почему-то я знал, это самые подходящие слова для такого момента.

— Покойтесь с миром, ушедшие защитники Светолесья, — продолжил я уже на понятном всем языке. — Ваши души давно покинули этот мир, но где бы вы ни были, знайте, ваши тела упокоены с честью. Мы завершим начатое вами дело и наконец вернём мир в ваш дом.

В моих словах прозвучала та истина, которую сам не ожидал услышать, но она вырвалась прямо из глубин моей души. Мы действительно пришли сюда завершить давно начавшуюся битву и очистить их дом от скверны, дать павшим то, чего они не смогли добиться при жизни: покой.

Лили подошла ко мне, взяла за руку и прижалась к боку. Её тепло оказалось удивительно уместным в этот момент, живое прикосновение среди всей этой смерти. Я сжал её пальцы, благодарный за поддержку, и оглянулся по сторонам, не хочет ли кто-то ещё что-либо добавить.

Карина вышла вперёд, сложила руки на груди и произнесла:

— Идите с миром, павшие. Вас любили, и ваши беды давно позади. Пусть вас помнят за мир и красоту, что вы создали.

Красивые слова и тоже подходящие к случаю. После торжественной паузы я кивнул Юрию. Пора заканчивать церемонию.

Маг шагнул вперёд, и вокруг его рук вспыхнуло пламя. Огонь отогнал сгущающуюся тьму, заставив тени отступить к краям луга. Юрий поочерёдно метнул язычки пламени в каждый костёр. Двенадцать раз, по числу погребальных костров.

Иссохшие тела и древесина мёртвого Великого Древа вспыхнули с новой силой, яростное пламя взметнулось к небу, осветив весь луг ровным жёлто-оранжевым светом. В этом свете даже упавший гигантский ствол Великого Древа, возвышавшийся печальным холмом вдали, выглядел не зловеще, а просто печально, словно памятник прошлому величию.

Мы молча смотрели, как пылают костры. Постепенно яростное пламя пошло на убыль, гигантские ветки превратились в угли. А потом подул ветер, внезапный, тёплый, словно последний вздох живого существа. Мириады искр вырвались из костров и понеслись в небо бесчисленными мерцающими светлячками, взмывая всё выше, пока не исчезли в темноте.

Красиво и символично. Словно души наконец-то освободились и улетели туда, где им место.

Я наклонился и поцеловал Лили в макушку. Волосы пахли дымом костров, но под этим запахом чувствовался её родной аромат. Живая, тёплая, моя.

— Давайте отдохнём, — сказал тихо, обращаясь ко всей команде, — а завтра закончим с этим.

Все молча кивнули. Сегодня мы сделали то, что должны были, а завтра нас ждала оставшаяся часть подземелья, и, возможно, финальный босс в том огромном подземном зале. Но это уже завтра, а сейчас время покоя.

Как и полагается по традициям Искателей Валинора, после торжественных минут наступило время празднества. В конце концов мы выжили и одержали победу, совершив настоящий подвиг здесь, в древних забытых руинах глубоко в горах.

Я откинулся на камень и наблюдал, как наш отряд превращается из дисциплинированной боевой единицы в обычную компанию людей, которым просто хочется расслабиться. И, чёрт возьми, мы это заслужили! Когда в последний раз я мог просто сидеть и не думать о том, что за следующим поворотом может подстерегать смерть?

Владис притащил из лагеря помощников бочонок эля, судя по запаху, местного производства, крепкого и тёрпкого. Второй бочонок оказался с бренди. Тут уже качество получше, видимо, трофей с кого-то из прошлых экспедиций. Мы откупорили оба у весело потрескивающих костров из принесённых поленьев. Нарубить свежих дров было моей идеей. После всего того ада, что мы тут прошли, жечь обломки древних статуй казалось как-то кощунственно.

Эйнар достал флейту. Ко всеобщему изумлению, здоровяк не только мастерски владел мечом, но и умел неплохо играть. Кто бы мог подумать⁈ Стеллария тут же принесла свою лютню, и вместе они наполнили воздух музыкой. Звуки эхом отражались от древних стен, и вскоре к мелодии присоединились голоса. Кто-то пел, кто-то, не имея слуха, просто подвывал в такт.

Хотя пение звучало довольно фальшиво, а танцы выглядели неуклюже, но именно это и добавляло веселья. Я не мог не улыбаться, глядя на эту мирную картину. После тысяч лет тьмы и горечи в руинах, что когда-то являлись частью прекрасной цивилизации, снова раздались смех и музыка. В этом мне виделось что-то символичное, ведь жизнь всегда находит способ пробиться сквозь мрак.

Юрий, наш самый молодой участник, пытался танцевать с какой-то девушкой из группы поддержки. Судя по комичным движениям, алкоголь на него уже начал действовать. Даже угрюмый Торгард улыбался, а это, уж поверьте, случалось нечасто.

Впервые за долгое время я почувствовал, что мы не просто группа людей, собранных случаем и необходимостью, мы команда. И не важно, что завтра нас может поджидать новая опасность, сейчас мы живы, мы вместе, и мы победили!

Но в то же время я осознавал, что группа всё ещё находится в рейдовом подземелье, которое не полностью зачищено. Одно дело отпраздновать победу, и совсем другое — напиться до потери сознания в логове монстров. Поэтому я настоял, чтобы товарищи не слишком увлекались спиртным. Безопасность превыше всего, а алкоголь и рефлексы — понятия несовместимые.

Но тут Карина, наша целительница-мышь, преподнесла мне сюрприз, который кардинально изменил ситуацию.

— Знаешь, — сказала она, потягивая эль небольшими глотками, — Нейтрализация яда помогает не только от отравлений. Алкоголь ведь технически тоже токсин, так что я могу убрать интоксикацию и, что гораздо важнее, похмелье.

Я уставился на неё. Это кардинально меняло всё.

— То есть ты можешь отрезвить человека в любой момент?

— Именно. И сама я много пить не собираюсь, так что буду под рукой. Утром восстановлю всех до стопроцентной готовности к оставшейся части рейда, а если ночью что-то случится, прояснить голову — дело пары секунд.

Я мысленно присвистнул. Вот это действительно крутое применение заклинания! На Земле за такую способность люди бы передрались. Сколько раз я сам мучился похмельем после корпоративов или встреч с друзьями, а тут… Опаньки, и магия решает проблему одним мановением руки!

Если когда-нибудь Зара поднимет уровень до сорокового, она сможет делать то же самое. Представляю, как это будет здорово! Можно наслаждаться хорошим вином или элем, не боясь последствий на следующий день.

Но ещё более потрясающим оказалось то, что я узнал дальше. Устойчивость к ядам, которую мы получили благодаря Дару Живы, этому благословению весенней богини, позволяла нам наслаждаться всеми приятными эффектами алкоголя, одновременно смягчая негативные.

Иными словами, мы могли пить и веселиться, оставаясь в относительно ясном сознании и с сохранными рефлексами, словно пить безалкогольное пиво, но с полноценным опьянением. Парадокс? Возможно, но магия вообще штука парадоксальная.

— В таком случае, — сказал я, поднимая свою кружку, — рейд может наслаждаться всем, что душе угодно.

Все подняли бокалы с радостными криками. Исключение составили лишь несколько добровольцев, которым выпал жребий нести караульную службу, они ограничились парой кружек эля. Вполне достаточно, чтобы не чувствовать себя обделёнными, но не настолько много, чтобы потерять бдительность. В случае неприятностей каждая секунда реакции могла стоить нам жизни.

А сам я? Сам я впервые за долгое время, возможно, с тех самых пор, как очнулся в этом мире, позволил себе напиться как следует. Я жив, мы победили, и хотелось насладиться этим моментом сполна.

Лили тоже не отставала от меня в плане выпивки. Тёмное пиво местной варки било в голову, как кувалда, но мы пили с удовольствием, заедая солёными орешками и вяленым мясом.

Эйнар травил байки про свои любовные похождения, Стеллария смеясь, добавляла пикантные подробности. Постепенно мир вокруг приобрёл ту приятную размытость, когда проблемы отступают, а остаётся только тепло дружеской компании и предвкушение ночи с любимой женщиной.

Когда языки костров начали двоиться, а шутки казались втрое смешнее, чем были на самом деле, Лили потянула меня за руку.

— Пойдём, — её глаза блестели не только от алкоголя. — А то я наброшусь на тебя прямо здесь.

Мы выбрались из круга веселящихся и, пошатываясь и хихикая, направились к нашей палатке, дважды упав по дороге. Сначала я споткнулся о какой-то корень, потом она зацепилась за оттяжку чьей-то палатки. Мы катались по мокрой от росы траве, как дети, не в силах остановить смех.

В нашей палатке было темно и тесно. Мы принялись стаскивать друг с друга одежду, но пальцы не слушались, путались в ремнях и шнуровке.

— К чёрту! — рыкнул я, дёрнув особо упрямую застёжку. — Кто вообще придумал эти пытки?

— Тот же гад, что изобрёл налоги, — фыркнула Лили, борясь с моим поясом.

В итоге мы освободили только самое необходимое: спустили штаны, задрали рубахи. Но даже в пьяном угаре я помнил об ответственности.

— Свиток, — напомнил Лили, тяжело дыша.

Она кивнула и пошарила в сумке. Зелёное свечение на миг осветило палатку, Предотвратить зачатие активировалось. Стоило магии рассеяться, как что-то изменилось в глазах Лили. Обычно независимая и даже дерзкая, сейчас она смотрела на меня снизу вверх с той особой покорностью, которую видел у неё только в постели.

— Артём, — прошептала она, облизывая губы. — Я хочу… Хочу, чтобы ты был груб со мной, чтобы взял меня как свою вещь.

— На колени!

Глава 15

Она подчинилась мгновенно и опустилась передо мной на колени. В полумраке палатки глаза Лили светились предвкушением. Я стащил трусы до конца, высвобождая член. Даже в приглушённом свете было видно, как расширились её зрачки.

— Чёрт, Артём! — выдохнула она. — Я каждый раз забываю, какой он у тебя… огромный!

— Не болтай, — я взял её за волосы, аккуратно, но властно. — Покажи, как сильно ты меня хочешь.

Лили приоткрыла рот, и я медленно вошёл внутрь. Горячо, влажно, невероятно… Её язык сразу начал работать, лаская головку, исследуя каждую венку, но я не позволил ей задавать темп.

— Руки за спину и не дёргайся! Я сам.

Она послушно сцепила руки за спиной и подняла на меня взгляд. Я начал двигаться сначала медленно, давая ей привыкнуть к размеру, но постепенно ускорялся, входя всё глубже.

— Вот так, — шептал, чувствуя, как головка упирается в её горло. — Заглатывай весь. Я знаю, ты можешь.

Лили действительно могла. Она расслабила горло, позволяя мне входить до самого основания. Её нос утыкался в мой пах, а подбородок касался яиц.

— Хорошая девочка, — я погладил её по щеке, не прекращая движений. — Моя послушная кунида.

Она замычала, и вибрация прошлась по всему члену. Я ускорился, трахая её рот без церемоний. Слюна текла по подбородку Лили, капая на грудь, глаза слезились, но она не отстранялась и рукой ласкала свою киску.

Кураж смешивался с властью над ней, создавая гремучую смесь. Я дёргал её за волосы, направляя движения, использовал её рот по полной для своего удовольствия. Лили это обожала.

Я трахал её так ещё несколько минут, наслаждаясь абсолютным контролем, а когда почувствовал, как начинает подниматься волна жара, вышел и повалил её на спальник.

— Это только начало, — пообещал ей, глядя на её раскрасневшееся лицо и припухшие губы.

— Знаю, — простонала она выгибая спину.

Я перевернул Лили на живот, заставив встать на четвереньки. В этой позе её идеальная задница выглядела особенно соблазнительно: упругая, подтянутая, с тем особым изгибом, что сводил меня с ума.

— Раздвинь ноги, — приказал, шлёпнув невесту по ягодице.

Она подчинилась, и моим глазам предстала блестящая от возбуждения промежность. Но меня интересовало другое отверстие, маленькое, розовое и очень тугое.

— Артём? — в её голосе слышалось предвкушение.

— Ты же хотела, чтобы я был груб? — я провёл пальцем по её анусу, чувствуя, как Лили вздрогнула. — Чтобы взял тебя полностью?

— Да, возьми меня.

Я смазал пальцы её любовным соком, что обильно стекал каплями из нежной киски, и начал подготавливать её дырочку.

Сначала один палец, медленно, аккуратно, давая привыкнуть. Лили напряглась, но я свободной рукой гладил её спину, а она правой рукой активно ласкала свою киску, всё сильнее прогибая спину и подставляя попку.

Постепенно она расслабилась, и я добавил второй палец, растягивая тугое колечко мышц. Когда начал двигать пальцами, она тихо застонала.

— Нравится? — я нежно шлёпал её по попке, продолжая подготовку.

— Да! Да, продолжай.

Третий палец заставил её вскрикнуть, но не от боли, а от неожиданности ощущений. Я не спешил, давая ей время адаптироваться. Член пульсировал от желания, но я сдерживался.

Когда почувствовал, что она готова, обильно смазал любовными соками свой член.

— Если будет больно, скажи, — я приставил головку к её анусу, — сразу остановлюсь.

— Просто… давай медленно, — она предвкушающе уткнулась лицом в спальник.

Я начал входить миллиметр за миллиметром. Тугое кольцо сопротивлялось, но постепенно поддавалось давлению. Головка прошла внутрь, и Лили громко охнула.

— Всё хорошо?

— Да. Ох, какой же ты огромный! Подожди немного…

Я замер, давая ей привыкнуть. Ощущения были невероятными: такая теснота, такой жар! Её анус сжимал член так туго, что приходилось сдерживаться, чтобы не кончить сразу.

— Можешь… двигаться, — выдохнула она через минуту.

Я начал медленно входить глубже. Каждый сантиметр давался с трудом, но Лили принимала меня, постепенно расслабляясь. На середине длины она снова попросила паузу.

— Богиня, я чувствую тебя… везде! — её голос дрожал. — Как будто ты заполняешь меня целиком.

— Ещё только половина, — я поцеловал её между лопаток. — Готова?

— Да…

Эти слова окончательно снесли мне крышу. Я продолжил вхождение, растягивая её, заполняя, делая своей в самом первобытном смысле. Когда наконец вошёл до конца, она застонала и задрожала, а из киски ударила струя сквирта.

— Вот так, — я удерживал её за бёдра.

Она двинула бёдрами, насаживаясь глубже. — Теперь… трахни меня. Покажи, кто здесь господин.

Я начал двигаться сначала медленно, постепенно наращивая темп. Её стоны становились громче с каждым толчком.

— Сильнее! — потребовала она. — Говорила же, я не хрустальная!

И я дал ей то, что она просила: вбивался в её тугую задницу с силой, от которой она подавалась вперёд. Шлепки разносились по палатке, Лили орала в спальник, пытаясь приглушить крики.

Когда я потянулся рукой к её клитору, она едва не взвыла. Несколько движений, и её тело сотрясла мощная судорога оргазма. Анус сжался вокруг члена так сильно, что я едва не последовал за ней.

— Нет, — прохрипел, удерживаясь на грани. — Я ещё с тобой не закончил.

Вышел из неё и одним движением перевернул на спину. Лили смотрела на меня затуманенным взглядом, губы приоткрылись, грудь часто вздымалась. В этот момент она казалась красивой и притягательной как никогда.

— На четвереньки! — скомандовал я.

Моя грубость заставила её глаза вспыхнуть. Она перевернулась, встала в позу и даже немного прогнулась в спине, подставляя зад.

— Вот так, — я погладил её по спине, спускаясь к заднице. — Моя красивая кунида, моя похотливая зверюшка!

И вошёл в её влагалище одним резким движением. После тесноты ануса оно казалось шёлковым и нежным. Лили вскрикнула и подалась мне навстречу, насаживаясь до конца.

— Да! — она повернула голову, пытаясь посмотреть на меня. — Трахни меня!

Я схватил её за волосы, заставляя выгнуться ещё сильнее. В этой позе мой член входил идеально, задевая все чувствительные точки, каждый толчок вырывал из неё стон или вскрик.

Я задал жёсткий ритм и вколачивал член с силой, от которой её тело сотрясалось, но она двигала мне навстречу бёдрами, встречая каждый удар и насаживаясь ещё сильнее, ещё глубже.

— Чья ты⁈ — рычал, дёргая её за волосы.

— Твоя!! — кричала она. — Только твоя!

Я отпустил волосы и схватил её за бёдра, резко притягивая к себе с каждым толчком. В палатке стоял запах секса, пота и возбуждения. Звуки нашей страсти наверняка слышали соседи, но нам было на это плевать.

Лили опустилась на локти, не в силах держаться на прямых руках. В этой позе её зад поднялся выше, и я мог входить ещё глубже. Она выла в спальник, её тело дрожало от приближающегося оргазма.

— Пожалуйста! — она извивалась подо мной. — Артём! Да! Да! Да!!

— Хорошо, — я ускорился, вбиваясь в неё с удвоенной силой.

Оргазм накрыл Лили цунами, она выгнулась дугой, дрожа всем телом. Влагалище сжималось вокруг члена резкими спазмами, и я наконец позволил себе расслабиться. Несколько мощных толчков, и я кончил, заполняя её своим семенем.

Мы рухнули на спальник, тяжело дыша.

Вот только член и не думал падать, упираясь Лили в живот.

— Ещё?

— Это ты во всём виновата, — я перекатился, оказавшись сверху.

На этот раз я хотел видеть лицо куниды и устроился у неё между раскинутых ног, любуясь видом. Растрёпанная, с припухшими губами и следами моих поцелуев на шее, она выглядела как сама страсть.

— Подними ноги, — я погладил её бёдра. — Упрись ступнями мне в грудь.

Она подчинилась, и я оказался в идеальной позиции для глубокого проникновения. В этой позе я мог контролировать всё: угол, глубину, скорость.

Теперь вошёл медленно, наблюдая за её лицом. Глаза Лили закатились, рот приоткрылся в беззвучном стоне. В этой позиции мой член упирался в её дно, растягивая её до предела.

— Смотри на меня, хочу видеть твои глаза!

Она с трудом сфокусировала взгляд на моём лице, в глазах плескались обожание, похоть и безумная страсть.

Я начал двигаться, проникая глубоко, размеренно, наслаждаясь каждым моментом. Её ступни упирались мне в грудь, ноги дрожали от напряжения. В этой позе она была полностью открыта и уязвима.

— Ты моя, — говорил ей с каждым толчком. — Моя храбрая разведчица. Моя прекрасная кунида.

— Да, — шептала Лили в ответ. — Твоя! Всегда твоя!

Я наклонился, целуя её ступни, покусывая пальчики. Она захихикала, но смех тут же перешёл в стон, когда я особенно глубоко вошёл, изменив угол.

— О Богиня!! — она вцепилась в спальник. — Артём, это… Это слишком хорошо!

— Ещё рано кончать, — я замедлился, дразня.

Следующие полчаса доводил её до грани и отступал, вновь менял темп, угол, глубину. Её тело блестело от пота, глаза молили о разрядке, но я был неумолим, бесконечно продлевая сладкую пытку для нас обоих. Член пульсировал от желания взорваться, но я сдерживался. Чувствуя приближение оргазма, ускорил темп, вбиваясь в неё с той силой, а свободной рукой потянулся к клитору, лаская чувствительный бугорок.

— Кончи для меня, моя радость!

Оргазм буквально разорвал её на части. Она выгнулась, выкрикивая моё имя, ноги сводило судорогой. Её любовный туннель сжимался вокруг члена с такой силой, что я не мог сдержаться и кончил в неё, чувствуя, как он пульсирует, выплёскивая семя.

Мы продолжали заниматься любовью до рассвета то нежно и медленно, то жёстко и страстно. Я брал её во всех позах, которые только могла выдержать маленькая палатка. Лили кончала снова и снова…

Когда первые лучи солнца пробились сквозь ткань, мы наконец уснули. Лили свернулась клубочком у меня под боком, тихо посапывая. Её тело покрывали следы нашей страсти: засосы, отпечатки моих пальцев, а губы припухли от поцелуев.

Хорошо, что вспомнили про свиток. Мне не хотелось бы отправлять Лили в незапланированный декрет.

Глава 16

На следующее утро я вышел из палатки слегка помятый, но вполне довольный. А вот члены моего рейда выползали прямо, как зомби после апокалипсиса: держались за головы, щурились и медленно тащились в сторону костра, где сидела Карина. Наша мышка-целительница выглядела свежо, что не удивительно. На то она и целитель…

В это утро Карина стала настоящим героем рейда, каждый, кто подходил к ней за лечением, смотрел на неё как на спасительницу.

Посмотрел на мою Лили. По её свежему сияющему лицу было видно, что Карина уже сотворила для неё своё маленькое чудо.

Восстановив силы, собрал своих бойцов в круг. Пора заканчивать дело и основательно зачистить руины Светолесья от всякой нечисти.

— Ну что, народ, — обратился к рейду, окидывая взглядом лица товарищей. — Идём добивать то что осталось.

И оказался прав: в спешке к дереву мы действительно почти ничего не пропустили. Руины Светолесья располагались в глубокой, зажатой между скалами долине. Места для манёвров там мало, поэтому большинство монстров мы всё же зачистили по дороге.

Оставшиеся твари дали скромную добычу: несколько серебряных монет, горстку полудрагоценных камней. В зданиях нашли кое-какое снаряжение, которое пригодится участникам рейда после повышения уровня. Мелочь, но приятно.

Зато в одном из величественных зданий обнаружили настоящее сокровище — искусно вырезанный мраморный трон. Он весь оказался покрыт плесенью и грязью, но после того, как Карина использовала Очищение, мы разглядели тонкую работу древних мастеров.

Я присел на корточки, разглядывая резьбу. Сами руны прочитать не смог, древняя эльфийская письменность слишком отличалась от современной, но изображения говорили сами за себя. Вот дети играют с ягнятами, девушки резвятся на лугу, юноши меряются силой… А вот менестрели играют на диковинных музыкальных инструментах. Всюду только сцены мирной жизни.

— Интересно, сколько веков назад это всё было сделано?

Юлиан захотел забрать трон в свой дом и как украшение, и как музейный экспонат. Когда он спросил, сколько рейд запросит за него, все дружно рассмеялись.

— Удачи тебе спустить эту махину с гор, — хмыкнул я. — Он тонны три весит, не меньше.

Дальше наткнулись на изящную фарфоровую посуду: тарелки, миски, чашки невероятно тонкой работы. Многие оказались разбиты, но штук пятьдесят, сохранились идеально.

На Земле такая посуда стояла бы в музее под стеклом. А здесь просто лежит брошенная.

В одной из комнат нашлась, мастерская алхимика или аптекаря. Полки вдоль стен были заставлены пыльными флаконами, многие всё ещё закупорены, но их содержимое за тысячелетия превратилось в вязкий ил на дне склянок. Специфический запах, смесь трав, металла и чего-то едкого, щипал ноздри.

Но главным сокровищем в этой комнате оказался небольшой котёл, стоявший в углу. С виду самый что ни на есть обычный, но Глаз истины сразу показал, что на него наложе зачарование высшего уровня. Этот малыш был защищён от разрушительного воздействия токсичных химикатов и времени.

Я присел рядом с котлом, изучая руны на его поверхности. Качество исключительное, — такие артефакты дают серьёзные бонусы к крафту. На рынке Тераны подобная вещица стоила бы целое состояние. Жаль, что никто из нас не алхимик, но это всё равно отличная находка для продажи.

Самым интересным местом, которое мы ещё не исследовали, оказался большой зал в конце туннеля, ведущего в склон холма. Мимо него мы вчера пронеслись в спешке.

К моему разочарованию, босса там не оказалось, зато по всему залу стояли десятки Павших Чемпионов, разбитых на пять групп по восемь штук в каждой. Возможно, это как раз и была подготовка к тому, с чем нам предстояло столкнуться в битве с Великим Ясенем.

Помещение явно имело религиозное значение. В потолке зияли аккуратно просверленные отверстия, через которые, вероятно, в определённое время суток проглядывали солнце или одна из лун Валинора, освещая загадочные руны и узоры на полу.

И действительно, после уничтожения последней группы осквернённой нежити руны засияли мягким серебристым светом, а все участники рейда почувствовали прилив сил. Уведомление не заставило себя ждать:

Внимание! Вы получили 24-часовое благословение: Улыбка богини. Все параметры увеличены на 25%. Воздействие ядов и порчи замедлено.

Я невольно выругался вполголоса. Вот же досада! Такой бонус очень пригодился бы вчера.

В другом конце зала стоял алтарь из зачарованного серебра, а за ним на стенах были начертаны гравюры.

Среди них Глаз истины выделил знакомое изображение: Валинор, окружённый светом кометы. А среди рун и незнакомых надписей, вырезанных на полу, явственно различалось одно вполне понятное мне слово: Люменарианна.

Мия? Хм… Возможно, она не единственное божество, которому поклонялись древние эльфы, но определённо одна из почитаемых. Теперь много встаёт на место.

Я опустился на колени перед алтарём. Серебро ощущалось прохладным под пальцами, но по нему словно пробегали слабые разряды энергии.

— Жаль, что тебя нет здесь, — пробормотал тихо, чтобы не слышали остальные. Потом улыбнулся, вспомнив наш последний «разговор» через Ирен.

Мы вытащили тела нежити на солнечный свет, сложили в кучу и, не тратя времени на поиски дров, устроили краткую погребальную церемонию. Юлиан произнёс благословение, после чего Джарет поджёг костёр огненным заклинанием. Иссохшая плоть павших чемпионов вспыхнула как сухие щепки.

— Покойтесь с миром. Кем бы вы ни были при жизни. Ваш бой окончен.

Дальше пошла рутина: больше монстров, больше зданий для обыска, больше добычи. Вскоре мы добрались до той части руин, где кишели слизни, мерзкие твари, которые раньше боялись исходящей от меня порчи и держались подальше. Теперь, когда я очистился, пришлось их всех перебить обычным способом, зато собрали полезные компоненты для крафта.

В последнем здании нашли отличный кинжал уровня подмастерья. Эйнар выторговал его себе и тут же пристегнул к поясу, старый клинок явно уступал новинке.

А в самом последнем здании на постаменте красовалась великолепно выполненная чаша из истинного серебра, инкрустированная лунными камнями. Охраняли её три огромных скорпиона. Они стреляли ядовитыми шарами. Благодаря Дару Живы и временному усилению от священной комнаты эти монстры оказались далеко не такими пугающими, какими на самом деле были.

Со скорпионов упали панцирные пластины, отличный материал для крафта доспехов. Танки были от них в восторге. А чаша, судя по стоимости материалов и качеству работы, тянула на несколько тысяч золотых.

Но когда погиб последний скорпион. Всем участникам рейда высветилось системное уведомление, которое я читал с нарастающим удовлетворением.

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы преодолели все опасности руин Светолесья и одержали победу! Пусть слава о ваших подвигах разнесётся по всему Валинору. Руины очищены от злых сил и теперь открыты для исследования и заселения.

Вот оно, подтверждение того, что мы убили последнего монстра в рейдовом подземелье. Миссия выполнена, долг погибшим эльфам отдан.

И да, я определённо планировал вернуться сюда и изучить руины подробнее. Лейланне будет интересно узнать больше о своих древних сородичах. Я видел, как она внимательно изучала каждый эльфийский символ, который попадался нам на пути. А Лили и Ирен всегда с энтузиазмом относились к новым знаниям и открытиям. Это место могло стать чем-то вроде исследовательской базы для моих любознательных жён.

Участники рейда ликовали, обменивались рукопожатиями и дружескими похлопываниями по спине. Лили поймала меня в горячем поцелуе, эмоции переполняли нас обоих.

Теперь оставалось только привести людей из лагеря и собрать все сокровища, которые рейд не смог унести с собой, включая и тот легендарный сундук, который мы нашли под деревом.

Пока мы обсуждали примерную общую стоимость добычи и торговались, потому что некоторые искатели захотели выкупить определённые предметы снаряжения прямо на месте, я решил подвести итоги нашего рейда.

Пришло время взглянуть на финальную статистику и выдать лидерам традиционные бонусы.

Начнём с урона. Тут нам основательно подпортили статистику.

— Всё этот чёртов Великий Ясень со своими корнями, — я мысленно усмехнулся. — Половину времени мы его рубили обычными клинками, потому что заклинания не проходили сквозь защиту.

В меньшей степени то же самое касалось магов, наносящих урон. Я изо всех сил старался обеспечить им достаточно маны для каждого боя, но между бешеной спешкой к дереву и тяжёлой работой по его уничтожению у заклинателей часто заканчивалась энергия. Приходилось им брать в руки обычное оружие и колотить древесину наравне с остальными.

В итоге я нанёс 27% общего урона, а Лили 14%. Значит Ванесса проиграла бы пари о том. Хотя для Охотника эти цифры всё равно внушительные.

Следующим шёл Джарет с 11%. Харальд следовал за ним с теми же 11%, хотя общий урон у него был поменьше. Затем резкий спад, у Эйнара всего 7%. У всех остальных результаты оказались ещё скромнее.

Я хотел простить пари тем, кто сомневались в способностях Лили занять второе место. А учитывая, что они впоследствии рисковали жизнями, помогая мне, и убедились на деле в способностях моей невесты, это было бы справедливо. Но пари дело серьёзное в среде искателей, и мои товарищи настояли и заплатили выигрыш.

— Это капля в море по сравнению с тем, что мы получим из этого подземелья, — пошутил Эйнар, охотно отдавая свою сотню золотых.

Я хотел отказаться от премии за максимальный урон, всё-таки обстоятельства сложились в мою пользу, но рейд снова настоял на соблюдении традиций. Пришлось отсчитать себе обещанные 250 золотых из общего котла.

Следующим этапом стало определение лучшего целителя, и тут весь рейд удивился, когда первой оказалась Стеллария со своей медленной, но верной регенерацией. Некоторые целители выглядели слегка раздражёнными из-за неожиданного результата.

— Кто-нибудь вообще слышал, чтобы Восстановительница возглавляла список целителей⁈ — проворчал Юлиан.

— Ты хочешь сказать, что она не выполнила свою работу? — возмутился Владис. — Не стоит кукситься только потому, что она лучше подходила для наших боёв.

— Боёв, которые продиктованы нашим безумным броском к дереву, — резко ответил жрец. — Но неважно. Я просто спрашиваю, кто о таком вообще слышал⁈

— Если бы мы придерживались только того, о чём слышали, наш лидер сейчас был бы мёртв, а мы оформили бы этот рейд как провал и везли его тело домой к скорбящим жёнам и детям, — сказал танк и замолчал.

— Справедливости ради, она возглавляла целителей во время атаки на дерево, а затем в изнурительной битве по его уничтожению. Её суперэффективное исцеление постоянно восстанавливало здоровье, пока рейд получал медленный, но неотвратимый урон от проклятий.

Определение лучшего в снижении урона стало упорной борьбой между Юлианом и Харальдом к ещё большему раздражению жреца. Но в итоге Юлиан победил и получил бонус. Правда, аналитика была не совсем честной: усиления Стеллария тоже сыграли свою роль, а Нейтрализация яда Карины предотвратила значительную часть повреждений.

Когда дело дошло до нулевого получения урона, этим не мог похвастаться никто, даже Стеллария несколько раз получала раны. Зато я пообещал премию за наименьший полученный урон; и поскольку заранее решили, что Восстановительницу в неё не засчитываем, так как она не участвовала в прямых боях, то Лили выиграла с огромным отрывом.

Благодаря скорости, вниманию и правильному пониманию своей роли она большую часть времени оставалась в безопасности. И если бы существовал бонус за максимальное время, проведённое в атаке во время боя, она бы выиграла и его.

Танкам я традиционно пообещал премию, и они её более чем заслужили. Их вклад в защиту остальной группы был неоценим. Этот бонус я выдал с радостью, не забыв похвалить каждого.

Осталась последняя сводка.

По настоянию рейда, поскольку каким-то чудом никто не погиб и не получил серьёзных травм, я назвал участника, не являющегося танком, который получил больше всего урона. Традиционный объект для подшучивания.

Я исключил урон, полученный другими бойцами, быстро подсчитал и объявил результат.

Им оказался Эмиль, Скоростной клинок. Он с достоинством выдерживал насмешки товарищей, пока мы занимались сбором легко транспортируемых сокровищ.

Это заняло больше времени, чем ожидалось. Уже близилась ночь, когда мы всё упаковали, планируя вернуться с ремесленниками и рабочими за ценными материалами, слишком тяжёлыми и громоздкими, чтобы тащить их с собой.

Я объявил, что разобьём лагерь на вершине долины вместе с нашими людьми, а потом с Лили и Кариной отправлюсь на поиски леди Лореи.

Пришло время убедить её пойти со мной к Лигее Розоцветной.

* * *

— Милые дети! — воскликнула дриада, подбегая к каждому из нас для объятий, когда мы спрыгнули с разрушенной стены. — Вы, должно быть, гости! Добро пожаловать в Светолесье!

Я переглянулся со спутницами. Лорея находилась в гораздо лучшем настроении, но всё глубже погружалась в прежние иллюзии о том, что живёт в прошлом, когда это место было мирным и процветающим.

— Рад видеть Вас, миледи, — сказал с осторожностью, — в добром здравии и хорошем расположении духа.

— А почему бы и нет? — ответила дриада, но тут же отвлеклась на Лили. — О-о, дочь Куниды! — воскликнула она, поглаживая серебряные волосы моей девочки-кролика. — И такая красивая! Я всегда считала ваш народ очаровательным, хотя и очень застенчивым в общении с другими расами. Даже с моими дорогими детьми, которые и мухи не обидят!

Лили неуверенно улыбнулась в ответ, но в тот же момент Лорея замерла, словно что-то вспомнив. Её изборождённое шрамами, потрескавшееся лицо скривилось от внезапной боли.

— Да, мои бедные малыши, — прошептала она и сразу как-то сникла. — Столь нежные и беззащитные, они не заслужили такой участи.

Дриада медленно опустилась на землю прямо там, где стояла, и притянула колени к груди. Тихо заплакав, она начала раскачиваться взад-вперёд, зрелище, от которого сердце сжималось от жалости.

— Мои милые малыши! — всхлипывала она. — Я так долго звала их, но они не отвечали. Их когда-то светлые лица стали маслянисто-чёрными и пустыми, они жестоко терзали меня, когда я пыталась подойти и вернуть их домой. А тот ужасный змей в это время смеялся и издевался надо мной, обвивая ветви осквернённого дерева…

Сердце наполнилось острой жалостью к несчастной. Я опустился на колени рядом и нежно сжал её руку. Кожа оказалась сухой и горячей, как у человека, страдающего лихорадкой.

— Леди Лорея, мне больно думать о том, что Вы томитесь здесь в одиночестве, предаваясь своему горю. Не хотите ли отправиться со мной туда, где живёт Ваша сестра, леди Лигея Розоцветная?

— Ты знаешь, где живёт Матерь Эльдари? — недоверчиво спросила Ванесса.

Я проигнорировал её вопрос, не отрывая взгляда от Лореи, которая слегка приободрилась при упоминании сестры.

— Маленькая Роза? — прошептала она, и на мгновение в глазах промелькнуло что-то живое. — О, она всегда была очень милой! Весьма хорошенькая, и от неё всегда так сладко пахло! А её дочки — просто прелесть! Такие красивые и игривые!

— У неё скоро родится ещё одна дочь, — сказал я с тёплой улыбкой, вкладывая в голос всю искренность, на которую был способен. — Дриада, чудо из чудес. Думаю, она была бы в восторге, если бы сестра находилась рядом с ней в такое радостное время.

— В жизни не слышала подобной ерунды! — с неподдельным гневом выпалила вдруг Карина. — Не стоит так играть с эмоционально уязвимой женщиной!

Но дриада, казалось, слышала только меня.

— Дитя дриады? — прошептала Лорея, и изуродованное лицо озарилось удивлением и радостью. — О, если кто и заслуживает такого благословения, так это маленькая Роза!

Потом выражение её лица снова потемнело.

— Но если я уйду, кто останется помнить о моих детях?

— Вы и будете помнить, — мягко ответил ей, снова сжимая её руку. — И сможете рассказать о них госпоже Розоцветной. Я видел их лишь отчасти сквозь призму вашего горя, но мне показалось, что они прожили радостную жизнь в мире и достатке много веков подряд. Думаю, они хотели бы, чтобы их описывали именно такими, если бы Вы смогли поделиться их историей с теми, кому интересно её услышать. Знаете, мне самому хочется узнать всё о тех временах.

Лорея тяжело вздохнула.

— Хорошо думать о радостях жизни в окружении любимых детей, а не только об их… — она с содроганием оборвала себя и яростно замотала головой. — Но нет, не могу! Пока нет, боль ещё слишком свежа.

Она обняла меня своими иссохшими руками.

— Но видеть всех вас, милых детей, рядом со мной, слышать ваши приятные голоса, чувствовать вас в объятиях… это приятно. Ощущения, которые я давно забыла.

Я осторожно похлопал её по спине, стараясь не причинить боль хрупким плечам.

— Я очень хочу снова увидеть госпожу Розоцветную, миледи. Возможно, Вы позволите мне сопровождать Вас к ней?

— Чем больше я об этом думаю, тем привлекательнее звучит твоё предложение, милое дитя, — рассеянно пробормотала дриада.

Я поморщился, когда объятия сжались сильнее, причиняя неудобство. Она оказалась гораздо крепче, чем выглядела на самом деле.

— Но всё слишком внезапно, особенно после того, как я так долго была одна. Из-за этого я чувствую себя ещё более растерянной, чем обычно, и совсем не могу сосредоточиться на своём горе.

Я почувствовал, как она слегка расслабила руки, хотя по-прежнему крепко меня держала. Голос её стал сонным.

— Да, думаю, мне нужно немного отдохнуть. Мы можем поговорить позже.

Я слушал, как её дыхание становится глубоким и ровным, и недоумевал, как снова оказался в этой дурацкой ситуации. Судьба словно издевалась: то одна полубогиня использует меня как живую подушку, то другая.

— Мне остаться с Вами, миледи? — наконец спросил у неё. Ведь всё равно придётся, если не хочу силой вырываться из объятий, а у меня не поднималась рука причинить боль страдающей дриаде.

— О, это было бы чудесно, — вздохнула Лорея. — Как давно я не спала, держа на руках одного из моих дорогих детей!

Затем её голос стал сбивчивым, словно она говорила сквозь сон: — Только ты не один из моих детей. Ты творение Люменарианны, и в то же время нет. Разум и дух, ловко соеднённые в смертном сосуде, созданном ею. Это… необычно.

— О чём, во имя Богини, она говорит? — в замешательстве спросила Карина.

— Молчи! — тихо, но строго сказала Лили, тоже подныривая в объятия Лореи. — Миледи, можно мне тоже присоединиться?

— О, конечно же, дочь Куниды! Давно никто из вашего рода не навещал нас.

Карина выглядела растерянной, глядя на нашу странную обнявшуюся троицу.

— Думаю, я пойду сообщу рейду, что вы проведёте ночь здесь, — наконец сказала она.

Я кивнул, боясь нарушить хрупкий покой дриады громким голосом. — В моё отсутствие командует Владис. Если утром мы не сможем уйти, пусть собирает рейд и отправляется в поместье Мирид.

— Хорошо, — она бросила на нас последний озадаченный взгляд, словно завидуя близости с Лореей, затем перелезла через рухнувшую стену и скрылась.

Лили ласково улыбнулась мне, пока мы лежали в объятиях обезумевшей от горя полубогини, терпеливо ожидая, пока она наконец уснёт.

— Вот уж не думал, что стану нянькой для древних дриад, — я мысленно усмехнулся. — Хотя после всего, что довелось пережить в Валиноре, это даже не самое странное, что со мной случалось…

Глава 17

Я проснулся от несколько шершавого, но удивительно нежного прикосновения ладони к лицу.

— Пора просыпаться, дорогие дети, — прошептала Лорея. — Рассвет уже наступил, слишком долго спать вредно.

Открыл глаза, встретившись взглядом с Лили. Она одарила меня той нежной улыбкой, от которой всегда теплело на душе. Кошмары не мучили ни меня, ни её, редкая удача после вчерашних событий.

— Доброе утро, Мать Леса, — пробормотал, потирая глаза. Старая привычка, спать вполглаза, всегда готовым к опасности, постепенно отступала в присутствии близких. — Ппойдёте со мной в гости к госпоже Лигее Розоцветной?

Иссохшая дриада медленно кивнула. Потрескавшаяся кора на её лице напоминала старую карту со множеством дорог и тропинок, и каждая морщинка хранила свою историю боли.

— Да. Я долго об этом думала, — её голос звучал подобно шелесту осенних листьев. — И, кажется, ты прав. Отпуск — это именно то, что мне нужно. Особенно теперь, когда я больше не привязана к своему бедному дереву, — она тяжело вздохнула, и я почувствовал, как воздух вокруг наполнился ароматом увядающей листвы, не гнилой, а запахом той особенной осенней грусти, когда природа готовится к долгому сну. — Поляна Маленькой Розы всегда была такой гостеприимной.

Лорея пошевелилась, и я с удивлением обнаружил, что нас с Лили поднимают на ноги одним плавным движением. Сила в этом хрупком с виду теле была невероятной, напоминая о том, что передо мной не просто женщина, а древняя дриада, пусть и ослабленная веками страданий.

Она положила ладони нам на головы и замерла. Целую минуту стояла так, глядя на нас кроткими глазами цвета молодой листвы. Под её прикосновением кожу покалывало, не неприятно, скорее как от лёгкого весеннего ветерка.

— Должно быть, я слепну на старости лет, раз не заметила этого вчера вечером, — пробормотала она, перебирая в пальцах наши волосы. Её пальцы были шершавыми, как кора, но движения нежными, как у любящей матери. — Но, полагаю, мои прегрешения не сильно унизили меня в ваших глазах? Какая же вы прекрасная пара, Дочь Кунии и Чужак Люменарианны!

Лорея явно знала больше, чем говорила. Интересно, что ещё она видит?

Дриада развернула нас лицом друг к другу. Стоя над нами, а ростом она была под два с половиной метра, она буквально сияла материнской любовью. От неё исходило мягкое зеленоватое свечение, как от светлячков в летнюю ночь.

— Пусть благословение Древа Мира дарует вашему союзу радость и мир, дорогие мои, а также безопасность и счастье вашим многочисленным прекрасным малышам.

По телу разлилось приятное тепло. Не жар, а то особое ощущение, когда выходишь из тени на солнечную поляну весенним днём. Магия древних лесов, чистая и первозданная! Взял Лили за руку, чувствуя, как её пальцы в ответном движении сжали мои.

— Спасибо, моя госпожа, — сказал я. В горле встал ком — что-то в этом благословении затронуло глубинные струны души.

— Спасибо, моя госпожа, — эхом отозвалась Лили. Её длинные уши чуть дрогнули.

Лорея восторженно захлопала в ладоши, на миг став похожей на ребёнка, получившего долгожданный подарок.

— Ладно, пойдёмте смотреть Маленькую Розу!

И не успел я опомниться, как дриада подхватила нас на руки и понеслась к выходу. Она перешагнула через обломки стены так легко, словно это просто высокий порог. Двигаясь, дриада не выказывала внешне никакой спешки, длинные ноги двигались плавно, даже грациозно, но скорость… Ветер свистел в ушах, пейзаж размывался по сторонам.

А я-то думал, что с моим Стремительным быстро бегаю.

Участники рейда при виде Лореи явно растерялись. Ещё вчера она была боссом подземелья, осквернённой дриадой, которую требовалось упокоить, а теперь эта двухметровая женщина обнимала всех подряд, называя «милыми детьми». Суровый Борис неловко потоптался, когда она погладила его по голове, приговаривая что-то про «славного крепкого мальчика».

Юлиан выглядел совсем ошарашенным. Пожилой жрец явно не ожидал материнской ласки от бывшего рейдового босса, зато к моменту выхода из долины атмосфера заметно потеплела. Трудно злиться на того, кто искренне желает тебе добра, даже если этот «кто-то» иссохшая дриада с корой вместо кожи.

Через полчаса мы уже шагали по знакомой горной тропе. Отсюда открывались такие виды, что даже у меня, повидавшего красоты двух миров, захватывало дух. Горные пики терялись в утренней дымке, долины утопали в молочном тумане, а где-то далеко внизу расстилался Бастион. Леса, реки, поля и холмы до самого горизонта.

— О, как красиво! — Лорея остановилась, прижав ладони к груди. В её голосе звучало столько тоски, что казалось, в ней сконцентрировалась всю печаль мира. — Я совсем забыла обо всём этом! Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я видела что-либо, кроме тумана и разложения.

— Вам самое место здесь, в этой красоте, моя госпожа. Мне было больно видеть, как вы чахнете в тумане и тлении.

— Ах ты, милый ребёнок! — она наклонилась и поцеловала меня в лоб сухими, как осенние листья, губами, но в прикосновении чувствовалась неподдельная нежность.

Мы с Лили добрались бы до поместья за пару часов, благо ноги у нас быстрые, но пришлось идти в общем темпе. Тяжело нагруженные животные, уставшие бойцы, раненые… Стены Мирида показались только ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к западу.

— Пять дней! — пробормотала Ванесса, оглянулась на горы и тихонько рассмеялась. Звук напомнил шелест ночных крыльев. — Даже зная, что ты всегда всё делаешь невероятно быстро, я ожидала недель.

Харальд одобрительно кивнул. Ещё бы! Такой сложный рейд без единой смерти — это почти чудо.

Я выжидающе посмотрел на Харальда.

— Ты не думал о предложении присоединиться к моей основной группе в качестве постоянного спутника?

Мужчина усмехнулся. Морщинки в уголках глаз стали глубже, возраст брал своё, несмотря на магическое долголетие.

— Предложение весьма неожиданное, это точно. Мне придётся обсудить с жёнами переезд.

Его улыбка стала шире, в глазах заплясали озорные искорки.

— Хотя я уверен, что смог бы их уговорить, если бы вы помогли мне провести водопровод, отопление и горячую воду в дом, который я построю или куплю.

Ха, умный мужик! Горячий душ и тёплый сортир действительно творят чудеса с семейным счастьем.

Харальд помедлил, затем наклонился ближе.

— Кроме того, им было бы спокойнее знать, что я охочусь на монстров с человеком, обладающим Глазом Истины. Они всегда беспокоятся о моей безопасности, а знание врага, с которым сталкиваешься, значительно снижает неопределённость в бою.

Я в шоке уставился на него.

— Как… — начал я.

Харальд усмехнулся, выражение лица говорило «да ладно, я ж не слепой».

— Иногда у тайны есть только один ответ, каким бы невозможным он ни был.

Он посерьёзнел, ещё больше понизив голос.

— Но не волнуйся, даже если мы расстанемся, твой секрет останется со мной. Ты провёл нас через сложное подземелье, не потеряв ни одной жизни. Ты хороший лидер, я бы доверился тебе в будущих приключениях.

Протянул ему руку. В горле снова встал ком, не каждый день встречаешь такое понимание.

— Спасибо, друг мой. Надеюсь, если это станет хорошей переменой для твоей семьи, ты присоединишься к нам.

— Я тоже надеюсь на это.

Я пообещал самым важным участникам рейда, вроде Харальда, комнаты в поместье на ночь. Остальным помощникам места в гостевых домиках, если найдутся, а простым бойцам горячий ужин, холодное пиво и место под палатки на территории. Не густо, но лучше, чем ночевать под открытым небом после тяжёлого похода.

Эх, скорее бы достроили «Гарцующего пони». «Гарцующий Брони» звучало слишком уж… специфично. Все рассмеялись, кроме Мии-Ирен, которая только устало покачала головой на мою очередную шутку. Беременность делала её ещё более невозмутимой к моим выходкам.

Наш угол Бастиона стремительно превращался в оживлённый перекрёсток. Племя Мстительных Волков росло, деревня кошколюдей вообще разбухала, как на дрожжах. Беженцы с севера шли нескончаемым потоком: торговцы, рабочие, искатели приключений… Все тянулись к нам.

Официальный торговый путь между Бастионом и Кобраном теперь проходил через наши земли. Я договорился с вождём Дректаром о безопасном проходе, и это привлекало ещё больше народу. Плюс низкоуровневые искатели, которые шастали туда-сюда в поисках лёгких квестов и возможности прокачаться под боком у известной гильдии.

Идеальное время для постройки гостиницы! Признаюсь, я мечтал о классическом фэнтезийном трактире, чтоб с пенным элем, весёлым бардом, тёплым камином и разговорами о приключениях до утра. Тихие семейные вечера в поместье это прекрасно, но иногда душа просит шума и веселья таверны.

Поэтому я уговорил Мию, точнее убедил Ирен, как управляющую, построить «Гарцующего пони».

Пока что стоял только фундамент. До первой кружки эля под песни барда ещё далеко, но я уже представлял, как найму девушек-кошек из деревни в качестве официанток. И может, уговорю их носить форму горничных… Эдакий микс косплея и мейд-кафе в фэнтезийном антураже.

Моя гостиница — мои правила. Хочу и сделаю «Гарцующего пони» не просто придорожной забегаловкой, а местной достопримечательностью.

Возле фундамента кипела работа. Мия-Ирен руководила стройкой, восседая на смирной кобыле, живот уже не позволял ей много ходить пешком. Заметив наш отряд, она попросила рабочих помочь ей спешиться и поспешила навстречу.

Шагнул вперёд, чтобы поддержать её, но не успел. Лорея, только взглянув на миниатюрную рыжеволосую женщину, вдруг рухнула на четвереньки и распласталась по земле.

— Пощади, тюремщик! — взмолилась дриада. — Моё наказание свершилось!

Я ошалело уставился на неё, как и все остальные. В отличие от них, я хотя бы догадывался, что происходит: в Ирен сейчас была Мия, и Лорея это прекрасно чувствовала.

Богиня грациозно спешилась, удивительно легко для беременной женщины, и, подойдя к распростёртой дриаде, положила руку ей на плечо. Лорея вздрогнула всем телом.

— Поднимись, дитя, — голос Мии звучал печально. Она помогла дриаде встать и отвела в сторону, жестом приказав мне и Лили следовать за ними.

Карина попыталась пойти с нами, но я предупреждающе махнул рукой. Целительница не знала, что Ирен — сосуд богини, и сейчас не лучший момент для откровений. Когда мы отошли достаточно далеко, Мия заговорила мягким голосом:

— Дорогое дитя, ты называла меня другом до трагедии в твоей долине.

— Ты для меня гораздо больше, чем просто подруга, Люменарианна, — всхлипнула Лорея, снова падая на колени и сложив ладони в молитвенном жесте. — Моя любимая тётя!

Мия шагнула вперёд и обняла древесную женщину. Даже стоя на коленях, та была выше миниатюрной богини в теле Ирен.

— О, милая племянница, я никогда не переставала любить тебя и постоянно надеялась на лучшее. Вот почему я всё это время тебя защищала.

И тут меня осенило. Вот что беспокоило меня в этом рейде! Долина не могла столько веков оставаться незамеченной. Соколиные горы хоть и опасны, но не настолько изолированы. Кто-то рано или поздно должен был наткнуться на неё, зачистить подземелье. Если только…

Если только Мия не прятала это место, защищая свою «племянницу» от случайных искателей, которые просто убили бы обезумевшую дриаду.

Но почему именно я? Что такого особенного во мне? Может, дружба с Лигеей Розоцветной? То, что я взял дриаду в любовницы? Или то, что у меня растёт дочь-эльдари, а скоро родится ещё и дочь-дриада?

Или Мия просто доверяет мне и дала шанс помочь Лорее?

Последняя мысль казалась самой правдоподобной.

— Я не стану извиняться за то, что сражалась, защищая своих любимых детей! — яростно произнесла Лорея. В её голосе звучала вся боль тысячелетий. — Даже если посчитаете меня ничтожной, даже если вы и другие божества навсегда отвернётесь от меня, включая Мать, если и она не сможет простить. — Голос дриады дрогнул на последних словах, но она продолжила. — Я не могла сделать ничего другого, кроме как сражаться за них.

Мия положила ладонь на голову Лореи, и в этот миг я увидел её совсем другой. Она словно выросла, заполнив собой всё пространство, величественная, древняя как звёзды, несущая знание всей вселенной.

— Знаю, дорогая племянница, — голос Мии звучал с невообразимой мягкостью и пониманием. В глазах Лореи мелькнул проблеск надежды, первый за многие века.

Мия нежно погладила её по растрескавшемуся лбу.

— Ты сама знаешь, почему нам нельзя вмешиваться. Это правило непреложное для всех нас, незыблемое, как сам мир. И даже зная это, ты встала перед теми, кого любила, и подняла руку, чтобы уничтожить орду чудовищ, полностью осознавая последствия. И все эти века, страдая, ты всегда признавала свою вину, — богиня обхватила ладонями шершавое лицо дриады, приподняв её подбородок. — Поэтому, хотя я не могу обратить вспять время, но понимаю твоё решение и люблю тебя за это. И, думаю, ты поймёшь, что те, кто любит тебя больше всех, чувствуют то же самое.

Лорея разрыдалась, уткнувшись лицом в землю, плечи её тряслись.

Мия неловко опустилась на колени, ей мешал живот, и поцеловала дриаду в макушку. Затем резко выпрямилась и повернулась ко мне.

— Я отведу Лорею к Розе. Мне всё равно нужно к ней зайти, чтобы поговорить о… некоторых вещах.

Переглянулся с Лили.

— Ты говоришь так, будто не хочешь, чтобы мы шли с тобой.

— Дело не в желании, мой возлюбленный, — Мия положила руку мне на грудь. Прикосновение обожгло даже через одежду, божественная сила пульсировала в её ладони. — Ты совершил нечто чудесное для неё и для тех, кто её любит, но твоя роль в этом уже выполнена.

Я нахмурился, глядя на округлый живот невесты. На маленькой фигурке Ирен беременность казалась особенно заметной.

— Ты пойдёшь одна? В твоём-то положении?'

В глазах богини заплясали искры, в них мелькнуло что-то озорное, почти человеческое.

— Я спокойно доставлю Лорею на поляну Розоцветной и также благополучно вернусь домой.

Она просияла от радости.

— В конце концов мы поженимся через четыре дня, а я точно не собираюсь пропускать нашу свадьбу, как и свадьбу Илина и Амализы.

— Ты сможешь так быстро добраться туда и обратно? — удивлённо спросила Лили. Её уши встали торчком от изумления.

— Лорея понесёт меня туда. Она может двигаться как ветер, если захочет. А один из лосей Розы также быстро доставит меня обратно.

Мия достала Домашнюю Метку.

— Это тоже на последнем этапе. В общем, я смогу добраться домой к вечеру послезавтра, как раз к свадьбе Илина и Амы на следующий день.

Поездка выглядела изматывающей даже по моим меркам, но если Мия говорит, что справится, кто я такой, чтобы спорить с богиней? К тому же она никогда не стала бы рисковать Ирен или нашим ребёнком.

Крепко обнял рыжеволосую невесту, вдохнув запах её волос. Мёд и полевые цветы… Затем повернулся к Лорее, которая всё ещё лежала на земле.

Опустился рядом на колени, не обращая внимания на грязь.

— Простите меня, госпожа Лорея. Боюсь, я всё же не смогу сопровождать Вас в гости к госпоже Розоцветной.

Несколько секунд слышались лишь приглушённые рыдания дриады. Я уж думал, она не слышит, но потом плач оборвался.

— Нет, милое дитя, — пробормотала она, не поднимая головы. — Я понимаю. Ты передал меня на попечение тёти, и я благодарна тебе за доброту. Пусть твоя свадьба станет радостным событием.

Мия взяла древесную женщину за руку, помогая подняться.

— Пойдём, дорогая. Хочешь познакомиться с кем-нибудь из детей Розы, прежде чем мы отправимся? Астерия посажена здесь, в саду.

Лорея мечтательно вздохнула. Вся её фигура преобразилась: сгорбленные плечи расправились, в глазах появился проблеск жизни.

— О, звучит заманчиво. Они всегда такие милые, когда ещё саженцы, с такими нежными стебельками и листочками!

Дриада осторожно взяла богиню на руки и понесла к особняку. Голос её дрогнул.

— Я всегда отдавала своё сердце детям-Сумеркам, но, возможно, было бы неплохо иметь собственные саженцы, как у милой маленькой Розы, — она всхлипнула. — Чудовища оставили бы мои саженцы в покое, как дочерей Розы. Мои милые дети…

Мия погладила спутанные волосы дриады, похожие на тонкие ивовые ветви.

— Знаю, дорогая племянница. Некоторые раны никогда не заживают, а лишь притупляются со временем. Но давай не будем обременять маленькую Астерию горем, ладно?

— Ты права, — Лорея выпрямилась. — Наша задача — привести их к светлому будущему, свободному от наших бед.

Мы с Лили обменялись задумчивыми взглядами. В словах дриады таились и мудрость веков и бездна боли. Мы молча вернулись к отряду.

— Ладно! — крикнул я, переключаясь в режим командира. — Давайте-ка все устроимся, наедимся горячей едой и нальём холодного пива!

При мысли о маленькой Раде сердце забилось быстрее. Из-за подготовки к рейду я почти не видел малышку. Пухлые щёчки, крошечные ручки, тихое сопение во сне… Как же скучал по всему этому! Да и по другим детям и их матерям тоже.

— Ничего, скоро всё наверстаю, — пообещал себе. — Сначала съезжу в Терану с отрядом оценить и поделить добычу, потом свадьба, медовый месяц… Целая неделя отдыха после бешеной гонки последних месяцев.

Не могу дождаться!

Глава 18

Мэриголд ожидала нас во дворе вместе со всей прислугой. Розоволосая гнома устроила настоящую торжественную встречу. Тут были и Джохар с женой Анной, и гоблины из племени Дректара, и зверолюди из деревни. Кошки, псы, даже пара рогатых и все при полном параде.

Старшая горничная быстро взяла ситуацию под контроль. Команды из неё сыпались как из пулемёта: отвести отряд в столовую, разместить офицеров, обеспечить всех горячей водой для мытья. Двор превратился в муравейник, но организованный. Мэриголд дирижировала всем этим хаосом как опытный полководец.

Мы с Лили тем временем кинулись в объятия семьи. А семейка у меня, надо сказать, разрослась знатно. Зара держала на руках Глорию. Наша малышка-гоблинша уже вовсю ползала и тянула в рот всё подряд. Белла качала на руках близнецов Макса и Милу. Лейланна прижимала к себе Анну, а Самира баюкала новорожденную Раду. Триселла грациозно балансировала на хвосте.

Блин, да у меня тут целый детский сад! И это ещё не всё. Астерия росла в саду, а у Мароны тоже скоро должен родиться ребёнок.

Мия и Лорея присоединились к нам ненадолго, обнимая всех на прощание перед поездкой. Дриада суетилась вокруг малышей, воркуя и раздавая благословения направо и налево.

— Её сила почти иссякла, и не имеет особого эффекта, — шепнула мне Мия, прижавшись к боку. На лице богини играла грустная улыбка. — Тем не менее она делает это с добрыми намерениями, что, похоже, идёт ей на пользу.

После их ухода мы всей толпой двинулись к Астерии. Моя дочь-эльдари росла между двором и садом, мы специально выбрали такое место, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Толстый зелёный побег уже вымахал на полметра, и молодые листочки блестели на солнце словно изумруды.

Цветок не появится ещё пару лет, но Астерия уже всё чувствовала и понимала не хуже любого младенца.

Я опустился перед ней на колени, осторожно погладил нежные листья. Они казались мягкими как шёлк и чуть липкими от утренней росы.

— Мы дома, малышка. Я скучал по тебе и так рад тебя видеть! Посмотри, как быстро ты растёшь! Кажется, каждый раз, когда тебя вижу, ты становишься немного выше. Я так тобой горжусь!

Листики зашелестели в ответ, Астерия радовалась. Я научился различать её «настроение» по движению листьев. Сейчас она была счастлива.

Потом настала очередь обнять остальных детей. Глория увидела меня и с радостным визгом поползла прямиком в мою сторону. Её острые зубки уже прорезались, пришлось быть осторожным, когда целовал пухлые зелёные щёчки.

— Ты уже такая большая! — сказал ей, поднимая над собой на вытянутых руках. — Скоро начнёшь бегать и попадать в неприятности, как твоя мама в детстве.

Зара фыркнула, но в глазах заплясали смешинки.

Близнецы радостно завиляли хвостиками при моём приближении. Пушистые золотистые метёлки так и мелькали из стороны в сторону. Оба тянули ко мне ручки, издавая радостные звуки.

Помнят папу! Моё сердце сжалось от нежности. Взял на руки сразу обоих, погладил мягкие ушки. Макс тут же вцепился ручонками в мою бородуй нос, а Мила принялась изучать пуговицы на рубашке.

Анна мирно мурлыкала, когда я взял её на руки. Бархатные чёрные ушки дёргались во сне, длинный хвост обвился вокруг моего запястья. Поцеловал её в макушку максимально осторожно — не хотелось будить. Большие голубые глаза приоткрылись на секунду, потом снова закрылись.

Пухленькая Рада оказалась на редкость спокойным ребёнком. Серо-зелёная кожа была удивительно мягкой, крошечные клыки едва проглядывали из дёсен. Она свернулась у меня на руках калачиком и мирно посапывала.

В конце концов пришлось передать малышей их мамам — ужин в большой компании не пойдёт не пользу сонным младенцам. Обычно мы с жёнами сами укладывали их спать. Сначала обнимашки, сказки, колыбельные, а потом сидели в обнимку и смотрели, как они засыпают, но сегодня придётся доверить это няням.

К тому же я ещё толком не видел своих женщин. Конечно, пока возились с детьми, я успел расцеловать всех. Даже Мэриголд перехватил, когда она отвлеклась от организации ужина. Подхватил на руки и крепко поцеловал. Гномка хихикнула и шлёпнула меня по плечу, но в глазах заплясали довольные искорки.

За ужином главной темой разговоров стал, конечно же, рейд. Участники наперебой рассказывали о приключениях в Светолесье, наших боях с драконами и нежитью. И тут всплыла тема моего проклятия.

Вот блин! И как забыл предупредить, что об этом лучше помалкивать? Решил, наверное, что раз всё обошлось, то никто об этом и не вспомнит. Как же я ошибался!

— Подождите, подождите! — Лейланна резко оборвала рассказ Юлиана о битве со слизью. — Что, чёрт возьми, это за порча? И что вы там сказали про двадцать четыре часа отпущенной Артёму жизни?

— Что случилось в течение этих двадцати четырёх часов? — Белла уставилась на меня. Видимо, её чутьё всё-таки подсказывало, что я что-то скрываю.

Зара сидела у меня на коленях, обвив мою талию руками. Сейчас пальцы сжались так, что почувствовал ногти даже через рубашку, а огромные золотые глаза распахнулись в немом вопросе.

Пришлось признаться. Да, искренне боялся смерти. Да, именно поэтому так гнали к Великому Ясеню. Да, мог умереть или стать чем-то похуже.

— Почему ты не сказал нам сразу? — голос Самиры дрожал. Обычно спокойная хобгоблинша теребила салфетку так, что та вот-вот грозила порваться в клочья. — Мы твоя семья, любим тебя и решили разделить с тобой жизнь. Ты не можешь выбирать, что нам рассказывать, потому что боишься чем-то взволновать нас.

Триселла выпрямилась в своём специальном кресле, которое я сам проектировал его с учётом русалочьего хвоста.

— И как мы можем чувствовать себя спокойно, отпуская тебя навстречу опасности, если ты не рассказываешь нам, что там происходит⁈

Даже Мэриголд вмешалась, на секунду оторвавшись от руководства подачи блюд.

— Я не смогу удовлетворить ваши потребности, если останусь в неведении относительно проблем, с которыми вы сталкиваетесь, Мастер.

Лейланна бросила на Лили обвиняющий взгляд.

— Почему ты нам ничего не рассказала⁈ Мало того, что ты проводишь с ним всё время, так ещё и помогаешь скрывать от нас секреты!

Лили сжалась, теребя одну из своих аккуратных косичек.

— Я… Я не хотела…

— Эй, оставьте Лили в покое! — рявкнула Белла. Чёрный хвост её встал торчком. — Это не её работа шпионить для вас или докладывать то, что Артём должен рассказать сам.

Вот же дерьмо! Смотреть, как они ссорятся из-за меня, было невыносимо.

— Я и не пытался что-то скрывать от вас, правда! — попытался объяснить. — Просто… не знаю, не хотел портить встречу, сразу поднимая эту тему. Особенно учитывая, что рядом дети.

— И когда же ты собирался сообщить нам, что тебя могла постигнуть ужасная смерть от проклятого яда? — Зара говорила тихо, но в глазах стояли слёзы. — Ты собирался просто так, между делом, обронить это вскользь через пару недель?

На другом конце стола участники рейда изо всех сил делали вид, что их тут нет. Все, кроме Юлиана. Старый жрец явно наслаждался семейной драмой. Борис же невозмутимо уплетал жаркое, будто ничего не происходило.

Я встал, всё ещё держа Зару на руках.

— Давайте поднимемся наверх, — тихо предложил своим невестам.

Женщины согласно кивнули. Даже Мэриголд бросила пару распоряжений горничным и пошла с нами в главную спальню.

Комнату недавно расширили, поставили кровать размера супер-кинг-сайз плюс. Места здесь хватало всем, но сейчас я сел на край, чувствуя себя виноватым школьником в кабинете директора. Женщины окружили меня со всех сторон, каждая старалась протиснуться как можно ближе.

Оглядел их всех. Лейланна по привычке устроилась за спиной, обняв за плечи, моя голова покоилась между её роскошных грудей.

— Хорошо, скажу честно, — начал я тихо. — Когда думал, что умру, больше всего меня пугала не сама смерть, а боль, которую причиню вам, моё отсутствие в жизни наших детей. Это ужасное чувство беспомощности, которому я не мог противостоять, от которого не мог убежать. И всё из-за опасности, которую навлёк на себя по собственной глупости: полез к явно проклятому врагу. — Я вздохнул.

— Наверное, просто не хотел, чтобы вы это чувствовали. Хотя вы имеете право всё знать, и я никогда больше не стану скрывать от вас подобное. Просто хотел избавить вас от боли и страха.

В комнате повисла тишина.

— Триселла правильно сказала, — наконец произнесла Зара. — Мы знаем, что ты сталкиваешься с опасностью каждый раз, когда уходишь. Нам приходится жить с мыслью, что ты можешь не вернуться. И единственное, что мы можем сделать — это надеяться и молиться, что ты будешь максимально осторожен.

Самира кивнула, взяв мою руку. Мозолистые пальцы хобгоблинши крепко сжали мою ладонь. — И мы не можем быть уверены в твоей осторожности, если не понимаем, с какими опасностями ты сталкиваешься, — её пальцы сжались сильнее. — Пожалуйста, любимый. Поделись с нами своими переживаниями. Борьба с монстрами занимает большую часть твоей жизни. Если ты будешь держать нас в стороне, начнёшь чувствовать себя чужим.

Белла устроилась у моих ног, положив голову на колени. Её тёплое дыхание согревало через ткань брюк.

— И не думай, что щадишь нас, скрывая такие вещи. Самый большой страх — неизвестность. Всё что угодно лучше неё! — она жалобно вздохнула. — Кроме того, быть твоей семьёй — значит, делить с тобой это тяжкое бремя. Ты не можешь тащить всё на своих плечах. Позволь нам помочь также, как ты помогаешь нам.

— И тогда мне не придётся разрываться между желанием быть твоим компаньоном и необходимостью хранить секреты, — добавила Лили, прижавшись к моему боку.

Я моргнул, прогоняя влагу из глаз. Горло сжалось.

— Хорошо, понял. Спасибо и простите.

Улыбнувшись, оглядел женщин, которые стали моим миром, всей моей жизнью.

Мы сплелись в один большой тёплый клубок из тел, любви и прощения. Я прикрыл глаза, позволяя стрессу последних дней уйти в объятиях любимых. Тепло, уют, запах родных людей — лучшее лекарство от любых тревог.

Наконец Мэриголд деликатно кашлянула.

— Мы спустимся обратно к ужину, или мне сказать слугам, что хозяева уже отправились спать?

Женщины переглянулись с понимающими улыбками.

— Второй вариант, — промурлыкала Лейланна прямо мне в ухо. Её ловкие пальцы уже поглаживали мою грудь через рубашку. — В конце концов мы пропустили твой день рождения. Ирен говорила, это довольно важное событие на твоей…

Она осеклась, покосившись на Мэриголд. Гномиха не знала о моём земном происхождении, и Лейланна быстро исправилась.

— На твоей родине.

— Ага! — Белла радостно завиляла хвостом. — Кроме того, наша свадьба через несколько дней, так что нам нужно потренироваться перед брачной ночью.

В голосе Мэриголд прозвучали нотки тоски:

— А те из нас, кто не собирается выходить замуж, останутся в стороне во время медового месяца. Так что они будут рады получить немного внимания авансом.

Хихикнув, она обхватила мою талию маленькой ручкой и начала поглаживать через ткань. Прикосновение отозвалось приятной дрожью по всему телу.

Ухмыльнулся, оглядывая своих женщин. Тело уже реагировало на их близость: сердце забилось быстрее, кровь прилила к нужным местам.

— Полагаю, мы готовы лечь спать.

— И хорошенько отдохнуть, — добавил мысленно, встретив горящие желанием взгляды.

Глава 19

Мои невесты явно решили вовсю повеселиться в эту ночь, я почувствовал их настрой сразу, как только переступил порог спальни. В воздухе витало напряжение, смешанное с желанием и чем-то ещё. Тревогой? Наверное, всё дело в моей постоянной привычке рисковать жизнью. Или в предстоящей свадьбе? А может, просто соскучились? Ведь я отсутствовал больше недели.

Аромат Лили окутал меня плотным облаком, стоило ей прижаться ко мне. Её способность усиливать желание работала на полную катушку, и остальные девушки тоже попали под её влияние. Даже обычно сдержанная Лейланна дышала чаще, а Зара в нетерпении облизывала губы.

Несмотря на усталость после целого дня в дороге, тело откликнулось мгновенно. Семь прекрасных женщин, готовых подарить мне свою любовь! Чёрт, иногда я всё ещё не мог поверить в реальность происходящего, будто это какой-то сладкий сон, и ты боишься проснуться.

— Нам нужна система, — заявила Лейланна, стягивая с меня рубашку. Её пальцы скользнули по шрамам, отметинам от недавних приключений. — Иначе кто-то останется обделённым.

— У Артёма хватит сил на всех! — уверенно заявила Белла, виляя хвостом, но в голосе всё же проскользнула нотка сомнения. — Правда ведь, милый? Завтра рано вставать, ехать в Терану…

Пока они обсуждали очерёдность, начиная от позы и кончая временем последней близости, я наслаждался вниманием и заботой. Мягкие руки стаскивали с меня одежду, а потом горячая вода в ванне смыла дорожную пыль вместе со следами усталости. Наконец семь прекрасных обнажённых женских тел окружили меня на огромной кровати. Запах возбуждения витал в воздухе, смешиваясь с ароматами масел и благовоний.

— А давайте по старшинству? — предложила Самира. После родов прошло достаточно времени, и она явно истосковалась по близости.

— Тогда Мэриголд последняя, — хихикнула Зара. — Она и так постоянно утаскивает Артёма в укромные места, усердно выполняя свои «обязанности старшей горничной».

Гнома надулась, но промолчала. Все знали, что это правда. Стоило мне появиться в поместье, как она находила повод увести меня в какую-нибудь кладовку или пустую комнату.

Терпение лопнуло, когда Белла прижалась ко мне всем телом, тихонько постанывая от желания. Её бёдра тёрлись о мою ногу, оставляя на ней влажный след. К чёрту системы и очереди! Я перекатился, подминая её под себя.

— Артём! — возмущённо воскликнула Лейланна, но в её голосе звучало больше веселья, чем упрёка.

Не обращая внимания на протесты, я раздвинул ноги Беллы и одним движением вошёл в неё. Она выгнулась подо мной, издав протяжный стон. Горячая, влажная, идеально тугая. Как же я соскучился по ней!

Все пререкания мгновенно прекратились.

— Не волнуйтесь, — выдохнул, начиная двигаться. — Меня хватит на всех!

Весьма смелое обещание, учитывая, как долго меня не было дома. Но отступать поздно, девушки восприняли мои слова как личный вызов.

Белла словно сошла с ума. Она кончала раз за разом, и её киска сжималась вокруг члена вибрирующими волнами наслаждения. Атлетичное тело двигалось навстречу каждому толчку, а крики удовольствия становились всё громче. Пришлось Самире прикрыть ей рот ладонью — не хватало ещё разбудить детей или потревожить гостей.

Я сосредоточился на её ощущениях, а не на своих. Ласкал полную грудь, дразнил соски, поглаживал клитор, делал всё, чтобы продлить её наслаждение. Думал о холодных горных ручьях, сложных характеристиках предметов из последнего рейда, делал расчёты урона — что угодно, лишь бы продержаться подольше.

Через несколько минут киска Беллы сжалась слишком сильно. Пара толчков, и из неё вырвался поток сквирта, а тело содрогнулось. Я остановился и вышел. Ещё немного, и я бы сам потерял контроль. Белла жалобно заскулила, но я уже откатился в сторону, тяжело дыша.

— Моя очередь! — Мэриголд забралась на меня, не дожидаясь разрешения. Но вместо того чтобы насадиться на член, она прильнула к нему, подставив мне свою киску.

Мэриголд умела делать потрясающий минет. Обычно она не заглатывала глубоко, но сегодня решила удивить меня, а заодно и побить все свои предыдущие рекорды. Я почувствовал, как головка проскользнула в узкое горло. Чёрт! Пришлось уткнуться лицом в её лоно, сдерживая стон, пока она давилась моим огромным инструментом.

Воображение нарисовало картину, как её шея раздувается от протискивающегося в неёчлена… Бёдра дёрнулись помимо воли, заставляя её закашляться, но гнома упрямо продолжала… Она что-то промычала, затем начала стонать от моих ласк, и волна жара пробежала по всему моему телу. Её голова задвигалась активнее, а тело задрожало. Одним рывком она заглотила член до самого основания, и в ту же секунду из него вырывался мощный поток. Пока Мериголд пила всё до последней капли, её тело билось в сладких судорогах.

Как же хорошо!

— Эх! — жалобно простонала она, когда смогла говорить. Но Самира уже забиралась на меня сверху.

Я лежал, восстанавливая дыхание. Вид её соблазнительного тела, сексуальные формы, тёмно-зелёная кожа, упругая грудь с торчащими коричневыми сосками мгновенно вернули мне боевой настрой.

Мы не занимались с ней любовью с самих родов. Потом Самире требовалось время на восстановление, а я не торопил события. Но сейчас, когда она медленно опускалась на меня, в её бледно-жёлтых глазах читались такие нежность и желание…

Не в силах просто лежать и наслаждаться моментом, я обнял её за талию и аккуратно перевернул, оказавшись сверху. Самира довольно взвизгнула, широко и приглашающе разведя ноги.

Двигался я медленно, нежно, но глубоко. Каждый толчок, каждое движение заставляли её тихонько всхлипывать от удовольствия. Она обвила меня руками и ногами, уткнувшись лицом в грудь, пока волны наслаждения накатывали на неё одна за другой.

Когда Самира обмякла подо мной, довольная и расслабленная, пришлось проявить всю силу воли. Стиснув зубы, откатился в сторону. Член вновь пульсировал, требуя разрядки, но я сдержал порыв.

Лейланна уже ждала, извиваясь от нетерпения. Она прижалась ко мне спиной, и я ощутил мягкость её безупречной серой кожи. В полумраке комнаты она казалась почти чёрной с красноватым отливом от возбуждения.

Эльфийка начала тереться округлыми ягодицами о мой влажный от смазки член. Скользко, горячо, невыносимо соблазнительно. Обнял её, притягивая ближе, и принялся целовать шею. Она тихонько застонала, когда я прикусил чувствительное местечко под ухом.

Мои руки скользнули по её телу, задержались на груди, потом спустились к животу. Она прижалась плотнее, отвечая на нежное поглаживание.

Слегка приподняв эльфийку, просунул член между её бёдрами. Влажные от возбуждения, они сжались, создавая приятное трение. Головка медленно скользила по её складкам, задевая клитор при каждом толчке.

— Любовь моя! — выдохнула Лейланна, сжимая ноги ещё сильнее. Её бёдра колыхались в такт моим движениям, усиливая ощущения.

Комната наполнилась стонами и влажными звуками, девушки не теряли времени даром, лаская себя.

И я не выдержал. Одним плавным движением вошёл в Лейланну, раскрывая её тугое лоно. Она издала сладостный стон, выгнувшись в моих объятиях. Склонившись к длинному заострённому уху, принялся посасывать его кончик, продолжая медленно двигаться внутри любовного туннеля.

Приближение её оргазма ощутил, кажется, всем своим существом. Внутренние стенки начали ритмично сжиматься, Лейланна напряглась, застонав громче, я резко подался вперёд, ей навстречу. Тело вспыхнуло, и нас накрыла волна удовольствия. Да! Как же это… хорошо!

Не успел отдышаться, как на меня налетела Лили. Серебристые косички щекотали грудь, пока она устраивалась сверху. Кунида резко, жадно опустилась на упругий член.

— Покажи всё, на что способен, — заявила она, лукаво улыбаясь. Её аромат накрыл нас плотным облаком. — Потому что я не слезу, пока не кончу как следует.

Девушки рассмеялись, хотя некоторые попытались возразить. Лили только улыбнулась шире и поправила свои очки.

— Да ладно вам! Все успели с ним покувыркаться перед отъездом. А я, между прочим, уже почти на грани.

Она начала подпрыгивать на мне в бешеном темпе. Бледное тело напряглось, голова запрокинулась назад, бархатистые ушки подёргивались в такт движениям. Я безжалостно тёр её клитор, играл с идеальной грудью, и вскоре она заскулила, содрогаясь в оргазме.

Но когда Лили попыталась слезть, я схватил её за бёдра. Развернул и уложил лицом в подушки. Она удивлённо взвизгнула, попыталась встать на колени, но я прижал её к кровати и устроился сверху, протиснувшись между плотно сжатых бёдер. В таком положении она ощущалась ещё более узкой, невероятно тугой и горячей. Ух!

Каждый толчок заставлял головку тереться о чувствительную точку куниды, и она извивалась подо мной, издавая сладкие стоны.

Её второй оргазм оказался сильнее первого. Лили буквально визжала в подушку, пока я продолжал двигаться, не давая ей ни секунды передышки. Аромат её возбуждения дурманил голову, заставляя забыть об осторожности.

Только когда Лейланна и Белла буквально оттащили меня от извивающейся куниды, я опомнился и смущённо усмехнулся, глядя на их надутые лица.

— Извините, увлёкся.

— Не волнуйся, любимый, — Зара похлопала меня по ноге.

— Ага, — поддразнила Лейланна, занимая место рядом со всё ещё дрожащей от наслаждения Лили. — Нужна целая толпа народу, чтобы удержать Артёма от затянувшегося секса с нашей милашкой.

Все рассмеялись, я тоже не мог сдержать улыбку. Эльфийка попала в яблочко! С Лили я действительно терял голову чаще, чем с остальными. Может, дело в её особом аромате, а может, в том, как идеально мы подходим друг к другу физически?

Мягкие руки обняли меня сзади, и большой живот прижался к спине. Повернувшись, я увидел Трису. Русалке оставалось совсем немного до родов, и классическим сексом заниматься не стоило. Я притянул её к себе, коснулся губами шеи, провёл дорожку поцелуев до груди, нежно погладил живот руками и стал покрывать его нежными поцелуями, а мои пальцы, поглаживали и тёрли её клитор. Минута, две, три… Триса вскрикнула и дрогнула. Вот так, милая. Я отстранился, довольно улыбнулся и… встретился взглядом с Зарой.

Сам не понял, когда она успела устроиться в моих объятиях. Хрупкая, мягкая, тёплая. Зеленоватая кожа блестела от ароматного масла. Прижал её к себе крепче, зарываясь носом в шелковистые иссиня-чёрные волосы, с наслаждением вдохнул запах жасмина с примесью чего-то острого, возбуждающего. Её природные феромоны работали на полную мощность.

Я вошёл в неё нежно, без спешки. Член легко скользнул в невероятно тугое лоно, её любовные соки создавали идеальную смазку.

Медленно, размеренно, толчок за толчком я входил в неё и чувствовал, как отзывается тело Зары, как пульсирует любовный туннель. Она вскрикнула, по киске прошла пульсирующая вибрация, я потерял контроль и излился, наполняя любимую горячим семенем.

Зара обняла меня, пока я содрогался от наслаждения. Она тоже уже находилась на грани и быстро присоединилась ко мне. Узкие стенки ритмично сжимались, выдаивая из меня всё до капли.

Но я не остановился, а продолжал двигаться. Член и не думал падать, феромоны били в голову, а недюжинная выносливость и плодовитость позволяли заниматься сексом часами.

Прижимая её к себе, я целовал короткие заострённые ушки, покусывал мочки.

Не прошло и минуты, как Зара достигла второго, более мощного оргазма. Она пронзительно взвизгнула, обхватив меня руками и ногами, и задрожала всем телом. Её лоно запульсировало вокруг всё ещё твёрдого члена, продлевая обоюдное наслаждение.

Наконец я окончательно пришёл в себя, отстранился и оглядел женщин, сидящих и лежащих рядом. Моя семья, мой дом, мои дети — вот то, ради чего стоит жить и бороться в этом странном новом мире.

Дорогие сердцу женщины окружали меня со всех сторон, стараясь прижаться как можно теснее. Тёплые тела, мягкая кожа, запах возбуждения и счастья.

— С днём рождения! — воскликнула Белла, радостно виляя хвостом. — А теперь на второй круг! Хотим ещё!!!

Под дружный смех она забралась на меня, устроилась так, чтобы её влажные складки оказались прямо над моим членом и опустилась одним плавным движением, принимая его до упора.

Это было только начало долгого, изматывающего, но невероятно счастливого вечера.

Я уделил столько внимания каждой, сколько они хотели. Мои девчонки тоже не сидели без дела, лаская меня и целуя, пока восстанавливал силы между раундами.

В итоге я заснул далеко за полночь совершенно вымотанный, но донельзя довольный. Утро позовёт в путь слишком рано, впереди дорога в Терану и важные дела. Но сейчас, лёжа между Лейланной и Трисой, окружённый теплом и любовью, я не жалел о короткой ночи.

Это того стоит. Всегда стоит!

Глава 20

Мэриголд пришлось не раз выслушать насмешки, когда она заявила на том, что хочет присоединиться к нам в походе в Терану. Ну да, все догадывались, малышка явно рассчитывала урвать побольше времени наедине со мной.

Но маленькая гномиха оказалась не так проста, резонно заметив, что раз Ирен нет рядом, кто-то должен помочь с оценкой добычи и распределением долей между участниками рейда. И правда, наша старшая горничная разбиралась в финансах получше многих купцов, может, даже лучше самой Ирен. Хотя вслух я такого не сказал.

— Честно говоря, мне будет гораздо спокойнее, если ты поедешь с нами, — признался я, взъерошив её розовые волосы. Шелковистые пряди доходили ей до щиколоток. И как только она с ними управлялась⁈ — С твоим-то талантом к цифрам удивляюсь, что ты ещё не возглавляешь какую-нибудь крупную торговую компанию.

Реакция Мэриголд оказалась неожиданной. Вместо привычной шутливости в её глазах мелькнул самый настоящий испуг, даже, можно сказать, паника, хотя длилось это меньше секунды. Настолько быстро, что я засомневался, не показалось ли?

Игривая ухмылка вернулась на место также молниеносно.

— Только идиот променяет благородное призвание горничной на возню с медяками в какой-то конторе! — фыркнула она, задрав носик. — К тому же наше поместье развалится без меня. Кто будет заниматься всей той мелочёвкой, на которую у Ирен вечно нет времени?

И ведь не поспоришь! Мэриголд действительно тащила на себе кучу повседневных забот поместья Мирид.

Когда все вопросы уладили, наша большая компания двинулась в путь. Очаровательная гномиха с довольным видом устроилась передо мной в седле. Мимолётное замечание о торговле явно задело какую-то больную тему, но сейчас она без умолку щебетала о делах поместья: необходимых закупках, найме рабочих для расширения, подборе новых слуг.

— Почему ты совсем не используешь горничных, которых я уже наняла? — поинтересовалась она с надутым видом. — Особенно Клавдию. Бедняжка так надеялась поработать в поместье, мечтала о возможности развлечься с легендарным любовником, сиром Артёмом Мирид…

Щёки обожгло жаром. Чёрт, а я и не подозревал, что симпатичная девица с огромной грудью и небольшими рогами ко мне неравнодушна! Хотя это объясняло её долгие томные взгляды из-под невероятно густых ресниц.

Если честно, идея показалась заманчивой. Я ещё не встречался с девушками её расы, а Клавдия сложена… внушительно. Не толстая, скорее мускулистая, крепкая, с роскошной грудью и аппетитными округлостями, на которых так и хотелось прокатиться.

— Ты вообще особый случай, — заметил я, уткнувшись носом в нежно-розовые волосы, пахнущие какими-то цветами. Наверное, специальное масло. Всё-таки пора дать ей понять, что работа в поместье это не лучший способ попасть ко мне в постель.

Мэриголд обернулась, лицо старшей горничной приобрело хитрое выражение. — Кстати, об обслуживании… — хихикнув, она нырнула под мой плащ, добираясь до шнуровки штанов.

Пришлось выловить её обратно на свет божий, пока она не успела зайти слишком далеко.

— Нас окружают люди, — мягко напомнил я.

Гномиха скрестила руки на груди, очаровательно надув губки. — Они же ничего не увидят.

Ага, конечно! Любой дурак догадается, чем мы заняты, если Мэриголд спрячется у меня под плащом.

— Может, позже отъедем в сторонку и найдём укромное местечко, — предложил я, поглаживая её по голове. Она разочарованно засопела, но смирилась.

— Запишите и меня в компанию, — подала голос Лили с усмешкой. Моя невеста-кунида предпочитала идти пешком — на лошади она держалась хуже новобранца в первый день службы, зато бежала рядом абсолютно без признаков усталости.

К чести моей старшей горничной, она продержалась почти час, и мужественно терпела, пока Владис травил байку про вепря, запутавшегося в ежевичных кустах. А потом вдруг откашлялась с самым невинным видом:

— Хозяин, нам нужно обсудить кое-что наедине.

Я покосился на спутников. Те ухмылялись так, словно на лбу у меня крупно написано, что именно мы собираемся «обсуждать». Ну и ладно. Направил коня с тропы к ближайшей роще, стараясь сохранять серьёзное выражение лица. Лили увязалась следом тоже с самым что ни на есть деловым видом.

Едва мы скрылись за деревьями, я натянул поводья и повернулся к своей возлюбленной-гномихе с кривой улыбкой: — Ну и что за срочное дело?

Она захихикала.

— Как будто ты не догадываешься, — а проворные пальчики уже задирали юбку французской униформы горничной, той самой, которую она заставила носить всю прислугу в поместье. Знала ведь, зараза, как меня заводит этот наряд.

Я ухмыльнулся, когда розоволосая гнома ловко развязала мои штаны, высвободила уже готовый к бою член и потёрлась о него влажными складками, дразня.

— О, вот это, я понимаю, и правда деловой разговор.

Мэриголд медленно насадилась, всхлипнув от наслаждения. Я почувствовал, как её жар обволакивает меня. Тесно, горячо, идеально.

— Иногда больше всего говоришь именно без слов, — она начала покачиваться, постанывая. — Или репликами вроде «о чёрт» и «богиня, ты огромный».

Лили рассмеялась звонко, искренне.

Я тоже не удержался от смеха.

— Похоже, у меня очень непослушная маленькая горничная.

Моя любовница задрала юбку ещё выше, полностью обнажив роскошную попку. Розовая кожа так и просилась под ладонь. Старшая горничная начала подпрыгивать на члене, набирая темп. — Тогда, может, стоит сделать мне выговор, хозяин? — промурлыкала она.

Я ухмыльнулся и начал легонько шлёпать её по мягким полушариям. Не больно, скорее дразня. Она взвизгивала от удовольствия, ускоряясь, и мне пришлось прикрыть ей рот краем плаща. А то услышат же! Хоть мы и отъехали, но не настолько далеко.

Учитывая, что остальные ждали неподалёку, затягивать не стоило. Я наслаждался скачкой Мэриголд, её внутренние мышцы сжимались в такт движениям, доводя меня до безумия. Через несколько минут обхватил её за широкие бёдра, притянул вплотную и излился глубоко внутрь мощными толчками, от которых она задрожала в моих руках.

Не успел я перевести дыхание, как Лили уже стянула свои штаны и наклонилась, ухватившись за лодыжки. Классическая поза, открывающая полный доступ. Её пушистый белый хвостик подёргивался от нетерпения. Я спешился, пристроился сзади, войдя одним движением, она была уже мокрая, готовая, и начал двигаться резко, глубоко, как она любила. Лили застонала, сжимаясь вокруг меня, и через пару минут я выплеснулся и в неё. Семя било толчками, наполняя её лоно.

Мэриголд быстро привела нас в порядок и сама вмиг из растрёпанной любовницы превратилась обратно в чопорную горничную. Мы вернулись к остальным с самым невинным видом. Хотя кого мы пытались обмануть? По многозначительным ухмылкам было ясно, что все всё прекрасно поняли.

Благодаря раннему подъёму и бодрому темпу, к вечеру мы уже входили в ворота Тераны. Солнце клонилось к закату, окрашивая каменные стены в медовые тона.

После короткого совещания решили закончить все дела сегодня и направились прямиком в контору Тераны, солидное трёхэтажное здание в деловом квартале. Норман, владелец, выскочил встречать нас лично. За ним семенила целая толпа клерков.

Обменялись любезностями, дежурными, но необходимыми, а дальше началась рутина: выгрузка добычи, подсчёты, составление описей. Отдельно фиксировали, что осталось в руинах Светолесья, потом отправим рабочих забрать трофеи.

Мэриголд быстро освоилась, став идеальным связующим звеном между счетоводами и нами: предоставляла Норману нужную информацию, улаживала споры, следила, чтобы никого не обделили. В этот момент я понял, почему она так ценна для поместья. Гномиха не просто горничная, а настоящий управляющий.

Участники рейда толпились тут же, следя за справедливостью распределения, многие просто стояли и ждали. Все доверяли Норману, ведь репутация у него безупречная.

Часа через три владелец конторы огласил итог. Мэриголд кивнула, я тоже проверил выкладки. Сходилось. Юлиан и ещё пара дотошных участников тоже согласились. Общая стоимость добычи составила 43 872 золотых и 81 серебряная. Плюс-минус пара монет.

Сумма вышла внушительная, но это лишь валовая оценка. Из неё вычитались мои авансы участникам, стоимость предметов, которые кто-то выкупал для себя, включая мой легендарный сундук стазиса, оплата рабочим за вывоз оставшихся материалов, ремонт и переработка сырья.

Плюс оплата обслуги лагеря: поваров, носильщиков, ремесленников. Большинство авантюристов привели своих людей и платили им сами, но общих наёмников оплачивал рейд.

И главное, добычу оценивали по оптовым ценам. Глава рейда не мог продать всё по розничным расценкам, это заняло бы месяцы. Счётная палата брала на себя сбыт, но со скидкой. Плюс компенсация за мои усилия как организатора.

Несколько участников решили забрать свою долю товаром, а не золотом. Их право, пусть попробуют продать сами по более выгодному курсу. Меня такое вполне устраивало, иначе пришлось бы занимать у Нормана под проценты, чтобы расплатиться со всеми, а долгов я не люблю. Хватает и так забот.

Осталось только поделить доли. В больших рейдах лидеры групп получали по половине дополнительной доли, но нас всего пятнадцать человек, какие тут группы? Только моя доля лидера и половинная доля Владиса как зама.

Учитывая, как люди рисковали ради меня в тех проклятых руинах, я отказался от лидерской доли, проигнорировав все протесты. Нечего спорить, я так решил.

С Борисом вышла заминка. Решили дать ему половину доли. Справедливо.

В итоге каждому досталось 2924 золотых и 85 серебряных. Борису половина, Владису полторы доли. Примерно половина деньгами и ценностями, половина товаром.

Дальше началось самое муторное. Те, кто покупал предметы, получали сдачу из своей доли. Те, кто хотел только монеты, забирали деньги. А желающие получить долю товаром начали торговаться, кому что достанется. Нельзя же просто забрать всё лучшее, приходилось договариваться.

Потянулись споры, препирательства, взаимные упрёки. К концу я чувствовал себя выжатым лимоном, будто не из дома приехал, а десять раз зачистил подземелье. Когда большинство участников наконец пожали мне руки и ушли восвояси, солнце уже давно село.

Остались только мои постоянные спутники да Харальд, тот собирался с нами до Джардана, чтобы поговорить с семьёй.

А мне ещё предстояла куча хлопот: продажа добычи, хранение, доставка в поместье. Наличных денег ноль, даже в минус ушёл, всё вложив в рейд.

Конечно, когда распродадим товар, мы с Лили получим свои доли, может, даже с наваром, если повезёт с ценами. Но пока что экспедиция принесла только убытки, особенно учитывая, сколько пришлось выкупить из общей добычи.

Вот они, радости лидера рейда! Слава, почёт и пустые карманы.

Словно почувствовав моё паршивое настроение, Норман хлопнул меня по плечу. Рука у него оказалась тяжёлая, бывший авантюрист, что тут скажешь.

— Пойдём, парень. Позволь угостить тебя и твоих спутников ужином в «Под сенью гор». Обсудим, как можно помочь тебе разобраться со всем этим барахлом.

Я заколебался. Норман вёл дела честно. Нет сомнений, он поможет продать добычу по максимуму за соответствующий процент конторе, разумеется.

Но где-то в глубине души хотелось разобраться самому, не переплачивая посредникам, когда семья росла не по дням, а по часам в самом буквальном смысле: жёны беременели одна за другой.

Хотя его помощь не помешает.

— Благодарю за гостеприимство, был бы признателен, если добыча пока полежит у вас, — ответил я с усталой улыбкой. — Но сегодня больше никаких дел, мозги кипят после всех этих торгов и расчётов.

Норман расхохотался, снова хлопнув меня по плечу.

— Погоди, вот возглавишь полноценный рейд с дворянами, наёмниками и прочими, кому проще глотку перегрызть, чем найти компромисс, тогда начнём делить добычу днями, а не часами. И настроение к концу будет куда хуже'.

Я покачал головой:

— Оптимист вы, Норман. Вряд ли мне светит такая честь.

Мои спутники фыркнули, Лили с Владисом вообще расхохотались в голос. Владелец конторы ухмыльнулся.

— Что-то мне подсказывает, твой взлёт только начинается, парень. Но это уже другая тема, — он бодро направился к кучам добычи. — Давайте-ка загрузим всё в хранилище и пойдём есть. Я бы не отказался от пары рюмок доброго бренди. Или даже трёх.

Как бы я ни мечтал о горячем ужине и выпивке, судьба распорядилась иначе.

Мы почти закончили таскать тюки, когда на площади воцарилась тишина. Люди кланялись, приседали, шарахались в стороны. Обернувшись, сам едва не присел от неожиданности.

По улице ехала Марона собственной персоной, баронесса провинции Терана, в сопровождении только старшей горничной, леди Гарены. При виде моей благородной возлюбленной сердце сделало кульбит. А потом ещё один, но уже от тревоги.

Мароне было за сорок, но возраст только добавлял благородства её красоте, как хорошее вино, которое с годами становится только лучше. Округлившийся живот лишь подчёркивал её привлекательность. До родов оставалось месяца два, не больше. Материнское сияние молодило её лучше любого эликсира, несмотря на седые пряди в тёмных волосах.

Я поспешил ей навстречу, расплывшись в улыбке, но замер, увидев выражение её лица.

Марона всегда излучала спокойную власть и заслуженно: талант лидера у неё исключительный. Я видел её в самые уязвимые моменты, когда мы оставались наедине, когда усталость и стресс брали своё, но на людях она всегда держала лицо. Железная леди, ни дать ни взять.

Поэтому её нынешнее беспокойство, проступающая сквозь маску невозмутимости, заставило меня напрячься. Варианты вихрем пронеслись в голове, и все хреновые. Либо хаос на севере докатился до наших мест, либо гномы из Твердыни Гадора плохо отреагировали на записи из Последней Твердыни Гурзана. А мы ведь передали их через Гильдию Истребителей…

— Сир Артём! — окликнула она, спешиваясь с помощью Гарены и быстрым шагом направляясь ко мне, насколько позволял живот. — Я надеялась, вы заглянете в Моншадоу перед делами или хотя бы отложите их на завтра.

На людях я не мог обнять её, поцеловать, положить руку на живот и почувствовать, как пинается наш ребёнок. Нельзя ронять авторитет правителя в глазах подданных, поэтому просто низко поклонился.

— Простите, миледи. Хотел навестить вас сразу, но решили закончить дела сегодня же…

Марона мягко перебила:

— Дело не в этом, сир Артём. Есть срочные новости. Жаль, что время потеряно, следовало найти Вас сразу. Впрочем, уже неважно.

Сердце ухнуло вниз.

— Граница рухнула? Меня призывают на север?

Знал ведь, вопрос времени. Придётся эвакуировать поместье Мирид, уводить племя Дректара и жителей деревни в безопасное место. Но думал, есть ещё время…

Марона покачала головой.

— Пока нет, — она полезла в сумку и достала свиток. — Ирен просила следить за новостями из Южного Кобрана. С ней была дриада. Чудо природы… Хотя не такая, как я представляла, — баронесса помолчала, словно пытаясь подобрать слова, потом встряхнулась. — Неважно. Она велела поставить Вас в известность немедленно.

— Южный Кобран? — встревожилась Лили. — С моей семьёй что-то случилось? С Холмистым?

Марона молча протянула объявление. Мы столпились вокруг, читая. С каждой строчкой холодок в груди усиливался.

'ХАСМАДЕЯ ВЗЫВАЕТ О ПОМОЩИ!

Деревня Хасмадея, Южный Кобран, что в дне пути к югу от Дрифтена, просит помощи перед лицом СМЕРТЕЛЬНОЙ УГРОЗЫ!

На западе обнаружено мега-логово, всего в полудне быстрым шагом, которое уже выпускает гнездовых и блуждающих монстров.

Хорошо заплатить не можем, только гроши. Лорд Торин Ланистер НЕ ОТВЕЧАЕТ на наши мольбы! Вместо помощи призывает к эвакуации.

Умоляем искатели приключений, станьте героями Хасмадеи! Нужен рейд уровня 25+ или эквивалентный отряд.'

Глава 21

В углу зрения мелькнул текст системы:

Доступно задание. Нависшая угроза. Мэр Хасмадеи просит всех свободных искателей помочь зачистить мега-логово, пока деревня не уничтожена.

Тихо выругался.

— Как, чёрт возьми, такое возможно⁈ Я покинул Хасмадею… Ладно, почти год назад. Но не настолько же всё могло измениться за это время?

— Не знаю, — призналась Марона. — У меня лишь это объявление, но Ирен посчитала, что вы можете знать больше.

Что я мог упустить? Конечно, я исследовал только малую часть окрестностей Хасмадеи, но там попадались только слабые слаймы да вепри низкого уровня…

Меня словно ударило током, и память услужливо подкинула картинку.

— Чёрт! Город вепрей!

— Город вепрей? — встревожилась Лили. — Что за город? И почему всё больше логовищ превращается в города? Они же гнездовые монстры!

Сглотнул ком в горле. Подкатила тошнота, когда начал описывать товарищам то чудовищное место. Огромное поселение, обнесённое грубой стеной из брёвен и камней. Сотни, если не тысячи монстров внутри. Разведчики 19-го уровня по периметру, внутри наверняка твари ещё сильнее. На своём тогдашнем уровне я обошёл это место за километр, планируя вернуться, когда стану раз в десять сильнее.

Если это логово выпускает блуждающих, значит, оно на грани прорыва. Барьер вот-вот падёт, и все монстры хлынут наружу, в самое сердце южного Кобрана.

В лучшем случае сметут Хасмадею и Холмистое, вынудив всех бежать, но могут дойти и до Дрифтена. А это уже крупный город, ворота в регион.

Дьявол, да они могут сформировать полноценную орду, создав угрозу всему региону, как те проклятые гоблины на севере.

Рано или поздно кто-нибудь пошлёт авантюристов разобраться, но для близлежащих деревень будет поздно. Мой сын от Клевер, ребёнок от Елены — все находятся в опасности или останутся без крова.

— Выдвигаюсь немедленно, — отрезал я. — Следовало известить мэра Дюрана об этой угрозе ещё тогда или хотя бы сказать тебе, Лили, чтобы ты предупредила семью.

— Ты не мог знать о масштабе угрозы, — кунида положила тёплую ладонь мне на плечо в успокаивающем жесте. — Тогда ты не понимал, как работают логовища.

Ванесса, молча слушавшая, нахмурилась.

— Почему не понимал? Мега-логова редки, но о них все знают. Это же страшилки для детей: «не ходи далеко, а то мега-логово проснётся».

Лили проигнорировала её, повторив:

— Ты не мог знать.

В её глазах читалась тревога.

Я мрачно покачал головой:

— Плохое оправдание, если пострадают дети или твоя семья.

— Конечно я пойду с тобой, — твёрдо заявила Лили. — Но справимся ли вдвоём?

Харальд покачал головой:

— Логово таких размеров? Там наверняка полно групповых монстров, может, даже рейдовых. Если это полноценные рейдовые твари, не ослабленные, как в Светолесье, то даже ваш уровень не поможет.

— Да, и в объявлении прямо сказано, — вставил Владис, — что рейд 25+ уровня. Хотя паникующие фермеры могли преувеличить.

Я потёр подбородок, прикидывая. Если они правы, то вместо полноценного рейда на полсотни человек хватит и нашей группы. Наверное.

— Вот облом! — проворчал Харальд. — Будь они уровней на десять ниже, получили бы опыт и ачивки. Стоящее дело.

Точно. Но задания и лут всё равно дадут. И вполне вероятно, что вожак вепрей окажется достаточно высокого уровня. Тогда Лили со Стеларией смогут получить нормальные награды, если мы выйдем из группы перед боем.

Но всё это мелочи. Главное, Холмистое всего в двух днях пути от этого проклятого места, а ферма Елены находится на внешней стороне деревни. Нужно успеть зачистить логово, пока никто не пострадал.

Только бы не опоздать.

— Мы с Лили побежим вперёд, — решил я, снимая рюкзак и начиная вышвыривать из него всё лишнее, то есть практически всё, кроме палатки и спальника. Налегке добежим быстрее.

Лили кивнула, тоже облегчая поклажу.

— Постараемся добраться максимально быстро, сдержим вепрей, чтобы не выпускали больше блуждающих. Зачистим насколько сможем.

Я остановился и оглядел остальных. Кольнула совесть, прошу слишком многого.

— Вы не могли бы последовать за нами как можно скорее? Очень пригодилась бы ваша помощь.

Ванесса мрачно без раздумий кивнула:

— Попробуем подойти как можно быстрее.

— Постарайтесь не слишком веселиться без нас, — криво усмехнулся Владис.

Харальд медлил.

— Не хочу выглядеть меркантильным, но… за рейд 25-го уровня награды скромноваты.

Пришлось сдержаться, чтобы не огрызнуться. Парень только присоединился к нам, пока рано считать его своим другом и ожидать бескорыстной помощи.

— Берите мою долю добычи.

Когда он продолжил колебаться, Лили добавила:

— И мою тоже.

Магический защитник посмотрел на нас, вздохнул, пожал плечами:

— Оставьте свои доли себе. Буду считать это инвестицией в светлое будущее перспективной компании.

— Спасибо. Правда ценю этот жест, — я хлопнул его по плечу.

— Не за что, — легко улыбнулся он. — Друзья познаются в беде.

Норман прочистил горло.

— С радостью сохраню Вашу добычу и даже откажусь от платы за хранение, если рассмотрите продажу через нашу контору.

— Спасибо, — кивнул ему. — Вы вели дела честно, так что это само собой.

— Я продам добычу и улажу остальные дела, — твёрдо заявила Мэриголд. — Ты сосредоточься на спасении близких, твоих и Лили.

Благодарно кивнул и наклонился, чтобы крепко обнять её на прощание. К чёрту приличия, может, больше не увидимся.

Марона подала знак леди Гарене. Та сняла с лошади седельные сумки, судя по весу, набитые под завязку. Оказалось, они предполагали такое решение и прихватили недельный запас провизии для нас с Лили, что помогало сэкономить время на охоту и поиски еды. Марона всегда думала на три шага вперёд.

Пока старшая горничная перекладывала провиант в наши облегчённые рюкзаки, я подошёл к своей благородной возлюбленной. Обнять не мог, слишком много глаз, но постарался вложить все чувства в поцелуй её руки. Губы коснулись тонкой кожи, и я почувствовал, как Марона чуть сжала мои пальцы в ответ.

— Прости, что не смогу провести с тобой время, — сказал тихо. Взгляд невольно опустился на округлившийся живот. — Я бы очень хотел…

Её взгляд смягчился, мимолётная улыбка тронула губы.

— Мне тоже. Надеюсь, наверстаем по возвращении, если будет время, — она достала из сумки ещё один клочок пергамента. — Ирен просила передать.

Лили с Мэриголд подошли ближе, заглядывая мне через плечо.

'Мой любимый!

Похоже, путь ведёт тебя обратно в Хасмадею. Жаль, меня нет рядом, чтобы помочь, хотя я рада, что успела поговорить с баронессой Мароной. Когда вернусь в Мирид, сообщу остальным, что свадьбу придётся отложить. Ты пропустишь роды Трисы и, возможно, задержишься на несколько недель. Они поймут, какая опасность грозит твоим детям на юге. Заберу Мэриголд на обратном пути, если она захочет провести спокойный день в Теране вдали от забот.

Береги себя и помни, ты идёшь с моей любовью!

p.s. Пока будешь там, Зара просила проверить ребёнка. Помни, она желает ему только лучшего.'

Свадьба! Блин, в панике совсем забыл! Собирался сбежать, не предупредив невест. Хорош жених, нечего сказать!

Мэриголд похлопала меня по руке.

— Я помогу Ирен всё объяснить, хозяин. Конечно, мужчину следует наказать за пропущенную свадьбу, если только нет веской причины. А спасение детей — самая веская из всех. Мы понимаем и любим тебя за это.

Карина протянула сумку.

— Вот. Свитки для дороги.

Я криво усмехнулся. Знал, что там Очищающее касание для поддержания чистоты, Природная чистота для женских нужд Лили и гора свитков Предотвращение зачатия на случай, если после разборок с вепрями захочется снять стресс. С тех пор, как Карина узнала о моей сверхплодовитости, она тратила дополнительный слот заклинаний на эти свитки.

Такой вот способ Карины отблагодарить за приглашение в отряд и гостеприимство после того, как Фендал разрушил её жизнь. Хотя для меня благодарностью стали её навыки целителя и преданность.

Свитки точно пригодятся. Наши запасы истощились за неделю рейда, а с Лили мы наверняка не раз решим отвлечься по дороге и туда, и обратно.

Попрощавшись с Мароной и Мэриголд, заключил последние соглашения с Норманом насчёт добычи, обсудил с товарищами детали их путешествия следом за нами.

Покончив со всеми делами, повернулся к Стеларии:

— Не могли бы вы…

— Обновить усиление скорости? — улыбнулась Восстановитель, уже сплетая руки в жестах заклинания. — Это сократит путь минимум на шесть часов. Но берегите силы, впереди долгая дорога.

Бафф обновился, энергия заструилась по телу, мышцы налились силой.

Кивнул Лили:

— Готова?

Вместо ответа она сорвалась с места и помчалась по улице стрелой, заставив прохожих шарахаться. Кто-то выронил корзину, кто-то выругался. Её скорость впечатлила даже меня.

Кивнул остальным и рванул следом.

Сколько отсюда до Хасмадеи? В прошлый раз, когда шёл на север с Зарой, а потом к нам присоединилась Белла, мы петляли по окрестностям. Качались на местных монстрах, исследовали каждую пещеру и рощу. Тогда дорога заняла недели.

Сейчас же прикинул, если выложиться по полной, доберёмся за шесть дней. Может, за пять, если загнать себя до полусмерти. С усилением от Стеларии и нашими прокачанными характеристиками скорость впечатляла. Мы неслись по тракту быстрее скаковых лошадей.

— Что Ирен имела в виду? — спросила Лили, когда я нагнал её. Бежали бок о бок, ровно дыша, несмотря на бешеный темп. — Не знала, что у Зары есть ещё ребёнок.

Я мрачно покачал головой. Лили скоро станет моей женой, секретов от неё быть не должно, но эту историю должна рассказать сама Зара. Не потому, что та запрещала, просто тема болезненная и сугубо личная.

Хоть Зара и твердила, что сын должен жить своей жизнью с человеческими родителями, разлука разрывала ей сердце. Она умела это скрывать, но я-то всё видел!

— Уверен, она расскажет сама, когда вернёмся.

— Ох, — лицо Лили потемнело. Она была умной девушкой и сразу поняла. — Невесёлая история?

Натянуто улыбнулся.

— У неё счастливый конец. По крайней мере я делаю для этого всё возможное.

Хотя я так и не смог оградить её от боли разлуки с сыном.

Придётся держать себя в руках, чтобы не прибить того ублюдка. Зара не хотела мести ради сына в первую очередь, а ещё потому, что она лучше меня. Добрее, мудрее.

Лили молча взяла меня за руку. В её глазах читалось понимание, она тоже любила Зару, как и все в нашей необычной семье. Утешало лишь то, что пока нас не будет, женщины позаботятся друг о друге, о Заре и маленькой Глории, обо всех остальных.

В тот вечер далеко не ушли. Стемнело так, что даже с моим ночным зрением бежать на полной скорости стало опасно. Корни, ямы, камни… На такой скорости немудрено шею свернуть, да и усталость накатила свинцовой волной. Усиление Стеларии помогало, но не отменяло физических законов.

Размотав спальники, рухнули без сил. Есть не стали, напились только воды и сразу же отключились. Организм требовал отдыха после такого марш-броска.

Но всё же мы покрыли около тридцати километров. Для первого дня отличное начало, главное не сдохнуть по дороге.

Завтра придёт новый день, неся с собой новые километры. И с каждым шагом мы будем всё ближе к Хасмадее. К моим детям, к семье Лили…

Только бы успеть!

Глава 22

Я никогда не думал, что мне надоест бегать со скоростью автомобиля.

Конечно, от такого марафона можно здорово вымотаться, но сама способность мчаться быстрее ветра — это кайф, который не приедается. Особенно когда перед глазами каждую минуту открываются новые пейзажи, а километры пролетают как в тумане. Рядом со мной неслась Лили, моя невеста с бесконечным запасом энергии, превращающая изнурительный забег в почти приятное путешествие.

Хотя какие там развлечения, мы гнали на юг как ошпаренные. Выжимали из себя максимальную скорость, на которую я был способен, используя Рывок Гончей всякий раз, как только способность откатывалась. Ели и пили прямо на бегу. Останавливались только справить нужду да ночью. Наспех разводили костёр, ставили палатку и в отключку до рассвета.

Так спешили, что не оставалось времени даже приласкать друг друга как следует. А это о чём-то да говорит, учитывая темперамент кунид.

Правда, несколько раз просыпался от того, что Лили тёрлась о мою ногу, тихонько поскуливая от желания. Обнимал её крепче, целовал в макушку и, скользнув рукой в её штаны, ласкал влажный бутончик, пока она не выгибалась в оргазме. После такой разрядки мы оба проваливались в сон за секунды, организм требовал отдыха больше, чем удовольствий.

Пару раз и она просыпалась, обнаружив мою потребность, и не стесняясь, быстро и умело помогала рукой или ртом.

— Надо же тебе силы беречь, — шептала потом с лукавой улыбкой, облизывая губы.

Поскольку к Хасмадее мы двигались напрямик, большая часть пути пролегала через дикие земли. Хотя какие они дикие в окрестностях Кобрана! Местные монстры были такого низкого уровня, что мы пролетали мимо прямо чуть ли не у них не по головам, даже не замедляясь. Твари шарахались от нас как от огня — инстинкт самосохранения у них работал исправно.

Грызло сожаление о всей этой потерянной лёгкой добыче. Шкуры, кожа, алхимические ингредиенты — всё это деньги и материалы для крафта. Но время дороже золота, особенно когда твоим детям угрожает опасность.

В последние месяцы мы с Лили превратились в настоящих барыг, скупали все материалы для кожевничества, что попадались под руку. Местные ремесленники уже косо на нас посматривали — мы скупали кожу быстрее, чем они успевали её выделывать. Каждую свободную минуту в лагере я возился со шкурами, а Лили штамповала доспехи. Горы доспехов.

Отчасти это полезно для прокачки её навыка кожевника, но главная проблема крылась в рандоме системы крафта. Никакого реального мастерства; способность делает всю работу за тебя, остаётся только молиться богине удачи. Хочешь хорошие доспехи — готовься сделать сотни, а то и тысячи единиц барахла.

Математика простая и безжалостная: чтобы создать что-то уровня Добротная, нужно в среднем пятьсот попыток, а для Мастерской работы уже пять тысяч. И это только средние показатели. Лили не имела моей Удачи, так что выпадали ей вещи не очень по качеству.

До Легендарного качества её уровень ещё не дотягивал, и боюсь представить, сколько попыток ей потребуется, чтобы дотянуть. Если прогрессия сохранится, то все пятьдесят тысяч. Годы работы ради одной вещи!

Лили могла создавать вещи на 5 уровней выше своего, но это снижало шанс на качество. Мы всё равно рискнули. Толку-то от идеальных доспехов 10-го уровня, когда тебе нужна защита от монстров 30-го?

Зато отдача того стоила. С полным комплектом Добротного снаряжения Лили почти сравнялась бы по силе с чистым боевым классом. А если бы выбила Мастерское, стала бы машиной для убийств. И я вместе с ней, благо она делала доспехи и для меня.

Ремесленников высокого уровня здесь ещё пойди поищи, а способных работать с материалами 40+ уровня вообще единицы. Торговцы продавали в основном хлам, а с монстров падал рандом. Можешь выбить легендарный шлем для мага, когда тебе нужны поножи для лучника.

Лили хотя бы могла целенаправленно создавать вещи для физических классов. Статы всё равно выпадали случайно, но в пределах полезных: сила, ловкость, телосложение, скорость. Никаких +100 к интеллекту на кожаных штанах.

Пока что мы договорились копить материалы. Ирен скупала всё что находила, Лили крафтила в свободное время, но основной рывок оставили на потом. Когда один уровень качается месяцами, можно позволить себе пару недель посидеть у верстака.

Я предложил Лили крафтить прямо во время фарма, сидеть рядом, пока я зачищаю логова. Опыт бы капал нам обоим, конечно, кроме пати-прокачки. Вряд ли остальные обрадуются пиявке.

Теперь понятно, почему легендарное оружие передаётся по наследству, а маги так популярны на высоких уровнях. Плохое снаряжение для воина — смертный приговор, а для мага небольшое неудобство. Вспомнить тех же эльфийских чемпионов из Светолесья, ведь без шмота они были беспомощны как котята. Кроме магов, разумеется.

Слышал, некоторые игроки на высоких уровнях переходили в касты, теряя 10% общего опыта, когда найти кузнеца становилось невозможно, а покупать у редких ремесленников разорительно. Обычно выбирали Магического защитника, у него хороший баланс урона и живучести.

Зато когда мы с Лили достигнем топ-уровней, любая сделанная ею легендарка будет стоить как крыло королевского дворца. Спрос и предложение! Даже вещи среднего качества будут уходить за бешеные деньги.

Но наши грандиозные планы пока пришлось отложить. Хасмадее угрожала опасность, и это сейчас важнее любых доспехов.

Я прокручивал всё это в голове, пока километры сливались в бесконечно-однообразную ленту. Пять дней бега и куча времени для размышлений. Приходилось чем-то занимать мозг, иначе страх за детей свёл бы с ума; воображение рисовало картины одна хуже другой.

Расстояние, которое мы с Зарой и Беллой преодолевали неделями, промелькнуло за считанные дни. Местность сливалась в размытое пятно, только ноги переставляй да следи за дыханием. Мы с Лили загоняли себя до полного изнеможения. У обоих близкие в опасности, и приходилось напоминать друг другу про еду и отдых, иначе свалились бы замертво.

В одиночку я бы точно не остановился, пока не упал.

Дрифтен показался на горизонте около полудня пятого дня нашего забега. Весь день меня грызла тоска, Триса должна была родить еще вчера

Мой сын, мы договорились назвать его Сёма, возможно, уже появился на свет, а я пропустил роды. Хреновое начало для отношений с русалкой. Только начали сближаться, а я сваливаю в самый важный момент.

Надеюсь, она поймёт и простит.

Кстати, и Энелия тоже должна вот-вот родить. Где-то там, на Цветочных полях фарфалов, появлялся на свет мой ребёнок-бабочка. А ещё предстояла встреча с сыном Петром от куниды. Неловкая ситуация, но плевать. Главное, чтобы все были живы.

Главное, чтобы мы успели, чтобы наша безумная гонка не оказалась напрасной.

Пролетели мимо Дрифтена, даже не притормозив, не купив припасов, не узнав новостей. Некогда. От города до Хасмадеи день пути обычным шагом, но мы домчали всего за два с половиной часа.

По плану Лили свернула на запад, к Холмистому, а я попёр прямиком к Хасмадее. Проверим оба поселения, потом встретимся у города вепрей. До темноты должны успеть начать зачистку периметра от бродячих тварей.

Я представлял себе десятки вариантов того, что увижу: баррикады и ощетинившиеся копьями ополченцы, дымящиеся руины или вообще выжженная земля.

Но когда показались первые дома, я выдохнул с облегчением. Хасмадея стояла почти нетронутой. Те же покосившиеся домишки, узкие улочки, грубая работа местных плотников. Только деревня казалась гораздо меньше, чем сохранилась в памяти. Будто игрушечная.

Подбежав ближе, заметил следы боёв. Несколько домов носили следы пожара. Почерневшие стены, заколоченные окна. А на юго-западной окраине зиял пустырь с торчащими обугленными балками — всё, что осталось от чьего-то дома.

Меня окликнули, когда до деревни оставалось метров триста. Знакомый голос, но хриплый и усталый. Из-за деревьев вышел патруль.

Возглавлял их Бернард, муж Елены.

Только выглядел он уже не тем глуповатым фермером, которого я помнил. Мужик сменил подкласс Боец на основной класс Воин, пожертвовав 10% общего опыта, и дотянул до 20-го уровня. Явно нужда заставила. За ним толпилась разношёрстная команда низкоуровневых бойцов, целителей и магов. Половина деревни сменила классы ради выживания.

— Герой! — выдохнул Бернард с нескрываемым облегчением, бросаясь навстречу. — Ты пришёл, когда мы больше всего нуждались в помощи! Не знаю, как отблагодарить…

Тут он разглядел моё лицо. Челюсть у мужика отвисла, глаза полезли на лоб.

— Охотник… Артём? — прохрипел он. — Какого чёрта⁈

Местные жители встретили меня так, словно увидели воскресшего из мёртвых. В их глазах читалось благоговение вперемешку с недоверием, будто перед ними стоял оживший призрак.

Я старался держаться спокойно, хотя внутри всё сжалось от напряжения. Как и ожидал, моё возвращение в Хасмадею вызвало удивление, недоумение и массу вопросов. Эти люди помнили меня, парня двенадцатого уровня, который меньше года назад выполнял здесь простенькие поручения за медяки. А теперь перед ними стоял Искатель сорок третьего уровня.

Для большинства жителей Валинора такой прогресс был не просто невозможен, он противоречил всем известным законам этого мира. За такое короткое время просто невозможно уничтожить достаточное количество монстров и пройти гору квестов.

Сам же я отлично понимал всю механику, ведь Глаз истины давал мне преимущества, о которых другие могли только мечтать. Но для местных мой рост выглядел либо чудом, либо результатом покровительства высокоуровневых Героев, либо… прямым вмешательством богов. В последнем предположении они, чёрт возьми, находились недалеко от истины, Мия действительно приложила руку к моему становлению.

— Привет, Бернард, — протянул я руку здоровяку, которого помнил ещё зелёным юнцом. — Как там Елена и дети?

Мужчине потребовался толчок в бок от товарищей, чтобы выйти из ступора. Он дёрнулся, словно от удара током, и торопливо пожал мою ладонь. Его рука загрубела от работы.

— Они э-э… — начал он и замер, выпучив глаза. — Блин, как это вообще возможно⁈

Времени на расшаркивания не было. Я хлопнул Бернарда по плечу. Мышцы под рубахой мужика оказались напряжены до каменного состояния, парень явно не расслаблялся ни на секунду последние недели.

— Деревня цела? Как часто нападают вепри?

Здоровяк мрачно покачал головой, мгновенно собравшись. Хороший знак, значит, ещё не сломался окончательно.

— По-разному бывает. Иногда раз в пару дней, иногда два раза за день. Обычно через несколько часов после респауна… то есть появления, — он потёр щетинистый подбородок. — Мэр думает, что мы не единственное поселение в округе, находящееся под ударом. Хотя какие там ещё поселения, один лес кругом! Последний набег случился утром, так что новый может начаться после полудня.

Возможно, под «другим поселением» мэр подразумевал Холмистое? Я мысленно помолился всем богам, чтобы Лили нашла своих близких живыми и здоровыми.

— Если монстры скоро появятся, лучше перехватить их на подходе, — я ещё раз хлопнул Бернарда по плечу, чувствуя, как он слегка расслабился от этого простого жеста. — Продолжайте патрулирование, ребята. Хорошая работа.

Бернард всё ещё пребывал в шоке. Я успел пройти полсотни метров к деревне, когда услышал его ошарашенный голос:

— Дьявол, как это вообще возможно⁈

— Эх, только бы не каждый встречный так реагировал, — подумал я, ускоряя шаг. — Иначе толку от моей помощи, как от козла молока.

Добравшись до края деревни, я застыл на месте, а сердце ухнуло куда-то вниз. У свежевырытой могилы толпилась дюжина измученных жителей. Грязная рваная одежда, впалые щёки, потухшие глаза… От прежней Хасмадеи остались рожки да ножки. Война и голод сделали своё чёрное дело.

Дюран произносил надгробную речь. Голос у мэра дрожал и срывался, он явно держался из последних сил. С нашей последней встречи он похудел килограммов на двадцать, не меньше. Скулы заострились, под глазами залегли тёмные круги.

Заметив меня, он осёкся на полуслове. Остальные проследили за его взглядом, и в потухших глазах вспыхнула надежда, жадная, отчаянная, как у утопающего при виде соломинки.

— Герой! — всхлипнула старушка в выцветшем платке. Плечи её затряслись от рыданий. — Сильный герой! Мы спасены!

Крик подхватили остальные. Не восторженный и торжествующий, как бывало при встрече героев в сказках, а с нотками истерики. Люди хватались за надежду, как за последний шанс.

Дюран бросился ко мне, споткнулся о кочку и едва не растянулся прямо лицом в грязь. Подойдя, он по старой крестьянской привычке машинально вытер руки о штаны и поклонился так низко, что я испугался за его спину.

— Герой, да благословят тебя все боги за то, что откликнулся на наши мольбы! — голос его дрожал от волнения.

— Я не мог поступить иначе с Хасмадеей, — ответил, стараясь говорить спокойно, внутри всё кипело от злости. Почему, чёрт возьми, я узнал об угрозе так поздно⁈ — Жаль только, что не пришёл раньше.

Мэр не разгибался, глядя на меня снизу вверх. В глазах плескался животный страх вперемешку с надеждой.

— Боюсь, даже твоего уровня недостаточно для зачистки мега-логова, — он сглотнул. — Но если ты сможешь патрулировать окрестности, защищать нас… Я готов потратить всё до последней монеты, чтобы собрать подходящий рейд!

Я мысленно прикинул. Хасмадея со всеми своими постройками стоила от силы сотню золотых. Драгоценный скот, источник жизни деревни, тянул ещё на пару сотен. Когда я только начинал здесь свой путь Искателя, они с трудом наскребали серебро на самые простые поручения, а теперь готовы отдать последнее.

— Не нужно, друг мой, — я взял Дюрана за плечо и осторожно выпрямил. Под ладонью чувствовались острые кости, от некогда пышущего здоровьем мужика один скелет остался. — Сюда уже идёт группа Искателей моего уровня. Моя спутница тоже здесь, она поможет, пока не подоспеют остальные.

— Слава богам! Клянусь, мы найдём способ отблагодарить… — мэр наконец-то как следует разглядел моё лицо. Глаза его расширились, челюсть отвисла. — Охотник⁈ — выдохнул он с благоговейным недоверием.

Дюран нерешительно протянул руку и коснулся моей щеки, словно проверяя, не морок ли это. Пальцы у него дрожали.

— Как… как это возможно?

— С огромным трудом и толикой удачи, — я перевёл взгляд на свежую могилу. В груди кольнуло. Кто из знакомых не дожил до моего возвращения? — Не хочу отвлекать от церемонии. Но хотел бы отдать дань уважения. Кто это?

Печаль вернулась на лицо мэра, словно привычная маска. Плечи поникли.

— Корней, один из защитников деревни, — голос Дюрана стал глухим. — Хороший был мужик, один из лучших бойцов.

Значит, не Елена. Слава богам! Я почувствовал, как отпустило напряжение в плечах. Подошёл к могиле, склонил голову, постоял молча с минуту.

— Оставлю вас, не хочу мешать церемонии.

— Тогда прошу, отдохни у меня! — Дюран снова поклонился. Похоже, у него уже рефлекс выработался. — Помнишь, где мой дом? Проходи, располагайся. Бренди в шкафу, сигары там же. Проголодаешься, жена что-нибудь приготовит. Прости, что задерживаю, но мне нужно закончить здесь.

— Всё в порядке, — я сжал его плечо. — Проводи Корнея как подобает.

Поклонился явно убитой горем вдове павшего. Женщина даже не подняла головы, только сильнее вцепилась в руку сына лет десяти, я двинулся по знакомой улочке к дому мэра.

Дом тоже казался меньше, чем я помнил. Память имеет свойство приукрашивать; когда ты двенадцатого уровня, даже простой крестьянский дом кажется хоромами по сравнению с ночёвками под открытым небом.

Постучал в дверь. Тишина. Ну да, Дюран же сам просил заходить. Толкнул створку, шагнул внутрь.

И замер как вкопанный.

В гостиной в потёртом кресле сидела женщина и кормила младенца грудью. Дело было не в обнажённой груди, в поместье Мирид это стало привычным зрелищем. Мои жёны кормили нескольких малышей, и я давно перестал смущаться.

Дело было в самой женщине. Я узнал её мгновенно. А если узнал мать, значит, знал и ребёнка.

— Ох! — воскликнула Елена, торопливо прикрываясь лёгким покрывалом. — Не обращайте внимания, гостиная просто самое удобное место. Хотя тут весь день люди ходят туда-сюда, но что поделать…

Она не выглядела особо смущённой. В Харалдаре кормление на людях — дело обычное. На Земле бы закидали тапками, а здесь — норма жизни. Многие женщины вообще не стали бы прикрываться, особенно перед односельчанином.

Я закрыл дверь, стараясь двигаться спокойно, хотя внутри всё переворачивалось. Подошёл ближе.

— Привет, Елена.

Она вопросительно улыбнулась. Усталость и напряжение последних недель оставили свой след. Под глазами залегли тени, щёки впали, но материнская нежность смягчала резкие черты.

— Не припомню, чтобы мы встречались, господин, — вежливо проговорила она, как и положено общаться с незнакомцем.

И тут заметила мою экипировку: добротная кожаная броня, зачарованный лук. Глаза её расширились, взгляд метнулся к индикатору уровня, на секунду на лице появилась та же смесь страха и надежды, что и у остальных жителей.

— О! Герой пришёл спасти нас! — лицо женщины озарилось надеждой, на миг став почти красивым. — Спасибо вам огромное, добрый господин! Могу ли я чем-то помочь? Как только закончу кормить малыша, приготовлю ужин или…

И тут до неё дошло. Она присмотрелась к моему лицу внимательнее, и радость сменилась шоком.

— Охотник⁈ — выдохнула она недоверчиво. — Какого чёрта⁈ Неужели какой-то бог подкинул тебе тридцать уровней, пока ты шлялся по свету?

Я только улыбнулся. Странное чувство, но я был рад видеть её снова. Вероятно, всё дело в ребёнке на её руках. А может, просто соскучился по знакомым лицам?

— Рад снова тебя видеть, Елена.

Фермерша покраснела то ли от злости, то ли от смущения, принявшись поправлять покрывало, под которым копошился малыш.

— Ты вернулся помочь?

— Как я мог оставить в беде деревню, которая меня приютила? — я сделал шаг вперёд. В нос ударил запах молока и детской присыпки, точно такой же витал в детской нашего поместья. — Как дела?

Она фыркнула. Горечь в голосе резанула слух.

— Если не считать вепря девятнадцатого уровня, который забрёл на ферму и сжёг всё к чертям? — голос женщины дрогнул. — Мы с семьёй еле ноги унесли. Потеряли всё: дом, скотину, припасы… Теперь живём на подачки соседей. Да и те давно бы кончились, если бы Бернард не организовал оборону.

Под покрывалом раздалось довольное воркование. Лицо Елены мгновенно смягчилось, в глазах появилась та особая нежность, что бывает только у матерей.

— Всё, малыш? — промурлыкала она, голос стал мягким, как бархат. — Наелся? Ты сегодня прямо обжора, весь в отца.

Интересно, кого она имеет в виду?

Елена перестала так тщательно прикрываться, всё-таки узнала меня. Когда перекладывала ребёнка, мелькнул большой розовый сосок. Грудь у неё стала полнее после родов. С привычной лёгкостью опытной матери она устроила малыша на плече и принялась похлопывать по спинке.

— Вижу, кое-что изменилось. — я кивнул на ребёнка, стараясь говорить небрежно, хотя сердце колотилось как бешеное.

Елена расцвела. Усталость словно смыло, лицо озарилось искренней радостью, и я вдруг увидел, какой она могла бы быть в другой жизни. Красивой!

— Это чудо! — она с энтузиазмом повернула младенца ко мне. — Мой сын, Богдан. Правда, он прелесть? Самый красивый малыш на свете! Моя маленькая радость.

Приходилось признать, парень и правда вышел симпатичным, что только подтверждало мои подозрения. При всём уважении к Елене, но черты у неё простоваты. А Бернард… Ну, его лицо больше подходило для отпугивания ворон, чем для создания красивых детей.

А у этого пушистые чёрные волосики, огромные голубые глаза, мой цвет кожи. Даже форма носа… Чёрт, да это же вылитый я в детстве! Мама показывала фотографии.

— Милый малыш, — улыбка вышла искренней. Не думая, шагнул вперёд и протянул руки. — Можно подержать?

Елена отшатнулась, прижимая сына к груди. Материнский инстинкт сработал мгновенно, заставляя защищать детёныша от потенциальной угрозы.

— Зачем? — прищурилась она подозрительно. — Мужчинам неинтересно тискать чужих детей, даже друзья так не делают. А мы с тобой и не друзья вовсе, —

лицо её потемнело. О, кажется, старые обиды полезли наружу! — Скорее наоборот. Ты вечно смотрел на меня свысока…

— Она осеклась. Я видел, как в её глазах пронеслась целая буря эмоций: сначала осознание, потом паника, следом ярость. Взгляд метался между мной и ребёнком, складывая два и два.

— Нет! — голос стал низким, опасным. — Нет, нет! НЕТ!! Тупой ты ублюдок!

Глава 23

Я остановился, как вкопанный, глядя на Елену. В руках она крепко сжимала пухлого малыша месяцев шести-семи от роду. Сердце ухнуло куда-то вниз. Сроки… Чёрт, сроки сходились идеально!

— Не смотри так, будто видишь привидение, — резко бросила фермерша, прижимая ребёнка к груди. Её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. Считаешь, что мальчишка твой? Выкинь эту дурь из головы, Охотник! Ты трахнул меня один раз, а потом кончил мне в задницу. Мой муж кончает в меня почти каждую ночь с тех пор, как мы поженились. Богдан — сын Бернарда!

Малыш заплакал, испугавшись резкого тона матери. Елена тут же смягчилась, сильнее прижала его к себе и зашептала что-то успокаивающее, нежно похлопывая по спинке. Но её взгляд, устремлённый на меня поверх детской головки, оставался колючим, как осколки льда.

— И даже не думай заявлять обратное, — прошипела она уже тише, но не менее яростно. — Богдан — папина гордость, его сокровище. И знаешь что? Несмотря на все наши потери, на разрушенную ферму, наш брак никогда не был так крепок, как сейчас. Если в тебе осталась хоть капля уважения к моей семье, просто иди убей этих чёртовых вепрей и оставь нас жить своей жизнью.

Я медленно кивнул, чувствуя, как в горле встаёт ком. Не этого я ожидал. Хотя чего, собственно? Что она бросится мне на шею? Представит ребёнка как моего сына? Жизнь — не сказка, особенно здесь, на Валиноре.

— Прости, — выдавил я, стараясь не смотреть на малыша. Черты лица у младенцев всегда размытые, но что-то в форме носа, в разрезе глаз… Нет, хватит! — Поздравляю с сыном. И передай Бернарду мои поздравления. Мне хочется думать, что мы расстались друзьями, и я надеюсь, что ими и остались. Вы были добры ко мне, когда только прибыл в Кобран, и я этого не забыл. — Помедлил, но всё же добавил. — Так что если вам что-нибудь понадобится, дайте знать. Я помогу чем смогу.

Елена молчала, баюкая сына. Я развернулся к двери, чувствуя себя так, словно на плечи взвалили мешок с камнями. Похоже, мне не суждено стать частью жизни этого ребёнка, и даже просто обнять его…

— Подожди, — неохотно окликнула она, когда я уже взялся за дверную ручку. В голосе проскользнуло нечто похожее на стыд. Я обернулся. Она всё также не отрывала взгляда от сына, словно черпая в нём силы. — Мы всегда гордились тем, что всё заработали сами, и гордились бы до сих пор, но… Мы всё потеряли. Ферма сожжена дотла. Бернард целыми днями патрулирует деревню, защищает её, пока я сижу с детьми. Мы даже не можем начать восстанавливаться.

— Понимаю, — кивнул я и потянулся к поясному кошелю. — Позволь мне хотя бы…

— Не так, болван! — зашипела она, вскинув голову. Глаза сверкнули яростью. — Как это будет выглядеть, если ты просто сунешь мне деньги? Кто-то, может, и сочтёт это благотворительностью, но… — она отвела взгляд, на скулах проступил румянец. — У меня есть определённая… репутация.

Ну да, учитывая, как она буквально набросилась на меня при первой встрече, запрыгнув на член прямо в амбаре… Некоторые вещи в маленьких деревнях не забываются.

Я кивнул и снова повернулся к двери.

— Вы и ваша семья получите необходимую помощь. Обещаю.

На крыльце меня уже поджидал Дюран. Мэр тяжело дышал, видимо, бежал за мной. Годы явно давали о себе знать.

— Спасибо, что подождали, мастер Артём. Мы безмерно благодарны за Вашу готовность помочь, — он утёр пот со лба платком. — Позвольте налить Вам нашего фирменного яблочного бренди и рассказать о ситуации.

Я поднял руку, останавливая его:

— Сначала дела. По дороге видел несколько сгоревших зданий, а Бернард упомянул, что их ферма полностью уничтожена.

Плечи мэра поникли, словно из него выпустили воздух.

— Да. Больше дюжины семей сбежали с дальних ферм в деревню. Некоторые, как Бернард с Еленой, потеряли всё. А с некоторых ферм люди так и не добрались до нас. Погибли, пытаясь спастись, — он покачал головой. — Мы в ужасном положении после тяжёлой зимы. И если не разобраться с вепрями, то пропустим посевную, и тогда нас ждёт голод.

— С вепрями я разберусь, — пообещал, доставая кошель и отсчитывая двадцать золотых. Эта сумма ещё год назад показалась бы мне целым состоянием, а сейчас, когда счёт шёл на десятки тысяч, представлялась почти карманными деньгами. Но для деревни…

— Вот, — протянул монеты. — На поддержку деревни в трудную минуту. Поможете тем, кто потерял дома, купить самое необходимое для начала, особенно семье Бернарда. Он помог мне с бандитами, когда больше никто не решался. Не могу допустить, чтобы его семья бедствовала…

Глаза Дюрана округлились. Он принял монеты дрожащими руками, словно это не золотые кругляшки, а священные реликвии.

— Боги обязательно благословят Вас, Артём, — выдохнул он, крепко сжав моё плечо свободной рукой. Подбородок у него задрожал, старик едва сдерживал слёзы. — Если Вы спасёте нас от вепрей, то станете не просто Героем, но и вечным покровителем деревни. Мы переименуем Хасмадею в Вашу честь!

Я похлопал его по плечу в ответ, стараясь не поморщиться. Вот уж чего не хотелось, так это чтобы какая-нибудь деревня носила моё имя.

— Не надо. И скажите, что деньги собрали Искатели из соседних общин, типа демонстрация поддержки и солидарности. Так будет правильнее.

Дюран задумался.

— Это… Это сохранит наше достоинство, — медленно кивнул он. — Но вы уверены? Такая щедрость заслуживает признания.

— Уверен. Хасмадея проявила доброту ко мне, когда я только прибыл в Кобран, теперь моя очередь отплатить добром за добро, — я махнул рукой, резко меняя тему. Не люблю эти слезливые благодарности. — Лучше расскажите подробнее про угрозу вепрей.

Лицо мэра снова помрачнело. Он сунул золотые в карман и вздохнул.

— Первое нападение случилось прямо перед Новым годом. Вепрь девятнадцатого уровня вышел из леса и атаковал ферму Бернарда. Сровнял с землёй все постройки, убил их старшего сына и двух батраков. Мы пытались остановить тварь, но потеряли ещё троих, прежде чем загнали гадов обратно в лес.

Я выругался сквозь зубы. Пять жертв за одно нападение! Для маленькой деревни это катастрофа.

— После этого Бернард и другие наши мужчины перешли на боевые классы, — продолжил Дюран. — Начали качаться на ближайших логовах, пытаясь стать достаточно сильными, но… — он развёл руками. — С тех пор произошло ещё семь нападений. Мы потеряли ещё шестерых, две фермы сожжены, да и в самой деревне несколько домов пострадало.

— Дьявол! — пробормотал я. — Мне жаль.

— Мы просили помощи у Дрифтена и лорда Ланистера, — в голосе мэра появилась горечь. — Но Торин просто велел эвакуироваться и ждать, пока соберётся отряд Искателей. Мол, бросайте дома и бегите. А из Дрифтена вообще не ответили.

— Но вы остались, — констатировал я.

— Чёрта с два мы уйдём! — неожиданно зло рявкнул Дюран, и я невольно зауважал старика за эту вспышку. — Если мы бросим Хасмадею, деревенская хартия будет аннулирована, и Ланистер превратит наши поля в пастбища для своего скота! — Дюран смачно сплюнул в пыль. — Держу пари, он потому и тянет с помощью. Ждёт, пока мы сбежим, чтобы прибрать нашу землю к рукам.

Мэр спохватился, покраснел и неловко кашлянул.

— То есть… э-э…

Я криво усмехнулся.

— Кроме меня и моей группы, которые прибудут аж из Бастиона, некому помочь, потому что Кобран плевать хотел на ваши проблемы, — похлопал его по плечу. — Не переживайте, мы разберёмся с этими тварями. Больше ни один вепрь сюда не сунется, если, конечно, вы сами не запустите ситуацию после нашего ухода.

— Не запустим, — твёрдо пообещал Дюран, приложив руку к сердцу. — Даже если придётся влезть в долги, нанимая Искателей, никто не отнимет нашу землю, ни монстры, ни хитрожопые аристократы.

— Если что, обращайтесь, поможем, — я перекинул лук через плечо и посмотрел на запад, где за лесом скрывалось мега-логово. — Ладно, пора идти разбираться с вашей проблемой. Вернусь, когда закончу.

— Ещё раз спасибо, Герой Хасмадеи. Мы верим в Вас!

В углу зрения мелькнул текст системного уведомления:

Задание принято. Мега-логово вепрей к западу от Хасмадеи готово выпустить волну монстров. Мэр Хасмадеи просит зачистить его.

Я бегом покинул деревню, вскоре миновав обугленные остатки фермы Елены и Бернарда. Печальное зрелище! Крыша провалилась, стены обгорели, от хлева остались только почерневшие брёвна. Где-то здесь погиб их старший сын…

Тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, и начал двигаться зигзагами на случай, если какие-то вепри уже бродят по округе, направляясь туда, где почти год назад впервые наткнулся на их поселение.

Странное это чувство — идти по знакомым местам. Каждый поворот тропы, каждое дерево будили воспоминания, словно я ушёл отсюда вчера, а не двенадцать месяцев назад.

Воспоминания нахлынули такой волной, что невольно замедлил шаг. Всё равно я двигался между логовом и деревней, перехвачу любого вепря, если тот попытается прорваться. А Лили сейчас уже точно в Холмистом, так что её семья под защитой.

Вон та ветка… В неё я врезался на полной скорости, когда только осваивал Стремительный, набрав сразу километров сорок, не меньше, и заработал рваную рану через всё предплечье. Шрам, обозначенный тонкой белой линией, до сих пор остался.

А там я подстрелил своего первого оленя. Помню, как тряслись руки, когда натягивал тетиву самодельного лука, и какими вкусными казались те жёсткие, недожаренные на костре стейки — первое нормальное мясо после появления в этом мире.

Вон то бревно, где я разбил первый лагерь. До сих пор видны зарубки. Спал в ту ночь вполглаза, вздрагивая от каждого шороха.

Именно здесь началась моя новая жизнь. Здесь сделал первые шаги как Охотник, здесь впервые осознал масштаб мира, в который попал.

И теперь, вернувшись сюда после путешествий по двум регионам, набрав больше тридцати уровней, я понял, как же мал был мой мирок в начале! Территория, которую считал огромной и опасной, оказалась клочком леса в несколько километров. Сейчас пробегу её за считанные минуты даже без Рывка Гончей.

Впереди показалась знакомая поляна. Сердце ёкнуло.

Мия дала мне не только идеальное тело, но и отличную память, побочный эффект повышенного интеллекта, и я точно помнил каждую деталь того первого дня.

Замедлил шаг, оглядываясь. Сделал несколько шагов влево, прикидывая углы, закрыл глаза, восстанавливая в памяти ту картину.

Точно! Здесь!

Глубоко вздохнул и открыл глаза, разглядывая поляну. Та же группа берёз справа, тот же поваленный ствол слева, даже тот же муравейник у корней старого дуба.

— Вот мы и вернулись, Мия, — негромко сказал я. — Прошёл год, и мы снова там, где всё началось.

Год! А по ощущениям будто прожил десять. За эти двенадцать месяцев произошло больше, чем за всю мою прошлую жизнь на Земле.

Тогда я расставлял десяток ловушек, готовясь к схватке с волком первого уровня. А теперь? В одиночку завалил монстра на пять уровней выше себя, прошёл два подземелья, участвовал в рейде, командовал им, купил поместье, получил дворянский титул…

Но важнее всего, я встретил их, Зару, Беллу, Лейланну, Самиру, Ирен-Мию, Лили, Триссу. Стал отцом. Дома меня ждут Глория, Макс, Анна, Мила, Астерия, Рада и сын Триссы, Сёма. Он уже родился или вот-вот появится на свет. Не говоря уже о Петро и Богдане, которого я, возможно, никогда не смогу назвать сыном. И о ребёнке Энелии, что тоже должен родиться со дня на день. А ещё Ашара носит моего демоненка. Вот это поворот!

Столько всего случилось, но я не променял бы этот сумасшедший год ни на что.

— Спасибо тебе за всё это, Мия, — тихо сказал я, глядя в небо. — Люблю тебя!

— О чём задумался посреди леса, любимый? — раздался мягкий голос Лили.

Я вздрогнул. Не услышал, как она подошла, хотя обычно её прыжки трудно не заметить, и обернулся с грустной улыбкой.

— О начале. Именно сюда Мия перенесла меня, когда я появился на Валиноре.

Серые глаза за стёклами очков расширились.

— Сюда⁈ На эту поляну⁈ — она огляделась с новым интересом, словно пыталась увидеть что-то особенное.

— Именно сюда, — кивнул я. — Открыл глаза и первым делом увидел вон тот дуб.

— Ух ты! — Лили подскочила ко мне, уставившись на дерево с каким-то благоговением. — Может, поставим тут памятник? Ну или хотя бы табличку?

Я рассмеялся и обнял её за талию, такую узкую, что руки почти сходились.

— Это место ничего не значит для других.

— Зато значит для нас, — она прижалась ко мне, положив голову на плечо. — Наша семья растёт, многие захотят знать, где всё началось. Это будет наследие для твоих детей.

Я потёрся носом о её бархатистые ушки, они забавно дёрнулись от щекотки.

— Знаешь, что делает это место особенным? Не то, что здесь началось моё путешествие, а то, что оно привело меня к тебе, ко всем вам.

Лили довольно вздохнула:

— Вот потому оно и важно мне.

Она приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала меня, потом посмотрела на запад, где сквозь кроны пробивались косые лучи закатного солнца.

— Самое романтичное место на Валиноре, ну, конечно, после нашей спальни.

Мы постояли так с минуту, наслаждаясь покоем, потом Лили вздохнула и вернулась к делам.

— Как в Хасмадее? Видел… своего сына?

— Да. Он в безопасности, — я покачал головой. — Но их ферма пострадала первой. Сгорела дотла, остались без крыши над головой, — поцеловал её в макушку между ушками. — А что в Холмистом? Если честно, не ожидал застать тебя здесь.

Улыбка сползла с её лица.

— Я добежала прямо до мега-логова и прикончила с полдюжины вепрей-бродяг. Странно было осознавать, что эти твари больше не представляют для меня угрозы, хотя любой из них растерзал бы моих родных, не сумей те спрятаться, — она передёрнула плечами, в голосе появилась сталь. — После этого решила найти тебя. Вдвоём быстрее управимся.

— Твоя семья в порядке?

— Теперь да. Но когда я прибежала… — Лили вдруг прижалась ко мне крепче, словно ища защиты, голос дрогнул. — Семнадцать вепрей восемнадцатого и девятнадцатого уровня пытались разрыть главный вход. Представляешь? Семнадцать! Я перебила их и пробилась внутрь. А там… Мама, старшие сёстры Дайна и Сирения, мои подруги… Они больше месяца рыли обходные туннели! Месяц, Артём!

Я крепче обнял её, чувствуя, как она дрожит.

— Они слышали, как монстры роют сверху. Твари на десять уровней сильнее их! Но они не сбежали. Копали ложные ходы, заводили вепрей в тупики, защищали дом, пока остальные, дети, старики, прятались в запасном логове.

В горле встал ком. Представил себе, каково это сидеть под землёй, слушать, как сверху роют туннели чудовища, способные растерзать тебя одним ударом, и всё равно продолжать работать, защищать дом.

— Петро тоже эвакуировался?

Она слабо улыбнулась и погладила меня по щеке:

— Да, не волнуйся. Он с тётей в безопасном месте далеко отсюда.

Я выдохнул с облегчением.

— Почему твоя мама и остальные не ушли вместе со всеми?

— И бросить наш дом⁈ — Лили возмущённо фыркнула. — Ты же знаешь кунид — мы не отступаем. Они вызвались добровольцами, работали посменно. Страшно представить, каково им было, но они это сделали.

— Теперь с ними всё хорошо?

— Да. Мы, куниды, быстро приходим в себя, — её лицо снова стало решительным. — Но хватит терять время. Пошли уже прикончимразнесем это мега-логово, пока новые твари не полезли к моим родным или к твоей Хасмадее.

— Согласен.

Я активировал Рывок Гончей, и мы помчались сквозь лес.

Логово вепрей оказалось гораздо ближе, чем я помнил. То, что год назад выглядело как долгое и опасное путешествие, теперь заняло несколько минут бега. Масштабы изменились, или это я изменился?

Место выглядело точно также: грубые стены из утрамбованной земли, натянутых шкур, брёвен и переплетённых веток. Ограда тянулась по кругу на километр в диаметре. В лесу вокруг валялись трупы часовых, работа Лили.

Мы подошли к пролому в стене. По бокам торчали кривые сторожевые вышки, набитые вепрями-лучниками двадцать второго уровня. За стеной виднелся хаос из шатров и палаток, дальше несколько земляных курганов с бревенчатыми крышами. Простые, но прочные убежища.

Но главное сооружение высилось в самом центре — гигантская куча брёвен и палок, слепленных между собой при помощи грязи. Как исполинское воронье гнездо, только с окнами, дверями и кривыми пандусами, ведущими на верхние этажи. Дворец вождя, не иначе.

Среди палаток кишели монстры. Сотни, если не тысячи вепрей всех возрастов и размеров.

Глава 24

Сирения, Тала и Дана визжали в полном восторге, когда я продемонстрировал свою скорость бега. Конечно, до их прыгучести мне ох как далеко, эти девчонки скакали как кузнечики на стероидах, но для обычного человека я двигался чертовски быстро, и этого хватило, чтобы они засияли от предвкушения.

Миниатюрная Сирения, облизнулась так откровенно, что я чуть не споткнулся. Она хотела, чтобы я погнался за ней прямо сейчас и взял её тут же, на бегу. Наверное, у кунид это считалось особым видом развлечения, но остальные девушки дружно освистали её предложение.

— Мы ему и так уже задали хорошую нагрузку, — сказала Дана, покачивая бёдрами. Движение было настолько продуманным, что её пышная грудь буквально гипнотизировала. Она подняла руки к груди, будто поправляла несуществующий лифчик, отчего формы стали ещё более выразительными.

— Верно! — поддержала её Тала. Стройная, как модель с подиума, она двигалась с какой-то нечеловеческой грацией. — Нам нужно ещё поужинать и, возможно, дать Лили и Артёму поспать, а уж потом можем и повеселиться.

Лили рассудительно кивнула. Я заметил, как она старается сохранять серьёзное выражение лица, хотя в глазах плясали смешинки.

— Да, нужно дать Артёму хорошенько выспаться. В конце концов, ему ведь придётся позаботиться ещё об одиннадцати девочках-крольчихах, когда Дайна вернётся со смены.

Я чуть не врезался в дерево, резко повернув голову к ней.

— Одиннадцать⁈ — повторил слегка сдавленным голосом. В животе что-то ёкнуло то ли от предвкушения, то ли от паники.

Девчонки дружно расхохотались, увидев мою реакцию. Чёрт, они явно заранее спланировали эту сцену!

— Ну конечно, — сказала моя невеста, едва сдерживая смех. — Считай. Моя мама, сёстры Пиония, Орхиана и Хриса. Её полное имя Хризантема, но она предпочитает короткое. И ты уже познакомился с Дайной. И, конечно же Сирения, Тала и Дана. А ещё наши подруги Солнышко и Ягодка.

Дьявол! Лили ведь предупреждала, что если я посещу Холмистое, меня погребут под кучей жадных до мужчин кунид, но как-то всерьёз не задумывался о масштабах бедствия. А ведь это она перечислила только тех, кто остался дома! Кто знает, сколько их ещё где-то путешествует?

Лили заметила выражение моего лица и рассмеялась ещё громче, при этом её длинные уши забавно подрагивали.

— Не волнуйся, любимый, тебе не обязательно уделять своё внимание всем нам сразу. Мама и сёстры, вероятно, захотят побыть с тобой порознь, семейные оргии у нас не в ходу, как это ни странно.

— А я хотела бы участвовать в каждой группе! — воскликнула Сирения. Остальные захихикали и закивали, полностью соглашаясь с ней. У меня мелькнула мысль, что они обсуждают это также деловито, как мужики составляют график дежурств.

— Ну? — спросила Лили. Благодаря своему ночному зрению, я отлично видел, как игривая улыбка прорывается сквозь её напускную серьёзность. — Мой прекрасный рыцарь в сияющих доспехах, не хочешь ли ты заняться диким сексом с целой ордой прекрасных кунид?

Я рассмеялся, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Сердце колотилось как бешеное.

— Это вопрос с подвохом?

Девочки снова рассмеялись, а Лили громче всех.

— Это скорее что-то вроде: «Я уже всем там рассказала, что поделюсь тобой, и они очень-очень ждут твоего появления в нашей Норе».

— Как думаешь, почему мы с Дайной пошли к тебе навстречу? — спросила Тала. Её походка стала ещё более плавной и текучей, бёдра покачивались так, что невозможно было отвести взгляд. — Мы хотели лично оценить товар.

— Девочки! — с извиняющимся видом сказала Лили, хотя я видел, что ей тоже весело. — Мы все хотим повеселиться, но помните, что мы здесь в первую очередь затем, чтобы уничтожить поселение вепрей. А это значит, что сегодня вечером, возможно, не всем удастся поиграть, если мы хотим завтра пораньше встать. Время по-настоящему развлечься появится как только устраним угрозу.

Я ухмыльнулся, увидев разочарованные личики трёх красавиц. Они скорчили такие обиженные рожицы, что я не удержался:

— Остальным нашим, наверное, понадобится около двух недель, чтобы добраться сюда. Мы проведём много ночей в Холмистом.

Мои слова произвели мгновенный эффект — девушки буквально расцвели. С энтузиазмом первокурсниц, планирующих вечеринку, они принялись обсуждать график ротации и оптимальные группировки. Кто с кем хочет быть, в какой последовательности, какие комбинации попробовать… Я слушал это со смесью возбуждения и лёгкого ужаса.

Но учитывая, что их конечной целью было трахаться каждую свободную минуту между сном и охотой на вепрей, я точно не собирался жаловаться. В конце концов есть судьбы и похуже.

Местность вокруг казалась какой-то уменьшенной копией того, что я помнил, словно кто-то взял и сжал масштаб карты. Всё стало ближе друг к другу и как-то компактнее. Может, дело в моей возросшей скорости передвижения, а может, в том, что теперь я лучше ориентировался в этих краях? Так или иначе, мы добрались до Холмистого на раз-два.

Само поселение я никогда раньше не посещал, но пару раз проходил достаточно близко, чтобы разглядеть высокий холм. Теперь я знал, что под ним скрывается целый подземный город кунидов, если это можно назвать городом.

— Пошли! — Сирения схватила меня за руку и потащила к большому входу, укреплённому массивными деревянными балками. Её маленькая ладошка была горячей и немного влажной то ли от волнения, то ли от предвкушения. — Мы восстановили главный туннель после того как Лили перебила всех вепрей, так что теперь это снова прямой путь к Норе.

Я последовал за ней в туннель, гадая, что меня там ждёт. Вокруг входа валялись вырванные с корнем кусты, растоптанная трава. Следы недавней атаки. Когда-то вход тщательно замаскировали, но напавшие монстры сделали его открытым и уязвимым.

Меня беспокоило, что какой-нибудь случайный путник заметит это место. В Кобране работорговцы имели полное право охотиться на представителей других рас, даже если те жили мирно и никому не мешали. А куниды высоко ценились на невольничьих рынках, красивые, покладистые, выносливые в постели.

— Чёрта с два! — пробормотал я себе под нос. — Только через мой труп кто-то доберётся до семьи Лили!

Придётся задержаться здесь подольше и помочь им снова замаскировать вход. А если какая-нибудь сволочь попытается причинить кунидам вред, что ж, у меня есть лук, стрелы и полное отсутствие жалости к работорговцам.

Холмистое удивило, хотя и сам не понимал, почему. Конечно, я знал, что куниды не живут в земляных норах, как обычные кролики, ведь всё-таки они разумная раса. Но Лили так тепло и с такой ностальгией рассказывала о доме, что я ожидал чего-то… Ну, более цивилизованного, что ли.

А оказалось, что вход в Нору — просто дыра в земле. Но серьёзно, если бы хоббиты из книжек существовали, они бы позавидовали.

Туннель уходил прямо в холм. По бокам я заметил узкие дренажные канавы — куниды явно продумали защиту от дождевой воды. Умно. В конце туннеля нас встретила массивная дверь из какого-то тёмного дерева, настолько толстая и тяжёлая, что никакой зверь или слабый монстр не смог бы её проломить.

Дана прислонилась спиной к створке и потянула на себя. Мышцы на её руках напряглись, она тихо крякнула от усилия. Дверь поддалась нехотя, со скрипом, петли давно не смазывали. Когда створка наконец распахнулась, я невольно присвистнул.

Внутреннее пространство поражало продуманностью. Большая общая гостиная с кухонной зоной занимала центр. В её стены врезано с дюжину дверей, ведущих в личные комнаты, и проём в коридор, уходящий вглубь холма, где виднелись ещё двери. Места хватило бы, чтобы с комфортом разместить несколько десятков кунидов.

Стены выложены тщательно подогнанными камнями, ни единой щели, а швы промазаны чем-то вроде цемента, только рыжеватого цвета. Обожжённая глина, что ли? Потолок держался на деревянных балках, густо промазанных смолой. И от влаги защита, и от жучков-древоточцев.

— Хитро придумано! — пробормотал я, разглядывая световые колодцы. В потолке были пробиты отверстия, заткнутые крупными кристаллами, не идеально прозрачными, но достаточно чистыми, чтобы пропускать дневной свет. Ещё несколько отверстий поменьше служили для вентиляции. Они закрывались маленькими деревянными заслонками. Зимой, наверное, плотно запечатывают, чтобы тепло не уходило.

Пол тоже впечатлял, представляя собой плоские камни, подогнанные почти без зазоров. Но ходить по голому камню холодно, поэтому везде лежали толстые ковры. Только в кухне, прихожей и в том, что явно служило ванной комнатой, полы оставили открытыми. Практично.

Для пущего уюта стены украшали вышитые гобелены и просто куски красивой ткани. Работа тонкая, со вкусом, чувствовалась женская рука. В углу гостиной громоздились огромные подушки, похожие на кресла-мешки из моего мира. Обивка прочная, но на вид мягкая. На полках аккуратной стопкой лежало с десяток пушистых одеял.

Теперь понятно, почему Дайна работает портнихой. Не для одежды, куниды её почти не носят, разве что зимние накидки. А вот для создания всего этого текстильного уюта её навыки просто незаменимы.

Кстати, о кунидах. Шестеро из них развалились на огромных подушках в гостиной. Болтали о чём-то, играли в простенькие игры. Картина казалась настолько мирной и домашней, что на секунду я забыл, зачем мы сюда пришли.

Но стоило нам войти, как идиллия взорвалась. Все девушки вскочили на ноги с такой скоростью, что я едва успел моргнуть. И вот уже вокруг меня и Лили собралась толпа очень красивых и совершенно голых женщин.

Теперь к нам прижимались девять восхитительных кунид, осыпая тёплыми объятиями и поцелуями. Приветствовали в основном Лили, всё-таки она своя, но и мне перепадало. Губы, руки, мягкие груди мелькали вокруг меня. Голова немного кружилась от обилия женской плоти и запаха возбуждения, витающего в воздухе.

Жаловаться? Да любой мужик счёл бы меня сумасшедшим, если бы я стал жаловаться на такой приём!

Куниды оказались очень разными. Рост варьировался от совсем миниатюрных, как Сирения, до почти моего роста, метр восемьдесят, не меньше. Одна была настолько худенькой и хрупкой, что казалась сестрой-близнецом дриады, только уши выдавали её происхождение. Другая, наоборот, пышная и аппетитная, с формами, от которых у любого мужчины снесёт крышу.

Но большинство обладало той самой фигурой «песочные часы», которая сводит мужчин с ума: узкая талия, широкие бёдра, высокая грудь. Волосы у всех имели самые разные оттенки, а у некоторых даже уши и пушистые хвостики отличались по цвету. Коричневые, серые, чёрные. Генетика у кунидов явно работала интересно.

И тут я её увидел.

Единственная среди всех чисто-белая. Молочно-бледная кожа, белоснежные волосы, такие же уши и хвост. Она стояла чуть в стороне, наблюдая за суматохой с лёгкой улыбкой.

Клевер.

Сердце ёкнуло и пропустило удар. Я совсем забыл, какая она крошечная, примерно как Ирен. Только Ирен худенькая и хрупкая, а Клевер… Клевер хоть и маленькая, но с такими формами, что хотелось схватить и не отпускать.

Несмотря на миниатюрность и юный вид, она выглядела старшей среди всех кунидов. Что-то в её осанке, в спокойной уверенности движений выдавало опыт и зрелость.

И, мать моя женщина, какая же она сексуальная! Может, не такая классически красивая, как Лили или Дайна, но Клевер умела себя подать. Каждое движение, каждый жест продуманы до мелочей. Она не просто стояла, а позировала, превращая простое ожидание в искусство соблазна.

Наши взгляды пересеклись. Она улыбнулась шире, выразив в одной улыбке столько обещаний, что у меня пересохло в горле. Первая кунида, которую я встретил в этом мире. Одна из первых женщин, с которыми я занимался любовью на Валиноре. И, судя по её взгляду, она тоже прекрасно помнила нашу встречу.

— Привет, Артём, — сказала она низким бархатным голосом, который пробрал до самых костей. — Давно не виделись.

От неё исходила та же первобытная чувственность, что и при нашей первой встрече. Словно дикая кошка, готовая к прыжку. Член уже стоял колом от окруживших меня мягких обнажённых тел, что прижимались ко мне последние минуты. А когда она обвила руками мою шею и встала на цыпочки, чтобы поцеловать в подбородок, пульс забился где-то в паху.

Чёрт, эти куниды точно знают, как довести мужика до ручки.

— Смотрю, ты рад меня видеть, — сказала белоснежная кунида с тёплым смехом. От её голоса щёки запылали как у школьника, которого застукали за разглядыванием одноклассницы. — И я тоже рада. Поздравляю с помолвкой с моей дочерью.

— Спасибо, — выдавил я, чувствуя себя идиотом. Вот это номер! Стою перед будущей тёщей, с которой переспал. И, судя по игривому блеску в её глазах, она прекрасно помнила это. А если верить намёкам Лили, история повторится. — Как Пётр? Хочу знать о нём всё и, если получится, познакомиться.

— Конечно, ты с ним обязательно познакомишься, — Клевер взяла меня под руку таким естественным жестом, будто мы старые любовники. Что, в общем-то, недалеко от истины. — Давай-ка угощу тебя своим знаменитым рагу. Идём ко мне в комнату, подальше от этой суеты. Пока будешь есть, я расскажу тебе всё о нашем прекрасном малыше, — в её глазах вспыхнули озорные искры. — А потом потренируемся делать ещё одного.

Сглотнул, горло вдруг пересохло. Оглянулся на остальных кунид, ожидая протестов против такой монополизации. Но все они улыбались и одобрительно кивали как заговорщицы, давно всё спланировавшие. Даже Лили смотрела с пониманием.

— С радостью, — сказал я, стараясь не выдать волнения. — Счастлив снова тебя видеть, Клевер. Выглядишь изумительно.

И это была чистая правда. Материнство пошло ей на пользу. Фигура стала чуть более округлой, но в самых правильных местах.

Она широко улыбнулась.

— О, я знаю, твои глаза говорят сами за себя, — её улыбка стала ещё шире, когда она бросила многозначительный взгляд ниже пояса. — Помимо всего прочего.

Девять кунид дружно рассмеялись, звонко, как колокольчики. Я покраснел ещё сильнее.

— Да что ж такое! Чувствую себя как мальчишка-девственник!

Белоснежная кунида провела меня в одну из боковых комнат, уютное гнёздышко с низким столиком, окружённым подушками. Кровать занимала добрую половину помещения, заваленная горой подушек и одеял, в которых можно было утонуть. На стенах висели гобелены тонкой работы, судя по узорам, местное производство.

— Это работа Дайны, — пояснила Клевер, уже стягивая с меня нагрудник. Ловкие пальцы расстёгивали ремешки быстрее, чем я сам справлялся. От горшка с рагу шёл умопомрачительный запах. Желудок тут же напомнил, что последний раз я нормально ел ранним утром. Рядом стояла бутылка того самого клубничного вина, о котором рассказывала Лили.

Стало неловко, когда Клевер раздела меня догола, как мальчишку. А когда принесла таз с тёплой водой и начала меня мыть, смущение достигло пика. Мокрая мыльная тряпка скользила по коже, а я стоял столбом, не зная, куда деть руки.

— Ну как там Петр? — спросил я, чтобы прервать неловкое молчание. По крайней мере, неловкое для меня, Клевер выглядела абсолютно естественно, будто каждый день мыла голых мужчин.

Она просияла, и словно солнце из-за туч вышло.

— Он моя маленькая радость! — в голосе прозвучала такая гордость, что хоть руками её трогай. — У него роскошные чёрные волосы и мех прямо как шёлк! И огромные голубые глаза. В папу пошёл! — она подмигнула мне. — Хотя я стараюсь не выделять любимчиков среди детей, но должна признать, он самый красивый ребёнок, которого я видела. А учитывая, что ты видел моих дочерей, это о многом говорит.

Я расслабился и позволил ей продолжать. Всё-таки приятно, когда о тебе заботятся, даже если ситуация немного странная. Клевер с удовольствием рассказывала, как Пётр научился ползать и теперь исследует всё вокруг с бесстрашием первооткрывателя.

— Только отвернёшься на секунду, а он уже к двери ползёт. А то и вовсе за порогом окажется! Приходится теперь везде барьеры ставить, — смеялась она, вытирая мне спину.

Я смеялся вместе с ней, представляя маленького черноголового кунида-исследователя. Клевер рассказывала, как Пётр обожает прятки. Сорванец находит укромные уголки и сидит там, хихикая, пока вся Нора в панике его ищет. А когда находят, заливается счастливым смехом, будто это он всех нашёл.

— И знаешь что? Вся Нора его обожает! Для него всегда находятся свободные колени, чтобы посидеть, и руки, готовые обнять. Иногда даже спорят, чья сейчас очередь с ним нянчиться, — Клевер усадила меня за стол и налила щедрую порцию рагу.

Слушая её рассказы, чувствовал, как в груди разрастается тёплое чувство. Странно, я никогда не видел сына, но уже любил его всей душой. До отцовства я и представить не мог, что можно так привязаться к человеку, которого ни разу не встречал.

Рагу оказалось божественным. Для меня куниды добавили даже мясо и оно таяло во рту, овощи не разваренны, а специи… Где только она такие берёт? В Норе явно знали толк в готовке. Клевер подливала вино. Лёгкое, с ягодным послевкусием, оно прекрасно дополняло еду.

Когда я наелся до отвала, Клевер разложила подушки на полу, соорудив что-то вроде мягкого ложа.

— Ложись на живот, — скомандовала она, доставая глиняную банку, от которой пахло травами и чем-то цветочным. Лавандой, что ли?

Я послушно улёгся, уткнувшись лицом в подушку. И тут началось настоящее волшебство. Клевер вылила тёплое масло мне на спину. Ручейки растеклись, щекоча кожу, и маленькие сильные руки принялись разминать мышцы с мастерством профессионального массажиста.

Начала она с плеч. Там накопилось столько напряжения, что при первом нажатии я невольно застонал.

— Да у тебя тут просто булыжники, — хмыкнула она, усиливая нажим. Постепенно узлы начали расслабляться, напряжение уходило волнами.

Дальше спина. Каждый позвонок, каждая мышца получили свою порцию внимания. Особенно досталось пояснице, там особенно болело после недели бега. Клевер будто чувствовала, где именно нужно надавить сильнее, а где просто погладить.

Когда она добралась до ягодиц, я напрягся — всё-таки непривычно. Но Клевер работала настолько профессионально, что смущение быстро прошло, и я неожиданно почувствовал себя лучше.

Ноги стали отдельной песней. Икры горели огнём после постоянных спринтерских забегов и прыжков. Клевер месила их как тесто, и я чувствовал, что мышцы наконец-то расслабляются. К концу массажа я превратился в желе. Безвольное расслабленное желе.

Но мысли всё равно крутились вокруг девушек в соседней комнате. Они там, небось, заждались, особенно Лили. Неужели я правда собираюсь провести ночь здесь, пока моя невеста…

Клевер словно прочитала мои мысли.

— Закрой глаза, Артём, — прошептала она, поглаживая мою спину. Пальцы скользили по промасленной коже, оставляя дорожки тепла. — Позволь мне насладиться этим временем с тобой, и сам насладись пребыванием со мной. Остальные могут подождать.

— Правда? — спросил я с сомнением. В конце концов, там почти десяток красавиц, и все они…

Она хихикнула и игриво шлёпнула меня по заднице, звук получился сочный из-за масла. Потом перевернула на спину одним ловким движением, проявив недюжинную силу для своего роста, и продолжила массаж уже спереди. Грудь, руки, живот…

— Они с радостью заездят тебя до полного изнеможения, если позволишь, — сказала она, разминая мышцы на животе. — Вот почему иногда должны вмешаться более хладнокровные и зрелые умы. Рассвет наступит слишком рано, а тебе нужен полноценный сон. Завтра вас ждёт город вепрей, а это не прогулка в парке.

В её глазах сияла такая нежность, что у меня защемило в груди. Не страсть, хотя та тоже присутствовала, а именно почти материнская забота.

— Вот почему я готова терпеть их гнев, забрав тебя на ночь, — продолжила она, массируя мне ноги. — Держу пари, в моей постели ты выспишься лучше, чем где-либо ещё. Ну, кроме собственной, конечно. А утром будешь готов к бою, отдохнувший и полный сил.

Она неопределённо махнула рукой в сторону двери.

— Что касается девочек, у них ещё будет время наиграться. Лили сказала, вы пробудете здесь несколько недель. К тому же… — она наклонилась ближе, её дыхание защекотало ухо, — я тоже ждала возможности снова побыть с тобой. Моей дочери повезло, что ты рядом постоянно, а мы хотим насладиться каждой минутой твоего визита.

Должен признать, от её слов стало легче. Конечно, перспектива оргии с дюжиной кунид звучала… привлекательно. Но сейчас, расслабленный массажем и вином, под нежными руками Клевер я чувствовал, как накатывает усталость. Кровать действительно выглядела божественно, а гора мягких подушек и одеял манила как магнит.

— А как же Лили? — всё же спросил я. Разочаровать остальных — это одно. Но невесту…

Клевер рассмеялась мягко, понимающе, и принялась массировать ступни. Я чуть не застонал от удовольствия; не знал, что там столько напряжения скопилось.

— Поверь, её балуют не меньше, чем тебя. Все соскучились, она же наша любимица. Мы понимаем, почему она ушла искать приключения и романтику, и безумно рады, что она нашла именно то, о чём мечтала, — Клевер улыбнулась, работая над моими ступнями. — Но мы также очень любим её, и скучали всё это время.

— Мне жаль, что приходится отнимать её у вас, — сказал я искренне, понимая, каково это терять близких…

— Не надо, — она наклонилась и поцеловала меня в лоб тёплыми мягкими губами. — Как мы можем грустить, если она нашла своё счастье? Иногда любимые уходят, но это сладкая разлука, если они идут к лучшей жизни. — Она посмотрела на меня сверху вниз с такой теплотой, что стало неловко. — Не волнуйся, Артём. Нора — место веселья, да. Но прежде всего место покоя и отдыха. Расслабься.

И я позволил себе именно это. Откинулся на подушки, закрыл глаза, ощущая, как напряжение окончательно покидает мышцы. Хотя… далеко не всё. Пока тело расслаблялось, одна его часть, наоборот, напряглась до предела.

Частично виной тому был массаж и ощущение мягких тёплых рук на коже, но в основном вид самой Клевер. Она склонялась надо мной во время работы, и я прекрасно видел каждый изгиб её миниатюрного тела. Белоснежная шерсть блестела в свете ламп, подчёркивая все впадинки и выпуклости.

Вскоре мой член стоял, как мачта. Он подрагивал в такт пульсу, особенно когда Клевер случайно задевала его рукой во время массажа.

Но после того, как она закончила работу над моим телом, «случайности» закончились. Клевер полила руки маслом, посмотрела мне в глаза с лукавой улыбкой и безо всякого смущения обхватила член обеими ладонями.

— Этой мышце тоже нужно расслабление, — промурлыкала она, начиная уверенные движения вверх-вниз. Руки, смазанные тёплым маслом, скользили идеально, а её опыт… Чёрт, эта женщина точно знает, что делает!

Глава 25

Я охнул от неожиданного прилива удовольствия. Руки Клевер творили чудеса, заставив меня выгнуться. Позвонки хрустнули, напряжение из мышц утекало, как вода сквозь пальцы. Честно говоря, я надеялся, что массаж закончится чем-то большим, но до сих пор она вела себя почти по-деловому, профессионально и отстранённо. Это заставляло сомневаться, а хочет ли она того же, что и я?

Все сомнения испарились, когда кунида тихо застонала от блаженства и потёрла бёдра друг о друга. Чёрт, она возбуждалась от одного прикосновения ко мне! Когда Клевер сменила позу, я заметил небольшую лужицу её нектара под чопорно сведёнными коленями. Пьянящий аромат ударил в нос, сладкая свежесть весенней зелени в сочетании с чувственным мускусом. От этого запаха член дёрнулся так резко, что даже больно стало.

Кунида почувствовала это движение и замерла, пальцы на мгновение перестали разминать мышцы.

— Не хочу упускать возможность, — сказала она, и в голосе появились игривые нотки. — Но Лили говорила, что ты можешь несколько раз за час, если потребуется.

— Пожалуйста… — практически взмолился я, невольно толкаясь бёдрами в её руки. Самоконтроль летел к чертям.

С хриплым смешком она продолжила. Дыхание Клевер участилось, она начала издавать очаровательные горловые звуки, лаская меня ртом.

Вот это талант! Лили явно пошла в мать.

Именно осознание того, что она так наслаждается процессом, в сочетании с невероятными ощущениями, наконец сломило меня. Я со стоном выгнулся дугой, все мышцы напряглись, и оргазм накатил цунами. Мощные струи семени брызнули мне на грудь и живот, а также на лицо и грудь Клевер.

Она жадно подставилась под струи, и жемчужное семя оставило блестящие линии на её безупречной молочно-белой коже. Картина оказалась настолько эротичной, что член дёрнулся снова, несмотря на только что пережитую разрядку.

Когда упали последние капли, Клевер посмотрела на меня большими голубыми глазами, полными неподдельной похоти. В них плескалось такое желание, что во рту мигом пересохло.

— Ты уже знаком с кунидами, — пропыхтела она. Грудь её вздымалась, на щеках играл румянец.

Я кивнул, прекрасно понимая, к чему она клонит. Куниды в страсти — это нечто. На Земле читал про кроликов, но реальность превосходила все ожидания.

— Хорошо, — простонала она, — потому что я больше не могу сдерживаться.

С грацией элитной гимнастки, и откуда только в её возрасте такая гибкость, она перевернулась и оседлала меня. Пухлые влажные половые губы плотно прижались к члену, толкая его вниз. Жар от неё шёл такой, будто я прислонился к печке. Затем она начала скользить вверх-вниз, постанывая от удовольствия. Её клитор плотно прижимался к стволу при каждом движении.

Это напомнило мне о важном. Дотянулся до рюкзака, лежащего у кровати.

— Свиток, — выдохнул я.

Белоснежная кунида сначала словно испугалась, а потом грустно рассмеялась.

— Ладно. Старовата я, чтобы растить двух малышей одновременно.

Она неохотно слезла, я едва не застонал от потери контакта, и позволила достать свиток из рюкзака. Забрала его и наложила заклинание на себя. Знакомое свечение окутало её тело.

При этом она посмотрела на меня с игривой улыбкой, от которой сердце пропустило удар.

— Уверена, ты и сам прекрасно знаешь, что мы, куниды, обожаем детей и хотим их много. Эта мысль возбуждает нас не меньше, чем сам секс, а может, даже больше. Так что все девушки в деревне будут в восторге, если ты не станешь заморачиваться с предохранением.

Член дёрнулся при мысли оплодотворить целый выводок прекрасных кунид. Воображение мигом нарисовало картину: десятки белоснежных, рыжих, чёрных ушастых малышей, бегающих по полям… Стоп! Хотя и заманчиво, но каково это — иметь кучу детей в неделе пути от дома? Даже зная, что куниды едят траву и коренья, и община без труда их вырастит в моё отсутствие, ответственность никто не отменял.

К тому же это несправедливо по отношению к Лили. Она не торопится заводить детей, хочет стать настоящей Искательницей, прокачаться, увидеть мир, испытать кучу приключений, прежде чем осесть.

Эти размышления растворились в новой волне удовольствия, когда Клевер вновь запрыгнула на меня. Она принялась тереться мокрыми шёлковистыми лепестками о ствол, скользя всё быстрее. Внезапно кунида со стоном рухнула на меня сверху, брызнув на промежность в мощном оргазме.

Не теряя ни секунды, снова поднялась, расположила головку у входа и с нетерпеливым стоном насадилась на всю длину.

Возможно, это и нереально с точки зрения физиологии, но готов поклясться, даже по прошествии года я всё равно помнил эти ощущения. Тёплые тугие стенки окутали член изысканной мягкостью, затрепетав в оргазме и лаская, пока Клевер нетерпеливо скулила и подпрыгивала на мощных ногах.

Наслаждаясь острым удовольствием, я гладил бархатистые бёдра, пышные ягодицы, играл с мягким хвостиком. Затем поднял руку к полной груди, сжал и пощипал набухшие соски. Она заскулила с новой силой, внутренние мышцы заработали ещё энергичнее, буквально доя меня.

Недавний оргазм смягчил остроту желания, я смог выдержать несколько минут интенсивного темпа. Но когда она внезапно взвизгнула и рухнула на меня, достигнув особенно мощного пика, её внутренние мышцы сжались так сильно, что практически вырвали оргазм из меня. Ахнув, я схватил её за бёдра, кости под мягкой кожей ощущались хрупкими, и излился в неё мощными волнами.

Когда я закончил, Клевер слезла с меня на дрожащих ногах, они её едва держали, и перебралась на кровать. Она встала на колени, высоко подняв зад, дразняще покачиваясь и глядя на меня с лукавым выражением. Белоснежный хвостик подрагивал в такт движениям.

— Твоя очередь. Действуй так энергично, как только можешь.

Я обнаружил, что энергии у меня хоть отбавляй. После хорошего обеда и расслабляющего массажа тело чувствовало себя отдохнувшим, несмотря на два оргазма.

Не теряя времени, я навис над белоснежной крольчихой, оказавшись сверху. Выстроился в линию с её пылающими, блестящими от соков лепестками и вошёл почти вертикально вниз. Сила толчка вдавила её ещё глубже в мягкие одеяла, а ткань заглушила пронзительный крик чистого наслаждения.

Отстранившись, вошёл снова ещё сильнее. В голове мелькнула дурацкое сравнение, будто она гвоздь, а я пытаюсь вбить её в кровать своим членом.

Клевер будто сошла с ума от захвативших её ощущений. Она заскулила от нестерпимого наслаждения и приподнялась на руки и ноги, начав отталкиваться от моих нисходящих толчков. Она подстраивалась не только под темп, но и под силу. Когда я входил особенно мощно, её нектар хлюпал и разбрызгивался по постели, а ноги толкались с такой силой, что практически поднимали меня.

Такое уже никак нельзя было назвать нежной любовью или даже обычным сексом, это настоящий первобытный драйв! Мы с неистовой настойчивостью утоляли свои самые глубинные инстинкты, достигая всё новых высот наслаждения.

Мать Лили, казалось, пребывала в состоянии перманентного оргазма. Достигая особенно мощных пиков, она дико визжала, орошая нас своими соками. К середине нашего соития весь мой перед, а также её спина, ягодицы и ноги оказались покрыты скользкой плёнкой. Стало трудно удерживать хватку на её бёдрах, руки то и дело соскальзывали.

Не уверен, кто из нас поскользнулся, может, я, а может, она обмякла, но в следующий миг мы оба оказались погребены в мягкости одеял. Перина поглотила нас, как зыбучие пески, тела прижались друг к другу в удушающих объятиях постели.

Но это ничуть не умерило нашу страсть. Окутанные коконом из ткани, облитые потом и соками, мы извивались, отчаянно ища точку опоры. Мне необходим был упор, чтобы продолжать вбиваться в жаждущее лоно миниатюрной женщины.

Наконец я кончил с такой силой, что перед глазами заплясали звёзды.

В какой-то момент Клевер обмякла, потеряв сознание от перегрузки удовольствием. Я испугался. Перестарался? Но прежде чем успел отстраниться, она пришла в себя и тут же начала толкаться бёдрами навстречу, почти жалобно скуля.

Я вгляделся в её лицо. Прекрасные черты исказились от напряжения, зубы стиснуты, на лбу блестит испарина. Глаза остекленели от удовольствия, но в них читалась странная сосредоточенная решимость. Что-то явно не так.

— Ты в порядке? — выдохнул я, гадая, не слишком ли жёстко действую.

Белоснежная кунида сначала выглядела удивлённой моим вопросом, затем смутилась.

— У меня всё замечательно, — пробормотала она, хихикнув. — Немного неловко признавать, но… Если бы мне было так хорошо на природе, я бы расслабилась и отпустила всё на волю. Конечно, в постели это невозможно.

Сначала я не понял, о чём речь, а потом вспомнил. Когда мы кувыркались на лесной поляне год назад, она так перевозбудилась, что потеряла контроль над мочевым пузырём. Тогда это стало неожиданностью для меня, но по-своему возбуждающе.

При воспоминании член дёрнулся с новой силой.

— У меня есть свитки Очищения, — предложил я.

Клевер весело рассмеялась, даже в такой ситуации она сохранила чувство юмора.

— Заманчиво, но постель всё равно станет мокрой, — она заёрзала, молчаливо требуя продолжения. — Хотя сдерживаться тоже может быть… приятно по-своему.

— Мы могли бы сделать перерыв, пока ты…

— Нет! — выпалила она, отчаянно прижимаясь ко мне всем телом. — Не сейчас, когда ты довёл меня до такого состояния.

Я вспомнил похожую ситуацию с Лейланной, когда довёл её до такого экстаза, что она, несмотря на все усилия, потеряла контроль. Интересно, случится ли то же самое сейчас?

Какая-то тёмная часть меня наслаждалась этой возможностью. Довести партнёршу до полной потери контроля… В этом есть что-то первобытно-возбуждающее.

Но, несмотря на все мои усилия, а я честно старался, Клевер держалась. Хотя ей явно нравилась каждая секунда, она хныкала и извивалась от двойного напряжения. С одной стороны волны удовольствия, с другой — необходимость сдерживаться. Я продолжал входить и выходить из её нежно-розового туннеля, чувствуя, как она борется сама с собой.

Пару раз она кончала так обильно, что я почти решил, всё, прорвало. Простыни под нами стали откровенно мокрыми, секс превратился в грязное хлюпающее действо. Мы катались по влажной постели, как борцы на ринге.

Вдруг с озорным смешком она протянула руку и схватила меня за яйца. Сжала нежно, но крепко, ровно настолько, чтобы вызвать острое ощущение на грани боли и удовольствия.

Неожиданность пробила все барьеры. Оргазм, который я старательно сдерживал, вырвался на свободу. Задыхаясь, я излился в неё, обрушивая поток за потоком, а затем рухнул сверху, опустошаясь бесконечными ослепительно приятными струями.

Почти сразу после финала она высвободилась, тяжело дыша от усталости. Яростный секс выжал нас как лимоны. Клевер выбралась из гнезда, которое мы устроили под одеялом. Перина хранила форму наших тел, напоминая о только что бушевавших страстях. Кунида резко сунула руку между ног, затем вскочила с кровати и присела над чем-то в углу. Я услышал характерный звон жидкости о керамику и подполз к краю кровати, наблюдая.

Закончив, она вынесла горшок на улицу. Вернувшись, настойчиво стащила меня с кровати. Мои ноги подгибались, как у новорождённого жеребёнка. Клевер протянула мокрую тряпку и кусок мыла, пахнущий лавандой.

— Давай ты помоешь меня, а я тебя, — сказала она с усталой, но довольной улыбкой.

Что ж, жаловаться грех. Это был невероятный опыт, который врежется в память навсегда. Как говорили в армии, «будет что вспомнить на пенсии».

Мне нравилось водить намыленными руками по шикарному телу миниатюрной куниды. Под пальцами перекатывались упругие мышцы, сила, скрытая в маленьком теле. Она получала такое же удовольствие, судя по тихим вздохам. Мы оба настолько вымотались от бурного соития, что едва держались на ногах. Почти пьяные от усталости, прислонялись друг к другу, смеясь над собственной неуклюжестью. Мыло выскальзывало из рук, вода проливалась мимо таза.

Когда закончили водные процедуры, она решительно сдёрнула с кровати испачканное верхнее одеяло. Влажная ткань шлёпнулась в угол — завтра кому-то не повезёт со стиркой. Клевер уложила меня на чистые простыни, пахнущие свежестью и какими-то травами, легла рядом, прижавшись всем телом и накрыв нас запасным одеялом. Её носик уткнулся мне в шею, дыхание щекотало кожу.

Спи спокойно в безопасности Холмистого, — прошептала она, нежно поглаживая мою грудь маленькой ладошкой. Потом добавила с озорной интонацией. — И не пугайся ночных звуков.

Я не сдержал шокированного смеха. Вот это поворот! Крепко обнял мать Лили, чувствуя, как напряжение окончательно покидает тело.

— Спокойной ночи, Клевер, — мои губы коснулись нежных бархатных ушек, те дрогнули от прикосновения. — Спасибо, что разделила со мной свой дом и свою постель.

Она нежно поцеловала меня в шею удивительно мягкими губами.

— Конечно, милый. Теперь ты часть нашего мира. Отец Петра, моего сына, будущий муж моей драгоценной Лили. Член семьи.

— Семья, — эхом отозвалось в голове.

Странно, но здесь, в этом фэнтезийном мире, всего за какой-то год у меня образовалась огромная семья… Инна осталась там, на Земле, в недосягаемой реальности, а здесь жёны, дети, тёща… Целый клан!

Белоснежная кунида расслабилась, прижавшись ко мне. Вскоре её дыхание стало глубоким и размеренным. Уснула. Этот успокаивающий ритм, тепло её тела, запах лаванды от мыла и трав от постели, всё слилось в убаюкивающую колыбельную. Усталость навалилась мягким одеялом, веки отяжелели.

Я провалился в сон, обнимая прекрасную куниду.

Глава 26

Проснулся от того, что замёрз. Одеяло куда-то пропало, а в подземной спальне было прохладно, как в погребе. На тумбочке мерцала свеча, отбрасывая танцующие тени на земляные стены. Для моего ночного зрения света хватало с избытком, я ясно видел каждую трещинку в утрамбованной глине.

Судя по исчезнувшему грязному одеялу, Клевер решила его постирать. Хозяйственная. Внутренние часы подсказывали, уже около половины пятого утра.

Времени до респауна вепрей ещё предостаточно, но лучше выдвинуться пораньше. Вчера мы с Лили прилично задержались, пока добирались сюда. Быстро натянул штаны и рубаху, проверил ремни доспехов. Кожа была мягкой и эластичной, Клевер явно не поленилась их почистить и смазать. Закинул рюкзак на плечо и толкнул тяжёлую дверь.

В общей комнате царила тишина. Все спали, в большом кресле с подушками устроились две фигурки, прижавшись друг к другу, как котята. Даже с моим зрением в полумраке не разобрать, кто есть кто, но по изящному силуэту и блеску тёмных волос узнал Сирению с её фиолетовыми прядями. Рядом с ней свернулась калачиком Пиония, старшая сестра Лили, стройная, как тростинка, с огненно-рыжими волосами.

Осторожно прикрыл дверь, стараясь не скрипнуть петлями. Сирения заворочалась во сне, что-то пробормотала и уткнулась носом в плечо подруги. На цыпочках, насколько это возможно в сапогах, пересёк комнату и выбрался через туннель наружу.

Предрассветный лес встретил меня своей особенной, немного жуткой красотой. В полумраке чёрные силуэты деревьев воображение легко превращало в нечто монструозное. Вон тот куст вполне походил на притаившегося огра, а свисающие лианы напоминали щупальца какой-то твари. И когда тёмная тень отделилась от нижней ветки ближайшего дерева, я был готов.

Пантера прыгнула с диким рыком, классическая атака сверху. Выбросил правую руку вперёд и перехватил её за горло прямо в полёте. Зверюга зарычала мне в лицо, обдав запахом тухлого мяса, и вцепилась когтями в предплечье.

Активировал Глаз истины скорее по привычке, всегда проверяю неожиданных гостей. Двенадцатый уровень. Усмехнулся. Когда-то такая же чуть не прикончила Зару, мне пришлось изрядно попотеть, чтобы нас обоих не сожрали. А сейчас… Когти даже кожаные наручи не пробивали, только скрежетали по усиленной обработкой коже.

Сжал кулак, хрустнули шейные позвонки, пантера обмякла с последним жалобным всхлипом.

— Прости, киса, но ты сама напросилась.

Стоит проверить окрестные леса. Если тут водятся пантеры, девчонки из Холмистого могут пострадать. Хотя, зная их скорость, скорее пантерам стоит опасаться стать добычей.

Нужно добраться до лагеря вепрей и проконтролировать ситуацию. Не хотелось будить девчонок. Пусть отдыхают, проводят время с родными. Лили особенно заслужила возможность побыть дома.

Можно добраться до мега-точки респауна и найти того, кто там дежурит. Часового отправлю обратно в Холмистое, пусть передаст Лили, где я. Если захочет, присоединится позже.

Закинул пантеру на плечи. Груз килограммов под восемьдесят, но для моего уровня это как рюкзак с учебниками. Свежее мясо пригодится, разделаю и приготовлю на костре, когда доберусь. Глупо оставлять добычу гнить, особенно когда она сама прыгнула в руки.

Уже собирался активировать Рывок Гончей, когда услышал лёгкие шаги. Из тени выступила знакомая фигурка. Лили подошла вплотную и коснулась пальцами шкуры пантеры.

— Раньше я их до дрожи боялась, — прошептала она, поглаживая чёрный мех. — Сколько раз убегала, едва завидев хоть одну, а теперь могу голыми руками шею свернуть. Даже представить трудно, насколько всё изменилось.

Обнял её за плечи, притянул к себе. Она пахла полевыми цветами и чем-то сладким, наверное, ягодами, которыми угощали в Норе. Нежно поцеловал в макушку между длинных ушей.

— Прости, если разбудил.

— Я встаю только когда сама хочу проснуться, — она игриво дёрнула ушами, щекоча мне щёку мягким мехом. — Уже изучила твои звуки: дыхание, шаги, даже то, как ты надеваешь сапоги. Услышала, что уходишь, и решила составить компанию.

Я заметил, что на ней только лёгкая туника и штаны. Ни доспехов, ни рюкзака, ни оружия.

— Сейчас разделаю тушу и поставлю мясо готовиться, потом найду тебе что-нибудь на салат. Сходи собери вещи. У нас ещё часа полтора до респауна, времени полно.

— Хорошо, — она быстро чмокнула меня в щёку и побежала обратно, её белый хвостик мелькнул в предрассветных сумерках.

Я же занялся привычной рутиной: собрал сухие ветки, развёл костёр. Огонь занялся быстро, потрескивая и разгоняя предрассветные тени. Достав нож, принялся свежевать пантеру. Шкура отходила легко, острое лезвие разрезало соединительные ткани, как масло. Мясо оказалось тёмно-красным, жилистым. Нарезал на стейки толщиной с палец, натёр солью и перцем из походного набора специй, нанизал на заострённые ветки.

Мясо зашипело над углями, источая резкий запах. Хищники всегда жёсткие — слишком много мышц, мало жира, но специи творят чудеса. Да и голод — лучшая приправа.

Пока стейки готовились, отправился на поиски зелени для Лили. В предрассветном лесу нашёл молодые листья одуванчика, дикий щавель, несколько кустиков с ягодами, похожими на землянику. Набрал пригоршню грибов, местный аналог сыроежек. Лили их обожает.

Вернулся как раз вовремя. Моя невеста уже сидела у костра в полной экипировке: короткий меч на поясе, лук и колчан за спиной, кожаные доспехи подогнаны идеально. Она бросила рюкзак рядом с моим и устроилась на складном стульчике, поджав под себя ноги. Лили принялась за салат с таким энтузиазмом, будто не ела неделю.

— Ну как прошла встреча с сёстрами? — спросил я, отрывая кусок жилистого мяса. Вкус оправдал ожидания: жёстко, с привкусом дичи, но перец и чеснок делали своё дело.

— Мы чудесно пообщались, — хихикнула она, и в глазах блеснули озорные искорки.

В штанах сразу стало тесно. Воображение услужливо нарисовало картинку: моя Лили в объятиях миниатюрной фиолетововолосой красотки и пышногрудой платиновой блондинки, все трое сплелись в клубок из белоснежных тел и длинных ушей. Чёрт, обязательно нужно как-нибудь присоединиться к их девичьим посиделкам!

— А ты как? — спросила Лили, положив голову мне на плечо. Её тёплое дыхание щекотало шею. — Снова в полном порядке? Мама хорошо о тебе позаботилась?

— Ещё как! Готовит она отменно, а массаж делает вообще божественно, — вспомнились сильные руки Клевер, разминающие уставшие мышцы. Да, она знала своё дело.

— Знаю, — Лили довольно вздохнула. — Дайна тоже хороша в этом деле, но куда ей до маминого пятидесятилетнего опыта.

Потёрся носом о её бархатные ушки, они приятно пахли полевыми цветами.

— Я скучал. Давно мы не спали порознь, правда?

Моя невеста кивнула, её огромные глаза за стёклами очков засияли в свете костра.

— Всего одна ночь, но я тоже соскучилась.

Некоторое время ели молча, наслаждаясь близостью друг друга. Потрескивал огонь, где-то вдали прокричала ночная птица. Хороший момент.

— Как думаешь, далеко та звезда? — внезапно спросила Лили, указывая на небо.

Я проследил за её пальцем, звезда казалась слишком яркой и крупной для обычной. Либо она огромная и относительно далеко, либо среднего размера, но совсем рядом по космическим меркам.

— Понятия не имею, — честно признался я. — Световые годы, наверное. Есть способ определить расстояние до звезды, измерить видимую яркость и сравнить с реальной.

— О! — Лили нахмурилась, сморщив носик. — А откуда знать, насколько яркой она должна быть на самом деле?

Помедлил секунду, потом усмехнулся.

— Вот тут ты меня поймала. Без понятия. Астрономию я изучал поверхностно, в школе разве что.

Поцеловал её в чувствительное ушко, от чего она довольно вздрогнула.

— Кстати о подсчётах. Готова выдвигаться? Хочу попробовать посчитать вепрей до респауна в шесть утра. Может, выясним закономерность появления.

Лили быстро доела остатки салата, вытерла руки о траву и вскочила на ноги. Подхватила рюкзак, накинула на плечи и принялась подгонять ремни.

— Идём! — в её голосе прорезался азарт охотницы.

Активировали способности и рванули через лес. Меньше десяти минут, и мы уже у города вепрей. На страже обнаружили подругу Лили, Ягодку. Невысокая, сантиметров на пятнадцать ниже моей невесты, с тёмными волосами и такими же тёмными пушистыми ушками.

Но больше всего в глаза бросалось другое. При типичной для кунид фигуре «песочные часы», то есть тонкая талия, широкие бёдра, у неё имелась задница. Нет, реальная ЗАДНИЦА, такая, о которой мечтают все любители пышных форм. Две идеальные полусферы, которые при ходьбе двигались с гипнотизирующей грацией.

И она, прекрасно зная о своём главном достоинстве, шла к нам, специально покачивая бёдрами.

— Ничего особенного пока не происходило, — весело сообщила она, крепко обняв Лили. Поцелуй явно вышел за рамки дружеского, с языком и лёгким постаныванием.

— Спасибо, милая, — Лили нежно потёрлась носом о её щёку. — Мы тут всё проконтролируем, можешь идти домой поспать.

Ягодка разочарованно посмотрела на меня, надув губки.

— Что⁈ Да я уже несколько часов тут круги нарезаю около этих вонючих свиней! Мне положена хоть какая-то награда за труды⁈

Лили вздохнула, в её глазах заплясали чертята. Она подмигнула мне.

— Ладно, но времени на долгие игры нет.

Без предупреждения моя невеста схватила подругу и ловко опрокинула на землю лицом вниз. Аппетитная попка Ягодки оказалась задрана вверх прямо передо мной.

— Лииии! — возмутилась темноволосая кунида, извиваясь так, что её роскошные ягодицы соблазнительно заколыхались. — Ты на чьей стороне вообще?

Лили озорно хихикнула и звонко шлёпнула подругу по круглой попке.

— Я держу перед, а Артём займётся твоим задом.

Ягодка тоже хихикнула, уже не сопротивляясь.

— Ладно, согласна. Но я хотела показать ему, как быстро бегаю! Если бы я убегала, а моя попка мелькала у него перед носом, он бы точно с ума сошёл от желания!

— Как я уже сказала, у нас мало времени, в другой раз поиграете в догонялки, — Лили снова шлёпнула подругу и улыбнулась мне. — Давай, дорогой, развлекайся.

Ягодка вытянула шею, чтобы посмотреть на меня через плечо. В её глазах плескалось нетерпение.

— Ну давай же! Хватит тянуть. Дай мне уже свой большой член!

Достал из рюкзака свиток Предотвратить зачатие, не забыв в очередной раз возблагодарить Карину за запас, быстро активировал, ощутив знакомое покалывание магии. Расстегнул штаны, высвободив напряжённый член, подошёл сзади и схватил Ягодку за бёдра. Боги, какая же у неё задница! Упругая, идеальной формы, кожа нежная, как шёлк!

Провёл пальцами между её складок, влажная и горячая, готовая принять, и одним движением вошёл до упора.

Ягодка взвизгнула и задёргалась подо мной.

— Богиня! Меня ещё никогда так не растягивали! Лили, тебе так повезло, что это у тебя каждый день!

Моя невеста улыбнулась, поглаживая подругу по ушкам.

— О, он только начинает.

И я начал. Вышел почти полностью, резко вошёл обратно и установил жёсткий ритм. Мои бёдра хлопали о роскошную попку с сочным звуком, пальцы впились в нежную плоть ягодиц, притягивая её навстречу каждому толчку. Чувствовал, как задница куниды дрожит от ударов, а внутренние мышцы сжимаются вокруг члена.

— Чёрт, эта раса просто создана для секса, — мелькнула мысль.

Прошло совсем немного времени, и Ягодка забилась в оргазме, её киска судорожно сжалась. Потом ещё раз, когда волны наслаждения прокатились по её телу. Я продолжал входить в неё, наслаждаясь тем, как шелковистые глубины массируют член.

Ягодка стонала, приглушённо причмокивая языком, а моя невеста постанывала от удовольствия.

Я почувствовал знакомое напряжение в яйцах. Вогнал член до упора, упираясь головкой в самую глубину, и излился мощными толчками. Ягодка снова затрепетала в оргазме, вскрикивая от наслаждения.

— Богиня! — простонала она, тяжело дыша. — Как жаль, что ты использовал свиток, я стала бы хорошей матерью для твоего ребёнка! Ещё не поздно отменить заклинание, знаешь…

Клевер не преувеличивала, куниды действительно помешаны на детях. Это делало самоконтроль Лили ещё более впечатляющим, ведь она откладывала материнство ради наших приключений.

Кстати, о моей невесте. Похоже, её заявления о нехватке времени были несколько преувеличены. Едва я вышел из Ягодки, как Лили ловко забралась на меня.

Лили опустилась на мой всё ещё твёрдый член и начала вращать бёдрами по кругу, стимулируя нас обоих. Её внутренние мышцы работали как отдельный организм, массируя и сжимая в идеальном ритме.

Я сдержал стон и схватил Лили за задницу. При всём уважении к формам Ягодки, попка моей невесты была совершенством: упругая, идеально помещающаяся в ладони. Играл с ней, теребил пушистый хвостик, пока невеста подпрыгивала на моём члене.

Я продержался всего несколько минут. Со стоном схватил Лили за бёдра, прижал к себе и мощно кончил прямо в неё.

После этого все повалились на траву в изнеможении. Обнял обеих кунид одной рукой, другой поглаживая и сжимая ягодицы Ягодки. Уж больно хороша попка! Лили присоединилась ко мне, и мы втроём принялись ласкать друг друга. Девушки, хихикая, целовались между собой, потом по очереди целовали меня.

Через пару минут я осторожно выпутался из клубка тел, заправил влажный от соков член обратно в не менее влажные штаны, затянул шнуровку.

— Спасибо, что подежурила, Ягодка. И за игры спасибо, это было потрясающе. Но нам правда пора.

Темноволосая кунида надула губки, но глаза довольно блестели.

— Только помни, ты обещал, что у нас будет куча времени для игр в ближайшие недели! — она вскочила на ноги, моё семя блестящими струйками стекало по её бледным бёдрам. Ягодка повернулась ко мне спиной и призывно покачала своей роскошной попкой, бросив через плечо манящий взгляд.

Напоследок взмахнула пушистым чёрным хвостиком и скрылась среди деревьев в направлении Холмистого.

— В следующий раз без свитка! — донёсся её крик.

Мы с Лили переглянулись. Оба улыбались, как идиоты, довольные и расслабленные, но надо браться за дело.

Подошли к мега-точке логова, и сразу стало ясно, наш план с подсчётом накрылся медным тазом. За ночь вепри расползлись по всему освобождённому пространству, снова заняли сторожевые вышки. Толпы свиноподобных тварей бродили везде, и невозможно было понять, сколько именно их появилось вновь.

— Разве что все они появляются из центра и расползаются оттуда? — предположил я, но до шести утра оставалось больше получаса. Тратить время на ожидание не хотелось.

— К чёрту подсчёты! — решил я. — Давай просто вычистим всё, что сможем.

Достали луки и принялись за работу.

Если прошлой ночью мы проносились через город, как ураган, то сейчас стали настоящей машиной смерти. Отработанная тактика: я выцеливаю с помощью Глаза истины самых опасных, Лили прикрывает фланги. Стрелы свистели в воздухе непрерывным потоком.

Вепри падали десятками. Уровни от восемнадцатого до двадцать третьего для нас как тир в парке развлечений. Методично зачищая сектор за сектором, двигались по периметру. Земляные курганы и огромное гнездовое жилище в центре пока обходили стороной, там засели элитки.

Активировал Глаз истины на центральных постройках. Так и есть, рейдовые монстры 23–26 уровня. Судя по показателям силы, каждый близок к Глубинному Бурильщику. Для победы над такими нужен полноценный рейд из сорока-пятидесяти человек примерно их же уровня.

— Даже не суйся, — предупредил внутренний голос. Мы с Лили хороши, но не настолько.

По периметру попадались вепри-офицеры, покрупнее, поумнее, которые организовывали остальных в подобие боевых порядков. Но и они падали под градом стрел. Лут с них капал приличный, не топовый, конечно, но Дректар с его стражниками будут довольны. Хорошая экипировка для патрулей вокруг поместья.

Часа через три работы мы выбили всех, кого только можно выбить безопасно. Оставшиеся сбились в кучи вокруг центральных зданий, слишком близко к элиткам, чтобы рисковать. Стоило потревожить одного, как на помощь сбежалась бы вся рейдовая группа.

— Хватит, — сказал я, опуская лук. Пальцы затекли от постоянного натягивания тетивы. — Больше тысячи положили, неплохо для утренней разминки.

Интересно, смогут ли эти рейдовые твари стать достойным противником для нашей группы? С появлением Харальда у нас добавилось урона и поддержки. Может, стоит попробовать? Но не сегодня.

Больше тысячи убитых монстров означало гору трупов для обыска. Пока собирали стрелы, Лили задумчиво посмотрела на меня.

— Знаешь, мы сделали всё что могли. Центральные могут со временем расползтись, тогда зачистим точки появления отдельно. Но пока что мы закончили. Холмистое может следить за блуждающими и позвать нас при необходимости.

Кивнул, понимая, к чему она клонит.

— Хочешь, чтобы я проверил сына Зары?

— Именно. Я останусь здесь, прослежу, чтобы не появились блуждающие, и займусь выделкой кож, раз уж всё равно торчать тут.

План хороший. Местные звери дают шкуры низкого качества, но если набрать много, можно отработать навык на приличную кожу. Не самый эффективный способ прокачки ремесла, но лучше, чем просто сидеть и ждать.

— Ладно, расставлю силки перед уходом. Пока ждём остальных, может, прилично продвинешься с кожевничеством.

Глаза Лили блеснули за стёклами очков, она игриво прикусила нижнюю губу.

— И я прослежу, чтобы девочки из моей норы получили всё заслуженное внимание.

— О да, — выдохнул я, представив себе картинку.

— Кстати, — продолжила она с лукавой улыбкой, — теперь, когда мы контролируем мега-точку, они наверняка начнут шастать по окрестностям, собирать еду, охотиться или просто бегать для удовольствия. Мы же обожаем это! Так что готовься встретить милых кунид с «вывихнутыми лапками» или «застрявших в кустах». Совершенно случайно, конечно, — она сделала многозначительную паузу. — И если они не знают, где ты, могут пойти тебя искать для развлечений. Так что не удивляйся внезапным встречам.

У меня появилось стойкое ощущение, что следующие недели станут очень, ОЧЕНЬ интересными.

Закончив обыскивать трупы, мы спрятали добычу в нескольких тайниках — позже перевезём в поместье. Я потратил ещё с полчаса на установку силков вдоль маршрутов патрулирования. Старался расставлять их в местах, где звери точно пройдут: у водопоя, на звериных тропах, возле ягодных кустов.

Наконец обнял Лили на прощание, притянул к себе. Она уткнулась носом мне в шею, глубоко вдохнула.

— Возможно, останусь там на ночь. Зависит от того, как пойдёт с племенем Зары. Но завтра утром точно увидимся.

— Ладно, — она прижалась теснее. Я не увидел, а скорее почувствовал её ухмылку. — Только предупреждаю, в следующий раз увидишь меня скорее всего только с мечом на поясе и луком за спиной. Может, даже без них. Доспехи тут не нужны, опасности нет, а дома, среди своих, я предпочитаю ходить без одежды. Уже привыкла носить её в путешествиях, но тут комфортнее так, по старинке.

— О боги, дайте мне сил! — мысленно взмолился я, представив свою невесту, разгуливающую по лесу в чём мать родила. Определённо волнующее зрелище.

— Жду не дождусь встретить тебя голышом на лоне природы, — обхватил её талию, притянул ближе. Она идеально помещалась в моих объятиях, не слишком высокая, не слишком низкая, в самый раз.

Лили поцеловала меня глубоко, с чувством, потом игриво шлёпнула по заднице.

— Иди уже проверь сына Зары. Она же говорила, что переживает. А мне нужно продолжать патрулирование и следить за силками, вдруг что крупное попадётся.

Напоследок поцеловал её в лоб, активировал РывокГончей и понёсся через лес в сторону деревни Волчий холм, где жило племя Зары. Утренний ветер свистел в ушах, деревья мелькали размытыми тенями.

Интересно, как там поживает маленький полугоблин? Зара волновалась не зря, смешанная кровь часто даёт непредсказуемые результаты, особенно когда один из родителей — человек из другого мира со странными способностями.

— Ну что ж, скоро узнаем, — подумал я, перепрыгивая через поваленное дерево. До Волчьего холма оставалось не больше часа пути.

Следующий том читать тут: https://author.today/reader/491040/4636867

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Искатель – 12

Content

Искатель — 12

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene