Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5

Глава 1

Герой поневоле

Корабль клана Шу входил в порт уже под утренним солнцем, разрезая спокойные воды залива. Я стоял на носу, наблюдая за приближающимися причалами. После трех дней на острове Лунного Дракона даже портовая суета казалась чем-то умиротворяющим. Шу Сонг стояла рядом, нервно поправляя волосы и одежду.

— Волнуешься? — спросил я, заметив, как она в десятый раз проверяет, все ли в порядке с ее внешним видом. Будто от этого что-то зависит.

— Отец будет встречать нас лично, — ответила она, стараясь говорить спокойно. — Это большая честь. Он редко покидает резиденцию для таких дел.

Я пожал плечами. Встречи с важными шишками меня никогда особо не волновали. В конце концов, я видел, как демоны-принцы умоляли о пощаде. После этого сложно впечатлиться человеческими церемониями.

Когда корабль пришвартовался, я увидел внушительную делегацию на причале. В центре стоял мужчина лет пятидесяти — седеющие виски, прямая осанка, взгляд человека, привыкшего командовать. Шу Вэймин, глава клана. По бокам от него две молодые женщины, явно его дочери — семейное сходство было очевидным. Позади — целый эскорт охраны в церемониальных одеждах.

Кайден стоял чуть поодаль с довольным видом человека, только что заключившего сделку века. За его спиной громоздились ящики и контейнеры — судя по маркировке, закупки для «Последнего Предела». Рядом с ним о чем-то оживленно рассказывал Леон. Я сразу заметил изменения в ауре парня — что-то стало иначе, будто внутри него появился новый источник силы. Впрочем, сейчас было не время разбираться в этом.

Тень радостно залаял, увидев меня, и бросился навстречу. Все три головы смотрели на меня, в последнее время он все чаще ходил с ними напоказ. Хвост крутился как пропеллер. Я почесал его за ушами, пока мы спускались по трапу.

Шу Вэймин, глава одного из влиятельнейших кланов Восточной Империи, сделал шаг вперед и поклонился. Не кивнул, не склонил голову — именно поклонился, низко, почти до пояса.

Вся его свита ахнула. Охранники замерли с выражением полного шока на лицах. Даже Кайден едва не уронил челюсть от удивления.

Сонг тихо прошептала мне на ухо:

— В нашей культуре старший по возрасту и статусу никогда, слышишь, НИКОГДА не кланяется младшему первым. Это высшее проявление уважения. Такого не было уже лет двести!

Шу Вэймин выпрямился, и я увидел в его глазах искреннюю благодарность.

— Господин Торн, — его голос был глубоким и звучным, — вы не только спасли моего сына, но теперь еще и вернули честь моему клану. Остров Лунного Дракона очищен за три дня — то, что мы не могли сделать три года. Император уже прислал поздравления. Я… мы все в неоплатном долгу перед вами.

— Да ладно, — отмахнулся я. — Просто выполнял свою часть сделки. К тому же было весело. Ваша дочь неплохо дерется.

Сонг покраснела от моих слов, а ее отец едва заметно улыбнулся.

— Позвольте представить вам и моих старших дочерей, — сказал он, жестом указывая на стоящих рядом девушек.

Первая — высокая, стройная, с длинными черными волосами, собранными в сложную прическу с золотыми шпильками. Традиционное платье темно-синего цвета с высоким воротником подчеркивало ее аристократическую красоту. Холодные, расчетливые глаза изучали меня как товар на аукционе. Правда, взгляд был уж очень пристальным.

— Шу Мэй, моя старшая дочь. Управляет финансами клана и нашими торговыми операциями.

Женщина грациозно поклонилась, не сводя с меня оценивающего взгляда. Двадцать восемь лет, если верить тому, что мне рассказывала Сонг. Незамужняя, что для Восточной Империи было редкостью — обычно девушек выдавали замуж гораздо раньше. Но Шу Мэй явно была из тех, кто сам выбирает свою судьбу.

— Господин Торн, — ее голос был мелодичным, но с металлическими нотками. — Наслышана о ваших подвигах. Полагаю, нам стоит обсудить возможности долгосрочного сотрудничества между нашими организациями.

Деловая хватка с первых секунд.

Вторая дочь была полной противоположностью старшей. Короткие волосы, едва доходящие до плеч, практичная одежда: кожаные штаны, рубашка. На поясе — два меча, судя по рукоятям, работа местных мастеров. Мускулистая, но в меру, подтянутая, с горящими глазами воина.

— Шу Лин, средняя дочь. Капитан нашей элитной гвардии.

Она не стала церемониться с поклонами, просто протянула руку для рукопожатия. Хватка была крепкой — рука человека, который проводит с оружием больше времени, чем без него.

— Господин Торн! — ее голос звенел от восторга. — Это правда, что вы убили древнего дракона? И уничтожили армию монстров одной техникой? Нам обязательно нужно провести спарринг! Я должна увидеть ваше мастерство своими глазами! Испытать его на себе, хе-хе!

— Лин! — одернула ее старшая сестра. — Не приставай к гостю с первых минут!

— А что такого? — пожала плечами Шу Лин. — Когда еще представится шанс скрестить мечи с первоклассным воином, другие-то отказываются? Слабаки, — и в этот момент она бросила грозный взгляд на людей, стоящих позади нее, так, что они чуть было не отшатнулись.

Я усмехнулся. Прямолинейность средней дочери мне нравилась больше, чем расчетливость старшей.

В этот момент мое внимание привлек шум со стороны. Гелиос, а это был определенно он, узнать этого клоуна можно было из тысячи, стоял на ящике и вещал собравшейся толпе портовых рабочих.

— И тогда! — размахивал он бутылкой, которую явно стащил откуда-то. — Великий и ужасный дракон, размером с гору, посмотрел на храброго Дариона Торна! А тот ему говорит: «Ты слишком большой, придется тебя уменьшить!» И БАМ!

Он попытался изобразить удар, но потерял равновесие. Бутылка полетела в одну сторону, сам Гелиос — в другую. Грохнулся прямо в кучу рыбацких сетей, запутался и начал барахтаться, как пойманная рыба.

— Что это за… смехотворный муж? — спросил Шу Вэймин, наблюдая за попытками Аукционера выбраться из сетей.

— Пленник, — ответил я. — Нелегальный торговец монстрами, пытался нас ограбить во время плавания. Если хотите, можете забрать его себе. Избавите нас от лишних хлопот.

Глава клана задумчиво посмотрел на Гелиоса, который наконец выпутался из сетей и теперь пытался изобразить достоинство, несмотря на торчащие из волос куски водорослей.

— Нелегальная торговля — серьезное преступление в наших землях, — медленно сказал Шу Вэймин. — Обычное таких подвешивают.

Гелиос мгновенно протрезвел. Его глаза расширились от ужаса, и он рухнул на колени прямо в грязную лужу. Правда, похоже, он сделал это специально, чтобы выглядеть еще более жалким. Переигрывает, как по мне.

— Нет-нет-нет! Прошу прощения! Я больше не буду! Клянусь своей коллекцией! То есть, бывшей коллекцией! Я исправлюсь! Стану честным человеком! Буду продавать рыбу! Или овощи! Или что угодно легальное!

— Хм, — Шу Вэймин повернулся ко мне. — Что скажете, господин Торн? Казнить или помиловать?

Я посмотрел на Гелиоса, который умоляюще сложил руки и состроил самое жалобное выражение лица, на какое был способен.

— Да пусть живет, — махнул я рукой. — Он идиот, но безвредный. К тому же умеет рассказывать забавные истории. Может, пригодится для развлечения гостей. Уж не знаю, как этот человек умудряется быть Охотником S-ранга.

— Спасибо! — завопил Гелиос. — Спасибо, великодушный господин Торн! Я буду петь о вашей доброте! Напишу поэму!

— Только попробуй, — предупредил я. — И отправишься на корм рыбам быстрее, чем успеешь придумать рифму.

Шу Вэймин кивнул страже:

— Отведите его в резиденцию. Пусть помоется и приведет себя в порядок. Потом решим, что с ним делать.

Пока охранники уводили все еще бормочущего благодарности Гелиоса, ко мне подошел Кайден.

— Дарион! — его лицо сияло от восторга. — Ты не поверишь! Я все устроил! Закупки завершены, контракты подписаны, и сделка с драконом прошла идеально!

— Сколько? — коротко спросил я.

— Пятьдесят миллионов за основную тушу, плюс дополнительные выплаты за органы и кровь. В сумме — почти восемьдесят миллионов! «Последний Предел» теперь может позволить себе, что угодно! Мы богаче большинства малых и средних кланов!

— Неплохо, — кивнул я. — Главное, не спусти все на ерунду.

— Я? На ерунду? — возмутился Кайден. — Да я уже составил инвестиционный план на следующие пять лет! Расширение штата, новое оборудование, собственная исследовательская лаборатория…

Надо будет ему потом напомнить часть этих средств выделить Анисе, чтобы она могла и дальше работать с наследием моего друга.

— Господа, — вмешался Шу Вэймин. — Предлагаю продолжить беседу в более подходящей обстановке. В резиденции уже накрыты столы. Сегодня мы празднуем не только очищение острова, но и начало великого партнерства.

* * *

Основная резиденция клана Шу превзошла все мои ожидания. И это говорю я, человек, видевший дворцы лордов-демонов.

Огромный комплекс зданий в традиционном восточном стиле занимал площадь небольшого города. Изогнутые крыши, покрытые синей черепицей, сверкали на солнце. Резные драконы обвивали колонны, фонтаны создавали мелодичный шум воды, а в садах цвели какие-то экзотические цветы, источающие дурманящий аромат.

Все это, конечно, было намного дороже и больше той небольшой резиденции в портовом городе.

Главный зал для приемов мог вместить тысячу человек, и сейчас он был заполнен почти полностью. Восточные аристократы в роскошных одеждах, западные торговцы в строгих костюмах, Охотники в парадной форме — весь высший свет собрался здесь.

Меня встретили как героя.

Стоило мне войти в зал, как все разговоры стихли. Сотни глаз уставились на меня с выражением благоговения, страха и восхищения одновременно. А потом началось.

— Это он! Дарион Торн!

— Тот самый, который очистил остров!

— Говорят, он убил дракона голыми руками!

— Не голыми, а одним пальцем!

— Я слышал, он может разрубить гору пополам!

— А я слышал, что он победил тысячу монстров одним взглядом!

Слухи множились и обрастали подробностями с каждой секундой. К тому времени, как я дошел до отведенного мне места за главным столом, в народной молве я уже был полубогом, способным останавливать время и воскрешать мертвых.

Тень тоже оказался в центре внимания. Молодые аристократки окружили его, восхищенно ахая и пытаясь погладить. Мой пес, обычно настороженный к чужакам, вдруг превратился в светского льва. Он важно восседал на специально принесенной подушке, позволяя себя гладить и принимая угощения с видом благосклонного монарха. В общем, мой питомец обжирался, пока была такая возможность.

— Какой милый песик! — ворковала одна из девушек.

— Три головы — это так экзотично! — вторила другая.

— Он же герой! Помогал господину Торну сражаться с драконом!

Тень довольно жмурился, все три морды выражали полное удовлетворение жизнью. Предатель. Стоило нескольким красоткам его погладить, и он забыл про свою собачью гордость.

Банкет был поистине царским. Столы ломились от деликатесов: жареные утки в медовой глазури, морепродукты, которых я никогда не видел, какие-то местные овощи, приготовленные так искусно, что выглядели как произведения искусства. Рисовое вино лилось рекой, музыканты играли традиционные мелодии, а акробаты развлекали гостей невероятными трюками.

Я сидел по правую руку от Шу Вэймина, что, как мне шепнула Сонг, было высочайшей честью. Обычно это место занимал наследник или самый важный гость империи, если он посещал празднества этого клана.

— Дарион Торн! — подошел ко мне пузатый мужчина, в расшитом золотом халате. — Я глава торговой гильдии «Золотой Дракон»! Не желаете ли заключить эксклюзивный контракт на поставку материалов из Разломов?

— Господин Торн! — другой аристократ протиснулся ближе. — Мой сын мечтает стать Охотником! Не возьмете его в ученики?

— Мастер Торн! — не отставал от них третий. — Моя дочь прекрасна как утренняя роса и искусна в боевых искусствах! Рассмотрите возможность брачного союза!

Предложения сыпались одно за другим. Контракты, союзы, браки, ученичество — казалось, каждый хотел урвать свой кусок от моей внезапной славы.

— Господа, — вмешался Кайден, появившись рядом с бокалом вина и раскрасневшимися щеками. — Все деловые предложения — через «Последний Предел». Мы обязательно рассмотрим каждое. А сейчас позвольте господину Торну насладиться праздником.

Он явно уже принял на грудь и теперь наслаждался ролью важного бизнесмена. Вокруг него вились несколько местных дам, восхищенно слушая его рассказы о наших приключениях.

— Так вот о чем это я… ах да, и тогда я говорю Дариону: «Это же безумие!» А он такой: «Именно поэтому это сработает!» И представляете, сработало! — Кайден размахивал руками, изображая какую-то битву.

Дамы ахали и хлопали в ладоши, а мой партнер наливался гордостью, как индюк.

В другом углу зала Леон пытался произвести впечатление на Шу Лин. Судя по его красному лицу и сбивчивой речи, попытки шли не очень успешно.

— Я тоже мастер меча! — говорил он, явно стараясь казаться уверенным. — Моя катана — работа лучших мастеров! Может, мы могли бы как-нибудь потренироваться вместе?

— Потренироваться? — Шу Лин смерила его оценивающим взглядом. — Ты вообще умеешь драться или просто красиво стоишь с мечом?

— Я… э… конечно, умею! Я же А-ранговый Охотник!

— А-ранг? — она фыркнула. — Ранги мало что значат. Покажи что-нибудь впечатляющее, тогда и поговорим.

Леон отчаянно оглянулся, ища способ впечатлить девушку. Заметив фруктовую пирамиду на соседнем столе, он выхватил катану и сделал молниеносный взмах. Фрукты… остались на месте.

— И это все? — разочарованно спросила Шу Лин.

— Подожди, — Леон картинно щелкнул пальцами.

Верхний фрукт раскололся пополам, идеально ровно. Потом следующий. И следующий. Вся пирамида начала распадаться на идеально разрезанные половинки, а потом покрылась инеем.

— Хм, — Шу Лин чуть прищурилась. — Неплохо. Для начала. Ладно, можешь посидеть рядом. Но без глупостей!

Леон просиял как начищенный пятак и плюхнулся на соседний стул с видом человека, выигравшего в лотерею.

За ними так забавно было наблюдать, так и вспоминались времена до того, как в наш мир вторглись демоны. Потом, увы, стало не до подобных празднеств.

В середине вечера Шу Вэймин встал, и зал мгновенно затих.

— Друзья! — его голос разнесся по залу. — Сегодня мы празднуем не просто победу. Мы празднуем возвращение чести клана Шу!

Аплодисменты зазвучали по всему залу.

— Три года наш клан нес позор неудачи. Три года остров Лунного Дракона оставался проклятием, висящим над нами. Но явился герой! — он указал на меня. — Дарион Торн и моя дочь Шу Сонг за три дня сделали то, что мы не могли сделать три года!

Еще больше аплодисментов. Сонг покраснела от смущения.

— И потому, — продолжил глава клана, — я объявляю: клан Шу официально становится партнером организации «Последний Предел»!

Кайден чуть не подавился вином от восторга.

— Полная оплата за дракона уже переведена! — Шу Вэймин повысил голос. — Семьдесят миллионов кредитов!

Ахи и охи прокатились по залу. Такая сумма впечатляла даже пресыщенных аристократов.

— Но это не все! В знак благодарности клан Шу дарит «Последнему Пределу» коллекцию редких артефактов из нашей личной сокровищницы!

Слуги внесли несколько богато украшенных сундуков. Даже отсюда я чувствовал исходящую от них магическую энергию.

— И наконец, — Шу Вэймин подошел ко мне, — личный подарок господину Торну.

Он снял с запястья небольшой браслет. Простой на вид — бусины, потемневшие от времени, связанные кожаным шнурком. Но весь зал замер. Наступила такая тишина, что было слышно, дыхание каждого, кто находился тут.

— Отец, — тихо сказала Шу Мэй, старшая дочь. — Ты уверен? Это же…

— Я знаю, что делаю, — отрезал Шу Вэймин.

Он протянул браслет мне. Я взял его, и в момент прикосновения меня словно ударило током. Не больно, но… знакомо. Очень знакомо.

Память накрыла меня как лавина.

* * *

Тысяча лет назад. За день до входа в последний портал.

Мы сидели с Эддардом в беседке у озера. Последняя мирная передышка перед финальной битвой, после которой не факт, что мы вообще вернемся. Вокруг цвела сакура — Эддард специально выбрал это место, сказал, что напоминает ему о доме.

— Знаешь, — сказал он, сплетая какой-то браслет из бусин и кожи. — Я все думаю, что будет после.

— После чего? — спросил я, затачивая меч.

— После того, как мы закроем последний портал. После того, как демоны уйдут. Что мы будем делать?

— Если выживем — напьемся, — пожал я плечами. — А потом… не знаю. Найдем новую войну, наверное. В мире не бывает времен без войн, как бы странно это ни звучало.

Эддард покачал головой.

— Я вот думаю вернуться домой. В Восточные земли. Открыть школу боевых искусств. Учить молодежь. Передать знания.

— Ты? Учитель? — я, не удержавшись, фыркнул. — Да ты же терпеть не можешь детей!

— Дети вырастают, — философски заметил он. — И потом, кто-то же должен сохранить наши техники. Вдруг через сотню лет они понадобятся? Зря я, что ли, их все это время шлифовал и дорабатывал?

— Оптимист. Думаешь, мир простоит сотню лет без новой угрозы?

— А ты? — Эддард посмотрел на меня. — Чего ты хочешь после войны?

Я задумался. Чего я хотел? Славы? Уже есть, хотя и не просил. Да и обернулась эта слава мало чем хорошим. Богатства? Неинтересно, ведь я знал, как это легко можно потерять. Власти? Скучно, тем более меня не прельщали все эти словесные игры.

— Покоя, — наконец сказал я. — Просто жить в мире, где не нужно каждый день сражаться за выживание. Где можно проснуться и не думать, что сегодня может быть последний день.

— Покоя? — Эддард рассмеялся. — Ты? Дарион Торн хочет покоя? Да ты же сдохнешь от скуки через неделю!

— Может быть, — согласился я. — Но было бы неплохо попробовать.

Эддард закончил плести браслет и посмотрел на свою работу.

— Знаешь, что это? — спросил он.

— Браслет? — предположил я.

— Это символ. В моих землях такие браслеты передают в семье из поколения в поколение. От отца к сыну, от учителя к ученику. Это знак продолжения, связи между прошлым и будущим.

— И что ты с ним сделаешь? У тебя же нет детей. Ну, официальных.

— Пока нет, — Эддард подмигнул. — Но будут, уж я постараюсь, да и кто знает, сколько осталось детишек после наших походов. И я передам им этот браслет. И расскажу о наших приключениях. О том, как мы спасли мир. О тебе.

— Обо мне? Надеюсь, только хорошее.

— Только правду, — усмехнулся он. — Что ты упрямый ублюдок, который не умеет проигрывать. Что ты готов пожертвовать собой ради других, хотя и притворяешься циником. Что ты лучший воин, которого я знал.

— Не начинай, — поморщился я. — А то сейчас расплачусь.

— Вот именно про это и расскажу — что великий Дарион Торн боится проявления чувств больше, чем армии демонов.

Мы рассмеялись. Последний раз вместе рассмеялись.

* * *

Я моргнул, возвращаясь в настоящее. Браслет в моей руке был тем самым. Я узнавал каждую бусину, каждый узел. Эддард сдержал слово — передал его потомкам.

— Этот браслет, — тихо сказал Шу Вэймин, — передается в нашей семье из поколения в поколение. От основателя школы Пустой Руки к его наследникам. Это самая священная реликвия клана Шу.

Весь зал ахнул. Дарить чужаку родовую реликвию — это было неслыханно.

— Я не могу это принять, — сказал я, протягивая браслет обратно. — Это символ вашего рода. Он должен принадлежать вашему сыну.

— Мой сын жив благодаря вам, — возразил Шу Вэймин. — И потом… я чувствую, что так правильно. Словно сам основатель хотел бы, чтобы этот браслет был у вас.

Если бы он только знал, насколько был прав и одновременно ошибался.

— Я ценю этот жест, — сказал я, возвращая браслет. — Но эта вещь должна остаться в семье. В семье моего старого друга. Так будет правильно.

Шу Вэймин изучающе посмотрел на меня, словно пытаясь разгадать загадку.

— Вы знали нашего основателя? — спросил он тихо, чтобы слышали только мы.

— В каком-то смысле, — уклончиво ответил я. — Скажем так, мы были бы хорошими друзьями.

Глава клана кивнул, принимая мой отказ, и надел браслет обратно.

Праздник продолжался. К концу вечера ситуация с тремя сестрами Шу стала почти комичной.

Шу Мэй подсела ко мне с бокалом вина и деловым предложением:

— Господин Торн, давайте обсудим взаимовыгодное сотрудничество. Брачный союз между вами и представительницей клана Шу укрепит наши позиции. Я подготовила анализ потенциальной прибыли…

Она достала свиток с расчетами. Боги, она реально посчитала экономическую выгоду от брака со мной. И когда только успела?

С другой стороны, подскочила Шу Лин:

— Дарион! Давай проведем показательный спарринг! Прямо здесь и сейчас! Гости будут в восторге!

— Лин! — одернула ее старшая сестра. — Не мешай взрослым разговаривать о делах!

— Каких еще делах? — воинственно спросила средняя дочь. — Ты опять со своими скучными цифрами?

— Это не скучные цифры, а финансовое планирование!

— Господин Торн не торговец, чтобы интересоваться твоими расчетами!

— А он и не цирковой артист, чтобы устраивать представления!

Пока сестры препирались, Шу Сонг подошла с третьей стороны:

— Дарион, не хочешь прогуляться? В саду так красиво ночью…

— Сонг! — хором воскликнули старшие сестры. — Мы разговариваем с гостем!

— Вы не разговариваете, а ссоритесь, — парировала младшая.

— Это не твое дело!

— Очень даже мое! Я тоже хочу… то есть, мне тоже нужно обсудить важные вопросы с господином Торном!

В какой-то момент все три сестры одновременно протянули мне чашки с вином. Идеальная синхронность в абсолютном хаосе. Каждая ждала, что я приму именно ее чашу. Кажется, Эддард говорил, что это что-то значит, вот только вспомнить бы что.

Недолго думая, я подхватил все три чашки, подбросил их в воздух, и выпил содержимое, не пролив ни капли.

Сестры Шу остались стоять с пустыми руками и ошарашенными лицами.

В этот момент Шу Вэймин встал и поднял свой бокал:

— Друзья! Позвольте мне произнести последний тост этого вечера!

Все затихли.

— За Дариона Торна, который не только спас моего сына, но и вернул честь моему клану! Отныне и навеки клан Шу считает вас своим названым братом. Ваши враги — наши враги, ваши друзья — наши друзья! И когда император восстановит наш статус полностью, — продолжил он, — первое, что я сделаю — обеспечу «Последнему Пределу» эксклюзивные торговые права во всей Восточной Империи!

Кайден издал звук, похожий на писк от счастья. Эксклюзивные права — это же золотая жила! Главное — правильно этой возможностью воспользоваться, но я верил в Кайдена и что он справится.

— За Дариона Торна! — провозгласил Шу Вэймин.

— За Дариона Торна! — подхватил весь зал.

Я поднял бокал, принимая тост. В чем-то Эддард все же был прав.

* * *

Утро встретило меня ярким солнцем в окно. Рисовое вино оказалось крепче, чем я ожидал. Или просто количество выпитого сыграло роль — сложно отказать, когда тебе подносят тост за тостом.

Спустившись вниз, я обнаружил команду «Последнего Предела» в процессе сборов. Частный самолет клана Шу — роскошный лайнер с драконом на фюзеляже — уже ждал на летном поле.

— Барьер Тысячи Ветров больше не нужен, — пояснил Кайден. — Остров очищен, угрозы нет. Можем лететь прямо домой!

Леон выглядел счастливым как ребенок:

— Никаких кораблей! Слава богам, никаких кораблей!

Гелиоса, чисто вымытого и одетого в простую робу, слуги вели под конвоем.

— Куда его? — спросил один из охранников.

— Заберем его обратно, да отпустим. Думаю, он понял, что лучше не переходить нам дорогу, — кивнул Кайден.

— С каких пор ты стал таким великодушным? — усмехнулся я, но парень лишь пожал плечами. Видимо, какой-то симпатией он к этому болвану все же проникся.

Провожать нас вышел весь клан Шу. Шу Мин, полностью оправившийся после лечения, выглядел теперь совсем иначе — сильным, уверенным, готовым к свершениям.

— Господин Торн, — он глубоко поклонился. — Я никогда не забуду, что вы для меня сделали. Если когда-нибудь понадобится моя помощь — только скажите.

— Я запомню это, — кивнул я.

Шу Мэй вручила Кайдену толстенную папку:

— Торговые контракты и предложения о сотрудничестве. Уверена, вы найдете условия весьма выгодными.

Кайден прижал папку к груди как сокровище.

Шу Лин подскочила ко мне:

— Я обязательно приеду в гости! Мы проведем тот спарринг! И я покажу тебе настоящую технику клана Шу!

— Жду с нетерпением, — усмехнулся я в ответ этой забавной бойкой девушке.

Шу Сонг подошла последней. На ее лице читалась грусть расставания.

— Спасибо за все, — сказала она тихо и, не стесняясь остальных, крепко меня обняла. — Мы обязательно увидимся снова.

Она прошептала это так тихо, что слышал только я. В ее голосе было обещание.

— Конечно, — ответил я, на мгновение обнимая ее в ответ.

Мы поднялись на борт самолета. Роскошный салон с кожаными креслами и баром впечатлял даже искушенного Кайдена.

— Вот это сервис! — восхитился он, устраиваясь в кресло. — Нужно будет купить такой же для «Последнего Предела»!

— Сначала посчитай прибыль, — напомнил я.

Самолет взлетел, и я смотрел в иллюминатор на удаляющуюся Восточную Империю. Миссия выполнена, контракты подписаны, репутация укреплена. Можно возвращаться домой.

Полет прошел спокойно. Кайден изучал контракты и периодически вскрикивал от восторга, находя особенно выгодные пункты. Леон дремал, наслаждаясь отсутствием морской качки. Гелиос сидел тихо, явно обдумывая свое незавидное положение. Тень растянулся в проходе и сладко спал.

— Дарион! — воскликнул Кайден, отрываясь от документов. — Ты понимаешь, что они нам предложили? Это же больше, чем годовой доход среднего клана! Мы богаты! Мы чертовски богаты!

— Угу, — пробормотал я, не открывая глаз.

— Мы можем расширить штат! Открыть филиалы! Купить собственное оборудование для изучения Разломов!

— Угу.

— Мы можем купить остров! Свой собственный остров!

— Кайден, заткнись и дай мне уже поспать.

* * *

Мы приземлились в частном аэропорту Доминуса ближе к вечеру. Машины уже ждали — Кайден позаботился обо всем заранее.

Здание «Последнего Предела» встретило нас привычной суетой. Но у входа стоял человек, которого я не ожидал увидеть.

Высокий, под два метра ростом. Широкие плечи, которые едва помещались в дорогой костюм. Седые волосы, аккуратно зачесанные назад, и шрам через левую бровь. Но самое запоминающееся — глаза. Холодные, серые, как полированная сталь.

Селина Карр вышла нам навстречу:

— Господин Торн, этот джентльмен прибыл час назад. Сказал, что у него важное предложение для главы «Последнего Предела».

Мужчина шагнул вперед. Его движения были плавными, но я видел скрытую угрозу в каждом жесте. Этот человек был опасен, несмотря на деловой костюм и вежливые манеры.

— Александр Войд, специальный представитель Верхнего Доминуса, — его голос был глубоким, с едва заметным акцентом.

— Если у вас деловое предложение, то я… — шагнул вперед Кайден, но Войд поднял руку, и мой партнер замолчал на полуслове. Не от магии — от чистой силы личности.

— Нет, — сказал мужчина, не сводя глаз с меня. — Я хочу говорить с истинным главой «Последнего Предела».

Его взгляд был прикован ко мне.

— С вами, господин Торн.

Глава 2

Приглашение в золотую клетку

Я посмотрел на Александра Войда и жестом указал в сторону переговорной комнаты. Мужчина кивнул и двинулся следом за мной, его движения были плавными и выверенными — каждый шаг рассчитан, каждый жест продуман. Это не просто какой-то там охотник S-ранга, это воин старой закалки, из тех, кто выжил не в одной мясорубке.

Переговорная «Последнего Предела» была обставлена просто, но со вкусом: большой стол из темного дерева, удобные кресла, панорамные окна с видом на город. Тут, как и всегда, постарался Кайден, которому просто по своему происхождению обязывалось знать тонкости таких вот вещей. Даром, что ли, он аристократ?

Я плюхнулся в кресло во главе стола с таким видом, будто собрался вздремнуть, а не вести серьезные переговоры. Войд сел напротив, спина прямая как струна, руки на столе — типичная поза человека, готового в любой момент схватиться за оружие.

— Выкладывай, зачем пожаловал, — сказал я, откидываясь на спинку кресла. — И давай без долгих прелюдий, у меня еще куча дел. Псу нужно дать пожрать, например.

Войд чуть поморщился от моей манеры общения, но быстро взял себя в руки. А я так надеялся, что он поведется на провокацию, ну да ладно.

— Я представляю интересы Верхнего Доминуса, — начал он тоном человека, которому приходится объяснять очевидные вещи недалекому собеседнику. — Обычно чернь из-за стен мы не приглашаем, но «Последний Предел» стал… исключением.

Я усмехнулся. О, как изящно он нас оскорбил. Чернь из-за стен, обычные смертные, которые живут не в золоченых клетках. А он, значит, снизошел до нас — какая честь.

Помнится, столица одного королевства в мое время тоже занималась схожим разделением населения своего города. В итоге все закончилось тем, что их быстро уничтожили демоны, ведь там каждый сражался только за себя.

— Обожаю политиканов, — протянул я с улыбкой. — У вас такие искусные речи. Вы умудряетесь оскорбить человека так, что это звучит почти как комплимент. Это талант или вас этому специально учат?

Мужчина проигнорировал мою колкость и продолжил:

— Клан Мерсер организует аукцион. Крупнейший за последние пятьдесят лет. Ваша организация получила приглашение.

Он достал из внутреннего кармана изящный конверт из плотной бумаги цвета слоновой кости. На восковой печати красовался герб — золотые весы на черном фоне. Положил на стол и подтолкнул в мою сторону.

— И это все? — спросил я, даже не взглянув на конверт. — Ты лично притащился сюда, чтобы вручить приглашение? Не проще было курьера послать?

В глазах Войда мелькнуло раздражение. Очевидно, его тоже не радовала эта миссия.

— Клан Мерсер настоял на личной передаче. Они хотят быть уверены, что приглашение дойдет до адресата.

— Понятно, — кивнул я. — Значит, ты всего лишь мальчик на побегушках. Интересно, если такие, как ты, выполняют роль курьеров, то какие же у клана Мерсер настоящие воины? Ух, страшно представить.

Сарказм в моем голосе был настолько густым, что его можно было резать ножом.

Войд резко развернулся. Движение было молниеносным — рука метнулась к поясу, и в воздухе просвистел метательный клинок. Тонкий, идеально сбалансированный, летящий прямо мне в голову.

Я даже не пошевелился. Ну право слово, неужели кто-то ведется на подобное?

Клинок прошел в миллиметре от моего уха и вонзился в стену позади. Если бы я хоть немного дернулся, он бы задел меня. Но я сидел абсолютно неподвижно, продолжая улыбаться.

— Ты, кажется, промазал, — заметил я, поворачивая голову и разглядывая клинок в стене. — Хотя, неплохая работа.

Войд прищурился, изучая меня. В его глазах читалось недоумение. Естественно, он не целился в меня, но рядом, просто напугать. Вот только даже ритм моего дыхания не сбился. Я знал, что он это заметил, и видел, как его это раздражает.

— Машина заедет за вами завтра утром, господин Торн, — сказал он, поднимаясь. — Вам позволено взять с собой одного гостя. Девять утра. Не опаздывайте.

Мужчина развернулся и направился к выходу, не попрощавшись. У дверей остановился, не оборачиваясь:

— И да, господин Торн. В Верхнем Доминусе другие правила. Там ваши… выходки могут иметь более серьезные последствия, чем вы привыкли.

— Буду иметь в виду, — отозвался я.

Дверь за ним закрылась, и через секунду в комнату влетел Кайден. Лицо раскрасневшееся, глаза круглые как блюдца, он выглядел словно котенок, уцелевший после пожара.

— Дарион! Что происходит? Этот тип швырял в тебя ножи? Надо вызвать охрану? Или полицию? Или…

— Успокойся, — отмахнулся я. — Мы с ним почти подружились. Видишь, он даже подарок оставил.

Я кивнул на клинок в стене. Кайден проследил за моим взглядом и побледнел.

— Это в сантиметре от того места, где была твоя голова!

— В миллиметре, — поправил я. — Но кто считает. Кстати, завтра едем в Верхний Доминус. Собирайся.

— Что⁈ — Кайден чуть не упал с ног. — В Верхний Доминус? Ты серьезно?

— А что такого? — я взял конверт и вскрыл печать.

Внутри была карточка с золотым тиснением. Приглашение на аукцион клана Мерсер. Дата, время, дресс-код. Все чинно и благородно.

— Дарион, ты не понимаешь! — Кайден подскочил ко мне, размахивая руками. — Верхний Доминус — это… это совсем другой мир! Он находится в самом центре столицы, отделен Стеной. Настоящей Стеной с большой буквы! Ее не видно даже за десять кварталов отсюда, но она есть!

Я откинулся в кресле, слушая его тираду.

— Это элитарное общество, — продолжал Кайден, начиная ходить по комнате. — Туда никого просто так не пускают! Туда не приглашали никого из среднего города уже… лет двести! Может, больше!

— Ну вот, будем первыми за двести лет, — пожал я плечами. — Исторический момент, можно сказать.

— Дарион, это серьезно! — Кайден уже почти паниковал. — Нужно подготовиться! Костюмы, этикет, нужно изучить все правила, протоколы…

— Кайден, — я встал и положил руку ему на плечо. — Успокойся. Глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Вот так. А теперь послушай меня внимательно. Это нас пригласили, а не мы напросились. Значит, им что-то от нас нужно. А раз так, можем расслабиться и просто посмотреть, что там и как.

— Но…

— Никаких «но». К тому же, Хлоя Монклер как-то упоминала, что в Верхнем Доминусе и Охотники сильнее, и Разломы интереснее. Будет любопытно взглянуть.

В этот момент в переговорную вошла Селина Карр с планшетом в руках. Увидев наши лица — мое расслабленное и Кайдена в состоянии, близком к панике — она вопросительно подняла бровь.

— Что-то случилось?

— Нас пригласили в Верхний Доминус! — выпалил Кайден. — На аукцион клана Мерсер!

Селина замерла. Планшет чуть не выскользнул из рук. Она медленно опустилась в кресло, явно обрабатывая информацию.

— Клан Мерсер? — тихо переспросила девушка. — Вы уверены?

Я протянул ей приглашение. Она изучила его, и на ее лице появилось странное выражение — смесь уважения и опасения.

— Господин Торн, — начала она своим деловым тоном, — позвольте мне кое-что объяснить. Клан Мерсер — это не просто один из Двенадцати Верховных. Они… ох, все совсем не так просто.

Она открыла планшет и начала быстро листать какие-то файлы.

— В отличие от других кланов, которые полагаются на военную мощь или магическое превосходство, Мерсер построили финансовую империю. Они контролируют крупнейший банк, работающий с ресурсами из Разломов. Через них проходит семьдесят процентов всех сделок с редкими материалами. Они владеют логистическими компаниями, страховыми агентствами, имеют решающий голос на мировой товарной бирже.

— Короче, богатые ублюдки, — резюмировал я.

— Очень богатые, — поправила Селина. — И очень влиятельные. Говорят, они могут обрушить экономику целой страны одним росчерком пера. Или поднять никому не известную организацию до уровня транснациональной корпорации за пару месяцев.

— И что им от нас нужно? — задумчиво спросил Кайден.

— Понятия не имею, — честно ответила Селина. — «Последний Предел» успешен, но по их меркам мы… пылинка. Микроскопическая пылинка. Должна быть другая причина.

— Может, им просто любопытно посмотреть на парня, который спас город? — предположил я.

— Вряд ли, Верхнему Доминусу плевать на то, что происходит вне стен, — мотнула она головой. — К тому же клан Мерсер ничего не делает просто так. У них всегда есть план. И обычно не один.

— Что ж, — я поднялся, — завтра узнаем. Кайден, подготовь костюмы. Что-нибудь приличное, но не слишком вычурное. И успокойся уже, а то инфаркт схватишь.

— Легко сказать, успокойся, — пробормотал Кайден, но все же взял себя в руки. — Ладно, я займусь подготовкой. Костюмы, изучу протокол… Боже, столько всего нужно сделать!

Он выбежал из комнаты, бормоча себе под нос список дел. Селина посмотрела ему вслед и тихо сказала:

— Будьте осторожны, господин Торн. Верхний Доминус — это другой мир. Там другие правила, другие игры. И цена ошибки может быть очень высокой.

— Я учту, — спокойно кивнул я. — Спасибо за информацию.

Она кивнула и тоже вышла, оставив меня одного в переговорной. Я подошел к окну и посмотрел на город. Где-то там, за горизонтом, находилась таинственная Стена, отделяющая элиту от простых смертных. И завтра я увижу, что скрывается за ней.

* * *

Следующим утром я стоял у входа в «Последний Предел», ожидая обещанную машину. Костюм сидел неплохо — темно-серый, классический крой, ничего лишнего. Галстук я повязал с третьей попытки, все время забываю, как эти штуки правильно завязывать. В мое время костюмы выглядели иначе, да и надевал я его… черт, даже не помню когда. Может, только в самом начале нашего похода на какой-то официальный прием. По моим меркам, естественно. Ну а потом… стало не до этого.

Кайден стоял рядом, весь с иголочки. Темно-синий костюм, идеально начищенные туфли, даже запонки какие-то навороченные нацепил. И нервничал так, что аж воздух вокруг вибрировал.

— Может, мне стоило надеть черный? — в десятый раз спросил он. — Или серый, как у тебя? Синий не слишком вызывающий?

— Кайден, — устало ответил я. — Успокойся уже. Всем плевать на то, как мы одеты.

— Легко тебе говорить! Ты вообще ничего не боишься!

— Я боюсь попасть на очередной скучный светский раут, — признался я. — Лучше бы нас в Разлом какой-нибудь пригласили.

Ровно в девять утра к зданию подъехал автомобиль. Черный, длинный, с тонированными стеклами — все кричало о важности, никакой фантазии. За рулем, к моему удивлению, сидел сам Александр Войд.

— О, — сказал я, открывая дверцу. — Так ты еще и водитель. Как удобно, что мы теперь друзья.

— Мы не друзья, господин Торн, — хмуро отрезал Войд.

— Да? Я думал, метательные кинжалы абы кому не дарят, — поправил я, усаживаясь на заднее сиденье. — Расстраиваешь меня с утра пораньше.

Кайден сел рядом со мной, стараясь не помять костюм. Машина тронулась, и мы поехали через город. Сначала знакомые улицы среднего района — магазины, кафе, обычные жилые дома. Потом районы побогаче — особняки, парки, широкие проспекты.

И вот через три часа пути впереди показалась Стена.

Она была… внушительной. Пять метров в высоту, монолитная сталь, никаких украшений или рисунков, как это часто бывает. Просто стена, отделяющая один мир от другого. Но чувствовалась в ней какая-то тяжесть, будто сам воздух вокруг стал плотнее.

— Магическое усиление, — пояснил Войд, заметив мой взгляд в зеркало заднего вида. — Стена не просто физическая преграда. Она не пускает тех, у кого нет разрешения.

— И что будет, если попытаться перелезть? — поинтересовался я.

— Лучше не пытайтесь, — коротко ответил он, чем только еще больше разжег мое любопытство.

Мы подъехали к пропускному пункту. Массивные ворота, охрана в черной форме, сканеры и какие-то магические артефакты, которые светились голубым. Войд показал документы, охранник внимательно их изучил, сверился с каким-то списком, потом кивнул.

Ворота медленно открылись, и мы въехали в туннель. Стена оказалась толще, чем я думал — мы ехали через нее минут десять, если не больше, впрочем, и двигались жуть как медленно. Свет здесь был искусственный, холодный, неприятный.

— Зачем такие сложности? — спросил я. — Боитесь, что чернь припрется в гости без приглашения?

— Безопасность, — ответил Войд. — В Верхнем Доминусе сосредоточены ресурсы, которые могут изменить баланс сил в мире. Лучше перестраховаться.

Наконец туннель закончился, и мы выехали на другую сторону.

Кайден ахнул. Я тоже присвистнул.

Верхний Доминус был… другим. Небоскребы здесь были выше, улицы шире, а воздух казалось даже чище. Все здания выглядели новыми, будто их построили вчера. Парки с фонтанами, которые бросали вызов гравитации. Летающие платформы вместо обычных мостов. И люди — все до одного одеты так, будто собрались на прием к императору.

— Добро пожаловать в Верхний Доминус, — сказал Войд с ноткой гордости в голосе.

— Выглядит дорого, — заметил я.

— Это самый богатый район в мире, — пояснил Кайден, не отрывая взгляда от окна. — Здесь квадратный метр земли стоит как целый квартал в среднем городе.

Мы ехали еще два часа, углубляясь в этот мир роскоши и власти. Кайден тем временем начал свою лекцию:

— Кстати, Империя давно отказалась от императора. Была революция, и монархию упразднили. Теперь правят Двенадцать Верховных Кланов. У каждого своя сфера влияния, свои ресурсы, своя армия Охотников.

— И Мерсер один из них, — добавил я.

— Не просто один из них, — поправил Кайден. — Они входят в тройку сильнейших. Они фактически определяют политику всего континента.

— Веселая компания, — хмыкнул я.

Наконец мы подъехали к зданию, которое выделялось даже на фоне окружающей роскоши. Небоскреб из черного стекла и золота, уходящий в облака. У входа — фонтаны, скульптуры, красная ковровая дорожка.

— Резиденция клана Мерсер, — объявил Войд, паркуясь. — Господин Торн, господин Ваярд, прошу следовать за мной.

Мы вышли из машины. Кайден снова начал ерзать, поправляя галстук. Я же просто огляделся по сторонам. Много охраны, причем профессиональной. Скрытые магические барьеры. Сканеры на каждом углу. Это место было крепостью, замаскированной под дворец.

Внутри было еще круче. Мраморные полы, хрустальные люстры размером с комнату, картины, которые явно стоили состояния. И народу — человек триста, не меньше. Все в дорогих костюмах и платьях, с бокалами шампанского, ведущие светские беседы.

— Зона «Последнего Предела» здесь, — сказал Войд, указывая на небольшой участок в углу зала.

Действительно, небольшой. Столик на двоих, пара стульев, табличка с названием нашей организации. По сравнению с другими зонами, некоторые занимали едва ли не треть зала, мы выглядели как бедные родственники.

— Понятно, — сказал Кайден тихо. — Они хотят показать, что мы ничтожны.

— Пусть показывают, — пожал я плечами. — Мне все равно. Главное, чтобы кормили вкусно.

И я отправился изучать зал. Точнее, искать, где тут кормят. Нашел длинные столы с закусками. Правда, закуски были какие-то мелкие, на один укус. Я взял штук десять разных канапе, так их назвала какая-то женщина рядом, и начал методично их уничтожать.

— Вроде богатеи, а закуски мелкие, — пробормотал я, запихивая в рот очередную креветку на шпажке. — В чем смысл?

— Господин Торн!

Обернулся. Александр Войд шел ко мне с таким лицом, будто я только что осквернил священную реликвию.

— Вы не можете просто так разгуливать по залу! У вас есть отведенная зона!

— А кто мне запретит? — усмехнулся я, взяв еще пару закусок, запечённая курочка с оливкой была что надо. — Ты?

Войд открыл рот для ответа, но его прервал женский голос:

— Александр, прошу, не докучайте моему гостю. В конце концов, никто не удосужился объяснить ему правила.

Я обернулся и на секунду забыл, что я вообще тут делаю. Ничего не скажешь, эффектно.

Передо мной стояла женщина, которая выглядела так, будто сошла с обложки журнала для очень богатых и очень взыскательных людей. Смуглая кожа цвета кофе с молоком, длинные черные волосы, собранные в сложную прическу с золотыми заколками. Платье того же золотого цвета с глубоким декольте и разрезом до бедра, открывающим длинные, идеальные ноги. Но главное — глаза. Карие, с золотистыми искорками, смотрящие с таким интересом, будто я самая занимательная вещь в этом зале.

Ей было лет тридцать пять на вид, хотя на деле, думаю, больше, и эта зрелость только добавляла шарма. Она напомнила мне красавиц из южных земель, которых я встречал много лет назад, еще до Великого Портала. Жаркие, страстные, дикие в постели… Эддарда пришлось за ноги утаскивать из этих земель. Он клялся, что поселится там.

— Простите за Александра, — продолжила она, подходя ближе. Двигалась она как большая кошка: плавно, грациозно, опасно. — Он иногда слишком серьезно относится к протоколу.

— Госпожа Мерсер, — начал Войд, но она подняла руку, останавливая его.

Я улыбнулся своей лучшей улыбкой.

— Если бы мне сказали, что аукцион организует столь очаровательная женщина, я бы приехал раньше.

Женщина мелодично рассмеялась.

— О, вы льстец, господин Торн. Но мне нравится, — она протянула мне руку с явным намеком. — Аурелия Мерсер. Рада наконец познакомиться с легендарным спасителем города.

Я взял ее ладонь, решив в этот раз поиграть по правилам, и нежно поцеловал тыльную сторону. Некоторые жесты не выходят из моды, даже спустя тысячелетие.

— Дарион Торн. И поверьте, удовольствие целиком мое.

Аурелия повернулась к удаляющемуся Войду.

— Вот видишь, Александр? А ты говорил — варвар. Разве варвары могут быть столь галантными?

Войд пробормотал какие-то извинения и окончательно ретировался.

Аурелия снова посмотрела на меня, и в ее взгляде читалось нечто большее, чем просто светский интерес.

— Господин Торн, позвольте мне показать вам наше заведение. Уверена, вам будет интересно увидеть, как проводятся аукционы в Верхнем Доминусе.

Она подала мне руку, и я галантно предложил ей локоть. Кайден смотрел на нас с открытым ртом из нашего угла, не понимая, как все обернулось именно так.

— Буду рад, — ответил я.

И мы пошли через зал, привлекая взгляды всех присутствующих. Аурелия Мерсер, одна из самых влиятельных женщин континента, вела под руку какого-то простолюдина из среднего города. Шепотки поползли по залу как рябь по воде.

День обещал быть интересным.

Глава 3

Поводок для дракона

Аурелия вела меня через зал, и я не мог не заметить, как изменялась атмосфера вокруг нас. Разговоры стихали при нашем приближении, чтобы возобновиться с удвоенной силой за спиной. Взгляды следовали за нами — любопытные, завистливые, недоуменные. Но смотрели они не на меня. Все внимание было приковано к женщине, взявшей меня под руку.

Аурелия Мерсер двигалась через толпу аристократов как акула через косяк мелкой рыбешки. Грациозно, опасно, с полным осознанием своего превосходства. Ее золотое платье переливалось при каждом движении, а каблуки отбивали четкий ритм по мраморному полу. Драгоценности на ее шее и запястьях стоили, наверное, больше, чем весь средний город зарабатывал за год.

— Вы наслаждаетесь вниманием, господин Торн? — спросила она, не поворачивая головы.

— Терпеть не могу, — честно ответил я. — Предпочитаю оставаться в тени. Меньше идиотов пытается что-то доказать. Потом еще обижаются, что платят за разрушения.

Она мелодично рассмеялась, и звук этот привлек еще больше взглядов.

— О, но вы же понимаете, что после сегодняшнего вечера о тенях можете забыть? Аурелия Мерсер не выбирает себе в спутники кого попало.

— И зачем вам это? — спросил я прямо, наблюдая, как какой-то пожилой аристократ в монокле едва не выронил бокал, увидев нас. — Не верю, что дело только в моей неотразимой харизме.

Аурелия остановилась у огромного окна с видом на ночной Верхний Доминус. Огни небоскребов создавали иллюзию звездного неба, упавшего на землю. Летающие платформы проносились между зданиями, оставляя светящиеся следы в воздухе.

— Вы умнее, чем кажетесь, — сказала она, поворачиваясь ко мне. В отражении окна я видел, как несколько дам за нашими спинами яростно перешептываются. Да уж, наша пара явно породит кучу нелепых слухов. — Большинство на вашем месте уже растаяли бы от гордости. Сама Аурелия Мерсер обратила на них внимание! Но вы… вы анализируете. Расчетливо оцениваете ситуацию.

— Годы практики, — пожал я плечами. — Когда каждый второй пытается тебя убить, а каждый третий — использовать, учишься читать между строк. Если что-то происходит, значит, надо просто найти, кому это выгодно, не правда ли?

— Прекрасно! — ее глаза блеснули золотистыми искрами. — Тогда скажу прямо. Да, я вижу в этом выгоду. И поверьте, Дарион, она есть для обеих сторон.

— Сомневаюсь, что моя выгода будет соответствовать вашему определению этого слова.

— Не будьте так скептичны. Вы получите доступ к ресурсам, о которых даже не мечтали. Связи, возможности, власть. Разломы, которые есть только в Верхнем Доминусе. А я…

Договорить она не успела.

Двери зала распахнулись с такой силой, что едва не слетели с петель. Хрустальная люстра у входа опасно закачалась. В проеме стоял мужчина лет пятидесяти, с лицом, багровым от ярости. Седеющие волосы были растрепаны, дорогой костюм помят, словно он бежал сюда, не разбирая дороги. На его пиджаке я заметил герб — черный ворон на серебряном поле.

— ГДЕ ОНА⁈ — проревел он на весь зал, и его голос эхом отразился от высоких потолков. — ГДЕ АУРЕЛИЯ МЕРСЕР⁈

Музыка мгновенно стихла. Официанты замерли с подносами в руках. Даже шампанское в бокалах, казалось, перестало пузыриться.

Охрана мгновенно среагировала. Десяток людей в черной форме окружили незваного гостя, но он даже не обратил на них внимания. Его глаза метались по залу, пока не остановились на нас.

— Клан Роуэн! — продолжал орать мужчина, и слюна летела изо рта. — Один из тех, кто стоял у истоков этого чертова города! Мы строили Верхний Доминус, когда Мерсеры еще торговали тряпками на рынке! Мой прадед заложил первый камень в фундамент Стены! И теперь нас даже не пригласили⁈ НАС⁈

Я почувствовал, как Аурелия рядом со мной напряглась. Но не от страха — от предвкушения. Как кошка перед прыжком на мышь, которую она до этого специально загнала в угол. Ее пальцы на моем локте чуть сжались, и я понял, сейчас будет представление.

— Лорд Каэлен, — произнесла она громко и четко, так, что весь зал услышал. Ее голос разнесся по залу как удар колокола. — Какая неожиданность.

Девушка отпустила меня и сделала несколько шагов вперед, и толпа расступилась перед ней. Кто с почтением, а кто-то и со страхом. Действительно, интересная аристократка — умеет производить впечатление.

— Почему я не получил приглашения⁈ — мужчина дрожал от ярости. — Ты прекрасно знаешь причину, почему этот аукцион важен для меня. Для всего высшего света! Это оскорбление! Унижение! Плевок в лицо традициям!

— О, простите, — Аурелия изобразила удивление так фальшиво, что даже слепой понял бы, что она издевается. — Должно быть, произошла ошибка. Видите ли, приглашения рассылались на основе текущего влияния и финансового состояния. Не более того и я на это никак не могла повлиять.

Она сделала паузу, наслаждаясь моментом. Весь зал затаил дыхание.

— И по нашим данным, клан Роуэн… как бы это помягче… недотягивает до необходимого уровня. Ваши активы упали на сорок процентов за последний квартал. Влияние в Совете стремится к нулю. Даже ваша дочь сбежала с каким-то музыкантом из среднего города, не так ли?

Гробовая тишина. Музыканты перестали дышать, будто почувствовав вину за своего коллегу. Все понимали, что Аурелия только что публично уничтожила один из старейших кланов. Я видел, как некоторые аристократы незаметно отодвигались от Роуэна, словно его неудача была заразной.

— Как ты смеешь… — начал Роуэн, но она подняла руку, останавливая его.

— Однако! — продолжила Аурелия таким тоном, будто объясняла что-то особенно тупому ребенку. — Вы должны понимать, что у Верхнего Доминуса есть рейтинг. И он постоянно меняется.

Я понял, к чему она ведет, за секунду до того, как женщина произнесла следующую фразу. Хитрая лиса. Она с самого начала все спланировала.

— Организация «Последний Предел» из среднего города. Во главе с господином Торном на данный момент получила влияние и богатство большее, чем имеете вы, Лорд Каэлен. Видите ли, даже организация из-за Стены оказалась более… интересной, чем ваш клан.

Мастерский ход. Она одним выстрелом убила трех зайцев: унизила ослабевший клан, показала всем мою значимость и сделала меня мишенью для гнева аристократа. За сотню лет сражений я уже и позабыл все эти хитрые уловки.

Лицо Каэлена стало пурпурным. Вены на висках вздулись, руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели. Он медленно повернулся ко мне, и в его глазах я увидел чистую, неразбавленную ненависть.

— Ты… — прошипел он, и в его голосе было столько яда, что можно было отравить небольшой город. — Какой-то выскочка из помойки… занял место клана Роуэн?

— Не я выбирал рассадку, — спокойно ответил я, небрежно поправляя рукава, все же костюм был не очень удобным. — Претензии к организаторам.

— Не смей со мной так разговаривать, грязь!

Он шагнул ко мне, и воздух вокруг него задрожал. Аура S-рангового Охотника обрушилась на зал как молот. Бокалы на столах затрещали. Некоторые дамы пошатнулись, едва не упав в обморок. Мужчины посильнее попятились к стенам, хватаясь за что попало. Все же не каждый из высшего света был Охотником. А охрана? Как удачно, что она ничего не делала. Да уж, даже приятно, что я в первом ряду на таком спектакле.

— Я вызываю тебя на поединок! — проревел Роуэн, и окна задрожали от его голоса. — Прямо здесь и сейчас! Докажи, что достоин занимать место, предназначенное для благородных! Или умри как собака, которой ты являешься!

Его аура давила, пыталась заставить меня упасть на колени. Магическое давление — штука неприятная для обычных людей, тем более от столь сильного мага. Температура упала градусов на десять, в воздухе появились искры статического электричества. Несколько люстр начали раскачиваться, а мраморный пол под ногами Роуэна покрылся трещинами.

Я зевнул.

Не демонстративно, не специально. Просто зевнул от скуки, прикрыв рот рукой. Потом потянулся, хрустнув суставами. Собственно, почему бы и нет?

— Уж прости, — сказал я. — Долгий день. Ты закончил свое представление или желаешь еще покричать? Я не тороплюсь, выговорись. Это, говорят, полезно для психики.

Роуэн опешил. Его аура не просто не действовала на меня — я вообще ее не замечал. Как не замечают легкий ветерок. Для человека, привыкшего подавлять других своей силой, это было наверняка ошеломляюще.

— Как… как ты…

— Слушай, — я сделал шаг вперед, и он инстинктивно отступил. — Понимаю, обидно. Не позвали на праздник, печалька. Но орать как базарная баба — это перебор. Тебе не кажется? У вас же тут вроде как высшее общество, манеры и все такое. К тому же я не привык избивать пенсионеров.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Его аура вспыхнула еще ярче. Электрические разряды заплясали по стенам, оставляя черные следы на обоях. Несколько бокалов лопнуло от перепада давления, шампанское брызнуло фонтанами. Картины попадали со стен. Впечатляюще. Для провинциального городка.

Я вздохнул и выпустил собственную энергию. Не ауру, просто капельку внутренней силы. Процента два от максимума, не больше. Меньше, чем я тратил на утреннюю разминку.

Эффект был мгновенным.

Аура Роуэна погасла как задутая свеча. Просто исчезла, будто ее и не было. Электричество пропало, температура нормализовалась, давление исчезло. Люстры перестали раскачиваться.

А сам лорд Роуэн…

Он стоял передо мной с выражением абсолютного, животного ужаса на лице. Его глаза расширились так, что было видно белки и полопавшиеся капилляры. Челюсть отвисла, из уголка рта потекла струйка слюны. Руки задрожали, как у алкоголика в завязке.

Он почувствовал разницу в наших силах. Не просто разницу — пропасть. Бездну. Если его аура была костром, то моя — спящим вулканом, готовым уничтожить континент.

— Что… какого черта? Кто ты такой? — прошептал мужчина, делая еще шаг назад. На лбу выступил холодный пот.

— Просто парень, который хочет спокойно поесть, — ответил я. — Но ты мешаешь. Так что-либо успокойся и веди себя прилично, либо я помогу тебе успокоиться. Скорее всего, навсегда.

В моем голосе не было угрозы. Просто констатация факта. Как «вода мокрая» или «огонь горячий». И именно это напугало его, похоже, больше всего. А ведь я думал, что этот аристократ будет более стойким, все же Охотник S-ранг. Разочарование.

— Думаешь, раз ты сильный, можешь делать что хочешь? — попытался он собрать остатки достоинства, но голос отчаянно дрожал.

— Нет, — покачал я головой. — Я делаю что хочу, потому что мне плевать на ваши правила. А сила просто помогает избежать последствий. Ты закончил?

Роуэн открыл рот, закрыл, снова открыл. Он выглядел как рыба, выброшенная на берег. Его лицо приобрело интересный зеленоватый оттенок.

— Это… это не конец, — выдавил он, отступая еще на шаг.

— Конечно, нет, — согласился я. — Но сегодня — конец твоего выступления.

Люди в черной форме уже окружили так называемого лорда плотным кольцом, видимо, посчитали, что пора заканчивать.

— Уведите лорда Роуэна, — приказала Аурелия, и ее голос прозвучал как приговор. — Он просто перенервничал. Будьте аккуратны, он все же аристократ.

— НЕТ! — заорал Роуэн, когда охранники взяли его под локти. — Вы не понимаете! Этот человек — чудовище! Он опасен! Он…

Но его уже выволакивали из зала. Крики постепенно стихли за закрывшимися дверями.

Весь зал молчал. Сотни глаз смотрели на меня с выражением шока и… восхищения? Я только что сделал то, что считалось невозможным — публично унизил S-рангового Охотника, даже толком не пошевелившись. А самое забавное, что мало кто понял, что произошло, потому что моя энергия была направлена только на этого аристократа.

Первым тишину нарушил аплодисмент. Одинокий, медленный хлопок. Я повернулся и увидел мужчину лет сорока в военной форме с множеством орденов.

— Браво, — сказал он. — Давно пора было поставить Роуэна на место.

К нему присоединился еще кто-то. Потом еще. Через минуту весь зал аплодировал. Лицемерные ублюдки. Минуту назад они сочувствовали Роуэну, а теперь радовались его унижению. Впрочем, все любят зрелища и не любят оказываться на стороне проигравших — в этом человечество ни капли не изменилось.

Я повернулся к Аурелии. Она смотрела на меня с выражением, которое было смесью восторга, возбуждения и… голода? Определенно голода. Как хищница, нашедшая достойную добычу.

Я подошел к ней вплотную, так, что наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Запах ее духов — что-то восточное, с нотками жасмина — ударил в нос. И сказал тихо, но так, чтобы она точно услышала каждое слово:

— Неплохой спектакль. Но в следующий раз, когда решишь использовать меня в качестве цепного пса, убедись, что поводок достаточно крепкий.

В ее глазах вспыхнуло что-то опасное. Но не гнев — интерес. Будто я только что из скучной игрушки превратился в захватывающую головоломку.

— Вы гораздо умнее, чем я думала, — прошептала она в ответ, и ее дыхание коснулось моей щеки.

— А вы гораздо опаснее, чем притворяетесь, — парировал я. — Так что давайте договоримся: вы играете в свои игры, я в свои. И желательно, чтобы они не пересекались.

— Договорились, — она улыбнулась той улыбкой, которая обещала, что договор будет нарушен при первой же возможности. — Пока.

Я развернулся и направился обратно к столу с закусками, оставив Аурелию позади. Весь зал расступался передо мной, как будто я был прокаженным. Или божеством. В их мире это часто было одно и то же.

По пути ко мне пытались подойти несколько человек.

— Господин Торн, позвольте представиться, я представляю клан…

— Неинтересно, — отрезал я, не останавливаясь.

— Но я хотел предложить…

— Все предложения через «Последний Предел». Письменно. В трех экземплярах. Заверенные нотариально.

Мужчина остался стоять с открытым ртом. Кайден часто посылал таким образом неинтересные предложения. Работало безотказно.

Кстати о нем, парень за эти мгновения оказался рядом со мной и сейчас выглядел так, будто его одновременно ударили по голове и объявили королем мира.

— Дарион… — начал он, но слова, похоже, застряли в горле. — Ты… это было…

— Скучно, — закончил я за него, запихивая в рот очередное канапе с лососем. Неплохой лосось, кстати. — Терпеть не могу истерящих аристократов.

— Скучно⁈ — Кайден чуть не подавился воздухом. — Ты только что публично унизил главу клана Роуэн! S-рангового Охотника! И отшил Аурелию Мерсер!

— Ну, отшил — это сильно сказано. Скорее, вернул ее в реальность. Ну так и чего?

— Чего⁈ Дарион, ты понимаешь, что наделал? Все здесь будут говорить только об этом! «Последний Предел» за один вечер стал известен на весь Верхний Доминус!

Я посмотрел на него и вздохнул, взяв еще пару канапе — с икрой на этот раз.

— Кайден, послушай внимательно. Эти люди, — я обвел рукой зал, где аристократы уже вернулись к своим разговорам, и напрочь забыли о нас, — играют в свои игры власти. Кто кого унизил, кто на ком женился, кто кого разорил. Им скучно, и они развлекаются, дергая друг друга за ниточки.

— Но ведь мы теперь тоже в этой игре!

— Нет, — покачал я головой, прикончив канапе. — Мы не в их игре. Мы создаем свою. И правила в ней будем устанавливать мы. Видишь вон того толстяка в фиолетовом? Он уже третий раз пытается подойти. Готов спорить, хочет предложить какую-то сделку.

Кайден проследил за моим взглядом и увидел пузатого мужчину, который, действительно, топтался неподалеку.

— Это глава торгового дома «Северный Ветер», — опознал его Кайден. — Очень влиятельная организация.

— Видишь ли, Мерсер показала всем, что мы теперь одни из них. Кому-то это не понравится, кто-то сразу решит наладить контакт. Это так банально и старо, что даже не нуждается в озвучивании.

Кайден задумался, переваривая мои слова.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что эти павлины привыкли драться по своим правилам. Политика, интриги, подковерные игры. Но что будет, если кто-то откажется играть по их правилам? Если вместо интриг просто возьмет и покажет силу?

— Они не смогут ничего сделать, — медленно произнес Кайден. — Потому что не готовы к такому.

— Именно. Они будут пытаться втянуть нас в свои схемы, но мы просто будем делать то, что считаем нужным. Пусть подстраиваются.

— Это… это либо гениально, либо самоубийственно, — прошептал парень, но глаза его в этот момент горели.

— Обычно это одно и то же, — усмехнулся я. — Расслабься, Кайден. Наслаждайся вечером. Больше такой скандал я устраивать не буду. Сегодня.

— Почему меня не успокаивает эта оговорка?

Следующие несколько часов прошли в блаженной скуке. Аукцион, ради которого все собрались, оказался унылым парадом богатства. Древние артефакты, редкие материалы из Разломов, магические кристаллы — все это выставлялось на торги, и аристократы яростно перебивали ставки друг друга.

Ведущий аукциона — тощий мужчина с гнусавым голосом — старательно нагнетал ажиотаж вокруг каждого лота.

— Дамы и господа! Следующий лот — Клинок Ледяной Луны! Этот меч выкован из клыка древнего ледяного дракона! Способен замораживать врагов одним прикосновением! Начальная цена — пять миллионов!

Меч, к слову, на мой взгляд, действительно, очень даже ничего. Правда, не для того, чтобы сражаться. Скорее, чтобы повесить на стену и любоваться тем, что потратил на это барахло несколько миллионов.

— Шесть! — крикнул кто-то из зала.

— Семь! — перебил другой голос.

— Восемь!

Я повернулся и увидел молодого человека лет двадцати пяти с надменным лицом и платиновыми волосами. На его пиджаке красовался герб с изображением золотого льва.

— Клан Аврелиус, — прошептал Кайден. — Один из богатейших. Это их наследник, Делий.

Торги продолжались, цена росла. В конце концов, меч ушел за десять миллионов к какому-то старику в военной форме.

Думаю, если бы Ария постаралась и имела необходимые ресурсы… Дать Кайдену идею, что ли, пусть подсуетится? Того и гляди, разбогатеем на созданном ее умелыми руками оружии.

— Следующий лот — Сердце Бури! — объявил ведущий, и помощники вынесли хрустальную сферу размером с человеческую голову. — Артефакт третьей эпохи, позволяющий контролировать погоду в радиусе пятидесяти километров!

— Начальная цена — десять миллионов!

Понеслось. Аристократы кричали цены, перебивая друг друга. Кто-то даже подрался за право сделать ставку первым. Охране пришлось разнимать двух пожилых дам, вцепившихся друг другу в волосы. Вот тебе и высший свет во всей неприглядной красоте.

Кайден тем временем яростно что-то записывал в планшет.

— Что делаешь? — поинтересовался я, доедая уже двадцатое по счету канапе. Этой хренью невозможно наесться, но как же вкусно.

— Анализирую цены, — ответил он, не отрываясь от экрана. — Если мы правильно сыграем, можем неплохо заработать на перепродаже материалов из Разломов. Смотри, они готовы платить в три раза больше рыночной цены за всякую ерунду!

— Капитализм во всей красе.

— Не капитализм, а бизнес, — поправил он. — Кстати, клан Мерсер точно захочет с нами сотрудничать после твоего представления.

Аукцион тянулся еще часа три. Лоты становились все более абсурдными. Чучело какой-то редкой птицы за пять миллионов. Картина неизвестного художника за семь. Даже использованный носовой платок какого-то древнего Охотника продали за миллион.

— Это безумие, — пробормотал Кайден. — Они тратят состояния на хлам!

— Для них это не деньги, а способ показать статус, — объяснил я. — Чем больше потратил на ерунду, тем круче. Так говоришь, будто на аукционах никогда не был.

К концу я уже подумывал просто уйти, но Кайден уговорил остаться «ради приличий». Хотя какие приличия после того, что я устроил с Роуэном, было непонятно.

Наконец, когда последний лот (какая-то древняя ваза, которая якобы приносила удачу) была продана за астрономическую сумму, мероприятие подошло к концу.

Гости начали расходиться. Многие подходили ко мне, пытались завязать разговор, предложить сотрудничество или просто выразить восхищение.

Я отделывался односложными ответами и ледяным взглядом. В какой-то момент вокруг меня образовалась мертвая зона радиусом в пару метров — никто не решался подойти ближе.

— Ты отпугиваешь потенциальных партнеров, — заметил Кайден.

— Поверь, с ними ты вряд ли захочешь иметь дело.

У выхода нас встретил Александр Войд. Мужчина выглядел еще более хмурым, чем обычно. Седая прядь в его волосах казалась серебряной в свете люстр.

— Машина ждет, — сухо сообщил он.

— О, жаль, что не ты повезешь, — сказал я с преувеличенным разочарованием. — Мы ведь так сдружились. Я даже думал оставить чаевые. Может хоть раз, как следует, отдохнул бы.

Войд даже бровью не повел, глядя куда-то в пустоту впереди.

— У меня другие обязанности.

— Конечно-конечно. Важные дела в Верхнем Доминусе. Разносить приглашения наглым простолюдинам.

В его глазах мелькнуло раздражение, но он сдержался.

— Следуйте за мной.

Он привел нас к знакомому черному автомобилю. За рулем сидел молчаливый водитель в темных очках.

— Приятного пути, — бросил Войд и развернулся уходить.

— Когда надоест быть мальчиком на побегушках — приходи. В «Последнем Пределе» всегда найдется место для хорошего воина. Зарплата, соцпакет, корпоративы. Правда, придется иногда нянчиться с идиотами, но это везде так, — усмехнулся я, усаживаясь в машину.

Войд застыл на секунду, потом продолжил идти, не ответив. Но я видел, как напряглись его плечи, как сжались кулаки. Попал в точку.

Мы с Кайденом сели в машину, и она плавно тронулась с места. Город за окнами был все таким же роскошным и холодным. Идеальные улицы, идеальные здания, идеально вылизанные люди. Тошно.

— Зачем ты его провоцируешь? — спросил Кайден после нескольких минут молчания.

— Кого? Войда?

— Да. Он же явно опасный человек. Я видел, как на него реагирует охрана. Они его боятся больше, чем Аурелию Мерсер.

Я откинулся на спинку сиденья, глядя в окно на проносящиеся мимо огни.

— Он воин. Но вынужден изображать прислугу для всяких Мерсеров. Это как запрячь скакового жеребца в плуг.

— И ты решил его таким образом, что ли, спасти?

— Я никого не спасаю, — фыркнул я. — Просто… жаль смотреть, как хороший клинок ржавеет в ножнах. Поводок на его шее так затянут, что он давно забыл, как дышать свободно. А человек без свободы — уже не человек.

Кайден задумчиво кивнул.

— Знаешь, иногда мне кажется, что под твоим цинизмом скрывается романтик.

— А иногда мне кажется, что ты слишком много думаешь, — парировал я. — Лучше расскажи, что полезного ты выяснил на аукционе.

Кайден оживился и начал рассказывать о ценах, тенденциях рынка и потенциальных возможностях для заработка. Что-то про фьючерсы, деривативы и прочую финансовую ахинею, которую я не понимал и понимать не хотел.

— … и если мы выйдем на рынок редких материалов именно сейчас, то сможем занять нишу между средним городом и Верхним Доминусом! — закончил он с горящими глазами.

— Угу, — пробормотал я. — Полностью полагаюсь на тебя в этом непростом деле.

— Спасибо за твое доверие, друг, я не подведу, — улыбнулся он, показав большой палец.

Селестина всегда пинала меня, чтобы я почаще хвалил людей, которые рядом со мной. Это мол, дух боевой поднимает. Я же всегда был убежден, что умасливание, наоборот, расслабляет. Хотя, глядя как Кайден буквально светится… Может, она и была права.

Мы уже подъезжали к Стене, массивной и неприступной. Но мои мысли были далеко отсюда. В прошлом, которое не отпускало даже спустя столько времени.

И вдруг я замер.

На крыше одного из домов мелькнула фигура. Быстрая, грациозная, двигающаяся с нечеловеческой скоростью. Она перепрыгнула на соседнее здание, пробежала по краю и снова прыгнула.

Мое сердце пропустило удар.

Я узнал эту фигуру. Узнал манеру движения — плавную, текучую, как вода. Узнал развевающиеся на ветру длинные волосы. Узнал силуэт.

— Не может быть… — прошептал я, невольно прижимаясь к стеклу.

— Что? — Кайден посмотрел туда же, но фигура уже скрылась за углом. — Что там?

Я не ответил. Не мог ответить. Потому что-то, что я увидел, было невозможно.

Но эти движения… Эту грацию невозможно подделать.

Не думая, я дернул ручку двери и распахнул ее прямо на ходу.

— Дарион! Ты что творишь⁈ — заорал Кайден. — Мы едем сорок километров в час!

Мне было плевать. Машина ехала по прямой, впереди был перекресток. Я оттолкнулся от сиденья, вылетел из салона и, используя крышу машины как трамплин, прыгнул.

Полет вышел впечатляющим. Я пролетел метров двадцать по инерции и приземлился на тротуар, проехавшись по асфальту. Подошвы ботинок задымились от трения. Прохожие шарахнулись в стороны, кто-то закричал, кто-то достал телефон снимать.

Не обращая внимания на хаос позади, я рванул вперед. Прыжок — и я уже на стене здания, цепляясь за выступы. Еще один — на пожарной лестнице. Третий — и вот я на крыше.

Фигура была уже далеко, но я видел ее. Она двигалась очень быстро, прыгая с крыши на крышу с невероятной легкостью.

Я побежал.

«Шаги по Небу» позволяли мне буквально летать над городом, отталкиваясь от воздуха. Крыша, прыжок, полет, следующая крыша. Расстояние сокращалось.

Фигура заметила погоню и ускорилась. Но я был быстрее. Я всегда был быстрее, несмотря на ее магию.

Она свернула влево, спрыгнув с десятиэтажки. Я последовал за ней, используя стену здания как трамплин. Мы неслись через город как два призрака, не оставляя следов.

Фигура запрыгнула на водонапорную башню, оттолкнулась и полетела к следующему зданию. В полете я увидел ее профиль.

Это лицо… Я помнил каждую черточку, каждую линию. Высокие скулы, прямой нос, упрямый подбородок.

Она приземлилась на крышу какого-то длинного здания, и, спрыгнув, исчезла.

Я рванул вниз, но в тот же момент пришлось сгруппироваться и уйти в сторону. Три стрелы пролетели мимо меня в опасной близости, оставляя голубой след энергии.

Но они и не должны были попасть. Отвлекающий маневр, чтобы…

Едва я приземлился, именно там, где было нужно тому, кого я преследовал. Девушка напрыгнула на меня сзади, сцепив ноги спереди, и приставив изогнутый кинжал к горлу. В нос ударил мягкий запах ванили, краем глаза я увидел золотистые волосы и невольно улыбнулся.

— Кто ты? Тебя послал клан Малигаро? — раздался холодный шепот прямо у моего уха, а клинок впился в горло.

Глава 4

Тысячелетнее эхо

Изогнутый кинжал у горла был невероятно острым — я чувствовал, как лезвие едва касается кожи, готовое в любой момент пройти глубже. Девушка сзади держала меня крепко, её ноги обхватили мой пояс, не давая развернуться. Профессиональный захват, выполненный идеально. Почти.

— Я жду ответа, — прошептала она мне на ухо, и от её дыхания по шее пробежали мурашки. — Кто ты и что тебе нужно от моего клана?

Я усмехнулся. Милая девочка думала, что поймала меня. Как трогательно.

— Знаешь, — сказал я спокойно, — обычно я предпочитаю ужин перед такими интимными объятиями. Но для тебя сделаю исключение, раз уж ты настаиваешь на более тесном общении.

Резким движением я схватил её запястье с кинжалом и дернул вперед, одновременно наклоняясь. Девушка перелетела через мою спину, но в воздухе умудрилась извернуться, как кошка, и приземлиться на ноги в пяти метрах от меня. Впечатляюще. Явно тренировалась с детства.

Она выпрямилась, и я наконец смог её рассмотреть. Золотистые волосы, собранные в высокий хвост, голубые глаза с золотыми искорками — черта, которую я отлично помнил. Высокие скулы, упрямый подбородок, атлетичная фигура в облегающем боевом костюме тёмно-синего цвета. Лет двадцать пять на вид, может, чуть меньше.

Но самое поразительное — она, действительно, была копией близняшек Синкроф. Та же грация в движениях, тот же наклон головы при оценке противника, даже манера держать оружие. Удивительно.

Девушка убрала кинжал и вытянула левую руку вперед. Воздух вокруг её ладони задрожал, засверкал золотистыми искрами. Энергия начала собираться, закручиваясь в спираль. Сначала появился контур — тонкая золотая линия, изогнутая как натянутая тетива. Потом линия уплотнилась, обрела объём. Рукоять формировалась из чистого света, переливаясь всеми оттенками золота — от бледно-жёлтого до насыщенного янтарного.

Плечи лука изогнулись с идеальной симметрией, на их поверхности проступили руны. Тетива материализовалась последней — тонкая нить чистой энергии, вибрирующая от напряжения. Весь процесс занял меньше секунды, но выглядел как сотворение чего-то прекрасного.

Был бы сентиментальным, точно бы расплакался, ну прям один в один с тем, что я помнил.

Девушка натянула тетиву, и на ней появилась стрела из того же золотого света. Наконечник был острым как бритва, древко идеально прямым, оперение трепетало, несмотря на отсутствие ветра.

— Впечатляет, — кивнул я. — Но одной стрелы маловато, не находишь? Я думал, Синкроф умеют больше. Неужели деградация?

Она улыбнулась. Холодно, уверенно. Воздух вокруг девушки замерцал, как летний зной над раскалённым асфальтом. Из ряби начали появляться фигуры — сначала полупрозрачные, потом всё более чёткие. Десять идеальных копий девушки материализовались вокруг меня, формируя круг. Каждая держала такой же световой лук, каждая целилась мне в голову.

Миражи были настолько реалистичными, что я даже слышал их дыхание. Магия иллюзий высшего уровня, смешанная с материализацией оружия. Очень, очень неплохо. Селестина гордилась бы такой наследницей своих техник.

— Теперь поговорим, — сказала она, и все одиннадцать версий произнесли это одновременно, создавая жуткий эффект эха. — Кто ты? Говори, или я выпущу все стрелы одновременно.

Я медленно прошёлся по кругу, разглядывая миражи. Каждый следил за мной взглядом, поворачивая луки. Синхронность была идеальной — ни одного сбоя, ни малейшей задержки. Такое, действительно, могло сбить с толку.

— Неплохо, неплохо, — сказал я, засунув руки в карманы. — Ты совместила магию и стрельбу из лука. Очень способная девочка. Кто был твоим предком — Лилиана или Селестина Синкроф?

Эффект моих слов был мгновенным. Все миражи дёрнулись, на секунду потеряв чёткость. Глаза оригинальной девушки расширились от шока, рука с луком дрогнула.

— Откуда… откуда ты знаешь эти имена⁈ — выдохнула она, и остальные копии эхом повторили вопрос. — Эти имена известны только старейшинам клана! Говори, иначе я выстрелю!

— Можешь попробовать, — усмехнулся я, глядя ей прямо в глаза. — Но ни одна стрела не найдёт цель. Я просто не позволю им долететь.

— Самоуверенный идиот! — прошипела блондинка.

— Не самоуверенный, а опытный. Впрочем… — я сделал паузу, изображая задумчивость. — Если ты владеешь Меткой Истинного Выстрела, как твои предки, тогда да, будет тяжеловато. Но что-то мне подсказывает, что эту технику уже давно никто не помнит. Неправда ли?

Очередной шок. Девушка опустила лук, миражи начали мерцать.

— Метка Истинного Выстрела? Что это? Откуда ты знаешь о техниках, которых нет ни в одной летописи?

— О, так ты даже не знаешь о фамильной технике собственного клана? — я покачал головой с преувеличенным разочарованием. — Печально. Селестина могла выпустить стрелу, которая преследовала цель через пространство и время. Однажды она выстрелила в демона утром, а стрела настигла его через три дня в другом королевстве.

— Это… это невозможно, — прошептала девушка.

— Для твоих почтенных предков ничего невозможного не было. Лилиана могла создать тысячу иллюзий, каждая из которых была способна убить. А Селестина… её стрелы пробивали даже драконью чешую. Хотя, — я ухмыльнулся, — обе были ужасными в готовке. Однажды они пытались сварить суп и умудрились поджечь воду. До сих пор не понимаю, как им это удалось. Но подозреваю, что Эддард плеснул туда свое хрючево, пока никто не видел. Хорошо еще хоть не взорвалось.

Девушка смотрела на меня так, будто я внезапно отрастил крылья.

— Ты говоришь о них, как будто… как будто знал лично. Не понимаю…

— На мгновение даже забылся, — признался я, разглядывая её лицо. — Ты вылитая копия близняшек Синкроф. Та же форма глаз, тот же упрямый подбородок, даже родинка на шее в том же месте, что была у Лилианы. Надо же, бывает такое — спустя тысячу лет рождается кто-то настолько похожий на тех, кого я… Впрочем, неважно.

Миражи исчезли один за другим, растворяясь в воздухе как утренний туман. Лук в руках девушки распался на золотые искры, которые медленно погасли. Она стояла передо мной, явно пытаясь осмыслить услышанное.

— Никто не знает родословную нашего клана настолько далеко, — медленно произнесла она, даже не сомневаясь в том, что это не просто произнесенная наугад чушь. — Записи о первых поколениях хранятся очень тщательно. Откуда тебе известны эти имена?

— Ну, тебе они известны, — пожал я плечами, не удостоив ее вопросы ответами. — Это уже что-то. Возможно, ты знаешь и про войну с демонами? Великий Поход? Закрытие порталов? Нет? Советую почитать историю, полезно для общего развития.

— Война с демонами… — она нахмурилась. — В семейных преданиях есть упоминания о какой-то великой битве, но детали… Постой, откуда ты вообще? Если ты из клана Малигаро…

— Малигаро? — я фыркнул. — Без понятия кто это. Я из организации «Последний Предел», базируемся мы в среднем Доминусе. Может, слышала? Мы недавно город спасли, газеты об этом трубят до сих пор.

Девушка заметно расслабилась. Напряжение в плечах спало, боевая стойка сменилась обычной позой.

— Так ты не из Верхнего Доминуса? И не от Малигаро?

— А с чего ты взяла, что я от них? — даже немного возмутился я этой ее настойчивости. — Просто увидел знакомые движения и решил догнать. Ностальгия, знаешь ли. К слову, как зовут столь талантливую наследницу легендарного клана?

Она помолчала, явно решая, стоит ли отвечать.

— Брина Синкроф, — наконец сказала она. — Клан Синкроф входит в Совет Двенадцати, управляющий Империей. Как можно подобного не знать? — тихо добавила девушка под конец.

— О, так хоть кто-то из потомков моих друзей получил заслуженное место, — кивнул я с удовлетворением. — Приятно знать, что их наследие не пропало даром.

В этот момент на крышу выбежала целая толпа людей в чёрной форме. Охрана Мерсеров, судя по эмблемам на груди. Они запыхались, явно бежали на пределе возможностей.

— Господин Торн! — закричал один из них, едва переводя дыхание. — Пожалуйста, вернитесь в машину! Госпожа Мерсер приказала обеспечить вашу безопасность! Мы отвечаем головой за ваше благополучие!

Второй охранник упал на колени — театральный жест, но удивительно эффектный.

— Умоляем, господин Торн! Если с вами что-то случится, госпожа Мерсер нас казнит! У меня трое детей! У него — ипотека! У того — больная мать! Пожалуйста!

Я закатил глаза. Аурелия Мерсер и её игры. Теперь ещё и охрану использует для эмоционального шантажа. Безопасность? Ну да, как же, как будто я поверю в эту сцену.

— Ладно-ладно, — махнул я рукой. — Раз вы так просите, пойдёмте. Не хочу быть причиной чьих-то семейных трагедий.

Я развернулся и пошёл к лестнице.

— Постой! Я так и не узнала твое имя. У меня к тебе так много вопросов.

— Дарион Торн — махнул я рукой. — У всех ко мне много вопросов, жаль, что ответы обычно никому не нравятся.

* * *

Леон Монтильяр вытер пот со лба, медленно опустив катану. Вокруг него в тренировочном зале «Последнего Предела» валялись разбитые на крупные обломки манекены, а на стенах остались глубокие борозды от ледяных атак. Тренировка прошла продуктивно. После закрытия очередного B-рангового Разлома утром он чувствовал себя полным сил.

— Отличная работа в Разломе, Леон! — крикнул Эрик, проходя мимо. — Твоя ледяная стена спасла нам задницы, когда те твари прорвались с фланга.

— Да, чувак, ты был крут! — добавила Мари, закидывая лук на плечо. — Как ты вообще так быстро реагируешь?

Леон пожал плечами, стараясь выглядеть скромным, хотя внутри распирало от гордости. После того как он получил силу от Верагона, его способности выросли в разы. Он чувствовал себя быстрее, сильнее. Каждое движение давалось легче, каждая техника получалась чище. И тем не менее даже к этому необходимо было приспособиться, чем, собственно, он и занимался.

— Просто тренируюсь, — ответил он.

— Тренируешься? — раздался насмешливый голос от входа. — Вот уж не думал, что крыса из клана Монтильяр способна на что-то большее, чем позорить фамильную честь.

Леон обернулся и нахмурился. В дверях стоял молодой человек его возраста — высокий, с пепельными волосами и холодными серыми глазами. Дорогой костюм, осанка высокородного отпрыска, на пальце перстень с гербом клана Монтильяр.

— Лекс, — процедил Леон. — Какого чёрта ты здесь делаешь?

Лекс Монтильяр — его троюродный брат из побочной ветви клана. Они никогда не ладили, но после того, что устроил Риверс, отношения стали откровенно враждебными.

— Пришёл посмотреть на позор нашего клана, — Лекс вошёл в зал, брезгливо оглядываясь. — Знаешь, что говорят в высшем обществе? Что братья Монтильяр — один предатель, другой неудачник. Риверс запятнал нашу честь своим безумием, а ты… ты прячешься здесь, среди простолюдинов.

Охотники в зале напряглись. Эрик сжал кулаки, Мари потянулась к луку. Но Леон поднял руку, останавливая их.

— Мой брат сам выбрал свой путь, — спокойно сказал он. — Он давно добровольно вышел из клана. И я не отвечаю за его ошибки.

— Не отвечаешь? — Лекс шагнул ближе. — Из-за вас двоих весь клан стал посмешищем! Нас исключили из трёх советов, отозвали инвестиции, даже место в опере отобрали! И всё из-за того, что ваша ветвь не смогла удержать своего выродка под контролем!

— Выбирай слова осторожнее, — предупредил Леон, его голос стал ледяным. — Риверс может быть кем угодно, но он мой брат.

— Твой брат — психопат и убийца! — выплюнул Лекс. — И ты такой же слабак, как и он! Прячешься за спинами наёмников, играешь в героя… Ты позоришь фамилию Монтильяр самим своим существованием!

Тишина повисла в зале. Леон медленно поднял катану, и температура вокруг упала на несколько градусов.

— Хочешь выяснить, кто из нас, действительно, слабак? — тихо спросил он. — Попробуй, результат тебе не понравится.

Лекс усмехнулся и щёлкнул пальцами. Воздух вокруг его рук замерцал, и в них материализовались два коротких меча из чистой энергии, полупрозрачные, но явно смертоносные.

— Что ж, я думал, ты не примешь дуэль от меня, — сказал он с превосходством. — Как видишь, я владею фамильной техникой истинной ветви Монтильяр, в отличие от тебя. Она же тебе так и не далась, бедный Леон, — произнес парень насмешливо, демонстрируя мечи. — С радостью преподам тебе урок, младшенький.

Леон сжал рукоять катаны и внезапно почувствовал странное тепло внутри. Словно что-то проснулось, откликаясь на вызов. Сила Верагона, дремавшая в нём, неожиданно зашевелилась.

Из-под ног обоих дуэлянтов внезапно вырвался столб света — мягкого, золотистого, похожего на утреннее солнце. Свет не слепил, но ощущался почти физически, как тёплое объятие. Он поднялся на три метра вверх, закрутился спиралью и затем резко опал, растекаясь по полу.

На каменном полу остался идеальный круг диаметром двадцать метров. Граница была чёткой — золотая линия, пульсирующая внутренним светом. Внутри круга воздух казался плотнее, насыщеннее, живее.

— Какого чёрта⁈ — Лекс отшатнулся, его призрачные мечи замерцали. — Что это за магия?

Леон почему-то знал ответ на этот вопрос, хотя и видел это впервые. Он чувствовал это каждой клеточкой тела — Доминион Поединка, дар Верагона. Священное пространство дуэли, где решается судьба бойцов. И внутри этого круга он был сильнее. Намного сильнее.

— Это поле чести, — сказал Леон, и его голос прозвучал иначе — увереннее, властнее. — Здесь мы выясним, кто достоин носить фамилию Монтильяр на самом деле.

Лекс нервно сглотнул, но отступать было поздно. Он поднял призрачные мечи и ринулся в атаку.

Его стиль был агрессивным: яростные выпады, широкие рубящие удары, постоянное давление. Призрачные клинки оставляли светящиеся следы в воздухе, и там, где они касались пола, оставались глубокие борозды. Магия призыва позволяла ему изменять длину и форму оружия на ходу: мечи то удлинялись, превращаясь в копья, то расширялись, становясь секирами.

Но Леон видел всё.

Внутри Доминиона его восприятие обострилось до невероятного уровня. Он замечал, как Лекс чуть напрягает плечо перед выпадом вправо. Видел, как его дыхание учащается перед серией быстрых ударов. Чувствовал колебания магической энергии за мгновение до того, как мечи меняли форму.

Первый выпад, и Леон отклонился влево, и призрачное лезвие прошло в миллиметре от его лица.

Второй удар сверху он парировал катаной, и лёд мгновенно покрыл призрачный меч, заставив Лекса отдёрнуть руку.

Третья атака, горизонтальный взмах. Леон пригнулся и провёл контратаку, полоснув по ноге противника.

— Чёрт! — Лекс отскочил, на его бедре расплывалось красное пятно. — Как ты…

Он не договорил. Леон атаковал — быстро, точно, без лишних движений. Катана двигалась как продолжение его руки, а ледяная магия усиливала каждый удар. Воздух вокруг лезвия кристаллизовался, оставляя морозные узоры.

Лекс отчаянно защищался, но было видно, что он проигрывает. Каждый его удар Леон либо парировал, либо уклонялся с минимальным движением. А каждая контратака оставляла новую рану — неглубокую, но болезненную.

— Твоя проблема в предсказуемости, — спокойно сказал Леон, уклоняясь от очередного выпада. — Ты слишком полагаешься на силу магии, забывая об основах фехтования.

Он сделал обманное движение влево, Лекс клюнул на финт и открылся. Катана Леона описала дугу, и оба призрачных меча вылетели из рук противника, растворяясь в воздухе.

Лекс попытался призвать новое оружие, но Леон был быстрее. Рукоять катаны врезалась в солнечное сплетение, выбивая воздух из лёгких. Лекс согнулся пополам, открывая рот, как рыба, выброшенная на берег.

Леон мог добить его. Мог унизить, растоптать, отомстить за все оскорбления. Но вместо этого он просто приставил остриё катаны к горлу поверженного противника.

— Дуэль окончена, — произнёс он. — Ты проиграл.

Золотой круг начал меркнуть, Доминион Поединка растворялся. Лекс упал на колени, глядя на Леона снизу вверх с выражением шока и… страха? Последнего Леон никак не ожидал увидеть от родственника.

— Ты… как ты стал таким сильным? — прошептал он. — Эта сила… это не магия клана Монтильяр. Не твои ледяные фокусы!

— Это сила того, кто защищает, а не нападает, — ответил Леон, убирая катану в ножны. — Убирайся отсюда, Лекс. И передай остальным в клане: я не отвечаю за грехи брата, но готов отстоять свою честь и своей семьи.

Лекс поднялся, пошатываясь, и побрёл к выходу. У дверей он обернулся.

— Это ещё не конец, Леон. Клан не простит такого унижения.

— Пусть приходят, — пожал плечами младший Монтильяр. — Я буду ждать.

Когда Лекс ушёл, к Леону подбежали остальные Охотники.

— Чувак, это было невероятно! — восхищённо выдохнул Эрик. — Ты размазал этого придурка!

— И что это был за золотой круг? — спросила Мари. — Я никогда такого не видела!

Леон открыл рот, чтобы ответить, но так и не придумал, что сказать. Как объяснить, что получил силу от бога дуэлей? Что внутри него теперь живёт божественная энергия?

— Новая техника, — уклончиво ответил он. — Ещё совершенствую.

* * *

Вечером, в своей квартире, Леон рассматривал ладонь. Сила Верагона пульсировала внутри, готовая откликнуться на его зов. Он чувствовал себя другим.

Внезапно воздух в комнате задрожал. Знакомые спецэффекты: блёстки, искры, переливы всех цветов радуги. И вот на его диване материализовался Верагон.

— ЛЕОН! — заорал бог дуэлей, вскакивая. — Ты был ВЕЛИКОЛЕПЕН! Видел я твою дуэльку! Этот Лекс получил по полной программе! БАМ! БУМ! ТРАХ! И он сражен и трясется в страхе! Так должно быть с каждым, кто бросит вызов моему апостолу!

Верагон начал изображать бой, размахивая руками и чуть не опрокинув лампу.

— Ты даже разобрался, как работает Доминион! Большинство моих апостолов месяцами тупили, а ты за раз! Ты крут! Я крут! Мы оба круты!

— Спасибо, наверное? — неуверенно сказал Леон, наблюдая, как бог прыгает по его квартире.

— И знаешь что? Ты заслужил награду! Особую печать одобрения от великого и потрясного Верагона! Ты же согласен? Ну, конечно, ты согласен!

Бог остановился и торжественно сложил руки в сложную печать. Потом замер.

— Так, стоп. Как там было… Большой палец вверх или вниз? Ладони вместе или врозь?

Он несколько раз поменял положение рук, явно не помня правильную последовательность.

— А, к чёрту! Использую шаблон!

Верагон щёлкнул пальцами, и в воздухе появилась светящаяся золотая схема. Он быстро повторил указанные жесты и протянул руку к Леону.

— Готов получить мою божественную печать одобрения?

Леон протянул правую руку, и Верагон коснулся его ладони. Мгновенная боль, словно раскалённое железо прижали к коже. Леон зашипел, но не отдёрнул руку.

На ладони проступил символ. Два скрещённых клинка в круге из рун. Золотой свет пульсировал, делая изображение объёмным. Красиво и впечатляюще.

— Вот! — гордо сказал Верагон. — Теперь ты официально крутой апостол крутого бога! Эта печать даёт тебе… эээ… что-то крутое! Я потом вспомню, что именно! Но, может, ты и сам разберешься.

Бог начал растворяться в воздухе, его фигура становилась полупрозрачной.

— Продолжай в том же духе, Леон! Дуэли, победы, слава! Сделай меня гордым твоими достижениями! Или хотя бы не опозорь.

Но тут его взгляд упал на печать, и величественное выражение сменилось паникой. Среди золотых рун проступили другие символы. Жёсткие, угловатые, почти железного цвета.

— Ох, нет… — прошептал Верагон. — Это же… это же шаблон из папки «Инструменты для младших духов»… Я скопировал… СТОЙ!

Но было поздно. Его фигура полностью исчезла.

Леон озадаченно посмотрел на печать. Она всё ещё светилась, тёплая на ощупь. Среди красивых золотых узоров он теперь различал другие символы, более грубые, властные.

Прошло два часа. Леон пытался читать, готовить ужин, даже смотреть телевизор. Но печать отвлекала. Она словно пульсировала в такт сердцебиению, и от неё исходило странное ощущение… связи?

Любопытство победило. Леон сосредоточился на печати и мысленно «потянул» за невидимую нить, которую чувствовал все это время. В чем-то это было схоже с магическими манипуляциями, но были и отличия, поэтому удалось нащупать это ощущение быстро.

Эффект был мгновенным.

Воздух разорвался с громким хлопком, и на том же месте материализовался Верагон. В руке у него был надкушенный фрукт, похожий на золотое яблоко, а выражение лица было крайне возмущённым.

— … и поэтому нектарины объективно лучше персиков! — закончил он фразу, начатую явно не здесь. Потом осознал, где находится. — КАКОГО ХРЕНА⁈

Он уставился на Леона, потом на свою руку с фруктом, потом снова на Леона.

— О нет… ты разобрался, да? Не говори «да»! Пожалуйста, скажи, что ты случайно это сделал!

— Я просто потянул за… ощущение, — честно ответил Леон. — И ты появился.

Верагон побледнел. Потом покраснел. Потом позеленел. Потом принял какой-то фиолетовый оттенок.

— Печать! — взвыл он. — Я перепутал печати! Это не одобрение, это… это…

— Подчинение? — догадался Леон, разглядывая внушительные на вид руны.

— НЕ СМЕЙ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЭТО СЛОВО! — заорал Верагон, но тут же сник. — Хотя… технически… да. Это обязывающий контракт подчинения. Для младших духов и фамильяров.

— И что это значит?

Бог упал на диван и закрыл лицо руками.

— Это значит, что ты можешь призывать меня, когда захочешь. И я обязан явиться.

Леон медленно улыбнулся. Верагон увидел эту улыбку и запаниковал ещё больше.

— Нет-нет-нет! Даже не думай! Я БОГ! Меня нельзя призывать по пустякам! У меня важные божественные дела! Совещания! Вечеринки! Я в очереди в божественный спа-салон!

— Ну так сними ее, раз так не хочешь, — улыбнулся Леон, хотя уже понимал, что к чему.

— Я не могу её снять! — простонал Верагон. — Это обязывающий контракт! Магия старше меня самого! Придётся терпеть год.

— Или пока я сам не сниму печать, — предположил Леон.

— Ты не можешь! Только божественная сила может… — Верагон осёкся. — Хотя, если ты станешь достаточно сильным… Но это невозможно! Смертные не становятся настолько сильными!

Леон рассматривал печать с лёгкой ухмылкой. Он чувствовал связь — короткий поводок для божества. И это ощущение ему определённо нравилось. А то, честно говоря, столь безалаберный бог его несколько пугал именно своей непредсказуемостью и хаосом, что он порождал.

— Не вызывай меня по пустякам! — взмолился Верагон. — Пожалуйста! Я буду хорошим богом! Буду помогать! Только не призывай каждые пять минут!

— Посмотрим, — спокойно ответил Леон.

Верагон заскулил и исчез, оставив после себя только золотые блёстки и запах озона.

Леон откинулся на спинку кресла. День выдался интересным. Очень интересным.

* * *

Брина Синкроф не могла выкинуть из головы встречу с Дарионом Торном. Его слова крутились в её мыслях, не давая покоя. Откуда он знал имена основательниц клана? Почему говорил о них так, словно знал лично?

Вернувшись в родовое поместье Синкрофов — огромный особняк в самом сердце Верхнего Доминуса — она сразу направилась в библиотеку. Если где и можно было найти ответы, то только там.

Библиотека клана занимала целое крыло особняка. Пять этажей книг, свитков, манускриптов. Некоторым документам было почти тысяча лет. Брина прошла мимо рядов современных изданий, мимо секции с магическими гримуарами, направляясь в самую дальнюю часть — архив.

Здесь хранились самые старые семейные записи. Воздух был спёртым, пыльным, пропитанным запахом старой бумаги и чернил. Брина зажгла магический светильник и начала искать.

Первые свитки были стандартными — генеалогические древа, записи о браках, рождениях, смертях. Но чем глубже она копала, тем, увы, более неполными становились записи.

Наконец, в самом дальнем углу, за грудой рассыпающихся манускриптов, она нашла металлический футляр. Древний, покрытый паутиной, с едва различимым гербом клана.

Внутри был свиток. Хрупкий, пожелтевший, местами истлевший. Брина осторожно развернула его, боясь, что он рассыплется в руках.

Текст был едва различим, многие части полностью стёрлись. Но то, что она смогла прочитать, заставило её сердце забиться быстрее.

«…Селестина и Лилиана Синкроф, близнецы-основательницы нашего рода, были среди тех, кто… [неразборчиво]… конец вторжению тварей из… [стёрто]…порталы были закрыты благодаря… [неразборчиво]…величайшие воины своего времени…»

Дальше шёл длинный фрагмент, полностью уничтоженный временем. Потом снова проступали отдельные фразы:

«…техника Метки Истинного Выстрела была утеряна после… [стёрто]…никто из потомков не смог… [неразборчиво]…сила близнецов была дарована… [стёрто]…вместе с другими героями…»

В самом конце были строки, которые заставили ее брови подскочить от удивления вверх.

— Что ты здесь делаешь?

Брина вздрогнула и обернулась. В дверях архива стоял молодой мужчина — копия её самой, только мужская и более массивная версия. Те же золотистые волосы, те же голубые глаза. Брендон Синкроф, её брат-близнец.

— Исследую семейную историю, — холодно ответила она. — А ты зачем пришёл?

— Искал тебя. Отец спрашивает, как прошла экспедиция в Разлом.

— Отлично. Можешь передать ему, что миссия выполнена успешно.

Брина начала сворачивать свиток, но Брендон подошёл ближе. В его глазах читалось любопытство пополам с подозрением.

— С каких пор ты интересуешься древней историей? — спросил он. — И почему ты в архиве, а не на праздновании успешной миссии?

— С каких пор тебя волнует, чем я занимаюсь? — парировала Брина, убирая свиток в футляр.

Отношения с братом у неё были… сложными. Когда-то в детстве они были неразлучны, как и положено близнецам. Но с годами Брендон становился всё более амбициозным, жестоким, готовым на всё ради власти. Сейчас он занимал пост главы боевого крыла клана и явно метил выше.

— Меня всегда волнует безопасность клана, — ответил Брендон. — И странное поведение наследницы может навредить нашей репутации.

— Наследницы? — Брина усмехнулась. — Ты же старше на три минуты, братец. Именно ты наследник.

— Пока отец не выберет официально, мы оба наследники.

Брина прошла мимо него к выходу, но Брендон схватил её за руку.

— Что ты искала, Брина?

Она вырвала руку и холодно посмотрела на брата.

— Ничего, что касалось бы тебя.

С этими словами она вышла из архива, оставив Брендона одного. Тот подошёл к столу, где лежал футляр, и достал свиток. Его глаза забегали по строкам, впитывая информацию.

В самом конце была ещё одна строка. Почти полностью стёртая, но при правильном освещении можно было разобрать:

«Последний п… лучшие воины. Те кто спас наш мир от… Лилиана и Селестина Синкроф, [стёрто] Стайн, Регул [стёрто], Шейд, Аркариус [стёрто], Д……орн».

Д… орн. Это могло быть любое имя. Дорн. Даорн. Деорн.

Или Дарион Торн. Именно о нем докладывали ему его люди, что были приставлены наблюдать за сестрой. Вряд ли бы она взяла бы этот свиток, если бы не встреча с этим Охотником.

Молодой человек аккуратно свернул свиток и убрал обратно в футляр. В его глазах появился хищный блеск. Если его сестра нашла что-то важное, что-то, связанное с древней историей клана, он должен знать об этом.

И если это как-то связано с тем выскочкой из среднего города, который недавно оскорбил клан Роуэн на аукционе Мерсеров…

Брендон улыбнулся холодной улыбкой. Возможно, пришло время самому познакомиться с загадочным Дарионом Торном.

Глава 5

Вызов и решение

Зал заседаний Совета Двенадцати больше напоминал собор, чем место для деловых встреч. Мраморные колонны уходили ввысь на тридцать метров, потолок терялся в полумраке, а в центре располагался огромный круглый стол из черного обсидиана. Двенадцать кресел стояли вокруг него. Каждое уникальное, отражающее характер и стиль своего клана.

Свет падал только на стол, оставляя остальное пространство в тенях. Это создавало атмосферу таинственности и власти. Именно то, что нравилось тем, кто правил Империей из этого зала.

Аурелия Мерсер сидела в кресле из золота и черного дерева, украшенном драгоценными камнями. Ее платье переливалось в свете магических светильников, а карие глаза внимательно следили за остальными членами Совета. Пальцы лениво барабанили по подлокотнику — единственный признак, который выдавал ее нетерпение.

Напротив нее восседал Конрад Синкроф. Мужчина лет пятидесяти с аристократическими чертами лица и пронзительными голубыми глазами с золотистыми вкраплениями. Его светлые волосы, тронутые сединой на висках, были аккуратно зачесаны назад. Одет он был просто, но со вкусом — темно-синий костюм без излишеств, только родовой перстень на пальце выдавал его статус. В отличие от многих в этом зале, Конрад не нуждался в показной роскоши. Его власть читалась в каждом жесте, в спокойной уверенности человека, за спиной которого стоят века истории, проложенные его предками.

Слева от Аурелии сидел Максимус Малигаро — грузный мужчина с жестким квадратным лицом и хладнокровными глазами. Короткая военная стрижка, многочисленные шрамы на руках и шее, массивные плечи, едва помещающиеся в мундир, усыпанный орденами. Его кресло было сделано из стали и обито красной кожей — прямое, жесткое, без единого намека на комфорт.

Клан Малигаро контролировал военные силы Империи, и их глава выглядел соответственно. Как бульдог, готовый вцепиться в горло врагу. И он очень соскучился по этому ощущению.

Остальные девять членов Совета сидели в тенях, их лица едва различимы с текущего положения. Но их присутствие ощущалось — каждый представлял силу, способную изменить судьбу континента одним решением.

— … таким образом, вопрос с Северной Империей можно считать закрытым, — завершал свой доклад один из членов Совета. — Они приняли наши условия торгового соглашения.

— Отлично, — кивнул Конрад. — Тогда переходим к последнему пункту повестки. Аурелия?

Аурелия Мерсер грациозно поднялась, и все взгляды обратились к ней. Она специально сделала паузу, наслаждаясь вниманием, затем заговорила своим мелодичным голосом.

— Уважаемые коллеги. Как вам всем известно, клан Роуэн показал… неудовлетворительные результаты в последнем квартале. Их влияние упало на сорок процентов, финансовые активы обесценились, а недавний скандал на моем аукционе стал последней каплей.

Максимус фыркнул, его толстые пальцы сжались в кулаки.

— Роуэн — идиот, но это не повод лишать древний клан их места!

— Древность не гарантирует компетентности, — парировала Аурелия. — Верхний Доминус должен оставаться элитарным. Мы не можем позволить слабым занимать место, предназначенное для сильных. Поместье Роуэнов в центральном секторе — одно из лучших. Оно было даровано им еще императором, когда Ориатом правила монархия. Но времена изменились.

— И что ты предлагаешь? — спросил кто-то из тени. — Просто выгнать их?

— Я предлагаю передать поместье тем, кто, действительно, его заслуживает, — Аурелия сделала эффектную паузу. — Организации «Последний Предел».

Тишина повисла в зале. Потом Максимус расхохотался — грубым, лающим смехом.

— Ты шутишь? Эти простолюдины из среднего города? Та шайка наемников, которую возглавляет какой-то безродный ублюдок?

— Ты говоришь про Охотника, который за полгода создал организацию с влиянием и богатством, превосходящим клан Роуэн, — холодно ответила Аурелия. — Того самого, который спас Доминус от катастрофы. Человека, который очистил остров Лунного Дракона за три дня. Продолжать?

— И тот самый, кому ты уделяла слишком много внимания на аукционе, — прорычал Максимус, его глаза презрительно сузились. — Не думай, что я не заметил, Аурелия. Ты водила этого простолюдина под ручку, как любовника! Позор для всего высшего света! И для тебя.

Девушка лишь улыбнулась на эти слова.

— Ревнуешь, Максимус? Или просто завидуешь, что кто-то моложе и сильнее занимает внимание дам?

Лицо Малигаро побагровело, но прежде, чем он успел ответить, заговорил Конрад Синкроф:

— Дарион Торн… — он произнес это имя медленно, словно пробуя на вкус. — Где-то я уже слышал это имя. Что-то очень знакомое…

Он покачал головой, затем продолжил.

— Но дело не в именах. Дело в принципах и традициях. Верхний Доминус должен поддерживать свой престиж. Если организация из среднего города может превзойти один из наших кланов, значит, система работает. Сильные поднимаются, слабые падают. Я поддерживаю предложение Аурелии.

— Это безумие! — взорвался Максимус. — Мы говорим о традициях! О чистоте крови! Эти безродные…

— Эти безродные заработали восемьдесят миллионов на одном драконе, — перебил его голос из тени. — И заключили эксклюзивный контракт с кланом Шу. Цифры не врут, Максимус. Ты знаешь, что Восточная империя не очень охотно торгует с нами, но с этим «Пределом» у них эксклюзивный контракт.

— К тому же, — добавил другой теневой член Совета, — общественное мнение на их стороне. После спасения города Торн стал героем. Отказать им будет… политически неразумно.

— Ставим на голосование, — объявил Конрад. — Кто за передачу поместья Роуэнов организации «Последний Предел»?

Восемь рук поднялось вверх, включая руки Аурелии и Конрада.

— Против?

Четыре руки, включая массивную лапу Максимуса.

— Решение принято большинством голосов, — констатировал Конрад.

— Подождите! — Максимус ударил кулаком по столу. — Роуэны — древний клан! Нельзя просто взять и отобрать то, что принадлежит им по праву! Если уж мы решили их заменить, пусть это будет честное состязание!

— Дуэль? — предложил кто-то.

— Нет, — покачал головой Конрад. — Дуэль одного человека ничего не докажет. Нужно что-то, что покажет силу всей организации. Один человек не выживет в Верхнем Доминусе.

Он задумался на мгновение, либо же сделал вид, но затем его глаза загорелись.

— У меня есть идея. На территории моего клана есть стабильный Разлом S-ранга. «Бездна». Он требует зачистки уже месяц, но мы не торопились — используем его для планомерной добычи ресурсов. Пусть «Последний Предел» и клан Роуэн войдут туда одновременно. Кто покажет лучший результат — тот и получит место в Верхнем Доминусе.

— Разлом S-ранга? — Аурелия подняла бровь. — Не слишком ли это… жестоко?

— Наш мир и наша власть стоят на зачистке Разломов, — пожал плечами Конрад. — Если они хотят быть частью элиты, пусть докажут, что способны справиться с элитными угрозами.

— Согласен! — рявкнул Максимус. — Пусть эти выскочки покажут, на что способны! Клан Роуэн имеет опыт поколений, а эти новички сдохнут в первые же минуты!

— Тогда решено, — кивнул Конрад. — Через три дня. Разлом «Бездна». «Последний Предел» против клана Роуэн. Победитель получает место в Верхнем Доминусе.

Заседание было объявлено закрытым. Члены Совета начали расходиться, исчезая в тенях так же таинственно, как появились.

* * *

Конрад Синкроф вышел из зала заседаний и направился к своему личному кабинету. В коридоре его уже ждал Брендон — высокий молодой человек с золотистыми волосами и холодными голубыми глазами. Копия отца, только моложе и жестче.

— Отец, — поклонился Брендон. — Как прошло заседание?

— Интересно, — коротко ответил Конрад. — Сын, мне нужна вся информация о Дарионе Торне из «Последнего Предела». Вся, что сможешь найти.

Брендон нахмурился.

— Почему такой интерес? Это потому, что он устроил скандал на аукционе Мерсеров?

— Не только это, — Конрад остановился и посмотрел сыну в глаза. — Найди все. Происхождение, связи, историю. Особенно интересует прошлое.

— Отец, — Брендон понизил голос, — чего ты боишься? Ты выглядишь так, словно призрака увидел.

Конрад усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.

— Призрак был бы куда проще, чем-то, о чем я думаю. Но я могу ошибаться. Именно поэтому я предложил «Бездну». Если мои подозрения верны… мы увидим нечто невероятное.

— А если нет?

— Тогда город получит новых героев или новых мертвецов. В любом случае, будет интересно.

С этими словами Конрад удалился в свой кабинет, оставив сына в недоумении. Что же этим хотел сказать его отец?

* * *

В это же время Аурелия Мерсер вернулась в свой особняк — дворец из белого мрамора и золота, который занимал целый квартал в самом центре Верхнего Доминуса. Она прошла в свой личный кабинет, где ее уже ждал Александр Войд.

— Госпожа, — поклонился он, — совет принял решение?

— Да, — Аурелия опустилась в кресло и закрыла глаза. — Все идет по плану. «Последний Предел» получит шанс войти в Верхний Доминус.

— Вы уверены, что они справятся с «Бездной»? Это же S-ранговый Разлом.

Аурелия открыла глаза, и Войд невольно отступил. В ее взгляде на мгновение мелькнуло нечто нечеловеческое — золотое сияние, похожее на блеск монет. Только вот звон монет мог обернуться и расплавленным золотом в горле.

Это был «Взгляд Мидаса» — дар, полученный ею много лет назад. Способность видеть потенциальную ценность всего и всех. Не в деньгах — в истинной ценности для достижения ее целей.

Когда-то давно, когда она была просто младшей дочерью обедневшего аристократического рода, к ней явился он. Плутос, Бог Богатства. Предложил силу в обмен на служение. И она согласилась, став его апостолом.

Первый раз «Взгляд» особо сильно сработал на похоронах старого главы клана Мерсер. Она увидела золотое сияние вокруг его сына — слабого, нерешительного юноши. Вышла за него замуж, манипулировала, направляла. А когда он погиб в результате «несчастного случая» в Разломе, стала главой клана. За десять лет превратила умирающий торговый дом в мощную финансовую империю.

Второй раз «Взгляд» так же интенсивно сработал позже, когда она увидела первую новость о Торне. Ту самую, где журналисты пели дифирамбы новому спасителю столицы. Золотое сияние вокруг его имени было таким ярким, что она едва не ослепла. Этот человек мог принести ей такие богатства и власть, о которых она даже не мечтала. И на аукционе, когда Аурелия увидела его впервые, это подтвердилось.

— Они справятся, — уверенно сказала она. — Точнее, он справится. Этот Торн… Александр, что ты скажешь о нем?

Мужчина задумался на мгновение, словно пытался подобрать правильные слова.

— Неотесанный, лишенный чувства такта, слишком прямолинейный, слишком простой. Хотел бы я так сказать, да и сказал бы любой. На эту ширму легко купиться.

— А что же на деле? — улыбнувшись, спросила Мерсер, ей нравилось, что ее подчиненный повторял ее мысли.

— Он умен, расчетлив, прекрасно понимает риски. Может показаться, что он опрометчив, но вряд ли он бы делал шаг, если бы не чувствовал почву под ногами. А еще, он сильный воин. Признаю, сильнее я пока не встречал.

— Сильнее тебя, Александр? Ты думаешь, я поверю, что ты признаешь, будто бы кто-то лучший воин, чем ты? Ты даже Максимуса не признаешь, и дуэль с ним не состоялась лишь потому, что я запретила.

Александр выдохнул с каким-то мечтательным и отрешенным тоном.

— Боюсь, он, действительно, сильнее меня. Вы же знаете, что мой правый глаз видит не только силу, но и потенциал. Я вижу, сколь силен Максимус Малигаро, и вижу, что это потолок его силы.

— И что же ты увидел в Торне? — Аурелия наклонилась вперед с несвойственным ей интересом.

— Сейчас он не так силен, как Малигаро, или как Синкроф. Но его потенциал… Я впервые не увидел потолка. Не смог различить того, каким он может стать, если приложит усилия. Госпожа Мерсер, боюсь, что его потенциал бесконечен. Но, если вы позволите, я бы очень хотел испытать его силы лично.

Аурелия не ответила. Она встала, подошла к огромному экрану на стене и провела по нему рукой. Появилась новостная лента — фотографии Дариона, спасающего город, статьи о «Последнем Пределе», видео с боями.

— Ты, господин Торн, — прошептала она, проводя пальцем по его изображению, — не просто золотая антилопа. Ты — ключ к сокровищнице, и я даже представить не могу, какое богатство внутри.

* * *

Я спускался в тренировочный зал «Последнего Предела» с чашкой чая в руке и Тенью, семенящим рядом. Утро начиналось прекрасно — солнечно, тихо, никто не пытался меня убить. Хотя, это, скорее, минус, чем плюс. Того и гляди, расслаблюсь, отращу жирок…

Но стоило открыть массивные двери зала, как идиллия разлетелась в клочья.

— Я первая с ним познакомилась! — орала Зара, и температура вокруг нее поднялась градусов на двадцать. Огненные искры танцевали в воздухе, а ее роскошные красные волосы развевались, как будто она стояла в эпицентре огненного урагана. — Я ИМЕЮ ПРИОРИТЕТ!

— ПРИОРИТЕТ⁈ — не уступала Хлоя, вокруг которой потрескивали фиолетовые молнии. Ее обычно идеальная прическа растрепалась, а в аметистовых глазах плясали искры ярости. — Ты просто владелица подпольной дырки! А я из древнего рода!

— Подпольной дырки⁈ — Зара сделала шаг вперед, и пол под ней начал дымиться. — Моя арена приносит больше прибыли, чем весь твой древний род за год!

— Деньги не заменят благородство крови!

— А благородство не заменит мозги, которых у тебя явно нет!

Они стояли нос к носу, и воздух между ними буквально искрил от столкновения их аур. Я прикинул ущерб, если они все-таки схлестнутся. Зал точно придется ремонтировать. Опять.

В другом углу происходило не менее увлекательное зрелище. Леон и Бартоломей сидели на корточках друг напротив друга, выбрасывая руки в классической игре «камень-ножницы-бумага». Счёт на импровизированной доске рядом показывал 39:5 в пользу Леона.

— Не считается! — заорал Бартоломей, когда его камень проиграл бумаге Леона в сороковой раз. — Ты жульничаешь! Используешь свою эту… новую магию!

— Я не использую подобное, для выяснения отношений в детской игре! — возмутился Леон, хотя его глаза подозрительно поблёскивали. — Ты просто предсказуем, как рассвет!

— Давай до сорока двух побед! — потребовал Бартоломей. — И на этот раз я буду менять тактику!

— Ты это говоришь уже пятый раз, — устало вздохнул Леон, но послушно поднял руку для нового раунда. И ведь так просто разговаривает с S-ранговым Охотником, а ведь раньше боялся что-то ему сказать.

Я подошел к Арии, которая сидела в углу с планшетом и чашкой кофе. На ее лице было выражение человека, который давно смирился с безумием окружающего мира.

— Что происходит? — спросил я, усаживаясь рядом.

— О, Дарион! Наконец-то! — она подняла на меня усталый взгляд. — Пришло письмо из Верхнего Доминуса. Официальное, с печатями и всем прочим. Кайден прочитал его первым, начал бегать по залу и кричать что-то про невероятные возможности и историческую значимость. Потом рассказал остальным, и…

Она махнула рукой в сторону творящегося хаоса.

— И понеслось, — закончил я за нее.

— Именно. Зара с Хлоей спорят уже полчаса. Леон с Бартоломеем играют час. Остальные делают ставки, кто победит. Норрис, кстати, поставил сто кредитов на то, что Зара подожжет Хлою раньше, чем та ее ударит.

— Разумная ставка, — кивнул я, отпивая чай.

В этот момент двери распахнулись с такой силой, что едва не слетели с петель. В зал влетел Кайден — взъерошенный, с горящими глазами и конвертом в руках. Давненько я его таким не видел.

— ДАРИОН! — заорал он, подбегая ко мне. — Ты не поверишь! Это невероятно! Это исторический момент!

— Мы выиграли в лотерею? — предположил я.

— Лучше! Совет Двенадцати прислал нам вызов!

— На дуэль? — я поднял бровь. — Весь Совет против меня? Немного нечестно, но в целом… Если они не навалятся все вместе, думаю, у меня хватит сил завалить их по очереди. Правда, с женщинами будет сложнее…

— Что? Нет… НЕТ! Ты с ума сошел, — Кайден замахал конвертом так энергично, что чуть не выбил у меня чашку. — Они предлагают нам место в Верхнем Доминусе! Место клана Роуэн!

Даже споры Зары с Хлоей и игра Леона с Бартоломеем прекратились. Все уставились на Кайдена и на меня.

— До сегодняшнего дня туда вообще никого не впускали! — Кайден развернул письмо и хорошо поставленным и отчасти торжественным голосом начал читать: — «Совет Двенадцати, рассмотрев достижения организации „Последний Предел“, постановляет предоставить оной возможность занять место в Верхнем Доминусе. Для подтверждения права требуется пройти испытание…»

— Какое испытание? — спросил я, хотя уже догадывался, что это будет что-то грандиозное.

— Разлом S-ранга «Бездна»! — выпалил Кайден. — Мы против клана Роуэн! Кто покажет лучший результат — тот и получает место! Им дают шанс реабилитироваться, а нам — доказать, что мы достойны своего места. Начнется все через три дня.

Я отставил чашку. S-ранговый Разлом? Наконец-то что-то интересное. После всех этих прогулок по B- и A-ранговым Разломам, где самым опасным была скука, появился настоящий вызов.

— «Бездна»… — задумчиво произнесла Ария. — Я читала о нем. Один из старейших Разломов в Империи. Говорят, он существовал еще до основания Доминуса.

— И один из самых опасных, — добавила Зара. — Выживаемость очень низкая. Его разрабатывают очень аккуратно. Но, опять же, никаких фактов. Информация из-за стены идет лишь слухами.

— Отлично, — усмехнулся я. — Все, что не ноль, уже в мою пользу. Хотя с нулем тоже работать можно.

— Дарион, это серьезно! — Кайден подскочил ко мне. — От этого зависит будущее всей организации! Если мы войдем в Верхний Доминус, перед нами откроются невероятные возможности! Контракты, ресурсы, связи!

— А если проиграем?

— Если проиграем, то, скорее всего, будем мертвы, — мрачно заметил Бартоломей.

— Еще лучше. Высокие ставки делают эту игру интереснее.

— Но есть условие, — продолжил Кайден. — Только трое участников от каждой стороны. Ты должен выбрать двоих, кто пойдет с тобой.

И тут я понял, почему они все спорили. Каждый хотел пойти в S-ранговый Разлом. Для Охотника это как… как для альпиниста возможность покорить самую высокую точку. Опасно? Да. Скорее всего, умрешь? Вероятно. Но если выживешь — слава на всю жизнь.

— Я пойду! — одновременно выкрикнули Зара и Хлоя.

— Я тоже! — не отстали Леон и Бартоломей.

— И я! — добавил Норрис.

— И мы! — хором заявили Эрик и Мари, но не так бодро как остальные.

Я посмотрел на них всех. Энтузиазм — это хорошо. Но энтузиазм без навыков — путь к могиле.

— Леон, Хлоя, — сказал я спокойно. — Вы идете со мной.

Мгновенная тишина. Потом взрыв возмущения.

— ПОЧЕМУ ОНА⁈ — заорала Зара.

— ПОЧЕМУ ОН⁈ — не отстал Бартоломей.

Троица первых новичков «Последнего Предела» не возмущались. Да и крикнули они, я уверен, просто за компанию. Эти ребята вписывались в любой кипишь, видимо, так пытались показать свою полезность еще больше.

Я поднял руку, и все замолчали.

— Зара, во-первых, я бы хотел быть уверен, что у тебя все хорошо с твоей… проблемой в виде второго пилота. Во-вторых, чую я здесь вонь интриг аристократов. Вряд ли все будет честно. А потому я хочу, чтобы в «Последнем Пределе» были те, кто может это место отбить. Лучше вас кандидатур не вижу. Не хотелось бы, чтобы нападение повторилось и Норрису отрубили последнюю руку.

Парень открыл было рот, но решил оставить свои мысли при себе. Зара же приняла новость, как подобает ей, с умом и мудростью. Это только в спорах с Хлоей ее интеллект решал ненадолго отключиться и поэтому их перепалка выглядела как бой двух двенадцатилетних девочек.

Бартоломей же сперва нахмурился, но кивнул. Он уважал мое мнение.

— Решение принято. Леон, Хлоя, у вас есть три дня на подготовку. Советую потренироваться вместе. Если будете драться друг с другом в Разломе, я лично скормлю вас Боссу Разлома.

Хлоя победно улыбнулась и показала язык Заре. Та в ответ выпустила из руки струйку пламени, которую Хлоя отбила лепестками. Искры полетели во все стороны.

— Я же сказал: никаких драк! — строго посмотрел я на них.

Они нехотя разошлись в разные стороны, продолжая сверлить друг друга взглядами.

Леон подошел к Бартоломею и протянул руку.

— Без обид, друг. В следующий раз пойдешь ты.

— Если будет следующий раз, — буркнул гигант, но руку пожал. — Все равно ты выиграл в эту дрянную игру, так что все честно. Но в следующий раз я сам выберу. Например, кто первый отключится от пощечины!

— Я тебя, конечно, уважаю, но у нас как будто разные весовые категории, не думаешь? — с опаской посмотрел на его «ковши» парень.

— Мы Охотники, это лишь важно, остальное — тонкости! — с гордым видом скрестил руки на груди Бартоломей, еще и мускулами поиграл — паяц.

— Дети, — пробормотал я, допивая остывший чай. — Веду в смертельно опасный Разлом детей.

— Кстати, — спохватился Кайден, — в письме есть еще кое-что. Разлом находится на территории клана Синкроф. И глава клана лично будет наблюдать за испытанием.

— Синкроф? — я широко улыбнулся. Совпадение ли?

— Один из Двенадцати глав верховных кланов, — пояснил Кайден. — Говорят, их род восходит к героям древности.

Интересно, помнят ли они еще хоть что-то о своих предках.

— Ладно, — я поднялся. — Раз решение принято, нужно готовиться. Хлоя, Леон — начинайте тренироваться. И без увечий! Мне нужны вы целые.

— А ты? — спросила Хлоя.

— А я пойду прогуляюсь с Тенью. Три дня — достаточно времени, чтобы вы научились работать в паре.

Я свистнул, подзывая пса. Тень радостно подбежал, виляя хвостом.

— Пойдем, приятель. Погуляем по парку, пора найти тебе новую косточку…

За спиной снова начался шум. Хлоя что-то требовала от Леона, тот огрызался, Зара с Бартоломеем давали «полезные» советы, которые только подливали масла в огонь.

Обычный день в «Последнем Пределе», но тем не менее меня все устраивало.

* * *

Вечером того же дня я вернулся в штаб-квартиру. Прогулка с Тенью затянулась — мы забрели в старый район города, где пес учуял что-то интересное и полчаса рыл яму у заброшенного дома. В итоге выкопал старую кость, явно принадлежавшую какой-то магической твари. Видимо, прорывы были не редкостью.

В тренировочном зале царила относительная тишина. Хлоя и Леон стояли в центре, оба взмокшие от пота, но целые. Прогресс.

— Ну как? — спросил я, входя. — Не поубивали друг друга — уже результат.

— Вообще, почти, — честно ответил Леон, вытирая лоб, — но потом решили, что живые мы друг другу полезнее.

— Он не совсем безнадежен, — снисходительно заметила Хлоя. — Медленноват, как по мне, но соображает.

— А она не такая стерва, какой кажется, — парировал Леон. — Просто избалованная.

Они переглянулись, прищурившись друг другу. Хлоя, как обычно, показала язык. Похоже, совместные тренировки пошли на пользу.

— Отлично, — кивнул я. — Продолжайте в том же духе. У нас осталось два дня.

— Дарион, — Хлоя подошла ближе, — ты, правда, думаешь, мы справимся? S-ранговый Разлом — это не шутка. Даже опытные команды там гибнут.

— Справимся, — уверенно ответил я. — У нас есть преимущество.

— Какое?

— Мы не играем по правилам. Клан Роуэн пойдет по учебнику — построение, тактика, отработанные маневры.

— А мы? — вопросительно посмотрел на меня Леон.

— А у вас есть я.

— Надеюсь, ты прав, — вздохнул Леон, оценив аргумент. — Потому что я не хочу стать обедом для какого-нибудь S-рангового монстра.

— Не станешь, — усмехнулся я. — Максимум — закуской.

— Очень утешает!

Следующие два дня пролетели в подготовке. Хлоя и Леон тренировались до изнеможения, отрабатывая совместные атаки и защиту. Кайден собирал всю возможную информацию о «Бездне», хотя ее было немного, Верхний и Средний Доминус были словно двумя разными мирами и Верхний очень неохотно делился информацией.

Ария готовила снаряжение, усиливая наше оружие и боевые костюмы. Зара с Бартоломеем тоже не сидели сложа руки — готовили запасной план на случай, если мы не вернемся.

— Уже успела меня похоронить? — сказал я Заре, когда она озвучила эту мысль.

— Я реалистка, — пожала плечами она. — Надейся на лучшее, готовься к худшему.

Наконец настал день испытания. Мы собрались у входа в штаб-квартиру — я, Леон и Хлоя в полном боевом снаряжении. Остальные пришли проводить.

— Удачи, — сказал Кайден, пожимая мне руку. — Вся организация верит в вас.

— Никакого давления, — усмехнулся я.

— Возвращайтесь живыми, — добавила Ария. — Иначе кто будет платить за мою мастерскую?

— Меркантильно, но честно, — подмигнул я ей и потрепал по голове.

Зара подошла последней. Она молча обняла меня, прошептав на ухо:

— Будь осторожен. По возможности Хлою можешь оставить там.

Я усмехнулся, но не ответил.

Черный автомобиль с гербом клана Синкроф уже ждал у входа. Мы сели внутрь, и машина плавно тронулась.

Впереди была «Бездна». S-ранговый Разлом.

Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. После сотни лет сражений в мире демонов меня сложно чем-то напугать. Но признаюсь, любопытство я испытывал. Что может быть в Разломе, который существовал еще до основания существующей Империи?

Глава 6

Бездна

Машина остановилась у огромных врат из черного камня. Я вышел первым, оглядывая окрестности. Амфитеатр клана Синкроф впечатлял даже меня, видавшего всякое. Массивная конструкция из белого мрамора и черного обсидиана уходила вверх на добрых пятьдесят метров, а в ширину занимала площадь небольшого стадиона. Ряды сидений поднимались ступенями, создавая идеальный обзор центральной арены.

А в центре…

— Вот это дыра, — присвистнул Леон, выходя следом за мной.

И он был прав. В самом сердце амфитеатра зияла пропасть, диаметром в добрую сотню метров. Абсолютно черная, словно кто-то вырезал кусок реальности и заменил его на чистое ничто. Из глубины периодически вырывались зеленоватые всполохи света — болезненные, неестественные, от которых по коже бежали мурашки, судя по тому, что Хлоя поежилась.

— Бездна, — прошептала девушка, и в ее голосе впервые за все время звучало что-то похожее на опасение. — Я читала о ней в семейных архивах. Говорят, она поглотила уже сотни Охотников.

Вот, значит, как выглядит Разлом, который не закрывают уже долгое время — он становится частью этой реальности, переплетаясь с ней.

— Весело, — усмехнулся я. — Люблю, когда шансы не в мою пользу. Хотя, когда они вообще были в мою пользу?

У края амфитеатра нас уже ждали. Конрад Синкроф, судя по описанию Кайдена днем ранее, это был он, стоял в центре небольшой группы — высокий, статный мужчина с аристократическими чертами лица и пронзительными голубыми глазами с золотистыми вкраплениями. Его светлые волосы с благородной сединой были зачесаны назад, а в простом темно-синем костюме читалась та уверенность, которая приходит с веками власти.

Рядом с ним стояла Брина и юноша, как две капли воды похожий на девушку. Близнецы смотрели на меня совершенно по-разному. В глазах Брины читалось любопытство. Парень же сверлил меня взглядом, полным подозрения и едва скрываемой враждебности, и некоторой толики кровожадности.

Ни разу не встречались, а уже враждебен, да уж. Хотя мне не привыкать.

Чуть поодаль расположилась Аурелия Мерсер в очередном платье, которое, казалось, стоило больше, чем весь средний город. Александр Войд стоял за ее спиной, как всегда мрачный и молчаливый. Его взгляд скользнул по мне и остановился, словно оценивая потенциальную угрозу.

— А вот и наш герой! — воскликнул Кайден, подбегая ко мне. Он явно прибыл раньше и уже успел пообщаться с местной элитой. — Дарион, ты не поверишь! Лорд Синкроф лично будет наблюдать за испытанием!

— Какая честь, — сухо ответил я, встречаясь взглядом с Конрадом.

Глава клана Синкроф изучал меня с таким вниманием, будто пытался разглядеть что-то скрытое ото всех. Его взгляд скользил по моему лицу, задерживался на шрамах, изучал манеру движения. Я знал этот взгляд. Так смотрят, когда ищут подтверждение догадке, которую боятся озвучить.

— Господин Торн, — наконец произнес он, и его голос был глубоким, размеренным, — рад наконец познакомиться с человеком, о котором столько говорят.

— Взаимно, — кивнул я. — Хотя я предпочитаю, чтобы обо мне не говорили вообще.

— Боюсь, после сегодняшнего дня это будет невозможно, — в голосе Конрада звучало что-то похожее на предупреждение. — Бездна имеет дурную привычку раскрывать истинную природу тех, кто в нее входит.

— Звучит зловеще, — заметила Хлоя. — Может, расскажете поподробнее о том, куда нас отправляют?

— ГОСПОДИН ТОРН!

Я обернулся на рев и увидел приближающуюся группу. Лорд Каэлен Роуэн шел впереди — багровый от ярости, в полном боевом облачении. Доспехи из черненой стали с гербом ворона на груди, массивный меч за спиной. Для человека его возраста он двигался на удивление легко.

За ним следовал молодой человек лет двадцати пяти, явно его сын. Такой же высокий, такие же резкие черты лица, только без седины и морщин. В глазах читалась холодная решимость и что-то еще… предвкушение?

Но больше всего внимание привлекала женщина, замыкавшая их группу. По информации Кайдена — ее звали Скара. Охотница S-ранга с репутацией безжалостной убийцы. Короткие черные волосы, холодные серые глаза, поджарое мускулистое тело в облегающем боевом костюме. На поясе — два изогнутых клинка, а за спиной — что-то похожее на модифицированный для охоты на монстров арбалет.

— Ты! — Роуэн ткнул в меня пальцем. — Думаешь, раз Совет дал тебе шанс, ты уже победил?

— Вообще-то, я думал о завтраке, — ответил я. — Но раз ты спрашиваешь — я думаю, тут речь не о том, кто победит, а о том, кто выйдет живым, верно?

Я мельком кинул взгляд на главу клана Синкроф, но тот никак не отреагировал, оно и понятно, явно тертый калач.

Лицо Роуэна же стало еще багровее, если это вообще было возможно.

— В Разломе несчастные случаи происходят постоянно, — прошипел он, приближаясь вплотную. — Никто не удивится, если какой-то безродный ублюдок не вернется из Бездны.

— Отец, — парень положил руку ему на плечо, — не трать силы на угрозы. Оставь это удовольствие мне.

Он посмотрел на меня с холодной улыбкой.

— Видишь ли, Торн, в отличие от отца, я не питаю к тебе личной неприязни. Для меня это просто дело чести. Ничего личного, когда я перережу тебе горло.

— Как мило, — кивнул я. — Семейный подряд на убийство, да еще и такой открытый. Трогательно, правда.

Скара молча изучала меня, и в ее взгляде не было ни злости, ни угрозы. Только холодная оценка, как у хищника, прикидывающего, стоит ли добыча усилий.

— Достаточно! — голос Конрада прогремел над площадью. — Испытание начинается. Позвольте объяснить правила.

Все повернулись к нему.

— Итак, — продолжил глава клана Синкроф. — Обе команды входят в Разлом с разных сторон. Ваша цель — добыть магическое ядро. Кто первым выйдет с ядром, тот победил.

— Звучит слишком просто, — заметил я.

Конрад улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз.

— О, поверьте, господин Торн, простота обманчива. Бездна — особенный Разлом. Он открывается раз в десять лет на год, и за все время существования клана Синкроф мы так и не смогли добраться до босса, чтобы закрыть его. Благо он стабилен и Прорывов не случается. Ядер там множество, каждое наполнено магической энергией невероятной концентрации. Они чрезвычайно ценны и уходят на изготовление артефактов.

Он сделал паузу, обводя взглядом обе команды.

— Но самое важное — Бездна реагирует на силу входящих. Чем сильнее Охотник, тем агрессивнее становится Разлом. Он словно… приспосабливается, создавая угрозы соответствующего уровня. Именно поэтому каждый раз так много жертв.

Я почувствовал, как Конрад смотрит прямо на меня при этих словах. Намек был более чем прозрачен.

— К входу! — скомандовал он.

Две каменные лестницы спускались в Бездну с противоположных сторон. Древние, стертые временем ступени уходили в зеленоватую тьму. От одного взгляда вниз любому становилось не по себе — казалось, смотришь в пасть какого-то невообразимого чудовища. Мне же было любопытно заглянуть по ту сторону и на себе испытать, что там может ждать.

Команда Роуэнов направилась к своему входу. Старший Роуэн что-то яростно шептал сыну, парень же кивал с каменным лицом, а Скара проверяла оружие с методичностью профессионала.

— Ну что, готовы? — спросил я своих.

— Родилась готовой, — ответила Хлоя, и фиолетовые искры заплясали вокруг ее изящных пальцев.

— Пошли уже, — буркнул Леон, но я видел, как он нервно сжимает рукоять катаны.

Роуэны начали спуск почти бегом, явно намереваясь добраться до ядра первыми.

— Торопятся, — заметила Хлоя. — Может, нам тоже поспешить?

— Нет, — покачал я головой. — Пусть бегут. Предпочитаю, чтобы ловушки расставляли перед носом, а не за спиной.

Мы начали спуск размеренно, без спешки. Каменные ступени были скользкими от какой-то влаги, а стены покрыты странными наростами, похожими на органику. Чем глубже мы спускались, тем сильнее становился запах — гниль, сера и что-то кислотное.

Зеленоватый свет исходил от самих стен, пульсируя, как сердцебиение. Создавалось ощущение, что мы спускаемся не в Разлом, а в желудок какого-то титанического существа.

— Уютненько, — пробормотал Леон. — Прямо как дома.

— У тебя странный дом, — с любопытством осматриваясь по сторонам, отозвалась Хлоя.

— Это был сарказм, — устало выдохнул он.

Спуск занял минут пятнадцать. Наконец ступени закончились, и мы оказались в огромной пещере. Потолок терялся в зеленоватой дымке, стены покрыты пульсирующими наростами, а пол… пол был живым. Мясистая поверхность, покрытая венами и периодически содрогающаяся.

— Фу, — Хлоя поморщилась. — Это отвратительно.

— Зато атмосферно, — усмехнулся я, делая первый шаг.

Я прошел несколько шагов, проверяя устойчивость.

— Вроде безопасно. Но держитесь лучше рядом.

Мы двинулись вглубь пещеры. Вокруг начали появляться первые обитатели Бездны — скиттеры, как показал мой наруч. Мелкие паукообразные твари размером с кошку, покрытые хитином болезненно-зеленого цвета. Они выползали из трещин в стенах, щелкая челюстями.

— Мелочь, — фыркнул Леон, доставая катану.

Первый скиттер прыгнул на него. Леон взмахнул клинком, разрубая тварь пополам. Из раны брызнула кровь, зашипев на мече.

— Черт! Они кислотные!

— Теперь заметил? — я отбил атаку сразу трех скиттеров. — Наблюдательность — твоя сильная сторона.

Хлоя вступила в бой, и воздух наполнился фиолетовыми лепестками. Они кружились вокруг нее защитным вихрем, разрезая скиттеров на куски. Каждый лепесток был острым как бритва, а темные прожилки на них, казалось, поглощали свет.

А еще она атаковала показательно изящно, то и дело бросая на меня взгляд — смотрю ли я. Доиграется ведь.

Скиттеров становилось все больше. Они лезли отовсюду: из стен, из-под пола, с потолка. Зеленый хитин блестел в болезненном свете, челюсти щелкали, создавая жуткую мелодию.

Я перешел к Стилю Огненной Геенны. Меч вспыхнул пламенем, и я начал выжигать путь через толпу тварей. Огонь оказался эффективным — скиттеры визжали и отступали, их хитин трескался и плавился.

— Они боятся огня! — сказал я остальным.

— Отлично, его-то у меня и нет! — отозвался Леон, замораживая очередную волну.

— Значит, импровизируй.

Мы начали работать в паре. Леон создавал ледяные стены и ловушки, замедляя и останавливая скиттеров. Я разбивал замороженных тварей огненным мечом, превращая их в осколки.

Хлоя прикрывала наши спины, ее лепестки создавали непроницаемый барьер. Иногда она формировала из них хлысты или копья, пронзая особо крупных тварей.

— Слева! — предупредила она.

Я развернулся и увидел существо, намного превосходящее по размеру остальных. Альфа-особь, судя по более темному хитину и четырем парам глаз вместо двух. Тварь зашипела и плюнула струей кислоты.

Я ушел в сторону, и кислота прожгла дыру в полу. Из дыры поднялся пар и неприятный запах

— Зараза, — выругался я и метнулся к твари.

Монстр оказался быстрее обычных. Он уклонился от первого удара, контратаковал челюстями, едва не откусив мне руку. Я отпрыгнул назад, переоценивая противника, после чего сменил стиль на Буревестника. Молнии заплясали по клинку, воздух затрещал от электричества. Альфа-скиттер попятился, явно чувствуя опасность.

Следующая атака была молниеносной — в прямом смысле. Электрический разряд прошел через тварь, заставив ее забиться в конвульсиях. Я не дал ей опомниться, отсекая голову одним точным ударом.

— Готово. Идем дальше.

Мы продвигались через пещеру, отбиваясь от волн насекомоподобных существ. Постепенно их становилось больше, а спектр — разнообразнее.

Летающие полипы — мерзкие создания, похожие на медуз с щупальцами. Они парили в воздухе, испуская зеленоватое свечение. Их щупальца были покрыты присосками с ядовитыми шипами.

Первый полип спикировал на Хлою. Она создала щит из лепестков, но щупальца прошли сквозь него. Девушка едва успела отскочить.

— Они игнорируют магические барьеры!

— Тогда по старинке! — Леон прыгнул и рубанул одного полипа в полете.

Катана прошла через студенистое тело, разрезая его пополам. Из раны хлынула светящаяся жидкость, обжигая все, к чему прикасалась.

— Осторожнее! Они тоже кислотные! — отскакивая назад, сказала Хлоя.

— Да что тут вообще не кислотное⁈ — возмутился Леон.

— Мы, — ответил я, пронзая очередного полипа. — Пока что.

Битва с полипами оказалась сложнее. Они были умнее, атаковали скоординированно, используя численное преимущество. Один отвлекал, другие атаковали с флангов.

Хлоя адаптировалась первой. Вместо щитов она создала из лепестков подобие сети, опутывая полипов и разрезая на куски.

— Так-то лучше! — воскликнула она, уничтожая сразу трех тварей.

Мы прорывались дальше, оставляя за собой груды мертвых тварей. Пещера начала меняться — стены стали уже, потолок ниже. Органические наросты становились крупнее, некоторые пульсировали как огромные сердца.

И тут я его почувствовал. Разлом начал меняться. Воздух стал плотнее, тяжелее. Зеленоватый свет стал ярче, пульсация стен участилась.

— Что происходит? — напрягся Леон.

— Разлом реагирует, — ответил я, вспоминая слова Конрада. — Он почувствовал нашу силу.

— Нашу или твою? — Хлоя посмотрела на меня с подозрением.

Не успел я ответить, как стены вокруг нас задрожали. Из наростов начали вылезать новые существа. В этот раз совершенно новые.

Амальгамы. Твари, собранные из частей разных существ. У одной было тело насекомого и щупальца вместо рук. У другой — торс медведя, ноги паука и три головы неизвестных тварей.

— Какого черта⁈ — выругался Леон. — Что это за уроды⁈

— Да уж, разлом явно не из приятных. Кажется, я скучаю по парящим островам.

Амальгамы двигались неестественно, дергано, словно части их тел не были полностью синхронизированы. Но это не делало их менее опасными. Наоборот, непредсказуемость движений усложняла бой.

Первая амальгама — та, с телом человека — атаковала щупальцами. Они удлинились на несколько метров, хлеща как кнуты. Я отбил первую атаку, но второе щупальце обвилось вокруг ноги.

— Черт!

Щупальце начало тянуть меня к твари. В ее насекомоподобной голове раскрылись челюсти, полные острых зубов.

Я перешел к Стилю Морозного Предела. Лед стремительно распространился по щупальцу, замораживая его. Резкий удар — и замороженная плоть раскололась на куски.

Но амальгама не остановилась. Из обрубка начало расти новое щупальце, еще толще и длиннее.

— Они регенерируют! — крикнула Хлоя, отбиваясь от очередной твари.

— Тогда рубим до тех пор, пока не перестанут!

Следующие несколько минут были настоящим хаосом. Амальгамы атаковали со всех сторон, используя свои неестественные способности. Одна плевалась кислотой, другая выпускала ядовитые споры, третья просто пыталась растерзать нас когтями и зубами.

Леон сражался с холодной сдержанной методичностью. Его катана мелькала, оставляя ледяные следы в воздухе. Иногда он создавал ледяные стены для защиты, иногда — копья для атаки.

Хлоя, напротив, превратилась в вихрь смерти. Ее лепестки были везде — режущие, колющие, защищающие. Она, можно сказать, танцевала на поле боя и смеялась, уничтожая амальгам, и в этом смехе было что-то жуткое.

Я же методично пробивался вперед, меняя стили, в зависимости от ситуации. Огонь против регенерации, лед против скорости, молния против брони.

Наконец последняя амальгама упала, разрубленная пополам.

— Это было… весело, — выдохнула Хлоя, вытирая пот со лба. Ее глаза так и сверкали довольством.

— У тебя странное понятие веселья, — едко заметил Леон.

— А у тебя скучное, — парировала она, пренебрежительно фыркнув.

— Тихо, — прервал я их. — Слышите?

Из глубины пещеры доносились звуки боя. Крики, лязг металла, рев тварей.

— Роуэны, — понял Леон. — Похоже, у них тоже проблемы.

— Или они нашли что-то интересное, — предположила Хлоя. — Может, ядро?

— Есть только один способ узнать, — я направился к источнику звуков.

Пещера расширилась, превратившись в огромный зал. Вскоре передо мной появилось нечто, что заставило удивиться.

Сад. Подземный сад в самом сердце Бездны.

Вот только деревья явно отличались от привычных. Все это пульсировало, дышало, жило своей жуткой жизнью, и явно было одним организмом.

А в центре сада росло дерево. Огромное, искореженное, с почерневшей корой. В его стволе, защищенное переплетением ветвей, светилось ядро. Зеленый кристалл размером с человеческую голову, пульсирующий внутренним светом.

— Вот оно, — прошептала Хлоя.

— Ага, — кивнул я. — И вот они.

Из-за деревьев вышли Роуэны. Все трое выглядели потрепанными — доспехи Каэлена были в кислотных прожогах, его сын хромал, а костюм Скары был разорван в нескольких местах.

— Торн, — прорычал старший Роуэн. — Приятно, что ты не сгинул по пути. Потому что я хочу убить тебя лично.

— Не мог пропустить вечеринку, вы же так готовились, — ответил я. — Выглядите неважно. Сложная прогулка?

— Сейчас она станет еще сложнее, — парень достал свой меч. — Для тебя.

— Серьезно? — я покачал головой. — Мы в жутком саду из плоти, окруженные тварями, а вы хотите устроить разборки?

— Именно, — холодно сказала Скара, доставая свои клинки. — Идеальное место, чтобы избавиться от тебя. Никто не заподозрит, что это не несчастный случай. А монстры сожрут ваши тела, не оставив и следов.

— Логично, — кивнул я. — Есть только одна проблема.

— Какая? — прищурился Каэлен.

В этот момент земля под нами задрожала. Сад начал меняться — деревья зашевелились, цветы раскрылись, обнажая ряды зубов, а из-под земли начали вылезать новые твари.

— Разлом не любит, когда при нем выясняют отношения, — закончил я.

Началось настоящее безумие.

Твари лезли отовсюду. Но это были не просто амальгамы. Это были существа из кошмаров — помесь органики и безумия, словно сошедшие со страниц каких-нибудь ужасов.

Массы протоплазмы с десятками глаз и ртов. Существа из щупалец и клыков, не имеющие определенной формы. Ходячие кошмары из костей и сухожилий.

— ЧЕРТ! — заорал младший Роуэн, когда одна из тварей едва не откусила ему голову.

— Нужно объединиться! — крикнула Скара, отбиваясь от трех существ сразу.

— Торн! — Каэлен посмотрел на меня. — Перемирие!

— Переобуваешься прямо в воздухе, — усмехнулся я. — Вот что значит быть аристократом, да?

Мы встали спина к спине, формируя оборонительный круг. Шестеро против сотен тварей.

Роуэн-старший, стоит признать, оказался неплохим воином. Его меч крушил тварей с впечатляющей силой, а опыт позволял предвидеть атаки.

Его сын дрался с холодной эффективностью. Никаких лишних движений, только смертельная точность.

Скара была машиной убийства. Два клинка двигались так быстро, что сливались в серебряную сферу смерти вокруг нее.

Но тварей было слишком много. Они шли волна за волной, не давая передышки никому.

— Так мы долго не продержимся! — крикнул Леон, уже тяжело дыша.

— У кого-нибудь есть план⁈ — Хлоя отчаянно отбивалась, но я видел, что ее силы на исходе.

Я оглядел поле боя. Твари продолжали прибывать, их становилось все больше. Тут и думать не надо, Разлом реагировал на меня. И всеми силами пытался умертвить. А ведь была мысль, что он реагирует только на магию Охотников.

— Черт с ним, — пробормотал я.

— Что? — не расслышал Каэлен.

— Все за мою спину! Живо!

— Ты спятил? — начал парень, но его отец дернул его назад.

— Локвуд! Делай, что он говорит!

Они сгрудились позади меня. Я сделал глубокий вдох и положил руку на рукоять меча.

Стойка Разрывающего Горизонта. Техника, которую я создал в последние годы войны с демонами. Когда врагов слишком много, а времени слишком мало.

Весь мир замедлился. Я видел каждую тварь, каждое щупальце, каждый клык. Энергия собиралась в клинке, концентрируясь до невозможного предела.

Крепко взявшись за рукоять, я размахнулся, проведя мечом над головой и, навалившись всем своим весом, ударил.

Горизонтальный разрез, который разорвал саму реальность. Волна чистого разрушения прошла через сад, уничтожая все на своем пути.

Когда волна прошла, от сотен монстров не осталось ничего. Только мы стояли в центре опустевшего сада.

Тишина была оглушительной.

— Что… что это было? — ошарашенно прошептал Локвуд, глядя на меня с ужасом и восхищением одновременно.

— Неважно, — я опустил меч. — Леон, ядро.

Парень не стал спорить. Он рванул к дереву и, разрубив ветви катаной, выхватил зеленый кристалл.

— Есть!

— Это нечестно! — начала Скара. — Мы должны были…

— Вы были бы мертвы, — отрезал Каэлен, глядя мне в глаза. — Мы все были бы мертвы без него.

Он помолчал, явно борясь с гордостью.

— Торн. Несмотря на мою ненависть… ты доблестный воин. Эта победа твоя по праву. Но прошу, помоги нам выйти живыми.

— Леон, Хлоя, — скомандовал я. — Выводите их. Держитесь вместе, не разделяйтесь. Путь назад будет проще.

— А ты? — напрягся Леон.

В этот момент под деревом, где было ядро, раскрылась новая дыра. Еще больше зеленого света, еще больше той жуткой пульсации. И оттуда полезли твари — новые, еще более кошмарные.

— А я хочу посмотреть, что там внизу, — предвкушающе улыбнулся я, закинув меч на плечо и проведя рукой по волосам.

— Ты псих! — выкрикнула Хлоя.

— Возможно, — я перешел к Стилю Буревестника. — А теперь валите! Я их задержу!

Не дожидаясь ответа, я рванул вперед. Молнии плясали по клинку, превращая меня в живую грозу. Твари встретили меня стеной плоти и когтей.

Краем глаза я видел, как остальные убегают к выходу. Хорошо. Пусть выбираются.

Я пробился к дыре, оставляя за собой груды мертвых монстров. Заглянул вниз — там был еще один уровень, еще глубже, еще темнее.

— Ну, почему бы и нет, — пожал я плечами и прыгнул.

* * *

Конрад Синкроф стоял перед огромным экраном, установленным маготехниками его клана. Рядом находились Аурелия Мерсер, Александр Войд и несколько других высокопоставленных наблюдателей.

На экране транслировалось все, что происходило в Разломе. Камеры, установленные годами, показывали разные участки Бездны. Да, они были невероятно дороги и сложны в эксплуатации, но как раз в таких вот условно постоянных Разломах подобное позволяло делать записи и вести анализ.

— Невероятно, — прошептала Аурелия, наблюдая за тем, как Дарион уничтожил сотню тварей одним ударом. — Эта сила…

— Это не сила А-ранга, — заметил Войд. — Даже не S-ранга. Это что-то за пределами нашей классификации.

Конрад молчал, но его глаза были прикованы к экрану. В них читалось беспокойство.

— Разлом ведет себя аномально, — сказал один из техников. — Уровень агрессии превышает все зафиксированные показатели.

— Он реагирует на Охотников, — кивнул Конрад. — Кое-кто скрывает свою истинную силу.

В этот момент из Разлома начали выходить люди. Первыми появились Хлоя и Леон, поддерживающие хромающего Локвуда. За ними — Каэлен Роуэн и Скара.

Все выглядели потрепанными, измученными, но живыми.

— Где Торн? — спросил Кайден, подбегая к своим.

— Остался внутри, — ответил Леон, тяжело дыша. — Сказал, что хочет исследовать глубже.

— ЧТО⁈ — Кайден едва не упал. — Он же погибнет!

— Сомневаюсь, — неожиданно сказал Каэлен Роуэн.

Все повернулись к нему.

— Я признаю поражение, — продолжил он, глядя на Конрада. — «Последний Предел» победил честно. Более того, Торн спас наши жизни.

Конрад кивнул.

— В таком случае… — обведя взглядом собравшихся произнес глава клана Синкроф. — Именем Совета Двенадцати, я лишаю клан Роуэн поместья в центральном круге Верхнего Доминуса. Земли переходят организации «Последний Предел».

Он достал свиток с печатями и передал его Кайдену. Тот принял документ дрожащими руками, не веря в происходящее.

— Мы… мы, действительно, выиграли?

— Да, — спокойно кивнул Конрад. — Поздравляю.

Но радость Кайдена была неполной. Он смотрел на вход в Разлом с беспокойством.

— Дарион…

— Он вернется, — уверенно сказала Хлоя, подпиливая один из ноготочков. — Всегда возвращается.

— Да, не думаю, что Дарион пошел бы туда, где его жизни угрожает опасность, — подтвердил Леон.

Конрад отвернулся от входа в Разлом и посмотрел на экран, где пропала последняя камера, показывающая Дариона.

— Бездна опаснее, чем вы думаете, — сказал он тихо, так, что слышали только самые близкие. — Она не просто Разлом. Она — врата.

— Врата? — переспросила Аурелия. — Куда?

— К тому, что лучше оставить запертым, — ответил Конрад. — И ваш друг только что спустился прямо к замку этих врат.

Все замолчали, глядя на зияющую пропасть Бездны. Зеленоватые всполохи продолжали вырываться из глубины, словно дыхание спящего монстра. Монстра, который может скоро очнуться из-за действий одного безбашенного мечника.

Глава 7

Истинная Бездна

Падение оказалось дольше, чем я ожидал. Зеленоватая тьма поглотила меня целиком, и несколько секунд я летел в абсолютной пустоте, не видя ни стен, ни дна. Только ветер свистел в ушах да мерзкий запах гнили становился все сильнее.

— Надо было взять парашют, — пробормотал я себе под нос. — Откуда в этой дыре столько места?

Наконец внизу замаячило дно. Я использовал «Шаги по Небу», отталкиваясь от воздуха, чтобы замедлить падение. Техника отозвалась неприятным напряжением в мышцах — воздух здесь был плотнее обычного, словно пропитанный чем-то чужеродным и поэтому создавалось ощущение, что он сопротивляется моему воздействию.

Приземление вышло эффектным. Я врезался в каменный пол с силой, от которой по поверхности пошли трещины. Пыль взметнулась облаком, а эхо грохота прокатилось по… чему бы это ни было.

Выпрямившись, я огляделся и присвистнул.

Передо мной раскинулась огромная подземная полость. Настолько огромная, что потолок терялся в зеленоватой дымке где-то там, наверху. Но самое интересное — архитектура резко изменилась. Никаких органических наростов, никакой пульсирующей плоти. Только камень. Древний, черный, покрытый странными барельефами.

— Ну наконец-то что-то со вкусом, — заметил я, подходя к ближайшей стене.

Барельефы изображали… существ. Точнее, нечто, что когда-то могло быть существами. Щупальца, переплетенные в невозможные узоры. Глаза там, где их быть не должно. Тела, нарушающие все законы анатомии. И над всем этим — огромная фигура, состоящая из чистого хаоса.

— Где-то я твою рожу уже видел, — хмыкнул я.

Воздух здесь был настолько плотным, что дышать приходилось с усилием. Магия пропитывала каждый камень, каждую трещину. Это место было явно древним и очень могущественным.

Я сделал несколько шагов вперед, и стены вокруг меня задрожали. Запульсировали, словно огромное сердце забилось где-то в глубине. Разлом почувствовал меня. И явно пытался понять, с чем имеет дело.

— Ну давай, — усмехнулся я. — Прощупай меня, если хватит смелости.

Пульсация усилилась. Каменные стены начали трескаться, и из трещин полилась черная субстанция. Густая, как деготь, она растекалась по полу, формируя лужи. А потом лужи начали подниматься.

Сначала появились ноги — худые, искривленные, со слишком большим количеством суставов. Потом торсы — вытянутые, с выступающими ребрами. И наконец, головы. Точнее, то, что должно было быть головами. Вместо лиц — масса щупалец, извивающихся, как клубок змей.

Вот так себя и чувствуешь попавшим в фильм ужасов. Куда там работа актером, когда у тебя впереди столько интересного.

Первый страж этого места атаковал, двигаясь с неестественной, дерганой скоростью. Его щупальца-лицо раскрылись, обнажая круглую пасть с концентрическими рядами зубов. Мерзость.

Я перешел к Стилю Огненной Геенны. Пламя окутало клинок, озаряя тьму оранжевым светом. Удар — и страж распался на две части. Но вместо крови из раны хлынула та же черная субстанция, которая тут же начала формировать нового стража.

— Серьезно? — вздохнул я. — Фантазии, конечно, кот наплакал.

Стражей становилось все больше. Десять, двадцать, пятьдесят. Они лезли из каждой трещины, формировались из каждой лужи. И что самое интересное, с каждым новым стражем они становились… искаженнее. Больше щупалец, больше глаз, больше конечностей в неправильных местах.

Разлом адаптировался. Чем больше силы я использовал, тем более кошмарными становились его защитники.

— Хочешь играть в эскалацию? — я перешел к Стилю Буревестника. — Давай поиграем.

Молнии заплясали по клинку, и я рванул вперед. Электрические разряды прошивали стражей насквозь, превращая их в обугленные останки. Но на место каждого падшего приходили двое новых.

Я менял стили снова и снова. Морозный Предел — стражи замерзали, превращаясь в ледяные статуи. Рассекающая Гора — мощные удары крошили их в пыль. Рассеивающийся Туман — я становился неуловимым, а мой клинок находил слабые места в их неестественной анатомии.

Но их было слишком много. И они продолжали прибывать.

— Знаете что? — сказал я, останавливаясь в центре окружения. — Надоело.

Я воткнул меч в пол и сделал глубокий вдох. Внутренняя энергия закипела, концентрируясь в ядре. Стойка Тысячи Отражений — одна из техник, которую я редко использовал. Слишком энергозатратная для обычных противников.

Но эти твари были далеко не обычными.

Я двинулся. И мир взорвался движением.

Каждый мой шаг оставлял десятки остаточных изображений. Каждый взмах меча создавал веер из призрачных клинков. Я был везде и нигде одновременно. Стражи атаковали миражи, разрывая пустоту, пока настоящий я методично уничтожал их одного за другим.

За минуту все было кончено. Сотня стражей превратилась в лужи черной субстанции, которая уже не поднималась. Разлом словно выдохнул, признавая временное поражение.

Я подобрал меч, выдернув его из пола, и двинулся дальше. Впереди, в центре полости, возвышалось массивное строение.

Храм. Древний, монолитный, построенный из того же черного камня. Ступени, ведущие к входу, были стерты временем, но все еще держались.

Поднимаясь по лестнице, я разглядывал новые барельефы. Эти были более детальными, рассказывающими историю. Люди в странных одеждах склонялись перед алтарями. Приносили жертвы. Получали дары: щупальца вместо рук, дополнительные глаза, искаженные тела.

— Культ, — понял я. — Поклонялись чему-то. И, судя по всему, с этим чем-то я уже был знаком. Ну и мерзость, — прокомментировал я попавшую на глаза новую «картинку».

Массивные двери храма были приоткрыты. Я толкнул их, и древние петли заскрипели так, что эхо прокатилось по всей полости. Внутри было… величественно, если это слово вообще применимо к подобному месту.

Колонны уходили ввысь, теряясь в темноте. Стены покрывали фрески — более яркие, более детальные, чем барельефы снаружи. На них изображалась вся история этого места.

Сначала обычные люди, живущие обычной жизнью. Потом появление первых знамений. Странные сны, видения, шепот из ниоткуда. Затем первый контакт. Существо из-за грани реальности, обещающее силу и знания.

Дальше история становилась мрачнее. Культ рос, требовал жертв. Сначала животных, потом людей. Взамен культисты получали силу, но теряли человечность. На последних фресках уже сложно было понять, где заканчивается человек и начинается чудовище.

— До ужаса напоминает приход демонов в наш мир.

По мере продвижения вглубь храма сопротивление усиливалось. Из тьмы выползали новые твари, уже не просто стражи, а нечто более сложное. Существа с десятками конечностей, летающие массы щупалец и глаз.

Я прорубался через них, даже не особо напрягаясь. После демонов высших кругов эти твари казались почти милыми. Неприятными — да. Мерзкими — безусловно. Но не особо опасными.

Наконец я добрался до сердца храма. Круглый зал с высоким куполом, в центре которого зияла дыра. Источник того самого зеленоватого света. Но главное было не это.

В дальнем конце зала высились врата. Массивные, из черного камня, покрытые сотнями печатей и рун. Врата были приоткрыты. Щель шириной в пару метров, из которой сочилась зеленоватая энергия Разлома.

А перед вратами…

— Вот это да, — присвистнул я.

Алтарь. Огромный, из того же черного камня. И на нем десятки магических ядер, одно из которых было ценой победы. Такие же, как то, что Леон забрал с того дерева. Маленькие и большие, тусклые и яркие, пульсирующие разными цветами. Я насчитал не меньше пятидесяти штук.

— Кто-то тут увлекается коллекционированием, — заметил я, подходя ближе.

Стоило мне коснуться одного из ядер, как пространство вокруг исказилось. Воздух задрожал, врата заскрипели, и из щели начало выползать… что-то.

Сначала появились щупальца. Толстые, как стволы деревьев, покрытые присосками и глазами. Они цеплялись за края врат, расширяя щель. Потом показалось тело, если это вообще можно было назвать телом. Масса переплетенной плоти, постоянно меняющая форму.

И наконец, когда существо полностью выбралось, я смог разглядеть его целиком. Размером с трехэтажный дом, оно представляло собой кошмарную смесь всего самого отвратительного, что можно вообразить. Десятки щупалец, сотни глаз, и в центре — подобие гуманоидного торса с искаженным, будто от боли, лицом.

— Дарион Торн, — заговорило оно, и его голос был похож на шелест тысячи червей. — Убийца апостола. Разрушитель священной связи.

— О, ты умеешь говорить, — кивнул я. — Уже прогресс. Обычно твари вашего калибра только рычат и плюются кислотой. И даже знаешь меня, я польщен.

— Я Н’зот, страж порога, — продолжило существо. — Я наслышан о тебе. Ты уничтожил Риверса Монтильяра, апостола моего хозяина, и разрушил кристалл связи с Великим Азатотом.

— Я догадался, что вы из одной компании, — усмехнулся я. — Ну знаешь, было не сложно. Щупальца, безумие, полное отсутствие вкуса в интерьере.

Н’зот зашевелился, его щупальца извивались в каком-то подобии злости.

— Ты не понимаешь, с чем связался, смертный. Эти врата — путь для Спящих. Когда накопится достаточно энергии, Азатот придет в ваш мир. И тогда реальность, какой вы ее знаете, перестанет существовать.

— Энергии? — я оглядел ядра на алтаре. — Дай угадаю. Охотники гибнут в Разломе, их жизненная сила превращается в эти ядра, а вы используете их как батарейки для открытия врат? Почему-то у вас всех одинаковые способы. И никакой изюминки и хоть капельки фантазии.

— Проницательно, — прошипел Н’зот. — Столетия мы собираем силу. Еще немного, и врата откроются полностью.

— Ну, знаешь, что говорят про планы и их исполнение, — я достал меч. — Всегда находится какой-нибудь мимо проходящий мечник, который все испортит и не заметит.

— Ты думаешь, что сможешь меня остановить? Я существую дольше, чем ты можешь представить! Я видел рождение и смерть империй! Я…

— Ты слишком много болтаешь, — перебил я, переходя в боевую стойку. — Давай уже закончим, а то я тут от скуки помру быстрее, чем от твоих щупалец.

Н’зот взревел, да так, что задрожал весь храм. Его щупальца взметнулись вверх, и пространство вокруг начало искажаться. Реальность трещала по швам, образуя разрывы, из которых лезли новые твари.

— Вот это уже интереснее, — признал я.

Первая атака пришла сверху. Массивное щупальце, толщиной с вагон метро, обрушилось на то место, где я стоял секунду назад. Удар был такой силы, что каменный пол превратился в крошево, а ударная волна разнесла ближайшие колонны.

Я уже был в воздухе, используя «Шаги по Небу». Стиль Буревестника заставил клинок потрескивать молниями, и я нанес рассекающий удар по щупальцу. Электричество прошло по плоти твари, заставив ее дернуться, но урон был минимальным.

— Придется постараться, — пробормотал я, уворачиваясь от еще трех щупалец.

Н’зот не просто атаковал, он манипулировал самим пространством. Там, где секунду назад был пол, вдруг оказывался потолок. Право становилось левом, верх — низом. Дезориентация была бы фатальной для обычного человека.

Хорошо, что я доверял не только базовому восприятию.

Перешел к Стилю Рассекающей Горы. Мощь, сконцентрированная в одной точке. Следующий удар прошел через два щупальца, отсекая их начисто. Черная кровь, если это можно было назвать кровью, брызнула фонтаном, шипя и дымясь при контакте с воздухом.

— НАГЛЕЦ! — взревел Н’зот, и его искаженное лицо исказилось еще больше.

Из разрывов в пространстве полезли новые твари. Но не простые, точные копии тех монстров, которых я убил по пути сюда. Они материализовались десятками, сотнями, заполняя зал.

— Армия? — я покачал головой. — У меня был знакомый, который предпочитал количество качеству. Но знаешь что? Он умер.

Стойка Домена Железного Тирана. Редко используемая техника, требующая огромной скорости и выносливости. Но против толпы — самое то. Ну и, в конце концов, зря я, что ли, в мире демонов отрабатывал столько техник и стоек, чтобы их потом не использовать?

Я начал вращаться. Сначала медленно, потом быстрее. Меч двигался так быстро, что превратился в серебряный кокон вокруг меня. Каждый удар порождал десятки рассекающих волн, расходящихся во все стороны.

Купол смерти диаметром в десять метров. Все, что попадало внутрь, превращалось в фарш за доли секунды. Твари лезли и гибли, лезли и гибли. Пол покрылся слоем черной крови.

Н’зот взревел и ударил всеми оставшимися щупальцами одновременно. Удар пришелся прямо по куполу, и сила была такова, что меня отбросило к стене. Я врезался в камень, оставив вмятину.

— Неплохо, — признал я, выбираясь из дыры и отряхивая каменную крошку с плаща. — Давно меня так не били.

— Ты… как может быть простой человек таким крепким? — в голосе Н’зота впервые прозвучала неуверенность.

— А смерть того глазастого в Глубинах и Апостола тебя ничему не научила? — пожал я плечами. — Я тот, кто очень, очень устал от всяких тварей, лезущих в мой мир. Вам здесь не рады, неужели непонятно?

Пора заканчивать этот цирк. Я сменил стойку.

Клинок засветился, но в этот раз не каким-либо элементом. Чистая духовная энергия. Воля, закаленная в горниле бесконечной войны.

— Нет… — прошептал Н’зот, и в его сотне глаз читался первобытный ужас. — Эта сила… Ты не человек!

— О, я человек, — поправил я. — Просто очень старый и очень злой на всяких вторженцев.

Я атаковал. Один удар, но какой. Клинок прошел через пространство, игнорируя законы физики. Духовная энергия врезалась в Н’зота, атакуя не его тело, а саму сущность.

Страж порога взвыл. Это был звук чистой агонии, способный свести с ума любого, кто его услышит. Его тело начало распадаться — не физически, а концептуально. Щупальца растворялись в воздухе, глаза гасли один за другим.

— Это… невозможно… — прохрипел он. — Азатот… отомстит…

— Передай ему привет, — сказал я и нанес финальный удар.

Мощный пинок, не только физической силой, но и выбросом внутренней энергии. Н’зот, уже наполовину растворившийся, полетел назад, прямо в щель между вратами. Его массивное тело втиснулось обратно, и древние створки начали закрываться.

Скрежет камня по камню. Вспышка зеленого света. И врата захлопнулись с оглушительным грохотом.

Печати на них вспыхнули, восстанавливаясь и усиливаясь. Руны засветились ярче, формируя новые узоры. Что бы ни находилось по ту сторону, теперь оно было заперто. Надолго.

— Ну, вот и славно, — выдохнул я, убирая меч в ножны.

Подошел к алтарю и начал собирать ядра. Пятьдесят три штуки разного размера и мощности. Хватило бы на снаряжение небольшой армии. Или на то, чтобы озолотить «Последний Предел» и подняться выше в этом их рейтинге. Не то чтобы мне было дело, но какой-то азарт присутствовал. Приятно, когда твоя строчка стоит на самой вершине.

Запихнув все ядра в пространственный карман плаща, я огляделся. Без поддержки Н’зота храм начал рушиться. Потолок трескался, колонны падали.

Но когда я уже собирался уходить, взгляд зацепился за едва заметные символы на самих вратах. Среди древних рун и печатей, среди всей этой чужеродной символики, я увидел знакомый узор. Мое сердце пропустило удар и я сделал шаг ближе.

Переплетение семи кругов с центральной звездой — личная печать Аркариуса. Та самая, которую он ставил на всех своих серьезных работах. Но эта была… изменена. К привычному узору добавились дополнительные линии, формирующие сложную структуру сдерживания.

— Арк… — прошептал я, проводя пальцами по древним символам. — Ты был здесь.

Теперь многое становилось понятным. Почему врата были лишь приоткрыты, а не распахнуты настежь. Почему для их полного открытия требовалось столько энергии. Аркариус был здесь. Нашел эти врата и наложил на них сдерживающие печати. Не смог уничтожить полностью — для этого не хватило сил даже ему. Но смог ослабить, замедлить процесс, позволил мне завершить этот процесс.

Очередной кусок камня обрушился с потолка, едва не задев меня.

— Пора валить, — решил я, но мысли продолжали крутиться вокруг увиденного.

Мой старый друг продолжал защищать этот мир даже спустя столетия после своей смерти. И судя по всему, он знал об угрозе богов намного больше, чем я знаю сейчас.

Обратный путь оказался на удивление легким. Твари исчезли, органические наросты высохли и осыпались, превращаясь в пыль. Разлом умирал, лишенный источника силы.

Подъем занял много времени. Пришлось карабкаться по отвесным стенам, прыгать с уступа на уступ. «Шаги по Небу» здорово помогали, но к концу ноги гудели от напряжения.

Когда я наконец вылез из Бездны, солнце уже клонилось к закату. У края пропасти собралась целая толпа, но судя по их лицам, меня не ждали.

Первым меня заметил Леон.

— Дарион! — заорал он так, что эхо прокатилось по амфитеатру. — А я что говорил, он жив!

Все головы повернулись ко мне. Конрад Синкроф застыл с приоткрытым ртом. Аурелия Мерсер уронила бокал с вином. Даже невозмутимый Александр Войд выглядел потрясенным.

— Привет, — помахал я рукой. — Надеюсь, венок с гробом не заказали, а то придется возвращать. Да и не люблю я пышные мероприятия.

— Дарион! — Кайден подбежал ко мне, чуть не плача. — Ты был там шесть часов! Шесть! Никто не продержался в Бездне больше двух!

— Да ладно, там вполне неплохо, — пожал я плечами. — Правда, дизайн интерьера хромает. Я бы нанял бригаду для ремонта.

— Что было внутри? Как далеко тебе удалось пройти? Ты видел… — Конрад подошел ближе, но слова застряли у него в горле.

Все из-за того, что позади меня Бездна начала… схлопываться. Зеленоватое свечение померкло, края пропасти задрожали и начали сближаться. Древний Разлом, существовавший столетиями, закрывался.

— Что… как… — Конрад не мог подобрать слов.

— А, это, — я обернулся, наблюдая за умирающим Разломом. — Пришлось прибить местного Босса или кто там был за него. Здоровенная тварюга с щупальцами, называл себя Н’зотом. Охранял какие-то врата. Я его обратно за эти врата и запнул. Теперь они закрыты, а без них Разлом существовать, по-видимому, не может.

— Ты… закрыл Бездну? — прошептал Конрад. — Разлом, который мы не могли закрыть поколениями?

— Ну, вообще-то, стоило это сделать раньше, — заметил я. — Там внизу копилась энергия для открытия портала. Еще лет пять-десять, и оттуда полезло бы такое, что ваш Верхний Доминус показался бы песчаным замком перед огромной морской волной.

Мертвая тишина. Все смотрели на меня так, будто я сказал, что небо вот-вот упадет.

— Какого портала? — наконец выдавил Конрад.

— Портала для существ из-за грани реальности. Знаете, щупальцеголовые твари, которые считают, что люди — это закуска. Был у них план вторжения, но я его немного подкорректировал. Точнее, полностью разрушил.

К Конраду подбежал человек. Худенький, в круглых очках, он держал огромную папку за пазухой, но казалось, что для него она весит куда больше, чем он мог бы в принципе поднять.

— Господин Синкроф! — запыхавшийся мужчина выглядел так, будто пробежал марафон. — Катастрофа! С закрытием Разлома мы теряем огромный источник магических ядер! Финансовые потери составят…

— Молчать, — отрезал Конрад, не отрывая взгляда от меня. — Господин Торн только что спас не только наш клан, но и, возможно, весь континент. Деньги — это последнее, о чем стоит думать.

Он помолчал, затем добавил тише.

— К тому же, я наконец убедился в своих подозрениях.

Взгляд главы клана Синкроф стал странным. Будто бы он отгадал какую-то сложную загадку, но ничего не сказал, только глубоко кивнул.

— Благодарю вас, господин Торн. От имени всего клана Синкроф.

Остальные последовали его примеру. Даже гордая Аурелия Мерсер кивнула.

— Эй-эй, — махнул я рукой. — Без церемоний. Я просто делал свою работу.

— Кстати о работе, — Аурелия подошла ко мне с документами. — Пришло время официально оформить вашу победу.

Она развернула свиток с кучей печатей и подписей.

— Именем Совета Двенадцати, я, Аурелия Мерсер, подтверждаю право организации «Последний Предел» на владение поместьем в центральном круге Верхнего Доминуса. Также всем членам организации выдается право свободного перемещения по Верхнему Доминусу без ограничений.

— Мы… мы, действительно, теперь часть Верхнего Доминуса? — тяжело сглотнул Кайден.

— Более того, — добавил Конрад, — клан Роуэн уже освободил поместье. Все прошло достаточно быстро.

Каэлен Роуэн, стоявший в стороне, только горько усмехнулся, судя по всему, он быстро принял свое поражение, и отдал приказ сразу как вышел. Как быстро меняются люди, стоит лишь спасти их жизни. Впрочем, я изначально не видел в членах этого клана своих противников.

— Мы проиграли честно, Торн. И я… благодарен за спасение. Без тебя мы бы не вышли из Разлома живыми.

— Не за что, — кивнул я. — В следующий раз просто не лезьте в драку, которую не можете выиграть.

После всех формальностей я, Леон, Хлоя и Кайден сели в тот же черный автомобиль, который привез нас сюда.

— Не могу поверить, — бормотал Кайден всю дорогу. — Верхний Доминус… Официальное признание… Поместье… Я и мечтать о таком не мог, когда создавал организацию.

— Ты еще раз двадцать это повторишь или можно уже расслабиться? — спросила Хлоя.

— Я буду повторять это столько, сколько захочу! — огрызнулся Кайден. — Это исторический момент!

— Исторический момент был, когда Дарион закрыл Разлом, что был открытым столько же, сколько существует Империя, — заметил Леон. — Кстати, ты, правда, пинком отправил Босса Разлома обратно за врата?

— Ну, технически да, — кивнул я, — но перед этим пришлось его немного размягчить. Он был крепкий, зараза. Не пролазил в щель, пришлось утрамбовать.

— Немного размягчить, — фыркнула Хлоя. — Ты закрыл Разлом, который существовал столетиями!

Машина свернула в широкие ворота, и мы въехали на территорию нашего нового владения.

Первое, что бросилось в глаза — простор. После тесного здания в среднем городе это было как глоток свежего воздуха. Огромная территория, обнесенная высокой оградой. Ухоженные газоны, фонтаны, даже небольшой сад с экзотическими деревьями.

— Ого, — присвистнул Леон.

Особняк был великолепен. Не в том вычурном стиле, который любили местные аристократы, а в строгой, современной элегантности. Четыре этажа стекла и белого камня, огромные панорамные окна, террасы на каждом уровне. Архитектура сочетала классику и что-то современное. Колонны соседствовали с минималистичными линиями, а традиционная черепичная крыша венчала ультрасовременный фасад.

— Тут можно разместить всю головную организацию, — выдохнул Кайден, выходя из машины. — И еще место останется!

— Смотрите, бассейн! — Хлоя указала на заднюю часть территории. — И теннисный корт! И… это площадка для тренировок? Дарион, ну ты хоть в гости меня зови иногда.

Действительно, за основным зданием располагался целый комплекс. Открытая тренировочная площадка с различными снарядами, крытый павильон для спаррингов, даже небольшой тир.

— А это что? — Леон подошел к отдельно стоящему зданию.

— Похоже на гостевой дом, — предположил Кайден. — Или помещение для прислуги. Хотя нет, слишком большое… Это целый флигель! Тут можно организовать мастерские!

Мы вошли в главное здание. Внутри было еще круче, чем снаружи. Огромный холл с мраморным полом и хрустальной люстрой. Широкая лестница вела на верхние этажи. Направо — гостиная размером с этаж нашего старого здания. Налево — столовая, где можно было устроить банкет на сотню человек.

— Кухня! — воскликнул Кайден, заглядывая в следующую дверь. — Промышленная кухня!

Мы бродили по особняку как дети в кондитерской. Десятки комнат, каждая обставлена со вкусом. Кабинеты, спальни, залы для совещаний. На верхнем этаже — целое крыло с панорамными окнами и выходом на крышу.

В подвале обнаружилось еще больше интересного. Винный погреб, заставленный бутылками, которые стоили больше, чем годовая зарплата обычного человека. Оружейная с пустыми стойками, готовая принять наш арсенал.

— Роуэны знали толк в жизни, — признал Кайден. — Хотя странно, что они так быстро съехали и оставили нам кучу всего интересного.

— Не странно, — покачал я головой, прекрасно все понимая. — Старик Роуэн — воин старой закалки. Он признал поражение и не стал цепляться за потерянное. Это достойно уважения. Он не такой плохой мужик, как показалось сперва. Просто эмоциональный.

— Кстати, — спохватился Кайден, — нужно сообщить остальным! Основная база теперь будет здесь! А в среднем городе у нас будет что-то вроде филиала. Не всех же пропустят сюда, да и смысла нет продавать прошлое здание.

Мы вышли в сад. Солнце уже почти село, окрашивая небо в багровые тона. Особняк подсвечивался мягким светом, выглядя еще более впечатляюще.

— Знаете, — сказал Кайден, оглядывая наше новое владение, — еще утром мы были просто организацией из среднего города. А теперь…

— А теперь мы организация из Верхнего Доминуса, — закончил я. — С теми же проблемами, только в более дорогом интерьере. Не драматизируй.

— Вечно ты все портишь, — фыркнул Кайден, но улыбался.

— Это мой талант, — согласился я.

Ветер шелестел листьями деревьев. Где-то вдалеке слышался шум города — Верхний Доминус никогда не спал. Но здесь, в нашем новом доме, было тихо и спокойно.

Надолго ли?

Глава 8

Новые лица старого города

Утро в Верхнем Доминусе встретило меня идеально чистыми улицами и ароматом свежесваренного кофе из ближайшей кофейни. Пахла эта хрень прекрасно, на вкус же мне абсолютно не нравилась.

Прошла неделя с нашего переезда, и надо признать, обживались мы довольно быстро. Ария со всей своей мастерской перебралась сюда в первый же день, заняв весь флигель и превратив его в настоящую кузню высшего класса. Селина тоже переехала без лишних вопросов — для нее работа была важнее места. Кайден, естественно, был тут с самого начала, метался по особняку как ребенок в кондитерской. Леон напросился сам, сказав что-то про уникальную возможность тренироваться с лучшими.

Заре я тоже предложил переехать, но она отказалась с легкой усмешкой на лице.

— Мне нравится мой район, — сказала она тогда. — Но обещаю заглядывать в гости. Особенно, если будет повод устроить жаркую вечеринку.

Хлою же пришлось буквально выталкивать из дома. Надоедливая девчонка умудрилась притащить три чемодана вещей и заявить, что член команды должен быть рядом. Пришлось напомнить ей, что у нее есть собственный клан и обязанности.

— У меня тут дел по горло! — возмущалась она, пока я выставлял ее за дверь. — И вообще, это дискриминация!

— Это здравый смысл, — ответил я и захлопнул дверь перед ее носом.

Вместе с основным костяком переехали несколько А-ранговых Охотников, те, кого Кайден считал самыми перспективными. Остальных он планировал вербовать уже здесь, среди местной элиты.

К вечеру я решил прогуляться по городу, чтобы изучить новую территорию. Верхний Доминус оказался совершенно иным миром. Если средний город был похож на обычный мегаполис с его суетой, шумом и хаосом, то здесь царила почти стерильная упорядоченность. Да уж, подумать только. Обычный мегаполис. Как быстро я привык к новому миру.

Летающие платформы скользили между зданиями бесшумно, как призраки. Небоскребы уходили в облака, их фасады из черного стекла и белого мрамора отражали закатное солнце. Парки с фонтанами, где вода текла вверх, бросая вызов гравитации. Даже воздух казался другим — чище, прозрачнее, будто пропущенный через невидимые фильтры.

Но больше всего меня заинтересовали Охотники. Они выходили из закрывающихся Разломов прямо посреди площадей, где были оборудованы специальные платформы работниками Гильдии. Видимо, здесь это было обычным делом. И выглядели они совершенно иначе, чем те, кто жил в среднем городе.

Команда S-рангов вышла из фиолетового Разлома, едва запыхавшись. Их снаряжение сверкало руническими узорами, явно работа мастеров высшего класса. Броня без единой царапины, оружие, излучающее мощь, артефакты на каждом пальце. И самое главное, ни одного серьезного ранения. Пара ссадин, максимум.

— Неплохая разминка, — услышал я, как говорит их лидер, мужчина лет сорока с седыми висками. — Босс оказался слабее, чем ожидалось.

Я нахмурился. Охотники из Последнего Предела возвращались из А-ранговых Разломов в куда худшем состоянии. Здесь, в Верхнем Доминусе, Охотники имели доступ к таким ресурсам, о которых в среднем городе могли только мечтать.

— Нужно будет поговорить с Арией, — пробормотал я себе под нос. — Пусть посмотрит, что можно улучшить в экипировке для наших ребят.

Блуждая по городу, я забрел в район, где располагались отдельно от других построек тренировочные комплексы. Огромные здания, предназначенные исключительно для оттачивания боевых навыков. Шагами по Небу я забрался на одну из высоток, чтобы осмотреться, и приметил на крыше одного из зданий знакомую фигуру.

Стрелковый полигон внизу был полностью выкуплен на вечер. Об этом гласила светящаяся табличка у входа. А на самом полигоне тренировалась Брина Синкроф. Золотистые волосы развевались, когда она натягивала тетиву своего светового лука.

Я шагнул с крыши и несколькими затяжными прыжками оказался у входа на полигон. Охрана, два крепких парня в форме клана Синкроф, напряглись при моем появлении, но Брина жестом остановила их.

— Господин Торн, — сказала она, опуская лук, — не ожидала увидеть тебя здесь.

— Просто гулял, — пожал я плечами. — Изучаю город. Впечатляющий полигон. И недешевый, судя по всему. Выкупить его полностью на целый вечер…

— Преимущества принадлежности к одному из Двенадцати верховных кланов, — ответила девушка с легкой улыбкой. — Хотя для нашего клана это мелочь. Хочешь попробовать?

Я оглядел мишени. Подвижные голограммы монстров, статичные цели на разных дистанциях, даже имитация летающих врагов.

— Я не лучник, — честно признался я. — Предпочитаю меч. Даже метательные клинки не использую. Лишние движения мне ни к чему.

— Но ты наверняка знаешь технику? — в ее глазах появился интерес. — Раз знал Селестину и Лилиану лично.

— О, так ты мне поверила? — усмехнулся я.

— Сначала — нет, — призналась Брина, снова поднимая лук. — Но потом я проверила архивы. То, что ты знаешь… это не в публичных источниках. Даже не в закрытых библиотеках. Только в семейных записях основной ветви. Да и то, фрагментарно.

Она выпустила стрелу. Золотая молния пронзила сразу три голограммы, рикошетом отскочила от специального барьера и поразила четвертую.

— Неплохо, — кивнул я, — но Селестина делала это изящнее. Меньше силы, больше точности.

Брина опустила лук и повернулась ко мне.

— Расскажите о них. О настоящих близнецах Синкроф. Не о легенде из архивов, а о живых людях. Если это возможно, конечно, — добавила девушка по конец.

Я прислонился к ограждению, глядя в вечернее небо.

— Селестина была… противоречивой. С одной стороны — идеальная воительница, способная попасть стрелой в глаз белке с километра. С другой… более упертого человека я не встречал. Если бы она узнала, что я зашел в портал, жертвуя собой, раньше, чем я это сделал, думаю, она бы прострелила мне колени, чтобы я не смог этого сделать.

Брина рассмеялась.

— А Лилиана… один из лучших магов, после Аркариуса, конечно. Хотя, скорее, у них просто разный спектр знаний был, но тем не менее.

— В наших архивах говорится, что в роду всегда правили женщины, — сказала Брина, снова натягивая лук. — Традиция, идущая от основательниц. Матриархат в чистом виде.

— Логично, — кивнул я. — Сестры не терпели, когда мужчины пытались ими командовать. Помню, как один генерал одного королевства, которое не дожило до этих времен, попытался отдать им приказ… Селестина пригвоздила его стрелой к стене. Не ранила, просто прибила к стене за плащ и оставила висеть, пока он не извинился.

— Жаль, что традиция прервалась, — в голосе Брины появилась горечь. — Мой отец — первый мужчина-глава за всю историю клана. У него не было сестер, и совет старейшин сделал исключение.

— И теперь он хочет передать власть твоему брату? — догадался я.

Брина выпустила стрелу с такой силой, что мишень не просто пробило — ее разнесло в щепки.

— Брендон… у него нездоровые представления о будущем клана. Он считает, что мы должны расширяться любой ценой. Поглощать мелкие кланы, устранять конкурентов. Он называет это эволюцией, но, по сути, это обычная жажда власти.

— И ты не хочешь следовать его идеалам?

— Он мой брат, — вздохнула она, — но его методы… Он подослал ко мне шпионов. Следит за каждым моим шагом. Боится, что я попытаюсь оспорить его право на наследование.

— А попытаешься? — прямо спросил я.

— Не знаю, — честно ответила Брина. — Я люблю клан, но не уверена, что готова к такой борьбе. Не хочу я власти, но, и чтобы клан превратился в то, что видит он — я тоже не хочу.

— Селестина на твоем месте не сомневалась бы, — заметил я. — Она просто взяла бы то, что принадлежит ей по праву. Правда, методы у нее были специфические. Обычно включали много стрел и пару громких взрывов в качестве аргументов.

Брина снова рассмеялась, и на этот раз искренне.

— Покажи что-нибудь, — попросила она. — Любую технику, которую знала Селестина.

Я задумался, потом взял обычный тренировочный лук со стойки. Простое оружие, без магии и усилений. Натянул тетиву, прицелился в самую дальнюю мишень. Не пробовал эту штуку очень много лет. Но тело должно помнить.

— Селестина говорила, что стрела — это продолжение воли. Не нужно целиться глазами. Нужно просто знать, где окажется цель.

Я выбрал одну из целей, что витала в воздухе по дерганой замысловатой траектории. Беспорядочно, без каких-либо повторов. Я выдохнул, и, будто не целясь, резко натянул тетиву и выстрелил. Через секунду раздался звук попадания.

— Бред какой-то, — пробормотала Брина, подскочив ближе к границе стрелковой зоны, как только устройство в центре голограммы упало, пронзенное стрелой. — Вы даже не смотрели!

— Секрет в том, чтобы выпустить стрелу до того, как прицелишься, — пояснил я. — Звучит бессмысленно, но Селестина могла попадать в цели, которые еще не появились. Стреляла в пустоту, а через секунду там оказывался враг.

— Предвидение?

— Нет, — покачал я головой. — Навязывание своей воли реальности или что-то вроде того. Если ты достаточно уверен, что стрела попадет в цель, реальность подстроится. Но для этого нужна абсолютная вера в свои силы. И, конечно, полный контроль окружения. Любое дуновение ветра, любой выдох противника. По таким целям я, конечно, могу выстрелить, знаю основы, но в бою владеть луком, как она, выйдет разве что… у прямой наследницы.

Брина попробовала повторить. Выпустила стрелу вслепую — промах. Еще раз — снова мимо.

— Ты слишком много думаешь, пытаешься предугадать, — сказал я. — Селестина никогда не думала во время стрельбы. Это должно быть интуитивно.

— Легко сказать…

— А кто говорил, что будет легко? — весело усмехнулся я. — На освоение этой техники у самой Селестины ушло десять лет. И это притом, что она была гением лука с рождения.

Мы таким образом тренировались еще час. Брина оказалась способной ученицей — к концу она смогла попасть вслепую в неподвижную мишень. Прогресс впечатляющий, учитывая сложность техники.

— Это правда, — внезапно сказала она, вытирая пот со лба, — что ты бился с демонами? Тысячу лет назад?

— Да, — просто ответил я. — Великий Поход. Закрытие порталов. Все это было.

— Но как…

— Выжил? Долгая история. Скажем так — я застрял в мире демонов на очень долгое время. Сто лет сражений без передышки. А потом каким-то чудом вернулся. И обнаружил, что мир изменился до неузнаваемости.

Брина смотрела на меня с сомнением, но в ее глазах читалось и что-то еще. Она сопоставляла факты. Мои знания о техниках, которые никто не должен знать. Силу, превосходящую все разумные пределы. Манеру поведения человека из другой эпохи. Девушка верила мне, но как будто не до конца.

— Если это правда… — медленно сказала она, — то ты — живая легенда.

— Я просто усталый мечник, который хочет спокойной жизни, — поправил я. — Легенды — это для книжек и песен. А я предпочитаю оставаться в тени.

— С такими подвигами? — фыркнула она. — Удачи в этом.

Мы попрощались у выхода с полигона. Брина пообещала тренироваться дальше, а я отправился обратно в особняк. Уже подходя к воротам, услышал голос Кайдена.

— … и представляете, прибыль за неделю составила три миллиона! Три! Это больше, чем мы зарабатывали за квартал в среднем городе!

* * *

Поздняя ночь застала меня в гостиной нашего особняка. Я развалился на диване перед огромным телевизором. Тень дремал у моих ног, периодически поглядывая одним глазом, в надежде, что ему перепадет что-нибудь вкусное из того, что я набрал к просмотру.

На экране как раз начинался новый сериал. «Вернувшийся Мечник» — так они это назвали. Я усмехнулся. Прошло всего пару месяцев, а они уже сняли целый сериал. Быстро работают. С другой стороны, за это же кто-то платит, а значит, интерес есть.

Заставка была пафосной до невозможности. Эпическая музыка, кадры разрушенного города, героическая поза главного героя на фоне заката.

Далее началась первая серия. Камера медленно показывала мрачный замок на фоне кроваво-красного неба. Драматичная музыка нарастала с каждой секундой.

— Сто лет… сто проклятых лет я блуждал в аду… — вещал закадровый голос.

Джин Сон в развевающемся черном плаще стоял перед массивными вратами. На его лице застыло выражение благородного страдания.

— Андромалиус! — воскликнул он, воздев меч к небу. — Твой час пробил! Я, Дарион Торн, последний защитник человечества, пришел покончить с твоей тиранией!

Он эффектно замахнулся и ударил по дверям ногой. Камера показала это в замедленной съемке с трех ракурсов. Врата величественно распахнулись.

Я нахмурился. А что, неплохо. Не так пафосно, но примерно так оно и было. Хотя то, что я увидел дальше, заставило меня поморщиться.

В тронном зале демон восседал на троне из черепов. Явно нарисованный демон выглядел… скажем так, не очень убедительно.

— Дарион Торн! — прогремел он. — Я ждал тебя! Ты убил моих братьев и сестер, и я не прощу тебе этого, сегодня ты умрешь!

— Нет, демон! — Джин Сон принял героическую позу. — Сила любви и надежды человечества течет в моих венах!

Началась эпическая битва. Джин размахивал мечом, делая сальто и пируэты. Демон стрелял молниями из глаз. Они сражались минут пятнадцать, разрушая колонны.

Я усмехнулся. В реальности я просто сместился на полшага, пропустив его атаку, и пробил сердце одним точным ударом. Десять секунд, не больше. И уж точно без акробатики.

— Это… за Селестину! — кричал Джин, нанося удар. — За Эддарда! За всех павших героев!

Демон театрально упал на колени.

— Невозможно… как простой человек…

— Потому что в моем сердце живет надежда!

Я поморщился. Какая еще надежда? Я просто хотел домой после ста лет резни.

На экране герой собирал кровь в хрустальный фиал, по его щеке катилась слеза.

— Наконец-то… я смогу вернуться домой… К тебе, моя любовь…

— Да какая к черту любовь, — пробормотал я. — Я даже имена демонов не запоминал, не то что романы крутить.

Хотя надо признать — Джин неплохо владел мечом. Движения театральные, но базовая техника просматривалась. Мой урок не прошел даром. И в черном плаще он смотрелся… почти как я. Если не считать излишней драматичности.

Тень поднял голову и недовольно фыркнул на экран, словно тоже оценил уровень вранья.

— Согласен, приятель, — почесал я его за ухом. — Полная чушь. Но чушь интересная.

Я выключил телевизор и откинулся на диване. Странное чувство — видеть искаженную версию собственной жизни. Но люди будут смотреть это и думать, что знают меня.

— Ладно, — вздохнул я, — пусть развлекаются. Тем более процент от прибыли идет «Последнему Пределу».

Встав с дивана, я потянулся и направился на кухню выбросить мусор. И тут услышал едва различимый скрип половицы на втором этаже. Кто-то крался по коридору, стараясь не шуметь, но мой тренированный слух мог уловить и не такое.

Мягко, беззвучно я двинулся по лестнице вверх. Тень хотел было последовать за мной, но я жестом приказал ему оставаться на месте. На втором этаже было темно, только лунный свет проникал через окна.

Фигура в черном проскользнула в кабинет Кайдена. Невысокая, гибкая, двигалась с грацией профессионального вора. Или воровки, судя по силуэту.

Я бесшумно подошел к двери кабинета и заглянул внутрь. Девушка в черной маске и обтягивающем костюме сидела перед сейфом Кайдена и возилась с замком. Благо мой товарищ благородных кровей не скупился на защите, и чтобы вскрыть его, действительно, необходимо было приложить недюжинные усилия.

Профессиональные инструменты, уверенные движения, для воришки это явно не первый раз.

— Не стоило этого делать, — сказал я спокойно.

Реакция была мгновенной. Девушка подскочила, развернулась и метнула в меня три кинжала одним движением. Я отклонил голову влево, и все три пролетели мимо, вонзившись в дверной косяк.

Она не стала ждать. Рванула к окну, но я оказался быстрее. Схватил за капюшон и дернул назад. Девушка извернулась, как кошка, попыталась ударить меня ногой в голову. Неплохая техника, и гибкость что надо. Хоть в калач сворачивай.

Я перехватил ее ногу, но вместо того, чтобы сразу приложить об пол, решил немного развлечься. Воровка оказалась гибкой, извернулась в воздухе как змея, второй ногой целя мне в висок. Неплохо. Я отклонил голову ровно настолько, чтобы удар прошел мимо, чувствуя, как воздух свистнул у самого уха.

— Хорошая растяжка, — прокомментировал я, все еще удерживая ее ногу. — Гимнастика или боевые искусства?

Она не ответила, вместо этого выхватила из-за пояса еще два кинжала. Метнула их с такой скоростью, что обычный человек не успел бы среагировать. Я просто повернул запястье, и девушка в моей хватке развернулась как волчок, уводя собственные кинжалы от цели. Лезвия пролетели там, где секунду назад была моя голова.

— И то, и другое, значит, — кивнул я сам себе. — Какая-то школа убийц, надо полагать? Вас там неплохо учат. Правда, слишком полагаешься на скорость и внезапность. А что, если противник быстрее?

Чтобы продемонстрировать, я отпустил ее ногу и исчез из поля зрения. Появился за спиной раньше, чем она успела приземлиться. Легонько толкнул в плечо. Девушка полетела вперед, но умудрилась перекатиться и вскочить в боевую стойку — похвально быстро реагирует, так что мне захотелось еще развлечься.

Воровка обернулась, пытаясь найти меня взглядом, но я уже был слева. Помахал рукой. Она крутанулась с ударом, я оказался справа. И так три раза подряд, пока у нее не закружилась голова.

— Урок первый: всегда оценивай противника, прежде чем атаковать, — поучительным тоном сказал я, стоя прямо перед ней. — Ты ворвалась сюда, думая, что имеешь дело с обычными богатеями. Плохая разведка — путь к провалу.

Воровка тяжело дышала, но в глазах все еще горел боевой азарт. Сделала обманное движение влево, резко ушла вправо — неплохой финт.

Я решил заканчивать представление. Дождался очередной атаки, перехватил запястье с кинжалом, развернул воровку в воздухе и аккуратно приложил об пол. Не сильно, но достаточно, чтобы выбить воздух из легких. Пока она пыталась отдышаться, я ударил в точку на шее. Мгновенная потеря сознания.

Достав телефон, я набрал Кайдена — не мне же с нашей гостьей разбираться.

— Алло? Дарион? — сонный голос. — Что случилось? Сейчас же три часа ночи!

— Спускайся в свой кабинет. У нас гости.

— Что⁈

Через пять минут растрепанный Кайден в пижаме с утятами ворвался в кабинет. Я уже успел привязать воровку к стулу и ждал, когда она очнется.

— Кто это? — спросил Кайден, разглядывая незваную гостью.

— Уж точно не моя любовница. Сейчас узнаем.

Я снял с девушки капюшон и маску. Под ними оказалось миловидное лицо лет двадцати-двадцати пяти. Короткие черные волосы с фиолетовыми прядями, тонкие черты, небольшой шрам на левой брови. Даже без сознания она выглядела настороженной, словно привычка, выработанная годами опасной жизни.

Девушка пришла в себя через пару минут. Зеленые глаза распахнулись, метнулись по комнате, оценивая ситуацию. Попыталась дернуться, но веревки держали крепко.

— Доброе утро, — сказал я. — Хотя какое утро, еще ночь. Как тебя зовут?

Молчание.

— Не хочешь по-хорошему? — я достал меч и начал демонстративно точить лезвие. — Могу и по-плохому.

— Кассиопея, — выдавила она. — Касс Наварро.

— Прекрасно, Касс. Теперь расскажи, кто тебя прислал.

Она прикусила губу, явно раздумывая, стоит ли молчать. Я поднес меч к ее горлу — не касаясь, просто чтобы она почувствовала холод стали.

— Брендон Синкроф, — быстро выпалила она. — Он заплатил мне за информацию из вашего сейфа! Только за информацию, клянусь!

Кайден ахнул.

— Синкроф? Сын главы?

— Быстро ты раскололась, я думал, придется пытать. И что же именно он хотел? — спросил я.

— Документы о ваших сделках, список членов организации, финансовые отчеты. Все, что могло бы дать ему преимущество.

— И сколько он заплатил?

— Сто тысяч аванс, еще двести по выполнении.

— Неплохо, — кивнул я. — Что ж, можешь идти.

— Что⁈ — воскликнули Кайден и Касс одновременно. Видимо, девушка сама не верила в такой исход событий.

— Дарион, она же пыталась нас ограбить! — всплеснул руками парень.

— Она наемница, выполняла работу, — пожал я плечами, разрезая веревки. — К тому же не ее вина, что заказчик — идиот. Думает, что информация что-то изменит.

Касс растерянно смотрела на меня, потирая запястья.

— Вы… отпускаете меня?

— А что, хочешь остаться? — усмехнулся я. — Поверь, тебе не понравится. И да, если еще раз сунешься сюда, простым нокаутом не отделаешься. Понятно?

— Кристально, — кивнула она и бросилась к окну.

— Дверью можешь воспользоваться, — крикнул я ей вслед. — Мы не звери!

Но она уже исчезла в ночи.

* * *

Следующим утром я проснулся от того, что кто-то находился в моей комнате. Не угроза, я бы почувствовал враждебность. Просто присутствие.

Открыв глаза, я увидел Кассиопею в простой одежде — джинсы и футболка вместо воровского костюма. В руках она держала поднос с чаем и бутербродами. Повезло еще, что Тень где-то гуляет, он бы отгрыз ей ноги еще до того, как я успел проснуться.

— Какого черта ты тут забыла? — спросил я, садясь в кровати и было уже потянувшись к мечу. — Я же предупреждал.

Она поставила поднос на тумбочку и подняла руки.

— Ничего плохого! Просто… — она сделала глубокий вдох, упала на колени и склонилась в поклоне. — МАСТЕР, ПРОШУ, ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ В УЧЕНИЦЫ!

Я моргнул. Потом еще раз, пытаясь понять, проснулся ли я окончательно.

— С чего это вдруг? — спросил я.

— Я одна из лучших выпускниц Школы Теней! — выпалила она, не поднимая головы. — За пять лет работы меня ни разу не поймали! Я могла проникнуть куда угодно, украсть что угодно! А вы… вы поймали меня как котенка! Мне нужно учиться! Мне нужен настоящий мастер!

— Школа Теней? — переспросил я. — Это что, типа академии для воров?

— Для ассасинов, — поправила она. — Но я не убиваю. Только кражи и разведка. Убивать… это не мое. Я… вида крови боюсь, — тихо прошептала девушка, но я все равно услышал.

Где-то я это уже слышал. Очень давно. Настолько, что впору уже и забыть.

— И с чего ты взяла, что я возьму тебя в ученицы?

— Потому что я полезна! — она подняла голову, и в ее глазах горел огонь. — Я могу проникнуть куда угодно! Добыть любую информацию! И я готова учиться! Пожалуйста!

Я потер переносицу. Утро начиналось странно.

— Ладно, — сказал я наконец. — Вступишь в «Последний Предел». Там разберемся, на что ты годишься.

— Правда⁈ — ее лицо озарилось радостью. — Спасибо! Спасибо! Вы не пожалеете!

Она вскочила и бросилась к двери, но я схватил ее за руку.

— Бутерброд верни на поднос.

Касс побледнела и медленно достала из-за пазухи завернутый в салфетку бутерброд.

— Как вы…

— Я вижу все, — сказал я мрачно. — Сопрешь что-то еще — будет очень больно. Ясно?

— Я просто… он такой вкусно пахнущий… — она покраснела.

— Проголодалась?

— Немного…

— Бери поднос и ешь на кухне. И никакого воровства! Это главное правило.

— А если очень нужно будет? — она состроила невинные глазки. — Ну, для дела?

— Тогда спросишь разрешения.

— А если вы не разрешите? — похлопала она ресницами строя милейшую мордашку.

— Значит, не будешь воровать.

— Но это же моя профессия! — даже слегка возмутилась Касс.

— Была профессией. Теперь ты член «Последнего Предела». У нас другие правила.

Она насупилась, но кивнула. Взяла поднос и направилась к двери.

— И Касс? — окликнул я ее.

— Да?

— Добро пожаловать в команду.

Ее улыбка могла бы осветить всю комнату. Как некоторым людям мало надо для счастья.

* * *

Ближе к обеду я собирался просмотреть информацию по местным Разломам, чтобы проверить на прочность фауну верхнего города, как вдруг воздух в комнате стал плотнее, тяжелее. По коже пробежали мурашки — то самое ощущение, когда реальность готовится треснуть по швам.

Тень резко вскочил, его голова повернулась к стеклянным дверям, ведущим в сад. Низкий рык вырвался из его глотки, шерсть на загривке встала дыбом. В следующую секунду пес сорвался с места и помчался к выходу, яростно лая.

Я поднялся и последовал за ним. Выскочил на террасу и обнаружил, что там уже собрались Кайден, Ария и Селина. Все трое стояли у перил, не отрывая взгляда от центра сада.

Там, прямо над идеально подстриженным газоном, воздух искрился и дрожал. Пространство сгущалось, закручивалось воронкой, испуская слабое свечение. Я сразу узнал эти признаки — зарождение Разлома.

— Мы же только переехали! — взмолился Кайден, хватаясь за голову. — Неделя! Всего неделя прошла! НУ ПОЧЕМУ ЭТО ДОЛЖНО БЫЛО ПРОИЗОЙТИ⁈

Селина уже тыкала что-то в планшете, ее лицо становилось все мрачнее с каждой секундой.

— Это не очень хорошо, — пробормотала она, изучая показания. — Совсем нехорошо. Энергетический выброс… концентрация маны… беда-беда.

— Что? — спросила Ария, сжимая в руках молот, с которым выбежала из мастерской. Стоит признать, с ним наш мастер-кузнец приобрела довольно грозный вид.

— Судя по показаниям, — Селина подняла взгляд от планшета, — это Разлом не ниже S-ранга.

Я наблюдал, как искры становятся ярче, а воронка — глубже. Края начинающего формироваться Разлома уже светились ярко-фиолетовой дымкой. Красиво, надо признать. И определенно, опасно.

— Разлом с доставкой на дом, — усмехнулся я. — Что ж, Верхний Доминус нравится мне все больше. Не нужно даже никуда ехать.

— Ты в своем уме⁈ — Кайден повернулся ко мне. — S-ранговый Разлом прямо в нашем саду! Это катастрофа!

— Это вызов, — поправил я его. — Вызов, который дает нам неплохие шансы.

В этот момент искры усилились, вспыхнули ослепительно ярким светом. Когда свечение спало, в центре сада висел полностью сформированный Разлом. Овальный портал высотой метра в три, края которого пульсировали фиолетовым светом. Из глубины тянуло холодом и чем-то древним, опасным.

Дыра зависла в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси. Фиолетовая дымка расползалась от нее, окутывая ближайшие кусты и цветы. Те начинали увядать от одного прикосновения этой энергии.

— Ну вот, — вздохнул Кайден. — Только газон привели в порядок.

Глава 9

То что давно забыто…

Я уже потянулся за мечом, готовый нырнуть в фиолетовое свечение Разлома, когда Кайден крикнул так, что птицы на соседних деревьях сорвались с насеста. Тень рядом со мной тоже приготовился к прыжку. Все три головы материализовались, хвост вилял от предвкушения новой охоты.

— СТООООООЙ! — Кайден буквально повис на моей руке, цепляясь за меня, как утопающий за соломинку. — Ты что творишь⁈ Нельзя просто так взять и войти в Разлом!

— Почему? — искренне удивился я, останавливаясь. — Вон он, открылся. Удобно же, прямо в саду, даже никуда ехать не надо. Зашел, порубил монстров, вышел с добычей. Идеальная утренняя разминка.

— Утренняя разминка⁈ — Кайден побагровел. — Это же Верхний Доминус! Тут другие правила! Совсем другие! Нас вообще всего лишат, если мы что-то не так сделаем!

— И что не так в том, чтобы закрыть Разлом? — я нахмурился. — Вроде бы это наша работа. И территория тоже наша.

— О боги, — Кайден схватился за голову. — Селина! Селина, скажи ему!

Наш секретарь подошла ближе, держа планшет как щит.

— Господин Торн, в Верхнем Доминусе существует строгий протокол относительно Разломов, — начала она своим деловым тоном. — Сначала нужно зарегистрировать появление, потом дождаться оценки от Гильдии, получить разрешение на вход, заполнить страховые документы…

— Страховые документы? — я поднял бровь. — Для входа в Разлом? Что за чушь вы городите⁈

Нет, ну надо же додуматься развести еще бюрократию в таких вопросах. Бред какой-то. Я было хотел сделать шаг вперед, но глава выглядел слишком уж встревоженным. Вот кто все это придумал и зачем, называется?

— А если ты умрешь, кто будет платить за твои похороны? — всплеснул руками Кайден. — Это же Верхний Доминус! Тут даже смерть должна быть оформлена по правилам!

Я посмотрел на Тень, который разочарованно опустил все три головы.

— Прости, приятель. Похоже, охоту откладывают ради бумажной волокиты.

Пёс недовольно фыркнул и улегся на траву, демонстративно отвернувшись от всех. Я его понимал. Сделал бы так же, да статус не позволяет.

— Так, ладно, — Кайден достал телефон и начал лихорадочно что-то искать. — Нужно найти правила регистрации… Где же они… А, вот! «Протокол действий при спонтанном открытии Разлома на частной территории, параграф первый…»

Но договорить он не успел. К воротам нашего особняка подъехал целый кортеж черных лимузинов. Из первой машины вышли люди в строгих костюмах с эмблемой клана Мерсер на воротниках, из второй — техники с какими-то приборами, а из третьей…

Аурелия Мерсер вышла из машины так, будто сходила с красной дорожки. Платье цвета темного золота с вырезом, от которого у Кайдена отвисла челюсть, туфли на шпильках, которые каким-то чудом не проваливались в газон, и улыбка, способная растопить айсберг или заморозить вулкан. В зависимости от ее переменчивого настроения.

— Господин Торн, господин Ваярд, — она грациозно кивнула. — Надеюсь, я не помешала?

— Как вы узнали о Разломе? — выпалил Кайден, глядя на оборудование. — Он же только что открылся!

Аурелия улыбнулась той загадочной улыбкой, которая могла означать, что угодно.

— У Совета Двенадцати есть свои способы отслеживать аномалии, — уклончиво ответила она. — Особенно такие значительные, как эта.

Ее взгляд скользнул по фиолетовому Разлому, и я заметил, как на мгновение ее глаза вспыхнули золотым светом. Магия? Если так, то очень сильная, потому что даже я не прочувствовал до конца, в чем ее соль. Впрочем, у каждого свои секреты. Да и я как бы не маг, чтобы разбираться во всех нюансах.

— Я пришла предложить помощь, — продолжила Аурелия, обращаясь к Кайдену. — В конце концов, вы новички в Верхнем Доминусе и можете не знать всех… тонкостей.

— Помощь? — Кайден сглотнул. — От клана Мерсер?

— Конечно, если вы не против, — она повернулась к Кайдену с самой милой улыбкой. — Господин Ваярд, как официальный глава «Последнего Предела», позволите моим специалистам провести оценку Разлома? Это, разумеется, жест доброй воли с нашей стороны. Никаких обязательств, само собой.

Кайден растерянно посмотрел на меня. Я пожал плечами. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но иногда мышеловка сломана.

— Э… да, конечно, — кивнул он. — Мы будем признательны за помощь.

— Прекрасно! — Аурелия хлопнула в ладоши. — Джеральд, начинайте оценку!

Худощавый мужчина в очках учтиво поклонился и направился к Разлому со своей командой. Они начали устанавливать какие-то приборы, делать замеры, что-то записывать в планшеты.

— А пока мои люди работают, — Аурелия повернулась к нам, — может, угостите даму чаем? Долгая дорога, знаете ли.

— Конечно! — Кайден тут же засуетился при такой-то важной гостье. — Принесите чай! И те восточные сладости, что прислал клан Шу!

Через пять минут мы сидели на террасе. Аурелия, как и положено аристократке, грациозно держала чашку, Кайден нервничал, я лениво жевал какую-то приторно-сладкую штуку, а Тень выклянчивал у меня печенье, тыкаясь всеми тремя головами мне в колено.

— Превосходный чай, — заметила Аурелия. — Это же «Лунная роса» из садов клана Шу? Очень редкий сорт.

— Да, — кивнул Кайден с гордостью. — Личный подарок от Шу Вэймина.

— Впечатляет, — в голосе Аурелии появились новые нотки. — Ваши связи с Восточной Империей крепнут, как я вижу. Даже Совет Двенадцати не может просто так заказать этот сорт.

— У нас эксклюзивный контракт, — Кайден явно наслаждался возможностью похвастаться. — После того, как Дарион спас их наследника и очистил остров Лунного Дракона.

— За три дня, — добавила Аурелия, глядя на меня. — Я наслышана. Весьма впечатляющий результат. Особенно учитывая, что клан Шу бился с этой проблемой несколько лет. Без особого успеха.

— Там был слабый дракон, — пожал я плечами. — И глупый. Полез в ближний бой, хотя мог атаковать с воздуха. Вообще не понимаю, почему их так боятся. Большие ящерицы с комплексом величия.

Аурелия прикрыла рот рукой, сдерживая смех.

— Большинство Охотников считают драконов божественными существами.

— Большинство Охотников не били драконов по морде черенком от лопаты, — парировал я.

— Черенком от лопаты? — Кайден поперхнулся чаем.

— Длинная история. Было это еще… давно. Молодой был, горячий. Дракон села разорял, а меча под рукой не оказалось. Пришлось импровизировать. Правда, это был и не совсем дракон, виверна, скорее, но это уже частности, — отмахнулся я.

— Итак, — Аурелия плавно сменила тему, — позвольте объяснить, как работает система в Верхнем Доминусе, раз уж нас появилось время до того, как мои люди закончат свои процедуры. Господин Ваярд, вы наверняка не в курсе местных правил?

— Не совсем, — признался Кайден, доставая планшет. — Я пытался найти информацию, но…

— Все просто, — улыбнулась Аурелия, похоже, прекрасно понимая, с какими сложностями мы могли столкнуться как новички. Тут не надо быть гением, чтобы понять, что она очень хочет показать свою полезность и лояльность. Только я пока не понимал, зачем ей это, и поэтому позволял поступать так, как она хочет. — Тот, на чьей территории открылся Разлом, имеет право первого входа. Это право действует ровно сутки с момента открытия. После этого доступ получают первые двенадцать кланов по рейтингу. Так уж вышло, что это все Верховные Кланы. Но, — она подняла палец, — есть важный нюанс. Все, кто входит в Разлом на чужой территории, платят десять процентов от добычи владельцу.

— Десять процентов? — Кайден задумался. — Это же… это же целое состояние, если учесть ценность всего, что можно вытащить из S-рангового Разлома!

— Именно. Правда, если Разлом именно такого ранга, — кивнула Аурелия. — Некоторые кланы живут только за счет «ренты» с Разломов на их территории. Весьма прибыльный бизнес.

— Подождите, — я нахмурился. — То есть мой Разлом будут грабить двенадцать кланов?

— Не грабить, а исследовать, — с вежливой улыбкой на лице поправила Аурелия. — В любом случае у вас есть право первого входа. А за сутки можно сделать много чего. Зачастую Верховные кланы успевают полностью зачистить Разлом за это время.

— Удобная система, — усмехнулся я. — Пошлете новичка на разведку боем, а сами придете собирать урожай.

— Именно так все и видят, — Аурелия отпила чай. — Но отказаться нельзя. Это считается трусостью и автоматически лишает вас права на этот Разлом.

Я откинулся на спинку стула. Хитро придумано. С одной стороны, дают эксклюзивный доступ, с другой — заставляют рисковать жизнью ради чужой выгоды.

— Госпожа Мерсер! — к нам подбежал техник в очках, весь бледный и взволнованный. — Вы должны это увидеть! Результаты оценки… они невероятны!

Аурелия грациозно поднялась.

— Что именно невероятно, Джеральд?

— Это… это многоуровневый Разлом S-ранга! — выпалил он. — Минимум семь слоев пространственных искажений! Концентрация маны превышает все известные показатели для Разломов этого типа! А энергетическая сигнатура… Госпожа, я никогда не видел ничего подобного!

— Покажите данные, — приказала Аурелия.

В этот момент она стала еще более властной и собранной — вот что значит глава своего клана. Потрясающее впечатление.

Джеральд протянул ей планшет. Пока она изучала информацию, я заметил, как ее глаза снова вспыхнули золотом. Интересно, что же она там увидела?

Лицо Аурелии на мгновение застыло, затем она медленно повернулась ко мне.

— Господин Торн, — в ее голосе появились новые нотки. Не страх, нет. Скорее… предвкушение? — Этот Разлом… он уникален. Подобного не было уже несколько лет. Энергетические показатели указывают на присутствие артефактов эпохи Основателей. Возможно, даже старше.

— И? — я пожал плечами, хотя внутри задумался.

Ария говорила еще давно, что Эпоха Основателей — это мое время. Времена, когда я и мои товарищи сражались с демонами. Правда, как это связано с Разломами, я не совсем понимал.

— Некоторые главы Кланов захотят лично исследовать этот Разлом, — сказала Аурелия. — Максимус Малигаро точно не упустит шанс. Люций Аудиторе тоже заинтересуется — он коллекционирует древние артефакты. Другие тоже, возможно, будут. Если кто-то свободен. Если же нет, то точно пошлют своих лучших Охотников.

— Весело будет, — хмыкнул я. — Целая толпа важных шишек в одном Разломе. Надеюсь, не передерутся за добычу.

— О, они весьма цивилизованны, — улыбнулась Аурелия. — Обычно.

В течение следующего часа вокруг Разлома кипела работа. Технический персонал клана Мерсер установил защитные барьеры, стабилизаторы и какие-то сканеры. Кайден бегал вокруг них, как ребенок, задавая миллион вопросов и делая заметки.

— Итак, — Аурелия подошла ко мне, когда все было готово, — у тебя есть право первого входа. Снарядишь команду? Или, может, мне…

— Отлично, — я поднялся и потянулся, прерывая ее. — Тень, пошли прогуляемся.

Пес радостно вскочил, хвост завилял как пропеллер. Мерсер же смотрела на меня с крайней степенью удивления.

— Подождите! — Кайден бросился ко мне, озвучивая мысли женщины. — Ты же не можешь просто так войти! Нужна команда! Поддержка! План!

— У меня есть план, — ответил я, проверяя меч. — Войти, убить все, что движется, выйти. Гениально в своей простоте. Может, оставлю чего нашим будущим высокопоставленным гостям или же нет… Как получится, — усмехнулся я.

— Но это же S-ранговый Разлом!

— Тем интереснее, — я подмигнул ему и направился к порталу.

Подойдя к самой границе, я остановился. Фиолетовая энергия пульсировала, искрила, манила. Но в глубине чувствовалось что-то еще. Что-то знакомое. Неприятно знакомое.

— Ладно, — пробормотал я себе под нос, — посмотрим, что там на этот раз.

И шагнул в Разлом.

Переход оказался жестче обычного. Словно проходишь через желе из молний. Секунда дезориентации, и вот я уже на другой стороне.

Первое, что я увидел — темное небо. Не черное, а именно темное, цвета старой запекшейся крови. Тяжелые тучи ползли по нему, изредка прорезаемые багровыми молниями. Воздух был плотным, влажным, с привкусом металла.

Под ногами — серая, потрескавшаяся земля. Местами из трещин поднимался пар, местами сочилась какая-то черная жижа. Вдалеке виднелись скалы неправильной формы, похожие на огромные осколки разбитого стекла.

Тень рядом зарычал. Шерсть встала дыбом. Он чувствовал то же, что и я — этот мир был враждебным. Каждый камень, каждая песчинка излучала неприязнь к живому.

Но больше всего внимание привлекала башня.

Она возвышалась в центре этого проклятого места, уходя в кровавое небо так высоко, что вершина терялась в тучах. Черный камень, из которого она была построена, поглощал свет. Готическая архитектура, стрельчатые окна, горгульи на выступах, шпили и контрфорсы. Но это была не просто готика. Это была извращенная пародия на нее.

Горгульи двигались. Медленно, едва заметно, но двигались. Поворачивали головы, следя за всем вокруг. Окна светились изнутри болезненным зеленым светом, пульсирующим в такт чему-то внутри башни. А сами стены… они дышали. Едва заметно расширялись и сжимались, словно башня была не строением, а спящим организмом. И все это наводило на меня плохое предчувствие, но с выводами я не торопился. Надо убедиться, что мои догадки верны.

Тень шел рядом, принюхиваясь и рыча. Но врагов не было. Вообще. Пустота. Ни монстров, ни ловушек, ни даже следов жизни. Только башня и мертвая земля вокруг.

По мере приближения детали становились четче. Камни башни были покрыты рунами. Древними, дошедшими еще с моих времен. Некоторые я узнавал — защита, сдерживание, подавление. Но большинство были искажены, переписаны, извращены до неузнаваемости.

Массивные двери были приоткрыты. Щель шириной в метр, из которой тянуло холодом и чем-то еще.

— Мастер! Подождите!

Я обернулся и чуть не выругался. Кассиопея Наварро, наша новая несостоявшаяся воровка, бежала ко мне.

— Какого черта ты здесь делаешь? — спросил я, когда она подбежала ближе.

— Я… я решила последовать за вами! — выпалила она, тяжело дыша. — Вы же мой мастер! Я должна помогать!

— Я не твой мастер, — поморщился я. — И вообще, как ты прошла через людей Мерсер?

— Вообще-то, я мастер в скрытности, если вы не забыли, — смущенно улыбнулась девушка, но нотки гордости за собственные умения все же проскальзывали в голосе.

— Зато в мыслительных процессах нет, раз ты решила, что лезть в S-ранговый Разлом — хорошая идея!

— А вы полезли! — даже слегка обвинительно бросила Касс.

— У меня есть причины.

— И у меня тоже! — она выпрямилась. — Я хочу учиться у лучшего! А как я научусь, если буду сидеть дома?

Я посмотрел на нее. Короткие черные волосы с фиолетовыми прядями растрепались, зеленые глаза горели решимостью, руки слегка дрожали — не от страха, от адреналина.

— Ладно, — вздохнул я, — но правила простые. Делаешь, что скажу, не геройствуешь, при первой опасности бежишь к выходу. Поняла?

— Так точно, мастер! — поклонилась она. — Позаботьтесь обо мне.

— И не называй меня мастером, — поморщился я. — Это навевает неприятные воспоминания.

— Почему? — спросила она, пока мы шли к башне.

— По кочану.

Девушка в ответ на это злобно зарычала. Почти как Тень. Я даже усмехнулся.

Мы подошли к дверям башни. Вблизи она выглядела еще более зловещей. Камни были не просто черными — они поглощали свет, создавая иллюзию дыры в реальности.

Я толкнул дверь, и она открылась с протяжным скрипом, от которого заныли зубы.

Внутри был огромный вестибюль. Пол из полированного черного камня, в котором отражались наши искаженные силуэты. Стены уходили вверх, теряясь в темноте. И только одна лестница, широкая, изогнутая, вела наверх.

Я остановился, сжав рукоять меча.

— Что-то не так? — спросила Касс, заметив мое напряжение. — Вы слишком напряжены для того, кто собирался убить все, что движется.

— Напряжен, — согласился я, не сводя глаз с лестницы. — Потому что я уже был здесь.

— Как это возможно? Разлом же только открылся!

Я не ответил. Как объяснить, что эта башня — точная копия той, в которой я бывал более чем тысячу лет назад?

Если демоны — это опасность, пришедшая извне, от которой мы защищали наш мир, то тот, кто построил эту башню… это раковая опухоль уже нашего мира.

— Держись рядом, — приказал я. — Похоже, я впервые недооценил градус опасности.

* * *

Штаб-квартира клана Малигаро редко когда была пуста.

Командный центр клана Малигаро занимал верхние этажи небоскреба в центре Верхнего Доминуса. Огромные экраны на стенах показывали тактические карты, спутниковые снимки активных Разломов, потоки данных из десятков источников. В центре был ситуационный стол с голографической проекцией континента.

Максимус Малигаро стоял перед основным экраном, где отображался отчет клана Мерсер и те данные, что он получил от собственных шпионов. Его массивная фигура в военной форме выглядела неуместно среди высоких технологий, словно древний воин попал в будущее.

— Многоуровневый S-ранговы Разлом, — прогремел его голос. — На территории этих простолюдинов. Что ж, идиотам очень везет.

Рядом стоял его адъютант — подполковник в безупречной форме, планшет в руках.

— Согласно данным от клана Мерсер, энергетическая сигнатура указывает на эпоху Основателей. Концентрация маны превышает все известные показатели.

— Мерсеры, — Максимус сплюнул это слово как ругательство. — Опять Аурелия лезет туда, куда не следует. Это работа Гильдии!

— Они единственные, кому Гильдия дала такие полномочия. За их… щедрые финансовые вливания. Фактически они спонсируют треть бюджета Гильдии, если не больше.

— Купили себе привилегии, — рыкнул Максимус, и экран треснул под его кулаком. — Но даже их данным можно верить. Эпоха Основателей… Любой артефакт того времени бесценен.

Он повернулся к адъютанту.

— Готовьте вертолет. И вызовите ударную группу. Гарета и Эвелин. И близнецов отзовите с Севера.

— Они же на операции в Заполярье, сэр…

— Тогда этих троих будет достаточно.

Адъютант кивнул и начал отдавать приказы через гарнитуру.

Максимус подошел к бронированному шкафу, где хранилось его личное снаряжение. Тактический костюм последнего поколения, усиленный руническими пластинами. Штурмовая винтовка с магическими патронами. И старый армейский нож — единственное, что осталось от его первого командира.

В воздухе вокруг него заплясали красные искры. Сила его бога откликалась на боевой настрой своего апостола. Максимус никогда не избегал сражений, и предчувствие ему говорило, что там он может стать сильнее, а значит, необходимо выдвигаться.

* * *

Торговая империя клана Аудиторе, а точнее, их главная резиденция была на слуху у многих и тем не менее доступ сюда имели лишь единицы.

Офис Люция Аудиторе занимал пентхаус в деловом районе. Панорамные окна, вид на весь город, стены увешаны картами торговых маршрутов и мониторами с биржевыми котировками. А между ними — витрины с артефактами со всего мира. Его личная коллекция, которая стояла баснословных денег.

Люций сидел за огромным столом из красного дерева, просматривая отчет на голографическом дисплее. Его костюм стоил как годовая зарплата среднего менеджера, но носил мужчина его небрежно, с расстегнутым воротником и закатанными рукавами.

— Джули! — крикнул он в интерком. — Дорогая, ты видела эти данные от Мерсеров?

Его помощница, рыжеволосая девушка в строгом костюме, вошла в кабинет.

— Да, босс. Многоуровневый S-ранговый Разлом с сигнатурой эпохи Основателей.

— Мадонна миа! — Люций вскочил, едва не опрокинув кофе на документы по слиянию компаний. — Это же находка тысячелетия! В моей коллекции всего три артефакта той эпохи! Досадное упущение, которое можно исправить с помощью этого Разлома.

Он метнулся к сейфу, набрал код на цифровой панели, приложил палец к сканеру.

— Босс, у вас через час видеоконференция с советом директоров…

— Отмени! Отмени все! Мы летим туда немедленно!

— Но контракт с Северной корпорацией рода…

— Пусть займется Исайя, он месяц сидит без дела, тоже мне, правая рука! — Люций уже доставал из сейфа компас — древний артефакт в современном титановом корпусе. — Артефакты эпохи Основателей появляются очень редко! А прибыль можно делать каждый день!

Он схватил телефон, начал звонить.

— Розарио? Бросай свой отпуск! Собирай команду! Да, прямо сейчас! Нет, мне плевать, что ты на пальмы смотришь! Лети сюда!

Джулия вздохнула. Когда босс входил в азарт охотника за сокровищами, остановить его было невозможно.

— Подготовить джет? — спросила она обреченно.

— Конечно! И полный комплект снаряжения! Сканеры, анализаторы, контейнеры для артефактов! Ах да, и портативный сейф с биометрической защитой!

Люций уже планировал экспедицию, его глаза горели азартом.

— «Последний Предел», — пробормотал он, изучая данные. — Надо будет предложить ему эксклюзив на скупку артефактов. О, надеюсь, у них разумный менеджер.

* * *

Научно-исследовательский комплекс клана Эйзенхорн был вершиной техномагического развития континента и это было вполне обосновано.

Лаборатории клана Эйзенхорн занимали целый промышленный квартал. Современные цеха, роботизированные линии, конвейеры для создания артефактов. И в центре всего — главный исследовательский центр.

Хельга Эйзенхорн стояла перед голографической проекцией молекулярной структуры, в лабораторном халате поверх джинсов и футболки. На носу — умные очки, проецирующие дополнительные данные, чтобы не отвлекаться на мониторы и иметь все под рукой.

— Нет, нет, НЕТ! — она смахнула проекцию жестом. — Это все еще модификация старых принципов! Где прорыв⁈

— Профессор Эйзенхорн, — молодой ассистент подбежал с планшетом. — Срочное сообщение. Отчет клана Мерсер о новом Разломе.

Хельга выхватила планшет, пробежала глазами данные. Ее лицо озарила улыбка безумного ученого.

— Боги мои… Эпоха Основателей! Многоуровневая структура! Это же… это же кладезь утерянных технологий!

Она бросилась к компьютеру, начала вводить команды.

— Отменить все текущие проекты! Готовим мобильную лабораторию! Квантовые сканеры, спектральные анализаторы, нейросети для расшифровки древних знаков!

— Но профессор, у нас контракт с…

— Пусть подождут! — нетерпеливо рявкнула она на свою помощницу. — Это шанс изучить технологии создания стабильных порталов! Понимаешь? СТАБИЛЬНЫХ! Мы сможем контролировать Разломы, а не просто сдерживать.

О том, что это лишь теоретически возможно, и все прототипы взрывались, не доходя до стадии испытаний, ее помощница предпочла не упоминать. А то ее госпожа — особа эмоциональная, и могла на многое в порыве как энтузиазма, так и злости.

Хельга метнулась к личному сейфу, достала свое величайшее изобретение — нейроинтерфейсную перчатку, способную взаимодействовать с любой технологией через квантовое сопряжение.

— Ханс! Мой экзоскелет готов?

— Еще в ремонте после того, как вы решили проверить его в активном вулкане, профессор, — тут же отозвался еще один помощник.

— Тогда берем запасной! И соберите команду!

Она остановилась перед экраном с данными, нетерпеливо улыбаясь.

* * *

Глубоко под городом, на глубине трех километров, располагался командный центр горнодобывающей империи клана Грол. Ультрасовременный комплекс с геотермальными электростанциями и автоматизированными системами добычи.

Гидеон Грол стоял в центре сейсмической лаборатории, его массивная фигура возвышалась над голографической картой тектонических плит. Несмотря на деловой костюм, он выглядел как гора, случайно оказавшаяся в помещении.

— Отец, — его сын Торин вошел с планшетом. — Пришел отчет от клана Мерсер. Новый Разлом в секторе той новой организации.

Гидеон взял планшет своими огромными руками, пробежал глазами данные.

— Это те, что Аурелия так настойчиво проталкивала на совете? Дай взгляну.

Он коснулся экрана, увеличил график энергетических колебаний.

— Видишь эти пики? — показал он своему наследнику экран. — Это резонанс с глубинными слоями. Что бы там ни было, оно уходит глубоко под землю.

— Но по данным это вертикальная структура…

— Данные показывают только то, что на поверхности, — перебил его Гидеон, глазами пробегаясь по всем новым данным. — А я чувствую… земля дрожит, сын. Глубоко. Это эхо чего-то древнего.

Он подошел к сейфу, набрал код. Внутри лежала кирка с алмазным напылением и руническим усилением. Инструмент, способный пробить любую породу из тех, что ему попадались на пути.

— Готовь бурильную установку, — приказал он. — И вызови Борга с Гримом. Берем сейсмическое оборудование и георадары.

Ну а то, как все это протащить в Разлом, и будет ли оборудование работать внутри, мужчину нисколько не волновало.

— Мы едем туда?

— Я еду. Ты остаешься управлять компанией. И Торин… закажи транспортный самолет.

Гидеон посмотрел на данные еще раз. Его дар от Нито, бога недр, позволял чувствовать аномалии глубоко под землей. И сейчас каждая клетка его тела кричала — под этим Разломом скрыто нечто огромное.

— «Последний Предел», — пробормотал он. — Интересно, знает ли этот Торн, на какой бомбе он сидит? Готов ли он справиться со всем этим? Будет интересно посмотреть.

Глава 10

Подготовка почвы

Я толкнул единственную дверь в дальнем конце вестибюля башни. Массивная створка из почерневшего дерева открылась на удивление легко, словно кто-то регулярно смазывал петли. За порогом нас ждало нечто, заставившее любого бы замереть.

Огромное пространство раскинулось перед нами, настолько обширное, что этажом башни это назвать ну никак нельзя. Здесь было свое небо. Темное, багровое, с медленно ползущими по нему черными тучами, из которых периодически вырывались молнии. Они не били вниз, а извивались между облаками, создавая жуткие узоры.

Под ногами расстилалась трава. Серо-зеленая, будто выцветшая или покрытая пеплом. Она хрустела под ботинками, издавая звук ломающегося стекла. Местами из земли торчали руины. Обломки колонн, арки без стен, полуразрушенные статуи существ, которых лучше не разглядывать слишком внимательно. Горгульи на уцелевших фрагментах карнизов следили за нами пустыми глазницами.

Воздух пах чем-то металлическим. Ветер гулял между руинами, принося с собой далекие звуки: не то стоны, не то пение на языке, которого не должно существовать.

— Что за чертовщина⁈ — Касс крутила головой во все стороны, ее зеленые глаза были круглыми от удивления. — Мы же в башне! Как тут может быть небо, трава и… и откуда взялось столько места⁈

— Ловушка для вторженцев, — спокойно ответил я, разглядывая окружающий пейзаж. Все было именно так, как я помнил. Каждая деталь на своем месте. — Башня построена по принципу вложенных измерений. Каждый этаж — это отдельное пространство, иногда размером с целый город. Хотя возможны и вариации.

— Но это же невозможно! — Касс подобрала с земли камень и швырнула его вверх, вложив магический импульс. Тот поднялся метров на сто и исчез в багровой дымке. — Физически невозможно!

— В твоем мире много чего считается невозможным, пока не столкнешься с этим лицом к лицу, — усмехнулся я. — Добро пожаловать в реальность, где наука — это, скорее, рекомендации, чем правила.

Тень принюхался и недовольно фыркнул. Потом его шерсть встала дыбом, и он зарычал, повернув головы в сторону ближайших руин.

— Что там? — напряглась Касс, доставая свои кинжалы.

— Местные жители, — я кивнул в ту же сторону. — И, судя по запаху, давно не свежие.

Из-за обломков колонны показалась фигура. Потом еще одна. И еще. Мертвецы выползали из руин десятками. Гниющие, в лохмотьях, с оружием в костлявых руках. Некоторые держали ржавые мечи, другие — луки с почерневшими стрелами. Двигались они неестественно, дергано, словно марионетки на невидимых нитях.

— Ну вот, комитет по встрече гостей подоспел, — пробормотал я. — И ни печенек, ни чая не предложили. Где их манеры?

— Их много! — Касс заняла боевую стойку, явно готовясь к бою.

— Всего-то полсотни, — пожал я плечами. — Для S-рангового Разлома это так, легкая разминка. Покажи, чему тебя учили в твоей школе убийц.

— Правда? — она посмотрела на меня с надеждой и восторгом одновременно.

— Давай, развлекись, — с ободряющей улыбкой кивнул я. — Тень, не лезь. Дай девочке проявить себя.

Пес недовольно заворчал всеми тремя головами, но послушно сел, наблюдая за происходящим. Правая голова даже зевнула, демонстрируя полное отсутствие интереса к мертвякам. Левая, правда, все равно косилась в их сторону и почему-то облизывалась.

Первый скелет-лучник натянул тетиву и выпустил стрелу. Касс исчезла с места, где стояла секунду назад, оставив лишь легкое размытие воздуха. Стрела пролетела сквозь пустоту и воткнулась в землю.

Девушка появилась уже за спиной лучника. Ее кинжалы блеснули в багровом свете, и голова мертвеца покатилась по траве. Тело рухнуло, рассыпаясь в прах.

— Неплохо, — прокомментировал я. — Но слишком широкий замах. Экономь движения.

Следующие трое мертвецов попытались окружить ее, но Касс двигалась как тень — быстро, неуловимо, смертоносно. Ее кинжалы находили слабые места в суставах, отсекая конечности, пробивали черепа, разрубали позвоночники. Она не телепортировалась — просто двигалась настолько быстро, что глаз не успевал уследить за ее движениями.

Один из мертвецов замахнулся двуручным мечом. Касс скользнула под ударом, одновременно полоснув по сухожилиям, если у мертвяка вообще можно так назвать то, что держало его кости вместе. Скелет рухнул на колени, и она добила его ударом в основание черепа.

— А ты хороша, — признал я, наблюдая, как она расправляется с очередной группой. — Техника поставлена отлично. Но вот с тактикой проблемы. Слишком увлекаешься процессом.

— Что вы имеете в виду? — выдохнула она, уворачиваясь от стрелы.

— Вон тот, с арбалетом. Ты его игнорируешь, а он уже трижды чуть не попал. Сначала убирай дальников. Да и мало ли чем у него смазаны болты, потом умрешь от яда и не заметишь.

Касс кивнула и метнулась к лучникам. Ее движения стали более осмысленными, целенаправленными. Сначала она вырезала всех, кто мог атаковать на расстоянии, потом переключилась на мечников.

Тень тем временем заскучал. Средняя голова начала дремать, левая следила за боем с ленивым интересом, а правая обнюхивала ближайший труп мертвеца.

— Эй, блохастый, я увидел достаточно, можешь присоединиться.

Тень гавкнул и с энтузиазмом рванул вперед, метаясь из стороны в сторону. Правда, грызть мертвечину он категорически не хотел, пользовался цепями и грозовым рывком, который он нагло одолжил у баранов с парящих островов — слишком уж похожее исполнение.

Я тоже вернул парочку противников в то состояние, в котором они должны быть, вскоре поле было расчищено.

— А теперь философский вопрос, — я посмотрел на Касс, которая вытирала кинжалы о траву. — Ты же сказала, что не убиваешь. Как насчет этих?

— Это не считается! — тут же отозвалась она, убирая оружие в ножны. — Они уже мертвые. Я никогда не убивала живых и не собираюсь. Это главное правило моего собственного кодекса. Можно сказать, Кодекс Охотника, которым я хочу стать.

— Кодекс, значит, — кивнул я, и в памяти всплыло лицо старого друга. — Это хорошо. Был у меня друг. Тоже имел свой кодекс. Никогда не убивал невинных, только тех, кто заслужил смерть. Говорил, что без принципов убийца превращается в обычного мясника.

— Мудрый человек, — осторожно заметила Касс.

— Был, — поправил я. — Давно это было. Ладно, хватит ностальгии. Видишь вон те башни на севере?

Она прищурилась, глядя в указанном направлении. Вдалеке, за морем руин, возвышались три острых шпиля, окруженные зеленоватым свечением.

— Вижу. И что там?

— Страж этого уровня. Убить его — и откроется проход на следующий этаж. Ну а если нет, то просто убьем тут всех, — пожал я плечами.

— Тогда пошли! — Касс уже было двинулась в том направлении, но я покачал головой.

— Нет. Сначала мне нужно кое в чем убедиться.

— В чем? — она нахмурилась.

Я не ответил, просто развернулся и пошел в противоположную сторону. Касс переглянулась с Тенью, который лениво потрусил за мной, и поспешила следом.

Мы шли минут двадцать через лабиринт руин. Готические арки сменялись обрушенными стенами, разбитые витражи хрустели под ногами. Местами попадались фонтаны с черной, маслянистой жидкостью вместо воды. От них исходил такой запах, что даже Тень морщил все три носа.

Наконец я остановился у входа в подземный склеп. Массивная каменная арка вела вниз, в кромешную тьму. На замковом камне был высечен символ — переплетение змей вокруг черепа.

— Кстати, по поводу твоего пса. Он тоже какой-то монстр?

— Ну ты его не обзывай так сразу, отчего ж монстр, обычный пес, — улыбнулся я.

— С тремя головами? Очень сомневаюсь! — скептически хмыкнула девушка, но больше к этому вопросу возвращаться не стала.

Мы спустились по скользким от влаги ступеням. Стены были покрыты барельефами, изображающими сцены смерти и воскрешения. Чем глубже мы спускались, тем холоднее становился воздух.

Склеп оказался огромным залом с десятками саркофагов, расставленных правильными рядами. Своды терялись во мраке, а единственным источником света были странные грибы на стенах, излучающие болезненное зеленое свечение.

А в центре зала ждала всего одна фигура.

Мертвый рыцарь. Трехметровая фигура в почерневших латах, с двуручным мечом, размером с человека. Шлем скрывал лицо, но из-под забрала струился зеленоватый дым. Он стоял абсолютно неподвижно, но я чувствовал исходящую от него силу.

— Сильный, — прошептала Касс, и я услышал в ее голосе не страх, а азарт. — Очень сильный. Можно я?

— Серьезно? — я поднял бровь. — Это далеко не обычный мертвяк. Это страж склепа, причем довольно крепкий.

— Именно поэтому! — ее глаза горели энтузиазмом. — Я должна проявить себя! Хочу показать, что достойна быть вашей ученицей!

Я посмотрел на нее — короткие волосы с фиолетовыми прядями растрепались, на щеке красовался мазок грязи, но решимости в зеленых глазах хватило бы на целую армию. Странная она и в то же время…

— Ладно, — кивнул я. — Развлекайся. Но если прижмет — зови. Это не игрушки.

Касс выхватила кинжалы и бросилась вперед. Рыцарь ожил мгновенно, его меч взметнулся вверх и обрушился вниз с силой, от которой каменный пол треснул. Девушка едва успела отскочить.

Следующие несколько минут я наблюдал за боем, анализируя технику Касс. Скорость была отличной, даже выдающейся для ее уровня. Реакция — почти идеальная. Техника владения кинжалами — на высоте. Но…

Ей не хватало опыта против таких противников. Рыцарь был медленнее, но каждый его удар нес смертельную угрозу. Его броня оказалась слишком прочной для ее кинжалов, а уязвимых мест почти не было. Тем и опасны подобные противники, особенно, когда ты не можешь нанести достаточно урона.

Касс пыталась найти слабые точки: сочленения доспехов, прорези в шлеме. Но рыцарь двигался так, что постоянно прикрывал их. Более того, он учился. С каждой атакой его защита становилась плотнее, контратаки — точнее.

«Нужно работать над силой удара, — отметил я мысленно. — И над тактическим мышлением. Она слишком полагается на скорость. Не хватает мощных техник».

В какой-то момент рыцарь сделал обманное движение. Касс клюнула на финт и оказалась на траектории настоящего удара. Массивная рукоять меча врезалась ей в живот, отбросив к стене.

— Черт! — выругалась она, пытаясь подняться, но рыцарь уже нависал над ней, занося меч для добивающего удара.

— Сдаюсь, мне нужна помощь! — крикнула девушка, и в ее голосе не было стыда, только практичность. Она знала свои пределы, и это было очень хорошо.

Я сдвинулся с места. Один шаг — и я оказался между ней и рыцарем. Меч в моей руке встретил удар двуручника, и по склепу прокатился звон. Рыцарь попытался надавить, вложить вес в удар, но я просто развернул запястье, перенаправляя его силу в сторону.

Стиль Изгиб Реки позволял использовать силу противника против него самого. Рыцарь по инерции качнулся вперед, открывая шею. Мой меч прошел через щель между шлемом и нагрудником, отсекая голову одним чистым движением.

Тело в латах рухнуло, подняв облако пыли. Шлем покатился по полу, остановившись у ног Касс.

— Вот это да… — она смотрела на меня круглыми глазами. — Я же чувствовала его силу! Он был невероятно мощным! А вы его одним ударом…

— Сила — это не только скорость или магия, — я протянул ей руку, помогая подняться. — Это знание, где и когда ударить. Твоя проблема в том, что ты пытаешься пробить стену лбом, вместо того чтобы найти брешь.

— Научите меня! — она вцепилась в мою руку. — Пожалуйста!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — А пока идем. Мне нужно проверить одну догадку.

Мы прошли вглубь склепа, мимо рядов саркофагов. Я целенаправленно двигался к дальней стене, где стояла особенно богато украшенная гробница. Мрамор, золотая инкрустация, руны защиты — все указывало на важность похороненного.

— Что ж, если оно здесь, то это, действительно, то место, — пробормотал я, нащупывая нужную руну.

Надавил в определенной последовательности, и что-то щелкнуло. Статуя ангела смерти в центре гробницы медленно завалилась назад, открывая лестницу вниз.

— Тайный проход? — Касс заглянула в темноту.

Я начал спускаться. Ступени вели глубоко вниз, а стены постепенно менялись. Вместо грубого камня склепа появилась аккуратная кладка, потом — деревянные панели, и наконец — обои с замысловатым узором.

Мы вышли в небольшой кабинет. И в отличие от мрачного мира наверху, здесь все было относительно нормальным. Дубовые стеллажи со свитками и книгами. Письменный стол с чернильницей и недописанным письмом. Кресло с потертой обивкой. Даже ковер на полу, хоть и покрытый пылью.

— Это уже не измерение этажа, — пояснил я, оглядываясь. — Это настоящая комната башни. Скрытая от основного пространства.

На стене висел портрет мужчины лет пятидесяти. Худое лицо с острыми скулами, глубоко посаженные темные глаза, в которых читался недюжинный интеллект. Длинные седеющие волосы были аккуратно зачесаны назад. Одет он был в черную мантию, расшитую серебряными рунами.

Я смотрел на портрет, и старая злость шевельнулась где-то глубоко внутри. Да, это был он. Тот самый самодовольный ублюдок.

Касс тем временем уже рылась в свитках на столе, доставая один за другим.

— Тут столько всего! — восхищенно выдохнула она. — Заклинания, формулы, чертежи… Язык вроде наш, но… кстати, а что за мужик на портрете?

— Мортис Фрауд, — ответил я, продолжая разглядывать знакомые черты. — Очень сильный маг. Пожалуй, даже сильнее Аркариуса в чистой магической мощи. Правда, путь выбрал не тот. Совсем не тот.

— Погоди, а кто такой Аркариус? — тут же спросила Касс.

— Неважно, — отмахнулся я, хотя в голове крутились воспоминания о старом друге. Великий маг, основатель академии, один из моих ближайших соратников.

«Этот ублюдок опасен, Дарион, — говорил тогда Аркариус. — Его интерес к запретным искусствам выходит за все разумные пределы. И когда-нибудь он доиграется, вот увидишь».

И он был прав. Мортис искал способы обрести бессмертие, не гнушаясь никакими методами. Эксперименты на людях… В конце концов, именно из-за него погибло три больших города.

И вот теперь его башня здесь, в Разломе. Как? Почему? Слишком много вопросов и никаких ответов.

Я начал методично собирать свитки и складывать в пространственный карман плаща. Заклинания были опасными, но в руках Анисы и Эдмонда могли принести пользу. Чертежи тоже. Ария найдет им применение.

— Эй, а это можно взять? — Касс держала небольшую шкатулку с драгоценными камнями.

— Ты же воровка. Разве специалисты твоего профиля спрашивают разрешения?

— Бывшая воровка! — поправила она. — Теперь я член «Последнего Предела»! Вы сами говорили, что теперь только с разрешения можно…

— Бери, — улыбнулся я и махнул рукой. Запоминает, что я говорю, это хорошо.

Я подчистил кабинет, забирая все, что могло представлять ценность. Мортис был той еще сволочью, но сволочью гениальной и в некотором роде он опередил свое время. Его наработки могли пригодиться.

— Возвращаемся, — сказал я, закончив.

— Как? А башня? Разве мы не пойдем наверх? — Касс явно была разочарована.

— Пойдем, — кивнул я. — Но не сейчас. Завтра сюда припрутся представители всех двенадцати кланов, если верить Мерсер. Пусть отвлекают внимание. А я займусь тем, что находится на вершине, пока они будут драться за сокровища на нижних этажах. Потому что если я прав, то никто из них не захочет встречаться с хозяином этой башни.

— А что там, на вершине? — она пыталась заглянуть мне в глаза, но я отвернулся.

— Ничего хорошего, — коротко ответил я. — Идем.

Обратный путь занял меньше времени. Мы поднялись из склепа, прошли через поле руин и вернулись в вестибюль башни. Выход виднелся впереди — овал фиолетового света, за которым угадывался наш сад.

Когда мы вышли из Разлома, нас тут же окружили. Кайден чуть не бросился мне на шею, Аурелия Мерсер элегантно поднялась с кресла, где, видимо, ожидала все это время, а Леон просто стоял в стороне и о чем-то думал.

— Дарион! — Кайден выглядел одновременно облегченным и возмущенным. — Ты был там больше часа! Что происходило?

— Разведка, — коротко ответил я. — Место опасное. Очень опасное.

— Настолько, что даже ты предпочитаешь действовать осторожно? — Аурелия подошла ближе, ее карие глаза изучали меня с интересом.

— Настолько, что я пойду туда завтра вместе со всеми, — подтвердил я. — Одному там делать нечего.

Кайден и Леон переглянулись. Я редко признавал, что что-то может представлять для меня сложность.

— Конечно, — она улыбнулась той загадочной улыбкой, от которой у Кайдена снова отвисла челюсть. Все же умеет эта девушка производить нужный эффект, а Кайден, видимо, совсем не имеет защиты от женских чар. — До встречи завтра, господин Торн. Будет… интересно.

Мерсер удалилась со своей свитой, а я направился прямиком к мастерской Арии.

Девушка была по локти в каком-то механизме, из которого периодически вылетали искры, а в один из моментов раздался скрежет и повалил белый дым. Увидев меня, она тут же бросила работу.

— Дарион! Как разведка? Нашел что-то интересное?

Я достал из кармана плаща свитки с чертежами и протянул ей.

— Держи. Должно пригодиться.

Ария развернула первый чертеж и ахнула. Потом второй, третий… С каждым ее глаза становились все шире.

— Это же… Боги мои! Схема трехслойного энергетического усиления! Метод создания адаптивной брони! Технология совмещения противоположных элементов! Все несколько архаичное и местами устаревшее, но, думаю, я смогу найти этому применение. Дарион, откуда это⁈

— Из моей эпохи, — спокойно ответил я.

Ария подняла на меня ошарашенный взгляд.

— Твоей эпохи? Но это же… это же эпоха Основателей! Эти чертежи стоят целое состояние! Любой клан отдал бы половину имущества за один такой!

В мастерскую вошел Кайден, привлеченный восклицаниями Арии.

— Что за шум?

— Кайден, — я повернулся к нему, — передай вот эти свитки Анисе. Пусть вместе с Эдмондом изучит. Найдут применение или уничтожат, если они слишком опасные.

Я протянул ему оставшиеся магические свитки. Кайден взял один, пробежал глазами и чуть не выронил.

— Дарион… ты понимаешь, что это? Заклинания эпохи Основателей! Это же бесценно!

— Знаю. Поэтому и отдаю людям, которым доверяю. И да, никому ни слова. Нашим завтрашним гостям об этом знать не обязательно.

Кайден серьезно кивнул, понимая важность секретности.

— Ария, — я снова повернулся к девушке. — До завтра подготовь боевые костюмы для Леона и вот для нее, — я кивнул на Касс, которая все это время топталась у входа.

— Я иду с вами⁈ — взвизгнула она от радости.

— Идешь. Твои навыки пригодятся.

— ВЫ ПРИЗНАЛИ МЕНЯ, МАСТЕР! — Касс подпрыгнула от восторга.

— И еще, — я проигнорировал ее энтузиазм. — Мне нужны все мечи, что у тебя есть. Даже те, что на продажу.

Ария моргнула.

— Все? Но их около сорока штук!

— Все, — подтвердил я, снимая плащ и протягивая ей. — Запитай его астралитом по максимуму и загрузи в пространственный карман все мечи. И проверь защитные функции — завтра они могут понадобиться.

— Ты что, на войну, что ли, собрался? Что ты видел в Разломе? — Кайден выглядел встревоженным.

— Почти, — кивнул я. — Это будет непростой Разлом. Даже для меня.

Все притихли, понимая, что я слов на ветер не бросаю. А если что-то сложно для меня, то для обычного Охотника становится запредельным. Благо доказывать им свою силу у меня не было необходимости, что здорово облегчало понимание ситуации.

— Касс, пойдем со мной, — я направился к выходу.

Девушка поспешила за мной, явно пытаясь угадать, что я задумал. Мы поднялись в мою комнату на четвертом этаже. Я подошел к кровати. Касс вошла следом и вдруг покраснела.

— Я… э-э-э… вы хотите… через постель признать меня ученицей? — залепетала она, сцепив руки в замок. — Я не против! То есть, это как-то быстро, конечно, но вы мне тоже нравитесь… и я всегда восхищалась сильными мужчинами… и ваша техника боя просто невероятная, и…

Я молча подошел к полке, достал потрепанную тетрадь и сунул ей в руки. Касс замолкла на полуслове, непонимающе хлопая глазами.

— Что… что это?

— Теперь это твой учебник, — коротко ответил я. — Ты же говорила, что была лучшей в своей школе и быстро учишься. Вот и проверим. Изучи эти техники. Что непонятно — спрашивай, некоторые записи затерлись, другие неполные. Но, думаю, мы найдем недостающие записи. Вопрос времени и удачи.

Девушка открыла тетрадь, пробежала глазами по первым страницам. Постепенно ее глаза расширялись, а дыхание учащалось. Она внимательно изучала первые страницы, иногда щурясь, иногда бросая взгляд в потолок, будто прикидывала, как это должно выглядеть в жизни.

— Эти техники… — прошептала она. — На первый взгляд может показаться, что они для убийства, но… это ведь не совсем так, да?

Я улыбнулся. Умная девочка. С первого взгляда поняла то, чего не смогли понять те жалкие подражатели из среднего города.

— Техники Шейда никогда не были созданы для бессмысленного убийства. Это искусство защиты через точечное устранение угрозы. Минимум насилия, максимум эффективности. И только против тех, кто этого заслуживает. Всегда.

— Шейд… тот самый друг, о котором вы говорили?

— Да. Лучший ассасин своего времени. И один из самых благородных людей, которых я знал. Думаю, он бы гордился такой ученицей. А я редко ошибаюсь в людях.

Касс прижала тетрадь к груди, словно это было величайшее сокровище.

— Я не подведу! Обещаю! Я выучу все и стану достойной этого наследия!

— Для начала просто выучи основы, — сказал я. — А сейчас отдыхай. Завтра будет тяжелый день.

Она кивнула и выбежала из комнаты, явно горя желанием начать изучение. А я подошел к окну, глядя на фиолетовое свечение Разлома в саду.

Проклятая башня Мортиса Фрауда. После стольких лет она снова передо мной. И если мои подозрения верны, на вершине ждет не только дух старого врага, но и кое-что похуже. То, что он пытался провернуть до своего внезапного исчезновения.

Такого ответа из прошлого я совсем не ожидал и тем больше я хотел получить ответы о том, как это произошло. Возможно, именно в этом Разломе удастся найти зацепки на прошлое, которое сейчас мало кто из ныне живущих помнит.

Может, наведаться к потомкам близняшек? Может, у них что-то сохранилось… Но это пока подождет. Есть и более насущные проблемы.

Завтра будет интересно. И опасно. Но когда меня это останавливало?

Глава 11

Сборище аристократов

Утро выдалось на редкость ясным. Солнце поднималось над Верхним Доминусом, окрашивая стеклянные фасады небоскребов в золотистые тона. Я стоял на террасе теперь уже нашего особняка, потягивая чай и наблюдая за фиолетовым свечением Разлома в саду. Тень лежал у моих ног, лениво почесывая за ухом всех трех голов по очереди. Забавное зрелище, надо признать.

— Первые гости уже на подходе, — сообщил Кайден, выходя на террасу с планшетом в руках. — Судя по данным охраны у ворот, это кортеж клана Малигаро.

— Военные любят приходить первыми, — усмехнулся я. — Показать свою дисциплину и все такое.

Действительно, через пару минут к воротам подъехала колонна бронированных внедорожников. Из первой машины вышел массивный мужчина в боевом костюме. Квадратная челюсть, короткая стрижка, холодные глаза — весь его облик кричал о том, что перед нами профессиональный вояка старой закалки. Ну и как любой его положения и образа жизни он требовал исключительно подчинения.

За ним последовали трое Охотников в тактической экипировке. Двое мужчин и женщина, все с оружием и явно готовые к бою в любую секунду.

Массивный мужчина подошел к нам, его тяжелые шаги гулко отдавались по мраморным плитам дорожки.

— Максимус Малигаро, глава клана Малигаро, — представился он, протягивая руку для рукопожатия, которое больше походило на попытку раздавить мои пальцы. — Вы, должно быть, тот самый Торн.

— Просто Дарион, — ответил я, выдерживая его хватку без усилий, но ровно на его же уровне. — Рад знакомству.

Он прищурился, изучая меня оценивающим взглядом.

— Интересно будет посмотреть, насколько реальность соответствует слухам, — произнес он. — Говорят, ты закрыл «Бездну» клана Синкроф в одиночку.

— Кому-то же нужно было это сделать. До того, как твари изнутри вырвались бы в наш мир.

— Не смеши меня, парень, — пренебрежительно обронил мужчина. — Даже такие, как Синкроф, держат все под контролем.

— А я и не пытаюсь. Просто констатирую факт.

Глава клана Малигаро смерил меня долгим взглядом, затем усмехнулся.

— Посмотрим, на что ты способен в настоящем бою, а не в разговорах.

С этими словами он прошел мимо, направляясь к Разлому. Его команда молча последовала за ним.

— Приятный мужик, — заметил я. — Прямо душка.

— Это еще цветочки, — вздохнул Кайден. — Вон следующий кортеж подъезжает.

На этот раз прибыл роскошный лимузин цвета темного золота. Из него вышла Аурелия Мерсер в очередном умопомрачительном платье, которое каким-то чудом держалось на ее шикарной фигуре. За ней следовал Александр Войд и еще трое Охотников.

— Господин Торн, — Аурелия одарила меня одной из своих фирменных улыбок. — Готовы к зачистке?

— Как и всегда. Александр, — я кивнул мрачному телохранителю, — все такой же разговорчивый, как я посмотрю?

Войд молча кивнул в ответ, что было вполне ожидаемо.

— Не обращайте внимания, — махнула рукой Аурелия. — Александр просто нервничает. S-ранговые Разломы — это серьезное испытание даже для него. Тем более такие необычные, как этот.

— О, значит, наш молчаливый друг все-таки умеет нервничать? — я усмехнулся. — А я думал, у него эмоции хирургически удалили.

Войд бросил на меня тяжелый взгляд, но промолчал. Как всегда. Тем не менее мои слова его все же цепляли и за этим следить было очень забавно.

Следующими прибыли сразу несколько групп. Элегантный мужчина в дорогом костюме вышел из спортивного автомобиля, за ним — команда Охотников.

— Люций Аудиторе, к вашим услугам! — воскликнул он, подходя ко мне с широкой улыбкой. — Глава клана Аудиторе и страстный коллекционер! Господин Торн, я, несомненно, рад знакомству.

Мужчина был невысоким, но харизматичным. В его карих глазах горел азарт, а движения были быстрыми и энергичными, как у человека, который не может усидеть на месте.

— Приятно познакомиться, — кивнул я.

Из бронированного грузовика вышла женщина в практичном комбинезоне, вся увешанная странными приборами. Короткие рыжие волосы, очки с множеством линз, которые она постоянно переключала.

— Хельга Эйзенхорн, — представилась она, пожимая мне руку с неожиданной силой. — Глава клана Эйзенхорн. Вы тот самый аномальный субъект, который закрыл тысячелетний Разлом?

— Субъект? — поднял я бровь. Так меня еще никто не называл, даже демоны.

— Простите, профессиональная деформация, — она достала какой-то сканер и начала водить им вокруг меня. — Удивительно! Никакой магии, зато показатели вашей внутренней энергии выходят за пределы измерений!

— Эй, без экспериментов на живых людях, — предупредил я.

— Жаль, — искренне расстроилась она, бросив на меня такой вожделеющий взгляд, что мне стало не по себе. — Вы были бы прекрасным объектом для исследований.

Последним из глав прибыл массивный мужчина, больше похожий на гору, чем на человека. Он вышел из грузовика, нагруженного каким-то оборудованием.

— Гидеон Грол, — представился он низким басом. — Клан Грол.

Рукопожатие у него было как у промышленного пресса, но я выдержал и это.

— Дарион Торн. Что за оборудование вы привезли с собой?

— Сейсмические датчики, — коротко ответил он. — Чувствую аномалии под землей. В Разломе, очевидно, что-то есть.

— Интересно, — кивнул я.

Мужчина посмотрел на меня долгим взглядом, затем кивнул и прошел к своей команде.

Кайден тем временем вертел головой, наблюдая за прибывающими группами Охотников от других кланов.

— Смотри, — шепнул он мне. — Вон та женщина с копьем — это Валерия Марси из клана Морос. S-ранг. А тот парень с двумя мечами — Данте из клана Белларди, прославленный мастер скоростных атак.

В этот момент подъехал еще один автомобиль, и из него вышел молодой человек, которого я сразу узнал — Брендон Синкроф. Золотистые волосы, холодные голубые глаза, и выражение лица человека, у которого постоянно что-то болит.

Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде читалось что-то странное. То ли враждебность, то ли какие-то планы относительно меня. Честно, я в выражениях лица у детей мало смыслил.

— Господин Торн, — холодно кивнул он.

— Молодой Синкроф, — ответил я. — Как сестра?

Его челюсть напряглась.

— Брина в порядке. Она… занята семейными делами.

«Точнее, ты ее не пустил», — подумал я, но вслух ничего не сказал.

Наконец, когда все собрались: четыре главы кланов, команды от остальных восьми, включая группу Брендона, Аурелия Мерсер взяла слово.

— Господин Торн, согласно правилам, вы, как владелец территории, имеете право войти первым.

— Спасибо за предложение, — улыбнулся я, — но я человек демократичный. Пусть уважаемые гости идут первыми. Посмотрю, как работают профессионалы.

Максимус Малигаро фыркнул.

— Боишься, парень? Правильно делаешь. S-ранговый Разлом — это не прогулка в парке.

— О, я просто вежливый хозяин, — парировал я. — Гости прежде всего.

Главы переглянулись. Никто не хотел выглядеть нетерпеливым, но и уступать другим тоже не спешили.

— Клан Малигаро войдет первым, — объявил Максимус. — Покажем, как нужно работать.

С этими словами он направился к Разлому, его команда четким строем последовала за ним. Один за другим они исчезли в фиолетовом свечении.

Следующими вошли Охотники от клана Морос, потом — группа от Гильдии Охотников, затем команда Эйзенхорн.

— Вы не торопитесь, — заметила Хельга Эйзенхорн, настраивая какой-то прибор.

— Спешка нужна при ловле блох, — ответил я.

Она хмыкнула и вошла в портал со своей командой.

Постепенно все группы скрылись в Разломе. Остались только мы — я, Леон, Касс и Тень.

— Можно узнать, что ты задумал? — спросил Леон, проверяя свой боевой костюм от Арии.

— Ничего особенного, — пожал я плечами. — Просто не люблю толкаться в толпе.

Касс крутилась перед нами, восхищаясь своим костюмом.

— Это просто невероятно! — восклицала она. — Легкий, гибкий, но я чувствую защитные руны! И эти пластины на жизненно важных местах! Можно мне оставить его навсегда?

— Он и так теперь твой, — сухо заметил я.

— Кстати, мастер, я изучила первую технику из тетради! — гордо заявила она. — «Шаг в пустоте»! Хотите, покажу?

— В Разломе покажешь, — ответил я. — Сейчас нам пора.

— Но постойте, — вмешалась вдруг Аулерия. — Правила гласят, что группа может состоять из четырех членов.

— Так нас и есть четверо, — улыбнулся я, кивнув на Тень. — Пёс — полноправный член команды.

Тень гордо гавкнул, и на мгновение вокруг его тела прошли разряды молнии.

— Это… нестандартно, — заметила Аурелия.

— Не самое нестандартное, чем я собираюсь заняться.

Женщина рассмеялась, прикрыв рот рукой.

Тем временем Ария подбежала ко мне с черным плащом в руках.

— Все готово! — выдохнула она. — Сорок два меча загружены в пространственный карман, астралит на максимуме, защитные руны активны!

— Сорок два? — удивился Леон. — Зачем тебе столько?

— На всякий случай, — уклончиво ответил я, накидывая плащ.

— Слушай, — Леон подошел ближе. — Почему мы ждем? Почему позволяем им идти первыми? Мы же должны показать силу «Последнего Предела»!

— Должны? — я посмотрел на него. — Кому мы это вдруг должны?

— Ну… всем! Мы же теперь часть Верхнего Доминуса! Мы должны проявить себя, чтобы нас запомнили!

— Леон, запомни простую вещь, — сказал я. — Умный человек не тратит силы там, где можно их сэкономить. Пусть они расчищают путь, мы пойдем следом. В любом случае этот Разлом за нами, а то, что нам бесплатно его разведают — так можно сказать спасибо. Нам же одним его все равно не дали разрабатывать.

Парень нахмурился, явно недовольный моим подходом, но промолчал.

— Пошли, — скомандовал я.

Мы вошли в Разлом последними.

Переход был все таким же. То же ощущение прохождения через желе из молний, та же секунда дезориентации. И вот мы уже в мрачном мире у башни. Миновав вход и вестибюль, мы оказались на первом этаже.

Но в отличие от прошлого раза, сейчас здесь кипела активная битва.

Десятки Охотников, даже не думая действовать осторожно и тихо, сражались с полчищами мертвецов. Огненные заклинания взрывались в воздухе, ледяные копья пронзали гниющие тела, молнии прожигали целые ряды противников. Смотрелось даже в некотором роде красиво.

— Вот это да! — выдохнула Касс. — Их же сотни!

— Тысячи, — поправил я, наблюдая за сражением. — Башня, похоже, отреагировала на количество сильных Охотников.

Максимус Малигаро крушил мертвецов своим двуручным молотом, каждый удар превращал противников в кровавое месиво. Его команда работала слаженно, прикрывая друг друга.

Люций Аудиторе танцевал между врагами, его рапира сверкала золотыми рунами. Каждый укол был смертелен, каждое движение — словно произведение искусства.

Хельга Эйзенхорн стреляла из какого-то технологичного оружия, выпуская энергетические заряды, которые прожигали мертвецов насквозь.

Гидеон Грол… просто шел вперед. Медленно, неотвратимо, как ледник. Мертвецы атаковали его, но их оружие отскакивало от его кожи, ставшей прочнее камня. Он даже не замечал их ударов, просто сметая с пути массивными кулаками.

— Может, поможем? — предложила Касс.

— Зачем? — спросил я. — Они прекрасно справляются и сами.

Леон сжал катану, явно рвясь в бой.

— Мы выглядим трусами!

— Тебя заботит чужое мнение? — спросил я, даже не взглянув на него. — Наверное, все же стоит увеличить количество тренировок, раз у тебя все еще появляются подобные мысли.

Я, конечно, мог провести с ним более обстоятельно беседу, но становиться нянькой для Леона я не нанимался. Хватит и того, что я его обучал некоторым приемам работы с мечом. А так парень взрослый и сам разберется, тем более, что некоторые вещи надо понять на собственной шкуре — иначе не дойдет.

Мы шли вперед, иногда отбиваясь от мертвяков, что остались после бойни впереди. Уже через пару часов из-за руин показалась особенно крупная фигура. Трехметровый мертвый рыцарь в почерневших доспехах, с пылающими зелеными глазами в прорезях шлема. Страж первого этажа.

— О, а вот и главный подоспел, — заметил я.

Страж поднял свой двуручный меч и издал рев, от которого задрожала земля. Часть Охотников отшатнулась, но Максимус Малигаро шагнул вперед.

— Мой! — рявкнул он.

Глава клана Малигаро бросился на стража. Удар молота встретился с мечом, и по полю боя прокатилась ударная волна. Земля треснула под их ногами.

— Сильный, — прокомментировал я.

— Кто? — спросила Касс.

— Оба.

Максимус атаковал яростно, вкладывая в каждый удар чудовищную силу. Его молот светился красным, оставляя огненные следы в воздухе. Страж парировал атаки с механической точностью, контратакуя мощными рубящими ударами.

Бой продолжался минуты три. Максимус начал теснить стража, его удары становились все быстрее и сильнее. В какой-то момент он пробил защиту мертвеца и врезал молотом прямо в шлем.

Страж пошатнулся. Максимус не дал ему опомниться — серия сокрушительных ударов обрушилась на мертвого рыцаря. Последний удар, в который была вложена вся сила, снес стражу голову.

Тело рухнуло на землю с грохотом.

— Вот так! — рявкнул Максимус, подняв молот над головой. — Вот как работают профессионалы!

Остальные Охотники добивали последних мертвецов. Первый этаж был зачищен.

— Впечатляет, — признал я.

— Почему мы не сражаемся? — Леон выглядел расстроенным. — Мы могли показать себя!

— Леон, — я повернулся к нему, — ты хочешь славы или результата?

— Я… я хочу сражаться! Я Охотник!

— Ты — часть команды, — поправил я. — И будешь делать то, что я скажу. Не нравится — дверь вон там.

Он стиснул зубы, но промолчал.

Проход на второй этаж открылся в дальней стене — светящаяся арка, ведущая глубже в башню.

Охотники один за другим проходили через нее. Мы пошли последними, как и раньше.

Второй этаж встретил нас лязгом металла и шипением пара.

Резкий переход от мрачных руин к индустриальному безумию выбил из колеи даже видавших виды Охотников. Вместо разрушенных арок и надгробий перед нами раскинулся гигантский часовой механизм размером с собор.

— Вот так неожиданность, эта хреновина до сих пор работает, — пробормотал я, оглядываясь.

Все было из меди, латуни и темного железа. Воздух наполнял запах раскаленного металла, озона и магического масла — коктейль, от которого першило в горле. Повсюду двигались массивные части механизма: гигантские шестерни вращались с металлическим скрежетом, служа одновременно и платформами, и смертельными ловушками. Поршни размером с колонны с оглушительным шипением били в пол, создавая временные преграды. По стенам, словно вены, бежали искрящиеся энергетические кабели, периодически выпуская снопы искр.

— Что это за место? — выдохнула Касс, прижимаясь ко мне.

— Мастерская Мортиса, — ответил я. — Механизмы в его иерархии шли сразу после мертвяков. Удивительно, как много у них похожего.

— Ты знал создателя этого места? — удивился Леон.

— К сожалению, — едва слышно пробурчал я.

Не успел я договорить, как из щелей в полу полезли первые обитатели этажа.

Механические пауки-сборщики — размером с крупную собаку, латунные тела поблескивали в оранжевом свете печей. Они двигались пугающе быстро, перескакивая с шестерни на шестерню, бегая по стенам и потолку.

— Мелочь, — фыркнул кто-то из команды Малигаро.

Охотник выпустил огненное копье в ближайшего паука. Взрыв разнес механизм на части, но тут же из обломков начали собираться два новых, поменьше.

— Невероятно! — крикнула Хельга Эйзенхорн. — Просто потрясающе! Они самособираются из своих же частей! Я обязана изучить их.

Пауков становилось все больше. Они сыпались с потолка, вылезали из вентиляционных шахт, формировались прямо из груд металлолома.

— Не давайте им окружить! — скомандовал Александр Войд, впервые за все время подав голос.

Охотники сформировали оборонительный круг. Магия полетела во все стороны. Но пауки продолжали идти.

Следом из глубины цеха вышли паровые стражи. Двухметровые громады из толстых железных листов, с клапанами по всему телу, из которых вырывался перегретый пар.

— Тяжелая пехота, — прокомментировал я. — Самое время.

Первый страж дошел до группы Охотников и выпустил струю пара. Несколько человек закричали, получив ожоги, даже несмотря на защитные костюмы и магию.

— Касс, — сказал я, — твой выход.

— Правда⁈ — ее глаза загорелись.

— Покажи, чему научилась. Но не переусердствуй.

Девушка сорвалась с места. Нет, не побежала — исчезла.

«Шаг в пустоте» был первой техникой из записей Шейда. Перемещение через слепые зоны восприятия противника. У девушки были все вводные для ее изучения, по сути, нужны были только нюансы, и она их быстро поняла.

Касс появилась за спиной парового стража, ее кинжалы вошли точно в сочленения брони. Страж развернулся, пытаясь достать ее массивной рукой, но Касс уже исчезла.

Следующее появление было сбоку. Удар по трубке, питающей паровой механизм. Шипение, струя пара вырвалась в сторону.

Третье — сверху. Касс приземлилась на плечи стража и вонзила оба кинжала в то место, где должна была находиться центральная шестерня.

Страж замер, задрожал и рухнул. А девушка, пританцовывая, оказалась рядом со мной.

— Ну как, ну как? Я классная⁈ Я же классная, да? — с легкой отдышкой улыбнулась она.

— Шаги делай длиннее, не семени. В воздухе не задерживайся, там ты наиболее уязвима, — озвучил я свои наблюдения.

Кассиопея обиженно фыркнула, но кивнула.

Леон тоже вступил в бой. Он поднял ладонь вверх, и воздух над полем боя засиял золотом.

— Что за… — начал кто-то.

Сверху обрушился дождь, состоящий из золотистых стрел. Сотни светящихся снарядов пронзили механических пауков, пробили броню стражей, разнесли несколько движущихся платформ.

— Новая техника? — спросил я.

— Подавление, — гордо ответил Леон. — Сам разработал!

— Неплохо. Энергозатратно, но эффектно.

Тень тоже не остался в стороне. Пес носился между противниками, его цепи хлестали во все стороны, связывая и разрывая механизмы. Грозовой рывок — и он врезался в группу пауков, разнося их электрическим разрядом.

Но тут из тени выскользнули новые противники.

Человекоподобные, но тонкие до болезненности, собранные из сотен мелких шестеренок. Они двигались прерывисто, дергано, словно стрелки сломанных часов. В руках держали клинки, похожие на гигантские часовые стрелки.

Первый убийца материализовался за спиной одного из охотников клана Белларди. Бой был коротким, подавляющим. Клинок встретился с копьем серией громких лязгающих ударов. Вспыхнула магия. А потом все кончилось перерезанным горлом охотника. Быстро, чисто. Многие за большой силой забывают, как хрупка человеческая жизнь.

Часовые убийцы атаковали со всех сторон. Появлялись, наносили удар и исчезали. Несколько охотников пали прежде, чем остальные адаптировались.

Я вытащил меч, лениво отбивая атаку одного из убийц.

— Предсказуемо, — заметил я, разворачиваясь и пронзая второго, который пытался атаковать сзади. — Мортис всегда любил излишне сложные механизмы. Хотя в прошлый раз пришлось бы изрядно попотеть.

Битва превратилась в хаос. Охотники сражались на нескольких уровнях: на вращающихся шестернях, между поршнями, на узких мостиках над пропастями, заполненными расплавленным металлом.

Люций Аудиторе танцевал между противниками, его рапира оставляла росчерки в воздухе.

Гидеон Грол просто игнорировал атаки. Механические пауки ломали лапы о его каменную кожу, паровые стражи не могли его сдвинуть, а часовые убийцы… их клинки просто отскакивали.

— Надоело, — пробасил он и ударил кулаком в пол.

Трещина прошла через весь цех. Несколько механизмов провалились в образовавшуюся расщелину. Сам пол накренился, заставляя всех искать новую опору.

— Осторожнее! — крикнула Хельга. — Ты разрушишь структуру!

— И что? — безразлично спросил Гидеон.

Постепенно сопротивление слабело. Механизмы падали один за другим, не успевая восстанавливаться. Охотники, привыкшие к ритму боя, эффективно уничтожали противников.

Но вместо того чтобы двигаться дальше, к проходу, где в глубине виднелся громадный автоматон — страж этажа, я свернул в сторону.

— Куда ты? — спросил Леон.

— Хочу проверить кое-что, — ответил я, направляясь в глубину кузницы. — Мортис был тем еще извращенцем, но гениальным. И если то, о чем я думаю, осталось, то оно нам понадобится.

Там, за грудами механизмов и работающими печами, стояло отдельное здание. Небольшое, неприметное, больше похожее на склад.

Но я знал лучше.

— Личная мастерская, — пробормотал я. — Конечно, он не мог без нее обойтись.

У входа не было видно охраны. Только массивная железная дверь со сложным замком из шестеренок.

Я подошел ближе и положил руку на механизм. Металл был теплым, почти горячим.

— Мастер, может, не стоит? — неуверенно спросила Касс.

— Там есть страж? — поинтересовался Леон.

— О да, — кивнул я. — И еще какой.

В этот момент дверь начала открываться. Медленно, со скрежетом, словно механизм не использовался столетиями.

Из темноты внутри начал доноситься звук. Мерное постукивание металла о металл. Тяжелые шаги.

И вот он появился в дверном проеме.

Мастер-плавильщик.

Четырехметровая фигура из расплавленного металла и механизмов. Его тело постоянно менялось — металл тек, переформировывался, создавал новые конечности и терял старые. В груди билось нечто похожее на сердце из чистой энергии, пульсирующее оранжевым светом. Вместо головы — печь с решеткой, сквозь которую виднелось бушующее пламя. В руках, если это можно было назвать руками — молот, размером с человека, и щит из закаленной стали.

Существо сделало шаг вперед, и земля задрожала. Температура вокруг мгновенно поднялась градусов на двадцать.

— По силе не уступает стражу этажа, — спокойно сказал я. — Может, даже превосходит.

— И ты хочешь с ним сразиться⁈ — Касс попятилась.

— Леон же хотел проявить себя. Вот, самое время, — усмехнулся я.

Мастер-плавильщик поднял молот. Энергия начала собираться вокруг оружия, воздух искрил от напряжения.

А затем он ударил.

Глава 12

Арена древних

Молот обрушился вниз с силой, от которой воздух буквально взорвался. Ударная волна сбила бы с ног любого, кто оказался слишком близко. Любого, кроме меня.

Я сделал шаг в сторону, минимальное движение, выверенное до миллиметра. Молот прошел мимо и врезался в каменный пол, оставив кратер размером с колесо. Брызги расплавленного камня полетели во все стороны, но тоже не смогли задеть меня.

— Промазал, — заметил я. — Для существа твоего размера это даже обидно.

Мастер-плавильщик издал звук, похожий на рев доменной печи, если бы она вдруг научилась реветь, и попытался выдернуть молот из пола. В этот момент я увидел возможность.

— Касс! — крикнул я, не сводя глаз с противника. — Есть что-то дальнобойное?

— Есть кое-что, — отозвалась она откуда-то справа. — Но я еще не до конца…

— Достаточно того, что умеешь. Цель — его голова. Отвлеки на три секунды.

— Сделаю, Мастер!

Девушка появилась на вершине ближайшей груды металлолома. Ее кинжалы скрестились перед грудью, и воздух вокруг нее начал закручиваться.

— Эй, железяка! — крикнула Касс. — Лови!

Поток сжатого воздуха врезался прямо в печь-голову Мастера-плавильщика. Пламя внутри взметнулось, вырвалось наружу через решетку. Существо инстинктивно отпустило молот и прикрыло голову щитом.

Точно как я и рассчитывал.

— Тень, цепи на ноги! Сейчас!

Мой пес выпрямился и громко гавкнул. Из его спины вырвались черные цепи, окутанные темным пламенем. Они обвились вокруг массивных ног Мастера-плавильщика, стягивая их вместе.

Гигант попытался сделать шаг к Касс, но цепи держали крепко. Он качнулся, потерял равновесие…

— Леон! — скомандовал я. — Туши огонь! Тот, что в головной печи.

Парень не заставил себя ждать. Его катана засияла голубовато-белым светом, и температура вокруг резко упала. Он сделал горизонтальный взмах, и волна абсолютного холода прошла через воздух, врезаясь точно в печь-голову.

Эффект был мгновенным и драматичным. Пламя погасло с шипением, металл начал трескаться от резкого перепада температур. Мастер-плавильщик издал звук, похожий на предсмертный хрип паровой машины.

— Мой выход, — пробормотал я, переходя к Стилю Рассекающей Горы.

Один прыжок — и я оказался на уровне его груди. Меч в моих руках засветился концентрированной внутренней энергией. Я видел его ядро — пульсирующую сферу чистой энергии, защищенную слоями металла и механизмов.

Удар. Прямой, без изысков. Клинок прошел через остывающий металл, пронзая ядро насквозь.

На секунду все замерло. Мастер-плавильщик застыл с поднятым щитом, я висел в воздухе с мечом в его груди, команда замерла в ожидании.

Потом ядро треснуло.

Я выдернул меч и оттолкнулся назад, приземляясь рядом с Тенью. Из трещины в ядре вырвался столб белого света, и Мастер-плавильщик начал распадаться. Металл тек с него ручьями, механизмы осыпались, пока от четырехметрового гиганта не осталась только груда остывающего шлака.

— Вот это да! — выдохнула Касс, спрыгивая вниз. — Мы его уделали! Всего за минуту!

— Неплохо, — кивнул я, убирая меч в ножны. — Могли бы и быстрее, если бы не тянули.

— Тянули⁈ — возмутился Леон. — Да мы идеально сработали!

— Твой ледяной выстрел опоздал на полсекунды, если не больше. Касс слишком долго целилась. А Тень… — я посмотрел на пса, который невинно вилял хвостом всеми тремя головами. — Тень всегда молодец, претензий нет.

Пес гордо гавкнул и потерся о мою ногу.

— Иногда мне кажется, что ты любишь эту псину больше, чем людей, — буркнул Леон.

— Только иногда? — усмехнулся я. — Значит, это недостаточно очевидно. Надо исправить.

Касс хихикнула, а Леон только покачал головой.

Я подошел к дверям мастерской и толкнул их. Внутри было… разочаровывающе пусто. Голые стены, пустые стеллажи, ни единого инструмента. Даже пыль выглядела какой-то печальной.

— И ради этого мы дрались? — спросил Леон. — Тут же ничего нет!

Я не ответил, медленно обходя помещение. Мортис был параноиком, но не идиотом. Он бы не оставил мастерскую совсем пустой. Должно быть что-то…

Взгляд зацепился за едва заметную неровность в полу. Круглая плита, чуть отличающаяся по цвету от остального камня. Я опустился на колено и провел пальцами по краю.

— Отойдите, — предупредил я на всякий случай.

Нажал в центр плиты. Раздался щелчок, и она начала подниматься, поворачиваясь вокруг своей оси. Из открывшейся ниши поднялся пьедестал, а на нем…

— Что это за штуковина? — Леон подошел ближе, разглядывая находку.

На пьедестале лежал металлический диск размером с большое блюдо. Весь покрытый рунами и странными механизмами, с десятками мелких шестеренок по краям и кристаллом в центре. Вещь выглядела одновременно древней и невероятно сложной.

Я осторожно поднял диск. Тяжелый, килограммов пятнадцать, не меньше. Руны слабо светились, реагируя на прикосновение.

— Что это? — повторил Леон уже раздраженно. — Какая-то древняя фрисби?

— Карманная кузня, — ответил я, поворачивая диск в руках. — Одна из лучших разработок Мортиса Фрауда. Редкая штука. Думал, все давно уничтожены.

— Карманная? — Касс скептически посмотрела на увесистый диск. — Это же размером с крышку от бочки!

— «Карманная» в том смысле, что помещается в пространственный карман, — пояснил я. — Полноценная кузня, способная создавать и модифицировать артефакты в полевых условиях. Ария наверняка будет в восторге от такого подарка.

— Подарка? — Леон сжал кулаки. — Мы рискуем жизнями в этом проклятом месте, а ты собираешь подарки⁈

Я повернулся к нему, убирая диск в пространственный карман плаща.

— Проблемы?

— Проблемы⁈ — он сделал шаг ко мне. — Да ты вообще понимаешь, что происходит? Ты таскаешь нас по этой башне, не объясняя ничего! Заставляешь сидеть в стороне, пока другие сражаются! Собираешь какие-то штуки, не говоря зачем! Мы что, твои марионетки⁈

— Ты злишься, — спокойно заметил я.

— Конечно, я злюсь! — Леон едва не кричал. — Я Охотник A-ранга! Я должен сражаться, доказывать свою силу, расти! А вместо этого ты заставляешь меня прятаться, как труса!

— Да вроде я не заставляю, дело твое. Но всегда лучше думать головой, а не…

— Чем⁈ — перебил он. — Скажи! Не задницей ли⁈ Потому что именно так ты ко мне относишься! Как к идиоту, который не способен принимать решения!

Касс неловко переминалась с ноги на ногу, явно не зная, стоит ли вмешиваться.

— Леон, — сказал я максимально спокойно, — прибереги силы. И злость тоже прибереги.

— Для чего⁈ — он размахивал руками. — Для очередного сидения в сторонке⁈

— Для следующего этажа, — ответил я. — Это будет арена. Много противников, много боев. Вот там и выплеснешь всю свою злость. А пока — успокойся и не ной.

— Не ной⁈ Я не…

— Хочешь драться — будешь драться. Но по моим правилам. Не нравится, можешь вернуться и плакаться Кайдену.

Леон побагровел, но промолчал. Только сжал рукоять катаны так, что побелели костяшки.

— Идем, — скомандовал я. — Думаю, путь на третий этаж уже открыт.

Мы вышли из мастерской и направились к проходу. Светящаяся арка манила фиолетовым свечением.

— Кстати, — сказал я, останавливаясь перед порталом. — Следующий этаж может нас разделить. Будьте готовы действовать самостоятельно. На рожон не лезьте. Жизнь важнее геройства.

— Откуда ты знаешь? — спросила Касс.

— Как я и говорил. В этом месте мне довелось побывать однажды.

* * *

Максимус Малигаро материализовался в центре огромного амфитеатра и сразу же принял боевую стойку. Годы военной подготовки научили его — в неизвестной обстановке сначала обеспечь безопасность, потом удивляйся.

Пространство вокруг поражало размахом. Классический колизей, только в три раза больше. Ряды каменных сидений уходили вверх, теряясь в тенях. Арена под ногами — плотно утрамбованный песок, местами окрашенный подозрительно темными пятнами.

И зрители. Тысячи полупрозрачных фигур заполняли трибуны. Фантомы прошлого, застывшие в вечном ожидании зрелища. Они не двигались, но Максимус чувствовал их взгляды. Пустые, мертвые, жаждущие крови.

— Прелестное местечко, не правда ли?

Максимус резко развернулся, занося молот для удара. В нескольких метрах от него стоял Люций Аудиторе, беззаботно осматривающийся по сторонам.

— Аудиторе, — процедил Максимус, опуская оружие. — Из всех людей именно ты.

— О, не стоит так расстраиваться! — Люций театрально взмахнул руками. — Могло быть гораздо хуже. Представь, если бы тебя заперли с Эйзенхорн. Она бы уже пыталась взять образцы твоей ткани для исследований.

— По крайней мере, она полезна, — буркнул Максимус. — В отличие от некоторых торгашей.

— Торгашей? — Люций приложил руку к сердцу с преувеличенной обидой. — Я предпочитаю термин «предприниматель». Или «магнат». «Финансовый гений» тоже подойдет.

Мужчина уже давно привык к такому отношению. Как и к тому, что те, кто пытался его оскорбить, потом приходили именно к жалкому торгашу, чтобы попросить у него денег на свои проекты. К Мерсер же они все опасались подходить.

Максимус подошел к ближайшей стене и ударил по ней молотом. Красная энергия прошла через оружие, создавая разрушительные вибрации. Камень треснул, но тут же начал восстанавливаться, срастаясь обратно.

— Самовосстановление, — констатировал он. — Выход только через победу.

— Всегда восхищался твоей способностью констатировать очевидное, — заметил Люций, вытаскивая рапиру. — Кстати, ты заметил вон те ворота?

Максимус проследил взглядом. Действительно, с противоположных сторон арены располагались массивные железные ворота с цепями и засовами. Что-то скрежетало за ними, готовясь выйти.

— Сколько ты продержишься в настоящем бою, Аудиторе? — спросил Максимус, разминая плечи. — Пять минут? Три?

— Достаточно, чтобы спасти твою задницу минимум дважды, — смерив его уничтожающим взглядом, парировал Люций. — Как в той истории с Северными Разломами. Помнишь?

— Ты откупился от тварей, бросив им половину снаряжения!

— И это сработало! Экономика решает все, мой весьма грубый друг.

Первые ворота начали открываться. Скрежет металла эхом прокатился по амфитеатру. Фантомные зрители зашевелились, их безжизненные лица повернулись к арене.

Из темноты показался первый гладиатор. Трехметровая фигура в проржавевших доспехах, с мечом и щитом. Но это был не человек. Плоть, натянутая на кости, местами просвечивающая до черного скелета. Из прорех в броне сочился зеленоватый свет.

— Мертвяки, — устало буркнул Максимус. — Сильнее слабаков я ненавижу только некромантов.

— Зато стильные мертвяки! — Люций уже принял изящную боевую стойку. — Смотри на эту патину на доспехах! Аутентичная ржавчина тысячелетней выдержки!

За первым гладиатором последовали другие. Десять, двадцать, тридцать. Все разные — мечники, копейщики, бойцы с сетями и трезубцами. Армия мертвых чемпионов арены.

— Много их, — заметил Максимус.

— Наблюдательный какой! — Люций создал серебристую нить в воздухе. — Надеюсь, готов тряхнуть стариной?

Первый мертвец бросился в атаку. Максимус встретил его ударом молота. Красная энергия прошла через оружие, и разрушительные вибрации буквально разнесли противника. Кости превратились в пыль, доспехи рассыпались ржавчиной.

— Один готов! — объявил он.

— Только один? — Люций танцевал между тремя противниками, его рапира оставляла серебристые следы в воздухе. — Это ли великий полководец Малигаро?

Он создал целую сеть серебряных нитей вокруг себя. По ним его рапира двигалась с невероятной скоростью, поражая противников в слабые точки — сочленения доспехов, основания черепов, позвоночники. За секунду пятеро мертвецов рухнули, разваливаясь на части.

— Пятеро, — самодовольно заявил он.

— Хвастун, — буркнул Максимус, но в его голосе не было настоящей злобы, скорее, просто недовольство.

Они встали спина к спине, когда мертвецы окружили их. Несмотря на взаимную неприязнь, оба были профессионалами. Личные чувства отходили на второй план перед лицом общего врага.

Максимус сражался как осадная машина. Каждый удар его молота создавал ударные волны, разбрасывающие противников. Красная энергия трансформировала оружие. Молот разделился на два одноручных топора, позволяя атаковать с удвоенной скоростью.

Люций был его полной противоположностью. Где Максимус крушил, он танцевал. Где тот полагался на силу, Люций использовал скорость и точность. Серебряные нити создавали пути для мгновенных перемещений, позволяя ему появляться за спинами врагов.

— Слева! — крикнул Максимус.

Люций среагировал мгновенно, уходя по серебряной нити от удара массивного двуручника. Максимус тут же врезал топором в атаковавшего мертвеца, разнося его верхнюю половину.

— Благодарю! — Люций салютовал рапирой. — Должок за мной!

— Уже за тобой, — проворчал Максимус. — После того случая в Восточных землях.

— Тот не считается! Я же заплатил за ремонт твоей брони!

— После того как твой «гениальный план» привел к тому, что на нас напала стая виверн!

Они продолжали препираться, методично уничтожая противников. Орда противников редела. Последний мертвец-гладиатор попытался атаковать с разбега, но Максимус и Люций ударили одновременно. Мертвец разлетелся на части.

Арена опустела. Оба тяжело дышали, но старались этого не показывать.

— Ну что, — выдохнул Люций, элегантно отряхивая пыль с костюма. — Уверен, что это не все, слабовато для S-рангового Разлома. Интересно, сколько будет волн?

— Судя по размеру этого места — много, — ответил Максимус, оглядывая трибуны.

Фантомные зрители теперь активно шевелились, будто обсуждая увиденное. Их призрачные руки поднимались и опускались в беззвучных аплодисментах.

Ворота снова заскрежетали. На этот раз открылись другие, поменьше.

Вторая волна оказалась меньше числом — всего пятнадцать гладиаторов. Но эти были явно элитными бойцами. Лучше экипированные, быстрее, умнее. Они не бросились в атаку сломя голову, а начали окружать, выстраиваясь в боевой порядок.

— Тактика, — заметил Максимус. — Неприятно.

— Зато интересно! — Люций уже готовил новую сеть нитей. — Люблю, когда противник заставляет думать!

Атака началась одновременно с трех сторон. Копейщики держали дистанцию, мечники шли вторым эшелоном, а бойцы с сетями пытались ограничить движение.

Максимус зарычал, вновь трансформировал свое оружие в молот и ударил по земле. Красная волна прошла по песку, создавая трещины и поднимая облако пыли. Несколько мертвецов потеряли равновесие.

Люций использовал момент. По серебряным нитям он метнулся вперед, рапира пронзила трех противников прежде, чем они успели среагировать. Но четвертый успел выбросить сеть.

— Черт! — Люций попытался уклониться, но сеть зацепила его ногу.

Мертвец-гладиатор потянул, и Люций упал на песок. Еще двое бросились добивать.

Молот Максимуса врезался в первого, превращая в месиво. Второго он отбросил ударом ноги.

— Вставай, торгаш! — рявкнул он, разрывая сеть.

— Знал, что ты меня любишь! — Люций вскочил и тут же пронзил своим оружием подкравшегося сзади противника.

Они снова встали спина к спине. Вторая волна была сложнее, требовала больше усилий. Но постепенно и она редела.

— Устал? — спросил Люций, добивая последнего.

— Это всего лишь разминка, — соврал Максимус. На самом деле он уже чувствовал усталость. Энергия кровавого завета требовала много сил.

Третья волна. Десять гладиаторов. Но какие! Каждый излучал ауру силы. Это были чемпионы среди чемпионов. Их доспехи светились рунами, оружие излучало магическую энергию.

— Элита, — констатировал Максимус.

— Прекрасно. Обожаю вызовы! — Люций покачал головой. — Хотя признаю, становится жарковато.

Бой был жестоким. Эти мертвецы сражались как живые мастера. Парировали атаки, использовали финты, работали в команде. Максимусу пришлось задействовать всю свою силу. Резонанс от его оружия то и дело взрывался, нанося просто колоссальный урон.

Люций создавал все более сложные узоры из серебряных нитей, превращая пространство вокруг себя в смертельный лабиринт. Но противники учились, адаптировались.

Один из чемпионов — огромный мертвец с двуручным мечом — сумел пробить защиту Максимуса. Лезвие оставило глубокий порез на его плече.

— Первая кровь, — прорычал он, отбрасывая противника ударной волной.

— Говори за себя! — Люций изящно уклонился от атаки и контратаковал. Его рапира нашла щель в броне, но мертвец даже не пошатнулся.

Они дрались отчаянно, используя весь свой опыт. Постепенно, ценой усилий, третья волна была уничтожена.

Оба осмотрелись, тяжело дыша.

— Сколько… их еще? — выдохнул Люций.

— Не знаю, — честно ответил Максимус. — Но если следующая будет сильнее, то у нас определенно большие проблемы.

Четвертая волна. Пять гладиаторов. Максимус почти расслабился — всего пятеро после предыдущих волн?

Но эти пятеро двигались иначе. Синхронно, как единый организм. Их ауры переплетались, усиливая друг друга.

— Групповая техника, — понял Люций. — Они связаны!

Атака была молниеносной. Все пятеро ударили одновременно с разных сторон. Максимус едва успел блокировать два удара, третий оцарапал его бок. Люций увернулся от одного, парировал второй, но третий выбил рапиру из руки.

— Дерьмо! — выругался он, отскакивая назад.

Максимус встал перед ним, принимая удары на себя. Его молот двигался с бешеной скоростью, но даже он не мог блокировать все атаки. Порезы множились.

— Бери! — он бросил Люцию один из своих топоров.

— Это не моё оружие!

— Научишься! Или сдохнуть собрался, торгаш⁈

Они дрались плечом к плечу, и постепенно Максимус с удивлением заметил, что Люций неплохо управляется с топором. Не идеально, но достаточно, чтобы держать противников на расстоянии.

Четвертая волна пала, но оба были на пределе.

— Больше… не могу, — признался Люций, опираясь на колени.

— Еще одна, — Максимус сжал зубы. — Должна быть еще одна.

Пятая волна. Трое гладиаторов. Но что-то было не так. Они не атаковали, просто стояли, ожидая.

— Что они делают? — спросил Люций.

— Не знаю, но мне это не нравится.

Внезапно трое начали сливаться. Их тела текли друг в друга, кости трещали, перестраиваясь. За несколько секунд вместо трех мертвецов перед ними стояло нечто невообразимое.

Шестиметровый гигант из сплетенных костей и плоти. Шесть рук, каждая с оружием. Три головы, смотрящие в разные стороны. Аура силы, от которой песок плавился под его ногами.

— Мы… мы в заднице, — констатировал Люций.

— Глубокая мысль, — согласился Максимус.

Существо сделало шаг вперед, и земля задрожала.

В этот момент сзади раздались шаги…

* * *

Переход был привычно дезориентирующим. Секунда в фиолетовой пустоте, ощущение падения вверх, и вот я уже материализовался на твердой поверхности. Песок под ногами, запах крови и ржавого металла в воздухе.

Рядом со мной появился Леон, пошатнулся, но устоял. Как я и предполагал, нас разделило. Тень и Касс, скорее всего, оказались на другой арене.

— Где мы? — начал он, но тут же замер, увидев происходящее перед нами.

Мы оказались прямо на арене огромного амфитеатра. В десяти метрах от нас Максимус Малигаро и Люций Аудиторе стояли перед шестиметровой костяной абоминацией. Существо из сплетенных костей и плоти, шесть рук с оружием, три головы, смотрящие в разные стороны. Мужчины выглядели уставшими, но силы у них еще явно оставались.

— Главы кланов, — пробормотал я. — Что ж, это немного осложняет задачу.

— Осложняет⁈ — Леон подскочил ко мне. — Нам нужно помочь им! Они же погибнут!

Костяная абоминация подняла все шесть рук, готовясь к сокрушительной атаке. Максимус поднял молот для блока, Люций готовился уклониться.

— Раз ты так просишь, — пожал я плечами и шагнул вперед.

Я перешел в Стойку Каменного Жернова. Ноги широко расставлены, центр тяжести опущен почти до земли, меч держится горизонтально на уровне пояса. В этой стойке тело становится подобным горе — неподвижной, несокрушимой.

Внутренняя энергия сконцентрировалась в ядре, потом распространилась по всему телу, превращая мышцы в камень, а кости — в сталь. Песок под ногами треснул от давления.

Я рванул вперед. Не бежал, просто сместился, как лавина, сходящая с горы. Врезался в костяную абоминацию плечом.

Удар был чудовищным. Шестиметровая туша отлетела назад на добрых пять метров, пропахав борозду в песке. Одна из рук отломилась от силы столкновения.

— Что за… — начал Максимус, но я уже переходил к следующей технике.

Стиль Рассекающей Горы. Концентрация силы в одной точке, один разрушительный удар. Меч завибрировал чистой внутренней энергией.

Абоминация попыталась подняться, но я уже был рядом. Вертикальный удар сверху вниз. Клинок прошел через все три головы, расколол грудную клетку, разрубил существо пополам.

Семь секунд. От начала атаки до полного уничтожения.

Я убрал меч в ножны и повернулся к главам кланов.

— Великолепно! — Люций первым пришел в себя. — Господин Торн, благодарю за своевременную помощь! Это существо было… проблематичным. Весьма, да.

— Мы бы сами справились, — буркнул Максимус, опуская молот. — Не нуждаемся в помощи простолюдинов.

— Конечно, справились бы, — дипломатично кивнул Люций, бросив на Максимуса предупреждающий взгляд. — Но помощь никогда не бывает лишней. Особенно в таком месте. Мы уже отбили пять волн, каждая сложнее предыдущей.

— Пять? — переспросил я, оглядывая арену. Действительно, повсюду валялись останки мертвецов-гладиаторов. — Тогда шестая будет для вас последней.

— Откуда такая уверенность? — прищурился Максимус.

— Опыт, — коротко ответил я. — Арены обычно работают по принципу шести волн плюс финальный босс. Классическая схема еще с древних времен.

В этот момент Максимус сделал шаг ко мне, его массивная фигура нависла надо мной. Не то чтобы это меня как-то впечатлило, но жест был очевиден.

— Слушай, парень, — прорычал он, — не знаю, кто ты такой и откуда взялся, но нам твоя помощь не нужна. Мы — главы верховных кланов. Справимся сами.

— Максимус… — начал Люций, но тот продолжил:

— Так что будь добр, постой в сторонке, пока взрослые разбираются. А еще лучше — вообще свали отсюда.

Я посмотрел на него долгим взглядом. Потом усмехнулся и поднял ладони.

— Как скажешь, капитан. Кто я такой, чтобы спорить с главой клана Малигаро?

Развернулся и направился к трибунам. Каменные ступени вели вверх, к рядам сидений, где призрачные зрители беззвучно аплодировали.

— Так, а ну, подвиньтесь, — кивнул я головой, и один из фантомов просто растворился в воздухе, освобождая мне место.

— Погоди⁈ — Леон догнал меня на середине лестницы. — Мы что, правда, будем просто сидеть и смотреть⁈

— А ты хотел драться, — заметил я, усаживаясь на каменную скамью с хорошим обзором. — Вот твоя арена, вот противники. Хочешь, присоединяйся к ним. В чем проблема?

— Проблема в том, что ты опять все решаешь за всех! — взорвался он. — Сначала заставляешь сидеть тихо, потом бросаешься помогать, теперь снова уходишь! Ты вообще можешь быть последовательным⁈

— Могу, — спокойно ответил я. — Но не хочу. Скучно это, знаешь ли.

— Скучно⁈ — Леон схватился за голову. — Мы в смертельно опасном Разломе, вокруг главы кланов, скоро появится очередной монстр, а тебе СКУЧНО⁈

— Именно поэтому и скучно, — пояснил я. — Слишком предсказуемо. Вот смотри — сейчас откроются ворота, выйдет страж шестой волны. Наверняка что-то особенное, раз финальное. Возможно, я даже узнаю его.

Словно в подтверждение моих слов, массивные железные ворота в дальнем конце арены заскрежетали. Медленно, со скрипом тысячелетних петель, они начали открываться.

— Ты это специально делаешь? — обвиняюще спросил Леон.

— Что именно? — закинув ноги на спинку переднего кресла, спросил я.

— Ведешь себя так, будто все это — развлечение! Будто жизни людей ничего не значат!

— Ну почему же, — поправил я. — Просто я не вижу смысла паниковать по каждому поводу. Максимус сказал, что справится сам — пусть справляется. Это его выбор. Тем более он сильный Охотник.

— Но если он погибнет…

— Не погибнет, — уверенно сказал я. — Он слишком упрямый, чтобы умереть. А Люций слишком хитрый. Вместе они справятся.

— Откуда такая уверенность?

— Оттуда, — я кивнул на арену.

Из темноты ворот показалась фигура. Медленно, размеренно, без спешки. Шаги гулко отдавались эхом по амфитеатру.

Худой, почти скелетообразный силуэт в разрушенных доспехах гладиатора. Но это не обычный мертвец — кости были черными, словно обугленные в адском пламени, с золотыми рунами, выжженными прямо на них. Каждая руна пульсировала тусклым светом, создавая жуткий узор.

Вместо головы — корона из черепов разных существ, сросшихся вместе в гротескную пародию на царский венец.

В правой руке он держал гладиус из чистой костяной материи. Не металл, а сама смерть, принявшая форму клинка. В левой же был трезубец, сотканный из теней, которые извивались и шипели, словно живые.

За спиной развевался плащ. Десятки переплетенных позвоночников, создающих жуткое подобие королевской мантии. При каждом шаге они издавали тихий стук, как четки смерти.

И… я был прав, я знаю эту хреновину.

Костяной Император. Личный чемпион Мортиса Фрауда, одно из его величайших созданий в искусстве некромантии. Примерно тринадцатое, если не ошибаюсь.

— Что… что это за тварь? — прошептал Леон.

Внизу Максимус и Люций тоже заметили нового противника, такую глыбу сложно было бы не заметить. Оба напряглись, готовясь к бою. Но даже отсюда я видел — они понимают, что это враг совершенно иного уровня.

Я улыбнулся, наблюдая за их реакцией.

— Будет интересно посмотреть, как они справятся, — сказал я, откидываясь на спинку каменной скамьи.

— Ты… ты серьезно будешь просто сидеть и смотреть⁈ — Леон смотрел на меня так, будто я сошел с ума.

— А что? У меня даже попкорна нет, так что это не совсем полноценный просмотр, но сойдет.

Внизу Костяной Император поднял трезубец. Арена содрогнулась. Песок взметнулся волнами. Фантомные зрители на трибунах взорвались беззвучными криками восторга. Новый этап сражения начался.

Глава 13

Божественные амбиции

Леон сидел на каменной скамье рядом с Дарионом, наблюдая, как внизу на арене Костяной Император медленно поднимал трезубец теней. Песок взметнулся волнами от одного этого движения, а фантомные зрители на трибунах взорвались беззвучными криками восторга.

Его пальцы сжимали рукоять катаны до побелевших костяшек. В кармане жгло сообщение, полученное перед самым входом в Разлом. Очередное послание от старейшин клана Монтильяр, написанное тем же холодным, требовательным тоном:

«Леон, твой брат подвел клан своими действиями. Его безумие запятнало нашу честь. Теперь твой долг — восстановить репутацию рода. Прекрати шататься с этими простолюдинами и займись делами клана. Совет старейшин ждет твоего отчета о продвижении в рангах. Не разочаруй нас, как это сделал Риверс».

Риверс. Даже мертвый, его брат продолжал отбрасывать тень на жизнь Леона. Сначала — как недостижимый идеал, советник Гильдии, гений клана, который тем не менее всего добился сам. Потом — как чудовище, множество людей ради силы. И теперь — как позор, который Леон должен был искупить.

Парень скосил взгляд на Дариона. Тот сидел, закинув ноги на спинку переднего кресла, с таким видом, будто смотрел представление в театре. Расслабленный, уверенный, словно происходящее внизу не представляло никакой угрозы.

«Он всегда такой, — с горечью подумал Леон. — Всегда на шаг впереди, всегда контролирует ситуацию. Даже когда кажется, что он просто дурачится».

В груди шевельнулось что-то горячее. Не просто зависть — нечто большее. Желание доказать, что он не просто тень своего погибшего брата, не просто еще один аристократ из древнего клана. Что он может стать кем-то значимым. Кем-то, кого будут помнить не как младшего Монтильяра, а как Леона.

И теперь у него была сила для этого. Божественная сила.

Леон почувствовал, как внутри откликается энергия Верагона. После того дурацкого контракта с блестками и футболками что-то изменилось. Не просто прибавка к силе — нечто фундаментальное. Он чувствовал пульсацию божественной энергии в венах, видел мир четче, яснее. Каждое движение противника читалось как открытая книга, каждая слабость светилась как маяк.

«Я апостол бога, — напомнил себе Леон. — Не просто Охотник с магией льда, один из многих. Я избранный божества. Пусть и такого… специфического».

Воспоминание о Верагоне заставило его поморщиться. Бог дуэлей оказался совсем не таким, каким Леон представлял божеств. Никакого величия, никакой мудрости. Просто гиперактивный подросток с манией величия и странной одержимостью мерчем.

Но сила была реальной. Леон чувствовал ее каждой клеткой тела. И не просто силу — контроль. Верагон сказал правду: никакого зомбирования, никакого подчинения воли. Только чистая мощь, готовая откликнуться на его зов.

«Могу ли я теперь сравниться с Дарионом? — подумал он, украдкой глядя на мечника. — В конце концов, на моей стороне божественная сила. Он может быть опытным, может знать тысячи техник, но разве человек может противостоять воле бога?»

Внизу на арене Максимус Малигаро взмахнул молотом, красная энергия взорвалась вокруг него. Костяной Император парировал удар трезубцем, контратаковал костяным гладиусом. Люций Аудиторе создавал серебряные нити, пытаясь опутать ноги противника.

Бой шел уже несколько минут, и главы кланов явно начинали уставать. Их атаки становились медленнее, защита — менее плотной. Костяной Император же двигался с той же механической точностью, что и в начале боя.

«Они сильные, — признал про себя Леон. — Одни из лучших Охотников Империи. Но…»

Но они выглядели такими обычными по сравнению с Дарионом. Тот уничтожил шестиметровую костяную тварь за пару секунд. Просто врезался в нее плечом и разрубил пополам. Без усилий, без напряжения, словно это была утренняя разминка.

Злость снова шевельнулась в груди Леона. Почему? Почему этот человек настолько сильнее всех остальных? Что делает его особенным?

«Он убил твоего брата, — шепнул тихий голос в глубине сознания. — Да, Риверс был безумен, да, он стал чудовищем. Но Дарион убил его. И даже не выглядел расстроенным».

Воспоминание всплыло перед глазами. Записи того, как Дарион сражался с Риверсом. Как легко, почти лениво уклонялся от атак апостола хаоса. Как одним ударом пробил его защиту.

Но это все равно был его брат. Тот самый Риверс, который учил его держать меч. Который защищал от хулиганов в академии. Который всегда говорил, что Леон может стать великим, если приложит усилия.

Внизу Костяной Император поднял обе руки, и арена содрогнулась. Из песка начали подниматься костяные руки — десятки, сотни. Скелеты-гладиаторы вылезали из-под земли, окружая Максимуса и Люция.

«Вот и финал», — подумал Леон, наблюдая, как главы кланов встают спина к спине.

Максимус Малигаро зарычал, его молот засветился ярче. Красная энергия окутала его тело, превращая в живое оружие. Он крушил скелетов десятками, каждый удар создавал ударные волны.

Люций Аудиторе превратил пространство вокруг себя в смертельную паутину серебряных нитей. Скелеты разваливались на части, едва коснувшись их.

Но Костяной Император не атаковал сам. Он просто стоял, наблюдая, как его армия изматывает противников. Умный. Расчетливый. Знающий, что время на его стороне.

И тут произошло нечто неожиданное. Максимус и Люций переглянулись — быстрый обмен взглядами, в котором читалось взаимопонимание. Они кивнули друг другу.

Максимус воткнул молот в песок. Красная энергия вокруг него начала пульсировать, концентрироваться.

Люций тем временем создал вокруг них обоих купол из серебряных нитей, защищая от атак скелетов.

«Комбинированная техника, — понял Леон. — Они собираются использовать что-то мощное». Костяной Император тоже это понял. Он шагнул вперед, решив атаковать лично. Трезубец теней удлинился, превратившись в копье тьмы. Гладиус засветился мертвенным светом.

Но было поздно.

Максимус завершил заклинание. Красная энергия взорвалась вокруг него, но не хаотично — она втянулась в молот, концентрируясь до невозможного предела. Оружие светилось как маленькое красное солнце.

Люций убрал защитный купол и создал под ногами Максимуса платформу из серебряных нитей. Та выстрелила главу клана Малигаро вверх, как из катапульты.

Максимус взлетел на десять метров, развернулся в воздухе и обрушился вниз как метеорит. Молот встретился с поднятым в защите трезубцем Костяного Императора.

Взрыв.

Красная энергия против тьмы. Ударная волна разметала скелетов как сухие листья, заставила песок взметнуться фонтаном.

Когда пыль осела, Костяной Император стоял на одном колене. Его трезубец был сломан, левая рука оторвана. Но он все еще двигался, все еще пытался подняться. Этот монстр не сдался.

Люций не дал ему шанса. Серебряная нить, тонкая как волос, прошла через шею Императора. Голова с короной покатились по песку.

Максимус и Люций стояли, тяжело дыша. Оба выглядели на пределе сил, но победа была за ними.

Фантомные зрители взорвались беззвучными аплодисментами. В дальнем конце арены начали открываться массивные ворота — проход на следующий этаж.

— Впечатляет, — прокомментировал Дарион, даже не изменив позы. — Неплохая командная работа для Охотников-одиночек.

Люций повернулся к ним и махнул рукой.

— Господин Торн, присоединитесь к нам на следующем этаже? После такого боя не помешает дополнительная пара рук!

— Или хотя бы дополнительная мишень для следующих монстров, — пробормотал Максимус, но Леон его прекрасно расслышал.

Дарион поднялся и они начали спускаться по каменным ступеням. Леон шел за Торном, наблюдая за его размеренными движениями. Никакой спешки, никакого напряжения. Словно они шли не в смертельно опасном Разломе, а на прогулке в парке.

«Я заслуживаю большего, — снова подумал Леон. — Большего, чем просто быть чьей-то тенью. Большего, чем вечно догонять. С силой Верагона я могу стать равным. Могу даже превзойти…»

— Чистая работа. Особенно финальная комбинация.

— Не нуждаемся в твоем одобрении, — буркнул Максимус.

— Конечно, не нуждаетесь, — легко согласился Дарион. — Но комплименты бесплатные.

Люций рассмеялся, вытирая пот со лба.

— Господин Торн, ваш подход к жизни восхитительно прост. Идем вместе? Следующий этаж может быть еще опаснее.

Дарион кивнул в сторону открытых ворот.

— Идите первыми. Я кое-что проверю и догоню.

Главы кланов переглянулись, пожали плечами и направились к воротам. Их фигуры исчезли в светящемся проходе.

Дарион тем временем подошел к центру арены и начал что-то искать. Леон наблюдал, как мечник методично осматривает песок, словно ища что-то конкретное.

Наконец он нашел то, что искал — небольшую каменную плиту, почти полностью засыпанную песком. Он смахнул песчинки, открывая вид на древние символы.

— Так я и думал, — пробормотал он.

Потом достал из пространственного кармана плаща один из мечей. Обычный стальной клинок, ничем не примечательный. Леон видел десятки таких в мастерской Арии.

— Доволен, когда всю работу делают за тебя? — не удержался от язвительного комментария Леон.

Дарион усмехнулся, не оборачиваясь.

— Просто у нас разный спектр обязанностей, не обольщайся.

Он воткнул меч в центр каменной плиты. Клинок вошел на треть, и по древним символам пробежали искры.

Ворота на следующий этаж начали закрываться.

* * *

Массивные створки медленно сближались, отрезая путь к отступлению. Леон дернулся было к ним, но я остановил его жестом.

— Спокойно. Все идет по плану.

— По плану⁈ — он повернулся ко мне с возмущением. — Ты только что запер нас здесь!

— Не запер, а проложил альтернативный маршрут, — поправил я, наблюдая, как символы на плите начинают светиться ярче. — Конечно, можно было пройти все этажи до десятого, как будут делать все остальные. Тащиться через каждый уровень, сражаться с каждым стражем, тратить силы и время. А можно воспользоваться знаниями тех, кто тут бывал.

Свечение распространилось от плиты по всей арене, создавая сложный узор из светящихся линий.

— Откуда ты знаешь про это? — Леон смотрел на меня с подозрением.

— Мой старый друг. Он изучал башню Мортиса задолго до того, как она каким-то образом оказалась в Разломе. Нашел все секретные проходы, все ловушки, все сокращения. И был достаточно любезен, чтобы поделиться знаниями с соратниками.

Конечно, я не стал уточнять, что это было больше тысячи лет назад, когда башня еще стояла в реальном мире. Когда Мортис Фрауд еще был жив и проводил свои безумные эксперименты. Ага, как будто нам мало было вторжения демонов для большей радости.

Песок под ногами задрожал. Потом провалился, открывая каменные плиты пола арены. А в центре, там, где я воткнул меч, начала подниматься платформа.

Круглая, метров пять в диаметре, покрытая теми же древними символами. И как только она полностью поднялась, воздух над ней замерцал.

— Телепорт? — догадался Леон.

— Почти, — кивнул я. — Это переход в сердце арены. Особое пространство, созданное для… назовем это продвинутыми испытаниями. Мортис любил устраивать там свои специальные представления. Ну и, возможно, тестировать своих монстриков.

— И что нас там ждет?

— Следующая волна, — улыбнулся я. — Те шесть волн, что прошли Максимус с Люцием — это стандартная программа. А у нас будет эксклюзив. Правда, посложнее.

— Посложнее⁈ — Леон сжал кулаки. — Костяной Император едва не убил двух глав весьма влиятельных и крупных кланов, а ты говоришь, что будет сложнее?

— Намного, — кивнул я, шагая на платформу. — Но ты же хотел проявить себя, разве нет? Хотел показать, на что способен? Вот твой шанс. Кстати, пора бы тебе направить свой гнев в нужное русло. Злиться на меня — контрпродуктивно. Это все мои противники тебе сказать могут, — усмехнулся я.

Леон прищурился. Его лицо побагровело, но прежде, чем он успел ответить, платформа активировалась. Мир вокруг размылся, закрутился калейдоскопом красок.

Переход был мгновенным. В одну секунду мы стояли на арене, в следующую — оказались в совершенно другом месте.

Та же арена, но… все же другая. Меньше, компактнее. Трибуны располагались ближе, создавая ощущение интимности. И они были заполнены.

Не фантомами. Настоящими зрителями.

Вернее, тем, что когда-то было зрителями. Мумифицированные тела в древних одеждах сидели на своих местах, их пустые глазницы смотрели на арену. Некоторые все еще сжимали кубки или свитки. Застывшая в вечности публика.

— Что это за место? — прошептал Леон.

— Частная арена Мортиса, — ответил я. — Здесь он устраивал свои особые представления. Заставлял пленников сражаться для развлечения гостей. А когда гости ему надоедали… ну, ты видишь результат.

— Он убил их всех?

— Технически они все еще живы, — поправил я. — В каком-то смысле. Их души заперты в мумифицированных телах, обреченные вечно смотреть представление. Мортис считал это изысканным наказанием за недостаточный энтузиазм.

— Это чудовищно.

— Это Мортис Фрауд, — пожал я плечами. — Гений и безумец в одном лице. Хотя безумца в нем было больше, на мой взгляд.

В этот момент заскрипели ворота в дальнем конце арены. Медленно, со скрежетом тысячелетних механизмов, они начали открываться.

Из темноты ворот донесся звук. Тяжелые, влажные шаги. Будто кто-то огромный и мокрый тащился по каменному полу.

Тварь, которая вышла, не имела ничего общего с жизнью как таковой.

Четырехметровая гора разлагающейся плоти, сшитая из десятков тел. Руки, ноги, торсы — все перемешано в отвратительную мозаику. В правой руке, он держал окровавленный тесак размером с дверь. В левой — ржавый крюк на цепи.

За ним следовали его подручные. Мертвецы-гладиаторы, но отнюдь не обычные. Эти были модифицированы.

Двадцать, тридцать, сорок…

— Их слишком много, — констатировал Леон, доставая катану.

— В самый раз, — ответил я, вытаскивая свой черный клинок. — Давно не было нормальной разминки.

Мясник издал звук, похожий на бульканье болота. Гладиаторы бросились в атаку.

* * *

Кассиопея появилась на каменном полу и едва успела сориентироваться, как рядом появился Тень. Пёс тут же начал озираться, все три головы крутились в разные стороны. Не увидев Дариона, он жалобно заскулил, прижав уши.

— Эй, все хорошо, — Касс присела рядом с ним, почесывая среднюю голову за ухом. — Мы же были готовы к разделению. Дарион предупреждал, что арена может разбросать нас по разным местам.

Тень недоверчиво посмотрел на нее правой головой, пока левая продолжала осматривать место, а средняя наслаждалась почесыванием.

— Я знаю, знаю, ты скучаешь по хозяину. Но мы должны справиться сами. Покажем ему, что можем быть полезными, а?

Пёс фыркнул всеми тремя носами одновременно, но хвост слегка вильнул.

В этот момент в нескольких метрах от них материализовались еще фигуры. Хельга Эйзенхорн в своем практичном комбинезоне, увешанная странными приборами. За ней — двое Охотников в форме с эмблемой клана.

— Фасцинирующе! — воскликнула Хельга, тут же доставая какой-то сканер. — Пространственное разделение по неизвестному алгоритму! Нужно взять замеры!

Она начала водить прибором по воздуху, что-то бормоча себе под нос. Касс закатила глаза.

— Эм, простите, госпожа Эйзенхорн? У нас тут вроде как смертельно опасный Разлом.

— Именно! — Хельга повернулась к ней, глаза за толстыми линзами очков горели энтузиазмом. — И это делает данные еще ценнее! Представляете, какие искажения в магическом поле создает среда с такой концентрацией некротической энергии? Где я еще такое достану?

— Я больше представляю, как эта некротическая энергия создаст из нас трупы, если мы не будем осторожны.

— О, не волнуйтесь, — Хельга махнула рукой, продолжая снимать показания. — Мои расчеты показывают, что первая волна противников появится не раньше, чем через…

Она не договорила. Песок под их ногами взорвался, и оттуда вылезли скелеты. Десятки костяных воинов с ржавым и не всегда целым оружием.

— … или прямо сейчас, — закончила Хельга, убирая сканер. — Как неожиданно!

Касс среагировала первой. «Шаг в пустоте» — и она исчезла, появившись за спиной ближайшего скелета. Кинжалы блеснули, отсекая позвоночник в основании черепа. Скелет рухнул.

Но на его место тут же пришли трое других.

Тень зарычал и бросился в гущу врагов. Его цепи хлестали во все стороны, разбивая кости, казалось, без особых усилий.

Хельга вздохнула, словно ей приходилось отвлекаться от важной работы на какую-то ерунду. Она подняла правую руку в технологичной перчатке, и воздух вокруг нее задрожал.

— Нейроинтерфейс активирован, — произнесла она ровным голосом. — Протокол «Дезинтеграция» запущен.

Из перчатки вырвался луч чистой энергии. Луч прошел через пятерых скелетов, и они просто… исчезли. Не рассыпались, не упали — молекулярная структура распалась на атомы.

— Вау, — выдохнула Касс, уворачиваясь от удара ржавого меча. — Это было круто! Можно мне такую перчатку?

— Нет. И это было расточительно, — поправила Хельга. — Энергозатраты на полную дезинтеграцию нерациональны. Нужен более эффективный подход.

Она щелкнула пальцами, и перчатка изменила конфигурацию. Теперь вместо одного мощного луча из нее вылетали десятки тонких нитей энергии.

Нити коснулись ближайших скелетов, и те… замерли. А потом развернулись и начали атаковать своих же.

— Перехват управления некромантическими связями, — пояснила ученая, управляя скелетами как кукловод. — Элементарная манипуляция энергетическими потоками.

— Элементарная, говорит она, — пробормотала Касс, добивая очередного противника и оттолкнув ударом ноги того, кто попытался подобраться к ней следующим.

Тень тем временем разошелся. Пёс увеличился в размерах, достигнув двух метров в холке. Темное пламя окутало его тело, а цепи удлинились и утолщились.

Он врезался в толпу скелетов как живой таран, разметав их во все стороны. Левая голова схватила одного за череп и раздавила. Правая выпустила сгусток темной энергии, пробивший дыру в строю противников. Средняя будто бы координировала атаки, рыча команды.

— Восхитительно! — воскликнула Хельга, наблюдая за псом. — Трёхголовая химера с признаками инфернального происхождения! Нужно взять образцы!

— Не советую, — предупредила Касс, появляясь рядом. — Он кусается. К тому же его хозяин вряд ли одобрит подобное обращение.

Битва продолжалась. Скелеты шли волнами, но четверка справлялась. Два охотника Хельги тоже не сидели сложа руки — один создавал барьеры, второй стрелял энергетическими стрелами.

И тут Касс заметила кое-что интересное. В своих прыжках и перемещениях она начала видеть… узоры. Движения скелетов не были хаотичными. Они следовали определенному шаблону.

«Как учил Дарион, — подумала она. — Не смотри на отдельных врагов. Смотри на поле боя целиком».

И она увидела. Скелеты формировали круг, загоняя их в центр. Классическая тактика окружения.

— Они пытаются нас окружить! — крикнула она.

— Разумеется, — кивнула Хельга, продолжая управлять захваченными скелетами. — Базовая тактическая схема. Вероятность успеха — тридцать два процента.

— Почему так мало?

— Потому что я уже просчитала контрмеры, девочка, — аристократка посмотрела на нее так, будто перед ней младшеклассница, которая мешает работе более взрослой женщины.

Хельга подняла левую руку, на которой был браслет с красной кнопкой.

— Всем прикрыть глаза! — скомандовала она и нажала кнопку.

Вспышка.

Ослепительно белый свет залил арену. Касс зажмурилась, но все равно увидела красные пятна под веками. Когда она открыла глаза, все скелеты в радиусе двадцати метров лежали на земле. Не разрушенные — просто деактивированные.

— ЭМП-граната модифицированная, — пояснила Хельга. — Разрывает магические связи, удерживающие нежить в активном состоянии. Патент в процессе оформления.

— Вы гений, — искренне восхитилась Касс.

— Я знаю, — без ложной скромности ответила Хельга. Для нее, по-видимому, это было само собой разумеющимся. — Но это было только начало.

Она указала на дальний конец арены, где открывались новые ворота. Оттуда выходили новые противники. Но не скелеты.

Механические гладиаторы. Трехметровые конструкции из бронзы и железа, с шестеренками вместо суставов и паровыми двигателями в груди. В руках — оружие всех видов, от мечей до арбалетов.

— О, это уже интереснее! — глаза Хельги загорелись. — Механическая нежить! Редчайший тип! Нужно захватить образец!

— Может, сначала выживем? — предложила Касс.

— Выживание вторично, — отмахнулась ученая. — Научные данные первичны!

Тень зарычал, готовясь к новой атаке. Касс перехватила кинжалы удобнее. Механические гладиаторы шли ровным строем, их шаги синхронны, движения выверены.

— Кстати, — сказала Хельга, настраивая перчатку на новый режим. — Вы же из «Последнего Предела»? Где господин Торн?

— На другой арене, — ответила Касс. — Мы разделились.

— Жаль. Хотела бы изучить его подробнее. Его физические показатели выходят за рамки человеческих норм. Возможно, мутация?

— Он просто очень сильный, — пожала плечами Касс.

— «Просто» и «очень сильный» — ненаучные термины, — поправила Хельга. — Нужны точные измерения. Сила удара, скорость реакции в миллисекундах, энергетический выброс в джоулях, пределы выносливости, в конце концов…

Её прервал свист. Механический гладиатор выстрелил из арбалета. Болт пролетел в сантиметре от уха Хельги.

— Как грубо, — нахмурилась она. — Прерывать научную дискуссию неприлично.

Она направила перчатку на стрелявшего. Луч энергии ударил в его грудь, но… ничего не произошло. Механический гладиатор продолжил наступление.

— Интересно! — воскликнула Хельга. — Антимагическое покрытие! Нужно попробовать другой подход!

Касс не стала ждать, пока ученая закончит эксперименты. «Шаг в пустоте», и она оказалась за спиной механического гладиатора. Кинжалы ударили в сочленение между шлемом и нагрудником.

Лезвия высекли искры, но не пробили металл.

— Твою ж… — выругалась она, отскакивая от ответного удара.

Механический гладиатор развернулся с неожиданной для такой громадины скоростью. Его меч рассек воздух там, где секунду назад была её голова.

Тень бросился на помощь. Пёс вцепился всеми тремя головами в руку гладиатора, пытаясь оторвать ее. Металл скрипел, но держался.

— Сплав усилен магически! — крикнула Хельга, сканируя противника. — Обычным оружием не пробить!

— А что необычное есть? — спросила Касс, уворачиваясь от очередной атаки.

Хельга улыбнулась.

— У меня всегда есть план Б, и В, и Г. Иногда доходит до трех, но это редко.

Она достала из кармана небольшой цилиндр, похожий на маркер.

— Молекулярный дестабилизатор. Экспериментальный образец. Может сработать. Может взорваться. Шансы пятьдесят на пятьдесят. Но будет увлекательно.

— Обожаю такие шансы, — саркастично заметила Касс.

— Отвлеките их на десять секунд!

Касс кивнула. Она начала бегать между механическими гладиаторами, используя свою скорость. Не атаковала — просто дразнила, заставляла поворачиваться, путаться друг в друге.

Тень помогал, выпуская цепи, опутывая ноги, заставляя противников спотыкаться.

— Готово! — крикнула Хельга.

Она направила цилиндр на ближайшего гладиатора и нажала кнопку. Невидимая волна прошла через воздух.

Эффект был мгновенным. Металл начал… таять. Нет, не плавиться — терять структуру. Молекулярные связи распадались, превращая прочный сплав в кучу ржавчины за секунды.

Механический гладиатор попытался сделать шаг и рассыпался на части.

— Ха! Работает! — воскликнула Хельга.

Она направила устройство на следующего. И следующего. Один за другим механические гладиаторы превращались в груды металлолома.

Но тут цилиндр задымился.

— О-оу, — протянула Хельга. — Это нехорошо.

— Насколько нехорошо? — напряглась Касс.

— По шкале от одного до десяти? Примерно тринадцать.

Хельга швырнула дымящийся цилиндр как можно дальше. Тот взорвался в воздухе, создав сферу искаженного пространства. Все, что попало внутрь — песок, обломки, даже воздух — исчезло.

— Нужно доработать стабилизатор из более прочных сплавов, — задумчиво произнесла Хельга, доставая блокнот и что-то записывая.

— Вы серьезно⁈ — Касс не могла поверить. — Мы чуть не взорвались, а вы делаете заметки⁈

— Именно! Неудачные эксперименты дают больше данных, чем удачные!

Тень подошел к Касс и ткнулся средней головой ей в бок. Девушка почесала его за ухом.

— Знаешь, приятель, твой хозяин кажется нормальным на фоне… некоторых.

Пёс согласно гавкнул всеми тремя головами.

Вторая волна была уничтожена. Арена опустела. Но ненадолго.

Новые ворота начали открываться. На этот раз их было трое, расположенные треугольником.

— Это будет весело, — саркастично пробормотала Касс.

— «Весело» — ненаучный термин, — поправила Хельга, доставая новое устройство. — Правильнее сказать: «статистически маловероятно успешно».

— Спасибо, теперь я чувствую себя намного увереннее.

Из ворот начали выходить новые противники. И Касс поняла, что «весело» — было слишком оптимистичным прогнозом.

* * *

Последний модифицированный гладиатор рухнул на песок, распадаясь на части. Последняя волна была пройдена. Я отряхнул меч от черной крови и убрал его в ножны.

Леон стоял в нескольких метрах, тяжело дыша. Его плечо все еще кровоточило от раны, нанесенной последней тварью, но парень упрямо игнорировал боль.

— Неплохо дрался, — заметил я, доставая из кармана флягу с водой.

Леон дернулся, словно я его ударил.

— Неплохо? — процедил он сквозь зубы. — Я уничтожил половину этих тварей!

— И чуть не получил тесак в спину, — напомнил я. — Осторожнее надо быть.

Его лицо исказилось от злости. Кулаки сжались так, что побелели костяшки.

— Всегда ты знаешь лучше, да? — выплюнул парень. — Всегда на шаг впереди, всегда контролируешь ситуацию! А остальные для тебя просто… статисты!

Я тяжело выдохнул. Опять эти детские обиды.

— Леон, тебе лучше покинуть Разлом. Ты ранен и на взводе. Это плохая комбинация для успешного прохождения рейда.

— Покинуть⁈ — он сделал шаг ко мне. — Опять решаешь за меня⁈

— Я советую, — спокойно ответил я. — Твое эмоциональное состояние мешает трезво оценивать ситуацию.

— Мое эмоциональное… — Леон рассмеялся, но смех вышел горьким. — Знаешь что? Ты убил моего брата! Да, Риверс сошел с ума, да, он стал чудовищем! Но ты убил его, и даже глазом не моргнул!

Я усмехнулся.

— Ты сам понимаешь, что это была необходимость. Риверс угрожал всему городу. К тому же, если не забыл, он вышвырнул тебя с сотого этажа. Разбился бы ты насмерть, если бы не Зара.

Но Леон словно не слышал. Его глаза горели яростью, а правая рука медленно поднималась.

— Всегда у тебя есть оправдание, — прошипел он. — Всегда логика, холодный расчет!

Перчатка на его правой руке порвалась, обнажая странную татуировку на ладони. Ничего подобного я до этого не видел.

— Я вызываю тебя на дуэль, Дарион Торн! — его голос прогремел по арене. — Прими этот вызов с честью!

Я устало выдохнул. Вот только этого не хватало.

— Не нужно, Леон. Это плохо для тебя закончится. Лучше выйди из Разлома и проспись.

Но в глубине души я понимал: он не отступит. Упрямство Монтильяров было, похоже, легендарным. А я… я никогда не отказывался от дуэлей. Старая привычка, от которой так и не смог избавиться.

Но, что неожиданно, вокруг нас начал формироваться золотой круг, проступая прямо на песке арены. Новая и незнакомая мне магия, которой овладел парень.

— Дурак ты, Леон, — сказал я с разочарованием в голосе.

Золотое свечение усилилось, замыкая нас обоих внутри круга.

Глава 14

Дуэль

Золотой круг замкнулся, создавая барьер между нами и остальным миром. Песок арены внутри круга заискрился, приобретая странный золотистый оттенок. Я чувствовал, как пространство уплотнилось, стало увесистее, давление на плечи увеличилось. Будто мы оказались в отдельном карманном измерении.

— Красиво, — признал я, разглядывая светящиеся руны по периметру круга. — Не знал, что ты освоил такую продвинутую магию. Хотя, судя по всему, это не совсем твоя заслуга, верно?

Леон не ответил. Его лицо исказила ярость, а в глазах плясало безумие человека, загнанного в угол собственными нереализованными амбициями. Катана в его руке засветилась холодным голубым светом, температура внутри круга резко упала.

— Я покажу тебе, — прошипел он сквозь зубы. — Покажу, что я не слабее! Что я достоин уважения!

Он бросился вперед с криком, вкладывая в атаку всю свою силу. Катана рассекала воздух, оставляя за собой ледяной след. Техника была хорошей, скорость впечатляющей. Для обычного Охотника это был бы смертельный удар.

Я сделал небольшой едва заметный шаг в сторону, ровно настолько, чтобы лезвие прошло мимо. Когда Леон пролетал мимо, увлекаемый собственным импульсом, я выставил ногу.

Леон врезался в нее и полетел кубарем по песку, поднимая облако золотистой пыли. Его катана выпала из рук и воткнулась в землю в нескольких метрах от него.

— Серьезно? — я покачал головой. — Ты вызвал меня на дуэль ради этого? Чтобы я смотрел, как ты спотыкаешься о собственные ноги?

Леон вскочил, его лицо пылало от унижения. Он вытянул руку, и катана сама вернулась к нему, покрытая еще более плотным слоем инея.

— Заткнись! — рявкнул парень и начал формировать заклинание.

Воздух вокруг него закрутился, формируя вихрь из снежинок и ледяных осколков. Сотни острых как бритва ледяных лезвий полетели в мою сторону, покрывая все пространство внутри круга.

Я, покачав головой, вздохнул и перешел к Стилю Огненной Геенны. Меч вспыхнул алым пламенем, температура вокруг меня подскочила. Один горизонтальный взмах, и волна огня встретила ледяной шторм. Лед мгновенно испарился, превратившись в пар.

— Предсказуемо, — прокомментировал я. — Стоит сразу использовать что-то посильнее, ты же понимаешь, что этого мало. Неужели за все это время наших совместных рейдов забыл, как я действую?

Леон не слушал. Он уже готовил следующую атаку. Его катана вонзилась в песок, и от точки удара по земле побежали ледяные змеи. Очевидная техника для обездвиживания противника. Ледяные щупальца вырывались из-под земли, пытаясь схватить мои ноги.

Я просто подпрыгнул, используя минимальное усилие, и приземлился на одно из ледяных щупалец. Оно треснуло под моим весом.

— Ты же знаешь, что я могу ходить по воздуху? — напомнил я. — Зачем атаковать снизу?

— Хватит издеваться! — Леон сформировал десятки ледяных копий вокруг себя.

Копии были точными, вплоть до мельчайших деталей. Все они одновременно бросились в атаку. Впечатляюще. Он явно тренировался, хотел этого сражения.

Я начал двигаться между копиями, уклоняясь от их атак с минимальными движениями. Шаг влево, и копия промахивается. Наклон головы — лезвие проходит мимо. Поворот корпуса, и еще один промах.

Копии рассыпались одна за другой, не выдерживая моих простых ударов. За десять секунд от армии не осталось ничего, кроме ледяной крошки на песке.

— Хочешь совет? — предложил я, стряхивая ледяную пыль с плаща. — Меньше копий, больше качества. Количество без качества — это просто трата энергии. Достаточно одной, но которая будет обладать твоей скоростью и силой.

Леон тяжело дышал, пот струился по его лицу, несмотря на холод. Но в его глазах все еще горела решимость. Он поднял катану над головой, и вокруг него начала собираться вся оставшаяся магическая энергия.

— Мне не нужны твои уроки! — крикнул он.

Воздух вокруг него буквально замерз. Песок покрылся инеем, превратившись в подобие арктической пустыни. Катана в его руках трансформировалась, становясь больше, массивнее. Лезвие удлинилось до трех метров, став похожим на гигантский ледяной клык.

Леон взмахнул трансформированной катаной. Воздух раскололся от холода, создавая видимые трещины в пространстве. Волна абсолютного холода понеслась ко мне, замораживая все на своем пути.

Я исчез с пути атаки.

Нет, не телепортировался. Просто сдвинулся так быстро, что человеческий глаз не смог уследить движение. В следующее мгновение я уже стоял за спиной Леона, постукивая пальцем по его плечу.

— Бу, — сказал я.

Леон дернулся и попытался развернуться, но я легко толкнул его в спину. Истощенный от использования столь мощной магии, он не смог удержать равновесие и снова упал лицом в песок.

— Сколько раз мне нужно тебя уронить, чтобы ты прекратил? — спросил я, глядя на него сверху вниз. — Убери свою магию, пока я добрый, и иди домой. Я не собираюсь нянчиться с тобой.

Леон поднялся на четвереньки, его плечи тряслись. Сначала я подумал, что он вот-вот заплачет. Но потом услышал смех. Горький, истерический смех человека на грани.

— Нянчиться? — он поднял голову, и я увидел в его глазах чистое бешенство. — ДЕРИСЬ СО МНОЙ НОРМАЛЬНО! Хватит играть так, словно я какой-то ребенок!

Парень вскочил на ноги и воздел руку к багровому небу. Татуировка на его ладони, которую я заметил ранее, вспыхнула золотым светом.

— Если ты не хочешь драться со мной всерьез, я заставлю тебя!

Небо над нами озарилось золотым сиянием. Сотни, нет, тысячи светящихся стрел материализовались в воздухе, все нацеленные на меня.

«Подавление» — та самая техника, которую он демонстрировал раньше, но усиленная во много раз.

Стрелы обрушились вниз золотым дождем. Каждая несла в себе достаточно силы, чтобы пробить стальную броню. Вместе они могли превратить в решето целое здание.

Я устало вздохнул.

— Серьезно говоришь…

Я сжал рукоять меча. Черный клинок отразил золотое сияние, создавая странный контраст. Я сделал один взмах. Всего один, но вложил в него достаточно силы.

Воздушная волна от удара взметнулась вверх, встречая падающие стрелы. Золотые снаряды отскочили, разлетелись в стороны, некоторые даже полетели обратно. За секунду от этого божественного дождя не осталось ничего, кроме золотых искр, медленно оседающих на песок.

— А ты уверен, что справишься? — спросил я, и впервые за все время позволил своей истинной натуре проявиться.

Я выпустил ее.

Ауру убийства, которую сдерживал с момента возвращения из мира демонов. Жажду крови, которую взрастили во мне сто лет непрерывных сражений. Холодную, беспощадную готовность уничтожить все, что встанет на моем пути.

Воздух вокруг меня потемнел. Песок под ногами почернел, словно обугленный невидимым пламенем. Само пространство задрожало, не выдерживая концентрированной жажды убийства, которую я держал взаперти так долго.

— Видишь ли, — продолжил я, делая шаг вперед, — подобному не место в этом мире. Я научился это контролировать, прятать, делать вид, что я просто сильный Охотник с плохим характером. Но правда в том…

Я сделал еще шаг. Леон попятился, его глаза расширились от ужаса.

— Правда в том, что я провел сто лет, убивая все, что движется. Демонов, монстров, существ, для которых у вас даже названий нет. Я дрался, когда не мог стоять. Убивал, когда не мог видеть от крови на лице. Выживал, когда само понятие выживания теряло смысл.

Еще шаг. Леон упал на задницу и начал пятиться назад.

— И знаешь, что самое страшное? Я к этому привык. Убийство стало для меня естественным, как дыхание. Я могу улыбаться, шутить, делать вид, что я нормальный. Но стоит мне перестать себя сдерживать…

Я остановился, глядя на него сверху вниз. В моих глазах не было эмоций. Только холодная оценка — стоит ли тратить усилия на устранение угрозы.

— Так что подумай еще раз. Ты, правда, хочешь, чтобы я дрался с тобой всерьез?

* * *

Леон Монтильяр не мог дышать.

Воздух превратился в густую патоку, давящую на легкие с силой пресса. Каждая клетка его тела кричала об опасности, приказывая бежать, прятаться, делать что угодно, только бы оказаться подальше от этого… существа.

Потому что-то, что стояло перед ним, не было человеком. Не могло быть.

Дарион Торн, саркастичный мечник с плохими шутками и ленивой манерой поведения, исчез. На его месте стояло нечто иное. Машина для убийства, выкованная в горниле бесконечной войны. Существо, для которого смерть была не концом, а инструментом.

Леон видел многих сильных Охотников. Видел глав кланов, S-ранговых воинов, даже легендарных героев прошлого на записях. Но это… это было другое.

В ауре Дариона не было ярости. Ярость подразумевала эмоции. Не было жестокости — жестокость требовала чувств. Была только холодная, расчетливая готовность уничтожить все, что он посчитает угрозой. Без злобы, без удовольствия, без сожаления. Просто потому, что так эффективнее.

Леон понял с кристальной ясностью — он не противник для Дариона. Он даже не неудобство. Он просто… препятствие. Мелкое, незначительное препятствие, которое можно устранить одним движением, если оно станет слишком назойливым.

Его рука дрожала, но он все равно поднял ее, активируя татуировку. Золотое свечение усилилось, и в его голове раздался знакомый голос.

— Йоу, — Верагон звучал непривычно серьезно. — Я смотрю, ты тут умирать собрался. Какой-то смертный запугал до смерти моего апостола… Не дело, ой не дело.

— Помоги мне, — прошептал Леон, не в силах отвести взгляд от Дариона.

— Эээ, приятель, ты вообще чувствуешь, ЧТО стоит перед тобой? — в голосе бога появились нотки нервозности. — Это не просто сильный человек. Это… это вообще законно? Такое количество убийственной ауры в одном существе должно быть запрещено! Погоди… что за бред. Даже у моего брата нет подобного, а он…

— Ты бог! — воскликнул Леон мысленно. — Ты же можешь победить его!

— Теоретически — да. Практически… — Верагон замялся. — Слушай, ты можешь просто сдаться. Я засчитаю тебе это как тактическое отступление. Даже дам ачивку «Выжил в невозможной ситуации»! Видишь, какой я щедрый?

— НЕТ! — Леон стиснул кулаки. — Возьми контроль над моим телом! Я приказываю тебе! Я ДОЛЖЕН победить! Должен доказать, что я не слабак!

— Ты уверен? Потому что…

— СДЕЛАЙ ЭТО!

Верагон вздохнул — странный звук для бога.

— Ладно. Но если ты помрешь в процессе, я буду очень зол, потому что мне опять придется искать апостола, к тому же пока я буду в твоем теле, твои раны отразятся и на мне, а это, ну знаешь… неприятно.

Золотая энергия хлынула через татуировку, заполняя тело Леона божественной силой. Его глаза вспыхнули золотом, волосы встали дыбом от энергии. Но самое главное — изменилось выражение лица. Вместо страха и ярости появилась легкомысленная ухмылка.

Верагон открыл глаза в теле Леона и тут же пожалел об этом, потому что находясь там, вдали он не чувствовал этого в полной мере, но сейчас, оказавшись рядом…

— Что… — божественный голос дрогнул. — Кто, черт возьми, такой этот Торн⁈

Аура убийства била по нему даже через божественную защиту. Верагон чувствовал ее каждой частицей заимствованного тела. Это было как стоять перед цунами из чистой смерти.

— Окей, — пробормотал он устами Леона. — Это… это будет немного сложнее, чем я думал.

* * *

Я наблюдал, как выражение лица Леона меняется. Страх исчез, сменившись чем-то вроде наигранной бравады. Аура тоже изменилась — стала более плотной, более… божественной. Именно. Точно также как и было с Зарой. Тогда я почувствовал именно это ощущение.

— Опять, — вздохнул я. — Что ж, видимо, меня окружает намного больше богов, чем я думал.

Я убрал убийственную ауру, запирая ее обратно. Незачем пугать местных обывателей. К тому же драться с одержимым богом требовало другого подхода.

— Как тебя зовут? — спросил я у существа в теле Леона.

— Верагон! — ответил тот, пытаясь принять героическую позу. — Бог дуэлей, повелитель честных поединков и… эээ… у меня есть мерч!

Я моргнул. Мне же не послышалось?

— Мерч?

— Футболки! Кружки! Брелоки! Хочешь, подарю календарь с моими лучшими позами?

— … Серьезно?

— А что? — Верагон пожал плечами телом Леона. — Надо же как-то продвигать бренд! Конкуренция среди богов жесткая, знаешь ли! А всем нужны последователи.

Я потер переносицу. После Лисары с ее обольщением теперь еще и бог-маркетолог. Что дальше, божество социальных сетей и мемов?

— Слушай, Верагон, — сказал я устало. — Я разочарован. После Забытых Глубин Леон должен был понять, что впускать в себя всякую хрень не стоит. А в итоге опять наступил на те же грабли.

— Эй! — обиделся бог. — Я не «всякая хрень»! Я официальный бог с лицензией и всеми документами! Хочешь, покажу сертификат? — начал он почему-то рыться в карманах брони Леона.

— Не надо. Давай просто закончим с этим.

— О, точно! — Верагон принял боевую стойку, которая выглядела одновременно профессиональной и какой-то… театральной. — Готовься, Торн! Сейчас ты увидишь силу настоящего бога!

Он атаковал, и я должен был признать — это было впечатляюще. Катана Леона трансформировалась, покрывшись золотыми рунами. Каждый взмах оставлял в воздухе светящиеся следы, формирующие сложные узоры.

Я парировал первый удар, и по моей руке прошла волна онемения. Божественная энергия была плотнее обычной магии, тяжелее. Второй удар я отбил, но усилий потребовалось больше.

— Ха! — воскликнул Верагон, продолжая атаку. — Чувствуешь разницу? Человек, даже такой сильный, никогда не сравнится с тем, в кого вселился бог!

Он создал вокруг себя ореол из золотых клинков — десятки светящихся мечей, парящих в воздухе. Все они атаковали одновременно, с разных углов, не оставляя слепых зон.

Пришлось приложить куда большие усилия, чем до этого. Я ускорился, отбивая летящие клинки, уклоняясь от тех, что не мог парировать. Один все же достал, оставил порез на щеке. Кровь потекла по лицу.

— Первая кровь! — торжествующе объявил Верагон. — Кстати, хочешь услышать мой победный клич? Я его специально придумал! «Верагон побеждагон»! Круто, да?

— Это худшая игра слов, которую я слышал, — ответил я, вытирая кровь. — И я провел сто лет с демонами, которые обожали плохие каламбуры.

— Ты просто завидуешь моему креативу!

Он усилил натиск. Золотая энергия формировала вокруг него доспехи из чистого света. Скорость возросла, удары стали точнее. И что самое неприятное, он явно наслаждался процессом.

— Кстати, — сказал Верагон между ударами, — двигаться под твоей аурой реально тяжело! Это как драться в костюме из свинца! Не мог бы ты ее совсем убрать? Для честного поединка?

— Я ее уже убрал.

— Что⁈ — он на секунду замер. — Но я все еще чувствую давление!

— Это остаточный эффект. Ты уж прости, придется страдать, — ухмыльнулся я.

Разговаривать и драться одновременно было странно, но почему-то естественно. Верагон атаковал, я защищался и контратаковал, мы обменивались репликами — все это напоминало дружеский спарринг, если игнорировать божественную энергию и смертельную опасность.

Но потом я заметил, что мой плащ пострадал. Несколько порезов на рукавах, дыра на боку. Хотя он был полностью укреплен — да уж, Ария будет недовольна.

— Не хотел я тебя ранить, мелкий, — сказал я, обращаясь, скорее, к Леону, чем к Верагону. — Но в итоге ты меня вынудил.

Я убрал свой основной меч и достал второй из пространственного кармана. Два полуторных клинка в руках — не самая удобная комбинация, но для этой техники подходила идеально.

Стойка Разделенной Бури. Создана для боя против противников, способных читать и предсказывать движения. Два меча двигаются в противоположных ритмах, создавая хаотичный, непредсказуемый паттерн атак.

— О, святое дерьмо, — театрально выдохнул Верагон. — Два меча! Это должно меня испугать? Такую реакцию ты ждал?

Я атаковал. Правый меч шел сверху, левый — снизу. Когда Верагон блокировал верхний, нижний менял траекторию. Когда пытался уклониться от обоих, они сходились в точке, где он должен был оказаться.

За десять секунд я нанес двенадцать ударов. Восемь достигли цели. Тактический костюм Леона превратился в лохмотья, на теле появились порезы. Не глубокие, я сдерживался, все еще сдерживался, но болезненные. Неужели становлюсь сентиментальным?

— Ай! Ой! Хватит! — Верагон отскочил назад, прижимая руку к особенно глубокому порезу на плече. — Это же тело не мое! Ты своего друга ранишь!

— Надо было думать раньше.

— Ладно! — глаза Верагона вспыхнули ярче. — Ты не оставляешь выбора! Смотри и восхищайся — «Семь Ударов Божественного Превосходства»!

Он принял странную позу — ноги широко расставлены, катана поднята над головой, сжатая обеими руками. Золотая энергия сконцентрировалась вокруг лезвия до такой степени, что воздух начал искрить.

— Красивое название, — признал я.

— Спасибо! Придумывал три дня! — гордо ответил Верагон. — Это моя коронная техника! Тело апостола на семь секунд получает скорость и рефлексы самого бога! За это время можно нанести ровно семь ударов, каждый из которых будет «совершенным» — попадет точно в уязвимое место противника, независимо от его защиты!

Он говорил это так, словно подобное было записано в какой-то инструкции.

— И ты мне это рассказываешь потому что?..

— Потому что это круто! И потом будет эпичнее, когда ты проиграешь, зная, что тебя ждет! Да-да!

Я вздохнул и сменил стойку. Стиль Совершенного Фехтования — самый сложный и отточенный из всего моего арсенала.

— Давай, — сказал я. — Покажи свои семь ударов, божок.

Верагон исчез. Двигался так быстро, что даже мой тренированный глаз едва успевал следить. Первый удар пришел справа, целясь в сонную артерию. Мой правый меч встретил его в сантиметре от шеи.

Второй — снизу, в печень. Левый меч опустился точно вовремя.

Третий пошел сверху, раскалывающий удар в голову. Скрестил оба меча, принимая удар на перекрестье.

Четвертый, пятый, шестой — серия быстрых выпадов в сердце, горло, живот. Каждый встречен, отбит, перенаправлен.

Седьмой был самым сложным. Верагон появился за спиной, катана шла в обход всех возможных блоков, целясь в основание черепа.

Я развернулся на пятке, одновременно приседая. Удар прошел над головой, срезав несколько волос. Мой ответный пинок попал Верагону в живот, отбрасывая его назад.

Семь секунд истекли. Божественная скорость исчезла.

Верагон, точнее, Леон с Верагоном внутри, вылетел вперед, ударившись о золотистый барьер и пробивая его. Магия, поддерживающая это пространство, мгновенно развеялась.

Лицо Леона изменилось, возвращая нормальное выражение. Он попытался встать, но ноги не держали.

— Ты проиграл, — сказал я, убирая мечи. — И дважды нарушил правила. Сначала напал на члена своей организации без веской причины. Потом использовал внешнюю силу в личной дуэли.

Я подошел к нему и посмотрел сверху вниз. В моих глазах не было злости, только разочарование и презрение.

— Ты потерял мое доверие, Леон. Тебе больше нет места в «Последнем Пределе». Убирайся.

Не дожидаясь ответа, я развернулся и пошел к появившемуся проходу на следующий этаж. Позади остался сломленный парень, так и не понявший, что сила — это не только магия и божественные контракты, а нечто большее.

Проход мерцал фиолетовым светом. Я шагнул в него без колебаний.

Обычно между этажами была секунда дезориентации, не больше. Но в этот раз я будто падал сквозь калейдоскоп из света и тьмы. Мелькали образы: лица, места, моменты из прошлого. Секунда растянулась в вечность, потом сжалась обратно.

Я материализовался на маленьком каменном островке, парящем в абсолютной пустоте. Под ногами был отполированный черный камень размером метр на метр. Вокруг — ничего. Абсолютная чернота без единой звезды, без горизонта, без ориентиров.

— Девятый этаж, — пробормотал я, узнавая это место по описаниям Аркариуса. — Преддверие Вершины.

Сделал осторожный шаг вперед. Там, где моя нога коснулась пустоты, материализовалась новая каменная плита. Еще шаг — еще плита. Путь создавался по мере движения.

— Так далеко я в прошлый раз не заходил, — признал я, оглядываясь.

В той давней вылазке мы с друзьями дошли только до седьмого этажа, прежде чем Мортис активировал защитный механизм и выкинул нас из башни. Но Аркариус потом вернулся один, дошел до самого верха. Уж не знаю, что случилось, но очевидно, что победителя в их битве не определилось. А спустя пару лет Фрауд исчез. Очевидно, появившись здесь.

Теперь мне предстояло узнать, что же такого ужасного скрывалось на вершине башни Мортиса Фрауда, и как он оказался здесь. Хотя вряд ли эта сволочь до сих пор жива. С другой стороны, чего только не бывает в этом мире.

Глава 15

Преддверие вершины

Мастерская располагалась в заброшенном промышленном квартале среднего города. Снаружи красовались ржавые стены и выбитые окна, типичное здание из тех, что остались после последней волны модернизации. Внутри же царил совершенно иной мир: высокотехнологичное оборудование, голографические проекторы, стеллажи с артефактами различных эпох.

Зеро стоял у массивного верстака, методично работая над своим боевым костюмом. Черный композитный материал был испещрен глубокими порезами — следы недавнего столкновения. Черные волосы, обычно аккуратно зализанные назад, сейчас падали на лицо, пока он склонился над поврежденным участком брони. Ни маски, ни парика не было, сейчас они были ни к чему.

Красная линия оптического сенсора на его маске, лежащей рядом, периодически мигала, сканируя помещение на предмет угроз. Даже здесь, в собственном убежище, Зеро не расслаблялся полностью.

— Так и что, этот Дарион Торн — тот, кого ты искал? — раздался голос из дальнего угла комнаты.

Там, в тени, сидел мужчина средних лет. Острые черты лица, седеющие виски, взгляд, в котором читалась древняя мудрость. Глаза выделялись — они не соответствовали внешности этого мужчины. Он сидел, сложив руки на груди, и наблюдал за работой Зеро с легкой усмешкой.

— Да, — коротко ответил Зеро, не отрываясь от работы. Специальный полимерный состав медленно затягивал разрывы в броне. — Правда, он совсем не такой. Я не понимаю. Он остался таким же, не постарел ни на день, но при этом его техники… Он изучил много новых, на некоторые из них требуются годы, а то и десятилетия тренировок. Так просто их не отточить.

— Но ты скопировал их за пару недель, — улыбнулся мужчина. В его голосе звучало что-то нечеловеческое, словно эхо из глубины веков.

— Ты знаешь, что это лишь благодаря твоей силе, — Зеро отложил инструмент и повернулся к собеседнику.

На его предплечье виднелась странная татуировка — переплетение линий, напоминающее древнюю руну.

Мужчина усмехнулся, и на мгновение его фигура словно размылась, став полупрозрачной.

— Я не понимаю, как это возможно, — продолжил Зеро, возвращаясь к работе. — Раньше я был младше, а теперь… мы можно сказать… ровесники.

— Ну, ты ведь тоже чужой в этом времени, — заметил мужчина, и его глаза на секунду вспыхнули серым светом. — Тем не менее…

— Нет! — Зеро резко развернулся, его лицо исказилось от ярости. — Я пять лет сражался с тварями в Разломах, потому что тебе недоставало силы! Пять проклятых лет собирал осколки твоей мощи, охотился на других апостолов, чтобы ты мог вернуться! А теперь…

Он осекся, тяжело дыша. Мужчина продолжал спокойно смотреть на него, словно вспышка гнева его нисколько не задела.

— Так что с Торном? — мягко перевел тему собеседник. — Хочешь убить его? Или раскрыть свою личность? Показать, кем ты был для него когда-то?

Зеро помолчал, механически полируя восстановленный участок брони.

— Я пока не решил. Слишком много других дел, — он поднял взгляд на мужчину. — Тебе же нужны апостолы других богов, верно? Я убил уже четверых, сколько еще нужно?

— Много, мой юный нетерпеливый друг, много, — мужчина поднялся со своего места. При движении его тело оставляло легкие послеобразы, словно реальность не успевала за ним. — Каждый павший апостол ослабляет их богов и усиливает меня. Но торопиться не стоит. Никто не должен знать, что за тобой стою я. Пока слишком рано для этого.

— И кто следующий? — тихо выдохнув, спросил Зеро.

— На днях я нашел след одной очень интересной богини, — в голосе мужчины появились ядовитые нотки. — Знаешь, она была среди тех, кто предал меня. Когда-то очень давно, когда боги решили, что я слишком опасен для их маленького пантеона. Тогда даже Азатот играл по правилам. Было бы прекрасно, если бы ты убил апостола этой богини.

Он подошел к верстаку, и Зеро инстинктивно напрягся. Даже будучи его апостолом, он чувствовал исходящую от мужчины опасность.

— Но не спеши, — продолжил собеседник. — Поиграйся. Постарайся выманить ее в тело апостола. Я хочу, чтобы она чувствовала боль. Каждый удар, каждую рану. Пусть вспомнит, каково это — быть смертной.

— Точно так же, как боги предали тебя тогда, — тихо сказал Зеро, — Торн предал меня. Бросил, когда я больше всего нуждался в нем. Оставил умирать, словно я ничего для него не значу и… Даже вернувшись он не попытался отыскать память обо мне.

Мужчина кивнул с пониманием.

— Предательство — худший из грехов, не так ли? Но месть, поданная холодной… она слаще всего.

В этот момент его тело начало тускнеть. Мужчина поднял руку, наблюдая, как она медленно становится прозрачной.

— Мое время на сегодня заканчивается, — констатировал он без особых эмоций. — Появиться в этом мире все еще требует слишком много сил. Но скоро, очень скоро, я смогу вернуться.

— Что мне делать дальше? — спросил Зеро, доставая маску и начиная полировать треснувший сенсор.

— Найди апостола Лисары. Я укажу тебе след через метку, — фигура мужчины почти полностью растворилась, остался лишь призрачный силуэт. — И помни — не убивай слишком быстро. Страдания апостола — это страдания бога. А Лисара заслужила долгую агонию.

Когда мужчина окончательно исчез, Зеро устало потер переносицу. В мастерской воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гулом вентиляции.

— Торн… — прошептал он, глядя на отполированную маску. — Человек, которого я когда-то называл Мастером. Ты даже не узнал меня тогда, когда маска треснула. Не узнал мальчишку, которого сам же обучал основам фехтования.

Он надел маску, и красный сенсор вспыхнул, активируясь.

— Может, это и к лучшему. Когда придет время, я хочу, чтобы ты узнал меня сам. Прямо перед тем, как я воткну клинок тебе в сердце.

Зеро отвернулся от верстака и направился к выходу. У него была новая цель, новая охота. А вопросы о прошлом… они подождут.

* * *

Я медленно двигался вперед по девятому этажу башни Мортиса. Каждый мой шаг вызывал появление новой каменной плиты под ногой. Путь буквально рождался под моей подошвой, словно сама башня была вынуждена признавать мое движение вперед. В абсолютной черноте пустоты не было ориентиров, только эти появляющиеся плиты создавали иллюзию направления.

Отдаленные фиолетовые искры мерцали на периферии зрения, напоминая, что это пространство не совсем пустое. Что-то скрывалось в этой тьме, что-то древнее и голодное.

Я сделал еще несколько шагов, и чернота впереди начала меняться. Сначала появились едва заметные трещины, словно кто-то взял реальность и начал ее медленно ломать. Из трещин проступал тусклый фиолетовый свет, пульсирующий в такт чему-то невидимому.

А потом появились они.

Бледные пальцы, десятки, сотни пальцев, просачивающихся сквозь трещины. Они цеплялись за края разрывов, растягивая их шире, словно пытаясь вырваться из какого-то иного места. Или впустить что-то оттуда сюда.

Металлический запах ударил в нос. Ржавчина, кровь и что-то неописуемо чуждое. Вместе с запахом пришел шепот. Тысячи голосов, говорящих на разных языках, но повторяющих, судя по всему, одну и ту же фразу:

— Стань частью нас… присоединяйся… раствори себя в единстве…

— Заманчиво, — пробормотал я, доставая меч. — Но я пас. У меня аллергия на коллективный разум. Да и вообще, предложение так себе, даже пенсионных не предлагаете, а я, если сложить все года, человек уже возрастной.

Плиты подо мной расширились, формируя узкую тропу над бездной. С обеих сторон уже видны были сотни этих бледных ладоней, тянущихся из тьмы. Пространство вокруг них пульсировало, словно живая плоть. Отвратительное зрелище, надо признать.

Первые твари начали вытекать из расширившихся трещин. «Вытекать» — было единственно подходящим словом. Они не выходили и не вылезали, а именно вытекали, словно жидкость, принимающая форму.

Безликие гуманоиды, в каждом из которых угадывались искаженные останки прежних обитателей башни. Некоторые имели по четыре руки, другие — вывернутые под неправильными углами конечности. Тела были скручены, как мокрая бумага, а на месте лиц зияли рваные отверстия, из которых доносился тот же шепот.

— Часть нас… стань частью…

— Я, вообще-то, индивидуалист, — ответил я, принимая боевую стойку. — Групповые мероприятия — не мое.

Они не нападали хаотично, как можно было ожидать от безмозглых тварей. Нет, они двигались волнами, поддерживая определенный ритм. Каждый рывок сопровождался усилением шепота из глубины. Синхронизированная атака, направляемая единой волей.

Я перешел к Стилю Изгиба Реки. Пусть их собственная инерция работает против них. Первая тварь бросилась на меня, растянув руки-щупальца. Я сместился на полшага влево, одновременно направляя ее движение мечом. Существо по инерции полетело мимо и рухнуло в бездну, его крик затих в черноте.

Следующие трое атаковали одновременно с разных сторон. Окружение, такие всегда стараются держаться одной и той же тактики, если бы не одна деталь — я мог отталкиваться от воздуха. Шаги по Небу подняли меня над их головами, и нисходящий удар разрубил центрального пополам. Густая черная жижа брызнула во все стороны. Та еще мерзость, да уж.

— Фу, — поморщился я, стряхивая субстанцию с клинка. — Могли бы предупредить, что у вас проблемы с гигиеной. Я бы одежду похуже надел. Ария и так беснуется, что на плаще пятна непонятно чего.

Чем больше тварей я рубил, тем ярче становились трещины в пространстве. Фиолетовое свечение усиливалось, а вместе с ним росло и «насыщение» этого места чем-то чуждым. Будто каждая смерть питала само пространство, делая его более реальным.

Или менее. Сложно сказать, когда имеешь дело с вывернутыми наизнанку законами мироздания.

Я продолжал продвигаться вперед, методично прорубая путь сквозь нескончаемый поток искаженных существ. Это напоминало мне те дни в мире демонов — бесконечная резня, шаг за шагом, день за днем. Только там хотя бы было ясно, кто враг. А здесь… здесь были жертвы, превращенные в оружие.

— Бедняги, — пробормотал я, обезглавливая очередную тварь. — Мортис и после смерти не может оставить людей в покое. Типичный некромант, даже собственная смерть его не останавливает. Рабочий до последнего, можно сказать. Восточники бы оценили.

Одна из тварей оказалась особенной. Она двигалась иначе — не как безмозглая марионетка, а с остатками разума. В ее искаженном теле я узнал черты человека. Обрывки одежды мага, татуировки на том, что осталось от кожи.

— Помоги… мне… — прохрипело существо, на мгновение обретя ясность. — Убей… окончательно…

Я кивнул и нанес точный удар в то место, где должно было быть сердце. Тварь рухнула, и на секунду в ее глазах мелькнула благодарность.

— Сколько же ты их здесь собрал, Мортис? — пробормотал я, оглядывая бесконечный поток искаженных тел. — Целая армия подопытных для твоих экспериментов.

Воспоминание накатило внезапно. Тысячу лет назад, еще до вторжения демонов. Мортис тогда только начинал свои эксперименты с границей жизни и смерти. Я помню тот день, когда Аркариус притащил меня в подземную лабораторию, которую они обнаружили.

Сотни тел в стеклянных цилиндрах. Все в разной стадии разложения и трансформации. Мортис пытался создать то, что он назвал — «совершенное существо», способное существовать одновременно в мире живых и мертвых.

Постепенно узкая тропа расширялась. Сначала до нескольких метров, потом больше. Обломки древних плит появлялись то тут, то там, а вместе с ними — фрагменты архитектуры самой башни. Колонны, арки, куски стен — все это материализовывалось из ниоткуда, словно пространство копировало башню из какой-то извращенной и отчасти поврежденной памяти.

Руки по краям тянулись все ближе, некоторые почти доставали до меня. Я рубанул по одной из них, но эффект был временным, рассеченная плоть затянулась за секунды, словно сама реальность здесь обладала регенерацией.

— Не по правилам играешь, — заметил я. — Но ладно, я тоже не святой.

Вскоре пространство расширилось еще больше, и я оказался на краю огромного овала. Своеобразной арены, висящей в пустоте. По периметру располагались десятки застывших ладоней, чьи пальцы вросли в камень, образуя подобие колоннад. Жуткое зрелище, будто кто-то решил совместить классическую архитектуру с анатомическим театром.

Небо — если это искаженное пространство можно было так назвать — было насыщено фиолетовым заревом. Внутри него плавали фантомные отблески различных стихий: всполохи пламени, электрические дуги, снежные вихри. Магическая каша, оставшаяся от экспериментов Мортиса.

Последняя волна существ обрушилась на меня стеной. Сотни искаженных тел, слившихся в единый поток. Шепот превратился в рев:

— СТАНЬ! ЧАСТЬЮ! НАС!

— Отказы для вас пустой звук, да?

Я перешел к Стилю Буревестника. Молнии заплясали по клинку, а каждый взмах отправлял электрические дуги в толпу врагов. Твари падали десятками, но на их место приходили новые.

Минута, две, пять. Арена постепенно покрывалась черной жижей и растворяющимися телами. Шепот слабел, становился тише, пока окончательно не затих.

Я стоял посреди арены, тяжело дыша. Не от усталости — скорее, от отвращения. Резня тварей никогда не приносила удовлетворения, только оставляла неприятный осадок.

И тут пространство содрогнулось.

Ладони по краям арены раскрылись, из них вырвались огромные пальцы, каждый размером с колонну. Они впились в «небо», растягивая его, разрывая фиолетовое зарево. Звук был похож на крик рождающегося мира. Или умирающего, тут уж как повезло.

Из образовавшейся трещины начало вытекать нечто невообразимое.

Существо, если это слово вообще применимо к такой твари, было конгломератом плоти и пустоты. Основу составляли колоссальные кисти рук, десятки их, сшитые вместе серо-сиреневыми жилами. Вместо головы красовалась безглазая маска из гладкой кости, усеянная множеством ртов. Большие, маленькие, человеческие, звериные — все они шептали разные фразы на разных языках, но вместе складывался единый призыв:

— Прими нас… стань нами… раствори границы… откажись от одиночества…

Я усмехнулся, узнав творение.

— Так вот про кого мне рассказывал Аркариус. Венец Падших. Лучшая работа Мортиса Фрауда. Магнум опус некроманта-психопата. Тварь, с которой даже мой товарищ, по совместительству лучший маг пяти королевств, сам не совладал.

Существо медленно опустилось на арену. При каждом его движении пространство вокруг искажалось, словно реальность не могла выдержать его присутствия. Десятки ртов продолжали шептать, и я чувствовал, как эти слова пытаются пробиться в мой разум, найти слабое место в ментальной защите. Они все еще не бросали попытки подчинить меня.

— Знаешь, — обратился я к твари, хотя не был уверен, что она способна на осознанное общение, — обычно гости приходят с подарками. Вино там, конфеты, цветы на худой конец. А ты явился с пустыми руками. Точнее, с кучей рук, но все равно с пустыми. Невежливо это, не находишь?

Венец Падших издал звук, который мог быть смехом, воплем или чем-то средним. Все рты разом раскрылись, и из них вырвался поток черного дыма, быстро заполнявший арену.

Я расстегнул плащ, готовясь к серьезному бою.

— Я, кстати, тоже не с пустыми руками. С подарком, как говорится. В гости без подарка — дурной тон.

Пространственный карман, который Ария зарядила до предела, выпустил свое содержимое. Сорок два меча вылетели одновременно, сверкнув в фиолетовом свете. Они пронеслись мимо меня и воткнулись в каменный пол арены, образуя идеальный круг.

Каждый меч был уникален. Длинные и короткие, прямые и изогнутые, с рунами и без. Некоторые Ария ковала специально для меня, другие были трофеями, третьи — просто качественными клинками, которые могли пригодиться в зависимости от ситуации.

Венец Падших замер, его многочисленные рты затихли на мгновение. Даже искаженному сознанию этой твари было понятно: что-то изменилось. Баланс сил сместился.

— Видишь ли, — сказал я, вытаскивая из ножен свой основной черный клинок, — у меня есть проблема. Я слишком сильный для обычного оружия. Мечи ломаются, не выдерживают нагрузки. А ты, судя по всему, очень прочный. Так что придется использовать запасные варианты.

Я сделал шаг вперед, и все сорок два меча отозвались легкой вибрацией. Воздух вокруг них задрожал от накопленной энергии.

— Аркариус говорил, что Венец Падших — это попытка Мортиса создать существо, способное поглощать души. Не убивать, а именно поглощать, добавляя к своей массе. Каждая поглощенная душа делает его сильнее. Интересная концепция. Посмотрим, сколько ударов ты выдержишь, прежде чем развалишься.

Венец Падших начал меняться. Его аморфное тело пульсировало, перестраивалось. Руки сплетались в нечто похожее на крылья, костяная маска трескалась, открывая новые рты.

— ЗНАЕМ… ТЕБЯ… — прохрипели все рты разом. — ДАРИОН… ТОРН… УБИЙЦА… ДЕМОНОВ…

Я замер. Откуда эта тварь знает мое имя?

— ОН… СКАЗАЛ… О ТЕБЕ… — продолжали голоса. — МОРТИС… СОЗДАТЕЛЬ… ЖДАЛ… ТВОЕГО… ПРИХОДА…

— Мортис мертв, — отрезал я. — Уже тысячу лет как.

— МЕРТВ… НО… НЕ… УШЕЛ… ХОЗЯИН ЗДЕСЬ — Венец Падших сделал шаг вперед, и арена содрогнулась.

Вот как, значит, мои опасения подтвердились и на вершине сидит сам Мортис. Нехорошо. Прямо очень нехорошо.

— И зачем он ждал меня, что он хочет? — спросил я, хотя догадывался об ответе.

— ТВОЮ… ДУШУ… — Венец расправил свои крылья-руки, закрывая половину арены. — СИЛЬНЕЙШУЮ… ИЗ… ВСЕХ… КТО… СТУПАЛ… СЮДА… С… НЕЙ… МЫ… СТАНЕМ… БОГОМ…

— Богом? — я рассмеялся. — Да вы даже договориться между собой не можете, какой из вас бог? Коллективный? Составной? Может, демократически избранный?

Моя неприкрытая насмешка взбесила существо. Волна черной энергии прокатилась по арене. Камень под ней начал разлагаться, превращаясь в ту же черную жижу, что текла из убитых тварей.

— Хватит болтать. Раз уж твой хозяин так тебя ждет, давай покончим побыстрей. Нехорошо заставлять ждать тысячелетнего деда. По себе знаю. А из Мортиса точно уже песок сыпется.

Все рты твари разом взревели. Сотни голосов слились в единый вопль ярости и голода. Венец Падших бросился вперед, его многочисленные руки тянулись ко мне, готовые схватить, разорвать, поглотить.

Глава 16

Раскрытие карт

Венец Падших бросился вперед, его многочисленные руки тянулись ко мне, готовые схватить, разорвать, поглотить. Я выдернул первый меч из круга, — простой стальной клинок без особых изысков, — и швырнул его в сторону. Лезвие пролетело всего полметра, прежде чем я схватил второй меч и перебросил его через первый, создавая перекрестный удар в воздухе.

Третий, четвертый, пятый — я двигался по кругу, выхватывая мечи и перебрасывая их на минимальное расстояние, но с максимальной скоростью. Для стороннего наблюдателя это выглядело как шквал стальных вспышек вокруг меня, хаотичный танец лезвий, не имеющий смысла.

Но Венец Падших понял мою задумку слишком поздно.

Первый меч отсек три пальца на его правой руке-крыле. Второй прошел через запястье, разрубая сухожилия. Третий вонзился в локоть и тут же был выбит четвертым, который продолжил траекторию через плечевой сустав.

За три секунды я использовал двенадцать мечей. Куски сшитой плоти падали на арену дождем, черная жижа брызгала во все стороны. Тварь взревела всеми своими ртами, пытаясь отступить, но я уже переходил к следующей фазе.

— Знаешь, почему я взял столько мечей? — спросил я, подхватывая сразу три клинка. — Потому что порой качество требует количества. Парадокс, но факт.

Стиль Веера Смерти — техника, которую я разработал специально для боя с самыми опасными регенерирующими тварями. Три меча в руках удерживались одновременно, а затем следовало веерообразное движение, создающее стену режущей стали.

Я бросился вперед, вращая мечи как пропеллер. Лезвия врезались в массивное тело Венца, прорезая глубокие борозды. Плоть разлеталась кусками, но тварь продолжала двигаться.

Мечи в какой-то момент все же треснули от нагрузки. Металл не выдерживал концентрации внутренней энергии, которую я вкладывал в каждый удар. С хрустом все три клинка раскололись одновременно, их обломки впились в тело монстра. Удачно получилось, а то ведь могли и улететь куда-нибудь в сторону.

— Дела… — пробормотал я, отбрасывая рукояти. — Ария будет недовольна.

Венец Падших начал восстанавливаться. Отрубленные части тянулись обратно к основному телу, черная жижа текла в обратном направлении, собираясь в единое целое.

Я схватил следующие четыре меча. Пришло время для чего-то посерьезнее. Тем более и противник, подходящий для испытания чего-нибудь нового.

Домен Железного Тирана — модифицированная версия для множественного оружия. Обычно техника создавала купол из скоростных ударов одним мечом. Но с четырьмя…

Я начал вращаться, то и дело подкидывая и перехватывая оружие в воздухе. Каждый меч двигался по своей траектории, создавая четыре слоя режущего пространства.

Мой противник попытался прорваться через барьер. Его руки-крылья ударили по невидимой стене из стали, и тут же были изрублены в фарш. Снова и снова он бросался вперед, теряя все больше массы.

Четыре меча задымились. Металл начал плавиться от трения и энергии. Еще секунда — и они разлетелись осколками, добавив шрапнели к общему хаосу.

— Восемь потрачено, — констатировал я, отступая.

Монстр изменил тактику. Его костяная маска треснула, открывая еще больше ртов. Из них вырвался поток черного дыма, но не простого — каждая частица была крошечным осколком поглощенной души.

— ПОГЛОЩЕНИЕ… НЕИЗБЕЖНО… — прохрипели все эти рты разом.

Черный дым окутал арену, проникая везде. Я почувствовал, как он пытается просочиться в легкие, в поры кожи, даже через глаза. Души умерших царапали мое сознание, шепча о покое в единстве.

— Не оригинальноНеоригинально, — заметил я, доставая еще два меча. — Демоны пытались провернуть то же самое. Не сработало тогда, не сработает сейчас.

Стиль Очищающего Вихря — техника с двумя мечами, вращающимися в противоположных направлениях. Создавала вакуум, втягивающий и уничтожающий любую нематериальную угрозу.

Я закрутил мечи, вливая в них внутреннюю энергию, и черный дым начал втягиваться в созданную воронку. Души кричали, сопротивлялись, но центробежная сила, создаваемая мной, была слишком велика. За десять секунд весь дым сконцентрировался в одной точке между лезвиями.

А потом я просто сжал мечи вместе.

Взрыв выбил меня назад на пару метров. Оба меча превратились в металлическую пыль, не выдержав пикового давления. Но угроза была устранена.

Венец Падших уже восстановил большую часть повреждений. Его аморфное тело пульсировало, перестраивалось, адаптировалось к моим атакам.

— УЧИМСЯ… — прошипели рты. — ПОНИМАЕМ… СКОРО… ПРЕВЗОЙДЕМ…

— Сомневаюсь, — ответил я, подбирая следующую партию мечей. Шесть штук, разной длины и веса. — Видишь ли, у меня еще много сюрпризов.

Время для моей любимой импровизации.

Я подбросил все шесть мечей вверх, каждый на разную высоту. Потом прыгнул, используя «„Шаги по Небу“» для маневрирования в воздухе. Первый меч — удар сверху вниз, рассекающий правое крыло-руку. Оттолкнулся от воздуха, схватил второй меч — горизонтальный разрез через грудь. Третий — выпад в массу ртов на маске.

Я двигался между падающими мечами как жонглер, подхватывая их в нужный момент для удара и отпуская для следующего маневра. Венец пытался отследить мои движения, но я был везде и нигде одновременно.

Четвертый меч пробил то место, где должно было быть сердце. Пятый отсек левую руку-крыло. Шестой вонзился в основание позвоночника — если у этой твари вообще был позвоночник.

Приземлился я уже без оружия. Все шесть мечей остались в теле Венца, торча как иглы в подушечке для булавок.

— Восемнадцать использовано, — подсчитал я. — Почти половина.

Тварь выдернула мечи из себя и отбросила в сторону. Раны затянулись за секунды. Но я заметил кое-что интересное — скорость регенерации замедлилась. Не намного, но заметно.

— Устаешь? — поинтересовался я. — Поглощение душ — энергозатратный процесс, да?

Венец Падших не ответил словами. Вместо этого пространство вокруг него исказилось. По краям арены открылись фиолетовые порталы — точно, как говорил Аркариус.

Из порталов начали вылезать гигантские руки. Это были руки поглощенных им существ, увеличенные до чудовищных размеров. Десятки их, каждая тянулась ко мне.

— Вот это уже интереснее, — признал я, хватая очередную пачку мечей.

Первая рука ударила кулаком по арене там, где я стоял секунду назад. Камень треснул, оставив кратер глубиной в метр. Вторая попыталась схватить меня, но я проскользнул между пальцами, оставив в каждом по мечу.

Руки атаковали хаотично, без координации. Я использовал это, заставляя их бить друг друга. Подпрыгнул на одну, пробежал по предплечью, спрыгнул на другую. Мечи летели во все стороны, отсекая пальцы, пробивая ладони, разрубая запястья.

Но мечей становилось все меньше. Двадцать пять, двадцать восемь, тридцать…

Последние двенадцать я приберег для главного шоу.

Венец Падших втянул все руки обратно в порталы и сам начал меняться. Его тело сжалось, уплотнилось, стало более человекоподобным. Теперь передо мной стояла четырехметровая фигура с четырьмя руками, костяной маской вместо головы и крыльями из сплетенных конечностей.

— ФИНАЛЬНАЯ… ФОРМА… — прохрипели рты. — ТЕПЕРЬ… ПОГЛОТИМ…

Существо создало в каждой руке оружие из чистой тьмы. Меч, копье, топор и коса — все соткано из концентрированного небытия.

Оно атаковало всеми четырьмя видами оружия одновременно. Я парировал первые два удара, увернулся от третьего, но коса зацепила край моего плаща.

— Плащ был подарком, вообще-то, — раздраженно заметил я.

Следующие десять секунд были чистым хаосом. Венец атаковал с невероятной скоростью, его четыре руки создавали непрерывный поток ударов. Я использовал меч за мечом, каждый ломался после двух-трех парирований оружия из тьмы.

Тридцать два. Тридцать пять. Тридцать восемь.

Остались последние четыре меча из сорока двух. И мой основной черный клинок.

Время заканчивать это представление.

Я схватил все четыре оставшихся меча и метнул их одновременно. Но не в Венца — в пол вокруг него, создавая квадрат. Клинки вонзились в камень по самые рукояти.

— ЧТО… ТЫ… — начал Венец, но я уже двигался.

Выхватил свой черный меч и перешел к технике, которую приберегал напоследок. Форма Рассекающей Души — удар, атакующий не физическое тело, а саму сущность противника. Пришло время следующего этапа боя.

Венец Падших взмахнул всеми четырьмя видами оружия, создавая непроницаемую стену тьмы передо мной. Любая физическая атака разбилась бы об этот барьер.

Но мой удар не был физическим.

Черный клинок прошел сквозь тьму как сквозь воздух. Сквозь костяную маску. Сквозь искаженную плоть. Прямо в ядро существа — место, где Мортис связал воедино все поглощенные души.

На мгновение все замерло. Венец Падших застыл с поднятым оружием. Я стоял, пронзив его насквозь. Даже воздух перестал двигаться.

А потом я повернул клинок.

Существо взвыло всеми ртами одновременно. Не от боли — от освобождения. Связи, удерживающие души вместе, начали рваться. Поглощенные сущности вырывались наружу, устремляясь прочь от своей вечной тюрьмы.

Четыре меча, которые я воткнул в пол, засветились. Они создавали барьер, не давая душам разлететься хаотично. Вместо этого освобожденные сущности уходили вверх, растворяясь в фиолетовом небе башни.

Венец Падших начал распадаться. Сначала отвалились дополнительные руки, потом крылья. Костяная маска треснула и осыпалась. В конце остался только искаженный гуманоидный силуэт, едва держащийся вместе.

— МОРТИС… ЖДЕТ… — прохрипел он.

Я выдернул меч из того, что секунду назад былабыло Венцом Падших. На черном лезвии остался странный фиолетовый отблеск — след от соприкосновения с концентрированной сущностью поглощения.

А на гарде моего меча проявился новый символ. Переплетение рук, тянущихся к центральной точке. Память об одной из атак Венца. Может пригодиться.

Четыре меча в полу треснули и рассыпались — последние жертвы этого боя. Из сорока двух осталось… ноль пригодных к использованию.

— Сорок два меча за один бой. Это новый рекорд даже для меня, — покачал я головой. С другой стороны, этот бой позволил протестировать другие техники, что я до этого не применял, что тоже весьма полезно.

В дальнем конце арены медленно проявилась лестница, ведущая вверх. Последний этаж. Вершина башни. Место, где меня ждал Мортис Фрауд.

Я направился к лестнице, убирая меч в ножны. Подъем оказался долгим — ступени уходили вверх по спирали, огибая невидимую ось башни. С каждым шагом воздух становился холоднее, а магическое давление лишь сильнее. Как будто подобное могло меня оставить, ну уж нет.

Наконец я вышел в тронный зал.

Помещение было огромным, но пустым. Черные колонны уходили вверх, теряясь в темноте. Пол из полированного обсидиана отражал тусклый свет, исходящий от единственного источника — трона в дальнем конце зала.

И на троне сидел он. Мортис Фрауд.

Вернее, то, что от него осталось.

Высохшая мумия в истлевшей мантии. Кожа, как пергамент, натянутая на кости. Вместо волос — редкие белые пряди, свисающие с черепа. Глаза — две черные дыры, в глубине которых мерцали фиолетовые искры.

Он медленно поднял голову, и я услышал хруст — словно ломались сухие ветки.

— Дарион… Торн… — голос был как шорох осенних листьев. — Наконец-то…

— Серьезно? — я остановился в десяти метрах от трона. — Я готовился к эпичной битве с личом-некромантом в расцвете сил, а тут… прости, но ты выглядишь так, будто одного чиха хватит, чтобы ты рассыпался. У нас что, день пенсионера в башне ужасов?

Мортис издал звук, который мог быть смехом. Сухой, скрипучий, как дверь на ржавых петлях.

— По —своему остроумен… как всегда… — он попытался встать, но тут же опустился обратно. — Тысяча лет… в этой проклятой башне… Что ты ожидал увидеть? Даже для великого некроманта это много.

— Честно? Что-то более впечатляющее. Знаешь, молнии из пальцев, армию нежити, драматичные монологи о захвате мира. Стандартный набор злодея. А ты даже встать не можешь.

— Я ждал тебя, — сказал Мортис, игнорируя мои насмешки. — С того момента… как ты активировал быстрый переход… на третьем этаже. Только тот, кто знал секреты башни, мог это сделать.

— И что, устроил красную дорожку из монстров? Спасибо, очень мило. Хотя сервис подкачал — чая не предложили, печенек тоже не было. В общем, ничего ты не смыслишь в том, как встречать гостей.

Мортис снова засмеялся, и от этого звука у меня зубы заныли.

— Расскажи мне… Каккак тебе удалось… пробраться внутрь? Башня была заперта… в карманном измерении…

— В мире открылся Разлом, — пожал я плечами. — Прямо в саду моего нового дома. Представь мое удивление, когда я увидел твою башню. Думал, ты давно сдох.

— Разлом? — в голосе Мортиса появились новые нотки. — Так значит… пространственные барьеры… ослабли… Интересноинтересно…

— Куда интереснее другой вопрос, — я сделал шаг вперед. — Что ты вообще здесь делаешь? Последний раз мы виделись больше тысячи лет назад, и ты тогда был в куда лучшей форме.

Мортис откинулся на спинку трона. Движение вызвало целый каскад хрустов.

— Ты помнишь… нашу сделку с Аркариусом? — спросил он.

— Ту, где вы договорились разобраться между собой после победы над демонами? Сложно забыть. Вы орали друг на друга так, что у подножия башни было слышно.

— Да… — Мортис кивнул. — Я хотел силы… Хотел преодолеть смерть. Стать вечным. И я… нашел способ.

Он поднял костлявую руку, и в воздухе появились светящиеся руны. Древние, гораздо древнее всего, что я видел в исполнении Аркариуса.

— Старые ритуалы, — продолжил он. — Воззвание к забытым богам. Тем, кто существовал до создания нашего мира. Я думал… что свяжусь с древними силами… получу их мощь…

— Дай угадаю, — перебил я. — Что-то пошло не так?

— О да, — Мортис снова засмеялся. — Все пошло не так… Боги ответили. Но они были удивлены. Они не знали, что наш мир существует.

Я замер. Медленно до меня начал доходить масштаб того, что натворил этот… идиот.

— Погоди… Ты что, притащил богов в наш мир?

— Не совсем… — Мортис закашлялся, и я увидел, как изо рта у него вылетела пыль. — Я просто открыл дверь… Показалпоказал им путь. Но кое-кто был очень недоволен.

— Кто?

— Тот, кто не хотел, чтобы другие боги… узнали об этом мире. Тот, кто считал его своей личной кормушкой…

Я рассмеялся. Не смог удержаться.

— Так это благодаря тебе сейчас боги шастают по миру и делают каждого второго своим апостолом? Мортис, ты превзошел сам себя. В списке твоих идиотских поступков это точно на вершине списка.

— Не совсем так… — Мортис покачал головой. — Я был заперт здесь тысячу лет. Время здесь течет иначе… Но, судя по состоянию пространственных барьеров… около тысячи лет, да.

— Занятно, — кивнул я. — Я тоже провел много лет вне дома. Правда, я провел это время немного иначе.

— Что ты имеешь в виду?

— Я закрыл последний портал за собой, — сказал я просто. — Оказался в мире демонов. Пришлось немного там задержаться.

Глазницы Мортиса вспыхнули ярче.

— Ты был в их мире? И выжил? Но как⁈

— Не просто выжил, — усмехнулся я. — Уничтожил его. Всех семидесяти двух лордов-демонов. Правда, заняло это сто лет по местному времени. Снаружи прошла тысяча. Забавный парадокс, да?

— Сто лет войны, — Мортис смотрел на меня с чем-то похожим на благоговение. — И ты не постарел. Ни на день… насколько я могу судить.

— В мире демонов время работает иначе. Не старел, не испытывал голода. Только бесконечные бои. Зато теперь демоны больше не угрожают нашему миру. Работа выполнена, можно сказать.

Мортис грустно рассмеялся. Звук больше походил на скрежет ржавых петель.

— Ты такой наивный… Дарион…

— В смысле?

— Ты действительно, в самом деле, думаешь, что уничтожил демонов? — Мортис с трудом наклонился вперед. — Скажи мне… Мог бы существовать их мир… если бы там было семьдесят два правителя?

— К чему ты клонишь?

— Подумай… — настаивал Мортис. — Семьдесят два лорда… каждый правит своей территорией… Воюют друг с другом… Хаос… Анархия… Разве так работают… организованные вторжения? Разве можно в таких условиях поработить другой мир?

Я начал понимать, к чему он ведет, и мне это совсем не нравилось.

— Ты хочешь сказать…

— Был еще как минимум один, — Мортис откинулся на спинку трона. — Истинный правитель. Тот, кто стоял над лордами. Именно он организовал вторжение в наш мир. И то, вполне возможно, что он марионетка того, кто стоял за его спиной, как знать.

— Чушь, — отрезал я, но в голосе не было уверенности. — Я бы заметил. За сто лет я исследовал каждый уголок их мира.

— Потому что он не был там… — Мортис покачал головой. — Видишь ли, Дарион… Когдакогда я связался с богами, они, действительно, не знали о нашем мире. А он знал.

Мортис замолчал, собираясь с силами. Я терпеливо ждал, хотя внутри все кипело от нетерпения.

— Тот, кто питается войной… смертью… страданиями и грехами. Он знал о нашем мире давно. Использовал его как источник силы. Демоны были его слугами… его жнецами.

— Имя, — потребовал я. — Как его зовут?

— Не знаю… — признался Мортис. — Он никогда не называл себя… Но когда он узнал… что я связался с другими богами, что они могут прийти в его личные охотничьи угодья. Он запер меня здесь. В наказание. Забавно не находишь?

Я стоял, переваривая информацию. Выходит, я сто лет сражался с марионетками. Убил всех полевых командиров, но генерал остался нетронутым. И теперь этот генерал где-то там, возможно, набирает новых апостолов.

— Мило, — наконец сказал я. — Просто замечательно. И что мне теперь делать с этой информацией? Искать неизвестного бога или равного им среди десятков других?

— Он придет за тобой… — прохрипел Мортис. — Ты уничтожил его армию. Лишил источника силы… Такое не прощается и не забывается, поверь.

— Пусть приходит, — пожал я плечами. — Я не против подраться. И на богов управу найду.

— Ты не понимаешь, — Мортис попытался встать, но снова упал на трон. — Боги, они не такие, как демоны. Они играют в долгую игру… Используютиспользуют апостолов, манипулируют. Ты уже встречал их?

— Пару раз, — кивнул я, вспоминая Лисару и Верагона. — Довольно специфичные личности.

— Это только начало… — Мортис закашлялся. — Скоро их будет больше. Намного больше. И среди них будут слуги того, кто стоял за демонами.

Я подошел ближе к трону. Лич выглядел совсем плохо, похоже, его последние силы уходили на разговор.

— У тебя есть еще что сказать? — спросил я. — Или мне просто добить тебя из милосердия?

Мортис усмехнулся. Вернее, попытался — получилось больше похоже на оскал черепа.

— Добивать нечего… — прохрипел он. — Я держался, в надежде еще хотя бы раз…

Его тело начало рассыпаться. Медленно, по крупицам, превращаясь в пыль.

— Торн… — его голос становился все тише. — Аркариус был прав. Я всегда это знал. Но гордость не позволяла признать. Ты сильнейший из нас… Но силы не всегда достаточно, чтобы изменить судьбу.

Последние слова растворились в воздухе вместе с остатками Мортиса Фрауда. От величайшего некроманта эпохи Основателей, как ее называет нынешнее поколение живущих, осталась только горстка пыли на троне.

Я стоял в пустом тронном зале, глядя на место, где секунду назад сидел мой старый враг. Враг, который в конце оказался просто жалким стариком, запертым в собственной башне на тысячу лет. А ведь он получил тогото, чего желал, пусть и в некотором извращенном виде, что сам был не рад этому.

Но информация, которую он дал…

Я привык заканчивать начатое. Если, действительно, существует бог, стоящий за вторжением демонов, я найду его. И уничтожу. Как уничтожил его армию.

В конце концов, что такое бог против человека, очень злого человека, который прожил слишком много.

Я стряхнул пыль и уселся на трон, подперев голову рукой. То, что говорила Лисара, и то, что сказал Мортис, вполне складывалось. Если за порталами стоял один бог, то за Разломами стоят другие.

Надо обязательно поискать в интернете, как можно убить бога.

Глава 17

Трофеи старых врагов

Я стряхнул остатки пыли Мортиса с трона и встал. Тронный зал выглядел еще более пустым и заброшенным без своего хозяина. Черные колонны уходили в темноту, полированный обсидиан пола отражал тусклый свет. Картина, некогда наверняка величественная сейчас представляла из себясобой полное запустение.

Но что не менее важно — я знал Мортиса достаточно хорошо. Этот параноик никогда не оставлял ценные вещи на виду.

— Ну что, поищем сокровища старого скряги? — пробормотал я сам себе, обходя трон.

За массивной спинкой трона обнаружилась едва заметная щель в полу — так и не заметишь, если не искать целенаправленно. Я надавил ногой, и плита опустилась с тихим щелчком. Механизм тысячелетней давности сработал безупречно — надо отдать должное мастерству Мортиса. Пусть он был безумен, но одновременно нельзя было отказать его гениальности.

Под плитой оказалось небольшое углубление, выложенное черным бархатом. И там лежали вещи, которые заставили меня невольно присвистнуть.

Первым я поднял обсидиановое кольцо. Тяжелое, массивное, с выгравированным гербом, переплетение костей и змей вокруг черепа. Печать Дома Фрауд. В эпоху Основателей такие печати были больше, чем просто украшения. Они открывали древние хранилища, подтверждали право на магические контракты, служили ключами к забытым знаниям. Если где-то вне башни сохранились тайники Мортиса, эта печать станет универсальным ключом.

— Спасибо за подарок, — усмехнулся я, убирая кольцо в карман. Обсидиан был холодным на ощупь и слегка вибрировал от накопленной магии.

Следующей находкой стал так называемый рунический стабилизатор. Кристалл размером с куриное яйцо в серебряной оправе, испещренной микроскопическими рунами.

Я узнал эту штуку потому, что Аркариус использовал такие же для стабилизации магии. С его помощью можно было удержать в равновесии даже противоположные стихии. Ария точно найдет ему применение. Ну а если нет, то всегда можно отдать Анисе.

Но самой интересной оказалась армиллярная сфера. Конструкция из концентрических колец, вращающихся вокруг центрального ядра. Каждое кольцо было покрыто символами, которые я не мог прочитать, даже для моего времени они выглядиливыглядели устаревшими. Но концентрация магии в этой штуке зашкаливала. Воздух вокруг нее искрил, а прикосновение вызывало покалывание по всей руке.

— Не знаю, для чего ты это использовал, Мортис, но явно не для украшения интерьера, — пробормотал я, убирая сферу в пространственный карман плаща.

В самом углу углубления лежали пять томов, чья обложка была выполнена из неизвестной мне кожи. Дневники Мортиса, судя по датам на корешках. Последние записи датировались временем, незадолго до его исчезновения. Может, там есть что-то полезное о богах, которых он впустил в наш мир? Или хотя бы рецепт приличного чая. С Мортиса станется записывать и такое между заметками о воскрешении мертвых.

Забрав все находки, я огляделся по сторонам. Вся жизнь Мортиса, его амбиции, планы бессмертия, все превратилось в горстку праха.

— Пора покидать это депрессивное место, — решил я, направляясь к тому месту, где поднялся на этот этаж.

Но вместо лестницы передо мной вдруг раскрылся фиолетовый разлом. Не маленький портал между этажами, а полноценный выход из башни. Свечение было таким ярким, что пришлось прищуриться.

— Удобно, — хмыкнул я. — Я уж подумал, придется спускаться через все эти проклятые этажи. Спасибо, башня, за экспресс-выход.

Шагнув вперед, я ощутил привычное чувство. Секунда дезориентации, и вот я уже стою в своем дворе. Фиолетовое свечение Разлома все еще мерцало позади, но выглядело оно как-то… устало, что ли. Словно башня выдохлась после моего визита.

— ДАРИОН⁈ — Кайден чуть не выронил планшет, увидев меня. — Ты… ты уже вернулся⁈ Но прошло всего… — он посмотрел на часы, — три часа! Неужели ты решил не идти дальше?

Рядом стояла Аурелия Мерсер, и впервые за все время нашего знакомства я видел на ее лице неприкрытый шок. Ее обычная невозмутимость дала трещину.

— Господин Торн, — она медленно подошла ближе, ее карие глаза изучали меня ссо смесью недоверия. — Неужели вы прошли весь Разлом? За три часа?

Спрашивала она с легкой толикой издевкой, издевки и, очевидно, ни на секунду не верила в такой исход, вот только мой ответ заставил ее замереть. Да, забавно, оказывается, ломать представления людей о себе и собственно нарушать их планы. К такому можно и привыкнуть.

— Не весь, — пожал я плечами. — Срезал пару углов. Секретные проходы, скрытые лестницы. Обычное дело для тех, кто знает, где искать.

— Но это же S-ранговый многоуровневый Разлом! — Кайден все еще не мог прийти в себя. — Там же должны быть сотни монстров, ловушки, боссы на каждом этаже!

— Были, — кивнул я. — Я закончил. Убил Босса Разлома, так сказать. Можете расслабиться.

Аурелия поверила. В следующий миг она мгновенно достала коммуникатор и начала что-то быстро набирать. Ее пальцы летали по экрану с бешеной скоростью.

— Александр? Да, это я. Слушай внимательно — Торн утверждает, что убил Босса Разлома. Да, я тоже в шоке. Передай всем командам: никто не покидает Разлом, пока мы не вынесем все ценное. Если Босс мертв, то едва последний Охотник покинет Разлом — он закроется.

Из коммуникатора донесся низкий голос Войда.

— Принял, госпожа Мерсер. Передам остальным командам.

Кайден тем временем бегал вокруг меня кругами, размахивая руками.

— Как⁈ Что там вообще было⁈ Ты один прошел за три часа всю башню? Отряды говорили, что там не менее десяти этажей⁈ Это же должно быть невозможно! Расскажи! Нет, подожди, сначала скажи, ты ранен? Нужна помощь? Медики?

— Только поесть и поспать. Кайден, — я устало потер переносицу, — выдохни. Все нормально. Внутри был старый враг. Настолько старый, что конфликт исчерпал себя еще до того, как начался.

— Старый враг? — Аурелия подняла бровь. — Вы знали, кто там будет?

— Догадывался, — уклончиво ответил я. — Узнал архитектуру башни. Стиль строительства был… знакомым. Оказался прав.

— Кстати, — Кайден вдруг стал серьезнее, — Леон вышел из Разлома час назад. Выглядел… плохо. Очень плохо. Весь в крови, еле на ногах держался. Когда я попытался с ним поговорить, он просто оттолкнул меня и ушел. Что произошло?

— Леон больше не член «Последнего Предела», — коротко ответил я.

— Что⁈ — Кайден едва не подпрыгнул от таких новостей. — Но почему? Он же был одним из наших лучших бойцов!

— Был, — кивнул я. — Пока не решил, что личные амбиции важнее командной работы. Предал доверие, нарушил правила. Такие нам не нужны.

Селина, которая все это время молча делала записи в планшете, подняла голову.

— Господин Торн, Кассиопея Наварро все еще находится в Разломе, должны ли мы…

— С ней Тень, — махнул я рукой. — Так что все будет в порядке. Мой пес не даст ее в обиду. К тому же девочка не глупаянеглупая — если почувствует реальную опасность, просто вернется.

В этот момент из дома вышла Ария. Увидев меня, она сначала обрадовалась, потом нахмурилась, а затем пошла в атаку.

— Дарион Торн! — она подошла ко мне, грозно уперев руки в бока, да уж, такое официальное обращение не сулит ничего хорошего. — Что ты творишь со своими вещами⁈ Посмотри на свой плащ!

Я опустил взгляд. Действительно, плащ видал лучшие дни. Десятки порезов, прожженные дыры, пятна от черной жижи убитых тварей. Местами ткань держалась на честном слове.

— Это боевые шрамы, — улыбнулся я. — Знаки отличия воина. К тому же в бою особо не поосторожничаешь.

— Это варварство! — Ария схватила край плаща, осматривая повреждения. — Я же усиливала его защитными рунами! Укрепляла астралитом! А ты… ты просто взял и все испортил! Снимай немедленно, я все исправлю. Хотя не уверена, надолго ли.

Я, с улыбкой смотря на рассерженную девушку, снял плащ и протянул ей. Ария приняла его так, словно это был раненый ребенок.

— И мечи давай, — потребовала она. — Уверена, после твоих «подвигов» им тоже нужен ремонт.

Я пожал плечами.

— Тут такое дело…

— Только не говори мне, что ты их сломал, — Ария сузила глаза.

Я промолчал. Но до чего же она забавная, когда злится, пусть у меня подобное получается и не специальнонеспециально.

— Дарион?

Молчание. Хм, мне кажется или воздух рядом с Арией нагрелся?

— Погоди… Ты и, правда, сломал все сорок два меча⁈ — ее голос взлетел на октаву выше.

— Тяжелый бой выдался, — усмехнулся я. — Пришлось импровизировать. Зато у меня есть кое-что для тебя. Компенсация за моральный ущерб, так сказать. Идем.

* * *

Мастерская встретила нас привычным запахом металла, масла и легкого дымка от горна. Ария все еще бурчала себе под нос что-то о «безответственных мечниках» и «неуважении к труду кузнеца», пока раскладывала мой изуродованный плащ на верстаке. Ну надо же, Регул был столь давним ее предком, а причитает один в один как он. Любо дорого смотреть, аж прошлое вспоминается.

— Сорок два меча, — повторила она в который раз. — Я ковала их неделями! Вкладывала душу в каждый! А ты за три часа…

— Зато теперь у тебя есть данные о предельных нагрузках, — попытался я найти позитив. — Эксперимент в боевых условиях. Бесценный опыт для кузнеца.

— Опыт, говоришь? — Ария повернулась ко мне, и я увидел опасный блеск в ее глазах. — Знаешь, сколько стоили материалы для этих мечей?

— Как будто деньги сейчас проблема, лучше взгляни сюда, — я достал из пространственного кармана плаща металлический диск, — посмотри на это.

Девушка сначала нахмурилась, явно не желая так легко менять тему, но профессиональное любопытство взяло верх. Она подошла ближе, разглядывая находку.

— Что это? Какая-то древняя фрисби? Декоративный поднос? Погоди… это же руны! Но я никогда не видела такой структуры. И эти механизмы по краям… Что это за штуковина?

Я поставил диск на пол и нажал на центральный кристалл. Воздух вокруг мгновенно исказился, пространство завибрировало, и мастерская изменилась.

Нет, сама комната осталась прежней, но внутри нее появилось новое пространство. Полупрозрачные контуры наковален, горнов, стеллажей с инструментами — целая призрачная кузница наложилась на реальное пространство.

— Что… что происходит⁈ — Ария отскочила назад, чуть не врезавшись в меня.

— Карманная кузня Мортиса Фрауда, — объяснил я. — Точнее, «Адаптивная Мастерская Тысячи Ремесел» — так он ее называл. По крайней мере, так говорил Аркариус, который безуспешно пытался выменять ее у Мортиса.

— Это невозможно! — Ария ходила по мастерской, протягивая руку к призрачным инструментам. — Пространственное наложение такого масштаба требует невероятного количества энергии!

— Это еще не все, — усмехнулся я. Пусть я и не разбирался в деталях, зато понимал, как все это заставить работать, а это, как по мне, важнее. — Самое интересное впереди.

Я взял Арию за плечи. Она слегка вздрогнула от прикосновения, и я почувствовал, как напряглись ее мышцы под моими ладонями. Потом она расслабилась, чуть откинувшись назад, ближе ко мне. От ее волос пахло дымом кузни и чем-то цветочным — странное, но приятное сочетание.

— Что ты делаешь? — спросила она тихо, повернув голову так, что ее щека почти коснулась моей руки.

— Активирую главную функцию, — ответил я, — Стой спокойно.

Я поднял ее и поставил прямо на диск. По всему телу девушки пробежал голубоватый импульс, заставив ее ахнуть.

— Какая-то жуть происходит! — возмутилась она, пытаясь сойти. — Меня словно сканируют изнутри! Это… это неприятно! И вообще, предупреждать надо!

— Не дергайся, — удержал я ее на месте. — Эта штука считывает твои мысли, знания, опыт. Не волнуйся, я знаю, как она работает. Эх, Аркариус бы обзавидовался, узнай он, что я спер у Мортиса его любимую игрушку.

Сканирование продолжалось около минуты. Ария стояла, закрыв глаза, а вокруг нее танцевали голубые искры. Потом все прекратилось, и призрачная кузница вдруг обрела «плоть».

Но это была уже не старая мастерская Мортиса. Это была мастерская мечты Арии.

Современные горны с магической регулировкой температуры. Наковальни из черного адаманта с антивибрационным покрытием. Стеллажи с инструментами, половину из которых я даже не узнавал. И везде — голографические экраны с формулами, схемами, описаниями сплавов.

— Это… как такое возможно? — Ария медленно сошла с диска, оглядываясь вокруг широко раскрытыми глазами.

— Адаптивная Мастерская копила информацию столетиями, — объяснил я. — Она сканировала тысячи кузнецов, алхимиков, артефакторов. Каждого, кто на нее вставал, она запоминала. Все их знания, техники, секреты. А потом создавала идеальное рабочее пространство, объединяя лучшее из всего изученного. Что сказать, этот старый безумец был очень жадным до чужих знаний и терпеть не мог, чтобы кто-то был лучше него — вот и придумал такую штуку.

— Но это же почти как искусственный интеллект! — воскликнула Ария, подбегая к одному из экранов. — Смотри, тут формула сплава, которую я только вчера теоретически вывела! И варианты улучшения! И возможные проблемы при ковке! Это невероятно!

— До настоящего интеллекта ему далеко, — пожал я плечами. — Но, как говорил Аркариус —, эта штука устанавливает множество зависимостей между предметами и процессами. Удобно. Не нужно все держать в голове, из-за чего может возникнуть перенапряжение — понадобятся тренировки. В общем, пользуйся.

Ария резко развернулась и бросилась мне на шею. Я едва успел поймать ее, чтобы мы оба не упали.

— Спасибо! — она прижалась ко мне так крепко, будто хотела пройти насквозь. — Спасибо, спасибо, спасибо! Это лучший подарок в моей жизни!

Ее тело прижималось ко мне, мягкое и теплое. Губы оказались в опасной близости от моей шеи, и я почувствовал ее дыхание на коже. Это было… отвлекающе.

— Задушишь, — потрепал я ее по голове.

— Ой! — она отпрянула, покраснев. — Прости, я просто… это так потрясающе! С такой мастерской я смогу создавать вещи, о которых раньше только мечтала!

Она снова посмотрела на меня, и в ее глазах было столько благодарности и еще чего-то, что я предпочел не анализировать.

— Я не злюсь за мечи, — сказала она тихо. — Ну, почти не злюсь. С такой мастерской я сделаю тебе новые. Еще лучше.

— Не торопись, — усмехнулся я. — У меня остался основной. Пока хватит.

Ария улыбнулась и снова обняла меня, на этот раз более нежно.

— Ты удивительный, Дарион. Даже когда ломаешь вещи, умудряешься принести что-то взамен.

— Жизненный опыт, — пожал я плечами, вспоминая, как тяжело мне доставалось, если я не приносил Регулу новые материалы взамен сломанных мечей. Вот там порой до взрывов все доходило, так что тут все было гораздо проще.

* * *

Пятый этаж башни Мортиса встретил отряды кошмарным лабиринтом из костей и плоти. Стены пульсировали, словно живые, периодически выплевывая новых тварей.

Кассиопея уворачивалась от очередного выпада костяного паука, используя «Шаг в пустоте» для перемещения. Техника из тетради Дариона работала безупречно, девушка просто исчезала из поля зрения противника, появляясь за спиной. С каждым разом она все лучше управляла этим умением и анализировала собственные ошибки, чтобы продвинуться дальше.

— Влево! — крикнула Хельга Эйзенхорн, выпуская дезинтегрирующий луч.

Касс послушно отскочила, и луч прошел там, где она стояла секунду назад, превращая трех тварей в атомы.

— Спасибо! — крикнула девушка, добивая раненого монстра.

Тень носился между врагами, все три головы работали независимо. Левая выпускала темное пламя, правая кусала и рвала, средняя координировала атаки. Цепи из его спины хлестали во все стороны, связывая и разрывая противников.

— Фасцинирующее существо! — Хельга не могла отвести взгляд от пса. — Может, все же я изучу его? Ну очень хочется, во благо всей империи, разумеется.

— Это не мой питомец, — в очередной, пожалуй, уже двадцатый раз, повторила девушка. — Это пес моего мастера. И он вряд ли разрешит эксперименты над Тенью.

Впереди Максимус Малигаро крушил врагов своим молотом. Каждый удар создавал ударные волны, разбрасывающие мелких тварей.

— Сколько их еще⁈ — рявкнул он, размазывая очередного паука по стене.

— По моим подсчетам, — откликнулся Люций Аудиторе, танцуя между врагами с рапирой, — мы уничтожили около трехсот. Но они продолжают появляться.

— Нужно найти источник! — крикнула Хельга. — Должен быть центральный узел, откуда они появляются!

Касс огляделась. Лабиринт казался бесконечным, но она заметила закономерность — твари появлялись волнами, всегда с одной стороны.

— Там! — указала она в сторону пульсирующей стены. — Они выползают оттуда!

Александр Войд молча кивнул и направился к указанному месту. Его команда прикрывала его, пока он изучал стену.

— Портальная аномалия, — констатировал он. — Нужно разрушить ядро.

— Позвольте мне! — Хельга подбежала к стене, доставая какое-то устройство. — Молекулярный дестабилизатор должен справиться! Это будет просто прекрасно! Или надо будет заняться перенастройкой устройства… нет, все должно сработать!

Она активировала устройство, и стена начала пузыриться, терять форму. Через несколько секунд портал схлопнулся, и поток тварей прекратился.

— Отлично! — воскликнул Люций. — Теперь можно двигаться дальше!

Но Касс покачала головой.

— Я дальше не пойду, — сказала она. — Пятый этаж — мой предел. Дальше будет слишком опасно.

— Разумное решение, — кивнула Хельга. — Я помогу вам с выходом. Мне все равно нужно вынести собранные образцы в мобильную лабораторию. Требуется провести тщательный анализ, чтобы понимать, куда мы это можем направить, и что тут, действительно, представляет ценность.

Они направились к выходу, оставив остальные отряды продолжать восхождение.

Команды кланов двигались вверх с впечатляющей скоростью. Шестой этаж — зал с ловушками — преодолели за час. Седьмой — библиотека с ожившими книгами — за полтора. Восьмой — ледяная пустошь с метелью из осколков — за два.

И вот, наконец, они достигли девятого.

Огромная арена, усеянная обломками мечей. Повсюду следы недавней битвы — черная жижа, куски какой-то многорукой твари, воронки от мощных ударов.

— Что здесь произошло? — Максимус Малигаро озирался вокруг. Он с подозрением вглядывался в каждую тень, но ничего не находил. — Похоже на последствия войны.

— Смотрите, сколько мечей! — Люций поднял один из обломков. — Качественная сталь, но сломана от перегрузки. Кто-то вложил в удары невероятную силу.

— Следы свежие, — заметил кто-то из Охотников Гильдии. — Бой был совсем недавно. Может, несколько часов назад, не больше.

— Здесь сражался целый отряд, — предположил Охотник клана Морос. — Иначе откуда столько оружия?

— Или один человек с очень большим запасом мечей, — многозначительно произнес Александр Войд, разглядывая следы. — Все удары нанесены в схожей технике. Это работа одного бойца.

— Не смешите меня! — фыркнул Максимус. — Один человек против… этого? — он указал на останки жуткой многорукой твари. — Да тут минимум десяток S-рангов нужно! Кроме того, я первым вошел на этот этаж! Никто не мог меня опередить!

— Если только не знал секретный проход, — заметила женщина из команды Эйзенхорн.

Спор продолжался, но никто не заметил, как тень отделилась от группы Охотников клана Синкроф и скользнула к проходу на десятый этаж.

Брендон Синкроф едва держался на ногах. С того момента, как он ступил на девятый этаж, в его голове начался шепот. Поначалу тихий, но со временем он становился все громче, все настойчивее.

«Наверх, судьба, ожидание власти».

Кровь капала из носа, оставляя красные следы на его дорогом костюме. Голова раскалывалась от боли, но шепот не прекращался.

«Последний… этаж… трон… сила…»

Он поднялся по лестнице, едва переставляя ноги. Десятый этаж встретил его пустотой. Огромный тронный зал, черные колонны, и в центре — трон. Массивный, черный, покрытый слоем пыли.

Но не трон привлек внимание Брендона. Шепот в голове превратился в рев.

«Внутри! Быстрее!»

Собрав остатки сил, Брендон выпустил импульс магии. Волна ударила в трон, и тот раскололся, рассыпаясь обломками. Внутри, прямо вдоль спины бывшего сидения, воткнутый в нерушимый постамент стоял меч.

Одноручный клинок из металла цвета ночного неба с синеватым отливом. Рукоять украшал череп из белого металла, в глазницах которого мерцали крошечные сапфиры. По лезвию бежали руны, пульсирующие мертвенным светом.

Брендон протянул дрожащую руку и взял меч. В момент касания сотня голосов в его голове слилась в один, глубокий и властный:

«Тот, кто возьмет в руки этот клинок, обретет вечную силу. Как клинок пронзает плоть, так и воля его обладателя пронзит души врагов.»'.

Брендон выпрямился. Боль исчезла, слабость испарилась. Он чувствовал силу, текущую по венам. Холодную, чуждую, но невероятно мощную. Его фигура словно стала выше, шире. Золотистые волосы побелели, как снег. Глаза из голубых превратились в почти белые.

Он усмехнулся, и эта усмешка не имела ничего общего с прежним высокомерным, но в целом безобидным аристократом. Это была улыбка хищника, нашедшего добычу.

Меч в его руке запел — тонкий, леденящий душу звук, похожий на плач или смех. Брендон еще раз усмехнулся и направился к выходу.

А в пустом тронном зале остались только обломки трона и эхо безумного смеха, отражающегося от черных колонн. Увы, но никто просто не заметил, как парень вытащил меч из этого места. Возможно иначе, дальнейшего удалось бы избежать.

Глава 18

Дружеский визит

Я проснулся от гула голосов, доносившегося откуда-то снизу. Солнце уже висело высоко над горизонтом, судя по углу падения лучей через окно — около полудня. Редкий случай, когда я позволил себе поспать дольше обычного.

Видимо, вчерашний разговор в башне Мортиса утомил меня куда сильнее, чем я думал.

Тень, свернувшийся калачиком у кровати, поднял все три головы и сонно зевнул. Средняя голова посмотрела на меня с укором, мол, хозяин, что за шум внизу, почему нас разбудили в такую рань. Хотя какая рань, если уже полдень.

— Идем посмотрим, что там за шум устроили, — пробормотал я, натягивая штаны и первую попавшуюся рубашку.

Спустившись по лестнице и время от времени позевывая, я застыл на пороге. Наш обычно тихий и уютный сад превратился в подобие восточного рынка. Везде стояли столы, на которых были разложены артефакты, оружие, доспехи, свитки, флаконы с непонятными жидкостями и прочая добыча из Разлома. Представители пяти кланов, остальные после первого рейда решили, что в Разломе делать нечего, суетились вокруг, что-то записывали, спорили, торговались.

В центре всего этого хаоса стояла Аурелия Мерсер в очередном умопомрачительном платье — на этот раз бордового цвета с глубоким декольте. Она держала планшет и отдавала распоряжения с видом полководца, командующего армией. Александр Войд маячил за ее спиной, мрачный и молчаливый, как всегда не допуская никого до своей госпожи.

— А, господин Торн! — воскликнула она, заметив меня. На ее губах появилась та самая загадочная улыбка, от которой у Кайдена обычно отказывали мозги. — Наконец-то вы проснулись. Я уже начала волноваться, не случилось ли чего после вчерашнего.

— Что здесь происходит? — спросил я, оглядывая импровизированный базар. — Решили устроить распродажу в моем саду?

— О нет, — Аурелия элегантно взмахнула рукой. — Это официальное распределение трофеев из Разлома башни Мортиса. Согласно древнему договору между кланами, все участники экспедиции должны присутствовать при подсчете добычи и иметь предварительное право выкупа. Для прозрачности процесса, так сказать.

— И зачем это происходит именно здесь? — все еще не понял я причину происходящего.

— Ну, технически Разлом находится на вашей территории, — она сделала паузу, наслаждаясь моментом. — А согласно тому же договору, владельцу территории полагается десять процентов от всей добычи, вне зависимости от участия и вклада в зачистку. Так что, господин Торн, «Последний Предел» только что стал значительно богаче.

Откуда-то сбоку донесся звук падающего тела. Я повернулся и увидел Кайдена, лежащего на земле с планшетом в руках. Он как-то нездорово хихикал, явно наслаждаясь мягкостью газона. Понятно, еще один тронулся разумом…

— Кайден? — я легонько пнул его ногой. — Ты жив?

— Десять… процентов… — пробормотал он, не открывая глаз. — От всего… Этоэто же… это же целое состояние! Мы можем расширить штат! Купить новое оборудование! Арендовать еще одно здание! Может, даже два!

— Не увлекайся, — предупредил я. — Куда нам еще одно здание. У этого половина помещений не занято.

Кайден вскочил на ноги так быстро, что чуть не врезался в проходящего мимо Охотника, с ящиком, полным артефактов.

— Дарион, ты не понимаешь! — он тряс планшетом перед моим носом. — Смотри! Двадцать семь древних артефактов! Сорок два зачарованных оружия! Восемьдесят килограммов редких материалов! Триста свитков с заклинаниями! И это только предварительный подсчет! Первые сутки. А Разлом еще исследовать и исследовать!

— Потрясно, — равнодушно кивнул я. — Главное, не спусти все на очередную авантюру.

В этот момент ко мне подошла, кажется, Хельга Эйзенхорн, если ничего не путаю. Представительница клана Эйзенхорн была, как всегда, увешана странными приборами. В руках она держала блокнот, исписанный мелким почерком, а ее глаза за толстыми линзами очков горели научным энтузиазмом.

— Господин Торн! — воскликнула она. — Мне крайне необходимо поговорить с вами о десятом этаже башни!

— И вам доброго утра, госпожа Эйзенхорн, — усмехнулся я.

— Уже день, — автоматически поправила она, даже не заметив иронии. — Но это не важноневажно! Важно то, что произошло на вершине башни! Мы с командами добрались туда и нашли только пустой тронный зал и горстку пыли на троне. Никаких следов Босса Разлома! Это аномалия! Статистически невероятная ситуация!

— Может, Босс решил уйти на пенсию? — предположил я. — Знаете, тысяча лет в одной башне — это утомительно. Захотел посмотреть мир, попутешествовать.

Хельга сузила глаза, явно не веря ни единому моему слову.

— Многие не верят, но госпожа Мерсер говорит, что вы были там первым. Что произошло?

— Как я и сказал, хозяин башни предпочел уйти с достоинством, — уклончиво ответил я. — Мы немного поговорили, он понял, что его время прошло, и рассыпался в прах. Очень драматично, даже трогательно.

— Поговорили, — скептически повторила Хельга. — С Боссом Разлома. Который потом добровольно умер…

— Именно так, — радостно улыбнувшись, кивнул я. И главное не, ни капли лжи.

Она открыла рот, чтобы задать еще вопросы, но потом махнула рукой.

— Ладно, оставим это. У меня есть более важная тема! — ее глаза загорелись еще ярче. — Господин Торн, вы не задумывались о продолжении рода?

Я поперхнулся. Вокруг нас мгновенно стало тихо — все находящиеся поблизости прекратили свои дела и уставились на нас.

— Чего?

— Продолжение рода! — повторила Хельга так, будто это было совершенно нормальной темой для разговора посреди сада. — Видите ли, я изучала ваши физические показатели. Сила, скорость, выносливость — все выходит за рамки человеческих норм! Вы идеальный кандидат для улучшения генофонда!

Ария, которая как раз проходила мимо с ящиком инструментов, споткнулась и чуть не уронила свою ношу. Ее лицо стало цвета спелого помидора.

— Что она несет⁈ — прошипела девушка.

— Я абсолютно серьезна! — продолжала Хельга, не обращая внимания на реакцию окружающих. — Ваше семя произведет лучших детей! Представьте — целое поколение Охотников с вашими способностями! Это прорыв в евгенике! Чего мы сможем достичь, если правильно их обучить и вырастить!

Касс, стоявшая неподалеку, покраснела так, что ее лицо стало почти фиолетовым — в тон прядям в волосах. Она прикрыла лицо руками, но продолжала подглядывать сквозь пальцы.

— И я могу подобрать вам идеальную пару! — воодушевленно продолжала ученая. — У меня есть база данных всех незамужних Охотниц Империи! Рост, вес, магические способности, генетические маркеры, размер бедер для оптимальных родов…

— Погоди-погоди! — я поднял руку. — Хельга, это мило, что вы так заботитесь о будущем человечества, но я пока не планирую становиться племенным жеребцом.

— Но это же во благо науки! — возмутилась она. — Думаю, можно организовать очередь, скажем… Тритри девушки в неделю, уже к концу третьего месяца у нас будет набор курса для академии Охотников с идеальными параметрами.

— Знаете что? — я усмехнулся. — Если так хотите улучшить генофонд, почему бы вам самой не подать пример? Уверен, найдется много желающих поучаствовать в вашем эксперименте.

Хельга на секунду задумалась, потом достала блокнот и что-то записала.

— Интересная мысль. Нужно провести расчеты. Если учесть мой IQ и физические параметры… Да, это может сработать! Кстати, у нас бы с вами вышел неплохой сын, физические показатели и разум. Вы подумайте, господин Торн. Надо думать о будущем!

Она развернулась и пошла прочь, что-то бормоча про генетические комбинации и вероятности.

Аурелия Мерсер, наблюдавшая за всей сценой, толькос улыбкой покачала головой с улыбкой. В отличие от других женщин, она нисколько не смутилась.

— Эйзенхорн всегда отличалась… специфическим подходом к науке, — заметила она. — Как и взглядом на некоторые вещи.

— Это еще мягко сказано, — пробормотал я.

В этот момент подошел Люций Аудиторе, сияющий как начищенный пятак. В руках он держал длинный список, а его глаза горели азартом торговца, учуявшего выгодную сделку.

— Господин Торн! — воскликнул он. — У меня есть для вас эксклюзивное и очень выгодное предложение!

— Нет, — ответил я, даже не дослушав.

— Но вы же не знаете, что я предлагаю!

— Все равно нет.

— Артефакты эпохи Основателей! — не сдавался он. — Подлинные! С сертификатами! Я готов отдать их по специальной цене, только для вас!

— У меня уже есть все необходимое, — отмахнулся я. — Спасибо за предложение.

Люций выглядел разочарованным после моего резкого отказа, но быстро взял себя в руки.

— Что ж, если передумаете — я всегда к вашим услугам! А пока… — он оглядел рынок трофеев. — Пойду поторгуюсь с Гидеоном. Говорят, у него есть интересные минералы.

Когда он ушел, я повернулся к Кайдену, который все еще изучал список трофеев с выражением абсолютного счастья на лице.

— Кстати, а что с Разломом? Как долго у нас во дворе будет это представление?

— Кланы договорились продолжать его изучение. Посменно туда будут отправляться экспедиции для сбора материалов, чтобы не прерывать изучение и не дать ему закрыться. И нам, как владельцам территории, полагается процент от каждой добычи!

— Пассивный доход, — кивнул я. — Неплохо. Значит, нам больше не нужно туда ходить. ХотяХот, если ты найдешь новых Охотников для организации, можем отправлять и наши группы для тренировок.

— С этим тяжелее. В верхнем городе почти нет свободных Охотников, тем более подходящих под наши условия. Но я продолжаю поиски.

* * *

В гостиной особняка царил относительный покой после утренней суеты. Кассиопея сидела на диване, сосредоточенно изучая потрепанную тетрадь с техниками Шейда. Ее пальцы водили по строчкам, а губы беззвучно повторяли описания движений.

Тень лежал рядом, растянувшись во всю длину. Левая голова дремала, средняя следила за движениями Касс, а правая обнюхивала воздух, уловив запах чего-то вкусного с кухни.

— Так,… — пробормотала девушка, — «…Танец теней — техника создания множественных послеобразов для дезориентации противника. Требует точного контроля внутренней энергии и синхронизации движений…»…

Она встала, отложив тетрадь, и заняла исходную позицию. Глубокий вдох, концентрация энергии, и…

Касс рванулась вперед, пытаясь создать послеобраз. Вместо этого она врезалась в журнальный столик, походя опрокинув вазу с цветами. Тень тут же вскочил, все три головы удивленно уставились на девушку.

— Черт! — выругалась Касс, потирая ушибленную голень. — Почему это так сложно?

Она попробовала снова. На этот раз удалось создать слабый, мерцающий послеобраз, но он тут же исчез, а сама Касс споткнулась о ковер.

— Может, меньше энергии? — размышляла она вслух.

Новая попытка. Послеобраз получился четче, но вместо одного появилось сразу три, и все они двигались хаотично. Касс попыталась их контролировать, но только запуталась в собственных движениях и врезалась в стену.

Тень, наблюдавший за ее попытками, вильнул хвостом. Потом встал и начал прыгать вокруг девушки, явно пытаясь поймать мерцающие послеобразы. Для него это была игра.

— Тень, не мешай! — рассмеялась Касс, уворачиваясь от пса. — Это серьезная тренировка!

Но Тень не слушал. Он прыгал, хватал воздух там, где только что был послеобраз, и радостно гавкал всеми тремя головами.

Именно в этот момент в гостиную вошла Селина с подносом чая. Женщина в строгом деловом костюме замерла на пороге, наблюдая сюрреалистичную картину: Касс металась по комнате, создавая хаотичные иллюзии после себя, а Тень носился за ними, сбивая все на своем пути.

— Что здесь происходит? — спросила Селина, ставя поднос на безопасное расстояние.

— Тренируюсь! — выдохнула Касс, останавливаясь. — Пытаюсь освоить технику «„Танец теней“,», но что-то не получается.

Селина задумчиво наклонила голову, наблюдая за мерцающими послеобразами.

— Ты вкладываешь слишком много энергии, — заметила она. — И движения слишком резкие. Тени должны быть продолжением тебя, а не отдельными сущностями.

— А ты разбираешься в техниках скрытности? — удивилась Касс.

Селина слегка улыбнулась.

— Я А-ранговая Охотница. Анималистка и да, с уклоном в скрытность. К тому же, когда работаешь с хищниками, учишься двигаться незаметно. Иначе они воспринимают тебя как угрозу или добычу.

— Можешь показать? — с надеждой спросила Касс.

Селина на секунду задумалась, потом кивнула. Она сняла пиджак, аккуратно повесив его на спинку кресла, и встала в центр комнаты.

— Смотри внимательно. Главное — не сила, а плавность во всем.

Она сделала шаг, и ее фигура словно размылась. Появился послеобраз, но не резкий и мерцающий, как у Касс, а плавный, текучий. Потом еще один, и еще. Вскоре по комнате двигались четыре Селины, и невозможно было понять, которая настоящая. Конечно, это было не техникой Шейда, а чем-то похожим, но тем не менее принципы были схожи.

— Вау! — восхитилась Касс. — Как ты это делаешь?

— Представьте, что ты — вода, — объяснила Селина, продолжая двигаться. — Вода не имеет четкой формы, она течет, принимает форму сосуда. Тени должны быть такими же — текучими, естественными.

Касс кивнула и попробовала снова. На этот раз движения были плавнее, и послеобразы получились более стабильными. Но восторг от успеха заставил ее вложить слишком много энергии, и вместо четырех теней появилось сразу двенадцать.

К тому же техника Шейда отличалась. И именно из-за этого начался хаос.

— Ой! — воскликнула девушка.

Тени начали метаться по комнате. Пёс радостно гавкнул и бросился их ловить. Одна из теней «„атаковала“» портрет Кайдена на стене. Пес прыгнул защищать картину хозяйского друга, врезался в стеллаж с книгами, и тот рухнул прямо на Селину.

Женщина инстинктивно активировала боевые рефлексы. Ее тело на мгновение покрылось черным мехом, превращаясь в пантеру, она изящно выскользнула из-под падающих книг и приземлилась на четырех лапах.

Но стеллаж продолжил падение, зацепив второй, тот — третий. Цепная реакция. Касс в панике пыталась развеять тени, но они только множились. Тень носился по комнате, его цепи хлестали во все стороны, пытаясь поймать иллюзии. Для пса все это была игра и не более того.

Именно в этот момент в дверях появился Дарион.

Перед ним предстала картина полного хаоса. Касс металась между своими же тенями, пытаясь их развеять. Тень гонялся за иллюзиями, размахивая цепями и сбивая мебель. Селина в облике черной пантеры сидела на упавшем стеллаже, ее желтые глаза выражали смесь шока и смущения. Книги валялись повсюду, ваза была разбита, портрет Кайдена висел криво.

Торн устало вздохнул и сделал один короткий жест рукой. Волна внутренней энергии прошла по комнате, мгновенно развеивая все тени. Хаос прекратился так же внезапно, как начался.

— Касс, — сказал он спокойно, — меньше энергии, больше контроля. Ты пытаешься силой заставить технику работать, но это как пытаться забить гвоздь кувалдой. Можно, но стену проломишь.

Девушка опустила голову, покраснев от смущения.

— Простите, мастер. Я просто хотела быстрее освоить…

— Селина, — он повернулся к женщине, которая уже приняла человеческий облик и пыталась пригладить растрепавшиеся волосы. — Спасибо за помощь, но в следующий раз тренируйтесь на улице. Кайден и так нервничает из-за расходов.

— Конечно, господин Торн, — кивнула она, поправляя костюм. — Прошу прощения за беспорядок.

— Тень, — мужчина посмотрел на пса, который виновато опустил все три головы. — Молодец, бдительность — это хорошо.

Пес вильнул хвостом и подбежал к нему, тычась средней головой в ногу.

— Ладно, — махнул рукой Дарион. — Уберите тут все, пока Кайден не увидел. А то у него случится сердечный приступ. И чего, спрашивается, он так переживает при его -то деньгах? — последнее он пробормотал, уже уходя из помещения.

* * *

После обеда, когда импровизированный рынок в саду наконец свернулся и представители кланов разъехались, я сидел в своем кабинете, просматривая список полученных трофеев. Кайден был прав — это, действительно, было целое состояние. Достаточно, чтобы обеспечить «Последний Предел» всем необходимым на пару лет вперед.

В дверь постучали, и вошел курьер в форме официальной почтовой службы. Молодой парень, явно нервничающий от одного моего вида.

— П-письмо для вас, господин Торн, — пробормотал он, протягивая конверт. — Из академии Арканум Нокс. Срочное.

Я взял конверт, отметив дорогую бумагу и восковую печать с гербом академии. Хорошая бумага, качественная печать — значит, дела у Анисы идут неплохо.

— Спасибо, — кивнул я курьерекурьеру и отпустил его.

Я вскрыл конверт и развернул письмо. Почерк Анисы был аккуратным, старательным, с легким наклоном вправо. Образцовый почерк отличницы.

' 'Дорогой Дарион,

Надеюсь, твои дела в верхнем городе идут хорошо. Прости за официальный тон, но я все еще учусь писать личные письма. В академии нас учили только деловой переписке.

Пишу, чтобы сообщить важную новость. Через неделю начинается Большой Турнир Академий Империи — престижнейшее событие, проходящее раз в три года. В этом году Арканум Нокс впервые за двадцать один год получил право участвовать!

Это стало возможным благодаря улучшению репутации после смены руководства (все еще не могу поверить, что я директор!), новому набору талантливых студентов и росту нашего влияния в академическом сообществе. И все это, конечно, благодаря твоей помощи.

Турнир будет проходить в на столичной арене. Участвуют сильнейшие академии империи и наших ближайших соседей. Студенты соревнуются в магических дуэлях, решении теоретических задач, создании артефактов и групповых испытаниях.

Я очень хотела бы видеть тебя в качестве почетного гостя и советника нашей команды. Твой опыт и знания были бы неоценимы. К тому же, твое присутствие поднимет боевой дух студентов — они все восхищаются тобой после той истории с Риверсом.

Понимаю, что ты занятой человек, но… было бы замечательно, если бы ты смог приехать. Академия предоставит лучшие апартаменты и покроет все расходы, конечно.

p.s. Я немного соскучилась. То есть, академия соскучилась. То есть… ох, ты понял.

С уважением и надеждой, Директор академии Арканум Нокс''

Я усмехнулся, читая постскриптум. Аниса так и не научилась прямо выражать свои чувства. Впрочем, это было даже мило в своем роде.

Кайден, который читал письмо через мое плечо, присвистнул.

— Большой Турнир! — воскликнул он. — Дарион, это же огромное событие! Туда съезжается вся элита империи! Аристократы, главы кланов, сильнейшие маги! Да и зарубежные гости точно будут!

— И что? — я повернулся к нему.

— И что⁈ — Кайден всплеснул руками. — Победители получают не только славу и признание! Главный приз — годовой доступ к Библиотеке Запретных Знаний в верхнем городе! Там хранятся манускрипты эпохи Основателей, древние гримуары, карты забытых земель!

Библиотека Запретных Знаний. Если там, действительно, есть записи эпохи Основателей, то можно найти информацию, которая поможет мне. Все же мне никто так и не мог нормально рассказать, что происходило после того, как я запечатал портал за собой.

— Интересно, — кивнул я. — Пожалуй, стоит съездить.

— Я тоже поеду! — тут же заявила Ария, появляясь в дверях. Да уж, проходной двор какой-то и все удивительно быстро становятся в курсе новостей. — Нужно же посмотреть на последние разработки других академий! Может, найду новые идеи для своих проектов!

— И я! И я! — Касс буквально впрыгнула в кабинет. — Я никогда не видела настоящий турнирнастоящего турнира магов! Это же так круто! Пожалуйста, мастер, можно мне с вами?

— Тогда я тоже еду, — добавил Кайден. — Кто-то же должен следить за финансами и организационными вопросами. К тому же, это отличная возможность наладить связи с другими организациями. Не стоит списывать Средний город со счетов, только потому, что мы перебрались в Верхний.

— Получается, едет весь «Последний Предел»? — усмехнулся я.

— Кто-то же должен остаться, — заметила Селина, входя с очередной стопкой документов. — Я могу присмотреть за делами здесь. У меня достаточно опыта в управлении.

— Уверена? — спросил Кайден с сомнением. — Это большая ответственность.

— Справлюсь, — уверенно кивнула девушка.

Решение было принято. Через неделю мы отправляемся на турнир. Ария тут же побежала готовить свои лучшие изобретения для демонстрации, Касс — паковать вещи (хотя до отъезда еще неделя, да и ехать несколько часов, а шумушума — как будто в другую страну едем), а Кайден начал составлять список необходимого.

Я остался в кабинете, размышляя. Турнир — это хорошо. Но меня больше интересовала Библиотека. Если Арканум Нокс победит, у меня будет доступ к знаниям, которые, возможно, смогут пролить свет на происходящее. На богов, на Разломы, на все странности этого времени.

* * *

Здание «Последнего Предела» в среднем городе было почти пустым. Основная команда ушла на плановый рейд в один из стабильных Разломов, под руководством Реккара. В главном зале остались только дежурные, которые больше играли в карты, чем следили за обстановкой.

Хлоя Монклер стояла у доски с картой Разломов, изучая отметки и расписание рейдов. Ее волосы были собраны в высокий хвост, а фиолетовые глаза внимательно сканировали информацию. Она пришла узнать расписание на следующую неделю, планируя присоединиться к нескольким вылазкам для поддержания формы. На самом деле она немного помогала «Последнему Пределу», чтобы Дарион ее похвалил.

Входная дверь резко распахнулась, впуская поток холодного воздуха. На пороге появилась Зара. Сегодня она была в облегающем красном платье, подчеркивающем все ее достоинства. Увидев Хлою, она замерла на мгновение.

Воздух между женщинами мгновенно наэлектризовался. Две хищницы встретились взглядами, и невидимые искры полетели во все стороны.

— Госпожа Монклер, — холодно произнесла Зара. — Какая… неожиданная встреча.

— Госпожа Зара, — Хлоя повернулась к ней, скрестив руки на груди. — Что привело владелицу подпольной арены в такое скромное заведение?

— Я здесь по делам. Нужно забрать документы для Дариона, — фыркнула она, проходя внутрь.

При упоминании имени Дариона глаза Хлои сузились.

— Для Дариона? — она сделала шаг вперед. — И часто ты выполняешь для него… поручения?

— Достаточно часто, — Зара улыбнулась той улыбкой, от которой мужчины теряли голову. — В отличие от некоторых навязчивых аристократок, я, действительно, полезна организации.

— Навязчивых? — Хлоя подняла бровь. — Это говорит женщина, которая буквально бросается на Дариона при каждой встрече?

— По крайней мере, я не прячусь за маской благородства и справедливости, — парировала Зара. — Я честна в своих намерениях. А ты, госпожа Монклер? Что ты на самом деле хочешь от Дариона?

— Это не твое дело, — холодно ответила Хлоя.

— О, но это мое дело, — Зара подошла ближе. — Видишь ли, я не позволю какой-то избалованной аристократке играть с чувствами Дариона ради развлечения.

— Играть? — Хлоя рассмеялась. — Это ты используешь свою красоту как оружие! Думаешь, никто не замечает твоих попыток соблазнения?

— А ты думаешь, никто не замечает твоей одержимости? — Зара сощурилась. — Ты преследуетепреследуешь его с того самого дня, когда он победил твоего брата. Что это, если не навязчивость?

— Это называется интересом к выдающейся личности!

— Это называется нездоровой фиксацией на том, что ты не можетеможешь получить!

Они стояли теперь почти вплотную, две красивые женщины, готовые вцепиться друг другу в волосы. Охотники за стойкой регистрации замерли с картами в руках, боясь даже дышать.

В этот момент дверь снова открылась. Вошла девушка лет двадцати. Золотистые волосы, холодные голубые глаза, аристократическая осанка. Брина Синкроф. Она, конечно, верила Дариону, но в итоге все же решила проследить весь его путь. Некоторые вопросы не давали ей покоя.

Увидев двух женщин в боевой стойке, она невольно приподняла бровь. Такого Брина не ожидала.

— Прошу прощения, я не вовремя?

Зара и Хлоя мгновенно объединились против общего «„врага“.». Они синхронно повернулись к новоприбывшей.

— Вы кто? — холодно спросила Хлоя.

— Брина Синкроф, — девушка изящно поклонилась. — Я ищу информацию о Дарионе Торне. Мне сказали, что здесь штаб-квартира его организации.

— Синкроф? — Зара прищурилась. — Что могло понадобиться одному из наследников клана Верхнего города здесь, в среднем?

— Я здесь с исключительно исследовательской целью.

— Исследовательской? — Хлоя скрестила руки на груди. — И что именно вы исследуете?

— Связь господина Торна с основателями моего клана, — осторожно ответила Брина. — В наших архивах есть упоминания о воине с похожим описанием, жившем тысячу лет назад. Я изучаю эту загадку.

— И зачем вам это? — подозрительно спросила Зара.

— Научный интерес. Плюс, если господин Торн, действительно, связан с легендарными близнецами-основательницами Синкроф, это может пролить свет на многие исторические загадки моего клана.

Хлоя и Зара переглянулись. Обе думали одно и то же — еще одна конкурентка.

— Послушай, девочка, — начала Зара, переходя на неофициальный тон. — Дарион очень занятой человек. У него нет времени на твои… исследования.

— К тому же, — добавила Хлоя, — он не любит, когда копаются в его прошлом. Это может его разозлить.

Брина посмотрела на них с легкой улыбкой.

— Интересно, — чарующе улыбнувшись, она приложила руку к подбородку и смерила обеих Охотниц оценивающим взглядом. — Две женщины, явно заинтересованные в господине Торне, в романтическом ключе, пытаются отговорить меня от встречи с ним. Это территориальное поведение или так называемая «борьба за видного самца»?

— Что⁈ — воскликнули Зара и Хлоя одновременно.

— Мы не… — начала Хлоя.

— Это не… — попыталась Зара.

— О, пожалуйста, — Брина закатила глаза. — Это очевидно даже слепому. Вы обе влюблены в него и видите друг в друге угрозу. А теперь появилась я, и вы объединились против нового врага. Типичная женская психология. Ну право слово…

Прежде чем кто-то успел ответить, температура в помещении резко упала. На окнах появился иней, дыхание стало видимым. Входная дверь медленно открылась, впуская клубы морозного тумана.

В зал вошла фигура в черном боевом костюме. Лицо скрывала маска с красной линией оптического сенсора, которая медленно сканировала присутствующих. Движения были плавными, почти кошачьими, излучающими смертельную грацию.

Все три женщины мгновенно перешли в боевые стойки. Сомнений не было, человек излучал колоссальную угрозу и тут уже не до споров.

Зара активировала силу Лисары, вокруг нее вспыхнула огненная аура, рыжие волосы заплясали от жара. В ее руках появились огненные кинжалы.

Хлоя призвала силу Немезиды, фиолетовые лепестки ликориса материализовались в воздухе, кружась вокруг нее. В ее руке появился клинок из чистой энергии возмездия.

Брина создала свой фирменный золотой лук из концентрированной энергии. Стрела света уже была наложена на тетиву.

Фигура в маске наклонила голову, будто заинтересованная. Красный сенсор просканировал каждую из женщин, анализируя их силы.

А потом произошло невозможное.

Вокруг фигуры вспыхнула точная копия огненной ауры Зары. Такая же яркая, такая же горячая.

Следующий жест, и фиолетовые лепестки ликориса, абсолютно идентичные лепесткам Хлои, начали кружиться вокруг незнакомца.

Поднятая рука, и в ней материализовался золотой лук, — точная копия оружия Брины.

Три женщины замерли в шоке. Их уникальные способности, были скопированы за считанныесчитаные секунды.

Фигура в маске наконец заговорила. Голос был искажен модулятором, но в нем слышалось превосходство.

— Как интересно. Чтобы скопировать вас, я трачу больше силы, чем обычно.

Красный сенсор снова просканировал их.

— Вы все ищете Дариона Торна. Он притягивает вас, словно пламя мотыльков. Интересно, знает ли он, сколько женщин готовы убить друг друга ради его внимания? И будет ли он грустить, если одной из вас не станет. Вряд ли. Ему плевать на потерю близких людей!

— Кто ты? — требовательно спросила Зара, не опуская огненные кинжалы.

Фигура усмехнулась — это было слышно даже через модулятор.

— Меня зовут Зеро. Считай это дружеским визитом.

Глава 19

Три апостола и турнир магов

Воздух в главном зале «Последнего Предела» буквально искрил от концентрации магической энергии. Три женщины-апостола стояли в боевых стойках, готовые атаковать таинственного противника в черной маске. Температура в помещении колебалась между невыносимым жаром от ауры Зары и леденящим холодом, исходящим от самого Зеро.

Первой сорвалась Зара. Годы тренировок на арене сделали ее инстинкты острыми как бритва —, ждать — означало отдать инициативу противнику, а это было недопустимо.

Она бросилась вперед с невероятной скоростью, оставляя за собой огненный след в воздухе. Левый кинжал шел снизу, целясь в печень, правый — горизонтально к горлу. Атака-ножницы, не оставляющая пространства для уклонения.

Зеро даже не пошевелился до последнего момента. И в последнее мгновение он парировал оба удара с показательной ленивой легкостью, словно это была детская игра.

— Неплохая техника, — прокомментировал он изменнымизмененным через модулятор голосом. — Но слишком прямолинейная. Позволь показать, как это делается правильно.

Он контратаковал той же комбинацией, но с небольшими изменениями — углы атаки были чуть иными, скорость выше, а в движениях читалось превосходство опыта. Зара едва успела отклониться назад, и лезвие прошло в миллиметрах от ее горла.

Искры полетели во все стороны, когда их клинки столкнулись снова и снова. Каждый удар поднимал температуру в помещении еще на несколько градусов. Деревянная мебель начала тлеть, на окнах появились трещины от перепада температур.

— Уйди с дороги! — крикнула Хлоя.

Фиолетовые лепестки ликориса закружились вокруг нее, формируя энергетический клинок в ее правой руке. Цветы смерти и возмездия — символ богини справедливости — наполнили воздух сладковатым ароматом, от которого кружилась голова.

Она атаковала с фланга, пока Зеро был занят Зарой. Клинок возмездия рассек воздух, оставляя за собой шлейф из лепестков. Это была не просто физическая атака — божественная энергия Немезиды несла в себе концепцию неотвратимого наказания.

Но Зеро среагировал мгновенно. Вокруг него тоже закружились фиолетовые лепестки, точная копия силы Хлои. Он создал собственный клинок и блокировал ее атаку.

— Как неожиданно, — его модулированный голос выдал искреннее удивление. — Значит, ты тоже апостол? Немезида… кажется, или кто-то вроде того? Она выбрала эмоционально нестабильную аристократку своим сосудом? Забавно.

— Откуда ты… — Хлоя удивилась и усилила натиск, но каждый ее удар встречал идеальное отражение.

Зеро сражался с обеими женщинами одновременно, используя их же силы против них. Но было заметно, что копирование божественной энергии дается ему сложнее — его движения были чуть медленнее, чем обычно.

Брина Синкроф наблюдала за боем с расчетливым спокойствием, присущим ее клану. Она натянула тетиву, формируя стрелу из чистого света.

— Раз! — прошептала она и выпустила стрелу.

В полете снаряд разделился на десяток светящихся копий, каждая летела по своей траектории, но все целились в Зеро. Это была техника клана Синкроф — «Небесный Дождь», усовершенствованная поколениями лучников.

Зеро развел руки в стороны, отбросив и Зару, и Хлою ударной волной. В его руках тоже появился золотой лук, но когда он попытался воспроизвести технику Брины, что-то пошло не так. Его стрелы света были тусклее, траектории — менее точными.

— И ты тоже⁈ — в его голосе прозвучало неподдельное изумление. — Три апостола в одном месте? Да вы издеваетесь!

Он был вынужден уклоняться, активировав свою фирменную технику.

— Протокол Глитч! — выкрикнул он.

Его фигура словно раздвоилась, размылась, сместилась одновременно в три стороны. Визуальные помехи дезориентировали женщин — их мозг не мог обработать противоречивую информацию о местоположении противника. Стрелы Брины прошли сквозь пустоту, врезавшись в стену и оставив в ней оплавленные дыры. Кому-то явно после этого придется платить за ремонт.

— Черт, что это было? — Зара тряхнула головой, пытаясь сфокусировать зрение.

— Технологическая уловка, — холодно ответила Брина. — Искажение восприятия через манипуляцию визуальными сигналами. Похоже на разработку одного клана, но не думала, что они продают ее на сторону.

— А ты весьма не глупаянеглупая, — усмехнулся Зеро, появляясь перед Хлоей.

Его кулак, усиленный скопированной божественной энергией, врезался ей в солнечное сплетение. Аристократка согнулась пополам, хватая ртом воздух. Но прежде, чем он смог добить ее, огненная плеть Зары обвилась вокруг его запястья.

— Не трогай ее, ублюдок! — рыкнула рыжеволосая.

Зеро дернул рукой, разрывая огненную плеть, но это дало Хлое время отскочить. Три женщины перегруппировались, встав треугольником вокруг противника.

— Хорошая координация для людей, которые пять минут назад готовы были вцепиться друг другу в горло, — заметил Зеро, поворачиваясь на месте, чтобы держать всех в поле зрения.

— Враг моего врага, — процедила Зара.

— Классика, — пожала плечами Брина.

— Заткнитесь обе и атакуйте! — скомандовала Хлоя.

Они ударили одновременно с трех сторон. Огненное копье Зары, клинок возмездия Хлои, золотые стрелы Брины — все сошлось в одной точке.

Зеро попытался воспроизвести все три силы одновременно. Его тело окуталось тройной аурой — огненной, фиолетовой и золотой. На мгновение он стал похож на божество, вобравшее в себя три различных аспекта силы.

А потом все пошло наперекосяк.

Божественные энергии не были предназначены для сосуществования в одном сосуде без соответствующего благословения. Огонь Лисары начал сжигать лепестки Немезиды. Свет третьей богини вступил в конфликт с обеими энергиями, создавая хаотические всплески.

— Черт! — выругался Зеро, и в его голосе впервые прозвучала настоящая боль. — Похоже, я слегка переоценил себя…

Его защита дала трещину. Женщины мгновенно воспользовались моментом слабости. Они сфокусировали свои атаки, создав единое комбинированное заклинание — нечто, что не должно было существовать, но существовало, благодаря их общей цели. Пусть и получилось это отчасти случайно.

Огненное копье Зары стало основой. Хлоя обернула его справедливым гневом Немезиды, превратив простое оружие в инструмент возмездия. Брина направила конструкцию светом своей богини, придав ей невероятную скорость и точность.

Комбинированная атака пробила дестабилизированную защиту Зеро как горячий нож масло. Удар отбросил его к стене, маска треснула, красный сенсор замерцал и начал искрить.

— Твою ж… — прохрипел он, поднимаясь на ноги.

Кровь текла из-под треснувшей маски, капая на его черный костюм. Он покачнулся, но устоял, хотя было видно — бой дался ему нелегко.

— Три апостола… — пробормотал он, отступая к окну. — Этого я не ожидал. Что ж, первый раунд за вами, дамы.

Он разбил окно локтем и прыгнул в него спиной вперед, исчезая в ночи. Три женщины бросились к проему, но Зеро уже растворился в темноте города.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием тлеющей мебели. Охотники-дежурные, сбежавшие при первых признаках битвы, начали осторожно выглядывать из-за углов.

Зара, Хлоя и Брина медленно повернулись друг к другу. В глазах каждой читалось понимание — они только что узнали самые сокровенные секреты друг друга.

— Значит, ты тоже апостол какой-то огненной богини, — первой нарушила молчание Хлоя.

— Ты, видимо, тоже — кивнула Зара. — Должна признать, это объясняет порой твою одержимость.

— А кто твой покровитель? — обе повернулись к Брине.

Девушка из клана Синкроф холодно улыбнулась.

— Это не ваше дело. Я вообще не должна была ввязываться.

* * *

Зеро рухнул на холодный бетонный пол своего убежища, едва переступив порог. Кровь текла из носа, ушей, даже белки глаз заплыли красным. Копирование трех божественных сил одновременно едва не разорвало его тело изнутри.

— Черт… черт… черт… — прохрипел он, стягивая треснувшую маску.

Его лицо было искажено болью. Черные волосы слиплись от пота и крови. Он пополз к медицинскому шкафу, оставляя кровавый след на полу.

Воздух в убежище внезапно похолодел. Тени в углах сгустились, и из них медленно материализовался светящийся орб, размером с человеческую голову. Внутри сферы пульсировал странный серебристо-черный свет.

— Глупец, — раздался голос, исходящий отовсюду и ниоткуда одновременно. — Я предупреждал тебя. Божественные силы — не игрушка.

— Заткнись… — Зеро дотянулся до шкафа и вытащил шприц с регенерирующей сывороткой. — Я не знал, что их будет трое.

— Ты не знал многого, — орб подлетел ближе, зависнув над распростертым на полу Зеро. — Копировать божественные силы сразу нескольких апостолов — это самоубийство. Твое тело имеет пределы, даже с моим благословением.

Зеро вколол себе сыворотку и откинулся на спину, тяжело дыша. Постепенно кровотечение остановилось, раны начали затягиваться.

— К тому же, — продолжил голос с неодобрением, — ты засветился перед Зарой. Теперь убить ее будет намного сложнее. Она будет готова.

Зеро неожиданно рассмеялся. Сначала тихо, потом громче, пока его смех не превратился в истерический хохот.

— Сложнее? — он поднялся на локтях, и в его глазах плясало безумие. — Отлично! Если бы было легко, какой был бы в этом интерес?

Орб пульсировал сильнее, и в воздухе появилось ощущение недовольства.

— Ты забываешь о нашей цели. Каждый убитый апостол ослабляет их богов и усиливает меня. Это не игра, мальчик.

— Для тебя — нет, — Зеро поднялся на ноги, пошатываясь. — А для меня… для меня это шанс превзойти себя. Превзойти даже его.

— Твоя одержимость Дарионом Торном граничит с нездоровой, — заметил голос.

— Он предал меня! — внезапно взорвался Зеро. — Бросил умирать! Даже не попытался найти! А теперь… теперь даже не узнает во мне того мальчишку, которого сам же учил!

Орб молчал несколько секунд, потом голос произнес с ядовитой мягкостью:

— Используй эту злость. Но помни — месть, поданная холодной, всегда слаще горячей. А пока… у нас есть другие цели. Лисара показала себя. Нужно найти способ вытянуть ее в тело апостола полностью. Только тогда мы сможем нанести ей настоящий урон.

— Это потребует времени, — Зеро подошел к верстаку и начал ремонтировать маску. — И подготовки. Мое тело должно стать сильнее, чтобы выдержать больше.

— Тренируйся, — согласился голос. — Становись сильнее. Но не забывай — ты мой апостол. Моя воля превыше твоих личных амбиций.

— Конечно, — Зеро натянул отремонтированную маску, и красный сенсор вспыхнул. — Я помню о нашей сделке.

Орб медленно растворился в воздухе, оставив после себя только легкий запах озона и серы. Зеро остался один в своем убежище, глядя на карту города, где красными метками были отмечены места появления апостолов.

— Три апостола. Видимо, Торн притягивает неприятности, — пробормотал он.

* * *

Лимузин мягко покачивался, пока вез нашу компанию в средний город. Кайден, конечно, перестарался с транспортом,: черный, удлиненный автомобиль с тонированными стеклами и кожаными сиденьями выглядел вызывающе даже по меркам верхнего города. Но спорить с ним, когда он входил в режим «„мы должны соответствовать статусу“,», было бесполезнее, чем учить Тень есть овощи. Хотя бы иногда.

Я дремал у окна, прислонившись виском к прохладному стеклу. Мерное урчание двигателя действовало убаюкивающе, а взволнованная болтовня Касс создавала приятный белый шум.

— Представляете, настоящие магические дуэли! — восклицала девушка, подпрыгивая на сиденье как ребенок. — Я видела их только на записях, а теперь увижу вживую! Мастер, а правда, что на турнирах иногда случаются смертельные исходы?

— Ага, — неопределенно промычал я, не открывая глаз.

— А правда, что победитель получает доступ к Запретной Библиотеке? А там, действительно, есть книги по некромантии? А можно будет посмотреть? А вдруг там есть техники сокрытия какие-то запретные?

— Касс, дай человеку поспать, — попыталась остановить ее Ария, не отрываясь от планшета.

Но куда там. Касс была как заведенная.

— А какие академии самые сильные? А мы победим? А там будут охотники S-ранга? А можно мне будет с ними подраться?

Ария тем временем изучала последние разработки других академий, периодически издавая возмущенные возгласы.

— Это же нарушение третьего закона термодинамики! — воскликнула она, тыкая пальцем в экран. — Как они вообще стабилизировали такую конструкцию? Нет, это невозможно! Должен быть скрытый источник энергии!

— Или они просто нагло врут в описании, — предположил я, все еще не открывая глаз.

— Тоже вариант, — согласилась Ария. — Но все равно хочется посмотреть на это вживую. Если они действительно, в самом деле, создали вечный двигатель, как смеют заявлять, я съем свой любимый молоток.

— Запомним, — усмехнулся Кайден.

Он сидел напротив меня, нервно перебирая какие-то документы. В его костюме-тройке и с планшетом в руках он выглядел как типичный корпоративный клерк перед важной презентацией.

— Дарион, — начал Кайден в очередной раз, — ты же знаешь, что как советник академии Арканум Нокс ты технически можешь участвовать в боях?

— Ага.

— Правила позволяют одному наставнику выйти на арену в критической ситуации. Это может быть нашим козырем!

— Угу.

— Ты вообще слушаешь?

— Нет.

— Дарион!

Я приоткрыл один глаз и посмотрел на него.

— Кайден, расслабься. Это турнир студентов, а не битва за судьбу мира. Не вижу ни одной причины мне выходить на арену против учеников.

— Но вдруг…

— Никаких «„вдруг“.». Я приехал поддержать Анису и посмотреть на молодежь. И, надеюсь, что Арканум, благодаря вновь открытым знаниям Арка, стали крепкойкрупной величиной и смогут потягаться за первое место. А я, может, благодаря этому, стащу пару книг из Запретной Библиотеки, когда нам откроют доступ.

— Ты же шутишь? — встревожился Кайден.

— Конечно, шучу, — ухмыльнулся я. — Я буду отвлекать охрану, пока Касс будет красть книги.

— Точно! — воодушевленно воскликнула девушка. — Я умею вскрывать замки! И обходить магическую защиту! И…

— Никто ничего красть не будет! — Кайден выглядел так, будто у него вот-вот случится сердечный приступ. — Мы представители официальной организации! У нас репутация!

— Какая еще репутация? — фыркнул я. — Мы банда, которая случайно получила здание в верхнем городе.

— Мы перспективная гильдия с большим потенциалом!

— Сейчас мы три с половиной человека и пес.

— Эй! — возмутилась Касс. — Почему три с половиной?

— Ты еще ученица, поэтому считаешься за половину.

— Это дискриминация!

— Так и есть, смирись.

Лимузин медленно подъезжал к Центральной Арене.

— Вот это да… — выдохнула Касс.

Арена представляла собой футуристический комплекс из черного стекла и белого металла. Огромный купол диаметром в полкилометра парил над землей, поддерживаемый антигравитационными генераторами. Вокруг него вращались голографические экраны размером с дом, транслирующие лучшие моменты прошлых турниров.

— Пятьдесят тысяч зрителей, — с благоговением произнес Кайден. — Тысяча VIP-лож. Двенадцать боевых площадок с изменяемым ландшафтом. Это чудо инженерной мысли!

— Это перебор, — заметил я. — В мое время арены были попроще. Песок, кровь, пара трибун — и все довольны.

— Твое время было тысячу лет назад, — напомнила Ария.

— И что? Классика не стареет.

У главного входа уже толпились представители различных академий. Студенты в боевых костюмах с эмблемами своих учебных заведений, профессора в официальных мантиях, спонсоры в дорогих костюмах — настоящий парад тщеславия.

Мы подъехали к стойке регистрации Арканум Нокс. Скромный навес с потрепанным флагом резко контрастировал с роскошными павильонами других академий. Но зато там нас уже ждала Аниса.

Девушка в строгом костюме директора — темно-синий пиджак и юбка до колен — нервно теребила край папки с документами. Ее светлые волосы были собраны в аккуратный пучок, а очки постоянно сползали с носа от волнения.

— Дарион! — воскликнула она, увидев меня, и бросилась навстречу.

На полпути она спохватилась, вспомнив о своем официальном статусе, и резко затормозила, чуть не упав.

— То есть… — она откашлялась и выпрямилась. — Господин советник Торн, рада приветствовать вас на турнире.

Я усмехнулся, глядя на ее попытки изобразить официальность.

— Расслабься, Аниса. Мы же не на официальном приеме.

— Но… но здесь же другие директора! — прошептала она, озираясь. — Они все такие важные и солидные! Я на их фоне выгляжу ребенком!

— И что? Ты вернула Арканум Нокс на турнир после двадцати одного года отсутствия. Это больше, чем сделало большинство этих напыщенных индюков.

Рядом появился Эдмонд Кортес, элегантный, как всегда, в своем неизменном костюме-тройке и с моноклем. Его седеющие виски придавали ему вид благородного аристократа.

— Господин Торн, — он учтиво поклонился. — Приятно снова видеть вас. Как поживает Верхний Доминус?

— Стоит и не падает, — пожал я плечами. — Что уже достижение.

— Я здесь как спонсор академии от клана Кортес, — пояснил он. — Кто-то же должен оплачивать все эти костюмы и снаряжение.

— А также делать ставки на наших студентов с коэффициентом пятнадцать к одному, — добавил я.

Эдмонд невинно улыбнулся.

— Бизнес есть бизнес. К тому же, я верю в наших ребят.

Аниса повела нас к тренировочной зоне, где ждала команда Арканум Нокс. По пути она нервно рассказывала о подготовке.

— Мы тренировались день и ночь! Изучали записи прошлых турниров, отрабатывали комбинации, даже наняли специального диетолога! Правда, он сбежал после того, как Тимоти случайно поджег кухню, но это детали…

Тренировочная зона представляла собой небольшой зал с потрепанным оборудованием. Тут же контраст с другими академиями был еще разительнее.

Три студента, сидевшие на скамейке, вскочили, только увидев нас.

Первым Аниса представила Тимоти Грейва — худощавого парня лет девятнадцати с взъерошенными каштановыми волосами. Он выглядел так, будто только что проснулся, хотя было уже далеко за полдень. На его мантии виднелись подпалины, а пальцы были перебинтованы.

— Тимоти — наш маг огня, — с гордостью сказала Аниса. — Он изучал модифицированные техники на основе записей Аркариуса!

— П-приятно познакомиться, господин Торн! — выпалил парень, и его руки загорелись от волнения. — Ой, простите!

Вторая — Эмилия Росс, девушка с короткими серебристыми волосами и пронзительными серыми глазами. В отличие от Тимоти, она выглядела собранной и спокойной. На ее форме не было ни пятнышка, а движения отличались выверенной точностью.

— Эмилия специализируется на барьерной магии, — пояснила Аниса. — Лучшая студентка нашей академии по теоретической магии!

— Господин Торн, — она учтиво кивнула. — Изучала ваши бои. Впечатляет.

— Рада, что не разочаровал, — усмехнулся я.

Третий — Колин Вейд, крепкий парень со смуглой кожей и внушительным шрамом через бровь. Если Тимоти выглядел как типичный ботаник-маг, то Колин больше походил на вышибалу из портового кабака.

— Колин — наша тяжелая артиллерия, — улыбнулась Аниса. — Боевой маг ближнего боя! Усиливает свое тело магией для рукопашных схваток!

— Хэй, — коротко кивнул он, сжимая кулаки так, что костяшки хрустнули.

Я окинул троицу оценивающим взглядом. Честно говоря, выглядели они… жалко. Особенно по сравнению с откормленными студентами богатых академий. Но в их глазах горел огонь, который стоил больше любого снаряжения.

— У вас есть преимущество, — сказал я. — Вы изучали техники, которые другие академии считают устаревшими. Это делает вас непредсказуемыми. Используйте это.

Потом я подошел к каждому по очереди.

— Тимоти, — я посмотрел на нервно теребящего рукав парня. — Ты слишком напряжен. Огонь — это страсть, а не паника. Расслабь плечи, дыши глубже. И перестань бояться собственной силы.

Я положил руку ему на плечо, и парень мгновенно расслабился.

— Попробуй сейчас.

Тимоти поднял руку, и пламя послушно заплясало на его ладони — ровное, контролируемое.

— Получилось! — воскликнул он.

— Эмилия, — я повернулся к девушке. — Идеальная теория — это здорово, но не забывай, что на практике может быть иначе. Барьеры — это не только защита. Это контроль пространства. Можешь создать барьер в форме линзы?

— Линзы? — она нахмурилась. — Теоретически… да, но зачем?

— Сфокусируй через него огонь Тимоти. Это даст огромное усиление. Не забывайте работать вместе, используйте свои сильные стороны, прикрывайте слабости друг друга.

Ее глаза расширились от понимания.

— Гениально! Как я сама не додумалась?

— Колин, — я подошел к здоровяку. — Покажи усиление.

Он активировал магию, и его мышцы налились силой, на коже проступили светящиеся руны.

— Неплохо. Но ты усиливаешь все тело одновременно. Это расточительно. Усиль только правую руку.

— Зачем?

— Попробуй и поймешь.

Колин сосредоточился, перенаправляя энергию. Его правая рука засветилась ярче, а остальное тело погасло.

— А теперь ударь манекен.

Он ударил. Манекен не просто сломался — он взорвался, разлетевшись щепками по всему залу.

— Черт! — выругался Колин, глядя на свой кулак. — Это было…

— Концентрация силы, — кивнул я. — Лучше один сокрушительный удар, чем десять слабых. И главное — импровизируйте. Заученные техники хороши, но предсказуемы. Удивляйте противников. Удивляйте себя. Иногда лучшие решения приходят в момент боя. Только не забывай про баланс, а то потом схлопочешь откат, если увлечешься.

Три студента смотрели на меня с благоговением. Для них я был легендой — человек, спасший Доминус, победивший древнее зло, возвысивший их академию.

— Мы не подведем! — воскликнул Тимоти.

— Сделаем все возможное, — кивнула Эмилия.

— Порвем их, — коротко добавил Колин.

Настроение команды заметно улучшилось. Аниса смотрела на меня с такой благодарностью, будто я подарил ей весь мир.

— Дарион, спасибо, — прошептала она. — Они были такие нервные, а теперь…

— Теперь они готовы к бою, — кивнул я. — Иногда все, что нужно — это немного веры в себя. Да и мне было не сложно.

С учетом того, сколько я видел различных магов в свое время, и того, что мне рассказывал Аркариус, это, действительно, было мелочами — простая наблюдательность и немного анализа.

В этот момент к нашим скромным тренировочным помещениям подошла процессия в сине-золотых мантиях. Впереди шел мужчина лет пятидесяти с седыми висками и холодными голубыми глазами. На каждом пальце красовались кольца-артефакты, а мантия была расшита золотыми рунами.

— Это «Небесный Шпиль», — быстро прошептал Кайден. — Элитная академия Западной Торговой Федерации. Специализируются на артефакторной магии. Их выпускники становятся личными мастерами императорской семьи.

Мужчина остановился перед нами и окинул нашу команду презрительным взглядом.

— О, Арканум Нокс, — его тон сочился превосходством. — Академия, которая двадцать один год не могла даже квалифицироваться. И это ваша команда? Трое студентов против наших лучших магов-артефакторов?

Касс дернулась было вперед, но я остановил ее жестом.

— Профессор…

— Максимилиан Рейнхарт, — представился он с ледяной улыбкой. — Декан факультета высшей артефакторной магии.

— Профессор Рейнхарт, — кивнул я. — Слышал о вашей академии. Вы же те самые, кто скупает древние артефакты по всей империи и выдает их использование за собственные достижения?

Говорил я по наитию, но судя по тому, что лицо Рейнхарта стало пунцовым, попал в больное место. Собственно, у артефакторов оно одинаковое. Все они хотят быть уникальными, но многие идут легким путем.

— Как вы смеете! Мы — законные исследователи! Наши разработки…

— Основаны на чужих трудах? — невинно уточнил я. — Конечно-конечно. Просто надеюсь, ваши студенты умеют не только нажимать кнопки на артефактах.

— Вы… вы… — профессор задыхался от возмущения.

— Простите, мы опаздываем на тренировку, — я развернулся к нему спиной. — Знаете, как это — нужно учить студентов думать своей головой, а не полагаться на дорогие игрушки.

Рейнхарт развернулся и ушел, бормоча что-то о неотесанных дикарях.

Следом появилась вторая западная делегация — «Орден Стального Клинка». Их форма резко отличалась от традиционных мантий — современные боевые костюмы из легких композитных материалов с руническими усилителями, встроенными прямо в ткань. За спиной каждого красовался меч в специальных ножнах с магическими печатями.

Возглавлял группу молодой мужчина лет двадцати пяти. Платиновые волосы зачесаны назад, через верхнюю губу проходил тонкий шрам, придающий лицу хищное выражение. Но больше всего внимание привлекал его меч — даже в ножнах от него исходила едва сдерживаемая сила.

— Господин Торн, — он учтиво поклонился. — Виктор Кинг, капитан команды Ордена Стального Клинка. Это честь встретить легенду.

— Легенда — это громко сказано, — усмехнулся я. — Просто мечник с плохими привычками.

— Скромничаете, — улыбнулся Виктор. — Я изучал записи ваших боев. Техника «Нулевая Стойка» особенно впечатляет. Жаль, что советники не могут участвовать в основных боях. Хотел бы скрестить с вами клинки.

— Кто сказал, что не могут? — я прищурился. — Правила позволяют советнику выйти на арену один раз в критической ситуации. Может, у тебя будет шанс.

Виктор оживился, а его меч в этот момент слегка завибрировал в ножнах, словно отвечая на эмоции хозяина.

— Было бы честью! Мой партнер, дух меча Грамм, давно не встречал достойных противников.

— Дух меча? — заинтересовалась Ария. — Это же древняя техника! Как вам удалось…

— Семейная реликвия, — пояснил Виктор. — Грамм служит моей семье уже четыре сотни лет. Правда, он довольно… своенравен.

Меч в ножнах издал звук, похожий на недовольное ворчание.

— Он говорит, что вы пахнете кровью тысячи битв, — перевел Виктор. — Это комплимент, если что.

— Передай ему спасибо, — кивнул я. — Давно не встречал разумное оружие. В мое время их было больше.

— В ваше время? — Виктор наклонил голову. — Простите, но мы как будто даже ровесники.

— Хорошие гены, — уклончиво ответил я словами Эйзенхорн.

Виктор понимающе улыбнулся и не стал настаивать. Он откланялся и увел свою команду, но его меч еще долго вибрировал, словно запоминая мою ауру и что-то выкрикивая на ходу.

После регистрации и всех формальностей мы собрались в холле, где на огромном голографическом экране появлялась турнирная сетка. Золотые линии соединяли названия академий, показывая, кто с кем встретится в первом раунде.

— Арканум Нокс против… — Аниса прищурилась, читая мелкий шрифт. — «Лунного Озера»!

— Это хорошо? — спросила Касс.

— Это середнячок из восточного сектора среднего города, — пояснил Кайден. — Известны своими иллюзионистами. Не самый сложный противник для первого раунда.

Я изучал всю сетку, прикидывая возможные варианты.

— Если выиграем первые два раунда, в четвертьфинале встретимся с Орденом Стального Клинка.

— Это плохо? — нахмурилась Аниса.

— Это весело, — ухмыльнулся я. — Давно не видел нормальных магических мечников. Посмотрим, чего стоят их духи оружия.

Ария тем временем убежала изучать экспозицию новейших магических разработок, периодически присылая восторженные сообщения о том, что «„это физически невозможно!“!» и «„хочу это разобрать!“!»

Касс пыталась подглядеть за тренировками других команд, оправдываясь тем, что «„это разведка, мастер! Стратегическая необходимость!“!»

А Кайден уже подсчитывал потенциальную прибыль от ставок.

— Коэффициент пятнадцать к одному против нас! — восклицал он, потирая руки. — Если поставить сейчас, и мы выиграем хотя бы три раунда…

— Кайден, — остановил я его. — Ты же помнишь, что азартные игры — это плохо?

— Это не азартные игры! Это… инвестиции в команду! И вообще, я верю в победу наших!

— Конечно-конечно.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая стеклянный купол арены в золотистые тона. Завтра начнется турнир. Молодые маги будут сражаться за славу своих академий, профессора — за гранты и финансирование, а зрители получат зрелище.

А я… я просто буду наблюдать и, по возможности, помогу юным талантам.

Вечер подкрадывался незаметно. Студенты Арканум Нокс отправились отдыхать перед завтрашним боем. Аниса еще долго инструктировала их, пока Эдмонд буквально не оттащил ее от ребят.

— Дай им выспаться, — увещевал он. — Завтра важный день.

Мы остались в опустевшем холле. Кайден все еще что-то подсчитывал, Ария изучала схемы, а Касс дремала, привалившись к моему плечу.

— Нервничаешь? — спросил я у Анисы, когда она подошла ко мне.

— Ужасно, — призналась она. — А если мы проиграем в первом же раунде? Все будут смеяться! Скажут, что я не справилась, что зря доверили мне академию…

— Аниса, — я положил руку ей на плечо. — Ты, — ты уже победила. Вернула академию на турнир, дала студентам шанс. Все остальное — детали. Не в этот раз, так в следующий ты всем покажешь.

— Но…

— Никаких «но». Завтра твои студенты выйдут на арену и покажут, на что способны. А результат… результат не так важен, как сам факт участия.

Она слабо улыбнулась.

— Спасибо, Дарион. Ты всегда знаешь, что сказать.

— Просто у меня большой опыт в утешении расстроенных девушек, — подмигнул я.

— Эй! — возмутилась она, но в глазах уже плясали смешинки.

Ночь опустилась на столицу, укрывая ее звездным покрывалом. Где-то там, в темноте, другие команды тоже готовились к завтрашним боям. Строили планы, отрабатывали техники, мечтали о победе.

А я просто сидел в кресле, глядя на мерцающие огни города. В конце концов, что такое один турнир по сравнению с вечностью? Капля в океане времени.

Но для этих детей — для Тимоти, Эмилии, Колина — это был их шанс. Их момент славы.

И я сделаю все, чтобы они его не упустили.

Даже если придется немного сжульничать.

Понравилась история? Жми лайк!

Продолжение: https://author.today/reader/493759

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5

Content

Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5

Глава 1 Герой поневоле

Глава 2 Приглашение в золотую клетку

Глава 3 Поводок для дракона

Глава 4 Тысячелетнее эхо

Глава 5 Вызов и решение

Глава 6 Бездна

Глава 7 Истинная Бездна

Глава 8 Новые лица старого города

Глава 9 То что давно забыто…

Глава 10 Подготовка почвы

Глава 11 Сборище аристократов

Глава 12 Арена древних

Глава 13 Божественные амбиции

Глава 14 Дуэль

Глава 15 Преддверие вершины

Глава 16 Раскрытие карт

Глава 17 Трофеи старых врагов

Глава 18 Дружеский визит

Глава 19 Три апостола и турнир магов

Nota bene