Росомаха

Глава 1

Свист рассекаемого клинком воздуха заставил меня пригнуться. Пара волосин моей шикарной гривы, срезанных мечом врага, медленно падали на арену. Но мне было не до этого. Молот второго врага уже опускался на мой многострадальный череп. Эти гады сговорились сначала вынести меня, а уже после разобраться между собой.

Перекатом выйдя из-под удара, я взмахнул клинком, оказавшись позади одного из противников, и ударом наотмашь подрезал ахиллово сухожилие одного из врагов. Попался, гадёныш! Ну, теперь будет хоть немного попроще. Везение. Оно спасало меня всю мою жизнь на арене. Хотя нет, главным были умения и навыки.

Враг истошно заорал, смешно припадая на одну ногу. Вот только мне было не до смеха. Он не выбыл из игры, и намерений убить меня меньше не стало.

— Я тебя уничтожу, гнида! — рявкнул гладиатор, приспосабливаясь к неработающей ступне. — Тебе по любому конец, что ты сопротивляешься? Прими смерть достойно!

Ага, щаз! Размечтался! Я уже два года чемпион. А это не просто. Среди тысяч претендентов и в ежедневных битвах, этот титул сохранять совсем не легко. Не зря против меня поставили сразу двух противников! И не первый раз!

Спасибо, что это были не наши парни. Своих бы я не калечил, а просто выводил бы из боя с критическими, но не смертельными ранениями. Я любил тех, кого мне положено было убивать и всегда щадил их. Большинство парней и девчат переняли эту привычку от меня, от чего знать, зрители нашего Колизея, частенько бесилась.

— Бе-зы-мян-ный! — орала толпа вокруг меня. Трибуны бесновались, глядя на мой последний бой. В нашу сторону летели цветы, шарфики и даже лифчики.

Последний во всех смыслах. Десятый смертный бой, после которого я обрету свободу. Или смерть. Против меня сегодня выставили двух самых сильных бойцов с двух других Колизеев. Нет, официально это был бой троих, и каждый за себя. Но вот на деле…

Да, обычно все, кто доходил до финала, объединялись против меня. Вот только это их не спасало! Я на полном автомате отбил мечом оружие противника, тут же произведя контратаку, и мне повезло. Я вспорол брюхо второго одним мягким движением. Боец ещё не понял, что он мёртв, и попытался напасть снова. Но, запутался в своём организме и упал мне под ноги. Добить раненого в ногу бойца один на один не было для меня непосильной задачей.

Через пару минут выскочил распорядитель с таким громким голосом, что хотелось заткнуть уши, и объявил:

— И снова наш несменяемый чемпион, Безымянный, одержал красивую победу! Поприветствуйте нашего победителя! Это первый раз, когда боец победил в десяти боях подряд! Максимальный уровень до него — победа в пяти боях! И-и-и-и!!! Он первый в истории наших игр, кто смог обрести свободу! Виват чемпиону!

Трибуны Колизея взревели, а я устало опёрся на меч. Да, я хотел жить, и потому убивал. Не потому, что любил смерть, как некоторые из моих прошлых противников. А потому, что любил жизнь. И мне не оставили выбора. Повторюсь, своих я всегда щадил. Я насаждал нам основы чести, как мог.

Однажды, два года назад, я взбунтовался. Я крутой мечник, как показывает практика, лучший. Но меня, как котёнка, связали магией и вернули в клетку. Я смог убить всего семерых надзирателей и с десяток ранить. Этого было слишком мало, чтобы прорубить себе дорогу к свободе. И потому я решил играть по правилам. Десять итоговых побед, и я свободен! И теперь я и правда свободен. Я не знаю, что меня ждёт за стенами Колизея, я там ни разу не был.

Но, слово «свобода» было моей путеводной звездой, хоть это пока что для меня настоящая абстракция. Хотя вру. О мире «за» я знал почти всё. К нам частенько попадало «мясо» для разогрева публики на старте. Уже взрослые мужики, в основном.

Они научили меня письму и счёту, рассказали, какова жизнь там, за стенами Колизея. Объяснили, что за похлёбку из риса могут убить, а за власть предадут и мать родную. Я это принимал, но не понимал, ведь главным для меня была честь. А не странные «деньги».

— Следующая битва, — продолжал истерить распорядитель. — Всего через две недели! Судя по текущему тотализатору, ставок против Андрея Безымянного почти никто не делает. Но! Если вдруг случится чудо, и он проиграет, то можно стать чуть ли не богатейшим жителем нашего мира! Не забывайте об этом! На сегодня коэффициент один к семидесяти двум! Но, он теперь свободный член нашей общины, и сможет ставить против себя, не забывайте! А ещё он имеет право просто игнорировать битвы, попросим его принять участие добровольно и снова?

Трибуны взревели, выказывая непонятные мне эмоции. Интересно, чем живут все эти люди? Когда им не надо каждый день убивая других, доказывать своё право на жизнь? Я слышал, что они ходят на работу, сидят в кабинетах, что-то там делают, не рискуя головой. Но представить наглядно такую жизнь не мог, хоть и много знал о ней.

— Итак, Андрей, — от протянул мне какую-то то ли железку, то ли деревяшку фаллической формы и шепнул в ухо:

— Говорить надо сюда, тогда тебя все услышат, — и тут же продолжил громко: — Какие у тебя планы на дальнейшую жизнь? Ты первый чемпион за почти два века! Поделись с нами?

— Ну, наверное, жить? — мой голос, воспринимаемый чужим, заметался от трибуны к трибуне. — Обычной жизнью, без постоянных боёв и смертей.

В этот момент раздался марш с элементами напевности. Такую музыку я слышал впервые, но у меня мурашки по коже пошли. Судя по настроению зрителей, это было общее чувство. А ближайший участок стены Колизея начал опускаться под землю.

— Вот он, — снова заорал в свою палочку распорядитель. — Путь к новой жизни! Порадуйтесь за нашего чемпиона, и, согласитесь, нам будет его не хватать на арене! Надеюсь, он к нам вернётся. А сейчас, тебе пора! Скажи пару слов своим поклонникам? Ты же прощаешься не только с ареной, но и всеми ими!

— Пошли вы все! — неожиданно для самого себя рявкнул я, отобрав резким движением фаллический символ. — Любители смерти и насилия. Вас всех надо на эту арену, хотя бы на тренировочный бой. А теперь прощайте!

Я гордо пошёл в сторону огромного выхода, но вдруг меня покачнуло. Странно, у меня была всего одна небольшая царапина от меча врага на спине. С неё уже даже кровь не сочилась. Но перед глазами всё начинало плыть. Я не мог потерять столько крови, чтобы терять сознание!

Держа спину прямой, я упорно шёл к выходу, который, казалось, не становился ближе. Но, наконец, я прошёл через огромные врата и оказался… в густом лесу. Вокруг меня плотным забором стояли пальмы и прочие южные деревья, густо перевитые лианами. Впрочем, других деревьев я не знал. Я немного углубился в лес, продолжая краем уха слышать беснование толпы, и тут меня накрыло по-настоящему.

Всё вокруг закружилось, и я упал на мягкую подстилку из густой невысокой травы. От врат меня отделяли максимум полста метров густой растительности. Последней мыслью, промелькнувшей в моём сознании, было: «Отравили, уроды!».

Яд на арене был строжайше запрещён, но всегда находились оригиналы, игнорирующие это правило. Обычно, они заканчивали жизнь от собственной отравы. Распорядитель при малейшем подозрении разрезал ногу подозреваемого его же клинком. И те сдыхали в муках. Или маги залечивали рану за несколько секунд, если яда не было. Но, как и всё в этом мире, это была игра на публику. Главное — высокие рейтинги «битвы до смерти».

Я поднялся, превозмогая, и, постоянно падая, двинулся вглубь леса. Пусть я сдохну от яда, главное, чтобы меня никто не нашёл. Я ушёл победителем, пусть у парней, что остались, появится стимул! Пусть они верят, что подобное возможно! Мне было сложно себе в этом признаться, но я любил их как семью, которой у меня не было. Заботился о них в меру своих мизерных возможностей. И они отвечали мне взаимностью. Не всегда, да, но весьма часто.

И сейчас я лежал на траве посреди джунглей и прощался с этим миром, который я, несмотря ни на что, очень любил. И в котором выживал двадцать лет, с тех пор как меня выкупили из сиротского приюта, сделав рабом-гладиатором. Хотя, и до этого выживал, просто не осознавал этого.

Всё вокруг закружилось, и сознание медленно уплыло. Мне снилось, что я оказался в совершенно незнакомом лесу. Высоченные стройные деревья с игольчатыми кронами окружали меня, всё было засыпано жёлтыми, высохшими иголками. Подлеска практически не было, эти стройные изящные гиганты душили любую растительность, кроме редких проплешин незнакомой высокой травы.

— Умираешь? — поинтересовался незнакомый голос.

Да, умираю. Вот, уже и галлюцинации начались. Надеюсь, что не зря. Раньше, на арене, меня бы уже поставили на ноги маги-лекари. И наказали бы нарушителя. Маги смерти просто развоплощали души таких. Но, теперь я свободный человек. Я слышал про деньги, и даже часто сталкивался с этим понятием в детстве, пока жил в приюте.

Да и нам платили. На эти деньги мы иногда покупали себе оружие, продажных женщин, редкую еду и даже выпивку. Перед последним боем я спустил всё, что было, на меч, который теперь лежал рядом со мной.

И да, на шлюх я не тратился. Я был лучшим, и мне ничего не стоило сбросить напряжение с любой из боевых подруг, для них было за счастье попасть в мою кровать, это считалось хорошей приметой для них.

А теперь меня «бесплатно» лечить бы и не стали. Десятая победа. Дальше я, по идее, обязан сам о себе заботиться, зарабатывать на еду, жильё, одежду, лечение. Думаю, меня и бесплатно вылечили бы, но я слишком поздно понял, что меч одного из противников содержал яд. Может, и не надо было стремиться к этим победам? Да хрен им всем, надо! Я доказал, что это возможно.

— Умираешь же! — снова тот же самый голос. — Обидно наверно?

— Не очень, — на автомате окрысился я. — Если и сдохну, то победителем! Моё имя войдёт в века. На меня будут равняться! А друзья будут знать, что вырваться оттуда возможно! И сделают это! Я первый, но не последний.

А потом сообразил, что мой собеседник — лишь плод умирающего сознания. Чёрт, обидно. Главное, чтобы шакалы растаскали мой труп до того, как кто-нибудь наткнётся на него и опознает. Иначе, всё было зря!

— А ты мне нравишься! — всё тот же назойливый голос с лёгким присвистом или даже шипением. — Редко встретишь человека, который, умирая, думает не только о себе и упущенных возможностях, а о других, красавчик же. Короче! Жить хочешь?

— Жить? — усмехнулся я, окончательно теряя связь с действительностью. Высоченные деревья водили вокруг меня хоровод. — Ты думаешь, я знаю, что это такое? Вся моя жизнь состояла из тренировок и битв, иногда до смерти противника. Так что не говори мне про жизнь, я не знаю о ней ничего.

— А он мне правда начинает нравится, ты права, подружанька, — надоевший голос обращался явно не ко мне. — Идеальный кандидат. Но, ты же понимаешь, что это будет чуть ли не последний наш шанс. Если мы возьмём этого, и он не справится, следующего будем ждать десятки тысяч лет!

— Он справится! — на задворках сознания раздался совсем тихий мурлыкающий женский голос. — Я вижу, я уверена, что мы не ошибаемся.

— Хорошо, любимая! — надоедливый фантомный голос тихонько отдалялся. Вот уж не думал, что, умирая, буду слушать подобный бред. — Я тебе доверюсь. Твоё чутьё никогда тебя не подводило, будем надеяться, что первая в твоей жизни ошибка случится не сейчас.

Наступила блаженная тишина, и я закрыл глаза. Высоченные стройные деревья пропали, голоса тоже. Покой. Мне нужен покой.

Я осознавал, что после этого наступит вечный покой, а не тот, что мне необходим, но я уже смирился. С ядом не поспоришь, а магов-гладиаторов не бывает. Так что вылечиться шансов нет.

— Заблуждаешься! — опять этот гадкий голос!

Я тряхнул головой.

— И ничего он у меня не гадкий! — возмутился мой бредовый собеседник. — Голос, как голос. Но я не о том. Я могу дать тебе долгую и интересную жизнь. Но, как ты понимаешь, не бесплатно. От тебя будет нужна ответная услуга! Впрочем, ты сейчас так себе соображаешь. И, если условия не устроят, я всегда смогу вернуть тебя в «здесь и сейчас», и ты спокойно умрёшь.

И меня поглотила так желанная мою тьма. Мне снилось, что у меня есть мать. Она качает меня на худеньких, но сильных ручках, напевая какую-то песенку, которую я не узнал. Потом что-то произошло, я лежу на земле, кричу, надрываясь, а лицо матушки лежит прямо напротив и смотрит пустым взглядом в небо. А потом меня поднимают сильные, но аккуратные руки. Чужие, мужские, но заботливые.

* * *

В себя я пришёл под теми же высоченными хвойными деревьями с кронами на самом верху. Однако я теперь знал откуда-то, что они зовутся соснами. И сознание было абсолютно чистым, от яда не осталось и следа. Потянувшись, я пружинисто вскочил, с любопытством оглядываясь. Неужели мне повезло справиться с ядом? Немыслимо!

— Повезло ему, как же! — тот самый надоедливый голос из предсмертного бреда вновь зазвучал у меня в голове с явным сарказмом. — Короче, сынок, ты готов пообщаться?

Чёрт, похоже это временное просветление, галлюцинации продолжались. Круче того, прямо передо мной из ниоткуда появился остромордый зверь ростом ниже колена, покрытый бурой шерстью. Он опасно скалился внушительной пастью. А у меня даже простейшего меча с собой нет! Впрочем, зверь небольшой, может, и руками справлюсь, если в яремную вену не дам вцепиться.

— Больно надо на тебя нападать, придурок! — окрысился зверёк. Голос явно исходил от него. — Короче, говорить будем? Или тебя, как положено, в чертоги призвать? Пугать тебя, идиота, не хотел!

Так, ну всё, хана этому мелкому отморозку. Я его голыми руками прибью! Этот мелкий урод считает, что я с ним не справлюсь? Да мне после арены такие на один зуб! Хотя не факт, выглядит серьёзно. Но, по любому осилю!

— Ты кого уродом назвал, щенок? — взвыл зверь, вычленив из всех мыслей только одно слово. — Не хочешь по-хорошему, я же тебя могу и вернуть в момент, где ты подыхаешь от яда! Желаешь такого?

— Стоп! — мой разум пытался разобраться в происходящем. — Ты кто вообще? И где я, и что тут происходит? Я умер?

— Хера с два! — начал с конца зверёк. — Живее всех живых, впрочем, неважно. Я тебя спас. Честно, ты мне нужен, но я в этом до конца не уверен. Точнее не уверен, что ты тот самый, кто мне нужен. В общем, от яда я тебя излечил, сюда перенёс. Испытание будет. А я? Да так, бог! И буду твоим богом, если ты справишься. Понимаешь, смертный? Ты первый за тысячу четыреста двадцать восемь лет, до кого я снизошёл. Может, в этом моя ошибка, что не раньше, но теперь не узнаешь. Короче, готов к испытанию?

— Испытанию? Ты о чём вообще, зверёк? — недоумённо спросил я. — Ты трезвый? Что происходит?

— Я⁈ Я всегда трезвый! — огромная узкая пасть распахнулась, обнажая ряды острейших зубов хищника. — И я бог, ты понял, смертный? Повторю ещё раз. Ты умирал, я тебя спас, и жду от тебя благодарности. Что не понятно?

— Не, ну спасибо, конечно, — обескураженно воскликнул я. — Но я до сих пор ничего не понимаю!

— А тебе и не надо! — резко отрезал зверь. — На сейчас твоя задача — выжить. И убить семьдесят животных. Любых. Кстати, у них всех под нёбом, возле мозга, есть кристалл. Выживешь и добудешь семьдесят макров, мы продолжим этот разговор. А теперь прощай!

— Это как прощай? — возмутился я. — Ты мне хоть столовый ножик дай! Или ты предлагаешь мне рвать монстров зубами? Да я на третьем сдохну, я свои силы не переоцениваю.

— Ах да, — оскалился зверь. — Забыл сказать. Я тебе даровал божественное умение: призрачные когти. Руку в кулак, и они появляются. Их никто не видит, но они будут резать всё, что угодно, на тридцать сантиметров вглубь. Но это пока! Сработаемся, дар будет получше.

После этих слов странное животное осыпалось блестящими искорками, исчезнув за пяток секунд. А я остался в странном для меня лесу без подлеска и без моря лиан. Я огляделся, но со всех сторон была одинаковая картина. Высоченные деревья и совсем низкая трава с крупными листиками на стволах. Почти кусты. «Черника», — всплыло в мыслях непонятное определение. И я откуда-то знал, что урожай будет почти через три месяца.

Бредово, однако. Я встал, удивившись энергии, переполнявшей тело. Создавалось ощущение, что я шикарно выспался. Когда успел только? И куда мне теперь?

Я огляделся. Вокруг всё было совершенно одинаковое. Сосны, черника… куда ни посмотри. Судя по положению солнышка, сейчас был примерно полдень, и я решил двигаться на юг. Появление странного говорящего зверька ясности в ситуацию не внесло.

Но, я не успел пройти и сотни метров, как впереди раздался низкий утробный рык. Я на автомате цапнул кожу на поясе, нащупывая отсутствующий меч. А из-за толстенного дерева выходил лохматый косолапый зверь, по грудь мне в холке.

Ага! Говоришь, невидимые когти? Собственно, больше ни на что надеяться я уже не мог. Поскольку мощь этого зверя чувствовалась на расстоянии, а я был абсолютно безоружен.

Глава 2

Зверь явно не спешил, он точно видел во мне добычу. Ужин, по-простому! Когти, говорите? Я сжал кулаки и провёл воображаемыми когтями по ближайшему черничному кусту, и тот осыпался мелкими обрезками веточек. Блин, а ведь и правда работает! Чудеса в решете. Вот только я не был приучен к подобному оружию. Придётся учиться прямо в бою.

Когда до меня оставалось метров пятнадцать, монстр-красавец резко ускорился, смешно подбрасывая огромную задницу вверх. Вот только мне было не до смеха. Я бился с различным зверьём тысячи раз, и мог представить опасность этого внешне неуклюжего, но явно быстрого и мощного соперника.

Впрочем, моё тело было натренировано и на такие схватки в том числе! Перекатом уйдя с траектории прыжка этого красавца, я выставил невидимые мне лезвия. Как неудобно-то! То ли дело простой знакомый меч, им я вспорол бы брюхо этой туши от головы до задницы.

Впрочем, эти призрачные когти, подаренные непонятным зверьком, не подвели. Тушу монстра я действительно вспорол. Аж двумя лезвиями сразу. Понятно, их два, буду знать и учитывать. Всё равно неудобно и непривычно.

Зверь взревел, тормозя всеми лапами и разворачиваясь. Он уже был мёртв, куски внутренностей выпадали из него, но он не осознавал этого. Ему хотелось меня убить, и он пошёл в последнюю атаку. Мне даже на секунду стало жаль этого красавца. У него изначально не было против меня и шанса, слишком огромный опыт боёв был у меня за спиной.

Отпрыгнув в последний момент, я вспорол ему горло. Нехорошо, когда благородный зверь мучается и медленно умирает. Он должен получить достойную смерть! И бился он до конца. К моему счастью, своего.

Туша пролетела мимо и упала. А я подошёл к уже трупу и глубоко поклонился.

— Это был достойный бой! — сказал я, выпрямляясь. — Пусть твоя душа не знает печалей, и яркого тебе перерождения!

— Я же говорила, что он тот, кто нам нужен! — раздался над головой знакомый нежный девичий голос. Он, этот голосок, был в том предсмертном бреду, когда я умирал от яда. — Видишь?

— Вижу! — ответил ей голос странного зверя, который подарил мне когти и отправил сюда. На смерть, если здесь будут монстры серьёзнее. — Но, посмотрим дальше!

Я посмотрел вверх, но, само собой, никого не увидел. Да и клал я на них с пробором! Мне ещё кучу тварей победить надо. Главное, чтобы они сами нападали, зайчиков, к примеру, я убивать не буду. Точнее буду, но только ради пропитания, а не забавы для!

Этот странный подарок зверя резал кости, что бумагу. Двумя движениями я раскроил череп и действительно обнаружил камушек. Плоский, восьмигранный, диаметром с черешню и слегка светящийся. Обтерев от крови, положил его в карман. Первый есть.

Следующие семь нападений даже описывать не хочется. Небольшие, но очень агрессивные звери пытались полакомиться человечинкой.

Они были похожи на собак, которые служили в охране Колизея, только чуть крупнее. Похоже, это была небольшая стая, и их ошибкой было то, что нападали они по очереди. Ещё семь непонятных камушков в кармане. Чёрт, они уже начинают мешать, а что будет, когда их станет пятьдесят, к примеру?

А вот после этого боя мне пришлось бездумно бродить кругами, точнее спиралью. Поскольку больше врагов не было. Но, в задаче стояло семьдесят монстров, и я собирался её выполнить, мне было безумно интересно, чем весь этот абсурд закончится. А может, именно так выглядит загробная жизнь?

— Да живой ты, успокойся! — опять этот надоедливый странный зверь лезет мне в голову со своими комментариями. — И это просто проверка. Кстати, прогуляйся на северо-восток, там много добычи.

Северо-восток? Да легко. Я сориентировался по солнышку и попёр в нужном направлении. Ну, плюс-минус, часов у меня не было, гладиаторам по статусу не полагалось, компаса тем более.

Следующее нападение на меня бедного, случилось минут через пять. Серые и рыжие твари, с огромным пушистым хвостом, похожие на тех же собак, но, с вытянутыми мордами. Эти этикет соблюдать не стали, напали сразу всей толпой.

Пришлось сильно покрутиться, и в прямом, и в переносном смысле. Но, оно того стоило, я разбогател сразу на семнадцать странных камушков. Уже двадцать пять! Но да, в кармане они уже мешались, отвлекая. А на теле появились с десяток царапин, твари оказались очень быстрыми! Впрочем, они не сильно кровоточили, и я моментально забыл про них.

Я продолжил путь в указанном направлении, и скоро встретил трёх зверей, похожих на кошку, только намного крупнее. Потом были такие же, но не полосатые, а серые. Потом другие монстры. Были и рогатые. Вечерело, когда я уничтожил семидесятого.

Жутко хотелось есть, но я сомневался, что мясо хоть кого-то из них пригодно в пищу, да и огня у меня не было. А к бою когтями этими невидимыми я уже привык. Не хуже меча, главное, прочувствовать их поведение и ожидаемый результат.

— Справился! — небольшой зверь проявился прямо передо мной. — Готов слушать про нашу сделку?

В этот раз он оказался не один. За его спиной показался второй зверёк. Он был поменьше и не выглядел так агрессивно. Он был… более женственным, наверно.

— А ты хорош! — раздался нежный голосок. — Даже пол различил! Мне очень понравилась твоя битва с медведем, давно такого удовольствия не получала. Особенно, твоя реакция на достойного противника и его кончину. Мы предлагаем тебе жизнь. Сложную, но интересную!

— Начну по порядку, — вставил свои пять копеек зверь покрупнее. — Существует мир. Мы в нём — боги рода. Росомахиных, в данном случае. И да, зови меня Россом. Я буду твоим богом. Личным, так сказать! Род в упадке, сразу скажу, зато баронский. Остался всего один наследник, и тот в коме. Душа уже улетела на перерождение, и удержать её я не смог. А вот тело почти целое, я предлагаю тебе его. Вместе со всеми благами и проблемами. А ещё это тело мага! Согласен?

— А что потребуется от меня? — напрягся я. Про бесплатный сыр я знал ещё из прошлой жизни. — И я не маг, я гладиатор!

— Жить! Выживать. Развивать род, поклоняться мне, искренне. Больше ничего. Согласись, минимальные требования?

— Звучит…

Больше я не успел ничего сказать. Меня накрыла тьма, душа рассыпалась огоньками и исчезла.

Где-то капала вода. А рядом разговаривали:

— Его нужно отпустить, — старческий мужской голос сверлом ввинчивался в мозг, заставив поморщиться. — Я ещё долго могу поддерживать жизнь в теле, но, не вижу смысла. Он уже не оживёт.

— Ты видел? — второй голос оказался женским, молодым и очень нежным. — У него брови нахмурились! Он оживает! Вот прямо сейчас!

Я открыл глаза. Хотел сесть, но у меня ничего не вышло. Было ощущение, что тела у меня нет. Точнее не так. Я его ощущал, но оно меня не слушалось.

— Он глаза открыл! — на до мной склонилось симпатичное девичье лицо, слегка полноватое, полностью усыпанное веснушками. А над личиком была кудрявая рыжая шевелюра, сейчас сильно взлохмаченная. — Он смотрит на меня!

— Да быть не может! — скрежет мужского голоса всё так же отдавался болью в затылке. — Хм, и правда. Господин, вы слышите меня? Кивните, ежели да. Или хотя бы моргните пару раз.

Я добросовестно попытался кивнуть, но нет. Тело оставалось чужим. Потому я рьяно заморгал, ресницы меня слушались. В прошлой жизни я не раз сталкивался с переломами позвоночника. И знал последствия. Это что, такой странный юмор у зверька? Как его там, Росс? Засунуть меня в покалеченное тело? Уж лучше смерть, я сам отправил к богам двух друзей, получивших подобные травмы.

— Подвижность вернётся, — словно прочитав мои мысли, сказал мужской голос, а после этого у меня перед глазами появился и его обладатель.

Им оказался полностью высушенный старичок лет восьмидесяти, с седыми волосами и тонким орлиным носом, чуть ли не клювом. Он, не церемонясь, ощупал моё лицо, после руки и ноги. Спасибо, в штаны не полез. Но, я чувствовал его пальцы! Значит, позвоночник цел. Да, ещё повоюем! Тело исправно, остальное мелочи. Надо только научиться им владеть.

Пока меня щупали, меня накрыла дикая усталость, и я просто отрубился. Мне снилось, что от старика в мою сторону летела зелёная целительская магия. Возможно, это был не сон, поскольку, когда я проснулся, я уже чувствовал своё тело. И смог приподняться над кроватью.

— Господин, вам лучше! — нежный голосок рыжей пухляшки раздался внезапно, и я увидел заспанное лицо девушки.

Похоже, она прикорнула рядом, на кресле. И мои движения разбудили её. А я смог сесть. Полноценно. Без поддержки подушками или умелыми руками.

М-да, не так я себе представлял возможности, декларируемые этим недобогом. Чувствовал себя больным ребёнком, которого забрали на обучение в гладиаторы из приюта.

— Я как бы всё слышу! — раздался недовольный голос странного зверя. — Просто потерпи, твой разум пока слаб в этой оболочке. Он научится контролировать это тело. В дальнейшем, тебе ещё и память тела достанется. Не полная, фрагментарная, но сильно поможет тебе выжить. Пока сваливай на её потерю, понял?

— Понял-понял! — усмехнулся я вслух. — Да, мамочка!

— Андрей, вам плохо? — сочувственно поинтересовалась девушка, пытаясь проснуться. — Ваша матушка погибла почти год назад, скоро годовщина. Мне жаль, искренне.

— Мне тоже, — ответил я девушке. — Это остатки сна. Как тебя зовут? У меня, похоже, проблемы с памятью. Ничего почти не помню.

— Док предупреждал, что с вашей травмой подобное вполне вероятно. Чудо, что выжили! А я Екатерина, Катя, служанка ваша. Наблюдаю за вами, подгузники там меняю, иголки с питательным раствором втыкаю.

Я густо покраснел. Какая-то девчонка моет мне задницу, как какому-то старику? Фу, даже думать о подобном не хочется. Я понимал, что она ухаживала за телом, где меня ещё не было, но всё равно. Ужас! Надо срочно обретать контроль. И да, мне хотелось в туалет.

Пошатываясь, я поднялся на ноги. Перед глазами плыло, конечности подгибались, ощущалось отсутствие координации. Но, я стоял! Я научусь контролю над этим слабым телом.

— Где туалет, покажешь? — глаза у девушки сияли, смотря на мои попытки встать, и она часто закивала.

— Идёмте, господин, он за этой дверью! — протараторила она. — Рядом совсем. Вам помочь?

Игнорируя любую помощь, я проковылял к нужной двери, оглядываясь по дороге. До сна я как-то не мог оглядеться. Мы находились, скорее всего, в спальне. Или в палате для восстановления гладиаторов, но очень крутого порядка. Огромная кровать с балдахином, два кресла с журнальным столиком и целых три двери. За двумя окнами поднимался рассвет, деревья зеленели листвой, которая бывает только весной. Насыщенного салатового цвета.

Так, одна дверь входная, одна в туалет, а третья зачем? К любовнице бегать не через коридор? Словно подслушав размышления, служанка подсказала:

— Третья дверь ведёт в гардеробную. Если господин не помнит. С одеждой у вас сейчас совсем небогато, смерть батюшки вашего сильно подкосила благосостояние рода два года назад. А матушка не удержала спорный изнаночный бизнес на границе со Смородинцевыми, они подгребли его под себя. Вспоминаете?

— Пока нет, — процедил я, на негнущихся ногах добравшись до нужной двери. — Дальше я сам!

Интересно, что за изнаночный бизнес такой? И как это «подгребли»? Я представил мощных мужиков с вёслами, бьющих по вывернутому наизнанку пододеяльнику и чуть не засмеялся. Но, с этим позже разберусь. И с пододеяльником, и с вёслами, и с мужиками. Сначала выжить и научиться. И выжить. И научиться. Знаний об этом мире у меня вообще не было. Если, конечно, это не посмертный бред.

Туалет оказался… мне даже не с чем было сравнить. У нас были дырки в полу, отгороженные деревяшками друг от друга. Душевые были отдельно. А здесь… Огромное белоснежное помещение, в центре небольшой бассейн, справа странная конструкция, думаю, заменяющая наши дыры в полу. Похоже, на неё надо садиться задницей. Кучеряво живут, ага. Напротив этой конструкции кран с раковиной и огромным зеркалом.

Не выдержав, я подошёл к зеркалу. На меня смотрел совсем юный парнишка с коричневыми волосами и серо-голубыми глазами. Весьма симпатичный, но очень дохлый. Прям трафлярик какой-то! На его жизнь у нас на арене я сломанную ложку не поставил бы. М-да, подстава. Работать над этим телом и работать! Долго и вдумчиво.

Но, организм был против этого самолюбования и изучения, и я поспешил к белому трону. И вскоре открылась ещё одна проблема, я его испачкал! А как его очистить, я даже представления не имел, с нашими дырками в полу было проще.

— Кнопку сверху нажми! — раздался голос моего типа бога. — Скорее бы к тебе память тела вернулась, засыплешься же, Штирлиц хренов!

Кто такой этот Штирлиц, я не знал, но совету последовал. Водоворот воды полностью скрыл все мои следы, и я облегчённо выдохнул. Теперь мне предстоял поход обратно к кровати. Если честно, я даже вспотел от усилий. Но, добрался и даже самостоятельно лёг, расслабляя мышцы слабого тела.

— Господин, — ласково обратилась ко мне Катерина. — Изволите покушать? Я дам распоряжение, если что!

— Думаю, да! — отозвался я.

Это тело надо откармливать, дистрофиком быть не хочется. Конечно он, точнее я, не дистрофик, мышцы есть, и довольно рельефные, но уж больно я тощий. Надо исправлять.

Да уж, слуги, или кто они там, расстарались. Два вида супа, три гарнира и аж пять видов салатов. И это, не считая котлет и целых кусков зажаренного мяса. Мне одному? Я недоумённо огляделся. Да нет, компанию мне составлять никто не рвался. Бедный род, говорите? Как же тогда питаются богатые?

Остановился я тогда, когда понял, что от ещё одной ложки просто лопну. Живот перевешивал. Довольный, я откинулся на подушки и сразу уснул. Прям жизнь ребёнка, о которой я мечтал в детстве. Жрать и спать. И снова жрать, и снова спать. Взрослый я, добавил бы в список битвы и женщин. Идеальная жизнь, простая и понятная. Примерно, как у меня и была, только еда в прошлом попроще. М-да, и туалет не такой сложный.

В очередной раз я проснулся, когда старичок водил надо мной руками. Похоже, зелёное свечение мне не приснилось, из-под его рук явно вырывался зелёный свет. Увидев, что я смотрю на него, он склонился в низком поклоне.

— Господин! — прошамкал он. Похоже, у лекаря не хватало нескольких зубов, чудеса просто. Или они себя лечить не умеют? Наши умели. — Ваше тело уже в идеальном состоянии, и я рад, что вы пришли в себя! Если честно, я уже не надеялся. Рассматривал варианты безродышем доживать.

— Ты кто? — с интересом спросил я. — Я как бы ничего не помню. Можно мне ещё и память вернуть?

Я прекрасно понимал, что память он мне вернуть не может, как сказал тот грозный зверёк, знания тела появятся у меня сами, постепенно и не скоро. Но, легенду поддерживать было нужно.

— К сожалению нет, ваш благородь, — тут же отозвался клювастый старичок. — Этому мы не обучены, это только императорский лекарь может, и то не факт. Так, слухи. Мы больше по телу, а не по душе или разуму.

— Понял, — с видимым сожалением отозвался я.

На самом деле сожаления не было, всё вышло так, как я задумывал. Точнее, как задумывал странный зверь, называющий себя богом и откликающийся на имя Росс. Теперь у меня есть алиби и время разобраться с тем, во что я вляпался. Хотя, в любом случае, это лучше, чем бесславно сдохнуть под лианами в диком лесу от яда одного из уродов.

Возможно, сложно поверить, что самый крутой боец мира может быть умным. И то, что голова таким нужна для того, чтобы в неё есть, было явно не про меня. Я перечитал всю доступную библиотеку, я тянул клещами знания из новичков, взамен обучая их битве. Часто после этого они выживали в первом бою.

Я обожал и боготворил знания. Кстати, от взрослых новичков я знал, что мой мир — всего лишь дополнение к основному миру, и назывался «изнанка». И в основном мире миллионы и миллиарды богов. Возможно, я оказался на мифическом легендарном «лице»? И тот тупенький зверёк действительно бог?

— Неужели начало доходить? — окрысился голос в моей голове. — И прекрати меня оскорблять, иначе верну тебя в момент смерти! И тогда, если что, тебя найдут через две недели. Сильно обглоданного, но опознают. И мотивация твоих друзей упадёт ниже плинтуса. Они уже не будут верить в десять побед подряд, всё будет напрасно! Но, выбор за тобой.

А вот это уже серьёзно. Я и сам задумывался, «что будет если мой труп найдут?». И приходил к подобным же выводам. Ладно, будем играть по правилам этого зверька! Как его там, Росомах?

— Росс! Зови меня Росс. Или Росомахой.

— Ладно, Росс, — расслабился я, не обращая внимания на доктора, который вновь принялся водить по моему телу зеленеющими ладонями. — Дай мне хоть немного информации?

— В двух словах, ты сдох, — спокойно начал зверь, а я подорвался. — И, если мы не договоримся, ты для всех сдохнешь на той изнанке, откуда я тебя забрал.

— И тогда моё тело найдут и всё зря, я понял. Друзья не поверят в себя?

Глава 3

— Не переживай, не найдут, — хмыкнул пушистый. — Пока ты жив здесь, не найдут, так что умирать я тебе не советую. И да, ты уже заметил, что тело у тебя другое. Я просто переселил твою душу в эту оболочку. Было сложно, но я справился. Прошлое же твоё, уже мёртвое тело, просто скрыл божественной невидимостью. Извиняй, хоронить лень было.

— Хорошо, — отозвался я, наблюдая за зелёными вспышками лечебной магии. — Что мне нужно знать об этом мире и этом тельце? Телом его назвать язык не поворачивается, не мог получше подобрать?

— Тельце — это единственное, ради чего ты здесь! — моментально окрысился зверь. — Я выбирал не тело, а душу, которую можно в него вселить. Ты не понимаешь, как здесь что работает. У каждого бога свой род, который ему поклоняется и даёт силу. А мой род чуть не угас. Последнего из рода вчера едва не убили. Пришлось вмешиваться, только поэтому ты здесь, как лучший из сотен тысяч кандидатов! Понял?

— Так вроде не убили же? — затупил я спросонья. — Я тут каким боком?

— Да нет, именно убили, я говорил же тебе. Просто я не успел словить его душу, и она ушла на перерождение. Но, тело ещё жило. И потому мне понадобилась душа. Твоя душа. Короче, отныне ты — последний из баронского рода. Честно, весьма слабого рода, слишком давно я им не помогал, и это моя огромная ошибка. Но, теперь я её не повторю!

— Понятно, — задумчиво протянул я. — И как с тобой расплачиваться жизнью в этом убогом теле и убогом роде?

— Для начала выжить, — успокоился Росс. — А потом возвеличить род. Стать крутым. До императора ты по любому не дотянешь, но хоть крутым род сделай. Собственно, это всё. А нет, вру. Ещё у тебя будут божественные способности, подарок, так сказать, от меня. Первый ты уже опробовал, тренировку прошёл, экзамен сдал. Второй не такой заметный, но… проткни себе руку?

— Рехнулся? — вполне серьёзно засомневался я в адекватности зверушки. — Нахрена? Меня и так прямо сейчас лечат!

— Вот, как только твой доктор уйдёт, проткни себя, где не жалко. Хоть ярёмную вену. Хотя, на старте не рекомендовал бы.

Как специально, лекарь убрал от меня руки, поклонился и пошёл к выходу. У самой двери он обернулся и сказал:

— Вы в полном порядке, господин! И постельный режим вам более не нужен. Я рад, что вы с нами, вашбродь. Надеюсь, память к вам вернётся, и быстро.

— Я тоже, — прохрипел я. Голосовые связки ещё не очень слушались, как и всё остальное. — А не вернётся, будете обучать меня снова.

Как только доктор вышел за дверь, и я остался один, я мысленно выдвинул свои невидимые когти. Ага, длиной по тридцать сантиметров, помню. Секунду подумав, я всадил один коготь правой руки между лучевых костей левой. Боли я не боялся, считая её своей, как минимум, сестричкой, причём младшей.

Забавно было наблюдать, как расходятся ткани руки от невидимого лезвия. Да и не особо больно было, если честно. Моё прошлое тело могло бы рассказать своими шрамами, что такое истинная боль, а не этот детский сад.

Я вытащил лезвия, брызнула кровь, а вот в следующую секунду… рана начала затягиваться на глазах. И, через минуту я смотрел на совершенно целую кожу. Намёк на настоящую боль также испарился. Хороший фокус!

— Хм, а если мне руку отрежут целиком? — спросил я у злобной зверушки.

— Я не зверушка! — вновь окрысился Росс. — Я твой бог, запомни это! И да, рука восстановится. Правда, не так быстро. Дня два мучаться будешь. Про голову даже не спрашивай, ты не Дункан Маклауд, сразу сдохнешь! Предел есть у всего. И у моих сил тоже!

— Понял! — усмехнулся я. — Зачётные дары. Но, что мне дальше-то делать? Я же ничегошеньки не понимаю в этой жизни. Я боец, а не купец, или кем я там стал?

— Ты стал бароном! — важным тоном провозгласил зверь. — Это достаточно круто. Под твоим началом сейчас находится примерно двести душ, ну, людей. Ты их начальник, если упрощать. Воевода. Только они не бойцы, а слуги, крестьяне, кузнец даже есть. Всё неплохо, поверь. В общем, разберёшься. А у меня дела возникли, ну эти, божественные. На пару дней исчезну, а ты осваивайся! Главное — не сдохни! И ещё. Когти я у тебя забираю, слишком оно накладно по силе. А вот регенерацию используй.

Голос в голове пропал полностью, мне даже полегчало. Исчезло давящее чувство силы, которое я не воспринимал, пока оно не исчезло. Странно, доктор сказал, что я в порядке, и могу вставать, а рядом со мной никого нет.

А ведь на мне была только очень длинная майка с разрезом спереди до середины груди. Да я себя уважать перестану, если в этом пойду знакомиться с людьми! Со своими людьми.

Легко вскочив с кровати, я принялся обшаривать шкафы. Нашёл кучу склянок с заумными названиями на этикетках, какие-то колбы и даже стеклянную миску странной формы. Ну да, точно, такую же я видел у себя под кроватью. Пухляшка вроде называла её уткой. Я невольно покраснел. Не, нунах! Никогда больше!

А вот одежды не было. Правда в ванной комнате, что примыкала к помещению, где был я, нашёлся халат. Тёплый, махровый. Я тут же накинул его на себя. Хоть какая-то одежда. Ещё бы трусы под него, и я чувствовал бы себя относительно комфортно. Но, их я так и не нашёл.

И тут я вспомнил слова, как её там… Кати! Про гардеробную и почти полное отсутствие одежды в ней. И смело направился к узкой двери. Она открылась безо всяких ключей, просто поворотом ручки. И я застыл, поражённый. Гардеробная оказалась вдвое больше самой комнаты. Полочки, полки, вешалки и подобное окружали меня. Но да, занято шмотками и обувью было процентов пять от всех площадей, не больше. А может, и три. Начиная от шуб и валенок и заканчивая обычными труселями.

Скинув халат и несуразную больничную майку на пол, я с удовольствием натянул на себя бельё. Следом штаны и обычную рубашку-безрукавку. Закончил шлёпанцами. Оценив себя в зеркало в полстены, я пришёл к выводу, что в таком виде я совсем не урод. Дохлый, тощий, но смазливый. Ну что же, пора исследовать этот новый чудный мир!

Глава 4

Открыв дверь из комнаты, я застыл, поражённый. В обе стороны уходил длиннющий коридор, который поворачивался с обоих краёв. Расстояние было, как в проходе нашей казармы! В которой, на секундочку, жило человек восемьдесят постоянно, и ещё полсотни до первого боя, где и умирали.

Хотя… странный зверь по имени Росс сказал, что здесь обитает двести человек, включая кузнеца. Так что, думаю, это нормально. Кстати, надо будет с ним познакомиться, может, он сделает мне нормальный меч? Когти, конечно, крутая штука, но, меч привычнее, как ни крути. Да и нет у меня больше когтей.

Я оглядел коридор более внимательно. Когда-то шикарный, сейчас он напоминал тень своего былого величия. Картины, висящие на стенах, выцвели, их рамки облупились, потеряв две трети лака. Штукатурка местами пожелтела, а кое-где даже осыпалась, открывая взору дранку и каменные стены.

Да, постройка богатая, но сильно запущенная. Я подошёл к окну напротив. Хм, а высота тут приличная, метров пять от земли минимум. А картинка за окном напомнила мне состояние коридора. Когда-то красиво разбитый парк с цветниками зарос сорняками, живые изгороди разрослись без подстрижки и, думаю, мешали проходу по тропинкам. Здесь тоже была поздняя весна.

Я бездумно двинулся в длинную часть коридора. Вокруг не было ни души. Стояла абсолютная тишина, которой не бывает, если рядом обитает двести человек. Откуда-то пахнуло сдобой. Я редко её ел, нас подобным не кормили, только если купишь на свои кровные.

Метров через двадцать я увидел огромную по ширине арку. Подойдя, я обнаружил лестницу, которая вела и вверх, и вниз. Ну, вниз понятно, на улицу, а наверх? Чердак, или там ещё один этаж? И я спустился.

Вот только это не был выход на улицу. Здесь был ещё один этаж! Такой же по размерам, мать его! Только двери были намного реже, а окна, как и потолки, выше. Справа виднелись какие-то скульптуры, и я двинулся к ним. Кстати, а лесенка вниз-то продолжалась. Может, в погреба?

То, что я назвал скульптурами, оказалось огромным и чрезвычайно красивым холлом. Прямо из которого, наконец, нашёлся выход на улицу, куда я и вышел. М-да, сад, газон, дорожки запущены дальше некуда, неужели двести человек не могут навести здесь порядок? Непонятно. Я двинулся по полуразрушенной дороге.

Мне было интересно всё. Раньше я не понимал, что такое абсолютная свобода, когда можно идти, куда хочешь. Мне попадались люди, которые кланялись, обзывали «вашим благородием», но их было мало. Через пять минут я прошёл покосившиеся распахнутые ворота и вскоре оказался на дороге в лесу. Кстати, лиан тут почти не было.

Обернувшись, я посмотрел на строение, где ожил в этом мире. Массивное трёхэтажное строение монументально возвышалось над запущенным садом и имело форму буквы «п». И всё это всего на двести человек? Красиво жить не запретишь!

Птички, мошки, бабочки, цветы, деревья и прочее создавали для меня атмосферу праздника. Я вдохнул полной грудью и побежал лёгкой трусцой, кайфуя от пьянящего ощущения независимости. Моя скорость всё повышалась, и вскоре я нёсся, как редкая скаковая лошадь, кайфуя от каждого шага.

В своём теле я смог бы поддерживать подобный ритм часами, но это сдалось минут через десять. В боку закололо, ноги налились чугуном, дыхание хрипло вырывалось из моей груди. Я сильно сбавил скорость и пошёл спокойно, приходя в себя. Не успел отдышаться, как почуял запах дыма, а ещё через пять минут увидел деревянный сруб под двускатной крышей, покрытой соломой.

У входа были привязаны три лошади и стояла непонятная железная конструкция. «Автомобиль», вдруг всплыло в мозгах. Да, это тоже было средством передвижения. Это что, обещанная память тела? Было бы неплохо!

Над входом была вывеска «Таверна у Росомахи». Таверна, это место, где можно поесть. А часто ещё и переночевать. Судя по названию, она имела какое-то отношение к моей фамилии. Недолго думая, я подошёл к двери и с огромным любопытством толкнул её.

За дверью оказались две ступени вниз, а дальше располагалась плохо освещённая комната с массивными столами и стульями. За тремя столами сидели люди, ещё четыре были свободны. Пахло жареной картошкой и пивом.

Ну как, сидели. Трое здоровых мужиков в откровенном тряпье мирно дрыхли мордами в тарелках за одним из столиков. За вторым же степенно ела явно семья из мужа, жены и двух подростков разных полов. За третьим сидели двое вычурно одетых парней лет двадцати. И они целенаправленно накидывались алкоголем, что-то громко обсуждая.

Я, занятый новой для меня картинкой, не сразу заметил барную стойку в дальнем левом углу, за которой, протирая чистый стакан, стоял мужик. Он сразу напомнил мне самого первого убитого мной зверя с толстой задницей и невероятной силой. Уж не знаю, откуда вылезла подобная ассоциация. Но он был явно похож. «Медведь!» — подсказала память.

Дверь сзади меня хлопнула и тут же передо мной появилась худенькая молодая девушка, явно подросток, лет шестнадцати. Длинная пегая коса доставала ей до шикарной задницы, в отличии от груди, весьма округлой. Она удивлённо посмотрела на меня и затараторила:

— Ваше благородие, это честь для нас! Я рада, что слухи про ваше убийство оказались всего лишь слухами! А где ваша охрана? Ваш столик свободен, пройдёмте. Вам как обычно, пива и снеков? Или чего покрепче, вы в последнее время водочку вроде бы предпочитаете?

Шта? Я, точнее это дрищавое тело, ещё и прибухнуть любило? Вообще кошмар. Отличная репутация на старте. И вот как мне поступать? Алкоголь я мог пить. Но особо никогда не любил, он притупляет реакцию. В итоге, решил воздержаться. Сев за «свой» столик в дальнем углу, попросил компота или морса, но тут же спохватился:

— Вот только у меня с собой денег нет. А так бы ещё и перекусил чего.

Девчушка сделала огромные глаза и тихонько сказала:

— Каких ещё денег? Вы же никогда не платили. Сильно стукнуло? Сию минуту всё принесу! Есть морс клюквенный, компот из облепихи и яблок. Есть свининка на огне, уточка тушёная, ну и салаты, но это как обычно, а ещё картошечка с грибочками. Что подать?

Рот наполнился слюной, мне захотелось всего и сразу. Потому колебался я недолго.

— Всего понемногу, — ответил я. — Если чего не хватит, сообщу. Ну, кроме алкоголя. Я завязал!

Девушка понятливо кивнула и метнулась за стойку, за которой оказалась незамеченная мной дверь. Увидев, что я смотрю на него, огромный мощный бармен степенно поклонился мне и продолжил протирать стаканы.

Вот что я тут делаю? Дома меня прекрасно кормят. Что мной сейчас двигало? Скорее всего простое любопытство. Хотя, по-хорошему, мне сейчас надо доставать рыжую пухляшку разными вопросами, чтобы быть в курсе, где я оказался. Да и пофиг, посижу немного и пойду обратно.

Я просто был рад свободе. После десятков лет на арене, я, наконец, обрёл её. Хотя совершенно не так, как представлял долгими ночами. Всё равно это была свобода и она пьянила. Кстати, не забыть бы заплатить хозяевам этого кабака за то, что съем. Хоть род и обнищал, всё равно должны быть деньги для оплаты небольшого количества еды!

«Возвеличить род»… Как, мать его, это делать? Про жизнь на лице я знал только из книг и рассказов. Хотя, к нам изредка и попадались родовитые, но именно про «возвеличивание» речь никогда не заходила. Максимум про интриги, и то, как эти ребята оказались на арене. Что часто было связано. Кстати, именно благородные жили на арене, как правило, достаточно долго. Навыки в магии и ближнем бою у них были на высоте. Вот только магию им всегда глушили перед боями, напяливая специальные браслеты-блокираторы.

Вскоре принесли еду. Пахло от неё одуряюще, хотя выглядела она и намного хуже того, чем меня уже кормили дома. Дома… странное слово, но, теперь у меня есть дом. С доктором, сиделкой и кузнецом! С которым ещё тоже надо будет познакомиться.

И да, на вкус она оказалась гораздо лучше, чем на вид. И уж точно вкуснее домашней еды! Я вгрызался в мясо, закидывал в себя салаты и гарниры, и чуть не рычал от удовольствия, запивая кислющим морсом этот праздник живота. Но, ничто хорошее не бесконечно. Меня отвлекли.

— Это ты тут что ли барон? — раздался заплетающимся языком голос у меня за спиной, с явно издевательскими интонациями. — Типа, хозяин? Я вот сейчас не понял, тебе вкусняшки, а нам гавно на тарелке принесли, есть невозможно! А вино? Кислятина мерзкая! Вели подать нам нормальной еды и выпить тоже. И да, за свой счёт!

Я оглянулся. Это был один из двух молодчиков, что набрасывались алкоголем друг с другом. Этот явно пошатывался, но взгляд был злой и почти трезвый.

— Сядь за стол и жри, что дали! — тихо ответил я. — У меня то же самое!

— А кто это у нас тут такой борзый? — восхитился моим ответом пьяница и повысил голос. — Жричодали, грузинское блюдо типа? Да, подайте мне жричодали! Бегом, слуги!

В этот момент мимо как раз проходила ты самая молоденькая девушка, что встретила меня у входа. И её довольно жёстко схватили за задницу, ага, за классную. Нет, я тоже почти так заигрывал, если это можно так назвать, с девушками. Вот только в тот момент я был уверен, что от меня подобного ждут, и это правильно. И реакция всегда была позитивной, я никогда не ошибался.

Здесь же произошедшее было явно неприятной неожиданностью для девчушки. Она уронила поднос, пара тарелок рассыпались глиняными осколками, кружка выжила, расплескав остатки пива. А бедолага с явным ужасом смотрела на пьяного парня.

— Ну, что застыла? — пошатнувшись и повысив голос ещё, спросил он. — Мне жричодали неси! Тут кого-то накормить надо, чтобы приличиям обучился. Тоже мне, барончик! Ща мы его точно жизни поучим. И накормим, а то доходяга конченый! К тому же, без охраны, идиота кусок.

Мне всё это надоело. Возможно, в этом мире подобное в порядке вещей, здесь я не воспитывался. Но, то, что я успел познать, говорило мне, что так быть не должно. Я медленно поднялся и подошёл к парню, которого происходящее явно забавляло. Взяв его за шиворот, медленно произнёс:

— Так, у тебя два варианта. Взять метёлку, убрать тут и свалить. Это первый. Второй — я тобой здесь всё вытру и тебе будет очень больно. На выбор минута, время пошло! А! Извиниться перед девушкой придётся в любом случае.

— Да я тебе! — пьяно замахнулся тот.

Честно, я бы справился с ним с завязанными глазами. Это вообще не противник мне. Я таких, как он, десятками выводил из строя на разогревах в Колизее. Если честно, аж ностальгия взяла.

Я спокойно шагнул в сторону, не собираясь убивать идиота. Ему сделай чуть больно, и он поплывёт и запросится к мамочке. Сжав кулак, я собрался просто немного порезать его плечо своими когтями. Зная подобных, ему бы хватило.

Вот только я настолько привык к когтям за сутки боёв с монстрами, что напрочь забыл, что их у меня больше нет. В итоге, я просто ласково погладил придурка по плечу. Ну, так это должно было выглядеть со стороны.

А тем временем его вторая рука летела мне в печень. Хорошая связка, сложно изучаемая и эффективная. Я моментально провернул торс, чтобы удал прошёл вскользь. Вот только, блин! Я же не в своём теле! А задохлик, в которого я попал, удар держать не умел вообще. Боль разлилась на половину бока, хотя от основной силы удара я и уклонился.

Так, я в задохлике, оружия нет! Потому затягивать историю мне просто нельзя. Не заморачиваясь, провёл прямой хук в челюсть идиота. Кисть пронзило болью, кажется, я повредил её. Главное, чтобы не перелом. Эти кости срастаются весьма долго и болезненно.

Тело моего противника приподняло над полом, и он, перелетев через незанятый стол, распластался на полу. Его друг, с удовольствием наблюдавший за происходящим, изменился в лице и вскочил, бросившись на меня.

Помня прошлые ошибки, я не стал дурить, а просто встретил его подсечкой. Падающего, я догнал вторым, ещё здоровым кулаком в грудь. Встанет он не скоро, дыхание я ему отключил минуты на две. Надеюсь, не перестарался, и он выживет.

— Что это было? — перестав обращать на парней внимание, спросил у официантки. — Кто это такие?

— Соседи ваши, — поклонившись, ответила симпотяжка. — Бароны Смородинские. Братья. У нас часто отдыхают. Но, до вашей смерти, ой, то есть травмы, вели себя прилично. Не понимаю, что на них нашло. Хотя, поговаривают, что вы враждовать изволили, но, не моё это дело, простите, господин!

Она всхлипнула и убежала за стойку. Я заметил, что огромный мужик, что шёл к нам, идёт туда же. Он явно собирался защищать девчушку, но, просто не успел, я справился быстрее. Правая кисть немного опухла. Как бы реально перелом не заработал! Очень слабое тело, работать над ним и работать.

Тем временем второй, на мой взгляд, более трезвый, зашевелился, держась за грудь. Со второй попытки он смог сесть и даже начал дышать. Я обрадовался, не хотелось убивать молоденьких идиотов. Я подошёл к нему и наклонился.

— Так, чтобы я вас здесь больше не видел, — прошипел я ему в лицо максимально угрожающе. — Иначе вас просто не найдут, понял меня? Пропадёте без вести. И придурка забери, а лучше, научи манерам.

— Ты труп, — пытаясь вдохнуть, прохрипел парень. — Один раз не получилось, во второй получится! Мы тебя достанем, слышишь! Ты поднял руку на Смородинских! Мы не простим, понял! Пиши завещание, хорёк!

— Не хорёк, а росомаха! — спокойно отреагировал я, поставив заметку про оговорку «один раз не получилось».

То есть дурачок открытым текстом сказал, что смерть моего тела — дело их рук. Интересно девки пляшут. Чем мой предшественник, малолетка и алкоголик, им так насолил? Или там всё серьёзнее? Или я не так понял, и он про эту стычку?

— Руки коротки убить меня, — начал я провоцировать пытающегося отдышаться аристократа.

На самом деле, у нас тоже были интриги. Я называл их тёрки. Слово подсказал мне один уголовник, который прожил очень долго, почти четыре года. Мы с ним сошлись довольно близко и много общались.

Так вот, у нас могли убить. За кривой взгляд, за неправильный поступок, за предательство, за оскорбление. Исподтишка, ночью, заточенной ложкой в печень. Я сам пару раз отправлял к праотцам тех, кто пытался убить меня, чуткий сон и предчувствие спасали меня. Жизнь раба-гладиатора никогда не была сахаром.

— Не коротки, поверь! — брызгая слюной, заорал, непонятно с чего, этот дурачок. Все обратились в слух, даже спящие в салатах проснулись. — Доведём дело до конца! Ты уже труп, просто не знаешь об этом. У вашей семейки ничего не осталось, ты — последняя преграда к тому, чтобы вас не стало, как вида, понял?

— Понял, не дурак, — усмехнулся я. — А был бы дурак, как ты, не понял бы. И да, вам ещё прибраться здесь придётся. Нехорошо мусорить и людей обижать. Сейчас вам швабру принесут. Ну, или метлу.

Я кивнул внимательно слушающей меня девчушке, и та убежала на кухню. Через секунду она стояла напротив меня, с веником в руках, не зная, что ей делать.

— Бросай, — мягко улыбнулся ей и повернулся к очухавшемуся. — А ты поднимай! Чтобы через минуту здесь не было ни мусора, ни вас. Можешь себе в карманы ссыпать осколки.

— Никогда! — воскликнул парень, вскакивая на ноги. — Ты труп!

— Это я уже слышал, — усмехнулся я, легко уходя от корявого удара.

После чего мягко ударил его в кадык. Сильный удар убил бы его на месте, но я до сих пор не собирался его убивать и даже калечить. А может, и стоило бы? Он, как бы, прямо почти признался в удавшемся покушении на это тело. Но нет! Сначала надо выяснить у знающих людей, что тут и как делается. Впросак не попасть бы. Одно дело унизить и наказать, а другое — лишить жизни. Информация нужна, ещё и этот божок так невовремя слинял куда-то.

— Повторю! — спокойно сказал я. Вся таверна внимательно наблюдала за происходящим. — Взял веник и убрал говно за собой и своим любовничком, понял? Или тебя ещё попинать?

Вместо ответа тот подорвался и снова попытался меня ударить. На этот раз коротким кинжалом. Откуда он взялся, я даже не заметил. Нехорошо, расслабился. Но, от удара я ушёл так же играючи. Обойдя противника, зарядил локтем ему по почке. Боль догонит не сразу, секунд через пять, но, останется с ним минимум на сутки. И выживет, и запомнит точно.

— Ещё раз! — скучающим голосом повторил я. — Убрать и свалить! Что непонятно-то?

— Размажу! — прохрипел парень, который как раз почувствовал боль от моего удара. — Уничтожу!

— Да что ты заладил-то? — хмыкнул я, уходя от очередного удара. Легко выбил нож, провёл прямой в печень. Не порвать бы её, хотя сила у тела так себе, так что вряд ли. — Ты мазохист что ли? Давно уже домой ковылял бы. И дружбана тащил.

А вообще, он начинал мне нравится. Даже подыхая, пытался отомстить, победить. Я и сам такой. Несколько битв вытянул на чистых волевых, не надеясь выжить и выстоять против более мощного противника. Похвальное качество, но, не в данной ситуации. Я сильнее на порядок и прямо предлагаю ему способ выжить! Причём простой. Не, погорячился я, это тупость, а не отвага.

Парень начал оседать, а я слегка добавил по болевым точкам на руках. Один удар пришлось сделать пострадавшей кистью, и прошло, как надо. Это что, хвалёное божественное восстановление уже сработало, или я её таки не повредил? На удивление, этого хватило, чтобы этот боевой недобоец сдался. Но не до конца. Баюкая сразу все пострадавшие места, он уставился на веник.

— Никогда! — себе под нос пробубнил он.

Затем залез в карман, бросил на веник весьма внушительную сумму купюрами — рублей семь точно, и сказал всё ещё застывшей девчонке:

— Приберись здесь.

После чего повернулся ко мне.

— Доволен?

— Вполне.

— Я тебя всё равно достану, — вдруг спокойно сказал он. — Ты мне заплатишь за то, что здесь было. Не думай, что я это забуду. Мы ещё встретимся!

Глава 5

Парнишка растолкал так и валяющегося друга-брата-свата, или кто он там ему, и, тихонько матерясь, свалил в закат, а я вернулся за свой столик. В кабаке царила напряжённая тишина, похоже, никто не знал, как реагировать на произошедшее.

Ко мне не торопясь направился огромный бармен с двумя небольшими чарками. Не спрашивая разрешения, он сел напротив и толкнул в мою сторону одну из рюмок. Я заинтересованно смотрел на происходящее.

— Не ожидал, господин, от вас подобного, — прогудел он. — Благодарю, что за дочку вступились, тоже не ожидал. Попробуйте наливку, дедовская ещё, никому никогда не наливал, ждал, может, у кого в семье магия проснётся. Наливочка потенциял… потенци… короче, силу магическую повышает, а вы, вродь как, маг.

Замявшись, он протянул рюмку навстречу мне, мы чокнулись, и я пригубил. Не думаю, что он хочет меня отравить, но про магию наслышан много. А главное знал, что разные алхимические зелья могут на магов воздействовать по-разному.

Я прислушался к себе. Тепло в пищеводе, не более. Может, просто красивая семейная легенда? Я сделал второй маленький глоток. Напиваться всё-таки не хотелось. Вторая волна тепла скатилась внутрь живота. Приятно! Уже не раздумывая, допил маленькую порцию третьим глотком.

— Во, вашблагородь, теперь правильно, — по-доброму ощерился бугай. — Теперь сработает, дед конкретно говорил, сорок грамм, ни больше, ни меньше. Ждите.

Интересно, чего ждать-то?

— И чего мне ожидать? — повторил я вопрос вслух.

— Сами почувствуете. Но, чаще раза в два месяца пользоваться нельзя, организм не успеет перестроиться. Уже скоро, да.

Он с интересом наблюдал за мной, а я вслушивался в организм. И тут у меня в животе как будто взорвалась огненная бомба. Огонь медленно растекался по жилам и венам, на коже выступил пот. Ощущение было странное, но не неприятное. Закончилось всё быстро. Пламя добежало до кончиков пальцев на руках и ногах и погасло. Я удивлённо посмотрел на бармена.

— Ага, сработало! — удовлетворённо выдохнул он. — До последнего сумлевался. Что ж, вы стали на треть уровня сильнее, как дед объяснял. А пять приёмов этого зелья даст целый уровень в магии! Каждый последующий приём действует слабее, но целый уровень на дороге не валяется же, да? Жаль, что повторить не получится эликсир, для него панцирь единоклюва нужен, а их поуничтожали всех, не осталося ни одного. М-да. Разбогател бы. Приходите через два месяца обязательно, вторую чарочку налью.

Об уровнях магии я знал немного. Знал, что самый высокий — десятый, практически не встречался. Официально ни одной десятки в наше время не жило, точнее, в жизни государства не участвовали. Хотя, это официально, а там, кто его знает? У самого российского императора, его величества Кречета официально был девятый уровень. Вроде. Тоже невозможно редкий.

Восьмёрок можно было пересчитать по пальцам одной руки. Ну, максимум, двух. Про «семёрок» особой информации не было, а «шестёрки» считались крайне сильными магами, они встречались не особо редко, в основном, в крутых родах. А вот маги слабее третьего уровня считались слабосилками и их дар использовались в основном в бытовых вопросах. Больше всего было троек и четвёрок.

А ещё маги различались по видам этой самой магии. Четыре стихии, порознь, само собой, встречались чаще всего. Огневики, воздушники, и тому подобное. Реже встречались их комбинации, когда человек владел двумя стихиями. Ещё реже встречалось что-то индивидуальное. Магия жизни, смерти, иллюзий, лекари, ключники и море ещё всего.

Так же редко встречались универсалы — люди, которым доступна любая магия, без исключений. Обычно они становились порталистами-изнаночниками. Они были единственными, кто мог пробить «тонкие места» — проходы в миры изнанок. Интересно, какая магия у этого тела? Вот бы универсал! Но, шансы на подобное стремились к нулю, и я прекрасно осознавал это.

Забрав посуду, здоровяк пошёл обратно за барную стойку, троица бомжей опять улеглась мордами в тарелку и сейчас соревновались, кто художественнее храпит. Молодая семья с детьми быстро доедали, ворча на детей и торопя их. Видимо, конфликт их напугал, и они собирались побыстрее свалить.

Я же, быстро доев, вышел раньше них, на прощание кивнув бармену. Тот неловко улыбнулся, продолжая натирать бокалы. Ещё одна пробежка слабенькому организму не повредит, и я размеренной рысью припустил в сторону дома.

Его уже было видно, когда тело сдохло окончательно. Пот градом катил, в боку кололо, ноги заплетались, во рту пересохло. Ничего, это исправимо. Немного воли и упорства. А главное — никакого алкоголя, это тело больше не бухает! Ни пиво, ни недавно понравившуюся ему водку. Будем работать.

Доплетясь на подгибающихся ногах до крыльца, я остановился. Десяток ступеней казались высшей мерой пытки, но, облокотившись о каменные вычурные перила, я поднял ногу на первую ступень. Дорогу осилит идущий!

В этот момент высокая дверь распахнулась, и из неё вылетел низенький толстячок, тряся кучей подбородков. Лысина была мокрой от пота, хоть жарко и не было.

— Ваше благородие, — зачастил он. — Что же вы так, без предупреждения, да без охраны? А ежели лихие люди? Вон, после последнего случая едва очухались, и опять на рожон? Шо люди-то скажут, вы ж наша надежда последняя! Негоже так собой рисковать, на вас больше двухсот душ уповают.

— А ты кто? — радуясь, что можно просто постоять, не забираясь по лестнице, спросил я. — У меня память немного отшибло, не помню.

— Да как же это? — всплеснул толстыми руками лысый колобок. — Я ж гувернёр ваш, господин, воспитатель с детства самого. Ой, шо творится-то! Это ж как произойти могло? Из-за лиходейства того, где вам голову проломили? В смысле, ударили по голове когда?

— Думаю, да, — степенно кивнул я. — Готов меня по новой обучать? Пойдём куда-нибудь, разговор есть. Думаю, долгий.

Рука, кстати, болеть перестала совершенно. Подарок непонятного божества действовал. И отдышался я быстрее, чем ожидал, потому легко поднялся по лестнице. Толстяк живо приоткрыл передо мной дверь, пропуская в огромный холл огромного здания.

Я вошёл и остановился в задумчивости. Как-то мало здесь людей для места, где живут двести человек. Ни детских криков, ни беготни. Вообще ни человека. Только откуда-то несёт морковно-луковой зажаркой. Похоже, кухня недалеко. Куда идти, я не знал, потому дождался своего пухлого сопровождающего и пошёл за ним.

К моему удивлению, несмотря на огромный избыточный вес, он был очень шустрым, я едва поспевал за ним. Шли мы недолго, до поворота коридора в левое крыло. Там толстяк открыл дверь, вновь пропуская меня вперёд.

Помещение, в котором я оказался, вызвало у меня восторг и непонятный трепет. Отделанное тёмной, почти чёрной древесиной, массивная мебель, состоящая из дивана, трёх кресел и огромного стола. Пара стеллажей до потолка, забитых книгами, явно старинными, и свитками. Всё говорило о том, что хозяин этого места — весьма серьёзный и занятой человек.

— Это кабинет вашего батюшки, — тихо сказал жирдяй, почти с разбега плюхаясь в кресло. — Присаживайтесь, вашбродь. Я так понимаю, разговор будет долгим. И да, меня звать Василий, как я уже говорил, я воспитывал вас всё ваше детство. Вы и правда ничего не помните?

— К сожалению, это так, — я медленно шел, поглаживая стены, кресло, столешницу, высокое кресло, стоящее во главе стола.

Мне хотелось ощутить тут всё. Именно наощупь. Я вдыхал запах пыли с непонятным мне восторгом. Внешне пыли не было, а запах был, с лёгким привкусом дыма от стоящего в углу камина. Я просто влюбился в эту комнату, впитывал её всеми органами чувств. Наконец, мягко опустился в кресло хозяина, с каким-то внутренним трепетом.

— Что же, Василий! — сказал я. — Давай пообщаемся. И да, я правда, как новорождённый, ничего не помню из прежней жизни. Думаю, именно тебе предстоит меня обучать по новой. Ты готов к подобной нагрузке?

— Конечно, господин! — подпрыгнул в своём кресле толстячок. — Всё, что пожелаете!

— Желаю, желаю, — благосклонно кивнул головой. — Для начала расскажи про мой род, про семью, про наших людей. А потом мне интересно, за что меня пытались убить. Кто, уже понимаю, не понимаю, за что.

— Ох, господин! — снова всплеснул руками толстяк. — Вы прямо самое важное обозначили. Давайте с рода начну, хотя, все покушения сильно связаны. В общем, род у вас древний. Очень. Наследственное баронство дали вашему роду аж четыреста лет назад, ещё от отца его императорского величества, Петра Алексеевича. С тех пор возвыситься не удавалось, хотя одному их ваших предков дали даже графа. Вот только не наследного, понимаете ли. Потому так и жили вы баронами, в основном.

— Угу, продолжай, — одобрил я.

— В общем, предки ваши, вашбродь, закусились с соседями. Из-за вашего тонкого места. Ну, это такая штука, где можно провалиться в другие миры. А ваше тонкое место чрезвычайно редкое. Точнее, уже соседское, мамка сдала его соседям, да дарует ей Росомаха достойное перерождение. Так вот, там всего три уровня, нулёвка, первый и второй. Глубже пусто.

Но, первый и второй уровень чрезвычайно богаты на добычу. Помимо макров, там добывают редчайшие ингредиенты с этих тварей и редкие травы. Очень финансово выгодные. И я уже сказал, что добычи там чрезвычайно много. Но, ваша матушка переписала его на соседей. Правда, в аренду, но, условия грабительские. На тридцать лет.

— И что заставило её это сделать? — поинтересовался я автоматически.

— Когда ваш батюшка погиб, у нас начались сильные финансовые проблемы. Все бизнесы были завязаны только на него. Никто даже примерно не знал, откуда ваш род получал денежку. Судя по всему, всё было полузаконно, так как после его смерти официальных бизнесов так и не нашли. А в договоре с соседями, вас они обязались обеспечивать. Единственный спорный момент, это наследование. При кончине вашего рода, тонкое место переходит к ним. Между нами, смерть вашей матушки и покушение на вас имеют корнем именно этот пункт, я уверен. Вот только, доказать это невозможно, к сожалению!

Да и не надо ничего доказывать! Один из этих уродов мне прямым текстом сообщил, что он пытался уничтожить мой род. Что теперь, устраивать суды и прочие хрени, которые любят люди лицевого мира? Нет, я привык решать дела намного проще. Нет тела — нет дела. Ну, как-то так. А я теперь точно знаю, кто виноват и что с этим делать. Паззл сложился. Для выживания придётся уничтожить род соседей. В покое они меня точно не оставят. И это не я злой. Информация от толстяка наложилась на то, что уже знал я.

— В общем, — продолжал мой нянька. — Вам бы поберечься. Есть у меня подозрение, что покушения не закончатся так скоро, как бы нам хотелось. Или через суд разрывать соглашение, вот только сомнения у меня огромные, что подобное возможно. Их связи и влияние намного больше нашенского.

— Поберечься, это, конечно, хорошо! — вслух начал размышлять я. — Вот только первопричины это не устранит. Надо наносить превентивный удар. И заканчивать это непотребство. У них большой род? А то этого я тоже не помню.

— Господин, не вздумайте, умоляю! — в глазах толстячка отразился настоящий ужас. — У них армия, да и сами они маги не слабые. Охраны, как у батюшки-императора, денег-то они зарабатывают на изнанке много. А нам восемьсот рубликов в месяц оплачивают, ток на слуг с едой и хватает. А уж опосля того, как матушка ваша, дай ей Росомаха хорошего перерождения, налоги с деревни сняла, так вообще туго жить стало.

— С деревни? — уцепился я за новое слово.

Нет, я прекрасно знал, что такое деревня, но, никто не говорил, что у меня есть ещё какая-то деревня. Только про двести человек.

— Ну как же, на земле вашей, той, что пока осталась, деревушка есть, Россово, крохотная, двести тридцать душ всего. Черешневые и яблочные сады обслуживают и обрабатывают, урожай собирают, ваши урожаи весьма ценятся в Краснодаре. Вот только, по распоряжению матушки вашей, вам всего сорок процентов от дохода полагается, а не как раньше, восемьдесят восемь. Остальное люди получают. Хотя, признаться надо, воровать перестали, это да.

Так, это важно и интересно. Был у меня один ученик на арене. Старенький, но, прожил почти год. Умный был, аж жуть. Экономист. Столько информации, как от него, я ни от кого не получил. Он рассказал мне, что такое рынок, что такое экономика, рыночная экономика, пояснил про налоги, прибыль, маржу и прочие мракобесные науки. А погиб глупо, от простого заражения крови после лёгкого ранения. Сначала скрывал свою гангрену, не знаю уж, на что рассчитывал, но, когда обратился к лекарям, было совсем поздно.

Только к совсем дорогим магам обращаться, а кто будет тратиться на старого гладиатора? Для начальства это просто мясо для разогрева публики перед основными развлечениями. Одноразовые бойцы. Вот и вышел он на свой последний бой с одной рукой, вторую срезали, чтобы прямо на арене не загнулся от отравления гнойными жидкостями. Первый бой он даже смог выиграть, а во втором… жалко его, его бы сейчас, да ко мне сюда, ух, помог бы! Впрочем, его наука мне тоже поможет. И помнить я его буду! Как и многих других. А мы живы после смерти, пока о нас помнят.

— Так, а мне говорили, что здесь ещё двести человек живёт, — решил я сразу уточнить интересующее меня. — Вот только ни людей, ни детей, вообще никого в этих коридорах я не увидел.

— В смысле здесь двести человек? — опешил Василий. — Это же ваш дом, тут только прислуга бывает. Ну я, управляющий, три кухарки, прачка и пара слуг. И всё. Ну, садовник с двумя помощниками ещё, хотя, уже полгода, как с одним. А вдвоём не справляются, запущена земля у особняка уже. Но, они стараются!

Так, секундочку! Это что, получается, вся эта каменная махина для меня одного? Точнее, для моей семьи? Строилась-то она явно до того, как род сократился до единственного человека. И что в такой дуре-бандуре делать даже десяти людям? Для чего столько места?

Нет, понятно, например в кабинет, где мы находились, я влюбился, и буду здесь частым гостем, это точно. Ещё спальня с ванной комнатой. Хорошо, гардеробная тоже нужна, наверное, удобнее, чем шкафчик. Но остальное-то? В пространство холла можно было запихнуть казарму человек на семьдесят, это если с комфортом. Даже если семья огромная, человек двадцать, пол этажа хватило бы!

— Ага, наверно, речь шла как раз о деревне, — не стал озвучивать свои мысли я. — А слуги тоже из деревни?

— Разумеется! — всплеснул руками мой учитель. — Все живут там, сюда работать ходют. Вообще я к чему, денег в роду мало. Не как у соседей. Не лезьте к ним, вас сразу убьют, ещё и подарок им сделаете. Сами полезли же, охрана и сработала, как надо, а мы все точно безродными останемся. Да хоть о боге нашем подумайте, о великом Росомахе. Он же тоже без рода останется! И без сил, выходит.

Да уж думаю я о Россе, не переживай. Забавная зверушка, да и договор у меня с ним. Он мне жизнь, я ему почитателей. Хотя, что такое двести тридцать человек? Тьфу!

Так. Что я вынес из этой беседы уже? Что нет денег, первое. Кажется, у меня это основная проблема. Сосед силён потому, что у него денег много. Охрана, маги, все дела. К ним лезть рано. Но, если не полезть, меня рано или поздно порешат уже точно.

Так что начинать надо с финансового благосостояния. Ещё очень надо понять, что же за изнанки такие у нашего, тьфу, у моего рода? Которые моя «матушка» неосмотрительно передала в управление соседям.

— А договор про изнанки, ну, про тонкое место, я могу посмотреть? — обратился я к няньке. — Мы имеем право на посещение?

— Даже ежели и имеете, господин, — поёжился в своём кресле толстяк. — Не вздумайте туда соваться! На изнанках же оно как? Нет тела — нет дела! Вас там точно убьют, а потом суду предоставят, уже как просто свидетельство вашей неосторожности. Вы умрёте, и род умрёт. А вы за двести душ отвечаете, на вас все уповают!

В принципе, логично! Я бы точно так же поступил. Кстати, это идея! Убивать охотников на меня на изнанках! И скармливать свидетельства местному зверью. Они только рады будут. А уж в том, что я справлюсь с обычными людьми, я не сомневался. С магами тяжелее, хоть у меня и бывали бои с ними, но опыта, на мой взгляд недостаточно.

Да, иногда на арену выпускали магов без ограничителей. И они использовали магию на полную катушку, пытаясь выжить. Вот только был у меня один секрет. С самого детства я мог видеть направление удара магией. Об этом не знал никто, и я хранил свой секрет до самой моей нелепой смерти. Так что против магов у меня есть свой маленький секрет, за счёт которого я и выживал. И стал лучшим! И получил победу… ага, победу… сдох под кустом, блин!

Кстати! Почему-то это раньше не приходило мне в голову. Но ведь устроителям того кровавого цирка была очень невыгодна моя победа. Я же мог начать рассказывать! И про изнанку с тотализаторами и аренами, и про подлости устроителей, и про буквальное рабство. А это, насколько мне рассказывали, на лице карается смертной казнью. Стопудово, бойцы и сами не знали, что их клинки отравлены, иначе они просто пытались бы меня тупо покарябать ими. Но нет, они бились, как положено.

— С этим я сам разберусь! — вернулся я к разговору. — Ещё подскажи, какие суммы нам нужны на первое время? Чтобы нанять военную и магическую охрану, чтобы нормально платить людям? Сколько нам не хватает?

— Ох, господин, много! — закручинился толстяк. — Нам бы ещё где-нибудь тысячи полторы изыскать. В месяц. Понимаю, что сумма нереальная, но, с неё даже и долги можно было бы начать оплачивать. А мы уже почти тридцать тысяч должны. И банкам, и друзьям ваших родителей, да много кому.

Внезапно! Ещё и долги. В отличную ситуацию меня добрый зверёк Росс засунул! Что же, будем решать! Нужно срочно отправляться на изнанку. Интеллектом я не обижен, вроде как, учителей было много, но моя основная сила в силе! Я же боец. Лучший из лучших.

— Приготовь мне список животных наших изнанок. Интересует, что пользуется спросом при продаже. Какие части каких животных! Ах да, и по каким ценам.

— Господин! — жирдяй вылетел из кресла и бухнулся на колени, преданно заглядывая мне в глаза. — Прошу вас, нет, умоляю! Ну, не нужно вам туда. Понимаю, что вы ничего не помните, но там страшенные твари! Вас порвут за минуту максимум. Не оставьте нас бедных, на вас много людей уповают!

Я чуть не ляпнул, что с моим-то опытом лично мне это покажется лёгкой прогулкой. Вовремя поймал себя за язык. Не нужно пугать близких людей подобным бредом.

— Я не собираюсь туда, — покривил я душой. — Я просто хочу любую нужную и важную информацию. Я же правда почти ничего не помню.

— Ох, точно, простите, ваше благородие, не понял сразу, — залебезил толстяк. Кстати, как его зовут-то хоть?

— А тебя как звать-то? — тут же спросил я. Лучше поздно, чем никогда.

— Василь Дмитриевич, господин, — тут же сменил настроение пухляш. — Но, вы меня всю жисть звали Васькой.

— Скажи мне Васька, а у нас оружие есть? Лёгкий меч и длинный кинжал предпочтительны. Покажешь?

Глава 6

— Зачем вам такое серьёзное оружие, господин? — напрягся Василий. — Неужто обманываете меня? В проход, никак, собрались? Не нужно делать подобного, не выживете вы там! Не лишайте нас относительно нормальной жизни, умоляю вас, не ходите на смерть! Там можно заработать, соглашуся, но ведь тудыма командами ходют. С магами обязательно, лекарь как минимум нужон! А у нас нет никого.

— Да успокойся ты, я сто раз так делал! — ляпнул я любимую поговорку довольно тупого соседа по нарам в Колизее. И сам себя остановил. — Шучу. Я пока ещё не принимаю никаких решений. Я мир изучаю, понимаешь? А оружие мне нужно, как минимум, чтобы был шанс постоять за себя. Сам же говоришь, что куча людей хочет моей смерти!

— Ну, так-то, это логично, — вынужденно согласился со мной толстяк. — Но, лучше охрану использовать. Мы же к вам приставили сына кузнеца и отставников двоих. Правда, больше никого сильного у нас и нет, но это хоть что-то.

Мы поговорили ещё минут двадцать, но, больше ничего действительно интересного для меня не обсуждали. Потом был обед, где опять было с десяток блюд и ни человека в моей компании. Всё было приготовлено мне лично. Если честно, было дискомфортно смотреть, как с пяток голодных слуг провожали каждую мою ложку глазами. Хоть и понимал, что они же и будут есть всё, что я не съем, а это почти полный стол, настроение упало ниже плинтуса. Неправильно это!

А после обеда меня отвели в оружейную, которая находилась в подвалах. Да, здесь было ещё три подземных этажа! Вот зачем одной семье такие площади? Пока я этого не понимал.

Помещение оружейной оказалось огромным, с кучей стоек под броню, артефакты и оружие. Вот только тут было почти пусто. Как мне пояснил Василий, основное количество было распродано ради денег. Осталось либо фамильное, либо никому ненужное.

С фамильным явно не повезло: двуручник, который сейчас я и не подниму в этом дохлом теле и две парадные сабельки. Драгоценных камней много, сталь — полная дрянь, после первого удара не останется ни сабли, ни камней, ни их хозяина. Поскольку просто окажешься безоружным. И вот зачем их делали? И почему нормальное оружие распродали, а этот дорогой мусор — оставили?

Но, то, что мне нужно, нашлось! Слегка изогнутый меч. Почти саиф, каплю прямее. Баланс — великолепный, сталь тоже. Он висел в самом углу. Под ним нашлись деревянные ножны, куда худшей сохранности. Местами подгнили, местами заплесневели. Главное — не разваливались, а красота вторична.

Для левой руки я нашёл кортик. Сталь была похуже, но терпимой. А вот ножен не было. Пришлось долго копаться в ящике, что стоял неподалёку. То, что нашёл, было не родным, но подходило, нож не выскакивал и помещался полностью. Да и доставался легко, через щелчок.

Прицепив оба клинка на пояс, как привык, почувствовал себя уверенно. Моё любимое сочетание. Теперь у многих нет и шанса меня убить. Разве что, это будет сильно дальнобойный и сильный маг, плюс эффект неожиданности. Но, расслабляться я не собираюсь.

— Благодарю! — сказал я толстяку. — Не самое лучшее оружие, но, на первое время подойдёт. Теперь я чувствую себя спокойнее.

— Господин, — глаза слуги, кажется, скоро вывалятся из глазниц. — Но, с чего вы начали разбираться в оружии?

Палюсь, блин! Надо аккуратнее впредь быть.

— Да не особо я и разбираюсь, — примиряюще сказал я. — Просто мне нравится то, что я выбрал. Мне с ним комфортно, значит то, что нужно!

— Вы, как бы, — задумчиво протянул Василий. — Раньше вообще с оружием на «вы» были. И не тренировались, практически.

— Значит, хорошо, что мне по башке настучали, — усмехнулся я. — Теперь я хочу выжить. А случайно спортивной площадки тут нет? Я бы посещал изредка.

— Есть, господин, — с явным удивлением и уважением посмотрел на меня толстячок. — Следуйте за мной, ежели тута закончили.

Оказалось, в этом огромном доме была не спортплощадка, а спортзал. На том же минус первом этаже. Оборудована неплохо, но, с вентиляцией была беда. Воздух затхлый, по потолку та же плесень, что на моих новых ножнах. И пыль здесь сто лет не убирали.

— Реально вентиляцию починить? — вкрадчиво поинтересовался я. — Понимаю, что денег нет. Но, мне можно еду попроще готовить, к примеру, сэкономить получится. И да, пыль бы вытереть! Помойка, а не спортзал.

— Но, как же это? — опешил мой нянь. — Вы же всегда требовали стол, как у князей. Такой не получается, конечно, но, повара всегда стараются же! Сначала от вин и коньяков отказались, теперь вообще от излишеств. Неужто повзрослели опосля удара по головоньке-то? Ой, простите, господин, это от удивления за языком не слежу, извините!

— Нормально всё, — похлопал я по плечу слугу. — Приоритеты пересматриваешь, когда смерть в глаза заглядывает, понимаешь? Вот любишь ты бухать, к примеру. А тут тебе говорят, что у тебя цирроз начинается. Бросишь, по любому. Не факт, что успел, но попытаешься же! Вот и со мной так.

— Понял, господин, — глубоко поклонился Василий, с уважением смотря на меня. — Надеюсь, всё так и есть! И будет. А зал к завтрашнему дню в порядок приведём, не сумлевайтесь.

После ужина, который тоже был из десятка блюд, и которые я только попробовал, я ушёл в спальню. Сославшись на усталость. Ну, там ещё и про травму, выздоровление и много прочих слов было. Но, вроде поверили.

Сам же я, едва стемнело, вылез из окна. Оно было плотно обплетено девичьим виноградом, красиво и непрактично. Но, он должен был меня выдержать. Перепроверяясь, я полез вниз. Третий этаж — ерунда, приземлюсь нормально, опыт огромный. Но, мне ещё нужно было попасть обратно, потому я заранее изучил крепость моей живой лестницы. Кстати, о безопасности, ага.

Я собирался сунуться в логово моих врагов. Посмотреть, как они живут и чем дышат. Нет, нарываться я не планировал точно, но, везде соломки не подстелешь. Так что, нужно быть максимально аккуратным.

Бежалось в этот раз мне почему-то легче. Несильно, но ощутимо. Это что, утренняя пробежка помогла? Само собой, в комплекте с даром Росомахи. Неужели возможно быстро привести это убогое тело родовитого задохлика в норму? Кстати, интересно, мышечная память — это прерогатива организма или души? Судя по стычке, я её не потерял при переселении.

Направление я знал, между делом выяснил у болтливого Василия. Так что теперь пёр напрямки, перепрыгивая кочки и поваленные стволы. Расстояние оказалось большим — километров с двенадцать или чуть больше. И вот, я вижу впереди яркий свет.

Тут же сбросив скорость, почти крадучись, пошёл в сторону яркого освещения. Справа был внушительный по высоте холм, и я направился к нему. К огромному удивлению, он не охранялся, что шло вразрез с информацией, которую я получил от одного отставного генерала, прямо скажем, старичка, которого я тренировал.

Кстати, он смог меня удивить. Звание он явно получил не за красивые глазки или связи в высшем обществе. Тот редкий случай, когда выходец из низов смог высоко подняться. Он мне дико импонировал не зашоренностью мышления и свежим умом, несмотря на возраст. Но, самое удивительное, к моменту моей десятой победы был всё ещё жив! Надеюсь, он умрёт от старости, хоть шансов на это ноль целых, хрен десятых. Но, он умеет меня удивлять.

Я огляделся. Внизу расположился походный лагерь. Море маленьких и средних палаток. Максимально двухкомнатных. И целый ряд собранных из мусора прилавков. Между ними, несмотря на поздний вечер, сновала куча народу. В центре всего этого безобразия стояло относительно монументальное здание из красного кирпича. И туда заходили очень редко, за полчаса наблюдений — всего одна группа из пяти человек.

Ну, делать нечего. Несмотря на яркое и качественное освещение, мне всё равно придётся туда лезть. Разведка — очень важно. Три основных компонента победы — информация о противнике, разведка, так сказать, первое. Численное превосходство — второе, и, кстати, не самое главное. А третье — стратегия. Это как игра в шахматы, только круче. И да, именно со вторым и третьим пунктами у меня провал.

Короткими перебежками начал спускаться с холма, на котором изучал диспозицию. Свет помогал мне, засвеченные глаза гарантированно не видели то, что находилось в темноте. Вскоре я нашёл ворота в ограде. Туда как раз заходили трое явно бойцов и один маг, специализации непонятной для меня. Если бы напал, я бы узнал о нём всё, спасибо врождённому дару.

Самый коренастый и низкий из их компании, бородатый и с косой, передал несколько монет и, вся компания, о чём-то переговариваясь, прошла внутрь. А охранник, один из пяти, ещё раз пересчитав монетки, ссыпал их в карман.

То есть, получается, заплати и заходи? Вполне себе официально? Хотя, хороший бизнес. Платный вход на территорию, потом обираешь вошедших в кафешках, доме терпимости, гостиницах, после выкупаешь трофеи за пол цены. Просто огромные доходы! И вот с таким активом моя семья была в убытках? Что-то слабо верится. Хотя, возможно, это уже введения новых хозяев? Тогда они молодцы.

Всё, что хотел здесь увидеть, я увидел. Денег на вход у меня с собой не было, а лезть через стену? Ищите дураков. Что такое охранная магия, я точно хорошо знал. По-хорошему, надо бы наведаться и посмотреть поместье моих соседей-врагов. Но, оставлю это на завтра. День был тяжёлым во всех смыслах, надо бы и отдохнуть. Домой я добрался без проблем, и, ополоснувшись, завалился в кровать.

А утром в столовой, где мне накрывали на стол, меня ждал перепуганный Василий Дмитриевич, моя нянька. Несмотря на то, что я завтракал, он навалился на меня с претензией:

— Господин, мне тут донесли, что вы со Смородинскими конфликт учинили! Причём в кабаке, простой дракой, это же кошмар и ужас! Они теперь вольны на дуэль вас вызвать. А вы дуэль ну никак не вытяните, они обучены и взрослые. К тому же, их двое! Даже ежели один бой переживёте, со вторым точно не справитесь, старшой их служил, было дело. На границе, а это не хухры-мухры.

— Да всё нормально там, — перебил я его. — Подумаешь, подрались немного. Никого же не убили? Ушли на своих ногах, немного хромая, правда.

— Да вы что, ваше благородие? — всплеснул руками толстяк. — Это же им позор, я же вам все моменты взаимоотношений родов, правила этикета и хорошего тона, да много чего в голову с детства вдалбливал! Неужто правда ничего не помните? Это же оскорбление рода приключилось! Им уже все перемывают косточки. Они подобное точно не простят, ждите гадостей. По-хорошему, вам бы к родне какой уехать, чтобы никто не знал, куда! И надеяться, что они со своим богом редко общаются, от богов в мире не скрыться. Вот только родни у вас и не осталося. О! В магическую академию! Или магуч! Как раз скоро вам восемнадцать, магия оживёт. Так и так учиться надобно будет.

— Да что они могут? — отмахнулся я. — Вон, даже в драке лохами оказались. Что уж там про нормальный бой говорить?

— Не скажите, господин, — грустно покачал Василий головой. — Это вы с пьяными на ура справились, хоть и не понимаю, как. А с трезвыми, да ещё и с магами, шансов ноль!

— Разберёмся, — буркнул я. — В крайнем случае, посмотрю, насколько синие у них внутренности. Не впервой!

— Да как так-то? — он тяжело плюхнулся на стул напротив. — Как так не впервой? Вы же от тренировок увиливали всегда, как могли. Вас даже слабаком дразнили по детству. Опасно, вашбродь, так заблуждаться. Одно дело — толкнуть пьяненького, другое… ай! Что там говорить?

— Ладно, потом обсудим, — поставил я точку в разговоре. — Ты мне лучше скажи, есть ли у нас наличность? А то неудобно ходить с пустыми карманами. Вдруг цветочек там кому захочу купить.

Мой собеседник ухмыльнулся и сказал:

— Есть… как-нибудь. Только проблема в том, что финансы у нас не очень большие. В общем, не важно, ща!

Он убежал, а я остался в так понравившемся мне кресле. Вернулся он быстро и принес кучу монеток и несколько купюр. Аккуратно разложил их по столу, и я с интересом начал их изучать. Собственно, они были те же, что нам давали на изнанке. Но вот золотой я увидел впервые — маленький, желтенький, достоинством в восемь рублей, кажется, коллекционный. Остальная мелочь была мне знакома. Небрежно скинув это во вторую руку, я опустил в карман. В сумме там было около пятнадцати рублей, внушительная сумма, как ни крути.

— Дружище, а покажи мне, пожалуйста, в принципе, весь дом. Сколько живу, а ничего о нем не знаю.

— Ваше благородие, — отозвался он. — Без проблем, ступайте за мной.

Через полчаса я уже жалел, что попросил о подобной услуге. Перед глазами мелькали разные отделки разных комнат. Единственное, что меня действительно потрясло, — это зал общих собраний семьи, так вот высокопарно он обзывался…

Настолько большой, что в нем можно было проводить тренировки. На втором этаже, весь обитый красным темным бархатом, с тремя полукруглыми диванами… Полный круг вокруг круглого же стола… Ой, сплошные круги получились. Но по-другому это не опишешь. Два камина с двух разных сторон. Тяжелые портьеры. Интересно, какой была семья, когда вот это вот все создавалось? Вероятно, было очень много народу.

И я один.

Для чего нужен этот зал теперь? Ну ничего, мы это исправим.

Еще через час я взмолился, потому что в глазах рябило. Я уже не вникал, где чья спальня, где какая детская. О том, чтобы пойти в подвал, уже и речи не шло. Я просто взял и сбежал в свой кабинет. Да, я в него влюбился.

А еще подводило живот и хотелось есть. И, посидев немного, я направился в малую столовую, как ее называли. Слуги тут же быстро накрыли на стол, и, что меня порадовало, ассортимент был намного скромнее. То есть мои слова о том, что можно сэкономить на еде, были услышаны.

Но надо добывать деньги.

Кстати, если я пойду наизнанку, меня же могут и узнать. Надо будет как-то изменить свою внешность. А с этими мыслями я принялся за пищу. И всё равно, несмотря на мои идеи, блюда были невозможно крутыми. Как в плане содержимого, так и по украшательствам. Уволить нахрен половину поваров, опять же экономия получится.

Хотя, нет. Не нужно этого делать. Просто нужно сделать так, чтобы повара и прочая прислуга отгрызали доли процента от доходов.

Плотно набив живот, я отправился в свою комнату. А оттуда — уже в гардеробную. Да, выбор одежды был небогат, но кое-что я нашел.

Куртка, очень похожая на бойцовскую, из крепкой кожи — которая даст даже небольшую защиту от мелких животных. И такие же штаны. Высокие ботинки из непонятного мне материала. И кепочка. Не смейтесь — именно кепочка, которая враз изменила мой облик, закрывая уши, волосы и при желании глаза.

В этом виде я незаметно проскользнул на улицу, всего лишь раз поздоровавшись с удивленно глядящим на меня дворником.

Уже привычная пробежка — и я, почти даже не запыхавшись, оказался на знакомом мне склоне, за которым находился форт. Мне надобно туда…

Честно сказать, было немножко не по себе. Мало того, что те, кто держит этот форт, враждуют с моим родом, так еще и никто из моих не знал, что я пошел сюда. А главное — этого странного зверька, который типа бог, нет. Хоть подсказал бы, что…

К людям я обратиться за подобной информацией просто не мог. Немного поколебавшись, я вернулся немного назад, и, уже не скрываясь, вышел на дорогу. Держась рукой за меч, подошёл ко входу, низко наклоня голову, дабы не узнали.

— Кто таков будешь? — остановил меня охранник на входе. — К какой команде причислен?

— Пока ни к какой, — начал я излагать домашнюю заготовку. — Надеюсь влиться к кому-нибудь. Наслышан, что здесь можно неплохо подняться. Вот и пришёл. Сам, один. Боец я неплохой, правда, без магии. Может, посоветуете кого?

— Хех, Бродислав, хошь поржать? Тут новичок решил в команду зайти! — рявкнул вдруг охранник куда-то внутрь. — Мяско пожаловало. Кому продать лучше?

— Новочрепашкиным, однозначно! — донеслось откуда-то изнутри. — Они мяско берегут в меру сил, да и за совет не обижают. Ща приду!

Вскоре из-за угла проходной показался обладатель громкого голоса, тоже огромный, с шикарной бородой и кудрявыми волосами до плеч. Казалось, от его шагов вздрагивала земля, он весил полтора центнера точно, и при этом не был жирным, одни мускулы.

— Это ты что ли тут смерти ищешь? — пробасил он, внимательно меня изучая. Его взгляд остановился на клинке. — Вроде, не нищий, ага. Я до сих пор о подобном оружии только мечтаю. Так, Пётр, точно к Новочерепашкиным его. Не угробят сразу. Ты случаем не сбежавший от предков аристократишка? Нам проблем тута не надобно!

— Сирота я, — откровенно ответил я.

Собственно да. И в прошлой жизни сиротой рос, и здесь воскрес таким же. Родни — никого. А этот огромный парень мне понравился. При всей своей огромной массе, двигался он как какой-то кошак. Изящно, плавно, быстро. Если бы подобного ему выставили мне на арену, я бы сильно напрягся. И поверьте, не из-за размеров.

А в этом слабеньком тельце у меня против подобного противника шансы были околонулевые. Несмотря на невероятно огромный опыт. Хотя, опыт бывает разный, можно просто подловить. И это не от слова подлость, а от слова ловить.

— Так, сиротинушка, — добродушно прогудел здоровяк. — С тебя рубль и заходи. Могу проводить к ребяткам, они пока на лице. Правила знаешь?

— Откуда? — удивился я. — Я здесь впервые. Но, буду признателен, если просветите.

— Их немного, — совсем серьёзно начал мой огромный собеседник, переминаясь с ноги на ногу. Энергия в нём просто бурлила. — Не воровать, не убивать, не подставлять, не клянчить. Доступно сказал?

— Вполне, — в той же манере ответил я.

На самом деле у нас были точно такие же правила между гладиаторами. Ну, в общих чертах. А внутри себя каждый должен знать ещё пару правил. «Не верь, не бойся, не проси». И они были чуть ли не важнее внешних.

— Тогда пойдём, — совсем тихо для него сказал здоровяк. — Познакомлю тебя с ребятами, они и правда неплохие, я бы сказал, достойные, но, сглазить боюсь.

Взяв мой рубль, огромный мужик провел меня внутрь. Изнутри крепость уже не выглядела крутой. Слева находился обычный палаточный городок, справа — ряд торговых лавок и таверн. Ну, или других едален, думаю, рассчитанных на любой кошелёк. От копеечных до невероятно дорогих. Мы направились налево.

Пройдя мимо десятка шатров разной степени дороговизны, мы остановились у ничем не примечательной палатки, у входа в которую дежурил совсем молодой парень, даже мальчишка. Одёжка сильно изношена, куча заплаток, сам тощий до невозможности, волосы торчат во все стороны. Осмотрев нас, он сделал шаг вперёд.

— Чего угодно? — срывающимся на фальцет голосом важно, как ему казалось, поинтересовался он. — Старших нет, отошли!

— Алексий когда будет? — спросил охранник. — Нам именно он нужон!

— Кто тут меня разыскивает? — Из шатра с улыбкой вышел парень лет двадцати, раскрывая объятья. — Дружище, рад тебя видеть!

— И я рад, друг! Вот, мяско надо? Молодое, глупое, но с задатками!

Глава 7

Вышедший мне навстречу парень был брутально красив. Тело, как будто из спортзала, идеально пропорциональное и не высушенное, не как у настоящих бойцов. Причёска, как будто только от брадобрея, борода тоже. Тонкие аккуратненькие усики и всё остальное создавали ассоциацию с любителями мальчиков, меня аж чуть не передёрнуло. Хотя, мне с ним работать, если получится. Точнее, разведывать. И не более. Начнёт подкатывать, просто голову эту красивую снесу!

— Мяско, говоришь? — он демонстративно оглядел меня, задержав взгляд на мече. — А что, меч-то неплохой, пользоваться умеешь?

— И очень хорошо, — спокойно ответил я. — Никто не жаловался, некому было.

— Хм, ещё и наглый, и юморист! — делано восхитился метросексуал. — Кажется, мы сработаемся! Пойдём-ка на площадку прогуляемся, покажешь, что можешь. А после уже и говорить будем предметно. Идёт?

Площадкой оказался почти крохотный загон, огороженный тонкими деревяшками, размером десять на десять метров примерно. У входа стоял стол из совсем трухлявого дерева, из отходов настоящих. И он был завален деревянным оружием, явно тупым. Голову некоторыми предметами проломить был шанс, а вот порезать или проткнуть — почти невозможно.

Взгляд сразу зацепился за почти полную копию моего клинка, и я бережно взял деревяшку. Баланс был полный отстой, но я умел работать и плохим оружием. Ничего похожего на мой удлинённый кинжал не было, и я, покопавшись, взял классический кортик. Мой будущий начальник взял прямой полуторник и небольшой щит. Странное сочетание, но, ему виднее.

— Нормальное оружие можешь оставить на том же столике, — добродушно подсказал мне Алексий. — Чтобы не мешалось.

На «арену» мы зашли одновременно, просто перешагнув невысокий заборчик и разойдясь по противоположным углам. Оружие я оставил при себе, на что мой будущий противник лишь одобрительно хмыкнул.

— Правила простейшие. В глаза не колоть, по яйцам не бить! Ну и стараться не покалечить, услуги лекарей здесь дорогие, поверь. Да, за лекаря платит победивший. И за себя тоже. Готов?

Я просто кивнул, стоя совсем расслаблено, не принимая никакой стойки. Долгие годы боёв подсказали мне, что это лучшее решение, обескураживающее противника. А то и заставляющее его слишком рано расслабиться.

Парень плавно скользнул в мою сторону из своего угла, крутя меч кистью. Очень красиво и абсолютно бесполезно, даже опасно для исполняющего. Можно подловить, когда меч идёт назад и вверх и атаковать. Среагировать, не потеряв оружие, он точно не сможет. Но, так его наказывать я не буду, мне нужен тот, кто поможет мне, а не будет озлоблен. Хотя, это была бы совсем простая, прямо детская победа. Может, вообще поддаться? Но нет, тут уже восставало всё моё нутро, вся моя сущность.

— Готов, — усмехнулся я, не меняя расслабленной позиции. — По яйцам не бить, в глаза не колоть. Запомнил.

Парень, видя мою расслабленность, решил меня наказать. И через пару секунд его оружие улетело за ограду, а сам он баюкал отсушеную кисть. Да, сам знаю, как это неприятно, когда удар по оружию бьёт по суставам и костям ладони. То ещё удовольствие.

— Это что было? — не выдержал он, почти сорвавшись на визг. — Так не бывает! Ты маг?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Мне до восемнадцати ещё далеко, может и буду магом. И я предупреждал, что с мечом мне равных мало, если вообще есть. Экзамен принят?

— Нет! — рявкнул Алексий. — Повторим!

Если честно, я решил пощадить его самолюбие, и помахался с ним секунд двадцать. Но, результат был тот же. Оружие улетело, а парнишка баюкал высушенную руку. А второй раз, это уже очень больно. И да, я его даже не ударил ни разу, просто разоружал.

— Понял, — неожиданно улыбнулся он. — Боец ты действительно сильный. Есть одно но. У нас командует самый мощный боец. Ну, в отряде. Так что я тебя не возьму. Отдавать командование какому-то малолетке, которого никто не знает — обречь команду на поражение в битве с тварями.

— Мне не нужна власть, — медленно, с расстановкой, ответил я. — Я просто хочу заработать. Готов ходить под твоим началом. Главное, чтобы денежка капала.

Симпатичное ухоженное лицо нахмурилось, но мне и так было понятно, о чём он думал. Терять хорошего бойца не хотелось, но вдруг я начну оспаривать его власть? А уж её он терять точно не хотел, ни в какую. Похоже, она для него была одна из важнейших целей в жизни. Желание быть лучшим во всём ни разу не преступление. Возможно, и его внешность, и ухоженность брали корни оттуда же.

— Даю слово, что не буду претендовать на власть, — ускорил я принятие решения.

Конечно, клятва тотемом, насколько я знал, была нерушимой, и обычно бог лично принимал подобные обещания. А после следил за их выполнением. Вот только я палить свой тотем не мог. Не здесь, во всяком случае. Счастье ещё, что меня пока никто не узнал. И потому я дал обычное слово, а не поклялся богом.

— Звучит так себе, — тут же откликнулся парень. — Фамилию, так полагаю, у тебя можно не спрашивать? Из благородных, кто скрывается, или наоборот, безродный?

— Первое, — совершенно спокойно ответил я. — И клятва чести для меня не пустой звук.

— Хорошо! — наконец, Алексий принял решение. — Ты принят на испытательный срок. Две недели ты получаешь половину стандартной доли. То есть, семь процентов от общего дохода. Мы смотрим на тебя, ты на нас. Если всех всё устроит, ты входишь в команду уже полноценно. Годится?

— Вполне, — протянул я руку.

Алексий явно был безродный. Так что уронить его достоинство этим я не мог. Ну и, поскольку я здесь инкогнито, то и собственное было в безопасности. Узнай он, что я барон, всё сильно осложнилось бы. А если он выяснит, что я Росомахин, думаю… да нет, даже думать об этом не хочу, чесслово!

— Отлично! — он ответил на рукопожатие. — В данж идём сегодня после полудня. Ты готов отправиться с нами сразу?

— Готов! Куда подходить?

— Обычно перед выходом мы собираемся в трактире «Охотник». Немного подкрепиться и выходим, — начал объяснять он. — Оружие у тебя есть, защита тоже терпимая. Если есть деньги, купи рюкзак для трофеев, ну или хотя бы мешок. И ждём тебя там, за обедом познакомлю с остальными из команды.

Надеюсь, дома меня не хватятся. В любом случае нужно будет вернуться засветло. И так нарушаю всё, что можно и что нельзя. Последний в роду, всё-таки, и подобный риск — верх безрассудства. Но, нужна разведка и нужен доход. Кстати, не забыть бы поинтересоваться размерами доходов и расходов рода.

Думаете, что простой гладиатор может знать о бухгалтерии и бизнесе? Дело в том, что я не простой гладиатор. Я менял свои знания боёв и выживания на арене на информацию. А люди поговорить любят, и направить их мысли и речи на то, что мне важно и нужно, оказалось не очень сложной задачей.

Эх, кого только нам не привозили на убой! И бизнесменов, и банкиров, и производственников, и начальство всех видов и уровней. К сожалению, в итоге, умирали все. А развлечения той публики, зрителей, мать их, требовали постоянного притока «мяса». Которое я учил выживать и у которых учился. Я знал, что такое легированная сталь, что значит сальдо, как перепрограммируются макры, преимущества и недостатки каждого вида магий. Да блин, мне сложно назвать отрасль, в которой я был бы несведущ, хотя бы в общих чертах.

С этими мыслями я пошёл гулять по форту, по-другому я это большое сооружение из г*вна и палок назвать не мог. Площадью примерно пять гектар, огороженное высокой стеной из древесины с башнями по углам и единственным входом, такими же высокими и широкими воротами.

Справа, как я уже и говорил, тянулись торговые ряды. Были и шатры, и более капитальные постройки, одно даже из кирпича, да в два этажа, выгодно отличаясь от своего окружения. К нему я и направился, для начала знакомства с местом.

Это оказалось «два в одном». Первый этаж занимали скупщики добытого, общим количеством в шесть человек. Причём, друг другу конкуренцию они не составляли, перед каждым был вывешен список того, что они готовы выкупить.

Один выкупал только макры, как растительные и ископаемые, так и трофейные, из животных. Я не сильно разбирался в стоимости, но, на мой взгляд, цена от ста до шестисот рублей за макры первого уровня была сильно занижена. Как бы не вдвое.

Следующий выкупал растительность. Перед ним был самый большой список, и самым дорогим товаром оказалась водоросль со второго уровня. Впрочем, со второго уровня больше ничего и не выкупали, даже макры в ценниках отсутствовали.

Третий скупал шкуры и перья. И сидел самый грустный, уперев взгляд глаз навыкате в одному ему известную точку. И именно в этот момент колокольчик на входной двери звякнул, и вошёл явно боец.

Весь в шрамах, что удивительно. Экономит на лекарях? Типа, само заживёт? Возможно. Стремительным шагом он подошёл к тому самому луполгазому, который моментально ожил.

— Антонович, принимай товары! — громко сказал воин. — Сорок четыре куницы и два небогрыза! Ты счастлив? Пока изучаешь шкурки, я макры сдам!

Вывалив из довольно большого заплечного мешка большую часть содержимого, он пошёл к тому, кто скупал макры. А я вгляделся в шкурки. Явно сырые, недавно снятые. И где-то в центре что-то переливалось радугой. Заинтересованный, я подошёл чуть ближе, но не впритык, чтобы не нарушать правила элементарной вежливости.

Торгаш придирчиво изучал трофеи, складывая в три кучки по одному ему известным критериям. Наконец, он добрался до заинтересовавшего меня предмета. Это тоже была шкурка. Небольшая, с две ладони размером. Очень нежно скупщик развернул её. Она была просто прекрасна! Бриллианты от зависти вешались, глядя на неё.

— Тысяча семьдесят два рубля и сорок копеек за всё, — услышал я сбоку.

Это от торговца макрами, худенького седого мужичка с бегающими глазками. Ничего себе сумма! Даже учитывая, как здесь грабят на ценах на скупку. Между тем боец довольно сгрёб наличность с прилавка и направился обратно к торговцу шкурами. Точнее, к скупщику. Бросив при этом на меня подозрительный взгляд.

— Прошу прощения, — обратился я к добытчику. — Я здесь новичок, только записался в команду Алексия.

При звуке этого имени охотник явно скривился, но промолчал. Но, я продолжил:

— Мне интересно всё. Если это не секрет, сколькими бойцами вы добывали подобное и сколько времени?

— Не секрет, — парень явно расслабился. — Четыре дня и три ночи я был в данже. Один. А с Алексием аккуратнее, очень много про него нехорошего говорят, как и про его команду. Много новичков с ним пропадают, не возвращаются, имей ввиду.

— Благодарю! — ошарашенно ответил я.

Хотя, планы менять не собираюсь. В конце концов, я тоже не пальцем деланый. Да и оружие у меня неплохое, очень даже.

— Да и оружие у тебя не самое простое, — повторил мои мысли воин. — На него многие позариться могут. Аккуратнее тут, новичок!

Я поблагодарил охотника и пошёл к следующему скупщику. В его я списке вообще почти ничего не понял. Какие-то железы, когти, хвосты, глаза, и прочий ливер. Бр-р-р! Хотя, на удивление, некоторые цены заставили меня крепко задуматься. Например, «яичко сонного дикобраза» стоило аж семьсот рублей!

Тут же вспомнил анекдот:

Охотник лазит по горам, ищет драконье гнездо. Заказ — спереть одно яйцо из драконьей кладки. Наконец, находит огромного дракона. День бьются, два. Оба лежат полумёртвые. Дракон и говорит:

— Вот что вы к нам лезете? Мы же никого не трогаем, живём мирно! А вы нас истребляете.

— Да сдалась ты мне! — отвечает охотник. — Мне всего лишь яйцо заказали.

Дракон в ужасе из последних сил улетел, хромая на оба крыла. И только тогда охотник увидел, что бился с самцом.

Я чуть вслух не засмеялся, сдержался, но улыбка всё равно вылезла. Интересно, у «сонного-то как его там» их срезать сложно? Или проснётся, и тогда хана?

— Вас что-то насмешило, молодой человек? — обратился ко мне скупщик, оценивающе разглядывая меня.

Был он стар и очень худ. Просто мумия. Зато его седой гриве позавидовали бы многие модницы. Крупные белоснежные кудри спадали ему на спину, придавая какой-то нереальный вид всему облику.

— Простите, — кивнул ему головой, стараясь убрать улыбку. — Просто вспомнил одну историю, к вам отношения не имеющую. Вы не будете против, если я перепишу некоторые позиции из вашего списка?

— Лишнее это, молодой человек! — ворчливо отозвался старичок. — Всё до вас продумано. Ну и, для вас! Вот, держите списочек. Тут основные позиции с ценами, а также краткие пояснения для большего удобства. Не благодарите. Ах да, ещё и сроки хранения приведены, стазисной сумки у вас, опасаюсь, нет же? А простой холодильник не всегда спасает. А некоторые ингредиенты вообще замораживать нельзя. Поизучайте на досуге.

Я аккуратно засунул бумажку за пазуху и пошёл к выходу. Потом, каплю подумав, вернулся, выяснить, что же скупают оставшиеся двое, скромно сидевшие в закутке.

Один выкупал пришедшее в негодность оружие, но не всё, а только хорошего качества металла. А второй выкупал… руды! Оказывается, в так называемом данже иногда появлялись жилы. Причём можно было пройти по какому-нибудь месту сто раз и ничего не найти. А на следующий день из стены показывались минералы или металлы. Ага, и ковырять стенку нужды не было, покупали именно информацию. Жилу оценивали маги земли и специальная бригада под охраной её разрабатывала.

На всякий случай зашёл наверх. Ну что сказать? Банк. Обычный, с кучей клерков. Увидев меня, один тут же подорвался и поспешил ко мне.

— Открыть вклад, внести сумму? — почти скороговоркой выдал он. — Снять наличность? Оформить гарантии платежа? А, может, кредит требуется?

— Ничего не надобно! — осадил я его. — Знакомлюсь с местом, воспринимайте меня как праздношатающегося.

— Понял, — поклонился клерк и тоже почти бегом вернулся за свой стол, схватив бумаги и закопавшись в них.

А я направился на улицу. Торговля там меня разочаровала. Продавали еду, много. От самой дешёвой до деликатесов с изнанок. И да, они охотно скупали тушки некоторых животных, я даже запоминать не стал. Брали их за копейки, а много не натаскаешь.

Ещё продавали всякий скарб бытовой и плохонькое оружие. Хлам сплошной. Но, заплечный мешок за семьдесят копеек я прикупил. Ну и, взял немного простой еды из серии, что долго хранится. Вяленое мясо, сухари, флягу с водой двухлитровую. Всё это сложил в тот же мешок, став беднее на почти два рубля. Надеюсь, поход окупит. Как и стоимость входа на территорию.

Время подходило, и я направился в нужный трактир. Алексий увидел меня прямо у входа и помахал рукой, подзывая. Я направился к нему и его команде.

Первым мне представили Алексея — жилистого парня с ярко-рыжей шевелюрой и жутко ушастого. Вот он, в отличие от лидера, был точно бойцом. Ну, на мой взгляд. Второй и третьей оказались девушки, сёстры-блондинки, симпатичные, но далеко не красавицы. Впрочем, на вкус и цвет. Обе магички третьего уровня, Инга лекарь и Ольга огневик. Последним оказался крепко сбитый мужик лет пятидесяти, Илья. Ещё далеко не старик, но уже и не молодой, лысый, он заряжал своей уверенностью.

Быстро и относительно недорого поев, мы собрались в этот неведомый данж. За столом я попытался выяснить, что нас ждёт. Оказалось, что данж — сеть пещер на первом уровне изнанки. Полностью ещё не нарисован несмотря на то, что в него ходят десятки лет. Он был огромен. Была попытка выбраться на поверхность мира даже. Выдолбили круговой подъём на почти восемьсот метров по высоте, после чего сдались. Даже появилась легенда, что весь тот мир состоит из камня и пещер.

И в этих пещерах водились монстры. Причём, сколько бы их не выбивали, меньше их не становилось. Но и больше тоже. Очередная загадка, как и периодическое проявление жил нужных людям пород. А бестиарий каждый год пополнялся минимум одним новым видом.

Когда мы уже выходили из таверны, Илья задумчиво процедил в мою сторону:

— Эх, парень, где-то я тебя видал ужо. Вот только вспомнить пока не могу. Мы встречались?

От автора:

Друзья, все мы знаем, что такое лайки? )

Их ставят, когда контент понравился. Если вам нравится книга, не поленитесь ткнуть в сердечко! Вам не сложно, делов на пятнадцать секунд, а мне мотивация писАть больше и лучше

Глава 8

— Эх, парень, где-то я тебя видал ужо. Вот только вспомнить пока не могу. Мы встречались? — задумчиво спросил Илья на выходе с таверны.

— Вряд ли, — как можно равнодушнее ответил я.

Перстень главы рода я предусмотрительно снял и оставил дома, а второй, божественный, выдающийся тотемом и означавший принадлежность фамилии, просто повернул рисунком в ладонь. Но, так делали многие, желающие сохранить анонимность по любой из причин, подобное никого не удивляло, особенно из простолюдинов. Но надо переключать внимание.

— А какой самый опасный монстр в данже?

— Фиолетка, — пожал плечами Илюха. — Букашка с муравья размером, ярко-фиолетовая. Её хрен заметишь, пока она яйца свои в тебя не отложит и черви вылезать не начнут. Некоторых за пару недель съедали до скелета, твари такие. Так что воду там пить только свою, и не раздеваться! Хорошо хоть, редкая очень, сволочь. Ещё есть пронзатель. Тоже дрянь редкая, камень жрёт, что бумагу. Вылазит из стен всегда внезапно. Говорят, магией тверди обладает. С остальными наша команда легко справляется, ежели их не огромная толпа. Ну, окромя ещё парочки, но они совсем редкость.

В этот момент мы подошли к приземистому каменному зданию в дальней от входных ворот стороне. Сюда, во время своей экскурсии, я не дошёл. Охраны на входе не было, и мы спокойно вошли в здоровенную двустворчатую дверь.

Изнутри зал казался больше, чем выглядело снаружи. Никакой отделки, те же каменные стены. Почему-то слегка пахло затхлостью, несмотря на распахнутые входные ворота. Вдоль противоположной стены расположились три углубления в форме арок. Левое и среднее иногда искрили и прокатывались радужными всполохами. Правое было просто выемкой, без каких-либо спецэффектов.

— Я так понимаю, это ворота на каждый из уровней? — спросил я с недоумением. — А почему правый выключен?

Ребята помолчали, потом наперебой бросились объяснять:

— Дело в том, что правый выходит в водный мир. При его исследовании погибло очень много людей, потому что портал находится в трех метрах от уровня воды. Суши там нет вообще, ну, поблизости. И все, кто туда попадал, просто не могли выбраться. Пока, наконец, Росомахины не пригласили довольно продвинутого мага воздуха, который умел делать ступени из этого самого воздуха. И вот он смог вернуться и рассказать, что же там происходит.

— Интересно, — ответил я. — А нулевой уровень? Что там? Про первый я наслышан много. Пещеры, там звери, добыча.

— А нулевой вообще пустой. Там луга. Луга, леса, поля. Ну, поля, наверное, не то слово, но суть-то уловил. Идеально для травников, алхимиков и прочих. Много денег оттуда не высосешь, зато безопасно. Очень многие этим пользуются, ну, те, кто не могут воевать. В общем, хочешь, сходи как-нибудь на экскурсию.

Я задумался. В очередной раз. Это же как можно было с таким вот доходом и возможностями просрать нашу изнанку? Ну, не нашу, но теперь — официально мою. Впрочем, ладно, изучить я все это успею. У меня впереди бой, и не один, намечается серьезное мочилово, надеюсь, очень доходное.

Меня поставили предпоследним, и мы по очереди начали заходить в эту блестящую пелену. Честно сказать, внутри тела всё прям дрожало, было дико интересно. Но, перейдя границу и оказавшись в пещере, я немножко разочаровался.

Нет, там было освещение, там было красиво. Стены были… я даже не знаю, с чем сравнить, наверное, мраморные. Вот эти прожилки, редкие сталактиты, сталагмиты. И пяток коридоров в разные стороны. Оглянувшись, я увидел, что портал находится в точно такой же выемке, как на лице, только в природной скале.

А ребята тут же достали оружие, что заставило меня последовать их примеру. Немного поколебавшись, наш вожак Алексий повел нас во второй слева проход. Причем спокойно — то есть они шли и не перепроверялись.

Шли мы на полном расслабоне. Как объяснили ребята, у входа монстров практически никогда не встречается.

Минут через десять мы дошли до развилки. Да, туннель был длинный и достаточно комфортный. Высотой в два моих роста. Такое ощущение, что он был сделан, а не создан природой. Слишком ровные стены, слишком одинаковая высота. Ощущение портили только многовековые известняковые наросты.

А вот на развилке ребята напряглись. Оружие уже было в боевой позиции. Они постоянно оглядывались. И я прям прочувствовал всю серьезность ситуации. Я тоже водил мечом с стороны в сторону, внимательно вглядываясь в полумрак.

Стены, похоже, здесь светились самостоятельно, потому что никто из наших магов не использовал всякие светлячки и тому подобное. Впрочем, и артефакты тоже не доставали, не использовали.

В таком темпе мы прошли минут десять еще точно. И, наконец-то, первая жертва, мать их! Меня уже начало доставать отсутствие каких-либо действий. Это была мелкая тварюшка, за которой последовало десяток подобных. Размером с крысу… ну, ладно, с кошку. Но внешность очень похожа на крыс, поэтому я так и подумал. До меня добежала лишь одна, и коротенький взмах клинком — её не стало.

— Тьфу ты, — вырвалось у Алексия. — Плохая примета. Если охота начинается с таких вот тварей, хорошей добычи не жди. Но, впрочем, посмотрим. Посмотрим, я несуеверный. Самое обидное, что добычи с этих тварей не бывает. Даже шкурки, хвосты… ну ничего, ниоткуда.

Мы прошли еще метров триста, всего пару минут, и тут на нас напали некто посерьёзнее. Этих тварей было четверо. Ну таких я еще не видел, несмотря на огромный мой опыт в Колизее. Ростом мне примерно по пояс. Они были похожи на волков, но двигались с кошачьей грацией. А главное — они действовали сообща.

Как оказалось, против пятерых серьезных бойцов они не представляли опасности, насколько я успел разглядеть. Да я бы один против них вышел. И точно победил бы. Только если у них нет магии… А магии я в них не видел.

Интересно, почему меня предупреждали, что команда Алексия берёт новичков на убой? Меня поставили в самое безопасное место колонны. Сразу за магами, которых берегут особо, и не замыкающим. То есть, реально оберегают, обучают. В этом бою мне даже ни разу ударить не пришлось.

А вот с этих тварей лут был. Два макра и печень, которую аккуратно запаковали в специальные контейнеры. Таких я раньше и не встречал. Впрочем, на арене они мне явно были не нужны, все трупы зверей убирали быстрее, чем мы успевали отдохнуть перед новой битвой.

— С почином! — громко и радостно возвестил Алексий, наш лидер рейда. — Мы уже оправдали сегодняшний день, неплохо. Дальше работаем в прибыль!

Все оживлённо загалдели, а я призадумался. Зная цены на макры первого уровня, я удивился, что же там за расходы в день у этой компании? Съесть и выпить впятером на такую сумму просто невозможно! Гостиница? Месяцами жить можно. Непонятно. По возвращении надо аккуратно поинтересоваться, чтобы не обидеть ребят.

Дальше был лабиринт из развилок, боковых ответвлений и прочих неприятных для ориентирования штук. Серьёзной добычи больше не попадалось, и все приуныли. Так мы проходили час. И, наконец, из-за поворота показался новый неизвестный мне монстр.

Высотой меньше колена, но длиной метров шесть. С огромной пастью, которой он свирепо щёлкал и нежно-розовой чешуёй. Ближайшим похожим известным мне зверем был аллигатор. Но, увидев, как напряглись мои спутники, я стал внимательнее. Внутри Ольги заклубился огонь, она явно готовилась к магической атаке. И вдруг я понял, что внутри твари тоже зарождается какая-то магия. И она направлена на нашего лекаря — Ингу.

Ни секунды более не раздумывая, я прыгнул на неё, роняя прямо на каменный пол с мелкой крошкой, сдирая себе руку в попытке уберечь девчонку. У нас над головой пролетела ветвистая молния, от попадания которой потёк камень на стене. Сразу стало значительно темнее, камень потускнел. А крокодил готовил следующий залп, уже конкретно по мне. Вскочив, я встал так, чтобы ударом не задело никого из команды.

Девчушка только приходила в себя, когда тварь выдала второй залп. Я легко уклонился. А вот после этого второго удара магия в теле зверя исчезла. Похоже, он истратил всё, что в нём было.

— Ура! — коротко рявкнул Лёха и в прыжке добрался до аллигатора.

Короткий удар топором, и монстр заскрипел лапами по полу, явно умирая. А Алексий сел там, где стоял.

— Невероятная удача, — тихо выдохнул он. — Встретить воздушного варана и не потерять никого из команды. Андрей, как ты узнал, в кого он ударит? Кстати, спасибо тебе. За Оленьку и за нас всех. Обычно два удара — два трупа. Я уже попрощался с жизнью, был готов ловить удар на себя.

— Почувствовал, — пожал я плечами. — У меня сильная интуиция.

— Нам повезло, что мы взяли тебя с собой, — тихо сказала Инга, кладя руки мне на плечи и заглядывая в глаза. — Убивается он легко, но эти две атаки… наши амулеты не выдержали бы, скорее всего. Спасибо тебе за сестрёнку!

Ребята по очереди подходили ко мне и жали руку. Последней была Оля. Она почти не пострадала от падения, разве что извазюкалась. Подойдя, она крепко обняла и на ушко прошептала:

— Я твоя должница, Андрей. Благодарю тебя!

Было трогательно, многих потряхивало. И, как мне кажется, я был единственным, кто не расслабился и смотрел по сторонам. Но, ничего не произошло.

— Андрей! — торжественно вдруг заговорил Алексий. — Поскольку ты нас спас, награда с этого монстра заслуженно твоя. Держи нож!

Он протянул мне синий блестящий клинок, явно ожидая, что я займусь делом. Вот только убейте, но я не понимал, что нужно делать. Видя мои затруднения, Алексий подошёл поближе и сказал, чуть ли не на ухо:

— Вырезай макр. Эти монстры при первом прикосновении к макру дают небольшую прибавку к уровню магии. У тебя же есть магия, ты маг?

— Мне семнадцать, — так же тихо ответил я. — Магия есть, но пока не проснулась.

— Тем более! Перед пробуждением это вообще невероятно актуально.

Я наклонился над трупом. Открыв его пасть, я ужаснулся тремя рядами зубов. Такой если укусит, то нога перемолота. Или голова. Но макр обнаружил быстро. Хотя… это не обнаружил, это почувствовал. Запустив руку в разрез на нёбе, я нащупал острую грань, и тут меня пронзило, не хуже той молнии. В голове зашумело, в глазах засверкали искры. Но, кончилось всё быстро, оставив липкую испарину по всему телу.

— Ну что, — усмехнулся лидер. — Мои поздравления! Судя по реакции, ты точно маг и не из слабых. Слабый бы валялся сейчас на полу полчаса минимум. Хорошие задатки! Друзья!

Он обернулся к команде.

— Я брал его на долгий испытательный срок, — продолжил он, указывая на меня. — Но, по итогам начала похода выношу на голосование перевести его на роль полноценного бойца с выплатой тринадцати процентов от дохода! Идеи, возражения?

— Согласен, согласна! — практически слитно донеслось от остальных.

Вот так. Я стал полноправным членом команды неизвестных мне людей. Главное, что мне это вообще не нужно! Я здесь только для разведки же. Впрочем, это может сильно помочь. В любом случае, кидать их я не собираюсь. Сейчас мне важно узнать, что я смогу заработать в подобной команде. На своей изнанке, которая де-факто мне не принадлежит.

С такими мыслями я встроился на своё место в нашей команде, и мы отправились дальше. Повороты, развилки… Я давно потерялся в этой мешанине одинаковых коридоров. Как здесь ориентировались остальные, я понятия не имел. И не задать этот вопрос я просто не мог.

— Всё просто, — усмехнулась Инга, указывая пальцем на стену. — Видишь узоры внутри камня? Они постоянно ведут вниз. От самого выхода, ну, или входа. Так что, когда тебе нужно вернуться, просто смотришь, где слои идут вверх. Проще не придумаешь, идеальная охотничья изнанка! Потому мы здесь и обитаем, иди куда хочешь, вернуться всё равно легко. Если выживешь, конечно!

Действительно просто.

Дальнейшая охота ничем примечательным не выделялась. Было два перекуса, полсотни разных монстров и одиннадцать макров. Плюс, семь полностью забитых контейнеров с различными органами. Усталые, но довольные, мы пошли обратно. К моему удивлению, выбрались ко входу мы всего за час, пережив ещё одну битву и став богаче на ещё один макр.

С прохода мы направились к торговцам. К моему удивлению, не престижным и красивым скупщикам. А к совсем зачуханному шатру, задвинутому в самый угол этой барахолки. Нам навстречу вышел древний, другого слова я просто не подберу, дедок. Тощий, как жердь, с редкими пучками жидких волос на почти лысой голове, и огромным крючковатым носом. Одежда, как и обстановка соответствовали — древность и запустение.

— У него лучшие цены, — шепнул мне Лёха, просвещая. — А редкие вещи вообще по настоящей цене выкупает часто. Остальные торговцы тупо грабят. Ты не смотри на его вид, он здесь самый успешный торговец, поверь.

Я неуверенно кивнул, но, услышав ценники, поверил. Они были процентов на двадцать выше, чем у скупщиков в центре. Ну, насколько я успел запомнить некоторые позиции. А макр из крокодила, несмотря на то что тоже был первого уровня, у нас забрали за полторы тысячи рублей! Оказывается, в нём была вшита какая-то стихия, вроде, воздушная. То-то он светился странно для макра в моих глазах, которые видели магию.

В итоге, наша команда выручила больше четырёх тысяч рублей. Вроде никого серьёзного и не били, а вот оно как! А мы за месяц с этой изнанки сейчас получали восемьсот, если мне память не изменяет. И это всего один отряд! А сколько их сейчас здесь? Хотя, в проходах мы встретили всего одну команду, и аккуратно разошлись, держа оружие и касты наготове.

Мне торжественно вручили пятьсот двенадцать рублей. И потребовали проставиться. Мы пошли в тот же трактир, где встречались утром. Накрыл поляну, и вскоре засобирался домой. Было уже довольно поздно, наверняка, у многих моих уже началась лёгкая паника. Пропал, как есть пропал!

— Да куда ты пойдёшь? — слегка пьяно пробухтел мне в ухо Илья. — Ты за вход отдашь почти всю стоимость ночёвки в гостинице! В стоимость ночлега здесь автоматом включена стоимость суток пребывания и доступа к изнанкам! Ночевать здесь дешевле, чем где угодно снаружи. Не тупи, оставайся! Тут ещё и дамочку в нумера позвать можно. По стоимости, как ночь в гостинице, терпимо. Особливо после нашего удачного похода сегодня! Ты удачу приносишь, ик!

Вот так. Каждый день пребывания здесь охотниками оплачивается. Или на воротах, или в гостинице. Отличное решение. Уверен, если ты решишься переночевать на улице, типа бесплатно, тебя просто выкинут за форт. И с подобными доходами мы отдали это золотое дно за восемьсот монет в месяц? Чего-то я явно недопонимаю, честное слово.

Кое-как отмазавшись личными делами в соседней деревушке, я, наконец, свалил. Провожаемый похабными взглядами и репликами. Ребята подумали, что я просто обзавёлся красоткой где-то неподалёку. Ну, мне же легче.

Вскоре я входил в дверь своего особняка. На встречу мне скатился мой нянь и тут же принялся причитать:

— Господин, вы нашлись! Да шо ж это деется-то? Вас ужо все похоронили, а вы вона живой, да ещё и трезвый? Где же вы ходить изволили? Мы на ваши поиски ажно треть деревни отрядили, к худшему готовились. Да как так-то?

— Цить! — негромко осадил я толстяка. — Поговорить надобно, идём в кабинет. Нечего концерты для всех желающих здесь устраивать.

Мужик тут же сдулся, даже стал визуально стройнее, и повёл меня в мою любимую комнату. Я плюхнулся в своё, да, оно теперь моё кресло, Василий аккуратно сел напротив.

— Так, в двух словах, опиши мне ещё раз доходы нашей семьи, — спокойно начал я.

Глава 9

В этот момент входная дверь открылась, и симпатичная коротковолосая белобрысая девчушка внесла поднос с булочками. Они пахли настолько одуряюще, что я чуть не захлебнулся слюной.

— С мяском, ваше благородие, — потупив глазки, проворковала она. — А эти с капусткой. Ну и с лучком и яичками, всё, как вы любите!

Не успел я поблагодарить, как она выпорхнула из кабинета. Я проводил её задумчивым взглядом. Хороша, чертовка! Вот только молоденькая слишком, не мой вариант.

Хотя, я сейчас и сам подросток, но старые привычки не удалишь быстро. Василий разливал по чашкам молоко и кофе. К таким пирожкам молочко — идеально. Да и после выпить кофе будет бесценно.

— Так это, вашбродь, — заметив, что я готов слушать, начал мой гувернёр. — Я ж ужо вам рассказывал. Деревня даёт около двух тысяч. Ну, в год, понятно дело. И за изнанку восемьсот выплачивают, в месяц, соответственно. А более, так и нет у нас дохода-то. Вот раньше, при батюшке вашем, нужды вообще не знали. А как его не стало, подари Росомаха ему достойное перерождение, всё вниз и покатилось, вот.

— Понятно, — протянул я. — А кто у нас занимается финансами? Есть какие-то отчёты по расходам и прочее?

— У-у-у, — задумчиво прогудел мой нянь. — Это вам к Тотонычу. Ну к Антону Антоновичу, управляющему нашему. Подробностями он занимается! Позвать, господин?

— Да, будь любезен, — кивнул я, забирая второй пирожок.

Первый оказался с капустой, и был восхитителен. Хрустящая корочка, тонкое тесто, начинки, причём вкусной, не пожалели. А второй оказался с мясом. Я даже терялся, какой из них лучше. А уж молочко, свежее, явно только из-под коровки… Пока я ждал местного бухгалтера, закончился четвёртый пирожок. Вкусно!

В дверь без стука вошёл длиннющий, под два метра, мужчина лет шестидесяти. Худой как палка, с огромной залысиной и сильно сутулящийся. Как будто он стеснялся своего роста, встречал таких. Но, глаза были молодые и умные, если это сочетаемые понятия. Он явно сочетал.

— Ваше благородие, — нелепо поклонился он. Все его движения были нелепыми. — Вызывали?

— Да, проходи, садись, — отложил я в сторону пятый недоеденный пирожок. С яйцом. — Меня интересуют наши финансовые дела. Без жутких подробностей, в общих чертах. Какой у нас общий приход, и какие расходы. И на что.

Антон Антонович на миг стал человеком, удивлённо меня разглядывая. Он явно не ожидал подобных вопросов от балбеса, каким себя зарекомендовал мой предшественник по телу. Ничего, пускай привыкает!

— Ну, среднемесячные поступления у нас, округляя и выравнивая, около тысячи семидесяти рублей, — хорошо поставленным голосом начал он. — За вычетом налогов, пошлин и лицензионных отчислений, остаётся почти семьсот. Вы позволите?

Он указал рукой на пустую чашку, явно прося попить. Я кивнул, разрешая.

— В среднем триста из них мы вкладываем в поддержание имения. Это стройматериалы, расходники всякие, инструменты, чего сильно не хватает. Ещё сто пятьдесят — просто еда. В основном вам на стол. Простите, ваше благородие. Сейчас уже сократили почти вдвое. Далее! Зарплаты…

Он довольно подробно показал мне картину явно падающего благосостояния. Оказывается, мы уже начали продавать семейные ценности и реликвии, особенно при «моём» правлении после смерти матушки. Очень неприглядная ситуация.

— Вы же в курсе, — выслушав доклад, спросил я. — Что я память потерял? Вот и пытаюсь разобраться со всем сразу, бросаясь из крайности в крайность. Мне всё интересно, так что не удивляйтесь странным вопросам, договорились?

— Конечно, господин! — он явно удивился ещё больше. — Спрашивайте!

— Вопрос покажется, возможно, неожиданным, — начал я, подбирая слова. — Но, как так вышло, что мы подарили великолепный изнаночный бизнес враждебному роду? Это главное, что мне интересно.

— Так это, ваше благородие, — растерялся мужчина. — Род-то враждебным не был. Мы все считали, что матушка ваша к ним младшей женой пойдёт, простите за подробности. Отношения там очень близкие были. Вот только не сложилось.

Он на секунду замолчал, явно колеблясь. Я его не торопил. Наконец, он решился:

— Я предполагал подобный исход. Предупреждал матушку вашу, что нечистые они на руку. Но, там же любовь-морковь приключилась. Она ентот договор, считай, не глядя подписывала. Как мне объяснила, чтобы имущество государству не отошло, ежели что. Но, именно из-за этого «ежели что» и приключилось. Ну, я так думаю.

— Весьма любопытно, — задумчиво протянул я. — И кто же там стал избранником моей матери?

— Это ведомо, думаю, только ему, — сокрушённо покачал головой Антон Антонович, став похож на богомола. — Ну, ещё паре его доверенных слуг. Матушка ваша, дай Росомаха ей достойное перерождение, скрывалась, как могла. Тут больше слухов, чем информации.

— Ну, а слухи что говорят?

— Разное, — уклончиво ответил мужчина. — Кто-то даже говорит, что видел в карете главу их дома. Но, это скорее всего просто трёп. Достоверная информация отсутствует.

— Так, ладно, об этом я отдельно покумекаю, — задумчиво протянул я. — Давай вернёмся к финансам. То есть, в приходе у нас только сады и аренда изнанки, я правильно понял?

— Всё верно, господин!

— И на текущий момент другого вида бизнеса у нас нет, — размышлял я вслух. — Интересно, можешь выяснить, как разорвать контракт с соседями? И есть ли способ увеличить доходность садов? Не сейчас, так в перспективе? Засадить ещё пару участков, к примеру? Ну, черешней или яблонями теми же. Или вишней, или что здесь ещё растёт? Земель-то свободных много, насколько я успел увидеть.

— Посадки сделать не проблема, — глаза неуклюжего мужика стали ещё больше. Он явно не ожидал подобного разговора от меня. — Вот только урожай сгниёт. Всё упирается в то, что людей у нас мало очень, собирать некому. Двадцать пять процентов деревни, ну, работающего населения, в особняке заняты. Бабы рожают, опять же, регулярно. При этом численность растёт худо, иногда семьями уезжают, хоть и условия им создали великолепные, хвала вашей матушке. Раньше совсем им плохо было, уж простите за откровенность.

— Понятно, — почесал я затылок. — То есть трудовая миграция процветает. Что нужно сделать, чтобы переселялись к нам, а не от нас? Снизить налоги? Бесплатная медицина? Образование? Деликатесы? Что?

— Кабы знать, господин, — тоже почесал затылок Антон Антонович. При этом даже дёргаться перестал, явно задумавшись. — Так ведь можно у них самих поспрашать же! Хотите, на утро соберу деревню на главной площади? Там у людей и поинтересуемся.

— Хочу! — тут же среагировал я. — Организуй, будь любезен. Часиков на семь утра.

— На семь? — недоверчиво поглядел на меня собеседник, явно устав удивляться. — Как скажете. Отдать распоряжение вас разбудить? Обычно вы ранее одиннадцати вставать не изволили же никогда.

— Да, подстрахуй, — одобрил я. — А что по договору?

— Вызову нашего поверенного, пусть изучит. Завтра к вечеру, думаю, всё будет ясно. На этом всё, господин?

— Нет, — покачал я головой и залез в карман. — Вот немного денег. Добавь к необлагаемому налогом приходу, не мне тебя учить. И потрать с толком.

— Отку… — мужчина сам себя поймал за язык. Явно думая, что уже не удивится ничему, он нервно сглотнул и покачал головой. — Как скажете, ваше благородие, всё исполню. Как раз пару задолженностей перед людьми закроем.

Себе я оставил меньше пятидесяти рублей мелкими купюрами. Куда мне их здесь тратить? А так роду помог. Хотя какой это род? Я и слуги. Сам себе помог, получается. Переложил из кармана в свой же карман.

Я с удовольствием доел пирожок и потянулся за следующим. Тонтоныч отказался, хоть я и предлагал. Ну, мне больше достанется.

Проснулся я с рассветом, за час до времени, когда меня должны были будить. Умывшись, провёл лёгкую силовую разминку. М-да, тело крепло на глазах, но всё равно пока оставалось слабым. Очень, если сравнивать со мной прошлым.

Когда за мной пришли, я был уже полностью собран. Наскоро перекусив, я отправился ко входу. Кстати, десятка видов блюд уже не было, чему я порадовался. Перед входом меня ждала двуколка с кучером. Рядом стоял Антон Антонович. Он коротко поклонился, предлагая руку для помощи. Не понял, я что, сам в эту недокарету не залезу? Проигнорировав, я с комфортом уселся на мягкой диван. Управляющий разместился напротив, укоризненно покачав головой.

— Не гоже залезать в карету, как простолюдин, — тихо сказал он. — Вы обязаны принимать помощь слуг, хотя бы символически. Обозначать просто можно, игнорировать — нельзя. Слухи — последнее, что нам нужно!

Кучер тряхнул вожжами, и явно усталая лошадка покатила нас по дороге. Через десять минут мы свернули налево. А ещё через пять я увидел крыши домов.

Деревушка оказалась крохотной. Около двадцати домов, причём некоторые были маленькими, если не крошечными. А у самого большого, аж в два этажа, толпились люди. Взглядом, привыкшим определять количество противника, я определил, что здесь человек восемьдесят-девяносто. Точно не двести.

— Здесь не все? — удивлённо уточнил я у Тонтоныча.

— Окромя детей и занятых в особняке — все.

— Хорошо, — ответил я, выпрыгивая из повозки.

Небольшая толпа почти синхронно поклонилась. А я прошёл к высокому крыльцу, на котором стояли трое: высокий упитанный мужчина, с тремя подбородками, женщина, явно его супруга, дородная тётка с толстой косой, и молодая девушка, довольно симпатичная, стрелявшая глазками в мою сторону.

— Управитель деревни, голова, — тут же подсказал мне Тонтоныч. — С супружницей и старшей дочкой. Его зовут Ефим Александрович, вы всегда звали его Ефимкой. И да, надо дать команду людям распрямиться, так положено.

— Приветствую всех! — громко сказал я, забираясь по ступенькам. — Нужно поговорить, во славу Росомахи!

Откуда вылезло последнее, я понятия не имел, но люди согнулись ещё ниже. Со всех сторон послышалось «во славу». Жестом я приказал, чтобы люди поднялись. Откуда я знаю, как это здесь принято? Ляпну ещё что не то…

— Друзья, — начал я, когда все выпрямились. От первого моего слова у многих округлились глаза, но мне было пофиг. — Я хочу, чтобы началась новая эпоха в нашей жизни. Я пришёл узнать, что нужно вам и вашим семьям. Чего не хватает? Чем помочь вам, что для вас сделать?

Люди вокруг зашептались, даже жена старосты наклонилась к уху мужа. Но, вслух никто ничего не говорил. Я ждал минут пять, но шум разговоров «на ушко» только нарастал. И никто так ничего и не высказал. В итоге, это мне надоело. Я указал рукой на стоящего неподалёку мощного мужчину лет сорока пяти с густой бородой и почти лысой головой. И громко спросил:

— Ты! Вот что лично ты хотел бы улучшить в нашей жизни? В вашей жизни!

— Дык это, вашбродь! — густо покраснел мужчина из-за направленного на него всеобщего внимания. — Ничого не треба. Усё есть вроде как.

Он на секунду замолчал, покраснел ещё больше, и вдруг, явно удивляясь собственной наглости, выпалил:

— Разве что сыну дом надобноть. Женился полгода как, а с нами живёт. Вы не подумайте, мы бы и сами всей деревней возвели бы его, от ток материалу нема. Да брать неоткуда, смолистых деревьев тут не найти, камня тоже треба немало. В общем вот.

Он оглядел притихших соседей и, осмелев, продолжил:

— И таких у нас с десяток семей есть. А так усё е, Авдотья вон травками лечит, Вано зубы драть могёт, Тамара образование на себя взяла, детишек нашенских обучает. Ещё, может, топлива на зиму бы. Так-то мы ветками опосля обрезки что остаются, топимся, но мало их. Да и прогорают быстро. Хорошо хоть холодных зим давно не було. Вот. Не извольте гневаться, ваше благородие!

Мужик согнул спину в поклоне, а я повернулся к старосте. Тот, увидев вопрос в моих глазах, тут же тоже поклонился и забубнил:

— Врёт он всё, господин! Всего у нас в достатке. А дома? Так живут же, подумаешь, пятнадцать человек на дом! Старшой его и наследует, уже под ним жить будут. Всегда так было. Ишь, что удумал! Старшим отдельный дом возводить, как есть бред и крамола!

Народ опять зашушукался, а я спустился на ступеньку.

— Подойди! — сказал я здоровяку. И, усилив голос, продолжил: — тебя как звать? Чем на жизнь зарабатываешь? Я после травмы много из памяти потерял, потому у всех заранее прошу прощения.

— Иван я, — несмело подошёл здоровяк, снова кланяясь. — Кузнецом я при вас, борону сковать там, тяпку, топор. По работе железа не хватает, но выкручиваюсь пока. Простите за то, что я так вам высказал, но вы же сами просили сказать!

Он снова согнулся в поклоне, уставившись взглядом в пыльную землю. И замер.

— Поднимись, — тихо сказал я. — Сегодня вечером жду тебя у себя в кабинете. Часиков так в восемь вечера. Если запоздаю, дождаться!

Вроде говорил тихо, но люд услышал. Ко мне в ноги тут же бросилась крохотная женщина, почти Дюймовочка. Обняв мои ступни, она запричитала:

— Не губите, господин! Дурной он у меня, всегда правду-матку в глаза рубит! Я сама с ним разберусь, он и думать забудет, как перечить и крамолу разводить. Единственный кормилец у нас, сын-то ужо своей головой живёт, хоть и с нами, а ещё у нас пять дочек! Не губите, Росомахой умоляю…

— Встань! — тихо, но твёрдо сказал я, как только женщина замолчала, набирая воздуха на следующий круг. — Мне с ним заказ на оружие обсудить надобно! Ничего с твоим благоверным не случится.

Да, соврал. Этот искренний парень был нужен для другого. Он умел быть честным и не прогибаться под общее мнение, что только что подтвердила и его жена. А мне необходимо было узнать, чем привлечь люд в деревню. Как минимум, удержать тех, кто уже есть.

Но, пороть горячку я не буду. Мне только войны с текущим старостой не хватало. Я не знал, как к нему относятся деревенские, какая у него поддержка. Нет, я легко вырезал бы здесь всех, даже если вооружить их топорами и вилами. Вот только это было не то, что мне нужно. Мне необходимо их же процветание! Так что побуду дипломатом, совру, где надо.

— Я услышал вас, друзья! — громко сказал я, едва женщина отцепилась. — Будем обсуждать и думать. До встреч!

На этот раз я принял, чисто символически, помощь своего управляющего и сел на кресло двуколки. Ленивая лошадка, казалась, даже не пошевелилась ни разу за всё время разговоров с деревенскими. Разве что хвостом махала, как пропеллером, отгоняя мошек. После короткого окрика извозчика мы тронулись. А я посмотрел на Антона Антоновича.

— Скажи мне, какая власть у головы деревни? Как много людей его поддерживает? Много ли ворует?

— Ежели по процентам, то немного, человек пятнадцать поддержки у него. Остальные его просто терпят, как неизбежное зло. Вот только эти немногие — сильны. И физически, и финансово. Он их подкармливает, лояльность поддерживает и свою власть. А, поскольку должность выборная, он из года в год остаётся старшим. Ворует? Конечно. Но умеренно. По моим прикидкам процентов двадцать себе в карман кладёт. А из него ужо и подпевал своих кормит. Так что ничего критичного.

— Пятьсот монет в год — не критично? — искренне удивился я. — Это же огромная сумма!

— Для них, конечно, это огромные деньги, — не стал спорить управляющий. — Для нас — действительно не критично. Ну, раньше було, пока батюшка ваш жив был. Сейчас, так-то, мы каждую копейку считаем.

— А ты лично много воруешь? — внезапно спросил я, внимательно наблюдая за реакцией.

Но, к моему огромному удивлению, мой собеседник остался спокоен, у него даже пульс ни на грамм не повысился.

— А зачем? — равнодушно ответил он. — Нарваться на божественное проклятье? Я как-бы клятву роду принёс. С подобным не шутят, тем более, Росомаха услышал мою клятву и закрепил.

Он протянул мне серебряную печатку с изображением того самого странного зверька, что меня сюда отправил. Сквозь неё было видно палец, хотя материал явно был металлом. Я взглянул на свою. Моя печатка была чуть больше, слегка темнее. Металл был тоже белым, но, явно другим. И с тем же изображением, только там были ещё символы. Впрочем, изучать мне это не хотелось. Во всяком случае, прямо сейчас.

В это время мы выехали на дорогу. Буквально через пять минут я попросил остановить карету. Отсюда было ближе всего до бывшей нашей изнанки. Да и сумка с вещами была прикопана рядом, меньше, чем в километре.

— Здесь я сойду, — ответил я на немой вопрос в глазах моего спутника. — У меня на сегодня ещё пара дел. К вечеру буду, передай всем заинтересованным, чтобы не теряли. До вечера! Буду рад, если ты поприсутствуешь на моих переговорах с кузнецом. Твой совет будет не лишним, как я думаю.

— Как скажете, господин, — невозмутимо отозвался Тонтоныч. — Всё сделаю.

Карета остановилась, и я, проигнорировав подставленную руку, спустился на землю. Кто нас здесь увидит? Урона моей чести точно не будет. Спокойным шагом я отправился к леску, а двуколка покатила дальше.

Переодевшись и убрав одежду, я уже трусцой отправился к форту. Оплатив положенную пошлину, я сразу отправился к таверне, где мы в прошлый раз собирались. И оказался первым. Заняв один большой стол из трёх свободных, я заказал лёгкий перекус. От алкоголя категорически отказался. Утро же! Да и на изнанку идти, нужна свежая голова. Хотя парочка посетителей была со мной не согласна, пьяно сопя лицом в салатах.

— О! Он уже здесь! — раздался от входа голос Алексия. — Подгребаем, ребятки. Эй, половой! Еды на пятерых. Не по многу, но достойной, позавтракать! И морсу каждому.

Несмотря на вчерашнюю пьянку, все выглядели бодрячком. Я даже удивился. Наверно, Инга постаралась, лекарь всё-таки. Ребята расселись по лавкам, шумно обсуждая окончание вечеринки, с которой я сбежал. Оказывается, парни пригласили трёх девчат с соседнего столика и вечер закончился великолепно. При этом «наши» девушки отнеслись к произошедшему абсолютно равнодушно. Странно это.

Поели быстро, под шутки и подначки, половину которых я просто не понимал. И выдвинулись в сторону порталов. А там сегодня было какое-то нездоровое оживление. Люди бегали, в буквальном смысле, туда-сюда. Алексий попросил нас остаться на месте, а сам рванул в этот человеческий поток.

Вернулся он спустя минут двадцать, весьма задумчивый. Все вопросительно уставились на парня. Собравшись с мыслями, он выдал:

— В данже появилась новая тварь. Новая, неизвестная. Порвала два отряда. Из одиннадцати человек выжило восемь, но, восстанавливаться будут долго и дорого. Предлагаю сегодня никуда не ходить. Пока профи не пройдут и не вычистят эту дрянь. Далеко не факт, что мы выживем при встрече с ним.

— Дело говоришь! — поддержал его здоровяк. — Я за отдых! К тому же вчерашние цыпочки предлагали сегодня встретиться ещё раз.

К моему удивлению, девчата смотрели на меня, не спеша отвечать и явно дожидаясь моего решения. Но, для себя я уже решил. Я точно отправлюсь внутрь. Я тварей и третьего уровня с одним мечом укладывал. А здесь максимум второй. Правда, тело-то здесь совсем не моё. Но я твёрдо сказал:

— Пойду, взгляну, что там за зверушка такая образовалась. Рисковать не буду, зайду и выйду.

Глава 10

Ребята растерянно переглянулись. Но, Алексий твёрдо сказал:

— Мы. Не. Идём!

— Так я никого и не зову, — усмехнулся я. — Сам пойду. И ненадолго.

Парню явно не понравилось моё неподчинение. Особенно, учитывая колебания наших магичек. Похоже, они тоже хотели внутрь. Но, брать с собой такую обузу я точно не хотел. Но, эту битву взглядов он проиграл, первым отведя глаза.

— Твоё дело, — наконец сказал он. — Умрёшь, в отряд обратно не возьму! Даже если воскресят. Понял?

— Договорились, — ухмыльнулся я, вставая из-за стола.

Маг огня дёрнулась было за мной, но, под взглядом лидера потухла и села обратно. Дальнейшего я уже не видел, пробираясь мимо снующих людей в сторону порталов. Суетливое движение уже закончилось, рядком лежали четыре трупа, укрытые простынёй. У меня на глазах туда же принесли ещё одни носилки. Кто-то не выжил, местные лекари не справились. А крутые дорого стоят.

Ещё раз убедив себя быть осторожнее, я шагнул в портал. Мне никто не помешал, никакой охраны не было. Хотя, теоретически, монстры изнанки могли пройти через созданный людьми портал. Вот только жили на лице они недолго. Им не хватало магического фона, или силы магии, или… какие только термины не использовали умные головы. Но суть оставалась одной. Чем сильнее монстр, тем быстрее он подыхал на «лице».

Были случаи, когда обитатели нулёвки приспосабливались к нашему уровню. В основном, благодаря селекции. Но, это была работа людей, естественного отбора и генома. И да, про геном я тоже знал. Оказавшись среди людей, я понял, что знаю намного больше окружения. Спасибо тем, кто обучал меня в обмен на тренировки. Я даже всех и не вспомню, к нам на арену тащили любого, кого могли выкрасть. И многие умирали в первом же бою. И вот это я точно должен остановить! Цель номер два после целей моего странного бога.

Меня встретила всё та же пещера с высоким потолком и светящимися стенами. Достав оружие и внимательно мониторя окружающее пространство, я двинулся вперёд. Учитывая мою способность чувствовать магию, ко мне вряд ли мог подобраться кто-то незаметным.

Первые полчаса прошли скучно. Не было никого. Лишь на одной из развилок я обнаружил подсыхающие пятна крови. Какая-то тварь здесь порвала человека, но и сама пострадала, и теперь правая передняя лапа оставляла едва заметные следы на камне.

Я не был следопытом, хотя и этому меня учили. Правда, теоретически, лесов, рек, полей и гор в нашей казарме просто не было. Но, я смог идти по следу метров шестьсот. После очередной развилке он стал абсолютно не различим. Но, кажется, я уже понял направление, так что смело отправился дальше, не ослабляя внимание.

А вот на очередной развилке я застыл. Вперёд уходили два почти параллельных тоннеля, и оба вели в нужном направлении. Я припал к земле, пытаясь найти хоть какой-либо след. Ничего не было, точнее, мне не хватало навыка. Пройдя по правому тоннелю ещё шагов двадцать, я чуть не закричал от радости! На стенке висел крохотный клочок шерсти, монстр явно почесался о каменный выступ.

Ускорившись, я всё же осторожно пошёл дальше. И замер. Справа послышалось дыхание. Правильно ставя ногу, перекатываясь с пятки на носок для бесшумности, я медленно пошёл вперёд. И всего через двадцать метров заметил совсем низкий отнорок, ведущий вправо. В отличие от пещер, этот выглядел природным. Такое мне встретилось впервые. Пригнувшись, я шагнул внутрь.

Проход петлял. Иногда потолок опускался на столько, что приходилось почти ползти. Иногда поднимался так, что я не мог до него допрыгнуть. Под ногами валялся битый камень, а стены практически перестали давать привычный уже свет. Звук тяжёлого дыхания был всё ближе. Соответственно, и я шёл всё аккуратнее, выставив клинок вперёд.

Наконец, после очередного понижения потолка и поворота налево я увидел тварь! Моему удивлению не было границ, она чертовски походило на то остромордое создание, что даровало мне вторую жизнь в этом теле! Выставив лезвие оружия перед собой, я медленно двинулся вперёд. Мрак не давал рассмотреть деталей, но чудище не реагировало на меня. Когда до него оставалось метров пять, я решился на атаку, но замер, услышав голос у себя в голове:

— Не трать силы зря, человек, я уже почти умерла. И не буду тебе противиться. Точнее… В общем, слушай. Ты потомок Росомахи, и слышишь меня, я знаю. У меня выжил всего один щенок, она спит за мной. Если мы с тобой договоримся…

Тварь замолчала. А то, что со мной разговаривала именно она, я не сомневался. Рядом больше никого не было. Я опустил меч, призывая к продолжению, но зверь молчал. Наконец, самка набралась сил продолжить.

— Мой ребёнок, моя дочь. Последняя из рода, как и ты. Прими её под свою защиту! Поверь, твой покровитель будет рад подобному решению. Если ты согласишься оберегать её, я щедро одарю тебя. Иначе мы сойдёмся в битве, где не будет победителя. Ты слабее меня. Но и дочь моя сама не выживет, мне остались пара часов жизни. Думай!

— Что с тобой случилось? — я не придумал вопроса лучше, я был ошарашен.

— Битва со мной случилась, — явно усмехнулась говорящая. — Это был достойный бой. Я убила трёх мощнейших воинов, ещё девять подрала. Шансы выжить у них крохотные. Но, они убили моих детей. Двоих. Алиса успела спрятаться. Она — последнее, что у меня осталось. Принимай решение, человек, потомок Росомахи!

А я вдруг вспомнил совсем другую Алису. Девушку, молодую и красивую, что забросили к нам на последнем сроке беременности. И вспомнил, как она билась с людьми, которые попытались забрать у неё новорождённого сына. Истекая кровью, она бросалась на заведомо большие силы. И проиграла, само собой. Но, её я запомнил точно навсегда. Сколько же крови за свою жизнь я видел… Впрочем, от меня ждали ответа!

— Я спасу твою дочь, сестра! — убрав оружие, ответил я. — Я достоверно знаю, что значит лишиться ребёнка. И не потому, что, как ты говоришь, мы одной крови. А потому что ты мать, а она — невинное дитя. Клянусь Росомахой!

Всё подземелье озарилось светом, и у меня в голове раздался недовольный голос:

— И что ты меня дёргаешь? Я же говорил, что занят минимум на неделю! Ох, ёпт! Да ладно? Ты серьёзно? Здравствуй, сестра. Ты как себя довела до подобного? Андрей, извини, присмотри за щенком, я скоро!

Монстр, лежащий передо мной, замерцал и исчез. А в углу зашевелился и заскулил маленький комочек. Я нежно поднял его на руки. Блин, я даже не знаю, чем они питаются! Понятно, что сейчас молоком, а дальше? И что значит «сестра»?

Мысли обгоняли друг друга, путались, и я устало уселся на камень, поглаживая дрожащий комочек. Крохотный совсем. Тот попискивал, не пытаясь заорать или укусить. А через десяток секунд просто уснул у меня в ладони. Я аккуратно переложил себе за пазуху.

— Да, стоит отлучиться на пару дней, — ворчливый голос опять возник у меня в мозгах. — Наворотили дел, а мне разгребай. Впрочем, не впервой. Но я не об этом! Андрей! Ты должен заботиться о щенке, как о собственном ребёнке. Он должен выжить любой ценой. Сразу скажу, пока он маленький и ничего не соображает, тебе придётся его прятать. Люди злые, а это слишком лакомая добыча для многих. Алхимики мать родную за него продадут.

Он помолчал, как будто раздумывая, но, решился.

— Я покажу, где умерли её брат и сестра. Похорони их. Только от парня клочок шерсти возьми. Небольшой. Он тебе понадобится в будущем. Я так понял, тебе когти понравились? Сам я тебе их больше не дам, но ты их сможешь сделать алхимически. Точнее, там сплав алхимии, артефакторики и магии будет. Но, ты справишься. И это главный ингредиент. Понял? Напоминать о том, что это тайна рода, надеюсь, не нужно?

— Её мать жива? — игнорируя вопрос, уточнил я.

— Даже мне это неведомо, — невесело вздохнул Росс. — Я отправил её в… впрочем, это не та информация, которая нужна смертному. Считай, что шансы есть. Хоть и не особо большие. Ладно, бывай! Похорони малышей с почестями! Я на тебя рассчитываю.

Свечение на грани видимости показывало, куда идти. Путь оказался недолгим. Через пять минут я стоят над двумя крохотными трупиками. Надеюсь, Росомаха даст им достойное перерождение, дети не должны гибнуть! Даже дети монстров. Они не виноваты, что монстры, в конце концов!

Я сгрёб тельца в охапку и заозирался. Выдолбить в камне яму мне было нечем. Сжечь? Ничего горючего у меня тоже не было. Но обещание похоронить деток достойно я давал от чистого сердца. Я и сам этого хотел.

Я проверил маленького зверя, что выжил. Он уютно уместился сбоку от живота над поясом и тихо посапывал. Посмотрев, куда ведут слои мрамора, я направился на выход. В конце концов, можно сделать эту работу и на лице, хотя что-то и противилось подобному решению. Особенно вспоминая, что за «эту добычу» алхимики продадут себя в рабство.

Пол повышался, скоро должен был показаться выход. И тут я увидел крохотный отнорок на высоте чуть выше глаз. Диаметром примерно в восемь сантиметров. Засунув туда руку, я убедился, что он достаточно глубокий, но не сквозной. Глубина была сантиметров сорок. Просто ямка в стене. Но, для моих целей она была идеальной.

Положив начинающие закостеневать тельца внутрь, я огляделся. Почему-то именно здесь пол был почти чистым. Сходу я нашёл всего пару камней. Пришлось уходить обратно. Через десять минут я набрал нужное количество булыжника, которого впритык хватило завалить эту импровизированную могилку.

А был бы я магом огня, я справился бы с задачей намного быстрее. Да и огненное погребение у многих народов считалось более почётным. Но я не был магом, вообще. До инициации мне ещё почти полгода. Хотя, по слухам, многие рода, особенно княжеские, умели инициировать своих отпрысков досрочно. Как и некоторые академии. Правда, последние делали это весьма неохотно.

Постояв минуту и снова пожелав доброго перерождения, я отправился к выходу и через пять минут оказался в зале с порталами. Зверёныш спал, доверчиво растянувшись у меня вдоль пояса. Почему-то я отчаянно не хотел показывать его ни Алексию, ни команде, потому поспешил к воротам. К счастью, меня никто не окликнул.

Вскоре я поднимался по ступеням своего особняка.

— Господин, вы сегодня рано! — раздался голос моего няня. Или как будет нянька в мужском роде? Феминитивы я знаю, а вот обратное… — Прикажете накрыть на стол?

Только сейчас я понял, что невероятно голоден. Но была задача важнее собственного желудка. Я обернулся к толстяку, что неведомым образом оказавшемуся у меня за спиной.

— У нас есть кошки-собаки? — спросил я у него, отчего тот даже растерялся.

— Ну конечно, господин, — удивлённо протянул он. И добавил с некоторой гордостью: — У нас даже гончие есть, для загонной охоты! И одна сука позавчера приплод привела. Три кобелька и сучка. А к чему вы это, господин?

— Отведи! — приказал я.

Шли мы недолго. Собак было шестеро и, увидев нас они тут же начали повизгивать от радости и крутить задницами с голыми хвостами, постоянно подпрыгивая. Это были гончие, большие, с загнутыми, как знак вопроса спинами. И лишь одна отделывалась просто подметанием пола хвостом. К ней мы и направились.

— Вот, Зора! Наша мамка, — проговорил камердинер с умилением.

Я открыл клетку и смело вошёл, показав жестом, чтобы мой спутник оставил меня одного. Он тут же развернулся и потопал к особняку. Я присел перед сукой и был моментально облизан. После чего были облизаны четыре комочка, тыкающиеся мамке в соски. Потом снова меня, снова малышей. Я остановил это, подставив руку. Которую, конечно, тоже начали облизывать, но тут…

Шерсть на загривке у Зоры встала дыбом, она утробно зарычала, старательно гоняя воздух носом, вычленяя нужные ей запахи. Потом недоумённо посмотрела на меня, понюхав лицо. Второй запах ей явно понравился, и она вернулась к руке. И вдруг она застыла и медленно потянулась к куртке, внутри которой лежал щенок. Я схватил её за ошейник одной рукой, а второй медленно достал детёныша.

Агрессии не было, она с задумчивым видом спокойно обнюхала малыша, и вдруг… лизнула. Я, готовый к любой неожиданности положил малявку к родным щенкам суки. Учуяв запах молока, кроха зашевелилась, слепо тыкаясь в сиськи и вскоре присосалась. Очень медленно я ослабил хватку на ошейнике, дав изучить собаке новую дочку.

Та внимательно обнюхала приёмыша и начала вылизывать, убирая неприятный ей, чужой запах. А я шумно выдохнул, только теперь поняв, что всё это время почти не дышал. Сердце выскакивало из груди. Но главное — у меня получилось! Мысль, которая пришла мне в голову по дороге домой, оказалась не только выполнимой, она сработала.

На дрожащих ногах я поднялся и пошёл ко входу в особняк. Малышку устроил, надо позаботиться и о себе. А именно пожрать!

Накрыли мне моментально. И в этот раз выбор блюд оказался просто огромным. Я же просил сократить подобные траты! Одних супов было три вида. И это при том, что меня к обеду не ждали, я предупреждал, что вернусь поздно. Я тут же велел позвать Тонтоныча. Явился он через минуту и с поклоном застыл неподалёку. Я жестом сказал ему сесть и отозвал прислугу.

— Как это называется? — спросил я хмуро.

— Обед, ваше благородие! — невозмутимо ответил он. — Этого вы тоже не помните?

— Я велел сократить траты на мою еду, — нетерпеливо пояснил я. — А в обед меня вообще не должно было быть! А тут всё как раньше.

— Так слугам и кухаркам же семьи кормить надобно, — плечи нелепо дёрнулись вверх. — Все остатки же им достаются, так заведено. Ещё дедом вашим, пошли ему Росомаха хорошего перерождения. А денег ни кухарки, ни половые не получают. Только остатки от блюд.

О как! Выходит, я зря ругался на бедолаг. Да и сокращал стол тоже зря. Это же надо было додуматься до подобной схемы! Людям платят объедками. Да, объедками дорогих блюд, но, тем не менее.

— Меняем эту систему! — распорядился я. — Положи всем жалование. Объедки пусть забирают, раз привыкли, но сообщи, что я подобное не поощряю, хоть и не запрещаю. И сократи стол в приказном порядке. Это сильно ударит по нашему бюджету?

— Финансово почти ничего не изменится, — через минуту размышлений ответил Антон Антонович. — Ваш стол был довольно дорогой штукой. Смена объёмов и ассортимента как раз уравняет расходы после начала выплат зарплат.

— Ух, как заумно, — хмыкнул я. — Но, я понял. Донеси эту информацию до всех причастных. Изменения с этой самой минуты. Пусть покупают себе то, что сами желают. А на что же они одежду приобретали, скарб разный?

— Натуральный обмен, в основном, — плечи собеседника опять несуразно дёрнулись вверх. — Другим еду с барского стола, им — одежду, обувь, прочий скарб.

Поев, я отправился на тренировку, где и прозанимался до самого ужина. Кто-то скажет, что на полный желудок нельзя нагрузки, но это полная ерунда. По-хорошему заниматься следовало каждую свободную минутку, если я хотел сделать из себя-трафлярика себя-бойца.

После ужина, который оказался намного скромнее, чем обычно, я, проведав маленькую свою монстрочку и её приёмную мать, отправился в кабинет, велев привести ко мне кузнеца, как только тот появится. Долго ждать не пришлось. В дверь постучали и я отложил книгу, которую начал читать.

— К вам Иван с деревни, — низко поклонилась уже знакомая мне симпатяжка Катя и добавила. — Кузнец, по вашему приказанию.

Глава 11

— Впусти, — ответил я. — Здравствуй ещё раз, Иван-кузнец. Не гни спину, проходи, вот сюда присаживайся.

Здоровяк, вжимая голову в плечи, прошёл к указанному стулу, но сесть не решался, теребя в руках кепку и смотря под ноги.

— Присаживайся, — с нажимом повторил я и он сел на край кресла, заскрипевшего под его весом.

— Мне понравилось, что ты выступил за людей, — начал я. — Присаживайся поудобнее, разговор будет долгим. Скажи, как хорошо ты знаешь деревенских?

— Дык это, — ещё больше засмущался парень. — Народу-то у нас немного, всех и знаю, господин.

— А насколько хорошо? — усмехнулся я. — Только по именам, или кто чем дышит тоже?

— Не, как бабульки, конечно, всех сплетен не знаю, — сразу открестился он. — Но в целом знаю многое про многих.

— А что ты можешь сказать про голову деревни? — спросил я, внимательно наблюдая. — И его окружение.

— Недобрый он человек, господин, — вжав голову в плечи и оглянувшись, ответил кузнец. — Всю власть себе забрал, о людях не думает, точнее, только о своих родственниках, даже дальних. К себе приблизил, они ему и помогают. Остальные выживают, даже зарплаты у них урезает, налог свой придумал, в страхе всех держит. Вот сейчас не уверен, но слухи ходят, что из-за него даже одна семья пропала, мама с дочкой. Вот.

— Интересно… — я барабанил пальцами по столу, просчитывая свои действия. — Интересно. Но, вас же больше? Остальных жителей. Почему отпор не дали? Почему баронессе или мне не сообщили о беспределе творимом?

— Не организованы мы. Запуганы все. Да и ваш же батюшка его назначил, а кто супротив его воли пойдёт? Невозможно енто.

— Хорошо, это я понял, — кивнул я головой. — Что ты говорил про нужды люда? Только теперь с именами и конкретикой.

Он вновь повторил про дома для старших женатых сыновей. Оказывается, пара семей из пятнадцати человек ютились в самых крохотных хибарах. И то, одна из них считала себя счастливчиками, поскольку смогли заселиться туда из какой-то землянки, о которых я не знал, после побега из деревни одной из семей. Полная жесть.

Отдельно я обратил внимание, что свою семью Иван не упомянул. И это стало последней каплей. Дальше я размышлять не стал. Конечно, по-хорошему, следовало поговорить ещё с людьми. Но того, что я видел, мне хватило. Я резко встал с кресла и приблизился к парню.

— У меня к тебе предложение, — вгляделся я в его глаза с тридцати сантиметров. — Хочу, чтобы старостой деревни стал ты.

В глазах я увидел сначала удивление, потом шок, после растерянность, и, наконец, несогласие. Всё-таки не ошибся я в человеке.

Любой боец должен быть физиогномистом. Знать, о чём думает человек, предсказывать его атаки, когда его можно додавить, а когда стоит уклониться или разорвать дистанцию. Я хорошо разбирался в выражениях лиц, очень хорошо.

— Да вы что, господин? — наконец, выдавил парень мне в спину, я возвращался в кресло. — Я не справлюсь. У меня ни образования нужного, ни опыту. Да и не дадут мне работать, голова не даст. У него же усё схвачено.

— Справишься — слугой рода сделаю, — бросил я, уже с расстояния наблюдая за реакцией.

Надежда, ответственность, отказ… вот что выражали его эмоции. Ещё плюсик парню в копилочку.

— Не потяну я, ваше благородие, — чуть не плача, протянул Иван. — Не позволят мне. Я бы и рад людям помочь. Но голова же не отступится от власти, я знаю, о чём говорю!

— А это мы сейчас и выясним, — усмехнулся я. И прибавил голоса: — Приготовить мне карету в деревню! Немедля!

В деревне мы оказались, когда солнышко уже собиралось закатиться за горизонт. Листва окрасилась в красный цвет, а лучи освещали лишь второй этаж дома старосты. Люди спешно прибывали со всех сторон, становясь полукругом и постоянно кланяясь мне. Из дома выскочил затягивающий пояс голова, а из его дома раздались нервные крики, что нужно выглядеть подобающе для встречи с благородием. Кажется, я снял местечкового правителя с его супруги.

— Друзья! — начал я, не дожидаясь всех опаздывающих. Скоро закат, а переносного прожектора у меня не было. — Я собрал вас здесь по очень важному поводу! Мне стало достоверно известно, что ваш глава обворовывает и вас, и меня! И я пришёл покарать его.

— Да вы что, ваше благородие, — все три подбородка Ефима Александровича заходили ходуном. — Да ни в жисть! Как вы могли такое обо мне подумать? Я же ещё при батюшке вашем служил, костьми ложился, чтобы любую волю вашу исполнить.

Он тяжело плюхнулся на колени, с ненавистью посмотрев на кузнеца, что не укрылось от моего взгляда. А после, с секундной задержкой согнул спину, плюхнувшись мне в ноги.

— Не велите наказывать, скажите, как исправиться! — провыл он скороговоркой на одной ноте. — Усё сделаю, даже то, что не в моих силах!

— Принеси клятву Росомахе, что не крал у меня и не обворовывал сельчан, — спокойно ответил я.

— Клянусь, конечно, клянусь! — поспешно затараторил глава. — Великий Росомаха мне в свидетели!

— Вообще-то он не мой подданый, — возник у меня в голове недовольный голос моего тотема. — Он вообще ничей, никому не поклоняется. Но, за враньё и дёрганье меня по пустякам, накажу гада!

Вокруг старосты появился ореол света и прямо на лбу проявились довольно уродливые старые шрамы, складывающиеся в слово «лжец». Селяне дружно вздохнули, заплакал какой-то малыш, на которого тут же зашикали.

— Росомаха оценил твою клятву! — повысив голос, сказал я. — И дал свой вердикт! За попытку обмануть любимого нами бога и меня, ты изгоняешься из поселения. Твоя семья имеет право остаться, если захочет. В случае, если они составят тебе компанию, дом будет изъят и передан нуждающимся. Так же ты выплачиваешь виру в двести рублей. При неоплате долг перейдёт на твою семью.

И тут в хныкающего толстяка прилетел камень. Я посмотрел на своих людей. На лицах нескольких человек был написан откровенный страх, почти ужас. Большинство были просто довольны, а некоторые явно злорадствовали. Пяток человек уже нагибались, чтобы тоже поднять камень и бросить в уже бывшего главу.

— Стоять! — рявкнул я. — Никаких избиений. Я обозначил наказание. Этого достаточно. И у нас остался ещё один вопрос! Место головы теперь вакантно. Кого вы все хотели бы видеть над собой главным? У вас пять минут, чтобы выбрать.

Поиграю немного в демократию. Хотя, для себя я уже всё решил. Старостой будет кузнец. Но, интересно, кто и как себя поведёт. Люди зашушукались, а один из «боявшихся», мужик лет тридцати, довольно мощный, с большой окладистой бородой, выступил вперёд.

— Ну, я могу, ваше благородие! — прогудел он. — Я помогал много, знаю, что и как деется. Точно справлюсь!

— Этого я и опасаюсь, — пробурчал я под нос и повысил голос. — Самовыдвижения не будет! У вас ещё три минуты, люди, думайте!

Темнело на глазах, и затягивать я не собирался. Селяне разбились на четыре практически одинаковые группы. Группа с самовыдвиженцем была самой маленькой, но они активно заманивали к себе окружающих. К счастью, у них почти ничего не получалось. Наконец, я посчитал, что время вышло. Я поднял руку, призывая к тишине и вниманию.

— Смотрю, у вас образовались целых четыре кандидата. От каждой команды выходит один человек и называет имя!

— Тамару Андреевну предлагаем, учителя нашенского! — выскочил вперёд совсем молодой парнишка, тощий и длинный, как жердь, с выгоревшей шевелюрой. — Она знает стокма, аж жуть!

— А мы Димитра предлагаем! — от компании, которая показывала страх, отделился сухонький старичок с абсолютно лысой головой. — Он помощником головы был, ведает, что делать и как!

— Нет, Ваню в головы! — от третьей компании отделилась огромная по ширине тётка неопределённого возраста. Лохматая, какая-то взъерошенная. — У нас к нему доверие есть. Он всегда всем помогал. Мне вон, тяпку перековал бесплатно, когда поломалася. Знал, что платить нечем, и помог усё равно!

Я повернулся к четвёртой группе с вопросом на лице. Однако никто так и не выходил. Тогда я указал на молодую девушку, довольно симпатичную, и спросил:

— А вы кого предлагаете?

— Дык никого, ваше благородие! — согнулась она пополам в поклоне. — Не знаем мы, стало быть. Нет у нас никого на примете. Уж простите, но таки дела обычно ваша семья решала.

— Хорошо, — после довольно долгой паузы сказал я. Было почти темно, и затягивать я не хотел. — Своей волей назначаю в правление Ивана кузнеца! Иван, завтра к вечеру жду тебя в то же время. Думы думать будем, как жизнь вашу наладить. И напоминаю, завтра к вечеру старого головы не должно быть на моих землях! Решение по домочадцам передадите через Ивана. Я сказал!

И да, толстый бывший голова так и сидел на крыльце, поскуливая и пытаясь оттереть лоб. Он уже знал, что там что-то появилось, но вот что именно, пока не ведал. Что ж, его ждут удивительные открытия, пусть знает, как прикрываться богами, тем более чужими.

По дороге обратно, сидя в двуколке, я размышлял. По идее, подставил я Ваню некисло так. Но и подстраховал в меру сил. Сейчас его никто трогать не будет. А дальше пусть сам крутится. Единомышленников набирает, благодарных жителей тоже.

А мне, на данном этапе нужно найти денег как минимум на стройматериалы. Расширить деревню, сделать не скотские условия жизни — и народ начнёт сбегать уже к нам, а не от нас. Слухи очень быстро распространяются. Да, и стоматологу доморощенному, и учительнице, и знахарке жалование бы выделить. Но всё упирается в деньги.

Значит, буду ходить в бывший свой портал. Пока с командой Алексия, опыта набраться. На самом деле, мой одиночный поход — верх неответственности перед моими людьми. Я таки последний из рода, мне себя беречь надо. Ещё род восстанавливать, детишек надо. Много детишек. Ну и воспитать их правильно — тоже важно. А главная мысль — разобраться с той самой подпольной ареной, сидела в мозгу двадцать четыре на семь. Есть ради чего жить!

Вернувшись домой, я сразу направился в кабинет, попросив позвать счетовода-бухгалтера-управляющего. Его нескладная фигура нарисовалась нескоро, минут через десять. Он был растрёпан и зевал. Кажется, его вытащили из кровати. Ничего, нас ждут великие дела, ради них можно и потерпеть.

— Присаживайся, — сказал я ему. — Есть серьёзный разговор. Мыслить можешь? Или совсем спишь?

— Я в порядке, господин, — слегка поклонился он. — Что вы хотели обсудить?

— Развитие деревни, — максимально серьёзно начал я. — Мне нужна минимум дюжина новых домов для жителей, это раз. Одно общественное здание на десяток кабинетов — два. Туда отправим работать учителей, врачей. Селяне сами готовы строить, но им нужен материал. Прикинь, во что нам это встанет. Завтра к вечеру жду подробное обоснование.

— Но, господин! — мужчина моментально проснулся. — У нас нет подобных финансов. Один маленький домик-пятистенок в две комнаты по материалу встанет минимум в триста рублей! Это без отделки, только коробка. У нас сейчас нет возможностей для подобных трат.

— Оплату я решу сам. Мне нужно знать, к чему стремиться. Пойми, умная твоя голова, нам деревню надо развивать! От нас люди бегут в поисках лучшей доли. А я хочу стать тем, к кому люди бежать будут. Ты же сам говорил, что расширить производство ягод и фруктов мы не можем только из-за отсутствия рабочих рук. Было такое? Это надо исправлять.

— Да, ваше благородие! — глаза управляющего загорелись. — Ваша матушка пыталась решить проблему понижением налогов, только толку не было. Ваш подход мне импонирует, но вот вложения… Денег понадобится очень много! Тыщ десять только на старте. Мы не можем себе позволить даже кредит, и даже государственный, беспроцентный. Просто финансово не потянем выплаты. К тому же у семьи долги существуют.

— Я же сказал, с оплатой я разберусь, — повторил я. — Теперь это мои люди, я за них отвечаю. Они должны жить достойно!

— Теперь? — брови собеседника вразнобой поехали на лоб от удивления. Он оставался всё таким же несуразным даже в таких движениях.

Чёрт, так ведь и спалиться можно! Вошёл в роль, что называется. Нехорошо, аккуратнее нужно быть с высказываниями. И так постоянно творю дичь, не вписываясь в «свой» прежний образ совершенно. Надо будет за собой послеживать.

— Понимаю, выглядит странно, — как можно равнодушнее сказал я. — После травмы и потери памяти я, скорее всего, кажусь другой личностью. И что-то мне подсказывает, никто не обрадуется возвращению меня прежнего. Главное, мне нравится быть таким, какой я есть. Здесь и сейчас. И потому да! Это мои люди, за которых я в ответе.

— Понимаю, господин, — мне показалось, или он впервые поклонился с искренним уважением, а не потому, что положено? — К утру все расчёты будут у вас.

Проснулся я с рассветом, слушая надрывающуюся пичужку где-то недалеко от окна. Я позволил себе поваляться минут десять, наслаждаясь звуком, после чего бодро вскочил и отправился в ванную. Жизнь прекрасна!

Когда я спустился в малую столовую, то увидел перепуганные глазёнки девчат, которые обычно обслуживали меня за столом. Оказывается, завтрак только готовился. А я прежний уже рассвирепел и наказал бы всех, кого увидел. Успокоив молодёжь, я позавтракал стопкой бутербродов с кофе. Блин, пора отвыкать от своего прежнего возраста, я сейчас такая же молодёжь, если не младше.

Позавтракав, я рванул к тонкому месту. Сегодня бежалось легко, роса приятно холодила ноги. Как-то быстро организм начал приходить в норму. Скорее всего это из-за подарка странной зверушки, моего нового бога.

— Не за что, — раздалось бурчание у меня в голове. — Если бы ты меня ещё слушал!

— А что не так? — удивился я. — Вроде, нашли общий язык, слушаюсь тебя во всём, родом занялся.

— А кто-то шерсть срезал с трупиков щенков, как я говорил? — ехидно поинтересовался голос. — Когти хочешь? Для них много ингредиентов нужно, и шерсть — один из них!

— Не смог, — честно сознался я. — Это же крохи. Малыши. Похоронил, как смог, и всё.

— Достойно, — голос зазвенел, и тут же тихонько: — Но глупо. Это самый редкий из компонентов. И без него ничего не получится. Тебе придётся отстричь немножко. Надеюсь, ты найдёшь могилку. Им шкурка уже не понадобится, они ушли на перерождение, я проследил. Так что, прошу тебя ради тебя самого.

— А если у малышки состричь немного? — воодушевился я. Но, меня обломали.

— Цитирую дословно, друг мой, — было ощущение, что Росс сам был не рад тому, что говорил. — Нужна шерсть щенков до месяца, насильно умертвлённых. Просто погибшие не подходят. Прости. Десятка волосков хватит.

Я аж бежать перестал, перейдя на спокойный шаг. В голосе бога я услышал и горечь, и сожаление, а главное, искренность. Ему было больно, как и мне. И впервые я почувствовал какую-то духовную близость с существом, давшим мне вторую жизнь.

— Понял, — ответил я, снова переходя на бег. — Будет тебе десять волосинок!

— Тебе, не мне. Это нужно тебе лично.

Голос замолчал, а я снова рванул бегом. Через пятнадцать минут, оплатив пошлину, я заходил в форт. Ребята уже собрались в кафе, обсуждая вчерашнюю трагедию. В итоге погибли восемь охотников. Сильных магов лечения здесь не было, и несколько погибли от ран.

— Тварь не нашли, — вместо приветствия сообщил мне Алексий, когда я зашёл. — Мы решили сегодня рискнуть. Ты с нами? Кстати, куда ты вчера пропал? Мы уж подумали, что ты там и остался, даже выпили вечером за твоё достойное перерождение!

— Ну, в деревню, — разыгрывая смущение, сказал я. — Страху натерпелся, расслабиться нужно было.

Версия прокатила, все расслабились. А вот взгляд главного мне не понравился. Очень не понравился. Похоже, он не простил мне вчерашнее неповиновение. Нужно быть осторожнее, такие люди могут выкинуть что угодно. Впрочем, предупреждён, значит вооружён. Посмотрим.

Глава 12

Выдвинулись мы после довольно плотного завтрака. Я ограничился чашкой кофе, не хотелось терять подвижность и реакцию. Слишком мне не понравился взгляд Алексия. Как я уже говорил, физиогномист из меня был весьма неплохим. Да и от предчувствий я никогда не отмахивался. А оно кричало, что он хочет устроить мне гадость.

К проходу дошли в полном молчании. Впрочем, и все окружающие были угнетены. Вчерашняя страшная потеря кучи бойцов наложила свой отпечаток. Всего лишь первый уровень изнанки! Обычно могли погибнуть лишь совсем зелёные новички, но не две команды профи.

Уже привычный переход, и мы оказались в тоннеле. Вот только на этот раз Алексий вёл нас постоянно направо на каждой развилке. Судя по взглядам девчат из команды, это не было в порядке вещей. Я удвоил бдительность.

Но, поначалу всё шло, как обычно. Долгий переход без происшествий, затем пара простых битв. Первый раз нам попались небольшие, размером с крысу, ящерки, которых тут же испекла маг огня. Несмотря на то, что их было штук двести, справилась она секунд за пять. Двух выживших добили мечами.

Второй раз были кошки. Ну, натуральные, если не учитывать, что они были саблезубыми и плевались какой-то кислотой. От плевков все легко уворачивались, но брызги всё равно попортили нам одежду. Оказалось, что их ядовитые железы весьма дорогие, и я прошёл курс по безопасному их извлечению из тел.

Следующие минут двадцать ничего не происходило. Но вдруг я заметил магию, довольно быстро двигавшуюся в нашу сторону… через стену! Из глубины. Прямо сквозь камень.

Я отпрыгнул, откинув вновь попавшуюся на пути угрозы магичку. В этот момент стена взорвалась мелким каменным крошевом и оттуда показался червяк. Вот только диаметром он был сантиметров двадцать, ага. А ещё плевался магией.

Но, недолго! Взмахнув мечом, я отсоединил часть, которая вылезла из стены от остального тела. Она упала и, как живая, поползла ко мне, странно извиваясь. Магия в обеих половинках просто испарилась, её не было. Пинком отправил голову, или что это было, в далёкий полёт.

Вторая половина попыталась уползти обратно, но явно сдохла, отодвинувшись от края сантиметров на десять, не больше. Всё это заняло секунды три, а команда стояла, открыв рот и наблюдая за агонией головы.

— Да ладно! — сглотнув слюну, воскликнул Лёха. — Как? Как ты эту тварь заметил? Самый страшный монстр этой изнанки! Единственный, окромя вчерашнего, от кого люди гибнут здесь.

— Я же говорил, — улыбнулся я. — Интуицию слушаю. И она отвечает взаимностью, предупреждает.

— Ну-ну, — скривился Алексий. — Мы все сделали вид, что поверили. Вообще, в команде принято озвучивать свои сильные стороны, чтобы остальные могли на тебя опираться и рассчитывать.

Ага, щаз! Может тебе ещё подгузники поменять? Я же читаю тебя, как открытую книгу! Ты боишься потери власти. Ты увидел в новичке конкурента. Который легко возглавит вашу, неплохую, в общем-то, компанию. Точнее будет неплохой, если убрать оттуда Алексия. Но это не моё дело, своё я почти выполнил. Понял, что в одиночку здесь выживу и наберу трофеев. Ну, надеюсь.

— Мне всё равно на твои верования, — лениво отозвался я. — Трофеи с этой твари-то хоть хорошие?

— Хреновые, — отозвался Лёха. — Если повезёт, то макр второго уровня. Но, искать тебе, как его убийце. У других его не будет, тварь странная и жёсткая. Нож дать? Больше в них ничего ценного. Ну, окромя наших жизней. Спасибо, Андрюх! Думаю, от всех выскажусь, но ты нас второй раз спасаешь.

— Давай, — согласился я, принимая настоящий мясницкий нож. — И не за что, мы же команда!

Макр был, в голове, и действительно, второго уровня. На этой изнанке редкая редкость. Он мерцал синими всполохами, пробивающимися сквозь слизь и кровь. Обтерев, я аккуратно убрал его в карман куртки, застёгивая клапан.

— Синий! — уважительно произнесла огневичка, отряхиваясь после падения. — Редчайший, с магией воздуха внутри. Они минимум вдвое дороже обычных, максимум, раз в восемь. Но, это оценивать придётся, платно и долго. Как правило, оно того стоит. Не зря уже сходили! Спасибо, Андрей, ты второй раз меня спас.

— Не за что, — буркнул я и повернулся к лидеру. — Дальше идём?

— Однозначно! — криво улыбнулся Алексий. В его глазах пылала неприкрытая ненависть. Что я ему сделал? — Собрались, оружие наготове! Правый рукав сложный, но денежный. Идём!

Я пожал плечами, и мы двинулись дальше. Однотипные тоннели, светящиеся сами по себе. Редкие развилки и совсем редкие комнаты, откуда выходило больше двух путей. Целых полчаса мы шли совершенно спокойно, никого не было. И тут я впервые на своей памяти увидел отнорок, что вёл от основного тоннеля под углом в девяноста градусов.

Его увидел не только я. Вся команда остановилась.

— Наконец-то! — воскликнул Лёха. — Нашли! Что, друзья, готовы?

— Ты о чём? — попытался выяснить я, но меня не услышали.

— Так, ты первый, — начал командовать Алексий. — Ты второй, ты третья…

Меня сильно удивило, но первым оказался я. Дождавшись кивка от остальных, слегка пригнувшись, чтобы не врезаться головой в низкий потолок, я шагнул в проход.

Он сильно петлял, стены почти не светились. Вообще, всё очень напоминало место, где я обрёл своего маленького щеночка. Только высота потолков была ниже и ровнее. Я шёл, весь обратившись в слух, внимание было включено на полную. И всё равно я почти проворонил первый рывок врагов.

Они были похожи на мифических мамонтов, вот только двигались они не как слоны, да и были меньше размером. Их скорости и изяществу движений мог позавидовать гепард. Мечом я взмахнуть уже не успевал, потому принял тварь на локоть, отбрасывая. Остальные две почему-то убежали обратно.

Хобот твари вдруг удлинился, полетев ко мне, вместо двух милых дырочек и пальчика слоников, в хоботе оказались сотни зубов. Уклониться было очень сложно, но я смог избежать прямого удара. Однако, это не помогло! Изогнувшись, серый зубастый шланг впился мне в спину. На секунду, которая понадобилась Алексею, чтобы срубить страшный орган чудовища. Однако, он так и остался висеть у меня на спине. Я почувствовал струйки крови, что потекли от раны вниз.

Было больно, но далеко не смертельно. Впрочем, и монстр не особо расстроился. Под обрубком хобота, который он втянул в себя почти полностью, нашлась вторая пасть, намного больше первой. И сейчас он, раскрыв её, рванул в мою сторону чуть ли не с пробуксовкой, заорав так, что уши заложило. Из глубины раздались такие же крики, похоже, к монстру спешит подмога.

Я в своей жизни на арене встречал множество тварей. Даже несколько аж четвёртого уровня. Что стоило охотникам поймать их живьём, даже думать не хочу. Но такого точно не видел.

По мне прокатила прохлада, Инга пыталась меня подлечить. Впрочем, мой организм уже справился сам, но об этом никому знать не обязательно. Обрубок хобота с мерзким чавком упал на пол. Ольга лупила по твари огнём, который та не замечала. Бойцы же ближнего боя стояли без движения, что меня поразило. Это что, моё личное испытание?

Тем временем тварь бросилась вперёд. Я легко уклонился и располосовал ей брюхо, откуда вывалилось неприглядное и дурно воняющее содержимое. Запутавшись в нём, монстр упал. Встать у него сил уже не было. Только я хотел добить животинку, чтобы не мучалась, как трубный рёв прозвучал совсем близко, и из прохода, толкая друг друга, появились ещё три копии сложного монстра.

Вспышка магии сзади заставила меня сделать перекат прямо под чудовищ, исключая попадание по мне любого урона. Но, урон никуда не прилетел. Быстро обернувшись, я обнаружил, что посреди прохода появилась энергетическая стена. Явно артефактная, наши магички подобное не умели. Я оказался заперт с тремя очень серьёзными монстрами. Выживу — убью гада!

С такими преградами я уже сталкивался в бытность мою гладиатором. Нам иногда создавали стены для ограничения манёвренности. Сложно биться с серьёзным противником, когда ты заперт с ним в комнатке пять на пять метров. Кроме взгляда, сквозь эти стены ничто не проникало. Ни магия, ни звуки, ничего!

Я успел заметить, что команда жёстко спорит с Алексием. Кажется, они были не согласны с поступком лидера. Что же, когда я отсюда выберусь, им это зачтётся. Как и их лидеру. Просто каждому по-своему. Опять же, из опыта я знал, что подобные стены действуют минимум час. Так что дальше могу рассчитывать только на себя.

Между тем три монстра одновременно вытянули в мою сторону свои длиннющие хоботы. Ага, те самые, с зубами! Помня об их невероятной реакции и гибкости, я отпрыгнул максимально далеко, по дороге срубив один из хоботов.

Тварь мерзко заревела и ожидаемо бросилась в прямую атаку. Её товарки поддержали бросок шустрыми хоботами. Не сегодня, девочки, не сегодня! Или мальчики? Да похрен! Всё равно не сегодня!

Не скажу, что было легко. В прошлом моём теле я распилил бы этих животных очень быстро. Это же туловище не поспевало за мыслями, прыжки были короче, удары слабее. Тем не менее, получив всего одну рану в виде выгрызенного куска руки, я с ними справился. Вот только издалека снова послышался трубный рёв.

Вся битва заняла минут тридцать с небольшим. Ещё десять я потратил на сбор макров. С одиннадцати тварей я получил шесть штук первого уровня и две второго. Нереально крутой доход, если на одного. А он и будет на одного, ни копейки команде Алексия не выдам.

Кстати, они так и тусили за пеленой. Ругаться перестали, и теперь просто наблюдали за моей битвой. Девчата явно переживали за меня, аж тепло на душе стало. Ну ничего, рано или поздно действие артефакта закончится. И тогда я спрошу, как со взрослых. У меня оставалось минимум десять минут до исчезновения стены, и я решил прогуляться внутрь тоннеля. Снова один.

Долгий путь привёл меня в пещеру. Она была поистине огромной. Гектара четыре минимум. По центру была натуральная поляна. С травой, цветами и даже небольшими кустами. Всё это было освещено неким подобием солнышка. Присмотревшись, я заметил на высоком, метров в двадцать потолке, источник этого света.

Крохотный камушек красного цвета. Инстинктивно я понимал, что он должен стоить огромных денег. Вот только идей, как его достать, у меня не было. Семь этажей, мать его!

Впрочем, как говорят, терпенье и труд всё перетрут. Я бросал свой меч снова и снова. Почти всегда он долетал до потолка, сил даже этого тела хватало. А вот с меткостью было так себе. Наконец, я попал! Не так, как задумывал, рукоятью, но камушек выпал и шлёпнулся посреди красивого газона. Я тут же подобрал его.

Он переливался розовыми, фиолетовыми и красными искорками и был тёплым. Не рассуждая, я засунул его в карман куртки. Тут же стало почти темно. Блин, а ведь тут ещё гербарий огромный! Наверняка тоже стоит денег. Я в полумраке принялся работать газонокосилкой. Тупо срывал всё подряд, максимально аккуратно, и складывать в отдельную кучку.

Вот тут я и увидел его! Крохотный цветочек, переливающийся всеми цветами радуги. Не поверите, но я захотел такое себе домой. Просто он был, несмотря на махонький размер, невероятно красивым!

Конечно, я понимал, что создания первого слоя изнанки не выживут на лице. Для них там слишком мало магической силы, разлитой в воздухе. Но уверен, что подобное решаемо. Локальные генераторы энергии на основе макров или приученных растений изнанок никто не отменял.

Я попробовал копать пальцами, чтобы достать эту прелесть с корнем и наткнулся на довольно широкий, сантиметров в десять диаметром, клубень. Через минуту я уже орудовал мечом, рыхля землю вокруг и постепенно ко мне приходило понимание, что это грёбаный дайкон, морковка-переросток. В тот момент, когда я откопал этот огромный корнеплод с красивым цветочком сверху, я услышал голоса команды. Щит спал, и они явно шли сюда.

Корень был настолько огромным, что даже не влезал ко мне в рюкзачок, и потому переливающееся всеми цветами растеньице торчало сверху. В этот момент в коридоре показались ребята. Я, оставив довольно полный рюкзак соломы и корнеплода, рванул им на встречу. Через секунду мой меч дрожал у шеи Алексия.

— Озвучь хоть одну причину не вспороть тебе горло, — пытаясь успокоиться, прорычал я. — Одну, действительно извиняющую тебя! И ты будешь жить. Но это не точно!

Вся команда замерла, смотря на реакцию своего лидера. Возможно, мне показалось, но я увидел одобрение в их глазах.

— Андрей, тихо, успокойся! — зачастил парень. — Это же просто испытание. Мы всех новичков так проверяем. Это нормально, наши бойцы должны быть сильными. Ты себя только что показал, и входишь в нашу команду теперь вообще без нареканий!

— Хм-м-м… — протянул я. — Вы все тоже проходили это испытание? И как много человек после подобного вступили в вашу команду?

Меч я так и не убрал. Острая кромка уже слегка порезала кожу горла Алексия. Я видел, как крохотная капелька крови потекла ему под рубашку. Но он старался казаться сильным и непредвзятым. Сколько я подобного видел за свою жизнь!

— Амулет! — потребовал я. — Сейчас же, медленно достаёшь и передаёшь мне! А потом мы идём искать вторую такую пещеру. Тебя испытаем. Лично, в одно лицо. Правда, есть вариант до этого не доводить! Я прирежу тебя прямо здесь и сейчас!

— Успокойся, — он приподнял руки, ладонями вперёд. — Я тебя понимаю, но это необходимая инициализация нового члена отряда. Через неё все проходили!

— И вы все тоже? — усмехнулся я. — Что-то не верю, что Инга сама прошла подобное. Да и Ольга не потянула бы, при всём моём уважении. Я бы поставил на Алексея, у него есть шансы, хоть и небольшие. Больше в вашей команде никто это не прошёл бы.

— А я и прошёл! — пробасил Лёха. — Точно так же, как и ты. Правда, меня подрали некисло, Инга меня три дня выхаживала, маны не хватало. Так я в команду и попал.

— Понял, — усмехнулся я. — А сколько ещё человек вы испытывали? Пять? Десять? Пятьдесят? Сто? Двести?

— Ты семьдесят четвёртый, — вступила в разговор Ольга. — И да, выжил только Алексей. И то чудом. Я всегда была против. Если что.

Охренеть! Больше семидесяти трупов на счету у этого властолюбца. Он просто убивал людей, казнил их. Я чуть выпрямил руку, и Алексий, отпрыгнув, схватился за распоротое горло, забавно хлюпая выливающейся из артерии кровью. Сделав ещё шаг, он упал и затих.

Вначале я хотел загнать его на такое же испытание. Но! Семьдесят три трупа? Это много даже для меня, хотя мой счёт приближался к тысяче. Но моим движителем была никак не власть! Просто желание выжить. Или ты, или тебя.

— Семьдесят три души могут спать спокойно, — размеренно проговорил я. — Они отомщены. Дай им их боги достойного перерождения!

К моему огромному удивлению, никто из бывшей команды Алексия даже не дёрнулся в мою сторону. На лице девчат я даже увидел облегчение, сильно удивившее меня. Парни же сохраняли спокойствие.

— Собаке — собачья смерть, — наконец произнесла Инга. — Столько достойных людей похоронил ради долбанного корешка. Дорогого, но это же просто деньги!

— Добычей с моего боя я сегодня не делюсь! — тут же отреагировал я. — И корешок не отдам. А что за корешок?

Я уже примерно представлял, о чём речь, но мне нужно было убедиться.

— В логове слонохватов всегда растёт семицветик, — принялась объяснять Ольга. — Его корень стоит от двадцати тысяч за кило. Невероятно редкий ингредиент для кучи алхимической дряни. И лично я не рассчитываю на твою добычу!

Остальные дружно поддержали девушку, типа, ты выжил, ты победил, тебе и владеть. И тут меня отодвинул в сторонку Лёха. Шёпотом, который было слышно от, как мне кажется, самого входа, он спросил:

— Ты же станешь нашим новым лидером? Если что, я всеми руками за. И даже ногами, если это потребуется. Мой меч — твой меч!

Глава 13

— Ты же станешь нашим новым лидером? — Лёха был максимально серьёзным. — Мой меч — твой меч!

Но я же хотел ходить сюда соло! Не нужно будет делиться добычей. Да, знаний у меня пока совсем мало, что нужно брать, а что откровенный хлам, я пока не знал. Какие запчасти монстров нужны — тоже.

Самое удивительное, что и все остальные, даже вечно молчащий и незаметный Олег, протянули мне свои мечи и посохи, держа их на открытых ладонях.

— Мой меч — твой меч, — вразнобой повторили они.

Вашу мать же. Ну вот зачем оно мне? Но, вглядевшись в эти глаза, я понял, что они искренни. И точно не будут мстить мне за своего тупенького лидера. Неожиданно для самого себя я принял странное решение.

— Добро пожаловать, друзья! — сказал я. — В команду. Честно, наказывая одного придурка, я и помыслить не мог, к чему это приведёт. Я был готов к битве с вами всеми. Мне импонирует ваша реакция. Так что думаю да, мы сработаемся!

— Да он урод был! — экспрессивно воскликнула маг огня. — Самодур и урод! На самом деле я готова скинуться тебе на премию за такой итог. Ладно, шучу, конечно. Но, в каждой шутке есть маленькая доля… шутки!

Неуверенное бубнение остальных и неуверенные взгляды друг на друга показали, что так думали все. Ну и хорошо. Да, мне это не нужно, но я не привык бросать доверившихся мне людей. Попробую, как минимум. Отказаться, насильственно поставив нового лидера, я всегда успею! Да и потом, мне же нужно продвигать странного зверя, который объявил себя моим личным богом. Может, и с этими ребятами получится? Как там в анекдоте про сто бабок за рубль?

— Так, а что делать с телом? — опомнился я. — Как ни крути, это убийство, даже если в порядке самообороны. У него колотая рана. Если честно, проблем не ожидаю, но исключить хочу.

— Да здесь и бросим, — заговорил скромняшка Олег. — На клумбу. Цветы часа за три сожрут. Подтверждаю, собаке — собачья смерть.

Ит тут меня накрыло. Остальной разговор просто выпал у меня из памяти. В себя я пришёл только тогда, когда уже отбивался от десятка монстров, чем-то похожих на кенгуру, только ростом по пояс. И совсем не травоядной челюстью.

Оказывается, мы решили продолжить поход. И эти монстры, которых мы добывали, уже вторая группа.

На самом деле, за свою жизнь, за прошлую жизнь, я убил много людей. Очень много. Но никогда не казнил. Ни разу до сегодняшнего дня. Если мой противник падал, а толпа скандировала «добей!», я втыкал меч в тело. Но делал это так, чтобы не задеть ни одной артерии или важного органа. И их всегда вытаскивали лекари.

Дальше были просто вспышки сознания. Бой, добыча ингредиентов, бой, и так по кругу. Не ожидал, что спровоцированное наказание урода, лишившего жизни семьдесят трёх, ой, простите, семьдесят двух человек, так на мне скажется. Я считал себя более крепким.

Окончательно я очнулся уже дома, вокруг меня бегал толстяк, и я даже не мог вспомнить его имени.

— Господин, ну придите в себя! — причитал он. — За лекарем уже послали, он поставит вас на ноги. Да что же это деется-то? На мага-менталиста напоролись? Ничего, миленький, подлечат вас, хорошо всё будет!

— Так, успокойся! — тихо рыкнул я. — Всё, я уже в порядке! Отзывай врача. Да, и бухгалтера нашего позови. А ещё Ваня-кузнец должен был прийти, он здесь?

— Ваня уже часа три ожидает! — начал с конца толстяк. — А бухгалтера сейчас вызову! Ой, счастье-то какое, вернулся наш господин! А то сидит, в одну точку смотрит, как есть разум околдовали… С кого начать, господин?

— Обоих зови! — приказал я. — Они мне вместе нужны, да и им далее сотрудничать много, пусть знакомятся.

Через пару минут они вошли, вместе. Огромный молодой парень, с руками шириной с мою ногу, и длинный нескладный мужчина в годах. Второй был похож на неуклюжее насекомое, лежащее на спине и пытающееся перевернуться.

Кстати, сидел я почему-то в кабинете. Возможно, на полном автоматизме я добрался до комнаты, что больше всех нравилась мне в этом доме. Поднявшись, я собственноручно налил три бокала чего-то крепкого из бутылки с красивой этикеткой. Даже не вникая, что это.

А память постепенно возвращалась. Я вспомнил ещё пару десятков битв с монстрами изнанки, как торговались со скупщиками, сбывая трофеи, мою пробежку до дома. Чёрт, корень же! Я оглянулся и увидел свой рюкзак, из которого торчал самый край огромного клубня с почти увядшим крохотным цветочком. Схватив сумку, я выскочил за дверь.

У входа стоял Василий. О, отхожу, имя вспомнил! Я вручил ему рюкзак и затараторил, боясь потерять лишние секунды:

— Это отдать нашему лучшему садовнику! Растение должно выжить и прижиться. В сумке же есть макры для подпитки магического фона. Мне плевать, кого ты найдёшь, и кто в чём разбирается, важен результат! Остальные макры вернёшь. Ну, чего встал, рот открыв? Ты ещё здесь?

Мужчина, схватив рюкзачок, очень бодро рванул к лестнице, а я вернулся в кабинет. Оба стакана гостей оказались пусты, и я, не чинясь, собственноручно наполнил их повторно. Схватив свой, сел на своё место. Поковырявшись в карманах, вывалил кучу различных купюр на стол перед ошарашенными работниками.

— Здесь чуть меньше четырёх тысяч, — я, наконец, отпил из стакана. — Все эти деньги должны пойти на обустройство деревни. Стройматериалы в приоритете. Вы двое после познакомитесь и скоординируетесь, надеюсь. Завтра к этому же времени жду план, как минимум! Мои люди должны жить комфортно, а не в землянках по двадцать человек. Вопросы?

Пока Иван хватал открытым ртом воздух, Антон Антонович, не суетясь, но привычно дёргаясь, сортировал купюры. Посреди процесса он поднял на меня взгляд.

— Я даже не буду спрашивать, откель такое богатство, понятно, что с изнанки. Господин, вы отдаёте себе отчёт, что там крайне опасно, а вы — последний представитель рода и надежда множества людей? Ежели вы погибнете, ваши люди сильно пострадают в той или иной мере! На мой взгляд, им лучше жить в землянках, чем переходить в новый род, под чуждую руку.

— Мои люди должны жить хорошо! — отрезал я. — Других путей я пока не наблюдаю. И уж поверь, сдохнуть я точно не планирую. Так что, выдыхай и давайте работать! Иван, ты уже думал, с чего нужно начинать?

— Всё верно, господин, — пришёл в себя здоровяк. — Я даже на бумаге отчёт прикинул, вот, ознакомьтесь.

Он протянул мне довольно сильно мятые листы дешёвой бумаги. На них почерком, который я еле разбирал были расчёты затрат на каждый дом из первых двенадцати, на центральное здание и даже дорог и нескольких дополнительных колодцев.

Увидев мою поднявшуюся бровь, он зачастил:

— Нет, ваше благородие, я не говорю, что это нужно всё и сразу, я прекрасно понимаю состояние рода опосля гибели вашего батюшки, — после глубокомысленного покашливания Тонтоныча он сбился, покраснел, и комкано закончил: — в общем, как вы и просили, я описал все потребности. А уж что делать, решать токмо вам, господин!

Я всмотрелся в числа. Если делать всё, что нужно, необходимо было ни много ни мало, одиннадцать тысяч имперских рубликов. Однако! Впрочем, если добывать как сегодня, то это дело недели максимум. Мне, как лидеру, полагалась почти треть от всех доходов нашей команды. Это очень много.

— Антоныч, начинай закупки! — скомандовал я. — Только вместо двенадцати домов заложите в план двадцать. Нам нужно расширять количество преданных роду людей на земле. Кстати, что там со старым головой, точнее, с его семьёй? Что они решили?

— Они продали дом, — тут же отозвался Иван. — Даже два. Его брат тоже решил поискать лучшей жизни. От нас съезжают две семьи, семнадцать человек.

— Приемлемо, — немного подумав, сказал я. — Кстати, тебе вменяется в задачу распространять слухи, что барин начал заботиться о людях. Не прямо сейчас, а когда это заметно станет. На материал для фундаментов денег точно хватит. Как возведёте, так и начинай, хорошо?

— Пренепременно, ваше благородие. Мне и стараться не нужно будет, люди сами обо всём начнут говорить. Вот только…

Он замялся, и я решил его подтолкнуть:

— Вот только что?

— Я про колодцы, господин, — тихонько сказал он. — Наверху вообще ни одного нет, там глубоко копать надо, люди до километра в гору носят ведра с водой. С него бы начать, ежели вы не против.

— Одобряю! — ответил я. — Вань, ты теперь голова! И тебе решать, что людям важнее и нужнее. С подобными мелочами не обращайся более. Мне заявки нужны и отчёты. И всё. А! И ещё найди, кто тебе это понятно писать будет, твой почерк ужасен, еле разобрался.

— Дык, могу Андревну попросить, — скукожился огромный мужик. — Она, в принципе, меня поддерживает, и вообще, добрая и классная. Хотя, у меня средняя дочка тоже хорошо пишет. В общем, будет сделано.

Мы проговорили ещё с полчаса, но совсем серьёзных тем больше не было. Коньяк я подливал ещё дважды, каждый раз вгоняя этим действием в ступор своих управляющих. Причём, гарантированно, снаружи дверей дежурила прислужка специально для этих целей. Но я не хотел нарушать атмосферу. Привыкнут к нестандартным взглядам на жизнь и моим странным решениям.

После того, как мужчины, с моего позволения, ушли, я решил прогуляться в загон к Зоре, кормилице Алисы. Крохотного щенка с изнанки. Я опасался, что маленький магический фон нашего мира может повредить малявке.

При подходе к вольерам услышал знакомый шум, собаки радовались приходу знакомого человека. Кто-то крутился вокруг своей оси, кто-то прыгал на ограждение, все виляли хвостами и счастливо поскуливали. А я направился к нужной клетке. Зора взбивала пыль хвостом, но не вскакивала, к её соскам были прилеплены сразу три щенка. Одним из которых была моя добыча, трофей, который я обещал выходить и сберечь.

К моему удивлению, Алиска, трофейная мелочь, оторвалась от сиськи, сосредоточенно водя длинным носом, нюхая воздух. Наконец, она повернулась и постоянно падая, поплелась ко мне. У неё уже открылся один глазик, которым она ещё не научилась видеть.

Основная проблемка у неё случилась, когда нужно было переползти через заднюю лапу приёмной матери. Она раза три запрыгивала на неё, и скатывалась обратно. В итоге она села и совсем по-человечески захныкала. А в голове я услышал нежный совсем детский голосок:

— Папа? Ты где?

Если честно, я был шокирован. Отворив клетку, я подбежал к огромной Зоре и подхватил крохотное тельце. Прижав к груди, я попробовал мысленно:

— Здесь, маленькая. Как ты?

— Тут хорошо, — опять раздалось внутри головы. — Новая мама пахнет непривычно, но она добрая! Ты пришёл меня забрать, наконец?

— Нельзя, малышка! — открестился я. — Мама тебя кормит, и до того, как ты сможешь добывать и есть обычную пищу, ты должна быть с ней. А после я тебя заберу, договорились?

Кроха думала секунд пять, после чего выдала:

— Конечно, пап! Мне нравится. Папа хороший, и мама хорошая. С вами безопасно. Я буду делать, как ты скажешь. Только мама со мной не говорит. Я с ней говорю, а она в ответ меня вылизывает. Не говорит совсем, это грустно очень.

— Не страшно, малышка, — сердце затопило какое-то непередаваемое чувство, близкое к восторгу. — Говорят не все. Главное, что мама о тебе заботится. И я буду.

— Ты лучший, пап! — тихий голосок поднял следом бурю нежности и желания защищать от всего мира. — Можно я пойду? Спать хочется сильно!

Охренеть! Это что сейчас было? Я аккуратно опустил крохотное тельце на солому и сука моментально облизала щенка, смывая мой запах. После чего носом затолкала малышку себе под брюхо.

Нет, я понимал, что мне достался далеко не обычный земной щенок. Да и внешний вид был далёк от собак. Но… Я попытался собрать мысли в кучу. Получается, что этот вид разумен? И на них охотятся, как на остальных обитателей изнанки? Впрочем, вспомнив, сколько стоит их шерсть, срезанная с трупа, я понял. У нас и людей за медяк могут порезать и в болото скинуть.

Кстати! Шерсть же! Мне нужна их шерсть. Чуть ли не ключевой ингредиент. Стоп, я срезал. На обратном пути. Специально отстал от команды и нарушил покой маленьких жертв людской жадности. Но мне не хотелось, чтобы об этом хоть кто-то знал. А вот куда дел, я не помнил. Обшарив карманы, я таки нашёл маленький кулёчек.

Развернув его, я обнаружил с пару десятков аккуратно срезанных шерстинок. Ну, слава Росомахе, не пожадничал, лишнего не взял. А ведь как в коматозе был, ничего не соображал после казни. Надеюсь, погибшие малыши простят мне этот поступок.

В задумчивости я поплёлся к особняку, собираясь лечь спать. Но меня перехватил Василий, мой гувернёр, прямо на высоком крыльце. Он с какой-то не присущей ему робостью протянул запечатанное сургучом письмо.

— Вот, Смородинские прислали. Велели отдать лично в руки. А что касаемо корня, вашбродь, усё порешал. Им лучший садовник обещался заняться, проблем не должно быть!

Я рассеянно кивнул, ломая сургуч. Оттуда выпал небольшой листок, слабо пахнущий явно дорогим парфюмом. Аккуратно развернув, опасаясь ловушек по типу отравленных иголок, я вчитался в содержимое.

Оказывается, у Сергея Викторовича Смородинского, главы семьи, через три дня юбилей — семьдесят лет. И он приглашал меня на торжественное мероприятие, посвящённое этой дате. С любым сопровождением, хоть с любовницей, хоть со слугами, хоть с охраной.

— Не вздумайте, господин! — оказывается, толстяк бессовестно подглядывал, и теперь не мог удержаться от комментария. — Это верная смерть, вместо праздника несчастный случай получите! Не нужно оно вам, умоляю! Вам бы правда скрыться в магической академии, там вас достать не получится. Скоро приём абитуриентов начнётся, комнатку там вам выделят! Будете жить-поживать, девчонок кадрить! Безродные девки падки на дворян, даже на баронов. Красота же!

Он заискивающе уставился мне в глаза, его подбородки заходили ходуном. А я задумался.

Школа магии, конечно, важно и нужно. Этому телу скоро восемнадцать лет, время просыпания магии. Ну, официально. Богатые семьи нанимали учителей и пробуждали своих отпрысков чуть ли не в шестнадцать лет, в семнадцать с гарантией. Если в них была магия, конечно. И обучали до академии, дабы те имели преимущество над остальными.

У меня, по понятным причинам, покровителей, учителей и денег на них не было. В любом случае, учиться будет нужно. Так что поеду. Но, не сейчас. На днюху соседа я пойду, это не обсуждается. Важно понять, ими руководит только желание заполучить мою изнанку или что-то ещё. За что они уничтожают мой род? Хоть это и не доказано, я был уверен.

— За эти три дня подготовь достойную ситуации одёжку и транспорт, — распорядился я. — Я принимаю приглашение. А сейчас, накройте мне ужин. Спать хочу.

Было видно, что Васька хотел спорить, что-то доказывать. Но взглянув в мои глаза осёкся и побежал в дом. Когда я подошёл к малой столовой, рыжая Катя заканчивала сервировать стол. Меня порадовало, что объём блюд был небольшим, хотя выбор их был достаточно высоким. Три салата, два вида мяса и сложный гарнир. Похоже, моя идея про оплату поваров и поварят начинала работать.

Ополоснувшись, я завалился спать, с блаженством вытянув тело. Оно, кстати, менялось на глазах. Чуть окрепло, сквозь кожу уже были видны мышцы, пока не особо большие. Пузико почти ушло, появились кубики пресса. Пара недель в подобном ритме, и я вернусь к своим прежним кондициям.

Проснулся я привычно с криками петухов. Солнышка ещё не было, была утренняя серая хмарь. Сделав все утренние дела, спустился в столовую, где мне моментально накрыли хороший стол. Хотел заглянуть к Алиске, но не стал, быстрой рысью рванув в сторону форта вокруг изнанки.

Команда встретила меня весьма настороженно. Плавно возвращавшиеся воспоминания сказали мне, что под конец рейда на меня смотрели странно. Типа, у шефа башню снесло, потерялся и так далее.

Глава 14

— Доброе утро, — вежливо поздоровался я с бойцами, усаживаясь за стол. — Со мной порядок, пришёл в себя, готов к подвигам. Друзья, я в подземельях и их строении ничего не знаю. Так что помимо боёв командовать не буду. Кто готов мне помочь? Кто разбирается в развилках?

— Я могу, — спокойно отозвался Илья. — А ты точно в порядке? Боец ты крутой, спору нет, но вчера странным был.

— Я вчера отобрал человеческую жизнь, — спокойно начал я. — Этот человек хотел меня убить, по умер сам. На мой взгляд, всё честно. Только мне это далось тяжело, переживал я. Теперь со мной всё в порядке, да и мой бог сказал, что я всё сделал правильно.

— У тебя бог есть? — ребята мне явно не поверили. — Так ты что, из благородных что ли? И как теперь к тебе обращаться?

— Это не важно! — отрезал я. — Всё остаётся как было. Вам нужна добыча, деньги и слава?

— Ну да… — раздался нестройный хор голосов.

— Так пойдём и возьмём всё это! — продолжил я мотивировать команду. — Мы можем? Можем! Так чего стоим, сопли жуём? Выдвигаемся.

Громко поставив кружки на стол, ребята, уже пришедшие в себя и воодушевлённые, вскочили из-за стола. До портала добрались быстро. И снова попали в широкие проходы, стены которых светились. Всё знакомо.

Илюха повёл нас странной дорогой. Две развилки мы шли налево, а каждую третью — направо. И так постоянно.

— По поверьям, это самый прибыльный путь, — пробасил он. — И при этом относительно безопасный. Подтверждения нет, но, по легендам, в одном таком походе нашли яйцо дракона. Редчайший ингредиент. Вот, все и пытаются повторить. А так проходы и развилки здесь постоянно меняются, карту не сделаешь.

В этот день я лично заработал полторы тысячи. Ничего уникального мы не встретили. Правда, по окончанию похода ноги гудели. Как и руки, я выступал основной боевой единицей. Намотали километров мы довольно много. Монстры попадались не часто, зато финансово выгодные. Мы играюче справлялись с каждым нападением на нас.

Вечером Василий снова встречал меня на крыльце, ожидая моего появления с явной тревогой. Похоже, и до него дошла информация о том, где и как я зарабатываю.

— Вашбродь, — поклонился он. — Ванночка налита, подогревается, ужин готов. С чего начать желаете? А ещё с вами Тонтоныч поговорить хотел сильно.

— Ванночка сначала, — устало выдохнул я. — После и Антоныча, и ужин вместе.

— Господин, до меня слухи дошли, что в изнанках жизнью рискуете, денюжку зарабатываете, — каким-то плаксивым голосом сказал толстяк. — Негоже это, последнему из рода собой рисковать. Негоже, господин! Может, одумаетесь? Не всегда везти будет, напороться завсегда же можно. Намедни вон, сильный отряд всем составом полёг, второй тоже пострадал. И ведь это не единичные случаи!

— Всё хорошо, — отмахнулся я. — Я без риска хожу. Да и команда очень опытная. Я же не один там бегаю.

Дальнейший разговор свёлся к нытью моего няня и моим отмазкам. Он, гундя, преследовал меня до самой ванной комнаты, но, когда я зашёл туда, ретировался. А я с огромным удовольствием погрузился в воду. Мышцы, спасибо Россу, уже не ныли, но усталость брала своё.

В малой столовой меня уже ждал Антон Антонович. Увидев меня, он вскочил и низко поклонился. Для него, наверное, рекорд. Он пододвинул мне стул и встал тенью сбоку, изображая полового. Когда я уже приступил к еде, он ожил.

— Ваше благородие, можно сказать? — скромно поинтересовался он. Услышав моё одобрение, продолжил: — денег, что вы выдали, хватает на все фундаменты первого списка. Ну, двенадцати домов и общинного дома. Большее количество мы строить пока не решились. Два дома освободилось, их уже выкупили. Крестьяне работают, как не в себя. По слухам, они вельма довольны вашими нововведениями. Одна чужая семья уже сегодня присылала своего посла, хотят под вас перейти.

Он закашлялся, похоже, такие длинные речи были ему непривычны. Я кивнул ему на стакан морса, который он жадно выпил. Поставив пустой, он продолжил:

— Ваша идея уже работает, господин. Чую, скоро новые крестьяне начнут занимать крохотные домики и даже землянки, что освободятся опосля строительства. В надежде на хорошее жильё и доброе отношение барина. Вы просто гений, если честно. Лучшие долгосрочные инвестиции, что я видел, ваше благородие.

— В приоритете не инвестиции, дружище! — ответил я несуразному мужчине, как обычно, похожему на насекомое. — Важно, чтобы мои люди… понимаешь, мои! Так вот, чтобы мои люди жили, а не выживали. Чтобы могли себе устроить праздник. Чтобы было куда позвать гостей. Чтобы им было не стыдно, что они живут в роду Росомахи. Вот в чём цель! А инвестиции вторичны, хоть и весьма важны.

— Понимаю, — склонил голову Антонович, и его глаза блеснули. — Я продолжу отчёт?

Ответа он не дожидался, и почти сразу начал говорить:

— Люди воодушевлены, господин! Это только слухи, но уже восемнадцать сторонних семей хотят к нам. Задают вопросы, изучают. Самая крупная семья состоит из тридцати восьми человек! Мы не вытянем подобный прилив жителей. Помимо жилья, нужно же ещё и пропитание, одежда, скарб, жестянка, орудия и оружие. Своего у нас ничего нет, всё закупаем же. Поля для пшеницы, подсолнуха, кукурузы и рапса крохотные. При расширении поселения их хватать не будет.

— Так, а что у нас вообще с производством? — поинтересовался я. — Кузня есть, а остальное? Кожевники, жестянщики, портные и прочее?

— Да нет у нас них… простите, господин, почти никого нет, — странно дёргаясь, явно от смущения, Антон Антонович продолжил. — Проезжая ярмарка раз в два месяца. Но цены там, сами понимаете, бешеные.

— Значит так! — решился я. — Переселенцев принимать. Но только тех, кто нам сейчас нужен. Специалистов. Со своим оборудованием в приоритете. Стоп. Ещё тех, кто на грани жизни. Одиноких матерей, к примеру. Суть понял?

— Не очень, господин, — ответил он, ещё больше дёргаясь. — Зачем вам бесполезная нагрузка? Одинокие женщины, да ещё и с детьми? Это совсем нерационально. Они и работать не будут почти, а жрать, ой, простите, есть будут два-три человека. Одни расходы.

— Неважно, — усмехнулся я.

Социологию в своё время я тоже изучал. Где избыток баб, туда табунами прут мужики. Но не буду же я это всё объяснять? Как бы, я довольно тупой, избалованный наследник, ещё и память потерявший. И так странностей за мной море, а что тут делают со вселенцами, я точно знал.

У нас в казарме их был десяток. Даже, скорее, два, за время моего там присутствия. Их всех приговорили к казни, потом хозяева Колизея выкупали и отправляли на смерть на арену. Они были из самых разных миров. Так подумать, наш мир — проходной двор для сторонних душ. Вот только сориентироваться и мимикрировать эти ребята не смогли. Не смогли показать, что они отсюда.

Какие только истории они не рассказывали о своей прошлой жизни! Сложно было поверить, но были миры без магии, честное слово! А ещё были миры, где люди со звезды на звезду летали на огромных дирижаблях, которые не боятся звёздного холода. Ну, этим я почти не верил. Слишком невероятно.

Чаще всего попадались души из миров без магии. С ними было интересно общаться. Они рассказывали про технологии, всякие компультеры, какие-то нереальные реальности, которые можно увидеть только с помощью очков каких-то или имплантов. Про множество миров, до которых летали на специальных железных дирижаблях. Но мне правда было интересно. Хоть это и бесполезная, как мне кажется, информация.

— Дети вырастут, — прервал я паузу. — Будут работать. Женщины могут вновь замуж выйти. Сам должен понимать, проект не на год или два. Я смотрю гораздо дальше. Поклонников Росомахи должно стать много! И тогда он сможет одарить многих своими чудесами.

— Я вас услышал, господин! — дёргано поклонился Тонтоныч. — Не ожидал от вас такого далёкого видения перспективы. Моё вам уважение!

— Отлично, ступай! — оторвался я от вкусной птичьей ножки. — И забыл главное. Домов ставьте пятнадцать сразу. Деньги будут, на!

Вытерев руку салфеткой, я залез в карман и достал свои полторы тысячи. Эти изнанки — золотое дно. Правда, для многих добытчиков часто последнее, что они видят, риск и правда огромен. У меня двести человек приносят чистыми сто рублей в месяц. А я зарабатываю от пятисот рублей до четырёх тысяч в день. Хотя, по сути, я только начал.

Как можно было отдать изнанку кому-то? Я не понимал, что двигало моей официальной матерью, дай ей Росс достойного перерождения. Глупо же!

Увидев мятые купюры, Антон Антонович сделал привычно огромные глаза и, как обычно дёргаясь, сгрёб их в ладонь. Снова низко поклонившись, он пошёл к выходу. Надеюсь, на стройку я заработаю. Хотя бы на первый этап.

— Стой! — вдруг вспомнил я. Мужчина остановился в самых дверях и обернулся. — И вели разбить дополнительные сады, пусть деревня хоть что-то приносит. Деньги на саженцы я найду.

— Денег не нужно, вашбродь, молодые побеги крестьяне не успевают выпалывать. Так что, есть, что сажать. Только земли подготовить надобно, разравнять, разрыхлить. Много работы. И все горят постройкой домов. Покуда вы не передумали и материалы поставляете. Да и поля было бы неплохо расширить с вашими планами.

— Привлеките наёмную рабочую силу, — приказал я. — Но сделайте это. Договорились?

— Как будет угодно господину! — дёргано поклонился управляющий и вышел.

Я ещё хотел зайти к Алиске, маленькому щенку, но понял, что сил снова почти не осталось. Быстро ополоснувшись, я завалился спать. А утром меня разбудили птичьи трели. Солнышко вовсю светило в окошко. Испугавшись, что проспал всё на свете, я моментально подскочил. Но часы показывали всего шесть утра. Проспал, но совсем некритично.

Умывшись, лёгким шагом спустился в столовую. Стол моментально накрыли, всё было готово. Я ел, предвкушая новый день, новые битвы и новый доход, который вложу в свой род и своих людей. Но мне помешал Васька. Он влетел в столовую, тряся всеми своими подбородками и вытирая пот, текущий по лицу и шее.

— Успел, хвала Росомахе! — воскликнул он. — Господин, вы сегодня никуда не ходите! Вы согласились принять приглашение на бал к Смородинским, помните? Портные закончили первый вариант праздничного костюма, вам предстоит с десяток примерок. Для этого вы должны быть здесь! Иначе никак, вашбродь.

Твою же мать! Это что значит десяток примерок? Может, старый воспитатель шутит так? Хотя в чувстве юмора уличён не был, не похоже это на него. Меня, как бы, ждёт моя команда, какие примерки? Я что, девочка?

Впрочем, что я знал о всех этих балах и торжественных приёмах? Вот то-то и оно, ноль! Мне бы хоть примерно представлять, что меня там ждёт. Раньше я этой информацией не озаботился. Ладно, решено!

— Не переживай, Вась, — почти ласково сказал я ему. — Вернусь часа через полтора, всё успеем. А ты за это время найди мне того, кто подскажет и расскажет, что на этом балу делать надобно. А то сам не знаю.

— Так это… — выпучил глаза толстяк. — Даже такое забыли? А напомнить вам и я могу, энто моя работа, как-никак. Но это же фиаско, упаси нас Росомаха от позора, что можно выучить всего за один день?

Отодвинув пустые блюда, я встал и похлопал няньку по плечу, направляясь к выходу.

— Справлюсь, дружище, не переживай так. Самое главное обрисуй, а там по ситуации.

До форта я добежал за тридцать минут. Своего рода рекорд, тело с каждым днём становилось сильнее и выносливее. Спасибо тебе Росс за подобный подарок!

— Не за что, — буркнули у меня в мозгах. — Ты молодец, всё делаешь правильно. Радуешь. Но когти не дам, они половину меня съели, так что сам делай, понял? Но, подарок есть. Не факт, что оставлю, верующих в меня мало. Но попробую. Теперь ты будешь легко фильтровать любые звуки. Да и слух станет острее. Только осторожно, уши при этом могул шевелиться, как у собак или кошек. Не заработай репутацию одержимого или мутанта. Уничтожат.

— От это спасибо от души, шеф! — я остановился перед воротами, делая вид, что ищу денежку. — У меня идея есть. Чтобы люди больше в тебя верили, появись им пару раз. И всё, поверят все. А если ещё и фокус какой покажешь, то вообще с гарантией!

— Умный, да? — ехидно спросил зверёк. — Знаешь, сколько стоит спуск на ваш план бытия? Столько энергии я годами копить буду. Даже просто общаясь с тобой, я трачу те малые крохи, что у меня есть.

— Ну не знаю… — задумался я. — А если какое простое знамение? Вспышка света вокруг меня, когда я тебя вспоминаю, или, может, звук какой? Только редкий, чириканье пташек не пойдёт.

— Хм, любопытно! — я прям представил дёргающийся в предвкушении нос зверька. — Я подумаю, идея меня захватила, прямо скажу. Позже отвечу, бывай!

Голос в голове растворился, а я протянул «наконец-то найденную» денежку привратнику и зашёл в форт. Команда уже ждала меня в трактире. Увидев меня, явно обрадовались и отставили свою посуду, показывая, что готовы к новым подвигам и свершениям.

Кстати, за полтора дня я сильно изменил общую тактику ребят. Теперь впереди всегда шёл я. За мной Алексей, он иногда помогал мне встречать зверей, если их было много. Следом парой шли и Инга, и Ольга. Ольга поддерживала нас слабенькой магией огня, а Инга сразу залечивала небольшие раны, если они появлялись.

Девушки были «макровыми наркоманками», как их называют. При восстановлении энергии от макров они впадали в эйфорию и переставали мыслить разумно, уходя в мир грёз и фантазий. Потому макры для подзарядки силы магов таскал Илья, который замыкал шествие.

В боях он не участвовал, разворачивался к нам спиной, и контролировал тылы. И дважды всего за полтора дня это нас спасало, когда появлялись умные твари и нападали сзади. В общем, моя схема построения отряда мне нравилась и оправдывала себя.

— Привет! — поздоровался я с ребятами. Друзьями их пока нельзя назвать. — Дамы и господа, у нас форс-мажор.

— Что у нас? — сделала тупую мордочку Инга. — Форса что?

— Да, это французское, — отозвался я. — Есть такой маленький народец к западу от нас. Короче, не суть. Я на два дня выпадаю из работы. Можно сказать, по семейным обстоятельствам. Предлагаю всем взять два дня выходных. Вот сто рублей, я отдам их бармену. Вам этого хватит на неделю, если что, не ограничивайте себя.

— Не надо рублей, — непривычно тихо отозвался Илья. — Без тебя мы точно ходить не будем, наш тандем силён тобой. Мы походя проходим даже сильных монстров. Благодаря тебе мы за вчерашний день заработали неприлично много.

— Да, — так же тихо сказала Ольга. — Я согласна. Рублей не нужно. Решай свои проблемы, Андрей, мы подождём. Если честно, это наша с сестрой третья команда, в которой мы состоим. И ты первый командир, кого я могу назвать достойным. Это честь для нас, охотиться с тобой. Так что послезавтра мы тут, ждём тебя. И мне кажется, я высказала общее мнение.

У меня потеплело на душе. Молча пожав руки парням и чмокнув в щёчку девчат, я стремительно вышел. Мне ещё полчаса пробежки до дома предстоит. На воротах путь мне преградил стражник, который взял у меня деньги за вход.

— Ты это, того, короче, понял? — он нахмурил брови.

— Не-а, — честно признался я.

— Ты только вошёл, паря! — пришёл ему на помощь второй стражник. — И уже выходишь. Тут не рады чёрным торгашам! Накупите дёшево, а хозяин прибыль теряет, вот. Так что досмотр, уж не обессудь, правила такие. Ежели что выкупил, лучше сразу предъяви. Мы оценим, ежели ущерб небольшой, штрафом отделаешься.

Мне хватило бы пары секунд, чтобы освободить себе проход. Но зачем? Эти увальни просто выполняли свою работу. Просчитав все плюсы и минусы, я стянул с себя рюкзак и протянул говорливому.

— Я не торгаш, я воин, — серьёзно сказал я. — Приходил на встречу с командой, сказать, что меня не будет. Проверяй, но быстро, спешу я, семейные проблемы.

Солдат недоверчиво посмотрел на меня, но сумку взял вежливо. Покопавшись и обнаружив лишь сменную одежду, воду, еду и кинжал, грустно вернул мне.

— Пропустить! — сказал он важно. — А вообще, на будущее: если для подобных дел заходишь, пошлину платить не надобно. Токма тебя сопровождать будут для проверки и выдворения.

— Понял, благодарю! — кивнул я. — Новичок, что с меня взять?

Солдаты заухмылялись, а я лёгкой трусцой направился прочь. Как только застава скрылась из глаз, я свернул в лес и набрал приличную скорость. И добежал за те же полчаса.

К моему удивлению, незаменимый мажордом опять караулил меня на крылечке. Это что, его основное занятие? Увидев меня, он расплылся в улыбке и зачастил:

— Ваше благородие, как хорошо, что вы вернулись! Портные уже прибыли и ожидают вас в малом зале приёмов. Лекала, выкройки, запах ткани, м-м-м! Как же это прекрасно!

Я его восторгов совсем не разделял, но и сопротивляться не стал. Надо, значит надо. Я направился в нужную залу, но по дороге опомнился:

— Васька, мне ополоснуться надобно опосля пробежки. Спорт, он потеть заставляет. Буду через десять-пятнадцать минут.

— Как будет угодно, — поклонился он. — Но вы правы, плохие слухи от хороших портных нам не надобны. Где их искать, вы знаете. Ещё какая помощь нужна?

— Да, в перерывах обучение, помнишь? — подсказал я.

Мужчина только поклонился, промолчав. А я поплёлся в ванную, пытаясь оттянуть неизбежное. Знатные люди в Колизее говорили мне, что примерки и магазины с девушками хуже, чем сразиться с вервульфом, жуткой тварью с третьего уровня изнанки. Меня собирали по кускам наши лекари после моей победы над ним. Надеюсь, я выживу и теперь.

Глава 15

От автора:

Друзья! Вы подарили мне аж 500 лайков!

Я не мог не отреагировать, ловите внеочередную проду!

Не думайте, что так будет всегда, скорее нет, но растрогали)

Всё оказалось не так страшно, как мне описывали бывалые люди. Меня поставили на невысокий деревянный постамент, этакую мини-табуретку, и начали прикладывать куски ткани, переговариваясь на непонятном мне сленге, сразу пять человек.

Четыре женщины среднего возраста, ничем не примечательные, они были как сёстры. Слегка полноватые, с отвисшим животиком и длинными косами, собранными в пучок. Пятым был мужчина. И он был карликом с несуразно большим мясистым лицом.

Стоя на огромных каблуках, которые он попытался скрыть за платформой, он дирижировал короткими ручками, направляя движения своих помощниц, при этом постоянно прикрикивал на них.

Всё это продолжалось минут двадцать, после чего меня отпустили и дали вновь одеться. Я с облегчением выдохнул. Но это оказалось только началом. Поправив выбившуюся прядь густых и длинных кудрявых волос, карлик пискляво сообщил, сильно тяня гласные и используя странные интонации, чем-то похожие на китайский язык:

— Первична-ая примерка завершена-а, ва-а-аш бла-агородие. Вскоре мы сно-ова пригласим ва-ас на приме-ерку!

Меня аж передёрнуло, но я постарался не подавать виду. Мне нужен был этот грёбаный костюм. Ничего, потерплю. Хорошо хоть, карлик сам ко мне руками не лез, я откуда-то точно знал, что этого допускать никак нельзя. Хоть и не понимал, почему.

Я вышел из залы, и ко мне тут же подлетел мой верный пухляш. Оглядев меня и моё перекошенное лицо, он скромно поинтересовался:

— Вашбродь, вы в порядке? Такое ощущение, что вы отбивались от монстров! Готовы к обучению? Я готов преподать вам азы. Правда, сумлеваюсь, что этого будет достаточно.

— Нет, что-то в памяти есть, — успокоил я его. — Только не уверен, что всё буду делать правильно.

Это было правдой. Я знал, какой вилкой едят какой блюдо, как чистить мидии щипчиками, как резать персик, как кто кому кланяется и насколько глубоко, кто должен это сделать первым. Вот только знания все эти были глубоко теоретическими. В бытность мою гладиатором я впитывал любые знания, как губка, и ими расплачивались со мной. Порой, самыми неожиданными. Я запоминал всё.

— Это лучше, — облегчённо выдохнул толстяк, только глаза не верили. — Пройдёмте в кабинет, господин!

Оказывается, теория с практикой расходились несильно. В основном я косячил с углом поклонов. Ну, насколько низко и перед кем нужно кланяться.

Он тренировал меня, постоянно ругаясь:

— Ну кто так кланяется равному? Ты барон, а не челядь! Плечи ровно, работает только шея! Просто кивок, но кивок уважительный! Эй, ты не гопника приветствуешь, ты бы ещё вверх кивнул, да не так! Да расправь ты плечи, ты не к поединку готовишься!

Он даже перешёл на ты, оказавшись в своей стихии. Я снова оказался подростком, которого обучают простейшим вещам. Я был не против, достало, что абсолютно все обращаются ко мне «на вы», и наслаждался таким простым общением.

В целом, у меня начало получаться, хоть и не всегда. Не привык я кланяться, на арене этого не требовали, да и в принципе на стал бы. Но, тут сословия, нужно соответствовать. И в этот момент прибежал служка, который оповестил, что меня готовы принять на вторую примерку.

Вскоре я вновь стоял на постаменте. От прошлого раза было единственное отличие — некоторые куски ткани сшили между собой огромными стежками из белой нитки. Некрасиво же! Впрочем, подождём. К счастью, на этот раз процесс был немного покороче.

Так и прошёл мой день. Под конец я был готов выть на луну или убивать всё, что шевелится. Теперь я верил, что проще схватится один на один с вервульфом, чем пройти пытку срочного изготовления костюма под заказ. Хотя результат превзошёл все мои ожидания.

Белых ниток больше не было, ткань была нежной на ощупь. Приталенный костюм идеально сел по фигуре, абсолютно не стесняя движения. Карлик жеманно прогулялся вокруг меня и, наконец, не нашёл к чему придраться. А я, вместо спасибо, хотел свернуть ему шею.

Наконец, я снял результат целого дня трудов и просто сбежал. На улицу. Подумав, решил навестить Алиску. Собаки привычно встретили меня повизгиванием и виляющими хвостами. Я зашёл в клетку к Зоре. Она вскочила, приветствуя меня, поднялась и лизнула в лицо.

Я со смехом отмахивался, а она продолжала лезть ко мне. И это было именно то, что нужно. Напряжение сложного для меня дня отступало. И тут я услышал в голове:

— Папа? А ты большой! И на маму не похож. Я скучала…

Ко мне ковыляла на подгибающихся лапках Алиса. Один глаз открылся полностью и сейчас внимательно меня разглядывал. Второй был ещё полузакрыт. Сделав шаг вперёд, я поднял крохотное тельце. Малявка лизнула ладонь неожиданно ярко-красным язычком.

— Привет, моя хорошая. Как ты тут? Братья-сёстры не обижают?

Я аккуратно погладил крохотную холку.

— Нет, пап, они хорошие. Мы уже даже научились соски делить, оказывается, их всем хватает и не нужно отталкивать друг друга. А ещё я учусь видеть, вот! Пока всё размытое, но я откуда-то знаю, что вскоре буду видеть хорошо. Зато я тебя по запаху легко узнаю, вот!

— Ты умничка, — не кривя душой, ласково сказал я, аккуратно поглаживая комочек. — Расти, питайся, больше играй. А я буду приходить к тебе в гости.

— Хорошо, пап! — доверчиво прижалась она к ладони и вдруг тихонько замурлыкала, как котёнок. — Спать хочется…

Я аккуратно опустил щенка гончей под бок, потрепал её по холке и вышел.

Утром проснулся поздно, и чувствовал себя так, будто вчера меня весь день били. Ногами. А ведь всего лишь пережил несколько примерок. Кое-как доковылял до ванной и встал под холодный душ. Дыханье выбило, тело замерло от шока, вода оказалась ледяной. Быстро переключил воду на тёплую.

Зато проснулся и почувствовал себя снова живым. Закончив все утренние процедуры, спустился в столовую. Там меня ждал сюрприз. Вроде и приятным не назовёшь, но и неприятным тоже.

Небольшой стол на шесть персон заменили огромным длинным монстром человек на двадцать. Во главе стола стояли несколько тарелок, и море всевозможных приборов. Сверху и по бокам расположилась куча бокалов и фужеров. Сбоку стоял половой с полотенцем на руке. Напротив меня в невообразимой дали сидел Василий.

— Доброе утро, — церемонно поклонился он. — Присаживайтесь, господин. Я взял на себя смелость накрыть завтрак согласно этикету. Такой крохотный экзамен. А вон в том углу фуршетный стол, я не знаю, какой приём будет у Смородинских, застолье или фуршет. Приступим, господин!

Только я собрался присесть, как меня догнал окрик:

— На слуг не обращать внимания, мне кивнуть, едва заметно. Вчера же всё это повторяли!

Я выполнил требуемое, взял салфетку сел и постелил её на колени. Уже лет пять как её перестали запихивать за шиворот, словно детский слюнявчик. С этим угадал, уже хорошо. Васька два раза громко хлопнул в ладоши, и появилась вереница слуг с блюдами и напитками.

Скажу честно, больше всего меня ругали за осанку. Требовали ровной спины и этакой вальяжности. Привычка всегда ждать нападения здесь сыграла со мной плохую шутку. В целом, я справился, и даже, о чудо, заработал похвалу. Но из-за стола вышел голодный и злой. Хоть и довольный.

— Со старшими по статусу первым не заговаривай, — продолжал поучать меня наставник. — В идеале, младших не игнорируй. С ровней держись на равных, как ни смешно это звучит. Независимо от возраста! Если будет назревать конфликт, а он точно будет, зачем тебя ещё пригласили, не ведись. Отвечай в ответ, оскорбляй. Не сорвись на драку или вызов на дуэль.

Он взял у слуги бутылку дорогого белого вина и отхлебнул прямо из горла. Увидев мой удивлённый взгляд поперхнулся и выдал:

— И так не делай! В общем, если конфликт неизбежен, то поверни ситуацию так, чтобы на дуэль вызвали тебя. Тогда за тобой остаётся выбор места, времени, а главное, оружия. Против даже слабого мага тебе не выдюжить, поверь мне.

Ну, по большому счёту он был прав. Вот только он и не подозревал, скольких магов за свою жизнь я отправил не перерождение на арене. Я видел атаки. Предвидел удары и заранее реагировал. Я даже научился определять типы заклинаний, направленных на меня. Но об этом я никому не скажу. Это самый секретный секрет, моё тайное оружие.

— Понял, — вежливо кивнул я. — Морды не бить, на дуэли не вызывать. А если я просто прибью идиота, что ко мне полезет? Гортань сломаю, например?

— Каторга, — не приняв моей шутки, отозвался мой нянька. — А то и казнь, как суд решит. Не вздумай, у тебя ещё даже наследников нет. В общем, прошу, будь предельно аккуратен и благоразумен.

— Да понял я, — так же серьёзно ответил я. — Всё будет чики-пуки. Не переживай. Когда выезд-то?

— Пригласили тебя к обеду, к четырнадцати-ноль-ноль. Так что стартуешь ты в двенадцать-тридцать. До этого обязательно плотно покушай, поскольку до ужина там еда не предполагается. Будет неудобно, ежели ты животом бурчать начнёшь с голодухи. Не поймут и не оценят.

— Так у меня ещё пол дня? — удивился я. И обрадовался. — Тогда организуй поездку в деревню, хочу глянуть, что там и как происходит.

— Хорошо, господин, — учтиво поклонился Василий. — Через пять минут всё будет.

Живот был почти полон, потому я просто переоделся и спустился к выходу. Двуколка уже действительно меня ждала. Я быстро уселся и скомандовал трогать. И вскоре въезжал в деревню.

Сразу бросалась в глаза неожиданная движуха. Тележки, люди, повозки, лошади. Даже детишки были при деле. Ощущение, что на стройку вышли все, вплоть до грудничков. Суета. Но осмысленная.

Я велел остановить коляску у центральной площади. Люди кланялись мне, но работу не прекращали. А навстречу мне вышел новый глава деревни, поклонился и сказал:

— Видали, ваше благородие? Кипит работа! Провести экскурсию?

В его глазах читались гордость и удовлетворение. Я с удовольствием согласился. Пошли мы пешком, к краю деревни. Мимо сновали люди с телегами, наполненными строительной смесью, камнем, землёй. Каждый явно знал, что делать.

— Нам уже поставили сорок подвод с камнем для фундаментов, — показал он на огромную кучу. — Ещё семьдесят обещались поставить до завтра. Предлагали грузовыми автомобилями возить, это быстрее, но дороже. А по срокам люди как раз успевают траншем вырыть да уложить то, что уже поставлено. Почти дошли.

Улица сделала небольшой поворот, и я увидел саму стройку. Было вырыто шесть неглубоких котлованов, землю из которых куда-то выводили на тележках и подводах. Два фундамента уже закончили, они возвышались над землёй сантиметров на сорок, и сейчас клали третий.

На самом строительстве было занято всего человек десять. Три каменщика, подавальщики. Ещё столько же копали очередной фундамент. Вся остальная деревня их обслуживала.

На самом деле я поразился, насколько быстро и качественно Ваня смог смотивировать людей на такую стройку. Нет, понятно, несколько семей получат эти дома, причём, можно сказать, бесплатно! Но остальные-то? Как?

— Объясни мне, Иван, — решил не откладывать в долгий ящик. — Как тебе удалось сделать так, что работает на стройке вся деревня, включая аж детишек и подростков? Хотя дома получат немногие из них.

— Так всё просто, ваше благородие, — пожал он плечами. — Мы устраиваем лотереи. По каждому дому отдельно. Пока что никто не знает, кому строится какой дом. А ежели победит кто-то с домом, он сможет выбрать, кому какой дом передать. Смогёт и в старом остаться, и в новый переехать, на собственное усмотрение. Само собой, выбор будет только из глав семей, даже если семья из двух человек.

— Умно, — похвалил я его. — Продолжайте, мне пора, наверно.

На обратном пути глава успел похвастаться что, как и собирались, выкопали колодец. И даже стены сложили уже. Как раствор схватится, так и ворот поставят, пользоваться можно будет, воды в нём метров шесть вышло. Вскоре я катил обратно. Лошадка не спешила, и я успел насладиться видами садов, полей и перелесков.

На крыльце меня уже ждал гувернёр, подскакивая от нетерпения. Увидев двуколку, он начал махать руками, как ветряная мельница. И вдруг бросился на встречу, смешно колыхаясь всеми телесами, коих было непозволительно много.

— Господин, господин, — с явной отдышкой зачастил он. — Как вы могли! Приём уже через два часа, а вы ещё не одеты, и даже ванну не принимали. А ещё вам поесть надобно же! Помните, я говорил про урчащий желудок? Не по статусу это! Как же так? Поспешать необходимо весьма сильно.

Я лишь ухмыльнулся. Подобрав лысого Василия, мы подкатили к крыльцу. Смех смехом, но мне действительно нужно было поспешать. Ополоснулся я быстро и спустился в столовую. На этот раз неожиданностей с десятком вилок не было, и я быстро пообедал.

После же меня начали наряжать в новый, свежесшитый костюм. Вот зачем эти пляски с бубнами? Неужели я сам не в состоянии надеть простую рубашку и костюм? Понятное дело, дополнив их носками и туфлями. Но нет! Три служанки даже носки мне одевали сами. А вокруг них бесновался мой нянька, раздавая бессмысленные указания.

А я в это время разглядывал герб рода, красиво вышитый на лацкане пиджака. Оскаленная хищная пасть росомахи, под ней скрещенные мечи, а сверху ветка какого-то плодового дерева. Красиво, честное слово. Наконец, суматоха вокруг меня улеглась, и даже Василий перестал бегать вокруг меня, сдувая несуществующие пылинки.

Спустившись вниз, я застыл в восторге. Карета. Карета! Огромная, невероятно красивая конструкция минимум на шесть мест. Те же самые гербы, что на моём лацкане костюма, со всех четырёх сторон. Позолота, местами протёртая. Что не мешало выглядеть транспорту с четырьмя лошадьми дорого-богато.

Внутри оказались два дивана, напротив друг друга, обитые красным бархатом. Между ними небольшой столик из явно дорогой древесины. Над ним небольшой открытый бар с кучей разных бутылок и хрустальной посуды. Всё просто кричало о богатстве хозяина этого транспортного средства.

Вот только теперь не кричит. Везде появляются автомобили. Которые сейчас являются мерилом богатства. И на который денег пока не было, слишком много первоочередных трат у меня. Та же деревня на текущий момент намного важнее. Похрен, пусть считают меня ретроградом и сибаритом.

Внутри меня уже ждали два, относительно меня, пожилых человека, лет по сорок. С цепким взглядом. Раньше я их не видел.

— Это твоя охрана, Илья и Грудень, — представил мне парочку Василий. — Нанимаем специально для подобных случаев. С собой, сам понимаешь, в особняк их брать не стоит, можешь, конечно, но это покажет твои страх и неуверенность.

Они были разными. Илья был кряжистым, широким, с длинной бородой и абсолютно лысый. Грудень же был скорее тощим. С модной чёлкой, жилистый, худой и с заметным шрамом через правую щёку. Скорее от клыка животного, чем от холодного оружия. В этом я разбирался.

Василий подал мне руку, чтобы помочь забраться в роскошный транспорт. Типа, это тоже обязательно, и никуда от этого не деться. Скрипнув зубами, я принял «помощь» и сел на задний диван, напротив своих охранников. Вася тут же бодро запрыгнул следом и, растолкав парней, плюхнулся толстым задом между ними.

Всю дорогу он давал мне последние наставления. Я старательно делал вид, что слушаю, кивал головой и угукал, а сам любовался природой. Поля, луга, перелески, сады. Солнышко ласково грело, несмотря на почти середину лета. Пахло свежестью и зеленью, чирикали птички и стрекотали насекомые. Изредка фыркали наши лошади.

Особняк соседей оказался намного меньше моего. Кирпич в три этажа, без боковых крыльев, шириной метров сто пятьдесят. Вот только парк перед входом выглядел круто, в отличие от моего. Мои садовники явно не справляются. Живая изгородь, фигуры из растений, фонтаны, альпийские горки… Было правда красиво! Впрочем, завидовать не буду, заработаю и на красоту, просто дайте время.

Первыми из кареты, когда мы подъехали к красивому входу, выскочили Вася и моя охрана. Мне опять додали руку, охрана гордо выпятила грудь, встав по бокам от кареты. Я, подняв голову, вышел. Передо мной высилось крыльцо в десяток ступеней, наверху скучал слуга. Он с поклоном открыл мне дверь, и я зашёл внутрь.

В уши сразу ударил шум голосов, откуда-то слышалась заунывная музыка. Слуга прокашлялся и громко провозгласил:

— Барон Росомахин!

Десятки глаз тут же устремились в мою сторону. Шум стих. И тут же снова возник, совсем другой тональности. Люди шептались, явно обсуждая меня. А мне навстречу быстро пошёл очень симпатичный старикан. Высокий, мощный, с ухоженной эспаньолкой.

— Андрей Сергеевич! — кивнул он мне ровно так, как меня учили приветствовать равного. Я возвратил крохотный поклон, тоже как равному. — Честно сказать, сильно сомневался, что вы-таки сможете принять моё приглашение! Польщён. И рад видеть вас здесь и сейчас.

Глава 16

— Рад видеть вас здесь и сейчас! — пожилой красавчик приблизился ко мне и сказал почти на ухо: — Сударь, нам всенепременно следует поговорить наедине! Через полчаса к вам подойдёт мой доверенный слуга и пригласит вас ко мне в кабинет. Надеюсь, вы примете приглашение!

— Конечно! — снова кивнул я головой. — Буду рад.

Судя по всему, это был глава рода Смородинских. Не знаю почему, но он меня сразу расположил к себе. Развернувшись, довольный, он пошёл в зал.

Огромный холл был заполнен народом. Дамы и девушки были все в платьях с широченными юбками, мужчины поголовно щеголяли в костюмах, подобных моему.

Столов как таковых не было, было огромное количество небольших столиков с разнообразными закусками и напитками. Незаметные слуги сновали туда-сюда, обновляя блюда и убирая использованную посуду.

Я неспешно пошёл в толпу. Для меня были внове подобные мероприятия, как-то на арене особо не пожируешь, да и в казармах тоже. Но я старался не пялиться. Особенно на многочисленные глубокие декольте, из которых готовилась выпрыгнуть грудь.

— Барон Росомахин? — нежный голосок заставил меня вынырнуть из размышлений. — Позвольте представиться! Баронета Елизавета Смородинская. Вы не будете против ненадолго составить мне компанию? И совместно выпить стаканчик чего-нибудь горячительного. Кстати, что предпочитаете?

— Андрей, — кивнул я учтиво. — С удовольствием! А предпочитаю коньяки и джины.

Напротив меня стояла молодая, высокая стройная девушка лет семнадцати-восемнадцати. Остроносенькая, с ярко-рыжей шевелюрой, огромными глазами и такими же выдающимися ресницами. Те глаза, что пониже, тоже были красивыми, небольшими, упругими.

В общем, несмотря на возраст, это была великолепная самка. Впрочем, я сам теперь ещё молодой, пора свыкаться с этой мыслью. А красавица, моментально сориентировавшись, помахала какому-то слуге. Потом второму. Подошли они одновременно.

У одного на подносе были снифтеры с коньяком, у другого шампанское. Мы взяли по одной порции. Остальные дамочки ревниво наблюдали за нашим общением, но не вмешивались. А мужчины столь же ревниво наблюдали за женщинами, в основном за Елизаветой. Похоже, она пользовалась тут спросом и успехом.

— Может, выйдем на террасу? — мило улыбнулась барышня. — Там шум и пристальное внимание не помешают беседе.

Я протянул ей локоть, всё по заветам Васьки. Она благосклонно приняла руку и так мы направились через весь зал. Было ощущение, что за нами наблюдали все, от стара до млада. Сказать, что мне было плевать, это соврать. Внимание напрягало. Но я достойно выдержал это испытание.

— Видели, как все напряглись? — обворожительно улыбнулась она. — За мной охота началась, мне через полгода восемнадцать, от сватов отбоя нет. Хотя, слава Смородине, пока отбиваюсь. Вы уж простите, но будьте аккуратнее. Моё внимание к вам может вылиться в парочку дуэлей.

Она кинула на меня оценивающий взгляд.

— Впрочем, уверена, что вы справитесь. Не знаю, как и когда вы научились биться, но судя по словам моих братьев, вы весьма сильны. Стали. Внезапно. Об этом я и хотела поговорить.

К этому времени мы прошли всю залу насквозь и оказались на уютной террасе с другой от входа стороне дома. Тень создавали десяток старых и кряжистых деревьев грецкого ореха, с уже висящими плодами, пока маленькими. Легкий ветерок шевелил крупные рыжие локоны моей собеседницы. Две парочки по краям совершенно не мешали общению, хотя явно обратили на нас внимание.

— Слушай, — она резко обернулась, оторвавшись от созерцания красивой ухоженной лужайки с кустами в виде фигур животных и небольшим бассейном с фонтаном.

Её лицо оказалось в десяти сантиметрах от моего. Я еле удержал себя, чтобы не поцеловать милое личико. Она была красива и притягательна. Вот только убивать на дуэлях половину гостей я не планировал. Да и пока не знал, какая она внутри. Вдруг за красивой обёрткой скрывается настоящий монстр? Не исключаю, к сожалению.

Осознав ситуацию и увидев мой плотоядный взгляд, девушка резко отодвинулась, покраснела и пробормотала:

— Извини, я не нарочно. Я хотела спросить. Честно говорю, подслушала, и не скажу, что случайно. Но, братья обсуждали, что ты их избил и выгнал из своего трактира. Ты раньше не производил впечатления сильного бойца, хоть я с тобой почти и незнакома. Это правда? Как так вышло, как у тебя получилось? Они были сильно пьяны?

— Да, они были подвыпивши, — начал изобретать я. — Да и уроки я брал у одного воина, он очень много мне дал. Да и физику подкачал по его инструкциям. Бег там, отжимания и прочее. Сильным стал и быстрым.

— Здорово, — кажется она не льстила и не жеманничала. — А можешь что-нибудь этакое показать?

Возможно, виной были феромоны, или какие-то юношеские гормоны, но я, недолго думая, перевернулся, встав на руки. Потом одну поднял, а второй отжался. От выхода на балкон раздались размеренные, какие-то ленивые хлопки в ладоши.

Я тут же встал на ноги, ощущая себя ребёнком, которого поймали на воровстве конфет. Медленно огляделся. Парочки застыли, позабыв друг про друга, вовсю смотря в нашу сторону. А у входа стоял один из тех, кого мне пришлось побить — Смородинский-младший. Стоял, и откровенно забавлялся, хлопая в ладоши.

Блин, никак не привыкну к реакциям нового тела. Такое ребячество мне точно не свойственно. Гормоны юности — единственное объяснение. Захотелось покрасоваться перед симпатичной самочкой, при том, что сам я давно не парился на их тему. Понравилась — подошёл и словами договорился о страстном сексе. Понравилось — продолжил встречи. Всё просто же! И так вляпаться.

— А ты хорош! — лениво бросил мне парень. — Теперь понятно, почему ты нас уделал. Но всё равно это случайность, мы просто были сильно нетрезвые. Как-нибудь повторим, если время найдём. Ты же не против?

— Это вызов на дуэль? — равнодушно поинтересовался я.

— Много чести! — хмыкнул он. А я до сих пор не знал никого из хозяев по именам. Василий явно считал, что я знаю, и пропустил это в своих инструкциях. — Просто дружеский спарринг. И да. Официально приношу свои извинения за досадное недоразумение в кабаке. Мы с Игорем были не правы. Хорошего отдыха!

И что это сейчас было? Я аж впал в ступор. Меня тут, по идее, убивать должны были, а вместо этого официально извиняются.

— Это что было? — озвучила мои мысли Лиза. — Совсем не похоже на моего брата Олега. Осторожнее, он явно что-то задумал.

— Лизонька! — писклявый голос раздался от входа на террасу. — Вот вы где! Я уже переживать начал. Что это с вами рядом за крестьянин? Он вам досаждает?

Перед нами нарисовался молодой человечек. Человеком его назвать язык не поворачивался. Мне под подмышку ростом, веса килограмм сорок пять, тощий, кривоногий, с огромным горбатым носом, он вызывал жалость. Но ему самому он явно нравился, такому самомнению можно было позавидовать.

— Один из женишков, — почти на ухо пожаловалась девушка. — Достали подобные!

— Это что за отбросы отвлекают ваше внимание, сударыня? — громко поинтересовался я у Елизаветы, входя в ситуацию. — Можно я его пну? Мне кажется, или он нам мешает разговаривать?

Парнишка густо покраснел и стал хватать ртом воздух. Сделав резкий шаг в мою сторону, он выкрикнул, хотя как по мне, пропищал:

— Это дуэль! Я требую сатисфакции!

— Он дурак? — продолжил нагнетать я, обращаясь к Елизавете. — Я же его плевком переши…

Договорить я не успел, краем глаза увидев, что в нас сейчас полетит что-то мощное из магии земли. Прыгнув на девушку и подмяв её под себя, я упал на пол у самой балюстрады. А над нами пролетел огромный булыжник, в хлам разнеся часть ограждения террасы.

Оставив девушку на полу, я вскочил и подлетел к идиоту. Выверенным хуком отправив того в нокаут. Убивать я пока точно никого не хотел. Если это и провокация, то довольно глупая. Горбоносый упал, как тряпичная кукла, а в руке снова что-то хрустнуло. Нет, кости в этом теле тоже надо срочно прокачивать. Перехожу на сырно-творожную диету. Срочно.

Раздался запоздалый женский визг, шумела девушка одной из пар, которые тоже прогуливались с нами на этом большом балконе. Повсюду валялось каменное крошево. И тело одного глупого молодого человека. На шум начал стягиваться народ, с интересом осматривая поле боя. Елизавета уже встала, и сейчас отряхивала платье. Как по мне, это было бесполезно. На него осела вся пыль от разрушенной каменной балюстрады.

— Благодарю вас, Андрей, — тихонько, почти одними губами сказала она. Но я понял. — Простите за этот инцидент. Я не ожидала подобной глупости с его стороны.

В этот момент подоспела местная охрана. Невысокий щуплый человек с бегающими глазами направился в сторону одной из парочек, и начал их о чём-то спрашивать. Но, спасибо Россу, я всё прекрасно слышал.

— Расскажите, что здесь произошло, — спокойным, хорошо поставленным голосом спрашивал он. — Я примерно представляю, но мне нужны подробности.

Двое амбалов споро вязали носатого, а двое отправились ко мне, покручивая в руках антимагическими наручниками. Но, вперёд выступила Лиза.

— Не позволю моего защитника и гостя трогать! — яростно выплюнула она. Даже не ожидал подобной экспрессии от девушки. — Вон тем займитесь! Урод!

Сделав два шага, она демонстративно плюнула на явную жертву аборта. Но, слюна не полетела, это был просто жест. Воспитание, понимать надо.

Охрана затормозила, поглядывая на щуплого. Тот отвлёкся от допроса и едва заметно кивнул. Мордовороты развернулись и вчетвером утащили неудачливого ухажёра.

— Простите ещё раз, я раньше сама отбивалась от подобных идиотов. Но они и поспокойнее были, как правило.

Девушка мило улыбнулась и добавила:

— Я покину вас, чтобы вы избежали новых проблем. Мне правда неудобно за подобный конфуз. Но, вы показали себя настоящим рыцарем. Рада, что вы его не убили и не покалечили, его род Облаковых довольно силён.

Девушка упорхнула, а в мою сторону направился старикан. Весьма запоминающейся внешности: идеальная осанка, что никак не ожидаешь увидеть в таком возрасте. Короткая стрижка-ёжик, при этом бойцом он не выглядел. И идеально чистое лицо. Он неспешно подошёл и провозгласил, иначе это назвать было нельзя:

— Его благородие Сергей Викторович ожидает вас в кабинете, и будет весьма польщён, если вы примете это приглашение! Вас проводить?

— Да, будь любезен, — на автомате ответил я. И добавил: — с удовольствием.

Мы пробрались сквозь толпу и поднялись по лестнице на второй этаж. Здесь было тихо и пустынно, гости сюда не забредали. Пройдя несколько дверей, мой провожатый открыл очередную и опять провозгласил:

— Барон Росомахин на приём его благородия Сергея Викторовича!

После чего развернулся и пошёл обратно к лестнице. Я только удивлённо проводил его глазами. Моё личное отношение со слугами было совершенно иным.

— Проходи, присаживайся, — раздался неприлично молодой и бодрый голос именинника. — Уже наслышан, как ты защитил мою дочку. Благодарю за это и прошу прощения за своего непутёвого гостя. Но, поговорить я хотел не об этом. Ты трезв? Разговор подразумевается серьёзный.

— Абсолютно! — искренне ответил я.

Тридцать грамм коньяка не оказали никакой реакции на привыкший к большим дозам организм. Хоть какая-то польза от прошлого хозяина. Я прошёл и сел в глубокое комфортное кресло не напротив, а рядом с хозяином.

— Это отлично, — жизнерадостно начал старик. — Для начала, я хотел принести извинения за своих сыновей. Я про тут случай в твоей таверне. Помнишь же? Благодарю, что не стал калечить и убивать, а просто преподал им урок. Важный. Они уже тоже сожалеют, и ещё извинятся перед тобой.

— Игорь уже извинился, — усмехнулся я.

— О как! Внезапно, но правильно. Впрочем, старший всегда был умнейшим из сыновей, второй не особо, как это не прискорбно. Но, у меня есть ещё одна тема для разговора. Вот только мне от тебя клятва нужна о неразглашении. Дашь? Лично я клянусь смородиной, что о факте разговора и его теме никто не узнает от меня.

— Клянусь Росомахой, — тут же среагировал я. — Что от меня никто не узнает о содержимом беседы.

Мой силуэт засветился, и я услышал заспанный голос:

— Что ты опять меня дёргаешь? Достал! А, клятва? Это нормально, прощён. Если что, я занят!

— Дело в том, что я невероятно любил твою матушку, — тихим голосом продолжил Сергей Викторович. — Мы собирались объединить наши рода. Но кто-то подло убил любимую мной женщину. Скажу больше, она была на третьем месяце, да. Носила под сердцем моего ребёнка. Я не смог ничего узнать, да. А я нанимал лучших следователей. Всё указывало, что убил я! Чуть ли не своими руками…

Он замолчал, крутя в руках бокал. Мне он так и не предложил напитков, но теперь я его понимал. Плюнув на приличия, я встал и лично налил себе тридцать грамм шикарно пахнущего коньяка, после чего уселся обратно. Новость рушила все мои домыслы. Слишком внезапно и искренне это было произнесено.

— А как произошло подписание договора на аренду изнанки? — не сдержался я.

— Она сказала, что это её приданное, — глядя в никуда сквозь бокал, сказал мой собеседник. — Я был против, но меня поставили перед фактом, просто вручив мне бумагу. Если тебе это важно, мы расторгнем его. Или учредим совместное предприятие, как тебе удобнее будет, мне доходов и так хватает, не бедствую.

Он опять замолчал, на этот раз ненадолго. Сделав глоток, поморщился, но не закусил и продолжил:

— Так-то для меня это просто одна большая проблема. Намедни там шесть человек сгинуло, представь? Это же какой урон деловой репутации? Актив хорош, спору нет, но ответственность за него… Двойственно всё. Я вообще не об этом хотел поговорить. Мне донесли, что ты лично ходишь в изнанку, что нехорошо. Очень нехорошо. В память о твоей матушке я готов спонсировать твои начинания. Без процентов, и на прочих честных условиях. Подумай?

Я сидел в кресле в полном шоке. Нет, конечно, не исключено, что это просто хорошая игра одного актёра. Но я говорил, что хороший физиогномист? Вот то-то же. Этому человеку я верил, он явно не врал.

Мы молчали минут пять. После чего сказал:

— Всё это слишком неожиданно для меня. И мне явно требуется время на анализ ситуации. Кстати, ваш подарок должен уже приехать. Получили уже?

— Нет пока, — очнулся от сложных мыслей Сергей Викторович. — Да, я с этими разговорами про гостей забыл. А скоро же официальная часть должна начаться. Там подарок и вручишь, добро?

— Добро, — ответил я, вставая.

Мы вместе прошли по коридору, спустились по лестнице и вошли в толпу. Тот самый человек, что меня встречал, громогласно объявил:

— Его благородие Смородинцев Сергей Викторович! Виновник торжества и хозяин дома, прошу любить и жаловать! Желающим преподнести презент, он примет вас в центре зала через пять минут!

Началась суета, слуги начали таскать всякие свёртки и свёрточки. Они складывали их на явно заранее подготовленные столы слева от именинника. Мой подарок у меня был с собой.

На самом деле, сокровищница рода была почти пустой. Денег на реально достойный подарок у меня не было, нужны были десятки тысяч, а может, и сотни. Но Василий показал мне шкатулку. Полную браслетов. тоненьких, серебристых, с тончайшей изящной гравировкой.

— Это детекторы ядов. Они одноразовые, и при этом артефактор, что их делал, умер, унеся в могилу их рецепт. Потому они если и не бесценные, то очень близко к этому. Ваша матушка так и не решилась продать их. Один из них будет шикарным подарком на день рождения. Только вслух свойства не описывайте, не нужно, чтобы кто-то знал о них.

— И как он работает? — тогда поинтересовался я.

— Он рассыпается в пыль, оставляя очень чувствительный ожог на руке, если рука держит что-то отравленное.

Я достал крохотную плоскую шкатулочку, обёрнутую розово-оранжевой подарочной бумагой. И собственноручно отнёс её к столам. И как теперь объяснять, что это и как работает? Когда подарки в кучу сваливаются просто.

Суета продолжалась минут пятнадцать. Когда горки стали весьма большими, всё успокоилось. И слуга с громким голосом вдруг провозгласил:

— А теперь то, что вы все ждали, дамы и господа! Старший сын Олег будет по одному доставать свёртки, и их хозяин лично сможет поздравить Главу рода! Повезёт не всем. Иначе это будет долго. Но, сотня везунчиков сегодня точно будет! Прошу вас!

Ох, ну и заморочки у этих баронов! Целое шоу изобрели. То ли дело у нас. Подарил рубль или какой смог подарок лично, в любое время, пожелал, обнял… Скучаю по своим боевым друзьям и подругам. Особенно по одной, что она вытворяла! Впрочем, не место и не время вспоминать подобное.

— Для начала мне приглянулся вот этот огромный ящик! — показал рукой парень на деревянный ящик с дырками со всех сторон. — Прошу дарителя к нам!

Вперёд вышла, к моему удивлению, Елизавета, дочь Сергея Викторовича. Она кивнула слугам, и они споро поставили тяжёлую штуку перед именинником. После маленьким блестящим ломиком разломали боковые стенки и сняли верхнюю. Перед зрителями предстала небольшая клетка с какой-то собакой внутри. Живой собакой, даже, скорее, с щенком волка.

— Отец, зная твою любовь к коллекционированию редких зверей, прими в наш домашний зоопарк это чудо! Это волк из Америки, этих диких земель. Там его называют койотом. С днём рождения, папуля!

Все зааплодировали, и я присоединился. Интересное хобби, но мне понравилось. Надо будет напроситься на экскурсию. А Олег уже высматривал новую цель. И ей оказалась… кто бы сомневался, моя крохотная плоская коробочка!

— Ну а теперь я выберу самый скромный подарок! — Провозгласил он, протягивая руку, чтобы все увидели размеры. Раздались смешки. — Купюры сюда не влезут по размеру, для золота слишком лёгкий, интересно, что же там внутри? Кто хозяин этой крохотули?

Смех расширился, а я спокойно подошёл и забрал дар. Сорвав бумагу, бросил её слуге и открыл коробку. Люди тянули шеи, пытаясь заглянуть, и я им помог. Достал тонюсенький, скорее, женский браслет и протянул имениннику.

— Это уникальный артефакт для правой руки, если вы правша, конечно, — начал я, протягивая его Сергею Викторовичу. — К сожалению, одноразовый, но когда-нибудь он явно сможет сохранить вам жизнь. Поздравляю с годовщиной, ваше сиятельство!

Смешки тут же прекратились, все знали, сколько иногда могут стоить защитные и атакующие артефакты. Из глубины толпы раздался недовольный выкрик:

— А что он делает?

— А вот о его свойствах я расскажу приватно, — не оборачиваясь на хама, продолжил я. — Пусть врагам, если они у вас есть, будет сюрприз. Неприятный.

К моему невероятному удивлению, Викторович тут же натянул артефакт на запястье. Секунду подумав, тот сверкнул и изменил размер, плотно прилегая к коже. Я заметил вихрь магии над запястьем, он начал работать. Да уж, это демонстративное доверие или простота? А вдруг браслет должен будет плавно и незаметно свести в могилу?

— Благодарю, сосед! — бодро ответил он. — Рассказать ты успеешь, надеюсь. Не уйдёшь от нас раньше окончания праздника.

Я поклонился этому жизнерадостному типу чуть ниже, чем того требовал этикет, выражая симпатию и поздравляя. К моему удивлению, да и не только моему, он ответил тем же!

Пообщавшись с ним, я не мог избавиться от ощущения, что он не стоит за убийствами моего рода. А ведь я старательно считывал все его эмоции. Вердикт был один, и моя стройная теория рассыпалась, как карточный домик. Интересно, кто же ещё хотел смерти моим родным и мне, если не Смородинские?

Глава 17

В этот момент ко мне сзади подошли, и на меня пахнуло фиалками. Я обернулся, поскольку Олег Сергеевич Смородинцев уже выбирал новый подарок, и всё внимание было отвлечено на него. Рядом стояла юная девушка, скромная на вид.

Вот только её глаза кричали, что она та ещё акула. Холодный, оценивающий взгляд разобрал меня за долю секунды и собрал обратно.

— А ходили слухи, что ваш род в упадке, ваше благородие, — скромно потупилась она, пряча оценивающий взгляд. — Позвольте представиться, Юлия Афанасьевна. Дочь торговца Лисухина. Кто вы, я знаю.

— Очень приятно, Юлия Афанасьевна, — улыбнулся я.

Хорошо сложенная, с тонкой костью, скуластым личиком, она и правда напоминала лисичку.

— Можно просто Юля, — восторженно захлопала она глазками.

Вот только взгляд не поменялся. Она всё так же препарировала им меня. Явно из охотниц за титулом, слишком много я о таких наслушался. Процентов десять гладиаторов оказались на арене из-за подобных ей. Закружить голову, свадьба, подстава, суд и каторга. Откуда уже выкупали бойцов на арену. А семья девушки становится благородной. Во главе с подобной хищницей.

— Хорошо, Юля. Да, вас не обманули. Семья испытывает некоторые затруднения. К счастью, я ударился головой, как ни смешно это звучит, и сейчас всё налаживается.

— О, Юля! — раздалось сбоку. К нам приближался клон Юлии Афанасьевны. Не внешне, взглядом. — Представь, пожалуйста, мне этого обворожительного молодого человека!

Лицо Юли на секунду скривилось, она явно рассчитывала закружить мне голову без помощи «лучших подруг». Точнее, без конкуренции. Но, как и положено, представила невысокой стройной барышне с лицом, напоминающим лошадь.

Когда закончилось вручение подарков, вокруг меня стояли уже четыре дамы. Все хищницы, охотницы. Был бы я реально семнадцатилеткой, уже таял бы от подобного количества внимания со стороны красивых и богатых девушек. Вот только по-настоящему я им не был. Но и как правильно сбежать от них, не знал.

Выручил меня глава рода Смородинских. Подойдя сзади девушек, он громко объявил:

— Теперь танцы!

Через секунду, оказавшись поблизости, он сказал обрадованным девчатам:

— Дамы, прошу меня простить, но мне чрезвычайно необходимо украсть у таких красавиц вашего приятеля. Андрей Сергеевич, не соблаговолите составить мне компанию?

— Конечно! — чуть ли не радостно сказал я и повернулся к девчатам. — Дамы, прошу меня простить, дела, понимаете ли…

До кабинета мы не проронили ни слова. Войдя, сели в уже знакомые обоим кресла. Коньяк уже был разлит, початая бутылка стояла рядом со снифтерами на столике.

Мужчина, взяв свой бокал, кивнул на второй и заговорил:

— Понимаю, что это не моё дело… Но будьте аккуратнее с этими девушками. Они поголовно охотницы за титулом, если вы понимаете, о чём я. Безродные, но их папаши состоятельные торговцы. И да, вы обещались рассказать, что же это за браслет такой диковинный.

— Это детектор ядов, Сергей Викторович, — начал объяснять я. — В отличие от колец и прочих многоразовых артефактов, срабатывает даже на яды, которые убьют вас через пару лет. Обычные артефакты не воспринимают их, как угрозу. Но есть обратная сторона медали. При обнаружении яда, оно самоуничтожается, оставляя лёгкий ожог там, где было размещено. Одноразовое оно, в общем.

— Гм, — совсем другим взглядом он посмотрел на своё запястье. — Действительно царский подарок! И как он определяет, что есть яд?

— Он изучает ваш организм. А потом смотрит, что может нанести ему вред. И тогда реагирует. К сожалению, творец этого шедевра скончался. Не от яда, от старости. Так что больше подобного на рынке не появится, секреты он унёс с собой на перерождение.

— Не ожидал, — он покачал головой и отхлебнул немного коньяка. — Думал, после известий о том, что мы с твоей матушкой были близки, ты изменишь отношение ко мне на негатив.

Дальше был разговор ни о чём. Точнее, он ударился в воспоминания, в основном о моей матери. Так мы просидели с минут двадцать. Наконец, он опомнился:

— О, простите, сударь! Давно так приятно ни с кем не общался, вот и занесло. Да и гости, думается мне, заскучали. Хотя сейчас танцы, так что я спас вас от этих охотниц, не благодарите.

Он криво улыбнулся, всем видом показывая своё отношение к этим дамам. И мы спустились в зал. Несколько человек откровенно дрыхли на диванах, пяток парочек, которых я запомнил, просто испарились, скорее всего предавались разврату в саду или в соседних помещениях. Неопределившиеся кружились в центре зала под довольно нудную заунывную музыку.

Смородинцев пошёл к кому-то из гостей, а я собрался по тихой грусти свалить из этого гостеприимного, как оказалось, и не вражеского дома. И тут раздался громкий вскрик, сопровождающийся звуками разбитой посуды. Судя по тембру голоса, кричал сам именинник.

Я рванул в ту сторону, расталкивая танцующих и не обращая внимания на их гневные возгласы. Сергей Викторович тряс рукой и дул на ожог, обвивающий его запястье на месте, где был браслет. Именно был, он сработал! У ног валялся разбитый бокал, прозрачная коричневая жидкость расплескалась.

Я даже подумать не мог, что мой подарок пригодятся столь быстро. А главное, на дне рождения же! По мне, это просто подло. Взгляд зацепил быстро уходящего через толпу человека в наряде слуги. Я рванул ему наперерез.

А он, подойдя к двери в служебные помещения, скинул, порвав, пиджак и уже не скрываясь, рванул в дверь, оставив теперь уже тряпку прямо у двери. Через секунду я был там же. Не обращая внимания на одежду, распахнул дверь. Как оказалось, зря.

Только умение видеть магию спасло меня. Я автоматически отпрыгнул, полностью на рефлексах, ещё не осознавая угрозы. А брошенный пиджак задымился в вдруг рванул не хуже какой-нибудь бомбы, спасибо, без осколков.

Окажись я над ним, меня точно испепелило бы, а так отделался лёгким нокдаунам. Немного контуженный, я встал и рванул снова в ту же дверь. Там оказалась кухня. Куча плит, кастрюль, ножей и, к удивлению, совсем молодых поварят. А гад уже подбегал к другой двери, противоположной.

Я схватил первое попавшееся, и метнул в голову несостоявшемуся отравителю. И, конечно же, попал. Тот свалился овощем, вот только вышел конфуз. Летающая сковорода была с содержимым, и сейчас куча поваров, поварят и помощников громко матерились, отскабливая с себя горяченную зажарку из моркови на растительном масле, которое, на секундочку, имеет температуру кипения аж под триста градусов.

Я виновато улыбнулся и рванул к мужику, у которого были все шансы отправить меня на небеса, если бы не моя способность. О которой никто не знает. В голове всё ещё стоял звон контузии от взрыва. Но он лежал, явно оглушенный и не шевелился.

М-да, а ведь дорогущий костюм, ради которого я страдал целый день, безвозвратно испорчен. Это было очень неприятно. Надо будет узнать у Васьки, в какую сумму он мне обошёлся. Хотя, крепкий кожаный ремень был цел, и я тут же вытянул его из лямок штанов.

Связать полноценно не получилось, талия у меня не от бегемота. Но руки и даже одну ногу сцепить удалось. К этому времени в кухню набежала толпа мордоворотов, которые среагировали на взрыв пиджака. Про попытку отравления они ещё точно не знали. Интересно, как там гости, которые стояли недалеко от эпицентра? Хотя нет, не интересно, немного любопытно, не более.

— Ты поймал его! — раздалось сзади.

Что же такое, ко мне весь день подходят не спереди. Я обернулся. И увидел довольно потирающего руки именинника.

— Наконец-то, хоть маленький шанс понять, что происходит, — продолжил он. — Он жив? Его смогут допросить? Неужели моя любимая будет отомщена?

— Будет! — поморщился я.

Пусть это и не моя мать, у меня настоящего она была только физиологически. Умерла, когда я ещё ходить не умел. Но вот так, прилюдно, рассказывать всем о порочащей связи? Порочащей мою официальную мать, которая была здесь, мать этого тела? Мягко скажем, это некрасиво с его стороны. Похоже, он что-то прочитал в моих глазах, поскольку запнулся и тут же попытался выправить ситуацию:

— Мы допросим отравителя! — с пафосом воскликнул он. — Всё выясним, и все понесут заслуженное наказание. Это я всем гарантирую. Приношу всем извинения, но в связи с происшествием, праздник окончен! Слуги! Донесите эту информацию до каждого. Совсем нетрезвых разместить в гостевых покоях.

Все, кто услышал это, потянулись к выходу. Я постарался попасть в число первых, немного не вежливо расталкивая людей. Моя карета оказалась недалеко, и я не стал дожидаться, пока она поедет ко входу. Понимаю, что не по статусу, но мне было плевать, я хотел домой.

Эта вечеринка полностью вымотала меня морально. К удивлению, покушений на меня так и не было. Не считать же таковым того кривоногого горбоносого неудачника-доходягу? Это явно его инициатива была. Но это не точно.

Всю дорогу домой я отстранённо слушал причитания Василия. То он счастливо возносил молитвы Россу, что я выжил, то ругался за состояние моей одежды, то брюзжал, что я веду себя неподобающе слишком часто. Я чуть не заснул под его бормотания.

Хоть на празднике я почти не ел, голода не было. Быстро помывшись, завалился спать, просто мягко послав Ваську, который ходил за мной хвостиком и рассказывал, какой я плохой, но везучий.

Утро было великолепным. Негатив от праздника испарился, я просто прокрастинировал на кровати, слушая пение пичуг и наслаждаясь вкусными нежными запахами природы, доносящимися из окна.

Интересно, что выяснил сосед? Кому он перешёл поперёк дороги? Впрочем нет, не интересно, хоть он мне и понравился. Было бы это тело постарше, точно сдружились бы. А так без шансов, без вариантов. А ещё теперь нужно выяснять, кому мой род перешёл дорогу. Старая версия скончалась лютой смертью.

А сегодня меня ждала моя команда. Да, уже моя. Что-то у меня в мозгах перестроилось, и теперь это мои люди, за которых я отвечаю. Так что надо вставать и готовиться к походу на изнанку, денежку зарабатывать.

Но сначала следовало поговорить с казначеем. Я попросил его составить мне компанию за завтраком. Правда, есть он не стал, сославшись на то, что уже поел. А вот от кваса не отказался.

— Антон Антонович, в общем, ситуация следующая, — начал я, когда мы сели за стол. — Тонкое место нам готовы вернуть хоть сию секунду. Вот только я весьма сомневаюсь, что мы потянем организационно и по людям. Там и охрана, и торгаши, которых много, и гостиницы-едальни всякие. И много чего ещё. Управленец — слуга рода Смородинских, к нам не пойдёт, хотя, думаю, имеет там маржу немаленькую, которую мы могли бы оставить. Да и остальной персонал их, в основном. Есть идеи, как поступить?

— М-да, задали вы задачку, господин! — сказал он через пару минут несуразного шевеления глазами, ушами, бровями и всем, чем можно. — Вы позволите мне подумать, поузнавать?

— Ну конечно! — удивился я вопросу. — Такое с бухты-барахты вообще не решается. Не спешит. Но и затягивать не стоит.

Он поклонился, что-то записал в блокнотик и вышел. А я доел и рванул к форту. Уже скоро у меня встреча с командой, и мы пойдём в данж.

День прошёл без происшествий. Из пещер мы выбрались чрезвычайно уставшие, но довольные. А ещё целые и невредимые, пара царапин от тварей, похожих на кроликов, не в счёт. Я разбогател на почти пять тысяч. В основном за счёт желез каменной медузы. Тварь, реально похожая на медузу, но левитирующая, с твёрдой шкурой и плюющаяся молниями, которые вызывали паралич. Редкий и сильный монстр. И их стая насчитывала под двадцать голов. Или тел? Или головощупалец?

К Алиске, крохотному щенку я сегодня не зашёл. Слишком устал. Завтра был точно такой же день, принёсший четыре тысячи. Просто невероятные суммы. С деревни мы имели тысячу в год! А тут четыре за день. Про мою команду уже начинали появляться легенды, как о самой успешной группе.

Так прошла неделя, за ней вторая. За это время доход превысил пятьдесят тысяч! И вот очередным утром ко мне зашёл Тонтоныч. Точнее, попросил о встрече, а потом уже зашёл. Встреча опять совпала с завтраком.

— Господин! — неуклюже поклонился он, хотя я начал к нему привыкать, точнее к его манере двигаться. — Я пообщался с разными людьми, поузнавал, посчитал… И готов предоставить рекомендации.

— Очень интересно! — я отложил приборы и указал на стул.

Он уселся, долго мялся, и наконец выдал:

— Господин, никак мы не потянем сейчас тонкое место в том виде, в каком оно есть. Даже в половину не потянем. Несмотря не невероятные суммы, что вы вносите ежедневно. Кстати, голова Росомаховки просил у вас встречи, чуть не забыл. Так вот. Моя рекомендация — переписать договор из аренды в совместное пользование. Если… Можно воды?

Да, я заметил, что, когда он нервничает, пьёт много жидкостей. Сегодня мне прислуживала Катя, первый человек, которого я встретил в новой жизни. И я знаком показал ей обслужить Антона Антоновича. Милая рыжая пухляшка налила ему огромную кружку морса.

— Спасибо, — вытер рот мужчина. — Так вот, если там всё так радужно с этим договором, как вы рассказываете, то совместное пользование. Взнос, ежели понадобится, долевой, у нас уже есть. Вот только человека, который будет отслеживать всё происходящее, у нас нет. Я лично никому не доверяю настолько. Разве что кузнецу, с вашей подачи, но он уже занят.

— Слыхал поговорку про яблочко от вишенки? — усмехнулся я. — Именно у Ивана и надо спросить, кто сможет подойти. Уверен, у нас ещё есть достойные люди. И он скоро подойдёт. Сам сказал.

— На самом деле он давно ожидает приёма, — нелепо дёрнулся экономист. — Я посчитал важным переговорить с вами лично. И ещё момент. Я от вашего имени послал заявку в Первую Краснодарскую Академию Магии. Наших финансов хватит, чтобы вы жили не в общаге, а своём домике на территории. Пока я забронировал за вами небольшой. Вам ещё поступить надобно будет. Да и финансы, что вы поставляете, к тому времени перестанут идти в наш бюджет. О, и сады начали разбивать новые, но это вам Иван расскажет. Позвать?

Блин, точно же! В конце сентября мне исполнится восемнадцать. Время будить магию. Всё-таки интересно, какая она у этого меня? Хотя ладно, до этого ещё дожить надо. Ведь каждый день рискую в данже, добывая кристаллы и редкие ингредиенты. В своё время узнаю, если доживу.

— Зови! — ответил я на вопрос.

— Здравствуйте, господин, — низко поклонился от входа новый голова деревни. — Я к вам с отчётом и предложениями, ежели позволите.

— Позволяю, — усмехнулся я. — Очень интересно. Присаживайся, в ногах правды нет!

Иван несмело примостился на край стула. Напитки он проигнорировал.

— Ваше благородие, по согласованию с Антоном Антоновичем, мы заложили аж двадцать восемь домов. Полюс уже полностью закончили четыре колодца. Теперь доступ к воде есть у всей деревни. Никто в горку с коромыслами не ходит, люди от этой мелочи счастливы. Так же уже возводят стропила общественного здания. Скоро начнут внутреннюю отделку. Ещё, господин, люди просят облагородить площадь.

Он виновато покосился на меня, а Тонтоныч перехватил его речь:

— Я посчитал, фонтан в центре и небольшой парк в пяток соток. Лавочки, фонари, всё как у крутых. Мы легко можем это себе позволить. Но Иван решил уточнить, сумлевается он в таких тратах. Нецелевых, прямо скажем. И место там есть.

— Делайте! — приказал я. — Люди должны где-то отдыхать после трудов. И это сильно увеличит привлекательность поселения. А это важно, иначе зачем всё? Делаем! И даже можно подумать, как ещё облагородить поселение. А главное, молодёжи и не очень будет где флиртовать и семьи заводить, а это очень важно.

— Спасибо, господин! — снова поклонился Иван. — Мои люди точно оценят. Они уже любят вас нового! Ой, простите… Я не это хотел сказать. Хотя нет, именно это! Вы стали замечательным хозяином.

— Благодарю, — слегка улыбнулся я. Утром примешь на экскурсию?

— Конечно, ваше благородие! — вернул мне улыбку Иван.

Дальнейшие обсуждения были второстепенной важности. Обсуждали количество брёвен, инструмента, досок, дополнительные поставки камня и извести. Удивила цена на стёкла. Она была дико дорогой. Впрочем, без них современные дома не строятся. Несмотря на тёплый климат, я дал указание про двойное остекление, что заметно било по бюджету.

И задумался о производстве стекла, блин, дно золотое. Песок на территории есть, про присадки поизучать надо. Хотя не факт, что песок подходящий у нас. В любом случае, это просто размышления. Людей всё ещё мало. Две семьи всего переехали к нам, семь работающих, шестнадцать ртов. Но это только начало.

— Да, Вань, мне сказали, что вы начали высадку новых садов, — вспомнил я. — Как успехи?

— Да, привлекли сторонних рабочих. Они очистили аж семь гектар. Сейчас засаживают саженцами. А саженцев хватит гектар на двадцать. Только мы столько не обработаем. Людей всё ещё слишком мало, а дома ещё строятся. Правда, заявок уже много, выбираем. И привлечённые рабочие тоже сильную заинтересованность выказывают. Как бы с соседями не поссориться на теме оттока их людей к нам. Пытаемся сделать так, чтобы отовсюду немного, типа незаметно.

— Отлично! — показал я большой палец. — Значит, всё делаем правильно, продолжаем в том же духе.

Спалось шикарно. Утро было ещё лучше. Ко мне в комнату залетела капустница и села прямо на нос. Чем и разбудила. Я открыл глаза и долго пытался её разглядеть, кося глазами, но ей надоело, и она улетела. Зато настроение, и так хорошее, подняла. Вроде бабочка — бывшая гусеница, а красиво же! В отличие от первой ипостаси. Может и я так? Раньше гусеницей был?

Сегодня в данже всё пошло наперекосяк с самого начала. Сначала нам встретилась мошка. Мы со своими мечами были абсолютно бесполезны. Ольга жгла их сотнями и тысячами, но они не кончались. В итоге, она устроила нам всем огненную баню, поскольку куски эта мошка выгрызала за секунды весьма ощутимые.

Инга потом часа два лечила нам ожоги и оставленные насекомыми множественные язвочки. Главное, мы потеряли довольно много крови, каждый, ну, кроме Оли. Она маг огня, всё-таки, до неё просто никто не пробился.

— Шеф, мы сможем идти дальше! — уверял меня Илья.

К моему удивлению, лысый просил идти дальше. При этом он же был самым аккуратистом, постоянно топил за безопасность. Хотя, я узнал, что у него болеет сестра, а лечение стоит неприлично дорого, так что понять я его мог. И надо бы узнать подробности и помочь.

Но команда ослаблена! Нельзя сейчас рисковать. Реакция, сила, ловкость заметно снижены. К примеру, повторную встречу с таким роем мы просто не переживём. Я даже в себе не был уверен, слишком гадкий вид монстров.

Глупо, но все, абсолютно все были за продолжение похода. И я принял их точку зрения. И зря! Буквально следующие, кого мы нашли — саблезубые тараканы. День насекомых просто! И их мы уже не вывезли. Нет, мы их убили всех. Вот только чуть не потеряли Ингу. Защиты у неё не было, а тварей было много невероятно.

Сильно погрызенную девушку мы разместили на импровизированных носилках и рванули к выходу. Периодически Инга приходила в себя и автоматически пыталась подлечиться, но сил не хватало, она тут же впадала в забытьё. Все раны, как смогли, мы замотали тряпками, бинтов не хватило.

В общем, к выходу мы подтащили истекающее кровью существо, хотя и все остальные выглядели неприглядно. Но мы точно выживем, а вот наш лекарь…

Оказалось, что лечение здесь платное. В принципе, это нормально. Но вот ценник обескуражил. Молодой парень, явно не супер-лекарь, запросил с нас восемьсот рублей! Я моментально согласился, и он приступил к лечению.

Зелёные вспышки магии помогли мне выдохнуть и расслабиться. Успели! Наша маг лечения будет жить. И правда, раны на её теле исчезали на глазах. Через час взмокший парнишка, явно слабенький маг, смахнул пот с лица и сказал:

— Шеф, готово. Она здорова, только ослаблена кровопотерей. Её я с моим уровнем исправить не могу. Два дня усиленного питания, пусть жрёт всё, до чего дотянется, не потолстеет!

Денег у меня с собой было намного меньше, чем требовалось, но команда помогла. В итоге, каждый из нас вместо прибыли стал беднее на двести рублей. Речи о том, чтобы взять эти деньги с девушки даже не поднималась. Все понимали, сегодня спас ты, завтра — тебя.

Мы отнесли её в давно и надолго выкупленный номер, где жили обе сестрички, и я пошёл домой. Ага, именно пошёл. Настроение было примерно в жо… В общем, низкое. Бегать и радоваться природе не хотелось. А хотелось заниматься самокопанием.

Хреновый из меня предводитель вышел, раз такой урон мой отряд получил. И ладно бы кого, так лекаря, единственного, кто мог восстановить отряд. Завтра надо будет ей глухую броню заказать, лёгкую. Вот именно от таких ситуаций. От обычной угрозы первого уровня изнанки я отряд мог защитить стопроцентно. А ещё…

— Смотри куда прёшь, урод! — в его плечо врезалось чужое, и он очнулся от тяжких дум. — О! Так ты же новый лидер компании Алексия! Тебя-то мы и искали!

Передо мной стояли шесть человек. Небритые, все какие-то неухоженные, как будто со дна жизни. При этом не обиженные мускулатурой, явно потрёпанные жизнью бойцы. А они расходились, беря меня в полукольцо. Я с недоумение посмотрел на них.

— Чего надо? Только быстро, дел много.

— Смотрите, какой деловой! — похоже, это был вожак. Шире всех, с огромным топором за спиной. Против тварей им особо не помашешь, явно боец с людьми. — Дело у нас к Алексию. Ну, а теперь и к тебе. Он нам денег задолжал. Твоя команда, теперь ты выплачиваешь.

— С хрена ли? — искренне удивился я. — Он вам должен, он пусть и платит. От нас он сбежал, ищите!

Я пожал плечами, и, откинув своим плечом ближайшего бойца, пошёл дальше. Вот только парни моментально перестроились, вновь образовав передо мной полукруг. Глаза того, кого я толкнул, налились кровью, я прямо чувствовал, что он хочет напасть. Но, был готов ко всему, вплоть до того, что нападут все одновременно.

— Ты не понял, чувачок, — лениво процедил главный и сплюнул у меня между ног. — Здесь нам платят все команды. Косарик в день. Каждый день. А ваша команда уже неделю не платит. Итого, с тебя восемь тыщ!

— Когда я захочу потратить деньги на посторонних мне людей, я куплю шлюху, и буду трахать её всю ночь, — спокойно ответил я. — Извини, ты не в моём вкусе. А групповухи я вообще не признаю. Так что, девочки, расступитесь, я спешу.

Нет, я слышал про поборы и вымогательства, в основном на рынках и базарах. Но, чтобы подобное практиковалось в таких местах, как проходы на изнанки? Даже слухов подобных не слышал. Может, новичка решили взять на дурачка? Хотя, судя по их поведению, они подобное проделывают постоянно.

Да и тысяча в сутки? Это же нереально большая сумма. Теперь становится понятно, куда уходили деньги моей команды. А вот непонятно было, почему серьёзные бойцы не дали отпор? Их всего шестеро. Да, выглядят хорошими бойцами, наверняка в прошлом наёмники с огромным опытом. Но толпой их завалить проблем вроде нет же?

Я шагнул на ближайшего бойца, показывая, что пойду напролом. Он это почувствовал и отошёл, недоумённо смотря на лидера. Сзади я услышал звук освобождающегося топора. Этот звук, снятия тяжёлого ручника с креплений, я знал слишком хорошо. Слегка повернув голову, краешком бокового зрения разглядывал происходящее сзади.

К моему удивлению, старший из команды не решился нападать сам, он просто грациозно бросил тяжеленое оружие мне в спину. Я легко уклонился и попытался поймать топор. Это была ошибка, спасибо, не критическая. Вес у оружия оказался больше, чем я думал, и меня унесло следом. Упасть не упал, тормозя подошвами, но откатился метра на четыре. Примерившись к центру масс непривычного оружия, я послал его обратно.

— Моя очередь, идиот!

Собственно, слово «идиот» он уже не услышал. Его труп, голову которого раскололо его собственное оружие пополам, падало на землю. Забрызгивая подельников мозгами и кровью.

— Так, что стоим? — прикрикнул я на подельников «идиота». — Вам повезло, я правда спешу. Но, ещё раз встречу, вы станете ненамного красивее вашего главаря. Бу!

Бойцы, причём далеко не из слабых, вдруг начали расходиться, каждый в свою сторону, стараясь стать незаметнее. А в мою сторону спешила стража от ворот.

— Смертоубийство? — взревел самый здоровый из них.

Глава 18

Четверо весьма грамотно окружили меня, пока не доставая оружие. Правда за эфесы и рукояти держались, готовые применить. Мне они были не противники, но зачем им об этом знать?

— Самоубийство, — пожал я плечами. — Я предупреждал дурака, что оружие вернётся, амулет у меня специальный. Метать в меня не следовало. Не послушался, и вот результат. Я вообще спиной стоял.

— Слушай, шеф, а ведь так и было, спиной он шёл, — неуверенно пробубнил один из охраны. — Лично видел. Его метров на пять снесло от удара, а после топор обратно полетел. А сам парень жив и здоров. После броска Олега никто не выживал.

— Ну да, — задумчиво почесал репу главный охранник. — Его же топор его же и убил. Так, это точно амулет? Али врёшь? Пойдём-ка со мной, пообщаемся! Так, а вы двое приберитесь здесь! Так, ты не арестован, пока, но сопротивление лучше не оказывать, сам понимаешь. Али у тебя ещё и против ближнего боя амулетик предусмотрен?

— Против ближнего у меня предусмотрен меч и опыт! — с ухмылкой ответил я искренне. — Но пойдём. Что у вас здесь за дичь с вымогательством образовалась, а?

— Так, пойдём, поговорим! — с нажимом ответил явно опытный боец, командир, как я понял.

Он был не очень высокий, кряжистый, бородатый и лысый, и походил на ртуть. Он не шёл, а перетекал из позы в позу, из движения в движение. Опасный противник. Не для меня, конечно, прошлого. А вот для этого тела он был почти равным. Опыт у меня всё равно был больше, несмотря на слабость тела, я был уверен в победе. Вот только биться с ним я не хотел, он мне нравился. Да, а ещё он явно любил слово «так».

Мы подошли к воротам, слева оказалась пристроена небольшая с виду клетушка. Однако, внешность бывает обманчива. Внутри было полноценных метров тридцать. Большая, правда, вытянутая комната. В дальней части стояли шесть двухярусных кроватей. В центре стол большой, у входа диван и столик. На диван мне и предложили присесть.

— Ты это, паря, ток не кипишуй, ладно? — похоже, глава охраны тоже понял мой уровень. Ну да, опыта у него явно много. — Так, будем знакомы! Я Ольхар. Главный здесь по охранке. Ежели честно, претензий к тебе от меня лично нет. Будь моя воля, ещё и наградил бы! Достали уроды!

— Что же вы их терпели-то? — усмехнулся я.

— Дык это… Хозяева, Смородинцевы и Росомахины велели не трогать. А даже помогать, — сник он. — Так, а как супротив господ пойдёшь?

— Серьёзно? — искренне удивился я. — Настолько высоко? И прям оба рода сказали?

— Да я точно и не знаю, — сконфузился боец. — Начальник так до нас донёс. Существуют слухи, что это вообще господская идея. Так, но, это слухи, я тебе не говорил официально. Понял?

— Примерно…

А ведь действительно прибыльное дело. Щипать каждую команду? Ещё и неофициально, без налогов? Гениально, но грязно. Я с таким точно не согласен. Даже если до Сородинцевых доходит всего половина, это минимум пятнадцать тысяч в сутки! Пол ляма в месяц! Вот хапуги! И он утверждал, что может возвернуть мне изнаночный бизнес? Теперь точно не верю. Хотя, это по максимуму. В реальности может быть и иначе.

— А что остальные-то? Другие команды? — всё-таки поинтересовался я его мнением. — Неужели никто не взбрыкнул?

— Были такие, — тяжко вздохнул командир. — Всех за стеной схоронили. Слишком крутой боец был. Всех в страхе держал.

— Ну, теперь, — хмыкнул я. — Ляжет рядышком. Надеюсь, при перерождении его соседи по могилам помогут ему обрести то посмертие, которого он достоен.

— Но это, я всё равно должон тебя задержать. Смертоубийство всё-таки. Так, и всё запростоколи… запрудико… блин, записать всё надобно.

— Не вопрос, пиши! — усмехнулся я. — Было нападение группы лиц на одного охотника. Самый тупой из них бросил топор. Благодаря родовому артефакту удар был отражён, и несостоявшийся убийца был убит своим же оружием и своим броском, вернувшимся к нему. Всё. Поправки нужны?

— Экий ты быстрый! — поморщился вояка. — Так не работает. Мне вопросы задавать положено, вам — отвечать. Ещё писаря пригласить надобно, для протоки… простоколи… записывал чтобы, вот!

В общем, промурыжили меня целый час. А после отвели в комнатку метров шести с железной дверью, типа, временный арест. Нет, я легко мог вырваться и уйти, тем паче, что оружие и котомку у меня не отобрали, как ни странно. Врагов здесь, кроме главного охранника, у меня не было. Но смысла не видел. Свидетелей было много, из охраны в том числе. Так что, удобно уместившись на топчане, он просто уснул. Сна много не бывает.

Разбудили меня ещё засветло, но уже дело шло к закату.

— Выходи! — буркнул старший охранник. — Тебя оправдали. Много свидетелей видело и вашу ругань, и этот бросок топора. Так, прикинь, некоторые вообще утверждали, что ты его со спины поймал и обратно отправил. Где ты таким полезным артефактом разжился, там ещё таких нет?

— Родовой, — не принял я шутку. — И в нём всего два заряда осталось, что детям передавать буду? Убил бы сам гада, что заряд потратил, но он уже сдох. Я свободен?

— Ну так-то да, ты полностью оправдан, — протянул мощную ладонь охранник. Я её пожал. — Так, я же говорил, будь моя воля, ещё и премию тебе выписал бы. Без своего главаря его шайка ничего не стоит, хоть бойцы и сильные. Может и остальные им теперь отпор давать начнут! Так, ежели чего, всегда обращайся, чем сможем, поможем. Я серьёзно. Мы туточки многое могём.

Я выспался, и потому, несмотря на плотные сумерки, бежалось мне легко. Даже ногу ни разу не подвернул, несмотря на коряги в лесу и ямки на лугах, тело уже реагировало на неожиданности как надо.

Но, настроение было испорчено. Денег не заработал, команда покалечена. Послушался «коллективного мнения», блин! Ведь чуял же, что поход надо прекращать. С такими мыслями я добежал до усадьбы и решил заскочить к Зорке. Собаки привычно махали хвостами и повизгивали при виде меня.

Я ещё не добежал до клеток, как услышал мягкий мурлыкающий голосок:

— Папа! Как я рада тебя видеть! Что у тебя случилось, почему ты грустный? И почему ты так долго не приходил?

И тут я увидел её. Алиса заметно подросла, глазки полностью открылись. Она, слегка пошатываясь, стояла на крохотных лапках прямо возле калитки из железной сетки. В отличие от остальных щенков, которые боролись за соски матери, в её глазках светился ум. А ещё она была крупнее. Это что же из неё вырастет, если она уже сейчас по размерам больше щенков гончей?

— Да всё хорошо, милая, — я открыл калитку и взял крохотное тельце в ладони. — Мелкие неприятности, не обращай внимания. Лучше о себе расскажи. Еды хватает? С братиками-сестричками не ссоритесь?

— Да нет, пап, они прикольные. Только говорить не умеют до сих пор. Как и мама. Поэтому бывает скучно. А похожие на тебя говорить умеют, но меня не слышат, не понимаю, почему. Я хотела поговорить с теми, кто еду маме приносит, не слышат! А ещё смотри, как я научилась!

По тельцу прошла волна света, и вдруг оно уменьшилось раз в десять, став похожей на брелок или статуэтку. Легкая дрожь — и она снова стала нормальной по размеру.

— Круто, пап! Не знаю, зачем мне это, но мне нравится. И маме тоже, она так смешно пугается, а потом меня вылизывает. А это приятно! А ещё я почти могу бегать, честно-честно. Падаю, правда, иногда, это да… А ещё я мамину еду пробовала. Её сложно кушать, как оказалось. Но она вкусная, молоко тоже вкусно, но по-другому. Вот, вроде всё рассказала!

— Ты же моя умничка! — умилился я.

Плохое настроение таяло, как туман под солнышком. Я получил такой заряд позитива, что сам не ожидал. Внезапно для самого себя я спросил:

— Ты не голодная? Хочешь посмотреть большой мир?

— Конечно, хочу! — обрадовалась малявка. — А что это такое, большой мир?

— Идём, — усмехнулся я.

Мы пошли в сторону лимана, от усадьбы до него было всего пара-тройка километров через деревню. Точнее я пошёл, засунув мелочь в одежду. А ещё точнее, побежал лёгкой трусцой. Та тут же решительно завозилась, высовывая мордашку наружу.

Всю дорогу, занявшую минут десять, она не замолкала, засыпая меня разными вопросами о том, что видела. Ей было интересно решительно всё. Почему цветы пахнут? Почему они красивые? Почему ночные бабочки так неаппетитно выглядят? А их едят? А кусты — это маленькие деревья? А дома — это будки для людей? А большой дом для чего? Там много будок под одной крышей?

Вопросы лились нескончаемым потоком. К моей гордости, знаний хватало, чтобы ответить почти на всё.

Наконец, мы оказались на берегу. Я не был любителем воды, всю свою жизнь я её видел только в стакане и в бадье для мытья. Но вид был и правда красивым. Противоположный берег лимана скрывался в вечерней дымке, луна построила красивую лунную дорожку на водной глади. Пахло морем и цветами. Вдали стрекотал одинокий сверчок, разбавляя абсолютную тишину. Было видно место, где река Ея впадала в огромный залив под названием Ейский лиман.

Я аккуратно достал малышку и опустил в траву. Луна была почти полная, и света хватало её разглядеть. Сам же плюхнулся прямо на траву, сорвав одну травинку и засунув в рот. А Алиска просто утонула в высокой для неё растительности. Тявкнув, она прыгнула, запуталась в траве и рухнула, обиженно заскулив.

Я сделал вид, что не заметил. Пусть сама учится преодолевать мелкие неприятности! И мелочь не подвела. Встав на дрожащие лапки, она снова прыгнула, и снова упала. Третий прыжок у неё получился. Счастливая от своей победы, она начала нарезать круги вокруг меня, радостно потявкивая. При этом охотясь на ночных летающих насекомых.

От неё шёл такой поток восторга, что я закайфовал. Растянувшись на травке, я смотрел на лунную дорожку на воде, слушал сверчка и нюхал солёный воздух с привкусом луговых трав. На хлопание крыльев большой птицы я даже внимания не обратил.

— Папа! Больно! — ворвался в мой мозг истошный крик Зоры.

Я вскинулся и увидел, как большая птица, уносит мою малявку в кривых когтях. Я не орнитолог, но вроде это был филин. Выдернув меч, я кинул его в похитителя и рванул следом, готовясь поймать малышку. И… промазал! Точнее, птица неведомым мне образом уклонилась от совсем не метательного оружия, ей лишь слегка повредило крыло.

Скорость филина, будем звать его так, сразу упала, высота тоже, он летел между веток, заполошно махая раненым крылом, но не падал. Я видел кровавую пыль, которая вырывалась из-под его оперения. Теперь я точно от него не отстану. Вот только когти там совсем не тупые, и я боялся, что они сильно поранят щенка.

А она уже не плакала, она храбро грызла ближний к ней палец птицы. Точнее мусолила, зубов у неё ещё не было. Но, сам порыв и боевой настрой меня восхитили.

Минуты через три сильно ослабленная от потери крови птица, наконец, упала на землю, сделав с десяток кувырков. На втором щенок выпал из её когтей и улетел в сторону. Но малявка даже не пискнула, встав на лапки, она, как думаю ей казалось, грозно зарычала на врага. Боец растёт, настоящий.

Я нежно подобрал Зорку. Хорошо, по темноте ничего себе не сломал, когда ломился сквозь кусты и бурелом. Повезло. Осталось найти меч, он действительно был хорошим.

— Как ты, мелкая? — ласково спросил я. — Он тебя сильно поранил?

— Лапку только больно, сзади, — отважно ответил щенок. — А так я цела! Ты видел, как я его? Лапу покусала, и он упал!

— Ты у меня самая храбрая, — изучая тельце, ответил я. Крови не было. Главное, чтобы ещё и внутренности не повредились. — Победила такого страшного зверя!

Осмотрев малышку, я пришёл к выводу, что нам невероятно повезло. Когти несли свою добычу относительно мягко, не покалечив щенка. Пара синяков не в счёт. Едва трепыхающуюся птицу я забрал, сделаю себе чучело в кабинет, как напоминание о том, что расслабляться нельзя никогда. Это важно.

Меч я искал долго, часа полтора. Не помнил, где всё произошло, точнее помнил, но примерно. А он, гад такой, просто воткнулся в дерево на высоте около двух метров. Но я же на земле искал! Главное, моё оружие ко мне вернулось. Алиса всё это время посапывала у меня за пазухой, моментально вырубившись, оказавшись в тепле и безопасности.

Такую спящую я её и вернул суке, которая когда-то приняла её как своего щенка. А сам поплёлся домой. Слишком долгий и тяжёлый день выдался. Даже не поев и не помывшись, завалился спать. Ничего, постирают бельё. Василий мне что-то говорил, пока я брёл к спальне, но я его не услышал.

Утром проснулся разбитым, как будто меня вчера пинали весь день. Отмывшись и переодевшись, спустился в малую столовую. Мне тут же накрыли стол, безо всяких излишеств. Мясная нарезка, пара салатов, хлеб двух видов, блинчики и всякие варения. Ну и чай, кофе, само собой.

Пока я набивал живот, нарисовался Василий. Он вежливо кашлянул, привлекая моё внимание. Я кивнул, позволяя говорить.

— Ваше благородие, — поклонился он. — Пришёл ответ из Краснодарской Академии Магии. Вас ждут там через три недели на первое построение. Бронь дома для вас подтвердили. Ещё есть предложение приобрести два мобилета для связи с нами. Да и негоже в наше время без него появляться, славу голодранца заработать можно. Всё же это не наше захолустье, а огромный город.

— Уже? — удивился я. — Так ведь там только с осени занятия начинаются?

— Так для старта всех проверять на потенциал будут, — объяснил мне гувернёр. — Ещё заселение будет тех, кто отбор пройдёт. А некоторым даже инициализацию проведут, кто уже достиг восемнадцатилетия, и у кого она не произошла спонтанно.

— Понятно, — отставил я кружку с чаем. — Тогда срочно надо зарабатывать. Кстати, всё хотел спросить, что там с семицветиком? Помнишь, я корнеплод огромный притаскивал с красивым цветочком.

— Пригласить садовника? — тут же отреагировал Васька. — Он лучше подробности рассказать может, ежели вопросы возникнут.

— А если без подробностей?

— А если без них, — вздохнул мужчина. — То отцвёл цветок, семена зародились, три штучки. Он над ним дрожит, как над кровинушкой своей. На днях урожай соберёт и посеет. Жалуется, что знаний не хватает, до всего сам доходит. И подпитку макрами, и удобрениями, всё на голой интуиции и наблюдениях. Ну, а более я и не знаю ничего. Если какие вопросы, вызвать могу самого садовника. А так прижился цветочек.

— Это хорошо, — поднялся я. — В дорогу меня сами собирайте, чтобы всё, что нужно было. Но и багаж не перегружайте. Одного чемодана достаточно.

— Да что вы, господин? — всплеснул руками толстяк. — Как можно-то? Чай, не голытьба какая, барон цельный! Всё соберём, подготовим. Не волнуйтесь.

На этой пугающей меня фразе я вышел из столовой. А через пять минут лёгкой трусцой уже нёсся к тонкому месту. За это время тело сильно окрепло, и бежать было в удовольствие. Скоро доведу его до совершенства, постоянные бег и битвы этому сильно способствовали. Ну ещё хорошее питание и божественные возможности регенерации.

Хмурые, но целые ребята, явно подлеченные, ждали меня в том же трактире. Поздоровавшись, я уселся на лавку и махнул официантке.

— Кого хороним? — поинтересовался я. — Всё же хорошо закончилось?

— Не совсем, командир, — вздохнул Илья. — Зря ты вчера не заплатил той банде. Они в данж пошли, гарантирую, что на нас охотиться будут. А их одиннадцать человек, из них трое маги, один сильный. Мы не сдюжим. Хоть сворачивай походы и ищи новый заработок. И вообще, сегодня туда никто не пойдёт, боятся. А это тоже нам аукнется.

— Вот как? — хмыкнул я. — Ладно, сидите завтракайте, пойду найду их и поговорю. Может, образумятся.

— С ума сошёл? — вскинулся рыжий Лёха. — Они тебя там и прикопают! Не вздумай.

— Я аккуратненько, — усмехнулся я. — Как говорится, на пол-шишечки им вставлю ума и вернусь.

Взгляды, которыми меня провожала команда, были разными. Но суть была одна — со мной прощались. Впрочем, это мы посмотрим. Быстрым шагом я приблизился к порталу и шагнул сквозь плёнку перехода.

И тут же ушёл перекатом, уклоняясь от полетевшей в меня сосульки весом под центнер.

От автора:

Друзья, вот и подошёл момент, который так нравится авторам, и так не нравится читателям)

Следующая глава уже относится к платной части произведения. Ценника на один бокал пива в кафе явно не хватит, но вы же команда! А потому я рассчитываю ещё на чипсы, орешки, рыбку и продажных женщин! =-)

А если серьёзно, я рад, что вы были со мной все эти главы, поддерживали меня комментариями и лайками. Надеюсь, встретимся в следующих главах и томах!

Всех обнял, приподнял и поставил на место, ваш автор.

Глава 19

Это что же получается, меня ждали у самого входа? И спалиться не боятся. Или свидетелей рядом со мной прикопают?

Выйдя из кувырка, я рванул в сторону мага. Внутри него уже зарождалось новое заклинание. Вот только какое, никто никогда не узнает, меч плавно рассёк горло нападавшего и его тело кульком свалилось у моих ног, брызгая потоками крови.

А я уже уходил в очередной кувырок, избегая стрелы. Странно, два бойца дальнего боя и без прикрытия? Потому как больше я здесь никого не видел. А стрелок отбросил пустой арбалет и схватился за меч. Он не продержался и пяти секунд.

Странная тактика, однако. И где остальные девять?

— Что вы там шумите? — раздался откуда-то издалека крик. — Вас же только посмотреть отправили, давайте быстрее!

Эхо ещё гуляло под сводами пещеры, а я уже склонился над магом. Трофеи — святое. Мародёрство всегда презирал, но что взято в бою — твоё.

С него я взял немного денег, рублей двадцать, три макра второго уровня и артефактное кольцо. То, что это артефакт, я понял по свечению магии, идущему из глубины металла. А вот свойств не знал.

С арбалетчика взять было нечего, кроме самого арбалета и пяти болтов. Меч был откровенно дерьмовым. Зарядив арбалет, я тихонько двинулся в сторону, откуда кричали. Как бы определить, кто из них маг? Арбалет был однозарядным, и перезарядить его у меня времени не будет.

Тоннель вилял, и после очередного плавного поворота я услышал голоса. Слов было не разобрать, мешали эхо и расстояние. Почти лёжа, я выглянул из-за поворота. Семь человек сидели кружочком и что-то ели. Мага я обнаружил моментально. Он подогревал что-то в большой кружке магическим огнём. А вот второй маг себя никак не проявлял. Да и вообще, ещё двоих из обещанных одиннадцати не было.

До команды было метров сто пятьдесят. Предельная дальность для подобного арбалета. Ещё и его качество вызывало сомнения. Если промахнусь, будет обидно. Зато точно успею зарядить ещё один болт, прячась за поворотом.

Я поудобнее улёгся, положил оружие перед собой. Задержав дыхание, прицелился и плавно нажал скобу спуска. Лёгкий треньк, свист болта и маг роняет кружку, схватившись за горло. А ведь метился я в грудь, арбалет оказался мощнее, чем выглядел. Что произошло, поняли не сразу, раздались смешки, быстро перешедшие в отборную ругань.

Зазвенел металл, а я уже заканчивал взвод арбалета. Выглянув уз-за угла у самого пола, я отправил следующий болт в самого шустрого, который уже нёсся в мою сторону. И тоже попал! Он, словно споткнувшись, кубарем покатился вперёд.

А я уже заряжал третий раз. Но вот подстрелись кого-нибудь у меня не вышло, перед бегущей ко мне пятёркой появился воздушный щит, невидимый для всех, кроме меня. Для меня он выглядел переливающимся жёлтым блюдцем диаметров метра три. Вот только он закрывал не всех противников!

Самый левый периодически показывался из-за края защиты. За что и поплатился. Подгадав нужный момент, я выстрелил. Следующий покатился по каменному полу. Заорав, я вскочил на ноги и бросился оставшимся навстречу, расстояние было уже меньше десяти метров. Перед щитом, который, по идее, должен был меня ошеломить и отбросить, я резко взял в сторону и оказался с его другой стороны. От неожиданности маг остановился и принялся что-то кастовать. Но не успел, ожидаемо.

Разобраться с оставшимися троими мечниками для меня проблемой не было. Проблема была в том, что бойцов должно было быть одиннадцать, а я уничтожил девятерых. Придётся ходить и оглядываться. Впрочем, в этом у меня тоже огромный опыт, ещё со времён Колизея.

Сбор трофеев много времени не занял. Я разбогател на почти тысячу рублей, четыре амулета и два макра. Хотел взять один из мечей, но слишком уж он был приметный, белый с чёрными прожилками слоёной стали. Хотя материал был просто великолепным, лучше, чем у моего оружия.

Остался вопрос с утилизацией трупов. Конечно, все всё поймут, все люди взрослые, но без доказательств и предъявить будет нечего. Нет тела — нет дела. Я вернулся ко входу и, схватив обоих за шиворот, потащил вглубь. Было тяжело, но я справился. Свалив всех в одну кучу, пошёл вглубь, молясь Россу, чтобы мне встретились большие животные.

Похоже, бог меня услышал. Поскольку мне попались крохотные животные, точнее, насекомые. Второй день одни насекомые, но сейчас это было кстати. Здесь их называли синими термитами. С тихим шелестом они рванули на вкусный запах крови, который шёл от меня. А рванул от них, стараясь далеко не отрываться.

Эх, сюда бы Ольгу с её огнём. Панцири этих букашек размером с мизинец ценились весьма высоко. И после сжигания оставались только они. Впрочем, целыми они мне сейчас будут важнее. Вскоре я пробежал мимо кучи трупов, а вот термиты остановились, покрывая всё своими телами в несколько слоёв. Всё, им хватит часа, чтобы от трупов осталась только куча костей и железа. Всё остальное гарантированно будет съедено.

Придирчиво оглядев себя на наличие кровавых пятен и не обнаружив их, я шагнул в портал. Свет ударил в глаза, заставив проморгаться, что едва не стоило мне жизни. Оставшиеся двое караулили меня снаружи!

Бойцами они оказались совсем плохими, и вскоре я тянул ещё два трупа к общей куче. Не доходя, бросил их на каменный пол. А то вдруг букашки посчитают, что я тоже их ужин? Куча трупов заметно уменьшилась в размерах, и пока ещё жидкий ручеёк термитов двинулся к новому угощению. Я же снова направился к выходу.

Никто не видел, как я заходил в портал, никто не видел, как я оттуда выходил. Все заседали по тавернам, обсуждая мою вчерашнюю стычку с главарём и текущие последствия. Во всяком случае, так мне объяснили ребята, к которым я вернулся за стол, как ни в чём не бывало.

За соседним столиком уже предлагали собрать побольше народу и таки пойти в данж. Если что, то просто дать отпор вымогателям. Главное, чтобы было значительное численное преимущество.

За следующим столиком предлагали откупиться от банды, мол, с чего мы вам платить будем, если не зарабатываем, тут сидим и вас боимся?

Слух, который мне подарил Росс, позволял вычленять из общего гама, стоявшего в зале, любые звуки, чем я сейчас и пользовался. Подавляющее количество разговоров сводилось к тому, что делать.

Были даже предложения напасть на нашу команду, связать и доставить в данж, где и вручить группировке. Это мне уже совсем не понравилось. Скорее всего, столько народу мы просто не вывезем, и нас действительно свяжут и занесут в портал. Чем это может ещё закончиться, даже думать не хотелось.

— Так, а куда ходил-то? — наконец спросил Илья. Остальные тоже явно хотели задать этот вопрос, и сейчас навострили уши. — Ты вроде в данж собирался.

— Туда и ходил, — хищно улыбнулся я. — Ваших бандитов больше нет, их термиты пожрали. Так что, можем идти. Заодно шкурками термитов разживёмся, их там много.

— Да ладно! — не поверила огненная Ольга. — У них же три мага, и все не слабые. Уж от термитов они точно отбились бы.

— А кто сказал, что причиной были термиты? — совсем тихо спросил я, нагло ухмыляясь. — Впрочем, если я букашкам и немного помог, то это уже совсем не наша проблема, верно? Нас тут уже собираются в жертву приносить. Может, добровольно сами отправимся в данж? Не хочется убивать или калечить неплохих, но испуганных людей.

Команда замолчала, переваривая информацию. Но смотрели они на меня как-то совершенно по-новому. Словно видели впервые. Я не знал, что происходит в их головах, но явно они были шокированы. И твёрдо уверены, что я в одиночку помножил на ноль самую сильную команду. Впрочем, ведь так оно и было.

Не скажу, что это было так легко, как я описывал. Это было сложно, можно сказать на грани моих возможностей. Но я смог. И никаких чувств при этом не испытал, в плане сожалений там, или ещё какого негатива. Собаке — собачья смерть. Встал на путь убийцы? Будь готов, что тебе прилетит и ответка от того, кто сильнее или удачливее. Я вот был всегда готов. Но меня от этих уродов отличало то, что я был уверен в том, что я прав! И я защищался.

— А что, пойдём! — внезапно тихо сказала Инга. — Лучше в данже сгинуть, чем от своих получить. А потом принимать неискренние извинения. Аж противно представлять, как это будет. Не будем провоцировать?

Дружно проскрипели по полу тяжёлые лавки, когда мы поднялись. Разговоры тут же стихли, за нами наблюдали все. А мы демонстративно медленно пошли к зданию с порталами. Мимо нас пробежали несколько человек, нырнув в дверь другой таверны. Видимо, чтобы поделиться новостями.

По идее, от трупов уже ничего не должно было остаться такого, что дало бы возможность определить причину смерти. Так что я ничем не рисковал, ведя свою команду в данж.

Термитов уже не было. А была только куча железа и костей, очищенных до белоснежного блеска. Они даже кровавые следы на полу убрали. Команда, посмотрев на это, развернулась и пошла к выходу.

— Положено сообщать о погибших, — хмуро сказала Инга. — Идём!

Под удивлёнными взглядами окружающих мы пересекли всю территорию и остановились у стражников.

— Мы сообщить о происшествии в данже, — важно сказал Алексей. — Недалеко от входа находятся погибшие, похоже, или тараканы, или термиты постарались. Там одни кости и металл.

Охранника перекосило.

— Что за месяц такой, — с тоской пробормотал он и уже твёрже добавил: — Второе ЧП! Так, пойдём, покажете где!

Он кликнул ещё двоих, и мы пошли к порталу. Пятьсот метров пещеры и мы указали на останки.

— Боги, сколько же здесь людей? — воскликнул главный охранник. — неужели такая команда могла погибнуть от простых термитов? Мне хана. Вторая гибель, и снова в мою смену. Данж закрывается до выяснения причин. Возможно, термиты лишь последствия, и у нас опять здесь мощная тварь бродит. Идём на выход!

Мы дружно честно развернулись и потопали назад.

— А как проводится проверка безопасности? — закинул я удочку. — Кто её проводит и как?

— Мы отбираем пять-семь сильнейших команд, — начал рассказывать стражник. — И разрешаем им войти. После инструктажа. И придаём им по посыльному, который должен отчитываться о пути и результатах каждые полчаса. И так, пока опасная тварь не будет ликвидирована.

— А наша команда может быть в их числе? — подводил я к нужному ответу. — Нас не зря последнее время считают одной из самых удачливых и сильных. И есть какие преференции за подобное?

— Есть, как не быть? — вздохнул мужчина. — Четыреста рублёв каждому участнику. И пять тысяч, уже на всю команду, если обнаружили и уничтожили этого сильного монстра.

О как! Я просрал целых пять тысяч. Я же нашёл умирающую мать Алиски. Интересно, за неё уже выплатили? Ей-то явно всё равно, а моему роду подобная сумма ой как не помешала бы. А ещё, коридоры уже переродились, изменились? И если я найду труп разумной бедолаги, мне за него выплатят?

— Слушай, — осторожно начал я выяснять. — При прошлом ЧП я нашёл монстра, что убил кучу народа. Теперь его труп лежит в одной пещерке. Могу показать, если конфигурация проходов не изменилась. Я могу рассчитывать на награду? И да, я хочу её похоронить, она была достойным бойцом.

— Её? — глаза охранника стали квадратными. — Она что, с потомством была? Тогда понятно, почему она всех рвала, направо и налево. Потомки при ней были?

Ну да, помню. Огромные деньги за шерсть «насильно умерщвлённых» малышей. Вот только хрен тебе! Не дам вам возможности надругаться над трупиками крох. Их мать, как минимум, заслужила такую честь. Да и меня просто коробило от мыслей, что трупики малышей кто-то будет брить ради денег.

— Нет, щенков не было, — сделал я максимально честные глаза и продолжил врать. — Но она была сильна, очень сильна. Чуть не порвала, прошёл по грани.

— Ежели подтвердишь, то награда твоя, — с огромным сомнением сказал мужик. — Вот только тварей нужно сдавать. На органы, макры и прочие трофеи. Из чего, по-твоему, награда складывается?

— Там все органы уже непригодны, думаю, — не согласился я. — А макр второго уровня я забрал. За эти пять тысяч его сдать надо будет? Я покажу, какому торговцу его отдал, да и восемьсот монет возверну.

— Вот ты мне геморрои на ровном месте создаёшь, парнишка! — поморщился главный охранник. — С торгашами связываться себе дороже. Ежели четыре тысячи устроит, могу оформить. Вот токма труп усё едино предъявить надобно. При свидетелях. И да, похоронить можешь, но за свой счёт.

— Так может, прямо сейчас и дойдём? — воодушевился я.

— Тормози, паря! — осадил меня охранник. — Что-то убило крутую команду! Не скажу, что о них горюю, подонки первостатейные были, и я как бы рад, но угроза-то осталась. Сначала их останки надо забрать и исследовать. Мы же не охотники на монстров, мы служивые. А как выяснится, что за монстр их убил, надобно награду за него объявить. А опосля дождаться его поимки, понимаешь? До этого я своими людьми рисковать не буду.

— Логично, — немного огорчился я. Ведь я единственный, кто точно знал, что за монстр уничтожил этих ублюдков. Это же я тот монстр. — Ладно, изучайте. Правда, будет обидно, если как раз в это время коридоры перестроятся. И не получу награды по итогу.

— Не дрейфь, паря, — похлопал меня по плечу огромной ладонью охранник. — Заявки на прошлого монстра не поступало. Так что, пара часов погоды не сделают, а нам их хватит. Эти жмурики прям у входа же, даже не придётся серьёзную экспедицию проводить, чтобы их повытаскивать. Думаю, за это время коридоры не поменяются. И вообще, есть теория, что они меняются только тогда, когда внутри никого. Жди, короче, идём.

Один из рядовых охранников давно рванул на выход, и мы встретили целую делегацию у самого прохода. Один из них был явно маг, я ощущал его магию, но какая она, сказать не мог. Выйдя, мы направились в привычный нам кабак, провожаемые сотнями взглядов. Были и осуждающие, и одобрительные, и удивлённые, и растерянные. Последних было большинство. Пока никто не верил, что терроризировать и обирать их больше никто не будет. Но надежда тоже читалась.

Мы успели плотненько так поесть. Пить отказались все, в надежде, что поход всё-таки состоится. И да, тот же самый главный охранник нашёл нас через полтора часа. А за это время я, наконец, вспомнил, что трупа матери Алиски в нашем мире нет! Совсем закрутился. Его же забрал мой странный бог по имени Росс. И, по его словам, был шанс, что мать моей красавицы выживет. Правда, как я понял, шанс этот совсем небольшой.

Но, отступать было некуда, прообещался же. И потому по вежливой просьбе охраны я повел троих в поисках того самого отнорка. К моему удивлению, он нашёлся сразу, именно там, где я помнил. Пришлось местами ползти сквозь узкие шкуродёры. Один из охраны с нами не полез. Или клаустрофобия, или просто страх, не знаю.

К огромному моему удивлению, труп в пещерке был. Что меня невероятно огорчило, несмотря на то что это сулило мне шикарную прибыль. Я искренне надеялся, что Росс сможет её спасти, это достойный человек, и должен был жить! М-да. Вот, даже человеком её обозвал. Похоже, Алиска теперь официальная сирота. Но, у неё есть новая мама Зора. И я. А у меня есть она.

— Да простят меня боги! — воскликнул охранник. — Но ты не мог уничтожить призрачную росомаху! Это невозможно, не под силу человеку! С ней и десяток магов не всегда справиться может! И вообще, как она на наш уровень забрела? Тем паче, только окотившаяся. А щенков при ней не было? За каждого тыщ по двадцать смог бы выручить! Точнее, за их трупики. Живыми они никому не нужны. Мож валяются где? Мы бы поискали! За долю малую.

— С ней никого не было! — твёрдо сказал я. — Она была одна.

Ещё не хватало, чтобы эти, неплохие в общем-то парни, начали искать, а потом глумиться над трупиками детёнышей. Не допущу.

— Обидно. Эта тварь то ли с третьего, то ли с четвёртого уровня же! Как она сюда попала? — охранник почесал затылок. — За неё, думаю, тебе много выплатят. Вот только вытащить закостеневший труп через все эти шкуродёры сложно будет. Денег хочешь? Тогда сам вытаскивай. Мои парни этим заморачиваться не будут.

— Хорошо! — пожал я плечами.

Тащить труп этой девушки, матери, на потеху быдла не хотелось. А вот денег хотелось. Меня оставили одного, отправившись на выход. А я, не поверите, сидел и соображал, как лучше обвалить пещеру, создав могилку мамке Алисы. И я решил, в жопу деньги! Просто похороню её! Она была достойным бойцом и настоящей матерью.

— Я же говорила, что он тот, кто нам нужен! — раздался нежный мурлыкающий голосок, который я помнил на смертном одре, тогда считая его за бред. Подруги Росса.

— Ну да, достойно! — а вот шипящий голос своего «бога» я не мог не узнать. — Короче, парень, это просто видимость. Моя подруга выжила, просто на других планах сейчас. Это кукла. Я осознаю, как тебе сейчас важно то, что вы называете рублями. Потому и создал эту видимость. Учти, ненадолго, пара дней, и она рассеется. Так что не тупи, не рефлексируй, это не труп. Это голограмма. Ах, да, ты такого слова же не знаешь. Короче, картинка это просто объёмная. Бери и тащи к выходу!

Глава 20

Я ошарашенно смотрел на тело матери Алиски. Это просто визуал? Ненастоящее? Интересно, это смогут спалить?

— Не смогут, успокойся, — раздался голос моего типа бога. — Я не «типа бог», задолбал ты! Хватай тушу и тащи, бабло своё зарабатывай!

Ну вот сколько можно? Вообще все мысли читать как-то даже неприлично, не? Не, за деньги, пусть пока и не полученные, спасибо, конечно. Как один из очень тупых попаданцев на любую просьбу отвечал «за деньги да!». Учитывая, что мне скоро в академию, и зарабатывать не выйдет, это очень актуально. Но, если честно, я рад, что эта… бойчиха? Боевица? Ужас, как будет боец женского рода? Короче, я рад, что этот монстр выжил. Да, а как будет монстр в женском роде? Монстриха, мостряка? Чёрт, о чём я думаю?

К моему огромному удивлению, «труп» был почти невесомым, и тащить его было очень легко. Очень надеюсь, что это просто проделки Росса, и для остальных это будет намного достовернее.

В данж, в итоге, мы сегодня так и не пошли. Часа три заняли фотографирование призрачной росомахи, опрос меня любимого и прочая бюрократия. Кстати, как только я вышел из портала, вес трупа стал настоящим. Это было настолько неожиданно, что я едва устоял на ногах. Надеюсь, грыжу или геморрой не заработал. Ну реально, килограмм сто двадцать на одном плече! Злая шутка от моего божества.

Зато за победу над такой сильной тварью мне присудили аж четырнадцать тысяч! Четыре из которых я тут же раздал команде. Пусть ценят меня за мою щедрость тоже. Но за это я попросил помочь мне с похоронами. Хотя я и понимал, что это просто подделка, муляж, мне это было нужно.

Мы вышли из форта, и парни быстро нарубили сухих веток, сложив из них большую площадку для сжигания высотой мне по пояс. Куда я аккуратно поместил то, что все считали трупом монстра. А после наша огневичка дала жару! Постамент запылал с треском горящего дерева, разбрасывая искры.

А над ним появилось изображение «погибшей» твари. Хотя у меня язык не поворачивался так её назвать. Она оглядела нашу компанию, задержав взгляд на мне. Потом низко поклонилась, и я услышал:

— Благодарю, что выполнил мою просьбу, человек-росомаха! Поверь, ты никогда не пожалеешь о своём решении. Мою дочь я оставлю тебе в помощницы, она будет оберегать тебя так же, как ты сейчас заботишься о ней. Как ты позаботился обо мне, хоть всё это ненастоящее. И многое из её способностей тебе понравится. До встречи, человек-росомаха! А она будет!

После этих слов её изображение заколебалось и исчезло дымкой. А костёр, заботливо созданный ребятами, вдруг исчез, оставив лишь опалённый круг на земле. Все молчали, удивлённые явившимся им чудом. Но, слова зверя явно никто не слышал, хотя поклон видели все. Только шелест листвы и крики пичужек разбавляли наступившую абсолютную тишину. Даже гарью не воняло, воздух был свеж, как после грозы.

— Скажите, что мне это привиделось? — наконец разрушила общее состояние Ольга. — Не, я сама маг, но это за гранью же. Явно дела богов. Ты кому поклоняешься, Андрей?

Вопрос в некоторых ситуациях явно выходил, даже выбегал, за рамки приличий. Особенно учитывая, что родовое кольцо с мордахой Росса я всегда носил картинкой в ладонь. Но я решил ответить честно:

— Мой тотем — Росомаха!

И повернул кольцо как положено. Моя команда завороженно уставилась на меня. Наконец, ожил Олег:

— Так ты убил животное своего тотема? И тебе не прилетело? И стоп! Получается, ты имеешь отношение к хозяевам изнанки? Ты доверенный слуга рода или…

Вопрос повис в воздухе. Он был задан, и, хотя я и ожидал его, мне вдруг стало неудобно. Как объяснить моей команде, что род до моего появления почти исчез, что и сейчас он слаб, что я единственный, кто остался, что мы просрали изнанку в пользу соседей? Позор сплошной.

Да и нельзя им говорить о моём перерождении, уж слишком хорошо я знал, что происходит с «попаданцами», как они себя называли. Арест — следом каторга или смерть. Если каторга, то выкуп на арену — и снова смерть. Результат всегда был один. Попаданцы умирали. А их в этом мире было очень много. Я не был уникален в этом отношении. Разве что переродился в своём мире, в отличие от остальных.

— Или, — кратко ответил я. — Род обосрался, я прежний обосрался. Я новый пытаюсь выгрести. После травмы головы я потерял память, но начал соображать. Как-то так, если в двух словах. И да, изнанка пока не моя. Над этим я тоже работаю. Включая уничтожение грабителей, что терроризировали всех здесь.

— Как это не твоя? — спросил Лёха. Удивление было на всех лицах. — Над входом же даже написано, что принадлежит Росомахиным. И что, к тебе надо обращаться «ваше благородие», получается?

— Так, други! — успокаивающе сказал я. — Все выдохнули. Если вам так проще, считайте, что вы ничего не узнали. Я очень надеюсь, что наши отношения останутся прежними. К тому же, скоро я вас покину, в Краснодар уеду, в академию учиться.

— А как же мы? — ужаснулась Ольга. — Мы же без тебя половину монстров просто не потянем! Скатимся в слабейшие команды…

— Буду стараться на выходные приезжать, — пожал плечами я, абсолютно точно понимая эмоции ребят. — Мне тоже денежка нужна. Да и сейчас, после всех событий, к нам в команду пойдут любые бойцы, включая сильнейших. Просто пустите слух, что думаете о расширении. Ещё и задолбаетесь с выбором. Многих не устраивают их текущие роли, будут проситься. Время ещё есть, хоть и немного. Пока меня нет, старшим будет наш рыжий. Ты не против, Лёх?

— Ну, — непонятно почему засмущался парень. — В принципе, могу тебя немного подменить. А вот что значит пустить слухи?

Да, один из попаданцев, которого я учил выживать на арене был непонятным «лидером общественного мнения, ЛОМ», «блогером», в своём мире. Что это значит, я так до конца и не понял, но он на примерах показал мне, как обычными словами можно влиять на разумы множества людей. Которых он пренебрежительно обзывал «стадом» и «толпой». Ещё какими-то «лохами». Но его наука не прошла мимо меня.

— Идём в кафе! — тут же решил я попробовать применить новые знания.

Точнее, не так. Знания были совсем старые, просто раньше мне негде было их «юзать», опять же на языке того попаданца. Жалко, что попал он в жирдяя, не приспособленного к бою. Исправить тело он не успел за отведённые ему два месяца подготовки, хотя и был близок.

Во время второго боя толпа зрителей решила его, проигравшего, казнить. И я, соответственно, потерял огромную кучу важной информации. Впрочем, такое случалось весьма часто.

Наш столик, на удивление, оказался свободен. Мы присели, заказали еду и вино, и стали тихонько шушукаться о сегодняшних и вчерашних событиях. Если была возможность, я отвечал на вопросы честно. Иногда игнорировал вопросы, иногда откровенно врал.

Моя команда — славные ребята, но даже им не нужно знать всё подробно. Догадываться, это не знать. А доверять в этой жизни можно только себе, и то через раз. Слишком много раз меня наказывали за безоговорочное доверие, хватит. Хоть это и в моей природе, в моём характере. Но именно эту черту я старательно искореняю в себе.

В определённый момент я вдруг относительно громко сказал:

— И вообще, друзья, нам нужно расширять команду! Пару ближников и мага нам точно надо.

Эх, надо было видеть лица ребят! Эти квадратные удивлённые глаза, эти вопросы в них. Я им подмигнул так, чтобы видели все за столом. Но не окружающие. И совсем тихо продолжил:

— А вот теперь ждём желающих. Надеюсь, вы здесь знаете всех или почти всех, и сможете меня проконсультировать. Боевые качества важны, очень важны, но главное, что человек представляет из себя в плане работы в команде. Достоинство, понимаете? Не отребье крутое.

Ребята вроде поняли, расслабились. И тут я их огорошил второй раз:

— Так, Инга, садись поближе. Да не бойся, не кусаюсь. Задумка какая, — я на секунду замолчал, формулируя мысль. — Ты будешь пинать меня под столом, только аккуратно, если человек очень нам нужен. И наступать на ногу, если он категорически не подходит. Остальные ей передают знаки точно так же. Если там ни рыба ни мясо, то не реагируем, добро?

Ждать долго не пришлось. Первым был очень хмурый и очень большой мужчина. Во всех смыслах. Роста под два метра и весом далеко за сотню. Он, не спрашивая, плюхнулся с краю и представился:

— Я Войд, типа. Тут, типа, слухи прошли, что вы команду донабираете. Я танк крутой, типа, если что. Всегда в первых рядах против больших. Против маленьких не гожусь, говорят, медленный, но там маги всегда поддержат. Что скажешь, Андрей? И эта, мне пофиг, как ты покрошил ту команду, типа, ваще не моё дело, брат, вот.

Меня не толкнули, не топнули. Значит, обычный парень. Хоть и очень необычные внешне. Я ему сообщил, что мы подумаем, и он нормально это воспринял.

Пнули за вечер меня всего один раз, когда к нам подсел совсем худенький мужичок, почти мумия, с огромными глазами, седыми длинными волосами и почти чёрной, тоже длинной, козлиной бородкой. Он представился магом льда. И он был единственный, кому мы сразу сказали «да». Он остался за нашим столом. Но нам нужен был боец ближнего боя, который смог бы заменить меня. При всём моём уважение к нашим парням, они чутка не дотягивали.

Но, сегодня больше никого не одобрили. Хотя мой вброс, как называл это действие тот самый попаданец, сработал даже лучше, чем я думал. К нам подошло человек двадцать. Думаю, не последнюю скрипку здесь сыграло уничтожение команды вымогателей.

Домой я добрался уже в абсолютной темноте. К Алиске я заходить не стал, слишком устал и хотел спать. А ещё, к удивлению, Васька меня не встречал на пороге. Даже насторожило немного. Приняв ванну, которую мне быстро организовали, я упал на кровать. Уснул раньше, чем коснулся подушки щекой.

Василий реабилитировал себя утром, карауля меня у выхода со спальни. С торжественным видом он произнёс, протягивая вычурно отделанную коробочку:

— Господин, это мобилет! Последнее изобретение магов, артефакторов и других умных людей. Позволяет общаться на расстоянии. С одобрения Тонтоныча я вчера ездил в Ейск. В лучший магазин, между прочим! Модель, конечно, не самая дорогая, но весьма престижная. Вторую, которую здесь оставим, взял попроще. Специально присланный специалист ожидает вас для демонстраций и консультаций.

— Всё позже, — отмахнулся я, хотя было и правда любопытно. — Сначала завтрак. Кстати, если он не из благородных, сможет провести показ, пока я ем. Если же с титулом, пригласи присоединиться к трапезе.

Василий поклонился и, смешно подрагивая телесами, рванул в сторону лестницы. Я неспеша пошёл туда же.

Завтрак был накрыт на одного. Продавец оказался не из знати, что меня сильно порадовало. Хотелось спокойно поесть. Но не вышло. Парень, лет двадцати, оказался сильно навязчив. Он бегал вокруг меня с бешеной скоростью, тараторя, какие кнопочки нужно нажимать для тех или иных действий.

Наконец, мне это надоело, и я выхватил аппарат из его рук. Он удивился настолько, что даже замер в полудвижении. Не обращая на него внимания, я лениво поинтересовался:

— Куда жать, чтобы связаться с особняком?

— А, так это совсем просто, — ожил этот обалдуй. — Вот здесь список контактов, выбираем, кому хотите позвонить и жмёте кнопочку…

— Понятно, свободен! — грубо сказал я. Надоел он мне.

— Но, там же ещё можно новости и это… — начал он, когда Василий уже тащил его за порог.

— С остальным сам разберусь! — на этот раз вежливо ответил я. — Передай начальству мои благодарности, ты был очень полезен!

Позавтракав, я рванул в форт тонкого места. Сегодня я был настроен на серьёзный и доходный проход данжа. Но, выход пришлось отложить. Оказывается, ребята отобрали аж четверых моих «заменителей». Не заместителей, главным я точно оставлял рыжего.

Пришлось идти «на арену», где меня экзаменовал Алексий, чтобы ему переродиться в таракана!

Первый, мощный детина лет сорока, оказался полным отстоем, надеюсь, он это не услышит. Добродушный, сильный, но неповоротливый. Я, без оружия, расправился с ним секунд за тридцать, изображая повадки каменного волка.

Второй был худым и жилистым, с длинной косой красных волос, с лезвиями, вплетёнными в окончание странной причёски. Против него я решил побыть его противоположностью — огненным тушканчиком. Такая себе тушка метра полтора в диаметре, объятая огнём. Огня, понятно, у меня не было, но повадки и стиль атаки я воспроизвёл качественно. И он выстоял!

Тогда я превратился по стилю атак в гепарда. Я был быстр и коварен. И он почти справился, его реакция практически догоняла мою. Конечно, используй я весь свой опыт, шансов у него не было бы, но против монстров он был явно хорош! И я поставил себе зарубку в памяти про дать ему шанс. Возможно, в нашей команде будет два рыжих.

Третьим оказался маг, как ни странно. Основная его сила из арсенала магии земли состояла в том, что его было невозможно пробить. Он тупо создавал вокруг себя какое-то непонятное и видимое только мне поле, через которое не проникал физический урон.

С ним я разобрался быстро. Нужно было просто физически проникнуть под это поле и тихонько, чтобы не убить, ударить. Против тех же синих термитов у него не было бы шансов, забрались бы пешком под поле и схарчили. Но вторую галочку я поставил. Несмотря на то, что он не продержался и двадцати секунд.

Последним был уже знакомый мне здоровяк, что первым подсел к нам. Непонятно, чем руководствовались ребята, ведь явно было видно, что он слишком медленный, хоть и мощный. Но испытал и его.

Итог был предсказуем. Он не выстоял против меня, каких бы животных я не копировал по стилю. Он всегда становился трупом. Точнее, становился бы. На его месте я начал бы заниматься скакалкой и уклонениями. Развить реакцию, и он будет действительно крут! Я ему так и сказал, стараясь не обидеть. Он понятливо, с искренней улыбкой, пожал мне руку и свалил в закат.

В итоге, в таверну мы вернулись ввосьмером. Я решил дать обоим заинтересовавшим меня людям шанс. Плюс, вчерашний маг. И вообще, в нашей команде оказалось ровно половина магов, что являлось невозможной редкостью среди местных команд.

Ну что сказать? Все трое отлично оправдали все ожидания в их отношении. И за этот день лично я, правда, как глава отряда, заработал аж пять тысяч двести с небольшим рублей. Чуть ли не рекорд! Отведя рыжего в сторонку, поинтересовался его мнением.

Он был воодушевлён пополнением, его глаза горели, он всячески изливался мне в благодарностях. У меня даже создалось впечатление, что теперь он с нетерпением ждёт, когда я свалю и примет бразды правления. Но я его осадил:

— Так! На время моего отсутствия, все мои командные доначисления и доли делить поровну между всеми! Остальное делишь на себя и меня. В итоге, я, пока меня нет, получаю четверть от своей нормы, и ты четверть от моей нормы. Остальные проценты не меняются. Буду проверять!

Сначала Лёха посмурнел, но через минуту, явно всё пересчитав, блаженно улыбнулся.

— Идеально, шеф! — сказал он. — Я не подведу! Удачи в Краснодаре, будем ждать тебя.

Последующие дни прошли спокойно. Команда срабатывалась, исчезало недопонимание в сложных ситуациях во время боя, Инга, даже не напрягаясь, успевала отлечивать любые раны, спасибо, серьёзных не было. Ольга и Игнат долбили магией, быстро найдя баланс противоположностей. Заработал я хорошо, при этом всё больше становясь сторонним наблюдателем, позволив команде научиться воевать без меня в роли всесокрушающей мельницы.

В очередное утро ко мне на завтрак явился Вася.

— Господин! — с поклоном начал он. — У вас просят аудиенции Иван, который кузнец и новый голова, и Антон Антонович, ваш финансовый управляющий. Готовы предстать перед вами вместе, многие темы будут пересекаться.

— Зови в кабинет! — ответил я, отодвигая посуду. — Буду через пару минут. Проблемы? Или похвастаться хотят?

— Проблемы, ваше благородие, проблемы…

Глава 21

Хм… проблемы я не люблю. Но решать готов. Впрочем, чего голову ломать? Сейчас всё узнаю.

Первым в кабинет зашёл Тонтоныч. Странно дёргаясь в своей манере, к которой я уже привык, он поклонился и сказал:

— Господин, мы связались с семьёй Смородинских. Там что-то странное творится, сейчас расскажу. Но, похоже, возврат частичного контроля финансовых потоков вашей изнанки и владения ей поставлен на паузу.

— Так, присядь! — приказал я. Очень уж его непроизвольные кривляния отвлекали. — Выдохни. Сейчас Ваня зайдёт, и мы всё обсудим. Вы у меня доверенные люди. Да, и Василий не помешает, может что дельное подскажет. Он хоть местами и душный, но о жизни много знает.

В этот момент дверь распахнулась повторно, и вошёл мой голова Росомаховки. Низко поклонившись, он застыл в дверях, явно ожидая указаний. Типа можно заходить уже, или дождаться окончания разговора с Антонычем?

А за ним стоял и моя нянька в мужском обличье — Вася. Я жестом позвал обоих, указав им на удобные стулья, больше напоминающие высокие кресла.

Когда все уселись, я взял слово.

— Итак, господа-соратники, — немного не как положено, начал я. Господами никто из них не был. — Начнём с информации уважаемого Антона Антоновича. Остальным слушать и запоминать появившиеся мысли и вопросы. Один из моих знакомых называл это мозговой штурм. Представляете, почти ничего не помню, а это помню!

Надеюсь, выкрутился. Ляпнул, не подумав, «мозговой штурм», надо же было! Хотя название, как и сама идея, шикарны. Вот только об этом методе мне рассказывал очередной попаданец. Погиб в первом же бою, причём тренировочном. Можно сказать, сам себя убил. Впрочем, достойного ему перерождения, хороший парень был.

— Потом о проблемах говорит Иван, — продолжил я мысль. — А после Василий. Потом мы пьём чай и высказываем идеи. Суть ясна? Итак, Антонович, начинай.

— Ваше благородие, мы официально обратились к главе Смородинских о переоформлении долгосрочной аренды в совместное предприятие, — смешно двигая носом, начал доклад мой финансист. — Решение было положительным, мы начали проработку деталей. А вот недавно начались странности.

— Интересно, какие? — буркнул я себе под нос, но был услышан.

— Да очень странные… странности, — вздохнул управляющий, почесав шевелящийся сам по себе нос. — Начнём с того, что глава переложил всю переписку на младшего сына, что не принято! Это просто нонсенс. Младшие дети не могут управлять семейным бизнесом. Во-вторых… господин, а можно попить?

Я кивнул ему на графин с морсом. К моему шоку и удивлению, он выхлебал прямо из общей посуды почти половину. Впрочем, одёргивать я его не стал, хоть нервничать начал поменьше. Но вы бы видели глаза Васьки! Думаю, после разговора кому-то прилетит.

— Во-вторых, ваше благородие, — отдышавшись, продолжил он. — Что-то странное происходит в самом форте изнанки, это прямо чувствуется из переписки. Какие-то там финансовые или организационные проблемы серьёзные образовались. По идее, нам это выгодно для заключения договора, вот только младший сын юлит сильно, похоже, не хочет он этого соглашения.

Ну я-то лично прекрасно знал, что там за финансовые проблемы организовались. Рэкет умер. Буквально. Рэкетиров не стало. Не, я не глупый, понимаю, что свято место пусто не бывает, и скоро появится новая бригада. Для себя я проблемы в этом не видел. Будут наглеть, и с ними неприятность случится.

— Но есть и хорошие финансовые новости, — отвлёк меня Антонович. — Мы закрыли, благодаря вам, все долги. То есть мы впервые со смерти вашего батюшки, дай ему Росс хорошего перерождения, никому ничего не должны. Плюс даже подушка проявилась финансовая, несмотря на глобальное переустройство деревни. Но это вам лучше Иван расскажет.

— Что-то ещё я должен знать? — уточнил я.

— Собственно, это всё, что я хотел до вас донести, — смешно подёргав носом из стороны в сторону ответил этот дылда. — Пока мне больше нечего сказать. Ну, кроме того, ваше благородие, что после травмы вы стали великолепны. Вы уже спасли род и всех людей от приближающегося краха.

— Спасибо, — усмехнулся я и повернулся к Ване. — Твой черёд, докладывай. Давненько с тобой не общались, как ты, справляешься?

— Да что вы, ваше благородие! — сделал квадратные глаза новый голова. — Опосля вашего решения о стройках домов, колодцах и общем доме, народ как подменили! Все работают от рассвета до рассвета, и я не оговорился! Живота не жалея, пашут! Четыре семьи по лотерее уже в свои дома заселились новые, пятая в освободившийся, ну это, победитель съехал, вот.

— Приятно слышать, быстро вы, — ответил я.

— Я ж и говорю, все трудятся! — немного погордился людьми кузнец. — Общий дом даже заканчивают. Колодцы все задуманные вырыты первой очередью. Материалов на всё хватает. Наёмные парни уже семь гектаров садов разбили. А это и перепахать, и пни убрать, а где и целые деревья. И многие просятся к нам, токма вот пока некуда, хоть они и на наши землянки согласные. Хоть завтра с семьями переедут. И много таких.

— Семьи — это хорошо, — я задумался. — Люд нам нужен, особенно семейный. А из умельцев есть кто? Их в первую очередь рассматривайте.

— Да, семья кузнецов попросилась, — Ваня явно засмущался. — Как бы и мне конкуренты, но и времени у меня сейчас зело мало. Я их прямо к себе в дом подселил, благо, там всего четыре человека семьи-то. Но и в список на лотерею их внёс, дабы по-честному всё было. Я… правильно сделал?

— Ты идеально сделал, — мягко улыбнулся я. Всё-таки не ошибся в нём. — А ещё спецы какие-нибудь просились?

— Да, артефактор есть. Совсем слабый маг, но утверждает, что в артефакторике он профессионал. Сказал ему, что он первый на очереди. И даже настоящий лекарь пришёл, маг второго уровня. Одиночка, как я понял, сбежал от казни откуда-то. За что, не говорил. Вот не знаю, как поступить. Вроде очень нужон, но скрытность эта напрягает, кабы не злой человек оказался!

— Его пришлёшь ко мне, — решил я. — Кто-то ещё?

— Да вроде нет, — сконфузился здоровяк, и его плечи виновато опустились. — Совсем полезных больше нет. Разве что псих один, говорит, что без магии умеет чудеса творить, типа механизьмы всяческие. Но я ему отказал, уж больно он странный.

— Стоп! — тут же среагировал я. — Его вернуть, подселить к кому угодно. С ним тоже лично переговорю, может оказаться очень нужным человеком.

Да, те самые попаданцы очень много мне рассказывали о мирах без магии. Где ту самую магию заменили технологии, как они это называли. Рассказывали и о железных птицах, что с невероятной скоростью возили сотни людей по воздуху, и об электричестве, которое у нас было известно, но почти не используется из-за дороговизны, и о лодках, что могли нырять на невообразимые глубины, где человек выжить просто не сможет.

И это только самые крупные проявления этих самых технологий. А космос? Полёты к светящимся в небе точкам! Хотя, в нашем мире это не актуально, как я думаю. Переход в другой мир у нас занимает секунды через тонкие места, нам незачем тратить огромные суммы и сотни лет, чтобы добраться в другой мир.

— Постараюсь, — совсем поник Иван. — Вот токма я же его выгнал, ищи-свищи теперь. Но я постараюсь, сейчас же трёх лошадных отправлю на поиски. Дорог немного, найдём, надеюсь.

Он резво вскочил и вылетел за дверь. Может, и бесполезный человек, конечно, а может, непризнанный гений. Надеюсь на второе. Мне попаданцы называли кучу имён в других мирах. Я запомнил только Циолковского и Да Винчи. Язык сломаешь. Если что, будет Винтик! Почти этот странный Да Винчи. Шучу, сам себя подбадривая.

Подняв взгляд, я наткнулся на два сильно удивлённых. Наконец, не выдержал Василий.

— Господин, но зачем вам учёные? Все эти изобретатели? Они же тунеядцы. К тому же, наш единственный ресурс — фрукты и ягоды. Что они изобретут? Как вино лучше делать? Или варенье? У нас даже железа не добывается, а покупать море всего для его экспериментов мы даже сейчас не сможем, при всём уважении.

— Собственно да, на научную науку у нас нет денег лишних, — поддержал его мой бухгалтер, от волнения дёргаясь всем телом. Такое я увидел впервые. — У нас не тот уровень, дармоедов-фантазёров кормить.

— Я сам проведу собеседование и сам решу, хорошо, друзья?

Я налил себе морса и откинулся на спинку кресла. Надо было видеть глаза Василия, когда он понял, что я допиваю за Антоном Антоновичем! Мне-то было похрен, из луж пил, Тонтоныч просто ничего не понял и не заметил. Зато это сбило с мысли Ваську, который явно готовил гневную тираду. Мне важно набирать умных людей, умеющих мыслить нестандартно. Даже если они в чём-то немного и психи. Интуиция говорит, что обсуждаемые сегодня люди мне нужны категорически!

А ей я верил! Сильно верил. Без этого дара не факт, что прожил бы двадцать семь лет. Кто-то скажет, что интуиция — способность мозга обрабатывать второстепенную информацию и делать выводы. Вот только мне кажется, что это треть от настоящей интуиции, если не десятая часть. Это тоже вид магии, просто никто не научился, пока что, её регистрировать. Хотя, не факт, не факт. Может уже и регистрируют.

— Как будет угодно господину, — ответил мой финансист, слегка поклонившись в своей обычной дёрганой манере.

И хорошо, что ответил именно он, Василий сдулся, надулся и промолчал, гневно сверкая глазами. После чего я поднялся и повернулся к Васе уже у выхода:

— Да, и организуй мне встречу с главой рода Смородинских!

Тот поклонился, явно приняв к сведению мою просьбу. А я направился к тонкому месту и своей разросшейся команде.

Оказалось, меня ждут ещё два соискателя, несмотря на то что мы точно так же объявляли, что набор закрыт. И я решил поговорить с этими наглыми или непонятливыми ребятами. Если это наглость, а не тупость, то у них будет шанс, подобное я любил.

Позавтракав второй раз, я попросил пригласить первого. Похоже, он был на низком старте, так как отреагировал на простой кивок головой Алёхи. Понятно, этот из наглых или пробивных, у кого точно есть цель. Явно выслушаю.

— Приветствую, Андрей! — начал он, подбодрённый моим кивком. — Я сам очень неплохой мечник, звёзд с неба не хватаю, но всё-таки. А ещё я непревзойдённый лучник. Смело скажу, что возле этого тонкого места я лучший.

Он замолчал, выжидательно уставившись на меня. Угу, типа краткость — сестра таланта? Возможно, можно проверить. Но меня интересовало не это.

— И что заставило лучшего лучника в округе менять команду? — не поверил я.

— Можно я скажу это лично? — просительно уточнил он. — Можем выйти на улицу. Просто не хочу выносить на люди.

Я немного удивился, но согласился. Мы вышли из таверны и подошли к коновязи. Коней не было, а место, чтобы их привязать, было.

— Тут такое дело, командир, — начал парень, крепкий обычный на вид боец. Короткостриженый, с лысым подбородком, лет тридцати. — У главы моего лидера в команде дочка была. Ну как была, она и есть… Ну и я не удержался, уж больно в моём вкусе была. Ну, есть. Да и она мне моргала постоянно. В общем, вот такая простая история. А Батя теперь бесится, боюсь, башку мне в тишине проходов проломит, типа, чтобы неповадно было дочурку его портить! А у нас же всё по согласию обоюдному, я же без насилия! Да и люблю я её, кажется!

Всё это он выпалил на одном дыхании. То ли репетировал, толи от переизбытка чувств. Я склонялся ко второму варианту, всё-таки эмоции людей я читать умел. Если всё так, как есть, то можно его рассматривать членом команды. Вот только…

— А вражды с твоей прошлой командой у нас не случится? — внимательно смотря на мимику, спросил я. — Не придут мстить?

— Да не должны, — после секундной заминки ответил парень. — И да, я её не брошу, потому напряг будет, конечно. Но Варфоломей не без башни, напролом, тем паче к твоей команде, не полезет. Вот наедине может и прикопать, потому в его команде не хочу ходить.

— Откровенно, — ответил я. — Дай время до вечера на подумать. Но предварительно да. Кстати, видишь пятнышко в небе? Сможешь из лука достать такую цель?

Тот, недолго думая снял лук с плеча, достал стрелу, наложил её, и только после начал всматриваться в небо. Разглядев то, на что я ему показывал, он криво ухмыльнулся.

— Почти без шансов. Это беркут. И высота у него на сейчас метров триста. Просто лук не добьёт.

Но, натянув тетиву так, что казалось, она сейчас порвётся, таки отправил стрелу. Которая моментально исчезла на фоне неба. Секунд пять ничего не происходило, потом точка закувыркалась, а ещё спустя пару секунд нас достиг возмущённый птичий крик.

Падала птица недолго, на полпути к земле она смогла поймать воздух и тяжело полетела прочь. Надеюсь, стрела не застряла у неё в организме, не люблю ненужные смерти. Судя по полёту этой птицы, которую уже было неплохо видно, ранение незначительное.

— Впечатлил! — искренне сказал я. — Но всё равно решение вечером. К тому же, ты понимаешь, что чем нас больше, тем меньше доля каждого?

— Не страшно, нас было семнадцать, и всем хватало. Зато мы уверенно забирались в самые низы, — увидев мой сомневающийся взгляд, поправился: — Ну, скажем так не в самые, пределов никто не знает, но на суточный переход вглубь уходили. Там действительно редкие твари попадаются, с одной иногда до десяти тысяч зарабатывали. С одной! А так могли и десяток встретить. Главное, чтобы не десяток сразу. Там выжить тогда очень сложно.

Про второго говорить не буду, его не приняли. А этого наглого, посовещавшись, взяли. В основном из-за его опыта глубинных походов на два-три-четыре дня. Ну и лучник он правда великолепный, не соврал.

Первое время новички на меня косились, что я практически не участвую в битвах. Мне казалось, ещё немного, и они взбунтуются с вопросом «какого хера мы ему платим двойную долю⁈». Но в конце второго дня из стены вылез тот самый мерзкий огромный червяк, которого, кроме меня, предугадать было некому. И от которых погибло достаточно много ребят из других команд.

Я же, благодаря тому что видел магию, заранее отогнал всех от стены, объясняя это интуицией прокачанной, и срубил тварь, как только она рванула ко мне сквозь камень. Авторитет мой вырос неимоверно. Я спас минимум одного человека, эти каменные змеи выносили постоянно части команд.

Я зарабатывал, команда зарабатывала, всё шло идеально. Даже ни одного серьёзного ранения. А мелкие наша шикарная целительница легко убирала, несмотря на то что слабосилок. Даже пару переломов срастила, которые получил Лёха при встрече со снежной горгульей, довольно редкого гостя в этом данже, и абсолютно бесполезного, поскольку при смерти просто рассыпалась сугробами снега. Добычи с неё не было.

Но, очередным утром ко мне подошёл Василий, поймав меня по пути в столовую, и важно заявил:

— Господин, мы через два часа выезжаем в Краснодар, у вас всё собрано? Хотя, собственно, я сам всё готовил, так что собираемся?

— Погоди! — возмутился я. — Ты хочешь сказать, что пора в академию? А что не предупредил?

На самом деле этот зануда настолько часто говорил об академии, что я просто перестал его слушать. Буду честен, говорил он об этом постоянно. Но вот про выезд я и правда пропустил.

— Да, вашбродь, — вымученно улыбнулся он. — Выезжаем. Я с вами еду. Ещё Екатерина едет, это та рыжая, что ухаживала за вами в качестве сиделки, когда вас уби… это, в общем голову травмировали. Втроём, значится. И да, выезд через два часа. Карета уже подана, её грузят багажом.

Два часа! Я действительно, за эти два часа, даже за полтора, смог добежать до тонкого места, а это, если помните, двенадцать километров. Успел найти ребят, сообщить им эти грустные новости, и даже вернуться обратно!

Тело уже было практически как-то, которое умерло. Хорошая реакция, отличная дыхалка, сила, выносливость. В общем, спасибо Россу с его даром, именно на этом этапе помогло очень сильно.

Ребята огорчились, но они были готовы, что скоро я от них свалю. Зато у меня остался пассивный доход, который одобряла вся команда. А один из попаданцев, даже не помню, какого мира, утверждал, что цель в жизни — создавать доход, который не требует постоянного участия. Он называл его пассивным.

Например, сдаёшь квартиру или дом. Неделю поискал арендатора, потом максимум раза два в год улаживаешь проблемы, типа потёкшего крана или сломавшегося выключателя. Но чаще вообще туда не возвращаешься, это как договор составить. В общем, я такое получил просто как глава команды. И даже четверть моего обычного заработка — огромные деньжищи, при том, что я вообще ничего не делаю.

Вскоре мы неспешно катили в карете по довольно узкой дороге. Для меня это был абсолютно новый опыт, далеко от усадьбы я раньше не выезжал. Даже за телефонами в Ейск катались слуги, а это всего тридцать километров по берегу лимана. По воде и десятка не будет. Однако, не выбирался.

И теперь я во все глаза смотрел, как меняется природа вокруг меня. Поля и луга начали чередоваться с небольшими лесами, на горизонте возникли горы. Точнее, это пока были предгорья, но даже они восхитили меня своими размерами и величием. Я даже моргнуть боялся, чтобы что-нибудь не упустить. Это был настоящий кайф.

Ну что же, академия, жди меня, я еду! Несмотря на то, что на фоне обгоняющих нас автомобилей мы просто плелись. Доедем!

Глава 22

В этот день мы нужные сто семьдесят километров так и не проехали. К сожалению, автомобиля, который довёз бы нас часов за шесть-восемь, у меня не было, как и денег на него. Ценники начинались от пяти-шести тысяч, и у меня были более важные и срочные потребности. Так что плелись, и на ночь остановились в придорожной забегаловке с ярким названием «Счастливый Путник».

Быстро поужинав, втроём за одним столом, разбрелись по комнатам. Ну что сказать? Чистенько, дёшево, главное, что без клопов и тараканов. А рано утром меня подняли. Нам оставалось ехать всего километров двадцать пять.

Солнышко только поднималось над уже невидимым из-за строений горизонтом, пичужки вовсю пели, призывая к спариванию, а мы въехали в Краснодар. Воздух был ощутимо хуже, чем я привык. Воняло выхлопами непонятных машин, где-то что-то гнило. Несмотря на совсем раннее утро, вокруг были толпы куда-то спешащих людей, в массе которых вязли машины и кареты. Мы тоже сильно сбросили и так черепашью скорость.

Но, через час мы оказались у небольшого форта, над которым гордо красовалась надпись, что это и есть Первая Краснодарская Академия Магии. Форт был намного меньше «моего», раз в семь, наверное. Но крепче примерно во столько же. Думаю, они тут даже прорыв уровня с третьего удержали бы. Со второго точно.

Вдоль дороги стояло в пару десятков машин, и всего две кареты. Моя была третьей. Когда мы «парковались», я услышал осуждающий свист. Шутника я увидел, выглянув за занавеску. Парень, примерно мой ровесник. В окружении ещё четверых человек разного пола, явных подпевал.

Понятно, сладкий пирожочек развлекается. Маменькин сыночек, золотая молодёжь… Каких только эпитетов у них не было. Но было главное. Они считали себя хозяевами жизни, ничего сами не добившись. Впрочем, как правило, это соответствовало действительности. Родители всегда порешают.

Я поморщился, запомнив лицо заводилы, и решил игнорировать. Путь развлекаются за мой счёт, мне не жалко. Они не знают, что значит по горло в крови и кишках зарабатывать деньги в данже. Что значит день за днём выживать на арене, лелея мечту выбраться оттуда. Откуда им? Папочка уже всё принёс на блюдечке с голубой каёмочкой. У меня папочки, что подарит автомобиль, не было. Причём буквально и никогда.

Карета остановилась, Василий колобком выкатился наружу и подал мне руку. Я, демонстративно игнорируя её, плавно соскользнул на асфальт. Осанка, пренебрежительный взгляд… я тоже не пальцем деланый, может, я просто развлекаюсь? А не нищий барон с края области? И да, свисты и смешки прекратились. А я, не оборачиваясь и не дожидаясь Василия, с достоинством двинулся к воротам. Кстати, одет я был в тот самый костюм, что шили по мне целые сутки, мучая. Копия которого, только в синем цвете, лежала в багаже.

— Кто таковы? — с явным уважением спросил один из пятерых охранников на входе. Трое из них были маги, и один весьма сильный. Я видел в нём магию воздуха, хотя он даже не собирался колдовать. Минимум пятый уровень, но скорее шестой. Монстр, короче, в хорошем смысле этого слова.

— Барон Росомахин, Андрей Сергеевич, — тут же подсуетился Васька. — На проживание пожаловали. Для поступления и дальнейшей учёбы. С ним трое слуг, один из них опосля заселения господина уедет.

Охранник окинул нас взглядом. Весьма уважительным, надо сказать, и углубился в списки. Секунд через тридцать, которые я изображал скучающего балбеса, он поднял глаза, поклонился и указал на небольшое строение в центре форта.

— Это проход на нулёвку, академия на ней. Вас встретят и проинструктируют. Судя по списку, у вас бронь на дом. Приятного заселения! Тесты начнутся послезавтра. Точнее, они начнутся сегодня, но ваша очередь подойдёт послезавтра. Обживайтесь, ваше благородие!

Катя с кучером уже разгрузили багаж и стояли рядом. После одобрения они подхватили по чемодану, Василий схватил огромную сумку. Я хотел забрать у девушки чемодан, но Васька, словно почуяв, так на меня шикнул, что я аж с шага сбился.

— Вашбродь, ну сколько можно? — страдальческим тоном начал он. — Не по статусу вам шмотки таскать. Ведь заклюют потом, знаете, какой здесь змеиный клубок? Уж простят меня боги всех змей за сравнение, здесь много хуже. Заклюют, как есть задразнят. Не гневите Росомаху, вы барон, мы — челядь. Так было, есть и будет!

Я пожал плечами и шагнул в портал. Если бы не мои постоянные хождения в данж, думаю, я застыл бы. И получил повод для насмешек. А так, просто прошёл и оказался в точно таком же кирпичном коридоре. Несколько десятков шагов, лестница, и мы оказались под открытым небом. Судя по всему, здесь тоже было лето.

Да и вообще, миры с первого взгляда не отличались. То же щебетание птиц, та же зелень вокруг, несильный ветер, который нёс разнообразные запахи. Они немного отличались от привычных, но именно немного.

Вот только всё стало ярче. Знал за собой такую особенность. Повышенный магический фон делал мир красивее, но только в моих глазах, видящих проявления магии. Остальные такой разницы не видели.

А посмотреть тут было на что. Перед нами был разбит огромный парк. Множество дорожек убегали под сень крон, газоны были аккуратно подстрижены, декоративные кусты тоже. Вдалеке возвышалось огромное здание, рядом с которым мой огромный особняк показался бы маленькой моделькой машины рядом с настоящим грузовиком. Василий уверенно потащил нас по второй слева дорожке.

Домик оказался… маленьким. Самым маленьким на этой улице, точнее одним из самых маленьких, их было с десятка два. В сторону самой академии они становились всё больше и богаче, а дальние, ну, ближние к академии, были настоящими особняками в три этажа.

В доме оказалась кухонка со складом, наверно для продуктов, столовая, гостиная, спальня, кабинет и две комнатки для слуг. В целом мне, имевшему совсем недавно лишь койку на двухэтажных нарах, было грех жаловаться. А вот Васька кривил нос, говоря, что ожидал большего. Кучер же, как только доволок чемодан, развернулся и побрёл к выходу.

Катюша же уволокла один чемодан в мою спальню и деловито разгружала его содержимое в огромный, во всю стену, шкаф. Моя нянька устало сел на стул в столовой, которая являлась просто большим проходом из кухни в гостиную, и устало вытер пот.

— С приездом, господин, как говорится, — добро усмехнулся он. — Обычно все новики сразу идут смотреть на экзамены. Лет пять назад они все ещё проводились в один день. За это время многое изменилось. Про социальное равноправие тут почти забыли, а графья тут будет навалом, с ними осторожнее, пожалуйста. Это не академия моей молодости. Тогда здесь подчёркивали, что равны все, независимо он ранга и статуса. Эх, какие времена были!

— А ты-то откуда знаешь? — удивился я. — Ты же не маг?

— Эх, вашбродь… сильно вас стукнуло. Был магом, почти до четвёртого уровня добрался. А потом нападение было. Перегорел я тогда, но батю вашенского спас. Восстановить магоканалы и сосредоточие не смогли, слишком я выложился. Хотя и к дорогим лекарям меня возили, не жадничал ваш батюшка, всё без толку.

— Вот как! — задумчиво сказал я. — Не знал, извини. Точнее не помню. И прости, что разбередил твою боль. Сложно перестать быть магом?

— Мне повезло, — вымучено улыбнулся он. — Ваша семья меня поддерживала каждую секунду. Я ведь ещё твоего деда воспитывал, действительно почти часть семьи.

— Хорош! — не поверил я. — Это тебе сколько лет-то?

— Через три дня юбилей, сто тридцать стукнет. Вот только без магии до ста сорока уже не доживу явно. Да и растолстел так, что самому противно. Людские обычные болячки догоняют.

— О как! — только и оставалось, что сказать. — Буду знать. И помочь всё, никак?

— Говорят, лекари девятого и десятого рангов могли бы помочь. Вот только нет их таких в доступном доступе. Да и цены там такие, даже ежели сыскать…

Мы помолчали с минуту, после чего Василий хлопнул себя по жирным ляжкам и вскочил.

— Ладно, — воскликнул он, моментально переключившись с тяжёлого для него разговора. — Тебе явно надо глянуть, как проходит тестирование, а мне помочь нашей девочке тебя обустроить! По дороге прямо, на ответвления не смотри. Если заблудишься, твой дом тысяча девяносто восьмой, запомни. На столбах указатели, как в гостиницах, найдёшь! Иди.

Спорить я не стал. Пружинисто вскочив, направился к двери. Но меня остановил возглас Василия. После разговора Васькой его звать не хотелось даже мысленно. Он подошёл, придирчиво осмотрел мой костюм, стряхнул пару несуществующих пылинок и открыл мне дверь.

— Будь с Россом! — сказал он и показал направление. — Тебе туда.

Да, вблизи большие дома выглядели ещё дороже. Веранды, балконы, бассейны, зоны мангальные и релаксные. Мимо меня, часто обгоняя, шли толпы примерно моих ровесников. Все спешили на огромную площадь перед центральным зданием, что-то обсуждая, чему-то радуясь. У меня создалось впечатление, что я чужой на этом празднике жизни. М-да, по сравнению с этими, возможно отличными ребятами, я слишком много и сложно жил.

На площади перед зданием… Нет, этот шедевр строительства нужно описать отдельно. Утопающее в зелени по-настоящему огромное здание от трёх до шести этажей. И это, не считая лёгких башенок, придающих этому монументальному сооружению лёгкость и сказочный вид. П-образной формы, оно занимало гектара три минимум.

Перед ним была трибуна, или сцена даже скорее. Перед которыми во много слоёв длинными рядами были расставлены лавки. С пятью проходами между ними. Я не был в театрах, но примерно так я представлял их обустройство. Только в меньших масштабах. Дойдя, я сел на абсолютно свободную лавку с краю последнего ряда.

Мне просто посмотреть, как это выглядит, что меня ждёт послезавтра. Не буду толкаться спереди, мне к этой сцене сегодня не идти. Уверен, в последний день толпа будет раз в десять меньше.

Толкотня становилась всё сильнее, прямо броуновское движение. И да, физику, неизвестную моему миру, я тоже знал и понимал. Передние лавки были забиты так, что у толстячков жир выпирал вперёд и назад, не помещаясь между соседями. Аж улыбнуло.

Наконец, на сцене проявилось движение. Седой высокий старик с длинными волосами и бородой вышел к кафедре. И вокруг разнёсся его, показавшийся мне очень молодым, голос:

— Дорогие абитуриенты! Мы рады приветствовать вас в этот важный день в одной из лучших академий империи. Наши выпускники регулярно занимают призовые места в конкурсах и соревнованиях. Надеюсь, вы поддержите эту традицию…

Дальше я слушать перестал, наслаждаясь моментом. Многие были напряжены, а мне, на удивление, было пофиг. Росс обещал, что я буду магом, на эту тему я даже не переживал, в отличие от многих. Что касается направления магии и силы… Ну, тут как повезёт. Но переживаний точно не было.

— Андрей? — послышался сбоку нежный девичий голосок. — Росомахин?

Я обернулся. Передо мной стояло нежное хрупкое создание противоположного пола. Обычно я обращал внимание на более спортивных женщин, подобные ей на арене не выживали, и с ними я не связывался, хотя часто и тянуло. Огромные глазищи на пол-лица, несуразно тоненькие, но красиво очерченные губки не портили, а наоборот, придавали шарм и подчёркивали уникальность.

— Это же я, Арина, — мягко улыбнулась она. — Смородинская! Нас на празднике так и не представили, я чувствовала себя нехорошо, и выходила на десять минут. Но вы должны были обо мне слышать!

Кому и что я должен, я прояснять не стал. Но девушка и впрямь эффектная, ничего не скажешь. Узенькая талия, стройные ножки, небольшая грудь. Не красавица в местном понимании, но почти мой идеал. Чутка мяска нарастить, чтобы выживать могла, вообще кайф будет.

— Рад знакомству, Арина! — я встал и подал ей руку, предлагая сесть рядом. — Вы тоже поступать здесь?

— Ой, да! — она изящно опустилась на лавку. Всё-таки хороша! Мышцы точно есть, спрятанные под платьем, иначе так не сядешь, сил не хватит. Возможно, тонкая кость. — Батюшка мой, Сергей Викторович, отправил меня за три месяца, что мне остались до инициации. Решили следующего года не ждать! А у тебя когда инициация намечена?

— Через шесть недель, — улыбнулся я этой непосредственности и моментальному переходу «на ты», но решил уточнить. — Можно на ты?

— Ой, конечно! — отмахнулась она. — А ты уже тестировался? Я вот тестировалась, мне показали, что будет магия воздуха. Правда, тот артефакт простенький, уровни потенциала не показывает. Надеюсь хотя бы на пятёрочку, а лучше на шестёрочку. Вообще здорово было бы!

— Нет, я не в курсе, — покачал я головой. — Если ты не помнишь, после смерти родителей у нас с финансами тяжело стало. Хорошо хоть, по голове получил, чуть не помер, зато думать научился.

Говоря это, я внимательно наблюдал за её выражением лица. Не факт, что она в курсе дел отца, но чем боги не шутят? Но прочитал только лёгкое удивление и искреннюю жалость. А вот жалость я ненавидел всей душой, она делает человека слабым. Куда проще положить голову на грудь и впитывать её, чем встать и бороться. Впрочем, к девочке я несправедлив, она была искренней в своих чувствах.

От дальнейшего разговора нас отвлёк столб красного света со сцены, направленный строго вверх. И голос седого старикана:

— Маг огня, потенциал почти шестёрка! Чаечкин заслуженно зачисляется на факультет боевой магии! Следующим сюда выйдет Одуванчикова, ждём. И аплодисменты первому первокурснику!

Раздались жидкие хлопки. Я посмотрел на народ. Несколько человек явно дрожали от адреналина, который бурлил в их крови. Вот чего так нервничать?

— Почти шестёрка! — пробубнила Арина и вымучено улыбнулась. — Тоже так хочу. Представь, я боюсь неимоверно, что слабосилком окажусь. Хотя, вроде справляюсь. Как ты не боишься?

— А чего бояться? — искренне удивился я. — Что Росс дал при рождении, то и будет. Я на это повлиять никак не могу. Так чего думать об этом? Я просто хочу выяснить, что же именно мне дали. Но моя очередь только послезавтра. Похоже, тут по родовитости всё выстроено. Так что, я в конце. Устану бояться, даже если и захочу.

— Ну да, — признала мою правоту девушка. Только, как мне кажется, не по родовитости всё же, а по достатку. Кто больше забашлял, тот и первый. Испортилась в этом плане академия. Мой учитель постоянно ворчит, что раньше небо было зеленее, а трава выше.

Она так заразительно рассмеялась своей же шутке, что я не выдержал, и тоже улыбнулся. А в небо выстрелил антрацитово-чёрный луч. Девушка тут же притихла, потом совсем негромко сказала:

— С нами будет учиться маг смерти, ужас какой! Говорят, они появляются один раз в пять лет здесь. Так не повезти. Ну это, если мы поступим, конечно. Хотя, для самой академии это огромный престиж. Маги жизни и смерти на вес золота ценятся. Они круче лекарей, и реже намного. Надеюсь, он или она окажутся адекватами, говорят, от подобных магий башку сносит часто.

— Они такие же люди, — пожал я плечами.

А потом вспомнил одного мага смерти, выставленного на арену. На контакт он не шёл, постоянно крича, что он властелин жизни и смерти и все мы — лишь пыль у него под ногами. При этом он был в магических блокираторах.

Которые не справились. Умирая, он сделал такой выплеск своей силы, что блокираторы просто рассыпались прахом. Семь рядов восточной трибуны просто превратились в зомби, как и куча обслуживающего персонала. А все, кто был совсем рядом, стали кучками пыли, которые развеивал лёгкий ветерок.

Спасибо, личем не восстал, но нам и без того пришлось несладко. Эту победу мне официально засчитали первой в долгом списке из десяти безоговорочных побед, которые привели меня к свободе. Я тогда упокоил сорок семь зомби. Которые не хотели умирать даже с отрубленной головой. Только повреждение мозга могло их остановить, иначе они тупо находили свою или чужую голову и приращивали обратно. Уф, плохие воспоминания.

— Андрей, очнись! — донеслось до меня сквозь погружение в воспоминания. — Тебя вызывают на тест! Ты же говорил, что только послезавтра проходить будешь? Тебя уже второй раз объявили, да очнись ты наконец!

— Андрей Росомахин вызывается последний раз! Если он не явится на тестирование, он не допустится к обучению.

Эхо ещё не заглохло, когда я подорвался и резво рванул в сторону сцены. Это что за подстава? В списках я на послезавтра же! В костюме бежать было неудобно и явно неприлично. Откуда-то со стороны раздался уже знакомый осуждающий свист.

Не добегая десятка метров, я остановился, поправил одёжку, и уже спокойно поднялся на подиум. Седой старик неодобрительно сверкнул глазами и негромко скомандовал:

— Подойди к этой башенке и положи обе руки на сферу, Росомахин. Мы выясним твои потенциальные способности. И да, впредь будь порасторопнее!

Я подошёл к странному механизму, который мерно гудел, как шмель. Да, волнение всё-таки было, как ни странно. Я медленно опустил руки на верх артефакта. Пару секунд ничего не происходило, а потом вверх рванули целых три луча! Я оторопело смотрел на происходящее.

— Итак! — торжественно начал старик, который тут выступал тамадой. — Магия воздуха, потенциал четыре и восемь! Магия льда, потенциал двойка, можно не учитывать. И…

— Блин, кто знает, что это за третий луч? — тихонько спросил он у соседей. — За свои почти двести лет впервые вижу! Ещё и почти семёрка в потенциале. Что говорить-то?

Благодаря своему слуху, подаренному богом, я его прекрасно слышал. Как и ответ его соседки, пухленькой и очень подвижной девушки:

— Скажи, редчайшая магия, нассы им в уши, запутай. А потом разберёмся, шеф!

— И, наконец, редчайшая магия! Совсем редкая! Но главное, в потенциале Андрей Росомахин сможет в ней дорасти почти до седьмого уровня! Поприветствуйте нашу новую знаменитость, ваши аплодисменты! Смелее, что же вы?

Глава 23

Да, всё-таки я нервничал. Ноги, когда я спускался со сцены, слегка подрагивали, но я не подавал вида, держался, как мог. Неизвестная магия! Что за хренью меня наградил Росс?

— Господин, вас просят пройти за сцену, — подошёл ко мне невзрачный мужичок полутора метров роста. — Это весьма важно.

— Веди! — скомандовал я.

Меня встретила девушка, на вид лет двадцати пяти, та самая, что сидела рядом с седым стариком. Пухленькая, очень подвижная и какая-то неугомонная. Она ходила из стороны в сторону, явно не собираясь останавливаться. Её жидкие коричневые волосы были собраны в тонких хвост. Увидев меня, она резко затормозила. Настолько резко, что я сходу перестал верить во второй закон неизвестного мне Ньютона, о котором я узнал от одного из попаданцев.

Вот только взглянув в её глаза, я увидел огромный опыт прожитых лет. И сразу понял, что просто мне не будет.

— Росомахин? — немного хриплым голосом поинтересовалась она, но тут же прокашлялась. — Нам надо поговорить.

— Да, я. И я не против общения. Здесь удобно будет?

— Нет! — категорично заявила она. — Я знаю очень приличную забегаловку. Кстати, можешь звать меня Светланой. Вот только не Светочкой, не Светусей, не светом очей моих, и даже не просто Светой. Светлана, договорились?

Всё это я слушал, пытаясь её догнать. Она была ртутью, которая катится по наклонной плоскости, собирая махонькие капельки того же металла. Сделала раньше, чем решила. И всё равно, в ней чувствовались и глубокий ум, и не дюжинная магическая сила.

Через всего три минуты мы входили в кабак, довольно недешёвый, судя по виду. При этом я испытал лёгкую вину, что оставил Смородинцеву одну без извинений и даже предупреждения. Вроде нормально общались, некрасиво с моей стороны. Но быстро выкинул эти мысли из головы. Предстоящий разговор волновал меня сильнее.

— Садись, Андрей, на цены не смотри, я угощаю! — промурчала эта потрясающая женщина. Хоть и не в моём вкусе, но такая энергия заслуживала огромного уважения. — У нас будет серьёзный разговор.

— При всё моём уважении и даже некой толерантности, — куртуазно начал я. — Я в кабаке с женщиной. Потому на цены не надо смотреть ей, и споры тут неуместны! О чём вы хотели со мной поговорить?

— Красавец! — усмехнулась девчонка с глазами двухсотлетней женщины. — Я принимаю твои условия. Закажи мне отбивную из серебряного кабана и бокал абхазского белого полусладкого. Если это для тебя не слишком накладно. Хотя, по моим данным, твой род за последние почти два месяца резко выправил своё финансовое положение. Об этом я тоже хотела поговорить.

— О моих успехах в заработках? — откровенно удивился я. — Я думал, вы по поводу неизвестной вам магии.

— Не гони коней, Андрей, — усмехнулась она. — Мы же не спешим? Ты же не против составить компанию старой женщине, которая скучает о сильном плече?

— Эмм… — растерялся я. — Вы же не кадрить меня сюда позвали. Нет, по большому счёту я не против, вы женщина красивая и яркая, а уж энергии… вот только, как я понимаю, вы мой будущий преподаватель! Да и разница в возрасте у нас, наверно, один к семи? Что окружение скажет? А на нас сейчас пялится с пару десятков человек.

— А ты умнее, чем выглядишь! — она вдруг стала совсем серьёзной. И почему-то вокруг похолодало, возвращая трезвость мыслей и вымывая из них похоть. — В общем! В двух словах. Мы так и не нашли, что у тебя за магия. Ни один справочник не описывал подобное. А мы напрягли семь человек перелопачивать библиотеку. Нет, они будут рыть и дальше, но то, что сходу диагноз не поставлен, напрягает. Есть опасения, что ты станешь представлять угрозу.

— Угрозу? — переспросил я. — У меня до инициации ещё полтора месяца. Думаю, этого времени хватит, чтобы всё выяснить.

— Нет у нас этих полутора месяцев, — вздохнула мудрая старая девушка. — Прибор показал, что ты инициируешься максимум послезавтра.

* * *

Поместье Смородинцевых, то же время.

— Отец! — Олег Смородинский влетел в спальню к отцу, отбросив с пути одного из слуг. — Отец, что с вами приключилось? Как самочувствие? Что происходит?

— Отравили меня, сынок, — проскрипел глава рода. Его эспаньолка растрепалась и напоминала козлиную бородку простяков. — Не знаю кто, не понимаю за что. Наш лекарь сказал, что я выживу. Но и он не смог определить происхождения яда, только тип. Но и это меня спасло, теперь всё хорошо, сын. Что происходит в поместье? Всё нормально?

— Да вроде, бать, — Олег присел на край стула, с обожанием разглядывая осунувшееся лицо отца. — Игорь сообщал, в тонком месте у него какие-то проблемы, но от подробностей отказался, сказал, что сам всё решит. Зря ты ему дал столько власти, отец. Молодой он, дурной местами. Как бы без присмотра что не натворил.

— Соседи про тонкое место что-нибудь присылали? — силы кончились, и глава рода упал на кровать. — Я им пообещал вернуть его. Может, и проблемы решать не придётся? Хотя нет, некрасиво выйдет, вернуть проблемный бизнес. Пусть младший разберётся, это действительно важно. И ещё…

Он перевёл дух и уже немного окрепшим голосом сказал:

— Сын, вызови сюда следователя Лёху, помнишь такого? Друга моего детства. Алексея Львовича. Пусть выяснит, кому я помешал? И кто из слуг продался, со стороны меня отравить как бы очень сложно. И да, я теперь питаюсь только из рук Виталия, сообщи, чтобы готовил не много и красиво, а сам. Ему я доверяю. А теперича ступай, утомился я, подремлю чутка.

Олег глубоко поклонился и на цыпочках покинул спальню. Почему-то многие считают, что так тише, но ошибаются. Отца он таки разбудил, но тот промолчал.

Парень искренне и сильно любил своего отца. Почитал и почти боготворил. Ещё старался быть на него похожим, как в мыслях, так и делах. Не всегда получалось, взять недавний позор в таверне соседской. Но нашёл в себе силы извиниться, поскольку этого требовал обожаемый папа. Было сложно, но он справился.

А теперь его отцу угрожали! Почти убили, и нужно было срочно разбираться, кто за этим стоит. Добить его сейчас ничего не стоило, батя был слабее котёнка. Быстро дойдя до своей комнаты, он схватил мобилет и набрал номер.

— Алексей Львович? — спустя десяток ударов сердца уточнил он. — Смородинцев беспокоит. Олег Сергеевич. У нас ЧП, и вы срочно нужны моему отцу, Сергею Викторовичу!

* * *

Что значит послезавтра? Инициация до восемнадцатилетия невероятно долгий и дорогой процесс. Доступный лишь самым древним и состоятельным семьям!

— Так, ну, заприте меня в подвале каком, опять же проблем не вижу, — пожал я плечами. — Там пройдёт инициация, я расскажу, что могу и умею, все выдохнут, все счастливы, не?

— Да, ты не по годам умён, Андрей, — удивлённо меня разглядывая, сказала Светлана. — Другой бы в твоём возрасте себя кулаками в грудь бил. А за заключение вообще возненавидел бы весь мир. Но есть проблема. Есть магия, от которой заключение не спасает. Редчайшие порталисты — самый яркий пример. Ещё есть те, кто умеет переносить вещество. Как порталисты, только не только на себя. Да много кого есть. Но твой луч не похож ни на что, потому пойми наши опасения. Вдруг ты в момент инициации, а это шестой уровень, не шуточный, с катушек слетишь? Пострадает море людей, если способность близка к боевой.

Девушка вдруг вскочила, сделала вокруг меня пару кругов, изумлённо разглядывая и что-то бубня. Наконец, она остановилась. Прямо передо мной, причём настолько близко, что я разглядел прозрачный волосок, растущий из родинки на её красивой груди. А ещё от неё пахло мускусом и похотью. Неожиданно, организм начал реагировать, и мне пришлось отвести взгляд от её округлостей. Сейчас явно не время для амурных дел, как это называл один из попаданцев. Название понравилось, и я его запомнил. Демонстративно выдохнув, я спросил:

— Вы же уже всё решили? Я согласен. Не хочу быть опасным окружающим хоть в малейшей степени.

— Вообще да, — она присела передо мной на корточки, но так стало только хуже.

Сводящий с ума запах не исчез, вид на декольте стал намного ярче, да ещё и глаза, внимательные, участливые и требующие стали с моими на одном уровне. Она была совсем не в моём вкусе, слишком много жировой ткани, но она была великолепна. Женственна. Красива. Желанна.

Да что со мной творится?

Стоило мне об этом задуматься, как всё прошло. Как выключили. Нет, я её всё равно хотел, но уже мог соображать. А девушка спокойно поднялась и села на стул. Она разглядывала меня, как энтомолог смотрит на редчайшую бабочку, которую он собрался добавить к своей коллекции. Мне стало не по себе. И я точно знал, что она универсал. Мощнейший, уровня под восьмёрку. А может даже восьмого. С ней я, несмотря на её легкомысленный вид, точно не справлюсь. Даже близко, не мой уровень.

— Да, ты меня удивляешь, — провела она пальцем по моей щеке. — Сколько тебе? Семнадцать? И ни на одну провокацию не повёлся, а я старалась же! Кто ты, Андрей? Попаданец? Из какого мира? Не бойся, не заложу. И властям не сдам.

— Всё проще, — я грустно выдохнул. — Пару месяцев назад на меня было покушение. Я сильно пострадал, но выжил. При этом потеряв огромную часть памяти. Говорят, что сильно изменился. Стал умнее и честнее, вроде других изменений не замечено. А! Ещё бухать бросил! Если этот попаданство, то я рад, что оно случилось. И я точно из этого мира.

— Блин, сначала мне показывало, что ты не искренен. Но фраза про этот мир прозвучала честно, ты не сомневался. Ладно, версию с попаданством отменяем. Но тогда ты просто невероятный молодой человек. В общем! Как я поняла ты готов пойти навстречу нашим опасениям? Это будет не камера, сырая и жуткая, в подвалах. Вполне себе такой неплохой номер в гостинице, если утрировать. С трёхразовым питанием, но без шлюх. Ты готов?

— Вполне, — усмехнулся я. — Ток мне попрощаться надо, меня знакомая ждёт, неприлично будет. И можно я ей красивую легенду придумаю, не про арест?

Ну да, это был натуральный арест. Как ни крути, какие смысловые конструкции не используй. Впрочем, руководство академии я понимал хорошо. Всё неизвестное — угроза. Магическая угроза минимум шестого уровня — вообще ужас. Я уже и сам себя боялся. Точнее, опасался. С удовольствием отдохну пару дней до инициации и выяснения моих видов магии.

Девушка с мудрыми глазами ухмыльнулась и задорно сказала:

— Уже успел кого-то подснять? Господин Росомахин, вы меня всё больше интригуете! Иди уже, любовничек. Потом сюда же подходи.

Арины на лавке уже не было. Но в воздухе всё ещё витал её личный аромат, который ни с чем не спутаешь. Молодость, мёд и шафран. Я огляделся и увидел поворачивающею её за изгиб одной из тропинок. Наплевав на приличия, рванул в ту сторону.

Сильно оно мне нужно не было, но хотелось соблюсти приличия. Оставил девушку одну, сбежал, можно сказать. Хоть это и не свидание, даже близко не оно, всё равно нехорошо.

И увидел занятную картину. Перед ней стоял, раскинув руки, знакомый мне «свистун» из золотой молодёжи. Весь мой опыт говорил, что связываться с ним нельзя. А естество кричало, что девушку придётся спасать.

Поскольку за парнем стояла группа поддержки, ещё двое. А сзади из кустов выходили ещё двое, отрезая все пути к отступлению.

— Ну что же ты, Ариночка, игнорируешь мои предложения? — напыщенно вещал теперь уже говнюк. Так и буду его называть, пока он жив. — Я же говорил, что хороший любовник! Нам обоим всё весьма понравится!

Господи, детский сад, штаны на лямках. Ты или ухаживай за девушкой, как это в книгах описано, цветы, баллады и прочая ересь, либо прямо подходи и озвучивай устраивающие тебя отношения. Во втором случае, как показывает практика, шансов на порядки больше. Зато в первом случае у девчат будет над чем поржать в женской компании. Хотя, если вы мало знакомы, начинать нужно с первого варианта, главное, не затягивать.

— Отойди от меня! — тихо, но твёрдо отозвалась девчонка.

Парню со вторым вариантом не повезло. И это почти всегда окончательно, дальше пытаться не стоит. Вот только тупенькие пареньки часто этого не понимают. Хотя бывают и тупенькие девочки, которые «типа ломаются». В итоге живут с десятью кошками, которые не спасают от одиночества, но они весьма редки.

Ух, что-то меня на философствования понесло, блин! Они же дети, и таких простых вещей, как правило, ещё не знают. А в молодости ухаживания — отдельный и очень классный процесс! Так, опять начинаю умничать, блин!

— Ну зачем ты так, кроха? — похабно протянул «свистун», откровенно разглядывая все выпуклости девочки. Хотя сиськи там были совсем небольшие. — Давай вот в этих кустиках уединимся? Всего на десять минут, которые ты никогда не забудешь!

— Да, такой позор со стороны мужлана сложно забыть! — вдруг засмеялась Арина. — Десять минут, серьёзно? Да ты монстр просто. Суперлюбовник! Впрочем, всё равно мой ответ — нет! И отойди с дороги, а то тебя и на минуту хватать не будет.

— Да что ты мне сделаешь, девочка! — осознав, что ляпнул и ответ, он густо покраснел. — Ты ещё даже не магичка.

Я стоял за кустом, невидимый для всех и наслаждался бесплатным зрелищем. Девушка внезапно оказалась весьма бойкой на язычок и необъяснимо храброй. Хотя, я был готов вмешаться в любую секунду, если события выйдут за рамки приличий. Вроде и дочь врага, но я ей откровенно сейчас любовался.

— А ты попробуй выяснить! — уже совсем нагло ухмыльнулась она, и сделала шаг к «свистуну». Тот невольно сделал шаг назад. Ай, красава! — Если хочешь детей, просто растворись! С дороги!

С этими словами она сделала второй шаг, третий. Пятившийся назад парень под насмешливыми взглядами своей команды пришёл в себя и резко сказал:

— Стоять, сучка! Ты будешь делать то, что скажу я. Где я скажу и когда я скажу, поняла? Ты всего лишь баронетта, у меня хватит денег купить все суды, если ты побежишь жаловаться. А потому смирись, и во-о-он тот кустик нас ждёт.

Припевалы заржали, а девушка встала, растеряв всю уверенность. Кажется, всё-таки придётся вмешаться. Думаю, парень не врёт насчёт судов, сильно унижать его нельзя. Но и оставить, как есть, я не мог. Выйдя из-за куста, я громко сказал:

— Вот ты где, милая! А я с ног сбился, разыскивая тебя. Иди к папочке! Скорее, я соскучился по ощущению твоей кожи под своей рукой!

Возможно, я переборщил, поскольку скривился не только любитель свистеть, но и Арина. Но, моментально сориентировалась. Отступив на пару шагов от папиного сынка, она резко развернулась и пошла ко мне. Загонщики, стоявшие сзади, недоумённо расступились.

Взяв меня под ручку, она довольно защебетала:

— Да вот, милый, встретила тут пару знакомых, ты только не ревнуй и не убивай никого. Они безобидные, к тому же ещё и гиперпотенты. Девочки таких не любят! Всё хорошо, пойдём, милый!

Мы успели отойти шагов на десять, когда до главного дошло, что произошло. И оскорбление, которое напоследок вкинула Арина. Сзади раздались возмущённые, правда, очень тихие переговоры. Но главное, за нами никто не пошёл. Не хотелось бы в первый день убивать аж пять человек, мне тут учиться.

— Спасибо, — вдруг сухо сказала девушка, отпуская мою руку. — В этот раз не факт, что справилась бы без потерь. Вот только ты подставился. Это же княжич Верхоплавкин. У него в Краснодаре куплено всё, точнее, у его рода. Жди больших неприятностей, Андрей. Зря ты влез.

— Я тоже рад тебя видеть! — хмыкнул я. — Вот только ещё не родился человек, что заставит меня идти против моих убеждений. Так что не переживайте, баронетта за меня, хоть это мне и приятно в какой-то мере. Я не по этому поводу вас искал.

Переход на вы моментально выветрил все мысли из головы красавицы, она даже ротик открыла от удивления и неожиданности. А я продолжил:

— Дело в том, что я сейчас ухожу под добровольный арест. Мою магию не опознали, а послезавтра у меня произойдёт инициация. Досрочная. Все боятся. А я вас покинул, что верх неприличия. Вот и подошёл извиниться и оправдаться. М-да. А ещё ты уж, пожалуйста, продержись эти несколько дней. Да, можешь пустить слухи, что мы пара и я ужасный магический монстр седьмого уровня, и меня временно заперли в клетку, может, это тебе поможет от странных ухаживаний.

— Спасибо, — уже совсем неприязненно отозвалась девушка. — Только я сама разберусь, ладно?

— Блин, он тебе нравится? — осенило меня. — Не подумал, слыша ваши беседы. Прости. Был не прав.

Ни слова не говоря, девчонка вырвала свою руку, развернулась и пошла по ближайшей тропинке в чащу. Издалека я услышал приглушённое «нет, ну какой болван!». Спасибо слуху, подаренному Россом.

Что не так с этой молодёжью? Чего-то я сейчас явно не понимал. Впрочем, похрен, у меня на первом плане совсем другие заботы.

Я вернулся в кафе в сильном раздрае. Вроде всё сделал правильно, но чувствовал себя виноватым. В чём? В том-то и проблема, что этого я не знал. Светлана всё так же сидела за столиком, цедя через трубочку какой-то разноцветный слоёный напиток.

— Ну что, горе-любовник, отшили тебя? — беззлобно усмехнулась она. — М-да, теперь я верю, что ты подросток семнадцати лет. И да, извини, что подглядывала, сам понимаешь, ты признан опасным.

— Если честно, я видел её сегодня впервые, — почему-то посчитал нужным объясниться. — Это дочь моего врага, просто встретились здесь. И я посчитал неприличным не попрощаться.

— Хм, это совсем другой оборот, — веселье из глаз пропало. — Впрочем, тебе это сейчас неважно. Важно то, что инициация в магических подавителях — дико болезненный процесс. Но тебе придётся через это пройти. Ты готов? Неважно, идём!

Глава 24

С некоторой опаской я последовал за этой подвижной, как ртуть, пухляшкой. Однако, пошли мы не в сторону огромного здания, а прочь от него. Пройдя самые крутые дома для богатых студентов, мы остановились возле среднего типа дома. Беднее крутых, но на порядок лучше моего.

— Заходи, герой-любовник! — усмехнулась училка. — Ладно, не морщись, я же по-доброму, любя и всё такое. Здесь ты проживёшь два дня. Учти, выйти у тебя не выйдет, все окна и двери я укрепляла лично. А магии у тебя не будет. Давай руку!

Непонятно, из какого места своего длинного довольно сильно обтягивающего платья она достала браслет. Массивный, по цвету похожий на бронзу, от него так и пёрло какой-то злой магией. По его поверхности пробегали искорки. Хотя думаю, что их мог видеть только я.

Внутри дом оказался красив, но лестница на второй этаж была перекрыта решёткой. Увидев мой удивлённый взгляд, девушка прояснила:

— Весь дом усиливать я не потянула бы. Потому спать тебе придётся в комнате для слуг, переживёшь? Там нормальная кровать и свой душ. На кухне море готовой еды, на два дня тебе хватит. Кабинет тебе тоже доступен. Впрочем, думается мне, что он тебе не понадобится. Хотя там неплохая библиотека время скоротать. Ах да, мобилет сдай! Иначе испортится, он на сильные выплески магии не рассчитан.

Я беспрекословно протянул ей аппарат, с которого до сих пор не сделал ни единого звонка. После чего эта странная резвая женщина испарилась, оставив меня одного. А я устало плюхнулся на стул в гостиной. Оглянулся. В принципе, весьма достойно, несмотря на отсутствие барских спален.

Я пошёл на экскурсию. Библиотека и впрямь была достойной, сотни корешков торчали из двух шкафов. Были работы мыслителей, историческое, но я нашёл две книги про любовь. Рассмеявшись над своим выбором, начал читать. Неожиданно, меня увлекло. Когда потемнело настолько, что читать стало сложно, я зажёг везде свет, и полез в холодильник. Судя по уровню, макр в нём был совершенно новый, хватит месяца на четыре минимум. Впрочем, столько здесь терять времени я не планировал.

После ужина я тупо лёг спать. Книга интересная, но не настолько чтобы читать её всю ночь. А проснулся я от дикой боли. Всё тело выворачивало, было ощущение, что с меня заживо сдирают кожу, потом аккуратно срезают мышцы и мелко нарезают кости. Я даже заорать не мог. Что там заорать, я не мог двигаться, вообще.

Периодически я впадал в какое-то полузабытьё. Или терял сознание. Постоянно возникало чувство, что я брежу, и это происходит не со мной. Во время очередного недолгого просветления, я увидел перед глазами знакомую грудь, и даже крохотную родинку с незаметной прозрачной волосинкой.

— Сейчас, миленький, — донеслось до меня, вновь проваливающегося в бредовое состояние. — Уничтожитель ты наш уникальный, сейчас мы тебя спасём, только доживи, родной, десять секунд. Кто же знал, ну, потерпи, хороший, уже почти! И лекари уже бегут сюда, и даже маг жизни, ты справишься, я точно знаю! Лапочка, ща!

Я чувствовал её сильно дрожащие пальцы на своей руке, где был антимагический браслет. Похоже, она пыталась его снять, но из-за волнения у неё что-то не получалось. А я вновь начал проваливаться в полубредовое состояние, отчего-то понимая, что это в последний раз. Я не проснусь. На фоне что-то кричал Росс, но я его не воспринимал. Наконец-то, блаженная тишина и темнота.

В себя я пришёл рывком и явно не там, где засыпал. Вокруг были белоснежные стены. А потолки раза в полтора выше, чем в том особнячке. Да и площадь комнаты была чуть ли не с весь тот дом. Вокруг какие-то колбочки, чашечки, непонятные артефакты, что светились так сильно, что хотелось закрыть глаза.

При этом они светились, так сказать, не сами. Светились нити, из которых они были сплетены. Блин, не так! Сами артефакты были сделаны из обычных материалов, все четыре. Одно было кольцом, и три типа медальона. Только без цепочек и прочей мишуры.

Но они были заплетены, словно паутиной, яркими тонюсенькими линиями, создающими сложнейший, хоть и упорядоченный рисунок. Причём, многие из этих линий проходили сквозь материал амулетов, словно его и не было. Ясно, бред продолжается.

— Как мы себя чувствуем? — раздался бодрый мужской голос от двери.

Я и не заметил, как этот человек вошёл, занятый разглядыванием странного поведения артефактов. С меня ростом, поджарый, крепкий. Думаю, из него вышел бы, при его желании, неплохой боец. Вот только пластика выдавала, что, если он и дрался, то только в глубоком детстве. Бойцом он не был.

Но в его груди светился… светилась… светилось… больше всего это было похоже на веретено, причём уже с нитками. Которое меняло цвет с белого на зеленоватый и обратно. А от него во все стороны плелись паутинки, ближе к веретену толстые и яркие, дальше тоненькие и тусклые.

— Вы кто, где я? — стандартные вопросы, похоже, развеселили гостя. Он хохотнул, потом попытался сделать серьёзное выражение лица.

— Я ваш лекарь. Совсем недавно откачал вас, теперь жить будете. Находитесь в клинике академии. Так, на всё ответил?

— Наверно, — неопределённо пожал я плечами. — Мне Светлана, которая Светлана, а не Светочка, не Светусик и не Светик сказала, что у меня инициация намечается. А теперь я здесь. Хотя нет, в бреду я видел, что она снимала с меня блокиратор. Что вообще произошло?

— А вот это вам сама «не Светусик» и расскажет, ей уже сообщили, что вы в сознании, думаю, зная её, что она бежит сюда, сбивая с ног прохожих, и даже не извиняется при этом.

Я улыбнулся. Насколько же эта характеристика совпадала с моим о ней впечатлением! И действительно, дверь с грохотом распахнулась, и влетела она. Увидев, что я в сознании, она рванула ко мне, обняла и запричитала:

— Прости дуру древнюю, Андрюш, чуть не угандошила тебя, мы просто не знали, какая магия в тебе проснётся. И надо же, что чуть ли не единственная, обладателя которой в этот момент блокираторы просто убивают!

— А что за магия? — я смахнул с лица её жидкую причёску, почесав нос. — Я же до сих пор не в курсе.

— Посмотри на меня! — вдруг отстранилась она. — На грудь! Не в смысле на грудь, а на грудь! Внутрь меня, короче! Что ты там видишь?

А там было красиво. Тоже веретено, вот только из-за ширины хотелось назвать его клубком. Нет, ближайшее определение — глобус, точно! И он переливался всеми цветами радуги. Эти радужные всполохи распространялись по линиям, расходящимися в разные стороны. В отличие от доктора, это были верёвки, а не паутинки. Я залип, наслаждаясь увиденным.

— Так, выдыхай, бобёр, и на будущее, пялиться на сиськи дамы неприлично, — хохотнула она. — Ещё и зависать на этом зрелище. Согласна, они у меня красивые, но не уникальные же! И даже не голые!

Неожиданно для себя я покраснел, как какой-то школяр. Хотя этому телу всего семнадцать, хоть какая-то отмазка. Вот только мне в полтора раза больше, но гормоны-то молодого тела. И да, про гормоны я тоже знал. Думаю больше, чем все в нашем мире. Скажу больше, я разбирался в работе эндорфинной системы, функциях гипоталамуса, знал про доли мозга. Всё по верхам, конечно, и чисто теоретически. Но знал и понимал.

— Простите, — выдавил я из себя. — Что я увидел? Это прекрасно… почти как ваша грудь!

— Кхе! — закашлялась эта древняя девушка. — Неожиданный комплимент! Впрочем, запишем его на твое постпредсмертное состояние. О, как выразилась! Ладно, это всё тлен, ты как сам?

— Живее всех живых! — вспомнил я присказку ещё одного попаданца. — Жил, жив, и буду жить! Вы же мне расскажете, что всё это значит, что произошло и что выяснили?

Женщина повернулась к доктору и тихо попросила:

— Оставьте нас наедине!

Стоило доктору выйти, как вокруг нас замерцала какая-то защитная сфера. Светлана, которая не Светочка озорно улыбнулась и сказала:

— Короче, слушай! Ах да, это купол тишины, не пугайся и не удивляйся. Так вот, последний маг с твоими способностями рождался триста двадцать лет назад. Говорят, что он ещё жив, но полностью отдалился от общества. Сейчас специальные люди ищут его, но не факт, что найдут. А больше тебя толком никто ничему не научит, так что молись своему тотему, чтобы они смоги.

— Так, а купол зачем? Это что, секрет? — искренне удивился я.

— Ещё какой, — девушка стала серьёзной. — Твои возможности даже универсалы повторить не могут. Точнее, не так. Именно повторить могут, но у нас нет твоего зрения. Ты видишь магию, буквально. Вон три артефакта, я специально принесла!

Она указала рукой на столик, и я снова повернулся к ярчайшим игрушкам, оплетённых тонкими сверкающими нитями.

— А, ты про эти четыре ярких штуки? — ухмыльнулся я. — Да, видел.

— Четыре⁈ — на лице пухляшки отразилось удивление. — Я приносила три артефакта. Четвёртый какой? Что из этого артефакты, покажи!

Я добросовестно ткнул пальцем в три круглых непонятных хрени, похожих на кулоны, и следом на кольцо.

— Кольцо артефактное? — сильно удивилась она. — Не думала. А что оно делает? Ой, прости, ты же пока ничего не понимаешь. Сейчас будет твой первый урок в академии. Раньше начала учебного года, конечно, и неофициальный. Но он тебе нужен.

В этот момент дверь распахнулась, и в неё проскользнул совершенно невзрачный мужичок. Который, тем не менее, держался с достоинством. Это единственное, что в нём бросалось в глаза и могло запомниться. Зализанная чёлка набок, худое, даже тощее тело, невысокий рост и очень внимательный, ощупывающий взгляд, под которым я невольно поёжился. Не хотел бы я иметь его среди своих врагов.

Он жестом попросил снять купол. Явно знавшая его Светлана тут же исполнила просьбу-приказ. А мужчина внимательно посмотрел на меня и вдруг сказал то, что мне совсем не понравилось:

— Барон Андрей Сергеевич Росомахин? Вы обвиняетесь в попытке покушения на жизнь и здоровье Смородинцева Сергея Викторовича! Вам придётся проехать с нами!

— Какого покушения, Андрей, что происходит? — она аж приподнялась с сиденья. — Львович, что за дела? Пациент только что пережил сложнейшую инициацию, ему невозможно остаться без лекарского надзора! Он не выживет без нескольких практических занятий по его виду магии! Только не сейчас!

— Светлана, я тоже раз вас видеть, — тихим и равнодушным голосом ответил этот незаметный, но страшный человек. — Теоретически, вы можете поехать с ним, ежели так переживаете за его жизнь и здоровье. И провести ему пару лекций в камере предварительных следственных действий. Но он едет с нами! Лекари там есть, и позвольте это утверждать, очень хорошие.

— Не надо, Свет! — тихо сказал я. — Это козни моих врагов, помните, говорил про девочку, с которой попрощаться надо. Его дочь. Они явно что-то задумали, но я готов к кристаллу истины и любым допросам. Я точно знаю, что невиновен и прав, не переживайте.

— Светлана! — внезапно прошипела девушка. — Не Света, не Светулик! Ты забыл? И в антимагической камере ты сейчас не выживешь!

— Простите, — всё так же тихо ответил я, обстоятельства накрыли, на все аспекты общения памяти не хватило.

Чуть не добавил «оперативной». Тоже очень хлёсткое описание работы мозга от одного из попаданцев. Он утверждал, что память бывает оперативная, постоянная и глубинная. Много рассказывал про их взаимодействие. Интересно и познавательно было. Кстати, именно этот парень был жив, один из немногих, когда я победил и ушёл с арены.

— Что значит не выживет? — впервые на лице странного «Львовича» появился намёк на эмоцию — удивление.

— Этот уникум обзавёлся магией. Сегодня была инициация, — неспешно, словно на лекции, начала рассказывать магиня. — Проблема в том, что такой магии не было почти четыреста лет, я не зря обзываю его уникумом. Что за магия, не могу сказать даже тебе, секрет секретный. Но ближайшие три для любое подавление его магии его просто убьёт. С гарантией и безоговорочно. Ни маги жизни, ни даже смерти, к жизни его вернуть не смогут, это выяснено из древнейших рукописей.

— Уничтожитель, что ли? — хмыкнул Львович. — Мне казалось, это сказка.

Над нами тут же возник уже знакомый мне купол. А Светлана, которая не Светик, зашипела на служивого:

— Я же сказала, что это под грифом секретно! Львович, ты же умнейший мужик, один из лучших моих учеников. Но в такие моменты я тебя прибить готова! А если кто услышал? Сам Кречет нашего юношу велел на контроль взять!

— Я думал, ты шутишь! — о, вторая эмоция, теперь смущение. — Прости, Светлана, я не думал, что это столь серьёзно. Хорошо, я готов оставить его здесь. Но будет охрана. Два человека за дверью и два внутри. Постоянно. Те, что внутри, даже на толчок его сопровождать будут. И от допросов его «состояние здоровья» не избавит. Сделка?

— По рукам, князь! — улыбнулась девушка, внезапно вновь превратившись во взбалмошную девчонку. А мужчину дёрнуло, словно ему наступили на лопнувшую мозоль. — Главное. Антимагию не использовать! Три дня. После его источник почувствует себя, развернётся, и любая антимагия перестанет на него действовать. Кстати, учти это. Сдержать его магию не сможет никто и ничто. Правда, он не умеет ей пользоваться. И только ради тебя, дорогой, я придержу некоторые знания, буду учить безобидному, хорошо?

Вопрос предназначался обоим, судя по взгляду, который она кинула на меня. Я утвердительно кивнул. Плевать на все эти магии-шмагии. Впрочем, если они усилят меня, то я очень даже за! Однако я боец! Ближнего боя, один из сильнейших, если не сильнейший. Правде, в прошлом теле, но и это тело весьма быстро приходит в норму.

— Так, если такая ситуация, — опять равнодушным голосом продолжил «Львович». — Здесь будет дежурить блокиратор. Он у нас в штате всего один, но и ситуация серьёзная, как и обвинения. В случае провокации он применит свою магию, не сомневайтесь оба. И в таком случае жизнь паренька будет под вопросом, насколько я знаю, под огромным. Уничтожитель магии, надо же! Никогда не думал, что смогу увидеть носителя подобного дара вживую, думал, это легенды и сказки. Не прощаюсь!

Он резко крутанулся на каблуках, сделал жест рукой и в куполе образовался проход. Который через секунду закрылся за его спиной.

— Что ты увидел в его груди? — без перехода спросила Светлана.

— Что он маг воздуха, сильный, вторую, слабую магию не опознал, — уверенно ответил я. — Ещё, что грудь у него не такая красивая, как у тебя.

— Да тьфу на тебя! — хохотнула училка. Но ей явно было приятно. — Интересно, откуда ты знаешь цвета магии? Впрочем, как я понимаю, это твой личный секрет. По легендам, носители твоей магии начинают видеть чужую магию задолго до инициации. Можешь не отвечать, я всё поняла.

Минут десять нас никто не беспокоил, и Светлана даже вновь подняла купол, чтобы даль мне азы, безопасные для общества. Но мне было не до самой магии, я хотел в принципе узнать, что мне досталось.

— Магов твоего вида рождается слишком мало. И почти все вы в детстве видите чужую магию. Как только об этом узнаёт окружение, подобных тебе уничтожают. И причины тому есть.

Неугомонная девчушка, наконец, села на стул и задумалась, явно что-то вспоминая.

— Мне кажется моего братишку в детстве убили именно из-за этого. Впрочем, неважно, — тряхнула она жидким коричневым хвостиком. — Продолжим ликбез. Магия вашего типа позволяет видеть глубинную суть вещей. Она показывает устройство всякого заклинания и даже амулета. А ещё, после долгого обучения, даёт возможность уничтожить любое заклинание, любую атаку или защиту ещё на этапе формирования.

Она хмыкнула и залезла ноготочком в рот, что-то выковыривая из зубов. И это двухсотлетняя бабуля с внешностью глупенькой девочки? Не помню, кем был какой-то крутой чел с погонялом «Станиславский», что попал к нам совсем недавно, но его «что ты творишь, паскуда? Не верю!», я запомнил хорошо.

— Представляешь, чем это грозит самым крутым магам? — тихонько смотря на то, что она достала меж зубов. — Прикинь, они создают инферно? Любая крепость после подобного ляжет. И тут ты в белом, просто разрушаешь магию в моменте создания. Теперь ты понимаешь, во что ты влип? Когда о тебе узнают, а рано или поздно это произойдёт, за тобой начнётся охота. Половина захочет тебя купить с потрохами, вторая — тупо убить. И я их всех понимаю.

Глава 25

— Так, а плюсы-то будут? — не удержался я.

Слишком она была серьёзная, непохожая на свой привычный образ.

— Так плюсы я тоже перечислила. Это они и были. Ещё плюс, в теории, но это не подтверждено прямо, сможешь копировать любые артефакты. А ещё, узнавать суть работы древнейших семейных и фамильных ценностей, которые лежал тоннами у аристократов в хранилищах с неизвестными свойствами. Это огромные деньги, между прочим. Хоть и весьма опасные. Не каждый князь готов терпеть человека, который знает про его артефакты, понимаешь?

— Кажется, да, — задумчиво протянул я, обрабатывая поступившую информацию. Обычно всё новое усваивается мозгом во сне, но и тут мне помог один попаданец, и сейчас я старательно структурировал данные без условия сна.

— Слушай, после потери памяти я не совсем от мира сего, — почти честно признался я. — Многого не понимаю. Я могу заплатить за информацию. Даже спать с тобой могу, если хочешь, я точно не против. Помоги мне выжить?

— Странный подкат, но, будь ты постарше всего лет на пять, сработал бы! — хихикнула Светлана. — От малолетки мудрые мысли слышать странно, диссонанс, потому про спать забыли. Слишком уж ты молод, к тому же мой ученик. Что касается выжить — Андрей, я учитель. В академии много не платят, я здесь потому, что чувствую в себе призвание! Мне нравится учить и оберегать своих учеников. Самых ярких я даже запоминаю по имени! Погоди, пить хочу.

Пить хотел и я, и потому с надеждой посмотрел на девушку. А она легко поднялась, вышла за щит, взяла графин и налила два стакана. Вот это сила и самоконтроль! Обычно, при выходе мага из-под щита, он разрушался.

— Кстати, Лёшенька тоже мой ученик, — подав мне посуду, сказала она. — Умнейший парень, а его самоконтролю в магии даже я завидовала.

— А Лёшенька это…? — уточнил я.

— А ты только что с ним познакомился, — невесело хмыкнула девушка. — Алексей Львович, без сомнения лучший следователь главного сыскного управления Кубани. Учти, если вцепился, уже не отпустит. Подумай, в чём вину в себе чувствуешь. Мой совет, лучше сразу признайся, снисхождение будет.

— Нет за мной вины! — твёрдо ответил я, и вдруг задумался.

Ведь мой предшественник, транжира, алкоголик и буян, мог что-нибудь и натворить! Хотя, я об этом «не помнил после потери памяти», так что вины на мне никакой. Тем более, в покушении на Смородинцева-старшего. Я хороший физиогномист, очень сильный! Он явно не виновен в смерти моей матери и одновременно его возлюбленной. Эту тоску в глазах и голосе никак не подделать, будь ты хоть сам Станиславский. Кому он-то мог перейти дорогу? Или к тонкому месту это отношения не имеет? Одни вопросы.

— Дай боги, — видя моё задумчивое состояние, сказала Светлана. — С таким человеком лучше подружиться. Не факт, что у тебя выйдет, слишком ты независим. Хотя, с его точки зрения это плюс. Ладно. Продолжим урок?

— Конечно! — ответил я. Но больше ничего сказать не успел. Дверь открылась, и появились трое. Двое тащили кушетку, а третьего надо описать отдельно.

Росточком мне по пояс, худой до невозможности, он напоминал ребёнка из зоны бедствий без гуманитарной помощи. Хотя, сзади он точно был ребёночком, а вот спереди!

Морщинистое, чистейше выбритое лицо с яркими, пронзительно-синими глазами. Было ощущение, что смерть его отпустила на перекур перед тем, как забрать к себе. Он был по-настоящему древний. При этом он умудрился сохранить волосы, и даже отпустил их пости до плеч.

Светлана моментально сняла щит, и мы услышали скрипучий голос крохотного старичка:

— Я блокиратор. Прислан по вашу душу, совсем молодой человек. С этой минуты у вас будет немного безопасного пространства. Кровать, дорога в туалет и сам санузел. В любом другом месте вы почти моментально потеряете сознание. Если я буду спать и не среагирую, скорее всего вы умрёте, я в курсе вашей особенности.

— Прошу прощения, что перебиваю, — вежливо сказал я. — Может, для начала представимся? Я…

— Росомахин Андрей Сергеевич, последний выживший в захудалом баронском роду, — перебил меня старик. — Я Егор. Большего вам знать не положено. Впрочем, как и всем окружающим о вас. Ну, пока вы служите на благо короны.

— Так! Я к вербовке на данном этапе не готов, — непонятно отчего окрысился я. — Потому не тратьте своё время. Делайте свои оковы, или что там. Мне разговор стал неинтересен.

Про вербовку служб мне рассказывали выходцы из всех миров, из нашего тоже. И крайне редко это оканчивалось спокойной жизнью для завербованного. Постоянные задания, которые могут прилететь даже среди ночи, запрет на перемещения, даже жён подбирали опосля жёсткой цензуры. Нет уж, я лучше оппозицией буду, главное, личной, а не в составе какой-то группы. Не дождётесь!

— Я не вербую, молодой человек, — интересно, у них эмоции отрезаны у всех, в этом сыске? Или мне такие уникумы попались? — Я описываю ваше будущее. Не думайте, что вы выкрутитесь, по молодости я тоже так считал. Горячая кровь, вера в себя и свои устои. А ещё в возможности. Не помогут они, когда на вас покатится машина целого государства. Мои искренние соболезнования. Но мы отвлеклись. Про доступное пространство я объяснил? А теперь мне надо поспать, меня разбудили в самое неподходящее время. Но, молодой человек, мой дар после применения работает независимо от меня, будьте осторожными. Не хочу, чтобы вы глупо сдохли по моей косвенной вине.

В этот же миг всё вокруг замерцало бледными блёстками. Вокруг кровати образовался коридор без мерцания. Шириной примерно метр в каждую сторону. Понятно, баловать пространством меня не собираются. Узенький коридор к неприметной, сливающейся со стеной двери. Похоже, там туалет. Важная информация, уже совсем скоро он мне понадобится, кишечник уже настойчиво напоминал о себе, но терпимо.

Сам туалет я не видел, но верил, что всё обстоит так, как описал этот крохотный человечек. Который с невозмутимым видом сейчас заворачивался под одеяло и накрывал голову подушкой. Вот как можно спать под подушкой? Никогда этого не понимал, хотя любителей подобного было в достатке. Говорят, что шум и свет так не мешают.

— Ну прости, Андрей, — Светлана на удивление жалобно и с сожалением смотрела на меня. — Здесь я бессильна. И мой тебе совет. Торгуйся, максимально жёстко торгуйся. Твоя сила действительно нужна империи. От тебя не отстанут! Вопрос в том, что за это тебе готовы платить. И поверь, сейчас я не о деньгах.

— Не в обиду, учитель, — мягко, как мог, начал я. — Но сначала я хотел бы выяснить, обладателем чего я стал. После свои возможности. А уже потом я, может быть, но это без гарантий, начну торг.

— Эх, Андрюшка… — вздохнула она. — Молодость! Я моложусь, как могу, но знал бы ты, сколько мне по-настоящему. Опыт и мудрость давят. Иногда я завидую таким, как ты.

— Да что там знать? — усмехнулся я. Но, лесть никогда не вредила. — Сто семьдесят. Хотя могу и немного ошибаться, и вам под двести. Собственно, на таких числах погрешности уже ерунда, ведь так?

— Откуда ты… — она побледнела. — Это тоже твой дар?

— Нет, опыт! — прямо глядя ей в глаза, ответил я.

Не знаю почему, но я готов был ей довериться. Кажется, она тоже попаданка. Просто давно и уверенно забыла об этом.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Росомаха

Content

Росомаха

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene