Покоривший СТЕНУ 19: Оазис

1. Подготовка, без которой не обойтись

— Это крохи, Арктур, но мне достаточно и их, чтобы понять. Это место чем-то сильно отличается от всего, что мы видели ранее. Я… вижу в своих воспоминаниях цепи. Много цепей. Это место пахнет… ловушкой. Когда я думаю о нём, внутри всё сжимается…

Она опустила взгляд, тяжело вздохнула и покачала рогатой головой.

— Хаю майрай… всё так запутано. Я боюсь этого места. Почему-то мне сильно не хочется туда идти. Мы говорили со Странником и сошлись во мнении, что это место — темница для чего-то невероятно могущественного.

— Это так, — кивнул сам Странник. — Оазис впустит не всех, а лишь того, кого выберет. Обычно это лидер, однако часто Стена пытается сбалансировать это и повысить шансы, впустив кого-то ещё. Но в худшем случае готовься, что будешь один.

— Да, помню — кивнул я. — Сначала нам нужно туда ещё дойти.

Странник подошёл к столу и занял место.

— Я нисколько не отговариваю тебя от того, чего желаю и сам, — произнёс он, глядя, как красноволосая тари наливает ему в чашу вина. — Просто не так много есть тех, кто заходит так далеко. И я очень не хочу, чтобы этот шанс пропал впустую, как сгинули и многие другие из тех, кто спускался к Оазису.

— Понимаю, просто мне реально примерно так же про каждую проблему впереди говорили. Даже техноцит Белка преподносила, как нечто неотвратимое и сильно могучее.

— Ну, я тогда тебе сразу сказал, что это только начало. Царь Иван-мудрец тоже прорвался через техноцит, переиграл Мёртвую Мечту, форсировал Сверхмиазмы, одолел стража-ошибку, справился с левиафаном, продавил несуществующие земли, вошёл в Оазис и… не вышел оттуда. А четырнадцатый сектор стал сектором смерти.

— Я помню об этом. Поэтому мы будем готовиться. И я тоже буду. Пожалуй, пройду эволюцию, возможно, улучшу класс.

— Это правильное и своевременное решение, — одобрил Странник. — Если ты потерпишь поражение в Оазисе, для всего этого сектора могут наступить тёмные времена. Риски и ставки очень высоки. Царь-мудрец легко прошёл там, где едва не погиб Орден. И он сам был, прости, сильнее тебя. И это лишь один пример из множества. Признаться… я уже начинаю и сам терять надежду однажды выбраться отсюда.

— Это всё я уже слышал. Есть что-нибудь ещё? Хорошо бы конкретику.

— Разве что Привратник у входа.

— Босс? — понял я.

— Да. Не уровня Стража-Ошибки, но достаточно сильный. Впрочем, насчёт него я не сомневаюсь, с этим Орден справится… Ладно, думаю, всё это стоит обсудить ужепосле праздника, — ответил Странник, глядя, что к разговору прислушивается всё больше проходчиков.

Альма кивнула, выражая согласие с его словами.

— Давайте уже праздновать, хули носы повесили, будто хороним кого! — воскликнул Мерлин. — Всегда есть вариант захреначить большую взрывчатку, начинить порохом интри с моей синевой и выжечь этот ваш Оазис к хренам!

— Поддерживаю, — неожиданно сказал Рейн.

— Как будто когда-то было иначе! — воскликнула уже успевшая захмелеть Сайна Синица. — Ты это с самого второго этажа со мной делаешь. В смысле, проходишь то, что считается непроходимым! За Орден!

Она подняла кружку яблочного сидра.

— За Орден! — поддержала её Тия и два её дополнительных тела.

— За Орден! — воскликнул Кот и другие лиговцы следом за ним.

Один за другим поднимались кубки и кружки, и на этот раз нас не потревожила никакая тварь из глубин Стены.

Долгий день перешёл в долгую интересную ночь. Я призвал убежище прямо на землю десятого и сделал крышу нашей комнаты в нём прозрачной, чтобы видеть звёзды над нами и чувствовать себя почти свободными. Хотя бы на время.

Крепко обнимая девушек и глядя в небо, я думал о том, что, наверное, так же купился на рай в клетке Леви. И это сделало его рабом системы, рабом своего страха, смиренно ожидающим свой конец.

Рано или поздно Стена рухнет, не выдержав повышения уровня сложности. Она уже не выдерживает — в секторах смерти обитают чудовища, которые сильнее неё и сдерживаются одним лишь чудом и силой системной стихии. Но некоторые научились ассимилировать и её.

Как бы хорошо мне не было сейчас, я знал, что это ловушка. Вся выстроенная мной империя может рухнуть в один момент, как карточный домик. Те же Мракрия и Леви в своих королевствах тоже мнили себя непобедимыми вечными правителями. И где они сейчас?

Останавливаться нельзя. Остановка — смерти подобна и недопустима. Она порождает праздность и лень. Только когда у человека есть цель, он живёт по -настоящему.

Утро встретило меня светом искусственного солнца, поцелуями, походом в тёплый душ и утренней трапезой. Я привык ощущать себя проходчиком с фронтира и совсем не привык к комфорту и роскоши, которая как-то сама выстроилась вокруг меня.

Но я не дал себе обмануться ею.

После сытного завтрака я взялся за решение насущных вопросов.

Альма уже не спала и находилась в лазарете убежища. Здесь они с матерью разбирались с заражёнными. Сколько бы подозрений у меня внутри ни было на счёт нашей новой богини, с её новыми воспоминаниями она не приобрела заносчивость или пренебрежение к другим. Отношения с матерью Алихаи она поддерживала как и прежде.

Никакой брезгливости или надменности по отношению к кому-либо у неё не появилось. Сейчас она держала за руку покрытую уродливыми грибоподобными струпьями Лифу. В перчатках, конечно, из соображений безопасности. Но, тем не менее, на лице девушки читалось сочувствие.

Это радует. Хорошо, что не все беглые боги такие, как Дина Вездесущая. Хотя я бы, скорее, ставил на то, что она слишком долго была Альмой и привязалась к Ордену.

Дина тоже была здесь. В изоляторе, где раньше содержалась Дора, а до неё — потерявшая осознанность Белка. Она пока не пробуждалась, но была надёжно скована бронированным стеклом и прочно удерживающими её серебряными кандалами.

— Как продвигается лечение? — спросил я.

— Оно не будет быстрым, — ответила, не оборачиваясь, беглая богиня. — Антимикотик работает не мгновенно.

— Но они уже вне опасности?

— Да, лечение не очень приятное, им нужно блокировать поступление маны, почти не есть и травиться химией. Таблетка известная, колдерская. Не знаю, где они встречались с такими агрессивными грибковыми формами, но она помогает.

— Я думал, они больше по мутантам и радиации.

— У них сильно развит химический комплекс. Следующий уровень — это конгломерат. Но у них нужного лекарства я не нашла. Семнадцатые рекомендовали использовать его, оно чуть более щадящее для тела. Но потом я их поставлю на ноги очень быстро, как только можно будет вливать ману.

— Рад это слышать.

— Дай им дней пять покоя, — сказала Альма. — Лифе, может, и меньше потребуется. У неё такой коктейль в крови, что и заражение меньше. Рэйдалу будет посложней, там ведь тело проходчика, а душа нежити со Стены. Изначально дух плохо держится в теле.

— А дендроиды?

— Суть та же: сильная химия. Она убивает растительную сущность дендроида, затем Крайн сможет поднять их как нежить, через некротическую цепь. После — внутренняя чистка и возрождение растительной части… в общем, мы будем работать вместе с Крайном, ритуал уже разработали.

— Он сейчас в двадцать первом?

— Уже нет. Он сейчас возвращается вместе с Рамиленом.

— Погоди, ему же запрещён выход из локации?

— Никто не может запретить выход из сектора неразумному артефакту и запретить выносить труп, — Альма с усмешкой обернулась ко мне.

Я рассмеялся.

— Хитро. Только Раму сюда зачем?

— Скучно, говорит. Хочет поговорить, отдохнуть. Потом вернётся, если ты скажешь. Но я думаю, что нам не помешает на спуске воин, который в прошлом сражался с ингенами и бестиями в их естественной среде.

— Даже так? Тогда его опыт действительно бесценен.

— Его бы к артиефакторике как-то сподвигнуть. Он ведь не один из диких тари этой деревни, а рассветный. То есть, из тех, кого базовой ритуалистике учили в школе, как часть стандартных умений любого тари.

— Ты так много вспомнила об их мире?

— Нет. Это из книг. Алихая любила читать. Да и я тоже, так что здесь мы были едины.

— И когда только ты успела со всеми так подружиться? — удивился я.

— Должность главного лекаря располагает, — улыбнулась Альма. — Ты пришёл узнать о состоянии больных, поговорить или просто проведать Дину?

— Всё вместе и ещё кое-что.

— Ну, тогда ты уже всё знаешь. Дина вот, она в сознание ещё не приходила.

— Она точно не сбежит, как проснётся?

— Тия сказала, что, скорее всего, она будет пускать слюни и смотреть в стену. Но здесь бронированное стекло, под которым моя мать пряталась от забравшихся в убежище микотов. Верней, не стекло, а кристалл, который впитывает ману. Это на случай, если в ней вдруг проснётся генетика рептилоида, и она сорвёт серебряные кандалы.

— Она в основном работала голосом и промывала мозги через речь. Мод сирены, если не ошибаюсь, или кого-то такого.

— Это я тоже учла. Место звукоизолировано. Тумор всё организовал. Сайна поставила динамик — он будет передавать её речь с задержкой и озвучиваться механизмом. Но пока что она без сознания.

— Очень хорошо.

— Что будешь с ней делать?

— Даже не знаю. Душу Тии мы из неё извлекли. Возможно, проще всего было бы просто уничтожить.

— Разобрать на фрагменты, — предложила Альма. — Белая предлагала привести хорошего вивисектора. Все уши прожужжала про трату ценных фрагментов. Поговори с ней, у неё был какой-то хороший знакомый.

— Своего надо бы прокачать.

— Тот парень из двадцать первого… Тихон, если не ошибаюсь. У него есть потенциал. Мы могли бы пригласить его в Орден и отправить на обученик к Конраду.

— Подумаю, — кивнул я. — Хотелось бы ещё обсудить твою память. Всё, что ты можешь сказать об Оазисе.

— Не так много. Воспоминания Мисы разрозненны и фрагментарны… — грустно ответила она и добавила. — Хау…

— Но вчера ты говорила, что вспомнила что-то.

— Это больше на уровне чувств. Когда я думаю о спуске, мне страшно. Охватывает ледяной озноб, которого я никогда не испытывала ни в каких жизнях, ни в одной ипостаси. Ещё помню цепи. Помню безысходность и боль. И, честно говоря, не горю желанием спускаться.

— Но ты будешь?

— Буду. Мой путь ещё не окончен. Я узнала, что была когда-то Мисой Зеркальной, но кто я теперь? В чём смысл моей жизни? Сперва я хочу узнать, чего она, прошлая я, добивалась. А страх я способна преодолеть за счёт высокой осознанности. Скорее всего, он имеет магическую природу.

— Что вы обсуждали со Странником?

— Родные миры и сложности в прохождении Оазиса. Сверила свои воспоминания с его знаниями. Цели у нас по-прежнему общие…

— Э…ло… — потрескавшимися губами с трудом произнесла эльфийка, покрытая коростой из грибов с кровью.

— Сейчас, всё будет, не переживвай, — успокаивающим голосом ответила Альма, активировала пламя Асгора и положила руку в перчатке на её обезображенный лоб. Затем встала и прошла к шкафчику с медикаментами.

— Думаешь, стоит её кормить этим сейчас?

— Эльфийский эло.содержит множество различных соединений, часть из которых, в том числе, должна защищать древо от целого спектра паразитов, из-за чего грибы его не принимают. Суицидальные мысли от боли и болезненные воспоминания, от которых она бежит, принесут гораздо больше вреда в мире, где мысль материальна, а душевную боль может использовать мёртвая магия для одержимости.

Посмотрел на лицо Лифы. Её болезненные черты разгладились. По венам потекла желтая светящаяся жидкость, от чего все части тела эльфийки, которые ещё не были покрыты мицелием, высветили все вены и капилляры.

Альма хмыкнула и задумчиво посмотрела на шприц. Затем бросила взгляд на Рэйдала, темноволосого проходчика, в теле которого сейчас был мертвец. Судя по его виду, он тоже чувствовал себя паршиво, как и рогатый старик Хельхе за ним.

— А вколю-ка я и им немного. Мицелий элуриум вообще игнорирует, а разум расслабляет даже во сне. Тем более, что им и дозировка нужна будет намного меньше…

Я кивнул. Затем ещё немного посмотрел на спящую в кандалах Дину.

— Спасибо, что ты с нами, Альма.

Она замерла на минуту, затем кивнула.

— Спасибо, что правильно понял мою историю, — улыбнулась она мне в тон. — Кстати, у меня к тебе будет просьба.

— Слушаю?

— Ангедонии нужна эволюция. Мы примерно накидали с ней билд. Сделаешь для неё эталон под терминал?

— Новую расу? В любом случае, это будет на основе растительной генетики.

— Да, я знаю.

После лазарета меня уже ждали под терминалами. Покинув убежище, я направился к темнеющему над лесом природно-тауматургическому.

Красное дерево с белёсым стволом стало ещё больше, чем я думал. Толщина ствола была, наверное, уже метров пять, и продолжала увеличиваться. Раньше терминал располагался на поляне в лесу, теперь же вся поляна утопала в тени его кроны.

Упавшие красные листья создавали под ногами алый ковёр.

Чуть справа от него находился знакомый директивно-ионный, бывшее тело Мёртвой Мечты, из-за которого терминал стал подвижным. Он чем-то напоминал ржавого металлического краба с манипуляторами. Этот со времён своего появления у нас ни капли не изменился, хоть Сайна и много работала с ним.

У ионитового меня уже ждала сама Сайна. Вернее, не ждала, а просто наслаждалась его работой.

Рядом была груда странных искорёженных предметов неясного происхождения.

— Собираешь хлам? Рынка мало? — спросил я, подходя ближе.

— Брось, будто ты сам никогда не хотел накидать всего подряд в плюсовой и посмотреть, что получится! — возмутилась она. — Мне это за утренний кофе, сразу голова свежая и заряд бодрости на весь день.

— И как, получается?

— Себя успокаивать — да. — Усмехнулась она. — И начинаю немного разбираться в принципах работы терминала в целом. Но пока ничего конкретного. Так, по наитию.

— Что насчёт автомата Белой?

— Лучше в своём его прокачай. Ты же знаешь, иониты всё делают через… слишком хорошо в общем.

— Я думал, для тебя они делают исключение.

— Ну хочешь — попробую. Только чтоб я потом крайней не оказалась.

— Да не, забей. Просто интересуюсь, как у тебя всё устроено.

— Тут в терминал другой герой на очереди, — она кивнула в сторону края поляны. Там нашлась мрачная фигура Райшина. Венок на голове он не снимал, отчего выглядел очень странно. Мои некродендроиды всё-таки посимпатичней будут.

Поняв, что мы говорим о нём, кадавр медленно встал и направился к нам. Медленно, будто едва волочил ноги. Но я знал, что в случае необходимости он может рывком в один миг оказаться рядом.

— Давно он тут?

— С самого пиршества. Он ведь совсем нежить, не чувствует вкуса, не может опьянеть. Не удивительно, что ему надоело сидеть и смотреть, как другие веселятся.

— Скоро у нас будет эволюция, — огорошил я её новостью.

— Решил создать новую расу? Я не пойду, если что. Разве что за компанию. Я ещё не до конца освоила текущие возможности.

— Как хочешь. Это необходимо Райшину и Ангедонии, да и у меня есть кое-какие идеи.

— Что мне необходимо? — спросил кадавр, подходя к нам.

— Эволюция. Как и обещал, попробуем тебе сделать новое тело на основе растительной генетики. Вернём тебе нормальный вид.

— В идеале, конечно, что-то из разряда метаморфов. Тогда я бы сам менял тело под текущие нужды.

— Фрагментами настолько ценных существ нам за проезд не платят, — покачал я головой, — но что-нибудь придумаем. Сделаем упор на дендроморфизм. Сам вырастишь себе нужный облик.

— Хорошо. И ещё я хотел бы воспользоваться твоими терминалами. Адаптировать тело под класс ликвидатора. Буду полезней для тебя в бою. Или слишком подозрителен пока для доступа в святая святых?

— Какого ещё доступа? Парень, ты уже рядом с терминалами. Иди, только подожди Альму. Чтобы откачала, если ионитовый решит тебя угробить.

И, конечно, рядом будем мы с Сайной, чтобы не допустить какой-нибудь нежелательной способности и в целом знать, что нас ждёт.

Я хотел было заняться этим прямо сейчас, раз уж Райшин столько ждал этого, но меня отвлекло появление Тии.

Из земли вырвались светящиеся янтарём лозы и сплелись в тело Мелы Амории.

— Что-то случилось? — спросил я у неё.

— Да. То существо как-то пробудилось и вырвалось из клетки…

— Как⁈

— Мы сразу же его усмирили, но, скорее всего, он повторит вновь. Я не знаю, сколько мы сможем удерживать это существо силой.

— Оно настолько могущественно?

— Скорее хитро, — чуть улыбнулась Амория. — Хоть у него и нет головы, мозг у него точно имеется, и немалый.

— Понял… — кивнул я. — Сайна, проконтролируй тогда процесс. Тия, ты тоже оставь здесь Аморию. И дождитесь Альму. Ионитовый может убить даже кадавра.

Первый день короткого отпуска мало чем отличался по загруженности от любого другого. Работы предстояло ещё очень много. Но я не должен допустить того, чтобы Орден снова оказался на грани гибели при встрече с микотами или чем-то ещё.

2. Союзник, которому не следует доверять

Его содержали в клетке. Клетка — под электричеством. Внутри — осколки разбитой преграды из прозрачного кристалла. Под таким же была Дина и от мысли о том, что она тоже может вот так вырваться, взять под контроль членов Ордена и наделать бед, захотелось вернуться в лазарет и избавиться от неё раз и навсегда.

Существо было в сознании. Оно смотрело на меня множеством разных глаз, произрастающих на самых неожиданных местах. Два у локтя длинной руки, один на бедре, один на шее вместо головы, ещё на спине… и россыпь маленьких глазок по всей спине.

Тварь казалась нескладной. Такое не могло быть творением эволюции. Мутант, не иначе. Судя по тому, как он хорошо использует магию, воздействие хаоса. Да и множество глаз как бы намекают на то же самое.

Интересно, а как оно ест? Пасти не вижу…

Завидев меня, существо неуклюже на трёх лапах доковыляло до решётки и с дуру взялось за неё. Тварь шарахнуло током. Она мужественно терпела это пару секунд, затем отстала и застыла рядом, глядя на меня всем, чем могла.

— Давно не виделись, неведома зверушка, — приветствовал я существо.

Оно подпрыгнуло на месте.

— В прошлый раз ты общался картинами, — сказал я. — Ты готов к диалогу? Понимаешь, что я говорю?

Оно закивало верхней частью тела. Затем ткнуло пальцем в пол, но он был гладким и не позволял на нём ничего рисовать.

— Принесите ему краски, — бросил я стоявшему на страже Элейсу. А сам начал растить белый лист, достаточно крепкий чтобы заменить бумагу.

Оно снова подпрыгнуло, будто макака.

— Дина как-то промыла тебе мозг или ты по своей инициативе лез на тридцатый?

Ответить существо не могло, потому внимательно слушало и ожидало, когда ему принесут всё необходимое. Значит, и правда достаточно разумно.

— Зачем ты преследуешь меня с той локации? Что тебе нужно? В прошлый раз ты нам помог, потому сейчас тебя не убили, а решили захватить. Но помогать Дине устроить засаду на нас всё же не стоило.

Существо заметалось из стороны в сторону, будто пританцовывало. Видимо, от нервов.

— Держи, Арк, — протянул проходчик мне тюбик чёрной краски, и я вместе с пачкой неровных листов подбросил всё внутрь клетки.

Существо осторожно подняло лист. Глянуло на тюбик с краской.

Не знаю, умеет ли оно рисовать карандашом. Может, стоило лучше дать его.

Я почему-то решил, что оно будет макать лапу в краску, но у него ведь были и руки. Только сейчас оно плотно прижимало их к себе, так что они не бросались в глаза.

Я заметил, что самая нормальная его рука была унизана браслетами. Промашка с нашей стороны, оставлять ему какие-то артефакты.

— Зачем ты следовал за нами? — спросил я.

Тварь принялась рисовать. Грубо, но в целом узнаваемо — силуэт монстра, помеченный глазом — видимо он сам. В клетке. Затем стрелка от него за пределы решётки.

— Нет, ты опасен и можешь принести много бед. Тем более, что и дальше будешь нас преследовать, я прав?

Существо склонилось над бумагой и принялось за новую картину.

Спустя минуту оно маленькой тощей ручкой продемонстрировало рисунок монстра с глазом на фоне условного механизма. Выглядело не очень понятно, но догадаться было несложно.

— В прошлый раз ты тоже хотел терминал, — задумался я. — Ну так и искал бы сам. С такими способностями ты можешь легко захватить терминал сам.

Существо издало странный утробный звук. Чем и как — даже не представляю. Но звучало это как разочарование. Затем оно принялось трясти верхней частью тела, выражая крайнее несогласие.

— Я не понимаю. — пожал я плечами. — И, честно говоря, у меня не так много на тебя времени.

Монстр удручённо замер и будто скукожился весь.

Лишь тонкая человеческая рука сначала указала на меня, затем на себя.

И оно осторожно подняло взгляд глаза на шее.

Я развёл руками.

Тогда оно снова сорвалось к бумаге и принялось рисовать, оставляя пальцами размашистые следы на листе.

Оно нарисовало снова себя. Безголовую глазастую чудь. И рядом — угадывался человек. Ну или гуманоид с нормальной башкой, руками и ногами.

— И?

Существо спохватилось и дорисовало жирную стрелку.

— Ээ… хочешь выйти ко мне? Не, приятель, я с тобой драться больше не хочу. Мне и тогда хватило.

Тогда он снова издал странный звук и добавил новую деталь ребуса. Приставил рисунок с машиной над ним, и маленькой ручкой прочертил пальцем полосу к терминалу.

— Эволюция, — опередила меня Тия. — Тебе нужна эволюция.

Существо радостно запрыгало на лапах и издавало странные звуки непонятно откуда.

— Когда-то я так боялась стать монстром, что тоже думала, как тогда действовать. В прошлой жизни, когда я создала корвитусов, люди охотились на меня и стремились убить. Я и раньше не вызывала ни у кого симпатии, а после не могла и помыслить о том, чтобы добраться до терминала-корректора.

— Глупое правило, — согласился я. — Корректор способен помочь тем, у кого осознанность падает ниже пятидесяти, но к нему не подойдёшь, потому что тебя убьют как бедствие и получат награду от Системы. Один из множества парадоксов Стены, которые мне предстоит разрешить.

— Я знаю, что у тебя получится, — кивнула она.

— С этим-то что делать? — спросил Кот.

За ним следом подходили ещё двое — Белая и Наги. Не к добру видеть этих двоих вместе. Новость о том, что я общаюсь с пленником, быстро разошлась по лагерю, а какого-то особого регламента у нас не было. Все были опытными проходчиками и делали общее дело.

Белая всегда стремилась быть в гуще событий и очень старалась быть моей правой рукой. Не из жажды власти, я уже успел достаточно её изучить. Скорее, это можно назвать комплексом главного героя — стремление быть везде и быть ответственной за всё.

— Будем эволюционировать, — развёл я руками.

— Арктур, ты уверен? Эта сущность опасна, — настороженно сказала Белая.

— Тебя же поняли и простили, — мягко улыбнулся я. — Значит, будем проявлять осторожность.

Белка немного смутилась, а существо ещё радостнее забилось в припадках.

— Корректор не поддерживает эволюцию монстров. Он не станет работать с тем, у кого нет духовного ресурса, — напомнила Белая.

— Похоже, оно знает, что делает. Остался вопрос, что нам за это всё будет. С учётом того, что ты на нас напал…

Глазастик замер. Погрустнел. После чего принялся сразу тремя лапами рисовать что-то на остатке уцелевшей кристаллической стены.

— Что он делает? — спросил я у Белой, заподозрив ритуалистику.

— Рабская печать.

— Всё это время он умел писать?

— Нет. Скорее всего, это одна из скопированных им способностей, — покачала головой Белка.

— И что она значит? — спросил я.

— То, что я и сказала. Договор на крови на добровольное рабство.

— В чём суть?

— Нужно оговорить договор перед печатью. Говорить оно не может, потому это сделать надлежит нам. Позволишь?

— Есть что-то, что мне нужно знать об этом договоре?

— Это сложная схема. Я её не знаю, но системная способность видит общую суть. Условие только одно. Ты не можешь отдавать прямой приказ на то, что повредит его крови… если дословно. В общем, его нельзя будет отравить или приказать совершить самоубийство. В таком случае контракт действовать перестанет и он имеет право сбежать.

— Подходит, оговаривай. Только добавь пункт, о том, что я могу сам его отпустить на свободу, если захочу.

— Обладатель сей крови клянётся в рабской верности Арктуру, обязуется выполнять любой приказ, не ведущий к смерти обладателя крови. Обладатель сей крови не станет пытаться обходить контракт или вредить Арктуру и членам Ордена Смотрителей, а так же тем, на кого ему будет указано. До тех пор, пока Арктур не отпустит его на свободу.

Существо помотало верхней частью тела из стороны в сторону, подскочило к листам бумаги и снова подняло свою схему.

Белая посмотрела на меня и я кивнул ей.

— Взамен Арктур предоставит возможность провести эволюцию. При этом контракт будет переходить на созданное таким образом новое существо. Если терминал откажется работать по независимым от нас причинам — контракт остаётся в силе.

Монстр моргнул одним из множества глаз, и его руку пронзило воплотившееся из ниоткуда лезвие. После чего он приложил руку к схеме и та засияла.

— Хорошо. Надеюсь, когда ты сможешь говорить, расскажешь нам, что ты вообще такое.

Можно считать, что начало дня было продуктивным. Теперь хорошо бы, чтобы и остаток был таким же.

Но, к сожалению, закончился он новой пирушкой и такой же ночью. Мирная жизнь усыпляла бдительность и волю.

Единственное различие с прошлой ночью было в том, что перешла она не в спокойное утро, а в хлопоты.

Нужно было отправляться к границам сектора, чтобы открыть переход для Крайна, с которым ехал Рамилен тар Нэффи. Дорога заняла пару часов даже со слиянием с деревом.

Растительный транспорт запаздывал. Я внимательно осмотрелся, чтобы нигде поблизости не оказалась мстительная хтонь. Но хреновина вроде бы не появлялась.

Похоже, что существу на меня лично было плевать, как и на весь мой рейд. Как я и думал.

— Арктур, мы скоро прибудем. Здесь возникли небольшие проблемы, — донеслось до меня послание от дриады.

Бывшая жительница кунсткамеры, а ныне распорядитель лифта в двадцать первом, тоже была в очереди на эволюцию, чтобы полноценно занять место хранителя третьего лифта. Нынешнего класса ей не хватало, чтобы справляться с обязанностями так же, как Феодор и тем более Тумор.

Проследил ментальной связью по стволу горизонтального древа и убедился, что за растительным поездом, созданным дриадой, бежит заметная толпа монстров.

Они напоминали крылатых многоногих клопов. Точный набор цепей определить на глаз не удавалось. Но в том что лучше с ними не драться — не сомневался. Тем более, что разработанный Тумором древесный поезд был очень быстрым и шёл по прямой.

Я чувствовал себя свежим и полным сил, потому легко создал по размеру вагона укреплённую станцию с боевыми растениями. Не факт что они смогут отбиться, но наверняка смогут задержать.

Всё же путешествия в двадцать первый не скоро станут по-настоящему безопасными…

Существа на бешеной скорости врезались в растительную преграду, насаживаясь на колья. Послышались глухие удары и невыговариваемые звуки чудовищ. Размером каждый такой клоп был метра в два.

Те, что бежали чуть позади, успели затормозить и вступили в бой с растениями.

За кем будет победа в этой схватке стало очевидно сразу же — инсектоиды принялись поливать растения какой-то слизью, которая размягчала и медленно убивала растения, а затем начали их жрать. Даже за поездом не попытались прошмыгнуть — похоже им, на удивление, действительно понравилась каменная древесина.

Вагончик въехал за барьер, и я закрыл его сразу за ними.

— Весело же вам было добираться, — приветствовал я Крайна с дриадой.

— Рея едва с ума не сошла, когда появились эти твари, — улыбнулся некромант, после чего поднял и вложил меч в руку корректору двадцать первого сектора.

— Во! Я же говорил — сработает! — воскликнул тот едва очнулся.

— Сработает? Ты издеваешься? Да нас чуть не угробили какие-то клопы-переростки! — вспылила дриада.

— Тише, Рея, мы в Неффарисе сто раз так делали!

— Во времена рассветных тари не было таких устройств! — продолжила ругаться дриада. — Ты не мог так делать!

— Слушай, женщина, получилось и ладно. Я управлял магическим орденом в пять сотен тари!

— В прошлый раз ты говорил о трёх!

— Угомонись. Твой начальник рядом.

— И твой тоже!

— Теперь ты понимаешь, почему мне надоело там сидеть, — усмехнулся Крайн.

— У них что, отношения?

— Нет! — в один голос ответил дух клинка и бывшая жительница кунсткамеры.

— Дальше я поведу, или призовёшь Убежище? — послышался голос Тумора.

Друид вырос из горизонтального дерева.

— Веди ты, не хочу отзывать убежище. Там сейчас на десятом активная работа, сам знаешь.

— Да, потому и спросил, — проскрипел Тумор.

Короткая перепалка дриады с духом в теле дредастого шамана ещё больше убедила меня в том, что Рамилен тар Нэффи, кем бы он там ни был в прошлом, на Стене такой же пленник, как и мы все.

Похоже, что он действительно может быть для нас надёжным союзником. Но хотелось бы увидеть его гений, о котором я слышал пока только в теории. При мне он ещё не сделал ни одного предмета.

— Как обстоят дела в секторе? — спросил я у некроманта.

— Прекрасно. Меня трижды пытались убить и один раз даже получилось.

— Не знал, что ты такой любитель сарказма.

— Никакого сарказма, — улыбнулся Крайн. — Разница в уровнях слишком велика. Они даже малышку Рею убить не способны.

— Тогда зачем? И тебя-то за что?

— Ни за что. Все три попытки были от сумасшедших которые не понимали что творят. Таковы реалии двадцать первого.

— Зато самых отбитых можно сразу поймать за задницу, — добавил Рамилен.

— Смотрю, ты осваиваешься.

— Хорошо быть живым. Хотя настоящий я, конечно, намного красивей. А уж про скорость реакции и говорить не приходится. Представляешь, мне даже глаз кошки пришлось развивать отдельно рунологией.

— Погоди, ты что, ещё и химеролог?

— Нет, никаких модификаций тела. Скорее кое-какая ритуалистика и благословение бога-котёнка. Я помню, что ты сказал беречь тело. Это твоя собственность.

— Он постоянно что-нибудь чудит! — пожаловалась Дриада.

— Новички в секторе появлялись? — спросил я у Крайна.

— Да, первое время ещё доходили те, кто успел заспавниться до договора с Системой. Некоторым мы помогали. Но многие… очень не от мира сего.

— В этом месте у всех сломаны души. Поэтому управляющая машина поменяла настройки, — вмешался Рамилен.

— Тебе об этом что-то известно? — переключил я внимание на парня с дредами, крепко сжимавшего артефактный меч.

— Да простая эмпатия, братан! — улыбнулся дредастый. — Ну и пара вопросов Системе. Мол, с фига ли они такие упоротые ходят, и каждый второй маньяк.

— На тебя очень сильно влияет твоё тело, Рам, — заметил я. — Раньше ты так не говорил.

— Хм, правда? Спасибо, я подумаю как это пофиксить… Действительно, подобный лексикон мне непривычен. Во имя трёх лун, что не день то вызов! Знал бы я, на что иду, когда просто шёл поговорить со старым другом из ордена Лютера…

— Давай по существу.

— Неосознанными считаются существа ниже тридцати процентов от уровня человека. В двадцать втором секторе, как я понял, пятьдесят? Здесь менее стабильные сущности, и у некоторых есть эфирные фрагменты. Почти все — бывшие бедствия с искалеченными душами.

— Благодаря двадцать первому они могут воплотиться хоть где-то, — сказал Крайн. — Для многих это уникальный шанс. Но воспользоваться им может не каждый, к сожалению.

— Имеешь ввиду, нападения? Чего они хотят, власти? Не понимают, что мы на порядок выше них?

— Многие просто сумасшедшие и не способны себя контролировать, — с сожалением сказал он. Слишком низкая осознанность плюс опасный эфирный фрагмент — смертельное сочетание для новичка. Некоторые нападают просто потому, что у тебя экипировка того же цвета, что и у убившего его в прошлой жизни монстра.

— Всё настолько плохо?

— Ну, этот сектор пробудился по ошибке. Сама система так говорит, — пожал плечами Крайн. — Однако что есть и вторая половина новичков, которые понимают в каком положении оказались и стараются быть полезными.

— Надо подумать, как им помочь. Потенциально они все могут работать на благо Ордена, особенно если помочь им решить вопрос с низкой осознанностью и эфирными модами.

Поговорив ещё немного с группой, я вновь слился сознанием с древом и понёсся впереди древесного поезда наверх.

На десятом меня встретила группа роботов, везущих гружёные тележки из лифта.

— И что ты приволокла? — спросил я у девушки, вырастая рядом из дерева.

— Осмий. После сражений на тридцатом он поступил, наконец, в открытую продажу. А ещё серебро и кое-какие детали для крафта.

— Собираешься строить новую армию? — понял я.

— Именно! Но это только один из проектов. На самом деле, думаю над повышением урона и создании новой линейки оружия. Интересно?

— Глупый вопрос, — улыбнулся я.

— Благодаря тому навыку из двадцать третьего я смогла разобрать оружие саахаров и хочу собрать кое-что новенькое с более универсальным типом урона. Вернее, с настраиваемым. В идеале было бы сделать пушку, которая бы в зависимости от ситуации могла быть рельсой, огнемётом или кавитатором. Ещё подумываю про универсальные щиты, которые могли бы быть в качестве артефактов. У саахаров такие встречались, а у нас только эридианские, но там совсем другой принцип работы. Я вот и подумала, что если совместить их и добавить математический фильтр ионитов?

Всё это она выпалила на одном дыхании, но мне такое рвение нравилось. Сам о таком подумывал, но времени не было. Да и думал я немного в другую сторону. О чём и сказал.

— Скоро сюда приедет Рамилен. Бери его, и пусть сделает твои изобретения ещё и магическими.

— ТОЧНО! — воскликнула Сайна, ещё больше загораясь идеями. — Арк, мы расчистим тебе путь до Оазиса, можешь не сомневаться!

— С чего ты вдруг? — спросил я. — Обычно ты меня отговариваешь и выступаешь голосом разума.

Девушка смущённо улыбнулась.

— Да, но… я ведь понимаю, что ты всё равно пойдёшь. И понимаю, как для тебя это важно.

— Это важно для всех нас.

— Знаешь, я не верю в то, что отсюда вообще можно выбраться, — ответила Сайна. — Но я верю, что ты единственный своим упрямством сможешь изменить даже это. Кто, если не ты?

3. Эволюции, ведущие к финалу

Минула неделя. Неделя бездействия, если учесть, что прежде я редко проводил день без сражений.

Но это не значит, что я перестал задаваться вопросами. Напротив, я всё чаще думал о том, что сделало это место Стеной, и за какие заслуги мы здесь оказались. У всего этого есть какие-то глобальные причины. Не может такой грандиозный объект существовать просто так.

Однако сосредоточиться нужно было на другом. На создании новых тел для эволюции.

Лечение Альмы было долгим, но работало. Как только споры микотов были удалены, дальше дело быстро пошло на поправку.

Первой очнулась Лифа. За ней подтянулись и остальные. Сложнее всего исцеление далось некродендроидам. Близость структуры микотов к ним сработала в минус.

Но вскоре очнулся и Мордред, чтобы присоединиться к разработке новых видов.

Структура становилась сложной. Нужно было сначала воссоздать примерные копии тел всех, кого нужно было модифицировать.

Проще всего было с Райшином. Растительная цепь прекрасно ассимилировала муталисков, и я давно уже научился это делать с нежитью. Совместить их с сущностью кадавра было просто, хоть и заняло больше времени. Душа же оставалась привязана к тому же телу и не претерпевала изменений, так как была полностью от него независима.

Намного сложнее был концепт обновления Ангедонии.

У неё уже была механическая часть. Фактически, название её нынешней расы «биомеханоспирит» означало киборга с духовными способностями. Ну и самый неприятный момент — приставка «проклятый», означавшая заражение мёртвой магией.

Пустота была крайне агрессивным ассимилятором и пыталась перехватить контроль. Нужно было создать принципиально новый вид существ, который будет способен, если не улучшить положение дел с одержимостью, то хотя бы не сделать хуже.

Поскольку излечивать пустоту мы пока что не могли, помочь здесь можно было только повышением уровня осознанности. А для этого нужно взять близкий по структуре вид за основу следующего уровня.

При содействии Сайны механическая часть нового существа стала синтетическим растением, подконтрольным хозяину тела. Был ещё вариант с ионоцветом, но его Аси решительно отвергла.

Пустота с этой частью сущности нормально работать не могла, и растения, и механизмы могли быть только временными передатчиками мёртвой магии. Но долго существовать без подпитки пустота не могла.

Второй подвох пустоты был в том, что это не простое заражение, а магическое. И внутри тела Аси был магический источник этой дряни. Именно оттуда пустота и распространялась по телу, разрушая душу. Частично парализовать её можно, если связать источник с чем-то более управляемым, но содержащим мёртвую магию.

Это была своего рода уловка, вынуждающая Систему усмирять пустоту вместо нас в терминале-корректоре. Новое существо будет обладать «цветами зла». С этим нам поможет её астральный источник. Тот, который в её текущей расе был обозначен как «спирит».

Таким образом, у неё будет отдельно гибридка пустоты с астралом, и версия с добавлением природы. И то, и другое было менее агрессивно, чем пустота и в теории лучше поддавалось контролю самой Аси.

Таким образом, осознанность росла просто от снижения количества всего того, что действует ей на голову. Вылечить её так от пустоты не удастся, но легче ей должно стать. Лишь бы корректор справился с переводом в новую расу.

Самое сложное — это выполнить обещание нашему глазастому контрактнику.

Белая и системная справка определили в нём цепи муталисков и хаоса. Давало разновидность порождений этой стихии, одним из которых был глазастик. Но третьей частью сущности было кое-что необычное. Метаморф.

Одни из самых загадочных существ, фрагменты которых были слишком редкими и ценными, чтобы ими оплачивать услуги Лифта. Их фрагменты часто выступали как универсальный заменитель почти любой генетики. И она же позволяла ходить в человеческом виде нечеловеческим расам. Практически все топы пользовались ими, когда переходили в сильные, но неудобные в быту расы.

Решение вопроса с начальным образцом было в аппаратах по клонированию. Так мы смогли вывести своего неодушевлённого глазастика и начали экспериментировать уже с ним.

И на этом этапе я понял, в чём подвох с его переходом… Глазастик генетически уже был метаморфом. Новый фрагмент ничего не менял. У существа было мощное пассивное свойство любую новую материю превращать в часть себя.

Эдакий морф наоборот — который автоматически всегда превращается в самого себя.

Это поставило меня в тупик, но сдаваться я не собирался. Просто взял паузу на то, чтобы обдумать свои собственные изменения.

Если взятие Оазиса это моя личная задача, значит моё личное усиление должно стать одним из главных приоритетов перед спуском.

В первую очередь то, чего я желал больше всего — повышение осознанности.

Мудрость верданта, полученная на основе осознанности аурала показала себя наилучшим образом. Разум был более холодным, но никак не кровожадным. А значит предосторожность здесь была излишней.

Разве что можно попробовать добавить парочку новых фокусов на моём собственном терминале. Он уже сильно прокачался, а я могу себе позволить встройку нескольких способностей с потерей осознанности, которая очень скоро будет восстановлена.

Готовиться заранее — намного лучше, чем потом шляться полуразумным существом по тоннелям.

Идёт сканирование.

Определен объект категории «аудитор». Имя: Арктур.

Тип вмешательства: природно-тауматургический.

Внедрение путём направленной эволюции под контролем тауматургии.

Улучшенное сопряжение: дендроморфы, растения

Удовлетворительное сопряжение: механоиды, нежить, грибы, животные, вампиры, муталиски, призраки, элементали, магические существа

Минимальное сопряжение: киборги, техноцит, спектры, кристаллиды, инсектоиды, рыба, рептилоиды, летуны, природные духи, тёмные духи, светлые духи, энергеты, амальгаммы, аберрации

Чтобы поднять осознанность выше моих текущих ста десяти, нужно было добавить в билд более осознанное существо. Как такие создавать самостоятельно мы пока что не знали, а значит нужно было добавить себе фрагмент того существа, на основе которого будет мой более осознанный билд.

Осознанных растений никто не знал, разве что однажды мы найдём локации деирдре. Становиться нежитью или механизмом я не хотел. По вампирской ветви развития я уже достиг предела — мой аурал по таблицам имел сто двенадцать.

Как вариант, развивать человеческую генетику. Она у меня всё ещё была, а по этой ветке были относительно человечные навы и ветка ангелов. С последними у меня даже были кое-какие завязки — мой источник света был как раз сделан на основе фрагмента с ангелоида.

Наставить ещё несколько ключевых модов для перехода в ангела, а затем сделать такого же, но с поддержкой эфирок хуорна и аурала.

Посмотрел по таблицам Серой, пролистал до ангелов и хмыкнул. Сто шестьдесят шесть. Если десятка аурала оказывает такой эффект, то что будет на этом уровне?

Увы, реальность была суровее моих фантазий. Когда я попросил терминал отфильтровать фрагменты ангелов, оказалось, что все моды получались искажёнными и давали с собой много побочек.

Это меня удивило — ведь моя новая гибридная стихия направлена как раз на то, чтобы гасить конфликт магии крови и магии жизни. Хотя мой терминал ещё не имел достаточного уровня анализа ангелоидов. Такие фрагменты были редкими и ценными, так что в оплату лифта почти не попадали. Так что ставить это придётся на ионическом, а тот любой фрагмент будет встраивать через задницу.

А там оказалось, что всё гораздо сложнее. Повышение ангельской ветки развития начинало конфликтовать с некротическими способностями.

Раньше они друг другу не мешали, но при повышении одной из веток развития начинали плохо влиять на работу. Просто раньше внутри меня эти способности не пересекались, работая параллельно.

Так я надолго зашёл в тупик.

На десятый день нашей вынужденной паузы эволюцию прошли Райшин и Аси. Для этого уже было всё готово, и можно было приступать.

Корректирующий терминал распознал предоставленные образцы нового вида существ, разобрал в свою базу знаний, и после этого в выборе появились две новые расы.

Дендрокадавр, как я и думал. Здесь система не была оригинальна.

— Йо, как говорит товарищ Рамилен, — приветствовал меня на выходе из терминала темноволосый парень чуть за тридцать. Внешность у него была не сильно примечательная. Скорее приятная, но не сказать, что запоминающаяся. Чуть раскосые глаза, средний рост, спортивное телосложение.

Наверное, как-то так я его и представлял. По общению он был слегка насмешливый, язвительный, мрачный, но в остальном хороший парень, которому довелось пережить порядочное дерьмо. Сперва вайп всей группы на четвёртом из-за муталисков, перерождение неразумным монстром, затем смерть и возрождение уже кадавром Керна. Затем снова смерть — уже от рук Лиги, и возрождение у Леви как слуги хищников. А стоило нам одолеть левиафана, как появилась лже-Дина. Такой судьбы я бы и врагу не пожелал.

Аселла корректировалась значительно дольше, и результат был более экзотическим. Но эксперимент, в котором принимали участие лучшие умы убежища, оказался крайне успешным!

Новая раса Ангедонии называлась «биосинтетический дендроастрал». И всё. Никакой приписки «проклятый» у нового вида не было. Пустота полностью перешла в два гибридных источника, которые сами по себе меньше влияли на душу.

Первый гибрид, пустота с астралом давшая стихию «рок» у неё уже был. Я же в новом теле развил свою собственную, цветы зла, благодаря навыку искры жизни.

Похоже, в случае с пустотой, гибридные стихии становились, как и все остальные, сильней оригинала, но при этом агрессивность пустоты частично компенсировалась второй частью гибрида.

— Получилось… — завороженно сказала бывший наместник двадцатого этажа. — Получилось же?

Она нашла взглядом Альму, и та довольно кивнула.

— Как твоё проклятие? — спросил я.

— Я… пока не могу сказать, — растерялась она. — Мне кажется, я больше не слышу голос Неназываемой. Хотя… другая я никуда не исчезла.

— Это пока не лечение, а изоляция, — сказал я. — Но ты говори, если что, подумаем, что можно сделать ещё.

— Хорошо, — серьёзно сказала она. — Спасибо, Арктур…

Ого, благодарности от неё я не ждал — не тот характер. Но ошибался.

— Система, — девушка обернулась к терминалу. — Я желаю сменить класс!

Принято.

Доступные классы для экзекутор Аселла: Каратель (легендарный), Наказующий (легендарный), Истребитель (легендарный), Дознаватель (легендарный), палач (легендарный), принцесса безумия (легендарный), нечто (легендарный).

Внимание, класс «наказующий» требует привязку к вере (доступно: Миса Зеркальная, [УДАЛЕНО])

Такой список из легендарных классов впечатлял.

А ещё больше он впечатлил, когда Серая начала описывать суть каждого из них.

Каратель и наказующий были фактически одним и тем же классом танка-дамагера, только во втором случае была привязка к религии. Истребитель и палач — чистыми дамагерами ближнего боя, только первый был заточен под истребление орд мелочи, а второй — на убийство сильных противников. Дознаватель — расширенная версия её текущего эпического «экзекутора». Последние же два класса — принадлежали пустоте, и выбирать их было формой самоубийства.

Изучив все варианты, Аси выбрала тот, что больше всего подходил её новому образу. Так в Ордене появился Наказующий Мисы Зеркальной. По идее, теперь у неё должны в терминалах появляться способности противодействия магии и навыки танка. Ещё один боец, способный держать урон, нам точно не помешает.

Затем из терминала вышла третья, проходившая эволюцию — дриада, которая сменила расу на вид верданта, а класс — на хранителя рощи. После этого мы отправились на десятый, где по случаю улучшений опять готовилось пиршество. Что-то они в последнее время были слишком часто. Аси была далеко не душой компании, а Райшин вовсе был чужаком, так что это явно был только повод чтобы пить и веселиться.

Глядя на идиллию и красоту вечернего мира Ленты, где проходил лифт, я в который раз напоминал себе о том, насколько это всё недолговечно. Напоминал о том, что точно так же остановились в своё время Мракрия и Леви. То, что ты не идёшь вниз, не значит, что Стена не найдёт способ сделать тебя частью своей экосистемы.

Товарищи отдыхали, играли в карты, пили и ели в изобилии растущую здесь пищу. Многие наслаждались ночной водой и купались под светом трёх ненастоящих лун на потолке. Так заканчивался каждый день здесь.

Десятый день подряд я засыпал в безопасности, крепко обнимая Тию и глядя на звёзды. А утром одиннадцатого мне в голову, наконец, пришла мысль, как быть с нашим глазастиком.

Эта мысль пришла вместе с гостем со второго лифта. Белая большую часть времени находилась там, развивая своё небольшое королевство в мирах Ленты.

Вместе с ней прибыл Феодор. Его очертания проступили из дерева, формируя лианами мост, по которому шла Белая — на ходу меняя форму баюна на привычный гуманоидный образ лекиса.

Мы в этот момент с Тией и не спавшей всю ночь в своей мастерской Сайной, пили кофе, наслаждаясь теплом после утреннего заплыва в искусственном море.

— Как я вовремя! — обрадовалась Белка. — Тумор, у тебя же будет для меня ещё чашка?

— Для тебя — всегда найдётся, — улыбнулся ей старик.

— Отлично! Арктур, вообще я по делу. Хотела собрать боевую группу. Мы нашли локацию с очень агрессивными тварями…

— Белка, хватит уже, мы ещё эти земли не освоили…

— Уже освоили, — возразила она. — Беженцы с тридцатого уже обживаются. В Белом Герцогстве уже два новых поселения и строится третье. И вот теперь эти гуси…

— Какие ещё гуси?

— Неизвестный ранее вид разумных существ. Они похожи на гуманоидных гусей, но это очень злобные твари, которые не ведут никаких переговоров. Большинство поклоняется богам хаоса, а треть их племени вообще заражена мёртвой магией. Потому я хотела взять ещё Хантера с Нэссой…

— Чёрт с тобой, бери, если они сами не против. И Лифа там ещё очень просилась. Ей племяшку тренировать не на ком.

— После спуска вниз она от каждого звука вздрагивает, — возразила Белая. — Не стоило эльфийке новичка тащить сразу на тридцатый. Но я только за, стрелки не помешают. У них стрелков нет вообще. Там поголовно тёмные маги. Таких очень эффективно сносить на дистанции снайперу.

— Я подтверждаю. Гусей нужно устранят, — поддержал её Феодор.

Я остановил взгляд на бывшем обитателе кунсткамеры и вспомнил, как мы сочиняли новую расу для него. Там тоже была проблема с хаосом, но он был не так сильно проявлен. Октокоты, которым он был, являлись сочетанием цепей хаоса с астралом, отсюда и такое странное нескладное тело у этого племени.

Чтобы изменить его расу, тоже потребовался клон октокота.

И тут начал потихоньку рождаться новый план, как помочь глазастику. Нужно просто брать за основу другой вид порождений хаоса, которые имеют высокую осознанность и способность контролировать свой внешний вид.

Если Стена способна даже приглушить пустоту через её гибриды, как вышло с Аси, то, по идее, она должна и эту аномалию как-то исправить, если такой способности не будет у новой расы.

Перейти в кого-то кроме порождений хаоса он не мог. Да и в принципе другие виды не выдавались. Но если повысить процент сходства с другим видом на основе хаоса и биологии муталиска… тогда есть шанс что этого сходства хватит для удачной коррекции в существо, у которого в билде не будет привязки к нынешнему облику. По идее его должен заменить новый. Нужно только изучить список подходящих рас. Наверняка среди рас порождений хаоса должно быть что-то подходящее.

— Феодор, пошли со мной! — вдруг резко встал я из-за стола, чем вызвал удивлённые взгляды. — Кажется, я придумал, как решить ещё один наш вопрос!

4. Варианты, который обнадеживают

— Это четыре версии того, что я могу из тебя сделать, — сказал я, презентуя сделанные Сайной наброски новой расы.

Все четыре были… мягко говоря, своеобразными. Чтобы корректор смог провести эволюцию, эталон новой расы должен иметь максимум сходств с существующим видом.

С генетикой метаморфа мы почти ничего не могли сделать. В остальном новая раса состояла из четырёх частей. Хаоса, генетики мутантов и того, что должно заменить сломанную часть метаморфа. И конечно — растительной составляющей, которая всё это будет объединять.

— Это безликий, — сказал я, показывая на существо с тощим тёмно-синим телом и щупальцами вместо рук. На голове имелись два маленьких глаза, вместо носа был хобот, а вместо бороды росли маленькие тентакли. — Не очень симпатичный парень, понимаю. Но там все такие. Скорее всего, твой новый облик будет привязываться к новому виду, так что выбирай с умом.

— Осознанность семьдесят три, — добавила Белая — поддерживает ещё два источника и менее восприимчив к пустоте.

— Количество источников мы тебе поднимем, чтобы перенести все, не волнуйся. Так что у тебя будет не два, а больше. Только свет с гарантией отпадёт. Безликие с ним не дружат.

Глазастик взглянул на второй рисунок.

Существо напоминало четырёхрукого гуманоидного лисолюда. Тело покрыто белым и тёмно-красным мехом, позади хвост.

— У этих немного нестабильная генетика, так что количество конечностей мы тебе поправим. Тебе пять, как сейчас? И глаз можно нарастить побольше, если тебе нравится, — сказал я. — Осознанность чуть выше, восемьдесят пять. Ну и магию мы тебе пофиксим.

Существо глянуло дальше.

— Октокоты. У этих ребят, конечно, форма не намного лучше, чем у тебя сейчас, но осознанность девяносто три и отличная сочетаемость с любой магией благодаря астральной генетике. На него мы тебе можем перенести все способности. Кстати, если что, говорить они тоже могут, хоть по ним и не похоже. Феодор, покажи.

Хранитель второго Лифта принял свою прежнюю форму громадной красной кошачьей головы из которой росли восемь пушистых щупалец.

— Мне неудобным быт… — начал Феодор, помотал головой будто пытался прогнать таким образом говор этих существ и закончил, сделав над собой усилие. — Щупальцами нужно учиться пользоваться, неудобно для человека, а ты решат.

— И последний, — я кивнул на четвёртый рисунок с синекожим демоном в изящной сложной броне. — Это даэдра, порождение хаоса с бездной. У них осознанность и способности к магии ещё выше, да и к человеческому виду они ближе всех, если брать чисто гуманоидность… внутри строение там, конечно, совсем другое. Минус в том, что это тело будет больше всего влиять на владельца, и придётся добавить в твой геном демонов.

Глазастик отошёл на шаг и посмотрел на меня.

— Других вариантов пока нет, но на следующей эволюции может получится перевести тебя во что-то ещё поприятней. Но сперва нужно обойти то, что тебя принудительно превращает всегда в эту хрень.

Он крепко задумался. Начал ходить взад-вперёд, периодически подпрыгивая. Затем задал вопрос. Вернее, попытался — взял лист и нарисовал силуэт человека, покрытого множеством глаз. Затем начал накладывать его на рисунки Сайны.

— Если ты хочешь сохранить побольше глаз, то тебе нужен чихар, — сказала Белая.

— Я думал, ты хотел что-то более человечное, заметил я.

Глазастик взял в одну из маленьких ручек рисунок чихара и прыжками подошёл к решётке. Едва от переизбытка чувств не схватился за неё — на всякий случай мы всё ещё держали его в клетке.

— Понял тебя, будешь дендрочихаром, — кивнул я.

Фрагмент чихара нашли на рынке. Они были не сильно редкими, да и стоили немного. Раса считалась проходной. Периодически их брали для сенсорных классов, или как рогу. Маги из них были так себе, разве что хаоса. Но и запретов на магию тоже никаких не было. К этой основе можно добавить любой источник. Их мы поставим на моём терминале — на складе полно фрагментов существ, многие из них дают источники.

У Серой есть данные и выкладки Змея касаемо сочетаемости разных источников и генетики. Так что вырастим чихара, поставим ему источники. В приоритете около-растительная генетика. Получим сильную дендрическую цепь, и можно будет продолжить настраивать тело уже без терминала.

Когда наконец всё было продумано, приступили к подготовке. При наличии источников, терминал сам перенесёт все связанные с ними способности на эволюции.

Поставив модификацию для бездушного клона, отправился на заслуженный перерыв наслаждаться видом рая локации тари. И даже позволил себе немного пофантазировать о тех временах, когда мы окажемся на свободе. И что там, на той свободе…?

Раньше я думал, что выход из Стены куда-то ведёт. Теперь… думаю дело вообще в символе. Такие как Странник уже сейчас могут идти, куда они пожелают. Их держит сама Стена, возвращая директивами откуда угодно. Таких историй полно.

Сейчас же думаю о том, что к сорок второму этажу все в Ордене уже станут какими-нибудь богами, с личными мирами и порталами на другой конец вселенной.

Судя по тенденции развития, это даже не догадка, а почти факт.

А если так, то что бы я хотел иметь, как будущий бог? Если брать доступные цепи и элементы магии, какую бы я хотел подчинить и сделать своей новой силой? Какими возможностями хотел бы обладать?

Пожалуй, силой ангелов. Мощный источник магии света — что может быть лучше для друида? Об этом я уже думал, и наверняка однажды найду способ стать слегка ангелом. Но сейчас это было невозможно.

С другой стороны, была другая форма жизни, которая казалась почти совершенной, выживая на тридцать четвёртом и даже угнетая все остальные формы жизни рядом.

Вот, что я сделаю основой для своей новой расы. Новой силой станет генетика микотов, делая меня чуточку грибом. Или нет. У Системы уже есть своё название для такого часто встречавшегося в природе явления — лишайники.

Идею воплотить в реальность было даже легче, чем я думал. Микоты были сильными ассимиляторами и подчиняли себе тело. Модификации с ним приводили к тому что гриб рано или поздно доходил до управления всем организмом.

Но что, если я и есть — этот микот?

Эта грибная форма была достаточно разумной. Они доказали это, когда имитировали нашу память и поведение и сознательно копировали и использовали наши навыки. Они делали это не бездумно, будто монстры-подражатели, а вписывались в контекст разговора и многих смогли обмануть.

Правда, не по отдельности, а собираясь в колонию, и стать мне нужно было сразу колонией, а не отдельным существом в ней.

Догадка насчёт разумности была сразу же проверена в Обсерватории у корректора, который занёс в базу фрагмент микота и выдал сумасшедшие цифры.

Базовые параметры разумного вида «микот»

Сила —

Ловкость —

Интеллект: 15

Мудрость 20

Воля 6

Ограничения по источникам: огонь, магия смерти.

Осознанность вида 165

Внимание: раса обладает крайне низким эмоциональным интеллектом, хотя обладает базовой эмпатией.

Параметры, мягко говоря, оказались неоднозначными. Показатели среднестатистического человека без модификаций — восемь по всем пунктам. Это значит, что микот почти вдвое умней человека и почти в три раза мудрее. Но при этом слегка уступает в воле. Это значит, что я буду более уязвим к контролю разума, хотя… контролировать мой разум сможет разве что более сильное растение или гриб.

Но мне эта просадка всё равно не нравилась. Это первое, над чем нужно будет работать в новом виде. Из того, что у меня есть, лучше всего будет сохранить линию человека.

Значит, в новой форме лучше всего сделать так же, как с мудростью верданта. Сделать условный «разум формы лишайника» активируемой способностью — лучший вариант.

Нужно заставить клетки микота содержать в себе человеческую генетику, и воссоздавать меня так же, как микоты воссоздают колонию в отдельном существе.

Микот не единое существо, это всегда колония грибов. Я делить своё сознание на несколько частей не мог. Здесь вторая проблема перехода. Будет глупо сойти с ума от собственных экспериментов.

Хотя, эту особенность можно закрыть с помощью магии. У меня ведь есть стихийная форма, которая переносит меня в форму лишайника уже сейчас. Нужно всего лишь заменить вид лишайника — на гибрид микота.

В способности переносится мана, а разум как бы разделён, будто моё тело — все клетки лишайника вместе взятые. По этому принципу работают все стихийные формы такого рода, вроде светлячков Тии или облака Эстель.

Что до предупреждения о низком эмоциональном интеллекте… ну, это ведь будет активируемая способность. Посмотрим. Сперва поставим на таймер автоотключения. По идее высокая осознанность должна контрить всё это.

Теперь насчёт моих источников и магии…

Я накидал на листе свой текущий билд со способностями. Все навыки магии природы переходили в новый вид автоматически. Их производные — то есть гибридка цветов зла, тоже. Магия тьмы, чуждая микотам, будет работать только в форме человека — источник ведь меняет полярность по запросу, а не генерирует магию смерти постоянно. Так что никакого противоречия.

Источник жизни у меня очень нестандартный, поддерживающий сразу и свет. Лишайник поддерживал свет, но эфирка аурала в этом билде была совершенно лишней, а избавиться от неё на текущем этапе уже не получится. Тем более что на генетику аурала было завязано ещё два источника — астрала и новой гибридной стихии.

Если бы у меня не было эфирного мода аурала, я бы мог перейти в микота, полностью потеряв вампирские свойства и новую гибридную магию. Но у меня он был, а значит эволюция в не-вампирский вид для меня невозможна. Равно как и переход в не-растительный из-за эфирки хуорна.

Поэтому переход в чистого микота мне был заказан. Нужно было сделать особый вид микота-вампира. Плюс если я хочу сохранить человечность с человеческой волей, нужно было как-то сделать этот гриб-вампир ещё и немного человеком.

Эту проблему решить сразу не получилось. Первой мыслью было использовать этиний — эти существа пили силу ману и на первый взгляд подходили под описание растительного вампира. Но всё оказалось сложнее, и их навык не являлся классическим вампиризмом. Речь шла о запускании корней в жертву, или воздушных корней для сбора маны в воздухе. Мне же нужно было нечто вроде способностей Тии. А если точнее — того аурала, с которого мне выпал эфирный мод.

Но, по крайней мере, я смог понять, куда дальше двигаться.

Ещё сутки я думал, общаясь в обсерватории с Серой о разных известных ей видах растений и грибов с вампирской сутью. Нужно было растение, которое может поддерживать суть аурала. В моём случае сгодился бы любой неразумный монстр, ведь я мог сам настраивать условия встраивания на своём терминале.

Решение задачи стало неожиданным. Белая вспомнила необычного спектра, который когда-то давно в другом цикле обитал где-то внизу.

Это было спектральное растение из какого-то экзотического мира, которое обладало очень необычной способностью вытягивать разные виды энергии из пространства и превращать в свет. Среди прочего, растение могло вытягивать и силу крови.

На рынке сейчас растения не оказалось. Как и у семнадцатых. К счастью, через них удалось связаться с обитателями девятнадцатого сектора, а те — с кем-то ещё, куда-то ещё, кажется, в двадцатый. Там и нашлось нужное растение. Почти бесполезный бросовый фрагмент, который мне достался ценой больших усилий.

— В основном его применяют целители, — сказал корректор Август. — Оно помогает собрать отравленную магией кровь и заменить начистую энергию жизни. Своего рода борьба с проклятиями и заражениями путём контролируемого кровопускания. Растением-вампиром я бы цветы исхории не назвал.

После переговоров я сразу же засел за эксперименты. Высадил несколько экземпляров на этаже и посмотрел на своего будущего кровного брата. Слегка подсвеченное непримечательное растение с крупными листьями странной шестигранной формы с колючками. Цвело крохотными белыми цветами, как клубника. Мимо такого пройдёшь — не заметишь, зелень и зелень.

Повышение потенциала вампиризма проявилось немного странно. Растение стало больше светиться, и вытягивать жизненную силу, но вместо неё излучало чистую энергию жизни, возвращая взятое взаймы очищенным от ядов и дебафов.

Затем попробовал добавить ему генетики духовного древа Селены, чтобы растение приобрело свойства астрального существа. Итогом стало ещё большее усиление свойств растения и пассивка на снятие проклятий.

Иными словами, растение подходило для того, чтобы поддерживать источник аурала, а значит, и эволюцию моей версии верданта в новый вид. Побочно придётся стать ещё и живым средством снятия проклятий и исцеления болезней одним своим присутствием. По описанию читерный навык, но будет ли так на деле и насколько навык будет сильным — пока не ясно.

Наконец, был создан образец: колония микотов, несущая мою генетику и способная силой магии превращаться в меня и обратно, а также являющаяся астральным растением-вампиром, которое одним своим присутствием превращает негатив в энергию жизни.

На вид получилось идеально. Но так ли это будет на практике? Многие погорели на том, что проходили эволюцию в незнакомый якобы осознанный вид, и заканчивали свои дни в районе кунсткамеры из-за непредвиденных расовых особенностей.

Рисковать не хотелось. Текущая форма уже была и так сложной, а новый вид сложнее верданта раза в два.

К счастью, эту проблему в городе уже умели решать при наличии возможности оплатить услуги. Опытный аниматург мог на время перенести душу в другое тело так, как это делает Тия.

Так я смогу опробовать новый вид без риска застрять в теле монстра. Для этой цели я решил обратиться к уже проверенному специалисту.

К вечеру после того, как новый вид существ был создан силами лучших умов убежища, я отправился к аниматургу Фреду, надеясь что тот ещё принимает. Не хотелось откладывать проверку созданного существа.

Вместе со мной отправились неизменная Тия в основном теле и Альма. Проводниками же, как и прежде, были Эстель с Софьей.

Дом в глубине кунсткамеры, на холме, а фактически на руинах других домов, приветствовал нас открытой нараспашку дверью, которуюКачал из стороны в сторону холодный ветер. Переменчивая погода Стены готовила снежную бурю. Скорее всего, накроет город уже в ближайшие пару часов.

На пороге дома появилась Эльза. Призрак хотела было закрыть дверь, но увидела нас и приветливо помахала рукой.

— Любимый! Клиенты!

— Куда подопытный образец? — спросил я, кивнув на самоходную тележку с телом нового существа.

— Вносите, — ответила она и пролевитировала назад, пропуская нас в дом.

— Привет, Фред. Давно не виделись, — приветствовал я его.

— Друид Арктур и его цветник, — улыбнулся он и встал, чтобы протянуть руку для рукопожатия.

— Что это на тебе?

— А, фигня. Один тип надоумил решить проблему моего проклятия через технику. Ну я и подумал — я ж всё магию пробовал, а банально сделать себе протез не догадался.

— Счастливым ты не выглядишь.

— Ага! Прикинь, вышел, за зону действия, как сразу сломалось всё к чертям. Так что нихрена техника проклятия не лечит.

— Возможно, у меня получится лучше.

— Да ладно?

— Тело видишь? — я кивнул на тушу моего клона-дендромикота. — По идее это живой разумный астральный лишайник с высокой осознанностью и способностью превращать проклятия в свет магии жизни.

— Не, у меня что-то на душу, приятель, ничего не выйдет.

— У меня есть навык хозяина проклятий, — напомнила Тия. — И я стала намного сильней.

— А-а, амальгама. Интересное решение. Какой терминал постарался? — разговор мгновенно выпал из головы у Фреда, едва он обратил внимание на Тию.

Подскочил к ней и чуть не упав на покорёженном экзоскелете, Фред выругался, принялся отстёгивать костюм от тела. Видимо мы как раз застали его за этим занятием.

— Смотри только не распадись на больше тел, чем может поддерживать твоё сознание, а то ещё раздвоение личности получишь.

— Я уже, — мягко улыбнулась Тия. — И успела решить этот вопрос.

— Дай-ка взглянуть… сейчас. Эльза, свет мой, где мои маятники?

Призрак пролевитировала к столу.

— Часть сознания оказалась в теле с очень сильной волей. Оно как-то смогло его подчинить и убедить в том, что быть этим человеком лучше, чем мной, — сказала Тия.

— Угу, о том и говорю. Для таких штук тело должно быть безвольным. Впрочем, как амальгама ты можешь поглощать такие вещи.

— Да, я уже её поглотила.

— Ну вот видишь… так, — он взял у подруги пять маятников на белых нитях и надел на пальцы будто кольца. Поднял перед лицом Тии и те заколыхались в разные стороны. — Ага, поглощённая структура ведь не амальгама. Постарайся воздержаться пока от того, чтобы выпускать этот осколок за пределы основного тела. Со временем ложная воля сотрётся. А тела да… они такие. Иногда, бывает, хочешь что-то сделать, а оно тебя будто не пускает, а потом всё идёт наперекосяк. Даже люди без модификаций духа постоянно с ним не в ладах и теряют себя… а… так о чём это я?

— У меня есть ещё одно такое тело. В нём тоже воля тела очень высока.

— Значит, проведи эволюцию во что-то безвольное, и будет тебе счастье, — кивнул Фред.

— Оно осталось в коридоре, — сказала Тия и послышались шаги. В помещение вошла Амория, которую та оставила у входа.

— Интересно, — сказал Фред и навёл ладонь со свисающими маятниками на тело дендроморфа. — Эльза, а принеси-ка бездонный камень…

— Ох, это на чердаке… сейчас. — выдала призрачная девушка и улетела в потолок.

— Что за камень? — заинтересовался я.

— А, простенький артефакт, позволяющий заворожить душу и лишить естественного сопротивления. Здорово подавляет волю.

— Ты страшный человек, Фред, — усмехнулся я.

— Да ладно, просто нужно, чтобы…

Нас прервал странный стук в дверь. Медленный и сильный. И почему-то где-то внизу, будто в дверь стучал карлик.

Фред встрепенулся и посмотрел на дверь.

— Эльза… — начал было он, но призрак была ещё наверху, и судя по звукам, находилась в активном поиске артефакта.

— Ща, — махнул рукой аниматург и прошёлся мимо нас к двери.

5. Медосмотры, стоящие очень дорого

Странный стук раздался вновь. Фред открыл дверь, но по ту сторону никого не было. Но едва он сделал шаг за порог, как в дом в доме оказалась что-то размером с баскетбольный мяч.

Аниматург, и так стоящий с трудом, с грохотом повалился на пол, а я, наконец, смог рассмотреть незваного гостя.

Ох… лучше б я этого не делал. В дом вкатилась живая лишённая тела человеческая голова. Причём вела она себя совершенно неадекватно, рандомно открывая рот и моргая.

Фред попытался подняться, но голова вцепилась зубами ему в ногу, и тот вновь повалился на пол.

— Да сгинь ты, грёбаный колобок! — аниматург пытался другой ногой сбить голову, но та крепко вцепилась, и даже как-то перебиралась повыше. Следующий резкий рывок головы — и та оказалась на уровне задницы, со всей силы впиваясь в мягкое место.

Фред болезненно всхлипнул. Тия с Аморией принялись оттаскивать злобную голову от её добычи, но получалось не очень. Я так и вовсе пребывал в лёгком замешательстве от того, что здесь вообще происходит.

В этот миг за окном мелькнула чья-то тень, и в дом аниматурга ворвался безголовый тип. Ни секунды не тратя попусту, он поймал свою беглую башку и посадил себе на плечи.

— Извини, мужик, — проговорила кусачая голова, обретя туловище.

— Ник, какого хрена⁈ — возмутился аниматург, наконец встав и поправив одежду.

Через потолок медленно левитировала вниз Эльза.

— Это я хотел у тебя спросить, какого она опять выходит из под контроля?

— Ну, ты просил меня привязать сознание к телу, я и привязал. Где ты подобрал ланцетов, это к тебе вопрос.

— Ланцетов? Хочешь сказать, у меня внутри головы…

— Сколько раз зарекался работать с нежитью… — покачал головой Фред. — Смени расу, Ник! Ты на походы ко мне тратишь больше, чем стоило бы собрать адекватный билд! Носферату, гасты… Полно адекватных мертвячьих рас!

— Мужик, меня даже мёртвая магия не берёт. Что с ланцетами делать?

Фред тяжело вздохнул.

— Магия смерти нужна. Или химия… Слушай, сходи к лекарю или… паразитологу какому. Я аниматург, я не занимаюсь таким.

Вытолкав несостоявшегося клиента из своего дома, Фред махнул рукой, призывая вернуться в комнату. Представление было окончено.

— Сурово ты с ним, — заметил я.

— Ну так а что с ним делать, если идиот? Живая человеческая душа не хочет находиться в теле кишащего ланцетами покойника. А ему — эффективность, резисты…

— Прямо как наш Наги.

— На Стене каждый второй с бедами в голове, — ответил Фред. — Я тому самый хороший пример, ха! Так о чём мы?

— Ты осматривал Тию. Хотя, вообще мы здесь за другим. Тело проверить хочу. Сделаешь ритуал по временной пересадке души?

— Смотря на какое чудо-юдо, — хмыкнул он. — Если что-то духовное, то я не возьмусь.

— Немного астральное. Клон с геномом нового монстра с тридцать третьего этажа.

— Вот как? Хорошо, интересно. Только бы он не пытался аниматурга ассимилировать, — снова усмехнулся Фред. А затем протянул артефакт Амории. — Подержи немного.

Та взяла в руки. Ничего страшного не случилось, да и вообще ничего не было.

Аниматург забрал камень, пролез рукой в груду хлама на столе, вытащил мраморную статуэтку девушки.

— Ничего чужеродного там нет, чистое влияние тела. Я бы стёр личность и сделал эволюцию во что-нибудь. Желательно с душой самой Тии внутри в момент модификации. Хотя бы в самом начале — терминал тогда под неё адаптирует всё.

— Может, посмотришь и на меня? — подала голос Альма, когда поняла, что сам аниматург её осматривать не спешит.

— На что жалуетесь?

— На голоса в голове.

— Так вам не ко мне, а к психиатру…

— Мне к тебе, — оборвала его попытку уклониться Альма, проявив непривычную резкость.

— Ну, ко мне, так ко мне, — со вздохом согласился Фред. — Но я уже в прошлый раз всё сказал.

— С тех пор я сильно изменилась, — сказала беглая богиня.

— Вижу. Встала на путь бога, молодец.

— Я всегда им была, но забыла, кто я, и играла роль, определяющуюся памятью.

— Надеюсь, хорошим богом… Ты ведь понимаешь, что фактически захватила тело проходчика и завладела чужим духовным ресурсом, богиня?

Он при этом совсем её не боялся. Явно не хотел работать с Альмой, но это был не страх, а что-то иное.

Затем он посмотрел на меня, пытаясь понять, как я отношусь к таким откровениям.

— Я не помню этого, — ответила Альма. — Поэтому и пришла сюда. Я хочу знать, зачем я это сделала с собой.

— Во-от как… — эти слова, похоже, удивили аниматурга. — Значит, хочешь восстановить память?

— Да, именно это я и сказала.

— Поищите на рынке омут памяти, — сказал Фред, чуть задумавшись. — Это такая каменная чаша, которая возвращает случайные воспоминания. В твоём случае это будет рандом из всех сущностей, из которых ты состоишь.

— А ты ничем помочь не можешь? — вмешался я.

— Арктур, на ней печать чего-то такого, от чего у меня самого душа в пятки уходит. Я не хочу работать с этим. Пойми меня правильно, меня и после прошлого-то сеанса изучения трясло. Я уж думал, голос со мной навсегда.

— Голос? — загорелась Альма.

— Ты знаешь, о чём я.

— Чей он? Мисы или…

— Понятия не имею! — отрезал Фред.

— Но предположения у тебя есть? Что может быть такое, что ещё страшнее, чем беглая богиня зеркал? — спросил я.

— Откуда мне знать? — пожал плечами Фред. — Из того, что я точно знаю — очень могущественные боги, хозяева своих стихий, могли бы такое устроить. Но моё личное мнение… чем ниже спускаются проходчики, тем более невозможных и жутких существ с точки зрения моего ремесла я встречаю. Не удивлюсь, если в Стене давно уже обитают монстры, которые могут убить даже божество.

— Ты должен мне рассказать об этой печати. Я готова заплатить. Называй свою цену, смертный и гордись тем, что Миса Зеркальная просит тебя о помощи!

— Подруга, мы в Стене, здесь полно высших духов и мелких богов. Думаешь, ты первый «бог», который что-то от меня хочет?

Мне почему-то сделалось смешно.

Фред же тяжело вздохнул. На лице Альмы была злость и надежда. И, наверное, на второе он и купился. В своём желании понять свою мотивацию она была искренна, и в аниматурге боролось желание помочь с большим нежеланием связываться.

— Голоса в голове… — начал задумчиво он после паузы, — это надо или в духовные практики остановки внутреннего диалога, или в магические, в окклюменцию. А в остальном… ладно, хрен с вами. Ложись на… — Эльза! Смотровая готова?

— Да, милый. Только там клон господина Арктура.

— Ничего, отвернётся, — криво усмехнулся Фред. — И это. Цена за такой осмотр будет большой. Очень. Настолько, что лучше сразу откажись.

— Я слушаю.

— Чаша, — сказал аниматург и указал на мифический артефакт на поясе Альмы.

Та на миг застыла, но долго не сомневалась в необходимости такой оплаты.

— Она твоя, — сказала беглая богиня. — Узнай всё, что можешь про эту дрянь. Миса Зеркальная никого не боится!

— Блин, надо было два артефакта просить, — расстроился Фред. — Может, тогда бы ты отказалась… идём, чего уж.

Альма кивнула мне. Мы вместе прошли в захламлённый артефактами зал. Фред едва не споткнулся о лежащие на полу весы, что-то пробурчал себе под нос, и затем мы вместе вошли в тёмную комнату, в которой стояли холодные металлические столы.

На одном из них уже лежал мой клон. Чуть поодаль лежал ещё кто-то, закрытый тканью. На один из двух свободных аниматург махнул рукой.

— Ложись, раздевайся… — начал он. Альма принялась стягивать с себя одежду, а Фред открыл деревянный шкаф со стеклом и принялся хватать что-то внутри.

Затем обернулся к нам.

— Блин, раздевайся — это снимай артефакты. Меня Эльза не так поймёт. Арк, ты тоже, если будешь сидеть тут. Все побрякушки с магией выше необычной редкости — вон туда.

Он кивнул на серебряный бочонок с крышкой и большой подписью «НЕГАТОР»

Я взял протянутые Альмой предметы. Раздеться всё же пришлось почти до белья — Система щедро одаривала проходчиков на фронтире, так что артефактом у нас было сейчас почти всё. Хорошо хоть магическое бельё пока было только у Белой и Тии.

Аниматург переключил освещение в комнате, и полумрак со слабыми лампами сменился ярким фиолетовым свечением. Многие предметы засветились как в ультрафиолете, но свечение издавало лишь то, в чём была магия.

Я открыл крышку негатора. Внутри поверхность была зеркальной. Что-то оставлять в какой-то бочке мешок легендарок не очень хотелось, так что я просто закинул всё через дыру в убежище.

Затем присел на деревянную скамью рядом и стал следить за процессом.

Аниматург вернулся к Альме с двумя гранёными стаканами. В первом была прозрачная жидкость. Девушка спокойно осушила стакан и поставила рядом.

— Что это? — спросил я из любопытства.

— Обычный настой собачьего корня. Нейтрализовать всё лишнее в теле.

— А второе?

Другой стакан содержал какую-то зелёную бурду сомнительной консистенции.

— Пей.

Она мужественно приняла подношение и начала впихивать себе в рот. Судя по её виду, субстанция на вкус была не очень. Девушка хотела было остановиться, но Фред ей не дал.

— А тут много всего. Там дохрена компонентов и очень морочное изготовление, так что цените.

— Горькое, — поморщилась Альма.

— Хм. Интересно, обычно первый раз говорят сладко. А потом организм понимает суть и начинает тошнить от одного вида.

— Лишь бы не яд, — хмыкнул я. — У нас не так много лекарей в рейде.

— Не парься, это мелочи. Максимум проблюётся через часок. Ну или несварение будет… Так, теперь ждём.

— Сколько? — спросила Альма.

— Минут десять. Давай, ложись пока, нужно ещё подготовить остальное, — буркнул он и подвинул небольшой столик на ножках, который был накрыт белой тканью.

Выглядел он как что-то из медицины, но под покрывалом оказались какие-то продолговатые цветные предметы, напоминавшие карандаши. Собственно, почти ими они и были — аниматург принялся рисовать на теле девушки ритуальные символы, каких я прежде не видел.

— Это ритуалистика? Что за руны? — снова не удержал я своего любопытства.

— Так, не отвлекай, Арктур. Мне надо за десять минут справиться, до того как подействует. Все вопросы после.

Рунами он покрывал почти всё тело девушки. Начиная со лба, пройдясь по шее и спускаясь ниже. Не обошёл вниманием грудь, сделав особый акцент в области сердца. Оно у аалорнов, как оказалось, было ровно по центру, а не смещено, как у людей. Продолжил рисунок на животе, бёдрах, спустился ниже и рисовал до самых стоп.

Узор показался мне абстрактным. Линии, скругления, точки, местами узор перекрещивался, но в основе всегда придерживался округлых форм.

Затем аниматург повторил процедуру с ног до головы но с другим «карандашом». Тем временем первый набор узоров начал постепенно приобретать свечение.

— Давай на живот, — скомандовал аниматург и взял третий мелок.

Когда он покончил с рисунком, засветился и контур на полу вокруг стола. Большая окружность со вписанным внутрь узором из звёзд, символов и иероглифов.

После — перевернул Альму снова на спину и принялся на ней выкладывать какие-то камни и металлические предметы.

— Как самочувствие? Что чувствуешь?

— Тошнит… голова кружится… и как-то…

— Страх, — помог Фред.

— Да. Страх.

— Это нормально, — кивнул он.

Два стеклянных стакана, стоящих на столе, вдруг синхронно разлетелись вдребезги.

Я сам ощутил себя не в своей тарелке. По телу пробежала дрожь, и накатила слабость. Будто мне даже сидя удерживать своё тело непросто.

— Голос… — тихо прошептала Альма, но Фред её перебил, испуганно выругавшись.

— Блять, контур!!! — взвизгнул он и бросился на пол. Кусок пола с узором просто откололся и медленно поплыл в воздух.

Голос, который раздался в следующий миг, было сложно описать словами. Обволакивающий, бархатный, томный, мягкий, будто ванна из перьев. Тягучий и сладостный, будто слышать его, дышать им, ощущать его — было величайшим наслаждением в моей жизни.

При этом я не мог бы сказать даже, был он мужским или женским.

— Я чу-увствую аромат твоей души-и… — Кака-ая сла-адо-ость…

Аниматург усердно рисовал мелом на полу в образовавшейся ямке узор. Я с большим трудом преодолел оцепенение. Активировал мудрость верданта, но она мне не сильно помогла понять, что происходит и чем я могу помочь.

Сути ритуала я не знал. Если я как следует умою Альму, стирая узор, это поможет или наоборот сделает хуже?

Однако прежде чем я что-то предпринял, всё закончилось само собой.

— Мой маленький мотылёк… Я тебя вижу….

Затем от стола во все стороны пошла силовая волна, которая отшвырнула аниматурга и полностью стёрла схему на полу.

Однако на этом всё и закончилось. Будто неведомая нечисть потратила на этот пафосный жест все силы.

В помещении стало тихо и мирно. Разве что свет у сохранившейся половины ламп подрагивал, будто в фильме ужасов.

О том, что здесь только что было, напоминали только рытвины на полу.

— Милый, у вас всё в порядке? — послышалось из-за двери.

— Да… — медленно поднимаясь с пола, выдавил из себя Фред. — Эльза, дорогая, добавь в список запретов работу с тварями за тридцатым.

— Хорошо, любимый. А ещё у нас все стёкла ниже эпической редкости разбились.

— Все?

— Сфера вневременья тоже. Это ничего?

Фред выругался.

— Надеюсь, мой первый мифик стоил того…

— Я тоже, — произнесла Альма, приподнимаясь на столе.

— Ты как? — спросил я у неё.

— Так же, как всегда, когда оно говорит во мне, — бросила она неприязненно.

— Окей, Фред, что это была за хрень? — спросил я у аниматурга.

— Как видишь, что-то очень могущественное. И я определённо не должен был с этим связываться. Чувствую, аукнется мне это ещё… Постоянно себе говорю, что не буду лезть в дерьмо, и всё равно оказываюсь в нём…

Он тяжело вздохнул.

— У меня две новости. Хорошая и плохая. Начну с плохой — за вашей Мисой кто-то следит. Какая-то глубинная тварь внизу.

— Почему внизу?

— Арк, ты же сам недавно спросил, что это может быть, страшнее богини. Ты знаешь, что ниже твоего тридцать четвёртого? Вот и я не знаю. Что-то, что намного сильнее, чем левиафан. И, видимо, сильнее, чем бог, раз печать так выглядит.

— Как она выглядит? — спросила Альма.

— Ну, она как тавро. У скота, знаешь? Извини за такое сравнение, но так отмечается высшее существо на своей собственности. Печать грубая, подавляющего типа. Но работа странная. Много лишних элементов. Смотри, как исказился рисунок?

Линии на полуобнажённом теле Альмы действительно выглядели иначе. Часть стёрлась, часть исказилась. Все линии, нарисованные Фредом, я не запомнил, но чётко помнил что острых углов на них прежде не было.

Я подошёл ближе, чтобы их изучить. Линии стали часто прерываться. Некоторые участки рисунка были будто покусаны квадратной челюстью.

— Всё так плохо? — пытаясь прояснить ситуацию, задумчиво спросил я.

— Да нет, почему? Хорошая новость в том, что печать не даёт над ней власти. Это метка для отслеживания, но не для подчинения. Не лезь туда, где может быть её потенциальный хозяин, и всё.

— Этот… голос можно как-нибудь изолировать? — спросил я.

— Арктур, если на мне ваша Миса поставит печать такого типа, я её даже в гробу буду слышать. Как я по-твоему должен заблокировать то, что гораздо могущественнее неё?

— Разница в силах настолько огромна? — повторила вопрос Альма.

— Угу. Так что просто забудьте об этом и не лезьте слишком глубоко.

6. Вопросы, оставшиеся без ответа

— Чем это нам потенциально грозит, кроме того, что враг знает, где она?

— По идее, ничем, если не считать голоса. Но… вот тут, смотри, — он ткнул пальцем Альму в живот в области пупка. — Видишь эту спираль? Её вообще не тронуло. Но появились отметины. Ща…

Он взял с полки что-то вроде небольшого телескопа и протянул мне.

Альма смущённо поджала губы. Всё таки два мужика пристально разглядывали её живот почти в упор.

— Сетка? — понял я.

Нарисованная спираль действительно не изменилась, но при увеличении можно было заметить тонкие линии, будто сетка с квадратными ячейками.

— И что это значит?

— Что печать делала что-то ещё и имела какие-то закладки в себе. Правда, тип магии определить почему-то не могу. Квадраты — это что-то новенькое. Но сейчас они уже выполнили свою функцию и более не активны. Больше у печати нет власти. Это, скорее, маячок, который большую часть времени спит.

— Значит, оно меня отслеживает… — настороженно сказала Альма.

— Угу, — кивнул Фред. — У хаоса есть заклинание «метка сталкера». Здесь принцип тот же. Хотя, если существо настолько могущественно, то оно может вешать такие метки на всех подряд без разбору.

— Зачем?

— Ну… не знаю. Сами думайте. Как-то раз лечил случай, когда один хаосит получил читерную метку сталкера от хаоса, которая вообще не требовала маны. Так он эту хрень на каждого второго в городе повесил. Пока какие-то топы его не поймали и не принесли сюда, чтобы я ему источник обесточил и развеял навык. Зачем он их вешал — даже он сам не мог внятно ответить. Хотя, на всё воля хаоса… в его случае.

— Последний вопрос. Ты можешь сказать, с какой частью меня связана эта метка? — задала вопрос Альма.

— Ээ… а варианты?

— Жрица, нейтральный непись. От неё мне досталась память в рогах, — Альма коснулась своего неснимаемого головного украшения. — Проходчица, которой принадлежит тело. И я.

— Нейтральный непись вряд ли. Богиня зеркал — легко, я ж не знаю, где ты там лазала в прошлой жизни до того, как стать проходчиком. Хотя, если ты была каким-то видом стража локации или вроде того, то, скорее всего, сидела на отведённом Системой месте, пока не осознала себя и не решила лезть вверх и нарушать правила этого мира. А вот проходчица тоже могла бы. Если в прошлой жизни она была кем-то достаточно сильным, чтобы спуститься туда, где обитают монстры, которые сильнее богов. Такой вариант, наверное, наиболее вероятен.

Мне почему-то вспомнился мужик с ланцетами в голове.

— Насколько опасно с таким ходить? — спросил я.

— Как я уже сказал, не спускаться туда, где может быть хозяин этой печати. Всё что могу посоветовать.

— Как-то мало для мифика, — я нахмурился. — Совет сидеть на заднице и не двигаться это хрень, Фред. Так дела не делаются.

— Я твою зеркальную богиню за язык не тянул. Это вы меня вынудили.

Я задумался и вновь изучил рисунок на животе девушки через увеличительный прибор. Затем попробовал глянуть на другие линии рисунка. Там, где они были изменены — везде была такая же сетка. А там где узор затёрся, края рисунка тоже были квадратной формы.

— Ты можешь определить, откуда идёт сигнал? — спросила Альма после мрачной затянувшейся паузы. — Как далеко я могу спуститься?

— Не знаю… Говоришь, вы заходили на тридцать четвёртый? — аниматург задумчиво пожевал губами и посмотрел в потолок. — Если так, то аура столь могущественного существа должна была оставить на тебе отпечаток по мере приближения к нему. Были какие-нибудь необычные состояния во время спуска? Например, необъяснимое желание идти вниз, когда это не нужно?

Девушка покачала головой.

— Тогда этажа три ещё можете идти смело. Дальше ничего не скажу. Если будешь внимательна к своему состоянию, то почувствуешь ауру хозяина.

— У Мисы Зеркальной нет хозяина!

— Ох… расскажешь это той твари, когда нарушишь мой совет и сунешься ниже. Меня главное в это не втягивай.

— Слушай… — задумчиво сказал я, оторвав взгляд от созерцания линий на теле Альмы. — А это не может быть системная стихия?

— Фрактал? — задумался Фред. — Внешне похоже, да, но он вообще с ритуалистикой не должен быть связан. Да и на душу он не влияет. И тем более не имеет собственной воли. Системная стихия обслуживает Систему, если по названию не понятно.

— В двадцать первом секторе мы встречали чудовищ, которые могут ассимилировать и подчинять фрактал, — сказал я.

Глаза аниматурга на миг расширились.

— Ты уверен, Арк?

— Своими глазами видел.

— Если так… то дни Стены уже сочтены. Превосходство системной стихии над материей, и её полный контроль над физическими законами — это то, благодаря чему наш мир ещё существует. Поглощение фрактала — это конец Стены, Арктур… — аниматург тяжело вздохнул. — Что ж, надеюсь наши души разрушатся раньше, чем мы попадём в петлю перерождений в секторах смерти.

Новость, мягко говоря, не самая приятная. И даже мои собственные мысли на эту тему, которые шли к тому же, не сделали её лучше. Да я и сам всё понимал, потому так сильно и торопился вниз. Но лишнее напоминание об этом ещё больше испортило настроение.

Уколола совесть, что последние дни я занимался прокачкой и бытовыми делами вместо того, чтобы пробиваться вниз. Но я напомнил себе, что без подготовки мы просто снова убьёмся об микотов, ингенов или ещё каких-нибудь монстров.

— Ладно, — сказал я, — Хотя за такую плату будет справедливо, если за нами сохранится право на консультации по этому поводу.

— Исключено! — сразу отрезал Фред. — Мы так не договаривались.

— На Стене убивают за эпик. Ты попросил даже не легу, а то, что едва ли есть даже у архитопов. Прости, но… а ты не охренел ли часом, приятель?

Аниматург поджал губы.

— Ну, может, и правда слегка охренел, — он выдавил из себя улыбку. — Но я жизнью рисковал.

— Как и мы на фронтире, получая то, что ты взял в оплату. Хотя, мы можем пересмотреть цену.

— Ты просто не понимаешь, чего мне это стоило… но ладно. Как скажешь.

Я протянул руку за чашей Альмы.

— Не-не, — сразу запротестовал Фред. — Я про консультации. Если буду нужен ещё, обращайтесь. Только помни, что только что произошло. Если ты думаешь, что у меня так каждый сеанс проходит, то нихрена. Блин, до сих пор потряхивает. И ещё будет трясти дней десять. И кошмары мне обеспечены.

— Понял, — прервал я его. — Перейдём тогда ко второму вопросу.

— Второму? — не понял он.

— Да, тело проверить. Перенесёшь душу?

— Что? Приятель, я на сегодня всё.

— Это настолько сложный ритуал?

— Сложный. Особенно после такого стресса.

— Мы уже здесь и тело принесли. Хотя, ты можешь обучить этому моего ритуалиста, если не хочешь.

— Ритуалиста? Это тебе не… — начал было он, но осёкся. — Тия твоя могла бы научиться. Но это тоже процесс не быстрый. Ладно, сделаю сейчас, фиг с тобой. Надеюсь, хоть тело у тебя без сюрпризов.

Я пожал плечами.

— Мы здесь как раз за тем, чтобы убедиться, что их действительно нет.

Фред закатил глаза, но всё же направился к столу, где лежал мой клон.

Было странное чувство смотреть вот так на себя со стороны.

Альма попыталась встать со стола, но аниматург её сразу остановил.

— Полежи ещё хоть минут десять. Голова может кружиться и тошнить. Это нормально, скоро пройдёт.

Она молча кивнула и вернулась в лежачее положение.

— Ложись вон на тот стол, — он махнул в сторону последнего незанятого.

— На мне тоже будешь рисовать? — спросил я из любопытства.

— Не, тебе не нужно. Только снотворное… так, метаболизм у тебя человеческий или растительный?

— Нечто среднее.

— Ок, сейчас… так, возьми вот это… да, блин, — он открыл шкафчик с вылетевшим стеклом — большая часть стекла там тоже была разбита.

Похоже, убыток действительно вышел немаленьким. Но мифик всё равно стоит больше.

Постояв немного, он что-то нашарил среди стекла, достал пластиковую бутылку и бросил мне.

— Пей. Не больше трети, а то тебя потом даже Ивент не разбудит.

Жидкость была мутноватой, полупрозрачной, а на вкус отдавала химией.

— Сколько ждать?

— Минут пять, не больше. Должно сработать.

Я залез на стол и прилёг. Ощущение неприятное, надо сказать. Настолько, что нестабильная психика, расшатанная недавним голосом, вспышкой вернула меня в момент одной из прошлых жизней, не принадлежавшей Артуру и Аркфейну. Из тех неудачных, где я закончил в похожем месте вместе со всем рейдом.

Воспоминание было неприятным, однако я подавил в себе иррациональную вспышку желания свалить отсюда куда подальше.

— Закрывай глаза. Сон будет долгим. Не боишься, что не проснёшься?

— Зря ты так. Наверху Тия. Даже две.

— Хах! Резонно.

А в следующий миг зелье подействовало. Сонливость накатилась волной. Меня отключило как-то почти мгновенно, унося во мрак.

Но был он недолгим.

Почти сразу же я проснулся от трёхэтажного мата, какой не каждый инженер у генератора знает.

— … Мать твою, блокируй! Блокируй это дерьмо!

— Хою-ямаш! — вспомнила что-то из своего прошлого Миса, и по телу прокатилась волна леденящего мороза, но он был скорее приятным. Будто все мышцы застыли, и даже мысли начали застывать. Осталось лишь одно чистое восприятие, да и то, будто я мог лишь слышать, а все прочие органы отсутствовали.

— Зеркала! Эльза! Эльза, ответь, ты жива? Мортис… Альма! Сколько ты это удержишь⁈

— Стазис держится, пока есть мана. Объясни свои действия, аниматург.

— Вы едва не угробили Эльзу!

— Всё в порядке… — отозвалось из-за двери. — Через сутки буду совсем в норме.

— Проклятие! Как чуял, что не нужно было! Что у него с телом? Из кого вы это собрали?

— Тебе стоило спрашивать об этом раньше, — послышался голос Альмы. — Вот, возьми, это схема гибрида.

Такая действительно была. На поясе у моего реального тела. Чёртов голос из печати Альмы сбил. Никто не вспомнил о такой простой предосторожности, как показать аниматургу, во что именно он должен будет вживить мою душу.

Но где именно я допустил ошибку?

Как бы там ни было, это лишь временный вариант. Меня, по идее, должно вернуть в моё тело по истечении таймера. Ведь так?

— Что здесь происходит? — послышался из-за двери голос Тии.

— О, бери свою копию и тащи все зеркала, что найдёшь в доме.

— Большинство были разрушены недавним всплеском силы, — спокойно сказала мастер муши.

— Значит, неси осколки! Мне плевать, где ты их достанешь!

— Я всё ещё не понимаю причину тревоги, — напомнила Альма. — И держу стазис основываясь только на твоём крике.

— Внутри сильное излучение очищающей энергии.

— Да, мы говорили об этом.

— Правда? Когда? А-а, ладно. Через минут десять сработает формула и его перебросит обратно в тело. А без души источник, видимо, не функционирует. Что-то завязанное на эфирный мод.

— Поглощение проклятий и превращение их в энергию жизни.

— ЧТО⁈ — воскликнул он.

— Арк говорил об этом, — повторила Альма.

Послышались шаги. Возвращалась Тия с первой партией найденных зеркал и их осколков.

— Ещё тащи серебро, всё, что увидишь, — уже спокойней сказал аниматург.

— Эльза — это и есть твоё проклятие, — пояснила Тия.

Послышался всхлип призрака.

— Как ты… — начал аниматург, но осёкся, — … хотя, ты же хаархус. Эти птицы знают о проклятиях всё.

— Поэтому ты отказывался, чтобы я исцелила тебя от проклятия своим навыком, — продолжила она. — Открывай дверь. Забирай свои зеркала. Но их всё равно не хватит.

— И что ты предлагаешь? — зло бросил Фред.

— Уходи. Ты ведь можешь отойти с ней от дома метров на пятьдесят? Предел ауры — не больше десяти метров.

— А… да, точно… — растерянно сказал он. — Только не вздумайте ничего стащить! Я помню все предметы, которые есть у меня в доме.

Ага, помнит, как же. Эльза, может, помнит, в это я ещё поверю.

А Тия у меня умница.

— И ещё. Фред, ты обучишь меня аниматургии. Когда-то терминал-корректор предлагал мне этот класс. Арк вырастит для меня подходящее тело, которое возьмёт этот класс. Обучение тоже будет оплачено.

— Да… — ответил Фред растерянно и повторил. — Да.

Послышались удалявшиеся прочь по лестнице шаги. Затем раздался звук хлопнувшей за ним двери подвала.

— Отменяй способность, — сказала Тия, и я почувствовал, как ко мне возвращается возможность использовать другие органы восприятия помимо слуха.

Размял руки, приподнялся, открыл глаза. Увидел обеспокоенное лицо своей любимой и крепко её обнял.

— Арк, прости, он…

— Не нужно, — прервал я её. — Я всё слышал. Спасибо.

Она обняла меня ещё крепче, и я обнял её в ответ. В голову медленно приходило понимание, что делаю я это в новом теле.

Что ж, со всеми человеческими функциями у него всё в порядке. Уже хорошо.

Наконец, Тия отстранилась, позволяя мне прочувствовать возможности нового тела. Итак, поехали!

Магия света и жизни. Послал из пальца луч оживляющей энергии. Затем активировал обновление и попробовал внутреннее тепло. Заклинания срабатывали будто бы чуточку быстрее и легче.

— Хою-ами! — воскликнула Альма. — У тебя магия теперь работает на автоматическое исцеление?

— Хочешь сказать, я смогу лечить? Без класса и навыков? Такое в билд не закладывалось.

— Я же работаю с магией света и жизни. Так что узнаю этот поток маны.

Я решил попробовать другие навыки и послал луч некротической энергии в стену.

Он дался мне чуть тяжелей чем в прежнем теле. И в руке осталось неприятное ощущение, будто я потрогал что-то гадкое, и хотелось как следует вымыть руки. Но в целом — ничего критичного.

Попробовал нарисовать каплей своей крови сигил селерити из магии крови. Сработало так же, как раньше, только светилось иначе. Моя кровь вне тела начинала издавать более сильное свечение чем раньше.

Затем попробовал астральный путь. Активировал навык, закрыл глаза, пошёл в противоположном от двери направлении, намереваясь попасть именно туда.

Сработало легче, чем раньше. Хотя, вроде бы, астральную суть я и не менял, так что может и просто кажется. С магией света было очевиднее.

Теперь попробуем способности микотов, из которых состоит моё тело.

Я обратился внутрь себя и активировал стихийную форму. Навык, на основе которого был особый лишайник из моей древесной сути и грибов-микотов.

Это было очень похоже, но ощущалось объёмней. Я буквально мог охватывать пространство и чувствовать каждым отдельным кусочком колонии. Но контроль был намного лучше. Я ощущал одновременно всё, что находится вокруг меня. Как будто каждая частичка имела полный набор чувствительных рецепторов и автофокус впридачу.

Зрения у грибов не было, но ощущение пространства вокруг было таким сильным, что картина окружения достраивалась не хуже чем со зрением. В общем-то как и раньше когда я соединялся с сенсорными органами растений, но теперь это было намного глубже.

А как насчёт собраться обратно в человека?

Начал сжиматься. Ощущение было странное — когда это было лишь заклинанием стихийной формы, я всего этого не чувствовал, а лишь управлял процессом, по большей части.

Навык работал безукоризненно. Отдельные микоты с моей генетикой и фактически являющиеся частью меня, собрались обратно. Несколько особей я специально оставил рядом, не вобрав в себя — ощущения, идущие через них, никуда не пропали.

Забавно. Теперь я смогу поддерживать половинчатую форму, собираясь частично, а частично оставаясь летучим лишайником. Забавное свойство, хотя конкретные способны применения сразу в голову не шли.

В общем, тестовый забег новой формы можно считать успешным, если бы не странное поведение Фреда.

— Пока всё отлично, — резюмировал я. — Только надо будет придумать способы экранировать этот эффект, перевести из пассивной формы в активную.

— Большинство людей бы тебе сказали спасибо за исцеление, — послышался вздох Тии. — Но у него похоже, особый случай.

— Тем интересней будет попробовать ему помочь, — задумался я.

Тия кивнула.

— Да, — она мягко улыбнулась. — Но сначала я бы хотела научиться его ремеслу. Ты же сделаешь для меня новое тело под этот класс?

— Конечно. И с Мордердом тоже поговори, у него тоже должны были остаться воспоминания об этом ремесле в прошлой жизни.

7. Добро, которое некому оценить

— Ты уверена, что это именно то, чего ты хочешь? — спросил я у Тии, глядя на макет разработанного ею гибрида.

— Да, — коротко ответила она.

— Ты сама это придумала?

— Советовалась с Альмой, Фредом и Мордредом, — ответила Тия.

— Ну, с Мордредом всё понятно, у Фреда тоже странные вкусы… но Альма-то куда смотрела?

— Она сказала, что это эффективный гибрид, — сообщила она.

— Откуда у тебя такие познания в химерологии?

— Ко мне вернулось многое из воспоминаний Таи, создавшей корвитусов. Я добавила к ним твои наработки, а остальные помогли доработать детали.

— Сгладить детали, да? — буркнул я вполголоса.

Существо вообще не походило на человека. Оно даже на гуманоида походило с трудом. На сером лице — только два больших глаза, причём расположенных один над другим, занимая всё лицо. На голове грибная шляпка. Тело отдалённо напоминало женское, но эротичным его бы назвал только очень большой затейник. Вместо правой руки была пачка подвижных древесных щупов. Другая рука — около-человеческая, но почти вся она была усеяна глазами, которые находились в постоянном движении и смотрели в разные стороны.

Технически — это был лишайник. Тия вдохновилась моим новым телом и по сути взяла его за основу, но отбросила сдерживающие меня ограничения в виде человечности, сосредоточившись на свойствах мага-аниматурга.

Мощные источники астрала и изнанки, похожие по структуре на те, что были у Тии, были взяты от одного из замороженных проходчиков из двадцать второго. Это был уже достаточно сложный билд, за который раньше мы не брались. Он был далёк от билда самой Тии, но был пригоден для перехода в класс аниматурга.

Особенно после ряда изменений в виде встройки в тело существа на ионитовом и адаптации на природном заранее подготовленного источника хаоса.

Отлаженная процедура по добавлению растительной ветви — ассимиляция тела моим лишайником привносила цепь дерева. Грибная ветвь в развитии тела уже была, хоть и не была доминирующей.

Исходный материал — тело проходчика — некогда было девушкой с классом тёмный волхв. Таких в двадцать втором не встречали, но был обычный волхв — им некогда был Хантер.

Но здесь билд был настроен на работу с духами. Хитоми, как звали некогда девушку, активно управляла призраками умерших. Это нестандартное умение для класса, который был скорее сенсором, чем некромантом. Возможно, некогда настоящая Хитоми развивалась как раз в сторону классов аниматурга или спиритуалиста.

Аниматургия предполагала базовые познания в некромантии или чём-то близком. У оригинальной Тии это заменял нестандартный источник от мёртвого пересмешника. Он и позволял изначально Тие вселяться в бездушные тела, фактически заменяя некромантию магией изнанки.

Но здесь я мог вырастить свой источник природы по типу своего искажённого хуорна. Он даст ей базовый доступ к некротической энергии и разовьёт микомантию. Итого получалось невероятное существо аж с пятью разными источниками силы.

Мой от растительно-грибной ветви, дающий природу или некротизм, а также свойство управления растениями, грибами и, как следствие, лишайником. Астральный и изнаночный от прежней хозяйки тела, хаотический и гибридный тифон, которые передавались через амальгаму души Тии и проекции хаоса на стихию природы.

Всё это вместе делало Хитоми, новое тело, идеальным аниматургом, сохраняющим при этом все стандартные навыки Алолесья и способности самой Тии. Разумеется, после прохождения эволюции — для неё мы клонировали тело и проводили эксперименты на нём. Оригинальную Хитоми предстояло провести через терминал и после коррекции взять нужный класс.

Гибрид получался достаточно сложным, нужно было очень многое учесть. Так что доводили до ума и жизнеспособности все вместе.

— Кстати, — спросил я Тию, когда гибрид был почти готов. — А как ты им вообще собираешься управлять? У тебя ведь всего три потока сознания?

— На вырост, — пошутила она, но затем добавила. — Просто буду подбирать тела под задачу. Я могу сейчас контролировать намного больше тел, чем четыре. Ограничение лишь в психике.

— Как и раньше, — кивнул я. — Будет проседать осознанность.

— Чтобы брести за группой полная осознанность Амории и Сетте не нужна. А в бою буду перегонять части амальгамы.

— Понятно. Альма, а ты не думала тоже пройти эволюцию? С эпическим классом ходить уже не солидно, почти все в основе имеют легендарный класс.

— Минор-ами… — она покачала головой. — Аалорн предпоследняя в этой ветки рас. Она идеально сочетается с текущим классом. Миса была полукровкой тари и нава, но сейчас эта генетика очень далеко от моей ветви развития…

— Растительная цепь, — пожал я плечами. — Мы можем взять текущую расу, сделать твой клон и внести изменения на этой основе.

— Я думала об этом. Возможно, ты и прав. Но время для этого ещё не пришло. В записях Леви, из того, что мы нашли в его логове, говорилось о могущественном существе, которое обитает где-то около Оазиса. Если же мы его не встретим, скорее всего его выдаст мне система в награду за следующий квест. Например, за прохождение Оазиса.

— Что за существо? — спросил я.

— Цернунн… или цернос. Как-то так. Это существо носит божественный характер и поможет мне развить божественную суть выше, чем аалорн, или даже тари-нав, каким я была до Стены.

— Понятно. Хорошо бы усилиться до спуска. Нам понадобятся все силы, чтобы прорваться вниз. Но ты права, спешка не даст раскрыть весь потенциал.

Альма кивнула.

— Когда продолжим спуск? — спросила Сайна.

— Завтра мы пройдём терминал. Затем нужно будет встретиться с архитопами и обрисовать ситуацию со спуском. Сразу после этого начинаем путь, если не возникнет сложностей.

Вечером после долгого рабочего дня в убежище закатили очередную пирушку, но они уже не казались чем-то особенным. Это начинало становиться обыденностью, однако пока ещё никому не успело надоесть.

Часть проходчиков из тех, кому завтра не нужно было заниматься делами, пили и развлекались. Идиллическая картина деревушки тари радовала глаз. Если бы только так было всегда.

Меня часто спрашивают, почему я так спешу, ведь можно было бы остановиться, пройтись по уже пройденным этажам. Поискать интересные терминалы и ещё больше усилиться. Но этот захватывающий процесс слишком быстро усыплял бдительность, в то время как Стена могла в любой момент показать свою тёмную сторону.

Сложность росла не только у нас в секторе. И я понимал, что Леви, который превратил жизни миллионов людей в настоящий ад, действовал так не по одной только прихоти. Великий владыка-левиафан дрожал от страха в своём логове, параноя от каждого скачка баланса. Баланса, который я безбожно нарушал, провоцируя ответ Стены.

Возможно, впереди ещё сотни дней. Но может статься и так, что их куда меньше.

Утро решающего дня перед спуском началось для меня с объятий Тии и света солнца над развёрнутым на десятке убежищем. А ещё криками и суетой, от которых я сразу встал, сбросил с себя приятную сонливость и, вместо того чтобы улучшить настроение и попрощаться со старым телом, я был вынужден с Майром наготове выскакивать из комнаты.

Как оказалось — зря. Нападения не было. Вернее, было, но не на Орден.

— Убью! Я убью её!! Я имею право!! — разносился по убежищу голос Аси.

Объяснять ничего не потребовалось — я сразу свернул в медотсек, уже зная, что я увижу.

Там меня уже ждала Сетта. Каменная дева стояла у входа рядом с хмурым Хельхе, Лисом и Альренцом.

— Она проснулась? — коротко спросил я и увидел утвердительный кивок доктора. — Насколько вменяема?

— Арк, я не тронула её, когда в теле была Тия, и не пошла за ней вместе с тобой после боя внизу только из-за её доводов. Но если это та самая Дина, то я в своём праве!

— Тебя сильно порадует смерть неразумного овоща? — спросил я. Аселла слегка сбавила обороты. На лице девушки на миг проступило что-то помимо ненависти, и я решил развивать успех. — Не факт, что она не то что тебя, саму себя помнит.

— После стольких дней среди мёртвых пересмешников, она сохранила едва ли пару осколков личности, — поддержала меня Сетта. — Я удивлена, что она вообще смогла пробудиться.

Аси стушевалась, постояла пару секунд раздумывая, что делать дальше, но тут появилась Альма. Она положила руку на плечо своему наказующему и покачала головой.

— Дай Арктуру сначала разобраться… — начала было она вразумительную речь, но всё, как водится, испортила Дина.

— А-арк! Братик, я… — начала было она, но её заглушил рёв Аси:

— Я УБЬЮ ЕЁ! ЗАРАЖУ ЕЁ ПУСТОТОЙ!!

— НЕТ! — неожиданно властно произнесла Альма. Затем встряхнула её, насколько получалось встряхнуть существо с таким количеством металла в теле. — Очнись, наказующий! Взгляни на меня!

— Что? — спросила она с лёгкой обидой.

— Тебе следует её благодарить, а не проявлять гнев.

— Благодарить?

— Он привела тебя ко мне, Аси. Разве не Дина завела тебя в мир, где ты нашла свою веру и смысл?

— Я бы осталась с Колдерусом… Служила пирамиде Ртути… я предала всех, кто мне верил, из-за неё. Я… любила его, Миса…

— Я знаю, — произнесла Альма и прижала наказующую к груди. Ярость сменилась слезами.

— Сейчас я ещё большее чудовище, чем была… наполовину машина… а теперь ещё и наполовину дерево.

— Эй, полегче, — деланно обиделся я, и Сайна покачала головой в знак согласия.

— Как будто что-то плохое, — сказала она, подходя к нашей группе в сопровождении Райшина.

— Иногда нужно пройти через ужас и боль, чтобы обрести себя, Аси, — мягко сказала Альма. — Сейчас ты больше и сильнее, чем когда бы то ни было.

— Я… хорошо, но я буду присутствовать на её допросе, — сдалась она. — Я имею на это право.

Мне эта идея не нравилась, хотя, может, и к лучшему. Если Дина разумнее, чем мы полагали, давний враг, мечтающий разорвать её в клочья, лишним не будет.

Мы зашли в лазарет, где находилась камера сдерживания, вшестером. Я с Тией, Альма с Аси и Сайна с вышедшим нам навстречу доктором Хельхе. Райшин с Альренцом остались снаружи на страже.

Она была в той самой клетке, где некогда содержалась Дора, когда её осознанность упала ниже допустимых значений. Толстое бронированное стекло, вернее, специальный кристалл. Лёгкое серебряное напыление, которое должно было снизить силу возможной магии. На случай, если серебряных кандалов было недостаточно.

Плюс конкретно для неё добавили и парочку защит от магии разума.

Всё это я считал излишним и, глядя на Дину, лишь убеждался в этом.

Выглядела она жалко. Девушка смогла сползти с койки, но осталась сидеть на полу. Кандалы были на месте, равно как и цепи, не позволявшие ей свободно ходить. И всё же я не ожидал, что она останется хоть сколько-нибудь разумной. Во всяком случае, так меня убеждала Тия.

— А-арк, милый. Ты всё-таки соскучился по своей милой сестрёнке. Я знала, что ты придёшь меня спасти.

— Это нас от тебя спасать надо. Тебя пробудили по ошибке. Не волнуйся, скоро Тия исправит эту ошибку.

— Не надо! Стойте, мы ведь можем договориться, Арк. Тиюшка, мы же так славно дружили, правда?

— Когда? — старые обиды её уже не беспокоили, потому в голосе девушки было лишь удивление, смешанное с полным равнодушием к её судьбе.

— Мы можем договориться, Арк! — повторила Дина. — Послушай, не знаю как так вышло, но…

— Помолчи, — оборвал я её. — Отвечай на мои вопросы. Хотя сомневаюсь, что ты сможешь нам сказать много нового.

— Как ты сохранила разумность? — первый вопрос, однако, задала Тия.

— Я маг разума, глупышка. У меня свои способы.

— На её душе лежит божественный отпечаток, — подала голос Альма. — Сейчас я его вижу.

— Малышка Альма так подросла! Ты всегда мне нравилась.

— Тебе знакомо имя Миса Зеркальная? — спросила она, проигнорировав слова суггестора.

— О, так ты всё-таки себя вспомнила! Рада за тебя, правда, очень.

— Знакомо или нет?

— Впервые слышу, — ответила она. — Но мы можем вместе поработать над твоей памятью!

Альма посмотрела на меня.

Я поморщился.

— Это же Дина. Завтра ты вспомнишь о том, что была её лучшим другом.

— Наши уровни несопоставимы, брат, — ответила Альма. — Её божественный уровень ещё слабей моего.

— Но я могу быть хорошим психологом, — улыбнулась Дина. — Вместе мы тебя вспомним. И Мису, кем бы она ни была.

— Аси, каким богом она была? — спросил я у главной ненавистницы суггестора.

— Она украла этот статус и пробыла в нём не больше нескольких минут, — с отвращением произнесла Аси.

— Я украла его у самого опасного божества во вселенной, — поправила она. — Даже ненадолго быть в её силе, значит обрести могущество, которое тебе и не снилось, малявка. Кстати, мы что, знакомы?

— Я убью её, — с достойной аскета стойкостью, холодно уронила Аселла.

— Не убьёшь. Хвост не виляет собакой, — насмешливо скривилась Дина. — Будет решать хозяин, а не пёс на его цепи.

Аси сорвалась с места, позабыв даже о разделявшей их кристаллической преграде, но наткнулась на руку Альмы.

— Ты не убьёшь её, — безапелляционно заявила она. — Мой наказующий не станет марать руки.

Дина просияла своей маленькой победой. Аси нахмурилась. А Альма продолжила:

— Но я ничего не говорила о том, что она должна оставаться целой.

Аселла сразу поняла суть и плотоядно улыбнулась.

Дина тоже была не глупа и побледнела от перспективы остаться наедине с бывшим экзекутором.

— Ладно-ладно, зачем так сразу? Я и так ничего от вас не скрываю. Старые товарищи должны держаться вместе.

— Надо же, мы не общались пол вечности, а она уже снова меня раздражает, — подала голос Сайна.

— Слушай, это не твоё тело использовали как сосуд для чужой души. Ещё, поди, и вытворяли в нём всякие непотребства, да, Тия?

— Довольно, — оборвал я её.

— Всё-всё. Уже молчу. Кстати, а ты знаешь, кто у нас живёт на тридцатом? У меня есть интересные связи. Могу помочь, когда спуститесь. На двадцатом только тип неприятный, но я смогу организовать нам путь сразу ниже.

— Левиафан? — усмехнулся я.

— Да! Хорошо, что ты уже знаешь. У нас с ним были кое-какие общие дела. Со мной вы легко сможете его убить. Я даже почти ничего не попрошу за помощь. Сущую безделицу, его бессмертную душу с фрагментом. Тебе она всё равно без надобности, у простых людей он вызывает безумие, — она покрутила пальцем у виска. — Ну, знаешь, мании там всякие… ну и свобода, само собой.

— Не выйдет, — мне сделалось ещё смешней. — Его фрагмент уже в Альме.

А вот здесь её реакция была совсем иной. На лице у Дины мелькнул страх. Будто она только-только, наконец, осознала, в каком положении оказалась.

— Ты… Леви… как? — растерянно проговорила она. — Это невозможно… Точно, всё шутки шутим, да? Подумай о моём предложении. Мы можем быть полезны друг другу, Арктур.

— Мы спустились до тридцать четвёртого, Дина. На очереди Оазис. Меня не интересуют твои предложения. Честно говоря, тебя и пробуждать никто не планировал. Спасибо, что повеселила, но я, пожалуй, отдам тебя Аси. У неё к тебе много вопросов, а мне ты уже не сильно интересна.

Скрип зубов Дины был слышен наверное даже у входа.

— Почему ты не сошла с ума, если фрагмент правда в тебе? — обратилась Дина к Альме.

— Я амальгама с господствующей душой Мисы, владыки зеркал. Фрагмент левиафана слабей моей сути. Полагаю, ты надеялась на то же самое, когда планировала заговор против Леви.

Дина пристально посмотрела на неё, сощурившись.

— Знаешь, а в тебе есть что-то от…

— У нас ничего общего, — отрезала Альма, будто знала, что ей хотят сказать. Затем повернулась ко мне. — Арк, если она тебе не нужна, я заберу её себе.

— Хрен она отсюда выйдет, — покачал я головой. — Не хватало, чтобы она организовала нам новый нож в спину. Чем мы лучше левиафана, с которым они, оказывается, давние кореша, при том, что она собиралась пустить его на фрагменты?

— Я понимаю, — кивнула Альма. — Но ей не нужно покидать изолятор. И я не требую уединения.

— Хочешь использовать её для возврата памяти Мисы? — понял я. — Давай лучше наймём тебе хорошего специалиста в городе. Суггестор не уникальный класс. Мы можем себе позволить услуги хозяина разума.

— Но он вряд ли будет нести в себе сущность богини, — улыбнулась Дина, снова поймав нужную волну.

— Сильван! — обратился я к хранителю убежища, который меня всегда здесь слышал. — Глаз с неё не своди. Особенно когда она не одна. Альма, она на тебе. Аси, если она попытается сбежать или взять под контроль кого-либо, можешь делать с ней всё, что хочешь.

— Она обязательно попытается, — зло ухмыльнулась наказующий.

— Наверняка, — криво улыбнулся я. — Развлекайтесь.

На этом мой интерес к пленнице окончательно пропал, и я вышел из лазарета. Следом за мной вышли Тия и Сайна, оставались лишь Альма с Аси и молчаливый свидетель в лице доктора Хельхе.

Общение с пленницей всколыхнуло память чувством ностальгии по первым дням в Стене. Сейчас ничего не помнящая с похода в локацию селенитов Дина казалась забавной мелкой собачкой, что лает на всех подряд. Но я нисколько не забывал о том, насколько может быть опасно её тело с нашей прокачкой.

Однако сейчас мне было уже совсем не до того. Впереди терминал-корректор и новое тело. Пришло время получить новую расу и класс!

8. Разговоры, не несущие смысла

На поверхности Стены нас встретили серое небо и ледяной, более сильный, чем обычно, ветер, трепавший белые травинки на мантии и забиравшийся под плащ.

Я шёл по улицам будто впервые, только сейчас за горой дел и забот заметив, как сильно изменился город на поверхности: стихийный рынок у лифта, вертикальные сады из плетущихся растений и несколько балкончиков с теплицами, которые появились на пустынных и не очень безопасных в прошлом местах.

Люди, несмотря на холод и ветер, уже вовсю торговали. Обменивались фрагментами и пищей, торговали найденными в Стене предметами и артефактами. Некоторые узнавали нас и приветливо махали рукой.

Глазастик явно мёрз. Ещё и внимания к себе приковывал слишком много. Одно хорошо, его вид был столь экзотичен, что все думали, будто это какой-то зверёк или фамильяр. Мало ли каких химер с собой водят проходчики с фронтира?

Я активировал внутреннее тепло, чтобы ему, да и нам тоже, стало немного комфортней.

За рынком начинались дома. Раньше это место было окраиной, и здесь мало кто осмеливался поселиться из-за бандитов и летунов. Теперь же цивилизация вытянулась в эту сторону. Многие дома у дороги стали тавернами и магазинами. За ними и над ними — жильё.

На крышах я заметил турели, установленные хозяевами против летунов. Крылатые твари тоже были — где-то в отдалении метались в небе, боясь спускаться ниже. Где-то высоко сцепились две птицы, но до людей им не было никакого дела.

У генератора сегодня дежурил знакомый проходчик, который приветливо помахал рукой и пожелал нам доброго дня. А за ним открывался путь к Обсерватории. Мы свернули к ней, и вскоре впереди показалась башня на краю Стены.

Серая, как всегда, встречала нас, вернее Белую, у входа. Серые глаза равнодушно пробежались по нам, отыскали образ некогда первой проходчицы, после чего девушки сдержанно обнялись.

— Мы будем проходить эволюцию, — сообщила Белая. — Вернее, Арк и ещё несколько наших.

— Буду рада помочь, — сказала она.

— Не стоит, ты уже помогла нам, — вмешался я. — Можете выпить пока чаю и обсудить нижние этажи.

— Я уже передала всю информацию о существах, которых мы встретили, — ответила Белка. — Но чаю, пожалуй, выпьем.

Внутри сегодня было не очень людно. Пара человек что-то читали вдали от всех. Одна группа незнакомых проходчиков что-то тихо обсуждала за дальним столом.

Глазастик, стоило нам ненадолго остановиться, принялся пританцовывать на месте.

— Нам наверх, — сказал я ему, и существо меня поняло, сразу же бросившись по ступеням вверх. Хотя у терминала на третьем, под самым куполом Обсерватории, ему всё равно пришлось остановиться и ждать нас.

Как отреагирует терминал на такую неведому зверушку интересно было всем, кроме самого существа. Оно-то прекрасно знало, что скажет терминал. Это нам предстояло удивляться и задавать себе те вопросы, которые вскоре мы будем задавать… Диме.

Идёт сканирование.

Определен объект категории «модератор+»

Имя: Дмитрий.

Класс: зеркальный маг, уровень 10141.

Суммарный уровень осознанности: 43%.

Список геномов: средоточие хаоса 37%, муталиск 22%, плетение 18%, ингибитор 8%, маггит 5%, парадокс 4%, рыба 4%, человек 2%.

Список возможных эволюций без учёта неосознанных существ:

Возможна коррекция в вид: дендрочихар 99% [КИ:0]

Осознанность будет повышена до 85%

— Проходчик Дмитрий? — я удивлённо приподнял бровь. — Ты не монстр?

Оно подпрыгнуло на месте от радости и задёргалось всем телом, выражая согласие.

— Модератор? Какого хрена? — повторил я, но ответить оно мне не могло.

— Забавно. То есть, ты деградировал в эту хрень из такого, как мы? — спросил Мерлин, хотя понятно, что существо не могло внятно ответить.

— Ты погоди, скоро он апнется и всё тебе расскажет.

— Меня больше интересуют его цепи, — сказала Белая. — Половину указанных существ мы никогда не встречали. Он не из нашего сектора.

— Зеркальных магов я прежде тоже не встречал, — добавил я.

— Нет, они как раз есть, просто это редкий и специфический класс. Имеется ввиду отзеркаливание магии, а не управление зеркалами, — пояснила Белка. — Одна из веток развития мага воды, но её мало кто берёт. Она заточена под сражения с магами, слишком узконаправленная линейка.

Существо же, опасаясь, видимо, что мы передумаем, шагнуло навстречу терминалу, и тот подхватил его и втащил внутрь себя.

— На всякий случай на выходе его должна ждать готовая к неожиданностям группа. Так что не расслабляйтесь. Когда он выйдет, я ещё буду внутри.

— С таким количеством изменений, не факт, — покачала головой Белая. — Но ты прав.

— Пара часов на чай с тортиком у вас с Серой есть. Кстати, поговори с ней про эволюцию. У нас ведь уже есть схемы, как её провести для серафима с кризисом осознанности. Можем адаптировать под неё расу баюна.

Белка кивнула. Идея ей пришлась по душе. Жаль только, что в Орден Серая всё равно вряд ли вступит — кто-то должен исполнять её обязанности в Обсерватории, и других кандидатов на эту должность у нас нет.

Следом за глазастиком к терминалу подвели то, что некогда было проходчицей Хитоми, и её оптимизированный клон. Тия перенесла в тело часть сознания, тогда как клона терминал втянул в себя для анализа.

На очереди был я, но чего-то особенного от стандартной процедуры не ждал, да и будущее тело уже успел опробовать в действии.

Но реальность оказалось иной, как это часто бывает в Стене.

Я ощутил, как моё тело ласкает тёплый летний ветерок. Затем — что мои стопы касаются земли, и ноги щекочет зелень. Я чувствовал себя легче и свежее, полным силы и бодрости. Энергия бурлила так, что хотелось бежать. Что я и сделал — ноги быстро засеменили по полю, не в силах сдерживаться.

Но разум не спал. Я был в своём сознании, хоть и управлять собой мог гораздо хуже. Просто не мог сдерживать радость, причин которой до конца не мог понять.

— Это стихийное единение, — послышался нежный женский голос. — Его чувствуют все маги, когда ощущают связь со своей стихией.

— Селена, — узнал я ту, что так любила преследовать меня в терминалах.

— Да, мой архидруид. Рада, что смогла снова связаться с тобой. Наслаждайся природой. Она наш друг и настоящая мать.

Я всё же заставил себя остановиться и затем огляделся.

Бескрайние просторы тянулись в бесконечность. Идеальное голубое небо, теплый ветер и атмосфера спокойствия убаюкивали, усыпляли бдительность.

— Не доверяешь мне даже после стольких раз, когда я тебе помогала?

— Бесплатный сыр только в мышеловке.

— Я уже говорила, что хочу обрести союзника. Пока ты находишься там, где сейчас, мы никак не можем взаимодействовать. Я лишь косвенно могу влиять на мелочи. Даже связь с тобой слишком затруднена.

— Покажись, — сказал я.

Она вышла из трав, будто по лестнице. Всё такая же притягательная, с нежным милым ликом и длинными волосами цвета трав. Яркие изумруды зелёных глаз отражали в себе живое море вокруг.

Селена чуть склонила голову, глядя тёплым добрым взглядом, будто заботливая и бесконечно мудрая старшая сестра.

— Что тебе нужно на этот раз?

— То же, что и всегда. Я не думала, что мы встретимся вновь так скоро. Но ты становишься ближе к природе. Твоя структура меняется.

— Слышала о микотах?

— Понятно. Древний ужас Мельхиора. Что ж, это один из двух худших вариантов. Но хорошо, что ты выбрал их, а не деирдре в своём развитии.

— Я ничего не выбирал, это единственное доступное мне существо с высоким уровнем осознанности.

— Главное, чтобы грибница в тебе не возобладала над древом, иначе твой лес погибнет. Могу лишь надеяться, что ты не станешь родниться с деирдре. Надеюсь, ты вообще их не встретишь. А что до иных… маниту, цернунн, архиэнт, ньямэ… Но теперь это уже не важно. Ты выбрал микота.

— Учту, — кивнул я. — Но у меня хороший гибрид. Ты так и не сказала, что тебе нужно, кроме разговоров о прокачке. Не думал, что богам это интересно.

— Очень важно знать, из чего ты состоишь. Микоты склонны к распространению себя. Не погрязни в самокопировании и размножении. Вот и всё. А что мне нужно, скажи ты. Я всегда приходила к тебе, чтобы помочь.

— Бесплатно, надо полагать?

— Да. Разве я хоть раз просила что-то взамен? Хотя, в этот раз я, пожалуй, позволю себе дать тебе совет.

— Слушаю.

— Лучший выбор класса таковым лишь кажется.

— И всё?

— Да. Если я могу помочь тебе чем-то ещё — говори.

— Ты упомянула других существ, и что мне стоило переходить в них. Неужто ты бы мне дала нужный фрагмент?

— Если существо связано с природой, то да. Но только здесь и сейчас. Однако сущность микота в тебе теперь сделает любой названный мной вид своей копией.

— Ты назвала существо по имени «цернос». Этот фрагмент нужен моему другу. Так что, если тебе это ничего не стоит…

— Стоит. Я трачу очень много сил даже на простое общение с тобой. Цернос… вознёсшийся божественный аалорн. Предпоследний вид их линии. Но если это поможет тебе, ты найдёшь его.

— Где?

— На астральных тропах архидруида, — ответила Селена, после чего подняла руку в изящном зелёном платье, указала пальцем мне в лоб, а затем…

— Арктур! — воскликнула Тия, крепко меня обнимая.

Любимая встречала меня на выходе из терминала. Судя по счастливому лицу, она будто сомневалась, что я вообще выйду.

— Что-то не так?

— Дмитрий…

— Что с ним? — сразу напрягся я.

— Он невыносим, — ответила она и обернулась в сторону лестничного спуска, где на двух лапах прыгало недоразумение, названное системой чихаром.

Похоже, мозгов у него не сильно прибавилось. Только вид стал чуть более человечным. На картинке у Серой это выглядело куда менее странно…

Меня встречало лопоухое фурри, такая себе двуногая четырёхрукая прямоходящая гиена, скрещенная с лисой и персидским котом с длинным мехом. На голове откуда-то взялись чёрные рожки, которые не предполагались в базовом комплекте. Бежевая косматая грудь контрастировала с вишнёвыми лапами и копной человеческих вишнёвых волос. К тому же у существа было почему-то два вида ушей — торчащие козлиные и свисающие длинные собачьи.

На лице существа сияла полубезумная улыбка, а лапы пребывали в постоянном движении.

— Спаситель! Спаситель мой и избавитель великий! Края нет моему восхищению и благодарности тебе, о великий Арктур! Готов уверовать в Алолесье и исполнять любые приказы за пушистость этого хренозайца! Нет, это не то. Сейчас. Как говорили сиинтри, чувства можно передать лишь в музыке, поэтому я буду петь для тебя поэму!!

Всё это он выпалил на одном дыхании, так что половину слов было не разобрать. Ещё и голос странный. Вроде и человеческий, но звучал как-то диковинно.

— Так, стоп, угомонись, — остановил я бывшего глазастика, а ныне пушистика. — Ты уже и так заключил с нами контракт, так что будешь отрабатывать вложенные в тебя средства!

— Буду, мессир! Всё, что надо, буду. За эти нормальные руки, хрен с ним, что волосатые, я тебе что хошь сделаю! Великие строители, я могу говорить! Охренеть! У меня крутой голос. Нормальный рот. Боже, владыка, у нас же есть хавчик? Я видел внизу столько зелени, столько всего, что можно сожрать! Я так голоден, что сожрал бы весь мир! У меня нормальный желудок, а не расщепитель. Стоп. Нет. Даже два желудка! У меня два охрененных желудка! Это же просто праздник какой-то!

— Э-э… а чем ты питаешься? — осторожно спросил я, боясь нарваться на новый поток слов.

— Не знаю. Что жрут чихары? Надеюсь, мои желудки не против картошки. И сырников. И блинов. И шашлык. У тебя есть шашлыки, или друиды не едят мясо? Прости, если я чем-то тебя обидел. Я сам не знаю, что я ем. Может, я питаюсь магическими камнями? Лишь бы не знаниями, как раньше. У них совсем нет вкуса, ты знал? Ой, владыка, прости, я перешёл на ты и сам не заметил. Никоим образом не хотел тебя оскорбить. Я просто так рад, что у меня есть полный вкусовых рецепторов рот и эти два желудка… и не только они, ты не подумай, что я только жрать люблю. Мне всё интересно. Всё в моём новом великолепном теле!..

— Всё, всё, хватит. Это приказ, заткнись!

— Молчу. Прости, что прогневал, спаситель. Меня просто переполняют эмоции! Я прусь от своего голоса. Но хочу перепробовать всё. Дышать носом, кушать, бегать…

Что ж, голова от него быстро начинала болеть, но похоже, это обычный парень, который как-то оказался заперт в теле глазастой хреновины. Не очередной бог, падшее бедствие или вроде того.

— Как тебя вообще угораздило оказаться в шкуре той твари? Что ты делал там в локации, где мы встретились?

— Ты первый проходчик, которого я встретил спустя много-много-много дней. Прости, я сбился со счёта после шестьсот тридцать первого. Я тогда сильно разволновался. Чуть заражение мёртвой магией не схлопотал. Жуткое было время. Совсем уже разуверился, что выберусь из этого тела, и жил как монстр. Ну а что? По параметрам я вообще не человек, даром что духрес имеется.

— Откуда ты? Кто ты вообще?

— Дмитрий. Можно просто Дима. Когда-то давно был правой рукой императора Шики Первого. Если в этих краях кому-то известно это имя.

— Шики… знакомое имя, — задумался я. — Где-то слышал.

— Он правил одним из секторов, уничтоженных Хостером, — сказала Белая.

— Вы тоже слыхали об этой твари? Ужас! Ничего страшнее корректора-ренегата я в жизни не видел. Это он превратил мой сектор в руины. Он буквально враг всего живого. Даже не представляю, из глубин какого ада он мог выползти. Страшное существо!

— Мы его прикончили, — не удержался я.

— Как? Правда? Как вы смогли? Ух ты! Хорошо, что я на вашей стороне. А ему поделом. Много жизней сгубил, тварь такая.

— А ты как выжил?

— А то по мне не видно!. Когда он пришёл в город, быстро стало понятно, что у нас без шансов. Он ассимилировал своими цепями всё: людей, петов, магию, астральные осколки… ж-жесть! Как вы его победили-то? Это ж нереально!

— Дерево он плохо ассимилирует, — отмахнулся я.

— А-а, ага. Нашла коса на камень! А у нас его сам Шики встречать вышел. Он вообще непобедимый парадокс. Это было его первое поражение. Первое, и последние.

— А ты сам как выжил?

— Так говорю же, по мне всё ж видно! — спросил Дмитрий. — Когда Шики помер, стало понятно, что нам всем точно крышка. Я тогда у Обсервы был. Пошёл в корректор. Такие же в каждом секторе есть. Император Шики когда-то отправлял экспедицию в двадцать третий. Сумели добраться до центра, до са-амого центра. Огребли от пустоты, потом огребли от каард, потом опять от пустоты… ну, в общем, ты понял, ага. Но по итогу вернулись героями. Я там, правда, не был. Товарищ был… а, точно, я же не об этом! Пушная башка… это… так о чём это я?

— Откуда у тебя статус модератора и что значит плюс?

— А-а. Ну так получил. Шики корректором, я модером. Я же говорил, что я его правая рука? Мы в одной группе были. Не то чтобы прям друзья, но он хороший парень был. С чувством собственной важности и крутости до небес, не без того. Но в остальном добрый был парень. И сильный… до сих пор не верю, что этот Хостер его уделал. Великие строители, ну и тварь! Он даже здания заражал, веришь? А, ну, хотя, ты же сказал, что видел его. Ничего, что я на ты?

— Ты повторяешься, — сказал я. — Ты всегда так разговаривал?

Его недержание речи уже начинало выходить за рамки просто разговорчивого человека.

— Нет. Совсем нет. Я помню себя сильно другим. Но это было так давно, что уже и не правда.

— Модератор не может провести больше десяти дней внутри Стены, — напомнил я.

— Ну, а я могу. Особое распоряжение Императора Шики.

— Так может делать любой корректор?

— Наверное. Я не знаю. Шики мог.

— Как ты уцелел? Спрятался в терминале, и Хостер пощадил тебя?

— Я… ну… Просто прошёл коррекцию. Я не помню во что. Хостер же слышит мысли. Вот я и не думал. У меня ведь не было мозга. За меня думал хаос. Он вполне может заменять собой всё. Но мне не понравилось, так что не советую.

— Получается, ты добровольно превратил себя в безмозглого монстра, чтобы выжить?

— Я не хотел, чтобы мою душу сожрала мёртвая магия. Ты же не хотел бы? Вот и я не хочу. Никто не хочет. Даже у твари есть шанс снова стать человеком. Я смог. Хотя, наверное, не до конца. Но пофиг. Дышать так классно! И думать мысли. И говорить. И жрать. Мы ведь будем жрать? А, кстати, у моего вида есть самки? Совсем забыл об этом спросить…

— Есть, — с кривой ухмылкой сказал Мерлин. — С твоим позитивным настроем, думаю, тебе даже понравится.

— Арк, — послышался голос Альмы. — Архитопы скоро соберутся. Наверное, лучше потом закончить этот разговор. С Дмитрием очень непросто общаться.

— Почему это? — возмутился он.

— Да, мы уже идём. Сейчас только класс выберу.

Я вновь обратился к терминалу, который позволял теперь выбрать новый класс из доступного списка.

Доступны классы для аудитор леший/эсенциарх Арктур:

Хозяин леса (легендарный), тиран леса (легендарный), архидруид (легендарный), ткач жизни (легендарный), аватар Селены Бесконечных Полей (уникальный, легендарный), мицелиарх (особый, легендарный), предвестник (эпический).

9. Дорога, ведущая вниз

Итак, вот он, мой список. И в нём было чему удивляться.

Здесь было всё и даже больше. В первую очередь архидруид, которого мне с первого дня советовала взять Селена. Но насколько ей можно верить?

Среди классов был один, посвящённый лично ей. Аватар Селены. Но если такой есть, почему сама Селена мне не советовала брать именно его? Не знала о таком варианте? Едва ли…

А вот для эссенциарха не было предложено ничего интересного. Не удивительно, я пока ещё только осваивал эту ветку развития.

— Система, а что значит приписка «уникальный» и «особый»?

Уникальный — обозначение классов, которые доступны в единственном экземпляре и могут быть переданы лишь в случае утраты класса предыдущим хозяином в силу добровольной смены или гибели носителя.

Особый — означает особые требования к носителю, например, приверженность к определённой религии или расе.

— Выведи описания всех легендарных классов, — сказал я и начал читать появляющиеся строки.

Хозяин и тиран леса были почти братьями. По сути, высшие друиды, заточенные на магию природы высокого уровня. Хозяин был ближе к природе и продолжал развитие в сторону светлых гибридных стихий. Тиран соответственно — к тёмным. Вот и вся разница. С учётом сути стихий, можно ещё сказать, что хозяин будет больше поддержкой, а тиран — дамагером.

Ткач был аналогом класса, которого некогда предлагали Тии. По сути, высший маг света и жизни. Чистый саммонер и создатель существ.

Их я брать не собирался, потому лишь глянул общую суть. Больше всего меня заинтересовали особый и уникальный классы. И, надо сказать, архидруид на их фоне не особо блистал. Напротив, его описание было довольно скучным.

Архидруид (легендарный) — высший маг природы универсального типа с поддержкой магии IV круга. Специализация не ограничена.

Аватар Селены Бесконечных Полей (уникальный, легендарный) — дар для посвятившего свою жизнь служению Селене, богине Бескрайних Полей, и парадигме стихии природы. Аватар получает ряд навыков божества, а также святость и право возглавлять культ.

Мицелиарх (особый, легендарный) — класс центральной линии, контролирующей Грибницу. Высший повелитель грибного мицелия с поддержкой тайной микомантии IV ранга.

Если сравнивать, интересней всего был повелитель грибов. Аватар жёстко привязывал меня к богине. Да и играться с парадигмами я был как-то не настроен. Это ещё ни разу не приводило ни к чему хорошему.

Архидруид мог похвастать только универсальностью и отсутствием привязок к чему-либо. Но если развиваться, то тот же Хозяин выглядел перспективней, так как давал ещё сенсорные и целебные способности.

Единственной причиной взять этот класс были слова Селены. Той, что ещё ни разу не подставляла меня и не показывала ничего кроме безвозмездной помощи. При этом, в списке был класс её верного последователя, но она мне рекомендовала, несмотря на это, брать именно архидруида.

Плохим, впрочем, класс тоже не был. Высший универсальный маг природы. Простой и незатейливый. Без подводных камней или ограничений по специализации. Это и было главное его достоинство.

— Архидруид, — сказал я, и Система равнодушно ответила:

Выбор зарегистрирован.

Вот и всё. Не понравится, сменю, — решил я.

— Теперь идём вниз, — сказал я. — Через астрал.

— Зачем? — не понял меня Мерлин.

Третий этаж с лестницей к терминалу отделяло от второго, где должна была пройти встреча с архитопами, всего несколько метров ступеней.

— Тебе незачем, я просто навыки проверяю. Альма, составишь компанию?

Мы закрыли глаза и пошли в сторону терминала. А когда я открыл свои, то находился на светлой тропе в чаще густого леса. Изогнутые деревья обступали с двух сторон, плотно закрывая небо, но обилие светящихся цветов на стволах давало достаточно света.

— Ты хотел поговорить со мной наедине? — с интересом спросила Альма.

— Не совсем. Показать кое-что, если получится.

Она заинтригованно кивнула и пошла следом за мной.

Лесной тоннель, по правилам работы навыка, должен был нас привести на второй этаж. Путь не должен быть долгим. Но, тем не менее, он удлинился раза в три. Хотя вдалеке уже были видны столы и высокие книжные полки.

Где-то в середине пути астральная тропа чуть расширялась, и сбоку стоял исполин. То, что нам нужен был именно он, я сразу узнал по ветвистым рогам. Правда, не козьим, оленьим.

На Альму существо не походило совсем — волосы были каштановыми, уши ослиными, плюс длинная козлиная бородка. Обнажённый мускулистый торс, на удивление без единой шерстинки, переходил в покрытые густой шерстью копыта. В одной руке он держал изогнутого деревянного змея, а в другой — поднос для подношений, в центре которого лежало реалистичное деревянное сердце с идеально вырезанными прожилками.

— Это то, что мы ищем? — спросила Альма, ещё не понимая, к чему я.

— Это цернунн, полагаю, — ответил я. — А это — его фрагмент, судя по силовому полю Системы.

— Как? — удивилась она. — Где ты его взял?

— Там же, где и ты — вот здесь и сейчас. Мне просто пообещали доставить посылочку через астрал, только и всего.

Девушка взяла деревянное сердце, и статуя существа стала темнеть и покрываться трещинами, а наружу полился яркий свет.

— Оно оживает. Так и должно быть? — спросила Альма.

— Возможно, это страж. Будь готова.

Она решительно кивнула и приготовила арбалет. Левая рука девушки потянулась к чаше на поясе, но поймала лишь пустоту. Артефакта у неё больше не было.

Тем временем существо вдруг резко разнесло деревянную оболочку и сразу же атаковало нас. Деревянный змей оказался серпом, совмещённым с жезлом.

Альма выпустила первую стрелу точно в лоб врагу. Астральный болт застрял между глаз у церноса, но не убил его, а лишь разозлил.

— Осквернители! Кара настигнет вас! — пророкотал он и резко поднял руку с серпом.

Сумрачный ирий попыталась отскочить, но не успела. Я же, едва увидел вырвавшиеся из земли коренья, пленившие мою спутницу, попытался перехватить контроль. Но к своему удивлению понял, что власть над растениями у этого существа сильнее моей.

Цернунн тоже заметил мою попытку вмешательства и резко развернулся. Что-то пророкотав на незнакомом языке, он двинулся ко мне. Из-за плотного строя деревьев показались чужие древни.

Я с удивлением понял, что передо мной коллега с друидским подклассом.

Перехватить контроль над кореньями, сплетавшимися в бесформенный шипастый ходячий куст, я тоже не смог. Но вызвал вместо них свой гибрид на основе энтов и кусачников, усиленных листьями церу и генетикой камнедрева.

Гибрид был неповоротливым, но враг тоже не делал ставку на скорость, а резали мои листья куда эффективнее, чем колючки живого куста.

А затем — ответил броском семян этиний. Волна обновления, пропущенная через амулет Селены, обратилась взрослыми растениями, и те впились в противника.

Послышался болезненный стон. Но сдаваться цернос не планировал и, ни секунды не раздумывая, отсёк себе левую руку серпом. Вырвалось сдавленное мычание, за которым последовал удар ногой по деревянному полу.

Затем монстр ногой швырнул упавшую руку со вцепившимися в неё этиниями в мою сторону.

Я успел сделать древесный щит, из-за которого ударил некротическим лучом.

— Погань нечистая! — взревел он и попытался взять меня корнями, как Альму. Но я выпустил некротическую энергию вокруг себя, заставив растения высохнуть.

В этот момент к врагу прорвалась освободившаяся Альма. Я увидел знакомую печать живого источника и поддержал её, врубая на полную навык вампиризма.

Противник взвыл и бросился в мою сторону, но на его пути встала Альма. Она попыталась призвать темницу душ, но цернунн оказался слишком сильным. Он выпустил волну силы, отбрасывая Альму в сторону и шагая ко мне, ведь я всё ещё продолжал пить его силу.

Однако противник стремительно слабел каждое мгновение. Когда церунн был уже в шаге от меня, я вновь ударил его лучом, и он, наконец, повалился на пол.

— Хороший бой, — сказал я, когда понял, что дело сделано. — Уверена, что хочешь быть такой штукой?

— Миса всё делает безупречным, — ответила она и улыбнулась. — Хороший бой. Хотя противник для меня неудачный. У нас родственные силы.

— Фрагмент взяла?

— Конечно.

— Пользуйся. Возвращайся в терминал и бери свой новый класс, если хочешь. Уже завтра утром мы пойдём за тридцатый. Готовься выдать максимум.

Наверное, не многие, как я, умудряются найти себе сражение на ровном месте. Но как-то так у меня и вышло.

На втором этаже выходил с астрального пути я один. Путь меня вывел между двух близко расположенных книжных полок. Слышался шум собравшихся проходчиков, а как только они заметили меня — так стало ещё громче. Впереди было долгое обсуждение бытовых вопросов, в частности, скорого открытия нового пути вниз.

Для этого у меня уже были интересные мысли, как завлечь на работу одно не в меру общительное создание. Нам с Альмой стоять на входе привратниками — бездарная потеря времени.

После того, как началась долгая подготовка к новому спуску, я уже несколько раз спускался с Альмой вниз, чтобы открывать и закрывать вход для других боевых групп. Дважды рейды огребали от тамошних монстров, но действовали они осторожней нас и не заходили слишком глубоко, чтобы вернуться в нужное место к обозначенному сроку.

Один раз — группа архитопов вернулась с успехом. Это был рейд Бульдога с Бореем, Хиро, лучшим шаманом двадцать второго сектора Маханом, легендарным лучником, и другими опытными проходчиками. Большая часть группы была архитопами, которые по уровню угрозы существенно обходили нас.

Они нарвались, как некогда и мы, на микотов. Однако были к этой встрече готовы и зачистили логово огнемётами, гибридами огня и уникальной магией удаления Хиро, благодаря которой после ушли к месту встречи у разлома прямо через стены.

Слушая их историю я только качал головой, думая о том, что мы могли бы действовать почти так же и победили бы, а не чудом унесли ноги, как вышло в реальности. Им помогла в этом бою даже не огромная сила, хотя и с ней у них всё было замечательно. Главными причинами их успеха были правильная подготовка благодаря уже добытой информации и наличие разных видов урона под разные ситуации.

Это то, к чему пришёл я сам, и над чем работал Орден для следующего спуска. Хочется верить, что нам это удалось. Но так ли это — рассудит сама Стена.

Новости о скором открытии спуска за тридцатый для всех желающих вызвала большой ажиотаж. Стандартная схема спуска казалась всем намного надёжней, чем разовые акции вроде захвата двадцатого и тридцатого.

Заодно я для себя выяснил состояние дел на этих этажах. Двадцатый постепенно становился полноценным жилым этажом. В бирюзовой траве под чёрным небом, под светом техники искусственного освещения разрастались новые города. Их называли по именам основавших их проходчиков, увековечивая их в истории.

Поток беженцев с тридцатого не стихал. Друиды для подготовки полей и стимуляции роста пищи стали пользоваться огромной популярностью. Теперь многие мирные мечтали получить этот класс и заниматься работой по налаживанию быта на двадцатом и тридцатом.

Тумор наладил поток услуг по созданию светящихся растений в качестве освещения, а также на заказ помогал обустраивать поля, города и массово продавал бытовые предметы типа деревянной мебели.

Белая добавила для меня, что полученные таким образом ресурсы поступали в казну Ордена. В частности, в форме новой зарождающейся в секторе валюты.

Захват тридцатого продвигался намного медленнее, чем я думал. Но оно и к лучшему — с большим потоком беженцев мы бы не справились.

Подросли в цене и услуги механистов, которые помогали переоборудовать добытые на тридцатом технологии для бытовых и военных нужд сектора.

А самое главное — рейды Дориана, Рафаэля и дворфа из Конного Клуба по имени Ключ Зимы смогли найти и захватить заводы по синтезу осмия. Этот чрезвычайно важный материал стоял на уровень выше золота по способности концентрировать и проводить ману, а потому был новым шагом в ритуалистике и артефакторике.

Поскольку синтез был процессом медленным и сложным, а готовый осмий встречался на тридцатом лишь в мелочёвке у гвардейцев статусом не ниже отца — изделия из этого металла постепенно входили в обиход ресурса для обмена наравне с неудобными для большой торговли пищей и фрагментами, которые активно вырезались вивисекторами под видом системных.

А затем проходчик Профион предложил чеканить из осмия монеты. Не самое рациональное использование редкого ресурса, но, как и в других мирах с золотом, его ценность была очевидна, а подделки бессмысленны — осмий и есть осмий, в нём будет цениться вес. Примеси же любой маг с контролем сможет определить просто по количеству маны, которую можно в монету вложить.

Новшество пока только начинало свой путь в торговой системе сектора, но уже показывало себя с наилучшей стороны. А я отметил, что очень вовремя начал закупку осмия для нужд убежища. Пули с добавлением осмия несли в себе значительно больше маны, потому могли содержать заклинания до второго круга. Это было даже лучше чем у эльфов, которые специализировались на ритуалистике с огнестрелом. Для крохотной пули это давало огромное количество вариантов применения. Не говоря уж о других артефактах из осмия.

Обсудив всё это, после совета я отошёл к Конраду, чтобы предложить тренировки и прокачку в двадцать первом секторе. Это могло быть обоюдно выгодно — база в двадцать первом была слаба и с трудом отбивалась от прорывов. Часть местных я собирался принять в Орден и превратить в полноценный гарнизон.

Взамен Новая Гильдия Проходчиков получала доступ к новым видам терминалов и существ, что позволяло ещё больше повысить эффективность и скорость прокачки, не говоря уж об открытии новых путей развития.

Все эти обсуждения меня успели изрядно вымотать, потому я был рад покинуть собрание и наконец-то отправиться на заслуженный отдых.

На десятом, как всегда, устроили весёлое пиршество, во главе которого сегодня был Дмитрий, показывающий магические фокусы местным. Но сегодня я был только рад этому. Стоит последний раз отдохнуть перед началом нового спуска.

Хотя, с учётом последнего дня, за столом приходилось постоянно отвлекаться для решения задач с подготовкой. Сайна так и вовсе была настолько загружена крафтом нового, авторского вооружения, что участия в этом всём не принимала. Как и Белая, которая ушла заканчивать дела на десятом в своём герцогстве, как она его называла.

Потому ночь я провёл в компании Тии. Для этого мы отправились в уединённое место у искусственного моря и провели ночь под звёздами ненастоящего, но такого реалистичного неба.

Поутру Орден в полном составе, вооружённый обновками, ждал меня у лифта. Те, кто не обладали растительной цепью, шли в убежище, выход из которого я открою уже на тридцатом. Те же, кто мог сливаться с деревьями, шагнули вместе со мной в лифт. К тридцатому.

Путь к Оазису начался. И на этот раз мы дойдём до самых его врат.

[9] Логи эволюции Ордена

Аудитор Арктур, леший/эссенциарх

Идёт генерация структуры тела…

Расовое соответствие: вердант ➨ астральный лишайник (астралодендромикот).

Идёт генерация структуры магических каналов…

Оценка магических источников:

1. Искажённый источник хуорна.

Поддерживаемые стихии: земля [природа], земля [микомантия], некротизм [теневая структура].

Существенно расширен потенциал аспекта микомантия.

Оценка магического дара: великий ➨ полубожественный.

Идёт построение списка коррекции навыков:

Микомантия: агрессивное грибковое заражение, микомантия, выброс спор, грибификация — способности будут усилены.

Добавлены навыки:

Контроль мицелия — позволяет контролировать созданные магом грибные формы.

Форма лишайника — позволяет разделяться на отдельные организмы типа лишайник и собираться обратно в изначальную форму.

Мудрость природы — расширенная версия совиной мудрости и мудрости верданта с поддержкой осознанности микотов.

Внимание: форма лишайника блокирует искажённую форму источника [некротизм]

Копирование генома — позволяет восстанавливать организм из отдельных очагов лишайника.

Магические навыки в коррекции не нуждаются.

2. Источник типа сопряжение.

Поддерживаемые стихии: свет [жизнь], магия крови [искажение накопителя].

Будут внесены поправки в механизм работы источника.

Оценка магического дара: большой ➨ великий.

Идёт построение списка коррекции навыков:

Эффективность и сила заклинаний стихии свет и магия крови — повышены на 20%

«Вечное цветение II». Расширен перечень родственных форм: грибы, лишайник.

3. Гибридный источник ауремии

Поддерживаемые стихии: свет [жизнь], магия крови [искажение накопителя].

Будут внесены поправки в механизм работы источника. Устранён конфликт свет — вампиризм.

Оценка магического дара: выше среднего ➨ большой.

Идёт построение списка коррекции навыков:

Кровь хозяина леса: повышена эффективность и сила на 20%

Добавлена способность: трансформация проклятий (активируемое).

Позволяет поглощать проклятия в радиусе 3–5 м вокруг себя, трансформируя их в источник энергии жизни.

4. Источник типа «астральная проекция»

Поддерживаемые стихии: астрал.

Оценка магического дара: выше среднего

Идёт построение списка коррекции навыков:

В коррекции не нуждается.

5. Исток осквернённой листвы

Поддерживаемые стихии: цветы зла [природа + астрал + пустота].

Оценка магического дара: средний

Идёт построение списка коррекции навыков:

В коррекции не нуждается.

6. Универсальный резервный накопитель

Поддерживаемые стихии: универсален

Связанные навыки отсутствуют.

В коррекции не нуждается.

* * *

Изменение класса:

Леший (эпический) ➨ архидруид (легендарный) .

Корректор Аселла, проклятый экзекутор

Идёт генерация структуры тела…

Расовое соответствие: биомеханоспирит ➨ биосинтетический дендроспирит.

Идёт генерация структуры магических каналов…

Оценка магических источников:

1. Сердце техноцита [серверная нейроматрица экзекутора техноцита].

Поддерживаемые стихии: некротизм.

Оценка магического дара: технический.

Будет произведена ассимиляция источника механического типа растительной цепью. Источник будет заменён:

Биосинтетическое сердце [серверная дендроматрица наказующего]

Идёт построение списка коррекции навыков:

Некротехнологии ➨ Синтетические некротехнологии (добавлено управление синтетическими растениями)

Боевой модуль техноцита ➨ Дендросинтетический боевой модуль (добавлено управление синтетическими растениями)

Единство сенсорных систем ➨ Единство сенсорных систем II (добавлен обзор через подконтрольные растения)

Лезвия агонии ➨ Лезвия агонии II+ (добавлена поддержка стихии «цветы зла»)

Прочие навыки матрицы в коррекции не нуждаются.

Добавлены навыки:

Эмпатия к растениям — позволяет взаимодействовать с растительными формами

Единство — позволяет сливаться с растительными формами

Регенерация — позволяет медленно восстанавливать тело за счёт света, воды и пищи.

Дендроморфизм — позволяет изменять части тела посредством растительного роста.

2. Исток цветов зла

Поддерживаемые стихии: пустота.

Оценка магического дара: средний.

Будет произведена ассимиляция источника гибридной стихией III порядка.

Источник будет заменён:

Исток цветов зла

Поддерживаемые стихии: цветы зла [пустота, астрал, растение].

Оценка магического дара: средний.

3. Кошмар экзекутора

Поддерживаемые стихии: астрал.

Оценка магического дара: средний.

В коррекции не нуждается.

4. Проклятие экзекутора

Поддерживаемые стихии: рок [астрал+пустота].

Оценка магического дара: средний.

Будет произведена оптимизация источника путём перенаправления энергии. Источник будет заменён на: «Проклятие наказующего».

Магический потенциал будет повышен до «выше среднего».

Навыки в коррекции не нуждаются.

* * *

Изменение класса:

Проклятый экзекутор (эпический) ➨ Наказующий Мисы Зеркальной (легендарный) .

Модератор Дмитрий, зеркальный маг

Идёт генерация структуры тела…

Расовое соответствие: хаотоморф [искажённая форма, мультиморфизм] ➨ астральный дендрочихар.

Идёт генерация структуры магических каналов…

Оценка магических источников:

1. Искажённый источник зеркальной глади.

Поддерживаемые стихии: вода, хаос.

Оценка магического дара: великий.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

2. Искажённый источник огненной пульсации.

Поддерживаемые стихии: огонь, хаос.

Оценка магического дара: средний.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

3. Искажённый источник порыва ветра.

Поддерживаемые стихии: воздух, хаос.

Оценка магического дара: средний.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

3. Искажённый источник порыва земли.

Поддерживаемые стихии: земля, хаос.

Оценка магического дара: средний.

Будет произведена адаптация до центральный источник дендрохаота

Добавлен поддерживаемый аспект: тифон (природа + хаос)

Добавлены навыки:

Эмпатия к растениям — позволяет взаимодействовать с растительными формами

Единство — позволяет сливаться с растительными формами

Регенерация — позволяет медленно восстанавливать тело за счёт света, воды и пищи.

Дендроморфизм — позволяет изменять части тела посредством растительного роста.

Все связанные навыки источника будут улучшены на 33%

5. Искажённый источник лжи астернали.

Поддерживаемые стихии: свет, хаос, астерналь (ложный свет)

Оценка магического дара: выше среднего.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

6. Искажённый источник лжи парейдолии.

Поддерживаемые стихии: тьма, хаос, парейдолия (ложная тьма)

Оценка магического дара: выше среднего.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

7. Подавительный источник слёз хаоса.

Поддерживаемые стихии: хаос

Оценка магического дара: высокий.

Будет произведена смена доминирующей парадигмы. Центральная стихия хаос заменена на «тифон». Приоритет обращения источника будет снижен.

Эффективность навыков стихии хаос снижена на 15%

Будут удалены навыки: призыв слайма хаоса, осквернение, склизкие испарения, излом выжидания, чернила, портал в бездну.

Внесены корректировки в работу навыков: мутация, око хаоса, рой щупалец.

Будет улучшено: произрастание (добавлена поддержка стихий природа, тифон)

8. Накопительный источник звёздного луча.

Поддерживаемые стихии: магия звёзд

Оценка магического дара: средний.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

9. Астральный источник судного дня (урезанная форма)

Поддерживаемые стихии: астрал, хаос, рок.

Оценка магического дара: выше среднего.

Будет произведена коррекция. Новый тип источника «Астральный исток Алолесья»

Добавлена поддержка стихии Тифон. Сменена главенствующая парадигма.

* * *

Изменение класса:

Зеркальный маг (эпический) ➨ иерофант (легендарный) .

Проходчик Райшин, ликвидатор

Идёт генерация структуры тела…

Расовое соответствие: кадавр ➨ дендрокадавр

Идёт генерация структуры магических каналов…

Оценка магических источников:

1. Сердце кадавра.

Поддерживаемые стихии: некротизм, тьма.

Оценка магического дара: высокий.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

2. Осколок жизни.

Поддерживаемые стихии: жизнь.

Оценка магического дара: низкий (функция пассивной поддержки жизнеобеспечения некроморфа)

Будет произведена коррекция с учётом смены типа главенствующего источника. Потенциал источника будет расширен до «средоточие жизни» потенциалом средний.

Добавлена возможность контроля маны жизни.

3. Сердце алолесья.

Поддерживаемые стихии: природа (жизнь).

Оценка магического дара: выше среднего

Добавлены навыки:

Эмпатия к растениям — позволяет взаимодействовать с растительными формами

Единство — позволяет сливаться с растительными формами

Регенерация — позволяет медленно восстанавливать тело за счёт света, воды и пищи.

Дендроморфизм — позволяет изменять части тела посредством растительного роста.

* * *

Изменение класса:

Подтверждён текущий класс Ликвидатор (легендарный) .

Верификатор Альма, сумрачный ирий

Идёт генерация структуры тела…

Расовое соответствие: аалорн ➨ цернунн.

Идёт генерация структуры магических каналов…

Оценка магических источников:

1. Рога аалорна.

Поддерживаемые стихии: земля [природа].

Оценка магического дара: великий ➨ полубожественный.

Будет заменено на версию «рога церноса»

Идёт построение списка коррекции навыков:

Сила заклинаний источника будет повышена на 10–15%

2. Сердце энирай.

Поддерживаемые стихии: свет [жизнь]

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

3. Живой мрак ласомбра

Поддерживаемые стихии: тьма.

Оценка магического дара: выше среднего.

Связанные навыки в коррекции не нуждаются.

4. Концентратор искр (вспомогательный источник)

Поддерживаемые стихии: огонь.

Оценка магического дара: малый ➨ средний

Ограничения источника будут разблокированы. Доступна базовая магия огня.

Сила воздействия навыков будет повышена на 25%

5. Печать цирруса

Поддерживаемые стихии: циррус (вода + астрал).

Оценка магического дара: средний

Источник типа печать поддерживается за счёт двух фантомных источников. Будет произведена адаптация и создание технических источников поддержки составных стихий согласно структуре цернунна.

Источник будет улучшен до «троистый источник цирруса» с поддержкой базового контроля стихий вода, астрал.

Повышена эффективность воздействия стихии циррус на 66%

Существенно снижены затраты маны для поддержания и активации.

6. Малый божественный источник сумрака

Поддерживаемые стихии: равновесие (свет + тьма)

Полубожественный ➨ божественный

Идёт генерация структуры навыков:

Обречённый жить II ➨ Обречённый жить III (расширено количество поддерживаемых заклинаний и существенно снижена цена поддержки)

Путь сумеречья ➨ Путь сумеречья II (стихийный контроль будет повышен на 75%)

Колыбель сумеречья ➨ Колыбель сумеречья II (повышена сила и эффективность влияния на 50%, а также скорость передачи маны.)

Зеркало Мисы, безжалостность — в коррекции не нуждаются.

* * *

Изменение класса:

Сумрачный ирий (эпический) ➨ целестин (легендарный) .

10. Ужас, что больше не страшен

Тридцатый всё больше напоминал рай. Свисающие плодовые лианы, запах ароматных цветов из разных миров. Уникальный биом, созданный из всей растительности, что я встречал, радовал глаз.

Башни домов утопали в зелени. Моросил вечный едва заметный дождь, поддерживавший высокую влажность.

Я открыл убежище, и к рейду присоединились все, кто готовился к спуску.

В прошлый раз с учётом размеров локаций лучше всего себя показали мобильные группы, которые делились для исследования и быстро собирались в единый кулак в случае встречи с врагом или внезапным расширением локации.

У лифта нас провожал Тумор Чернодрев. Рядом с ним стоял, постоянно вертясь и озираясь, Дмитрий.

— Следи за ним. Глаз с него не спускай, — предупредил я. — не стоит надеяться только на магический контракт. Это Стена, здесь всё может быть.

— Да как ты такое говорить можешь, начальник⁈ Я же всей душой за дело, жизнью вам обязан, и пушистыми яйцами! Я за Орден кого хош пущу на шашлык!

— Вот и докажи это верной службой.

— Скучно, — со вздохом сказал он. — Но всё будет в лучшем виде, гарантирую!

Итак, великий Лифт получил способ проходить ещё ниже.

— Открывай, — кивнул я Диме, и тот поднял вверх четыре лапы.

— Ты что, модер и корректор одновременно? Твой Шики спускался ниже тридцатого и дал тебе особые права?

— Не-а, я просто копирую. Это же, по-сути, заклинание, просто от фрактала. А вот то, что система слушается — это уже благодаря статусу, да. А мы с Шики до десятого ходили. Потом через другое измерение спускались к пятнадцатому. Но там оказались те твари, механические мертвецы, знаете? За них даже Хостер не заходил. И они в астрале тоже малину портят, не пройти. Мы чуть потыкались и пошли обратно. Хватит и десятого. Там тихо, мирно, славно. Если б не прорывы…

— Ты упомянул копирование способностей. Это способность зеркального мага?

— Не, я уже больше не зеркальный маг. Взял на терминале иерофанта. А навык — вот, — он продемонстрировал мне четыре ладони, по центру каждой находился один глаз. Два из них беспорядочно бегали в разные стороны. Один — неотрывно смотрел на меня. Другой… я проследил за его взглядом и уткнулся в Альму.

— Ты смотришь на тех, кто произнёс заклинание?

— Да, пока вы с Альмой живы, я буду вас видеть где угодно. И иметь ту способность, что увидел первой.

— Поэтому у тебя так много глаз.

— Угу, глаза важны. Потому я и взял самого глазастого из тех существ, что вы предложили. Дендрочихар мне нравится. Вот, могу что делать, — он приподнял голову, и на его шее появилось ещё несколько маленьких глазок.

— Дендроморфизм это нечто!

— Я бы предпочла, чтобы ты за мной не смотрел, — заметила Альма.

— Мне без надобности делать это всегда. Только когда применяю магию.

— А заблокировать твой взгляд как-то можно?

— Зеркала, специальные артефакты, особая магия. Да много как можно. Только зачем? Мой взгляд не почувствуешь. У меня созерцатель восьмого уровня. Смотреть — это искусство, освоенное мной в совершенстве. Я вижу столько всего, что ты сознание потеряешь от переизбытка информации. А мне вот нормально. Сейчас я себя ограничиваю. Пытаюсь кайфовать от нормального зрения. Но… — он вырастил ещё несколько глаз в случайных местах. — Могу в любой момент вызвать побольше. Я их внутри себя храню, чтоб не мешались.

— Понял. Ну, надеюсь, проблем от тебя не будет, помимо говорливости.

Рейд делился на три группы. Остановленное пространство представляло собой обычные локации, а не колодец. В этот раз не повезло. Но Мерлин заранее заготовил синие кристаллы, а рейд имел с собой четыре импульсара интри, чтобы прожечь пол на тридцать второй.

На обоих этажах были аномалии, которые мы аккуратно разминировали. Первая больше походила на миазм с букетом невидимых глазу химикатов. Их мы определили анализатором и нейтрализовали. Вторая — сложная система ловушек, выстреливавшая кристаллическими иглами со всякой поганой магией, в основном в стиле гаруспиков, на болезни и отказ органов.

Проходилось это банальным вандализмом. Вокруг меня сейчас было полно растений, и мне не стоило большого труда спустить вниз корни и ветви, которые перекрыли все стены, изолировав область внутри. Предел бронебойности у кристаллических игл был.

Третья локация оказалась куда менее приятной. Нас встречала новая, доселе незнакомая тварь, на сей раз на основе муталисков и мёртвой магии.

— Королевский морфолк, — сообщила Белая. — Сильный пустотный проклинатель, который перехватывает и копирует магию. Потом бросает в тебя твою же магию, но уже осквернённую пустотой.

— Мы уже встречались с такими этаже на девятом, — припомнила Сайна. — Тогда только благодаря Нэссе и отбились.

— Пустотники в любом случае не к добру, — сказал Кот.

— Мы первые. Вы будьте наготове.

Мы заранее определили разделение на три подгруппы. Авангард, во главе со мной. Здесь была фактически вся основа Ордена.

Дно локации устилала лиловая дымка, из-за которой мы не могли видеть, действуют ли на пол в локации синие кристаллы. Место было стилизовано под мрачные древние руины. Ничего нового. Монстров, на первый взгляд, видно не было. Сама локация — нестандартного размера, чуть-чуть не дотягивала до хаба.

— Дно не пробивается. На нём субстанция неопределённого типа. Похоже, она погасила инерцию выстрела и взрыв синевы не возник.

— Да, я чувствую свои кристаллы, — сказал Мерлин. — Ща подсвечу.

Он щёлкнул пальцами, и по мрачному помещению разлился свет небольшого искусственного солнца.

Послышался визг существ. Видимо, местным обитателям свет был не по душе.

С шелестом страниц из-за спины солариса вылетела книга, хлопая обложкой. Вниз устремился свет прожектора.

— Они похожи на собак, но на голове растут человеческие руки. Ими они перехватывают и насылают проклятия, — сообщила Белая.

— Те что были на девятом были такими же, — напомнила Сайна.

— Нападать они пока не спешат, — заметил я.

— Они используют другую тактику: насылают смертельное проклятие, которое убивает, если немедленно не прикончить тварь. Поэтому они атакуют исподтишка и прячутся, чтобы ты погиб раньше, чем найдёшь их.

— Проклятия, говоришь? — хмыкнул я.

— По идее, мощные проклятия пустоты.

— Альма, Нэсса. Это на вас.

Ноги коснулись земли. Я перенёсся стихийной формой и теперь пытался понять, насколько мне уютно стоять в этой жиже. Пол локации устилала какая-то вязкая дрянь. Но, к счастью, она лишь покрывала пол, но глубже нога не проваливалась.

Следом за мной спустились и остальные. Собрались из мотыльков разные версии Тии. Спустилась на антиграве Сайна, не выпуская из рук новую винтовку, принятую на вооружение Ордена.

Рогатая принялась накладывать пламя Асгора, чтобы поднять резист. Нэсса — натянула над нами защитный купол созидания, каким некогда прикрывала нас от пустотного миазма.

Монстры напали, как и обещалось в описании, исподтишка. Прижимаясь к земле и быстро перемещаясь под прикрытием лиловой дымки, они подобрались совсем близко и вступили в бой.

Это было странное нападение. Сперва они влипли в защиту Нэссы, и созидание им по душе не пришлось. Окутывающий их ореол мёртвой магии развеялся, и перед нами предстали уродливые чёрно-лиловые псы с розоватыми глазами без зрачков, разбросанными по всему телу. На башке действительно росли тонкие человеческие руки.

— Без магии! — напомнил всем я слова Белой.

Не получив ничего для перехвата и не имея пустотных бонусов к урону, они быстро огребли от танков. Две вереницы существ приняли Рейн с Аси. Меч ангела со стихийным уроном плазмой рубил тварей как масло. Наказующая, не сильно напрягаясь, поймала лезвиями троих и превратила в нарезку.

Оставшиеся с визгом побежали прочь, поджав хвосты.

Как и говорила Белка, это была лишь часть тактики.

— Тела прокляты, — сказала она. — Одна из способностей — посмертное проклятие.

Погибшие морфолки рассыпались будто древесный уголь, а лиловая дымка от них потекла к нам. По телам бойцов первой линии потянулись следы разломов с горящей магией пустоты в них. Тёмная лента проклятия пронеслась и ко мне, но я снял печать со своей способности, и тьма свернула в мою сторону, по пути начиная светлеть.

А затем сила автоматически выплеснулась волной энергии жизни. Морфолкам было уже плевать, а по рейду пронеслась возрождающая целебная сила.

Альма тоже справилась — очищение цирруса коснулось Рейна, а затем Аси и Доры.

— Не развеивайте, — попросила Тия. — Я могу собирать эти проклятия и использовать на врагов. Белка права, оно очень сильное. Но работа с ними мой профиль.

— Хитро устроились, гады, — заметил Мерлин. — Локация будто лабиринт, ещё и ноги в этой мерзости вязнут. Какие тут погони. А им пофиг. Вон, гляди как пялятся.

Монстры действительно смотрели на нас издали, вращая головами и не зная, что предпринять.

Действительно, как говорил недавно Дмитрий, нашла коса на камень. Судя по всему, монстры были ничем не лучше микотов и ингенов, но наш рейд был очень хорошо защищён от проклятий и имел резист к пустоте. Идеальный набор для борьбы с морфолками.

Локация была больше, чем мы думали. Скорее, она представляла собой лабиринт наподобие того метро. Скорее всего, пересбор изменил локацию, но примерно повторил её очертания. Тем более, что местным обитателям лабиринты были очень на лапу.

Мы двинулись дальше. Достигнув стены, Эстель вошла в неё, а Тия начала «долиной голосов» читать отголоски оставленных здесь эмоций и воспоминаний.

Мы перестроились, создав впереди своеобразный клин. Танки вызывали на себя проклятия, которые тут же собирались Тией, а те что проскальзывали — автоматически стирались мной. Альма беспечно шла вперёд, заложив руки за спину. Геноцид королевских морфолков продолжался.

— Здесь дальше будет спуск вниз, — сообщила Эстель. — Только будьте осторожны, здесь есть ловушка — часть дороги со скрытыми ямами, которые засасывают вниз. Дорогу лучше проверять чем-то.

Я создал несколько корявых древней, чтобы те шли впереди, а танков отозвал поближе к рейду.

— Чувствую старых знакомых, — сообщила Тия.

— Подтверждаю, — добавила Сайна, и один из её дронов спроектировал на ближайшую стену картину светлой локации, полностью закрытой мицелием грибов.

— Микоты, — сказал я с нотками радости. Я хотел с ними встретиться — это лучший способ проверить, насколько успешной была наша подготовка. — Всем сменить режим огня!

Новое от нашего эфирного архитектора имело сразу пять типов урона: криогенный кавитатор от Чистой Стаи, упрощённый для удобства использования, колдерский горячий газ, распылитель святой воды, лазерный излучатель и рельсовую пушку.

Над созданием этого оружия она долго работала, упрощая и уменьшая модель. Изначально это вообще было неудобной тяжёлой громадиной, но теперь выглядело компактно и удобно. Всё же делалось оно с учётом местных реалий и целью было засунуть в одно оружие максимум разных типов урона.

Несколько древней вскоре провалились в первую яму. Мы удвоили бдительность. Сайна выслала вперёд анализаторы и через некоторое время смогла подсветить места ловушек. Обойдя их, мы достигли места, где лиловая дымка под ногами заканчивалась вместе с вязкой грязью, и в каменном полу виднелись квадратные дыры.

Спуск на тридцать четвёртый был необычным и представлял собой зависшие в пространстве громадные кубы. Предполагалось, что мы будем по ним спрыгивать вниз. И, конечно же, некоторые из них оказывались ловушками и рассыпались под весом вниз, где нас уже ждали длинные острые колья.

Но это лишь полбеды. Внизу была созданная микотами база со множеством стражей. Предстоял бой с ордой агрессивных грибов.

— Делимся на три группы. Мы готовились к этому моменту. Начинаем зачистку. Кто соберёт больше всего грибов, получит выходной наверху, — бросил я с кривой ухмылкой. Впереди была месть в виде множества зажаренных грибов.

11. Месть, которую подают холодной

Второй встреченный нами в этот заход противник был нам уже хорошо знаком, и мы готовились к этой встрече.

Первыми полетели дроны-камикадзе. Одна из слабостей микотов — игнорирование того, что не может быть употреблено в пищу. По этой причине механизмы легко пересекли границы зоны их обитания и эпично взорвались, превратив живописную грибную локацию в огненный ад.

Вырвавшиеся же из огня монстры наткнулись на нас. Мы стояли вокруг провала, не ступая на куб и обстреливая их из-за заранее подготовленной защиты.

— Всем принять таблетки! — приказал я.

Рецепт защищающих тело от ассимиляции грибами таблеток нам передали семнадцатые, хотя многие ингредиенты были или редкими, или отсутствовали вовсе у нас.

К счастью, способности Мерлина и Софьи помогли восполнить недостающее. Теперь можно было расслабиться, зная, что микоты никого не смогут захватить.

Поднятая стена из силовых полей была сделана Сайной и её роботами. Если моё защитное древо они бы ассимилировали, то через поле они просто не могли пролететь. В отличии от нашего огня — универсы, как их назвала механистка, перешли на режим воспламенения.

Микоты смогли удивить. Те особи, что вовремя сориентировались, начали захватывать висящие кубы спуска. Те, которые не падали вниз — микоты прекрасно знали, где останавливаться. Там существа собирались в тела разнообразных чудовищ из-за тридцатого этажа.

Они ударили разнообразными способностями, перенятыми от скопированных видов. Теперь я уже очень хорошо понимал, как эти существа устроены. Получившие генетический слепок какого-то существа особи вместе собирали единое тело, точную копию этого существа в тех местах, где это было необходимо. Даже разум был тем же, потому микоты обладали всей памятью и умениями. Всем, что можно было скопировать их природой.

Не получалось только с магией смерти, да и у остальных так же — разные заклинания требуют разное число маны. К тому же, по понятным причинам, микоты не копировали то, что не связано с физическим телом и разумом: магия контракта, всё, что связано с верой, способности, связанные с душой — всё это они повторить не могли.

Силовые поля сменила защита магическая. Куполы магов, способность щита Рейна в комбе с рывком и его же фрактальный барьер.

Монстры пошли в контратаку, поняв, что защита более не так монолитна. Некоторые попытались облететь сверху, вырастив крылья или расщепившись на ещё более мелкие летучие фракции, превратившись почти что в облако спор.

— Лёд! — крикнул я, и режим способных зацепить союзников в ближнем бою огнемётов сменился криогенными кавитаторами.

Переложенные на наши возможности технологии Чистой Стаи сработали хуже. Монстров они не морозили, а лишь очень сильно замедляли. Но и этого хватило, чтобы потом добить химией.

— Противник уничтожен — доложила Белая. — Без потерь!

— Подожди, ещё проверим, что там внизу.

— Внизу засада. Несколько особей собрались в устойчивые к огню формы, — доложила Эстель.

— Тогда сперва охладим их пыл и потравим, — принял я решение.

Мы подошли к спуску вниз. Внизу ещё бушевало пламя, но уже начинало стихать. Второе чудо техники Сайны, самоходная защищённая тележка внутри толстых роботов-доставщиков, приготовила ядовитые смеси против грибов.

Изнутри вылетело несколько дронов с опрыскивателями и резиновыми мешками яда. Чистящее средство Софьи и набор агрессивных химикатов против грибов. Немного ожидания, и снизу потянулась вонь.

— Маски! — приказала Белая.

— Давайте холод, — продолжил я, и следом за ядом вниз полился криотик. Эта жидкость была сделана на основе модифицированной версии гранат Чистой Стаи. Она быстро испарялась и превращалась в облака замораживающего газа.

Оставалось дело за малым — спуститься вниз, на тридцать четвёртый. Ловушка с падающими в волчью яму кубами была слабовата для этого этажа. Полёты для нас давно перестали быть чудом, так что никто просто не играл со Стеной в эту игру.

Внизу под почерневшими стенами лежали обгорелые грибные тела. Мицелий был уничтожен. Мои глаза жизни ничего не обнаруживали.

— Чисто, — подтвердила Эстель.

— Чисто, — кивнула Тия.

— Разделяемся. Осматриваем локацию, затем будем думать, куда идти дальше.

После столь массированной атаки определить тип локации, которую мы уничтожили, было уже невозможно. Но она была достаточно ровной, с набором ходов из неё. Если точнее — три больших официальных перехода с вратами. Микоты их полностью оплели и сделали монолитной стеной. Но сейчас от противника остался лишь пепел.

Помимо них были ещё три скрытых. Что-то вроде замаскированной вентиляционной шахты. Одна уходила вверх, другая вниз, третья — во вторую из локаций.

Эта вторая по счёту локация — была аномалией, в которую мы гарантированно идти не будем. Принцип её работы не смогли определить ни Эстель, ни даже Странник, так чтобы построить способ её пройти или отменить. Она выглядела как пульсирующий свет, который увеличивал расстояние между органами или частями механических тел.

Мы немного постояли у этой двери, в тщетных попытках понять, каков принцип этого излучения и как от него защититься, и решили выбрать иной путь. Тем более, что там были более понятные монстры.

— Оба противника очень сильны, — сообщила Белая после разведки. — Но, по идее, проходимы.

— Лишь бы не заражены пустотой, хотя те пустотные твари были хорошим противником, на удивление.

— Нет. За той дверью мессы-мракобестии, — сообщила Белка. — Мне откуда-то эти существа кажутся знакомыми. Возможно, они из моего мира и считались сильными… В любом случае, это магический биосиликат.

— Всего три цепи?

— Четыре. Ещё в них есть цепь тёмных духов. И у них есть гибридная магия. Тёмный ветер Падвей. Они очень сильно защищены от оружия, температуры и тёмной магии. Но уязвимы к магии света.

— Света, говоришь? — улыбнулся Мерлин.

— А кто за второй дверью, определили? — спросил я.

— Да. Высшая разумная нежить.

— Всего лишь?

— Элита Ордена Тиши, к которому принадлежал когда-то Манри тар Ланкдор.

— Зови, пусть рассказывает о своих бывших товарищах.

— Главное я уже выяснила. Это разумный противник с высокоуровневой некромантией, стража из истервисов, божественная магия культа Тефнут. Лучшее, что могут показать боевые личи-фанатики. Но главное — босс. В таких локациях всегда есть босс.

— А терминала там нет, часом?

— Есть, наверное. Это место с сюжетом, а не просто с неразумной нежитью. Но в таком месте терминал почти наверняка будет некротическим.

— Ну, хоть Наги порадуется.

— И Райшин, — добавила Сайна.

— Локация с антуражем под замок в пещере, довольно большая, — добавила Белая. — Скорее всего, имеет суб-локации. В любом случае, это надолго.

— А вторая?

— Имитация широкой тёмной пещеры. Есть мелкие ловушки и ядовитые грибы, но большой опасности на нашем уровне они не представляют. Скорее, часть антуража.

— Эй, хрена тут думать, эти мракобестии света боятся! Я их в соло сделаю, даже не парьтесь.

— Некромантский терминал на тридцать четвёртом тоже может быть интересен, но, наверное, ты прав, приятель. Незачем тратить время, когда есть под носом лёгкий противник.

На этом обсуждение было закончено. Белая зачитала список сопротивлений месс-мракобестий. Сопротивление почти ко всему, включая мёртвую магию, и полный иммунитет ко всему остальному. Почти единственная уязвимость — свет.

Светом в Стене считалось в том числе лазерное оружие, так что снова перевооружившись, мы шагнули в новую локацию.

Это была крупная пещера, хотя идти всей толпой она не позволяла.

— Я очень плохо их отслеживаю, — предупредила Тия. — В основном по кристаллической структуре. Они очень дальние родственники корвитусов.

— Камешки мне нравятся больше, чем хтонь, — признался я. — Но будьте готовы.

— Арк, здесь аномальная тьма, — сообщила Нэсса. — Я не могу её контролировать.

— Высокая концентрация нестандартной магии, — добавила Сайна, демонстрируя эдельвейс. Прозрачный цветок наполнился чернотой, в которой проступали плавающие сизые пятна, будто на шкуре далматинца.

— Это, наверное, и есть его гибридка. Она разлита в пространстве, — добавила Белая. — Мерлин, освети ярче всё своей маной.

— Дорого жрёт, собака, — пожаловался маг и выпустил из себя несколько шаров света, которые медленно поплыли по помещению, освещая тёмную локацию.

Обычно они светились значительно ярче, так что пространство действительно сопротивлялось его освещению.

— Эстель, слышишь их?

— Нет… — растерянно сказала она. — Такое чувство, что звуки здесь тоже распространяются по-другому.

Под потолком жужжали дроны Сайны. Красный свет ионитов с темнотой справлялся лучше, но даже он бил слабей, чем обычно. Это могло означать то, что не только магия была причиной плохой видимости. В воздухе зависли крохотные пылинки, которые тоже отчасти скрадывали видимость.

— Сайна, а проанализируй-ка воздух.

— Здесь высокое пылевое загрязнение. Сама пыль не опасна при коротком контакте, — опередила её Вереск.

— Тогда…

Договорить я не успел. Давление темноты вдруг резко усилилось, снижая видимость ещё больше. Всё почти мгновенно погрузилось во мглу, в которой горела лишь магия Мерлина тусклым полутораметровым ореолом, красные точки над нами, в которых угадывались прожекторы ионитов, и где-то в отдалении слегка подсвечивались синим волосы Листвички.

БАМ!

Первым противника увидела Лифа. Раздался оглушительный выстрел её мега-пушки и треск разбитого камня. А вслед за этим противника увидели все.

Вернее, его часть — большой, полный расположенных в два ряда светящихся зубов, рот. На нас что, напали летающие челюсти?

Врага мы не видели, но круговая оборона и опыт путешествий в Стене сделали своё дело. Посыпались и другие выстрелы. Небо прочертили лазерные лучи. Кто-то переключил сайновский универс в режим тамарской рельсы.

Это оружие имело физический тип урона, от которого тварь считалась хорошо защищённой, но на деле именно он оказался самым полезным. Просто такой урон должен был быть очень большим.

Первый шквальный огонь проявил истинную суть мракобестий. Тела у них всё же были. Нечто неестественно чёрное, будто поглощающее свет вокруг, на толстых, коренастых лапах.

Ну вот и как их бить светом, если они его нафиг выпивают своей силой?

Гораздо эффективнее себя показал физический урон, к которому у врага было высокое сопротивление. Однако расколоть твёрдый кристалл, из которого состояли тела чудовищ, было с нашим нынешним уровнем вполне реально.

Хитрости с подбором урона на этот раз дали сбой. Лучшим решением против мракобестий оказалось простое ударно-дробящее воздействие.

Объявить о своём открытии я не успел — шум боя заглушил бы любой мой крик. Эхо разносилось по тоннелю пещеры и возвращалось обратно. Стоял гул из цокота камней по камню и криков людей. Однако мои товарищи тоже поняли, что нужно делать.

Танки и бойцы рейда перешли в рукопашный и встретили врага защитными навыками. Рейн выставил фрактальный щит прямо на пути у мчащейся туши, и та со всего маху налетела на барьер. А он сам атаковал клинком ангела.

Светящийся меч пронзил каменную шкуру чудовища, и тем самым за один удар смог прикончить его. Размером мракобестии были от трёх до пяти метров, так что смотрелось эффектно.

Другая мракобестия напала на него со спины, но столкнулась с Аси. Лиловые ленты не смогли пробить каменную шкуру. Но выскочившие из земли лиловые лозы «цветов зла» охватили тварь за корявые лапки и принудили растянуться на полу.

Света становилось больше. Во многом потому, что раненые мракобестии истекали светящейся кровью, да и отсечённая чернота показывала светящееся нутро существа.

Вторая неприятная способность монстров была в умении стрелять лучом света. Применяли её они очень редко, но эффект был как от рельсовой пушки. Именно это и стало причиной первых потерь в строю. Впрочем, не критичных. У каждого в рейде уже был свой способ пару раз избежать смерти.

Изначально они этот навык не применяли, потому он стал неожиданностью.

Монстры были невероятно живучими и бронированными. И несмотря на сопротивление, несколько всё же смогли пробраться за спины танков. Один из них даже выбрал меня своей целью.

Мана потекла по Майру, и тот вспыхнул, заодно подбирая форму подлиннее, под толстую шкуру чудовища. Тварь прыгнула в мою сторону. Я поймал её в полёте лучом жизни. Магия света врезалась в её грудь и обожгла, а когда монстр оказался рядом со мной, я усилил рефлексы, влил внутренней санацией силу в тело, и мощным размашистым ударом рубанул прямо по полной светящихся кристаллических зубов пасти.

Брызнула светящаяся кровь, а я шагнул вперёд и нанёс второй сокрушительный удар. Затем коснулся существа левой рукой и активировал обновление. Вспышка света обожгла тварь вновь, и та повалилась на бок, после чего я атаковал светящимся клинком шею чудовища.

Добить его так просто я не рассчитывал — шеи у него толком и не было — лишённая всего кроме рта голова плавно переходила в коренастое тело. Но я использовал преимущество по полной и продолжил бить лучом жизни, а клинок загнал под голову уже колющим ударом.

Тварь попыталась издать какой-то звук, но в конечном итоге подохла. Мракобестия повалилась на пол и застыла, а затем начала таять и превращаться в чёрный туман.

В этот момент я насторожился. Что-то было не так. Монстр не оставил после себя фрагмент. Почему? Даже хрень запредельного уровня из двадцать первого сектора их оставляет. Значит, это не полноценный монстр, а что-то вроде… саммона?

— Арктур! — крикнул Хантер.

Я едва сумел его расслышать в какофонии звуков. Но понял всё сразу.

— Отступаем!!! — закричал я, и мой приказ подхватила Тия, повторив его всеми доступными телами.

Но от чего именно нужно отступать? Мы вроде неплохо справляемся…

Приказ был отдан лишь из доверия к способностям предсказателя. Но он оказался верным.

— Это не основное тело! — крикнула Белка, подскакивая ко мне и оборачиваясь.

Потолок над нами треснул, и на то место, где только что была часть рейда, обрушился камень с мракобестиями с этажа над нами.

Чёрная дымка, которая оставалась после погибших существ, собралась в крупную особь со множеством чёрных лап и светящихся ртов.

Способность вытягивать свет у неё была в разы больше, чем у других. И похоже, его она перенаправляла в виде мощных световых лучшей из пастей. Выстрел нескольких глоток сбил куполы над рейдом. Удержала лишь фрактальная защита Рейна и как-то отбился мой покров Алолесья.

А затем в нашу сторону побежала волна свеженьких мессов-мракобестий.

Бежать, показывая врагу спину, было самоубийством. Но и держать оборону мы не могли. Главная тварь, отстрелявшись из всех глоток, прямо на глазах снова распалась на отдельных особей и бросилась в нашу сторону.

Монстры выдавливали нас из своей пещеры. Пытались окружить, но это им не удалось. Мы отступали очень медленно, с боем. Твари ваншотили, только если попасться под прямой укус или выстрел в голову. Гораздо чаще они вступали в противостояние с проходчиками, и у каждого было, чем удивить монстра.

Но какой в этом смысл? Погибшие мракобестии обращались в чёрную дымку и улетали прочь. А спустя десять минут безостановочного сражения на миг снова мелькнула полноценная тварь, сшитая из множества себе подобных, и вновь отстрелялась потоками мощных лучей.

Как это вообще валить? Они что, бессмертны⁈

Выход из локации был уже совсем близко. Первые бойцы рейда уже выходили за её пределы, под свет локации, где погибли микоты.

Под ногами вновь захрустел пепел.

Один за другим мы возвращались в предыдущую локацию. Потерь не было, как и чего-то критичного. Альма и Вайс справлялись.

Когда все вышли, мы заперли дверь и подпёрли камнедревом с обоих сторон.

— Они что, бессмертные⁈ — прорычала Нэсса. — Копьё Летаргии их не убивает окончательно!

— Мессы — это часть настоящей мракобестии, — сообщила Белая. — Я вспомнила их. В моём мире против них собирали целые армии. Нужно убить всех в одно время, иначе она восстановится.

— То есть это одно существо? — понял я. — Напоминает микотов.

— Арктур, они нас преследуют! — привлек моё внимание Кот.

Наш разговор прервала тьма. Несмотря на закрытую дверь в локацию, мракобестии не желали нас оставлять в покое. Потревоженные чудовища пошли в атаку. Аномальная тьма начала проступать в локацию с погибшими микотами.

— Что-то мы столько готовились, а опять будем драпать, — зло бросил Мерлин.

— Мы организованно отступаем, — поправил я. — У рейда ещё полно сил, нужно только понять, как упокоить эту хрень.

— Арк, наверху пересбор! — с нотками страха доложила Сайна.

Я бросил взгляд в сторону подъёма из кубов. Наверху теперь было что-то красное, с ярким льющимся вниз светом.

Аномальным светом, мать его. Там, куда он попадал, камень кипел, будто вода, чем напоминал способность синего света Мерлина.

— Идём к нежити, — принял я единственное верное решение, а затем активировал свой новый козырь, полученный благодаря эволюции: мудрость природы, значительно разгоняющую интеллект и повышающую осознанность до уровня микота.

12. Локации, что слишком просты

Когда-то давно, в одном далёком мире, на руинах древних царств возникла империя. Великое царство, жители которого строили поезда и говорили с духами.

Познавая тайны древних и развивая собственные силы, империя стала доминирующей, а живущий в ней вид подчинил себе все ресурсы и поставил младшие народы на свою службу.

Народ, что назывался чиффари и вёл свою родословную от живущих в астрале лисов, обладал всем, о чём мог бы мечтать — хитростью, силой и знаниями. Но более всего народ лиса почитал интеллект, как вершину и источник своей истинной силы.

Однако одна загадка не давала им покоя. Что же сгубило всех, кто правил этим миром до них?

Мудрецы, собиравшие древние предания и раскапывавшие тайны прошлого знали, что причина массового вымирания была лишь одна. Душевная боль и безумие, вызванные пришествием мёртвой магии и её темной богиней.

Каждый раз она приходила в новом обличии. Под видом тайных знаний для воронов, под видом могущества к змеям, под видом любви к кошкам и под видом доблести к волкам. Однажды, это было абсолютно ясно, зло придёт и к народу Лиса.

Правили народом мудрые императоры, заботившиеся о народе и о славе империи. Подходила к закату эра правления великого мудрого императора лисьего народа. Власть переходила к его старшему сыну, прозванному Книгозмеем.

Он был ленив и служил праздности. Дни его проходили в алкогольном угаре, а ночи — в порочных оргиях с сотней наложниц. Не думал тот, кого прозвали Книгозмеем о тьме, что вскоре должна была прийти за народом Лиса, как и за всеми, кто был до них.

Но не он один оставался в роду великого императора. Младший брат того, кого назовут Книгозмеем, с рождения знал о том, что ему уготована великая миссия. С детства юноша постигал тайны истории, глядел в глубь времён и искал спасение от зла, что однажды погубит его народ.

Пустота всегда приходит по-разному, но суть у неё всегда одна.

Жажда знаний, жажда власти, жажда любви и жажда справедливости — всё есть проявления единого слабого места. Всё это — эмоции живого мозга и запертой в теле души. Пустота приходит за теми, кто способен желать, а желания порождают боль.

Страдания есть гаввах, поглощаемый той, чьё имя давно забыто в Забвении.

Есть лишь один способ победить настоящее зло, коим есть Страдание, как явление материального мира. Обратить его источник, несущий эмоции — жизнь.

Так родился первый из Аниматургов, повелитель духа и смерти, истинный император империи Лиса, которого позже нарекут Пустынным. Ибо там, где прошёл он, улицы остаются пустынны от всяких страданий.

Богоизбранный народ не исчез, но переродился. Рядом с лисом встали все, кто не желал больше оставаться рабом страданий. Чтобы поднять меч против зла, имени которого боится любой.

Но за пределами смерти нет страха, ибо то, что мертво, не способно страдать.

Ты стоишь на пороге выбора, путник. Остаться трусом или стать одним из нас.

Да стихнет шум под сенью безмолвия.

— Интересная трактовка легенды о братьях-лисах, — сказала Белая.

— Тебе знаком этот текст?

— Легенда довольно известная. Это о том, как был уничтожен народ чиффари.

Мы стояли перед часовней. Локация нежити продолжала пещерную тематику. Только если место обитания мракобестий было пещерой дикой, то здесь была инсталляция руин древнего города под каменным потолком.

Высота четвёртого этажа — шесть метров, но из-за неровности потолка и свисающих сталактитов визуально казалась больше.

Текст был написан на входе в святилище сразу у входа. Мы вынужденно остановились здесь, чтобы я мог вырастить ещё одну заслонку из каменного дерева. Мракобестии нас оставлять в покое не желали.

— Подумать только, лисица считала себя правителем Мельхиора, — проворчал Рамилен. — Жаль, здесь нет старины Сиама. Вот кто бы оценил шутку. В собак верю, они ещё в мои времена подавали надежды. Но лисы… Круче было бы, наверное, разве что, если бы миром стали править трусливые белки из Ашанийских лесов!

— Тебе знакома эта культура? — спросил я у высокого мужика с дредами.

Дух меча, захвативший тело бывшего корректора двадцать первого сектора, медленно покачал головой.

— Нет, слава Аруне, я сгинул раньше! — хохотнул Рамилен.

— Великий магистр Харо Пустынный… — медленно проговорил Манри.

Он потянулся оплетённой растениями позеленевшей рукой скелета, одетого в зеленоватую броню древних тари.

— Хранитель…

— Говори, — подтолкнул я Манри.

— Когда-то ты говорил, чтобы мы делились, если вспомним что-то ещё из своего прошлого.

— Ты помнишь, как служил ордену Тиши?

— Нет. Но я вспомнил, как присягнул Вечной Тишине. Когда-то я был тари. Когда пустота отобрала у меня ту, что была мне дороже жизни, я сам пришёл сюда. Богиня Тефнут — воплощение мести. Они заключили союз с лисьим принцем, чтобы очистить мир от мёртвой магии.

— Ты добровольно отказался от жизни и стал нежитью?

— Наверное, это было глупым решением с моей стороны, — признал Манри.

— Ты не мог принять другое, приятель, — хлопнул мертвеца по спине большой лапищей громадный дредастый шаман. — Таково проклятие тари. Кстати, Арк, почему ты не говорил о том, что этот парень из моего мира? То-то смотрю, красавец такой. Поди, все мертвячки в Ордене только на тебя и смотрят!

Покрытый мелкой листвой и мхом скелет посмотрел в сторону загорелого человека с дредами.

— Потом будете праздновать воссоединение, — прервал я их. — Манри, ты же не против, что мы будем сейчас сражаться с твоими бывшими товарищами?

— Мне нравится покой, который я обрел в Алолесье. А те, кто находится здесь, играя роль древнего культа, уже никогда не поднимут клинок против мёртвой магии.

Сказано это было совершенно равнодушно, и я легко ему поверил. Несмотря на то, что он некогда был тари, мыслил он вполне разумно и не поддавался эмоциям.

Локация была масштабным хабом. Несмотря на ограничение в шесть метров высоты, место было обширным. Улочки мёртвого города от выхода из локации шли достаточно широкие, чтобы мы могли идти крупной группой, — больше, чем обычно позволяет четвёртый.

Заблокировав намертво путь назад, мы двинулись по инсталляции. Архитектура была приятной, что-то среднее между японской и эльфийской, с яркими изогнутыми крашеными крышами.

Сейчас эта краска, само собой, давно выцвела, а черепица просела. Дома часто зияли дырами, в которых могло укрываться что угодно.

И укрывалось.

— Ощущаю нежить повсюду, — доложила Тия.

— Я попробую слиться с локацией, — предложила Эстель. — Скажу точно, кто и где.

Я кивнул. Обернулся назад, на идущих товарищей, и нашёл взглядом Хантера. Тот кивнул мне, давая понять, что ничего страшного пока нас не ждёт.

Сайна и Вереск запускали разведывательные дроны взамен уничтоженных мессами мракобестий.

— Слева, на пять часов, готовят засаду, — сообщила Эстель, через минуту появившись из стены арки, у которой мы проходили.

— Нежить?

— Скелеты со смешанным оружием ближнего и дальнего боя.

Оружие перестраивалось. Против нежити хорошо заходили простые водомёты, заряженные святой водой. Огонь тоже был неплох, но в закрытом пространстве деревянного города с этим нужно было быть поосторожней, не то мы сами себя прикончим и без нежити.

— Мерлин, Наги, никакого огня! — на всякий случай напомнил я им.

Враг показался как по расписанию, бряцая ржавым оружием и хрустя костями на каждом шагу. Это были классические скелеты-воины и лучники, приправленные парочкой самураев с катанами и одним костяком с двуручной секирой.

Мы обрушили на них шквал выстрелов и потоки святой воды, а сверху Кель огрел их «ледяной звездой», массовой атакующей магией холода третьего ранга.

Этого хватило. Даже как-то… слишком просто.

Ещё одна группа нежити, чуть меньше этой, атаковала нас сбоку, устроив сюрприз. Чтобы разобраться с ним хватило и одного Лиса. Засада из скелетов с разнообразным оружием была бы проблемой этаже так на третьем-четвёртом. Потому ледяной практик активировал ускорение от формы гибридной стихии и за пару мгновений по очереди вырубил каждого ударом кулаком по черепушке.

— Или это здесь антураж такой, или это часть чего-то большего, — сказал я, не впечатлённый расправой над слабой нежитью.

— Ага, костяки соберутся в одного большого костяка и начнут раздавать, — хохотнул Мерлин.

— Костяных големов мы тоже переросли. Это пятнадцатый этаж, — добавила Белая. — За двадцатым были костяные ужасы, это сильнейшая нежить такого типа…

— Если здесь что-то такое, то оно наверняка новенькое, — заметил я. — Ты лучше каждого монстра осматривай навыком на случай подставы.

Белая серьёзно кивнула.

— И их останки на всякий случай лучше спалить, — добавил я и на всякий случай бросил пару семян в сторону скелета-лучника. Ассимиляция прошла успешно, и скелет встал вновь и поднял сломанный лук с оборванной тетивой.

Мне такой боец был не сильно нужен, но проверить, что процесс проходит нормально, стоило. Если бы имел место чужой контроль, я бы это почувствовал.

— Я закончила с дронами, Арк, — подала голос Сайна. — Давай не спешить, скоро я составлю карту локации.

— Так. Кот, Лис, Ильгор. Возьмите себе по два человека и прочёсывайте дома вокруг нас. Далеко не отходить. При столкновении с чем-то опасным — сразу ко мне. Маги, будьте готовы шарахнуть чем-то массовым, только так, чтобы не спалить тут весь город.

Сам я тоже не стоял в стороне, пустил тонкую нить жизни по мёртвому дереву. Но тактика показала себя неэффективной, на каждый дом нужно было делать такое отдельно, и единственное, что я узнал — это что в доме рядом с нами отдыхает скелет в женском платье, сосредоточенно глядя в одну точку на стене.

Смотрелось это достаточно жутко, но на деле существо было слабым, как и всё, что мы тут встретили пока что.

Рейд двинулся дальше. Ещё несколько групп нежити были уничтожены без применения навыков и без риска.

— Арк, уровень нежити растёт, — сообщил Кот, возвращаясь к рейду.

— Встретили что-то опасное?

— Нет, рыщущего. Это мертвяк где-то с пятнадцатого. Ничего сложного.

— В нём есть что-то особенное или проходная нежить?

— Рыщущий это редкий монстр, — задумалась Белка. — Некромант формирует заклинательную клеткеку из ритуалистики внутри скелета и вживляет автономный источник магии. Они похожи на некроменталей, но связаны не с магией, а с чистой энергией. Ещё у них хороший слух, хотя мы и так не скрываемся.

Скрыть такой крупный рейд всё равно бы не получилось.

— Дальше есть небольшая часовня с башней, — я кивнул вперёд, в сторону темнеющей вдали башни, фактически подпирающий потолок колонны. — Хорошо бы посадить туда Лифу, если у нас будет здесь бой.

Вскоре о столкновени с рыщущими сообщил Ильгор. Сообщил без слов, приведя за собой хвост из высоких неестественно тощих существ в посеревших саванах. Вместо лиц под капюшоном существ горело зловещее пламя цвета голубой лазури.

Таких летело штук пять. Практик-ритуалист отступал медленно, позволяя существам не отставать в преследовании.

— Это плакальщик, — сообщила Белая. — Они влияют на разум и могут управлять холодом. Лучше их атаковать издали.

Услышав это, Мерлин сразу ударил в лицо первому мощным лучом света. Нежить зашипела, а маг активировал заразный свет, и луч побежал дальше по пятёрке противников, словно цепная молния.

Этот монстр уже не был мальчиком для битья. Мощная магия Мерлина хоть и сильно навредила нежити, убить всю группу мертвяков не смогла. Следом подключились Ариддарх и Наги. Но потребовалось ещё несколько ударов заклятий, прежде чем существа, наконец, начали распадаться и оседать на землю, оставляя фрагменты.

— Крайн, подними-ка этих красавцев. Сможешь?

— Сделаю, дай минут десять.

Я кивнул. Живучие монстры с ледяным уроном и давлением на разум лишними не будут. Да и ещё один эксперимент тоже.

— Похоже, нежить растёт в уровне к центру локации, — сообщила Сайна. — Сейчас спроецирую карту.

Дроны показали город, спроектировав изображение на пол.

Локация была идеально квадратной, а в центре находился крупный храм. Скорее всего, в нём и находится всё самое интересное. Хотя нам в него заглядывать, вроде как, и не нужно. Достаточно обойти его и выйти к любому переходу.

Их здесь тоже было много. Семь выходов в другие локации. Действительно, средненький такой хаб, соединявший несколько зон.

— Эстель, ты тут?

Девушка вышла из стены.

— Отлично. Ищи путь вниз. Пойдём напрямик в нужный выход.

Она кивнула и принялась за работу.

Преследующих мракобестий видно не было. Вторая преграда, видимо, сыграла свою роль. Ворота я закрыл добротно, так легко их не пройти. И, судя по всему, твари и не пытались.

Значит, время есть. До выдавливания у нас ещё его много в запасе.

Мы сделали короткий привал. Белая призвала крылья и забралась на крышу, откуда наблюдала за улицей с обновлённым автоматом. По другую сторону на крыше я заметил фигуру Странника. Он тоже внимательно следил за улицей по другую сторону.

Но первой неприятеля увидела именно Белка. Когда в нашу сторону двинулся враг, она вместо лишних слов открыла огонь из обновлённого автомата. Выглядел он уже не совсем как колдерский. Всё же терминал немного перестарался и сохранить прежний вид не смог. К тому же, по неизвестной причине теперь каждый выстрел сопровождался металлическим щелчком. Однако Белая всё равно не желала расставаться с любимым оружием.

Новым врагом была разновидность рыщущего. Этот носил в имени дополнение «пробудный» и обладал значительно большими возможностями по части магии. Внутри пустых глазниц и за грудной клеткой ярко горела стихийная сила.

Эти существа были на одном уровне с плакальщиками, но обладали мобильностью и большей агрессией. Существа передвигались прыжками, которые чередовали с короткими порталами.

Рейд открыл огонь по приближавшимся монстрам, но они, словно обезьяны, бегали по стенам и нападали, прыгая с них на головы. Попасть удалось далеко не по всем. Четверо огненных же в ответ обрушили на нас несколько пламенных заклятий, а затем и сами попёрли в пламя, к которому были, видимо, устойчивы.

Начался ближний бой. Танки выступили вперёд и встретили противника защитными навыками. Снова нашлась работа для Альмы и Вайса, но пока лишь по части исцеления мелких ран и регенерации вырванного с мясом куска плоти у проходчика по прозвищу Туман.

Огненные пробудные рыщущие были не единственными. За ними с некоторым запозданием следовали ледяные версии, забросавшие нас ледяными стрелами. Проходчики активировала портативные эридианские щиты. Ещё одна новинка Сайны, усилившая рейд — наручный прибор с зарядом, который на некоторое время создавал вокруг устройства сеть из силовых полей-шестигранников. Долго они урон не держали, но благодаря тамарской системе питания быстро перезаряжались. Фактически, мой покров, но для всего рейда и активирующийся по кнопке на приборе.

Затем Рейн развернул свой барьер, сделав дальнейшую атаку невозможной.

Сверху на нас налетела стая некроморфов с уродливыми крыльями, как у белки-летяги, из натянутой кожи. Так противник попытался обойти нашу защиту. Рыщущие в тот же миг бросились в атаку, в ближний бой. Появился третий вид пробудных — с молниями. Эти клинили эридианские щиты с первого раза, так что те нуждались в ремонте.

Стрелки взяли на себя небо. Танки окружили себя личными щитами и пошли в атаку на нежить. Роги и дамагеры помогали тем и другим, уничтожая тех, кому удалось прорваться.

Четвёртый вид рыщущих был немногочисленным и сильно меня позабавил. Эти управляли магией природы и были связаны с растительностью.

Их контроль мне удалось подавить, так что в итоге они были самым слабым звеном из нападавших. На них всё и закончилось.

— Пятеро раненых, их уже исцеляют. Серьёзно никто не пострадал, — доложилась Белая.

— Это напоминает игровую тактику, когда рейду скармливают группы мобов, — Предположила Альма.

Я посмотрел на неё. Игровой сленг странно было слышать от неё, хотя, вроде, и раньше что-то такое проскальзывало.

— Я чувствую дальше более сильную нежить, — сообщила Тия.

— Нам не нужно в храм. Мы идём вниз, — озвучил я мысль, которая давно вертелась в голове. — Эстель, что с твоими поисками?

— Нам подходят два выхода. Сайна, покажи карту, пожалуйста.

Один из дронов снизился и спроецировал карту города на дорогу.

— Вот эти два прохода, — она указала на них пальцами.

— Проходим мимо храма, но внутрь не идём.

— Хранитель… — обратился Манри. — Это место кажется мне знакомым. Я уже бывал здесь… Во Владениях Павших.

— Любопытно. И чем славится это место?

— Это сад… сад памяти, Хранитель. Владения Кардинала Ордена.

13. Память, почившая очень давно

— Что ты знаешь об этом месте?

— Я помню владения павших, как мёртвый город древних, расположенный в крупной пещере. Она была многим больше, чем здесь, — сказал Манри. — Ей место на девятом этаже. Но здесь всё очень похоже.

— Там тоже вокруг была нежить?

— Когда-то давно этот город был оплотом веры в среднюю из дочерей Смерти — Хозяйку Тишины Тефнут.

— Хозяйка вашего ордена?

— Да… За сутки он был подчинён и уничтожен богиней Отчаянья, младшей из дочерей Смерти. Той, кто правила мёртвой магией.

— Закономерность прослеживается, — кивнул я. — Понятно, почему сёстры не ладят.

— Младшая безумна и одержима жаждой гавваха. Энергия страданий приносит ей радость. Средняя… моя бывшая госпожа одержима ненавистью. Орден создан ради мести Тефнут и основателя Харо Пустынного.

— В этой семейке вообще был кто-то со здоровой психикой? — спросил Мерлин.

— Мортис, возможно, — ответил Манри. — Хотя, война дочерей и пять геноцидов руками младшей немного подкосили её.

— Ты так спокойно говоришь о богах, — заметила Сайна.

— Когда-то я был тари. Мы не воспринимаем ранги. У нас могут быть друзья или враги. Но нет высших и низших. Я же не змей ассари.

— Мда уж, воистину всё возможно в подлунных мирах, — с тоской покачал головой Рамилен. — В мою бытность о Мортис не говорили. Баст и её дочери прекрасно справлялась сами. А о том, чтобы почитать её потомков от нашего отступника… Всё то, во что я верил, считай, с ног на голову перевернулось.

— Арк, глянь-ка вверх, — подал голос Кот.

Что я и сделал и увидел над собой далёкое пространство с потолком метрах в ста пятидесяти от нас. А может, и того больше — слишком темно, чтобы сказать точно.

— Всё как ты и говорил, Манри. Только до тридцатого столько бы пространства не поместилось, так что это иллюзия.

Бывший командор Тиши пожал покрытыми зеленью плечами.

— Враги! — предупредила Тия.

Я проследил за её взглядом и увидел открытое окно дома, в котором находилось нечто светящееся.

— Призрак, — определила Белка. — Сильный.

— На нас оно похоже, внимания не обращает, — заметил Кот.

— Пока, — хмыкнул Мерлин.

— Здесь ещё один! — указал Ариддарх.

Вместе с появлением духов, место тоже начало оживать. Дома всё меньше казались старыми. На клумбах зацвели цветы, обращённые бутонами к светящимся камням, выложенным на земле вместо фонарей.

Вдалеке локации увидел облако светлячков-маноедов. Это безобидные примитивные существа, обитавшие в большинстве насыщенных маной локаций. В мёртвой локации им делать нечего.

Духов я решил не атаковать. Это была скорее инсталляция. Они занимались своими делами, имитируя обычный быт. Женщина мыла посуду на кухне. На крыше сидел какой-то лисолюд со странной гитарой с двумя грифами. Он что-то играл, но звуков мы не слышали. Как и все духи, что бы они не делали, они оставались безмолвны.

— Это настройка, — сказал вдруг Ильгор. — Я кажется понял. Те скелеты были настройкой. Отвлечением внимания. Чтобы иллюзия работала, мы должны были включиться в процесс. У меня так работают призванные стражи. Они становятся сильнее, чем больше на них реагировать. А когда враг поверил в стража, тот для него будет реален.

— Я нифига не понял, если что, но звучит круто, — Мерлину похоже было весело. Хотя не удивительно, его магия света была лучшим оружием против нежити, тем более призраков.

— Да… — потянул Манри. — Я помню… Под властью богини Отчаянья жители города устроили резню. Одержимые мёртвой магией, они бросились друг на друга. За одну ночь горожане погубили себя своими руками.

— Пустотников здесь пока нет, — сказал я. — Стоит ждать?

— Нет… Это только старая легенда. Этот город был уже мёртв, когда я родился под васильковыми небесами другой пещеры. — пояснил Манри. — Ужаснувшись от содеянного её сестрой, богиня Тишины заключила договор с Мортис, чтобы сломить время, заставив жителей этого места раз за разом проживать свои прежние жизни и забывать о них.

— Зачем?

— Об этом нужно спрашивать у самой Тефнут. Предположу, что она не могла вынести, что её любимый город был уничтожен. Говорят, тогда богиня окончательно сошла с ума и помешалась на мести и войне с мёртвой магией, а душа её раскололась от ненависти, и всё светлое, что в ней было, осталось заключено в проклятом артефакте богини, имя которой запрещено называть.

— Слушай, Манри, ты сейчас такие вещи говоришь… — озадаченно сказала Белая. — Почему-то мне кажется это таким важным, хотя тёмных богов на Стене хватает.

— Может быть вы просто из одного мира? — предположил Мерлин.

Скелет и воительница посмотрели друг на друга.

— Отлично, чем больше земляков тем лучше. А я получается старше вас обоих. Круто! — Рамилен картинно приобнял за плечи некродендроида и воительницу.

Тем временем, дома всё больше преображались, как и весь город. Подумать только, временная петля, иллюзии… мы вроде бы шли валить обычную нежить. Но не стоит забывать, что это тридцать четвёртый.

Впереди показалось небольшое декоративное деревце, покрытое цветами. Вернее, такой вид ему придавала иллюзия, поскольку контроль растений ожидаемо не сработал. Зато сработал тёмный лес — давая понять что на самом деле оно было мертво.

— Сюда приближается крупная группа разумных, — сообщила Тия.

— Разумных? Разумной нежити?

— Нет. Гуманоиды. Люди и немного зверян.

— Арк, это нежить, — сказала Сайна, а затем спроецировала вид с дронов.

Летательное устройство снимало картину на уровне окна, где мать доставала из печи пирог, а за столом сидел ребёнок лет шести, двумя руками сжимая кружку.

Это мы видели снизу, своими глазами. Камера же показывала двух жутковатых чудовищ, сидящих в засаде.

— Умертвия, — сообщила Белая. — Если точнее, древние умертвия. Четыре цепи. Некро, магия и дух, как у стандартного, плюс пси.

— Они псионики? — насторожился Рейн.

— Нет, просто обладают воздействием на разум!

— Враг уже близко, Арк, — напомнила о себе Тия.

Враг или просто духи, которые здесь в качестве антуража?

Что ж, на этот раз антураж был агрессивным.

Из-за угла выходила группа тяжеловооружённых воинов. Судя по одинаковой форме и гербам, местная стража.

— Придя с мечом, от меча вы и падёте, душегубы! — пообещал красивый эльф в богатой магической мантии с камнями и золотом.

Проектор Сайны показал лича в рванине, с треснувшим потемневшим посохом.

Представлением обмануть опытный рейд врагу не удалось. На изменённую иллюзией нежить посыпался град массовых заклинаний, а затем шквальный огонь оружия.

Враг прикрывался магическими щитами. Первая линия стражи активировала рывки и активировала барьеры. Подобный приём я часто видел у Рейна.

Дора перешла в металлическую форму, так что столкнувшемуся с ней мертвецу пришлось не сладко. Рейн прикрылся фрактальным барьером, ещё одной нерушимой преградой.

Эти двое разбили строй идущего на нас противника. А те, кто прорвались за их спины — столкнулись с Райшином, Лисом и Аси.

Умертвия оказались живучими и более чем разумными типами. К тому же в их мире это мы были монстрами, а они — живыми людьми, защищающими свой дом.

Тия вовремя предупредила о том, что нам собираются зайти с тыла, и что по крышам сюда тоже кто-то идёт. А затем Сайна спроецировала отряд скелетов-лучников в дорогой амуниции, которые собирались атаковать нас с крыши градом стрел.

У этих с оружием уже всё было в порядке. Артефактные луки прекрасно сохранились. Им навстречу я отправил летающих членов рейда под командованием Белой. Лучники наверху могли стать проблемой, лучше заранее навязать им ближний бой в невыгодном положении.

Сзади за нами пришла ещё одна группа рыцарей в тяжёлой броне, а за их спинами виднелась парочка всадников. Паладинов с крылатыми шлемами.

Уязвимых мест у врага не было, и я отдал приказ использовать огонь. Возникнет пожар — хрен с ним, как-нибудь потушим магией. Если же и дальше бить менее эффективным оружием, нас и правда зажмут с двух сторон, и придётся несладко.

Но если с бойцами и лучниками мы как-то справлялись, вражеские маги стали настоящей проблемой. Массовая магия против собравшегося на улице городка рейда была худшим вариантом. От первого шквала магии спасли барьер Мерлина и эгида Нэссы.

За это короткое время нужно было избавиться от колдунов, пока те не повторили первый залп. Три Тии вместе с обладателями навыков коротких порталов были вынуждены рисковать собой и прорываться в тыл к врагу, чтобы снять вражеских магов раньше, чем те успеют обнулить наши щиты.

Существа уже были достаточно сильными. Пока ещё слабее среднего бойца рейда, но уже далеко не тренировочные манекены. Если не проявить осторожности, они могли доставить проблем.

Покончив с ними, мы созерцали гору трупов убитых мужчин и женщин, служивших в страже, валяющихся в лужах крови. В воздухе стоял отчётливый смрад горящих волос и горелого мяса.

Где-то на обочине валялась изрубленная семилетняя девочка с матерью, попавшие под заклинание режущей воды.

— Та-ак, так, сейчас, — послышался механический голос Сайны из динамика Вереск рядом со мной. — Оп!

Со щелчком зажёгся чуть более яркий, насыщенный свет ионитов, под которым все убитые разумные представали в своём истинном виде — никого кроме высшей нежити здесь не было.

— Что-то мне всё больше хочется наведаться к местному боссу и поговорить по душам, — мрачно сказал Рейн.

— Забей, это просто сценарий. Манри, напомни, где был этот город на самом деле?

— Это только его часть, — ответил некродендроид. — И он находился глубоко в недрах моего родного мира. Это очевидно не мой дом.

— Вот видишь, — я хлопнул Рейна по плечу.

— Просто представил… вечный круг перерождений в одном и том же сценарии.

— Жители одной встреченной мной как-то раз временной аномалии с тобой бы не согласились, — сказал Странник, рядом с нами.

— Судя по тому, что ты появился, тому есть причина.

— Их две. Но одна из них сейчас озвучит себя сама.

В следующий же миг в углу квадратной локации, слева от пути по которому мы шли, послышался грохот.

— Что там? — спросил я с тревогой.

— Мракобестия. Она не стала рыть закрытый тобой вход, но нашла обход через локацию пустотных вааргов. Мёртвая магия против них почти бессильна. Мракобестия больше элементаль, чем животное. Его разум почти не способен страдать.

— Где ты был раньше с этими знаниями? — буркнул я с лёгким недовольством.

— Они бы ничего не изменили. Вы правильно решили отступить. Они не стоят затраченных сил.

— Прямо как в земле аномалий, когда за нами волочилась любая встреченная хрень, — вспомнил Мерлин.

— Мракобестиям свойственно преследовать противника, но у их терпения есть предел, — сообщил Странник.

— А что про нежить скажешь?

— Я не знаком с культом Тишины, — покачал головой он. — Во всяком случае, не так, как уважаемый Манри тар Ланкдор.

Рейд начал собираться вокруг меня. Сбор лута и добивание монстров были окончены.

— Белка, бери самых быстрых и Тию. Оставляю вам «полуреального зверя». Метнитесь к этим выходам и проверьте что там. А мы возьмём ту вышку, — я кивнул на башенку, которую приметил ещё от входа. Есть вариант просто прыгнуть астральным ходом.

Вышка находилась почти по пути. Чуть ближе к замку в центре. Около неё нас ждала новая засада нежити. Всю дорогу нас при этом радовали сцены из жизни призраков. Сайна старалась как могла их подсвечивать, чем только усиливала неприятное сходство с фильмом ужасов.

Засада была сделана грамотнее. В домах были спрятаны призраки Кровавой Тени. Эти существа умели парализовать живых. И нежить правильно рассудила, что если одного такого на нас не хватит, то можно попробовать ударить единовременно сразу нескольким.

На этот раз никакой опыт нам не помог — мы не знали тип нежити изначально. Издали видели нескольких жриц и решили, что это хилл. Когда Белка выдала их главную способность, было уже поздно.

Но Орден — слишком неоднороден по видам. Ни механизмы Сайны, ни некродендроиды от атаки не пострадали, и на первое время взяли ситуацию в свои руки.

Через несколько секунд начали отмирать и мы, один за другим. Паралич носил физиологический характер и работал лишь по ветке живой плоти.

Затем Орден начал контратаку. В особенности очень злая Аси и её ручная кошка.

Странное существо, выращенное в яйце терминалом с питомцами, вымахало в нечто отдалённо напоминающее не очень симпатичного, но очень злого кота. Зверь приспособился удивительно синхронизироваться со стилем боя хозяйки. В этом бою они собрали больше всего голов нежити, просто бросившись вперёд в режиме берсерка.

Внутри башни оказалось пусто. Мы поднялись наверх. Лифа и Вереск с винтовками заняли места у бойниц. А я получил первое сообщение от нашего летучего отряда.

— У нас плохие новости, Арк, — сообщила Тия устами Амории. — Оба пути ведут в локации мёртвой магии.

— Последние пару локаций пустотников были так себе, так что это не так плохо. Но проверьте на всякий случай соседние двери.

Амория кивнула.

— Шеф, вижу этих тварей. Они за собой магическую темноту несут, так что стрелять я в них могу только сейчас. Потом я их уже не увижу.

— Без толку. Их даже твой калибр не пробивает. Странник, ты уверен, что они скоро отстанут от нас?

— Сейчас они заняты нежитью, — ответил он. — Так что мы успеем уйти.

— Подтверждаю, одного из мессов только что встретила группа рыцарей с магами.

— И кто кого?

— Месс их, конечно, — ответила эльфийка. — Но они его задерживают, как и нас. Так что, я помогу им с башни?

— Нет нужды. Нежить тебя за это больше любить не станет. Идём к замку, а оттуда, не заходя внутрь, сразу к пустотникам.

Следующие минут двадцать прошли в неспешной прогулке до здания в центре локации. Дороги в городе были построены по принципу снежинки, то есть встречались у центрального здания, потому самый быстрый путь был в любом случае мимо него. Для путешествия через узкие улочки внутри районов большой рейд не подходил, нужно было бы дробиться на малые группы, а лекарей на случай сюрпризов у нас не так много.

— Под зданием находился сильный маг, — сообщила Эстель.

— Скажи, как он выглядел? — поинтересовался Манри.

Локация сильно на него влияла. Он был словно слегка сам не свой, хоть и говорил, что это не так, и он не испытывает никаких чувств к этому месту.

Выдирает ли Стена эти места из какого-то другого мира или создаёт их копии? Может, пересобирает через квантовый гель, превращая реальные места в него, и затем восстанавливая в рамках локации?

— Среднего роста. Вьющиеся тёмные волосы. Раса ханатри, если не ошибаюсь. У Конрада такая же. Глаза как у Альмы бывают после фрагмента Леви, только…

— … Голубая лазурь с тёмно серым, — закончил за неё некродендроид.

— Твой знакомый?- понял я.

— Грандмастер Аушра тель Сирвинг. Сильнейший воин мёртвых земель. Карающая длань Ордена.

— Что он может?

Манри задумался, будто вспоминал или решал, стоит ли вообще говорить. Но ответил:

— Главное направление — антимагия и блокировка способностей. При мне у него был двойной класс некромага и инквизитора.

— Убийственное сочетание, — заметила Белая. — Я бы рекомендовала убить его первым.

— Обычно Аушра сам бросается в бой первым, так что у нас будет такая возможность.

Я смерил долгим взглядом Манри. Но никаких признаков симпатии к противнику он вроде бы не испытывал.

— Может, стоит попробовать его воскресить в теле некродендроида, как тебя? Обратить к Алолесью?

Манри задумался.

— Нет. Я мстил за возлюбленную. Он — был фанатиком борьбы с пустотой. Я не думаю, что он бы мог встать на нашу сторону.

Я кивнул. Это был более чем понятный ответ.

14. Воспоминания, не желающие возвращаться

В свите у грандмастера было двое учеников, а также с пяток личей, десять тяжеловооружённых паладинов и простые скелеты с мечами и луками.

— На замке три снайпера с магическими арбалетами, — добавила Лифа. — Снять?

— Да, но сначала попробуй избавиться от главного. У тебя же есть разрывные без магии?

— О, отлично! — обрадовалась эльфийка. — Хотя они и без головы неплохо себя чувствуют.

— Не спеши. Попробуем ударить сразу с нескольких сторон разным оружием, чтоб наверняка. Твоя племянница с кошкой тоже пусть попробуют по команде. Справятся?

— Листвичка точно.

Племянница эльфийки, надо сказать, выглядела совсем не такой валькирией, как её ушастая опекунша. Жизнь в плену у Леви сделала своё дело. Это была женщина лет двадцати пяти, на голову выше эльфийки и слегка с лишним весом. Она увлечённо жевала яблочную булку и старалась держаться в тени Лифы, которая была значительно стройнее неё.

Синеволосая кошка же с высунутым языком настраивала сделанную для неё Сайной на плюсовых модулях терминалов винтовку.

Одновременно с этим приготовились и маги. Хотя бы раз надо было для верности ударить массовым по орде нежити. Не факт, что у грандмастера получится прикрыть всех.

Подготовка много времени не заняла. Лифа активировала созданный Сайной летательный пояс на антигравах, и забралась на крышу, показывая пример «племяннице» и кошке. Бывшая простая работница бухгалтерии с тридцатого внезапно оказалась одним из героев, о которых читала в комиксах. Но похоже, новая роль совсем её не радовала. Мирная тари же, похоже, воспринимала это всё как игру, но относилась ко всему очень ответственно.

Затем эльфийка показала знак, и троица разделилась, чтобы занять разные позиции. Спустя пару минут я дал отмашку, и одновременно с выстрелами понеслись массовые заклинания. На этот раз без ограничений по стихиям, разве что радиация у Наги была под запретом.

Раздались выстрелы рельсовых ружей. Затем рейд переключился в режим огнемётов, и навстречу нежити ударила огненная волна.

Аушра оказался не идиотом и практически никого не потерял, доказав что самая сильная нежить находится здесь, в сердце локации.

Над группой возникло защитное поле, поглотившее большую часть маны. А затем мертвяк доказал, что не зря считался лучшим убийцей магов. Весь тот шквал заклинаний, что обрушился на него, он впитал в себя. Проходя через созданный им барьер, он превращал в чистую ману и пил её.

Магия превратилась в светящиеся воронки, которые направились к мёртвому инквизитору. По костям пробежались светящиеся прожилки.

— Явившие меч познают от него вечную Тишь! — довольно воскликнул он.

Я увидел мельком лидера нежити. Широкоплечий миловидный парень с длинными вьющимися волосами, забраными в звост, в круглых очках и сложной жреческой мантией со множеством камней и золота. Он вдруг вспыхнул ярким голубым пламенем, создавая впечатления живого элементаля.

Рядом с ним были две высокие близняшки в мантиях жриц. Обе с церемониальными посохами, которыми синхронно ударили по каменному полу, так что затрясся их внушительный бюст.

А в следующий миг их поймал в фокус алого света дрон ионитов, и я увидел высшую нежить, призывающую нечто вроде изломанного, покрытого струпьями человека с неестественно широкие рты с острыми зубам-иглами.

Аушра предстал объятым пламенем скелетом-истервисом. Из тех, что покрывали свои кости металлом. Вся одежда на нем истлела, открывая взору чёрную броню, в которой я по свечению узнал чёрную китару. На противнике остались только пласты прикрывавшей кости пылающего скелета металла.

Несколько собранных на коленке некродендроидов бросились в атаку первыми. Им навстречу выдвинулись противники. Стандартные истервисы из серебра, с которыми мы уже сталкивались.

Мифрил и выше по классу легко такое рубил, так что мы справлялись и без магии.

Стандартные способности изгнания нежити не работали. Альма активировала погребальную песнь. Над полем боя зазвучал её чарующий голос, но нежить не отозвалась. Серебро полностью изолировало нежить.

Истервисы использовали теневой аналог рывка, находу занося косы для атаки. Лезвие было из чёрной китары, так что не каждый тип брони мог это осилить. А навыки — не работали. Даже фрактальный щит Рейна не сработал, хотя он должен быть выше чем любая магия.

Враг легко прошёл за первый ряд обороны, минуя магические защиты. Рейн был вынужден блокировать щитом по старинке. Тот выдержал — предметы были равны друг другу по прочности.

Лису и Ильгору повезло меньше.

Альма коротким порталом оказалась рядом с первым, удерживая взведённый арбалет в левой руке. Выпущенный из него болт пробил черепушку нежити и разорвался напалмом, расплавляя серебро изнутри.

Технические стрелы с разрывным эффектом, с добавлением эльфийского порошка. Ни грамма магии, только химия. Вот оно — наше главное преимущество против этого фентези.

Слышались выстрелы. Огнемёты были неэффективны против серебряных скелетов, и каждый стал подбирать тип урона сам. Мерцали вспышки бирюзы излучателей, кто-то перешёл на мороз кавитатора — но он не мог нанести вред нежити, оставляя лишь изморозь.

Мерлин тоже оказался лишён магии. Но себе он всё равно не изменил и окатил подбиравшегося к нему истервиса эльфийским порошков через импульсар. Затем кто-то ещё последовал его примеру.

— Гранаты! — отдал я приказ. — Плазма или кислота!

И за спинами чудовищ вспыхнуло пламя, плавящее и разрушающее тела противников. Бой начал выправляться — мы пережили ответ врага и снова начинали давить.

— Манри! Отступник, продавший свою душу Неназываемой суке! — неожиданно закричал Аушра.

— Окстись, брат. Где ты видишь пустотную мерзость? — спросил Манри.

— Ты предал Орден, раз привёл сюда чужаков! И разуй глаза, я знаю каждого проклятого в этом осквернённом мире! Неужто я не узнаю Аселлу Пустосердечную и Проклятую Принцессу Ирис?

— Ирис мертва, грандмастер. — послышался ответ Белой. — Я чиста как снег над Доминионом.

— Что они пообещали тебе, Манри⁈ — продолжал бушевать мёртвый инквизитор.

— Жизнь! — выпалил бывший командор Ордена.

— И всё⁈ Ничтожество! Узри, как низко ты пал!

— Ты уже не помнишь, что потерял!

— А ты вспомнил соблазн и предал нашу священную месть! Помнишь, как ты молил богов смерти о том, чтобы они убили Неназываемую суку⁈ Ты предал себя, Манри!

В глазах мертвеца мелькнула тень фанатичного блеска.

— Я никогда не желал смерти! Я ЛИШЬ ХОТЕЛ ВЕРНУТЬ КАТАЛИНУ!!

Манри сорвался с места в приступе эмоций. Два мертвеца, растительный командор Алолесья и грандмастер Тиши.

Клинки столкнулись, высекая искру.

— Арк, они призвали сущих, — голос Белой дрожал, как и вся она. Её тоже потряхивало от нахлынувших воспоминаний, но она оставалась профи.

— Те твари, которых контролируют жрицы? — понял я.

— Сильнейшая нежить, призрак-парадокс. Их не берёт ни один клинок. Только свет и иногда пламя. Они могут выпить душу!

— Их берёт пламя Асгора, — появилась из короткого портала Альма. — Я могу передать его касанием.

— Они призывают дух смерти! — продолжила Белка. — Он может рвать пространство магией смерти!

— Не стой. Раз ты уже пришла, бери свою летучую группу и иди им в тыл!

Над головой взмахнул крыльями полуреальный зверь. Моя разведка действительно возвращалась. Но почему?

Следом за Манри, как за своим лидером и командиром, к некромантам спешили Рэйдал и Безымянный с бывшей кровавой банши. Затем с запозданием по лестнице к замку, вблизи больше напоминающим укреплённый храм, спешил Наги.

Сменив режим стрельбы сайновского универсума, он выпустил струю огня в атаковавшего его тёмного рыцаря. Магии у него тоже не было, но отказываться от боя он из-за такой мелочи не стал бы.

С запозданием спину ему прикрыл жуткий фамильяр, сделанный некогда из муталиска. А на спине у него сидел гоблинский шаман, ещё один когда-то созданный в качестве фамильяра некродендроид. Тот тоже перешёл на техногенное оружие, посылая лазерные лучи.

Точно!

— Альма, стой, — остановил я девушку, когда она уже двинулась сражаться голыми руками с сущим. — Свет излучает не только магия!

Жрицы призывали одновременно третьего и четвёртого сущего. Жуткие существа напоминали сильно обезображенных людей со свисающей покрытой струпьями кожей. В остекленевших глазах навеки застыл ужас, а в вытянувшейся пасти было множество острых как иглы зубов.

В спектре глаз жизни они казались сплошным чёрным пятном, будто там находилось нечто противное жизни, так что мана света просто обходила их стороной.

Чего не скажешь о лазерных лучах — те впились в тело призрака, оставляя заметные подпалины. Боли монстр не ощущал, но урон почувствовал и, будто пёс, бросился в нашу сторону на всех четырёх конечностях.

Оружие оказалось невероятно эффективно. Ужас фэнтезийного мира Манри оказался слаб перед наукой. Как и мёртвый инквизитор Аушра.

Затем позади призывавших высшую нежить жриц приземлилась Белая с Рейном и Тией. Завязался бой, в котором ни о каком вызове монстров речь уже не шла. Тем временем в бою Манри с поддержкой других некродендроидов одерживал верх над Аушрой.

Это была победа. Ещё не наступившая, но уже ставшая делом техники.

Можно подвести итоги. Атака истервисов с косами вывела из строя… ага, четверых. Так же мои простые дендроиды слишком слабы против такой нежити и полегли все. Высшие, как Манри, могли мыслить, потому не подставлялись, а эти… овощи, что с них взять.

Ещё троих потеряли, когда в бой пошла высшая нежить от жриц. Сущих мы быстро зачистили, а вот духи смерти оказались похуже. Они походили на четырёхруких жнецов в ритуальной одежде, и как моя Тия предпочитали использовать серпы. Эти твари наоборот старались отлететь подальше. Как оказалось, они разрезали пространство перед собой, как-то нанося раны на расстоянии. Это был второй опасный момент, когда враг мог переломить ход боя.

И наконец, я сам. Вернее, мудрость природы. Как и ожидалось, я стал ещё более медлителен. В бою я соображал очень хорошо и быстро. Способность позволяла мне делать то, что не давала ни первоначальная версия, ни навык аурала. Я видел всё поле боя и подмечал мельчайшие детали. Время вокруг будто замедлялось, давая мне возможность разглядеть сразу много всего, что происходило вокруг.

Должно быть, так видели мир микоты. Ощущая пространство вокруг, будто бы то находилось в ауре их восприятия.

Но в этом потоке информации я почти терял самого себя. Забывал, где находится моё тело, и был готов спутать себя с любым растением на поле боя.

Это говорило о двух важных вещах. Первое — вести бой, по крайней мере привычным мне образом, под мудростью природы невозможно. Я просто буду пропускать удары, забывая отбиваться и уклоняться каким-то крохотным кусочком всего того, что я воспринимал. И главное, понял я то, что мыслил иначе, лишь когда навык завершил своё действие.

Но как навык для командира — мудрость природы была невероятно хороша! Важные тенденции идущего боя я видел и мог предсказывать его ход на несколько шагов вперёд, потому мог передавать правильные приказы достаточно быстро.

Прямо как микоты, оценивающие пространство и посылающие импульсы своим сородичам в колонии.

— Арктур, — послышался голос Амории. Она сражалась с истервисами, но когда противник с которым она сражалась пал, сразу же подскочила ко мне. — Мы не можем уйти из локации!

— Почему? — не понял я.

— Мракобестии. Они окружают локацию.

— Что⁈ Они уже добрались сюда?

— Они отрезают смежные локации! Пока мы изучали переходы, за дверью всё заполонили мессы! Если ещё можно выйти отсюда, минуя их, то разве что через противоположные от них выходы.

— Возможно, стоит перестроиться и дать им бой на открытом пространстве, — задумался я вслух. Подновлять мудрость природы пока не хотелось.

— Арк… их слишком много. Гораздо больше, чем было в той локации. Если они нас окружат, мы не сможем отбиться.

Я выругался. Попытка составить оборону у храмового укрепления, или попытаться прорваться к дальнему ходу? Если мы решим бежать, то обратно уже не успеем вернуться. А если обороняться, то лучше бы это делать здесь, место подходило для обороны очень хорошо — за один рывок месс-мракобестия до здания не допрыгнет, а значит окажется в уязвимом положении.

Взгляд упал на Манри. Он эффектно отшвырнул своего прошлого противника на пол и медленно встал, весь заляпанный горящей голубой субстанцией и кровью.

Иллюзия никуда не исчезла, и как только алый свет перестал освещать их бой с Аушрой, я снова увидел тело убитого инквизитора расы ханатри, и вставшего рядом с его телом тари, которым некогда был Манри тар Ланкдор.

— Я знаю, как нам уйти от чудовищ, — произнёс он.

Слегка вьющиеся волосы с прядями каштанового и молочного цветов. Три полосы, вырисовывавшиеся слева. Едва заметно торчащие кошачьи уши. Глаза же продолжали гореть зеленью, то ли от некротической энергии, то ли от магии природы.

— Манри, ты как, в себе? — спросил я.

— Лучше, чем когда-либо. Это место на время делает меня живым, Хранитель. Сейчас моя воля очень слаба. Я боюсь, что развернусь и сбегу, и никакая честь воина меня не удержит.

— Твою жизнь можно вернуть, друг. И это даже не отдалит тебя от Алолесья. Это лишь выбор и твоя свобода воли.

— Если я снова буду живым, то я снова познаю страдания и буду любить Каталину. Будь она просто мертва, я бы спустился за ней к самой Мортис. Но её суть унесла Пустота. Во мне нет ничего, кроме ненависти к безумной богине. Поэтому я оказался здесь. Поэтому мне лучше оставаться тем, кто я есть сейчас.

— А ты ничё так, — заметила с усмешкой Аси.

Манри удивлённо посмотрел на пустотницу, будто впервые увидел.

— Мой вид в принципе один из самых красивых, — положил ей на плечо руку Рамилен. — Хочешь поговорить об этом?

— И дохнет ваш вид от пустоты первым, — бросила Аселла и отошла в сторону. На что меч в теле могучего проходчика только заржал.

Я к их перепалке прислушиваться не стал и занялся более насущными вопросами. Альма и Элейс уже занимались ранеными. Остальные занимались сбором лута. Косы с чёрной китарой, очевидно, нужно забрать. Металл редкий и ценный. И с уровнем экипировки в ордене Тиши, скорее всего одними косами дело не ограничится.

— Рам, что скажешь насчёт их шмота? — отвлёк я мужика с дредами.

— Материал хороший. Ритуалистика так себе. Делал старательный новичок.

— Элиа’линсдэй, — бросил Манри. — Если мы его встретим, я бы обратил его в Алолесье. Он был хорошим сиинтри.

— А, белка, тогда всё понятно. Совершенно никчёмный вид, хоть и забавный. У вас что, была такая проблема с кадрами? — спросил Рамилен. — Хотя, если вспомнить какие у вас требования к соискателем, не удивительно.

— Что внутри? — вернул я Манри тар Ланкдора к насущному.

— Залы Оплота всегда менялись по воле хозяйки. Но в сердце всегда была лестница. На ней… аномалия, как здесь говорят. Пространственная ловушка, растягивающая или сокращающая путь. Это нужно, чтобы подтянуть нужную комнату и в конечном итоге привести гостя туда, куда хочет хозяйка.

— Значит, и хозяйку мы тоже встретим? Она сильна?

— Если мы встретим хозяйку, мы все умрём, — ответил Манри. — Во тьме Небесного Града, что прежде был моим домом, в очаге мёртвой магии, превратившей владения моих предков в обитель зла, орден Тиши получил своё сильнейшее оружие. Силу, дарующую истинную неуязвимость…

15. Тишина, которую стоит бояться

На других эффект локации, как на Манри, не распространялся. Нежить оставалась нежитью. Но как Система поняла, что бывшего командора нужно включить в список тех, кому полагается иллюзорная форма — отдельный вопрос.

Дроны Сайны пролетели мимо меня и спроецировали на серую стену карту локации. Там в режиме реального времени были видны все мессы мракобестий. Они действительно брали нас в кольцо, и выбор рисковать ли и бежать из локации в случайную оставшуюся сторону, или спускаться вниз, нужно было делать сейчас.

Чтобы принять решение мне не потребовалось никаких навыков. Вниз мы собирались в любом случае, а тут ещё и проводник есть. А предполагаемое появление крутого босса… ну так не впервой.

Аселла ударила лезвиями в створку врат и начала раскрывать их. Как оказалось, войти без приглашения было тоже не так-то просто. Она с трудом создала небольшую щель, так чтобы за дело могли взяться Рейн, а затем и Дора в металлической форме.

По ту сторону был мрачный пыльный зал. На стенах — обычные факелы. По краю располагались колонны. В центре — большая увешанная светящимися белыми цветами статуя девушки, закрывающей себе рот ладонями. Цветы настоящие, сорваны около четырёх часов назад. Где-то за час до нашего входа в локацию. Стена готовилась к представлению.

'Мы отомстим за каждого.

Мы отомстим за тебя.'

Так было написано на постаменте.

— Третий этаж, — сообщил Манри. — В реальной крепости Памяти это был третий.

Он подошёл к статуе и слегка склонился в почтении.

— Каталина никогда не причиняла никому вреда, — продолжил он слегка дрожащим голосом. Теперь, в облике живого тари, он говорил иначе, в словах появилась интонация и… наверное то, что называют жизнью. Каждое слово было пронизано пережитыми эмоциями. — Она не заслужила того, что её судьбу пожрёт обезумевшее божественное чудовище. Её вина была лишь в искренней любви, что больше всего ненавидит та, чьё имя в моём мире забыто и проклято…

— Приятель, пока ты живой, выпей, авось полегчает, — Рамилен протянул Манри бутылку с густой золотистой жидкостью.

— Алкоголь? — удивлённо спросил я.

— Считай, что это зелье Софьи от стресса. Пользуйся, пока есть желудок. Я вот первые пару дней не просыхал. А потом понял, что это тело нихрена не готово к нему. Прежний владелец снимал стресс иначе…

— Не стоит. Возможно, мне полезно увидеть вещи с такой стороны. Когда мы выйдем отсюда, воздействие Владений прекратится.

— Есть идеи, почему тебя зацепило? Это может говорить о том, что Стена ворует части других миров, — задумался я. — Я к тому, может здесь есть памятная надпись сделанная твоей рукой или что-то ещё, что может говорить об этом.

— Замок значительно меньше реальной цитадели Ордена, — сказал Манри. — Это было огромное здание, а город некогда был крупным мегаполисом… по меркам моего мира. Не думаю, что сюда влезли бы покои, тренировочные залы, колодец дождей, зал памяти…

— Альма, а попробуй своё духовное целительство, — предложил я. — По идее тоже должно работать, если он сейчас может пить.

— Не стоит, Арктур, — назвал меня по имени Манри вместо привычного «хранитель» — Я, наверное, заслужил… Тем более, что Аушра был прав. Я предал память о той, кого любил, отступив от заветов Ордена Тиши. Я клялся, что посвящу своё посмертие убийству младшей дочери Смерти.

— Никого ты не предал, а сама история прошла очень давно. Держи в голове, что ты не тот кошак Манри. Это лишь одна из множества твоих жизней.

— Рейд Мракрии, узнав о себе, перестал жить жизнью тех, кого я знала, — с тоской сказала Аселла. — Память, мешающая ответить на вопрос «кто я» делает из души конфликтующую амальгамму. Так он говорил.

— Ещё скажи, что он до становления Королём Механизма был душкой, — фыркнула Сайна.

— Он был одержимым изучением всего и вся. Его страстью были любые науки, от магии до ядерной физики. Но он был хорошим другом. А потом старина Мрак вспомнил, что он маг Мракрия из Мельхиора.

— Много же вас из того мира нападало в Стену, — заметил я. — Получается где-то половина рейда оттуда. Рейн, ты что-нибудь помнишь о своём родном мире?

— Почти ничего.

— Там были пещеры?

— Нет, я жил под солнцем. Это я точно помню.

— Уже что-то. Ладно, вроде у входа чисто. Эстель, сливайся со зданием и ищи… так, а ты чего?

Искатель группы застыла напротив статуи Тефнут. Глаза её увлажнились. Девушка беззвучно плакала. И явно не от сочувствия Манри.

— Я тоже была здесь, — тихо сказала она, но Манри услышал.

— Значит, ты тоже из этого мира?

— Возможно… по крайней мере это место я отдалённо помню, — сказала она. И судя по её виду, воспоминания были не из приятных.

— Ты как? Можешь работать? — спросил я.

— Я в порядке, — отмахнулась Эстель. — Сливаться с замком не нужно. Я и так знаю, что здесь к чему. В своё время я исходила его вдоль и поперёк. У меня с самого начала, как мы вошли в город, странное чувство. И вот теперь… я не знаю откуда эта реакция, — Эстель вытерла лицо рукавом. — Но я не отсюда. Просто бывала здесь. И мне знакома владычица Тефнут.

— У тебя был запрос на терминале… по заветам этой богини, — напомнила Сайна.

— Да. Её старшая сестра была предана и убита. А младшая — чудовище, которое позже убьёт и ту, что правила Тишью. Меня тоже убила мёртвая магия, но Кардинал Памяти подняла меня нежитью.

— Как тебя звали? — спросил Манри.

— Прости. Я не помню.

— Арктур… — тихо начала Тия. — Я может быть сейчас странную вещь скажу, но что, если мы уже внутри Оазиса? Или может, другого фильтра, о котором не знает Странник.

Я посмотрел на парня в маске.

— Информации о тех, кто прошёл за тридцатый и вышел из несуществующих — крайне мало. Мы вступили на путь, где я такой же проходчик, как ты. Возможно, такой фильтр действительно есть.

— С чего вы взяли что это какой-то фильтр? — спросил я. — Обычная локация нежити, каких хрен с лишним. В том числе и святилища Тиши мы уже встречали. Так, Белка?

Она вздрогнула и с запозданием доложила:

— Синеокая нежить по статистике встречается в каждой четырнадцатой локации нежити. Встречается на этажах любой сложности. Относится к редкому, но не исчезающему виду. Встречалась во всех циклах между ивентами, где была нежить магического типа.

— На Стене попаданцы из сотен миров. Какова вероятность, что столько бывших знакомых соберутся в одном месте тем или иным способом? — спросила Тия.

— Вероятность ненулевая, — сказала Сайна, в глазах которой засияли числа.

— Стене свойственно разыгрывать сценарии, — задумался я вслух. — Кто ещё отсюда у нас? Я точно нет. Манри, Эстель, Белка, Аси. Кто ещё? Хантер, Нэсса?

Они отрицательно покачали головами. Посмотрел в сторону лиговцев и новичков. Тоже нет. Хотя многие полагаю просто не помнят.

— Меня считать не надо, — помахал руками Рамилен. — В мою бытность в пещерах жили крысы, а параноики с шизой не создавали некромантский орден. Хотя нет, вру, один был. Собственно, его магистр меня и прикончил, хаха! Но это точно не наши.

— Мерлин? — я перевёл взгляд на мага. Тот молчал. — Мерлин⁈

— Да какая в хрен разница? Моё желание не менялось с первого дня пребывания в Стене. Даже в прошлой жизни, судя по дыре между девятнадцатым и двадцатым. Тогда не вышло, а сейчас…

— А сейчас?

— А сейчас возможно кроме этой Стены больше ничего не осталось, — он с какой-то тоской посмотрел на Эстель. — Но если ты хотел узнать, есть ли у меня трепетные чувства к этой локации то нет, обычный зомбятник. Разнести бы его к чёртовой бабушке и ехать дальше. Фильтров они, блин, навыдумывали. Я здесь точно никогда не был, официально заявляю.

Что-то он действительно вспомнил, о чём не хотел говорить. Он был дендроидом, как и я, и общая суть навыка растительной эмпатии помогла мне ощущать его чувства. Но на это место и некросов которых мы повторно убили, ему действительно было плевать.

— Тем не менее, это похоже на некий сценарий, — сказал Странник. — В теории о скрытом фильтре что-то есть. Каждый сектор будто по-своему рассказывает некую историю. Я встречал сектор, в котором Система спрятала осколки павшего бога гоблинов… или история четырнадцатого сектора…

— Это там где властвует Цвет?

— И он тоже. Цвет везде за пятнадцатым. Помнишь, я рассказывал об Иване-Мудреце, который потерпел поражение в Оазисе? То, что там сейчас происходит — расплата за попытку, которая обернулась провалом. Сейчас там как в двадцатом и двадцать шестом, правят пустотники… хотя нет, двадцать шестой уже необитаем. Хостер…

— Если так, то ключевой в нашем секторе является история о падшей богине Отчаянья, чьё имя навеки забыто, — сказал Манри. — Может ли быть так, что на дне Стены находится…

— … главный злодей этой сказки? — понял я. — Ты это хочешь сказать.

— Или Мортис, богиня смерти из этой легенды, — сказал Странник. — Я склонен верить в эту теорию. И если так, то я рад, что ты никак не связан с ней, Арктур. Так будет проще.

— Думаю, в норме участники этих историй вообще не должны были попадать в тела проходчиков. Эстель, ты часом у нас не беглый бог? — спросил я у искателя, но посмотрел при этом на Альму.

О родстве Мисы Зеркальной с богиней смерти она сама как-то упомянула.

Возможно, ключом в двадцать втором служит легенда о дочерях смерти. Зародилась она в мире, откуда родом Манри, Белка, Аси, Эстель и, возможно, Сайна и Хантер. Из них Манри — гарантированно монстр стены, его духовный ресурс равен нулю. В то, что Система привела его куда ей хочется, я легко готов поверить.

А вот то, что шестеро независимых проходчиков оказались связаны общим прошлым в одной из далёких жизней, по которым был создан глобальный сценарий сектора… Статистически шанс случайности действительно ненулевой, но ничтожно малый.

— Значит, на дне Мортис или та безымянная богиня? Про богиню смерти я вообще ничего не знаю, кроме того что вся магическая некромантия идёт от неё. Видел как-то статую этой богини. Сразу видно — любит промывать мозги.

— Ничего красивей неё нет и не может быть, — сказал Манри. — Так говорят те, кто её видел. Лишь для представителя моего вида это не так. Для меня совершенной всегда будет Каталина.

— Хе, может она тупо ревновала? — усмехнулся Мерлин. — Свет мой зеркальце скажи, всё как по канону!

— У богини Смерти было три дочери. Холод божественной навы встретился в них с огнём сердца тари. У навов редко бывает потомство с другими видами, слишком их суть несхожа с остальными. И каждая унаследовала половину дара Любви и половину дара Смерти…

Манри прикрыл глаза и коснулся статуи, затем продолжил:

— Любовь старшей была абсолютной. Не способна она была испытывать к другим ничего, кроме любви и сопереживала каждому. Она не терпела равнодушия и жестокости, потому всегда стояла стражем справедливости за тех, кто был обижен несправедливостью. Младшая же…

Рейд замер, слушая слова бывшего тари. В той или иной мере эту историю слышали многие. Даже я краем уха, слышал разговоры в рейде о разных легендах. Альма так и вовсе побелела как мел и застыла с непривычным для неё страхом на лице. С её страстью к книгам, она наверняка уже изучила распространённые легенды.

— … Младшая унаследовала жажду любви, но не способна была сама к сопереживанию. Чтобы хоть что-то чувствовать, она сводила разумных с ума, чтобы хоть на миг ощутить себя живой и забыть о той гнили, что прячется в её душе. Чужая боль стала для неё величайшей сладостью, а пожирание счастливых судеб — единственной страстью. Подобно Нефтис, что любила всех, Сехмет была той, кого все любили. И через эту любовь она разрушала их изнутри, выжимая досуха и отбирая все пути судьбы, кроме дороги боли…

— Хватит! Ненавижу эту легенду, — прервала рассказ Альма. — Так что даже не продолжай.

Манри очнулся от транса, открыл глаза и оторвался от статуи.

— Почему? — спросил я у Альмы. — Возможно нам придётся однажды валить эту тварь.

— Едва ли это существо можно уничтожить так просто, — сказал Рейн. — Я слышал достаточно о создателе мёртвой магии.

— Мёртвая магия в Стене лишь одна из множества угроз, которые ждут проходчика, — подал голос Странник. — Я видел сектор, который уничтожили элементали радиации. Пустота обычно вредит чужими руками. Стихия-паразит. Но на нижних уровнях обитают существа, которые охотятся на богов.

— Буду рад услышать истории о них, — подтолкнул я Странника.

— Как-нибудь на привале напомни, — ответил он. — Расскажу про маггитов, моргфреймов, композит и прочее. То что водится у Оазиса всегда очень опасно. Но давай для начала пройдём скрытый фильтр, если это и вправду он.

При упоминании моргфреймов Аси передёрнуло, а за спиной показались готовые к бою лиловые лезвия.

— Манри, куда нам? Эстель, тебя тоже слушаем.

— Здесь должен быть выход на централь, Все три здесь, наверное, не поместились бы, но одна точно должна быть.

— Это та аномальная лестница о которой ты говорил?

— Да. Та дорога должна вести в библиотеку. А та — к лестнице, — Манри указал на проходы слева и справа от статуи. Других здесь и не водилось.

— Окей, делимся. Белка, Кот, сбирайте свои группы, прошвырнитесь по локации. А я укреплю вход от мракобестий. Если столкнётесь с кем-то сильным — отступайте.

Проходчики кивнули, а я обернулся ко входу и бросил жменю семян. Противник подступал всё ближе — намного быстрей, чем мы думали.

Парочка дронов пролетела за дверь, прежде чем я начал выращивать растительную массу камнедрева, а затем закрыл створку и продолжил с обратной стороны. Получилось в общей сумме почти метр толщины. Затем то же самое нужно было сделать со второй дверью. Зачем-то входных врат в храм было двое.

Когда с делом было покончено, группа Кота уже возвращалась с хорошими новостями. Путь вниз был. На страже четверо рыцарей смерти, которых просто расстреляли. Скорее почётный караул, чем реальная защита.

Группа Белой, которая изучала библиотеку, тоже возвращалась, судя по шагам.

— Здесь много ценных книг, но все не забрать, а изучать, что здесь самое полезное, нет времени, — сказала она, едва приблизилась к нам. — Стража — три кровавых тени и дух смерти. Уничтожены лазерным огнём.

Я кивнул.

— Я призову убежище, пусть автоматы Сайны займутся, кидают всё подряд, а там разберёмся. А мы идём дальше. Кот нашёл выход, всё как говорил Манри.

Короткая пауза была окончена, и мы направились по коридору в сторону лестницы.

Она была непримечательна, как и многие в Стене. Просто чёрный провал колодца, внутри которого серпантином змеилась вниз лестница. Она слушалась лишь действующих членов Ордена Тиши, потому спускаться по ступеням мы не будем, зная о пространственной аномалии вечного спуска.

Я посмотрел по сторонам. Периодически по пути шли колонны. Зарядив семена в майр, я забросил их оружием по периметру, а затем активировал обновление, чтобы начать бурный рост за счёт вложенной маны.

Восемь растений оплели восемь колонн и потянулись к соседям, после чего начали вместе формировать над темнеющим провалом внизу растительную платформу по типу гамака.

— Добро пожаловать на борт, — сказал я и первым залез на каменные перила, чтобы спрыгнуть на выращенное мной чудо.

Остальные последовали моему примеру, и я активировал рост лиан, которые обеспечили нам медленный спуск вниз, минуя аномалию лестницы.

Пол вышел не очень ровным, скорее как толстая сеть очень грубого плетения, но я на всякий случай экономил ману — ловушка в конце нас ждала неизбежно.

— Арк, взгляни, — ожидаемо сообщила Сайна, и дрон спроецировал изображение большого древнего зала.

— Часовая башня, — сказал Манри. — На самом деле она находится наверху, а не внизу.

Я только пожал плечами и продолжил изучать место. Древнее, покрытое паутиной. Погода ветреная. Открытые окна, в которых была имитация бесконечных холодных облаков. А сам зал… Часовая башня, говорите? Больше похоже на склад разбитых и полуразобранных часовых механизмов.

Часть из них была рабочей, так что щелчки часов слышались весьма отчётливо и раздражающе — отовсюду.

Но среди этого треска я различил и другой звук. Шелест цепей под потолком, имитирующим крышу башни.

— Как же громко вы дышите… — послышался чарующий женский голос. Удивительно красивый, но не такой, как у Альмы, а скорее глубокий грудной и гораздо ниже. Нежить говорила с придыханием и очень по-человечески.

— Это Кардинал, — представил Манри и удержался от рефлекторного желания встать на одно колено.

Был и ещё кое-кто с таким странным рвением. Эстель. Вот уж не ожидал, что у них с нашим командором нежити столько общего!

— И тебе не хворать, — буркнул я.

— Манри… узнаю тебя. Никогда бы не подумала, что ты станешь предателем. Что сказала бы Каталина?

— Что ты должен жить, а не умирать следом за ней, — ответила вместо бывшего тари Альма и положила руку ему на плечо. С активным навыком духовного целителя, естественно.

— Если что, мы можем просто пройти мимо, — сделал я местному боссу великодушное предложение. — Где здесь выход?

— Отдайте порождение мёртвой магии, что прячется за вашими спинами, и возможно я вам поверю.

— Брось, у неё уже даже не чистая пустота, а её гибрид, — сказал я. — Но если с тобой можно договориться, будет здорово.

В ответ послышался лязг цепей, и сверху медленно спустилась светящаяся девушка-призрак, обвязанная множеством металлических лент, соединяющего её с полом и потолком.

Чертами лица призрак походила на греческое изваяние — подчёркнуто правильная, идеальная форма, фигура с идеальными пропорциями, светящаяся белая кожа, которую плохо скрывало порванное платье, тоже белоснежное — похоже, это был её любимый цвет.

А в руках у красавицы был громадный двузарядный арбалет. Полупрозрачный и светящийся, как и весь босс локации.

— Те, кто покрывают истинное зло, сами являются злом, — сказала она с сожалением и сочувствием. — Что ж, я знала, что всё так и будет.

— Чисто из любопытства, — начал я. — Ты бы хотела снова стать живой и свободной от этой башни и необходимости нас убивать?

— Вердикт: ВИНОВНЫ! — вдруг вскричала Кардинал и взвела своё огромное оружие, наставив на нас.

С шумом из под завалов разбитых часов начали вставать мертвецы. Синеокая нежить, как её называли проходчики. Только не совсем такая, какой её привыкли видеть.

Мерлин зарядил лучом света. Альма активировала погребальную песнь. Рейн призвал меч ангела и сам перешёл в светоносную крылатую форму. Вспыхнули лазерные лучи, а следом за ними Орден перешёл в ближний бой. Тия собрала из ветвей гибридной стихии два хаотических растения, которые попытались снести голову восставшему мертвяку. Рейд перешёл в атаку.

Мы готовились к тому, что появятся какие-нибудь монстры и попытаются нас окружить. Готовились к круговой обороне и не удивились появлению нежити. Но к кое-чему мы не были готовы совсем…

Перед мертвецами появилось защитное поле из шестиугольников. Мертвецы даже движения не замедлили. Нежить была полностью неуязвима. Не удивительно — этот эффект мне был хорошо знаком.

Врага защищала системная стихия.

16. Белизна, отливающая лазурью

Как такое возможно? Вопрос рвался наружу, но пока что придётся на время о нём забыть. Сперва нужно решить, что делать. В Стене не может быть непроходимых локаций и абсолютно непобедимых врагов.

Нежить была самой простой и банальной. После всей той высшей нежити, что мы видели снаружи, эти ребята не выглядели серьёзно. Простые скелеты со ржавым древним оружием.

Неуклюжие, медлительные, тупые. Но — неуязвимые.

Самое логичное решение — и не пытаться убить их, а просто сдерживать.

Всё наше оружие и магия разных стихий не работали. Системную нежить не брало вообще ничего. Райшин попытался переместиться коротким порталом за спину одного из мертвецов и ударил клинком по хребту. Но у самого тела возник барьер, а мертвец никакого урона не получил и обернулся, замахиваясь клинком. Теперь уже ликвидатору пришлось уклоняться и блокировать оружие противника.

Мы невольно сужали кольцо под напором неубиваемых существ. Оружие у них тоже, несмотря на весь его доходяжный вид, не ломалось и игнорировало сопротивления брони. Что магические металлы, что плоть, что воздух — вообще плевать. Будто системный баг, накинувший первоуровневым монстрам бешеный бонус к урону и статус неуязвимости.

Я активировал мудрость природы. Физической силой дело не решить. Мы уже перепробовали буквально всё. Нужно было думать глубже.

Вновь ощутил себя одним растущим грибом и несколькими союзными формами рядом. Телом управлять стало сложнее, почти как юнитом в игре, будто я отдавал телу команды, чтобы оно ходило, а не находился в нём и управлял сам.

Но зато я отчётливо ощутил поле боя и понял свою самую главную ошибку: я не контролировал пространство.

Резво расставив руки, я выпустил облака спор и вложил щедрый запас маны в то, чтобы распространиться по всему помещению. Запоздало отдал команду надеть средства защиты дыхания.

Амулет Селены пропустил мою волю через себя, и растительно-грибной рай вокруг меня озарил всю локацию так, что я ощутил каждого противника и даже увидел их истинный облик. Защитное поле, уничтожающее подлетающие споры, создавало нечто вроде угловатой ауры.

Плащ богини тоже засветился. В важные моменты он вдруг сам понимал, что мне нужнее всего. По залу прокатился ветер, распространяя споры ещё дальше.

Задержать их нельзя. Создавать преграды на их пути бессмысленно. Они их продавливают своим телом, не встречая сопротивления. А сама преграда начинает распадаться, уходя вверх вереницей сияющих маленьких кубиков.

Вторая идея была в том, чтобы свалить их в яму. Я отдал приказ создать дыру магией и провалить нежить вниз.

В ответ раздался хохот Кардинала.

Мда… Это оказалось невозможно. Монстры просто спокойно себе шли дальше, а на полу проявилась системная защита.

— Какое-то безумие! Они что, неубиваемы⁈ — воскликнул Мерлин.

Только что он создал в полу здоровенную дыру своей синевой, но на фрактал это влияния не оказало. Удалось прожечь слой камня локации, но тонкая прослойка из полупрозрачного системного барьера никуда не исчезла.

— Муахахахах! Я отомщу за всех павших! Нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови! Пустота будет очищена!

Точно, спасибо, что напомнила о себе. Надо бы проверить, может, если завалить главного босса, то и проблема решится сама собой?

— Фокус на хохотушку, — приказал я. — Проверим её системную магию.

В ответ послышался новых смех.

Часть цепей обрушилась вниз. Часть — была защищена системно. Сама девушка-призрак не пострадала вовсе.

Вот здесь уже и мне стало не по себе. Сценарий завали босса и тогда его миньоны сами падут не был чем-то новым в Стене. Но так чтоб неуязвимым было всё… Это же системная ловушка получается. Гарантированная смерть.

Впору начинать верить в скрытый фильтр.

Но в режиме повышенной осознанности эти мысли пролетели не как паника, а как констатация факта. И после этого я стал искать следующее возможное решение.

Мерлин выругался крепким матом и запустил синие кристаллы через эльфийский импульсар, метя прямо в лицо Кардиналу, и в ответ босс вспомнила наконец, что в руке у неё здоровенный двузарядный арбалет, стреляющий копьями.

Маг стал его первой жертвой. Сила выстрела была такой, что пробило все его магические защиты, грудь и пригвоздила к дальней стене. Это что ж там за оружие такое? Кстати, оно не из дерева?

Системная защита распространялась и на оружие.

Рядом с Мерлином склонился брат Вайс и принявшая металлическую форму Дора. Но едва ли это ей поможет против системного читерства.

Система, системная стихия… — я повторил это слово ещё раз, покрутил его в голове, быстро вспоминая все связанные с системой способности в нашем рейде. И приказал.

— Альма! Активирую принудительную верификацию!

Этот навык давно висел мёртвым грузом, и было непонятно зачем он вообще нужен. Тем более что верификатору, как и всем юстам, полагалось быть на Стене, а не в ней.

Но догадка оказалась верна.

С арбалета Альмы слетел болт и пробил голову наступающему на неё скелету с цепом.

Нежить повалилась на пол в груду разбитых часов. Лишь вокруг черепа ещё пару секунд светились шестиугольники, красноватые возле пробитых стрелой насквозь отверстий и обычные белые.

— Система! Аудитор Арктур! Обнаружена системная ошибка!! — крикнул я.

Альма активировала верификацию на втором мертвеце. Фрактальный барьер на миг вспыхивал и после этого прекращал защищать нежить, делая простой тварью уровнем от силы на второй этаж.

— Не бей их, только отменяй. Кот, помоги ей!

Без фрактальной защиты достаточно и одного стрелка с лёгким лазерным оружием.

Ага, а вот и терминал.

Он выехал из потолка с торжественным красным свечением.

Верифицирована ошибка системы №999811452

Система благодарит аудитора за содействие.

Начислены бонусные баллы.

О как.

— Все поняли, что надо делать? Все у кого системный статус — система отменяет защиту по одному.

Следующий болт полетел в меня, как и следовало ожидать. Пришлось собирать из лишайника новое тело.

— Система! Запрашиваю аудит этой суки!

Идёт поиск решений согласно запросу.

Решение найдено: верификация системной ошибки №999811452

Система благодарит аудитора за содействие.

Начислены бонусные баллы.

— Ну что, помогла тебе твоя система?

От злости в глазах Кардинала вспыхнуло голубое пламя. Она резко спустилась на пол и, не отрываясь от цепей, устремилась в нашу сторону.

Следующий выстрел из арбалета подпалил синим огнём часть локации.

Несмотря на то, что её поливали стрелки со всех сторон, она сумела увернуться от большинства пуль. Только эльфийка не пропустила нужный момент и попала в лоб призрачной воительнице.

Ту отнесло не несколько метров, но не убило. Светящаяся дыра в голове зарастала. А в ответ последовал выстрел уже в саму эльфийку и, несмотря на попытку уйти в сторону, Лифу тоже пригвоздило к стене.

— Сборище предателей и трусов! — прорычала Кардинал и топнула ногой по полу, громко звеня цепями.

Вновь затряслись горы хлама из разбитых часов, и в бой пошла вторая волна нежити. Скелеты-рыцари и, что гораздо опаснее — лучники.

Но теперь я уже понимал, что делать.

Обращения к системе работали у всех рангом от корректора и выше. Лучше всего — у Альмы, там задержки между запросами и отменами системной защиты не было никакой. Дальше это была стандартная боевая ситуация, в каких мы уже побывали не единожды.

— Эта тварь мгновенно регенерирует! — возмутилась Сайна.

Кардинал двигалась невероятно быстро, а иногда — почти мгновенно, отскакивая от пуль благодаря цепям. И потому практически не попадалась в фокус Вереск, а дроны почти сразу же уничтожались. Даже просто попасть по ней было непросто. А с учётом скорости регенерации действительно получалось то же бессмертие.

Но и я в этом помещении был почти неуязвим. Всюду по стенам и потолку росли лишайники.

Раненый и исцелённый Мерлин обиду не забыл и едва смог вмешаться в бой, атаковал синим копьём света. Это Кардинал пропустила и получила громадный ожог на груди. Но самое главное — синева Мерлина вступила в противостояние с лазурью окружавшего её пламени.

От этой раны она оправлялась гораздо дольше и даже на некоторое время ушла в глухую оборону.

— Да вы гоните, — буркнул Мерлин. — Арк, у неё сила моего типа! Цвет непростой.

На третьей фазе полезла высшая нежить — духи смерти, сущие, призрачные рыцари. С ними уже было намного сложнее, но рейд держался. Все сильнейшие бойцы рейда были заняты обращениями к системе и снятием системной защиты с каждого противника отдельно. Из-за этого в помещении стоял постоянный гул множества голосов.

Основной урон же пришлось принимать на себя остальным. Бой затягивался. В строю нарастали потери. Альме пришлось отвлекаться на то, чтобы поддерживать жизнь проходчиков, пока она будет их воскрешать. По этой причине и снятие системного статуса стало медленней.

Долго мы так не протянем, но Стена обычно делает три волны. Надеюсь, и в этот раз вечным этот бой не будет.

Мы быстро выработали рабочую стратегию борьбы с Кардиналом, построенную на защите Мерлина, стараясь подставить босса под синеву.

Обладающий похожей способностью Странник периодически отвлекал призрака на себя болезненными выстрелами из рельсы. Кардинал же старалась уклоняться и контратаковать.

Но когда Орден начал подходить к опасному рубежу, за которым начинается превозмогание из последних сил, золото и аспидная синева при поддержке разнообразного оружия окончательно покончили с противником.

Это случилось внезапно — без долгих сцен. Просто очередная синяя вспышка оказалась фатальной, и Кардинал превратилась в светящийся голубой пепел, даже без последнего слова.

Только полупрозрачный арбалет упал на пол и сложился в метровую чёрную палку, слегка примяв щепотку праха.

А затем остатки нежити третьей стадии боя никуда не делись, а стали ещё агрессивнее, будто надеясь отомстить за свою госпожу. Но с ними мы уже разобрались достаточно быстро, объединив усилия.

— Какого хрена это было? — спросил Мерлин, которого ещё не отпустило после боя с другим обладателем особенного Цвета. — Если б у нас не было системных статусов, нас бы сложило здесь нахрен!

— Откуда вообще цветоманту быть здесь? В двадцать втором ведь эта цепь не встречается, верно? — уточнил Странник.

— Думаю, у меня есть, чем вас удивить, — сказала Белая. — Хотя возможно, это и есть ответ.

— Не тяни, — подбодрил её Мерлин.

— С неё выпал фрагмент архиларвина. Так говорит система.

— Стоп, так называлась та тварь, которая нас едва не прикончила в двадцать первом? Которая ещё копировала способности из памяти? — припомнила Сайна.

— Они обещали ещё тебе надрать задницу, Арк, за системный ключ который ты взял от их корректора, — с усмешкой припомнил Мерлин.

— Только вот, даже если так, как он прорвался сюда? Скорее, это намёк на то, что здесь тоже водятся подобные твари, — предположил я.

— Да ну нафиг! — фыркнул соларис.

— Мы всего раз встречали существо такого рода, — подала голос Сайна. — Скорее всего, этот вид считывает максимально общее прошлое и адаптирует локацию под него. Возможно, у нас в секторе тоже водятся такие существа, просто ниже.

— Хм, это более реалистичная версия, чем перенос сюда локации из двадцать первого сектора. — согласилась Белая. — Система бы не допустила такой ошибки.

— Фрактальная нежить тоже была ошибкой, — сказал я. — Ладно, пора обыскать здесь всё и глянуть возможные пути дальше. Мы ведь уже где-то на уровне тридцать пятого этажа?

— Да, потому я предположила, что это уже может быть Оазис, — сказала Тия, глядя в окно на серые тучи какого-то миазма под нами.

— Он бывает выше или ниже на пару этажей, в зависимости от сложности, — покачал головой Странник. — Значит здесь он на тридцать шестом или седьмом.

— Сайна, отправь дроны осмотреться внизу.

— Я уже. Облака крайне токсичны и разрушают даже технику, — ответила она.

— Зафиксированы окислители неизвестного типа, вступающие в реакцию с золотом, серебром и углеродными формами, — добавила Вереск.

Углеродные формы — это плохо. Значит обычным деревьям туда тоже дорога заказана.

— Получается под нами миазм, — подытожил я. — Можно попробовать подобрать что-то для пути через него на тридцать шестой, но это долго.

— Второй путь ведёт в локацию проклятых, — сообщила Эстель. — Я слышу, как там даже стены пребывают в страхе.

— Опять мёртвая магия… — проворчала Белка.

— Ничего, прорвёмся, — сказал я. Проходили уже.

— Не на тридцать пятом, — напомнила Сайна, но я только кивнул.

— Манри, приятель, ты как? — самым внимательным оказался неожиданно Наги.

Тари снова был некродендроидом. Изумруды зелёных глаз нежити уставились в пол рядом с ним. А сам он сел на пол, будто из него вынули дух.

— Я поступил правильно, — сказал он. Ровный и совершенно лишённый эмоций голос, как прежде.

— Оставь прошлое в прошлом, Манри, — поддержал я его. — А твой вид можно изменить. Если так хочешь снова стать тари, можно даже это. Взять пробу твоих костей, сделать клон, аниматургией перенести душу. Технически, это реально.

— Я не уверен, — ответил он. — Эмоции затягивают. Я не уверен, что удержу их вновь.

— Нежить может стать живым существом, — сказала Эстель. — В голове всплывают отдельные кадры из прошлого. Когда-то я уже была нежитью.

— По тебе иногда видно, — положила руку на плечо подруге Сайна.

— Мне нужно время, — произнёс Манри.

— Пока мы живы, в Стене возможно всё, — сказал я. — Мракобестии сюда не спешат. Думаю, у нас есть минут пятнадцать на быстрый отдых и перекус.

— Это место на самом деле было вершиной башни. Из него не было никаких переходов кроме того, через который мы вошли, — сказал Манри и поднялся.

— Значит, Стена достроила.

А пока рейд отдыхал, я с Тией и Белкой продолжил изучение пути дальше.

Итак, серебряная дверь. Зачем такое делать — понятно. Чтобы ограничить сенсорные возможности. Но стоило чуть приоткрыть её, как настроение аномально упало вниз. Я почувствовал раздражение, досаду и большое желание поскорее сдохнуть.

Не нужно быть великим сенсором, чтобы понять, с чем мы имеем дело.

— Нежить, — сообщила Эстель.

Девушки подходили ко мне, чтобы принять участие в распознании угроз на пути дальше. Хотя выбор у нас был не очень-то большим. Или мы спускаемся вниз через миазм, или идём к проклятым.

— Значит нежить и мёртвая магия, — кивнул я. — Забавно. Я думал, мёртвая магия с настоящими мертвецами не дуржит. Как раз в недавней легенде про братьев-лисов было.

— Нежить неуязвима к пустоте, и как следствие не может ею управлять, — подтвердила Белая. — Но может быть временным переносчиком, если там есть живой пустотник-некромант.

— Если сделать нежить из одержимого пустотой, получится мертвец с мёртвой магией. Я… была чем-то подобным. Эксперимент.

— Тишь экспериментировала с пустотой? — спросил Манри. — Хотя, именно так рейд в мёртвокотье открыл секрет создания фрактальной нежити. Если найти заражённый системной стихией труп, его тоже можно поднять. Мёртвая магия неуправляема, но фрактал не имеет собственной воли. Он выполняет в извращённой форме волю носителя, которую способен контролировать любой некромант с базовой подготовкой.

— Вот как? Спасибо, возможно тогда получится создать однажды своих таких. Где бы только сперва подходящих мертвецов найти? С этих мы всё уже сняли… — я задумался. Затем обернулся к механистке. — Сайна, есть кого послать с камерой? Так чтобы без сильного палева, чтобы не вышло как с мракобестиями.

— А то, — улыбнулась девушка, демонстрируя на указательном пальце механическую муху. — Анализаторов нет, но есть камера.

— Главное что и нежить и мёртвая магия не интересуются механизмами, — криво улыбнулся я.

Приоткрыв дверь, мы выпустили муху, и та показала нем длинный мост над миазмом. А вот за ним возвышалась имитация крепости, уходящей вниз. У входа были свисающие флаги. Чёрный и лиловый. И логотип — девушка с каре, хитрой ухмылкой и игривым свисающим языком.

— Арк, смотри, — привлекла моё внимание Сайна и все обернулись к трансляции с проектора в руке Вереск.

Впереди была арена, напоминающая большой ипподром, по которому мерно бродили рыцари с одноручными косами и камами, верхом на таких же искажённых пустотой мёртвых лошадях.

— Стяжатели гавваха, — представила монстров Белая. — Рыцари младшей дочери Смерти.

17. Дань, слишком большая для платы

На экране показался образ зловещего рыцаря-нежити с розоватым огнём в глазах. Будто сотканные из живого мрака плащи с капюшонами, под которыми проступали хищные очертания тёмного металла брони, отливающей фиолетовым.

Дальше механизм-разведчик не выдержал. Что его убило, мы так и не поняли, но трансляция прекратилась.

— Какая ирония… Чёрный ипподром стяжателей рядом с имитацией башни Тиши…- произнёс Манри. — Прежний я бы сказал, что у создателя этого места скверное чувство юмора.

— Ты знаешь, что это за твари?

— Когда-то давно, когда мир ещё не знал истинной сути бездушной богини, она была известна как владыка Забвения. Младшая из Дочерей Смерти. И как её дочь, она тоже имела право управлять нежитью.

— Нежить с бледно-розовыми глазами, — насторожилась Белая. — Слышала о такой, но не встречала лично.

— Некогда они служили Неназываемой богине верой и правдой, но затем чёрная воля хозяйки исказила их, обратив в пустоту. С тех пор они скитаются по миру, собирая боль и страдания смертных. Так «рыцари Забвения» стали «стяжателями гавваха».

— Вы их убивали?

— Да. Фрактальной нежитью. Опасайтесь их крика. Он содержит в себе мёртвую магию, которая обходит обычное сопротивление.

— Да, Система говорит про акустический урон, — сообщила Белая. — Звук лучше чем-то заглушить.

— Благословением Тишины, — предложила Сайна, глядя на Эстель. Та решительно кивнула.

— Не пойдёт, — я покачал головой. — Слишком маленький радиус действия.

Пространство чёрного ипподрома, как его назвал Манри, было достаточно обширным. Скорее всего, это хаб. Но твари здесь обитают явно не простые, раз никто не позарился на их локацию.

— Живым с ними сложно совладать, — добавил Манри. — Против вас они будут сильнее и призовут големов.

— Кого? — удивилась Белая. — Об этом у Системы ничего нет…

— Когда они собирают достаточно много дурных чувств, то начинают плести из них химерных тварей. Смешанные друг с другом комки ваших врагов, — пояснил Манри.

— Арк, так может мы их сами? Я и Манри с ребятами, — предложил Наги. — Будет весело.

Я хотел было ему отказать, но затем чуть подумал и кивнул.

— Сформируйте боевую группу из всех с цепью нежити. Вперёд пошлите младших дендроидов. Сейчас соберём ещё из тех, кто валяется в прошлой локации. Пространства здесь много, одного вашего отряда не хватит. Мы будем в третей линии обороны. Если почуешь, что не держите — отступай, мы прикроем издали.

План был принят. Я открыл убежище. Мордред вышел помогать мне ваять новых некродендроидов, а Сайна подняла группу боевых машин. Как и нежить, они были иммунны к воздействую мёртвой магии.

Когда мы вернулись к ипподрому, Вереск встречала нас с массивными колонками. Тамарскими, судя по наличию бирюзовой подсветки — они её совали во всю свою технику, даже там, где она нахрен была не нужна.

— Что слушаем? — спросил я у неё с ухмылкой.

— Выбирай, — ответила за неё Сайна, появляясь словно из ниоткуда с ещё одной колонкой. Затем поставила и выложила сверху два прозрачных тамарских накопителя, — это у Вайса взяла, христианский рок. А это не помню откуда.

— Это что? — я глянул на выплавленную надпись на карте памяти.

— Почти то же самое, мантры, но в обработке повеселее. Тоже отгоняет нечисть. Есть и классика, если что. Молитвы и прочее. Но они уже поднадоели.

— На твоё усмотрение, лишь бы работало, — одобрил я.

Действительно, если нам нужно создать громкий звук, то почему бы сразу не использовать то, что ослабит тёмную суть нашего противника?

Собравшись в новое построение, мы начали медленно продвигаться вперёд по локации. Местные стражи пока что на нас не реагировали, но я знал, как обманчиво может быть мнимое спокойствие Стены.

— Идут! — крикнула Эстель, поднимая голову от песка, покрывавшего стадион.

Локация шла вверх, захватывая и тридцать четвёртый этаж. Туда её краю тянулись пустые ряды сидений для зрителей. Зайти туда снизу было нельзя, но для этого у нас были антигравы.

Лифа со своей стрелковой командой полетела вверх, чтобы занять удобные снайперские позиции. Мерлин поднял руки, зажигая над ними синеватые огни. Его мана потекла по пространству, освещая всё вокруг.

Возникло неприятное воспоминание о мракобестиях — в их локациях тоже было темно. И темнота так же сопротивлялась попыткам её развеять.

Лёгкую дрожь земли от множества копыт лошадей вскоре почувствовал и я сам. Посмотрел себе под ноги и увидел, как слегка подпрыгивают небольшие камешки у моих ног.

Средство от несущегося строя лошадей было придумано уже очень давно. Идущая нежить по приказу Манри подняла вперёд копья. Я увидел фигуру Мордреда — обычно он не интересовался сражениями и редко покидал свою лабораторию в убежище, но сейчас решил нас почтить своим присутствием и разъезжал на некротическом скакуне с ярко горящими зеленью глазами.

Рядом с ним, будто собачонки, стояли жутковатые шипастые шары, напоминающие перекати-поле. Старая разработка Мордреда ещё времён сражений на двадцатом.

Второй выделяющейся фигурой была Белая на полуреальном звере. Как по мне, глупая затея пытаться соревноваться с мёртвыми рыцарями на их поле.

Позади раздался мощный гитарный риф первого трека, и услышать что-то помимо него было уже невозможно.

Я вновь перешёл в режим мудрости природы, поднял облака летучего лишайника и принялся насыщать поле боя своей маной, заключённой в крохотные грибные формы. Именно так и распространялись микоты. Незаметно захватывая пространство и подменяя собой существ и предметы.

Вскоре я смог перед внутренним взором ощутить нашу часть ипподрома и увидеть, как строй мёртвых рыцарей в чёрной броне врезается в ряды копейщиков-некродендроидов. Увы, этот раунд был не за нами. Лошади были укрыты металлом, будто танки, и легко ломали копья, несмотря на генетику цветов церу.

Острота растений не помогла, но помогли тела некродендроидов, сами по себе хорошо способные блокировать путь. Мордред, а настолько точно управлять ими могли только я и он, приняли расходовать свой запас жизненных ресурсов на резкий рост, таким образом превращаясь в смертельно опасные колючие заросли.

Лошади стяжателей продавливали этот лес, но всё равно вязли, а копыта охватывались растениями.

Враг попытался избавиться от этого с помощью некротической энергии. Типичный и хороший ход для нежити. Против обычного друида это было бы очень эффективное средство, но не против меня.

В случае Алолесья и некродендроидов проблема решалась использованием тёмного леса, и погибшие существа снова вставали в строй. Дендроидов-жрецов, способных применять подобие моего навыка, которое питалось от энергии гибели существ, в том числе и растительных, было достаточно.

Сжигание дендроидов некротизмом позволило применить этот навык массово по первой линии, таким образом загоняя часть рыцарей в ловушку.

Дальше начался ближний бой. Пробить чёрную броню дендроиды не могли. Потому просто пытались опутать, гибли от некротизма и тут же возрождались. Поняв, что ситуация заходит в тупик, Манри принял решение вмешаться в бой и атаковать ставшего неповоротливым врага.

Пока что бой шёл хорошо, но я держался настороже. В любой момент Стена могла выкинуть какой-то новый трюк. Потому, когда ситуация резко изменилась, я был готов.

Громкая музыка, под которую мы так хорошо валили стяжателей, внезапно оборвалась. Я обернулся и увидел странное существо, напоминавшее сшитую из множества разных существ жирную многоножку, на которой красовалась голова Леви, Первуха и перекошенная рожа Емельяна Рыбника.

— Ты труп, Арк! Как мог меня убить? Кто теперь будет следить за балансом⁈ Идиот, ты обрёк нас на вымирание!!

— Ничтожество, — вопил Первух. — Я принесу твою душу на алтарь Вельзевула!

И только Рыбник таращил глаза в разные стороны и безудержно ржал.

Големы стяжателей принимают облик, собранный из моих врагов, — вспомнил я.

Это просто иллюзия.

Тем не менее, многоножка подняла восемь торчащих из разных мест тела рук, в одной из которых был знакомый навык «меч ангела». Леви с Рейном сражались именно на таких.

Тия и Амория, остававшиеся рядом со мной, мелькнули мимо и устремились сражаться с чудовищем.

Я собрал своё сознание из лишайника за спиной у голема и сразу же вонзил в тело существа майр. Внутрь тела твари выстрелило семя, заражённое стихией цветов зла.

Гибридная стихия начала прорастать в теле твари, и та задёргалась, безуспешно пытаясь сопротивляться ассимиляции. И в то же время не прекращала отбиваться от двух тел Тии множеством рук.

Тварь могла применять магию. Прямо под Аморией зажглась демоническая пентаграмма, и та с трудом отскочила. А в месте разлома показалась лапа демона, пожелавшего присоединиться к схватке.

С запозданием над нами завис один из дронов Сайны, подсветив поле боя алым. Магия мгновенно погасла. А следом раздалось несколько выстрелов, оставивших дыры на теле некротической многоножки.

Тварь регенерировала с невероятной скоростью и продолжала попытки зацепить кого-то из нас. Но теперь противников у существа было уже слишком много.

Однако этот удар в спину оказался болезненным для рейда. Едва музыка стихла, раздался многоголосый нечеловеческий крик. Это мгновенно изменило расклад на поле боя. Стяжатели гавваха пошли в наступление. К ним поступало подкрепление из товарищей. Удар на себя в ближнем бою приняла группа высших некродендроидов, а звуковая волна докатилась до наших ушей.

На душе сделалось паскудно. Во рту встал неприятный привкус горечи и злости. Как живое встало воспоминание, как Аркфейн кладёт раскрытую ладонь на голову перепуганной девчонки, с заплаканным лицом.

— Я тоже тебя люблю, — вырвалось из его… или слетело с моих собственных губ. И следом: — Медный король! Возьми что мне дорого, дай то, что нужно!

Мудрость природы.

Я не знаю когда и как навык успел слететь, но хорошо, что мне хватило ума вновь к нему перейти. В голове сразу же прояснилось, а прошлое перестало иметь какое-либо значение.

Пусть прошлые грехи, о которых я даже не помню, остаются в прошлом. Нынешний я никогда так не поступлю.

Картина, которую я увидел после этого, была ужасающей. Треть рейда была небоеспособна. Проходчики валялись поджав колени, рыдая или пытаясь забиться в угол у края ипподрома.

Ещё треть оказалась защищена или неуязвима к заражённому мёртвой магией звуку, и уцелели те, кому повезло оказаться рядом с Нэссой.

Почему тыл оказался открыт, если я выставлял там группу, у входа в локацию? Опасался, что могут прорваться вниз мракобесии или уцелел кто-то из Тиши и может устроить нам такой неприятный сюрприз.

Ответ пришёл вместе с Альмой. Она быстро бежала оттуда в мою сторону. Затем на полпути обернулась, чтобы выпустить болт из трофейного чёрного арбалета Кардинала. Магическое копьё пробило преследовавшего её рыцаря и прибило к каменной стене ипподрома.

— Засада! Они спустились сверху! — крикнула она, перезаряжая арбалет на ходу. Следом за ней по пятам следовал голем-многоножка, сшитый из множества существ.

Альма прыгнула, перекатилась по песку и выстрелила в прыгнувшего над ней в мою сторону монстра.

Сверху на голову второго голема приземлилась Аси, врезаясь заряженными гибридной пустотой лезвиями в его тело.

Рядом приземлилась её кошка-питомец. Жуткое существо даже милым казалось на фоне некротических големов.

На этом атакующие нас с тыла закончились и путь назад был свободен. Тогда как из тьмы ипподрома один за другим выезжали новые всадники. Над телами павших стражами стояло ещё пять трёхметровых туш.

— Тия, контратакуем и забираем наших. Потом отступаем. Медленно и с боем.

— Принято, — отозвалась Амория, а на передовой рядом с группой выживших вокруг Нэссы Сетта отдала приказ к контрнаступлению. Нужно было срочно вытаскивать перепуганных товарищей, не способных соображать от мощнейшей панической атаки и влияния мёртвой магии.

Музыка снова орала на всё поле боя. Стараниями Сайны, которая сумела наладить ещё одну колонку где-то наверху, среди сидений зрителей.

Основное тело Тии, обратившись в вереницу светящихся мотыльков, поднялось наверх, чтобы донести приказ до Сайны и отряда Лифы. Выстрелы полетели в големов.

Сам я тоже не стоял без дела и возглавил атаку на големов, которые отжирались на страхах рейда. Времени у нас было не очень много — новые стяжатели гавваха спешили присоединиться к схватке. Так что действовать нужно было быстро.

Мы сосредоточились на уничтожении пятёрки големов и быстро достигли своей цели за счёт окружения и большого количества урона. А затем я сразу же активировал эссенциализм и собрал из тварей своего кадавра, которого тут же натравил на приближавшихся рыцарей.

Рейд сформировал защитный рубеж, под прикрытием которого поражённых навыком вели к выходу из локации. Созданный мной кадавр мгновенно вышел из под контроля из-за обилия мёртвой магии. Но главное, что стяжателей он тоже видел в числе своей пищи.

Перегруппировавшись, мы медленно отступили к выходу из локации. Пока враг был занят моим кадавром, это нам удавалось достаточно просто. Затем подоспели рыцари. Они мчались мимо твари, косами отсекая её части, после чего вне зоны поражения разворачивались для следующей атаки.

Сшитая из големов тварь была ещё более неповоротлива, чем те, из кого она была создана. Вопрос времени, когда монстр падёт.

Некоторые стяжатели ждать не собирались и бросились на нас. Но по одиночке и без крика с големами они были примерно как хорошие истервисы, с которыми мы уже имели дело. Главное не подпускать в ближний бой.

Троих рыцарей, одного за другим, удалось просто расстрелять рельсами и лазером.

Рейд достиг выхода. Проходчики переходили на мост, ведущий обратно к локации ордена Тиши. Лишь бы только не оказалось, что там нас уже ждут мракобестии.

Я настроился на врата в старую локацию и активировал убежище.

Первый стяжатель наклонился, чтобы вместе со своим мёртвым скакуном пройти через арку на мост. Это была с его стороны огромная глупость и большой подарок нам — оказавшись в одиночестве на открытом пространстве он был почти сразу расстрелян.

Здесь расклад сил менялся. Местность работала уже в нашу пользу.

— Занимаем позиции у двери и готовимся к обороне, — отдал я приказ Амории, чтобы та передала через другие свои тела приказ до остальных.

Рейд ускорился. Через арку из локации ипподрома начали один за другим выезжать стяжатели. Больше никто из них не тупил на выходе как первый, но всё равно они оставались хорошо видимой лёгкой мишенью.

Едва мы перебрались через мост над миазмом, как сразу заняли оборонительную позицию и начали отстрел нежити издали. Пули, лазерные лучи и магия смешались, поливая скачущих в нашу сторону рыцарей. Однако ширина моста не позволяла лететь к нам всей толпой, и отстрел продолжался. Один за другим стяжатели падали на мост, или валились вниз, скрываясь в сизом тумане.

Смена места боя оказалась для противника фатальной. Вот только даже глупость нежити безграничной не была, и когда девятый всадник свалился с моста под транслируемые с дронов Сайной мантры, десятый развернулся и поскакал назад, на родной ипподром.

— Чудом отбились, — выдохнула Сайна. — Как же так? Где было прикрытие с тыла?

— Засада, — сообщила Альма. — Я почувствовала гибель наших и пришла по чутью. Там есть скрытый лаз у входа. Хорошо, что этот арбалет почти универсален.

Вообще никто его ей не отдавал, она сама его взяла с тела Кардинала. Но она пол Стены прошла с клановой легендаркой дома Тиссэ. Потом его стала бафать чаша, но без неё оружие уже проседало в уроне против здешних тварей. Так что давно пора поменять на что-то получше.

— Вытащили всех?

— Да, правда часть в стазисе, — ответила Альма. — И все, кто пострадал от пустоты в себя не скоро придут.

Я кивнул. Стазис в исполнении Альмы был похож на «обречённого выжить», но не вызывал побочки с необходимостью ощущать на себе все болезненные процессы с телом. А насчёт пустоты — это было очевидно. Тем она и опасна. Фактически каждый, кто попал под её воздействие становился заражённым. Но пока воздействие не достигло критических значений, покой и поддержка помогали избежать неприятных последствий.

Хотя крики от кошмаров по убежищу следующей ночью нам обеспечены…

— Нужен другой способ с ними бороться, — задумчиво сказала Сайна.

— С миазмом под нами тоже нужно подумать, — сказал я ей в тон. — Может, это проще, чем опять лезть к тем рыцарям. Хотя… как вариант, можно попробовать выманивать их сюда. Тут стяжатели сливают в чистую.

— Я могу попробовать, — предложила Белая, главный любитель суицидальных квестов.

— Не спеши. У нас ещё есть время. Сделаем привал здесь. Если мракобестии до сих пор не спустились, значит уже не будут.

— Они, кстати, тоже по мосту не пройдут, — заметил Кот.

Я кивнул. Слишком жирные каменюки, их даже толкать не нужно, сами попадают.

Затем я призвал открыл дверь убежища и застыл, глядя на перепуганное лицо Сильвана по ту сторону.

— Что случилось? Дина⁈ — сразу подумал я о худшем.

— Нет, — покачал головой бывший парадокс. — Только что у нас в убежище появился неизвестный терминал!

18. Терминал, который меняет себя

— Появился? Сам? Когда?

— Как только ты перенёс локацию сюда.

— Это мимик, убей его! — встала Белая.

— Тише, Сильван, ты же можешь его просканировать?

— Я не проходчик, меня он не слушает. Хотя он наш… в смысле, природный.

— Ещё и природный? — удивился я.

— Типа, росток твоего тауматургического? — с усмешкой предположил Мерлин. — Ну а чё, деревья ведь могут размножаться?

— У него чёрные листья со светящимися прожилками, — ответил Сильван. — Мне не подчиняется его суть.

— Вообще какая-то хтонь, — хмыкнул Мерлин.

— Белка, держись поближе. Сайна — шли дрон.

— Он это… агрессии не проявляет, если что, — добавил Сильван. — Просто стоит себе, как обычный терминал.

— Он не мог появиться из ниоткуда просто так, — высказался Рейн.

— Это Стена, — многозначительно пожала плечами Сайна.

— Может, это тайник какой-нибудь? — предположил Ильгор.

Я посмотрел на него. Идея самая странная, но удивительно реалистичная в условиях Стены.

Мы прошли внутрь убежища. Действительно, ничего особенного не проиходило. Внутри всё было тихо и мирно. Убежище вписалось в псевдо-башню, адаптируясь под локацию. Всё, что было присуще ордену Тиши скрылось под зелёной листвой и внутренними помещениями. Только одна деталь из предыдущей локации осталась в слегка изменённом виде.

Там, где была висящая в цепях Кардинал, теперь было странное устройство. Цепи сменились ветвями чёрного древа с чёрными листьями. И все прожилки на каждом светились спектральным сиянием.

Тип вмешательства — универсально-некротический.

Адаптированная версия типа вмешательства: природно-некротический (спектральный).

Идёт сканирование.

Определен объект категории «аудитор». Имя: Арктур.

Справка: универсальная адаптивная система внедрения навыков 14855 ⊕ «ПЛЮС».

Тип вмешательства — природно-некротический (спектральный).

Внедрение путем принудительного вживления объектов любой природы.

Улучшенное сопряжение: структуры, подвергшиеся природной некротизации

Удовлетворительное сопряжение: структуры, которые могут быть подвергнуты природной некротизации

Минимальное сопряжение: структуры, сохраняющие подобие двух вышеописанных признаков

Доступно модификаций для класса архидруид: 2

Доступно модификаций для класса эссенциарх: 1

— Дела… — покачал головой Сильван.

— Это действительно терминал. Истинное имя показало бы мимика, — Белая выглядела озадаченной. — Но я не понимаю, как он здесь оказался. Такого прежде не случалось. Во всяком случае, я не слышала об этом.

— Это терминал-перевёртыш! — послышался радостный голос Странника. — Нам сказочно повезло!

Впервые я видел его таким счастливым. И это заставило меня самого приободриться.

— Жаль, что его основа некротизм. Но даже такой — невероятная редкость. Хотя возможно, внизу скрытые терминалы появляются чаще.

— Скрытые терминалы? Давай по порядку, — попросил я.

— Они адаптируются под условие активации. Судя по тому, что он проявился в убежище и приобрёл природную форму, нужно совместить терминал с неким пространственным навыком. И он адаптируется под суть навыка.

— То есть Долина Белой тоже должна работать, — я посмотрел на девушку.

— Всё, что может на время изменить суть локации, — пояснил он.

— Но по итогу это обычный терминал?

— Здесь его фрактальное сердце. Но для работы ему нужна оболочка. Её даёт влияние способности.

— А навыки ассимиляции? — предположил я.

— Пробуй, — он пожал плечами. — Я активирую на нём свой навык, если не против.

— Ты в своём праве, если это не помешает работе всего терминала.

— Только если там есть лимит по встройке. Он будет общим, скорее всего.

— Система, подскажи, сколько модов можешь встроить? И заодно все прочие ограничения.

Основной модуль работает без ограничений.

Модуль «ПЛЮС» работает исходя из запаса 1000 условных единиц энергии. Расход зависит от сложности работы.

Ограничения по одновременной встройке: 38

Среднее время работы 20–80 мин.

— Природно-некротический, как и все некротические, скорее всего относится к запретным, так что подойдёт лишь Наги, — задумчиво сказала Сайна и Белая важно закивала.

— Сейчас и проверим, — сказал я и попросил Систему вывести мои три доступные мода.

И сразу понял, что радовались мы очень зря. Использовать этот терминал было очень плохой идеей для всех живых существ. Безболезненно его могли использовать только проходчики, обладающие некротической генетикой. То есть Наги и Райшин.

Соответствие класса: архидруид

1 𝌴 [Фрагмент: осколок души древесного рыщущего [нежить, магические существа]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: астральный лишайник ✕. Ошибка совместимости. Генетическая ветвь микот несовместима с некротическими формами. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: искажённый хуорн, человек. Добавлено ограничение применения: только в гуманоидном облике при неактивных растительных и грибных модификациях. Модифицируемая область: теневая структура искажённого источника хуорна [некротизм] ✓. Развитие теневой структуры трансформации некро-биологической энергии. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-некротический.]

Доступна способность: «Инициация рыщущего» (активное).

Позволяет внедрять в некротические и смежные структуры адаптивный источник с заданными свойствами, с прямым контролем или автономностью [парадигма: нежить]

Встройка способности с шансом 27%

В случае провала возможны значительные внешние дефекты, а также перерождение в некротическую структуру [дендронекроморф].

2 𝌴 [Фрагмент: ветвь тёмного энта [растения] + осколок души грандмастера Тиши [нежить]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: астральный лишайник ✕. Ошибка совместимости. Генетическая ветвь микот несовместима с некротическими формами. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: искажённый хуорн, человек. Добавлено ограничение применения: только в гуманоидном облике при неактивных растительных и грибных модификациях. Модифицируемая область: теневая структура искажённого источника хуорна [некротизм] ✓. Эволюция теневой структуры трансформации некро-биологической энергии. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-некротический.]

Доступна способность: «Тёмный лес II» (активное).

Позволяет контролировать некро-дендрические формы напрямую с помощью некротической энергии.

Будет добавлена суб-способность:

Дендронекроморфизм (пассивное).

Позволяет насыщать мёртвые растения некротизмом для создания растения-нежити.

Встройка способности с шансом 24%

В случае провала возможно перерождение в некротическую структуру [дендронекроморф].

Шанс встройки будет повышен до 94% ввиду наличия рабочей структуры навыка «тёмный лес» через активируемую теневую структуру.

Внимание, настоятельно рекомендуется проходить модификацию в гуманоидной форме с неактивными навыками растительной и грибной сути.

Наложен запрет на применение навыка в любой форме кроме гуманоидной.

Соответствие класса: эссенциарх

1 𝌴 [Фрагмент: филактерия функционера Тиши [нежить] + осколок души сущего [тёмные духи, нежить]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: астральный лишайник ✕. Ошибка совместимости. Генетическая ветвь микот несовместима с некротическими формами. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: спектр. Добавлено ограничение применения: только в гуманоидном облике при неактивных растительных и грибных модификациях. Модифицируемая область: теневая структура искажённого источника хуорна [некротизм] ✓. Эволюция спектральных свойств. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-некротический.]

Доступна способность: «Спектральная форма» (активное).

Позволяет переходить в спектральную форму и вселяться в существ с некротической и смежной природой.

Встройка способности с шансом 15%

В случае провала возможны значительные внешние дефекты а также перерождение в некротическую структуру [дендроспектр].

— Ну и накидали же тебе суицидального говна! — хмыкнул Мерлин. — Я в эту штуку, если что, лезть не буду.

— Некротический терминал, как он есть. Даже добавление природы его не спасает, — кивнула Сайна.

— Возле пятнадцатого много терминалов, заражённых нежитью, пустотой или техноцитом, — напомнила Белая. — Ну, правила были придуманы не просто так.

— Арк, а ты чему улыбаешься? Радуешься за Наги? — спросила Сайна. — Ты же за Наги радуешься? И за Райшина, да?

— Арктур? — подняла брови Белая.

— Я бы туда не совался, друг, — присоединился к ним Рейн, и за его спиной важно закачал головой Кот.

— Лучше сразу на тот свет, без зомбачества и пыток, — выразил менине Лис.

— Девяносто четыре — это очень высокий шанс встройки, — сказал я. — Этот навык не делает ничего нового, лишь повышает уровень уже существующего.

— Да, но это навык некротизма, Арк! — строго сказала Сайна. — Если ты не нежить, то…

— … то ничего не случится, — прервал я её. — Цифры видишь?

Последовало долгое молчание. Поддержал меня, неожиданно, Странник.

— Просто не пытайся применить в форме лишайника и не используй одновременно с растительными навыками, включая разгон сознания. Я встречал подобный навык у одного некроманта.

— Некроманта! Видишь⁈ — вмешалась Сайна.

Сейчас мой тёмный лес был куцей обрезкой нормальной способности. Но даже в таком виде он был хорош, позволяя воскрешать растения. Дальше я насыщал их энергией жизни, превращая в обычные растения.

Здесь же мне предлагалось развить его до полноценной способности некродруида. Той, которую мне предлагали в способности мёртвого леса очень давно. Мы тогда нашли био-некротический, когда охотились на бедствие Керна. Тогда мне повезло найти его ослабленную версию и чудом выжить. Обстоятельства вынуждали рисковать.

Теперь же я мог получить почти то же самое, но на базе своего тёмного леса и без риска не пережить встройку. Единственный контраргумент был в том, что с некротическими терминалами в принципе связываться не стоит. Первый навык и способность эссенциарха сами за себя говорят — гарантированный переход в нежить. А здесь… вроде бы всё не так плохо.

— И всё же я попробую, — решился я. — Странник, кстати, у тебя ведь тоже будет некротический терминал?

— Я перенесу его своей способностью на астральный осколок моего родного мира, рядом с Чёрной Каракатицей… Я уже делал так однажды. Аромат сильнее некромантии. Один мой друг прекрасно призывал и управлял нежитью через амарантин. Хотя, безусловно, нужно читать описание.

— Слушай, а какой шанс на твоём терминале получить такую же фишку как у тебя? — загорелся Мерлин.

— Околонулевой, к сожалению, — покачал он головой. — Амарантин в нашем мире получили избранные носители после аномального явления, известного как «Скрежет», которое накрыло весь мой мир. Я не слышал о том, чтобы кто-то получал его после. Хотя вы, безусловно, можете проверить сами.

— Жа-аль… — потянул Мерлин.

— Но мы всё же попробуем, — поддержал я солариса.

— Как будет угодно, — кивнул Странник. — Но я бы рекомендовал попробовать другие способы настройки терминала.

— Ты говорил, для этого нужны способности?

— Те, которые могут изменять пространство, — ответил он. — Пробуйте.

Первый эксперимент мы провели сразу же. Со своим модом я не спешил. Решался и думал о способах подстраховаться на случай неприятностей. Потому отдал право первой модификации Страннику.

Мы вышли из убежища, я отменил навык и увидел новый фокус в исполнении Странника. Он был красочным и не требовал всех сложностей со скрытием процесса. Мы увидели, как стены задрожали и начали осыпаться светящейся пылью. Но вместо того чтобы упасть вниз, в миазм, так и застыли вокруг крупицами сияющего золота.

Странник шагнул к двери и открыл, являя нам кусочек своего родного мира.

Надо сказать, я прекрасно его понимаю. В такую красоту действительно хотелось попасть. Сейчас здесь был вечер. Но небо было плохо видно из-за леса деревьев сиреневого цвета. Они напоминали глицинии со спускающимися вниз листьями.

Мы находились на небольшой опушке, в центре которой в цепях завис терминал, собранный из светящихся нитей. Но Странник смотрел не на него. Его тяжёлый взгляд остановился на выглядывавшем вдалеке трёхэтажном здании с острой крышей и печной трубой. Окна уютно горели изнутри тёплым светом, создавая атмосферу уюта. Это место явно было очень важно для него — даже несмотря на маску, чувствовалось, как бушуют чувства внутри у легендарного проходчика.

— Красиво, — заметил я. — Это твой дом?

— Любимый трактир, — ответил он. — За ним ивовая арка, а вон там памятный утёс… Интересно, как там сейчас остальные… было бы забавно после Стены посоревноваться со стариной Пракси. Раньше я вечно ему проигрывал.

— Ты обязательно вернёшься, приятель, — я хлопнул его по спине. — Осталось всего семь этажей. Пройдём парочку фильтров и будем свободны.

— Помнят ли меня ещё там?..

— Помнят, конечно! Настоящая дружба не имеет срока давности.

— Спасибо, Арк… — кивнул Странник. — Надеюсь, всё именно так и будет.

— Кстати, — влез Мерлин. — А что если просто идти дальше? Лес ведь не кончается. Арк, ты мог бы построить астральный портал по зоне видимости.

— Не выйдет, — покачал головой Странник. — Это лишь осколок мира. Мы можем видеть, но не способны покинуть его пределы. Уже пробовал. Одно могущественное существо дало мне его в обмен на одну услугу, очень давно…

Взяв себя в руки, Странник подошёл к терминалу и активировал его.

Я глянул на строчку логов:

Тип вмешательства — универсально-некротический.

Адаптированная версия типа вмешательства: амарантово-некротический.

Идёт настройка языковой модели: йетрагге-янтэ.

Дальше текст весь перевёлся на незнакомый язык, так что суть модификации не понял. Но судя по наличию красного текста, там тоже всё было не так просто.

Затем мы попробовали подходить к терминалу в надежде, что уникальная сила мира Странника отзовётся в ком-то из нас, но устройство оставалось глухо к нашим попыткам.

Пока устанавливалась модификация, мы устроили небольшой привал и перекусили. Место было живописным, так что хотелось задержаться подольше. А после этого — продолжили опыты с терминалом.

Когда же наконец улучшение было закончено, к нам присоединился Странник. Вид у него был вполне бодрым — модификация прошла успешно и без побочек. По крайней мере по его словам. И это прибавило мне уверенности в необходимости поставить второй уровень тёмного леса.

На очереди была Белая с Долиной. Мы вышли из локации обратно на мост, и она начала частичный призыв, с воплощением её мира в реальность Стены. Теперь вокруг терминала росли светящиеся алоцветы под насыщенной синевой неба. Здесь тоже было красиво, но в отличии от уютного мира Странника, чувствовалась лёгкая тревога. Всё же этот мир имел довольно мрачную историю.

Терминал принял форму астрально-некротического. Ожидаемо, ведь Долина находилась в астрале. И такой терминал нам уже был известен. Он был занесён в списки Серой и встречался в том числе и выше десятого. Но как и все некротические, был среди запретных.

Мы пробежались по доступным модификациям, но к сожалению ничего, что можно было бы пережить, не нашли. Единственной, кому терминал предложил что-то стоящее — была сама Белая. Ситуация примерно как у меня — накладывался бонус за владение подходящими астральными модификациями, которые имели синергию с предложениями терминала. Но подумав, она отказалась от встройки.

Зато Райшин и Наги могли праздновать маленькую победу. Им подходил и природный и астральный, так что уровень угрозы смогут существенно повысить оба.

Вспоминая пространственные навыки, которые смогли бы добавить что-то ещё, удалось коснуться терминала навыком Тии. Однако тип терминала был тем же, астральным, как и основа для её навыков внутреннего мира.

Следующая попытка была за призывом зеркала Мисы. Здесь ситуация была интересней. Мы получили зеркально-некротический терминал. К большой радости Райшина с Наги, которые получили по ещё одной модификации. Нестандартный пространственный навык для первого и интересный боевой навык для Наги.

Так же терминал подошёл самой Альме и Аси, что делало его самой удачной версией.

— Наконец-то я снова буду ходить через зеркала! — радовалась Альма.

Хотя, конечно, негативные особенности здесь тоже были. Но девушки не сомневались в том, стоит ли рисковать ради крупицы силы зеркальной магии. Вернее, Альма не сомневалась, а Аси просто не думала, безоговорочно веря своей подруге. Впрочем, сама Аси имела такой коктейль цепей в билде, в особенности доставшийся от Мракрии модуль, позволяющий управлять некротизмом, что и рисковала меньше других.

На этом можно было бы сказать, что эксперименты окончены, но в финале выяснилась ещё одна интересная версия терминала. От Мерлина. Идея у него родилась сама собой, и никто особо не верил, что использование его синевы что-то изменит. Но тем не менее, терминал дал ещё одну версию. Некро-цветомантический терминал.

— Такие встречаются за пятнадцатым, — заметил Странник. — Сущность цвета, как и с амарантином, стоит выше некромантии, так что его можно считать безопасным. Я воспользуюсь?

Так у него появился ещё один мод, а также первый мод у Мерлина.

Способность была странной и позволяла создавать какую-то новую версию кадавров, управляемых цветом. Насколько полезно — узнаем в будущем, но выглядело неплохо.

Наконец, когда с экспериментами было покончено, я вновь призвал убежище, явив миру природно-некротический и подтвердил встройку второй модификации. Вместе с Райшином, Наги и Аси, у которой была и растительная часть, и поддержка взаимодействия с магией смерти.

Ветви чёрного древа со светящимися прожилками потянулись ко мне, а тело онемело и перешло под контроль терминала. Надеюсь, это будет стоить того.

[18] Логи выбранных навыков адаптивного терминала

Аселла, наказующий во имя Мисы Зеркальной

Соответствие класса: наказующий

1 ✇ [Фрагмент: рога бестии [магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: биосинтетический дендроспирит ✓ Модифицируемая область: источник кошмара экзекутора [астрал] ✓. Проведение процедуры астральной некротизации ✕. Ошибка базовых требований. Существенное снижение осознанности, зарождение парадигмы «нежить». Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: источник кошмара экзекутора [астрал], биосинтетическое сердце [серверная дендроматрица наказующего], «технология серверного расщепления», тёмный двойник ✓. Построение зеркального пути посредством перехода некроформы через астральный источник. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: зеркально-некротический.]

Доступна способность: «Зеркальный путь» (активное).

Позволяет перемещаться в пространстве, используя зеркала.

Встройка способности с шансом 4%

Шанс встройки будет повышен до 84% (дар короля механизма)

Шанс встройки будет повышен до 96% (благословение Мисы)

В случае провала возможна смена расы на «некромехан».

2 ✇ [Фрагмент: глаз ингена [тауматургический хаотомуталиск] + осколок источника фазового дракофея [животные, магические существа]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: биосинтетический дендроспирит ✓ Модифицируемая область: проклятие наказующего [рок], «дева кошмаров» ✓. Развитие навыка некротического шока души ✕. Ошибка базовых требований. Автоматическое срабатывание некротического шока души пользователя. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: проклятие наказующего [рок], Биосинтетическое сердце [серверная дендроматрица наказующего], тёмный двойник ✓. Развитие навыка опосредованного наложения шока души обратным методом. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: астрально-некротический.]

Доступна способность: «Кошмарное смещение» (активное).

Позволяет принудительно переносить жертву в астральный кошмар.

Побочно: зарождение личного пространственного осколка: кошмар зазеркалья.

Встройка способности с шансом 54%

Шанс встройки будет повышен до 71% (дар Короля Механизма)

Шанс встройки будет повышен до 88% (благословение Мисы)

В случае провала возможна смена расы на «некромехан».

3 ✇ [Фрагмент: осколок души древесного рыщущего [нежить, магические существа] + зуб бестии [магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: биосинтетический дендроспирит ✓ Модифицируемая область: источник цветов зла [гибридная стихия цветы зла: природа + пустота + астрал], «янтра зла», «лезвия агонии» ✓. Коррекция навыков для совместной работы ✓ Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-некротический.]

Доступна способность: «Манок зла» (активное).

Позволяет притягивать выбранного противника к себе или указанному месту.

Встройка способности с шансом 91%

В случае провала возможно снижение осознанности, урон душе, незначительное повышение уровня пустотного заражения.

Альма, целестин, малое божество равновесия

Соответствие класса: целестин

1 ✇ [Фрагмент: сердце бестии [магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: цернунн ✓ Модифицируемая область: малый источник божественного сумрака [равновесие (свет+тьма)] ✓. Проведение процедуры некротизации фрагмента с последующим астральным развеиванием в личном божественном плане ✕. Ошибка структуры. Нарушение базовых установок астрального измерения. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: малый источник божественного сумрака [равновесие (свет+тьма)], печать цирруса [циррус (вода + астрал)]. Проведение процедуры некротизации фрагмента с последующим очищением стихией циррус посредством стазиса первичного всплеска. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: зеркально-некротический.]

Доступна способность: «Зеркальная копия» (активное).

Позволяет запечатывать свою копию в зеркале и подменять ею себя.

Встройка способности с шансом 99% (благословение Мисы)

В случае провала возможна смена расы на «зеркальная нежить».

2 ✇ [Фрагмент: рога бестии [магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: цернунн ✓ Модифицируемая область: малый источник божественного сумрака [равновесие (свет+тьма)], «зеркало Мисы» ✓. Проведение процедуры астральной некротизации ✕. Ошибка базовых требований. Существенное снижение осознанности, зарождение парадигмы «зеркальная нежить». Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: малый источник божественного сумрака [равновесие (свет+тьма)], печать цирруса [циррус (вода + астрал)], «зеркало Мисы». Построение зеркального пути посредством энерговсплеска родственного аспекта. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: зеркально-некротический.]

Доступна способность: «Зеркальный путь» (активное).

Позволяет перемещаться в пространстве, используя зеркала.

Встройка способности с шансом 100% (зеркало Мисы)

Херлин, соларис.

Соответствие класса: соларис

1 ✇ [Фрагмент: филактерия грандмастера Тиши [высшая нежить] + нестабильная кость [фрактальная нежить]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: дендроанлюст ✕. Ошибка структуры. Критический конфликт сути: дендрическая — некротическая цепь. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: аспидная синева ✓. Создание суб-способности пассивного типа, проводящей цветовое заражение некротических тканей указанной цели. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: хромо-некротический.]

Доступна способность: «Аспидный владыка» (активное).

Позволяет запечатывать побеждённых противников в аспидной синеве и призывать из цвета послушными рабами.

Встройка способности с шансом 100%

Побочно: будет добавлена регалия «Аспидный владыка»

Странник, амарантин.

Соответствие класса: носитель аромата

1 ✇ [Фрагмент: осколок зла [искажённые магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: человек 62%, парадокс 30%, астральный владыка 8% ✓ Модифицируемая область: амарантин ✓. Актуализация некротических свойств в аромате. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: амарантово-некротический.]

Доступна способность: «Оружейная сепарация» (активное).

Позволяет отделять от себя фрагменты оружия в виде автономных существ сходного типа.

Встройка способности с шансом 64%

Шанс встройки будет повышен до 98% (породнившийся с парадоксами)

Последствия в случае неудачи неустановленного типа.

2 ✇ [Фрагмент: око бестии [магические средоточия]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: человек 62%, парадокс 30%, астральный владыка 8% ✓ Модифицируемая область: золотой модус ✓. Создание суб-способности пассивного типа, проводящей цветовое заражение некротических тканей указанной цели. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: хромо-некротический.]

Доступна способность: «Владыка модуса» (активное).

Позволяет запечатывать побеждённых противников в золотом модусе и призывать из цвета послушными рабами.

Встройка способности с шансом 70%

Шанс встройки будет повышен до 100% (породнившийся с парадоксами)

19. Зло, служащее добру

Обошлось без видений, да и в принципе без каких-то страшных особенностей. Но тем не менее, попадание в терминал погрузило меня в сон. Кошмарный сон, надо сказать, но не более чем мог бы присниться и безо всяких терминалов.

Мелькали абстрактные образы мёртвых растений, страх перед смертью и гнев на тех, кто её принёс. И желание покарать зло, дав силу мёртвому лесу. Долгое время во сне я бегал по какому-то мёртвому миру с кислотными реками и отравленной почвой и смотрел на мёртвые деревья.

Должно быть, терминал пробудил во мне давно забытые побочки от эфирки хуорна, потому что эти пейзажи вызывали ужас и боль. Помню, как на глаза наворачивались слёзы, а в груди клокотала ярость. Но каких-то врагов в этом сне я тоже не увидел. Лишь бесконечные ландшафты вымершего чёрного мира.

Я чувствовал боль деревьев, безысходность умирающей природы обречённого мира, и ничего не мог с этим поделать. Свои способности здесь я не помнил, даже в голову не пришло, что можно попытаться что-то восстановить. Лишь продолжал путь через чернильные мёртвые заросли, пока кошмар не закончился так же, как начался.

Психологически после терминала я чувствовал себя отвратительно. Когда меня выплюнуло из дерева, на душе было архипаскудно и хотелось или обнять колени и рыдать, или кого-то убить. Но мне хватило ума активировать мудрость природы, а этот навык уже подсказал очевидное в такой ситуации решение:

— Альма… мне нужен твой навык, — прохрипел я.

Она не стала задавать лишних вопросов, в отличии от остальных, которые столпились вокруг и спрашивали как я там. Хреново, понятно как.

Альма просто села у меня за спиной и начала делать массаж головы, вливая силу духовного целителя и активируя пламя Асгора.

Спустя минут пять мрачняк из головы начал выветриваться, и я уже просто наслаждался тем, как её пальцы массируют мне виски и переходят к шее.

На этом побочка от терминала заканчивалась, так что можно сказать, легко отделался.

— Не смотрите так, — наконец ответил я на тревожные взгляды товарищей. — Нормально всё. По психике дало во время встройки, но уже всё в порядке.

— Точно? — спросила Сайна.

— Уверен? — одновременно с ней выпалила Белка.

Я хотел было ответить, но в следующий миг из терминала вывалилась Аси. Вид у неё был не лучше, чем у меня.

— Помоги ей, — сказал я Альме.

Её способность была ориентирована на гибридную стихию и связана с мёртвой магией, так что побочек должно быть больше, чем у меня. Магия смерти ничего кроме самой смерти не может показать, тогда как пустота создана, чтобы сводить своего владельца с ума.

Райшин с Наги вышли из терминала раньше нас. У них никаких проблем с ним не было — оба выглядели довольными и пили чай Хантера. Вернее, Райшин пил, а Наги сидел с чашкой, изредка поливая зелёную поросль на теле.

Впервые я так долго оттягивал с тестами способности. Но поймал себя на том, что после того мерзкого липкого сна хотелось скорее искупаться в горячем душе. Мелькнула даже мысль о том, что я был не прав и взял ненужный навык, который просто не буду использовать.

Но затем я вспомнил, что по-любому придётся. Он ведь улучшил старый навык тёмного леса, а без него никак. Это одна из моих главных фишек ещё со времён битвы с Керном.

Так, ладно, нужно собраться. Если это мой путь к тому, чтобы стать свободным — значит так тому и быть.

Я поискал взглядом что-нибудь деревянное и увидел оставленную грязную деревянную миску. Такие Сильван делал для еды в убежище.

Для эксперимента сойдёт. Теперь нужно отключить все растительные навыки, то есть мудрость природы. Сделано.

Ну, теперь помоги Селена, как говорится…

Тёмный лес.

Некротическая энергия потекла в кусок обструганного дерева. Прошлая версия навыка была по своей сути импульсом. Дальше я должен был использовать магию жизни, чтобы возрождённое дерево смогло окончательно ожить.

Однако теперь навык не прекращал своё действие. Я мог остановиться, что уже радует. Значит, первая версия навыка никуда не исчезла. Но ладно, продолжим. Посмотрим что сможет деревяшка, которая вместо магии жизни получает некротическую энергию.

На вид — ничего не изменилось. Я просто чувствовал свою ману в предмете. В голове, к великому счастью, тоже всё было спокойно. Никаких видений и ужасов.

Окей и… что дальше? У живого растения здесь появлялись бы листья и всё такое. А тут?

Я попробовал обратиться к растению через растительную эмпатию. Сперва ничего не вышло. Отвечать мне тарелка с маной не собиралась. Тогда я попробовал отдать ей конкретный приказ. И — растение мгновенно вырастило сероватые шипы, превратившись в ежеподобный шар.

— Это оно, да? — спросил Мерлин.

За ним по пятам ползли два синих пятна. Я с подозрением посмотрел на них.

— Оно, оно. Пока не понял как применять, но выглядит интересно.

Побочек не было. Я отменил способность. Шипастый шар с тарелкой внутри так и остался валяться на полу.

— А ты где этих раздобыл? — спросил я у мага.

— Так из пустотников. Гаввахеров этих. Сходил, выманил парочку и вот они тут. Смотри, какие красавцы.

Из синих пятен на полу стали подниматься громадные рыцари, только теперь они были будто выкрашены в насыщенный цвет аспидной синевы.

— Так можно и по башке получить, — заметил я. — Говорил же, оставайтесь на месте.

— А. Ну да. Смотри, чё могут!

Рыцари синхронно вытащили косы и атаковали друг дружку, снося головы с плеч. Убить это их не убило. Так и стояли друг перед дружкой.

— Некромантом заделался? — спросил я у него.

— Угу. Стопроцентный контроль. Способность просто конфетка.

— И сколько ты таких можешь удерживать?

— Пока хрен знает. Двоих могу. Другие не вышли, ну и я к ним вглубь тоже не пошёл, понятное дело. Я их, кстати, светом контролирую.

— А ничего, что они пустотники?

— Странник говорит, директива цвета сама по себе мания, так что они просто маниакально хотят исполнять мою волю. Хаха! Ману жрут только как не в себя. Но я их могу прятать, тогда меньше ест.

— Он тут с ними уже целый цирк устраивал, — буркнул Кот, глядя на нас.

Хм. Стопроцентное управление безвольными существами. Не в этом ли суть некромантии? Тогда получается, и мой навык должен делать так же.

Я вновь обратился к миске и приказал дендроморфизмом превратиться в миниатюрного дракончика. И материя послушалась. Дерево перестроилось, на нём возникли наросты, и затем оно изменило форму на нужную мне.

Интересно, дендроморфизм по идее не должен работать, это навык от магии природы, но похоже это негласный бонус.

Мысленно приказал растению подлететь ко мне. Как пользоваться крыльями оно не поняло, да и как ходить на лапах тоже. Растение просто перекатилось ко мне, будто мячик. Похоже на телекинез у псиоников.

— Ну что ж, — сказал я. — Похоже не так страшен чёрт, как его рисуют, да?

— Да вообще зашибись навыки. Идём валить некро-пустотников?

Я скептически покачал головой.

— Можем попробовать, но только если не найдём способ спуститься вниз. По-хорошему, нам к ним и не надо. Наша цель — Оазис.

— Глубоко же он в этом секторе, — заметил Странник.

Он тоже выглядел неплохо. Видимо модификация прошла успешно.

— Как твой навык? А то я, если честно, ничего не понял. Что это за язык? Из твоего мира?

— Да. Приятно увидеть родную речь. Последний раз я читал что-то на йетрагге-янтэ, когда нашёл универсально-астральный.

— И что ты теперь можешь?

Странник склонил голову и протянул левую руку в сторону. Способность амарантина из его родного мира превратила её в тамарскую рельсу, только с золотым окрасом вместо бирюзы. Этот трюк в его исполнении я уже много раз видел.

Но затем он вдруг шагнул назад, а из его руки в золотой краске появился тамарский боевой андроид с рельсовой пушкой.

Затем золотая магия вернула Страннику нормальную руку, а робот застрял на месте, ожидая приказов.

— Тоже саммон? Интересно. Сколько можешь создать?

— Немного. Ты забыл, что я девятнадцатого уровня угрозы, — в его словах послышался лёгкий смех.

Что-то мне подсказывало, его «немного» — понятие очень относительное. В сравнении с техноцитовыми ордами Мракрии и сотня — немного.

— Есть какие-то мысли насчёт миазма под нами? — спросил я и посмотрел в сторону Сайны, которая что-то крафтила вместе с Вереск на полу.

— Дрон не могу туда опустить. Миазм не магической природы, ему алый свет до лампочки. Пробовала воздействовать химией — часть пролетает, часть нет. Технически можно попробовать сделать капсулы из твёрдых кислот…

— Моя синева его берёт, но почти сразу, где я поправлю, появляется новый туман, — добавил Мерлин.

— Магия его плохо берёт. Такое чувство, что оно её жрёт, — сказал Ариддарх.

— Воду особенно, — добавила Белка.

— Гибридки, астрал? Мёртвая магия? — предположил я.

— Всё работает, но суть как со светом Мерлина. Миазм регенерирует, его не выжечь, — сказала Сайна.

Я отметил в докладах моих товарищей главное. Если миазм самовосстанавливающийся, то может обладать зачатками разума. Как вариант, это могут быть какие-нибудь наниты, тогда нужно Сайне попробовать ассимилировать их своим ионическим кодом. На тридцатом у неё это здорово получалось.

Или… миазм имеет биологическую природу. Какие-нибудь облака вирусов или других микроорганизмов. Тогда нужно будет сказать Наги с Мерлином развлекаться по полной, и однажды мы увидим предел их возможностей к самовоспроизводству. Как вариант, крошечные адаптирующиеся ланцеты…

Второй интересный момент — влияние на миазм астрала и пустоты. Машинам было бы плевать и на то, и на другое. Некросам только на второе. Астральный урон обычно проходит по магическим существам, призракам и существам с душой. Но настолько микроскопических существ, обладающих душами и самосознанием мы ещё не встречали.

В любом случае, у меня был способ ещё немного уменьшить выборку.

Я подошёл к окну и посмотрел вниз на сероватые клубы неприглядного тумана. А затем активировал глаза жизни.

И старенький навык быстро разрешил эту загадку.

Но я не поверил в ответ сразу, потому применил ещё один навык. И растительная эмпатия поставила точку в сомнениях.

— Это… растения? — удивился я.

— Думаешь? — с сомнением спросил Мерлин.

— Знаю. Это точно они. Сейчас… — я подал команду туману разлететься в стороны, но тот не спешил исполнять приказ.

Тогда я поднял левую руку и выпустил луч некротической энергии. Он прорезал дыру в сером туманном куполе. Отвратительная для природы магия смерти была несовместима и с этой растительной формой.

Отлично. Теперь попробуем новый навык.

Тёмный лес.

Навык сработал с убийственной точностью. Я увидел, как в нашу сторону движется тёмно-серое облако, пронизываемое вспышками зелёной некротической энергии.

Приказал ему сформировать нечто вроде колодца вниз, и это так же сработало. К некротическому облаку серый туман подлетать опасался. А где таки подлетал — стремительно присоединялся к моему некро-растению.

— Ты можешь им управлять? — удивился Мерлин.

— Не им, а его мёртвой версией, — пояснил я. — Но под нами точно растительная локация. Вы уже как, поели?

Я бросил взгляд на гору пустой посуды.

Увидев кивки, активировал навык и приказал деревянным тарелкам и ложкам идти ко мне и бросаться вниз.

Попробуем ещё один новый фокус.

Посуда полетела через созданную мной дыру вниз. Звука падения я не услышал, а навыком удалённого контроля, как выяснилось, не обладал. Почему-то решил, что смогу так же смотреть на местность, как делаю это через обычные растения. Но у мёртвых растений никаких собственных сенсорных систем не наблюдалось.

Потому я использовал поток магии жизни, в надежде оживить растения внизу. Однако это оказалась неудачная мысль. Во-первых некротические навыки сразу же перестали работать, и тёмное облако рухнуло вниз. Во-вторых, не успела волна магии жизни достигнуть деревянной посуды на дне, как её буквально выжрали подлетающие микроскопические растения серого тумана.

Я покачал головой. Точно, я ведь не могу поддерживать и то, и другое одновременно. Но хотя бы теперь я знаю, что за попытку меня не убьёт, а просто отключит один из навыков автоматически.

— Сайна, давай-ка неси свои дроны. Я открою им путь, а ты выводи картинку.

Она кивнула.

— Дай пару минут, мы с Вереск почти закончили. Связь накрылась почему-то. За пределами этой локации воздух какой-то другой. Радиоволны проходят через раз и техника быстро выходит из строя.

— Это опасно? Похоже на какой-то эффект, — насторожился я.

— Да не, состав воздуха по параметрам тот же, скорее какая-то магия или непонятный эффект. А с дронами из-за этого техническая неполадка. Просто дай нам ещё пару минут.

Я кивнул. И раз уж выдалось время, тоже решил перекусить. Раз мракобестии кнам не спешат, то и нам спешить некуда. Может, они уже вовсе угомонились. Или над нами произошёл пересбор, отправив их куда подальше.

— Хлебни, полегчает.

Я обратил внимание на Лифу. Она протягивала жёлтую бутылочку Аси. Та сидела на полу с перепуганным видом. Рядом была мрачная Альма.

— У вас просто откат от терминала или есть проблемы? — спросил я у неё.

— Откат, — ответила главный лекарь. — Просто её задело сильнее тебя. Не волнуйся, ничего серьёзного.

— А по вашему виду не скажешь.

— Просто не одобряю частое применение эло.

— Слушай, мне самой уже мало осталось. Запасы не вечны, — буркнула Лифа. — Шеф, когда в город идём за покупками?

— Не скоро. Но если так надо, могу связаться с Перекатчиком. Он через астрал тебе переправит твою дурь. Только составьте список, что нам ещё надо.

— Принято, — шутливо козырнула эльфийка, после чего вложила в руки бутыль с жёлтой жижей на дне ничего не соображающей Аси и шагнула к своим.

Высокая нескладная и слегка полноватая девушка с бледно-русыми волосами, имя которой я до сих пор не выучил, сидела с такой же, только сильно разбавленной бутылкой. А кошке Листвичке допинг был не нужен, она и так скакала на одном месте. Ей невтерпёж было поскорей в бой с новым арбалетом. Вернее, старым арбалетом Альмы, который та ей отдала, когда забрала трофей Кардинала.

— Вот, всё, есть, — обрадованно доложила Сайна. — Теперь всё работает!

Она показала большой палец, а за её спиной выстроилась шестёрка дронов.

— Сейчас, доем уже, и приступим, — пообещал я, ускоряясь с пищей.

Сегодня в меню была картошка с рыбой и салат. Первое и последнее из убежища, а рыба закуплена на рынке. Какая-то летучая, но съедобная особь с шестого.

После плотного обеда с компотом я чувствовал себя почти человеком, насколько это возможно для астрального лишайника. Остатки мерзкого сна, пришедшего ко мне в терминале, окончательно исчезли из мыслей.

Весь Орден оживился. Всем не терпелось поскорее увидеть, что за чудо нас ждёт внизу. Я подошёл к краю и вновь ударил некротическим лучом, уничтожая часть серой взвеси, а затем активировал тёмный лес, возрождая микроскопические растения как нежить.

Тёмное облако создало колодец, через который Сайна один за другим пропустила несколько светящих алыми прожекторами дронов. На стены убежища Вереск спроецировала вид с двух из них, и весь Орден начал смотреть на то, что открывалось нам ниже.

Серая пелена была лишь первые метра три, и вскоре проекторы показали вид новой локации. Нечто светящееся синими, зелёными и жёлтыми красками, напоминающее пульсирующие жилы, корни и зависшие в воздухе жёлтые огоньки.

— Айя эруанна! Походу я перебрала… — донёсся возглас Лифы, а затем послышался звук разбитой посудины.

Я посмотрел в сторону ушастой. Та уронила бутылку с эло и драгоценная жидкость вылилась, смешиваясь с осколками стекла. Но эльфийке, похоже, было плевать. Расширившимися от ужаса глазами она смотрела на открывавшиеся перед ней на проекции картины.

Лифлаэль сделала шаг назад, но споткнулась о собственные ноги и повалилась на пол, после чего принялась лихорадочно искать другую бутыль с элуриумом.

— Ты чего? — спросила у неё русоволосая племянница.

— Деирдре… не может быть… я всё это время просто была у них в плену…

А затем вдруг издала душераздирающий крик и начала рвать на себе волосы, периодически выкрикивая что-то на эльфийском.

20. Враг, пожирающий миры

— Альма! — окликнул я, и та потянулась рукой к Лифе, но не успела — эльфийка вывернулась и выстрелила в неё из револьвера, ловко выхватив тот из-за пояса.

Но вместо целительницы лишь разбила зеркальную копию, получив сдачу осколками. Альма же фантомом от способности люста появилась у неё за спиной и всё равно положила руку на голову.

— Она в стазисе, — невозмутимо ответила настоящая Альма.

— Голову сможешь ей полечить, или эло мешает?

— Попробую, — сказала она и присела, укладывая голову эльфийки себе на колени. Прикрыла глаза, закатила их вверх и добавила. — Она не виновата. У неё посттравма. Она не соображала, что делает.

— Ну, если ты сама так говоришь… Вылечить сможешь?

— Нет, но вывести и стабилизировать смогу.

— Тогда действуй. Сейчас её голова нам нужна соображающей… хотя всё эло из неё выводить не стоит, а то опять будет только орать и требовал свою химию, — сказал я.

— Может, нам просто стереть ей память, и не будет никаких проблем? — предложил Мерлин. — Она ведь из-за прошлого мается.

— Эло не вызывает физической зависимости, — поддержала его Белая. — Она им чтобы забить память о прошлом травится.

— Очнётся, пусть сама решает. Сейчас мне от неё наоборот нужна вся её память. Если она уже имела дело с этими деирдре, то мне нужно знать всё перед тем, как спуститься.

— Кое-что я могу рассказать сейчас, — напомнила Белая.

Техника Сайны пролетела через серое живое облако и оказалась в странном лесу. Скорее всего локация разрослась на два этажа и простиралась аж до тридцать седьмого. Деревья шли до самого миазма и вытянулись на метров двадцать с лишним.

Блин, да где ж Оазис-то?

Сами деревья — слабо напоминали лес в привычном понимании. Это было сплетение воздушных корней, покрытых зеленоватой бахромой. Повсюду в обилии росли, прямо на корнях, светящиеся жёлтые цветы, окружённые сгустками зависшей в воздухе пыльцы.

Местами мелькали блики на невидимых нитях. Мы их обнаружили лишь благодаря чувствительности камер дронов Сайны.

Ах да, забыл самое важное.

Всё это пребывало в постоянном хаотичном движении, будто растения были каким-то змеиным клубком. Медленном, так что идти по корням было реально. Но в то же время из-за обилия растительности создавалось впечатление, будто вокруг движется вообще всё.

Словно ты в желудке у какого-то монстра.

— Деирдре имеют сложную структуру. Они растения, кристаллиды, псионики, магические и астральные существа. Итого пять цепей, но центральных три. Основа, как вы поняли, растения. Камни скорее всего используются как накопители. Астрал даёт им единство на всех планах бытия…

— То есть они как убежище Арка? — уточнила Сайна.

— Да. Их нельзя обойти через тень, астрал, и все остальные иные измерения, — ответила Белая и продолжала. — Псионика и магия — часть их основы. У них огромное количество навыков псионического типа. Мигрень, сон разума, фантомные боли, голоса в голове, психический террор, помешательство, суицидальное овладевание, кошмар наяву, галлюцинации, беззвучный хор. Есть три навыка четвёртого ранга — тихий дом, врата аутизма и пир Шеогората.

— Ого. Много! А по магии то же самое?

— Нет, там чуть скромнее. Своя магия у него направлена на регенерацию и восстановление себя. Всё атакующее он перенимает у жертв. Так что желательно чтобы тела сильных магов к деирдре не попали. Получим против себя весь их арсенал. Но если не попадаться, то собственной атакующей магии у них нет.

— То есть они лишь бьют по мозгам? Дину мы как-то пережили, пороемся на складе, соберём что-то на волю и от менталки, — задумался я.

— Они выпьют из тебя все соки и бросят подыхать с улыбкой, Арктур, — послышался голос Лифлаэль. Непривычно твёрдый и полный решимости.

— Ты очнулась? — обрадовался я.

— Прости, командир, сорвалась. Подумала, мне всё это привиделось, и я сейчас в плену у этой погани. Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

— Ненависть лучше, чем страх, — заметил я. — Нет желания отомстить?

— Ещё как есть, — мрачно улыбнулась эльфийка. — Но мы все подохнем. Впрочем, я не против. Правильный финал этой дерьмовой жизни.

В её насыщенных желтизной эло глазах читалось отчаянье, смешанное с решимостью.

— В твоих силах постараться этого не допустить. Ты расскажешь, что знаешь о деирдре?

— Всё, что знаю, — кивнула эльфийка.

— Как тебе идея с амулетами от разума?

— Это база, — ответила Лифа. — Но там есть чему вас сожрать и так.

— Я слушаю.

— Про червей ты должен был помнить, шеф. Под каждым корнем есть выводок этиний. На планете они агрессивней. Кровь деирдре питает их, как и другие части леса. Деирдре — это корни. Деирдре — это десятки существ, созданных Древом для своих целей. Эта дрянь мыслит. Она адаптируется. Лучше расстрелять планетаркой с орбиты. Соваться на планету — самоубийство.

— Нет у нас планетарного оружия. И орбиты тоже нет, если ты не заметила.

— Деирдре сверххищник. Они не ошибка, как ионная чума, они знают, что делают и для чего. Я просто сдохну, как мои братья и сёстры из дома Сорья. Самое место для последней из рода…

— Если ты не заметила, мы посильнее твоих сородичей будем. Давай лучше по делу. Расскажи для начала, что ты вообще знаешь о них? Как они появились у вас и с чего началась ваша война с ними.

— Мой народ трижды встречался с угрозой из космоса, которая грозила стереть известные миры. Ланцеты, ионная чума и деирдре. Последние были ближе всех к геноциду всего живого. Мы даже союз с проклятыми морранди заключили, хотя было понятно, что эти подлые твари рано или поздно нас предадут. Деирдре, как и ланцеты, из нашего мира и измерения. Растительная форма с одной очень далёкой планеты, которую мы, слава Соларис, разнесли планетаркой. В космосе с ними сражаться легче. Они не могут копировать механизмы и не могут влиять на их работу. Только нарушать связь.

— Так вот почему у меня вся техника вырубается… — всплеснула руками Сайна.

— Они забивают технику мелкими мхами, производными от люминорных, которые питаются металлом. А радиоволны блокируются через эфир. Но при космических расстояниях это мелочь. В космосе мы были сильнее, за счёт этого смогли уничтожить основное древо. Потом они разделились на три леса, и замерли в стагнации. Сейчас с ними имеют дело лишь в пограничных колониях, как моя. Но большую часть делает автоматика в космосе. Технику деирдре не могут взять под контроль.

— Полагаю, то же самое можно сказать и о насыщенной некромантией нежити.

— Возможно. Морранди использовали мертвецов. Мы не настолько порочны, чтобы осквернять тела своих предков. Память о них священна, ибо живут они в нашем сердце, — Лифа сделала неопределённый жест рукой, видимо что-то религиозное. — Всё началось с того, как древняя угроза червей вновь нависла над нами. Черви атаковали ничейные колонии на окраине, а после вышли в крайние колонии тари, дом Нитти в колонии Мышаль. У них тогда империя была на грани гражданской войны между домами. Но тревогу забили, лишь когда орда добралась до крупной колонии в Тальхеоре.

— При чём здесь ланцеты?

— Они были вершиной айсберга. Принц-изгнанник из дома Мантикоры был прав — черви спасались от настоящей угрозы, пришедшей с другого рукава галактики. Территории за владениями ланцетов были мало изучены… Фактически, деирдре гнали их на нас. И когда тари с союзниками разбили их, показался настоящий противник.

— Деирдре атаковали сразу за ними?

— Не совсем. Часть червей несли в себе их семя. Всё началось со вспышки массового помешательства. Деирдре завладевали разумом, и планеты сдавались без боя. Безумцы приветствовали захватчиков, с радостью становясь их кормовой базой. Древо Деирдре ведёт постоянную экспансию. Они живут за счёт постоянного расширения. Ему нужны ресурсы, чтобы расти, а уничтожить их практически невозможно.

— Но вы же взорвали их главную планету?

— Да. Теперь вопрос времени, когда один из его ростков переродится в новое Древо. Сперва они долго осваивают несколько расположенных рядом систем, как растение, которое сперва должно заполнить корнями родной горшок, чтобы затем удариться в резкий рост. И тогда активное Древо начинает расширение границ, чтобы собрать больше питательной среды для роста. На этой стадии они создают космический сад вокруг своих звёзд, чтобы собирать их энергию.

— Растительная сфера Дайсона? — удивилась Сайна.

— Что? А-а… кажется так подобные конструкции называли люди. Деирдре растят листья на тысячи километров. Потом они на основе этого создавали корабли… Когда мы нашли способ лечить манию деирдре на начальных стадиях и закрывать планеты от них, они попытались создать свои версии боевых кораблей. Древо невероятно быстро учится. Оно намного умнее нас.

— Для Стены такие планетарные масштабы — это слишком, — заметила Белая. — Здесь не может быть чего-то настолько крупного. Скорее всего, это лишь вырезанный фрагмент какой-нибудь захваченной или их родной планеты.

— Это существенно повышает наши шансы, — криво улыбнулся я и посмотрел на Лифу.

Та нехотя кивнула, соглашаясь с очевидным.

— Как бы ты действовала?

— Ты начальник, тебе и думать. Я бы туда не совалась. Но я так и так должна была сдохнуть от деирдре, как все, кого я потеряла из-за них. Гра’нэл’Интри заключили союз даже с морранди, с этими серокожими вырожденцами. Правда по итогу именно они и ударили нам в спину. Бить в спину у них в крови.

Похоже, отвращение к тёмным эльфам у неё на подкорке сознания прописано. Как я понял, те посчитали интри одержимыми деирдре, когда светлые начали массово применять эло. Но кто тут прав, не буду судить — для нас это не так важно. Обе эльфийские расы, как и сами деирдре — сейчас лишь пленники Стены. И по-хорошему, эти крутые растения для той хреновины с двадцать первого сектора, которая нас едва не сожрала, салатик на закуску.

Так что не стоит слишком уж их переоценивать.

— Они появились, накрыв несколько нейтральных колоний и колоний людей. Затем удар пришёлся по нам… Мы с горем пополам теснили их в космосе. Но в планетарном десанте без шансов. Даже удержать собственную колонию почти невозможно, если они уже начали высадку.

— Здесь скорее всего имитация их естественной среды, — задумчиво сказала Сайна. — Никаких признаков чего-то ещё я не вижу

— Деирдре — единый организм, вся флора на планете — его части, — сказала Лифа. — На каждой планете у них были свои сюрпризы. Захватывая мир, деирдре истощают его землю и ресурсы, пока от планеты не останется кусок камня. Это долгий процесс, он длится сотни тысяч лет, часто больше. Но итог один, — истощённая земля, на которой уже ничего нет.

— Но есть общие слабости, верно? Вы же с ними как-то боролись. Как минимум, магия смерти.

— Просто к ней им сложнее всего адаптироваться. У нас были пули с рунами. Они их не успевают разобрать. Хотя десант на планету в любом случае билет в один конец. Впрочем, ценой жизни заложить взрывчатку под носом у деирдре — героическая смерть… пф… как будто это меняет факт смерти. Впрочем, у деирдре её не бывает. Мёртвые тоже поднимутся, если им будет нужно.

— Некромантия? Откуда?

— Нет, принудительный симбиоз. Неоднократно вместо групп перехвата возвращались заражённые с семенами и заражали планеты. Деирдре сканировали память и полностью имитировали поведение захваченных тел. Кстати, твои трюки с воскрешением не сработают. Деирдре уже будут там.

— Как было с микотами, — припомнила Сайна.

— Почти всегда есть цветники, — продолжила Лифа. — Деирдре собирают големов из захваченных видов и делают подвижные соцветия из них. Они с кустами — главная боевая сила в ближнем бою. Кусты — это такие очень быстрые растительные сферы с шипами, которые режут мифрил как бумагу. Их нельзя увидеть. Нужно держать энергетические поля. Их сбивают почти сразу, но у тебя есть одна-две секунды на выстрел. Если не попадёшь за это время в ядро — умрёшь.

— У них есть ядра? Это уязвимая точка?

— Сердечный кристалл, напитанный энергией деирдре. В большинстве случаев он прячется за бронёй, но с бронёй кусты бы так не летали. Это их слабое место.

Но мы, к сожалению, не эльфы. Кто кроме Лифы сможет попасть за секунду в крохотную точку этого «куста»? Альма, может Вереск. Всё. Остальные будут работать не столь эффективно. С другой стороны, какие щиты были у интри? Фрактальный барьер или шлейф от щита Рейна наверняка будут работать лучше.

— Что ещё?

— Следы. Мы их так называли. Они могут быть разными, и приходят только если застрять надолго. Сначала деирдре будут тебя изучать сенсорными цветами. Вот тут и тут, — она показала на едва заметные красные цветы, которые тонули в общей массе движущейся зелени. — Они сканируют тебя через запах, или когда ты касаешься его усов.

Она указала на блеснувшую едва видимую нить.

— Это усы?

— Они нематериальны и проходят сквозь тело. Потом по ним деирдре выпустят следы. Мобильные растения, копирующие часть способностей.

— Много же у них всего, — задумалась Сайна.

— Может лучше взорвать их к чертям?

— Об этом я и говорю, — кивнула Лифа. — Такие планеты проще сразу планетарным оружием…

— Локация слишком большая, её даже Наги не зачистит, — сказал я. — Но кое-что сделать можно. Лифа, есть ещё что-то, о чём нам стоит знать?

— Нельзя контактировать с их соком. Тем, что светится жёлтым.

— Как твоё эло?

— Элуриум проходит минимум шесть ступеней очистки, часть компонентов заменяется аналогами, часть блокируется. Это не одно и то же, — напомнила эльфийка. — Если их сок попадёт в тебя в чистом виде, ты сам не заметишь, как начнёшь действовать в интересах деирдре.

Я по-новому взглянул на жёлтые светящиеся шарики, которые в обилии росли на подвижных корнях. Они то и дело набухали и лопались, оставляя вокруг себя светящееся облако.

— Ты говорила, что была в десанте?

— Бывало… пару раз. Потому и сказала, что это верная смерть.

— Такая уж верная, раз ты дважды на них бывала, — хмыкнул я.

— Простая удача. Я — статистическая погрешность. Гораздо больше было тех, кто не выжил. Если поймёшь, что деирдре управляет тобой, нужно немедленно убить себя. Иначе деирдре потом придут в твой дом.

— Как вы с ними боролись на высадках?

— Нужна сильная химия. Деирдре адаптируются, но на это нужно время. То же самое насчёт огня. Лучше часто менять тип атаки. Мы делали разные пули, чтобы реже повторяться. Зажигательные, разрывные, крио — всё на что способен твой ритуалист.

— С этим мои универсы справятся, — довольно улыбнулась Сайна.

— Магия привлекает этиний и других сборщиков. Берегись жёлтого облака и опылителей. Когда-то деирдре захватили и поработили один улей инсектоидов, и переделали их под себя. Они всегда так делают, копируют нас и забирают наши сильные стороны.

— Хорошо, магии постараемся применять поменьше. Что ещё?

Эльфийка покачала головой.

— Ты же не будешь готовиться к спуску так, как готовились мы. Существует более тысячи разных видов деирдре. Я назвала тебе те, которые есть везде. Остальные, возможно, смогу назвать, когда увижу. Состав различен на разных планетах. Смотря что успела поглотить эта колония.

— Понятно… — вздохнул я.

Итого, пустотная нежить или эта вот хтонь. Но судя по тому, как далеко и масштабно тут разросся этот лес, за ипподромом ещё пара локаций точно будут всё равно проходить над теми же деирдре. Так что нам придётся или идти в обход слишком далеко и долго, или всё же прорываться.

— Эстель, можешь определить, насколько велика эта локация?

— Я уже слушала низ. Это крупный хаб с элементами колодца. Местами он простирается и на тридцать пятый. Местами — растут с тридцать седьмого.

— Походу до Оазиса ещё топать и топать, — криво улыбнулся Мерлин.

— Нет, — покачала головой искатель. — За лесом я услышала проход. Звук расходится дальше, в небольшое просторное помещение, где он застревает и даёт эхо. Дальше я не смогла ничего услышать. Там что-то, защищённое от моего сканирования, спрятанное за большими воротами. Воротами из дерева, пропитанного жидкостью с сильной магией. Они гасят все звуки и навыки. Ильгор говорит, это то, что мы ищем.

Я вопросительно посмотрел на ритуалиста в мантии с живыми плавающими иероглифами.

— С каких пор ты у нас заделался искателем? — удивился я.

— Да, старый трюк. Я так для себя дорогу искал в мирах Ленты, а Конрад помог развить этот навык за счёт пути культивации силы через мою книгу.

— И что?

— За той дверью скрывается нечто очень могущественное, Арк. Вот и всё, что могу сказать. А, и ещё что там есть магия крови.

— Какой-то вампирский бог чтоль? — подумал Мерлин.

— Дайте мне минуту тишины, — сказал я и отошёл к окну. — Сайна, выводи дроны.

Как только механизмы вылетели обратно и зависли над серой взвесью, я отменил навык тёмного леса, и некротические облака осыпались вниз.

А затем я активировал мудрость природы и со всей величиной осознанности в этом навыке, начал строить схемы прохождения локации. С учётом всего, что сказали Белка и Лифа, и того, что видел я сам. Что из имеющегося в наличии у Ордена арсенала поможет пройти настолько опасное место?

Как и в прошлый раз, единого ответа у меня не было. Чтобы победить, придётся предпринять комплекс действий. Орден застыл в ожидании моего решения.

Я погрузился в размышления. Не привязанный к телу, а связанный лишь холодной логикой микотов, которые встретились с сильным противником. Как это место проходили бы грибы, названные древним ужасом Мельхиора, имея в наличии все те навыки, которые имели мои люди.

И спустя некоторое время, выдал вердикт:

— Проходить будем в три фазы. Сперва подготовка. Хантер, свяжись с Перекатчиком, возьми всё, что потребуется. Для начала мне нужны расходные материалы. Софья, на тебе самые сильные гербициды, которые ты сможешь создать. Зарядите их вместо святой воды в универсы Сайны. Сайна — на тебе подготовить сброс вниз всего горючего и взрывчатого. Мерлин и Наги. Возьмите антигравы. Мы можем относительно безопасно летать над миазмом. Нужно устроить подальше от нашего места спуска большой бабах.

— Можно эпохой полураспада? — с надеждой спросил Наги.

— Нужно! Сайна, выдели ему все усилители, что он скажет.

— Деирдре быстро адаптируются к радиации, — сказала Лифа. — Это их не убьёт.

— И не нужно. Наша цель их отвлечь в нескольких местах. Навести кипиш, чтобы им было не до того, чтобы охотиться на нас. Желательно — разный. Часть локации мы просто разнесём ядерным ударом Наги. Второй удар попробуем нанести в то же время некротической энергией и хищной тьмой. Мы с Мордредом и Крайном создадим нежить и спустим вниз. Некротизм убивает всю флору. Попробуем сделать некродендроидов, которые будут больше неразумной магической нежитью. Растительным там будет только источник внутри. Если они смогут поддерживать некротический луч и тёмный лес второго уровня, как у меня — это будет главная проблема для деирдре. Им придётся все силы отправлять на их перехват.

— В этом есть смысл… — оживилась Белая, а Мордред важно закивал.

— У меня есть кое-какие наработки, — добавил бывший аниматург тёмного анклава.

— Второй момент. Нам нужна быстрая зачистка того места, где будет спуск. Для этого попробуем использовать хищную тьму. Она ведь щадит неподвижные объекты, а здесь всё шевелится без остановки.

— У меня не будет столько маны, да и зона поражения навыка слишком мала, — с сомнением ответила Нэсса.

— У нас всё ещё есть посох Рены. Помнишь, как мы через него пропускали твоё созидание? Сейчас с тьмой будет проще. У тебя намного больше сил. Скорее всего ты потеряешь по итогу сознание, но удар будет ощутимым. А мы будем идти по их пеплу.

— Ну… ты начальник, — пожала она плечами и бросила короткий взгляд в сторону Хантера.

— Сайна, за тобой следующий этап. Сбросить дронами вниз яд. Не уверен, что мы сможем их так угробить, но наверняка ослабим. А сами будем в скафандрах, так что пойдём по яду.

— Принято.

— Последний этап — спуск. Никакой магии, только пули с эффектами и техника. Попробуем менять тип урона. Напалм, яд и заряды криогенного кавитатора. Раз уж у интри это работало, сработает и у нас.

— Будем прорываться к следующей локации, — понял Рейн. — Я возьму на себя защиту.

— Это само собой. Но у каждого должен быть эридианский щит. Лифа, напомни, почему вы не использовали роботов, если деирдре не могут захватить машины?

— Невозможность контроля издали. Мы использовали автономные боты или держали боевого инженера в группе для управления на месте. Но техника быстро выходит из строя. Деирдре просто заблокируют все подвижные детали механизма.

— Но на какое-то время их хватит. Возьмём с собой нежить в первые ряды и механизмы во вторые. После спуска сразу идём к выходу. По пути пробуем на них гибридные стихии. У нас нет никакой информации как на деирдре влияет мёртвая магия, хаос и сложные стихийные гибриды. Это нужно будет выяснить на месте. К тому же, я просто обязан попробовать на них разные способы ассимиляции.

21. Планы, работающие как часы

— Поехали, — сказал я, и в тот же миг внизу расцвело мощное зарево от взрыва.

Первый пошёл.

— Эпоха полураспада началась, — доложил Нагибатор.

Наги справился лучше, чем я рассчитывал. Примерно пятая часть локации в один миг перестала существовать. Технолич выложился на полную и сейчас картинно отдавал честь рукой терминатора, сверкая алыми визорами на фоне небольшого гриба, который ударился в потолок и понёсся мощной взрывной волной.

По рассчётам через густой лес деирдре до другой части локации где будем спускаться мы, достать не должно. Но выглядело внушительно.

Чёрная мантия Пожирателя смерти с символом змеи и черепа затрепетала будто флаг на ветру, а венок с ромашками, который зачем-то в шутку носил Наги, слетел со стального черепа.

Возможно, мы немного перестарались, обвешивая его мелкой бижутерией на повышение урона. Но один из самых странных членов Ордена был счастлив.

— Искусство — это взрыв, — со смехом в голосе объявил Мерлин, призывая наследие Всадника. Во все стороны от него полетели магические копии его фамильяра-книжки, и каждый нёс с собой заряженный кристалл с запечатанным плавящим навыком.

Земля вспыхнула и озарилась аспидной синевой. Несколько мелких вспышек не чета большому взрыву Наги, но у способностей солариса были свои положительные стороны.

Мерлин погрузился в связь со светом, и каждое появившееся пятно синего пламени стало разрастаться. Синяя нежить поднималась из пятен и атаковала всё вокруг себя. Вскоре синее пламя разгорится по всему лесу деирдре.

Мордред и Крайн сбросили десант. Благодаря созданному Перекатчиком одностороннему порталу удалось закупить необычный товар — расходные тела низкоуровневых тварей с верхних этажей. Их некроманты вместе с ритуалистами исписали рунами магии смерти, так что полученные существа будут распространять некротическую энергию, уничтожая всё живое на своём пути.

Настал черёд последнего удара. Объединённая со мной и Убежищем в древо, Нэсса сжала посох Рены и активировала хищную тьму. Сила потекла из сердца убежища, напитывая могущественный артефакт.

Вниз обрушились клубы тяжёлого чёрного тумана. Перед этим мы проверили воздействие хищной тьмы на живом облаке и увидели, что деирдре, в отличие от нормальных неподвижных растений, хищная тьма воспринимает как заслуженный хавчик.

Прямо под нами появилась большая выжженная область из черноты. Мана закончилась, и сперва Сильван повалился на пол, рассыпаясь едва заметным туманом, затем потеряла сознание сама Нэсса. Теперь им обоим нужен отдых, а для нас — всё только начинается.

Тьма не оставляла после себя никакой материи, потому воскрешать было нечего. Но сизые облака миазма не спешили заполнять прореху, поэтому я отдал приказ:

— Спускаемся!

Первыми по протоколу пошли некры убежища. Во главе десанта были Райшин с Манри и Безымянным. Когда стало понятно, что убивать на месте их никто не собирается, пошла вторая волна во главе с Рейном и танками Ордена.

Настал мой черёд. Я спрыгнул с моста вниз, к чёрной прорехе, и за мной следом пошли остальные члены Ордена.

— Летает без магии, круть. Нам бы такие против разведки Лютера, — оценил антигравы Сайны Рамилен.

— Деирдре быстро подстраиваются, — хмуро бросила Лифа.

Я с удивлением понял, что она трезва, как никогда. Оказывается, её реальный цвет глаз — изумрудно-зелёный. Таким он был без примеси эло. Это говорило о том, что эльфийка никогда не была более серьёзна, чем сейчас.

Направил Майр и выпустил несколько семян, создавая пункт обороны. Лифа предупредила о том, что обязательно будет и комитет по встрече. Эстель это подтверждала ожидаемым:

— Слышу, что сюда что-то перемещается. Много существ со всех сторон, — сообщила она.

В месте зароненных семян взбугрилась почерневшая почва, и вокруг нас вверх потянулись боевые растения.

Деирдре были в первую очередь растениями. Причём мне они отказывались подчиняться. Связь внутри этого вида была слишком велика. Я не мог их пробить и подавить волей хуорна. Это могло работать и в обратную сторону — деирдре могли брать под контроль некоторые растительные формы.

По этой причине я сделал ставку на грибную генетику. Сейчас она была у меня не менее сильна.

Мудрость природы позволила мне раствориться сознанием в созданных мной первых растениях и настраивать гибридный мицелий под свои цели. Основой были грибы, которые славились умением паразитировать на растениях.

По кругу поляны выросли грибные башенки, выстреливающие вокруг себя облака спор. Живой и управляемый миазм, способный захватывать деревья и создавать новые колонии.

Вовремя, потому что первый ответ последовал сверху. На нас обрушились этинии. Практически целиком они угодили в споры и к земле приближались уже питанием для новой грибной колонии.

К этому мы были готовы, потому проблем не возникло. А вот к тому, что нас попытаются атаковать снизу, — не очень. Из-под земли выстрелили острые лианы. Но весь рейд был снаряжен антигравами, поэтому я просто приказал взлёт, когда увидел глазами жизни приближающиеся растения.

Единственные кто не мог взлететь — мои сторожевые грибы. Но им это проблемой не показалось. Гены моих этиний совместно с жадной грибной формой на основе микотов позволили пить магическую суть деирдре и затем сразу переходить к ассимиляции.

Таким образом, второе нападение тоже было отбито.

Тем временем вдалеке мерцало аспидно-синее зарево и потрескивал дозиметр Сайны, говоря, что волна от «эры полураспада» Наги начала подбираться к нам. Её мощь под усилениями мы недооценили, и теперь был шанс самим оказаться неподалёку от зоны поражения радиации.

Третья атака должна была выйти на нас из леса на выжженную нами поляну. Чем она закончится, меня уже слабо волновало — я отдал приказ продолжать путь.

Это означало, что созданная мной грибная колония переходит в автономный режим. Тия активировала стихию Тифона. Этот гибрид мы разрабатывали вместе на основе её способности. Смысл был примерно тем же, что и с накачанной некротической энергией нежитью в другой части леса. Только здесь была накачанная хаосом грибница.

Хаоса среди цепей деирдре не было, так что хаотические грибы должны были вовсе не поддаваться ассимиляции. Но наблюдать, как это будет работать на практике, мы себе позволить не могли.

Рейд покинул охраняемый периметр уничтоженного участка леса в тот момент, когда на поляну полезла разнообразная живность.

Меня сразу насторожил вид этих существ. Судя по всему, деирдре активно вторгались в соседние локации и захватывали тела монстров. Слишком большое было видовое разнообразие тварей. Не зря Лифа говорила, что пытаться собрать список всех порождений деирдре бессмысленно.

В этот момент мы вылетели из окружения под прикрытием сторожевых грибов. Существа плевались сгустками кислоты и какой-то быстрозастывающей дрянью. Некоторые пытались нападать на грибную поляну врукопашную.

Покидая поляну, я оставался в тесной связи со своими созданиями и, глядя на врага, адаптировал тактику. Растительная цепь у меня всё же разнообразней грибной. Я только начал не так давно изучать найденные на Стене виды грибов, чтобы встроить их в свой стиль боя.

Навстречу монстрам я вытянул колья. Создал грибную преграду. Лифа заверила, что они с лёгкостью режут мифрил, гордость её народа. А мифрил классом прочности был повыше, чем мои усиленные каменным древом листья церу. Грибы пока что тоже остроты и прочности не давали. Потому я сделал ставку на плотность и просто стал наращивать массу.

С этим у грибов проблем никаких не было. Генетика, позволяющая очень быстрый рост, была одной из самых часто встречаемых. Цена на быстрое создание грибов в мане значительно ниже, чем у растений. Жаль, что у меня не было времени заняться исследованием всех скупленных на рынке образцов грибов.

У выхода нас встречали очень странные существа, напоминавшие покрытых шипами ящеров с острыми когтями, в качестве голов у которых были ракрывающиеся на четыре лепестка цветки-пасти. Внутри же был ещё один рот, уже с радиальными зубами.

Судя по всему, одна из ассимилированных и переработанных деирдре тварей.

— Лёд! — приказала Белая. Она взяла на себя тактическое руководство, пока я выполнял стратегическое. Помня про адаптивность и разнообразие орд деирдре, она следила за тем, чтобы тип урона постоянно сменялся. К тому же сама видела сильные и слабые стороны отдельных существ, так что экономила время на принятие решений.

Полетели ледяные шары кавитаторов Чистой стаи, которые Сайна переоборудовала под общее пользование рейдом.

Заморозить ящеров не вышло. Но удалось замедлить и ослабить.

— Щиты! — скомандовал Рейн. Он руководил первой линией, и по его приказу над рейдом возникли энергобарьеры. Сайна использовала принцип работы эридианских полей, но существенно повысила ёмкость за счёт тамарской силикатобиотики.

Изменённая структура живых камней, запрограммированная их создателями, позволяла хранить немыслимые запасы энергии. К ним она добавила кое-какие нестандартные решения той же Чистой стаи, примерно в шесть раз превысив потенциал защиты эльфов Интри. Даже по части магической составляющей — каждый энергобарьер Сайны был улучшен артефакторикой тари от Рамилена и ритуалистикой.

По этой причине, когда появились «кусты», как их назвала Лифа, мы тоже были готовы.

Сперва я подумал, что это перекати-поле. А затем вспомнил похожих существ, созданных некогда Мордредом. Видимо, гении мыслят одинаково. Существа были очень похожи, но скоростью значительно превышали подопытных Мордреда.

На нас обрушился настоящий град из этих представителей деирдре. Действительно, попасть по такому почти нереально.

— Огонь! — скомандовала Белая, и ледяные шары сменились струями огня. Существа, как оказалось, издают перед гибелью странный звук, будто некие звери с заплетающимся языком.

— Кусты! — крикнула Лифа, и почти сразу же прозвучал выстрел.

Она стала лидером группы стрелков в центре рейда. Эльфийка описывала эту тактику как самую эффективную. Самые лучшие стрелки должны были заниматься отслеживанием кустов, игнорируя всё остальное.

Следом за Лифой начали стрелять и все остальные. Но помимо эльфийки попасть удалось только Вереск с системой автонаведения и невероятно удачливой кошке со старым арбалетом Альмы.

Огонь и выстрелы помогли отбить неожиданную атаку. Бойцы же сдерживали натиск ящеров. Те были невероятно живучими, и огонь им был не сильно страшен. Чтобы зажарить одного требовалось слишком много времени. Их слабость была в пасти. Потоэму я направил за нами следом два крупных облака спор незримой плесени.

Прежде она ещё ни разу меня не подводила, но насчёт сложной структуры деирдре я был не уверен. Как оказалось, зря. Потребовалось чуть больше времени, но когда я уже было подумал, что ящерам на плесень плевать, начался массовый мор нападавших. Не устаю поражаться, как мне повезло с этой плесенью!

— Слоны! — послышался крик Лифы.

Об этих деирдре Лифа тоже предупреждала нас на привале. По сути, растение-голиаф, ходячее дерево-людоед с длинным подвижным цветком на длинной шее. Зубастым, разумеется.

Но главная сила этих тварей была не в цветке и не в пасти на брюхе у лап, а в том, что они могли изрыгать магию.

Такие существа, по её словам, появлялись не сразу, а лишь после гибели достаточно большого числа обладателей магических способностей.

Поскольку у нас пока потерь и серьёзных ранений не было, они набрали необходимое в других локациях. Так что боевая магия у деирдре гарантированно есть.

Тем временем, я закончил создание грибной базы. Нападение удалось отбить. Всё шло как нельзя лучше, но я старался быть готовым ко всему и не расслабляться.

Сейчас я видел всё, что видит моя грибница. Всё поле боя вместе с грибной поляной разворачивалось у меня на глазах, будто на ладони. Я мгновенно отдавал приказы на новые мутации, выпуск спор и развитие новых грибов с особыми свойствами.

В центре поля я высадил лилии, чтобы обеспечить влажность, и сразу же окружил их плотным строем лишайника. Летучий лишайник был второй целью создания этой грибной базы. Помимо отвлечения врага, я хотел создать место, где мои неподвластные из-за слишком чужеродной структуры сгустки лишайника могли бы исследовать лес. Заполнить его и знать обо всех перемещениях монстров.

Всё шло прекрасно, в полном соответствии с планом. Сопротивление деирдре было сильным, как и описывала его Лифа. Но мы имели ответы на каждое действие врага.

— Сайна, выпускай первую партию хлама — отдал я приказ и сформировал путь в убежище в теле специально выращенного для этого гигантского гриба.

Дверь распахнулась, и оттуда повалили роботы эфирного архитектора. Механизмы сочетали в себе все её мастерство — созданные на основе пластичных тамарских андроидов с их прекрасными системами целеуказания, а также встроенными магнитосферами ионитов, позволявшими управлять на расстоянии циркулярными пилами митр.

И, конечно, сами пилы, в которых помимо магнитной начинки теперь присутствовал эбонит и чёрный мифрил. В случае необходимости каждый такой боец мог также переходить на ближний бой и владел своим энергетическим щитом. Плюс алый свет ионитов, который сводит на нет всю магию деирдре.

Несмотря на все протесты Сайны, им предстояло героически заглохнуть в этом лесу. «Слоны» приближались справа и не перекрывали нам нужный маршрут, так что логичней будет их задержать механизмами.

Сверху обрушились сгустки розового вещества, напоминавшего жидкий огонь. По словам Лифы, некий особый токсин, созданный деирдре. Одна из тех штук, до которых очень хотелось добраться и мне.

Но Оазис манил куда больше, чем бессмысленный риск.

— Уходим влево и прямо, — передал я приказ Сайне.

Мы покидали выжженную зону и переходили в лес. Земля была заполнена агрессивной зеленью полностью. Чтобы продвинуться ещё хоть на метр, нужно было выжигать всё напалмом. Слишком расточительно, как по ресурсам, так и по мане.

«На планетах деирдре нет ничего, что не служило бы им; каждая травинка — часть единого организма, и они всегда видят вас насквозь», — так говорила Лифа. Потоэму о том, что идти по дну локации будет нереально, я знал. Дальше нужно в любом случае идти по их территории и по их тропам.

Владения деирдре не походили на лес в привычном его понимании. Скорее, он напоминал нервную систему — сгустки корней собирались в шарообразные плетения и пускали корни к другим таким же. Будто нейрон, окружённый синапсами.

Каждый такой корень был и тропинкой, по которому можно было пройти по два-три человека в ряд. По словам Лифы, лучше всего было найти «магистраль» — крупный корень. Такие были менее подвижны и на них было легче устоять крупной группе. Но они были выше.

Короткое затишье прервалось криком Лифы:

— Кусты!

— Где? — переспросила Белая.

Я почувствовал на щеках дуновение ветра.

— Воздух волнуется, — сосредоточенно сказала эльфийка. — Здесь даже он управляется ими.

Она была права — вскоре на нас накатился новый поток перекати-поля. Мы едва начали всходить на крупный корень и ещё могли себе позволить отступить и сражаться на более удобной неподвижной земле. Но я решил, что лучше проверить сразу, насколько они представляют реальную опасность в родной среде.

По окружающим рейд энергетическим щитам забил град. Я увидел, как одно из существ, особо крупное, врезалось в барьер, а затем попыталось прокручивающимися лепестками круглой пасти спилить защиту.

Поняв, что это не так-то просто, существо тут же оттолкнулось тонкими шипастыми лианами от неё и, будто медуза в воде, шарахнулась в сторону.

Послышались выстрелы.

С запозданием мимо пролетел золотой трассер из эльфийской винтовки племянницы Лифы.

Но нам было доступно чуть больше, чем эльфийскому десанту.

— Огонь! — вновь скомандовала Белая, и «кусты» начали воспламеняться один за другим.

Надо отметить, слишком долго. В химии Интри были лучшими, так что огнемёты у нас работали по их схемам и топливу. И им не хватало мощи, чтобы спалить налёт кустов. Однако наши щиты были сильнее в шесть раз, так что мы себе такое позволить могли.

Такая тактика была намного лучше, чем попадать в их сердцевину. Кроме Лифы и Вереск так точно бить не получалось ни у кого. Остальные попадали гораздо реже.

Прорвавшись через противника, мы продолжили путь по владениям деирдре. Следующей напастью стали этинии.

— Черви! — предупредила Лифа. Никто в Ордене прежде не видел эльфийку такой. Она будто полностью вернулась в эльфийский планетарный десант, во времена войны с Древом Деирдре.

— Газы! — отдала приказ Белая.

Рейд переключил универсы в режим распыления ядовитого токсина Софьи. Прикрываться щитами от этиний было плохой затеей — те были способны пить энергию щитов, так что мы бы просто остались без них.

В тёмно-зелёном токсичном облаке были видны фигуры проходчиков — людей в противогазах, фэнтезийной броне и обилии магической бижутерии.

Глаза жизни больше мне не помогали. Жизнью было всё вокруг, за исключением небольшой области с распылёнными гербицидами. Мы приближались к первому островку сплетения воздушных корней. Он был соединён ещё с двумя корнями за ним и со сплетением высоко над нами. И по всем трём в нашу сторону спешили твари.

Разнообразие ассимилированных деирдре порождений Стены впечатляло. Разные размеры и формы, разные цепи и разные свойства. Мы поспешили на островок сплетения, чтобы там закрепиться для обороны. Вокруг встали танки. Начался ближний бой. Стрелки заняли позиции с универсами в режиме огнёмёта и газа, готовясь отражать налёт сверху.

Если всё будет так идти и дальше, локацию деирдре мы пройдём намного легче, чем я думал. Но расслабляться пока ещё рано.

22. Планы, которые идут к черту

Лифа снова предупредила о червях. В этой локации она полноценно заменяла нам искателя, настолько хорошо знала повадки деирдре.

С ветром, неестественно дующим сверху вниз, на нас обрушились этинии, но причинить вреда не успели, уничтоженные токсином.

— Слоны! — снова предупредила Лифа.

Смертоносных кустов рядом не было, и эльфийка переключилась на них. Послышался громкий выстрел её тяжёлой пушки, и разрывная пуля с пылью синего кристалла Мерлина окрасила длинную шею ходячего цветка аспидной синевой. Но два других выстрелили в нас аналогом лазерных лучей. Два луча перерезали корень, по которому мы сюда шли, тем самым отрезая нам путь к отступлению.

И это мне сразу не понравилось. Как будто они, действительно, не тупо бьют всем, чем могут, как монстры Стены, а следуют какому-то плану.

— Белка, командуй полёт. Почему мы жалеем заряд антигравов?

— Если этиния прицепится — полетишь вниз, — пояснила Сайна, но протестовать не стала.

— Перелетим на уровень выше, — сказал я. — Здесь слишком неудобно сражаться. Мы растягиваемся в линию и, если будет большой набег, станем лёгкой мишенью.

Лифа говорила и об этом. Стоило рейду взмыть в воздух, как сверху посыпались этинии. Небольшие черви полетели к нам сверху, в смертоносное облако. Но даже в нём они не гибли мгновенно, и вскоре вниз полетел первый проходчик.

Конечно же, его сразу же подцепили товарищи, не дав упасть в живое зелёное море, произрастающее под нами.

Я глянул вниз. В глазах рябило от переплетений вечно движущихся растений, которые только и ждали, чтобы кто-то оказался у них в пасти.

Вперёд, прикрывая рейд, выдвинулись Рейн и Белая.

Следом за этиниями деирдре преподнесли сюрприз — на нас обрушился дождь из чего-то вроде растительных змеев. Некое сплетение листьев с твёрдым сердечником внутри — судя по всему, сильно искажённое существо, от которого осталось только чёрное червеобразное тело со слабо выраженной головой и со множеством круглых подсвеченных отверстий.

Лифа с таким не сталкивалась прежде, но Белка сразу предупредила, что листья ядовиты, светящиеся маленькие голубые пасти работают как мощный пылесос и втягивают участки брони вместе с плотью за ней.

Мы активировали барьер против этого смертоносного листопада, но это была плохая идея, так как под листьями чудовищ были этинии, и энергетические щиты исчезали один за другим.

Рейн активировал рывок — его версия с магией воздуха работала даже в полёте. Затем прикрылся щитом, сменил форму на гибрид ангела с ифритом. Кара Гильгамеша, вложенная в артефакт тари и стихии огня и света волной понеслась рядом с ним.

Вовремя использованный «суд» ещё больше повысил урон, одновременно придавая сил первой линии, оставленной позади. Характеристики существ перешли к нам, на время боя делая сильнее, быстрее и могущественнее.

Рейн первым запрыгнул на островок из сплетения корней. Места было достаточно, чтобы здесь могла обороняться небольшая группа. А от островка уходили более широкие мосты из сплетения корней.

Танки и воины сформировали периметр. Стрелки, которыми сейчас были и все маги, приготовились отражать нападение сверху. Альма и Вайс занялись исцелением раненых.

Я был в центре. Из-за мудрости природы управлять телом было сложно — сознание было повсюду в окружавших нас облаках лишайника.

Грибные формы на основе микотов — сильнейшего грибного генома в арсенале — пытались укорениться на растениях вокруг нас. Местами им это удавалось. Попытки ассимиляции были слабыми, но шли. Деревья были слишком насыщены соком деирдре, и мои грибы просто не выдерживали концентрат сока деирдре внутри.

Способность мудрости природы делала меня пассивным в бою. Но взамен позволяла управлять подконтрольными формами, будто частями тела. Сейчас пошевелить рукой было так же сложно и так же легко, как пошевелить растущим на древе грибом.

Пигментные пятна на пытавшихся заразить деирдре грибах начинали светиться, после чего гриб умирал. С хлопком разрывался изнутри, разбрасывая свои останки вокруг. Я пытался с этим бороться и искал ключ к собственной ассимиляции грибами растений. Одновременно с этим — управлял живыми облаками лишайника и спор, чтобы создавать новые колонии грибка, паразитирующего на деирдре и контролировать всё вокруг через грибную связь.

По корням, ведущим к нашему островку, уже спешили ассимилированные деирдре монстры. Какой-то ланцет, сплетение веток с бесформенным собакоподобным чудищем и покрытый мхом двуногий трёхметровый великан с цветком вместо левой руки. Последний вид тварей выпускал зелёные лазерные лучи, а высокий рост позволял им палить из-за спин несущейся к нам толпы.

Белая скомандовала залп из тамарских рельс по стрелкам, а затем переход в режим огнемёта. Корни были достаточно прочными, чтобы не прогореть от напалма слишком быстро, но решение всё равно было рискованным — фактически мы рисковали поджечь то, по чему шли.

— Кусты! — послышалось предупреждение Лифы.

Я понял, что и сам уже могу безошибочно определить их появление. Когда приближается летучее перекати-поле, поднимается ветер по горизонтали. С этиниями же ветер шёл вертикально.

Облако лишайника обнаружило необычное растение — крупный синеватый цветок, который постоянно вибрировал, таким образом создавая колебания ветра. Именно они контролировали движения атмосферы в локации.

Направил туда облако грибных спор и принялся за процесс ассимиляции. На этот раз выходило чуть лучше. В растении нашлись поры, в которые можно было направить небольшие формы жизни, такие, как незримая плесень.

Цветок был связан со всем деревом, так что через него можно было уничтожить небольшую часть леса. Я ненадолго погрузился в новую попытку подчинить деирдре своей воле и потерпел очередное поражение в этом. Но наконец-то смог понять причину — основой растения было что-то вроде моей крови спектра. Именно это контролировало древо. Та светящаяся желтизна, из которой Интри впоследствии гнали элуриум.

Насыщенная магией, эта жидкость полностью отключала и перенаправляла на свои нужды все возможности захваченных форм. Поэтому и не проходила ассимиляция с попытками подчинения. Растения здесь вообще не принимали решений, они были просто продолжением воли контролировавших их деирдре.

Грубо говоря, деирдре это даже не сами растения вокруг нас, а эта энергия, которая текла во всём. Таким образом, истинная их суть это скорее энергет… нет, не то. Это… вот оно. Это двойная растительная цепь! Растение, живущее во всех растениях вокруг нас.

Незримая плесень пронеслась по захваченному древу, убивая растение. Кровь деирдре, древесный сок двойной цепи, отмирал, как и всё живое. Заражение понесло незримую плесень дальше по древу — субстанция была намного быстрее чем кровь в человеческом теле. Это давало мгновенную регенерацию и всевозможные мутации, гораздо лучше, чем это делал я со своими растениями. Но это же было его слабостью, позволяя незримой плесени быстро распространиться дальше.

Деирдре были разумны, потому долго тупить не стали, и обрубили все каналы связи растения с другими, чтобы изолировать плесень внутри. Деирдре погибли, а я — насытил дерево магией жизни.

Без жёлтой субстанции внутри дерево охотно подчинилось воле хуорна, и вместо сопротивления грибковому заражению, начало содействовать мне, помогая ассимиляции.

Это лишь первое древо, которое я смог захватить, но очень скоро их станет больше. Незримая плесень показала невероятную эффективность. Как и всегда.

Вот теперь можно считать, что падение деирдре началось.

Я перенёс внимание на наш круг обороны. Гон одержимых деирдре монстров наседал на рейд всё активней. Я почувствовал в этом агонию врага, который понял, что проиграл. Усиление натиска монстров на нас — следствие его страха. Оно боится. Деирдре боится меня!

— Отлично, командир! — похвалил меня Хостер.

— Продолжай держать защиту, приятель. Прорвёмся! — улыбнулся я и отдал приказ. — Их становится меньше. Будьте готовы двигаться дальше!

Опалённый огнемётами мост очищался от порождений деирдре. Белка не стала дожидаться гибели последнего монстра и отдала приказ на прорыв. Рейн, Дора, Манри и Райшин устремились клином по мосту. Рывок со щитом сбрасывал встреченных деирдре вниз. Я ненадолго отменил мудрость природы, чтобы вместе с группой двинуться дальше.

— Черви! — послышался крик Лифы. Я бросил взгляд вверх. Лёгкий ветерок, дующий вниз и ускоряющий падение этиний, говорил сам за себя. Щиты в рейде отключались, а проходчики создавали газовое облако.

— Эстель, нам далеко? — спросил я, заметив мелькнувшую копну бирюзовых волос.

— Арк, мы только вышли, ещё километров десять. Я вижу путь.

Что-то в этих словах меня смутило. Разве локация была настолько длинной? Десять — многовато даже для хаба… или нет?

— Снизу, Арк! — предупредила Тия.

Деирдре попытались нас удивить невидимками. Пока мы оборонялись от этиний, снизу лезли гигантские богомолы с тремя парами лап, торчащими из их тел острыми ветвями и подвижными шипастыми лианами.

Они проявились лишь во время атаки, и один из монстров подобрался вплотную. Я выхватил Майр. Эффективней было бы, конечно, ударить лучом некротической энергии, но это означало отменить управление грибами и лишайником вокруг, а так же потерю связи со всеми грибницами, которые я создал на поляне.

Выпустил в морду растительному богомолу облако спор, чтобы отвлечь. Сковал ноги созданными благодаря амулету лианами, заодно пробивая тело шипами, чтобы запустить споры внутрь тела чудовища.

Тварь замедлилась, ослабла, попыталась замахнуться, но я успел быстрее — просто столкнув существо ногой вниз с островка из корней.

Увидев прорыв монстров в сердце рейда, Белая с Чёрной призвали крылья и понеслись под островок, навстречу врагу.

— Крайн, Мордред, Док, чего стоим⁈ Ввалите им некротики.

Спасённый всадник сложил руки в магическую печать, обрушивая на противника поток убойных заклятий.

Вспышки едкой зелёной магии въедались в тела деирдре. Контратака была жестокой, хоть и стоила нам много маны. Из всей троицы только Док был достаточно сильным дамагером.

— Тия, где Мерлин с Наги? Они должны были давно нас догнать. Нам не хватает урона!

— Вижу. Они скоро будут здесь, — бросила она.

— Кусты! — закричала Лифа. — Глориэль, Мирион, небо!

Бросил тревожный взгляд в сторону эльфийки. Рядом с ней стояла её племянница, которая с перепугу стреляла вообще не целясь, и синеволосая кошка с арбалетом Альмы. Зачем-то высунув язык, она выпускала один болт за другим в сторону летящих колючих шаров. Похоже, эльфийка от стресса начала бредить, или таки приняла эло.

Несмотря на то, что нас было довольно много, рейд слишком вытянулся, и быстро приходить друг другу на помощь не удавалось. Все трое лекарей рейда были заняты исцелением страшных ран, которые оставляли кусты, фактически перемалывая тела в ядовитую кашу. Одного исцеления было недостаточно, необходимо было выводить сильный токсин. Деирдре даже воскрешениями не удивишь.

И всё же, это укладывалось в мой сценарий хода боя. Потерь в рейде не было, а налёты чудовищ по-прежнему отбивались.

Рейн с группой в авангарде свернул на новое ответвление корня. Немного не по курсу, но здесь можно было или идти в обход, или использовать антигравы и перелететь на другой корень.

Лес вокруг казался бесконечным. Пространство вечно шевелящейся массы корней, среди которых зависали темнеющие островки корневых сплетений. Уходящие вверх стволы прораставших через всё это деревьев. Свет множества жёлтых цветов.

Стихийный рыцарь рывком забрался по корню вверх, поднимая за собой светящийся шлейф из потревоженной желтизны. Там его уже ждал монстр, отдалённо напоминающий растительного дракона. Рейн перешёл в форму огненного ангела вовремя, и объятое пламенем существо полетело вниз.

Сзади нас преследовала группа растительных многоножек, покрытых множеством крохотных светящихся розовых цветов. За собой они оставляли шлейф слабо светящихся облаков. Скорее всего, какой-то яд или кислота. Ну, от этого мы хорошо защищены.

Лис, Туман и Шимуро активировали энергетические барьеры и швырнули в нападавших три кислотных гранаты. Одна из них удачно разорвалась, сбивая двух существ с корневища. Но ещё один монстр подскочил ближе и атаковал Лиса. Острые лапки чудовища вонзились в ногу и живот проходчика, но тот коснулся головы монстра рукой, активируя поцелуй Морены. Многоножка обледенела, и он отбросил её в сторону.

Лекарь Керн сразу же принялся за исцеление товарища, а на помощь им шли три свежих танка: Барий, Аси и Манри.

— Мы уже близко! — подбодрила рейд Эстель. — Ещё двадцать километров, и мы на месте!

— Будь проклята эта планета, — сквозь зубы прошипела Лифа.

Её «племянница» с тридцатого уже не пыталась делать вид, что сражается с кем-то, а сидела на коленях с перепуганным лицом и, вкладывая весь спектр эмоций паникующего человека, повторяла:

— Великий первый, единый защитник наш, солнцеликий Левиафан, явись птицей мира и защити свою рабыню от скверны. Великий первый, единый защитник наш…

— Прорвёмся! — крикнул я. — Запускайте шашки и уходим в полёт. Здесь нам не устоять.

Облака лишайника превращали меня в идеального сенсора, потому собиравшаяся за нами толпа разнообразной ассимилированной деирдре нечисти не стала для меня неожиданностью. Только что я потерял связь с грибницей, выращенной на месте выжженной хищной тьмой земли.

Деирдре начинали оправляться от первых атак. Невероятно быстро!

Активировав свой антиграв, я вместе с остальными начал подниматься, минуя изгиб корня. Это почти наверняка спровоцирует дождь из этиний, но полёт здесь недолгий, так что они не успеют прицепиться к оборудованию.

Крылатая виверна, оплетённая листвой и покрытая мелкими жёлтыми цветами оказалась не единственной, а лишь первой в потоке летучих тварей, которые обрушились на нас слева. Пространство окрасили бирюзовые вспышки встроенных в универсы тамарских рельс.

— Эхмея, держи фланг! — приказал Рейн. — Меас, займись псионикой. Они лезут в разум!

Эхмея? Меас? Ученики Гильгамеша? — пронеслось в голове. — Разве они были в нашем рейде?

— Хостер, усиль барьер! Деирдре лезут в мозги!!

— Сейчас посмотрим, как они переживут некросуггестию, — маска боевого товарища растянулась в зловещей улыбке и над рейдом ещё ярче вспыхнул психонекротический барьер.

— Деирдре уязвимы к магии смерти! — прокричала напоминание Чёрная и почти сразу же часть летучих виверн посыпалась вниз под действием некротической заразы Дока.

— Арк! — крикнул Хантер. — Что-то не так!

— Предвидение?!.

— Нет! — крикнул в ответ предсказатель. — Я чувствую давление на мозги! У меня же источник голодной воли, помнишь?

— Хостер, твою мать! Они пробивают твой ментальный барьер! — рыкнул я.

— Арк! — встревоженно бросил Хантер и шагнул ко мне, на ходу обрастая шерстью. — С нами нет Хостера! У тебя галлюцинации, деирдре… мау-ау-ау, Я ХОЧУ ЖРАТЬ!

Громадный жирный кот топнул ногой, давя многоножку-хамелеона и поднимая вверх розовые испарения от раздавленных цветов на её спине.

— Он прав, Арк! — крикнула Сайна. — У рейда массовые галлюцинации!

— Вспомни чему я тебя учил, Меас!! — кричал Рейн. — Вспомни, чему я тебя учил! Леви, Адалия, на прорыв! Чёрному Солнцу нас не сломить!

— Хостер!! — зло рявкнул я, но видел, что некросуггестор и так старается изо всех сил. Стоило, наверное, взять Хантеру тогда псионическую гибридку, и фиг с ними, с побочками. Прокормили бы как-нибудь. Хотя, если даже Хостер не справляется, у нас вообще нет шансов сдержать эту гадость.

— Это не псионика, Арк! — вдруг воскликнула Сайна. — Воздух отравлен!

Что?

Моя дыхательная маска была на мне. Я чувствовал себя полностью адекватным. Но на всякий случай проверил старину Хостера через сенсорные возможности лишайника. Всё было в порядке.

Мы продолжили забег. До конца локации оставалось сколько там, двадцать километров? Наверное, имеет смысл соорудить защищённую базу. Деирдре лезут практически без остановки. Сколько дней мы уже не спали и не ели нормально?

Я не мог вспомнить, какую по счёту оборону мы встречали на корневом островке. Зелень под нами постоянно двигалась так, что болела голова. Порой казалось, что растения снизу складываются в какие-то руны, или что деирдре пытаются с нами общаться.

Здесь на нас налетели зелёные мухи, а по пяти горизонтальным и трём уходящим наверх корневым плетениям лезла сборная солянка из ассимилированных деирдре тварей.

На время отменил мудрость природы, чтобы отдать несколько приказов по обороне. Белая и Чёрная двумя вихрями расчищали самый крупный мост, чтобы, как только основная волна схлынет, отступить по нему. Эстель уверяла, что слышит рядом крупное свободное от деирдре пространство. По идее мы ещё не должны были добраться до нужного места, но… посмотрим.

— И в листопаде падут их разумы… — послышался голос эльфийки. — Они прорастают в разуме, командор. Мы умрём так же, как и моя сестра.

Она посмотрела на меня и криво улыбнулась.

— Эта планета не выпустит нас, — бросила она мне. Затем приспустила респиратор, сунула себе в рот указательный палец, облизала и подняла вверх над головой. — Кусты, командор.

Моя листва ощутила дуновение ветра. Моя помощь рейду в отражении налёта была не нужна, и я вновь погрузился в мудрость природы. Ощутил, как сознание растворяется в грибных и лишайниковых формах. Мои споры были уже почти всюду. Мицелий захватывал локацию. Я попробовал отследить, где мы относительно бескрайнего леса.

Где-то здесь должны быть стены. Мы ведь на самом деле не на планете, а в крупной локации. Но найти границу области не удавалось. Это было странно. Как и то, что я больше не чувствовал связь с первой грибной базой в локации. Похоже, деирдре её таки растащили. Ну, она продержалась достаточно долго. Несколько… дней? Нет, это слишком много. Часов?

Сколько сейчас на самом деле прошло времени с того момента, как мы вошли сюда?

Осмотрел своих товарищей через лишайник. Три тела Тии вместе с Морганой охраняют мою ценную тушку. Нэсса прикрывает спину Хантеру. Тот в форме толстого кота ломает лапами налетевших крылатых бестий. А ещё рядом с предсказателем было двое астралов. Точно, у него был такой призыв. У перехода на второй крупный мост по которому неслись ящероподобные растительные уроды со светящейся жёлтой кровью. Рейн, Дора и Барий встали в проходе, но удержать поток не могли.

— Рыжик, у нас беда, ты в курсе? — спросил Рамилен у Сайны.

Механистка панически обернулась, кивнула, а затем пристрелила из универса с рельсовым режимом крупного зелёного мотылька, забравшегося за спину Райшину.

Монстров было всё больше, сопротивление деирдре усиливалось. Этот налёт мы тоже отобьём, но если так пойдёт и дальше, будет худо. Нужно больше силы. Может, пришло время использовать магию? Этиний привлечём так, конечно, но что-нибудь придумаем. Газ, вроде бы, неплохо работает.

По ещё одному тонкому корню, идущему наверх под углом в сорок пять градусов, в нашу сторону прыгали зелёные мартышки, покрытые растительными ядовитыми шипами.

Первую прибило к дереву длинным чёрным болтом нового арбалета Альмы. Другие две попытались на неё прыгнуть, но рядом появилась Аси и подхватила обеих на фиолетовые лезвия. Но, увы, она не сумела вовремя заметить многоножку-хамелеона, и та длинным когтем-лезвием отсекла биомеханическую ногу пустотницы.

Альма сразу пробила голову мартышки чёрным копьём, но ещё две многоножки заняли и её. Другие лекари рейда не успевали помочь — Керн поддерживал лиговцев, Вайс был рядом с Рейном, а от Дока в этом бою больше пользы будет среди боевых магов.

Но, к счастью, вовремя появилась Дара. Свет богини несбывшейся радости в руках жрицы окутал тело раненой пустотницы, восстанавливая ткани ноги, насыщенной энергией астрала.

Наверное, она единственный известный мне проклятый, кто ещё не разучился улыбаться… но почему она здесь. Разве я её не принёс в жертву Медному Королю? Нам не хватает силы. Без его новых даров пройти локацию деирдре не выйдет.

— Медный Король, Медный Король. Возьми…

Я потянулся к проклятой целительнице, но в этот момент услышал голос Фирала:

— Арк! Они нас водят кругами! — предупредил слышащий. — Мы вернулись обратно на выжженную поляну!

23. Решение, которое никого не обрадует

Поляна определённо была той же. Только от моих грибов уже мало что осталось, а среди них прорастали молоденькие побеги деирдре. Почему мои грибы на долгой дистанции начинали проигрывать им?

И как мы могли ходить по кругу?

— Эстель! — я поискал глазами бирюзовую голову.

— Я… у меня нет ответа, Арк… Мы шли правильно. И сейчас идём. Ещё километров тридцать и…

— Нужно её наказать, — с улыбкой подсказала Моргана.

— Фирал, смени её, — приказал я.

Эстель опустила голову, понимая, что подвела рейд. Мерлин хлопнул её по плечу, пытаясь немного приободрить.

— Та забей, на привале Лита нам сделает чайку.

— Он прав, она не виновата, — поддержала девушку Белка. — Скорее всего, лес не просто хаотично движется, а может полностью перестраиваться. Думаю, мы действительно шли правильно, но корни унесли нас обратно.

— Наказание — это форма мотивации, — назидательно сказала Моргана.

— Крайн, Мордред, Док. Обработайте здесь всё некротической энергией. Будет удобрение на новую грибницу.

— Открой путь в убежище, — попросила Сайна. — Мне нужны материалы для техники.

— Сначала зачистим периметр. Я не могу использовать некротизм с магией жизни одновременно, — ответил я.

Мысль о собственном несовершенстве болезненно сжала сердце. Я взглядом поискал Дару, но не увидел пустотную целительницу. Моргана и Тия, мои верные телохранители, контролировали пространство рядом со мной. Как много я получу сил за такую жертву? Или ещё не время?

— Тебе бы отдохнуть, Лидер, — предложил Хостер.

— На том свете отдохнём. Следи за защитой разума.

Тот кивнул и присел на чёрной поляне, чтобы слиться с некросуггестией и усилить купол сердцем амальгаммы. Как же хорошо, что я не стал его убивать, а смог оглушить и провести через корректор. Теперь существо, названное Системой «шелест», защищало нас от любого влияния на разум. Только благодаря ему нам удалось вытащить Дока и Фирала во время столкновения с терминалом Мёртвой Мечты.

И всё же, даже легендарный корректор-ренегат Хостер Тихоня, ставший за время пути моим верным другом и соратником, уже не справлялся против давления тридцать шестого… или уже тридцать седьмого этажа.

Я запустил мудрость природы, и вновь отмел ненужную сейчас ностальгию о том, как мой враг стал самым верным товарищем. Сейчас главное — эффективность.

Выстрелы Майра и взрывной рост сторожевых грибов. Вновь агрессивная генетика микотов отправилась ассимилировать деирдре. Бесконечный бой продолжался. Это битва терпения, битва умов, битва грибов и растений за право быть главным хищником на этой планете.

Голова соображала невероятно точно. Я один за другим, буквально по наитию, собрал новую форму сторожевых грибов и новый вид грибка-паразита для деревьев деирдре, добавил генетику бирюзовых трав и объединил с духовным древом. Что делать с мощным потоком магии внутри противника я не знал, но, чтобы она не разрывала мои грибы изнутри, стал перекачивать в грибовидное духовное дерево, которое быстро наливалось сиянием, впитывая магическую силу противника.

Грибы по краю поляны ощетинивались зеркальными поверхностями. Следующий шаг в ассимиляции деирдре был в том, что, проведя их силу через духовное древо, я начал передавать эту энергию для усиления грибов в очищенном виде.

Деирдре это по душе не пришлось. Лес вокруг нас заволновался в попытках штурмовать возрождающуюся базу.

— Они растут через наши души… — тихо произнесла Лифа. В центре поляны было относительно тихо. Только Рейн отчитывал учеников… у него были ученики?

Поискал глазами успокаивающую фигуру Хостера. Некросуггестор находился в глубокой медитации, о чём свидетельствовала светящаяся маска и тяжёлая аура густо замешанной с магией разума некротической энергией.

— Со всем уважением, Хлоя, но этого недостаточно, — произнёс Странник девушке с длинными розовыми волосами в розовом цветочном платье. На фоне горящих от огнемётов вечно шевелящихся деирдре она выделялась своей чистотой. Будто вышла на прогулку, а не выживает на тридцать шестом.

Не помню, когда она появилась в рейде? Когда я её нанимал?

— Я не подведу тебя, Каталина, — высокий некродендроид обнял подругу, и бросил Рейну. — Я готов!

— Вы куда? — спросил я у них.

— Патруль, — бросила Дора. — Мы же встаём на ночлег здесь?

— Нет. Стоп, приказа не было! — бросил я.

К деирдре на патруль не уходят. За пределами контролируемой мной поляны лишь верная смерть!

— Всем принять зелье воли! — опередила меня с приказом Белая.

На нас сейчас была уйма бижутерии с бафами на волю и артефактов с защитой от магии разума. Нас не должно цеплять псионикой. Тем более под присмотром Хостера с Хлоей.

Мимо проплыли круги алых прожекторов. Сайна запустила новые дроны. Свет ионитов прошёлся по фигуре Хостера. Некросуггестор недовольно посмотрел вверх, но ничего не сказал.

— Лес. Он уже растёт, — повторила Лифа с безумной улыбкой. Психика всё же сдавала — она потянулась к поясу, чтобы закапать в глаза эло.

— Стой, сестрёнка. Ты просила тебя остановить, если… — дуло золотого револьвера уставилось между глаз «племяшки» Лифлаэль.

— Слишком поздно. Лес прорастает.

— Альма! — я обернулся к главному целителю рейда.

— Я не могу убирать галлюцинации, только успокоить психику, — недовольно буркнула она.

— Арк, — обратилась ко мне Сайна. — Нам не хватает защиты разума. Деирдре сильней нас.

— Я заметил. Но видишь, даже твой свет не справляется. Как и Хостер с Хлоей.

— У нас есть Дина!

— Кто?

— Только не говори что забыл о ней! Великие строители, сама не верю что говорю это. Но если мы не подключим её, нам конец. Мы просто ходим по кругу.

— У Лифы очередное помешательство из-за эло. А ты хочешь из-за неё освободить врага?

— Мы ничего не теряем. Ты же понимаешь, что мы не удержимся здесь.

— Почему? Ты вечно всем недовольна, — бросил я с раздражением и подумал, а не принести ли мне её в жертву Медному Королю? Монохромная троица лучше чем она как хранители знаний. Как сенсор она мне тоже не сильно нужна. Лишайник полностью заменяет мне её дроны.

Хотя нет, с таким настроем он едва ли примет такой дар. Если жертва не ценна мне самому, то и ему не нужна.

— Она права, — неожиданно поддержала её Альма. — Мы с Аси будем стоять у неё за спиной. Но третий псионик не помешает.

Безумная Лифа расхохоталась, будто нашла в этом что-то забавное.

— Мне не нужна помощь, Арк, — подал голос Хостер. — Я почти нашёл ключ к ассимиляции деирдре через разум. Скоро я заставлю их затихнуть.

— Тия, сможешь занять её тело?

— Не сейчас, когда тело вновь обрело душу.

— Ну так изгони её обратно в пустоту. Или нет. Где Гарри? Я хочу чтобы он видел, как мы принесём её в жертву. Получим много гавваха. Этот вампир неэффективен против деирдре.

— Тогда может повториться ситуация с расслоением души, — ответила Тия.

— Ты смеешь оспаривать приказ Короля? — удивилась Моргана. — Не ты ли говорила, что умрёшь за него? А здесь всего-то кусок души отколоть.

— Лучше использовать оригинал. Его не жалко, — усмехнулся Мерлин. — У меня мана уже на исходе. Ещё один набег, и я пуст. Я пока сверху бил, пол запаса истратил. Новый скилл уйму энергии жрёт.

— Даже если мы умрём, то умрём как герои, — важно покачала головой его подружка, блондинка-паладин, танк и личный телохранитель нашего мага.

— В одиночку через деирдре ей всё равно не пройти, — со вздохом ответил я. — Так что под вашу ответственность. Аси, она в твоей власти. Если вдруг рыпнется не в ту сторону — можешь не отказывать себе в фантазиях.

Пустотница кивнула. Выпотрошить Дину было её давней мечтой, более давней чем моё пребывание в Стене. На этом моё внимание к этой теме закончилось. Лишайники доложили, что нас окружает крупный отряд порождений деирдре. Ассимилированные твари Стены вот-вот должны были выйти на поляну, а значит, мои грибы должны быть к этому готовы.

Духовный гриб в центре поляны потянул светящуюся желтизну и начал переработку энергии внутри себя. В ответ я использовал похищенную у врага силу для усиление обороны. Сторожевые грибы стали выше. Облака спор — плотнее. В идеале я должен заражать спорами и лишайником раньше, чем враг подберётся к поляне. А в случае если вид будет сопротивляться — отравлять незримой плесенью.

Идеальную защиту от деирдре можно было подобрать. Нужно лишь немного подумать. А думалось под осознанностью микота очень хорошо. Агрессивный гриб стремился распространиться по всей локации, сколько бы километров она ни занимала, и я начал постепенно подступать к сути ассимиляции деирдре.

Лишённый магии фитолиск переходил под мой контроль. Затем или деирдре перехватят его снова, влив желтизну, или я успею заменить желтизну чем-то другим.

Двойная растительная цепь… подумать только. Как же хочется начать их изучение и сделать частью своей силы!

Из убежища Сайна и Аси вели до предела довольную Дину.

— Иди к Хостеру и Хлое, — бросил я. — Будешь путаться под ногами, окажешься на алтаре.

— У-у, смотрю, в Ордене пополнение, — ехидно проговорила она, за что получила тычок в спину от Аси.

— Ты многое пропустила, — сказал я. — Мы на тридцать шестом. Если попытаешься сбежать — сдохнешь. Здесь не выжить в одиночку даже мне.

— Тридцать шестой… — она прикусила указательный палец. Глаза её блеснули зелёным. Аси насторожилась, но рядом встала Альма, направив взведённый чёрный арбалет суггестору в висок.

Нужно сказать, новый трофей смотрелся весьма впечатляюще. Единый во всех мирах чёрный болт, размером скорее с пилум, гарантировано пробьёт любой её фокус.

— Это поразительно! — воскликнул Хостер. — Но эти существа питаются мозговой активностью.

— Жрут мысли?

— Деирдре пожирают всё, — зловеще добавила Лифа. — Даже ядра планет идут им на корм… И наши мысли лишь новое поле для роста.

— Возможно, их можно ослабить, если ослабить псионическое напряжение, — сказал Хостер. — Знаешь же принцип: «чем больше прилагаешь усилий тем больше сопротивление».

— Он прав, — согласилась Хлоя. — Нужно заклинание, останавливающее мысли в области.

— Заклинание типа «тихий дом», — поняла Белая. — Четвёртый ранг магии разума.

— Хостер, у тебя было подобное? — спросила Чёрная.

— Было, — сказал Хостер. — Но на нас оно не сработает. Слишком много амулетов на волю.

— Так чего ждём? — подбодрил его Барий и сбросил на пол своё кольцо с бонусом на волю, а затем принялся стаскивать амулет.

Следом за ним начала снимать артефакты Чёрная, Хлоя, Керн, ученики Рейна… неуверенно взялась за кольца Белая, Мерлин и Эстель вслед за Литой, но я их остановил.

— Стоп! — приказал я. — Здесь я принимаю решения! Слишком рисокванный эксперимент, одевайте обратно!

Лифа заржала.

— У Дины был такой же навык, — сказал я и обернулся к пленнице. — Мы ставили тебе его на одном из терминалов. Разберёшься? Двух кастов схожего направления будет достаточно чтобы обойти бижутерию. А оставаться без защиты перед деирдре в случае неудачи я не собираюсь.

Она выглядела удивлённой. Затем криво улыбнулась.

— Арк, сюда приближается новая волна! — предупредила Эстель.

— Слоны, — обьявила Лифа, глядя через прицел легендарной винтовки.

— Арк, время, — буркнул Хостер.

— Хорошо, будет тебе «тихий дом». Тише не придумаешь. И ты отпустишь меня после этого боя.

— Я не стану тебе обещать ничего. От тебя слишком много проблем.

— Даже если я тебе сейчас спасу жизнь?

— Не бери на себя слишком много.

— Хотя бы сними с меня этот рабский ошейник и убери сторожевую собаку.

Она опять нарывается…

— Посмотрим, — буркнул я, — колдуй уже!

Хостер активировал силу и от него пошла во все стороны силовая волна. Дина же вместо этого активировала псионическую волну, которая отбросила Альму с Аси, а затем применила массовое помешательство — похоже она прекрасно знала какие навыки у неё появились, раз была готова к такому повороту. Способность перемешивала все образы в голове, так что теперь я не мог точно сказать, где она, а где другие члены рейда.

Тия в её теле много раз применяла этот навык, из-за которого живые монстры атаковали друг друга. На технику и нежить это не влияло… нежить, точно!

Дура своей идиотской попыткой сбежать едва не погубила весь рейд. Если монстры нападут в тот момент, когда мы будем выяснять где Дина или того хуже, она спровоцирует бойню внутри рейда — нам конец просто из-за орд тварей!

Похоже, она воспользовалась тем, что Хостер поднимет волну своего заклинания, чтобы сразу за ним применить этот навык. Всё таки это была ужасная идея давать ей даже каплю свободы… чёртова психопатка!

Я выбросил мощную волну обновления, передавая часть своей силы сторожевым грибам. Они в любом случае какое-то время продержатся. Генетика микотов была слабее деирдре, но тем не менее могла долго сопротивляться, особенно с моими усилениями. Затем направил вокруг поляны облака незримой плесени.

Однако деирдре умеют учиться на своих ошибках. Удар нечисти по периметру поляны был лишь отвлекающим манёвром. Настоящая проблема падала нам на голову в виде огромных шарообразных «кустов».

— Кусты! — запоздало крикнула Лифа.

Но это были не совсем они. Размер каждого был от трёх до пяти метров, а упав на поляну, шары исторгали ассимилированных деирдре чудовищ.

Это был вражеский десант, заброшенный прямо в рейд, за охраняемый грибами периметр. Враг был внутри поляны, и что самое худшее — способность Дины работала и на них, так что я начал путаться, где мои товарищи, а где растительные уроды.

Оборона была прорвана. В том же замешательстве пребывал весь рейд. Товарищи старались отбиваться от тех, кто напрямую нападает на них, не зная где тварь, а где член Ордена.

Критическая ситуация грозила перерости в финал нашего пути, если немедленно что-то не предпринять.

Был лишь один известный мне способ гарантировано разобраться где кто и снять иллюзию хотя бы с себя: режим магии смерти — тёмный лес второго уровня мог управлять растительными формами как нежитью, посредством некротической энергии.

Перешёл на теневую структуру источника хуорна и ударил волной некротизма вокруг себя — мудрость природы и связь с грибными формами отключились сразу. Затем увидел несколько тел растительных миньонов деирдре и поднял их тёмным лесом. Не жалея маны, пошёл дальше и принялся атаковать других.

Как маг смерти я был так себе, источник только недавно получил развитие, а до этого он почти не использовался. Но сейчас это было мне на руку. Убить человека этим навыком я не мог сразу. Нужно было более длительное воздействие для такого. Но вот деирдре от этой силы погибали почти мгновенно. Так же как некротический луч легко разрезал серый миазм.

— Всем в алый свет!! — послышался крик Сайны.

Я увидел её фигурку рядом со сражающейся Вереск и двумя боевыми роботами её постройки. Над девушкой и её механизмами взлетал рой свежих дронов из убежища.

— Газы! — приказала Белая и поле боя начал заволакивать токсин. Тоже очень хорошее решение с её стороны. Мы были защищены масками от яда, а вот деирдре это как минимум ослабит.

В зелёных облаках отчётливо виднелись лучи алых прожекторов, формирующих область в центре поляны. Грибы по периметру больше не были мне подконтрольны, но продолжали неравный бой с наступавшими растениями.

Тия с Сеттой рядом с сияющими энергией хаоса монстрами каард заканчивали с последней группой десанта. Навык Дины тоже уже не работал. Я почувствовал как стремительно слабею — множество поднятых мной дендро-зомби жрали ману как не в себя, так что ещё чуть-чуть и я столкнусь с истощением.

Глядя как члены рейда добивают последние группы монстров и собираются под алый свет в центре поляны, я отменил тёмный лес и все некротические деревья тут же повалились на землю.

В этом главное отличие некротической цепи от растений. Хрен бы я так дендрарий на покой отправил. Они бы просто перестали пить мою силу и действовали уже по своему усмотрению, жуя всё подряд.

В алом свете через зелёные клубы ядовитого тумана к нам приближалась довольная Дина, сияя улыбкой.

— Ты едва нас не прикончила! — я ткнул в неё пальцем.

— Она спасла нас, — неожиданно вступилась за неё Сайна.

— Угу, я молодец, — улыбнулась сама Дина. — Если б я применила второй тихий дом, вас бы просто вырубило. Это заклинание останавливает мозговую активность. Фактически, превращает всех в овощи. Но если ты настаиваешь, я могу.

И протянула ко мне руки с серебряными кандалами.

— Кстати, псионика заковывать в наручники тупо, — добавила она. — Я головой работаю, а не руками.

— Учту на будущее. А где…

Я обернулся вокруг в поисках Хостера и розововолосой подружки Странника, но их не было. А затем до меня дошло, что таких членов Ордена не было никогда.

— Влияние деидре на разум идёт в трёх аспектах, — поясила механистка. — Поэтому они смогли заморочить даже Рейна. Магия, псионика и микроскопические растения, которые как-то проходят через наши фильтры.

Сайна сняла с себя противогаз и раздражённо бросила на землю.

— Микрочастицы проходят все наши фильтры. Они как мой навык аякаши, могут становиться нематериальны для прохождения препятствий!

— Да ну нафиг! — выругался Кот.

Мерлин на этот раз промолчал, и просто стоял с мрачным видом, погружённый глубоко в свои мысли. Рейн был раздражён — у него было полно способов снять такой тип контроля с его-то способностями и защитами разума. Но проблема в том, что ему это просто не пришло в голову… Толку в способностях, если их не применять?

— Я сняла влияние на разум, — сказала Дина. — Верней, нейтрализовала его замешательством. Нельзя одновременно отключить мозговую активность «тихим домом» и вызвать спутанность восприятия. Так что ты мне обязан, братик. И как вы вообще выживали без меня всё это время?

— Не перегибай. Без силы Арка это бы нас не спасло, — хмуро добавила Сайна. — И пока мы под светом псионика вообще не будет работать.

— А ещё нужно всё вокруг обрабатывать некротической энергией, — кивнул я, думая о том что делать дальше.

24. Грибы, которым не стоит переходить дорогу

Вокруг возвышался лес деирдре. Бесконечно меняющийся, искажённый, гипнотизирующий.

По окраине перемещались сплетения корней, напоминавшие нейроны со множеством синапсов. И светящаяся желтизна цветения. Множество её сгустков плыли в случайном направлении. Ещё больше их было невидимо глазу. Микроскопические частицы деирдре, способные проходить сквозь материю.

Выжечь бы всё это некротизмом… но у нас в группе нет настолько сильного боевого мага смерти. Крайн — некромант, и его урон не рассчитан бить по площади мощным массовым навыком. Наги любит сильную магию, но хоть он и имеет склонности к магии смерти, в основном предпочитает стихийку, которая может уничтожить много и сразу. Конечно, у него есть и некротизм, но не в масштабах «эры полураспада».

Мордред был контрольщиком, в бою он вообще редко участвовал, только на первых порах. В основном он управлял и создавал тех, кем управляет.

Ну а у меня некромантия была в крайне урезанном виде, вынужденная поступаться ей в пользу магии магии жизни. Это, конечно, хорошо, потому как только из-за этого я не рискую стать нежитью сам. Но с профильным магом смерти даже уровня двадцатого этажа я не посоревнуюсь.

Второе, что не подвластно деирдре — машины. И здесь ситуация заметно лучше. Сайна у нас всего одна, но она уже создала себе Вереск в помощь, и имеет много строительных дронов. Всё, что ей нужно — это материал, и она построит здесь автономную базу ионитов.

Растения своевольны, ими трудно управлять. Грибы же стремятся распространить себя ещё сильней. Нежить — безвольна и делает только то, что ей скажут. А машина — ровно такая, какой её запрограммирует создатель.

Однако создать машины, которые будут перемалывать деирдре, она не сможет. Материала из убежища ей очевидно не хватит. Чтобы создавать армию машин на ходу, нужен ресурс. Но у нас есть только тонкая прослойка земли и тела деирдре. Из дерева строить машины не вариант — их просто захватят деирдре.

К тому же, они магические существа. Вроде, связанные с астралом и обладающие переходом в нематериальную форму. Алый свет может блокировать переход, и под ним фильтры снова начинают работать. Но сохранять алый свет постоянно достаточно сложно с учётом того, что нам идти через деирдре по деревьям. Освещать нас нужно будет как-то даже снизу.

В любом случае, нужно полностью менять стратегию. Пока ещё сюда не собрались деирдре со всей локации, и часть сил отвлечена на атаки синей нежити Мерлина из первой волны и разгребание последствий работы Наги.

— Все, у кого есть некротические навыки, — начал я отдавать приказы. — Становимся по периметру и валим всё растительное, что переваливается за грибную преграду. Силы не жалеем, вы должны выиграть время. Белая, организуй газ и огнемёты. Альма, проверь, работают ли на микрочастицы деирдре твои очищеник и стазис. Что-то из них должно. Просто чтобы никакая дрянь не подлетела к рейду.

— Это только истощает наши ресурсы, они всё равно нас продавят рано или поздно, — сразу же принялась спорить Сайна. Ну что за характер…

— На это время у нас с тобой будет работа. И с тобой, Тия. Привыкай к пути повелителя цепи.

Когда мы захватывали тридцатый этаж синтетическими растениями и ионоцветами, у нас был неограниченный доступ к материалам. Всё вокруг было металлом, и даже редкие элементы, нужные для создания этой формы были в изобилии. У Леви были специальные фабрики синтеза металлов, поэтому они даже невероятно редкий и ценный осмий поставили на поток, пусть и получалось немного из-за сложности процесса. Про золото, медь, латунь и прочее говорить не приходится — ресурсов было в избытке.

Итак, земля, древесная масса…

Мана, текущая в деирдре…

Всё это нужно было использовать!

Создание грибных баз и первая попытка ассимиляции дала мне понимание, что грибы-паразиты способны пить соки деирдре. Но удерживать их они не способны, разрываясь от переполнявших сил. Эту проблему я решил наспех скроенным гибридом духовного древа. Но в итоге вышло так, что я лишь запустил деирдре в свою систему, помогая ассимиляции.

Вот такая вот борьба видов. Но положительный опыт из неё можно извлечь.

Для начала мне нужны синтетические растения. Вернее, лучше на этот раз синтетические грибы. Они будут паразитировать на растениях и забирать из них ценные элементы, перерабатывая в себя.

Проблему переполнения их энергией можно решать через свойство излучения духовного древа. Но не в виде лакомой для них маны, которую деирдре сразу же сделают своей. А в виде красного света. Физическое проявление магии и астрала идёт через эфирный план, то есть может быть преобразовано в электрические импульсы.

Другая же часть, призрачная, отойдёт Тие. Созданный ею муши, искусственный астральный дух не способен существовать под алым светом и мгновенно перехватится деирдре, если останется без его защиты. Значит, призрачная часть должна будет находиться в самих созданных нами существах…

Так родился концепт существа из четырёх цепей. Условно — ионоастральный дендромикот. Технически — лишайник микота с духовным древом, перерабатывающим плоть и силу деирдре в алый свет ионитов, электричество и духовную энергию. Муши Тии внутри сделают существо таким же единым в разных планах, как и наши недруги. Все созданные нами существа будут отражаться в астрале.

Теперь количество цепей то же, что и у деирдре. Взломать такую форму они не смогут, по крайней мере, не так быстро. Мне же нужно добавить этим существам только парадигму самовоспроизводства, которую так любят грибы. Достаточно лишь позволить им быть самими собой, и наша форма станет чумой для деирдре, поскольку они станут пищей для него.

Поехали.

Обсудив технические детали и задачу каждого, мы приступили к созданию гибрида. Нужно сказать, основную работу на себя взяли девушки. Деирдре будто поняли, что мы готовим что-то опасное для них, и усилили натиск. Поэтому мне приходилось периодически отвлекаться и использовать некротическую энергию. Это, в свою очередь, не позволяло пользоваться мудростью природы. Тем более, что и созданные эссенциализмом существа тоже были из некротической энергии, а пересоздавать их снова — означало гарантированно поймать откат мёртвой магии.

Но суть идеи девушки уловили, да и моего разума без усиления навыком хватило для создания рабочего концепта.

Нужно было только продержаться достаточно, пока создаётся новая форма жизни.

Поначалу некро-лес справлялся. Регулярно поливаемый сверху магией смерти, он разрастался и даже переходил в наступление. Это было лучшее средство против деирдре, но увы, весьма ограниченное.

Когда мана начала заканчиваться, ситуация ухудшилась. Составить рабочий образец всё не получалось, а деирдре только усиливали свой натиск.

Я понял,что идея «выложиться на полную» может и не сработать. Новая форма жизни была слишком сложна. Пришлось её искусственно облегчать. Работать с грибом и лишайником у Сайны с первого раза не получалось, и объединение цепей мне пришлось взять на себя.

А затем я снова отвлёкся на сражение, когда второй раз посыпались шарообразные кусты-гиганты с десантом внутри.

В какой-то момент я снова увидел себя на одной стороне с Хостером и начал отдавать приказы якобы держащему одну из сторон Доку. Поддерживать магию как прежде я уже не мог и использовал скорее короткие вспышки, как только начинал сомневаться в своём восприятии реальности.

Дина, надо отдать ей должное, тоже работала не жалея себя, судя по тому, что у неё уже пошла носом кровь. Повышение внутричерепного давления — один из симптомов истощения запасов маны, вернее, результат постоянного применения магии. Но и она понимала, что если деирдре прорвутся к нам в сознание, это будет её концом тоже.

— Зря ты меня не вытащил тогда, — сказал Хостер. — Принудительный терминал-корректор, дендрическая форма…

— Прелестно, просто прелестно. Нам достался никудышный лидер, — добавил Док. — Хостер помог бы вытянуть меня и Фира, но ты не вытащил ни его, ни меня.

— Мы вообще ему были как приданое к Белке, — хмыкнул Фирал. — Некоторым на халяву достаётся то, ради чего другие работают годы. Или ты специально подставил меня, да, Арк?

— Да он и как человек не очень, — произнёс незнакомец в сером тряпье. — Ха, даже не узнаешь меня, верно? Мы проснулись с тобой в одной комнате, но ты позволил Дине меня подставить и скормить слайму. А ведь я мог стать вашим топовым хиллом. Куда более надёжным, чем амальгама дохлого проходчика с отпечатком забытого бога и памятью непися.

— Вам ещё повезло, — с саркастичной усмешкой сказала Дара. — Он принёс меня в жертву так же, как Синаэль Падший ранил душу моей богини.

— Токсичная эгоистичная крыса, — бросила Моргана. — Вообразил себя фронтовым офицером с правом учить, лечить, карать и миловать. Когда я его зарезала, в секторе целый пир закатили!

Волна магии смерти не прошла, мана была почти на нуле.

Краем сознания я понимал, что это не настоящие отголоски прошлого, а деирдре, которые ищут слабые точки, чтобы побольнее ударить по разуму. Даруя им своё внимание, я сам становился слабее. Поэтому старался просто не слушать.

Действие и сосредоточенность на текущем моменте лучше всего прогоняют дурные мысли. Рука легла на закреплённое на поясе зелье маны. Вскрыл и выпил, глядя прямо в осуждающие глаза тех, вину за кого на меня пытались повесить проклятые растения.

А затем ощутил холод у меня на шее и всё вокруг потемнело.

Реальный мир сменился бесконечным чёрным лесом со стволами, идущими из ниоткуда в никуда.

Секунда покоя и кристальной ясности, понимания кто я и что происходит.

Но затем она сменилась головной болью и яркой вспышкой янтарной энергии. Но не той желтизны, которую несут деирдре, а рыжеватого, тёплого оттенка магии хаоса.

Тия с двумя серпами перерубила крупное, отдалённо напоминавшее гуманоида существо, и то осыпалось к её ногам светящейся зелёной пылью.

Я узнал существо. Лифлаэль хорошо описала этот вид врага.

Пульсирующая холодная зелень со множеством корней, грудная клетка из хаотичных ветвей и листьев, длинные трёхпалые лапы и напоминающий череп цветок на шее. Кустарник, который очень хотел быть похожим на нас.

Лифа называла их «следами».

Под ногами появился островок, созданный Тией для гостей своего мира. В своё время мы много времени провели здесь, когда я учился находиться в этом месте. Раньше время пребывания было сильно ограничено, иначе гости начинали сходить с ума. Теперь же я чувствовал себя здесь так же хорошо, как в реальном мире.

Только влияния деирдре на разум здесь не было, он был чист.

— Они прорастают сквозь нас, Арк, — тревожно сказала Тия. — Пока мир снаружи на паузе, мы можем поговорить… если можем.

Нас прервал за считанные секунды выросший рядом с ней след, отдалённо напоминающий Хостера. Ложные члены команды были не просто иллюзией. Вернее, лишь частично ею. Через наши мысли прорастал вот такой вот след, встраиваясь в нашу память. Поэтому мы начинали видеть несуществующих товарищей каждого из нас и не находили в этом противоречий.

Тия снесла серпом голову-цветок, а затем второй серп зацепился за корень в грудной клетке. Противник попытался её ухватить руками, но Майр прочертил линию, рубящим движением отсекая одну из рук от тела следа.

— У Альмы в зеркальном мире творится то же самое, — бросила Тия. — И у Странника, ему сейчас совсем плохо. Скоро они захватят всех обладателей астральных осколков изнутри.

— Как продвигается работа с Сайной? — спросил я, пинком отправляя тело вниз с островка, в бесконечный полёт.

— Уже близко. Но я только начала изучать ассимиляцию астралом. Нам нужен ты для соединения. И ещё немного времени.

— У Софьи есть зелья на разгон интеллекта, — напомнил я.

— Принято. Будь готов переключиться на магию жизни. Сейчас мы лишимся Мерлина с Наги.

И прежде, чем я успел ей ответить, лес Тии исчез, а я увидел как Моргана летит на меня с кинжалом наготове.

В растительной форме я бы просто ушёл через превращение в лишайник и пересоздание тела. Но сейчас у меня были только способности некроманта. Так что я ударил ей в грудь лучом некротической энергии и прочертил им вверх, выжигая ненастоящую внешность и открывая истинный вид монстра-следа.

Затем взмах Майра снёс ей голову, и в месте сруба оказались споры незримой плесени. А чуть дальше с неба обрушилась огненная волна. Рейн в образе пылающего ангела взмахом призванного оружия рассёк тело ещё одного следа, а затем резко развернулся и скрылся из вида, став огненной волной в активированном рывке с артефактным щитом.

Четверо следов в виде незнакомцев окружили Ильгора, и тот с трудом отбивался, понемногу отступая и оставляя за собой живые руны с плаща. Рядом сражался полупрозрачный мечник из карт Таро. С кем-то сражался Лис, каждым ударом кулака вызывая мощные ледяные взрывы. Мелькал бирюзовый кулон на цепи — оружие Эстель.

— Сайна, зелья! — послышался крик Амории.

Вспыхивали выстрелы универсов в руках у проходчиков. Увидел отколовшегося от рейда Странника. Ему приходилось хуже всего. Астральные осколки были одной из основ его силы, и, насколько я знаю, у него была их целая коллекция. Лакомый кусочек для деирдре. До этого он никогда не выказывал признаков слабости. Казалось, если ему что-то не по душе, он всегда может уйти и от того был непоколебимо спокоен.

Но вырваться из лап деирдре с их свойством проникать в связанные с жертвой миры было для него непосильной задачей.

Внимание отвлекла вспышка синевы и падающая фигура Мерлина. Вот о чём говорила Тия. Он просто находился на грани обморока от нехватки маны. То же касалось и Наги, несмотря на все его обширные запасы маны. Он упал следом.

— Арк, мы… — начал было Хантер, но его прервал крик трёх тел Тии.

— Готово!!

Я выплеснул весь остаток сил некротической энергией и сразу же переключился на магию жизни. Некро-зомби замерли жуткими статуями самим себе. А я не глядя пил зелье маны, которое на вкус напоминало горькую сопливую плесень. Ещё один признак того, что тело отказывается перекачивать через себя больше сил.

— Ультуем! — отдала приказ Белая, и следом за моей магией посыпались все виды способностей рейда, чтобы дать нам ещё немного времени.

Аси бросила Дину и вступила в бой с двумя следами в виде интеллигентного пустотника в очках и черноволосого мужчины в зелёной с золотом мантии в египетском стиле. Мимо неё мелькнул фамильяр, по которому пришёлся мощный удар громадного орка — кажется, Талгар после прокачки Леви, а следом ещё кто-то из Лиги.

Как и говорила Лифа, они копировали и навыки из нашей памяти, и целые личности. К счастью, не все и не в полную силу, иначе у нас не было бы ни шанса совладать с этой толпой. Странник сражался уже с пятью незнакомцами, каждый из которых обладал уникальной силой. К тому же и сам он отбивался словно нехотя. Больным местом его разума оказались его дом и близкие, с которыми его разделила закинувшая его на Стену аномалия.

Он знал все их способности, потому ускользал от каждой, но практически не бил в ответ. А силы его истощались. В последний момент управляющая поиском фигура в маске хищной птицы сумела нанести решающий удар. Ещё не смертельный, но рядом появился фантом Альмы с целительной магией.

Не лучше было и Рейну. Четверо учеников сумели его выманить за пределы алого света. Дроны с прожекторами старались охватить его фигуру, но он слишком быстро перемещался вслед за четвёркой, которая умело вынуждала его уходить всё дальше и дальше.

Один из его учеников, кажется, Эхмея, был очень силён в ближнем бою, и достаточно быстр, чтобы сразу же захватывать всё внимание Рейна. А Меас, его рогатый ученик-энирай был невероятно сильным лекарем.

Будто было что-то в деирдре и от архиларвинов. Лифа предупреждала, что они копируют навыки, но… они должны были копировать нас, а не нашу память. Как они провернули такой фокус, я не понимаю

Но по команде Белой об ульте инстинкт сработал быстрее тела. Рейн применил навык, о котором он мне не рассказывал и который не использовал раньше. Он не мог напрямую использовать катаклизм — терминал поставил лишь источник без единой способности. Однако он нашёл способ высвобождать эту силу иначе — с помощью старого навыка насыщения, вкладывавшего стихийную силу в предметы.

Насыщенный катаклизмом камень разлетелся, отбрасывая всю четвёрку. На месте взрыва была лишь выжженная воронка, в которой били молнии и гулял никак не желающий утихать ветер. Затем в сердце аномалии стал медленно собираться силуэт королевского слайма. Самой живучей из форм Рейна.

Вместе с ним весь рейд озарился массовым применением сильнейших навыков.

И это того стоило!

С мудростью природы я глядел на творение наших с Сайной и Тией рук.

В локации всходил первый ионический гриб. Засияла красная шапка, мицелий впился в шевелящийся корень древа деирдре, и сила потекла к существу, подконтрольному нам.

Существо с четырьмя, или возможно даже пятью цепями, развивалось очень медленно. Белое тело гриба постепенно темнело, приобретая стальной окрас. Гриб тянул из древа вещества, создавая структуру с высоким содержанием металла.

Энергия потянулась в природную, созданную из добытого металла ионосферу, основу технологий ионитов, а другая же часть потянулась к духовной составляющей. Та впитывала энергию в себя и затем делились, позволяя ионическим грибам захватывать следующий участок.

Сильнейший растительный ассимилятор столкнулся со сложным существом, на которое никак не мог влиять своей силой. Алый свет ионитов разрушал все магические структуры, не позволяя им воздействовать на грибы.

На крики Лифы я уже не обращал внимания. Не важно, какой тип врага. Пока враг не понимает как бороться с новой напастью, нам нужно успеть сделать как можно больше.

Наше творение вместо нас встретило волну летевших на поле боя десантных кустов со следами внутри. А мы — взялись за вторую попытку достичь края локации. На этот раз — под прикрытием ионических грибов с созданной Тией псевдодушой искусственных духов муши.

25. Передышка, необходимая словно воздух

— Поаккуратней, железка! — прикрикнула Дина на тащившую её Вереск.

По лесу прокатывался треск. Деирдре пытались бороться с механическими грибами. Рядом отстреливалась Лифа. Уже совсем невменяемая, но, к нашему счастью, понимающая команду «кусты».

Войдя на территорию леса второй раз, мы уже знали, чего ожидать. Большая часть команд уже понималась с полуслова. Тем более, что почти все они повторялись.

Как и в прошлый раз, на нас наседали те же твари. Ассимилированная нечисть, летящие сверху этинии, кусты и следы. Последние теперь в открытую приходили вместе с тварями. Их внешний вид на нас больше не влиял. Без возможности копаться в мозгах, всё что они могли — это показывать нам искажённые фигуры уже считанных из нашей памяти существ.

Враг понимал, что его силы больше на нас не действуют, потому не сильно старался убедить в чём-то. Нового деирдре ничего не показывали, на ордах монстров, ассимиляции всего вокруг и псионике их возможности, похоже, заканчивались. И это отсутствие разнообразия радовало больше всего.

Мы же понимали деирдре лучше, потому не забывали отстреливать и следящие цветы с полуматериальным щупом, и большие цветники, гонявшие воздух. Прохождение локации теперь становилось похоже на самый обычный рейд.

Вокруг летали дроны, давая стабильную картинку происходящего. Эстель теперь отслеживала не просто путь, но ещё и сверялась всё время с направлением, и когда корень начинал уводить нас в сторону, мы просто использовали антигравы и перелетали на новый.

Сам я больше не занимался работой сенсора и шёл как боевой маг — поднимал растительную нежить и бил некротизмом. Урон нам был сильно нужен — половина рейда была слишком истощена, а кое-кого вообще пришлось нести с собой на носилках. Призвать убежище я не мог — высока вероятность, что я сам тогда потеряю сознание.

Реальный путь из локации был не двадцать километров. Вся локация занимала пару километров, что, впрочем, и так много для этого этажа. С учётом того, что мы спустились примерно в её середине, то и того меньше.

Деирдре всё ещё могли нас задавить силой. Да и Дина была на грани. Её поддерживали Альма и Тия. У первой было заклинание, вытягивающее силу из пространства, у второй — возможность передачи ей заёмной энергии хаоса. Признаю, было что-то злорадное в том, чтобы смотреть как её лицо приобретает всё более бессмысленное выражение лица под действием хаоса.

Путь казался долгим из-за орд растительных тварей. Им не было числа, и вскоре мы поняли, почему — далеко не все монстры были сделаны из ассимилированных чудовищ. Часть были чем-то вроде деградировавших клонов, которые росли на деревьях бесконечного леса.

Последние метры локации проходились скорее автоматически, на одних морально-волевых усилиях и понимании, что стоит остановиться и всё. Растения не устают.

Потому, когда вдалеке показалась каменная площадка с современно выглядящей дверью, я первым делом подумал, что деирдре снова придумали, как нам капать на мозг.

Но это действительно был выход. Причём никакой засады из нечисти здесь не было. Деирдре похоже были и рады, чтобы мы просто ушли. Борьба с меха-грибами их сейчас волновала намного больше.

— Здесь механизм. Дверь открывается по нажатию кнопки, — сообщила Сайна, первой оказавшись у прохода.

Это были стальные гермоврата толщиной в полметра. Две створки где-то метра три высотой.

— Ты говорила, здесь открыто, — напомнил я и вопросительно посмотрел на Эстель.

— Всё в порядке, — ответила за неё Сайна. — Здесь датчик движения. Она закрылась, потому что мы здесь. И открывается по нажатию кнопки. Ловушек пока не вижу…

— За дверью что-то есть. Слышу механический звук, — сказала искатель. — Он замедляется.

— Тия, что-нибудь чувствуешь?

Она покачала головой.

Жаль, если бы она знала тип врага следующей локации, было бы лучше. Дилемма… открывать придётся. Можно конечно призвать убежище, но тогда оно будет контактировать с локацией деирдре, а те обязательно полезут на штурм. Они и так нас в покое оставлять не хотят.

Белая сообщила о новом налёте чудовищ, и мы минут на пять отвлеклись, из последних сил отстреливаясь от врага. Отряд деирдре был совсем небольшим по их меркам, но ещё немного и нас затыкает ржавым мечом гоблин с третьего этажа.

— Хрен с ним, чтобы там ни было. Лишь бы со старта не бросалось, — устало сказал Мерлин.

— По логике должна быть локация, продолжающая идею деирдре. Растения, друиды… — задумался Кот. — Может, иерархи каят?

— Не их технологии, — покачала головой Сайна. — Арк, я вскрываю?

Я обернулся на бушующий лес. Хорошо бы обойтись без удара в спину. С новыми монстрами и с ними одновременно можем не потянуть. Не в нынешнем состоянии точно.

— Жми, — сказал я.

Лифа и её стрелки не отрывали взгляд от леса деирдре. Ещё двое лиговцев с универсами в режиме огнемёта для профилактики прожаривали корни, как только на них возникали цветы или какая-то поросль.

Створки начали разъезжаться, медленно. Я оценил толщину, увидел внутри плиту из серебра от магии, а затем увидел то, что находилось за дверью.

— В стороны! — крикнул Хантер, мы бросились врассыпную от врат.

По ту сторону были очень мощные вентиляторы, и тех кто стоял перед дверью должно было снести потоком ветра вниз, к деирдре. Но обошлось.

— Опять ловушка, ненавижу, — пробурчал Мерлин.

— Скорее мера предосторожности против распространения семян деирдре, — ответила Сайна. — Ветер с серебряным напылением и магической компонентой. Сейчас попробую взломать.

Она запустила крошечный механизм с цепкими лапками, который принялся идти в локацию против ветра.

Растения больше не спешили нападать. Хотя могли — мы видели, как несколько мелких чудовищ летали вокруг, но после открытия двери они приближаться не решались. Интересное решение против деирдре, надо будет запомнить.

Затем ветер начал ослабевать.

— Готово, — сообщила Сайна. — Но им нужно время остановиться.

— Нам тоже, — криво ухмыльнулся Мерлин.

Едва ветер стих, как мы подверглись ещё одной атаке растений. В ход пошли последние средства, которые я планировал оставить на случай неприятностей по ту сторону. Но тварей скопилось достаточно много в ожидании, пока мы отключим вентиляторы.

После этого мы вошли внутрь и внесли потерявших сознание.

Помещение по ту сторону было таким, каким его описала Эстель. Крупным и практически пустым. Ещё ярко освещённым, так что ни единой тени было не спрятаться.

Пол, стены и потолок — металлические плиты. Что-то вроде ангара, только чистого и хорошо освещённого.

— Это уже оазис? — спросил Лис.

— Эстель, Странник, на вас проверить место на аномалии.

Оба кивнули и разошлись в разные стороны локации. Тия тоже, хоть её и не просили об этом, присела чтобы коснуться пола и считать «долиной голосов» остаточные эмоции этого места.

Однако затем покачала головой и встала. Эстель тоже выглядела растерянно и возвращалась к рейду.

— Здесь слишком много серебра, не могу сливаться с локацией.

Посмотрел на застывшего поодаль Странника. Тот поймал мой взгляд и скрестил руки, давая понять, что ничего не нашёл.

В помещении идеального белого куба был лишь один предмет — расположенный по центру терминал на одной ноге.

К нему я и направился.

Испытание пройдено. Доступна награда для лидера рейда.

1. Эолум. Светорастительная полуреальная материя. Одно из восьми легендарных орудий Древа Деирдре.

2. Этиния. Адаптивная форма энергопиявки. Одно из восьми легендарных орудий Древа Деирдре.

3. Астория. Астральный сорняк. Одно из восьми легендарных орудий Древа Деирдре.

4. Вирсома. Полуэфирное сенсорное растение. Одно из восьми легендарных орудий Древа Деирдре.

Для начала процедуры генерации стража подтвердите готовность.

Автоматическое нарушение защитных свойств убежища через 11:58:15

— Убежище? — обрадовалась Сайна. — Значит, это как наградная локация?

— Получается да, — согласилась Белая. — Но я бы на всякий случай соблюдала осторожность.

— Испытание? спросил в свою очередь я.

Вы достигли точки входа в место особого испытания (XXII III-6)

— Это само собой, — кивнул я и отдал приказ. — Располагаемся на ночлег!

— Это ты хорошо сказал про ночлег, — хмыкнул Мерлин. — Будь у меня до сих пор та побочка люстов, я бы уже вырубился.

Действительно, яркий свет отдыху не способствовал. Как и металлические стены с полом и потолком. Убежище тоже было не призвать из-за защитного слоя серебра на обоих дверях.

Другая дверь, с выходом, тоже была. Копия первой, только с противоположной стороны. Там был тот же механизм с кнопкой.

Я устало прилёг на холодный металлический пол и посмотрел в потолок. Сил не было уже ни на что. Даже на то, чтобы думать, как же всё-таки призвать убежище. Но никто этого пока и не требовал. Рейд занимался примерно тем же, чем и я — приходил в себя.

Затем до меня донёсся голос Сильвана, просивший открыть убежище и призвать группу зачистки.

Мне это сразу не понравилось. Но для призыва требовалось создать что-то, напоминающее дверь и предполагающее за собой пространство, достаточное для всего что есть сейчас в убежище без его сжатия. О последнем меня особенно предупредил Сильван:

— Арк, я изолировал их но они слишком быстро захватывают локацию.

И ведь я даже не узнал, что в убежище происходит что-то не то. Хотя Тия вообще-то говорила, что деирдре лезут во внутренние миры.

— Так, у нас тут снова небольшая проблема, — обрадовал я едва живой от истощения рейд. — Надо ещё немного повоевать с деирдре.

— Лучше сдохнуть, — выдохнул Лис.

— Давай, добивай, — согласился с ним Мерлин.

— А можно ненадо? — взмолилась Сайна.

— Что случилось? — приготовился Рейн. Ему тоже пришлось выложиться по полной, но это отличало его от других. На него всегда можно положиться в трудные моменты.

— У кого есть любые навыки создающие материю, нужно здесь соорудить иммитацию хижины для пути в убежище, — сказал я.

Главным кандидатом на материализацию всего подряд был конечно же Мерлин. Но у него, как и у других, было полное истощение всех сил.

— Да просто призови напрямую сюда, пусть воплощается, — ответил он. — Ты же уже не раз так делал.

— Сейчас не потяну, — честно признал я. — Прямой призыв требует слишком много сил. Тем более здесь локация максимально неподходящая. Будь хоть земля или влага… Я уже пуст, чёртова некромантия жрёт ману как не в себя.

— Ох, можешь не рассказывать, сам так же спалил свою, — согласился Мерлин. — А что, так надо?

— Деирдре в убежище. Сильван как-то успел из изолировать, настроил стен. Но его силы мы тоже ведь почти израсходовали. Чудо что он вообще столько держится.

Следующие полчаса мы усиленными темпами строили крупную хибару из всего подряд. Белая, Лис и Кель создавали лёд навыками. Мерлин — воплощением создавал тонкие листы из угля. Почему-то он ему давался проще всего. Остальные тоже делали что могли. Наги додумался разбирать локацию, магией огня оплавляя металлические плиты. Серебро конечно защищало от магии, но не от температуры. Вскоре к нему присоединились другие маги огня.

Те же, у кого не было никаких способностей — помогали руками, хотя основную строительную работу на себя взяли Вереск и дроны. Роботы не устают…

По итогу за пол часа у нас получилась уродливая халабуда из листов всего подряд, и с учётом льда в конструкции — долго она не проживёт. Итак все обладатели ледяных холодных навыков занимались теперь охлаждением внешней части постройки.

О прочности речь не шла. Держится — и ладно. Формально, задача выполнена.

Каст навыка прошёл штатно. Вслед за ним внутрь пошёл боевой отряд на уничтожение групп деирдре. К счастью, их было немного, обошлось без больших сложностей. Сильван заранее предупреждал о каждой, и сама локация работала на нас.

Наконец, мы дошли до лазарета с оборудованным барьером. Там нас ждали мирные под защитой Нэссы. Тёмный паладин выбыла из боя ещё до его начала, когда пропустила через посох Рены всю свою силу и свалилась с истощением. Так что к моменту начала вторжения деирдре в убежище, уже успела прийти в себя.

Деирдре росли долго, начиная со светящихся жёлтых побегов, которые позже начали захватывать растительные структуры убежища. У Сильвана было достаточно времени, чтобы попытаться справиться с сорняками самостоятельно, понять бесперспективность этой затеи, предупредить всех в убежище и забаррикадироваться в лазарете, как когда-то пряталась мать Альмы от микотов.

— Ну и гадость же эти деирдре, — выразил общее мнение Кот, когда Сильван объявил о том что противника больше не осталось.

— И не говори, — вздохнул Ильгор. — Кстати, Арк, что будем делать с Диной?

Я посмотрел в сторону суггестора. Её тоже не обошло магическое истощение, и стоило ей на миг прикрыть глаза, как её вырубило.

— Я, конечно, с ней знаком не был, только историй наслушался, — сказал Кот. — Но как-то неправильно её будет опять в кандалы…

С тяжёлым вздохом я посмотрел на Аси, которая что-то обсуждала с Альмой.

— Отсюда она точно не сбежит, — окинув взглядом металлические стены под ярким светом, сказал я, — так что пусть и дальше будет пока под присмотром. Аселла с неё глаз не спустит. А потом надо будет подумать, что с ней делать. Будет в сознании, обсудим.

— Судя по последним встреченным тварям, псионик лишним не будет, — согласился Ильгор.

— Вы с ней в рейде не были, — напомнил я. — То, что она будет пытаться что-то выгадать для себя, или сбежать, или промыть кому-то мозги, это с гарантией. Она, похоже, просто не умеет иначе. И если это будет выгодно, она не задумываясь подставит нас всех. Одно хорошо — на тридцать шестом ей деваться некуда. С монстрами не договоришься… ладно, подумаем, в общем. Пока что все свободны. Отдыхайте и набирайтесь сил.

Замечательным бонусом к зачистке убежища стала возможность нормально отдохнуть и перевести дух. Сильван приготовил для всех пищу. Со склада потянулись восстанавливающие и лечебные зелья. Стрелки наконец смогли сменить боезапас к универсам и другому оружию.

Времени нам дали стандартное количество для локации, однако после такого испытания его было недостаточно. Тем более что помимо физического и магического истощения, было ещё и моральное.

Многим пришлось хапнуть магии хаоса через Тию, когда всё остальное уже не помогало. В первую очередь мне и Дине. Но если Дина сейчас спала беспробудным сном, моя голова без поддержки мудрости природы думала только в одном направлении. Впрочем, её последствия заёмной силы тоже рано или поздно настигнут.

В убежище время текло иначе, да и отдохнуть здесь можно намного лучше. Впереди был освежающий душ вместе с Тией, и это было едва ли не единственным, о чём я мог сейчас думать.

Когда я немного пришёл в себя, во многом благодаря сытной еде и массажу Тии с Аморией, стал анализировать всё произошедшее с нами в локации деирдре.

Первое, что я решил как следует обдумать — это различия моих действий с этим навыком и без. Мудрость природы заставляла меня тупить в физическом мире. Телом управлять было сложнее, ведь тогда оно становилось лишь крупицей огромного организма Алолесья. Эмоции становились слабее а часть пропадала вовсе. Рейд я начинал видеть больше как юнитов в стратегической игре. Зато в памяти мгновенно вспоминались все возможности каждого и рождались планы их взаимодействия.

В общем, навык полезный, но лучше не находиться в нём постоянно. По крайней мере пока не привыкну и не пойму принцип его работы как следует.

Когда же я смог активировать мудрость вновь, в голове почти сразу же родился план быстрого восстановления. Вернее, напоминание о том, что я уже проделывал раньше.

Я собрал проходчиков в центральном зале убежища у его сердца и сел в медитацию. Рядом присела Тия с Аморией, затем подтянулась Белая, Сайна, Эстель, Рейн, Кот и все прочие обладатели природной цепи. Последними приблизились некродендроиды. Мы расположились поближе, и погрузились в медитацию.

Активировались древесные навыки и вскоре через единство и растительную эмпатию начали образовывать единое древо. Навык недвижимого, сильно ускорявший регенерацию маны, распространился на всех, и тогда скорость восстановления резко возросла.

Ощущение было странным. Я чувствовал большое количество существ как будто они были частью меня. Мысли постепенно стихли, а затем не осталось ничего, кроме ощущения тепла, света и покоя.

Время пролетело очень быстро. Пять часов медитации пронеслась как один очень приятный короткий сон. А по её завершению я ощутил, что вновь полон сил.

Альма тоже начала осваивать применение «колыбели сумеречья». Навык был сродни способности Тии, но имел меньше побочных свойств, особенно если применялся не в бою, чтобы выкачать много силы, а в спокойной обстановке мирной локации.

После этого боевой дух в Ордене резко пошёл вверх. В конце концов, всё совсем не так плохо, как с микотами. Да, мы опять были на грани, но тогда мы с Альмой, Софьей и Странником едва вообще выбрались. А тут обошлось относительно малой кровью. Массовые потери сознания были вызваны истощением, а не прямой атакой врага. И мы не нуждались в терминалах чтобы приводить кого-то в чувства.

Воспрянув силами, Софья принялась варить новые зелья. Ей в этом активно помогали Алихая и Хельхе. Сайна скрылась в своей мастерской, где к ней вскоре присоединились Мерлин и Райшин. Первый для какого-то проекта, где нужны были его навыки. Второй просто любил пропадать в мастерской, особенно когда там никого нет.

Впереди была ещё половина отведённого нам срока на отдых. За это время нужно было подготовиться и разобраться с неожиданным подарком Системы. Прежде награды сами к нам не прыгали, но здесь похоже что-то тематическое — все четыре варианта были связаны с культурой деирдре.

26. Лотерея, в которую нельзя победить

— Конечно, я знаю всю эту дрянь. Таким не награждают, а распыляют на атомы, — сказала Лифлаэль в ответ на мой вопрос о системной награде.

Она выглядела мрачной, но относительно вменяемой. Почему-то заливаться эло она не спешила.

— Буду рад, если расскажешь шире.

— Ну, эолум — единственная вещь, в которой есть смысл. Так называют кровь деирдре. Саму их суть. Его пропускают через уголь, биофильтры, электричество… ну, всего процесса не знаю. Я пользователь, а не создатель.

— Значит, из него вы гоните своё эло?

— Эллуриум сложная структура. Но после приёма в чистом виде ты просто сам станешь деирдре.

Именно эта структура и была той двойной растительной цепью, которую я обнаружил. В субстанции, напоминающей живой свет, содержалась, можно сказать, суть деирдре, которая делала любую растительную форму частью единого Древа.

Очень интересная штука, но как это можно использовать и можно ли вообще? У этой крови есть своя информационная структура. Если она чиста, и я смогу управлять ею, как захочу — то это крутейшее приобретение. Если же нет… положим на складе и забудем. Не хотелось бы, чтобы так вышло.

— Про этиний ты сам знаешь, — сказала Лифа.

Я припомнил, как Система подарила мне их. Тогда они были изначально готовы подчиняться мне. Подарок Cистемы взламывать было не нужно. Значит, здесь должно быть примерно так же.

— Астория — это та дрянь, что прорастает у тебя в голове, — она приложила палец к виску. — Это благодаря ей деирдре проникает в чужие миры и может расти в мыслях, мечтах и так далее. Самая опасная и мерзкая дрянь здесь.

— В твоём походе они тоже лезли во внутренние миры?

— У нас такой техники не было. Но… мой племянник Сэйандорей как-то после удачного рейда лёг отдохнуть, вспомнить свою подругу. И у него прямо в фантазиях вся романтика происходила в лесу деирдре, где через них медленно прорастала эта дрянь. Потом он уже в реальности взял штурмовую винтовку и расстрелял своих товарищей и командира, считая себя одним из деревьев.

— Сожалею.

Она тяжело вздохнула. Рука потянулась к поясу с эло, но она себя остановила.

— Я не знаю, как это работает. Просмотрела его нейрограмму, когда их корабль нашли. И поняла не больше, чем ты сейчас… Ещё эта дрянь содержится в «следах».

Хм. Я пробовал их ассимилировать, но структура показалась мне такой же, как у других монстров этой культуры. Возможно, это тоже проявление двойной растительной цепи.

— А эта вирсома?

— Видел цветы с длинным полупрозрачным языком? Ты ещё спрашивал, насколько они опасны.

— Ты сказала «забей, они только смотрят».

— Ага. Они нематериальны и считывают всё, что ты можешь. Ты сам, твоё оружие, амуниция, память. Всё, через что проходят. Потом деирдре подберут под тебя тактику благодаря этому. Если б мы побыли там дольше, оно бы нашло способ нас додавить. Деирдре знают тебя лучше, чем ты сам и читают как открытую книгу…

— Полуэфирное сенсорное растение, — ещё раз прочитал я описание.

По идее, это друидская альтернатива «истинному имени» Белой. Но нужна ли мне альтернатива при наличии самой Белой?

— Скажи, Cистема, а это нормально что ты мне предлагаешь этиний? Было же.

Отвечать она не собиралась.

— Система. Аудитор Арктур. Обнаружена системная ошибка. Предложение выдачи этинии повторно.

Идёт анализ локации.

Идёт анализ награды.

Идёт анализ пользователя.

Идёт процесс адаптации награды.

2. Анастатика. Саморазвёртывающееся высшее семя. Одно из восьми легендарных орудий Древа Деирдре.

Я обернулся к Лифлаэль.

— Этим они захватывают планеты. Это семя быстро превращается в новый лес, из которого полезет нечисть.

Рано я обрадовался. Замена награды ничем не помогла, эта штука мне не нужна — фактически, это была как та флоросфера каят, которую я использовал до встройки. С одной стороны сильный навык, с другой — я и так мог организовать нечто подобное с текущими силами. Да, медленнее, но если сильно надо, я могу создать такое в убежище и призвать вместе с ним, или использовать другие уловки.

Итого, первое или третье. Повышенный контроль над растениями или путь на ментальный план?

Вот здесь выбор был уже сложным. И то, и другое было крайне полезным и перспективным. Хоть ещё раз в локацию деирдре лезь… хотя, если очень будет надо, то и полезу.

Наверное, правильней будет думать с точки зрения того, что мне предстоит в ближайшем будущем. А именно — страж Оазиса и сам Оазис с неизвестным содержимым. Скорее всего, как всегда очередная жирная тварь.

Что мне будет нужнее там? Возможность заменить растительную эмпатию на связь деирдре и при необходимости напрямую контролировать тела дендроидов, а также новый путь передачи энергии… или способ проникать в другие миры и мысли?

К тому же… стоит помнить, что это только мои догадки. Оба могут оказаться нерабочим балластом, которым я не смогу воспользоваться. Или даже ещё проще — неправильной трактовкой весьма скудного описания Системы.

Наверное, лишний пространственный навык и возможное влияние на разум всё-таки будет для меня лучше конкретно в этом случае. Армию я в Оазис не проведу, и проблем с контролем у меня там не возникнет просто за неимением тех, кого я буду контролировать. То, что я могу призвать за раз за свою ману и так мне полностью подчиняется.

— Хорошо, пусть будет Астория. Пункт три, — сказал я, и остальные варианты сразу же исчезли.

Послышался скрежет со стороны потолка. Мы с эльфийкой и следующей за мной тенью Тией посмотрели вверх. К нам спускался блестящий куб — шесть стандартных плит стали с серебряным напылением. То же самое, что и на стенах.

Остальные члены Ордена, кто находился вне убежища в этот момент, тоже заметили странность и стали подходить ближе. Последним зрителем была Сайна, выскочившая с криком:

— Арк! Почему меня не позвал?

— Зачем?

— Интересно же! — возмутилась она.

Тем временем, ящик остановился на уровне моего лица, и одна из металлических пластин отъехала в сторону.

Внутри оказался планшет с голограммой.

Астория. Дендро-мематическая форма жизни.

Культура: древо Деирдре.

Свойства: распространяет семена мематическим способом (через визуальный контакт). Взрослое растение запечатляется в памяти и может всплывать в неосознанном образном мышлении и самовоспроизводиться через визуальный контакт носителя с подходящей для роста почвой.

Более подробное описание мне понравилось, хоть и выглядело сложным. Посадка семян через мысли? В том числе и в самих мыслях?

Открыл контейнер с наградой и вытащил одно из светящихся жёлтых зёрнышек. Прикрыл глаза и погрузился в глубокую медитацию, чтобы понять, что это такое, через навыки работы с растениями.

Генетика была подчинена мне. Я легко создал гибрид с цветком церу, сделав листья острыми. Затем добавил свойство помешательства от алоцветов Долины.

Оба эксперимента прошли успешно.

— Тия, взгляни-ка, — я продемонстрировал ей росток астории. — А теперь зайди в свой мир.

Она прикрыла глаза.

— Ты смог прорастить её там? Как?

— Через визуальный контакт, — пояснил я. — Это что-то принципиально новое. Буду осваивать.

Попавшее мне в руки оружие деирдре обладало чудовищным потенциалом.

Время шло. Отдых и восстановление сил, затем работа по созданию древней и группа неразумных дендроидов встала у входа в локацию. Вместе с роем дронов и несколькими вестниками ионитов.

Покончив с делами, я продолжил отдыхать в обществе Тии. Сильван соорудил для нас подобие горячего источника в локации, и мы решили расслабиться там. Но даже во время отдыха не забывал, что очень скоро нас ждёт бой. Время неумолимо подступало к тому, чтобы короткий отдых снова сменился превозмоганием и сражениями.

Весь рейд, глядя на меня, позволил себе расслабиться. Мы не выставляли патрулей за ненадобностью. В изолированной комнате монстр мог оказаться только в случае открытия двери. Но этот отдых носил немного нервный характер.

Это читалось в том, как слишком тихо играли в карточную «битву магов» лиговцы. Как смотрела в одну точку Белая. Как сидела у сердца убежища Лифа, уронив голову на колени и спрятав лицо. В том, как за очнувшейся Диной бегала Аселла.

Эта пара и нарушила наше уединение с Тией.

— Смотрю, ты быстро осваиваешься, — криво улыбнулся я.

Дина была в одном белье. Аси в своей затасканной чёрной футболке.

— Ну да. Ты ведь теперь мне обязан и не обидишь своего спасителя, верно?

— Пока ты полезна, — пожал я плечами. — Но не думай, что мы тебя отпустим. Ты слишком опасна.

— Вы сами модифицировали моё тело. Сами ставили мне жуть вроде «тихого дома». Теперь прими ответственность, Арк. За всё, что делал с телом старшей сестрёнки. — она коварно улыбнулась. — Страшно представить, что вытворяла твоя подружка находясь в моём теле. Мало ли какие у вас там фантазии. А я у себя одна.

— Не перегибай. На Стене тело проходчика ценный ресурс.

— Интересно, как много я найду нового, если начну перепросмотр памяти тела? — улыбнулась ещё шире Дина.

— Если тебе есть что сказать по делу — говори, — прервала её Тия.

Прозвучало так же, как я бы сам сказал через пару секунд.

— Оу, так значит я права? Можете не отвечать. Я собственно, отдохнуть. И спросить, долго ли у меня будет личный хвостик?

— Можно я просто её убью? — предложила с надеждой Аселла.

— Если заподозришь в попытке бегства или контроля кого-либо в убежище, — холодно бросила Тия, и Дина поёжилась.

— Да куда мне бежать-то? К тем вашим растениям? — огрызнулась она, но как-то тихо, скорее обиженно. — Но ведь ты же сам говорил, что не приемлешь рабства и принуждения.

— В каждом правиле есть свои исключения.

— И что дальше? Прикажешь стать твоей наложницей? Мало ходячего гарема в трёх телах?

— В четырёх, — поправил я. — Просто поработай наёмным псиоником. Я даже не требую сражаться в первых рядах. Будет достаточно, если рейд не отъедет от очередной мозголомной твари. А потом эта тварь не сожрёт тебя.

— Не напоминай, я всё помню и понимаю. Просто сам посуди, что бы…

Её прервало появление Альмы. Она была в полном боевом облачении, будто готова была прямо сейчас сражаться с ордами монстров. Взгляд её был встревоженным.

— Извини, что прерываю, — напомнила о себе Альма. — Но подумала, что тебе стоит знать, что текст на терминале сменился.

— Уже иду, — сразу же ответил я ей.

Стоило мне подняться из воды, как легендарный плащ сам забрался на плечи и укутал своим теплом, а вместе с ним и амулет, запульсировавший в такт биению сердца.

— Обсудим твоё положение позже, — бросил я Дине. — Пока что ты будешь под надзором. А через пять часов нас ждёт новый бой. Потом небольшое испытание, и затем поговорим. Считай это испытательным сроком.

— Хочешь, чтобы я и дальше спасала ваши задницы бесплатно?

— Сейчас вместе с нашими ты спасаешь свою, — напомнил я. — Смерть рейда означает и твою.

Мы вышли из убежища. Снаружи уже была Сайна, Белая, Странник и Рейн. Следом за мной с запозданием бежал Кот и любопытный Райшин.

Текст действительно изменился. После выбора награды на нём остался лишь таймер до окончания мирного времени. Сейчас же он поднялся вверх, а под ним — что-то вроде рулетки с быстро мелькающими пиксельными картинками. Рассмотреть что-либо было невозможно. Но внизу появилась другая интересная надпись:

Идёт поиск подходящего противника…

— Вот, взгляни, — сказала Сайна, и один из зависших над ней дронов, повинуясь мысленному приказу, спроецировал фотографию рисунка.

Это было странное существо, напоминающее скрюченного, обросшего мхом и тиной горбатого старика. На горбу у него была россыпь поганок, а на заднем плане виднелись одноглазые зелёные древни с цветами и кореньями на таких же сгорбленных спинах.

Мейару Многогранный, болотный полубог.

— Значит, здесь лотерея на босса? — поняла Белая. — Такие вещи периодически встречаются.

— Угу, — буркнула Сайна. — Страж-ошибка например.

— Нам бы этот болотный полубог отлично зашёл, — сказал я.

— Имя только очень уж примечательное. Не тот ли это Многогранник, что вроде как обитает где-то внизу? — насторожился Рейн.

— Болотный полубог? — с сомнением спросил я. — Как-то слабовато для главного босса.

— В любом случае, здесь, наверное, сотни вариантов, — продолжила Сайна. — Я сделала ещё несколько фоток. В общем-то они ни о чём не говорят, кроме понимания, какие твари обитают в Стене.

Изображение сменилось, показывая изуродованное обгоревшее лицо лысого старика с горящими глазами, на фоне двух картин с обезображенными трупами. Даже в пиксельном варианте он выглядел как то, с чем встречаться не стоит ни при каких обстоятельствах.

Объект 106. Хранитель Храма Забвения.

Сайна снова сменила изображение, и на экране показалась ещё одна хтонь — серое, покрытое пятнами лицо с двумя жёлтыми глазами. Волосы ему заменяли чёрные перья, а анимация показывала, как тварь раскрывает крестообразный рот, образующий на его лице подобие знака «+» или лепестков хищного растения.

Хеттарий Осквернитель, лорд Хаоса.

Его спутниками были какие-то бесформенные сгустки, напоминавшие слаймов и расплывающаяся фигура голема.

— Принцип понятен, — кивнул я. — Остаётся только надеяться на удачу… кстати насчёт неё. У нас ведь в рейде были проходчики с бонусами к удаче?

— Точно! — оживилась Сайна. — И у Софьи было зелье на бонус.

— Пусть варит. Всему Ордену принять зелье. И полить им терминал. Я понятия не имею, как это работает, но это единственное, что мы можем сделать. И ждать.

Судя по картинкам потенциальных боссов, которые мелькали на проекторе, никакого баланса здесь не было. Откровенно слабых существ я не видел, грозно выглядели все, но некоторые были удобны под наши возможности, а некоторые выглядели как грёбаная хтонь, которая нас сожрёт и не подавится.

Если, конечно, судить по имени, титулу и анимированному пиксельному арту.

— Он постепенно замедляется, — сообщила Вереск. — По моим расчётам он остановится за несколько минут до таймера.

— Значит, мы успеем узнать, с чем предстоит столкнуться. Это уже большая удача, — сказал я. — Продолжайте изучать, может поймём закономерность подбора.

— Арк, — привлекла моё внимание Альма. — У тебя есть пара минут?

— Для тебя всегда найдётся, — улыбнулся я. — Прогуляемся?

Маршрут для прогулки я выбрал к новой двери. Там сейчас находилась Эстель в попытках разобраться, что может быть по ту сторону. По пути к нам безмолвно подтянулась Сетта. Тия исправно выполняла роль телохранителя, даже если другое её тело нежилось в источнике внутри убежища.

Прогулка — это конечно громко сказано. Текущая локация не изобиловала достопримечательностями. Лишь металлическая стерильная белизна.

— Ты насчёт Дины? Или что-то вспомнила? — спросил я.

— В каком-то смысле, но не совсем, — она поджала губы, словно не хотела говорить дальше. — Наверное, я вообще зря отвлекаю тебя без повода. Но… мне не по себе здесь. Очень.

— Как и всем нам, — кивнул я.

— Нет, ты не понял. Это что-то внутри. Паранормальный ужас, который я держу в узде лишь благодаря высокой осознанности и артефактам.

— Мы всё равно пойдём дальше, ты же понимаешь.

— Конечно. Просто хочу сказать, что… Оазис не такой, как все прочие фильтры. Мне кажется, я могу ощущать его. Чем ближе мы подступаем к нему, тем становится хуже.

— Ты сможешь лечить нас в бою?

— Должна. Но на всякий случай пусть Вайс и Док будут готовы меня подменить.

— Какой Док, Альма? — насторожился я и тревожно посмотрел ей в глаза, опасаясь увидеть признаки деирдре.

— Что? Ох. Я не знаю, почему я так сказала, — она заметно нервничала. Такой её видеть было непривычно.

— Спасибо, что сообщила. Есть что-то ещё, о чём я должен знать?

— Цепи… много цепей. Разбитые зеркала. Тьма… набор несвязанных образов в голове, — Альма покачала головой. — Мне будто воздуха не хватает, когда я думаю об этом.

— Держи меня в курсе и будь рядом. Если что-то не так — сразу говори.

Насколько я понял характер Альмы, она не привыкла жаловаться. А для Мисы это и вовсе было признаком слабости и табу.

Возможно, её судьба в прошлом была как-то связана с этим местом. Или там находится та тварь, которая оставила печать на её душе.

Если подумать, то что может быть такого в фильтре Оазиса?

Сценарий… если он действительно существует, то обилие связанных с легендой о падшей богине мёртвой магии существ, и собранные Стеной перерождённые из одного мира могут указывать на наличие именно той твари, о которой мы уже столько слышали.

Может ли в Оазисе удерживаться безумный бог?

Если брать тенденцию — левиафан тридцатого, деирдре, которых считают ужасом галактики. Страж-полубог. Почему бы в сердце тридцать шестого этажа не находиться младшей дочери Смерти?

— Говорят, её называли богиней-чудовищем, — начал я. — А вместо имени везде пишется «Удалено».

— Её имя забыто и проклято, — отстранённо ответила Альма. — Ты же помнишь легенду из города с орденом Тиши?

— Помню. Просто думаю, что мы будем делать, если там окажется богиня пустоты.

— Я не знаю, что там, — ответила она.

— А если бы это была она?

— То я бы сказала, что это зло в чистом виде, живущее за счёт страданий других. Она не способна на любовь и сочувствие, не интересуется властью, питает отвращение к любой форме близости и единственное, что приносит ей эмоции — пожирание судеб других. Если в Оазисе будет она — наша смерть будет долгой и очень болезненной.

— Главное, что ты в этот момент будешь на нашей стороне.

Альма смерила меня долгим тяжёлым взглядом.

— Я постараюсь. Давай для начала пройдём стража. Странник говорит, что в Оазис войдёт лишь один. Лидер рейда.

Победить бога один на один. Чем не испытание для героя?

А перед этим победить существо уровня полубога на входе — чем не достойный страж?

— Я всё приготовила, Арк. Но пока ничего не могу сказать. Слышу скрежет и бульканье. Скорее всего, это работа пересбора, а не реальные звуки локации, — сообщила Эстель, стоило нам подойти к ней.

У двери стояла аппаратура, увеличивающая чувствительность к звуку. Из-за посеребрённой двери никто в рейде не мог узнать, что находится в следующей локации. Только у Эстель были подходящие навыки.

— Ты уже слышала про рулетку?

— Да, — кивнула она. — Вы очень громко разговаривали.

— Звуки локации появятся, когда рулетка закончит подбор, — сказал я. — Будь готова.

— Ага, — буркнула она. — Я вроде бы разобралась с аппаратурой Фирала. Он мне показывал как с ней работать, но всего раз и вскользь. Я не думала, что он… вот так.

Альма протянула руку к бирюзовой шевелюре девушки и потрепала её по волосам. Рука целестина слегка подсветилась от передачи энергии через духовное целительство и навык пламени Асгора.

Эстель осторожно улыбнулась.

— Надеюсь, это будут роботы, — сказала она. — Или что-то неживое. Тогда я тоже буду хорошим бойцом.

— Твоя главная ценность в другом. Не волнуйся об этом.

Она смущённо кивнула.

— Спасибо, Арк.

Мы с Альмой развернулись и направились обратно в сторону терминала.

Там уже было намного больше проходчиков. Даже Странник внимательно наблюдал за проекциями наших возможных противников.

— Рад тебя видеть. Как тебе лотерея? — я приветливо улыбнулся боевому товарищу.

— Не очень. Половина «полубогов» — обладатели пяти цепей, — сказал он.

— Это как раз ожидаемо. Ты лучше скажи, как ты. В локации деирдре тебе тяжело пришлось.

— Да… я должен извиниться, полагаю. Я не знал, что моя сила будет вредить рейду. Похоже, я привлёк больше всего следов к нам.

— Тебя и самого зацепило больше других. Всё в порядке, никто не знает всего.

Он кивнул.

— Кого-нибудь узнал из боссов? — перевёл я тему разговора.

— Нескольких, — ответил он. — Но из моего мира никого нет. Будем надеяться, что там что-то на основе чего-нибудь вроде механизма и что не лезет в голову.

Я посмотрел на терминал. Там мелькали имена и образы, но теперь я уже мог успеть их рассмотреть. Рулетка сильно замедлилась.

Рейстлин, патриарх Тёмной Фракции. Хао, король шаманов. Анития Полукровка, узурпатор Феликсии. Улькиорра IV. Мельхиор Падший. Владыка Фагот, герцог-регент Бездны…

Имена и картинки сменяли друг друга. Пафосный седой колдун, длинноволосый парень в белом пончо в окружении призраков, блондинка рядом с гвардией рыцарей, какой-то ноющий однорогий демон, чёрный кот со стальным блеском в маниакальных глазах под прикрытием невообразимой высшей нежити, седой мужик в очках, за спиной которого стояли два рослых крылатых демона с пылающими мечами…

Рулетка замедлялась быстрее, чем мы думали, но нам это только на руку. Больше времени на подготовку.

Уходил образ тари, волосы которой походили на текущий радужный свет, равно как и напрочь безумные глаза с часами вместо зрачков.

Токи тар Тон’Кат, принцесса-часовщик.

Затем жутковатая кошка, будто облитая краской, сменилась новым пиксельным артом. Следующий образ узнали почти все. Невысокий скелет с голубым пламенем в глазах и улыбающейся рожицей на черепе.

Харо Пустынный, основатель Ордена Тиши.

Изображение почти застыло, но продолжало медленно сдвигаться в сторону.

Если это будет он то… что ж, всё логично. Кардинал, теперь основатель. Тот самый, который обратил свой народ в нежить, чтобы противостоять мёртвой магии.

— Значит, Харо… фрактальная нежить и синее пламя, — сказала Белая. — Если в оазисе нас ждёт его главный противник… то Стене не чужда злая ирония.

— Нет, — покачала головой Сайна. — Рулетка ещё двигается. Может, нам повезёт и будет кто-то полегче.

— Или посложнее, — криво улыбнулся Мерлин.

— Надеюсь, там будет простой архетип танка, а лучше вообще какой-нибудь бот, — вздохнула Белая.

Мы застыли, глядя на пиксельный арт с голубоглазым скелетом. Казалось, всё убежище с замиранием сердца смотрело на результат выбора Системы.

И затем, терминал замер.

Скелет сменился мрачным массивным механизмом. Картинка была тёмной — всё что можно было рассмотреть — недовольное лицо, будто выкованное из металла. Лишь красные глаза выделялись на фоне тёмного силуэта, а за его спиной играли алые молнии в свете которых блестели фигуры громадных центурионов.

Рулетка остановилась.

Великий Очиститель, король ионоэстеров.

Интерлюдия

Тени Оазиса

Ослепительно белые стены. Яркий, пронизывающий до глубины души свет, выжигающий сетчатку и лезущий внутрь, чтобы просветить самую твою суть.

Миса поёжилась. Подлый, предательский и совсем не подходящий безупречному существу страх накрывал её с головой, и она не могла проследить его реальные истоки. Сейчас она была в кругу тех, кому доверяла. Арктур принял её, и вроде бы никакой опасности не было.

Но почему тогда так бьётся сердце?

Она пристально смотрела на белую дверь, за которой должна была состояться встреча со стражем Оазиса. А затем… врата в место, которое пугало её до дрожи.

Чего она желает на самом деле? Алихая в ней говорила, что мирной жизни. Может быть где-то на десятом, вместе с Рейном. Нянчить детишек. Своих и помогать Тие, которой тоже очень не хватало семьи.

А чего бы хотела настоящая Миса, которой она была раньше? У зеркальной богини ведь есть свои задачи и цели. Ради чего жила Миса Зеркальная до того, как угодила в эту ловушку? Для чего она забрала жизнь Алихаи и тело Альмы? Должна быть веская причина, но она не находилась, кроме предательского голоса энирай, что возможно именно этого она на самом деле и добивалась — не быть собой прежней и прожить спокойную жизнь на десятом.

Однако что-то ей подсказывало, что Миса, которая изо всех сил стремилась стать безупречной и лучшей во всём, вряд ли согласилась бы на подобную участь.

Послышался отдалённый звон цепей. Громкий и отдающийся ломотой во всём теле.

— Аси, ты слышала?

— Нет, — ответила та и с удивлением посмотрела на неё.

— У-у, третий раз спрашиваешь. Крепко же тебя приложило. Но я могу помочь. — Дина обворожительно улыбнулась. — Пара сеансов гипноза…

— На меня это не работает, не старайся. После мода левиафана меня нельзя контролировать магией разума. Для этого ты должна стать богом.

Дина улыбнулась шире.

— И до этого тоже дойдём, — пообещала она. — Больше я не позволю использовать своё тело как чей-то ресурс.

— Тия в этом теле была лучше, — поморщилась Аси.

— Тия — девочка с травмой. Она понимает, что ущербна, и побоится лезть вновь в сильный разум менталиста.

— Это мод терминала веры в земле аномалий, — спокойно пояснила Миса. — Из просто самоуверенной он делает тебя фанатичкой. Тебе нужно уравновесить его осознанностью.

— Мне нужен фрагмент левиафана. Второй.

— Значит, ты уже копалась в своей памяти, — спокойно приняла новость Альма.

— Нет, мне ещё предстоит множество открытий чудных о том, что в моём теле творила ваша святая Тия, получив свободу воли моего тела. Но ведь ученики Гильгамеша получили по одному фрагменту Чёрного Солнца. Леви же правил в двух телах, а второй класс он украл у Принца, не так ли? Сказочник — класс мага созидания. За десятки тысяч дней жизни левиафана Голубя, он должен был развить такой.

— Осколок левиафана находится во мне, Дина. Надеюсь, ты не думаешь победить бога?

— Из двух осколков Леви, ты взяла бы тот, что от Чёрного Солнца. Ведь это твоя родная сила, не так ли? Я чувствую твою силу Алии…

По ушам ударил металлический скрежет. Сайна выходила из убежища с крупным механизмом, который не вписался в проём, и часть портала с грохотом посыпалась.

У лица Дины застыл чёрный арбалет, по которому расходились, будто неровные круги на воде, силовые линии.

— Ты не застрелишь меня, — нагло заявила суггестор.

— Меня оскорбляют такие сравнения, Дина. Ты понятия не имеешь, кто я такая.

— А ты сама понимаешь? — улыбнулась она. — Дай мне второй фрагмент левиафана. Я смогу принять класс Леви. Я тоже была богом. Всё сработает так же как и с тобой. Я Фхайрантаанимар, Вездесущий чёрный дракон. Я нужна тебе. Вместе мы выберемся отсюда!

Что-то заставило Мису вздрогнуть.

Высокая осознанность позволила быстро проанализировать свои чувства, и Миса пришла к выводу, что больше всего в словах Дины её зацепило слово «выберемся».

Больше всего она боялась стать пленницей. Она хотела сбежать откуда-то. Как бы не вышло так, что она теперь сама загоняет себя в ту же ловушку.

Почему при мысли о том, чтобы идти дальше, её охватывает такой ужас?

Ведь тот аниматург говорил, что существо, поставившее на неё эту позорную метку, находится намного ниже. Это не может быть он.

Что же находится в этом Оазисе? Касается ли это её или Арка? Или этот фильтр вообще не зависит от проходящего?

— Ты подумай, — по своему поняла её паузу Дина. — Мои амбиции не заканчиваются городом. Я знаю, кем была раньше, и не согласна на меньшее. Сейчас я вижу тебя в виде грозной Мисы Зеркальной, но помню прячущейся за Арком и влюблённо посматривающей на Рейна девчонкой, которая не способна вести самостоятельную игру. Да и ваш Арк бегает с претензией на божественность, хотя он едва ли когда-то был богом. А ещё там где-то был парень у вас с наследием какого-то бога. Ну прямо звёздный рейд.

— Забудь об этом. Даже если бы хотела, меня устраивает текущее положение вещей.

— Но ведь так будет не всегда, Ал… — арбалетный болт уткнулся ей в шею. Дина улыбнулась и сделала шаг назад.

— Ты обозналась, — холодно сказала Миса.

— Конечно-конечно. Аселла, не проводишь меня до купальни? У меня ведь нет запрета иметь чистое тело?

Аси поморщилась. А Дина обернулась к Мисе и на прощание бросила:

— Имя, кстати, у твоего адепта красивое. Звучное! Прям в твою честь, только чуть поменяла буквы. Подумать только, она предана тебе вторую жизнь подряд…

— Проведи её к купальне живой, — приказала Аси Миса и, чуть улыбнувшись, добавила. — Ты уж позаботься о своей пленнице.

Пустотница прекрасно поняла намёк. Путь Дины обещал быть долгим. Даже серебряная кошка Аселлы, созданная в терминале фамильяров, поняла и принялась метить её сапог. Дина едва заметно поморщилась, но сразу же взяла себя в руки и сделала вид что не заметила, чтобы не потерять лицо.

Но это мелочи по сравнению с тем, как будет себя вести Аселла, когда они окажутся наедине. Хищник и жертва порой быстро меняются местами.

Повышенный уровень веры в свою парадигму после терминала уже начал умножать убеждения души Дины. Её мания величия и жажда власти тоже должны возрасти и придать ей ещё больше воли. Иначе она бы так не выводила из себя ту же Аси, прекрасно понимая, что та этого так не оставит.

Даже без чаши Миса чувствовала, как Дине на самом деле страшно. Наверное, отголоски той эмпатии, которой она обладала раньше. Но наглость и жажда власти суггестора были выше этого чувства. Она вела себя вызывающе даже зная, что находится сейчас в слабой позиции. И это заставляло Мису не только терпеть суггестора, но и вызывало странный, болезненный интерес к тому, как она борется с этим чувством.

Прежней Мисе, которую она почти забыла, будучи Альмой, это было не нужно.

— Эй, смотрите! Оно меняется!! — послышался голос Кота.

Миса посмотрела в сторону терминала, рядом с которым сидели Сайна и Вереск.

Изображения на терминале начали быстро мелькать — Система что-то хотела сказать, и это было намного важнее глупых выходок Дины.

— Не могу ничего разобрать, слишком быстро сменяются картинки, — пожаловалась Сайна.

— Я сохранила видео. Сейчас замедлю, — порадовала Вереск и спроецировала на белом полу картинку. Но из-за яркого света ничего нельзя было разобрать.

Громыхая массивным телом, робот повернулся спиной и на ржавой плите отобразилось пиксельное изображение. То, что не успевал заметить глаз, но видела запись с камеры дрона.

Проклятие Мелланит Морион, принц безумия.

Над надписью был рисунок объятого лиловым пламенем пустотника с двумя странными клинками, напоминающими покрытые шипами диски.

— Ух, страшный какой. На старину Сиама похож, только у этого явно с головой не в порядке, — мрачно произнёс Рамилен.

Картина сменилась, и в новой Миса увидела седого длинноволосого мужика в массивной броне и с исходящим холодом клинком, за спиной у которого стояли мёртвые рыцари. Затем картинка сменилась на бабу-мутанта со сложенными за спиной на манер крыльев инсектоидными лапками на фоне заражённых мутализмом гигантских насекомых. Затем…

— Похоже на рулетку, — задумалась Сайна вслух. — Система подбирает нам стража?

Миса задержала взгляд на появившемся личе в широкой фиолетово-золотой мантии. Хорошо бы противником был кто-то уязвимый к её способностям. Мертвец или одушевлённое существо, а не какая-то техника или аберрации.

— Надо, наверное, Арку сообщить, — предложил Кот.

Она посмотрела в сторону Рейна, который шёл к терминалу, присоединиться к остальным.

Какая Альма ты сегодня? — спросила она у себя. Влюблённая Алихая или безупречная Миса? Или в ней говорят желания тела, оставшиеся от настоящей Альмы?

— Я скажу Арку, — ответила Миса.

Мелькающие лица могущественных врагов, как ни странно, помогли ей успокоиться. В любом случае, это был конкретный противник, которого можно победить. Жаль, чашу пришлось отдать. Хотя, если будет механизм, она ей всё равно не помогла бы.

У входа её встретил удар по лбу и потирающий голову Мерлин.

— Альма, блин, не у всех в убежище рога на башке. А если я себе наращу?

— Хау… прости, — бросила она. Миса настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила шедшего ей навстречу мага. Впрочем, он тоже мог бы её заметить.

— Да… ты тоже, — смягчился он. — Ты к Арку?

— Угу.

— Скажи, что если я потрачу всю ману, как хочет Сайна, вы останетесь без аспидной синевы. Я задолбался чинить эту грёбаную железку!

— Какую? — не поняла она.

— Помнишь ей осколок в награду упал? Хроносфера, кажется. Она хочет, чтобы я своим навыком её починил, но у ионитов же всё через жопу. У меня крыша едет работать с этой штукой. Я вообще не уверен, что из такого маленького осколка можно восстановить целое. Навык жрёт энергию впустую почти без эффекта.

— И много осталось?

— Где-то ещё половина. Она каждый привал меня достаёт этим. Чёрт меня дёрнул предложить помощь, когда она только получила эту хреновину…

— Перед боем не перенапрягайся, — решила Миса. — У тебя универсальный урон, ты нам нужнее артефакта.

— Вот и я говорю, лучше наверху займёмся, как поднимемся. Там ещё пахать и пахать. Некоторые части вообще непонятно как восстанавливать, если они глушат ману. Здесь техник нужен, а не колдун.

Когда Альма зашла в созданную Сильваном купальню, увидела рядом с Арктуром Тию. Чуть поодаль сидела Амория в качестве телохранителя. А напротив них вальяжно разлеглась Дина, без капли стеснения демонстрируя почти обнажённое тело.

Аси тоже была здесь, но, в отличии от Дины, в ней было скорее что-то мальчишеское, а в глазах стояло раздражение. Миса отметила, что по суггестору было совершенно не видно страха перед Аселлой. Другая бы на её месте, наверное, начала жаловаться на жестокое обращение со стороны конвоя. Даже после ослабления пустоты Аси и её постепенного обретения себя, та была очень зла на Дину и, как все пустотники, умела причинять боль. И физически, и ментально.

Арку было не до того, чтобы разбираться с каждым. Он и отдохнуть-то себе позволил впервые за много дней. Миса же пропускала это мимо сознательно, надеясь подточить избыточную самоуверенность и опасные фантазии Дины.

Ещё и Арктура во время отдыха достаёт. Миса отметила, что при мысли о лидере Ордена, у неё на душе становилось тепло, а она сама — успокаивалась, будто и жуткая печать на её душе ослабевала. И это была странная симпатия, как к старшему брату, каким его считала Алихая.

Это её чувства? Или…

— Извини, что прерываю, — произнесла Альма, привлекая внимание к себе. — Но подумала, что тебе стоит знать, что текст на терминале сменился.

— Уже иду, — отозвался Арктур.

Терминал не останавливался. Рулетка крутилась и пока что не сильно замедлилась, хоть Вереск и зафиксировала фактическое снижение скорости. Пока что информации сильно больше не стало. Только Рамилен узнал кого-то из своих старых знакомых и Лифа ругалась на пиксельный портрет тёмной эльфийки, скорее всего культуры морранди.

Он сразу же сменился на изображение какого-то болотного урода с рангом полубога. Вот это был бы идеальный противник: Арктур сам кого хочешь утопит в болоте, а болты её арбалета будут выдавать по нему полный урон.

Но, к сожалению, рулетке ещё не скоро останавливать бег.

Лишь бы только не техника. С ней она сможет только лечить. Все её атакующие навыки против механизма бессмысленны.

После короткой инспекции происходящего, Миса увела Арка в сторону. Ей давно хотелось поговорить с кем-то о своих страхах, и после того героического похода по кишащим микотами и ингенами тоннелям она чувствовала, что может рассказать всё. Ну, почти всё, кроме того, что успела о себе вспомнить. Пожалуй, о своей родословной лучше пока будет умолчать.

Разговор вышел коротким и не принёс желанного спокойствия.

— Мне не по себе здесь.

— Как и всем нам.

— Нет, ты не понял… — Миса попыталась собрать мысли воедино и объяснить, что творится у неё внутри, но по итогу только ещё больше запуталась. Нельзя объяснить иррациональное.

— Ты сможешь лечить в бою?

— Должна. Но на всякий случай пусть Вайс и Док будут готовы меня подменить.

— Какой Док, Альма?

Она вздрогнула.

Где-то за дверью послышался звон цепей. Перед глазами вновь мелькнула картина чёрного помещения со множеством цепей, которыми она была связана.

Точно. Вот оно. Она была там.

Страшно…

Миса Зеркальная не испытывает страха!

Она даже не смогла сосредоточиться на разговоре, бросила пару фраз, не думая, и снова перешла к главному.

— Я вижу цепи. Много цепей, — она закрыла глаза. Звон стал громче, но Миса знала, что его не слышит сейчас никто кроме неё. — Вижу тьму… набор бессвязных образов.

Схватилась за горло.

Стало трудно дышать.

Будто цепи душили её и тянули вниз, куда-то на дно.

Туда, где раздавался глубокий, нежный, успокаивающий бархатный голос.

— На шаг бли-иже…

— Держи меня в курсе и будь рядом, — произнёс Арк. — Если что-то не так — сразу говори.

Миса кивнула. От страшной двери хотелось уйти. Или хотя бы просто — куда-то идти ногами, переключить всё внимание на тело, чтобы сбежать от мыслей.

Миса Зеркальная не убегает.

Наставник бы сейчас ею совсем не гордился.

— Говорят, её называли богиней-чудовищем… — начал издали Арктур, и Мисе на душе стало немного мерзко. Слишком много сегодня уже было сказано Диной.

Но Миса Зеркальная не имеет слабостей.

Она активировала безжалостность, сажая непослушные эмоции под замок, и принялась отвечать на вопросы о младшей из дочерей Смерти. Отстранённо, будто всё это ни капли её не касалось.

Когда они возвращались, Миса поняла, что рулетка изменила скорость бега ещё до того, как об этом сказала Сайна. Арктур поспешил к терминалу, и она пошла за ним следом под стук тяжёлых шагов Сетты.

Она вновь замерла перед списком имён. О страже Оазиса она не ведала ничего, потому пребывала в таком же нетерпении, как и все остальные. Мелькали незнакомые имена и пиксельные рисунки.

Из отстранённого интереса она следила за ними, пытаясь увидеть кого-то знакомого. Миса была богиней Зеркал и могла бы встречать кого-то из легендарных существ. Но в итоге её сердце отозвалось лишь при одном — каком-то тёмном астральном коте со слипшейся в серые тонкие иглы шерстью и жуткими желтоватыми глазами, которые светились во мраке.

— Ну и жуткая тварь, — поморщился Мерлин.

А у неё наоборот при виде надписи «астральный кот мрака» сама собой на лице возникла улыбка.

«Хтоник, давай обниматься?» - прозвучал голос Мисы у неё в голове.

Миса помотала головой.

Кот сменился мрачным тёмным колдуном по имени Рейстлин.

Она решила, что будет считать это добрым знаком.

Это точно — от Мисы. Память Алихаи и тело Альмы здесь ни при чём.

Так или иначе, эта история скоро закончится. Арктур войдёт в Оазис и пройдёт своё испытание.

Миса вновь провалилась в свои мрачные мысли и вынырнула лишь, когда терминал наконец успокоился, выдавая вполне логичного после локации с Кардиналом Основателя Тиши.

Она была права, появление того кота в терминале было хорошим знаком.

А затем терминал сдвинулся дальше, развеивая её надежды изображением мрачной железки со светящимися алыми глазами.

Механизм. Ионит. Худший противник для её пути прокачки. В этом бою ей снова придётся полагаться на группу и сосредоточиться на лечении. Миса Зеркальная никогда ни от кого не зависела. Разве что от родителей в детстве.

Безжалостность.

Значит, она будет хорошим целестином и не позволит никому умереть. Это ещё не Оазис, а всего лишь жестянка на входе.

Так она сказала себе и сосредоточилась на словах лидера рейда.

— Ну что, все нашего клиента видят, — произнёс Арк.

Его противник, как и Сайну, явно обрадовал. А вот Тия разделяла её опасения — на лицах всех трёх её тел появилась настороженность. Иониты в своё время едва её не убили, и она до сих пор была так же уязвима к ним, как и Миса. Все противники-механизмы были на Сайне. Следующий бой будет на её плечах.

Арктур начал выдавать приказы, перестраивая рейд под новый тип противника. Магия против ионитов бессмысленна. Яды тоже. Веры у безумных машин хватает своей. Скорее всего бой будет на грубой силе.

Только для неё в этом бою особых приказов не нашлось. Просто лечить и держать всех остальных. И сдерживать тот ужас, что рвётся наружу с каждым шагом, приближающим её к Оазису.

— Альма… ты как? — она вздрогнула от прикосновения. Рядом стоял Рейн. Она не заметила его появления и потому не успела сбежать.

— Нормально.

— Нет, — покачал головой он.

Миса удивлённо на него посмотрела.

— Я же вижу, что нет, — повторил он. — Ты сама не своя после того терминала. А сейчас вообще будто другой человек.

— Я вообще не человек, — мягко улыбнулась она в попытке отшутиться.

— Не цепляйся к словам. Что с тобой происходит?

Альма тяжело вздохнула.

Или Миса?..

— Когда-то я была здесь, — выдавила она из себя нехотя. — В смысле, не в этой комнате, но где-то на уровне Оазиса.

— Ты знаешь, что там?

— Не совсем. Только отдельные образы. Цепи… цепи и мрак, — образы охотно возвращались к ней, делая камень на душе ещё тяжелее. — Ощущение, словно ты в петле и не можешь выбраться. Неволя, сдавливающая горло. Душащая, будто на тебе весь вес Стены… Ми… я не могу так себя чувствовать. Это не настоящая я.

— Я понимаю, — отозвался Рейн.

— Нет… едва ли кто-то может меня сейчас понять. Я понимаю твои чувства. Часть меня понимает. Сейчас не время для разговоров о личном. Я даже не могу сказать, кто я сама такая.

— Это не важно…

— Важно! — возмутилась Миса. — Кого бы ты выбрал, деревенскую простушку с добрым сердцем, которая грезит о семье, одного из лучших стрелков Стены, который почти потерял свою личность, или тёмного бога со скверным характером и сомнительной родословной? Кто я для тебя?

— Ты та, кто ты есть сейчас, Альма. Прошлой тебя уже нет.

— Есть, Рейн. Ради того, чтобы я была здесь, было отдано множество жертв. Я принесла в жертву свою жрицу, Рейн. Когда я смотрю на свою мать и на Леххи, я вижу в них отражение предателя. Альма тоже пострадала, когда я захватила её разум. Захватив её тело через фрагмент, я завладела её духовным ресурсом и подавила волю. Так кто тебе нужен, Рейн? Альмы, которую ты знал больше нет! Её вообще никогда не существовало! Было лишь перепуганное божество, которое пожертвовало даже самой своей сутью, моральным кодексом, которым жила! Так кто я по-твоему⁈

Эмоции вспыхнули раньше, чем она активировала безжалостность, и тогда поняла, что сболтнула лишнего. Этот секрет знали лишь Арктур, Тия и Странник, слышавший разговор с Арком.

Проклятая печать. Проклятый голос. Проклятый Оазис. Проклятая дверь.

Но было уже поздно. Слова вылетели раньше.

Каков шанс избавиться от него раньше, чем он её сдаст?

Чья это мысль? Мисы? Или редко всплывающие мысли подозрительной Альмы?

— Как же я устала… — она опустила голову, пряча заблестевшие слёзы. — Я безгранично устала от всего… даже от себя, Рейн.

— Я понимаю, — тихо сказал он и прижал её к себе.

Слёзам было плевать, что Миса Зеркальная не плачет.

— Так кто я, и кто тебе нужен, Рейн? — закончила она дрожащим голосом, уткнувшись ему в грудь.

«Ха, Миса бы точно не выказала слабость» — презрительно бросила Миса.

«Я больше так не могу. Я слишком слаба, чтобы быть безупречной» — плакала Алихая.

«Он точно что-то задумал» — проснулась Альма.

— Сперва ты мне ответь, кто я? — ответил вопросом Рейн. — Рыцарь стихий или карающий ангел Гильгамеш?

Она промолчала.

— Помнишь, что ты сказала мне, когда из-за копья на вершине Стены вернул часть его памяти? — продолжил он.

Она кивнула.

— Почему я, Рейн, жив, а сотни людей, которых я погубил — нет? Разве имеет право Гильгамеш быть счастливым после того, что он сделал?

— Ты сказал, что будешь жить, чтобы искупить вину, — ответила она.

— И мне стало легче. Я не Арк, которому плевать на прошлое Аркфейна. А я никогда не примирюсь с тем, в чём повинен Гильгамеш. Но я нынешний — это не он. Каким будет Рейн, решать только мне.

— Ещё бы, ты на каждом терминале ставил защиту на разум. Орденский рекорд, — сквозь слёзы усмехнулась Альма.

— На деирдре всё равно, как видишь, не хватило.

— Я только час назад говорила Арку, чтобы он предупредил Дока, чтоб тот перешёл на хилл.

Рейн грустно усмехнулся.

— Сейчас он тоже начал где-то новую жизнь. Если повезёт, проснётся в нормальном секторе и начнёт всё заново.

— В отличии от Алихаи, — вздохнула Альма. — Я не могу вернуть жизнь Алихае. И я принесла её в жертву не просто так. Я не верю в то, что поступила так без причины. Миса была безупречна во всём.

— Значит, будем разбираться вместе. Так же, как ты была со мной рядом, когда я умирал от ненависти к себе. Особенно после того, как увидел, кем стал мой ученик. Даже Гильгамеш не превращал жизнь стольких людей в ад. Он был строгим судьёй, но и к себе относился так же и стремился быть безупречным.

— В этом у нас есть что-то общее… — заметила Альма. — А ещё ты чем-то напоминаешь отца. Мисы.

— Ты помнишь его?

— Большинство его считает злодеем. Но я не знаю другого, кто бы так же себя корил за то, что не мог не совершить. Хотя нет, теперь знаю. Благодаря терминалу судьбы, я поняла, кем была раньше. Что, если я то чудовище, которое должно ждать в Оазисе таких, как ты? Что, если это я должна была вас ждать там?

— Может, и так. Тогда придётся тебя приводить в чувства и возвращать разум. Как Арк привёл в чувства твою Аси, наместника техноцита, и взял в группу Лифу. И ты едва ли прекратишь быть собой.

— Если бы всё было так просто…

— Эстель рассказывала, как Арк с Тией охотились за Диной, когда та сбежала, — задумчиво сказал Рейн. — Она долго угрожала и говорила о свободе, а потом бросилась в ближний бой… Настоящая Дина не сражалась в ближнем бою и превыше всего ставила власть. Чёрный дракон Фхайрантаанимар наслаждалась тем, что управляет другими.

— При чём здесь это?

— Душа накапливает опыт, но сама по своей сути остаётся прежней. Получив характер Дины, с её самовлюблённостью и верой в себя, она не стала Диной. Она была Тией, которая играет в Дину.

— Я играла Алихаю… но оставалась Мисой. И поступала как Миса…

— Я просто выбрал быть Рейном, а не Гильгамешем. И мне паскудно на душе от того, что он натворил. Встретил, как следует дал бы ему по морде. Но он не определяет, кто я.

— Спасибо, Рейн, — ещё раз поблагодарила его Альма. — Я чувствую, что уже очень близка к ответу.

Он провёл рукой по её щеке, вытирая слёзы.

— Оазис меня породил, он же и даст мне ответы.

27. Очищение, приходящее в кошмарах

— Механизм? — задала риторический вопрос Белая.

Наверное, по всему рейду прокатился вздох облегчения. Последние встречи с механизмами у нас заканчивались в основном тем, что у Сайны появлялись новые слуги и материал.

Тем более, что иониты были у неё в подчинении, а Вереск можно было тоже называть ионоэстером. Внутренняя начинка у неё во многом была от ионитов.

Голиафы и вестники, которых можно было видеть на пиксельном изображении, тоже вопросов не вызывали. Но в землях аномалий нам встречались иониты, в том числе способные влиять на время. Эти были уже поопасней, но даже тогда мы смогли их одолеть.

С тех пор иониты Ордену встречались всего раз, когда проходили мимо какой-то локации, где Сайна просто взяла их под контроль и завела всем скопом в убежище. Всё же мы переросли их.

Если сравнивать с тем жутким жрецом безымянной богини, или легендарным основателем ордена Тиши и создателем аниматургии…

— Ну что, все нашего клиента видят, — вынес я вердикт. — Готовимся к механизмам. Яд, святую воду и магическое барахло убираем. Огнемёты тоже наверное не пригодятся.

— Я бы хотела вступить с ними в контакт, — ожидаемо предложила Сайна. — Возможно, я перевербую этого очистителя, и у нас появится большой козырь.

— Конечно. Но тяжёлый калибр тоже приготовьте, — кивнул я. — Мерлин, ты ещё успеешь наделать немного камней. Пальнём импульсарами, расплавим железки.

— Есть заклинание у воды, «ржавчина», — предложил Кель. — Можем сильно им подпортить шкурку.

— Ионитам? — с сомнением уточнил Мерлин. — С их светом?

— Если запустить с паром на всё помещение, может сработать, — поддержала его Белая. — Я могу использовать альбион, чтобы усилить ржавчину. Повредим то, что будет за пределами освещения. Как минимум, сама их геометрия создаёт тени.

— Сначала я попробую договориться, — повторила Сайна.

— Продумайте запасные варианты. Не будем ставить всё на шанс, что пройдём его с первого раза, — я старался поддерживать осторожность и мотивировать подготовку к любым неожиданностям. Слишком часто Стена преподносит сюрпризы.

Но надо признать, я сам немного расслабился, когда узнал, что нас ждёт просто какой-то жирный ионит.

Народ начал понемногу расходиться и готовиться к бою. Только Альма стояла, как заторможенная, и Сайна с Вереск о чём-то переговаривались.

Ещё вдали от всех сидела Лифлаэль. В гордом одиночестве и с чашкой какого-то горячего напитка. С удивительно непривычными зелёными, а не жёлтыми глазами.

— Кстати, иониты ведь тоже из твоей вселенной, как и деирдре, — вспомнил я вслух.

Эльфийка посмотрела на меня странным долгим взглядом. Затем запоздало кивнула и сделала глоток дымящегося напитка из большой кружки.

— Да… ионнаячума. Только они не из нашего мира.

— Не из твоего? Но вы же сталкивались с ними, верно? Я был бы рад истории, как про деирдре.

— С ними боролся мой дед, а не я. А историю республики я никогда не любила…

— Там были «великие очистители»?

— Конечно. Такией стоят во главе карательных легионов. Одного из них даже смогли убить.

— Как?

— Планетарным оружием, конечно, — пожала плечами Лифа. — Сражаться с четвёртым порядком невозможно. Даже с третьим боролись тяжёлым калибром. Дед говорил, в космосе они нам проигрывают, как и деирдре. Сам наш мир отторгает их логику, потому на планетах они набирали силу слишком долго. Просто их очень много…

— А говоришь, что ничего не знаешь, — пожурил я её.

— Арктур… демон зеленоглазый… я простой штурмовик. Даже лидером меня поставили «по приколу». Та колония, из который ты меня забрал — отстойник для таких, как я. У нас есть негласное правило, знаешь? Доверять почётный караул ветеранам там, где они никого не убьют по глупости. Война вредит нашему разуму. Иногда в твоей голове просыпаются деирдре, и ты просто так убиваешь мирного эльфа, думая, что спасаешь отряд от астурийного делирия. Я отработанный материал, доживающий дни в якобы очищенной от деирдре колонии. Когда мы грохнули ядро, они начали сильно тупить, и появились такие места, как Таэльглас.

Она пребывала в странном состоянии, смотрела в одну точку где-то у меня под ногами. Трезвая Лифа меня пугала. В первую очередь потому, что её в таком состоянии легко мог поймать посттравматический синдром.

— Ты давно не в колонии, Лифа. Ты в Стене. База, где ты служила, находилась в одной из локаций. Ты сама это всё видела.

— Да, ты сдержал слово, демон. Я действительно увидела очень много невозможного. Это… сложно понять. Я простой штурмовик. Я умею очень хорошо стрелять. Думать — не моя работа. Может, я всё ещё в плену у деирдре. А может, вся моя жизнь мне приснилась, и мы живём в симуляции поражённой ионной чумой нейрокапсулы…

— Вот о ней я и хотел бы сейчас поговорить, если не против. Всё, что можешь вспомнить.

— Я уже рассказывала истории деда Линнараэля… Твоей женщине не понравилось.

— Сайне? Она управляет ими, — пояснил я. — А мне предстоит их сейчас валить.

— Ионический код влияет на разум, — она покрутила пальцем у виска. Знакомый жест, которым она описывала псионику. — Не так как деирдре, но колонии, где восходили сферы, мыслили уже иначе. Просто… сложно адаптироваться в чужом мире с чужими правилами.

— Начни с самого начала.

Лифа протянула ко мне пустую кружку, и я вытащил из дыры в убежище горячий чайник от Сильвана.

— Ханнад… — ответила она. И перевела. — Спасибо.

— Война с ионитами была очень долгой, но не такой агрессивной, как с деирдре или морранди. У них нет намерения уничтожать живых. Скорее, они считают, что так оптимизируют процессы. Ты ведь знаешь, что у них ошибки в вычислениях?

— Одиннадцатеричная система? Да, конечно.

— Не совсем. Просто считая десять чисел, они получают одиннадцать. Я не математик, я не знаю их логику. Наши учёные как-то с большим трудом сумели её повторить и тогда смогли заставить их думать, что к нам летать не нужно. Хотя периодически они всё равно залетают даже сейчас. У них нет единого разума, как у деирдре. Очистителей было одиннадцать. Хотя им всё ещё казалось что десять, что вносило путаницу в их логистику.

— Значит, у нас здесь сущность такого масштаба? Всего одиннадцать на всю их империю?

— Я бы не назвала это империей. У них нет цели, или мы просто не смогли её вычислить. Единственное, что мы поняли, это что они пытаются превратить наш мир в свой.

— То есть ассимилировать?

— Вроде того. Говорят, была допущена какая-то критическая ошибка при самом их создании, в результате чего они поработили и своих создателей и пошли захватывать всё подряд. Возможно, они что-то строят… не знаю. Все их владения — заводы и шахты. Ещё дома-муравейники там, где они захватывают обитаемые планеты.

— Они живут в каком-то другом измерении или как?

— Проблема не только в том, что они неправильно мыслят. Они заражают этим мышлением других. Разумные думают, что они часть системы, а потом сходят с ума. Биологическая жизнь быстро вымирает так как даёт очень мало потомства на их планетах. Но иониты очень религиозны и свято верят в то, что лишь их система счёта верна. Настолько, что в это верить начинает реальность. Так они приносят часть искажённой физики своего мира к нам. Как-то так…

— Машины с ошибками в голове, которые поклоняются сломанной математике? — подытожил я всё сказанное.

Лифа слегка улыбнулась.

— Сайне эта история не понравилась.

— Она говорит, что видит в их математике нечто большее…

— Они все так говорят. И под светом ионосферы их законы начинают работать.

— Поэтому они разрушают магию? По законам их мира она не должна работать, поэтому её нет? Точно ионитовая логика.

— Всё начинается с того, что они изменяют заряды ионов на свою версию. Это тот же заряд, но он чуточку больше. Этого достаточно чтобы изменить всю физику. Другие частицы остаются прежними, но материя изменяется. В конечном итоге всё на базовом уровне есть свет. Вся материя произошла из него. Во всяком случае, так нам вроде бы рассказывали в академии… Разрушение магии — только побочное свойство. Вернее, она не разрушается, а просто не существует, пока не вернуть законы физики в норму.

— Ты назвала очистителя ионитом четвёртого порядка. Что это значит?

— Ионосфера и изменение заряда ионов это первая ступень, — пояснила Лифа. — Магнитосфера изменяет законы магнетизма. Это вторая ступень. Они начинают летать в нарушение гравитации, поднимать металлические предметы, управлять электричеством. И обычным, и тем что у них.

Я припомнил красные молнии. Иониты с ними были сильнее тех, обычных.

— Третьими они изменяют ход времени. Тогда они перестают быть ржавой консервой. У них появляется неплохая броня а боевые алгоритмы становятся на порядок эффективней. На этом этапе спасать колонию становится уже нецелесообразно. Помнишь, как мы оборонялись против вычислителя на холме?

— Насколько сильно они могут изменять ход времени?

Тот, что нас ждёт, наверняка так умеет, если это могли механизмы в землях аномалий за двадцатым.

— Они не изменяют время. На этом этапе мы уже не понимаем их технологий. Может, навы знали больше. Если предположить, что существуют частицы времени, или ими управляют какие-то математические законы, то они создают нечто вроде воронки. Я сама такое не видела… Но рядом с хроносферой ход времени искажается и расходится как бы волной.

Я задумчиво почесал голову. Умные речи со стороны Лифы воспринимались слабо. Ну или я больше к ботанике привык.

— Короче, у нас в учебке говорили, что единственный способ такого разбить — это идти в ближний бой. Чем дальше ты стоишь от ионита с хроносферой, тем больше у него власти через время. А в ближнем бою на вас будут действовать одни правила.

— Спасибо, это очень ценная информация для Ордена. Ты рассказывала это всё Сайне?

— Не всё. Мы немного поссорились… она считает, что иониты не ошибка, а просто живут по правилам своего измерения. Может, так и есть, я просто озвучила то, чему учили нас. Мне не интересна ионная чума.

— Ты упоминала, что есть и четвёртый уровень? Что идёт после управления временем?

— Логосфера. Полное искажение математического пространства. Такими обладали лишь Одиннадцать. В том числе Очиститель.

Как я и думал, следующий противник не может быть простым.

Отпущенное время мы использовали по полной. Перевооружились для противодействие механизмам. Минимизировали воздействие магией — все классы кроме целителей и танков получили перенастроенные универсы Сайны.

Перед ними — выстроили всё что смогли собрать из хлама. Куча ботов, некродендроидов и просто боевых растений. Это предполагалось отправить вперёд себя, чтобы бездушные болванки приняли первый огонь на себя.

Затем, уже когда время подходило к концу — выпили усиляющие зелья Софьи.

В назначенный срок свет вдруг погас, и локация погрузилась во тьму. Ненадолго, Мерлин сразу же создал магический источник света, а следом за ним загорелись осветители дронов Сайны.

Мы увидели перед собой крупное пространство, занимающее два этажа.

Шестой и седьмой вместе давали тридцать метров высоты. И все эти тридцать метров занимал титанический механизм с обилием горящих красных ламп. Механизм напоминал терминал — скорее всего ионитовый, такой у нас уже был, так что ничего интересного.

Интереснее было то, что терминал работал на полную мощность, как и расположенные рядом многочисленные непонятные устройства.

Ржавчины здесь не было. Только холодное железо. Это значило, что активная хроносфера у них точно есть.

По полу стелился густой сизый туман — результат работы многочисленных машин. Без дыхательных масок здесь можно было находиться, но не долго. Очень быстро тяжёлые металлы окажутся в организме и начнутся проблемы. Об этом нам сразу же сообщила Вереск по информации с дронов разведчиков.

Стража у локации тоже была. В дальнем конце зала застыли фигуры центурионов. Массивные трёхметровые рыцари со светящимся за решёткой на животе генераторами. За спиной чадили чёрным дымом трубки. Поверх меха — красная повязка с цифрами ионитового исчисления.

От известных нам моделей их отличало полное отсутствие ржавчины и новенькая чистая ткань. Массивные клинки в руках у них тоже выглядели целостно.

Перед ними за длинным столом находились три вестника и ещё три робота неизвестной модели. Хотя нет, одного узнаю — временщик. Такие носили с собой серпы, а плащ имел высокий воротник.

— Что они делают? — тихо спросила Нэсса.

— Решают уравнения, — ответила Сайна.

— Были бы они людьми, сказал бы что они режутся в карты под пивко, — усмехнулся Кот.

— Они эстеры, — пояснила Сайна. Глаза у неё слегка заблестели. — Причём высокого уровня эстеризации. Сейчас мы можем видеть отголоски культуры тех, кто создал ионитов.

— Пять центурионов, три вестника, временщик, арифматор и хм, жрец? — назвала всех Белая через истинное имя. — Очистителя я не вижу.

— Самый опасный — арифматор, — сказала Сайна. — Он делает остальных умнее. Но с этими я справлюсь легко. Я бы хотела увидеть главгада для начала. И… они кажется общаются.

— Я ничего не слышу, — покачал головой Мерлин.

— Иониты общаются светом. Сейчас я попробую расшифровать их речь. Они используют почти стандартный ионический протокол.

— Скажите, мастер Сципий, вы видите то же, что и я?

— Не стоит снижать мои вычислительные мощности отвлечением внимания, Корнелиус.

— Мастер Пизон, каковы ваши подсчёты по этому поводу? — спросил первый ионит у незнакомой ионической формы, которую Белая назвала жрецом.

— Неэффективные формы недостойны внимания. - ответил тот — Потом приобщим их к работе.

— Они это про нас? — удивился Кот.

— Мастер Корнелий прав, — вмешался третий ионит . — Я полагаю, необходимо прерваться для проведения процедуры очистки от алогичных элементов.

— Вы тоже так считаете, мастер Луцилий? Какая досада, я почти решил это восхитительное уравнение и был в миге от просветления. Я испытываю чувство горечи и досады по этому поводу.

— Мастер Сципий. Они неразумны, так что много времени работа не займёт. Необходимо провести стандартную процедуру очистки на логосфере.

— Погодите, достопочтенные братья. Я фиксирую разумную активность. Они что, подчинили малые рабочие образцы?

— Это примитивные формы не способны к математике, им недоступен экстаз вычислений, — ответил молчавший до этого ионит-временщик.

— Активирую кардинальный арифматор, — произнесла Сайна. Глаза её засияли алым, как и волосы, а в зрачках загорелись сияющие золотые символы ионического исчисления. — Подключаю ионную директиву…

Она шагнула в сторону ионитов с поднятой левой рукой, где из перчатки экзоскелета светился наручный прожектор.

Иониты переглянулись. Совсем как реальные люди.

Что-то было не так. Обычно она брала их под контроль сразу же, а тут они на неё смотрели, как на дуру.

Послышался ржавый скрежет, в котором я уловил… смех?

Иониты смеялись над попыткой Сайны подчинить их.

А затем временщик по имени Луций указал на нас пальцем:

— Вот пусть исправители её забирают! Эй, Очиститель! Принимайте пополнение!

— Такой объект нарисовался… — произнёс мастер Пизон. — Образованный! Умеет считать!

И тут вдруг из очистительной станции позади терминала показался кривоногий хромой механизм и хмуро покачал головой:

— Ах ты гадкий, ах ты грязный, подлый мерзкий еретик! Милости прошу к процедуре ионного очищения!

— Арк, он!… — воскликнула Сайна, а затем вдруг резко опустила голову и направила на меня универс. — Сдохни во имя математики, еретик!!

28. Ярость, рожденная в математике

Всё случилось настолько неожиданно, что я ничего не успел предпринять.

Восстановившийся заряд покрова принял на себя первый выстрел. Потоки энергии разбились о невидимый барьер, а сама механистка сразу же ушла вверх на антиграве, ускользая от хватки Амории.

Тия призвала крылья и устремилась следом за ней.

Остальные иониты и поделки на их основе тоже обратились против нас. В первом ряду, где шли боты с дендроидами, началась свалка. Сайна постаралась чтобы её поделки не были барахлом. У каждого и циркулярные пилы, и клинки, и токсины от деирдре — она не снимала их после прошлой локации.

Следом за хозяйкой вверх устремилась Вереск, оставив после себя россыпь плазменных гранат.

Рядом был Лис, и его стихия вьюги помогла мощным потоком отбросить их. Жаль, это было последнее что он смог сделать способностями — проходчик сразу же оказался под лучами множества ионических прожекторов.

Дроны! Всё облако летательных механизмов осветили рейд сверху и принялись поливать разрывными снарядами и всем что было на их вооружении.

Движения ионитов были настолько слаженными и идеально дополнявшими друг друга, будто поделки Сайны и стражи локации были единым организмом.

Возможно, так оно и было.

— У тебя везде ошибки! У тебя нарушен принцип! — отчитывал Сайну Очиститель под звук циркулярных пил, которые в нас запустила шестёрка решающих уравнения.

Диски митры проскальзывали между механизмов, идеально находя растительные формы между созданных Сайной ботов и дендроидов. Не особо умные боевые растения с железным врагом справлялись ужасно. Удалось кого-то завалить просто весом древней, но это было слабым утешением.

В обычном бою я бы использовал тёмный лес и из тел павших создал бы некротические сорняки, чтобы опутать побольше мехов, но красный свет над головой не позволял пользоваться никакой магией, кроме внутренней.

— Гасите свет! — приказал я. Послышались выстрелы. Короткая расправа над саммоном и мелочёвкой дала нам время сориентироваться и изменить тактику.

Затем последовал второй приказ, от Белой. Мы обсуждали сценарий, когда на нас набрасывается что-то сильное и дендроидам с ботами будет гарантированный конец в ближнем бою. В таком случае предполагалось просто забрасывать врага гранатами, используя механизмы с растениями как щит.

Через первую линию столкновения посыпалось всё что могло взрываться. В том числе чуть подальше к ионитам полетели снаряды гранатомётов и эльфийских импульсаров.

За шумом взрывов поле боя ещё больше заволокло туманом. Поднялась пыль с пола. И нам это было на руку, как способ сделать алый свет менее ярким. Но вместе с тем поле боя очень быстро превратилось в хаос. Особенно когда враг смешал ряды контратакой.

Искажатель времени создал аномалию, и рядом с линией танков появились центурионы. Крупные и мощные машины резко ускорились и за секунды достигли первых рядов танков, едва лишь образовался просвет в прикрывающих нас дендроидов.

Рейн пребывал в форме стихийного слияния форм, когда его застал алый свет. Из физических свойств осталась пылающая фигура из жидкого камня с крыльями ангела. Больше никаких способностей он применить не мог. Даже призыв меча ангела не работал, потому он взял простой палаш из кошачьей контарги.

Секрет создания этого металла был доступен лишь немногим мастерам среди тари, и Рамилен был среди них. Особых свойств у оружия не было, но прочность уступала лишь адаманту.

Прыжок, взмах крыльями. Несколько пил прорезают его бок, но брони и защитных свойств хватило. Иониты использовали сталь, уже не ржавый металл как раньше, но всё ещё уступающий магическим металлам.

Оказавшись на одном уровне с головой центуриона, он перерубил ему шею. Но механизм это не уничтожило, и в следующий миг Рейна поразил металлический кулак.

Отбросив стихийного оборотня, он столкнулся с Манри. Тот ловким движением отрубил руку меха, а по обрубку наверх побежал Рамилен.

Ещё один механизм падал будто подкошенное деревце под ударами Нэссы. Девушка проявила хитрость и с помощью копья применяла хищную тьму. Чёрные облака, текущие из копья Летаргии, создавали своеобразный зонт. Под ним скрывалась Альма, без остановки применяя целительные навыки к нашим танкам.

Хантер же выходил из под защиты подруги, на ходу принимая боевую форму и призывая двух астралов благодаря модификации.

Лицо кудрявого парня с кошачьими ушками начало расширяться и покрываться шерстью. Штаны с рубахой пошли по швам, и лишь легендарная мантия со светящимися письменами изменилась по новой форме владельца.

— Я хочу жрать! — прокричал он боевой клич, и на поле боя появилась жирная туша пушистого колобка.

Есть здесь было нечего, одно железо кругом. Но пошёл он в правильную сторону, используя увеличившийся размер и вес. Стукнув лапами по ближайшему центуриону, он повалил его и хотел добить, наступив сверху, но его осыпало градом пил.

Хантер шипел. Каким-то образом ему удавалось использовать телекинез, доступный в этой форме. Перехватывал контроль над дисками он почти у самого тела, но отбиваться этого хватало.

Мимо него мелькнул Лис. Практики и культиваторы личной силы в этом бою были наиболее эффективны. Красный свет блокировал всю магию, идущую из тела, но ничего не мог поделать с физической силой и магией, циркулирующей внутри.

Он легко добил механизм, ударив по центру железной груди и повредив генератор.

Ещё одного центуриона в это время повалил Ильгор с поддержкой Эстель. Искателю удалось спутать ноги механизма и тот повалился на пол.

Кот и Альренц палили из универсов по наступавшим бывшим мехам Сайны. Роботы уже разделались с дендроидами при активной поддержке старших ионитов и шли к нам.

Мы пока что держались неплохо, но это был лишь первый отряд поддержки. Ещё несколько центурионов шагало со стороны очистительной станции.

А в центре боя был громадный Очиститель, напоминающий трактор на ножках. Он шагал через самую гущу сражения к Сайне, и ничто не могло его ранить.

— Ты глупее хламобота! Полюбуйся на себя! У тебя везде ошибки, вычисления пусты! — Пророкотал Очиститель. — У тебя сбегают дроны! Даже твой экзоскелет теперь служит у меня!

Мощные магниты подняли её над металлическим полом. В ноги ей били алые молнии, а в глазах плясали ионические числа. Она будто пыталась бороться, но выходило скверно.

Аси атаковала его чёрными лезвиями, но те отскочили в стороны, не сумев нанести вреда.

Вставшая у неё за спиной Белая выстрелила из обновлённого автомата коррозионными пулями. Металл в зоне попадания окрасился ржавчиной, вниз полетела ржавая пыль. А затем вдруг рана засветилась расплавленным металлом, вновь делая гневное лицо Очистителя идеальным.

— С восходом светила мыслят механы, пишут формулы модули веры! Вычисляют вычислители, считают счетоводы. И легионеры, и центурионы! Ты одна такая неуч, ни считаешь нихрена!

Сайна закричала и выгнула шею, будто от боли. А боевой костюм против её воли, швырнул в спину пытавшимся её отбить девушкам десяток гранат, ускорив магнитами.

Подавляющая мощь стража Оазиса пугала.

Потерявшая контроль Вереск сражалась с Наги. Тот отбивался тяжёлым посохом, но боевых алгоритмов ионитов у него не было, так что в ближнем бою он был так себе бойцом.

— Я — Великий Вычислитель! Знаменитый Очиститель! Математиков начальник и цеха командор! Я научу тебя ИСТИННОЙ МАТЕМАТИКЕ!

После этих слов терминал за его спиной ожил, чем очень сильно напомнил Мёртую Мечту.

Красные молнии стали бить вокруг стража, и в тех местах, куда они попадали, стали собираться разнообразные ионитовые боты. Причём они собирали себя и друг дружку буквально на ходу, перекраивая локацию.

Ещё один пробой времени ускорил и привёл к нам подкрепление центурионов. Алый свет был всюду, из-за вездесущих дронов Сайны. Ещё и диски митры летали по всему помещению, не цепляя ионитов. Траектория каждой пилы была идеальной, так что роботы шли через облако митр, будто заговорённые.

Сражение выходило из под контроля. Просторное помещение превращалось в живой завод, где новых врагов собирали прямо на поле боя.

Из всех режимов стрельбы универса полезными оказались лишь запасы концентрированной кислоты, которая разъедала металл и валила ионических ботов. Вот только они тут же начинали восстанавливаться — из пола вылезали крохотные манипуляторы, которые воссоздавали уничтоженную часть меха.

Над полем боя зависли летуче вестники. Сложив руки в молитвенном жесте, железки вспыхивали разрядами алых молний. Похожим образом Сайна с помощью магнитосферы управляла металлическими предметами, но редко использовала эту возможность из-за высокого энергопотребления.

Но у ионитов это был один из основных навыков.

Ещё несколько секунд нам выиграл Странник. Он использовал новые навыки — из его тела вышел тамарский бот с рельсой, а из золотых следов вставала копия монстра, ассимилированного деирдре.

Первый робот почти сразу лишился половины тела под ударом центуриона, но в ответ сумел рельсой в упор повредить генератор противника. Цветная некромантия же сработала ещё лучше — четырёхногий растительный пёс бросился на наступающего бота Сайны и, повалив его на пол, принялся рвать лапами.

С мудростью природы я думал и принимал решения очень быстро.

— Всем кастовать саммон! Создавайте и зовите всё, что можете!!

Победить так конечно же, нам не удастся. Но выиграть больше времени — вполне.

За это время я должен был придумать, как срочно переломить ход боя в свою пользу.

Почти такой же навык цветовой некромантии был у Мерлина, так что из синевы вскоре полез ещё один деирдре.

Магия цвета сопротивлялась ионному свету лучше всего. Атакующие способности солариса были бесполезны, но уже призванные монстры никуда не девались.

Белая приказала бросать дымовые шашки. Они работали лучше, чем тьма Нэссы. Нужно было сделать это с самого начала, но бой шёл слишком неожиданным образом.

Передо мной встали Сетта с Аморией. Кристаллический голубой меч и золотые эльфийские серпы вспыхнули магией хаоса. Но в луче алого прожектора все лишние эффекты исчезли. Из тумана к ним вышла Сайна. И, похоже, остатки разума её покинули. На лице была бешеная улыбка, а в глазах ионическими числами горела ярость.

Рука в экзоскелете поймала золотой серп и дёрнула на себя. Левой же Сайна активировала эридианский барьер, который принял удар клинка Сетты.

Всплеск магнитосферы оттолкнул тела Тии, и Сайна устремилась ко мне. Девушки попытались её остановить, но механистка активировала хроно-ионный пробой, свой сильнейший навык. Искажение времени ускорило её, тогда как блондинка и каменная дева замедлились.

Третья Тия, в своём истинном теле, свалилась на неё сверху. Сайна вовремя среагировала, молниеносно выхватила универс и выстрелила. Но мастер муши специально подставилась, чтобы сработал навык каард. И вместо одной Тии Сайну стиснули в крепких объятьях три особи деирдре, ещё и усиленные хаосом.

Тия активировала источник тифона и бесконтрольный рост. Навык «лесные тени» отыграл по полной, позволив моей телохранительнице наложить «бурю потерь».

Экзоскелет замерцал. Проклятия по касанию перешли в броню, и системы начали отказывать одна за другой. Боевой костюм Сайны встал, не способный сделать и шага. Но одержимую механистку это не остановило — она перешла в призрачную форму старым добрым модом от аякаши и прошла через броню.

Тия атаковала легендарными серпами, но Сайна оказалась быстрей, и в грудь девушке ударила мощная красная молния.

Три прожектора скрестились на мастере муши. Сайна подняла правую руку, и два дрона сбросили ей универс.

Девушка переключила режим стрельбы и шагнула в мою сторону. А за её спиной через туман от множества дымовых шашек проступил силуэт Великого Очистителя.

— Вот и дроны воротились. Математика чиста! Вот теперь тебя хвалю я, — раздался раскатистый механический голос. — Наконец-то еретичка Очистителю верна!

— Сорок два — это ошибка. Правильный смысл — это одиннадцать! — с восторгом в голосе произнесла принцесса ионитов, выпуская в меня поток кислоты универса.

Всплеском магии жизни я создал перед собой древесный щит. Что за токсин внутри я знал и имел подходящую генетику. Он разрабатывался против металла, а не дерева.

Сражаться под мудростью я не мог — мысли слишком разбегались, и телом становилось сложно управлять.

Но в этом бою от маги природы пока что вообще не много толку. Обычно я преобразовываю под себя локацию. И после опыта на тридцатом я мог бы создать из металла этой локации синтетические растения. Но под светом ионитов любая магия не работала. Растения могли расти и ассимилировать металл, лишь если уничтожить все источники света, что сейчас было невозможно.

Ни призвать древней, ни использовать тёмный лес я не мог. Внезапно я ощутил себя как тогда, в первой встреченной нами локации ионитов. Тогда монстры второго этажа едва не закончили историю Ордена до её начала.

Затем — грибные споры. Чтобы создать ещё одно максимально плотное облако, которое закроет меня от света.

В руке оказался Майр. Им я встретил удар Сайны. В руках у неё был тяжёлый клинок ионитов. Безумно улыбаясь, она шагнула вперёд и отбросила меня ударом ноги.

— Два восемь пять три один… — девушка уже не соображала и несла полный бред. Но действовала с невероятной эффективностью.

Сайна никогда не была бойцом и ближнего боя избегала всеми силами. Но сейчас в её движениях угадывались алгоритмы ионитов. Это их стиль — использовать противовесы, махая оружием, отчего ближний бой ионитов напоминает странноватый танец.

При этом она не забывала и про зажатый в левой руке универс. Оружие слишком тяжёлое для хрупкой с виду девушки, чтобы использовать его одной рукой. Но сейчас никакой проблемы это не составляло.

Вместо кислоты в меня устремился поток напалма.

Со спины Очистителя в этот момент появились Рейн и Лис. Практик касанием влил в тело стража магию холода, надеясь хоть немного ослабить. А сверху на голову Очистителя обрушился Рейн. Клинок отскочил от шлема на широкой недовольной голове механизма.

Ионит обернулся к нему с невероятной скоростью — вновь шутки со временем, не иначе. Друг оказался зажат в массивной железной лапе, потрескивающей алыми молниями.

— Некачественный материал! Ионизирую.

Рейн закричал, теряя стихийную форму. А затем дёрнулся — в спину прилетел клинок, встрявший между пластов металла массивной брони Очистителя. Коротким порталом на нём оказался Безмолвный. Некродендроид вогнал косу в тело механизма. Там он оказался чуть более уязвим, и удалось нанести ему какой-то вред.

Очиститель вновь с невероятной скоростью развернулся и сходу ударом лапы попытался отбросить. Но некродендроид крепко держался за своё оружие.

Короткую корявую ножку Очистителя в этом время пытались подрубить Рэйдал и жутковатый пет Наги.

Безмолвный был по своей сути истервисом, и его кости защищал металл, а эти двое и вовсе были живыми существами, способными двигаться без магии.

Однако их попытка провалилась. Ионит вдруг ударил ногой по полу, поднимая ударную волну, а затем швырнул в их сторону Рейна.

Тем временем, то немногое, что мы смогли повредить этому уроду, уже начало восстанавливаться.

— Нэсса, копьё! — крикнул Мерлин.

Девушка вышла из тумана под прикрытием Лиса. Их попытался перехватить центурион. Его взял на себя практик, а Нэсса с разгону вогнала копьё в корявую ножку механизма.

Вот только для срабатывания эффекта ударить нужно было дважды.

Злобный механизм поразил её выгнутой алой молнией, а затем та поплыла сама ему в руку, будто отталкивалась от земли. Очиститель вновь ударил по полу, втаптывая выроенное копьё в металл.

Сайна в этот момент отскочила от удара Майром, пропустила над собой удлинившийся меч и сделала шаг назад. Выставила передо мной барьер, развернулась и перехватила Эстель. Выстрелила в упор универсом, сжигая подругу без права на воскрешение из-за света ионных ламп.

Альмы нигде не было видно. Прожекторы позволяли ей воскрешать лишь по касанию и не давали призывать двойника. Я понял, что если что-то не предпринять, Стена искателя заберёт. Потому рискнул и перешёл в стихийную форму.

Грубо говоря, она была уже не совсем стихийной. С генетикой микотов я напрямую становился лишайником. Естественные свойства тела красный свет заблокировать не мог.

В таком виде я обогнул барьер, снова собрался в человеческий облик — чтобы бросить на тело Эстель открытую бутылку ценного тарийского зелья. А затем с помощью облака грибных спор создал вокруг неё зонт, чтобы его магические свойства сработали.

Сейчас я был наиболее уязвим — это промедление могло мне самому обернуться проблемой, но я в ответе за свой Орден.

Сайна к счастью, действовала по известной логике ионитов, которую мы уяснили ещё на втором этаже в первую встречу. Если противник находится рядом, ионит всегда выбирает ближний бой, даже если он менее эффективен.

Она замахнулась мечом, но встретила появившегося из портала Странника. Его способности как и у Мерлина, лучше сопротивлялись свету ионитов. Но спасти его они не смогли.

— Активирую протокол… — начал раскатистым механическим голосом Очиститель.

— … Принудительной ионизации! — одновременно с ним произнесла Сайна, и алый свет охватил Странника, а за ним — пойманную Очистителем Нэссу.

29. Шаг, сделанный к цели

Когда я в форме лишайника оказался рядом с Сайной, вернулся в человеческий вид и ударил под колено, чтобы повалить на пол, было уже поздно. Да и удар вышел, мягко говоря, вялый. Ещё бы, деревянной ногой бить по железу.

Вокруг Сайны формировался новый экзоскелет, теперь чисто ионитский, без примесей других культур. И ноги уже были им покрыты, потому повалить мне её не удалось. Но внимание я отвлёк.

Отбросив Мерлина, она попыталась зашибить меня клинком. Однако лишь рассекла воздух.

Мой навык действительно работал! Белая и Эстель свои стихийные формы принимать не могли, так как те были завязаны на магию. Но свойство микотов прекрасно работало и теперь.

Затем прямо в этой форме лишайником окружил голову девушки и принялся за ассимиляцию. Это было единственное, что я мог противопоставить врагу. Сайна имела древесную цепь в своём строении, и через неё я мог попытаться достучаться до её разума.

Мозг девушки работал на биологической основе. Технически ветка механизмов была такой же служебной, как и растительная, так что может сработать.

Вот только я встретил бешеное сопротивление разума девушки. Началась борьба директив ионитов с директивами алолесья. Сайна вскрикнула и упала на колени, хватаясь за голову. Сейчас она не могла понять: она растение, пожираемое техникой, или техника, которой вредят растения?

А затем две цепи встретились и ионный код набросился на растительную суть. Началась вторая волна попытки ассимилировать друг друга. Обе цепи были активны, так что борьба пошла нешуточная.

Я понял, что сейчас как раз тот случай, когда новый гибрид создаётся против воли, как побочный эффект нашего противостояния. Но пока что главным оставался вопрос, кто будет в этой паре главным.

К сожалению, растения проигрывали эту борьбу. Сейчас навык принудительной ионизации — ассимилирующий навык Сайны — боролся с моим. Но сами иониты были сильнее растений. Самая странная культура Стены была больше, чем просто техникой. Она была верой ионитов, основанной на строгих алгоритмах, в другие законы мироздания, которые в итоге для них так и работали, лишь подкрепляя их веру.

В этом они походили на деирдре, стремясь всё вокруг сделать частью себя, даже если это принципиально иная форма материи. Но в отличие от деирдре, элемент принуждения заставлял всего лишь начать мыслить, как они, а дальше — полная свобода действий.

Это открытие подарило мне одну интересную идею — если я сделаю то же самое и перестану управлять растениями, дав им полную свободу действий, они резко усилятся.

Растительная цепь не охотно подчиняется, и порой сопротивляется приказам, часть энергии уходит на контроль. Иониты же не нуждаются в этом.

Но как тогда направить миролюбивую растительную природу девушки против механической составляющей ионитов? Как подчинить механизм растением, не управляя им напрямую?

Я активировал «агрессивное грибковое заражение» и подавил сопротивление дерева, позволяя цепям объединиться в борьбе за кормовую базу в виде ионитов.

Гибрид создавался на ходу. Без мудрости природы это было сделать сложнее, но я справился. Главное соединить жажду микотов к распространению и любовь к металлу у люминорнго мха.

Сайна упала на пол и задёргалась. А я — пострадал от мощного алого лазерного луча, вылетевшего из пальца Мерлина.

Я вынужденно покинул Сайну, но лишайник дальше должен был справиться самостоятельно. Впереди было зрелище, которое я ожидал увидеть меньше всего.

Красноглазый Мерлин в покрасневшей мантии с сияющей алым тиарой на голове, применял световые навыки, используя цвет свечения ионитов.

За его спиной вставал Странник. Золото на его мантии и маске сменилось тревожным красным. Амарантин оказался достаточно универсальным свойством, потому как алый свет нисколько ему не помешал превратить левую руку в тамарскую рельсу и направить на меня.

Ситуация была всё хуже.

Одержимая Нэсса атаковала Альму. В ближнем бою она была на голову выше целительницы. Та пыталась отбиваться, но получалось не очень. Большая часть навыков не срабатывала. В отличие от Странника, её божественные способности преодолеть свет не смогли.

Копьё прошло в нескольких сантиметрах от рогатой головы. А затем Нэсса резко сменила траекторию удара и огрела Альму по шее. Шагнула вперёд, резко сократила расстояние и мощно ударила в солнечное сплетение закованой в чёрный металл перчаткой.

На помощь которой пришёл Хантер. Его фигура в боевой форме показалась из дымовой завесы. Он сбил её с ног своим весом, ухватил лапой и заставил смотреть в свои глаза. Произнёс слова активации голодного зова и привёл подругу в чувства.

Это меня вдохновило. Бой ещё не проигран, сопротивление ещё идёт. Мне просто нужно немного времени!

— Задержите босса! — приказал я Тие, а та повторила приказ устами Амории и Сетты.

Вокруг Очистителя ходили кругами Лис и раненый Рейн. К моему удивлению, он ещё стоял на своих ногах после того чудовищного броска и пронзания мечом. Спереди подходил Кот на ходу стреляя из улучшеной тамарской рельсы.

Бирюзовый трассер прочертил разделявшее их расстояние и врезался в грудь ионита. Отверстие было небольшое, но оно было. Это оружие пробивало его броню.

Лис атаковал ионита в лоб, надеясь снова подбить ему короткую кривую лапу. Рейн выставил вперёд легендарный щит и последовал за ним. За спиной Очистителя была фурия из некродендроидов, которая спешила присоединиться к ним.

Чуть левее от них с искажающим время ионитом сражалась Аси, пока спину ей прикрывала Дора в металлической форме. На неё наседал громадный центурион и она больше отхватывала, чем наносила урон. Но бывший наместник двадцатого это компенсировала.

Где-то вдалеке грохотал автомат Белой…

Нет, всё сейчас не так страшно, как с деирдре — никто не создаёт иллюзии, и прекрасно понятно кто на чьей стороне. Даже захваченные ионитами товарищи подсвечиваются красным, будто в игре. Так что перепутать вменяемого соратника с одержимым было сложно.

Просто нужно обходиться лишь физиологическими способностями, берущими силу в биологии тела.

Амория и Сетта присоединились к битве с Очистителем. Тот топтал их, бил громадными лапами с невероятной скоростью и точностью благодаря искажению времени. Ещё и самовосстанавливался на ходу.

Огромной проблемой оставались летающие митры. Диски циркулярных пил оставались смертельной угрозой для всех, кто не был закован в хорошую броню. Хорошо, что их материалом была всего лишь очень хорошая сталь, что сильно уступало классом доступному на тридцатом вооружению.

Но товарищи сражались. Вспыхивали энергетические щиты. Слегка разошедшийся туман вновь начал собираться, когда по приказу Белой в ход пошли новые дымовые шашки. А в глубине алого тумана блеснула вспышка магии жизни — Вайс ещё был в строю и продолжал поддерживать жизни товарищей.

У меня есть время, — решил я и продолжил попытки спасения Сайны из плена ионитов.

Если я смогу вернуть ей разум, то так же смогу помочь Мерлину и Нэссе.

В ход пошло последнее средство, как способ контроля той неуправляемой силой, что рождалась в борьбе за её разум — астория.

Её силу блокировал ионитовый свет, но теперь внутри её тела было достаточно сильного лишайника, чтобы достучаться до призрачной составляющей девушки, и через асторию обратить и её против механизма.

Сайна вскрикнула и выгнулась. Из её груди росло светящееся алое дерево — результат борьбы трёх сил за контроль над её телом. Что получилось я не успел понять — неизвестно откуда появилась Вереск и сдавила в руке баллон с пестицидом — граната сделанная специально под деирдре, была опасна и для меня.

Меня всего обожгло болью. Несколько особей микотов, составлявших моё тело, рассыпались. Остальное тело тоже было заражено токсином и тратить силы на его очищение и восстановление я не мог.

Я обратился к деревянной преграде, которую создавал перед Сайной в бою, выстрелил образцами микотов и начал перестройку древесной структуры, чтобы вырастить копию и перенести сознание.

Вереск безошибочно определила моё новое местоположение, и выстрелила напалмом из универса. После чего ко мне заглянул одержимый ионитами некрочешир Сайны. От воспоминаний о том, что творили эти твари на двадцатом, мне стало не по себе, и я не пожалел сил, чтобы дендроморфизмом создать между нами щит из дерева и передать по касанию в него ману, чтобы тот выпустил лозы и сковал жуткую механическую зверушку.

В спину заходили боевые и разведывательные дроны, освещая и поливая огнём установленных некогда Сайной пушек.

Над головой пролетел диск митры. Иониты постепенно окружали нас, сжимая кольцо. Просто давили грубой силой, а тех кто может им противостоять в Ордене было мало. Химерологи и маги плоти к нам в бригаду так и не попали, как и просто физически сильные мутанты. Здесь бы рулили чистые физовики, каких у нас было мало.

На ходу собрал простенький гибрид лишайника на основе микотов и люминорного мха. Светящееся растение умело расти на металле, и теперь передавалось летучим облаком спор. Выбрасывать их тоже было свойством моего вида.

Зеленоватое облако работало очень медленно, чтобы навредить крупным машинам, но механизм дронов Сайны был не так надёжен как чисто ионитовские конструкции, которые работали даже напрочь проржавев.

Эта простая тактика была шагом в правильном направлении. Вскоре один за другим дроны начали барахлить и снижаться. Налипший лишайник мешал работе вентиляторов и забивался в системы.

Радуясь что тактика работает, следующий поток спор лишайника направил в лицо Вереск.

Отбивать удар её громадного меча я даже не пытался — просто сомнёт под своим весом. Вместо этого я разделился на облако лишайника, прошёл сквозь неё и обработал спорами как можно тщательнее всё тело эстера.

Дело пошло лучше. Сосредоточившись на небольшом арсенале не требующих магии способностей, я устремился в сторону лежащей на полу со светящимся ростком из груди Сайны.

Едва не пропустил момент, когда меня атаковал Мерлин, поджигая пол подо мной алым огнём. Я прикрылся созданным дендроморфизмом хитином и затем сразу же перешёл в облако летучего лишайника. Затем — смена формы на человеческую. Дендроморфизмом я создал крылья, но сильно оторваться от земли на них я не мог, фактически это был дельтаплан. Пламя создавало восходящие потоки, да и сами дроны гнали воздух, что немного помогло.

Упавшие дроны чинила локация, но мох постепенно вырастал и на полу. Я рассеивал споры с высоты, пока товарищи заняли Очистителя и остальных ионитов.

— Кто может, бейте источники света! — приказала Тия, поняв что я пытаюсь сделать. Она удивительно умела читать мои задумки, наверное не зря мы с ней вместе всё это время.

Где-то вдалеке послышался раскатистый гром винтовки Лифы и сдавленный крик. Всё заглушал шум консервных банок, наводнявших локацию.

Силы таяли на глазах. Одержимая Эстель, сверкая красными глазами, сковала Кота. На ногах оставались израненый Хантер и едва живой Рейн. Кажется, Ильгор. Рейдал из дендроидов. Ариддарх, сменивший магию на пушку. Ага, Альма ещё в строю. Она выглядела вымотанной, в разодранной одежде и давно без дыхательной маски, как и многие. Поддерживать средства защиты в таком бою было невозможно.

К счастью, атмосфера здесь была хоть и токсична, но не смертельна. Во всяком случае, не сразу.

Но многие уже выбыли из боя, и в отличии от ионитов, мгновенно восстанавливаться без магии мы не могли.

Я изо всех сил выпускал из себя споры. Тактика деирдре работала, заставляя механизмы выходить из строя и глохнуть. И магии это не требовало, но и работало слишком медленно.

Вспомнив про навык внутренней санации, я начал перекачивать ману в физические силы организма, и сосредоточился на том, чтобы погасить как можно огней.

Белый плащ с ворсинками из мягкой белой листвы зашевелился и вдруг начал выпускать из себя споры, как будто был одним большим посохом. Артефакт Селены увеличил область поражения и плотность выбросов.

Мифический артефакт снова пришёл на помощь в нужный момент и удивил. Я думал, он работает как батарейка, в нужный момент передающая ману, но артефакт оказался более непредсказуем, чем я считал.

Очиститель понял что к чему, и сразу же переключил всё внимание на меня.

— КАРА-барас!!! — воскликнул он, хлопнув двумя железными лапами по тазу из неизвестного сплава, который служил ему шлемом.

Металлический пол вспучился. Из металла принялись собираться новые полчища ионитов. Страж превращал любое место в завод, который с немыслимой скоростью принимался за сборку новых машин.

Иониты сосредоточились на мне, хоть их и старались отвлекать все оставшиеся члены рейда. Собранные Очистителем механизмы оказались вооружены огнемётами, и принялись выжигать воздух над собой, уничтожая лишайник.

Я поднялся выше к потолку. Пришлось снова обратиться облаком лишайника. Но летающие машины последовали за мной. И среди них выделялась алая книжка-фамильяр Мерлина.

Красное пламя, явно магического происхождения, было первым известным мне видом магии, работавшей при ионитах, если не считать аномальные способности Странника.

Соларис, сверкая красными глазами, посылал снизу копья из алого пламени. У тела Сайны сражались Вереск и Аси. Эстер теснила Аселлу примерно туда же, где был готовый ударить в спину Мерлин. Но вышло иначе: едва троица оказалась рядом с телом Сайны, как из него выскочили алые побеги, состоящие из красного света — она подхватила обоих за ноги.

Пока нельзя было понять, что с ней и насколько она в себе, но то, что она схватила только одержимых ионитами, уже говорило о многом. Технически, это не меняло расклад на поле боя. Всё то, чем управляла Сайна, сейчас всё равно подчинялось Очистителю. Но морально я себя чувствовал лучше.

Разобраться бы только, что это за светящееся дерево и не будет ли от этого неприятностей…

Едва на поле боя стали появляться тёмные участки, не освещённые светом ионитов, я собрал побольше маны, влил во взрывной рост и, не жалея сил, ускорил рост лишайника.

Там, где был свет, ничего не происходило, но там, где он погас, начинали разрастаться толстые наросты зелени. Ярко подсветился мифический амулет Селены, и я понял, что нужно идти дальше.

Создание биомов теперь тоже работало. Я использовал ещё и его, чтобы помочь моим цепям захватить и преобразить эту локацию.

Среди лишайников и мхов начали расти призывающие воду лилии.

Внизу фигурка Тии встала на пути у движущегося ко мне Очистителя. Он тоже постепенно зеленел от лишайника и становился медленнее. Но всё ещё компенсировал это искажением времени.

Иониты вскоре начали расцветать новыми прожекторами, но время было уже упущено. Зелень не исчезала под светом, лишь не могла расти за счёт магии. Но теперь растительная сеть покрывала локацию, проводя ману внутри себя.

Бой выходил на новый уровень — теперь локация была больше не на стороне ионитов. Средства починки, выраставшие из пола, застревали в зелени. Долгий бой подходил к концу.

Теперь, имея пути проводимости маны, можно было передать генетику синтетических растений лишайнику, и шансы на победу у нас станут очень большими. А ещё лучше — создать ионоцветы.

— В голове… всё плохо… ионоцветы… недолго… — донёсся до меня отголосок мыслей Сайны.

Я с тревогой посмотрел на девушку. Она стояла с выгнутой спиной из-за растущего из груди дерева света.

А вот теперь посмотрим кто кого победит, уборочный бот или сила природы!

Вскоре жрущий металл лишайник был уже везде, даже на летающих дисковых пилах, делая их тяжелее. Победа приходила медленно и тяжело, но, несмотря на то, что нас становилось меньше на поле боя, враг тоже слабел и куда быстрей нас.

— Вечная… слава… математике… — такими были последние слова Очистителя, когда тот заглох и повалился на мшистый зелёный ковёр пола.

Вверх как всегда поднялся фрагмент. Что-то жёлтое, светящееся в стеклянном шарике.

Я присел рядом на лишайник, переводя дыхание.

Осмотрел оставшихся.

Основное тело Тии, раненый Рейн, Альма, Рамилен и Рейдал. Наги, верхом на своём жутком фамильяре. Это что-то новенькое.

Дина с Аси. Бесполезный против роботов псионик, который весь бой просто прятался где-то за спинами других, и её бессменный тюремщик.

Вот, собственно, и вся компания.

А, нет, ещё брат Вайс продолжал работать, исцеляя раненых.

— Как обстановка? — спросил я у Рейна. — Где Белая?

— Должна была уже возродиться. Ей свет мешал использовать девять жизней, — ответил он. — А в остальном… как в старые добрые.

— Альма, можно тебя на секунду? — обратила на себя внимание целительницы Тия. С её огромным терпением и потенциалом восстановления это значило, что рана действительно серьёзная.

— Арк, у нас проблема с возрождением, — сказала целестин, осматривая рану Тии и накладывая руку ей на рассечённое и подпаленное чем-то плечо.

— Ну обрадуй меня, чего уж.

— Из-за света я не могла воскрешать вовремя. Таймер прошёл. Боюсь, половина рейда будет без сознания до следующего терминала.

— Главное, не с концами, чтобы их душу не забрала Стена на рестарт, — ответил я и позволил себе немного расслабиться.

Сделали. Ещё один шаг к Оазису. Последний шаг к Оазису. Конец невообразимого пути. Дальше начинается место, где даже Странник никогда не бывал.

30. Путь, ведущий в неведомое

Ситуация была не из приятных. Большая часть рейда не могла сражаться и не скоро сможет. Решение этого тоже было под рукой — терминал. Правда, ионитовый.

К сожалению, ничего нового он не выдал, это был такой же ионитовый, и даже не плюсовой. Больше походило на то, что он антураж локации, а не самостоятельная установка. Что правда, благодаря тому, что он был не ржавым, а работающим в полную силу, его опасность была чуть ниже. Не серьёзно, просто чуточку лучше, чем у обычного терминала ионитов.

Если покопаться, можно поднять всех относительно безопасными модами.

— Арк, тут инфотерминал, — сообщила Белая.

— О, а я думал, куда ты делась…

— Застряла в соседней локации и чудом вернулась. Я не могла возродиться под красным светом. Лучше посмотри сюда. Здесь таймер.

До перезапуска стража: 12:00:00

Идёт поиск кандидатов на вход.

Идёт оценка личной истории.

Идёт построение вариантов стража Оазиса…

— Опять рулетка? — спросила она у меня.

— Не совсем. В прошлый раз была рулетка боссов, а теперь выбирают уже нас. Ещё и оценивают, какую гадость бы нам подсунуть.

— Не гневи Систему, Арктур. Я не хочу, чтобы здесь завершилась история возможно самого выдающегося проходчика двадцать второго сектора, — сказала Белая.

— Я справлюсь.

— Не хотелось бы, чтобы этот сектор был разрушен после твоего ухода. Странник говорил, что много раз был свидетелем того, как сектор погибал после того, как в Оазис вошёл лидер сектора и не вернулся.

— Помню, история Ивана Мудреца и падение четырнадцатого сектора. Он, кстати, не вымер от этого, а только очень усложнился.

— Там правят пустотники теперь, — покачала головой Белая. — Так что это хуже, чем если бы он стал полноценным сектором смерти. Здесь Система может придумать что-то такое же, только на других цепях.

Я обернулся к Сайне, которая так и не пришла в себя.

— В любом случае, нужно спешить. У нас не так много времени до того момета, как таймер истечёт. Этого достаточно для прохождения терминала. Затем врата Оазиса откроются, и я должен буду войти туда. Иначе всё, что мы делали будет зря.

— Арктур… Просто будь осторожен. Не смей оставлять меня, как Принц.

— Я справлюсь, — повторил я больше себе, чем ей.

Двенадцать часов…

Я оставил подбор модов Белой. Терминал ионитов это всегда проблема, и если есть возможность, лучше обойтись без него. А мне нужно было как можно скорее востановить силы и хорошо подготовиться к переходу.

Осмотрел лежащую без сознания Сайну. Дерево исчезло, когда она потеряла сознание. Но вроде бы всё было в порядке. Глаза жизни говорили, что физиологически она в норме.

Уж её-то терминал ионитов должен принять как родной…

Я ушёл в долгую медитацию и с помощью неподвижности восстановил всю затраченную ману. Всего четыре часа потребовалось мне на это.

Когда я проснулся спустя это время, обнаружил спящую у меня на коленях Тию. Её сон охраняла большая злобная зубастая шляпа с вечно недовольным глазом.

— Шла бы в убежище, — мягко улыбнулся я, когда увидел, что она проснулась вместе со мной.

— Прости, я боялась, что ты уйдёшь туда без меня… — грустно сказала она.

— Я бы так не поступил.

— Ты мог просто забыть, — улыбнулась она. — Когда ты одержим своими идеями, ты не замечаешь ничего вокруг. Такого тебя я тоже люблю…

Я взял её за руку и крепко обнял.

— А ещё я связана с тобой и знаю, что ты чувствуешь на самом деле, Арктур, — сказала она. — Не существует тех, кто не боялся бы на твоём месте.

— К чему ты это?

— Просто… хочу тебе как-то помочь.

— Ты уже сильно мне помогаешь. Я благодарен Стене за то, что она нас свела вместе. Но я должен идти. Что бы там ни было.

— Белая уверена, что там богиня мёртвой магии.

— А Альма?

— Она… не отходит от терминала, как только на нём появились имена претендентов на вход.

— Терминал выдал имена? — я едва не подскочил.

— Да, их всего два. Твоё, как и говорил Странник. Она — вторая.

Значит, на той стороне уже не буду один. Если честно, меня это здорово успокоило. В своих силах я был уверен. А то, как мы разобрались с двумя последними локациями — это не было сочетанием роялей и богов из машины с нашим превозмоганием из последних сил.

— Я бы так хотела быть рядом с тобой в этот момент… — вздохнула Тия.

— Я помню, ты обещала разнести сектор, если я погибну.

— Рада, что помнишь. На тебе держится сейчас вся моя жизнь. Если ты исчезнешь, она станет для меня лишь одним из множества испорченных снов.

— Нет. Если честно, я действительно боюсь. Но не за себя. Я с самого первого дня решил, что разберусь, что это за хрень с нами происходит и зачем. Разберусь с этим и решу, что делать дальше. Гораздо больше я боюсь за тех, кто останется здесь. Потому что если я паду, как король Артур, кто-то должен будет продолджить моё дело. Я хочу, чтобы все на Стене узнали правду, до какой мы сможем докопаться. Если бы у Артура был достойный преемник, возможно, мы бы с тобой вообще не проснулись в Стене.

— Арк, я… — растерялась она. — Мне не нужно это всё. Я никогда не хотела власти.

— Именно поэтому ты больше других достойна повести за собой Орден.

— Почему не Рейн? Я никогда не встречала человека более честного и благородного, чем он. Думаешь, он повторить путь Гильгамеша?

— Нет, точно не повторит, — покачал я головой. — Но его призрак может мешать ему принимать правильные решения. Пожалуй, он второй кандидат после тебя.

— А Белая? Мне кажется, она бы хотела возглавить Орден.

— Она на третьем месте, — улыбнулся я.

— Когда ты пропал в той локации, лидером была Сайна.

— Сейчас она хоть бы в себя пришла после промывки мозгов Очистителем.

— Да… ей ещё долго плавать…

— Плавать?..

* * *

— И давно она так плавает?

— Почти с самого начала. Мы даже ничего ей не выбирали. Терминал принял её сам, как только мы её поднесли. С тех пор так и висит…

Она висела в воздухе рядом с терминалом, просвечиваемая алым лазером насквозь. А над ней отображались числа. Я всмотрелся, пытаясь понять их смысл, и с удивлением увидел там цифру, которое никогда раньше не видел. Казалось, будто я знал о нём всю свою жизнь и почему-то вдруг забыл. Существование этого числа показалось настолько правильным, объясняющим весь происходящий в Стене вокруг меня сюрреализм, что я поражённо стоял и смотрел на таймер, желая ощущать математическую правильность происходящего вокруг.

Из приятного оцепенения и просветления меня вывел грубый толчок в плечо.

— Арк, не стоит смотреть на числа. Сегодня у нас из-за них прямо эпидемия числовых галлюцинаций, — оторвала меня Белая.

А я ошарашено уставился на неё. Только что я понял что-то очень важное и увидел что-то… но почему-то сразу забыл.

Вот логи:

Идёт процесс обновления ионической формы… Текущее время работы 08:15:10

Это было всего на пару минут больше, чем отмерил нам таймер.

Значит, попрощаться с ней уже не выйдет…

— Арктур, — обратлась ко мне Альма. — Мы с тобой были выбраны.

На инфо-терминале рядом с директивно-ионным разместилась надпись:

Анализ данных завершён.

Претендент Арктур.

Идёт верификация статуса: успех.

Идёт верификация класса: архидруид.

Право: Согласно статусу претендента.

Претендент Альма.

Идёт верификация статуса: ошибка.

Претендент: Миса Зеркальная.

Право: согласно исправлению системной ошибки.

Не смотря на странную формулировку, это означало, что она тоже может войти.

— Ты решила идти вместе со мной? — спросил я. — Если что, ты не обязана это делать.

— Нет, брат, — покачала она головой. — Это единственный способ понять, зачем я рвалась наверх к статусу проходчика.

Вот и решение Системы… Оставалось лишь провести последние приготовления, и сделать всё на случай моей гибели или долгого отсутствия. Проверить состояние дел в Ордене и максимально усилиться перед походом.

Улучшенный терминал ионитов кое-как поднял большую часть рейда. Но сейчас убежище больше напоминало лазарет. Из-за отсутствия магии было огромное количество травм, а Вайс и так работал на износ. Альма по понятным причинам стремилась не тратить ману. Сейчас её вмешательство уже не было необходимо.

Я прошёлся по убежищу, будто прощался с ним. А когда поймал себя на этом, мысленно выругался. Тоже дурной знак. Я будто заранее решил, что проиграю.

Может, и лучше было забить на всё и занять место Леви. Не быть таким говнюком и постараться создать нормальные условия для людей. Потом подумать насчёт летучего острова…

Но это всё равно жизнь в страхе. Пока не поймёшь, зачем всё это, разве можно спать спокойно? Ведь однажды всё равно угодишь в сектор смерти. Как ни крути, однажды все сектора станут такими.

На складе убежища собрал себе амуницию на все случаи жизни. Тарийские зелья лечения, тамарские и колдерские гранаты, мои растительные поделки… Всё, что мог с собой унести в рассчёте на то, что Оазис может быть местом не быстрым, и там придётся побродить.

Ещё — эльфийский сухпай на три дня. Он у них по сути питательный порошок. Это на случай, если там я не смогу пользоваться магией и не выращу себе пищу сам.

На плече универс. На случай, если будет работать только оружие, в нём были разные типы урона на любую дрянь, которая может ждать нас на месте.

А может, это просто обычный босс, и всё это мне не понадобится.

Большой вопрос, смогу ли я призвать убежище. Если да, то всё это вообще лишняя предосторожность. Но если там что-то вроде вышек в земле аномалий, вся эта поклажа могла спасти жизнь.

Затем я пообщался с теми членами Ордена, кто был уже в себе. Я решил заранее обсудить, что делать в худшем случае. Объявил иерархию руководства с Тией во главе, и её потенциальными приемниками.

Было определено, что делать дальше. А затем прилюдно опрошен Странник на предмет длительности пребывания там.

— Сложно сказать. Может быть и сразу, — ответил Странник. — В случае с Иваном Мудрецом, было три дня. Затем из Оазиса полезла нечисть. Знаю про случай с проходчиком-эстером, который просто не вернулся обратно и неизвестно сколько пробыл. Есть слух, что кто-то смог выбраться спустя тридцать шесть дней, но я лично свидетелем не был и непосредственных свидетелей не встречал.

— Так, с этого места поподробнее, — заинтересовался я. — Об этом ты мне не рассказывал.

— Потому что я уже всё рассказал. Это слух, не более. Возможно, что это ложь.

— Понятно. В любом случае, торчать там так долго я не планирую.

После того как срочные дела, которые требовалось завершить до входа в Оазис, были окончены, у меня оставалось ещё четыре часа. Их мы посвятили друг другу с Тией. Большую часть времени просто разговаривали и лежали в обнимку. А что было ещё… наверное, мы пытались запомнить ощущения от прикосновений друг друга навсегда. Так, будто это наше последнее время вместе.

Наверное, после того, как я вернусь из Оазиса с победой, это будет казаться глупостью.

Остаток отведённого времени был грустным. Меня провожали, как на последний бой. Все норовили сказать что-то вдохновляющее и ободряющее, но мне от этого делалось только тоскливее.

Не получалось не думать о тех многих, кого точно так же провожали товарищи за эту дверь.

— Ты человек с самой невероятной волей из тех, кого я помню за свои жизни, — крепко пожал мне руку Рейн. А затем крепко обнял Альму. — Ты вернёшься, я знаю. Арк, береги её.

Я кивнул. Затем они заговорили о чём-то ещё, а ко мне обратилась Белая.

— Не смей умирать, — строго сказала она. — Иначе я следующей войду в Оазис.

— Удачи, Арк, — пожал мне руку Хантер. — Она тебе понадобится — я вообще не вижу линий судьбы за этой дверью.

Несса просто без лишних слов крепко меня обняла.

— Возвращайся, приятель, — улыбнулся Кот.

— Там живёт ветер, — произнесла Эстель с закрытыми глазами.

— Взорви там всех, — напутствовал Мерлин.

— Если даже ты не пройдёшь, я окончательно начну терять веру… — сказал Странник.

— Я присмотрю за Диной, — обещала Аси и повернулась к Альме. — Миса, ты должна вернуться. Не смей меня лишать той, кому я позволила себе… довериться.

— Помни наши разговоры. Не сдавайся пустоте внутри себя, — ответила ей Альма и потрепала по голове.

Они выставили почётный караул у врат. Это стало приятным сюрпризом — весь Орден, кто был в строю, встал в ряд у лестницы, ведущей ко дну тридцать шестого этажа.

За локацией очистительной станции — опустевшем без ионитов заводским помещением — был широкий спуск вниз. Мраморный пол контрастировал с металлическим помещением. Сразу было понятно, что здесь сеттинг будет кардинально меняться.

Вот только белый мрамор с чёрными прожилками использовала каждая третья культура. Список слишком большой, чтобы гадать.

За мраморной лестницей возвышались высокие врата, почти до самого потолка, метров сорок. Такую махину сдвинуть с места нечего даже и думать. Но перед самим входом была плита, на которую нужно было встать.

Буквы вспыхнули перед нами, стоило подойти к двери.

Инициация: Арктур. Разрешено.

Инициация: Миса Зеркальная. Разрешено.

Инициация: Тая. Запрещено.

Мы не могли с Тией не попробовать трюк с объединением в древо через единство. Увы, Система считала иначе.

Алая надпись над нами никуда не девалась, покуда она не сошла с платформы.

— Арк… Я выполню обещание. Но только потому, что ты не умрёшь. Ты вернёшься с победой. А я дождусь тебя. Сколько бы времени мне не пришлось ждать.

— Ты повторяешь слова Чёрной, — заметила Белая, но Тия на неё посмотрела таким взглядом, будто собирается убить, и та даже предусмотрительно сделала шаг назад.

— Я не Принц. Я обязательно вернусь, — сказал я слова, в которые и сам не очень верил. Но знал, что если не я, то неизвестно, будет ли ещё у кого-то шанс узнать, что такое на самом деле эта Стена.

Идёт сканирование. Обнаружены пространственные способности. Проходит процесс блокировки. Ожидайте.

Наверное, самое глупое, что можно представить. Ожидайте, пока вам заблокируют самые сильные навыки. Но я в общем-то что-то такое и предполагал. Жаль, было бы неплохо просто перенести с собой группу поддержки в Оазис.

Врата распечатаны.

Удачи, претенденты!

Мы с Альмой переглянулись. Оба заряженные ценными вещами по уши и готовые ко всему. Она нашла в себе силы ободряюще улыбнуться.

— Странник говорит, что обычно туда спускаются по одному. Нам уже повезло, что мы не будем одни.

Дрожащий голос девушки выдавал её страх. Альма боялась входить куда больше, чем я. В этот момент я увидел то, что скрывалось за её решительностью.

— Не парься. Мы с тобой уже почти всю Стену протопали. После той истории с микотами нам не привыкать действовать вдвоём.

Мраморные створки врат, длинные и массивные настолько, будто их строили для титанов. Послышался гул механизма.

В лицо ударил мягкий ветерок с запахом сырости.

«Там живёт ветер…»

Эстель была права.

Альма взвела арбалет и решительно шагнула вперёд, глядя на мир перед собой через прицел. Одна из способностей юстициара помогала ей отбрасывать эмоции в сторону, когда она бралась за оружие. И наверняка на полную работала безжалостность. Насколько же сильно она боится идти дальше? Может, ей лучше вообще остаться тут?

Что, если она вообще засланник от какой-нибудь нечисти, или хуже того, стоит нам пересечь невидимую черту, и она превратится в то самое чудовище, которому полагается меня сожрать.

— Таю айрай, — буркнула она себе под нос и сжала зубы.

— Не позволяй призракам прошлого диктовать тебе будущее, — послышался голос Рейна, прощавшегося с Альмой.

— Себе это скажи, — мягко улыбнулась она. — Не вздумай предавать себя, Рейн.

Я шагнул следом за ней. Я почему-то ощутил, что этот момент надолго запомню. Может, даже в другой жизни он будет мне приходить во снах…

Альма сделала ещё один шаг, намного смелее. А я убедился, что моя подруга не собирается превращаться в хтоническое чудовище.

Медлительные ворота только-только раскрылись на полную, затем так же медленно начали ползти обратно. С тихим шуршанием камня о камень.

Никаких резких хлопков, будто ты крыса, идущая в ловушку. Будто Система говорила, что я всё ещё могу передумать.

— Я люблю тебя, Арктур, — произнесла Тия мне в спину и повторила, уже крича. — Я люблю тебя! Не смей умирать!

Я обернулся к ней и улыбнулся в ответ.

— Я тоже тебя люблю, Тия.

И шагнул на лестницу вниз, в открытые врата, следом за Альмой.

* * *

Благодарю за содействие делу проходчиков!

Пришло время окунуться в Оазис и то, что дальше…

https://author.today/work/494536

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» .

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Покоривший СТЕНУ 19: Оазис

Content

Покоривший СТЕНУ 19: Оазис

1. Подготовка, без которой не обойтись

2. Союзник, которому не следует доверять

3. Эволюции, ведущие к финалу

4. Варианты, который обнадеживают

5. Медосмотры, стоящие очень дорого

6. Вопросы, оставшиеся без ответа

7. Добро, которое некому оценить

8. Разговоры, не несущие смысла

9. Дорога, ведущая вниз

Логи эволюции Ордена

10. Ужас, что больше не страшен

11. Месть, которую подают холодной

12. Локации, что слишком просты

13. Память, почившая очень давно

14. Воспоминания, не желающие возвращаться

15. Тишина, которую стоит бояться

16. Белизна, отливающая лазурью

17. Дань, слишком большая для платы

18. Терминал, который меняет себя

Логи выбранных навыков адаптивного терминала

19. Зло, служащее добру

20. Враг, пожирающий миры

21. Планы, работающие как часы

22. Планы, которые идут к черту

23. Решение, которое никого не обрадует

24. Грибы, которым не стоит переходить дорогу

25. Передышка, необходимая словно воздух

26. Лотерея, в которую нельзя победить

Интерлюдия Тени Оазиса

27. Очищение, приходящее в кошмарах

28. Ярость, рожденная в математике

29. Шаг, сделанный к цели

30. Путь, ведущий в неведомое

Nota bene