Бескрайний архипелаг. Книга V

Глава 1

Линейка классовых заданий завершилась, а вместе с ней — и все дела на Безымянном острове. Потому решил не оставлять кровавого фантома и переместился на шхуну.

Выйдя на палубу, почувствовал, как вечерний бриз треплет волосы. Солнце уже касалось горизонта, а впереди маячил мыс Северный.

За кормой гребни волн рассекали корпуса других судов. Наши партнёры по налету на жужжерианский караван снабжения держались строем. Их паруса надувались попутным ветром.

Поднимаясь к корме, заметил странное поведение команды. Стоило мне появиться — все тут же прятали глаза. Даже некоторые старослужащие вдруг находили что-то очень интересное в палубных досках или такелаже. Новички и вовсе шарахались, будто я чума ходячая.

Помню, как был грубоват с ними во время переливки крови под дурным влиянием Драксуса. Резкие слова теперь жгли совесть. Но это всё в прошлом. К тому же у меня есть план, как всё исправить.

Эстебан держался за штурвал, и вид у него был совершенно непривычный. Обычно серьёзный и сосредоточенный, сейчас он мечтательно улыбался, глядя на закатное море.

— Амиго, — окликнул я его, — расскажи вкратце о результатах рейда.

— С чего бы начать, старина… — голос зазвучал звонко и игриво. — Пожалуй, с самого главного. Наконец-то я получил титул Ронар!

Я пристально посмотрел на старшего офицера и вчитался в описание личности. Действительно — Ронар. После абордажа жужжерианских барж крохи славы капнули всему экипажу, и, видимо, Эстебану досталось как раз столько, сколько нужно было для повышения.

— Давно пора! Поздравляю от всей души!

Наши ладони встретились в крепком рукопожатии.

— Что касается остального… — продолжил Эстебан, и в его голосе послышались нотки удовлетворения. — Первое: Холодов оказался на редкость щедрым. Дал нам приоритет при выборе драгоценностей из добычи. Давид просто светился от счастья. Говорил, что его навык «Оценщик» подскочил аж до пятидесятого уровня. Он купался в сокровищах, перебирал каждую безделушку и отбирал самое дорогое! Северяне, конечно, унесли больше трофеев, — он пожал плечами, — но у них и людей было раз в семь больше нашего.

— Хорошо, — кивнул я.

— А вот второе посерьёзнее, — лицо Эстебана стало сосредоточенным. — К нам прицепился патруль. Десять судов пятого ранга и одно — четвёртого. Холодов приказал не ввязываться в драку. Умное решение. Еле успели проскочить в водоворот. «Жвала» умудрились напоследок пустить ядовитый дым на замыкающую шебеку.

Эстебан рассмеялся, видимо, вспоминая картину, но смех прозвучал с оттенком нервозности.

— Забавно, но эти упрямцы зачем-то рванули следом за нашей рейд-группой — прямо в морской портал. Видимо, жажда мести оказалась сильнее здравого смысла. Теперь возле водоворота с нашей стороны на волнах качается то, что от них осталось. Группа прикрытия отработала на отлично.

— Благодарю за подробности. Пусть мы и нанесли существенный урон врагу, но потеряли одного бойца. Как там Скай?

При упоминании об этом мечтательная улыбка исчезла с лица Эстебана, уступив место скорби.

— Уже лучше, — тихо ответил он. — Во время делёжки добычи бойцы из стаи устроили трапперу Рудольфу достойные похороны. На шлюпку бережно опустили тело, сверху — сухие ветки и личные вещи. Подожгли и отправили в последнее плавание. Скай винит себя. Говорит, не уследила за своими людьми. Но что она могла поделать? Рудольф сам полез вперёд, когда увидел отступающих врагов. Хотел добить раненого капитана — да нарвался на пронзателя по пути.

Эстебан замялся на мгновение. Явно хотел сказать что-то ещё, но подбирал слова.

— Тут такое дело, — наконец произнёс он. — Холодов прислал письмо с приглашением посетить лагерь Северян. Хочет отметить удачную вылазку. И-и-и я не смог отказать…

Я понял, что мои планы на быстрое возвращение в Город придётся отложить. Но, честно говоря, небольшая передышка нам не помешает.

* * *

Когда мы причалили, первое, на что обратили внимание, — невероятная суета на набережной. Северяне, словно муравьи, таскали столы прямо под открытое небо. Мужчины в кожаных фартуках перекрикивались друг с другом, координируя движения. Женщины следом несли скамьи, стулья и какую-то утварь.

Воздух пропитался запахами жареного мяса и свежей выпечки. Из окон ближайшей таверны доносился звон посуды и громкие голоса поваров. Судя по размаху подготовки, намечалась поистине знатная вечеринка.

Радовало то, что Северяне больше не бросали на Миротворцев презрительные взгляды. Наоборот, в их глазах читались любопытство и даже нечто похожее на уважение. Видимо, совместная вылазка изменила мнение о нас.

Вскоре собралась целая толпа. Человек двести, а может, и все триста неспешно рассаживались по местам. Столы выстроились в две идеально ровные полосы, которым края не было видно. Трактирщики вместе со снабженцами сновали между рядами, заполняя поверхности блюдами и кувшинами с горячительным.

Сейчас, пока все друзья ещё трезвые и не разбежались, настал подходящий момент для речи.

— Миротворцы! — громогласно окликнул я соратников.

Разговоры стихли. Головы повернулись в мою сторону.

— Братья и сёстры по оружию и крови! — сделал небольшую паузу, заглядывая в глаза каждому. — Посмотрите друг на друга! Видите ли вы страх? Видите ли вы сомнения? Я вижу только огонь в ваших глазах! Огонь, который сожжёт всех, кто посмеет встать у нас на пути!

— Да-а-а! — хором взревели бойцы.

Их крик прокатился по набережной эхом. К нашему кругу потянулись любопытные Северяне. Сначала несколько человек, потом больше. Полтора десятка мужчин и женщин образовали внешний круг и навострили уши.

Я почувствовал, как голос наполняется силой, становится увереннее. Слова лились сами собой.

— Выражаю благодарность каждому из вас. За храбрость, которую вы проявляли в самые страшные моменты. За веру, когда казалось, что всё потеряно. За то, что следуете за мной, несмотря ни на что. С такими опытными воинами, как вы, я знаю наверняка: Земляне не просто выстоят перед угрозами Архипелага. Мы займем достойное место в этом новом мире. Мы вырвем его силой, как нам и положено!

Мой кулак взметнулся ввысь, и слушающие повторили этот жест.

— ДА-А-А! — рычали уже не только мои бойцы, но и целая толпа Северян.

Навык «Харизма» повышен до 18 уровня.

— Вы даже не подозревали, что спустя неделю кровавый демон должен был полностью захватить моё тело. Стереть мою личность. Уничтожить всех, до кого смогли бы дотянуться его щупальца.

Миротворцы ошеломлённо переглядывались. Калиэста прижала ладонь к сердцу, будто почувствовала физическую боль.

— Но сегодня я завершил классовую линейку заданий и обрёл полный контроль над демоном. Теперь он мой покорный слуга! Без вашей поддержки ничего бы не вышло. Спасибо вам за всё!

Я достал из сумки легендарный пятизвёздочный комплект «Изобилие». Верёвка, покрывающая коробку крест-накрест, соскользнула на бетонные плиты пирса — и началось нечто невообразимое.

Внезапно на пустых столах стали материализоваться блюда. Целые горы деликатесов появлялись прямо из воздуха. Еда целиком покрыла столы в радиусе полусотни метров и продолжала возникать на земле, на скамьях и стульях.

Но это было только начало. Из моих рук ввысь выстрелили три обжигающе горячих огонька. Я отшатнулся, чувствуя, как опалились брови.

Несколько мгновений спустя небо взорвалось фейерверком. Это были не просто цветные огни. В воздухе материализовались гигантские фигуры мифических существ. Двуглавая черепаха неспешно проплыла высоко над набережной. Каждая чешуйка на её панцире мерцала изумрудным светом. За ней последовала синяя хищная рыбина с раскрытой пастью. Крылатый змей извивался между облаками и его тело переливалось всеми цветами радуги.

Толпа ахнула в едином порыве. Взрослые мужики сейчас выглядели как дети — показывали пальцами на небо, раскрывали рты от изумления. Некоторые Северяне даже опустились на колени, решив, что стали свидетелями божественного знамения.

Но самое удивительное ждало впереди. Рядом со мной из воздуха начали проступать силуэты. Сперва прозрачные, затем всё более отчётливые. Фантомы неведомых существ материализовались на пирсе, держа в руках незнакомые музыкальные инструменты.

Попробовал считать информацию о внезапных гостях. Первое, что бросилось в глаза — все они принадлежали к внекатегорийным существам. Их имена различались, но в конце каждого описания красовалась одна и та же надпись: ансамбль «Легенды Бездны».

Поначалу Северяне, чертыхаясь, похватались за оружие. Но когда заиграла музыка, на смену хмурым нравам пришло веселье.

На барабанах, больше похожих на гигантские морские ракушки, отбивал бешеные ритмы субъект с головой в форме банана, которую венчала миниатюрная шляпа. Красный классический костюм сидел на нём как влитой. Вместо рук у музыканта были длинные осьминожьи щупальца, которые с невероятной скоростью орудовали барабанными палочками.

Три полуобнажённых существа женского пола — если судить по изгибам фигур — завораживающе танцевали рядом с барабанщиком. Их тела двигались волнообразно и приковывали взгляды. Кожу покрывала чешуя, длинные хвосты змеились, помогая держать равновесие. Перламутровые дудочки, зажатые в губах, порождали звонкие мелодии. По меркам своей расы они, наверняка, считались красавицами.

Трёхметровый громила с бивнями, как у мамонта, возвышался над остальными музыкантами. Его пальцы — толстые, даже не как сосиски, а как палки варёной колбасы — удивительно ловко перебирали струны гитарообразного инструмента. Девять струн звучали слаженно, создавая мощные аккорды, от которых вибрировал воздух.

Рядом с ним заливался соловьём его брат-близнец — такой же огромный и клыкастый. Он держал у губ скрученную ракушку. Инструмент работал как рупор, многократно усиливая голос. Когда великан запел, бас прокатился по набережной, заставляя дрожать оконные стёкла в ближайших домах:

Смеёмся в лица смерти и страху,

Клинки рассекают дым и мрак,

На бочке с порохом пляшем в азарте,

Пришла пора взорвать Архипелаг!

Обстановка моментально изменилась с серьёзной, что в целом присуще Северянам, к кутёжной. Песни, порождаемые «Легендами Бездны», необычно влияли на настроение. Ноги едва ли не сами шли в пляс — приходилось сдерживаться.

Боковым зрением заметил, как по всей набережной Северяне достают комплекты «Изобилия». Коробки разных размеров появлялись из сумок и заплечных мешков. Когда их вскрывали, столы моментально заполнялись новыми яствами.

Местные барды, не желая отставать от призрачных исполнителей, уже вовсю вступали в музыкальный спор. Звук обычных лютней и флейт смешался с неземными мелодиями «Легенд Бездны», создавая удивительную какофонию.

Трактирщики катили бочки с элем, оставляя за собой влажные следы от пенящегося напитка. Судя по размаху подготовки, эта ночь точно будет долгой.

Из переулков и дальних районов потянулись любопытные. Первыми появились бандиты из «Шатающегося квартала». Они без церемоний плюхнулись за столы и принялись уплетать еду, громко восхищаясь каждым куском.

А вот с бедолагами из «Белого гетто» вышла незадача. Как только их худые фигуры показались на краю площади, несколько дюжих Северян поднялись с мест. Без лишних слов они подошли к наркоманам и жестами указали дорогу обратно. Обитатели гетто поняли намёк и поспешно растворились в ночи.

После того как я попробовал несколько деликатесов, решил найти Лекса. Заметил его сидящим на скамейке и наблюдающим за танцующими рептилоидными красавицами.

Когда я опустился рядом с ним, парень заметно смутился. Адамово яблоко дернулось, когда он сглотнул слюну. Схватил стоящую перед ним чарку с каким-то янтарным напитком и залпом осушил её до дна.

Я по-доброму похлопал его по плечу.

— Неудобно получилось сегодня, — сказал искренне. — Ты, в общем, не обессудь, амиго. Дружба?

Протянул ему ладонь, глядя прямо в глаза.

— Дружба, капитан, — ответил он взаимностью. Лицо мгновенно озарилось обезоруживающей улыбкой. — Раз уж ты наказал меня за то, чего я даже не успел натворить, значит, самое время наверстать упущенное, — он лукаво прищурился и кивнул в сторону танцовщиц. — Как думаешь, с рептилиями реально замутить что-то… телесное? Они просто голограммы или всё-таки есть за что ухватиться?

Не успел я ответить, как рядом с Лексом плюхнулась Скай. В её физиономии читалось недовольство. Видимо, подслушала последние слова нашего разговора.

— Пирожок, — процедила она сквозь зубы, не глядя на Лекса, — налей-ка мне вина. Покрепче.

Лекс поёжился и поспешно потянулся к ближайшему кувшину.

На этой многообещающей ноте я решил покинуть влюблённую парочку и пересел в более спокойное место. Выбрал столик, на котором высились горы дымящегося мяса и стояли бутылки с фруктовыми соками.

Нужно было как следует подкрепиться и отправиться отдыхать. Набережная уже начинала превращаться в место перворанговой вакханалии. Кто-то пел во весь голос, кто-то плясал на столах, двое бандитов из Шатающегося квартала едва не затеяли поножовщину. Мне же хотелось поскорее покоя и тишины для обдумывания дальнейших планов.

Схватил кусок жареного мяса побольше и принялся его поедать. Барбекю оказалось невероятно сочным и с нежной структурой. Оно выделяло ароматные соки с привкусом дыма и трав. Увлёкся едой настолько, что окружающий мир для меня растворился. Звуки музыки стали приглушёнными, разговоры соседей превратились в неразборчивый гул.

Поэтому даже не заметил, как рядом со мной бесшумно возник Холодов. В одной руке он держал бутылку с каким-то прозрачным напитком, в другой — две хрустальные рюмки, которые позвякивали друг о друга.

Лидер Северян потёр ладони с видимым удовольствием и осклабился, разглядывая стол.

— За победу! — провозгласил он, наливая в рюмки что-то явно убойное.

Холодов протянул мне наполненную стопку, но я покачал головой и вместо этого чокнулся с ним бутылкой фруктового сока.

Мы неспешно беседовали о разных мелочах и нюансах прошедшей операции. Холодов рассказывал забавные истории о своих бойцах, я делился впечатлениями о совместных действиях. За время разговора он опрокинул ещё несколько рюмок. Алкоголь уже давал о себе знать: щёки порозовели, жесты стали размашистыми.

— Макс, — серьёзно сказал он, слегка покачиваясь на скамье. — Ну как тебе у нас? Неужели здесь действительно хуже, чем в хвалёном Городе?

— Врать не буду, мрачновато и серо здесь. Не хватает ярких красок, зелени. Но меня искренне порадовала дисциплина твоих людей. Бойцы очень понравились — настоящие профессионалы!

— Во-о-от! — протянул Холодов, победно поднимая указательный палец вверх. Лицо его озарилось гордой улыбкой. — Люди здесь с большой буквы, в отличие от изнеженных обитателей Города.

Он наклонился ко мне, попытавшись сказать шёпотом, но получилось громко:

— Перебирайтесь жить к нам! Скучно не будет. В моём штабе командиры такие невероятные идеи предлагают, что я не успеваю удивляться. Вся эта магическая чертовщина Архипелага в корне меняет привычные методы ведения войны!

— Спасибо за предложение, Александр. Ценю твоё доверие. Однако скакать с места на место, как блохи, Миротворцы не будут.

Внезапно на стол приземлилась чайка и посмотрела на Холодова. После того как письмо было извлечено, я подкормил пернатого горсткой орешков, похожих по форме на миндаль.

Обратил внимание на то, как лидер Северян во время чтения бросил на меня странный взгляд и немного отсел. Когда он закончил, выпил сразу несколько рюмок без закуски. Лицо его скривилось от крепости напитка, а я увидел протянутую руку с тем самым посланием. Любопытство взяло своё, глаза забегали по строчкам:

Достопочтенный Александр Холодов. Считаю необходимым обратить ваше внимание на весьма любопытный факт: один из островов первого ранга, ранее числившийся за жужжерианцами, бесследно исчез с навигационных карт.

К тому же, по последним данным, численность их популяции сократилась примерно на двадцать пять тысяч и ныне составляет порядка ста тридцати тысяч особей.

Несомненно, столь масштабные изменения не могли остаться незамеченными вами или вашими людьми. Десятью минутами ранее всё восточное побережье Новой Земли на мгновение оказалось освещено грандиозным фейерверком, полагаю, именно по вышеуказанному поводу.

Вы смогли изобрести орудие массового поражения? Прошу поделиться данными, ведь от них будет зависеть точность моих предсказаний.

С наилучшими пожеланиями и безмерным уважением вашему военному гению, Бенджамин Бернаскони.

Я почувствовал на себе пронизывающий взгляд собеседника и пожал плечами. Факт того, что остров уходит под воду при разрушении сердца, не был для меня секретом.

Холодов явно сомневался в прочитанном, судя по выражению лица. Он долго молчал, переваривая информацию. Пальцы нервно барабанили по деревянной поверхности стола, оставляя влажные следы от конденсата с рюмки. Наконец, не выдержав напряжённой паузы, он резко подался вперёд.

— А повторить сможешь?

— Сомневаюсь, — честно ответил, качая головой. — Существо, которое помогло мне уничтожить украденное сердце острова, было предельно ясным в своих намерениях. Оно сказало: «Прощай, на этом наши пути расходятся», — изобразил я назидательный тон.

— Какие интересные у тебя знакомые, — протянул Холодов с горькой усмешкой.

Он принялся методично опрокидывать рюмку за рюмкой. Между глотками что-то бормотал себе под нос, но слова терялись в общем гаме праздника. Лицо его становилось всё более красным, а взгляд — мутным и отстранённым.

Я понял, что разговор исчерпан. Осмотрел шумную набережную, где праздник набирал обороты, решил удалиться в более тихое место. В компании Калиэсты направился к шхуне — переночую сегодня именно там.

Глава 2

Утреннее солнце едва успело прогреть брусчатку набережной, когда началось наше утомительное приключение. Полтора часа потребовалось, чтобы разыскать всех Миротворцев по закоулкам поселения. Словно кто-то нарочно рассыпал их по самым невероятным местам после бурной ночи.

Первым делом заглянули в таверну «Пьяный дракон». На деревянных столах, липких от пролитого эля, обнаружили двоих товарищей. Они спали, уткнувшись лицами в остатки вчерашнего ужина, а их храп смешивался с ворчанием хозяина заведения.

В загородной бане у пруда нашли ещё нескольких. Они мирно посапывали на каменной полке, завернувшись в веник вместо одеяла.

Самой неожиданной находкой стал Эстебан в военном штабе. Проснулся прямо в фойе, не помня абсолютно ничего о том, как там оказался. Глаза у него были красные, а на лице застыло выражение полнейшего недоумения.

Дольше всех пришлось выслеживать Раджеша. Этот хитрец умудрился забраться на смотровую вышку у деревянных стен поселения. Наверное, тосковал по старым временам, когда мог взбираться на смотровую площадку мачты. Поиск осложнился коварством мимика. Он принял облик неизвестного нам военного: размазал по лицу густую камуфляжную краску, нарисовав по три зеленые полосы пальцами на каждой щеке. Если бы не острый нос грызлинга Жекаруфларда, который учуял знакомый запах, так бы и искали Раджеша.

Торопиться заставляло письмо, доставленное мне на рассвете. Лидер фракции созывал всех титулованных личностей в зал заседаний уже достроенного форта ровно в полдень. Обычно спокойный и рассудительный Бенджамин написал сообщение нервными, торопливыми строчками. В каждом слове чувствовалась тревога, которая мгновенно передалась мне. Что-то серьёзное происходило, и промедление могло дорого обойтись.

К городскому пирсу причалили незадолго до полудня. Мы на всех парах помчались к цитадели. Компанию мне составили Эстебан, Такеши и Декстер.

Квартирмейстеру я заранее поручил посетить торговую гильдию и сбыть вчерашние трофеи. Остальные товарищи отправились отсыпаться в дом после бурной ночи.

Четверо Ронаров довольно кивали, разглядывая внутренний двор нового форта. Каменные стены возвышались над нами, как горы, внушая благоговейный страх. Расставленные по периметру орудия высокого калибра поблескивали в лучах дневного света. Их чёрные жерла молчаливо обещали смерть любому, кто осмелится приблизиться с враждебными намерениями.

Но больше всего восхищала сама цитадель. Она располагалась возле берега, на естественном возвышении. Сорокаметровая громада казалась даже круче прежней версии.

В зал заседаний ворвались с небольшим опозданием. Все уже собрались у длинного овального стола. За последние дни титулы получили не только Миротворцы. Многие Земляне заслужили признание ратными подвигами. Теперь совет разросся до тридцати с лишним человек.

Особенно примечательным было присутствие главного врача Вайана. Он сумел вернуть себе звание и снова занял место в совете. Между ним и Такеши мелькали опасные искры. Их взгляды скрещивались, как клинки в поединке, и каждый старался не показать слабости первым.

Массивный стол напоминал переполненную лодку, почти все стулья были заняты. Когда мы втиснулись между представителями Северян и Горожан, в зале не осталось ни одного свободного места.

Бенджамин выглядел так, словно всю ночь не спал. Лицо осунулось, под глазами залегли тёмные тени, а обычно аккуратно уложенные волосы растрепались. Руки лежали на столе, и я заметил, как слегка дрожат его пальцы.

— Надо бы пересмотреть количество вхожих в совет, — проворчал Холодов. После вчерашних возлияний он выглядел особенно мрачно. — Скоро здесь будет как в бочке с селёдкой. Предлагаю закрепить мандаты следующим образом: десять мест Северянам, пять Горожанам. Справедливо и логично.

Реакция была мгновенной. Северяне самодовольно переглянулись, некоторые даже ухмыльнулись. Горожане же взорвались возмущёнными выкриками, стуча кулаками по столу. Деревянная столешница задрожала под градом ударов.

— Наирасчётливейший, — голос Абдуллы прозвучал с нарочитой вежливостью. — Имейте совесть! По пять представителей с каждой стороны — не больше и не меньше! Пусть лидеры сами выберут достойных соратников из своих рядов.

— Ладно, бог с тобой, — Холодов махнул рукой так небрежно, словно отгонял назойливого москита. — Уговорил, болезный.

Его слова вызвали очередную волну хохота среди Северян. Губы Абдуллы сжались в тонкую линию, но он проглотил молча.

— Миротворцы тоже претендуют на пять мест в совете, — заявил я спокойно, но достаточно громко, чтобы услышали все.

Глаза присутствующих расширились от изумления. Кто-то даже приоткрыл рот от неожиданности.

— Миротворцы? — Ваян буквально взлетел со своего места. Костлявый палец его руки дрожал от возмущения, когда он тыкал им в нашу сторону. — Да вас всего-то человек тридцать, от силы! С какой радости вам такие привилегии? Скажите лучше спасибо за то, что вообще допустили к этому столу тебя и твоего молчаливого узкоглазого дружка!

Он сделал театральную паузу и мерзко рассмеялся.

— Это уже невиданная щедрость для столь жалкой кучки! А остальным двоим советую убираться из зала немедленно! Маньяк и охотник за головами! Чего не хватает для полной картины, так это пригласить сюда девиц из борделя!

Реакция Такеши была мгновенной. Якудза вскочил так резко, что стул с грохотом опрокинулся назад. Низкий рык вырвался из его горла — звериный и угрожающий. Он несколько раз яростно ткнул пальцем в сторону главврача, а затем со звонким хлопком ударил кулаком о раскрытую ладонь.

— Кажется, срочно нужен переводчик, — ехидно заметил Ваян. — Кто-нибудь понимает этот мычащий язык?

— Разве не очевидно? — ответил я невозмутимо, хотя внутри всё кипело. — Такеши вежливо предупреждает, что следующее оскорбление станет причиной вызова на смертельную дуэль.

В подтверждение моих слов якудза резким движением правой руки вытащил катану из ножен на несколько сантиметров. Легендарная сталь блеснула, разметав по залу россыпь зайчиков, и с холодным щелчком вернулась обратно.

— Каждый может вызвать немощного старика на бой, — проворчал Ваян. Он опустился в кресло и демонстративно отвернулся к широкому арочному окну, из которого открывался вид на гавань.

— Что касается численности, — подключился к разговору Эстебан, — это дело времени. За последние дни поступили десятки заявок на вступление в ряды Миротворцев. Но сейчас важнее другое. Главное — результат, который мы показали. Когда весть о нашем участии в уничтожении производственного острова первого ранга разнесётся по Новой Земле, люди сами потянутся к нам. Не буду ходить вокруг да около: Горожане и Северяне пока действуют врозь. Мы же станем третьей силой, способной удержать внутренний фронт и не дадим фракции развалиться под натиском внешнего врага.

Для большинства присутствующих новость о нашей причастности к разрушению острова была в диковинку. Я видел, как люди переглядываются между собой, шепчут что-то соседям. Но поражало совсем другое — в какое русло повернул разговор Эстебан. Он почувствовал, куда дует ветер, и был абсолютно прав. Становилось ясно: Миротворцев хотят оставить за бортом, не дав ни одного голоса в совете. Пять Северян и пять Горожан — именно так высказался Абдулла.

Заседание превратилось в шумное мероприятие. Голоса сливались в гул, кто-то стучал кулаками по столу, кто-то жестикулировал, доказывая свою точку зрения. И Северяне, и Горожане явно не горели желанием получить непредсказуемого конкурента, который мог качнуть чашу весов в любую сторону. Так уж вышло, что Миротворцы поддерживали отношения с обеими группировками, и никто не знал, чью сторону мы займем в будущих спорах.

Внезапно Бенджамин ударил ладонью по столу с такой силой, что чернильница рядом с ним подскочила. Все разговоры смолкли как по команде.

— Какая теперь разница, кому сколько мест? Через семь вексов нас не останется. Ни одного живого человека. Прошлой ночью я видел знамение. Не сон, а настоящее предвестие. После уничтожения производственного острова Жужжерат больше не намерен церемониться с нами. Он получил окончательное согласие своего покровителя из пиратских королей: людей нужно истребить. Под видом охоты на мифических тварей их флотилии уже начали сжимать кольцо вокруг Новой Земли. И на сороковой день они двинутся в наступление. Не водоворотом, как мы ожидали, а напрямую — по морю. Более тысячи кораблей. Десять тысяч боевых жвархов. И большая часть их расы — около восьмидесяти тысяч воинов — обрушится на нас всей массой.

Он медленно скользнул взглядом по собравшимся и продолжил:

— Чтобы вы понимали… Они бросят все силы в сороковой день, а не четверть флота в сорок пятый, как планировали изначально. Мы будем сражаться до последней капли крови. Мы утащим с собой на тот свет половину их популяции. Но нас истребят подчистую.

Присутствующие сидели неподвижно, переваривая услышанное. В пророческом даре Бенджамина, который креп с каждым днём, сомневаться не приходилось.

— А я же говорил, что нужно эвакуироваться! — Ваян оторвался от созерцания гавани и повернулся к залу. Его голос дрожал от едва сдерживаемого раздражения. — Только потеряли драгоценное время! Теперь нам предстоит организовать не один рейс, чтобы вывезти всех Землян подальше от этого проклятого места!

— Хочу поправить тебя, дорогой друг, — сказал Бенджамин. — Мой дар позволил увидеть будущее с учётом того, что всё остаётся без изменений, как есть сейчас. Любые другие варианты развития событий, которые зависят от наших решений или перемен в поведении, остаются для меня тайной. Именно поэтому я и собрал вас здесь. Чтобы вместе найти путь, который изменит грядущую реальность.

Следующий час превратился в настоящее столпотворение идей — одна абсурднее другой. Кто-то предлагал за сутки до нападения жужжерианцев всей оравой сбежать и захватить их собственные земли. Другие желали провести переговоры и влиться в состав жуков на правах вассалов. Третьи с пеной у рта обвиняли Миротворцев в том, что из-за уничтожения производственного острова теперь всем грозит истребление. Четвёртые настойчиво просили меня потопить все вражеские земли одним ударом, словно я какой-то волшебник.

Пришлось охладить пыл собравшихся и объяснить суровую правду. То было разовое действие. К тому же, враги наверняка уже предприняли меры предосторожности и теперь охраняют острова куда лучше. Да и навык «Кровавого демона» требует слишком долгой перезарядки, о чём враг мог знать. Но о последнем я предусмотрительно промолчал, чтобы не раскрывать всех карт.

Даже если бы украл сердца всех вражеских островов, жужжерианцы всё равно пришли бы их забирать. Два эльда клочки суши продолжали бы функционировать без жизненно важного органа, и этого хватило бы, чтобы обыскать весь ближайший сектор или захватить новые территории. Основную угрозу представляли ударные флотилии, а не постоянные острова.

Мою идею обратиться к Соверену за помощью отвергли сразу и категорически. Во-первых, Бенджамина и Холодова напугала перспектива потерять власть. Они боялись, что могучий альянс оставит на Новой Земле надсмотрщиков, которые будут совать нос во все государственные дела. Я не предполагал, что всё настолько серьёзно, однако лидеры быстро убедили меня в обратном.

Заключительным ударом стала реплика Холодова:

— Вы физически не успеете добраться до центра Легиана за семь вексов.

В этот момент я осознал, что действительно понятия не имею, сколько времени займёт такое путешествие.

Сдаётся мне, что Горожане и Северяне задушили бы любую инициативу Миротворцев на корню просто из принципа. Мы осмелились заявить о себе как о третьей силе, претендующей на места в совете, и теперь платили за эту дерзость.

Целый час мучительных поисков ни к чему не привёл. Я решил не тратить больше времени на бесплодные препирательства и поднялся с места. Друзья последовали моему примеру.

Когда мы направились к двери, в спину донёсся язвительный голос Ваяна:

— Наконец-то совет перестанет быть проходным двором! Теперь мы сможем обсудить всё по-серьёзному, как подобает взрослым людям.

Такеши со всего размаху хлопнул дверью. Эстебан поравнялся со мной и тихо спросил о планах.

— Собирай всех наших, плывём в центр океанида, — ответил я, шагая по коридору. — Самое время нанести визит Соверену. Через полчаса все должны собраться на шхуне. Нам предстоит дальнее плавание.

Эстебан кивнул без раздумий, но я видел в его глазах тень сомнения. Да и сам колебался по многим причинам. Однако интуиция настойчиво подсказывала действовать именно так.

Мы вышли во внутренний двор форта. Товарищи поспешили домой, а я направился в сторону торговой гильдии.

* * *

— Добро пожаловать, — Ойстер почтительно поклонился. — Заказанные вами части комплекта «Бастион» прибыли с ночным караваном. Доставка оказалась проворнее обычного.

Экипировка пришла на пару дней раньше срока. Как и предполагал, торговец просто не хотел называть точную дату, опасаясь, что информация о маршруте может попасть к пиратам.

— И вам не хворать, — ответил я, поглядывая на висящие на стене песочные часы. Песчинки неумолимо просыпались вниз, напоминая о нехватке времени. — Очень тороплюсь, потому давайте сразу к делу.

Ойстер понимающе кивнул. Его опытный взгляд считал моё настроение мгновенно. Он засеменил по коридору.

— Кстати, Давид покинул факторию буквально несколько минут назад, — бросил торговец через плечо.

Я лишь покачал головой. Сейчас меня интересовало совсем другое.

За наручи и ботинки отдал одиннадцать тысяч осколков. Наконец-то полный комплект «Бастиона» был собран. Его мощь станет ключом для реализации задуманных планов.

Наручи покрывали предплечья плотным слоем серого матового металла. От локтя до плеча тянулась кольчуга, крепившаяся к основному доспеху заклёпками. Эта часть экипировки даровала барьер, защищающий от эффектов ослабления. Я провёл пальцами по холодному металлу, ощущая его качество, и улыбнулся.

Жаль, что кисть руки осталась незащищённой. Впрочем, щит с одной стороны и гарда гравиэспадрона с другой как раз прикрывали пальцы.

Расставаться со старыми ботинками двойного прыжка было нелегко. Они верно служили мне в боях, но ради полного бонуса комплекта пришлось идти на жертвы. Аккуратно снял привычную обувь и осторожно упаковал в рюкзак. Продавать их не стал — чувствовал, что они пригодятся в будущем. А может, просто привык к ним.

А вот со старыми наручами охотника необычного качества расстался без малейшего сожаления. Сбыл их за жалкие девяносто осколков.

Нацепил последнюю обновку и вчитался в описание.

Сабатоны «Бастион».

Эпичное. Магическое. Крепкое. Комплектное.

Требуемые характеристики: сила 20, телосложение 25.

Особые свойства: покрывает тело носителя барьером, защищающим от средних эффектов замедления.

Бонус комплекта (6 частей из 6):

Телосложение: +75.

Крепость всех барьеров изменена со слабой на среднюю.

Шанс поглощения барьером абсолютно любого входящего урона: 15%.

Дополнительный бонус полного комплекта: слава, получаемая из любых источников, увеличена на 25%.

Последняя строчка особенно порадовала. До следующего титула оставались совсем уж крохи.

— Благодарю, Ойстер. Товар отменного качества! Хотелось бы обсудить крайне важный вопрос касательно Соверена.

Торговец, как и в прошлый раз, методично расставил два переносных стула прямо в центре зала.

— Что именно вас интересует? — Ойстер устроился напротив, сложив руки на коленях.

— Не вижу смысла скрывать. Через семь дней армада жужжерианцев подойдёт к берегам Новой Земли. Хочу попытать счастья с Совереном. В первую очередь меня интересует: как быстро можно добраться до их столицы? И если сделка пройдёт успешно, успеем ли мы получить помощь до прибытия врага в нашу гавань?

Ойстер устремил взгляд в потолок, уходя в глубокие размышления. Его пальцы медленно барабанили по подлокотнику, выдавая внутреннее напряжение.

— Иными словами, вас интересует, стоит ли вообще связываться с Совереном, когда времени почти не осталось, — наконец произнёс он, переводя взгляд на меня. — Что ж, слушайте внимательно. На быстрой шхуне до столичного острова «Ковенарий» вы доберётесь за два векса, если правильно войдёте в цепь водоворотов. Воды там, мягко говоря, недружелюбные. Но риск, поверьте мне, себя оправдает. Гораздо сложнее выйти на связь с лидером альянса. Простых смертных к нему не допускают. Охрана там такая, что и муравью не прокрасться. Однако я могу кое-что устроить.

Ойстер поднялся и направился к сейфу возле рабочего стола. Металлические замки щёлкнули после того, как он прокрутил кодовый замок. Равинир неспешно искал что-то внутри и наконец-то нашёл.

Глава 3

Торговец уселся на стул и протянул мне конверт.

— Покажите это письмо любому солдату из регулярной армии или сотруднику портового управления. Вам организуют встречу в течение векса.

Конверт был запечатан чёрной восковой печатью с изображением золотых мерных весов — символом торговой гильдии.

Значит, Ойстер уже знал, что я обращусь за помощью. Ещё больше смущало то, что обычный торговый представитель фактории может устроить встречу с такой влиятельной и наверняка занятой личностью, как лидер могущественного альянса.

— Спасибо, — я спрятал конверт в рюкзак. — Признаюсь, не до конца понимаю вашу щедрость. Что вам с этого?

— О, не переживайте по пустякам. Скоро сами увидите, какая выгода в этом для торговой гильдии, — Ойстер улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то хитрое. Он сразу же перевёл тему. — Если вам удастся заинтересовать Соверен, уверяю, они сработают молниеносно. Их методы решения проблем определённо вас удивят.

Я расспросил о деталях маршрута через цепь водоворотов, ведущего в самое сердце океанида. Ответом послужил ещё один подарок, при виде которого я присвистнул. Это была подробная карта, нарисованная на пергаменте, в формате А2.

— Схема постоянных водоворотов не только нашего сектора, но и многих ближайших регионов, — просветил Ойстер.

Карта покрывала лишь часть океанида, но показанного хватало с избытком, чтобы проложить кратчайший курс до столичного острова Ковенарий. На первый взгляд — обычный кусок бумаги, но по ценности он не уступал сокровищам.

По всему пергаменту виднелись пометки красными чернилами: где обитают разные пиратские банды, какие воды контролируют агрессивные расы, участки с опасными течениями или рифами. Настоящий кладезь информации для любого мореплавателя.

Обязательно сделаю копии и передам руководителям фракций. Холодов точно будет в восторге, да и Бенджамин наверняка оценит такой подарок.

Миротворцы заявили о желании войти в совет, и теперь пути назад нет. Вижу только один способ осуществить задуманное — внести весомый вклад в выживание всех Землян. Тогда никто не посмеет возражать против наших мест за столом переговоров.

Ещё раз поблагодарив Ойстера за неоценимую помощь, я поспешил к выходу.

* * *

Все уже собрались на палубе. И даже более того… Меня ожидал настоящий сюрприз. Хрум вернулся с дипломатической миссии не просто в компании своего молчаливого друга, но привёл с собой трёх самок!

— Макс! — грызлинг радостно замахал мне лапкой, едва я переступил через борт. Его глаза блестели от восторга. — Как же мы соскучились по всем вам!

Хрум подбежал ко мне, семеня короткими шагами, и по-человечески протянул махонькую ладошку. Улыбка растягивала его мордочку от уха до уха, обнажая все четыре острых зуба. Я присел на корточки, чувствуя, как колени хрустнули от резкого движения, и пожал тёплую лапку.

— Капитан, — Хрум слегка запыхался от волнения, — ты же не против, что к нашей бравой компании присоединятся Сквирелина, Кноксия и Пушкобелла?

Я перевёл взгляд на соратников. Эстебан прикрывал рукой довольную ухмылку, Густаво покачивал головой с отеческой гордостью, а молодой Жекаруфлард застыл как вкопанный, таращась на красавиц. Женщины и вовсе облепили новоприбывших со всех сторон. По их умиляющимся физиономиям я сразу всё понял — команда уже приняла решение за меня.

Мельком оценил новых членов экипажа, пока они робко жались друг к другу у грот-мачты. Уровни личностей приближались к тридцатому. Классы разнообразные: травница, няня и потрошительница.

Что удивило больше всего — самки оказались одеты в человеческую одежду. На их мордочках даже виднелись следы косметики: подведённые глаза, яркие губы и носики. Наверняка экипаж Криса Якобса постарался ради сближения двух рас. А может, просто ради забавы.

— Я не против. Совсем напротив! Добро пожаловать в Миротворцы!

Барышни синхронно подпрыгнули от радости, хлопая в ладоши и переглядываясь между собой с восторженными улыбками. А одна из них, которую звали Кноксия, повисла на шее Хрума.

Времени удивляться не было, ведь горизонт уже манил новыми приключениями.

— Поднять паруса! — скомандовал я, и матросы рванули к такелажу. Их голоса слились в рабочую песню. Канаты натянулись, паруса задрожали и наполнились ветром. — Эстебан, курс на восток!

Офицер кивнул и направился к штурвалу. Корабль накренился, почувствовав дыхание моря.

— Хрум, мне нужен подробный отчёт о дипломатической миссии. Приглашаю в каюту для обстоятельной беседы. Зайди минут через двадцать.

Уходя, краем глаза заметил, как юный Жекаруфлард переминался с ноги на ногу возле новеньких, явно не решаясь заговорить. Густаво склонился к его уху и что-то горячо шептал, размахивая руками. Наверняка пытался вдохновить паренька на знакомство. Самки переглядывались и хихикали, прикрывая мордочки лапками.

Оказавшись в каюте, первым делом активировал навигационный стол, дабы свериться с курсом.

Навык «Навигатор» повышен до 21 уровня.

Наш путь лежал к малому постоянному водовороту в четырёхстах километрах к востоку от Новой Земли.

Закончив с этим, достал из сумки одно из самых ценных приобретений последних дней. Сжал в ладони легендарный глиф № 98169, полученный за триста суммарных очков в классовых навыках.

Цифра на глифе, мягко говоря, смущала. Почувствовал дежавю, ведь однажды имел дело с подобным. Неужели система действительно выдаёт такие астрономические номера, или где-то закралась ошибка? То ли алгоритмы сбоили, предлагая подобные значения, то ли легендарных эмблем в мире существовало гораздо больше, чем я ожидал.

Желаете пополнить личную базу знаний?

Да!

Вами получено десять свободных очков навыков.

Классовая информация: активный навык «Подавляющий взгляд» становится доступен Мастеру Крови при получении титула Дрэхт. Он позволяет временно подавить волю цели или деморализовать противника. Навык не относится к боевым, однако при неудачном применении может спровоцировать объект воздействия на агрессию.

Затраты: 150 мл крови.

Каждый уровень в навыке снижает затраты на 0.5% от текущего значения и понижает параметр ментальной защиты оппонента на 1% во время активации навыка.

Внимание! Подавляющий взгляд действует только на цели с титулом ниже вашего. На сотом уровне умения становится доступен уникальный перк «Подавляющее превосходство», позволяющий использовать навык против личностей с равным титулом.

Активируйте ещё 2 легендарных глифа, чтобы получить награду.

Впервые в жизни столкнулся с настолько подробным описанием классового навыка. Теперь я знаю наверняка, в чём причина запредельной цифры в названии глифа. Похоже, в этих артефактах скрыты описания всевозможных умений тысяч классов личностей.

Что ж, такие знания определённо пригодятся мне в будущем. Ведь уже после пары громких подвигов я получу желанный титул и стану «закалённым в боях», то есть Дрэхтом.

В дверь постучали.

— И как прошла дипломатическая миссия? — спросил я Хрума, когда тот устроился на стуле напротив.

— Великолепно! Вождь настолько очаровался людьми, что сразу дал согласие на военно-экономический союз. Ты же знаешь, как мы, грызлинги, ценим хороший юмор, — он оживился, размахивая лапками. — После официальной встречи альфа-самец в компании всей своей свиты катался по полу целый час! Хватался за живот, визжал от смеха, едва не задохнулся! Признаться, я и сам чуть не лопнул.

— Вот уж не думал, что Крис Якобс умеет в юмор, — покачал я головой, представляя суровую и немногословную физиономию лидера «Железного братства».

И тут Хрум заржал настолько громко и пронзительно, что моё лицо невольно скривилось от высоких частот.

— Капитан, ты даже не представляешь, как иронично всё получилось! — он вытирал выступившие слёзы. — Крис весь вечер прикидывался обычным телохранителем и молчал как рыба, а все переговоры от начала до конца вёл пьяный бард из его экипажа!

— Да ладно? — я почувствовал, как уголки губ дрогнули в улыбке.

— Ага! — Хрум расправил плечи и гордо вздёрнул нос к потолку каюты. — Между прочим, это была именно моя идея! Я же помню, как этот бард когда-то развеселил целую таверну одними только историями о своих любовных похождениях.

— Хорош, Хрум, хорош! — я не удержался и рассмеялся. — Впрочем, другого исхода от тебя и не ожидал. Теперь люди и грызлинги имеют общую цель. И кайты с нами заодно. Лишь краболюды всё ещё сомневаются и выжидают, пока мы как следует огрызнёмся на врага.

Я задумался на мгновение, разглядывая игру солнечных бликов на стене каюты, затем задал вопрос, который давно меня волновал:

— Почему ты решил вернуться к нам? Неужели не было соблазна остаться среди своих, в родных норах?

Хрум грустно выдохнул, и всю его прежнюю смешливость как ветром сдуло. Плечики опустились, а взгляд потускнел.

— Если быть честным… — он потер лапками мордочку, словно стирая невидимую пыль. — Очень хотел остаться. После нескольких юмористических приёмов, которым меня научил Янис, вельможи сразу приняли Хрумфора в свою высшую касту.

Глаза грызлинга заблестели воспоминаниями о недавнем триумфе.

— Ты даже не представляешь, какие соблазны кружили голову! Собственные роскошные покои, слуги, готовые выполнить любое желание, изысканные яства, гарем… Но всё встало на свои места, когда альфа-самец лично назначил меня дипломатом, курирующим отношения с людьми.

Хрум внезапно подпрыгнул на стуле, и его хвостик взметнулся от волнения.

— Но самое главное… времени горевать по утраченной роскоши не было! Ведь Кноксия скоро подарит мне детей! Капитан, уже через один эльд я стану отцом!

Я прокашлялся, почувствовав, как горло перехватило от удивления. Новость оказалась настолько неожиданной, что на мгновение потерял дар речи. Как же быстро у них проходит процесс беременности! Ещё и рожают, наверное, сразу по десять хомячков, а то и больше.

— Поздравляю, это действительно прекрасная новость! — наконец выдавил я и тут же нахмурился. — Но… хорошо ли ты подумал, когда пригласил свою суженую на борт боевой шхуны? Мы, знаешь ли, не на увеселительную прогулку по заливу отправились. Каждый член экипажа здесь подвержен смертельному риску. — Взяв небольшую паузу, я добавил тихим голосом: — Вчера мы потеряли Рудольфа.

Хрум нервно задергал усиками. Радость мгновенно испарилась с мордочки, уступив место тревоге.

— Я… я как-то совсем не подумал об этом. Всё случилось так быстро, — пролепетал он. — Но ведь нам всегда везёт! Мы же непобедимые Миротворцы! Значит, всё будет хорошо! Так ведь, капитан?

В его голосе звучала такая детская надежда, что сердце невольно сжалось.

— Вне всяких сомнений! — заверил я. — Ладно, постараюсь что-нибудь придумать. А сейчас, будь добр, пригласи Давида. Нужно обсудить финансовые дела.

Спустя минуту квартирмейстер ворвался в каюту со словами:

— Капитан, есть хорошая новость и очень хорошая. С какой начать?

— С любой, не томи уже. Насколько мы стали богаче?

После беседы с Давидом подвёл итоги. Выручка с продажи отобранных у жужжерианцев ценностей составила без малого половину миллиона осколков. Самыми дорогими в их грузе оказались генетические модификаторы и редкие ресурсы. К тому же находчивый израильтянин во время делёжки с Северянами умудрился умыкнуть ларец, битком набитый осколками и камнями бездны.

Что примечательно, часть ресурсов — а именно редкую древесину и кожу — Давид решил не продавать, ведь наши ремесленники нуждаются в развитии навыков. Ганс и Мутуа обещали смастерить гору экипировки и оружия синего качества для пополнения арсенала Миротворцев. И это замечательно, ведь будет чем вооружить новых членов клана в будущем.

Десять процентов от выручки по традиции ушло в общую казну, и теперь на балансе организации числилось чуть более семидесяти четырёх тысяч осколков. Неплохая подушка безопасности для будущих операций.

Моя капитанская доля составила тридцать тысяч. Учитывая предыдущие накопления, теперь я обладал внушительной суммой в 107 758 осколков. И это с учётом недавних трат на экипировку и распределение характеристик после повышения уровней личности, которые стремительно росли во время рейда на жужжерианские баржи.

Приготовленный заблаговременно мешок, размерами схожий с тем, что используют для цемента, лежал на столе передо мной. В открытой горловине, среди слегка опущенных краев, виднелась горка сверкающих крупинок. Плотная ткань едва сдерживала содержимое. Внутри покоились ровно сто тысяч осколков бездны, чьи отблески сливались в единый мощный поток света. Я любовно пересыпал их из ладони в ладонь, наслаждаясь приятным сиянием, затем аккуратно убрал мешок в личный сундук капитанской каюты. Для этого имелись весомые причины.

* * *

— Водоворот прямо по курсу! — голос смотрового эхом прокатился по палубе. — Возле него два корабля Землян!

Матросы мгновенно оживились, хватаясь за подзорные трубы и напрягая глаза. На горизонте действительно виднелись силуэты бригантин с характерными треугольными парусами.

Как оказалось, Северяне проводят разведку даже здесь, в четырёхстах километрах от родной гавани. Не перестаю удивляться стратегическому таланту Холодова. Этот человек думает на несколько ходов вперёд.

К природному порталу мы добрались под вечер. Путь оказался на удивление спокойным. Лишь однажды на горизонте промелькнул патруль краболюдов. Но мы не стали тратить время на выяснение, что их привело в наши воды.

Почти весь путь я самолично управлял кораблём. Причин для этого было несколько. Во-первых, нужно выспаться как следует, ведь завтра очень важный день. Эстебан подменит меня и будет рулить ночью. Всё же у него показатель восприятия в разы выше, а значит, он лучше среагирует на возможные опасности в условиях ограниченной видимости.

Во-вторых, практика. Корабельный навык «Штурман» поднялся до пятьдесят третьего уровня, и система наконец предложила выбрать перк. Среди нескольких заманчивых вариантов больше всего привлёк «Стремительный мореход». Этот талант увеличивал скорость судна на десять процентов, но только когда за штурвалом стою именно я. Приятным бонусом стал восемьдесят четвёртый уровень личности.

Как только расстояние до разведывательных кораблей сократилось, мы подняли сигнальные флаги и запросили разрешение на сближение. Через несколько минут ожидания состыковались с одной из бригантин, спустив абордажный трап.

Часть моего экипажа тут же переступила через борт и принялась активно знакомиться с моряками Северян. Я же направился прямиком к капитану, который хмурился у камбуза.

— Здравия желаю, камрад, — поздоровался я, протягивая руку. — Хочу пройти через водоворот. Как обстановка в тех водах?

Невысокий мужчина лет сорока с густой русой бородой и классом личности «Кочевник» крепко пожал мою ладонь. Однако что-то в его поведении настораживало. Капитан постоянно озирался по сторонам, словно ожидал удара исподтишка.

— Доброго вечера, уважаемый Ронар, — в его голосе звучало напряжение. — В целом всё спокойно, однако должен предупредить. Воды в том секторе крайне суровые. Течения там настолько сильные, что местами образуются воронки. Два векса назад чуть не потеряли разведывательный баркас.

— Принято, — кивнул я, мысленно отмечая важность информации. — Кстати, когда вы планируете вернуться на Новую Землю для пополнения припасов?

— Это секретная информация… — неуверенно пробурчал он. Однако, увидев, как хмурятся мои брови, сразу же протараторил: — Впрочем, члену совета и другу Холодова можно довериться. Надеюсь, мне не попадёт по шапке. Ориентировочно — завтра утром, сразу как прибудет наша смена.

— В таком случае у меня есть маленькая просьба, — я сделал паузу, выбирая подходящие слова.

Капитан занервничал ещё сильнее.

— Кровушки нашей хочешь, да? — обречённо выдохнул он. — Ладно, только попрошу сдерживать аппетиты. Нам ещё дозор всю ночь нести.

Я от души рассмеялся, наконец поняв причину странного поведения.

— В этом нет нужды, — успокоил я его, видя, как напряжение постепенно покидает лицо собеседника. — Как оказалось, на моём судне находится беременная самка грызлингов. Не могли бы вы доставить её на Новую Землю, когда отправитесь пополнять запасы? По адресу: улица Менделеева, дом тринадцать.

Капитан задумчиво почесал бороду.

— Дела семейные, однако… — удивлённо пробасил он, затем решительно кивнул. — Грех отказать в вашей просьбе, уважаемый. Доставим, не беспокойтесь.

— Благодарю от всего сердца. Вот небольшой подарок за доставленные неудобства.

Я передал капитану четырёхзвёздочный комплект «Изобилие». Его лицо в тот же миг озарилось довольной улыбкой.

— Макс, — взволнованно пропищал подошедший Хрум. — Будет лучше, если я останусь рядом с Кноксией. Ей наверняка будет некомфортно среди незнакомых людей.

— Это очень хорошая идея, друг, — одобрительно кивнул я, положив руку на плечо грызлинга. — Береги свою семью.

Времени было в обрез, потому, узнав всё нужное, мы отправились прямиком в водоворот.

Глава 4

Ночью спал крепко и ни разу не проснулся. Однако утром соратники поделились любопытными подробностями: их несколько раз вырывало из объятий сна, когда судно внезапно кренилось или резко меняло направление. Как выяснилось позже, всю ночь Эстебан маневрировал между смертоносными воронками, которые могли втянуть шхуну в морскую пучину за считанные минуты. Нужно отдать должное штурману: он простоял у руля до самого рассвета, не отпуская деревянных ручек штурвала ни на мгновение.

Сейчас между нами и следующим водоворотом оставался лишь час плавания. Этот проход вел в неспокойные края, где хозяйничали пиратские банды. Однако экипаж не выказывал ни малейшего беспокойства по этому поводу. Матросы продолжали свои дела: кто-то перебирал снасти, кто-то скоблил палубу, а кто-то напевал под нос веселую песенку. Все до единого знали истину: старожилы не имеют права трогать новоприбывших. А если какая-нибудь шайка все же решится нас преследовать — пусть попробует догнать нашу стремительную красавицу! Только пену будут глотать.

Я поднялся на корму и попытался подобрать нужные слова, но они застревали в горле, словно рыбьи кости.

— Эстебан, тут такое дело… — начал я, переступая с ноги на ногу. — В общем, если не вернусь в течение суток, ты становишься капитаном «Ветра перемен» и лидером Миротворцев.

Я протянул ему сложенный вчетверо лист бумаги, покрытый моим размашистым почерком.

— Вот письмо с моим согласием. Еще держи карту маршрута и конверт, который нужно будет вручить любому представителю власти на острове Ковенарий.

Эстебан молча принял документы, его темные глаза внимательно изучали мое лицо.

— Сам проведешь переговоры с лидером Соверена и… соглашайся на любые условия, — добавил я, отводя взгляд в сторону моря.

Офицер не перебивал меня, лишь хмурил брови.

— Что ты задумал, Макс? — наконец спросил он, прищурив один глаз и наклонив голову набок.

— Не имеет значения. Просто выполни мою просьбу, — я махнул рукой, стараясь выглядеть беззаботно. — И еще, в сундуке капитанской каюты хранятся все мои накопления, а именно сто тысяч осколков. Так, на мелкие расходы в случае чего.

Последние слова произнес с нервным смешком, который прозвучал фальшиво даже для моих собственных ушей.

— Так не пойдет! — взорвался Эстебан, стукнув кулаком по поручню. — Неужели я не достоин узнать правду? Какая муха тебя вообще укусила сегодня? Хочу быть в курсе! Если ты мне друг, то говори как есть!

Он выражался настолько эмоционально, что невольно напомнил героя бразильского сериала. Его руки резко жестикулировали, а в голосе слышались нотки обиды и отчаяния.

— Ладно. Только не вздумай меня отговаривать, я уже все решил. Хочу перенестись на остров Висельников и…

— Ты сдурел⁈ — Эстебан схватил меня за плечи и встряхнул так, что зубы стукнули друг о друга. — Этот проклятый остров похоронил уже тысячи авантюристов!

— И постараюсь найти что-то стоящее для лидера Соверена, — продолжил я и аккуратно высвободился из его хватки, сделав шаг назад. — Иначе наша фракция попадет в кабалу. Но хотя бы не будет истреблена.

— А как же Калиэста? Дай угадаю. Ты ей ничего не сказал, так ведь?

Я кивнул.

— Просто отлично! — Эстебан саркастически хлопнул в ладоши. — Чтобы вернулся живым, понял?

— По-другому и быть не может. Это я так, ради предосторожности. Ты же знаешь, меня не так-то легко убить.

— Но с тварями 9999 уровня ты еще не бился!

— Есть у меня идея, как избежать драки. Буду пробираться тихо. Так что подменить тебя на посту не смогу. Пусть Скай порулит. До вступления в нашу команду именно она крутила штурвал.

Я развернулся и направился на палубу. Набрал в грудь соленого морского воздуха и громко крикнул:

— Давненько мы не тренировались! Встаем по парам! Калиэста, сыграй-ка все три мелодии для продуктивности!

Бойцы нехотя оторвались от своих дел. Кто-то недовольно буркнул под нос, кто-то потянулся и принялся разминать затекшие мышцы. Постепенно палуба наполнилась стуком деревянных мечей и копий.

Навык «Хитрость» повышен до 33 уровня.

Мелодичный перелив струн скайданы окутал меня волной энергии. Калиэста играла с закрытыми глазами, полностью погрузившись в музыку, и не заметила моего исчезновения с палубы.

В капитанской каюте я заперся на засов и принялся готовиться к самому безрассудному поступку в своей жизни. Достал из ящика все имеющиеся зелья на повышение характеристик. Склянки звякнули друг о друга, когда я выстроил их в ряд на столе. Жидкости внутри переливались разными цветами.

Один за другим осушил все флаконы. Горькие смеси обожгли горло, но тело откликнулось приливом энергии. Затем обмазался кровью. Понятное дело, не ладонями растирал по коже, а просто мысленно приказал живительным сокам покрыть меня тонкой пленкой — невидимой и не имеющей запаха, чтобы жуткий хранитель тайн не учуял меня.

Закрыл глаза и подключился к фантому на острове Висельников. Сознание метнулось через пространство — и вот я уже стою среди кошмарного пейзажа. Убедился, что рядом нет чудища, но от видов болтающихся на виселицах тел пробрало не по-детски.

Черт, что же меня так сильно трясет-то? Руки дрожат, как перед самой первой дракой в жизни на футбольном поле за школой, когда мне было двенадцать.

Ладно, была не была. Главное — не думать о плохом.

ЩЁЛК!

Сразу же оставил кровавого фантома на том же месте и помчался в джунгли. Направление помнил прекрасно. Влажная земля хлюпала под ногами, а колючие лианы цеплялись за экипировку, словно пытаясь удержать от безумного поступка.

Не пробежал и нескольких минут, как интуиция заверещала в голове пронзительной сиреной. Резко развернулся, инстинктивно пригибаясь.

Время замедлилось. Чудовище полоснуло по мне левой лапой. Музыкальный барьер рассыпался искрами. И тут же — правой…

Активирован особый эффект комплекта «Бастион». Урон поглощен.

Невидимость, которая должна была прикрыть меня, мгновенно растворилась. Пальцы уже складывались в спасительный щелчок, но хранитель тайн с ужасающей скоростью схватил меня за запястья и крепко сжал. Да так, что в ушах раздался звук разрываемых мышц и сухожилий, противный хруст ломающихся пальцев и треск колец.

— А-а-а, тварь! — вырвалось из горла.

Чудище изобразило подобие улыбки в ответ. Один его глаз впился в меня, а второй закатывался от удовольствия. Затем хранитель тайн дал небрежную оплеуху, отправив меня в горизонтальный полет. Поломанное тело кувыркалось по земле, разгребая листья и грязь, а мир превратился в карусель. Из-за адреналина, хлеставшего по венам, боли почти не чувствовал.

Так бы и катился дальше, если бы не впечатался в широкую пальму. Ствол задрожал от удара так сильно, что сверху посыпались незрелые кокосы.

В глазах всё плыло. Я до сих пор не понимал, почему жив. Чувствовал яркое свечение, заставляющее щуриться и кривить лицо. Фамильный ключ вырвался наружу, пока тело кувыркалось по земле, и теперь натягивался на цепочке, пытаясь добраться до замочной скважины своим ходом.

Раз мне дали фору — грех не воспользоваться. Мысленно приказал крови залечивать раны. Живительная жидкость заструилась по поврежденным тканям, склеивая разрывы и сращивая кости. Хотелось спрятать ключ поскорее, настолько он резал глаза, но пальцы были расплющены.

Перевернулся на спину, тяжело дыша и ожидая смертельного удара. Однако ничего не происходило.

Так и провалялся минут пять, постепенно приходя в себя. Рука потянулась к медальону, чтобы убрать его под нагрудник, но боковым зрением заметил странное зрелище. Между стволами деревьев металась тень. Чудовище пыталось подступить ближе, но натыкалось на невидимый барьер. Оно с яростью разворачивалось и предпринимало новые попытки, каждый раз отскакивая от какой-то преграды.

Какой же я дурак… Не смог сложить два плюс два даже в такой ситуации. Впрочем, сделаю себе скидку за шоковое состояние и близость смерти.

Хранитель тайн боится свечения медальона! Этот артефакт не просто ключ, а настоящий оберег от монстров, порождённых сбоями системы.

Мысленно приказал крови покрыть глаза защитной пленкой от яркого света, но не мешающей обзору. Мир вокруг окрасился в багровые тона, но ключ больше не слепил. Теперь можно было разглядеть детали: как чудище скребет когтями кору деревьев от злости, как его глаза нервно вращаются в разные стороны.

Встал на ноги, охая и морщась от боли. Травмы почти зажили, но свободной крови в организме остались жалкие крохи. Снял цепочку с шеи и поднял фамильную реликвию над головой, словно олимпийский факел. Предмет пульсировал теплом и пытался вырваться из ослабевшей хватки. Чтобы не потерять его, обмотал цепочку вокруг запястья.

— Давай, уродец! — яростно крикнул я на хранителя тайн, который со скоростью молнии носился по кругу, пытаясь найти брешь в световой защите. — Что, боишься?

Но тварь не могла подобраться ближе, чем на полсотни шагов. Каждый раз, достигая невидимой границы, она с шипением отскакивала назад, словно обжигаясь о раскаленный металл.

Рука сама тянула меня в нужном направлении. Пробежав через густые заросли солидную дистанцию, я уже привык к кружащей вокруг меня смерти. И всё-таки, какой же он настырный!

Внезапно уперся в массивную каменную глыбу, возвышающуюся на добрых десять метров. Монолит был покрыт странными письменами, которые слабо светились в отблесках моего медальона. Камень казался неприступным, но интуиция подсказывала: именно здесь таится разгадка.

Обошел монолит по кругу, ощупывая поверхность свободной рукой. Мох и лишайники покрывали основание, а в трещинах прятались какие-то насекомые, которые с шорохом разбегались при моём появлении. Убедился, что это и есть вход в место, где хранится тайна рода Фаталь.

Найти замочную скважину оказалось проще простого. Ключ тянул мою руку с такой силой, что кисть затекла от постоянного напряжения, а в плече появилась ноющая боль. Едва заметное отверстие зияло прямо в толще камня на уровне груди.

Поднеся фамильную реликвию к замочной скважине, я замер в нерешительности. А что, если открою проход и медальон погаснет? Тогда чудище растерзает меня!

Совершил множество глубоких вдохов и выдохов, стараясь насытить мозг кислородом и успокоить нервы. Досчитал до сорока семи, когда в голову пришла интересная мысль.

— Кровь моя, покрой медальон системой внутренних зеркал, как в фаре автомобиля. Создай концентрированный поток света в одном направлении с разбросом в сорок пять градусов.

Живительная жидкость послушно обволокла реликвию тонкой пленкой, формируя линзы. Свечение медальона сразу изменилось — стало более направленным и ярким.

Прижался спиной к прохладному камню монолита и принялся быстро водить рукой справа налево, методично покрывая всю территорию усиленным лучом.

Хранитель опрометчиво приблизился, видимо, рассчитывая на быстрый рывок в момент, когда луч светил в противоположную сторону. Но я успел среагировать. Его кожа задымилась, морда исказилась в беззвучном крике, глаза лопнули. Чудище заметалось из стороны в сторону, пытаясь уйти от преследующего потока. Хоть оно и было невероятно шустрым, но скорость света оказалась выше.

Мне удалось его замедлить. И всё же пришлось устремиться в погоню через заросли, чтобы довершить начатое. Ветки хлестали по металлическому шлему, порой проникая в отверстие для глаз, но я не останавливался. Когда скорость твари снизилась до уровня хромого жабогрыза, а с её тела сошло несколько слоёв кожи вместе с мясом, я отдал крови новый приказ:

— Сузь отверстие так, чтобы разброс составил всего один градус.

Навык «Управление кровью» повышен до 61 уровня.

Получен уровень 85. Доступно 5 свободных очков характеристик.

Кровавая сфера вокруг медальона завибрировала и оставила крошечное отверстие размером с булавочную головку. Теперь свет исходил настолько плотный и сфокусированный, что им можно было резать. Чем я и занялся с нескрываемым удовольствием.

Медленно провёл «лазером» по ногам твари, методично отсекая их. Мясо шипело и дымилось, кость трещала под воздействием концентрированного света. С этим пришлось повозиться, ведь даже такой мощный поток прожигал не мгновенно. Хранитель корчился на земле.

Затем сосредоточился на шее. Толстые мышцы и сухожилия сопротивлялись дольше, но результат был предрешён. Когда луч дошёл до позвоночника, чудовище наконец замерло.

Рассыпал в прах систему кровавых линз, и тут же в мою сумку залетел десяток тёмно-синих искорок. Великие души.

Скоро, родимые, вы отправитесь в более интересные оболочки. Обязательно подкину вам хорошей работёнки.

Ваши действия расценены Парадигмой, как подвиг.

Слава повышена до 71 пункта (+7).

Отлично! Хотя за монстра почти десятитысячного уровня можно было бы и побольше накинуть. Особенно учитывая факт того, что чудище оказалось без наградного светлячка, который обычно парит над поверженными врагами. Система явно давала сбои, раз не удостоила положенным призом за такую опасную добычу. Происходящее никак не укладывалось в привычные рамки Парадигмы. Вопросов становилось всё больше, но теперь ответы были у меня под носом.

Бог с ними, с наградами. Главное, что жив и вскоре вернусь к друзьям. Напрасно устроил мелодраму с завещанием и наследством, напугал Эстебана.

Как там говорила мама… «Знал бы боярин прикуп, жил бы в Дубае».

Я вернулся к древнему монолиту, ощущая неистовое предвкушение. Разжал ладонь, и ключ метнулся к замочной скважине, после чего с щелчком провернулся на пол-оборота.

Едва успел выхватить медальон и отпрыгнуть назад, когда с центра замка побежали трещины. Обломки посыпались неровными кусками, обнажив вход в виде идеального равностороннего треугольника высотой в два человеческих роста.

Пыль медленно оседала, а я с изумлением разглядывал открывшийся проход.

Заметил, что медальон перестал светиться. Более того, самоцвет, инкрустированный в головку ключа, теперь выглядел белёсым, точь-в-точь как на родной планете.

Снова посмотрел на треугольное отверстие в толще монолита. Оно напоминало вход в подземелье. Каменные ступени, припорошенные свежим крошевом, плавно уходили во тьму. Только привычной информационной таблички не хватало для полноты картины.

Буду надеяться, что внутри не обитают чудовища десятитысячного уровня. Здравый смысл подсказывал собрать отряд опытных бойцов и только потом проверить, какие опасности скрывает это место. Но я прекрасно помнил истории о том, как на остров Висельников неоднократно высаживались старожилы Архипелага. Их иссохшие тела до сих пор болтаются на Г-образных балках вдоль всей прибрежной линии.

Если не войду прямо сейчас, упущу момент. Другие искатели приключений рано или поздно доберутся сюда, логово обследуют и разграбят подчистую. А я останусь с носом.

Но сперва решил осмотреть ущерб, нанесённый моему снаряжению. Снял чёрные тканевые перчатки скрытника и с сожалением покачал головой. Металлические обломки посыпались на землю. Кольца «берсеркера» и «охотника» раскрошились полностью. А вот кольцо «каменной кожи» лишь треснуло, но по-прежнему давало бонус к телосложению.

Что ж, не велика потеря.

Пальцы крепче сжали рукояти щита и гравиэспадрона. Я начал спуск.

Треугольный свод тоннеля нависал над головой, привычные биолюминесцентные корни прорастали сквозь камень живыми артериями, давая скудное освещение. Где-то в глубине слышалось едва различимое гудение, вибрация проходила по подошвам сабатонов.

Ступени внезапно закончились. Прямой коридор тянулся вперёд, теряясь в полумраке.

Изображения на стенах вокруг напоминали наскальные рисунки. Пальцы невольно скользнули по шероховатой поверхности древних письмен, пытаясь почувствовать фактуру или даже уловить их смысл через прикосновение.

Впереди возвышалась каменная арка, и взгляд тут же зацепился за надпись над ней. Выгравированные буквы размером с ладонь складывались в словосочетание: «Чертог Первопроходцев».

Сделав глубокий вдох, я переступил порог.

Глава 5

Первичный осмотр зала подтвердил полную безопасность. Проходов в другие помещения я не обнаружил. Каменные стены хранили тайны, но не таили угроз. Гравиэспадрон скользнул в рюкзак, но щит остался наготове.

Глаза разбегались от обилия сюрреалистичных предметов. Надо было с чего-то начинать, потому остановился у скелета, лежащего на полу возле самого входа. Вытянутый череп с двумя костяными наростами в виде рогов говорил о принадлежности к неизвестной расе. Даже после смерти его двухметровая фигура внушала почтение.

Остатки одежды цеплялись за кости жалкими лохмотьями. Золотые нити на воротнике и рукавах потускнели, но намекали на знатное происхождение.

Меня заинтересовало радужное свечение, исходящее из-под рукава. Аккуратно отодвинул ткань и заметил браслет из черного металла. По кольцевым звеньям аксессуара непрерывно бегали крошечные молнии. Предмет подобного качества я видел впервые.

Наклонившись к скелету, испытал укол совести.

— Не серчайте, уважаемый, но это больше вам не пригодится.

Браслет поддался не сразу, пришлось приложить усилие. Кость с хрустом треснула, и аксессуар оказался свободен.

Браслет Демиурга.

Внекатегорийное. Магическое. Неразрушимое. Уникальное. Комплектное. Масштабируемое. Синергичное.

Бонус к характеристике лидерство: +66.

Бонус к характеристике интеллект: +66.

Особое свойство : владелец получает дополнительный бонус к вышеуказанным характеристикам по единичке за каждые два уровня личности.

Комплект «Демиург» состоит из четырёх предметов. Соберите больше частей, чтобы открыть бонус комплекта.

Святая Дева! У меня в руках нечто, обладающее качеством выше, чем легендарное!

Какое интересное особое свойство. Восемьдесят пятый уровень личности принесет мне дополнительно сорок два очка к лидерству и интеллекту. Суммарно — по сто восемь к каждой характеристике. Это даже больше, чем у меня есть сейчас!

Артефакт явно нарушал баланс, как и весь этот проклятый остров.

Браслет скользнул на запястье, словно был создан именно для моей руки. Латные наручи надежно скроют сокровище от чужих глаз. Если кто-то из старожилов увидит столь ценный предмет, явно попытается завладеть им любыми путями. Зачастую убивают за куда меньшее.

Мысль о лидере Соверена заставила задуматься. Если подобный аксессуар окажется на руке у того, кто обладает высоким уровнем и уже стоит на вершине власти и силы, какую мощь он обретет? Даже представлять страшно. И всё же мне придётся подогнать браслет лидеру сильнейшего в Легиане альянса. Столь щедрый дар наверняка откроет многие двери и позволит выбить выгодные условия для помощи Землянам.

И всё же внутри что-то протестовало против расставания с такой силой.

Посмотрим, что там дальше.

Двухметровое деревце, растущее прямо из каменного пола. Крона его раскинулась пышным шатром, а листья испускали тусклое разноцветное свечение, при этом они едва заметно шевелились, хотя сквозняка внутри не было. Выглядело древо почти как рождественская ель, украшенная гирляндами.

Я обошёл его по кругу, любуясь красотой.

Единственный плод висел на центральной ветке, пульсируя тем же радужным свечением, что и браслет на запястье.

Сочная гуава возвышения.

Фрукт. Внекатегорийное. Магическое.

Свойства неизвестны. Для идентификации требуется навык травничества 400 уровня.

Нож браконьера легко прорезал плодоножку. В тот же миг крона вздрогнула. Листья внезапно осыпались, а ствол сморщился. За считанные секунды древо иссохло.

Плод в ладони продолжал пульсировать. Кожица была гладкой и теплой, от неё исходил знакомый аромат.

Искушение съесть фрукт прямо сейчас казалось непреодолимым. Навряд ли внекатегорийный предмет будет ядовитым. Но что, если эффект будет необратимым? Вдруг у меня рога вырастут, как у того скелета возле входа.

Пожалуй, всё же придержу. Быть может, удастся оставить браслет себе, а в роли подарка отлично подойдёт и гуава.

Я двинулся в самый центр зала, где располагался трухлявый деревянный стол. На его поверхности покоилась серебристая подставка, похожая на плоскую тарелку, а над ней витал в воздухе странный предмет. Подойдя ближе, рассмотрел его во всех деталях.

Наверное, каждый видел новогодние шары с домиками внутри. Если их потрясти, в прозрачной жидкости зашевелятся снежинки. Передо мной было нечто похожее, только вместо дома внутри находился жуткий корабль из костей.

Что за сувенир такой дивный? Дай-ка гляну подробнее.

Сфера призыва корабля «Гнев Богов».

Внекатегорийное. Магическое. Уникальное. Интуитивно удобное.

Особое свойство: нажмите на кнопку, чтобы призвать корабль. Повторное нажатие вернёт судно в сферу.

— Тысяча диабло! Это же уникальный именной корабль в пространственном кармане! — неожиданно для себя произнёс я эмоционально.

Святая Мария! Никому его не отдам. Это была любовь с первого взгляда, острая и безрассудная. Я чувствовал, что в маленьком кругляше скрывалась мощь, способная сокрушить врагов.

Пальцы дрожали, когда я осторожно подхватил сферу. Она оказалась удивительно лёгкой. Жидкость мягко всплеснула, костяной корабль качнулся на волнах.

В основании подставки имелась небольшая кнопка. Так и хотелось нажать её, посмотреть, как крошечное судно превратится в настоящего морского гиганта. Но здравый смысл взял верх. Призывать корабль в замкнутом подземном зале было верным способом похоронить себя под обломками.

Сфера бережно опустилась в рюкзак.

А ведь я ещё не полностью обследовал чертог. Впереди много интересного, но самое вкусное, как обычно, оставлю на десерт. Сначала хочу изучить каждый уголок помещения.

Неподалёку обнаружился еще один скелет, прислонённый к каменной стене. Этот был поменьше ростом и, судя по костям, принадлежал другой расе. Череп имел более привычные пропорции, но челюсти были усеяны острыми клыками.

Пальцы методично прощупывали каждую складку истлевшей ткани, проверяли все возможные тайники. Ничего. Даже карманов не осталось. Вот уж не думал, что стану расхитителем гробниц, испытывающим азарт в поисках драгоценностей.

Массивные деревянные шкафы вдоль стен обещали больше. Створки со скрипом подались, обнажив полки, покрытые толстым слоем пыли. Когда-то здесь хранились книги, судя по прямоугольным следам, но время и влажность превратили знания в труху.

В одном из шкафов лежало что-то, накрытое грязным покрывалом. Сердце екнуло от надежды, но под тканью обнаружилась лишь груда табличек с выцветшими письменами. Древние записи, возможно, ценные для учёных или коллекционеров, но бесполезные для искателя сокровищ. Забрал на всякий случай.

Обратил внимание на нечто, напоминающее кровать или открытый саркофаг. На нём покоились останки ещё одного представителя неизвестной расы.

Этот скелет сохранился лучше других. Кости были белыми, почти перламутровыми, а череп украшали сложные татуировки, нанесённые какой-то несмываемой краской. Ничего интересного не обнаружил.

Под матрасом тоже было пусто. Только пыль да крошки.

Обратил внимание на стены. То, что я сначала принял за простые царапины на камне, оказалось сложной наскальной живописью.

Первый рисунок изображал бегство. Гуманоидные фигуры с вытянутыми конечностями мчались прочь от чудовищного облака, принявшего форму головы с раскрытой пастью. Художник сумел передать панический ужас в каждой линии, в каждом изгибе тел. Хотя лиц беглецов не было видно, их отчаяние ощущалось всем нутром.

У следующего фрагмента я задержался подольше. Две планеты парили в космосе, одна из них была покрыта глубокими трещинами и разломами. Между космическими телами протянулась нить, по которой карабкался крошечный человечек с рогами на голове. Его путь лежал к целому миру, прочь от погибающего.

При виде третьей картины от удивления отвисла челюсть. Во всю ширь противоположной стены расстилалась ступенчатая пирамида, удивительно похожая на храмы майя или ацтеков из учебников истории. Над вершиной парил ключ, до боли знакомые очертания которого заставили непроизвольно коснуться груди, где под доспехом покоился точно такой же артефакт.

От ключа расходились лучи света, изображённые волнистыми линиями. А венчал композицию знак бесконечности, идентичный тем, что украшали легендарные глифы. Перевёрнутая восьмёрка, несомненно, символизировала Бескрайний Архипелаг.

Мысли понеслись стремительным потоком. Предки по мужской линии, испанские конкистадоры, были среди первых, кто дерзнул пересечь океан в поисках Нового Света. Неужели кому-то из них довелось ступить в лоно индейского храма? Неужели кто-то из них нашёл ключ именно там?

Но как коренные американцы заполучили подобную реликвию? Легенды говорили об их связи с мистическими силами, о кровавых ритуалах и жертвоприношениях. Неужели им удалось пробить завесу между мирами?.. Ещё вспомнились байки о том, что индейцы контактировали с внеземными расами и даже изображали на камнях подобие летающих тарелок и странных механизмов, которых не могло существовать в ту эпоху. Наверняка подобные храмы имелись не только на Земле, но и в других мирах. Вероятно, их строили вовсе не ацтеки.

Головокружение накатило волной. Слишком много совпадений, слишком много вопросов без ответов. Всё это место сочилось чуждой энергией, от которой было не по себе. Интуиция подсказывала, что пора закругляться. Чувство, которое уберегало меня от чрезмерной охоты, ведущей к неудачам, зажгло грудь.

Но сначала нужно исследовать последнюю загадку. С самого входа в зал взгляд притягивал странный постамент в дальнем углу, окружённый столпом белого света. Луч пронизывал воздух от пола до потолка, и в нём медленно кружились пылинки. Именно оттуда исходили вибрации и негромкий гул, будто от высоковольтной линии электропередач.

На наклонной поверхности постамента покоился кусок пергамента. Остановившись в шаге от него, начал изучение. Манускрипт имел аккуратные рамки с двух сторон, но остальные края были неровно оборваны. Это явно был фрагмент более крупного документа. Но самое поразительное ждало впереди.

Символы вспыхивали и гасли. Строки текста бежали по поверхности, меняясь быстрее, чем их можно было прочесть.

Чем дольше я всматривался в предмет, тем сильнее нарастала тревога. На смену символам пришли искажённые ужасом лица, которые мгновенно растворялись, но въедались в разум.

Картины сменяли одна другую: горные вершины, города с невозможной архитектурой, поля сражений, усеянные телами и кишащие птицами-падальщиками. Гигантские фигуры шагали по земле, оставляя за собой разрушение. Всё это проносилось калейдоскопом, заставляя разум шататься на грани безумия.

В последнее мгновение, когда я решил отвести взгляд, на пергаменте появилось мое собственное отражение. Лицо было бледное, с пустыми чёрными глазницами.

Жуть какая! Ну нахрен!

Я схватил пергамент и отправил в сумку. Тут же вспыхнула череда системных сообщений:

Вы стали ближе к разгадке одной из величайших тайн Архипелага.

Слава повышена до 102 пунктов (+31).

Поздравляем, вами получен титул Дрэ́хт.

Функционал листа развития личности расширен. Максимальное количество навыков увеличено. Добавлено два слота личных навыков, один корабельный и один классовый.

Вам доступен новый классовый навык «Подавляющий взгляд».

…

Ошибка…

%@#*%!*?

Повторный анализ…

Успех!

Уникальное задание «достигнуть титула арбитра» обновлено.

Найдите четыре фрагмента ткани мироздания.

Прогресс: 1 из 4.

Испытывать судьбу в проклятых чертогах больше не хотелось.

Я перенёсся к берегу острова Висельников. Морской воздух наполнил легкие, унося с собой удушливую атмосферу подземелья. Напряжение, сдавливавшее грудь железным обручем, медленно отпускало.

Картинка в голове начала постепенно проясняться. Видения и образы из пергамента уже не казались пугающими. Но пазл оставался неполным. Без недостающих фрагментов истина так и останется где-то рядом.

Но где найти остальные части? Самоцвет в головке ключа молчал мертвенным белым светом, не подавая ни малейших признаков активности. Других способов отыскать фрагменты я пока не знал.

К тому же появились новые загадки. Кто такие эти первопроходцы и почему их чертоги усеяны могущественными артефактами? Почему их корабли покоятся в магических сферах? Ответов я не знал, но был бы не против посетить подобные места — с превеликим удовольствием!

Впрочем, тайны подождут. Выживание землян важнее загадок прошлого, какими бы заманчивыми они ни казались.

Самое время испытать сферу призыва корабля. Я крепко зажал кнопку в основании подставки.

Прямо на песке проступили красные очертания огромного судна. Контуры были полупрозрачными, как мираж. Небольшое движение руки — и фантом послушно последовал за жестом.

Когда очертания оказались над водой, красный цвет сменился на голубой, давая понять, что это место идеально подходит для призыва.

Убрал палец с кнопки. Сфера опустела и в бухте родилось чудо.

Громада из костей, превосходящая размерами линкор, возникла мгновенно. Четыре мачты вздымались ввысь, поддерживая свёрнутые паруса цвета пепла. Три палубы громоздились одна над другой, из бойниц выглядывали орудия невиданной конструкции. Верхняя палуба тоже щетинилась крупнокалиберными стволами. Нос корабля украшал массивный череп с закрученными рогами вместо традиционного бушприта, а на корме громоздилось несколько этажей с надстройками.

Матерь Божья! Эта громадина длиной метров восемьдесят, а то и больше.

Я ещё раз нажал на кнопку — и судно вернулось в сферу.

Интересно, какого ранга «Гнев Богов»? Третьего, а может, даже второго?

Его детальное изучение заняло бы целый день, но времени на такую роскошь не было. Да и толку — всё равно не получится провести тест-драйв. Чтобы управлять кораблём, понадобится команда внушительных размеров. Даже обычные линкоры требовали по пятьсот человек, а то и тысячу. А это почти четверть всей фракции!

Потому я попросту перенёсся обратно в капитанскую каюту шхуны.

Навык «Кровавый фантом» повышен до 55 уровня.

Едва материализовавшись, уловил суматоху: яростные крики, грохот сапог по палубе.

Рванул к выходу.

Матросы сновали туда-сюда, готовя корабль к бою.

— Макс, у нас на хвосте пираты! — выпалил пробегающий мимо Густаво, не замедляя шага.

Я поднялся на корму, где под началом Эстебана собралось несколько бойцов. Они держали мушкеты наготове, но в их позах чувствовалась неуверенность. Увидел и преследующий нас корабль.

— Отставить мушкетный залп! — приказал я, и все взгляды мгновенно устремились на меня.

Странно. Бойцы смотрели не просто с уважением, а с каким-то особым трепетом. В их глазах мелькало что-то новое, будто они видели во мне не обычного капитана, а любимого актёра из фильмов детства.

Эстебан заливисто расхохотался.

— Капитан вернулся и получил Дрэхта! Ура!

— Ура-а-а! — подхватили соратники, размахивая мушкетами над головами.

— Спасибо, — отозвался я, ощущая лёгкое смущение от такого приёма. — А теперь объясните, что происходит.

— Пираты, — Эстебан презрительно сплюнул за борт и указал куда-то за корму. — По прямой догнать нас не смогут, тем более против ветра. Но у них хитрая конструкция парусов. Идут зигзагом, то влево, то вправо, и при этом постепенно сокращают расстояние. Уже несколько ядер в нашу сторону пустили, но нарочно мимо. Действуют по схеме Скиппи Крокса: сначала взять на абордаж, а потом спровоцировать.

— Принято. А мушкеты тогда зачем приготовили?

Эстебан неловко провёл рукой по щетинистому подбородку.

— Хотели их попугать залпом в воздух. Но они только посмеялись в ответ.

Я обернулся и внимательно изучил преследующее судно. Корабль маневрировал широкими дугами примерно в сотне метров за нами, его узкий вытянутый силуэт резко контрастировал с привычными мне формами. Такой конструкции я раньше не встречал, но по размерам он вполне тянул на пятый ранг.

Наша шхуна двигалась с трудом. Встречный ветер нещадно трепал паруса, заставляя судно едва ползти вперёд. Но Эстебан выбрал верную тактику и уже выиграл нам драгоценное время. Стоит вражескому кораблю приблизиться на критическое расстояние — мы резко изменим курс, поймаем попутный ветер и снова оторвёмся от погони.

Когда пираты приблизились на полсотни шагов, они перестали петлять и направили свой нос прямо к нашей корме. На палубе вражеского судна показалось несколько громил сто пятидесятого уровня. Среди них выделялся интересный персонаж. Коротышка-капитан напоминал жабу, переевшую ядовитых мух. Бородавки покрывали кожу, а пухлые губы то и дело подёргивались в злобной гримасе. Он размахивал кортиком, который в его крошечных руках выглядел почти как полноценная сабля.

— Сдавайтесь, мрази, и я дам вам умереть, как псам! — заскрипел полурослик ломким голосом. — Если будете тянуть время, я накормлю вашими языками чаек, пока вы захлёбываетесь собственной кровью!

Такие угрозы из уст карлика, который едва доставал до штурвала, выглядели настолько нелепо, что я не смог удержаться.

— Эй, обрубок. Мамочка-то знает, что ты в пиратов играешь? Лучше бы ты не вылазил из-под её юбки. Архипелаг — опасное место для таких крошек!

Навык «Харизма» повышен до 19 уровня.

Пират от удивления захлопал мясистыми губами. Его глазки-бусинки округлились от неожиданности. Видимо, к такому повороту событий он явно не готовился.

Мои друзья взорвались адским хохотом. Мутуа согнулся пополам, держась за живот, а Эстебан прикрыл лицо ладонями. Я особо даже не старался острить, но результат превзошёл ожидания. Неужели это влияние высокого показателя лидерства, который вместе с браслетом составлял почти сто девяносто пунктов?

— Я потопчу всех ваших уродливых женщин! Буду драть их с утра до ночи! — он изобразил нелепые возвратно-поступательные движения тазом. — А потом, потом…

— Мал ты ещё таким заниматься! Пипирку сначала отрасти да табуретку повыше сколоти, — перебил я его, наслаждаясь тем, как краска заливает лицо карлика.

Новая волна хохота прокатилась уже не только по нашей палубе. Даже среди пиратского экипажа послышались сдавленные смешки.

— Даю тебе последний шанс смыться, коротышка, — добавил я для полноты картины, демонстративно показав оттопыренный средний палец. — Иначе вот это будет последним, что ты увидишь. Хотя, с твоим ростом ты и так мало что видишь.

Карлик что-то яростно завизжал, подпрыгивая на месте, подобно обозлённому пинчеру. Пиратское судно резко ушло вбок, продолжив маневрировать и сокращать дистанцию.

Не знаю, какая муха меня сегодня укусила, но после возвращения на шхуну с редчайшими артефактами в рюкзаке настроение было каким-то диким и шальным.

Я достал сферу призыва «Гнева Богов» и сжал активирующую кнопку. Начал водить рукой, выбирая идеальное место для материализации корабля. Интересно, что соратники не видели силуэтов костяного судна в воздухе, а значит, враги тоже оставались в неведении.

Дождался, когда пиратский корабль на максимальной скорости начал заходить в очередной вираж, и призвал громадину прямо у них по курсу.

ХРУСТЬ! ТР-Р-АХ!

Пираты врезались в борт костяного судна. Я не переживал за сохранность «Гнева Богов». По габаритам, особенно за счёт ширины и высоты, мой новый корабль превосходил их лоханку раз в десять, да и по запасу прочности был на порядок выше. Это напоминало столкновение велосипеда с бронированным внедорожником.

— Чё за? Что это такое? Вы видите? — негодовали друзья.

Нажав кнопку ещё раз, я вернул громадину в сферу. Взгляду предстала поистине живописная картина: нос пиратского судна сломало целиком, и теперь он стремительно уходил под воду, вздымая корму ввысь. На наклонной палубе метался в панике полурослик.

Я помахал ему оттопыренным средним пальцем, после чего взял на прицел ручной мортиры и скомандовал:

— Дать мушкетный залп!

Конец главы. Ниже подробный разбор листа развития личности.

Уровень личности — 85;

Прогресс — 3/10;

Класс личности — мастер крови;

Фракция — Земляне;

Титул — Дрэхт (VI);

Слава — 102;

Свободные очки характеристик — 5;

Свободные очки навыков — 15.

Характеристики:

Сила — 80;

Ловкость — 60; (+5)

Телосложение — 90; (+85)

Интеллект — 60; (+123)

Восприятие — 70;

Лидерство — 80; (+108)

Удача — 100.

Личные навыки 12/14:

Стрелковое оружие — 42;

Акробатика — 27;

Ношение брони — 35;

Интуиция — 33;

Маскировка — 14; (+5)

Холодное оружие — 37;

Владение шпагой — 53;

Рыбалка — 37;

Обострённое зрение — 29;

Хитрость — 33;

Владение мортирами — 8;

Харизма — 19.

Корабельные навыки 6/7:

Канонир — 36;

Штурман — 53;

Навигатор — 21;

Капитан — 36;

Аугментатор — 3;

Абордажник — 14.

Классовые навыки 5/5:

Кровавое мастерство — 76;

Управление кровью — 61;

Кровавый демон — 129;

Кровавый фантом — 55.

Подавляющий взгляд — 1.

Перки:

Ментальная ловушка (50 ур. Кровавый демон)

Плавучий ужас (100 ур. Кровавый демон)

Модификация печени I (50 ур. Кровавое мастерство)

Специалист по ядам I (50 ур. Управление кровью)

Фантомная связь (50 ур. Кровавый фантом)

Дуэлянт I (50 ур. Владение шпагой)

Стремительный мореход (50 ур. Штурман)

Ожерелье тридцати трёх истоков:

Великая кровавая жемчужина подчинения демона.

Активная экипировка:

Шпага первопроходца с креплениями ; каплевидный щит «Бастион»; пронзатель пучин (повязка на глаз); барбют «Бастион»; пиратская бандана; рюкзак хитрого Нёрди; рубаха щёголя; латный нагрудник «Бастион»; револьвер шестерёнка смерти; латные поножи «Бастион»; Сабатоны «Бастион»; латные наручи «Бастион»; тканевые перчатки скрытника; кольцо каменной кожи; браслет «Демиург».

Валюта:

107 758 осколков бездны; 10 великих душ.

На балансе Миротворцев: 74 020 осколков бездны.

Инвентарь (предметы активного пользования):

Сфера призыва корабля «Гнев Богов» ; Гравиэспадрон; подводное ружьё «Ловец удачи»; гарпун; ручная мортира безумца; ботинки бесконтактного боя; коробка с пулями для мортиры; пороховница; 2 коробки с патронами для револьвера; драгоценная подзорная труба; нож браконьера; проклятый гигантский молот; сочное манго перемен; сочная гуава возвышения; спиннинг с блёснами; девятифунтовая пушка; ядра/картечь/книппеля.

Инвентарь (ресурсы):

По 10 мер бронзы, древесины и железа.

Инвентарь (остальное):

Сосуд душ; тотем безмолвной жатвы; мешочек с заготовками под жемчужины; фрагмент ткани мироздания; мешок с каменными табличками из чертогов первопроходцев; карта с расположением водоворотов; запечатанное послание торговой гильдии; мини бандана бананоголового пирата с первого подземелья; фляга исследователя; пара пустых сундуков; бочка с порохом; 6 комплектов «Изобилие» 4 звезды; складной стул и бутылка рома.

Глава 6

К вечеру следующего дня мы наконец добрались до Ковенария. Остров первого ранга с населением в двадцать миллионов существ предстал перед нами сплошной городской агломерацией. Благодаря растущему навыку «Навигатор» я сумел разглядеть на навигационном столе расположение форта и понял, с какой стороны лучше подобраться. Логика подсказывала: лидер наверняка находился именно там, ближе к сердцу острова.

Сейчас мы протискивались среди тысяч кораблей к пристани, которая растянулась бесконечной многокилометровой лентой.

Наверное, выглядели как селяне, впервые попавшие в мегаполис. Вся команда замерла в немом восхищении, наблюдая за окрестностями самого развитого острова в Легиане. Матросы медленно поворачивали головы, следя за дворцами, чьи башни и шпили казались готовыми проткнуть само небо. Их лица отражали смесь восторга и растерянности. Кто-то тихо присвистывал, оценивая мощь местной флотилии.

Я оказался среди вторых и невольно цокнул языком, глядя на корабли первого ранга. Рядом с этими морскими крепостями шхуна выглядела спичечным коробком на фоне грузового контейнера.

Наши лица стоило видеть! Впрочем, вахтенные на больших кораблях прекрасно их видели и одаривали пренебрежительными взглядами, кривя губы в ухмылках. Очевидно, в этой гавани представители молодых фракций были редкими гостями.

Вскоре мы столкнулись с проблемой: найти место для швартовки оказалось невозможно. Каждый метр пристани был занят. Ситуация напоминала парковку возле стадиона перед финалом Лиги чемпионов.

Поэтому я просто спустил шлюпку на воду и направился к берегу. Эстебан крикнул с борта, что после швартовки отправится с экипажем осматривать город. Он активировал на мне умение, позволяющее отслеживать цель на смарт-карте, и пообещал проверять местоположение каждые десять минут. Как только увидит меня на шхуне после телепортации в каюту, сразу же вернется с командой. План казался надежным: так мы точно не потеряемся.

Ступив на берег, я ошалел от местного контингента. Здесь собралась настоящая солянка инопланетных рас. Но больше всего шокировали их титулы. Даже над головами оборванцев в потертых одеждах красовалась надпись «Ронар». Военные щеголяли званиями «Дрэхт» и «Скард». Последние, судя по их поведению и почтительному отношению окружающих, занимали командные должности. Уровни варьировались от сотого до трёхсотого.

Понятное дело, на меня никто не обращал внимания. Я был слишком мал в этом океане силы и влияния. Кругом кипела работа. Вездесущие торговцы с хитрыми глазами тащили за рукава прохожих, расхваливая свои товары гортанными голосами. Мускулистые грузчики с потными спинами перетаскивали тяжелые ящики. У причалов рыбаки потрошили свежий улов, а возле крыльца борделя сюрреалистичные «красотки» с неземной внешностью и экстравагантными нарядами зазывали клиентов.

Решил не медлить и направился к ближайшему патрулю. Пятеро амбалов в военной форме шли вальяжной походкой вдоль набережной. Их плащи развевались на морском ветру, а настороженные взгляды сканировали пространство.

Я перегородил патрульным дорогу и обратился к командиру. Гуманоид с головой шакала возвышался над остальными и занимал центровое положение.

— Добрый день, господа. Я прибыл издалека с важной дипломатической миссией. Не укажете дорогу к обители вашего лидера?

Патрульные взорвались хохотом. Командир заливался громче остальных — этот звук походил на смесь лая и кашля с истеричными нотками. Намеренно не стал доставать запечатанный конверт из сумки. Хотелось проверить, как здесь встречают посланцев молодых фракций.

— Ты? К лидеру? — рыкнул командир, ловя языком тонкую струйку слюны, сорвавшейся вниз. — Думаешь, у него найдется время на болтовню с «мальком»? Убирайся в свою нору и прочь с дороги!

Патрульные сделали шаг вперед, но я остался стоять на месте. Пасть командира оскалилась, обнажив мощные клыки. Его лапа легла на рукоять серповидного клинка.

— Торговая гильдия договорилась о встрече, — невозмутимо ответил я и протянул конверт.

Шакал выхватил письмо когтистыми пальцами, поднес к морде и принюхался. Долго изучал восковую печать на свету, поворачивая конверт разными сторонами.

— Слишком большая честь для торговой гильдии! — рыкнул он и швырнул конверт мне под ноги. — Забирай макулатуру и проваливай! Последнее предупреждение!

Возле нас образовался пустой круг. Прохожие поспешно сворачивали в сторонние переулки, не желая попадать под горячую руку патруля. Ветер подхватил несколько песчинок с дороги и закружил их между нами.

Я благоразумно отступил на пару шагов и поднял конверт.

— Дело ваше. Представляю, как обрадуется лидер Соверена, когда узнает, что его собственный патруль чуть не загубил возможность насолить пиратским королям и заработать на этом гору осколков, — я развернулся и пошагал прочь, бросив через плечо: — Зайду в портовое управление. Там точно не откажут!

— Стой, — донеслось в спину. — Пиратские короли, говоришь? Это всё меняет. Следуй за мной, малёк!

Четверть часа спустя мы достигли цели. То, что открылось перед глазами, перевернуло все мои ожидания. Патрульные привели меня не к суровым стенам форта, а к самому роскошному дворцу на острове. Им еще на борту шхуны восхищались мои соратники, не веря собственным глазам.

Как можно было не заметить эти стены? Материал походил на лазурит, но диковинно яркий и насыщенный. Казалось даже, что строения окутывает синяя аура.

У входа меня встретили представители внутренней охраны. Серьезные ребята с каменными лицами, каждый из которых явно прошел не одну сотню боев. Их уровни приближались к четырехсотому, что невольно внушало уважение. Легендарные комплекты экипировки поблескивали в лучах Солариса. Элита, одним словом.

Мы миновали высокие металлические врата, украшенные незамысловатой резьбой. За ними раскинулся сад, от красоты которого захватывало дух. Фонтаны били струями жидкого серебра, создавая мелодичный звон при падении капель. В воздухе ощущался аромат экзотических фруктов, висевших на деревьях необычных форм. Клумбы пестрели цветами ярких оттенков.

Конвоиры взяли меня в плотное кольцо, не оставляя ни малейшего шанса осмотреться как следует или хотя бы замедлить шаг. Каждая попытка повернуть голову встречала строгий взгляд одного из охранников. Они двигались синхронно.

Наконец мы вошли в сам дворец. Масштабы и роскошь поражали. Пол выложен из черной чешуи какого-то древнего чудовища. Каждая чешуйка размером с ладонь отполирована до зеркального блеска и наверняка стоила очень дорого. Под ногами она слегка пружинила, создавая ощущение, будто идешь по живой коже.

Потолок терялся где-то в высоте, поддерживаемый массивными лазуритовыми колоннами. Пахло благовониями, дымившимися в специальных нишах вдоль стен. Сладковатый аромат с нотками сандала и чего-то неуловимо экзотического щекотал ноздри.

Несмотря на явно жилой характер здания, повсюду сновали не только слуги, но и многочисленная охрана. Стражи стояли через каждые десять шагов.

Обычные коридоры запросто могли дать фору лучшим музеям моего старого мира. Картины в тяжелых рамах изображали сцены великих битв и высокопоставленных людей. Скульптуры застыли в динамичных позах, их лица выражали гамму эмоций. В стеклянных витринах покоились древние окаменелости разных форм, артефакты и другие экспонаты.

Один из конвоиров забрал у меня конверт аккуратным, но безапелляционным движением.

— Подожди здесь, — коротко бросил он, кивнув на массивную дверь с золотыми инкрустациями. — Зал власти. Входить только по приглашению.

Почти целый час тянулся под тяжелыми взглядами охранников. Каждую минуту я чувствовал, как их глаза сверлят мою спину, изучают каждое движение. Пот собирался между лопатками, несмотря на прохладу дворцовых залов.

Долгое ожидание начинало утомлять. Решил не тратить время впустую. Заодно продемонстрирую способности. Кто знает, возможно, удастся произвести впечатление на тех, кто наблюдает.

Опустился на холодный каменный пол, скрестив ноги в позе лотоса. Пальцы нащупали в сумке две квадратные заготовки для жемчужин. Достал их медленно, словно церемониймейстер, и аккуратно разместил перед собой. Стражники у стены мгновенно подались вперед, руки инстинктивно потянулись к эфесам клинков, но через секунду мышцы расслабились. Мои движения были слишком размеренными и открытыми для угрозы.

Следующим извлек тотем безмолвной жатвы и расположил его рядом с заготовками. Фигурка скрывала весь процесс работы с душами от посторонних глаз, когда находилась в инвентаре, но сейчас мне хотелось устроить небольшое световое шоу.

Наконец достал сосуд душ и открыл интерфейс ремесла. В запасе покоилось десять великих душ, каждая равная сотне обычных, плюс горстка с неудачливых пиратов, что попались в недавней стычке.

На изготовление одной жемчужины требовалось пятьсот искорок. Я коснулся символа плюса в интерфейсе, намереваясь создать два артефакта за один присест.

ЧПОК!

Откупорил крышку, и души ринулись к заготовкам. Через минуту напряженного ожидания я сжимал между большими и указательными пальцами две жемчужины. Одна переливалась багровыми оттенками, напоминая каплю крови, вторая отбрасывала золотистые блики. Украдкой взглянул на стражников, надеясь увидеть хотя бы намек на удивление или интерес. Но те стояли неподвижно, даже бровью не повели. Пиар-кампания с треском провалилась.

Впрочем, результат радовал. Обычная жемчужина объема крови (эпичного качества) расширяла резервуар жизненных соков на 150 мл. Теперь в моем распоряжении было полтора литра крови, который восстанавливался за несколько часов при хорошем питании, особенно фруктовыми соками. Обычная жемчужина каменного кулака добавляла семь пунктов к силе.

Поднес артефакты к ожерелью, и те мгновенно примагнитились к нити, заняв места рядом с самой первой жемчужиной.

Мелочи, безусловно, но душу грели. Учитывая, что на ожерелье оставалось место еще для тридцати кругляшей, перспективы выглядели более чем обнадеживающими. К завершению работы получится исключительно мощный классовый артефакт. В следующий раз, пожалуй, использую пять тысяч душ, чтобы создать великую жемчужину.

Пришлось подождать ещё с полчаса, и, наконец, массивные врата со скрипом распахнулись. Из зала выплыло существо, от одного вида которого стало не по себе. Верхняя часть тела напоминала гигантского осьминога, щупальца лениво покачивались в воздухе. Снизу торчало шесть мускулистых гуманоидных ног, обутых в сапоги. Одежда пришельца сверкала драгоценными металлами и камнями размером с куриные яйца. Определенно вельможа высокого ранга или торговец, купающийся в богатстве.

Создание скользнуло мимо, не удостоив меня взглядом. Воздух после него остался пропитанным странным мускусным ароматом.

— Твой черед, — сухо произнес один из охранников.

Я шагал вперед в сопровождении двух провожатых.

Ожидания рисовали передо мной образ мудрого старца с длинной бородой или мощного, как орк, воина. Реальность оказалась иной.

На троне восседала женщина в расцвете сил. На вид лет на пять старше меня, хотя кто знает ее истинный возраст — возможно, за плечами целые тысячелетия. По человеческим меркам весьма привлекательная, если не обращать внимания на несколько странных деталей. Глаза с вертикальными зрачками были крупнее обычных. Между пальцев натягивались тонкие кожистые перепонки. Вишенкой на торте выступал крохотный вздернутый нос.

Одежда правительницы больше походила на вызов приличиям. Прозрачная туника и такая же юбка практически ничего не скрывали. Нижнего белья не было и в помине, что меня чуточку смутило. Металлический обруч покоился на голове подобно короне, обрамляя длинные черные волосы, что струились до самых лопаток.

Драгоценности покрывали её тело от головы до пят: серьги в виде миниатюрных звёзд, цепочки разного размера на изящной шее, браслеты на запястьях и лодыжках. Особенно поражал пирсинг, украшающий пышную, гордо выступающую грудь. В интимном месте, кажется, тоже поблёскивало что-то металлическое.

Навык «Обостренное зрение» повышен до 30 уровня.

Получен уровень 86. Доступно 10 свободных очков характеристик.

Все предметы, естественно, легендарного качества.

Первая мысль была о розыгрыше. Казалось, я попал не в тронный зал, а в дорогой публичный дом. Сомнения развеялись, когда система выдала информацию о лидере Соверена:

Аша́ри Райса Туурнэ́к, ксаорит, деспот 569 уровня. Титул: III , Самади́.

Мы остановились в пятидесяти шагах от трона. Правительница сидела с царственной осанкой, каждая линия её тела источала стать.

— Пади ниц, — прошептал один из охранников.

Оба бойца рухнули на колени, как подрубленные. Вытянули руки вперёд так, чтобы ладони и лица коснулись пола. Металлические доспехи звякнули о камень.

Я застыл на месте. В голове проносились мысли о чести, достоинстве и о том, чем может обернуться мой отказ.

Один из охранников повернул голову. Смотрел снизу вверх, глаза расширились от ужаса. Казалось, они вот-вот вывалятся из орбит.

— Ты оглох, малёк? — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — На колени, если жизнь дорога!

Последние слова боец произнёс, уткнувшись носом в пол. Весь его вид кричал о том, что проситель совершает роковую ошибку.

— Люди не преклоняют колен! — заявил я твёрдым голосом.

Решил сразу дать понять, что на шею нам не сесть.

Охранники вскочили синхронно. Лязг извлекаемых клинков эхом прокатился по залу. Я отступил на несколько шагов и надкусил палец, выставляя окровавленную руку вперёд.

— Оставьте нас! — властно произнесла Ашари.

Голос прозвучал тонко и мелодично, но каждое слово было пропитано внутренней силой и уверенностью.

— Носители демонов не падают ниц… по принуждению, — добавила она после паузы.

Охранники поспешили удалиться. Двигались спинами вперёд, не смея повернуться к правительнице, и низко кланялись на каждом шаге.

Я тоже обозначил поклон в знак уважения и признания силы.

Ашари поднялась с трона плавным, текучим движением. Она занесла ногу для первого шага, а в следующее мгновение исчезла.

Воздух перед моим лицом едва колыхнулся, и правительница материализовалась прямо передо мной. Слишком близко. Только сейчас стал очевиден её рост — чуть выше моего, что заставило слегка запрокинуть голову.

Несколько долгих секунд она смотрела на меня оценивающим взглядом. Потом на её губах расцвела лёгкая, многозначительная улыбка, обещающая как милость, так и опасность.

— Человеки имеют поразительное сходство с ксаоритами, — произнесла Ашари едва слышно.

Внезапно её пальцы скользнули по моим волосам. Прикосновение было неожиданно нежным, почти невесомым. Кожа на макушке мгновенно откликнулась мурашками, побежавшими по затылку.

— Любопытно, — продолжала она, перебирая пряди между пальцами. — Впервые встречаю столь интенсивный огненный оттенок.

От её запястья исходил аромат неземного парфюма. Сложная композиция незнакомых нот ласкала ноздри, проникала в лёгкие, заставляя слегка кружиться голову.

Правительница отступила на шаг, но её присутствие по-прежнему давило на сознание тяжестью и… сильным возбуждением.

— Ваше послание уже рассмотрено, — продолжила она тоном, который стал суше, деловитее.

Руки Ашари сплелись за спиной, подчёркивая подавшуюся вперёд роскошную грудь под прозрачной тканью.

— Условия стандартные для всех вассальных рас. Шестьдесят процентов добычи землян отправляется в казну Соверена. Всех годных воинов забираю в мою армию. Таковы правила игры для выживания человеков.

И тут её губы снова тронула хитрая улыбка, полная скрытых смыслов. Глаза блеснули с почти детской проказливостью, странно контрастировавшей с железной волей в голосе.

— Впрочем, за столь приятную мордашку и безрассудную смелость готова сделать исключение. Скидка в три процента. Посредниками выступит торговая гильдия. Подробности узнаешь в фактории на вашем острове, — последние слова прозвучали уже над плечом.

Правительница, покачивая упругими бёдрами, поковыляла обратно к трону, давая понять, что аудиенция окончена.

— Достопочтенная госпожа, прошу уделить ещё одну минуту. Я прибыл с дарами и не могу уйти, пока не вручу их вам.

Ашари замерла, затем грациозно обернулась. В глазах мелькнула искорка любопытства.

— М-м, как это мило. Подарки я люблю. Правда, сомневаюсь, что они вызовут какие-либо эмоции. Если, конечно, речь не пойдёт о предметах искусства, — голос окрасился живым интересом. — Испытываю страсть к истории и культуре.

— Не сомневайтесь, вы останетесь несказанно довольны. Если так и будет, могу ли я рассчитывать на ответный подарок в виде смягчения условий для нашей фракции?

Вслед за моими словами раздался громкий, заливистый смех, искренний и звонкий. На лице невольно появилась улыбка, пока я не увидел её длинные, как у вампира, клыки. По спине пробежал холодок тревоги.

— Договорились, — наконец ответила Ашари. — В противном случае ты умрёшь в моей спальне. Сразу после того, как я наиграюсь с тобой.

Её длинный змеиный язык медленно облизал клыки.

Глава 7

Решил начать с малого. Знал, что повелительница ценит редкие артефакты и вещи с историей. Извлёк из рюкзака мешок, набитый каменными табличками, и сделал пару шагов вперёд.

Ашари замерла, глядя на мою ношу, и принялась перебирать содержимое. Её пальцы скользили по щербатому камню. Она выбрала одну из самых целых, на которой всё ещё угадывались очертания рогатого человечка и цепочка полустёртых символов.

— И где же ты раздобыл эти скрижали?

— В чертогах первопроходцев на острове Висельников.

Она неожиданно покачала головой, почти по-человечески, и, не отводя взгляда, скользнула пальцами между двух пышных грудей. Из глубины появилась монета фисташкового оттенка.

— Маленький врунишка с красивой мордашкой, — произнесла она, прищурив глаза, и подбросила монетку. Металл сверкнул в воздухе, упал на ладонь. — Повезло. Соларис спас тебя от гибели. Опасайся Вортаны, когда вздумаешь лгать снова.

Она повернула монету обратной стороной. На ней чётко выделялась тонкая спираль.

Я сглотнул, ощущая сухость во рту.

— Стоит ли так рисковать? С вашим восприятием вы наверняка отличаете правду от лжи. Знаю, что для вас я — раскрытая книга.

— Скучный, — без тени улыбки ответила она и вновь подбросила монетку. — И снова удача! Так на каком аукционе ты купил скрижали первопроходцев?

— Послушайте, уважаемая…

Она не дала договорить, запустила монету в третий раз.

Что-то обожгло меня изнутри. Не успел обдумать, как перехватил монетку прямо в воздухе, не дав ей коснуться её ладони. Глаза Ашари слегка расширились.

Навык «Интуиция» повышен до 34 уровня.

Мои пальцы уже сжимали тёплую, налитую соком гуаву возвышения.

— Думаешь, такие вещи продаются на дешёвых аукционах? — слова вырвались громче, чем планировал, и я впервые осмелился перейти на «ты».

В её глазах мелькнула вспышка ярости, сменившаяся безразличием, а затем — чем-то, похожим на довольство.

— Ах, какой пылкий молодой человек, — протянула она с лёгкой, почти издевательской игривостью.

Едва заметил, как Ашари выхватила плод из моей руки. В ответ я бросил злополучную монету в рюкзак. Пусть лежит подальше. Не собираюсь больше ставить свою жизнь на кон.

Повелительница жадно вгрызалась в мякоть гуавы. Сок блеснул на её губах, пальцы были влажными. Вертикальные зрачки бегали слева направо, читая сообщение от системы.

— Теперь я знаю, какая на вкус власть!

— Никогда не пробовала гуаву? У нас дома почти каждый третий знает этот вкус.

Меня вдруг кольнуло холодком, когда я вновь глянул на с её данные.

Ашари Райса Туурнэк. Ксаорит. Деспот 669 уровня. Титул: II , Варл.

Плюс сто уровней личности и повышение титула? Разве так бывает?

— Я первая в Легиане гроза океанида! — голос раскатился по залу, и в нём звучало безусловное торжество.

Я с любопытством наблюдал, как она захлёбывается радостью от возвышения. Смех вырывался из груди звонко и заразительно. Ашари двигалась легко, танцуя без музыки. Тонкая ткань туники при каждом повороте прилипала к линиям фигуры, и мой взгляд невольно цеплялся за соблазнительные формы.

— Буду откровенна: ты меня удивил, малёк, — произнесла она, когда волна эйфории постепенно схлынула.

Повелительница приблизилась так, что я почувствовал тепло дыхания, и провела кончиком пальца по моему нагруднику.

— Сколько вмятин… и сколов. Расскажешь? Люблю истории. Откуда эти глубокие царапины?

Я опустил взгляд на центр нагрудника. Там, в металле, чернело изображение каменной башни, которая была перечёркнута косой бороздой.

— Подарок от хранителя тайн. Чудище 9999 уровня. Ему не удалось сохранить секрет острова Висельников.

— И как же ты его одолел?

По лицу нельзя было понять, шутит она или ждёт честного ответа.

— Смекалкой, — коротко отозвался я.

Палец снова двинулся вниз по металлу, скользя по узким стыкам между пластинами. Остановился на вмятине сбоку. В её взгляде звучал немой вопрос.

Я шумно выдохнул.

— Кодж Морг. Элитный босс героического подземелья. Молотом снёс меня с ног, рёбра переломал.

— Какая насыщенная у тебя жизнь!

Шаловливые пальцы опустились ещё ниже и ощупали моё естество!

Я перехватил тонкое запястье и отвёл руку в сторону. Сделал шаг назад, сохраняя зрительный контакт.

— Давайте лучше обсудим насущное. Раз уж я вас впечатлил, предлагаю пятнадцать процентов дани. И воины нашей фракции останутся на Новой Земле.

Признаться, больше всего меня волновал факт, что Соверен сделает из Землян пушечное мясо в охоте на мифических существ.

Ашари медленно развернулась, туника колыхнулась за её спиной. Она направилась к выходу.

— Согласна. Следуй за мной.

Я, наконец, расслабился. Самое время отправиться в рабочий кабинет, где разговор можно будет довести до конца.

— Хотелось бы узнать подробности планов по защите Землян. Через пять вексов нам предстоит столкнуться с армадой жужжерианцев. Так предсказал лидер нашей фракции, вестник по классу личности.

Собеседница задумчиво кивнула.

— Соверен выделит вам кредит в сто миллионов осколков, — её голос вновь стал деловым. — Через один зод вы вернёте сто двадцать пять. А затем пожизненно будете отдавать пятнадцать процентов из казны.

Я аж присвистнул. Какие огромные деньжища!

Она продолжала говорить, не обращая внимания на мою реакцию.

— Учёт и контроль возьмёт на себя торговая гильдия. За это им полагается комиссия.

Хм, вот в чём интерес хитрожопых дельцов!

— На полученные средства вы сможете поднять на волны корабль первого ранга, экипировать армию и выстроить линии обороны, — уголки её губ дрогнули, заметив моё удивление. — Не переживай. Уже завтра лучшие специалисты будут на Новой Земле.

— Благодарю, госпожа. Но позвольте уточнить… кто поведёт этот корабль? — я шагнул чуть ближе, стараясь поймать её взгляд. — У нас слишком мало людей, чтобы заполнить команду.

Двери впереди разошлись, открывая вид на широкий коридор. Охрана в тот же миг пала ниц.

— Человеков разбросало по всему Легиану, но Великий Соверен поможет вам воссоединиться. Мы переместим самые крупные группировки на Новую Землю. Ждите скорого пополнения.

— Клану Миротворцев как раз нужны рекруты!

— Слушай дальше, мой смелый, безрассудный воин с симпатичной мордашкой и внушительным детородным органом.

Я резко закашлялся, сбив шаг.

Ашари громко рассмеялась.

— Наши патрули прочешут сектор новоприбывших и выкинут оттуда пиратов. Жужжерианцы останутся без снабжения.

Повелительница остановилась возле стены, где в нише располагалась стеклянная витрина. Ключ, появившийся в пальцах, тихо щёлкнул в замке. Она приоткрыла створку и аккуратно положила внутрь каменную табличку из чертогов первопроходцев. Пальцы задержались на рельефных символах, и только потом дверца витрины захлопнулась.

Мы продолжили идти.

— Более того, патрули примут участие в финальном сражении. Корабли встанут на линии атаки. Один неудачный выстрел — и враг сам подпишет себе приговор.

Ашари раскрывала всё больше подробностей. Например, о «провокативных войсках». Судна, битком набитые мимиками, будут профессионально изображать людей и, таким образом, провоцировать флотилии жужжерианцев на первую атаку.

Конечно же, Соверен поделится с нами технологиями и чертежами. Более того, отправит на Новую Землю отряд элитных охотников. Их задачей будет зачистка шахты по добыче осколков. Эти ребята смогут открыть четыре уровня, увеличив ежедневный доход фракции до половины миллиона лазурных ядрышек.

Коридор закончился дверью. У проёма бдели два широкоплечих стража.

Комната внутри оказалась просторной и светлой. Через панорамное окно была видна столица, окрашенная лучами заходящего Солариса. В центре помещения — низкая, но огромная кровать, на которой уместилась бы целая рота солдат. Не похоже на рабочий кабинет.

— Вы получите это и многое другое, — сказала она, двигаясь к кровати. — Осталось лишь закрепить результат, — грациозным движением, словно тигрица, улеглась на край. — Ну же, смелее, мой безрассудный капитан!

— Чёрт… — вырвалось у меня.

Ашари прищурилась.

— По-твоему, я недостаточно соблазнительна? Знаешь, сколько лучших воинов Соверена пало в дуэлях за право ночи со мной?

От её слов по комнате прокатилась магическая волна, и шторы вздрогнули.

— Полагаю, немало. Но дело в другом. Не будь моё сердце занято, я бы даже не думал и показал вам, насколько страстны бывают люди!

В глазах Ашари блеснул опасный огонёк. Она явно пропустила мимо ушей мои последние слова. В груди вдруг что-то кольнуло, и я понял, что нахожусь на грани смерти.

Я сделал шаг вперёд, и напряжение рассеялось, будто кто-то убрал руку с горла. Обворожительная повелительница сменила гнев на милость, улыбаясь кромками губ и предвкушая утехи.

— Хочу сделать ещё один подарок, — сказал я, вытаскивая из-под наруча браслет демиурга. — Можно вашу руку?

Ашари мгновенно потеряла интерес ко мне — её взгляд сосредоточился на внекатегорийном аксессуаре. Замочек щёлкнул, и кольцевые звенья подогнались размером под тонкое запястье. Ашари заворожённо наблюдала за бегающими искорками и гладила чернёный металл указательным пальцем.

— Спасибо вам и до новых встреч!

ЩЁЛК!

Фух-х. Вроде всё правильно сделал.

Тем же временем. Личные покои Ашари.

Повелительница долго хохотала, довольствуясь результатом.

— Как же приятно направлять других к верным решениям. Будущий арбитр сам вручил мне всё, чего я желала… и монету судьбы забрал. Теперь каждый его шаг будет под моим взглядом.

В руках материализовался крупный хрустальный шар, размером с футбольный мяч. Ашари лежала на спине, держа его, и с улыбкой наблюдала за тем, как Макс в каюте шхуны справляется с волнением.

Спустя половину часа. Ресторан «Обсерватория вкусов».

Миротворцам повезло, ведь они успели занять несколько столов прежде, чем плотный поток жителей Ковенария пожаловал на ужин.

На белоснежных скатертях сверкали бокалы и тарелки с блюдами, больше напоминавшими тщательно выложенные картины, чем еду. Тонкие нити соуса тянулись по краю фарфора, а крошечные кусочки мяса украшали микроскопические листья пряных трав.

— Слишком уж мелкие порции, — буркнул себе под нос Густаво, ковыряя ножом аккуратную пирамидку из морских грибов.

— Ты не понимаешь, — Лекс поддел вилкой позолоченную креветку и отправил её в рот. — Это высокая кухня. Здесь не едят — здесь наслаждаются.

— И цены тоже «высокие», — последнее слово Скай сказала особенно тонким голосом, подражая Лексу. — Триста осколков за пудинг из тенеклювки! Да в «Пьяном Жабогрызе» на эти деньги можно целую неделю не просыхать!

Двери распахнулись, и в зал вошло несколько существ криминальной внешности. Один из них, заметив, что все места заняты, выругался так, что у официантки дрогнул поднос в руках. Он уже собирался развернуться, но его четырёхрукий спутник имел другие планы. Тот подошёл к столу Миротворцев и прошипел:

— Мальки, а ну-ка, рассосались в ужасе.

Янис поднялся и ответил дерзкому бандиту:

— Братва, ну к чему нам кипиш? Минут через пятнадцать и так уйдём.

— Слышь, чертила позорная, здрыснул, сказал!

Янис врезал лбом прямо в подбородок. Четырёхрукий отлетел, роняя тарелку с мясом, которая со звоном покатилась по полу.

Начался старый добрый массовый мордобой. Все сорвались с цепи. Кулаки мелькали в свете ламп, стулья грохотали, посуда летела в стороны. Провокаторы били резко, грязно, Миротворцы давили числом.

Остальные посетители даже не думали расходиться. Кто-то уже встал на стул, стуча ложкой по тарелке, намереваясь объявить о тотализаторе, кто-то выкрикивал подбадривающие реплики той или иной стороне, прочие молча ужинали.

События глазами Макса.

Полчаса я вглядывался в окрестности набережной, ожидая знакомые силуэты. Эстебан должен был проверить метку уже три раза. Почему они не возвращаются?

Придётся самому их найти.

— Не видели группу эм-м… мальков? — спросил первого встречного.

Торговец скривился и отвернулся, сжимая корзину с чёрными фруктами. Следующий прохожий — грузчик с мозолистыми руками, даже не замедлил шаг, просто прошёл мимо, избегая зрительного контакта.

Все спешили и не обращали на меня внимания.

— Эй, благодетель! — голос прозвучал из-за мусорного контейнера.

Оборванец с классом личности «Попрошайка» вынырнул из тени.

— Видел твоих дружков. За сотню осколков покажу дорогу.

Я отсчитал половину суммы.

— Вперёд. Остальное получишь на месте.

Оборванец засеменил по узкой улочке мимо сувенирных лавок. Бежали мы недолго — буквально несколько минут.

— Вот и место, — провожатый ткнул пальцем в деревянную вывеску ресторана «Обсерватория Вкусов».

Передал вторую половину суммы, толкнул дверь — и увидел такую картину: мои бойцы окопались в дальнем углу, где столы превратились в импровизированную баррикаду. Обломки стульев валялись по всему полу. Лица друзей украшали свежие синяки — у Скай была разбита губа, левый глаз Эстебана заплыл от удара, кулаки покрывала засохшая кровь, а экипировка запылилась от потасовки. Остальным тоже досталось.

Янис прижимал кинжал к шее четырёхрукого существа, дрожащего на коленях. Рядом в луже крови лежало острое отрубленное ухо.

Двое местных растянулись на полу с лицами, превращёнными в месиво. Я заметил характерные вмятины от кастетов Скай.

Пять патрульных образовали полукруг вокруг моих друзей с оружием наготове. Среди них я узнал командира с шакальей головой.

Остальные посетители ресторана продолжали ужинать: чавкали, прихлёбывали, косились на драму в углу, как на бесплатное представление.

— Последний раз повторяю, малёк, убрал кинжал прямо сейчас! Отделаетесь тюремным сроком в три чама, — рычал шакал. — Считаю до трёх и приступаю к вашей ликвидации. Раз!

— Не выйдет, вертухай, — голос Яниса дрожал, но кинжал он держал твёрдо. — На нары не вернусь. Лучше сдохну здесь!

Шакал извлёк серповидный клинок, а в ладони левой руки материализовал огненный сгусток.

— Два!

Тем же временем. Личные покои Ашари.

Повелительница не отрывала взгляда от хрустального шара, утопая в море бархатных подушек. Плед из нежнейшего кашемира окутывал её плечи, а перепончатые пальцы медленно поглаживали гладкую поверхность магического артефакта.

— Стоять! — взревел Макс. — Кто посмел поднять руку на достопочтенных гостей Ашари?

Звуки жевания и тихие разговоры мгновенно оборвались. Посетители замерли с поднятыми ко рту кусками, соус капал с вилок на столы. Патрульные превратились в статуи: клинки застыли в полуобороте, магические сгустки померкли в ладонях.

Лидер Соверена откинула голову назад, и её звонкий смех разлился по личным покоям.

— Какой же безрассудный, — она облизала губы.

— Шакал, убери зубочистку, пока руки ещё на месте! — Макс сделал шаг вперёд.

— Эти оборванцы первые обнажили клинки, — патрульный указал лезвием на группу Миротворцев. — По закону они должны ответить за нарушение общественного порядка!

Макс извлёк откуда-то из-за спины зелёную монетку, подбросил её в воздух и поймал.

Изображение в хрустальном шаре на мгновение дрогнуло, краски смешались туманной дымкой.

— Выпал Соларис, — он продемонстрировал монету патрульным. — Сегодня твой счастливый день, псина. Хватай щенков и убирайся с дороги. Это последнее предупреждение!

От вида монеты, которую знал каждый житель Ковенария от мала до велика, шерсть командира поседела. Он согнулся в глубоком поклоне, серповидный клинок со звоном упал на пол. Патрульные поспешно покинули ресторан.

— Так-то лучше! — Макс спрятал монету и повернулся к друзьям. — Янис, отпускай бедолагу. Все за мной немедленно. Будете трое суток сидеть на хлебе и воде, балбесы. Нельзя вас оставить одних даже на час! Придётся держать в клетке теперь!

— Ах, настоящий арбитр, — Ашари прикусила до крови пухлую нижнюю губу, её глаза блестели от восхищения.

Она уже протянула руки к хрустальному шару, собираясь убрать его, когда на улице послышались тяжёлые шаги. За компанией Миротворцев спешила грузная фигура с головой в форме банана и крохотным моноклем, поблёскивающим на левом глазу. Жёлтая кожа была покрыта чёрными крапинками, что свидетельствовало о преклонном возрасте.

— Достопочтенный гость Великой Ашари, — незнакомец поклонился, — позвольте обменяться парой слов наедине. У меня есть предложение, которое может вас заинтересовать.

Макс кивнул и махнул рукой своим людям.

— Догоню через несколько минут. Готовьте корабль к немедленному отплытию.

Когда Миротворцы, прихрамывая и придерживая раненых, скрылись за углом переулка, незнакомец расправил плечи.

— Меня зовут Йорбунд, и я — великий коллекционер редчайших артефактов. Трудно было не обратить внимания на монету судьбы в ваших руках. Хотел бы приобрести её для своей коллекции.

— Проклятый Йорбунд! — Ашари сжала кулаки. — Не смей портить мои планы!

— Вы про это? — Макс достал монету и покрутил её между пальцев. Коллекционер подался вперёд, поправил монокль, и его крохотный глаз в линзе многократно увеличился. — Дорогая игрушка. Представляете, сколько судеб она решила?

— Несомненно, достопочтенный гость. Но меня куда больше волнует тот примечательный факт, что сия монетка некогда покоилась между изящными прелестями Великой Повелительницы.

— Я человек занятой и торговаться не намерен, — Макс спрятал монету. — Назовите цену один раз. Если она меня устроит, заключим сделку на месте.

Бананоголовый коллекционер на мгновение задумался, подсчитывая что-то в уме.

— Тысяча камней бездны! — выпалил он, протягивая увесистый кожаный мешок.

— По рукам, — Макс пожал протянутую конечность. — Точнее, по щупальцам. В общем… не обращайте внимания на детали. Сделка заключена.

Тяжёлый мешок перекочевал к новому владельцу. Как только продавец скрылся за поворотом, довольный покупатель поднёс монету к носу и глубоко вдохнул её аромат. Глаза его закатились от наслаждения. Затем он робко лизнул металлическую поверхность, издавая тихие стоны удовольствия.

— Йорбунд, ах ты старый развратник! — пророкотала Ашари и швырнула хрустальный шар в стену. Тот разлетелся на сотни блестящих осколков.

Глава 8

Двумя сутками позже, форт Новой Земли.

У широкого окна стояли двое мужчин и тепло общались.

Бенджамин Бернаскони задумчиво почёсывал затылок. Рядом замер верный компаньон и советник Абдулла.

— Мой дорогой друг, вы только взгляните на этого исполина! — лидер фракции указал на корабль, возвышающийся на стапеле верфи. — Вот уже завтра спуск на воду.

Из окна открывался вид на гавань, где на рейде покачивались мачты двух сотен судов. Но весь взор приковывал к себе гигант первого ранга, который назовут «Посейдон». Длиной чуть более двухсот метров, с водоизмещением в сто тысяч тонн, он лишь немногим уступал современным круизным лайнерам.

Крис Якобс, назначенный командиром судна, наверняка уже изучал каждый узел своего будущего детища.

Бенджамин мысленно представил, как завтра корабль медленно сойдёт по направляющим в объятия моря, подняв волны, которые захлестнут пристань.

— Наимудрейший, — отозвался Абдулла, и его голос дрогнул от восхищения. Он подошёл ближе к стеклу, оставляя на нём отпечатки ладоней. — На нём можно укрыть треть нашей фракции! Рекомендуемый экипаж — две с половиной тысячи человек.

Советник сделал паузу, смакуя следующие слова.

— Впрочем, теперь у нас достаточно людей. Население Новой Земли насчитывает почти девять тысяч душ. Воистину мощь Соверена не знает границ! Уму непостижимо, как в столь короткие сроки они смогли исправить положение с бедственного на устойчивое.

— За что мы и благодарны бравому главарю банды Миротворцев! — лидер фракции разразился громким хохотом.

Абдулла подхватил смех, но в их голосах не слышалось благодарности. Скорее надменность.

— В ногах нет правды, присядем же, — Бенджамин жестом пригласил компаньона к столу. — Нам предстоит многое обсудить.

Закадычные друзья устроились на удобных стульях.

— Как досадно, что большинство новоприбывших изъявило желание вступить в Миротворцы, — говорил советник. — И как замечательно, что наш достопочтенный друг Луи Дюваль сумел их переубедить. Господин, вы уже придумали, как решить данную… неприятную проблему? Боюсь, демон отреагирует весьма непредсказуемо, когда узнает правду.

— Не переживайте, мой друг. Я заглянул в будущее на две недели вперед. Землян ждет процветание под нашим светлым покровительством. Жужжерианцы потерпят сокрушительное поражение через трое суток. А Фаталь канет в бездну и того раньше, правда, для результата придется приложить скромные усилия.

Абдулла коснулся шрама на скуле и мстительно улыбнулся.

— Вы уверены, что кровавое исчадье ада больше нам не пригодится?

— Абсолютно! — отрезал Бенджамин. — Риски слишком велики. Промедлим — и потеряем контроль над фракцией.

Советник энергично закивал.

— Вы ведь прекрасно знаете, на что способен легендарный демон. И каким же образом мы от него избавимся?

— Как обычно, чужими руками. Я уже отправил чайку с посланием прелестной Флоренции. Она только вернулась с дипломатической миссии и вскоре появится в зале совещаний. Уверен, что наша удалая красавица не откажется разобраться с личным врагом.

Прошло двадцать минут.

Створки дверей распахнулись с таким грохотом, что пламя свечей дрогнуло в канделябрах. В зал ворвалась темноволосая женщина, в руках которой звенели тяжёлые цепи. Двигалась она слишком уверенной походкой и на каждый шаг слегка наклоняла голову то влево, то вправо.

На концах оков семенили два существа с зеленоватой кожей. Их тела покрывала россыпь волдырей. Одни уже лопнули и сочились мутной жидкостью, другие набухали и пульсировали. При каждом движении пленников воздух наполнялся тошнотворными запахами.

— Доброго дня, котики, — Флоренция остановилась возле овального стола. Она рывком подняла левую руку. — Этот — глава фракции. — Затем дёрнула правой, и второй пленник взвыл от боли. — А здесь у нас военачальник. Миссия выполнена!

Абдулла невольно отпрянул, его лицо исказилось от омерзения. Кадык дёргался, когда он пытался сглотнуть подступившую к горлу тошноту.

Бенджамин остался непоколебим, ведь знал всё наперёд.

— Великолепно! — он встряхнул кулаками в торжествующем жесте. — Отныне раса спора́нгов под нашим полным контролем. Как я и обещал, уважаемая, вы получаете место в совете. Но это ещё не всё!

Морщась от яркого света, Бенджамин извлек из сумки крупный мерцающий шар.

— Сфера бездны, — произнёс он благоговейно. — Эквивалент трёмстам тысячам осколков. Но даже такое богатство меркнет перед вашими талантами и… очарованием.

Флоренция разжала пальцы, и цепи с металлическим грохотом рухнули на пол.

— Сидеть! — рявкнула она, даже не глядя на спорангов.

Существа моментально замерли, прижавшись животами к холодному камню. Только тяжёлое дыхание выдавало их присутствие.

Флоренция подошла к Бенджамину, её каблуки выстукивали ритмичную дробь. Выхватила сферу бездны, затем наклонилась и чмокнула лидера фракции в щёку, оставив на коже след алой помады.

— Спасибочки, мой щедрый папик. А что насчёт остального? Что насчёт самого главного?

Лидер фракции протёр лицо тряпичной салфеткой и слегка скривился в неудовольствии. Казалось, что след поцелуя вызывал у него больше отвращения, чем скверно пахнущие существа с волдырями на коже.

— Через шесть часов и двенадцать минут ваш заклятый враг ступит на Новую Землю. Если желаете решить проблему раз и навсегда, запоминайте каждое моё слово. Поверьте, я уже видел успешный исход в линиях будущего. Просто следуйте моим указаниям.

Конец интерлюдии.

Ночь окутала море, когда «Ветер Перемен» скользнул в знакомые воды Бухты Надежды.

Миротворцы толпились у борта, всматриваясь в темноту. Несмотря на то что последние дни плавания выдались напряженными (пайки урезали вдвое, а алкоголь и вовсе исчез из трюмов), никто не выглядел подавленным. Наоборот, в воздухе витало предвкушение, глаза горели любопытством.

Картина перед нами разворачивалась поразительная. Береговая линия заметно раздалась вширь, поглотив холмы и равнины. Там, где раньше виднелись лишь рыбацкие хижины да склады портовых торговцев, теперь возвышались многоэтажные дома. Внутренняя часть города пряталась за массивной каменной стеной с дозорными башнями через равные промежутки. А снаружи раскинулся пояс из ферм, перемежавшихся с дымящимися мастерскими и спальными кварталами.

Даже отсюда, с кормы качающегося корабля, я различал оранжевые язычки факелов на крепостных стенах и башнях. Они мерцали в темноте, превращая укрепления в россыпь тёплых огней. Спасибо навыку «Обострённое зрение» за возможность созерцать красоты даже в ночное время суток.

Но больше всего поражал почти завершённый корабль первого ранга в верфи. Его мачты уже возвышались над стапелем, а обшивка блестела свежей смолой. Огромный, величественный, готовый бороздить океаны и уничтожать врагов.

Столь стремительное появление построек, которые росли как маслята после дождя, ещё можно было объяснить. Архитектор использует схему, складирует ресурсные меры, присыпает осколками — и готово. Но я не понимал, каким образом мастера-судостроители так быстро оказались на Новой Земле. Эх, надо было спросить у Ашари.

Она, кстати, сдержала обещание. Комплекс мероприятий по спасению Землян действительно набирал обороты, и я видел тому живое подтверждение. Удивительно, мы отсутствовали совсем недолго, а всё настолько преобразилось.

Команда радовалась не только увиденному. У Миротворцев имелся и другой повод для ликования. Я уведомил их о том, что теперь у нас достаточно финансов для постройки собственного поселения с небольшой цитаделью где-нибудь возле южного мыса. Спонсором выступил коллекционер Йорбунд.

Тысяча камней бездны приравнивалась к трём миллионам осколков. Пять процентов от суммы я прикарманил, остальное положил в казну для развития клана.

Казалось бы, жизнь входит в спокойное русло. Угрозы отступают, цели становятся достижимыми, будущее обретает ясные очертания. И всё же меня терзала тревога — смутная, едва уловимая, но настойчивая. Интуиция нашёптывала: слишком гладко складываются дела. Слишком удачно развиваются события. А жизнь редко бывает столь благосклонна без скрытой платы.

— Милый, — мягкий голос Калиэсты вырвал из размышлений.

Она подкралась незаметно и коснулась моего плеча. Знакомый цветочный аромат смешался с морским бризом.

— Как же прекрасна Новая Земля в ночи, — продолжила она, прижимаясь ближе. — Ты только посмотри, сколько огней.

Напряжение в плечах мгновенно отпустило. Не раз обращал внимание на то, что её присутствие развеивает любые тревоги.

— Согласен, дорогая. Глаз не оторвать, — отозвался я, не отводя взгляда от мерцающего берега.

Она помолчала, переступая с ноги на ногу. Чувствовалось, что о чём-то размышляет.

— Быть может, отдохнём от приключений и опасностей?

Я тяжело выдохнул.

— Мы уже обсуждали это. Через три векса предстоит генеральное сражение с армадой жужжерианцев, и неизвестно, что дальше.

Она отвернулась к морю, и я заметил, как её пальцы нервно теребят рукав.

— Макс, — голос звучал необычно серьёзно, — я хочу сказать тебе кое-что важное.

Что-то в интонации заставило меня отпустить штурвал. Я развернулся и крепко обнял подругу, чувствуя, как её сердце учащённо бьётся под тонкой тканью платья.

— Внимательно слушаю, — прошептал на ухо.

Калиэста слегка отстранилась, создавая между нами необходимое расстояние. Её глаза искали мои в полумраке. Она открыла рот, закрыла, снова открыла.

— Я… я ношу твоего ребёнка.

Мир замер. Шум воды о борт, возгласы с палубы, скрип такелажа — всё исчезло.

— Правда? — мой голос охрип от внезапного волнения. — Т-ты уверена?

Калиэста кивнула, и в её глазах промелькнула тревога, видимо, от ожидания моей реакции.

— Угу.

Эмоции нахлынули лавиной. Радость, страх, восторг, паника — всё смешалось в один горячий ком в груди. Я схватил любимую в объятия и закружил вокруг оси. Её звонкий смех разлился сладкой песней, смешиваясь с моим ликованием.

— Святая Мария! Я буду отцом! Когда ты узнала? Как ты себя чувствуешь?

— Макс! — в голосе Калиэсты появились нотки тревоги.

— М? — я всё ещё кружил её в танце.

— Кажется, мы сейчас врежемся.

Я резко повернул голову и увидел тёмный силуэт корвета, стоящего на якоре. На его палубе не горел ни один фонарь, не было видно ни одного вахтенного.

— Чёрт!

Рывок к штурвалу, судорожный поворот вправо. Корабль накренился, Калиэста схватилась за поручень. Мы прошли мимо неподвижного корвета в каких-то метрах.

— Подумай над моими словами, — проворковала она, поправляя растрёпанные волосы. Улыбка играла на её губах, когда она направилась в каюту.

Я остался один с бешено колотящимся сердцем и запутанными мыслями. Отец. Я стану отцом! Ребёнок от самой прекрасной женщины, которую знаю!

Смех вырвался наружу, такой громкий, счастливый.

Интересно, сколько длится беременность у аэлари? Совсем забыл спросить. Впрочем, успеется. Сейчас главное — благополучно припарковать корабль и добраться домой. А там уж узнаю обо всём подробно.

Белый силуэт опустился на подставку компаса. Чайка уставилась на меня круглыми глазами и подняла лапку с привязанной депешей.

Красивый, каллиграфический почерк выводил аккуратные строчки:

Постоялый двор «Тихий омут», комната номер 47. Встреча в 22:30. Приходи один и убедись, что за тобой нет хвоста. Это важно.

Я смял бумажку и швырнул за борт. Пусть незнакомец катится к чертям со своими тайными встречами. Сегодня у меня дела поважнее — нужно поговорить с будущей матерью моего ребёнка. Предстоит обеспечить ей безопасность, позаботиться о верной и высокоуровневой охране, здоровом и насыщенном питании и даже, может быть, смастерить люльку собственными руками.

И всё же Архипелаг — не самое лучшее место для воспитания детей. Но деваться некуда, потому будем пробиваться. С новым стимулом мне будет всё по плечу!

Вдруг вновь нахлынуло чувство тревоги. В родной гавани я никогда не испытывал подобного. Здесь должно быть безопасно, здесь дом. Но нутро твердило обратное.

Тяжёлые шаги на деревянной палубе заставили обернуться. На корму поднимался Эстебан, его лицо исказила гримаса беспокойства.

— Макс, что-то не так, — голос звучал хрипло, напряжённо. — Что-то изменилось. У меня интуиция скакнула на три пункта вперёд за последний час. Выбрал её с новым титулом и теперь маюсь от предчувствий.

— Сам не могу понять, в чём дело, — признался я, оглядывая причал. — Насторожи бойцов, но не поднимай паники среди остальных членов команды.

Офицер кивнул и вернулся на палубу.

Швартовка прошла без происшествий. Верёвки легли в петли, трап заскрипел под ногами. Мы направились домой знакомой дорогой. Абордажники шли настороже — руки не отходили от оружия, взгляды метались по сторонам. Однако улицы встречали привычным покоем.

Краем глаза поймал светящуюся цифру в интерфейсе — 22:25. Время подходило к назначенной встрече. Тревога нарастала, становилась невыносимой. Быть может, загадочный незнакомец прольёт свет на происходящее?

— Скоро вернусь, — негромко бросил своим и юркнул в узкий переулок между домами.

На первом этаже постоялого двора «Тихий омут» располагалась столовая. Меня встретил гул голосов, запах жареного мяса и эля. Я оглядел зал и увидел нескольких торговцев, пару ремесленников, группу бойцов Железного Братства, одиночку с дорожной сумкой. Никого подозрительного.

Подошёл к стойке, где тряпкой полировал кружки пожилой корчмарь с седой бородкой и уставшими глазами.

— Доброй ночи, уважаемый. На каком этаже комната номер сорок семь?

— Доброй, доброй, — отозвался он, не прекращая протирать посуду. — На четвёртом будет.

— А не подскажете, кто именно её снял?

Корчмарь покачал головой и развёл руки в стороны:

— Увы, политика заведения запрещает раскрывать информацию о наших постояльцах. Уж извините.

Кивнув с пониманием, направился к лестнице. Деревянные лестницы поскрипывали под сабатонами, а с каждым этажом запах готовящейся еды слабел, уступая место затхлости и пыли. На четвёртом этаже коридор тонул в полумраке. Единственный магический фонарь бросал неровные тени на стены.

Остановился перед дверью с нужным номером и постучал костяшками пальцев. Тишина. Потянул за ручку — створка подалась. Не заперто.

Шагнул внутрь небольшой комнаты. У дальней стены на кровати сидела черноволосая девушка, повернувшись ко мне спиной. Длинные тёмные локоны спадали почти до пояса, плечи едва заметно вздрагивали.

Она начала поворачиваться — медленно, неестественно плавно, будто в фильме ужасов. Сперва показался профиль, потом… потом меня захлестнула волна ярости.

Лицо её дёргалось в нервных судорогах. Губы то растягивались в безумной ухмылке, то сжимались в злобной гримасе. А глаза пылали жутким ярким янтарным огнём.

— Вот ты и попалась, душегубка! — рыкнул я.

Рука потянулась к револьверу, но внезапно замерла у кобуры. Мышцы перестали слушаться, будто их парализовало.

На вас наложен негативный эффект «Оцепенение души».

Срок действия: неизвестно.

— Ха-ха-ха-ха. ХА! — Флоренция разразилась нечеловеческим хохотом.

Тело стало чужим. Я чувствовал себя пленником в собственной плоти — сознание работало, но всё остальное отключилось. Ни боли, ни страха, ни ярости. Пустота, словно кто-то просто выдернул провода, отвечающие за эмоции.

— Драксус, очнись! — мысленно взывал я к демону. — Сделай что-нибудь!

А в ответ тишина.

— Это приказ!

Аналогично. Скорее всего, он меня попросту не слышал. Я превратился в беспомощную камеру видеонаблюдения.

Флоренция приблизилась ломаной походкой. Каждый шаг давался ей с видимым усилием. Левая нога волочилась по полу, правая дёргалась в неестественном ритме. Руки безвольно качались вдоль тела, голова запрокинута под странным углом.

Её холодные пальцы скользнули под латный нагрудник. Грубым рывком она сорвала с моей шеи ожерелье тридцати трёх истоков и швырнула в сторону.

Оцепеневшее тело мгновенно ожило, но управлял им не я. Чужая воля двигала руками и ногами, казалось даже, что чужие мысли роились в голове.

— Драксус! — завыла Флоренция.

— Мо́рта! Любимая! — ответили мои губы голосом, который мне не принадлежал.

— Дра-а-аксус!

— Мо-о-о-орта!

Два демона слились в поцелуе. Из тел начали проступать извивающиеся щупальца. Они сплетались между собой, дрожали и пульсировали.

То, что происходило дальше, больше напоминало реслинг, нежели любовные утехи. Два тела, склеенных в чудовищную аберрацию, метались по комнате, сшибая мебель, врезаясь в стены, в потолок. За этим следовали жуткие крики, грохот, вспышки неестественного света.

Часы тянулись бесконечно долго. Моё сознание наблюдало за происходящим без каких-либо чувств или эмоций. Наконец силы иссякли, и я провалился в беспамятство.

Глава 9

И приснится же такое…

Веки разлепились с трудом, словно их склеили. Утренний свет из окна резал глаза, заставляя щуриться. Черепушка раскалывалась от боли, во рту стоял жуткий привкус, будто собаки накакали. Я повернул голову и замер.

Рядом лежала черноволосая бестия, укрытая лишь смятой простынёй. Её грудь медленно поднималась и опускалась, длинные ресницы трепетали во сне.

— Какого хрена?

Слова вырвались сами собой. Я вскочил с кровати, как ошпаренный, и тут же пожалел об этом — голова закружилась, а ноги едва держали.

Комната выглядела так, будто в ней взорвалась граната. Опрокинутый стол, осколки разбитого кувшина, выбитое окно. Стены и потолок измазаны в какой-то жиже. На полу валялись элементы моей экипировки.

Первым делом отыскал ожерелье тридцати трёх истоков. Оно лежало в углу, между сломанными досками пола. Надел на шею и сразу ощутил облегчение.

Начал собирать разбросанную экипировку, не спуская глаз со «спящей красавицы».

— Драксус, что ты натворил? — мысленно обратился к демону.

В голове послышался глухой бубнёж, полный чувства вины и стыда.

— Отвечай! — крикнул я вслух.

Флоренция дёрнулась и тихо застонала.

— Смертным недоступно осознание глубины и ярости демонической страсти, — голос Драксуса звучал надломленно. — Я расстался с Мортой более двухсот зодов назад. Тоска по ней не отпускала меня ни на миг. Но как мог я знать, что судьба укроет её в теле того, кого ты поклялся убить?

Кровь застучала в висках. Руки сжались в кулаки.

— Грязный распутник! Сейчас я всё исправлю.

Флоренция тем временем проснулась. Её глаза метнулись по разгромленной комнате, потом остановились на мне. Она вжалась в угол, натягивая на себя простыню.

Я выхватил револьвер и направил дуло в её сторону.

— Неужели ты выстрелишь в безоружную женщину, с которой провёл ночь? — голос её дрожал от страха и мольбы.

КЛАЦ!

Ударник щёлкнул вхолостую. Осечка.

КЛАЦ! КЛАЦ!

Тот же звук. Проклятье! Что происходит с оружием?

Молниеносным движением вернул ствол в кобуру и потянулся за гравиэспадроном.

— А-а-а! — вскрикнул я.

Боль обожгла ладонь. Вместо рукояти схватился за лезвие. Алая кровь потекла между пальцев, капая на пол. Попытался сунуть руку в рюкзак ещё раз, но тут же наткнулся на что-то острое.

Тем временем Флоренция, абсолютно обнажённая, пулей вылетела из номера. Длинные чёрные волосы развевались за спиной.

Я бросился в погоню, но едва выбежал в коридор, как ноги предательски поскользнулись на сухих досках. Затылок с глухим стуком встретился с полом. В глазах замелькали разноцветные искры.

— Братишка, у меня для нас печальные новости, — в голосе Драксуса впервые за всё время общения послышались нотки сочувствия и отчаяния. — Крайне печальные.

— Говори уже, — простонал я, массируя ушибленный затылок.

— Вместо тысячи слов… просто открой архив сообщений.

Вывел перед собой интерфейс. Последняя строчка была написана жирным красным шрифтом:

Вы нарушили клятву и навлекли на себя гнев Парадигмы.

— Что ты наделал, демон?

— Р-р-р, — жалобно рычал он в ответ, как побитая собака.

— Насколько всё плохо?

— Нам не дожить до заката. Парадигма безжалостна к нарушившим клятву. Наслаждайся последними часами бытия, братишка. И… прости меня за всё. Я погубил нас.

— Чёрт… Ладно, не паникуй. Где наша не пропадала? Прорвёмся как-нибудь. — Внутренний голос звучал увереннее, чем я чувствовал себя в действительности. — Кстати, спасибо, что не уничтожил или не спрятал прошлой ночью ожерелье.

— Если быть до конца откровенным… — Драксус помолчал пару мгновений, — я лишён возможности касаться его и вступать с ним в какое-либо взаимодействие.

— Скройся, тварь!

Поднялся с пола и приказал крови закрыть рану на ладони.

Неудача.

Тысяча Диабло!

Взглянул на лист развития личности и почувствовал, как тело покрывается липким холодным потом. Удача: минус 9999 пунктов.

Попробовал активировать телепортацию домой.

ЩЁЛК!

Неудача.

Отлично. Теперь я проклятый неудачник. Флоренция убежала, Парадигма жаждет моей смерти, все предметы в рюкзаке недоступны и классовые навыки не работают. Остаётся добираться домой пешком и надеяться, что хоть ноги меня не подведут.

Сорвал кусок потёртой шторки возле коридорного окна. Деревянный карниз предательски треснул и рухнул вниз, угодив мне точно по шлему. Звонкий удар отозвался болью в затылке. Мелочь, но неприятно.

Крепко обмотал тряпкой окровавленную ладонь и помчался по лестнице вниз.

В столовой на первом этаже все посетители пялились на меня. Десятки глаз следили за каждым движением. Ремесленники прекратили есть, служанка замерла с кувшином в руках. Тишина стояла гнетущая.

Едва переступил порог, как сзади взорвался хор негодующих голосов:

— Ни стыда, ни совести! Совсем демоны обнаглели! Всю ночь спать не давали! Извращенцы! Да чтоб вам пусто было!

Хотелось развернуться и заткнуть этих болтунов, но проклятие не дремало. Лучше убираться отсюда поскорее.

Не прошёл и сотни шагов по мощёной улице, как рядом со мной с грохотом разбился цветочный горшок. Черепки разлетелись во все стороны, земля рассыпалась по камням. Поднял глаза — с балкона третьего этажа выглядывало ещё несколько опасных горшков.

Немного позже что-то тяжёлое врезалось мне в спину. Обернувшись, увидел почтовую чайку, которая билась в конвульсиях на дороге. Белые перья испачкались в пыли, шея изогнулась под неестественным углом.

За спиной послышались голоса и топот ног. Оглянулся — группа горожан увязалась следом. Их глаза лихорадочно бегали, читая невидимые мне сообщения. Лица мрачнели с каждой секундой.

Домой идти нельзя — не дай бог навлеку проблемы на экипаж. На друзей. На Калиэсту.

Мысль о ней кольнула острой болью. Мы так и не поговорили о её беременности. Не обсудили будущее, планы, не выяснили, как она себя чувствует. А теперь, возможно, уже и не успеем. Может, я больше никогда её не увижу.

Развернулся и помчался к порту. Ноги сами несли меня по знакомым переулкам, пока в голове метались отчаянные мысли. Нужно найти кого-то из Соверена, возможно, на верфи. Может, они подскажут выход из ситуации.

На половине пути с ужасом заметил, что за мной тянется уже человек тридцать. В руках у них блестели вилы, топоры, кухонные ножи и прочие острые предметы. Рядом плелись несколько угрюмых бойцов в знакомой форме Железного Братства.

Внезапно дорогу перегородил почтальон — тот самый, что жил напротив нашего дома. Обычно добродушный старик всегда кланялся мне при встрече. Теперь его лицо исказила злоба. Прочитав очередное послание Парадигмы, он выхватил из ножен кинжал и бросился на меня с диким воплем.

— Сосед, угомонись! — крикнул я, пытаясь увернуться.

Старик наносил удары с яростью берсерка. Я отскакивал, уворачивался, но терпение лопнуло, когда острие его лезвия звякнуло о нагрудник. Без классовых навыков я не смогу залечить серьёзные раны.

Выхватил шпагу и одним движением отсёк ему руку по локоть.

Почтальон завопил и попытался убежать, но через несколько шагов споткнулся и рухнул на камни. Под ним быстро расплывалась алая лужа. Его глаза потускнели, смотрели в никуда.

— Убийца! — заорал кто-то из толпы. — В атаку! Уничтожим прокажённого!

— Смерть демону! — подхватили другие.

Так быстро я ещё никогда не бегал. Несколько раз чуть не навернулся на скользких камнях. Толпа позади нарастала снежным комом — к погоне присоединялись новые люди, привлечённые криками и шумом.

Ретироваться не удалось. У пирса меня поджидал крупный отряд бойцов Железного Братства во главе с Крисом Якобсом. Их лица оставались бесстрастными, но в глазах читалось сожаление.

— Макс, ты должен покинуть остров немедленно, — голос лидера Братства звучал чётко и твёрдо. — Иначе навлечёшь на всех нас беды. Парадигма выдаёт квесты на твою ликвидацию с очень щедрыми наградами и обещает покарать за любую оказанную тебе помощь.

Слова ударили больнее дубины. Люди, за которых я рисковал жизнью, теперь готовы растерзать меня ради награды.

Интуиция вспыхнула предупреждением в затылке. Я резко развернулся и увидел летящее прямо в грудь копьё. Инстинкт заставил шагнуть в сторону — наконечник промчался в сантиметрах от нагрудника, рассекая воздух со зловещим свистом.

— При всём уважении, — Крис слегка поклонился, — мы оставим тебя в живых, но лучше не испытывай судьбу. Прыгай в лодку и плыви прочь!

Бойцы ощетинились клинками и сомкнули кольцо вокруг меня. Сталь звякала о сталь, кожаные ремни поскрипывали. Оставили лишь узкий проход к едва державшейся на плаву деревянной лодке. Доски потемнели от времени, между ними виднелись щели.

— Ну и чёрт с вами, — бросил я и прыгнул в лодку.

Дощатое дно качнулось под ногами, вода хлюпнула за бортом. Схватил потёртое весло и оттолкнулся от пирса. Дерево было сырым от морских брызг, занозы впивались в ладони.

Едва совершил пару гребков, повернувшись спиной к причалу, как лодка подпрыгнула от сильного удара. Доски заскрипели, корпус накренился. Обернулся и замер.

Рядом со мной сидел Такеши, его глаза блестели от слёз.

— Ы-ы-ы, ы-ы, — мычал он, едва сдерживая рыдания, и тыкал пальцем куда-то выше моей головы.

— Ты сдурел? — не веря своим глазам, выкрикнул я. — Покинь лодку немедленно! Это приказ!

— У-у! — якудза резко мотнул головой и схватил второе весло.

— Такеши! — мой голос срывался на крик. — Уходи! Позаботься о наших друзьях!

— У-у-у, — он принялся грести ещё усерднее, рассекая воду размашистыми движениями.

В горле застрял ком, когда я увидел описание его личности. Строчки светились зловещим красным:

Такеши Тацу, человек, кэнсей 108 уровня. Титул: VII , Ронар. Прокажённый.

— Тоже впал в немилость Парадигмы? — спросил я, чувствуя, как отчаяние наваливается новой тяжестью.

— А-а, — кивнул он, и в его голосе звучала паника.

Хотелось выругаться как следует, высказать всё, что думаю об этом упёртом якудзе. Но Такеши не заслужил злости. Он единственный, кто остался рядом, когда все отвернулись. Да и смысла особого не было. Теперь мы в одной лодке — и в прямом, и в переносном смысле.

— Куда держим курс? — грустно ухмыльнулся я.

Такеши пожал плечами и указал в сторону Северного мыса, где скалы уходили в море.

— Хорошая мысль. Высадимся подальше от города и что-нибудь придумаем.

Мы гребли в молчании. Соларис поднимался выше, нагревая спины. Постепенно береговая линия отдалилась на несколько километров.

Такеши внезапно застыл, весло замерло в его руках. Глаза расширились от ужаса. Я проследил за направлением его взгляда и выругался сквозь зубы.

Под водой к нам стремительно приближалось огромное чёрное пятно. Силуэт был знаком до дрожи — это мифический Мурваракс. Вода вокруг темнела, течения менялись.

Я надкусил палец до крови и попытался повторить трюк, который сработал при защите Новой Земли, чтобы увести морского исполина в сторону.

Неудача.

Вода закипела вокруг лодки. Огромная пасть, усеянная рядами зубов размером с мечи, разверзлась прямо под нами. Мы кубарем полетели в глотку чудовища, а щепки разломанной шлюпки дождём сыпались следом.

Такеши с диким криком вонзил обе катаны в упругую стенку пищевода. Металл пронзил розоватую плоть, из ран потекла тёмная жидкость. Я успел схватиться за его лодыжку.

Взгляд упал вниз. В глубине чудовищного чрева вращался настоящий ад — белые осколки костей, хрящевые обломки и острые зубы крутились в бешеном водовороте, перемалывая останки лодки. Звук напоминал работу гигантской дробилки на мясокомбинате. Такой мерзкий, влажный хруст, от которого сводило челюсти.

Пищевод дёрнулся, мышцы сократились, и одну из катан выплюнуло из плоти, после чего клинок канул в бездну. Он мелькнул серебристой вспышкой, а через секунду разлетелся на тысячи искрящихся осколков. Костяная мельница проглотила его без усилий.

Вторая катана уже наполовину выскользнула из стенки. Такеши рычал, как медведь. Он смотрел на меня сверху, и в его взгляде читались отчаяние и безумие.

— Парадигма! — закричал я, голос сорвался от напряжения. — Мы взываем к испытанию последнего шанса!

В ту же секунду ладонь якудзы соскользнула с мокрой от крови рукояти. Мы рухнули вниз, воздух свистел в ушах. До костяной мясорубки оставались считанные метры, когда перед глазами вспыхнули огненные буквы:

ДА БУДЕТ ТАК!

Мир исчез. Сознание провалилось в чёрную пустоту, а когда очнулся, вокруг стояла абсолютная тьма. Впереди мерцал странный портал. Он был похож на неровное овальное окно, сквозь которое проглядывали каменные своды пещеры. Там копошилась толпа, силуэты качались в тусклом свете и издавали приглушённые стоны.

Шагнул через портал, ноги подогнулись. Попытался выпрямиться и ощутил, как что-то хрустнуло в суставах.

— Ты-ысяча дья-ябло, — вырвалось помимо воли, но голос звучал чужим, хриплым.

Поднял руки, чтобы рассмотреть их, и ужаснулся. Кожа серо-зелёная, местами слезла лоскутами, обнажив желтоватые мышцы. Пальцы — костлявые, с почерневшими ногтями. По телу ползали черви.

Огляделся вокруг. В полумраке пещеры стояли такие же полуразложившиеся создания — зомби с провалившимися глазницами, скелеты, чьи кости поскрипывали при каждом движении, гигантские псы с оскаленными мордами и горящими красным глазами. Весь этот сброд выстроился неровными рядами, ожидая чего-то.

Пришло новое сообщение от Парадигмы:

Испытание последнего шанса началось.

Дождитесь, когда подземелье посетят исследователи. Чтобы пройти испытание и вернуться в своё тело, вам предстоит склонить чашу весов победы в сторону защитников некрополя и при этом выжить.

— Матерь Божья… — прошептал я, чувствуя, как челюсть отваливается и болтается на сухожилиях.

Получается, теперь я монстр из подземелья? Мелкая сошка среди нежити. Не громила с внушительным молотом, способным расплющить авантюриста одним ударом. Даже не ящер с шипастым хвостом. Самый заурядный зомби. Шамкающий труп с отваливающимися частями тела.

Внезапно послышался резкий треск, похожий на разряд молнии. Синяя извивающаяся полоса света ударила в одного из скелетов в первом ряду. Кости мертвеца мгновенно почернели, а затем рассыпались с сухим стуком, образуя кучку пепла и обломков. Череп покатился по каменному полу, оставляя за собой пыльную дорожку.

Я медленно повернул голову и замер.

Возле зиккурата из тысяч черепов парило ужасное существо. Костяной каркас, лишённый плоти, висел в воздухе, окутанный лохмотьями чёрной ткани. Из-под истлевших краёв выглядывали две костлявые руки с длинными пальцами, увенчанными острыми когтями. Над корпусом, также в воздухе, застыл крупный череп с пустыми глазницами, в которых плясали голубоватые огоньки. Существо излучало сине-белую морозную ауру.

Мне даже удалось счесть информацию:

Зар’Кулдан, уровень 249.

Судя по изображению черепа с горящими красными глазами возле имени, передо мной элитный босс. Значит, меня забросило в героическое подземелье, предназначенное для опытных групп искателей приключений.

Чудовище медленно выпрямило костлявую руку. Пальцы сложились в сложную магическую конфигурацию, и из ладони сорвался синий петляющий луч энергии.

Заклинание прожужжало в воздухе, издавая треск, и угодило точно в грудную клетку очередного скелета в строю.

Челюсть мертвеца судорожно дернулась в беззвучном крике агонии. Он, как и прошлый бедолага, рассыпался прахом, остался лишь череп.

Аура босса загорелась еще ярче, почти ослепляя. Зар’Кулдан воздел обе руки к потолку пещеры и леденящим душу голосом произнес заклинание:

— А-ава адо-ох, пуэ та-а-а…

В тот же момент из портала выскочил еще один скелет.

Да что за чертовщина здесь творится?

Новоприбывший мертвец внезапно встал в знакомую боевую стойку — полуприсед с широко расставленными ногами и вытянутой вперед левой рукой. Прямо как тогда, на пляже стартового острова, когда мы увиделись впервые.

— Та-акеши? — протянул я едва слышно, ловко поймав выпадающую челюсть и вправив ее обратно со щелчком.

Череп друга мгновенно развернулся в мою сторону. Он подвигал челюстью, явно пытаясь что-то сказать, но вместо слов послышался лишь скрип высохших суставов и хруст костей. В итоге он просто кивнул.

И в этот момент я заметил, как проклятый босс подземелья поворачивает свой костлявый перст в сторону моего друга. Синеватая энергия уже начала собираться вокруг когтей.

— СТОЙ, СТОЙ! ЗАР’КУЛДАН, НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! — заорал я что есть мочи.

Поковылял вперед, волоча полуразложившиеся ноги и закрывая друга собственным телом.

Рука босса замерла в воздухе. Пустые глазницы обратились на меня, и голубые огоньки в них полыхнули ярче.

— Ты говоришь? — прозвучал замогильный голос.

От жуткого звука моя сползающая лохмотьями кожа завибрировала.

— Говорю!

— Тоже на испытании последнего шанса? — в голосе Зар’Кулдана прозвучали нотки удивления.

— Да! И он! — я ткнул неестественно выгнутым пальцем в сторону Такеши.

Мой друг закивал в ответ. С противным хрустом я провернул палец и вставил его на место. Надо приводить новое тело в порядок.

Зар’Кулдан опустил руки, магическая энергия вокруг них рассеялась.

— Ну наконец-то Парадигма послала мне разумные души! Да я здесь чуть с ума не сошел в компании молчаливых трупов. Какой чам был в ваш последний векс?

Я мысленно перевёл на нормальный: какой месяц стоял в наш последний день на воле.

— Тридцать седьмое ревня, — ответил я.

Босс на мгновение задумался, пустые глазницы обратились к неровному потолку.

— Значит, я нахожусь здесь уже двести шестнадцать вексов, — произнес он медленно. — Либо один зод и двести шестнадцать вексов. Хотя сомневаюсь в последнем варианте.

Мать твою! Больше половины земного года элитный босс торчит здесь в ожидании исследователей.

А что, если, когда я наконец освобожусь (если вообще освобожусь), пройдет уже тысяча лет? Что, если никогда больше не увижу Калиэсту с округлившимся животом? Не подержу на руках своего первенца? Не почувствую теплой кожи любимой, не услышу ее смеха?

К чёрту плохие мысли. Нельзя падать духом. Раз есть шанс — я использую его.

Глава 10

Босс подземелья подлетел ближе, его фигура мерно покачивалась в воздухе, как китайский фонарь на ветру. Холодные языки пламени в глазницах замерцали ровнее. Протянутая рука казалась на удивление изящной — длинные фаланги, острые, но аккуратные когти. Видимо, став нежитью, я научился разбираться в подобных вещах.

— Где же мои манеры! — голос эхом отразился от сводов пещеры. — Можете звать меня Шира́йя. Легендарный ледяной маг в прошлом, а теперь — лич.

Пожал его ладонь в ответ. Холод пробежал по моему телу, но боли не принёс.

— Будем знакомы. Я — Макс. Совсем недавно был мастером крови. А это, — указал на скелета рядом, который всё пытался поправить свои рёбра. — Такеши, кэнсей в прошлом.

Якудза уважительно поклонился, а после сел на валун, положив руки на колени.

— Какие экзотичные имена у вас! — череп лича понимающе закивал после короткой паузы. — Дай угадаю, ты не совладал с демоном?

— И да, и нет. Торопиться нам некуда, потому расскажу, как нас занесло к тебе в гости.

Устроился поудобнее рядом с Такеши, чувствуя, как мои суставы скрипят от каждого движения. Рассказал о случившихся с нами злоключениях кратко, но ёмко. Ширайя слушал внимательно, изредка издавая понимающие звуки.

Спустя пять минут лич раскатисто рассмеялся. От замогильного голоса воздух вокруг завибрировал, мелкие камушки на полу подпрыгивали.

— Как же непредсказуема порой судьба, — философски заметил он, когда смех стих. — Будет вам уроком, что клятвы — не игрушка. А теперь слушайте мою историю.

Прошло около часа. Элитный босс оказался весьма словоохотлив. Оно и понятно — провёл столько времени в одиночестве среди безмолвных мертвецов. К тому же не мог покинуть грот, в отличие от рядовой нежити. Парадигма ввела такую условность, чтобы босс ждал приключенцев в финальной комнате.

Как оказалось, обладатель великой души Ширайя в прошлом занимал высокий пост в некоей магической гильдии где-то за тридевять земель от Легиана. К слову, он имел доступ к подробным картам и помнил названия всех океанидов в диапазоне тридцати переходов и смутно — в диапазоне ста. Ключевое здесь то, что слово «Легиан» оказалось ему незнакомым.

Однажды Ширайе кто-то подсыпал яда в еду. Как он думает, один из членов гильдии, чью славу затмевал великий ледяной маг. Отрава оказалась непростой — концентрат из органов мифической твари вперемешку с уникальными ингредиентами. Эффект проявился далеко не сразу. Лишь со временем Ширайя осознал, что начинает сходить с ума.

— Поначалу лишь лёгкое недомогание, потом странные видения, — рассказывал он, костлявые пальцы чертили в воздухе замысловатые узоры. Голубоватые искры следовали за движениями, оставляя морозные завитки. — Я думал, это от переутомления. Лишь когда начал разговаривать с несуществующими тварями, понял, что теряю рассудок.

Никто не смог ему помочь, даже сочная астерия исцеления оказалась бесполезной. Одна из невидимых никому, кроме него, сущностей настойчиво советовала создать коллекцию из замороженных тел знакомых и друзей, чтобы черпать их силу. Другая шептала об изменении климата во всём океаниде на более нордический. Третья заразила идеологией о том, что право на жизнь имеют лишь представители его расы. В итоге Ширайя попросил Парадигму отправить его на испытание последнего шанса с условием полного выздоровления и омоложения в случае успеха.

О том, что можно просить систему о дополнительных условиях, я, понятное дело, не знал. Буду таить надежду, что после успешного прохождения испытания нас не выкинет прямиком в мясорубку чрева Мурваракса.

Собеседник показался мне вполне адекватным и интеллигентным. Правда, слегка дотошным и пытливым — любил заострять внимание на сущих мелочах, уточнять детали. За время его рассказа я уже свыкся с судьбой и привык к новому телу.

Обратил внимание на то, что почти не чувствовал запахов и вкусов. Даже зловоние собственного тела воспринималось лишь как слабый неприятный оттенок. Тактильное восприятие тоже оказалось недоразвито. Прикосновения ощущались будто через толстую кожаную перчатку. Зато со слухом всё в порядке, каждый звук доносился чётко. А вот зрение затянуло мутной дымкой, контуры предметов слегка размывались.

— Понятно, — отозвался я, дослушав историю лича до конца. — Ширайя, объясни мне одну вещь. Зачем ты уничтожаешь нежить? Разве не выгоднее призвать побольше воинов и держать их наготове?

— Таким образом я развиваю навыки и повышаю уровень. Встретить будущих авантюристов нужно во всеоружии. Первое заклинание упокаивает мертвецов и восстанавливает ману. Второе позволяет призывать новых существ, однако лимит составляет пятьсот двенадцать голов. Планка растёт с повышением навыка.

Ширайя указал на громаду из черепов позади себя.

— Кстати, о головах. Нужно построить зиккура-ат, — протяжно прошептал он. — Чем выше конструкция, тем сильнее моя магическая мощь.

Такеши поднялся с места, кости его ног заскрипели. Подошёл к пирамиде и с любопытством потрогал один из черепов. Тот качнулся, но держался крепко, будто был примагничен.

— Значит, мы тоже сможем прогрессировать? Странно, что не вижу листа развития личности. Интерфейс вообще куда-то пропал.

— Мы больше не личности, а чудовища, — голос Ширайи стал серьёзнее. — Привычные механики здесь работают по иным правилам. Привыкайте заранее. Чтобы получить доступ к упрощённому функционалу, нужно сдвинуть с мёртвой точки боевой навык. Предлагаю вам успокоить пару мертвецов, пока они не начали расходиться по подземелью.

Такеши не раздумывал долго. Поднял с пола тяжёлый булыжник размером с мяч для регби. Подошёл к ближайшему зомби и с размаху опустил камень на голову мертвеца. Убил с одного удара, однако наградного светлячка над трупом не появилось.

— Лучше бейте скелетов, — проворчал Ширайя. — Упрямцы почему-то живут на порядок дольше, а зомби с псинами дохнут каждый раз, стоит им выйти из грота. А мне выгодно, чтобы мертвецы гибли чаще — тогда смогу призывать новых и быстрее развивать навыки. И не ломайте черепа! Нужно построить зиккура-ат.

Я посмотрел на Такеши.

— Ну как? Появился интерфейс?

Он кивнул и, судя по всему, принялся изучать лист развития личности. Точнее, чудовища.

Настал мой черёд испытать удачу. Поднял булыжник потяжелее и нацелился на шею ближайшего скелета. Замахнулся и ударил изо всех сил. Однако что-то пошло не так — в локте противно хрустнуло, лучевая кость с мокрым звуком вылезла наружу, пробив истлевшую кожу.

Удар пришёлся не по шее, а по грудной клетке. Сила меня удивила. Несколько рёбер мертвеца затрещали и разлетелись в стороны.

Вам доступен упрощённый функционал: лист развития, архив сообщений.

Скелета отбросило на несколько шагов, но он мгновенно выпрямился и ринулся в контратаку. Его кулак врезался мне в живот. Ноги подкосились, я запутался в собственных конечностях и грохнулся на пол.

На выручку пришёл Ширайя. Синий луч вспыхнул из его пальцев и ударил в скелета. Мертвец замер, потом медленно рассыпался в прах.

— Ничего, со временем привыкнешь к новому телу, — поддержал меня лич, протягивая руку и помогая подняться. — Но лучше тебе не покидать грот. Пропадёшь без вести, как прочие зомби, а мне потом говорить будет не с кем. Друг твой совсем уж немногословен.

Интересно стало: что происходит с мертвецами за пределами финальной комнаты? И почему выживаемость скелетов выше, чем у зомби? В любом случае скоро узнаю. Сидеть на месте не собираюсь.

Скрепя сердце, открыл вкладку с листом развития.

Уровень — 128;

Прогресс — 0/10;

Класс — зомби-интриган;

Свободные очки характеристик — 0.

Характеристики:

Сила — 210;

Ловкость — 30;

Телосложение — 25;

Восприятие — 50;

Интеллект — 130;

Лидерство — 220.

Пассивные навыки 10/10:

Безоружный бой — 82;

Холодное оружие — 90;

Владение булавами — 129;

Ношение брони — 80;

Терпимость к боли — 147;

Чуткий слух — 71;

Маскировка — 100;

Обаяние — 159;

Харизма — 134;

Комплименты — 285.

Активные навыки 3/3:

Рывок — 1;

Удар головой — 1;

Сшитый заново — 1.

Святая Дева! Парадигма решила надо мной поиздеваться? Обаятельный зомби-интриган, который умеет сильно бить, но рассыпается от малейшего сквозняка.

Мой палец отвалился прямо во время изучения характеристик — пришлось нащупать его на полу и приставить обратно.

Впрочем, если развить активные навыки и подтянуть телосложение, перестану ломать руки во время собственных ударов.

Обратил внимание на отсутствие характеристики удачи и изменённое оформление листа развития. Оно и понятно — я теперь не личность, а монстр из подземелья.

Странная картина получилась: активные навыки на единичках, зато пассивные развиты прилично. Должно быть, они достались от прежнего обладателя тела, когда тот ещё дышал.

Даже интересно, к какой расе я теперь отношусь. Ощупал лицо и обнаружил острый нос и такие же уши. Жаль, зеркала поблизости нет, интересно было бы посмотреть на себя со стороны.

— Ширайя, твоё присутствие внушает благоговение. Выражаю глубочайшую благодарность за поддержку и мудрые советы.

Навык «Комплименты» повышен до 286 уровня.

Замечательно… теперь буду развиваться, расхваливая мертвецов.

Такеши будто услышал мои мысли и издал звук, похожий на хрипловатый смех. Надо отдать должное, он легко перенёс потерю собственного тела. Даже возникло чувство, что ему попросту плевать на всё происходящее вокруг. Впрочем, у якудз своеобразное отношение к посмертию. Они готовы умирать, потому и бесстрашные.

— Как приятно и неожиданно, — смущённо прогудел лич. — Всегда рад помочь зомби с хорошими манерами. В наше время подобная вежливость — редкость.

Я кивнул и продолжил расспросы:

— Правильно понимаю, что перки нам недоступны?

Ширайя медленно покачал черепом из стороны в сторону.

— А как обстоят дела с оружием и экипировкой? Можно здесь что-то раздобыть или придётся драться голыми руками?

— Порой мертвецы возвращались ко мне из дальних коридоров. Некоторые были экипированы. Понятное дело, я упокаивал их без промедления.

— И где же всё оружие?

— Новоприбывшие скелеты разобрали и ушли по своим делам. Мне клинки ни к чему — моя сила в магии.

Вот и ещё одна веская причина покинуть грот и заняться исследованием подземелья.

— Расскажи о своём арсенале заклинаний, — попросил я. — Кроме упокоения и призыва, что ещё умеешь?

— «Ледяная нова» и «Сосулька», — перечислил Ширайя. — Правда, навыки практически не развиваются, ведь требуются живые цели, а у мертвецов иммунитет к холоду. То ли дело «Морозная броня»… Минутку, сейчас продемонстрирую.

Костлявая длань указала в мою сторону. В тот же миг тело покрылось тонкой ледяной коркой. Она не сковывала движения, лишь едва заметно холодила кожу. Превосходно! Теперь буду разлагаться значительно медленнее.

— Прочие умения активируются только при серьёзных ранениях, — продолжил лич. — При средних повреждениях автоматически срабатывает «Чумное дыхание», а на грани смерти — «Призыв армии тьмы». Ни разу их не использовал. Запас прочности у меня почти как у корабля второго ранга. Пробовал наносить себе вред, но тщетно.

— С этой проблемой мы поможем, — я усмехнулся, глядя на Такеши. — Заодно и боевые прокачаем.

Ширайя негромко рассмеялся.

— Почему бы и нет? Боли я всё равно не чувствую. Правда, долго же вам придётся меня ковырять, чтобы активировать хотя бы «Чумное дыхание».

Тренировки решили отложить — всё успеется. Мы обсуждали планы и тактику, болтали о всякой всячине, делились воспоминаниями из прошлой жизни. Между разговорами лич методично уничтожал скелетов и призывал новых, а я старательно раздавал комплименты каждому мертвецу.

Произошло нечто неожиданное. Здоровенная псина с тлеющими красными угольками вместо глаз после моих слов начала крутиться возле ног. Каждый раз, когда я делал шаг, она подползала ближе, тыкалась мордой в колени и скулила. Явно просила внимания.

Я присел на корточки перед массивной тушей. Пальцы погрузились в жёсткую, местами облезлую шерсть. Под ладонями чувствовались выступающие рёбра, натянутая кожа, сквозь которую проглядывали мышцы. Пёс замер, наслаждаясь прикосновениями.

— Какой же ты славный, — прошептал я, поглаживая широкую холку. Под рукой ощущались узловатые позвонки, каждый размером с мой кулак. — И зубастый какой! Буду звать тебя Чернышом.

ГАВ-ГАВ!

Радостный лай эхом прокатился по пещере. Пёс подскочил, завилял обрубком хвоста и принялся носиться вокруг меня, поднимая пыль.

Тем временем призванная Ширайей армия неторопливо потянулась вверх по тоннелю. Зомби плелись, волоча ноги по камням, издавая мерный скрежет. Псы семенили рядом, когти цокали о каменный пол. Несколько скелетов замыкали процессию, их кости позвякивали в такт шагам.

Я поднялся, отряхнул колени и повернулся к Такеши.

— Дорогой друг, а не провести ли нам небольшую разведку? — кивнул в сторону удаляющейся толпы. — Посмотрим одним глазком, куда деваются наши новые союзники.

— Категорически не советую! — голос Ширайи дрогнул от волнения. Лич подплыл ближе, его пальцы сжались в кулаки. — Вы должны остаться здесь, в безопасности!

Я развёл руки в стороны, изобразив на лице самую невинную улыбку.

— Будем держаться на расстоянии. При малейшей опасности сразу же отступим. Понимаешь, Ширайя, если мы действительно хотим вернуться в свои живые тела, нужно изучить местность. Расставить ловушки, использовать все доступные преимущества.

Я сделал паузу, глядя прямо в пылающие глазницы лича.

— Спасибо тебе за заботу о нас. Мы высоко ценим твоё беспокойство.

Навык «Обаяние» повышен до 287 уровня.

Огоньки в черепе Ширайи замерцали мягче. Трудно разглядеть эмоции на голой кости, но что-то изменилось в его позе: плечи опустились, пальцы разжались. Между нами возникла странная связь — некротическая эмпатия, позволяющая чувствовать настроение собеседника. Возможно, мои социальные навыки открывали новые способы коммуникации среди мертвецов.

Мы неспешно поднялись по извилистому тоннелю. Черныш трусил рядом, время от времени обнюхивая воздух и повизгивая от предвкушения. Странно, что пёс выбрал нас, а не последовал за стаей собратьев.

Вскоре мы уперлись в кирпичную стену. В ней зияла широкая ломаная арка, за которой виднелось просторное помещение. Оттуда доносились приглушённые звуки — шарканье, бульканье, тихие стоны.

Я наклонился к Чернышу и почесал его за ухом.

— А ты случайно не проходишь испытание? Очень уж смышлёный попался.

Пёс уставился на меня непонимающими глазами и завилял хвостом. В его взгляде читалось лишь собачье любопытство — никакого понимания происходящего.

Видимо, просто везучий.

Ы-Ы-Ы! А-А-А! ЕДА-А-А! КУШАТЬ!

Внезапно из соседнего помещения донёсся жуткий голос. Потом ещё один. И ещё. Мои глаза метнулись к арке.

За каменным проёмом развернулась страшная сцена. Местные зомби — матёрые, мускулистые туши — набросились на новоприбывших. Старожилы подземелья кардинально отличались от тщедушных созданий Ширайи. Каждый был мускулист и упитан, одежда разорвана от проступающих мышц.

Над их головами светились цифры — все выше двухсотого уровня.

Резкими, звериными движениями хищники бросались на беспомощных жертв. Крепкие руки впивались в гниющую плоть, отрывали куски мяса и жадно швыряли в разинутые пасти. Чавканье и хруст пиршества разносились по тоннелю.

Картина стала предельно ясной. Вот почему мертвецы Ширайи исчезали без следа. Местные зомби попросту пожирали их. Скелетов они не трогали — у тех не имелось мышц, поэтому костяные воины спокойно проходили дальше в следующие комнаты.

Такеши схватил меня за рукав рубашки и резко дёрнул назад. Он показал в сторону финальной комнаты, намекая на отступление.

Мы осторожно отошли от арки, стараясь не производить лишних звуков. Черныш послушно побрёл следом, лишь изредка оглядываясь на шум.

Глава 11

Ширайя резко повернулся, как только заметил наши силуэты в тоннеле. Он отвлёкся от очередного скелета, которого методично разбирал на части.

— Хвала Парадигме! Вы вернулись! — руки распахнулись в приветственном жесте. Но радость в голосе быстро сменилась тревогой. — Отчего же такие хмурые мины?

Я ощупал собственную физиономию — да, мышцы лица напряглись от увиденного.

— Там, — палец указал в сторону выхода, дрогнув от воспоминаний о кровавом пиршестве. — До жути много проголодавшихся зомби. Они разрывают на куски всех новоприбывших, за исключением скелетов.

Такеши кивнул, издав тихий скрежет костей. Черныш прижался к моей ноге, поскуливая от беспокойства.

— Но ведь… — Ширайя остановился посреди фразы, обдумывая услышанное. — Разве это не прекрасные новости? Благодаря им я могу чаще практиковать призыв мертвецов!

Энтузиазм лича заставил меня поморщиться. Старик просто не хотел остаться в одиночестве — вот и всё.

— Ничего прекрасного, — я покачал головой, стараясь унять раздражение. — Их уровни выше двухсотого. При нынешнем раскладе мы не сможем продвинуться дальше и как следует подготовить подземелье к прибытию авантюристов.

Лич медленно опустился ближе к полу, его форма заколебалась в воздухе. Беспокойство читалось в каждом движении.

— Ах вот какое дело… Нам надлежит отыскать способ упокоить высокуровневую нежить.

Я размял шею, думая над следующими словами. Мысли складывались медленно — мозги работали не так быстро, как при жизни.

— А почему сразу упокаивать? Они же чуть ли не ползода набирали массу и опыт. Наверняка смогут нанести достойный ущерб противникам.

Ширайя покачал черепом, его голос приобрёл лекционные нотки:

— Всё дело в табличке возле входа. На ней указываются требования для прохождения подземелья. Уровень рассчитывается из среднеарифметического всех обитающих здесь монстров. Следовательно, нам предстоит столкнуться с более укомплектованным отрядом. Понимаете? Героический некрополь! Поверьте, личности такого калибра не любят рисковать. Они предпочитают пробегать логова налегке и с гарантией победы.

В словах лича прослеживалась горькая ирония — сам-то он когда-то принадлежал именно к таким осторожным магам. Теперь приходилось смотреть с другой стороны баррикад.

— Значит, выгоднее, чтобы только мы стали высокоуровневыми, а все остальные остались на минимумах? — я потёр подбородок, размышляя вслух.

— Именно так! Предлагаю подумать, каким наименее опасным для вас способом мы сможем упокоить высокоуровневых мертвецов.

Такеши начал активно жестикулировать, указывая поочерёдно на нас, потом на выход, потом снова на себя.

— Что он хочет сказать? — Ширайя наклонил череп набок.

Я проследил за движениями якудзы и кивнул:

— Такеши предлагает план быстрого развития навыков и поднятия уровней. Без базового минимума мы рискуем быть растерзанными при первом же контакте.

Скелет энергично закивал, потом показал на свои кости, на мои мышцы, изобразил что-то вроде драки. Смысл становился понятнее.

— А если станем достаточно сильными, — продолжил я, наблюдая за пантомимой друга, — возможно, местные старожилы примут нас в свою стаю. А если нет, в крайнем случае сможем от них отбиться.

Мы сразу перешли к делу. Началась импровизированная тренировка в самом сердце грота. Ширайя парил над землёй, его руки ритмично двигались, вызывая к жизни очередную порцию мертвецов, а с уст срывались заклинания. Тёмные порталы мерцали в воздухе, и из них выходили всё новые воины.

Такеши орудовал массивным булыжником, нанося точные удары по шее. Он работал методично, без лишних движений, что удивляло Ширайю. Лич ведь не знал, что якудза в прошлом являлся мастером боевых искусств.

А я избрал более изощрённый подход. Вместо грубой силы полагался на слово. Ковылял к очередному мертвецу и начинал расписывать его достоинства — мол, какой отменный воин, как грозно выглядят когти, насколько устрашающ его оскал.

Трупы реагировали по-разному, и в их поведении проскальзывали отголоски прошлой жизни. Зомби, сохранившие больше воспоминаний, начинали неуклюже улыбаться гнилыми губами. Другие делали неловкие поклоны, словно вытаскивая из памяти давно забытую вежливость. Кто-то качался от удовольствия, кто-то ложился у ног, выражая покорность. На мёртвых лицах мелькали отблески человеческих эмоций — удивление, радость, даже что-то похожее на благодарность. Мой показатель лидерства преобладал над остальными характеристиками. С мертвецами можно подружиться, и это не могло не радовать.

Но проблема крылась в высоких уровнях социальных навыков. Обаяние и комплименты росли черепашьими темпами — за каждое очко приходилось сладко говорить с десятком мертвецов. Надоело. Пора испытать классовые умения, которые застыли на единичках.

Начал с «Рывка». Навык обещал увеличение скорости передвижения.

Активация оказалась интуитивной. Достаточно было мысленно приказать себе добраться до цели любыми путями. В теле что-то щёлкнуло, мышцы наполнились энергией. Ноги сами понесли меня вперёд к свежепризванному скелету, который озирался по сторонам.

Тысяча Диабло! На середине пути правая ступня зацепилась за торчащий из пола камень. Равновесие пропало мгновенно. Колено хрустнуло с мерзким звуком, и нижняя часть ноги просто отвалилась. Я покатился по земле, поднимая облако пыли.

Навык «Рывок» повышен до 2 уровня.

Навык «Рывок» повышен до 3 уровня.

Получен уровень 129. Доступно 5 свободных очков характеристик.

Твою же мать! Слишком высокая цена за один жалкий уровень.

Такеши мгновенно бросил булыжник и подскочил ко мне. Подхватил оторванную конечность и попытался приставить обратно. Нога держалась пару секунд, потом снова отвалилась. Якудза раздосадованно тряхнул головой.

Хорошо хоть кровь не текла. Что примечательно, у меня имелся навык «Терпимость к боли», однако он не прогрессировал — видимо, по причине принадлежности к нежити. Боль отсутствовала напрочь, нервные окончания в мёртвых тканях не работали.

— О нет! — Ширайя всплеснул руками, его голос задрожал от волнения. — Макс, теперь ты точно не сможешь покинуть грот! Боюсь, с местными зомби придётся разбираться твоему молчаливому другу.

— Как бы не так, — ответил я личу, мысленно отмечая его гиперопеку. Чрезмерная забота начинала раздражать.

Сконцентрировался на ультимативной способности «Сшитый заново».

Невозможно использовать навык. Убедитесь, что поблизости имеется достаточно материала.

Ага, значит, нужны запчасти.

— Такеши, видишь того косоглазого зомби с мускулистыми ногами? Можешь прикончить его и притащить труп поближе?

ХРУСТЬ!

Череп мертвеца расплющился от единственного удара булыжника. Друг, под ворчание Ширайи о необходимости постройки зиккурата и сохранении черепов в целости, схватил труп за лодыжку и без усилий поволок ко мне, оставляя на каменном полу след из мозгов и какой-то жижи.

На этот раз навык сработал идеально, но зрелище получилось мерзкое. Некротическая магия принялась отрывать куски плоти с трупа и приклеивать их к моему телу. Кожа, мышцы, сухожилия сплетались в единое целое, образуя новую конечность.

Четверть минуты — и я стоял на двух ногах. Более того, вывихнутые и отваливающиеся пальцы рук тоже обновились. Теперь всё выглядело свежее и надёжнее.

Следующим шагом вложил пять очков характеристик в телосложение. Изменения проявились сразу же. Тело налилось силой, мышцы чуть уплотнились, кости стали крепче. Кожа перестала отслаиваться хлопьями при малейшем движении. Всё-таки только что увеличил параметр на двадцать процентов.

Имелся и минус… Проснулся голод. Не острая нужда в пище, а навязчивое желание что-то сжевать, разорвать зубами, проглотить. Желудок требовал наполнения, хотя пищеварение у мертвецов наверняка работало совсем не так, как у живых. Если вообще работало.

Спустя несколько часов.

В результате плодотворной тренировки удалось поднять ещё четыре уровня чудовища. Основной прогресс дали «Чуткий слух» и «Харизма» — навыки росли стабильно, подпитываясь постоянным взаимодействием с нежитью. Первый из них особенно впечатлил. Звуки доносились со всех уголков грота с невероятной чёткостью. Я различал скребущие шаги мышей в дальних туннелях, капающую где-то воду. Определённо возьму этот навык в свободный слот, когда выберусь отсюда.

Телосложение теперь достигло пятидесяти пунктов. Тело заметно окрепло — руки перестали дрожать при резких движениях, спина выпрямилась, походка стала увереннее. Даже активировал несколько пробных рывков. Слава всем богам, конечности держались крепко, ничего больше не отваливалось при ускорении.

Правда, неуклюжесть никуда не делась. Развернуться на месте получалось только широкими, размашистыми движениями. Руки не слушались при точной работе — пальцы дрожали, когда пытался подобрать мелкие предметы. Ловкость явно требовала внимания.

Методом проб и ошибок выяснил механику классовых умений. «Сшитый заново» перезаряжался целые сутки — долго, но зато эффект впечатлял. «Рывки» имели скромный откат в одну минуту, что позволяло активно тренироваться без длительных пауз.

Что до «Удара головой»… Это же надо было Парадигме вручить мне столь бесполезный навык. Руки сами собой поднимались к голове каждый раз, когда я думал об активации. Решимости не хватало. Одна ошибка — и можно остаться без черепа. Слишком большой риск для сомнительной выгоды.

Такеши показывал куда лучшие результаты. Двенадцать уровней после полусотни уничтоженных трупов — завидная скорость прогресса. Якудза работал с механической точностью автомата: подход, замах, удар, переход к следующей цели.

Зиккурат тоже постепенно рос. Ширайя лично укладывал черепа, добавляя в них толику маны для стабильности конструкции. С каждым новым рядом его настроение улучшалось. Лич напевал себе под нос какую-то мелодию, руки двигались плавнее, даже парить в воздухе он стал более грациозно.

Уверенность в собственных силах крепла с каждым новым уровнем. Но вместе с ней рос и жуткий голод. Желудок сводило спазмами. Тело явно требовало калорий для внутренней перестройки.

Мертвечину жрать не собирался. Даже при отсутствии рвотного рефлекса сама мысль вызывала отвращение. А вот Черныш не брезговал протухшим мясом. Он с аппетитом обгладывал кости убитых зомби и стремительно набирал уровни. Уже почти догнал Такеши по прогрессу. Матерел на глазах.

Ширайя предлагал упокоить пса, дабы не повышать среднеарифметический уровень существ подземелья. Но я заверил, что Черныш крайне смышлёный и пригодится для исследования логова. Кто знает, что нас будет ждать впереди. Зубастая челюсть в команде точно не будет лишней. К тому же, он такой добрый… и игривый.

В любом случае вылазка вглубь подземелья становилась неизбежной. Где-то там должны водиться грызуны. Хотелось бы, конечно, чего-нибудь повкуснее.

Что касается вкусовых предпочтений остальных товарищей. Лич питался собственной маной, энергия циркулировала внутри него по замкнутому циклу. Поэтому Ширайя не испытывал голод при повышении характеристик и мог развиваться бесконечно, ограничиваясь лишь скоростью накопления прогресса.

А вот с Такеши дела обстояли любопытнее. У скелета не имелось ни пищеварительного тракта, ни запаса маны. Как же он восполнял затраченную энергию?

Когда якудза распределял очки характеристик, его поведение кардинально менялось. Его накрывала волна дикой злобы, отчего челюсти скрежетали, руки сжимались в кулаки, весь корпус дрожал от сдерживаемой ярости. Такеши выплёскивал негативную энергию на ближайших мертвецов, разнося их в щепки с удвоенной жестокостью.

Понял это не сразу. Пришлось потратить немало времени на расшифровку пантомим и жестов. Такеши показывал на сердце, имитировал удары, потом указывал на убитых врагов. Постепенно картина прояснилась. Скелеты питались эмоциями, причём исключительно негативными. Злость, ярость, агрессия служили им источником энергии.

Не менее любопытно было слушать, как якудза пытался перечислить свои боевые приёмы. У рядового мертвеца, разумеется, не могло быть ничего впечатляющего: «Оглушающий удар щитом», «Двойной взмах меча» и ультимативное «Исступление», ускоряющее движения и ритм атаки.

Отметил для себя, что с каждым разом расшифровка его сигналов давалась легче. Глядишь, скоро начну понимать друга с полуслова.

По итогу тренировки все остались сыты и довольны. Все, кроме меня. Но ничего, ситуация изменится в ближайшее время. Из поднимающегося вверх туннеля сквозняк приносил дразнящие ароматы. Свежая плоть, тёплая кровь, живые ткани. Обоняние обострилось настолько, что различало мельчайшие нюансы запахов. Чем сильнее становился голод, тем чувствительнее работали органы чувств.

Обнаружился ещё один приятный бонус. Трупы не знали усталости и не нуждались в отдыхе. Пока наши будущие враги спали, восстанавливая силы после дневных походов, мы могли пахать в режиме нон-стоп.

— Кстати, Ширайя. Всё хотел спросить. Почему здесь нет наградного сундука?

Лич прервал заклинание и медленно развернулся ко мне. На его лице появилось выражение, которое можно было принять за довольную улыбку.

— Я тоже мучился подобным вопросом. Хватило времени обследовать каждый сантиметр грота, — он поднял руку и швырнул ледяную сосульку в дальний угол за зиккуратом. — Попробуй потрогать вон там.

Направился в указанную сторону, осторожно ступая между разбросанными костями. Протянул руку и наткнулся на невидимое препятствие. Пальцы скользили по гладкой поверхности. Прощупал контуры — метра три шириной и высотой примерно по грудь. Определённо сундук, только скрытый от посторонних глаз.

— Монстры не видят сокровищ? — задал логичный вопрос, возвращаясь к центру грота.

— Именно так, мои друзья. Награды мотивируют авантюристов спускаться в логова, — Ширайя принялся летать кругами, оставляя морозные следы. — Перед отправкой на испытание последнего шанса я перерыл всю доступную литературу об этом редком феномене.

Лич остановился перед нами, в его голосе зазвучала гордость.

— Хоть наша гильдейская библиотека насчитывала сотни тысяч томов, удалось найти лишь несколько косвенных упоминаний. Желаете услышать любопытный факт?

— Конечно!

— Вы знаете, что десятого числа каждого чама ночь окрашивается в алый цвет? Вся нечисть из подземелий выбирается наружу с целью истребить живых и пополнить великий комбинатор душ.

Мы с Такеши синхронно кивнули, потом одновременно замотали головами. Первый факт знали, второй открывал новые горизонты понимания. Души служили чем-то вроде батареек для работы Бескрайнего Архипелага. Теперь стало ясно, как именно Парадигма предотвращает застой системы и наращивает собственную мощь. Раз в месяц происходила массовая жатва, пополняющая запасы.

Такеши поднял руку, привлекая внимание. Потом указал на себя, на меня, покрутил пальцем у виска и пожал плечами. Смысл прочитался легко — а что приключится с нами в такую ночь?

— Превосходный вопрос от нашего молчаливого друга, — Ширайя одобрительно кивнул. — Если хотя бы одна личность проходит испытание последнего шанса, то подземелье остаётся заблокированным даже во время алой Вортаны. Следовательно, оно привлекает больше внимания среди приключенцев. Тогда многие захотят узнать, что же скрывается за запечатанными вратами. Таковы законы морей.

Информация укладывалась в голове, дополняя общую картину. Главное, чтобы наше подземелье не оказалось на необитаемом острове. Ведь в таком случае никто и не заметит, что вот уже который месяц, несмотря на алую Вортану, логово никуда не исчезает.

— Спасибо, Ширайя, — я почтительно склонил голову. — Твоя мудрость уступает лишь силе моего голода. Продолжим тренировку!

Навык «Харизма» повышен до 149 уровня.

Глава 12

Интерлюдия. Тем же вечером, резиденция Луи Дюваля.

Весть о гибели личного врага подняла градоначальника из крысиных нор подполья, где он прятался последние недели. Теперь Луи снова дышал полной грудью, ведь Макс мёртв, а значит, можно выползать на свет божий. Изредка он появлялся наружу, когда шхуна Миротворцев скрывалась за горизонтом. Остальное время уходило на кропотливую работу в тени: сколачивал банду головорезов, договаривался с нужными людьми, точил зубы.

По заданиям Абдуллы Луи развивал искусство убеждения на горожанах. Подходил к торговцу рыбой и мягко объяснял, почему тому стоит быть благодарным новой власти. Заглядывал к преуспевающему кожевнику и деликатно намекал, что слишком большая прибыль может привлечь нежелательное внимание. Слова Луи действовали безотказно. Люди кивали, соглашались, покорно опускали глаза.

Рыболовецкие артели, охотничьи кланы, ремесленные мастерские и прочие прибыльные промыслы Новой Земли теперь работали под зорким оком верховной власти. Коммерсанты, ещё недавно чувствовавшие себя хозяевами жизни, покорно сдавали позиции и делились весомой долей доходов.

Но теперь опасность миновала. Луи снова мог позволить себе роскошь не оглядываться через плечо.

Руководство Землян преподнесло ему щедрый подарок в виде новехонькой резиденции у западных ворот, прямо за внутренней стеной города. Бенджамин лично вручил ключи, расплывшись в улыбке: «Достопочтенный друг, примите благодарность за весомый вклад в процветание фракции».

Градоначальник решил обмыть победу с подобающим размахом. Парадный холл его нового дома гудел от голосов и смеха. Бандиты из подполья кривили ухмылки, наблюдая за наёмными музыкантами и танцовщицами. Служанки сновали между столов с подносами, охранники маячили в углах, а новоиспечённые друзья — мелкие чиновники и купцы второго сорта — жадно ловили каждое слово хозяина. Крупной рыбы здесь не водилось. Сегодняшний вечер принадлежал только Луи. Никто не должен был затмить его личность.

Сам виновник торжества восседал во главе длинного стола, облачённый в бежевый камзол с золотым шитьём. Рядом примостились три хорошенькие девушки в шёлковых платьях. Горничная с кудряшками, круглолицая кухарка и смуглая садовница.

Большая часть гостей смотрела на происходящее расфокусированным и затуманенным взглядом — понятное дело, не из-за вина.

— Алон занфа́н дё ла Па-а-атри, лё жур дё глуа-ар этаривэ-э! — Луи размахивал надкусанным кабаньим окороком, будто дирижёрской палочкой, напевая Марсельезу.

Оркестранты старательно играли французский гимн, который градоначальник заказал специально для собственного удовольствия. Вино лилось рекой. Луи хохотал до слёз, рассказывая байки местной знати, раздавал направо и налево советы по ведению дел, не упускал случая похвастаться голубой кровью и блестящими успехами — как в прежней жизни, так и в нынешней. Недели вынужденного затворничества оставили след. Хозяин роскошной резиденции упивался каждой минутой возвращения к цивилизованному обществу, едва сдерживая ликование.

— Прошу дам и кавалеров занять места для кадрили! — прозвучал торжественный голос дворецкого.

Мужчина средних лет с пышными усами и голливудской улыбкой умел подать себя. Каждый жест был артистичен, каждое слово поставлено. Оно и понятно, ведь Луи не экономил на персонале.

В центре просторного холла выстроились пять пар. Четыре состояли из профессиональных танцоров, нанятых специально для увеселения публики. Пятую составляли гости — молодая пара, решившая блеснуть грацией перед именитым хозяином.

Скрипки взяли первые аккорды. Дамы приподняли подолы, кавалеры вытянулись в струнку. Танцоры закружились в отточенных па, а зрители жевали деликатесы и потягивали вино.

Когда мелодия подходила к концу, входная дверь бесшумно приоткрылась. В проёме мелькнуло худощавое лицо паренька лет восемнадцати, с цепким взглядом и шрамом через левую бровь. Он из тех, кто научился выживать в подворотнях раньше, чем ходить. Поймав глаза Луи, юнец едва заметно кивнул и растворился в темноте коридора.

Градоначальник почувствовал, как сердце участило ритм. Поднялся из-за стола, взял серебряную вилку и несколько раз звякнул по бокалу. Хрусталь отозвался мелодичным звоном, музыка стихла, разговоры смолкли.

— Милостивые господа! Позвольте мне удалиться на краткий миг по неотложному делу. Но прошу! Не дайте празднику угаснуть! Пусть смех и радость не смолкают до рассвета!

Звуки кадрили и веселья остались где-то позади.

— Я весь в вашем распоряжении, — обратился он к худощавому юноше, который поджидал у боковой лестницы.

— Сударь, дело сделано. Живой груз доставлен в подвал. Заносили через чёрный вход, чтоб гостям глаза не мозолить.

— Превосходно! Идёмте же и расскажите подробности.

Они спустились по узкой винтовой лестнице.

— С Янисом вышло проще пареной репы, — помощник скользко ухмыльнулся, обнажив неровные зубы. — Квасил в «Пьяном жабогрызе», резался в карты с местными. Его собственные должнички и помогли нам приманить дурака в переулок. Причём даром, будто за услугу старую.

Юноша замялся, подбирая слова осторожнее.

— А вот с золотушкой заковырка получилась. Грустила на пирсе с каким-то хлыщом по кличке Лекс. Мордочку ему мы поправили, но пришлось дать на лапу вертухаям из Братства кучу осколков, чтоб пару минут в молоке плавали и не вмешивались.

Луи нахмурился, переваривая информацию.

— Осмелюсь поинтересоваться, оказана ли ей та степень почтения, о коей я имел честь просить заранее?

— Ну-у… — паренёк ссутулился и бросил косой взгляд снизу вверх. — Пришлось заткнуть рот тряпкой и запихнуть в телегу. Орала как резаная. Нам лишнее внимание ни к чему, так ведь, сударь?

Луи сжал кулаки.

— За подобное обращение с леди кто-то ответит сполна.

Дверь в конце коридора скрипнула под нажимом. Подвальное помещение встретило их сыростью и затхлостью. Единственный масляный светильник едва разгонял мрак, отбрасывая зловещие тени по углам.

Калиэста лежала на полу, руки связаны за спиной грубой верёвкой. Кляп из мешковины глубоко врезался в углы рта. Лицо покрывали засохшие слёзы, золотые волосы спутались и прилипли к вискам. Она дышала прерывисто, глаза были закрыты.

В центре помещения к массивному дубовому стулу намертво примотали Яниса. Верёвки так туго стягивали запястья, что кожа посинела. Левый глаз заплыл, на скуле красовалась гематома, губа рассечена. Но взгляд оставался дерзким и полным ненависти.

Семь охранников окружили пленников тесным кольцом.

— Кто из вас, мерзавцев, осмелился поднять руку на беззащитную женщину⁈ — бравурно прогремел Луи, окидывая суровым взглядом подчинённых.

Шестеро бандитов разом глянули на седьмого — детину с косматой бородой и татуировкой на шее. Тот заозирался в поисках поддержки.

Градоначальник медленно стянул белоснежную кожаную перчатку с правой руки и с размаху швырнул в лицо виновника.

— Я бросаю тебе вызов, негодяй! Завтра, с первым светом зари, мы сведём счёты в смертельной схватке. А сейчас — убирайся из моего дома!

Здоровяк кинулся к лестнице, спотыкаясь и чертыхаясь. Остальные бандиты облегчённо выдохнули.

Луи осторожно извлёк кляп из рта Калиэсты. Девушка поморщилась, пересохшие губы треснули. Он протянул руку, помогая подняться с пола. Ноги подкашивались, прелестница опиралась на стену, чтобы не упасть. Взгляд смотрел в пустоту, а в золотых глазах, обычно полных живости, поселилась глубокая, безысходная печаль.

— Прошу простить меня за недоразумение, — голос Луи звучал мягко, даже нежно. — Уверяю, впредь подобное не повторится, ибо виновные получат своё. Вам, разумеется, недостойно находиться в мрачном подвале среди этих людей. Посему вас проводят в покои, где вы приведёте себя в порядок. Ведь ныне день торжества, и я горю желанием лицезреть вас среди празднующих!

Калиэста кивнула, не произнеся ни слова и поплелась к лестнице.

Луи едва заметным движением руки указал двум охранникам проследовать за ней. Мужчины кивнули и бесшумно поднялись по ступеням.

Дверь захлопнулась, отрезав подвал от остального мира.

Градоначальник подошёл к пленнику и принялся развязывать толстый канат, который Янис прикусил зубами. Верёвка намокла от слюны и крови, пальцы скользили по волокнам. Наконец узел поддался.

— Какая ирония судьбы, не находите? Неуважаемый ублюдок!

Янис приоткрыл рассечённые губы, из горла вырвался хриплый звук:

— Слышь…

ПШМЯК!

Луи не дал договорить и с размаху врезал по распухшей скуле. Голова пленника дёрнулась в сторону, по подбородку потекла свежая кровь.

— Это тебе за гальюн, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

ШМЯК!

Второй удар пришёлся по челюсти.

— А это за тот случай, когда ты пинал мой гамак, пока я спал!

ХРУСТЬ!

Третий удар угодил в переносицу. Хрящ треснул, из ноздрей брызнула алая струя.

— За то, что избивал меня без причины, когда нажирался ромом.

Луи встряхнул ноющий кулак и схватил Яниса за затылок левой рукой, притягивая окровавленное лицо к своему.

— Нравится? — губы его растянулись в мстительной усмешке.

— Пошёл ты, падла, — разбойник собрал в рот кровавую слюну и плюнул.

Красная капля скользнула по щеке Луи и упала на бежевый шёлк камзола, оставив тёмную полосу.

Ярость вспыхнула с новой силой. Истязатель обрушил на пленника град ударов — по рёбрам, по животу, по лицу. Янис захрипел, голова безвольно откинулась назад.

— Исцелите его! — взревел Луи, доставая из кармана кружевную салфетку и промокая испачканную щёку. — Чего застыли⁈

Один из бандитов шагнул вперёд и приложил ладонь к груди пленника. Пальцы окутались зеленоватой дымкой, в воздухе запахло озоном и травами. Магическая энергия потекла в израненное тело, заживляя травмы. Янис застонал, веки задрожали.

— Ты, позор эволюции и уродливая ошибка судьбы! Смерть — слишком щедрая милость для тебя. Ты обречён на вечные муки, в то время как вся ваша шайка «Миротворцев» канет в бездну. И ты станешь свидетелем их конца!

ШМЯК!

Ещё один удар. Янис захрипел и снова потерял сознание.

Внезапно юный помощник дёрнул головой, прислушиваясь к едва различимым звукам.

— Вы это слышали? Доска скрипнула, вон там, — он указал рукой. — В подвале невидимка! Ну чё, братва, есть у кого пыльца обнаружения, чтоб морду хитрую засветить?

Один из громил полез в рюкзак. В тот же миг дверь распахнулась, застучали удаляющиеся шаги.

— Поймать его! — завизжал Луи. — Живо в погоню!

Бандиты сорвались с места, но одного из них градоначальник перехватил за толстое предплечье.

— А кто станет присматривать за ценным гостем? — Луи кивнул в сторону Яниса. — Позаботьтесь, чтобы его страдания не знали передышки. Пытки должны сменяться лечением, и так до бесконечности. Охрану удвойте. Нет, утройте! Мне нужны гарантии. Вы меня поняли?

— Ваша воля — закон для нас, сударь, — бандит почтительно склонил голову.

Луи поспешил наверх, к гостям. Руки его дрожали от переполнявших эмоций и недавних ударов. Остановился перед дверями парадного зала, перевёл дыхание и натянул на лицо радушную улыбку.

Вошёл внутрь и окинул взглядом развернувшуюся картину. Уголки губ приподнялись в довольной усмешке при виде захмелевших гостей. Вечер набирал обороты и явно превращался в нечто более раскованное, чем светский приём. У дальней стены несколько подвыпивших бандитов стаскивали корсеты со служанок. Девушки хихикали и делали вид, что сопротивляются, но руки их не слишком активно отталкивали грубые и настойчивые ладони.

Оркестр сменил торжественные мелодии на что-то более современное. Ритмичные мотивы, в которых проскальзывали отголоски джаза и уличных песенок, пробуждали желание пуститься в пляс. Музыканты раскачивались в такт, саксофонист пристукивал носком сапога по полу.

Луи не сразу заметил в дальнем углу знакомый силуэт. Абдулла сидел с краю одного из боковых столов, склонившись к уху мордастого торговца цветными и магическими металлами. Советник что-то вкрадчиво нашёптывал, жестикулируя худыми пальцами, а купец кивал.

Хозяин резиденции развернулся и неспешно направился к незваному гостю.

— О как же отрадно узреть столь дорогого сердцу друга! — проговорил он, останавливаясь рядом. — Вы украсили своим появлением наше скромное собрание. Прошу, позвольте сопроводить вас к главному столу, где вас ожидает достойное место.

Абдулла бросил торговцу несколько коротких фраз, похлопал того по плечу и поднялся.

— Доброго вечера, наиблагороднейший. Как вам новая обитель?

— Высший уровень! — Луи сложил пальцы щепоткой, поднёс к губам и театрально разжал ладонь, отправляя в воздух изысканное «муа».

— Замечательно, — в голосе Абдуллы прозвучали деловые нотки. — Нам предстоит обсудить неотложный вопрос.

Они неспешно пробирались между столов к почётному месту. Луи кивал знакомым, принимал поздравления, но мысли уже переключились на предстоящий разговор.

— Разумеется, я заранее готов подтвердить своё участие, — промолвил он, помогая Абдулле обойти группу танцующих пар. — Однако прошу снисходительно внять моей просьбе: пусть эта так называемая организация Миротворцев познает скорый и окончательный закат.

— Не переживайте, все заинтересованы в решении этой проблемы, — Абдулла усмехнулся. — Во время жужжерианского вторжения их шхуна пойдёт в авангарде против тысяч вражеских кораблей. Таковым будет приказ военного командования.

Советник злодейски рассмеялся. Луи мгновенно подхватил смех, за ним присоединились все находившиеся поблизости гости. Веселье разлилось по залу новой волной, хотя большинство и понятия не имело, что именно вызвало ликование.

Градоначальник вновь уселся во главе стола и попросил садовницу в красном платье по правую руку привести особую гостью на бал. Абдулла занял освободившееся место и налил себе вина из графина.

— Кучеряво живёте, господин, — с пониманием кивнул советник, оглядывая роскошную обстановку.

— За что я вам безмерно благодарен, — Луи поднял бокал в знак признательности. — Не томите же, в чём проблема?

Абдулла тяжело вздохнул и скинул капюшон с головы.

— Плебеи, мой достопочтенный друг. Снова устроили сборище на центральной площади. Даже палатки поставили, видимо, собираются надолго.

— И что на сей раз их беспокоит?

— Недовольны повышением налогов. Им не объяснишь, что в ближайшем будущем нам предстоит выплачивать кредит Соверену. Простым людям невдомёк, какие санкции последуют при нарушении договора. Ойстер предельно чётко разъяснил подробности. После того как торговая гильдия повысила его в звании, он перестал стесняться в выражениях и растерял учтивость. Лучше заплатить сто двадцать пять миллионов осколков заблаговременно, чем дожидаться неприятностей.

Абдулла покрутил бокал в руках, наблюдая, как вино медленно стекало по стенкам.

— Проблема в том, — продолжил он. — Что все средства мы вложили в оборону перед жужжерианским вторжением. Между прочим, немалая часть финансов ушла на строительство вашей резиденции.

Луи фальшиво рассмеялся, стараясь скрыть недовольство от укола последними словами.

— Уверяю вас, проблема будет улажена в кратчайшие сроки. Но, умоляю, дайте мне время упоиться триумфом в сиянии этого торжества. Что же до демонстрантов — им некуда исчезнуть. Напротив, чем больше их соберётся, тем любопытнее будет зрелище. Как говорил один мой знакомый: прежде чем пшикать дихлофосом, нужно подождать, пока соберётся побольше москитов. Рекомендую, к слову, внести особо ретивых в отдельный реестр.

Абдулла медленно кивнул, задумчиво потирая подбородок.

В этот момент входные двери широко распахнулись. Калиэста переступила порог, облачённая в чёрное платье с открытыми плечами. Ткань мягко облегала фигуру, подчёркивая изгибы талии и бёдер. Садовница сопровождала её к столу с угощениями.

Аэлари двигалась с королевской грацией — плавно, от бедра, каждый шаг элегантен. Во взгляде сквозило презрение ко всем присутствующим.

Разговоры в зале стихли. Мужчины провожали её глазами, женщины с завистью оглядывали златокожую красавицу. Даже музыканты на мгновение сбились с ритма.

Абдулла округлил глаза и приподнял брови. Выражение его лица не укрылось от внимательного взгляда хозяина.

— Какой любопытный поворот событий, — воскликнул он.

Луи заливисто засмеялся.

Глава 13

Продолжение интерлюдии.

— Вы меня одновременно удивляете и пугаете, о наиблагороднейший, — проговорил Абдулла вполголоса, наклоняясь к уху Луи. — Уж не вознамерились ли вы стать её кавалером? Женщина определённо видная, буквально ослепляет своим совершенством. Ц-ц-ц… — советник покачал головой и зацокал.

— А я не перестаю удивляться вашей проницательности. Да, вы абсолютно правы, мой уважаемый друг.

— Боюсь, вам ничего не светит. Калиэста наверняка убита горем после того, как её любимый мужчина, герой Новой Земли, погиб в схватке с агрессивным мифическим чудищем.

Лицо Луи исказилось недовольством. Челюсти сжались так, что зубы едва трещины не пустили. Сомнения в его чарах резали по живому, а официальная версия утренней гибели Макса звучала как издевательство. Но больше всего раздражало то, что гость во второй раз за короткую встречу пытался его поддеть.

Луи глубоко вдохнул, сдерживая вспышку гнева, и сказал:

— Не соблаговолите ли заключить со мной пари? Уверяю, трёх чамов будет достаточно, чтобы её сердце воспылало ко мне нежнейшими чувствами. Клянусь, обойдётся без профильных навыков убеждения.

Абдулла растерянно заморгал, заметив, как забегали глаза собеседника. Парадигма приняла клятву.

— Господин, сдаётся мне, вы пьяны.

— Отнюдь! — Луи вытянул правую руку и уверенно коснулся указательным пальцем кончика носа, демонстрируя трезвость. — Признаться, полюбил я её с первого взгляда и готов умереть за это пламенное чувство.

В голосе градоначальника прозвучала такая искренность, что Абдулла невольно проникся азартом. Ситуация обещала любопытное развлечение.

— Пари! — он протянул скользкую ладонь. — Мне доводилось слышать, насколько французы неистовые романтики, но чтобы настолько… даже предположить не мог. И на что же мы спорим?

Луи крепко сжал руку.

— Всё предельно ясно. Победа возведёт меня в доверенные лица великого пророка господина Бернаскони, и я стану его правой рукой. Для вас же настанет час достойного ухода в тень.

Абдулла вдруг заёрзал и попытался высвободить ладонь, но градоначальник лишь усилил захват. Их взгляды пересеклись, едва искры не полетели. Советник попробовал проникнуть в мысли собеседника, но натолкнулся на невидимый барьер. Оппонент явно обзавёлся защитными артефактами.

Спустя долгую секунду Абдулла расплылся в змеиной улыбке. Он понимал, что рано или поздно между ними всё равно встанет вопрос о власти. Лучше решить его сейчас, в удобной обстановке.

— В противном случае наградой мне станет ваш статус прокажённого, — прошипел он, поднимаясь из-за стола. — И прошу вас, не забудьте уладить вопрос с плебеями, прежде чем канете в бездну!

Советник высокомерно задрал подбородок и зашагал к выходу, плащ развевался за его спиной чёрным крылом.

Вскоре садовница подвела Калиэсту к главному столу и усадила на освободившееся место рядом с хозяином. Девушка в алом платье тут же принялась массировать плечи градоначальника, её ладони скользили по камзолу, опускаясь к груди. Она томно выдыхала ему в ухо.

— Ох уж эта моя популярность, — Луи рассмеялся.

Калиэста окинула сцену холодным взглядом. Губы её сжались в тонкую линию.

— Легко снискать популярность, когда умеешь подчинять себе чужую волю.

Луи лениво кивнул садовнице, давая понять, что её услуги больше не требуются. Девушка в красном неохотно отстранилась и отошла к соседнему столу, где её уже пожирали взглядами захмелевшие бандиты.

— Ваше обаяние не уступает силе любого заклинания, моя леди, — градоначальник повернулся к Калиэсте. — Но, как джентльмен, я даю слово: искусство внушения не коснётся вашей прелестной особы.

Он решил взять её за ладонь, но Калиэста мгновенно скрестила руки на груди и отшатнулась. Брови сошлись на переносице, в глазах вспыхнула злость.

— Разумеется. Ведь ещё на шхуне вы поклялись не использовать свои жуткие таланты против экипажа. Попробуйте нарушить — и увидите, что будет.

Она демонстративно отвернула лицо.

— Теоретически ничто не мешало бы мне взять вас силой, — Луи изогнул губы в усмешке, заметив, как она вздрогнула. — Однако я слишком утончён, чтобы опускаться до столь варварских средств. Прошу лишь позволить мне зваться вашим близким другом — это всё, чего жаждет моя душа. Поверьте, я способен любить вас возвышенно, без низменных притязаний. Подобно розе, вы должны быть любованы, но не сорваны. Что же до страсти…

Его взгляд скользнул к красавицам, расположившимся по левую руку. Кудрявая горничная хихикала, прижимаясь к плечу соседа, кухарка кормила одного из гостей виноградом прямо с руки.

— Уверяю вас, в подобных потребностях я удовлетворён с избытком.

Калиэста промолчала, глядя в противоположную сторону зала.

Луи нарочито расправил грудь и принялся соскабливать ногтем засохшую кровавую полосу с камзола. Движения намеренно привлекали внимание. Он водил пальцем по пятну, морщился, качал головой.

Калиэста искоса взглянула на его манипуляции и непроизвольно сглотнула слюну.

— Презренный Янис некогда осмелился покуситься на мою честь. Но ныне торжествует справедливость, и за свои беззаконные дерзости он вознесётся не выше эшафота.

— Не смейте! — Калиэста резко повернулась к нему. — Вы не можете так поступить! Хватит смертей!

— Мне подвластно уберечь от гибели не только его, но и всю свору Миротворцев, что умудрилась нажить врагов повсюду. Но как, скажите, я могу оказать вам милость, если вы отказываете даже в дружеском расположении? — крикнул Луи нарочито трагически, поднимаясь с места.

Он швырнул опустевший бокал на пол. Осколки разлетелись во все стороны, звон заглушил ближайшие разговоры.

Луи исподтишка наблюдал за реакцией Калиэсты. Дыхание её сбилось, ресницы затрепетали.

— Если речь только о дружбе, то я согласна! Прошу, не терзайте Яниса и других близких мне людей!

Луи выдержал долгую паузу, смакуя момент капитуляции. Пальцы его барабанили по столешнице, создавая напряжение. Наконец он медленно кивнул.

— Ради вас, моя леди, я сочту честью приложить все силы, дабы даровать им жизнь взамен неминуемой гибели.

Тем же временем, усадьба Миротворцев.

За столами, заставленными бутылками и остывшими блюдами, расположились друзья. Свечи в канделябрах оплывали, роняя восковые слёзы.

Поминальные речи давно отзвучали. Теперь каждый молчал, погружённый в собственные мысли. Нита прижимала к глазам влажный платок, её плечи мелко вздрагивали. Рядом Густаво механически вертел пустой стакан, пытаясь увидеть что-то на дне. Кто-то тихо всхлипывал, кто-то прикрыл глаза, несколько грызлингов сопели, уснув прямо за столом после принятого алкоголя. Журчание рома, льющегося в очередную чарку, казалось оглушительно громким.

Ганс отставил недопитый стакан и откашлялся, нарушая молчание:

— Капитан, полночь скоро. Калиэсты до сих пор нет.

Эстебан поднял отяжелевшие веки. Ром уже сделал своё дело. Движения стали замедленными, взгляд расфокусированным.

— Ей нужно время. На пирсе хоть ветер свежий, не то что здесь. Перегар да кислые рожи.

Грохот распахнувшейся двери заставил всех подскочить. В проёме никого не было. Только ночная темнота и холодный воздух ворвались в душное помещение.

Стулья с визгом отъехали назад. Руки метнулись к оружию: кто-то выхватил кинжал, кто-то пистоль. Мутуа, будучи трезвее остальных, вскинул кайло и ринулся к двери. Его босые ноги бесшумно ступали по половицам. Он выглянул наружу, напряжённо вглядываясь в темноту улицы.

— Никого! — крикнул через плечо.

В тот же миг на его опустевшем стуле проявился силуэт. Воздух задрожал, и из ниоткуда материализовалась жрица удачи. Не говоря ни слова, она схватила ближайшую чарку с ромом и опрокинула в себя. Горло судорожно сглотнуло. Гостья поморщилась от крепости напитка и тут же потянулась к бутерброду с солёной рыбой.

— Ханна! — удивлённо вскрикнула Нита. — Милая, где ты была? Столько всего случилось, Макс и Такеши…

— Да-да-да, — ответила внезапная гостья с набитым ртом. — Потом поболтаем. Время на исходе.

Она схватила нераспечатанную бутылку. Резкий удар ребром ладони по горлышку — и стекло хрустнуло. Верхушка покатилась по столу, оставляя мокрый след. Ханна запрокинула голову и начала пить прямо из разбитого горла. Ром струился по подбородку, капал на обнажённое тело. Все застыли, наблюдая за этим отчаянным глотанием.

Эстебан первым пришёл в себя. Двумя быстрыми шагами вояка оказался рядом и выдернул бутылку из её рук.

— Говори! — рыкнул он и встряхнул жрицу за плечи. — Что случилось, чёрт возьми?

Даже не дождался ответа и принялся допивать остатки.

Ханна вытерла губы ладонью.

— Ты тут стоишь весь такой важный, как будто владеешь Вашингтоном, — она ткнула его пальцем в грудь. — А готов к выстрелу судьбы?

Вояка тяжело выдохнул и провёл ладонью по лицу.

— Спокойствие, только спокойствие, — прошептал он.

— Слепые вы, да? — жрица удачи обвела взглядом присутствующих. Её голос сорвался на крик. — Под нож всех нас! Под нож, под нож! Ха! Всех до единого. Город сожрёт Миротворцев и не поперхнётся. Нужно уносить ноги прямо сейчас!

После паузы все заговорили разом. Кулаки с грохотом опускались на стол, заставляя тарелки подпрыгивать и звенеть. Ругательства рвались сквозь зубы. Женщины прижимали ладони к губам.

— А ведь я предупреждал, — Декстер даже не поднял головы, продолжая полировать лезвие скальпеля салфеткой. На его губах играла лёгкая улыбка. — Именно так всё и должно было закончиться.

Гостиная наполнилась голосами. Эстебан пытался что-то выкрикнуть, но его перебивал Ганс, размахивающий кулаками. Мутуа вернулся от двери и принялся требовать объяснений у Ханны, хватая её за локоть. Она вырывалась и что-то фанатично шептала про крыс в стенах. Нита металась между спорящими, пытаясь всех успокоить, но её тонкий голос поглощался общим гамом.

Декстер напомнил о последнем собрании совета, когда Эстебан озвучил притязания организации на треть голосов. Дерзкое заявление, которое многие тогда сочли самоубийственным. Теперь последствия стали очевидны. Вскоре два сильнейших воина организации, обладающие правом голоса в совете, исчезли. Десятки горожан видели всю картину у пирса. Отряд Железного Братства окружил Макса и приказал прыгать в лодку. Ходили слухи о героической гибели в схватке с легендарным Мурвараксом. В эту сказку для простаков никто из присутствующих не верил.

— Они нас по одному выловят! Надо было раньше думать! А я что говорил? Я что говорил⁈ — надрывались голоса.

Ханна схватила кусок хлеба и принялась нервно крошить, бормоча что-то про пауков в банке.

Эстебан опустил голову и уставился в пол. Его плечи поникли.

— Какой же я идиот… До последнего верил высшему руководству, — произнес отчаянным голосом. — Прости меня, Макс.

Он поднял покрасневшие глаза на Ханну. Та накручивала непослушный локон волос на палец.

— И что ты предлагаешь?

— Чего тут думать? К Северянам надо! Там до нас не дотянутся их кровожадные руки. Быстро, я сказала! А вы всё сидите, как дохлые птицы… Хотите гнить прямо здесь? Тут, в этой дыре?

— Да хватит уже нагнетать, дура! — Эстебан швырнул допитую бутылку в стену. Осколки брызнули во все стороны, заставив ближайших пригнуться. — Мы не можем уйти! Янис, Лекс и Калиэста ещё не вернулись!

Ханна запрокинула голову и расхохоталась.

— Красавчику повезло, — её голос стал внезапно серьёзным. — Лежит себе, едва живой, в мусорном контейнере в подворотне. Кровью истекает, бедняжка. Остальные уже тихие. Мёртвые игрушки… — она щёлкнула пальцами. — А теперь ваша очередь!

Скай сорвалась с места. Ноги едва касались пола, когда она бросилась к двери, но голос Ханны заставил замереть на месте.

— Ах, глупышка! Ну скажи, ты точно знаешь, где он? Или побежишь шарить по всем контейнерам города? Хи-хи! Хотела бы я на это посмотреть.

Волчица обернулась с побелевшим лицом.

— Оставайтесь на местах! — голос Эстебана прогремел по комнате. — Это приказ!

Когда все замерли, он продолжил:

— Что ты такое говоришь? Ты уверена? Точно уверена?

— Своими собственными глазами видела, как их лишили судьбы.

— Кто именно стоит за смертью моих сослуживцев? Бенджамин? Крис Якобс?

— Нет, нет и нет, — Ханна вытянула руку и покачала пальцем перед носом Эстебана. — Наш старый знакомый. Луи Дюваль.

Гостиная взорвалась возмущёнными криками. Густаво опрокинул стол, который едва не придавил нескольких грызлингов. Олаф заорал проклятия. Мутуа принялся крушить стулья кайлом.

Эстебан выхватил пистолет и выстрелил в потолок. Сверху посыпалось каменное крошево, оседая на его волосах и плечах. Новички озирались по сторонам, не понимая, кто такой Луи Дюваль и почему его имя вызвало бурную реакцию.

— Этот наглый пёс! — лицо вояки исказилось от ярости. Вены на шее вздулись, пульсируя в бешеном ритме. Глаза налились кровью. — К оружию! Мы идём мстить!

— ДА-А-А! — старожилы вскинули кулаки.

Ханна медленно захлопала в ладоши. Аплодисменты звучали насмешливо в общем грохоте подготовки к бою.

— Браво, браво! Именно этого они и ждут. Повод для ликвидации организации на блюдечке преподнесёте. Резиденция Дюваля ныне охраняется не хуже форта! Там столько головорезов, что шагу не ступить.

Движения в комнате замедлились. Миротворцы переглянулись. Клинки опустились в ножны. Пистоли перестали набиваться порохом. Боевой пыл угасал на глазах, сменяясь тревожной неуверенностью.

— Не сейчас, нет, — Ханна покачала головой, и её волосы метнулись из стороны в сторону. — Мы накопим силы, а потом отомстим. В самый сладкий миг.

Она замолчала и прижала ладонь к сердцу. Глаза заблестели от слёз.

— Я ведь обожала Макса… А значит, весь этот мерзкий город сгорит! И ваши руки будут в огне рядом с моими!

— Дура ты больная! — Эстебан сплюнул на пол. — При чём здесь гражданские? И каким образом мы уйдём к Северянам? Об этом ты подумала? Хотя… о чём я. Где думать и где ты…

Ханна обвела взглядом присутствующих, затем подняла руку и ткнула пальцем себе над головой.

— Скажите мне, что вы видите?

Миротворцы недоумённо переглянулись. Олаф прищурился, прочитал и прокомментировал:

— Ханна Нолан, жрица удачи семьдесят седьмого уровня. И что? К чему эта клоунада?

— Я почти все очки вкладывала в удачу, — пролепетала она, подмигивая. — И пока вы со мной, госпожа Фортуна будет вам улыбаться.

Блондинка выпрямилась и указала на свою грудь, облитую спиртным.

— А что вы видите теперь?

Резко качнулась влево, потом вправо. Капли рома брызнули с обнажённого тела.

Эстебан изобразил жест «рука-лицо».

— Титюли! — восторженно выкрикнул бородатый рейдер из стаи.

— Верно-верно! — захлопала в ладоши. — Пока Братство будет таращиться на мои дыньки, вы тем временем прошмыгнёте к шхуне. Я в этом мастер, детки. Проверено!

Она покрутилась на месте, демонстрируя себя во всей красе.

— Всегда срабатывает!

Остановилась и обратила взор на Раджеша.

— А ты наденешь на себя вонючую шкуру Луи Дюваля. Знаю, противно будет, но надо! Так наши шансы на успешный побег составят минус сто шестьдесят три процента. Или плюс. Вечно забываю. Тут как повезёт.

Мимик поперхнулся воздухом.

— Дурдом какой-то, — покачивая головой, сказал Эстебан. — Что думаете, Миротворцы?

Пространство наполнилось эмоциональными возгласами:

— Северяне сразу мне понравились! Можно рискнуть! Наберёмся сил и отомстим ублюдку Луи! Город сгорит! Фартовые титюли!

— Решено, — вояка ударил ладонью по столу. — Хватайте самое ценное и отчаливаем.

Миротворцы бросились врассыпную.

Спустя пять минут.

В гостиной царил организованный хаос. Друзья столпились у выхода, рюкзак каждого был заполнен до предела.

Раджеш стоял возле дверей, и его собственная мать не узнала бы. Даже манера держаться изменилась. Плечи расправлены, подбородок задран.

— Моя очаровательная леди, — он изящно склонился перед Ханной и протянул руку ладонью вверх. Французский акцент звучал безупречно. — Позвольте мне сопровождать вас.

Он выпрямился и окинул остальных высокомерным взглядом.

— А вы, господа, держитесь позади и не смейте отставать!

Мимик едва успел увернуться от летящей в него пустой бутылки.

— Не увлекайся, балбес! — крикнул Густаво. — А то получишь по морде!

Раджеш лишь фыркнул и предложил Ханне локоть. Она хихикнула, вцепилась в него обеими руками и пнула дверь ногой.

— Вперё-ёд, мои дорогие! — пропела жрица удачи.

Конец интерлюдии.

Глава 14

Два векса спустя.

Не перестаю удивляться тому, что мертвецы не знают усталости. Часы сливались в бесконечный поток движений, ударов, активаций навыков. Четырнадцать новых уровней чудовища заметно меня усилили. Телосложение достигло девяноста пунктов, ловкость подтянулась до шестидесяти. Прежняя неуклюжесть растворилась, уступив место уверенности.

Основной прогресс обеспечил навык «Рывок», стремительно приближающийся к сотне. Короткие дистанции я теперь покрывал молниеносными бросками. Воздух свистел в ушах, пол мелькал размытыми пятнами под ногами. Правда, попытка совершить акробатический прыжок закончилась плачевно. Приземление вышло настолько неудачным, что левая рука отделилась от плеча, а правое колено вывернулось под немыслимым углом. Пришлось активировать «Сшитый заново» и ждать перезарядки целые сутки.

Параллельно развивались безоружный бой, чуткий слух и навыки обаяния.

Такеши с Чернышом набрали больше двадцати уровней каждый. Ширайя развивался медленнее всех из-за высоких навыков и получил всего четыре за всё время тренировок.

Прогресс радовал, но голод превращал существование в пытку. Запах свежепризванных мертвецов дразнил ноздри сладковатым ароматом протухшего мяса. Приходилось отворачиваться, зажимать нос, считать до десяти, лишь бы не наброситься на ближайшего зомби и не вгрызться в его плоть. Обострившиеся чувства усугубляли мучения, ведь каждый аромат казался в десять раз насыщеннее.

Терпение лопнуло. Когда свежепризванная партия зомби отправилась вглубь подземелья, я решительно двинулся за ними, поманив за собой товарищей.

Жестом попросил друзей держаться позади. Прижимаясь к щербатой стене, подкрался к пролому и осторожно выглянул одним глазом, дабы разведать обстановку получше.

Навык «Маскировка» повышен до 101 уровня.

Высокоуровневые каннибалы, как и в прежний раз, набросились на жертв с остервенением пираний. Мясо отрывали кусками, кости хрустели под мощными челюстями. За считанные минуты от подкормки остались лишь бурые пятна на каменном полу.

Помещение выглядело, как будто после погрома: груды костей перемешивались с трухлявыми обломками мебели. Каннибалы бродили среди этого хаоса неспешной походкой.

Здесь собрались представители только гуманоидных рас. Ни одного существа с клешнями или щупальцами. Различались они ростом, комплекцией, остатками волос и оттенками разлагающейся плоти.

Вожак выделялся сразу. Гигант под три метра ростом — макушка почти упиралась в потолок. Широченные плечи, бочкообразная грудь, руки толщиной с мою талию. Остальные зомби, хоть и были крепко сложены, но инстинктивно жались к стенам при его приближении, опускали взгляды, подобострастно кланялись. Когда в проёме появлялось свежее мясо, главарь первым выбирал лучшие куски. Филейные части, печень, сердце исчезали в его пасти с чавкающими звуками. Аппетит великана, мягко говоря, удивлял. За один присест он поглощал больше, чем вся остальная стая вместе взятая.

Подчинённые довольствовались объедками. Грызли хрящи, обсасывали кости, слизывали кровь с камней. При этом большая часть зомби периодически выкрикивала обрывки фраз из прошлой жизни. Женщина в изодранном платье монотонно повторяла: «Я же любила тебя, а ты предал!» Её голос дрожал от отчаяния. Мужчина в обрывках кожаного доспеха, вгрызаясь в чью-то ступню, радостно возвещал: «Кушать подано!» Третий качался из стороны в сторону, бормоча: «Мама, где ты? Мне страшно…» Кто-то требовал вернуть долг, другой выкрикивал необычные имена.

Эти обрывки человечности пугали сильнее, чем сам акт каннибализма. В каждом из чудовищ когда-то билось живое сердце, теплилась душа. Теперь остались лишь искажённое эхо прежних личностей, застрявшее в разлагающейся плоти.

Наблюдение затянулось. Я фиксировал каждую деталь поведения, запоминал иерархию, подмечал слабости, ведь хотел влиться в их состав на правах равного.

Среди хаоса выкриков и стонов уловил самое важное. Вожак стаи периодически выпаливал две фразы, которые многое прояснили. «Служу каганату!» — рявкал он, прижимая сжатый кулак к груди. Движение отточенное, автоматическое. Правая нога чуть выставлена вперёд, подбородок поднят. Через минуту последовала другая реплика: «Принято, о великий доминатор!» Снова тот же жест, та же поза. Офицер высокого ранга, без сомнений.

План созрел мгновенно. Вместо осторожной мимикрии под рядового мертвеца я решил пойти ва-банк. Выпрямил спину, расправил плечи и шагнул в пролом с видом существа, которому здесь принадлежит каждая косточка.

Вожак заметил меня первым. Его массивная фигура развернулась с неожиданной для такой туши скоростью. Мускулистые руки вытянулись вперёд, пальцы согнулись в хватательном жесте. Остальные каннибалы выжидающе наблюдали. Их челюсти щёлкали в предвкушении свежего мяса.

Пришлось задрать голову, чтобы встретить взгляд гиганта. Три метра его роста против моих ста восьмидесяти сантиметров. Но в моём голосе зазвучала сталь командира, привыкшего к беспрекословному подчинению:

— Слаба-ак! Ты подвёл доминатора!

Главарь застыл на полушаге, нога повисла в воздухе. Мускулы на лице дёрнулись, формируя выражение, которое у живого человека назвали бы ужасом. Плечи опустились, спина согнулась.

Он забормотал что-то невнятное в попытке оправдаться. Из обрывков слов я уловил «засада», «предательство», «не моя вина». Голос дрожал, в нём слышались нотки паники.

— Из-за твоей невнимательности доминион лишился южных земель, — продолжил я давить, импровизируя на ходу.

Вожак взревел от ярости и схватил ближайшего подчинённого за горло. Поднял одной лишь левой лапищей и швырнул о стену. Жертва попыталась встать, но массивная ступня раздавила ей череп. Остальные зомби отпрянули, стараясь стать незаметными.

— Но ты можешь всё исправить, — поспешил я смягчить тон, пока непредсказуемый вожак окончательно не съехал с катушек.

Гигант медленно повернулся ко мне.

— Доминатор приказывает уничтожить лича в финальной комнате подземелья. — Я указал большим пальцем за спину. — Попробуй, если достаточно смел, и тебе будет даровано прощение. Отправишься прямиком в сады творца, где с прелестными гуриями пьют вино все твои погибшие соратники.

Навык «Харизма» повышен до 166 уровня.

Вожак не раздумывал ни секунды. Развернулся и ринулся к выходу, сметая всё на своём пути. Один из зомби не успел отскочить, и массивное плечо отбросило его в угол.

— И не трогай пса со скелетом по пути, иначе задание будет провалено! — успел крикнуть я вдогонку.

Тот притормозил у арки, резко кивнул и исчез в темноте туннеля.

Я остался стоять посреди комнаты, окружённый ошарашенными каннибалами. Они смотрели на меня с благоговейным страхом, не решаясь приблизиться. Кто-то из них тихо заскулил, другой попятился глубже в тень.

Внутри шевельнулось неприятное чувство. Манипулировать мертвецами оказалось до обидного просто. Они же как малые дети по интеллектуальному развитию. Достаточно нажать на правильные кнопки, использовать знакомые слова из прошлой жизни — и зомби будут подчиняться.

С другой стороны, каждое перерождение давало им шанс начать заново, потому жалости испытывать не буду. Может, в следующий раз им повезёт больше. Может, они родятся в телах, что смогут прожить жизнь, полную свободы.

— На всё воля Парадигмы, — вырвалось у меня, и я тут же прикусил язык.

Нет, только не это. Откуда в моей голове взялись подобные мысли? Неужели тело зомби-интригана влияло на сознание? Или просто обстоятельства заставляли приспосабливаться, используя любые доступные инструменты для выживания?

Я поманил друзей, стараясь выглядеть уверенно перед толпой озадаченных мертвецов.

— Теперь я ваш лидер. Приказываю отправиться за великим воином и ликвидировать лича!

Попытка командовать вызвала совершенно неожиданную реакцию. Зомби в рваной тунике почесал затылок, отодрав при этом клок волос вместе с кожей. Другой мертвец озадаченно пожал плечами, и его левое плечо осталось приподнятым, заклинив в верхнем положении. Женщина с выпавшим глазом наклонила голову, пытаясь осмыслить приказ.

Никто не двинулся с места. Мои слова не содержали нужных триггеров, знакомых фраз из их прошлой жизни. Ключ подошёл только к одному замку.

Неловкое молчание нарушил знакомый голос:

— Я же любила тебя, а ты меня предал!

— Куда направлено твоё внимание, туда направлена твоя энергия, мой юный друг, — откликнулся другой мертвец-философ.

В проёме показался Такеши. Скелет осторожно переступил порог с булыжником наперевес. Каннибалы едва удостоили его взглядом. Костяк без мяса не представлял для них интереса. Зато когда следом влетел Черныш, атмосфера мгновенно изменилась.

Пёс остановился, принюхиваясь к незнакомым запахам. Шерсть на загривке встала дыбом, красные угольки глаз метались, оценивая угрозу.

Ближайшие зомби оживились. Несколько потянулись к псу, издавая голодное урчание.

— Беги скорее в грот к Ширайе, он тебя защитит! — выкрикнул я, вкладывая в голос максимум убедительности. — Обещаю, скоро мы вернёмся!

Черныш зарычал, обнажая внушительные клыки. Звук прокатился по комнате, заставив нескольких зомби попятиться. Но голод оказался сильнее страха. Двое мертвецов двинулись к псу с разных сторон, пытаясь окружить.

Пёс развернулся и помчался обратно в пещеру. За ним бросились двое преследователей. Первый напевал что-то похожее на колыбельную, голос дрожал от предвкушения. Второй раздосадованно качал головой, но упорно семенил следом, волоча правую ногу.

Такеши предложил продолжить разведку.

Дверной проём вывел нас в новое помещение. Контраст удивил сразу. Никаких гор костей, никаких луж крови. Комната выглядела почти обжитой. В центре стоял грубо сколоченный стол. На нём лежала стопка пожелтевших бумаг, рядом валялось сломанное перо. С противоположной стороны виднелись врата, ведущие дальше в новую пещеру.

За столом восседал одинокий страж, одетый в некое подобие изорванной униформы. При нашем приближении он встрепенулся. Мутные глаза сфокусировались, в них мелькнула искра сознания. Зомби поспешно поднялся и встал прямо в дверном проёме. Его фигура полностью перекрывала проход.

— Предъявите пропуск, — произнёс механическим голосом страж, выставляя раскрытую ладонь вперёд.

Вахтёр при жизни, и вахтёр в посмертии…

Такеши поднял булыжник, готовясь устранить внезапную преграду. Я успел перехватить его запястье и успокоил жестом, мол, сейчас разберусь. Другие же как-то здесь проходят, останков не видно. Скорее всего охранника попросту привыкли игнорировать.

— Уважаемый, от лица владык некрополя выражаю вам благодарность за верную службу. Вы лучший стражник, которого я только видел. Но прошу понять. Пропуски, увы, мы забыли дома, а впереди ждут важные дела.

Суровое выражение растаяло, губы растянулись в широкой, почти детской улыбке. Несколько зубов выпало от такого энтузиазма, запрыгав по полу. Страж отступил в сторону и широким, размашистым жестом указал на проход. Движение напоминало сельского старосту, приглашающего гостей на праздник.

— Будем называть это место КПП для удобства.

Такеши кивнул.

Мы прошли около сотни метров по извилистому туннелю пещеры, когда мой взгляд зацепился за неровные наросты у основания стены. Грибы росли плотными гроздьями, их шляпки отливали красно-фиолетовым и бурым цветом.

Навык «Рывок» повышен до 86 уровня.

Ноги сами понесли меня вперёд. Колени согнулись в прыжке, руки потянулись к добыче. Пальцы вцепились в мясистые шляпки, срывая их вместе с ножками.

За минуту я обобрал всю делянку. Красно-фиолетовые грибы оказались упругими, почти резиновыми на ощупь. Бурые рассыпались при малейшем нажатии, превращаясь в труху. Всё летело в рот без разбора. Челюсти работали механически, пережевывая волокнистую мякоть. Живот раздулся от поглощённой массы, натянув кожу до предела. Голод отступил, но лишь на йоту. Организм требовал животного протеина, а не растительной клетчатки.

По мере продвижения вглубь туннеля заметил, как вздутие постепенно спадает. Оголодавшее тело после распределения характеристик сжигало пищу с поразительной скоростью. Возможно, грибы содержали токсины, способные убить живого человека за считанные минуты. Но зомби плевать на это.

Возле очередной грибной колонии я заметил движение. Бледная рыба размером с увесистого карася застыла у стены. Вместо глаз на морде виднелись лишь небольшие впадины, покрытые тонкой плёнкой. Четыре мускулистые лапки с перепонками неуклюже торчали по бокам, как у ящерицы. Из приоткрытой пасти выглядывала красно-фиолетовая грибная шляпка, которую создание суетливо пережёвывало.

Я поднёс палец к губам, подавая Такеши знак замереть. Осторожно забрал у него булыжник.

Крадучись приблизился к добыче. Ноги ставил мягко, перенося вес постепенно с пятки на носок. Но существо обладало острым слухом. Его голова резко повернулась в мою сторону. Ноздри раздулись, втягивая воздух. Мгновение замешательства — и земноводное сорвалось с места. Мускулистые лапки оттолкнулись от пола, тело прогнулось дугой в прыжке.

Навык «Рывок» находился на перезарядке, но голод гнал меня вперёд. Бросился в погоню, размахивая булыжником над головой. Существо петляло между выступами породы, его хвост извивался, помогая маневрировать. После двух крутых поворотов туннель вывел нас к коридору с подземной речкой по левую сторону. Земноводное без колебаний нырнуло в бурлящий поток и исчезло в тёмной воде.

— Ха-ха! Теперь точно с голоду не умрём!

Восторг переполнял меня. Где вода, там жизнь. Где жизнь, там пища.

Неглубокая, но стремительная речушка шириной метра три текла вдоль подземного берега. Начиналась она из широкого отверстия в скале, откуда вырывалась с глухим рокотом, и заканчивалась водопадом у противоположной стены, где поток срывался в пропасть.

Радость продержалась недолго. Первая попытка охоты обернулась неудачей. Я вошёл в воду с булыжником наготове. Земноводные мелькали бледными тенями под поверхностью. Попытался ударить по одной из них, но камень лишь всколыхнул воду. Рыбина ускользнула, оставив после себя пузырьки воздуха.

Следующий удар оказался слишком неуклюжим. Потерял равновесие, течение подхватило меня и потащило к водопаду. Вода заливалась в рот и нос, руки беспомощно молотили по поверхности. Край пропасти приближался с пугающей скоростью. В последний момент костлявая ладонь Такеши схватила меня за воротник. Скелет дёрнул с такой силой, что швы на одежде затрещали. Вытащил на берег, где я откашливался, выплёвывая воду вперемешку с остатками грибов.

Такеши тоже попытал удачи. Вошёл в речку, двигаясь медленно и осторожно. Его костяные пальцы рассекали поток, норовя схватить проплывающих мимо существ. Но земноводные оказались проворнее. После десятка безуспешных попыток скелет вернулся на берег, его челюсть щёлкала от досады.

Но голод обострял изобретательность. К тому же, рыбацкая чуйка имелась. В голове созрел простой план: нужно создать затон, тихую заводь без течения. Место, куда любопытные существа заплывут сами.

Якудза понял мгновенно. Взял булыжник и принялся долбить берег, выбивая куски породы и земли. Камни летели в стороны, пыль поднималась облаком. Я присоединился к работе, вырывая почву голыми руками. Ногти ломались, кожа на пальцах стиралась до кости, но боли не чувствовалось.

Через полчаса изнурительного труда мы создали небольшой бассейн, соединённый с рекой узким проходом. Вода затекала внутрь, но течения там почти не ощущалось. Идеальная ловушка.

Пока Такеши завершал работу, я собрал новую порцию грибов. Накрошил их мелкими кусочками прямо в затон.

Мы встали по обе стороны от входа, погрузившись в воду по колено. Ждали неподвижно, наблюдая за рекой. Первые земноводные появились через несколько минут. Они кружили у входа, принюхиваясь к запаху грибов.

Наконец одно существо не выдержало соблазна. Молнией проскользнуло в затон и принялось жадно поглощать приманку. Мы синхронно опустили валуны, перекрыв выход. Вода взбурлила от паники пойманного создания.

Бросились ловить добычу, но рыба оказалась хитрее. Выпрыгнула на берег, её мокрые лапки зашлёпали по камням. Она обогнула бассейн по дуге и нырнула обратно в речку. Последнее, что мы увидели, — мелькнувший в водопаде хвост.

Такеши похлопал меня по плечу. Его костяная ладонь легла успокаивающе, давая понять, что неудача временная. Потом скелет изобразил пантомимами новый план: он встанет на берегу с булыжником, а я буду перекрывать выход. На суше земноводные двигались медленнее.

Ещё несколько томительных минут ожидания. Новая жертва заплыла в затон. Я перекрыл выход. Существо предсказуемо выбралось на берег. Такеши вдарил камнем, но промахнулся, и рыба ускользнула.

Вторая попытка. Третья. Четвёртая. С каждым взмахом Такеши бил точнее, научился предугадывать траекторию бегства. На пятый раз булыжник придавил хвост существа. Оно задёргалась, пытаясь вырваться, но якудза навалился всем весом.

Я схватил добычу обеими руками. Скользкое тело извивалось, мелкие зубки впивались в пальцы. Не раздумывая, откусил голову. Хруст хрящей, солоноватый вкус крови. Проглотил остальное целиком, чувствуя, как комок мяса проходит по пищеводу.

Сытость разлилась по телу тёплой волной. Но одной рыбины оказалось мало.

— Хочу ещё!

Рыбалка продолжилась с новым азартом. Существа, которых система называла «гро́бзик», становились всё осторожнее, но голод делал их неосмотрительными.

Добыча пропитания заняла больше часа, но теперь можно сосредоточиться на главной задаче. Пятая рыбина наконец принесла долгожданное удовлетворение. В теле появилась энергия, движения стали чётче, увереннее.

Такеши указал вглубь пещеры, намекая на продолжение исследовательской миссии.

Туннель внезапно оборвался, упершись в широкую стену. Каменные блоки, каждый размером с человеческий рост, плотно прилегали друг к другу. По центру расположились массивные врата, створки которых были распахнуты.

Что-то подсказывало мне, что некрополь начинался именно здесь. За порогом скрывался истинный город мёртвых. Понятия не имею, откуда знал это, но ощущал себя человеком, прожившим в провинции всю жизнь и видевшим столицу лишь на открытках. А теперь она стояла передо мной.

Глава 15

Мы переступили порог и оказались в просторном прямом коридоре. Ширина позволяла идти в ряд десятку человек. Но самое удивительное ждало под ногами. Большая часть пола мерцала голубым. Среди этого моря света вилась тропинка, выделявшаяся привычной яркостью, то есть её отсутствием.

Такеши остановился рядом. Его глазницы обратились ко мне с немым вопросом.

— Судя по всему, обитатели подземелья видят ловушки. Логично: иначе нежить давно бы их деактивировала и погибала от собственных защитных механизмов.

Скелет подобрал горсть мелких камней возле ворот. Первый полетел в ближайший светящийся участок. Снаряд прошёл сквозь свечение и исчез. Второй, третий, четвёртый — все проваливались в никуда. Когда якудза бросил камень на тропинку, раздался привычный стук.

Любопытство пересилило осторожность. Я протянул руку к светящемуся участку. Пальцы прошли сквозь поверхность без сопротивления. Опустил глубже, по локоть. Ни-че-го.

— Это лишь иллюзия.

Решимость окрепла. Лёг на живот у края настоящего пола и просунул голову. Картина внизу заставила поморщиться. На глубине пяти метров из каменного основания торчали деревянные колья. Некоторые пронзили неудачливых путешественников насквозь. Зомби корчились на остриях, пытаясь освободиться. Другие, более везучие, сломали часть кольев своим весом и теперь копошились на дне ямы среди обломков дерева и костей.

Около десятка мертвецов подняли головы, заметив меня. Их лица выражали скуку и лёгкое раздражение. Один из них, пожилой мужчина с седыми остатками волос, поднял руку в приветственном жесте.

— А закурить не найдётся? — его голос звучал хрипло, но вполне разборчиво.

— Увы…

Мертвец разочарованно вздохнул и вернулся к своему занятию. Он методично расшатывал кол, пронзивший его правое бедро.

Ловушка казалась слабой, особенно после героического подземелья «Рассадник кодзи», где приходилось прыгать по невидимым платформам над бездонной пропастью. Там каждый неверный шаг означал смерть. Здесь же даже хрупкие зомби выживали после падения.

Если бы Ширайя узнал о моём одиночном прохождении рассадника, точно покрутил бы пальцем у виска. Лич предпочитал осторожность, зачищая логова в прошлом с минимальным риском.

Мы двигались по извилистой тропе безопасных плит. Стены коридора украшали барельефы, изображающие процессии мертвецов, которые шеренгами шествовали к неведомой цели.

Коридор вывел нас в просторный зал. Потолок здесь поднимался на добрых десять метров. Вдоль стен выстроились саркофаги, каждый размером с небольшую лодку.

Я приблизился к ближайшему гробу. Пальцы нащупали край крышки и потянули. Внутри покоилась мумия, частично замотанная в бинты. Глазницы провалились, но в их глубине мерцали едва заметные огоньки. Сто пятидесятый уровень.

Мертвец внезапно ожил. Рука схватила край крышки и с силой потянула обратно. Саркофаг захлопнулся прямо перед моим носом. Видимо, он интроверт. Пожалуй, не буду больше тревожить.

Взгляд зацепился за книжный шкаф, забитый пыльными фолиантами. Корешки покрывала паутина, некоторые книги рассыпались от времени. Подошёл ближе, пытаясь разобрать названия, но обернул голову, когда заметил Такеши. Он направился к центру зала. Там, на постаменте, покоился крупный самоцвет. Аметист размером с кулак умудрялся бликовать даже в полутьме.

Якудза протянул руку и осторожно взял камень. Свет, исходивший от него, тут же погас. Как оказалось, сияла вовсе не драгоценность, а подставка под ней. Причём точно таким же цветом, как и иллюзорный пол в широком коридоре.

В тот же миг помещение наполнилось шипением. Из незаметных отверстий в стенах вырвались струи газа. Само вещество оставалось невидимым, но поднявшаяся пыль выдавала его присутствие. Одновременно с этим ожила вся усыпальница. Крышки саркофагов синхронно распахнулись. Мумии ринулись к нам с явно недружелюбными намерениями. Их руки тянулись вперёд, пальцы сгибались. Из пересохших глоток вырывалось шипение, похожее на предсмертный хрип.

Такеши быстро сообразил. Положил аметист обратно на постамент, аккуратно установив на подставку. Эффект проявился мгновенно. Мумии развернулись и побрели обратно к саркофагам. Крышки закрылись с глухим стуком.

Сытость породила хорошее настроение и игривость. Я подошёл к постаменту и взял аметист. Крышки распахнулись, мумии поднялись. Положил камень обратно. Мертвецы вернулись в гробы. Снова поднял. Снова опустил.

Ритм начал складываться сам собой. Подъём камня совпадал с шипением газа из стен, создавая своеобразный духовой аккомпанемент. Крышки саркофагов хлопали в такт, добавляя перкуссию. После нескольких попыток мне удалось выбить узнаваемую мелодию из игры «Марио». Правда, пришлось немного подпевать восьмибитным голосом, чтобы менять тональность звуков.

Такеши наблюдал за представлением, его челюсть ритмично двигалась вверх-вниз. Ладонь хлопала по бедренной кости. Я и сам не сдерживал смеха.

Вдоволь наигравшись с аметистом, заметил важную деталь. Ядовитый газ выходил из стен непрерывным потоком, пока камень был в руках. Запас казался неисчерпаемым. Информация могла пригодиться для будущих ловушек, потому намотал на ус.

В дальнем углу зала, частично скрытый тенью массивного саркофага, притаился небольшой шкафчик. Дверца поддалась со скрипом, обнажая несколько полок. На средней выстроились склянки разных размеров. Стекло помутнело, но содержимое всё ещё плескалось внутри. Откупорил пробку и поднёс к носу. Обоняние притупилось после сытной трапезы, но консистенция жидкости выдавала её назначение. Маслянистая, тягучая, с резким химическим оттенком. Бальзамирующий состав.

Вылил содержимое на ладонь. Жидкость растеклась по коже, впитываясь в поры. Ощущение странное, будто невидимая плёнка покрывает эпидермис. Методично обработал руки, шею, лицо. Особое внимание уделил местам, где кожа начинала отслаиваться. Морозная защита Ширайи рассеялась ещё во время рыбалки, теперь приходилось искать альтернативные способы консервации.

Остальные бутылки оставил на полке. Никуда не денутся, коли до сих пор лежат на месте. Запас пригодится позже, когда бальзам впитается и потребуется новая порция.

Осматривая зал в поисках других полезных предметов, обратил внимание на узкий проход, который уводил в тесную квадратную комнату. Среди интересного здесь находился лишь один саркофаг. В отличие от вертикальных собратьев, он покоился на горизонтальном постаменте. Разноцветные металлы украшали крышку узорами, изображающими человечков и животных. Работа мастера высочайшего класса.

Мы с Такеши встали по разные стороны саркофага. Пальцы нащупали край крышки, мышцы напряглись. Плита оказалась неожиданно тяжёлой. Металл добавлял веса, да и сама конструкция отличалась основательностью. Сдвинули сантиметр за сантиметром.

Внутри покоилась мумия, одетая в странную рясу, похожую на церемониальную. Тяжёлую, многослойную, пшеничного цвета. Длинные и широкие рукава скрывали перекрещенные на груди руки. Погребальные бинты на ногах отличались качеством: плотная ткань, ровная намотка, никаких разрывов или потёртостей. На лице серебристая маска в форме черепа. Между бровей красовалась шестигранная звезда из чёрного минерала, похожего на обсидиан. Над головой мумии светилась надпись с характерным значком, обозначающим обычного босса. Уровень существа чуть выше двухсотого.

Мертвец раскрыл глаза, и в тёмных пустотах маски вспыхнули янтарные искры. Мумия легко, почти небрежно, вернула на место крышку саркофага, которая нам казалась неподъёмной. В тот же миг Такеши сорвал маску. Чуть не лишился руки, но сработал безукоризненно. Правда, тонкая нить, державшая маску на затылке, не выдержала и разорвалась.

Друг вертел трофей в руках, изучая находку. Потом оживлённо замахал: направил маску в мою сторону, обвёл жестом зал, затем ткнул пальцем в саркофаг. Смысл постепенно прояснялся. Мы находились в усыпальнице знати. Найденный предмет служил символом высокого положения, знаком отличия от простых мертвецов.

Якудза протянул предмет мне. Постучал себя по челюсти, помотал головой, потом указал на мой рот и поднял палец вверх. Намёк понял сразу. С моим умением убеждать и высоким лидерством маска должна будет принести пользу.

Оборванные при рывке концы нити свисали с краёв. Я связал их тройным морским узлом и проверил крепость. Маска села на лицо, но не принесла никаких ощущений. Лишь поле зрения сузилось. Барбют ещё можно терпеть: он прикроет от стрелы или пули, даже если скрывает чуть ли не половину картины. Здесь же оказалось пустое украшение, лишающее обзора и не дающее взамен защиты.

— Ну как?

Скелет одобрительно закивал, а потом картинно похлопал в ладони.

— Отлично, — я сдвинул маску на затылок. — Предлагаю забрать книжный шкаф в подарок Ширайе. Старик обожает читать, наверняка будет в восторге от новой библиотеки. Заодно проверим твою теорию, посмотрим, как отреагируют каннибалы на символ знати.

Такеши кивнул, но потом, покинув тесную комнату, указал на каменную лестницу в углу зала. Ступени уходили вверх, теряясь в темноте. Поводил рукой туда-сюда, изображая подъём и спуск. Потом сжал кулаки и рассёк воздух серией ударов. Предлагал исследовать верхние уровни.

— В следующий раз, амиго. Сначала нужно окрепнуть, набраться уровней. Потом проверим, какие сюрпризы ждут наверху.

Подошли к книжному шкафу. Конструкция впечатляла массивностью: доски толщиной в ладонь, кованые уголки для прочности. Вес должен быть огромным, но благодаря раздутым характеристикам силы я едва ощущал нагрузку.

Присел, подхватил шкаф снизу. Дерево заскрипело, несколько книг сместились на полках. Колени протестующе захрустели, но конструкция тела оказалась прочной.

Такеши помогал нести, придерживая груз сзади. Его задача заключалась в навигации через коридор-ловушку. Не хотелось бы провалиться к зомби на колья. Якудза двигался медленно, тщательно выверяя каждый шаг.

Решили остановиться у подземной речушки, дабы поймать несколько гробзиков. Пора Чернышу переходить на правильную диету.

На КПП вахтёр встал из-за стола и механически потребовал пропуск, будто не помнил, как мы проходили здесь недавно. Стоило водрузить маску знати, как мертвец согнулся пополам в поклоне. Он отступил к стене, прижался к ней спиной и от всей широты души указал размашистым жестом на выход.

В гроте каннибалов маска произвела должный эффект. Волна коленопреклонения прокатилась по помещению.

— Признаю, ты был прав!

Я попросил двух самых мускулистых помочь с книжным шкафом, остальным велел следовать за нами.

Финальный грот встретил привычной картиной: Ширайя укладывал черепа на вершину зиккурата. Но едва завидел нас, как сразу бросил занятие.

— Вы живы! Хвала всему сущему! — голос дрожал от облегчения, как и костлявые руки. Он подлетел ко мне. — А ведь я было подумал, что тот громила растерзал вас! Ворвался сюда с воплями о каком-то доминаторе. Пришлось упокоить буяна.

— Всё пошло по моему плану…

Договорить не успел. Взгляд его упал на книжный шкаф — и Ширайя забыл обо всём на свете. Подлетел к мебели, пальцы заскользили по корешкам с благоговением священника, прикасающегося к реликвии.

Черныш тем временем принюхивался к нижней полке. Пёс принялся царапать дверцу когтями, дерево скрипело под напором.

— Прекрати это святотатство, чудище! Иначе упокою! — взвизгнул Ширайя.

Костлявый палец засиял синеватым светом, магия начала концентрироваться.

Навык «Рывок» повышен до 87 уровня.

Успел встать между личом и псом, рванул дверцу полки. Достал первого гробзика — тот ещё подёргивался, жабры раскрывались в попытке вдохнуть. Черныш выхватил добычу прямо из рук. Два хруста — и от рыбины ничего не осталось.

— Ну нельзя же так! — укоризненно покосился я на лича.

Ширайя рассмеялся.

— Хотел напугать Черныша, дабы держался подальше от моих драгоценных книг! Только страхом можно воспитать зверя.

Трудно понять, шутил он или говорил серьёзно. Лич ведь ранее неоднократно намекал на то, что лучше бы нам избавиться от зомби-собаки, стремительно набирающей уровни.

Тем временем хитрая морда занырнула в нижнюю полку шкафа, послышалось чавканье.

— Благодарю от всего сердца, Макс, — произнёс Ширайя, уже погружённый в чтение. Страницы перелистывались осторожно, чтобы не повредить ветхую бумагу. — Теперь мне будет неведома скука на пару эльдов как минимум!

В этот момент самый нетерпеливый из каннибалов не выдержал голода. Мускулистый мертвец с остатками рыжей бороды бросился к свежепризванным зомби. Схватил ближайшего за запястье, дёрнул с такой силой, что рука оторвалась по плечо. Каннибал впился зубами в бицепс, жадно отрывая куски плоти.

Ширайя среагировал мгновенно. Синий луч ударил нарушителя спокойствия в грудь, и обугленный череп приземлился на пол.

— Дорогие друзья, — произнёс лич, паря над останками каннибала. Голос приобрёл лекторские интонации. — А вы знаете, как отличить вот таких невежд от существ достойных? Вопрос риторический, но отвечу сразу… Первые не читают книг!

Скелет демонстративно отвернулся, сжав кулаки. Пальцы заскрипели, готовые рассыпаться от напряжения. Мой друг явно принял слова на свой счёт. Он предпочитал действие размышлениям, меч — книге. Я и сам, признаться, в прошлой жизни библиотеки обходил стороной.

Ширайя аккуратно вернул фолиант на полку и плавно подлетел к Такеши. Костлявая ладонь опустилась на плечо скелета в примирительном жесте.

— Но есть одно исключение. Это каста воинов, к которой ты и принадлежишь, мой друг, — голос Ширайи потеплел. — Им куда важнее тренировать тело, оттачивать рефлексы, совершенствовать технику. Признаться, таких умелых скелетов, как ты, я ещё не встречал! Твоё мастерство владения импровизированным оружием достойно легенд!

Трансформация произошла мгновенно. Такеши выпрямился, расправил плечи. Подбородок гордо поднялся вверх. Если бы у скелета могли гореть щёки от смущения, они бы сейчас пылали. Пальцы разжались, напряжение покинуло суставы.

А потом случилось неожиданное. Скелет схватил булыжник и ринулся на ближайшего каннибала. Удар пришёлся точно в висок. Череп треснул, как орех под молотком. Не останавливаясь, он развернулся к следующей жертве. Булыжник описал дугу, снося макушку второму мертвецу.

Сперва показалось, что мы сходим с ума. Однако подключил критическое мышление и вспомнил, что скелеты питаются негативными эмоциями. Меня тревожила мысль: что останется от наших привычек, когда вернёмся в живые тела? Не начну ли я манипулировать людьми, как сейчас управляю мертвецами? Не станет ли Такеши неконтролируемо агрессивным?

Ширайя присоединился к драке, методично упокаивая высокоуровневых каннибалов. Удивительно, но он не ворчал о разрушенных черепах, которые могли пригодиться для зиккурата.

Так вот и живём. Точнее, не живём.

Я устроился на валуне, наблюдая за побоищем. Черныш улёгся рядом, положив массивную голову мне на колени.

Вскоре в живых осталось лишь несколько каннибалов. Один дрожал всем телом, второй бормотал молитвы, третий застыл в спокойствии.

Ширайя направил светящийся палец на последнего. Тот не дрогнул, продолжая смотреть прямо перед собой. Губы зашевелились, произнося заученную фразу:

— Смерть — не конец, но лишь начало пути. Жизнь же — высшее благо. Пока есть возможность держаться за неё, держись. Но если исход предрешён, не следует страшиться смерти.

Перст лича замер.

— Этого, пожалуй, оставим, — медленно произнёс он. — Будет с кем пообщаться о вечном, пока вы проводите очередную вылазку.

Лич сместил прицел на соседа философа. Молящийся мертвец успел произнести последнее слово своей литании, прежде чем синий луч превратил его в пепел. Третьего каннибала настиг булыжник Такеши.

Следующие несколько часов потекли в привычном ритме тренировок. Ширайя призывал новые партии нежити, мы оттачивали боевые навыки. Правда, приходилось постоянно отвлекать лича от чтения. Он погружался в книги с головой, забывая о своих обязанностях.

Экспериментальным путём выяснил интересную закономерность. «Маска знати» безотказно действовала на зомби. Они падали ниц, выполняли любые приказы, смотрели с благоговением. Но скелеты оставались равнодушны, как и псы. Конечно, высокие навыки обаяния по-прежнему были эффективны, но не так, как символ знати.

Решил выяснить у Ширайи, почему маска действует избирательно. Лич отложил книгу, которую листал, и повернулся ко мне. Голубоватые огоньки в глазницах замерцали ярче, выдавая интерес к вопросу.

— У нежити существует строгая иерархия. Зомби, подобные тебе, занимают положение простолюдинов. Рабочая сила, пушечное мясо, низшее звено. Скелеты же принадлежат к касте воинов. Их уважают настолько, что они могут игнорировать приказы жрецов.

Лич указал на маску, скрывающую моё лицо.

— Ты сейчас изображаешь жреца, то есть мумию. Но для скелетов это пустой звук. Воины подчиняются только военачальникам, а не духовенству.

Информация укладывалась в голове, формируя цельную картину. Оказывается, мир мёртвых имел собственные законы и традиции, не менее сложные, чем у живых.

— Полагаю, лич — это король?

— Не совсем. Как бы поскромнее выразиться… Этакий местечковый божок, которого почитает духовенство, перемотанное в бинты.

— А что насчёт псов?

Ширайя задумался, костлявый палец постучал по подбородку черепа.

— С ними всё неоднозначно. По природе дикие существа действуют инстинктивно. Но твой Черныш… — лич наклонился, разглядывая пса. — В нём чувствуется остаточная память о прошлой жизни. Кто-то приручил его и тем самым создал глубокую эмоциональную связь. Твои комплименты пробудили эти воспоминания, активировали потребность в хозяине.

Что интересно, Черныш ранее пытался сколотить вокруг себя стаю. Каждый свежепризванный четвероногий инстинктивно тянулся к альфе. Они семенили рядом с Чернышом, принюхивались, опускали головы в знак подчинения. Но Ширайя методично упокаивал новоприбывших, едва те успевали сдружиться.

Тяжело было не заметить, как между личом и псом нарастало напряжение. Черныш рычал каждый раз, когда синий луч превращал очередного собрата в пепел. Ширайя же нарочито медленно выбирал следующую жертву, наслаждаясь раздражением питомца. Месть за попытку добраться до книг принимала изощрённые формы.

Я предпочёл не вмешиваться в их противостояние, но внимательно наблюдал.

Спустя ещё несколько часов монотонных тренировок Ширайя созвал совещание.

— Знаете, что это такое? — он потряс книгой, обложка которой облезла настолько, что невозможно разобрать название. — Вижу, что нет. Трактат по ритуалистике! — голос задрожал от восторга. — Бесценный кладезь знаний, которого не было даже в великой библиотеке магической гильдии!

Впервые слышу о ритуалах в контексте Архипелага. Парадигма предпочитала навыки и классы, а не древние обряды. Любопытство взяло верх.

— Там есть информация, которая поможет нам победить авантюристов?

Ширайя раскрыл книгу на случайной странице.

— Определённо! Однако есть нюанс. Текст написан символами первопроходцев, а не общим языком. Для непосвящённого эти страницы выглядят развлекательным чтивом.

Костлявый палец указал на серию иллюстраций. На них скелет исполнял причудливый танец. Каждое движение разбиралось на несколько кадров: поднятие руки, поворот корпуса, сгибание колен. Рисунки напоминали инструкцию по аэробике, а не магический трактат.

— Эта книга написана теми, кто первым попал в Бескрайний Архипелаг! — лич прижал фолиант к груди. — Вы хоть понимаете, насколько она ценна? Это прямое знание от тех, кто создавал саму Парадигму! А может, и наоборот — она создала их. Увы, история умалчивает.

Такеши безразлично пожал костлявыми плечами, а вот я насторожился. Фамильный ключ-медальон указывал именно на чертог первопроходцев. Я догадывался, что они первыми появились в Бескрайнем Архипелаге. И всё же предположения Ширайи казались слишком уж неправдоподобными.

— Увы, язык знаком мне плохо, — продолжил он, вновь открывая книгу. — Удалось расшифровать лишь фрагменты. Весь трактат посвящён загробной жизни, некромантии, связи между мирами живых и мёртвых. Но один ритуал я смог понять полностью. Речь идёт об усилении некротической эмпатии. После его проведения мы начнём лучше чувствовать мертвецов, понимать их желания и мотивы. Связь между нами укрепится многократно.

Практическая польза ускользала от меня. Как именно понимание мертвецов поможет победить авантюристов? Впрочем, если провести селекцию, оставив самых способных, но при этом низкоуровневых мертвецов, с помощью эмпатии и маски я смогу подобрать к ним ключи. Результатом станут слаженные боевые отряды, обученные тактике.

— Что требуется для ритуала?

— Немногое, — Ширайя перелистнул несколько страниц. — Круг из костяной пыли, кровь живого существа и горка черепов. Всё остальное я сделаю сам.

— Костяную пыль добудем из вездесущих останков. А кровь возьмём у гробзиков.

Ширайя просиял. Вернее, огоньки в его глазницах вспыхнули ярче обычного.

— Именно! Начнём подготовку немедленно.

Глава 16

Ритуал завершился. Едва мы втроём покинули круг из костяной пыли, как сразу ощутили изменения. Обстановка в гроте стала восприниматься иначе, словно появилось дополнительное, седьмое чувство.

Окружающие мертвецы предстали в новом свете. Каждое подёргивание плеча или наклон головы теперь читались с пугающей ясностью. Вот свежепризванный зомби в остатках крестьянской рубахи сжимает и разжимает кулаки. Обида жжёт его изнутри. Другой мертвец покачивается, перенося вес с ноги на ногу. Суетливость пронизывает каждое движение. Женщина-зомби застыла у стены, её челюсть отвисла чуть сильнее обычного. Шок от осознания собственного состояния.

Новое восприятие затягивало. Я поймал себя на том, что слишком пристально изучаю худощавого мертвеца с проломленным виском. Секунда, другая — и в сознание хлынул поток чужих переживаний. Гнев обжигал изнутри, за ним накатывала волна растерянности, потом снова гнев. Пришлось отвернуться и несколько раз встряхнуть головой, выталкивая чужеродные эмоции.

Такеши застыл рядом, его глазницы медленно перемещались от одного зомби к другому. Скелет поднёс ладонь к черепу и потёр височную кость. Жест удивления, который я научился распознавать за короткое время, проведённое в некрополе.

Ширайя парил в стороне, внимательно наблюдая за нашей реакцией.

— Любопытно, — произнёс он после долгой паузы. — На вас двоих эмпатическая связь не распространяется. Разумные души сохраняют ментальный барьер даже в мёртвых телах.

Это не могло не радовать. Собственные мысли хотелось держать под замком.

Следующий час мы с Такеши изучали поведение новоприбывших. Физиогномика мертвецов оказалась предсказуемой. Опущенные плечи выдавали покорность, выпяченная грудь сохраняла остатки гордыни, мелкая дрожь в пальцах указывала на подавленную ярость. Примечательно, что ни один из них не демонстрировал признаков страха. Смерть, похоже, навсегда выжигала эту эмоцию.

Ширайя созвал нас к зиккурату, когда очередная партия мертвецов разбрелась по гроту.

— Удалось расшифровать ещё один ритуал! — в голосе лича звенело нетерпение первооткрывателя.

— И что же на этот раз?

— Обряд слияния взоров, — костлявый палец постучал по странице. — Позволит мне видеть глазами зомби-пса. Вы не представляете, как надоели эти каменные своды. Двести с лишним вексов одни и те же стены, одни и те же трещины в потолке. Хочу увидеть некрополь, узнать, как живут его обитатели.

Практическая польза очевидна. Да и нервная система Ширайи получит передышку от постоянного беспокойства за нашу сохранность.

— Нам бы тоже пригодилось такое умение. Для разведки незаменимо.

— Увы, привилегия доступна исключительно магам. Каждая активация требует ману, которой у вас попросту нет.

— Понятно. Тогда тебе придётся налаживать отношения с Чернышом.

Челюсть лича яростно клацнула.

— Предлагаю подобрать другого кандидата. Более покладистого и менее… своенравного!

Черныш поднял голову и издал низкий рык. Красные угольки глаз сузились в предупреждающие щёлки.

— Забываешь важную деталь. Мои комплименты подействовали только на него. Проведёшь ритуал с другим псом? Пожалуйста. Но как заставить незнакомого зверя следовать за нами? Маска знати работает исключительно на зомби, остальным приказывать я не могу.

В итоге Ширайя нехотя согласился. Пальцы его сжались и разжались несколько раз, прежде чем лич решился приблизиться к Чернышу. Он подлетел к псу, рука потянулась ко лбу животного. Питомец отпрянул назад, когти заскребли по каменному полу грота.

— Стой на месте, чудище! — раздражённо буркнул Ширайя.

Черныш развернулся и нырнул мне за спину.

— Я же говорил! — возмутился лич.

Пришлось обойти пса и встать у него за спиной. Мои ладони легли на мощные плечи животного, пальцы зарылись в свалявшуюся шерсть. Я наклонился к уху Черныша, нашёптывая успокаивающие слова. Ладонь медленно скользила по хребту, поглаживая взъерошенный загривок. Мускулы постепенно расслаблялись, дыхание выравнивалось.

Ширайя воспользовался моментом. Его рука коснулась лба животного, и грот наполнился гортанным пением:

— Ма-арох аба-а-ата хоуд р-а-а-а…

Воздух задрожал от магической энергии. По стенам пробежали едва заметные искры, черепа в основании зиккурата слабо засветились. Потом всё стихло. Ширайя отдёрнул руку и покачал головой.

— Чёрная бездна! Не вышло! Для единения требуется взаимная симпатия, которой у нас с Чернышом нет и, заметь, не может появиться по определению! Легендарному магу неприлично водить дружбу с грязными животными!

Кусочки мозаики сложились в цельную картину. В традициях его гильдии или, возможно, всей расы заложено презрение к четвероногим спутникам.

— Собаки, волки, живожоры, морокопсы, — Ширайя принялся загибать пальцы, выплёвывая каждое слово с отвращением. — Все как один! Непредсказуемые, шумные и дурно пахнут! То ли дело более благородные питомцы. Кошки, мурхаи и мои самые любимые — мяусаны! Гордые и величественные создания, которые обожают много спать!

Громкий лай сотряс грот. Черныш вскочил на лапы, шерсть на загривке встала дыбом. Значит, уловил знакомые слова и явно понял их смысл.

Лич-то наш оказался заядлым кошатником. Я же в прошлой жизни одинаково относился и к тем, и к другим. Каждое существо заслуживает тепла.

— В таком случае у нас ничего не получится, — сказал я и направился к выходу из грота. — Нам пора выдвигаться дальше. Ориентировочно вернёмся через несколько часов, но не факт.

После короткой паузы позади раздалось:

— Стойте! Хорошо, я согласен. Что нужно сделать, чтобы снискать симпатию… грязных псов?

Смех вырвался помимо воли. Я подошёл к Ширайе вплотную, встав так, чтобы Черныш не мог разобрать наш разговор.

— Для начала призови ему пару самок и не упокаивай их, — я понизил голос до шёпота. — Обязательно говори тёплые слова самой ласковой интонацией. Когда слегка наладишь контакт, поиграй с ним. Кидай палку, пусть он тебе её возвращает. Не забывай гладить по холке и за ушами. Ну и самое главное — нужно дать вкусняшек. Я с Такеши наловлю гробзиков, а ты покормишь с руки. Прямо с ладони.

Огоньки в глазницах Ширайи потухли почти до полной темноты. Потом вспыхнули с новой силой, озаряя грот холодным светом.

— Так тому и быть.

* * *

Когда мы вернулись с добычей, картина изменилась до неузнаваемости. Черныш кружил вокруг пятерых собак, которых Ширайя призвал с неожиданной щедростью. Пёс обнюхивал каждую самку, его хвост мелькал из стороны в сторону. Новые знакомые отвечали взаимностью, тыкаясь мордами в его бока.

Я развернул промасленную тряпку и передал свёрток личу. Он подлетел к Чернышу и опустил ладонь на загривок пса. Движения приобрели неожиданную мягкость. Первый гробзик исчез в пасти Черныша мгновенно, пёс даже не распробовал. Зато следующие он аккуратно выкладывал перед самками, подталкивая носом ближе к их мордам.

— Хороший, хороший, — приговаривал Ширайя, продолжая поглаживания. Ладонь переместилась на широкий лоб. Грот вновь наполнился гортанным пением. — Ма-арох аба-а-ата хоуд р-а-а-а…

Лич провёл серию пассов в воздухе. Пальцы чертили сложные узоры, оставляя слабые светящиеся следы. В пустых глазницах проявились мутные полупрозрачные сферы, похожие на мыльные пузыри.

— Работает! — восторженно вскрикнул он. — Хвала Парадигме!

— Вот и славно! А нам пора идти дальше.

С собой мы прихватили троих зомби. На всякий случай. Двое громил выделялись отсутствием ушей в силу расовых особенностей. Некротическая эмпатия позволила заглянуть глубже: вышибалы, друзья до самой смерти. Их последняя авантюра закончилась попыткой ограбить факторию Торговой Гильдии.

Третий зомби контрастировал с напарниками. Высокий, с непропорционально длинными руками. Фокусник в прошлом. Его движения отличались плавностью, ноги ступали беззвучно даже по каменному полу. Погиб нелепо, поперхнувшись рыбьей костью во время праздничного ужина.

Мы прошли к нижнему уровню некрополя, в знакомую усыпальницу.

Черныш внезапно ударил лапой по полу, когда мы проходили мимо аметиста на постаменте. Странное поведение для пса, но я лишь пожал плечами и направился к арке. Такеши перехватил меня за локоть. Скелет указал на подручных зомби, потом на проход впереди. Предложение использовать их как разведчиков имело смысл.

Подъём занял добрых десять минут. Наконец мы переступили порог и оказались в коридоре, который растянулся минимум на километр. Вот он, некрополь во всей своей мрачной красе.

Вдалеке замерли несколько шеренг скелетов. Они стояли неподвижно с прижатым к груди оружием. Мимо них торопливым шагом проходила группа патрульных в нашу сторону.

Мы пошли навстречу. По мере приближения детали становились различимы. Тела мертвецов защищали доспехи разной степени сохранности: кожаные нагрудники соседствовали с ржавыми кольчугами, помятые шлемы криво сидели на черепах. Каждый патрульный нёс оружие. У предводителя отряда в руке поблёскивал клинок непривычной формы. Зелёная аура окутывала меч, выдавая его необычное качество. Лезвие напоминало фальшион, но достигало ширины ладони.

Такеши сжал булыжник крепче и двинулся прямиком к патрулю.

— Стой, дружище, не делай этого!

Якудза замер и повернул череп в мою сторону.

— Разве ты не чувствуешь? Нападёшь, и нам придётся драться со всем отрядом. Они вооружены и опасны!

Уголки челюсти Такеши приподнялись в подобии улыбки. Скелет развернулся и продолжил движение к патрулю.

— Стой, говорю! На этом уровне полно оружия. Нет необходимости рисковать. Найдём что-нибудь подходящее без боя!

Черныш вновь ударил лапой по каменному полу. Звук эхом прокатился по коридору. Осознание пришло с запозданием. Хитрый Ширайя не просто наблюдал глазами пса. Лич научился передавать примитивные сигналы через движения животного. Первый удар лапой предупреждал об опасности ловушки-аметиста. Сейчас он пытался остановить нашу потенциальную драку. Вот ведь жук!

Такеши замер на месте. Грудная клетка расширилась и сжалась в подобии глубокого вздоха. Вмазал по стене. Раз, другой, третий. Каменная крошка посыпалась на пол, булыжник оставлял неглубокие вмятины. С каждым ударом плечи скелета распрямлялись, напряжение покидало суставы.

Я понимал причину его раздражения. Взгляд якудзы то и дело возвращался к удаляющемуся патрулю. Четверо мертвецов несли ржавые мечи и копья с погнутыми древками. Только у предводителя в руках поблёскивало настоящее сокровище по местным меркам. Такеши опасался, что ничего лучше уже не сможет найти.

Коридор растянулся впереди бесконечной анфиладой арок и проёмов. По обеим сторонам открывались входы в помещения. Мы заглянули в первое. Каменные нары в три яруса занимали большую часть казармы. На них отдыхали скелеты в разных позах. Кто-то подпирал череп костлявой ладонью, другие сидели, скрестив ноги. Двое обменивались жестами, их челюсти ритмично щёлкали, создавая подобие морзянки.

В соседней казарме разгоралась потасовка. Два скелета вцепились друг в друга, кости скрежетали от напряжения. Причина конфликта обнаружилась быстро: единственная свободная койка на нижнем ярусе. Один из драчунов выбил противнику несколько рёбер, второй ответил ударом в челюсть. Зубы брызнули во все стороны, застучав по каменному полу. Остальные присутствующие наблюдали за схваткой с ленивым интересом.

По моим прикидкам, на среднем уровне обитало не меньше двух сотен костлявых воинов. Каждая казарма вмещала с три десятка скелетов.

В центре коридора внимание привлекла массивная арка. В отличие от узких лазов в казармы, проём мог вместить три грузовика, поставленных бок о бок. Мы переступили порог и оказались в просторном зале. Пространство размером с баскетбольную площадку гудело от активности.

Скелеты отрабатывали боевые приёмы. Деревянные тренировочные мечи свистели в воздухе, обрушиваясь на вкопанные в пол столбы. Древесина покрывалась свежими зарубками поверх старых шрамов.

У дальней стены выстроились мишени из соломы и мешковины. Скелеты-лучники натягивали тетивы, пальцы отпускали несуществующие стрелы. При этом за спинами у них болтались полные колчаны. Странная пантомима продолжалась с упорством заведённого механизма.

Мы двинулись дальше по коридору. Краем глаза я замечал, как трое наших подручных зомби провожают взглядами каждого скелета. В их позах читалось благоговение простолюдинов перед кастой воинов.

Коридор завершался очередным лестничным пролётом. Каменные ступени уходили вверх, теряясь в мраке. Любопытство тянуло подняться и исследовать следующие этажи некрополя, но благоразумие подсказывало сначала закончить с текущим уровнем.

Такеши постучал меня по плечу и провёл рукой по воздуху, охватывая пространство вокруг. Потом сложил ладони в форме крыши над головой и указал на казармы. Спустя череду неудачных попыток мне удалось расшифровать пантомиму. Якудза предлагал для удобства называть средний уровень некрополя «Катакомбами великих воинов». Я кивнул.

Мы повернули налево от лестницы и двинулись вдоль стены. Впереди показался новый проём, охраняемый каменной статуей. Трёхметровый скелет-рыцарь возвышался на постаменте. В костлявых руках он сжимал двуручный меч, остриё упиралось в пол.

За статуей открывалась оружейная. Помещение размером с ангар хранило арсенал некрополя. Десятки стоек тянулись от стены к стене. Большинство оказались опустошены. Первые посетители расхватали лучшие экземпляры. Но даже остатки впечатляли разнообразием.

Ржавые мечи разных форм и размеров покоились в деревянных гнёздах. Копья с потемневшими наконечниками прислонились к дальней стене. Топоры с выщербленными лезвиями громоздились в углу. Среди металлического хлама выделялись луки. Древесина сохранила прочность, тетивы не истлели от времени. Возможно, особая пропитка защищала их от разрушения в условиях некрополя.

Такеши ринулся к ближайшей стойке. Костлявые пальцы скользили по рукоятям, ощупывая каждое оружие. Он выхватил палаш с выщербленным лезвием, провёл ладонью по металлу. Следом подобрал небольшой круглый щит, размером с тарелку. Баклер покрывала патина и вмятины от давних ударов. На голову скелет водрузил шлем с рогами, который оказался слишком велик и частично закрывал одну глазницу.

Я обошёл оружейную дважды, осматривая каждую полку. Пальцы касались древков и рукоятей в поисках знакомой формы. В углу притаилась коса для жатвы, переделанная под боевые нужды. На отдельной подставке покоилось странное оружие с лезвием в форме полумесяца. Рукоять располагалась посередине дуги, превращая конструкцию в подобие огромного кастета. Но булавы, моего профильного оружия по навыкам, не обнаружилось ни единой.

Пришлось довольствоваться ржавым двуручником. Клинок обломался у самого конца, оставив зазубренный край. Я поднял меч, провёл пару пробных взмахов. Оружие разбалансировано, центр тяжести смещён к гарде. Плечи опустились от разочарования.

Черныш подбежал и принялся прыгать вокруг меня. Пёс прижимался мордой к бедру, радостно размахивая хвостом, который вилял так энергично, что подметал пол. Я погладил его по загривку. Внезапно он принюхался к мечу, ноздри расширились. Секунда замешательства — и питомец сорвался к дальней стене. Громкий лай разнёсся по оружейной.

Сначала я продолжил осматривать оружейную, но настойчивость пса заставила обратить на него внимание. Черныш не просто лаял, он царапал когтями конкретный участок стены.

— Что такое, амиго?

Пёс уткнулся носом в стык между стеной и полом и попытался рыть, но когти лишь скользили по холодному камню.

Я простукивал булыжником каждый кирпич. Глухой звук, ещё один, и снова. Никаких полостей. Черныш нетерпеливо фыркнул и ткнул мордой точно в стык. Я прижался щекой к полу, глаз оказался на уровне плинтуса. В месте соединения обнаружился тонкий зазор, сквозь который просачивался едва уловимый сквозняк. Потайная комната!

— Умничка!

Мои ладони обхватили морду пса и потискали за упитанные щёки. Черныш довольно прищурился.

Такеши мгновенно включился в поиски. Его пальцы методично прощупывали каждый камень в стене, надавливая с разной силой. Я занялся стойками с оружием, отодвигая их в поисках скрытых механизмов. Деревянные конструкции скрипели, ножки царапали пол.

Прошла четверть часа безрезультатных попыток. Кожа на пальцах начала отшелушиваться от постоянного ощупывания камней. В голове зародилось сомнение. Вдруг зазор появился от естественной усадки фундамента?

Якудза выскользнул из оружейной и через мгновение позвал меня наружу. Скелет стоял возле статуи воина, сложив руки на груди.

Я обошёл скульптуру кругом, ладони скользили по камню в поисках потайных кнопок или рычагов. Такеши перехватил моё запястье и направил внимание на пустые каменные ножны, в которых зияла прорезь. Странная деталь для монолитной скульптуры. Зачем высекать полость внутри?

Двуручный меч в руках статуи явно не соответствовал ножнам. Слишком массивный, слишком длинный. Прорезь выглядела широкой, но плоской. Память услужливо подкинула образ патрульного скелета с необычным клинком. Фальшион с расширенным лезвием идеально подошёл бы по габаритам.

Якудза тоже смекнул и сжал булыжник обеими руками. Его череп повернулся в сторону коридора, где бродил патруль. Ноги согнулись в коленях, готовые к рывку.

— Погоди, у меня есть план!

Глава 17

Мы проскользнули внутрь пустой казармы, стараясь не потревожить одинокого скелета, чалящегося на наре. Я прижался к дверному проёму, выставил наружу лишь половину лица, наблюдая за длинным коридором. Голова Такеши пристроилась чуть ниже, рогатый шлем съехал набок, открывая одну глазницу для обзора.

Перед отправкой фокусника на задание я долго растолковывал ему план, выцарапывая схемы камушком на стене и повторяя каждый шаг по нескольку раз.

Зомби бесшумно двигался по коридору. Догнав патруль, он замедлился и пристроился в хвосте. Выждал несколько секунд, примериваясь к ритму движения скелетов. Затем фокусник проделал старый трюк из арсенала уличных пранкеров. Хлопнул меченосца по правому плечу и тут же сместился влево, делая широкий шаг в сторону. К моменту, когда командир обернулся, наглец уже находился в слепой зоне, а рядом маячил ничего не подозревающий скелет-подчинённый.

Реакция последовала мгновенно. Фальшион свистнул в воздухе, лезвие врезалось в шейные позвонки, и послышался хруст. Голова патрульного пролетела дугой и подпрыгнула на полу. Кости мгновенно рассыпались, будто у марионетки перерезали нити. Командир отряда продолжил маршрут, словно ничего не произошло.

Тысяча Диабло! План провалился. Я рассчитывал на полноценную драку между патрульными, в результате которой фокусник смог бы под шумок умыкнуть фальшион.

Оставшаяся троица скелетов окружила зомби-наглеца широким полукругом. Один из воинов ткнул пикой в его сторону, челюсть отбивала беззвучную морзянку обвинений. Остальные подняли оружие, готовясь к атаке.

Фокусник вытянул вперёд правую руку, демонстрируя большой палец. Покрутил кистью, согнул фалангу… и перст исчез. Скелеты замерли, их черепа синхронно наклонились в недоумении. Зомби покрутил кистью ещё раз, показывая пустое место, где должен находиться палец.

Замешательство длилось недолго. Копья и мечи вновь нацелились на провокатора. Фокусник сделал шаг навстречу и внезапно застыл. Его ладони поднялись на уровень груди и уперлись в пустоту. Голова дёрнулась назад, имитируя удар о преграду. Пальцы заскользили по воздуху, ощупывая контуры несуществующей стены. Он попятился, разбежался и врезался плечом в невидимое препятствие. Отскочил, потирая ушибленное место.

Скелеты опустили оружие, наблюдая за представлением. Фокусник сделал несколько шагов влево вдоль воображаемой стены, остановился и изобразил поворот дверной ручки. Толкнул воздух перед собой, шагнул в образовавшийся проём и аккуратно закрыл за собой невидимую дверь. После чего развернулся и осторожными шагами двинулся прочь. Он приложил ладонь к уху и начал имитировать телефонный разговор.

— Да, да. Слушаю. Сколько? Восемь миллиардов кредитов за транспортировку трёх криокапсул в соседнюю звёздную систему? Да вы вообще что ли обалдели?

Мы с Такеши переглянулись.

— Интересно, он это серьёзно или фантазия богатая?

Якудза пожал плечами.

Патрульные повернули черепа друг к другу, челюсти защёлкали в беззвучном диалоге. Самый высокий из них протянул пику вперёд и ткнул в то место, где только что находилась невидимая стена. Древко прошло сквозь воздух без сопротивления. К тому моменту фокусника уже и след простыл. Скелет покачал головой, опустил оружие и двинулся догонять командира. Остальные поспешили за ним.

Я обратился к Такеши:

— Заметил, с какой лёгкостью меченосец расправился с подчинённым? Одно движение — и голова покатилась по полу. Впредь думай, прежде чем бросаться в атаку. Сила хороша, но холодный расчёт важнее.

Его плечи опустились, признавая правоту моих слов. Кивок получился медленным и вдумчивым.

Спустя череду мельканий по проёмам в коридоре к нам ворвался фокусник. На его губах играла смущённая улыбка, брови взлетели к линии волос. Руки развелись в стороны в театральном жесте, плечи приподнялись и опустились в извиняющемся пожатии.

— Великолепная работа! Ты продемонстрировал невероятную находчивость и ловкость. Редко встретишь зомби с такими талантами. Не переживай о результате. Мы достигли промежуточного успеха. Патруль ослаблен на одного бойца, а это уже кое-что.

Навык «Комплименты» повышен до 290 уровня.

Зомби выпрямился, грудь выпятилась от гордости. Из кармана выпал большой палец, который он, видимо, вырвал, показывая первый фокус.

— Каждый аплодисмент — моя высшая награда, — произнёс фокусник любимую фразу.

Я развернулся к двум громилам, которые всё это время терпеливо ждали рядом.

— Бокси и Дронкс, теперь ваш выход. Внимательно слушайте новый план.

* * *

Мы вновь вжались в проём, наблюдая за разворачивающейся сценой.

Бокси занял позицию за спинами скелетов, выстроившихся в идеально ровную шеренгу вдоль стены. Его амбалистая фигура возвышалась над костлявыми воинами на добрую голову. Увесистая дубина покоилась на плече, готовая обрушиться в любой момент. На противоположной стороне коридора Дронкс сжимал рукоять кувалды обеими ладонями. Мышцы на его предплечьях вздулись буграми, ноги расставлены для рывка.

Патрульные приближались размеренным шагом. Звук их костяных ступней отдавался эхом по коридору. Как только меченосец поравнялся с серединой шеренги, Дронкс сорвался с места. Его тело превратилось в таран. Рукоять молота он выставил перед собой горизонтально, создавая импровизированный отбойник. Удар пришёлся точно в грудь командира отряда, звякнул о доспех. Кости затрещали, меченосец отлетел назад и врезался в шеренгу.

В тот же миг Бокси схватил двух скелетов за затылки и столкнул лбами. Началась заварушка. Костяные кулаки взлетали вверх и опускались на ближайшие цели. Копья протыкали воздух, иногда находя случайные жертвы. Облако пыли поднялось от топота множества ног, превращая коридор в арену хаоса.

Дубина Бокси рассекла воздух. Удар с хрустом обрушился на запястье меченосца, сжимающего фальшион. Откуда-то сбоку прилетело копьё. Наконечник вошёл в глазницу здоровяка, пробил череп насквозь и вышел с затылка. Он покачнулся, но остался на ногах, продолжая размахивать дубиной уже вслепую.

Фокусник нырнул в гущу сражения. Его тело проскользнуло между дерущимися скелетами, ладонь подхватила фальшион на лету. Пальцы командира всё ещё сжимали рукоять оружия. Фокусник стряхнул обломанную кисть и рванул прочь. Мы воспользовались суматохой и двинулись в противоположном направлении, к арсеналу.

Такеши шагал рядом со мной, его череп поворачивался в мою сторону каждые несколько секунд. Глазницы сверлили меня осуждающим взглядом. Челюсть покачивалась в немом укоре.

— Да, знаю, некрасиво вышло, — я стиснул зубы и отвёл взгляд. — Но тебе повезло родиться воином в загробном мире. Твоя каста уважаема, почитаема и полагается на грубую силу. А я всего лишь простолюдин-интриган, который вынужден пользоваться хитростью. Как ты заметил, мы не в силах совладать с искажениями наших личностей. Таковы правила игры, и они не изменятся до самого освобождения.

Внутри скребло неприятное чувство. Бокси и Дронкс пожертвовали собой ради общего дела по моей указке. Впрочем, реальность оказывалась куда прозаичнее. Рано или поздно могучий отряд авантюристов зачистит некрополь, отправив всех местных обитателей в небытие. Потому я отбросил угрызения совести в дальний угол сознания. Победа любой ценой оправдывала средства. Всё ради моей Калиэсты.

К горлу подступил ком, когда вспомнил обладателя великой души Кодж-Морга, который тоже мечтал вернуться к своей королеве, но не смог, когда на его пути встал я, ворвавшись в рассадник Кодзи.

Внутри меня что-то боролось. Инстинкт выживания и совесть. Подлость и честь. Зомби и человек.

— Заткнитесь, все вы! — мысленно прикрикнул я.

Мы достигли оружейной. Такеши подошёл к статуе воина и вставил фальшион в каменные ножны. Лезвие вошло с тихим щелчком, идеально совпав с прорезью. Грохот сотряс помещение.

— Черныш, фокусник, охраняйте вход! — я указал на статую. — Если кто-то появится в коридоре, поднимайте шум. Лайте, кричите, делайте что угодно. Мы придём на подмогу. И не вздумайте трогать фальшион!

ГАВ-ГАВ!

Фокусник прислонился к статуе, скрестив руки на груди.

Участок стены развернулся вокруг центральной оси, открывая проход в скрытое помещение. Каменная плита встала перпендикулярно своему изначальному положению, образуя два проёма. Изнутри лилось многоцветное сияние. Синие и зелёные ауры переплетались в воздухе, указывая на присутствие редкого и необычного снаряжения. Характеристики предметов чудовища счесть не могли, но в качестве оружия сомневаться не приходилось. Оно явно лучше ржавого хлама за нашими спинами.

Я заглянул внутрь, стараясь разглядеть детали в полумраке. Помещение оказалось компактным, не больше кладовки. Вдоль стен располагались несколько оружейных стоек, рядом с ними — закрытый ящик. Два манекена в полном боевом облачении застыли у противоположной стены. Пыль обволакивала всё толстым слоем, давая понять, что сюда ещё не ступала нога мертвеца. Место девственно.

— Заходим по очереди, — я обернулся к Такеши. — Помещение тесное, и механизм может захлопнуться в любой момент. Вдруг фокусник решит поиграть с фальшионом или скелеты нагрянут. Не хватало ещё оказаться запертыми внутри. Я войду первым и подберу себе что-нибудь получше вот этого куска металлолома.

Двуручный меч вернулся на ближайшую стойку. Я переступил порог тайной комнаты. Даже недоразвитое осязание позволяло почувствовать спёртость воздуха внутри.

Логика подсказывала простое объяснение нетронутости помещения. Самый первый скелет, добравшийся до арсенала, наверняка сразу выхватил фальшион из ножен статуи. Успел уже заметить, что их тянуло к оружию, как детей к конфетам.

Мой взгляд сразу привлёк шестопёр на центральной стойке. Железная рукоять венчалась массивным навершием. Шесть гранёных лопастей расходились от центра, каждая остро заточена. Предмет редкого качества. Отлично! Наконец-то навык «Владение булавами» получит должное развитие.

Ящик поддался после нескольких попыток сломать заржавевший замок. Крышка откинулась с протяжным скрипом. Внутри рядами лежали арбалетные болты, сотни штук. Оперение сохранило форму, наконечники поблёскивали в свете аур других предметов. Мой взгляд переместился на тяжёлый арбалет в углу комнаты. Изящное оружие с составными плечами из белого дерева или даже кости. Механизм взведения выглядел сложным, а я никогда не держал в руках ничего подобного. Ружьё для подводной охоты не в счёт. Там всё казалось интуитивно удобным. Натянул и выстрелил. А здесь прилагалась ручная лебёдка для взвода тетивы. Слишком неудобно. Решил оставить находку до лучших времён. Жаль, что в потайном арсенале не оказалось огнестрела.

Первый манекен привлёк внимание полным комплектом латных доспехов с крепким воинским поясом. Всё обычного качества. Металл потускнел от времени, но ржавчины не наблюдалось. Пальцы расстегнули ремешки, удерживающие нагрудник. Пластины приятно звякнули друг о друга. Поножи снимались труднее, пришлось повозиться с застёжками. Каплевидный щит висел на крюке рядом с манекеном. Хоть навыка владения у меня не имелось, но как защищаться прекрасно помнил.

Я выволок трофеи наружу, сложив их аккуратной горкой на полу. Начал методично облачаться в новую экипировку. Шестопёр повесил на пояс, щит закрепил на левой руке.

Такеши нырнул в тайную комнату следом. Он двигался быстро и целенаправленно, его костлявые пальцы сноровисто снимали кожаную броню со второго манекена. Нагрудник, наручи, набедренники складывались в его руках аккуратной стопкой. Якудза вышел, сложил вещи рядом с моими и вернулся обратно. На второй заход он прихватил арбалет. Кожаная перевязь легла диагонально через грудную клетку, колчан устроился за спиной. А после принёс башенный щит внушительных размеров. Прямоугольная конструкция достигала Такеши от макушки до колен.

Из коридора донёсся отчаянный лай Черныша, за которым последовал крик фокусника:

— Карау-ул! Карау-ул!

Мы обменялись быстрыми взглядами. Соратник отбросил кожаную броню, схватил башенный щит обеими руками. Я сорвал шестопёр с пояса и ринулся к выходу из оружейной.

Снаружи увидели такую картину: к арсеналу приближались двое. Командир в левой, уцелевшей руке сжимал дубину Бокси. Рядом шагал патрульный с копьём наизготовку. Острие нацелилось прямо на нас.

Черныш колотил лапой по каменному полу с такой силой, что когти крошились от ударов. Ширайя наверняка наблюдает через глаза пса в предынфарктном состоянии.

— За Бокси и Дронкса! — вырвалось у меня.

Ноги понесли вперёд. Первый шаг, второй, третий. Рывок! Щит врезался в грудь однорукого командира, отбросив его. Не давая опомниться, я замахнулся шестопёром. Оружие сверху вниз обрушилось на шлем скелета.

ДЗЫНЬ!

У меня едва сустав не вывернулся. Проклятые двести десять единиц силы давали о себе знать самым неприятным образом. Благо, что череп командира раскололся, кости рассыпались по полу с сухим щёлканьем.

Навык «Владение булавами» повышен до 130 уровня.

Почувствовал, как что-то вонзилось в бок. Копьё патрульного пробило латный доспех и вошло глубоко в плоть.

Черныш не дал врагу развить успех. Массивное тело пса сбило скелета с ног, челюсти сомкнулись на берцовой кости. Такеши воспользовался моментом. Башенный щит поднялся и обрушился основанием на шею поверженного противника. Позвонки хрустнули и разлетелись в стороны. Череп откатился к стене, челюсть продолжала беззвучно щёлкать ещё несколько секунд.

Я выдернул пику из раны и отшвырнул в сторону со словами:

— До помолвки заживёт.

Такеши подошёл к статуе и вытащил фальшион из каменных ножен. Лезвие засвистело в воздухе, рассекая пространство двумя быстрыми взмахами. Удовлетворённый кивок подтвердил, что оружие пришлось ему по вкусу. Скелет повернулся ко мне и провёл ребром ладони по собственной шее. Затем указал на обезглавленные останки врагов. Палец постучал по виску, потом описал круг вокруг шеи.

Смысл жестов прояснился быстро: шея оставалась самым уязвимым местом скелетов. Требовалась защита для воинов некрополя.

Я согласился. Вот бы найти пару сотен латных горжетов или кольчужных капюшонов. Правда, оставалось понять, как их надеть на вспыльчивых мертвецов.

Грохот недавней потасовки в катакомбах воинов ещё отдавался эхом в коридорах. Бойцы из шеренги до сих пор продолжали выяснять отношения.

Пора нам покинуть опасную зону. Скелеты могли сообразить, кто устроил переполох, и собрать отряд для возмездия. К тому же на уровне больше не осталось ничего интересного. Найденное ценное оружие распределим позже, когда выберем самых способных бойцов среди жителей некрополя.

Наша четвёрка проскользнула на следующий подземный уровень. Ступени оказались непропорционально высокими, каждая достигала середины голени. Приходилось задирать ноги при подъёме. Я чувствовал усиливающийся сквозняк. Может, выход на поверхность совсем близко? Солнечный свет, голубое небо, зелёная трава…

Последняя ступень вывела нас на широкую площадку. Надежды рухнули. Никакого солнца. Вместо неба над головой нависал каменный свод пещеры. Зато перед нами раскинулся целый подземный город.

Архитектура удивляла чужеродностью. Здания вырастали из земли жуткими формами, нарушая все известные законы градостроительства. Стены сложены не только из привычных материалов — камня, дерева и железа. Рёбра исполинских существ служили опорными балками, черепа неведомых зверей украшали фронтоны. Обсидиановая черепица венчала крыши, отражая тусклый свет фиолетовых корней, которые служили освещением в подземельях.

Естественные стены пещеры окружали город неправильным овалом. Огромные сталактиты свисали с потолка, некоторые едва не достигали крыш домов. Но мой взгляд притянула конструкция в дальнем конце поселения. Кирпичная стена с массивными воротами перегораживала широкий туннель.

Логика подсказывала очевидное: там располагается главный вход в некрополь с поверхности. Именно оттуда явятся авантюристы, когда придёт их час.

Мы застыли на месте, вращая головами во все стороны. Город манил загадками. Странное чувство поднималось изнутри, тёплое и уютное. Каждый камень, каждая кость в стенах домов казались знакомыми, родными. Разум понимал абсурдность ощущения, но тело зомби ощущало привычную среду. Новая раса и принадлежность накладывали отпечаток на восприятие.

Откуда-то слева доносился размеренный звон молота по наковальне. Удары следовали через равные промежутки, создавая однообразный ритм. Справа, из-за череды строений, тянулся монотонный бубнёж. Кто-то читал длинную речь пророческим голосом. Женские рыдания и протяжный собачий вой перекрывали голос оратора. А ещё слух улавливал едва заметный звук скрипки.

Черныш внезапно поднял переднюю лапу и принялся бить по земле.

Я присел рядом с псом, положив руку на загривок.

— Макс на связи. Ширайя, если понимаешь меня, один удар значит «да». Как слышно, приём?

БУХ!

Лапа опустилась на пол.

— Разглядел что-нибудь важное через глаза Черныша?

БУХ!

Я выпрямился и начал методично описывать окружающее пространство. Перечислил каменные дома с костяными украшениями. Указал на группы зомби, бредущих по узким улочкам между зданиями. Обратил внимание на массивное строение, похожее на храм, возле которого толпились десятки мертвецов.

Лапа Черныша вновь ударила по камню, прерывая мой монолог.

— Что именно? — я огляделся, пытаясь понять, на чём остановился. — Здание с обсидиановым куполом? То, что стоит на холме у стены пещеры?

БУХ!

Строение выделялось среди остальных. Круглое основание из белого камня контрастировало с чёрным куполом. Узкие окна-бойницы располагались в шахматном порядке.

— В любом случае осмотрим весь город, — произнёс я вслух, обращаясь скорее к себе. — Но начнём именно оттуда, раз ты настаиваешь.

Мы двинулись вперёд. Даже любопытно стало. Что могло заинтересовать Ширайю? Архитектура давала понимать о важности здания. Возможно, библиотека или архив. Скоро узнаем.

Глава 18

Не успели пройти и половины пути к загадочному строению с обсидиановым куполом, как движение у ближайших склепов привлекло внимание.

Зомби с плетёными корзинами сновали между приземистыми каменными постройками. Пустые ёмкости покачивались на согнутых руках мертвецов, создавая монотонный скрип древесных прутьев. Фокусник остановился рядом со мной, глаза его расширились от удивления.

Приглядевшись внимательнее, я понял причину такой реакции. Каменные склепы служили торговыми лавками. Вместо привычных витрин зияли широкие проёмы, сквозь которые виднелись деревянные прилавки. Дельцы копошились за стойками, перекладывая товар с места на место. Некоторые оживлённо жестикулировали с покупателями.

— Глянем ассортимент?

Такеши покосился на меня с сомнением. Плечи скелета поднялись и опустились в неуверенном жесте. Затем он медленно кивнул.

Первый же склеп разочаровал. Полки ломились от разноцветных камней обычных пород. Чёрные булыжники соседствовали с серыми голышами, между ними виднелись ржаво-бурые куски железной руды. Вокруг последних разворачивались настоящие торговые баталии. Мертвецы тыкали пальцами в воздух, считали на костлявых фалангах, хмурились, бросали случайные фразы из прошлой жизни.

Следующая лавка предложила не больше соблазнов. Молодая девушка с неестественно вывернутой шеей высыпала на стол груду костей. Обломки рёбер перемешались с раздробленными черепными пластинами. Когда мы отрицательно покачали головами, торговка нырнула под прилавок. Оттуда она извлекла тряпичную куклу, пережившую пожар или нашествие огнедышащих драконов. Обугленные лоскуты свисали с каркаса.

— Спасибо, не нужно, — пробормотал я, поспешно отступая от прилавка.

Обход торгового ряда занял больше времени, чем планировал. Склепы тянулись вдоль главной улочки длинной полосой, каждый предлагал примерно одинаковый набор бесполезностей: заржавевшие гвозди, потрескавшиеся горшки, куски рваной ткани. Ничего стоящего.

Мы остановились возле очередного склепа. Торговец с застывшей на лице улыбкой ютился в каменной келье размером с гардеробную. Прилавок занимал почти всё свободное пространство, вынуждая хозяина прижиматься спиной к стене. На узкой дощечке лежал единственный товар, который привлёк моё внимание, — торба из грубой мешковины с длинной кожаной лямкой. Простая, но прочная вещь. Именно то, что нужно для переноски трофеев из глубин некрополя. Жаль, что без пространственного кармана.

— Сколько?

Зомби показал три пальца. Я кивнул, не понимая местной системы цен, но готовый к торгу.

Вернувшись к началу торгового ряда, я набрал горсть разноцветных камней с земли. Булыжники и голыши попались под руку без разбора. Делец принял оплату, покрутил камни в ладонях, затем разочарованно покачал головой. Его руки развелись в стороны в универсальном жесте отказа. Из кармана извлёкся кусок ржавой руды размером с грецкий орех. Мертвец постучал им по прилавку, показывая разницу между ценным товаром и мусором.

Поиски железной руды по всему некрополю не входили в мои планы. Я сдвинул маску знати с затылка на лицо. Перемена произошла мгновенно. Торговец опустился в низкий поклон, ударившись лбом прилавка. Дрожащие руки подхватили мешковинную торбу и протянули её с подобострастием.

— Благодарю!

Мы направились прямиком к цели нашего путешествия и столкнулись с запертой дверью. Я постучал костяшками пальцев по створке.

Тишина.

Повторил попытку, ударив тыльной стороной кулака пару раз. Эхо покатилось внутри здания, но никто не отозвался. Отступил на шаг и с размаху пнул по замку.

Навык «Безоружный бой» повышен до 99 уровня.

От мощного удара дверь слетела с петель и с грохотом рухнула внутрь помещения. Я покачнулся, едва не потеряв равновесие от отдачи.

Черныш первым прошмыгнул в образовавшийся проём, хвост его исчез в темноте за порогом.

Ступив внутрь, я замер от неожиданности. Вместо ожидаемых рядов книжных полок и читального зала нас встретили стеллажи с колбами и механизмы алхимической аппаратуры. Медные трубки змеились между перегонными кубами, стеклянные реторты утратили прозрачность из-за толстого слоя пыли. Конденсаторы различных размеров громоздились на рабочих столах рядом с горелками и измельчителями.

Знакомая картина. В прошлой жизни доводилось вскрывать подпольные нарколаборатории, где умельцы варили синтетические наркотики. Оборудование выглядело похоже, только здесь медь заменяла современную сталь, а вместо электрических нагревателей использовались жаровни с древесным углём.

Такеши осторожно приблизился к ближайшему стеллажу. Его пальцы зависли в воздухе над горсткой склянок, не решаясь прикоснуться к стеклу. Содержимое флаконов поражало разнообразием. В одних плескалась мутная жидкость, другие хранили кристаллически чистый состав. Третьи содержали нечто более зловещее.

Сморщенные органы плавали в формалиновом растворе: сердца размером с кулак, почки неизвестных существ, фрагменты мозговой ткани. В углу стеллажа притаилась особенно жуткая ёмкость с недоразвитыми гомункулами. Крошечные тельца покачивались в зеленоватой жидкости, их недоформированные конечности напоминали ветки.

Воздух пропитался знакомым ароматом бальзамирующего состава. Тот самый запах, который я ощущал в усыпальнице при обработке собственной кожи. Значит, производство велось именно здесь, в сердце подземного города.

Такеши обошел помещение по периметру. Он заглядывал в каждый угол, проверял содержимое ящиков. Несмотря на внешнюю высоту здания с обсидиановым куполом, внутреннее пространство ограничивалось одним этажом, размером с просторную квартиру. Черная кровля служила либо декоративным элементом, либо выполняла особую функцию в алхимических процессах. К счастью, мне не приходилось разбираться в тонкостях оккультных наук.

— Ширайя, ты знаком с алхимией и зельеварением?

Черныш немедленно отозвался ударом лапы о каменный пол.

Следующие несколько минут ушли на выяснение деталей через систему вопросов и ответов. Лич жаждал заполучить практически всё содержимое помещения. Его планы включали создание снадобий для будущих незваных гостей некрополя: ядовитые составы для обработки оружия, взрывчатые смеси для ловушек, парализующие газы для западней.

Пес колотил лапой с особым энтузиазмом, когда речь заходила о наиболее разрушительных веществах. Ширайя определенно планировал устроить авантюристам тёплый приём.

Я методично осмотрел каждый шкаф, проверил содержимое ящиков и заглянул в небольшую подсобку за главным залом. Запасы реагентов впечатляли. Порошки различных цветов заполняли керамические емкости, жидкие компоненты покоились в плотно закупоренных бутылях. Сушёные травы свисали пучками с потолочных балок, источая горьковатый аромат полыни.

— Придется организовать транспортировку оборудования и ингредиентов, — подытожил я, почесывая подбородок. — Отправим группу зомби-грузчиков, но не сейчас. Сначала закончим разведку.

Новые возможности для обороны некрополя открывались перед нами. Если удастся синтезировать достаточное количество яда, каждый боец получит отравленное оружие. Даже поверхностные раны станут серьёзной проблемой для живых противников. Если, конечно, среди них не окажется целителя или владельца ящика с сочными астериями.

Мы покинули лабораторию, оставив дверь настежь. Фиксировать её не имело смысла после такого эффектного вскрытия. Направились вдоль внешнего кольца города, минуя спальные кварталы.

Жилые дома стояли в различной степени обитаемости. Некоторые светились изнутри тусклым сиянием биолюминесцентных корней или плодов-ночников, из других не доносилось ни звука. Проверка каждого строения отняла бы слишком много времени. Подобные мелочи можно отложить до периода затишья, когда станет совсем уж скучно.

Особенность местного быта привлекла внимание возле нескольких домов. У порогов сворачивались калачиком зомби-псы, охраняя покой хозяев. Их красные глаза вспыхивали в темноте при нашем приближении, но агрессии животные не проявляли. Черныш обнюхал одного из собратьев и получил равнодушное рычание в ответ.

Громкие удары у дальней стены пещеры заставили изменить маршрут. Звук становился отчётливее с каждым шагом в сторону каменного периметра, окружающего город мертвецов. Монотонный стук металла о камень повторялся через равные промежутки.

— А вот это уже интересно, — пробормотал я, ускоряя шаг.

Зияющий проём в скальной породе открыл вид на рукотворную шахту. Именно оттуда доносились звуки, эхом отражавшиеся от стен туннеля.

У входа покоилась искорёженная вагонетка. Железные колёса соскочили с осей, борт прогнулся под тяжестью последнего груза. Две рельсы тянулись в недра штольни, их поверхность покрывала ржавчина.

Переступив порог, мы оказались в просторной кладовой, высеченной прямо в породе. Деревянные ящики громоздились вдоль стен, из них торчали рукояти инструментов. Кирки с заострёнными наконечниками соседствовали с широкими лопатами для уборки породы. На грубо сколоченном верстаке лежали металлические клинья различных размеров, рядом располагались тяжёлые молоты для раскалывания особенно твёрдых пластов.

Фокусник заглянул в один из ящиков и достал странный предмет, напоминающий железный лом с раздвоенным концом. Он покрутил находку в руках, пытаясь понять предназначение. Я пожал плечами — горнодобывающие тонкости оставались для меня загадкой.

В углу кладовой притулился самодельный шкаф из необструганных досок. Его содержимое представляло печальное зрелище. Порванная одежда шахтёров свисала с крючков, пропитанная въевшейся каменной пылью. Металлический шлем, больше похожий на перевёрнутую кастрюлю, венчал коллекцию.

Такеши остановился возле прохода в главную штольню. Его пальцы нащупали ящик среди прочих инструментов. Деревянная крышка поддалась с треском, гвозди со скрипом выдернулись из досок. Внутри обнаружилась толстая бухта пенькового каната.

Он вдруг схватил лопату и изобразил копание, после чего начал имитировать работу киркой.

Спустя несколько минут наблюдения за ним смысл постепенно прояснился. Такеши предлагал прорыть тайный ход из финального грота в форме Г-образной пещеры. Мы могли бы укрыться там во время решающей схватки с авантюристами, вступив в бой после того, как лич проредит ряды противников. Ширайя обладал впечатляющим запасом прочности и, при необходимости, впитал бы все ультимативные способности врага. Разумная тактика диктовала необходимость беречь наши более хрупкие тела до подходящего момента.

Идея воодушевила якудзу настолько, что он схватил ближайшую кирку обеими руками и развернулся к выходу, готовый немедленно приступить к работе.

— Сам собираешься долбить породу? — я покачал головой. — Давай лучше найдём подходящих специалистов.

Углубившись в штольню, мы принялись обследовать разветвлённую сеть туннелей. Основной шёл прямо, и от него отходили боковые штреки разной глубины. Звук кирок доносился из нескольких направлений, указывая на местонахождение работников.

Каждого встреченного зомби-шахтёра я отправлял в кладовую у входа. Мертвецы послушно плелись по указанному маршруту, оставляя инструменты прямо на месте. К моменту завершения обхода в импровизированном пункте сбора толпилось восемь тружеников подземелий.

Половину группы сразу направил в финальный грот. Через Черныша удалось убедиться, что Ширайя не станет упокаивать наших новых работников.

Оставшихся четверых я внимательно изучил с помощью некротической эмпатии. Способность читать эмоции нежити открывала занимательные подробности их мёртвой жизни. Трое работали машинально, движимые привычками из живого прошлого. Сознание дремало, пробуждаясь лишь для выполнения знакомых действий.

Четвёртый шахтёр выделялся среди собратьев. Пока остальные усердно долбили породу, этот методично отбирал наиболее богатые образцы руды. Блестящие куски железняка он припрятывал в одном из домов.

— Скажи, любезный, куда потом деваешь накопленное добро? — поинтересовался я.

Зомби выпрямился и повернулся ко мне с деловым выражением лица.

— Успех приходит туда, где заканчиваются оправдания. Каждая встреча открывает новые возможности для взаимовыгодного сотрудничества, — произнёс он тоном бывалого бизнес-коуча.

Поначалу фраза показалась простым отголоском прошлого существования. Мертвецы часто повторяли заученные слова из прежней жизни, как заезженные пластинки. Но чем дольше я всматривался в мутные глаза бывшего дельца, тем яснее понимал собственную ошибку. За привычными формулировками скрывался живой ум, продолжающий строить планы даже в загробном состоянии.

Четверть часа пристального наблюдения за зомби-коучем открыла удивительную картину. Разрозненные кусочки информации складывались в цельную мозаику экономических отношений подземного мира.

Железная руда служила главной валютой в торговых операциях некрополя. Каждый найденный кусок металла немедленно отправлялся к центральной фигуре местной экономики. Образ кузнеца проступал в памяти бизнес-тренера с поразительной чёткостью. Мускулистый старец в закопчённом фартуке, чьи руки покрывали шрамы от искр горна. Седая борода спускалась до пояса, глаза блестели умом опытного мастера.

Он принимал сырьё и выковывал оружие, доспехи, инструменты. Скелеты-воины забирали готовые изделия, расплачиваясь защитой всех участников процесса. Круговорот железа поддерживал хрупкое равновесие подземного сообщества.

Дополнительные услуги кузнеца поражали разнообразием. Медицинская практика включала установку металлических шин на повреждённые конечности, замену раздробленных костей железными протезами. Скобы и пластины восстанавливали функциональность тел, пострадавших от неуклюжести или драк.

Но самая интригующая деталь ожидала в глубинах памяти зомби-коуча. Кузнец располагал запасами свежего мяса, которое жаждали практически все обитатели некрополя. У мертвецов слюна наворачивалась при одном лишь упоминании о сочных кусках. Источник провизии оставался загадкой даже для осведомлённого дельца.

Логика подсказывала вероятное объяснение. Где-то в окрестностях обитали подземные твари, на которых охотились патрули скелетов. Костлявые воины не нуждались в пище, поэтому добыча целиком поступала кузнецу. В обмен на мясо мастер предоставлял свежие наконечники стрел, элементы брони, отточенные клинки.

Шаги в главном туннеле прервали размышления. К нам пожаловала высокая фигура в церемониальных одеждах. Мумия двигалась размеренно, длинные полы рясы волочились по земле.

Присутствие жреца в шахте оказалось неожиданностью. Предполагал, что мумии предпочитают оставаться в нижних усыпальницах, среди саркофагов. Видимо, некоторые представители духовной касты находили применение своим талантам в производственной сфере.

— Все за работу! Немедленно! — рявкнул надсмотрщик, его голос прокатился по штольне гулким эхом.

Четвёрка шахтёров послушно потянулась к штрекам.

Любопытство подталкивало разобраться в роли мумии в местной экономике. Какие мотивы двигали жрецом? Память зомби-коуча не содержала информации о надсмотрщике, что само по себе интриговало.

Мы направились к выходу, но мумия перегородила нам дорогу. Длинные руки раскинулись в стороны, преграждая путь. Погребальные бинты зашевелились, обретая собственную жизнь.

— Вы двое, — палец указал на меня и фокусника. — Марш за работу! Быстро!

Черныш забил лапой по земле с удвоенной силой. Каменная крошка разлетелась во все стороны от ярости ударов. Ширайя пытался передать срочное сообщение, но содержание оставалось неясным. Призывал к осторожности или, наоборот, к решительным действиям?

— Убирайся с дороги, — прорычал я, извлекая шестопер из-за пояса.

Реакция мумии последовала мгновенно. Руки взметнулись вверх, погребальные бинты сорвались с запястий и лодыжек. Длинные полосы ткани обрели змеиную подвижность, извиваясь в воздухе в поисках цели.

Один из бинтов молниеносно обвился вокруг моей левой ноги. Петля затянулась с силой стального троса, нарушив равновесие. Я рухнул навзничь и ударился плечом о пол.

Бинт натянулся ещё туже, угрожая оторвать конечность. Мышцы мумии напряглись, жрец тянул с жуткой силой. Хруст связок предупреждал о критической нагрузке на суставы.

Черныш среагировал первым. Массивные челюсти сомкнулись на натянутом бинте. Острые клыки прорезали ткань, освобождая мою ногу от смертельных объятий.

Такеши воспользовался моментом замешательства и зашёл со спины. Фальшион свистнул в широкой дуге, лезвие прошло через шею мумии чуть выше ключиц. Голова надсмотрщика медленно съехала с плеч и упала на землю. Тело покачнулось и рухнуло следом, из разреза сочилась тёмная жидкость.

— Тысяча диабло! — чертыхнулся я, поднимаясь на ноги. — Главное, чтоб другие теперь не затаили обиду.

Ох и умудрились же мы натворить дел за короткую вылазку.

Глава 19

Черныш колотил лапой по каменным плитам с редким упорством. Пришлось вновь погрузиться в утомительный ритуал общения через условные сигналы. Эх, если бы в руках оказалась хотя бы древняя рация размером с кирпич! Сколько времени сэкономили бы на расшифровке посланий невидимого лича.

После серии вопросов картина прояснилась. Ширайя настойчиво требовал немедленного возвращения. Уничтожение жреца-надсмотрщика грозило серьезными последствиями. Лич предвидел возможную облаву, и его опасения казались обоснованными. Толпы зомби, снующие по верхним уровням, не простят убийства представителя духовной касты.

Наша четверка двинулась в обратный путь, прижимаясь к стенам узких переулков. Мы старались раствориться среди обычных обитателей города мертвецов. Несколько групп зомби попадались навстречу, но их мутные взгляды скользили мимо без признаков подозрения. Привычное безразличие нежити играло нам на руку.

Любопытство взяло верх, когда мы проходили мимо широкого проулка. Я выглянул из-за угла и замер от открывшегося зрелища. Центральная площадь раскинулась перед величественным храмом, архитектура которого сочетала органические формы с геометрией камня. Ребра исполинского существа образовывали каркас святилища, а позвоночные колонны поддерживали высокие своды. В центре площади журчал фонтан, изливая струи черной субстанции.

Полсотни зомби собралось вокруг импровизированной кафедры. Мумия-проповедник размахивала забинтованными руками, вещая о загробном существовании и необходимости поклонения верховному божеству Мориону. Голос священника гулко разносился по каменным стенам, завораживая паству монотонной мелодией заученных молитв.

Речи проповедника завладели моим вниманием против воли. Философские рассуждения о смысле небытия и вечном служении звучали неожиданно убедительно. В какой-то момент почувствовал, как острый взгляд прожигает меня. Мумия замолчала посреди фразы, повернув забинтованный лик в нашу сторону.

Такеши рванул меня за рукав с такой силой, что едва не вывернул плечо. Мы помчались прочь. Позади раздались выкрики, а затем нарастающий топот множества ног. Паства пустилась в погоню за нами!

Ступив в главный коридор среднего уровня, мы остолбенели от неожиданности. Казармы явно опустели, выплеснув содержимое в центральный проход. Горы костяных обломков усеивали пол, хрустя под ногами присутствующих. Уцелевшие скелеты продолжали размахивать мечами и копьями в слепой ярости.

— Что за дьявольщина здесь творится?

Такеши попытался объяснить происходящее жестами, но приближающийся грохот шагов не оставлял времени на болтовню. Паства гналась за нами по пятам, и промедление грозило окончательной катастрофой.

Мы ринулись вперед сквозь гущу сражения. Смысл пантомим Такеши прояснился в процессе бега. Гибель командира развязала борьбу за лидерство среди воинской касты. Каждый скелет считал себя достойным занять освободившуюся должность.

Группы сцепившихся скелетов загораживали путь к спасительному выходу. Пришлось лавировать между дерущимися, уклоняясь от случайных ударов. Башенный щит Такеши превратился в подвижную крепость, отражающую атаки со всех направлений. Якудза виртуозно прикрывал и себя, и прижавшегося к его ногам Черныша. Даже интересно стало, сколько у него в навыке владения щитами.

Мой каплевидный справлялся хуже. Несколько выпадов достигли цели, оставив вмятины на нагруднике. Наконечники копий вонзались в кожу, и это добавляло мотивации двигаться быстрее.

Фокусник превратил отступление в представление. Он не бежал, а танцевал между клинками, демонстрируя потрясающую гибкость. Втянул живот в момент, когда копье просвистело в сантиметре от кожи. Присел на шпагат, уклоняясь от горизонтального взмаха двуручного меча. Когда противник попытался подставить подножку, артист исполнил элегантное сальто через препятствие.

Ситуация кардинально изменилась с появлением преследователей. Толпа зомби-прихожан хлынула в коридор, размахивая подручными предметами в качестве оружия. У простолюдинов отсутствовали доспехи и настоящее вооружение, зато имелся религиозный фанатизм. Скелеты-воины мгновенно переключились на новые цели. Боевая ярость, накопленная в междоусобной резне, обрушилась на беззащитных горожан.

Среди груд останков нам встретились знакомые силуэты. Два шахтера, которых я направил в финальный грот, лежали среди костей с проломленными черепами. Видимо, они попытались пройти через поле боя в неподходящий момент. Железные кирки покоились рядом с бывшими владельцами, бесполезные в схватке с профессиональными воинами.

* * *

Лич дрожал всем телом. Костлявые пальцы сжимались и разжимались в бессильной ярости.

— Уму непостижимо… — Ширайя покачал головой. — Как вы вообще дожили до взрослого возраста? За несколько часов разведки умудрились навлечь на себя половину бед некрополя. Неужели нельзя действовать осмотрительнее?

Я почесал затылок, стараясь выглядеть невинно.

— Кто не рискует, тот не пьет апельсинового сока.

Лич замер, наклонив череп набок. Пустые глазницы уставились на меня с недоумением.

— Вкратце говоря, напиток превосходит все мыслимые удовольствия во вселенной, — пояснил я с ностальгической улыбкой.

Громкие удары кирки о камень эхом отдавались в гроте. Пара шахтеров вовсю долбила потайной штрек, выбивая породу. Каждый звук заставлял меня морщиться, но привыкнуть можно к чему угодно.

— Какая чепуха! Разве стоит напиток целой жизни? Пусть случившееся послужит вам уроком. Необходимо переждать бурю как минимум несколько вексов, а лучше целый эльд! К счастью, у мертвецов память коротка.

Я небрежно махнул рукой.

— Пары дней хватит с избытком. У нас найдется чем заняться.

— Несомненно! — Голос лича повысился до почти истерических нот. — Вы подкинули работы на целую вечность! Половина обитателей некрополя обратилась в прах после ваших деяний. Теперь придется тратить уйму времени на восстановление численности нежити вместо изучения древних манускриптов.

Огоньки в глазницах потускнели до еле заметного тления. Ширайя опустился на каменный выступ, положив голову в ладони.

— Простите, дорогие друзья. Долгое уединение отучило сдерживать вспышки гнева в присутствии столь редких гостей.

Я похлопал лича по плечу. Под пальцами зашелестела ткань мантии.

— Не переживай. Главное, что всё обошлось. Вишенкой на торте стала бесценная разведывательная информация. Теперь мы лучше подготовим подземелье к судному дню.

Ширайя поднял голову.

— Какие предложения?

— Для начала возведём несколько перегородок. Нужно скрыть зиккурат от взоров захватчиков. Если разрушат твой алтарь, магическая мощь ослабнет катастрофически.

Лич одобрительно кивнул.

— Кроме того, построим укрытия для манёвров, — продолжил я, расхаживая по гроту. — Авантюристы постараются окружить тебя, потому переделаем помещение и создадим несколько защищённых позиций, которые помогут миновать дальнобойные атаки. В идеале бы вообще пару дзотов построить и запихать внутрь скелетов-лучников. Но в текущих условиях задумка практически невыполнима.

— Превосходные идеи! — Ширайя вскочил с места, размахивая руками. — Признаюсь честно, военное дело для меня — тёмный лес. Вся страсть направлена исключительно на науку. Как удачно, что Парадигма направила ко мне именно вас!

Я остановился возле груды камней, оставшихся после работы шахтёров.

— Но жемчужина плана ещё впереди. Затопим финальное помещение водой по колено, а затем летающий лич с помощью заклинаний превратит всё в лед. Получится каток, на котором враги потеряют манёвренность.

Пнув обломок породы, я указал в сторону выхода.

— В городе видел множество бочек. К тому же поблизости журчит подземная речушка. Идеальные условия!

Глазницы лича вспыхнули ярким пламенем радости. Он захлопал костлявыми ладонями, отчего по гроту разнесся сухой треск.

— Гениальный замысел! Однако скажите мне, дорогие друзья, каким образом будете передвигаться вы сами?

Я потер ладони, предвкушая объяснение.

— Всё продумано до мелочей. Попросим кузнеца выковать лезвия для коньков. Получим преимущество скорости и маневренности на собственном поле боя.

Такеши кивнул, изобразив скольжение по льду.

— Главное, чтобы в отряд не взяли мага пламени, — Ширайя предостерегающе поднял палец. — Пиротехник или любой другой, владеющий огненной школой, расплавит наш каток без особых усилий.

— Если доберутся до финального зала живыми, хе-хе-хе.

Звук моего смеха удивил собственными интонациями. Злодейские нотки прозвучали естественно, будто всегда жили в глубине горла. Окружающие подхватили зловещий хор.

— В наших силах превратить путешествие гостей в кошмар, — продолжил я. — Смотрю на фокусника и понимаю потенциал. Рота подобных бойцов на знакомой территории, где каждый камень служит союзником, принесет победу.

Остановившись перед фокусником, я хлопнул его по плечу.

— Предлагаю немедленно начать призыв и провести селекцию кандидатов.

Порталы материализовались один за другим, разрезая воздух тёмными всполохами. Проходы изрыгали новые толпы зомби, бредущих с отсутствующими взглядами. Лишь каждый десятый обладал полезными нам способностями, остальные представляли неуклюжую массу. Мясники, портные, писари, садовники таращились на нас, не понимая, что происходит.

Непригодных мы использовали для тренировки навыков боя. Зиккурат пополнялся свежими черепами с каждым взмахом оружия. Такеши оттачивал техники рубящих ударов и оглушения щитом, я совершенствовал владение шестопером.

Спустя несколько часов у Ширайи проснулась совесть. Он погружался в разумы мертвецов, исследовал остатки личности через некротическую эмпатию.

— Довольно! — взорвался лич, размахивая руками. — Отказываюсь продолжать подобное! Нутро моё восстает против содеянного, — он кивнул в сторону очередной группы обречённых зомби. — Несчастные создания носят искру разума, пусть и затуманенную смертью. Какое существование ожидает нас за пределами некрополя? Проклятая Парадигма превращает нас в безжалостных палачей!

Лич схватился за череп обеими руками.

— Прошу, подумайте над происходящим!

Такеши пожал плечами и одним движением срезал голову очередному зомби. Тело рухнуло к его ногам.

— Занимаемся благим делом, между прочим, — произнёс я. — Разве не знаешь? Каждая упокоенная душа отправляется в новое путешествие и получает шанс возродиться в лучших условиях.

Ширайя медленно покачал головой.

— Какую интересную отговорку придумал. Богатая фантазия, Макс.

— Это чистая правда. Верь или не верь.

— Предмет обсуждения знаком мне не понаслышке. Потратил на изучение трактатов о странствиях душ между мирами долгие ночи. Постигал премудрости величайших трудов: «Теория круговорота воплощений», «Хроники вечных странников», множество манускриптов древних мэтров. Сопоставил воззрения и пришёл к печальному заключению. Лучшим остаётся первое воплощение души, далее следует неизбежная деградация.

— Ох уж эти теоретики, — фыркнул я.

Прекрасно понимал, насколько возмутится старик за насмешку над почитаемыми авторитетами. Поспешил продолжить, не давая разгореться спору.

— А фантазёры упоминали практикующих? Писали о жнецах душ? Нет? Правильно! Откуда им знать, сидя в библиотечной пыли, — я указал в сторону. — Мир находится там, за пределами затхлых комнат. Говорю как человек, который проводил тысячи душ в новый путь!

Эффект превзошёл ожидания. Если бы лич обладал плотью, сейчас хлопал губами и моргал от изумления.

— Жнец? — голос Ширайи дрогнул от недоверия.

— И боец, и на дуде игрец, — я скрестил руки на груди. — Однажды победил элитного босса, равного тебе по силе. Обладатель великой души переселился в тело новорождённого ребёнка из семьи влиятельного владельца оружейной картели. Звали его Кодж Морг. Об этом поведал наставник Кахорт, который…

Строки текста пробежали перед глазами ярко-красными буквами:

Внимание! Вы получаете первое предупреждение. Раскрытие тайн Бескрайнего Архипелага влечет за собой печальные последствия.

Мои зрачки бегали слева направо, и это не осталось незамеченным. Уверен, Ширайя прекрасно понимал, что сейчас произошло. Я же изобразил универсальный жест — поднёс указательный палец к губам.

— Тогда не станем терять драгоценные мгновения! — тараторил Ширайя, разрывая пространство новыми порталами. — Призову побольше мертвецов! Направим их души в лучшие миры!

Проклятье. Маятник качнулся в противоположную сторону.

Я схватил лича за костлявое запястье, останавливая очередное заклинание.

— Помни о главной цели. Самых способных отправляем в подземелье для изучения новой обители. Пусть проявляют себя среди собратьев.

Элитных бойцов я обрабатывал с особой тщательностью. Маска знати скрывала лицо, а отточенные навыки харизмы творили чудеса. Каждому новобранцу излагал предельно ясные задачи: совершенствоваться, изучать некрополь, держаться сплоченно, запомнить опознавательный знак в виде поднятого большого пальца. Так бойцы смогут идентифицировать союзников среди прочих. До кучи просил тащить к нам любые ценные находки.

Финальный грот превратился в муравейник. Шахтеры долбили потайной штрек, их кирки высекали искры из твёрдой породы. Грузчики тащили валуны и обломки стен из разрушенного контрольно-пропускного пункта. Каменные блоки громоздились в углах, готовые превратиться в укрепления.

Я сколачивал примитивные опалубки для заливки будущего катка. Мы решили оставить скромный участок возле самого входа, где разместится алхимическая лаборатория Ширайи. Там же приютим книжный шкаф и прочую полезную утварь для быта тех, кто не умеет летать.

Фокусник тем временем крутился между рабочими, развлекая их импровизированными представлениями. Он жонглировал каменными обломками, заставляя суровых мертвецов хихикать. Даже в разгар подготовки к войне артист находил способы поднимать боевой дух.

Черныш обнюхивал новоприбывших, определяя их пригодность по каким-то собственным критериям. Пёс рычал на явно неподходящих кандидатов и вилял хвостом при виде потенциальных союзников.

Воспоминания о прошлых схватках с боссами всплывали в памяти. Во время финальных битв зачастую происходило нечто необратимое. Обрушивались стены, активировались магические барьеры, исчезали пути отступления. Потому захватчики получат неприятный сюрприз, добравшись до нашего логова. Не терпится посмотреть, как они будут скользить по льду.

Тяжёлый труд в сочетании с постоянными тренировками вновь пробудил голод. Желудок сводило спазмами, а мысли постоянно возвращались к сочным кускам рыбы. Я отобрал двух самых проворных помощников и направился к подземной речушке.

У берега меня осенила идея. Из памяти не выходил факт, что гробзики поедали исключительно красно-фиолетовые грибы, полностью игнорируя бурые экземпляры. Такая избирательность казалась подозрительной.

Я сорвал одну из коричневых шляпок и внимательно осмотрел находку. Поймав ещё трепыхающегося гробзика, пальцем протолкнул кусочек прямо в рыбий рот. Земноводное замерло, лапки содрогнулись в судорогах. Спустя несколько минут агонии гробзик окончательно затих, закатив глаза. Бурые грибы оказались смертельно ядовитыми.

Ширайя сможет с помощью алхимической аппаратуры синтезировать концентрированный токсин для нанесения на оружие. Каждый клинок превратится в смертельную угрозу, но куда эффективнее проявят себя смазанные ядом наконечники стрел.

Я методично собрал все бурые грибы в округе, аккуратно укладывая находки в новую сумку. Поганки покрывали влажные участки пещеры густыми колониями. Урожай получился внушительным.

Вернувшись в грот, не смог сдержать удивления. Ширайя вёл оживлённую беседу с новоприбывшей мумией. Жрец стоял в почтительной позе, склонив голову перед личом. Разговор касался пантеона и тонкостей загробной философии.

Забинтованные руки мумии выразительно жестикулировали, подчёркивая важность произносимых слов. Ширайя кивал с видом знатока, изредка вставляя комментарии. Наблюдая за парой, я вспомнил разговор о иерархии нежити. Личи занимали положение местечковых божеств, которых почитали жрецы.

Подобрался ближе и заметил знакомый жест. Мумия демонстрировала поднятый вверх большой палец. Ширайя уже обучил новобранца секретному коду для идентификации союзников.

Жрец вновь повернулся к личу. В чудище читались решимость и готовность к службе. Мумия ждала первого задания от нового божества.

Меня осенила блестящая идея. Я подошёл к Ширайе, наклонившись к черепу.

— Попроси новобранца привести сюда храмового проповедника, — прошептал едва слышно. — Того самого, что натравил на нас толпу горожан. Пора потолковать по душам и правильно расставить авторитеты.

Глазницы лича вспыхнули восторженными искрами. Он повернулся к мумии, отдавая приказ торжественным тоном. Жрец почтительно поклонился и направился к выходу из грота.

Глава 20

Несколько недель спустя.

Пальцы Ширайи зависли над резной пешкой, прежде чем решительно передвинуть её на клетку, занятую ферзём противника. Такеши перевёл взгляд с доски на лича, потом обратно, будто надеясь, что фигуры каким-то чудом перестроятся в более благоприятную позицию.

Обычная столешница, которую якудза старательно расчертил углём на шестьдесят четыре клетки, содрогнулась под ударом костяного кулака. Деревянные фигурки, выструганные им же из обломков старой мебели, разлетелись по гроту. Королева покатилась к моим ногам, конь застрял между камнями, а пешку-победительницу ловко поймал Ширайя.

— И вот так каждый раз… — проворчал он, поворачивая фигурку в пальцах. — Может, лучше в домино перекинемся?

Такеши решительно замотал головой. Его кулак врезался в открытую ладонь с такой силой, что раздался сухой щелчок. Скелет поднялся, размял плечевые суставы круговыми движениями и направился к груде останков в углу грота. Недавно призванный зомби, не проявивший никаких полезных навыков, получил мощный пинок под рёбра. Тело перевернулось в воздухе и шлёпнулось обратно на камни. Такеши устремился к выходу.

За долгое время нашего пребывания в некрополе он успел подняться до военачальника местных скелетов. Костлявые воины признали его авторитет после серии показательных поединков, где Такеши раскидал вооружённых противников голыми руками. Теперь большую часть времени он проводил на уровне катакомб, муштруя подчинённых и отрабатывая боевые построения.

Лишь самая первая партия в шахматы закончилась его победой. Тогда я выступал переводчиком, объясняя Ширайе правила через жесты Такеши. Лич схватывал всё на лету и загорался азартом с каждым новым ходом. Дальше якудза терпел поражение за поражением, после которых фигурки разлетались в стороны.

«Эта игра воистину достойна королей!» — восклицал Ширайя после очередной партии, аккуратно расставляя воинов обратно на доску. Количество возможных комбинаций приводило лича в восторг. Он мог часами обсуждать варианты дебютов и эндшпилей.

Подземное существование размыло границы времени. Без Солариса и Вортаны, без необходимости спать дни сливались в бесконечную череду подготовки к грядущей битве. Интересно, сколько я уже здесь? Неделю? Месяц? Три месяца?

Подземелье полностью готово к вторжению, и мы припасли для незваных гостей множество подарков. Взгляд скользнул по череде проёмов, расположенных на четырёхметровой высоте. В каждой нише застыли парные силуэты скелетов-лучников. Огневая поддержка сверху станет неприятным сюрпризом для тех, кто рассчитывает на лёгкую победу над «тупой нежитью». Губы растянулись в предвкушающей усмешке, и я уже видел, как авантюристы получат незабываемый приём.

Улыбка погасла, сменившись тоской. Калиэста… Как она там, в мире живых? Спит ли спокойно или волнуется? Удалось ли Эстебану сохранить единство Миротворцев после моего исчезновения, или организация распалась? А что насчёт фракции? Генеральное сражение с жужжерианцами наверняка закончилось победой защитников Новой Земли, но какой ценой? Сколько знакомых лиц больше никогда не увижу?

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я решил подвести итоги долгих тренировок и раскрыл лист развития чудовища.

Уровень — 182;

Прогресс — 7/10;

Класс — зомби-интриган;

Свободные очки характеристик — 0.

Характеристики:

Сила — 210;

Ловкость — 130;

Телосложение — 155;

Восприятие — 80;

Интеллект — 130;

Лидерство — 220.

Пассивные навыки 10/10:

Безоружный бой — 125;

Холодное оружие — 141;

Владение булавами — 184;

Ношение брони — 80;

Терпимость к боли — 147;

Чуткий слух — 151;

Маскировка — 115;

Обаяние — 197;

Харизма — 206;

Комплименты — 311.

Активные навыки 3/3:

Рывок — 132;

Удар головой — 1;

Сшитый заново — 22.

Время в некрополе превратило нашу четвёрку не только в сильных бойцов, но и в настоящих командиров местной нежити. Каждый обзавёлся собственным подразделением, подчинённым только ему. Черныш окончательно утвердился в роли вожака стаи. Псы верхнего уровня признали его альфа-самцом. Теперь вся свора беспрекословно следовала за массивным зомби-псом, когда он вёл их на охоту.

Добычей становились каве́рнисы — пещерные птицы, чьи размеры не уступали взрослому страусу. Длинные шеи позволяли им доставать мох с высоких сводов, а мощные когтистые лапы разрывали каменистую почву в поисках личинок и к тому же давали возможность карабкаться по стенам. Гнездились твари в предбаннике некрополя, недалеко от ворот города. Самки откладывали яйца в расщелинах на недоступной высоте, куда даже Черныш со своей сворой не мог добраться. Популяция восстанавливалась с завидной скоростью. На место каждой убитой птицы приходили две новые. Благодаря регулярным охотам в моём меню появилось жилистое, но питательное мясо. После долгих дней рыбной диеты желудок воспринимал новый продукт как деликатес.

От безделья и ожидания я решил опробовать коньки, которые кузнец выковал по моему заказу. В прошлой жизни катался от силы десяток раз, учился держать равновесие на льду исключительно ради того, чтобы не опозориться на свиданиях. Девушки обожали катки, а падать лицом в лёд перед спутницей никому не хотелось.

Здесь же, на идеально ровной ледяной поверхности финального грота, я неожиданно втянулся. Часами отрабатывал движения, наслаждаясь скольжением. Лезвия коньков чертили узоры на льду, оставляя за собой морозную крошку. Научился уверенно выполнять «ласточку», то есть скользить на одной ноге, вытянув вторую параллельно льду. Восьмёрки получались плавными, ёлочки — чёткими. Простые прыжки с поворотом удавались всё лучше, хотя до тройного тулупа оставалось тренироваться и тренироваться.

ТР-РА-А-АХ!

Грохот сотряс подземелье. С потолка посыпалась каменная крошка, превращая воздух в пыльную завесу. Коньки потеряли сцепление со льдом, ноги разъехались в разные стороны. В последний момент успел сгруппироваться и перекатиться на бок, избежав удара затылком. По центру катка змеёй проползла трещина, расколов ледяную гладь надвое.

Ширайя замер у алхимического стола. Руки взметнулись к потолку, пальцы растопырились в экстатическом жесте.

— Хвала Парадигме! — голос лича дрожал от волнения. — Это случилось! Скоро мы получим свободу… или погибнем.

Авантюристы. Они вошли в подземелье, и, по законам жанра, вход обрушился за их спинами. Землетрясение подтверждало масштаб обвала — тонны породы перекрыли единственный проём.

Времени мало, нужно действовать немедленно.

Коньки полетели на полку. Пальцы торопливо зашнуровывали привычные ботинки, путаясь в петлях от спешки. План был готов давно, но делиться им с Ширайей я не собирался. Старик точно начнёт отговаривать, приводить логичные доводы, взывать к разуму. Финальный босс, потерявший боевой дух из-за моральных терзаний, — последнее, что нам сейчас нужно.

Навык рывка позволял преодолевать пролёты лестниц за считанные секунды. Каменные ступени мелькали под ногами размытыми полосами. Каждому встречному зомби с поднятым вверх большим пальцем я выкрикивал приказ отправляться по местам. Наши бойцы срывались с мест и устремлялись к заранее определённым точкам обороны.

Верхний уровень встретил суетой. Такеши расхаживал по стене, выкрикивая беззвучные команды через щёлкающую челюсть. Скелеты-лучники занимали позиции возле зубцов парапета, проверяли тетивы, раскладывали стрелы с отравленными наконечниками.

— Открыть врата! — крикнул я.

Два скелета-стражника схватились за рукояти лебёдки. Старый механизм заскрипел, проржавевшие цепи натянулись, и железная решётка нехотя поползла вверх. Каждое звено стонало под тяжестью кованых прутьев, осыпая ржавчину на пол.

Я проскользнул под решётку, не дожидаясь полного открытия. На бегу обернулся. Костлявые воины уже исчезли за зубцами парапета. Дисциплина, вбитая Такеши за долгие недели тренировок, превратила хаотичную толпу скелетов в организованную боевую единицу. Когда враги подойдут к воротам, их встретит град стрел из засады.

Войдя в каверны, ощутил прохладу и запах птичьего помёта. Извилистые туннели разбегались во все стороны, образуя запутанный лабиринт естественных пещер.

Звуки боя вели безошибочно. Отчётливо слышался лязг металла, глухие удары о плоть, треск ломающихся костей. Взрыв сотряс каменные своды, следом раздалась отборная брань и торжествующий боевой клич.

Святая Мария! Судя по какофонии голосов, в бою участвовало не меньше десятка личностей. А то и все два. Жалкие трусы припёрлись к нам целой толпой!

Грот с гнездовьем кавернисов находился за поворотом. Именно там обитала самая многочисленная колония пещерных жителей. Я прижался к стене у входа и осторожно выглянул. Челюсть отвисла сама собой.

Навык «Маскировка» повышен до 116 уровня.

В гроте находилось больше тридцати авантюристов! Целая рота вооружённых до зубов искателей приключений добивала последних кавернисов. Маги швыряли энергетические сгустки разных стихий, бойцы дальнего боя осыпали птиц стрелами и пулями, воины рубили клинками всё, что шевелилось. Но самое страшное — пятеро ветеранов в центре отряда. Их движения отличались плавностью и точностью. Уровни приближались к трёхсотому, а титулы разнились от Ронара до Скарда.

Возникло ощущение пересохшего горла, ведь слюнных желёз у зомби не имелось. Ширайя оказался прав со своими вечными причитаниями. Наши подчинённые росли в уровнях день за днём. Требования к прохождению подземелья на входной табличке повышались соответственно. Мы с Такеши упрямо верили в превосходство организованной армии над горсткой героев. Теперь эта вера трещала по швам. Но отступать уже некуда.

Последний кавернис взвыл, когда двуручный меч отделил голову от длинной шеи. Тушка рухнула на пол, крылья ещё несколько раз дёрнулись в предсмертной агонии.

Момент настал. Я поднял щит перед собой, прикрывая торс и голову, и покинул позицию. Никаких резких движений, руки на виду, шестопёр свисает с пояса.

— Друзья, не спешите палить, я ведь не враг! Хочу предложить вам сделку!

ШУХ!

Рефлексы сработали раньше сознания. Щит взметнулся вверх, и стрела с характерным звоном отскочила от металла. Наконечник целился прямо между глаз.

Отряд пришёл в движение. Воины выстроились полукругом, маги отступили назад, готовя заклинания. Стрелки целились, но не торопились спускать курки. Все взгляды обратились к центральной фигуре.

Лидер отряда представлял собой внушительное зрелище. Коренастый, едва ли не квадратный гуманоид, каждый сантиметр тела которого был закрыт пластинами легендарных доспехов. В массивных руках покоился бердыш с лезвием размером с небольшой стол.

— Не стреляйте! — повторил ещё раз, поднимая ладонь в умиротворяющем жесте. — Я один из немногих, кто знает все тайны подземелья. Впереди вас ждёт неминуемая смерть, но именно я способен провести вас сквозь неё. Дайте мне шанс, и мы заключим выгодную для всех сделку.

Навык «Харизма» повышен до 207 уровня.

Рябь прошла по рядам авантюристов. Кто-то нервно сглотнул, другой сделал полшага назад. Маги опустили посохи, переваривая услышанное. Даже лучники ослабили тетивы, хотя стрелы остались на месте. Только пятёрка ветеранов не шелохнулась. Их лица оставались бесстрастными, а взгляды — холодными и оценивающими.

— Говорящий зомби? — удивлённо спросил молодой воин в помятой кольчуге у своих товарищей. — Какого хрена здесь творится? Сто восемьдесят второй уровень в предбаннике, а какие твари будут дальше?

Его голос сорвался на визг к концу фразы. По толпе прокатился ропот.

— Молчать! — рявкнул командир.

Низкоуровневые бойцы мгновенно захлопнули рты, ветераны лишь усмехнулись. Бронированный крепыш повернулся ко мне, и я увидел его лицо сквозь поднятое забрало. Серая кожа с фосфоресцирующими узорами, проступающими на скулах и висках.

— Подойди ближе, побеседуем.

Небрежный взмах его перчатки указал точку в трёх метрах от него. Не приглашение, а приказ.

Ноги внезапно налились свинцом. Каждый шаг требовал усилия воли. Прямо сейчас, в эту самую секунду, моё существование могло оборваться одним взмахом того чудовищного бердыша. Инстинкт самосохранения вопил о необходимости развернуться и бежать, петляя между сталактитами. Но не за этим я покинул безопасные стены некрополя. План, отточенный с Такеши до мельчайших деталей, требовал исполнения. Глядя на мощь собравшихся воинов, я понимал: только хитрость и точный расчёт дадут шанс на победу.

Щит прижался к груди плотнее. Пальцы вцепились в ремни с такой силой, что кожа затрещала. Шаг. Ещё шаг. Камешки хрустели под ботинками, и каждый звук отдавался в ушах набатом.

Приближение позволило рассмотреть отряд в деталях. Целитель в белоснежной мантии стоял позади всех и обновлял усиления на соратниках. Десяток воинов ближнего боя образовывали внутренний периметр с мечами, топорами и моргенштернами наготове. У каждого — щит за спиной. Все остальные — бойцы дальнего боя.

Раса их оказалась мне незнакомой. Тёмно-серая, почти графитовая кожа покрывала поджарые тела. Светящиеся узоры пульсировали в такт дыханию. То разгорались ярче, то угасали до едва заметного свечения. Геометрические паттерны складывались в сложные руны на предплечьях, шеях и лицах.

Среди этого сборища убийц особенно бросалась в глаза хрупкая фигурка. Совсем юная, миловидная девушка неуверенно переминалась с ноги на ногу. Её звали Тли́шка, и она была самой слабой в компании — всего лишь семидесятый уровень. Посох с завитками в её руках подрагивал, выдавая нервозность. Грустные глаза яркого голубого цвета блуждали по лицам товарищей, ища поддержки, но находили только суровые мины бывалых вояк.

Размытое марево скользнуло справа, а потом переместилось мне за спину. Чуткий слух улавливал каждый шаг невидимки. Разумеется, у такого отряда есть собственный ассасин. Сейчас он наверняка крепко держит кинжал, готовый перерезать глотку при любом подозрительном движении. Придётся учесть его присутствие и постараться нейтрализовать одним из первых.

Я продолжал неспешно идти вперёд и начал улавливать обрывки разговоров, которыми обменивались авантюристы.

— Он какой-то странный, сам к нам припёрся.

— Нежити верить нельзя. Мертвяки всегда лгут — это аксиома.

— Походка у него забавная, прихрамывает на левую ногу, а рожа перекошена, будто сдох с запором.

— Предлагаю поджарить его на костре. Или лучше заморозить и разбить на осколки — так красивее получится.

Смешки, фырканье, откровенный хохот. Они воспринимали меня как цирковую обезьянку, забавную аномалию в привычном порядке вещей. Прекрасно. Недооценка противника — первый шаг к поражению. Посмотрим, кто окажется циркачом, когда занавес упадёт.

Круг сомкнулся. Острия клинков образовали стальную клетку в сантиметрах от моего тела. Один неверный жест, слишком резкий вдох, подозрительное слово… — и поминай, как звали.

Щит медленно опустился на землю. Сомневаюсь, что он мне чем-то поможет. Губы растянулись в самой дружелюбной улыбке, на которую способно лицо зомби.

— Хвала Парадигме! — радостно заявил я, а потом перешёл на злобное шипение: — Столь могучие воины наверняка смогут изничтожить всех, кто издевался надо мной целую вечность! — сделал паузу для эффекта. Глаза мои сузились, в них появился блеск фанатичной ненависти. — Я помогу вам обойти ловушки и расскажу о тайниках, полных сокровищ. Знаю каждый камень, каждый поворот, каждую западню в этом проклятом месте!

— Гляньте-ка, у нас тут разумный и обиженный на весь мир зомби! — командир расхохотался, откинув голову назад.

Смех подхватили остальные. Кто-то хлопал по латам, кто-то отпускал шуточки насчёт говорящих мертвецов. Только Тлишка не смеялась, продолжая нервно теребить посох.

Надпись над головой сообщала, что командира зовут Коэль. Он являлся самым опасным среди присутствующих. Скард, почти трёхсотого уровня, шагнул вперёд.

— Выкладывай информацию! — процедил он и поднял бердыш. Лезвие уткнулось мне под подбородок, приподнимая голову. — Если почувствую ложь, располовиню на два симметричных кусочка. Понял, дохляк?

Кивок вышел осторожным и минимальным.

— Да ладно тебе, дорогой, — пробасила воительница с аркебузой. — Ты глянь, какой забавный. Думаешь, он опасен для таких умелых воинов, как мы? Пусть поживёт немного нам на потеху.

Момент требовал театральности. Я изобразил изысканный придворный поклон, который видел в исторических фильмах. Выпрямившись, встретил взгляд командира.

— На вашем месте, господин, я бы прислушался к женщине, чья аркебуза и улыбка одинаково прекрасны и смертельны.

Навык «Комплименты» повышен до 312 уровня.

Получен уровень 183. Доступно 5 свободных очков характеристик.

Реакция последовала мгновенно. Светящиеся узоры на щеках воительницы вспыхнули багрянцем, выдавая смущение.

— А-а-а, э-э-э… — протянула она. — Спасибо… мне такого ещё никогда не говорили.

Её голос из бархатного баса превратился в неуверенный шёпот.

— Смотри, не влюбись в этого дохляка! Кхе-хе-хе! — командир хлопнул воительницу по плечу. Удар заставил её покачнуться. — А то ведь могу и приревновать!

Грот взорвался смехом. Один боец свистнул, другой отпустил шутку про некрофилию. Воительница развернулась к спутнику, и её кулак врезался ему в бицепс. Удар о латы прозвучал звонко, но Коэль даже не поморщился. Она замахнулась снова, целясь в рёбра. Командир ловко отбивался, продолжая хохотать.

Я подхватил общее веселье, изображая искренний смех. Плечи тряслись, рот растягивался в улыбке. Хотелось влиться в атмосферу, стать своим среди чужих.

Коэль поднял руку, и смех оборвался мгновенно. Воительницу он оттолкнул небрежным движением, отправив её на два шага назад. Лицо командира вдруг стало сосредоточенным, и весь отряд замер в ожидании.

Серые глаза буравили меня, намекая на продолжение разговора.

— Расскажу всё, что знаю. Но прошу вас упокоить каждого ублюдка, что попадётся по пути. Не щадите никого! И второе…

— Не наглей, мертвяк!

Бердыш качнулся в его руках, напоминая о близости смерти.

Глава 21

Судя по стиснутым зубам и колкому взгляду, этот жестяной рыцарь имеет проблемы с самообладанием. Пора начинать выступление, которое я мысленно пережил сотни раз.

— Просто выслушайте. На самом деле ничего сложного. Однажды я нашёл удивительный трактат на нижнем уровне некрополя. Древний фолиант поведал мне великую тайну. Там, наверху, за пределами нашего мрачного мира, простирается земля, которую заливают потоки чистого света! А на небесном своде пылает великий костёр, который писатель называет «Соларисом»! И каждый векс владыка света вступает в смертельную схватку с грозной Вортаной, повелительницей теней.

Рука взметнулась к каменному своду грота. Пальцы растопырились, пытаясь ухватить дневное светило. На лице расцвела мечтательная улыбка зомби, грезящего о недостижимом.

— О, как жаждет моя душа увидеть это божественное противостояние! Как мечтаю я ощутить тепло Солариса на своей холодной коже! Когда помогу вам пройти подземелье, позвольте мне пойти за вами к свету! Обещаю, что после этого я скроюсь в дремучих лесах и пойду по пути отшельника. Буду питаться опавшими листьями и росой. Не причиню хлопот ни одному живому существу.

Навык «Обаяние» повышен до 198 уровня.

Воины переглядывались, не зная, как реагировать на такое признание. Кто-то почесал затылок сквозь шлем. Лучник опустил лук, забыв держать стрелу на тетиве. Женская треть отряда прижимала ладони к груди, часто моргая. Даже суровый ветеран с двуручным мечом отвернулся, сделав вид, что проверяет крепление ножен. Воительница с аркебузой шмыгнула носом. Её пальцы смахнули что-то с щеки — то ли пылинку, то ли слезу.

— Да не вопрос! — Коэль расплылся в широкой ухмылке. — Ну, конечно же, мы поможем тебе выбраться наружу! Даю фалангу мизинца на отсечение!

Каждое слово сочилось издёвкой. Он даже поднял левую руку, покачивая мизинцем перед моим носом. Несколько воинов улыбнулось, уловив сарказм командира.

Я изучал реакцию присутствующих и обратил внимание на Тлишку. Молодая девушка выдохнула так тяжело, что плечи опустились. Спина ссутулилась, будто пытаясь стать меньше, незаметнее. Голубые глаза смотрели на меня с такой печалью, что в груди защемила тоска. В этом взгляде читалось сочувствие и обречённость. Судя по всему, она уже видела подобные сцены, когда командир играет с жертвой, а потом всё равно убивает. Понятное дело, заступаться за говорящего мертвеца перед своими она не стала. Да и кто послушает неопытную девчонку семидесятого уровня? Лишь на смех поднимут. Даже интересно стало, как она умудрилась угодить в такую компанию? Знаю не понаслышке, что зачастую девушек тянет к плохим парням. Возможно, причина именно в этом.

— Тогда слушайте внимательно, — я перешёл на деловой тон. — В самом низу подземелья обитает лич, который всё свободное время занят лишь одним. Зар’Кулдан тренирует навыки и растёт в уровнях с маниакальным упорством. Недавно взял четырёхсотый.

— Четырёхсотый? — с сомнением в голосе спросил Коэль. — Я тебе что говорил? Обманешь — и располовиню!

Бердыш взметнулся над головой командира. Лезвие засвистело, рассекая воздух. Я отпрянул назад, но острия клинков уткнулись между лопаток.

— Погоди, капитан, — вмешался высокоуровневый иллюзионист преклонного возраста. Морщины избороздили его лицо; в коротко стриженных волосах серебрилась седина. — В теории такое возможно. Глифы врать не будут. Местечко здесь, мягко скажем, странное. Интуиция советует мне проявить осторожность. Давай дослушаем мертвеца.

Коэль медленно опустил оружие, но взгляд остался прикованным к моему лицу. Ноздри раздувались от тяжёлого дыхания.

— Благодарю! — я поспешил воспользоваться передышкой, не дожидаясь разрешения командира. — Лич умеет парить над землёй и телепортироваться. А его взгляд! Один раз он посмотрел на моего единственного друга, зомби по имени Дронкс, и тот превратился в ледяную статую за секунду. Знаете, почему лич это сделал?

Авантюристы затаили дыхание.

— Просто так! Для развлечения! Дронкс принёс мне свежую рыбу из подземной речки, а Зар’Кулдан заморозил беднягу, потому что ему показалось забавным наблюдать за отчаянием в моих глазах. Но самое главное другое. Запомните эти слова, и пусть они врежутся в память. Таких хитрых и злобных существ вы ещё не встречали! Все зомби некрополя только и судачат о том, что Зар’Кулдан рождён самой бездной!

Следующие несколько минут я плёл паутину полуправды. Рассказывал о реальных ловушках, но преувеличивал их смертоносность. Обрисовывал существующие проходы, но добавлял несуществующие тупики. Упоминал настоящих обитателей подземелья, но приписывал им фантастические способности. Лица слушателей менялись от скептицизма к тревоге и обратно. Завершил рассказ баснями о несметных сокровищах и огроменном сундуке в финальном гроте, который переливается всеми цветами радуги, но отпугивает мертвецов. Тяжело было не усмехнуться, глядя на их алчные ухмылки.

— Там, впереди, вход в некрополь, — я указал рукой направление. — Опасайтесь скелетов-лучников на стенах.

— Не смеши мои латные сапоги, — рассмеялся Коэль и сплюнул. — Ты идёшь впереди, мертвяк. Шаг влево, шаг вправо — равно смерть. Если что-то удумаешь, располовиню без предупреждения. Ты понял меня?

— Угу.

Отряд выстроился в боевой порядок. Воины ближнего боя заняли позиции по флангам, клинки наголо. Маги и лучники держались в центре, защищённые со всех сторон. Двадцать шагов отделяли меня от острия ближайшего копья.

Чуткий слух улавливал обрывки разговора позади.

— Капитан, предлагаю не убивать болтуна после прохождения подземелья, — сказал кто-то гнусавым голосом. — Продадим его вместе с самыми слабыми рабами на невольничьем рынке Кхарата. Говорящий разумный зомби — товар уникальный. Коллекционеры выложат пару десятков тысяч осколков минимум.

— Посмотрим, — хмыкнул Коэль.

Я проходил мимо рукотворных массивных деревянных балок, поддерживающих свод пещеры лишь для вида, и переваривал услышанное. Работорговцы, значит. Что ж, одну из своих миссий считаю выполненной, ведь убедился в том, что дело наше — правое.

Моя рука взметнулась вверх, останавливая продвижение отряда.

— Внимание! Здесь ловушка! — громко оповестил я и показал на тонкую металлическую нить, протянутую поперёк прохода в десяти сантиметрах от пола. В полумраке пещеры проволока почти сливалась с тенями. — Не заденьте растяжку. В противном случае произойдёт взрыв, и потолок обрушится.

Осторожно перешагнул через нить, демонстрируя безопасный способ преодоления препятствия.

— И без тебя видим, — фыркнул Коэль, но его глаза внимательно изучали механизм ловушки.

Растяжку установили совсем недавно. Скелет-траппер, сохранивший навыки из прошлой жизни, потратил целые сутки на идеальную маскировку механизма. Проволоку принёс зомби-клептоман, один из тех, кого я просил тащить в финальный грот всё интересное. Порох синтезировал Ширайя из селитры, угля, серы и некоего магического порошка. Ингредиенты мы нашли в алхимической лаборатории. Взрывчатку упаковали в кожаные мешочки и замуровали в специально выдолбленные ниши. Деревянные балки служили не только опорой — внутри них скрывались дополнительные заряды.

Авантюристы переступали через растяжку по одному, соблюдая предельную осторожность. Когда последний боец миновал ловушку и удалился на безопасное расстояние, капитан внезапно приказал остановиться. Его голова медленно повернулась назад, глаза сузились в подозрительном прищуре.

— Что-то мне не верится, что мертвяки знают о взрывчатке. Мы же не в пиратском подземелье. Клодья, сможешь попасть в металлическую нить?

Воительница закатила глаза, но послушно изготовила аркебузу.

— Смотри и учись!

Приклад уткнулся в плечо. Ствол замер, нацеливаясь на тонкую проволоку. Палец медленно сжал спусковой крючок.

БАБАХ!

Металлическая нить лопнула с едва слышным звоном, и ловушка сработала.

Заряды сдетонировали одновременно, и мощность взрыва превысила все наши расчёты. Взрывчатка внутри опор усилила разрушительный эффект цепной реакцией. Потолок пещеры вздрогнул, по своду побежали трещины, расходящиеся во всех направлениях. Массивные валуны начали отделяться от потолка. Камни разных размеров посыпались вниз, грохоча о пол и разлетаясь на осколки. Обвал нарастал с каждой секундой, превращая свод в смертельный каменный дождь.

Мой с Такеши план предполагал небольшой взрыв, чтобы я втёрся в доверие. К тому же мы рассчитывали на локальное обрушение, достаточное для создания громкого сигнала, дабы лучники приготовились к атаке. Но реальность показала нам средний палец. Ширайя создал порох невероятной мощности.

Инстинкт самосохранения взял верх над всем остальным, и я дал дёру. Камни сыпались со всех сторон, позади слышались панические крики.

Последний рывок — и я вылетел наружу, к стенам некрополя.

Клодья выскочила из пыльного облака следом, светящиеся узоры на её лице пылали красными тонами.

— Дебил! — кричала она. — Тупоголовый кретин! Идиот бронированный! Ты чуть не угробил всех нас своим дурацким приказом!

— Хватит истерить, страшила! Я же пошутил, а ты взяла и выстрелила! Психопатка чёртова!

Авантюристы выбегали из разрушающейся пещеры один за другим. Кто-то кашлял, отплёвываясь от пыли. Воин с алебардой хромал, придерживая ушибленное бедро. Маги отряхивали мантии. Но выжили все. К моему глубочайшему сожалению, ни один из них не остался под завалами.

Стены некрополя возвышались в сотне метров. Я заметил лысый череп Такеши, который медленно вырос из проёма парапета. Костлявая глазница внимательно наблюдала за разворачивающейся сценой ругани командира и его спутницы.

Пора подавать сигнал. Я схватился за голову, изображая панику. Правая рука прижалась к груди, пытаясь успокоить мёртвое сердце. Левая медленно опустилась вдоль тела, указательный и средний пальцы оттопырились в незаметном жесте. Две цели. Приоритетные. Далее обозначил взглядом, какие именно.

Такеши кивнул, что-то прощёлкал челюстями и махнул рукой.

Полтора десятка скелетов одновременно выскочили из-за зубцов стены с натянутыми луками. Спустя мгновение синхронный залп выплюнул смертоносные снаряды.

Целитель в белоснежной мантии вздрогнул, когда град стрел обрушился на него. Две пробили череп — одна вошла в глазницу, другая в висок. Ещё пара пронзила горло. Остальные впились в грудь, превращая область сердца в решето. Тело целителя качнулось, руки взметнулись в последней попытке сотворить исцеляющее заклинание. Пальцы сплелись в сложном жесте, но магия угасла вместе с жизнью. Белая мантия мгновенно окрасилась алым. Целитель рухнул лицом в пыль, стрелы торчали из его тела, как иглы у дикобраза.

Скелеты исчезли за парапетом так же быстро, как появились. Звук вновь натягиваемых тетив едва слышно донёсся сверху.

— Нет! — вскрикнула одна из волшебниц. Она бросилась к упавшему целителю. — Мастер Элион!

— Оборонительная формация! — голос Коэля перекрыл панические крики. — Стена щитов! Маги в центр!

Прозвучал второй залп.

Взрыв в пещере сыграл нам на руку, ведь невидимый ассасин оказался демаскирован. Он был покрыт пылью с головы до ног. Второй залп настиг его мгновенно. Сразу несколько стрел впились в плечо, живот и бедро одновременно. Он попытался увернуться, но снаряды уже нашли свои цели. Скрытность окончательно спала, полностью проявив его силуэт. Яд действовал мгновенно. Кожа вокруг ран почернела, по венам побежали тёмные полосы.

Ассасин упал на колени. Рот открылся в беззвучном крике, но вместо слов из горла хлынула кровавая пена. Пальцы скребли по земле, оставляя борозды. Конвульсии сотрясали тело. Через несколько секунд агонии он затих, застыв в неестественной позе.

К тому времени щиты вокруг отряда сомкнулись и образовали барьер. Клинки и копья выставились вперёд ощетинившимся частоколом.

— Дальнобойщики, ответный огонь по стенам! — скомандовал Коэль.

Я поспешил прикрыть их фланг и встал спереди иллюзиониста. Щит взметнулся перед пожилым магом как раз вовремя — три стрелы звякнули о металл там, где секунду назад находилась его голова. Старик вздрогнул от близости смерти, морщины на лбу углубились. Я перехватил его взгляд и подмигнул, затем развернулся так, чтобы моё правое бедро и плечо остались открытыми для следующего залпа. Пусть думает, что это неуклюжесть зомби.

Свистнул очередной рой стрел, звонко врезаясь в щиты. Несколько нашли бреши в обороне — воин слева взвыл, когда наконечник пронзил его икру. Ещё один схватился за пробитое колено. Две стрелы угодили в меня. Первая вошла в бедро, вторая пробила плечо насквозь. Латный нагрудник треснул от удара — металл оказался не прочнее яичной скорлупы. Проклятая рухлядь досталась мне в арсенале!

Клодья вскинула аркебузу и выстрелила. На стене взорвался череп скелета-лучника. Следом загрохотали другие огнестрельные орудия. Два скелета не успели пригнуться и погибли.

— Даю ультимативную! — крикнул один из магов.

Танки расступились, создавая коридор. Из строя вышел мужчина в тёмно-синей рясе. Его руки начертили в воздухе сложный узор. Камушки под ногами мага оторвались от земли, закружились вихрем. Перед ним материализовался валун размером с карету. Гранитная глыба пульсировала внутренним светом, покрывалась трещинами от избытка вложенной силы.

Маг толкнул руки вперёд. Валун сорвался с места, оставляя за собой огненный след. Удар пришёлся точно в основание стены. Кладка не выдержала, и каменные блоки разлетелись во все стороны, образовав пролом шириной в пять метров. Взрывная волна подбросила несколько скелетов в воздух. Они кувыркались, теряя конечности, и падали вниз разрозненными костями.

Взгляд Такеши встретился с моим сквозь пыльную завесу. Я подал условный сигнал к отступлению на второй рубеж обороны, быстро моргнув три раза. Череп якудзы качнулся в понимании, после чего силуэт исчез.

Оставшиеся лучники пытались отстреливаться, но их положение стало безнадёжным. Магические снаряды и пули накрыли стены плотным потоком. Один за другим скелеты падали, и вскоре не осталось никого из них.

Я схватился за торчащие из тела стрелы, изображая попытку вытащить их. Древки обломились с громким треском, оставив наконечники в плоти.

— Спасибо, что прикрыл, — прошептал иллюзионист и похлопал меня по плечу.

Внезапно чьи-то пальцы вцепились в край нагрудника сзади, металл врезался в шею. Ноги оторвались от земли, и я полетел по дуге через плечо нападавшего. Почва встретила спину жёстким ударом. Тело перекатилось через голову, латы заскрежетали по камням. Ещё один кувырок — и я распластался на животе, выплёвывая пыль.

— Ты, мразь! Мы потеряли четверых! — орал Коэль.

Я перекатился на спину и поднялся, стряхивая пыль с доспехов.

— Предупреждал же о лучниках. Чего вы ожидали, когда ступали в героическое подземелье?

Коэль сделал два широких шага, бердыш поднялся для удара. Но между нами встал иллюзионист. Старик выставил посох горизонтально, преграждая путь командиру.

— Остынь, брат. Сейчас я получу штраф к удаче, но и шут с ним. Информация из глифа, слушайте внимательно! С вероятностью один к тысяче подземелье может оказаться проклятым и многократно возрастает в сложности! Судя по всему, мы попали именно в такое! Если будем недооценивать врага, то сгинем в бездне!

Отряд замер. Воины переглядывались, кто-то выругался вполголоса. Новички побледнели ещё сильнее, если такое вообще возможно для серокожих. Коэль медленно опустил бердыш, после чего потерял ко мне интерес и направился к раненым.

— Давай помогу, — послышался голос Тлишки, которая внезапно оказалась рядом.

Девушка сжала древко двумя руками и дёрнула. Наконечник вышел с влажным чавканьем, оставив рваную дыру в плоти. Она отбросила окровавленный металл в сторону и принялась за второй осколок в плече.

— Спасибо, не стоило беспокоиться, — я поймал её запястье, останавливая. — Зомби не чувствуют боли и не истекают кровью. Видишь? Ни капли не вытекло.

— Просто хотелось помочь.

Коэль тем временем раздавал астерии соратникам. Сочные плоды исчезали в глотках бойцов, яд отступал, раны затягивались. Я наклонился ближе к Тлишке, понизив голос до шёпота.

— Скажи мне, как такая добрая и милая барышня оказалась в рядах головорезов?

Робкая улыбка мелькнула на её губах и тут же исчезла. Плечи напряглись, спина выпрямилась. Она огляделась, убеждаясь, что никто не подслушивает.

— Я лишь рабыня и следую указаниям. Все низкоуровневые личности в нашей группе — невольники. Обычно нас посылают первыми в бой, проверять ловушки или отвлекать монстров. Мастера не любят рисковать собственными шкурами. А если кто ослушается приказа…

Она провела пальцем по горлу.

— Показательно убивают на глазах у остальных. Для воспитательных целей. Ненавижу их за это! Каждого!

Последние слова она выплюнула с такой злобой, что меня едва не передёрнуло.

«Вот ведь грязные ублюдки!» — мысль чуть не вырвалась вслух, но я вовремя прикусил язык.

— Постарайся выжить сегодня и держись поближе ко мне.

— Ты какой-то странный зомби, — сказала она с хитрой улыбкой и развернулась.

— Погоди! Сколько именно среди вас рабов?

— Семеро осталось после стрел, — она указала подбородком на группу низкоуровневых бойцов. — Остальные обычные наёмники. Мастеров же пятеро… точнее, теперь четверо, — её глаза блеснули злорадством. — Как замечательно, что скелеты убили этого старого скупердяя Элиона! Он берёг каждую крупицу маны, считал недостойным тратить силы на исцеление рабов. «Пусть сдохнут и новых купим», — говорил. Теперь он мёртв, а мы стоим и дышим!

Тлишка сплюнула в сторону трупа целителя.

— И не волнуйся за меня, — продолжила она. — Я очень живучая. Не первое подземелье прохожу в качестве приманки.

Мой взгляд пробежался по отряду, выискивая других рабов. Вон тот тощий парень с кривым мечом — девяносто третий уровень. Женщина с длинным луком — семьдесят девятый. Крепыш с щитом и дубиной — сотый. Все они смеялись над моей походкой, отпускали нелепые шуточки, пытаясь выслужиться перед хозяевами. Жалкие подхалимы. Плевать я хотел на их судьбы.

Но Тлишка другая, ещё и сестрёнку мне напоминает своей манерой общения. Надо её вытаскивать. Чёрт… но как?

— Бойцы! — принялся командовать Коэль, чем прервал мои размышления. — В атакующую формацию! Заходим в некрополь! Никакой пощады мертвякам!

Воины выстроились клином. Я протиснулся в первые ряды, заняв место в авангарде. Никто не возразил. Более того, чувствовал, что заслужил доверие у большинства живых. Пора приступать к следующему этапу плана.

Глава 22

Отряд авантюристов хлынул в город мёртвых через разрушенную стену. Лица воинов горели азартом предстоящей битвы, руки крепко сжимали оружие. Боевые кличи разносились по окрестностям, отражаясь от почерневших стен.

Но эхо их голосов растворилось в гнетущей тишине пустынных улиц. Авантюристы растерянно озирались по сторонам. Проулки зияли чернотой провалов между домами, в окнах не мелькало ни единого силуэта. Для полной картины не хватало только перекати-поля, лениво плывущего по главной дороге.

— Так, дохляк, я не понял! — Коэль шагнул вперёд, покинув строй, и развернулся. — Где моя добыча? Почему здесь никого нет?

— Мертвецы крайне хитры. Вы продемонстрировали силу, потому они попрятались по углам и подвалам. Но я знаю место, где пасётся целая толпа безоружных зомби. Возле храма бога мёртвых собираются прихожане. И заранее предупрежу о стае бродячих псов. Они рыщут по городу и в любой момент могут напасть.

— Веди давай к своему храму, — приказным тоном сказал он и вернулся в боевую формацию отряда. — И помни, ты в шаге от располовинивания.

— Ага.

После короткой, но жаркой стычки со скелетами-лучниками авантюристы стали внимательными и недоверчивыми. Нужно ослабить их бдительность, дать им лёгкую победу.

Площадь перед храмом встретила нас толпой шатающихся фигур. Два десятка мёртвых прихожан бесцельно бродили между разбитыми скамьями, их руки безвольно болтались вдоль одежд. Стрелы и пули засвистели раньше, чем зомби успели повернуть головы в нашу сторону. Тела падали одно за другим. Бойцы ближнего боя остались позади, их клинки так и не коснулись гнилой плоти. Только несколько воинов метнули топоры, желая поучаствовать в бойне.

Последний труп рухнул на каменные плиты и авантюристы принляись собирать добычу. Коэль первым коснулся невидимых мне светлячков над большей частью поверженных врагов. Трое других мастеров подбирали остатки, пока рядовые бойцы молча наблюдали за дележом.

— Не прикасайтесь к жидкости в фонтане, — предупредил я, указывая на центр площади. — Она несёт проклятие.

Один из наёмников подошёл взглянуть на фонтан, за ним потянулся второй. Похоже, именно эти двое отличались особым любопытством. Они приблизились к каменному бортику и замерли над тёмным зеркалом воды.

Чёрные ленты взметнулись из глубины фонтана. Скользкие, похожие на щупальца отростки обвили ноги и руки наёмников, потянули вниз. Крики захлебнулись в бурлящей жиже. Из тёмных вод поднялась высокая фигура. Мумия-проповедник, которому Ширайя приказал оставаться в засаде, крепко держал свою добычу, погружая головы жертв под поверхность.

Отряд на мгновение растерялся. Первыми опомнились стрелки. Они подбежали ближе и принялись за работу. Пули вонзались в плоть, ломали кости. Ликвидировать мумию не составило труда.

Пальцы нащупали в кармане заготовленную пробирку с ядом. Я выдернул пробку незаметным движением и позволил маслянистой жидкости растечься по ладони.

Схватив обоих наёмников за шкирки промокшей одежды, выволок их из фонтана. Вода там плескалась совершенно обычная, пригодная даже для питья по меркам мертвецов. Никакого проклятия в ней не таилось.

Спасённые бойцы отряхнулись и коротко кивнули мне в знак благодарности. Один достал из рюкзака флягу и начал смывать чёрную жижу с лица. Второй выудил несколько голубоватых плодов размером с кулак. Пузырники. Жидкость брызнула, когда наёмник разорвал плёнку. Жасминовый аромат защекотал ноздри, пробудив воспоминания о временах на стартовом острове.

Яд проникал через кожу и ткань одежды там, где мои ладони касались наёмников. Первые признаки проявились быстро. Движения бойцов становились заторможенными, руки дрожали, когда они пытались убрать фляги обратно в рюкзаки. Глаза панически метались в разные стороны, лица исказились гримасами боли.

Остальные авантюристы попятились назад.

— Добить их, — приказал Коэль. — Чтоб не мучались.

После пары прозвучавших выстрелов он равнодушно смотрел на мёртвые тела своих бойцов. Никто из мастеров даже не попытался исцелить их. Жизнь рядовых наёмников не стоила траты ценных медикаментов.

— Отсюда недалеко до алхимической лаборатории, — прервал я возникшую паузу. — Внутри множество дорогих на вид предметов. Алхимик собирал редкие ингредиенты и артефакты. Вам такое интересно?

Коэль не сводил взгляда с моего лица, будто ожидал, что оно само выдаст тайну. В ответ я небрежно почесал подбородок.

— Что ты задумал? — выпалил командир отряда. — В ловушку хочешь завести?

— Нет, я просто…

— Идёшь первым, — беспардонно перебил Коэль. — Если что не так, умрёшь тоже первым. Веди, и поживее.

В лабораторию мы заранее снесли всё самое ценное из всего некрополя. Несколько клинков редкого качества, с десяток флаконов с переливающимися жидкостями. Драгоценные камни, которые шахтёры находили в глубинах, разложили по полкам для большего эффекта. Скромная сокровищница, но достаточная, чтобы разжечь алчность в глазах авантюристов.

Дверь лаборатории поддалась с тихим скрипом. Я переступил порог первым, демонстрируя отсутствие опасности. За мной проскользнули двое рабов. Они обшарили углы, проверили потолок и пол, заглянули под столы.

— Здесь чисто, — доложил один из проверяющих, выпрямляясь.

Коэль ворвался в помещение. Его глаза загорелись при виде разложенных богатств. Руки хватали всё подряд, запихивая находки в бездонный рюкзак. Командир сгрёб последний флакон и небрежным жестом указал остальным на оставшиеся крохи.

Трое помощников бросились делить оружие необычного качества и прочий хлам, толкая друг друга локтями.

— Хм-м, — задумчиво протянул Коэль и приблизился ко мне вплотную. — Признаю, какая-то польза от тебя есть. А знаешь ещё такие места? У нас нет времени обследовать каждое здание. Поэтому мы соберём самое ценное и двинемся на нижний уровень.

— В таком случае предлагаю вам заглянуть в арсенал кузнеца, — я приподнял брови и загадочно улыбнулся, будто увидел сокровище. — Помимо качественной экипировки заметил там слитки зелёного металла, которые светятся в темноте. Ремесленник называл их «Флоридием» и грозился расплющить голову каждому, кто дотронется до его запасов.

Навык «Обаяние» повышен до 199 уровня.

Зрачки Коэля расширились. Рот приоткрылся, обнажая зубы.

— Флоридий? Ты уверен? Много там слитков?

— Небольшая горка высотой по голень. Около тридцати единиц, если прикинуть на глаз.

— Почти миллион осколков! С этого и надо было начинать! — негромко, но с удивлением высказался он, после чего развернулся к соратникам и объявил во всю глотку: — Отряд, выдвигаемся немедленно! Бегом!

— Только имейте в виду, — я поднял палец, привлекая внимание. — У кузнеца рядом с именем красные глаза нарисованы. Символ опасности. А сам он выглядит как ожившая гора мышц. Молот в его руках весит больше, чем я целиком. Очень опасный противник.

— Всего лишь один элитник, — фыркнул он пренебрежительно. — Легкотня для нашего отряда.

Прекрасно. Главное блюдо готово к подаче. Внутри поднималась волна злорадного смеха, грозившая вырваться наружу раскатистым хохотом настоящего злодея. Пришлось закусить губу, чтобы сдержать порыв. Лицо сохраняло выражение услужливой покорности, пока мы двигались навстречу кузнецу.

Узкая улица петляла между покосившимися домами некрополя. Каменная кладка стен осыпалась от времени, оставляя на мостовой груды щебня. В ширину дорога едва достигала трёх метров, заставляя отряд растянуться двумя колоннами. Авантюристы шли плечом к плечу, их доспехи порой скрежетали о шершавые стены по обеим сторонам.

Двух- и трёхэтажные здания нависали над головами, создавая подобие каменного коридора. Редкие проулки между домами были завалены мусором. В пустующих окнах торчали доски или виднелись обломки рам.

Я шёл спереди и часто оглядывался. Несколько бойцов в середине колонны начали нервничать. Мастер-иллюзионист замедлил шаг, его пальцы потянулись к амулету на груди. Интуиция опытных бойцов чуяла западню.

Когда послышались шепотки, а отряд замедлился, Коэль приказал продолжать движение. Он не желал отвлекаться на «чепуху», когда впереди маячила щедрая награда. Каков же идиот!

Я продолжал вести отряд вперёд, считая дома. Вот нужное здание с обрушенной крышей. Ноги сделали ещё несколько шагов мимо условной метки. Лёгкие наполнились воздухом до предела. Голосовые связки напряглись.

— Стойте!

Мой крик пронёсся по улице. Мгновением позже началось то, ради чего я разыгрывал весь этот спектакль.

Оглушительный грохот ударил по ушам, и в тот же миг камни вместе с пылью взметнулись вверх. Ударная волна толкнула меня вперёд, заставив споткнуться о собственные ноги. Магическая взрывчатка Ширайи вновь сработала лучше, чем мы рассчитывали.

Два трёхэтажных дома с заранее ослабленными несущими стенами рухнули друг на друга. Тонны обломков погребли под собой нескольких авантюристов в самом центре колонны. Их крики оборвались, заглушённые грохотом обрушения. Каменная лавина перегородила улицу, отрезав авангард от арьергарда.

Двери домов распахнулись одновременно, выпуская наружу толпы мертвецов. Зомби выламывали ставни, вываливались из окон, карабкались через подоконники. Гнилая плоть шлёпалась о землю. Некоторые ломали конечности при падении, но продолжали ползти к живым, волоча переломанные кости.

Мертвецы двигались хаотично, петляли между обломками, делали неожиданные рывки в стороны.

Впереди по улице маршировала фаланга скелетов. Полторы сотни вооружённых костяных воинов с каждым шагом набирали ход. Такеши держался в тылу скелетного войска, координируя атаку.

Где-то позади, за грудой обломков, должен был орудовать Черныш со стаей мертвых псов. Каменная преграда и клубы пыли скрывали происходящее на другой стороне завала.

План требовал моего незаметного исчезновения с поля боя под прикрытием хаоса. Но появилась непредвиденная переменная, заставившая пересмотреть намерения.

Разбег в несколько шагов дал необходимый импульс. Активация «Рывка» придала телу дополнительное ускорение. Ноги с силой оторвались от земли. Полёт завершился столкновением с нагромождением камней. Металлический нагрудник звякнул от удара, но пальцам удалось зацепиться за выступающий кусок стены.

Мышцы напряглись, подтягивая тело наверх. Камни осыпались под ногами, грозя увлечь вниз. Наконец удалось вскарабкаться на вершину завала. Оттуда открывался вид на обе стороны улицы, затянутые пеленой пыли.

Прыжок вниз завершился жёстким приземлением. Колени подогнулись, ладони шлёпнулись о почву, смягчая падение. Кости загудели от удара, но остались целыми.

Оказавшись по другую сторону завала, я принялся искать Тлишку. Пыль оседала на языке, застилала обзор серой пеленой. Видимость не превышала пары метров. Пришлось полагаться на другие чувства.

Обострённый слух улавливал звуки битвы. Где-то справа раздавался влажный хруст — пёс рвал чью-то глотку, его челюсти смыкались на хрящах трахеи. Слева грохотали выстрелы пистолей. Металлический звон оповещал о столкновении клинков.

Пыль начала оседать, открывая картину сражения. Среди хаоса выделялась фигура воительницы с массивной аркебузой. Её пальцы мелькали в бешеном ритме, вытаскивая порох и пули из подсумков на поясе. Движения приобрели неестественную скорость, размывались в воздухе. Ультимативная способность разгоняла время вокруг её рук, позволяя перезаряжать оружие за считанные мгновения.

Каждые несколько секунд дуло аркебузы изрыгало пламя. Вспышки огня прорезали серую пелену, указывая местоположение стрелка.

Я пригнулся и двинулся в обход, используя клубы пыли как прикрытие. Ноги ступали беззвучно по земле, огибая тела павших. Воительница сосредоточилась на стрельбе, не замечая приближения сзади. Её плечи напряглись от отдачи очередного выстрела.

Булава описала дугу в воздухе. Навершие с хрустом врезалось в основание черепа. Глаза воительницы закатились, пальцы разжались, выпуская аркебузу. Тело рухнуло, конечности безвольно раскинулись в стороны.

Следующей целью стал наёмник-маг в потрёпанной мантии. Он выкрикивал заклинания, пытаясь создать защитный барьер вокруг уцелевших товарищей. Сосредоточенность на плетении чар сыграла с ним злую шутку. Удар шестопёра прервал заклинание на полуслове.

Рука замерла в начале третьего замаха. Сквозь пыль проступили знакомые очертания. Глаза Тлишки расширились от ужаса, рот приоткрылся для крика.

Бросив щит, я схватил девушку за запястье. Она попыталась вырваться, упёрлась ногами в землю. Времени на уговоры не оставалось. Пришлось подхватить её поперёк талии и взвалить на плечо. Тлишка забилась, колотя кулаком по спине, но удержать девушку весом в половину меня не составляло труда для тела мертвеца с парой сотен силы в характеристиках.

Ближайший дом встретил нас распахнутой дверью. Я нырнул внутрь, миновал покосившуюся лестницу с обвалившимися ступенями. Через широкий пролом в стене мы выбрались на параллельную улицу.

Тлишка, воспользовавшись моментом, треснула меня посохом по спине, когда я ослабил хватку. Девушка выскользнула и отпрыгнула на безопасное расстояние. Острие посоха нацелилось мне в грудь. Правая ладонь засветилась голубоватым сиянием, воздух вокруг неё завихрился, формируя боевое заклинание.

— Им всем конец. Если жизнь дорога — следуй за мной. Быстро!

Лицо девушки исказила паника. Брови сошлись к переносице, губы задрожали. В глазах плескалось отчаяние, смешанное с яростью.

— Что ты задумал? Почему завёл нас в западню? — голос срывался на крик.

— Нет времени на разговоры, — я попятился к выходу из переулка. — Сегодня твои мастера умрут. Повторю ещё раз: если хочешь обрести свободу и не сгинуть вместе с остальными — следуй за мной!

Не дожидаясь реакции, сорвался с места. Ноги понесли прочь от поля боя, перепрыгивая через обломки и огибая покинутые повозки. За спиной раздался топот. Тлишка нагнала и сравнялась со мной. Её дыхание сбивалось, пот струился по вискам, но девушка упрямо держала темп.

— Что, Парадигма тебя подери, происходит? — выдохнула она.

Слова лились потоком, пока мы бежали по опустевшим улицам. Я рассказывал о трёх личностях в телах мертвецов, заброшенных системой в подземелье. О долгих неделях подготовки ловушек и укрепления обороны. О превращении некрополя в адскую мясорубку. Умолчал только о конечной цели, поставленной системой: уничтожить всех вторгшихся авантюристов и защитить подземелье любой ценой. Каким образом решать вопрос с девушкой-рабыней, пока не представлял.

Каменная арка обозначала вход в катакомбы, возле которого сидел Черныш. Пёс терпеливо ждал, положив морду на передние лапы, и навострил уши, заметив наше приближение.

Тлишка застыла. Ноги не слушались, посох дрожал в руке, а вторая ладонь закрывала рот, сдерживая вскрик. Даже в спокойном состоянии главный зомби-пёс некрополя производил впечатление.

— Не переживай, он не кусается, — я похлопал питомца по загривку, демонстрируя безопасность. — Так ведь, Черныш?

Пёс поднял голову и радостно гавкнул дважды. Хвост замолотил по земле, поднимая облачка пыли, а пасть приоткрылась в подобии собачьей улыбки.

Звуки битвы доносились откуда-то издалека. Не прошло и минуты, как мы увидели силуэт бегущего к нам скелета. Башенный щит на его левой руке превратился в изуродованный кусок металла. Вмятины и пробоины покрывали всю поверхность. Из нагрудника торчал ёжик стрел.

Костяной палец взметнулся вверх, указывая на Тлишку. Челюсть скелета клацнула несколько раз в яростном скрежете, а фальчион уже выскользнул из ножен на поясе.

Я шагнул между ними, преграждая Такеши путь раскинутыми в стороны руками.

— Она с нами! Мы что-нибудь придумаем!

Пустые глазницы уставились на меня, потом на девушку. Скелет убрал оружие в ножны и махнул рукой в сторону спуска в катакомбы.

Такеши двигался впереди, обильно жестикулируя при этом. После череды знаков и пантомим я усвоил главное: выжило немногим более десятка авантюристов, треть от изначального состава. Коэль и его телохранители из авангарда прорвались через окружение с минимальными потерями. Все стрелки из арьергарда погибли в неравном бою.

Вскоре мы оказались в финальном гроте, где я присел на корточки и ловко надел коньки вместо истрёпанных сапог. Тлишка отшатнулась, когда я подхватил её под колени и Девушка попыталась вырваться, но моя хватка оставалась крепкой. Первый толчок конька отправил нас скользить по ледяной поверхности озера. Ветер засвистел в ушах, а Тлишка вцепилась в мою шею, впиваясь ногтями в кожу.

Доставил её к противоположному концу грота, к секретной пещере.

Ширайя сперва недоумённо парил в воздухе. Вскоре он решился и подлетел к нам, изображая подобие поклона, насколько позволяли окостеневшие суставы.

— Добро пожаловать в нашу весёлую компанию, — завыл он замогильным голосом.

Тлишка прижалась спиной к стене. Глаза тревожно наблюдали за личом, руки дрожали, посох выскользнул из ослабевших пальцев. Девушка открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни слова.

— Эта пещера — наибезопаснейшее место в подземелье. Когда начнётся драка с финальным боссом, не мешайся под ногами и жди нас именно там, — сказал я, дружелюбно улыбаясь. — Кстати, не бойся лича. Это самый добрый старик, что встречался мне в жизни.

Левое веко Тлишки дёрнулось, следом дрогнула щека. Девушка сползла по стене на пол и обхватила колени руками. Глаза её отрешённо смотрели в одну точку.

Глава 23

Мы с Такеши заняли позицию возле ворот нижнего уровня. Компанию нам составили несколько скелетов-лучников. Это последние бойцы, если не считать ещё десяток стрелков, притаившихся в специально выдолбленных нишах финального грота.

Впереди простирался коридор с иллюзорным полом, где мы подготовили последнюю западню для гостей. Изначальная конструкция ловушки оказалась недостаточно смертоносной, поэтому её пришлось основательно доработать. Труженики-зомби расширили яму до десяти метров в глубину. Вместо примитивных деревянных кольев на дне теперь торчали стальные пики, чьи наконечники поблёскивали маслянистым налётом концентрированного яда.

Под фальшивым полом притаилась группа самых свирепых и голодных зомби некрополя. Главной заботой оставалось сохранить их молчание, чтобы преждевременный шум не выдал ловушку. Я просунул голову сквозь нематериальную плиту иллюзии. Дюжина бледных лиц мгновенно обернулась ко мне.

— Ведите себя тихо, — напомнил я, и зомби закивали в унисон, сжимая челюсти.

Томительное ожидание растянулось на два часа. Наконец из глубины усыпальницы донеслись звуки схватки. Вряд ли авантюристы попались на примитивную уловку с поддельным драгоценным камнем. После всех наших сюрпризов у них должна развиться паранойя такой степени, что собственную тень станут принимать за врага.

Я прижался к створке ворот, выглядывая одним глазом в коридор. Из проёма на противоположном конце показалась первая фигура, за ней вторая. Коэль отправил уцелевших наёмников и рабов на разведку. Бедолаги прошли несколько шагов, озираясь и проверяя каждый камень на полу. Убедившись в отсутствии явной угрозы, они махнули рукой остальным.

Весь отряд втянулся в коридор и медленно двинулся вперёд. Девять фигур — всё, что осталось от некогда крупного отряда. Среди мастеров уцелели лишь седовласый иллюзионист да сам Коэль.

— Наш выход, — прошептал я Такеши.

Скелет повернулся к лучникам и прощёлкал челюстью серию команд.

Расправив плечи и шагая с самой наглой походкой, какую только мог изобразить зомби, я вышел в коридор. Такеши и лучники двигались следом, их кости поскрипывали при каждом шаге. Авантюристы застыли на месте. Около двухсот метров разделяло наши группы в длинном коридоре.

— Эй, неудачники, как поживаете? — крикнул я и помахал оттопыренным средним пальцем.

Эхо подхватило последние слова и повторило их несколько раз. Лицо Коэля надо было видеть: багровые пятна проступили на щеках, рот открылся для яростного ответа.

Тетивы запели раньше, чем командир успел выкрикнуть что-то наверняка похабное. Двое щитоносцев среагировали мгновенно, сомкнув защиту перед отрядом. Металл зазвенел под градом наконечников, но авантюристы остались на месте. Коэль жестом указал вперёд. Четверо бойцов нерешительно шагнули из-за щитов, переглянулись и замерли, не желая идти дальше под обстрелом.

Я навострил уши, улавливая обрывки разговора.

— Мастер, впереди ловушка! Пощадите! — голос одного из рабов дрожал, в нём звучала мольба.

— Вперёд я сказал! Убить их всех! Или располовиню!

— Но…

ХРЯСЬ!

Бердыш описал дугу и обрушился на голову несчастного. Массивное лезвие вошло в череп и прорезало плоть насквозь до самого паха, разделяя тело на две симметричные половины. Металл высек искры, врезавшись в каменную плиту пола. Обе части рухнули в разные стороны, внутренности вывалились наружу, кровь растеклась тёмной лужей.

Трое оставшихся подчинённых замерли на мгновение, их лица побелели. Коэль сделал угрожающий шаг вперёд, поднимая окровавленное оружие, и рабы мгновенно сорвались с места.

Первый беглец пробежал всего десяток шагов, и стрела вошла ему точно между бровей. Тело по инерции двинулось дальше, затем рухнуло плашмя.

Двое других с воплями ужаса провалились сквозь иллюзорный пол. Снизу донеслись глухие удары тел о металлические пики, затем возня, голодное рычание дюжины глоток и звуки разрываемой плоти. Крики оборвались через несколько секунд, сменившись чавканьем и довольным урчанием.

Иллюзионист извлёк из рюкзака старинную на вид переносную лампу. Артефакт излучал голубоватое сияние. Под его светом нематериальный пол стал прозрачным, обнажив кошмарную картину внизу. Зомби рвали останки упавших, их морды и руки покрылись кровью. Я даже не подозревал о существовании предметов, способных развеивать миражи.

Коэль оскалил зубы в усмешке, и взгляд его обещал медленную, мучительную смерть. Остатки отряда сомкнулись вокруг командира, щиты сложились в подвижную стену. Прикрытые ею, авантюристы осторожно двинулись вперёд по узкой полосе настоящего пола.

— Отходим.

Такеши кивнул, и мы устремились в финальный грот.

Пальцы привычно затягивали шнуровку коньков, когда рядом возник парящий силуэт Ширайи.

— Осталось пятеро, — доложил я, проверяя крепление лезвий. — Самые сильные и везучие из всей своры. Дальше — твой выход, старина. Помнишь тактику, которую мы обсуждали?

— Помню. Я… постараюсь не подвести.

Костяные фаланги лича мелко подрагивали, пальцы то сжимались, то разжимались. Страха в нём не чувствовалось: скорее, волнение артиста перед премьерой, от которой зависит вся его дальнейшая судьба.

— Победа будет за нами! — я похлопал элитного босса по плечу и заскользил по ледяной глади к потайной пещере.

Добравшись до края катка, сошёл со льда, и коньки зацокали по камням. Прямо у входа в секретную каверну мы соорудили деревянную перегородку. Доски подогнали неплотно, оставив пару щелей для наблюдения. За такой ширмой можно укрыться от чужих взглядов и одновременно следить за происходящим.

Тонкие прожилки биолюминесцентных корней опутывали стены и потолок. Удивительные растения проросли всего за пару суток после того, как мы расширили каверну. Их фиолетовое свечение озаряло напряжённое лицо девушки. Она сидела на полу и покусывала нижнюю губу.

— Ты как? — спросил я, располагаясь рядом.

— Не могу поверить своим глазам. Нахожусь среди чудовищ, и они… защищают меня. А огромный зомби-пёс лижет мою ладонь, будто принимает за друга. Может, всё происходящее просто сон?

— Увы, явь, потому привыкай. Скоро начнётся главная битва. Если проиграем, скажешь Коэлю, что мы тебя пленили.

Её рука метнулась вперёд и вцепилась в моё запястье. Пальцы дрожали, но хватка оказалась на удивление крепкой.

— Не смейте проигрывать! Я не хочу снова в рабство! — её голос дрогнул, прерываясь всхлипом. — Уж лучше жить свободной среди мертвецов, чем невольной среди жестоких хозяев. Вы даже не представляете, что мне приходилось делать, чтобы выжить. Какие унижения терпеть, каким приказам подчиняться…

Слёзы покатились по щекам, оставляя влажные дорожки. Светящиеся узоры на её коже потускнели, окрасившись в глубокий индиго. Я положил ладони на плечи девушки и слегка встряхнул, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Расскажи вкратце о способностях Коэля и иллюзиониста. Любая информация поможет нам победить.

Тлишка шумно втянула воздух, вытерла лицо рукавом мантии и заговорила. Слова лились торопливым потоком. Командир отряда, носящий титул «Скард», владел двумя ультимативными навыками, которые берёг специально для финального босса. Первую способность она наблюдала многократно во время прошлых вылазок. Вторую же Коэль ни разу не применял в её присутствии.

Я выскочил из пещеры и окликнул Ширайю. Выслушав информацию о способностях врагов, он задумчиво потёр подбородок, а я внёс некоторые коррективы в план.

Вернулся в укрытие и занял позицию у деревянной перегородки рядом с Такеши. Мы прильнули к щелям между досками, наблюдая за входом в грот. Ширайя спрятался за одной из каменных стен прямо по центру катка.

Ждать пришлось недолго. Пятёрка авантюристов появилась в проёме, их силуэты чётко вырисовывались на фоне тёмного тоннеля. Они замерли на пороге, осматривая необычное убранство грота. Взгляды скользили по книжному шкафу, забитому фолиантами, по расставленным креслам, по столику с шахматными фигурами. Но больше всего их поразила ледяная гладь, которая заняла почти всё пространство.

— Где босс? — прорычал Коэль, оглядываясь по сторонам.

Авантюристы сбились в плотную группу, почти соприкасаясь спинами. Оружие держали наготове, но противника не наблюдалось. В обычных подземельях вход в финальную локацию обрушивался сам собой или во время битвы с боссом, отрезая пути к отступлению. Однако сейчас ничего подобного не произошло. Мы рассматривали вариант с закладкой взрывчатки у входа, но риск оказаться погребёнными под завалом перевешивал выгоду.

Ширайя выждал идеальный момент. Когда вся пятёрка остановилась на краю ледяного поля, лич высунулся из-за укрытия. Руки нарисовали в воздухе магический завиток, и морозная волна ударила в плотно стоящих врагов. Щитоносец не успел среагировать. Его тело мгновенно покрылось толстой коркой льда. Боец превратился в застывшую статую с удивлённым выражением лица. Коэль лишь поёжился, когда иней осел на бровях. Легендарная броня погасила большую часть магических повреждений. Остальные члены отряда посинели от холода, их движения заметно замедлились.

Ширайя вылетел из-за каменного укрытия. Морозный воздух вокруг его ладоней сгустился, формируя острые ледяные снаряды. Первая сосулька угодила в голову замороженного щитоносца. Череп разлетелся алыми осколками. Обезглавленная статуя покачнулась и рухнула, разбиваясь о каменный пол на десятки фрагментов.

Иллюзионист среагировал первым. Пространство грота исказилось, и из ниоткуда материализовались точные копии всех присутствующих авантюристов. По пять двойников на каждого оставшегося в отряде воина. Тлишка предупреждала об этой способности: клоны обладали четвертью прочности оригиналов и половиной их силы, но не могли использовать навыки.

Помимо того, седовласый маг специализировался на ментальных атаках и заставлял врага видеть то, чего нет, или не замечать реальные угрозы. Бесполезные умения против нежити.

Толпа близнецов рассыпалась по гроту веером, создавая визуальный хаос. Отличить настоящих от поддельных стало практически невозможно.

— Скелеты, в атаку! — прогремел голос Ширайи.

В нишах стен пещеры проступили силуэты костлявых лучников. Они действовали чётко по инструкциям Такеши. Выскакивали из укрытия на мгновение, выпускали стрелу и тут же прятались обратно. Снаряды сыпались на врагов градом, но большинство попадало в иллюзии, которые рассеивались призрачным дымом.

В ответ клоны одного из наёмников метали топорики, выхваченные из-за пояса. Остальные копии устремились на ледяной каток в попытке добраться до летающего лича.

Зрелище оказалось одновременно жутким и комичным. Множество фигур выбегало на лёд с воинственными криками, но ноги тут же разъезжались в разные стороны. Кто-то падал на спину, размахивая оружием, другие пытались ползти на четвереньках. Несколько клонов столкнулись друг с другом и покатились клубком сплетённых конечностей.

Ширайя воспарил выше, недосягаемый для наземных атак. Запас метательных топоров у наёмников быстро иссяк. Последний пролетел в метре от головы лича и отскочил от стены. Больше дальнобойного оружия у выживших не осталось.

Если бы воительница с аркебузой дожила до финальной битвы, расклад сил изменился бы кардинально. Женщина, способная попасть в едва видимую проволоку с приличного расстояния, без труда нашпиговала бы череп лича свинцом. Но её затылок встретился с моим шестопёром раньше, чем она успела проявить свой талант в полной мере. Остальные маги и стрелки полегли во время импровизированного зомби-апокалипсиса в узких улочках некрополя.

Происходящее в гроте больше напоминало избиение, чем честный поединок. Не прошло и минуты с начала схватки, как все иллюзии рассеялись под натиском стрел и ледяных снарядов. Все оригинальные авантюристы, кроме Коэля, превратились в неподвижные изваяния. Их тела покрывала толстая корка инея, из-под которой проступали синюшные лица с застывшими гримасами ужаса.

От командира стрелы отскакивали, даже не оставляя царапин на легендарной броне. Магические атаки рассеивались вокруг него искрящимся облаком, но накопительный эффект всё же проявлялся. Движения Коэля становились всё более вялыми.

Командир в очередной раз попытался подняться со льда, но ноги предательски разъехались. Он грохнулся на колени, бердыш выпал из окоченевших пальцев и заскользил по катку. Осознание полного провала исказило его лицо яростью.

С жутким рыком Коэль активировал первую ультимативную способность.

Я размышлял, какими навыками может обладать личность с классом «Разрушитель». О «Располовинивании» догадывался из его угроз и даже стал свидетелем его применения на несчастном рабе. Благодаря рассказу Тлишки картина прояснилась. Первая ультимативная способность увеличивала силу и ловкость Коэля в несколько раз. Прямо скажем, звучит не слишком опасно. Однако девушка переубедила меня в обратном.

Золотистое сияние окутало фигуру командира. Доспехи затрещали от распирающих изнутри мышц. Коэль поднялся на ноги одним грациозным движением, игнорируя скользкую поверхность. На лице проступило выражение абсолютного превосходства, граничащего с безумием. Весь отряд погиб, включая Клодью, которая позиционировалась как его женщина. Но вместо скорби в глазах плясало ликование маньяка, получившего долгожданную свободу для бойни.

Коэль плавно оттолкнулся и заскользил по ледяной глади прямо на латных сапогах. Металлические подошвы скрежетали по замёрзшей поверхности. Его движения обрели неестественную для существа в тяжёлых доспехах лёгкость.

На полном ходу он наклонился, подхватил лежавший на льду бердыш и закинул оружие на плечо. Скольжение вынесло Коэля прямо к каменной стене грота, о которую он упёрся, согнул колени и с силой оттолкнулся.

Живой снаряд мчался к личу с невероятной скоростью. Бердыш в его руках рассекал воздух с протяжным свистом. Мои глаза едва успевали следить за стремительным полётом. Ширайя дёрнулся в сторону, но слишком поздно.

Правая рука лича отлетела прочь, кувыркаясь в воздухе. Пальцы ещё несколько раз судорожно сжались и разжались, прежде чем упасть на лёд. Бердыш застрял между рёбрами, расколов несколько из них.

Ширайя резко развернулся вокруг собственной оси. Центробежная сила вырвала застрявший бердыш из костей. Оружие полетело в сторону. Лич устремился к потолку, его полёт стал неровным, прерывистым. Он прекрасно помнил об ограниченности времени действия вражеской ультимативной способности и стремился переждать на безопасной высоте.

Коэль врезался в стену пещеры, но умудрился тут же оттолкнуться от неё. Быстрый как молния, он перехватил падающий бердыш на лету и угодил в одну из выдолбленных ниш с парой скелетов. Первый лучник рассыпался от пинка, а второй — от небрежной оплеухи.

Мне стало не по себе от ощущения, что эта машина для убийств может запросто победить лича. Пусть природа и обделила Коэля интеллектом, зато удали дала столько, что на десятерых хватит.

Тем временем он совершил ещё один прыжок к потолку. Грохот крошащегося камня эхом разнёсся по пещере. Из-за деревянной перегородки я не мог разглядеть детали происходящего наверху.

Через мгновение массивная фигура в доспехах обрушилась прямо на защитную конструкцию над зиккуратом. Сооружение не выдержало удара и рухнуло, погребая под обломками алтарь. Черепа на вершине пирамиды раскололись, верхние ряды обвалились внутрь.

Свечение в глазницах Ширайи потускнело до едва заметных искорок. Разрушение алтаря лишило лича большей части магической энергии. Он резко потерял высоту, спланировав вниз с неконтролируемой скоростью. В последний момент ему удалось выровнять полёт и зависнуть в пяти метрах над ледяной поверхностью. Выше подняться уже не получалось — силы едва хватало удерживаться на этой высоте.

К счастью, золотистая аура вокруг Коэля начала блёкнуть и рассеиваться. Срок действия ультимативной способности истёк. Командир попытался повторить акробатический трюк, оттолкнувшись от поверхности для новой атаки, но без должного усиления он лишь подпрыгнул всего на полметра.

Ширайя воспользовался заминкой противника и принялся метать левой рукой сосульки. Большинство снарядов, как и прежде, рассеивалось при попадании, но холод накапливался, проникая сквозь сочленения доспехов.

Коэль пытался дотянуться до бердыша, лежащего в нескольких метрах, но конечности слушались плохо: холод сковывал мышцы.

По моему лицу расплылась улыбка. Ещё совсем чуть-чуть — и мы свободны!

Глава 24

Настроение было хорошим не только у меня. Коэль прекратил попытки ползти и перевернулся на спину. Он внезапно хрипло засмеялся, при этом кашляя, затем поднял вверх окоченевшие руки и хлопнул в ладоши.

БУ-У-УМ!

Ударная волна чудовищной силы прокатилась по подземелью. Нас швырнуло назад вместе с деревянной перегородкой, которая разлетелась на куски. Я ударился о камень затылком и спиной, но Такеши пострадал больше. Массивная балка от перегородки переломила позвоночник скелета чуть ниже рёбер. Верхняя половина друга беспомощно ворочалась на полу, пальцы скребли по камням в попытке подтянуться вперёд. Череп остался цел, а значит, Такеши жив!

Повернув голову, я заметил Тлишку, съёживавшуюся у стены. Девушка зажимала уши ладонями, алые струйки крови вытекали из ноздрей.

— Черныш, за мной!

Пёс выскочил из тени, встряхнувшись и разбрасывая пыль с шерсти.

Сейчас больше всего меня волновала судьба Ширайи. Пальцы торопливо расстёгивали крепления коньков. Сомневаюсь, что они теперь пригодятся: взрывом наверняка весь каток превратило в груду обломков. Босые ступни лучше справятся с неровной поверхностью.

Выбравшись из секретной пещеры, я замер, созерцая последствия второй ультимативной способности класса «Разрушитель». То, что предстало взгляду, напоминало результат бомбардировки. В грот будто баллистическая ракета угодила. Хаотичные нагромождения камней вздымались повсюду, перекрывая проходы. Некогда ровная ледяная поверхность превратилась в крошево. Книжный шкаф Ширайи погребли обломки потолка, от кресел и прочей полезной мебели остались жалкие щепки.

Среди разрухи мелькнула обнажённая фигура. Коэль выбирался из-под завала с непринуждённостью человека, встающего с постели после крепкого сна. Светящиеся узоры, оказывается, покрывали не только лицо и плечи представителей его расы. Витиеватые плетения спускались по груди, обвивали руки спиралями, стекали по бёдрам и голеням.

Вся экипировка, включая легендарную броню, испарилась в эпицентре взрыва, источником которого послужила сама личность. Теперь я знал, почему Тлишка никогда не видела второго ультимативного навыка Коэля, и ясно представлял, на что способен один высокоуровневый Скард.

На лице врага расцвела идиотская ухмылка. Он сделал несколько неспешных шагов, разминая мышцы, затем наклонился к груде обломков. Пальцы обхватили древко бердыша и мощным рывком извлекли оружие из-под камней. На беду, рукоять уцелела, а лезвие не имело ни единой зазубрины. Скорее всего, дело в префиксе «неразрушимое», прямо как у моего гравиэспадрона.

Навык маскировки позволял мне оставаться незаметным. Когда Коэль развернулся, изучая развалины, я скользнул за груду обломков. Черныш в это время заходил с другой стороны, и глаза его не отрывались от обнажённой спины врага.

Отсюда открывался вид на цель движения противника. Ширайю погребли крупные валуны, обрушившиеся с потолка. Из-под каменного саркофага торчала верхняя часть грудной клетки лича, обтянутая старым тряпьём. Пальцы левой руки судорожно шевелились, царапая породу. Череп поворачивался из стороны в сторону, в глазницах едва теплились угасающие искры.

Коэль остановился над поверженным личом и покачал головой.

— Ух, как дорого мне обошёлся поход в эту дыру. Ладно, будет что рассказать девицам в таверне. Ха-ха!.. А теперь ты сдохнешь, мразь!

Мои пальцы нащупали среди обломков увесистый булыжник. Запустил его в спину противника и, не дожидаясь результата, покинул укрытие.

— Не так быстро! Теперь только ты и я, один на один!

Коэль развернулся, его глаза загорелись предвкушением. Мышцы на обнажённом теле напряглись, готовые к броску.

— Ах-ха-а! Ну вот ты и попался!

Здоровяк ринулся вперёд. Его внимание полностью сосредоточилось на мне, что позволило Чернышу незаметно зайти с фланга. Питомец оттолкнулся задними лапами, взмыв в прыжке. Клыки нацелились в незащищённое горло врага.

В последний момент периферийное зрение Коэля уловило движение. Его нога взметнулась в идеальном хай-кике. Удар пришёлся точно в череп пса. Черныш пролетел через весь грот и врезался в дальнюю стену. Тело Черныша сползло на пол, веки закрылись, лапы безвольно раскинулись в стороны.

Я активировал рывок одновременно с замахом шестопера, целясь в висок противника. Воздух рассекло навершие булавы, но Коэль уже сместился в сторону плавным движением танцора. Его контратака обрушилась серией молниеносных ударов. Лезвие бердыша прошло через моё левое плечо, отделяя руку от туловища. Второй взмах отсёк правую конечность. Следующий удар лишил ног чуть выше колен.

Моё изуродованное тело рухнуло на каменный пол жалким обрубком. Пальцев больше не существовало, чтобы смягчить падение.

Тень Коэля накрыла меня. Он поставил ногу на мою грудь, прижимая к полу.

— Сперва унижение, достойное таких дохляков, как ты, а потом располовинивание!

Его рука потянулась к паху. Пальцы обхватили кривой пенис, готовясь осквернить поверженного врага струёй мочи. В глазах плясало безумное веселье садиста, получающего удовольствие от власти над беспомощной жертвой.

Выбора не оставалось, и я активировал единственный доступный навык, который до сих пор считал бесполезным хламом. «Удар головой» сработал на удивление эффективно — тело пружиной подбросило вверх, и лоб с размаху врезался в челюсть Коэля. Послышался хруст ломающейся кости. Выбитые зубы со звоном отскочили от камней, разлетаясь в стороны.

После удара я снова шлёпнулся на землю, беспомощно дёргая обрубками конечностей.

— Чёртов попрыгун…чик! — прошепелявил Коэль сквозь сломанную челюсть. Кровь струилась из разбитого рта, капая на землю. — Пора заканчивать.

Бердыш поднялся над его головой для решающего удара. Время замедлилось. В сознании промелькнули обрывки воспоминаний. Первый день в полицейской академии, когда отец хлопнул по плечу со словами «горжусь тобой, сынок». Мама, встречающая дома пирогом с яблоками. Калиэста, смеющаяся над моей неуклюжей попыткой станцевать медленный танец…

Внезапно в плечо Коэля врезался магический сгусток, разбрызгивая сине-зеленые искры. На коже мгновенно расцвела багровая гематома. Командир покачнулся, сделав пару шагов назад.

Повернув голову, насколько позволяло положение, я увидел Тлишку в проеме секретной пещеры. Девушка стояла, широко расставив ноги для устойчивости. Ее посох втягивал энергию из окружающего пространства, создавая воронку мерцающего воздуха. Древко вибрировало в руках, накапливая силу для следующего заклинания. Лицо Тлишки выражало странную смесь решимости и глубинного ужаса. Но она не отступала.

Воздух вокруг нас закрутился спиралью. Небольшое торнадо материализовалось в паре метров от моего тела, втягивая в себя каменную пыль и мелкий щебень. Воронка гудела и свистела, но серьезного урона не причиняла.

Коэль сплюнул кровавую слюну сквозь разбитые зубы. Его глаза прищурились, когда он перевел взгляд на хрупкую фигуру волшебницы.

— Ах ты мелкая пакостница! Затрахаю до смерти!

Он широкими шагами двинулся к девушке с небрежно покачивающимся в правой руке бердышом. Плечи расправились в предвкушении новой забавы. Коэль решил, что разобрался со всеми угрозами. Напрасно.

Настал момент продемонстрировать мою «суперспособность».

Навык «Сшитый заново» повышен до 23 уровня.

Отсеченные конечности зашевелились среди обломков. Левая рука поползла к плечу, подталкиваемая невидимой силой. Правая проделала аналогичный путь с противоположной стороны. Ноги перекатились через камни, устремляясь к культям бедер. Плоть срасталась в местах разрубов, восстанавливая целостность тела. Гул торнадо полностью маскировал хлюпающие звуки регенерации и скрежет костей, вставших на место.

За считанные секунды мое тело восстановилось. Пальцы сжались в кулаки, проверяя подвижность.

Активация «Рывка» превратила меня в снаряд. Расстояние до Коэля сократилось мгновенно. Инерция разгона усилила удар, когда навершие шестопера обрушилось на затылок врага.

ХРУСТЬ!

На бритой голове образовалась вмятина размером с кулак. Бердыш выскользнул из ослабевших пальцев и прокатился по полу.

Коэль рухнул на колени. Его ладони шлепнулись о камень в попытке удержать равновесие.

УДАР! УДАР! УДАР!

Голова Коэля превратилась в бесформенное месиво. Руки и ноги забились в предсмертных конвульсиях. Тело дернулось последний раз и замерло. Узоры на коже потускнели, превращаясь в обычные серые линии.

— Тлишка, проверь, как там Такеши.

Девушка опустила посох. Вихрь рассеялся, а оседающая пыль закружилась в пространстве цветными мотыльками в свете биолюминесцентных корней. Она коротко кивнула и поспешила к секретной пещере, перепрыгивая через обломки.

Я устремился к завалу, где покоился Ширайя. Валуны громоздились друг на друга, образуя каменный курган.

— Старина, ты живой там?

— Живой, — прохрипел он еле слышным голосом. — Принеси мне побольше черепов. Нужно построить зиккурат!

Первой мыслью стало, что взрывная волна выбила из старика последние остатки рассудка. Но потом до меня дошло. Алтарь служил источником его магической силы. Без подпитки лич не мог даже пошевелиться под тяжестью камней.

Остатки разрушенного зиккурата рассыпались по всему гроту. Я метался между обломками, выискивая уцелевшие черепа. Некоторые раскололись на фрагменты, другие превратились в костяную муку. Но десяток-другой сохранил относительную целостность. Я складывал находки возле торчащей из завала ладони Ширайи.

Костлявые пальцы едва заметно шевельнулись. Из них потекла тусклая дымка маны, обволакивающая черепа. Останки притягивались друг к другу и складывались в пирамиду.

Когда зиккурат достиг высоты пояса, накопленной энергии хватило для освобождения. Кости Ширайи заскрежетали, протискиваясь между валунами. Каменные глыбы неохотно расступались. Лич выбрался наружу и завис над землей, тяжело покачиваясь.

Такеши подтянулся к нам, работая одними руками. Челюсть яростно щелкала от злости на собственную беспомощность.

Следующим пунктом проверки стал Черныш. Тело пса неподвижно лежало у дальней стены. Я опустился на колени рядом, положил ладонь на бок питомца. Под пальцами ощущалось едва заметное движение. Черныш дышал! Вернее, имитировал дыхание по старой привычке живого существа. Веки дрогнули, приоткрывая мутные глаза.

На душе сразу стало легче. За время странствий по некрополю я привязался к псу сильнее, чем готов признать. Мысль о возвращении в человеческое тело омрачалась пониманием, что Черныш останется здесь, в подземелье, продолжая существование в шкуре нежити.

Отогнав меланхоличные думы, я попросил Ширайю призвать зомби. Мертвец выполз из портала, шатаясь и натыкаясь на камни. Я оторвал ему руку резким движением. Гнилая плоть легко отделилась от плеча. Черныш с аппетитом вгрызся в подношение, перемалывая кости мощными челюстями. После перекуса силы вернулись к питомцу. Он поднялся, отряхнулся и лизнул мою ладонь шершавым языком.

— Мы победили! — радостный возглас Тлишки эхом отразился от стен грота.

Девушка подпрыгнула на месте, светящиеся узоры на ее коже вспыхнули золотым. Но восторг быстро сменился недоумением. Она наклонила голову, брови сошлись к переносице.

— Но почему вы до сих пор не вернулись в живые тела?

Лич завис в воздухе, нерешительно покачиваясь. Я переминался с ноги на ногу, разглядывая трещины в каменном полу. Такеши беспомощно шевелил пальцами, пытаясь подтянуть свою нижнюю половину ближе. Никто не спешил нарушать возникшую тишину.

— Тут такое дело, — наконец выдавил я, почесывая затылок. — Чтобы пройти испытание, мы должны убить всех авантюристов. Понимаешь? Всех!

Радость испарилась с лица Тлишки мгновенно. Она сделала несколько неуверенных шагов назад. Навершие посоха заметалось между мной и остальными членами нашей странной компании.

— Но мы что-нибудь придумаем, — поспешил добавить я, поднимая ладони в примирительном жесте. — Так ведь, Ширайя? Ты же чертов легендарный маг и любитель библиотек! Какие у нас есть варианты?

— Хм-м.

Пальцы лича потерли подбородок. Он оттолкнулся от земли и начал описывать круги по гроту. Я давно заметил эту особенность — движение помогало ему упорядочить мысли.

Пока Ширайя кружил над нашими головами, я подобрался к Такеши и подхватил нижнюю половину скелета, пытаясь совместить переломленные позвонки. Кости скрежетали, но срастаться отказывались. Друг раздраженно замахал руками, отвергая помощь, челюсть издала серию недовольных щелчков. Палец ткнул в сторону, недвусмысленно требуя оставить его в покое.

— Я все обдумал, — голос Ширайи прервал неловкую возню.

Лич завис по центру грота, скрестив руки на груди в торжественной позе.

— Есть только один способ спасения. Это оборотное зелье!

Мы уставились на парящего мага, ожидая разъяснений. Тлишка опустила посох, но пальцы все ещё крепко сжимали древко.

— Снадобье превратит тебя в ящерицу! — продолжил он.

— Чего-о-о?

Девушка выпятила подбородок, плечи напряглись, придавая фигуре воинственную позу. Глаза сузились в тонкие щелочки, из которых сверкнули гневные искры.

— Не хочу я становиться ящерицей! Они мерзкие! Господин Ширайя, между прочим, вы показались мне весьма рассудительным и чутким личом!

— Дослушай, дитя. Эффект будет временным, всего лишь четверть часа. Но даже этого будет мало для спасения. С помощью ледяной новы я тебя заморожу. Когда сердце твое остановится, Парадигма признает наш подвиг, и испытание будет завершено!

— Но ведь тогда я умру! К чему все эти сложности! Просто сожрите меня!

Последние слова она выкрикнула с такой горечью, что даже Черныш поджал уши.

— В этом нет нужды. Разве не знала ты, что рептилии оживают после разморозки? К тому времени эффект оборотного зелья развеется, и ты вновь обретешь свое тело!

Я присвистнул от восхищения, хлопнув себя по бедру.

— А ведь звучит, как хороший план! Ширайя, это гениально!

— Благодарю!

Лич театрально склонил голову, явно довольный произведенным эффектом.

Я подошел к Тлишке вплотную. Девушка подняла голову, наши взгляды встретились. В ее глазах плескался страх вперемешку с отчаянной надеждой. Нижняя губа едва заметно подрагивала.

— Но… но… — слова застревали в горле, пальцы теребили край мантии.

— Мы прошли свое испытание, теперь твой черед. Скажи, ты готова скинуть рабские оковы?

Плечи девушки поникли, голова опустилась. Несколько секунд она разглядывала носки собственных сапог, затем едва слышно прошептала:

— Да…

— Хочешь дышать полной грудью и распоряжаться своей судьбой?

Подбородок приподнялся чуть выше. В голосе появились более уверенные нотки.

— Да!

Я сделал шаг назад, раскинул руки в стороны и заорал во всю глотку:

— Я не слышу!

— ДА-А!

Крик Тлишки сотряс пространство вокруг. Она выпрямилась во весь рост, расправила плечи, глаза загорелись решимостью.

Навык «Харизма» повышен до 207 уровня.

— Так-то лучше. А теперь за дело, друзья!

Ширайя сорвался с места, устремляясь к месту, где раньше располагалась алхимическая лаборатория. Обломки погребли под собой большую часть оборудования, но старик явно знал, что искать. Я поспешил следом, перепрыгивая через трещины в полу и огибая торчащие из земли каменные осколки.

— О нет!

Ладони Ширайи обхватили голову. Он закружился на месте, разглядывая разрушенную лабораторию. Некогда аккуратные ряды полок превратились в груду щепок. Осколки стеклянных колб усеяли каменистую поверхность, а реагенты смешались в радужные кучи, источающие едкий запах.

Мы принялись разгребать обломки. Я откидывал доски разбитых шкафов, Ширайя парил над завалами, высматривая нужное оборудование.

— Ни одной колбы не уцелело! — с отчаянием подытожил лич. — У нас нет сосуда, чтобы размешать в нём реагенты!

— Сейчас что-нибудь придумаю.

Я прошёлся по гроту и среди руин зиккурата обнаружил относительно целый череп. Резким движением отломил нижнюю челюсть. Острые края обтесал о камень, придавая предмету форму грубой чаши.

— Ну как, подойдёт?

— Ты в своём уме? Это же алхимия! Нужны стерильные условия и точные дозировки. У нас ничего не получится!

— Если есть шанс, мы его используем. Другого просто не дано. Потому постарайся сделать всё правильно.

Лич покачал головой, но взял череп-чашу. Следующие минуты он колдовал над обломками лаборатории.

Я вернулся к Тлишке, стараясь изобразить уверенность.

— Всё под контролем. Он знает своё дело.

Наконец Ширайя подлетел к нам. Чаша в его руках едва заметно дрожала. Некротическая эмпатия позволяла ощутить волны сомнения, исходящие от лича.

Глянул мельком, что именно приготовил наш алхимик. Чёрная жидкость внутри сосуда пузырилась и шипела, источая запах тухлых яиц с примесью нашатыря.

Ширайя протянул чашу Тлишке.

— Прямо из черепа? Жуть какая! Эх…

Лицо исказила гримаса отвращения. Она зажала нос свободной рукой, запрокинула голову и залпом влила содержимое в горло. Череп выпал из пальцев и покатился по полу. Тлишка согнулась пополам, руки прижались к животу. Из горла вырвался сдавленный стон.

Я переглянулся с Ширайей и заметил его тревожное состояние.

Девушку вывернуло наизнанку, и чёрная жижа забрызгала камни вокруг. Покачнувшись, она рухнула на колени. Тело начало стремительно уменьшаться в размерах, пока от Тлишки не осталась лишь кучка одеяний на полу.

Пустая мантия шевельнулась. Я присел на корточки, раздвинул ткань. Внутри моргала удивлёнными глазками игуана длиной с локоть. Чешуя переливалась теми же светящимися узорами, что украшали кожу Тлишки в её настоящем облике.

— Это нормально? — спросил я, осторожно поднимая ящерицу на руки.

— Полагаю, что нет! Личность не должна отражаться в звере. Это побочный эффект! Что ж я натворил!

— Успокойся! Будем надеяться на лучшее.

Глава 25

Ширайя раздражённо взмахнул рукой, отворачиваясь.

— Оставь ящерицу у того валуна, — он указал направление. — Я обращу её в лёд.

Едва выполнил просьбу, как почувствовал падение температуры в помещении. Кольцо инея расползлось по чешуе рептилии. За мгновение живое существо превратилось в ледяную статуэтку.

Поздравляем! Вы прошли испытание последнего шанса.

Данная вами клятва более не имеет силы.

Награда: глиф последнего шанса, 100 свободных очков навыков.

Слава повышена до 227 пунктов (+125).

Поздравляем, вами получен титул Скард.

Функционал листа развития личности расширен. Максимальное количество навыков увеличено. Добавлено два слота личных навыков, один корабельный и один классовый.

Вам доступен второй ультимативный классовый навык «Демоническое правосудие».

Тело пронзила волна жара, растапливающая холод мёртвой плоти. Кости хрустнули, удлиняясь и утолщаясь. Мышцы наливались силой, кожа розовела, избавлялась от трупного оттенка. Я снял перчатки и поднял руки перед лицом, желая разглядеть живые пальцы. Ногти больше не отслаивались хлопьями. Вены пульсировали под кожей, гоняли настоящую кровь. Грудная клетка поднималась и опускалась в ритме дыхания. Сердце колотилось в рёбрах мощными толчками. Органы чувств заработали с удвоенной силой, и я ощутил приступ экстаза.

— О, да! Я снова молод! И в своём уме! — возбуждённо кричал Ширайя, нелепо пританцовывая.

Его обновлённое тело двигалось с энергичностью подростка.

Такеши поднялся с пола одним плавным движением. Позвоночник больше не разделялся надвое. Ноги уверенно держали вес тела. Он провёл ладонями по торсу, проверяя целостность, затем размял плечи круговыми движениями. На губах заиграла сдержанная улыбка.

Р-Р-Р-Р!

Низкое рычание заставило обернуться. Черныш припал к земле в охотничьей стойке. Глаза недоверчиво изучали троицу незнакомцев, появившихся на месте друзей. Шерсть на загривке поднялась дыбом.

— Родной, это же мы! Не узнал, что ли?

Я сделал несколько медленных шагов к питомцу, протягивая раскрытую ладонь. Черныш принюхался, но остался в недоумении. Хвост неуверенно качнулся из стороны в сторону. Пальцы нашли любимое место за ухом, почесали загривок. Напряжение исчезло, зомби-пёс ткнулся мордой в мою ладонь.

Хлопки раздались откуда-то сверху. Я вскинул голову, готовый к новой угрозе. Но это Ширайя запускал в воздух ледяные снаряды. Магические сгустки взрывались под потолком грота фонтанами искр на манер праздничного фейерверка.

Он подскочил ко мне и хлопнул по плечу.

— Надо же, какой громила! Именно таким я и видел тебя в мыслях!

Его взгляд скользнул к Такеши, изучая соратника с головы до пят.

— Какая мощь, какая дикость!

— А-а… — слегка смутился тот.

— Спасибо, Ширайя. А я представлял тебя совсем другим.

Мой взгляд сфокусировался на системном описании, всплывшем над головой мага.

Ширайя Чха, фрога́нти, криомант 412 уровня. Титул: IV , Лирос. *Символ бесконечности*

Наконец-то удалось рассмотреть его подробно. Синяя мантия с глубоким капюшоном облегала худощавую фигуру. Лицо представителя неизвестной мне расы фроганти завораживало чуждой красотой. Серо-бурая кожа имела текстуру древесной коры с глубокими бороздами, прорезающими щёки и лоб. Эти естественные шрамы придавали чертам суровую мужественность. Но больше всего поражали глаза. Огромные голубые радужки занимали почти всё видимое пространство орбит.

— Надо срочно разморозить Тлишку, — Ширайя взмахнул рукой в сторону застывшей игуаны, в голосе прорезались нотки тревоги. — Если она вернётся в привычную форму с остановленным сердцем, эффект может быть весьма непредсказуемым!

— Сейчас всё будет.

Я поднёс палец к губам и надкусил кожу. Острая боль пронзила плоть — ощущение, забытое за недели существования в теле мертвеца. Кровь выступила алыми каплями, и я ощутил её на языке.

Тонкая струйка превратилась в поток, обволакивающий замороженную рептилию тёплым коконом. Ширайя склонился над ящерицей, его огромные голубые глаза внимательно следили за каждым изменением. Маг то и дело поправлял капюшон мантии, мешавший обзору, а пальцы нервно постукивали по булыжнику на полу в ожидании результата.

Не прошло и минуты, как одна из лапок ящерицы дёрнулась. Мелкая дрожь пробежала по чешуйчатому тельцу, затем задвигались остальные конечности. Я почувствовал, как забилось крохотное сердце. Светящиеся узоры на чешуе вновь обрели яркие оттенки. Осталось лишь дождаться окончания эффекта оборотного зелья.

— Ширайя, объясни, почему рядом с твоим именем знак бесконечности тёмно-синего цвета? Впервые такое вижу.

Криомант отряхнул рукава мантии и повернулся ко мне. На его лице проступила загадочная улыбка.

— Не только над моим, но и над вашими тоже.

Я перевёл взгляд на Такеши, который как раз выпрямлялся после осмотра трофеев. Над головой действительно парил аналогичный символ. Якудза, к слову, получил титул «Дрэхт».

— Сам по себе он не даёт никаких преимуществ, — Ширайя принял позу лектора, сложив руки за спиной и приподняв подбородок. — Однако посвящённые понимают, что таким образом отмечены личности, которые прошли испытание последнего шанса с вероятностью выжить один к ста. В определённых кругах общения знак ценится выше титула. А некоторые религиозные сектанты верят, что бесконечностью Парадигма помечает своих избранников.

Из немилости в фавориты — какая ирония судьбы. Вспомнилась старая поговорка: от любви до ненависти один сантиметр. Хотя в нашем случае расстояние измерялось горами трупов.

Такеши поднял легендарный бердыш Коэля и внимательно осмотрел лезвие. Оружие не подходило для техник кэнсея, но другого выбора не было. Обе катаны остались в чреве Мурваракса, превратившись в металлическую труху. Он взвесил бердыш на руке, затем убрал находку в рюкзак. После направился к наградному сундуку, золотистое свечение которого пробивалось сквозь груду камней.

Ширайя застыл с отсутствующим взглядом, погрузившись в изучение системного интерфейса. Его пальцы переключали невидимые мне вкладки меню.

Я же первым делом проверил календарь.

Глаций, 36-е рябеля, 10:47.

Святая Дева! Наступил рябель! Мы пробыли в подземелье почти целый Архипелагский месяц. Название океанида Глаций ничего мне не говорило. Кроме родного Легиана я других и не знал. Система явно забросила нас далеко от дома.

Внезапная догадка обожгла сознание. Я отвернулся от товарищей и просунул ладонь под нагрудник. Пальцы нащупали цепочку и вытянули фамильный ключ. Самоцвет в навершии излучал синее сияние. В Глации находятся чертоги первопроходцев!

Да и шут с ним! Сначала нужно понять, как нам всем вернуться домой. Но перед этим стоит провести разведку.

Я прикрыл глаза и сосредоточился на связи с кровавыми фантомами. Три алые точки пульсировали в сознании. Первая находилась в капитанской каюте шхуны, вторая в доме на Новой Земле, третья на острове Ковенарий. Последнего я оставил там по понятным причинам. Если дела потребуют вернуться туда, не хотелось бы снова проводить несколько суток в открытом море.

Сперва подключился к фантому, квартировавшемуся по адресу улица Менделеева, дом тринадцать. Сознание переместилось в знакомую комнату, но привычная обстановка исчезла. Вместо моих вещей на столе громоздились пустые бутылки рома, некоторые опрокинуты. Липкие пятна на полу, запах перегара и табачного дыма, въевшийся в стены. В углу валялась чья-то грязная рубаха. Здесь явно обосновался новый постоялец с весьма специфическими привычками.

Переключился на шхуну. Каюта пустовала, но пол двигался под ногами фантома. Корабль шёл полным ходом, судя по размеренной качке и скрипу такелажа. Золотые чаши исчезли с полок, раскладной стул больше не стоял у стола. Вместо него — грубо сколоченный табурет и несколько морских карт, прибитых гвоздями прямо к стене. Эстебан явно переделал капитанскую каюту под себя, избавившись от излишней роскоши.

Жаль, не удалось увидеть любимую. Калиэста наверняка где-то на палубе или в трюме. Только разберусь с насущными проблемами, и мы обязательно воссоединимся.

Я разорвал связь с фантомами и открыл глаза. Ширайя держал в руках игуану, осторожно поглаживая спинку кончиком указательного пальца. Рептилия обвила его запястье хвостом и медленно моргала, явно наслаждаясь теплом кожи. Такеши копался в наградном сундуке, выгребая оттуда какие-то чертежи и мошны с осколками.

Процесс трансформации наступил без предупреждения. Игуана внезапно задрожала и увеличилась в размере. Через мгновение на руках Ширайи оказалось обнажённое женское тело. Криомант бережно опустил Тлишку на каменный пол, стараясь не смотреть на её наготу, и торопливо стянул с себя мантию. Синяя ткань накрыла девушку от шеи до колен.

Она сжалась в комок, зубы выбивали дробь от холода. Пальцы вцепились в края мантии, натягивая ткань плотнее.

— У нас получилось? — её голос прозвучал хрипло, горло саднило после трансформации. Она подняла голову и осмотрела каждого из нас широко распахнутыми глазами. — Вы такие красивые! Ты Макс, да? А ты — Ширайя!

Её палец ткнул в сторону мага, и тут же раздался пронзительный вопль.

— А-а-а! Моя рука! Это чешуя!

Я невольно отшатнулся. По предплечью девушки от локтя до кончиков пальцев тянулись чешуйки серого оттенка под стать коже. Они покрывали тело неравномерными пятнами: местами сливались в сплошной покров, местами оставляли островки плоти.

Криомант застыл с приоткрытым ртом.

— Это ведь пройдёт? — Тлишка схватила Ширайю за руку, её ногти впились в его запястье. — Я ещё не развоплотилась полностью! Да?

Взгляд криоманта заметался по гроту, избегая встречи с глазами девушки. Он облизнул пересохшие губы, пытаясь подобрать слова. Адамово яблоко дёрнулось при попытке сглотнуть. По его реакции стало ясно — что-то пошло совершенно не по плану.

— Боюсь, что нет. Это всё моя вина! Не смог синтезировать достаточно чистый продукт.

— Нет, нет, нет… Где рюкзак⁉

Тлишка вскочила на ноги, придерживая мантию одной рукой. Я протянул ей сумку вместе с одеждой. Девушка достала маленькое зеркальце в потёртой оправе и поднесла к лицу. По щеке, частично покрытой рептильной кожей, покатились слёзы.

Она принялась яростно скоблить ногтями чешую на руке. Несколько пластинок поддались и отлетели в сторону, обнажая розовую воспалённую кожу. Тлишка вскрикнула от боли и отдёрнула руку. Из ранок проступили алые капли, медленно стекавшие к локтю.

— Я уродина! Теперь на меня никто не посмотрит!

Зеркальце выпало из её пальцев и разбилось о камень.

— Не говори так, — Ширайя опустился на колени рядом с ней. Его огромные голубые глаза излучали искреннее сочувствие, а в голосе звучала неожиданная теплота. — По меркам Архипелага ты воистину прекрасна, и я почту за честь разделить с тобой закат над морем или ужин в ресторане. Поверь, мы найдём способ изменить твою внешность к лучшему.

Криомант замолчал, подбирая слова.

— Пойми, истинная красота живёт не в чертах лица, а в благородстве души. Ты знала нас всего ничего, но когда пришёл час выбора, ты восстала против хозяев. Пусть и небольшой, но своевременный торнадо спас нас! Без этой отваги мы бы канули в бездну!

Тлишка подняла заплаканное лицо. В её глазах мелькнула искорка надежды.

— Правда?

— Естественно! Если бы не твоё отвлекающее заклинание, Коэль убил бы Макса!

— Я имела в виду закат и ресторан…

Она утёрла слёзы тыльной стороной ладони, и на губах появилась робкая улыбка.

— С удовольствием!

Я переглянулся с Такеши. Тот ухмылялся, наблюдая за происходящим, пока методично складывал остатки трофеев из сундука в рюкзак.

А Ширайя-то оказался настоящим дипломатом, сумев подобрать именно те слова, которые нужны были девушке в момент отчаяния.

— Осталось лишь понять, как нам вернуться в родные места, — я прервал их обмен любезностями, оглядывая грот.

Никакого лаза наружу так и не появилось. Вход завалило обломками после взрыва Коэля. Мы оказались замурованы, как жуки в янтаре.

Такеши вернулся к нам и продемонстрировал странный артефакт. В его ладони лежал щербатый камушек размером с грецкий орех. Радужная аура окутывала его мерцающим ореолом, а в центре пульсировал знакомый символ бесконечности. Я сфокусировал взгляд, и системное описание всплыло перед глазами — глиф последнего шанса.

Ширайя потянулся к артефакту, его пальцы почти коснулись переливающейся поверхности. Такеши резко отдёрнул руку.

— Ы-ы, у, у!

Якудза указал на каждого из нас по очереди.

— Что он имел в виду? — спросил растерявшийся Ширайя.

— Говорит, используйте свой глиф.

Слова вырвались сами собой. Каким-то образом расшифровать звуки друга оказалось даже проще, чем разгадывать пантомимы скелета. Возможно, недели совместного выживания научили нас понимать друг друга без слов.

— Не могу вразумить! Какой глиф? — голос криоманта дрогнул от раздражения.

— Парадигма не выдала тебе награду за испытание?

Я полез в карман и извлёк собственный камушек.

— Нет же! Могу ли я изучить предмет?

Прежде чем передать внекатегорийный глиф Ширайе, попытался прочесть описание, но вместо информации мелькали лишь вопросительные знаки. Внизу красовалось требование — навык «Понимание системы» двухсотого уровня.

Ширайя взял камень бережно, обеими руками, и его зрачки забегали слева-направо, считывая невидимые мне строки.

— Теперь всё встало на свои места, — удовлетворённо произнёс он и передал мне глиф. — Помните, я ведал о том, что перед испытанием попросил Парадигму вернуть мне молодость и здравый рассудок?

Я кивнул, припоминая историю.

— Попробую угадать. Вы ничего не попросили, верно?

Вновь кивнул.

— Артефакт даёт вам возможность выбрать условие задним числом.

— Исполнит любое желание?

Надежда, прозвучавшая в моём голосе, заставила Ширайю покачать головой.

— Можно сказать и так, но со множеством ограничений. Полагаю, что перенос в другой океанид более чем вписывается в рамки условностей.

Боковым зрением заметил, как Такеши отошёл в сторону. Он настойчиво сжимал глиф, будто эспандер. Глаза бегали от системных сообщений, а брови сходились к переносице от недовольства. По напряжённому выражению лица стало ясно — Парадигма отказывает ему раз за разом. Но упрямец продолжал сжимать артефакт, формулируя новые запросы.

— Корабль первого ранга или собственный остров? — Ширайя не удержался от шутки, наблюдая за стараниями Такеши.

В ответ соратник бросил сердитый взгляд, развернулся и продолжил борьбу с системой.

— Макс, придётся использовать твой артефакт.

В голосе криоманта проскользнули нотки смущения. Он потёр затылок и отвёл взгляд в сторону.

— Придётся. И куда вас направить?

— Хе-хе-хе-е-е… — странный смешок вырвался из горла Ширайи. Он закашлялся, прикрыв рот кулаком. — Тут такое дело… я утаил часть правды, когда рассказывал о своём прошлом. Под воздействием яда я натворил множество непотребств.

— Это каких же?

Криомант, судя по опущенным в пол глазам, ощущал крайнюю степень смущения.

— Создал коллекцию замороженных гурий прямо в обсерватории магической башни. И нескольких недоброжелателей превратил в ледяных големов. И прочее… Тогда «Высший конклав двенадцати» вынес мне смертный приговор. Единственным спасением стало испытание последнего шанса!

Тлишка медленно поднялась с камня, на котором сидела. Мантия Ширайи волочилась по полу, когда девушка сделала несколько шагов назад.

— Пожалуй, я избегу поход в ресторан. Как и совместного любования закатом.

Он кивнул, принимая отказ с достоинством, но спустя мгновение разразился эмоциональной речью:

— Ты не понимаешь! Заговорщики отравили меня ядом, который свёл с ума! Сам бы я никогда не причинил вред достойным личностям!

Он схватил меня за предплечье. В голубых глазах плескалось отчаяние существа, потерявшего всё из-за чужой подлости.

— Иными словами, дома тебя больше не ждут! — я подвёл черту, высвобождая руку из его хватки.

Плечи криоманта поникли. Он опустил голову и тихо выдохнул.

— Ты всё правильно понял.

— В таком случае предлагаю вступить в Миротворцы. Нам пригодится легендарный маг льда.

Ширайя вскинул голову, на губах медленно расцвела улыбка.

— Да будет так!

Он протянул ладонь для рукопожатия, я ответил крепкой взаимностью.

— Тлишка, а тебя куда отправить?

Я развернулся и тут же отвёл взгляд. Она как раз натягивала тунику на обнажённое тело.

— У меня ни друзей, ни дома, — голос девушки прозвучал глухо из-под ткани. Она просунула голову в ворот и поправила растрёпанные волосы. — Буду рада, если возьмёте с собой на правах равной и свободной личности.

— Скажу сразу, дисциплина у нас как в армии. Однако ты обретёшь не просто друзей, но семью. Подумай как следует.

Тлишка застегнула пояс на талии и задумчиво прикусила губу. На мгновение застыла в нерешительности, после чего выпрямила спину и уверенно кивнула.

— Макс, прежде чем активировать глиф, — Ширайя поднял указательный палец, привлекая внимание. — Продумай свой запрос. Использовать столь редкий артефакт лишь для переноса… — он поморщился, подбирая слова, — непростительная расточительность. Требуй большего. Осколки, экипировку, любые ресурсы. Только так ты сможешь понять истинные границы возможностей глифа последнего шанса.

— Интересное замечание, обязательно им воспользуюсь.

Пальцы сомкнулись вокруг артефакта. Тепло разлилось по руке, поднимаясь к плечу.

— Парадигма, прошу тебя перенести Ширайю, Тлишку и Такеши на остров Новая Земля, что в океаниде Легиан. К стеле на Оушен-бульваре. Верни Чернышу его прошлое, живое тело и переправь вместе с вышеуказанными.

Глиф внезапно потяжелел, превратившись из невесомого камушка в пудовую гирю. Трансформация питомца, судя по всему, выжгла большую часть доступного лимита.

Пальцы свободной руки нырнули под нагрудник и извлекли ключ на цепочке. Ширайя ахнул, его глаза расширились при виде моей фамильной реликвии.

— А меня перенеси ко входу ближайших чертогов Первопроходцев!

Пространство вокруг задрожало. Стены грота начали расплываться, превращаясь в размытые полосы цвета. Пол ушёл из-под ног, и я почувствовал невесомость. Последнее, что удалось разглядеть сквозь искажённую реальность, — Черныш вырос до размеров лошади. Его шерсть вдруг перекрасилась в белоснежный цвет. Это был здоровенный арктический волк! Питомец радостно завилял двумя хвостами и облизнул ошарашенное лицо Тлишки.

Мгновение спустя яркие лучи Солариса ударили в глаза. Я зажмурился, поднимая ладонь козырьком. Ключ в другой руке вибрировал и дёргался, стремясь вырваться из пальцев. Цепочка натянулась, врезаясь в запястье. Где-то поблизости находилась замочная скважина, и артефакт чувствовал её притяжение.

Не тратя время на изучение окрестностей, я оставил кровавого фантома. После щелчка пальцев реальность вновь смазалась, и через секунду мои ноги коснулись пола дома на Новой Земле.

Исследование чертогов подождёт. Сперва найду любимую женщину и дорогих сердцу друзей.

Конец пятой книги.

Ссылка на шестой том:

https://author.today/work/495189

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Бескрайний архипелаг. Книга V

Content

Бескрайний архипелаг. Книга V

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene