Спокойный Ваня — 3

Глава 1

Книга меня увлекла. Написал её мужик, слишком повёрнутый на образности и метафорах. Наверное, из-за имени у него сложился такой способ мышления. Никогда не понимал любви к аналогиям. Они никогда не объясняют ситуацию до конца, а запутать могут. Хороший учитель должен подобрать объяснение, не прибегая к промежуточным образам.

Частенько приходилось продираться через эти образы и аналогии, чтобы понять реальную картину взаимодействия с магией. Но это был натоящий луч света в тёмном царстве местной магии. Основной посыл первых глав состоял в том, что маг, взаимодействующий с разумной магией, должен обладать хорошей памятью, развитым воображением и феноменальной интуицией.

Большая часть книги была посвящена развитию и тренировке именно этих качеств. Мне они тоже не помешают, хотя я не маг в классическом понимании. Поэтому читал с интересом, выуживая мелкие оговорки, касающиеся непосредственно магии, проскальзывающие в тексте.

Самое интересное, что по механистической магии в книге оказалось намного больше материалов для изучения. Вот эту часть автор расписывал сухо и предельно кратко. Он словно специально показывал разницу между видами магии.

Незаметно для себя, я добрался до приложения с подробным описанием тренажёров и методикой их изготовления. Оно составляло добрую половину книги. Я решил прерваться и понял, что чертовски хочу есть. Даже не есть, а жрать!

Попытка закрыть книгу успехом не увенчалась. С удивлением обнаружил, что её обложка словно приклеилась к поверхности стола, а попытка отпустить книгу, с треском провалилось. Я мог касаться её любой рукой, спокойно при этом двигая второй, но убрать обе руки разом у меня не получалось. Не хватало даже моих, весьма немаленьких сил.

Ещё обратил внимание, на плотную дымку, которая меня окружает, и я ничего не могу разглядеть вокруг, кроме края стола и книги. Звуков извне тоже не слышал. Словно перенёсся в другой мир. Край стола и стул под задницей, убедили меня, что я по-прежнему нахожусь у себя дома.

Пока разбирался с одним, выяснился другой момент: я и книга находимся в сумеречном состоянии. Очередная загадка. Я не помню, чтобы в него переходил. Тем более с книгой. Попробовал вернуться в нормальное состояние, но моментально опять оказался в сумеречном.

С этой книгой явно не всё гладко. Не зря она оказалась прошита. Я переключился на магическое зрение. Так и есть. Сквозь бумагу просвечивала вязь активированных рун на последних страницах. Так как я вместе с книгой уже был в сумерках, то дотянуться до рун сквозь неё не мог. Быстро пролистал страницы до последней, но ничего не изменилось. Руны оказались нанесены на обложку снаружи.

Ногти я давно не стриг, поэтому легко подцепил листок, которым была проклеена обложка с внутренней стороны. Легко оторвал его. Сам лист оказался необычайно крепким, в отличие от клея, которым он был приклеен. Хотя нет. И здесь замешана магия. Откинуть листок в сторону у меня не получилось. Как минимум одним кончиком, но он должен был оставаться в контакте с книгой.

Оставив листок в покое, попробовал порвать страницу в книге. Как я и думал, получился фиг вам. Изба такая. Индейская. Как из кевлара странички. Гнутся, но не рвутся. Плюнул на них и занялся обложкой дальше. Хоть клей отдирается, иначе совсем туго пришлось бы.

Продолжая использовать ногти, отодрал кожу, загнутую на внутреннюю сторону обложки. Здесь появились свои сложности. Стоило отодрать мало-мальский клочок кожи, как он тут же начинал тянуться к столу и намертво к нему прилипал.

Наконец, с треском удалось оторвать бумажную обложку от кожаного переплёта. На коже, с внутренней стороны, шла вязь рун, сгруппированных в отдельные фразы. Общий смысл мне был понятен, а в нюансах разбираться стану потом. На глаза попался фрагмент рун, откачивающий у человека, открывшего книгу, всю магическую энергию и передающий её какому-то субъекту по имени Фырхл Всемогущий. Рядом шли два небольших уточнения. Книгу взяли без разрешения хозяина, и энергию откачивать независимо от магической силы человека. До наступления смерти.

Подобный подход меня не устраивал совершенно. На недостаток энергии я не жаловался, но служить батарейкой для непонятного типа у меня желания не было. Тем более не я эту книгу украл.

Положив обе руки на руны, я потянул энергию на себя. То ли наловчился за последнее время, опустошая накопители, то ли энергии у этого Фыркла было, как у дурака фантиков.

Сначала поток магии вливался в меня мощной струёй. Буквально через пару секунд он начал колебаться. Похоже, Фыркл на том конце сообразил, что у него начались проблемы, и постарался перетянуть поток на себя. А затем всё резко закончилось.

Меня выкинуло в обычное состояние. При этом энергию с рун я на автомате высосал досуха. Огляделся. Совсем забыл про своё магическое зрение, при котором далеко не вижу. Переключился.

В комнате пусто, но с улицы доносились взволнованные голоса и чей-то плач. Разговаривали майор с Татьяной, а всхлипы могли принадлежать только Кате. Сомневаюсь, что это плачет «сапёр».

Действовать нужно быстро. Книги я лишиться не хотел. Тем более, когда она стала безопасной. А то, что весь шум на крыльце стоит из-за неё, догадаться было несложно.

Книга без проблем отлипла от стола и была отправлена под половицы. ' Надо глянуть, как-нибудь, куда я свои вещи скидываю.' — Пришла в голову мысль. Я подошёл к книжной полке и выбрал книгу, которая мне казалась наименее интересной. Встав возле стола, превратил её в пыль, стараясь, чтобы кучка образовалась в том месте, где я читал учебник.

Осмотрел дело рук своих. Вроде не к чему придраться. Со спокойной совестью открыл холодильник и взял два бутерброда с ветчиной и сыром. От одного сразу откусил здоровенный кусок. Довольно жуя, я подошёл к двери на улицу и открыл её.

— Чего шумим? — Поинтересовался у Татьяны, пытаясь прожевать бутерброд. Майор стоял ко мне спиной, а Катя, скрючившись, сидела на нижних ступеньках крыльца и всхлипывала, спрятав лицо в ладонях.

* * *

— Всё! Забудь про Ивана. Он уже мёртв.

— Как мёртв? Вот же он сидит. — Катя снова провела рукой сквозь Ивана. Ничего необычного в его странном состоянии она не видела, но объяснить это подруге не могла.

— У него в руках «Книга Бездн». Видишь, он на нас не реагирует? — Таня ухватила подругу за плечо и силой поволокла её на улицу. — Так он и просидит, уставившись в книгу, пока… — Она недоговорила.

— Пока, что? — Больше на автомате спросила Катя. До неё дошло, что с Иваном действительно приключилось что-то нехорошее.

— Пока не умрёт. — Жёстко ответила Таня. Страх она привычно перенаправила в злость. Хотя сейчас она боялась не за себя. — Охрана! — Командным голосом крикнула Таня, выведя Катю на крыльцо.

— Что случилось, Ваше Императорское Высочество? — В калитку ворвался майор.

— Как же вы его не уберегли? — На Татьяну новой волной нахлынула злость. Она нашла, на кого можно выплеснуть бурлящие эмоции.

Поняв, что случилось что-то серьёзное, майор хотел проскочить в дом, не вступая в излишние дискуссии, но крепкая рука девушки его остановила.

— У него в руках открытая «Книга Бездн». — Коротко предупредила она майора.

Тот удивлённо глянул на неё и всё же зашёл в дом. Отсутствовал он недолго. Выйдя на крыльцо, майор мрачно посмотрел Татьяне в глаза, но оправдываться не стал. Он сделал всё что мог со своей стороны. Как Тимоха пропустил эту книгу, он будет выяснять потом.

— Объясните мне кто-нибудь, что здесь происходит⁈ — Прервала Катя тягостное молчание. — Что с Иваном? Почему вы как на похоронах? Это же Ваня! Он из любых передряг невредимым возвращается.

В последней фразе прозвучало столько надежды, что Таня в ответ вымученно выдавила из себя улыбку.

— Не в этот раз, Катя. Не в этот раз. — С болью в голосе ответила она. — Эта книга убивает любого, кто её открыл. Неизвестно ни одного случая, закончившегося с другим исходом. Она убивает всех.

— Катя, это секретная информация. — Перехватил разговор майор.

— Да мне наплевать! — В глазах у Кати стояли слёзы. — Давайте отберём у него эту книгу. Что вы стоите? Делайте, что-нибудь!

— Уже ничего нельзя сделать.

— Дайте мне пройти! — Потребовала девушка.

— Нет. В дом больше никто не зайдёт. — Покачал головой майор. — Хватит с книги и одной смерти.

Майор с застывшим лицом смотрел на девушку. Из-за отсутствия малейшей мимики было непонятно, что он чувствует. Сейчас майор походил на бездушного голема из сказок.

Поняв, что против оперативника ГБ сил у неё недостаточно, Катя с размаху села на нижнюю ступеньку крыльца и громко разревелась. Сил сдерживаться больше не было. Ей было жалко Ивана, и очень обидно оттого, что он пережил все тяготы Аберрации. Практически спас их, а сам умирает от какой-то никчёмной книги.

Таня чуть не пристроилась рядом, но совладала с собой и обрушилась на майора:

— Объясните мне, как эта книга попала к Ивану в руки мимо вас?

* * *

Таня уставилась на меня выпученными глазами. Майор резко развернулся и тоже с удивлением посмотрел на меня. Катя замерла, услышав мой голос, а потом, отпихнув майора, повисла у меня на шее.

— Ванька! Живой! А они тебя уже похоронили! А я сразу сказала, что ты победишь! — Зарёванное лицо Кати уткнулось мне в грудь.

— Ну так-то битва была несложной. Я ещё ни разу книгам не проигрывал. Чаще они мне. — Я стоял с Катей на шее и двумя бутербродами в руках. Один, который не надкушенный, протянул майору. — Держи.

Тот автоматически взял бутерброд, но есть не стал.

— Где книга?

— Рассыпалась в труху.

— Как?

— Не знаю. Магия, наверное.

— Как ты выжил? — Уточнил майор.

— А не должен был? — Я сделал подозрительное лицо. — Это вы меня здесь оплакиваете?

Майор попытался проскочить мимо меня в дом, но я перегородил ему дорогу.

— Бутерброд верни.

— Что за хрень здесь творится⁈ — Не выдержала Татьяна. — Какой к чёрту бутерброд?

Я демонстративно откусил кусок от бутерброда, который мне вернул майор, и пожал плечами. С полным ртом разговаривать неудобно, а я всё же голодный.

— Как ты выжил? — Повторила Таня вопрос, который мне только что задавал майор.

Судя по выражению лица, она испытывала огромное облегчение и в то же время лёгкий диссонанс от происходящих событий.

— Не думаю, что это подходящая тема для разговора на улице. — Чтобы ответить, мне пришлось глотать бутерброд не дожёванным. — Пошли в дом. Вы же ко мне в гости пришли или с майором поругаться хотели? Катюх. Хватит мне рубашку слезами мочить. Пойдем, я тебе полотенце дам.

— Дурак ты, Ваня. Я же думала, ты и вправду умрёшь. — Блондинка подняла на меня заплаканное, но уже улыбающееся лицо. — Только брат появился и снова одна.

— Ага! — Поймал я её на слове. — Так ты не обо мне плакала, а себя жалела! Ну Катерина, от тебя я такого не ожидал.

Катя отпустила меня и встала рядом с Таней. Повернулась к ней и сказала:

— Я же говорю, дурак. Как ты с таким жить будешь?

Таня аж поперхнулась.

— Жить? Боюсь, отец будет против. — Ответила она первое, что пришло в голову.

— Против Ивана? Сомневаюсь.

— Хватит нас женить. — Вмешался я. На самом деле меня интересовало, куда запропастился майор. — Пойдёмте в дом. Вы как хотите, а я проголодался.

ГБ-шник вовсю хозяйничал у меня в доме. Печенье и прочая выпечка перекочевали на холодильник, а в пакет из-под них, майор аккуратно сметал пыль, оставшуюся от книги. Причём делал он это так, словно считал пыль радиоактивной и боялся малейшего её попадания на себя.

Вмешиваться в его нелёгкий труд я не стал, а положив в стороне надкушенные бутерброды, пошёл набирать чайник.

* * *

Султан с завистью смотрел на согнувшегося в поклоне начальника разведки. Занимаемая должность позволяла ему не мелькать перед народом, поэтому он имел стройный и подтянутый вид.

— Что удалось накопать твоим агентам, Хюсню? Докладывай. — Распорядился Ибрагим.

— Плотная опека с принцессы Татьяны снята. — Разогнувшись, начал доклад главный разведчик. — Её сопровождает небольшое подразделение агентов Государственной Безопасности. Это обстоятельство открывает широкие возможности для наших действий.

— Ты не забыл про Луку? — Напомнил султан. — Не на одной ГосБезопасности завязана её охрана.

— Я помню, Мой Султан. — Улыбнулся разведчик. — Власть Луки распространяется только на остров. Я сделал запрос в Архив. Лука в ту памятную высадку англичан, пожёг только те припасы и оружие, что оказались спущены на берег. Всё, что находилось за линией прибоя, не пострадало. Вряд ли его таланты изменились, когда он стал святым духом.

— Понятно. Продолжай. — Задумчиво ответил Ибрагим.

— Из последних донесений известно, что принцесса Татьяна остановилась в отеле, у которого имеется свой пляж. С моря он не охраняется. Предлагаю украсть принцессу во время купания. Отход под водой поможет скрыться от преследования.

— Среди её охраны может оказаться сильный маг воды, тогда ваша затея провалится, едва начавшись. — Указал на явную недоработку Ибрагим. — Тебе удалось выяснить причину столь неожиданного крещения принцессы?

— Девочка влюбилась. Про мага воды мы тоже подумали. Его выведут из строя прямо перед похищением принцессы. Никаких убийств. — Быстро добавил разведчик.

— Девочка влюбилась? — Султан посмотрел на подданного, изобразив скептическую улыбку. — Девочкам свойственно влюбляться по пять раз на день. Такова их природа, и принцесса не исключение. Мне нужна серьёзная причина, Хюсню, из-за которой дочь пошла против воли отца.

— Это и есть серьёзная причина. Мало того, Российский император не возражает против их отношений. В прессе начали появляться статьи, несущие посыл, что крещение Татьяны — это знак свыше и не императору идти против воли высших сил.

— Вот она истинная причина! — Победно заключил султан. — Решение отца имеет значение, а не хотелки молодой девицы! Влюбилась, влюбилась… — Передразнил султан. Внезапно он стал серьёзным. — На принцессе куча артефактов должна быть. Вы об этом подумали?

— Мой Султан. — С наигранной обидой в голосе ответил Хюсню. — Вы же не за мою красоту назначили меня на эту должность? Естественно, мы продумали все варианты. Возможные и невозможные.

— Ну ладно. — Ибрагим расслабился и спокойно поинтересовался. — А в кого она, по-вашему, влюбилась? Что это за фрукт такой?

— Некто Иван Вонави. Выдаёт себя за наследника рода Ивановых. Есть вероятность, что он и вправду наследник. Тогда род Романовых должен ему огромные деньги. Это тоже может быть причиной лёгкого согласия Российского императора нарушить договор между вами. Там очень большие деньги. Больше, чем затраты на предполагаемую войну.

— Почему я ничего об этом не знаю? — Всё также расслабленно спросил султан.

— Это непроверенная информация. Слухи из окружения графа Потёмкина-Таврического. Мы пытаемся найти подход к окружению принцессы, но пока безрезультатно. Круг её общения ограничен.

— К окружению императора вы тоже не подобрались? — Задал султан дежурный вопрос.

— Вы же знаете, что это невозможно. И, надеюсь, такое не удастся никому. Первый, кто научится обходить клятву, данную архимагу, получит самую разветвлённую агентурную сеть, которую впоследствии не удастся вскрыть.

— Да знаю я, знаю. — Ибрагим скорчил недовольное лицо. — Попробуйте и этого Вонави прихватить по-тихому. Лишний козырь в торге с Российским императором не помешает.

— Я бы не советовал смешивать два похищения. — Возразил глава разведки. — Мы слишком мало знаем о парне. Он, кстати, недавно вернулся из Аберрации. Не маг, но император готов отдать за него дочь, несмотря на угрозу войны. — Мы не знаем чего-то существенного.

Султан поднял взгляд в потолок и задумался.

— Действительно. Почему он его просто не убил? Нет человека — никому не должен. Свободен, Хюсню. — Не опуская взгляда, произнёс султан. — Украдите сначала принцессу, а про парня разузнайте получше. Если я не ошибаюсь, род Ивановых был предан забвению в Российской империи. Тогда о каком возврате долгов идёт речь?

Глава 2

— Ваше Императорское Высочество, теперь вы понимаете, о чём я говорил? — Спросил майор.

Пить чай с нами он отказался. Соблюдал субординацию, я полагаю. Со мной он не был таким щепетильным. Может потому, что я не его работодатель? Пока, по крайней мере. За стол с нами майор тоже садиться не стал. Присел на краешек моей кровати.

— Как вас зовут? — Вежливо спросила Таня.

— Демьян Стеклов, Ваше Императорское Высочество. — Представился майор.

— Я не отрицаю, что вы правы, Демьян. — Продолжила Татьяна. Она хорошо держалась, было едва заметно, что её потряхивает. — Но тем не менее история с «Книгой Бездн» закончилась хорошо. Это первый случай, о котором я слышала. Может, наоборот, рядом с Иваном безопаснее?

— Когда-нибудь его везение закончится и граф Вонави утащит с собой в могилу всех, кто его окружает. — Недовольно буркнул майор.

— А если его неприятности закончатся раньше? — Татьяна оставила попытки отпить чай из кружки и поставила её на стол.

— Майор, будь добр, сходи до машины и выбери лекарство для снятия нервного напряжения. Нашим девушкам не помешает. — Попросил я и сразу уточнил. — Я не знаю, где машина и что лучше взять. Так бы сам сходил. — Майор передумал возражать и молча поднялся с кровати. — Только никому не рассказывай о произошедшем здесь инциденте. Мы позже обсудим этот вопрос.

Он на секунду замер, обдумывая мои слова, потом согласно кивнул и вышел из дома.

— Что у тебя за лекарство? — Полюбопытствовала Катя. Свой стресс она выплакала и чувствовала себя неплохо.

— Принесут — увидишь. Таня, у меня будет к тебе просьба, пока никому не рассказывай о книге. — Повторил я. — Твоя служба безопасности общается с дядей через Архив. Не стоит им знать, что здесь произошло.

— Ты считаешь… — Она недоговорила. Оставалось надеяться, что мы думаем об одном и том же.

— Уверен. Мы с майором решим, как безопасно передать информацию в столицу.

— Вы знаете, кто подсунул эту книгу? — Катя больше утверждала, чем спрашивала. — Вань, ты их убьёшь?

— Обязательно. — Улыбнулся я блондинке. — Но потом. Таня, расскажи мне, что это за книга.

— Это секретная информация. Я не могу разглашать её при Кате. — Попыталась увильнуть она.

— Катя уже столько знает, что ещё один секрет погоды не сделает. Рассказывай.

Таня всё же отпила маленький глоток, наклонившись к кружке.

— Точной информации о том, откуда эти книги взялись, ни у кого нет, но они не из нашей Аберрации.

— То есть, они принесены из-за тумана? — Уточнил я. Таня кивнула. — Жаль. Хотелось бы добраться до автора или последнего хозяина этих книг.

— Книги убивают всех, кто их раскроет или попытается прикоснуться рукой к открытой книге. — Устало продолжила девушка, не обратив внимания на мою оговорку. — У нас, под замком, хранятся две такие. Сколько подобных книг находится в других странах, мы не знаем. — Таня встрепенулась. — Нужно немедленно сообщить дяде. Вдруг это одна из наших.

— Скорость в этом случае не так важна, как секретность. — Успокоил я девушку. — Что ещё про книги известно?

— Чернокнижники с помощью многочисленных жертвоприношений смогли прочесть одну книгу, или её часть. На уничтожение этой ячейки пришлось потратить очень много сил. Они стали необычайно сильны и использовали неизвестные ранее приёмы обращения с магией.

— Ваня, а как ты справился с книгой? Почему тебя она не убила? — Задала вопрос Катя.

— Мне тоже интересно. — Произнёс у меня за спиной майор. Как он зашёл, я не услышал.

— Плесни Татьяне лекарства. Можешь и сам приложиться. Вроде опасность миновала. — Предложил я.

— Издеваешься? Ты даже когда спишь, опасность к себе притягиваешь. — Напомнил майор о нашем знакомстве. — Я лучше трезвым побуду. Не тебя, так хотя бы Её Высочество уберегу, в случае чего.

— Иди ко мне в начальники охраны. — Повторил я опять своё предложение. — Будешь охранять других людей от меня на постоянной основе.

— Я и так стараюсь, но почему-то плохо получается. — Мрачно ответил майор.

— Потому что ты мало про меня знаешь и относишься ко мне, как к обычному человеку.

— А ты необычный? Если отбросить свойство притягивать неприятности.

— Конечно! Я умный и красивый! Мне мама всегда так говорила! — Серьёзно заявил я.

Катя звонко рассмеялась, а Таня, наконец, смогла улыбнуться. Майор налил в пустую кружку, судя по тягучести, какого-то сладкого ликёра, из принесённого графинчика.

— Выпейте, Ваше Высочество. Вам нужно немного снять напряжение. — Протянул он кружку Татьяне.

Та благодарно кивнула и сразу осушила половину.

— Я тоже хочу. — Катя с мольбой посмотрела на меня.

Майор сунул графин мне в руки и занял своё место на краю кровати. Пришлось поработать официантом.

— Ты хотел рассказать, как выжил. — Напомнила Таня.

— Выжил потому, что я не маг. Совсем не маг. — Ответ на этот вопрос я придумал легко. — Книге нечего было у меня взять, и она сожрала саму себя. — Я кивнул на пакет с пылью, собранный майором.

— Если ты не маг, то как ты нашёл артефакт в Аберрации? Иначе тебя не выпустили бы. — Нашла Татьяна неувязку в моём рассказе.

— Я и не находил. Это артефакт Константина. Он стал магом, чего добивался изначально, а свой артефакт отдал мне. Я даже не знаю, что это за артефакт был. Из-за отсутствия малейшей предрасположенности к магии я не могу взаимодействовать с ними.

— Шито белыми нитками. Причём внахлёст. — Недовольно сказал майор. — Ты, как всегда, недоговариваешь.

— Другого я и не ожидала. — Ликёр оказал своё действие, и Татьяна немного расслабилась. — Про что книга? Ты успел её прочитать?

— Учебник по магии. Прочёл только начало, а потом книга рассыпалась.

— Не верю! — Хмыкнул майор.

— Иди ко мне работать, будешь знать всё. — Снова повторил я.

— Зачем тебе майор? Ты же знаешь, что он работает на Государственную Безопасность. Перейдя к тебе, он всё равно останется на службе. — Заинтересовалась Таня.

— Этот пункт один из ключевых, почему я его зову. В любом случае ГБ ко мне приставит надзор. А с майором во главе моей службы безопасности будет всем спокойнее. Я не хочу постоянно бодаться с государством. А это непременно произойдёт, если твой дядя или отец решат, что не могут меня контролировать.

— Ты считаешь себя настолько крупной фигурой? — В голосе принцессы звучала ирония.

— Это они так считают. — Кивнул на майора. — Демьян не похож на охранника для мелких сошек, но его приставили следить за мной. А где, кстати, твоя охрана? — Я с интересом посмотрел на Татьяну.

— Мне же ничего не угрожает. Что им здесь делать?

— Логично. Хотя и непонятно.

* * *

Когда девушки ушли, у нас с майором состоялся короткий, но содержательный разговор. Донесение в столицу и остатки книги, решили отправить курьером. Майор засел за написание доклада, а мне предстояло записать то, что я «запомнил» из книги. Особенно майора интересовали рунные формулы, но я отмазался тем, что видел их мельком, когда пролистывал книгу, и ничего не запомнил.

Ещё мне нужно было написать текст клятвы, которую он мне принесёт, если согласится принять моё предложение. Это он так тонко намекнул, что к начальству стоит обращаться, имея представление о сути клятвы.

С ней я сильно напрягаться не стал. Перечислил только те пункты, которые обеспечивали необходимый для меня уровень секретности. Оговорки к моим пунктам пусть придумывают сами.

Дольше провозился с изложением содержания книги. Старался припомнить цветастые обороты автора. Они хорошо разбавляли текст, при этом не неся большой смысловой нагрузки. Кроме общих описаний, чуть-чуть затронул принципы тренировки, необходимых для мага качеств, и обоснование для их развития. Кое-как набрал пару листов текста.

Майор, в отличие от меня, писал, не задумываясь. Сказывались долгие годы практики. Сейчас его не сдерживала необходимость шифровать текст. Занятие само по себе утомительное и долгое. Из-за него приходилось сокращать сообщения, отправляемые через Архив. Особенно если они было срочным.

Что именно писал майор, меня интересовало мало. Хотя наверняка нажалуется на меня. Закончив со своим текстом, он пробежался взглядом по моим листкам. Ухмыльнулся над формулировками клятвы. Затем сложил все бумаги в большой конверт и запечатал его.

Проводив майора за дверь, я закрылся за ним на щеколду и завалился на кровать. Следовало хорошо подумать. В ближайшие дни я вроде как под домашним арестом. С майором решили дождаться ответа из Питера, а потом уже что-то предпринимать. Даже за едой будет ходить его боец. Её придётся проверять на яды.

* * *

Прокрутив в голове произошедшие за день события, я ещё больше уверился, что в этом деле торчат уши Архива. Причём торчат, как осёл, спрятавшийся за удочкой. Но сейчас я хотел обдумать прочитанное в книге.

Основное отличие, сразу бросающееся в глаза, заключалось в принципе разделения магии у нас, в этом мире, и в том мире, откуда появилась эта книга.

Разумность магии я решил воспринимать как данность. Есть какая-то сила, и она может мыслить. Всё! Для меня этого достаточно. Какие у неё цели, зачем она откликается на просьбы магов, и прочие подобные вопросы пусть решают философы.

Местные считали любые артефакты механистическим проявлением магии. При этом игнорируя сложную систему управления, задействованную во многих из них. Взять хотя бы защитные артефакты или лечебные. Здесь даже человеку придётся голову порядком поломать, когда, куда и сколько энергии направить, чтобы вылечить и защитить без лишних затрат. На чистую механику такую вариативность реагирования никак не спишешь. Явно задействуется какой-то разумный или полуразумный анализатор.

С другой стороны, артефакт, выполняющий ограниченный набор функций, не может относиться к разумной магии. Пусть даже в него встроен разумный справочный блок. В действиях артефакта, выпускающего огненные шары по команде, никакой разумности нет и в помине.

В полном смысле слова разумная магия — это взаимодействие между магом и силой напрямую. Произнесение заклинаний, шевеление пальцами и прочие невербальные методы общения. В таких случаях маг без посредников обращается к разуму магии. Насколько он силён и искусен в этом общении, настолько ощутимый отклик будет получен. Вот по этому пункту в обоих мирах было полное совпадение. Но для меня этот путь оказался закрыт по неизвестной причине. Причём закрыт наглухо. Я не мог общаться с магией, как напрямую, так и через артефакты.

Конструкт у местных безоговорочно относился к механистическому типу. При этом он мог иметь сложный управляющий модуль. Например, установленный в поезде конструкт, по словам Кости, отреагировал на драку со смертельным исходом. Такое тупому калькулятору не поручишь. Здесь всяко зачатки разума должны быть.

Чисто механистическая магия — это руны, переплетение проволочек и прочие способы, нужные, чтобы на пальцах объяснить магии, какое действие следует произвести. Вот такой парадокс вырисовывается. Магия механистическая, но обращена к той же разумной составляющей. Команды, передаваемые таким путём, очень простые и не допускают двойственного толкования. Отсюда и понятие механистичности. Основной признак такой магии, это отсутствие взаимодействия с разумом магии напрямую.

«Стоп!» — Скомандовал я сам себе, когда осознал всю важность этой маленькой оговорки. Выходит, используя промежуточную систему общения, я ограничен только объёмом энергии, который смогу затратить, и знанием рун.

С первым у меня проблем нет. Со вторым, чуть сложнее, но имеются интересные предпосылки, где искать информацию по рунам. Составить управляющую программу из простых слов? Я улыбнулся в предвкушении.

* * *

Утром меня разбудил стук в дверь.

— Тебе чего не спится? — За дверью оказался майор.

— А ты чего разоспался? Обычно встаёшь, как рассветёт.

— Читал допоздна. — Честно признался я, но что именно читал, уточнять не стал. — Что за неприятность опять случилась из-за меня?

Я отступил в сторону, давая возможность майору пройти в дом. На улице вовсю светило солнце. И правда, выбился из графика. Хотя, когда он у меня был? Я задумался, вспоминая, когда в последний раз вовремя ложился спать.

— Ты никак предсказателем заделался? — Вывел меня из задумчивости майор. — Раньше я за тобой такого не замечал.

— А что тут предсказывать? — Я закрыл дверь и пошёл включать супер-пупер чайник. — У тебя в любом происшествии виноват исключительно я.

— Не в любом, а в касающемся тебя лично. Распоряжение пришло из столицы. Выкупить у тебя этрусское золото, а если в том месте, где ты её нашёл, есть изделия из пурпурного золота, то за них тебе вернут фамилию и снимут опалу с рода Ивановых.

— Пурпурный это у нас какой цвет? Что-то красное?

Я, хоть убей, не помнил, что это за цвет. В голове крутилась только американская награда «пурпурное сердце», но я её не видел, или видел, но не обратил внимания. Другие ассоциации отсутствовали напрочь.

— Скорее красный, смешанный с фиолетовым. — Пояснил Майор.

— Фиолетовое золото? — На автомате уточнил я.

К сожалению, произнёс я это таким тоном, что майор сразу понял — я его видел. Вот что значит не до конца проснулся.

— Много ты его нашёл? — Показывая, что понял меня правильно, спросил он.

— А сколько надо?

— А сколько есть?

— Может хватит?

— Хорошо. Давай говорить серьёзно. — Майор сел на стул. — Если этрусское золото ты ещё можешь оставить себе, то пурпурное, по закону, обязан сдать государству за приличное вознаграждение.

— Приступай к обыску. Всё, что найдёшь, будет твоим. На награду не претендую. — Хмыкнул я. Подозрения и догадки к делу не пришьёшь. — Чай будешь?

— Нет. Что тебе нужно? Ты же сам хотел, чтобы тебе вернули фамилию. А тут весьма щедрое предложение.

— Какое-то оно расплывчатое. — Я залил кипятком заварник. — Мне предлагают цену за товар, но безотносительно к объёму этого товара. — Посмотрел на майора. — Такое чувство, что платить мне вовсе не собираются.

— Тут я тебе ничего не могу сказать. — Развёл руками майор. — Предложение пришло с самого верха, а там за своим словом следят. Насколько я знаю, пурпурное золото используется в мощных защитных конструктах. То есть, имеет стратегическое значение. Если нас ожидает война, каждый его грамм окупится сотнями и тысячами спасённых жизней.

Я поставил на стол две чашки. Себе налил крепкой заварки, а майору разбавил кипятком. Чай был ароматный. Приятный запах поплыл по комнате. Между чашками поставил сахарницу. К чаю ничего не было. Продукты я хорошо подъел за ночь. О чём и сообщил майору.

— Печенек и хлеба нет. Пей так. Потом отправишь парней за продуктами.

Себе сахар сыпать не стал. Крепкий чай можно и без него пить, а голода я с утра не чувствовал. Майор молчал. Видимо, понял, что давить бесполезно, но надежда есть, так как я не стал сразу отказываться.

— Давай представим, что ты уже на меня работаешь и думаешь о моей безопасности. — Начал я, на что майор только хмыкнул, но за сахаром потянулся. — И вот передо мной ставят выбор: оставить всё как есть или отдать, ради спасения жизней, ценный металл, найденный в усыпальнице древнего короля. Причём король этот был явно непростым смертным. Боюсь, наказание за потревоженную могилу будет похлеще какой-то войны.

— Нагнал ты жути. — Хмыкнул майор, но я смотрел на него предельно серьёзно, показывая, что для шуток сейчас неподходящее время. — Но медведя из этрусского золота ты забрал. — Напомнил он. — Думаешь, из-за него на тебя покушение совершили?

— Эти события никак не связаны. А фигурку медведя мне разрешили забрать. Я это почувствовал. Так же, как и предостережение не брать… — Договаривать я не стал, чтобы не осложнять себе жизнь.

— С этрусками много загадок связано. Слухи про их могилы и курганы тоже ходят невесёлые. Один страшнее другого. — Майор тяжело вздохнул, уставившись в свою кружку, и медленно продолжил: — Если бы я работал на тебя, то не советовал бы трогать могилу. Не на одних защитных артефактах наша оборона строится. Получить в тылу какой-нибудь мор, неизвестного происхождения, намного опасней, чем потерять пару городов. — Он посмотрел на меня. — Значит передаю, что ты не видел пурпурного золота. А что насчёт медведя?

— Не спеши, Демьян, с докладом. Пусть твои парни, вместе с продуктами, притащат мне большой круг наждака. Хочу одну мысль проверить.

Глава 3

— Господи! — Майор натурально закатил глаза. — А он-то тебе зачем?

— Мне нужно подготовиться. Думаешь, это так просто, по древним могилам шариться? — Я сделал максимально честную физиономию. — Ещё мне понадобится много писчей бумаги и карандаши. Этого добра у тебя хватает. Насколько я понял.

В голове майора явственно закрутились мысли. Он молча уставился на меня и автоматически отхлебнул из кружки чай. Его взгляд прояснился.

— Хороший сорт. — Похвалил он. — Значит, ты прочёл больше, чем написал. Насколько больше?

— В один и три десятых раза. — Я отхлебнул из своей кружки, чтобы спрятать улыбку. — Тебе что важнее: гипотетические знания или реальный кусок этрусского золота?

— Государство нуждается и в том, и в другом. — Ответил майор. — А ты жадничаешь.

— Вот только не надо на меня потребности государства свешивать. — Веселье у меня как рукой сняло. — Государство должно собирать налоги и заботиться о своих гражданах. Вот пусть этим и занимается. Лично меня ваше государство засунуло в Аберрацию, фактически приговорив к смерти ни за что! Так что не надо в меня тыкать этим словом.

— Но…

— Не нужно никаких «но». Государственная машина никогда не работает так, как надо людям, в нём живущим. Всегда есть недовольные, и я в их числе. То, что моё, моим и останется. Никакие государственные интересы меня не волнуют.

— Если Родина будет в опасности? Война, например. Тоже будешь кричать, что тебя не волнуют её проблемы?

— А ты не путай понятия «государство» и «Родина». Они для меня не одно и то же. Даже пишутся по-разному.

Майор подозрительно посмотрел на кружку в своих руках. Поднёс её к носу и вдохнул запах. Потом отставил чай в сторону.

— Знаешь что, давай я тебе лучше кофе сварю. Чай плохо на тебя действует. — Серьёзно сказал он.

— На меня плохо действуют запросы твоего начальства. Можешь так ему и передать. — Всё ещё недовольно произнёс я.

— Ты чего взбеленился?

— Ненавижу слово «дай», прикрытое пафосной чушью вроде потребностей государства.

— Хорошо, передам. Вообще-то, твои будущие родственники уже знают, что ты жадный.

— Только не надо меня женить раньше времени. — Поморщился я. — Уедет Татьяна в свою академию и забудет обо мне через месяц. Чувства, вспыхнувшие в экстренной ситуации самые быстро проходящие. Это даже не страсть, вызванная всплеском гормонов, а чисто поведенческая реакция сродни благодарности.

— Это надо записать. — Ухмыльнулся майор. — Потом проконсультируюсь с учёными мужами. Пусть объяснят, что ты сказал.

— Демьян, не умничай. Лучше подумай, где пару килограмм чистого золота взять. — Несмотря на показную жадность я всё же решил помочь родному, теперь, государству. Тем более эта помощь будет оплачена.

— Наждак, карандаши, бумага, золото… — Майор демонстративно загибал пальцы на руке. — Что ещё? Ты можешь огласить сразу весь список? — Он покосился на кружку с чаем, но по новой комментировать напиток не стал.

— Меди килограмм пять не помешает.

— Зачем тебе столько?

— Чтобы не брать чужое из гробницы, а обменять на своё.

— Это тебе тамошний дух сказал так поступить?

— Там вообще духа нет. В смысле духа, похороненного царя. Там что-то другое. На уровне ощущений. — Честно признался я. — Магия ведь появилась не так давно. Лет триста с небольшим назад.

— Четыреста. — Поправил майор.

— А этой могиле намного больше. Я не уверен, что там вообще человек похоронен.

— Любишь ты туману напускать.

— А ты требования выдвигать. Нашли себе джина в моём лице. — Огрызнулся я. — Раз чай не пьёшь, то иди добывать обменный фонд.

— Тебе золото с медью в монетах? — Уточнил майор.

— Большой разницы нет. Делай, как тебе удобней.

— Хорошо. Но зачем тебе наждак? — Он с любопытством смотрел на меня.

— Я же тебе сказал? Если не нравится моё объяснение, то придумай своё. Ты мужик умный, я уверен, что справишься.

* * *

Пока майор ходил за самым необходимым, я успел принять душ и навести порядок в комнате. Убрал пока ненужное «око филина» в коробку и засунул её в дальний угол, вместо каменюки. Кусок окаменевшего дерева был унесён в душевую и подвергся варварской обработке.

Используя чайную ложку, я принялся создавать аккуратное углубление в центре каменюки. Приходилось действовать осторожно. Если я засуну ложку слишком глубоко в камень, он может лопнуть, а мне нужен монолит.

В общем, я вычерпывал камень, как переохлаждённое мороженое. По чуть-чуть. Получившийся порошок ссыпал в глубокую тарелку. Порошок ценен сам по себе, обязательно потом пригодится. В результате у меня получилась приличная выемка в центре каменюки.

В дверь постучали. Я быстро сполоснул руки и пошёл открывать. Продукты майор принёс сам. Видно, не хотел лишний раз светить своих людей. Не забыл про бумагу и карандаши. Всучив мне пакеты, он сразу убежал. Пока я заносил продукты в дом, майор вернулся с небольшим точильным кругом и связкой медных прутков.

— Этого хватит? — Он протянул мне заказанные предметы.

— Должно. Вряд ли там много этрусского золота. — Заверил я. — А когда…

— Золото будет завтра, но всего килограмм. — Майор выжидательно посмотрел на меня. — Больше за короткое время, достать не удастся.

— Обменяю сколько смогу. — Пожал я плечами в ответ.

— Скажи, ты нашёл выход на гномов? — Неожиданно спросил майор.

— Чего? — Я действительно удивился вопросу. Такая мысль не приходила мне в голову.

— Ну, ты говоришь: «обменяю», словно действительно с кем-то меняться собрался. Вот я и подумал. Духов ты видишь. Может, и с гномами общий язык нашёл.

— Демьян, не пей у меня чай. Он точно на тебя плохо действует. В следующий раз приходи со своей кофеваркой. Но не раньше завтрашнего дня. — Под конец я совершенно серьёзно добавил: — Мне надо подготовиться.

Майор кивнул, хотя всем своим видом показал, что мне не верит. Его проблемы. Я закрыл за ним дверь и заперся. Надеюсь, он до завтра не придёт.

* * *

Вернувшись в комнату, наполнил чайник и поставил греться. В душевой захватил ложку и ещё раз оценил размер углубления в каменюке. Для опытов достаточно, а при необходимости выемку можно углубить и расширить. Размер камня позволяет.

Используя ложку в качестве ножа, накрошил наждачный круг на маленькие кубики. Сгрёб двумя ладонями часть и отнёс в душевую. Выемка в камне наполнилась на две трети.

Затем достал книгу из-под пола, перелистал до нужной страницы и начал копировать последовательность рун на листок бумаги.

Приложение в книге оказалось для меня бесценным кладезем информации. Именно из-за него я не выспался этой ночью, так как старался запомнить каждую руну и скрупулёзно изучал немногочисленные пояснения. Автор ограничился минимальным количеством комментариев к рунным цепочкам. Его девиз: точно перерисуй — тогда ничего страшного не произойдёт!

Намного больше пояснений шло к механической части тренажёров. Похоже, с механикой в том мире совсем туго. В тренажёре для развития интуиции использовалась планетарная передача. Объясняя принцип её работы, неведомый гуру исписал три страницы. Причём применял настолько далёкие сравнения и образы, что я запутался уже в самом начале пояснения. Как по мне, принцип действия и так был понятен по рисунку, приведённому в книге.

Кроме новых рун и описания тренажёров, в самом конце приложения находилось дополнение. Только за эти три странички можно хорошую войну устроить, а Архив использовал книгу как магическую бомбу. Идиоты!

В дополнении к приложению шли практические задания. К теме книги они не относились, поэтому с пояснениями автора дело обстояло ещё хуже. Это был своего рода факультатив для бедных. Тех, кто не мог купить готовое лунное серебро, гнилое и тёмное золото. Основные металлы, используемые в рунной магии.

Столь образные названия ничего мне не говорили. Пока я не прочитал краткое пояснение к процессам получения этих металлов.

Лунное серебро извлекалось из наждака. Вот здесь я точно уверен, что наждак состоит из кристаллов корунда. По-простому — окиси алюминия. Что природный, что искусственный. Значения не имеет. Выходит, лунный металл — это алюминий.

Гнилым золотом оказалась бронза. В данном случае медно-алюминиевая. Даже не знал, что такая бывает. Ну а тёмное золото — это тоже сплав с алюминием, но теперь уже настоящего золота.

Самым вкусным в рунных записях, оказалось обозначение каждого химического элемента отдельной руной! Я требую выдать мне рунную таблицу Менделеева! Хотя мне и так неслыханно повезло. Сейчас в моём распоряжении было четыре таких руны. Похоже, судьба решила подкинуть мне небольшую компенсацию, за недавно перенесённые приключения.

Аккуратно перерисовав руны, я отнёс готовый листок в ванную. Положил его на выемку, чуть примял края, чтобы рунная надпись оказалась ниже края каменюки, а остальной листок образовал нечто вроде чашки. Осталось напитать руны энергией.

Я переключился на магическое зрение и влил энергию. Совсем немножко, но эффект проявился сразу.

Над рунной записью начало сгущаться облачко алюминиевой пудры. Листок стал подпрыгивать, словно крышка на кипящей кастрюле. Буквально через секунду бумага вспыхнула, а за ней, с громким хлопком, сгорела висящая в воздухе алюминиевая пудра. Эксперимент закончился.

На всякий случай я вышел из душевой и постоял с минуту прислушиваясь. Но никто не бежал меня спасать. Буду надеяться, что хлопок показался громким только мне. Всё же душевая комната достаточно маленькая, чтобы усилить эффект от небольшого взрыва.

Итак, я выяснил, что принцип рабочий, но нужно отработать технологию. В приложении никаких тонкостей не указано. Только сырьё, руны и что делать с результатом. Вероятно, у них используется типовое оборудование, о котором мне ничего не известно. Бумага для нанесения рун не самый подходящий носитель. Чистый кислород, выделяющийся из оксида, может воспламенить и менее горючий материал. Я ещё не учёл, что алюминиевая пыль будет сыпаться на руны и искажать их начертание. Следовало хорошенько подумать.

* * *

Новый листок бумаги с написанными на нём рунами лёг на горлышко выемки в каменюке. Перед этим я плеснул чуток воды на верхние куски наждака. Возможно, последнее было лишним, но возиться с расчётами влажности мне не хотелось.

После раздумий я решил модернизировать процесс и заменил руну, означающую алюминий, на руну кислорода. Теперь весь кислород, содержащийся в наждаке, должен переноситься в пространство над листком. Чтобы опять не произошло самовозгорания бумаги, я приготовил бумажное опахало. Главное, не позволять кислороду повышаться до опасной концентрации.

Благодаря изолирующим свойствам окаменевшего дерева, мне не приходилось переживать, что магия вытянет кислород ещё откуда-нибудь. Тот, что находится в воздухе, быстро будет заменён водородом из воды, лишившейся кислорода. Может, ещё из каких соединений газы освободятся.

Подал энергию на руны и начал энергично махать опахалом. Внешне ничего не изменилось, но я не останавливался, пока руны не погасли.

Переключился на обычное зрение и приподнял бумажку. Ну что ж. Увиденное меня порадовало. Ложкой перемешал серую массу, в которой поблёскивали крупицы металла. Кусочки наждака снизу вытаскивал наверх. Используемые руны имели ограниченный радиус действия и не доставали до дна выемки.

Повторять процесс пришлось четыре раза, пока руна не осталась активированной на слишком долгое время. Это означало, что кислорода, до которого она может дотянуться, не осталось.

Вытянул оставшуюся в рунах энергию, убрал листок в сторону и только тут задумался. Куда ссыпать наработанное добро? Накрутить кулёчки из бумаги? Использовать бумажные пакеты из-под продуктов? Не то. Нужны банки с хорошими крышками.

Осмотрел себя, на предмет загрязнений. Вроде чистый. Книгу, на всякий случай, спрятал обратно под пол. Выйдя на крыльцо кричать и, размахивать руками не стал. Думаю, майор, или его подчинённые, сами догадаются, что мне что-то понадобилось.

Так и произошло.

— Что на этот раз? — Майор заглянул в приоткрытую калитку.

— Банки нужны. Стеклянные. С плотными крышками. Можно литровые.

— Даже боюсь спрашивать зачем они тебе. — Майор старался изобразить подозрительное лицо, но немного переигрывал. — Всё равно правду не скажешь.

— Могу красиво соврать. — Предложил ему альтернативу.

— Банки срочно нужны? — Перешёл он к конкретике.

— Срочно нужна одна, с широким и плоским дном. Необязательно банка, главное с крышкой и ёмкостью литра на два-три. Остальные потерпят до завтра.

— Ты никак зелье варишь?

— Именно. Для гномов. Могу тебе оставить, на пробу.

— Договорились. — Широко улыбнулся майор и исчез, прикрыв калитку.

Ведь знает гад, что никакого зелья не варю. Не на чём. Плитки у меня нет.

* * *

Майор принёс что-то из кухонной утвари. Широкая стеклянная посудина со стеклянной же крышкой.

— Тут небольшое утолщение в центре. — Указал он. — Мешать не будет?

— Не должно. — Мне понравилось, что дно и стенки посудины были довольно тонкие. Самое то.

— Расскажешь, зачем тебе она? — Не удержался от вопроса майор.

— Буду превращать грязь в лунное серебро. — Честно ответил я. — На другой обмен гномы не согласятся.

— Тьфу ты. — Ругнулся майор. — А я чуть тебе не поверил. Хотя про лунное серебро никогда раньше не слышал.

— Неужели так просто понять, когда я вру, а когда говорю правду? — Удивился я. Мне казалось, что мимика у меня довольно сдержанная.

— Ну я-то тебя не первый день знаю. Хотя ты иногда такую чушь несёшь с честным лицом, что начинаю сомневаться в своей оценке.

* * *

К вечеру я закончил перерабатывать наждак в грязь. Мои слова, сказанные майору, были недалеки от правды. Кроме окиси алюминия, в наждаке присутствуют другие вещества. Какие именно у меня в памяти не отложилось. Полученную массу нужно было дополнительно разделить на чистый алюминий и ненужный мне шлак.

Пришлось доработать поверхность каменюки, чтобы стеклянная посудина стояла ровно и не соскочила от неосторожного толчка. Затем я набил выемку полуфабрикатом. Сверху прижал листком с написанными на нём рунами. Теперь руна алюминия обратно заменила руну кислорода. Потом водрузил посудину, накрытую крышкой.

Всё было готово. В этот раз, кроме переключения зрения, пришлось перейти в сумеречное состояние и прямо через посудину активировать руны.

Опять появилась взвесь алюминиевой пыли. Но сейчас она возникала в посудине и спокойно оседала на дно. На этот раз магия не тратилась на разрыв химических связей, и выход алюминия при тех же затратах энергии получился намного больше. Переработалось две трети из того объёма, что я закладывал в выемку.

Я унёс посудину в комнату и аккуратно высыпал алюминиевый порошок в подготовленную для этого чашку. Пора загружать новую порцию на переработку.

* * *

У меня получилось почти два килограмм алюминия. Определял на глаз, но это намного больше, чем мне сейчас нужно. Но что-то подсказывало, что лишним он не будет.

Теперь настала пора выполнить очистку меди. Грязь, точнее, чёрный порошок, оставшийся после моего эксперимента, я упаковал в бумажный пакет и пока отставил в сторону. Уверен, от меди, тоже останется немало шлама. Здесь с электричеством не дружат, а значит, медь не проходит процесс рафинирования.

Медные прутки нарезал короткими кусочками и поместил их в выемку. За один раз влез весь металл. Новый листок с руной меди лёг поверх выемки. Расход энергии оказался таким же низким, как и при очистке алюминия.

Из-за большей плотности, визуально, меди получилось меньше, чем алюминия. Но для создания гнилого золота важно массовое соотношение составляющих. Осталось самому собрать простейшие рычажные весы, для отмеривания металлов. Обращаться с такой просьбой к майору мне не хотелось.

Глава 4

— Ничего не забыл? — Спросил майор, когда я закинул звякнувший рюкзак на заднее сидение, а сам забрался на переднее.

По лицу было видно, что он страсть как хочет в мой рюкзак заглянуть.

— За золото переживаешь? — Я и вправду прокрутил в уме, всё ли взял.

Банки с готовой смесью порошков металлов и крошкой каменного дерева, были надёжно укутаны в одеяло. Бумага и карандаши лежали вместе с продуктами. Единственное, что брякало в рюкзаке, — это бутылки с газировкой.

— Да не сильно. Переживаю, что тебя, если не гномы, то какие другие черти к себе упрут. Ты же не можешь без неприятностей. Всегда найдёшь куда вляпаться.

— Я как вляпаюсь, так и выпутаюсь. Ты лучше за чертей переживай.

— А чего за них переживать? Этого добра всегда хватало. И на всех. Куда конкретно едем? — Спросил майор, хотя мы уже ехали по городу в сторону горы.

— Есть варианты? Вези. Высадишь меня у шлагбаума, а дальше я сам.

— Помощь точно не потребуется? — Голос майора стал серьёзным.

— Должен справиться. — Уверенно ответил я. — Только не ходи за мной. Не стоит тебе всего знать.

— Как скажешь. — Односложно ответил он.

* * *

У шлагбаума мы не прощались. И так было понятно, что без меня он никуда не уедет. Я закинул рюкзак на спину и пошёл до своего имения. Идти в пещеру, где находится усыпальница, я не собирался изначально.

Здесь ничего не изменилось. Позаглядывал в окна, выбирая, где пристроиться. Нужно такое место, где поменьше горючих веществ. В идеале это кухня или кузница, в которых есть огнеупорные кирпичи. Мне предстоит заниматься плавкой и литьём металла. Не хотелось бы поджечь и так ветхое строение.

Кузницу я нашёл, но, как назло, у неё провалилась крыша. С кухней, наоборот, повезло. Крыша и пол в ней остались целыми, но никакой утвари внутри не было. Печи, что обычные, что магические, оказались разломаны.

Металл в этом мире дорогой, поэтому бесхозные железки не лежат долго без присмотра. Мебели тоже не наблюдалось.

Я смел ногой крупный мусор с середины комнаты и продолжил разбирать печь. Ту, которая дровяная. Она была сложена из шамотного кирпича на глине, поэтому разбиралась легко. Кирпичи получались чистые. Даже с внутренней стороны на них не осталось сажи.

Когда кирпичей набралось достаточно, выложил из них площадку прямо в центре кухни. Сначала хотел организовать место для плавки во дворе, но потом передумал.

Кирпичи были ровные и плотные. Не сравнить с теми пористыми и потрескавшимися, что я видел на наших стройках. Пяток, самых подходящих, на мой взгляд, оставил на изготовления тиглей.

Ситуация с плавкой металла оказалась такой же, как и с очисткой. Общие указания и никаких подробностей, касающихся технологии. Хорошо, что учитель не поленился и привёл рунную цепочку нагрева. Правда, в ней отсутствовала регулировка мощности. Эту оплошность я исправил, добавив руну «медленно», когда карандашом записывал руны на торце кирпича. Руна «жар» служила нагревателем, а руна «внутрь», по идее, должна была направлять тепло внутрь, нагревая тело сразу по всему объёму. Почти аналог магической микроволновки.

Закончив с приготовлениями, положил кирпич в центр площадки и плеснул в руны энергию. Сначала ничего не происходило, а потом из кирпича повалил пар. Чего я, собственно, и добивался. Повторил процедуру с остальными кирпичами.

Даже удивительно, сколько влаги может впитать, обычный с виду, кирпич. Когда подавал энергию на последний, магическим зрением осмотрел остальные.

Первый к тому времени парить перестал совсем, но энергии в рунах практически не убавилось. Пришлось переходить в иное состояние и откачивать лишнюю. Кирпич медленно, но уверенно перескочил отметку в сто градусов и останавливаться не собирался.

Потом пришлось ждать, когда они остынут. Время у меня было, а обжигаться, работая с раскалёнными кирпичами, желания не было. Пока ждал, ломал голову, что отлить из металла. Если отдать майору слитки, то никакая басня про обмен не поможет.

Присев у стены, я достал из кармана фигурку медведя. За прошедшее время она опять изменилась и перестала быть устойчивой. Если раньше медведь стоял на задних лапах, то теперь явственно пытался встать на все четыре.

Я уже знал, что эта бронза не такая простая. Схожесть по цвету с золотом, не главное её качество. Она хорошо сохраняет в себе отпечатки разумной магии. На её основе изготавливают конструкты с «мыслящей» составляющей. Тогда как более ценное в этом мире пурпурное золото используется в механистической магии. Оно работает, то ли как концентратор, то ли как усилитель, проходящих через неё потоков магической энергии. В учебнике об этом сказано мельком, но сопоставить имеющуюся у меня информацию оказалось нетрудно.

Те руны, что я рисую на бумажке, много энергии в себя вместить не могут и работают очень неэффективно. Это у меня энергии в крови океан, поэтому я не обращаю внимания на её расход. К тому же есть разница между маленькой печкой и чем-то по-настоящему энергоёмким, вроде городского защитного купола.

Я задумался, невидящим взглядом уставившись на медведя в руках. Раздался громкий щелчок со стороны кирпичей. Я дёрнулся, переводя взгляд на шум, и одновременно ощутил боль в ладони.

Острые когти медведя впились в кожу. Причём достаточно глубоко. Выдернув их, успел заметить, как когти, окрашенные каплями крови, снова становятся золотистыми.

Ничего себе! Медведь-то, оказывается, вампир. Кровью питается. Теперь понятно, почему он позу поменял. Оживает понемногу на моей кровушке. Хорошо это или плохо, я понятия не имею. Спешить и купать фигурку в своей крови, тоже желания нет. Косте вон перелил своей крови. Медведь-амулет-архимаг мне точно не нужен. Сначала надо выяснить, что в нём за матрица зашита. Если настоящего медведя, то ну его в баню. Не слишком они добрые зверушки.

Я поднялся и пошёл смотреть, что же там щёлкнуло. Оказалось, один из кирпичей не выдержал перепадов температур и лопнул. Не страшно. Я проверил кирпичи на температуру. Вроде можно работать. Выемки в них я снова вычерпывал своей любимой ложкой. Внутри кирпичи оказались намного горячее, чем снаружи. Работе это не помешало. Пальцы внутрь я совать не собирался.

Для начала мне следовало сплавить полученный порошок. Нужные доли порошков я отвесил и тщательно перемешал ещё дома. Сейчас осталось засыпать эту смесь в магический тигель и нагреть. Отливать я решил простые диски. Даже рунами ничего на них писать не буду. Пусть начальники майора сами придумывают, что это такое и для чего использовалось.

Как только закончил с выемками на всех кирпичах, взялся за карандаш и обновил руны. При этом руну «медленно» удалил. Затем аккуратно заполнил выемки порошком из банок. Получилось три тигля под бронзу и один под золото. Надеюсь, больше ни один кирпич не лопнет. Мне даже подложить под них нечего. Хотя…

После минутного раздумья я плюнул и положился на авось. В крайнем случае повторю процедуру извлечения металлов из того, с чем они смешаются, пролившись из тигля.

Напитал руны энергией и начал смотреть, как импровизированные тигли нагреваются. По идее их надо чем-то накрывать, но у этих рун мощность достаточная. Я бы даже сказал избыточная для столь маленьких порций металла.

Спохватившись, начал «выстругивать» палочку из обломка расколовшегося кирпича. Он хотя бы успел просохнуть и, надеюсь, не лопнет, когда буду палочкой перемешивать расплав. Успел вовремя. Мои магические тигли начали светиться красным светом, но потом становились все желтее и желтее. Быстренько перемешав тигли с бронзой, я убедился, что не осталось нерасплавленных фрагментов, и откачал энергию из плетений. Тигель с золотом «выключать» было рано.

По куцым указаниям, данным в приложении, его требовалось несколько раз нагреть до белого каления, с последующим медленным остыванием. Нужно выдержать определённое время варки, чтобы составные части металла как следует перемешались между собой. Для простоты неведомый учитель мог добавить в рунную цепочку контроль температуры, но приходится всё делать на глаз.

Наконец я отключил последний тигель с золотом, и пока он остывает, занялся вырезанием форм под будущие отливки. Решил не возиться с кругляшами, а наделать пирамидки. Форма более таинственная и многозначительная, чем простой диск. Осталось только выточить образец. Желательно ровный. Но, как я уже говорил, с глазомером и точностью движений у меня в этом мире был полный порядок.

Я подобрал второй обломок лопнувшего кирпича и приступил к изготовлению пирамидки.

* * *

— Ну и чего ты дуешься? — Спросила Катя. — Ты сама рвалась отдохнуть от всех. Вроде никто тебе не мешает.

— Бойся желаний своих. Они могут осуществиться. — Процитировала Таня старую поговорку. — Вот и моё осуществилось, а удовольствия никакого. Сколько будет следствие у Ивана длиться? Так, все мои каникулы пройдут.

— То есть, ты ставишь на одну доску свои каникулы и покушение на Ивана? — Возмутилась Катя. — А тебе не приходило в голову, что его пытаются убить из-за твоего крещения?

— Выходит, я во всём виновата? — Вспылила Татьяна.

— Я тебя не обвиняю, но не сравнивай свои проблемы с его. Он сюда тоже отдыхать приехал. И неплохо отдыхал, пока ты ему не встретилась.

Девушки лежали на шезлонгах и загорали на солнце. Мода на аристократическую бледность давным-давно прошла, а на здоровый вид осталась. Имея деньги, можно многое себе позволить. Тот же маг, мог сотворить натуральный и равномерный загар по всему телу, не сильно напрягаясь и не запрашивая большие деньги за услугу. Мало кто из постояльцев отеля специально жарился на солнце. Пляж использовали в основном для купания. Поэтому небольшой конфликт привлёк внимание немногочисленных отдыхающих. Хоть какое-то разнообразие на фоне почти пустого закрытого пляжа.

— Ты ревнуешь? — Неожиданно догадалась Таня.

— Не то, чтобы очень. Больше переживаю. — Катя нахмурилась, а потом усмехнулась. — Я вообще влюбчивая. Но Иван для меня как брат. Старший. Другой. Совершенно не такой, как все. Я его люблю чисто платонически. Как святого. — Катя неожиданно покраснела и рассмеялась. — Ну да. Такое только святой может сотворить с… Ой! — Уже привычно для Тани, голова блондинки вжалась в плечи словно от подзатыльника.

Принцесса весело рассмеялась, сбрасывая напряжение.

— Надеюсь, я когда-нибудь узнаю, что за секрет скрывает твоя клятва. — Произнесла она, поднимаясь с шезлонга. — Пошли искупаемся. Может, вода смоет с нас хандру.

— Пошли. — Легко согласилась Катя.

Девушки зашли в воду. Она была тёплая. Ветер почти отсутствовал. Дно хорошо просматривалось на большую глубину.

— Поплыли подальше. — Предложила Татьяна.

— Только не наперегонки.

Они начали медленно удаляться от берега.

— Смотри, что-то сверкает на дне. — Катя первая заметила необычный блеск в глубине. — Я нырну. Интересно, что это?

Таня решила не отставать от подруги и, вдохнув воздуха, нырнула следом. Стоило девушкам немного погрузиться, как вокруг них сформировался пузырь воздуха, на дно которого они упали головой вперёд.

Стенка пузыря мягко спружинила под руками Татьяны. Рядом ругнулась Катя и завалилась ногами на подругу. Стенка продолжала дрожать. Вибрация, по ощущениям Тани, даже усилилась. Свет с поверхности перестал доходить до них и наступила темнота.

— Что происходит? — Садясь и убирая мокрые волосы с лица, спросила Катя.

— Нас похитили. Точнее, похитили меня, и тебя заодно. У тебя защитный амулет есть?

— Откуда? Я пока не разбогатела, да и нападать на меня никто не собирался. — Катя удержалась от обвинений. Сейчас для них не место. — Что будем делать и куда нас тащит в этом пузыре?

— Предлагаю тебе прижаться ко мне сзади и не отпускать, что бы ни случилось. Моего амулета хватит, чтобы прикрыть нас обоих. — Уверенно заявила Татьяна. — Надежды на то, что тебя отпустят, нет. Скорее постараются воздействовать на меня через тебя. Похитителям известно, что мы подруги. Я так думаю.

— Хорошо. — Катя не сомневалась, что её точно щадить не будут. Не того полёта птица. — Ты где?

В темноте она определила, как сидит принцесса, и прижалась к её спине, обхватив руками за талию.

— Если придётся идти, запрыгивай мне на спину. Ты лёгкая, я тебя без проблем унесу.

— Можно же просто обнявшись идти. — Представив картину, как она едет на дочери императора, Катя еле сдержала улыбку.

— Если я упаду, контакт будет потерян. Похитители не дураки. Обязательно постараются нас разделить. — Таня шутить не собиралась. Её напугал такой способ похищения. Ни о чём подобном она раньше не слышала. — Пойми, нас найдут и освободят очень нескоро. Похитителям удалось обмануть мою охрану. Ещё не скоро они выяснят, что я не утонула. Не раньше, чем за моё освобождение, что-то потребуют от отца. — Она пыталась построить логическую цепочку, рассуждая вслух. — Вообще, такое не прощается. За похитителем будут охотиться все. Никому не нужен удачно завершившийся прецедент с похищением ребёнка правящего рода. Даже моя смерть не спасёт похитителя от прекращения его поисков.

— А турецкий султан имеет на тебя какие-либо права? Ты же была официально обещана в жены его сыну. — Напомнила Катя.

— Ему должны были послать извещение о расторжении договорённости из-за моего крещения. — Неуверенно ответила Татьяна. Темнота стала отступать. Забрезжил свет, идущий от поверхности воды.

— Должны или послали? А если послали, то получили ли ответ?

Катины вопросы, вопреки ожиданиям, вселили в Татьяну уверенность.

— Если мы об этом догадались, то и мой дядя со своими помощниками придёт к такому же выводу. Нужно только дождаться, пока нас освободят. Всё равно война с Турцией была неизбежна.

— Главное, чтобы они не забыли поделиться этими выводами с Ваней. У меня на него надежды больше, чем на нашу армию.

— Я бы тоже с удовольствием дождалась Ивана. — Грустно произнесла Таня. — Но один человек не может противостоять государству. Объём возможностей и ресурсов, которые могут быть использованы, совершенно несопоставимый.

— Мы всплываем. — Заметила Катя, посильней прижавшись к подруге.

* * *

Выточенной пирамидкой я наделал форм для отливки в новых кирпичах. Затем уже проверенным способом начал их просушивать. Пока возился с формами, слитки успели застыть. Цвет действительно соответствовал заявленному в книге. Золотой цвет у бронзы и фиолетово-красный у пурпурного золота. Весьма необычны цвет. Странно, что я такого раньше не встречал. С другой стороны, где я, а где ювелирные магазины. В прежней жизни они меня не интересовали совершенно.

После испарения всей воды из кирпичей, нагрев форм я не останавливал. Они должны быть прогреты перед заливкой в них металла. Температуру прогрева автор учебника указать не удосужился. Я прикинул, что медленно нагреваясь, формы всё равно останутся холоднее точки расплава. Надеюсь, этого окажется достаточно для получения нормальных отливок.

Сейчас мне нужно удалить остатки кислорода из отливок. Сплав получался из порошков, которые прекрасно окисляются на воздухе. Особенно это дело любит алюминий. Окисная плёнка у него образуется практически моментально при контакте с воздухом. Именно для этих целей в учебнике была упомянута руна кислорода.

Для выполнения процедуры раскисления, я захватил банку с порошком окаменевшего дерева. На этот раз сильно мудрить не стал. Прямо на полу выложил прямоугольник из кирпичей и заполнил его порошком. Утрамбовал его насколько мог, а потом вдавил в порошок первую отливку. Сверху лёг листок бумаги с соответствующими рунами.

После удаления окислов, отливки не сильно изменились визуально, но расход энергии из рунных цепочек был. Особенно он был заметен на бронзовых отливках.

Остались сущие мелочи. Переплавить слитки в пирамидки. Чем я и занялся.

Глава 5

Пока остывали пирамидки, я успел перекусить. Время шло к вечеру, и голод напомнил о себе.

Пирамидки следовало отполировать для лучшего эффекта, но не хотелось возиться. Лучше немного шершавая поверхность на пирамидках, чем полное отсутствие редкого сплава. Все претензии к далёким предкам.

Пришлось постараться, заметая следы своей деятельности. Использованные кирпичи вынес на улицу и руками искрошил. Получившийся порошок развеял по ветру. Целые кирпичи сложил назад, в разломанную печь. Встал вопрос, что делать с порошком каменного дерева. С одной стороны, ценный продукт, а с другой, этого порошка всегда можно наделать. Раскидал и его по окрестностям.

Пирамидки аккуратно завернул в ткань и закинул в рюкзак. Пустые банки тоже забрал. Удобные посудины, с плотными крышками. Всегда в хозяйстве пригодятся.

Ещё раз внимательно осмотрелся и, не найдя ничего компрометирующего, пошёл к машине.

* * *

Сфера с девушками выскочила на поверхность, и только сейчас им стало понятно, с какой бешеной скоростью они неслись через водную толщу. Катя начала крутить головой. Сквозь мутную поверхность сферы было видно плохо, но никаких признаков берега она не заметила. Только неясный силуэт человека маячил позади, легко скользя по волнам.

— Впереди корабль! — Напряжённо всматриваясь в муть, прямо по курсу, сказала Таня. — Готовься. Скоро узнаем, кто и зачем нас похитил.

— Да я-то готова. — Вздохнула Катя и крепче прижалась к подруге.

Сфера с пленницами начала замедляться и почти остановилась у борта небольшой парусной яхты. Через водяные стенки едва слышался разговор на турецком языке. Кто с кем разговаривает было непонятно.

Снова придя в движение, сфера поднялась над водой. Перелетев через борт, она распалась на кучу брызг и потоков воды. Катя всеми силами цеплялась за подругу, в результате они покатились по палубе весьма странным клубком. Намокшие волосы девушек сплелись в причудливый комок, плотно накрывший их головы.

Таня с трудом перевернулась на живот и поднялась. Лишь потом она убрала волосы с лица. Катя вообще перестала видеть, так как боялась отпускать подругу. Действия девушек сопровождались громким смехом и неприличными комментариями на турецком языке.

— Я посмотрю, как вы будете смеяться, когда мой будущий муж повырывает вам языки. — Сохраняя спокойствие и на чистейшем турецком, произнесла Татьяна. — Кто вы такие и как посмели похитить дочь Российского императора?

Худощавый мужчина с острым лицом, немедленно прикрикнул на матросов. Те сразу замолкли и постарались незаметно исчезнуть, что на довольно небольшой посудине было сделать весьма сложно.

— Госпожа, не гневайтесь на этих убогих. Ваш вид лишил их разума, но моя плеть вернёт им мозги на место. Потом. Позвольте проводить вас и вашу подругу до ваших кают. Там вы сможете привести себя в порядок. А тем временем я доставлю вас к вашему будущему мужу.

Турок хорошо говорил на русском языке. Возможно, Таня бы поверила ему. Если бы не многочисленные «но».

— Ты не понял моего вопроса? — Голос Татьяны оставался спокойным и холодным. — Кто ты такой и зачем меня похитил?

— Мне поручено доставить вас к вашему будущему мужу. — Повторил турок улыбаясь. — Пройдёмте в каюту. Мы скоро придём в порт великого Истамбула, где вас дожидается ваш будущий муж. Он очень тосковал по вам, и, видя его страдания, султан Ибрагим приказал доставить вас к нему.

— Ты умрёшь, если не вернёшь меня назад в Крым. — Пригрозила Таня. — Именно там находится мой будущий муж.

— Хватайте девчонок и распихивайте их по разным каютам. — Турку надоело препираться, и он решил ускорить события. — Айдын, вставай к штурвалу! Нам надо возвращаться, пока охрана принцессы не спохватилась.

Двое турок, старательно пряча ухмылки, попробовали схватить, один Татьяну, а второй Катю. Раздался треск, и турки, подёргиваясь в конвульсиях, упали на палубу.

— Дениз! Разряди защиту принцессы. Твоя стихия лучше всего действует против грозового артефакта. — Последовала новая команда.

Из-за надстройки показался старый турок. У него был вид измученного человека. Турок еле стоял на ногах. Повинуясь приказу, он взмахнул рукой. Струя воды поднялась над бортом и, изогнувшись, ударила в Татьяну. Никаких искр не последовало. Вода разбилась о невидимый щит и веером разлетелась по сторонам. Досталось и остролицему турку.

— У неё комбинированный артефакт, господин. — Сообщил Дениз очевидный факт. — Сколько в нём энергии неизвестно, а моя давно кончилась. Если я пропущу через себя ещё один накопитель, то полностью выгорю. Я уже подошёл к краю. Похитить принцессу было непросто.

— Да понял я, понял. — Пробормотал остролицый, стирая брызги с лица. — Иди отдыхай. Пусть принцесса постоит. Мужчин порадует своим видом. — Презрительно закончил он.

— Таня, что происходит? — Не выдержала Катя.

Она из-за спутавшихся волос ничего не видела. Чувствуя угрозу и слыша, что творится вокруг, боялась лишний раз пошевелиться. Только крепче прижималась к подруге. Ноги, сцепленные на тонкой Таниной талии, позволяли Кате не скатываться. Турецкий язык она тоже не знала и пребывала в полном неведении.

— Не мешай. — Сквозь зубы процедила Таня.

Когда подарок Луки ударил грозовыми разрядами сунувшихся к ней мужиков, Таня внутренне возликовала. Ей захотелось, чтобы такие же молнии прошлись по всем туркам. Чтобы разряды их не просто убили, а заставили перед смертью хорошенько помучиться от судорог.

На водяную струю, артефакт ответил обычным щитом, чем немного разочаровал Таню. К тому же ударенные молнией турки, после того как их окатило водой, начали оживать. И вот тогда её охватила злость. Таня от всей души захотела повторить грозовые разряды, но в стократно усиленном виде. Она, как наяву увидела молнии исходящие из её рук и бьющие по всему живому.

Словно в ответ на её желание, что-то внутри всколыхнулось. Могучая волна силы поднялась и заполнила её. А потом вырвалась наружу.

* * *

Майор дремал в машине, но сразу открыл глаза, как только я взялся за ручку двери. Из салона дохнуло прохладой.

— Как сходил?

— Ногами.

Я снял рюкзак и залез в салон. Посидел, кайфуя от прохлады. Потом раскрыл рюкзак и начал доставать из него банки.

— А банки тебе зачем понадобились?

— У гномов своя тара под грибы. — Серьёзно ответил я. — А беречь банки я с детства приучен. Тяжёлое у меня было детство.

— Оно и видно. Мог бы…

Договорить майор не успел, так как я всучил ему свёрток с пирамидками. Почувствовав его тяжесть, он потерял дар речи и начал аккуратно разворачивать ткань. Дойдя до первых пирамидок, он восхищённо выдохнул.

— Ну ты… — Майор взвесил в руке фиолетово-красную пирамидку. — Точно золото! А я ведь не верил, что ты его принесёшь. Хотя кого я обманываю. Умом не верил, а сердцем знал что сможешь!

От избытка эмоций он перестал контролировать свою речь. Счастливый, словно этот металл ему достанется, майор разворачивал рулон, пока не дошёл до бронзы.

— Не зря тебе посулили большую награду. Ой, не зря! — Продолжил восторгаться он.

— Тебе никак премию обещали, если меня уговоришь. — Предположил я.

— У нас поощряют тем, что не наказывают! — Со смешком ответил майор. — Не за деньги мы отечеству служим. В отличие от некоторых. — Кинул он прозрачный намёк в мою сторону.

— Так и я отечеству не за деньги служу. Ради денег я бы палец о палец не ударил. Есть более безопасные способы их заработать. Мы поедем или как?

— Сейчас.

Майор аккуратно придал свёртку первоначальный вид и начал осматривать машину.

— Сейф ищешь? Давай сюда.

Я забрал у него свёрток и засунул обратно в рюкзак. Сверху пристроил банки.

— А если серьёзно. Зачем тебе банки? — Немного подзавис майор.

— Я же тебе объяснил. У меня было тяжёлое детство. Поэтому к банкам у меня трепетное отношение. К стеклянным. — Невозмутимо ответил я. — Ты не представляешь, как ругалась моя бабушка, если ей банки из-под солений-варений не возвращали.

— У богатых свои причуды. — Покачал головой майор и тронул машину с места. — Там было действительно опасно?

— Скажем так. Мне разрешили забрать не все. — Туманно ответил я, оставляя для себя возможность без лишних проблем принести новые порции металла в случае необходимости.

— Ты хочешь сказать, что его там много?

— Там на весь материк хватит. Замучаемся могилы для умерших копать. — Охладил я пыл майора. Хорошо, когда объяснение придумывают за тебя. Остаётся только подыграть.

* * *

Возле переулка, ведущего к моему дому, стояла машина Сазонова. Увидев её, я сразу почувствовал, что грядут большие проблемы. Или уже пришли. Барон, завидев наш автомобиль, вышел из машины и призывно махнул рукой.

Майор остановился рядом.

— Её Высочество похитили! — Без предисловий выпалил Сазонов, стоило мне открыть дверь.

Я молча отдал рюкзак майору и выбрался из машины.

— Подробности.

— Они с Екатериной Каменевой зашли в воду и исчезли. Пока нашего водника сдёрнули с унитаза и притащили на берег, следов уже не осталось.

— Катю тоже украли? — Уточнил я, но барона Катя волновала в последнюю очередь. Он просто кивнул. — Утонуть они не могли?

— У Её Высочества защитный артефакт Святого Луки. Он бы не дал её утонуть. Хищных рыб в Чёрном море отродясь не водилось. Опять же артефакт. — Барон светился уверенностью, только была она фальшивой и прикрывала собой панику.

— Кто мог её украсть? Зачем вообще красть принцессу? Ради выкупа?

— Выкуп за похищение особ королевской крови никогда не выплачивается. Объявляется всеобщая охота на похитителей. Никто не хочет создавать прецедент удачного похищения. Заложника лучше убьют вместе с похитителями, чем дадут, тем скрыться. — Сазонов говорил жёстко. Нисколько не смягчая краски. — Поэтому похищение ради выкупа мы не рассматриваем. Похитить её могли только люди султана. Номинально он имеет на это право. Официально брачная сделка ещё не расторгнута.

— Что за мода воровать невест? — Вопрос был больше риторический, поэтому отвечать на него никто не спешил. — Где они сейчас могут быть?

— Где угодно. Патрульные корабли пограничников ушли в море, но учитывая подготовку операции и силу мага воды, шансов догнать похитителей немного.

— Значит, её везут в Турцию? — Уточнил я, хотя и так было всё понятно. — У вас есть выход на агентурную сеть в Турции?

— Это не наша епархия. Ответ на запрос придёт не раньше завтрашнего обеда. Это если нам соблаговолит ответить разведка. Такая информация…

— Я понял. Посол в Турции есть? Рекомендательное письмо к нему напишете? — Обратился сразу к майору и Сазонову.

— Как ты попадёшь в Турцию? — Спросил майор.

— Есть скоростные яхты с магическим приводом?

— Небольшие прогулочные катера есть. Только у них запас хода всего на полчаса. Это с большим накопителем. До Турции на таком не доплывёшь или будешь тащиться несколько дней. На военном корабле тебя тоже отправить не получится. — Сазонов развёл руками. — Мы всех послали на поиски. Да и не даст никто чужому военному кораблю в порт зайти.

— Барон. Подготовь письмо и найди мне самый быстроходный катер. Майор…

— Я занят. — Он продемонстрировал рюкзак. — Ты и без меня справишься. Я в тебя верю! — Нагло заявил майор. Несмотря на серьёзность ситуации, его не покидало хорошее настроение.

— Банки верни. — Напомнил я.

— Я ходатайствую, чтобы тебе стекольный завод подарили. Будешь сам банки себе делать, какие захочешь.

— Это то, что я думаю? — Барон с подозрением уставился на рюкзак, а потом перевёл взгляд на майора. — И много?

— Очень. Поэтому разбирайтесь сами. Делай, как он говорит, не раздумывая. — Посоветовал майор Сазонову. — Метод проверенный. Ты же к нему приехал, потому что не видишь другого способа вернуть Татьяну Павловну.

— Что нужно кроме катера? — Барон снова сосредоточил внимание на мне. Признаваться в своей беспомощности он не пожелал.

— Накопители к нему. Много накопителей. И спасательный жилет. Я не умею плавать. — Добавил я.

— Вот это меня больше удивляет, чем остальные требования. Ладно. Поехали.

— Я домой заскочу на секунду. — Остановил я его и метнулся к калитке.

* * *

Катер оказался небольшим. Скорее лодка, рассчитанная на трёх человек и предназначенная для прогулок, недалеко от берега. Надеюсь, она не перевернётся на волнах. Я зашёл на катер, благо он стоял вровень с деревянным причалом. На катере меня ждал его хозяин.

— Парень. Я всё понимаю. Дела государственной важности и всё такое. Но этот кораблик мне дорог как память. Постарайся его вернуть. Пусть потрёпанным, но на плаву. — Хозяин катера, глядя на мою одежду, решил не представляться.

— Обещать не буду, но постараюсь. Рассказывай, что здесь и как. — Раз он решил по-простому, то и я не буду себя утруждать.

Недовольно зыркнув в мою сторону, мужик тем не менее начал тыкать пальцем в органы управления и объяснять.

— Вот это штурвал. Куда его поворачиваешь, туда и лодка направляется. Чем больше скорость, тем плавнее нужно им действовать. Резко повернёшь, опрокинет. Вот этот рычаг регулирует скорость. Дальше границы зелёной зоны лучше его не двигать. Иначе накопителя надолго не хватит. На большой скорости включается конструкт, устраняющий качку. Он энергию жрёт, как не в себя. Я сам им почти не пользуюсь. Дорого выходит. Конструкт собран по старой школе, потому очень энергозатратный.

— Понял. А накопитель куда вставляется? — Наличие стабилизатора меня порадовало.

— Накопитель, вот сюда. — Он повернул небольшой рычаг на панели управления. Вбок сдвинулась крышка, прикрывающая отсек под пять больших накопителей. — На ходу менять не советую. Лодку ощутимо потряхивает на скорости. Все накопители порастеряешь.

— Понял. Вода на борту есть? Питьевая.

— Естественно. Я даже бар не успел вынести, так меня торопили. — С сожалением вздохнул хозяин лодки. — Вам на службе пить нельзя? — На всякий случай уточнил он.

— Я не пью вообще. — Успокоил его.

В отсеке находился всего один накопитель. Я сунул руку в карман спасательного жилета и достал ещё четыре. Поместив их на свои места, я повернул рычаг и закрыл отсек. Накопителями меня обеспечил барон из своих запасов. Себе он потом докупит.

— Компас верно направление показывает? — Уточнил я на всякий случай.

— На спокойной воде, когда нет вибрации, он показывает верно. При тряске я бы ему доверять не стал.

— Спасибо. Дальше я сам. — Поблагодарил я хозяина и толсто намекнул, что ему пора на берег.

— Парень, только аккуратно. Пожалуйста! — Ещё раз попросил мужик, перебираясь на пристань.

Я отвязал верёвку от причала и, сев на высокое кресло рулевого, осторожно передвинул регулятор. Лодка бесшумно тронулась с места. Подсознательно я ожидал шума от винта, но его не было. Лодка двигалась, используя другой принцип. Мне сейчас было не до углублённого исследования местных технологий. Прибавил скорости, направляясь в открытое море. Сегодня оно относительно спокойное, но лодку ощутимо потряхивало на волнах, стоило разогнаться.

Направление на Стамбул я определил по карте, которая нашлась у Сазонова. Мне следовало двигаться на Юго-Запад. Первое время путь будет пролегать вдоль берега Крыма, а потом придётся ориентироваться по компасу.

С одной стороны, моряк из меня никакой. С другой, имея неограниченный запас хода, промазать на сотню километров для меня не смертельно. А с третьей, мне позарез нужна удача. Солнце приближалось к горизонту, но темнота для меня не проблема. Плохо, что лодка низкая и далеко из неё не посмотришь. Была у меня надежда нагнать корабль похитителей.

Как объяснил мне Сазонов, корабли использовали магический привод только для медленного передвижения. На уровне обычного парусника. С увеличением скорости расходы магической энергии сильно возрастал, оправдывая себя только на военных кораблях.

Отдалившись достаточно далеко, я передвинул рычаг скорости вперёд, до упора. Катер почти перестал дрожать. Стремительное движение сопровождалось свистом ветра. Даже шум воды был за ним не слышен.

Глава 6

— Ваше Императорское Высочество, Татьяну похитили! — Граф Ивойлов ворвался без доклада и замер перед столом Петра Николаевича Романова.

— Кто посмел? — Холодно поинтересовался глава Государственной Безопасности.

— Выясняем, но кроме турок никто не решится на подобное. У них хотя бы видимость официального прикрытия имеется.

— Говорил же Павлу не тянуть. — Недовольно проговорил Пётр Николаевич. — Всё боялся войну спровоцировать раньше времени. Вот и добоялся. Что известно на настоящий момент?

— Почти ничего. Маг воды из группы сопровождения был отравлен и отсутствовал по причине расстройства желудка. Как раз в этот момент Татьяна вместе со своей новой подругой Екатериной Каменевой пошла купаться, и обе исчезли в воде. Срочно организованные поиски не дали результата. Водный маг, притащенный на берег, тоже ничего не выявил. Но он находился не в лучшей форме. Одно установили точно. Девушки не погибли, а просто исчезли. Остаётся вариант магического похищения. К сожалению, вода хорошо скрывает следы магии.

— Что успели предпринять?

— В море отправлены все корабли пограничной службы для поиска предполагаемых похитителей. Пока на этом всё.

— Что по отравлению водника? Не слишком ли удачно он отравился?

— На первый взгляд виноваты некачественные продукты, но углублённая проверка ведётся.

— Ясно. Пойду сообщу Императору, что не уберёг племянницу. — Пётр Николаевич встал из-за стола. — А чем занимается француз?

— С французом ещё сложнее, но Татьяна Павловна у нас в приоритете, так что его дело может подождать.

— Михаил Кириллович, давай я сам решу, что отложить, а что нет. Француз с недавних пор оказывает большое влияние на все процессы, происходящие вокруг него. Включая Татьяну. — Пётр Николаевич вопросительно посмотрел на графа.

— На него было совершено покушение. Вероятно, это дело рук Архива. В сообщениях, передаваемых через них, упоминалось, что француз интересуется магическими книгами. На почту пришла посылка, якобы от Константина Павловича. Её осмотр нашим специалистом выявил испепеляющее рунное заклинание, но оно оказалось не активированным.

— Я думал, у Архива не бывает таких грубых проколов. — Заметил Его Императорское Высочество.

— Это была обманка. Отвлекающий манёвр. Среди книг оказалась спрятана «Книга Бездн». Наш человек её проглядел, а француз оказался верен себе.

— И?

— Он выжил. Книга рассыпалась у него в руках. По заявлению француза, это был учебник по магии разума. Для него книжка бесполезная, но он успел прочитать несколько страниц. Примерное содержимое этих страниц нам прислали, так же, как и прах, оставшийся от книги.

— Прислали? — Выразил удивление Пётр Николаевич.

— Да. Майор Стеклов, подозревая, что за покушением стоит Архив, отправил поездом посыльного с прахом книги и документами. Мои люди, кстати, не отразили в своих отчётах это происшествие, хотя Татьяна Павловна и Екатерина Каменева присутствовали при тех событиях.

— Похвально. Но насколько я знаю, от проклятия «Книги Бездн» раньше никого спасти не удалось.

— Именно так, Ваше Императорское Высочество. Это первый и единственный случай. — Подтвердил граф. — На момент похищения Татьяны Павловны, француз, вместе с майором Стекловым, убыли в неизвестном направлении. Предположительно к горе Аю-Даг, за этрусским и пурпурным золотом. Результат пока неизвестен.

— По французу всё?

— Не совсем. Майор Стеклов прислал прошение, об освобождении его от оперативной работы. — Граф Ивойлов усмехнулся. — Француз предложил ему должность начальника службы безопасности.

— Неожиданно. — Пётр Николаевич действительно был удивлён. — Француз понимает, что у нас бывших сотрудников не бывает?

— Прекрасно понимает и ничего не имеет против. Парень верно просчитал, что своего человека мы к нему всё равно приставим. Поэтому решил сделать выбор сам. Даже текст клятвы, которую ему принесёт майор Стеклов, выслал нам на утверждение.

* * *

После нескольких попыток заменить накопители на ходу, два я уронил, но потом наловчился быстро их менять одной рукой. У этого чуда техники отсутствовала фиксация штурвала. Приходилось его постоянно придерживать одной рукой. Курсовая устойчивость тоже отсутствовала. Хотя это прогулочный катер. Ему такие сложности ни к чему.

Поначалу пробовал отслеживать заряд накопителей, переключаясь на магическое зрение. Потом мне надоело переключаться туда-сюда. Я начал просто менять их по очереди, не обращая внимания на остатки энергии.

Заряжал накопители, используя кристалл горного хрусталя. Именно за ним я забегал домой. Наловчился производить все действия на ощупь, не вынимая руки из кармана. Весьма полезный навык на будущее.

Солнце зашло. Мне темнота не мешала. Дополнительное освещение обеспечила убывающая луна, взошедшая на небе. Горизонт оставался чистым. Недалеко от берега ещё попадались разные посудины, но их должны были проверить погранцы в первую очередь. Мне, кстати, ни один корабль пограничников так и не встретился.

* * *

Мощные, ветвистые молнии ударили с рук Татьяны во все стороны. Выглядело это почти так же, как она себе представляла. Только молнии получились намного сильнее. В тех местах, где они пробегали по палубе, оставались глубокие каверны. От людей, попавших под удар, даже вскриков не последовало. Мощные разряды убивали мгновенно. Остролицему турку, не помогли его артефакты. Чуть притормозив на плёнке защитного купола, молния прожгла большую дыру в его груди.

Татьяна недолго радовалась своей неожиданной силе. Сознание резко затуманилось, и она потеряла сознание. Катя едва успела соскочить с начавшей заваливаться подруги и поймать её. Больно дёрнулись, спутавшиеся волосы, но блондинка смогла придержать подругу и положить на палубу.

— Таня⁈ — Подавляя панику, позвала ничего не понимающая Катя. Ответа не было.

Местами вырывая волосы с корнем, Катя с трудом расцепила причёски. Убрав волосы с глаз, она огляделась. Подтвердилось то, что она давно чувствовала носом. Корабль горел. Вокруг лежали трупы.

Татьяна находилась в полной отключке. Катя несколько раз влепила ей пощёчину. Без результата. Под ногами, в глубине корабля, что-то взорвалось, подкинув девушек на несколько сантиметром. Иллюминаторы в трюме вышибло, и из них забило пламя, которое, впрочем, быстро погасло, сменившись густым дымом. Нарастающий гул зазвучал под ногами девушки.

Оставаться на корабле было нельзя. Катя осмотрелась. Ни шлюпок, ни спасательных кругов. Она с трудом стащила с ближайшего турка спасательный жилет и быстро надела его на подругу, застегнув верхний ремень, охватывающий грудь.

Голые подошвы уже жгло. Палуба быстро нагревалась. Плюнув на себя, второй жилет Катя снимать не стала. Подхватила Татьяну подмышки и, дотащив до борта, кое-как перевалила её через ограждение и прыгнула следом.

Татьяна лежал на воде лицом вверх. Жилет оказался сшитым правильно и автоматически перевернул её в безопасное положение. Схватив Татьяну одной рукой, второй Катя начала отгребать в сторону от корабля. На нём периодически раздавались хлопки. Неизвестно, сколько корабль продержится на воде.

* * *

Наступила ночь. Татьяна так и не пришла в себя. Катя держалась за её жилет. И на одном упорстве ждала спасения, не давая панике захлестнуть себя. Иррациональная вера в Ивана не покидала её.

С наступлением темноты уверенность Кати поубавилась. К тому же поднялся ветер, который прижимал дым, идущий от корабля к поверхности моря.

От корабля она отплыла на расстояние, которое посчитала безопасным. На нём изредка раздавались слабые взрывы, добавляя пищу никак не утихающему огню. Несмотря на пожар, тонуть судно не собиралось. Он был странный. Открытого пламени почти не было, а вот дым валил словно из дымовой шашки.

Катя лежала на воде, экономя силы, поэтому смогла услышать новый звук, распространившийся в ней. Стук твёрдого предмета по железу.

Приподняв голову над водой, она услышала голос, смазанный расстоянием:

— Горячий зараза!

Приподнявшись ещё больше, Катя увидела в свете луны небольшую лодку, плывущую вдоль турецкого корабля. Она выделялась белым пятном, на фоне почерневшего судна. В лодке находился всего один человек.

— Ваня! — Что есть мочи закричала девушка. Сомнения в том, что это может быть кто-то другой, у неё не возникло.

* * *

Насторожил меня запах дыма. Паровых машин я здесь не видел, так что это не дым из трубы. Запах был какой-то непонятный. Я никак не мог подобрать к нему ассоциацию. Но что-то явно горело. Пожар и море — вещь мало совместимая, поэтому я решил найти источник дыма.

Пришлось остановиться, чтобы определить, откуда дует ветер. Поймав направление, я прибавил скорость и через несколько минут заметил источник дыма. Какое-то судно дымило, словно набитое старыми мазутными тряпками.

Заложив дугу, я подошёл к кораблю с подветренной стороны. На палубе никакого движения не видно. Забраться наверх я тоже не мог. Высоко. Если только прыгнуть внутрь прямо через борт. Я направил катер к носу судна. Там дыма было меньше всего.

На носу виднелось название на латинице, но как пишут турки, я не знал. Может, они перешли с арабского на латиницу. Или для судов используется только латинский шрифт. Вариантов много. Вроде есть что-то турецкое в «Deniz şahini», но это не точно.

Катер ткнулся носом в борт и закачался на волнах. От горящего корабля явственно тянуло жаром. Даже странно, что он до сих пор не затонул. Покидать катер было боязно. Привязать его не к чему, а если катер унесёт ветром, то домой придётся добираться вплавь. Перспектива нерадостная сама по себе, особенно учитывая, что надо спасать девчонок.

Лодка снова ткнулась в борт. Вроде бы её не сносит, а наоборот прижимает ветром к кораблю. Я подошёл к борту катера и протянул руку борту корабля. Вблизи жар чувствовался ещё сильнее.

— Горячий зараза! — Ругнулся я.

Вряд ли кто-то остался в живых на нагретом до такой температуры корабле, но мне нужно убедиться в отсутствии среди погибших Татьяны и Кати. Или в их наличии.

— Ваня! — Услышал я голос Кати из-за спины. Живая!

К чёрту корабль! Я метнулся к штурвалу и медленно поплыл в сторону белобрысой головы. Когда огибал корабль, я совсем перестал смотреть по сторонам, сосредоточившись на нём. А ведь достаточно было оглядеться.

— Ваня! Я знала, что ты за нами придёшь! — Катю переполняла радость.

— Куда ж я от вас денусь. Что с Таней? — я перегнулся через борт. Принцесса была в спасательном жилете вроде моего, но почему-то зелёного цвета.

— Она без сознания, но живая. Я не смогла её в чувство привести.

— Забирайся в лодку. — Скомандовал я, а сам ухватил Татьяну за жилет.

Борт у катера был низким, так что проблем у Кати не возникло. Таню я тоже легко перенёс на катер и положил на палубу. Проверил пульс.

— Рассказывай, что произошло? — Я посмотрел на девушку.

— Есть вода? Я пить хочу спасу нет. Ещё и солёной воды наглоталась.

— Вон там бар. — Я показал ей, где именно. — Там и вода должна быть.

— Ваня, я же не вижу в темноте, как ты. Включи хотя бы светильник.

— Нет у меня светильника. — Буркнул я и дотянулся до бара. — Рассказывай.

* * *

— Значит, ты не видела, что произошло. — Вынес я вердикт, после Катиного рассказа и сразу переключился на магическое зрение. — Поздравляю. Наша Таня стала магом.

— Так это она всё устроила? А какой она маг? Маг огня? — Логично предположила Катя.

— Точно не скажу. Но не похоже на огонь. — Я рассматривал ярко светящийся позвоночник и крупные нервные стволы, от него отходящие. Они натурально светились от энергии в моём магическом зрении. — Скорее она маг электричества. Архимаг грозы. — Уточнил я. Именно так здесь называли магов, управляющих электричеством. Само слово: «электричество», здесь было не шибко распространено. Кроме этого направления, ничего другого мне на ум не приходило. — Знаешь что. Ни в коем случае не буди её и не пытайся привести в чувство. Или она нас зажарит. Вспомни Костю. Неопытный архимаг опасен даже для самого себя.

— А как тогда быть? Не держать же Таню постоянно без сознания. — Удивилась Катя.

— На берегу у тебя будет шанс сбежать. Здесь такой возможности нет. Следи за ней. Если начнёт приходить в себя, сразу зови.

* * *

С возвращением намечались сложности. Я как-то не сообразил узнать, а как найти Алушту? Мне не пришло в голову, что с моря берег кажется везде одинаковым, если не знаешь ориентиры.

Через час показался корабль на горизонте. Он шёл мимо, но изменил курс в нашу сторону.

— Оставайтесь на месте до прибытия досмотровой команды. — Разнёсся над морем, усиленный магией, голос. Мой катер осветил яркий прожектор.

Я оглянулся. Катя сидела на палубе, положив голову Татьяны себе на колени. Девочкам явно было холодно после купания, но жалоб я от Кати не слышал. Да и помочь ничем бы не смог. Таня спала. В магическом зрении её позвоночник стал светиться заметно ярче.

Скорость я убавил, но ждать на месте не стал. Наоборот, потихоньку поплыл к кораблю. Тот тоже сбрасывал скорость.

Досмотровая команда выглядела весьма оригинально, на мой взгляд. Спускались они на платформе, закреплённой на тросах. Прямо на воду ступили трое матросов и ещё один субъект в дорогой одежде.

— Кто вы такой и что здесь делаете? — Издали крикнул любитель дорого одеваться.

— Не орите. Подойдите ближе. — Ответил я, стараясь не повышать голоса.

— Я не слышу, что вы там лепечете. Отвечайте на вопрос или пойдёте ко дну. — Продолжил орать мужик, остановившись в отдалении. Причём матросы продолжали идти по воде в мою сторону.

Катер отказался двигаться с места. Поэтому я плюнул на последствия и заорал в ответ:

— Я граф Иванов. У меня в лодке находится архимаг грозы, не до конца прошедший инициацию. Сейчас она без сознания. Хочешь разбудить её и сдохнуть — можешь дальше орать. — На всякий случай я отступил назад и протянул руку Кате. — Держись за меня. — Сказал ей тихонько. — Если Таня очнётся, я постараюсь нас спасти от очередного всплеска. — Уговаривать девушку не пришлось.

Разодетый господин решил не рисковать и заткнулся. Зато матросы явно растеряли прыть. Остановились, не доходя до катера нескольких метров, и пытались нас разглядеть.

— Ну чё замерли? — С матросами можно было говорить в полголоса. — Бегом кто-нибудь, сбегайте за одеялами. Её Императорское Высочество укрыть надо. Катя пойдёшь с ними и расскажешь, как дело было.

— Я не хочу. — Упёрлась та. — С тобой безопаснее.

— Сейчас для всех безопаснее, если я с Таней останусь один. Я могу просто не успеть тебя спасти. Молния быстрее человека. Понимаешь?

— Хорошо. — Нехотя согласилась Катя.

— Я непонятно выразился? — Снова посмотрел на матросов.

— Что здесь происходит? — Подошёл маг. Я просканировал его. Если он водник, то средоточие силы у него находится в районе таза. Надеюсь, не в мочевом пузыре.

Пришлось ещё раз объяснить ситуацию, но немного подробнее. В конце я добавил:

— Пусть ваш корабль идёт впереди. Я плохо ориентируюсь на море. Мне нужно вернуться в Алушту.

— Нам следует сначала осмотреть горящий корабль. — Неожиданно заявил маг. — Если он утонет, то не останется никаких следов от похитителей.

— Он вон в том направлении. — Я махнул рукой. — Можешь идти. А для меня жизнь и здоровье Её Высочества важнее улик.

— Бегом за одеялами! — Зашипел на солдат опомнившийся маг. — Госпожа, позвольте вас проводить на корабль. — Обратился он к Кате.

— Иди, иди. — Поторопил я её. — Рассказывай только про похищение, и как вы спаслись. Остальное их не касается. Попробуют обидеть, потом скажешь мне.

— Вы слишком самоуверенны, молодой человек. — Снисходительно улыбнулся маг.

— Ты не расслышал мою фамилию? — Наверное, в свете прожектора моя улыбка произвела на него неизгладимое впечатление. Мага аж передёрнуло. И чего он такой забывчивый? Мозг тоже в мочевом пузыре полощет?

Глава 7

— Я думал, мне послышалось. — Недоверчиво ответил маг. — Но ведь род и фамилия Ивановых предана забвению?

— Уже нет. За заслуги перед отечеством Император обещал отменить старый указ. И это не за Её Высочество. — Добавил я, так как на лице мага появилась многозначительная ухмылка, а взгляд опустился на Таню. — Передай капитану, чтобы шёл на максимальной скорости к Алуште. За мной всё равно будете следить, так что я не отстану.

— А…

— У этой посудины. — Я хлопнул по катеру. — Стабилизатор качки включается только на большой скорости. Я не хочу, чтобы Татьяна из-за тряски пришла в себя.

Вернулся матрос с охапкой одеял. По причине тёплого климата, они были тонкие. Катя помогла мне уложить и укутать Татьяну. Я снова осмотрел девушку. Не нравится мне это свечение. Ох, не нравится.

— Катя, а как ты выжила, когда у Татьяны всплеск начался? — Тихонько поинтересовался я.

— Я же на ней верхом сидела, чтобы её артефакт считал нас за одно целое. Наверное, он и защитил.

— Понял. — Мы как раз закончили укутывать Таню. Спасательный жилет я с неё снимать не стал. — Теперь бегом к пограничникам. Надо срочно возвращаться.

— Думаешь, она опять… — Катя недоговорила.

— Уверен. Поэтому поспешите.

* * *

Корабль пограничников шёл медленнее максимальной скорости катера, но попадал в зону включения стабилизатора. И на этом спасибо. Я увидел берег на горизонте одновременно с громким выкриком за спиной. Рванув рычаг скорости вниз, я бросился к Татьяне, но маленько не успел.

Очнувшись в темноте и запутавшись в одеялах, девушка запаниковала. Мощные молнии начали бить во все стороны. Мне тоже досталось.

Я боялся, что удар током нарушит работу нервной системы, и я не смогу перейти в сумеречное состояние. К счастью, разряд, ударивший в мою руку, всего лишь сжёг поверхностный слой кожи. Весьма неприятные ощущения.

Приложив усилие, вернулся в обычное состояние. Не обращая внимания на боль, возникшую от множественных ударов током, сел на палубу рядом с девушкой и притянул её к себе. Разряды сразу же стали меня игнорировать.

Треск молний не позволял говорить нормально. Таня пыталась меня оттолкнуть и довольно профессионально пробовала вырваться из захвата. Но я оказался банально сильнее.

— Таня, это я, Иван! — Пришлось прокричать ей в ухо. — Постарайся успокоиться. Молнии не причинят тебе вреда.

— Что происходит? Где турки? — Поняв, кто перед ней, девушка перестала вырываться и вцепилась в мои плечи мёртвой хваткой.

Если бы не артефакт Луки, я бы сейчас точно поджарился. Молнии, бьющие из её рук, осветили моё лицо. Таня вскрикнула и попыталась опять меня оттолкнуть, разряды участились и сделались сильнее. Краем глаза я видел, как один такой проделал в борту лодки внушительную дыру.

Другого выхода не оставалось. Перейдя на магическое зрение, я просунул руку до позвоночника девушки и начал откачивать из неё энергию. Таня мгновенно потеряла сознание, но молнии продолжали бить в разные стороны. Пришлось её придержать, чтобы не упала в воду. Через многочисленные дыры её набралось достаточно много. Оставалось надеяться, что в катере предусмотрены герметичные отсеки непотопляемости.

Я не знал, как подействует эта процедура на дальнейшие магические возможности Тани. Повторить фокус с выплеском энергии, что я проделал, когда меня схватили при появлении в этом мире, тоже не мог. В то время во мне не было «камня крови», а отделить внутри себя ту, непонятную энергию от магической я не пробовал. Мысль ставить эксперимент на Тане не показалась мне разумной.

Катер наполнился почти до краёв. Всё же, какие-то отсеки, придающие ему, непотопляемость, остались целы, и ко дну он не спешил. Корабль пограничников остановился, но на помощь к нам никто не спешил. Полагаю, зарево от молний на нём видели хорошо.

Наконец, молнии стихли, но я продолжал выкачивать энергию. Остановился, лишь увидев, что её осталось немногим меньше, чем в тот момент, когда я нашёл девушек. На корабле тоже оживились. Прожектор начал выискивать нас. Одновременно в нашу сторону отправилась обычная лодка. Для этого мира обычная. С магическим приводом.

Я подхватил Татьяну и поднялся на ноги.

— Сделай воду твёрдой. — Обратился к знакомому магу, когда лодка подплыла достаточно близко. Он находился в ней один.

Маг включил фонарь и дополнительно осветил моё лицо.

— Парень, ты вообще двигаться можешь? Она жива? — Засыпал он меня вопросами.

— Жива. И я в порядке. Татьяна Павловна сейчас не опасна. Полностью выложилась. Успеете нас до берега довезти. Кораблю ничего не угрожает.

— Нет, парень, я сам вас на берег доставлю. Не хочу рисковать командой. Тем более, берег совсем рядом. Ты точно в порядке? Вид у тебя, как у жертвы пожара.

— В порядке я. Не обращай на копоть внимания. Вытаскивай нас отсюда. — Поторопил я мага.

Катер хоть и медленно, но продолжал погружаться. Мой спасательный жилет полностью пришёл в негодность. Пробка, которой его набили, высыпалась через многочисленные дыры. Поэтому я хотел побыстрее перебраться в более надёжную посудину. Маг воспользовался своей силой и аккуратно перенёс нас с Таней в свою лодку. Причём мы оказались практически сухими.

Опустив девушку на дно лодки, я склонился над бортом и начал смывать с себя остатки сгоревшей одежды и струпья от ожогов. Раны и ожоги затягивались. На их месте быстро нарастала новая кожа.

— Есть вода? — Спросил я. Очень хотелось есть и пить. Организм залечивал раны, используя внутренние резервы.

— Парень, а ведь я тебе не верил. — Признался маг, протягивая воду. — Думал ты дурачок, погнавшийся за славой, раз решил связаться с магом грозы. Опасные они в момент инициации, а если архимаг, то вообще нет шанса, что он сам выживет. Не говоря уже об окружающих. — Он немного помолчал, наблюдая, как я осушаю фляжку. — Не знал, что у Ивановых такая хорошая предрасположенность к регенерации. Слухов про вашу фамилию много ходит, но подобного не слышал.

— У нас много способностей. К сожалению, среди них нет способности ходить по воде. А мне срочно нужно на берег. — Поторопил я его.

Проплывая мимо корабля, маг спросил:

— Кричать можно? Её Высочество не очнётся?

— Кричи. Пока опасности нет. — Разрешил я, немного покривив душой. — Пусть Катя, вторая девушка, спускается к нам. Мне понадобится её помощь.

— Думаете, это разумно, подвергать ещё одну девицу опасности?

— Будет опасно, я её сам отошлю подальше. — Спорить и объяснять у меня желания не было. — Пусть поторопится.

Уровень энергии у Тани после моей откачки нарастал намного быстрее. Возможно, это не связанные между собой явления. На крайний случай я ещё откачаю, но тенденция мне не нравится. Таню нужно будить и учить справляться со своей силой. И сделать это надо как можно быстрее.

* * *

С корабля на берег передали предупреждение о нашем прибытии. Обмен информации шёл кодом вроде морзянки посредством световых сигналов. С берега тоже поморгали в ответ. Но я удивился, что на берегу нас встречала целая толпа с фонариками. Хотя с корабля должны были предупредить об опасности.

Маг перенёс лодку далеко от линии прибоя, так что выбрались мы из неё на сухом месте.

— Что с Её Императорским Высочеством? — Подбежал ко мне Сазонов. Его люди пытались сдержать народ, которому почему-то не спалось среди ночи.

— Жить будет. Что здесь за демонстрация?

— Положи Татьяну Павловну, пусть её врач осмотрит. — Проигнорировал мой вопрос барон. — Тебе тоже помощь не помешает. — Он осветил не до конца затянувшиеся рубцы на моём голом торсе.

— Слушай меня внимательно, Сазонов. — Оборвал я его. — Таня не до конца инициированный Архимаг грозы. Провожай нас в её номер и полностью освобождай гостиницу и желательно близлежащие здания. Счёт идёт на минуты. Скоро будет новый всплеск. Ты меня понял или будем дальше выяснять, кому здесь командовать?

* * *

Номер Татьяны оказался роскошным. Куча комнат и несколько спален.

— Кать, определи, в какой спальне она спала. Нужно, чтобы Таня очнулась в знакомой обстановке.

— Тебе бы помыться нормально и переодеться. — Посоветовала блондинка. На корабле ей нашли одежду. Похоже, раздели какого-то юнгу. — Выглядишь, словно из преисподней вырвался, но хотя бы не голый. — Усмехнулась она

— Догадываюсь. — Я не стал реагировать на шутку. — Ищи спальню. Время дорого.

Выглядел я и вправду не лучшим образом. Знать, собравшаяся на берегу, чтобы спасать принцессу от неведомой опасности, чуть на меня не накинулась. Решили, что я и есть та самая опасность. Но Сазонов быстро нашёл им новое развлечение — ускоренный переезд на улицу.

Погранцы передали сообщение на берег открытым кодом. Его здесь знали почти все местные жители. Так что слух о принцессе, прибывающей на берег и грозящей ей опасности быстро разлетелся среди загулявших допоздна отдыхающих. Естественно, сообщение переврали. Что опасность представляет сама принцесса, пришлось дополнительно вколачивать людям Сазонова в самые непонятливые головы.

Положив Таню на кровать, я скомандовал:

— Кать, ложись с ней в обнимку и пока я не вернусь, от неё не отходи. Скоро будет всплеск. Таня очнётся, а ты постарайся её успокоить.

* * *

Наскоро помылся в первой подвернувшейся ванной комнате. Морская вода не самое лучшее средство для отмывания копоти и остатков повреждённой кожи. После мытья почувствовал себя лучше, правда, на внешнем виде это не сильно отразилось.

Брови отрасти не успели с прошлой стычки, но к опалённым волосам добавились извилистые дорожки в причёске. Волосы на этих местах выгорели вместе с кожей. Кожа восстановилась, а волосы ещё не отросли. Пришлось повязать бандану, сделанную из куска махрового полотенца, чтобы спрятать этот ужас.

От штанов тоже мало что осталось. Одевать их назад смысла не было. Халаты, найденные в ванной, были мне узки в плечах и коротки. Оторвал от одного верхнюю часть с рукавами, а остальное вполне удобно завязалось на талии. Главное — ноги не задирать, и высоко не прыгать. Тогда никого напугать не должен.

Из спальни слышались лёгкие потрескивания молний и тихий разговор. Быстро они. Но хоть гостиницу не разнесли. Прежде чем зайти я постучал об косяк.

— Не входи! — Предостерегающе крикнула Катя. — Таня не может с молниями справиться.

— Таня, ты сильно волнуешься? — Спросил я.

— А ты как думаешь? — Голос у девушки был больше растерянный, чем недовольный.

— Тогда постарайся успокоиться. Ты должна уметь. Думай о чём-нибудь хорошем, но спокойном.

— Я пробовала. Не могу сосредоточиться. Мысли мечутся ни на чём не задерживаясь.

— Тогда попробуем другой вариант. — Решил я. — Ждите, скоро приду. Таня, запомни, чем сильнее ты нервничаешь, тем мощнее молнии из тебя бьют.

— Это я и так поняла. А куда ты уходишь?

— Пойду молниеотвод для тебя искать.

* * *

На крылечке гостиницы я помахал руками. Рассчитывал, что наблюдение Сазонов всё равно ведёт. Так и оказалось.

Барон сам показался на дорожке, ведущей к пляжу, и молча уставился на меня.

— Нужен длинный трос. Или цепь, но трос лучше. — Сообщил я Сазонову.

— Что с Татьяной Павловной?

— Очнулась. Лежит, искрит, как маленькая грозовая тучка. Надо её заземлить. — Барон смотрел на мой наряд весьма подозрительно. Пришлось объясниться. — У меня другой одежды нет. Сможешь организовать новую? И пожрать не помешает.

— Ты, я смотрю, в своём репертуаре. — Рядом с Сазоновым нарисовался майор. — Опять одежду испортил?

— Давай потом посмеёмся. Я даже согласен вам поляну накрыть. Но потом. Сейчас мне нужен трос. Или длинная цепь. — Не поддержал я шутливого тона. — Действуйте. Я жду.

— Там Каменев старший за внучку переживает, что ему передать? — Серьёзно спросил майор.

— Передай, что жива и здорова. Принцессу успокаивает. Скоро домой вернётся.

* * *

— Катя, с Иваном точно всё хорошо? Почему он на глаза не показывается? — Заволновалась Татьяна, когда Ваня ушёл.

Искрение сразу усилилось, наделав новых дырок в постельном белье.

— Подгорел немного, но уже почти здоров. — Задумчиво ответила Катя. — Он очень необычный. И на нём быстро заживают любые раны.

— Это не любые раны. Я видела, как мои молнии насквозь пробивали тела турок. Как они чернели и обугливались. — Глаза Тани широко раскрылись, а молнии ещё усилились. Теперь Кате пришлось активно тушить загоревшиеся участки покрывала. Завоняло палёной шерстью. — И Ваня обугливался! Прямо у меня на глазах!

— Ну-ка успокойся, или мы с тобой тоже обуглимся, а возможностей Вани у нас нет. — Прикрикнула Катя на подругу.

— Что за шум без драки, но с запахом палёной шерсти? — Раздался от двери голос Ивана.

— Таня за тебя волнуется. Вспомнила, как ты обгорел.

— Главное — живой. — Голова Ивана показалась в проёме двери. — Таня, успокаивайся. Или мы так с места не сдвинемся. Видишь, я живой и почти здоровый.

— А куда двигаться-то? Я не могу управлять этой силой. Она сильнее меня. — Слова принцессы прозвучали совсем жалобно.

— Твой брат тоже не умел, но жить захочешь, быстро научишься. Если ты умеешь считать, то будучи архимагом грозы, ты пережила уже два всплеска. А такое мало кому удавалось. — Напомнил Иван. — Скажи спасибо Луке за крестик.

— Архимагов грозы не бывает. Потому что никому не удалось пережить первого всплеска. — Вставила Катя.

— Может, я не архимаг, а просто сильная магиня? — С надеждой произнесла Таня.

— Может и так. — Иван, видя, что молнии начинают стихать, выставил впереди себя трос, свёрнутый в кольцо, и вошёл в комнату. — Поэтому не нервничай. Всё будет хорошо.

— Это мой любимый халат⁈ — Воскликнула Таня, садясь на кровати?

— Не знаю. На нём бирки не было. Взял первое, что подвернулось под руку. — Иван с удивлением посмотрел на девушку. — Тебе жалко тряпку?

Катя села рядом, стараясь не терять контакт, и ткнула подругу в бок. Начавшие новую пляску молнии пошли на спад.

— Извини. Просто не люблю, когда копаются в моих вещах. — Таня пошла на попятную.

* * *

— Ты не поверишь, я тоже не люблю. И в чужих вещах не копался. Взял что под руку попалось. Моя-то одежда почему-то сгорела. Вернуть на место? — Я указал на половинку халата, обёрнутого вокруг талии.

— Ваня, я погорячилась. Сам должен понимать, произошедшие события не способствуют крепости нервов. — Практически извинилась Татьяна.

— Всё равно будешь наказана! — Хищно улыбнулся я. — Сидим и не двигаемся. — Добавил уже серьёзно. Разматывая трос, я приблизился к кровати. — Протяни руку и прикоснись к тросу. Что чувствуешь?

— Ничего. — Ответила Татьяна, но одновременно с прикосновением к тросу количество и сила искр резко уменьшилась.

— Берись второй рукой и успокаивайся. Временно мы твою проблему, кажется, решили. Ты главное не нервничай. — Приговаривал я. — Катя, начинай потихоньку отползать. Сильных молний нет. Максимум пощиплет маленько.

— Ты уверен? — Лишиться защиты артефакта она боялась.

— Вот он я, рядом стою и молнии в мою сторону даже не летят.

— Мне придётся постоянно с этой штукой ходить? — В голосе Тани послышалась обречённость.

— С чего так решила? — Удивился я. — Ты же должна знать, только что пробуждённые магические способности, нестабильные. Так происходит у всех магов. Просто у архимагов нестабильность тоже с приставкой архи. Нужно время и немного тренировок. И того, и другого у тебя вдосталь. Катя, чего замерла?

Блондинка осторожно отпустила Татьяну и сразу скатилась с кровати на пол.

— Фух! — Выдохнула она.

— Потом будешь фухать. Давай бегом к входу, ведущему на пляж. Там должны мою одежду принести и еду. Вы как хотите, а я проголодался.

— А можно мне в туалет? — Неожиданно спросила Таня.

— Конечно, можно. Сначала Катя отойдёт подальше, следом я. Потом можешь идти в туалет. Только следи, чтобы трос был недалеко от твоих рук.

Глава 8

Молодой человек в простой с виду, но дорогой по качеству материала и пошива одежде, лёгкой походкой спускался по тропинке. Его лицо было спокойным, но глаза выдавали хорошее настроение.

На стоянке он подошёл к машине и сел на заднее сидение.

— Тарас, едем в Алушту. — Распорядился Грабовский. После окончательного ухода с государственной службы он вернул себе прежний, молодой вид.

Водитель внимательно рассматривал хозяина в зеркало заднего вида.

— Неушто Святой Лука откликнулся на ваши молитвы, Иммануил Витольдович? — Поразился он.

— Даже и не знаю, как объяснить. — Молодой человек задумался. — Ты ведь знаешь, я церкви и церковников не очень люблю. И молитв не читаю, хотя и знаю парочку. Я к Луке обратился мысленно. По-простому.

— И он вам ответил? — Тарас был удивлён подобной разговорчивостью своего хозяина. — Никак и вправду чудо случилось!

— Словами нет. Но такое на меня спокойствие и умиротворение нашло… я про такое только слышал, но там для красного словца говорили. — Тут же исправился Иммануил Витольдович. Сбившись, он вернулся к своему привычному, равнодушному состоянию. — Я понял, что он одобряет моё стремление. Поехали, Тарас.

* * *

Пётр Николаевич застал брата и племянника в кабинете за оживлённой беседой, которую прервал неприятным известием. Под конец его рассказа в комнате поднялся маленький ураган.

— Константин! Успокойся! — Рявкнул император на сына. — Держи себя в руках! — Ветер, поднявшийся в кабинете, начал стихать. — Собирай теперь бумаги, которые ты разбросал.

Костя не двинулся с места. После окрика отца он замер с закрытыми глазами и принялся медленно дышать. Лишь когда ветер полностью стих, он поднялся со своего места и начал собирать бумаги.

— Ты должен избегать подобных вспышек. — Наставительно произнёс император. — Твоё хладнокровие — залог безопасности для людей, окружающих тебя.

— Как они посмели? Это же война! — Сдерживаясь, спросил Константин.

— Возможно, именно этого они и добиваются. — Император посмотрел на брата. — Пётр, рассказывай, что ещё известно на данный момент. Меня интересуют подробности.

— Я их все рассказал. Больше ничего не известно, но следственные действия ещё ведутся. Есть ниточка с отравлением мага воды из группы сопровождения Татьяны. — Глава ГосБезопасности сам сел в свободное кресло, не дождавшись предложения от брата. — К сожалению, Архив не соглашается ускорить передачу сообщений даже в экстренных ситуациях. Остаётся ждать, когда поступят новые сведения. Разведчикам я задание дал. Пусть возьмут порты под наблюдение, но от них вестей ждать ещё дольше. Если они будут. — Пётр Николаевич замялся, решая, нужно ли сейчас сообщать информацию, привезённую курьером, но император почувствовал его сомнения.

— Есть что-то ещё? Говори.

— Это не связано с похищением Татьяны. — Император не отводил взгляд, ожидая продолжения. — Архив попытался убить француза, используя «Книгу Бездн». Француз выжил. Чему я уже не удивляюсь. Но Архив пересёк черту. Нельзя спускать такое с рук.

— Так. Пётр. Давай подробности покушения. По этому делу, я надеюсь, они у тебя есть?

— Мы будем Турции войну объявлять? — Встрял в разговор Константин.

— На основании домыслов? Успокойся, Константин. Такие вопросы с наскока не решаются. — На этот раз император говорил жёстко. — Против нас все поднимутся. Чтобы напала вся европейская свора, нужен только повод.

— Я просто спросил. — Константин был спокоен. — Если будем, то я хочу участвовать в освобождении сестры.

— Боюсь, твоё умение управлять своей силой ещё не достигло необходимого уровня. А сейчас давай ты не будешь перебивать старших.

* * *

— Наши книги проверили? — Спросил император, выслушав брата.

— Всё на месте. — Ответил Пётр Николаевич. — Пробовали отследить посылку. Безрезультатно. Она появилась в скором поезде или на станции сортировки. Словно возникла из воздуха. Никаких следов нет. Никто ничего не знает. Можно провести усиленный допрос всего персонала, но, боюсь, мы только потеряем людей, ничего не выяснив.

— Я выезжаю в Алушту. — Категорично заявил Константин, уловив паузу в разговоре.

— Зачем? Думаешь от тебя там будет польза? — В голосе императора не было иронии. Его действительно интересовал ответ на вопрос.

— Я думаю, Иван… — Костя резко вжал голову в плечи. — Фух. — Выдохнул он выпрямляясь. — Оставлю свои мысли при себе.

— Это не опасно? Я имею в виду твои мысли? — Уточнил Пётр Николаевич.

— Я думаю… — Осторожно начал цесаревич. — Это будет полезно. Ты же сам говорил, что мне надо работать над контролем. Иван сможет мне с этим помочь лучше, чем кто-либо другой.

— Ты раньше не хотел его беспокоить своим присутствием. — Напомнил император.

— Обстоятельства изменились. Заодно книги ему привезу. Лично.

— Француз притягивает неприятности. — Покачал головой глава ГосБезопасности. — Каждый день с ним что-нибудь случается. Я бы не советовал тебе, Константин, ехать к нему. Побудь в столице. Мы уже поддались на уговоры твоей сестры, и вот к чему это привело.

— И всё же я поеду. Не могу объяснить, но уверен, Иван сможет научить меня контролировать силу. Если скоро война, то я один смогу заменить маленькую армию.

— Я против. — Твёрдо произнёс император. — Не обижайся сын, но…

— Ваше Императорское Величество, прибыл граф Ивойлов со срочным донесением для Петра Николаевича. — В приоткрытую дверь заглянул кабинет-секретарь. — Его Императорское Высочество предупреждал, что он может появиться.

— Наверное, новости из Алушты. По другим вопросам меня беспокоить не стали бы. — Ответил Пётр Николаевич, на вопросительный взгляд брата.

— Зови. — Коротко распорядился император в сторону кабинет-секретаря.

В кабинет вошёл граф.

— Докладывай, Михаил Кириллович. — Прервав открывшего рот графа, приказал начальник ГБ. — Именования можешь опустить.

— Прибыл ещё один посыльный от майора Стеклова. Привёз ценный груз, о котором вы просили француза. Вот. — Ивойлов продемонстрировал свёрток цветастой ткани.

— Разворачивай. Посмотрим, что он там прислал. — Император показал на край своего стола. Стараниями Константина тот оказался освобождён от документов.

— Принёс-таки. — Хмуро произнёс Пётр Николаевич, глядя на появляющиеся пирамидки из ценнейшего металла. — Надо было у него «Кровавый камень» попросить.

— И чему ты не рад? — Император не понял такой реакции брата. Осторожно прикасаясь к каждой пирамидке, он прислушивался к отклику, идущему от них. — Изумительно чистый металл!

— Я обещал от твоего имени восстановить род Иванова и частично вернуть отобранную собственность рода. — Признался начальник ГБ.

— Я думаю, оно того стоит. — Согласился Павел, но потом строго добавил: — Больше так не делай. Своим именем я предпочитаю распоряжаться сам.

Пётр не стал отвечать брату. Лишь молча кивнул, подтверждая, что услышал его.

— Других новостей нет? — Спросил он у графа.

— Француз отправился в погоню за похитителями Татьяны Павловны на прогулочном катере. Это всё, что известно.

— Что за катер такой, прогулочный, раз на нём можно гоняться за военными кораблями? — Удивился император. — У них же запас хода, только вдоль берега плавать на короткие расстояния.

— Таких подробностей посыльный не знает. Он слышал, как француз просил найти ему скоростной катер. — Отрапортовал Ивойлов. — Посыльного собирали в спешке. Близилось время отхода скорого поезда из Симферополя. Он поэтому не так сильно разминулся с сообщением, переданным через Архив.

— Ох уж этот Архив. — Император замолчал с отрешённым видом. — Пётр, как думаешь, догонит Иванов похитителей?

— После вот этого. — Глава ГБ кивнул на тряпку с разложенными на ней цветными пирамидками. — Я уже ничему не удивлюсь.

* * *

Я переоделся в принесённую мне одежду. С размером ГБ-шники угадали, а с фасоном, нет. Не люблю я всякие рюшечки и кружавчики. Хотя кружавчиков на рубашке не было, но вышивка была на мой вкус вырвиглазная.

Катя тем временем унесла корзину с едой наверх. В номер Тани.

— Ты что-нибудь можешь рассказать? Или так и будешь молчать? — Не выдержал Сазонов, который наблюдал за моим переодеванием.

— Таня жива. Что тебе ещё надо? Пару дней ей лучше оставаться в номере. Под присмотром.

— А твой молниеотвод недостаточно эффективен? — Барон кивнул на трос, идущий через холл гостиницы. Один его конец уходил по лестнице на второй этаж к номеру Тани, а второй — во двор.

— Сейчас Таня немного успокоилась и его достаточно для заземления мелких разрядов. Если разволнуется, или начнётся новый всплеск, то этот трос сгорит быстрей соломинки, брошенной в костёр. — Объяснил я, как мог.

Энергетика у неё продолжала нарастать, но, вопреки всему, внешне это проявлялось лишь небольшими молниями. Мне кажется, что организм девушки привыкает к изменениям, произошедшим с ним. И привыкает довольно быстро. Жаль, что в учебнике не было никакой информации про активацию магического дара. Эта тема в нём совершенно не освещалась. Только обучение и тренировки.

— А Катерине не опасно рядом находиться? За тебя я не волнуюсь. — Уточнил Сазонов.

— Если я начну рыться в вещах Татьяны, выбирая, что ей надеть, эмоции она вряд ли удержит под контролем.

— Ты можешь рассказать, про похищение? Как ты их вообще нашёл в открытом море?

— Случайность и хорошее обоняние. Во время первого всплеска Таня убила всех турок на корабле и подожгла его. По дыму я их и нашёл. Так бы мимо проскочил.

— А Катерина как осталась жива?

— Она держалась близко к Татьяне. Артефакт Луки защитил обеих. Катя спасла Татьяну, когда та потеряла сознание после всплеска. Надела на неё спасательный жилет и скинула в море. Если бы не она, Таня могла свариться до хрустящей корочки. Я появился через несколько часов, но к кораблю даже подплывать было сложно. Слишком он прогрелся.

— Ты только что упоминал про артефакт святого Луки. — Напомнил Сазонов.

— Если он такой всемогущий, то почему ты не занимаешься охраной кого-нибудь другого? — Возразил я.

— Это были турки? — Съехал с темы Сазонов.

— Я не смог подняться на борт. Корабль горел. Кстати, я название видел, если по-английски читать, звучит как: дениз сахини. Только «с» с финтифлюшкой внизу.

— «Морской Ястреб» — Перевёл барон. — Точно турки. Когда можно с девушками поговорить? Хотя бы с Катериной. Мне нужны подробности похищения.

— Давай ещё минут десять подождём и поднимемся вдвоём. Пусть приведут себя в порядок спокойно.

* * *

— Больше ничего не помните, Татьяна Павловна? — Сазонов благоразумно стоял в дверях, пока опрашивал девушек.

Катя сидела вплотную к подруге, прикрываясь её артефактом. Во время рассказа о произошедших событиях Таня начинала волноваться, и мелкие молнии стреляли в окружающие предметы. Заземление плохо справлялось с возрастающей активностью.

Я сидел на полу, напротив девушек, спиной к барону и активно уничтожал продукты из корзинки. Молнии если и достигали меня, то не больно щипались, не причиняя большого вреда. Похоже, мой хитрый организм нашёл способ противодействия мелким разрядам.

— Нет. Рассказала, что запомнила. — Покачала головой принцесса. — Всё произошло очень быстро.

— Хорошо. По крайней мере, мы точно знаем, что вас похитили турки. Причём по прямому приказу султана. — Барон Сазонов был удовлетворён полученной информацией. — Дениз — это архимаг воды. Ваше похищение — дело его рук. Смерти старого турка желали многие. — Добавил он задумавшись. Потом встрепенулся и спросил: — Катерина, не хотите увидеться с дедом. Он сам весь извёлся и нас задёргал. Может, успокоите его?

— Вань, я схожу?

— Тань, ты освоилась? Одна справишься? — Переадресовал я вопрос.

Время, на которое я задержался внизу, она потратила с пользой. Успела привести себя в порядок и переодеться в подобие спортивного костюма. Было тепло, но девушка явно не отошла после стресса и длительного купания.

— Справлюсь, конечно. — Удивлённо ответила Таня. — Как я догадываюсь, выходить из номера мне не рекомендуется?

— Если держаться за трос и не нервничать, то можно и выйти. — Прикинул я. — Но не дальше, чем позволит трос. У него второй конец глубоко в землю закопан.

— Я с ним и так себя чувствую, как собака на привязи. — Поморщилась Таня. — Посижу пока в номере. Здесь спокойнее.

— Ну вот, Катя, и ответ на твой вопрос. Иди. Деда успокой да выспись хорошенько.

— А ты спать не хочешь?

— Хочу. Но сначала Татьяну обучу простейшим приёмам контроля. Просыпаться в разрушенной гостинице мне не очень хочется. — Я оглянулся на барона. — Надеюсь нам мешать не будут?

— Вокруг гостиницы выставлено оцепление. — Сообщил Сазонов, после небольшой паузы. — Я, пожалуй, тоже пойду.

— Как ты меня будешь учить? — Задала Таня вопрос, когда мы остались вдвоём.

— Преимущественно лёжа и с закрытыми глазами. Но чуть позже. — Я помахал котлетой, которую с аппетитом ел. — Я, вообще-то, ещё не наелся. Поэтому сначала небольшая лекция.

— О чём? — Таня с улыбкой смотрела на меня. Даже молнии стихли.

— О магии, конечно. Ты же о ней ничего не знаешь. — Я набил полный рот и приготовился ждать возражений. Но их не последовало. Прожевав, продолжил. — Я долго думал над магией. Читал книги.

— «Книгу Бездн» ты всё же прочёл. — Уверенно сказала Таня.

— Неважно. В ней тоже много ошибок. Основная из них — это делить магию на разумную и неразумную. Правильное определение находится посередине. Магия полуразумна! — Многозначительно закончил я.

— С тобой могут поспорить сотни общепризнанных философов. — Возразила Таня.

— Не получится у них со мной поспорить. Я свои соображения не собираюсь обнародовать и тебе не советую распространяться об услышанном от меня. — Мой взгляд упёрся в Татьяну.

— Обещаю не рассказывать. — После паузы подтвердила она.

— Надеюсь. — Я хмыкнул и запил завтрак молоком прямо из крынки. Натуральной. Из глины. На улице начало светать. — В подробности вдаваться не буду. Просто считай любую магию полуразумной в основе своей. Твоя задача договориться с магией. Научиться общаться с ней на уровне чувств, образов и ощущений.

— Я думала, тебе известен магический язык. — Таня была немного разочарована моим вступлением. — Неужели его не было в «Книге Бездн»?

— То, что было в книге, поможет тебе развить навыки управления магией, а точнее, общения с ней. Но сначала нужно эти навыки получить.

Я на минуту завис, глядя перед собой.

— О чём задумался? — Прервала мои размышления Таня.

— Пытаюсь оформить свои мысли в понятные слова. Видишь, как интересно получается. Я перевожу мысли в слова. Часть информации уже теряется, потому что не всё можно точно описать словами. Потом ты обратное преобразование делаешь у себя в голове. В результате очень редко исходная мысль без искажений доходит до адресата.

— Так и есть. — Вздохнула девушка. Видно, вспомнила неудачный личный опыт.

— С магией, в отличие от других людей, ты можешь общаться напрямую, не используя промежуточные конструкции.

— Так могут работать только очень опытные маги. Для начинающих такой уровень недоступен. — Возразила Таня. — Поэтому новички используют разные словесные или мануальные способы формирования заклинаний.

— Весьма продуктивный путь для воспитания посредственностей.

— Почему?

— Как тебе объяснить? — Я снова задумался. — Слова и жесты — это костыли. Представь, что младенца заставляют все время пользоваться костылями, не позволяя просто ходить. Безопасно. Но в то же время медленно и некрасиво. Так и с вашими магами. От костылей удаётся избавиться немногим. Поэтому сильных магов мало.

Убедившись, что больше есть не хочу, я отнёс корзинку в сторону.

— Таня, теперь небольшая вводная часть. Источником твоей энергии служит позвоночник, а проводниками — крупные нервные стволы. Именно поэтому у тебя самые сильные искры срываются с ладоней.

— Откуда ты знаешь про мой источник? — Удивилась девушка.

— Это не важно. Сейчас я буду тебя учить, как управлять своим источником. Чем лучше ты его контролируешь, тем отзывчивее будет магия к твоим просьбам.

— Я готова. Что нужно делать?

— Ничего. Ложись на кровать и расслабься.

Глава 9

Таня послушно легла на спину, не забывая про начавший надоедать трос.

— Двигайся, я рядом лягу. — Заявил Иван и действительно улёгся рядом.

Кровать была широкой, так что между ними сохранялось расстояние. Таня немного разволновалась и почувствовала, как активизировались молнии, бьющие во все стороны. Впрочем, Иван на них внимания не обращал. Он повернулся набок лицом к Татьяне и произнёс:

— Расслабься. О глупостях потом думать будешь. — Сказал серьёзно, без намёка на усмешку. — Закрой глаза и постарайся ни о чём не думать. Представь туман вокруг себя. Плотный серый туман. — Его голос начал звучать плавно и монотонно. Хотелось его слушаться и следовать за ним. — Тебя не волнует этот туман. Тебя не интересует то, что находится за туманом. Ты медленно погружаешься в себя и видишь своё тело изнутри. — Голос Ивана уже не ощущался, как что-то инородное. Он стал частью, то ли яви, то ли видения, которое сейчас видела и чувствовала Татьяна. — Видишь, как светится твой позвоночник? Попробуй собрать свечение внутри него. Это плохо, когда лишняя энергия бесконтрольно выливается из тебя…

Она не знала, сколько времени заняло усмирение непослушного источника. Ваня руководил её действиями, словно видел, что происходило в её видениях. Последнее, что запомнила Таня, было ровное свечение спинного мозга. Без коронных выбросов. Потом на неё навалилась усталость, и она уснула.

* * *

Я открыл глаза и скосил их вниз. Танина голова упиралась мне в плечо. Руку и ногу она тоже сложила на меня. Подозреваю, что трос валяется возле кровати. Решил лишний раз не шевелиться. Мне не тяжело, а искать новую одежду лень. Вдруг испугается, если внезапно проснётся.

Лежать без дела я тоже не собирался. Мне было о чём подумать. Никогда не занимался Эриксоновским гипнозом с другими людьми, но тут решил попробовать. И, похоже, у меня получилось! Переключившись на магическое зрение, я прекрасно видел, как Таня пытается усмирить свой источник. Естественно, движения её воображаемых рук были для меня не видны, но результат их действия я мог наблюдать отчётливо.

Вероятно сказалось отношение Татьяны ко мне. Она меня не боялась и доверяла почти полностью. Интересно, мы одновременно уснули, или она позже меня?

Лежал я лицом к входной двери, поэтому заметил, как она приоткрылась и показалось любопытное лицо Кати. Установившись на нас, её глаза округлились, но, заметив, что я не сплю, она посмотрела на меня, выражая большой вопрос всем лицом. Я подвигал глазами, пытаясь показать, чтобы она исчезла.

— Не понимаю! — Прошептала Катя.

— Да заходи уже. Чего шепчешься. — Неожиданно ответила ей Таня. Потом подняла голову и посмотрела на меня. — Ваня, ты колдун! У меня амулет Луки. Он защищает от ментального вторжения. Как ты смог?

— Никак. Не было никакого вторжения. — Я улыбнулся. — Это лёгкая форма гипноза, при которой я помогаю, а не заставляю тебя управлять своим источником. Судя по результату, ты скоро научишься взаимодействовать с источником без моей помощи.

— Никогда не слышала такого интересного оправдания от двух любовников. — Не удержалась от восклицания Катя.

— Катюх, ты так говоришь, словно каждый день в чужие спальни вламываешься. — Рассмеялся я. — Таня, будем вставать или ещё полежим?

— Долго мы проспали? — Спросила она, садясь на кровати.

— Почти шесть часов. — Уверенно заявил я.

Таня внимательно рассматривала свои ладони, с которых не срывались искры.

— Мне удалось справиться с источником? — Повернулась она ко мне.

— Не спеши с выводами. Помнишь состояние, в которое погружалась? Попробуй проверить источник и подправить его.

Девушка послушно прикрыла глаза и погрузилась в себя.

— Мне кажется, что внизу свечение опять начало расползаться.

— Не кажется. Ты хорошо видишь, что происходит с твоим источником. — Подбодрил я Таню. — Честно говоря, я удивлён.

— Ваня, а меня научишь? Вдруг у меня тоже источник есть, и если я смогу его увидеть, то смогу и развить. — Оживилась Катя. Она подошла к кровати и села на край недалеко от Татьяны.

— Нечему у тебя развиваться. — Я перевёл на неё взгляд. Никаких признаков источника магическим зрением видно не было. — Будешь как я, жить обычной человеческой жизнью.

— Ну уж нет. У меня нет твоей живучести, я долго не протяну. — Катя внезапно спохватилась. — Ваня, а ты знаешь Иммануила Витольдовича?

— Вообще, первый раз о таком слышу.

— Я знала одного придворного лекаря с таким именем. — Откликнулась Татьяна. — Но он куда-то исчез несколько лет назад. Отец очень переживал о его уходе.

— А почему ты меня о нём спрашиваешь? — Я начал подозревать, что знаю этого лекаря.

— Это он тебя спрашивает. Появился недавно. Все к нему с уважением относятся, но сюда не пустили. Меня отправили.

— Интересно, как он сейчас выглядит? — Пробормотал я. — Вроде бы Благородие собирался на службу вернуться.

— Ты думаешь, это он? Совершенно ведь непохож. Этот молодой и стройный, а Благородие был, как толстая жаба на кривых ногах.

— Зови. — Махнул я рукой. — Какой смысл гадать, если сейчас всё равно узнаем, он это или нет.

— Я хочу кофе. — Сообщила Таня, когда Катерина ушла.

— У меня нету. — Развёл я руками. — Я не волшебник, если что.

— Волшебников не существует. По крайней мере, я так раньше думала. — Задумчиво глядя на меня, произнесла девушка.

— Лучше так и думай дальше. Здесь кухня должна быть. В гостинице вас ведь кормили. — Я поднялся с кровати. — Пойду встречу Благородие и посмотрю, что у них съестного есть.

— А почему «Благородие»?

— Долго рассказывать. Сильно не задерживайся. — С этими словами я выскользнул из комнаты и бросился к знакомому санузлу. У Татьяны был свой туалет в спальне, и я надеялся, что она за мной не последует.

* * *

Похоже, Катя вела гостя от оцепления, потому как встретил я их на первом этаже.

— Здравствуй, Благородие. — Улыбнувшись, поздоровался я с молодым человеком. Был он примерно одного возраста со мной теперешним. — Какими судьбами тебя к нам занесло?

— Да вот. Решил тебя проведать. Не думал, что и Катерина здесь окажется.

— Ты кофе варить умеешь? Здесь где-то кухня есть. Кать, иди к Тане, может ей помощь нужна, а потом к нам спускайтесь.

Катя поняла, что я её не просто так отправляю, поэтому возражать не стала. Благородие про кофе не ответил. Он вообще какой-то неразговорчивый был. В полном молчании мы вышли в холл, где я и обнаружил ресторан гостиницы. Когда эвакуировали постояльцев, ресторан работал и обслуживал припозднившихся клиентов. О чём говорили неубранные столы и недоеденная еда на тарелках.

Через обеденный зал мы прошли на кухню. Печи, явно магические, были выключены. Кастрюли с них в спешке никто не убирал.

— Где здесь может быть кофе и кофеварка? — Спросил я у Благородия.

— Что мешает заказать нормальный кофе из другого ресторана?

— Народ гонять ради такой мелочи? Поди сами справимся. Времени у нас вагон.

— Татьяна Павловна долго будет опасной для окружающих? — Спросил Благородие, пробираясь по кухне и осматривая её.

— Иммануил Витольдович, как тебя сокращённо звать? Благородие не к месту звучит, а каждый раз выговаривать Иммануил я не буду. Длинно и непривычно.

— Как не было у тебя почтения к старшим, так и не появилось. — Покачал он головой и снял с полки банку из тёмного стекла. Открыл крышку, понюхал и удовлетворённо кивнул. — Для друзей я Мэнни. Но в официальной обстановке лучше так ко мне не обращаться.

— Договорились, Мэнни. — Легко согласился я и вернулся прежней теме. — Таня и сейчас не опасна, но развитие источника у неё продолжается. Могут быть новые всплески.

— Откуда тебе об этом известно? Ты же не маг.

— Ты зачем приехал? Только честно.

— Иди крути кофемолку. — Ушёл от ответа Благородие. Ну прям как я.

Кофе он сварил в кофеварке. Естественно магической. Но, когда Мэнни разлил его по кружкам, пахло оно замечательно. Про сахар никто из нас не вспоминал.

— Я хочу к тебе на работу устроиться. — Сделав первый глоток, произнёс Благородие. — Возьмёшь?

— Бесплатно и под клятву. — Ответил я не раздумывая.

— Ну ты и наглый Иванов. — Недовольно покачал он головой. — Скажи, ты имеешь какое-нибудь отношение к исчезновению Третьего?

— Я даже не знал, что он исчез. Он же бывший вор или мошенник. Может залёг на дно, чтобы бывшие коллеги не обобрали до нитки?

— В том-то и дело, что нет. Я проверил этот вариант. Есть у меня надёжные люди в той среде. Ни с кем он на связь не выходил. Последний раз его видели вместе с тобой. В Воркуте. Дальше глухо. Воркута не тот город, в котором можно бесследно пропасть, не имея денег при этом. Он ни копейки не снял со своего счёта.

— Странно. Значит, убийство или похищение с целью ограбления отпадают. — Я не сильно переживал за Третьего. Не успел он стать близким для меня человеком. — С другой стороны, времени прошло не много. Объявится ещё. Спецслужбы здесь точно ни при чём?

— Он мог многое про тебя рассказать? Ты с него клятву брал?

— Нет, потому что ничего важного он увидеть не мог. Третий парень умный, но догадки и факты — это не одно и то же.

— Плохо. — Благородие отпил ещё глоток. — А почему ты мне платить не хочешь? Ты же знаешь, что я не простой лекарь с улицы.

— Именно поэтому. Ты ко мне не за зарплатой пришёл. Подозреваю, что денег у тебя на несколько жизней вперёд хватит. — Я усмехнулся. — Тогда какой смысл тебе и платить?

— Пусть будет бесплатно. — Согласился Мэнни. — Но абы какую клятву я дать не смогу.

— Обсудим. — Кивнул я.

* * *

— Ничего не понимаю. — Татьяна удивлённо смотрела на молодого человека. — Иммануил Витольдович, вы отказались от службы при императоре, но идёте на службу к Ивану, у которого даже дома своего нет?

Мы с Мэнни нашли свежее печенье на кухне и вместе с кофе перебрались в зал, за пустой столик. Здесь к нам девушки и присоединились.

— При дворе банально скучно, Татьяна Павловна. Видеть не могу эти рожи. Думал, после Аберрации буду рад вернуться, но ошибся. — Вежливо ответил он. — Иван на фоне придворных, как глоток свежего воздуха.

— Дома у меня пока нет. — Влез я в великосветский разговор. — Но скоро это упущение я исправлю. Как только книги привезут по строительству, сразу займусь проектом.

— Я помогу. — Многозначительно пообещала Таня. — Не боитесь, что вас и здесь достанут? — Улыбнулась она Иммануилу.

— Это проблемы моего работодателя. — Перевёл тот стрелки и уставился на меня. — Впишем этот пункт в договор?

— Впишем. — Согласился я. Мне посторонние на моей территории тоже не сильно нужны. — Думаю, майор Стеклов, как начальник моей Службы Безопасности, легко решит этот вопрос.

— Он же на госслужбе? — Удивился лекарь.

— Ну так и ты на ней состоял. Не вижу проблемы. — Я пожал плечами.

— Зато я их столько впереди вижу. — Вздохнула Татьяна. — Ты, Ваня, сам по себе уникум. Настоящий волшебник, хотя и не маг. Только появился, а уже таких дел натворил.

— Ну да. Два Архимага в коронном роду. Причём один из них маг грозы. — Иммануил покачал головой с задумчивым видом. — Вот поэтому мне интересно быть рядом с Иваном, Ваше Высочество. Не думаю, что он на этом остановится.

— Надо предупредить императора, чтобы запретил остальным своим детям приближаться ко мне. — Вполне серьёзно сказал я, глядя на Таню. — Такими темпами моё везение быстро кончится.

— Когда во мне проснулась магия, тебя рядом не было. Ты вообще дома сидел. — Парировала она.

— Не просто сидел, а зарабатывал для себя возвращение фамилии и часть имущества, отобранного у Ивановых. — Возразил я. — И кажется заработал. Я не твоё спасение имею в виду. — Добавил я для Татьяны улыбаясь. — Вас с Катей я спасал бесплатно. Исключительно по доброте душевной.

— Демьян меня предупредил, что ты жадный. — С иронией глядя на меня, проговорил лекарь. — Но ты какой-то избирательно жадный.

— С чего это Ваня жадный? — Возмутилась молчавшая до этого момента Катя. — Никакой он не жадный.

— Он меня на работу берёт, а платить отказывается. — Привёл веский аргумент Иммануил. — И какой он после этого? Щедрый?

— Ваня, ты знаешь, сколько стоят услуги Иммануила Витольдовича? Он считается одним из сильнейших магов-лекарей в России.

— Меня не интересует цена. Иммануила тоже. Иначе он бы не согласился работать бесплатно. Кстати, Таня, ты ошибаешься, считая его сильным магом. Он слабый! Но! В искусстве общения с магией он поднялся необычайно высоко. Вот тебе наглядный пример того, что опыт важнее силы.

— А правда, что есть правило, согласно которому, в правящем роду не должно быть больше одного Архимага? — Неожиданно спросила Катя.

— Никогда о таком не слышала. — Таня покачала головой. — Это всё слухи.

* * *

— Добрый день, Ваше Императорское Высочество.

— Марк Германович, то на этот раз? — Скрывать, что посетитель ему неприятен, Пётр Николаевич посчитал излишним. — Ваша попытка убийства провалилась, пришли снова требовать от нас устранения Иванова⁈

— Я не понимаю, о чём вы говорите. — Вежливо улыбнулся представитель Архива. — Пришёл к вам с единственной целью: обратите, пожалуйста, внимание на пункт двенадцатый, приложения номер один, к договору между правящим домом Романовых и Архивом. Засим разрешите откланяться.

— Идите. — Автоматически ответил глава ГБ.

Он хоть убей, не помнил такого пункта. А главное, не понимал, чего ради этот хмырь припёрся. Знает ведь, что ему здесь не рады. Пётр Николаевич поднялся с кресла и направился к сейфу. В одном из отделений лежали бумаги, которыми он очень редко или никогда вообще не пользовался. Там же находилась копия вышеупомянутого договора.

Вернувшись за стол, он начал тщательно изучать приложение.

— Да не может такого быть. — Пётр Николаевич откинулся в кресле и попытался сам себя убедить. — У нас в роду архимаги-то редкость, а тут целых два! Да откуда же им взяться?

Ещё не закончило звучать последнее слово, как в кабинет ввалился довольный барон Ивойлов.

— Радостная новость, Пётр Николаевич! — Сияя, воскликнул он.

— Только не говори мне, что Татьяна стала архимагом!

— Архимагом грозы, Ваше Императорское Высочество. — Немного растерялся Ивойлов. — А как вы…?

— Читай. — Глава ГБ развернул папку и подвинул её на край стола. — Двенадцатый пункт приложения.

— Может, в донесение закралась ошибка? — С надеждой проговорил Ивойлов. — Всё же Архимагов грозы не бывает. Возможно, она просто сильный маг.

— Иванов находился рядом?

— Да. Это он нашёл в море Татьяну Павловну и Екатерину Каменеву. Последнюю предлагают наградить за спасение жизни члену императорской семьи. — Добавил барон.

— Да погоди ты с награждением, Михаил Кириллович. — Оборвал его начальник. — Иванов замешан — значит, никакой ошибки нет!

* * *

— Нет. Было что-то такое. Обсуждали при дворе. Я пытаюсь вспомнить, но пока не получается. — Иммануил снова задумался. Я сделал девушкам знак помолчать. Не нравятся мне такие хитрые условия. — Вспомнил! Но прошу вас об этом не распространяться. Конфиденциальная информация. — Он покосился на Катю, но уточнять ничего не стал. — Я тогда вашего деда лечил, Татьяна Павловна. Молод был. Магию только начал осваивать. — Я недоверчиво хмыкнул. Так бы его и подпустили к императору, если бы он ничего не умел. — Ваш дед был в хорошем настроении и поделился тем, что его так развеселило. В то время как раз заключали договор с Архивом. Страна большая, а эта организация предоставляла невиданные по тем временам возможности по передаче и хранению информации. Так вот. Одним из развеселивших вашего деда, был пункт о недопустимости в правящем роду более одного архимага. Независимо от склонности того к стихиям. Ваш дед смеялся тогда. Архимаги в те времена появлялись очень редко и большей частью погибали при активации дара.

— И что со вторым архимагом предлагали делать? Убивать? — Опередила меня с вопросом Катя.

— Нет, конечно. Меня этот момент тоже заинтересовал. Ведь архимаг — член императорской семьи. На убийство близкого родственника никто не согласится. Согласно договору, его или её предлагалось сочетать браком с членом правящего рода другой страны. Если у тех, естественно, нет своих архимагов.

— Вот пусть Костю и женят. — Надулась Таня. — Хватит с меня иностранных женихов!

Она раздражённо махнула рукой в сторону кухни. Мощный разряд сорвался с ладони и пробил стену насквозь. Катя, неведомым образом, тут же оказалась за Таниной спиной, забравшись с ногами на кресло.

Глава 10

— Таня, успокойся. — Как можно мягче попросил я, но голос непроизвольно пришлось повысить.

В ушах звенело, после громкого щелчка, сопровождавшего разряд. Переключив зрение, я увидел, что это не источник взбунтовался. Хотя его насыщенность энергией продолжала возрастать, паразитных коронных разрядов не наблюдалось. Выходит, молния создана девушкой сознательно.

— Если хочешь, что-то разбить, есть более безопасный способ. Разбить тарелку, например. Или две. Не нужно сразу обзаводиться вредными привычками и метать молнии вокруг, когда начинаешь нервничать.

— Мне в любом случае требовалось сбросить давление. — Хмуро буркнула Татьяна. — Так и должно быть? — Она посмотрела на меня. — Будто распирает изнутри, а после разряда немного легче стало.

— У тебя источник ещё не стабилизировался. Нужны накопители. Излишки можно в них сливать, а не раскидывать по сторонам. — Я вопросительно посмотрел на Мэнни.

— У меня с собой пустых нет. — Развёл тот руками. — На кухне должны быть! — Осенила его идея. — Сейчас посмотрю.

Лекарь поднялся и быстрой походкой направился к дверям, ведущим на кухню. Вовремя он про них вспомнил, я уже думал за тросом идти.

— Надо поискать в другом месте. — Озадаченно произнёс Мэнни, открыв двери и замерев на пороге. — Таня, тебе лучше взглянуть на последствия своих действий.

Пока девушки разбирались между собой, я подошёл к Мэнни и посмотрел на кухню из-за его плеча. Небольшое отверстие в стене, оставленное разрядом, выглядело безобидно, по сравнению с тем, что молния натворила на кухне. Здесь она разошлась веером, пробивая всё на своём пути. Содержимое некоторых кастрюль капало с потолка. Столы и печи оказались проплавленными и прожжёнными. Специфический запах пожарища на продуктовом складе только начала распространяться, зато накрыл нас плотной волной.

Мэнни поморщился, хотел прикрыть дверь, но тут пошли девушки. Они, наконец, разобрались, как им встать. Катя ни в какую не хотела отцепляться от подруги.

— Фу! — Сморщила нос Катерина на подходе. — Ничего себе вонища!

Когда она увидела последствия от Таниной молнии, чуть снова на неё не залезла.

— Посмотрели? — Задал я вопрос. — Мэнни, закрывай. Придётся теперь есть в другом месте.

— А почему содержимое кастрюль на потолке? — Невпопад спросила Таня.

— Я тебе потом объясню, что бывает, когда мощный разряд проходит через тело, содержащее жидкость.

— Не надо. Я видела. — Таня вспомнила тела турок, пробитые насквозь. — Но на корабле не было таких разрушений.

— Сила твоего источника продолжает расти. Так что контроль, контроль и ещё раз контроль. — Я говорил серьёзно. — Не сможешь себя контролировать, не сможешь жить среди людей. Ты станешь опасна для окружающих.

— А будущий муж заточит тебя в высокую башню. — Добавил Мэнни.

— Скорее засунет в глубокую пещеру. Башню Татьяна быстро разнесёт по кирпичам. — Поправил я.

— Ты уже не хочешь на мне жениться? — Таня в упор смотрела на меня. — Испугался?

— Во-первых. Я пока не высказывал такого желания. Во-вторых. На малознакомых девушках я не женюсь принципиально. А мы с тобой знакомы неделю или даже меньше.

— То есть, то, что меня захотят отдать замуж в другой королевский дом, для тебя препятствием не выглядит?

Женская логика для меня всегда была делом очень тёмным. Поэтому Танин вопрос заставил меня зависнуть. Я пытался соединить имеющиеся входные данные и получившийся у неё вывод. Чего-то в моей логической цепочке явно не хватало.

— Из любой ситуации можно найти выход. Даже если тебя съели. — Не совсем удачно пошутил я.

Но Татьяна опять увидела в моём ответе что-то своё. Она стряхнула цепляющуюся за неё Катю. Сделала шаг вперёд и, обхватив мою шею руками, впилась мне в губы. Мысли сопротивляться у меня не возникло. Наоборот, я прижал Татьяну к себе и с удовольствием ответил на поцелуй.

Это было… вкусно. Другого слова мне в голову не пришло.

— Ай! — Возглас Кати заставил нас вспомнить, что мы здесь не одни. — Таня, следи за своими молниями!

Мы прервали поцелуй. Татьяна раскраснелась, но выглядела довольной, и после её слов, я понял почему.

— После такого ты просто обязан на мне жениться! — Заявила она, отходя к Кате.

Громкий хохот Мэнни заполнил зал ресторана.

— Сколько живу, но такого ни разу не видел! — Сквозь смех сказал он. — А ведь и правда придётся. Попался ты, Ваня.

— Здорово! — Катя, как маленькая хлопнула в ладоши. — А когда свадьба? Ваня, ты успеешь обзавестись своим королевством к тому времени?

— Понятия не имею. — Ответил я, окончательно обалдев от такого перехода.

* * *

— Это очень плохо! — Император испытал облегчение, узнав, что его дочь жива, но к завершению доклада его лицо вновь приняло напряжённый вид. — Архимаг грозы нам самим нужен.

— Ты можешь отказаться от соблюдения договора и не отдавать Татьяну на сторону? — Прямо спросил Пётр Николаевич.

— Могу. Договор хоть и магический, но позволяет мне выйти из него в любой момент. Только мы сразу лишимся всех услуг, оказываемых Архивом. Ты представляешь размер последующей катастрофы? Война обойдётся для нас в несколько раз дешевле. Не говоря уже о раскрытии многих секретных данных.

— Ну не такие они и секретные. Всё же наш отец был мудрым человеком и бумагам доверял больше, чем Архиву.

— Расскажи это нашим банкирам, у которых вся денежная система завязана на Архив. Уверен, у половины банков не все переводы дублируются, как того требует закон. К хорошему быстро привыкаешь. — С мрачным видом император уставился перед собой. — Давай думать, как выкрутиться из этой ситуации.

— Если Татьяну отдавать, то в какое-нибудь мелкое княжество. — Выдвинул глава ГБ самое очевидное предложение. — Подготовить тебе справку с перечнем подходящих по критериям?

— Лишним не будет. — Кивнул Павел. — Не забудь учесть, что мелкие государства связаны множеством договоров с крупными соседями. Турция тоже никуда не делась. Теперь за Татьяну Ибрагим накрепко вцепится своими жирными ручонками.

— Но и нападать на нас не решится, пока Татьяна не отдана на сторону. — Нашёл светлое пятно в сложившемся положении Пётр.

— А почему нет? Во-первых, Ибрагим имеет на Татьяну полное право. Во-вторых, турки не допустят такого усиления наших союзников. Ты же не думаешь, что я дочь отдам во враждебное государство? Ну а в-третьих, согласится ли выбранное нами княжество или королевство, на свадьбу, влекущую ворох проблем за собой?

— Как было бы проще, если бы в тексте договора не стояло слова «древний». Создали бы новое княжество на островах в Северном океане. Туда через Россию не всякий сунется, а в обход, через льды, очень накладно выйдет.

— «Ветус». — Павел задумчиво повторил слово на латыни, как оно было записано в договоре, составленном на латинском языке. — А знаешь что, Пётр, раздобудь-ка ты мне всё, что известно о роде Ивановых. Пройдись по частным архивам. Появилась у меня одна идея.

— И здесь Иванов! — Пётр Николаевич картинно поднял глаза к потолку. — Господи, ну почему везде мелькает его фамилия? У меня скоро нервный тик начнётся при её упоминании!

* * *

— Боюсь, простым завоеванием королевства не отделаться. — Охладил Мэнни Катин пыл. — Прежде всего, необходимо ознакомиться с текстом договора. В нём могут найтись другие подводные камни.

— Я смотрю, моё мнение никому не интересно? — Меня забавлял этот цирк.

— А ты разве против женитьбы на императорской дочери? — Удивился Мэнни.

— Я против, если меня пытаются осчастливить помимо моей воли. — Отрезал я. — Таня, не надейся, что я поведусь на эту детскую выходку. Ничего не имею против поцелуя красивой девушки, но это не повод для свадьбы.

— А я красивая? — Сразу задала вопрос Катя.

— О господи! — Не выдержал я. — Мэнни, как думаешь, на наших дам эта вонища так пагубно действует или есть другие причины?

— Всё может быть. — Лекарь улыбнулся. — Запахи сами по себе могут влиять на здоровье и поведение людей. Поэтому предлагаю всем покинуть ресторан и заказать еду в другом месте.

Таня тут же подхватила меня под руку.

— Поговори сразу с Сазоновым. — Я сделал вид, что не обратил внимание на этот жест. — Пусть пошлёт запрос по поводу договора. Надо уточнить условия и сроки, прописанные в нём. Не думаю, что свадьбу должны сыграть немедленно.

— Скорее всего, ты прав. — Согласился Мэнни. — В те времена, когда заключался договор, путешествие по Европе могло занимать больше месяца.

— Примерно так и думал. Заодно накопители попроси. Разряженные, лучше природные. — Я глянул на Татьяну. — А мы наверх пойдём. Тренироваться. И не надо так улыбаться. Я, вообще-то, только что тебе отказал.

— Тогда почему ты так переживаешь о сроках моей свадьбы? — Хитро улыбнулась она.

* * *

— Я сам поеду. — Решил император. — Это дело не только государственное, но и семейное.

— Нет, Паша, я против твоей поездки. — Возразил Пётр Николаевич. — Поеду я. Чай не чужой человек. Всё равно окончательное решение принимать не сейчас будешь. Нужна всего лишь предварительная договорённость.

— Мне не нравится, что ты его боишься. Отдавать дочку за человека, которого боится глава всемогущей Государственной Безопасности, кажется мне неправильным. Я хочу сам на него посмотреть.

— Насмотришься ещё. — Буркнул Пётр Николаевич. — И не его я боюсь, а тех, даже не неприятностей, а почти невозможных случайностей, которые вокруг него происходят.

Внутренне император был согласен с братом. Опасно ему появляться возле такого концентратора невозможных случайностей. Он ведь не только за семью отвечает, но и за всё государство российское.

— Главное, чтобы он согласился. Этот Иванов — парень очень своенравный и непредсказуемый. То за копейку удавиться готов, то на миллионы не обращает внимания.

— Гора Аю-Даг для него имеет значение. Знать бы ещё какое. — Пётр Николаевич постучал по папке с подготовленными документами. — Думаю, ради неё он согласится.

— Дожили. Живём как в сказке. За царевну полцарства отдаём. — Грустно усмехнулся император. — И Иванушка есть. Надеюсь, он не дурачок.

— Нет. Он умный. От барона Сазонова пришёл запрос на уточнение небезызвестного тебе пункта договора. Узнал Иванов о нём от Грабовского. Тот к нему на должность лекаря решил пойти. — Пётр Николаевич усмехнулся, глядя на удивлённого императора. — Вот так вот. Скоро к Иванову все твои придворные перебегут.

— Пусть бегут. Легче дышать при дворе станет. А Мэнни всегда был немного странным. Всё же возраст сказывается. — Император замолчал задумавшись. — С другой стороны, Мэнни до глубины души предан России. Такой человек в окружении Иванова лишним не будет.

* * *

Ибрагим был зол. Зол на гадкого англичанина, что регулярно капал ему на мозги. Зол на дочь российского императора, у которой так внезапно проснулся магический дар грозы, ещё и на уровне архимага. Вот, что теперь делать с этой девчонкой? Архимаг — это не тот человек, которого можно выдать замуж насильно. Да она здесь всех поубивает. Он не идиот, чтобы завязывать змею у себя на шее. Но решение найти нужно.

— Значит, они сидят в отеле вторые сутки, и большую часть времени проводят вдвоём?

— Да, мой Султан. — Подтвердил Хюсню. — Чем они занимаются неизвестно, но из отеля иногда слышатся громкие раскаты грома и бьют молнии во все стороны.

— Может, парень давно мёртв? — Спросил Ибрагим.

— Маловероятно. В периоды затишья в отель заходит подруга принцессы Екатерина Каменева и личный лекарь императора. Последний, кстати, появился словно шайтан из кувшина. Несколько лет про него ничего не было слышно.

— Могут они быть связаны? Я имею в виду Иванова и лекаря. — Уточнил Ибрагим.

— Если такая связь есть, нам она ничего не даёт. — Возразил начальник разведки, но спохватился и добавил. — Мой Султан.

— Я просил узнать подробно об этом Вонави-Иванове. Ты сделал это, Хюсню?

— Он под плотной опекой, мой Султан. Информации о нём очень мало. Можно попробовать его захватить, когда он ходит на гору Аю-Даг. В таких случаях его не сопровождают.

— Хорошо. Делай. Я хочу, чтобы этот парень оказался у меня в темнице. Возможно, ты прав. Любовь — неплохой рычаг для давления. Только постарайся на этот раз не ослабить меня потерей очередного архимага.

* * *

— Ха! Четыре! — Радостно заявила Таня, посмотрев на игральные кубики. — Подставляй лоб.

Три заслуженных щелбана девушка залепила мне со всей силы, на которую была способна. К сожалению, её способностей было недостаточно, чтобы сделать мне больно.

Боль — самый лучший стимулятор. Может это не этично и не педагогично, но это правда. Когда надо достучаться до глубинных возможностей организма, другого способа просто не существует. Интуиции плевать на положительное стимулирование. Она начинает работать, когда чувствует опасность.

Создавать приспособления, описанные в «Книге Бездн» мне было негде и не из чего. Поэтому я решил остановиться на интуиции, и метод её развития выбрал не описанный в «Книге». Попалось мне в своё время описание устройства для тренировки интуиции. Но от него я смог использовать только основополагающий принцип. Саму конструкцию пришлось изменять кардинально. Игральные кубики вырезал из подходящих по размеру камней. Выбирал специально камешки посветлее. На них лучше тёмные точки видны.

Мы с Татьяной по очереди загадывали число и кидали кубики. Разница в виде щелбанов возвращалась загадавшему. Тане приходилось тяжко. Щадить я её не собирался, хотя и ставил щелбаны вполсилы.

Предварительно я объяснил смысл методики, поэтому девушка терпела. Понимала, что ей это нужно, даже на мне не пыталась отыграться, когда ставила щелбаны.

Всё, что я знал по Эриксоновскому гипнозу, я пересказал и показал Татьяне в первый же день. Мы никуда не спешили. Запрос через Сазонова отправили, но неизвестно, захотят ли нам на него отвечать.

Источник у Тани вёл себя довольно стабильно. То есть, стабильно увеличивал свою насыщенность. Не уверен, послужило причиной моё вмешательство или он сам по себе такой.

С Костей было проще. У его источника была очевидная привязка к лёгким и дыханию. Никакого нарастания энергии со временем я у него не замечал. Но Костя не являлся природным архимагом. Его источник наполнился энергией из перелитой крови, и сразу стал относительно стабильным. Косте не хватало лишь контроля.

Мэнни, как один из самых опытных специалистов России, тоже недоумевал от такого поведения Таниного источника. Он списывал все странности на стихию. Выжившие архимаги, да и просто сильные маги грозы, раньше в его руки не попадали.

Мои занятия с Таней сильно заинтересовали лекаря. Но я его обломал. Сначала клятва, а потом знания. Причём пообещал ему не только о техниках рассказать, но также объяснить принцип их работы.

Как я и предполагал, в местном магическом мире проблемы функционирования сознания и подсознания так и остались на уровне пространных философских рассуждений «ниочем». Никакой базы из параллельных областей науки, вроде вычислительной техники и простейших нейросетей, здесь не было. Маги менталисты по большей части не понимали, что они делают и как. Главное — их устраивал результат.

— Как у вас успехи? — Мэнни заглянул как раз в тот момент, когда Таня ставила мне последний щелбан. — Вижу, вы верным путём движетесь к сотрясению мозга.

— Были бы мозги, а так ничего страшного. — Заверил я его.

— Про наличие мозгов, именно у тебя, я давно пребываю в сомнениях. Зачем ты вышибаешь мозги бедной девочке, я тоже никак в толк не возьму. — Он подошёл к кровати, на которой мы сидели, и с осуждением посмотрел на Татьяну.

— Держи. — Я протянул Мэнни кубики. — Таня, число!

— Тройка и четвёрка. — Чуть замешкавшись, назвала она.

— Кидай. — Я кивнул на большой поднос, лежащий между нами.

— Два и пять. — Констатировал лекарь, глядя на выпавшие кубики.

— Да. Сумму Таня угадывать научилась, но с точным распределением чисел пока не очень хорошо получается. — Пояснил я.

— Но как такое возможно? Кубики и щелбаны? — Взгляд Мэнни выражал полное недоумение.

— Ты сам говорил, как важно чутьё для мага. — Пришлось напомнить лекарю наш старый разговор возле Аберрации. — Именно его мы и развиваем. Могу только сказать, что у магов интуиция развивается намного быстрее, чем у обычных людей. Скорее всего, это связано с уровнем взаимодействия с магией, как с разумной силой.

— Ты когда накидаешь текст клятвы? — Глаза Мэнни подозрительно загорелись.

— Возьми на журнальном столике. То, что не зачёркнуто, и есть мой вариант. Забыл переписать.

Мэнни стремительно подошёл к столику, подхватил листок и не глядя сунул в карман.

— Я чего пришёл-то. Прибыл ваш дядя, Татьяна Павловна. Просил принять.

— А чего он сразу не зашёл? — Подскочила Таня. — Неужели он думает, что я его не приму?

— Дядя у нас глава Государственной Безопасности? — Уточнил я у Мэнни.

— Именно он. Пётр Николаевич только с дороги. Пока вникает в подробности произошедшего. Он решил дать вам время подготовиться к встрече.

— А чего готовиться? Мы вроде не голые в постели лежим.

— Иванов! — Закатил глаза Мэнни. — Это брат императора! Ты же не болен, чтобы его, сидя в кровати встречать. Имей маленько уважения к коронным особам. Татьяна Павловна, давайте сюда свой лоб. Иначе замучитесь дяде объяснять, почему на нём красная шишка.

Глава 11

Подготовка к приёму много времени не заняла. Всё же не в спальне мы его встречать собирались. В гостиной Таниного номера для таких случаев стояли удобные кресла, расположенные вокруг небольшого столика.

Выглядел дядя солидно. Высокий, широкоплечий, подтянутый. Пристальный взгляд. Никакой бороды или усов. Армейская форма без знаков различия.

Его изучающие глаза скользнули по мне и сразу потеплели, встретившись со взглядом Татьяны.

— Ну как вы здесь? Отдыхаете? — Спросил Пётр Николаевич.

— И отдыхаем, и учимся. — Ответила Татьяна. — Присаживайся, дядя.

Она слегка волновалась. Слишком много нервов потрепал ей глава ГБ и его люди своим постоянным надзором и периодическим вмешательством в ее жизнь. Я предпочёл молчать. Это Танин номер, вот пусть и проявляет гостеприимство.

— Может, обнимешь меня по-родственному?

— Давай опустим телячьи нежности, дядя. Ты же не обниматься сюда приехал. Выбрал уже мужа для меня? — Девушка напряглась, вспомнив о цели его визита.

Я положил свою руку на её и легонько сжал.

— Тань. Успокойся. У тебя не так много дядюшек, чтобы начать их убивать без всякого повода. — Повернувшись к Петру Николаевичу, добавил. — Вы бы сразу к делу перешли. Не надо нагнетать обстановку и выказывать родственные чувства. Таня сейчас не в том настроении, чтобы поверить в их искренность.

Он с интересом смотрел на меня.

— А вы, Иван, значит в них верите?

— Верю и понимаю многие ваши действия, но это не означает, что я их одобряю. Не забывайте, что благими намерениями вымощена дорога в ад.

— Хм. — Пётр Николаевич усмехнулся. — Ну, давайте к делу. По крайней мере, так между нами останется меньше недосказанности.

Он оглянулся и протянул руку к Ивойлову, в которую тот сразу вложил пухлую папку.

— Оставьте нас одних. — Скомандовал Пётр Николаевич, и все сопровождающие быстро исчезли из номера.

* * *

Танин дядя сел в кресло и положил папку перед собой. Он задумался, выбирая, с чего начать. Разговор сразу пошёл не по плану. С ходу занять доминирующую позицию у него не получилось. Иван легко перехватил инициативу и начал вести разговор, по сути, командуя братом императора. Вот и сейчас секундная заминка Петра Николаевича не пошла ему на пользу.

— Какой срок до замужества указан в договоре? — Спросил Иван.

— Три месяца. — Последовал ответ, после паузы, во время которой глава ГБ пристально изучал парня.

— Кто?

— Ты.

Иван кивнул, словно ждал именно такого ответа.

— Где?

— Здесь. Твоя любимая гора. На большее можешь не рассчитывать. — Пётр Николаевич уже не удивлялся, слыша вопросы. Наоборот, его начал разбирать истерический смех.

— Вы о чём сейчас говорите? — Таня переводила удивлённый взгляд с Ивана на дядю. — Мне кто-нибудь может объяснить?

— Пусть твой… Хм… Иван объясняет, раз он такой умный. Мне тоже интересно послушать.

— Ваня?

* * *

— Ничего сложного здесь нет. Сама могла догадаться, оценив толщину этой папки. — Я кивнул на стол. — Если бы для тебя нашли жениха за рубежом, то никаких бумаг вообще бы не было. Ну или пара листочков, чтобы мне рот заткнуть.

— Так уж и заткнуть. — Не согласился Пётр Николаевич. — Ты, Иван, заслужил множество наград от Российской Империи. Никто не собирается тебя их лишать.

— Дядя, ты хочешь сказать, что отец выбрал мне в женихи Ивана? — Не поверила Таня. — Но он же не королевского рода!

— Это как сказать. — Пётр Николаевич посмотрел на меня. — Объяснишь?

— Если рассуждать логически, то род Ивановых — боярский. При отмене указа о забвении рода он восстанавливается в прежних правах. Значит, я стану боярином.

— Ты где об этом узнал? — Спросил Пётр Николаевич. — Ты же только магией интересуешься.

— Я пока в Крым ехал, прочёл свод законов Российской Империи. Что-то да отложилось в голове.

— Боярских родов у нас хватает. — Заметила Таня. — Почему ты уверен, что выбрали именно тебя?

— Это не те бояре, что были раньше. Если отбросить словесную шелуху, то от бояр у них осталось только название. Современные дворяне являются вассалами императора, а прежние бояре таковыми не считались. Разница в том, что боярин, как бы сам по себе, и служит правителю по своей воле. И по своему желанию может уйти вместе с землёй и людьми, на ней проживающими. По сути, боярин имеет право отделиться и образовать новое государство с собой во главе. Именно это мне и предлагают сделать.

— Всё верно. — Подтвердил Пётр Николаевич. — К тому же, наш Иван, когда давал присягу при получении паспорта, умудрился изменить её текст. И присягнул он не государю императору, а всей России. Тогда на это посмотрели сквозь пальцы, но в результате, Иван оказался не связан клятвой вассалитета. Скажи, ты уже тогда знал, как будут разворачиваться события?

— Вот только пророка из меня не надо делать. — Я поморщился. — Императоры меняются. Империи распадаются. А Родина остаётся. Вот ей я и присягал. — Меня интересовал другой вопрос. — Почему только гора?

— А ты как хотел? Отчуждать территории внутри страны в твою пользу небезопасно. И так создаём прецедент. Ты не поверишь, какую работу пришлось уже провернуть и сколько её потребуется в дальнейшем, чтобы подобная случайность больше не повторилась. Весь аппарат управления на ушах стоит. Устраняются все лазейки, которые смогут привести к повторению подобной ситуации.

— Понятно. А что с наградами? — Финансовый вопрос хотелось прояснить до конца.

— Вариантов несколько. Передать управление имуществом в доверенные руки или продать. Лично за тобой оно числиться не должна. Корона не может иметь свои владения на территории другого государства. Это нонсенс! — Пётр Николаевич положил руку на папку. — Здесь, кроме всего прочего, есть список имущества.

— Посмотрю, а потом приму решение. — Кивнул я. — Когда планируется свадьба?

— Я так понимаю, ты согласен? — Больше утверждая, чем спрашивая, сказал Пётр Николаевич.

— Пока нет. И, надеюсь, вы со свадьбой тоже не будете спешить.

— Тогда о чём мы здесь разговариваем? — Глава ГБ начал закипать.

— Обсуждаем отделение княжества Ивановых от Российской империи. — Констатировал я очевидный факт. — А замужество — дело серьёзное. С ним лучше не торопиться. И мне, и Татьяне нужно время для принятия окончательного решения.

— Иванов! — Рявкнул Пётр Николаевич. Аж стёкла задрожали. — Ты чего мне тут голову морочишь? Какое время? Какое решение? Это коронный брак! Всем плевать, что вы чувствуете!

— Мне не плевать. И Татьяну насильно женить я тоже не позволю. Тем более на себе. — Я был серьёзен. — Вдруг я только прикидываюсь белым и пушистым? А потом она меня возненавидит и начнёт травить ядом или, хуже того, станет в борщ плевать. Зачем мне это надо?

Таня смотрела на меня удивлённым взглядом. Смысл моего монолога она улавливала с трудом. Её дядя выглядел не лучше. У него, похоже, шла внутренняя переоценка восприятия окружающей действительности.

— Я не умею варить борщ. — Прервала Татьяна возникшую паузу.

— Научу. — Ободрил я девушку улыбкой.

— Что тебе ещё нужно, Иванов? — Выдохнув, произнёс Пётр Николаевич. — Только говори прямо. Без словоблудия.

— Сейчас начало августа, значит, свадьбу назначим на конец октября. — Начал перечислять я. — Отделение моего княжества закончим в августе. Татьяна как раз поедет в свою академию, а я заеду к императору на подписание документов. Заодно обсудим приданное Татьяны.

— Ты ещё с тем, что есть не разобрался, а уже о приданном мечтаешь. — Пётр Николаевич кивнул на папку. — Уверен, что справишься?

— Разберусь с бумагами, тогда и решу. Есть ещё один вопрос, который стоит обсудить на ранней стадии.

— Какой вопрос, Иванов? Что ещё тебе нужно?

— Я хочу знать всю информацию, касающуюся Архива.

Глава ГБ задумался, потом поднял взгляд на Таню.

— Подожди, пожалуйста, нас в коридоре. — Произнёс он. — Информация секретная и для тебя совершенно неинтересная.

— Таня, ты только не нервничай и держи себя в руках. — Попросил я девушку.

— Ваня, ты можешь мне прямо сказать, у нас свадьба будет или нет? — Покидать номер она не спешила.

— Если в ней будет необходимость, то в конце октября свадьба состоится.

— Иванов! — Девушка вскинула руку вверх и выпустила мощный разряд в потолок.

На нас посыпалась штукатурка и тлеющие угли. Я еле успел стряхнуть их с папки. Потом поднялся и затоптал начавший тлеть и вонять палёной шерстью ковёр. В приоткрытую дверь заглянул Мэнни и окинул нас настороженным взглядом.

— Отправь кого-нибудь на чердак. Как бы пожар не начался. — Скомандовал я.

У меня звенело в ушах, но слуха я не потерял. Впрочем, как и Татьяна. Наверное, у неё свой защитный механизм от применяемой магии, или артефакт Луки сработал.

— Ваня, ты можешь просто сказать, да или нет? — Чуть не жалобно попросила она.

— Я тебе уже говорил. Не спеши. Может найдётся другой выход из положения. Ты хочешь прожить всю жизнь с человеком, который тебе не нравится? Вот и я не хочу.

— По тебе не видно, что я тебе не нравлюсь.

— И часто у вас такое? — Почти прокричал Пётр Николаевич. Видно уши ему заложило хорошо.

Я успокаивающе махнул рукой, но отвечать не стал. Всё равно не услышит.

— Я из тех людей, что не верят в любовь с первого взгляда. Жизнь научила. С первого взгляда может вспыхнуть страсть или возникнет животное влечение. Они могут затуманить мозги. Когда пелена спадёт, ты поймёшь, что перед тобой совершенно никчёмный человек. Мало того, маятник чувств может качнуться в другую сторону. И вся дальнейшая жизнь станет пыткой. Я понятно говорю? — Таня кивнула. — Вот поэтому я не спешу говорить «да».

— У тебя уже случалось такое в жизни? — Сникнув, спросила девушка.

— У меня много чего случалось. В прошлой жизни. — Выделил я последнюю фразу. — Не все ошибки хочется повторять. Таня, посмотри на меня. — Она послушно подняла голову. — Не торопись. У нас есть три месяца для принятия обдуманного решения. Просто живи и не жди чего-то необычного. Свадьба только в сказках является концом истории, на самом деле — это её начало.

— Хорошо сказал. — Пётр Николаевич говорил нормальным голосом. Слух к нему вернулся. — Твои бы слова, да в рамочку и у некоторых деток в комнате повесить.

— Можно золотыми буквами на чёрном фоне написать. Такое сочетание хорошо привлекает внимание. — Посоветовал я на полном серьёзе. — Иди, Таня, и не переживай зря. Всё решится тем или иным способом. Басурманам мы тебя точно не отдадим.

— Странный ты человек, Иван. — Задумчиво произнёс Пётр Николаевич, после ухода Татьяны. — То нервов на тебя не напасёшься, то простыми словами одновременно успокоил и племянницу, и меня. Не мог сразу так сказать, вместо словесных кружев, что ты плёл до этого?

— Я говорил. Меня никто слушать не хотел. Давайте вернёмся к теме разговора. Не хочу Татьяну надолго одну оставлять.

— Что ты хочешь знать про Архив?

* * *

— Тань, ну что там? — Катя подошла к девушке, как только та отдалилась от двери. Близко не подпускал помощник Петра Николаевича. Боялся, что подслушают.

— Много умных и секретных разговоров. — Таня ушла от ответа. — Потом сама всё узнаешь.

— И так понятно, что тебя за Ивана хотят отдать. — Чуть не шёпотом сказала Катя. — Только я не понимаю, как они это сделают? Он же некоролевских кровей.

— Тихо ты. — Шикнула на неё Таня. — Держи свои догадки при себе. Я же говорю, что дело секретное.

— А молнией ты зачем шарахнула?

— Тарелок под рукой не было. — Таня повернулась в сторону подходящего к ним лекаря. — Сильно я там порушила?

— Придётся вам переехать в другое место. Здесь жить опасно. Крыши почти не осталось. Её раскидало по округе. Повреждены балки и стропила. Удивляюсь, как потолок ещё не рухнул. — Коротко отчитался Иммануил Витольдович. — Как проходят переговоры?

— После того как в потолок шарахнула, мне, наконец, объяснили, некоторые, как они идут. — Усмехнулась Таня. — Остаётся только ждать, чем в реальности дело закончится.

* * *

— Архив вас опутал и задушил в объятиях. — Подвёл я итог короткому рассказу Петра Николаевича. — Какова вероятность бескровного удаления Архива с территории страны?

— На тебя совершили покушение весьма дорогостоящим, но ранее никогда не дававшим осечку способом. Как ты думаешь, они легко уйдут с обжитого и сытного места? А что делать, если их не станет? Гонцов гонять? — Пётр Николаевич был очень недоволен сложившейся ситуацией, но альтернативы не видел. — Я понимаю, ты хочешь им отомстить и ищешь подходы, но лучше оставь это дело нам. Сейчас твоя основная забота — это Татьяна.

— Я не мстительный и не злопамятный, но память у меня хорошая. Впрочем, покушение на меня к делу не относится. Допустим, я смогу предложить способ для быстрого обмена информацией. Не сразу, но в планах у меня такой пункт имеется. Сколько времени займёт копирование всей информации, содержащейся в Архиве?

— Интересно. — Пётр Николаевич даже склонился над столом, чтобы нас разделяло как можно меньшее расстояние. — Ты действительно знаешь такой способ?

— У вас же много людей прошло через Аберрацию, неужели им ни разу не попадались миры, где использовалась радиосвязь, телевидение и телефоны? Хотя бы проводные.

Меня давно интересовал вопрос, почему нет миграции технологий из миров Аберрации в этот. Согласно закону больших чисел, хоть что-то, но должны были разузнать многочисленные штрафники.

— Ты знаешь, как создать подобные устройства?

— Я много чего знаю. Но больше теоретически. У вас отсутствует база. Элементарные знания и технологии. Придётся начинать практически с нуля. Но, есть неплохой шанс ускорить разработку, применяя магию. На стыке научных дисциплин всегда удаётся получить что-то совершенно новое.

— Ты поэтому так усердно принялся за изучение магии, хотя сам магом не являешься? — Пётр Николаевич явно разгорячился, услышав о возможности распрощаться с Архивом.

— Не совсем. Мне просто интересна сама магия и её возможности. Что с информацией, хранящейся у Архива?

— Даже не знаю, что тебе ответить. — Задумался глава ГБ. — Примерный объём документации, хранящейся в Архиве, я тебе описал. Если его весь изымать и переносить на бумагу… Это годы работы и колоссальные затраты.

— Архив же как-то хранит эту информацию. Или у них есть свои бумажные заводы? — Спросил я у собеседника. — Нет? Значит, они пошли по другому пути. И я думаю, что знаю по какому.

— Посадить бы тебя в золотую клетку, да обеспечить всем необходимым. — Всерьёз задумался Пётр Николаевич.

— Советую даже не думать в этом направлении. — Предостерёг я его. — Последствия будут очень печальными.

— Например? — С профессиональным интересом посмотрел на меня начальник ГБ.

— Допустим, возвращается через пару лет отдохнувший и набравшийся сил Иванов, который дух, а меня не находит. — Я усмехнулся. Танин дядя явно не ожидал, что я могу зайти с этой стороны.

— Ты сейчас серьёзно?

— А вы? — Я перестал улыбаться. — Не надо со мной в такие игры играть. Я, может быть, проиграю, но и выигравших не останется.

— Сюрприз на сюрпризе. — Выдохнул Пётр Николаевич и откинулся в кресле. — Вообще-то, я предпочитаю работать честно. Со своими. А судя по этой папке ты очень даже свой.

Он пододвинул папку к себе, развязал тесёмки и быстро перебрал бумаги. Найдя нужную, он протянул её мне.

— Проверь. Правки мы внесли незначительные.

Я пробежался глазами по тексту доработанной клятвы. Потом прочитал ещё раз более вдумчиво.

— На удивление. — Хмыкнул я. — Вроде всё верно.

— Ивойлов! — Крикнул Пётр Николаевич. — Отправь кого-нибудь за майором Стекловым. Срочно.

— Будет сделано, Ваше Императорское Высочество. — Ответил тот и скрылся за дверью.

Глава 12

— Ваше Императорское Высочество, майор Стеклов по вашему приказанию прибыл. — Майор вошёл в комнату.

— Не передумал майор к нему на службу идти? — Пётр Николаевич кивнул в мою сторону.

— Никак нет, Ваше Императорское Высочество.

— Только есть небольшая поправка. Уходишь ты на пенсию. От казны будешь только её получать. Обстоятельства так складываются, что не сможешь дальше на службе состоять. Даже внештатным сотрудником. Тебе полностью придётся перейти под руку Ивана.

— Мне до полной пенсии всего ничего осталось. Ваше Императорское Высочество, может получится совместить?

— Не получится. А про пенсию не переживай. Назначат тебе её в полном размере со всеми полагающимися надбавками. Я личный указ издам. — Успокоил майора Пётр Николаевич. — Других просьб нет?

— Ваше Императорское Высочество, а с моей группой как быть? — Уже веселей поинтересовался майор.

— Передашь своих людей барону Сазонову. Он теперь за Ивана и Татьяну отвечать будет, пока ты не наладишь работу собственной службы.

Майор перевёл взгляд на меня.

— Читай. — Я протянул ему текст клятвы. — Верхняя часть твоя. Нижняя моя. Надеюсь, возражений к тексту нет?

Он молча прочёл текст, потом глянул на своего, пока ещё, начальника. Глава ГБ слегка кивнул. Прочитав свою часть вслух, майор слегка покачнулся от касания магии, подтвердившей клятву. Затем я прочёл свою часть обязательств.

— Демьян, будь добр, позови Иммануила. Я думаю, такой вариант клятвы его должен устроить. — Попросил я.

— Он тоже к тебе идёт?

— Он за этим сюда и приехал. Я думал, ты в курсе.

— Иван, хочешь совет? — Спросил Пётр Николаевич, когда Демьян скрылся за дверью. — Прекращай панибратство с подчинёнными. Субординацию не зря придумали. Она дисциплинирует.

— Во-первых, эти двое, скорее соратники, чем подчинённые. Во-вторых, с субординацией среди своих людей я сам как-нибудь разберусь.

— Но клятву ты с них всё-таки берёшь. — Иронично заметил глава ГБ.

— Знания могут стать опасными, если попадут не в те руки.

— Ты знаешь, что количество клятв, которые магия безболезненно примет от тебя, не безгранично? — Удивил меня Пётр Николаевич.

— В первый раз слышу. — Заинтересовался я. — Каков предел и что происходит, если его переступить?

— Предел у всех разный. Зависит от магической силы лиц, дающих клятву. Чем маг сильнее, тем большее количество клятв он может принять. — Глава ГБ наблюдал за мной, отслеживая реакцию на свои слова. — Клятва, данная тебе, выглядит как клятва, данная архимагу. Но ты нейтрален к магии. Можешь объяснить несоответствие?

— Рад бы, но сам не понимаю в чём дело. Так каков предел? — Вернул я его к теме ограничения.

— У всех по-разному. Простой человек и до десяти не доберётся, а у архимага может за тысячу клятв перевалить. Поэтому не принято клясться по каждому случаю. Только в особо важных ситуациях.

— А что происходит, при превышении лимита?

— Ничего хорошего, Иван. — Ответил мне вошедший в номер Мэнни, а затем внимательно осмотрел потолок. — Вы бы перебрались в другое место. Татьяна Павловна хорошо конструкцию крыши порушила. Может и потолок на голову упасть.

— Авось не упадёт. — Усмехнулся я. — Держи текст клятвы. Надеюсь, он тебя устроит.

* * *

Моё княжество очерчивалось подножием горы Аю-Даг. Территория представляла собой кривоватый ромб и совпадала с владениями духа Иванова. Так что никого отселять не понадобится. Половина границ была сухопутной, а другая половина морской. Не слишком большая территория, но Монако ещё меньше по площади будет. И ничего. Неплохо живут.

Учитывая планируемую мной деятельность, я тоже бедствовать не собирался. При этом обойдусь без казино и отелей. Хотя строительством придётся заняться капитальным. Одним небольшим домиком теперь не отделаться.

— Надеюсь, охрану морских границ Россия возьмёт на себя? — Задал я вопрос Петру Николаевичу.

— И сухопутных тоже. Если ты не против.

— Не против. — Кивнул я соглашаясь. Выражение лица Таниного дяди я не видел, так как сосредоточился на документах, но судя по голосу, он был доволен моим ответом. — Первое время у меня не будет времени и возможности создать нормальную пограничную службу. Поэтому ваша помощь окажется весьма кстати. — Чтобы поумерить его радость, я добавил. — А потом отгорожусь стеной. Метров двадцать высоты достаточно будет? Как вы считаете?

— Зачем такая высокая? — Полюбопытствовал Пётр Николаевич. — Дорогое строительство получится.

— Безопасность в деньгах не оценивается. Она либо обеспечена, либо нет. — Резонно заметил я. — К тому же стена, в моём случае, самый дешёвый вариант. Это в России место позволяет оборудовать границы контрольно-следовой полосой и прочими фортификационными сооружениями, а у меня земли мало, следовательно, она дорогая. Очень.

— Хозяин — барин. — Хмыкнул Пётр Николаевич, по-моему, одобрительно. — Решил, что с имуществом делать будешь?

Я как раз просматривал последние страницы с его перечнем. Продавать имущество, ставшее моим, было жалко. К тому же не всё оно приносило прибыль, если верить кратким отчётам, прилагавшимся к каждому объекту недвижимости. В то же время налоги за землю и крепостных я был обязан платить.

— Как насчёт налоговых каникул? — Я посмотрел на Петра Николаевича.

— Это что за зверь?

— Это временное освобождение от всех налогов. Думаю, мне года хватит, чтобы привести дела на всех своих землях и предприятиях в порядок.

— То есть, продавать ты ничего не собираешься? Даже крепостных? Это ведь наиболее затратная статья расходов. На отсрочку по налогам император согласится. Но не по всем. Подушная подать останется в любом случае. Налоги — это основа стабильности любого государства!

— А зачем крепостных продавать? — На подмену понятий указывать ему не стал. Позже договорюсь с императором напрямую. — Из всего вот этого списка. — Я указал на бумаги. — Людей я считаю главным капиталом. Толку от предприятий и угодий, если на них работать некому?

— Пусть так. — Не стал со мной спорить Танин дядя. — Отдашь своё имущество в управление? Учти, придётся переоформлять полноценную куплю-продажу.

— За которую вы опять же сдерёте деньги?

— Не будь таким жадным. — Усмехнулся Пётр Николаевич. — Тебе, кроме всего прочего, хорошая сумма на счёт переведена.

— Что с таможенными пошлинами? — Не стал я отвечать на его упрёк. Жадный не жадный, а в хозяйстве любая копейка пригодится.

— Есть перечень товаров с указанием соответствующего налога. Я тебе потом пришлю. Ознакомишься.

— Прекрасно. — Я демонстративно потёр руки. — Я вам свой список тоже потом предоставлю. Пошлина — это тот же самый налог, а про них вы совсем недавно очень верно подметили. — Надеюсь, моя ухмылка была достаточно ехидной.

Видимо, припомнив наш недавний разговор, Пётр Николаевич быстро сдал назад.

— Я предлагаю такие мелочи обсудить позже, когда наступит полная ясность в вопросе с твоим княжеством.

— Так я и не спешу. Это вы торопитесь. Меня сейчас другая проблема волнует. — Я задумчиво посмотрел на собеседника. — Если отделяться прямо сейчас, у меня получится государство из четырёх человек. Крепостных по закону продать в другую страну никто права не имеет.

— Это так. Были ушлые дворяне. Торговали своими людьми как скотом. Но прежде всего, крепостные — это государевы люди. Продажа внутри страны никоим образом на этот статус не влияет, а продажа за границу, всё равно что сбыт краденого.

— Как по мне, что так за скот людей держите, что так. Разница не сильно большая. — Не согласился я с самой постановкой вопроса.

— По закону любой крепостной может выкупиться из крепости. И поверь, у многих для этого достаточно денег. Но люди сами этого не хотят.

Вообще-то, я был не удивлён такому заявлению. Знаю из нашей истории, что далеко не все крестьяне радовались свободе, «дарованной» Александром Вторым. От этого «дара» многие больше потеряли, чем получили.

— В чём причина такой лояльности к хозяевам? — Решил уточнить я.

— Самая, что не наесть меркантильная. Крепостные — не рабы. — Кто-то мне уже говорил подобную фразу. Припомнил я. — Хозяин может потребовать работать на него в поте лица, но при этом он должен обеспечивать своим крепостным соответствующие условия жития. Им должна выплачиваться минимальная оплата труда. Пусть она меньше, чем у вольных, но зато и затраты на жизнь у крепостных ниже. Хозяин, кроме оплаты должен обеспечить жильё, питание и одежду. Естественно, всё по минимуму. Но крепостной всегда сыт, одет и имеет свой угол. Ещё и лекарь периодически приходит и за здоровьем следит. И всё это за счёт хозяина.

— Если иметь крепостных невыгодно, почему помещики от них не избавятся? Я имел в виду: не отпустят на волю.

— А это уже невыгодно самому государству. Обеспечение социальных гарантий в таком случае ложится на плечи государства. А у нас бюджет нерезиновый. — Пётр Николаевич развёл руками. — Если хозяин сам даёт вольную крепостному, то сбор за оформление документов многократно выше становится.

— Хитро придумали. — Я решил вернуться к волнующему меня вопросу. — Предлагаю отделение княжества перенести на более поздний срок. В идеале, впритык к свадьбе. Так и у Архива не будет времени на ответную реакцию, и я смогу подобрать для себя людей, которые вместе с землёй перейдут в моё княжество.

— Иванов. Давай я тебя ещё раз спрошу: свадьба точно будет или ты ищешь причину не брать Татьяну в жены?

— Будет, конечно. За три месяца от Архива не избавиться, и другого выхода пока не видно. Что касается Татьяны, я не настолько глуп, чтобы заявлять своей будущей жене, будто женился на ней исключительно ради её блага. Такие слова рано или поздно приведут к осложнениям в отношениях. В худшем случае мы просто разойдёмся, но позже, когда проблемы с Архивом будут решены.

— Боюсь, развестись у вас не получится. Выхода всего два. Вдова или вдовец. Но вдовец долго не проживёт. Это я тебе обещаю.

— Пётр Николаевич, не надо мне угрожать. — Я посмотрел на него с улыбкой. — Достаточно мне выйти за эту дверь, и мы больше никогда с вами не увидимся. Не я к вам пришёл, а вы ко мне. И по поводу духа Иванова я не шутил. Надеюсь, это был последний раз, когда я услышал угрозу от вас, как от лица, наделённого властью. Если захотите просто мне морду набить, то ничего не имею против. — Я продолжал спокойно сидеть и улыбаться. — Попробовать вы можете.

— А давай попробуем. — Неожиданно согласился Пётр Николаевич и начал подниматься.

Вообще-то, он меня удивил своим согласием, но мериться с ним пиписьками, махая кулаками, никакого желания не было. К тому же Танин дядя весь светился от навешанных на него артефактов.

Я резко поднялся и сократил расстояние между нами, пройдя столик насквозь. Левую руку положил ему на плечо и нежно сжал, давая почувствовать силу рук. Указательный палец моей правой руки замер в нескольких миллиметрах от его глаза.

Для столь простого действия пришлось переводить руку в сумеречное состояние. Один из защитных артефактов принял моё движение за атаку и прикрыл голову Петра Николаевича защитным полем. Хорошо, что оно было локальным и не мешало мне крепко придерживать Таниного дядю за плечо.

— Эксперимент окончен, или продолжим? — Я равнодушно смотрел на ошарашенного противника. Демонстрация силы удалась, а унижать его я не планировал.

— Думаю, мы закончили. — Он быстро пришёл в себя. — Но как ты смог…

Я отпустил Петра Николаевича и, обогнув столик, сел на прежнее место.

— Не думал, что вы поведётесь на подростковый трюк. — Я состроил недовольное лицо. — Вам разве не докладывали, что я сделал с магом огня? Артефакты ему не помогли.

— У него и Дадиани артефакты были разряжены. — Припомнил глава ГБ доклад о том инциденте.

Я молчал. Не то что мне не хотелось отвечать, просто мысли в голове пронеслись и, как это часто бывает, свернули в другую сторону.

Сначала я подумал, как удачно напомнил власть предержащим о своих не совсем обычных способностях. Отчёты — это одно, а когда испытаешь вживую, да на собственной шкуре, ощущения совершенно другие.

Потом пришла мысль о «Книге Бездн» и Всемогущем Фыркле. У Романовых хранятся две книги из библиотеки этого мага. Надо узнать у Мэнни, вдруг такие есть в продаже на чёрном рынке.

Вот эта мысль про книги вильнула неожиданным образом, и я вспомнил, что не разобрался с рунными цепочками на обложке. Я про них просто забыл! А ведь там, среди прочих, была руна передачи!

— Иван, ты меня слушаешь? Или утёр нос старику и теперь внимание на него решил не обращать. — Прервал мои размышления Пётр Николаевич.

— Секунду. — Отмахнулся я.

Передача, не просто на неопределённое расстояние, а вообще в другой мир. И пусть она передаёт энергию, отобранную у мага, но информация тоже энергия! Лишь от качества канала связи зависит количество энергии, затраченной на передачу единицу информации.

Захотелось плюнуть на всё и бежать к себе домой за книгой.

— Пётр Николаевич. — Я шустро сложил листки в папку и завязал на ней тесёмки. — Вы долго здесь планируете оставаться?

— Иван, вообще-то, здесь командую я! — Разозлился он, видя, что я игнорирую его вопросы и вообще собрался уходить.

— Я же не мешаю. Командуйте. Мне нужно время, чтобы решить, как именно поступить с вашими подарками. До вечера постараюсь управиться.

— Я не планирую оставаться здесь до вечера. Моё время стоит дорого. — Поняв, что на окрик я не реагирую, ответил Пётр Николаевич.

— Хорошо. — Покладисто согласился я. — Пришлю к вам курьера со своими соображениями. У нас с вами времени много. Лишняя неделя погоды не сделает.

— Иванов! — Пётр Николаевич медленно выдохнул воздух. — Я пробуду здесь максимум четыре часа. Потом из Симферополя отправляется скорый поезд до Петербурга. Постарайся успеть.

* * *

— Катерина, — Обратился я к блондинке официальным тоном. — Всё, что ты сейчас узнаешь, подпадает под действие клятвы, которую ты мне дала ранее. Ты, Таня, клятву не давала, но сообщать кому-либо о произошедшем здесь не в твоих интересах. Даже дяде не обязательно знать, о чём у нас пойдёт разговор. Я бы сказал: категорически необязательно.

Будущая невеста кивнула и с интересом ждала продолжения. Майор с Мэнни переглянулись, но озвучивать свои мысли не спешили. Я выбрал для нашего разговора другой номер. Здесь раньше кто-то жил, но мне потребовалось помещение исключительно для работы. Время, валяния на кровати, кончилось.

В гостиной номера стоял большой стол, который быстро освободили от всего лишнего. Стульев хватило с запасом. Папку я положил перед собой, развязал её и начал доставать документы.

— Объясняю ситуацию. — Решил сразу всех ввести в курс дела. — Давным-давно был заключён договор между императором России и представителем Архива на оказание услуг связи и хранения информации… — Я кратко пересказал истоки возникшей с Таней проблемы. — Выход из ситуации нашёлся неожиданным. Женихом буду я. А чтобы мне скучно не было, гора Аю-Даг исключается из состава России и становится отдельным княжеством со мной во главе.

— Чего-то подобного я и ожидал. — Мэнни оживился и, я бы сказал, повеселел от услышанного.

— А я точно нет! — Майор не светился радостью, как лекарь, но и расстроенным не выглядел. — Теперь Иван принялся государство российское разрушать. Что на очереди? Земля напополам?

— Не драматизируй. Отделяемся мы всего на несколько лет. За это время нам предстоит решить вопрос с Архивом. После мы обратно вольёмся в состав России. Если захотим. Сразу предупреждаю, у нас будет абсолютная монархия, но прислушиваться к чужому мнению я буду обязательно.

— Вкусивши власти, ты от неё не откажешься. — Наставительно произнёс Мэнни.

— Я думаю он и здесь чего-нибудь этакое отчебучит, но властолюбцем точно не станет. — Неожиданная реплика майора меня удивила. — Что мы впятером будем на твоей горе делать?

— Впятером мы там сможем только на солнышке греться и брюшко отращивать. Года через два люди из Архива со смеху подохнут, глядя на нас. Как вам план?

— Очень весело. — Подала голос Катя. — Только я с вами не буду загорать. А брюшко отращивать — это совсем не про меня. Только продукты переводить.

— Ладно. Посмеялись и хватит. — Решил перейти я к делу. — Вот документы на моё движимое и недвижимое имущество. Информации мало, но, надеюсь, кто-нибудь из вас что-то да знает о нём. Сейчас меня интересуют люди, которых мы можем оттуда взять и привезти на гору. Нужно начинать масштабное строительство.

Глава 13

Мои мечты быстро пошли крахом. Никакой крупной стройки на Аю-Даге в такие короткие сроки не организовать. Причём основными противниками моей идеи оказались Катя с Мэнни. Катя неплохо разбиралась в местных условиях и того, что касалось гор, а Мэнни имел большой жизненный опыт.

Начать с того, что с водой на Аю-Даге большие проблемы. Её там просто нет. Проложить водопровод можно, но это отдельная стройка, которая займёт не один год. Остаётся привозная вода. Дворянин себе такое позволить может. Если он богат. Возить воду для многочисленных крепостных выйдет слишком накладно. Единственное, что можно сделать, это разбить небольшую деревеньку у подножия горы. Там и вода рядом, и дороги снабжения короче.

Опять же, склоны горы не самое лучшее место для строительства. Поверхностные скалы ненадёжные, их нужно зачищать до прочного основания. Причём не только на месте строительства, но и выше по склону, чтобы не засыпало постройки неожиданным камнепадом.

Прокладка нормальной дороги тоже потребует колоссальных затрат. Строительная техника здесь есть, но она дорогая и маломощная. В чём причина такого ограничения мощности мне даже Мэнни объяснить не смог. Не делают мощные магические двигатели и всё тут.

Мне на будущих производствах потребуется много рабочих рук, но селить обладателей этих руки было негде.

* * *

— Итак. Подведём итог. Моих знаний в строительстве не хватает для полноценной организации всего процесса. Нужен опытный человек, который сможет потянуть эту работу. — Я осмотрел сидящих за столом. — Есть предложения?

— Можно через канцелярию отца поискать нужного человека. — Предложила Таня.

— У меня своих проблем хватает. — Сразу отказался лезть в вопросы строительства майор. — Сейчас меня интересует демаркация границы. То, что начиркано в этих планах, никуда не годится. — Он ткнул пальцем в схематический план, который даже карту не напоминал. — Как я понимаю, биться предстоит за каждый метр территории.

— Майор, знаешь что. Найди подробную карту местности и на ней сам проведи границу. Сильно не наглей, но чем больше сможешь приписать нам территории, тем лучше. К особо важным, на твой взгляд, местам можешь отдельные записки составить. Эту документацию я с Петром Николаевичем отправлю. — Майор шустро исчез в коридоре. Я посмотрел на Таню. — Твоего отца будем беспокоить в крайнем случае. Я уверен, к нему у нас будет много других, более важных просьб. Незачем их тратить на пустяки. Катя, есть среди местных серьёзные люди или конторы, занимающиеся строительством?

— Это надо у деда узнавать. — Не задумываясь, ответила блондинка. — Он раньше сам принимал заказы и руководил строительством. У нас же свои каменоломни. Строили из своего материала. И нам выгодно, и заказчику дешевле выходило.

— Уже интересно. — Этому известию я обрадовался. — Как мне с твоим дедом поговорить?

— Я могу за ним сходить. Наша гостиница недалеко отсюда.

— Ты нашла что-то знакомое в документах? — На всякий случай уточнил я.

— Знакомые названия встречаются, но про них тебе тоже с дедом лучше поговорить.

— Ясно. У тебя как? — Я обратился Мэнни.

— Зачем тебе эти предприятия? Половина убыточная. Обширные участки земли вообще бесхозные. На них налог минимальный, но и прибыли никакой нет. Я бы на твоём месте от таких пассивов и активов избавился.

— Убыточное можно сделать прибыльным. Нужно лишь толкового человека поставить на руководство. Что касается пустых земель, то не такие они и пустые. — Возразил я и уточнил. — Значит, ни у кого дополнительной информации нет? Печально.

— Дед точно подскажет, особенно по предприятиям, расположенным в Крыму. У тебя их больше трети. — Сказала Катя.

— Зови деда сюда. Если бы не спешка, я бы сам к нему пришёл, но надо успеть решить кучу вопросов до отъезда Петра Николаевича.

* * *

— Добрый день, граф. — Первым поздоровался Катин дедушка.

На удивление он оказался старше, чем я представлял. Дети или внучка у него явно оказались поздними детьми. Выглядел дед лет на восемьдесят, с хвостиком. Весь покрытый морщинами, скрюченный и опирающийся на трость.

— И вам добрый вечер. Присаживайтесь. — Я показал на стул, который раньше занимала Катя. Несмотря на свой плачевный внешний вид, дед двигался довольно резво. — Как вас по имени-отчеству?

— Зови меня дед Степан. Внучка говорит, ты не сильно любишь титулования всякие. Так и я привык по-простому разговаривать.

Катя заняла место майора и с интересом наблюдала за разговором. Впрочем, как и Таня с Мэнни.

— Дед Степан. Мне император пожаловал гору Аю-Даг и кучу другого имущества. Катя говорит, ты раньше сам строительством занимался. Остались у тебя знакомые, работающие в этой сфере?

— Остались. — Кивнул дед. — Всякие есть. И дворец смогут построить и дорогу проложить. Лишь бы у заказчика денег хватило. Ты никак на горе решил поместье восстанавливать? Иванова не боишься?

— Я сам Иванов и с духом старого Иванова проблему уже уладил. — Глянул на Катю, та покачала головой. Понятно. В подробности она деда не посвящала. — Поместье может подождать. Мне нужно построить крупный посёлок для крепостных и на всё про всё у меня лишь два месяца.

— Ну у тебя граф и задачки. Даже и не знаю, кого посоветовать. На сколько человек посёлок хочешь заложить? Сколько семейных будет, сколько детворы? Какие огороды? Крепостные или вольные? Крепостных в лачуги не поселишь. Для них придётся императорские нормы по жилью соблюдать.

— А если временное жильё построить?

— Временное, можно. — Согласился дед Степан. — Вопрос: постоянное когда возводить начнёшь? Инспекторам только повод дай. Сразу штрафами обложат.

— Как все времянки будут готовы, так и начну. Мне нужно сначала людей с семьями разместить. Чтобы к оговорённому сроку они уже на моей земле были.

— Понял тебя, Иван. — Дед как будто прислушался к произнесённому имени. — Так сколько планируешь народу поселить?

— Планирую тысяч десять. Включая баб и детей. — Уточнил я, так как многие считали крепостных исключительно по рабочим рукам. Напрочь игнорируя маленьких детей. А некоторые и женщин продолжают за людей не считать. — А сколько получится, от строителей зависит. Селить людей в палатки, я тоже не собираюсь.

— Да где ж там такую ораву поселить можно? — Удивился дед Степан, подтверждая опасения Кати и Мэнни.

— У подножия есть достаточно ровные участки.

— Это они для ходьбы ровные, а чтоб дом на таком построить, нужно предварительно колоссальное количество земляных работ провести. Здесь техника нужна. — Дед опять задумался. — Объёмы большие. В аренду брать бессмысленно. Лучше свою купить. Хватит у тебя денег, граф? Один только бульдозер десять тысяч стоит.

— А магов земли у вас нет? — Пришла мне в голову мысль. Магов воздуха, воды, огня и даже электричества я встречал. Почему не быть магу земли?

— Никогда о таких не слышал. — Первым ответил Мэнни, внимательно следивший за нашим разговором.

— А я считаю, что есть такие маги. — Удивил всех дед Степан своим заявлением. — Просто они очень слабые и не воспринимаются всерьёз другими магами. Я ведь с камнем, почитай, всю жизнь работаю. Вижу, как другие люди его воспринимают. Есть у меня пара человек, что камень лучше жён своих знают. Возьмёт, бывало, Прокоп камень в руку и сразу всё о нём расскажет. Где какие дефекты в породе, или включения инородные. Только маг сможет в камень заглянуть. — С вызовом глядя на лекаря, произнёс он. Не дождавшись возражений, дед Степан посмотрел на меня. — А ты, Иван, думал, что маг земли может горы свернуть?

— Так и думал. — Признался я. — Но раз таких нет, то будем плясать оттого, что есть. Дед Степан, а возьмись сам за строительство. Ты человек опытный. Жизнь повидавший. Но умом до сих пор ясный. Другого такого мне вряд ли удастся найти.

— Я бы с удовольствием, Ваня. — Тепло улыбнулся дед. — Но стар я для таких свершений. Годы берут своё. Это сейчас я бодрый, а через полчаса меня в сон сморит. Какой из меня руководитель, если я большую часть времени спать буду?

— Иммануил? — Я вопросительно глянул на лекаря.

— Граф, можно вас на пару слов? — Многозначительно посмотрел он в ответ и поднялся со стула.

— Пойдёмте, Иммануил Витольдович. — Я тоже поднялся.

Мы уединились в соседней комнате. Плотно закрыв дверь и отведя меня вглубь комнаты, Мэнни шёпотом спросил:

— Иван, ты знаешь, сколько стоит процедура омоложения? — И не дав мне ответить, продолжил. — Думаешь, она просто так столько стоит? Да мне с неё налог придётся платить! Твёрдый налог. Независимо от того, за сколько я провёл процедуру. Плюс мои, далеко не маленькие, затраты.

— Ого! — Эта информация была для меня неожиданной. Я раньше не мог понять, почему здесь омоложением не пользуются все подряд, у кого деньги есть. Видимо, для этой процедуры нужны очень большие деньги. — Мэнни, а если внешность деда оставить как есть?

— Не выйдет. Всё равно волосы у него перестанут седеть. Постепенно вырастут свои зубы. Кожа подтянется. Нельзя организм омолодить частично. — Горячим шёпотом объяснял мне лекарь. — Максимум, что я могу сделать, это подлечить деда. Но это не совсем то, что ему нужно.

— Мэнни, сколько будет омолаживаться кожа? Когда появятся явные признаки проведённой процедуры?

— Если постараться, то месяца через два. — Сообразив, куда я клоню, немного успокоился Мэнни. — Но это только усложнит мою работу.

— Ты постарайся. Волосы можно покрасить, а позже будем деда прятать или гримировать. Не забывай, что максимум через три месяца ты станешь подданным другого государства.

— Да понял я, что ты задумал. — Буркнул лекарь. — А мои затраты ты чем компенсируешь?

— Хочешь почитать «Книгу Бездн»? — Наклонившись к Мэнни и ещё тише спросил я.

— Смерти моей хочешь? — Он с недоумением смотрел на меня, не понимая, шучу я или нет.

— Она неопасная. Я её обезвредил. — Удержаться не смог и на последней фразе улыбнулся. Дьявольски.

— Ты говоришь правду?

— Кстати, на чёрном рынке можно другие экземпляры купить? — Риторический вопрос я проигнорировал.

— Очень дорого, хотя предложение значительно перевешивает спрос. — Ответил Мэнни. Мои вопросы ставили его в тупик.

— А вот этот момент меня настораживает.

— Чем именно?

— Эти книги были украдены из библиотеки мага, который до сих пор жив. Но этот маг не из нашего мира. Как могли притащить целую библиотеку из Аберрации?

— Да какая библиотека? — Отмахнулся Мэнни. — С десяток книг если наберётся, то хорошо. Как именно их пронесли через туман, я тебе сказать не могу. И вряд ли кто-то точно об этом знает. Только покупать «Книги Бездн» на рынке я не советую. Все знают, что книги есть, но проверить перед покупкой их можно лишь одним способом. Нужна жертва, которая её откроет. Про наблюдение за рынком я тебе уже говорил.

— Можно и денег лишиться, и с дознавателями ГБ познакомиться поближе. — Сделал вывод я.

— Именно. Поэтому и цена высокая. Расчёт на дурака или на того, кто научился снимать с книг защиту. В последнем случае ты сразу превратишься в предмет охоты. Ты мне скажи, есть в них что-то действительно полезное? Или они только для убийства годятся? Хотя о чём я спрашиваю. Если ты знаешь про мага, у которого их украли, значит, действительно её прочёл. Про что книга?

— Мне попался учебник по магии для начинающих. В нём есть интересные мысли. Но ценнее всего оказались приведённые в нём рунные записи.

— Зачем они тебе? Ты решил податься в чернокнижники? — На этот раз Мэнни даже отшатнулся от меня.

— Какая связь между рунами и чернокнижниками? — Не понял я.

— А как иначе ты запитаешь руны энергией?

— Подожди. Ты хочешь сказать, что руны можно запитать только энергией от жертвы?

— А тебе разве известен другой способ?

Я обвёл комнату взглядом, надеясь найти, на чём продемонстрировать работу рун. Подошёл к маленькому столику и подхватил с него бутылку с вином. Возиться с пробкой было лень, поэтому я просто смахнул горлышко. На стекле воспроизвёл цепочку рун медленного нагрева и оставил бутылку на столик.

— Мэнни, у тебя «око» с собой?

— Да. — Наблюдавший за моими манипуляциями лекарь быстро извлёк «око» и нацепил на глаз.

Убедившись, что он готов, я подал совсем чуть-чуть энергии в руны. Через пять секунд бутылка начала прыгать по столику, выбрасывая из горлышка брызги вина, перемешанные с паром.

Большая часть вина оказалась выплюнута из бутылки. В комнате повис стойкий запах алкоголя. Из-за интенсивного нагрева бутылка быстро оказалась пустой и треснула от температурных напряжений, возникших в стекле.

— Все живы? — Повернулся я к Мэнни. — Нигде жертв страшного чернокнижника не видать?

— Как ты это сделал? — Он проигнорировал мою иронию.

— Ручками. Ты же видел.

— И всё-таки ты маг. — Мэнни на секунду задумался. — Рунный маг, хотя таких не бывает.

— Как и магов земли? — Усмехнулся я и уже серьёзно добавил. — Я не маг в классическом понимании этого слова. Не могу общаться с магией напрямую.

— Это твоё ограничение, и оно же невообразимо расширяет твои возможности. Интересно, этому можно научиться?

— Понятия не имею. Теперь ты понял, для чего мне нужны «Книги Бездн»? — Спросил я. — Мне нужны рунные записи. Но и для вас, обычных магов, в этих книгах много полезного.

— Я поинтересуюсь. Вроде должны быть отдельные книги с рунами для чернокнижников. Проблема купить их и не засветиться.

— Что у вас за чёрный рынок такой? Шагу нельзя ступить, чтобы не нарваться на ГБ.

— Старая истина. Не можешь бороться с пороком, внедри в злачное место контроллеров.

— Ладно. Не буду лезть в ваши проблемы. Постарайся найти книги. Любые. Деньги не проблема. — Я подошёл к растрескавшейся бутылке и проверил осколки на наличие крупных обломков с остатками рун, но таковых не оказалось. Проделанные в стекле канавки, оказались теми самыми концентраторами напряжения, по которым бутылки и раскрошились. — Деда Степана будешь лечить? — Прямо спросил лекаря. — Он нам позарез нужен. Согласен даже на налог. Пусть попробуют содрать. Чем ответить, я всегда найду.

* * *

В номер мы вошли вместе с Таней. Она не сильно хотела видеть своего дядю, но приличия требовали проявить вежливость и попрощаться с ним. До его отъезда оставалось совсем немного времени.

— Пётр Николаевич. — Я положил перед Таниным дядей папку с документами. — Я беру все ваши подарки. Сразу их оформите на вот этого человека. Это позволит избежать лишних трат. — Сверху лёг листок с данными Катиного деда.

— Степан Дмитриевич Каменев. — Прочёл он. — Я думал, вы оформите имущество на саму Катерину.

— Катя девочка умная, но слишком молодая. Может взбрыкнуть и напортачить. Её дед показался мне более надёжным вариантом. — Следом я положил кусок карты, на котором гора была обведённая красной линией. Уточнения майора я решил не передавать. — По этой линии проложите границу.

— Здесь отмерено немного больше, чем Его Императорское Величество готов был уступить изначально.

— Вы сами были на этой горе? Похоже, что нет. На её склонах ничего построить нельзя. По крайней мере, быстро. На вершине места не так уж много. Я, конечно, могу заняться ландшафтным дизайном…

— Чем? — Не понял меня Пётр Николаевич.

— Обширными земляными работами, для создания террас на склонах горы. — Перевёл я на понятный язык. — Вы готовы подождать лишние пять лет, пока у меня появятся первые результаты?

— Умеешь ты находить аргументы. — Пётр Николаевич слабо улыбнулся. — Ещё пожелания будут?

— Постарайтесь не затягивать с оформлением документов. Всех, кроме горы. Её отложим на самый последний момент.

— Я учту ваши пожелания, граф Вонави. — Кивнул глава ГБ. — Разрешите мне поговорить с племянницей?

— Она свободный человек, только не заставляйте её нервничать. Начинать по новой бумажную волокиту, с другим переговорщиком, мне не хочется.

Глава 14

— Татьяна, может у тебя какие-нибудь личные просьбы есть? — Спросил Пётр Николаевич, когда Иван вышел, оставив их одних.

— Просьба одна. Не мешайте Ивану, а помогайте.

— Чем я могу ещё ему помочь? — Дядя удивился словам племянницы. — Мы с твоим отцом и так выполняем все его просьбы.

— Почему вы ограничили размер будущего княжества горой? Могли бы выделить больше земли. Для него это важно.

— Ну зачем ему земля? Пусть хоть замок на горе строит. Там места достаточно. Продукты он может в ближайших городах и деревнях закупать. Денег ему выделили с огромным запасом. И, скорее всего, ещё выделим. Пусть своими проектами занимается и не отвлекается на ерунду.

— Видимо, его проекты требуют много рабочих рук, если он хочет десяток тысяч крепостных переселить на свои земли.

Пётр Николаевич задумался. Про такое количество подданных в новом княжестве никто и подумать не мог. Армия такого размера выглядит несерьёзно. К тому же причин воевать с Россией у Ивана нет. С другой стороны, с выделенного клочка суши всех не прокормить, значит, зависимость от России останется.

— Хорошо. Передашь Ивану, пусть начинает подготовку, опираясь на уже очерченную им территорию, а с дополнительной землёй мы вопрос решим. Только займёт улаживание этого вопроса некоторое время. Просто так передать землю от одного хозяина другому, закон не позволяет.

— Спасибо, дядя. — В кои-то веки улыбнулась ему племянница.

* * *

— Всё Степан, для первого раза достаточно. — Встряхнул руками Мэнни. — потихоньку вставай и одевайся.

Катин дед легко сел на кровати. И прислушался к себе.

— И ведь не болит ничего! — Восторженно произнёс он.

— Ты, Степан, про маскировку не забывай. — Напомнил ему Мэнни, а потом пригрозил. — И с девками поосторожней или верну всё как было!

— Так у меня и в штанах заработало? — Дед обрадовался. — Допрыгалась, значит, Матрёна! Понял я тебя, понял. — Уловив осуждающий взгляд лекаря, пояснил он. — Матрёна, это вдовушка одна. Она за мной в последнее время ухаживает. Мы тихонько. Никто не узнает.

— Все вы так говорите. — Вздохнул Мэнни. — Пошли. Там твоя внучка поди извелась вся.

* * *

— Иван с Татьяной Павловной не вернулись? — Немного покряхтывая спросил дед у Кати. Он нисколько не изменился и двигался всё той же семенящей походкой, опираясь на трость.

— Как видишь. А с лечением не получилось? — В её взгляде читалось разочарование.

— Ну раз родная внучка ничего не заметила, значит, маскируюсь хорошо. — Дед Степан распрямился и сделал несколько уверенных, широких шагов, затем подмигнул Кате и принял прежний вид. — Придётся маскироваться, чтобы хорошим людям проблемы не создавать. Зато я теперь спокоен. И на твоей свадьбе погуляю, и правнуков успею понянчить.

— Главное, что ты здоров, остальное пустяки. — Катя подбежала и обняла деда.

— Хорош сырость разводить. — Попенял он всхлипнувшей внучке.

— От радости маленько можно. — Поддержал её Мэнни. — Главное не выдайте себя, ни словом, ни жестом.

Майор молча наблюдал за происходящим и с интересом посматривал на лекаря. Пенсия подкралась незаметно. Жизнь вся прошла на службе. Пусть пенсия досрочная, но майор всё равно немолод, хоть и не древний старик, как дед Степан. Глядя на него, майор понимал, что несбыточная мечта обрести вторую молодость явно замаячила на горизонте.

* * *

Мы шли по пустой улице от гостиницы, в которой остановился Пётр Николаевич. Шли молча и медленно. Причём такой темп ходьбы выбрали оба, не сговариваясь. Погода стояла хорошая. Сидеть в четырёх стенах тоже надоедает.

— Почему не спросишь, о чём я говорила с дядей? — Таня первой нарушила молчание.

— Это ваше семейное дело. Зачем я буду в него лезть?

— А если разговор касался тебя?

— Ну и что? Мало ли обо мне говорят.

— Вдруг, это что-то важное? — Она не оставляла попыток меня заинтересовать.

— Таня, если ты считаешь это важным для меня, то можешь просто рассказать. Зачем ждать вопросов?

— Скучный ты. — Вздохнула девушка.

— Я любознательный, но не любопытный. — Переиначил я, где-то прочитанную фразу.

Таня обдумала мои слова, а потом сказала:

— Дядя спрашивал, не нужно ли мне чего-нибудь. Наверное, подозревает, что ты плохо ко мне относишься.

— Мазь от щелбанов попросила? — Не удержался я от ехидной реплики.

— Смейся-смейся. В следующий раз я ему обязательно нажалуюсь. Ты мне ни подарков не даришь, ни песни под окном не поёшь. Жених называется. — Таня сделала вид, что обиделась.

— Ну, извини. В следующий раз, вместо того чтобы обгорать под твоими молниями, лучше полезу воровать цветы. — Я усмехнулся. — Привыкай. У нас с тобой всё не как у людей. Никакого конфетно-букетного периода.

Я замолчал. Неожиданно вспомнил, что такой период у меня в прошлой жизни был лишь однажды, но закончился он полной хернёй. Даже вспоминать тошно. Видно, не судьба мне за девушками долго ухаживать.

— Ты обиделся? — Вывела меня из задумчивости Таня.

— Нет. — Решил не развивать эту тему, а переключить её внимание на другое. — Как у тебя с контролем? Излишки энергии продолжают вырабатываться?

— Я их сливаю в накопитель. — Она продемонстрировала мне большой природный накопитель, который держала в кармане. — Не уходи от вопроса. Я тебя обидела?

— Я же говорю — нет. Просто вспомнил неприятный эпизод из прошлой жизни.

Мы с Таней уже касались этой темы. И условились, что не будем ворошить мою прошлую жизнь. Особенно личную.

Таня остановилась и развернула меня к себе. Глядя мне в глаза, она спросила:

— У тебя там был неприятный опыт общения с девушкой, и ты боишься, что со мной получится точно так же? Просто ответь: да или нет.

— Я тебя удивлю, но неприятный опыт был. То, что он повторится с тобой, я не боюсь.

Мы стояли и смотрели в глаза друг другу. Потом я не успел понять, как оказался обнят за шею, и в следующее мгновение наши губы встретились в жадном поцелуе. Хотелось забыть обо всём на свете, кроме прильнувшей ко мне девушки.

— Гхм, гхм. — Раздалось рядом покашливание.

Таня немного напряглась и отстранилась от меня. Я нехотя собрался с мыслями. Перевёл взгляд на знакомого худощавого человека.

— Здравствуйте, господин Прокопчук. — Вежливости в моём голосе не было совершенно. — Вы что-то хотели?

— Прошу извинить за моё бесцеремонное поведение, граф, но мне нужно с вами срочно поговорить.

— Что-то новое по делу Дадиани? — Спросил я. Таня отпустила меня и встала рядом.

— Не совсем. При допросе Дюди, помните такого здоровяка? Вы ему ещё колени практически уничтожили. Он теперь остаток жизни будет на лекаря копить.

— Помню. И?

— Он упомянул про статуэтку из этрусского золота. Она всё ещё у вас? Могу я на неё взглянуть?

Прокопчук изменился и стал выглядеть как наркоман в начальной стадии ломки. Мне это очень не понравилось. При чём здесь Дюдя, когда о статуэтке есть записи в протоколах?

— Сразу предупреждаю, что продавать её я не намерен.

— Жаль. Я мог бы заплатить за статуэтку хорошую сумму. Намного больше, чем вам выплатит казначейство. Если она… — Прокопчук резко замолк.

— Продолжайте. Она что? — Подстегнул я его. — Мне не нравится, когда говорят загадками. Или вы рассказываете всё, как есть, или мы продолжим свой путь.

— К тому же купля-продажа этрусского золота без разрешения надзорных органов запрещена. — Вставила Таня. Видимо, моё недовольство она почувствовала. Или испытывала своё. Очень уж не вовремя появился Прокопчук.

— У меня есть такое разрешение, Ваше Императорское Высочество. — Поклонился он. — Я занимаюсь научным исследованием. Меня интересуют фигурки животных, похожих по описанию на вашу.

— Медведи?

— Не только. Важна не столько сама фигурка, сколько качество её исполнения. — С жаром начал объяснять Прокопчук. — Дело в том, что у таких фигурок, также присутствуют остаточные следы чужой сущности. Именно их я и пытаюсь исследовать.

— Я что-то не припомню, когда давал Дюде фигурку разглядывать и оценивать её качество. — Нашёл я нестыковку в словах Прокопчука.

— Я маг разума, граф. Это моя работа, вытаскивать из памяти подозреваемых малейшие детали. Порой люди сами не знают, как много помнят, о происходящем вокруг. — Он заговорил со знакомой интонацией, перестав выглядеть наркоманом. — Вы позволите её хотя бы подержать в руках?

— Позволю, но в обмен вы расскажете мне о своих исследованиях, хотя бы вкратце. — Предложил я.

Упоминание о сущностях в фигурках меня заинтересовало. Сразу вспомнилось, что этрусское золото используется в конструктах для хранения элементов разумной магии.

— К сожалению, я не могу вам многого рассказать. Большая часть сведений о магии разума составляет государственную тайну. Клятва, данная мной, не позволит поделиться с вами запрещёнными знаниями. — Вежливо ответил маг.

— Тань, мы же не торопимся? — Посмотрел я на девушку.

— Я, точно нет. Всё, что мне было нужно, я уже нашла. — Она многозначительно улыбнулась и коснулась меня бедром. Волна мурашек прокатилась по моему телу.

— Сазонов! — Крикнул я, заставив следователя вздрогнуть.

— Слушаю вас, граф. — Морщась, барон подошёл сзади.

— Подслушивать нехорошо. — Возле его правого уха светился артефакт. Догадаться о его назначении было несложно.

— А я не вас подслушиваю. Можете спросить Её Императорское Высочество. Артефакт Луки не позволяет этого сделать. — Сазонов бросил короткий взгляд на следователя. — Господин Прокопчук проходит у нас по особым спискам. Согласно протоколу, я обязан за ним наблюдать, когда он находится рядом с Её Императорским Высочеством. — Прокопчук кивнул, показывая, что знает об этой процедуре. — Что вы хотели, граф?

— Барон, снимайте оцепление. Надобности в карантине больше нет. Татьяна хорошо контролирует свой дар.

— По вашей гостинице этого не скажешь. — Выразил сомнения Сазонов.

— Это был сознательный разряд. Таня полностью контролировала себя, а над управлением силой разрядов мы ещё поработаем.

— Будь по-вашему. — Согласился барон Сазонов. — Это всё?

— Мы пройдёмся до моего дома. Мне надо взять кое-какие вещи.

— Я могу отправить человека, он принесёт всё, что скажете.

— Не стоит, барон. Мы лучше сами прогуляемся. Можете снимать оцепление. — Повторил я и повернулся к следователю. — Пойдёмте. Здесь недалеко, а по дороге вы расскажете о своём исследовании. — Видя, что Прокопчук собирается мне возразить, я добавил. — Ваша тайна, про использование бронзы для сохранения фрагментов разумной магии, для меня таковой не является.

Мы направились в сторону моего дома. Таня шла рядом, с интересом прислушиваясь к нашему разговору.

— Как вы сказали? — Заинтересовался Прокопчук. — Фрагменты разумной магии?

— А вы как это называете?

— Хм. Когнитивные дериваты магии. По сути, это одно и то же, только…

— Звучит заумно и малопонятно. — Перебил я его. — Зато помогает выбивать финансирование на очередной проект.

— Вы правы. — Улыбнулся следователь. — Особенно когда этот проект не касается твоей непосредственной работы. Понимаете, фрагментами разумной магии я легко могу оперировать. Но канувшие в веках этруски умели переносить в бронзу не только фрагменты. — Прокопчук понизил голос и придвинулся ко мне. — Я подозреваю, что они обладали техникой переноса всей сущности животных в бронзовые фигурки.

— Тогда это не просто фигурки. Это какие-то тотемы. — Развил я его мысль и одновременно вспомнил медленные движения моего медведя. — Этруски умели напитывать фигурки магией. А вы умеете?

В последнем я очень сомневался. В противном случае Прокопчук не гонялся бы за «остаточными следами».

— Извините, граф, но это совершенно закрытая информация. — Скороговоркой ответил следователь.

— Таня, возьми, пожалуйста, господина Прокопчука за руку. — Попросил я. — Не хочу, чтобы подслушивали то, что он говорит. — Таня нехотя встала между нами, подхватив нас под руки. — Речь идёт о жертвоприношениях?

— Странно. Клятва себя не проявляет. — После секундной паузы произнёс следователь. — Вы правы. Перенос сущности животного в бронзовую статуэтку требует принесение этого животного в жертву. По крайней мере, я так думаю. Слава богу, ритуал, который позволяет совершить подобное, никому не известен.

— А где сущность животного, там и сущность человека. — Заметил я. — Вы уверены, что ритуал неизвестен? Может ваш уровень допуска не позволяет знать такие вещи?

— Я следователь по особо важным делам! — Напомнил Прокопчук. — Мне попадались дела с особо ушлыми гражданами. — Произнёс он мрачно. — Некоторые, ради экспериментов, загубили много невинных душ. Никогда не понимал, откуда такие мрази берутся. Их же нормальные родители воспитывали.

— А зачем засовывать сущность животного или человека в металл? Какие цели преследовали эти люди?

— Ходят слухи, что Архив своё могущество построил именно на конструктах с внедрёнными в них человеческими сущностями. К сожалению, ни подтвердить, ни опровергнуть этот факт никто не может. Архив, по понятным причинам, на подобные вопросы не отвечает.

— Вам действительно нужно сегодня уезжать? — Задал вопрос Прокопчуку. — Хотелось бы с вами поговорить на эту тему более обстоятельно.

— Я на работе, ваше Сиятельство. — Извиняющимся тоном ответил следователь.

За разговором мы дошли до нужного переулка. Зайдя в калитку, я попросил Прокопчука подождать во дворе, а сам с Татьяной зашёл в дом. Огляделся. Вроде все вещи на своих местах.

— Присядь пока. — Показал Татьяне на стул. — Я сейчас основные вещи соберу, остальное потом майор привезёт.

Достал свою сумку, с которой ходил за продуктами. Сначала выгреб деньги со всех тайников. Сверху накидал оставшиеся у меня вещи. Их было не много, но для заполнения сумки хватит.

— Теперь ни звука, чего бы странного не увидела. — Глядя девушке в глаза, попросил я. Странно, но Татьяна даже не напряглась.

Я опустился на четвереньки и прямо сквозь пол достал банку с порошком алюминия. Потом фигурку медведя. Последней была «Книга Бездн». Вот на ней у Тани нервы сдали, и она тоненько пискнула.

Пришлось на неё укоризненно посмотреть и покачать головой. Потом демонстративно раскрыл книгу и перелистнул несколько страниц.

— Она больше не опасна. Потом почитаешь на досуге. — Тихонько сказал я.

— Но как? — Шёпотом прокричала Таня.

— Потом расскажу.

Тщательно завернув книгу и банку в вещи, я спрятал их в сумку. Фигурку медведя вручил Тане. Она ещё не пришла в себя, поэтому медведь замер у неё на раскрытой ладошке. Фигурка опустилась на четыре лапы и теперь устойчиво стояла, опираясь на них. По-моему, медведь стал более подвижным, чем был раньше. Интересно, если его где-нибудь оставить, куда он пойдёт?

Открыв холодильник, я достал две бутылки лимонада. Одну протянул Тане. Она кивнула и сделала большой глоток. При этом медведя она продолжала держать на ладошке второй руки, не зная, что с ним делать дальше. Как произведение искусства он её не интересовал.

— Ты мне многое должен рассказать. — Отдышавшись, заявила она.

— Ещё добавь: обязан, и мы прямо сейчас попрощаемся.

— Ваня, перестань. Ты прекрасно понял, что я хотела сказать. — Упёрлась Таня.

— Тогда подумай, для чего я тебе показал свои возможности. — Я забрал у неё медведя. — Пойдём. Следователь нас уже заждался.

— Подождёт, не развалится. — Буркнула Таня, но со стула поднялась.

— Тань. Добрее надо быть. Злость — прямой путь к язве и несварению желудка. — Я толкнул дверь и вышел во двор. Прокопчук с надеждой посмотрел на меня. — Держите. — Протянул ему медведя.

Бережно взяв его в руки, следователь прикрыл глаза и сосредоточился. В таком положении он пробыл недолго.

— Он почти проснулся! — Радостно заявил следователь. — Ему не хватает… Крови? — Он удивлённо уставился на меня. Потом его взгляд обрёл твёрдость. — Постарайтесь объясниться!

— По поводу? — Я примерно догадался, чем вызвана такая перемена в настроении следователя, но хотел услышать, что он скажет.

— Вы знаете ритуал, и приносили жертвы. — Уверенно ответил Прокопчук. — Ничем иным я не могу объяснить состояние этой фигурки.

Глава 15

— Вы же опытный следователь. — Вздохнул я. — Неужели считаете меня дебилом, который, понимая все последствия, сунет вам в руки вещь, связанную с запрещёнными ритуалами?

— Я всякого в жизни повидал. Ваше объяснение для меня аргументом не является.

— Давайте подойдём с другой стороны. — Я вместе с Татьяной приблизился к нему вплотную. — Вы же можете определять по внешнему виду, правду я говорю или нет. Что подсказывает вам опыт?

— Иногда мой опыт бессилен. Люди всякие есть. К сожалению, я не могу читать ваши мысли и воспоминания.

— Иван круглые сутки находится под наблюдением агентов охраны. — Вставила Таня. — По-вашему, он приносил жертвы с их разрешения?

— Тогда объясните мне, что происходит с сущностью, заключённой в эту фигурку? — Не желал сдаваться следователь.

— Как? Я вообще не маг! Попробуйте узнать у неё сами. Мне, например, интересно, что это за сущность и чего она хочет. Кроме крови, естественно.

— Весьма странный у вас интерес, учитывая сложившиеся обстоятельства и выдвинутые мной обвинения. — Прокопчук пристально изучал моё лицо. — Вам так не кажется?

— На ваши обвинения мне наплевать. Я не приносил никаких жертв и приносить не собираюсь. Но держать возле себя кровожадного монстра тоже не горю желанием. За себя я могу постоять, но меня окружают другие люди. Теперь вам понятен мой интерес? Надеюсь, у вас хватит благоразумия не врать мне, о мыслях сущности.

— То есть вы, граф, не отрицаете, что имеете отношение к пробуждению сущности. — Выцепил главное из моих слов Прокопчук.

— Не отрицаю. — Нехотя согласился я. — Но к жертвоприношениям это не имеет никакого отношения.

— Вы должны рассказать мне, как смогли пробудить сущность.

— Чего ради? — Удивился я. — Если вам больше нечего мне ответить, то верните фигурку, и мы распрощаемся.

— Но…

— Господин Прокопчук, расскажите Ивану о чувствах сущности. Сделайте это, хотя бы ради моей безопасности. — Попросила Таня.

— Хорошо. — Сдулся следователь, уже набравший воздуха в грудь.

Он накрыл фигурку второй рукой и прикрыл глаза. Мы стояли молча.

— Странная смесь эмоций. Это действительно сущность медведя. Он очень голоден и недоволен. Не зол, а именно недоволен. Вы его мало покормили. — Прокопчук открыл глаза и уставился на меня. — Вы кормили его своей кровью?

— Случайно вышло. Укололся об когти. — Пояснил я.

— Когти? — Следователь убрал ладонь и уставился на фигурку. Никаких когтей на лапах не было.

— Значит, обо что-то другое укололся. — Пожал я плечами. — Что ещё чувствуете?

— На меня и образ Её Императорского Высочества он рычит, но по отношению к вам агрессии не проявляет. Видимо, произошла привязка кровью, хотя я о таком лишь в современных сказках читал. — Прокопчук уже не так строго посмотрел на меня. — Вы планируете дальше его подкармливать?

— Ещё не решил. — Я протянул руку за фигуркой.

— Могу я надеяться, что вы и дальше позволите мне проверять и исследовать фигурку время от времени.

— Надеяться можете, но в следующий раз вы получите к ней доступ после принесения клятвы. И никак иначе.

— Вы для этого хотели меня найти прошлый раз?

— Нет. Я тоже хотел показать вам фигурку. Я не маг разума, и не могу определить, что она из себя представляет.

— Но по каким признакам… Постойте, откуда вы вообще узнали, что в этрусском золоте хорошо сохраняются когнитивные дериваты магии?

Я поморщился. И от заумного названия, и от понимания того, что Прокопчук скоро начнёт задавать опасные вопросы. Следователь он и в Африке следователь.

— Все вопросы, точнее, ответы на них, только после принесения клятвы. — Отрезал я.

— Господин Прокопчук, у меня к вам будет личная просьба. — Заговорила Таня, прерывая хотевшего возразить следователя. — Забудьте всё, что здесь видели. Никаких докладов или служебных записок. Просто забудьте. Мой будущий муж многое сделал на пользу России и ещё сделает. Последствия вашей несдержанности в словах могут оказаться весьма печальными.

— Вы угрожаете следователю по особо важным делам, Ваше Императорское Высочество. — Прокопчук решил проявлять твёрдость до конца.

— Таня, оставь человека. — Я посчитал нужным вмешаться. — Он больше учёный, чем следователь. Для него настоящая угроза — это не получить доступ до новых знаний, а не прямое давление. Я прав? — Прокопчук во время Таниных угроз принял официальный вид, и сейчас никак не отреагировал на мои слова. — Значит прав. Прокопчук, Таня тоже права, я не несу угрозы для России, но раскидываться опасными знаниями, тоже не собираюсь. Прекрасно ведь понимаешь, что не всё нужно знать некоторым людям. А кое-что лучше никому не знать. Поэтому дальнейшая информация только под клятву и после увольнения с работы.

— Я не смогу пойти на такой шаг. Никакие знания не стоят тех тайн, что хранятся в моей голове.

— Ваши тайны меня не интересуют. Меня волнует сохранность своих. Кстати, майор Стеклов и Иммануил Витольдович уже перешли ко мне на службу. Текст их клятвы утвердил лично Пётр Николаевич Романов.

— Грабовский вообще согласился работать на Ивана бесплатно. — Фыркнула Таня.

— Это правда? — Прокопчук оставался спокойным. По крайней мере, внешне.

— Надеюсь, это был риторический вопрос?

— Извиняюсь, Ваше Сиятельство. — Немного смутился Прокопчук. — Слишком неожиданные новости услышал.

— Хотите я вас добью? — Поинтересовался я с улыбкой.

— В каком смысле? — Снова напрягся Прокопчук.

— В фигуральном. Вы же видели фигурку в памяти Дюди?

— Да, но… — Следователь замер. — У вас их две? Как же я сразу не сообразил!

— Вы и сейчас не сообразили. Думайте. У вас есть два месяца. После этого срока моё предложение теряет силу.

Сунув медведя в сумку, я вместе с Таней вышел на улицу.

— Зачем он тебе нужен? — Спросила она, когда мы отошли подальше.

— Причин несколько. Во-первых, он профессиональный следователь, причём с большим опытом работы. Во-вторых, он маг разума. Обе профессии нам крайне необходимы. В-третьих, он увлекающийся учёный. Такие люди — редкость.

— За твоё «нам» я готова его терпеть. — Неожиданно согласилась Таня.

— Ну и хорошо. Если он неприятный для тебя человек, это не повод отказываться от отличного специалиста.

— Ты так уверен, что он согласится?

— Вспомни состояние Прокопчука, когда он к нам подошёл. У него прям руки тряслись от возбуждения. На психически нестабильного человека непохож, значит, эти исследования для него очень важны. Он за них мать родную продаст, образно выражаясь. — Добавил я на всякий случай.

* * *

Встречали нас возле главного входа в гостиницу. Дед Степан скрючившись сидел на лавочке. Уловив мой удивлённый взгляд, он весело подмигнул. Похоже, лечение прошло удачно, и он просто маскируется согласно нашему уговору. Счастливая Катя сидела рядом с ним. Мэнни и майор тихонько спорили в сторонке. Заметив нас, эти двое пошли навстречу.

— Как переговоры? — Первым задал вопрос Мэнни, но его взгляд спрашивал совершенно о другом.

— Удачно. — Кивнул я ему.

— Против увеличения территории Пётр Николаевич не сильно возражал? — Уточнил майор.

— Совсем забыла сказать. — Вспомнила Таня. — Дядя обещал дополнительно землю возле горы выделить, но сразу это сделать не получится. Нужно её сначала у владельцев выкупить. А пока мы можем рассчитывать только на первоначально предложенную территорию. — Я многозначительно глянул на Таню, но ничего не сказал. — Прокопчук с мысли сбил. — Выкрутилась она.

— Иммануил, ты где номер снял? — Спросил я у лекаря. — Нам с Таней надо временно где-то остановиться. Сегодня отдыхаем и заканчиваем свои дела, а завтра с утра берёмся за работу.

— В той же гостинице, где Пётр Николаевич. — Коротко ответил он. — Я так понимаю, Татьяна Павловна больше опасности не представляет?

— Пока я рядом с ней, точно нет. — Подтвердил я. — Майор, нужно найти большую палатку, а лучше несколько, и соорудить временный лагерь на вершине горы. Метрах в ста от поместья. Холодильник можешь мой взять, из дома. Обязательно каменюку захвати. И поаккуратней с ней. Я завтра к вечеру хочу перебраться на гору и планирую жить там.

— Ты? А я? — Удивилась Таня.

— Посмотрим. — Ушёл я от ответа.

— Твоей машины не хватит для перевозки всего нужного барахла. — Вклинился майор, спасая меня от дальнейших расспросов. — Она и не предназначена для этого.

— Найми грузовик и рабочих. — Я покопался в сумке и достал пачку денег. — Это тебе на мелкие расходы. Так, дед Степан, завтра заедем в банк, и я открою тебе отдельный счёт на расходы, связанные со стройкой. Тебе, майор, тоже открою. — Стеклов молча кивнул. — Не хочу, чтобы вы дёргали меня из-за каждого пустяка. Только расходы все записывайте. Я не переживаю, что вы воровать начнёте, но деньги требуют учёта.

— А я? — Поняв, что для неё я никаких задач не подготовил, возмутилась Катя.

— Тебе счёт не открою. Помогай деду. — Я улыбнулся. — Ты вообще отдохнуть приехала. Зачем тебе мои проблемы?

— С тобой интересно, а отдыхать мне надоело. — Катя вздохнула. — Деду я тем более не помощница. Он запрещает мне слушать, как он со строителями разговаривает.

— И правильно делает. — Улыбнулся я. — Тань, тебе помощница нужна?

— Я пока сама не знаю, чем буду заниматься. — Она сделала недовольное лицо. — Сразу заявляю, что ожидать в сторонке, пока все работают, я не собираюсь. Мой дар сразу же выйдет из-под контроля. — Пригрозила Татьяна.

— Позже обсудим. — Снова не стал углубляться в подробности. — Пошли вещи твои соберём.

* * *

— Мэнни, держи банку. Спрячь так, чтобы её не нашли при обыске.

— Что это? — Разглядывая серебристый порошок, спросил он.

Номер у лекаря, как я и думал, оказался большим и многокомнатным. Гостиница была классом повыше, чем та, в которой поселилась Татьяна. Имея деньги, Мэнни не привык отказывать себе в маленьких удовольствиях.

— Это секретный ингредиент, необходимый для получения этрусского и пурпурного золота. — Ответил я, снова зарывшись в сумку. — Вот. Прочтёшь книгу и всё поймёшь. — Вручил ему томик «Книги Бездн».

Мэнни замер с банкой в одной руке и книгой в другой. Сбоку совсем по мышиному пискнула Таня.

— Чего? — Спросил я, повернувшись к ней. Девушка стояла, зажав рот руками, но самое интересное, ни одной лишней молнии с неё не сорвалось.

— Это правда? — Прошептала она.

— Вы чего сегодня сговорились, что ли? Не веришь, вон у Мэнни книга в руках, сядьте и почитайте.

Мне, конечно, понятна была их оторопь. Это как перед бедняком насыпать гору золотых монет. Только я не планировал производить сырьё на продажу. Для меня необработанный металл был именно сырьём.

— Ты просто так носишь такие вещи в сумке? — Выдавил наконец Мэнни.

— Вы достали. Это был последний раз, когда я вам что-нибудь показал. Ненавижу дурацкие вопросы, потому что они требуют не менее дурацких ответов. Ты банку будешь прятать, или мне самому место для неё поискать?

— Сейчас. — Лекарь встрепенулся и начал шарить вокруг глазами. Я думал, он ищет куда банку спрятать, но всё оказалось проще.

— Давай книгу. Я её подержу. — Шагнула к нему Таня.

Отдав ей книгу, Мэнни быстро исчез в одной из комнат. Таня крутила книгу в руках, боясь её открыть.

— Ты же видела, как я её открывал, и ничего со мной не произошло. — Попробовал я подбодрить девушку.

— Ты инопланетянин. Возможно, она только на тебя не действует.

— Моя инопланетность не имеет к этому никакого отношения. На ней были нанесены защитные руны, я их обезвредил. Не бойся. Я рядом стою.

Таня села на ближайший стул, положила книгу на колени и, зажмурившись, открыла её на середине.

— Ничего не произошло. — Прокомментировал я. — Открывай глаза.

Приоткрыв сначала один глаз, а потом второй, девушка впилась в текст глазами. Чтобы тут же разочарованно закрыть книгу.

— Я не знаю этого языка.

— В смысле? — Не понял я. — Книга написана на нормальном русском языке. Дай сюда. — Открыв книгу наугад, прочитал несколько строк.

— Покажи, где ты это прочитал. — Таня встала рядом.

— Вот. — Я ткнул пальцем в верхнюю строчку.

— Абракадабра. Буквы русские, но написана полная бессмыслица.

— Чего шумите? — Мэнни осторожно выглянул из комнаты.

— Иди ты глянь. — Позвал я. — Можешь прочитать? — Я повернул к нему книгу.

— Мышрвыалт гет, фана псанла… — Попробовал прочесть лекарь вслух.

— Магический потенциал задан с рождения. — Прочитал я тоже место.

— Я совершенно другие слова вижу. — Сообщила Таня.

— В книге нет магии. Совсем. Поверьте мне. — Предупреждая версии о магической защите, сказал я. — Здесь какой-то другой предохранительный механизм срабатывает.

— Ты говорил, здесь руны есть. Открой. — Потребовал Мэнни.

Я быстренько пролистнул страницы. Нашёл сразу схему части устройства, пояснительную надпись и рунную цепочку.

— Это механизм для развития памяти. — Пояснил я.

— Татьяна Павловна, вы что видите на картинке? — Вкрадчиво спросил лекарь.

— Карандашный рисунок. Похож на детский. Домик. Травка. Солнышко.

— А я вижу морской пейзаж. — Мэнни пошарил по карманам и достал палочку из металла, по виду смахивающего на серебро. — Я буду обводить руну, а вы следите.

Острым концом он начал выписывать зигзаги по тому месту, где были напечатаны руны. Не попал ни разу. Подняв глаза на нас, он облегчённо выдохнул.

— Ну слава богу! Руны кроме Ивана тоже никто не видит.

— Почему это вас радует? — Удивилась Татьяна. — Мы же не сможем её прочитать.

— Её прекрасно сможет прочитать Иван. Ничто не мешает нам записывать за ним. В то же время рунные формулы для нас совершенно бесполезны. Иван, напротив, может работать с рунами, не используя жертвоприношения. Поэтому перерисовывать их я даже Ивану не советую. Как и раскрывать секрет получения этрусского и пурпурного золота. Как я понимаю, при его изготовлении без рун не обойтись? — Мэнни посмотрел на меня.

Я прикинул технологический уровень местной цивилизации. Для получения сверхчистых металлов предстоит решить множество технических проблем. И то не факт, что исходные порошки окажутся нужной чистоты. Сколько нужно девяток после запятой? Хорошо, если три, а если тридцать?

— Теоретически это возможно, если при воздействии рун на металл не происходит ещё какого-либо влияния. — Всё же не стал я скрывать, что такой вариант возможен. — Но развитие таких технологий займёт десятилетия и потребует миллиардных затрат.

— Вот и славно. — Окончательно успокоился Мэнни.

— Но, если с Иваном что-нибудь случится, эти знания окажутся утерянными. — Возразила Таня. — Вань, ты меня прости, но все мы смертны.

— Татьяна Павловна. Поверьте мне, как человеку, который очень многое видел в этой жизни. Без Ивана эти знания принесут нашей планете огромное количество несчастий. Если он погибнет, то пусть они уйдут вместе с ним. Жили мы без них раньше и ещё проживём. Что касается его гибели, то я в неё с трудом верю. Нас с вами быстрее закопают или развеют по ветру. Иван поразительно живучий.

— Ваня, а ты что молчишь? — Посмотрела Таня на меня.

— В чём Мэнни ошибся? — Задал я встречный вопрос. — Я не про свою живучесть говорю. Что произойдёт, если на рынок выкинуть большое количество этого золота?

— Магическая наука резко шагнёт вперёд!

— Иногда шаг вперёд совпадает с шагом в пропасть. Учитывая ваши познания в магии, этот вариант наиболее вероятен. — Появилось дикое желание потребовать с Татьяны клятву, но тогда никакой свадьбы не будет. Проснётся любовь или нет, но в любом случае я не хочу жить с девушкой и думать, что она со мной лишь из-за клятвы. — Таня, если переживаешь за страну, то майор недавно отправил в Питер несколько килограммов золота обоих видов. Именно за него я получил свою гору.

Таня слушала меня, не пытаясь возразить. Но, когда я закончил говорить, огорошила меня вопросом:

— А наши дети унаследуют твои способности?

— Только не говори, что мы прямо сейчас должны их зачать, пока я случайно не погиб! — Вырвалось у меня, под сдавленный смех Мэнни.

Глава 16

— Вы, мужики, только о процессе зачатия думаете! — Фыркнула Таня. — Я спрашиваю про самих детей.

— Всё может быть. По теории вероятности, чем больше у меня будет детей, тем больше вероятность, что кто-то из них унаследует часть или все мои способности.

— А как ты вообще относишься к детям?

— Допрос окончен. — Я состроил самую злобную гримасу, какую только мог, чем вызвал новый приступ смеха у Мэнни и улыбку Татьяны. — О детях будем после свадьбы говорить. Пока у нас других проблем хватает. С основным разобрались. Мэнни, показывай нашу спальню. Разложим вещи, а потом надо перекусить. После ужина начну вам читать книгу.

Лекарь открывший было рот, наверное, был против нашего поселения в одной комнате, услышав последнее предложение, передумал возражать и сразу показал нам спальню. Я свои вещи даже разбирать не стал. Бросил сумку на пол в уголочке и оставил Татьяну. Пусть свои вещи сама раскладывает.

— Может, вам рановато вместе ночевать. — Всё же не удержался Мэнни от замечания.

— Бережёного бог бережёт. К тому же количество гостиниц в Алуште ограничено.

— Ты же сказал, что Татьяна теперь не опасна?

— От случайностей никто не застрахован. — Продолжил я сыпать прописными истинами. — Её источник не стабилизировался до конца. Пока я рядом, смогу успокоить очередной выплеск.

— Надо было оставаться в той гостинице.

— Часики тикают, Мэнни. Не забывай о княжестве. Сейчас каждый день и час на счету. Что у нас с ужином?

* * *

— Всё! На сегодня хватит. — Увидев, что очередная глава в книге закончилась, Таня положила ручку и закрыла наполовину исписанную тетрадь. — Я столько даже в университете не писала. Спать хочу. — Она заразительно зевнула.

— Не надо так делать. — Попросил я, зевая вслед за ней. — Иди ложись, я скоро подойду.

— Остальное когда дочитаешь? — Спросил Мэнни.

— Там немного осталось. Дальше идёт описание тренажёров и технология их изготовления. Без рун они работать не будут. Я могу тебе пересказать принцип их работы и предложить несколько более простых способов для достижения тех же целей.

— Вроде игры в кости на щелбаны? — Улыбнулся лекарь.

— Именно. Могу поспорить, ты видел более жестокие методы тренировок, но от этого они не становились менее эффективными.

— Чего я только не видел в своей жизни. Некоторые используют жестокость ради самой жестокости. Надеюсь, у тебя нет склонности к садизму? — Он с изучающе посмотрел на меня.

— У меня и к мазохизму склонности нет. Я вообще не любитель извращений.

— Ну-ну. — Усмехнулся Мэнни, непонятно на что намекая. — Тогда я тоже спать пошёл. С тобой, Иванов, нужно обладать железным здоровьем. Никакого покою. — Он поднялся, бережно придерживая тетрадь.

— Ты сам этого хотел. — Напомнил ему.

Я закрыл книгу и отделил кожаный переплёт от последней корочки. Он держался исключительно на памяти формы самой кожи. Подклеивать назад я ничего не стал. Да и нечем было.

— Что это? — Спросил лекарь, разглядев скрытые до этого надписи. Уйти он не успел, заинтересовавшись моими манипуляциями.

— Защитные руны. Именно они убивали, когда кто-то открывал книгу. — Пояснил я.

— Зачем они тебе? Только не говори, что хочешь кого-то убить.

— Хочу, конечно, но пока не знаю кого и точно сделаю это без помощи рун.

Тем временем я изучал сгруппированные руны, стараясь их запомнить. Что получалось довольно легко.

— Руны — это слова магического языка. — Я решил объяснить Мэнни своё отношение к ним. — Или, по-другому: языка для общения с магией. Как и в обычном языке, их можно применять совершенно с разной целью, а не так, как они были использованы в той фразе, где ты их впервые увидел. Именно поэтому мне нужны любые книги с рунами. Пусть даже они считаются чернокнижными.

— Я тебя понял. Завтра займусь. Что с деньгами? На какую сумму я могу потратиться?

— Завтра скажу точно. Предположительно один миллион можешь тратить. Если что-то действительно стоящее попадётся, то можешь и два.

— А если за пять?

Я на Мэнни не смотрел, но по голосу понял, что последний вопрос он задал больше для проверки.

— Бери за пять. Деньги я тебе верну.

— Может, объяснишь, откуда такая щедрость?

— При чём здесь щедрость? — Я начал запаковывать книгу обратно. — Мне нужны руны. Чем больше рун я буду знать, тем шире станут мои возможности. Купить нужную информацию — самый простой вариант. Если её придётся выкрадывать или брать с боем, затраты возрастут многократно. Причём не только прямые денежные. Появится куча других сложностей. Проблемы — это не то, к чему я стремлюсь.

— А к чему ты стремишься?

— К тихой и спокойной жизни. — Я усмехнулся. — У нас была такая присказка: Мы будем так бороться за мир, что от него камня на камне не останется. Так вот. Это не мой вариант.

* * *

Таня спала на широкой кровати, укрывшись простыней. Я подхватил свою сумку, зашёл душ и ополоснулся. Немного подумал и всё-таки достал бритвенный набор. Решил не только лицо побрить, но и голову. Пусть лучше лысина блестит первое время, чем постоянно в бандане ходить.

До относительно безопасных бритв в этом мире уже додумались. Порезался всего пару раз, но с моей регенерацией это не критично. Натянув чистые трусы, вышел из ванной и осторожно лёг рядом Таней. Укрываться не стал. Хотелось обсохнуть.

— Ты чего так долго? — Сонно пробормотала девушка, но это не помешало ей придвинуться и закинуть на меня привычным движением ногу и, высвободившуюся из-под простыни, руку. На что мой организм отреагировал самым естественным образом.

— Брился. — Коротко ответил я, удивлённый её поведением.

Хотя чему удивляться? В своём внутреннем мире она уже вышла за меня замуж и вовсю рожает детей. Словно подтверждая мои мысли, Таня подняла руку и проверила мой подбородок.

— Гладенький. И пахнешь вкусно. — Она провела пальцами по моим губам, едва касаясь. Я не удержался и поцеловал их.

— Таня, давай спать. — Взмолился я. — Или мне уйти в другую комнату?

— Я тебе не нравлюсь? — Её рука соскользнула мне на грудь и начала двигаться к соску. Пришлось её перехватить, накрыв своей ладонью.

— Нравишься, но эти игры кончатся только одним.

— А я не против. — Таня открыла глаза и посмотрела на меня. — Я этого хочу. Зачем откладывать, если у нас всё равно будет свадьба?

— Ты не поверишь, но именно поэтому.

— Объясни. — Она выдернула прижатую мной руку и приподнялась на локте другой руки. Простыня соскользнула, оголив великолепную грудь девушки.

— Таня, я прекрасно вижу в темноте.

— Я так и подумала, когда ты помылся и побрился, не включая в ванной свет. — Ответила она, при этом, одёрнув простынь ещё ниже. — Объясняй, почему ты отказываешься, хотя я прекрасно чувствую… — Её нога, лежащая на мне, шевельнулась, показывая, чем именно и что она чувствует.

Очень хотелось встать и пойти спать в другую комнату, но уйти сейчас — равносильно катастрофе. Таня этого не забудет до конца жизни. Для неё это как первая брачная ночь. Придётся и правда объясняться. Я высвободил руку, зажатую между нами, и завёл ей за спину.

— Ложись на плечо. Сейчас буду уговаривать нас обоих.

— Хорошо. — Согласилась Таня и ловко выдернула из-под себя простыню полностью. Теперь наши тела ничто не разделяло. — Я слушаю. — Прижавшись ко мне, сообщила она.

— Погоди. Сейчас кровь назад к мозгам вернётся. — Я пытался собраться с мыслями. Искать причины, почему нам не стоит продолжать, не сильно-то и хотелось. Но это было необходимо. — Понимаешь, мы знакомы очень мало.

— Это совсем не аргумент. Участь всех венценосных особ — жениться по расчёту. Это мне в последний момент повезло. Или ты о себе переживаешь? — Таня хотела приподняться, но я её придержал.

— Конечно, о себе. Как представлю, что мне предстоит лет двести жить с человеком, который меня не то что не любит, а тихо ненавидит, сразу желание жениться пропадает.

— Тебя есть за что ненавидеть?

— Откуда я знаю? Давай подождём. Если не до свадьбы, то хотя бы пару месяцев.

— Я тебя всё равно не понимаю. — Произнесла Таня, уткнувшись мне в плечо. — В чём причина? Почему ты всё время ищешь отговорки? Что-то со мной не так? Или тебя пугает, что я принцесса?

— Давай объясню по-другому. У тебя раньше мужчины были?

— Конечно! — С сарказмом ответила Таня. — Штук пять или шесть. — Она меня довольно чувствительно ткнула под ребро и прошипела. — Ты соображаешь, о чём спрашиваешь? Какие с моей охраной мужчины? Я целоваться-то толком не умею, а ты… — Таня обиженно засопела.

— А я пытаюсь объяснить тебе довольно сложные вещи. Это трудно сделать, не задавая прямых вопросов. — Сопение только усилилось. — Если мы займёмся любовью, то это неизбежно наложится на твоё отношение ко мне, так же как и на моё к тебе. Такую связь трудно игнорировать.

— А зачем её игнорировать? Если всё хорошо, зачем придумывать сложности?

— Потому что жизнь — сложная штука сама по себе. В том мире, откуда я пришёл, очень простой взгляд на секс. Захотели — трахнулись. Надоели друг другу — разбежались. Ни семей нормальных, ни детей в них нет. Зачем заводить ребёнка, если завтра вы разбежитесь в поисках другого человека? — Я спустил тормоза и начал говорить, как думаю, не фильтруя. — Очень частая ситуация. Встретились. Вспыхнула любовь до гроба. Сразу переспали. Через месяц свадьбу сыграли, и, в лучшем случае, через год разошлись. Хотя некоторым и месяца хватает понять, что они разные люди.

Танина ладошка накрыла мой рот, не давая говорить.

— И что будет, если мы поймём… Ты поймёшь, что мы разные люди? Отменим свадьбу? Тогда никакого княжества не будет. — Тихонько спросила она. — А меня отдадут за какого-нибудь толстого и противного князька.

— Свадьба будет в любом случае. — Буркнул я. — У нас это называют фиктивный брак. Потом, когда опасность для тебя минует, по-тихому разойдёмся.

— Я тебе совсем не нравлюсь?

— Идиотизм! — Я тихонько рассмеялся. — Лежу рядом с красивой обнажённой девушкой и отговариваю её от секса!

— Ответь на вопрос.

— Сто раз уже отвечал. То, что я чувствую по отношению к тебе, можно назвать словом любовь, но я не уверен, что это именно она. Это может быть страсть или влюблённость, которая быстро пройдёт. Если мы переспим, то понять разницу будет сложнее. Особенно тебе. А два-три месяца не такой большой срок по сравнению с жизнью, что нас ждёт впереди.

Таня тяжело вздохнула. Она явно что-то хотела спросить, но не решалась.

— Говори. — Подбодрил я её. — Мы и так разговариваем откровенней некуда.

— Девчонки рассказывали, что можно получать удовольствие и не занимаясь непосредственно сношением.

— Можно. Но не до того, как ты поймёшь, что значит заниматься нормальным сексом. Помнишь, я тебе рассказывал про ребёнка, который изначально учился ходить только на костылях? Здесь то же самое. Мозг — очень хитрая штука. Научившись получать удовольствие определённым способом, он с трудом перестраивается на другой. А то, о чём тебе рассказывали девчонки, можно использовать для разнообразия в постельных играх. Но потом.

— А может, от одного раза ничего страшного не случится?

— Таня, это будет такой же самый секс, только сделанный другим способом. Давай лучше просто потерпим.

— Два месяца? Я скоро уеду в университет. Или мне не нужно в него возвращаться? А если возвращаться, то на факультет магии придётся переводиться. Хотя какой смысл переводиться, если я буду фактически в другом государстве жить? — Ваня, ты чего молчишь?

— Давай спать. Думать будем завтра.

— Давай. То, что я к тебе прижимаюсь, не считается постельной утехой?

— Надеюсь, что нет.

— А поцелуи?

— Только не сейчас. — Взмолился я. И так с трудом удерживал себя в руках. — Завтра оденемся, и я тебя поцелую.

— С языком? — Прозвучало ехидное уточнение.

— Это будет мой самый страстный поцелуй в жизни. — Пообещал я. — Но завтра, и в одежде. Спи.

* * *

— Как съездил? — Император старался выглядеть равнодушно, но Пётр Николаевич знал его с рождения и легко разглядел тщательно скрываемое нетерпение.

— С Таней всё хорошо. Не переживай. — Пётр Николаевич прошёл к столу и сел в кресло. — Но сильна племянница. Ох, сильна! При мне шарахнула молнией в потолок. Всю крышу на гостинице разворотила. И это она ещё не сердилась всерьёз.

— Что Иванов? Не испугался брать такую девицу в жены?

— Я вообще не знаю, чем его напугать можно. Хотя есть один способ, но он нам не подходит. — Пётр Николаевич усмехнулся своим мыслям, и снова стал серьёзным. — На свадьбу Иванов согласен. Мало того, он догадался о наших предложениях ещё до того, как я начал говорить.

— Читает мысли?

— Нет. Просто умный. Иногда даже слишком. Придётся выкупить земли вокруг горы Ивановых и передать ему.

— Зачем они ему? Мало денег выделили или он своё княжество собирается полностью независимым делать?

— Ему не нравится Архив. — Веско произнёс Пётр Николаевич. — И не только потому, что они на него покушались. Сама структура Архива Ивану сильно не по душе. При этом он предлагает нам альтернативу. Иван утверждает, что сможет создать устройства связи, аналогичные тем, которые встречаются в некоторых мирах Аберрации. Для работ над этим проектом ему нужны люди. Людям нужна земля.

— Сколько уже было таких мечтателей? — Вздохнул император. — А воз и ныне там.

— В отличие от остальных, Иван не просит денег на свою разработку. Так что мы ничего не теряем.

— Бог с ним, с Ивановым. Как Татьяна отреагировала известие о скорой свадьбе?

— Хорошо отреагировала. — Улыбнулся Пётр Николаевич. — Я ж говорил, молнию в потолок пустила, когда Иван юлить начал. Кстати, дополнительную землю для будущего княжества именно она попросила. Иван рассчитывал уместиться на уже оговорённой территории. Правда, раздвинул границы в паре мест по сто — сто пятьдесят метров.

— Ты меня совсем запутал. Рассказывай по порядку и подробно. — Распорядился император.

* * *

Машина медленно ползла в гору. Майор сидел за рулём. Мы с Таней на заднем сидении. Несмотря на то, что места было достаточно, девушка сидела, прижавшись ко мне и держа мою руку.

— О чём думаешь? — Жарко дыхнула мне в ухо Татьяна.

Она умудрилась заметить, что я ёжусь, когда она так делает, и теперь не упускала случая помучить мою нервную систему. Ругаться на неё было глупо. Поэтому я расслабился и получал удовольствие.

— О машине думаю. Думаю, это позорище, а не машина.

— Это ты зря, Иван, на неё наговариваешь. Просто мы в гору едем, к тому же по грунтовой дороге. Сильно не разгонишься. — Услышав мои слова, посчитал нужным вмешаться майор.

— Можно где-нибудь купить двигатель отдельно?

— Решил его усовершенствовать?

— Чтобы что-то совершенствовать, нужно знать, как оно работает. — Ответил я. — Книг по двигателям и вообще по машинам я не видел. Проще разобрать рабочий и посмотреть, как он устроен.

— Разобрав его, ты тоже ничего не поймёшь. Основная часть двигателя — это магический диск. Он жёстко закреплён в корпусе. Вокруг него циркулирует масло, которое, своим движением, вращает лопасти, закреплённые на валу. Вот тебе и весь двигатель. Что за конструкт встроен в магический диск, узнать не получится.

— А на кораблях похожие диски стоят? — Для меня ничего необычного в такой конструкции не оказалось.

— Да. Только там не диски, а пластины. Их прямо на днище лепят. Больше пластин, больше скорость.

— А в двигателях, почему не используют тот же принцип? Конструкция простая. Соединить двигатели несложно.

— Тогда он получится большим, тяжёлым и жрущим много энергии. Нобели нашли золотую середину и выпускают один двигатель для всех машин.

— Нобели — это которые шведы? — Поразился я интересному совпадению.

— Ну да. — Подтвердил майор мою догадку.

— А в России двигатели вообще не выпускают?

— Идут разработки, но пока безуспешно.

У меня буквально отвалилась челюсть. Как Россию ещё не захватили, я понять не мог.

— Ты, Демьян, всё же озадачь Степана. Пусть мне один такой двигатель привезёт. Надо заканчивать с этим безобразием.

Глава 17

Машина забралась на гору и остановилась у отдельно стоящей палатки нашего небольшого лагеря. В ней я занимался своими исследованиями и экспериментами.

Майор подобрал удачное место. Палатки располагались на ровной площадке, но ниже вершины, что немного успокаивало, когда Таня начинала свои тренировки. Упражнялась в метании молний она на старом особняке. Его всё равно надо сносить.

Барон Сазонов своих людей поселил ещё ниже в похожем лагере. Чем именно они занимаются, я не интересовался. Главное чужих к нам не пускают и ладно. Майор частенько пропадал у них, но если требовалось съездить куда-нибудь, обязательно оказывался в поле видимости.

Небольшую часть привезённых вещей сложили возле моей палатки. Остальное майор с Таней повезли на кухню. Повара у нас не было. Питались мы в основном готовыми блюдами и полуфабрикатами. В ресторане для нас специально замораживали полуготовые смеси, которые достаточно было поварить пять — десять минут и получить готовый суп. Пельменями и мантами у нас был забит отдельный холодильник.

В мою палатку мог зайти только я. Вход вообще был зашит намертво. Чтобы мне не светиться лишний раз со своими способностями, перед входом соорудили тамбур. Вот в него я и перенёс вещи, а потом спокойно начал заносить внутрь.

Выйдя в очередной раз, увидел Таню. Она стояла в тамбуре и наблюдала, как я проношу вещи через полотно палатки. Для неё вход внутрь тоже был закрыт. Что удивительно, но обижаться она и не подумала. Понимала, что я там не просто так прохлаждаюсь. Или это особенность воспитания. С детства приучили не лезть, куда не просят.

— Ты ничего не забыл? — Спросила Таня, когда я вышел за последней коробкой.

— С тобой забудешь. — Буркнул я, подходя к ней и обнимая за талию.

— Ты чем-то недоволен? — Состроила она грозное лицо.

Только я не стал дожидаться продолжения, а прильнул к её губам. Она жадно ответила. Поцелуй, как обычно, затягивался. Мои руки тоже не остались на талии. Гуляли по её спине и опускались ниже, то легко касаясь, то крепко сжимая в объятиях.

— Фу-ух! — Выдохнула Таня, прервав поцелуй. Она убрала руки с моей шеи и прижала мои ладошки, в этот момент лежащие на её ягодицах. — Ты уверен, что надо ждать два месяца? — Ехидно спросила она.

— Я уже ни в чём не уверен. — Признался я. — Хотя нет. Уверен, что не надо было соглашаться на поцелуи. Но теперь уже поздно каяться.

— Тогда не задерживайся допоздна и захвати артефакт тишины. Он тебе всё равно ночью не нужен.

Не дав мне возможности возразить, Таня выскользнула из тамбура.

— Вот ты и попался. Даже погулять не успел в новом теле. — Пробормотал я, совершенно не чувствуя сожаления.

Подхватив последнюю коробку, я зашёл внутрь. Первым делом я прошёл в дальний угол и откинул коврик в сторону. Дно палатки составляло единое целое со стенками. В этом углу я начертил руны, означавшие «неразрывность». Не совсем то слово, которое было нанесено на корочку книги, но для моих целей подходящее намного больше. Теперь палатку ножом не прорежешь, пока в рунах есть энергия. При этом вещи к ней не прилипают. Вот только подпитывать её приходилось постоянно. Что я и сделал.

Вернув коврик на место, занялся принесёнными вещами. В банке, при открытии счетов на своих людей, я заказал золотые слитки. Сегодня они, наконец, пришли.

Деньгами император меня и правда не обидел. Поэтому Мэнни получил добро на использование не пяти, а десяти миллионов. Но только в крайнем случае.

Также пришла часть заказанных на почте книг. В этот раз служащий про деньги вообще вспомнил только после моего вопроса. Слухи для некоторых людей оказались важнее корочек майора ГБ. По крайней мере, в Алуште я стал довольно известной личностью.

Книги отложил в сторону. Меня интересовало пурпурное золото. Во-первых, было жалко бездарно растрачивать энергию. Из нарисованных рун её рассеивалась в пространстве намного больше, чем шло на полезную работу. Во-вторых, постоянно подзаряжать руны тоже надоедало.

Все подготовительные работы, какие мог, я уже проделал. Алюминия, который у меня остался с прошлого раза, на первое время должно хватить. Основой для нанесения рун я решил использовать каменные диски. Они были долговечней бумаги.

Аю-Даг был сложен из прочной горной породы, похожей на чёрный гранит. Я нашёл несколько крупных кусков и нарезал их на слэбы, используя обычную ножовку по металлу и свои способности. Пилкой оказалось очень удобно пользоваться. Двигая её туда-сюда, я освобождал место пропила от раскрошившегося камня. Получившиеся слэбы я дополнительно обработал, получив ровные диски.

Тигли тоже хотел сделать из камня, но пробный эксперимент показал ошибочность такого выбора. Камень начал плавиться, едва нагревшись до соломенно-жёлтого цвета. А мне требовалась температура повыше. Пришлось сходить до усадьбы и запастись кирпичами. Хорошо, что Татьяна к тому времени не добралась со своими молниями до кухни.

Сейчас мне оставалось очистить золото, а потом смешать его с алюминием и переплавить. Решил использовать проверенную технологию. Один слиток я порезал и загрузил в каменюку. Сверху накрыл листом бумаги с вязью рун. Поверх него поставил стеклянную посудину и запустил процесс.

Пока шла очистка и превращение золота в порошок, сложил книги в книжный шкаф. Его вместе с другой мебелью привёз майор. До этого шкаф стоял полупустой. В нём хранились книги, купленные мной и присланные Архивом. Теперь коллекция пополнилась.

Процесс очистки продолжался, поэтому я выставил на стол то, что мне понадобится позднее. Весы, похожие на аптекарские, но рассчитанные на большие веса. Комплект гирь к ним. Банки, одну с алюминиевым порошком, и две пустые. Последними выложил каменные диски, с которыми пришлось повозиться, так как я стремился к миниатюризации рун.

Точного значения повышения коэффициента полезного действия магии при использовании пурпурного золота, я в книге не встретил. С другой стороны, кроме использованного материала, на преобразование магической энергии в работу, могли влиять размеры самих рун. Толщина их линий, а в случае с пурпурным золотом и глубина надписи. Опять же, регулировка мощности в имеющихся рунных цепочках осуществлялась банальным добавлением слов: «медленнее», «слабее» и других подобных. Никакого плавного изменения.

В то же время стоит учитывать, что книга написана для начинающих магов. Им такие тонкости ни к чему, а изготовление конструктов по отработанному шаблону несёт в себе меньше опасности.

У меня было неоспоримое преимущество перед другими магами. Я видел магические линии. Более того. Верно написанные руны самоупорядовачили их, что очень помогало следить за точностью и правильностью исполнения. Учитывая возможность масштабирования рун в сторону уменьшения, имеющаяся у меня способность видеть линии, оказалась бесценной.

Мне не жалко золота, но стоило сразу ориентироваться на будущее крупносерийное производство. При больших объёмах продукции любая крошка золота окажется на счету.

В идеале нужно освоить трафаретную технологию нанесения микрорун. Но будут ли они работать при такой степени миниатюризации? Вот вопрос. Со временем я и его решу, а пока ограничился высотой рун в пять миллиметров. Мельче просто не получалось вырезать качественные канавки. Их я делал сечением в форме ласточкиного хвоста, чтобы руны прочно держались в камне.

Здесь меня поджидало ещё одно открытие. Пурпурное золото не обладало пластичностью золота обычного, а наоборот было очень хрупким. Проволоку из него вытянуть не получится. По крайней мере, так было написано в книге. Насколько я знаю, расплавленное золото превосходно льётся, но в книге предлагалось использовать другой способ — холодную плавку.

Прошлый раз я не обратил на него внимания, сконцентрировавшись на получении сплавов золота. Руны, написанные простым карандашом тоже прекрасно, работали. Сейчас, занимаясь оптимизацией процессов, я постарался разобраться с холодной плавкой.

Цепочка рун, запускающая этот процесс, содержала в себе слова «размягчение» и «металл». Я опробовал её действие на металлической чайной ложке. Та действительно стала мягкой, как пластилин, и сохраняла свою пластичность ещё с полчаса после окончания воздействия рун.

В тот момент меня прямо обуял исследовательский зуд. Но после небольшого размышления я немного охладил свой пыл. Прежде чем браться за эксперименты с такими опасными рунными цепочками, нужно найти больше информации. Потому как размягчить можно не только металл. Указание на металл в рунах сделано не просто так. Если убрать уточнение, будет ли рунная надпись воздействовать на всё подряд? А главное, что станет с человеком, попавшим под её действие?

Мне бы не хотелось оказаться с размягчёнными костями. Восстановится после такого организм? Уверенности не было. Вдруг он не воспримет размягчение костей за травму?

* * *

Татьяна, переполненная радостным чувством, прошмыгнула мимо лагеря и сразу направилась к усадьбе. Она заметила, что с недавних пор ласки Ивана вызывают у неё прилив энергии, и стремилась её быстрее разрядить. Сливать энергию в накопители было скучно. Разрушать усадьбу куда интереснее.

* * *

Майор проводил девушку взглядом. Припухшие губы и возбуждённое состояние Татьяны не укрылось от его взгляда. Он осуждающе покачал головой, но делать замечание ему даже в голову не пришло. Мало ли что ему не нравится. В конце концов, они не его дети и их воспитание не его забота. Майор усмехнулся своим мыслям. Вот обустроят новое княжество, тогда он обязательно женится. И чем чёрт не шутит, удастся на омоложение заслужить.

* * *

Первые молнии оказались особенно сильными, но вместе с ними уменьшилось давящее чувство от источника. За прошедшие дни усадьбу Татьяна разрушила основательно. Стен почти не осталось. Кое-где ещё торчали огрызки из кучи мусора, бывшего раньше усадьбой. Девушка выпускала молнии по крупным кускам, кроша их на мелкие фрагменты. От разлетающихся осколков её прикрывал артефакт Луки.

Дальше Таня действовала на автомате, почти не задумываясь выбирала цель и поражала её молнией. Резерв у девушки был большой, поэтому потрудиться предстояло хорошо.

Вспомнились жаркие объятия Ивана и его неуверенное обещание. От мысли о скорой близости по телу пробежала волна жара, но Таня не обратила на неё внимания. Она вся погрузилась в мечтания о предстоящей ночи. Молнии равномерно срывались с её рук. С каждым разом они становились сильнее и сильнее.

Из мечтаний Таню вывело нарастающее давления в источнике, которое она поначалу приняла за другое чувство. Молнии теперь не просто били по обломкам. Они буквально раскидывали их в разные стороны. При этом источник не думал утихать, как делал это обычно. Он, наоборот, наливался энергией.

В какой-то момент Таня инстинктивно вскинула руки вверх и постаралась отравить молнию в небо. Мощная ударная волна сотрясла гору. Всё вокруг залил свет от яркой вспышки. Но девушка почувствовала некоторое уменьшение давления в источнике и поняла, что находится на правильном пути. Зажмурив глаза, она начала выпускать молнии вверх одну за одной.

* * *

Артефакт тишины, про который упоминала Таня, работал в одну сторону. Я прекрасно слышал происходящее снаружи, а что делаю я, не мог услышать никто.

Первые мощные разряды, которые донеслись со стороны усадьбы, меня немного насторожили. Буквально после пары повторений их мощность упала до обычной, я расслабился и вернулся к работе. Закончил смешивание порошков. Начал готовиться к плавке. Успел засыпать смесь в тигель и активировать руны нагрева.

Громкость ударов от молний снова начала нарастать. Мне это не понравилось. Не должно такого быть. Оставил в покое своё плавильное производство и поспешил наружу. К палатке как раз приближался майор.

— Что-то не так. — Прокричал он.

— Оставайся здесь. — Приказал я, пробегая мимо него. На долгие разговоры времени не было.

На вершину я взлетел в момент особо сильного разряда. Казалось, от грома затряслась вся гора. Таня стояла ко мне спиной с поднятыми вверх руками. Она замерла в центре молнии, которая обтекала её, уходя в землю. Если бы не артефакт Луки, то Таня точно не пережила бы разряд.

Пока я подбегал, молния успела ударить ещё три раза. Моё тело, чувствуя опасность, само перешло в сумеречное состояние. Так что разряды были мне не страшны, а вот у Тани дела шли не так радужно.

Артефакт Луки не обладал бесконечной ёмкостью. Она была большой, но разряды съедали запас магической энергии в нём прямо на глазах. Защитный кокон вокруг Тани с каждым разом становился тоньше.

Приблизившись, я перешёл на магическое зрение. У Тани светился каждый нерв, который был в её теле. Если бы не разница в свечении крупных нервных узлов и каналов, я бы и не понял, что с ней творится. Но сначала требовалось подзарядить артефакт Луки.

Сквозь светящееся тело я его не видел, пришлось обойти Татьяну и только потом влить энергию в крестик, висящий у неё на груди. Закончив, я перешёл на обычное зрение. Девушка стояла с зажмуренными глазами. Сосредоточенное выражение лица оставалось по-прежнему красивым, а главное, на нём не было следов страха. Уловив паузу между разрядами, которые, по-моему, становились реже, я вернулся в обычное состояние и сразу же обнял Таню. Уменьшать недавно пополненный гардероб мне не хотелось.

— Ты! — Таня облегчённо улыбнулась.

В разрядах появилась пауза, значит, она сознательно управляет процессом. Уже хорошо.

— Не расслабляйся. Продолжай выпускать молнии, что есть сил. — Скомандовал я. — Тебе нужно разрядить источник. — Её радостных чувств я не разделял, так как не понимал, что с ней творится.

Таня подчинилась мне без лишних вопросов. Гора под ногами снова содрогнулась от удара молнии.

* * *

Майор смотрел в сторону вершины, куда били молнии. Сначала они били из ясного неба. Прямые как стрела и ничуть не похожие на те, что возникают во время грозы. Но продлилось это не долго. На небе начали образовываться облака. Причём сразу грозовые. Тяжёлые чёрные тучи расползались в стороны от точки, расположенной точно над горой.

— Что происходит? — Прокричал подошедший сзади Сазонов. Оглохший майор еле его расслышал.

— А сам, как думаешь? Похоже, у Татьяны Павловны опять всплеск произошёл. Иван к ней убежал. Разберётся.

Логика у майора была проста: если молнии бьют, значит, принцесса жива. Сомнения начнутся, если они стихнут. За Ивана он не переживал. Парень уже не раз доказал свою исключительную живучесть.

* * *

Мне пришлось пять раз заряжать Танин крестик. Энергия в грозовых разрядах концентрировалась чудовищная. Вся земля вокруг нас оказалась перепахана. Молнии били не только в Танины руки, но и просто рядом с нами. Особенно много их стало, когда пошёл дождь. Похоже, стихия решила присоединиться к развлечениям девушки.

— Всё. Отпускай. Не могу больше. — Попросила Таня.

Долго стоять с вытянутыми вверх руками ей оказалось тяжело. Пришлось её поддерживать. Так мы и стояли, с поднятыми руками, пока Таня старалась утихомирить свой источник.

Я переключился на иное зрение и чуть отодвинувшись, осмотрел девушку. Её источнику было далеко до полного исчерпания, но яркость свечения значительно снизилась. Похоже, всплеск произошёл из-за перестройки самого источника. Если раньше он концентрировался в спинном мозге и крупных нервных пучках, то теперь охватывал каждый нерв. Оставалось удивляться, почему такое соседство никак не сказывается на функционировании нервной системы. Одно слово — магия!

Когда я отпустил Танины руки, она со стоном их уронила вдоль тела. Молнии, порождённые грозой, изредка продолжали бить в землю рядом с нами. Нас спасал от них только Танин артефакт.

— Ты тучи разогнать сможешь? — На всякий случай поинтересовался я.

— А как? Я даже не подозревала, что могу их вызывать. — Её явственно покачивало от усталости.

— Не зря же таким, как ты магам, дали название: маг грозы. — Я улыбнулся. — Иди ко мне на руки. Пойдём отдыхать. Просто отдыхать.

Глава 18

Я подхватил Таню и пошёл к лагерю. Летний дождь был тёплым, несмотря на поднявшийся ветер. Стоило мне сделать несколько шагов, как молнии прекратились, а тучи над головой начали стремительно смещаться в глубину полуострова.

Задрав голову, я вместе с Таней следил за ещё одним необычным явлением.

— Это не ты? — Уточнил у девушки.

— Нет. — Таня прикрыла глаза и прижалась к моему плечу. — Я сейчас ни на что не способна.

— Не обманывай. Ты сейчас способна уснуть. — Улыбаясь, возразил я. — Есть, кстати, не хочешь?

В ответ на мои слова Танин живот забурчал.

— Ну вот зачем ты о еде заговорил? — Она покраснела.

— У тебя идёт перестройка энергетики. Отсюда произошедший всплеск. Логично предположить, что ты проголодалась.

— Я думаю виной всему…

— Живы! — Прервал её радостный возглас.

Из-за небольшого пригорка открывался вид на наш лагерь.

— Это ещё кто? — спросил я.

В нашем лагере появилась новая машина и незнакомый парень. Он спокойно стоял рядом с майором и Сазоновым и смотрел в нашу сторону.

— Костя приехал! — Оживилась Таня, узнав парня. — Поставь меня. Мне уже лучше.

Парень от того Кости, что я знал, отличался сильно. Даже фигура была другая. Более массивная.

— Здравствуй, ангел-хранитель нашей семьи. — Шутя поздоровался он со мной. — Не узнаёшь?

— Здорова Костя. — Поздоровался я в ответ и поставил Таню на землю. — Какими судьбами?

— Привет, Константин. — Таня шагнула к брату, но обниматься не полезла. Ограничилась осторожным прикосновением к его лицу.

— Приехал в гости. Кое-как убедил дядю с отцом, что сейчас у вас безопасно и в дождь попал. Да такой, что боюсь меня назад отзовут. — Грустно улыбнулся цесаревич.

— Побоятся, что размокнешь? — Предположил я, одновременно глянул на майора, похлопав себя по животу.

Тот понял мой намёк и исчез в палатке, служащей нам кухней. Барон Сазонов, убедившись, что он здесь не нужен, вместе со своими людьми незаметно исчез из поля зрения.

— Идите, переоденьтесь. После поговорим. — Не стал отвечать на шутку Костя. — Я к вам не с пустыми руками. Гостинцев привёз.

* * *

— Что ты хотела сказать? — Напомнил я.

Мы переодевались в своей палатке. Таня укрылась за загородкой.

— Я думаю, что ты был прав, когда оттягивал момент нашей близости. Но прав по другой причине. — Мы давно не стеснялись друг друга, общаясь на интимные темы, поэтому говорила Таня без тени смущения. — В последнее время я ощущала прилив энергии в источнике после твоих поцелуев и ласк. Сегодня он был особенно сильным, и хорошо, что всплеск произошёл вдали от лагеря.

Я задумался. У Тани была привязка магии к эмоциям. Вообще-то, она у всех магов есть. Поначалу. С опытом эта связь становится слабее, но не исчезает вовсе. Скачок в развитии Таниного источника, вряд ли объясняется одними эмоциями. Больше похоже на ступенчатое развитие. Эмоции в данном случае послужили спусковым крючком для перехода на следующий уровень энергетики.

— Ты же не сразу начала ощущать увеличение энергии? — Уточнил я.

— Нет. День на четвёртый после ночи отказа. — Ответила Таня с деланным спокойствием.

«Ага. Вот у нас и первая семейная памятная дата. Интересно, а день спасения от турок есть, или это не считается? Надо где-нибудь число записать. Вдруг праздновать начнём.» — Пронеслось у меня в голове.

— У тебя произошёл качественный скачок в силе. Он бы случился в любом случае. Наши поцелуи его всего лишь ускорили, или это простое совпадение.

— Значит, можно не откладывать? — Таня вышла из-за загородки полностью одетая в новое платье. Только волосы продолжала расчёсывать.

— Наоборот. Лучше подождать. — Я тоже был готов идти. — Правда, не представляю, как будет выглядеть следующий уровень развития твоей энергетики. По прежнему пути ей развиваться некуда. Но, магия, наука малоисследованная. Всё может быть.

— Эх, Ваня. — Таня шагнула ко мне и обвила мою шею руками. — Опять ты разрушил мои девичьи мечты. — Она чмокнула меня в губы. — Может, утащим палатку на вершину горы, чтобы никого молнией не зацепило, а нас защитит артефакт Луки? — Соблазнительно улыбнулась она.

— Артефакт Луки не бездонный. Энергия в нём может закончиться в самый неожиданный момент. — На её провокацию я не поддался, да и не в том она была состоянии. — Сегодня я успел зарядить артефакт в последний момент, и потом ещё раз пять заряжал.

Танины глаза округлились. Видимо, её вера в силу артефакта Луки была безгранична.

— Но как же… Он же столько выдержал с момента крещения. А тут пять раз подзаряжал. Может, он сломался?

— Или кто-то стал очень сильным архимагом. — Улыбнулся я, пытаясь успокоить девушку. Мне в голову пришла идея. — А что, если тебе научиться направлять молнии? Не пропускать их через себя, а создавать разряд на удалении? Я думаю, для магии разница не большая, а для тебя огромная.

— Обязательно научусь. — Таня легко уловила суть моего предложения. — Но, как ты любишь говорить: потом. Пошли к Косте. Я есть хочу.

* * *

Майор к нашему приходу уже накрыл на стол. Пельмени ещё варились, но хватало разнообразных салатов, свежей выпечки и кофе. Всё было свежее. Только из ресторана.

Возражать, что ему приходится выполнять обязанности кухарки, майор даже не пытался. По-моему, он воспринимал своё нынешнее положение как временный отдых. Функцию охраны выполняли люди барона Сазонова. Формировать свою службу было рано. Людей просто некуда привезти, и им нечего охранять. Мы обсудили этот вопрос. Пока ограничились тем, что майор разослал письма своим проверенным знакомым. Среди них были не только отставники на пенсии, но и предприимчивые люди, открывшие частные школы или охранные фирмы. Больших трудностей с набором квалифицированного персонала майор не видел.

Костя сидел за столом и с улыбкой посмотрел на нас, когда мы вошли в обнимку. Таня ещё плохо стояла на ногах, но упорно хотела пообщаться с братом.

— Значит, принцессы тебе не нравятся? — Поддел меня Костя.

— Не нравятся. — Согласился я. — А вот будущая жена правителя, хоть маленького, но отдельного государства, меня устраивает. Рассказывай, как у тебя дела? Что у нас творится, ты из донесений знаешь.

— В донесениях хорошо, если половина реально происходящего описана. — Возразил Костя. — А зная твоё желание держать некоторые вещи в тайне, я уверен, что вообще четверть. Например, что сейчас произошло? Я имею в виду гром и молнии.

— Таня перешла на новый уровень. — Коротко ответил я. — Рассказывай. Меня интересует взгляд твоего отца на происходящие события. Таню, я думаю, тоже.

— Отец полностью на вашей стороне. Особенно учитывая те разработки, которые ты пообещал сделать. — Костя переключился на деловой тон. — Финансовые вопросы, в разумных пределах, он согласен взять на себя. Ты, главное, не отвлекайся на ерунду.

Таня накинулась на салаты, но продолжала нас внимательно слушать.

— Денег мне пока хватает. Не хватает информации. Я же с магией только по вершкам ознакомился и старые книги почитал. На этом мои познания заканчиваются.

— Твои записи, основанные на «Книге Бездн», очень заинтересовали отца.

— А император у нас маг? — Странно, что этот вопрос меня не интересовал раньше.

— Императором становится самый сильный маг мужского пола из детей императора. Или старший сын, если магов среди наследников нет. — Пояснил Костя.

— Значит, ты у нас стал наследником. — Сделал вывод я.

— Потенциальным наследником. — Поправил Костя. — Отцу ещё нет и шестидесяти, а живут у нас императоры долго. — В его словах было противоречие, но вдаваться в подробности, почему его отец так рано стал императором, не хотелось. Своих проблем хватает. — Он распорядился передать тебе две имеющиеся у нас «Книги Бездн». Вдруг ты сможешь и их прочитать. Даже зелье, улучшающее память, дал, чтобы ты успел запомнить из книг как можно больше.

На последних словах Таню передёрнуло. На лице у неё появилась гримаса отвращения. Я с интересом посмотрел на девушку.

— Мерзкая гадость. На вкус как помои, а после голова от неё раскалывается. — Пояснила Таня. — Но память действительно становится почти абсолютной.

— Зелье лишним не будет. — Кивнул я. — У него срок хранения какой? Не испортится?

— Держи в холоде на всякий случай. Но обычно алхимические зелья долго не хранят. Слишком дорогая штука, чтобы делать их про запас.

— Понятно. Придумаю, куда их применить. А вот что делать с Таниным приданным? — Огорошил я всех вопросом.

— В каком смысле? — Задал вопрос Костя.

— Я рассчитывал эти книги в качестве приданного выпросить. А теперь, как быть? С Петром Николаевичем мы договорились, что я обсужу вопрос приданого с вашим отцом сам. Книги отпадают. Другого мне на ум ничего не приходит.

— Мне отец велел передать, что щедро оплатит твой риск, связанный с чтением книг. — Рассмеялся Костя. — Да уж, Иван, с тобой не соскучишься.

— Мы и оплату за риск возьмём, и с приданым проблем не будет. У нас кроме палаток и пары тряпок, больше нет ничего. Не переживайте, мальчики. Я придумаю, какое приданое с отца взять. — С предвкушением улыбнулась Таня, оторвавшись от салата.

— Успокоила. — Улыбнулся я ей. — Дашь Косте свои конспекты почитать по первой книге. А я сегодня гляну остальные две.

— Ваня, ты только аккуратнее. Вдруг в них другие ловушки стоят. — Умоляюще посмотрела на меня Таня.

— Если у этого мага сотни книг в библиотеке, то на каждую изобретать новую ловушку он точно не станет. — Отмахнулся я.

— Выходит, ты научился обезвреживать «Книги Бездн»? — Сообразил Костя. — Так это же ещё лучше!

Майор, начавший выкладывать пельмени в тарелки, чуть не облился кипятком, услышав новость. Совсем забыл, что он не знает о книгах.

— Ничем не лучше. — Я покачал головой. — Всё равно, кроме меня их прочитать никто не может. Делиться всей информацией, что есть в книгах, я тоже не буду. Спасибо Мэнни за подсказку.

— Объясни. — Потребовал Костя.

— Для работы с рунами у вас специалистов нет. Давать власть предержащим возможность, пускать под нож людей, ради всеобщего блага, я желанием не горю.

— Уверен, что отец не пойдёт на жертвоприношения. — Твёрдо сказал Константин.

— А я не уверен. Я даже ни в ком из сидящих здесь не уверен. Если тебя поставить перед выбором, пустить кровь десятку преступников, но спасти этим тысячу обычных людей, то что ты выберешь? — Ответа я дожидаться не стал и сразу продолжил. — В этом деле достаточно один раз замараться, а потом пойдёт по накатанной. И в обратном ты меня не убедишь. Поэтому не все знания из книг вы получите.

— Ты уверен, что сам не воспользуешься этой информацией? — Костя пристально посмотрел на меня.

— Обязательно воспользуюсь. Я рунный маг. Как оказалось. Напрямую с магией взаимодействовать не могу, а через руны запросто.

— Вот так всегда. — Тихонько рассмеялся Костя, сбрасывая напряжение. — Стоит с тобой встретиться, как узнаёшь массу совершенно невозможных известий. И ты мне ещё про донесения рассказываешь.

— Ваше Императорское Высочество, я рядом с ним постоянно, и-то половину из сказанного слышу в первый раз. — Не удержался от замечания Майор. — Кто пельмени будет со свежей сметаной?

* * *

Таня ушла отдыхать. Её пошёл проводить майор, волоча большую сумку самых нужных прямо сейчас подарков из дома. Мы с Костей перенесли книги, предназначенные для меня, в тамбур моей палатки. Сначала я занёс их, а потом провёл Костю. Пришлось включать свет. Освещение было довольно тусклым для обычного человека.

— Это то, что я думаю?

Внимание Кости сразу привлёк тигель с пурпурным золотом, стоящий на площадке, выложенной из других кирпичей.

— Возможно. Я же не знаю, о чём ты думаешь. Может, о бабах.

— О них я потом буду думать. — Костя не поддержал моего шутливого тона. — Я говорю про пурпурное золото. Это оно? Ты умеешь его получать?

— Умею. Процесс сложный и без рун вряд ли удастся его повторить. Поэтому технологией получения пурпурного и этрусского золота я делиться не буду. Продавать его в больших количествах, тоже не вижу смысла. — Я посмотрел на Костю. — Надеюсь, ты сохранишь этот секрет втайне.

— Любое количество пурпурного золота, появившееся в продаже, сразу привлечёт внимание. Слишком мало его находят в последнее время.

— Я не собираюсь его продавать. Только в изделиях. Произойдёт это не завтра и даже не через год. Возможно, научусь использовать настолько минимальное количество золота, что никакие ваши алхимики его не обнаружат.

Книги кучей сложили в сторонке. Потом разберусь, что мне привёз Костя. Тигель давно исчерпал влитую в него энергию и почти остыл. Я вытащил слиток и начал резать его на части. Сплав-сырец требовалось очистить от окислов. Костя внимательно наблюдал за моими действиями.

— Страна остро нуждается в золоте. Каждая крупица на счету. — Сказал он. — У нас война на пороге. Половина городов и крепостей не имеют надёжной магической защиты.

— Но ненадёжная у них всё же есть. — Сделал я вывод из его слов. — Мне понадобится описание защитных конструктов и расчёт требуемого количества металлов. Следующий раз я выделю золото только под конкретный проект.

Нарезанные куски я сложил в каменюку и накрыл её листком с рунами, извлекающими кислород.

— В книгах, которые я привёз, есть вся информация по защитным конструктам. Надеюсь, ты понимаешь, что это секретная информация?

— Костя, мне просто не с кем ей делиться. — Успокоил я его. — Слава великого учёного меня не интересует вообще. Я человек скромный. Люблю тишину и покой.

— Я заметил. О тебе уже весь полуостров говорит, а скоро и вся страна начнёт твои кости перемывать.

— Точно! Нужно Петру Николаевичу идею подкинуть, чтобы сам занялся распространением слухов обо мне. И чтоб пострашнее были. Мол, такой я тать жуткий, что дешевле дочкой оказалось откупиться, чем со мной справиться.

— Зачем тебе это? — Удивился Костя.

— К злому чудищу никто не полезет, а доброго и щедрого, каждый норовит обидеть и сделать бедным.

Кислорода в пурпурном золоте было мало, поэтому долго выдерживать его я не стал. Откачав лишнюю энергию из рун, я убрал бумажку и переложил куски обратно в тигель. Надо было заранее его включить нагреваться, но заболтался и забыл. Всё равно спешить некуда. Успею.

Пристально наблюдая за моими манипуляциями, Костя пропустил мои слова мимо ушей.

— Зачем ты проделывал эти манипуляции? — Поинтересовался он. — Ничего же не изменилось.

До местной химии-алхимии я ещё не добрался. Объяснять все процессы начиная с основ, желания у меня не было. Поэтому решил показать действие рун на примере. На глаза попался один из камней, которые пробовал нарезать на слэбы. Именно этот оказался с дефектом и был разрезан только пополам. Положив камень на стол, плоской стороной вверх, я поместил на него листок с рунами и напитал их энергией.

Дождался, пока она вся выработается и убрал листок.

— Что видишь?

— Трансмутация элементов? — Предположил Костя.

— Трансху… — Я не стал договаривать, а просто махнул рукой. — Вы как обезьяны с гранатами. Ни черта не знаете и не умеете. Всё методом тыка изучаете. Магия для вас универсальное объяснение для всего непонятного.

Вроде незначительный инцидент, но почему-то он резко испортил мне настроение. Я понял, что никакой научной базы в этом мире нет. Если Костя, получивший хорошее образование, делает такие выводы, то что говорить об остальных?

— Моё невежество, это не моя вина. — Он не обиделся на грубость. — Я же не отказываюсь учиться. Наоборот. Я за этим приехал.

— Извини. — Положил руку ему на плечо и легонько сжал. — Кстати, зелье для памяти есть, а зелье, позволяющее вспомнить давно прочитанные книги?

— Есть и такое. Но оно не только на книги ориентировано, а вообще на память. Решил вспомнить все знания своего мира?

— Другого выхода нет. Заново открывать кучу законов и химических реакций у меня нет никакого желания. Проще простимулировать память.

— Ты можешь объяснить, что произошло с камнем?

— Я, с помощью рун, извлёк из него кислород. Это химический элемент такой.

— Я знаю про кислород. — Кивнул Костя. — Но не думал, что его можно выделить из камня так просто.

— А какие ещё химические элементы знаешь?

— Я привёз учебники по алхимии для начальных классов и для старших. Сам глянешь. — Отмахнулся Костя и указал на камень. — Продолжай.

— Это всё. — Я потыкал в ставшую хрупкой серёдку камня, осыпая на дно мелкую пыль. Выемка получилась полукруглой формы. — Кислород рассосался в воздухе. Остались другие элементы. Большей частью кремний и железо. Точный химический состав этих камней я не знаю.

— Хм. Можно сделать подобный конструкт, но большей мощности?

Глава 19

— Можно! А ещё можно одного знакомого архимага попросить, чтобы он песчаной бурей такую дырку в скале проделал.

— Ну ты сравнил! — Возмутился Костя. — Затраты энергии несопоставимые! Меня, конечно, надолго хватит, но это всё равно что стрелять из баллисты по мухам.

— Ошибаешься. Энергии уйдёт примерно одинаковое количество. — Возразил я. — Ты оцениваешь только внешние эффекты, но ничего не знаешь о реальных процессах.

— Пусть так. Но твой способ очень поможет при прокладке тоннелей и штолен. — Не унимался Костя. — Например, обычными методами быстро продолбить такую дырку в диабазе не получится. Слишком твёрдый камень.

— Не спеши применять непонятно что, к непонятно чему. — Я размешал начавшее плавиться золото. — Время у нас есть. Найдутся другие менее затратные способы делать дырки в камнях. Где твои «Книги Бездн»?

Костя вскрыл одну из привезённых упаковок. В середине стопки книг находился кожаный мешочек.

— Держи. Мешок можешь оставить себе. Пригодится.

— Экранирует магию? — Уточнил я, разглядывая знакомую кожу заокеанского грызуна.

— Он самый. — Подтвердил он мою догадку и на всякий случай отошёл подальше.

Положив мешочек на стол, я развязал горловину и достал две книги. Названия на обоих были затёрты до невозможности их прочитать. Помня прошлые трудности, сразу положил в нагрудный карман рубашки нож и только потом открыл книгу на последней странице. Меня сразу окружило плотное марево, а книга приклеилась к столу.

Только сейчас у меня возник вопрос: что будет, если открыть её, держа в руках? Прилипнет к ним? Выходит, Архив сам мне помог, сшив обложку.

Переключив зрение, я убедился, что руны находятся в том же месте. Орудуя ножом, быстро отделил кожу переплёта. На этот раз тянуть энергию я начал медленно, прислушиваясь к своим ощущениям. Сначала плавно уменьшил поток, идущий от меня. Потом также медленно начал его поглощать.

Фырх, который Великий, никак не реагировал на потерю энергии. Причины могли быть разные. Например, спит или пьяный в ноль. Может, занят чем-то сложным, и моя кража энергии незаметна на общем фоне его затрат.

Высасывать мага досуха мне было нельзя. Тогда другие «Книги Бездн» потеряют свою защиту. Сейчас гибнут слишком любопытные и самонадеянные, а если знания из книг станут общедоступными, то людей начнут вырезать миллионами. Не верил я в свою уникальность. Кто-то из чернокнижников ведь умудрился прочесть и запомнить руны. Пусть криво, но прочёл он их правильно.

Перестав тянуть энергию, я от души подал её в руны и тут же попытался забрать назад. Связь с Фырхом ожидаемо разорвалась, а руны погасли. Энергии они вмещали немного.

С одной стороны, я именно этого и добивался. Надеялся, что резкие колебания энергии заставят мага обратить на них внимание. Без обрыва связи с той стороны, нейтрализовать руны у меня не получится. С другой стороны, осталось острое чувство досады, причины которого я понять не мог.

Пелена вокруг меня рассеялась.

— Живой! — Радостно выдохнул Костя.

— И не надейся. — Буркнул я.

Досада потихоньку проходила. Открыв книгу на первой странице, я прочитал:

— Собрания стихов Великого Мачани. — Я глянул на Костю. — Будешь конспектировать?

— А он точно Великий? — Костя выделил голосом последнее слово.

— Точно. У них там, похоже, все великие. — Моё настроение пошло вверх, несмотря на то что книга оказалась никчёмной. Я для очистки совести пролистал несколько страниц, но никакого намёка на руны не нашёл. Только аккуратные строчки стихов. — На, глянь. Можешь прочесть?

— Бессмыслица какая-то. — Попытавшись разобрать первые строчки, произнёс Костя.

— Ну не скажи. — Я тоже пробежался по тексту. Весьма необычному, но цепляющему, что-то глубоко внутри. — Слушай:

Чуть-чуть…потихонечку…ближе и ближе…

Минутками…робко…шажочек к шажку…

Коснуться губами…ладонями…ниже…

Пить нежность…по капле…любовь…по глотку…

…

(Автор: Кристина Высоцкая.)

— В этих стихах точно магии нет? — Костя словно вынырнул из транса. — До мурашек пробирает. — Будто в подтверждение, его передёрнуло. — Надо переписать этот сборник. Обязательно надо. Пусть Татьяна перепишет в свободное время.

— Костя, вернись в реальность. — Я пощёлкал пальцами у него перед носом. — Вместе с Таней мы этот сборник будем полгода переписывать из-за частых перерывов на постель.

— Тоже, верно. — Улыбнулся он, поняв мой намёк. — Тогда мне будешь диктовать.

— Сделаем проще. Ты выпьешь зелье памяти, а я тебе быстренько зачитаю книгу. Чтоб времени на обдумывание не оставалось.

— Жалко на ерунду тратить зелье. — Костя замялся, ища другой выход. Тратить драгоценное зелье на стихи ему не хотелось.

— Поверь моему опыту. Будет у тебя в жизни ситуация, когда за знание таких стихов, ты готов будешь полцарства отдать. А тут всего одна бутылочка зелья!

Пока уговаривал Костю, подошёл к тиглю и откачал из него лишнюю энергию. Металл расплавился. Опять предстояло ждать, когда он остынет. Я вернулся к столу и открыл вторую книгу.

Ради интереса посмотрел название. «Запретная магия и почему она таковой считается. Рассуждения святого Апофита.» Пролистал книгу в поисках рун, но ничего не обнаружил. «И здесь пустышка.» — констатировал я. Хотя глупо надеяться, что из библиотеки сопрут исключительно полезные для меня книги.

Начал отрывать кожу с обложки. Действуя автоматически, задумался. Мне не давало покоя чувство досады, возникшее в прошлый раз. Чем больше я о нём размышлял, тем крепче была уверенность, что это не моё чувство. Принадлежать оно могло только Фырклу, висящему на другом конце магического канала. Так. А если…

Я быстренько закончил возиться с переплётом и подсоединился к рунам. Поток энергии, идущий от меня, прерывать не стал. Прислушался к эмоциям. Предвкушение и надежда. Можно принять за свои эмоции, но окраска у меня другая. Оттенки совсем не те, что присущи мне.

Если через эти руны передаётся не только энергия, но и эмоции, то Фырклу вряд ли интересно каждый раз ощущать агонию жертв. Должен стоять блок, отсекающий мысли и эмоции, идущие от книг-ловушек. Надо этого Фыркла заинтересовать. Пусть отключит блок.

Я начал плавно раскачивать отток энергии. При этом старался не допускать её откачку у Фыркла. Сразу решил использовать нечто вроде азбуки Морзе, но соблюдая ритмичность. Пульсации потока не должны напоминать судорожные подёргивания жертвы.

Войдя в определённый ритм, я начал просматривать труд святого Апофита. На звание «Великий» он уже не тянул, но до «святого» добрался. А может, наоборот? Неважно.

Читал я через страницу и по диагонали. Интересного для меня попадалось мало. В основном шли рассуждения о борьбе всего хорошего со всем плохим. Часто встречались отсылки к Священному Писанию. К тому же книгу нельзя было нормально раскрыть. Мне приходилось сохранять контакт с рунами.

Выходило, что в мире Фыркла рунная магия не попадала под запрет, а была широко распространена. Запретной считалась магия жизни! Лекари находились под строжайшим запретом, так как лечить они могли, только используя заёмную жизненную силу. Причём выявлялось такое лечение очень легко с помощью церковного ритуала.

Нахлынувшие эмоции заставили меня оторваться от книги. Любопытство, опасение, обречённость, и, как ни странно, равнодушие. Невозможная смесь.

— Кто ты и что тебе от меня нужно? — Словно через вату услышал я голос с ярким акцентом.

— Привет, Фыркл. — Поздоровался я. — Меня зовут Иван.

— Что тебе нужно, Иванн? Как ты смог обойти защиту на книгах? На украденных у меня книгах.

— Я их не крал. Это сделали другие. Вряд ли кто-то из них остался в живых. Предлагаю сейчас не выяснять, кто из нас прав, а кто виноват. Толку от этого не будет, разве что принесёт моральное удовлетворение.

— А тебе нужно материальное? — Рассмеялся Фыркл. — Зря надеешься. Прошли те времена, когда я был богат. Теперь я стар и беден.

— Пусть так, но Всемогущим тебя прозвали не зря. Значит, что-то можешь и умеешь. Голова у тебя никуда не делась.

— Знания и опыт ничего не стоят, если нет силы и здоровья. — Проворчал Фыркл. — Так кто ты такой и чего хочешь от меня? — Повторил он вопрос.

— Я из другого мира. Недавно ко мне в руки попали твои книги. Защита, установленная на них, оказалась несложной. Для меня несложной.

— Я заметил. — Вставил маг.

— У меня осталась единственная книга, привязанная к тебе. Как я понимаю, после разрушения канала, дистанционно восстановить его невозможно?

— Зачем тебе это нужно?

— Это нужно нам обоим. Тебе хочется вернуть молодость или хотя бы здоровье, а мне нужна информация о рунной магии.

* * *

— Иван, что-то нехорошее произошло. — Костя стоял напряжённый и на моё появление из-за пелены прореагировал с явным облегчением. — Давай выйдем наружу.

У меня раскалывалась голова после плотного общения с Фырклом. Хотелось сесть и просто посидеть в сторонке, пока мозги не перестанут плавиться.

— Что случилось? — Пролепетал я, чувствуя, что язык словно распух и не помещается во рту.

— Ты как себя чувствуешь? — Костя, наконец, обратил внимание на моё состояние.

— Пройдёт. Надо просто отлежаться. Пойдём. Расскажешь, что случилось. — Я подхватил его под руку и вывел наружу.

К нам сразу подбежали дед Степан и Татьяна. Вид у обоих был встревоженный.

— Иван, Катю похитили. — Первый заговорил дед, жалобно глядя на меня.

— Турки. Они записку оставили. — Таня протянула мне листок, исписанный на латинице. — Это турецкий язык. Они требуют, чтобы я сама приехала в Стамбул в антимагических кандалах, или её начнут пытать и высылать к нам по частям.

— Архимаг? В кандалах? — Я попробовал улыбнуться, но схватился за голову. По мозгам словно стадо слонов пробежало, отдавливая каждую извилину.

— Что с тобой? — Таня ещё больше разволновалась. Теперь уже за меня.

— Жить буду. Надо просто поспать пару часов. — Стандартно ответил я.

— Катя… — На деда было жалко смотреть.

— Погоди, Степан. Сейчас всё решим. — Я оглянулся на стоящего сзади Костю. — Будешь моим временным поверенным. — Морщась, от волнами накатывающей головной боли, поставил его в известность.

— Это как? — Не понял он. — Я не могу…

— Придётся. У Сазонова узнай, где находится местное отделение Архива. В устной форме им передашь мой ультиматум. Если через двенадцать часов Катя не будет у меня целая и невредимая, я вырежу всю династию султана. — Пришла мысль, что это немного слишком. Детей я вырезать точно не буду. — Не всю. Только тех, кто не откажется от притязаний на трон. Или что там у них в Турции вместо него? Неважно. Поймут.

— Задержка при передаче сообщений через Архив может составлять от шести до двенадцати часов. — Напомнил Костя.

Татьяна с дедом Степаном смотрели на меня выпученными глазами. Майор, стоя в сторонке, с интересом наблюдал за нами, но даже рожи не корчил, изображая недоумение или возмущение. Такое чувство, что ему было пофиг.

— Специально для Архива уточни, они мне должны за попытку убийства. Протянут время, следующими, после турок, будут они.

— Иван, может стоит подумать? — Костя сделал попытку вразумить меня. — Это же международный скандал, а Катя…

— Сейчас Катя. Потом ещё кто-нибудь из близких нам людей. Потом твои дети в заложники попадут. Или ты хочешь Таню в кандалах отправить? — Голова болела, и я начал злиться. — Турки поступают как бандиты. Бандитов нужно наказывать. Или у тебя есть сомнения, что я не выполню угрозу?

— Бог с ними, с турками. Архив — это уже другой уровень. Не стоит им угрожать.

— Архив зарвался! Почувствовал себя вершителем судеб. Пора его ставить на место. — Сил на уговоры у меня не осталось. — Начнут возражать, разрушь их здание, или где они там сидят. Ты мой поверенный и действуешь от моего имени.

— Я не смогу разрушить одно здание. Только с половиной города. — Нашёл уважительную причину Костя.

— Я смогу. — Тане надоело слушать препирательства. — Если ты, Костя, отказываешься, то я выступлю в качестве поверенного Ивана.

— Тогда не просто Ивана, а князя Иванова, властителя княжества Аю-Даг. — Подал голос майор. — Нюансы с юридическим оформлением сейчас роли не играют.

— Тогда я передам ультиматум в качестве его жены. — С вызовом глядя на брата, сказала Таня.

— Только не ты. Ещё решат, что я за юбку спрятался. Костя, действуй. Больше никаких возражений. Вся ответственность на мне. — Новый приступ головной боли заставил меня покачнуться. — Майор, проводи меня до постели.

* * *

— Барон Сазонов, вы знаете, где находится местное отделение Архива? — Машина Константина остановилась возле лагеря охраны.

— Разумеется, Ваше Императорское Высочество. — Кивнул барон, подошедший к водительской двери.

— Сопроводите меня с сестрой до него. И вот ещё что. Здесь наверняка крутятся репортёры из разных газет и журналов. — Костя вопросительно посмотрел на барона, ожидая ответа.

— Есть. Из наших и из зарубежных изданий. Все у нас на заметке. Ничего лишнего мы опубликовать не разрешим. — С готовностью ответил Сазонов.

— Сколько времени нужно, чтобы их всех собрать возле здания Архива?

— За час управимся, Ваше Императорское Высочество.

— Давайте за полчаса. Кто не успеет — это их проблемы. — Костя оглянулся на сестру, сидящую рядом на переднем сидении. — Гроза будет?

— Обязательно. — Решительно кивнула Татьяна.

— Захватите дождевики, барон. И журналистов предупредите о дожде.

— Позвольте заметить, Ваше Императорское Высочество, что ваш отец будет очень недоволен, если вы устроите конфликт с Архивом.

— Что вы, барон. — Костя улыбнулся. — Я всего лишь посредник. Конфликтовать будет Иван, а он, де-факто, не подданный моего отца.

— Татьяна Павловна…

— Не начинайте барон. Делайте, как приказал Константин. — Таня демонстративно отвернулась и уставилась в окно.

* * *

— Вот это здание. — Сопровождающий, выделенный бароном Сазоновым, указал на неприметный домик, приютившийся с краю площади.

Архив обычно открывал свои представительства в административных зданиях. Однако Алушта была приграничным городом. Несколько раз за свою историю по городу прокатывался каток войны. Поэтому здание, неприметное снаружи, имело толстые стены и много этажей, уходящих в землю. Архив старался сохранить свои секреты, даже находясь в центре сражения.

— Пойдём внутрь? — Спросил Костя.

— Зачем. Уверена, они знают, что мы подъехали и следят за нами. Пусть выходят сами. Журналисты ещё не подъехали. Время есть. Успеем размяться. — Таня открыла дверь и вышла на улицу. — Мне как раз нужно от излишков энергии избавиться. Нанервничалась я сегодня.

Костя тоже выбрался из машины и отошёл чуть в сторону. По площади пронёсся лёгкий ветерок. Намного громче зашумели деревья. Ветер с увеличением высоты становился сильнее.

Прогуливающиеся по площади горожане и отдыхающие, чуя недоброе, поспешили удалиться или попрятались в общественных зданиях.

Таня ещё ни разу не пробовала создавать молнию отдельно от себя. Но раз Иван говорит, что это возможно и совершенно нетрудно, значит, так и есть. Для тренировки она выпустила несколько молний из ладоней. Брызнули в стороны осколки камня. Где-то в окнах зазвенело разбитое стекло. Поспешили скрыться самые непонятливые отдыхающие.

Представить скопление неведомых зарядов, о которых ей рассказывал Иван, Таня не могла. К тому же эти заряды должны быть разными. Что это такое, девушка тем более не понимала. Ей было проще представить саму молнию. А магия делала остальное.

Отбросив мысли об усталости, Таня мысленно поставила копию себя перед входом в Архив и направила молнию в неё с неба. Слабенькую. Удар грома раздался одновременно со вспышкой молнии. Гранитные ступени крыльца покрылись трещинами.

Глянув на брата, Таня пожала плечами на его осуждающий взгляд.

— Я только учусь. А вот и журналисты спешат. — Кивнула она на трёх человек в дождевиках. Один из них нёс редкую, и поэтому очень дорогую, фотокамеру. — Давай начинать.

Три молнии сорвались с руки девушки одна за одной и ударили во входную дверь Архива. Таня хотела изобразить стук в дверь, но получилось совсем не похоже.

Глава 20

— Ваше Императорское Высочество, к вам Марк Германович. — Прервал секретарь размышления главы ГБ. — Разрешите впустить или перенести его визит на завтра? — Намекнул он на позднее время.

Получив нагоняй за плохое исполнение своих обязанностей, секретарь теперь задерживал в приёмной всех посетителей и запускал их только после разрешения начальства.

— Пусть заходит. — Недовольно разрешил Пётр Николаевич. Как бы ни был неприятен ему этот тип, но просто так он не приходил.

— Это возмутительно! — Начал с порога орать Марк Германович. — Цесаревич Константин со своей сестрой, только что нарушили один из самых важных пунктов договора между Архивом и Российской империей!

Пётр Николаевич с каменным лицом сделал сложный знак рукой. Мгновенно открылись скрытые панели в стенах, и между хозяином кабинета и посетителем замерли два бойца, вооружённые до зубов.

— Всыпьте этому простолюдину двадцать плетей за неуважение, проявленное к монаршей особе.

— Что вы себе позволяете! — Возмутился Марк Германович, но его уже загнули буквой 'зю" и, заломив руки, потащили к двери.

— Тридцать плетей. Не лечить. Потом доставить в приёмную. — Добавил Пётр Николаевич и позвонил в колокольчик. — Обыскать. Все найденные при нём документы принести ко мне. После порки пусть ждёт в приёмной. — Новое распоряжение предназначалось секретарю. — И графа Ивойлова ко мне вызовите. Срочно!

* * *

Глава турецкой внешней разведки стоял навытяжку перед султаном. Тот казался расслабленным, но Хюсню нутром чуял, что надвигается буря. И не ошибся.

— Хюсню Чакыр. — Ибрагим назвал его полным именем, что делал очень редко. — Я отдавал приказ на похищение кого-либо из окружения Татьяны Романовой?

— Нет, мой султан. Я же сам вас просил не спешить. Слишком много непонятного творится вокруг невесты вашего сына.

— Тогда что это такое? — Ибрагим бросил на пол перед Хюсню листы бумаги.

Глава разведки покорно собрал их и начал читать. Султан пристально наблюдал за его лицом.

— Мой султан, я не приказывал похищать подругу Татьяны Романовой. — Твёрдо ответил Хюсню, глядя в глаза Ибрагиму. — Должен признаться, что я вообще не рассматривал её кандидатуру, как объект, через который можно оказать давление на принцессу. Слишком мелкая рыба. По нашим сведениям, Татьяна Романова скорее воспринимает её как конкурентку и терпит ради Ивана, который был знаком с Екатериной раньше.

— И ведь не врёшь. — Удовлетворённо произнёс Ибрагим. — Остаётся самоуправство твоих подчинённых. Выходит, вся вина по-прежнему на тебе.

— Это невозможно. — Покачал головой Хюсню. — Мои люди не нарушают приказы.

— Тогда, как ты это объяснишь?

— Позвольте спросить, мой султан, вы обратили внимание на ультиматум?

— Не уже ли же нет? Если кто-то угрожает мне и моей семье, я обязательно обращаю на это внимание. — Ибрагим снова начал злиться.

— Мой султан, я говорю про ультиматум, выдвинутый Архиву. Здесь говорится, что Архив причастен к покушению на Ивана.

Разведчик протянул нужный лист бумаги с копией статьи из вечерней газеты Симферополя. Редакция поместила большую фотографию на первой странице. Фотограф удачно поймал момент, когда очередная молния пробила защиту Архива и попала в здание. Событие само по себе невероятное, так как Архив располагал лучшими защитными конструктами в мире.

— Я, в отличие от тебя, не владею русским языком. — Проворчал Ибрагим. — В переводе об этом нет ни слова.

— Если не доверяете мне, можете позвать другого толмача. — Предложил Хюсню. — Но, если написанное в статье правда, то многое становится на свои места.

— Многое меня не интересует. Меня интересует угроза в отношении моей семьи. То, что Иван далеко не такой простой человек, каким хочет казаться, мы уже поняли. А часики тикают. До конца срока осталось… — Ибрагим посмотрел на большие напольные часы.

— Вот именно, мой султан. — Опередив слова Ибрагима, произнёс Хюсню. — Слишком много осталось времени. Вам так не кажется? Эта газета вышла из печати два часа назад. Экстренный вечерний выпуск. У нас нет разницы по времени с Симферополем.

— А ведь действительно. Думаешь, Архив испугался ультиматума и поэтому решил ускорить прохождение сообщений? Ты успеешь передать приказ отпустить девчонку?

— Сомневаюсь, что он дойдёт до моих людей. Так же как до них дошёл мой приказ о похищении, которого я не отдавал. — Заметив ожидаемое удивление на лице султана, Хюсню пояснил. — Я хочу сказать, что Архив начал вмешиваться в наши дела. У меня давно появились такие подозрения, но это были мелкие неувязки. Сейчас кто-то из Архива прокололся по-крупному и засветил своё вмешательство.

* * *

— Всегда мечтал на это посмотреть, жаль, самого процесса не застал, но результат мне тоже нравится. — Ухмыльнулся с довольным видом граф Ивойлов. — Вызывали, Ваше Императорское Высочество?

— Читай, что наши детки натворили. — Пётр Николаевич пододвинул бумаги к графу. Его радости он не разделял. — Даже не представляю, как теперь выкручиваться.

— Ого, а ведь прошло совсем немного времени. Архив, заботясь о себе, решил сократить задержку при передаче информации. — Заметил Ивойлов.

— Значит, султан сейчас тоже читает этот ультиматум. — Пётр Николаевич хмуро смотрел на подчинённого. — Что мне прикажешь императору докладывать? Поднимать армию в ружье?

— Алушта у нас относится к пограничным городам? — Задал риторический вопрос граф Ивойлов. Он совсем по-другому смотрел на это происшествие. — Щит на здании Архива установлен максимального уровня. Но Константин с Татьяной его разрушили.

— Это только усугубляет наше положение. — Вздохнул глава ГБ.

— Не думаю. Скорее, именно этот факт заставил Архив шевелиться. Они всерьёз напуганы и верят в угрозу. Или Катерину Каменеву вернут, или Иванов действительно сменит династию султана, а потом займётся Архивом. Странно, что о самом Иване больше никакой информации нет. Он обычно выступает на первых ролях.

— И так. У нас намечается две войны, спровоцированные Ивановым и моими племянниками. С Турцией и Архивом. Вторая война равнозначна мировой. — Вывод лежал на поверхности.

— Почему вы так решили, Ваше Императорское Высочество? Давайте сначала выслушаем Марка Германовича. Он поди оклемался после экзекуции. По какой-то причине он ведь прибежал к вам. Не думаю, что сложившаяся ситуация ему нравится. — Граф кивнул на документы.

— И то, верно. — Пётр Николаевич позвонил в колокольчик. — Пригласи Марка Германовича, будь любезен.

Прошла целая минута, прежде чем представитель Архива зашёл в кабинет, мелкими шажками. Он бросил короткий взгляд на стол, удостоверившись, что изъятые у него бумаги попали к адресату. По давно устоявшейся привычке, идя на приём, Марк Германович не брал с собой ничего из документов, кроме тех, что хотел передать. Случиться могло всякое. Ко всевозможным защитным артефактам в стенах дворца охрана относилась крайне подозрительно и могла не пропустить к высокопоставленным особам. Поэтому у представителя Архива не оказалось с собой даже простенькой лечилки, что была ему так необходима прямо сейчас.

— Проходите. Присаживайтесь. — Игнорируя злобные взгляды Марка Германовича, предложил глава ГБ. — Что вы хотели мне сообщить?

— Их Императорские Высочества Константин Павлович и Татьяна Павловна перешли все границы. — Представитель Архива не воспользовался предложение присесть и говорил очень осторожно, боясь лишний раз пошевелиться. — Они напали на отделение Архива и разрушили его. При этом выдвинули ничем не обоснованные ультиматумы.

— У вас всё? — Пётр Николаевич демонстративно игнорировал личное обращение.

— А вам мало⁈ — Не удержался от восклицания Марк Германович. — Вы хотите войны? Если нет, то остановите своего сумасшедшего Ивана!

— Знаете, что я думаю по этому поводу? — Поняв, что никаких ответных ультиматумов или иных требований от Архива не поступит, Пётр Николаевич почувствовал себя увереннее. Внешне он и до этого не выказывал других эмоций. — Я лично довольно плотно общался с князем Ивановым. Это весьма уравновешенный и спокойный молодой человек, предпочитающий избегать конфликтов. Когда ему их навязывают, он всегда пытается найти менее затратный способ решения, чем прямая ссора. Если он сам провоцирует конфликт, причём его поддержали наследник престола и будущая жена, то для этого есть основания.

— Все имеющиеся у нас факты, указывают на то, что это именно вы подготовили покушение на князя Иванова. — Граф Ивойлов с ходу подхватил новое титулование Ивана. — В тот момент он был гражданином Российской империи. Выходит, это вы первыми нарушили условия договора. — Он повернулся к начальнику. — Пётр Николаевич, я предлагаю провести тщательное расследование последнего инцидента и предать обнаруженные факты широкой огласке. Уверен, мы найдём много интересного, чего Архив не захочет обнародовать.

Марк Германович с трудом сдерживал злость. Разговор пошёл совершенно не по его плану.

— Пожалуй, я с вами соглашусь, Михаил Кириллович. — Кивнул глава ГБ. — Можете собирать следственную группу и выезжать в Алушту. Сомневаюсь, что мы дождёмся оттуда скорых известий, переданных обычными путями.

— Вы не понимаете! Султан Ибрагим не оставит без ответа угрозу Иванова. Вас ждёт война! — Вспылил Марк Германович.

Пётр Николаевич подумал, что порка пошла на пользу. Никакой холодной расчётливости и язвительной вежливости у представителя Архива не осталось в принципе. Он прокалывался на каждом шагу. На каждом слове.

— Оставьте задержку для передачи информации на сегодняшнем уровне. — Пётр Николаевич продемонстрировал газетную вырезку с сегодняшней датой. — Пусть Ибрагим вернёт девочку до истечения срока ультиматума. Тогда все останутся довольны. Россия тоже не заинтересована в смене династии. В Турции делёжка власти частенько заканчивается весьма большой кровью.

— Архив в виде исключения ускорил прохождение сообщений, в надежде на то, что вы пойдёте нам навстречу. — Марк Германович, несмотря на боль, горделиво выпрямился. — Но вы отказываетесь внять голосу разума. Султан извещён о выдвинутом ультиматуме. С этого момента и в дальнейшем Архив будет придерживаться прежней скорости работы.

Демонстративно игнорируя нормы приличия, Марк Германович покинул кабинет.

— А рыло-то у него в пушку. — Заметил граф, когда дверь за Марком Германовичем закрылась.

— Собирайся и ближайшим скорым поездом езжай на место. Нужен не пушок, а весомые факты, которые можно предъявить другим монархам. — Отрезал Пётр Николаевич. — Пойду, до Павла схожу. Может он и вправду готовность в армии решит объявить.

* * *

— Тимоша, ты где ударился? Или обидел кто? — Ласково спросил разносчика Зосим. Парень каждое утро привозил старику свежие продукты.

Обычно он бы не обращал внимания на такие мелочи. Мало ли как люди ссорятся между собой. Он слишком стар, чтобы влезать в чужие дрязги.

Но следы на лице парня выглядели очень специфически. Не было синяка, лишь лёгкая припухлость кожи, тем не менее Тимоха морщился от малейшего шевеления лицевых мускулов, чем причинял себе ещё большую боль.

Такое повреждение мог нанести только мастер боевых искусств. Удар должен быть очень быстрым, при этом касание кожи строго дозированным. Тогда удар уходит вглубь, не оставляя на коже следов.

— Да поселились тут недалеко какие-то арабы. — Парень осторожно прикоснулся к пострадавшей скуле. — С виду вроде как нашенские, а оказались арабами. — В сердцах Тимоха сплюнул на землю, демонстрируя своё отношение к ним. — Они у меня раньше продукты забирали, и чаевые давали хорошие. А сегодня другой встречать вышел. Ругался на своём языке, когда я пришёл. Продукты забрал. Кинул мне деньги, а про чаевые забыл. Я ему напомнил, и вот. Ещё и обругал на своём басурманском. Больше не понесу к ним заказы. Пусть сами ходят. — Недовольно закончил он.

— Правильно, Тимоша, не понимают люди добра, значит, не делай для них ничего хорошего. — Сочувственно согласился Зосим. — Ты говоришь, живут они недалеко, а это где?

— Да, у тётки Алевтины. — Тимоха махнул рукой вдоль улицы, показывая направление. — Дня четыре уже живут.

— Может, то турки были, а не арабы? — На всякий случай уточнил Зосим.

— Не-е. Турецкий язык я слышал. Он совсем не так звучит. Думаете, это они украли подругу цесаревны? Но они точно не турки.

Про представление с громом и молниями, устроенное на городской площади, а незадолго до этого на горе Аю-Даг, судачил весь город.

— Да ничего я Тимоша не думаю. — Улыбнулся старый Зосим морщинистым лицом. — Меня эти страсти совершенно не интересуют.

Он подхватил корзинку с продуктами и, сгибаясь под её тяжестью, скрылся за дверью.

* * *

— Тебе чего, старик? — Спросил 'араб" на почти чистом русском языке. Лишь лёгкий акцент указывал, что язык для него не родной. — Я милостыню не подаю.

— Ты не пригласишь гостя в дом? Не уважишь старого человека? Чему учили тебя твои родители? — С укором спросил Зосим на курманджи и с осуждением покачал головой. Вид у него был жалкий и болезненный. Руки тряслись.

— Извините, уважаемый. — Поклонился 'араб". — Я принял вас за другого человека. Проходите. Присаживайтесь к столу. Что за дела привели вас в наш дом?

Зосим, потупившись, осторожно зашёл в дом и рассеянно обвёл взглядом комнату, не упуская малейших деталей. Дом состоял всего из одного просторного помещения. Удобства находились во дворе. На полу лежали четыре матраса, хотя в доме находилось всего три человека. Двое сидели за импровизированным достарханом. При этом подушек для сидения было тоже четыре.

— Не всё является тем, чем кажется. — С явным намёком произнёс Зосим. Он семенящими шажками прошёл к столу и кряхтя уселся на свободное место. — Я пришёл узнать у вас, где девушка, которую вы украли. — Дед выглядел жалко и говорил очень неуверенно.

— Кто ты такой, старик. — Грубо спросил сидящий напротив мужчина.

Он походил на русского аристократа своими манерами, но свободно говорил на курманджи. В его руке, словно из ниоткуда возник нож и замер напротив сердца Зосима. За спиной деда замер впустивший его в дом 'араб".

— Одно из моих имён звучит как Кушткар Иблис, но вы можете звать меня Ду-ру. — Зосим изменился в лице и неуловимым движением сломал лезвие ножа, направленного ему в грудь. — Вы умрёте. Но от ваших ответов будет зависеть, как именно вы умрёте. — Слова деда тяжело падали и кажется, прижимали своей тяжестью всех находящихся в доме.

— Ты врёшь, старик. — Отшатнулся от него аристократ. Сейчас он говорил на чистом русском языке. — Двуликий убийца Иблиса — это сказки. Старые-старые сказки! Базу, сверни старику шею!

Стоящий позади Зосима 'араб", наоборот, сделал шаг назад.

— Пырни его своим ножом. — Хмуро посоветовал он. — Уважаемый Ду-ру, я расскажу вам, где девушка, и помогу её освободить. Если вы снимете с меня клятву, то я готов стать вашим рабом.

— Пре…

Аристократ не успел договорить. Два клинка сорвались с рук Зосима и погрузились глубоко в глазницы сидящих за достарханом людей.

— Базу. Верни мне клинки. — Приказал Зосим. — Не хочу их оставлять. Сейчас таких не делают. — Подхватив с большого блюда кусок мяса, старик отправил его в рот. — Начинай рассказывать про девушку.

— Я не могу, господин, Ду-ру. Клятва не даст. — Виновато отозвался «араб».

Клинки из тел товарищей он вытащил, и обтерев с них кровь об подол рубахи мертвеца, протянул Зосиму. Дед принял оружие и спрятал в рукавах своего халата.

— Найди бумагу и ручку. — Равнодушно приказал он.

Базу подчинился, с опаской косясь на убийцу-легенду. Из баула с вещами он достал тетрадку и набор карандашей.

— Подойдёт, господин?

— Более чем. — Кивнул Зосим и показал на свободную подушку справа от себя. — Садись! — Команда прозвучала как щелчок бича. Базу её выполнил не задумываясь. — Закрой глаза.

Когда Базу сел, продолжая держать в руках писчие принадлежности, старик ловко воткнул ему в череп один нож чуть позади виска. Лезвие пробило кость и погрузилось на точно выверенную величину. Несмотря на смертельное обычно ранение, Базу остался жив и даже в сознании.

— Молчи. — Последовал новый приказ. — Ты сейчас не сможешь говорить. Я тебе временно разрушил область мозга, отвечающую за способность говорить. Она же отвечает за клятву. Пиши о похищении девушки. Сначала напиши, где она и с кем.

Стараясь не шевелить головой и, испугано, косясь на деда, Базу начал быстро писать. Строчки арабской вязи ложились на бумагу. Выполняя задание, «араб» даже нарисовал примерный план, как найти нужную пещеру. Зосим внимательно следил за «творчеством» похитителя.

— Молодец. Потерпи ещё немножко и станет легче. — Обнадёжил он Базу. — Напиши, как вам удалось её похитить среди белого дня? — Базу вывел строчку на арабском и показал деду. — А кто похитил? Нарисуй его портрет. Тогда опиши словесно. Есть у него какие-то особые приметы? Что ж ты такой невнимательный? Детали очень важны в нашей работе.

Одной рукой Зосим забрал у «араба» тетрадь, а второй прокрутил клинок в его голове, превращая мозг в кашу. Он обещал убить без мучений и обещание выполнил. Рабом сделать этого неумеху он не обещал. Старик ухмыльнулся сам себе. Всегда важны детали.

Глава 21

— Господин барон, разрешите доложить?

— Ты почему не на посту, Птахов?

— Это срочно. Вот. — Оперативник протянул барону Сазонову тетрадь. — На второй странице.

Пояснение оказалось своевременным, так как барон уже хотел закрыть тетрадку, исписанную мелкой арабской вязью. Перелистнув страницу, он увидел такой же убористый почерк. Между строчек затесался корявенький рисунок, непонятно чего, а ниже печатными русскими буквами было написано: «Ивану. Про Катерину.»

— Где взял? — Барон поднял глаза на оперативника.

— Заметил шевеление в кустах. Окликнул. Сходил, проверил и нашёл её. — Коротко доложил тот. — Того, кто её подбросил, обнаружить не удалось.

— Молодец! Сейчас возвращайся на пост. Потом придумаем, как тебя наградить за внимательность. — Отпустил барон подчинённого, а сам поспешил в лагерь Иванова. Он точно знал, что Стеклов умеет читать по-арабски.

* * *

— Появились новости, барон? — Майор, как всегда, беззвучно оказался за спиной.

Сазонов постоянно удивлялся этой способности Стеклова. Вокруг одни камни, по которым просто невозможно передвигаться бесшумно, а поди ж ты. И ведь он точно не маг и артефактами не пользуется.

— Иван спит? — Обернувшись, спросил барон.

— Как убитый. Смысла будить его я не вижу. Только ещё больше набедокурит спросонья.

— Вот. — Сазонов протянул майору тетрадку. — Подкинули на тропу. Ты же читаешь по-арабски?

— Я-то читаю… — Майор взял тетрадь, открыл и впился глазами в текст. — Это курдский, по-моему. — Рассеянно добавил он. — Дед Степан! — Неожиданно крикнул майор, и сам направился к палатке, в которой спал.

Дед, забыв изображать старческую немощь, выскочил навстречу. За ним из палатки появился Костя.

— Степан, узнаёшь это место? Где-то недалеко от вашей деревни, должно быть. Вот три вершины. Здесь озерко и лес. — Майор тыкал пальцем в рисунок, сверяясь с текстом.

— Не лес там, а роща хиленькая. — Автоматически поправил дед, разглядывая неумелые каракули. — Я знаю, где это место.

— Там твоя внучка. Её охраняет всего один человек. Поехали, покажешь. — Майор приобнял деда Степана и шепнул ему на ухо. — Не забывай, что ты старик. Не подводи человека. Пошли в машину. — Он подтолкнул деда к автомобилю. Костя тоже двинулся следом.

— Я с вами. — Не терпящим возражения тоном произнёс Сазонов. — Предлагаю взять подкрепление. Вдруг он маг или не один.

— Барон, в тексте написано, что он не маг. А тебе лучше остаться. Это может оказаться ловушкой, с помощью которой ваших людей хотят выманить из лагеря. Татьяну Павловну не стоит оставлять без защиты. — Майор протянул тетрадку Сазонову. — Лучше найди нормального переводчика. Я через слово понимаю, что в ней написано. Мне удалось разобрать, что турки не сами украли девушку. Её им передали уже спящую.

* * *

Вынырнув из сна, я прислушался. Вокруг было тихо. Рядом тихонько сопела Татьяна. Приоткрыл глаза. Я лежал в своей палатке. Судя по солнечным лучам, попадающим в окошко, наступил следующий день. Интересно, почему меня никто не разбудил.

Вчерашний день я помнил отчётливо. Несмотря на головную боль, вызванную преждевременной активацией нейросети. Всё из-за этого Фырха. Захотелось старому пню у меня в голове своими грязными ручонками пошурудить. Я всегда считал, что нормального человека таким именем не назовут. Что именно он хотел сделать так и осталось неясным.

Чёткая мысль про ментальную атаку шестого уровня сама возникла у меня в голове. Такое раньше происходило, когда следователь пытался меня прощупать, но та атака была слабее и легко отбита.

Фырх оказался настойчивым. После первой попытки он не отступил, а усилил натиск. Вот тогда-то я и узнал, что у меня в мозгу есть неведомый компьютер, который проще называть нейросетью, так как он плотно встраивается в нервную систему. Его развёртывание было далеко от завершения. По моим ощущениям, этому компьютеру ещё месяц предстояло приживаться, находясь в спящем режиме.

Экстремальная ситуация потребовала преждевременного запуска нейросети на полную мощность. Сопровождался этот процесс жуткой головной болью, хотя учёные утверждают, что в мозге нет болевых рецепторов.

Не знаю, что произошло в итоге, но Фырх от меня отключился полностью. Надеюсь, его мозгам так же досталось, как и моим. Если этот гад выжил, то в следующий раз буду тянуть из него силу сколько смогу. Мэнни обязательно что-нибудь найдёт. Почему-то я в этом был уверен.

Компьютер в моей голове за время отдыха, тоже перешёл в спящий режим и сейчас никак не ощущался. Вообще, он мало походил на те нейросети, про которые я читал в книгах. Нейросети из книг проецировали изображение на сетчатку. Заполняли поле зрения иконками и пиктограммами. Нудно гундосили в головах своих носителей.

Для фантастов почему-то казалось логичным перенести знакомый интерфейс современных операционных систем в мозги человеку. Хорошо, что не начали писать такую фантастику в век перфокарт.

Мой компьютер давал о себе знать так, словно являлся частью меня. Оповещение о ментальной атаке не сопровождалось голосом. Я сразу понимал, что происходит. Также я понял необходимость полностью задействовать имеющиеся мощности компьютера для её отражения.

По-моему, это самый верный подход для коммуникации с устройством, уже встроенным в твой мозг. Зачем делать двойное преобразование, сначала в речь, потом из речи в мысль, если можно передать мысль напрямую. Не отдельные слова, которые можно истолковать по-разному, а полноценную мысль, несущую всю необходимую информацию сразу.

Про свой ультиматум я помнил. Зря, наверное, вчера с плеча попытался рубить. В то же время никакого раскаяния я не чувствовал. Катя свой человек, а за своих надо глотки рвать. Иначе быстро окажешься один или в кругу предателей. Как бы приземлённо это ни звучало, но окружить себя настоящими друзьями — это самый эффективный способ выжить в обществе.

Повернувшись лицом к Татьяне, я подул на неё.

— Подъём, красавица. — Позвал её тихонько.

— Очнулся! Наконец-то! — Таня резко открыла глаза. — Ваня, ты как себя чувствуешь?

— Нормально. Вроде. — Я вновь прислушался к себе. Никаких неприятных симптомов не почувствовал. — Почему ты спрашиваешь?

— Ты постоянно бредил. Только под утро успокоился. — Таня улыбнулась.

Я не удержался и поцеловал её, легко коснувшись губами. Поцелуи взасос после долгого сна, то ещё испытание для вкусовых рецепторов.

— А Катя? Про неё есть известия? Вы передали мой ультиматум? — Остановил я девушку, захотевшую продолжения.

— Пока тишина. — Таня разочарованно вздохнула. — Ультиматум мы с Костей передали. Я вообще здание Архива в мелкую пыль разнесла, чтобы доходчивее было.

— А люди? — Раньше за Таней я кровожадности не замечал.

— Выбежали на улицу. Костя удержал меня от немедленной расправы. Мало того, что из-за них Катю похитили, так они ещё и на тебя покушались, оказывается. Я глупая, сразу и не сообразила, о каком покушении ты говорил.

— Пошли, узнаем обстановку. — Я быстро чмокнул девушку и начал подниматься. Спал я в своей одежде. Одеваться не пришлось. — Что-то тихо вокруг.

В лагере мы никого не обнаружили. Машина Кости стояла на месте, отведённом под парковку. Моей не было.

— Интересно, куда они уехали? Даже записки не оставили. — Рассеянно сказала Таня, выходя из палатки, в которой ночевал майор.

Она разумно предположила, что Костя и дед Степан остановятся тоже в ней. Палатка была разделена на несколько «комнат», которые раньше пустовали.

— В столовой тоже ничего. — Сообщил я. — Видимо, они внезапно уехали.

— Ваня, а что такое компьютер? — Внезапно спросила Таня. — Ты в бреду это слово часто произносил и ругался.

— Ну раз ругался, значит, не любовница. — Таня не поддержала шутку, и тогда я ответил серьёзно. — Это такая машина, которая умеет очень быстро считать.

— А ты умеешь быстро считать?

— Как и все люди. Никаких выдающихся умений в области счёта я за собой не замечал. Ты почему спрашиваешь?

— Ты в бреду говорил, что тебе в голову этот компьютер засунули.

— Когда бы успели, а главное, как? — Я постарался её успокоить. Похоже, в бреду я много чего наговорил. — Компьютеры я планирую делать в будущем. Поверь, такую большую штуку мне в голову не засунуть. Потом сама убедишься.

— Для чего они нужны? Считать у нас счетоводы умеют и бухгалтеры.

— Ты не поверишь, но чем быстрее люди научатся считать. Точнее, просчитывать большие объёмы данных, тем сильнее вырастет потребность в таких расчётах.

— По-моему ты излишне усложняешь. Зачем нужны расчёты ради расчётов? — Не поняла Таня.

— Поверь, это не моя прихоть. Так устроен мир, что познать его можно только через математику. На одной философии далеко не уедешь. — Я приобнял Татьяну и потянул в сторону кухни. — Пошли перекусим, а потом пойдём выяснять, куда все запропастились. Сазонов должен быть на месте.

* * *

— Это здесь. — Дед Степан, служивший проводником, указал пальцем вниз. — Я вас специально в окружную провёл, чтобы не насторожить сидящих в пещере. Из неё далеко подходы просматриваются. — Он говорил шёпотом. — Пещера неглубокая, но имеет несколько рукавов. Главное — не ошибиться. — Дед с надеждой смотрел на майора.

— Я разведаю. — Подал голос Константин и прикрыл глаза.

Лично идти он никуда не собирался. Всю работу за него сделал лёгкий ветерок, сквознячком пронёсшийся по всем закуткам пещеры.

— Он в правом ответвлении. Катя, похоже, тоже там.

— Похоже? — Майор ни разу не сталкивался с такой техникой использования магии ветра, поэтому сомневался в её точности.

— Один объект, по очертаниям похожий на сидящего человека, находится прямо перед входом в закуток. У стены лежит объект поменьше. Я же не глазами смотрю. По форме определяю.

— В других ответвлениях, что находится?

— Тот, что ближе к выходу используют как отхожее место и мусор туда сваливают. Самый дальний рукав пустой. — Ответил Константин.

— Сможешь выманить этого гада подальше от девушки? Чем больше между ними расстояние, тем меньше риск осложнений при захвате.

— Плевать мне на его захват. — Прошипел дед Степан. — Ты главное внучку спаси.

— Не мешайте. — Шикнул на них Костя.

Он снова закрыл глаза и сосредоточился.

— Кто здесь? — Раздался приглушённый голос снизу, со стороны пещеры.

Секунд тридцать стояла тишина.

— Он в ближайшем ответвлении. — Прошептал Костя. — Действуй!

Майор быстро и совершенно бесшумно спустился по каменистому склону. Ни один камешек не стронулся со своего места. Почти сразу раздался звук падения грузного тела.

— Спускайтесь. Проверьте Катю. — Крикнул снизу майор.

Дед, плюнув на осторожность и целостность одежды, поспешил вниз. За что сразу и поплатился. Упав на небольшую площадку перед пещерой, он айкнул и завалился набок.

— Дед Степан, ты как? — Костя приземлился рядом.

— Иди к внучке. — Махнул тот рукой в сторону пещеры. — Ничего со мной не сделается.

Костя не стал задерживаться. В пещере, где лежала Катя, горел магический светильник. Девушка лежала возле стены, плотно закутанная в белую ткань. Цесаревич сначала подумал о плохом, так как закутали её с головой, но своим даром уловил её дыхание.

— Катя. — Позвал он, но девушка не реагировала.

Найдя завязки, Константин осторожно размотал её лицо и замер. Девушка мало походила на ту Катю, что он знал по Аберрации. Красивая блондинка с детским выражением на спящем лице. Он ясно чувствовал её спокойное дыхание. Костя нежно провёл рукой по щеке давней, но такой новой знакомой.

— Что с ней? — Окликнул его майор, появившийся в закутке.

— Похоже, что спит. Наверное, её опоили, чтобы не причиняла хлопот. — Костя отдёрнул руку от Катиного лица и начал искать другие завязки.

— Стойте, Константин Павлович. — Предостерёг его майор. — Не надо будить девушку. Пусть дальше спит. Сначала её стоит показать специалисту. Как бы Архив и здесь свою руку не приложил.

— Я хочу её освободить от пут и осмотреть.

— Лучше несите как есть, Ваше Императорское Высочество. — Возразил майор. — Поверьте моему чутью. Её не просто так спеленали.

— Думаешь, её как Дадиани обработали? — Костя, наконец, понял, о чём говорит бывший ГБ-шник.

— Надеюсь, что нет. Но лишний раз рисковать не стоит. Она лёгкая, вы её запросто до машины донесёте. Я потащу охранника. К нему много вопросов, которые лучше задавать не здесь.

— Дед Степан ногу повредил. — Костя подхватил девушку на руки и направился к выходу.

— Подождёт. Я за ним позже приду.

* * *

Мы с Татьяной спокойно завтракали. Точнее, спокойным был я, а Таня нервничала, хотя старалась не показывать своего беспокойства.

— Едут. — Я услышал характерный шум камней под колёсами.

— Кто? — Таня встала из-за стола.

— Пойдём посмотрим. — Я тоже поднялся, прихватив недопитый кофе.

К сожалению, это вернулся не майор, а приехали люди из ГБ. Учитывая скорость их появления, Архив внял моему предупреждению. Главное, чтобы они с Катей ничего не сделали. Если начнут за собой подчищать концы… Додумать мне не дал барон Сазонов, который первым вышел из машины.

— Добрый день, Ваше Императорское Высочество. — Поздоровался он сначала с Таней. — Как выспались, граф? — Обратился Сазонов ко мне.

— Уже не граф, барон. — Поправил его обошедший машину помощник Петра Николаевича. Я его запомнил. — Со вчерашнего вечера, указом Его Императорского Величества, господин Иванов стал князем. С чем я вас и поздравляю, Ваше Высочество. — Картинно поклонился граф Ивойлов. — Но вы, князь, заварили слишком крутую кашу. Все договорённости пришлось пересматривать и ускорять некоторые процессы. Например, вам с Татьяной Павловной следует немедленно оформить брак. Собор Александра Невского в Симферополе уже готовят к церемонии.

Таня с тревогой посмотрела на меня. Переживает, как я отреагирую на ускорение процесса? Чтобы успокоить, подмигнул ей. Всё равно с этой лодки уже не выпрыгнешь, так зачем расстраиваться?

— Собор потерпит. Барон, куда делись Костя с майором? — Задал я более насущный вопрос Сазонову.

— Поехали вызволять Катерину Каменеву. Утром кто-то подкинул тетрадь, исписанную на курдском языке с картой, указывающей место, где держат девушку.

— Почему на курдском? При чём здесь они? — Не понял я.

— Курды — один из народов, живущих в Турции. У них своя письменность и язык, а также они хорошие бойцы. Спецслужбы Турции часто используют курдов для проведения тайных операций за границей. Курды очень распространены как нация по всей планете. Только зачастую скрываются под другими названиями.

— Предлагаю вам, господа, обсудить этнографические особенности курдов в другой раз. — Влез в разговор граф Ивойлов. — Сейчас мне необходимо разобраться в том, что здесь произошло. Императору нужны подробности. Будет очень хорошо, если найдутся факты, указывающие на причастность Архива к произошедшим событиям. Если вы не против, то я бы хотел вас опросить. — Он смотрел на меня с Таней.

— Барон, как давно уехали Константин с майором. — Я проигнорировал желание графа. Сейчас меня интересовала Катя.

— Часа два с половиной прошло. Судя по записям в тетради, её охраняет всего один человек.

— Надеюсь, вы дадите мне эту тетрадь, барон? — С намёком произнёс Ивойлов.

— Естественно. К тому же в ней есть косвенные указания на причастность Архива к похищению Катерины Каменевой. Турки не крали девушку. Её им передали неустановленные лица.

— У Кости сильные артефакты ментальной защиты? — Я перебил графа, который почему-то пытался командовать.

— Один из лучших. Он наследник престола. — Быстро ответил Ивойлов и напрягся. — Предполагаете, что есть опасность для Константина Павловича?

— Не думаю. С ним майор, а он опытный оперативник.

Глава 22

Потёмкин внимательно осмотрел дом. Три трупа. Двоих убили банально, ножами в глаз. Опытный взгляд заметил испачканный подол рубахи, об который эти ножи вытирали.

Третьего убили позже всех, ударом в висок. Весьма криво, надо сказать. Нож вошёл в более толстую кость, расположенную позади виска, но пробил её. Или удар очень быстрый, или клинок магический. С другой стороны, двое из лежащих были магами, но ничего не успели предпринять. Артефакты никто из них не носил, когда был дома, чтобы не засветиться перед возможным наблюдателем.

Пройдя к одному из мешков с вещами, Потёмкин ловко выудил из него коробочку и раскрыл. Артефакты были на месте. Значит, этих горемык точно не грабить пришли. О чём мог рассказать третий? Следов пыток не видно. Работал такой же мозголом, как и он? Маловероятно. Сам Потёмкин не стал бы мараться, устраняя эту троицу. Они бы покончили жизнь самоубийством, после его ухода.

Очень всё странно и непонятно. Стоит поспешить к схрону с девицей. Потёмкин бросил в центр стола активированную магическую зажигалку и поторопился покинуть помещение. Дверь он предусмотрительно до конца не закрыл.

Конструкт начал распространять вокруг себя волны жара. Сразу начала тлеть скатерть и одежда на трупах. Подгорали продукты и открытые участки тел. В какой-то момент жар резко усилился, и вся комната вспыхнула разом. Приток свежего воздуха подпитал пламя. Домик в одно мгновение весь оказался в огне.

— Едем в горы. — Коротко бросил Потёмкин, садясь на заднее сидение.

* * *

Довольный майор сидел за рулём и аккуратно управлял автомобилем, крадущимся по извилистой горной дороге. Частенько она шла впритык к отвесным склонам. Развилку, уводящую дорогу в сторону от входа в пещеру, они уже проехали. До нормальной трассы оставалось совсем немного.

Рядом на переднем сидении кряхтел и матерился на кочках дед Степан. От тряски не спасала даже магическая стабилизация кузова. Дед умудрился на радостях сломать лодыжку. Кости старика не так быстро обновляются, как мягкие ткани. Пленного майор спеленал не хуже, чем похитители Катю, и запихнул в багажник.

Константин сидел на заднем сидении, устроив голову девушки у себя на коленях. Окружающие горы его мало интересовали. Всё внимание цесаревича забрала Катя.

Из задумчивого созерцания его вывел рык майора.

— Константин, быстро положи свои руки нам с дедом на головы. — Скрежеща зубами, прорычал он.

Не размышляя, Костя выполнил просьбу. Только потом он понял, что дед Степан пытался отобрать руль у майора. Стоило его руке коснуться головы, как дед обмяк на сиденье.

— Машина впереди. Скидывай её с дороги. — Майору тоже полегчало, но, видимо, не особо, так как он выжал педаль скорости до упора и шёл на таран упомянутого автомобиля. — Делай! — Рявкнул майор. — Или мы все трупы. Руки не убирай! — Прервал он попытку Константина сосредоточиться.

Настроиться толком не получалось. Машина раскачивалась на камнях. Костя вообще не понимал, что происходит. В последний момент порыв ветра опрокинул встречную машину набок, но, к сожалению, не в сторону идущего вниз склона.

В любом случае это дало возможность майору проскочить мимо и избежать преследования.

— Что это было? — Спросил Костя, когда опрокинутая машина осталась позади.

— Не что, а кто. — Поправил майор. — Читали выводы Ивана про Дадиани? Это тот самый маг. Плохо, что вы его с горы не столкнули.

— Нужно вернуться и добить его. — Сразу предложил Константин.

— Нужно. Но не вам, Ваше Императорское Высочество. Слишком опасно. Он мне чуть мозги не поджарил с расстояния в двести метров, и неизвестно сколько против него продержатся ваши артефакты. Он сильный маг разума. Я бы даже сказал архимаг. — Майор глянул на Степана. — Проверьте деда. Как бы не помер старый хрыч.

— Не дождётесь. — Просипел дед, не открывая глаз. — Как же сильно эта тварь по мозгам ударила. Как там Катенька моя?

— Спит. — Успокоил его Костя.

* * *

— Ваше Величество, посол Турции просит срочно принять его в частном порядке для неофициального разговора. — Доложил секретарь Павлу Николаевичу, когда тот вернулся с конной прогулки.

Погода стояла хорошая, и было грех не воспользоваться предоставившейся возможностью.

— Через полчаса жду его в своём кабинете. — Коротко бросил император.

* * *

— Ваше Императорское Величество, у меня есть для вас послание от Великого Султана. — Поклонившись, начал турецкий посол. — Оно передано с помощью очень сложного шифра, поэтому сильно сокращено. В нём опущены все титулования и обороты, подчёркивающие уважение, проявляемое к вам. Заранее прошу за это извинения. — Посол снова поклонился.

— Я тебя понял и учту этот момент. Продолжай. — Милостиво разрешил Павел Николаевич Романов.

— Ваше Императорское Величество, я приведу сообщение дословно. — Посол поднял глаза к потолку и начал по памяти зачитывать: — Брат, я не приказывал похищать девочку. Подозреваю, Архив начал своевольничать и пытается нас стравить. Нужны доказательства. Обещаю поддержку перед другими монархами. — Турок опустил глаза. — Это всё Ваше Императорское Величество.

— Ну что ж. — Павел Романов думал недолго. — У нас тоже есть подозрения, а в некоторых случая и полная уверенность во вмешательстве Архива в наши дела. К сожалению, наша империя слишком велика, чтобы отказаться от его услуг. Также я готов поверить, что уважаемый султан Ибрагим непричастен к похищению девушки.

— Благодарю вас, Ваше Императорское Величество. — Поклонился посол. — Не могли бы вы остановить господина Иванова? Его ультиматум вселяет тревогу в сердце моего Султана.

— Я сейчас же отправлю гонца к Иванову. К моим словам он прислушается. — Заверил посла император. — Надеюсь, в дальнейшем султан Ибрагим сведёт возможность таких происшествий к минимуму. Мы тоже предпримем необходимые действия в этом направлении. Впредь при возникновении подобных инцидентов, предлагаю сначала обсуждать их, а потом действовать. — Павел грустно усмехнулся. — Архив себя окончательно дискредитировал. Придётся переходить на посыльных и голубиную почту.

* * *

— Иван Александрович, пока мои люди приступают к работе, предлагаю вам подписать несколько весьма важных бумаг. — Граф Ивойлов указал на свой автомобиль.

— Может, пройдём в столовую? — Сделал я ответный жест свободной рукой и отхлебнул остывший кофе. — Тане тоже не помешает быть в курсе содержания этих документов.

Ивойлов отдал приказание своему помощнику, и скоро мы входили в палатку.

— Надеюсь, свой дворец вы построите более роскошного вида. Аскетизм многие могут принять за бедность и слабость.

— Граф, ваши советы начинают утомлять. Придержите их при себе, если не хотите нарваться на грубость. Давайте свои документы.

— Вам бы… — Начал Ивойлов, но резко заткнулся, когда внезапно я оказался рядом и уставился ему в глаза с расстояния пары сантиметров. — Устал с дороги. — Примиряюще улыбнулся граф, отодвигаясь от меня. — Вы доставляете много хлопот окружающим вас людям.

— Я никого не держу. — Увидев, что моё предупреждение дошло, я спокойно вернулся к оставленной на столе кружке. — Давайте займёмся документами. Когда вернётся майор с Костей, мне будет не до вас. А вы тянете время, давая ненужные советы.

Бумаг оказалось не так много, как в прошлый раз. Мне передавался участок земли, первоначально предложенный императором. Вместе с ней возвращался отнятый титул боярина. С этой землёй я выделялся в отдельное государство и становился князем. Письменную просьбу от моего имени уже составили. На всех документах стояла подпись императора. Татьяна подтвердила её подлинность.

Я переживал, что придётся прорываться через малопонятные канцелярские и юридические обороты, но все документы были написаны простым языком и практически не содержали двусмысленных формулировок.

Отдельным договором шло предложение обсудить позднее вопросы, связанные с моей собственностью, оставленной на территории Российской империи. Ещё император предлагал мне позже сдать земли вокруг горы на срок от ста лет. Я ничего не имел против такого решения. Не думаю, резон меня обманывать и ссориться с дочкой.

Таня тоже не нашла к чему придраться в документах.

— Прекрасно! — Расцвёл граф Ивойлов, убирая свои копии документов в папку. — Осталось провести церемонию бракосочетания, и тогда Татьяна Павловна будет в полной безопасности. Юридически. — Он с ожиданием посмотрел на меня.

— Ждём возвращения Кости и майора. — Отрезал я. — Чай будете, граф?

* * *

Свою часть документов я отнёс в палатку-лабораторию. Заодно обновил руны прочности на ткани. С сожалением посмотрел на слиток пурпурного золота. Чесались руки продолжить работу, но жизнь никогда не идёт по плану. Вздохнув, покинул палатку и вернулся на кухню.

— Добрый день, Ваше Высочество. — Первым поздоровался Прокопчук, обнаружившийся в палатке. Приветствуя меня, он встал из-за стола. — Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов. Мне хотелось бы знать всё, что вам известно о деятельности Архива. Особенно о противозаконной деятельности.

— Не возражаю. Присаживайтесь. Разговор у нас будет долгим. — Я сел напротив и быстро прокрутил в голове имеющуюся информацию. Смысла что-то утаивать от ГБ уже не было. Они сами поняли, куда вляпались с этим Архивом. — Предлагаю начать с фактов. Началось всё с моей встречи с неким помощником военного прокурора по Архангельской губернии Кириллом Петровичем Епифанцевым. Ему первому я сообщил, как меня зовут, после чего был немедленно отправлен в Аберрацию.

* * *

Разговаривали мы долго. Таня сидела и слушала. Иногда она возмущённо фыркала, но в разговор не встревала. Прервал нас шорох шин, раздавшийся снаружи. Я замолчал на полуслове и выскочил из палатки.

Вернулись майор с Костей. От лагеря Сазонова вслед за машиной бежали несколько оперативников. Стоило ей остановиться, как они, открыв багажник, ловко извлекли из него связанного мужика.

— Не допрашивать! — Рявкнул майор, вылезший из-за руля. — Пусть его сначала разумник проверит. Катерину тем более не пытаться разбудить. — Он посмотрел в мою сторону, заметил Прокопчука и обратился к нему. — Господин маг. Проверьте их на закладки в разуме. Похоже, мы имеем дело с тем же магом, что обработал Дадиани. Он до нас с двухсот метров дотянулся!

— Что с этим магом? — Спроси я.

— Константин Павлович опрокинул его машину, но не думаю, что этот гад серьёзно пострадал. Возвращаться и рисковать Константином Павловичем я не стал. Мы просто уехали.

— Где это произошло? — Ивойлов подошёл к майору и начал выяснять подробности.

Мы с Прокопчуком тем временем подошли к Косте с Катей на руках.

— Цела? — Спросил я.

— Да. Спит.

— Замрите. — Скомандовал Прокопчук. Он попробовал сосредоточиться на девушке, но ничего не вышло. — Нужно, чтобы вы её куда-нибудь положили и отошли подальше, Ваше Императорское Высочество. Мешает ваш защитный артефакт.

— Неси на место деда Степана. — Распорядился я. — Где он, кстати?

— Я здесь, Ваня. — Донёсся голос деда с переднего сидения. Его за спинкой и видно-то не было. — Ногу я сломал.

— Вылечим мы твою ногу. — Пообещал я. — Посиди пока.

— Да я здесь жить согласен, вы только внученьку мою спасите. — Дед опять упал духом.

* * *

— Закладка есть, и она намного больше той, что я видел в голове у Дадиани. — Хмурый Прокопчук вышел из палатки. — Насланный на неё сон пока действует. Я его усилил. Сейчас это самое безопасное, что можно с ней сделать.

— Этого я и боялся. В случае с Катей у этого козла было куда больше времени. Пусть спит. Посмотри пока на второго. Если он с закладкой, то тоже усыпляй. Будем на нём экспериментировать.

Я начал прикидывать, можно ли из известных мне рун сделать комбинацию, которая поможет Кате. Рун, напрямую влияющих на ментальную сферу, я не знал. Возможно, получится изменить ловушку душ, чтобы она ловила только закладку. В ней есть указание на разумное существо. Если эти руны убрать, то есть вероятность, что именно на закладку она и сработает. Можно расположить рядом две ловушки. Одну нормальную, а вторую под закладку. А Катю убить. Временно.

— Ваня, а если Катю отвезти к Луке? — Танин вопрос прервал мои размышления, которые явно ушли не в ту сторону.

— Танюша, ты гений! — На радостях я поцеловал девушку и крикнул. — Костя! Неси Катю обратно в машину. Едем к Луке!

Дополнительно никому ничего объяснять не пришлось. Поднялась небольшая суматоха. Барон Сазонов со своими ребятами побежали в свой лагерь. Нужно было обеспечить сопровождение.

— Демьян, я поведу. — Остановил майора, собравшегося сесть за руль. — У тебя защиты нет от ментального воздействия. Садись сзади с Костей.

* * *

Наш кортеж, попетляв по улицам Алушты, выехал на трассу до Симферополя.

— Ваня. — Чуть смущённо начала Татьяна.

— Ты про кольца? — Я тоже про них подумал, но, как обычно, с опозданием.

— Да. У нас же нет. Может, у Луки найдутся?

— Он дух, хоть и святой, но далеко не ювелирная лавка. Кстати. Можно заехать в любую и купить самые простенькие.

— Простые кольца вам не по статусу. Особенно Татьяне. — С заднего сидения прокомментировал Костя.

— Костя, знаешь, как говорят? Не место красит человека, а человек место. К Тане это напрямую относится. Какую бы дорогую финтифлюшку на неё ни навесили, красивее она от этого не станет. — Я покосился на девушку, проверяя её реакцию. Вроде поняла правильно. И это хорошо. — Обручальные кольца придётся постоянно носить. Лучше они пусть будут тонкими. Это практичней, чем таскать громоздкий перстень. Если Татьяне захочется богатых украшений, то съездим и купим, какие захочет.

— Возможно, ты прав. Но давайте сначала Катю на ноги поднимем. Я потом сам за вашими кольцами сбегаю.

— Надеюсь, у Луки получится. — Обнадёжил я Костю.

Похоже, парень запал на блондинку. Он с ней в изменённом обличье тоже хорошо ладил. Да и сама Катя на цесаревича заглядывалась. Посмотрим, что из этого выйдет. Жизнь покажет.

— Может у графа Ивойлова кольца с собой есть? Он говорил, что церемония нашего бракосочетания готовится в Симферополе. — Не к месту вспомнила Таня.

— Некогда нам по церемониях ходить. — Я серьёзно намеревался возражать против этой тягомотины.

— Никого не волнуют твои желания. — Майор не удержался от ехидного смешка. — Народу нужны зрелища и бесплатная выпивка по случаю праздника.

— А меня не волнует желания народа. Это вообще не мои подданные. Так и передай Ивойлову. Хочет народ побаловать, пусть скоморохов наймёт. Людям интересней будет на представление посмотреть, чем на наши с Таней кислые рожи. Вон, Костя нашёл себе спящую красавицу. Разбудит и поведёт под венец. Есть, на кого народу смотреть.

— Вот только меня женить не надо! — Наигранно возмутился цесаревич. — Я ещё молод, и невесту мне отец, скорее всего, другую найдёт. — Добавил он со вздохом.

— Вы, Константин Павлович, Ивана держитесь. Он вас плохому научит, и женитесь вы по любви, под его чутким руководством. — Майор продолжал посмеиваться, но уже сдержанней.

— Демьян, я и о твоей семейной жизни могу подумать.

— Стар я семью заводить. — Попытался отнекиваться майор.

— Возраст свадьбе не помеха. И поверь мне. Не так плохо быть дедкой, как жить с бабкой.

* * *

На стоянке возле часовни толпился народ. Лука закрыл проход. Попасть к источнику никто не мог. Люди Сазонова оцепили место, где обычно начиналась дорожка через кустарник, и проложили коридор до машины. Народ был понятливым. Никто не напирал на редких ГБ-шников.

— Костя, побудь с Катей в машине. Кажется, Лука с нами хочет поговорить без свидетелей. — Распорядился я. — Майор, твоя задача узнать про кольца. Тряхни Ивойлова. И не забывай, что ты уже не в его подчинении. Будь в меру вежлив и нагл одновременно. Хотя чему я тебя учу? Будь собой, майор!

Глава 23

Потёмкин, ругаясь, выбрался из разбитой машины. Проклинал он не только цесаревича с его ветром, но и свою несдержанность. Водитель, во время опрокидывания машины, упал на мага, чем сбил его концентрацию и позволил уйти жертвам. А ведь он почти залез в голову спящей девчонки.

К сожалению, воскрешать людей, особенно с превращёнными в кашу мозгами, Потёмкин не умел. Как и не умел водить машину. С сожалением он кинул в салон последнюю «зажигалку». Следы ему никак оставлять нельзя.

* * *

При нашем с Таней приближении кусты расступились. Не оглядываясь на довольно зашумевший народ, мы пошли к часовне.

— Чего это они? — Тихонько спросил у Тани.

— Меня узнали. Слух о том, как мы с Костей всыпали Архиву, видимо, и досюда дошёл.

Кусты за нами снова сомкнулись, отрезая дорогу сунувшимся за нами ГБ-шникам.

— Теперь понятно, почему святой Лука отказывался людей к источнику с утра пропускать. — Встретил нас знакомый служка на пороге часовни. — Проходите. Не буду вам мешать.

Он сошёл с крыльца и завернул за угол. Мы с Таней переглянулись и молча вошли в часовню. Первое, что бросилось мне в глаза, это потускневшее свечение раки с мощами Луки. Это у него энергия, что ли, кончается? Не понял я. Он же вроде как святой. Должен от бога энергию получать.

Осмотрелся. Самого Луки нигде видно не было. Подошёл к раке и прямо через стекло просунул руку к мощам. Энергия в них впитывалась легко. Настолько легко и много, что я побоялся исчерпать свой кровавый камень.

— Зря боишься. — Раздался рядом насмешливый голос Луки. — То, что у тебя в крови, исчерпать нельзя. Даже частичку, что ты передал Константину, спасая его жизнь, нельзя исчерпать до дна. Выпить можно, но чаша сия опять наполнится. Так же, как и мои останки. — Грустно добавил он.

— О чём говорит Лука? — У Тани проснулось любопытство.

— Иван спас твоего брата, поделившись с ним своей кровью. — Торжественно произнёс Лука. — Их теперь можно считать кровными братьями.

— Ты мне об этом не рассказывал, и Костя тоже промолчал.

— Я и не собирался. Не вижу смысла. — Пожал плечами. — Это всё из-за болтливого духа наружу вылезло. Костя об этом не знает, так как находился в тот момент присмерти и без сознания. Много крови потерял. Пришлось своей делиться. Ты тоже никому не говори, о том случае.

— Разве можно переливать кровь от одного человека к другому? Ведь в большинстве случаев такая процедура убьёт пациента. — Таня разволновалась. — Ты мог убить Костю необдуманными действиями.

— Не мог. Переливание крови достаточно безопасно, если проводить его правильно. Хватит об этом. — Я повернулся к наблюдавшему за нами духу. — Ну и зачем ты об этом разболтал?

— Чтобы ты не забыл поделиться с Иммануилом принципом переливания крови. Он достаточно авторитетный лекарь, чтобы внедрить его повсюду в практику других лекарей. Больно смотреть, как гибнут люди, которых можно спасти.

— Ещё один интриган на мою голову. — Вздохнул я. — Ты Кате можешь помочь?

— Теперь да. — Довольно улыбнувшись, ответил Лука. — Пусть Константин несёт её к источнику и вместе с ней окунётся в его воды.

— Таня, сходи, пожалуйста, за Костей. — Попросил я.

— А вы будете здесь снова тайны обсуждать?

— Никаких тайн с этим духовно возвышенным созданием сохранить не удастся. — Я кивнул в сторону духа. — Сама же слышала. Он болтун, а не святой.

Таня глянула на меня с подозрением, но пошла выполнять мою просьбу.

— Лука, ты воду сможешь таким же образом поднять у меня на горе, как здесь?

— Нет. Моих сил на это не хватит. Далеко отсюда твоя гора. Но есть другой путь. — Завёл интригу святой дух.

— Замечательно! — Воскликнул я, когда понял, что без пинка он продолжать не намерен. — И что за путь?

— Копать! — Радостно ответил Лука. — Там всего триста метров. Зато подземная река мощная. Воды надолго хватит и на все твои нужды.

— Лука, это порода покрепче гранита. Ты предлагаешь мне вручную копать эти триста метров? — Неожиданно мне пришла в голову новая мысль. — Ты руны знаешь?

— Сообразил! Молодец. Но дам только те, что касаются камня. — Сразу обломал меня Лука. — До остальных ты ещё не созрел.

— А созревание ты как определяешь? По красной шкурке или отвалившемуся хвостику? — Не удержался я от ехидного замечания. — Ты мне хотя бы руны химических элементов дай. Ведь совсем на голодном информационном пайке сижу.

— Иван, в рунах нет того, что ты называешь таблицей Менделеева. До многого тебе придётся доходить своим умом. Ты правильно подметил, что магия сильно повлияла на развитие мира. Научный подход, к которому ты привык, с магией не даёт результата. Магические открытия — это счастливое стечение обстоятельств, а не систематический перебор возможных вариантов. В магии любая ошибка влечёт за собой крупные неприятности, часто заканчивающиеся смертью экспериментатора. Поэтому маги предпочитают ходить известными путями, лишь незначительно отклоняясь в стороны.

— В «Книге Бездн» маги свободно оперируют рунами. Довольно сложные рунные цепочки доверяют даже ученикам. — Возразил я. — Именно руны я у тебя прошу.

— Это магия другого мира. Я не могу дать тебе то, чего в этом мире нет. Я понятно выразился?

Я быстро прокрутил в голове его слова.

— Откуда дух Иванова знает про масштабируемость рун? Он знает содержимое «Книг Бездн», которые появлялись в нашем мире?

— Твой Иванов дальше своей горы никуда не суётся, и интересует его только месть. Что касается масштабируемости, то про неё он узнал от чернокнижников, которые хотели обосноваться на его горе. — Лука посмотрел на меня как на идиота. — Они же не немые были, общались между собой. Иванова я бы тебе не советовал будить слишком рано. — Предупредил он. — Пусть успокаивается. Не стоят его знания, тех проблем, что он доставит.

— Хорошо. Про руны связи есть что-нибудь?

— Сам справишься. — Остановил меня Лука и поплыл к двери. — Пойдём подругу твою от напасти избавлять. Они уже подходят.

* * *

Костя читал отчёты, описывающие деяния святого Луки, но не рассчитывал встретиться с ним в реальности. Согласно этим отчётам, Лука показывался только в присутствии Ивана. Даже с Татьяной он предпочитал не контактировать в своём призрачном виде. Тем сильнее было его удивление, когда полупрозрачная фигура старика в монашеской одежде выплыла ему навстречу из дверей часовни.

— Неси её к источнику. — Распорядился Лука. Голос духа звучал вполне по-человечески.

Место, где целебный источник бил из земли, облагородили. Фонтанировать вода перестала, поэтому в скале вырубили купель со ступенями. Она была небольшой. В самом глубоком месте высоким людям приходилось садиться на корточки, чтобы вода достала до подбородка.

— Заходи в воду и окуни её с головой три раза. — Указал на купель Лука.

Татьяна подошла к Ивану и крепко к нему прижалась. Холод воды она помнила до сих пор.

— Может, стоит сначала раздеться? — Неуверенно спросил Костя.

— Лезь так. Не растаешь. Да не торопись вылезать. Дюже сильная порча на девицу наложена. Терпи до последнего.

Уже с первых шагов Костя понял, что испытание будет не из лёгких. Вода обжигала своим холодом. При этом ему даже в голову не пришло передать Катю Ивану, чтобы тот пронёс её через купель. Ещё Костя переживал, что Катя придёт в себя от холода раньше, чем закончится лечение. Какие будут последствия, если сработает закладка мага, он боялся представить.

Но девушка продолжала спать, не обращая внимания на холод. Даже когда он окунал её с головой, предварительно зажав её нос, Катя никак не реагировала. Чувствуя, что ещё немного и он не сможет выйти из воды, Костя с трудом выпрямился и на непослушных ногах выбрался из купели.

— Я сейчас. Немного согреюсь и снова попробую. — Стуча зубами, с трудом проговорил он.

— Неужели понравилось? — Лука был искренне удивлён.

— Но ведь она так и не пришла в себя. Я просто не смог больше в воде находиться. Сейчас. Чуть-чуть согреюсь…

— Хвори больше нет. — Удовлетворённо заявил святой. — А спящих красавиц холодной водой не будят.

— А как… — Непонимающе уставился на него Костя.

— Целуй! — Хихикнула Таня. — Или тебе царевну-лягушку поискать?

— Не надо мне лягушку. — Костя явно смутился и посмотрел на Луку. Тот кивнул, подтверждая слова Татьяны.

После небольшой заминки он нагнулся и поцеловал Катю в губы.

— А-а-а! — Резанул по ушам девичий крик. — Ты кто? Отпусти меня!

* * *

— Катя, это мы. — Таня сразу подбежала к Косте, который от неожиданности чуть не выронил очнувшуюся девушку.

— Кто меня связал? — Задёргалась она в путах. — Что вообще происходит? Почему так холодно? Кто этот мужик со слюнявыми губами?

— Катюха, уймись! — Рявкнул я. — Ты в надёжных руках. Этот слюнявый мужик спас тебя, рискуя жизнью. Неужели Костю не узнаёшь?

— Костя? Ты? Ой, то есть Константин Павлович. — Катя попыталась сжаться.

— Можно просто Костя. — Улыбнулся цесаревич.

— Потом пируэты разводить будете. — Прервала их Таня. — Вам обоим надо переодеться. Вода в источнике далеко не парное молоко.

— Косте ещё за обручальными кольцами бежать. — Напомнил я.

— Что? Сразу свадьба? — Катя выпучила глаза и, кажется, забыла про холод. — Вот так сразу?

— Да, сразу. Но свадьба не ваша. — То ли успокоила, то ли расстроила её Таня. — Нам с Иваном нужно срочно пожениться. Здесь столько всего произошло, пока ты спящую красавицу изображала. А Костя обещал кольца добыть, если ты излечишься и в себя придёшь.

— Какой из него добытчик сейчас? — Усмехнулся Лука. — Отдай свою рубашку девочке и пойдём со мной. — Обратился он уже ко мне.

* * *

Углубившись в лес на склоне, Лука подвёл меня к старому каштану и указал на сплетение корней.

— Вот здесь. Доставай глиняный горшок вместе с содержимым. Только осторожно. Не повреди дерево.

— Что за горшок? — Спросил я, догадываясь об ответе.

— Клад, разумеется. В прошлом веке разбойники припрятали. Надеялись потом забрать, только я им не дал.

Мне опять помогла разница в плотности материалов. Благодаря ей я достаточно легко обнаружил горшок и достал его вместе с одержимым. Горлышко у него было узкое и залито чем-то вроде смолы.

— Разбивай. — Махнул рукой дух. — Некогда нам копаться.

Я встряхнул горшок. Тот оказался плотно забит. Поэтому действительно пришлось его разбивать. Иначе, срезая горлышко, я мог повредить содержимое.

Внутри оказались драгоценности.

— Выбирай два кольца, какие приглянутся. — Поторопил меня Лука.

— Слушай, ты хочешь, чтобы я надел на себя и на свою невесту кольца, снятые с покойников? — До меня только сейчас дошёл смысл предложения Луки. — Нахер мне такое счастье?

Я горстями сгрёб драгоценности и начал их ссыпать в глубокую дырку, образованную корнями дерева.

— Это было давно, и души тех людей давно ушли из этого мира. — Пытался меня уговорить дух.

— Их ушли. Моя осталась. Я не хочу такое носить. — Спрятав все драгоценности, я наскрёб вокруг земли и присыпал их сверху. Со временем землю смоет, но это не моя проблема. — Пусть Костя сбегает до ювелирного. Заодно и согреется.

* * *

Катю уже распутали от тряпок. Она оказалась в одной ночнушке. Так что моя рубаха пришлась весьма кстати, учитывая, что скрывала она эту малявку почти до колен. Девушки стояли, обнявшись. Таня тихонько рассказывала, что именно Катя пропустила.

Костя разогревался в сторонке, делая приседания и взмахи руками. В сторону девушек он старался не смотреть, хотя получалось у него очень плохо. Моя рубашка тоже намокла и приклеилась к Кате, ничуть не скрывая её фигурку.

— Твоё Высочество, придётся тебе и вправду за кольцами бежать. Узнай сначала у майора, удалось ему выпросить кольца у Ивойлова. Если нет, то до ближайшего ювелирного. И никаких бэушных колец. Только новые. Деньги найдёшь?

— Не найду, так в долг возьму. — Костя был немногословен, бросил последний взгляд в сторону Кати и убежал.

* * *

Пока он ходил, Лука показал мне обещанные руны. Одна из «Книг Бездн», попавшая в этот мир, содержала в себе рунные цепочки для работы с камнем. Как я и подозревал, всё зависело от точности формулировок. Например, камни можно было не только разжижать, но и ограничивать этот процесс. Делать их просто мягкими или желеобразными. Причём размягчение останавливалось именно на этой стадии.

Также была возможность действовать избирательно. Лука привёл мне четыре руны, указывающие на конкретный тип камней. Мрамор, песчаник, известняк и гранит. Судя по всему, ему попалась какая-то книга для скульпторов.

Сразу заметил особенность, если откинуть последнюю руну в слове «песчаник», то получится «песок». О чём тут же спросил у Луки.

— Ну вот. Потихоньку ты и сам начал догадываться, как из ограниченного количества рун сделать набор побольше. — Одобрительно произнёс Лука. — Только учти, часто одно слово может охватывать большую категорию, чем тебе кажется. Например, под «гранитом» подразумеваются все породы, извергнутые землёй. Включая диабаз и базальт. В эту же категорию могут попасть драгоценные камни.

— А как дело обстоит с костями? — Припомнил я свои опасения.

— Не используй руны «известняк» и никаких проблем у тебя не будет. Но должен тебе сообщить, что рунная магия очень плохо работает с живой плотью. Воздействовать на неё опосредованно получится запросто, а впрямую указать, что делать, с помощью рун очень сложно.

— Понятно. Может, ещё рунами поделишься? — На всякий случай попросил я.

— Хватит тебе. Научись сначала пользоваться тем, что есть. — Отказался Лука. — Иди Константина встречай, а я служку позову. Разоспался на солнышке лентяй. Надо церемонию проводить, да обратно вам ехать.

Костя показался из-за угла часовни. Шёл быстрым шагом, словно торопился куда-то. Я так точно не спешу. Под венец. М-да.

— Держи. — Он протянул мне коробочку, в которой лежали два простых кольца почти серебристого цвета с небольшой желтизной. — Пришлось покупать. Золотых, подходящих под ваши размеры и описание, не нашлось. Взял из белого золота. Немного дороже по цене, зато размер подходящий, и не будет исшаркиваться при постоянной носке.

— Сплав с платиной? — Уточнил я.

— Он самый.

— Пойдёт. Таня, иди примерь. — Позвал я, надевая своё кольцо. Пришлось впору.

— Так, нашему горе священнику я задачу объяснил. — К нам приплыл, по-другому и не скажешь, Лука, а следом за ним шёл служка. В отличие от прошлого раза он уже ничему не удивлялся. — Ты, Константин, будешь свидетелем со стороны невесты. Я буду свидетелем у Ивана.

— А я? — Катя тоже горела желанием поучаствовать в торжестве.

— А ты будешь подружкой невесты. — Успел вставить я, пока Лука её не отправил постоять в сторонке.

— Есть одна проблема. В часовне нет книги, в которую можно внести запись о браке. — Служка, как всегда, нашёл отговорку.

— Это обязательно? — Спросил я, глядя на Луку. — Браки вроде как заключаются на небесах.

— Но требуют подтверждения в мирской жизни. — Снова влез служка. — Придут спросить подтверждение брака, и что я им отвечу? Отправляйтесь на небеса?

— Запись на стене подойдёт? Прям по кирпичу крупными буквами? — Предложил я и кивнул на стену часовни. Окна в ней были небольшие, и места для записи было достаточно.

— А…

— А больше здесь никого венчать не надо. Может, для Кости ещё место оставлю и хватит.

— Вот и нашли выход. — Примиряюще сказал Лука. — Приступай к церемонии и не затягивай.

* * *

— Ну наконец-то! — Прошептал Потёмкин, выглядывая из-за камней.

Два автомобиля ГБ, приехавшие к горящей машине, наконец развернулись и тронулись в обратный путь. Сотрудники ГБ перетрясли все пепелище, надеясь найти зацепку, но вряд ли у них что-то получилось. «Зажигалка» — очень простой конструкт и по причине своей простоты, даже маг огня не мог погасить её жар. Автомобиль Потёмкина выгорел дотла. От тела водителя не должно было даже костей остаться.

— Как же всё не вовремя. — Маг разогнулся и размял ноги. — Придётся очень постараться, подчищая все следы.

Глава 24

Я размышлял над рунами, которые мне дал Лука. Работа с камнем — дело важное, но использование тех же рун применительно к металлу, открывает фантастические перспективы. Упростится литьё и штамповка. Матрицы и формы можно делать высокоточные и из менее твёрдых и тугоплавких материалов. Облегчится и ускорится сам процесс изготовления деталей.

Разжижением без нагрева можно создать новый класс материалов. Начиная от композитов и заканчивая мелкодисперсными смесями ожиженых металлов.

Естественно, предстоит провести кучу исследований. Штамповать тарелки — это одно, а делать высоконагруженные детали — это совершенно другое. Нужно понять, как процесс магического размягчения воздействует на структуру металла. Можно ли прокручивание мягкого металла через «мясорубку» приравнять к проковке? Ведь прокатка и ковка ощутимо увеличивают цену металлических изделий при производстве.

— Странное ощущение. — Прервала мои размышления Таня. Она сидела рядом на переднем сидении и задумчиво крутила кольцо на пальце.

— Как будто давно обещанная конфета оказалась невкусной? — Улыбнулся я. Догадаться о её мыслях было несложно.

— Точно. Никакой радости. Я, конечно, понимаю, что произошло наиважнейшее событие в моей жизни, но понимаю умом. Сердцем не чувствую. — Девушка была обескуражена.

— Ты была на других свадьбах? — Спросил я.

— Естественно. Все веселятся. Радуются.

— Это понятно. А сама ты, что чувствовала на этих свадьбах?

— Я уже и не помню. Старший брат у нас давно женился. Но ощущение всеобщей радости в памяти осталось.

— Костя, а ты что скажешь? — Я полуобернулся назад.

— Я понял, куда ты клонишь. — Хмыкнул цесаревич. — Если отбросить праздничную мишуру и огромное количество истраченных денег, то вся семья вымоталась за ту неделю торжеств, которые давали в честь свадьбы. Это Тане было хорошо. Надоело стоять, взяла и ушла. Отдохнула и опять присоединилась к празднику. Веселились в основном те, кто много вина выпил. Для остальных, свадьба всего лишь повод не ударить в грязь лицом перед конкурентами, и, естественно, простор для интриг.

— Зато они хорошо отдохнули в медовый месяц. — Возразила Таня. — Пол Европы объехали. А нам в ближайшее время никуда не вырваться. Живём на осадном положении.

— Раскрою тебе маленькую тайну. Никуда они не ездили. Заперлись в нашем Летнем дворце, что под Феодосией, и носу оттуда не показывали. Я бы на твоём месте радовался, что у вас так тихо и спокойно свадьба прошла.

— Вы перед свадьбой пошумели достаточно. — Напомнил я им про разнесённое в пыль здание Архива.

* * *

Потёмкин второй раз за день прятался. Весьма непривычное для него занятие. Обычно ему хватало сил, чтобы взять под контроль людей на довольно большом расстоянии от себя. Но сегодня пришлось затаиться от оперативников ГБ. Не все, но многие из них носили артефакты ментальной защиты. Продавить такой для Потёмкина — дело плёвое, но связываться с ГБ в прямом столкновении у него не было желания.

Второй раз пришлось прятаться уже возле трассы. В ГосБезопасноти не дураки работают, они легко могли оставить наблюдателя на недосягаемом для него расстоянии. Поэтому Потёмкин решил дождаться темноты и лишь тогда остановить для себя машину.

* * *

Неожиданно, крепкие руки майора, сидящего позади, схватили меня за горло и начали душить. Одновременно одна из машин сопровождения, едущая впереди, резко завернула, тараня вторую. Я ударил по тормозам и вывернул руль, чтобы не присоединиться к столкнувшимся автомобилям. Хватка майора резко ослабла. Что там произошло, я не знаю. Скорее всего, вмешался Костя. Как он спасал майора и деда Степана, мне рассказали. Таня крутила головой, выискивая источник опасности.

«Ментальная атака девятого уровня. Активность защиты максимальная. Если источник опасности не будет устранён в течение минуты, последует полное отключение и погружение носителя в кому во избежание необратимых повреждений.» Мысль промелькнула мгновенно, принеся с собой массу подробностей.

Я повернул руль и выжал педаль скорости. Машину развернуло. Движения по встречной полосе почти не было. Наш автомобиль, набирая скорость, понёсся к противоположной обочине, где в кустах нейросеть подсветила источник угрозы. Повезло, что в этом месте край дороги не заканчивался обрывом, а плавно шёл в гору.

Из кустов выскочил субъект в приличной, но потрёпанной одежде и попытался уйти с пути мчащегося на него автомобиля, но я довернул руль. Удар тела о капот получился какой-то мягкий. Нападающий словно мячик отлетел вверх по склону.

Между тем давление на меня нисколько не ослабевало, а время тикало. Я выскочил из машины прямо через дверь и побежал к начавшему подниматься на ноги мужику. Голова раскалывалась от боли. Хотелось убить этого гада, но я видел на нём кучу артефактов. Причём видел я их, когда он поворачивался спиной ко мне. Кожаная курточка? Похер.

Моя рука прошла через его лицо, и я рывком потянул из него энергию. Мужик попытался увернуться и прервать наш тесный контакт, но я был банально быстрее его. Остановился я, когда эта тварь потеряла сознание. Похоже, я вытянул из него не только всю магию, но и захватил часть жизненных сил. Это Фырх меня плохому научил, не иначе. Раньше я так делать не мог. Или мог, но не пытался.

Резко состарившийся мужик упал к моим ногам. Разряжать его артефакты я не стал. Пусть ГБ-шники с ними разбираются. Немного обрадовала мысль об окончании ментальной атаки, только голова меньше от этого болеть не стала.

— Живой? — Рядом нарисовался майор. Позади по дороге топали приближающиеся оперативники.

— К сожалению, да. — Ни секунды не сомневался, что майор интересуется не моим здоровьем. — С удовольствием убил бы тварь, но он знает многое о делах Архива. Снимай с него артефакты. А лучше раздевай догола.

— Семён, антимагические кандалы тащи! Все какие есть! — Крикнул кому-то майор и принялся снимать одежду с нападавшего. — Иван, ты сам как?

— Голова раскалывается после этого урода. — Я и правда схватился за голову. Показалось, что она сейчас лопнет.

— Может, коньячку? Полегчает. — Участливо предложил майор.

— Демьян, я не пью. Ты же знаешь. Мне надо просто поспать. Прошлый раз помогло.

Подбежали оперативники и начали паковать мужика. Причём количество антимагических кандалов, которые они постарались нацепить на него, ограничивалось только их наличием.

— А кто напал на тебя в прошлый раз? — Сразу насторожился майор. — У тебя также голова болела.

— Потом расскажу. Не для всех информация. Поехали, Демьян, мужики дальше сами справятся. Ты за рулём.

* * *

— Ваня, просыпайся. — Окончательно разбудил меня Танин голос.

Проснулся я раньше, но ворочался в полудрёме. Вставать и что-то делать не хотелось совершенно. Устал я не столько физически, сколько морально.

— Нет. — Буркнул я.

— Что нет?

— Пусть весь мир провалится в тартарары, я больше никого спасать не буду. По крайней мере, сегодня. — Пробормотал я и открыл один глаз. — У меня, вообще-то, свадьба была. — Надеюсь, это было вчера. Внутренние часы подтвердили моё предположение. — Медовый месяц впереди, и всё такое.

— Первую брачную ночь ты благополучно проспал. — Наигранно возмутилась Таня.

Она на меня не сердилась. Видела, в каком я вчера был состоянии. К тому же не известно, как обстоят дела с её источником. Вряд ли он стабилизировался за такое короткое время.

— Лучше её проспать, чем до утра считать деньги, подаренные на свадьбу, а потом ходить обиженным на гостей.

— У тебя так было? — Удивлённо посмотрела на меня Таня. Она сидела перед зеркалом и расчёсывала волосы.

— Да не дай бог. — Я откинул одеяло и сел. Поваляться не получится. К тому же хотелось в туалет. — Читал в газетах. Как только люди не дуркуют с этими свадьбами. Некоторые умудряются брать в банке большой заём на организацию торжества. За два дня спускают все деньги. А потом годами сидят на хлебе и воде, выплачивая его.

— Не понимаю. Зачем? Неужели все мечтают о королевских свадьбах и надеются на королевские подарки?

— И это тоже. Но чаще так делают, желая пустить пыль в глаза. — Я потёр лицо руками. — Что там, снаружи?

— Я сильно не обращала внимания. Видела только майора. — Таня переняла мою привычку обращаться к Демьяну по званию.

* * *

Пока умывался под умывальником, ко мне никто не подходил. Вообще-то, у нас и душ был, но хотелось просто освежиться. На доставку воды я денег не жалел. Что толку в миллионах, если ты не можешь позволить себе простые радости жизни.

Стоило мне вытереться полотенцем, как ко мне подошёл вездесущий майор.

— Первая брачная ночь была бурной, судя по твоему виду. — Подколол он меня.

— Демьян, давай сразу договоримся. Я не против простого общения, когда мы вдвоём или вокруг все свои. Но некоторые темы при мне лучше не обсуждать. Мне уточнить, или сам догадаешься какие?

— Понял мой князь. Больше не повторится. — Чётко отрапортовал майор, поняв, что я не шучу. — Завтракать будете?

— Будем. Сейчас Татьяна выйдет и позавтракаем. Что там с этим колдуном недоделанным?

— Прокопчук его разматывает вдоль и поперёк. Большая часть информации закрыта. Мне, по крайней мере, к ней доступа нет. Но магии вы его лишили напрочь.

— Майор, не «выкай». Я же сказал, про определённые темы, ну и в присутствии Татьяны не будь как деревенщина. — Поморщился я. Так и думал, что начнёт служаку из себя строить. — Есть ещё что-нибудь?

— Гонец от императора прибыл, со срочным посланием. Я не разрешил тебя беспокоить. Узнав, что ты пока никуда не собираешься, он успокоился и согласился подождать. С утра мне глаза мозолит. А вот и он, кстати.

Майор кивнул в сторону приближающегося парня в необычной форме.

— Фельдъегерь Его Императорского Величества капитан Леший. — Громко чеканя слова, представился он. — Вы князь Иванов?

— Мы. Князь. — Скривился я. Всё же голова до конца не прошла, и при громких звуках накатила волна боли. — Только не ори, Леший. Ты не в лесу, а я хорошо слышу.

— Слушаюсь, Ваше Высочество. — Уже тише отчеканил он. — Вам послание от государя. — Фельдъегерь протянул конверт.

— Майор, вскрой. Я знаю, у тебя нож с собой всегда есть. — Попросил я.

— Чего шумим с утра? — Из палатки вышла Таня. — Ты опять куда-то собрался? — С подозрением спросила она, заметив, как майор передаёт мне конверт.

— Наоборот. — Я быстро пробежал глазами короткий текст. — Твой отец просит, чтобы я не мстил султану, так как это не он отдавал приказ на похищение Кати. А где, кстати, она? — Поинтересовался у майора, одновременно передавая письмо Татьяне.

— Спит. Натерпелась деваха.

— Пусть спит. А Степан где?

— Иммануил Витольдович утром приехал. Лечит ему ногу.

— О, как хорошо! — Обрадовался я. Интересно, что он привёз? — Считай, все собрались. Можно спокойно начать работать, не опасаясь, что опять кого-то похитят.

— И это говорит правитель государства! — Улыбнулась Таня. — Ещё и на второй день после свадьбы.

— Нелегка жизнь правителя, если его государство состоит из голой скалы и пяти человек. Хотя и тех не наберётся. Пойдёмте завтракать.

— Извините, Ваше Высочество, что мне передать государю? — Напомнил о себе фельдъегерь.

— Пошли, позавтракаем. Я как раз придумаю, что ответить, и Граф Ивойлов тоже тебя почтой нагрузит. Так что не спеши.

* * *

Я провёл Мэнни в рабочую палатку. Пока лекарь выкладывал на стол свою добычу, успел подновить руны в углу.

— Я не стал покупать «Книги Бездн». На них резко подскочила цена. Прошёл слух, что они перестали убивать своих читателей. — Мэнни с интересом посмотрел на меня. — Ничего не хочешь объяснить?

— Ты так уверен, что в этом замешан я? — Моё удивление было неподдельным.

— Если случается что-то из ряда вон, то это обязательно связано с тобой.

— Костя привёз две книги из закромов отца. Ничего интересного в них не оказалось. Одна — сборник стихов, а вторая — философские рассуждения о запретной магии. — Я усмехнулся, глянув на Мэнни. — Не делай такие глаза. В том мире запретной считается лечебная магия. Представь, для лечения они могут использовать только жизненную силу других людей.

— Как такое возможно?

— Так же как и у нас с рунами. Магия одна, но в каждом мире свои особенности. Может, поэтому магам вход в Аберрацию запрещён?

— Давай отложим философию на потом. — Предложил Мэнни. — Что произошло дальше?

— «Книги Бездн» вытягивали магическую, а потом и жизненную силу из тех, кто их открыл, и передавали эту энергию магу по имени Фырхл Всемогущий. Как оказалось, через руны, нарисованные на книгах, можно не только энергию откачивать, но и вполне прилично общаться. Я смог достучаться до Фырха на последней книге. — Принесённые книги, Мэнни накрыл рукой и не спешил мне их показывать, пока я не закончу рассказ. — Этот придурок вместо организации взаимовыгодного сотрудничества, решил полазить у меня в голове. Похоже, он зря это сделал.

— Ты его убил? Но как?

— Понятия не имею. Вон, маг разума из Архива тоже пытался мне в голову залезть.

— Я его осматривал. — Мэнни пристально смотрел на меня. — Он выглядит намного старше своих сорока лет. Утверждает, что до нападения на тебя он и на сорок не тянул. Что не удивительно для мага его силы.

— Что ты хочешь от меня услышать? Что я умею воровать жизненную энергию? Но я не умею. Молодеть мне некуда, да и незачем. А убивать я прекрасно умею более простыми способами.

— Насчёт последнего, верю. Что касается энергии жизни, возможно, ты сам не всё знаешь о своих способностях.

— Вот здесь ты прав. — Припомнил я свою нейросеть. — Простор для исследования меня любимого просто гигантский. Показывай, что привёз.

— 'Книги Бездн" подорожали, как я уже говорил, поэтому пришлось зайти с другой стороны. Книги, написанные на неизвестном языке тоже, встречаются. И не обязательно на чёрном рынке. Они существенно дешевле, поскольку никому не удаётся их расшифровать.

— А среди них попадаются с изменяющимися надписями? — Понял я его мысль.

— Одна попалась. Не знаю, будешь ты меня ругать или нет, но цена у неё была почти как у «Книги Бездн». Всё из-за необычных картинок, и каждый видит не то, что другие.

— Показывай. — Заинтересовался я. Мэнни нашёл нужную и протянул мне. — Книга из коллекции Фыркла. — Определить удалось по знакомой на ощупь коже переплёта.

Открыл первую страницу и чуть не запрыгал от радости. «Магия электричества и забавные амулеты для управления ею». Вступление я пролистал. Как обычно, много слов ни о чём.

Потом такое же нудное описание первого амулета, генерирующего электричество. В тексте придётся серьёзно разбираться и переводить на человеческий язык.

— Мэнни, что нарисовано на картинке? — Я развернул к нему открытую книгу.

— Какие-то абстрактные фигуры. Но очень красивая композиция и цвета подобраны интересно. А ты что видишь?

— Чёрно-белая схема магической игрушки, генерирующей коронный разряд.

— Зачем королям такой разряд? — Буквально понял меня лекарь.

— Огни святого Эльма, слышал про такое? — Пришло на ум другое название этого эффекта. — Стоп! Это невозможно!

— Что такое? — Всполошился Мэнни.

— Если верить схеме и описанию, эта игрушка нарушает все законы физики. Она создаёт электрическое поле одного знака!

— Я думал, что-то серьёзное случилось. — Успокоился лекарь. — Жаль, надеялся, что ценную книгу купил, а это всего лишь магические игрушки.

— Мэнни, сколько бы ты за эту книгу ни отдал, она окупит любые затраты!

Меня обуревало желание всё бросить, и начать разбираться с этими «игрушками». К сожалению, по плану шли совсем другие дела. И было этих дел вагон и маленькая тележка. Я закрыл книгу и отложил в сторону.

— Показывай, что ещё купил.

— Остальные книги написаны на незнакомом языке. — Мэнни протянул следующую. — Сможешь прочесть?

Книга оказалась непонятна и мне. Язык был совершенно незнакомый. Та же участь постигла последнюю книгу.

— Одна из трёх. Великолепный результат! — Похвалил я лекаря.

Глава 25

— Я больше переживал за первую книгу. — Признался Мэнни.

— На пути поиска знаний, затраты на бесполезные вещи — неизбежное зло. Успокаивай себя тем, что отрицательный результат, это всё равно результат. — Я подхватил книги и унёс в книжный шкаф. Такими темпами скоро придётся второй заказывать. Плохо, что читать их некогда.

— Иван, ты мне обещал рассказать о вашей медицине. — Напомнил Мэнни.

— Обещал, значит, расскажу. — Я вернулся к столу. Их у меня было два, а вот стул один. — Есть, куда и чем записывать?

— Есть. — Улыбнулся лекарь. — Давно с собой ношу.

— Тогда садись за свободный стол и записывай. Я буду рассказывать всё, что знаю. Сначала записываешь, а уточняющие вопросы потом. Договорились?

— Идёт. — Легко согласился Мэнни, забирая мой стул.

— Как раз выполню просьбу одного святого духа. Давай начнём издалека. А именно с крови. — Диктовка не помешала мне заняться другими делами. Я подошёл к давно остывшему тиглю и вынул из него слиток пурпурного золота. — Кровь состоит из плазмы и ещё трёх важных составляющий. Это тромбоциты, эритроциты и лейкоциты…

Я диктовал, а сам занялся слитком. Отрезал от него небольшой кусочек и перевёл в жидкое состояние с помощью рун. В качестве посуды использовал тонкую фарфоровую чашку. Жидкий металл я аккуратно разлил по канавкам в заготовках и оставил затвердевать.

Мэнни записывал и одновременно умудрялся следить за моими действиями. Было заметно, что у него возникает куча вопросов, но он держался.

Взяв чистые листы бумаги, я начал составлять новые рунные цепочки. По идее, нужно каждую из них проверить экспериментально, прежде чем создавать конструкт из пурпурного золота. Но я убедился, что могу видеть правильность не только в написании отдельных рун, но и целой рунной цепочки. Чем более гармонична и взаимосвязана она была, тем больше в ней сосредотачивалось линий, видимых в магическом зрении.

Сейчас я заменял руны, переориентируя цепочку на работу с камнем. Мне нужно было не только разжижать его, но и просто делать мягким. Область воздействия у будущих конструктов тоже получалась разной. Я вставлял в новые цепочки указания, взятые из других, известных мне, формулировок. Поэтому вариантов набралось изрядное количество.

Что интересно, я спокойно надиктовывал Мэнни одну информацию, а сам думал о совершенно других вещах. Никогда раньше так не умел. Лавры Цезаря мне даже во сне не снились. Возможно, нейросеть не полностью ушла в сон?

На секунду замер, ожидая отклика на эту мысль, но никакой реакции не дождался. Взял чистый каменный диск и только сейчас сообразил, что камень, как основа для изменённых рунных цепочек не подойдёт. Нужен другой материал.

— Мы закончили на резус-факторе. — Вывел меня из задумчивости Мэнни. — Не помнишь, что это такое?

— Помню. Я о другом думаю. Где взять ненужную железяку?

— Большую?

— Пары килограмм или даже одного должно хватить.

— Спроси у майора костыли для палаток. Должны запасные быть. — Посоветовал лекарь. — Я внимания не обращал, какие колышки он использовал для натяжения палаток, но здесь грунт скальный, деревянные для такого не подойдут.

— Подожди минутку. Я сейчас.

Выскочив из палатки, я ожидаемо наткнулся на майора. У него точно магический дар есть. Оказываться в нужное время в нужном месте.

— Демьян, запасные колья для палаток есть? — Выпалил я.

— Сколько угодно. В комплекте шли деревянные, часть из них пришлось менять на железные. — Подтвердил он предположение Мэнни.

— Нужны именно железные. Или любая другая ненужная железяка весом в пару килограмм.

— Возьми лом. Он нам пока не нужен, а я потом другой из города привезу.

— Лучше сам принеси. Я пока за стулом схожу. — Попросил я.

* * *

Мэнни не удержался. Отложил записи и подошёл к столу, за которым работал Иван. В фарфоровой чашке оставалось жидкое пурпурное золото. Он осторожно потыкал в него ручкой. Потом пальцем. Металл был холодным. Мэнни осторожно взял чашку в руку и покачал в ней пурпурную жидкость. При всём желании её нельзя было принять за воду. Подобно ртути металл стремился принять округлую форму, близкую к шару.

— Развлекаешься? — Раздался голос сзади.

Непроизвольно вздрогнув, Мэнни расплескал остатки золота из чашки. Капли металла падали на стол и отскакивали, словно были твёрдыми. После нескольких прыжков они переставали прыгать и растекались как обычные капли ртути.

— Напугал. — Проворчал Мэнни. — Придётся теперь золото собирать.

* * *

— Погоди собирать. — Я поставил стул и кинул рядом лом.

Отодвинув Мэнни от стола, потрогал каплю. Жидкая. Взял лист бумаги и загнал каплю на него. Приподнял над столом и наклонил листок.

Капля снова упала с глухим стуком и отскочила от стола несколько раз.

— Интересный эффект.

Прокомментировал Мэнни мои действия. До него тоже дошло аномальное поведение жидкого металла.

Собирать остальные капли я не стал. Пусть затвердеют сначала. Вместо этого отрезал новый кусок от слитка и расплавил в чашке. Мэнни заинтересованно следил за моими действиями, позабыв про свои записи.

На ткани, служившей полом в палатке, я нашёл подходящую ямку и вылил в неё золото.

— Дай ручку. — Попросил у Мэнни.

Тупым концом потыкал в металл, для чистоты эксперимента, а потом резко стукнул. Ожидаемо ручка отскочила, как от твёрдой поверхности.

— Интересно. — Хмыкнул я.

Отрезав кусок от лома, я повторил эксперимент. Результат повторился. С камнем, расплавленным в бумажном кульке, эффект был аналогичный.

— Может, объяснишь? — Не выдержал Мэнни. — Я же вижу, что ты понял суть эффекта.

— При магическом ожижении любой металл или камень образует не просто жидкость, а так называемую неньютоновскую жидкость. — Попробовал объяснить я. — При медленном воздействии она ведёт себя как обычные жидкости, но стоит увеличить скорость воздействия, как она становится твёрдой. Честно говоря, для меня это неожиданное открытие. Но свойство, несомненно, полезное. Знать бы ещё для чего.

— А почему «неньютоновская»?

— Долго рассказывать. Тем более толку от этой информации никакого. Давай продолжим. — Я отрезал новый кусок лома и начал его «плавить». Одновременно диктовал: — Резус-фактор обусловлен наличием особого фермента…

* * *

— Демьян, что у нас на обед? — Спросил я на всякий случай. Запах по всему лагерю разносился одуряюще вкусный, несмотря на ветер, который большую его часть сносил в сторону.

Нанюхавшись, мы с Мэнни решили сделать перерыв. Таня тоже должна подойти, так как щелчки разрядов на горе стихли. Сейчас она тренировалась в обращении с молниями. Сила у неё есть. В этом все убедились. Осталось развить искусство обращения с ней. Лишнюю энергию Таня согласилась сливать в накопители. Хотя очень не любила этот процесс. Тоже полезный навык. Ведь не везде можно слить лишнюю энергию, разнося в щепки очередное строение.

— Уток запёк. Домашних. — Улыбнулся майор. Не удивлюсь, если он противень с утками держал возле окна в мою палатку. На запах выманивал гад.

— Таня пришла?

— Все в столовой сидят. Только вас нет. Мешать и звать не стали. — Майор снова ехидно улыбнулся. — Прокопчук пришёл. Дело у него к тебе.

— Ох уж этот Прокопчук. — Я недовольно покачал головой. — Для нас он человек нужный, но дюже вредный.

— Он тебя слышит. — Заметил майор.

— А я ему и говорю.

Зайдя в палатку, первым делом посмотрел на остатки утки. Жалкие, надо сказать, остатки. Потом осмотрел присутствующих. Все были здесь. Включая упомянутого раньше Прокопчука. Рядом с ним сидел довольный Сазонов.

В кои-то веки его обязанности наблюдать за следователем, совпали со вкусным обедом. Татьяна хоть и стала, юридически, женой правителя другого государства, но дочерью императора быть не перестала. Поэтому Сазонов продолжал нас охранять. Чему я был только рад. Из-за неожиданной женитьбы все планы полетели под хвост. И неважно кому.

— Садитесь. — Подтолкнул меня майор. — Утки ещё есть.

— Тебя как по имени-отчеству? — Обратился я к Прокопчуку, присаживаясь рядом с Таней.

— Владимир Никонорович. — Кивнул маг.

— Володя, расскажи нам, чем дело кончилось с Архивом. Несекретную часть, естественно. — Хоть какую-то пользу из его присутствия стоило извлечь.

— В этом деле всё засекречено, Иван Александрович.

— Но нам-то ты можешь хоть что-то рассказать. Не хочется мне ради такой ерунды к императору ехать. — Краем глаза я заметил, как Сазонов напрягся. С чего бы это? — Мы уже знаем, что к последнему похищению турецкий султан отношения не имеет. Хотя была задействована его развед ячейка из курдов, маскирующихся под местных. Кто этот маг, что на нас напал? Он ведь точно на Архив работает. По-другому я не могу объяснить его, по большей части, безнаказанные действия. Опять же, ячейка агентов не могла действовать без приказа, а их передают через Архив. Все концы сходятся в одном месте.

— Вынужден согласиться с вами. Потёмкин, маг, которого вы, Ваше Сиятельство, обезвредили, работает на Архив. Именно Архив заметил талантливого пацанёнка среди беспризорников и воспитал из него верного слугу. — Выдал Прокопчук крохи информации. — Сведения, которые он нам сообщил, позволят на время прижать хвост Архиву.

— Подождите, Владимир Никонорович. Беспризорник — Потёмкин? Как такое возможно? — Влезла Таня со своим вопросом. — Потёмкины богатый и уважаемый род.

— В нашем случае, «Потёмкин» — это не фамилия, а прозвище. От слова «тьма». — Сазонов тоже решил поучаствовать в диалоге.

— Нашли того, кто подкинул тетрадь? — Задал я следующий вопрос. Меня напрягал неизвестный доброжелатель.

— К сожалению, нет. Никаких следов и зацепок не осталось. Потёмкин сообщил, что ячейку курдов кто-то вырезал. Причём сделал это так, что хорошо подготовленные бойцы не успели оказать сопротивления. Заметая следы, Потёмкин сжёг тела.

— Ясно. Зачем он внедрил Кате закладку? Она же спала и его не видела.

— На всякий случай. Он далеко не дурак и принимал в расчёт тот маловероятный вариант, что вы освободите Катерину. Тогда бы сработала закладка, и она постаралась бы вас убить. Напрямую подобраться к вам через охрану он не мог.

— Я бы не смогла убить Ивана. Я под клятвой. — Вмешалась в разговор Катя.

— А ведь, верно. — Про эти клятвы я вечно забываю.

— Потёмкин не знал про неё. Определить наличие клятвы не может даже маг разума. — Заметил Прокопчук. — Я, например, могу что-то определить по косвенным признакам в результате долгого общения, но полный текст клятвы выяснить всё равно не удастся.

— Выходит, Архив от планов по моему физическому устранению, не отказался. — Констатировал я. — Печально. Может их все же навестить? Тёмной-тёмной ночью.

— Не имеет смысла. Архив — это паутина. Вырезав одну из ячеек, вы не сильно повредите всю сеть.

— Ещё Архив хотел войны между Турцией и Россией. — Сказал Костя.

— Хотел? — С иронией повторил я. — Вряд ли они передумали.

— Верно. — Согласился со мной Прокопчук. — Они будут искать другие пути. Это древняя структура, которая умеет ждать и выбирать подходящий момент.

— А мы не будем сидеть и ждать. — Костя выделил слово «мы».

— Пусть хоть ненадолго притихнут, и-то хлеб. — Я отломил себе половину утки и приступил к обеду. — Дед Степан, как твоя нога?

— Ох, старость не радость. — Запричитал тот, усердно изображая немощного старца. — На ровном месте ногу подвернул, но благодаря стараниям Иммануила Витольдовича уже могу сносно передвигаться.

— Это замечательно. — Прожевав, кивнул я. — У меня к тебе дело будет. Надо одну технологию строительную обсудить.

— Обсудим, Ваше Высочество. Чего ж не обсудить. Вы только скажите, я вам мигом всё объясню.

— Владимир, ты подумал над моим предложением? — Я посмотрел на Прокопчука. Нудный тип, но талант в своей области. Мне такой нужен.

— Я согласен. Жду одобрение начальства. Но сами понимаете, когда такие дела творятся, никто ценного специалиста отпускать не будет. — Извиняюще улыбнулся Прокопчук. — Ваш срок в два месяца ещё в силе?

— Нет. Можешь не торопиться. Как ты верно заметил, происходящие события, заставляют забыть о сроках.

* * *

— Вызывали, Ваше Императорское Величество? — Пётр Николаевич официально обратился к императору, так как в кабинете находился Патриарх Православной Церкви, которому он тоже отвесил поклон.

— Давай по-простому. Мне гонец доставил ответ от князя Иванова и кучу материалов от следственной группы. Ты уж извини, что влез в твои дела, но я их просмотрел. — Император придвинул один листок в сторону брата. — Ознакомься вот с этим документом. Остальное прочтёшь позже.

— Иван отказался мстить султану? — Не удержался от вопроса Пётр Николаевич, беря лист.

— Отказался. Султан и правда ни при чём. Твои люди хорошо поработали, но Иван тоже в стороне не остался. Читай.

Доклад был подробный. Указывались все детали и малейшие нюансы. Поэтому чтение заняло много времени.

— Потёмкин? — Оторвался от текста глава ГБ.

— В других документах есть подробности. Но это не Потёмкин-Таврический. Прозвище у него такое. От слова «темнота». — Пояснил император. — Что думаешь?

— Тебя волнует его способность пить жизнь? — Прямо спросил Пётр Николаевич.

— Не только. Он лишил Потёмкина магии. Походя, практически на виду у всех, а Потёмкин был увешан амулетами, как новогодняя ёлка. — Павел пристально смотрел на брата. — Мы слишком многого не знаем об Иванове, а возле него постоянно находятся двое моих детей. Татьяна, кстати, уже Иванова. Святой Лука был свидетелем Ивана на свадьбе.

— А как же… — Опешил Пётр.

— А вот так. И запись, соответствующая имеется. Прямо на стене часовни. Иван сам её написал. Пальцем по камню. На глубину полсантиметра борозды оставил. Запись из тех, что не сотрёшь.

— Дети мои. — Заговорил Патриарх, до этого скромно молчавший. — Я предлагаю вам не искать зверя там, где его нет, иначе своими стараниями вы этого зверя создадите.

— Вам легко говорить, Ваше Святейшество. Возле него не ваши дети.

— Вы все для меня как дети. — С укором возразил священник. — За каждого душа болит. Скажи, Павел Николаевич, ты можешь под надуманным предлогом посадить в темницу десяток самых богатых купцов, а все их имущество конфисковать в казну? Можешь. — Сам же и ответил Патриарх. — Но не делаешь, хотя казна у тебя, как всегда пустая.

— Не такая и пустая. — Попытался возразить император.

— Неважно. Я тебе говорю про разницу между «мочь» и «делать». Пусть Иван МОЖЕТ забирать жизненную силу, но это не значит, что он будет это делать.

— Он лишил магии, не напрягаясь, очень сильного мага! А возле него сейчас два архимага! Может, он не просто так приблизил их к себе? Я за детей боюсь. — Вспылил император, что случалось с ним очень редко.

— Скажите мне, братья Романовы, сколько в вашем роду было архимагов? — Вопрос прозвучал спокойно, словно между делом. — Что молчите? Не можете вспомнить? Я могу. Ни одного не было. А сейчас их двое и оба рядом с Иваном.

— Ваше Святейшество, вы считаете, что это дело рук Ивана? — Эта мысль уже посещала Петра Николаевича.

— Много документально засвидетельствованных явлений святых вы можете назвать? — Проигнорировал вопрос Патриарх.

— Насколько я знаю, два точно есть. — Ответил Павел Николаевич.

— Да. В прошлом веке. — Кивнул Патриарх. — А со Святым Лукой я разговаривал, хоть он и не стал мне являть своё обличие. И здесь тоже замешан Иван. Убийца и душегуб, которому помогают светлые силы небесные? А я тогда кто? Может, и меня стоит на всякий случай в темницу засунуть?

— Что вы такое говорите, Ваше Святейшество! — Чуть не хором произнесли братья.

— То-то! Знаете, что я вам скажу? Вы его боитесь. И я знаю причину. Это не страх за детей. Вы боитесь Ивана потому, что не можете его контролировать. Мало того. Вы сами вывели его из-под своей власти. Теперь он равен вам по статусу. От этого ваш страх стал ещё больше.

Патриарх замолчал и неожиданно улыбнулся. Он видел, что его слова нашли отклик в душах самых могущественных лиц империи.

— И что же нам делать? — Спросил император.

— Ничего. А лучше помогайте парню. Святой Лука явился миру именно для этого. Вы, конечно, не святые, но теперь Иван член вашей семьи.

Глава 26

— Мой султан, пришла шифровка из нашего посольства в России. — Глубоко поклонившись, доложил министр иностранных дел. — Вместе с ней передали много интересной информации.

Он, наверное, мог и ниже поклониться, но ему мешал живот. Министр был умным человеком и к вершине своей карьеры шёл, постепенно обрастая жиром. Глядя на него, Ибрагим не испытывал зависти. Наоборот, нечто вроде жалости шевелилось глубоко внутри. Возможно, именно поэтому министр бессменно занимал свой пост долгие годы.

— Я слушаю. — Равнодушно произнёс Ибрагим.

— Император России утверждает, что уговорил Иванова не мстить тебе. При этом предлагает для полного урегулирования вопроса, вам, мой султан, прислать князю Иванову, Владетелю небольшого княжества на полуострове Крым, небольшой подарок.

— Романов нагло требует от меня откупных⁈ — Внезапно разозлился Ибрагим. Само слово «требовать» по отношению к себе он воспринимал как тяжкое оскорбление.

— Нет, что вы. Он предлагает. — Сделал упор на последнем слове министр. — Князь Иванов женился на дочери императора Российского Татьяне. Подарок на свадьбу.

— Это вообще звучит как неприкрытое оскорбление! — Ибрагим ударил по столу сжатыми кулаками и встал. — Я должен поздравить ту, что обещана моему сыну, с тем, что она вышла замуж за другого человека? Не будет этого! Я всё сказал! Вон отсюда!

Министр был не дурак спорить с султаном, находящемся в таком настроении. Много времени проработав на своём посту, он легко предугадал дальнейшие действия султана. Поэтому поспешил к главе внешней разведки.

* * *

Перед тем как идти на обед, я убрал подальше остатки пурпурного золота. Листы бумаги, исписанные рунами, сложил в отдельную папку. Готовые конструкты для работы с металлами и камнем засунул в шкаф. На столе оставил один, завёрнутый в ткань.

— Можешь открывать глаза, дед Степан. — Разрешил я. В способ прохода через ткань я решил его не посвящать. — Присаживайся к столу, сейчас начну тебе фокусы показывать.

Указал деду на свой стул. Мэнни передал мне взятую на кухне кастрюлю и уселся за другой стол. Дед Степан покрутил головой, осматриваясь, но не заметив ничего интересного, стал следить за мной.

С кастрюлей я направился в угол, где у меня лежали куски и слэбы диабаза. Мелкими осколками камня я заполнил её доверху.

На столе я оставил металлический диск с рунами для «плавки» гранита. В ткань его завернул, чтобы не смущать ушлого деда видом пурпурного золота. Диск лежал в центре стола. Прежде чем водрузить на него кастрюлю, я как будто передвинул диск рукой, но на самом деле залил в руны энергию. Внешне это действие никак не проявлялось.

Дед терпеливо наблюдал за моими манипуляциями. Когда камни начали оседать, он втянул носом воздух, вытянув шею в сторону кастрюли. Потом попробовал ощутить жар ладошкой.

— Рассказывай, князь. Не томи. — Не выдержал он.

— Я научился переводить камень в жидкое состояние.

— Без нагрева? А магической энергии много тратится? Насколько жидким получается камень? Сколько он остаётся в таком состоянии? — Вывалил дед на меня поток вопросов.

— Степан, тормози! — Попросил я. — Давай по порядку. Мы никуда не торопимся. То, что нагрева нет, можешь сам убедиться. Сколько тратится энергии, я пока не скажу. Это экспериментальный конструкт. Я рад, что он вообще работает. В тонкости ещё не вникал.

— А следовало бы, Иван. — Дед с серьёзным видом уставился на меня. — Если изделия, отлитые из жидкого камня, будут дороже золота, то его мало где получится использовать. Дешевле применить бетон.

— Здесь я с тобой согласен. Но экспериментальные конструкты и опытные образцы всегда получаются дорогие. Для меня сейчас важно — ознакомить тебя с новой технологией. Чтобы твой опытный ум нашёл для неё достойное применение.

— Применение жидкого камня зависит от многих характеристик, ему свойственных. — Дед отвечал не задумываясь. — Как долго камень будет жидким? Или он твердеет при воздействии другого конструкта?

— Про быстрое отверждение надо подумать. — Идея мне и правда понравилась. Ждать каждый раз полчаса, когда отливка застынет не всегда удобно. В чём я сегодня убедился. — В жидком состоянии, после снятия воздействия, камень находится примерно полчаса. Потом твердеет сразу по всему объёму. Изменение прочности, если оно есть, то только в большую сторону. Инструментальных проверок я пока не проводил. Нет времени. Степень ожижения можешь проверить сам. — Для демонстрации безопасности я сунул указательный палец в кастрюлю и помешал «расплавленный» камень. — Это самое жидкое состояние. Есть ещё возможность делать камень мягким, как холодец.

— Как у него обстоят дела со способностью прилипать к другим материалам? — Дед зачерпнул камень из кастрюли и перекатывал его на ладони, дивясь новому материалу. — Какая усадка при отверждении? Или он, наоборот, в объёме прибавляет?

— К рукам и железу не липнет. Сам видишь. Про остальное я тебе не скажу. Надо исследования проводить.

Дед вздохнул и вылил камень назад в кастрюлю.

— Что я тебе скажу, Иван. Возможности для применения в строительстве у жидкого камня грандиозные. Но мне нужны ответы на мои вопросы. Без них трудно рекомендовать конкретный способ его применения. Если камень будет дорогой, то отливать из него кирпичи будет невыгодно. Если даёт большую усадку или его, напротив, распирает при отверждении, то не везде такой камень применишь. Вот инструмент для обработки камня может себя окупить, но тогда воздействие должно быть узким и желательно быстрым. Это и при добыче камня полезно. В том же диабазе, пока дырку под клин проделаешь, семь потов сойдёт. — Степан указал на кастрюлю. — А у тебя раз и готово.

— Понял. Займусь исследованиями в самое ближайшее время. Тем более многие из них не такие и сложные. — Я уже начал прикидывать, как можно проверить параметры, названные дедом. — Тут ещё такой вопрос. Про дырки. Святой Лука сказал, что под нами, на глубине трёхсот метров, течёт подземная река. А нам позарез нужна своя вода. Чем больше, тем лучше. Подумай, Степан, как нам скважину пробурить через камень.

— Скважина в камне? — Дед сначала удивился, а потом сообразил. — Если с размягчением работать, то можно быстро управиться. Жидкий камень можно насосом откачивать. Но полчаса всего? На триста метров может оказаться мало.

— Никто не мешает установить промежуточные конструкты, которые будут продлевать время ожижения. — Решение, на мой взгляд, было несложным. — Нам нужна не тонкая скважина, а скважинища сантиметров тридцать, а то и пятьдесят в диаметре. Водой она не только моё поместье будет снабжать. Можно нормальные сады и огороды разбить на склонах горы. Было бы чем поливать.

— Вы не учитываете один момент. — Подключился к разговору Мэнни. — Магические насосы используют конструкт, воздействующий на воду. Например, масло им перекачать не получится. Жидкий камень такой насос тем более не возьмёт.

— Поставим механический. — Задумчиво ответил я. — Ему без разницы, что перекачивать.

— Предстоит повозиться с механизмом передачи вращения от буровой колонны к насосу, а сам насос нужно опускать в скважину. На всасывание, с большой глубины, он работать не будет. — Дед прикрыл глаза, представляя будущую конструкцию. — Поставил ты задачу, Иван. Не слышал я, чтобы кто-то такие глубокие скважины в твёрдой породе делал.

Надо срочно садиться за книги и восполнять пробелы в знаниях. Здесь бурение скважин совсем неразвитое направление, оказывается.

— Дед Степан, а если не бурить? — Неожиданно спросил Мэнни.

— А как?

— Как в старину скважины делали. Ударно-канатным способом.

— А ведь верно! Чего это я, старый дурак, в бурение упёрся? Это всё Иван меня с панталыку сбил. — Перевёл стрелки дед.

— Может, просветите? — Попросил я. Способ был понятен из названия, но мало ли.

— Метод применяется для сыпучих и мягких грунтов. — Начал объяснять дед. — На тросу подвешивается желонка. Тяжёлая труба с острыми краями. Внутри неё стоит обратный клапан. Желонку скидывают в скважину. Она острыми краями врезается в грунт. Часть его проскакивает через клапан. После наполнения желонку достают наверх и вытряхивают грунт. Затем процесс повторяют. С размягчением камня технология получится намного проще. Достаточно опустить желонку с активированным конструктом и дождаться, пока она наполнится жидким камнем. Поднимаем, выливаем, опускаем. Легко и просто. Обсадные трубы в скале не нужны. Вряд ли напор воды в водоносном слое достаточен, чтоб поднять её до устья скважины.

Я обдумал новую технологию. Для меня новую. Она точно проще предлагаемой ранее и, вероятно, быстрее.

— Степан, нужно будет заказать желонку, рассчитанную на жидкий камень. Как раз на торце место будет, куда конструкт можно прилепить. — Распорядился я. — Лебёдки хорошие есть, готовые, с мощным мотором?

— Моторы у нас стандартные. — Ответил Мэнни.

— А лебёдку поискать надо. Триста метров — это много. Нужен барабан соответствующий и мотор мощный, если хотим быстро скважину пробить. Ты, Иван, что-то хотел со старым мотором сделать. Демьян говорил. Сможешь мощность поднять?

— Сначала я должен мотор вживую увидеть. Потом решу смогу или нет.

— Будет тебе мотор! Я его почти нашёл, но тут беда с Катей приключилась. Не до него стало. — Пообещал дед Степан.

— Ладно. Как привезёшь, так сразу им и займусь. — Список задач начал снова расти. — Ты, Степан, пока думай, где можно ещё применить жидкий камень. Его характеристики я сообщу, как проведу необходимые исследования. Нам придётся пересмотреть планы строительства. Сам видишь, как ситуация повернулась. Неизвестно, сделает для меня исключение император, в части передачи крепостных за границу, или предложит самому выкручиваться.

— Не сделает. — Уверенно заявил Мэнни. — Я Павла Николаевича давно знаю. Очень он не любит, когда законы нарушают. А запрет на торговлю людьми за границу — один из самых важных. Много просьб к нему было от весьма влиятельных и уважаемых родов, но всем отказал. Если тебе разрешит, на него по новой насядут.

— А чем тебе вольные люди не нравятся? — Спросил дед. — Я понимаю, у тебя секретов хватает, но крепостные не панацея от разглашения тайны. Всё одно работников под клятву подводить придётся.

— С крепостными вышло бы проще. — Попробовал объяснить Степану причины своих хотелок. — Они бы стали гражданами моего государства. Граница короткая. Без спросу никуда не сбежишь. Большая численность населения обеспечивала достаточно широкий круг для общения, чтобы люди не чувствовали себя запертыми в клетку. — Я махнул рукой. — Ладно. Сплошное «бы». Сейчас всё равно не до этого. Сначала нужна вода. В процессе бурения решим многие технические вопросы и от этого уже начнём плясать дальше.

— А Святой Лука не сказал, в каком месте бурить нужно? — Задал неожиданный вопрос дед. — Может выйти так, что с первого раза в водоносный пласт не попадём.

— Нет. Ничего не говорил. Видимо, посчитал, что я смогу сам решить этот вопрос. — Быстро прокрутил в голове варианты. — Присылай, наверное, Степан, своих людей сюда. Есть у тебя свободные работники? И Прокопа с ними пришли.

— Что ты надумал? — Подозрительно уставился на меня дед.

— Ты говорил, что Прокоп любую каверну в камне видит, чем тебе гора — не камень, а подземная река не каверна? Работники займутся расчисткой участка под новое строительство. Добудем воду и займёмся постройкой моего дома. Камня под ногами предостаточно.

* * *

Идея отомстить за оскорбление, крепко засела в голове Ибрагима. Даже успокоившись, он продолжал её обдумывать. Прибывший по его приказу Хюсню внимательно следил за султаном, хотя по этикету должен был смотреть в пол.

— У тебя есть в Крыму бойцы, которые смогут достать Иванова? Мне не нужен он или его голова. Я хочу знать, что он мёртв. — Тяжело ронял слова султан.

— Князь Иванов находится под охраной Государственной Безопасности. У них очень хорошие бойцы. Будет бойня. — Спокойно ответил глава разведки. — Утаить наше участие в этом деле не получится. Согласно Базельского Договору, вы станете персоной нон грата во всех государствах, его подписавших. Кроме того, родственники Иванова получат право объявить на вас охоту за вознаграждение. Думаю, император России, будучи близким родственником Иванова, с удовольствием назначит вознаграждение за ваше убийство. Вместе с тем, я сомневаюсь…

— Хюсню! Ты в своём уме? Какой Базельский Договор? Он обычный князек, приглянувшийся императору и его дочке. — Ибрагим, наконец, отошёл от удивления и смог возразить.

— Вы, мой султан, наверное, невнимательно ознакомились с докладом министра иностранных дел. Иванов стал князем отдельного государства. И обладает всеми правами и привилегиями монарха. Татьяна Романова, будучи вторым архимагом в правящем роду, согласно договору с Архивом, вышла замуж за представителя другого правящего рода, которым, что не удивительно оказался Иванов. Классическая многоходовка, но выполнена так, что юридически придраться не к мему.

— Не читал я доклад. — Удивлённый Ибрагим пошарил по столу перед собой, но никаких новых документов не обнаружил.

— Вы выгнали министра иностранных дел, раньше, чем он успел вам его вручить. — Хюсню протянул папку, которую держал в руках, султану.

— Сговорились за моей спиной? Вы там ещё заговор против меня не начали плести? — Подозрительно глядя на главу разведки, спросил Ибрагим.

— Нет, мой султан. Мы лишь заботимся о вас. Чтобы вы сгоряча не наделали непоправимых дел.

— Свободен. Ознакомлюсь с докладом, потом решу, что делать дальше. — Уже спокойней распорядился Ибрагим.

* * *

Проводив Мэнни и деда Степана, я отобрал в своей библиотеке местные книги по алхимии, архитектуре и физике. Последняя мало напоминала науку, известную в моём мире. Больше она походила на философию с небольшим привлечением математического аппарата. Много книг набирать не стал. С трудом удержался от книг по магии.

Татьяна громыхала на горе. Закинув книжки в нашу палатку, пошёл к ней.

Сначала я её не заметил. Молнии возникали при ясном небе и с щелчком били по крупным обломкам усадьбы. Хотя крупными их назвать было трудно. Татьяна усердно перемолола остатки прежней усадьбы в мелкую крошку.

Моя жена спряталась в тени раскидистого дерева, довольно далеко от развалин. Растёт! Я подошёл к Тане, сел рядом на толстый коврик, расстеленный на земле и, приобнял её.

— Молодец! Хорошо получается. — Похвалил девушку.

— Я устала. — Вздохнула Таня, прижавшись ко мне. — Скучно.

— Есть предложения?

— Заняться чем-нибудь другим. Даже не знаю. — Таня задумалась. — Ничего в голову не приходит.

— Начни проектировать наш дом. — Посоветовал я. — Только не дворец, а именно дом. Со всеми удобствами. С бассейном во дворе. Кучей комнат. С большими окнами, от пола до потолка.

— Зачем такие большие?

— Ты не поверишь, как это здорово — выпить чашечку кофе, сидя в кресле и смотря, как за окном бушует буря или идёт дождь.

— На дождь хорошо смотреть, сидя в тепле. — Мечтательно сказала Таня. Что интересно, молнии при этом продолжали долбить по камням с прежней частотой.

— У нас дома будет всегда тепло в холодные дни и прохладно в жаркие. Об этом я обязательно позабочусь. Стройку начнут в ближайшее время.

— Ты же хотел отложить постройку дома напоследок? — Таня повернула голову и посмотрела на меня.

Вот сейчас молнии пропали. Я быстро переключился на магическое зрение. Она вся светилась от насыщенности энергией. Похоже, лёгкие тренировки для неё можно устраивать бесконечно. Надо что-то придумать. Или не стоит? Может вместо того, чтобы опустошать источник, нужно научить Таню нормально жить с полным?

— Ты чего? У тебя взгляд изменился.

— Проверяю твой источник. Он у тебя слишком большой и восстанавливается очень быстро. По-прежнему давит, когда переполняется?

— Уже меньше, но ощущается хорошо.

— Я вот думаю, может тебе потерпеть и не разряжать его какое-то время? Как, кстати, слив в накопители? По-прежнему туго даётся?

— Да. И я не понимаю почему. У других магов с этим проблем нет.

— Разберёмся потихоньку. Ты главное спи со мной в обнимку, чтобы меня случайной молнией не убило. — Улыбнулся я и поцеловал Таню в губы.

— Уговорил. — Восстанавливая дыхание, ответила она. — Значит, дом?

— Дом. — Кивнул, подтверждая. — У нас сейчас государство из четырёх человек. Остальные просто гости на нашей земле. Зачем нам дворец? Да и не люблю я их.

Конец тертьей книги.

Через две недели начну выкладку четвертой книги.

Чтобы вы не скучали, хочу порекомендовать вам знакомого автора. У нее цикл схожей тематики, но со своим уклоном. В ее книгах много илюстраций. https://author.today/work/444147

Я не обмениваюсь рекламами и не навязываю своим читателям других писателей. Просто когда-то эта девушка мне очень помогла на писательском пути. Решил ей немного помочь.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Спокойный Ваня – 3

Content

Спокойный Ваня — 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene