Дважды одарённый. Том V

Глава 1

Алиса прихватила с собой костюм для своего ненаглядного брата — меня. Так что перед тем, как покинуть блок Резановых в больнице, я отправился переодеваться. Григорий увязался следом, и я решил, что проще позволить ему помочь мне, чем пытаться отказать старому дворецкому.

— Вы превосходно выглядите, ваше сиятельство, — растроганно проговорил он, после того как придирчиво оглядел мой новый наряд и смахнул с пиджака невидимые пылинки.

Я смотрел в зеркале на двери шкафа в пустующей палате и тоже был доволен результатом.

— Синий цвет мне подходит, — покивал я.

— Как и всем мужчинам вашего рода, — с достоинством проговорил дворецкий.

Посмотрев на него, я улыбнулся и показал большой палец.

— А ещё ты отлично подобрал для меня наряд. С таким глазомером, должно быть, белку в глаз бить можешь с пятисот метров.

— Жалко белку, ваше сиятельство. Лучше всё же костюмы подбирать. Было бы чуть больше времени, можно было бы немного подшить. — Он поморщился, скептически глядя на мой левый бок. В этой части пиджак оттопыривался из-за кобуры с артефактным пистолетом, скрытой под ним. Не могу я выходить из дома совсем уж без оружия, особенно в свете всех последних событий.

Примечательно, что сам пиджак не был в облипку. Григорий будто предполагал, что я захочу что-нибудь под него спрятать, а потому выбрал нужный фасон.

— И так здорово, — отозвался я. — Сам же сказал.

— Всегда можно сделать лучше, ваше сиятельство.

— Но и злоупотреблять улучшениями тоже не стоит, а то разучишься наслаждаться моментом, — парировал я. — Идём. Всё в порядке.

Я первым вышел в коридор и направился к палате деда. Сейчас помимо самого графа там была лишь моя сестра. Дежурные ратники склонились в поклоне и открыли передо мной двери. Я кивнул им и попросил Григория подождать снаружи.

Спорить старик-дворецкий не стал.

— … мы обязательно найдём способ тебя вылечить. Обещаю. А пока просто подожди нас, — услышал я конец фразы Алисы.

Сестра стояла у кровати деда и сейчас, наклонившись, поцеловала старика в его дряблую фиолетовую щёку.

Затем выпрямилась и посмотрела на меня.

— Отлично выглядишь, — улыбнулась она мне. — Хоть прямо сейчас на приём! Будешь моим кавалером?

— Ха-ха, — хмыкнул я, подходя к кровати. — Очень смешно.

Я остановился возле деда и несколько секунд смотрел на его безмятежное, едва живое лицо. Сердце заныло, дыхание сбилось.

Я поморщился и раздражённо цокнул.

— Вот и угораздило же тебя, старый, а? — проворчал я и прикоснулся кончиками пальцев к его плечу. — Но помереть спокойно мы тебе не дадим. Не надейся.

Развернувшись, я кивком указал Алисе на дверь и быстрым шагом пошёл вперёд.

— Ты такой милый, братец, — нагнав меня, сообщила сестра.

— Особенно по вторникам, — отозвался я.

— Хм… но сегодня пятница.

— Значит, сегодня не милый.

В сопровождении Бахтиева и Григория мы добрались до лифта.

— Уверен, что стоит носить оружие под пиджаком? — неожиданно спросила Алиса, пока мы ждали лифт.

— А это запрещено? — склонив голову набок, спросил я сестру.

— Среди аристократов сейчас подобное не особо распространено, — задумчиво произнесла она. — Это раньше мужчина-аристократ не выходил на улицу без меча, но постепенно от этой традиции отошли. Хоть и не полностью, так что нет — не запрещено.

— Вот и пусть остаётся, — хмыкнул я, погладив свой трофейный пистолет.

Мы спустились и вышли через чёрный ход. Я повернулся к Григорию и произнёс:

— Оставайся за старшего, присмотри за графом.

— Разумеется, ваше сиятельство. Доверяю её сиятельство вам.

Я улыбнулся и одобрительно хлопнул его по плечу.

Ну а спустя ещё пару минут кортежем из трёх машин мы выдвинулись в путь. Водителем нашей «Волги. Примы» сегодня был Баха, на пассажирском сиденье рядом с ним разместилась Лебеда, она же дворянка Карина Антоновна Лебедева — могучая, стриженная под каре телохранительница моей сестры.

Едва машина тронулась, Алиса без тени сомнения подняла звуконепроницаемую перегородку между первым и вторым рядом сидений.

— У тебя секреты от Бахи и твоей верной подруги? — удивился я.

— Мне показалось, тебе так будет легче. А ратники — люди опытные, и на такое, — указала она на перегородку, — внимания не обращают.

Я улыбнулся и одобрительно кивнул.

Удобно расположившись на мягком кожаном кресле, я включил встроенный в него вибромассаж.

Несколько секунд Алиса удивлённо смотрела на меня, а затем не выдержала и выпалила:

— И это всё? Никаких вопросов не будет?

— А чего мне спрашивать? — не поднимая век, произнёс я. — Судя по тому, что у Григория был для меня костюм, ты заранее была готова к этой поездке. А значит, и договорилась с Распутиными, и они примут нас посреди ночи.

Алиса ответила лишь спустя секунд тридцать:

— Ты не в обиде, что я всё спланировала?

— Нет. Если бы я не захотел, то не поехал бы с тобой.

— Хм… Рада. Но насчёт Распутиных ты немного ошибся. — В её голосе слышалась улыбка. — Мы едем к ним вечером не только из-за срочности, но и потому, что они ведут преимущественно ночной образ жизни.

Алиса смогла меня заинтересовать и, повернув голову в её сторону, я открыл один глаз.

Сестрёнка улыбнулась, довольная произведённым эффектом, и радостно продолжила:

— Из-за этого, а ещё из-за внешности наших родственников, некоторые до сих пор считают их вампирами. Вот идиоты, да? Вампиры — в отличие от монстров Проклятых Земель — вымысел.

Я снова прикрыл глаза и, расслабившись, произнёс:

— Я бы не был так уверен. Всякий вымысел не на пустом месте родился. До появления Проклятых Земель, полагаю, прогрессивные умы не верили в возможность существования монстров. А сейчас мы с ними постоянно воюем. То же самое и с демонами…

Я сжал зубы, чувствуя, что внутри закипает ярость.

— Да… я слышала от Бурлака о том, что случилось с Дмитрием Масловым, — напряжённо проговорила Алиса. — И что ты назвал его «демон»…

Вот как? Бурлак зацепился за это слово? Значит, и невидимый наблюдатель тоже?

Однако стоило мне об этом подумать, как Алиса продолжила:

— Его поразило это сравнение. Говорит, в самом деле то, во что обратился Маслов, походило на сказочного демона. Я думала, это просто сравнение. А теперь ты вновь об этом говоришь… Тебе что-то известно о демонах, Саша?

Сейчас в её голосе отчётливо звучала тревога.

Я отключил массаж и тепло посмотрел во встревоженные глаза сестры:

— Сегодня я уже говорил тебе, что нужно доверять своей интуиции. Так вот, моя утверждает, что в нашем мире вполне может появиться новая, доселе невиданная сила, отличающаяся и от монстров, и от одарённых людей. Но прямо сейчас нас с тобой это не должно волновать. Хорошо?

Она поджала губы и проворчала:

— Легко сказать «не волнуйся» после того, как заявил нечто подобное.

— Я не позволю это силе навредить моим близким и моему дому, — твёрдо произнёс я, продолжая смотреть в глаза сестре.

Она вымученно улыбнулась и кивнула.

— Я верю тебе, Саша.

— Вот и славно, — выдохнул я и поспешил сменить тему. — Как там, кстати, Бурлак и остальные ратники?

— До сих пор перепираются с жандармами, но всё в пределах нормы, — с готовностью ответила Алиса. — Скоро уже должны вернуться. Кот тоже доложил, что ничего подозрительного остатки Масловых и Коровины не замышляют, а его до сих пор не рассекретили.

— Какой он молодец, — усмехнулся я. — Хоть в этот раз не попался.

Алиса тоже улыбнулась. Мы перекинулись ещё парой фраз, а затем сестра подвинулась ко мне и положила голову мне на плечо.

— Можно? — осторожно спросила она.

— Можно, — мягко ответил я.

На моём плече сестрёнка, которая провела целый день в палате деда, довольно быстро уснула. Ну а вслед за ней уснул и я.

* * *

Я опустил бронированное стекло автомобиля и полной грудью вдохнул влажный после дождя воздух.

— Экология отличная, — заметил я, вглядываясь в тёмные силуэты деревьев. Дорога к поместью Распутиных, расположенному на южном берегу Рыбинского озера, проходила через вековой лес.

— Да и вообще место очень атмосферное, — кивнула Алиса, напряжённо косясь по сторонам.

— Тебе здесь не нравится? — удивился я.

— А? — встрепенулась она. — Прости. Просто иногда воспоминания накатывают. Тут недалеко подчинённые Проклятые Земли, которым уже много лет. Редко… но бывает, что из них прорываются монстры. Когда я была маленькой, один такой Ас прыгнул на нашу машину. Дядя его тогда, конечно, прикончил, но…

— Воспоминания на всю жизнь остались, — кивнул я, уже более насторожённо вглядываясь в темноту.

На всякий случай я даже на максимум запитал маной своё поисковое заклинание.

В голове невольно всплывала вся известная мне информация о роде Распутиных, полученная от Коптера и немного от Алисы.

Итак, живут они в четырёхстах километрах от столицы, в дикой глуши. Недалеко от их владений Проклятые Земли, в которые, как я понимаю, Распутины стабильно похаживают за ингредиентами к своим зельям. Полагаю, и другие рода тоже там бывают, и общими усилиями люди смогли «подчинить» эти Проклятые Земли — не дают им разрастись, контролируют популяцию монстров и используют для нужд человечества.

Но, судя по рассказам Алисы, «дерьмо случается». Точнее, прорывы.

А ещё, в свете последних событий, лично я не был бы уверен в том, что люди в самом деле способны контролировать какие-то Проклятые Земли. Ты их контролируешь-контролируешь… А потом в один «прекрасный» момент — раз! И начинается аномальный рост эти Земель, появление новых видов Ядер и новых монстров.

Хм… к слову о монстрах…

Я напрягся, почувствовав впереди нечто странное. Это не животное… кажется.

Но и не монстр…

Кажется.

А вот что точно не кажется, в чём я точно уверен — так это в том, что на неведомом создании, которое спешит нам навстречу, сидит человек.

— Что-то случилось? — Алиса заметила моё напряжение.

Звуконепроницаемая перегородка уже была опущена, так что Лебеда и Баха, разом обернувшись, уставились на меня.

— На дорогу смотри, — велел я Бахтиеву, а затем, повернулся к Алисе. — Нас встречает человек, верхом на… не могу даже сказать, что это за тварь.

Алиса облегченно выдохнула:

— Должно быть, это дядя Велеслав. Наследник рода Распутиных. В последнее время он увлёкся одной необычной идеей… Ну, ты скоро сам увидишь.

— Понял тебя, — ответил я, не переставая следить за нашим предполагаемым дядей. На всякий случай я даже выпустил вперёд Воздушного Близнеца. — Баха, передай остальным машинам, чтобы были наготове.

— Сделаю, — отозвался наш дважды одарённый Иерарх-водитель.

«УАЗ. Имперец», ехавший впереди кортежа, остановился спустя пару минут. К тому моменту я пытался переварить то, что только что увидел глазами Воздушного Близнеца.

— Это его сиятельство Велеслав Владимирович, — подтвердила рация голосом ратника из головной машины.

— Брат, кроме него рядом никого нет? — быстро уточнила Алиса.

— Он и его питомец, — хмыкнул я.

— Тогда выхожу. — Она открыла дверь и первый выпрыгнула на грязную землистую дорогу. Я, Баха и Лебеда поспешили за графиней, бойцы из других уже тоже высыпали на улицу.

— Здравствуй, Алиса, — услышал я прохладный ровный голос.

Обойдя нашу машину, я увидел свою сестру, которая, задрав голову, смотрела на молодого парня с длинными чёрными волосами. На вид он был весьма щуплым, носил чёрные брюки и белую безразмерную рубаху. Лицо гладковыбритое, свеженькое.

По возрасту парень чуть старше меня, и…

Стоп!

Ратники ведь подтвердили, что это Велеслав Владимирович — наследник главы рода. Старший брат нашей с Алисой погибшей матери.

Я изумлённо смотрел на его молодое лицо, пытаясь в уме подсчитать, сколько же сейчас лет наследнику. Если все остальные Распутины умеют также сохранять внешнюю молодость, то теперь понятно, почему их некоторые считают вампирами.

— Здравствуй, дядя, — кивнула Алиса. — Гляжу, ты не отказался от идеи создать ручного монстра.

Она опасливо покосилась на «транспорт» Распутина.

А им был громадный чёрный бык, который яростно дёргал мордой из стороны в сторону и вертел хвостом. Заметив взгляд Алисы, он начал бить копытом по земле, однако стоило Велеславу ударить его пятками по бокам, бык немного успокоился.

— Я просил тебя называть их Велесовыми детьми, а не монстрами, — хмуро произнёс Велеслав Распутин. — Какой он монстр? Это обычный бык — его мать до сих пор даёт нам молоко каждое утро. Просто он немного изменён с помощью зелий.

Бык снова начал агрессивно дёргаться из стороны в сторону и громко мычать.

— Езжайте за мной! — быстро произнёс Распутин. — Велесовый сын номер одиннадцать начинает терять терпение!

Он развернул свой «транспорт», и бык, несясь мимо машин, начал набирать скорость.

— Дядя всегда выезжал меня встретить, — пояснила Алиса. — Раньше на квадроцикле. Теперь вот… на таких штуках. Поверить не могу, что это уже одиннадцатый подопытный…

— Долго не живут? — спросил я, уже зная ответ на этот вопрос.

Алиса кивнула и горько произнесла:

— Дядя говорил, что они становятся агрессивнее с каждым днём. В конечном итоге и вовсе превращаются в неуправляемые создания, движимые одной лишь яростью. Так что до этого момента их приходится убивать. Печальная участь… А ведь если дяде удастся достичь полного успеха в этом исследовании, человечество получит надёжных помощников в битве с монстрами Проклятых Земель.

Сестра тяжело вздохнула и отвернулась.

Я же выглянул в открытое окно, пытаясь рассмотреть впереди Велеслава и его быка.

Зверь яростно лупил себя хвостом и постоянно сбивался с ровного шага.

Мощный бык. Его шкура гораздо плотнее, чем у обычных сородичей, а мышцы налиты силой. Кроме того, я ощущаю внутри него избыток жизненной энергии — ману. Слабую, однако же из простого зверя граф Распутин смог создать одарённого.

Возможно, я что-то упускаю. Но чтобы узнать больше, мне нужно и потратить больше времени.

Вдруг я смогу помочь Велеславу Распутину завершить исследование?

Я правильно сделал, что приехал сюда! Мои родственники хранят немало тайн и знаний. Если я смогу убедиться в том, что они достойны доверия и заручиться их поддержкой — я определённо стану ближе к достижению своей глобальной цели.

Получению силы, способной защитить мой новый дом от Апокалипсиса.

Примерно на этой мысли я увидел впереди мрачные, оплетённые плющом ворота поместья Распутиных.

Глава 2

Когда мы подъехали к дверям старинного особняка, украшенного готическими башенками, яркая молния надвое разделила небо, и вновь зарядил дождь.

Баха и Лебеда одновременно выпрыгнули из машины, оббежали её и открыли обе задние двери «Волги. Примы». Меня и Алису ратники встречали с открытыми зонтами.

Громыхнул гром.

— Г-Р-Р-РА-А-А!!! — оглушительно заревел бык Велеслава Распутина и взвился на дыбы.

— Проклятье! — выругался наследник графского рода. — Похоже, пришло время! Адамс! Встречай гостей!

Последние слова он выкрикнул в сторону крыльца, на котором застыла громадная медведеподобная фигура лысого мужчины во фраке.

— Это их дворецкий, — шепнула Алиса, поравнявшись со мной.

— Странное имя, — заметил я, медленно направляясь к крыльцу.

— ГР-Р-РУ-У-А-А-А!!! — вновь заревел бык и понёс своего хозяина в полуночную тьму.

— Обо мне не беспокойтесь! — донёс ветер голос графа Распутина. — Я в порядке.

Мы проводили его взглядом и продолжили путь.

— Это прозвище, — пояснила Алиса. — Его зовут Адам. Дед подобрал его в лесу, после того как монстры разрушили его деревню. Мелкого, худого, без памяти. Имя дед ему и дал. Но он раньше всегда добавлял к словам букву «с»… Вот и пошло с тех пор.

Адамс спустился встретить нас и склонился в поклоне перед Алисой:

— Ваше сиятельство, — пробасил он и продолжил без запинки: — Приветствуем вас в доме графского рода Распутиных. Их сиятельства ждут вас на ужин.

— Спасибо, Адамс, — кивнула Алиса. — Я и мой спутник с радостью примем приглашение деда. Прошу позаботиться о наших сопровождающих.

— Конечно, ваше сиятельство, гостевой дом уже готов, как и ужин для ваших ратников. Не сомневайтесь, я обо всём позабочусь. — Он отвесил выверенный поклон. Мы уже поднялись на крыльцо, так что, расторопно сложив зонт, громила-дворецкий ловко открыл перед нами двери.

А неплохо его натренировали в доме Распутиных.

Холл особняка был выполнен в чёрно-белых тонах, местами разбавленных тёмно-вишнёвым цветом — в такой оттенок были выкрашены деревянные брусы на чёрных кованых перилах огромной лестницы, ведущей на второй этаж. Этим же цветом были выкрашены рамки картин, висевших повсюду. Стоп! В половине случаев это не картины, а какие-то гербарии.

Весьма странный интерьер.

Туалетная комната была выполнена в тех же тонах, из забавного здесь — обитая вишнёвым бархатом сидушка на унитазе. Как я понял, мои родственники любят комфорт и тепло.

Я привёл себя в порядок и дождался, пока из соседней кабинки выйдет сестра. Улыбнувшись мне, она жестом указала на высокие двустворчатые двери из тёмного дуба.

За дверьми располагалась просторная столовая. Разумеется, тоже выполненная в готическом стиле.

Да уж… чем больше я тут хожу, тем сильнее начинаю думать, что вампиры в самом деле существуют. По крайней мере, графский род Распутиных сделал всё, чтобы о них начали слагать мрачные байки.

Когда мы вошли в столовую, увидели четыре пары любопытных глаз. Три пары были тёмные, почти чёрные, и одна оливкового цвета. Волосы троих людей в столовой были цвета вороного крыла, а кожа бледная. У четвёртой же, обладательницы оливковых глаз, волосы были светлыми, даже слегка рыжеватыми.

Светловолосая выделялась на фоне остальных не только своей цветовой гаммой (она даже платье носила золотого оттенка), но и возрастом. Хоть эта женщина выглядела ухоженно, а сильный дар позволял ей стареть гораздо медленнее, чем неодарённым, она даже на первый взгляд была чуть старше, чем бабуля Самоцветова.

А вот сидевший рядом с ней щуплый мелкий мужчина с пышной чёрной шевелюрой едва ли тянул лет на тридцать пять.

По левую руку от него сидела девушка с хмурым выражением лица и копной красивых чёрных волос, собранных в высокий хвост, на вид — чуть старше нас с Алисой. Она была облачена в чёрное готическое платье с белым воротничком.

Место рядом с ней занимал девятилетний парнишка в чёрном жилете, надетом поверх белой рубашки.

— Алисонька, здравствуй! — радушно разведя руки в стороны, радостно воскликнул мужчина. — Сколько лет, сколько зим! Проходи, садись, родная!

Он вышел изо стола и лично отодвинул один из стульев.

— Здравствуй, деда, — улыбнулась ему Алиса. Затем повернулась к женщине и поклонилась ей. — Агафья Александровна. — После чего к девушке и улыбнулась уже ей: — Тётушка, ты, как всегда, выглядишь бесподобно. Никита, растёшь прям не по дням, а по часам.

— Здравствуй, Алиса, — ровным тоном ответила Агафья Александровна — наша кровная бабка.

— Ты тоже хорошеешь, Алиса, — спокойно произнесла «тётушка» — должно быть, жена наследника рода, Елена Константиновна.

Парнишка же лишь смущённо кивнул, глянул на меня и отвёл взгляд.

Остальные, к слову, тоже с любопытством посматривали в мою сторону.

— Позвольте вам представить моего спутника — Александра, — проговорила Алиса, указав на меня.

А затем представила уже мне всех присутствующих Распутиных.

Я правильно идентифицировал этих людей — всё-таки частично о роде Распутиных мне рассказала Алиса по дороге сюда, а ещё раньше я читал досье, полученное от Коптера. Итак, молодой мужчина — глава рода и наш дед, Владимир Александрович Распутин. Бабуля — его жена и наша бабка, Агафья Александровна. Между прочим, в девичестве — Пожарская. Она была дочерью последнего из бояр Пожарских, который (уже после того, как выдал дочь замуж) по какой-то неведомой мне причине потерял для себя и рода титул аристократа.

Забавный факт: из четырёх наших с Алисой прадедов трое были Александрами — Резанов, Пожарский и Распутин. Насчёт четвёртого информации у меня нет.

Далее, девушка — наша с Алисой тётушка и основательница линии целебной косметики, которую очень ценят аристократки. Помню, как Елизавета Петровна возбудилась, когда Анна с баронессой подарили ей такой набор.

Елена Распутина — наша «тётушка», потому что является женой нашего кровного дяди — Велеслава. Но по крови она нам ещё и двоюродная тётка, ибо она урождённая Распутина. Проще говоря, дядя женился на своей кузине.

Ну а мелкий парнишка — их единственный сын. Наследник наследника.

Пока я прокручивал всё это в голове, мы с Алисой уселись за стол и приступили к трапезе. Распутины ели молча, то и дело поглядывая на нас.

Подавали в этом доме весьма странные блюда. На первое был чёрный борщ — суп с добавлением чернил каракатицы, а на второе — чёрный рис с кровяной колбасой.

Когда мы покончили с этими блюдами, хозяин дома аккуратно вытер белоснежной салфеткой томатный сок с губ и обратился к моей сестре:

— Я всегда рад твоему визиту, Алисонька, однако же ты редко приезжаешь внезапно, но за последнее время — уже второй раз. Тебя интересует, нашёл ли я средство, чтобы помочь твоему ратнику? Или случилось что-то ещё?

Он невзначай бросил взгляд на меня.

Мне показалось, я увидел неприязнь во взгляде моложавого деда.

Алиса подобралась и, глядя в его чёрные глаза, отчётливо произнесла:

— Конечно, меня интересует результат поиска лекарства для Игната, однако прежде всего я хотела бы обсудить другое… Как вы знаете, Игнат пострадал, когда защищал меня во время нападения дворян Масловых. Так вот, мы решили покарать Масловых за их нападение.

Алиса на несколько секунд замолчала. Говорить о случившемся сестре было сложно.

Однако же, графиня Резанова — истинная аристократка. Уже через пару секунд она без лишних эмоций вкратце пересказала, что Масловым помогли могучие покровители, а дед пострадал от артефакта пятой ступени.

Распутины изумлённо переглянулись.

— Эта дряхлая развалина смогла подчинить «Шлейф Мораны»? — удивлённо хлопнув ресницами, спросил граф Распутин.

Алиса покачала головой и ответила:

— Дед Владислав младше тебя на пять лет.

— И что? — изобразил удивление граф Распутин. — Это не мешает мне называть его дряхлой развалиной. Но… Хм… он впечатляет, признаю.

Граф Распутин потянулся к бокалу с томатным соком и, отпив его, уставился на меня задумчивым взглядом.

— Деда, ты сможешь ему помочь? — не выдержала Алиса.

— Я уже говорил тебе, Алисонька, мы алхимики, а не целители, — всё так же задумчиво произнёс он, вопросительно посмотрев на свою старушку-жену.

Эти двое явно понимали друг друга без слов. Казалось, сейчас они что-то обсуждали между собой на уровне взглядов.

— Вы лучшие алхимики, у которых полно целительских средств, — не сдавалась Алиса. — И вы лучше врачей знаете, как пользоваться вашими средствами.

— Факт, — кивнул глава рода Распутиных. — И всё же…

Он повернулся к Алисе и обречённо покачал головой.

— Я сомневаюсь, что смогу помочь дряхлой развалине. Как и твоему ратнику. Извини, Алисонька. Попробовать, конечно, можно. Но я не люблю тратить время на тщетные попытки. Нет смысла пытаться сделать что-то, если не веришь в успех.

— Ты, что ли, сомневаешься в силе своего Дара и навыков? — вспылила Алиса. — Это на тебя не похоже.

— Алиса Ярославна! — хлопнула по столу старшая графиня Распутина и гневно уставилась на мою сестру. — Владимир лишь хочет тебе сказать, что в нашем мире существует сила, с которой невозможно бороться. Твой ратник использовал артефакт, забирающий жизнь в обмен на временную силу. Твой дед впитал в себя дым «Шлейфа Мораны». Они оба решили отдать свои жизни ради других. И оба столкнулись с необратимыми эффектами.

Алиса на мгновение поджала губы.

— Но… — начала было она, однако граф Распутин её перебил:

— Всё так, Алисонька, — вздохнул он. — Прости. С этими необратимыми эффектами не справится ни алхимику, ни даже носителю Дара одного из трёх великих целительских родов.

Он виновато развёл руками в сторону.

Алиса изумлённо округлила глаза и прошептала:

— Даже целителю с сильнейшим Даром?

— Даже ему, — невозмутимо кивнул граф Распутин.

Алиса сжалась и опустила взгляд. Казалось, ещё секунда, и она начнёт дрожать.

Я взял её за руку и, повернувшись к Распутину, легко спросил:

— А если целитель с сильным Родовым Даром будет работать в паре с сильнейшим алхимиком? Неужели и тогда результата не будет? А, ваше сиятельство?

Я почувствовал, что Алиса немного расслабилась, и краем глаза заметил, с какой надеждой она смотрит на меня.

Ну а я что — смотрю на Распутина и улыбаюсь.

Пока что я не могу понять, стоит ли доверять этому роду. Однако же Алиса Распутиным доверяет. И, как будто бы сам Владимир Александрович сейчас расстроен тем, что не может помочь внучке.

Глядя на меня, он недобро прищурился и протянул:

— Хм… Твой спутник, Алисонька, решил присоединиться к нашей беседе?

— А мне, что ли, нельзя, ваше сиятельство? — изобразил я удивление.

— Отчего же… можно. Беседуй, на здоровье, Александр. Кстати, а как тебя по батюшке?

Он прищурился ещё сильнее. Вмиг за столом возникла какая-то тяжёлая, давящая атмосфера.

— Ярославович, — легко ответил я.

— Ну разумеется, Ярославович, — закивал головой граф. — А фамилия твоя?..

— Егоров, — всё тем же тоном произнёс я.

Он покачал головой и громко хмыкнул:

— Егоров… разумеется. Никогда не слышал такую фамилию. Так что же, Александр Ярославович Егоров, думаешь, кто-то с сильнейшим целительским Даром решит поработать бок о бок с кем-то из моего рода, чтобы вылечить старую развалину графа Резанова? Я правильно тебя понял?

— Абсолютно, — кивнул я.

— Думаешь, это возможно? — склонил он голову набок. — Алисонька сказала, что Масловым помогли очень влиятельные неизвестные союзники. Если кто-то решил окончательно уничтожить графа Резанова, то идти против такого противника опасно. Вряд ли кто-то из трёх великих родов захочет помогать Резановым.

— А если всё же кто-то найдётся? — копируя его жест, я тоже склонил голову набок. — Рискнут ли тогда Распутины помочь графу Резанову?

Хозяин особняка набрал полную грудь воздуха, чтобы ответить, но ничего сказать не успел — двери столовой со скрипом отворились, привлекая всеобщее внимание.

— Прошу прощения за опоздание, — ровным тоном произнесла вошедшая девушка. Бледным лицом с чёрным макияжем она походила на Елену Распутину, можно было бы предположить, что эта девушка — её сестра. Она была облачена в такое же плотное чёрное платье с белым кружевным воротничком и манжетами. Её чёрные волосы были заплетены в две симметричные косички. На вид ей было лет двадцать.

Красивая, хоть и мрачная.

— Причина опоздания, Млада? — в требовательном тоне спросила у неё Елена Распутина.

— Нуар проголодалась, матушка. Я должна была её покормить, прежде чем приступать к остальным делам. — Она плавным жестом указала на свою спутницу.

То была… Чернобурка? Да, пожалуй, некогда это существо было обычной лисой «в чёрной шубе», однако оно явно прошло курс изменения имени Велеслава Владимировича Распутина. Лиса вымахала до размеров волкодава и обрела на шкуре узоры-прожилки, в которых виднелись энергетические всполохи.

— Млада, я говорила тебе не давать имя Двенадцатой, — устало выдохнула Елена. — Всё равно её ждёт та же участь, что и предшествующие образцы твоего отца. К чему тебе привыкать к этой твари? Ещё и притащила её за стол!

— Я не хочу оставлять Нуар одну, — ровным тоном произнесла девушка и грациозно уселась рядом с молчаливым Никитой — своим младшим братом.

Лиса бесшумно легла позади своей хозяйки.

— Убери её отсюда! — велела Елена Распутина.

— Нет, — стояла на своём её дочь. — Нуар — моя подруга.

— Убери! — Елена яростно сверкнула глазами. — Это опасно!

— Что ж… благодарю за ужин, — произнесла Млада и поднялась из-за стола. — Рада была повидаться, Алиса, — кивнула она моей сестре и направилась обратно к выходу. Лиса бесшумно посеменила за ней.

Елена гневным взглядом проводила дочь, а затем выдохнула и поклонилась:

— Алиса, Александр, простите за эту сцену. Полагаю, мой муж поступил опрометчиво, когда послушал Младу и помог умирающей лисице.

— По крайней мере, он подарил ей дополнительное время, а вашей дочери — подругу, — заметил я.

— Зачем? — скривилась Елена Константиновна. — Если все эти Велесовы дети всё равно обречены на смерть. Двенадцатая уже начинает проявлять излишнюю агрессию. Ах. — Она махнула рукой. — Простите. Мне нужно приступать к работе. Идём, Никита, у тебя занятия.

Они встали из-за стола и, попрощавшись со всеми, покинули нас.

Если бы я не «выпытал» у Алисы, почему Распутины ведут ночной образ жизни, удивился бы.

А всё дело в том, что подавляющее большинство растений, необходимых для их зелий, нужно собирать и обрабатывать именно ночью — при свете дня их свойства уменьшаются едва ли не вдвое.

Вот и сложилось так исторически, что род алхимиков работает по ночам.

Кстати, часть «проклятых» растений Распутины смогли адаптировать к жизни на Большой Земле. Но подробностей чужих родовых секретов Алиса, разумеется, не знает.

— Мне тоже нужно идти в теплицу, — проводив взглядом невестку и внука, заявил граф Распутин. — Алисонька, увидимся утром. Перед сном, — он усмехнулся и добавил: — нашим. Вам же рекомендую отдохнуть сейчас. Покои для вас подготовлены.

— Алиса, я провожу тебя, — властно проговорила бывшая боярыня Пожарская, резко поднявшись на ноги. — Есть кое-что, что я хочу обсудить с тобой.

— Александр, — с неприязнью посмотрел на меня граф. — Тебя проводит Адамс.

Едва он это сказал, в столовую вошёл амбал-дворецкий.

Мы с Алисой переглянулись.

Она решительно кивнула, всем своим видом показывая, что всё в порядке.

— Спокойной ночи, — пожелал я ей.

Затем простился с остальными и проследовал за дворецким.

Мы молча поднимались по лестнице. Оказались на третьем этаже, прошли до его конца и начали подниматься снова, на сей раз по витой лестнице.

— Вы решили поселить меня в башне? — уточнил я.

— Достойное место для достойных гостей, — ровным тоном ответил дворецкий и, остановившись перед запертой дверью, громко произнёс: — Дом, открой дверь.

Дверь отворилась.

Ух ты… система «Умный дом» в этом древнем особняке? Любопытно…

А интерьер в моей спальни всё равно выполнен в тяжёлом готическом стиле. Ужас! Багряные бархатные обои на стенах? Массивная чёрная кровать с вишнёвым балдахином… А-а-а!!! Неужели ничего современного?

О, система «Умный Дом» и на окнах установлена.

Поражаясь дикой эклектике особняка, я поблагодарил лысого громилу Адамса и, раздевшись, рухнул на кровать.

В любой непонятной ситуации — копи ресурсы. Сон и пища — главные ресурсы, необходимые человеку.

Однако, прежде чем уснуть, я влил дополнительную порцию маны в своё поисковое заклинание.

Алису поселили в такой же башне, но в противоположном крыле особняка. Наша бабка, урождённая Пожарская, лично проводила её и сейчас отправилась на улицу.

Наблюдая за тем, как шастают туда-сюда жители имения, я начал погружаться в сон. Моя Печать позволит мне следить за происходящим в любое время, так что если Распутины решат что-то учудить, я…

Стоп! Почему лысый громила Адамс направился в сторону Алисиной башни?

Так… эта дамочка ещё зачем идёт ко мне?

Я удивлённо распахнул глаза.

В этот момент открытое на проветривание окно автоматически закрылось, раздался щелчок второго замка на двери, а из отверстий воздуховода повалил едкий тёмно-зелёный газ, вмиг заполнивший помещение.

Глава 3

— Дом, открой дверь, — хмуро произнесла девушка с двумя тугими чёрными косичками.

Едва система выполнила её приказ, как в коридор из щели повалил едкий тёмно-зелёный газ.

Графиня Млада Велеславовна Распутина юркнула внутрь и быстро затворила дверь за собой. Благодаря зелью «Кошачий глаз» она отлично видела в темноте, даже несмотря на то, что окна были плотно зашторены, а комната полностью заполнена газом.

Млада Велеславовна направилась к кровати, на которой под одеялом безвольной куклой валялся один из сегодняшних гостей дома Распутиных. В руке девушка держала шприц с жидкостью, которая была призвана усилить эффект сонно-паралитического газа и не дать гостю проснуться, как только газ развеется.

Девушка остановилась возле кровати, и несколько секунд с недовольным видом смотрела на безмятежное красивое лицо юноши. На фоне белоснежной подушки и одеяла, натянутого по шею, оно смотрелось как произведение искусства на художественной выставке.

— Прости, — буркнула она и коротко замахнулась, чтобы вонзить тонкую иглу в его шею.

Внезапно гость распахнул глаза и резко развернулся.

В лицо графини Распутиной уставилось дуло артефактного пистолета. Девушка дёрнулась назад, но едва не упала — на её щиколотках в мгновенье ока защёлкнулись металлические кандалы.

— Что? — выпалила она, дёргая ногой.

Но высвободиться было не так-то просто, цепи кандалов, казалось, росли прямо из пола особняка.

— Не дёргайся, красавица, — хмуро произнёс гость, включив лампу на столе. Графиня Распутина зажмурилась от неожиданности, а юноша дёрнул пистолетом и недовольном тоном продолжил: — Иначе в твоём милом личике появится дополнительное отверстие.

Внучка главы рода испуганно уставилась на гостя, затем перевела взгляд на пистолет, а затем, стиснув зубы, прошипела:

— Ты не посмеешь! Это блеф!

— Ты хочешь проверить? — надменно усмехнулся юноша. — Попробуешь что-нибудь предпринять — и тебе конец. А то, что произойдёт со мной дальше, тебя уже не будет касаться.

Млада сжала зубы и снова принялась настороженно оглядываться, выискивая возможность спастись. Она чувствовала, как на кандалах появились металлические шипы, упёршиеся в её щиколотки. Девушка не сомневалась, что, если она только дёрнется, шипы станут острее. И тогда от боли ей будет очень сложно концентрировать ману для заклинаний.

В худшем случае она и вовсе может остаться без ступней.

Не говоря уже о том, что ей в лицо смотрит артефактный пистолет, а за ним виднеется самодовольная рожа гостя.

Вроде бы парень просто насмехается, но…

Заглянув в его глаза, Млада Велеславовна поёжилась. Нечто ужасное она увидела на дне этих глаз. Графиня вдруг осознала: чтобы добиться желаемого, юноша не остановится ни перед чем. И если ему потребуется, он не только убьёт её, но и будет сражаться со всем родом Распутиных.

Даже в одиночку!

А ведь он здесь и не один…

Девушка поджала губы и нехотя произнесла:

— Чего ты хочешь?

Юноша улыбнулся, демонстрируя идеальную белоснежную улыбку, и одобрительно кивнул:

— Вот это правильный настрой. Уберём-ка лишнее.

Из-под одеяла показалась вторая рука гостя, с пальцев которой сорвался поток ветра. За несколько секунд его ветер полностью загнал сонно-паралитический газ в воздушный шар. Этот шар начал сжиматься, пока не уменьшился до размера футбольного мяча.

Юноша громко выдохнул, а затем жадно вдохнул полной грудью.

«Он что, всё это время не дышал? — опешила Млада Распутина. — Но как он разговаривал? Нет… он дышал, я видела, как поднималось одеяло… Он что смог очистить мой газ воздухом?»

Шар со сжатым газом подлетел к решётке воздуховода и, протиснувшись между прутьев, исчез в темноте.

— А теперь мне нужно одеться, — спокойно произнёс гость и отбросил в сторону одеяло.

То, что в следующую секунду увидела Млада Велеславна, было прекрасно, интересно и очень завораживающе. Но…

Так непристойно!

И неправильно!

* * *

Взвизгнув, моя ночная гостья аж подпрыгнула на месте и резко отвернула голову в сторону.

— Полегче, а то сама себе ноги порежешь, — произнёс я, поднявшись с кровати и продолжая держать Распутину на мушке.

— Порочный бесстыдник! — выкрикнула она, не глядя в мою сторону. — Разве можно встречать даму в таком виде⁈ Сперва направил на меня свой ствол, а теперь… теперь… это!

Я тяжело выдохнул и принялся натягивать штаны.

— Ты сама ворвалась ко мне в спальню. И да. — Я подошёл к ней ближе и прошептал на ухо: — Обычно я предпочитаю спать совсем без одежды. Чтобы тело дышало и полноценно отдыхало во сне. Но тебе не повезло — вашему дому я не настолько доверяю, чтобы снимать здесь трусы.

— Извращенец! — выкрикнула графиня. — Девиант! Распутник!

— Довольно, — хмуро произнёс я, надавив дулом пистолета ей на висок. — Быстро же ты забыла, в каком положении оказалась. Поверни голову.

Она нехотя повернулась и с вызовом уставилась на меня чёрными глазами.

А её бледные щёчки были красными от праведного гнева и стыда.

— Застёгивай, — указал я на пуговицы рубахи.

— Что? — опешила графиня.

— Давай-давай, — поторопил я её. — Мне одной рукой неудобно.

— Не буду!

— Быстрее! — надавил я на неё голосом и пистолетом.

— Тебе это с рук не сойдёт, — процедила Млада Велеславовна и нервно застегнула мне верхнюю пуговицу.

— Это не я решил попрать все законы гостеприимства и прийти убивать гостя, — парировал я.

— Никто не собирался тебя убивать! Больно надо!

— Не отвлекайся, — хмуро произнёс я, тряхнув пистолетом. — Застёгивай и не отлынивай. Если бы ты пришла, как полагается, с вежливым стуком в дверь и без отравляющего газа, я бы сам оделся. А так — увы.

Млада Распутина скрипнула зубами и продолжила застёгивать пуговицы.

— Ещё две осталось, — заметил я, когда она остановилась.

— Дальше сам, — в сторону проворчала девушка.

Я покосился на нижние пуговицы…

— Застёгивай, — недовольно повторил я. — Мне одной рукой неудобно.

— Ну так убери ствол!

— Ага, чтобы ты попыталась сделать какую-нибудь глупость, и мне пришлось тебя убить? А затем и весь твой род? Нет уж.

— Не заговаривайся! — рыкнула она. — Такому, как ты, никогда не навредить графскому роду Распутиных!

— Пуговицы застёгивай и рта не открывай.

В общем, через минуту я был полностью одет — с галстуком и пиджаком сам справился. Я собирался уж было двигаться дальше, как Млада неожиданно произнесла:

— Криво надел. Поправь. — Она взглядом указала на мой галстук.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл к зеркалу и повернулся к тебе спиной? — хмыкнул я. — Распутиным не стоит показывать спину.

Она скрипнула зубами и прорычала:

— Хватит наговаривать на мой род! Мать твоей сестры — Распутина! Оскорбляя нас, ты оскорбляешь Алису! Или тебе на неё плевать?

Она самодовольно скривилась.

Затем покосилась на мой галстук, фыркнула и поправила его.

— Мать моей сестры — ещё и моя мать, — напомнил я ей, не сильно удивившись, что во мне уже идентифицировали Резанова. Как-никак Родовой Дар я от графини не скрывал, да и все говорят, что в своём синем деловом костюме я очень сильно похож на покойного отца.

Млада Велеславовна состроила скептическое выражение лица и громко хмыкнула.

— Поясни, — велел я.

— Не буду!

— Хорошо, — пожал я плечами. — Тогда веди меня к своему деду. Он ведь ждёт твоего отчёта, верно?

Я повёл рукой, преобразовывая кандалы на графине. Теперь закованы были не только её ноги, но и запястья. Притом цепи я ослабил, чтобы она могла спокойно идти.

Все цепи сходились в одну, конец которой был у меня в руке.

— Освободи меня, — проговорила она.

— Не думаю, что это хорошая мысль. Идём!

Она отвернулась и потопала к двери.

— Дом, открой дверь! — рявкнула графиня.

Дверь отворилась.

— Гр-р-р-а-а-а-а!!! — Яростный рык ударил по ушам, и на меня прыгнула чёрно-бурая монструозная лисица.

Я топнул левой ногой, выпуская через стопу заранее подготовленный конструкт заклинания.

— Нуар! Нет! — дёрнулась к ней Млада, но запнулась за цепи. Металл загрохотал, и графиня упала на колени.

— Всё в порядке с твоей лисой, — спокойно произнёс я, глядя на то, как зверь ярится, пытаясь вырваться из воздушного звуконепроницаемого купола.

Распутина одарила меня бешеным, ненавидящем взглядом.

— Всё с ней в порядке, — повторил я. — Если не считать того, что она медленно сходит с ума, и в конечном итоге твоему отцу придётся прикончить её, как и остальных подопытных.

— Не придётся, — пробурчала графиня, поднявшись на ноги и отряхнув своё плотное чёрное платье. — Я найду лекарство.

— Ты — вряд ли, — хмыкнул я. — А вот я смог бы.

— Что? — округлила глаза Млада. — Блефуешь!

— Веди уже! Не до разговоров сейчас.

Она с недовольным видом направилась туда, где сидели её дед и бабка. Я же прислушался к своим ощущениям. Ратники Резановых в порядке, а Алиса мирно спит в своей комнате. Перед тем, как в мою спальню повалил газ, я ощутил, что дворецкий Адамс идёт к её башне, однако громила почти сразу ретировался. Вероятно, ему нужно было что-то сделать в коридоре.

Итак, Резановым ничего не угрожает.

Отравить пытались только меня.

И вряд ли насмерть — скорее, дед Распутин хотел поставить меня в максимально уязвимое положение перед разговором. Ослабить, и дальше вести разговор с позиции силы.

Такой себе подход…

Особенно если учесть, что мы родственники, а Владимир Распутин в самом деле пытается поддерживать тёплые отношения с моей сестрой. Во время нашего позднего ужина я заметил, что он с нежностью во взгляде смотрел на Алису. Примерно таким же взглядом он приветствовал Младу, когда та вошла в зал. А вот на юного внука Никиту дед Распутин весь ужин поглядывал более ровно.

Похоже, внучек он любит больше, чем наследников мужского пола.

И раз так, то сейчас мы поменялись местами.

— Открывай! — дёрнув цепями, велел я графине, когда та остановилась перед двустворчатыми дверьми гостиной, расположенной в конце крыла на втором этаже.

— … где же Млада? Мне нужно возвращаться в теплицы, — услышал я обрывок фразы Владимира Распутина.

Граф замолчал, когда на пороге гостиной показалась его понурая, закованная в цепи внучка.

— А вот и мы, — проговорил я, уперев ствол в висок Младе.

Я бегло окинул комнату. Всё тот же готический дизайн, в который идеально вписывался тяжёлый деревянный стул с цепями и несколькими шипами на сиденье. Он стоял рядом с журнальным столиком, справа от дивана, на котором разместились пожилая графиня и её моложавый супруг.

Какой чудесный стульчик подготовили для дорогого гостя, а…

— Млада, душенька, что тут происходит? — ошарашенно выпалил граф, поднимаясь с дивана.

— Не видишь, что ли, дед? — нехотя отозвалась девушка. — Меня в плен взяли.

— Давай иди, — подтолкнул я её вперёд.

Глава род с женой одновременно дёрнулись в нашу сторону.

— Спокойно! — рявкнул я. — Иначе ваша внучка прямо у вас на глазах пораскинет мозгами.

— Не спорьте с ним, — поддержала меня Млада хмурым голосом. — Он силён. Он смог защититься от моего газа. И он уже в полной мере овладел Даром Резановых.

Граф Распутин напряжённо уставился на кандалы, в которые была закована Млада. Между тем мы с девушкой подошли ко второму дивану, стоявшему напротив дивана её бабули и дедули.

Я плюхнулся на него и дёрнул Младу на себя. Её мягкая попка приземлилась аккурат мне на коленку.

Графиня ойкнула, но прежде чем она успела что-то сказать, я снова прижал дуло к её виску.

— Тише, ваше сиятельство. Сидите и не ёрзайте.

Она покраснела до кончиков ушей, но притихла.

А вот её дед, наоборот, не выдержал и взорвался:

— Что ты себе позволяешь, мальчишка⁈ Я от тебя живого места не оставлю!!!

— Ой ли? — хмыкнул я, скептически глядя в его чёрные глаза. — Что-то сомневаюсь, что вам это по силам. А вот я могу разнести половину вашего дома в мгновенье ока. А затем с ратниками Резановых добить всех остальных.

Я хмуро склонил голову набок, всем своим видом демонстрируя, что полностью уверен в своих силах.

Граф Распутин удивлённо хлопнул глазами и сел обратно на диван.

Довольный произведённым эффектом, я продолжил:

— Но я бы предпочёл избежать бесполезной резни — не хочется огорчать Алису смертью деда. Кстати, о моей сестричке! А как вы утром планировали объяснить Алисе покушение на меня, а?

Я с полуулыбкой на устах уставился на своих родственников. Граф мельком глянул на жену и снова повернулся в мою сторону.

Однако ответить ничего он не успел.

— Отпусти Младу, развей заклинание, и тогда поговорим, — хмуро произнесла Агафья Александровна.

— Нет, — мотнул я головой. — Нет вам веры — вы пытались отравить своего гостя в гостевой спальне. Хуже бесчестия сложно придумать. Хотя, секундочку… Есть кое-что хуже! Вы явно догадывались, что гость — ваш внук. Значит, вы своего внука пытались отра…

— Не внук ты нам! — рявкнула пожилая графиня.

— Тише, — шикнул на неё граф и повернулся ко мне. — Ты прав, мы поступили не очень красиво. Но пойми, мы всего лишь хотели убедиться, что тебе стоит быть рядом с Алисой. Что она не зря тебе доверяет. Что ты Резанов, в конце концов. И достоин носить эту фамилию. Мы убедились. Прости за наши методы. Я приношу официальные извинения. — Он склонился в поклоне из положения сидя.

Я хмыкнул и покачал головой.

— Знаете, Алиса очень переживала, что я буду злиться на вас, когда узнаю, что Распутины призывали моего деда не тратить ресурсы на мои поиски семнадцать лет назад. Однако я не расстроился, узнав об этом. То предложение было весьма рациональным. Ехал я к вам знакомиться с чистой душой, без какого-либо негатива в ваш адрес. Я был уверен, что просто так вы Алисе не поможете. Как бы она хорошо ни относилась к вам, а вы к ней — рода разные. И интересы родов разные.

— Это неправда! — резко произнёс Владимир Распутин и сверкнул глазами. — Если бы у меня было лекарство для старой развалины, я бы сразу его дал. Но я всё сказал за ужином.

Он пристально всмотрелся в меня, ожидая реакции.

Я пожал плечами и ответил:

— Какими бы ни были причины, я оказался прав: вы не можете исполнить просьбу Алисы. Я и не рассчитывал на это. Я желал другого. Я хотел убедиться, что вы заслуживаете доверия, а затем предложить вам одно увлекательное совместное исследование. У меня есть зелье, созданное выдающимися алхимиками современности…

Я криво ухмыльнулся, наблюдая за тем, как загорелись глаза Владимира Распутина.

— И ещё парочка интересных зелий, — продолжил я. — Всю дорогу сюда я думал предложить вам изучить их… А когда оказался здесь и увидел быка, на котором приехал наследник, я понял, что могу предложить вам ещё кое-что: совместными усилиями довести этот проект до успешного завершения.

От моих слов Млада, сидевшая у меня на коленях, заёрзала, пытаясь заглянуть мне в лицо.

— Ты блефуешь, — холодно произнесла её бабка.

Я удивлённо уставился на неё, затем посмотрел на молодую графиню и тяжело вздохнул:

— Вот от кого Млада набралась этих глупостей? Недальновидно обвинять собеседника во лжи. Особенно когда ты о нём ничего не знаешь. А вам обо мне известно не особо много. Вы ведь даже не знали, что я жив, до сегодняшнего дня?

Я уставился на них. Бабка поджала губы и отвернулась, а дед нахмурился.

— Как я и думал, — продолжил я. — Слухи о том, что Распутиных не интересует ничего, кроме их исследований, недалеки от истины. Вы не знали о текущих делах Резановых, пока Алиса не рассказала. Разумеется, вы и о простолюдине Егорове до сих пор ничего не слышали. Живёте в своём тесном мирке да радуетесь тому, что никто не отвлекает вас от ваших зелий.

— Это не так, — поморщилась бабка. Мои слова неурождённой Распутиной были противны, в то время как дед отнёсся к ним довольно ровно.

— Ну разумеется, иногда из норки выглядывать приходится, — демонстративно покивал я. — Например, чтобы заключить выгодные контракты. Безопасность родов вроде вашего зиждется на том, что вы нужны Империи, и она не позволит другим родам вас уничтожить. Я слышал, вы пару месяцев назад обновили контракт с Министерством Вооружённых Сил? А сейчас согласовываете новый контракт с Корпусом Ведьм и Ведьмаков? Похвально, силовикам без ваших зелий будет очень туго.

Граф Распутин широко округлил глаза.

— Откуда ты… — начала было он, но замолчал и изумлённо покачал головой из стороны в сторону.

— Откуда я… что? — улыбнулся я. — Получил закрытую информацию? Ну так я очень хотел с вами познакомиться и искал темы для беседы. Однако вы своим странным и опрометчивым поступком напрочь перечеркнули все мои старания.

— Мы сделали то, что считали лучшим для Алисы, — мягко произнёс граф, — Пойми ты уже наконец. Всё ради твоей сестры.

— Или ради того, чтобы заставить наследника рода Резановых плясать под вашу дудку, — усмехнулся я. — Может, у вас ещё и зелье есть, которое заставляет делать то, что вам нужно?

Распутин ничего не ответил и лишь отвернулся в сторону.

«Что ж… Пожалуй на этом переговоры можно бы и заканчивать», — подумал я за секунду до того, как во всём имении противно завыла сирена.

— Проклятье! — выпалил граф, вскочив на ноги. — Монстры снова прорвались!

Глава 4

— Александр, отпусти Младу и возвращайся в свои покои, — требовательно произнёс граф Распутин, глядя мне в глаза. — Мы обо всём позаботимся, а затем мы уладим все наши разногласия. Обещаю.

— Нет, — хмыкнул я, «подкинув» коленом сидящую на нём графиню, так, чтобы она встала на ноги.

Я тоже поднялся и, уставившись на деда сверху вниз, продолжил:

— Вам веры нет. Мы тоже будем сражаться с монстрами. А она, — взглядом я указал на Младу, — будет со мной до тех пор, пока мы не покинем ваше гостеприимное имение.

Дед недобро нахмурился.

— Вам нельзя выходить на глаза ратников наших родов в таком виде, — сухо проговорила Агафья Александровна.

Я покосился на закованную в цепи хмурую девушку. Пожалуй, да… ратники всё неправильно поймут.

— Согласен, — кивнул я. — Немного видоизменим нашу защиту.

Я повёл рукой, и цепи начали сжиматься, а затем устремились к кандалам. Сами кандалы тоже уменьшились до четырёх тонких браслетов, которые было не видно под пышным подолом и рукавами чёрного платья Млады.

— Поразительное владение Даром… — ошарашенно прошептал граф Распутин, наблюдавший за процессом. — Так легко трансформировал…

— И добавил в них немного маны, — с улыбкой произнёс я. — Сейчас её концентрация в заклинании предельна.

Я повернулся к Младе — задрав рукав, она разглядывала красивый браслет на запястье.

— Попытаешься удрать от меня — останешься без конечностей, — серьёзным тоном предупредил её я. — Попытаетесь навредить мне, Алисе или ратникам Резановых — результат будет тот же. Всем всё понятно?

Бабка, прожигая меня ненавидящим взглядом, молча кивнула, а дед произнёс:

— Мы поняли тебя, Александр. Очень надеюсь, что ты сможешь воздержаться от необдуманных действий.

— В отличие от вас — смогу, — ухмыльнулся я, параллельно с этим закончив «считывать» данные моего поискового заклинания. — Мой отряд идёт на восток в сторону озера. Связь с вами только через меня. Позывные?

— Травник, — нехотя ответил граф Распутин.

Я перевёл взгляд на Младу.

— Среда! — решительно ответила она.

Бабка демонстративно отвернулась.

— Среда, за мной! — скомандовал я и быстрым шагом направился к выходу.

— Я родилась в среду! — зачем-то сообщила мне Млада, не отставая ни на шаг. — И первый свой яд синтезировала тоже в среду. И мой первый поход в Проклятые Земли был тоже в среду, и…

— Я понял тебя, — перебил я графиню, достав из внутреннего кармана пиджака микро-гарнитуру и сунув её в ухо. — А если будешь много шуметь, помрёшь в ночь на субботу.

Млада недовольно поджала губки. Моя микро-гарнитура захрипела, и я услышал напряжённый голос нашего десятника:

— Баха на связи! Приём.

— Это Близнец. Поднимай всех дважды одарённых из личного состава, у нас прорыв монстров. Сейчас буду на улице. Остальные пусть греют машины на случай, если придётся экстренно сваливать.

Командиру нашей сегодняшней охраны потребовалась всего лишь секунда, чтобы переварить мой приказ.

— Понял. Выполняю.

Едва он отключился, вновь захрипела микро-гарнитура:

— Слушаю, — отозвался я.

— Близнец, это Жало! Я не могу открыть дверь комнаты! Что у вас там случилось?

— Идём ликвидировать последствия прорыва. Ты — с нами. Дверь ломай, сейчас встречу.

— Эм… поняла.

Отключившись, я покосился на идущую рядом со мной Младу.

— Что? — буркнула она.

— Дверь Алисиной спальни заклинило.

— Это на случай, чтобы она случайно не вышла не вовремя. — Млада безразлично пожала плечами.

— Боялись, что она увидит, как вы меня допрашиваете, привязав к стулу с пиками?

Графиня отвернулась и в сторону произнесла:

— К чему сейчас это обсуждать? Всё произошло иначе.

Я не стал с ней спорить.

Мы взлетели по лестнице и уже бежали по третьему этажу. Забавно, что коридоры были пусты, прямо как полчаса назад, когда я с пленённой графиней шёл на переговоры к главе рода. Но если раньше слуги спали, либо работали в теплицах, то сейчас некоторые уже забаррикадировались в подвале — все знали, что и когда им нужно делать.

— Твой доспех где? — спросил я Младу.

— А? — удивилась она.

— Что? Хочешь сказать, у боевой Среды нет доспеха?

— Есть, конечно, но я не думала, что ты станешь переживать о моём здоровье.

— Сейчас ты в моём отряде, — произнёс я твёрдо. — Глупых травм и тем более смертей у нас не бывает. Иди за доспехом. Но без фокусов, я за тобой слежу. — Я указал пальцем на своё запястье.

Несколько секунд она удивлённо смотрела на меня, затем кивнула и спустя метров семь остановилась возле одной из дверей.

— Без служанок справишься? — уточнил я.

Она замерла, а затем начала краснеть.

— Сама оденусь! Даже не напрашивайся в помощники! — рявкнула девушка, открыв дверь.

Она вошла внутрь, но через миг выглянула обратно в коридор и выпалила:

— И освободи Нуар!

— Быстрее! — поторопил её я. — Встречаемся у дальнего гаражного бокса.

Разумеется, просто так отпускать заложницу я не собирался, так что, когда дверь снова закрылась, я на миг ушёл в себя, «программируя» Воздушного Близнеца. Тут ведь какой нюанс… подглядывать за переодевающейся графиней я считал ниже своего достоинства. Ну право слово, зачем мне этот детский сад? Взрослому полноценному мужчине такое ни к чему — гораздо приятнее, когда женщина сама показывает тебе всё, что ты жаждешь увидеть.

Кхм… отвлёкся.

Молодое тело жаждет взять своё…

Опять отвлёкся!

Короче! Млада-Среда ведь ещё и моя кузина… вроде бы. По крайней мере, несколько часов назад я был в этом полностью уверен, но сейчас недомолвки Распутиных заставляют сомневаться, так ли это.

С другой стороны, браки с кузинами в этом мире считаются нормой, и…

Я резко выдохнул и высвободил «Воздушного Близнеца», настроенного так, чтобы он не запоминал моменты переодевания графини, но собирал другую информацию на случай, если она сейчас решит тайком что-то обсудить с дедом или устроит ещё какую каверзу.

— Саша? — воскликнула бежавшая по коридору мне навстречу Алиса. — Всё хорошо? Ты хоть вздремнуть успел?

— Нет, с нашими родственниками более близко знакомился.

Алиса открыла была рот, чтобы выразить словами своё огромное изумление, но я перебил её:

— Боевая ситуация, Жало. Все разговоры потом. К машинам!

Когда мы оказались на улице, дождь уже прекратился. Я заметил нескольких ратников Распутиных, направляющихся к юго-восточной границе имения. Ещё больше людей я чувствовал благодаря своему поисковому заклинанию — жизнь в условиях ЧС кипела что было мощи.

Примечательно, что ни один боец Распутиных не отправился на восток к озеру. Пользуясь моментом, граф хочет мне показать, что ему всё-таки можно доверять?

Что, он даже следить за нами никого не пошлёт?

— Переодевайся в машине, — велел я Алисе, указав на наш «УАЗ. Имперец».

Сестра снова хотела что-то сказать, но, поймав мой решительный взгляд, лишь кивнула. Знает графиня, что пустые разговоры во время боевой ситуации уж точно не нужны.

Лебеда полезла в «Имперец» вместе с Алисой с явным желанием помочь госпоже. Не уверен, что даже в такой просторной машине найдётся место для свободных манёвров могучей телохранительницы.

Ну да пусть разбираются сами.

— Близнец, есть пара запасных комплектов. Примеришь? — послышался за спиной хмурый голос Бахи.

— Веди, — отозвался я.

Я потратил время, прикладывая к телу доспехи, но результат получил лишь отрицательный. Полноценная броня мне не подошла по размеру, а мой комплект остался в МАУД. Эх… думал же я, что надо всегда таскать с собой всю амуницию!

Но пока я простолюдин, полный набор доспехов и, главное, оружия в багажнике машины может вызвать уйму вопросов у полиции. При желании и задержать могут на неизвестный срок до выяснения обстоятельств. В этом вопросе отмазаться с одним лишь пистолетом гораздо проще.

Учитывая, что с каждым днём у меня всё больше и больше недоброжелателей, подставляться так я не стал, вот и остался без своего боевого облачения, столь необходимого в этот миг.

Но и без брони даже на простенькое дело мне идти не хотелось. Как и не хотелось портить дорогой костюм. В итоге я решил облачиться в безразмерную «тянущуюся броню». Да, защитный эффект ниже, чем у полноценных доспехов.

Но главное, что он есть.

И вот, стоя под деревом, я натягивал на себя нижнюю часть брони, когда услышал громкий женский возглас:

— Да что ж такое-то! Бесстыдник! Развратник! Опять, что ли?

Разумеется, причитала Млада Распутина. Облачённая в лёгкий кожаный доспех чёрного цвета, она эмоционально размахивала руками и делала вид, что смотрит куда угодно, но только не на меня.

Ключевое здесь «делала вид».

Мне в грудь ударил сгусток маны — вернулся с задания Воздушный Близнец. Секунда потребовалась на то, чтобы переварить его сведения.

Итак, Млада в самом деле просто облачилась в боевую амуницию. Ни с кем ни говорила, ничего подозрительного не планировала. Близнец сработал отлично: всё запомнил, кроме образа переодевающейся графини.

Млять… зачем-то он мне показал её чёрные кружевные трусики и комплектный бюстгальтер, валяющиеся на застеленной чёрным покрывалом кровати.

— Что замер? — возмущалась графиня, продолжая «не смотреть» на меня. — Совесть и стыд просыпаются?

— Они у меня и не спали, — спокойно ответил я, надевая верхнюю часть доспеха. — А теперь, если тебя так смущают мои чёрные трусы, полностью отвернись и не косись в мою сторону.

Млада ничего не успела ответить, её опередила чёрно-бурая лисица, застывшая подле своей хозяйки.

— Г-р-р-р!!! — яростно зарычала зверюга, выгнув спину и явно приготовившись к прыжку.

Я застегнул доспех и повёл рукой.

На шее лисицы захлопнулся металлический обруч.

— Что ты сделал? — выкрикнула Млада, упав на колени возле своей питомицы. Графиня попыталась сорвать металлический ошейник голыми руками, но, разумеется, ничего у неё не вышло.

Распутина уставилась на меня ненавидящим взглядом. Из её глаз потекли слёзы.

— Пожалуйста… отпусти её, — взмолилась Млада.

Я медленно подошёл к ней и лисице и сел рядом с ними на корточки так, чтобы наши лица были на одном уровне.

— Ты за себя так не переживаешь, как за эту обречённую животинку.

— Не называй её так! — вспылила Млада.

А Нуар оскалилась и громко зарычала. Она ударила когтями в землю, явно собираясь броситься на меня.

— Пока она не долечена, я не могу позволить ей ходить без контроля и угрожать жизням и здоровью моих бойцов, — произнёс я сдержанно.

— Она не нападёт!

— Ну-ну… — хмыкнул я. — Ты не можешь этого гарантировать, Среда. А так я могу хотя бы присматривать за ней. Не переживай, если она не будет рыпаться, то даже и не почувствует ошейника. Как ты — свои браслеты. — Я улыбнулся Младе и, выпрямившись во весь рост, посмотрел на неё сверху вниз.

Девушка нахохлилась и, отвернувшись от меня, крепко обняла лисицу.

Та сперва утробно заурчала, получая наслаждения от ласки хозяйки.

А затем рявкнула и едва не укусила Младу за ухо.

Отворилась дверь «Имперца», и из машины вышли Алиса с Лебедой.

— Млада? — Сестра явно не ожидала увидеть в наших рядах кузину.

— Это Среда и Нуар — члены нашего отряда, — быстро произнёс я. — Какой у тебя элемент, Среда?

— Вода, — буркнула девушка.

— Отлично. Большего вам сейчас знать не нужно. Выдвигаемся!

В моём подчинении сейчас было девять человек и одна непонятная лисица. Я разделил отряд на две группы, в свою взял Баху, Алису, Лебеду и двух пленниц. Остальные четверо под руководством Иерарха с позывным Холод шли чуть позади нас.

Из-за наших приготовлений мы позволили монстрам подобраться достаточно близко к имению. Так что едва мы отошли метров на триста от крайних, подсвеченных холодным светом теплиц Распутиных, я произнёс в рацию:

— Останавливаемся! Баха, укрепление. Холод, концентрируйте ману, в бой без приказа не вступать!

Баха возвёл небольшую каменную крепость, укрывшую нас со всех сторон, в том числе и с воздуха. Последнее было наиболее важным, ведь именно по небу к нам, хлопая крыльями, стремительно приближался враг.

Вскоре монстры вылетели из леса на открытую местность, и мы увидели их — огромных синих птиц, от перьев которых отражался холодный лунный свет.

Стальные синицы — именно так прозвали этих тварей те, кто выжил после встречи с ними.

— Красивые… мерзавки, — пробормотала Лебеда, глядя на приближение монстров.

— Ага. Особенно красиво они выглядят, когда своими когтями выдирают из людей кишки, — проворчала Среда.

— Отставить разговорчики! — рявкнул я. — Винтовки на изготовку. Целимся по глазам… Огонь!!!

Я создал два ветровых тоннеля и скопировал их с помощью Печати Близнеца.

— Стреляем! Не останавливаемся! — выкрикнул я, подстёгивая Лебеду, Баху и Алису.

Мы четверо, разумеется, попадали в свою цель. А вот графиня Распутина откровенно мазала.

— Нечестно! — выкрикнула она.

Мы слили по целому магазину, прежде чем смогли прикончить врагов — настолько бронированными были их глаза.

И это притом, что глаза — уязвимое место.

— Перезаряжаемся! — скомандовал я. — Огонь!!!

Вновь затрещали выстрелы. Монстры были уже близко…

Крепкие твари! Одно радует: их изначально было всего шестнадцать штук.

— Холод! Они идут на нас, как только спикируют — атакуйте! — велел я, не переставая стрелять.

Графиня Распутина отбросила в сторону винтовку, а в следующий миг достала из подсумка несколько бутыльков. Одним движением она откупорила их и влила себе в глотку. Я почувствовал, как внутри неё забурлила мана. Движения Млады стали быстрыми и резкими, как у хищницы.

Она выставила перед собой обе руки, сложив большие и указательные пальцы треугольником. В центре этого треугольника закружился крохотный вихрь.

Через мгновенье он увеличился, превращаясь в мощное вращающееся копьё, созданное из воды.

Своим копьём девушка в мгновенье ока пробила голову ближайшему монстру.

А неплохо… По мнению Алисы, Родовой Дар Распутиных позволяет им создавать лучшие алхимические зелья. Но, помимо этого, он ещё и отлично взаимодействует с созданными ими же зельями. Иными словами, высококлассные зелья Распутиных действуют на самих Распутиных гораздо лучше, чем на остальных.

А внешняя молодость, вероятно, одно из приятных побочных эффектов от постоянного употребления усиленных зелий.

Пять монстров рухнули замертво примерно в один момент. Я опустил винтовку и схватил выданный мне Бахой меч. В этот миг наше укрепление затряслось — шесть тварей атаковали его, превращая потолок каменной стены Иерарха в каменное крошево.

Правда, по монстрам в тот же момент ударил наш засадный полк. Да и мы атаковали магией в бреши укрепления. Приятно было наблюдать за тем, как старательно бьют магическими серпами Алиса и Млада. Девушки будто бы всю жизнь сражались бок о бок — хотя, насколько я понимаю, это первое их совместное сражение.

Металлический серп врезался в морду монстру, и тут же по ней ударил серп из воды.

Отлично!

Я создал копьё из металла, покрыл его Вторым Даром и ускорил ветром. Оно устремилось вперёд и снесло головы аж двум тварям.

Мы побеждали без проблем, как и должно в такой ситуации. Всё это время я ждал, когда последний из монстров — тот, что в полтора раза превосходил остальных размерами — ринется в бой. Но «Ас стальных синиц» до последнего не решался пикировать на нас.

И «последнее» случилось совершенно неожиданно.

Я почувствовал дичайшую ярость слева от себя. Обернувшись, увидел обезумевшие глаза чёрной лисицы. До сих пор она не могла вступить в бой — монстры были слишком высоко и до нас не добирались.

Лисицу это окончательно достало.

Она рванула вперёд в пробоину укрепления и вырвалась за его пределы. В полёте Нуар вцепилась клыками в шею раненой «синицы». Рыча и тряся башкой, лисица прикончила тварь. Синица начала падать.

— Прыгай! — крикнула ей опешившая Млада.

Ну да, лисица всё ещё могла оттолкнуться от падающего трупа и запрыгнуть обратно в укрепление.

Вот только она оттолкнулась от неё и «полетела» в другую сторону. Казалось, сбрендившая тварюга хочет покорить небеса.

Но это не так-то просто. С небес на неё спикировал Ас.

— Стой! Нет! — закричала Млада, позабыв обо всём на свете.

Через мгновенье графиня Распутина уже стояла на краю укрепления и била по монстру водяными серпами.

— Среда! Назад! — скомандовал я, создавая вихрь, чтобы прикончить последних «Стальных синиц».

Но графиня проигнорировала мой приказ. Ей было плевать на всё в тот момент. Единственное, о чём думала Млада — как бы спасти свою чёрно-бурую подругу.

Ас взревел от боли и, развернувшись, разжал когти. Чёрная лиса полетела вниз — падение с такой высоты ей явно не пережить.

Гневно щёлкая клювом, Ас ускорился с помощью магии ветра. Он летел прямо на Младу, а она никак не успевала уклониться от его мощных когтей.

Дура…

Вот и стоило тут выпендриваться? Помрёт ведь сейчас, как и её лиса…

Глава 5

Ага, как же!

В моём отряде не умирают!

Прикончив всех, кроме Аса, я повёл обеими руками в сторону. Младу будто ветром снесло с траектории движения монстра, и он пролетел мимо.

А через пару секунд над укрытием показалась «летающая» и верещащая лисица. Поведя рукой, я опустил её перед хозяйкой.

— Ещё раз проигнорируешь приказ — умрёшь, — произнёс я ровно и направился к краю укрепления.

Пора разобраться с Асом.

Этот мерзавец, не успев поймать когтями графиню Распутину, пронзительно заверещал и заложил очередной круг.

Я вскинул левую руку над головой. Над моей ладонью начало формироваться металлическое копьё, сияющее холодным светом звёзд. Вокруг него стал закручиваться вихрь.

Мои бойцы продолжали атаковать «Аса стальных синиц», но монстр плевать хотел на их атаки — настолько твёрдой была его стальная шкура. Да, увечья он получал, однако их было недостаточно, чтобы погасить его ярость.

Он жаждал сожрать свою обидчицу! Выйдя из крутого пике, монстр снова рванул в нашу сторону.

Я стоял на краю укрытия, перед раскуроченной бойницей. Как раз между Асом и его добычей.

— Уходи!!! Уклоняйся!!! — раздался позади меня встревоженный голос Среды.

Судя по шороху и движению воздуха, она вскочила на ноги и ринулась ко мне. Спасать меня удумала, что ли?

— Не мешай командиру! — рыкнула на кузину Алиса, перехватив её в пути. — Замолчи и наслаждайся зрелищем.

— Но… Оно его сожрёт!

— Не надо недооценивать Близнеца, — хмыкнула сестричка.

— Чёрт вас дери! Ну и решайте сами! — возмутилась Млада.

«Ас стальных синиц» распахнул свой двухметровый клюв, напичканный внутри аж четырьмя рядами похожих на пики зубов. Он обдал меня смрадным дыханием и рёвом.

— Проваливай, — поморщился я, «отпуская» копьё.

Увы, я не был уверен в том, насколько в самом деле плотна его тушка. Не только шкура, но и внутренности монстров порой бывают твёрже титана. Чтобы покончить с тварью одним ударом и не подвергать опасности ни себя, ни членов группы, я влил уйму маны в заклинание и сжал её до предела.

А потому, едва я «отпустил» копьё, по ушам ударил хлопок от перехода звукового барьера.

А через миг гигантскую стальную птицу разорвало на лоскуты — копьё влетело в открытую пасть и, раздирая плоть и кости монстра, вылетело с противоположного конца. Ошмётки Аса кровавым дождём пролились на землю, а копьё и не думало останавливаться.

Проклятье, столько энергии уходит в никуда.

Вскинув руки, я полностью сконцентрировался на своём снаряде. Выпущенная в свободный полёт концентрированная мана не хотела возвращаться, однако я смог подчинить её.

Я поморщился от напряжения, а на лбу выступила испарина.

И всё же я смог развернуть копьё и, когда оно неслось обратно, прямо на укрепление, развеял его, впитав остатки маны.

— Всё чисто вокруг? — послышался за спиной напряжённый голос Алисы.

— Да, кроме нас, никого рядом нет, — ответил я, успокаивая энергию внутри каналов и Источника.

Послышались размеренные аплодисменты — моя сестричка, предварительно убедившись, что бой окончен, позволила себе расслабиться.

— Вот видишь, Среда, совершенно не стоило паниковать, — самодовольно, будто это она только что убила Аса, сказала Алиса Резанова своей кузине

— Поразительно… — пробормотала Млада Распутина. — Одним ударом… Аса стальных синиц…

Я обернулся и с укором посмотрел на Распутину. Стоит перед Алисой, но во все глаза пялится на меня. А её животинка, сжавшись в ужасе, прилипла к ногам хозяйки.

Встреча с Асом на время выбила всю дурь из головы чёрно-бурой лисицы-мутанта.

— Надеюсь, мы поняли друг друга? — хмуро спросил я у Распутиной. — Во время боевой операции беспрекословно слушаешься меня, если хочешь вернуться к родственникам живой и вместе со своей зверюгой.

Я отвернулся и, настроив гарнитуру на канал группы, быстро произнёс:

— Отлично сработали! Скопление на этом направлении ликвидировано. Но всё ещё есть монстры, разбежавшиеся после прорыва поодиночке. Баха, убирай укрепление. Далее, делимся на три группы и идём за недобитками. Я направляю. Баха, с тобой Жало и Лебеда. Со мной Среда, зверюга и Хмурый. Остальные с Холодом.

Алиса посмотрела на меня с лёгким огорчением во взгляде — явно хотела бы пойти со мной. Но спорить с командиром сестра не стала. Уже через пять минут мы, разделившись на тройки, отошли друг от друга в разные стороны.

Я вёл свою тройку ближе других к озеру и, сверяясь с развёрнутым на максимум поисковым заклинанием, указывал путь остальным.

— Баха, левее сместись, — отдавал я приказы. — Холод, держись прямо и не сворачивай.

Хмурый — Адепт средней руки с не самым весёлым выражением лица — молча шёл слева чуть позади меня. Мужик был напряжён и постоянно водил стволом штурмовой винтовки из стороны в сторону, чем нервировал Нуар — лисица то и дело косилась на него и недовольно фыркала.

Но хотя бы с ума не сходила, и то хлеб.

Графиня Распутина, ускорившись, как поезд, пронеслась через огромный куст лопухов и поравнялась со мной справа.

Некоторое время она шла молча, то и дело напряжённо поглядывая в мою сторону.

— Если хочешь что-то сказать — говори, — не глядя на неё, произнёс я. — Монстров поблизости пока что нет.

Краем глаза я отметил, как она задумчиво разглядывает мой профиль.

— Стало быть, у тебя и поисковые заклинания есть? — спросила она.

— У меня много чего есть, — отозвался я. — И если бы глава твоего рода не был бы таким затворником и больше интересовался делами родственников, часть информации обо мне у него бы имелась.

— Не нужно думать, что род Распутиных совсем уж беспечные травники, — недовольно проворчала Млада. — СБ у рода есть, и, будь уверен, работать она умеет.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул я, не скрывая скепсиса в голосе. — Полагаю, информацию об интересующих главу рода темах он получает. А значит, дела родственников его не особо интересовали. Даже после того, как Алиса пришла к нему просить помочь исцелить Игната и сообщила о нападении Масловых.

Среда отвернулась и снова погрузилась в молчание. Лишь спустя минуту она тихо произнесла:

— Я не хочу обсуждать дела деда. Полагаю, у него были причины.

— На Резановых постоянно кто-то нападает, — кивнул я. — И узнавать подробности каждого нападения — лишь тратить ресурсы. Я всё понимаю, Среда. Я об этом уже сказал — дела Резановых, это дела Резановых. А у Распутиных своих забот хватает.

Она повернулась в мою сторону, посмотрела на меня тяжёлым взглядом и проговорила:

— А раз понимаешь, то зачем поднял эту тему?

— Потому что моё понимание не отменяет того факта, что вы пытались отравить меня, а затем принудить плясать под вашу дудку.

— Можешь считать это формой заботы деда о своей внучке и роде Резановых.

— Да-да, — закивал я. — Конечно. Вы меня травите, а я спасаю твою задницу из зубов Аса. А заодно и твою лисицу.

Я резко остановился и заглянул в её чёрные глаза.

Среда поджала губы и отвернулась.

— За произошедшее ранее дед перед тобой извинился, — проговорила она в сторону.

— Нельзя сперва залить гостевую спальню парализующим газом, а затем просто сказать: «Извини», — холодно произнёс я. — Так дела не делаются, Среда.

— И чего ты хочешь? — повернув голову, спросила она тяжёлым тоном.

Я криво ухмыльнулся и сказал:

— А ответ на этот вопрос вам надо искать самостоятельно. Твой дед устроил мне проверку? Хорошо. Теперь я сделаю то же самое. Пошли! Монстры уже близко.

Мы продолжили путь.

Среда хмурилась, пытаясь переварить услышанное.

Я не сомневался, что она передаст мои слова графу Владимиру Распутину. И мне было очень любопытно узнать, что же он предпримет дальше.

— Спасибо, — внезапно прозвучало справа от меня.

— Не за что, — ответил я, снова не поворачиваясь к графине.

Однако краем глаза я заметил, как она недовольно нахохлилась. Ну да, графиня ведь собрала всю свою волю в кулак, чтобы поблагодарить за помощь, а мне хоть бы хны.

— «Не за что»? — повторила она за мной сдержанно. — Хочешь сказать, моя жизнь для тебя ничего не значит?

— В глобальном смысле — да, — отозвался я, и графиня начала закипать. — Но конкретно сейчас ты и твоя зверюга — часть моего отряда. И я отвечаю за ваши жизни.

— Отвечаешь? — фыркнула Среда. — Перед кем? Перед дедом?

Только сейчас я вновь посмотрел на её и, ухмыльнувшись, ответил:

— Перед самим собой, глупая. Хмурый! Монстр на десять часов. Предположительно на дереве!

— Понял! — напряжённо ответил ратник.

К чести графини, она заткнулась и тоже сосредоточилась.

Монстр сидел на ветвях старой сосны и сосредоточенно смотрел на юго-восток. Сдаётся мне, его заинтересовала ближайшая к нам деревня, полная беззащитных людей, находящаяся в том направлении.

Однако же пока что слезать со своего насеста тварь не решалась. Должно быть, почувствовала, как резко уменьшилось поголовье её сородичей после прорыва из Проклятых Земель.

И всё же, если его не трогать, он вскоре отправится на поиски пищи — такова природа этих чудовищ.

— Стреляйте по нему, — хмуро велел я и сам вскинул винтовку.

Раздались выстрелы, стальная синица взревела и взлетела в небо, ломая ветви сосны и ближайших деревьев. Клацнув зубами, разъярённый монстр рванул на нас.

Я тоже стрелял, но в отличие от своих товарищей, попадал точно в глаз твари. Сейчас я решил не тратить силы попусту и воздушный тоннель сделал только для себя.

В ухе зашуршала гарнитура. Не прекращая стрелять, я принял вызов.

— Близнец, это Травник, — раздался голос графа Распутина. — Как обстановка?

Чудовище рухнуло замертво, мы прекратили огонь, и я ответил.

— Скопление из шестнадцати тварей под предводительством Аса ликвидировано, — спокойно сказал я. — Сейчас зачищаем одиночек на нашем направлении.

Я замолчал, ожидая реакции Распутина.

— Шестнадцать? — напряжённо переспросил он. — Что с ранеными? Я подготовлю команду эвакуации, если нужно.

— Нет раненых. Сработано чисто.

— Что? В самом деле? — опешил он.

— Травник, у нас боевая обстановка, — хмуро произнёс я.

Ох уж эти «полувоенные» аристократы, а! Вот вроде воинское сословие у них… Но люди типа графа Распутина боевые выходы чередуют с мирной работой. А большинство так и вовсе чаще появляются на светских приёмах, нежели на полях сражений.

Вот и начинают такие недовояки засорять эфир лишней болтовнёй.

— Кхм… — кашлянул Травник. — Понял тебя, Близнец. Насчёт трофеев с добычи не переживай, мои люди всё соберут до последнего грамма. Можем часть выкупить сами, часть реализовать по хорошей цене. Вся выручка с ваших трофеев, разумеется — вам, процент за сбор не возьму. Это моя благодарность за помощь.

Хм… ну хоть здесь граф Распутин по чести поступил.

Однако…

Я покосился на Младу, которая напряжённо поглядывала в мою сторону, ожидая завершения разговора с её дедом.

Против самого себя и своих привычек я пойти никак не мог.

— Принимаю, — произнёс я ровно. — Но долю Среды передашь ей, а будет отказываться — оставь себе. Процент я назову позже. Всё, отбой.

Я завершил сеанс связи. Млада подалась ко мне, но я жестом велел ей остаться на месте. Сперва я связался с Бахой и Холодом и подкорректировал их курс, а потом велел своей группе следовать за мной.

— Почему ты решил выделить мне долю? — спросила графиня, когда мы продолжили забег по ночному лесу.

— Хороший вопрос, — хмыкнул я. — С одной стороны, ты — моя пленница и щит, а значит, никаких прав не имеешь. Это бесспорно. Но, помимо этого, сейчас ты — наш боевой товарищ. А значит, девятая часть от восьмидесяти процентов остатка после погашения убытков положена тебе. За Нуар платить не буду, пользы от неё в этой вылазке нет, и для меня она как твой придаток.

Графиня глянула на свою лисицу, перевела взгляд на меня и, тяжело вздохнув, произнесла:

— Поняла. Справедливо… Но почему от восьмидесяти процентов?

— Потому что десять по умолчанию идёт командиру, — усмехнулся я. — А ещё десять — лучшему бойцу. Офицерских долей в нашем маленьком походе нет, так что остаётся восемьдесят.

— Которые делятся на всех, включая и командира, и лучшего бойца, — кивнула девушка, косясь на меня.

А затем она улыбнулась и произнесла:

— Ты такой благородный. Даже после того, что мы тебе сделали…

— Эй! — возмутился я. — То, что я назначил тебе награду за поход, не решает наших противоречий. Это касается только похода.

— Да. Поняла. Но всё равно спасибо. И за то, что спас нас спасибо. Я рада, что ты не бросил меня и Нуар, и что использовал эти металлические браслеты не только в качестве нашего устрашения.

Я усмехнулся. Ну да — во время боя с Асом я притянул к себе и Младу, и её лисицу именно за созданные мной украшения из металла.

Кивнув, я молча принял благодарность, и мы продолжили путь. Нам нужно было добраться до ещё одного монстра.

Краем глаза я приметил, как слева от нас поднимается туман. Не Проклятый, а самый обычный, что появляется под утро над водой. Там, слева — Рыбинское озеро. Говорят, очень красивое место, туристическое…

С одной стороны.

С другой же его стороны часть берега охвачена Проклятыми Землями.

Вдруг я почувствовал, что монстр, за которым мы шли, поднялся в воздух и полетел как раз в сторону озера. Похоже, благодаря этой твари меня ждёт небольшая экскурсия.

— Ускорились! Пока он не ушёл! — резко скомандовал я и взял левее.

Прорвавшись сквозь заросли, мы оказались на побережье и увидели летящую по небу тварь.

«Если он окажется над озером, с него будет трудно собрать трофеи», — подумал я и не стал тратить время на стрельбу из винтовки.

Я выпустил покрытый Вторым Даром ветровой серп, заряда маны в нём оказалось достаточно, чтобы срубить голову монстру, пока он ещё летит над побережьем.

Фух… трофеи спасены.

Хм… а пока мы бегали, Баха и Холод, следуя моим наводкам, прикончили других.

Я настроил микро-гарнитуру на канал всей группы и произнёс:

— Хорошая работа, враг ликвидирован. Собираемся на месте битвы со скоплением. Отбой.

Я выдохнул и уставился вдаль.

В самом деле красивое озеро, а стелящийся над ним туман завораживает. И раз уж работа сделана, у меня есть пару минут на небольшой отдых.

С этой мыслью я по колено зашёл в воду. Разумеется, из-за доспеха не почувствовал ни прохлады, ни влаги.

Я просто наслаждался моментом. Сквозь туман пробивались лучи рассветного солнца, а ветерок ласкал лицо.

— Вот бы порыбачить здесь на досуге, — пробормотал я себе под нос.

Однако та, что неотрывно шла за мной даже в воду, услышала.

— Можно хоть сегодня организовать, — спокойно проговорила Млада. — Дед будет не против.

— Зато я против его компании, — ответил я. — Да и времени на это у меня сейчас нет, нужно решать насущные дела.

Девушка посмотрела на меня тяжёлым взглядом, а затем отвернулась и уставилась на горизонт.

Хм… даже с нашей точки, даже несмотря на обычный туман, можно разглядеть впереди туман Проклятых Земель.

— Времени всегда мало, — изрекла она. — Пару месяцев назад дед жаловался, что откладывал рыбалку из-за работы, а в итоге водные границы Проклятых Земель подошли вплотную к его любимому рыбному месту, и теперь его использовать нельзя.

Она замолчала. Выражение её лица стало недобрым.

Млада стиснула зубы, продолжая сверлить взглядом границы Проклятых Земель.

— Стало быть, за последнее время эти Проклятые Земли, несмотря на постоянное прореживание, разрослись, — резюмировал я. — Полагаю, и таких мощных прорывав раньше не было?

— Именно, — припечатала Среда. — Бабушка считает, что нам необходимо закрыть эти Проклятые Земли, иначе мы рискуем потерять дом. Но она — не урождённая Распутина. Она лишь умом, а не сердцем понимает, как для рода важны ингредиенты из этих Проклятых Земель. Мама говорит, что это потому, что бабушка родилась Пожарской. Она вышла из рода воинов, а не творцов.

— Ха, — усмехнулся я, глядя на то, как по воде в мою сторону плывёт очень знакомый стебелёк. — Воины тоже бывают творцами. А творцы — воинами.

Я поднял травинку из воды и уставился на неё.

В груди на миг всё сжалось от ностальгии. Я вспомнил свой прошлый мир. Вспомнил, как после Апокалипсиса мы все учились жить по-новому и открывали для себя совершенно новые продукты…

В голове всплыла яркая картинка, как в наше убежище влетала радостная Дева, потряхивая пучком таких вот водорослей.

— Близнец, смотри! — кричала она. — Я нашла это на мелководье дальнего озера!

— Съедобно? — осведомился я. — Поможет решить наши проблемы с продовольствием?

— Да. Но я бы не советовала это есть в больших количествах. А то ты получишь целую базу меланхоличных аморфных тел. — Она хитро улыбнулась и поправила очки.

— Не понял тебя…

— А чего непонятного? Эта водоросль обладает отличным успокаивающем эффектом. Можно добавлять в пищу, чтобы уменьшить стресс. А ещё…

Она выдала целый ряд отличных идей, правда, реализовать все их не получилось.

Однако кое-какого эффекта добиться удалось. Методом проб и ошибок на базе этой водоросли Дева смогла создать препарат, способный успокоить кого угодно.

Даже Одержимого.

Увы — временно и только на один раз. Оправившись после зелья, демон, сидевший внутри человека, просто разрывал его на части.

Однако же благодаря этому достижению мы впервые научились допрашивать одержимых и сидящих в нём демонов. Что до того момента казалось невозможным.

Разработанный Девой препарат, как мне кажется, сможет помочь в моём новом мире справиться с другой задачей, решение которой местным жителям кажется невозможным.

Я покосился на чёрно-бурую монструозную лисицу, что сейчас с яростью ныряла в воды Рыбинского озера, пытаясь кого-то поймать.

— Среда, Хмурый, возвращайтесь первыми, я вас догоню, — твёрдо велел я.

— А ты… — начала было графиня, но я перебил её.

— Идите, это приказ.

К счастью, спорить она больше не стала, и я смог сконцентрироваться на поиске нужных водорослей, которые Водолей и Лев в моём прошлом мире прозвали «антизверин».

Да уж… не зря я полагал, что смогу закончить исследование Велеслава Распутина.

Теперь главное, чтобы наши дальнейшие взаимоотношения с родом алхимиков пошли по моему плану.

* * *

Два часа спустя мы с Алисой, сидя на заднем сиденье её «Волги. Примы», ехали прочь от имения Распутиных. Сестра подалась вперёд и подняла звуконепроницаемую перегородку.

— Может, теперь расскажешь, почему мы так резко уезжаем? — выпалила она. — Даже броню снять не дал! Что у вас случилось с дедом? Почему он так виновато косился на меня, когда предлагал остаться? Почему ты был таким категоричным? Почему…

— Тц, — приложил я палец к губам и улыбнулся. — Прежде всего, спасибо, что доверилась мне и не стала спорить. Прошу поверить и дальше.

Она нахохлилась и несколько секунд буравила меня взглядом. Затем вздохнула и произнесла:

— Ну а как же иначе? Ты ведь мой брат… Но я уверена, вы с дедом что-то не поделили, и хочу услышать подробности.

— Обещаешь ничего не предпринимать и действовать так, как я скажу? — серьёзным тоном спросил я.

Алиса тяжело вздохнула и подняла правую ладонь.

— Обещаю, — произнесла она и с горящими глазами выпалила: — А теперь выкладывай!

Я усмехнулся, открыл было рот…

Как вдруг зазвонил мой телефон.

Хм… рановато для звонков. Кому я понадобился?

О, Марина…

С ней снова что-то случилось?

— Секунду, — сказал я сестре и принял вызов: — Доброе утро, Марина. Чего в такую рань?

— Агата при смерти! — выпалила моя управляющая. — Она рыдала всю ночь, просила её не трогать, а потом… ну… хорошо хоть она дверь открыла, прежде чем свалиться без чувств, и…

— Стоп-стоп-стоп, — быстро произнёс я. — Агата — дважды одарённый Иерарх, она крепче, чем кажется, и…

— Она беременна! — перебила меня девушка громким криком. — А значит, уязвима! Я вызвала скорую, но… я не знаю, чем ей ещё помочь. Если бы я не послушалась и вмешалась раньше, такого бы не произошло. А я даже не знаю, что у неё случилось, и…

— Возьми себя в руки, Марина! — рявкнул я. — Включи мозг и успокойся. Скорую вызвала платную?

— Да, как ты учил, — пробурчала она.

— Зелье здоровья…

— Влила первой степени, как ты говорила. Вторую не рискнула.

Я выдохнул и покачал головой. Вот ведь женщина, а! Сначала всё сделала правильно и чётко по инструкции, а затем позвонила и устроила истерику.

— Молодец, — произнёс я тепло. — Значит, скорая приедет быстро. Скажи им, чтобы везли в клинику Резановых, там примут в лучшем виде. Если Агате станет хуже… вливай зелье здоровья следующей ступени. А пока влей в неё зелье маны, оно тоже поможет. Всё поняла?

— Да.

— Хорошо. Мы приедем сразу в клинику. Ждите.

Глава 6

В больницу Резановых мы приехали уже ближе к обеду, зашли через чёрный ход и поднялись в выделенный блок. Ратники рода удивлённо смотрели на нас с Алисой — то, что мы прибыли в доспехах, напрягало их. Однако же лишних вопросов они не задавали и лишь молча кланялись.

— Командир! — подскочил ко мне Василий, сидевший на диванчике в коридоре. Вид мой водитель имел весьма потерянный, будто в полной мере не понимал, что происходит вокруг.

— Привет. А ты чего здесь? — спокойно спросил я.

— Так это… Марина вызвала, — пожал он плечами.

— Зачем?

— Она сказала «на всякий случай», но я особо и не пригодился, — проговорил он растерянно. — Так… поутешал её, пока врачи над Агатой колдовали. А с тех пор, как Агата очнулась, Марина с ней в палате. А я… тут.

Я ещё раз оглядел его цепким взглядом и хмыкнул:

— Не даём мы тебе отдыхать, да?

— Да и я не против, — улыбнулся Вася и покосился на дверь, за которой находились Агата и Марина.

Повернувшись к Бахе, сопровождавшему нас, я спросил:

— Тут ведь свободная комната есть?

— Есть, — вперёд ратника ответила графиня.

— Нужно бы покормить ребят, — сказал я. — И Васю заодно.

Алиса пару секунд задумчиво смотрела на меня, а затем кивнула и сказала, что заглянет к Григорию, чтобы всё организовать.

— Заодно и нам завтрак нормальный устроим, — добавила сестра.

К этому моменту я уже знал, что состояние Агаты нормализовалось, так что сверхсильно за ведьму и её малыша не переживал. Более того, я даже посчитал уместным привести себя в порядок, прежде чем влетать в палату к беременной пациентке.

Так что к Агате я вошёл уже чистенький и в повседневной одежде, в которой вчера приехал сюда. Разумеется, о моём визите всех предупредили заранее, и меня уже ждали. Агата полусидела на кровати и через капельницу принимала какое-то лекарство. Облачена она была в новенькую больничную сорочку из дорогого хлопка. Рядом с её кроватью сидела моя управляющая в просторных шортах и нелепой футболке с изображением зубастого кролика — того самого, на котором Марина сделала для нас целое состояние. Рыжие волосы девушки были собраны в смешную гульку, что только дополняло образ — приехала сюда она впопыхах, не тратя время на выбор нарядов.

— Привет, красавицы! Как жизнь молодая? — беззаботно поздоровался я с девушками.

Марина приветливо улыбнулась и кивнула, а Агата виновато потупила глазки и произнесла:

— Здравствуй, Александр… Прости, что снова заставляю тебя волноваться. Видать, плохая из меня наставница и куратор.

Марина повернулась к подруге и мягко коснулась её плеча. Я же подошёл к ним и плюхнулся на свободное кресло.

— Ворона! Отставить! — громко произнёс я. — Подними голову! Посмотри мне в глаза! Вот, молодец. — Я улыбнулся и показал ей большой палец. — Для того и нужны товарищи, чтобы помогать друг другу в трудную минуту.

Она неловко улыбнулась и благодарно кивнула.

Дверь палаты отворилась, и в комнату вошла моя сестра. Облачённая в белое летнее платье с маками, она двигалась плавно и величественно.

— Ваше сиятельство… — начала было подниматься Агата, но я удержал её на кровати, а Алиса мягко произнесла:

— Здравствуйте, Агата Игоревна. Рада, что вам лучше.

Однако Марину никто не удерживал, и она, быстро поднявшись с места, вытянулась по струнке.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, благодарю за всё, что вы сделали, — произнесла Марина и поклонилась. Но не слишком низко — без излишнего подобострастия.

А затем рыжая не сдержалась и покосилась на меня. На её лице застыл немой вопрос, мол, «всё ли я правильно делаю?»

Я улыбнулся и одобрительно кивнул.

Приятно, что для Марины простолюдин Егоров важнее любых аристократов. Сомневаться в её преданности уж точно не приходится.

— Сударыни, давайте без титулов, — вздохнула моя сестра и продолжила: — «Алиса Ярославна» будет достаточно. Агата Игоревна, мне сказали, вы уже чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы позавтракать, так что я велела подготовить для вас обеих блюда. Подадут в палату. Ну а пока ждём, мы можем обсудить случившееся. Если, конечно, это не личный секрет. — Алиса улыбнулась.

Агата напряжённо посмотрела на неё, затем перевела взгляд на меня, и…

— Александр, я могу отойти ненадолго? — предложила Марина и внимательно всмотрелась мне в глаза.

Молодец моя управляющая. Прочувствовала ситуацию и предположила, что разговор должен идти на уровне «первых лиц». При этом обратилась с вопросом именно к своему начальнику, хоть он и ниже по социальному статусу, чем графиня Резанова и дворянка Вавилова.

— Конечно, Марина, — улыбнулся я. — Главное — к завтраку не опаздывай.

Через минуту мы в палате остались втроём. И я, и Алиса требовательно уставились на Агату.

Вавилова устало выдохнула и произнесла:

— Это не совсем тайна…

Она повернулась в мою сторону, и во взгляде её читалась мольба. Агата не знала, как поступить в такой ситуации. Можно ли просить помощи у графини Резановой?

— Агата, давай начистоту, — спокойно изрёк я. — Я говорил тебе, что хочу помочь твоему мужу, потому что мне не нравится смотреть, как ты и ребята страдаете. Плюс у меня была ещё одна причина, помнишь?

Агата мельком глянула на мою сестру, которая притихла и вся обратилась в слух.

— Да, конечно, — кивнула Агата, снова сконцентрировавшись на мне.

— Так вот, есть и ещё одна причина, — продолжил я. — Точнее, она оформилась окончательно несколько позже. Мне нужна ответная помощь от твоего супруга. И Алисе Ярославне тоже. Мы предположили, что он не будет против исцелить важных для нас людей. Ту же Марину, в конце концов…

Я многозначительно указал взглядом на входную дверь.

Агата прищурилась и медленно кивнула:

— Понимаю. И… насчёт Марины я тоже догадывалась, хотя на прямой вопрос она мне толком ничего не ответила. Стало быть, вы заинтересованы в Даре Леонида? Это… нормально.

Она задумчиво закивала, переваривая услышанное.

— Рада, что вы не восприняли наши слова в штыки, — взяла слово Алиса.

Агата хмыкнула и повернулась к ней.

— Я слишком многим обязана Александру, чтобы идти в штыки. И вам тоже, Алиса Ярославна, за то, что разместили меня в вашей клинике.

— Ну, мы ведь товарищи, — улыбнулась сестра. — На одном поле боя сражались, как можно забывать об этом?

Вавилова поджала губы и кивнула.

— Я буду бесконечно благодарна вам обоим, если вы сможете вернуть мне Леонида… — проговорила Вавилова, и голос её дрогнул. — Потому что… потому что я не могу это сделать сама. Видя, как Александр старается ради нас, я… — Она всхлипнула и продолжила: — Я тоже не могла сидеть сложа руки! Я договорилась о встрече с Вахрушевым… С Алексеем Сергеевичем — старшим ведьмаком Корпуса, который обещал помочь Лёне. Я рассудила, что можно попробовать договориться с ним о рассрочке — стартовая сумма уже имеется, и даже если бы конечная стала больше миллиона, со временем мы бы общими усилиями смогли её покрыть. Так я думала… А вчера вечером мы встретились, и он… — Агата всхлипнула ещё громче. — Он сказал, что его род ни за какие деньги не станет помогать Лёне! Представляете⁈ Все три рода великих целителей отвернулись от моего мужа! Почему⁈ За что мне это?!! Что он им плохого сделал?!!

Агата задрожала всем телом и, уткнувшись лицом в ладони, зарыдала в голос.

Мы с Алисой хмуро переглянулись.

Что ж… понятно, что вчера произошло. Из-за отказала Вахрушева Агата прорыдала всю ночь, и в итоге её скрутило таким диким спазмом, что врачи едва смогли сохранить ребёнка.

Нельзя вновь допустить такой приступ.

Я сунул руку в карман кофты и достал целлофановый пакетик с моей утренней добычей.

— Агата, посмотри на меня! — требовательно произнёс я, положив ей руку на плечо.

Ноль реакции.

— Ворона, дери тебя за ногу! Голову вверх!

Громко рыдая, женщина подняла на меня заплаканные глаза.

— Жуй водоросль, — велел я, сунув ей в рот пучок «антизверина».

— М?

— Жуй! Это приказ! Не хватало ещё малышу навредить. Что мы потом твоему мужу скажем, когда он очнётся?

Агата попробовала водоросль на вкус и уставилась на меня изумлённым взглядом.

— Просто поверь мне, — вздохнул я. — Это поможет. Съешь. А потом позавтракаешь.

Она продолжила жевать водоросли. Поднявшись на ноги, я налил ей стакан воды. Когда протянул, женщина резко отобрала его и залпом осушила.

— Какая же гадость, а! — выругалась Вавилова.

— Чем лекарство более мерзкое, тем оно полезнее, — хмыкнул я.

— Какое-то нелогичное и ненаучное утверждение, — проворчала ведьма.

— Наши предки придумали решения многих проблем ещё до того, как появились наука и логика, — парировал я. Затем улыбнулся и произнёс: — Пожалуйста, не отчаивайся. В ближайшее время мы обязательно спасём твоего мужа. Обещаю.

Агата поджала губы и кивнула.

Затем мотнула головой и рукавом сорочки вытерла глаза.

После чего обозначила поклон и произнесла:

— Александр, Алиса Ярославна, ещё прошу прощения за эту сцену и ещё раз прошу прощения за доставленные неудобства.

— Не стоит, Агата, — с лёгкой улыбкой ответила моя сестра и заговорщически улыбнулась. — Мы всё понимаем — гормоны бушуют, стресс навалился, ещё и ЧС эта недавняя. Не переживай, отдыхай. И оставайся в нашей больнице до тех пор, пока врачи тебя не отпустят — даже не думай противиться. Быть здесь и восстанавливаться под присмотром нашего медика — это лучшее, что ты можешь сделать вместо извинений.

Алиса беззаботно подмигнула Агате.

Она удивлённо покосилась на неё, затем на меня и пробормотала:

— Вы двое так похожи…

— Потому что оба молодые, красивые и гениальные, — быстро произнёс я, не дав ей развить мысль.

Алиса хихикнула.

В этот момент дверь открылась, и в палату заглянул Григорий. Дворецкий решил лично сообщить, что завтрак и для Агаты с Мариной, и для нас с Алисой готовы подать хоть сейчас.

Мой живот предательски заурчал.

— Со мной всё в порядке, — тепло произнесла Агата, глядя на меня. — Благодаря поддержке от всех вас. Спасибо. А теперь уже, Александр, иди и поешь. Алиса Ярославна… приятного аппетита.

Вежливо простившись с Агатой и перекинувшись парой слов с Мариной, вернувшейся в её палату, мы с сестрой направились в палату деда.

— Это всё из-за нас, — прошипела Алиса, когда вокруг никого не было.

— Ты об отказе Вахрушевых? — уточнил я.

— Ну а о чём же ещё⁈ Саша, Вахрушевы в своё время отреклись от графского титула и, оставшись просто боярами, присягнули на верность великокняжескому роду Романовых-Варшавских.

— Им легко это позволили? — спросил я.

— Перестать быть имперским родом и стать вассалами великого князя? Да, вполне, тогдашний император сам был из Варшавы. Но не об этом речь, Саша! А о том, что…

— Воронцовы и компания ходят сейчас под Варшавой, — перебил я сестру, прекрасно понимая, к чему она клонит. — Да, ты права. Моя связь с Агатой стала чересчур очевидна. Да и твоя тоже, учитывая, что мы все сражались одним отрядом, а наследник Воронцовых своими глазами видел, как хорошо мы взаимодействуем друг с другом. Если исходить из того, что руками Масловых от деда пытались избавиться именно Воронцовы, то вполне логично их желание не дать заполучить нам обязанного жизнью целителя с даром Волконских.

Приложив большой палец к губам, я велел сестре понизить тон — мы как раз подходили к палате деда. Дежурные ратники открыли перед нами двери, и мы вошли внутрь.

Первым делом Алиса подошла к графу Резанову и, наклонившись, поцеловала его дряблую фиолетовую щеку.

— Мы вернулись, деда, — прошептала она.

Поджав губы, Алиса резко отвернулась и деревянной походкой направилась к столику у окна. Забавно, что она сама захотела устроить семейный завтрак в этой комнате, но притом смотреть на деда в его нынешнем состоянии сестре было крайне тяжело.

— Приятного аппетита, — твёрдо произнёс я, принявшись за еду.

Сперва нужно восполнить силы, а уже потом продолжать беседы.

* * *

Разумеется, Алису очень сильно волновало, как же именно мы вернём в строй Леонида Вавилова. Ведь именно от него зависит жизнь нашего деда графа Резанова, а мы за считаные часы лишились обеих возможностей ему помочь.

— Всё не так плохо, как кажется на первый взгляд, — усмехнувшись, произнёс я, попивая кофе с корицей.

— Да как же, Саша? — удивилась сестра, оторвавшись от своего латте. — То, что сделали дед Володя и остальные, сродни предательству!

Я усмехнулся, наблюдая за её бурной реакцией. Разумеется, ещё пока мы ехали в Москву, я рассказал сестре о том, что произошло ночью в особняке Распутиных. И, конечно же, услышанное взбесило Алису. Она хотела сразу же позвонить Владимиру Александровичу и высказать ему всё, что думает о нём и его методах.

Но я напомнил сестре, что она обещала делать лишь то, что я ей разрешу.

Тогда она начала упрашивать меня хотя бы сообщение деду написать.

Я согласовал с ней текст: «Я разочарована».

И после отправки велел игнорировать все попытки графа Распутина дистанционно связаться с внучкой.

И вот теперь мы снова вернулись к этому разговору.

— Всё идёт по плану, Алисушка, — усмехнувшись, произнёс я.

— А по-моему, всё летит в Тартарары! — возмутилась сестра.

— Не веришь мне? — приподнял я бровь.

Она надулась и пробурчала:

— Верю… Но не понимаю, как мы будем лечить деда! Что нам теперь делать? Что предпринять?

— Иногда, чтобы получить результат, не нужно ничего делать — только ждать, — спокойно произнёс я.

Она скептически уставилась на меня. Я усмехнулся и продолжил:

— Когда тебе нужно сварить пельмени, ты ждёшь, пока закипит вода. Если ты начнёшь суетиться — мешать воду ложкой, переливать её из кастрюли в кастрюлю — закипать она будет дольше.

— Хоть пельменей я никогда не варила, аналогию поняла, — пробурчала Алиса.

— Вот и здорово, — усмехнулся я. — Скажу тебе по секрету, своей попыткой запугать меня дед лишь сыграл мне на руку. Не говоря уже о последующем за ней походе по защите его владений.

Алиса подобралась и уставилась на меня пристальным взглядом.

— Ты о своей задержке? Мы все тебе ждали, хоть и недолго… Млада сказала, что ты остался на озере. А теперь вот сунул какую-то водоросль Агате и, как мне показалось, после этой водоросли ей стало легче…

— Какая умная и наблюдательная у меня сестрёнка, — проговорил я, попивая кофе.

— Что это за водоросль?

— Ты и сама всё поняла, — хмыкнул я.

— Откуда ты о ней знаешь? Млада что-то рассказала? Но она была в недоумении. Мне показалось, она понятия не имела, зачем ты остался! Если бы там, на озере, был ценный ресурс её рода, она бы вела себя иначе.

Алиса продолжила сверлить меня тяжёлым взглядом.

Я глубоко вздохнул и посмотрел в её красивые глаза, отливающие металлическим цветом.

— Можешь считать знание об этих водорослях случайным открытием из моей прошлой жизни. В смысле, из той, что была у меня, пока я не выпустился из интерната и не ушёл в свободное плавание. Там много всего интересного со мной случалось…

Я попытался держать лицо, но всё же самую малость мой голос прозвучал печально.

И всё же это сыграло мне на руку.

— Прости, я не должна была давить, — в сторону проговорила Алиса. — Как представлю, как тебе было тяжело сперва в детском доме, потом в интернате, так сразу больно на душе становится, и…

Мне показалось, она может вот-вот заплакать, однако давать ей жевать водоросли мне не хотелось — нужно было сохранить запас для исследований.

Встав с места, я быстро подошёл к сестре и обнял её, прижав её голову к своей груди.

— Ну хватит тебе, всё было не так плохо, — произнёс я, поглаживая сестру по волосам. — В кадетке, например, я познакомился с отличными ребятами. Ты ведь видела Тёму… Тельца и остальных?

— Ну да… — мягко произнесла Алиса. — Они за тебя горой.

— Вот! Так что не забивай себе голову моим прошлым.

Она извернулась и, заглянув мне в глаза, хитро улыбнулась:

— Постараюсь. И постараюсь принять, что у тебя могут быть свои тайны, обретённые за это время. Как, например, та причина помочь Агате, которую ты упоминал ранее, верно?

— Верно, — не стал спорить я.

Я вернулся к своему кофе. Мы обсудили с сестрой насущные вопросы и решили, что стоит озадачить врачей клиники возможностью перевести Леонида Вавилова и других раненых членов его команды сюда. Если это возможно сделать — всем станет проще.

Напоследок я ещё раз заглянул к самой Агате и рассказал ей о нашем замысле. Ведьма была не против — только за. Но, опять же, при условии, что транспортировка из больницы в больницу не навредит пациентам.

Пообщался я и с Мариной. В очередной раз убедился, что мои финансовые дела в надёжных руках, а ещё узнал, что военное училище Артёма всё же потребовало выплатить компенсацию за утраченное имущество — именно Марине я поручил держать этот вопрос под контролем и помогать Тёме советом и деньгами.

Скоты… их курсант вернулся из Проклятых Земель героем, а они требуют с него денег за тот шлак, который едва не убил его…

Противная ситуация, но она уже тоже позади — Артем сам выплатил за имущество из своей доли, заработанной в походе. Кроме того, мы с ним в складчину выкупили шлем и лабрис у вдовы Михея. Конечно же, заплатили по чести — выше рынка.

Я сказал Тёме, что сам на эти два артефакта не претендую, и что продам ему свою долю, как только он скопит нужную сумму.

В общем, дела обсудил, со всеми переговорил, со всеми тепло попрощался и, плюхнувшись на заднее сиденье нашего «Имперца», погрузился в изучение сайта одного бессмертного магазина бытовой электроники.

Можно бы заказать нужную штуковину в «Диких Ягодахъ», но мне прям не терпится приступить к своему исследованию прямо сейчас.

— В МАУД, командир? — деловито уточнил мой водитель.

— Потом, — кивнул я. — А сперва в аптеку и М. Аудио, оба по дороге будут — адреса я тебе скинул.

Около часа потребовалось на закупки. Вася хотел было пойти со мной, но в обоих случаях не нашёл места, где можно толково припарковаться, так что сидел в машине.

— Вот теперь в МАУД, — довольно произнёс я, вернувшись на своё сиденье с небольшой цветной коробкой в руках.

— Йогуртница? — удивился Василий, глядя на неё. — Вы будете готовить йогурт? В аптеке, что ли, лакто бактерии покупали? У меня так предпредыдущая бывшая делала.

— Йогурт, Вася. Йогурт, — усмехнулся я.

— Хм… ну тогда молоко ультрапастеризованное берите, три и два процента. Рекомендую.

Спустя ещё сорок пять минут я наконец-то добрался до Академии. С коробкой, в которой была йогуртница, и бумажным пакетом из аптеки я прогулочным шагом шёл по тенистой аллейке.

Хорошо в МАУД в выходные. Народу мало. Никто не шумит, и…

Хм… Какое знакомое дыхание. Даже два…

И три других я тоже ощущал раньше, но знаком с ними слабо.

Все пятеро находятся в одной точке.

Я повернул голову в том направлении, где дышали люди. Сквозь деревья я увидел очертания хозяйственной постройки, находящейся в отдалении. Той самой, рядом с которой мне дважды попадались кольценосцы.

Вот и сейчас пятеро человек недалеко от неё.

Но хотя бы находятся над землёй, а не под ней.

Прогулочным шагом я направился в сторону пятерых людей. Я чувствовал, как их дыхания учащаются, похоже обстановка там накаляется.

Ускорившись, я увидел трёх знакомых мне кольценосцев.

А перед ними Анну и баронессу.

Глава 7

— Не смей говорить в таком тоне с моим вассалом! — выкрикнула баронесса Завьялова и гневно топнула.

Малышка Зинаида была облачена в тёмное платье и тонкие чулки в цвет, отчего на фоне зелёного парка МАУД казалась мрачным пятном.

И это мрачное пятно было в ярости. Баронессе было плевать на разницу в росте — сейчас она с вызовом смотрела на двухметрового студента.

— Хах! — усмехнулся её оппонент. — При всём уважении, ваше благородие, сейчас вы в столице, а не у себя на малой родине. Вам и вашему вассалу стоило бы чуть поумерить свой пыл и тон. — Он с презрением покосился на Анну, стоявшую подле Завьяловой и гневно хмурящуюся.

— Отчего же? — холодно спросила Анна, вскинув подбородок. — Баронский титул имеет одинаковый вес в любой части Империи. Пусть вы и боярин, господин Логашов, её благородие стоит выше вас в социальной иерархии.

— Лишь номинально, — скривился двухметровый Логашов. — Юридически мы равны, и оба относимся к боярскому сословию. А вот вы — нет. И потому я спрашиваю: какого чёрта вы позволяете себе говорить со мной в таком тоне⁈ Какого чёрта требуете что-то от меня, а⁈

Он повернулся к Анне и, будто бы раздулся в плечах. Баронесса попыталась снова наброситься на Логашова, но перед ней оказались два его улыбчивых собрата-кольценосца.

Анна гневно смотрела на боярина, собираясь с мыслями, но ответить что-либо не успела.

— Зинаида Константиновна, Анна, рад вас видеть, — добродушно произнёс я, «отключив» воздушное рассеивание, под которым я скрытно подошёл к спорщикам.

Но несмотря на скрыт, я изначально не собирался стоять в сторонке. Не тогда, когда юные змеевидцы наседают на моих товарищей.

— Александр? — удивлённо пробормотала Анна. Казалось, моё появление развеяло большую часть её ярости.

— Егоров? — самодовольно хмыкнула баронесса и, скривившись, покосилась на кольценосцев.

Мол, «ну что, твари? Сейчас вы попляшете!»

Однако и бить морды боярам, пока я сам простолюдин, я тоже не намеревался.

Ну… по крайней мере, в открытую.

Поэтому я всё с той же добродушной улыбкой повернулся к Логашову и продолжил:

— Доброго дня, судари. Прошу прощения, что прерываю вашу захватывающую беседу, но вынужден похитить у вас этих милых сударынь.

Я подхватил Анну под локоток и потянул в сторону баронессы. Подхватил Завьялову другой рукой…

От удивления и неожиданности ни одна из них и не думала сопротивляться. Я уж подумал, что мы так и уйдём по-английски, не прощаясь.

Однако за спиной раздалось громогласное:

— Стоять!

Я поморщился. Эмоции, которые я всё это время давил внутри себя, начали бурлить и прорываться наружу.

Что за мерзавец, а⁈ Это мелочь думает, что может разговаривать со мной в таком тоне? Особенно после того, как пытался бычить на Анну?

Молодое тело с радостью отзывалось не негодование души.

Я остановился и обернулся через плечо.

— Это вы мне, сударь? — хмуро спросил я.

Анна посмотрела на меня с тревогой и чуть потянула в сторону, будто пытаясь увести подальше от конфликта.

Нет, Анна не страшится конфликтов. Но, как я уже успел заметить, она слишком переживает за то, что я простолюдин, а проблемы на свою голову ищу отнюдь не простолюдинские.

Ведь в случае конфликта простолюдина и боярина закон однозначно будет на стороне последнего.

А вот баронесса смотрела на меня с горящими глазами. Её взгляд будто бы кричал: «Давай мясо! Давай мясо!»

— Тебе, Егоров, — поморщившись, ответил Логашов. — Так уж и быть, я закрою глаза на то, что ты сейчас самым наглым образом вмешался в нашу беседу. Но сделаю это лишь потому, что ты кой-кому очень нужен. — Он усмехнулся и, с победным видом глянув на Анну, продолжил: — Тебя ждут, Егоров. Скоро придёт время выбрать нужную сторону.

Анна в мгновенье ока поняла суть сказанного и изумлённо уставилась на меня.

Но, к чести своей, руки не отпустила и даже не отпрянула.

Верит в меня. Хоть слышать, как змеевидцы открыто зазывают меня к себе, ей явно неприятно.

Реакция Анны чуть успокоила бушующую во мне ярость. Я усмехнулся и, пожав плечами, ответил Логашову:

— Понятия не имею, о чём вы, сударь. А теперь, господа, прошу нас простить. До свидания. Дамы, позвольте проводить вас до общежития.

Больше он не окликал меня, иначе выглядел бы совсем жалко. Мы с девушками молча прошли до поворота, баронесса оглянулась и, убедившись, что нас уже не видно, резко выдернула свою ручку.

— Отпусти меня, Егоров! Что ты себе позволяешь⁈ И Анну не смей трогать!

Я покосился на неё и, улыбнувшись, проговорил:

— Зина, ну чего ты такая злая сегодня?

— «Зина»? — удивлённо хлопнув ресничками, переспросила Анна и недовольно уставилась…

Нет, не на меня, а на свою «госпожу».

Баронесса смутилась и невнятно пробурчала:

— Понятия не имею, что это Егоров себе позволяет…

— Твои слова ранят моё сердце, Зина! — изобразил я ужас. — И это после всего, что было между нами в подземелье?

Щёчки баронессы залило румянцем, и она, яростно топнув, выпалила:

— Ничего не было! НИ-ЧЕ-ГО!!!

— Да-да, ты права… — покивал я. — Как сказал Росомаха: «Что было в подземелье — остаётся в подземелье»… Малышка!

— Ар-р-р-р!!! — как пират зарычала баронесса и рванула на наши с Анной руки. — Не неси чушь!

Увы, пришлось отпустить Анну, иначе баронесса просто повисла бы на нас.

Анна удивлённо смотрела на свою «госпожу», потом повернулась ко мне и покачала головой.

— Как я вижу, вы двое в самом деле хорошо провели время в подземелье. И даже страшная рана её благородия не помешала вам. Спасибо, Александр, что позаботились о ней.

— Вы уже не раз благодарили меня, — улыбнулся я Анне.

Она кивнула и перевела взгляд на Завьялову.

— А вас, ваше благородие, я хочу попросить всё же подробнее мне рассказать обо всём, что там произошло. А то, когда я спрашивала, вы говорили, что ничего особенного. Но… сдаётся мне, всё же что-то особенное там было.

— Эм… ну… — потерялась баронесса, а затем выдохнула и опустила голову.

Мне даже стало её немного жаль, так что я поспешил сменить тему:

— Дамы, я обещал проводить вас до общежития. Пойдёмте?

— Пойдёмте, — кивнула Анна, с грустью покосилась на мой локоть, но тут же подняла взгляд и первой направилась по аллее.

Хах… она хотела бы и дальше идти со мной под ручку. Но если я предложу — откажется.

Я быстро догнал её, открыл было рот, чтобы задать один важный вопрос, да не успел.

— Александр, прошу, ответьте мне честно. Я правильно поняла, что некая организация, действующая в том числе в пределах МАУД, приглашала вас в свои ряды?

Спросив это, она даже не посмотрела на меня. Наоборот, делала вид, что её очень сильно заинтересовала клумба с огромными петуньями.

— Правильно, — спокойно ответил я. — Круг Змеевидца подкидывал мне под дверь письмо с предложением.

Анна резко повернулась и уставилась на меня.

— Вы даже знаете их название? — выпалила она. — Откуда?

Я состроил скептическое выражение лица и почесал затылок.

— Хм… — поняла меня Анна. — Наводили справки у знакомых аристократов? Резановых? Самоцветовых? Может быть, Мурашовых?

Я улыбнулся вместо ответа.

Анна кивнула.

— Понятно… И… Что вы думаете ответить Кругу? — В её голосе слышалась тревога. Девушка сбивчиво продолжила: — Раз они приглашают вас к себе, стало быть, высоко оценили ваш потенциал… Хотя изначально пытались за ваш счёт устроить проверку своему новичку. — Она смешно поморщила носик, припомнив случай в столовой.

А затем вновь уставилась на меня с таким видом, будто боится услышать ответ.

Я не хотел лишний раз заставлять Анну волноваться, потому не стал ходить вокруг да около и произнёс:

— Всё верно: часть Круга считает, что я мог бы быть им полезен. Но не переживайте, другая его часть подкидывает мне не письма под дверь, а ядовитых змей в постель.

Я усмехнулся.

Баронесса, молча слушавшая нашу беседу, громко хмыкнула. А Анна, поджав губы, покачала головой:

— Значит, вам тоже…

— Да, — кивнул я. — Как и вам. Вы не ошиблись в своём предположении, что Круг может и мне отправить это… предупреждение? Я, честно говоря, сомневаюсь, что они в самом деле были уверены, что я не замечу чёрную змею на белых простынях. А если бы она действительно меня отравила? Зачем Кругу такая шумиха в своём гнезде?

— Я согласна с вами, — холодно произнесла Анна, глядя куда-то вдаль. — Однако, думаю, в стенах МАУД дело бы смогли замять.

— Не буду с вами спорить, — кивнул я. — Секундочку. Мне нужно кое-что забрать.

Ускорившись, я оторвался от девушек и быстрым шагом направился к ближайшим кустам черёмухи. За ними я уже слышал знакомый голос:

— Ты погляди, какая находка, Мишенька! — радостно воскликнула комендантша общежития для преподавателей и персонала.

— Хм… может, это кто-то оставил, Зоя? — пробасил в ответ, видимо, её молодой фаворит — плотник, устроившийся в МАУД этим летом. — Или что хуже… Бомба! Не трогай её, нужно сообщить охране!

— Тю, Мишенька! Чего людей лишний раз беспокоить. Давай возьмём, и я тебе дома йогурт сделаю! А может, лучше продать на «А-вите», и…

Обогнув кусты, я увидел короткостриженую рыжую женщину и молодого накаченного парня в майке-алкашке. Комендантша как раз тянула свои пухленькие ручонки к моей йогуртнице.

— Извините, Зоя Петровна, но эта штука — моя, — произнёс я, с улыбкой наблюдая за ними.

Комендантша вздрогнула и повернула голову.

— Егоров? — пробурчала она недовольно. — Вот так встреча. Хорошо поживаешь в новом общежитии? Вот и поживай дальше там, где поживаешь.

Она продолжила тянуться к моей недавней покупке.

— Вы что же, Зоя Петровна, воровать удумали? — усмехнулся я.

— Эй… парень, — скривился плотник Миша и попёр на меня. — А ты не обнаглел так с моей Зоей говорить?

— А? — хмуро спросил я, глядя ему в глаза.

На самом деле мне уже не терпелось добраться до своей комнаты и заняться исследованиями, и то, что обычный переход через территорию МАУД превратился для меня в полосу препятствий, уже порядком напрягало.

Миша, видимо, оказался глубоко чувственной натурой, ибо прекрасно прочувствовал мой настрой, отступил и опустил голову.

— Не… ну если в самом деле твоя, то извиняй… просто… ну лежит без дела… — пробурчал он себе под нос.

Я прошёл мимо него, забрал «свою прелесть» и пакет с покупками прямо перед носом ошалевшей комендантши.

— Егоров! — окликнула она меня. — А точно твоё, а?

— Вам чек показать, что ли? — скривился я, глядя на неё.

— Эм… да ладно, верю. Ты парень не из брехунов. Но больше свои вещи так не бросай! Это нарушает правила Академии! Я, считай, сейчас тебя прикрыла от проблем!

— Ага, спасибо, — усмехнулся я и, повернувшись к Мише, добавил: — Береги её, дружище. Такая баба и накормит, и согреет.

Я хмыкнул и пошёл дальше.

— Да! Конечно! — крикнул мне в спину Михаил. — Буду беречь!

Баронесса и Анна уже догнали меня и сейчас с любопытством наблюдали эту сцену.

— Значит, вам нравится, когда женщина может вас накормить? — как бы невзначай поинтересовалась Анна, услышавшая мои последние слова.

— А кому это не нравится? — усмехнулся я. А затем серьёзным тоном добавил: — Но тут главное, чтобы ещё и женщина сама нравилась. Разговоры о том, что мужчины могут отдаться за кастрюлю борща, сильно преувеличены.

Анна чуть покраснела и улыбнулась краешком губ.

— А ты, Егоров, за что готов отдаться? — хмыкнула баронесса.

— А вы с какой целью интересуетесь? — тут же спросил я её. — Планы на меня строите?

— Эй! Не фантазируй! — мгновенно выпалила она и аж подскочила от гнева. — Не дождёшься такого! Никогда!

— Слишком бурно реагируете, — хмыкнул я, продолжая шагать в обнимку с йогуртницей. — Но, отвечая на ваш вопрос… некий пирог с брюшками сёмги, возможно, и смог бы растопить моё холодное сердце.

Я с улыбкой посмотрел на Анну. Она вскинулась и залилась румянцем, но тут же отвернулась.

Баронесса на миг подвисла. А затем бросилась на меня, размахивая своими мелкими кулачками.

— Ты свои шутки шути, да не зашучивайся! — верещала она. — Ишь! Комедиант!

— А я и не шучу, — усмехался я, легко уворачиваясь от её атак.

— Вот и я о том же! Шутник чёртов!

— Ваше благородие! — В один момент Анна подхватила её за плечо, и баронесса замерла с поднятой рукой. — Ну право слово, негоже высокородной аристократке устраивать такие игры в публичном месте.

От её взгляда Завьялова снова сжалась и стала казаться ещё мельче, чем была на самом деле.

— Кхм… — кашлянула Анна. — Пройдёмте дальше. Хм… вижу, вы, Александр, надумали поставить домашний йогурт?

Анна плавным жестом указала на мою йогуртницу. Я решил помочь ей сменить тему и ответил:

— Да вот, что-то захотелось свежих лактобактерий.

— Похвально, — кивнула девушка. — Правильное пищеварение — залог здоровья всего организма. Позволите дать вам совет?

— От вас я готов выслушивать любые советы, — с серьёзным видом кивнул я.

«Но не обязательно им следовать», — продолжил мысленно.

Анна благодарно кивнула и важно произнесла:

— Для приготовления используйте ультрапастеризованное молоко — в нём нет антибиотиков, которые убивают все полезные лактобактерии. Ну а чтобы йогурт был вкуснее, советую выбирать молоко с жирностью не меньше трёх процентов.

— Благодарю, Анна, — со всей серьёзностью кивнул я, не став говорить, что уже слышал этот совет от Василия.

Когда мы подошли к общежитию, Анна удивила меня, предложив поужинать сегодня. Пару секунд я смотрел на неё с тёплой улыбкой на устах и уже представлял, куда поведу девушку, думал, что надеть…

Хотел уж было произнести что-то в духе:

«Вы всё-таки решили принять моё предложение?»

Но баронесса Завьялова развеяла волшебство момента.

— Я тоже буду с вами, — проворчала она. — Столовая при общежитии станет отличным местом для нашей встречи.

Я опять перевёл взгляд на Анну. Она была предельно серьёзна.

Хм… стало быть, ужин не романтический, а деловой?

— Хорошо, — кивнул я. — В какое время вам будет удобно?

Обсудив с девушками детали предстоящей встречи, я поспешил в свой номер.

Ну наконец-то!

Эксперименты!

Надеюсь, никто мне больше не помешает, и…

Я открывал дверь номера, когда в грудь влетел энергетический сгусток. Чуть пошатнувшись, я зашёл внутрь, прикрыл дверь за собой и уселся на пуфик в прихожей.

Проклятье… всякий раз, когда Воздушный Близнец возвращается не по моей воле, откат от заклинания бьёт по мне гораздо сильнее.

Он опять был вынужден экстренно сваливать.

Это ожидаемо… Хоть я стал сильнее, а вместе со мной и мои заклинания, всё же Близнец не смог пробиться сквозь защиту подземного убежища местных Змеевидцев.

И всё же он продержался там дольше, чем в прошлый раз.

Я оставил его с Логашовым и его прихвостнями, когда мы попрощались, а сейчас я «впитывал» воспоминания.

Итак, мой шпион видел, как Логашов, убедившись, что никого нет поблизости, вместе с двумя товарищами вошёл в одиночный хозблок. Внутри было грязно и пыльно — как в какой-то заброшке. Притом для заброшки в этом здании было навешано слишком уж много разных артефактов.

Своим перстнем с изображением «Змеевидца» Логашов открыл люк и спустился в подвал. Троица прошла по коридору, в котором вспыхивал холодный электрический свет, и остановилась в небольшом мрачном холле перед следующей дверью. Доступа дальше у Логашова не было.

Усевшись на кожаный диван, троица принялась обсуждать недавнее происшествие. Как оказалось, Анна «наехала» на них за то, что «юные братья» с подачи Логашова вчера вечером затравили одного нашего однокурсника из второй группы.

Забавно, я думал, что только наша четвёртая группа — «отщепенцы», но, видимо, и в других группах встречаются те, на ком змеевидцы могут проверять своих неофитов.

Пока Логашов с товарищами беседовал, в подвал спустились ещё трое и присоединились к разговору. Я запоминал каждое услышанное слово и каждое увиденное лицо.

А затем я ощутил напряжение своего Близнеца. В один момент он почувствовал, что пора сваливать, иначе враг обнаружит моё отслеживающее заклинание.

Из последних сил невидимый шпион пытался фиксировать всё, что происходит вокруг. И перед тем, как вернуться ко мне, он увидел очередную группу спускающихся в подвал змеевидцев.

Во главе этой группы шла красивая, грустная девушка.

С волосами цвета белого, только что выпавшего снега.

Глава 8

Минут десять я стоял под душем, приводя мысли в порядок. Слишком много всего происходит со мной в последнее время. Если бы я не имел опыт своей прошлой жизни, а был обычным потерянным в детстве носителем крови графского рода Резановых — уже сто раз бы облажался.

А может, и вовсе бы не дожил до этого момента.

Плюс Печать Близнеца мне очень сильно помогает разгрузить мозг и сбалансировать умственную деятельность. Это очень здорово, когда ты осмысленно можешь переводить часть своих тяжёлых дум в «фоновый процесс».

В общем, из душа я вышел бодрым и весёлым.

И мог всецело сосредоточиться на эксперименте.

Йогуртницу я доставал из коробки с особым трепетом, невольно вспоминая, как сердобольная продавец-консультант, встав спиной к камерам магазина, шептала мне что-то в духе:

«Я бы не советовала её брать. Вы сильно переплатите за бесполезные функции».

Я вежливо поблагодарил женщину, переживающую за мой кошелёк больше, чем за свой собственный. Ведь она явно получает процент с продаж, а купить мне предлагала ту йогуртницу, что стоило в три раза дешевле.

Забота этой продавщицы настолько меня тронула, что, спустившись на первый этаж торгового центра, после покупки йогуртницы в «М. Аудио», я приобрёл коробку подарочного шоколада с надписью «С благодарностью» и курьерской доставкой до получателя — отправил сердобольной продавщице.

О «бесполезных» функциях выбранного мной прибора я знал ещё до похода в магазин — когда выбирал модель в глобале.

За эти бесполезные функции его и выбрал.

Казалось бы, зачем йогуртнице цифровой дисплей и термостат с возможностью настроить любую температуру от двадцати пяти до семидесяти градусов по Цельсию? Учитывая, что при холодных температурах процесс сквашивания толком не запустится, а при температуре выше сорока пяти градусов всё полетит в тартарары?

Однако мне нужна постоянная температура шестьдесят шесть градусов.

Да-да… Даже в моём мире ещё в те счастливые времена, когда демоны считались лишь выдумкой, ходила легенда о том, что три шестёрки — Число Дьявола. У нас шестёрок две… И Дева не очень-то удивилась, когда, разрабатывая свой рецепт, поняла, какая именно температура будет идеальна для приготовления «Зелья успокоения».

«Легенды не на пустом месте рождаются», — любила повторять она.

Вспоминая свою давнюю боевую подругу, я достал стеклянную тару из йогуртницы и прокипятил её. Потом насухо вытер чистым полотенцем и насыпал на дно мелко порезанные водоросли-антизверин.

Из верхнего ящика на кухне я достал запечатанную бутылку двадцатилетнего коньяка, купленную на случай внезапных посиделок мужской компанией.

Посиделок до сих пор не было…

Но коньяк пригодился.

Я отмерил сто миллилитров и залил водоросли, после чего поставил тару в йогуртницу и активировал таймер на двенадцать часов.

Затем измельчил купленные в аптеки травки: валериану, ромашку, пустырник, пион, боярышник, душицу, и…

Подорожник, как основу всего. Хотя сам по себе он и не обладает успокаивающим свойством, но Дева говорила, что подорожник применим практически везде.

Ну а кто я такой, чтобы спорить с великим учёным постапокалиптического двадцать пятого века?

Я залил всё это коньяком и оставил настаиваться под марлей в шкафчике.

Всё, главное дело на сегодня сделано, можно и вздремнуть немного.

Только форточку откроем, а то запашок в комнате стоит как в аптеке.

* * *

На ужин с баронессой и Анной в столовую общаги я отправился в своём лучшем костюме — из тех, что я приобрёл сам, ибо надевать тот синий костюм, который передала мне сестра, показалось перебором.

Слишком уж он хорош для простолюдина Егорова.

И всё же мой нынешний тёмно-синий костюм тоже смотрелся на мне достойно.

А ещё он очень хорошо гармонировал с роскошным интерьером общажной столовой для студентов МАУД. Далеко не каждый простолюдинский ресторан мог бы похвастаться таким интерьером.

Анна с баронессой Завьяловой будто специально выбрали время, когда в столовой будет по максимуму народу. Все такие красивые, дорого одетые… Пусть большинство юношей носили более повседневные или, как иногда говорят, «клубные» пиджаки, я вписывался отлично.

Хорошо, что не пришёл в футболке и шортах.

Девушки забронировали для нас столик в самом центре, к которому меня и проводила местная хостес, едва я вошёл в распахнутые двери столовой.

— Блюда скоро будут поданы, — с полуулыбкой сообщила она мне.

Ну да, Анна заранее поинтересовалась, что бы я предпочёл на ужин.

Не хочет ждать, пока приготовят…

Притом хочет, чтобы все нас видели…

Очень противоречивые желания у Анны. Вроде как быстро зайти в час пик, всем показаться и выйти.

Что ж… я догадываюсь, о чём пойдёт речь.

Анна и Зинаида Константиновна вплыли в столовую, будто две павы. Анна в зелёном платье с плечами-фонариками, а баронесса в алом, кроем напоминающем банный халат.

Обе выглядели сногсшибательно. Даже малютка Завьялова — я бы мог долго наслаждаться её внешним видом, если бы…

Не Анна, которая притягивала мой взор гораздо сильнее.

— Сударыни, выглядите бесподобно, — проговорил я, поднявшись на ноги и отвесив им поклон.

— Ты тоже неплох, Егоров, — отозвалась баронесса.

— Спасибо, Александр, — сдержанно произнесла Анна.

Однако в её голосе я уловил торжествующие нотки. Девушка была довольна произведённым эффектом.

Я отодвинул перед ними стулья, дамы уселись за стол, а подоспевшие официанты подали нам блюда и наполнили фужеры игристым вином.

— За встречу, — подняла бокал баронесса на правах старшей по социальному статусу.

— И за чудесный вечер, — добавила Анна.

— Поддерживаю, — кивнул я.

Дамы пригубили игристого вина, всем своим видом демонстрируя стать и грацию. Я тоже не стал падать в грязь лицом и пить всё залпом. Сделал несколько глотков и приступил к трапезе.

Краем глаза я отмечал, что на нас то и дело посматривают другие гости столовой. Ну да, я ем тут очень редко, а так, чтобы в «час-пик», да ещё и в компании двух аристократок — и вовсе впервые. А ведь я довольно популярная фигура в Академии, и на лицо меня здесь знают.

Вот и привлекаем внимание.

Хотя…

Парочка типов, из тех, что я сегодня видел в тайном подземелье Змеевидцев через Воздушного Близнеца, явно посматривают в нашу сторону не из праздного любопытства.

Собирают информацию для начальства…

Ну да бес с ними. Сегодня не до них.

— Благодарю за приглашение, сударыни, — произнёс я, покончив с основным блюдом и снова подняв фужер. — Вы скрасили мой сегодняшний вечер.

— Могу то же самое ответить и вам, — негромко произнесла Анна. — К тому же, я ведь обещала подумать, как реализовать ваше предложение.

Она печально улыбнулась.

Не понял…

Анна всё-таки хотела бы поужинать со мной вдвоём, но не может этого сделать? Сама себе не позволяет? Или что?

— Моё предложение автоматически возобновляемое и бессрочное, — заверил её я.

— Так что можем как-нибудь ещё раз втроём встретиться, — вставила свои пять копеек баронесса и подняла очередной тост.

Народу становилось всё больше и больше, и в какой-то момент свободных столиков в столовой совсем не осталось. Стало довольно шумно. То и дело мы кивками здоровались со знакомыми соседями, проходящими мимо. Казалось, будто все, кто остался на выходных в общаге, собрались здесь.

Даже боярин Логашов пришёл!

Хотя беловолосой не было.

— Знаете, Александр, — оглядевшись по сторонам и оценив забитость столовой, проговорила Анна. — За ваш подвиг мне бы хотелось, чтобы вы получали награды в более торжественной обстановке…

Она замолчала и ещё раз грустно посмотрела по сторонам.

— Ну так церемония «Благодарности и Награждения» ждёт всех нас во вторник, — с улыбкой поддержал я Анну. — Полагаю, там торжество будет на уровне.

— О да, — усмехнулась баронесса.

— И мы можем пойти туда все вместе, — продолжил я. — Как костяк группы, уничтожившей одно из Ядер.

Девушки переглянулись между собой.

— Посмотрим, — быстро произнесла баронесса. — Сейчас мы собрались здесь по другой причине, Егоров.

Она снова мельком глянула на Анну, та чуть опустила ресницы — эдакий незаметный кивок. Баронесса уставилась мне в глаза и твёрдо произнесла:

— Ты спас мне жизнь, Егоров. Мне — баронессе. И мой род по достоинству оценил твой героический поступок!

Заскрипели ножки тяжёлого стула о кафель, и Зинаида Константиновна гордо поднялась во весь свой крохотный рост.

— За твой выдающийся подвиг мой род с гордостью и честью называет тебя, Александр Егоров, своим Другом! — объявила она на весь зал.

Народ вокруг притих и с любопытством уставился в нашу сторону. Зазвучал размеренный цокот каблучков по плитке — из коридора к своей госпоже подошла служанка Лика.

На вытянутых руках девушка несла чёрный лакированный футляр. Остановившись подле баронессы, она склонилась и застыла в поклоне.

— Как символ нашей Дружбы, прошу принять этот скромный подарок, — властно произнесла баронесса. Как по команде Лика открыла футляр, и маленькая Завьялова ловко выхватила из него кинжал с изогнутым лезвием и с кольцом в навершии.

Зинаида Константиновна крутанула его на пальце и протянула мне.

Я поднялся с места и молча принял кинжал из рук девушки.

— Поразительная работа мастера, — пробормотал я, чувствуя энергетические узоры артефакта.

— Мы назвали его «Коготь Рыси», — гордо произнесла баронесса. — Артефакт четвёртой ступени с возможностью модернизации.

Где-то в зале послышался удивлённый шёпот.

Интересно, найдутся умники, которые захотят убить простолюдина Егорова за такую ценность? Четвёртая ступень…

Это очень круто.

Всего в мире существует пять ступеней ранжирования. И тут неважно, ранги это зелий, ранги личной магической силы, ранги артефактов или же ранги монстров.

Четвёртая ступень…

И этот чудесный кинжал можно улучшить? Поднять до максимума?

Я любовно погладил оружие и обозначил поклон.

— Благодарю вас, Зинаида Константиновна. Ваш подарок я оценил по достоинству.

— Ни один артефакт не сравнится по ценности с жизнью достойного человека, — проговорила Анна, привлекая моё внимание.

Посмотрев на неё, я улыбнулся и кивнул.

Забавное название они дали кинжалу.

Кажется, будто Анна, которую я нарёк «Рысь», награждает меня за спасение своей верной «госпожи»-телохранительницы и дарует мне свой коготь. Частичку себя.

— Спасибо, — повторил я и положил кинжал в футляр, который мне протягивала Лика.

Как ни крути, долго размахивать артефактным оружием в переполненной столовой МАУД не стоит.

Даже во время церемонии награждения.

* * *

Моё утро воскресенья, по своему обыкновению, началось с лёгкой разминки. Едва покончив с ней, я бросился умываться, а затем побежал проверять результаты своих праведных алхимических трудов.

Открыв выключенную йогуртницу, я заглянул внутрь и расплылся в довольной улыбке. По запаху и внешнему виду основы зелья я сразу понял, что всё получилось.

Вторая часть зелья тоже успела настояться и разбухнуть. Я смешал обе части, залил в простерилизованную банку и, крепко закрыв крышку, убрал зелье в тёмный шкаф.

У меня получилось повторить «Зелье успокоения», созданное Девой в моём прошлом мире. То самое, которое мы использовали для допроса одержимых.

Полагаю, и в этом мире мы сможем использовать его по изначальному назначению. Увы…

Я скрипнул зубами, костеря демонов и одержимых. Проклятье! Почему они проникли в мой новый мир? Почему…

Стоп! Хватит уже.

Я ещё не закрыл шкафчик и покосился на банку с зельем. Может, самому выпить, чтобы так бурно не реагировать на свои же мысли о демонах?

— Ха! — громко усмехнулся и захлопнул шкафчик.

Слишком это зелье мощное, чтобы просто так его пить.

Да и потом, сейчас у меня в наличии всего лишь одна банка. Конечно же, она не для меня. И, надеюсь, не для одержимых.

Это мой козырь и одновременно «предложение» Распутиным.

Теперь осталось дождаться, когда уже дед Володя соберётся с мыслями и даст о себе знать.

Думая об этом, я переоделся и вышел на утреннюю пробежку. Погодка была хорошая, пели птички…

Красота!

И главное — вокруг ни души. Хорошо это, иногда побыть наедине с самим собой. Но, увы, мне редко получается насладиться одиночеством — постоянно что-то у кого-то происходит, нужно кого-то спасать, что-то предпринимать…

Решено! Сегодняшнее утро я проведу один! На рыбалку, увы, сходить не получится, но хотя бы загляну в открывшееся неподалёку заведение из «Сети кофеен барона Арзамова».

Вкусный завтрак в тихом месте — то, что мне сейчас нужно, чтобы немного выровнять рваный ритм своей буйной жизни.

Пребывая в предвкушении, я добрался до турников и начал делать свой ежедневный комплекс. «Коготь Рыси», который я решил носить с собой всегда, мне совсем не мешал. Внизу футляра оказались ещё и ножны для артефакта, так что я без проблем закрепил его на пояс.

Да уж… Боевой артефакт как символ «Дружбы» — это мощно. Не то что «пустое» кольцо от Мурашовых.

И ведь это уже третья моя Дружба с боярским родом, о чём вчера вечером мне с радостью напомнила баронесса. А затем она с гордостью заявила, что уже передала документы для комиссии по смене социального статуса.

— Радуйся, Егоров! — торжественно заявила крошка Завьялова. — Вскоре ты станешь аристократом.

— Раньше времени поздравлять не буду, — мягко поддержала её Анна, — но я не сомневаюсь, что комиссия примет правильное решение. Вы достойны быть аристократом. И доказали это не словом, а делом. Вы станете дворянином благодаря вашим достижениям. А не благодаря всяким… ухищрениям. — Она многозначительно посмотрела на меня.

В общем, Анна дала мне понять, что статус аристократа от меня никуда не убежит, даже если я откажусь от всех предложений матрилинейных браков. Интересно, Анна думает, что у меня много таких предложений?

Хотя на самом деле только одно, и ответ нужно дать уже сегодня.

А всё-таки ловко Анна с баронессой провернули эту публичную церемонию награждения! Теперь вся Академия знает, что я — Друг не только Самоцветовых, но и Завьяловых. А большинство и о Дружбе с Мурашовыми в курсе.

Этой церемонией Анна с баронессой дали всем понять, что если кто до сих пор воспринимает меня как выскочку-простолюдина — завязывайте с этим. Всё иначе.

Думая об этом, я возвращался в общежитие для студентов, когда заметил в окне третьего этажа знакомый силуэт. Беловолосая, как обычно, помахала мне. Я ответил ей тем же и даже смог разобрать улыбку на её устах.

Забавно… Во-первых, моего шпиона вчера точно не заметили — отсутствие изменения в реакции беловолосой лишь доказывает это.

А во-вторых, интересно же получается — мне кажется, беловолосая сейчас искреннее рада меня видеть. А вот вчера в компании кольценосцев на их тайной базе она казалась какой-то грустной.

И ведь именно после того, как она появилась со своей группкой, мой Воздушный Близнец экстренно свалил. Стало быть, рядом с Логашовым и теми, кто прибыл в тайное подземелье раньше, он угрозы не чувствовал.

Надо бы уже наконец сподобиться и пообщаться с этой беловолосой принцессой в башне.

Но попозже, не сейчас.

А сейчас у меня завтрак!

Приняв душ, я приоделся и направился на воскресную прогулку. По дороге через МАУД встретил нескольких знакомых студентов, поздоровался с ними кивком и продолжил путь.

Никто меня не отвлекал.

Ничего мне не мешало…

Ага, как же!

Меня определённо вели от самых ворот Академии. Я чувствовал несколько источников дыхания, которые неотрывно следовали за мной. Решив проверить свою догадку, я даже свернул во двор с главной улицы.

Они свернули за мной.

Один из них ускорился и пошёл на сближение.

Я ощутил, как бок начало согревать приятным теплом. Что происходит, леший его задери?

Чем ближе был неизвестный, тем сильнее нагревался мой бок. Тот самый, на котором висели ножны в «Когтем Рыси». Я вспомнил, как вчера, когда мы расходились по комнатам после ужина, Анна приблизилась ко мне и с серьёзным видом прошептала:

«Если кто-то захочет вас убить, „Коготь Рыси“ сообщит».

Вот что она имела в виду? Артефакт реагирует на жажду убийства, нацеленную на его хозяина?

Любопытно… Хороший мне ножик подарили. Крайне щедрый подарок! За амуницию такого уровня можно хоть каждый день крошку Завьялову от неминуемой смерти спасать.

А дальше произошло одновременно три вещи.

Я начал разворачиваться, выхватывая из ножен «Коготь Рыси». Мужчина в чёрной толстовке с капюшоном, преследовавший меня, резко ускорился и уже был подле меня. В руках он держал длинный нож, а в глазах его плясала безумная решимость.

В тот же миг ещё один мужик-преследователь — из тех, что был подальше — заорал на весь двор:

— Егоров! Берегись!

Что, забодай вас леший, здесь происходит⁈

Глава 9

В последний момент я решил не использовать «Коготь Рыси», ибо видел, что за моей жизнью отправили явного дилетанта. Его движения были неуклюжими, словно он впервые держал в руках нож. Я успел обернуться и, схватив его за запястье железной хваткой, с лёгкостью перекинул через себя.

Мужик грохнулся на тропинку, как безвольный мешок костей. Его тело глухо ударилось о землю, а из груди вырвался протяжный стон, полный боли и разочарования.

— Кто тебя послал⁈ — рявкнул я, прижав к его шее его же нож.

Ответить что-либо нападавший не успел — я почувствовал, как воздух рядом с нами разрезает стремительная игла. Время будто замедлилось, когда я увидел тускло поблёскивающий дротик, летящий прямо в мою сторону. Действуя на одних лишь инстинктах, я отбил его в сторону потоком воздуха.

На траву метрах в трёх от нас упал дротик со снотворным — такими обычно усыпляют крупных животных в заповедниках.

Накинув нападавшему на голову удушающий пузырь, я резко вскочил на ноги, готовый биться с тремя мужиками, бежавшими в нашу сторону. В руках двоих из них были ветеринарные ружья — шприцемёты, заряженные неизвестным содержимым. А вот третий держал наготове артефактный пистолет, украшенный витиеватыми узорами.

— Егоров, мы тебе не враги! — быстро выпалил он, вскидывая руки в примирительном жесте. — Мы здесь, чтобы помочь тебе!

Я сразу обратил внимание на герб, что был на пиджаках всех троих — щит с изображением гружённой брёвнами телеги, которую серая лошадь тащила в сторону горизонта.

— Ратники рода Извольских, — хмыкнул я, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Какая неожиданная встреча…

Я покосился на мужика за своей спиной, который корчился на земле в тщетных попытках стянуть с головы пузырь. Пусть он и был создан с помощью магии воздуха, как раз воздуха внутри него не было. Лицо неудачливого убийцы побагровело от удушья, а глаза выпучились, словно у рыбы, выброшенной на берег.

— Мы здесь, чтобы пригласить тебя! — косясь на нападавшего, быстро произнёс ратник. — По приказу Ольги Аркадьевны…

Его голос заглушил рёв мотора ворвавшейся во дворик чёрной сверкающей машины. «Лада. Лисица» — не такая дорогая, как «Лада. Волчица», но всё же достаточно статусная, чтобы её покупали дворяне.

«Лисица» подъехала максимально близко к нам — едва не протаранила старенький низкий заборчик, отгораживающий асфальтированную дорогу от газона.

Задняя дверь «Лисицы» распахнулась быстрее, чем передние, и я увидел красивую девушку в бежевом летнем платье и шляпке с хризантемой. Её фигура была изящной, словно выточенной из мрамора, а осанка — горделивой.

Со взволнованным видом девушка рванула в нашу сторону так быстро, что её светлые волосы развевались на ветру, словно знамя. Я сразу узнал её — ведь не раз просматривал фотографии своей потенциальной невесты.

— Ольга Аркадьевна, постойте! — выкрикнула выскочившая следом за Извольской девушка-телохранитель.

Однако обогнать госпожу она не успела — путь Ольге Извольской преградил один из ратников с ветеринарным ружьём.

— Ольга Аркадьевна… — начал было он, но девушка хмуро посмотрела на него своими пронзительно-голубыми глазами и властно произнесла:

— Отойди.

Мужчина поджал губы и посторонился, пропуская госпожу.

Извольская подлетела ко мне и, остановившись в полутора метрах, напряжённо осмотрела меня со всех сторон.

— Вы не ранены… — выдохнула она с явным облегчением, и в её голосе прозвучала искренняя забота. — Хвала богам! Когда мне сообщили, что вас преследует какой-то мужчина с ножом, я очень перепугалась и велела помочь вам.

Она замерла, подобралась и, резко выдохнув, проговорила:

— Позвольте представиться, Извольская Ольга Аркадьевна. Я искала встречи с вами. Пыталась выбрать момент получше… — Девушка замялась и развела руки в стороны: — Увы, получилось как получилось.

Я усмехнулся. Первое впечатление на меня Ольга произвела исключительно положительное — в её глазах читалась решительность, а голос звучал довольно искренне.

— Ваше появление, Ольга Аркадьевна, вышло весьма впечатляющим и ярким, — произнёс я. — Так что, я считаю, что получилось неплохо.

Девушка улыбнулась и благодарно кивнула.

А затем недобро посмотрела на моего пленника. Я уже видоизменил пузырь на его голове — растянул его, превратив в купол и запустив внутрь немного воздуха. Мужчина лежал внутри без чувств, дожидаясь своей участи.

— Уведите его! — властно произнесла Ольга Аркадьевна, указав на неудачливого убийцу. — Уведите, допросите и сделайте так, чтобы он больше никогда не думал покушаться на жизни других.

Ратники кивнули и подались вперёд.

— Секундочку, — хмуро произнёс я, покосившись в их сторону.

Мужчины замерли и вопросительно уставились на свою госпожу. Она подняла руку, призывая их подождать.

Я же продолжил, не сводя глаз с Извольской:

— При всём уважении, Ольга Аркадьевна, этот человек пытался убить меня, и в данный момент является моим, — выделил я это слово, — пленником.

Пару мгновений моя потенциальная невеста удивлённо смотрела мне в глаза, а затем произнесла:

— Прошу прощения, если своим поспешным приказом я оскорбила вас, Александр Ярославович. Но я рассудила, что вам не стоит лишний раз подвергать себя опасности со стороны… хм… закона. При моём глубоком уважении к вам, с вашем текущим социальным статусом лучше не заниматься допросами преступников. И уж тем более не стоит ограничивать свободу других подданных Империи. Ещё раз прошу прощения за мои слова, если они покажутся вам грубыми. Но даже для Друга двух боярских родов проявление излишнего свободоволия может быть опасным.

Она виновато пожала плечами.

Хм… а ведь я вновь не чувствую наигранности в её словах. Она в самом деле сейчас пытается уберечь меня от возможных юридических проблем? Ведь простолюдин не может никого допрашивать сам — в этом Извольская права.

— Хочу вас поправить, Ольга Аркадьевна, — произнёс я с полуулыбкой. — Я Друг трёх боярских родов.

— Трёх? — искренне удивилась она и растерянно хлопнула ресницами. А затем с печалью в голосе произнесла: — Поняла… Вы не останавливаетесь в своём стремительном развитии. Это похвально и очень впечатляет.

Секунду она обречённо разглядывала землю под ногами, а затем вновь горделиво выпрямила спину и уверенно продолжила:

— И, тем не менее, я уверена, что допрос другого человека в вашем положении может доставить вам проблем. Да и, к тому же, как мне показалось, вы куда-то направлялись. Позвольте моим людям заняться допросом. Обещаю, я поделюсь с вами всей полученной от них информацией. — Она улыбнулась краешком губ.

Я до сих пор не чувствовал в её словах лжи. Ольга Аркадьевна в самом деле за меня переживает и хочет мне помочь? Вот только поведение её ратников заставляет насторожиться. Они действовали так, будто не хотят, чтобы я услышал ответы нападавшего.

Хм…

Учитывая, что я собираюсь сегодня отказать Извольским, я могу сильно подставиться, если сейчас заберу нападавшего с собой. Ведь в обиде своей они могут выступить против меня свидетелями. Ещё и сами жандармов привлекут, мол, что этот простолюдин себе позволяет? Похищает людей и удерживает их силой!

Лишний раз мне подставляться уж точно не хочется.

При этом у меня есть и другие способы добычи информации, помимо самоличного допроса.

— Гляжу, вы, Ольга Аркадьевна, не готовы терпеть несправедливость, учинённую на ваших глазах, — произнёс я вежливо.

— Конечно, — сверкнула глазами девушка и гневно посмотрела на пленника. — То, что пытался сделать этот человек — недопустимо!

Я усмехнулся и одобрительно кивнул:

— Что ж, тогда оставляю его вашим ратникам.

«А вместе с ним и Воздушного Близнеца», — мысленно закончил я.

Ратники Извольских спешно подогнали микроавтобус, в который и «упаковали» неудачливого убийцу. Мы с Ольгой Аркадьевной проводили машину взглядом, после чего девушка вновь повернулась ко мне.

Несколько секунд она ждала, что я возобновлю диалог.

Наивная.

Мне от неё ничего не нужно.

— Александр Ярославович, — не выдержала Ольга Извольская. — Как я уже сказала, я искала с вами встречи. Должно быть, вы догадываетесь, что побудило меня сделать это?

— Конечно, — улыбнулся я ей. — Вы хотите попросить меня не принимать предложение вашего отца.

— Что? — Извольская в ужасе округлила глаза. Казалось, у неё волосы под шляпкой встали дыбом от шока. — Нет, что вы! Напротив!

— Напротив? — изобразил я удивление.

— Кхм… — смутилась она. — Ну… да…

— А-а-а-а-а!!! — раздался слева от нас громкий детский плач. — Мама, я замарался!!!

Мы с Извольской одновременно покосились на усталую женщина, которая катила перед собой коляску с малышом в тщетных попытках догнать старшего сына, убежавшего вперёд и застрявшего в грязи.

— Кхм… — снова кашлянула Ольга. — Вы не против продолжить наш разговор в другом месте? Куда вы спешили? Я могу подвезти вас, и…

— Нет, — перебил я её. — Я шёл позавтракать в кофейню. И приятная прогулка пешком до самой кофейни — неотъемлемая часть процесса приёма пищи.

Она удивлённо хлопнула ресничками и горестно покосилась на свою машину. Затем на меня, на тропинку, ведущую из двора на главную улицу…

А затем собралась с чувствами и решилась.

— Позвольте мне составить вам компанию в вашей прогулке и завтраке, — проговорила она с таким видом, будто бы собралась идти со мной зачищать древние Проклятые Земли, а не гулять по утренней Москве.

— Вы уверены, что вам будет приятно в моей компании? — продолжил я проверять Ольгу. — Я ищу утреннего спокойствия и тишины. Если вы хотите пройтись со мной, то, пожалуйста, без охраны. Устал я от большого скопления людей.

Я вопросительно уставился на неё.

— Да! — решительно ответила девушка. — Меня всё устраивает. Уверяю вас, охрана не помешает. Но… — Она потупилась, тяжело вздохнула и нехотя продолжила: — Совсем без присмотра они меня не могут оставить — они выполняют приказ моих родителей. Пожалуйста, позвольте им быть в зоне досягаемости.

— Но чтобы не мешали, — с нажимом произнёс я.

— Да. Конечно! — обрадовалась Ольга Извольская.

Затем она отправилась отдавать приказы ратникам. Делала это непоколебимо и властно. Один из охранников попытался было возразить, мол, опасно это, госпожа…

В итоге мужик дважды пожалел о своём решении, а мы с Ольгой Извольской спустя пару минут направились прочь из этого двора.

Девушка шла гордо, как и подобает истинной аристократке. На местных жителей она глядела лишь вскользь, всем своим видом демонстрируя социальное превосходство.

Но я чувствовал, что ей неспокойно.

— Не бойтесь, это хороший район. Всё-таки два высококлассных ВУЗа поблизости, — проговорил я, когда мы вышли на главную улицу.

— А я не боюсь, — быстро произнесла Ольга Извольская. — Просто принимаю новый опыт. Потомственные аристократы ничего не боятся.

Я усмехнулся и спокойно ответил:

— Среди простолюдинов тоже хватает храбрецов. Как этот идиот, что решил напасть на меня…

— Подлец, — процедила Извольская.

— Но шансов у него изначально почти не было, — пожал я плечами. — Я хорошо тренирован. Ещё и ваши люди были поблизости, вооружённые до зубов… — Я сделал вид, что что-то припомнил и усмехнулся: — Но, признаюсь, я удивлён, что у них оказались с собой шприцемёты. Мне доводилось видеть ратников разных родов с разным вооружением. Но со шприцемётами впервые. Это какая-то особенность? Почему так?

Я вопросительно посмотрел на свою спутницу. Она смешно нахмурилась, погрузившись в мысли.

— Честно говоря, я не очень хорошо разбираюсь в вооружении ратников, чтобы давать экспертную оценку. Просто, когда обнаружили, что за вами кто-то следит, глава охраны предложил использовать снотворное, а не пули. Я посчитала это правильным и одобрила его решение.

Браво! Я почти уверен, что Ольга Извольская знать не знала, что неудачливый убийца изначально шёл в связке с ратниками её рода.

— Понял вас, — кивнул я. — Что ж, вы приняли правильное решение. Приятно общаться с умным человеком.

Ольга ответила на мой дежурный комплимент, и беседа плавно перешла в общее русло. Общаться с ней в самом деле было легко, хоть мы и виделись сегодня впервые. Да, нам обоим помогало, что мы заранее изучили досье друг на друга…

Но и личные качества девушки отрицать нельзя. С виду она властная аристократка, но при этом довольно непосредственная и учится на художника.

— При выборе ВУЗа родители позволили мне самой принять решение, — произнесла она, когда мы подошли к кофейне. — Ух ты, это же кофейня барона Арзамова!

Извольская явно обрадовалась.

— А вы думали, я иду завтракать в чебуречную на остановке и её называю «кофейня»? — усмехнулся я.

Девушка смутилась и начала отнекиваться.

Заведение из сети барона Арзамова нас встретило улыбками официантов, ароматом кофе и свежей выпечки. Мы Ольгой заняли единственный свободный столик у окна и сделали заказ. Я взял себе «Большой плотный завтрак» и кедровый латте с дополнительной порцией кофе. Ольга, даже не глядя в меню, заказала картофельную вафлю с форелью и лавандовый раф. Подумав, я тоже взял дополнительно такую же вафлю.

Гулять — так гулять!

Ратники Извольских, всё это время сопровождавшие нас, тоже хотели бы разместиться в зале, но мест ни внутри, ни на летней веранде больше не осталось. Так что они по одному подходили к бариста и делали заказы навынос, пока остальные стояли на улице.

Затейники…

Когда мы сели друг напротив друга в кофейне, Ольга Извольская стала больше нервничать. Сперва она просто напряжённо оглядывалась по сторонам, затем сбегала припудрить носик, вернулась…

Будто бы и не было того лёгкого общения по пути сюда.

В итоге девушка смогла собраться с мыслями и явно хотела уж было устроить нам разговоры о важном…

Не успела — принесли заказ.

— Приятного аппетита, — произнёс я, с восторгом разглядывая жареные колбаски и яишенку.

— Приятного аппетита, — грустно вздохнула она.

Молодец Ольга — не стала отвлекать меня от еды, за что получила плюс пятьдесят очков в моих глазах.

С наслаждением набив брюхо, я решил, что хватит уже тянуть, можно и выслушать даму. К этому моменту я уже получил отчёт от Воздушного Близнеца и полностью убедился в своих подозрениях.

Неумеху-убийцу послали за мной Извольские.

А если точнее, жена Аркадия Петровича — главы рода. Чем этот горемыка провинился перед Извольскими, я не знаю, но за сегодняшнее деяние ему и его семье обещали простить прошлые прегрешения.

Любопытно получается…

Я уверен на девяносто пять процентов, что убить меня не хотели. Скорее… выставить Извольских моими спасителями? Особенно Ольгу, как ту, кто приказал ратникам мне помочь.

Получается, матушка сама использовала свою дочь втёмную?

Ради её же блага?

— Так зачем вы искали со мной встречи, Ольга Аркадьевна? — спросил я, поставив на стол чашку с кофе.

Девушка на миг замерла, затем подняла на меня глаза, пару секунд поколебалась и твёрдо произнесла:

— Я хотела лично познакомиться с вами. И… — Её щёки предательски покраснели.

Воспитанные аристократки могут быть холодными и властными… но как раз воспитанные аристократки не обучены говорить с мужчинами о чувствах и явно непривычны к такому.

— И я хотела показать вам, что могу стать вам хорошей женой, — переборов смущение, твёрдо произнесла Ольга, а затем решительно продолжила: — Пожалуйста, примите предложение моего отца и возьмите меня в жёны. — Она склонила голову из положения сидя.

Очень серьёзный шаг для аристократки — так кланяться простолюдину. Ольга для себя уже всё решила: она будет счастлива стать моей женой и приложит все усилия, чтобы стать мне надёжной поддержкой в будущем.

Вот только зачем ей это? Вопрос…

Глава 10

В кофейне сети барона Арзамова было шумно, и никто не обращал внимания на нас с молодой дворянкой Извольской, которая, склонив голову, ждала моего ответа.

— Ольга Аркадьевна, выпрямитесь, пожалуйста, и взгляните на меня, — спокойно произнёс я и, дождавшись, когда увижу её пронзительные голубые глаза, твёрдым тоном спросил: — Зачем вам это?

Она замерла, а затем снова отвела взгляд в сторону и пробурчала:

— Ну… вам не кажется, что вы задаёте очень смущающие вопросы, Александр Ярославович?

— Не кажется, — ответил я ровно, — учитывая подтекст нашей встречи.

Извольская выдохнула и, повернувшись ко мне, чётко произнесла:

— Вы сильны, амбициозны, умны, в вас чувствуется деловая жилка. Вы уже подтвердили Достоинство и не один раз успешно ходили в Проклятые Земли. Кроме того, вы умудрились поступить в МАУД. Мне неприятно это говорить, но мой кузен два года назад не смог поступить в этот ВУЗ, хотя и очень сильно желал этого. Исходя из всего вышесказанного, резюмирую: вы прекрасный кандидат в мужья.

Она смотрела на меня с жаром в глазах и не отводила взгляда.

— Но я безродный простолюдин, — напомнил я девушке.

— Это недоразумение вмиг перестанет быть проблемой после нашего брака, — быстро произнесла она. — Вы станете дворянином, как и я.

— Хм… — протянул я и задумчиво склонил голову набок.

Под моим пристальным взглядом она продержалась всего секунд десять, после чего отвела глаза.

— В чём ещё дело? — спросил я требовательно.

— Ну… — протянула она, а затем быстро произнесла: — Вышеперечисленного более чем достаточно!

— Вот как? — хмыкнул я. — А что ваши родные думают о перспективе породниться со мной?

— Родные? — искренне удивилась она. — Отец ведь лично сделал вам предложение — он точно не против.

— А ваша матушка?

— А матушка только рада будет, — улыбнулась краешком губ Ольга Аркадьевна.

— Чему же?

— Тому, что её дочь останется в роду. — Улыбка Извольской стала более яркой, однако уже через секунду Ольга Аркадьевна подобралась и быстро произнесла: — Если, конечно, вы примете наше предложение.

На самом деле пазлы в моей голове уже почти сложились в единую незамысловатую картинку. Однако же хотелось получить ещё парочку деталей.

— А что насчёт вас, Ольга Аркадьевна? — спросил я хмуро. — Отбросим внешние причины. Что насчёт внутренних?

Я молча указал себе пальцем на солнечное сплетение.

— Нет, ну вы… — пробурчала она. — В самом деле пытаетесь выбить из меня признание в чувствах? Или что? Я обещаю вам, что стану вам лучшей женой. — Она отвернулась и закончила: — И… всё у нас будет хорошо.

Я откинулся на спинку стула, наблюдая за её реакцией. Забавная смесь: в Извольской одновременно боролись недовольство и смущение. Ольга хотела бы высказать более прямо всё, что думает о моём допросе, однако же не хотела меня спугнуть.

Но и отвечать ей было неловко.

Что ж, добьём.

— А что насчёт княжича Пермского? — отхлебнув кофе, спросил я.

Девушка замерла, глядя на цветущий в кадушке куст. Глаза её были расширены от шока.

— Жени? — выпалила она, резко повернувшись. — Ой… в смысле, его сиятельства?

Я думал, она будет краснеть и лепетать, пытаясь убедить меня, что ничем не связана с моим одногруппником, который позавчера уж слишком бурно отреагировал на случайно обнаруженную в моей комнате фотку Ольги.

Однако же Извольская смогла меня удивить.

Взгляд её стал холодным, а голос леденящим душу.

— Понятия не имею, почему вы вспомнили о нём. Его сиятельство резко прекратил наше общение три года назад и заблокировал мой номер. Должно быть, он нашёл себе нового друга по переписке. А может быть, ему больше нет нужды поддерживать с кем-то дистанционное общение? Может быть, ему хватает живого? В любом случае, меня это никоим образом не касается. Не знаю, с чего вы вообще решили, что меня и его сиятельство может что-то связывать!

Она гордо вскинула подбородок и скрестила руки на груди.

Какая бурная реакция, а… Что-то в духе: «Я бежал за вами три квартала, чтобы сказать, что вы мне безразличны»?

Хотелось усмехнуться, но я сдержался и кивнул.

— Что ж, понял вас…

Я принялся методично размешивать кофе, всем своим видом демонстрируя глубокую задумчивость. Полностью скрыть свои эмоции я не пытался. Ольга Извольская же оказалась очень внимательной девушкой — она долго всматривалась в моё лицо, а затем с болью в голосе произнесла:

— Вы не хотите принимать моё предложение, верно? Наша встреча ничуть не повлияла на ваше решение?

Я поднял на неё глаза и виновато улыбнулся.

Обманывать её после того, как она сама вышла со мной на контакт, я не собирался. Да и какая разница, говорить «нет» Извольским сейчас или через несколько часов? Всё равно ведь сегодня крайний срок.

Однако что-либо ответить я не успел. Ольга подалась вперёд и накрыла мою руку своими ладонями.

— Александр Ярославович, вы мой последний шанс, — зашептала она, с ужасом глядя мне в глаза. — Я не хотела этого говорить… но… но… если вы откажетесь жениться на мне, меня выдадут замуж за барона фон Штрейзена! Такова воля моего отца!

В её глазах блеснули слёзы. От такого эмоционального напора на миг даже у меня сжалось сердце.

— И что же, вы не желаете становиться баронессой? — спросил я.

Ольга Извольская пару секунд удивлённо смотрела на меня, а затем, смогла взять себя в руки. Горделиво выпрямив спину, она пригубила свой раф и, поставив кружку, сдержанно ответила:

— Полагаю, вы не слышали о бароне фон Штрейзене… — внешне спокойно ответила она. — Ему шестьдесят восемь, и к этому моменту он уже семь раз успел овдоветь. Последних трёх жён он похоронил за минувшие пять лет. Все они были молодыми дворянками.

Её голос предательски дрогнул.

Я нахмурился.

— Мне показалось, ваш отец не станет вредить вам… — хмуро проговорил я.

— Род всегда превыше всего, — в сторону произнесла Ольга Извольская.

Что ж… теперь понятно желание её матери выдать дочурку замуж именно за меня и оставить её при себе.

Альтернатива-то отвратительная.

Полагаю, у этого фон Штрейзена влияния хоть отбавляй, и за Ольгу он посулил Извольским очень «вкусные подарки».

Пока я прибывал в размышления, Ольга Извольская с глупой надеждой в глазах смотрела на меня.

Я тяжело вздохнул и произнёс:

— Я не могу принять ваше предложение. Вы — чудесная девушка, Ольга Аркадьевна. Однако же браки по расчёту меня не интересуют. Простите. И спасибо за вашу честность и компанию.

Я поднялся на ноги и поклонился ей.

Я думал, Ольга взорвётся и наконец-то позволит себе высказать всё, что думает обо мне.

Но она лишь отвернулась и тихо проговорила:

— Этим вы и отличаетесь от многих аристократов… Я понимаю вас, Александр Ярославович. Спасибо вам за честность и за то, что дали мне небольшую отсрочку.

Она горько усмехнулась и помахала мне рукой.

Кивнув на прощание несчастной девушке, я быстрым шагом покинул кофейню.

Мне нет дела до Извольских… Хотя вру — они вассалы тех, кто желает уничтожить моих родных, и этот факт по умолчанию ставит дворян Извольских как минимум в графу «неприятели».

Но даже если так, мне жаль Ольгу. Пусть в своём прошлом мире я жил аристократом, мне удалось избежать участи жениться по расчёту. Как и моим родителям, к слову. И моим детям я тоже позволил выбрать себе спутников жизни по любви.

Хоть я и сам по рождению уже второй раз аристократ, такая сторона жизни знати, как политические или экономически браки, мне неприятна.

Я не хотел оставлять Ольгу в такой мерзкой ситуации. Не знаю, что там за хрыщ этот барон… Но даже если смерти его жён — лишь совпадение, в чём я очень сомневаюсь, нельзя отдавать ему на заклание молоденьких нецелованных девушек.

Пусть найдёт себе старушку и радуется с ней жизни до гроба, а не вот это всё.

Держа в руке телефон, я выбрал нужный контакт и с нетерпением принялся ждать ответа.

— Алло? — сонно пробурчал Ваня Медведев.

— Некогда спать, Урса, Родина в опасности! — рявкнул я в трубку.

— Что? Близнец, какие приказы? Что случилось⁈ — быстро подобрался он.

— Отличная реакция, боец, — я похвалил его. — И раз уж ты уже проснулся, скинь мне номер его светлости — дело есть.

На том конце телефона повисло напряжённое молчание.

— Так… тебе нужен номер его светлости, верно? — уточнил Медведев спустя несколько секунд.

— Я так и сказал, — хмуро ответил я. — Не тяни, Ваня.

— Эм… Понимаешь, нельзя просто так взять и попросить номер княжича.

— Почему? — хмыкнул я. — Мы же одногруппники? А завтра мы с ним всё равно в Академии увидимся.

— Александр… — замялся он. — Мне не хочется это говорить…

Я тяжело вздохнул и перебил его:

— Если ты хочешь напомнить мне о нашей с княжичем разнице в социальных статусах — не нужно. А вот что нужно, так это сказать ему, что дело в некотором роде касается жизни и смерти одной милой девушки по имени Ольга Извольская. Смекаешь? А теперь давай, звони уже его светлости.

Я отключился, не дав Ивану возможности что-либо возразить.

Я уже почти дошёл до границ МАУД, когда мой телефон снова ожил, и на экране высветился незнакомый номер.

— Слушаю, — ровным тоном ответил я.

— Александр? — пробасил княжич Пермский Евгений Евгеньевич Ермолаев. — Приветствую. Мне сказали, ты очень сильно искал беседы со мной. Надеюсь, это не шутка.

— Добрый день, ваша светлость. Не шутка. Я только что встречался с Ольгой Аркадьевной Извольской.

— И что? — резко перебил он меня. — Хочешь, чтобы я поздравил тебя с этим? Ты сказал, ей что-то угрожает! Что ты имел в виду?

— Успокойтесь и выслушайте меня, — хмуро произнёс я.

— А ты не забываешься ли, разговаривая со мной в таком тоне? — начал заводиться он.

— А как мне ещё с вами разговаривать, если вы сами позвонили мне и не даёте слова сказать? Если наша беседа вам неинтересна, можем завершить её.

— Кхм… — кашлянул он и громко втянул воздух ноздрями. — Я услышал тебя. Нам обоим стоит немного остыть. Что ты хотел обсудить?

— Я отказал Ольге Аркадьевне, — припечатал я. — И кое-что спросил насчёт вас.

— Что??? — опешил Ермолаев. — У неё? Насчёт меня⁈ Зачем⁈ Кто тебя вообще за язык тянул, а⁈

— Успокойтесь, — вздохнул я. — Она в обиде на вас за то, что заблокировали её, и не понимает ваших истинных мотивов.

— Каких ещё мотивов? — прорычал он.

— Которые побудили вас прекратить ваше с ней общение, Евгений Евгеньевич. И которые побудили вас сразу же мне перезвонить.

— Без понятия, о чём ты, — пробурчал он. — И? Ты сказал, её жизнь под угрозой!

— После моего отказа её, скорее всего, в ближайшее время выдадут замуж за барона фон Штрейзена.

— Что??? За него?!!

— Вижу, вы в курсе, кто это, — хмыкнул я.

Но княжич не обратил внимания на мои слова.

— Почему ты отказал ей⁈ — выкрикнул он. — Лучше ты, чем этот… Ты должен был жениться на ней и защитить её от такой участи!

— Ой ли? — хмыкнул я. — Вы ничего не путаете? Я ничего не должен ни ей, ни вам, Евгений Евгеньевич. А вот что вы должны делать в сложившейся ситуации, решать уже лично вам. Хорошего дня. Увидимся завтра на учёбе.

Я положил трубку, не дав и этому одногруппнику возможности хоть что-то возразить.

* * *

Воскресенье прошло на удивление спокойно — я сходил на разминочную тренировку с Коптером и Алиной в нашем укромном месте, пообщался с Тельцом и ребятами по конференц-связи, обсудил текущие дела с Мариной.

Почитал полученное на электронную почту бесполезное письмо от СБ Извольских с результатом допроса моего несостоявшегося убийцы. Несмотря на мой отказ жениться на ней, Ольга обещание выполнила. Правда, СБ её рода сообщила мне, что ничего узнать не удалось, допрашиваемый откусил себе язык и умер.

Враньё, конечно. Но, полагаю, самой Ольге Извольской как раз эту версию и передали.

С сестричкой тоже, разумеется, поговорил. Пришлось вновь убеждать Алису, что всё идёт своим чередом, и скоро Распутины сделают нужный нам ход.

В итоге эта бешеная неделя наконец-то завершилась.

Извольские, а вместе с ними и Воронцовы получили мой прямой отказ. Теперь остаётся ждать, какую подлянку и когда именно они выкинут.

Ну а сам я свободен от этого подвешенного состояния с матрилинейным браком.

С последствиями своего отказа я столкнулся уже в понедельник на длинной «обеденной» перемене.

День шёл своим чередом — одногруппники и даже другие студенты МАУД подходили ко мне лично поздравить с удачным походом в Проклятые Земли. На парах я успел ответить и получить высший балл… Всё как обычно. Разве что княжич Пермский с самого утра был чересчур задумчивым. Ну спасибо ему, что хотя бы не стал меня игнорировать утром и поздоровался со мной, когда я вошёл в аудиторию.

Да чего уж, он даже со всеми нами пошёл в столовую, хотя и держался с Ваней Медведевым особняком.

И вот в столовой, когда я уже почти покончил со своим обедом…

Одногруппники за нашим длинным столом как-то синхронно притихли и покосились мне за спину.

В этой тишине я услышал размеренные шаги.

Хотя сам я, благодаря поисковому заклинанию, ещё раньше знал о том, что к нам приближается один важный источник дыхания в окружении своей свиты.

Я доел, выпил компот, вытер рот салфеткой и развернулся. Как раз в тот момент, когда вновь прибывший набирал в лёгкие воздух, чтобы окрикнуть меня.

Едва наши глаза встретились, он замер, ничего не сказав.

Краем глаза я отметил, как притихли люди и за другими столиками. Например, за тем, где уважаемый второкурсник граф Самоцветов вместе со своей невестой, великой боярыней Варшавской-Романовой, трапезничали вместе с товарищами.

Всем в столовой было интересно, зачем другой второкурсник — граф Орлов — решил подойти ко мне.

Этот мелкий надменный хлюпик поправил свою густую шевелюру и, глядя на меня сверху вниз, произнёс:

— Приветствую, Александр Ярославович. Впечатлён твоими подвигами в Проклятых Землях. Браво.

Он начал размеренно хлопать.

Его свита, в которой все, как и сам Орлов, носили на левых мизинцах кольца с изображением мужской головы с завязанными глазами и волосами-змеями, поддержали эти пафосные аплодисменты.

— Благодарю, Михаил Сергеевич, — ответил я ровно и ухмыльнулся.

Интересно, Орлов из тех Змеевидцев, которые хотят меня пригласить к себе? Или из тех, кто с радостью от меня бы избавился?

Раньше он пытался «проверить» на мне неофита Круга. С тех пор что-то изменилось?

— В начале учебного года у нас были небольшие разногласия, — произнёс он громко, чтобы слышала вся столовая. — Но я предлагаю уладить это недоразумение. Приходи на следующую перемену в аудиторию триста тринадцать. Обсудим всё и решим, как нам дальше двигаться вместе по единому пути. Приходи, Александр Ярославович. Буду ждать. Судари, сударыни, честь имею.

Кивнув остальным моим одногруппникам, он развернулся и уверенной походкой направился прочь из столовой.

— Однако ж… — задумчиво проговорил Захар Ионов, как и остальные, глядя вслед змеевидцам.

— Ага, — согласился я.

Всю следующую пару я ловил на себе взгляды одногруппников. Ребята были напряжены, а кто-то, например, Анна, откровенно встревожены.

Когда прозвенел звонок, и я уже собирался пойти на встречу змеевидцам, ко мне решительным шагом подошёл княжич Пермский.

— Помощь нужна? — спросил он прямо. — Я могу составить тебе компанию.

— И я тоже! — тут же поддержал его Ваня Медведев.

— И я!

— И я!

— Пойдёмте вместе!

Одногруппники наперебой выказывали мне свою поддержку, отчего на душе вмиг стало тепло.

— Да! — громче остальных выкрикнула кудрявая смуглянка Диана Казадзе. — Мы же все — четвёртая группа! Давайте держаться вместе! Правильно я говорю, староста?

Она уставилась на Анну озорным взглядом. Остальные притихли и тоже повернулись в её сторону.

— Я… полагаю, только Александру решать, нужно ли кому-то сейчас идти с ним, — проговорила староста и решительно посмотрела мне в глаза.

Я благодарно улыбнулся Анне, а затем обвёл тем же благодарным взглядом остальных одногруппников.

— Спасибо, друзья! Ваш порыв я оценил и запомнил. Но наша прекрасная староста, как всегда, права. Я думаю, меня одного более чем достаточно для графа Орлова. Слишком много чести приходить всем составом.

Ребята притихли. Анна молча кивнула, принимая мои слова, а княжич Пермский громко усмехнулся и протянул мне ладонь.

— Другого я от тебя и не ожидал, — пробасил он. — Иди уже и пошли их всех куда подальше.

Глава 11

Я остановился перед тяжёлой дубовой дверью, на которой висела ажурная табличка с надписью: «Аудитория 313».

Не люблю цифру тринадцать.

И дело тут даже не в суевериях — ещё в моём прошлом мире до Пришествия демонов «тринадцать» считалось числом, связанным с нечистой силой, притом, что в дальнейшем с настоящими демонами оно никак не пересекалось.

Не нравится мне это число по другой причине. По личной. Какая-то оно нелепое и угловатое…

Ха! Но внешний вид, конечно же, вторичен. Моя главная нелюбовь к числу тринадцать зиждется на том, что некоторые учёные ещё в моём прошлом мире пытались навязать всем тринадцатое Зодиакальное созвездие. Созвездие Змееносца. Однако же я, как носитель Дара «Друг Звёзд», ответственно заявляю, что Зодиаков — двенадцать. Я могу дать двенадцать Печатей и создать полный Круг.

Всё, что больше — ересь и излишество.

Я усмехнулся, вспомнив, как в молодости прошлой жизни бесился при упоминании тринадцатого созвездия. Потом с возрастом я стал спокойнее, ну а после Пришествия демонов мне вообще стало не до пустых сотрясаний воздуха. К числу тринадцать у меня осталась лишь фоновая неприязнь.

Но сейчас почитатели змей, у которых свой Круг, ждут меня именно в тринадцатой аудитории.

Иронично.

Надавив на ручку, я открыл дверь и вошёл в просторную комнату.

Что ж…

Помещение явно не предназначалось для учебных занятий. Никаких тебе привычных парт и досок — вместо них стояли кожаные кресла, диваны, несколько столиков с кальянами, подносы с напитками… Большие окна были завешаны тяжёлыми тёмными шторами, что вкупе с дымом кальянов погружало комнату в давящий полумрак.

— Неплохо вы тут устроились, — усмехнулся я, глядя на студентов, сидящих на диванах и креслах.

Все они мне были в разной степени знакомы — я ведь старался запоминать тех, кто носит кольца на левых мизинцах. Глядя на посадку юных змеевидцев, я мог понять, кто в чьей свите находится. Дворяне-кольценосцы тянулись к боярам, и чем статуснее был боярин, тем больше людишек к нему стекалось.

Например, на левом колене графа Орлова сидела эффектная блондинка-второкурсница, а справа к нему жалась красивая рыжая девушка с моего курса из второй группы. Обе были заметно выше и мясистее тщедушного хлюпика-графа.

— Ещё раз здравствуй, Александр Ярославович, — гостеприимным тоном произнёс Орлов и указал на свободное кожаное кресло: — Проходи, присаживайся. Только тебя и ждём.

— Благодарю, — кивнул я и лёгкой походкой направился к креслу.

А ничего… удобное! На комфорте в Круге Змеевидцев явно не экономят.

— Не желаешь ли выпить? — учтиво предложил граф и, улыбнувшись, добавил: — Разумеется, напитки безалкогольные — мы не оскорбляем Академию возлияниями на переменах между занятиями.

— Какие вы правильные, — улыбнулся я. — Что ж, раз предлагаете, выберу облепиховый морс.

Я указал на графин с напитком оранжевого цвета, стоящий на столике недалеко от диванчика Орлова и его прихвостней.

Мне было любопытно, кто подаст напиток — из-за элитарности и закрытости Круга слуг здесь не было.

Или мне самому скажут налить?

— Лея, будь добра, уважь нашего дорогого гостя. — Орлов повернулся к своей рыжей подружке.

Девушка проворно спрыгнула с дивана, без лишних слов наполнила пустой бокал и принесла его мне.

— Спасибо, — поблагодарил я дворянку.

Она лишь хмыкнула и вернулась на своё место. Правда, стала жаться к Орлову ещё сильнее, тараня своей объёмной грудью его тонкую ручонку.

Я потянул стакан к своим губам, краем глаза отметив, как внимательно смотрят за мной все присутствующие.

Усмехнувшись, я вылил содержимое стакана на пол.

Ох, как же удивилась вся местная мелочёвка, а! Любо-дорого смотреть на их округлившиеся глаза.

А вот граф-хлюпик хмурится.

С вызовом уставившись на Орлова, я хмыкнул и произнёс:

— Слишком горьковатый запах у вашего облепихового морса.

Граф нахмурился ещё сильнее, а затем резко повернулся к рыжей и властно произнёс:

— Лея, принеси. Пожалуйста.

Девушка покорно кивнула, поднялась с места и сходила за графином. Усевшись обратно, она вновь принялась жаться к Орлову, но наткнулась на его вытянутую ладонь.

Она поняла графа без слов и прекратила активный натиск.

Ну а тщедушный коротышка вдумчиво понюхал напиток.

— Чуешь что-то? — спросил он сидевшей на его колене блондинки.

Та понюхала и отрицательно мотнула головой:

— Нет, Миш. По мне, ничем не пахнет.

— И по мне тоже, — произнёс Орлов и молча протянул графин рыжей.

Та обречённо вздохнула и снова поднялась с дивана.

— Значит, унюхал запах, — утвердительно проговорил Орлов, буравя меня пристальным взглядом.

— Как я и сказал, — пожал я плечами.

И не соврал. Запах яда я в самом деле почувствовал. А ещё, благодаря Воздушному Близнецу, я видел весь процесс подготовки юных змеевидцев к моему приходу. Примечательно, что в этой аудитории при нынешнем составе «хозяев» мой невидимый шпион чувствует себя свободно и не боится быть раскрытым.

Стало быть, по-настоящему важных шишек здесь нет?

— Поразительно, — заявил Орлов и громко усмехнулся. — Похоже, и от Распутиных тебе передалось кое-что полезное. Не Родовой Дар, конечно, но обострённое на физическом уровне обоняние тоже неплохо.

— Не понимаю, о чём ты, Михаил Сергеевич, — криво усмехнувшись, ответил я.

— Брось, Александр Ярославович, — покачал он головой. — Всё ты понимаешь. Ты заметил, что я не называю тебя «Егоров», верно? Потому что нельзя столь пренебрежительно обращаться к урождённому графу Резанову.

Он самодовольно усмехнулся.

Я тяжело вздохнул и мельком глянул на остальных присутствующих здесь. Некоторые из них с недоумением пялились на графа Орлова, другие же, в основном бояре, удивлены не были.

Что ж… значит, до этого момента не все змеевидцы знали, кто я.

А теперь, полагаю, вся мелочь будет в курсе.

— И всё же сейчас моя фамилия — «Егоров», — произнёс я спокойно.

— Да, — покивал Орлов. — И этот факт удивляет многих. Ты поддерживаешь связь со своим дедом и сестрой, но до сих пор не вернул себе свою истинную великую фамилию. Почему?

— У всех свои причины, — хмыкнул я. — У вас ведь была причина пытаться отравить меня сейчас?

Орлов замер, изображая удивление. А он неплохо играет лицом — мог бы профессиональным актёром стать при желании.

— Ты про наше маленькое испытание? — продолжил он. — Ну так ты с ним справился блестяще! В очередной раз продемонстрировал, что так просто тебя не взять. Ну а если бы и не справился… Мы бы тебя не убили. Поговорили бы немного и дали противоядие. Глупо убивать человека, которого пригласил к себе в гости на глазах у всей Академии.

— Стало быть, змея в постель — тоже проверка? — хмыкнул я.

— Конечно! Если бы ты дал им себя убить, то точно не был бы достоин сейчас находиться здесь, а в будущем возглавлять род Резановых. — Он весело усмехнулся.

— Род Резановых и без подсказок Круга может решить, кто достоин его возглавлять, а кто нет, — ответил я холодно.

— Род Резановых многое потерял за последние годы, — не дрогнул граф Орлов. — А всё потому, Александр Ярославович, что твой прадед и дед предали Круг. Но ты можешь всё исправить. Присоединяйся к нам и верни Резановых в наши ряды. Круг не бросает товарищей. Мы поможем тебе поднять с колен великий графский род, поможем ему занять то место, что ему полагается. Дадим силу и поддержку — будь уверен.

Он с горящими глазами уставился на меня, ожидая ответа.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что ж ты не поймёшь-то никак, я — не Резанов. Сейчас я — Егоров.

— Ерунда! — нетерпеливо махнул рукой Орлов. — Мы знаем, что ты отказал Извольским — Воронцовы всем дали понять свою позицию, когда прислали своего вассала делать предложение простолюдину прямо на территории Академии. Узнать детали было непросто, но нет ничего, с чем бы не справился Круг. Мы ждали как ты поступишь, и ты оправдал наши ожидания. Ты не пошёл к врагам своего рода. Наблюдая за тобой, мы понимаем, что ты из тех, кто жаждет быть главой собственного рода. Да, ты до сих пор не Резанов… — Он поморщился и покачал головой, а затем хитро улыбнулся, глядя мне в глаза: — Потому что дед готовил тебя и не спешил сразу объявлять наследником? Владислав Александрович хотел всё сделать правильно, верно? Но не успел.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, чувствуя, что начинаю заводиться. Слова неприятеля о моём дедуле, произнесённые в таком тоне, мне определённо не нравились.

— О том, что сейчас Владислав Александрович либо недееспособен, либо мёртв, — проговорил граф Орлов. — Но не переживай, Александр Ярославович. Даже без твоего деда мы сможем официально сделать тебя Резановым. Достаточно лишь крови твоей сестры и твоей собственной для анализа. А связей Круга хватит, чтобы после этого ни у кого не возникало сомнений.

Я плавно выдохнул, подчиняя эмоции.

Вот, значит, как со стороны всё выглядит, да? Аристократы, знающие, кто я по крови, для себя придумали объяснение, почему я до сих пор не вернул свою фамилию?

Им и невдомёк, что я сам могу тянуть с принятием фамилии Резановых, в то время как дед уже давно бы официально признал меня своим внуком?

Ну да, какому аристократу придёт в голову, что можно добровольно оставаться простолюдином и отказываться принять графский титул?

Я усмехнулся и покачал головой.

— Не знаю, чего вы там напридумывали себе, но граф Владислав Резанов жив и живее всех живых. Так что ваша помощь в признании меня Резановым не интересует.

Орлов перестал улыбаться, почувствовав неладное. Подобравшись, он проговорил:

— Это хорошо. Рад за Владислава Александровича и ваш род. Но признание тебя — не основная строка в нашем предложении. Сила, Александр Ярославович! Сила, власть и поддержка! Вот что ты получишь, если присоединишься к нам!

Граф смахнул со своего колена блондинку, будто надоедливую муху, и вскочил на ноги. В два шага он сократил разделяющее нас расстояние и протянул мне руку.

— Присоединяйся к нам, Александр Ярославович! И ты получишь всё!

Глядя в горящие глаза Михаила Орлова, я медленно поднялся на ноги и посмотрел на него сверху вниз.

— Ты в самом деле думаешь, что я войду в ваш Круг после того, как мои предки вышли из него? Или после всех тех мерзких неприятностей, что вы доставили мне и моим товарищам?

— Прошлое остаётся в прошлом, Александр Ярославович, — серьёзно проговорил Орлов. — Переступив через него, мы пойдём в счастливое будущее.

— Вот только мне с вами не по пути, — произнёс я спокойно.

Орлов скрипнул зубами и недобро проговорил:

— Не отказывайся, Резанов. Половина Империи будет счастлива, если твой род перестанет существовать. Тебе нужны союзники, а не новые враги.

— И они у меня будут, — улыбнулся я. — Люди, а не змеи.

Орлов округлил глаза, а затем, отступив на шаг, всплеснул руками и выкрикнул:

— Ты в своём уме? Ты вообще понимаешь, от чего отказываешься, а⁈ Если Круг решит уничтожить твой род, то Резановы окажутся одни против всей Империи!

Он уставился на меня каким-то безумным взглядом.

— Положим, не всей, — хмыкнул я. — А с остальными как-нибудь справимся. Пока, змеевидцы! — махнул я ему рукой и, развернувшись, направился к двери.

Не оборачиваясь, добавил:

— И не опаздывайте на уроки!

Когда я вышел из «Аудитории 313» прозвенел звонок, сигнализирующий о начале четвёртой пары.

* * *

По дороге в лекторий я размышлял о том, чего теперь ждать от Круга. Сразу меня сожрать попытаются? Или у них и без меня забот хватает?

Да уж…

Как всегда, будем надеяться на лучшее!

Но готовиться к худшему.

Открыв дверь аудитории, я под недовольным взглядом преподавателя прошмыгнул на своё место.

Я почувствовал на себе любопытные взгляды однокурсников — лекция была общая для всего потока.

О, Анна с баронессой с меня глаз не сводят.

И княжич Пермский, сидящий через одну парту от них — тоже.

Я улыбнулся и показал товарищам левый мизинец, а затем сложил пальцы в фигу.

Княжич Пермский хмыкнул и одобрительно кивнул. Анна же закатила глаза и покачала головой — типа недовольна моей грубой пантомимой.

Но я видел, как искренне она улыбается краешком губ.

Минут через пять после того, как я пришёл в аудиторию, дверь снова отворилась, и в помещение ввалились те змеевидцы-однокурсники, что были со мной в триста тринадцатой аудитории. Я даже не смотрел на них, но затылком ощущал на себе их тяжёлые взгляды.

Кстати, преподаватель тоже на них не смотрел — делал вид, что ничего не происходит.

Ха! А меня чуть не испепелил взглядом за то, что помешал ему.

К лешему всех.

Я приготовился внимательно слушать лекцию — никогда не помешает освежить знания. Однако загоревшийся экран телефона отвлёк меня. Взяв его в руку, я снял блокировку, открыл сообщение и едва сдержал торжествующую улыбку.

Писала моя драгоценная сестричка Алиса:

«Привет, братик! Ты оказался всецело прав — они здесь. Жду тебя в гости как можно скорее».

Глава 12

Наш с Васей «УАЗ. Путешественник» плавно остановился у величественного крыльца главного особняка графского рода Резановых. Я вышел из машины, облачённый в элегантный синий костюм — тот самый, в котором позавчера имел честь ужинать с баронессой и Анной. Молодой ратник рода, почтительно распахнувший передо мной дверцу автомобиля, заслужил мою благодарную улыбку.

Подняв взгляд, я увидел на крыльце улыбающуюся сестру. Вместе с ней меня встречали дворецкий Григорий и наши родственники — дед, дядя и кузина Распутины.

Но не успел я сделать и шага к ступеням, как Алиса, не в силах сдержать эмоции, бросилась мне навстречу.

— Рада тебя видеть, — произнесла она, крепко обняв меня.

— Как и я тебя, — мягко ответил я.

Сестра широко улыбнулась и отошла в сторону, освободив дорогу. Дальше мы продолжили путь вместе, не сводя глаз с наших родственников.

Несмотря на июльскую жару, одеты Распутины были в чёрных тонах: дед — в костюм-тройку, дядька — в пиджак без жилетки. Причём белоснежную рубаху под пиджаком он носил навыпуск, что прекрасно гармонировало с его широкими мешковатыми штанами, которые он выбрал вместо чопорных брюк.

Ну а Млада предстала передо мной в чёрном пышном платье с белыми кружевными манжетами и воротником. Платье очень походило на то, в котором кузина была в имении в пятницу вечером, но всё же явно другое.

Интересно, сколько в гардеробе Распутиных одинаковых чёрных вещей?

Заметив мой взгляд, Млада кивком поздоровалась. Её отец нахмурился и подался вперёд, будто желая что-то сказать, но сдержался.

А глава рода Распутиных лишь отвёл глаза в сторону.

Правда, когда мы подошли ближе, именно он первым нарушил тишину:

— Александр, я…

— Позже! — властно перебила деда Алиса. — Мой брат устал с дороги. Сперва обед, а потом разговоры.

Граф Владимир Александрович Распутин гневно сверкнул глазами, однако, как и его сын, смог сдержаться и ничего не произнёс. Лишь громко и демонстративно фыркнул в сторону.

Но Алиса даже не посмотрела на него, и, повернувшись ко мне, снова изменилась в лице.

— Идём, Саша, — ласково проговорила сестричка. — Обед уже на столе.

Да уж… посиделки с роднёй обещают быть захватывающими.

Спустя минут пять мы все разместились за столом. Алиса гостеприимно улыбалась только мне и сама ухаживала за мной, показательно игнорируя Распутиных. В какой-то момент даже показалось, что сестра может перегнуть палку, и стоит намекнуть ей сбавить обороты.

Однако же Распутины лишь хмурились и стоически держались. Они почти ничего не ели, хотя им и подали кровяную колбасу с какими-то чёрными макаронами. Оба графа лишь немного поковырялись в своих тарелках и переключились на эспрессо.

А вот Млада кушала более живо, правда накинулась она на салат — тот же самый, который ела Алиса. И кофе графиня пила не такой чёрный, как мужчины её рода — попросила добавить в него шарик пломбира.

Всё это я отмечал лишь краем сознания, пока набивал брюхо вкусной едой и думал о том, с чем именно пожаловали Распутины.

Я ведь рассчитывал на то, что они приедут извиняться. Нужно было лишь подождать, пока исследовательский интерес этих безумных алхимиков возьмёт верх над их осторожностью.

А заинтересовать родственничков я смог. Начиная с того, что не попался на их удочку с ядом Млады, и заканчивая упоминанием необычного зелья и возможности успешно завершить эксперимент по наделению обычных животных «магической силой». Ну и свою силу я тоже с лихвой продемонстрировал.

В общем, дал понять Распутиным, что не с той ноты они начали наше знакомство. Не стоит меня запугивать и пытаться прогнуть под себя. Во-первых — не получится. А во-вторых, в качестве добровольного союзника я смогу дать им гораздо больше.

— Александр, я… — начал было дед, когда я доел перепёлку и отодвинул в сторону пустую тарелку.

— Владимир Александрович! — резко перебила его Алиса. — Мой брат ещё не приступил к десертам! Прошу вас, имейте совесть!

Дед яростно сверкнул глазами и гневно раздул ноздри.

— Ну, знаешь, Алисонька… — прошипел он, поднимаясь с места. — Я пытался быть сдержанным гостем, но твоя наглость переходит все границы! Как смеешь ты себя так вести с родным дедом?!!

— О-о-о… — протянула сестричка, глядя на него холодным взглядом. — Кому-то не понравилось такое отношение хозяйки к гостю⁈

— Конечно! — рявкнул дед. — Ты…

— А может, тебе не понравилось ещё и отношение близкой родственницы к тебе, а⁈ — не дала она ему сказать и слова. — Не понравилась, дедуля, как себя внучка ведёт?

— Конечно, не понравилось… — прорычал он, нависнув над столом. С его щуплой комплекцией сделать это было довольно сложно. — Ты ведёшь себя до омерзения грубо и невоспитанно!

— Вот!!! — стукнула ладонями по столу Алиса.

Загремела посуда, чашка с недопитым кофе графини Распутиной, стоявшая близко к краю стола, подпрыгнула и сиганула вниз. Млада изумлённо уставилась на неё — видела, как кофе с растаявшим мороженым вылетел из чашки и устремился к её платью.

Но и чашка, и кофе оказались внутри воздушного пузыря. Я повёл рукой ещё раз, возвращая кофе на его законное место, а затем и чашку поставил на стол.

Спустя полсекунды размышления, я создал очередной поток ветра и отодвинул чашку вместе с блюдцем подальше от края стола.

— Моё платье говорит тебе спасибо, — бесстрастно произнесла Млада и благодарно кивнула.

— Скажи своему платью, что меня больше беспокоила судьба этой коллекционной чашки, а не его, — в тон ей ответил я.

Графиня недовольно закатила глаза. Я же, воспользовавшись тем, что все притихли, взял инициативу в свои руки.

— Владимир Александрович, — повернулся я к деду, — вы сами обозначили происходящее как «до омерзения грубо и невоспитанно». И это притом, что моя сестра не пыталась вас отравить во сне. Вот что пыталась показать вам Алиса.

Сестрёнка одарила деда пренебрежительным взглядом, громко фыркнула и отвернулась.

Владимир Александрович тяжело вздохнул и покачал головой.

— Александр, я уже говорил тебе о причинах своего поступка. Полагаю, раз ты рассказал всё Алисе о произошедшем, то и о них упомянул. Так было бы справедливо.

Он многозначительно посмотрел на меня.

— Причины сейчас неважны! — вновь взорвалась Алиса. — Гораздо важнее сам поступок! Я не ожидала от тебя такой подлости! Да, мы сразу не признались, что Александр — мой брат. Однако, что здесь удивительного, учитывая ваше отношение к нему, а⁈ Я хотела, чтобы для начала вы начали воспринимать его как моего доверенного человека. Я понимала, что вы можете догадаться, кто он… Но я ждала от вас совсем иного хода!

— Какого ещё хода⁈ — хлопнул по столу глава рода Распутиных. — Что я, по-твоему, должен был сделать, а? Смотреть на то, как не пойми кто становится наследником рода Резановых, а? Из-за него погибла моя дочь! Твоя мать! А ты…

— Хватит, — произнёс я холодно.

Владимир Александрович сжал зубы и тихо зарычал, пытаясь унять разбушевавшиеся эмоции.

Алиса демонстративно отвернулась от него. Сестра не собиралась идти поперёк моего слова, но и ей самой сдержаться сейчас было тяжело.

— Будем считать, что все выпустили пар, и дальше можно продолжить вести беседу в конструктивном русле, — хмуро проговорил я. — Как и сказала сейчас Алиса — причины уже неважны. У нас у всех достаточно забот, и нет времени переливать из пустого в порожнее. Важно сделать выводы и двигаться дальше. Вывод первый: если ещё раз попытаетесь навредить мне или роду Резановых — вы станете нашими врагами. Надеюсь, это понятно?

Я обвёл троих Распутиных хмурым взглядом.

Дед недовольно дёрнул носом и хотел уж что-то сказать, однако не успел.

У его сына тоже лопнуло терпение.

— Погоди, парень! — выпалил Велеслав Распутин. — Я тебя полностью понимаю, но давай всё же воздержимся от таких крутых формулировок. Мы пытались тебя отравить, а ты взял в плен мою дочь. — Он скрипнул зубами, выдохнул, недовольно посмотрел на отца, будто всем своим видом демонстрируя ему, что не одобряет методы главы рода, а затем пробурчал: — В этом мы квиты. Далее — ты помог нам отстоять наши земли. Мы видели количество трупов монстров и понимаем, какую огромную работу вы, ребята, провернули. Благодарю вас за это. — Он обозначил поклон и тут же продолжил: — А ещё за то, что спас мою дочь. Это ведь имело место быть?

Мельком глянув на Младу, он вопросительно уставился на меня и Алису.

— Имело! — вперёд меня выпалила сестра.

— Алиса… — Я недовольно покачал головой.

— А что Алиса? — фыркнула сестричка. — Ты ведь сейчас станешь говорить, что спасал боевого товарища, а не графиню Распутину.

— Именно это я и делал, — хмуро произнёс я.

— И это очень благородно, брат мой. — Сестра мне улыбнулась. — Но всё же представители благородных кровей не всегда поступают благородно. Нужно уметь получать выгоду от своих поступков.

Она с вызовом уставилась на Распутиных.

Да уж… очень она зла на их род.

А нет… не на род — Алиса вновь принялась буравить взглядом «деда Володю».

— Спасибо тебе за это. — Велеслав поклонился ещё ниже.

— И я тоже присоединяюсь к благодарностям, — пробурчал его отец.

А затем он поднялся во весь рост, зыркнул на Алису и громко произнёс:

— Александр Ярославович, урождённый Резанов, я ещё раз от лица всего своего рода прошу прощения за неподобающие действия. Так же от лица всего рода я выражаю тебе благодарность за помощь в отражение прорыва монстров и за спасение моей внучки. В знак признательности своих чистых намерений я предлагаю тебе принять в дар нашу лесозаготавливающую компанию. Разумеется, со всеми лицензиями, всем капиталом и работниками.

Он самодовольно улыбнулся и добавил:

— Как тебе такое «во-первых», Александр?

Алиса во все глаза смотрела на деда, пытаясь переварить услышанное.

— Вы предлагаете компанию в дар мне или роду Резановых? — спросил я ровно, не сводя пристального взгляда с главы рода Распутиных.

В моей голове в тот момент изо всех сил крутились шестерёнки, а вместе с ними, как проклятая, неистово ишачила Печать Близнеца, удваивая мои аналитические возможности.

Коптер успел насобирать для меня много ценной информации о Распутиных, так что кое-что об этой компании мне, к счастью, известно.

Прежде всего то, что компанию Распутины получили относительно недавно, после того как несколько дворянских родов, которые в складчину этой компанией и владели, попытались прогнуть принадлежащую вассалам Распутиных фармакологическую компанию.

Но потом в мгновенье ока передумали вести себя столь наглым образом и в качестве извинений за грубость передали Распутиным свою лесозаготавливающую компанию.

Как так получилось?

И совпадение ли то, что спустя неделю после этого события Распутины заключили новый договор поставок с Жандармерией?

Да уж, удобно быть родом эдакого стратегического имперского значения… с одной стороны.

С другой же — подобные рода лишены той лёгкости и свободы, что есть у других графских родов. Ведь они постоянно под присмотром разных ведомств.

Но сейчас важно не это, а то, что Распутины скидывают мне свой непрофильный актив, который им не особо-то нужен.

Притом что актив-то стоящий!

Однако же требующий постоянного и внимательного наблюдения.

А сами Распутины, как я понял, внимательны только к своим исследованиям.

— Кхм… — растерялся после моего вопроса дед и вопросительно покосился на сына.

— Тебе, Александр, — вместо отца ответил Велеслав. — Ведь в первую очередь тебе мы нанесли оскорбления своими действиями. Но почему ты спрашиваешь?

— Потому что хочу услышать ваш ответ, — пожал я плечами.

Пару секунд Распутины растерянно смотрели на меня.

— Саша! — привлекла к себе внимание Алиса. — Если я правильно понимаю, о какой именно компании идёт речь… А я вряд ли ошибаюсь, ибо слышала лишь об одной такой компании в собственности у рода Распутиных. — Она недобро покосилась на родственников и продолжила: — Очень сложно будет поддерживать работу эту компании на должном уровне в долгой перспективе. Там неподалёку много Проклятых Земель. А ты сам говорил…

Она замолчала и многозначительно покивала — не стала при Распутиных озвучивать мне мои же предположения о том, что в ближайшее время Проклятые Земли станут расти гораздо быстрее, чем раньше. Прорывов станет больше, и каждый из них будет мощнее и страшнее предыдущего.

Ну а раз рядом с участком леса и базой будет много диких монстров, сложно и очень дорого будет обеспечить безопасность лесорубов.

— Сейчас этот актив в любом случае приносит прибыль, — быстро произнёс Владимир Александрович. — В худшем случае можно просто распродать технику и уволить работников. Как поступать с даром — решать лишь Александру.

Он улыбнулся будто бы добродушно.

Притом я видел нетерпение и нервозность в его взгляде.

— Если я приму этот дар, — улыбнулся я.

— Конечно, если примешь, — попытался в тон мне ответить дед.

Он едва не подскочил на месте. Его распирало от желания скорее продолжить делать мне взаимовыгодные предложения.

А вот граф-сын не удержался и снова перехватил инициативу у своего отца:

— Александр, ты правда считаешь, что сможешь помочь закончить мой эксперимент по созданию Велесовых Сынов?

Он пристально уставился на меня.

— Велеслав! — всплеснул руками Владимир и тоже повернулся ко мне. — Александр, что насчёт исследования зелья? Ну того, которое создали… — Он скривился так, будто съел целиком лимон и продолжил: — Величайшие алхимики современности! По твоему мнению, разумеется! Ибо величайшие алхимики живут лишь в моём роду!

Трое Распутиных пристально всматривались в меня.

Я усмехнулся и откинулся на спинку стула:

— Я на девяносто пять процентов уверен, что смогу остановить прогрессирование безумия у животных, перекачанных всевозможными зельями. То, что их мозг не справляется с такой нагрузкой на тело — понятное дело. И что вы не нашли способа успокоить их — тоже меня не удивляет.

— Ты говоришь так, будто знаешь средство… — нахмурился Велеслав.

— Есть у меня кое-что, — улыбнулся я. — Сколько ещё протянет Нуар по вашим прикидкам? Гляжу, вы не взяли её с собой.

— Не взяли! — рыкнула до сих пор молчавшая Млада. — Матушка настояла на том, что это может быть опасным для окружающих! А я…

— А ты её не контролируешь, — перебил я графиню Распутину и снова повернулся к её отцу. — Правильно, что не взяли. Полагаю, вы умеете хоть немного, но отдалять наступление полнейшего безумия?

«Всё-таки было бы странно, если бы у рода великих алхимиков не было своего успокоительного», — мысленно продолжил я.

— Мне не нравится твой тон, Александр, — пробурчал старший Распутин. — Конечно, умеем!

— А я смогу лучше, — хмыкнул я. — Но попозже. Сколько Нуар протянет?

Я впился взглядом в наследника графского рода Распутиных.

— Неделю — сто процентов, — недовольно произнёс он.

И, прежде чем Велеслав продолжил, я опять повернулся к его отцу и быстро сказал:

— Хорошо, но лекарство для Нуар — вторично. А вот исследование некоего зелья — первично. Я высоко оценил ваш жест. Мне неважно, как и когда вы получили эту компанию, и неважно, что в будущем от неё могут быть проблемы. Для меня важно то, что я не собираюсь отказываться от вашей благодарности. Я принимаю её как символ ваших извинений и как предлог к началу взаимовыгодного сотрудничества. Вы сделали первый шаг, Владимир Александрович, и второй шаг за мной. После оформления передачи компании я готов дать вам на изучение очень необычное зелье. Полагаю, результат этого исследования будет крайне полезен нам обоим. Поэтому я хочу получить от вас подробный отчёт об исследовании и, разумеется, формулу создания зелья. Я хочу, чтобы вы рассказали мне всё, что узнаете.

Я внимательно следил за реакцией деда. На несколько секунд он замер, а затем дёргано кивнул и уточнил:

— Ты даёшь нам зелье, а в итоге мы оба получает отчёт о нём? С тебя зелье, с нас исследование. Всё верно?

— Для начала всё так, — кивнул я.

— Что насчёт Велесовых детей? — аж привстал от нетерпения наследник Распутиных.

— Мы вернёмся к этому вопросу сразу же, как я получу результаты исследований, — невозмутимо ответил я.

— Но вдруг она не доживёт! — выкрикнула Млада, тоже вскочив со своего места.

— Ты сомневаешься в способностях своего деда? — хмыкнув, спросил я девушку.

— Спокойно, вы оба! — рявкнул Владимир Александрович, поочерёдно глянув на сына и внучку, затем плавно выдохнул и, повернувшись ко мне, изрёк: — Александр прав. Действуем пошагово. Что бы там ни было за зелье, недели более чем достаточно, чтобы раскусить его секрет.

— Я помогу тебе, — буркнул его сын и плюхнулся на стул.

Владимир Александрович кивнул, Млада поджала губы и аккуратно уселась обратно.

Атмосфера в столовой будто бы успокоилась, хотя я вдруг начал испытывать какое-то иррациональное напряжение.

Но понять его природу не смог, так что я решил продолжить действовать по плану и ещё сильнее закрутить гайки Распутиным — чтобы точно не соскочили:

— Все наши договорённости мы оформим на бумаге, — произнёс я.

— Конечно, — кивнул глава рода алхимиков.

— Но наши с вами статусы слишком разные, мне нужны дополнительные гарантии.

Граф Распутин-старший усмехнулся и переглянулся со своим сыном. А затем произнёс:

— Ты говоришь очень обидные вещи, Александр. Но… я понимаю тебя. Мы сами виноваты, что сразу же утратили твоё доверие. Я предполагал, что ты захочешь от меня дополнительные гарантии. И я готов дать тебе их. Я предлагаю тебе, Александр Ярославович, урождённый Резанов, скрепить наши договорённости сильнейшими узами. Я предлагаю тебе, как только перестанешь носить эту простолюдинскую фамилию, взять в жены мою внучку — Младу Распутину. Вот тебе высшая гарантия моих чистых помыслов и намерений.

Он самодовольно усмехнулся.

Я же на миг замер, пытаясь переварить услышанное.

Это что же получается? Второе предложение о браке за два дня?

Стоп… А ничего, что мы с Младой, вообще-то, родственники⁈

Глава 13

В голове роились сотни мыслей. Отдавшись их потоку, я удивлённо смотрел на Распутиных, пытаясь понять, насколько они серьёзны.

Дед не сводил с меня глаз и выглядел одновременно решительно и самоуверенно: надменная полуулыбка застыла на его устах, и всем своим видом Владимир Александрович будто бы говорил: «Ну как я тебя, а⁈ Не ожидал?»

Его сын был более сдержан в эмоциях и то и дело поглядывал на свою дочь. Велеслав Распутин в этот раз будто бы поддерживал решение отца, но не всей душой. Казалось, пусть немного, но он всё же колеблется.

А вот сама потенциальная невеста гордо держала спину прямо, как и подобает истинной высшей аристократке. Правда, она чуть склонила голову и опустила взгляд… Что это демонстрирует? Кротость и смирение? Или всё же смущение?

— Секундочку, дед Володя, о чём ты говоришь⁈ — вскочив на ноги, выпалила Алиса и удивлённо покосилась на кузину. — Ты хочешь выдать Младу за Сашу?

— А что тебя удивляет, Алисонька? — усмехнулся глава Распутиных.

— Ну… — неуверенно протянула сестрица покраснев. — Как-то это странно… и неожиданно…

— Чего это? — хмыкнул Владимир Александрович.

— Да рано ещё Саше жениться! — нашлась с ответом Алиса и уставилась на него сверху вниз. — Он только жить нормально начал!

Владимир Александрович удивлённо хлопнул ресничками и выпалил:

— Тю, Алисонька! Что это ты такое говоришь? Странно слышать подобные речи от девушки — обычно юноши рассуждают в таком ключе. Ты что же, в самом деле думаешь, что брак помешает человеку «жить нормально»? Знаешь, мне теперь жаль старую развалину Резанова… Может, он и слёг, потому что его внучка говорит столь страшные вещи? А он на самом деле уже давно мечтает понянчить правнуков? — Распутин задумчиво склонил голову набок.

— Я сделаю вид, что пропустила мимо ушей твои слова, — выдохнула Алиса и уселась обратно. — Сочтём за шутку. Вряд ли ты не понимаешь, что мне, как никому другому, стоит максимально серьёзно подойти к выбору будущего мужа и спешить с этим уж точно не стоит. То же самое касается Саши и его будущей жены.

— Твоему брату мы предлагаем лучший вариант — чего тут решать и думать? — улыбнулся дед Распутин. — Ведь лучше моих внучек девушек не сыскать. Полагаю, с этим ты спорить не будешь, да же, внучка? — Он хмыкнул, а затем изобразил неистовое удивление и даже прикрыл рот ладонями. — Или что же, Алисонька… Ты ревнуешь⁈ Ну прости, душенька, тебе уж точно с Александром ничего не светит, и…

— Достаточно, — резко прервал его я. — Не нужно так шутить с моей сестрой, Владимир Александрович. Если вы в самом деле не понимаете её чувств, это вас не красит.

Он выдержал мой взгляд лишь пять секунд, затем отвернулся и произнёс в сторону:

— Да всё я понимаю. Алисонька хочет подольше побыть рядом с вновь обретённым братиком и не хочет делить твоё внимание ни с кем другим. Но делать это рано или поздно придётся, — припечатал он, повернувшись к Алисе. — И всяко лучше, если женой твоего брата станет та, кого ты знаешь с детства. Вы с Младой всегда неплохо ладили.

— Кто и когда станет моей женой, решать только мне, Владимир Александрович. — Я снова вернул его внимание на себя, а затем посмотрел на потенциальную невесту и спросил прямо: — А ты что скажешь, Млада? Тут, между прочим, твоё будущее без тебя решают.

Она подняла на меня глаза, несколько секунд неотрывно смотрела, напряжённо прикусив губу.

А затем отвернулась и начала теребить косичку.

— Это… будет взаимовыгодным союзом, — пробубнила она в сторону.

Её бледные щёчки едва заметно покраснели.

Да уж… понятно — она явно не против.

— Млада больше всех ждёт твоего согласия, — хмыкнув, изрёк Распутин-старший. — Она нам за эти дни все уши прожужжала, какой ты весь из себя невероятный! Это впервые, когда она заинтересовалась юношей!

— Дед! — смущённо выкрикнула Млада. — Пожалуйста, хватит!

— Эм… — почесал затылок Владимир Распутин. — Согласен, странно прозвучало. Я лишь имею в виду, что раньше её интересовали лишь зелья — особенно яды. Недавно появилась эта лисица… Теперь вот ты. Я просто радуюсь за внучку, вот и всё.

— И поэтому сразу же предлагаете её в жёны? — хмыкнул я. — Я был уверен, что вы очень дорожите своими внучками.

— Так и есть, — предельно серьёзно проговорил он и выразительно посмотрел на Алису. Затем снова повернулся ко мне и продолжил: — Потому я и подумал, что лучше у тебя вариант вряд ли в ближайшее время появится. Ну так что? Принимаешь мои гарантии?

— Она моя близкая родственница, — напомнил я.

— И что? — даже бровью не повёл Распутин. — В ваших жилах течёт кровь древних магических родов, и несколько близкородственных браков подряд не смогут испортить ваш генофонд. Не говоря уже о том, что Млада — чистокровная Распутина, а значит, её здоровье гораздо крепче, чем у других. Всякие незначительные мелочи не помешают ей родить здоровых детишек.

— Здоровье крепче? — зацепился я за слово.

Ведь нюансы Родового Дара — тайна. Принято считать, что в первую очередь Дар Распутиных позволяет им гораздо эффективнее использовать на себе свои сверхэффективные зелья. Но открыто это вряд ли Распутины признают.

— Здоровье! — резко повторил Владимир Распутин, не желая вдаваться в подробности. — Но это всё не важно сейчас, Александр. Это бы имело значение, если бы вы с Младой в самом деле были близкими родственниками. Но родственники вы очень дальние.

Он замолчал, не сводя с меня пристального взгляда.

Ну вот, опять эта странная тема. А ведь я пытался узнать у Алисы, почему Распутины говорят, мол, я им не родня. Но моя сестра лишь злилась и отмахивалась, приговаривая: «глупости всё это».

Со стороны Алисы вдруг повеяло смертельным холодом. Моя сестра не стала вскакивать с места и ругаться. Она продолжила сидеть на своём стуле и не сводить глаз с «деда Володи».

За её спиной начал закручиваться ветровой торнадо, в котором блестели металлические иглы. От избытка эмоций Алиса напрочь потеряла контроль над маной, и сейчас её магия сама лезла наружу, повинуясь основному желанию хозяйки.

Желанию убивать.

— Алисонька, что с тобой⁈ — изумлённо выпалил Владимир Александрович, вскочив с места и приготовившись защищаться.

Его сын тоже уже был на ногах, готовый к бою.

А Млада сидела на месте, хмуро глядя на своего деда.

— А я говорила, что хватит уже повторять эту ерунду, — внешне безэмоционально проговорила графиня Распутина.

Но в глазах её сверкнул гнев.

Я повёл рукой, выпустив поток ветра, который вмиг накрыл магию Алисы. Поднявшись, я подошёл к ней сзади и положил ладони на плечи.

— Хватит, сестричка, — произнёс я. — Остынь.

— Я спокойна, — прорычала Алиса. — Просто кое-кто заигрался в это глупое отрицание реальности.

Дворецкий Григорий, явно почувствовавший неладное, уже успел ворваться в зал и приготовился биться на нашей стороне против Распутиных. Поймав его взгляд, я кивком указал на окно.

— Открой, пожалуйста.

Старик молча кивнул и выполнил мою просьбу. Я отправил в небо сгусток своей и Алисиной магии. Там он и развеялся.

Проводив исчезнувшее заклинание взглядом, я проговорил:

— Пожалуй, всем нам тоже стоит немного развеяться. Выйдем во двор, подышим воздухом… И заодно обсудим произошедшее. — Я хмуро посмотрел на мужчин Распутиных.

Пока мы шли через цветущий сад Резановых, все молчали. Алиса, будто бы желая продемонстрировать Распутиным нашу крепкую связь, вцепилась в меня двумя руками и не отпускала всю дорогу.

Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Откуда такая реакция?

И почему до сих пор Алиса ничего мне не рассказала, предпочитая отмахиваться?

Как раз с последнего вопроса моя сестра и решила начать. Едва мы вошли в круглую ажурную беседку, она тяжело выдохнула и, не сводя глаз с куста жёлтых роз, проговорила:

— Прости, Саша. Я не хотела тебя беспокоить… не хотела говорить всякие глупые неприятные вещи… Но, видимо, стоило.

Она гневно зыркнула на деда, тот стоял с задумчивым видом, глядя на кусты гортензий и не поворачиваясь к нам.

— Причина конфликта между дедом Владом и дедом Володей не только в том, что дед Володя откровенно призывал бросить тебя и не искать.

— Ложь, — хмуро проговорил граф Распутин. — Я призывал лишь не искать Александра сломя голову и тратить ресурсы с умом.

— Неважно! — рыкнула Алиса и продолжила: — Это, конечно, главная причина. Первопричина… но деда Владислава окончательно из колеи выбило то, что дед Володя и его род стали повторять слова похитившей тебя няньки. Эта… безумная тварь утверждала, что именно она тебя родила. Ну не бред ли? Есть фотографии нашей беременной мамы, и… — Алиса поморщилась и махнула рукой. — Глупости… тут даже обсуждать нечего! Однако Распутины для себя решили, что так оно и было. Ну или… — Она хмуро посмотрела на деда и дядьку и недобро продолжила: — Сделали вид, что решили.

Оба графа Распутиных не смотрели в нашу сторону. Дед демонстративно отворачивался. Дядька тоже, но он то и дело недобро поглядывал на своего отца.

Что ж… мысль Алисы мне совершенно понятна. Проще ходить и повторять: «это не наш внук», чем признать, что ты призываешь оставить в беде годовалого сына своей любимой дочери.

Всем Распутиным семнадцать лет назад было проще объявить слова сумасшедшей няньки-похитительницы правдой и поддерживать эту легенду всё это время.

Лицемерно…

Но лицемерие — признак слабости. Только сильный человек может быть честным с собой и окружающими.

— Ну вы и мудаки… — выдохнул я.

Дед аж подскочил на месте от такого заявления и медленно повернулся в мою сторону.

— Не понял… — начал заводиться он.

— Всё ты понял, деда Вова, — хмыкнул я и покачал головой. — ДНК-тест нам с Алисой на полное родство сделать? Или вы и с его результатами начнёте спорить?

— Т-ты… — начал было он, однако его сын выставил перед отцом руку.

— Хватит, папа. Пожалуйста, — быстро произнёс он и посмотрел мне в глаза. — Александр… мне казалось, ты настроен на сотрудничество?

— Так и есть, — кивнул я.

— Тогда зачем было это оскорбление? — недобро прищурился он.

— Потому что, в отличие от некоторых, я стараюсь быть честным с собой, — усмехнулся я. — И раз уж мы всё это прояснили, я подведу черту: мне всё равно, что вы думаете о нашем родстве. Но мою сестру ваши слова чересчур задевают. Так что давайте не будем на этом акцентировать внимание. Кровные вы мне родственники или приёмные — разницы для меня нет.

Я обвёл их взглядом, дед недобро скрипнул зубами и снова отвернулся. Его сын сдержанно кивнул.

— Отлично, — продолжил я. — Но, прежде чем мы закончим с этой темой, я хочу спросить кое-что напоследок. Мне не даёт покоя… как этой сумасшедшей вообще позволили оставаться в доме Резановых?

Несколько секунд родственники молчали. Краем глаза я заметил, как Алиса набрала полную грудь воздуха, чтобы наконец-то что-то ответить, но её опередили.

— Это всё из-за крови Пожарских, — пробурчал Владимир Резанов в сторону. — В Насте она была чересчур сильна… даже сильнее, чем кровь Распутиных. — Он повернулся в мою сторону и продолжил: — Ты сам должен был заметить, если видел фотографии Насти — она очень похожа на свою мать внешне.

Я кивнул, соглашаясь с ним. Наша с Алисой матушка — Анастасия Владимировна Резанова (урождённая Распутина) — уж точно не черноволосая мрачная бука, как многие девушки рода Распутиных.

— То же самое и с характером, — помолчав несколько секунд, вновь заговорил дед Распутин, глядя в ясное синее небо. — Пожарские… они ведь все такие: гордые, справедливые, воинственные, но не лишённые сострадания. Насте просто было жаль эту сумасшедшую дуру. Жаль… свою двоюродную сестру. И используя Дар Распутиных, Настя пыталась создать зелье, чтобы помочь ей справиться с сумасшествием. — Он горько хмыкнул, и на глазах его выступили слёзы. — Настя повторяла, что Ирина… ну, эта безумная дура — твоя нянька — могла быть графиней, дочерью… ну или, по крайней мере, внучкой генерал-губернатора Москвы. Однако же ваш прадед — твой тёзка, Александр Ярославович Пожарский — отказался от щедрого дара Его Величества. В этом и есть Пожарские, Александр. — Он хмыкнул и грустно посмотрел на меня. — Кто ещё из бояр мог отказаться от графского титула и поста генерал-губернатора столицы? Да, это не княжеский титул… Да, по наследству пост генерал-губернатора официально не передаётся. Однако передаётся фактически! Если бы твой тёзка был менее упёртым… Всё было бы иначе.

Он замолчал и отвернулся.

Я же попытался собрать в кучу всё, что только что услышал от деда.

Получается, моя нянька — внучка последнего главы роды Пожарских по линии его наследника. То есть, в какой-то момент бояре Пожарские лишились статуса аристократов и все, кто носил эту фамилию, в одночасье стали простолюдинами. Дочери Александра Пожарского — Агафье, матери моей матушки — повезло, ибо она успела выйти замуж за «деда Володю» и стала графиней Распутиной.

А вот мужчинам рода — нет.

Как и их маленьким детям.

Хм… любопытно получается. Почему мой прадед не захотел становиться графом и генерал-губернатором самого крупного и самого значимого города Империи? Судя по оговоркам Распутина, Александр Пожарский был человеком чести и просто так не мог отказаться от дара Императора.

Кстати, дар ведь не просто так дают… За какие-то заслуги?

Хм…

Моему прадеду пообещали княжеский титул, но вместо него решили даровать титул графский и пост?

Похоже на правду.

«Слава князьям Пожарским» — вспомнилась мне начирканная угольком надпись на стене той заброшенной избы, в которой повесилась моя неудачливая похитительница.

Сделать род снова княжеским было крайне важно для Пожарских. Более того, полагаю, обрести княжеские свободы хотелось моему предку больше, чем получить пусть и значимый, но всё же весьма подконтрольный пост генерал-губернатора.

Свобода и возвращение былого величия рода… Прекрасно понимаю мотивы Александра Ярославовича. Он не стал обременять себя титулом графа и постом генерал-губернатора, чтобы вновь попытаться получить княжеский титул.

Но что-то пошло не так…

Да и император, вероятно, обиделся из-за отказа.

А если и не обиделся, то при нём явно хватало тех, кто не желал возвышения Пожарским.

Теперь, зная обо всём этом, мне ещё сильнее хочется найти тайник рода, координаты которого заложены в моей памяти. Кровь Пожарских течёт в моих жилах. И тут неважно, которая из двух внучек Александра Пожарского меня родила.

Я усмехнулся, привлекая к себе внимание родственников.

— Что ж, спасибо, что рассказали, предлагаю с этим экскурс в историю закончить, — улыбнулся я и посмотрел на деда. — Продолжим начатое. Нам с вами нужно подписать бумаги и составить договор на исследования.

— Да, — с готовностью кивнул он. — И обсудить детали вашей с Младой помолвки. — Он хитро улыбнулся.

Я улыбнулся ещё хитрее и ответил:

— Не будет никакой помолвки.

— Что? — выпалил дед, а сама Млада во все глаза уставилась на меня.

— Но как гарант ваших намерений Млада меня более чем устраивает, — продолжил я. — Возвращайтесь в имение, а она пусть поживёт с Алисой.

Дед недобро прищурился и прошипел:

— Хочешь опять взять кузину в заложники?

— Ох! — усмехнулся я. — Вы меня уже признали внуком?

— Не передёргивай! Ты же считаешь себя сыном Насти, а значит, и Младу считаешь двоюродной сестрой! И как тебе наглости хватает такое предлагать⁈

— Что предлагать? — Эти затянувшиеся переговоры меня начали откровенно раздражать. — Остаться у нас в гостях? Не вижу здесь ничего оскорбительного.

— Ар-р-р! — взорвался Распутин. — Ты откровенно берёшь её в заложники! Притом что и принимаешь мой дар! Что за наглость⁈ Это бесчестно! В тебе точно есть кровь Пожарских, а⁈

Я хмыкнул и пожал плечами.

— Или так, или никак, — произнёс я. — Вы предлагаете многое, но и я к вам иду не с пустыми руками. Но доверие нельзя купить подарками — его нужно заработать.

Несколько секунд мы с дедом напряжённо смотрели друг в другу глаза. Я не сомневался в том, что в итоге он сдастся, и…

— Пожалуйста, деда, хватит, — подала голос Млада. Гордо подняв голову, она произнесла: — Я согласна погостить в доме Резановых, если это пойдёт на пользу нашим родам. К тому же, насколько мне известно, завтра церемония «Благодарности и Награждения». Я с радостью сопровожу Александра на неё. Это поможет нам получше узнать друг друга. Только вышлите мне моё новое платье и туфли.

— Эй! — возмутилась Алиса. — Вообще-то я хотела пойти на церемонию с братом! Показаться вместе на светском мероприятии важно для будущего нашего рода!

Две кузины замерли друг напротив друга, точно разъярённые орлицы.

«Вообще-то я хотел пойти туда с Анной», — подумал я, глядя на них.

Глава 14

— Марина, привет. Как ты? — спросил я, едва моя рыжая управляющая взяла трубку.

— Лучше всех, — усмехнулась она, — несмотря на то, что так внезапно пришлось просматривать договоры. Но там всё указано правильно — комар носа не подточит.

— Да, спасибо тебе за хлопоты. Радуйся, мы уже всё подписали, — произнёс я, глядя на мелькающие за окном нашего с Васей «УАЗа» городские пейзажи.

— Уже? — опешила Марина.

— А чего тебя удивляет? — усмехнулся я. — Ты же сама видела проекты договоров.

— Ну просто… — замялась она.

Я улыбнулся — реакция бывшей уборщицы меня умиляла. Хотя сейчас она не такая бурная, как была час назад, когда я скинул ей на изучение документы о передаче лесозаготавливающей компании и о начале нашего совместного исследования с Распутиными.

— Поразительно… — пробормотала девушка спустя несколько секунд. — Теперь ты — управляющий огромной компанией.

— По бумагам — я, — хмыкнул я. — Но по факту эта должность — твоя.

В трубке вновь повисла звенящая тишина.

Я продолжил улыбаться, думая о том, что сложно быть простолюдином, у которого нет права владеть землёй. А учитывая, что часть активов компании — это недвижимость, а другая часть… тоже недвижимость, но в долгосрочной аренде у государства, то с передачей мне дара от родственников выдались сложности. В итоге мы написали в договоре, что владельцем я стану с получением статуса аристократа, а пока что я просто полновластный бессменный управляющий.

В общем, Распутины уже не могут всё отыграть обратно. Осталось лишь мне перестать быть простолюдином, чтобы превратиться в полноправного хозяина компании.

Эм… а чего Марина до сих пор молчит?

— Алло? Ты ещё здесь? — проговорил я в трубку.

— Ты правда хочешь, чтобы я управляла этой компанией? — предельно серьёзно спросила Марина.

— Ну а кто ещё? — в тон ей ответил я. — Не я же. Позже можем нанять другого управляющего. Но он всё равно будет подчиняться тебе. Ты ведь занимаешься всеми моими экономическими и юридическими делами.

И снова Марина куда-то пропала из эфира.

Не ожидала, что так скоро у нас появится такой крупный оффлайн-актив? Ха! То ли ещё будет.

— Я не подведу тебя, — проговорила она решительно.

— Да знаю я. Готовься, скоро поедем с компанией знакомиться.

— Всенепременно, — максимально серьёзно ответила девушка. — Ты мне всю информацию переслал об объекте? Можем запросить ещё?

— Завтра тебе на почту всё отправят люди Распутиных.

— Буду ждать.

— Если какие-то вопросы появятся — спрашивай, не стесняйся. Всё, что нужно, разузнаем.

— Не бойся. Не постесняюсь.

Вот такой решительный настрой мне нравится гораздо больше, чем удивление.

В том, что Марина справится с задачей, я не сомневался. В будущем ей, конечно, надо будет нанять помощников (чтобы разгрузить), но пока она и одна потянет. Несмотря на то, что официально высшего образования у неё нет, своим уровнем профильных знаний она не уступает выпускникам МАУД.

Мы перекинулись ещё парой слов с Мариной. Она сообщила, что скоро можно будет устраивать просмотр кандидатов в мою будущую рать. Учитывая, что мы вдруг обрели крупную оффлайн-компанию, расположенную у Проклятых Земель, бойцы нам пригодятся. На Больших землях даже неодарённые смогут дать отпор монстрам — за счёт современного вооружения.

Хотя, конечно, пользы от них будет намного меньше, чем от дважды одарённых.

Эх… но и такие бойцы обязательно у меня будут.

Напоследок я спросил у Марины как здоровье Агаты, и та сообщила, что Вавилову завтра утром планируют выписать, так что на Церемонии она будет присутствовать.

— Надеюсь, сегодня она последний день ночует в больнице. Хотя… вряд ли, — грустно произнесла Марина.

— В смысле? — напрягся я.

— Я про то, что её мужа и товарищей ведь перевезли по вашему с Алисой Ярославной распоряжению. Вот Агата и проводит много времени в палате мужа.

— А… — протянул я в очередной раз подумав, сколько ж на самом деле времени потребуется «деду Володе» на изучение зелья Змеевидцев.

Внезапно мой бок начало греть слабым теплом.

Артефакт, полученный в дар от Анны и баронессы, предупреждал об опасности. Кто-то прямо сейчас хочет убить меня!

— Ладно, со всем разберёмся. До встречи, Марина. У меня звонок по другой линии, — быстро произнёс я и повесил трубку.

Тепло от «Когтя Рыси» постепенно нарастало, но пока ещё не достигло тех градусов, что были вчера, когда артефакт предупреждал меня о посланном матерью Ольги убийцы.

Немного времени в запасе у меня имелось, так что я сразу усилил своё поисковое заклинание и в довесок выпустил Воздушного Близнеца.

Несколько мотоциклистов в общем автомобильном потоке уже долгое время едут с нами в одном направлении. Сейчас они пошли на сближение, и я сконцентрировал всё своё внимание на них.

Я выжал максимум из своего невидимого шпиона. В мгновение ока он оказался рядом с одним мотоциклистом, затем рванул ко второму, третьему… Обойдя всех, он вернулся ко мне, передавая воспоминания.

Анализируя их, я параллельно создал ещё одного Воздушного Близнеца и отправил его курсировать между преследователями.

Так… что мне показал первый? Мотоциклисты напряжены, часто поглядывают на наш «УАЗ. Путешественник»…

Как говорится в моём новом мире: «это ж-ж-ж неспроста».

У одного из них, облачённого целиком в чёрное, в руке зажато небольшое устройство, похожее на рацию. Управлял мотоциклом он другой рукой. Я видел, как остальные мотоциклисты посматривали на этого человека.

Он явно здесь первая скрипка.

Прильнув к окну, я попытался увидеть его своими глазами, но между нами скопилось слишком много машин — поток тормозил перед светофором.

— Там ведь впереди будет длинная прямая? — спросил я водителя.

— Да, — ответил Вася, покосившись на меня через зеркало заднего вида. — Что случилось, командир?

— Похоже, вон те мотоциклисты хотят нас убить, — ответил я, концентрируя ману.

На пару секунд Вася нахмурился, затем глянул по зеркалам и недовольно произнёс:

— От этих байкеров на дороге слишком много проблем. Хуже них только велосипедисты и электросамокатчики.

А затем, посерьёзнев, он добавил:

— На скорости нам от них никак не уйти.

— Понимаю, — кивнул я.

Зажёгся зелёный, и наш «УАЗ» тронулся с места вместе со всем потоком. Хекнув, больше для виду, я ловко пролез между водительским и пассажирским сиденьем и разместился в первом ряду.

— Нам нельзя впутывать в наши разборки гражданских, — произнёс я строго. — Нужно уйти с оживлённой магистрали.

— Понял, — решительно кивнул Василий. — Скоро будет съезд.

Мотоциклисты ненавязчиво сокращали расстояние, и когда наш автомобиль повернул вправо на съезд, они последовали за нами.

Мне не давал покоя странный прибор, который держал в руке вожак преследователей. Я даже пожалел, что мой невидимый шпион не умеет фотографировать — по фото было бы проще найти информацию в глобале. В крайнем случае, можно было бы скинуть фотографию Коптеру.

Однако обо всём этом я подумал лишь мельком — большая часть моего мозга была занята конструированием защиты, способной прикрыть не только меня, но и неодарённого Васю.

Я создал это заклинание давно, но использовать раньше как-то не доводилось.

— Поток рассасывается, — в какой-то момент проговорил мой водитель.

— Готовься, — скомандовал я, оглядываясь по сторонам.

Мы оказались на улочке спального района — по обе стороны от дороги раскинулись многоэтажки, первые этажи которых занимали магазинчики и кафе.

В какой-то момент поредевший поток растянулся — мы оказались примерно посередине пути между двумя светофорами.

Именно в этот момент «Коготь Рыси» резко раскалился и едва не ожёг мне бок. Я цепко схватил Васю за плечо и влил сконцентрированную ману в заранее созданный конструкт заклинания.

Буйные потоки воздуха закружились поверх моего тела и через руку перекинулись на Василия — покров ветра вмиг защитил нас обоих. А я, махнув правой рукой, на секунду активировал Родовой Дар. Под его влиянием металлическая дверь «УАЗа» стала гораздо мягче, петли не выдержали, и дверь отлетела в сторону. Действие Дара прекратилось — подскакивая и мерзко скрипя, дверь покатилась по асфальту, высекая на нём искры.

Мы с Васей выскочили в открывшийся проём.

Всё это происходило очень быстро, едва ли секунда прошла с тех пор, как температура «Когтя» резко подскочила.

За нашей спиной раздался взрыв. Жаркое пламя, раздирающее наш новенький «УАЗик», накрыло и нас с Василием.

Однако же покров ветра развеял опасность, полностью защитив нас обоих.

Мы приземлились на асфальт. Покров помог и в этот раз, нивелировав повреждения.

Но не инерцию!

Мне пришлось уйти в перекат, чтобы погасить её. Однако лишь стоило мне перестать поддерживать постоянный физический контакт с Василием, покров на нём развеялся.

Но и это я предвидел — тут же активировал над своим водителем воздушный купол.

Оглушительно завизжали тормоза. Вскинув голову, я увидел ушедший в занос пикап. Я видел полные ужаса глаза водителя, видел шок его жены и даже выпученные глаза их детей, сидевших на заднем ряду сидений. Пикап пошёл боком и летел прямо на меня.

Казалось, он ещё и перевернётся!

Как раз мне на голову.

Взмахнув руками, я подхватил его потоком ветра и поднял над землёй. Машина закрутилась — надеюсь, внутри все пристёгнуты.

Мой ветер пронёс пикап надо мной и поставил его на колёса метрах в десяти от меня.

Повсюду слышался рёв мотоциклетных моторов.

Однако я не успел на него среагировать — асфальт подо мной вдруг размяк, превращаясь в болото.

Проклятье! Вожак нападавших — очень сильный Иерарх. Сочетание стихий воды и земли — явно его рук дело.

И как же быстро работает его заклинание — я практически мгновенно утонул по шею

Мне в голову устремился концентрированный каменный кол. С других сторон летели огненные шары, водный бур, парочка ветровых серпов — мотоциклисты ринулись помогать своему вожаку заканчивать начатое.

Ну-ну… Наивные, твари!

Я влил ещё больше маны в свой покров ветра, обильно добавив к своей энергии ещё и энергию окружающего мира. В разные стороны разлетелась жидкая земля — ветер освободил меня из болота. Он же помог мне взмыть в воздух метров на шесть над землёй.

Вражеские заклинания врезались друг в дружку прямо подо мной. Увы, не аннигилировали полностью — пика Иерарха смела все и устремилась к семейному пикапу. Пусть она ослабла от столкновения с магией других бойцов, мощи в ней хватало, чтобы пронзить и машину, и тех, кто сидит внутри.

Потоком ветра я сбил направление вражеской атаки, и пика ударила лишь в заднее колесо машины, снесло его к чертям, а вместе с ним и часть кузова.

Но люди не пострадали.

В моей левой руке уже лежала рукоять артефактного пистолета. Я направил его на ближайшего ко мне мотоциклиста из «группы поддержки» Иерарха. Боец был облачён в красное, под цвет своего байка и своей огненной магии.

Он вскинул руку, готовый защититься от пули в голову.

Но за миг до выстрела я опустил ствол. Артефактная пуля со свистом вылетела из пистолета и врезалась в бензобак красного мотоцикла.

Опасно такое вытворять, когда вокруг гражданские.

Потому следом за пулей летело и моё заклинание.

Раздался взрыв!

Однако же для нас он звучал приглушённо: красный мотоцикл и его ездок уже были внутри огромного воздушного пузыря.

В меня вновь полетели магические техники. Самой сильной из них оказалась трёхметровая каменная птица.

Я создал ветровой барьер и, максимально ускорив себя за счет покрова ветра, рванул в сторону. Заклинания мотоциклистов ударили в барьер. Я знал, что долго он не протянет, но верил, что противники не станут впустую тратить ману, пытаясь пробить щит, за которым меня уже нет.

По дуге я рванул к Иерарху. Он не только был облачён в чёрное, но и восседал на чёрном мотоцикле. По движению выдыхаемого им воздуха я понял, что враг отдал приказ подчинённым.

В следующую секунду заклинания подосланных убийц развеялись, и заревели двигатели мотоциклов — враги бросились наутёк.

Но Иерарх ещё оставался на месте. Я ощутил, как он влил уйму маны в землю под своими ногами, и почувствовал, как стремительно разрастается конструкт созданного им заклинания.

Выпустив под себя поток ветра, я взлетел на несколько метров в воздух.

Очень вовремя — земля подо мной вновь превратилась в болото. А сам Иерарх, крутанув гашетку, развернул мотоцикл.

Что ж, и этот решил свалить…

Не смогли быстро справиться с заданием и решили не рисковать? Нет… ну, конечно, правильно — на спортивных мотоциклах можно довольно быстро унестись в любой конец города.

Ха! Будто вам кто-то позволит.

Я выпустил мощный поток воздуха из ладони себе за спину и зашвырнул своё тело вперёд. Кости и мышцы вмиг напряглись от такого обращения — не рады они, что я пытаюсь из себя изображать эдакую аэролодку.

Однако мне было плевать на боль. Благодаря Печати Близнеца, я без лишних напряжений активировал двойное массовое заклинание, что заранее создал в фоновом режиме.

Колёса мотоцикла Иерарха пронзили материализовавшиеся иглы, которые тут же исчезли. На голове вожака врагов появился воздушный шар.

Увы, сил Иерарху хватило на то, чтобы уничтожить его с помощью какой-то водной техники. Но враг потратил на это время и концентрацию.

Я был уже рядом и выпустил ему в живот три артефактные пули.

Он снова среагировал, покрыв своё тело спереди каменным доспехом.

Однако я продолжал двигаться. Я был гораздо быстрее и проворнее. Клык Рыси, лежавший в моей руке, легко рассёк вену на бедре врага. Тот вскрикнул и, выпустив кучу маны, создал плотный доспех из камня, покрывший всё его тело.

Из этого доспеха в мою сторону устремились каменные пики.

Но я ни на секунду не останавливался, продолжая двигаться. Враг тратил кучу маны, пытаясь достать меня вслепую!

А я чувствовал, где в его защитном заклинании слабые места.

С правого бока на десять сантиметров выше пояса — самая слабая точка его магического конструкта.

Именно по ней я и ударил «Когтем Рыси», рассекая камень.

А затем в пробоину выпустил три артефактные пули.

Доспех Иерарха разлетелся в пыль. Враг рухнул на колени и начал заваливаться набок.

Я чиркнул своим керамбитом по его шее, рассекая застежку, и сорвал с него шлем. Чёрные волосы, чёрная борода и умирающий взгляд — таким было лицо Иерарха.

И это лицо мне было совершенно незнакомо.

— Кто тебя послал? — спросил я, приставив лезвие к его шее.

Вместо ответа он попытался плюнуть в меня, но попал сам себе на плечо.

— Говори, — тряхнул я своего врага. — И тогда смерть твоя будет безболезненной.

— За… Братство… — прохрипел он, закатив глаза.

Из его рта повалила пена.

Дерьмо! У него была пилюля с ядом? Успел раскусить её до того, как я стянул с него шлем?

Я разжал пальцы, и труп Иерарха упал к моим ногам. Что ж… с этим не получилось, пойду проверю остальных.

Ну да, трое мотоциклистов не успели далеко уехать — ведь моё заклинание было массовым. А значит, все их байки сейчас с продырявленными колесами, а сами убийцы валяются с воздушными пузырями на головах.

Я прислушался к своим ощущениям.

Н-да… с пузырями-то валяются все, но дышит из троицы лишь один. Два других повторили «подвиг» вожака. Эх… а ведь я специально сделал такие пузыри, чтобы мои пленники не задохнулись насмерть, а лишь потеряли сознание из-за низкого уровня кислорода.

Но два из трёх решили, что смерть — лучшее спасение.

— Командир! — бросился ко мне Вася, которого я выпустил из-под защитного купола.

— Со мной всё в порядке, — отозвался я, направляясь к «спящему» мотоциклисту.

— Хвала богам… — пробормотал Вася оглядываясь. — Гражданские тоже вроде не пострадали… Кроме того пикапа. Но там починить можно, а вот наш «Имперец»…

Вася сжал кулаки и горестно завыл.

— Не вой, он застрахован.

— Ну и что? — возмутился Василий. — Следующий ведь будет уже другим, и…

Он замолчал, увидев направленные в нашу сторону автоматы.

Н-да уж… чуть-чуть не успел дойти до пленника. Стражи порядка очень расторопно оказались на месте развернувшейся посреди Москвы битвы.

— Ни с места! Полиция! — выкрикнул командир прибывшей группы. — Положите оружие на землю и поднимите руки.

Я тяжело вздохнул… Похоже, допрос пленника временно откладывается.

Глава 15

Высокий, худощавый мужчина со впалыми щеками не отводил цепкого взгляда от экрана монитора. В который раз уже за сегодня он просматривает это видео? Подполковник Алексей Михайлович Бородин из третьего отделения Московской Жандармерии уж точно не смог бы ответить на данный вопрос.

— Всё как обычно… — пробормотал он, когда видео закончилось. — Ничто не предвещало беды.

Скрипнув зубами, подполковник поднял взгляд на человека, работавшего за вторым столом. До недавнего времени это место занимал постоянный напарник Алексея Михайловича — полноватый весельчак капитан Мирон Сергеевич Антохин.

Однако с тех пор, как Антохин исчез три дня назад, к подполковнику прикомандировали нового напарника. «Временно», — как сказало начальство.

— Что-то не так, Алексей Михайлович? — улыбнулся своей белоснежной улыбкой молодой, недавно выпустившийся из Академии ОКЖ лейтенант — потомственный дворянин Березен Фёдор Игнатович.

— Всё в порядке, Фёдор, — пробасил подполковник.

Отчего-то этот кудрявый статный щёголь совершенно не нравился Бородину. А Алексей Михайлович за годы службы привык доверять своей чуйке.

Подполковник перевёл взгляд на монитор. Ему хотелось вновь включить воспроизведение записи с камер наружного наблюдения. Последней из камер, на которой с пончиком в руке и стаканом кофе появляется улыбчивый капитан Антохин.

Однако подполковник пересилил себя и закрыл видео. Алексей Михайлович знал, что детали не всегда видны с первого, второго, или третьего раза. Потому мог по много раз обращаться к одной и той же улике.

Но и вовремя признать бесполезность тех или иных действий подполковник тоже умел.

Алексей Михайлович потянулся к папке с выдержкой из дел, которые он вёл. В последнее время нераскрытые дела лишь накапливались. И большая часть из них была связана с омерзительными кровавыми ритуалами, которые кто-то устраивал в людных местах. ОКЖ умудрялось держать эти ужасные преступления втайне от подданных Империи, однако слухи уже вовсю ходили.

В первую очередь, конечно, среди аристократов.

Ведь почему-то жертвами ритуалов становились только они.

Однако взять папку подполковник не успел — в дверь его кабинета постучались. Он недовольно поднял взгляд и пробасил:

— Войдите!

Двери отворились, и…

Подполковник Бородин изумлённо выпучил глаза, увидев самодовольную рожу одного темноволосого простолюдина с необычными, отливающими металлом глазами.

— Егоров? — промолвил Алексей Михайлович. — Уж кого-кого, а вас я точно здесь не ожидал увидеть.

Несмотря на удивление подполковника, от его цепкого взгляда не скрылось то, как при упоминании фамилии вновь прибывшего напрягся лейтенант Березен.

— Ваше высокоблагородие, — с максимальной почтительностью обратился к подполковнику сопровождавший Егорова полицейский, — в личном деле Александра Ярославовича Егорова стоит пометка, что в случае спорных ситуаций, связанных с ним, обращаться к вам лично.

Алексей Михайлович кивнул, припомнив, как поставил такую отметку в базе рядом с фамилией Егоров.

Он с любопытством уставился на этого аномального простолюдина.

— И что же натворил наш Друг трёх боярских родов? — поинтересовался подполковник у полицейского.

— Превышение самообороны, повлёкшее за собой смерть трёх и более лиц, — отчеканил полицейский.

— Пострадавшие среди гражданских? — быстро спросил подполковник, встав из-за стола.

— Отсутствуют.

— Вот и славно. — Алексей Михайлович подошёл к Егорову и несколько секунд смотрел в его глаза, излучавшие самодовольство.

В голове подполковника невольно возник фрагмент его беседы с Егоровым во время их последней встречи:

— То есть, вы своим тайным способом любого можете отыскать? — спрашивал тогда Бородин.

— Вы за кого меня принимаете? — усмехался в ответ Егоров . — Я, что ли, Бог? Разумеется — нет.

— Вот как? А, например, капитана Антохина сможете найти?

— А он разве потерялся?

— Ну… допустим, если потеряется?

— Вот когда потеряется, тогда и приходите.

«Как в воду глядел», — подумал про себя подполковник.

* * *

Подполковник Бородин пододвинул мне чашку с чаем и молча направился к соседнему столику, за которым сидел парень ненамного старше меня на вид, который кого-то мне сильно напоминал.

Хм… а вообще, что он тут делает? Где капитан Антохин? Не смог работать с подполковником Бородиным и сбежал?

— Лейтенант Березен, вам необходимо спуститься в архив и запросить вот эти документы. — Алексей Михайлович положил перед ним на стол вырванный из блокнота листок.

Юноша улыбнулся и услужливо кивнул:

— Сделаю, Алексей Михайлович. Сейчас только закончу с…

— Сделай это прямо сейчас. Время не ждёт, — требовательно произнёс подполковник.

Лейтенант Березен поднялся на ноги и поклонился.

— Как прикажете, Алексей Михайлович.

Взяв листок, он направился прочь из кабинета.

Однако в последний момент не сдержался и скосил на меня хмурый взгляд.

Я же в тот момент делал вид, что изучаю убранство этого кабинета. Хотя какое там «убранство»? Всё завалено папками и бумагами!

Дверь за лейтенантом захлопнулась, и Бородин вернулся на своё место. Сложив руки в замок, он тяжёлым взглядом уставился на меня.

— Там, внизу, мой водитель томится, — отхлебнув чай, указал я пальцем на пол. — Полицейские не смогли решить, стоит ли его рассматривать как моего соучастника или как свидетеля. А до вас они дозвониться, чтобы заранее уточнить все детали, отчего-то не смогли.

Бородин нахмурился ещё сильнее. Затем повернулся к стационарному телефону, демонстративно подключил его шнур в розетку и набрал нужный номер.

— Алло, Дима? Там с полицией человек в зале ожидания сидит?

— Василий Тимощук, — подсказал я.

— Василий Тимощук, да, — кивнул подполковник своему собеседнику. — Отпускай его. Хм… Пусть полицейские его отвезут, куда попросит.

— И мои личные вещи там же, — произнёс я, попивая чай.

Подполковник недовольно посмотрел на меня и снова сосредоточил всё своё внимание на трубке.

— А пожитки Егорова пусть сюда несут. Что? Какой ещё задержанный? — Подполковник недовольно уставился на меня.

— Последний выживший из нападавших, — охотно пояснил я. — Мне нужно допросить его.

Алексей Михайлович недобро сверкнул глазами и произнёс в трубку:

— Этого в отдельную камеру под мою личную ответственность. Никого не пускать, и…

— У него, скорее всего, где-то спрятана капсула с ядом, — быстро произнёс я. — Проморгаете, и ничего важного мы не узнаем.

— Млять! — выругался подполковник. — Дима, отставить отдельную камеру. Присмотрите за ним, сейчас я наберу Лимонова, он заберёт.

Повесив трубку, подполковник снова отключил стационарный телефон и быстро нашёл нужный ему контакт в записной книжке смартфона.

— Артурчик, привет, — легко поздоровался он. — Слушай, дело к тебе повышенной важности. Там полиция тушу привела. Протокол допроса номер одиннадцать. Сможешь? А потом видеозапись мне, как обычно. Ага. Спасибо, дружище, с меня чача.

Он выдохнул и повесил трубку.

Тяжёлым взглядом Алексей Михайлович уставился на меня.

— Спасибо, — ответил я, прежде чем он успел что-то сказать.

Я на самом деле оценил жест Бородина. Если бы он не поставил меня на личный контроль, пришлось бы сейчас своими силами разбираться с полицией. А какие у меня «силы»? Бояре Мурашовы не москвичи, через них решать вопросы долго. Графский род Самоцветовых? Ну… Они вызывают у меня определённые вопросы, и мне не хотелось бы допрашивать своего несостоявшегося убийцу через них.

Остаётся мой третий Друг — баронесса. А она с Анной те ещё тёмные лошадки. Да и своих проблем у них хватает.

Вот и получается, что официальная Дружба у меня есть, а по факту самым надёжным вариантом был бы графский род Резановых.

Но моя семья со мной официально никак не связана.

Да уж…

И всё же я бы работал через них, если бы не подвернулся вариант с Бородиным.

Подполковник набрал полную грудь воздуха, чтобы ответить, но я опередил его:

— Но по-настоящему я буду благодарен вам, когда получу материалы допроса, — произнёс серьёзно.

Он замер и округлил глаза.

А затем аж покраснел от негодования.

— А ты не обнаглел ли, Егоров⁈ — хлопнул по столу подполковник, переходя на «ты». — Ничего не перепутал, а⁈

— А что я, по-вашему, перепутал? — спокойным тоном спросил я и демонстративно склонил голову набок. — На меня напали: мало того, что нашу машину заминировали, так ещё и прислали Иерарха с подкреплением, чтобы закончить начатое. Серьёзный подход, согласитесь? Я считаю, нет ничего удивительного в том, что я хочу узнать, кто стоит за этим покушением.

С каждым моим словом подполковник Бородин всё больше и больше округлял глаза. Когда я закончил, он откинулся на спинку кресла и долго смотрел на меня изучающим взглядом.

Я не торопил жандарма, попивал чай. Хороший у него чай — с мелиссой. Подходит для успокоения нервов.

— То есть, вы со своим водителем не только пережили взрыв заминированной машины, но и бой с группой Иерарха? Вы оба целы, а из группы остался лишь один пленник… Много сбежало?

— Да никто не сбежал, — пожал я плечами.

— Значит, вы пленили Иерарха? — ещё сильнее удивился подполковник Бородин.

— Увы, пленили мы только мелкую сошку, — хмыкнул я.

— Поразительно… — пробормотал жандарм. — Ваши навыки впечатляют, Александр Ярославович… Как и навыки вашего водителя. Какой у него ранг, если не секрет?

— Да не секрет, — пожал я плечами. — Нет у него никакого ранга. Вася неодарённый.

У моего собеседника отвисла челюсть, и на пару секунд он забыл, как дышать.

Однако же Алексей Михайлович Бородин не дослужился бы до своего высокого звания, если бы совсем уж не умел контролировать эмоции. Он быстро взял себя в руки и покачал головой.

— Вы феноменальны, Александр Ярославович… — произнёс он в сторону. — Скажи мне кто-нибудь пару месяцев назад, что восемнадцатилетний юноша сможет одолеть Иерарха и его группу поддержки, не получив при этом ни одной раны, я бы ни за что в такой бред не поверил. Ведь даже самородкам среди самородков нужно время на рост каналов маны. Задокументированный рекорд получения ранга Иерарх — двадцать полных лет и три с половиной месяца. Его в молодости поставил нынешний князь Благовещенский. К слову, рекорды скорости в получении двух следующих рангов тоже принадлежат ему. Он стал Архимагом в тридцать семь. Вы, как мне кажется, вполне можете побить все его рекорды, если будете официально подтверждать ранги.

Он внимательно посмотрел на меня.

Я улыбнулся и произнёс:

— Рад, что вы поняли, какой я невероятный.

— Давно понял, — задумчиво произнёс он. — Но непонятно здесь другое. Выдающиеся самородки рождаются в древних родах. И под присмотром опытных наставников начинают очень рано тренироваться. У каждого древнего рода есть свои тайные методики, которые помогают в развитии. Вы же, Александр Ярославович, росли в приюте.

Его взгляд стал давящим и цепким. Жандарм будто бы пытался заглянуть мне внутрь черепушки и прочесть там все мои тайны.

— Значит, я самый уникальный из всех самородков, раз уж смог развить свои таланты без секретных методичек, а действуя по наитию, — улыбнулся я, не отводя взгляда.

А затем посерьёзнел и спросил прямо:

— Полагаю, насчёт сегодняшнего инцидента у вас ко мне претензий нет? Дружбы трёх боярских родов и факта самообороны достаточно, чтобы снять с меня какие бы то ни было обвинения?

Алексей Михайлович подозрительно сощурился и покачал головой:

— Закон не так прост, Александр Ярославович. В нём много нюансов.

— Что дышло — куда повернул, туда и вышло, — хмыкнул я.

Он поморщился и проговорил:

— Я сделаю вид, что не слышал этих слов. Но советую вам впредь подбирать выражения. Особенно когда вы говорите с представителем власти.

Он многозначительно посмотрел на герб ОКЖ, украшавший стену его кабинета.

— Благодарю, — в тон жандарму ответил я. — Но сейчас я общаюсь с вами и только с вами, а не с каким-то другим представителем власти. Вы даже своего помощника спешно отослали куда подальше.

Я снова потянулся к чашке с чаем, искоса поглядывая на подполковника.

Он хмурился.

И будто бы собирался с мыслями, чтобы что-то сказать мне.

Я решил его подтолкнуть и спросил в лоб:

— А что с капитаном Антохином? Ваша связка мне казалась очень колоритной и работоспособной. Неужели он не выдержал вашего темпа и сбежал?

— Если бы… — процедил сквозь зубы подполковник и покосился на пустой стол помощника.

В его взгляде блеснула решимость. Жандарм поднялся из-за стола, закрыл на щеколду дверь, подошёл к окнам и задёрнул шторы.

— О-о-о… — протянул я задумчиво и закинул ногу на ногу. — А если прослушка цифровая, и жучок где-то в кабинете?

— Такого здесь нет, — произнёс он твёрдо. — Я проверял.

— Точно? — хмыкнул я.

Подполковник скривился, повернулся ко мне спиной и что-то достал из кармана.

— Скорее всего, — также уверенно произнёс он спустя секунд тридцать и убрал устройство обратно.

Он сел напротив меня и впился в меня тяжёлым взглядом.

— Если будут задавать вопросы — я трачу на вас лишнее время, чтобы сагитировать пойти на службу в ОКЖ. Идёт? — сразу предложил он.

Я хмыкнул. Первым делом придумал легенду? Неплохо… учитывая мои успехи, не будет ничего удивительного, если кто-то из жандармов захочет завербовать меня.

— Идёт, — кивнул я. — Но к чему это? Что с капитаном Антохиным?

Бородин поджал губы и нервно отвернулся, всем своим видом показывая, что я попал в цель.

— Если вы сможете отыскать его, я буду вашим должником, — проговорил подполковник через несколько секунд. — Ну и, разумеется, сегодняшний инцидент закрою так, чтобы у вас не было проблем, а все данные по расследованию передам вам. Ну и засекречу их, насколько получится.

— Насколько получится? — удивился я его неуверенности.

Он поморщился и тяжело вздохнул.

— ОКЖ неоднороден, Александр Ярославович, — произнёс Алексей Михайлович, глядя на меня серьёзным взглядом. — Большего не скажу.

— А большего и не надо, — хмыкнул я. — Понятно, что разные группы преследуют разные интересы. Особенно Круг Змеевидца.

Алексей Михайлович на секунду замер, цепко уставившись на меня. Я же молча следил за его реакцией.

— Что за Круг? — деловито спросил он.

Подполковник вмиг стал походить на ищейку, взявшую след.

Я хорошо разбираюсь в людях и умею отличать правду ото лжи. Так вот, сейчас Бородин не играл.

— Вы не слышали этого названия? — спросил я серьёзно.

Он покачал головой.

— Вот как… — выдохнул я и указал на левый мизинец.

А затем взглядом показал на стол, за которым ещё несколько минут назад сидел лейтенант Березен. Видимо, родственник того самого Березена, с которым у меня была дуэль в первый день обучения в МАУД.

На секунду Алексей Михайлович округлил глаза, а затем понимающе кивнул и произнёс:

— Вон оно что… что ж, благодарю за наводку. Примерно так я и думал. Знаете, Александр Ярославович, а давайте съездим перекусим? И заодно обсудим ваше дальнейшее сотрудничество с ОКЖ?

Подполковник подошёл к шкафу и достал свой плащ и шляпу.

— А давайте, — хмыкнул я. — Но что-то от изысканных блюд я подустал в последнее время. Шаурму уважаете?

— Обожаю, — заверил меня подполковник Бородин.

Глава 16

Двухдверная спортивная машина «Лада. Тарпан» неслась по Московским улочкам на огромной скорости. Каждый раз, когда она трогалась со светофора, меня натурально вжимало в ковшеобразное пассажирское сиденье.

Сказать подполковнику, что он превышает скорость? Или не надо? Вон он как кайфует, сидя за рулём своей тачки.

— Честно говоря, я думал, у вас будет другая машина, — произнёс я.

— С чего вдруг такие мысли? — хмыкнул Бородин, ловко перестроившись на крайнюю левую полосу.

— Шляпа… плащ… строгий стиль. И тут на тебе — спортивная тачка! Она не подходит вашему образу.

— Ха! — усмехнулся подполковник. — У каждого может быть что-то неподходящее его образу, поверьте моему опыту. И вообще, у меня день рождения седьмого числа — ничего удивительного, что я люблю скорость. Если вы понимаете, о чём я.

— Карта «Колесница», — усмехнулся я, покосившись на подполковника. — Вы верите в Таро?

— Не верю, — сказал как отрезал он. — Но с моей службой учитывать нужно всё. Кстати, мы подъезжаем.

Улыбка исчезла с его лица, и подполковник вновь настроился на рабочий режим.

Правда, ненадолго — внезапно у него зазвонил телефон, притом не тот, по которому он ранее говорил с коллегой-дознавателем.

— Да, дорогая, — приложил трубку к уху Алексей Михайлович и продолжил управлять автомобилем одной рукой. — Прости, сегодня опять буду поздно. Что значит «я специально задерживаюсь», милая? Разумеется, я хотел бы больше времени проводить с семьёй! Кхм… прости, неудобно говорить. Как только освобожусь — сразу приеду. Ну всё, пока-пока.

Он тяжело вздохнул и кинул телефон на специальную полку.

— Ваша супруга думает, что вы сбегаете, чтобы не нянчиться с малышом? — усмехнулся я, невольно вспомнив кое-какие фрагменты из своей прошлой жизни.

— Ага, — проворчал Бородин.

— А вы на самом деле хотели бы чаще видеть ребёнка, да? Сколько ему, месяца полтора? Дети быстро меняются в этом возрасте.

Он припарковал машину и удивлённо уставился на меня.

— Не ожидал таких слов от восемнадцатилетнего юноши.

— Жизнь в интернате учит ценить семейные узы, — пожал я плечами.

Несколько секунд он задумчиво смотрел на меня, а затем изрёк:

— Что ж, надеюсь, вы создадите свою семью и получите эти узы. Главное — вам дожить до этого прекрасного момента, что с вашим умением встревать в неприятности может быть весьма проблематично.

— Сейчас вы привезли меня к новым неприятностям, так что не вам мне об этом говорить, — усмехнулся я и вышел из машины.

Уже совсем стемнело, и улицу подсвечивали фонари да свет от витрин и окон. Притом взад-вперёд гуляли люди, наслаждаясь тёплым летним вечером.

— Вот сюда он заходил, — указал взглядом на двери кофейни подполковник Бородин.

Я прошёлся вдоль здания. Алексей Михайлович ни на шаг от меня не отставал.

— А вот это — последняя запечатлевшая его камера, — пробасил жандарм, указав взглядом на фонарный столб с камерой городского наблюдения.

Я остановился, оглядываясь по сторонам.

Вряд ли капитан Антохин исчез прямо посреди улочки, верно? Скорее всего он свернул во двор или зашёл внутрь здания, прежде чем исчезнуть.

Припомнив видеозапись с камеры наблюдения, которую мне показал подполковник, пока мы вместе ели шаурму в небольшом сквере, я встал аккурат в том месте, где три дня назад стоял капитан Антохин.

Да уж… сложную мне задачку задал подполковник Бородин. Он вспомнил, что я смог найти Алину Мурашову, когда её похитили, и попросил сделать то же самое с капитаном Антохиным.

Вот только восстановить для себя слепок дыхания Алины, чтобы искать по нему, мне было проще, чем сейчас создать слепок дыхания Антохина. Всё-таки с капитаном я общался мало, да и множество событий произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Ну как, сможете найти? — не выдержав, подался ко мне подполковник.

Я посмотрел на него с укором и покачал головой:

— Будьте терпеливее, Алексей Михайлович.

Положив ладонь на запястье, я нащупал под рукавами пиджака и рубашки браслет-накопитель. Подполковник смог быстро достать нужный артефакт, правда, по классу он едва ли дотягивал до «В». Я потянулся к его мане…

Отдача последовала с задержкой в пару секунд и была она довольно тягучей. Да уж… казённый накопитель не чета тому, который мне в прошлый раз одалживал граф Самоцветов.

И всё же я смог синхронизировать накопитель со своим Источником и направил три вида маны — свою, накопителя и окружающего мира — себе в мозг, чтобы правильнее и отчётливее воссоздать слепок дыхания капитана Антохина.

Ага… вроде бы получилось.

А теперь всю ману вместе со слепком направляем в конструкт заклинания, и…

Я выдохнул, высвободив заклинание. Поток воздуха разлетелся в разные стороны.

— Вот оно что… — пробормотал подполковник Бородин, а затем быстро добавил: — Как и договаривались, всё, что я узнаю сегодня о вас и ваших способностях, я сохраню в тайне. Слово дворянина.

— В курсе, — хмуро отозвался я, не обращая на него внимания.

Где же шлейф дыхания, а? Из-за того, что прошло слишком много времени, я не могу его отследить?

Стиснув зубы и прикрыв глаза, я стал вливать больше маны в своё сложносоставное поисковое заклинание. Я тянул энергию прежде всего из накопителя и в какой-то момент понял, что тот опустел.

Пришлось использовать больше своей маны, хотя, конечно же, основную часть энергии теперь я брал из мира.

В голову лезли странные мысли. В духе: интересно, какой объём Источника должен быть у местного мага, чтобы он смог реализовать это же заклинание чисто за счёт запаса собственной маны? Справится ли с таким Магистр? Или нужен уже Архимаг?

Хотя, конечно же, откуда местным магам знать мои конструкты?

Проклятье… до сих пор пусто.

Нужно погрузиться глубже! Нужно потратить больше энергии и сделать заклинание ещё более концентрированным и тяжёлым…

Да уж… будет обидно, если после всех усилий окажется, что капитана Антохина вообще здесь не было, и запись — всего лишь монтаж.

Но это, конечно, вряд ли — подполковник Бородин говорил, что капитан Антохин был здесь неподалёку по его приказу…

Алексей Михайлович не стал вдаваться в подробности, но всё же мне удалось убедиться в том, что он и его помощник продолжали расследовать дела, связанные с деятельностью культистов-демонопоклонников. Подполковник Бородин — честный жандарм, и изо всех сил пытается остановить кровавые ритуалы.

Но противник явно не собирается тихонько стоять в сторонке и смотреть на происходящее.

Возможно, капитан Антохин узнал что-то важное и просто не успел передать командиру, прежде чем от него избавились?

А может быть, таким способом подполковнику просто решили намекнуть, что будет с его близкими, если он продолжит копаться в деле демонопоклонников.

Ну и заодно на освободившееся место рядом с чересчур деятельным подполковником посадили члена Круга. У лейтенанта Березена на левом мизинце было кольцо… с гербом ОКЖ.

— Есть! — я не смог сдержать восторга, когда вдруг почувствовал слабый шлейф дыхания капитана Антохина.

— Правда? — бросился ко мне обрадованный подполковник Бородин.

Я улыбнулся и кивнул.

А затем меня повело, и я едва не рухнул.

— Александр! — подхватил меня за локоть Бородин.

— Спасибо, нормально всё, — мотнул я головой и высвободил свой локоть из его цепких пальцев.

Алексей Михайлович смотрел на меня встревоженно. Я помассировал виски, а затем стянул с запястья браслет-накопитель.

— Пустой, — изрёк я.

Подташнивало, кружилась голова, а в теле чувствовалась слабость — я потратил слишком много маны за короткий промежуток времени.

Пожалуй, без накопителя и умения использовать энергию мира, подобное мог осилить разве что Архимаг.

Достав из сумки зелья восстановления, я подправил запасы энергии и огляделся по сторонам.

— Идём в машину, — требовательно произнёс я, махнув рукой. — И окна сразу откройте.

Алексей Михайлович не спорил и лишних вопросов не задавал, так что вскоре «Лада. Тарпан» тронулась с места.

— Скорость сбавьте! — тут же произнёс я, ибо подполковник решил взять с места в карьер. — А то потеряем.

В итоге мощной спортивной тачке пришлось плестись в правой полосе, а мне напрягать мозги, чтобы поддерживать концентрацию.

— Примерно через сто метров направо, — в очередной раз проговорил я, направляя подполковника.

— Значит, всё-таки его увезли, — не выдержав, нарушил тишину Алексей Михайлович и с надеждой во взгляде посмотрел на меня. — Но он ведь… жив, да?

— Иначе я бы не смог отследить его, — произнёс я, держа концентрацию. — Сейчас нам ни в коем случае нельзя потерять след — не факт, что я смогу снова его найти. Время проходит.

Подполковник решительно кивнул и больше не отвлекал меня.

Я же смогу активировать свою Печать и передать часть функций по отслеживанию шлейфа дыхания капитана Антохина ей. Мозг немного разгрузился, и я решил поделиться с подполковником информацией:

— Он зачем-то зашёл в цветочный магазин. И всё, там его вырубили и вынесли через чёрный ход — это факт. Далее моё предположение: его везли либо с открытыми окнами, либо в кузове какого-нибудь грузовика.

«Ибо дыхание тех, кто сидит в машине со включённым кондиционером, ощущается более разреженным», — мысленно закончил я.

— Понял, — кивнул Бородин и тут же напрягся. — Секунду… Я просматривал записи и с последующих камер. Грузовичок на них был, как раз через несколько минут после того, как исчез капитан Антохин.

— Налево на следующем повороте, — вместо ответа бросил я.

Некоторое время мы ехали молча, я заметил, что мы приближаемся к северной границе столицы.

— Что вы планируете делать, когда мы найдём его? — задал я вопрос, терзавший меня с самого начала.

Бородин нахмурился, прекрасно понимая, куда я клоню.

С минуту он размышлял, а затем нехотя произнёс:

— В ОКЖ есть люди, которым я доверяю.

— Вы сможете призвать группу спецназа, не поднимая шума? — спросил я прямо.

— Смогу, — процедил он.

— Но? — подтолкнул я подполковника.

— Но риски всегда есть, — сдавшись, выдохнул он.

— Понятно, — кивнул я, отправив очередное сообщение с телефона. Бородин видел, что я с кем-то переписываюсь, но вопросов не задавал.

Сейчас для него было важнее всего любыми способами спасти своего напарника.

* * *

— Проклятье… надо было сегодня на работу на «УАЗе» ехать! — выругался подполковник, когда его спортивная тачка в очередной раз громыхнула амортизаторами, попав колесом в яму на просёлочной дороге.

Мы оказались за городом и сейчас ехали вглубь леса мимо баз отдыха. Уже проехали три базы, и, судя по карте, впереди находились ещё две.

Однако в какой-то момент я понял, что шлейф дыхания капитана Антохина ведёт в другую сторону.

— Тормозите, — велел я. — Дальше пешком.

Выйдя из спортивной тачки, я оглядел свой многострадальный костюм. После боя на дороге в нём добавилось пара дырок… выглядел он ещё сносно, но для МАУД нужно будет покупать новый.

А сейчас он будет мне лишь мешать.

Я оставил пиджак в машине, взял из сумки два бутылька с зельями, сунув их в специальные кармашки на портупее.

Пару раз подпрыгнул и поморщился — в брюках двигаться не особо удобно. Но рвать их и идти в лес с оголёнными ногами — тоже дурацкое решение.

Ладно, будем довольствоваться тем, что имеем.

— Выглядите внушительно, — хмыкнул подполковник Бородин, оценив меня взглядом. — Но лучше всё же переодеться в доспех.

Он открыл багажник машины и продемонстрировал мне тянущуюся броню.

Я закатил глаза и неодобрительно покачал головой.

— Ну и извините, — пожал он плечами, — не успел предложить раньше.

В итоге мы оба облачились в безразмерный доспех, взяли с собой зелья и вооружились. При мне был мой бессменный артефактный пистолет и Коготь Рыси, а у подполковника в багажнике нашлось артефактное ружьё и короткий артефактный меч.

— Идёмте, — поманил я его за собой вглубь леса.

Машины здесь давно не ездили. Однако более узкая колея — от квадроцикла — сразу бросалась в глаза. Кроме неё, я заметил несколько следов от колёс горных мотоциклов.

Впереди показалось небольшая яма с грязью, я присел на корточки рядом с ней, внимательно изучая следы.

— Что-то заметили? — без тени сарказма спросил Бородин.

— Ничего особенного, — ответил я, выпрямившись и продолжив путь. — Разве что-то, что они используют прицепы для квадроциклов.

Подполковник кивнул, соглашаясь с моими словами.

Я открыл зелье восстановления маны и под удивлённым взглядом Алексея Михайловича влил в себя содержимое, а затем активировал Печать Близнеца. Благодаря ей я стал на всю использовать своё «обычное» поисковое заклинание, следя за территорией вокруг нас. Разумеется, и шлейф дыхания капитана Антохина я до сих пор отслеживал.

В какой-то момент я понял, что шлейф стал более насыщенным, и невольно ускорился.

Буквально через несколько секунд на краю восприятия поискового заклинания я почувствовал дыхания людей.

А затем и дыхание самого Антохина.

— Нашёл… — выдохнул я, перестав отслеживать шлейф.

Я уселся на поваленную берёзу, переводя дух и анализируя ситуацию.

— Что там? — не выдержал Алексей Михайлович.

— Жопа там, господин подполковник, — прорычал я, чувствуя, как внутри меня просыпается ярость. — Зовите свой спецназ — вдвоём не управимся.

Бородин решительно кивнул и, достав телефон, отошёл в сторону. Я тоже взял трубку, прочитал последнее полученное сообщение и одобрительно хмыкнул.

Вскоре вернулся Алексей Михайлович и сообщил, что группа спецназа явится примерно через час.

— Будем ждать, — скрипнув зубами, произнёс жандарм и огляделся в поисках лучшего места для ожидания.

— Ага, встретьте их, — сказал я, поправив полученную от Бородина микро-гарнитуру. — А я пойду вперёд.

— Что? — опешил Алексей Михайлович. — Если тебя поймают — операция будет провалена! Они узнают о нас!

— А если они заметят нас или ваших бойцов издали — результат будет тем же, — спокойно ответил я. — Кто-то должен быть поблизости на случай форс-мажора. Чтобы, как минимум, не дать им прикончить капитана Антохина, согласны?

Жандарм недобро нахмурился и поморщился.

— И откуда в тебе столько прыти, Егоров?.. — проворчал он.

— Хорошо быть молодым, — отозвался я. — Бывайте. Если что — я на связи.

Я указал на микро-гарнитуру и, развернувшись, бесшумно побежал вперёд. Плавно активировав «Воздушное рассеивание», я пропал из виду подполковника.

Через некоторое время я через заросли смог разглядеть впереди деревянный забор. Судя по карте, здесь должен был быть лес и небольшое озеро, но…

Похоже это озерцо кто-то прибрал к рукам.

— Привет, — остановившись возле вековой ели, произнёс я, глядя перед собой.

Воздух передо мной задрожал, я увидел недовольную рожу Кота.

— Опять меня раскусили… трудно с тобой, Близнец, — проворчал скрытник рати Резановых.

— Надеюсь, это твой последний сегодняшний провал, — парировал я.

— Я тоже на это надеюсь.

Он криво усмехнулся. Я был рад его видеть, так что улыбнулся в ответ и протянул руку. На миг смутившись, он ответил на рукопожатие.

— Ладно, хватит болтать, Котяра, — вновь посмотрев на забор, изрёк я. — Впереди нас ждёт кое-что интересное.

— Слишком интересное? — оживился он.

Ярость вновь начала захватывать меня с головой. Грёбаные демонопоклонники и их хозяева! Как же я вас, тварей, ненавижу!

— Помнишь Дмитрия Маслова? — процедил я. — Вот что-то вроде того.

Глава 17

Ноздри щекотал запах сырости, тянущийся от озера. В отдалении я слышал шаги и людские голоса — охрана патрулировала территорию. Я замер у забора, отслеживая каждый шорох. «Воздушное рассеивание» надёжно скрывало меня от чужих глаз, так что у меня была возможность всё внимательно изучить.

Я провёл ладонью по деревяшке — простой забор из горбыля… Но вот что странно: местами он начал гнить. Вряд ли база демонопоклонников здесь стоит давно — иначе местные могли бы её уже заметить. Значит, гниль появилась не от времени и близости к озеру?

От мощных всплесков демонической энергии?

Я сжал зубы от ярости и едва не зарычал. Грёбаные демонопоклонники! Вы и этот мир хотите угробить⁈

Конструкты «Воздушного рассеивания» вдруг начали подрагивать, и я плавно выдохнул, беря эмоции под контроль. Было бы совсем уж глупо из-за ярости потерять концентрацию и развеять свою невидимость.

Так… сконцентрируемся на дыхании. На своём…

И на дыхании других живых существ.

На территории базы двадцать семь крупных дышащих созданий.

Двое человек дышат прерывисто. Они находятся рядом друг с другом ниже уровня земли. Один из этой парочки — капитан Антохин Мирон Сергеевич. Второй — тоже пленник.

Кроме них, за забором ещё двадцать три человека. Некоторые люди отдыхают, другие заняты охраной…

Остаётся ещё два источника дыхания.

Я почувствовал, что вновь начинаю скрипеть зубами, и силой воли отогнал куда подальше мысли об этих грёбаных тварях. Для меня сейчас главное, что они не рядом с капитаном Антохиным.

Я должен временно закрыть глаза на существование пары низших демонов.

Полностью подчинив эмоции, я, подбросив себя потоком ветра, легко перемахнул через забор и, поглядывая по сторонам, тихо пошёл вдоль него.

А немало тут домов наставить успели. Большинство их них модульные — то есть, сюда привозили уже готовые жилые блоки. Но есть несколько бревенчатых построек, стоявших здесь, на берегу озера, уже явно не одно десятилетие. Почти все они сейчас пусты.

Кроме двух. И как раз к одному из этих домов я сейчас направился.

— Млять, может, в деревеньку после смены смотаемся, а? — спросил у своего напарника мужик, облачённый в полной боевой доспех и сжимавший в руках артефактную винтовку.

Оба бойца стояли недалеко от входа в нужный мне дом.

— На кой-хрен оно тебе надо? — удивился Второй.

— Вот именно на хрен бы и сгодилось, — вздохнул мужик. — Скучно тут без баб. Даже рыбу уже не половишь в озере — вся передохла.

— Не думаю, что господин отпустит… — скептически покачал головой Второй.

— Да вроде как обещал подумать, если без происшествий тут неделю просидим.

— Вот именно! Только подумать он и обещал.

Я незаметно прошёл за их спинами и покосился на запертую дверь. Двери сами по себе чудесным образом не открываются, а значит, чтобы не привлекать внимания, нужно поискать другой вариант.

Но я прекрасно чувствовал, где именно воздух свободно заходит в этот старый дом. Обойдя здание, я подкинул себя ветром и зацепился руками за выступ верхнего бревна. Подтянувшись, я с трудом, но всё же смог пролезть через прогнившую дыру в деревянном свесе, и оказался на чердаке одноэтажного домишки.

Осторожно открыв люк, я спустился на первый этаж и попал в пустой холл. Отслеживая потоки воздуха, я быстро нашёл ещё один люк, ведущий в подвал.

Хм… не заперто.

Похоже, культисты не боятся, что пленники сбегут. При этом сами имеют быстрый доступ к ним — на случай непредвиденных ситуаций.

Разумеется, перед тем, как сюда соваться, я провёл по округе своего «Воздушного Близнеца». Так вот, он смог пройтись везде свободно — нигде не ощутил опасности быть обнаруженным.

Моё «Воздушное рассеивание» по «глубине» скрыта примерно на одном уровне с невидимым шпионом, так что и меня здесь не должны заметить. О чём это говорит?

Артефактов обнаружения высокого уровня на этой базе нет, и я не особо удивлён их отсутствию — стоят такие артефакты космических денег. Но, что важнее — они сами по себе довольно редки.

И всё же утверждать, что на базе вообще нет ни одного артефакта, обнаруживающего невидимок, не дальновидно. Потому я велел Коту на территорию не лезть и держаться за периметром.

Примерно с такой мыслью я спускался в подвал, чувствуя, как воздух натурально становится тяжелее.

Дерьмо… слишком много в нём демонической энергии. Рассеянной, не концентрированной, но оттого не менее тяжёлой.

Внизу раздался полный боли стон. Я невольно ускорился и ворвался в подвал.

Упс… камера на потолке!

Правда, смотрит она в противоположную сторону — на дальнюю стену, к которой цепями прикованы двое мужчин.

За спинами мужчин на стене, на других стенах, полу и потолке нарисованы кровавые руны, порождающие демонскую энергию.

Я сдержался, чтобы не зарычать от гнева, и внимательно посмотрел на пленников.

Антохин… За эти три дня он сильно похудел, и даже в полумраке подземной камеры я мог разглядеть, как сильно впали его щёки. Цепи были длины и позволяли пленникам лежать на полу.

Так вот, капитан ОКЖ свернулся калачиком, точно побитая собака. Он дышал прерывисто и слабо, не поднимая головы. Недалеко от него стояла металлическая миска с какой-то похлёбкой и пустая чистая чашка. Должно быть, из-под воды…

Рядом с ним спиной к стене сидел мужчина лет… сложно сказать сколько лет этому заморённому и несчастному человеку. Может быть, по документам не больше тридцати, но сейчас он выглядит старше. Его лицо было бледным, если не считать кровоподтёка, залившего левый глаз. Грязная рубаха мужчины была в порезах и крови.

Хм… на первый взгляд не видно, но тёмный пиджак Антохина тоже измазан кровью.

Обоих пленников явно истязали.

И не только телесно — хуже всего то, что я чувствовал внутри них. Энергетическая система каждого из них походила на какое-то нелепое месиво.

Мне пришлось проявить всё своё самообладание, чтобы не поддаться бушующей внутри ярости. Учитывая, что я знал, что за чудища сейчас сидят в другом бревенчатом доме, то было понятно, что здесь происходило.

Внезапно сосед Антохина затрясся всем телом и громко застонал.

— А-а-а… а-а-а… — захрипел он, извиваясь дугой. От его дёрганий противно зазвенели цепи, «зажглась» камера, реагируя не то на звук, не то на движения.

— Ваше благородие, тише… тише… — подняв голову, попытался как можно ласковее произнести Антохин. — Пожалуйста… успокойтесь… всё будет хорошо! Держитесь…

На лицо капитана было больно смотреть — синяки и порезы, впалые щёки…

Притом глаза его горели надеждой. Он смотрел на своего соседа и, тратя остатки душевного тепла, повторил:

— Пожалуйста, возьмите себя в руки… не поддавайтесь боли… Терпите…

— А-А-А-А-А!!! — во всю глотку заревел неизвестный мне аристократ, с яростью глядя прямо в камеру красными глазами.

Что ж…

Мне стоило тихонько дождаться начала штурма рядом с капитаном Антохиным.

Однако я прекрасно понимаю, что именно происходит с несчастным аристократом прямо сейчас, и к чему это приведёт.

Вены выступили на его лице, глаза мужчины полезли на лоб, из носа полилась кровь.

Конечно, он от этого не умрёт, но…

Поведя рукой, я направил тонкую металлическую иглу в «глаз» камеры и в тот же миг сам рванул вперёд. Вокруг моего кулака уже закручивалось простенькое заклинание. «Воздушный удар» — давненько я его не использовал.

Мой кулак врезался в челюсть мужчине, а следом в место удара влетело ещё и заклинание. Аристократ крякнул и рухнул лицом вперёд. Я успел подхватить его и уложить набок.

— Ты… кто? — прохрипел капитан Антохин, не сводя с меня глаз. Из-за капюшона и маски — комплектных к тянущейся броне — он не мог меня узнать.

— Свои, — ответил я сдержанно.

— Его…ров? — проговорил изумлённый капитан Антохин, узнавший мой голос. — Уходи… они сейчас будут… здесь.

— Знаю, — кивнул я и приложил указательный палец к губам.

Антохин пару секунд смотрел на меня, затем устало кивнул и опустил голову на руки, снова свернувшись калачиком.

Что ж… тихо переждать не получилось.

Я активировал свою вторую микро-гарнитуру и быстро произнёс:

— Кот, план Б.

— Понял, — ответил скрытник недовольным тоном.

Ну да, он хотел бы тайно наблюдать за происходящим из первых рядов, а я его на базу не пустил — вот и дуется.

Однако сейчас именно ему придётся устраивать представление.

Едва я об этом подумал, как где-то вдали, за территорией базы, раздался взрыв. Отлично, Кот в деле!

Правда, и два охранника, дежуривших возле дома с пленниками, тоже не спали. Они влетели в подвал, держа наготове штурмовые винтовки. Но я уже, активировав магию скрыта, засел в тёмном углу комнатушки.

Бойцы напряжённо огляделись и осторожно подошли к камере.

— Лопнула… — проговорил Первый — тот, что хотел сходить в деревню, дабы познакомиться с местными сударынями.

— Эй! — Второй ткнул дулом винтовки в щеку аристократа. — Вставай! Тц!

Он раздражённо цокнул и повернулся к Антохину. Охранник замахнулся правой ногой, как заправский футболист.

А голову капитана ОКЖ он явно собирался использовать вместо мяча.

Удар!

Коготь Рыси вошёл в шею охранника до того, как он успел врезать Антохину. Его напарник дёрнулся в мою сторону, но сделать ничего не успел — на его голове появился пузырь из воздуха. Я использовал самую жёсткую модификацию удушающего пузыря — она не только не позволяет дышать, но и вытягивает имеющийся в лёгких воздух.

Глаза охранника закатились, и он рухнул к моим ногам.

— Поразительно… — пробормотал капитан.

— Пей! — рявкнул я, сунув ему оба зелья восстановления.

И пусть внутри манаканалов Антохина сейчас полнейший хаос, восстановление энергии пойдёт ему на пользу.

Увы, временно…

После отката ему станет ещё хуже.

Капитан послушно опустошил оба флакона, а я в это время влил в глотку второго пленника зелье восстановление.

Вот ему зелье маны я лить побоялся. Он уже дошёл до критической стадии. В моём прошлом мире сейчас бы его как раз использовали для обращения.

Я заскрипел зубами и сжал кулаки.

Надеюсь, я в самом деле успел вовремя, и этого аристократа всё ещё можно спасти. Он находился тут явно дольше, чем капитан Антохин…

Отбросив лишние мысли, я активировал свою первую микро-гарнитуру.

— Хлеб, это Близнец, — обратился я к подполковнику Бородину, в очередной раз подумав, что за шутник дал суровому Алексею Михайловичу такой нелепый позывной.

— Близнец, как обстановка? — резко спросил жандарм.

— Всё так же — жопа. Подойди ближе к базе, но не рыпайся. Жди подкрепление. Капитан жив, шумят свои.

— Свои? — опешил он. — Кто?

— Неважно. Действуй, как договаривались, мы сами выберемся. Если что, позову.

— Близнец… — процедил он. — Я не хочу сидеть без дела.

— А я не хочу, чтобы кто-то мне мешал. Всё, отбой.

— Стой!

— Что ещё? — вздохнул я.

— Подкрепление уже близко, имей в виду.

— Так быстро? — удивился я.

— Кабан смог выбить вертолёт.

Я напрягся.

Не знаю, как там в ОКЖ дела делаются, но вертолёт — это сильно. Ещё и в такой короткий срок. Учитывая, что мы с Бородиным проводим здесь тайную даже для самих жандармов операцию — отчитываться перед начальством и разгребать последствия подполковник собирался позже.

А тут сразу вертолёт к нам летит…

Ладно, всё потом.

— Отбой, — сказал я и перевёл взгляд на Мирона Сергеевича.

Исхудавший жандарм не сводил с меня внимательного взгляда.

— Позывной? — требовательно произнёс я.

— Муравей, — ответил он.

— Принял. Муравей, ты согласен с тем, что должен мне за своё спасение? — спросил я быстро.

Он несколько секунд размышлял, что ответить. Я видел, как Антохин порывается сказать явно какую-то ерунду. Может быть, что-нибудь в духе: «я служу Империи, и, помогая мне, ты помогаешь Империи, а Империя помощь не забывает»?

Сдаётся мне, примерно такие мысли и были в его голове.

Но капитан отбросил их и, кивнув, серьёзно произнёс:

— Да. Если выберемся живыми, я буду должен.

— Тогда я ожидаю, что ты никому не разболтаешь мои секреты, — продолжил я, не сводя с него пристального взгляда.

— Обещаю не выдать твоих тайн, пока они тайны, тем, кто в них не посвящён, — произнёс жандарм.

Я не сдержался и улыбнулся краешком губ — неплохо его воспитал подполковник Бородин, раз наш Муравей после нескольких дней мучений с ходу может выдать подобные формулировки.

— Принято, — ответил я и положил ладонь на цепи, сковывающие руки и ноги капитана. Замков на этих цепях не было, а стало быть, и ключей у охранников нет. Но мне они и не нужны — металл, повинуясь моему Родовому Дару, размяк и «стёк» с запястий Антохина.

Удивлённым капитан ОКЖ не выглядел. Он лишь кивнул каким-то своим мыслям.

Это что же, Антохин вместе со своим начальником догадывались, что я могу быть Резановым? Н-да уж… похоже, тайна моего происхождения скоро уже и не будет тайной для элиты империи.

Но, честно говоря, плевать.

Меня устраивает то оправдание, которое выдал граф Орлов: мол, дед решил сперва научить меня быть графом, прежде чем публично признавать.

Сверху послышался топот.

— Вооружайся. Магию не используй, — велел я Антохину и повернулся к другому пленнику.

Я успел освободить и его, прежде чем понял, что топот стих. Пятеро бойцов не рванули к нам на полном ходу, а остановились на первом этаже и окружили выход из подвала.

— Жбан, Шнур, как обстановка⁈ — раздался сверху напряжённый голос.

Я покосился на трупы двух охранников. Ни Жбан, ни Шнур ответить уже не смогут.

Вновь приложив указательный палец к губам, я активировал «Воздушное рассеивание» и начал подниматься по лестнице. Благодаря Печати Близнеца я держал наготове наполненные маной контуры «Воздушного покрова» — если меня всё-таки увидят и атакуют, я успею защититься.

— Господин, похоже, внизу что-то случилось, — услышал я приглушённый голос командира вражеской пятёрки.

Я поднялся на первый этаж и увидел пять нацеленных на меня артефактных винтовок. «Воздушное рассеивание» не делает тебя полностью невидимым. Но, чем оно сильнее, тем больше оно размывает твой образ.

Возможно, я бы не смог пройти перед этими же бойцами на открытой местности под солнечным светом.

Но в полумраке этого мрачного дома они меня не заметили. И я бесшумно встал им за спины.

— Понял! — произнёс в микро-гарнитуру командир пятёрки. — Как что-то узнаю, сразу свяжусь с вами.

«Увы, ни с кем больше связаться у тебя не получится», — мелькнуло у меня в голове.

В следующий миг Коготь Рыси вспорол шею врагу. Как только я атаковал, «Воздушное Рассеивание» тут же развеялось, остальные четверо врагов дёрнулись в мою сторону…

Но их ждала та же участь, что и бойца в подвале.

Слишком слабы они были, чтобы противостоять моему удушающему пузырю.

Что ж…

Минус шесть. И того осталось девятнадцать противников.

Неплохо идём! Но сейчас поблизости никого нет, так что нужно быстрее выводить моих подранков.

— Бери товарища на руки и следуй за мной, здесь чисто! — крикнул я Антохину.

Он закряхтел, закинув на плечи тяжёлое тело, и начал подниматься по лестнице. Именно в этот момент ожила моя вторая — «Резановская» — микро-гарнитура.

— Близнец, враг бегает за тенью — меня там уже нет. Следуя плану, я первым встретил спецназ. Еле успел вперёд жандарма. Быстрые они.

— Короче.

— Короче… Короче, до того, как они пересеклись с подполковником, их командир повторил бойцам приказ. И звучит он: «Убить всех».

— Всех? — поморщился я, понимая, что мои худшие опасения сбылись.

— Так точно, — грустно подтвердил Кот.

К этому моменту Муравей со своей ношей поднялся на первый этаж. Я быстро повёл его к дверям избы.

— Стоп, — прошептал я в микро-гарнитуру и остановился. — Ты сказал, что они уже встретились с жандармом. Что с ним? Что с Хлебом, леший их дери⁈

Глава 18

— Спокойно, Близнец, цел он и невредим, — хмуро ответил на терзавший меня вопрос Кот. — Спецназ ОКЖ тоже не дураки, чтобы сразу избавляться от сильного одарённого, который может быть им полезен.

Я переварил услышанное и тихо ответил:

— Логично. Стало быть, Хлеба прикончат лишь после того, как мы зачистим здесь всё, а сам он измотается.

Кивком я велел Муравью с его тяжёлой ношей следовать за мной. Мы только что вышли из избы, в подвале которой держали пленников, и быстро двинулись к забору.

— Типа того. — Даже через рацию я слышал, как Кот тихо рыкнул: — Тварь этот Кабан. Только что братался с подполковником, справлялся о здоровье крестника…

Крестника? А, ну да, в этой Российской Империи много разных религий, и официальной среди них нет. Люди вправе сами выбирать, какие обряды проводить…

И, значит, Бородины решили покрестить своего малыша, а командир отряда спецназа — Кабан — стал крёстным для сына подполковника?

И теперь он собирается вонзить в спину нож тому, кто доверил ему столь важную роль?

В самом деле мразь. Подобное сродни братоубийству.

— Понял тебя, Кот, — процедил я. — Уверен, что тебя не обнаружили?

— Тц… ты совсем меня за неумеху-то не считай, — недовольно ответил он. — Подумаешь, несколько раз подряд не повезло. То было лишь совпадение. Всё в порядке, спецназ меня не видит.

— Хорошо, тогда будь рядом с Хлебом и без надобности не показывайся. Действуем по худшему сценарию! Отбой.

Я прервал связь и ускорился. До забора оставалось совсем немного.

— Кха… — тяжело выдохнул капитан Антохин, отставший от меня.

Даже обоих зелий оказалось недостаточно, чтобы временно вернуть его в тонус.

— Давай скорее, — концентрируя ману, поманил я капитана.

Мы не успевали свалить все вместе — Поисковое заклинание сообщило, что у местного «Господина» не хватило терпения дождаться доклада своих ратников. Враги уже направлялись сюда.

К огромному сожалению, они даже перестали искать того, кто устроил диверсию на другом направлении.

Поняли, что наш Кот был лишь приманкой.

— С подполковником… всё будет в порядке? — запыхаясь, спросил меня Антохин.

— Мы позаботимся о нём, — ответил я твёрдо. — Твоя задача — уносить ноги и тушу вон в том направлении. — Я указал рукой на север. — Там никого нет. Уходите как можно дальше и схоронитесь.

— Кха… понял… спасибо…

Он пробежал мимо меня, но спустя несколько метров остановился и обернулся:

— Подполковника кто-то предаст? — спросил он.

Да уж… краем уха услышал несколько моих фраз и правильно сложил пазл?

Хорош капитан Антохин… А вместе с Бородиным так вовсе составляет незаменимую пару. Слишком ценную и умелую пару для полного крыс ОКЖ.

— Верно, — кивнул я. — Знаешь, как незаметно предупредить его?

Пару секунд Антохин напряжённо думал. Крики врагов звучали уже совсем близко.

— Назовите предателя «Зайчик» — он всё поймёт, — с серьёзным видом проговорил Антохин.

— Понял. А теперь лети, я прикрою! — Я наполнил маной заранее созданный конструкт заклинания и создал «мягкий ветровой тоннель», который подхватил Муравья и аристократа, до сих пор не пришедшего в сознание, и перекинул обоих через забор.

К чести капитана Антохина, он даже не пикнул от такого обращения.

Что ж…

«Зайчик», значит? Очередной глупый позывной, или что-то в этом роде?

Я повернулся спиной к забору, готовый принять бой.

Но сперва…

Я активировал свою «первую» микро-гарнитуру. Ту самую, что я получил от ОКЖ и в надёжности которой очень сомневался. Я на девяносто семь процентов уверен в том, что даже личный канал связи жандармы-предатели будут прослушивать.

— Хлеб, ну что, встретил зайчиков? — обратился я к Бородину. — Припрыгали они к тебе уже или нет?

Секунду он молчал, а затем произнёс:

— Да. Здесь они.

Голос подполковника звучал как обычно, строго и сдержанно, однако же я смог в нём уловить едва заметную нотку боли.

Он прекрасно понял меня.

Жаль его.

Однако же с предательством близкого друга Бородин пусть разбирается позже. Сейчас гораздо важнее выбраться из этой заварушки живыми и с победой.

— Меня бегут убивать почти всем составом, — быстро произнёс я. — Не дать им это сделать — первичная задача для всех нас.

— Принял. Держись, Близнец! Скоро будем на месте.

— Ага. Отбо…

Мой голос растворился в оглушительном грохоте — мощный огненный шар, летевший по мою душу, врезался в ветровую линзу, а следом по ней ударило ещё несколько магических атак.

Я вскинул вторую руку, выпуская с пальцев поток ветра. Стиснув зубы, я захрипел от напряжения — каналы маны вмиг оказались перегружены. Я пока что не мог усиливать себя своим приметным Вторым Даром, так что приходилось использовать лишь стихийную магию.

Хорошо хоть мана окружающего мира мне сполна доступна.

Моя воздушная линза, только что трещавшая по швам, сейчас быстро восстановилась. Но, увы, я чувствовал уже другие сгустки энергии, летевшие в мою сторону.

— Окружайте его! Он всего один! — донёсся до слуха яростный крик какого-то культиста.

Здесь пятнадцать человек. Ещё два сейчас рядом с низшими демонами.

Хуже всего, что среди тех, кто теснит меня, сейчас два Иерарха.

Я рванул в сторону и, уйдя в перекат, скрылся за модульным домом. Моя линза, лишённая постоянной подпитки маной, лопнула и осыпалась.

Выхватив артефактный пистолет, я создал ветровой тоннель и выпустил три пули. В мгновенье ока они достигли головы ближайшего Адепта. В последний момент враг успел защититься водяным щитом, однако влил в него мало энергии — третья пуля снесла ему голову.

Земля под ногами задрожала, и из неё вырвались каменные колья. Однако я покрыл своё тело ветром и ускорился что было мощи.

— Сука! Быстрый! — выкрикнул боец, пытавшийся выцелить меня из артефактной винтовки. Плюнув на прицельную стрельбу, он начал заливать всё вокруг меня артефактными пулями. Ещё двое тут же присоединились к этой потехе.

Большая часть их выстрелов пришлась в молоко, однако и по мне тоже попало. Но я, не переставая жечь ману, поддерживал активным «Покров Ветра». Против мелких и относительно слабых зарядов он подходит идеально — пули попадали в него, закручивались и словно обтекали моё тело.

Я вышел на ударную позицию. Три стрелка стояли в ряд, до них было метра четыре…

Подойти ближе уже будет опасно — их стрельба станет гораздо кучнее, да и остальные мерзавцы уже сменили позицию.

Мою правую ладонь грела удобная рукоять Когтя Рыси. Мощный артефакт способен не только предупреждать владельца о вражеской жажде убийства. Есть у него и другие эффекты.

Например, взаимодействие с магией владельца.

Я взмахнул рукой с керамбитом от правого бедра до левого плеча. Лезвие крохотного кинжала на миг будто бы увеличилось…

Концентрированная магия воздуха вырвалась из артефакта. Со стороны, должно быть, выглядело очень внушительно, когда длинный пятиметровый ветровой клинок располовинил сразу трёх бойцов в полной амуниции.

Увы, смаковать маленькую победу мне было некогда — в меня с трёх сторон полетели магические техники.

Разумеется, я рванул прямо — туда, где меня ещё никто не атаковал.

Примерно в этот момент захрипела моя «вторая» микро-гарнитура, и я услышал напряжённый голос барона Прозорова.

— Всё готово, Близнец. Действую согласно плану. Активация глушилок ориентировочно через минуту.

В следующий миг Коготь Рыси ожёг мою ладонь, а я ощутил впереди мощный всплеск энергии. Я видел, с какой яростью смотрит на меня длиннобородый дед — огненный Иерарх. В его руках был объятый пламенем молот. Яростно закричав, враг обрушил своё могучее артефактное оружие на землю перед собой.

Вся эта мощная мана, порождённая молотом и Иерархом, обратилась гигантской огненной коброй, которая с невероятной скоростью устремилась ко мне. Даже с Покровом Ветра я не успевал уклониться…

Поведя рукой, я влил в Покров ману и трансформировал его. Вокруг меня вмиг появился ветровой купол.

Но через секунду он задрожал, когда гигантская змея врезалась в него.

А следом за этим и остальные враги принялись бить по куполу магией и артефактными пулями.

Дерьмово…

Нет, можно, конечно, велеть Коптеру активировать свою игрушку прямо сейчас. После этого я, не боясь, что информация обо мне улетит подальше от этой базы, смогу выложиться по полной — использовать Второй Дар и Родовой.

Однако же не стоит светить козыри раньше времени.

Можно вытянуть всю «отложенную» ману из перстня Друга Рода, который я получил от графини Самоцветовой. Но… я до сих пор его ни разу использовал, а он продолжает и продолжает помаленьку накапливать в себе мою ману.

В общем, это тоже на чёрный день.

Ладно… потерпим.

Я откупорил флакон с зельем восстановления маны и лихо влил его себе в глотку. Жить стало гораздо легче. Что ж… пожалуй, и в самом деле можно просто посидеть под куполом. Враги ведь тоже тратят на меня ману.

К тому же, мой главный враг только сейчас выдвинулся из бревенчатого дома.

Два человека и два низших демона медленно направляются сюда.

— Близнец, мы на подходе! Будем через несколько секунд! — услышал я напряжённый голос Бородина.

— Давайте, жду, — отозвался я, продолжая поддерживать купол.

Ну и вечерочек у меня выдался, а! Сперва бой посреди Москвы, потом тяжёлые поиски капитана Антохина, теперь вот это вот всё… Тяжело моим манаканалам сегодня.

В самом деле, по своей насыщенности происходящее вокруг меня понемногу начинает напоминать мою прошлую жизнь.

Хмыкнув, я резко расставил руки в стороны и выплеснул огромное количество маны с ладоней. Крутанувшись вокруг своей оси, я запустил вращение и трансформацию купола. Обернувшись огромным ветровым диском, похожим на диск циркулярной пилы, бывший купол смёл вражеские атаки и отрубил голову огненному змею.

А всё потому, что Хлеб, Кабан и ещё двадцать четыре бойца спецназа ОКЖ открыли огонь по нашим врагам.

В мгновенье ока культистов осталось лишь семеро, однако они смогли отступить и скрыться за ближайшим домом.

— Близнец, ты как? — подлетел ко мне Бородин. Сквозь прорезь для глаз я видел его встревоженный взгляд.

— Всё в порядке, — произнёс я и тихо добавил: — Молодец, что привёл Зайчиков.

На секунду его взгляд изменился. Боль предательства, сомнения и надежда — вот что я увидел в карих глазах Бородина.

— Да… — ответил он, бросив быстрый взгляд на спецназовцев, быстро окружавших выживших врагов.

— ГР-Р-Р-РА-А-А-А-А!!! — громоподобный рёв вдруг перекрыл грохот выстрелов и шум битвы.

Большая часть «нашего подкрепления» замерла, уставившись туда, откуда доносился этот леденящий душу рёв.

А другие, включая и самого Кабана — здоровенного двухметрового бугая — продолжили теснить выживших культистов.

— У них тоже подкрепление, — сказал я, включив микро-гарнитуру ОКЖ. — Предположительно Магистр. И два неизвестных монстра, каждый из которых тоже предположительно равен по силе Магистру.

— Дерьмо, — пробасил неизвестный мне голос. — Архан! Прикончите недобитков. Остальные, за мной! Развлечёмся с Магистрами!

Я видел, с какой болью во взгляде посмотрел на Кабана Бородин.

— Быстрее. — Я хлопнул по плечу подполковника и, подобрав с ближайшего трупа артефактную винтовку, рванул навстречу монстрам вместе с пятнадцатью спецназовцами.

Пусть бойцы ОКЖ прибыли сюда в том числе и для того, чтобы прикончить нас, они решили сперва использовать нашу мощь, а заодно и измотать.

Правильное решение. Я поступлю с ними точно так же.

Пусть сперва послужат общему делу и устанут.

— Что за херня⁈ — изумлённо выпалил один из спецназовцев.

— Не тормози, Брут! — рявкнул на него Кабан. — Неважно, как это выглядит, главное, что мы его прикончим!

Я мельком глянул на широкую спину командира спецназа. Впечатляет, он увидел двух низших демонов и даже не дрогнул.

Жаль, что такой человек оказался против нас.

— Врассыпную! — продолжил раздавать команды Кабан. — Огонь по готовности!

— ГР-А-А-А-А-А!!! — снова взревел монстр, когда в него влетело несколько десятков артефактных пуль.

Но твари было хоть бы хны. Мотнув рогатой головой, которая составляла четверть от его общего веса, этот трёхметровый кусок мертвецки бледной плоти ринулся в сторону Кабана. Второй же побежал прямо на нас.

— Хлеб, Брут, займите Магистра! — быстро сориентировался Кабан, взявший на себя командование. — И без самодеятельности! Сконцентрируйтесь только на нём.

— Принял! — нехотя пробасил подполковник.

— Алвес, ты с Близнецом!

— Принял, — отозвался один из бойцов рядом со мной.

Противников здесь осталось трое — четвёртый, оказавшийся всего лишь Адептом, не пережил перекрёстный огонь артефактных винтовок спецназа.

И того по пятёрке спецназа на каждого. Плюс мы с Бородиным.

Вражеский Магистр, облачённый в тёмный балахон, сделал пасс рукой, и мощный пылевой вихрь закружился вокруг него, сметая артефактные пули. Вихрь тут же разросся и устремился к Бородину и пятёрке Брута.

Однако же подполковник успел защититься, создав каменную стену.

Что там было дальше, я уже не видел, полностью сконцентрировавшись на своём противнике.

Низший демон, что нёсся на нас, в народе назывался «жировик» из-за своей квадратной фигуры и мерзкого цвета кожи. Он бежал на четвереньках, опираясь на гигантские кулаки, каждый из которых был размером с крупную свинью. Его руки были длиннее ног, а сзади закручивался мерзкий поросячий хвост с острым костяным шипом в конце.

Чем дольше я смотрел на него, тем сильнее ярость пульсировала в моей груди.

Именно в подобную тварь превратились бы капитан Антохин и его сосед по камере, если бы мы не подоспели вовремя. Их тела стали бы основой для тел жировиков.

— Не прекращайте стрелять! — скомандовал Алвес. — Готовьте заклинания! Бык, Гном, на вас щит! Остальные — атака!

Демон был уже довольно близко, когда командир пятёрки закричал:

— Сейчас!

Два бойца вскинули руки, и вокруг твари появился каменный колодец с небольшими отверстиями-бойницами. Сам Алвес, отбросив винтовку, вскинул ладонь и ударил в ближайшую бойницу огненным лучом.

Двое других спецназовцев тоже били демона через бойницы.

— Близнец! Атакуй! — закричал Алвес.

— Ага, сейчас, — отозвался я, концентрируя ману по максимуму.

— Быстрее! Нужно прикончить его прямо сейчас! — взревел командир пятёрки.

Молодец, понимает, что долго удержать жировика не сможет.

Однако же он явно недооценивает эту тварь.

Я сорвался с места, держа наготове Коготь Рыси.

— Поднажмём, парни! — подбадривал пятёрку Алвес. Он кричал так искреннее, будто пытался и самого себя заставить поверить в успех.

Но…

Каменный колодец разлетелся в разные стороны, и всё вокруг нас заполонило кроваво-красной дымкой.

— Вот ведь тварь! — разорвал воздух рык Алвеса. Его доспехи звенели от соприкосновения с этой дымкой. Спецназовец попятился, схватившись за голову.

Остальные, оказавшиеся в зоне действия демонической маны, тоже испытали тошноту и слабость.

Но не я.

Вокруг меня засиял холодным светом звёзд Ветровой Покров. Я ускорился, рванув по дуге, и подкинул себя ветром. Коготь Рыси трещал от напитанной маны. Общий Дар, Второй Дар, Родовой — я влил в него всю свою силу.

Удар!

Пятиметровое лезвие, созданное из металла, ветра и света звёзд, рассекло тушу демона. Во все стороны брызнула чёрная кровь…

— Ух ты… — ошарашенно пробормотал Алвес, но через миг он выкрикнул: — Близнец, осторожнее!

— Вижу! — рявкнул я, разрывая дистанцию.

Проклятье…

Одного удара, в который я влил уйму энергии, не хватило, чтобы прикончить тварь!

Я осознал это, глядя на то, как нелепо пятится назад жировик. Верхняя часть его тела неестественным образом накренилась в сторону из-за огромного разреза. Любое другое живое существо не выжило бы с такой раной.

Но демон всё ещё был жив.

Воздух затрещал от повысившейся концентрации демонской маны, вокруг твари заплясали кроваво-красные молнии, трава в радиусе метрах ста от нас вмиг умерла.

Даже мне с моей защитой стало сложно дышать рядом с демоном.

Его верхняя часть медленно потянулась вниз — рана регенерировала.

Млять… нужно чуть больше времени, чтобы собрать ману для финальной атаки.

Думая об этом, я бежал по дуге, не рискуя идти на сближение с демоном. К счастью, он тоже сейчас не атаковал, так что я мог мельком взглянуть на другие сражения.

Пятёрка Кабана носилась вокруг демона, растягивая его внимание в разные стороны. Неплохо-неплохо. Правда, демон этот до сих пор цел и невредим.

А вот у тех, кто бьётся против Магистра, дела ещё печальнее — враг мощно атаковал пылевым смерчем. И сейчас подполковник Бородин едва удерживает этот смерч каменной стеной. Хорошо хоть пятёрка Брута бьёт по Магистру, заставляя его не только атаковать, но и поддерживать круговую оборону.

— Не спите, парни, бейте!!! — скомандовал Алвес, выпуская в «нашего» жировика огненный луч. Бойцы его пятёрки последовали примеру командира, однако же их удары были этой твари что слону дробина…

Ну ничего, сейчас я его…

Я потерял мысль, когда краем глаза отметил, как Брут, сражавшийся неподалёку, вдруг резко повернулся в сторону. Его манёвр привлёк моё внимание и…

— С-с-сука! — выпалил я, выпуская в сторону Брута поток ветра.

Но я не успел заблокировать его атаку.

Этот мерзавец создал мощное ледяное копьё, которое устремилось прямо в спину подполковнику Бородину.

Глава 19

Ледяное копьё Иерарха, пропущенное в спину, легко бы убило другого Иерарха, который в тот момент сражается с Магистром.

Но!

Третий Иерарх — Кот — появился словно из ниоткуда и, схватив Бородина за шкирку, вместе с ним ушёл с линии поражения.

Ледяное копьё врезалось в защитную стену с одной стороны, а пылевой вихрь терзал с другой, и во все стороны разлетелось каменное крошево.

Казалось, в этот миг поле боя стихло. Кот и Бородин поднимались на ноги недалеко от модульного дома, а вражеский Магистр удивлённо смотрел на Брута.

— Вот как⁈ — расплылся Магистр в довольной улыбке. — Вы на нашей стороне? Ну тогда закончите начатое, а мы посмотрим!

Он вскинул руку с растопыренными пальцами, и от его ладони к шеям жировиков начали расти полупрозрачные цепи.

— ГР-А-А-А!!! — взревели демоны, когда на их шеях высветились рунические круги.

Магистр потянул энергетические цепи, и твари поплелись к нему. Они фыркали, рычали и пытались освободиться, но у них ничего не выходило.

А ещё у «нашего» жировика полностью затянулась нанесённая мной рана.

— Ну? Прикончите тех, кто против нас! Быстрее! — выкрикнул Магистр, обведя взглядом нашу пёструю компанию.

— Прикончить, говоришь… — пробасил Кабан и посмотрел на Бородина. Тот уже поднялся на ноги и тоже не сводил взгляда с крестника своего сына.

— Ты был мне как брат, Гена… — процедил подполковник.

— Знаю, — отозвался Кабан и тяжело вздохнул.

Не сводя глаз с Бородина, он начал неторопливо поднимать свою штурмовую винтовку.

— Ты медлишь, Кабан! — рявкнул Брут, выпустив в Бородина и Кота град ледяных стрел.

Резко повернувшись в сторону своего бойца, Кабан открыл огонь из артефактной винтовки.

— Я ведь велел без самодеятельности, сучара! — прокричал он, не прекращая палить по Бруту.

— Парни, пора! — во всё горло закричал Алвес и…

Развернувшись, вонзил меч в живот своему товарищу.

— Они предатели! Отступаем! — взревел Брут.

Ситуация на поле боя менялась с каждой секундой. Спецназовцы набросились друг на друга, не обращая внимания ни на что вокруг.

Но длилось это лишь пару секунд, а затем раздался полный боли крик:

— А-А-А-А-А!!! ТВАРИ!!! ПУСТИ-И-И кх…

Низшие демоны таки дошли до своего пленителя…

А затем разорвали цепи, схватили его тушу и разделили между собой.

Мощная волна концентрированной демонической маны разошлась во все стороны, когда два жировика сожрали тушу Магистра и впитали в себя его энергию.

— Щиты!!! — скомандовал я на канале нашей сборной группы.

Я, Кабан, Бородин, Алвес, несколько других спецназовцев и даже Кот, выставив перед собой руки, магией заблокировали кроваво-красное облако. Не сделай мы этого, нас бы смело омерзительной энергией.

— Держитесь! — кричал я. — Концентрируйте магию и вокруг себя!

— Близнец, они уходят! — выкрикнул Бородин, заметив, что часть спецназовцев под руководством Брута, прикрывшись нами, валят куда подальше.

— Пусть уходят! — рыкнул я. — Главное сейчас — твари! Крепитесь, парни… скоро они пойдут в атаку.

* * *

Мои манаканалы и Источник были почти опустошены и ныли. Я в очередной раз подумал использовать кольцо Самоцветовых, чтобы быстро восстановиться, и в очередной же раз отбросил эту мысль.

Быстро откупорив последний флакончик с зельем восстановлений маны, я влил его себе в глотку. Следом пошло зелье восстановления здоровья — пусть я и не ранен, однако же оно поможет временно стряхнуть усталость и вернуть привычную скорость мысли.

В теле, голове и моей энергетической системе вмиг ощутилась лёгкость.

Отлично!

Самое время приступить к главному блюду. Ведь я не могу просто так отступить и оставить живых демонов.

Чем я располагаю? Семеро спецназовцев, Хлеб и Кот… Итого нас десять, против двух жировиков, которые, по моим ощущениям, сейчас сильнее среднего Магистра.

— Парни, растянем их и прикончим по одному! — услышал я в микро-гарнитуре голос Кабана.

Его бойцы начали уж было разбегаться в стороны, но…

— Отставить! — рявкнул я. — Беру командование на себя. Соберитесь вместе передо мной! Хлеб, готовься рыть яму перед этими тушами, они атакуют секунд через тридцать.

— Парень, ты… — начал было Кабан, однако я не дал ему договорить:

— Отставить, Кабан! За тобой косяк — ты привёл предателей на поле боя и дал им ударить в спину. Да и твоя собственная лояльность для нас под вопросом.

Пока я говорил, Бородин и Кот уже успели добраться до меня, и сейчас подполковник концентрировал ману для мощного заклинания.

— Нормально всё с моей лояльностью, парень! — рыкнул Кабан. — А эти… они не должны были атаковать Хлеба без приказа! А такой приказ бы я не отдал!

— Довольно! — Я добавил в голос ещё больше стальных ноток. — Хочешь доказать, что тебе можно верить — доказывай делом. Выполняй, что я тебе велю.

— Хлеб… что этот пацан себе позволяет? — обратился Кабан к Бородину.

— Делай, что велено, Кабан! — отрезал подполковник. — Разговоры — потом.

Пару секунд командир спецназовцев молчал, а затем цокнул и произнёс:

— Принял. Парни, временное командование за Близнецом. Делаем, что он говорит.

Спецназовцы потянулись к нам. Ну наконец-то, дери вас леший!

— Концентрируйте ману, — быстро произнёс я. — Как только твари попадутся, у нас будет немного времени, чтобы нанести им максимальный урон. Помните, каждое ваше попадание по ним приближает нашу победу. Даже если результат не виден или, если они полностью восстанавливаются, они в любом случае слабеют.

— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!! — заревели в две глотки жировики, «переварившие» Магистра.

— Атакуют! — крикнул я. — Пока они на земле используйте только винтовки!

Я не стал тратить ману на то, чтобы создать ветровые тоннели для всех, так что создал его лишь для себя и скопировал для Кота. Пусть скрытник рода Резановых обычно не пользуется артефактными винтовками, однако сейчас он подобрал одну с трупа спецназовца-предателя.

— Бейте им прямо под нос по центру! — велел я и открыл огонь.

— Легко сказать, — хмыкнул Кабан прицеливаясь.

Загрохотали выстрелы, и бесчисленные артефактные пули начали решетить громадные рогатые головы жировиков. Разумеется, стопроцентное попадание было лишь у меня и у Кота.

— Да как они это делают⁈ — изумлённо выкрикнул Алвес.

— Не думай, дери тебя в дышло! — рявкнул Кабан, не переставай стрелять. — Просто делай лучше!

— Я понял! Он ветром направляет пули! Вот это да! Ай да снайпер!

— Не отвлекайся, чтоб тебя! Они уже рядом!

Я больше не опасался того, что микро-гарнитуры ОКЖ могут прослушивать — глушилкам Коптера я доверял. Уверен, работают они исправно, а раз так, то за пределы заглушающего купола отсюда ни один сигнал не пройдёт. А вот внутри этого условного купола связь работает нормально.

Громадные белошкурые твари бежали на нас, яростно рыча. Во все стороны летела чёрная кровь, высекаемая из их морд нашими пулями. Но артефактных пуль было мало, чтобы остановить жировиков. Твари были уже совсем близко, сквозь доспех и лёгкий Покров Ветра я ощущал, как поднимается концентрация демонской маны. Казалось, ещё немного, и эта дрянная энергия начнёт разъедать меня изнутри.

Земля под ногами демонов разверзлась внезапно, словно треснула сама реальность! Монстры, не ожидавшие такой подлости, с оглушительным рёвом полетели вниз, пытаясь зацепиться за края провала своими громадными ручищами.

— Валим их! — взревел я, чувствуя, как адреналин закипает в крови. — Не сдерживайтесь!

Повинуясь моему приказу первым, Иерарх Кот с силой опустил обе ладони, активируя конструкт мощнейшего заклинания. Созданный им смерч был такой мощи, что даже воздух над провалом начал искрить. В разные стороны полетела чёрная демонская кровь…

Я почувствовал, как Бородин немного изменил свою магию. Сейчас он не только поддерживал крепкие стены провала, но и атаковал демонов каменными кольями внутри этой «волчьей ямы».

— Получайте, суки!!! — проревел Кабан, — Р-А-А-А!!!

Из его ладоней на головы тварей хлынул жаркий поток раскалённой лавы. В воздухе тут же запахло палёной шкурой. Стихия огня в сочетании с землёй, да ещё и в исполнении сильного Иерарха, породили поистине убойную технику.

Кабан вливал в неё всё больше и больше маны, не переставая реветь. Казалось, в этот момент он выплёскивал из себя не только ману, но и терзавшие его чувства.

Остальные спецназовцы были на одной волне со своим командиром и тоже неистово заливали демонов техниками. И пусть эти техники были слабее, чем у трёх наших Иерархов, вместе они давали потрясающий эффект. Демонской энергии в воздухе становилось всё меньше. Я чувствовал, что жировики страдают и тратят силы.

А сам я в это время концентрировал ману. Сложно было стоять на месте, глядя на то, как другие с упоением закидывают демонов убойными заклинаниями. Однако же сразу к ним присоединиться я не мог. Нужно вдарить как следует. Выложиться на максимум, и…

Я почувствовал, что конструкты подготовленного заклинания уже трещат от вложенной в них маны. Подключив Печать Близнеца, я мог бы попробовать ещё сильнее раскрутить это заклинание…

Но не факт, что тогда союзники переживут эту мощь.

— Отступайте! — отрывисто приказал я и тут же усилил приказ: — Живо!

Кот и Бородин первыми рванули прочь.

— Быстрее! — продублировал мою команду подполковник.

Спецназовцы отступали с запозданием — всё-таки не привыкли они подчиняться юнцу.

Каждое мгновенье задержки било по мне — я чувствовал, как каналы маны горят от напряжения, как каждая клеточка тела вибрирует в ожидании решающего момента.

Наконец-то пришёл назначенный час.

Я протянул руку к яме с демонами и выпустил с ладони крохотный огонёчек. Мерцая и увеличиваясь в размерах, он полетел к демонам. Один жировик попытался коснуться рукой этой крохотной звёздочки…

Но тут же отдёрнул обожжённые пальцы.

А затем…

Сверхновая родилась!

Сила звёзд, ветра и металла разнеслась по округе, ослепляя всех своим ярким светом. Я почувствовал, что меня потянуло вперёд, и не смог сдержать улыбки. Впервые в этом мире я создал сверхновую настолько сильной, что она начала влиять на гравитацию. В момент взрыва сверхновая потянула к себе всё, что было поблизости.

— Проклятье! Что происходит⁈ — выругался на нашем канале связи Кабан.

— Ничего не вижу!

— Что с ними?

— Что с парнем?

— Готовьтесь! — рявкнул я, вглядываясь вперёд. Глаза постепенно приходили в себя после яркой вспышки. Да и мои сенсорные способности позволяли мне ощущать, что же происходит вокруг.

Сверхновая вышла сильной… Но ей ещё далеко до той Сверхновой, что я мог создать без накопителей в своей прошлой жизни! Даже этой мощи не хватило, чтобы прикончить двух низших демонов — я видел, как на дне ямы шевелятся их раздербаненные туши. Жировики оказались слишком живучими… даже без голов, конечностей и большей части тел они смогли выжить.

Мощный всплеск кроваво-красной энергии вырвался из ямы, края которой сразу же начали осыпаться.

— ГР-А-А-А-А!!! — заревели демоны в обе глотки.

Проклятье… а ведь их всего двое! А если бы была целая орда?

Надеюсь, лишь конкретно в этих тварей влили кучу энергии…

Но…

— Спокойно, воины! — крикнул я, выкинув из головы лишние мысли. — Они ослаблены! Сил в них почти не осталось! Кот, зелье маны!

Мне в ладонь лёг синий откупоренный флакончик, который я в мгновенье ока осушил. Кроваво-красная дымка вдруг исчезла — твари впитали в себя всю высвобожденную энергию.

А через миг земля передо мной задрожала, когда тяжёлые монстры выпрыгнули из провала. Что ж… пора поставить точку в этой битве.

— Вот теперь разводим их! — Мой голос прозвучал холодно и решительно. — Я беру правого, вы — левого!

— Ты что, совсем с катушек слетел⁈ — выкрикнул Кабан, вместе с остальными рванув ко мне. — Один против этого чудища⁈

— Выполняй приказ! — рявкнул на него Бородин и первым бросился к левому демону.

Я же в этот момент схватил винтовку и, открыв огонь по правому, рванул вперёд.

— ГР-РА-А-А! — взревел демон, бросившись за мной. Жировик нёсся во весь опор на четырёх лапах и был похож на разъярённого самца гориллы. Его тяжёлые кулаки оставляли глубокие следы в земле, а от дыхания воздух становился густым и ядовитым.

Я петлял между деревьями и зданиями, уводя эту тварь дальше от остальных и концентрируя ману. Мне оставалось нанести лишь один удар, чтобы покончить с ним.

Ведь я выбрал себе именно того демона, которого уже разрубил раньше. Я не успел закончить в прошлый раз, а потом он подкрепился Магистром…

Но теперь-то я поставлю точку в нашем противостоянии.

Ни один демон не уйдёт от меня живым.

В ухе зашуршала моя вторая микро-гарнитура, и я услышал голос Бурлака:

— Близнец, дело сделано. Идём к тебе на помощь!

— Не надо, — сухо произнёс я. — Помогите со вторым демоном.

— Принято, — скрипнул зубами глава рати Резановых.

Да уж… наш богатырь хочет внука графа спасать, а не каких-то там спецназовцев. О! Похоже, заклинание полностью готово.

Мне было больше незачем убегать, потому я начал плавно сбавлять темп.

— УА-А-А-А!!! — заголосил демон, настигая меня.

Когда монстр оказался достаточно близко, я остановился. Резко развернувшись, я встретил его взглядом, полным холодной решимости.

— Пришло твоё время, тварь! — прорычал я и, с силой топнув, резко развёл в стороны обе руки.

Демон, почувствовав опасность, взревел, но было уже поздно. Огромная металлическая сеть, появившаяся передо мной, устремилась прямо на него. Каждый элемент этой сети был наполнен не только Даром Резановых, но и моим Вторым Даром, и дополнительно заострён ветром.

Сеть прошла сквозь демона. Он захрипел и замер, изумлённо косясь на меня.

А затем развалился на сотки маленьких омерзительных кубиков.

Всё вокруг них было залито чёрной кровью, которая вспыхнула кроваво-красным огнём. Через несколько секунд огонь пожрал ошмётки демона и исчез.

— Вот и второй мерзавец здесь на моём счету, — тихо произнёс я себе под нос и выдохнул.

О другом жировике я не переживал — его тоже мощно приложило Сверхновой, а значит, при поддержке очень сильного Магистра Бурлака и ратников, прибывших с ним, его и без меня прикончат.

Оглядевшись по сторонам, я понял, что, уводя демона, добрался до берега озера. Красивое место, леший его задери… Правда, говорят, рыбы здесь уже не осталось. Интересно, что насчёт растений? Некоторые из них чересчур живучие, и…

Хм? Это что у нас тут растёт? Ну-ка, ну-ка…

Я хотел уж было подойти ближе к озеру, чтобы лучше рассмотреть одну водоросль, как вдруг почувствовал жгучий огонь у себя на поясе. Коготь Рыси раскалился настолько, что я едва не закричал.

Я тут же уплотнил воздух вокруг себя и ощутил, как в него влетел какой-то предмет. Резко развернувшись, я отбил Когтем Рыси чёрный метательный нож с демонскими рунами.

— Стой, сука! — крикнул я в пустоту.

Однако я был уверен, что скрытник уже сбежал, и вмиг остывшая рукоять Когтя Рыси лишь подтверждала эту мою догадку.

Зашуршала микро-гарнитура.

— Близнец, демон ликвидирован, — хмуро доложил Бурлак.

Я повёл рукой, подняв чёрный нож потоком воздуха, и ответил:

— Молодцы, я тоже закончил.

Я влил большую часть оставшейся маны в Поисковое Заклинание, но, разумеется, никого обнаружить не смог. Для того, чтобы найти таких умелых скрытников, нужно действовать более точечно.

Зато я ощутил всех своих боевых товарищей. Хм… даже четверо спецназовцев из группы Алвеса выжили и не сбежали. Должно быть, верны Кабану. Правда, двое из них явно в тяжёлом состоянии.

Стоп… почему дыхание Бородина такое прерывистое?

— Близнец, у нас потерь нет, — продолжил Бурлак. — Но у жандармов трое раненных.

— Понял тебя, — поморщился я. — Сейчас буду.

Повесив трубку, я ещё раз оглядел местность и рванул к своим. Грёбаный Хлеб… надеюсь, ты там не решил сегодня во что бы то ни стало подохнуть, а? Тебя жена с сыном дома ждут!

Глава 20

Я вылетел на небольшую полянку и увидел занимательную картину: хмурые ратники Резановых окружили спецназовцев Кабана и держали их на мушке, в довесок ещё и подготовив для мгновенной активации конструкты мощных заклинаний. Притом сами спецназовцы даже не думали сопротивляться — сидели на траве недалеко от Бородина.

Ближе других к подполковнику разместился сам Кабан. Глава отряда спецназа бросал печальные взгляды на своего лучшего друга и тяжело вздыхал.

— Близнец! — повернулся ко мне Бурлак и оглядел меня цепким взглядом. Убедившись, что со мной всё в порядке, этот широкоплечий богатырь с облегчением выдохнул и улыбнулся.

Кивком я поздоровался с ними и ратниками и взглядом указал на Бородина.

— Что случилось?

— Мой косяк, — поднял руку Кабан. — Подставился я… а Лёша прикрыл.

— Командир, это моя вина! — подлетел к нему Алвес. — Из-за меня же ты…

— Заткнись, — отвесил ему тяжёлую оплеуху Кабан и посмотрел на меня грустным взглядом серых глаз. — Вы ж нас в предатели записали с Хлебом, поди… Я понял это ещё до начала боя. — Он горько хмыкнул.

— Прослушка? — деловито спросил я, подойдя ближе к нему и Бородину.

Бурлак без лишних слов проследовал за мной, готовый в любой момент прикрыть меня от неожиданного нападения. Остальные ратники мгновенно подобрались.

— Спокойно, парни, — бросил я им, сев рядом с подполковником и приложив два пальца к его шее.

Пульс определялся. Да и дыхание тоже чувствовалось — зелье восстановления третьей ступени дали Бородину очень вовремя. Мне можно было и не подходить к нему вплотную, чтобы проанализировать его состояние, но…

Не мог я просто так стоять в стороне.

Да и в упор в глаза Кабану хотелось посмотреть.

— Не было у нас доступа к вашим рациям, если ты об этом, — поморщился он. — Может, у кого и было, — Кабан скривился и указал пальцем в небо, — но у нас — нет.

— Тогда как узнал? — чуть надавил я голосом.

— Да проще простого, — горько хмыкнул здоровяк. — Когда он смотрел на меня сегодня, взгляд его становился таким же, с каким он про Зайчиху свою раньше вспоминал.

Хм? Зайчиху? То, что имел в виду капитан Антохин?..

— Кто эта Зайчиха? — требовательно спросил я.

Однако Кабан лишь покачал головой.

— Потом сам у Хлеба спросишь. К нашему делу она не относится.

Он напряжённо огляделся, всматриваясь в фигуры ратников Резановых, и снова уставился на меня.

— Как я понимаю, Близнец, ты представитель какого-то старого рода? Хлеб хотел разобраться с этими маньяками-культистами силами ОКЖ, но ты решил на всякий случай взять с собой свою рать?

Я усмехнулся и покачал головой:

— Не совсем так.

Хотя по большей части Кабан прав. Изначально я думал взять с собой лишь Кота, однако понимал, что без приказа Алисы Кот не сможет пойти со мной на задание. Да и мне самому не хотелось тайком от сестры одалживать кого-либо из ратников Резановых — неправильно это, не приняв фамилию Резановых и титул наследника, распоряжаться ратью рода, как своей собственной.

Так что Кота я ангажировал через Алису. Ну а сестричка, конечно же, разволновалась и начала задавать разные логичные вопросы. Про нападение на мою машину я ей пока не рассказал, а вот про культистов и похищение капитана ОКЖ, который расследует это дело, вкратце поведал.

В итоге Алиса разволновалась ещё сильнее и выдала:

— … братик, я доверяю твоей рациональности и признаю твою силу, но, пожалуйста, возьми с собой Бурлака и ребят. А то я приеду к тебе вместе с Котом. И захвачу с собой Младу! Наша гостья, как мне кажется, будет очень даже рада помочь своему потенциальному жениху.

К тому моменту я сам подумал, что поддержка рати будет уж точно не лишней.

В итоге я выторговал у Алисы, что она не даёт никаких своевольных приказов тем, кого посылает ко мне — чтобы на месте ратники беспрекословно слушались только меня. Также я настоял на том, чтобы саму Алису с гостьей сперва отвезли в больницу Резановых, где дежурит второй дважды одарённый Магистр рати — дворецкий Григорий.

Другой же такой Магистр — глава рати Бурлак — оказался сейчас со мной.

И, как я, прямо сейчас он пристально смотрит на Кабана.

Глава отряда спецназа покачал головой и продолжил:

— Пусть я немного ошибся, сути это не меняет. Хлеб хотел сделать дело силами ОКЖ, притом не стал поднимать шумиху сразу и напрямую обратился ко мне… Стало быть, не доверяет он коллегам, верно?

Голос мужчины стал холодным, а взгляд цепким.

Я молча кивнул, отвечая на его вопрос.

Кабан поморщился и громко цокнул:

— Правильно делает! Ты, Близнец, хотел узнать, что с моей лояльностью? Ну так я расскажу тебе в двух словах — вряд ли у нас много времени.

— Полностью согласен, — холодно ответил я. — Нам пора определиться, что делать с вами дальше, и заканчивать здесь.

Кабан кивнул и буквально за две минуты поведал, как он и его ребята до жизни такой докатились.

А началось всё с того, что на одном неприятном и сложном задании командир отряда из пятнадцати бойцов Кабан потерял четверых. До этого в отряде Кабана не было потерь три года. Бойцы внутри отряда относились друг к другу как к братьям, и смерть сразу четверых больно ударила по ним.

Однако вскоре к отряду приставили пополнение. Четвёрка новичков быстро влилась в коллектив. Да, погибших заменить они не смогли, но благодаря своей лёгкости и открытости буквально за пару операций стали полноценной частью команды.

Затем к Кабану приписали ещё одну пятёрку. Кабан был рад: и ребята-новички — отличные парни, и повышение — ещё никогда раньше он не управлял отрядом из двадцати бойцов. Однако Кабану дали понять: чтобы это повышение стало постоянным, ему необходимо пройти испытательный срок.

Отряд Кабана продолжил успешно выполнять различные задания, и в один момент начальство сообщило, что в случае успешного завершения следующей миссии его ждёт ещё одно повышение — официальное, и официальное же закрепление в статусе так называемого «командира четверти».

Кабан был рад. Вот только задание ему показалось подозрительным ещё в самом начале, когда он читал документы. А позже…

Задание оказалось ещё более грязным и мерзким, чем он думал раньше. Ветераны его отряда были в ступоре. А вот все четырнадцать новичков без проблем исполнили то, что отряду приказало начальство.

А стало быть, и сам Кабан справился с заданием, и получил своё официальное повышение.

— Я не буду говорить, что именно нам приказывали делать, — хмуро проговорил Кабан. — Даже если я уйду из ОКЖ, я не имею права раскрывать сведения о тайных операциях. Однако же…

Он поморщился ещё сильнее и замолчал. Его товарищи, ветераны его отряда, тоже потупили головы.

— В общем, мы не собирались так жить дальше, — пробасил Кабан. — Однако к тому времени мы уже поняли, насколько сильно прогнила система в ОКЖ. Кто нормальный? А кто такой же, как Брут, и его прихвостни? Кому доверять? Мы с парнями не знали…

— И что же, вы даже не попытались возмутиться? — проворчал огромный Бурлак, глядя на Кабана сверху вниз. — Обсудить всё с руководством?

— Очень хотели возмутиться… — криво усмехнулся Кабан. — Но мы ж не совсем дуболомы, верно? Учитывая, как мягко и даже незаметно из моего отряда спецназа сделали каких-то… палачей, я прекрасно понимал, что мы на крючке. Если открыто высказать своё недовольство — гайки закрутят сильнее. Мы переживали за наши семьи… И готовились. — Он поднял голову и твёрдо произнёс: — Конкретно сейчас наши семьи не в Москве. Официально наши родные на диком отдыхе в тайге. Мы создали для себя возможность покинуть службу.

— Дезертировать, — поморщился Бурлак.

Кабан ожёг его пылающим взглядом и выпалил:

— Дезертировать? То есть, предать? Я с детства мечтал стать жандармом, чтобы защищать подданных Империи! А не для того, чтобы… чтобы… — Он скрипнул зубами и выдохнул: — Ну ты понял. Я не считаю, что мы предаём Империю. А вот то, что ОКЖ предало нас — вполне. Но не будем об этом. На сегодняшний день нам с парнями оставалось определиться с тем, как же именно свалить из жандармерии. И вот мне позвонил Хлеб… именно в тот момент, когда я со всей своей четвертью сотни планировал очередную операцию. Хлеб не сказал, что здесь будете вы. — Он с укором посмотрел на главу рати Резановых. — Я подумал, что, если откажу ему, он может обратиться в ОКЖ напрямую. И тогда неизвестно, кого именно отправят на это щекотливое задание. Я не хотел, чтобы его пристрелили в спину. — Он замолчал и печально посмотрел на своего лучшего друга.

— Иронично вышло, — хмыкнул я, слушая, как приближается рёв мотоциклетного двигателя.

— Я не сожалею о своём решении, — мотнул головой Кабан. — И я убедился в правильности этого решения, когда мне позвонило начальство и велело уничтожить всех на этой лесной базе. Ожидаемо, что кто-то из наших, тц… «товарищей» сдал нас. Но прийти сюда тайком без них я бы не смог, увы, если бы оторваться от них было бы так легко… И всё же происходящее было в рамках моих расчётов. Я подумал: вот он, отличный шанс помочь другу и под шумок закончить тянуть нашу тяжёлую лямку. Более того, я предполагал, что в конце и сам Хлеб поможет нам избавиться от мерзавцев. Единственное, в чём я просчитался — я не думал, что Брут настолько откровенно проигнорирует мой приказ. Раньше такого не было — сохранялась хотя бы внешняя видимость того, что именно я управляю отрядом.

Кабан замолчал и повесил голову.

Однако ж…

Вот так история.

Хотя после того, как на моих глазах в отряде Кабана произошёл раскол, я нечто подобное и ожидал.

И всё же, глядя на командира спецназа сейчас и слыша боль в его голосе, я чувствую…

Ярость!

Кулаки невольно сжались, а в груди заклокотал огонь. Передо мной сейчас два человека, которые искренне желали отдать свою жизнь служению во благо Империи и её народа! А что получили⁈ Одного начали использовать как безумный карающий меч, а от другого просто решили избавиться, посчитав это куда более простым вариантом, чем поиск рычагов воздействия.

Не должно быть так…

С этой Империей, как и с миром, явно что-то не так! Очень многое нужно изменить! А что-то — и вовсе сломать и создать заново.

— Господин! — подался вперёд взволнованный Бурлак. — Пожалуйста, успокойтесь!

Я мотнул головой и вдруг понял, что не удержал эмоции, и они выплеснулись наружу, обернувшись мощным вихрем из ветра, металлической стружки и холодного света звёзд, что начал закручиваться над моей головой.

Плавно выдохнув, я втянул ману обратно в Источник и посмотрел на опешившего Кабана и спецназовцев.

— Прошу прощения, немного устал, — произнёс я.

— Эм… ничего страшного… — выпалил командир спецназа. — Бывает…

— В самом деле нужно бы отдохнуть, — хмыкнул я.

— Я велю доставить вас в имение, — тут же предложил Бурлак. — Не переживайте, мы здесь закончим.

— Конечно закончите, — кивнул я и поднялся.

Рёв мотоцикла был уже совсем близко. Все, как и я, уставились в сторону летящего к нам байкера.

Мужчина в шипастых доспехах остановил мотоцикл метрах в пяти от меня, ловко спрыгнул со своего железного коня и быстро подошёл ко мне.

— Вот, Близнец, держи, — протянул он мне личный телефон Бородина.

— Что с куполом? — уточнил я.

— Через семьдесят шесть секунд Коптер отключит его на две минуты, — без запинки ответил Кот. — Всё сделано, как ты и велел. Также он скинул мне всё, что нужно, чтобы вскрыть телефон.

Кивком Кот указал на мобильник подполковника.

— Зачем вам ломать его телефон? — напрягся Кабан, внимательно слушавший наш разговор.

— Чтобы позвонить, — улыбнулся я. — Или ты знаешь пароль?

Кабан замешкался и покосился на своего лучшего друга.

Молодец… не понимает, что именно мы хотим провернуть, вот и не торопится с ответом.

— Своих жён и детей вы эвакуировали, — произнёс я холодно. — А вот Хлеб этого сделать не успел.

Кабан во все глаза уставился на меня. Затем мотнул огромной головой и быстро произнёс:

— Я могу позвонить Олесе. Могу и с телефона Лёши, его пароль я знаю.

Я улыбнулся и одобрительно кивнул, а затем сказал Кабану, что именно нужно будет сообщить жене подполковника Бородина.

После этого подозвал к себе Бурлака и отдал приказы уже ему.

— Времени у вас мало… — произнёс я напоследок. — Но, надеюсь, хоть что-то успеете сделать. Оставь кого-нибудь быстрого за куполом, чтобы держал связь с Коптером. Если враг поедет сюда — Коптер заметит.

Бурлак кивнул и замялся.

— Что не так? — уточнил я.

— Да нет… всё нормально, — неуверенно проговорил этот громадный богатырь.

— Прямо сейчас ты — мой человек, — глядя ему в глаза, сказал я. — А я не люблю, когда от меня что-то скрывают мои люди. Зато я люблю, когда в подходящие для этого моменты люди проявляют инициативу. Сейчас момент подходящий, смекаешь?

Бурлак пару секунд удивлённо смотрел на меня, а затем широко улыбнулся:

— Вы очень похожи на вашего отца и деда. Но вы не так поняли — не инициатива у меня. Я просто хотел узнать, почему Коптер не может настроить оборудование так, чтобы мы могли общаться с ним через его глушилку?

Его взгляд стал предельно внимательным. Глава рати в самом деле хотел услышать ответ.

И вопрос-то неплохой. Обычно ведь исключают из зоны глушения определённые волны, притом своё оборудование, как правило, в этой зоне работает исправно.

Но Коптер накрыл нас совершенно глухим куполом.

Я усмехнулся и показал Бурлаку большой палец.

— Молодец. Но ответ проще, чем ты думаешь — даже Коптер может признавать авторитеты. Так как наш сегодняшний противник — ОКЖ, Коптер выбрал наиболее эффективный вариант работы. Ну всё, за дело.

Я хлопнул по плечу Бурлака и пошёл навстречу Кабану, который только что закончил свой телефонный разговор.

— Порядок, — произнёс он, протянув мне телефон.

— Спасибо.

Здоровяк покачал головой, вновь покосился на своего раненого друга и произнёс:

— Нет, это тебе спасибо. Я думал, что смогу помочь Лёше, но сделал это ты. Ещё и позаботился об Олесе и Никите. Да и… — Он поморщился, а затем махнул рукой и проговорил: — Если бы тебя здесь не было, мы бы не пережили битву с этими тварями.

— Если бы меня здесь не было, Хлеб вообще не нашёл бы эту базу, — усмехнулся я, а затем посерьёзнел и спросил: — Что вы собирались делать после того, как свалили бы со службы в ОКЖ и встретились со своими семьями?

Кабан подобрался, глянул на своих боевых товарищей и снова повернулся ко мне.

— Мы планировали податься либо к великому князю Варшавскому, либо к князю Архангельскому.

— Варшавскому? — нахмурился я. — Почему к нему?

— Ну… — поморщился Кабан. — Откровенно говоря, я лучше бы выбрал великого князя Новгородского. Но Император — его родич. А уходя со службы в ОКЖ, я будто бы…

Он замолчал и поджал губы.

— Будто предаёшь Императора? — хмыкнул я. — Но ты ведь сам сказал, что это не так. И ты прав — полагаю, чёрные делишки ОКЖ, как и многих других организаций, не связаны с Императором. Да, они происходят из-за слабости центральной власти, но об этом мы поговорим позже. Мне важно другое: почему Варшава?

— Да нет особых причин, — пожал плечами Кабан, чувствуя моё нарастающее давление. — Разве что… ну… Они, мне кажется, могли бы взять тех, кто ушёл со службы Империи.

— Могли бы, — согласился я. — Но я не удивлюсь, если узнаю, что часть тех миссий, за которые тебе стыдно, вы с ребятами выполняли во благо великого князя Варшавского и его прихвостней.

— Что? — округлил глаза Кабан и отступил на шаг. — Вот как…

Он будто бы осунулся прямо на глазах.

— Стало быть, кроме князя Архангельского, вариантов нет, — обречённо пробормотал Кабан спустя несколько секунд. — К другим князьям добираться несподручно — шанс напороться на ОКЖ гораздо выше.

— А ты уверен, что князь Архангельский примет вас с распростёртыми объятьями? — спросил я.

— Нет, — мотнул он головой. — Но попытаться стоит.

— Стоит… — задумчиво произнёс я, а затем усмехнулся и, глядя в его серые глаза, легко произнёс: — Хотя знаешь, у меня есть для тебя куда более заманчивое предложение.

Глава 21

Олеся Ивановна Бородина, сильный дважды одарённый Адепт стихии огня, прижимая к груди плачущего, завёрнутого в плед сына, выскочила на крыльцо своего дома. На спине женщины был рюкзак, а левой рукой она сжимала рукоять чемодана. Часть вещей чета Бородиных всегда держала сложенными в рюкзак… на всякий случай. Другую же часть Олеся Ивановна под вопли своего ребёнка успела собрать после странного звонка с номера мужа.

Звонил лучший друг её супруга — Геннадий Сергеевич Секачёв, более известный в узких кругах как «Кабан». И говорил Гена очень странные и пугающие вещи.

Олеся Ивановна раздражённо огляделась по сторонам. Бородины жили в закрытом квартале жандармов в так называемом «рядном доме» — двухэтажном здании на несколько квартир, где у каждой квартиры было по два собственных выхода — на проезжую часть и во внутренний дворик.

— У-а-а!!! У-а-а!!! — не переставая, голосил малыш.

— Тише, маленький, тише, — прошептала женщина, отпустив рукоять чемодана и погладив ребёнка по голове.

Но Никита Бородин не успокаивался.

— А вдруг машину не пустят? — прошептала женщина, невольно концентрируя ману.

Геннадий сказал, что ей срочно нужно уехать из дома. Что её отвезут туда же, куда и Лёшу. Он говорил, что Лёша ранен, но его жизни ничего не грозит. Кроме этого, он сообщил, что и жизни Мирона Антохина ничего не грозит, а ещё сказал, что у Лёши появился молодой благодетель.

«Какой, ко всем чертям, благодетель⁈ — пыталась понять взволнованная жена и мать. — Лёша смог найти Мирона, и Гена ему помог? Ничего не понимаю… молодой благодетель… Стоп! Неужели это…»

Мысли женщины прервал размеренный гул мотора и свет фар приближающейся машины. Приготовившись биться за свою жизнь и жизнь своего ребёнка, Олеся Ивановна принялась вглядываться в номерной знак.

Те же цифры, которые продиктовал Гена, а на крыше шашечки такси…

Машина остановилась рядом с крыльцом, пассажирская дверь тут же открылась, и из неё выскочила высокая короткостриженая девушка с широкими плечами. Облачена она была в артефактный доспех.

— Олеся Ивановна? — быстро уточнила она, подбежав к Бородиной.

— Да.

— Прошу вас, садитесь скорее. — Девушка взяла у неё чемодан и открыла перед Бородиной заднюю пассажирскую дверь.

Спустя тридцать секунд такси тронулось с места.

— Нормально всё прошло? — обернувшись с переднего сиденья, быстро спросила могучая девушка.

— Уа-а-а!!! Уа-а-а!!! — не прекращал рыдать сын семьи Бородиных. Прижав его покрепче к груди, Олеся кивнула и ответила:

— Да. Куда мы едем?

— В поместье графского рода Резановых. Вашего мужа привезут туда же.

— Резановых? — опешила Олеся. — А они-то здесь причём?

— Уа-а-а-а!!! — Малыш зарыдал ещё сильнее. Беспокойная мать бросила на него взгляд и принялась разматывать одеяло.

— Я попробую его покормить, — проговорила она.

— Конечно, — кивнула девушка с пассажирского сиденья. — Мы не будем смотреть. Понял, Таксист?

— Чего я там не видел, — хмыкнул в ответ водитель. — Вот раньше, когда я в самом деле работал таксистом, как-то раз у меня на заднем сиденье…

— Да-да, — перебила его девушка. — Хватит. На дорогу смотри, к КПП подъезжаем.

Малыш жадно вцепился в сосок матери, а сама Олеся Ивановна на миг сжалась, опасаясь подвоха. Вся текущая ситуация будто бы намекает на то, что с ОКЖ что-то не так! Неужели среди жандармов враги? А если они не дадут им сейчас уйти⁈

Однако вопреки опасениям взволнованной женщины, шлагбаум закрытого квартала ОКЖ поднялся заранее, так что такси даже не пришлось сбавлять скорость.

Когда машина выехала за территорию квартала, Олеся Бородина ощутила, что тревога понемногу отпускает. Пусть слабо, но женщина смогла почувствовать облегчение и прикрыла глаза.

Ей казалось, она только-только опустила веки, однако…

— Похоже, за нами хвост, — услышала она напряжённый голос водителя.

Встрепенувшись, Олеся Ивановна огляделась по сторонам. За окнами уже был совсем другой спальный район Москвы.

— Верно… — прорычала могучая девушка. — Не отвлекайся от дороги. Если что, я прикрою. О, Олеся Ивановна, проснулись? Не волнуйтесь, всё будет хорошо.

— Я могу сражаться, — твёрдо произнесла Бородина. — Я ведьма Корпуса! Пусть и в отставке!

— Да? — удивилась девушка. — Позывной?

— Ива.

— Отлично, Ива. Я — Лебеда, а за рулём — Таксист. Так вот, Ива, твоя задача — спасти себя и сына. Всё. В бой без приказа вступаешь только в самом крайнем случае. Поняла?

Лебеда напряжённо уставилась в глаза Бородиной. Выдержав её взгляд, Олеся Ивановна кивнула.

— Они идут на сближение, — внезапно произнёс Таксист.

— Проклятье! — выругалась Лебеда. — Смотри на встречке, похоже, тоже их!

— Уа-а-а-а!!! — почувствовав всеобщее напряжение, малыш, уже было заснувший на груди матери, выгнулся дугой и закричал во всё горло.

Быстро застегнув кофточку, Олеся начала его укачивать, но всё было тщетно.

— Три машины с разных сторон… — прорычала Лебеда. — Они хотят смять нас! Ива, стихия?

— Огонь. Адепт.

— Хорошо! По моей команде опускаешь окно и…

Захрипела рация.

— Это я, — услышала Бородина властный мужской голос. — Не рыпайтесь, ребята. Мы уже здесь.

— Фух… — с явным облегчением выдохнул Таксист. — Похоже, вторую машину за сутки мне не разобьют. Славно… Мне её ещё Фархаду отдавать.

Раздался оглушительный рёв мотоциклетного двигателя, который, вероятно, перебудил все дома в округе. А затем из проулка вылетел и сам мотоцикл с двумя ездоками — водитель был облачён в артефактную броню с шипами, а его пассажир, старавшийся не прижиматься к шипам, носил обычную тянущуюся броню.

Их мотоцикл летел наперерез автомобильному потоку. Пассажир вытянул руку и создал длинное лезвие, разрезавшее тяжёлый микроавтобус.

— Ух ты… — выпалил Таксист. — Командир в своём репертуаре.

Мотоцикл поравнялся с такси, и пассажир ловко перепрыгнул на крышу машины. Сзади в такси летел огненный шар, но его остановил концентрированный ветровой щит. Следом в щит начали бить и другие техники, однако Таксист уже успел увести машину подальше от зоны столкновения.

Обернувшись, Олеся Ивановна неотрывно смотрела в заднее окно. Она видела, как щит преобразовался в вихрь, который смёл вражескую магию, а затем подхватил преследовавший их пикап и намотал его на фонарный столб.

Осталась ещё одна машина…

Секундочку? А где мотоциклист?

В тонированное окно задней двери постучали. Водитель нажал на кнопку электроподъёмника, и окошко поехало вниз.

— Привет всем, подбросите? — раздался весёлый голос, и через открытое окно в машину ловко залез недавний пассажир мотоцикла.

— Дальше по плану, командир? — осведомился у него Таксист, когда вновь прибывший закрыл за собой окошко.

— Ага. Меняем тачку, и к Резановым, Кот здесь закончит, — ответил он, стянул капюшон и снял маску.

— У-а-а-а!!! Уа-а-а-а!!! — с новой силой закричал малыш.

Черноволосый юноша с интересом посмотрел на него и, протянув руки, спросил:

— Дадите подержать, Олеся Ивановна?

Бородина инстинктивно прижала своё сокровище к груди.

— Не бойтесь, — улыбнулся юноша. — Мы ведь с ним не совсем чужие друг другу люди. Я тут недавно узнал, что его крёстная мать — моя куратор из Корпуса Ведьм и Ведьмаков.

Парень обезоруживающе улыбнулся.

— Вы и правда Александр Егоров? — быстро спросила Бородина.

— Да.

— И после недавней чрезвычайной ситуации вы сблизились с графским родом Резановых?

— Типа того, — пожал плечами парень.

— Уа-а-а-а!!! — надрывался Никита.

Очень осторожно мать протянула сына этому человеку. Пусть она видела его впервые, но многое слышала о нём. Сперва от мужа, который иногда делился с женой тем, что происходило с ним на работе. А затем и от старых товарищей по Корпусу. До того, как забеременеть, Олеся Бородина была частью отряда Леонида Вавилова, и, даже уйдя в отставку, она продолжала поддерживать связь с друзьями. То, что случилось в Дмитровских Проклятых Землях, и для Олеси Ивановны, недавно пережившей тяжёлые роды, стало огромным ударом…

— У-а… — напоследок выдал малыш и с любопытством уставился на человека, державшего его на руках.

— Замолчал… — удивлённо выпалила Олеся Бородина.

— Говорят, дети чувствуют чужой страх, — раздалось с водительского сиденья. — Но также и наоборот — уверенность и доброту они тоже чувствуют. Мне это… уже не помню, какая именно, но одна из бывших рассказывала. У неё трое детей, и опыт в этом имеется.

Бородина недоумевающе посмотрела на водителя, а затем снова сосредоточила взгляд на своём малыше, который внимательно смотрел за тем, как Александр Егоров строит ему рожи.

— Что это вы делаете? — внезапно выпалила Олеся, увидев, что Егоров большим пальцем давит ребёнку на живот.

Малыш тут же встрепенулся от крика матери.

— Тише-тише-тише… — мягко пропел Егоров и, не теряя зрительного контакта с ребёнком продолжил: — А вы, матушка, не суетитесь. Обычный точечный массаж. У ребёнка живот раздут.

— Колики, — авторитетно заявил водитель.

— Они самые, — кивнул Егоров. — Ну, ничего удивительного в их присутствии у малыша нет. Особенно, когда его нервная мать кормит нервным молоком.

Олеся Ивановна не нашла что ответить на это, продолжая наблюдать, как умело переставляет пальцы на животе ребёнка Александр Егоров.

А вскоре раздался характерный звук, сигнализирующий, что газики в животе малыша наконец-то смогли найти дорогу на волю и выйти на свежий воздух. Почувствовав облегчение, Никита Бородин довольно быстро уснул, и Александр осторожно передал его обратно матери.

— И откуда у вас только такие навыки… — ошарашенно пробормотала Бородина, глядя на своё сопящее чудо.

— Чему только в приюте ни научишься, — отмахнулся Егоров и уставился в окно.

* * *

— А-А-А-А-А!!! — заорал прикованный цепями к столу мужчина, и его выгнуло дугой.

— Кем бы ты ни был, неизвестный аристократ, тебе сегодня дважды повезло, — произнёс я, глядя на него, и скомандовал: — Баха, держи его пасть открытой.

Десятник Бахтиев, который вместе со мной находился в этой мрачной комнате, оказался рядом и сунул покрытые камнем пальцы в рот мужчине. Неизвестный аристократ, вместе с капитаном Антохиным спасённый мной от культистов, вылупил глаза так, что казалось, они вот-вот лопнут.

Я откупорил флягу и влил ему в рот пахучее зелье успокоения. Баха смешно дёрнул носом и поморщился, я же никак не отреагировал на этот концентрированный аромат — в прошлой жизни нанюхался.

— О-о-о… — застонал мужчина, закатил глаза и расплылся в идиотской улыбке.

— Отпускай его, Баха! Или нравится, когда тебе мужики пальцы обсасывают?

Бахтиев отошёл на шаг от стола, не прекращая с недоверием коситься на нашего пациента.

— Что вы ему дали, Александр Ярославович?

— Не поверишь, — усмехнулся я. — Успокоительное.

— Это я уже понял… — Он поднял на меня любопытный взгляд.

— Секретная разработка, — хмыкнул я и протянул Бахтиеву флягу. — Иди второму дай, если он вменяемый. Если его вдруг накрыло, как и этого — дождись меня.

Баха кивнул и пошёл выполнять приказ, оставив меня наедине с пациентом.

— Спа…сибо… — пробормотал он, улыбаясь, как идиот.

— Спи давай, незнакомец, — хмыкнул я, внимательно анализируя энергетическую систему мужчины.

Внутри несчастного — тот ещё хаос. И самое грустное — я до конца не уверен, что всё можно исправить. Да, своим появлением я не дал культистам закончить начатое и сделать из этого человека основу для жировика. Однако же…

Хм… хотя до того, как я влил в него зелье успокоения, кажется, будто бы энергосистема выглядела чуть хуже. Длительный курс зелья ему поможет?

Я хмыкнул, в очередной раз подумав, как же повезло, что единственный в мире экземпляр зелья успокоения сегодня был со мной. А всё потому, что я днём взял его из общаги на случай, если переговоры с Распутиными уйдут в другую сторону.

С тех пор и катается со мной фляжка.

Ладно, попробую влить в пациента немного чистой маны. По чуть-чуть… понемногу…

— Барон… Измайлов… Ан…тон… — пробормотал мужчина расслабленным голосом и отключился.

Я удивлённо посмотрел на него. Это как же культисты целого барона умудрились отхватить для своих экспериментов? Надо бы навести справки.

Выкинув из головы лишние мысли, я снова погрузился в изучение энергетической системы барона Измайлова. Я точечно и медленно вливал в неё свою ману, с каждой минутой чувствуя нарастающую внутри уверенность в успехе.

В какой-то момент мои ноги едва не подкосились, и я решил прекратить тратить и без того скудные запасы маны.

Покосившись на пациента, я направился к двери, открыл её и едва не выпал в коридор.

— Брат! — подхватила меня за плечи Алиса.

— Александр! — рядом с ней была не менее взволнованная Млада.

— Спокойно, девочки. — Я поднял подбородок и улыбнулся. — Пустите, мне необходимо навестить ещё одного пациента. А этого, — кивком головы я указал себе за спину, — нужно перевести в более удобные палаты. Однако же постоянного надзора не снимать, он может впасть в буйство.

— Саша, ты… — начала было Алиса, но я прервал её:

— У нас много дел. Кстати, он представился бароном Антоном Измайловым, учитывай это, Алиса. И попроси собрать всю информацию о нём и другом роде.

Я повёл плечом, освобождаясь от рук Алисы, и направился дальше по коридору.

— Саша, тебе нужно отдохнуть! — крикнула мне в спину сестра.

В её голосе смешались боль и отчаяние.

Н-да уж… Я, в прошлом Первый планетарный император Земли, заставляю волноваться о себе юную девчушку.

— Да, Алиса, — обернувшись, улыбнулся я ей. — Сейчас проведаю Антохина и пойду спать, обещаю. И вы тоже ложитесь — завтра… хотя нет, уже сегодня у нас с вами очень большой день. Приготовьтесь блистать на церемонии «Благодарности и Награждения».

Подмигнув девушкам, я пошёл дальше.

Глава 22

Так уж сложилось, что дворецкий Григорий, по сути, выполнял роль не только дворецкого. Один из двух дважды одарённых Магистров рати Резановых был ещё и личным камериром графа Владислава Александровича, иногда — телохранителем, реже — порученцем по особо важным делам. В общем, далеко не всегда он находился в особняке, как должно дворецкому. И в его отсутствие всем персоналом в графском доме и на прилегающих территориях заведовала домоправительница Авдотья Семёновна. Для Резановых и друзей — «тётя Дуня».

Так вот, тётя Дуня очень сильно настаивала на том, чтобы уложить меня спать в одной из господских спален. Мне пришлось очень долго и упорно отбиваться. В итоге эта дородная женщина не выдержала и побежала жаловаться госпоже — моей драгоценной сестричке. Я же, не теряя времени даром, сам занял одну из гостевых спален.

И… немного пожалел о своём выборе, когда вместе с тётей Дуней ко мне пришла Алиса. А вместе с сестрой явилась и Млада. Наша мрачная кузина улыбалась краешком губ, а её бледные щёчки самую малость были красными.

— Я знала, что ты сразу не принял предложение о помолвке только из-за норм приличия, — со всей серьёзностью в голосе проговорила графиня Распутина. — А на самом деле ты хочешь быть рядом со мной.

Она победно взглянула на растерявшуюся Алису.

До меня же вдруг дошло, что я случайным образом выбрал спальню прямо по соседству от Млады.

Притом выдержал бой с домоправительницей, чтобы не селиться по соседству с сестрой.

Ну что за глупость, а⁈

Правда, для девушек это, похоже, важно. Вон как изумлённо смотрит на меня Алиса, словно на предателя. При этом я вижу, что она искренне надеется хоть на какие-то объяснения.

— Так, Авдотья Семёновна… — хмуро обратился я к пышной домоправительнице, которая от моего взгляда неожиданно побледнела. — С одной стороны, мне, конечно, приятно видеть, как все в этом доме… да чего уж, теперь уже почти во всём квартале Резановых рады моему возвращению. С другой же — у меня вызывает недоумение, с какой невероятной скоростью в квартале разлетаются слухи. Напомню, что никаких официальных заявлений насчёт моего родства с Резановыми никто не делал. Я не собираюсь переезжать в этот дом, а стало быть, и занимать одну из господских спален не имею права.

— Брат, но… — начала было Алиса, но я перебил её и, чуть смягчив тон, произнёс:

— Алисушка, ещё раз подчеркну, я здесь всего на одну ночь. Я согласился остаться тут, потому что очень сильно устал, и мне нужен отдых. Поэтому, сударыни, прошу меня простить. Если у вас нет ко мне сверхсрочных дел, пожалуйста, дайте мне выспаться.

Не удержавшись, я глубоко зевнул.

Алиса поджала губы и несколько секунд напряжённо смотрела на меня. Я прекрасно понимал, что именно она хочет сказать. Она с нетерпением ждёт, когда брат вернётся полноценно.

Боюсь, не дождётся.

Я мягко улыбнулся и погладил её по волосам.

— Спокойной ночи, сестричка, — тепло произнёс я.

— Спокойной ночи, — всё-таки улыбнулась мне в ответ Алиса и схватила за руку кузину. — Идём, Млада!

— Эй, мне ещё спокойной ночи не пожелали, — проворчала Распутина, не особо рьяно пытаясь высвободиться из цепкого захвата.

— Идём-идём, — потащила её прочь Алиса.

Уже у самой двери Млада вывернула голову и посмотрела на меня чёрными глазами.

— Александр, я буду лежать на своей кровати всего лишь за тонкой стенкой от тебя. Лежать и думать, что ты совсем рядом со мной, — ровным тоном проговорила она. — Уверена, ты будешь занят тем же самым.

— Млада, прошу тебя, избавь моего брата от своих мрачных фантазий, — донёсся уже из коридора голос Алисы.

— Он сказал тебе добрые слова, улыбнулся и погладил по голове, а меня проигнорировал, — невозмутимо ответила ей Распутина. — Это несправедливо. Как минимум, я ему тоже сестра, пусть и двоюродная.

— О! Так ты признаёшь ваше родство без всяких глупых тестов? — оживилась Алиса.

— Не понимаю, о чём ты, — всё так же бесстрастно проговорила Распутина.

Поклонившись, гостевые покои покинула и тётя Дуня, притворив за собой дверь. Так что дальнейших разговоров девушек я уже не слышал.

* * *

«Привет, дружище. Кое-какие дела навалились важные, так что на учёбу я не приду. Предупреди, пожалуйста, нашу старосту. Сам свяжусь с ней позже», — написал я Ивану Медведеву и поставил сообщение на отсроченный старт, чтобы не будить парня прямо сейчас.

Да, я выбрал быть счастливым, а не учиться.

Ну, по крайней мере, на один день уж точно.

И чтобы меня действительно никто не будил без причины, я поставил на телефоне режим «Не беспокоить». Наиболее важные номера в список исключения у меня были внесены заранее — так что их обладатели смогут дозвониться до меня во что бы то ни стало.

Однако, надеюсь, им я тоже не понадоблюсь.

Всё! Спать!

И…

«Пу-пу-пу… Пу-пу-пу…» — казалось, я только немного прикрыл глаза, как заиграла противная мелодия на телефоне.

«Звонят с неизвестного номера, значит, можно забить», — сразу же предложил мозг, оценив мелодию. Для контактов из телефонной книги у меня стоял другой звонок.

Однако уже через секунду я резко открыл глаза.

Какой-то неизвестный номер, мало того, что смог пробиться через фильтр звонков, так ещё и через активированный режим «Не беспокоить». Это ж кто там звонит с такой мощной цифровой поддержкой? И ещё, на минуточку, мой номер «прикрыт» от прослушивания, отслеживания и прочей мерзости кучей манипуляций, проведённых Коптером!

Однако же сейчас телефон продолжает делать «Пу-пу-пу…».

— У аппарата, — сдержанно произнёс я в трубку.

— Горишь прямо как мой батя, — засмеялся мне в ответ знакомый голос. — Здорова! Не разбудил тебя, а, любитель девочек из подтанцовки?

— Разбудил и порядком испортил мне утро, грёбаный ты фанат Амбер, — не стал врать я.

Хотя сна уже не было ни в одном глазу. Удивительно, но я умудрился проспать несколько часов.

И всё же, чего это молодой граф Лев Валерьевич Варзухин решил связаться со мной? Да ещё и таким «пробивным» способом?

Хотя, учитывая, что именно произошло минувшей ночью, вариантов не особо много.

— Ха! Вот поэтому я и говорю, что ложиться спать до рассвета — пустая трата времени, — продолжил веселиться Лев. — Я вот ещё не лёг! Хотя уже, пожалуй, надо, всё-таки скоро вставать на эту идиотскую церемонию. И кто вообще придумал проводить подобные мероприятия при свете дня, а⁈ Всё, что происходит до двадцати ноль-ноль — та ещё беспросветная рань!

— Не могу сказать, что разделяю твою боль, — отозвался я, мысленно прикидывая, что же важного мне может сказать молодой Варзухин по поводу ночной битвы с демонами.

— Так и знал, что не найти мне от тебя поддержки! Я слышал, ты из тех, кто бегает по утрам… Вот ведь безумный жаворонок, а! Я считаю, что наш мир захватили жаворонки, испортили его и переделали под себя, пока нормальные люди спали!

Он замолчал, ожидая моей реакции.

— Ты в самом деле позвонил в такую рань, чтобы обсудить со мной проблему мирового господства жаворонков? — хмуро спросил я.

— Мирового господства? — переспросил он хитрым тоном. — Можно и так сказать… Поговаривают, ты сполна воспользовался моей наводкой, верно? И пусть с тех пор Владислава Александровича никто не видел, слишком уж часто Алиса Ярославна ездит в больницу рода. Значит, можно сполна утверждать, что благодаря мне деда ты спас.

— К чему сейчас этот разговор?

— Ты должен мне за его спасение! — с какой-то обидой в голосе выпалил Лев. — Но до сих пор не позвал меня на концерт Амбер!

— Если старик действительно жив, то долг я отдам. Если, конечно, к тому времени, как я соберусь посетить её выступление, сама Амбер всё ещё будет давать концерты, — ответил я спокойно.

— Хм… формулировка весьма размыта, но сойдёт. Меня устраивает.

— Рад слышать.

— Ты не подумай, что я позвонил, чтобы напомнить о долге. Скорее, я хотел напомнить о том, что я не против тебя, Александр, — произнёс он неожиданно серьёзно. — Конкретно сейчас я выступаю в роли посредника, по просьбе своего батюшки. Но и он во всём этом лишь сторонний наблюдатель. Ну… максимум независимый консультант со своими интересами.

— Ближе к делу, Лев, — чуть надавил я.

— Какой ты нетерпеливый, а… Бородин сейчас у вас в имении?

— Понятия не имею, о чём ты говоришь.

— А может, и спецназовцы тоже некоторые, а? Или капитан Антохин?

— Без понятия, с чего ты вообще решил задавать мне такие вопросы, — отозвался я.

Хотя сам невольно припомнил краткий отчёт Бурлака, который я выслушал практически перед сном.

Выполняя мой приказ, ратники вместе с людьми Кабана наспех прочесали окрестности и допросили пленных спецназовцев-предателей. Затем с помощью сильной магии огня спалили тела, а после и всю эту базу. Заклинания использовали мощное, так что сгорело всё за считаные минуты, не повредив окружающий лес. После бойцы прибыли в квартал Резановых, а сам Бурлак привёз из больницы Алису и Младу.

Несколько секунд мой собеседник молчал, а затем усмехнулся и произнёс:

— Пусть так. Я бы тоже на твоём месте всё отрицал. Но я хочу сообщить тебе пару приятных для тебя вещей. Во-первых, все жандармы, участвовавшие во вчерашнем инциденте, включая подполковника… хотя теперь уже бывшего подполковника Бородина, оказывается, были уволены из ОКЖ в разные дни минувшего месяца. Представляешь? И что же это тогда получается? Раз вчера там у озерца резвились не спецназ ОКЖ, а не пойми кто, то…

Он замолчал, предлагая мне продолжить.

«То значит, там были обычные люди. Даже не ратники какого-то рода. А стало быть, устроив побоище и поджог — они станут разыскиваемыми преступниками», — мелькнуло у меня в голове.

Я поднялся с кровати и принялся мерить шагами комнату.

У ребят огромные проблемы. У всех, кроме аристократов — тот же Бородин за заслуги свои смог стать личным дворянином.

Хотя и у аристократов тоже проблемы…

С другой стороны, этот вариант гораздо лучше, чем дезертирство. Честно говоря, я сам планировал упросить Коптера взломать базу данных ОКЖ, чтобы уволить всех спецназовцев, Бородина и Антохина задним числом. Да, Коптеру пришлось бы очень сильно поднапрячься… да и нам тоже, полагаю, пришлось бы потратиться, чтобы он смог провернуть подобное и не выдать себя…

Однако сам ОКЖ избавил меня от этих хлопот.

Спасибо.

Теперь надо разобраться с последствиями вчерашнего инцидента.

— Молчишь? — хмыкнул молодой Варзухин в трубку. — А ответ-то прост, раз вчера там не было жандармов, то и происшествия вчера никакого не было.

От его слов я изумлённо остановился возле зашторенного окна. Сквозь щёлку штор в спальню проникал свет, и я видел, как во дворе безмятежно подстригает кусты роз Вера Михайловна — бабушка Марины.

Н-да…

ОКЖ смог меня удивить.

Они явно знают, что я участвовал вчера в этой заварушке, и это логично, учитывая, что полиция привезла меня прямо к Бородину. Лев легко догадался, где сейчас находится Бородин и остальные. Полагаю, не только Лев.

При желании ОКЖ мог бы начать формировать доказательную базу, быстро сшить дело и получить разрешение на обыск всего квартала Резановых. Я предполагал такое развитие событий, так что несколько вариантов защиты в голове держал. Например, я даже не стал тащить в квартал самый опасный для нас «груз» — пленных спецназовцев, способных наговорить на нас лишнего, если попадут в руки ОКЖ.

Бойцы же Кабана и их лидер в крайнем случае могли бы просто сдаться, сказав жандармам, что попросили у Резановых помощи, а графский род не мог отказать служителям Империи. Типа Резановы не знали, что отряд Кабана считается дезертирами…

В общем, вариантов было масса.

Однако же использовать их, похоже, не придётся.

ОКЖ смог меня удивить.

Отдельный Корпус Жандармов… нет, высшее руководство Круга Змеевидцев в данной ситуации поступило максимально разумно.

— Всё продолжаешь молчать? — хохотнул Варзухин. — Уверен, ты уже понял, что к чему, Александр. Кое-кто тайный в погоне за желаемым в последнее время слишком уж сильно засветился. Вот и пришла им пора залечь на дно. И вам тоже стоит сделать то же самое, Александр. На вас имеется немало компромата, да и сам род Резановых сейчас очень слаб.

Я позволил себе усмехнуться.

Удивительно, но Лев правильно меня понял и тут же произнёс:

— Да, ваш род слаб. Однако с твоим появлением род стал ещё более упёртым, чем был раньше. Уничтожить вас нетрудно. Но есть огромный шанс, что перед тем, как окончательно сгинуть, вы здорово подгадите своим врагам. Из-за одной букашки может начаться огромная заварушка. А это никому не нужно.

Что ж… Лев, по сути, сейчас озвучил мои мысли: в ОКЖ явно хватает и достойных жандармов вроде Бородина или Кабана. И чем больше шума поднимает тайная организация Круг Змеевидца, тем менее тайной она становится.

Круг силён!

Но не всесилен.

А в последнее время они явно активизировались и, похоже, немного увлеклись.

Им самим нужно время, чтобы набрать ещё большую силу. Если они привлекут к себе ещё больше внимания, могучие графские и уж тем более княжеские рода объединятся перед общим врагом и сметут их.

Хотя… кто-то будет на их стороне. И тогда может в самом деле начаться полномасштабная война за передел влияния в Империи…

А Круг не готов устраивать что-то масштабное прямо сейчас, потому и решил приложить все силы, чтобы замять вчерашнее дело.

Однако же мне не стоит расслабляться. Как я уже понял, даже внутри самого Круга имеются разные точки зрения на один и тот же вопрос. Открыто нас теснить никто не будет.

А вот «тайно» — другое дело.

— Надеюсь, ты меня услышал, Александр, — резюмировал Лев.

— Как минимум я тебя выслушал, — усмехнулся я. — Но, конечно же, ничего не понял.

— Конечно-конечно, — хохотнул Варзухин. — Тебе же невдомёк, о чём я здесь битый час толкую.

— Именно. Хотя… знаешь, из твоего словоблудия я хотел бы вычленить главное — а на чьей, собственно, стороне находится род Варзухиных? — Мой голос стал тяжёлым. Лев почувствовал это и пару секунд молчал.

А затем легко произнёс:

— Ха! Как и должно истинным аристократам — на своей собственной! Ну и на стороне Империи, разумеется.

Где-то я уже слышал нечто подобное.

— Ну да хватит о нас и о всяких тайных делах, — рубанул Лев. — Поговорим о тебе. Я не понимаю, почему ты до сих пор не сменил фамилию. Но, знаешь, многих это устраивает. Если ты решил стать личным дворянином Егоровым — многие в Империи порадуются. Род Резановых не получит наследника, а значит, уничтожать его не придётся. Притом можно планировать использовать. Например, выдать твою сестру за нужного человека без Родового Дара, и…

— Эй! — рыкнул я. — Подбирай слова, когда говоришь о ней. И о моём дедуле тоже.

— Хм? — изобразил удивление Варзухин. — Ну прости… Однако, как я и думал, этот род тебе в самом деле не безразличен… Вот потому я и хочу предупредить тебя: личное дворянство ты получишь гораздо быстрее, чем любой другой простолюдин. И сегодняшняя церемония сильно приблизит этот момент. Так что будь готов выбирать — спокойная жизнь дворянина Егорова или же постоянная борьба за выживание графа Резанова. Ну всё, до встречи на празднике. Я спать!

Не дожидаясь моего ответа, он положил трубку.

Я же сквозь щёлку в шторах смотрел на утреннее небо. Сон ко мне и не думал возвращаться.

А в голове застыла твёрдая мысль:

«От спокойной жизни я отказался давным-давно, Лёва. Но и биться за выживание в этом новом мире я не собираюсь».

Глава 23

Когда я вышел из своих гостевых покоев, наткнулся в коридоре на графиню Распутину. Млада как раз открывала дверь своей комнаты и, конечно же, заметила меня.

На секунду она улыбнулась краешком губ, а затем бесстрастно произнесла:

— Ты такой галантный, раз вышел пожелать мне спокойной ночи.

— Не нужно случайным совпадениям придавать глубокие смыслы, — в тон ей ответил я, а затем усмехнулся и добавил: — А вот что действительно нужно — так это спать ложиться вовремя. Хотя, если ты решила проспать выезд на церемонию, то я не буду тебя судить.

— Ещё чего, — фыркнула девушка. — Раз договорились ехать вместе, то вместе и поедем. И вообще, невежливо пытаться перестроить других людей под удобный тебе ритм. Хотя… чего ещё ждать от жаворонка? Спокойной ночи!

Она вошла в комнату и плавно прикрыла дверь.

Да уж… не помню, чтобы сам с ней прям «договаривался» поехать на церемонию вместе. Пусть едет с Алисой и ратниками, а мне ещё за Анной и баронессой возвращаться.

Хотя… ответное сообщение Вани Медведева не внушает уверенности в этом.

Ладно, позже разберёмся.

Проходя мимо двери Млады, я не удержался и усмехнулся. Тоже мне — «Сова»! Может, стоит её со Львом Варзухиным познакомить? Они мигом найдут общие темы для беседы, да и ритмы у них совпадают.

Хотя этот фанат Амбер — так себе партия для моей кузины. По крайней мере сейчас. Но вот если он перерастёт увлечение этой певичкой…

Лишние мысли пробкой вылетели из моей головы, когда я через окно холла второго этажа увидел забавную картину.

Прямо на асфальте за территорией особняка графского рода приседал Кабан, а трое ратников Резановых под руководством Бахи внимательно следили за его утренней зарядкой.

Молодцы! Старательно выполняют приказ.

Пока что группа спецназа на территории квартала находится в очень неопределённом статусе. Они точно не ратники и не гости, но и не пленники.

И то, что Кабан припёрся сюда из выделенного его команде дома и устроил перед особняком физкультминутку, странным для меня совершенно не выглядит. Бывший спецназовец явно не может успокоиться и уснуть. Он жаждет вновь пообщаться со мной, но ради «такой мелочи» никто из ратников и слуг меня будить не станет.

На счастье Кабана, нашёлся другой тип, который уже это сделал.

Я спустился на первый этаж и уж думал выйти побеседовать с Кабаном, как заострил внимание на своём постоянно активном поисковом заклинании — одна из служанок только что вышла из комнаты Бородина в лазарете.

Притом что Олеся Ивановна — супруга бывшего подполковника — вместе с их сыном сейчас спит в выделенных им гостевых покоях.

Да уж… Полагаю, Бородин, тем более раненый, вряд ли будет устраивать адюльтер в доме Резановых.

И всё же я пошёл навстречу служанке.

— Ваше сиятельство! — увидев меня, склонилась она в поклоне. Ей было лет сорок на вид.

— Не сиятельство я, — вздохнул я. — По крайней мере, прямо сейчас. Что делала у подполковника?

Служанка изумлённо выпучила глаза и выпалила как на духу:

— Датчики движения сработали! Следуя протоколу, лично проверила самочувствие пациента.

На сей раз уже мне пришла пора удивляться:

— Ты что же, в таких тонкостях разбираешься?

Пару секунд женщина хлопала ресницами, не понимая сути вопроса, а затем горько вздохнула:

— Ах, ваше сияте… кхм… Александр Ярославович, жизнь научила многому. Думаю, ума мне хватит определить, худо человеку или нет.

Понятно — род, а вместе с ним всего его вассалы и слуги пережили очень тяжёлый период. Полагаю, каждый выживший здесь как минимум владеет навыками оказания первой помощи и приёмами самообороны.

— Благодарю за службу, — мягко произнёс я и кивнул.

Женщина аж просияла.

— Ну что вы, Александр Ярославович… не стоит… Мы же всё это не ради благодарности… и…

Она смутилась и замолчала.

— Подполковник пришёл в себя, да? — решил я сменить тему.

— Да, порывался встать, но я попросила не делать этого до прихода доктора.

— Правильно. Полагаю, говорить он может?

Она закатила глаза и покачала головой:

— Очень даже может. Столько вопросов задать успел…

— Хорошо, — кивнул я. — Я к нему. А ты выйди во двор и скажи Бахе, чтобы привёл к нам Кабана для совместной беседы.

— Будет исполнено, Александр Ярославович, — широко улыбнулась служанка и поклонилась.

Я прошёл мимо неё, но вскоре услышал шелест платьев и обернулся.

Она кланялась мне в пояс.

— Хвала богам, что наследник вернулся, — еле слышно прошептала женщина.

Я продолжил свой путь, обуреваемый очень противоречивыми чувствами. Ратники Резановых доверяют мне. Теперь уже и обычные слуги радуются моему возвращению. Тяжело будет их расстраивать…

Но и принять фамилию Резанов я просто так уж точно не могу. Я очень скептически отношусь к действиям женщины, похитившей меня в детстве, и к той ментальной закладке, что она оставила в моей голове. Однако же и не проверить её не могу. Если у Пожарских в самом деле был «рецепт», как стать княжеским родом, то я должен его заполучить. Учитывая, что мой прадед отказался от графского титула и должности Генерал-губернатора Москвы, очень даже вероятно, что у него были альтернативы.

Я продолжу помогать Резановым в любом случае.

И, в идеале, было здорово «на выходе» получить два мощных рода на своей стороне. Это куда более ценно для достижения глобальной цели, чем развивать одних лишь Резановых. Два сильных рода — это уже коалиция, к которой потянутся другие. Это гораздо лучше, чем род-одиночка.

Проклятье…

Я должен как можно быстрее добраться до тайника Пожарских. Я должен сделать это до того, как комиссия по смене социального статуса решит повысить меня до личного дворянина. К этому моменту я уже должен буду получить ответы.

Эх, а ведь я подумывал один смотаться в нужные Проклятые Земли… однако это слишком рискованно. Несмотря на свою личную силу, я прекрасно осознаю значимость слаженной боевой команды.

Так что этот вариант я оставлю на крайний случай.

В теории можно было бы одолжить дважды одарённых у Резановых…

Но только в том случае, если бы мне просто нужно было изведать те Проклятые Земли. А брать с собой людей Резановых, чтобы в итоге стать Пожарским — бесчестно.

Вот и остаётся у меня изначальный вариант…

Собирать верных лично мне бойцов.

Наращивать мощь не только Резановых, но и свою собственную.

Примерно с этой мыслью я открыл дверь палаты, в которой полулежал на кушетке подполковник Бородин.

— Доброе утро, Алексей Михайлович, — улыбнулся ему я.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — вернул он мне хитрую улыбку.

Я поморщился и покачал головой.

— Право слово, вы хоть не начинайте. Я — не Резанов. Да, с этим родом я крепко связан, однако сейчас я представляю прежде всего свои собственные интересы.

Я сел на кресло рядом с кроватью подполковника. Бородин изучающе смотрел на меня, а затем медленно кивнул.

— Понял. Что ж, в таком случае, Александр Ярославович, прежде всего хочу вас лично поблагодарить за всё, что вы сделали для меня. За мою жизнь, спасённую скрытником по вашему приказу, за жизнь капитана Антохина. И… — Его голос дрогнул, он склонил голову и тихо продолжил: — За то, что уберегли мою жену и сына, моя вам особая благодарность.

Сердце сжалось от его слов. Ох уж это юношеское тело, которое так бурно реагирует на всё вокруг. Хотя… благодаря своему Знаку Зодиака я всегда хорошо чувствовал чужие эмоции.

— Поднимите голову, Алексей Михайлович. Я принимаю вашу благодарность, — проговорил я ровно. А когда наши глаза снова встретились, я спросил: — Откуда знаете подробности? Про то, что Олесю Ивановну и Никиту хотели протаранить на дороге?

— Слышал… — тихо выдохнул он. — Сквозь пелену я слышал Олесю, когда она сидела рядом со мной.

Я молча кивнул, принимая этот ответ.

Сам бывал несколько раз в похожей ситуации в прошлой жизни.

Дверь отворилась, и в палату вошли сразу трое. Увидев Кабана, Бородин напрягся. Сам же спецназовец лишь бросил на друга виноватый взгляд и отвёл глаза.

— Баха, спасибо тебе. Можешь идти, — сказал я ратнику.

Он с недоверием покосился на Кабана, молча кивнул и вышел.

— Иди спать ложись! — крикнул я ему в спину. — Тебе же тоже на церемонию!

Служанка, прибывшая вместе с мужчинами, катила перед собой сервировочный столик, на котором стояли две тарелки с кашей, тарелка с блинами, бужениной. И отдельная чашка с жидким супчиком, которую женщина поставила на надкроватный столик Бородина.

Расставив блюда, служанка поклонилась и вышла.

— Хорош друг на друга таращиться, — велел я бывшим жандармам. — Хочешь — верь, Хлеб, хочешь — не верь, а Кабан тебя не предавал. Но сперва поедим, раз ради нас так расстарались. Приятного аппетита.

К чести бывших жандармов, они не стали строить из себя робких девчушек и от души накинулись на еду. Разве что Бородин с жалостью поглядывал на наши с Кабаном блюда, грустно хлебая свой супчик — ему врач велел пару деньков воздержаться от тяжёлой пищи.

Во время трапезы мужчины не проронили ни слова, чем ещё раз доказали мне, что являются отличными кандидатами в мою будущую рать.

Покончив с едой, мы сложили грязную посуду на сервировочный столик и откатили его к двери.

А затем я пересказал Бородину историю Кабана. Сам спецназовец в этот момент молча хмурился и смотрел в стену.

— Вот значит, что было… — процедил Бородин, когда я замолчал, и с вызовом спросил у друга: — Почему не сказал мне? Вместе мы бы нашли решение!

— Тебе? — скривился Кабан. — Ты в своём уме, Лёша? У тебя мелкий сын и недавно родившая жена. А ещё своих расследований хватало. Зачем мне тебя и крестника было в это втягивать, а?

— Потому что мозгов у меня побольше, чем у всей твоей команды, вместе взятой.

— Серьёзно? — усмехнулся спецназовец. — А чего ж ты такой умный, сейчас оказался в той же заднице, что и мы, а? Ещё и графский род утащил сюда же, — кивнул он на меня.

Бородин скрипнул зубами, не переставая буравить взглядом своего лучшего друга.

— Размер задницы ты сейчас преувеличиваешь, — сухо произнёс я. — Мне недавно звонил Лев Варзухин и кое-что передал.

Оба бывших жандарма мгновенно напряглись.

— Сын Винодела? — удивлённо выпалил Кабан.

— Будь повежливее с его сиятельством, — проворчал Бородин в его сторону и снова уставился на меня. — Что хотел Лев Валерьевич? У него послание от его батюшки?

Я перевёл взгляд с одного бывшего жандарма на другого, откинулся на спинку стула и произнёс:

— Прежде чем я отвечу, судари, я хотел бы услышать ваше мнение, стоит ли доверять графу Варзухину-старшему.

— Нет, — одновременно ответили оба и недовольно переглянулись.

— Но врать он не будет, как мне кажется, — косясь на Бородина, добавил Кабан.

— После вчерашней ночи я бы вообще не доверял никому, кто связан с верхушкой ОКЖ, — выдохнув, проговорил Бородин. — А Валерий Сергеевич… он же Винодел, был первым заместителем главы всего Корпуса Жандармов. А ещё нашим первым куратором-наставником, и…

Он как-то неуверенно замолчал, чем тут же воспользовался Кабан:

— Это он назвал Бородина Хлебом, — усмехнулся спецназовец. — А Морковкину — Зайчиком.

Бородин бросил на него недовольный взгляд, а затем повернулся ко мне. Некоторое время он собирался с мыслями, а затем произнёс:

— Вы упомянули её вчера… должно быть, по совету капитана Антохина. Капитан Морковкина была моей… моим напарником. Но она предала ОКЖ, и из-за неё погибло немало хороших ребят. — Бородин сжал кулаки и выдохнул. — Это было десять лет назад. Она уже давно мертва, как и все в секте Сластолюбцев.

Я нахмурил брови.

Название мне было знакомо — я искал информацию об известных тайных организациях в разных источниках. Разумеется, про Круг Змеевидцев не было ни слова, а вот о некой организации аристократов, которые творили всякие бесчинства с красивыми юношами и девушками, нашлось немало статей.

— Слышал о таких, — процедил я. — Даже некоторые имена могу припомнить… Эм… Например, про Зябликова много писали.

Стоило мне назвать эту фамилию, как Бородин резко всплеснул руками, а Кабан скрипнул зубами.

— Что не так? — хмуро спросил я.

— Старший лейтенант Зябликов был нашим агентом, и во многом благодаря ему секту накрыли, — прорычал Бородин. — Да, ему приходилось творить непотребства, но явно не в тех количествах и не такие жёсткие, как пишут в прессе. Это дело давно закрыто, но вряд ли даже мы — те, кто его расследовал — когда-нибудь узнаем все подробности.

Он посмотрел на своего друга и продолжил:

— Последнее время я часто вспоминал об этом деле. Объявившиеся сейчас культисты действовали как какая-то секта. Я полагал, что в ОКЖ могут быть те, кто их покрывают. Так же, как десять лет назад, кто-то смог переиначить часть истории Сластолюбцев. Но тогда я принял это… Тогда я был рад, что всё закончилось.

— Да не трынди, — махнул рукой Кабан. — Тогда я заколебался тебя водкой отпаивать из-за этой сучки, пусть земля ей будет стекловатой. Короче, Близнец, — обратился он ко мне. — Полагаю, Хлеб пытается тебе сказать, что всегда существовали какие-либо мутные организации власть имущих. И очень редко они настолько заигрываются и выходят на свет, что в итоге их удаётся уничтожить. Однако же десять лет назад именно Винодел руководил расследованием. Десять лет назад, глядя на него, я видел честного жандарма, пытающегося догрызаться до истины. И ему это, в общем-то, удалось. Дело было закрыто, мерзавцы либо казнены, либо отправлены в темницы, а мы получили свои повышения. Через пару лет после этого Винодел стал вторым номером во всей жандармерии. Но потом, правда, освободившееся место главы он занять не смог.

— У его сиятельства всегда хватало своих тайн, — выдохнув, проговорил Бородин. — Ну что, мы ответили на ваш вопрос?

— В общем и целом, — кивнул я.

А затем пересказал мужчина всё, что узнал от Льва Варзухина.

— Вот как… — задумчиво произнёс Кабан. — Стало быть, мы уволены, а вчера ничего не произошло. Хм… мечты сбываются. Согласись, Лёш?

Он повернулся к Бородину.

Тот пребывал в прострации.

Неужели не думал, что его карьера жандарма внезапно закончится?

— Как думаете, у графа Варзухина хватило бы влияния всё это устроить? — задал я вопрос, терзавший меня последний час.

Бородин мотнул головой, вновь включаясь в беседу, и поднял глаза. Взгляд его был цепким.

— У нас нет данных, чтобы что-либо утверждать, — быстро произнёс он. — Однако же обширные связи у его сиятельства в ОКЖ явно сохранились. Вот только…

Он замолчал, покосился на Кабана, а затем, глядя на меня, почесал свой левый мизинец.

Я кивнул в ответ. Тоже видел несколько видеозаписей, на которых старший граф Варзухин носит на мизинце перстень с гербом своего рода. У этого человека связи не только в ОКЖ, но и в Круге Змеевидца.

Опрометчиво считать графа Варзухина всего лишь сторонним консультантом и посредником.

Бородин грустно вздохнул и повесил голову. Должно быть, больно осознавать, что твой уважаемый наставник является членом одной очень отвратительной организации.

Кабан удивлённо уставился на нас. Но, прежде чем он успел что-либо спросить, я быстро произнёс:

— Вернёмся к этому вопросу позже. Сейчас важнее другое. Кабан, вы готовы пойти ко мне на службу?

Бородин аж замер от такого поворота событий и во все глаза уставился на нас. Кабан же подобрался и, почесав затылок, проговорил:

— Ну… Перспективы туманные… но заманчивые. Но…

— Я беру на себя возвращение ваших семей с их таёжной прогулки, — не дал ему продолжить я. — Лично тебя планирую назначить главой первой дружины.

Он удивлённо хлопнул глазами. Вчера я только закинул удочку, а вот сейчас подсекаю.

— Первой дружины рати Резановых? — Бородин не стал сдерживать своего удивления и решил тоже поучаствовать в разговоре.

Я улыбнулся — ведь именно для этого я и завёл новую тему на глазах бывшего подполковника. Я повернулся к нему и охотно пояснил:

— Вы не так поняли, Алексей Михайлович. Я зову их на службу лично к себе, а не к Резановым. Кстати, для вас у меня тоже есть шикарное предложение. Как вы смотрите на то, чтобы возглавить мою личную СБ?

Глава 24

Наша сверкающая свежей полировкой чёрная «Волга. Прима» ехала вдоль бесконечно тянущихся высоких красных стен Московского Кремля. Я с интересом смотрел в окно, невольно вспоминая всё, что мне известно об этой чрезвычайно значимой для Российской Империи крепости.

Первое, что приходит в голову сразу — даже сейчас, в двадцать первом веке, всё ещё можно услышать фразу «Москва Белокаменная». Однако же последний раз белили стены столичного кремля аж в начале семнадцатого века. Затем начались Смутные времена, во время которых было некогда заниматься покраской.

А потом эти времена довольно резко закончились благодаря князю Дмитрию Пожарскому и боярину Михаилу Романову, и с тех пор стены Кремля обрели свой нынешний цвет. А как так вышло? Однозначного ответа в открытых источниках я не обнаружил, однако же нашёл несколько похожих по своей сути легенд. Например, красный цвет Кремля символизирует огонь Пожарских, которые сжигали перед этими стенами поляков и шведов, посмевших возомнить себя (пусть и ненадолго) правителями России. Михаил Романов, как и все москвичи, смотрел на это зрелище и радовался.

Или вот ещё второй вариант: стены красного цвета, потому что они в крови… всё тех же мерзких интервентов! Вроде как это последствие массовой казни — швыряния ещё живых врагов в крепкие стены, которую устроили Романов и Пожарский в назидание всем тем недругам, которые внимательно следили за развитием событий из-за границы.

Другие варианты тоже сводятся к успешной борьбе наших предков с интервентами, которая в итоге завершилась воцарением династии Романовых, потому как князя Пожарского не особо интересовало управленческое дело и, как нас учат учебники, на престол он «даже не смел претендовать».

Спорная формулировка… Но в официальных учебниках формулировки все сводятся едва ли не к тому, что «обычный» Московский боярин Михаил Романов, считай, родился ради того, чтобы однажды возглавить страну и подарить миру величайшую династию.

— Давненько я тут не была, — привалившись ко мне плечом, произнесла Алиса. Как и я, сестра смотрела в окно «Примы».

— И я тоже, — ровным тоном проговорила Млада Распутина, поёрзав на сиденье и с невозмутимым видом прижавшись ко мне с другой стороны.

Я тяжело вздохнул и покачал головой:

— Сударыни, вы мне пиджак помнёте.

Обе дамы повернули в мою сторону свои чудесные головушки. Алиса смотрела с хитрой улыбкой, а Млада как всегда бесстрастно.

— Ткань у тебя не такая дешёвая, чтобы её было легко помять, — произнесла сестра.

— Места здесь не так много, потому приходится тесниться, — добавила Млада и отвернулась.

Графиня Распутина сегодня отказалась от своих привычных косичек и сделала сложную высокую причёску, оголив лебединую шею и ушки.

Так вот, кончики её ушей сейчас самую малость покраснели.

Я посмотрел на поднятые сиденья центрального ряда и ровным тоном произнёс:

— Пожалуй, если тут так тесно, то мне, как воспитанному мужчине, стоит опустить сидушку и пересесть.

— Тц… — цыкнула Млада и отодвинулась ближе к окну.

Алиса покачала головой и произнесла:

— Злой ты, братик, — и тоже отодвинулась.

Сидеть стало гораздо свободнее. Я даже смог развалиться поудобнее — всё-таки задний ряд в «Приме» довольно широкий.

И как я только оказался между этих двух красавиц, а?

* * *

Я невольно вспомнил полученное утром от Вани Медведева сообщение:

«Привет, старосте передать не получилось — похоже, Зинаида Константиновна приболела, и наша староста осталась за ней присматривать. Но её заместителю я сообщил».

И дальше смайлик в виде большого пальца.

То сообщение меня немного напрягло. Что такого серьёзного могло случиться с дважды одарённой баронессой, что она пропускает занятия? Да притом и Анне пришлось с ней остаться?

Однако сразу писать и звонить девушкам я не стал, рассудив, что больная, скорее всего, утром спит. Лишь через несколько часов я отправил Анне сообщение:

«Доброе позднее утро. Не сильно заняты? Есть пару минут?»

«Здравствуйте, Александр, — спустя четверть часа ответила девушка. — Пара минут у меня есть».

«Да уж… если свободна, то чего так долго отвечала?» — мелькнуло у меня в голове.

Я усмехнулся, представив, как Анна пятнадцать минут бегала по своей комнате, пытаясь придумать, что мне написать в ответ. Но ничего оригинального так и не придумала.

На этой мысли я набрал её номер.

— Здравствуйте, Александр! — выпалила Анна, едва взяв трубку. — Не ожидала, что вы позвоните!

— Отчего же не позвонить красивой девушке, когда у тебя есть её номер, — легко ответил я.

Она подвисла, а затем недовольно пробурчала:

— Всё не устаёте шутить свои шутки… и когда вам уже надоест?

— А вам когда надоест называть мои комплименты шутками? — усмехнулся я и тепло произнёс: — Рад слышать ваш голос, Анна.

Она снова пропала на несколько секунд, а затем тихо ответила:

— И мне… приятен ваш звонок. Но, полагаю, вы хотите справиться о здоровье её благородия?

— Верно, — ответил я серьёзно. — Что случилось? Её недомогание может быть связано ребёз-травой?

— С ребёз-травой? — растерянно переспросила Анна. — Эм…

Этот вопрос мне не давал покоя — всё-таки последствия принятия этого чудо-мха из Проклятых Земель всецело не изучено, и в теории возможен любой пост-эффект.

Однако же потерянный тон Анны почти сразу меня успокоил. А затем она и вовсе зачастила:

— Нет, Александр! Что вы! Приношу свои искренние извинения за то, что мои слова вызвали недопонимание и заставили вас волноваться. Состояние её благородия никак не связано с ребёз-травой. У неё, ну… недомогание по женской части. А ещё мигрень и лёгкая простуда. Знаете же, что одарённые редко болеют, но если одно какое-то недомогание всё же приключилось, есть риск, что начнутся и другие. Одно радует — всё быстро проходит. Думаю… послезавтра её благородие, а вместе с ней и я вернёмся к учёбе. Спасибо большое за участие.

Слушая Анну, я не прекращал улыбаться. Уверен, у неё был заготовлен более стройный ответ относительно «болезни» её госпожи. Однако же моя искренняя обеспокоенность состоянием баронессы выбила девушку из колеи.

— Что ж, рад слышать, — тепло произнёс я. — Желаю её благородию скорейшего выздоровления. Слышал, что болезненные женские недомогания могут на пару дней подкосить даже сильную женщину-бойца.

— Любопытно знать, где вы такое могли услышать, — проворчала Анна.

— Жизнь в приюте учит многому, — многозначительно ответил я, а затем грустным тоном продолжил: — Стало быть, вы обе вынуждены пропустить сегодняшнюю церемонию?

— Да, — твёрдо ответила Анна. — В случае, если нас буду тоже награждать, вас не затруднит принять награду? Вы официально командир нашего отряда, так что проблем с этим быть не должно.

Пусть Анна и пыталась убрать из голоса грусть, я уже очень хорошо изучил эту девушку. На самом деле она хотела бы стоять на сцене и получать награждения за свои заслуги. Анна рвалась в Проклятые Земли, чтобы сражаться с монстрами и защищать подданных Империи.

Это для неё важно.

Однако она почему-то не может появиться на публичном светском мероприятии в Кремле… Интересно, почему?

Ха… ну да, ну да, потому что у баронессы именно сегодня случились самые болезненные дни цикла, мигрень и простуда…

* * *

— Когда-нибудь в день светского мероприятия на въезде в Кремль не будет пробок, но это будет уже совсем другая история, — со знанием дела проговорила Алиса, прильнув к окну.

Уже полчаса мы стояли в пробке из дорогих машин и микроавтобусов. Сейчас я вполне мог разглядеть огромные распахнутые ворота, видел, как кремлёвские гвардейцы суетятся, проверяя пригласительные гостей, а затем направляя потоки машин к тому или иному входу «Большой Концертной Арены».

Вообще, территория Московского Кремля довольно огромная и разделена тремя кольцами стен. Внешние стены, как понятно из названия, отделяют эту территорию от остального города. За ними, до следующего кольца — «центральных стен» — располагается относительно открытая часть Кремля, с музеями, храмами, парком, аренами… Здесь проводятся массовые мероприятия на высшем уровне. А ещё тут даже простолюдины могут погулять, например, в Кремлёвском снежном городке на новогодних каникулах. Но! Без приглашения сюда их не пустят. А приглашения выдают лишь отличникам учёбы, активистам и ударникам труда.

Следующий участок Кремля между центральными и внутренними стенами ещё более закрытый. Там находятся правительственные учреждения, и там же проходят светские мероприятия для элиты среди элит. Ну а за внутренними стенами и вовсе святая святых всей Империи — дом Императора и его семьи, попасть туда могут лишь единицы.

Наша машина остановилась перед воротами, и один из гвардейцев — мужчина в парадной форме — направился к водительскому окну. За рулём сидел Бур — средний сын Бурлака. Опустив окно, он протянул гвардейцу три пригласительных. Два именных были выданы нам с Алисой, как непосредственным участникам ликвидации последствий разрыва ткани реальности. У Млады же было приглашение, выданное на род Распутиных. Отшельников-алхимиков не могли проигнорировать и не пригласить на церемонию, ибо их вклад хоть и опосредован, но всё же велик.

Проще говоря, за поставки зелий Корпусу ведьм и ведьмаков их пригласили.

Нам позволили ехать дальше, и в следующий раз машина остановилась уже возле высокого крыльца. Я поднялся с места и, аккуратно протиснувшись мимо Алисы и не помяв её платье, оказался возле двери. Сам бы вышел, да на улице полно чужих глаз — репортёры, гости…

Нужно соответствовать статусу.

Я дождался, пока Лейн — наш сегодняшний телохранитель — откроет мне дверь, и вышел на улицу. Затем галантно подал руку сестре. Алиса вложила свою крохотную ладошку в мою ладонь, благодарно кивнула и тоже вышла из машины.

Младе же руку подавал сам Бур, он и провёл её к нам с Алисой. Я видел, с какой завистью Распутина посмотрела на то, как Алиса держится за моё плечо. Млада бы с великой радостью пристроилась ко мне с другой стороны, однако же, следуя заранее согласованным договорённостям, заняла место справа от Алисы. Прибыв вместе с графиней Резановой и сопровождая её на приёме, графиня Распутина показывает, что является её гостьей.

Ну а я, так получилось, сегодняшний кавалер Алисы. Вообще, нет ничего зазорного в том, чтобы сестра приходила на приём с братом или отцом. Однако же о нашей с Алисой родственной связи официально никто не знает…

С другой стороны, в Проклятых Землях мой отряд и ратники Резановых объединились в одну группу, в которой я значился командиром. Так что вполне нормально, что мы прибыли на церемонию «Благодарности и Награждения» вместе — эдакая дань уважения совместному подвигу.

Холл Большого Кремлёвского дворца встретил нас ослепительным блеском хрустальных люстр и позолоты. Высокие потолки, украшенные фресками, словно парили над нашими головами, а стены были увешаны великолепными гобеленами.

Повсюду царила атмосфера торжественности и величия. Гости в роскошных нарядах заполнили пространство, переговариваясь вполголоса, обмениваясь поклонами и реверансами.

Столько народу… А ведь это только холл при одном входе, всего же на Арене их несколько, а в её центре — огромный зал. Если подумать, архитектура тут напоминает Проклятые Земли — тогда, во время ЧС разные группы входили в них тоже с разных сторон с целью добраться до самого Ядра.

По пути мы с девушками вежливо кивали знакомым, кто-то даже подходил, чтобы поздороваться лично с двумя графинями. Я запоминал всех этих людей, не прекращая смотреть по сторонам.

Когда мы проходили возле одного из высоких зеркал, благодаря которым холл и вовсе казался бесконечным, я с улыбкой произнёс:

— А мы неплохо смотримся вместе.

Я был облачён в синий дорогой костюм, который мне утром презентовала Алиса. Сама же сестрица сегодня надела бежевое платье с открытыми плечами. Её светлые волосы были подняты, как у Млады, которая, не изменяя себе, выбрала чёрное платье, на сей раз с чёрными, а не белыми кружевами.

— Не могу с вами не согласиться, Александр Ярославович, — с полуулыбкой проговорила сестрёнка.

Млада недовольно закатила глаза.

Ну а я невольно уставился на фон, что отражался в зеркале. Здесь были не только люди в вечерних нарядах. Хватало и гостей в парадных формах. Как, например, ведьмы и ведьмаки Корпуса — все они прибыли в тёмных парадных мундирах, что были украшены эффектной серебряной вышивкой, сверкающей в свете многочисленных ламп.

Как раз одна ведьма сейчас на нас смотрела и мягко улыбалась. Агате Игоревне форма Корпуса отлично шла, но…

Я уже привык видеть её либо в повседневной одежде, либо в боевом доспехе.

Рядом с ней стояли другие ведьмы и ведьмаки из моей группы. О, тоже заметили нас! Наплевав на нормы приличия, Артур Галкин, он же Клим, помахал нам рукой.

Хм…

Один из гостей, незнакомый мне молодой мужчина с щегольской бородкой, прожигал меня яростным взглядом. Согласно условиям посещения мероприятия, боевые артефакты мы с собой не брали, но, сдаётся мне, рукоять Когтя Рыси могла бы и немного потеплеть от такого взгляда.

Ладно, оставим пока, к нам вон справа целая делегация спешит.

И ещё одна группа молча приближается к нам слева, своим серьёзным видом демонстрируя окружающим силу и величие.

Я засмотрелся на «левых» и одобрительно улыбнулся.

То были ратники Резановых, участвовавшие в походе. Вёл их непоколебимый Григорий, который смотрел лишь на Алису и меня. Чуть позади него не менее гордо шла Лебеда. Вечернее платье и туфли на шпильках отлично сидели на этой могучей девушке. А ведь она до последнего уговаривала Алису не брать её на приём в качестве гостьи, а вместо этого позволить выполнять свою работу телохранителя. Но Алиса была непреклонна, и в итоге бедняжке Лебеде пришлось уступить место охранника Лейну.

Ратники, прибывшие на приём на отдельном микроавтобусе, поприветствовали нас поклоном и молча встали рядом.

Эх… а ведь они сегодня тоже гости. Могут ходить и развлекаться — слушать живую музыку, кушать тарталетки, пить игристое…

— Ваши сиятельства! — Предводитель «правой» делегации остановился перед нами и, показательно игнорируя меня, обратился к моей сестре и кузине. — Позвольте отрекомендоваться, директор Московского военного училища имени генерала-лейтенанта Щербатова, полковник Алтуфьев Иннокентий Романович. Алиса Ярославна, хочу поблагодарить за то, что присмотрели за моими охламонами в Проклятых Землях.

Этот высокий худой мужчина, чей китель был увешан орденами, кивком указал на тех, кто стоял за его спиной. А это, помимо фигуристой белокурой стервы в красном платье и ещё одной пары, были Телец с ребятами.

Поймав взгляд Артёма, я скосил глаза на командира их училища. Телец обречённо покачал головой. Маша, заметившая наши переглядывания, состроила весьма красноречивую гримасу, а Глеб закатил глаза.

— Рада знакомству, Иннокентий Романович, — сдержанно ответила Алиса, глядя на главу училища. — Но вынуждена вас поправить — ваши курсанты состояли в группе Александра Ярославовича. И именно Александр Ярославович после нашей встречи, возглавил объединённую группу. — Алиса указала на меня. — Так что за ребятами присматривала не я, и благодарить стоить отнюдь не меня.

— Ваше благородство не знает границ, раз вы изо всех сил пытаетесь передать все лавры вашего великого подвига несчастному сироте, — всё также игнорируя меня, проговорил Алтуфьев.

Я почувствовал, как скаканула мана в Источнике моей сестры. Однако же Алиса смогла удержать свою ярость в рамках дозволенного и с холодной улыбкой на устах проговорила:

— Должно быть, я немного устала с дороги, Иннокентий Романович. Представляете, мне послышалось, что вы только что подвергли сомнению мои слова!

Полковник Алтуфьев колючим взглядом уставился на Алису сверху вниз. Я уж было хотел встать между ними на правах сопровождающего, но вдруг почувствовал, как участилось дыхание одного из гостей.

Да, я наблюдал через поисковое заклинание за окружающим пространством и в первую очередь за тем бородатым щёголем, который всё это время прожигает меня взглядом.

Сейчас он, пыхтя как паровоз, направляется к нам.

И спешит сюда явно не с добрыми намерениями.

Глава 25

— Судари и сударыни, добрый день! — быстро поздоровался подлетевший к нам бородатый щеголь. Совсем он о манерах не забывал — даже отвесил поклон полковнику Алтуфьеву, кивнул другому мужчине из свиты полковника и подарил «их» женщинам легкую полуулыбку.

Скрипнув зубами, он бросил в мою сторону недобрый взгляд, а затем сосредоточил все свое внимание на моей сестре.

— Ваше сиятельство, Алиса Ярославна, прошу меня простить, но я невольно стал свидетелем вашей беседы, — решительно произнес он. — Полагаю, вы продолжаете благоволить этому… — он пренебрежительно глянул на меня и вымолвил: — человеку. Даже пришли с ним сегодня на церемонию, хотя я тоже вас приглашал! Я нахожу это удивительным!

— Отчего же? — с застывшей на лице полуулыбкой спросила у него Алиса.

Я чувствовал, как в источнике моей сестрички бушует мана. Сдерживаться ей становилось все сложнее и сложнее.

Впрочем, и не только ей — ратники Резановых тоже едва ли не зубами скрипели от недовольства с тех пор как Алтуфьев завел свою шарманку. Сейчас же, казалось, за нас с Алисой они готовы разорвать бородатого щеголя голыми руками.

— Ваше сиятельство, — мягко обратился я к сестре и на глазах у всех потянул ее за локоток, чтобы она повернулась ко мне. Тепло улыбнувшись, я продолжил: — Не будете ли вы так любезны представить нам этого сударя? — я взглядом указал на бородатого.

Я почувствовал как и внутри бородатого скаканула мана. Он подался вперед и прорычал:

— Я и сам могу представиться, не обременяя ее сиятельство. Перед тобой стоит боярин Глеб Вадимович Хмельницкий! — он выгнул грудь.

А затем, спохватившись, обозначил поклон графине Распутиной и Алтуфьеву с его группой поддержки.

— Александр Ярославич Егоров к вашим услугам, Глеб Вадимович, — кивнул я ему и ровным тоном продолжил: — Слышал с вашим родичем в прошлом месяце приключилась неприятность. Примите мои искреннее соболезнования.

Хмельницкий на секунду замер, переваривая услышанное, а затем побагровел от гнева. Пусть его родственник, с которым я познакомился во время своего прошлого светского выхода, был таким же мерзким типом, как и сам Глеб Вадимович, участь его печальна. Право слово, лучше бы его волки в лесу съели, чем становиться жертвой культистов-демонопоклонников да еще и во время светского приема.

И все же тот громкий случай достоянием широкой общественности не стал — в глобале нет никаких подробностей «несчастного случая», случившегося с молодым Маратом Архиповичем Хмельницким. И, полагаю, аристократская вежливость не позволяет лишний раз поднимать эту неоднозначную тему, к тому же в присутствии других бояр Хмельницких.

Но разве такие мелочи будут меня сдерживать, когда какой-то леший смеет грубить мне и моей сестре?

— Оставь их себе, — процедил боярин Хмельницкий и снова повернулся к Алисе. — Вы отказались пойти со мной на эту церемонию, ради чего? Чтобы прийти с ним?

— А почему я должна была идти с вами? — хмыкнула Алиса.

— Потому что я сделал вам предложение! — громко воскликнул он.

Изобразив удивление, я повернулся к Алисе и выпалил:

— Ваше сиятельство, вы помолвлены?

Алиса снова повернулась в мою сторону и, улыбнувшись, тепло проговорила:

— Ну что вы такое говорите, Александр Ярославич? Конечно же нет. Я бы вам обязательно сообщила, если мое сердце бы было занято, — она беззаботно хлопнула ресничками.

Я едва не расплылся в улыбке, наслаждаясь актерской игрой своей сестрички. И ведь как правильно подобраны слова и интонация? Если знать, что я ее старший брат — фраза Алисы будет восприниматься так, будто юная графиня не смеет заводить отношения без одобрения мужчины-родственника.

Но если не знать этого, смысл будет совершенно иным.

— Фух… рад слышать, — выдохнул я и добавил: — А то не хотелось бы, столкнуться с неожиданными неприятностями.

— Ну что вы такое говорите, — чуть приблизившись, Алиса коснулась моего плеча своим, — никаких неожиданностей в этом вопросе не будет, — она уставилась в глаза боярину Хмельницкому и твердо произнесла: — Ваше предложение я отвергла еще в том году. Я выйду замуж только за того, кто сможет покорить мое сердце. И только в том случае, если этот человек согласится на матрилинейный брак и войдет в род Резановых!

Что ж… только что мы во всеуслышание объявили официальную позицию рода Резановых относительно будущего моей сестры. Сделали большой шаг к светлому будущему.

Алиса гордо вздернула голову и повернулась к Алтуфьеву.

Улыбнувшись, она произнесла:

— Прошу прощения, Иннокентий Романович, нас прервали. На чем мы остановились? — сестричка изобразила задумчивость, а потом снова улыбнулась и проговорила: — между нами возникло какое-то недоразумение, но пусть оно останется в прошлом. Верно?

Сестра пронзительно посмотрела на полковника.

— Да… — ответил он, переводя взгляд с нее на меня, а с меня на Хмельницкого. — Я сопроводил наших курсантов на церемонию. По традиции, члены одной боевой группы должны принимать награду вместе, так что оставлю ребят вам. Всего хорошего.

Он откланялся, властным кивком велел Тельцу и остальным присоединиться к нам и поспешил ретироваться.

Хм… не хочет оказаться замешанным в чужом скандале? Типа самому прийти поёрничать это нормально, а как появилась третья сторона с сомнительной репутацией и еще более сомнительным поведением — лучше ретироваться?

Однако далеко отойти полковник Алтуфьев со своими прихвостнями не успел. Он сделал буквально пару шагов, прежде чем его окликнул боярин Хмельницкий:

— Иннокентий Романович, прошу вас, подождите пожалуйста.

— Слушаю? — нехотя обернулся полковник Алтуфьев.

В глазах Хмельницкого сверкнул недобрый огонек, и он произнес:

— Я прошу вас засвидетельствовать мои слова. Я считаю, что графский род Резановых нанес мне глубокое оскорбление. Ее сиятельство отказала мне — боярину Российской Империи в чести сопровождать ее сегодня на этом светлом празднике. Я мог бы стерпеть отказ, приди она с родственником, вассалом или даже ратником. Конечно же я ничего не сказал бы против, если бы ее сопровождал другой аристократ. Однако же вместо меня она выбрала простолюдина. Все это выставляет в дурном свете не только меня, но и весь мой род. И я требую сатисфакции!

— Вы хотите вызвать ее сиятельство на дуэль? — нахмурился полковник Алтуфьев.

К этому момент вокруг нас уже собралось немало зевак. Но, что больше всего радовало — ведьмы и ведьмаки Корпуса из моей группы, уже стояли рядом с ратниками Резановых. Так что, кроме Вани Медведева, все «наши» собрались вместе.

И они были явно недовольны происходящим.

— Ну что вы, ее сиятельство несовершеннолетняя и не может сражаться на дуэли, — хитро улыбнулся Хмельницкий.

— Что-то ее несовершеннолетие не помешало вам докучать ее сиятельству с предложением о свадьбе, — хмуро проговорил я, чувствуя, что начинаю заводиться.

Происходящее сейчас не стало какой-то особой неожиданностью для меня. Еще раньше я попросил Алису в общих чертах рассказать мне о делах рода, и она не стала отказывать. Разумеется, и о тех, кто жаждет жениться на моей сестре, я тоже узнавал.

А таких ухарей хватает!

И не все они хитромудрые интриганы вроде графа Воронцова, которые хотят заполучить не только (и не столько) остатки активов Резановых, а наш Родовой Дар. А значит предлагают в мужья Алисе людей без Родового Дара, готовых пойти на матрилинейный брак.

Кроме них хватает и тех, кому на наш Родовой Дар плевать. А вот активы и графский титул получить очень хочется. Например, Хмельницкие откровенно предлагали объединить рода. То есть на уровне наследников создать графский род Хмельницких-Резановых…

Увы, с моим графиком жизни последних дней, времени на то, чтобы собрать информацию обо всех таких умниках не было. Но теперь, как минимум, на Хмельницких досье у Коптера запросить придется.

Надеюсь, Бородин не будет долго думать и согласиться на мое предложение — с радостью спихну на него часть работы.

Но все это потом.

А сейчас меня очень сильно бесит один боярин, который жаждет стать мужем моей младшенькой сестричке.

Мерзавец.

Радует, что я его тоже бешу.

— Чего и следовало ожидать от простолюдина, — осклабился Хмельницкий глядя на меня с пренебрежением. — Даже элементарных вещей не знаешь! Так уж и быть, я проявлю великодушие и просвещу тебя — о помолвке аристократки можно договариваться с ее родителями еще до ее рождения! Ждать совершеннолетия уж точно не нужно.

— Ну да, — хмыкнул я, беря под контроль лишние эмоции. — Вы бесконечно правы — откуда ж мне такие нюансы знать, верно? Кстати, вы требуете сатисфакции по причине того, что считаете себя униженным и оскорбленным. Однако же первопричиной послужило то, что ее сиятельство не приняла ваше предложение о совместном выходе в свет и выбрала в спутники другого. В Императорском эдикте о дуэлях в его третьей редакции подобная первопричина приравнивается к любовному спору. А стало быть… — я выдержал драматическую паузу, наслаждаясь произведенным эффектом — люди вокруг нас притихли, жадно ловя каждое мое слово, — а стало быть с такой первопричиной на дуэль вы по закону не можете вызвать ее сиятельство. Вы вызываете другого участника спора — меня. Я вас правильно понял?

Я не удержался и хищно сверкнул глазами.

Ну хоть какое-то веселье, а! А то я боялся, что церемония будет скучной и нудной. Самому-то мне с моим социальным статусом на дуэль никого не вызвать.

Эх… тяжело быть простолюдином.

Хмельницкий пару секунд изумленно на меня пялился, а затем осклабился и произнес:

— Совершенно верно. Прошу засвидетельствовать это, — он вежливо поклонился Алтуфьеву.

Полковник нервно глянул в мою сторону. Уверен, он будет только рад, если кто-нибудь мне надерет задницу. Однако же то, что он оказался втянут в наш спор его совершенно не радует. Аристократы до конца не понимаю, как относится к Хмельницким после случившегося с юным Маратом Архиповичем — двоюродным братом, стоящего передо мной Глеба Вадимовича. Нужно ли считать Хмельницких прокаженными? Или им нужно посочувствовать? Но ведь еще и сам Глеб Хмельницкий ведет себя весьма вызывающе.

А если он убьет на дуэли одного из почетных гостей церемонии? Командира группы, уничтожившей Ядро? Одного из героев, дня?

Тогда фамилия «Алтуфьев» будет мелькать в этой истории, а допустить этого полковник уж явно не желает.

— При всем уважении, Глеб Вадимович, Александр Ярославич слишком молод, чтобы наравне сражаться с вами, — осторожно произнес полковник.

— Вы хотите сказать, что герой-спаситель Москвы слабее меня? — усмехнулся Хмельницкий. — Смею заверить, что мой подтвержденный ранг — лишь Адепт. К тому же я не дважды одаренный, в отличие от него.

Я хмыкнул и покачал головой.

Адепт, он, как же…

Может официально и да. Но я прекрасно чувствую сколько маны у него в Источнике.

— Если хотите дуэли, до начала торжественной части у нас есть время, — спокойно произнес я. — Но просто так выходить против вас я не буду.

— Испугался? — расплылся в довольной улыбке Хмельницкий. — Все слышали, судари и сударыни? — он обвел взглядом присутствующих. — Кавалер ее сиятельства графини Резановой — трус, не способный сражаться за свою спутницу!

— Просто так я сражаться не буду, — холодно повторил я, не сводя с него глаз. Хмельницкий дрогнул и отступил на полшага. — Сто тысяч ставьте на кон. Я поставлю столько же.

— Что? — удивленно выпалил он. — Деньги? Ты хочешь денег, жалкий простолюдин? Ха! У тебя у самого-то хоть есть озвученная сумма?

— Есть, — спокойно ответил я. — Сто тысяч — мое условие.

Он отрицательно мотнул головой и произнес:

— Я не буду опускаться до такого. Боярину не пристало ставить деньги. Это ниже моего достоинства.

Я мельком глянул на Алису. Она чуть опустила веки, подтверждая слова Хмельницкого.

Забавно… вроде я даже слышал о такой традиции.

Эх, а ведь до этих проблем со ставками не было! Помню, Березен без проблем поставил деньги перед нашей дуэлью. Да и Лев в свое время не стал отпираться…

Это потому что один дворянин-студент, а не взрослый боярин, а со вторым у нас был дружественный спарринг посреди ночи, а не полноценная дуэль на глазах у половины высшего света Москвы?

Нда… облом. Жаль, что раньше не изучил список имущества Хмельницких… Деньги были бы беспроигрышным вариантом — сто тысяч, как говорится, на земле не валяются.

Но что важнее выигрыша — так это демонстрация окружающим, что у меня уже есть деньги. Что я вполне могу поставить такую внушительную сумму. Тут ведь какой нюанс — мне нужно с нуля нарабатывать авторитет в высшем свете, чтобы в дальнейшем аристократы охотнее шли со мной на контакт, чтобы можно было заводить нужные знакомства.

Что в конце концов кто-то присоединился к моей, пока что не существующей, коалиции.

Ведь одно дело — сильный простолюдин с талантом полевого командира… И совсем другое дело — сильный простолюдин с талантом полевого командира, который еще и умеет зарабатывать деньги.

Из таких нюансиков образ и строится. И на его формирование в глаза потенциальных соратников нужно время.

А то пока что только мои враги знают, что ко мне стоит относиться серьезно. В глазах остальных аристократов, я не более чем «любопытный экземпляр». Эдакий хорек, который умеет делать сально — развлечение на пару минут и не более того.

Никто не станет заключать взаимовыгодные сделки с дрессированным хорьком.

Ну да ладно, не страшно, что Хмельницкий отказался ставить сотню — есть кое-что кроме денег, актуальное для меня в свете последних событий.

— Тогда ставьте новый «УАЗ. Имперец» и УАЗ «Караван». Ну а я отвечу деньгами — для меня не составит сложности поставить их на кон, — спокойно произнес я и, усмехнувшись, добавил: — Надеюсь, обозначенные машины у боярского рода найдутся?

— Найдутся, — ответил он резко. — Что ж, на этом и порешили.

— Ваше сиятельство, — дворецкий Григорий подошел к нам ближе и, не обращая внимания на окружающих, склонил голову перед Алисой. — Вы позволите мне представлять интересы Александра Ярославича при организации дуэли?

— Если сам Александр Ярославич не против, — сверкнув глазами в сторону Хмельницкого, проговорила моя сестра.

Ха, Алиса вообще не сомневается во мне и уже с нетерпением ждет шоу.

— Будьте так добры, — улыбнулся я Григорию и снова посмотрел на Хмельницкого. — Что ж, полагаю мы все решили?

— Да, — сухо ответил он и оскалился. — Встретимся на арене. Готовьте сто тысяч.

Развернувшись, он решительно направился прочь. Народ проводил его взглядом и тоже начал расходиться в разные стороны — гостям требовалось срочно обсудить новые сплетни.

Глава 26

Григорий, как и подобает отличному дворецкому, растворился без лишнего шума. Рядом со мной осталась моя расширенная боевая группа (не в полном составе) и Млада. Именно она и нарушила тишину:

— Наверное, я выражу мнение большинства, если скажу, что этот прием становится все более и более захватывающим с каждой секундой.

— Поддерживаю, ваше сиятельство, — улыбнулся ей Клим и посмотрев на меня, громко хмыкнул: — Похоже вокруг тебя, Близнец, спокойно не бывает.

— Похоже на то, — отозвался я и обвел взглядом ребят. — Рад вас всех видеть, друзья. Отлично выглядите.

— Но ты как обычно лучше всех, — хмыкнул Телец. — Или точнее сказать «приметнее»?

— Ни дня без подвигов, да? — улыбнулась мне Агата.

Другие ребята тоже высказались. В какой-то момент я заметил, как на нас неловко посматривает девушка в форме Корпуса. Поймав ее взгляд, Клим поманил ведьму ближе.

— Близнец, надеюсь, ты не против, если Яга сегодня побудет с нами? — спросил он серьезно.

Яга? Слышал этот позывной раньше, но встречаемся лично мы впервые.

— Кхм… — кашлянул лучший друг Клима — Танк, он же Фёдор Иванович Добровольский, и неодобрительно покачал головой. — Позвольте вам представить Ягодину Дарью Андреевну. Она состояла в одной пятерке со мной, Климом и… — он тяжело вздохнул, вспомнив павших товарищей.

— Очень приятно Дарья Андреевна, — улыбнулся я девушке.

Яга была невысокой, но при этом довольно фигуристой — грудь и бедра ее «рисовали» песочные часы. Весьма молодая, с острым носиком и пшеничным каре, она тут же привлекла внимания моих друзей из интерната.

Во время похода в Проклятые Земли, Яге пришлось оставить товарищей, чтобы передать информацию о монстрах в штаб. Клим рассказывал, что она хотела вернуться раньше, однако Корпус отдал ей иной приказ, и потому мы не встретились.

— Взаимно, Александр Ярославич, — кивнула она мне, а затем обвела взглядом остальных и поклонилась еще раз: — Очень приятно познакомиться со всеми вами.

Мои товарищи ответили ей вежливо, девушка немного расслабилась.

— У вас очень красивое кольцо, — заметил Боря, глядя на перстень, что Яга носила на мизинце.

— А мое колечко тебе не нравится? — хохотнул Клим, показывая ему такое же кольцо на том же мизинце.

И нет, не левой руки, как Змеевидцы, а правой. Я уже заметил, что сегодня практически все люди в форме Корпуса, пришли с кольцами на этом пальце — эдакая часть парадного облачения. Большинство ведьм и ведьмаков обладали кольцами с аметистом, что показывало их начальный уровень доступа в базу данных и магазин Корпуса. А вот у Агаты, например, кольцо было аквамариновым — второй уровень.

Забавный факт — уровни доступа распространяются не только на ведьмаков и ведьм. Вольные дважды одаренные за свои подвиги тоже могут получить такие кольца. Тем самым Корпус признает значимость этих людей для защиты Империи от монстров. Вот только редко кому «на стороне» выпадает честь получить такое колечко. В то время как все штатные ведьмы и ведьмаки сразу же получают аметистовое кольцо.

— Спасибо, — растерянно проговорила Яга в ответ.

Позади послышался шорох, с улыбкой на устах я обернулся, прекрасно зная, кто спешит к нам.

— Приветствую всех! — быстро произнес Иван Медведев.

Когда я узнал, что Анна и баронесса не смогут присутствовать на церемонии, то обсудил с Ваней, как он будет добираться до Кремля. Медведев сказал, что приедет с группой княжича Пермского.

Что он и сделал.

Собственно, сама группа во главе с Евгением Евгеньевичем Ермолаевым, сейчас тоже направлялась к нам. Когда они поравнялись, началась долгая процедура знакомства и обмена любезностями.

— Ну и поднял ты шум, Александр, — покачал головой княжич, а затем хмыкнул и добавил: — Впрочем, как и всегда. Удачи тебе. Не сомневаюсь в твоей победе и даже сделаю на тебя ставку.

Он протянул мне руку для рукопожатия.

Я ответил ему тем же.

Княжич вдруг замер, глядя куда-то мне за спину. Мои товарищи проследили за его застывшим взглядом, я тоже не стал себя изводить и обернулся.

Благодаря поисковому заклинанию я знал кто там идет, однако же хотел своими глазами увидеть этого человека. А точнее ее спутника.

Княжич Пермский с болью и ненавистью во взгляде смотрел на весьма колоритную пару — красивую молодую девушку и толстого дряблого старика с обвисшими щеками, потной лысиной и крючковатым носом.

Ольга Аркадьевна Извольская сегодня сопровождала своего потенциального жениха — барона Армана Михайловича фон Штрейзена.

О, остановились о чем-то любезно побеседовать с графом Воронцовым…

Любопытно, все эти люди заходили сюда через тот же вход, что и мы, или перешли в этот холл, услышав, что здесь происходит нечто увлекательное?

Я думал об этом, глядя на очередную делегацию, направляющуюся к нам поздороваться. Молодой граф Лев Валерьевич Варзухин улыбался во все тридцать два и легкой походкой шел прямо на меня.

— Судари и сударыни, рад всех видеть! — бодро поздоровался он. — Сколько ж вас тут много, а! Вокруг Александра Ярославовича всегда так оживленно, да?

Княжич Пермский отвлёкся на этого балагура, а когда в следующий раз глянул туда, где еще совсем недавно была Ольга Извольская — самой девушки, её кавалера и группы Воронцовых уже след простыл.

— Пожалуй, скоро уже на арену выдвигаться, да? — после длительного обмена любезностями спросил меня Лев. — Вы знали, что здесь есть специально оборудованная арена как раз для подобных случаев? Забавно, учитывая, что это здание «концертной Арены», а не бойцовской. Но аристократам часто нужно выпустить пар, — он усмехнулся и посерьезнел. — Правда вот какой нюанс — сражаются здесь по старым правилам, без оружия, секундантов и судей. Никто не остановит бой, пока один из противников на ногах.

— Значит, Александру Ярославичу нужно вырубить противника или же принудить его признать поражение, — вдернув носик, отметила очевидное Алиса.

Варзухин тяжело вздохнул и улыбнулся:

— Вот как раз с этим и есть небольшие проблемы, когда дело касается Хмельницких.

Это о чем он сейчас? У Хмельницких какой-то особый Родовой Дар, что ли?

* * *

Как и сказал Лев, здесь имелось отдельная пристройка для проведения дуэлей. Более того, в этой пристройке были еще и раздевалки с душевыми — чтобы решившие разобраться друг с другом гости после поединка могли привести себя в порядок.

А еще здесь служили специально обученные люди, которые «помогали переодеваться».

На самом же деле они цепким взглядом следили за тем, чтобы дуэлянты не пронесли с собой ничего лишнего. Но, конечное же, если сказать о подобном прямым текстом — значит оскорбить аристократа, выразив ему недоверие.

Так вот дедуля-слуга, похожий на Григория своими манерами, следил за тем как я переодеваюсь. На традиционный поединок правды русские воины выходили в одних лишь штанах-шароварах.

Собственно, точно такие штаны мне и предоставили. И больше ничего — ни рубахи, ни обуви.

— Да пребудут с вами боги, — пожалел мне удачи дедуля-слуга, проводивший меня до выхода на арену.

Голыми ступнями я шел по мягкой траве, дивясь тому, что газон здесь выращивают прямо в здании. Арена была круглой, стены выполнены из твердого камня, от которого разило маной — должно быть какое-то артефактное усиление.

Метрах в четырех над землей камень заканчивался и начинались места для зрителей, расположенные по принципу амфитеатра. Народу собралось немало — все места заняли.

Подняв кулак к потолку, я поприветствовал гостей, а затем улыбнулся и помахал «своей» трибуне.

— Вперед, Александр!

— Постарайся!

— Покажи, на что ты способен!!!

Разумеется, все эти крики шли как раз от моих друзей. Ведьмам и ведьмакам Корпуса, было отчасти плевать на чопорные аристократские нормы приличия. А глядя на них, набирались храбрости и мои товарищи из интерната. В итоге вся наша сборная солянка очень выделялась на фоне остальных трибун — там гости максимум что могли себе позволить, так это размеренные аплодисменты.

Я усмехнулся и показал друзьям большой палец.

Я невольно представил, что в будущем мой род (а в широком смысле род это не только родственники-аристократы, но и вассалы, слуги и ратники) будет очень сильно выделяться на фоне подавляющего большинства родов Империи.

Размышляя об этом, я увидел, как открылись ворота на противоположной части арены и босыми ногами на свежую травку ступил боярин Хмельницкий. Мой противник был облачен лишь в такие же штаны-шаровары, что и я. Выглядел он весьма внушительно, сделав несколько шагов на арену, он поочередно кивнул каждой трибуне и сосредоточил свой взгляд на мне.

Дворецкий Григорий мне в двух словах рассказал местные правила, так что я знал, что делать дальше.

Я направился к центру арены, где был нарисован небольшой круг. Хмельницкий последовал моему примеру, так что в кругу мы и встретились.

— У тебя есть последний шанс сохранить свои деньги и здоровье, — процедил он, буравя меня холодным взглядом. — Публично признай меня более достойным руки ее сиятельства и откажись от любых взаимодействий с ее сиятельством и родом Резановых. И тогда ты не пострадаешь. Более того… я даже подарю тебе «УАЗ. Имперец», если тебе так сильно нужна новая машина, но нет возможности ее приобрести.

Боярин противно осклабился.

Я тяжело вздохнул и покачал головой:

— Жду-не дождусь начала нашей битвы, ваше благородие. Не терпится как следует вам вмазать.

Он гневно сверкнул глазами, но мне было плевать на все его эмоции. Продолжая следовать традициям, я повернулся к нему спиной.

Рисковано так делать, когда твой противник импульсивный имбецил. Если он сейчас наплюет на все нормы приличия; честь свою, рода; гордость и в конце концов и атакует меня в спину — будет неприятно…

Неприятно потому что мне, как простолюдину, даже после такого вопиющего оскорбления нельзя будет без юридических последствий прикончить его прямо здесь на арене.

Боярин Хмельницкий смог совладать с эмоциями и тоже повернулся ко мне спиной.

— Расходимся! — произнес я громко — так как я принял его вызов, а не наоборот, то слово здесь было за мной.

Мы направились в разные стороны. Нужно сделать двенадцать шагов за двенадцать секунд, развернуться и атаковать. Притом спешить нельзя — зрители следят за происходящим, кто-то, вероятно, прямо с секундомером. И пусть у нашей дуэли нет судей, если один из дуэлянтов нарушит негласный кодекс — его род будет опозорен.

Но у меня прекрасно развито ощущение времени, так что проблем не возникнет.

Десять шагов… одиннадцать… двенадцать!

Я задержался на полсекунды, чтобы со стороны ко мне не было вопросов. А вот Хмельницкий наоборот атаковал чуть раньше, отмеренных двенадцати секунд.

Резко развернувшись, я развел руки в стороны, создав перед собой ветровую линзу. Мощный огненный шар врезался в нее, и линза дрогнула.

Я рванул в сторону по дуге, не подпитывая больше манной свою технику. Спустя секунду она разлетелась вдребезги, и огненный шар полетел в стену арены.

Однако же Хмельницкий тоже не собирался впустую тратить энергию и развеял свое заклинание, впитав в Источник оставшуюся ману. Быстро повернувшись, он вскинул обе руки. Перед ним появилось полупрозрачное оранжевое «зеркало» в полный человеческий рост. В разных частях этого «зеркала» зарождались огненные сгустки, которые летели в мою сторону.

Я продолжал бежать по дуге, а мой противник, лишь медленно поворачивался. Вслед за ним поворачивалось и «зеркало», так что бомбардировка не прекращалась. Более того, позади меня уже горела трава, а огонь явно не собирался гаснуть.

Техника простая, но в исполнении Хмельницкого кажется довольно мощной. Эти огненные шары могли бы положить целый взвод неодаренных. Да чего уж, группу слабеньких Адептов, Хмельницкий бы уже скосил подобной атакой.

Интересно, на трибунах уже все поняли, что по объему маны в Источнике боярин Хмельницкий точно не Адепт?

Он уже на уровне среднего Иерарха.

— Что же такое, Егоров? — громко воскликнул боярин, не прекращая меня атаковать. — Это все на что ты способен⁈ Юный герой Империи может лишь убегать, как трусливая мышь⁈ Ха! Я не позволю такому как ты быть рядом с ее сиятельством!

Огонь уничтожавший траву позади меня вдруг начал трансформироваться — он тянулся в одну точку, формируя очередной огненный шар. Он вырос до трех метров в диаметре и устремился в мою сторону. Слева от меня мгновенно стало жарко. А ведь меня еще и с фронта бьют бесконечными огненными сгустками!

Что ж… полагаю, в глазах зрителей я уже достаточно много времени потратил на концентрацию маны, а значит можно выдать сильное заклинание.

Я резко остановился и взмахнул обеими руками, выпуская с кончиков пальцев активированный конструкт заклинания. Буйные ветра закружились вокруг меня, обращаясь плотной полусферой.

Секунду спустя первый огненный «плевок» врезался в мою защиту, и тут же исчез. Та же участь ждала и другие выстрелы из «зеркала». Вскоре и огромный огненный шар настиг полусферу слева. Он продержался дольше мелких сгустков, однако и он не смог даже оцарапать мою защиту.

Я чувствовал, что вражеской магии снаружи не осталось — боярин Хмельницкий экстренно втянул в себя остатки маны и сейчас спешно готовит новый выпад.

Ха! Будто я дам ему на это время.

Вскинув руку я трансформировал полусферу в мощный ветровой серп, который на огромной скорости устремился к моему противнику.

Я рассчитывал, что боярин Хмельницкий, чей Источник уже вырос до Источника Иерарха, сможет «переключиться» и потратить всю сконцентрированную ману на защиту. Для всех знакомых мне Иерархов провернуть подобное было бы в порядке вещей.

Но…

Ветровой серп, не встретив сопротивления, врезался в грудь боярина…

Проклятье! Если я его убью, пусть даже и на дуэли, меня в лучшем случае отправят на каторгу, а все мое имущество передадут роду погибшего аристократа!

Нельзя! Так делать! Нельзя!

Гребанный Хмельницкий!

А гонору-то было…

* * *

Когда защитный ветровой купол Александра резко трансформировался и, в виде мощного серпа, устремился к боярину Хмельницкому, зал ахнул. Далеко не все аристократы смогли сдержать эмоции.

— Да! — сжала кулачки Алиса, а сидящая справа от нее графиня Распутина едва заметно кивнула.

— Тц! — раздраженно цокнул граф Лев Валерьевич Варзухин, который предложил на время просмотра дуэли «объединить» группы и занял место рядом с графинями.

На миг Алиса уж было взъярилась такой реакции. Чего это? Совсем недавно Варзухин выражал поддержку Александру, а сейчас цыкает, в момент его прорывного успеха⁈

Однако почти сразу сердце графини сжалось в ужасе — она осознала, что боярин Хмельницкий не успел защититься.

«Если он убьет его…у Саши будут проблемы», — подумала Алиса.

И тут же в ее голове мелькнула следующая мысль: «Но ведь тогда я просто назову его братом, и он перестанет быть простолюдином! И всё — проблем нет!»

Девушка улыбнулась, краешком губ. Мысль о том, что приставучий и наглый боярин Хмельницкий сейчас сложит голову, а она официально обретет брата, ее очень даже порадовала.

Но не тут-то было.

— Ух ты… — выпалил кто-то с соседней трибуны.

— Соглашусь с вами… Контроль заклинания на высшем уровне!

— И это в восемнадцать лет?

— Перед нами что, самородок среди самородков?

Чопорные аристократы настолько погрузились в захватывающую атмосферу дуэли, что начали комментировать происходящее.

А комментировать было что — в последний момент Александр успел потянуть свой серп назад и сейчас его заклинание зависло в воздухе в паре метров от противника.

На груди боярина Хмельницкого был диагональный порез от правого плеча до пояса. Однако же серп вскрыл лишь кожу.

Немного крови покапает, и…

Алиса удивленно замерла, а затем перевела взгляд с самой арены на огромный цифровой дисплей, по которому транслировали дуэль. Сейчас как раз оператор крупным кадром взял боярина Хмельницкого.

Порез не кровил.

— Родовой Дар пассивного типа? — задумчиво проговорила графиня Распутина, тоже глядя на экран. — Что-то вроде мгновенной регенерации?

— Не совсем так, Млада Велеславна, — вздохнул Лев Варзухин. — Дело немного в другом…

Девушки напряженно взглянули на него, однако мысль свою граф развивать не стал — рассказывать секреты чужих Родовых Даров — признак дурного тона. Пусть даже и в такие моменты, когда один аристократ свой Дар всем демонстрирует.

«А этот Хмельницкий даже не поморщился, когда брат атаковал его… Ему не совсем не больно?» — с удивлением отметила про себя Алиса.

В следующий миг боярин вдарил по Александру огненным потоком, однако же ветровая стена смела его без видимого сопротивления. Вскинув руку Александр создал воздушный пузырь на голове своего противника.

— Не может быть… такая точечная техника в таком возрасте? — послышалось с соседних трибун.

— Лишить противника кислорода? Прекрасное решение!

Алиса была с этим полностью согласна — если Хмельницкий потеряет сознание от удушения, ее брат выиграет.

Варзухин обреченно вздохнул и произнес:

— Не поможет… вот об этом я и предупреждал его…

Алиса с Младой нервно глянули на графа и сосредоточили все свое внимание на арене.

А там, будто бы и не замечая удушающего пузыря, боярин Хмельницкий бросился в ближний бой. Его тело было покрыто пламенем, при каждом ударе с кулаков срывались огненные шары.

Александр легко увернулся от первых выпадов, а затем практически в упор выпустил в корпус противника ветровой торнадо.

Ветер отбросил Хмельницкого, но тот приземлился на ноги. Он как ни в чем не бывало, хотел уж было рвануть вперед, однако вокруг него появилось сразу шесть вихрей. Они не выпускали боярина, постоянно атакую его с разных сторон.

Вскинув обе руки, Александр кончиками пальцев контролировал свою технику и, похоже, постоянно вливал в нее ману.

— Хех, — впервые за последние несколько минут усмехнулся граф Варзухин. — Похоже, наш дуэлянт решил выбить из противника все запасы маны. Отличное решение… Главное теперь не упустить тот момент, когда Глеб Вадимович окажется без защиты.

Алиса напряженно кивнула, соглашаясь с каждым словом графа. Атмосфера на арене как-то вдруг изменилась — аристократы снова замолчали, но теперь не из-за норм приличия, а из-за того, что каждый из них не желал отвлекаться от удивительного зрелища.

Глеб Хмельницкий ярился, выпускал пламя и пытался прорваться, однако же вихри всякий раз отталкивали его назад. Но боярин вновь шел на них… Казалось, он вообще не чувствует усталости.

«Очень любопытный Родовой Дар…» — отмечала про себя Алиса.

— Давай уже, Саня! — не выдержав, прорычал Телец.

— Ну же, сделай его! — поддержал его Шар.

— Вперед, Близнец!!!

Внезапно пламя Хмельницкого исчезло, и боярин начал падать без чувств.

И вновь зрители ахнули. Каждый понимал, что прямо сейчас может увидеть кровавую мясорубку — ведь боярин падал лицом сразу на два вихря.

Но…

Магия ветра развеялась, и Глеб Хмельницкий безвольной куклой рухнул на выжженную землю.

— Достаточно!!! — прогремел над Ареной усиленный динамиками властный голос. — Глеб Вадимович Хмельницкий не может продолжать дуэль.

Алиса кивнула, видя распластанное тело боярина. Затем она перевела взгляд на экран, на котором сейчас показывали широкоплечего усатого мужчину с темными волосами и карими пронзительным глазами. Одет он был в форму Корпуса, которая, правда, немного отличалась от формы других ведьм и ведьмаков — на эполетах мужчины серебряной нитью было выведено по букве «В».

Верховный Ведьмак.

Глава Корпуса, а по совместительству двоюродный брат Императора — великий княжич Николай Владимирович Романов-Новгородский.

— Я не вмешиваюсь в дуэль, — хмуро продолжил Верховный Ведьмак. — Я лишь констатирую очевидное. Победитель — Александр Ярославович Егоров. Я лично прослежу за тем, чтобы он получил положенный ему выигрыш. А теперь я прошу всех пройти в главный зал. А еще, на правах одного из организаторов сегодняшнего торжества, хочу особо подчеркнуть, что с этой минуты и до конца сегодняшнего дня любой открытый конфликт на территории Большой Кремлевской Арены и рядом с ней, я буду воспринимать как личное оскорбление, а также как оскорбление Корпуса Ведьм и Ведьмаков. Судари и сударыни, сегодня мы собрались здесь, чтобы чествовать героев. Тех, кто объединился друг с другом, чтобы спасти столицу Империи от проклятых тварей. Давайте не будем омрачать этот светлый праздник ссорами. Благодарю за внимание, жду всех в главном зале.

* * *

Некоторое время спустя. Главный Зал Концертной Арены Московского Кремля.

— Судари и сударыни, наша церемония «Благодарности и Награждения» подошла к своей финальной стадии, — пробасил Верховный Ведьмак, стоя на сцене в окружении Ведьмаков-Магистров и Старших Ведьмаков. — Все, благодаря кому мы смогли отстоять Столицу уже получили свои награды. Все, кроме главных героев — трех групп, уничтоживших Ядра Проклятых Земель.

Он властно сверкнул глазами и обвел взглядом Зал, затем с силой сжал стойку микрофона. Я зацепился взглядом за красивый перстень, который великий князь носил на мизинце правой руки.

Камень — алмаз. Ожидаемо у Верховного Ведьмака пятый уровень доступа — высший.

— Я лично хочу вручить награды членам этих объединенных групп, — громко продолжил великий княжич Романов-Новгородский. — И начнем мы с группы Александра Ярославовича Егорова! Судари и сударыни, прошу вас на сцену.

Он радушно указал на огромное пространство рядом с собой.

Я молча поднялся со своего кресла. Пусть оно располагалось почти с краю, а не где-нибудь в центре, зато в первом ряду — нам выделили по пять мест в пяти рядах друг за дружкой.

Рядом со мной и за моей спиной послышался шелест одежд. Без лишних слов мои боевые товарищи поднялись вслед за своим командиром.

Я молча направился к лестнице, товарищи не отставали ни на шаг. Мы не репетировали этот процесс, однако я уверен, выглядели ничуть не хуже ратей других аристократов, которые специально готовились «красиво» подниматься на сцену.

Мы выстроились в три ряда — организаторы церемонии заранее согласовали с нами кто и где должен стоять. Правда в последний момент они попросили взять с собой Ягу — ведь девушка оказалась в непростой ситуации — два ее товарища погибли, а два других присоединились ко мне. Наградить ее отдельно — значит проигнорировать связь с остальными, в первую очередь с погибшими.

Конечно же я охотно согласился на то, чтобы девушка до самого конца числилась в одной пятерке с Климом и Танком, а стало быть и в моей группе.

— За выдающиеся успехи боевой группы Александра Ярославовича Егорова Корпус Ведьмаков и Ведьм Российской Империи жалует каждому члену группы награду в размере двадцати тысяч рублей, а также именную золотую медаль! — объявил великий князь.

Грациозно цокая каблучками, на сцену вышли красивые девушки, которые стали надевать нам на шеи медали. Верховный Ведьмак не дождался, пока они закончат и продолжил:

— Также хочу отдельно выделить некоторых членов боевой группы…

Яге подарили артефактное кольцо с «полезными свойствами». Забавная формулировка, которую я уже не раз сегодня слышал — организаторы церемонии не объявляют во всеуслышание что именно они дарят. Не очень пафосно… Но очень правильно с точки зрения дальнейшего использования артефакта.

Агате подарили дополнительные тридцать тысяч рублей «на нужды малой группы». Хоть как-то Корпус решил помочь ведьме, которая за это лето потеряла убитыми и ранеными больше половины своих товарищей.

Алису тоже не обошли стороной — ей подарили золотой меч с памятной гравировкой. Примечательно, что, когда Верховный Ведьмак объявлял подарок, он хмурился. Сложилось впечатление, что Романову-Новгородскому не нравится то, что он дарит…

Как же так вышло? Тот, кто готовил дары, решил тонко подколоть графиню Резанову? Ведь золотой меч ценен, но в бою бесполезен… Тонкий намек на то, что из нашего Рода больше не выходят Первые Мечи Империи?

— И наконец мы подошли к лидеру этой феноменальной группы, — отбросив негативные эмоции, проговорил Великий Ведьмак и повернулся в мою сторону: — Александр Ярославич, я лично выбрал, чем одарить тебя. Я долго думал, какой подарок будет уместен. Однако же ответ все это время был на поверхности. Я узнал, что Агата Игоревна брала для тебя в аренду доспех… Вопиющая несправедливость, что у такого воина как ты до сих пор нет своего доспеха. В арсенале Корпуса, я подобрал тебе достойную броню! Ее после завершения церемонии доставят в машину, на который ты прибыл. Сейчас же я передам тебе вот это, — он взял в руки небольшую коробку и подошел ко мне.

На дне коробки лежал перстень с аквамарином.

Ух ты… Корпус признал мои заслуги? Однако же…

— Поздравляю, — Верховный Ведьмак крепко пожал мне руку, когда я принял у него коробочку.

Вернувшись к стойке с микрофоном, он снова посмотрел на меня и громко произнес:

— И еще кое-что, Александр Ярославович. Негоже, что такой выдающийся воин не имеет своего дома. Совместно с генерал-губернатором Москвы Корпус дарует тебе квартиру в центре столицы. Примерно через неделю можешь перевозить вещи.

От Автора: Уважаемые читатели, на этом пятый том закончен. Спасибо, что прочитали его, увидимся на страницах следующего тома.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Дважды одаренный. Том V

Content

Дважды одарённый. Том V

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene