Сказание об Оками 5

Глава 1

Ласковое январское солнышко светит, песочек под босыми ногами хрустит, море, обычно бурное и штормящее в это время года, сегодня гладкое, как разлитая на ровной поверхности ртуть. Хорошо. Офигенский пейзаж. Вообще Узушио весь изрезан скалистыми уступами, но есть и несколько прям идеальных пляжей, на один из которых мы сегодня и выбрались. Не для того, чтобы поваляться в шезлонгах, изображая тюленей, конечно. И не затем, чтобы искупнуться. Климат на моем острове также шикарный, но зима есть зима, вода всего градусов двадцать. Не околею, конечно, но приятного в такой плавать мало. Так-то можно изнутри энергетически себя подогреть, но не настолько я люблю купаться в море, чтобы заморачиваться. За прошедшие два с половиной года, проведенные здесь, всего несколько раз в водичку залезть сподобилась. Мне было некогда.

Бей первым. Фумито отлично выучил этот мой урок и наверняка собирался ему последовать. Но задница биджу ему, а не уступка, я зарядила красавчику сжатым кулаком точно в солнечное сплетение. С ним у меня этот удар проходит раз из трех. Это не так плохо, учитывая, как много мы тренируемся вместе и знаем все ходы друг друга. Сейчас не прошло. Не-Узумаки выставил блок и, ударив его по предплечью, я резко ушла в сторону, чтобы не попасться на контратаку.

Не попалась, и останавливаться нельзя. Кто застыл на месте – тот слил поединок. Шиноби часто этим грешат, складывая длинные цепочки печатей. Пусть не больше нескольких секунд на это тратят при развитом навыке, но и столько уже почти вечность в бою.

Резко поменяла стойку на нижнюю и, используя преимущества невысокого роста, атаковала пинком в колено. Жестко и без малейшей жалости. У нас тут первоклассный ирьенин имеется, для нее срастить какой-то там перелом сустава – раз плюнуть. Даже коновалы из Ивы с таким без проблем справлялись. Что уж говорить о гениальной Цунаде-химе? Да и ученицы у нее годные. По крайней мере Шизуне.

Моя атака получилась. Фумито ожидал, что я выберу целью сустав, а их выбор не так и велик. Чуть не подловил меня, схватив за конечность. Пришлось резко толкнуть себя вперед, уткнувшись головой ему в грудь. То, что рубашку он не носит, сразу чуточку сбило меня с настроения продолжать именно драться. Но порыву не поддалась, попыталась, раз уж мы в клинче, заехать парню по почкам. Их тоже не так сложно вылечить, если отобью.

Нарвалась на борцовский захват. Сама научила, сама последствия расхлебываю. Бороться вот с таким противником, как минимум двукратно опережающим меня по массе и мускульной силе, бесперспективно. Зато отчасти приятно. Позволила обхватить себя за талию и провести бросок, а когда оказалась на песке – подсекла ему ноги. Ну все, окончательно спарринг перешел в поддавки. Сначала я допустила, чтобы меня бросили, затем партнер как бы недосмотрел и разрешил себя повалить. Совсем рядом друг с другом теперь лежим. Очень удачная поза, чтобы перейти к чему-то поинтереснее мордобоя. Жаль, место и зрители наоборот, неподходящие.

– Фу, О-тян, на вас же дети смотрят! – воскликнула Чико.

И правда смотрят. Вон они, четыре рыжих вихрастых макушки, одинаково лохматых. Под меня мелкие косят. Я как волосы слегонца отпустила, причесываться ленюсь и они на моей голове чуть ли не дыбом периодически стоят.

– Ула! Сестленка победила! – это Фуоки. Ее легко распознать не только по более темному оттенку кожи, но и по голосу. Есть в нем некая потусторонняя хрипотца, как будто спящая внутри малышки мощь ожившей термоядерной реакции на мгновенье пробуждается. Или это сенсорные способности меня так заморочили? Я единственная в нашей деревне, кто отчетливо ощущает биджу, запечатанного в девочку. Даже прирожденный сенсор, Марин, не очень-то его и чувствует. Говорит, что чакра странная на вкус, вот и все на том.

– Это потому, что у блатика меся нет, – с серьезным видом эксперта в поединках объявил Наоки, единственный мужчина в их компании трехлеток, сейчас практически неотличимый от своей близняшки. Вот он постоянно на стороне старшего брата во время любого спарринга.

– Дя! – радостно подтвердила его сестра Каоки. – Самулай с месём… забыла сто!

– Меч и воин едины… – неожиданно взрослым тоном с идущей наверняка от биджу хрипотцой начала Фуоки, но закончила обыкновенно картавым детским, – как я и мишка! – стопудово выставила при этом напоказ своего плюшевого медведя, которого ей подарил Скай. Не знаю, каким путем игрушка тут за много лет безлюдного запустения сохранилась, но вот, нашел где-то горец. Я медвежонка как следует дезактивировала перед тем, как детям передать.

– Давайте плинесем блатику месь, – предложила Карин, чем вызвала у всей мелкой компании краткосрочный приступ энтузиазма.

– Никаких мечей. Вы дети, вам нельзя! – сурово объявила им пузатая Каноно, выполняющая сегодня роль общей мамочки. Не потому, что толстая, а от того, что у них с Миурой таки получилось размножиться. Ну, почти. Осталось самое простое – выпустить новую жизнь наружу, когда сроки подойдут. Опять же, при наличии гениального целителя – чисто формальность, а не риск. Наставница уже определила, что там будет очередная девочка. Че они так долго с продолжением рода тянули – не моё дело. Я к ним в койку не лезу, они к нам с Фумито в комнату любопытный нос одной рыжей толстухи не суют, всё честно. Так-то это только наше дело, что там такого за закрытой дверью происходит или не происходит.

– А мне Миула-сенсей подалит месь. Иглусесьный, – тут же похвалился всем Наоки. Всё. Теперь придется самураю четыре деревянных катаны, подходящих им по размеру, строгать. Да еще и с ножнами, конечно. Ведь обучение мечников начинается с того, как правильно извлекать клинок. Так-то им уже вполне пора начинать тренироваться. Я в их возрасте как раз была, когда поняла, что я вконец взрослая и должна упарываться тренировками.

Вообще, жалко мелких во всю эту многолетнюю канитель погружать. Но у них хоть какое-то детство есть. Да что там, офигенные у них ранние годы жизни. Мама Каноно, мама Марин, папа Коху и папа Миура. Крутецкие старшая сестренка Оками и братик Фумито, ну и куча не совсем родственников, но тоже их чуть ли не в попу целовать готовых взрослых.

Что Чико, что Шизуне, что Бьючи-сан, что любой из матросов с Шохеймару в малых души не чают. Возможно потому, что в данный момент это единственные дети на Узушио. А может быть от того, какие они все милахи. Я в их возрасте была маленьким злобным зверенышем, а тут истинные ангелочки.

– Меч получит только тот, кто будет съедать всю свою кашу, – объявила условие Каноно и детские мордашки поскучнели. Рисовая каша, ставшая основной нашего рациона, большой популярностью у мелких не пользуется. Это я виновата. Как-то ляпнула в сердцах “да задрал меня этот рис!” и всё, “лис задлал” стало обязательной присказкой при попытке накормить мелкоту.

Так-то что-то повкуснее риса у нас всегда есть. Во время каждого визита на континент кэп набивает печати хранения гостинцами. Но во-первых, в местных традициях именно такая диета, во-вторых, питание обязано быть сбалансированным, на одних лишь сладостях только растолстеть и получится.

– Блатик, а ты не ушибся? – Фуоки, самая неугомонная, но одновременно и самая сердобольная, подбежала к нам, ускользнув от бдительного ока Каноно и, схватив Фумито за руку, потянула его вверх, чтобы помочь подняться на ноги. Какая бы космическая мощь внутри крошки ни таилась, скрытая за печатями, физически она маленькая девочка, почти обычная. Но настойчивая. Моему спарринг-партнеру пришлось встать с песка. Следом уже и меня вверх крошечные ручки потянули.

– На холодном лежать нельзя. Попу плостудишь! – объявила джинчуурики и со смехом убежала к своим ровесникам, таким же рыжеволосым. Ей мы красный цвет волос закрепили при помощи крошечной фуин у основания шеи. Так проще, чем постоянно подкрашивать. Такое вот устойчивое хенге постоянного действия, подпитываемое чакрой семихвостого, постоянно утекающей через далеко не идеальные печати. Тут и маскировка, и утилизация лишней энергии. Идеально получилось.

– Вот-вот, – подтвердила Чико. – Иди сюда, моя очередь, знаешь ли.

– Скукота! – протянул Наоки. – Опять сестленки пылиться будут.

Ну да, наши с Чи-тян ментальные поединки реально скучные для стороннего наблюдателя. Всего-то садимся друг напротив друга и пыримся глаза в глаза. Гендзюцу шарингана против моей почти непробиваемой ментальной брони. Ну как почти. Двадцать две минуты – мой рекорд, после которого красноглазая наконец-то меня пробила. С тех пор, как у нее получилось под руководством Цунаде-самы сформировать печать Бьякуго, одолеть Учиху в дуэли взглядов стало невозможным. До того ей фатально не хватало чакры, чтобы держать глаза активными и применять техники такое долгое время, но ромбовидная фуин на лбу – это офигеть какое преимущество. Мои упражнения на контроль также позволили ее гендзюцу стать в разы более эффективными.

Чико теперь настоящий монстр. Однажды она и сама это поймет, после чего сделает попытку убиться об Орочимару. Пока ее удерживает в основном то, что где именно искать нукенина – она не знает. Вот реально, какой бы имбой ни был шаринган – не верю я в то, что Учиха сможет вальнуть одного из трех легендарных саннинов. То, с какой легкостью ее все еще колотит Цунаде-сенсей на тренировках, это только подтверждает.

Сегодня я продержалась против попытки загнать меня в гендзюцу на целых десять секунд дольше, чем в прошлую нашу тренировку, позавчера. Наблюдавшие за схваткой детишки вовсю зевали. Реально так тоскливо смотреть или им кто-то подсказал, что скуку надо именно так демонстрировать?

Наверняка Скай. Он тоже без ума от мелких, но учит их исключительно плохому. У Каноно чуть пар из ушей не пошел, когда Наоки ей заявил, что он украл Карин и Фуоки и теперь они его гарем. Каоки тоже в гарем хотела, но сестер туда не берут, из-за чего мелкая целый вечер хныкала “хосю в галем”, но ни одного желающего ее похитить юного горца подходящего возраста в Шинигакуре не находилось.

Ага-ага, Шинигакуре – Деревня, Скрытая Смертью – новая столица Узушио. Шикардос название, я сама придумала. Мне пытались возражать, что так не принято и вообще, но королева я или где? Упорно использовала именно такой вариант и вот таки прижилось. Между прочим, уже почти пятьдесят человек жителей, а как только кэп сделает рейс в Страну Волн за желающими переселиться – станет еще больше. Обрастаем потихоньку населением.

Начали-то мы всего лишь со старого убежища, обнаруженного на острове. Не очень глубокий, но отлично защищенный бункер, полный запечатанных запасов пищи и воды. Не самой вкусной, но вполне здоровой еды. А самая главная ценность – сами печати. Сотни драгоценных печатей хранения, на порядок больше, чем нужно нам самим. Хитрые Узумаки использовали в качестве подложки под них тонкую металлическую фольгу, что сделало фуин намного более долговечными относительно бумажных.

Первую партию в сто штук я, скрепя сердце, разрешила продать в Страну Мороза. Нам офигеть как не хватает бабла, а тут получилось целых два миллиона рье. Думаю, с ценой нас налюбили. Но куда деваться? Бюджет не резиновый. Пополняем его, как можем. Даже пиратством не брезгуем. Кирифунэмару под флагом Кровавого тумана и с командой под хенге периодически щиплет пёрышки разного рода барыгам, чаще всего из Страны Воды. Пару раз удавалось неплохой куш снять, хотя в масштабах острова, конечно, крошки, а не доход.

Так вот – начинали с того, что жили в убежище, рассчитанном на несколько сотен человек. Не предел мечтаний, но места на всех хватало. Затем нашли небольшой городок в приличном состоянии и за пару-тройку месяцев ударного труда перетащили оттуда полтора десятка домов. Благо, местные здания в традиционном стиле легко разбираются и легко собираются, а моряки, ходящие под парусом – это всегда еще и годные плотники.

Главная наша проблема, конечно, радиация. Поначалу ее закрывали, попросту прицепив к каждому поселенцу Кацую, включая младенцев. Не лучшее решение, слегонца напряжное для Цунаде.

Но по истечению первого года на острове наш специалист по фуиндзюцу выдал таки две суперских печати. Одна – для дезактивации местности, очищающая от зараженных частиц определенную площадь, с максимальным радиусом метров в двести.

Вторая – та самая защитная татуировка, которую я изначально заказывала. Плюс регулярные медосмотры всего населения и обязательный прием витаминок, которые Цунаде-химе начала делать после нескольких месяцев эксперимента над рыбами. Конечно, никакие это не витамины, а что-то сложное, выводящее радиацию из организма.

В принципе, каждой из трех мер самой по себе уже хватало бы для осторожного освоения острова. Ну а в комплексе так вообще офигенчик. Дезактивационная фуин на бункер и деревню, обязательная очистка воды и пищи, защитная татуировка под лопатку каждому, в том числе и детям, непременный прием пилюль. Как результат – ни одного заболевшего.

Вот что значит грамотный управленец во главе. Это я не про себя. Королева царствует, но не правит. Не знаю, откуда ко мне эта фраза прицепилась, но прям про меня, в точку попала. Я, конечно, участвую в принятии решений и весит мое упрямое королевское слово много, но истинной правительницей острова, взвалившей на себя вообще всё, стала Сенджу Цунаде.

Я даже не представляла, сколько всего порешать потребуется, когда задумала сюда переселяться. А она взяла и начала системно и последовательно от одной проблемы к другой переходить, пока основные вопросы не оказались закрыты и жизнь на нашем теперь уже обитаемом острове не стала вполне себе комфортной. Не как в Конохе, конечно, но нефиг сравнивать огромный город и мелкую деревню на несколько десятков человек. Вон, в Скрытом Водопаде тоже электричества не было. И у нас пока нет, но вопрос решаемый.

Думаю, из наставницы офигенская хокаге получилась бы, если бы ей предложили. Не предложат, конечно. Очень уж сильно репутацию бухлом и азартными играми Цунаде-сенсей себе испортила. Как такой власть над скрытой деревней всучить? Ну и офигенно, что Сарутоби-сама на своем месте сидит и на нашу “госпожу мэра” рот не разевает. Задницу биджу ему, а не мою наставницу. Она нам самим тут нужна. Загруженность работой, если задуматься, тоже вполне себе форма социального эскапизма, не уступающая в уходе от тяжелых мыслей бухлу и игромании.

Убежище в итоге стало нашей ратушей, центром Шинигакуре, в котором обитает наставница и где она проводит большинство тренировок. Остальные же переселились в нормальные человеческие деревянные дома. Планировка деревни вышла спиральная, повторяющая камон Узумаки, являющийся еще и гербом Узушио.

Как один день два с половиной года пролетели, короче. Пару недель назад мне шестнадцать исполнилось. Совсем уже взрослая кобыла. Даже какие-никакие титьки выросли. Прям уверилась, что это заслуга печати Бьякуго, потому что и Чико и Шизуне, не без моей помощи, с упражнениями на контроль тоже ее одолели и тоже там, где мужикам нравится, округлились. Мужчинок для них, правда, особенно не завезли. Есть матросики-пиратики, но на них обе фифы смотрят, как на голоногих, недостойных внимания клановых аристократок. Есть Бьючи-сан, но его акулья внешность явно на любительницу, каковые где-то в Стране Воды живут. Скай в наличии, вот уж кто был бы не против хоть с одной, хоть с другой, хоть с обеими. Но у пастуха, каким бы он красавчиком ни был, шансов около нуля. Но это так, проблема, которую обе моих соученицы таковой не считают, им и без мужского внимания неплохо.

Глава 2

По пути от тренировочного пляжа домой, в Шини, прокрутила в голове, чего именно я тут добилась за два с половиной года затворничества.

Как Королева много чего достигла. Колония построена и развивается, несмотря на траблы с нехваткой бабла в бюджете. Спасибо наставнице Цунаде. Она, кажется, вообще спать перестала – вся в заботах. Если никого не подгоняет и не контролирует на постройке деревни, то или вся в медицинских исследованиях, или что-то просчитывает, ведя бухгалтерию острова, или учениц гоняет. Включая меня.

От Сенджу-самы и мои успехи как энергетика-шиноби произрастают. Печать Бьякуго оказалась настолько потрясным дополнительным хранителем чакры, что взрывные фуин на теле я для этой цели использовать перестала. Хотя и сводить не стала. Это подарок от Минато, которого до сих пор до слез жалко. Как и сестренку Кушину. Как и их ребенка, который я уже вовсю сомневаюсь, что погиб. Хатиро, мой единственный агент в Конохе, ничего о младенце-джинчуурики узнать не сумел. Кроме того, что того держат где-то не в деревне. Ну как младенце. Он ровесник моей собственной мелкоты. Был бы отличным дополнением к их рыжей банде.

А то мне, знаете ли, не хватает еще двух детишек того же возраста, чтобы две полноценные команды генинов собрать и лет через десять с ними на мудацкий чунинский экзамен заявиться. Вот мои там шороху наведут! И еще сильнее всех впечатлят, если в команде больше одного джинчуурики будет. Ребенок Кушины – генетический Узумаки, то есть мой подданный. Не забываю об этом.

Но так-то, конечно, никто мне мальца не отдаст. Коноха – не ублюдочный Водопад. Быстро отыщут, куда малой делся. И что тогда, воевать с ними? Да и не факт, что ребенку от того будет лучше, у нас тут неплохо уже, но не курорт. Он сейчас наверняка наслаждается жизнью в приемной семье. Если не любящей, то хотя бы изображающей любовь по заданию хитрозадого хокаге. Три года это, судя по нашему детскому саду, вполне уже себе личности, с характерами и желаниями. Обидишь, начнешь такого заставлять рис кушать, а из-под печатей девятихвостый ублюдок полезет. Это не семихвостый биджу Фуоки, почти индифферентный к окружению, а злобная зверюга, готовая разрушать все вокруг. Я знаю. Три с небольшим года прошло, как я ему в глаза посмотрела, а до сих пор в дрожь от воспоминаний бросает.

Так вот, о моих успехах, как энергетика. Бьякуго – потрясная штука, а не только прикольная ромбовидная татушка. В сравнении с взрывными печатями мое новое приобретение кажется бездонным колодцем чакры, который я заполняю каждую свободную минуту, но наполнить не могу. Постоянное накопление энергии уже стало безусловным рефлексом. Действием, выполняемым подсознательно, как дыхание. То есть никаких напрягов, только медленное, но постоянное запасание. Конечно, я не только подзаряжаюсь, но и расходую, но баланс пока очень положительный. Так-то емкость фуин-аккумулятора ограничена, но до ее предела я пока что не добралась.

Имея безграничные запасы чакры, я довела до апофеоза свой привычный арсенал техник. Эхолокацию теперь спамлю так часто, что временной лаг между активациями почти отсутствует. Реальное звуковое зрение, к которому и мозги охотно адаптировались. Моя режуще-рубящая техника, которая когда-то называлась призрачным ножом, теперь способна разрубать пополам корабли не хуже, чем лучшие попытки Миуры-сенсея. Кинетический импульс вырос в полноценный телекинез, довольно-таки точный. Я им могу с полки пирожок теперь взять и почти не помять. Ну или вздернуть за горло какого-нибудь ублюдка и подержать в воздухе. Жаль, испытала пока только на манекенах. Я реально крутая. Хотя в спаррингах против Цунаде регулярно сливаюсь. Не пойму, чего мне не хватает.

Может быть, дело в том, что какая бы у наставницы ни была офигенская регенерация, я ее люблю и боюсь поломать? Ну вот, таки высказала эту мысль. Как-то сама не ожидала от себя, что близкие люди станут настолько для меня важными. Я за любого из своих хоть кого голыми руками. Даже за вредную дурочку Чико и задаваку Шизуне. Реально как сестренки воспринимаются, а не партнеры по обучению.

Что еще о моих успехах сказать? Я таки научилась делать свою руку зеленой и светящейся. И скальпель чакры освоила, правда, не тот, что показывали, а на базе моей бритвы, без лишних визуальных эффектов. Учитывая имеющиеся знания, я теперь вполне себе годный ирьенин. Но медицина – это все еще не моё.

Ну и успехи в личной жизни, конечно. Всё у нас с Фумито офигенно. Настолько офигенно, насколько вообще может быть у парочки, даже комната у нас общая. Не будь мне влом заниматься уборкой, уже съехали бы от родителей. Ну, от Каноно и Миуры, которым я своей королевской властью брак узаконила. А так, все домашние дела матушка парня на себя взвалила, а я и рада. Королева я или горничная? Возвращаясь к отношениям, подозреваю, что так всё хорошо идет от того, что мы регулярно метелим друг друга на тренировках. Возникли к партнеру предъявы – зарядить по мордашке со всей дури на спарринге. И всё, пар выпущен, снова сплошная влюбленность, взращенная на гормональном коктейле.

И пока у нас тут тихая идиллия, в большом мире все совсем не так хорошо. Коноха и Кумо новую войнушку устроили. Не очень масштабную, далекую от тех, какие мировыми войнами шиноби назвали, но всё равно жесткую заварушку. Славься великий пацифист Сарутоби-сама! Че тут еще скажешь. Причем, как и почти во все прошлые конфликты, повоевали без достижений основных целей. Проверили противника на прочность. Убедились, что сандайме хокаге не выживший из ума маразматик, а йондайме райкаге не сопливый мальчишка и разошлись. И нафига было начинать?

Кстати! Оба их титула глупость. Что огонь, что молния не отбрасывают тени, так как они источники света. В теории при ярком освещении можно-таки увидеть тень огня, но это редкие частности. А уж какой силы должен быть свет, чтобы и молния тень отбросила, я вообще с трудом представляю. Не, понятно, что это всё образность и метафоры. Но мне приятно думать, что я самая умная и нахожу несуразности в, казалось бы, очевидных для всего мира вещах.

Теперь у старины Хирузена вроде как с Ивой какие-то терки намечаются, как Хатиро мне через волчью почту написал. Не думаю, что он мне прямо-таки секретную информацию сливает. Так, держит в курсе общеизвестного. Не удивлюсь, если под диктовку старейшин клана. Но даже такая ниточка в Страну Огня лучше, чем никакая.

Хотелось дойти до дома и как следует пожрать – после тренировки я всегда голодная. Но буквально пятьдесят метров до границы деревни не дошли, как на пути замаячила знакомая сухопарая фигура. Анбушный дед. Точнее, его привидение.

Я как-то предполагала, что когда мы сожгли тело старика – и дух его обрел упокоение. Но нет, в первый же день по прибытию на остров наткнулись на десяток подозрительных клонов. Старый нас ни разу не помнил, но увидев обилие рыжих шевелюр, отнесся удивительно благосклонно, решив, что мы все Узумаки. Объяснили ему, кто мы такие и зачем приперлись. Нормального диалога не вышло. Теневые клоны, во всяком случае эти, не совсем полноценная копия человека, а упрощенная, зацикленная на выполнении определенных задач. У мертвого АНБУ это защита острова от чужаков. И, находясь при исполнении, он, клонированный дед, вполне себе верный союзник официальной администрации.

Жаль только, страдающий от перманентной амнезии. Каждый новосозданный клон не имеет воспоминаний предыдущих, а срок его жизни ограничен вложенными запасами чакры. Пара дней в том случае, если копия шиноби не использует никаких техник и вообще не очень активничает. Подпитать из своих резервов у меня не получилось. Внедриться в готовую закукленную технику и поделиться с ней энергией оказалось вне моих сил. А жаль. Сейчас удалось частично обойти ограничение очень простым способом – клоны ведут дневник, оставляют друг другу записки, используя шифр. Едва проявившись, очередной старикан читает послание от предшественников и потому в целом в курсе происходящего.

– Вы Оками, нынешняя Узумори, – поставил меня в известность “призрак” о том, что понимает, кто перед ним. Этот титул, не вполне королевский, означает “Защитница Водоворота”. Мне нравится, как звучит. Получше, чем Узукаге, предложенный кем-то. Каге – их целых пятеро, и они в великих странах, а Узумори всего одна. Даже подумываю, не принять ли себе такую фамилию. И с Узумаки очень близко.

– Да, это я, – за время общения с этими клонированными я поняла, что говорить с ними надо четко и по делу, желательно вежливо, чтобы ограниченные ресурсы не тратились на негодование, нацеленное на невоспитанную молодежь.

– Наблюдательный пост на северо западе заметил корабль, – четко доложил АНБУ и исчез в облачке чакры. Маразматик. Я же их всех однозначно предупреждала, что чем меньше техник, тем дольше протянут. Но нет, привычки, заработанные еще при жизни, из клонов не изжить.

Что до новости о корабле, сходу я подумала, что это Шохеймару возвращается. Кэп в этот раз должен попытаться навербовать каких-нибудь женщин посимпотнее для создания ячеек общества с его матросиками. В целом мы и так тащим с берега всех, кто соблазнится перспективой поселиться на отдаленном острове. Но вот в этот раз прямо целенаправленный рейд за невестами, по заветам нашего охочего до противоположного пола горца.

Рецепт такой – выбрать страну победнее, найти в ней самую нищую деревню и послать туда парней свататься, пообещав хорошие откупные за тех девушек, которые согласятся стать женами моряков. Бабла жалко. Но если начать именно что тырить людей – разговаривать с нами перестанут. Сейчас кэп повел Парящего в Страну Чая, заодно обещал все свободные печати собственно чаем набить. Нет, не должен он был так быстро вернуться и тем более не с той стороны. То есть какие-то левые ублюдки к нам планируют заявиться. Может быть, решили, что раз мы тут живем, то проклятье Узумаки крякнулось и чего бы тогда остров у кучки придурков не отжать?

Эффективная сенсорная техника, позволяющая посмотреть до горизонта, на всем Узушио есть только у меня. Это я про свои воздушные линзы. Так-то примитив, но ничего лучшего все еще нет. Потому, не задумываясь, рванула к наблюдательной точке на берегу, откуда можно будет рассмотреть судно. Успела только сказать Фумито, чтобы оповестил наставницу и Миуру.

Так-то кто бы там к нам ни приплыл, мы с нынешним составом отмахаемся, если там только не взрослый и хорошо контролирующий биджу джинчуурики приперся. Вот его завалить не хватит сил ни у меня, ни у наставницы. Еще проблемы могут быть, если какой-нибудь каге нас прижать вдруг захотел. Ублюдок Ягура, например, который так и зажал свой автограф. Вот прям хоть свергай его, чтобы потом у преемника образец подписи выпросить, если тот окажется адекватнее.

– Эй, эй, а ты куда, Чи-тян? – на ходу спросила я у увязавшейся за мной Чико.

– Посмотреть, кто там плывет, – разговаривать во время бега нам с ней несложно, обе в достаточной степени профи, чтобы не было потребности беречь дыхание. – Ты, О-тян, слепая, как крот, в сравнении со мной. Сделаешь свои линзы, я через них посмотрю.

Внезапно логично. Учиха Чико, может, и туповата, но додзюцу дает ей офигительно острое зрение. Ладно-ладно, не такая она и тупая, нормальная сообразительная девчонка… то есть уже вполне себе взрослая молодая женщина. И как шиноби она ничего так, молодец. Учихе Фугаку стоило бы наступить на горло своей гордости и начать заманивать мою подружку обратно в клан, обещая полную амнистию. Но нет, ничего такого. Когда я через Хатиро передала письмо для Хирузена с намеками “простите дуру, она не хотела ничего плохого”, получила ответ в духе “клан Учиха сам разберется, что делать со своим дезертиром”. Так что Чико, как и все у нас, носит протектор Водоворота. Включая Цунаде и Шизуне, которые официально не дезертировали из Листа и находятся в “творческом странствии” или как-то так. Всё, для Конохи момент упущен, теперь это моя наставница и моя подруга, а не их внучка Хаширамы и ее воспитанница.

Оказавшись на удобном обрыве, сформировала оптическую конструкцию и начала шарить по морским просторам. Есть! АНБУ, может быть, и мёртвый, но не бесполезный. Все верно предупредил. Корабль. Двухмачтовый парусник по типу нашей шхуны, только не с таким пузатым силуэтом. Более вытянутый, рассчитанный на скорость. И на флаге у них… сейчас… сейчас…

– Скрытый Камень, – первой рассмотрела темноволосая девушка. – Их камон на мачте.

– Неожиданно, – вслух признала я. Мысленно добавила к сказанному несколько не очень крепких ругательств. С Ооноки-самой мы почти друзья. Он той фигнёй, что у меня получилась в Стране Водопадов, по полной программе попользовался. Но так чего сейчас приперся? Не лично, скорее всего. У него же радикулит, большое препятствие для того, чтобы путешествовать. Послал ко мне скорее всего кого-то…

– Вижу мужчину с одной рукой и несколько шиноби Ивы, – продолжила Чико показывать, насколько у нее зрение лучше моего. Я-то максимум силуэты человечков разглядеть в данный момент способна.

Ито! Не думаю, что у Скрытого Камня прямо-таки большой запас одноруких ниндзя. Так что стопудово мой первый куратор к нам плывет. Возможно, в сопровождении команды Раз-Два-Три. Послать ко мне шпионить того, кого я неплохо знаю и не придушу на месте – хорошая идея. Но так-то я их пустить на остров не могу. У нас тут типа проклятие Узумаки и Шинигами лично пожирает душу каждого, кто не рыжий. Такая вот официальная версия.

– Могли бы и с волками письмо передать, все равно на их территории моя стая живет, – проворчала я. Насчет места обитания волков, кстати, несколько фигово. Надо будет зубастых к нам на остров всех переселить. Тут места хватит, хотя со жратвой им станетне очень вольготно. Это в Долине Судьбы всякая мелкая живность, типа кроликов, вовсю плодится. А у нас тут радиация, подохнут ушастые. Если самих волков защитить еще несложно, то выбривать шерсть на боку и ставить магнитную фуин их еде уже однозначно чересчур геморно.

Особенно размышлять над тем, как мне сейчас поступить, не стала. Сиганула с утеса, амортизировав приземление легким кинетическим импульсом, и рванула навстречу судну. Следом за мной и Чико вниз двинула. Она так запросто инерцию погасить не умеет, поэтому поступила проще моего – сбежала по обрыву. Пришлось ее подождать. Раз уж есть подруга и напарница, то действовать надо грамотно.

– Оками, чей это корабль? – прозвучал требовательный голос наставницы через Кацую. Всё-таки слизнефон – это тема.

– Ивагакуре, иду к ним, чтобы побазарить. Там километров пятнадцать, за двадцать минут добежим. Там, похоже, мой дружбан Ито плывет, если Чико не назвиздела, с ним у нас всё ровно, так что не переживай, Цунаде-сенсей. Твоя лучшая ученица всё порешает.

– Эта фраза – плохая примета, Фумито-кун тебя бы за нее отругал. Или поцеловал, – недовольно высказалась Учиха.

– Будь осторожна и не заключай никаких сделок без обсуждения со мной. Ооноки-сан очень коварен, – предупредила Сенджу.

Я чуть не буркнула ей, что цучикаге и хокаге одинаковые. Хитровылюбленные старикашки, запутавшиеся в своих собственных интригах. Но не стала все же гнать при ней на Хирузена, ее учителя. Да и хоть у меня к нему есть вопросы, но вроде как нормально с сандайме общаемся. Отдал бы еще должок, который за собой признал.

Не скрывая себя, я выбежала наперерез кораблю. Чико рядом. Судно сильно сбавило ход чтобы нам с Учихой не пришлось за ним гнаться. Достаточно стоять на волнах, дабы увидеть Ито, подошедшего к борту. Ну да, точно он. Рядом троица генинов, совершенно мне незнакомых.

– Рад тебя видеть, девочка, – зычным, но очень спокойным голосом прокричал джонин. – Поднимайся, у меня для тебя приглашение от цучикаге.

Глава 3

Поднялась на борт посудины из Ивы. Чико не стушевалась и следом полезла. На палубе я огляделась по сторонам. Ну да, кроме моего старинного друга и трех его подопечных сплошные гражданские, то есть опасаться нечего.

Что-то в программе подготовки шиноби Скрытого Камня сдвинулось в лучшую сторону. В том смысле, что гнать на убой совсем уж малолеток походу перестали. Всем трем ученикам Ито лет по двенадцать. Два пацана и девчонка. Ничего в них особенного я не увидела, но это нормально. Ито не тот джонин, которому отдают малолетних гениев, готовых стать полноправными шиноби в пять. Хотя да, ему меня наверняка бы всучили, но я очевидно проблемный актив и любому другому наставнику ученической команды устроила бы веселую жизнь.

– Ито! Зашибенно тебе рада! – не соврала. И полезла обниматься. Я девушка простая. Друзьям радуюсь, врагов… ой, да какие у меня там враги?

Один только ублюдок Ягура, который за все два с лишним года так и не решил достать биджевы хвосты у себя из задницы и на нас полноценно напасть. Понятное дело, не я и даже не Цунаде-сама его напугали. У него дома проблем хватает. Политика нулевой терпимости вообще ко всему привела к тому, что кланы Страны Воды начинают потихоньку бузить. Кэп уже предлагал увести из-под носа у Мизукаге десяток-другой Юки. Госпожа мэр проявила осторожность и взяла в этом вопросе паузу, но думаю, что мы с Коху ее таки уломаем. То, что капитан со своим ледяным кеккей-генкай творит – это вообще потрясно.

Единственное, чего стоит опасаться – как бы новоприбывшие не решили, что они достаточно крутые, чтобы объявить себя главными. Но Коху я верю, мы с ним давно в одной лодке. И он понимает, что хоть я с виду и мелкая девчонка, но могу быть жесткой и безжалостной. Положу, если надо, всех бунтовщиков. Отвлеклась! Ито же тут, я о постороннем всяком.

– Тоже рад, девочка, – все-таки у них с Миурой разные подходы к каменному лицу. Самурай подавляет эмоции где-то внутри себя, так что повстречайся он с эмпатом из числа мозголомов, того ждет облом, ничего не считает. А бывший куратор лицо держит неподвижным. Может быть, это даже какая-нибудь техника окаменения мимических мышц. Но глаза его выдают, реально доволен, что всё у меня хорошо.

– Моя подруга Чико, – представила я темноволосую девушку. – А это Ито. Первый мой нормальный наставник.

– Как всегда, опускаешь суффиксы, девочка, – с деланным равнодушием констатировал мужчина. – Мои ученики Гансеки, Ивара, Хоури.

Все три молодых шиноби камня с уважением нам поклонились. Как-то я ко всем этим пляскам со всеобщим почтением не очень привыкла. У нас в Шинигакуре всё по-простому. Ну разве что наставницу все уважают. Ну так она легендарная и всё в таком духе.

– К биджу под хвост эти суффиксы, без них удобнее. Слышь, Ито, а ты мне спарринг задолжал. Я с семи лет жду возможности из тебя дерьмо выбить. Или с восьми. Прикинь, запуталась, сколько мне лет было.

– Разрушительница городов так хочет избить однорукого калеку? – вот оно. Один только Ито так и умеет шутить с серьезной рожей.

– Сенсей, а можно мы? – кажется, это Хоури. Самый обычный мальчишка, чем-то на Мицуо похож. – В академии рассказывают о спаррингах Разрушительницы-сан сразу с тремя генинами.

Ошизеть! Кажется, я начала оправдывать шуточную приставку “легендарная”, которую мысленно себе присвоила, но вслух разве что Фумито говорила, чтобы вместе со мной поржал над нелепым пафосом.

– После разговора о делах, если разрушительница-сан будет согласна, – сколько же он иронии умудрился вложить в моё именование, сказанное с каменной рожей. – А пока тысячу отжиманий каждый за несвоевременную инициативу.

Поговорить мы смогли в палубной надстройке. Ничего так комнатка. Без роскошеств, но побольше размером, чем каюты Парящего. И с небольшим, но нормальным столом.

– Приказать подать чай? – как радушный хозяин предложил джонин. – Вижу, что нет. Не доверять мне в данной ситуации разумно.

– Без обид, Ито, ты мне друг и почти отца заменил, но Ооноки-сама… эээ… сложный человек, короче, – хотела было сказать, как есть, но все же решила что “Хитровылюбленный ублюдок” не очень дипломатично. А я же как бы королева. Лицо государства.

– Ты не любишь долгих вступлений, девочка, я помню. Ооноки-сама приглашает тебя посетить Ивагакуре. Как официальную главу Узушиогакуре. Со всеми гарантиями неприкосновенности.

Я чуть не ляпнула “нафига” и, судя по недоумевающей мордашке Чико, она тоже едва-едва от такого же вопроса удержалась. Испортила я ее. С кем поведешься… вот и получилось, что вместо воспитанной куноичи у меня в подругах чуть меньшее быдло, чем я сама.

– Мне надо подумать. Тут на меня дофигища чего завязано. Позвала бы в гости, но невидимая смерть и проклятие Узумаки, знаешь ли, – сказала я, уже зная, что приму приглашение. Не потому, что я всегда на все согласная, а по той причине, что попросту засиделась на месте. Остров у меня клёвый, но я ж адреналиновая наркоманка отчасти.

– Но вы как-то живете на Узушио, несмотря на проклятие, – заметил Ито. Видимо, ему поставили в задачу узнать, как именно.

– Че, реально шпионить тебя послали?

– Привыкай, девочка. Всем интересно, как вы выживаете там, где Шинигами убивает каждого.

– Смерть – это мой призыв, моя послушная зверушка. Этого хватит, – напустила я тумана. Пояснять за магнитные фуин, волшебных слизняков и антирадиационные таблетки не стала. Ито я бы рассказала, а вот Ооноки-сама и остальные ублюдки из Скрытого Камня обойдутся.

– Думай, девочка. Сколько тебе нужно времени?

– Сутки. О чем он хоть со мной перетереть хочет? Чтобы понимать, что теряю, если откажусь.

– Я не знаю, – вроде как честно ответил однорукий. – Цучикаге отказался мне рассказать по соображениям секретности.

– Слышь, а не хочешь от него свалить? У нас выдают бесплатное жилье и кормёжку. И команда генинов лет через пять для тебя подрастет. Ты ж по-настоящему хороший наставник.

– Тебе мало имеющихся дезертиров? – хмыкнул мужчина. Чико при его словах покраснела. Ее статус отступницы за живое задевает. Но так-то сама виновата. Сидела бы на попе ровно и не дергалась – воспитывала бы сейчас своих братьев.

– Между прочим, очень многие недовольны тем, что ты приняла нукенинов Листа и Тумана, – продолжал Ито. – В более спокойные времена деревни могли бы выработать общую позицию и сделать Скрытый Водоворот изгоями. Возможно, именно об этом с тобой хочет поговорить Цучикаге. Договориться о том, чтобы отступники Камня убежища на острове не получили.

– Я поняла. Это разумно, да. Если бежать некуда, то дезертиров будет сильно меньше. Ну че, твоих генинов поучить? Опять из всякого неликвида приличных шиноби делаешь?

– У них есть потенциал. Закончи с ними побыстрее, чтобы не возгордились.

Понятное дело, не совсем своя инициатива у молодых шиноби. Ооноки-саме, люби его биджу, интересно, насколько реальная разрушительница отличается от медийного образа, который он сам и помог создать непонятно зачем.

Палуба корабля – не такое уж подходящее место для схватки. Но не на воду же пацанчиков тащить? Там они ничего не сломают, но сами утонуть могут. Ах да, двух пацанов и девчонку. Такой готовый любовный треугольник.

Ито выставил своих подопечных напротив меня, дал отмашку… и всё закончилось. Разрушительница я или голоногая размазня? Парой кинетических толчков сбила их в кучку и придавила к палубе постоянным давящим воздействием. Готово. Три едва способных шевелиться амебы. Один из генинов еще попытался сложить печать для чего-то, но не смог поднять руки. При старых запасах чакры фиг бы я такой фокус потянула, техника давления прожорливая. А сейчас вот, даже пальцем не шевельнула, а целая учебная команда в ауте. Чем-то напоминает ту легкость, с которой Минато мне показал, какая между нами с ним была пропасть. Интересно, что бы я нынешняя смогла противопоставить йондайме. Скромно предположу, что итог был бы тем же. Единственный вжух и мне деваться некуда.

Походу, мои нынешние возможности реально переплюнули тот умозрительный образец, на каковой я опираюсь. Ту другую меня, личные воспоминания о которой отсутствуют. В том смысле, что все те техники, которые заложены в генетической памяти, не рассчитаны на такие объемы энергии, какими я сейчас разбрасываюсь. До джинчуурики мне в этом плане все еще недостижимо далеко, конечно, но собственные планы порядка на два перевыполнила.Теперь имею моральное право пофорсить и действовать не эффективно, но эффектно.

– Жалкое зрелище, – констатировал джонин. – Я надеялся, что мои ученики заставят разрушительницу хотя бы с места сойти. Десять тысяч отжиманий каждому. Приступать, как только вас отпустят.

Нехило так наказал. Я бы справилась с задачей, наверное, за пару часов. Но тут недавно закончившие академию сопляки. Хорошо, если вообще физподготовки им хватит и не сдохнут в процессе.

– И что, поведешься и полезешь в лапы к старикашке Цучикаге? – на обратном пути к острову спросила Чико.

– Почему нет? У меня незаконченные дела в Стране Земли остались, знаешь ли. Баблишко в одном месте припрятано. И куча знакомых, которых повидать можно. Еще и клан птицеводов до попугаев Фумито интерес имеет.

– Это же сандайме цучикаге Ооноки. Ему вообще ни в чем верить нельзя. Самый мерзкий тип из всех каге… после Ягуры, наверное. Тот еще хуже.

– Наставница, ты же подслушивала? – спросила я через Кацую. – Че скажешь? Я ведь постоянно на острове не нужна.

Реально, я не более, чем символ независимого Узушио. Моё маленькое государство прекрасно работает и без меня, стараниями Цунаде-химе. Так, для порядка, моё королевское мнение периодически спрашивают, но решения принцессы Сенджу я почти никогда не оспариваю. Последний раз мы прямо-таки спорили, когда решался вопрос, похищать ли Фуоки. И я все еще считаю, что правильно поступили тогда. У мелкой по-настоящему счастливое детство и ноль опасностей. Уверена, нукенинский Водопад того же дать бы не сумел.

– Я не подслушивала. Просто слушала. Я не верю Ооноки-сану, но верю в твои способности. Если считаешь, что визит не будет бесполезным, не стану спорить.

– Наставница, я вас люблю, – обрадовалась я шансу выбраться в большой мир. Пусть даже в Страну Грязи.

Без подгоняющего меня куда-то цейтнота найду, чем там заняться. В родную деревню наведаюсь. Спрошу со старого хрена Цучикаге, что там с расследованием того, кем была моя матушка и почему никаких результатов. Ну и сама у нее на могилке обываю. Может, и на отцовской тоже. Ну и что, что он еще жив? Это в моих силах исправить. Ублюдок много месяцев смотрел, как меня безжалостно лупят и хоть бы что сказал. Я, может, и добрая, но еще и справедливая. У меня там, вполне вероятно, младшие братишки и сестренки остались. Не то, чтобы к потомкам семейки Лю у меня имелись какие-то сестринские чувства… но мачеха… чуть не забыла ее имя… Джингуа, она хорошая тетка. Единственная, кто за меня вступался. Вот что с ней стало, интересно узнать. Не прибил ли ее батяня по синему делу, к примеру.

Сделаю крюк и загляну, в общем. И к пацанам к своим, в бывшую банду северо-западных кварталов. Авось хоть кто-то у них живой и не на каторге. Если нормальные люди выросли, то че бы к себе их не позвать? Хотя, конечно, смысла им нет из большого мегаполиса переезжать на край мира, где придется каждый день вкалывать, а любое воровство быстро и жестко пресекут.

– Эй, Чи-тян, а со мной прошвырнуться не желаешь? – спросила я по дороге подругу.

– Ага, вот иванины мне будут рады, – с сарказмом ответила та. – Праздник в мою честь устроят. Особенно в свете разговора о дезертирстве. Бери уж Фумито-куна.

– Вот спасибо, что разрешила. Но так-то он занят.

Реально занят. У Не-Узумаки куча ежедневных упражнений по фуиндзюцу с безногим Умитани. И магнитные фуин-наколки в последнее время уже он сам ставит. Ну а кому еще я могла бы ключи от Узушио доверить? Каноно тоже немного в теме, но она же типа многодетная мать, ее особенно не припашешь. Марин оказалась в этом плане бесполезной, неспособной на серьезную работу с фуиндзюцу. Ни капли таланта в нужной сфере. Как и у Шизуне. Ирьенинки, блин.

Походу, именно Като Шизуне мне и придется с собой взять. Во-первых, она не дезертир, ни в чем таком не обвиняется официально. Во-вторых – воспитанница наставницы девушка добрая и жалостливая, залечит всем в Пиньдишань переломы рук и ног после того, как я раздам каждому по заслугам. Отправляться одной – зашквар. Че за королева без свиты? По поводу переломов, конечно, шутка. Мне будет достаточно, чтобы ублюдки Лю обгадились всем семейством, когда поймут кто к ним в гости заявился. Или не шутка? Меня аж трясти начинает, как о них подумаю. Могу и сорваться немного.

За размышлениями о командировке сама не заметила, как добежала до окраины деревни. Главная улица Шини размечена, как спираль, но пятьдесят человек – это всего дюжина домов, так что поселение очень компактное. По мере появления новых жителей, населенный пункт разрастется. Казалось, только перешла умозрительную границу и вот уже в центре, у спуска в подземный бункер.

Теперь вниз и направо. Тут совсем близко от входа и обустроили рабочий кабинет Сенджу Цунаде. Госпожа мэр все так же двадцатилетняя красотка, несмотря на то, что ей уже за сорок. Мы натырили ей сюда более-менее хорошей мебели, прошерстив ближайшие населенные пункты. Подлатали, где надо, дезактивировали и вполне себе уютно получилось. Именно это помещение потому, что тут несколько мелких окошек есть под самым потолком, закрытых толстыми стеклами. За освещение люминесцентные фуин отвечают. Крутые штуки, жаль повторить их не вышло ни у одного нашего рисовальщика.

И Шизуне тут. Очень удачно. Не удивлюсь, если сенсей ее специально для этого разговора позвала.

– Оками, Шизуне плывёт с тобой, – сразу обозначила наставница. – И не вздумай спорить.

– Ну, если вы настаиваете, я, как примерная ученица, склоняюсь перед вашей мудростью, – не удержалась я от сарказма.

– Оками, ты слишком импульсивная. Рядом с тобой должен быть кто-то, кто вовремя тебя одернет и скажет, что ты поступаешь неразумно… ты что, уже согласилась?

– Ага-ага. Надо бы дать вам себя поуговаривать и что-нибудь выторговать, но обойдусь без этих глупостей. У нас и так всего сутки на сборы. Ну или своим ходом двинуть, но Шохеймару ради такой ерунды занимать как-то тупо. Для кэпа и корабля и так работа есть. Что вам привезти в гостинец? Принимаю заказы.

– Привези денег, – тяжело вздохнула женщина. – Пары миллионов нам будет достаточно для того, чтобы сшить бюджет и не обанкротиться.

– Совсем трындец, да? Может тогда меня Конохе сдадим? Ну там Шизуне героически меня поймает и отконвоирует, типа опасную преступницу. А потом я сбегу…

– И вы обе попадете в книгу бинго уже по-настоящему. Сарутоби-сенсей не дурак и наверняка предполагал способы нажиться на контракте, когда с тобой его заключал. Все еще не очень понимаю, зачем.

– А если охота за головами? Сколько там предлагают за Орочимару?

– Шестьдесят миллионов, но он никому из нас не по зубам. Ни тебе, какой бы сильной ты не стала, ни мне, ни нам обеим.

– Мы все равно не знаем, где искать Орочимару, – подсказала Шизуне.

– Нам бы хоть одного Хьюга на недельку, – мечтательно протянула я. – Безногий хрен говорил, что где-то там, в зараженной части острова, золотая казна Узумаки под руинами. Откопаем ее и все проблемы с баблом решены. Но без их волшебных глазок можно несколько лет рыться и ничего не найти.

– Цена их помощи – помолвка, не так ли? – спросила Сенджу-сама. – Фумито-кун будет этому не рад.

– Ага. Не думаю, что он поймет. Да и я сама как-то не рвусь замуж за постороннего мне ублюдка, знаешь ли. Ладно-ладно, поняла насчет баблишка. Если предложение цучикаге не денежное, ограблю по-тихому банк. Я умею. Да что вы так смотрите? Шучу я!

Глава 4

Фумито клёвый. В том смысле, что узнав, куда я собралась, он не закатил мне глупых сцен, полных ревности или требований взять его с собой. Ведь раз мы парочка, то некоторые считают, что обязаны постоянно быть вместе. Парень у меня красавчик не только внешне, но и в широком смысле слова. Четко и по деловому уточнил, может ли он чем-то помочь и отпустил меня “развлекаться с подругой”. Ну и… наше с ним дело, что.

Провожать нас с Шизуне вышло почти все нынешнее население острова. Оно сейчас невеликое, учитывая, что наполовину состоит из команды Парящего, которая сейчас в море вместе с кораблем.

И на эту кучку народа нам бабла не хватает? Ага, именно так. Мы же хотим не просто выживать, а нормально комфортно жить. Водопровод и горячий душ, например, желаю. И так, чтобы вода при движении по трубам фильтровалась от всего вредного. Так-то мне не впадлу и пирокинезом водичку подогреть, но хочется, чтобы теплой и чистой она была у всех. И это только начало списка, одна из базовых потребностей цивилизованного общества. На континенте обустройство обошлось бы нам намного дешевле. Сейчас выходит так, что логистика отжирает очень значимую часть стоимости любых товаров. Если бы не печати хранения, сомневаюсь, что вообще одного корабля нам бы хватило. Нужен второй, да. Уже много раз обругала себя нехорошими словами за то, что подарила шхуну мудацким самураям. С другой стороны, Умитани оказался реальной находкой.

Жаль только, что всего таланта Цунаде не хватает, чтобы победить старость. Ну то есть наставница успешно ее унижает на примере себя самой. И нас, ее учениц, обещала приобщить. Но вот омолодить кого-то другого, например, бесценного, но старого и немощного спеца по фуиндзюцу, она не умеет. Может, это и хорошо. Прознай старичьё по типу Ооноки и Хирузена о том, что реально вернуть молодость – за секрет разразится очередная мировая война. Ну и в случае с наставницей это не совсем полноценное омоложение. Видимость. На самом деле внутри, под внешностью модели, она сорокалетняя тетка. Не сможет по какой-то причине поддерживать технику – и покажет всем свои, пока еще нечастые, но морщины.

Детский сад при расставании синхронно расплакался. Нравлюсь я им. Возможно, потому, что отношусь сразу как к личностям, а не несмышленым личинкам. Ну или по Шизуне сразу заскучали. Та часто подменяет Каноно или Марин и возится с малышней, когда есть время.

Добежали до стоящего на рейде корабля. Когда поднялись на палубу, я заметила, как восхищенно мальчишки-генины пялятся на мою напарницу. Ну да, она, может, ничего такого громкого не разрушала и в книги бинго не занесена, но без дураков симпатичная. Не в меня же пацанам втюриваться? Я что, слегонца завидую? Ну, если только совсем капельку. Все-таки я тоже девушка.

Почти сразу Ито скомандовал местному капитану брать курс западней.

– Полуостров Молний очень большой, поэтому мы дойдем до Страны Мороза, пересечем ее по суше и сядем на другое судно, – объяснил мне джонин Камня и в его разъяснении почудилось “точь в точь, как вы, когда джинчуурики тырили”. Думаю, это паранойя. А если и нет, то что мне могут предъявить? То, что спасла ребенка от неадекватов, спонсировавших джашинитских ублюдков?

О морском переходе сказать что-то сложно, как и о последовавшем за ним пешем. Я от своих щедрот провела еще пару спаррингов с учениками Ито, уже ограничиваясь чисто рукопашкой, без техник и по одному. Больше уроки, чем поединки. Показала им основы своего жесткого подхода. Но так, по-доброму, без переломов. Детишки все-таки.

Поболтали с самим экс-куратором. Тем, чтобы перетереть, так-то хватает. От общих знакомых до того, как здорово мы на Узушио устроились. Понятно, что важные секреты я выдавать не стала, но такие, очевидные вещи вроде того, что мы отстраиваем деревню и переносим существующие дома вместо постройки с нуля, я растрепала. Посетовала, что шиноби-строителей, типа тех, что Ивагакуре возводили, у нас нет и получила резонное “у вас невидимая смерть”.

Думаю, еще одна цель этого путешествия – посмотреть на мои тренировки и понять, как это я так выросла от малоперспективной с сущими крошками чакры до уровня сильного джонина. Хвост от биджу им, а не мои секреты! Не, так-то мы с Ши-тян тренировались и позволяли смотреть, но исключительно с мечом.

Мне полноразмерная катана все еще не по росту и, скорее всего, никогда достаточно высокой для нее не стану. Но так-то я к своему вакидзаси уже привыкла. И за то, что клинок успел пару раз у меня в пузике побывать, считаю его, наоборот, удачливым. Проткнуть себе живот полосой острой стали и не огрести серьезных последствий для здоровья – вполне себе удача.

Мечница из первой ученицы Цунаде так себе. Да что там скрывать? Дерьмовая, несмотря на три года ежедневной практики. Но это нормально. Ей же самурайский клинок нужен для упражнений на контроль, имеющих целью управление энергией без прослойки в виде печатей, а не для того, чтобы острой железкой в живых людей тыкать. Вот чакру в меч вливать она как бы не лучше меня уже научилась.

Прям лучшими подругами мы с Шизуне так и не стали, это место Чико застолбила, но вполне себе нормально общаемся, приятельствуем, так сказать. И тема на поговорить во время пути у нас нашлась.

– Кацую-сан, пожалуйста, не передавай эту беседу Цунаде-химе, – попросила я для начала разговора и только после этого обратилась к Като.

– Слышь, Шизуне, а расскажи про своего родственника, по которому наставница сохнет, – давно мне эта тема интересна, но пока принцесса Сенджу под боком, не хотела ее поднимать. Не приведи рисовая богиня, снова сломается от тяжелых воспоминаний. По редким обмолвкам, Като Дан был сильным шиноби и обладал прямо-таки уникальной техникой.

– Я была всего лишь ребенком, когда погиб Дан-сан. Он взял надо мной опеку после смерти родителей, но по факту сам воспитанием заниматься не мог, шла война. Он был добрым, сильным, очень красивым. Посмотри, если хочешь, у меня есть его фотография.

С фотки, которую мне предложила девушка, смотрит реальный красавчик. Не такой, как Фумито, ставший красавцем тяжелым трудом над своим телом, а ближе к общепринятым стандартам. Блондин с белыми, отливающими в синеву волосами. Их даже светло-голубыми можно назвать. Но, может, это фотка выцвела. Пожалуй, чем-то на Минато похож. Тут же вспомнила свою давнюю версию, что йондайме – сын Цунаде, которого она родила по малолетству, примерно в моем нынешнем возрасте. Подтверждений тому никаких. Сейчас вот я отметила не только общие черты, но и темно-зеленые глаза. У наставницы радужка коричневая, совсем как у меня. В теории голубой цвет глаз Намикадзе мог бы через поколение унаследовать. Но маловероятно.

Ши-тян продолжала рассказ, вывалив то, что запомнила из своего детского общения с дядькой. То, как он котенка ей подарил, например. Лишние для меня подробности. Но вот и до по-настоящему интересующей меня темы добралась.

– У Дана-сана была уникальная техника трансформации души. Он отделял свой дух от тела, вселялся на краткое время в противников и управлял их телами, как своим. Страшное оружие на войне. Представь, что вражеский военачальник вдруг оказывается под контролем другой стороны. Думаю, что эта техника и стала одной из причин смерти Дана-сана. За кем-то с такой опасной способностью противники целенаправленно охотились.

– В сражении с какой скрытой деревней он погиб?

– Ивагакуре. Наставнице, наверное, очень непросто было отпустить нас в Скрытый Камень.

– Быть может, рассчитывает, что я там всё разрушу, пока буду гостить, – усмехнулась я. – Расскажи еще про трансформацию души. Краткое время – это сколько?

– Несколько минут, наверное. Далее тело разрушается, так как не выдерживает долгого воздействия техники.

– Это кеккей-генкай? – уточнила я.

– Нет. Тобирама-сама владел аналогичной. Я точно не знаю, но логично, если Дан-сан от него научился. Возможно, что еще и Сарутоби-сама эти знания сохранил, но они из числа запретных. Из тех, о которых деревни договорились не использовать. У противников Конохи ведь тоже очень много мощных техник, ушедших с полей сражений.

Ну да. Логично. Такое взаимное сдерживание, договор о неприменении самого разрушительного или попросту мерзкого. Запретные техники. Некоторые из них считаются таковыми потому, что просто опасны для пользователя и потому недоступны для изучения большинством.

К примеру, познакомившись с нашим призрачным АНБУ, наставница рассказала, что ей известно о варианте теневого клонирования, позволяющего сразу пару сотен копий создать. Но если у тебя недостаточно чакры и нет отменной регенерации, есть огромные шансы заработать не только истощение и надрывы энергосистемы, но и ишемический инсульт. Такая себе радость. Хотя я нынешняя, наверное, рискнула бы. Сотня моих двойников уделала бы целую армию. Маленькую, как у ублюдочного Водопада, так точно отлюбила бы.

Но нет, имеются сразу два препятствия. Во-первых, Цунаде-сенсей техникой множественного клонирования не владеет и соответственно обучить не способна. Нужные знания есть у старины Хирузена, но попробуй их так запросто заполучить. Не выдаст и всё тут. Причем, вполне возможно, что от искренней заботы о моем здоровье, а не из-за какой-то особенной вредности.

Во-вторых, я и самого примитивного теневого клона пока что не освоила, несмотря на то, что это дзюцу для начинающих. Им владеют и Чико, и Шизуне, и мой собственный молодой человек. Ну, то есть владел, до того, пока его не искалечили блокирующими чакру иероглифами

Возвращаясь к так называемому переселению душ – это тема, которая мне офигеть как интересна. По понятной причине. Так-то я в души и прочую мистическую хрень не очень верю. Но энергетическая матрица, несущая слепок сознания – вполне себе научный факт. Именно так, скорее всего, функционируют клоны.

И биджу – это ведь тоже вполне себе разумная форма энергетической жизни. То есть в теории мне или другому энергетику не очень нужно тело, чтобы существовать. Достаточно построить себе псевдотело из чакры, как у теневого клона. Проблема, пожалуй, в том, что на функционирование у энерготела будут тратиться ресурсы. Можно сделать его совсем эфемерным, невидимым облачком, типа призраком.

Но первый закон термодинамики жесток и неумолим. Без внешней поддержки подобие души начнет разрушаться. Пожирать потихоньку само себя. Такое вот похудение на энергетической голодовке. Чем в этом случае логично пожертвовать для поддержания собственной стабильности? Достаточно прагматичная личность может скормить всякое личное, оставив, по большей части, полезную информацию. Далее призрак находит себе подходящее тело. Невинного, может быть, еще нерожденного ребенка, в которого можно внедриться. Записать свой энергетический слепок в податливые детские мозги. Вуаля! Мы получаем меня.

В каком там году погиб Като Дан? Кажется, в районе пятьдесят третьего, когда Цунаде-сама в краткое время лишилась всей родни, включая Узумаки Мито и жениха. Не, я абсолютно точно не он. Я же девочка! Это то, что я помню и знаю совершенно точно. И черты характера ни капли не совпадают. Я быдло с криминальными наклонностями. И в применении техник без печатей возлюбленный наставницы замечен вроде бы никогда не был. Но сам гипотетический механизм смены тел с переселением энергетического оттиска мне кажется вполне себе реальным.

Путь к бессмертию? Нет, не думаю. Скорее, способ что-то оставить после себя. Я, то есть Лю Пинь-Оками, совсем не та тетка, о которой я ничего не знаю, кроме реально полезного набора практических знаний и кучи дурных привычек. А что, если речь идет о передаче информации еще в утробе? От матери к младенцу? Наверное, я нафантазировала всякого бреда и вкрай упоролась! Но как там Ооноки-сама говорил? Моя мать была шиноби. Из какой деревни? Что она забыла в самой заднице Страны Грязи? Хотела от кого-то спрятаться? Меня надеялась спрятать? И нужно ли мне это вообще распутывать? Я так-то уже вполне самодостаточная и не нуждаюсь в приветах из прошлого.

Задумалась так, что не заметила, что Шизуне уже ничего не рассказывает, а только смотрит.

– Извини, ушла в себя и застряла, – сказала я девушке. – Обдумывала необходимость навестить семью Лю.

– Ты же не собираешься там никого убивать? – забеспокоилась сердобольная ирьенин.

– Нет... наверное. Да не хмурься ты так, без обмана не собираюсь. Напугаю только, так сильно, чтобы половине деревни новые штаны потребовались. Есть за что. Может быть, мачеху свою заберу. Она мне тогда нормальной казалась, защищала меня. Эй, Ито! Можем мы сделать крюк до моей родной деревни?

– Я не позволю тебе никого убивать в Стране Земли. Как бы плохо с тобой в детстве ни обращались, – подошел джонин.

– Да че вы все меня в чудовища записываете? Я обычная добрая девочка, а не биджу.

– Добрая девочка, которую совершенно случайно назвали разрушительницей деревень, знаешь ли, – передразнила мою манеру Шизуне. – Пообещай, что не будешь там никого убивать. Пожалуйста, О-тян.

– Как будто бы ты не знаешь, что я не маньячка. Обещаю. Слышь, Ито, я и Ши-тян пообещала и тебе обещаю – ни одного ублюдка в этой мудацкой деревне не прикончу. Да и вообще в вашей стране никого трогать не буду, пока сами ко мне не полезут.

Страна Мороза, пересадка на новый корабль в ее западном порту. Тут всё в норме. Я даже к своему приятелю морозному даймё забегать не стала. Отметилась на таможне под вымышленным именем, хотя не факт, что кого-то обманула. Приметная у меня внешность, примелькавшаяся еще во время дуэли с мудацким самураем.

Между прочим, неуязвимые доспехи оказались почти бесполезными. Не по размеру они никому у нас. Фумито, на которого я изначально рассчитывала, чересчур разросся в плечах и вытянулся вверх. Могучий почти как Миура-сенсей стал, только с клевыми красными волосами, а не лысый. Мне это в кайф, то, каким парень получился. Но вот насчет таким тяжким трудом добытой броньки прямо обидно. Подумываю, не загнать ли трофей изначальным обладателям. Обменять на корабль и бабло, например. Ну а че? У нас эта груда железа в углу кабинета госпожи мэра пылится. Не ждать же нам, когда кто-то из мелких, а конкретно Наоки, подрастет, чтобы снаряжение ему впору стало. Да и сомнительно, что Узумаки Наоки встанет на путь самурая, а не шиноби.

К слову, у нас все детишки фамилию Узумаки носят. Карин от матери, Наоки и Каоки от отца, выступившего донором генетического материала, Фуоки – до кучи и для маскировки. Найдут ее у нас – и пусть еще докажут, что это не наша девочка, а водопадовская. Так-то я попробую из мелких нормальных энергетиков сделать, если выйдет. Пусть только малость подрастут. Не получится – тогда дороги ниндзя и самураев для них открыты. С моими методиками на контроль они стопудово теми еще монстриками станут. Непонятно разве что насчет Фуоки – какого рода чудовище из нее получится. Типа меня или похожее на Кушину.

Прошли мимо хорошо знакомого мне берега Страны Водопадов. Заходить в порт, который я сожгла, конечно же, не стали. Я там все еще в розыске. Но то, что цену за мою голову после смены руководства в малой деревне не увеличили, говорит о том, что наша обманка удалась и во всем виноватым сделали Ягуру. В теории. Источников информации в поселении нукенинов у меня как не было, так и нет.

И вот, наконец, прибыли мы в скромных размеров портовое поселение на северной оконечности Страны Грязи. Не морская у даймё Земли и Ооноки-самы держава. Какая-то торговля есть, но совсем не такая бойкая, как в транзитной Стране Мороза или столице Страны Молний.

Ито развернул передо мной карту и показал маршрут до моих родных мест. Часа на четыре быстрого бега для меня и соученицы. Джонин тоже за нами наверняка угонится, а вот насчет генинов есть вопросы. Ну и сами виноваты. Не буду под них подстраиваться.

Глава 5

Ито попросил меня, чтобы не гнала и позволила генинам за нами поспевать. Вот и получилась вместо бешеной гонки неспешная прогулка. Расстояние, которое я в свое время проехала с Микки за неделю, пробежали часов за пять.

И вон она, моя малая родина, за поворотом. Под ногами вовсю хлюпает жидкая грязь, заставляя пожалеть, что обута я в ботинки, а не в традиционные деревянные шлепки с высокой подошвой. Отмывать обувь и штаны после мерзкой коричневой жижи я бы замучалась, а потому чуть напряглась энергетически и пошла по грязи, как по поверхности воды ходила. Не такое простое воздействие, между прочим. Ни один из трех генинов не сумел его повторить. Вот Ито и Шизуне смогли остаться чистенькими.

Ничего с того момента, как я дала отсюда дёру, не изменилось. Все те же хибары. Так же задницы над рисовыми полями торчат. Нафига я вообще сюда приперлась? Потешить самолюбие тем, какая я крутая разрушительница и разнести несколько жалких крестьянских хижин? Я что, начну себя лучше чувствовать, если так душу отведу? Как-то подозреваю, что после установления справедливости как Ито, так и Шизуне начнут хуже ко мне относиться. При том, что оба в курсе, какие тут мудилы обитают.

Ито и его подопечные, как и подобает настоящим ниндзя, растворились в пространстве еще до входа на территорию Пиньдишань. Такой вот практикум по скрытному передвижению. Бывший мой куратор – по-настоящему хороший наставник и я была бы по-честному рада, реши он от Ооноки-самы ко мне перебраться. Может, выторговать его свободу у старого ублюдка? Пожалуй, что нет. Не после того, как я узнала подробности о гибели жениха Цунаде. Представить сложно, как ей тошно будет постоянно иванина видеть в моем обществе.

Решила с мелких долгов начать. С тех, про которые, казалось бы, давно и прочно позабыла. Где дом семьи Чи, я отлично запомнила. Я как будто бы сотню лет назад потырила у мелкого ублюдка Чи Хонга одежду и деревянные тапки. Чи, они зажиточные, не обеднели, но я же обещала себе, что расплачусь. Ого, как они тут забогатели. В луже напротив входа в их подворье здоровенная свинья валяется. И не боятся, что кто-то украдет животинку.

– Какая прелесть! О-тян, ты посмотри какая замечательная свинка! – защебетала вдруг Шизуне. – И поросята! Погляди какие красивые поросятки.

Ши-тян долбанутая! Отбитая на всю голову! Любит она всякую живность. И не пожрать, как всякие нормальные люди, а просто любит. Ей бы кошечку или собачку завести, думаю, у Фумито пальцы не отсохнут на животном защитную фуин сделать. А уж как дети будут рады. Точняк, привезу малышам по котенку. Выберу таких же рыжих, как и сами карапузы. Ну а не сработает наколка и сдохнут котики от нашей радиации – не такая и беда, это же всего лишь кошки.

– Оками, мне наставница давно уже разрешила завести свинку, – просияла Като. – Давай у этой поросеночка возьмем.

– Это наша свинья, вы кто такие? – начал гавкать на нас подбежавший от дома толстый мальчишка лет пятнадцати. Хонг из семьи Чи собственной персоной, если я его верно узнала. По возрасту подходит. Он на год младше меня вроде как. Тогда, десять лет тому назад, при побеге, мне его одежда впору пришлась. Сейчас без шансов, в его рубаху, огромную как мешок, мы с Шизуне обе поместимся. Парнишка тупой, как пробка. Он даже протекторы не увидел. Или не понял, что это за железки такие.

– Привет, Хонг-тян, – я коротко поклонилась, подчеркивая торжественность момента. – Ты меня не помнишь, наверное, я когда-то жила неподалеку, а когда сваливала из вашей дыры, взяла кое-что из твоих вещей взаймы. Вот, расплатиться пришла.

– Чего? – не понял увалень. Что я вообще хочу от туповатого крестьянина? Он поросят пересчитывать если научился, то уже академик по местным меркам. Да так-то вообще ничего мне от него не надо. Всё внутри меня. Я, может, и воровка и гопница, но по-своему честная. Хочу закрыть обещание, данное себе самой.

– Сто рье, они твои и не в чем себе не отказывай, знаешь ли, – банкноту я хотела было ловким движением прилепить парню на лоб, предварительно на нее плюнув, но не стала унижать. Я же как бы добрая девочка, а Хонг мне плохого ничего не сделал. Ну, пытался наезжать по малолетней дурости, не гнобить же его за такое спустя десять лет? Просто и открыто протянула. Двумя руками, между прочим, что считается уважительным.

И сотка, знаете-ли, по сельским меркам очень неплохие деньги. Сомневаюсь, что хотя бы его родители такую крупную купюру видели, обходясь по большей части монетами, как и вообще все в деревне, кроме, может быть старосты.

– Чего? Что это? Ты кто? – продолжил тупить Чи. Может быть, он вообще бумажных денег никогда не видел? Не удивительно, если так. Магазинов в этой дыре отродясь не было.

– Лю Пинь меня тут звали, – честно призналась я, не надеясь на узнавание. Красные волосы, яркая одежда, отлично видимые наколки на руках, печать Бьякуго на лбу, под челкой уже не так сильно, но все же заметная. Колоритная у меня внешность.

Чи Хонг, услышав имя, завис на несколько секунд, а затем отшатнулся от меня, смертельно побледнев, и громко заорал:

– Призрак! Призрак бешеной Пинь! – пацанчик попятился с паническим ужасом во взгляде. Перепрыгнул свинью и лужу с ловкостью, нехарактерной для его комплекции и дал деру дальше по улице, оповещая всю деревню о прибытии ужасного привидения.

– Ши-тян, я так-то не против зверушек, – сделав вид, что никакого Хонга не было, повернулась я к Шизуне. – Но давай перед возвращением… или… идея! А не хочешь себе волчонка? Ну, призывного.

– Волчонка? Такого крошечного пушистого щеночка? – глазки девушки мечтательно заблестели и передо мной стоит уже как будто не совершеннолетняя куноичи, а маленькая девочка, которой дядя Дан котенка дарил.

И че мне раньше такая светлая идея в голову не пришла. Моя, пусть не самая близкая, но все-таки подруга обожает живность, а из вариантов на роль питомца у нее Скай и Кацую. Давно бы в волчий контракт ее вписала уже. Теперь вот придется с этим потянуть до момента, когда на Узушио вернемся. Для того, чтобы имя в контракт набить, нужен кто-то, умеющий работать с фуин-татуировками.

– Да, именно. Призову Кагемару-сана попозже и спрошу, есть ли у них подходящие. А может, еще и мелких наших добавлю. Им тоже не помешают дополнительные друзья.

– Оками! Это чудесная идея! – эмоционально воскликнула Шизуне. – И про меня и про детей.

Свинья хрюкнула из лужи, но больше она не казалась Като-тян идеальным питомцем, когда появилась более удачная альтернатива. И это хорошо! Не представляю поросенка в качестве домашнего любимца. Ну разве что для безотходной утилизации помоев.

– А вот в этом шикарном особняке я и жила, пока не решила переселиться в столицу, – преувеличенно бодро указала я на “усадьбу” семьи Лю. То есть на глинобитную хижину, построенную из дерьма и веток. Судя по подпалинам в районе крыши, на вид вполне свежим, у меня оказались воистину пророческие способности, когда я переживала за пожарную безопасность. Но кто же бесноватую Пинь послушает, если она взрослых критикует?

Подошли поближе. Ох, как вытянулось лицо у моей соученицы, когда она сообразила, что ей не хлев показывают, а самое взаправдашнее человеческое жилище.

– Ты… тут? – выдавила из себя куноичи. Кажись, не видела она по-настоящему темную и непритязательную сторону жизни.

– Кто это тут? – из так называемого дома выглянула молодая женщина. Вот всего на пару лет меня старше, но уже с дитем на руках. И со здоровенным бланшем на половину лица. И так не сказать, чтобы красивого. Да что там, на такую не факт, что даже Скай бы позарился. Кривоногая, плосколицая, волосы жиденькие, вся какая-то немного перекошенная. Да я прям роскошная женщина в сравнении с этой бедолагой получаюсь. Могу чуточку собой погордиться.

– Привет. Я Оками! – дружелюбно улыбнулась я ей. Хотя подозреваю, что со стороны моя улыбка смотрится так, будто бы рожу перекосило. – Я жила тут когда-то. Вот, пришла родню навестить. Не знаешь, где Джингуа?

Мачеха – реально единственное светлое пятно из воспоминаний о ранних годах жизни. Ну выпорола она меня разок за украденного гуся, за это на нее не сержусь. Чуть ли не единственный случай, когда за дело по заднице получила.

– Джингуа-сан погибла при пожаре год назад. Я Лэй, новая жена Джанджи.

– Вот как… – не скажу, что потеря меня прямо серьезно уязвила. В сравнении с гибелью по-настоящему ставших мне друзьями Минато и Кушины – ерунда. Но блин! Эмоции вспыхнули коротко, но ярко. Почему ублюдок Джанджи вдруг выжил и новую молодуху уже оприходовал, а неплохая тетка Джингуа – нет? Да какая тетка-то? Ей лет восемнадцать было десять лет назад. Трындец! Бедная забитая баба до тридцати не дожила.

– Позвольте помочь, – рука Шизуне засветилась зеленым и медик потянулась готовой базовой целительской техникой к лицу Лэй. Та в ужасе отшатнулась.

– Я ирьенин, я вылечу, – терпеливо, как с испуганным животным заговорила Като, но пациентка отпрянула еще сильнее и в стену уткнулась. Еще и ребенка собой заслонить попыталась. Как будто мы угроза. Ну так-то да. Любая из нас, если вдруг с катушек съедет, всё население деревни на месте положит.

– Это Джанджи тебя приложил? – уточнила я, вся кипя изнутри.

– Н-нет, – заикаясь, объяснила моя новая как бы мачеха. – Это Танзин-сама меня наказал. Я заслужила.

– Ну да, ублюдок умеет наказывать.

– Оками, ты обещала, – наверное, у меня на лице все написано. Я не Миура и не Ито, скрывать эмоции не умею.

– Лю-шан еще не сдох? – припомнила я имя главы семейства.

– Три года назад умер. Кто ты?

– Я призрак девочки, которую тут запороли розгами до смерти. Ее звали Пинь. Она была умная и узнала, что Лю Танзин крысит рис в сговоре с налоговым чиновником. За то и пострадала.

Призраки – это страшная штука в представлении обывателя. Их, бывает, что и некоторые шиноби на полном серьезе пугаются, поэтому о том, что наш АНБУ Водоворота мертв и пепел его развеян, знает минимальное число человек. А то как бы народ в панике с острова не побежал. Свою глупую гипотезу о том, что я тоже как бы энергетический отпечаток другого человека, вселившийся в никому не нужную девочку, также оставляю при себе, мне она популярности не добавит. Лю Лэй, услышав, кто я такая, и грохнулась в обморок. Еле-еле ее ребенка успела подхватить, а то расшибся бы.

О том, что к нам приближается еще один человек, я узнала заранее. Эхолокация, детка. Звуковое зрение предупредило меня, что кто-то подходит со спины. Резко повернулась. Мой как бы батя, Лю Джанджи. Какой-то он совсем уж затрапезный стал. Иной бомжара из Страны Волн презентабельней выглядит. А ведь ему сколько? Чуть за тридцать. Интересно, попробует сыграть радушие и хотя бы изобразить, что рад меня видеть?

– Пинь, это ты? – мужика всего аж колотит. Взгляд прикипел к протектору у на моем поясе.

– Ши-тян, будь добра, представь меня.

Шизуне наблюдаемая сцена явно удовольствия не доставляет. Но спасибо ей, подыграла, чем уменьшила риск того, что я сорвусь и всех тут если не поубиваю, то переломаю.

– Перед вами Оками, королева Узушио, разрушительница деревень, убийца самураев, – продекламировала куноичи, титул мой за прошедшее время не вырос. Ну разве что Узумори к нему добавить можно. Но не нужно.

– Но когда-то меня действительно звали Лю Пинь и пороли вон там во дворе, – подтвердила я и поняла, что не знаю, что делать и что говорить. Зря я вообще сюда пришла, захотелось слиться и оставить все, как есть. Че, королева, кончилась твоя спесь?

Судя по лицу Джанджи, он тоже не знает. Но явно очень хочет на меня наорать. Он же старший родственник, я ему обязана выказывать почет и уважение. Но инстинкт самосохранения наверняка ему подсказывает, что нарываться на шиноби не стоит.

– Прошу! Не надо меня убивать! – наконец определился с линией поведения мужчина. – Это всё Танзин! Это он! – как же мерзко я сейчас себя ощутила. Я что, и правда его дочь? Не верю!

– Где могила моей матери, – спросила я, понадеявшись, что хоть какую-то пользу от этого визита получу.

– Ее сожгли. Мертвецов сжигают, – очевидный ответ, подтверждающий, какая я все-таки наивная дурочка. Что я тут хотела такого узнать? Какие ответы получить?

– Кем она была? Как вообще в вашей клоаке оказалась?

– Бродяжкой, которая прибилась к деревне уже брюхатой, а мы ее пожалели, – зло сплюнул “папаня”. Ублюдок как будто специально нарывается. – Она была двинутая. Не как ты, а слабоумная, почти не говорила, только имя своё и могла сказать. Но красивая, светлокожая, лицо только всё изрезано и плохо зажило. Умерла родами. Шан-сама сказал, что свежая кровь усилит семью и потому ее ребенка оставили. Тебя, Пинь-тян. Меня отцом назначили. Ты мне не родная. А я о тебе заботился.

Какое, слава биджу, облегчение. Нет во мне их отстойных деградантских генов. Никакая я не Лю!

– Имя? – спросила я только для того, чтобы не сорваться и не размазать мудилу тут ровным слоем по двору. Говорит так, будто бы я им тут должна. Может, еще денег за съеденный в детстве рис потребует? Местные ублюдки – они такие.

– Читосе.

Имя, означающее что-то вроде “Тысячелетняя”. Занятный намёк на всю эту муть с душами, реинкарнациями и генетической памятью. Я точно хочу в этом всём разбираться? Не уверена. А чего я вообще хочу? Ну, кроме как вернуться в нашу уютную деревню, укрытую смертельным проклятием и поплакать в подушку. Или лучше в широкую грудь Фумито уткнуться.

– Это за заботу, – бросила ему смятую сотню, от которой отказался тупорылый Чи Хонг. И все-таки врезала слегка под дых, едва удержавшись от того, чтобы пыточной техникой еще приложить.

– Ты, Лэй, хочешь нового мужа, такого, что не будет бить тебя и детей? – она, конечно, дурнушка и замарашка, но если отмыть, то или Скаю или кому-то из морячков сойдет. Мы как раз так население Узушио и намерены пополнять. Набирать неграмотных, но молодых и здоровых селянок, какие приглянутся мужчинам. Выправлять гендерный дисбаланс. А там и детишки пойдут.

– Не понимаю, – молодая женщина умом явно не блещет, в чем сейчас и расписалась. – Джанджи-сама мой муж.

– Не убивай! – упал на колени более сообразительный ее муженек, оправившийся от удара. Я ведь ему совсем слегонца врезала.

Молча прошла мимо него, нацелившись уйти из деревни и больше никогда сюда не возвращаться. Ощущение на душе образовалось гадкое и только имя матери немного с ситуацией примирило. Может, мне его в качестве фамилии начать использовать? Читосе Оками, тысячелетняя разрушительница и так далее, с кучей пафоса, как королевам и положено. Ммм… не уверена.

Когда поравнялась с Шизуне, заметила, что у той глазки на мокром месте. Подруга резко рванулась ко мне и заключила в объятия. Обнимашки – это как раз то, что мне нужно? Пожалуй, да, королевам иногда тоже требуется порция тепла и капелька жалости. Так-то у меня от эмоций тоже слезы начали наворачиваться, но хвост от биджу ублюдкам Лю, а не зрелище рыдающей меня. Я себя в достаточной степени контролирую, в том числе и слезные железы.

– Че, подруга, не знала, какое по миру дерьмо творится? – постаралась я улыбнуться. – Такой задницы, как тут, я и сама нигде не встречала.

– Я в ужасе, Оками, – Ши-тян все-таки меня отпустила. – Ты жила в таких условиях? Почему эти люди ничего не делают? Почему их все устраивает?

– Они делают. Тут даже дети вкалывают до седьмого пота. Мы почти никого не встретили потому, что все в поле, выращивают мудацкий рис. Не знаю, сажают они его сейчас или убирают. Климат позволяет круглый год. А живут в дерьме потому, что ничего другого не видели. Вон, даже Лэй, которую недавно по лицу отоварили, не въезжает, что в другом месте ей было бы лучше. Пошли уже отсюда, хотела к бабке Гао заглянуть, поблагодарить за то, как она меня читать научила, но, люби ее биджу, старая ведьма наверняка не дожила.

Глава 6

Ито и генины примкнули к нам уже на пути к широкому тракту. Неплохо прятались в кустах, стоит сказать. Если бы не постоянное звуковое зрение и навык ощущения взглядов – я бы их не заметила. Бывший куратор по поводу визита в Пиньдишань не сказал ни слова, за это я ему без дураков благодарна. Я половину пути до столицы продолжала чувствовать себя грязной, как будто бы рядом с той свиньей в луже повалялась.

Удалилась от родных мест подальше и меня отпустило. Че я вообще завелась из-за каких-то голоногих ублюдков? Пожалуй, если бы не Шизуне и Ито, я бы таки сорвалась и покалечила половину деревни. И не жалела бы потом. Но начать выглядеть бешеной неадекваткой в глазах хороших людей я не хочу.

Коротко заглянули и в столицу. Бывшую банду я искать не стала. Ито и так про них поведал по пути. Ребята нехило так поднялись и половину преступных элементов под себя подмяли. Мой приятель Кунроку и вовсе теперь ночной даймё столичного города. Вот о чем мне с ним говорить? Вспоминать, как торгашей крышевали?

Зато заглянули в храм Богини Неба и Земли, где я с Микки полчасика пообщалась. Хаяси-сан мозги мне полоскать не стала, больше расспрашивала, все ли у меня хорошо, чем грузила тем, что я делаю не так. Всего лишь приятное напоминание о том, что в Стране Земли не сплошь уроды и ублюдки проживают, но и вполне себе милые люди. За прошедшие годы моя знакомая несколько выросла в сане и теперь вроде как в одном из храмов за главную. Унылая жизнь, полная тупорылых религиозных ритуалов, как по мне. Но оставила критику при себе. Что я в этом понимаю? Она живет припеваючи. Деньги, влияние, мужик, всё при ней. Последнее – это я про Ито. Тут и слепой заметит, какая между ними искра. Так что не судьба мне куратора к себе на Узушио сманить. Разве что в комплекте с рисовой мико. Вот только ей нафига свою паству бросать и на малообитаемый остров переезжать? Не ради же сомнительной перспективы смены божества на Шинигами?

Ивагакуре – всё то же не самое приятное место. Все эти их башенки, как будто бы имеющие целью своего существования запутать чужаков и не позволить докопаться до сомнительных секретов цучикаге. На нас, иностранцев, косились неодобрительно. Ну да, миролюбивый сандайме Хирузен спустил же в отхожее место все дипломатические достижения Минато, который вроде как со всеми соседями замирился. Сначала с райкаге пободался, теперь не иначе как про старые счеты с Ооноки-самой вспомнил. Быть может, зря я всех собак на Сарутоби-саму вешаю. Каким бы упоротым милитаристом его пропаганда Скрытого Камня ни изображала, он мне нормальным показался. Лживым только, да и то пока не точно.

Сразу на прием к цучикаге меня Ито не потащил. Дорогу напряжной не назову, но все равно нормальная кровать в гостиничном номере и ужин, состоящий из риса с большой мясной отбивной, меня прям порадовали. Комнату нам с Ши-тян одну на двоих выделили, что целиком правильно. Дали бы отдельные, я бы поменять потребовала в приступе паранойи. Вдруг иванины мою подругу похитят и начнут ставить над ней опыты, пытаясь получить доступ к секретной технике Като Дана. Не очень большой риск. Будь опасность значительной, наставница ни меня, ни Шизуне в этот дурдом бы не отпустила.

Уединившись с подругой в номере, я сделала то, что давно собиралась. Призвала волка. В общем-то, я уже филигранно количество чакры, направляемой к контракту, могу регулировать и тем самым вызвать именно того, кого хочу. Обычно это мой дефолтный призыв – Кагемару-сан. Не лидера стаи, огромного Китакадзе, дергать же каждый раз? Не то, чтобы он зверь занятой, но по всяким мелким просьбам всяко сподручнее зубастого поменьше брать.

– Привет, Кагемару-сан, – поздоровалась я, убедившись, что никаких писем в зубах призыв не притащил. – Скажи, у вас в стае ведь есть совсем молодые волчата? Я хотела бы, чтобы один из них приходил к моей подруге Шизуне. Ну и другие мои друзья тоже не против будут вписаться в контракт.

– Есть. Лидерр ррешает, – прорычал черный волк.

– Скажите, а можно вас погладить? – спросила ирьенин, обращаясь к животному с вежливым поклоном. – Вы такой красивый.

Лесть. Она на всех мужиках срабатывает. Независимо от того, есть у них клыки и хвост или нет. Даже железобетонный Миура-сенсей тает, когда Каноно-тян его вдруг похвалит за какую-то мелочь. Я и сама давно это смекнула, Фумито у меня тоже свою долю заслуженных комплиментов получает. Ну а че, мне сложно, что ли, чистую правду парню сказать? Да он у меня, пожалуй, круче райкаге. Нынешнего. Сандайме все еще вне конкуренции, но это только пока. Бывший бро ведь пока еще молод и продолжает набирать форму. Я чисто про внешние признаки говорю. В бою шиноби уровня каге скорее всего и меня, и моего парня размажет. Я, во всяком случае, разъяренного биджу палкой, как шелудивую шавку, отлупить неспособна.

Кагемару согласился при условии, что к нему отнесутся с уважением и не будут трогать голову, шею, лапы, хвост и живот. И че там можно наглаживать с такими ограничениями? Грудь и бока, разве что. На том Шизуне и зависла на добрые полчаса, пока призыв не сказал, что ему пора. Выглядела эта ненормальная любительница живности на удивление счастливой.

И лыбу моя соседка по комнате давила ровно до того момента, как к нам в дверь постучались.

– Там ребенок какой-то. Или карлик, но не Ооноки-сама, дурацкой шапки нет, – сказала я, проверив эхолокацией. Волосы длинные, девочка, наверное.

Ши-тян, находящаяся под впечатлением от близкого общения с живой природой, только нервно плечами пожала. Ну да, я же королева, мне и решать, что с гостями делать. Собственно, несложное решение. Детей я не боюсь. Вернее, боюсь, но не в том смысле, не стоящими на моем пороге. Вот когда ребенка Лэй подхватила и до момента, как всучила обратно матери, я нервничала. Вдруг что ненароком поврежу малышу.

Кажется, ошиблась. Не девочка это, несмотря на длинные волосы. Открыла дверь и убедилась, что передо мной мелкий блондинистый пацанчик лет семи, с прической из числа тех, что так любил Фумито до знакомства со моей персоной. Комбинация насыщенно-голубых глаз и пшеничного цвета волос в самое сердце меня уколола. Как будто младший братишка Минато ко мне явился. Пожалуй, все же нет. Черты лица не те. Или те? Что там в данном возрасте с уверенностью скажешь? Одет ребенок в до боли мне знакомую форму академии Ивы. Щуплый, но кое-какая мускулатура просматривается, я бы сказала, что вполне себе развитая для его возраста.

– Быстрей, прячь меня, пока сенсей не пришел, он нам не даст поговорить, сразу меня утащит! – даже не потребовал, а скомандовал мальчишка, как будто бы полностью уверенный в том, что я выполню любую его прихоть.

– Ты знаешь, с кем ты в таком тоне говоришь, мальчик? – спросила Шизуне, недовольная фамильярностью. Она у нас та еще педантка. Это в общении между своими сдалась и перестала заикаться об этикете, но тут-то левый малец.

– Конечно! Это Оками-сама, разрушительница городов! Оками-сама, я ваш самый большой фанат! Впустите меня, пожалуйста, – даже руки ладонями вместе сложил и поклонился, дабы показать уважение.

Представила, как семилетняя я прихожу на порог к сандайме Райкаге, чтобы попросить автограф, а он меня выгоняет. Не было такого, конечно, но представила. Обида на всю жизнь случилась бы. Я, безусловно, фигура калибром помельче, но все равно сжалилось моё женское сердечко. Впустила пацаненка и дверь за ним захлопнула. В конце концов, выставить обратно в коридор будет несложно. И сдать иванинам тоже.

– И кто же за тобой гонится?

– Йоши-сенсей.

– Такой, с покалеченными пальцами на руках? – припомнила я физрука из академии. Как я бегаю, ему не нравилось, знаете ли.

– Ага, вот этими! – мальчишка показал свои руки с частично прижатыми пальцами. Ну да, все верно, как у славного ветерана Йоши. – Я специально хотел у него учиться, чтобы как ты, Оками-сама.

О биджу! Что у него с руками? Да у него рты на ладонях! Не татухи или еще какие картинки с изображением губ и зубов, а самые взаправдашние рты, на внутренней стороне! Логика взяла выходной и отказалась объяснять, как такое возможно. Сейчас губы на ротовых щелях плотно сжаты, но блин! Если там и языки есть, паренек будет большим успехом у ровесниц пользоваться, когда подрастет. Чей-то мысли у меня настолько пошлые зародились, что едва не покраснела, подобно Хатиро. А ведь не так и долго я в отрыве от благоверного нахожусь.

– Что у тебя с руками? – избежать озвучивания насущного вопроса вслух оказалось решительно невозможно.

– Круто, да? Это мой улучшенный геном. Перед вами Дейдара, моя стихия – взрыв! Оками-сенсей, ты меня впустила и я теперь твой ученик! Ты ведь обучишь меня технике разрушения деревень? Ну пожаааалуйста!

На мне дзюцу детского выпрашивания не работает. Вот если бы мальчонка вдруг начал к Шизуне приставать, и ее уламывать стать наставницей, доброе сердечко Ши-тян могло бы и дрогнуть перед наивным взглядом больших небесно-голубых глазок. Но у меня-то в груди кремень. Ну ладно, с парочкой крупных трещин, не бесчувственная я. Фумито вон, через одну из этих щелочек просочился, теперь не вытравишь. И наши четыре рыжих недоразумения также временами успешно осаду моей крепости ведут, уговаривая то на одно, то на другое. Но они свои, а здесь и сейчас совсем левый мальчишка. Реши я пацанчика по какой-то прихоти забрать – огребу проблемы с цучикаге.

– И зачем мне ученик? Зачем мне дезертир в учениках? Зачем мне именно ты… Дей? – полное имя ребенка я не то чтобы не выговорила – не запомнила. Не я тупая. Слово длинное и слегка необычное.

Обычно имена что-то значат. Часто вообще в точку попадают. Шизуне, к примеру, имеет значение “тихий звук”. Вот реально про нее. Она если голос и повышает, то строго по необходимости, а так тихая, вежливая и спокойная. Или Фумито – “культурный человек”. Таким он и был, пока под мое дурное влияние не угодил. Еще, к примеру, Ооноки – “большой камень”. Иронично для такого невысокого роста, как у цучикаге, которого и я уже перегнала, поди. Но если смотреть по энергетическому потенциалу, то он в действительности самый большой булыжник здесь, не считая джинчуурики.

– Хм. Да потому, что я такой же, как ты! Вот почему!

Признаюсь, сердце пропустило удар. Такой же как я – это какой? Малолетний гений с дурным характером и взрослым сознанием? Или что-то другое в виду имеется?

– Поясни, – чуть севшим голосом потребовала я.

– Я, хм, не использую ручные печати во взрывных техниках! И я, хм, самый сильный в классе. И еще… дай на ушко скажу.

Пришлось слегка наклониться. Как-то я уже вконец за многие годы привыкла быть самой низкорослой в своём окружении. Появление четырех малышей этого не исправило. Они же совсем крошечные, не считаются. А тут уже почти сознательного возраста мальчишка и меньше меня. Необычно! Хотя, не настолько и меньше. Дей обещает в высокого юношу вырасти, по пропорциям тела видно.

– Я тоже хочу сбежать из Ивагакуре, – прошептал мне на ухо мальчишка. – С тобой или один! Но лучше с тобой.

Капец! Ооноки-сама где-то надыбал очередного гениального ребенка и я стану тем, кто его украдет. А может, паренёк шпион? И весь расчет идет на то, чтобы я повелась на его как бы уникальный геном и во-первых, притащила на Узушио постороннего, аффилированного со Скрытым Камнем, а во-вторых – подставилась и оказалась в должниках. Ну а сандайме Ооноки меня милостиво простит, если я убью его заклятого врага Сарутоби Хирузена, к примеру.

“Нас подслушивают?” – Написала я на своей ладони, используя свободные остатки чернил. Их у меня под кожей всегда некоторый запас есть. Чересчур сложно рассчитать точно, работая над татуировками. Да и ни к чему в этом деле особый расчет. Наколки – это не только полезные печати, но и эстетика. Я периодически в качестве дополнительного упражнения на контроль что-то на себе перерисовываю, обыгрывая имеющиеся фуин.

Дей подтвердил мою правоту жестом.

“Я подумаю, но вслух наотрез откажусь, чтобы никто не заподозрил”, – оформила я ещу одну надпись. Глупый, но действенный вариант похищения мальчишки у меня вполне себе родился. Я его рассматривала, когда мы решали, каким способом потырим Фуоки. Я про то, чтобы привязать объект похищения к волку и выполнить призыв. Дей-тян не джинчуурики, свежих печатей на нем нет. Осталось ему пролезть в долину и телепортироваться оттуда на Узушио, сидя на спине, да, пожалуй, даже у Кагемару. Не обязательно самого Китакадзе-саму просить ребенка на себе катать. Подкинуть взамен костей, позаимствованных из какого-нибудь морга и политых кровью мальчишки. Всё! Был мальчик и нет, волки сожрали. Какой с них спрос? Нечего было лезть к хищникам. Как раз повод свою призывную стаю эвакуировать. Дескать, они у вас детей жрут, надо перевезти туда, где никого не скушают.

Пока ребенок ко мне наклонялся, я ненароком притронулась к нему и прощупала энергосистему. Ну что сказать? Надо брать! Желательно официально и с разрешения Ооноки-самы, но не думаю, что смогу того убедить. Паренек реально гений. В семь у него уже энергоканалы уровня крепкого такого чунина. А годам к двенадцати будет и джонинская планка взята. Обычные для шиноби узелки также идут в комплекте, но менее явно выраженные. Самое интересное – кисти рук. Там тенкецу, точки истечения чакры, срослись вместе в районе жутких наладонных ртов, где и образовали широкие выходы, обыгрываемые необычной упоротой анатомией.

“У тебя всегда были такие руки?” – написала я новый вопрос и паренек ответил отрицательным жестом, чем окончательно подтолкнул меня к решению его похитить. Картина смотрится так, что какие-то мудилы ставят эксперименты над детьми с целью повторить мою уникальную способность формирования техник без печатей. Ладно-ладно, не буду себя переоценивать. Тут такой колоссальный научный труд вырисовывается, что, думаю, они этим занялись еще задолго до того, как я в Ивагакуре оказалась. Но, может быть, чутка свою программу создания детей-мутантов могли и скорректировать по результатам моего обследования.

Какой же тварью я себя буду чувствовать, если возьму и брошу тут мальчишку? Ну или я на блондинистые волосы и голубые глаза повелась. Реально смотрю на Дея и вижу йондайме.

– То есть твоя фишка – это взрывы? А показать можешь? – как смогла, изобразила я заинтересованность, а у себя на лбу чуть ниже челки написала “Надо разнести комнату”.

Ох, какая широкая улыбка появилась на детском личике. Реально маленький маньячина, которому дай только что-нибудь взорвать. Я что, такая же? Фумито говорил, что я иногда по-настоящему жуткой смотрюсь, когда собираюсь какую-нибудь глупость сделать или в опасное дерьмо встрять.

– О-тян, может, не в комнате? – спросила Шизуне. Обломщица она. Мне ведь без дураков интересно, что малец такого умеет.

– Гляди, Оками-сама, – не обратил внимания на мою подруженцию ученик академии и достал из кармана маленький белый шарик. Это что, жвачка? Мальчишка закинул сферу в рот на правой руке и тот задергался, пережевывая материал. Буээээ. Как мерзко смотрится. У него там и язык, и зубы. Я попыталась отвращения не показать, не особо брезгливая, собственные кишочки не раз наблюдала. Но стремное же зрелище!

Вывалился комочек глины из рта-руки уже в форме милого маленького ёжика. Вот прям ми-ми-ми! У роторуки талант к лепке. Дей поставил свою поделку на подоконник.

– Берегите глаза, Оками-сама, – посоветовал мальчик. После чего рвануло. Как взрывная печать активировалась! Окошко вынесло намертво, вместе с подоконником и частью стены. Я и сама прикрылась кинетическими щитами и парня заслонила. Шизуне далеко находилась, да и вообще, она взрослая.

– Ну как круто, да, хм? – просиял этот малолетний взрывной энтузиаст. – Как тебе моё, хм, искусство, Оками-сама? Я гожусь в ученики?

“Ты почти меня убедил” – написала я на руке, а вслух, насколько хватило актерского таланта, сказала:

– Проваливай! Никаких учеников!

И добавила на раскрытой ладони: “Старшая сестренка Оками все порешает”.

Глава 7

Вообще-то семилетние дети в большинстве своем простоваты. Издержки возраста. Я это прекрасно помню, так как мне было семь и я общалась с ровесниками. Исключение – беспризорники. Естественный отбор, глупый на улицах не выживает. Тут или поумнеешь и повзрослеешь, или загнешься.

Так вот, пацанчик передо мной как будто бы школу улиц прошел. Есть в нём закаленный внутренний стержень. Хотя и детская наивность до конца не изжита. Да че уж там, я ее даже в себе иногда замечаю. Хотя с какой стороны ни посмотри – взрослая.

На взрыв очень быстро прибежали. Йоши-сенсей, как и предупреждал Дей. Мой бывший физрук немного постарел, но по-прежнему выглядит бравым пенсионером. Вспомнилось, что за его голову нехилая такая награда в книге бинго полагается. Не потому, что хотела бы ее получить, а как повод уважать заслуженного ветерана.

– Привет, сенсей, – я вспомнила, каким именно поклоном требовалось встречать наставников в академии. И поясница моя не забыла. Ровно тот угол, какой положено, выдала.

– Оками-тян, что ты с собой сотворила? Разве так обязана выглядеть достойно воспитанная куноичи? – особого пунктика на облике учеников у тренера не наблюдалось, но несколько раз на моей памяти он за слишком провокационную внешность внеклановым детишкам предъявлял. Представителей кланов при этом не трогал. Я в его список нарушителей ни разу не попадала. Даже когда под блондинку покрасилась, на фоне пестрых волос представительниц кланов выделяющейся не выглядела.

– Да че не так-то, сенсей? Это же не блатные партаки, а фуин, – искренне не поняла я, за что мне предъявляют. Не за одежду же. На мне обычная неброская футболка и широченные штаны на завязках.

– Это всё фуин? – восхищенно ахнул пацанчик, чем привлёк к себе внимание и был мгновенно пойман за ухо. На ручные печати пальцев у дядьки Йоши, может быть, и не хватает, а вот на то, чтобы выловить набедокурившего студента академии и выкрутить ему мгновенно покрасневший локатор – вполне.

– Ты что творишь, Дейдара-тян?! Ты вообще в своём уме – устраивать взрывы в помещении? Ну ты у меня получишь! – раздраконился учитель, наконец вспомнивший, зачем он вообще сюда явился. – К директору! Немедленно!

– Оками-сан, больше ты этого негодника не увидишь! Он своё получит!

Судя по хитрой мордочке пацаненка, ему такое обещают уже не в первый раз. Вот же. Реально такой же, как я. Может быть, и без генетической-энергетической памяти, но такой же отбитый и не признающий авторитетов. Кроме меня, что внезапно приятно. А что, если он гениальный актер, которого так ко мне хитровылюбленный дед Ооноки подвести пытается? Интуиция орёт, что это не так. Но как будто бы она у меня не ошибалась никогда. Походу, реально не ошибалась. Не смогла вспомнить ни одного случая, когда послушала свой внутренний голос и серьезно огребла на том неприятностей.

А значит что? Надо забирать нового младшего братишку. Будет у меня все-таки к кому обращаться “бро”. Как бы еще обставить так, чтобы цучикаге сам его со мной отпустил? Подкинуть ему идею о шпионе в моем окружении? Должен же Ооноки-сама как-то узнавать, чем дышит маленький, но гордый и независимый остров. Жаль, хитрые интриги не мой конёк. Провести старика, который не один десяток лет в политике – мне нечего даже рассчитывать. Тут или честная сделка вырисовывается, по типу “нам мальчишка, им услуга от разрушительницы” или наглое воровство малолетнего гения. По той схеме с волками, например.

Причем, украв пацана, нечего даже надеяться навечно сохранить это в тайне. Не запирать же его навсегда на острове? Он “такой же, как я”, то есть спокойно на заднице сидеть не станет, рано или поздно попрется снимать адреналиновую ломку. Вот как я сейчас. Наставница Цунаде – очень умная тетка, когда не бухает. А в завязке она уже больше двух лет. Потому и отпустила меня в это турне, понимая, что нужно встряхнуться и хапнуть чуточку приключений. Получить прививку от глупости.

Следующим визитером оказался несколько взбудораженный Ито, когда мы с Ши-тян уже переселились в комнату на пару этажей выше и выходящую на другую сторону здания. Тут взрыв никак не сказался. И все вещи на месте и стекла уцелели. Вот в соседних с моим номерах окна наверняка вынесло. Крепко рвануло.

– Мальчик не пытался тебя убить, – объявил он мне.

– Ага. Он хотел пойти ко мне в ученики. Стопудово же уже донесли. Ито, я не дура, понимаю, что мою комнату слушали. Без претензий, я бы и сама в своей деревне за гостями присмотр организовала.

– И? – бывший куратор вопросительно изогнул бровь.

– Что “и”? Мне шестнадцать, у меня на шее целый остров с кучей проблем. Бабло брать неоткуда. Думаешь, мне нужен ученик? Особенно такой, чуть меня не взорвавший, – и вроде как всю правду сказала. Но сомневаюсь, что однорукого провела. Актриса я дерьмовая. Мужик мой характер за время близкого общения хорошо изучил. Так-то я повзрослела, но учитывая, что и была внутренне взрослой, сильно не изменилась. Ну разве что внешне. И гормоны еще на поведение влияют.

– Мальчик – воспитанник Ооноки-самы, – зачем-то поведал мне джонин.

– И че? Я на него не в обиде. Сильно меня поранить шансов не было. Давай закроем тему, а?

Мысль “такой же, как я” вот прямо назойливой стала. Моим опекуном ведь тоже цучикаге числился. Видела я его, правда, хорошо, что раз в год, что не помешало на меня права предъявить, когда в Конохе всплыла. А что, если повторить тот же ход? Всучить пацанчику протектор Водоворота. У меня есть при себе запасной. И всё, братишка уже мой подданный, а не Скрытого Камня. Любви ко мне со стороны цучикаге это так-то не прибавит.

Не решит ли стремный дед, что на похитительниц детей его гарантии безопасности не распространяются? А раздавить он меня способен, я уверена, и сейчас, как бы наивная разрушительница там ни прокачалась. Дезинтегрировать.

“Стихия пыли” – так называется его ультимативное оружие. В теории я могла бы подобрать против него противовоздействие, энергетическую защиту, что не позволит распылить меня в кровавое облачко. После годика экспериментов, например. Но это же нужно иметь при себе образец, владеющего той же техникой шиноби, который будет сотрудничать и помогать с опытами. Вот сомневаюсь, что такой в принципе существует.

“Ты что, и правда хочешь забрать ребенка?” – написала мне вопрос на листке бумаги Шизуне, когда Ито ушел. Визуально за нами не следят, я бы почуяла взгляд.

“Ага. Он слишком похож на меня. И еще на Минато, чисто внешне. Поторгуемся с Ооноки-саном. Можешь меня не переубеждать”, – подтвердила я все так же, у себя на лбу. Забавляет моё величество такой способ общения.

“Очень благородно. Я горжусь тобой!” – неожиданно написала подруга. Не знаю, где она хорошие устремления узрела.

Низкорослый лидер Ивагакуре принял нас на следующий день. Нас – в том смысле, что меня и соученицу. Оставлять Ши-тян наедине с иванинами я как-то постремалась, несмотря на любые гарантии. Скажут, что сама на них напала, чтобы отомстить за родственника, и попробуй обоснуй, что она не такая. Совсем незначительная вероятность, но лучше не рисковать.

– Позвольте представить, Като Шизуне, моя подруга, – сразу обозначила я, когда нас впустили в кабинет носителя тупорылой шляпы, в тот же самый, где мне и ранее бывать доводилось, где я получала разнос за сожженную столицу водопадников. – А это сандайме цучикаге Ооноки-сама, безмерно мной уважаемый, – без сарказма говорила. Мощная внутренняя энергетика низенького старикашки пробирает меня и на расстоянии. Того, кто достиг подобного уровня силы, нельзя не уважать. Потому и поклон хозяину кабинету отвесила самый настоящий. И спутница моя почтение каге также выразила, несмотря на то, что иванинов ей любить не за что.

– Ученица самой Сенджу Цунаде, как же, как же. Я бы попросил посмотреть мою спину, совсем радикулит замучал, но прибегать к услугам посторонних ирьенинов в моей должности противопоказано. А наши, позвольте пожаловаться старику, совсем бездарные в этом плане. Со свежими ранениями прекрасно справляются, но хронические болезни лечить не умеют. Вот, страдаю.

Такой вот дружелюбный старичок, который мнимым радушием никого не обманул. Ни меня, ни подружку.

– Я тоже ученица Цунаде-самы, – расплылась я в фальшивой улыбочке. – Хотите, я посмотрю? Мы-то с вами почти семья.

Всё это сейчас прелюдия к настоящей беседе, как я понимаю. Аналог вступления о природе и погоде в вежливой деловой переписке. Вот так сразу переходить в лоб к теме разговора считается хамством. С мелкой девчонкой, на которую жалко тратить время, но надо пристроить в академию, такое еще прокатывает, но не с по сути коллегой, персоной как бы равной по официальному статусу. По факту – нифига не равноценной, конечно. Нечего даже мысленно сопоставлять мой малонаселенный островок и скрытую деревню одного из главных игроков на политической арене.

Еще немного жалоб на здоровье. Затем Ооноки-сама внучкой похвалился, какая она у него умная, красивая и талантливая. Шесть лет сейчас Куроцучи-тян, скоро в академию будет поступать. Я в ответ нашей четверкой юных Узумаки похвасталась. Реально разговоры ни о чем. Вот стопудово не для обсуждения детских подгузников меня сюда пригласили.

– И как на Узушио государственные дела обстоят, если это не тайна? – поинтересовался, наконец, сандайме вкрадчивым голосом доброго дедушки.

– Так себе, – не стала скрывать я. – То есть не катастрофа, мы развиваемся и растем, но денег постоянно не хватает. И людей прибавить не помешало бы. И несколько шиноби со стихийным преобразованием земли вообще в тему пришлись бы. Строительство такое направление, где камнем управлять очень полезно.

– Я затем и пригласил тебя, Оками-сан, чтобы предложить свою помощь, – наконец-то приблизился к теме переговоров цучикаге. Не прошло и часа с начала аудиенции. – У меня есть сведения, что тобой интересуется очень непростая организация наемников экстра-класса, объединившая шиноби S-ранга. Сотрудничая с Акацуки, так они называются, ты могла бы решить финансовые проблемы, так как речь идет о миллионных заработках.

– А ваш интерес в том… – название мне ни о чем не говорило. Слово означает “Рассвет”. Ну, поэтично, на этом всё.

– Чтобы помочь тебе заработать, Оками-сан. Королева Узушио – очень хороший должник. И в том, дабы эти нукенины S-ранга сотрудничали с Ивагакуре, а не с Кумогакуре или Сунагакуре.

– Про Коноху и Кровавый Туман забыли, – не удержалась я от того, чтобы указать на пропуск.

– Не забыл, Ягура-сан чересчур радикально настроен и не станет нанимать отступников. Хирузен-сан и Данзо-сан слишком осторожны, чтобы довериться наемникам.

– Не понимаю. Ооноки-сама, я же не тупая, но все равно не понимаю. Это меня наймут, я буду своей задницей на миссиях рисковать. Причем тут Скрытый Камень и как я смогу повлиять на их выбор? Ну ладно, сама против вас миссий брать не буду. Так я и без того не собиралась. И что, они настолько хороши, что стоит заранее принимать меры? Сколько их там, десяток? Против вас маловато.

– Уже лишь один шиноби S-ранга может изменить положение на поле боя. Например, к Акацуки присоединился Какузу, нукенин, уничтоживший в своё время всех старейшин Скрытого Водопада.

Тоже мне достижение! Я могла бы тем же самым похвастаться, будь я поглупее. Или это намёк был? “Я знаю, что ты сделала летом шестьдесят шестого”. Или попытка сыграть на моей нелюбви к Такигакуре? Стоило оно вообще того, чтобы за мной курьера гонять?

– Все еще не понимаю, почему я должна буду по сути на вас работать, выступая вашим агентом влияния? Что я с этого получу? Будете мне жалование платить? В сравнении с теми крупными миллионными заработками, на которые вы намекаете, это будут крошки, знаете ли.

– Я мог бы отправить на твой остров несколько шиноби, владеющих стихийным преобразованием земли, – с королевской щедростью предложил Ооноки-сама. Дескать, вот тебе мои шпионы, вези их к себе домой и радуйся тому, как они твои тайны выведывают. Вот наставница, слушая наши разговоры через Кацую, сейчас угорает, наверное. И жалеет, что не может лично вмешаться и укоротить наглого старикашку. Хотя куда его еще сильнее укорачивать-то? И так ростом не вышел. Слизняк под рубашкой вдруг толкнулся, показывая, что реакция на предложение у Цунаде-химе отрицательная. Мы с наставницей заранее знаки обговорили. Один тычок – нет. Два – да. И еще несколько разных простых сигналов. Саму Кацую я прямо на груди пригрела. Ну а че? Нормальный такой пуш ап. А что немного склизкая, так я к ней привыкла. В других местах было бы палевней. Например, имелся вариант с маленькой улиткой за ухом, но это, считай, совсем на виду. Ну а титьки, прикрытые местным бюстгалтером-бинтом, оголять никто не потребует, я надеюсь.

Чуть было не ляпнула “Отдайте мне пацана и мы в расчете”. Но это же очевидная расставленная ловушка. Тут вполне могли мой психологический портрет составить и решить, что Оками поведется на ребенка, которого надо спасти от ублюдков, приделавших ему рты к ладошкам. Вот Шизуне точно купилась. У нее весь вечер грустное лицо было.

Так-то практическая польза от семилетки мне нулевая. Еще одно обязательство, дополнительная статья затрат. Вырастет ли он сильным шиноби? Да не факт. Чем его взрывающиеся шарики лучше привычных бумажных фуин, которыми я целую деревню с землёй сравняла? Сумеет ли он вообще научиться чему-то стоящему? Если глядеть как прагматик, а не с эмоциональной точки зрения, то… к биджу под хвост прагматизм. У меня есть маленький поклонник, над которым ставили бесчеловечные опыты. Нельзя его тут оставлять!

– Ооноки-сама, давайте я прямое и честное предложение сделаю, а вы мне открыто ответите, насколько оно приемлемо? Как вам такое? Я девушка простая, не умею в интриги и хитрости. И вас точно налюбить не смогу.

– Слушаю тебя внимательно, Оками-тян, – по-доброму улыбнулся каге. Не будет удивительным, если с той же улыбочкой он тысячи своих шиноби на смерть отправлял.

– Ко мне тут один мальчишка в ученики попросился. Отпустите его и дайте еще парочку его одногодок, чтобы получилась комплектная команда генинов через несколько лет. Если им у меня не понравится – верну, и будет у вас три шиноби с уникальной подготовкой. Или меньше, если кто-то решит остаться. Только давайте по-честному, без шпионов.

– Дейдара-кун, – несколько раз кивнул старичок. Конечно, он в курсе. – Он очень перспективный, между прочим. Его стихия взрыва…

– Легко заменяется обычными фуин. Я сражалась с вашим членом отряда подрывников во время экзамена. Он активировал взрывы мгновенно, а мальчишка свою жвачку готовил чуть ли не минуту. Забавная, но бесполезная фишка. Еще и неблагонадежен. Раз ко мне попросился, значит, не видит себя в Ивагакуре.

Возможно, я сейчас неосторожным заявлением всю карьеру своему поклоннику сломала, но другие аргументы не придумались, а дать ребенку нормальное детство, которого не было, мне хочется. Между грудей несколько раз ткнулась Кацую. Не подряд, а отдельными точками. Троекратное “нет” от наставницы. Скажу ей, что перепутала сигналы, ничего не поняла и вообще тупая. Шизуне, наоборот, смотрела на меня, как на героиню.

– А взамен… – задумчиво протянул Ооноки.

– Приму приглашение этих ваших элитных наемников и пообещаю не брать миссий против Скрытого Камня. По возможности, остальным посоветую от них отказываться. Не факт, что меня послушают. Мне шестнадцать, я девушка. То есть для наемников, вырезающих лидеров скрытых деревень, ни разу не авторитет.

– Но ты умеешь убеждать, Оками-тян. Меня вот убедила. Давай спросим у Дейдары-куна, не передумал ли он. Но двух других молодых шиноби я точно не отдам. Один мальчик за одного агента. Честно, не так ли?

Походу, меня в этой партии переиграли вчистую. Сосредоточилась и усилила регенерацию в местах, куда Кацую толкалась. Та так активно выражала недовольство Цунаде, что если меры не принять, синяки будут.

Глава 8

Подозрения в том, что всё было давно просчитано и пацана определили ко мне в ученики задолго до вчерашнего дня только окрепли, когда Ооноки-сама снял трубку проводного телефона, набрал короткий номер и попросил пригласить к нему Дейдару-куна. Мальчишка объявился спустя минуту! Мы даже не успели закончить еще один раунд бесполезного разговора о погоде, дающего мне шанс похвастаться пляжами Узушио и тем, что теплые течения позволяют в береговых водах Узушио купаться круглый год.

– Ну чего тебе еще, старик? – без тени почтения проворчал Дей, без стука зашедший в кабинет цучикаге. Затем заметил меня и буквально расцвел. Настолько искреннюю радость не сыграть. Точно также малютка Карин на Юки-сана смотрит, когда тот сходит на берег, возвращаясь после плавания. Обожает она премного папку, и наверняка ни разу не задумывается над тем, что они по крови не родные. Взаимно, между прочим. Кэп девочку как свою принял.

– Оками-сама! – с восторгом воскликнул ребенок.

– Для тебя, Дейдара-кун, Оками-сенсей, – поправил его Ооноки-сама.

Мне почудилось, что пацанчик сейчас в обморок от радости свалится. Не, нереально такое изобразить. Может, это и коварная комбинация от хитровылюбленного старикашки, но Дей в ней полюбасу сыгран втемную. Вполне возможно, что ему аккуратно подали меня как образец для подражания. Читали на ночь сказки о могучей разрушительнице, видео с чунинского турнира показывали. Нафига? Разберемся! Мелкий братишка не виноват, что его решили в интригах задействовать.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – мальчик не знал, кого именно ему полагается благодарить и потому удостоил поклона каждого взрослого в комнате, включая Ши-тян. – Оками-сенсей, я не подведу! Старик, я зря про тебя плохо думал! Като-сан, я вас не знаю, но и вам спасибо!

– Иди, собирай вещи, Дейдара-кун, ученику надо быть подле учителя, – благодушно посоветовал престарелый интриган. Обладатель “стихии взрыва” юркнул за дверь так быстро, будто испугался, что цучикаге сейчас передумает.

– Манеры у мальчика не очень хороши, несмотря на все старания учителей, мог бы и попрощаться, – посетовал каге. – Но это теперь уже проблемы его наставницы.

– Реально такой же, как я, – не смутилась я незначительным недостатком ученика. – Что вы еще про тех рассветных наемников мне рассказать можете? А то приму приглашение, а это не те, о которых уговорено.

– Стар я, чтобы подолгу говорить. Вот имеющиеся по ним материалы, – Ооноки-сама небрежно пододвинул мне не особо толстую папку с подшитыми в нее листочками.

Пробежала взглядом текст по диагонали. Организация, созданная на базе повстанческого движения в Стране Дождя, нестабильной территории, на которой потоптались едва ли не все великие страны, оставив после себя разруху. Победив в своей борьбе против главы деревни Скрытого Дождя, сообразили, что обладают нефиговым потенциалом и решили стричь бабло. Примерно так я поняла. Их основатель предположительно погиб. Нынешний лидер неизвестен, но учитывая, что смог запинать Ханзо Саламандру, который якобы в одно лицо сражался со всеми тремя саннинами Листа и им не слился, то явно сильный, как бы не уровня каге. Это если кратко и своими словами. Пока ничего компрометирующего. Наоборот, скорее уважение вызывает. Ребята не зассали, устроили революцию и победили, а затем решили свое место под солнцем поискать.

Следующая страница – досье на подтвержденных членов. Какузу, нукенин Водопада, сражавшийся против Сенджу Хаширамы и проигравший, но все еще живой. Возраст… восемьдесят! Да он лет на двадцать постарше Ооноки-самы будет и все еще действующий наемник. Только недавно мысленно об омоложении рассуждала. С одной стороны – очень сомнительное происхождение, с другой – мужик хорошее дело сделал, разобравшись с состоявшей из неадекватов верхушкой своей деревни, решившей на него повесить неудачу в сражении против, возможно, сильнейшего из когда-то живших шиноби. Не пообщавшись лично, не решу, как к нему относиться.

И следующим в списке идет мой хороший знакомый Орочимару. Трындец! Снова двоякое впечатление. С одной стороны, это ублюдок, собиравшийся меня выпотрошить в прямом и переносном смысле, вообще во всех смыслах. С другой, мы с Чико в любом случае собирались его разыскать и предъявить по поводу ее сестренки. С третьей, он по-настоящему гениален и мог бы, если будет честно сотрудничать, очень мне помочь. С четвертой стороны – Анко и Нендо. Как писал Хатиро, моя хорошая знакомая, почти подруга, вернулась в Коноху, но что-то с ней не так. Какие-то последствия не самых гуманных экспериментов. А вот очкарик Нендо куда-то пропал. Дезертировал вместе с саннином и всё еще при учителе? Или на нём опыты прошли неудачно? Никак не могу определиться, удача это или еще одна подстава от хитрозадого цучикаге.

Далее в списках некие: Суйто из Кири, сочетающий яды и водные техники. Хираме из Кумо, любящий мечи и молнии. Райцу из Ивы, бывший член отряда подрывников. Ронин Хацуми из Страны Железа. Кагара из Суны, специалист по гендзюцу. Косен из Конохи, мастер огненных техник. Наверное, не совсем ноунеймы. Про самурая, возможно, Миура что-то знает. А про Райцу – мой нынешний собеседник.

– Тут написано про подрывника, – ткнула я пальцем в нужное место. – Что о нем можете сказать?

– Райцу-кун, молод, но силен. Был объявлен вне закона за пренебрежение жизнями союзников, когда подорвал нескольких шиноби Камня вместе с противниками, несмотря на прямой запрет своего командира. Очень упрям. Хорош в защитных техниках стихии земли и использовании взрывных печатей. До S-ранга, по нашей объективной оценке, не дотягивает.

– И на сотрудничество с деревней не идет? – уточнила я. – Иначе зачем вам я в качестве агента?

– Именно так. Райцу-кун считает себя несправедливо обвиненным. Он в книге бинго Ивагакуре с наградой в четыре миллиона и если кто-то его убьёт, сможет рассчитывать на эту награду.

– А предоплату можно? Простите, если наглость, это была шутка, – как-то я перестала в цучикаге монстра видеть и расслабилась. Возможно, потому, что в глаза реальному чудовищу имела шанс посмотреть. В сравнении с девятихвостым ублюдком передо мной попросту забавный старикашка, пусть и способный распылить меня на атомы.

– Предоплата уже получена. Дейдара-кун, перспективный будущий шиноби, имеющий потенциал стать алмазом отряда подрывников, отпущен под твою ответственность.

Под рубашкой слова ткнулась Кацую, против чего-то протестуя. Походу, Цунаде не нравится, что я тут немножко нарываюсь, выставляя свои условия. Или насчет моего нового братишки опять возражает? Поздно. Самурай сказал – самурай сделал. Так в Кодексе написано.

– А я на S-ранг вытягиваю? – не то, чтобы все эти лычки что-то значили. Но приятно же, когда тебя хвалят.

– Нет. Максимум А-ранг. По прежней оценке. Твоих нынешних способностей мы не видели, Оками-тян. Ито-сан рассказал о коротком спарринге с генинами, но это подвиг, доступный любому джонину.

Тут я увидела легкую подначку. Дескать, “а ты покажи на что способна”. Но, конечно же, не повелась. Дырку от задницы биджу им, а не секретную информацию о том, как сильно прокачалась разрушительница.

– Ну и ладно. Еще инструкции будут? Может быть, способ связи?

– Волки. Скрытый Камень в курсе, что ты используешь призывы, как почтальонов. При необходимости получишь письмо. Твоим куратором как агента будет Ито-сан. Вся переписка пройдет через него.

– Еще вот здесь сказано, что они двойками действуют, – ткнула я пальцами в другой абзац досье на группу наёмников. – Мне не нравится. И какой-то левый тип рядом, от которого не знаешь, что ожидать и неясно вообще, будет ли от напарника польза. Можно вместе со мной кто-то из моих вступит? Вот, Шизуне-сан, например. Она хороший ирьенин и вообще сильная.

Ши-тян, которая в мало касающийся ее разговор не лезла, на вид чуточку прифигела. Так-то да, логичнее Чико предложить, но та сразу попрёт на Орочимару и ляжет. И я рядом с ней, так как не брошу подругу.

– Оками-сан, прости, я не думаю, что подойду для организации наемников S-ранга, – вежливо, но твердо объявила девушка.

– Да это так, гипотетически ты. Кто угодно из наших сгодился бы.

– Я бы дал своё одобрение, – с ехидцей заявил цучикаге, – Но Акацуки я не контролирую и решений за них не принимаю. Даже твоё приглашение, Оками-тян, еще нельзя назвать решенным делом. Я ему поспособствую, как возможный наниматель, но не более того.

– Не, я в теории…

– Если говорить гипотетически, Като-сан не подходит, так как она не в розыске. Это организация отступников, Оками-тян. Ты подходишь для нее потому, что включена в книги бинго Листа и Водопада.

Мысленно сделала отметку, что Чико как раз попадает под требуемый шаблон. Не знаю, как там буковки рангов присваиваются, но шаринган плюс Бьякуго – по мне, так выглядят весомой заявкой на литеру “S”. Кроме того, моя лучшая подруга еще и реальный дезертир. То есть, если бы не Орочимару, могли бы мы с ней на пару бабло для Узушио зашибать. А может, даже и получить награды за головы всех этих нукенинов от назначивших за них цену. Ну а че? Если змеиного ублюдка так и так валить придется, то надо бы на этом еще и баблишка срубить. И вот тут точняк не то решение, которое нужно принимать, не посоветовавшись с наставницей.

Так-то у меня и от работы с наемниками есть шанс откосить. Сказать, что они мне подозрительными показались и соскочить. Или по-тихому прикопать вербовщиков и говорить, что они до меня не дошли. Перед цучикаге извиниться и ляпнуть “должна буду”. Так ведь большие дяди и тёти всё время поступают? Сначала “Оками, я договорился насчет Хатиро”, а затем “Клан в своем праве его забрать, признаю за собой долг, попроси у меня что-нибудь потом в его счет”. Ооноки-сама, конечно, не тринадцатилетняя девочка и так запросто не прогнется. Посмотрим, короче. Для начала на то, каким будет приглашение и сколько бабла мне оно пообещает. Ради одного жалкого миллиона мне проще в казино сходить. Точно! Интересно, а есть ли игорные дома в Ивагакуре? В столице стопудово были.

– Оками-сан, о чем бы ты сейчас ни подумала, я запрещаю это властью цучикаге, – объявил старый хрыч в дурацкой шапке.

– Понимаете, Шизуне-сан, путешествуя с наставницей, пристрастилась к азартным играм, а у нас на острове с ними голяк. Вот, думаю, куда мне ее сводить. Я все-таки немножко местная, знаете ли, – врать я так и не научилась. Вроде как и с уверенным видом говорю, но опытный человек, такой, как глава скрытой деревни, насквозь меня видит.

– Сходить вы можете, но подозрительно крупный выигрыш будет конфискован. И на все эти мелкие вопросы у тебя есть куратор. Если что, ему за твои поступки и отвечать. Не трать время цучикаге, Оками-тян.

Чуть язык вредному деду не показала. На Ито он стрелки переводить удумал! Понимает, что я своего друга подставлять не буду. И банк, выходит, грабить тоже здесь не стоит. Да так-то я и не собиралась. Не настолько же я отбитая, чтобы воровать у каких-никаких, но партнеров. Сегодня тут миллион стырю, а завтра моих волков на мороз. А не перевезти ли их и правда в Страну Мороза? Там даймё понятный мужик. Без всяких закидонов, нацеленный на то, чтобы делать деньги и поддерживать порядок.

– До свидания, Ооноки-сама, спасибо за то, как решился вопрос с учеником, – поклонилась я низкорослому деду на прощание.

– Пойдем пожрем, – бросила я Ши-тян за дверью. – Знаю я тут один отпадный ресторан, нас с Анко туда наследник клана птицеводов водил. А сейчас сами сходим. Королева я или нет? Могу себе позволить поесть нормально?

– Королева-наёмник? – легко улыбнулась Шизуне.

– Или королева наёмников. Уже лучше звучит.

Далеко мы отойти не успели, как нас нагнал Дей, похожий под громадным походным рюкзаком на муравья, несущего больше собственного веса. Рука сама потянулась взять и помочь, но я ее волевым усилием затормозила. Что за мужик из парня вырастет, если старшая сестренка за ним тяжести таскает? Увижу, что устал – сделаем привал, а пока сам.

Ему бы фуин хранения, аналогичные моим, но добыть их пока что неоткуда. В том смысле, что ни Фумито, ни старый Умитани не сумели их повторить. Как же фигово, что Орочимару таким мудаком оказался! Я бы с ним продолжила сотрудничать.

– Слышь, братишка, а ты как вообще про меня узнал? – спросила я мальчугана, старательно делающего вид, что тяжесть не настолько и великая. Но мне-то заметно, как он упирается. Ничего, начнет качаться и тренироваться с Миурой – станет покрепче.

– Хм, нам в академии учебный фильм про тайдзюцу показывали. Ты там была такая зашибенно крутая, сенсей! Маленькая, со светлыми волосами, супербыстрая и когда между ног одному мальчишке вмазала, я чуть со смеху не свалился, как рожу его увидел. Размазала ты по татами сразу трех мальчишек, каждый больше тебя. А у каждого протектор на лбу, настоящие ниндзя. Я, хм, понял, что хочу как ты, а не как они.

Вообще не помню никаких съемок учебных фильмов. Но допускаю, что могли без предупреждения какой-нибудь мой спарринг отснять. Я этих троек генинов по правилам “только тай, без техник” штук десять точно раскатала. Чуть ли не каждую неделю новых неудачников выставляли. И по шарам почти каждый раз лупила. Противники знали, что я так буду бить, тряслись от страха неотвратимости и становились уязвимей.

– А потом еще, хм, Кайто-сан про тебя рассказывал, – продолжал изливать душу Дей. – Он очень крутой, почти как ты! Он приходил в отряд подрывников вербовать, когда генинами станем. Ой… а мне, хм, протектор Камня не дадут теперь? Как же я стану настоящим шиноби?

– Уверена, у Оками-сан найдется для тебя протектор Скрытого Водоворота, – едва ли не пропела Шизуне. Настроение у нее после того, как мы оставили административный центр Ивагакуре, неумолимо двигалось вверх. Вон, и улыбка на лицо вернулась.

– Правда? – взгляд голубых глаз сфокусировался на кругляше Узушио на лбу у Ши-тян. Вообще, раз уж я назвала нашу столицу Шинигакуре, а не Узушиогакуре, то и логотип следовало бы использовать соответствующий. Маску бога смерти, к примеру, или оскаленный череп. Но спиралька в кружке – это уже бренд. Поэтому есть легкое несоответствие названия и камона, на которое лично мне плевать. Считаю, что мы всего-то используем камон острова, а не деревни на нем.

– Правда, бро, – подтвердила я, решив, что надо сразу выстраивать правильные взаимоотношения с новым братишкой. Никаких расшаркиваний и поклонов, но впахивать придется. – Если будешь стараться. Я не Йоши-сенсей, бегать и заставлять тренироваться не буду. Покажу, расскажу, объясню, познакомлю а дальше сам, знаешь ли.

– И ты однажды научишь меня технике, хм, уничтожения деревень? – прозвучал главный вопрос.

– Ага, научу, только это круче, чем техника.

– Улучшенный геном, да? – погрустнел ребенок. – Я так и думал, что не смогу освоить.

– Сможешь, я же говорю – научу, это простая техника. Не переживай, бро.

Вообще, типичный шиноби мой фокус с печатями повторить не смог бы. Почти идеальный контроль – вот благодаря чему мне удалось так точно рассчитать объемы чакры, вливаемые в фуин для выставления задержки.

– Но для начала тебе будет нужен меч, знаешь ли, – продолжила я.

– Фу, эти гнутые железки – отстой! – вот и закончился мой учительский авторитет. Зато Шизуне посмотрела на братишку с солидарностью. Хотя она могла бы и чувство благодарности к клинку испытать – без занятий с ним никогда бы нужной степени контроля не добилась и Бьякуго бы не сформировала.

– Сказано в Кодексе, “Контроль меча есть путь к контролю чакры”, – старательно скопировала интонации Миуры-сенсея. Саму цитату я придумала. – А без контроля чакры деревни не взорвать.

– Хай! Я готов! – с несколько преувеличенным пафосом, какой способны выдать только дети, подтвердил мальчишка.

– На, – всучила я ему ножны с вакидзаси, отстегнув их от пояса. – Потренируешься пока с моим. Будешь делать успехи – подарю.

Не проклятый танто же ребенку вручать.

А дальше мы пошли в ресторан. Хорошо так пожрали. Рты на руках у Дея оказались не для еды. Оно и логично. Пищевод от ладоней в желудок не протянешь. Но поесть новый бро не дурак. Весь в меня!

Глава 9

Какая бы в деревне Камня хорошая жрачка ни была, задерживаться в ней надолго смысла дальше нет. Ну разве что нескольких знакомых найти и перетереть с ними. Подрывник Кайто обещал мою технику разрушения деревень за сто миллионов купить, знаете ли. Понятное дело, что это шутка такая. Я не на полном серьезе назначила абсурдную цену, он поддержал юмор и пообещал, что будет копить. При том, что у джонинов часто хорошие заработки с миссий, сомневаюсь, что хотя бы миллион в год у него получается. И если предположить, что таки да – сто лет накоплений как-то долго. Не факт, что я доживу.

Все рассуждения о долгожительстве пока что глубоко теоретические. В унаследованных воспоминаниях ничего о продлении жизни так и не всплыло. А техники банка памяти, на которые меня сейчас в теории уже хватает, мне как-то стремновато использовать. Пугает меня потенциальная возможность того, что там окажется какая-то личная информация и выяснится, что я никакая не Оками, а, допустим, Узумаки Мито, после чего придется относиться к наставнице, как к внучке. Или еще хуже – окажется, что я бывший Като Дан. Это шутка юмора, уж в гендерной идентификации я на все сто процентов уверена. А вот в том, что хочу залезть в не мои и потенциально неприятные воспоминания – нет. Еще и обрывочные. Ну и сам мой набор навыков вдобавок подозрительный. Хороший добрый человек не будет филигранно оттачивать пыточные техники. Я на хорошую и сейчас не очень тяну, много всякого дерьма натворила, но внезапно выяснить, что раньше я была еще хуже тоже как-то погано.

Однажды я упрусь в потолок развития и рискну. Идея в том, что нужно к тому моменту накопить побольше личного опыта. Так, чтобы вскрытые воспоминания не смогли вытеснить более свежие и яркие. Чтобы если вдруг, к примеру, внезапно вспомню главную любовь всей своей жизни, этот подозрительный тип померк в сравнении с Фумито.

Хорошо так пожрав за счет Ито, точнее, на деньги, выделенные куратору для приема гостей, я потащила Дея и Ши-тян в Долину Судьбы знакомиться с волками. Пусть сами выберут себе призывных щеночков. Точнее, я думаю, что наоборот. Волки посмотрят на глупых двуногих и решат, подходят ли те для их зубастой дружбы.

Багаж пацанчика я сгрузила на кого-то из генинов однорукого. В долину ни Ито, ни его ученики с нами не вошли и это дало шанс поговорить, наконец, без чужих ушей.

– Всё, можно общаться свободно, нас не слушают, – объявила я, когда мы втроем отошли подальше от прохода.

– Оками! Ты что творишь? – казалось, наставница Цунаде только и ждала того момента, когда можно будет на меня наорать, не выдавая наличие Кацую. – Ты хоть понимаешь, какая это ответственность – ученик? Какие могут быть ученики в шестнадцать, пока ты сама еще учишься?

– Сенсей, у тебя эти, хм, штуки что, говорящие? У тебя там тоже рты, да? – опешил Дей. Надеюсь, он не будет просить ему грудь показать, чтобы подтвердить, что нет у меня там ничего говорящего. Так-то не в том еще парень возрасте, чтобы женскими прелестями интересоваться.

– Братишка, поздоровайся с наставницей Цунаде, – сказала я и извлекла из своего не слишком выдающегося декольте Кацую, предъявив мальчишке. Безусловно, предварительно отвернувшись. Так-то я не особо стесняюсь, но развращать ребенка взрослым зрелищем не стоит.

– Эээ… хм… здравствуйте, Сенджу-сама, я почему-то думал, что вы человек, а не… хм… вот это. Что вы такое? – выдавил из себя Дей, после чего Шизуне согнулась пополам от смеха, сумев каким-то чудом сделать свое веселье беззвучным.

Ответом со стороны Цунаде-химе оказался также приступ хохота, транслируемого через слизнефон. Молодец, бро. Сразу разбил стену отчуждения своей детской непосредственностью. А это именно она, а не четко выверенная шутка умелого шпиона, призванная разрядить обстановку. И госпожа мэр тоже красотка, не допустила конфликта.

– Нам всё равно нужны люди, наставница. А братишка Дей клёвый, он такой же, как я. Ну, не точь-в-точь, но совпадений дофигища. Да вы и сами всё слышали. Неужели нет? И да, бро, Цунаде-сенсей человек. А это Кацую, ее призыв. Она умеет передавать голос.

– Ой, простите, Цунаде-сама, – смутился ребенок. – Пожалуйста, не ругайте Оками-саму. Если бы она не согласилась меня взять, я бы сам, хм, сбежал и повторил бы ее путь, пока не доплыл бы до Узушио.

– А за вступление в группу наемников-нукенинов вы на меня орать не будете? – уточнила я.

– Нет. Потому что ты пока никуда не вступила. Обсудим серьезно, узнаем, кто это такие и чем известны. Мне не очень нравится сама идея, но она способна пополнить бюджет деревни. Тут Фумито-кун собирается сказать тебе кучу романтической ерунды. Закрой уши ребенку.

Дей надулся, но никто ему уши затыкать и не собирался. Ничего такого смущающего мой парень все равно через Кацую передавать не будет. Наша улитка-сплетница разумная, а не биологический аналог телефона. При ней всегда нужно фильтровать базар, понимая, что и кому говоришь. Так что получился всего-то милый обмен любезностями, состоящий из банальных фраз о том, как мы скучаем без второй половинки. Казалось бы, пустой трёп, а настроение мне приподнял.

На месте мы не стояли, двигались к пещере, которую я мысленно окрестила волчьим логовом. Именно там впервые повстречалась с детьми Китакадзе-самы. Конечно, оставить наше присутствие без внимания обладающие чутким нюхом хищники не могли. Вскоре с нескольких сторон послышался звериный вой. Взглядов я пока не чуяла. Но глаза не особенно и нужны для понимания ситуации, когда есть офигительно чуткий нос.

Окружила нас стая, то там, то тут многочисленные хищные тени мелькать начали. Ничего так они у меня размножились. Даже как-то слегонца неуютно стало. И Ши-тян и Дей инстинктивно поежились. А уж когда громадный Китакадзе-сама возник перед нами мощным прыжком при приземлении, после которого как будто земля дрогнула, и мальчик и девушка рефлекторно шаг назад сделали. Я – нет. Что мне волк-переросток в сравнение с девятихвостым ублюдком? Не напугать. Я и в первую встречу вполне себя уверенно чувствовала. И для обновления контракта с призывом периодически контактировала.

То, что вожак стаи еще немного подрос, сюрпризом для меня не стало. Нормальный зверь, добравшись до таких габаритов, стал бы больше жалким зрелищем, чем грозным. Но я, походу, раскусила, в чем их секрет. Всех призываемых зверушек. Они отчасти энергетические существа, существующие за счет чакры, а не слабой плоти. Не уверена, каков в них баланс между материей и энергией. Может быть, животные полностью материальны, а чакра нужна для подпитки нестандартного. Разума, например. Или размеров. Уверена, Орочимару в курсе. Как и другие шиноби-ученые, наверняка занимавшиеся вивисекцией призывов. Надо будет по случаю спросить. Да хоть бы и у наставницы. Че она, зря со змеиным ублюдком в одной команде состояла? Наверняка знает.

Из отчасти энергетической природы зверей следует однозначный вывод: контракты – это нечто вроде симбиоза. Без надежного источника чакры, то есть человека, этим громадинам придется поглупеть и скукожиться. Так что пусть и не пытаются сделать вид, какие они тут самостоятельные и независимые.

– Привет, Китакадзе-сан, – несмотря на все мои размышления о вежливости лучше не забывать. – Вот, была неподалёку и решила заглянуть, узнать всё ли у тебя хорошо. Как у вас тут с погодой? Не досаждают ли человеки? А то могу и место получше для вашей стаи поискать, если так, ты только скажи.

– Маленькая самка немного подросла, – добродушно, насколько возможно для такого грозного гиганта изрек волк вместе с рычанием. – Кого ты к нам привела? Еду? – и облизал морду большим, как и он сам, розовым языком. Дей слегонца побледнел. Все-таки ему семь. Вот Шизуне испуга не показала.

– Очень смешно, – усмехнулась я. – Привела к тебе познакомить новых членов моей стаи. Они бы тоже хотели контракт. Принюхайся к ним, хорошо ли у них чакра пахнет?

– Королева слизней тут, – рыкнул зверюга после того, как втянул носом воздух.

– Кацую-сама и правда тут, мы с ней друзья, но контракта между нами нет, – ответила я, мысленно сожалея об этом факте. Волки милашки и в целом полезны, но сравнение с улиткой-колоссом они проигрывают вчистую. Сейчас, правда, я пользуюсь плюсами и тех и других. Но кто знает, как долго еще Цунаде-химе продолжит одалживать жителям Узушио свой призыв? И вообще, она не бессмертная, несмотря на всю свою деланую молодость и офигительную регенерацию, которой мне следует позавидовать.

– Волки и слизни не дрррузья, – прорычал Китакадзе-сан. – Но и не вррраги. Пусть стая посмотрррит.

Как хорошо, что я наконец-то тут побывала. Оценила масштабы шерстяного сообщества, собравшегося тут, и осталась под впечатлением. Уже десятка три особей набралось. Молодняк в основном, потомство тех нескольких волков и волчиц, что изначально поселились в долине.

Шизуне в итоге приглянулась молоденькой волчице с редко встречающейся кудрявой шерстью. Не знаю, насколько это нормально, когда волосы на теле хищника закручиваются прядями, как у барашка. Может быть, из-за таких вот случайных мутаций и появилось выражение про волка в овечьей шкуре? Но смотрится красиво. Имя ей Фувари, то есть “Мягкая”. И тембр голоса, сопровождающего привычное рычание, очень приятный. Я бы сказала, что музыкальный.

– Обычно я не позволяю трогать себя тут двуногим. Но тебе можно, – сказала Фувари-тян, которой ирьенин вдруг начала начесывать за ушком. Кагемару-сан за такое бы руку отгрыз, а тут ноль агрессии. Вот от таких бракованных и произошли, наверное, домашние собаки.

– Мне не нужен призыв! Только, хм, слабаки полагаются на призывы! – объявил Дей, к которому звери подходить не спешили. Выглядело это так, будто мальчишка обиделся на то, что стая не передралась за право дружить с ним.

– Нужен. Вот он будет, – ткнула я пальцем в первого попавшегося молодого, где-то в полгода, волчонка, самого обычного, бурого с серыми подпалинами. Тот в ответ на мой жест ощерился и зарычал.

– Почему он? – не обрадовался ученик.

– Потому, что Оками-химе его назначила, – дал ответ Китакадзе-сан. – Его имя Икаро, он сын Кагемару и пока не научился человеческой речи.

Мой самый частый призыв рыкнул на своего отпрыска и тот недовольно поплелся знакомиться и обнюхивать.

Пока это предварительное знакомство, ограничившееся единственным обнюхиванием. Мне нужна будет сторонняя помощь, чтобы вписать еще двоих в контракт. Расставалась Ши-тян с Фувари очень неохотно. И волчица к ней буквально ластилась, за что получала недовольные взгляды сородичей. Как бы не погнали из общества, заставив окончательно поселиться у человеческой подруги. Хотя мне что, жалко? Фуин набить для защиты от радиации и готово.

Перед тем, как покинуть долину, оставалось еще одно большое дело. Нет, не поиски особенного камня, который что-то там должен символизировать. Вроде как твердость и решимость.

Требовалось посмотреть, на что способен мой новый ученик. Обратно я братишку в любом случае возвращать не собираюсь, но хотя бы оценить, на что он способен и в какую сторону его тренировать. Для начала голая рукопашка, без техник и прочего усложнения.

Не гений. То есть в излюбленной взрывной тематике пацанчик, может быть, и хорош, но в старом добром физическом насилии ничего особенного. Нормальный уровень для семилетнего ребенка, занимавшегося год-другой у добросовестного ветерана вроде Йоши-сенсея. Еще и стиль самый стандартный, характерный для всех будущих шиноби первого года обучения. И вот нафига им тот самый учебный фильм имени меня показывали, если в итоге ученики из него ничего не вынесли?

Когда же сказала младшему братику в руки меч взять, вообще выяснилось, что рты на ладонях мешают, не позволяют сжимать рукоять вакидзаси достаточно крепко.

– Сомневаюсь, что Фумито был лучше в твоем возрасте, – вынесла я вердикт. – Про то, чтобы стать мечником – забудь, это не твой путь ниндзя.

Ножны с вакидзаси мне Дей возвращал с явным облегчением. Даже закралось подозрение, а не притворялся ли он. Не изобразил ли неспособность работать с клинком? Если и так, неважно. Не заставлять же?

– Извини, Оками-сенсей. Я не слабый. Просто мне это всё не нравится. Ни кендзюцу, ни тайдзюцу. Мне нравятся взрывные техники. И техники без использования печатей, как у тебя. А кто такой Фумито-сан?

– Мой… – я задумалась на несколько секунд, выбирая правильное слово. В общем-то “мой” вполне достаточно, но как-то неполно. – Мой жених, – наконец, определилась я.

Ну а че? Конечно, мне светит еще и выгодное замужество за мифическим настоящим Хьюга, но как-то я его не очень представляю. В том смысле, что светлоглазые сплошь параноики, помешанные на том, что их драгоценный бьякуган не должен уйти на сторону. То есть на Узушио клан “чистокровного” не отпустит. А я не могу себе позволить переехать с собственного острова в Коноху. Вот и кончился роман, не начавшись. Хорошо ли это? Для наших с Фумито отношений – очень даже хорошо.

И для жениха из Хьюга, пожалуй, тоже. А то как бы он, прибыв на мой остров, не обнаружил, что ему внезапно кое-что лишнее самурайским мечом отсекли. Я про руки. Да. Чтобы ко мне их не тянул. Про что еще можно подумать-то?

Надеюсь, задвигать мальчишке про то, зачем люди ищут себе пару, а также про тычинки и пестики будет кто-нибудь еще. Миура-сенсей, например. Эта тема меня не смущает, но и обвинения в том, что Оками учит детей плохому мне как-то не очень улыбается заработать.

– Сенсей, а покажи мне взрыв! – попросил вдруг Дейдара, полностью удовлетворенный ответом и дополнительных пояснений не потребовавший.

Запрос с подвохом. Попытка прощупать так называемую наставницу и показать, что есть область, в которой он тоже авторитет.

Вытянула вперед руку и активировала взрывную фуин. Бабах! Бабах! Бабах! Чакры я в печать направляла немного, но зато взяла контролем, наиграв при помощи взрывного ритма нехитрую мелодию. Гимн Ивагакуре, знакомый всем бывшим ученикам академии. Каждый биджев день, когда нас выводили на утреннюю разминку, этот бравурный марш звучал из громкоговорителя над спортивной площадкой перед учебным корпусом.

– Ого! Я тоже так хочу! – оценил ученик. И даже Шизуне, которая от громких хлопков морщилась и прикрывала ушки, в итоге заулыбалась, разобрав четкий музыкальный ритм.

– Вся фишка в точном контроле, – похвасталась я. Вообще, я чуточку смухлевала, добавив к активации сделанных еще Минато наколок элементы акустической техники. Той самой, которой неуязвимого мудилу-самурая прибила.Только так получалось четко по нотам отыграть. Но этого никому знать не надо.

– Твои взрывы – это прямо искусство! – воскликнул Дей. – И мои тоже будут! Не сомневайся, сестренка Оками, – внезапно приятно прозвучало.

Больше мы ни в долине, ни в Скрытом Камне, ни в Стране Земли задерживаться не собирались. Прямым маршрутом до северного побережья и на обратный корабль в Страну Мороза, откуда меня заберет Шохеймару с восточного побережья.

Как запланировала, так и получилось. Без сюрпризов, включая морскую болезнь у ученика, которая проявилась, едва мы вышли в море из того самого порта, куда ранее приплыли. Я тоже в свое время первые несколько дней в море ужасно страдала, пока не привыкла.

Реально такой же, как я. Самоуверенный, неуравновешенный, но потенциально крутой, если раскрыть заложенный в нем потенциал. Не отпускает меня эта наша с ним схожесть, выраженная в короткой фразе.

Глава 10

Ито и его генины проводили нас до западного порта Страны Мороза и дальше не пошли. Вернулись на свой корабль. Какое, к биджу, облегчение! Я все еще считаю куратора своим дружбаном, но понимание того, что он обо всём мной сказанном доложит цучикаге, не позволяет и полслова лишних сказать. Это было напряжно!

Так что, оставшись без надзора иванинов, я с облегчением вздохнула. Можно теперь пуститься во все тяжкие. В том смысле, что активно начать использовать Кацую для связи с Узушио. У меня там полный остров людей, за которых я в ответе. Конечно, наставнице полностью доверяю, но всё равно и самой знать хочется, что все в порядке. Вдруг мелкие что-нибудь такое учудили? Вдруг ублюдок Ягура выбрал именно этот момент, чтобы на нас напасть? А что, если Чико решила, что достаточно прокачалась и сбежала ради поисков Орочимару? Или чтобы своих братьев из Конохи забрать.

Вопрос с братьями Учиха и правда стоит решить. Пока склоняюсь к тому, чтобы использовать право на просьбу, полученное от Хирузена-самы за налюбку с Хатиро и потребовать мальчишек. Или внаглую спереть их. Пусть докажут, что я при делах, а не сами парни сбежали. Где-то год-два у меня еще есть. В Конохе, как Хьюга мне написал, приняли закон о том, что выпускаться из академии и становиться генином раньше одиннадцати лет теперь нельзя. Наелись, видимо, пятилетними гениями.

Почему мне вообще важно, получат ли братья Чико протектор? По той же причине, по которой сама, не дожидаясь торжественного момента, сбежала. Когда из деревни сбегает ребенок – это нифига не дезертирство. А может, мне их через обратный призыв потырить? С Деем не пригодилась идея. Но она же крутая. Жалко будет, если так и не использую.

Короче, дорвалась я до долгих разговоров через Кацую. Со всеми важными людьми пообщалась, включая мелких, от которых получила “Сестлёнка, мы скучаем, плиплывай сколей”, произнесенное хором. Репетировали, походу, иначе непонятно, как сумели подобной синхронности добиться. Приятно, блин. Я так-то откровенно боюсь совсем маленьких детей и не умею с ними обращаться, но эти четверо навсегда у меня в сердце поселились, если языком глупых поэтических метафор говорить. Да и не такие они уже мелкие. Это оруще-какающие младенцы раздражают и всё тут. А тут личности, способные ходить и говорить. С ними по-своему интересно.

А вот что мне Фумито сказал, надеюсь, только между нами и королевой слизней осталось. Так-то улитки не теплокровные, но мне прям показалось, что Кацую стала теплее и порозовела после нашего разговора. Дурак. Мог бы и до личной встречи подождать. Не так и долго нам обратно до Узушио плыть.

Дей на окружающий мир смотрел во все глаза.

– Я, хм, вообще ничего, кроме Ивагакуре, и не видел никогда, – признался пацан во время путешествия через Страну Мороза. – Потому я хочу быть как ты, сенсей. Вообще во всех странах побывать. Ну или хотя бы в, хм, великих. Ты ведь в каждой побывала. Расскажи, а?

Несмотря на некоторую маниакальную зацикленность на взрывных техниках, мальчишка мне достался очень любознательный и открытый. Рассказы, во всяком случае, любит.

– Не, ну не совсем в каждой. В Стране Воды пока не успела, знаешь ли. Хотя это как посмотреть. Ублюдок Ягура считает, что Узушио – это его остров, а я наглая захватчица. Так что, с этой точки зрения, и там побывала.

– Узушио никогда не был частью другого государства. Каратачи-сану следует умерить свои аппетиты, – высказалась Шизуне. Вообще, хорошая она спутница. Молчаливая. Больше любит слушать, чем говорить.

– Оками-сенсей, а расскажи что-нибудь про взрывы? – такие запросы от моего ученика приходили периодически. Ну и че бы не рассказать, раз уж влезла в мороку с ученичеством. Тем более у меня есть эксклюзив из генетической памяти.

– Слушай, братиш, а ты вообще в курсе теории Большого Взрыва?

– Больших взрывов? Больше, чем когда ты разрушаешь деревни? – глаза ребенка мечтательно загорелись. Походу, те эксперименты, которые привели ко ртам на ладонях, что-то в детских мозгах немного повредили. Ему бы хорошего психолога. Но есть только я. Попробую хоть как-то ему помочь. Жалко же пацана. Одно психологическое отклонение я уже вылечила. Это я про проблему наставницы с кровью.

– Не. Одного большого взрыва. Того, с которого началась вселенная. Когда-то, десятки миллиардов лет назад, существовало одно только большое ничто. Большое, как вообще всё вместе взятое, но при этом очень маленькое. Вот, с твой глиняный шарик. Громадное по массе, включающей в себя триллионы солнц, тяжеленное и бесконечно плотное ничто. Оно с начала времен находилось в таком состоянии и где-то дало трещину. Хотя про начало времён – это упрощение. Не было тогда никакого времени, так как не было способов его в абсолютном ничто отслеживать. Время – это абстракция, бро.

– Я ничего не понимаю, сенсей! – признал парнишка.

– И я тоже, – добавила Ши-тян. – Если ничего не было, то откуда взялся взрыв? И как люди поняли, что он вообще был?

– Это нормально. В эту тему почти никто нормально не въезжает. Чтобы до конца ее понять, надо быть реальным гением. Ничто, оно все же было, тяжелое, как триллионы солнц, слепленных вместе и сжатых почти в точку. Всей нашей математики не хватит, чтобы описать размеры давления, под которым находилась вообще вся материя. А затем всё как рвануло! И по сторонам разлетелось. Из осколков изначального ничто всё и получилось. Смекаешь? Взрыв – первопричина вообще всего. Ты, я, Шизуне, камни у нас под ногами, солнце, звезды и луна – всё это попросту осколки самого большого взрыва, которые разлетелись случайным образом, а потом слиплись так, что получилось, как получилось.

– Как это, хм, красиво…

– Именно. Запомни, ученик, взрывы должны иметь своей целью созидание. Чтобы после того, как рванет, что-то хорошее получалось, а не просто громкий звук и разрушения.

– А что хорошее получилось, когда ты взорвала деревню в Стране Водопадов, сестренка? – хитро прищурился мальчик. Думает, что подловил, наивный. Будет еще меня всякая мелочь пытаться на слове поймать!

– Спаслась целая куча детей, которых джашинитские ублюдки собирались принести в жертву своему божку. Че, про это в академии не рассказывали?

– Хм, нет. Только про то, как круто ты все разрушаешь, сенсей.

– Потому и круто, что имея четкую цель что-то сделать. Бесцельное уничтожение чего-либо – это оскорбление Большого Взрыва-самы, который создал всё. Подумай об этом, ученик.

Как могла, наставила пацанчика на мирное созидательное русло, используя его же одержимость взрывной тематикой, которая наверняка откуда-то от техник использования особой глины идет.

Результат получился еще до того, как мы снова вышли в море.

– Эт тебе, сенсей, – Дей протянул мне маленькую фигурку из белой глины, изображающую… меня! Пропорции немного утрированы. Голова слишком большая, волосы напоминают шипастую булаву, глаза и вовсе гигантские, а нос и рот крошечные. Но главное в том, что очень талантливо сделано. Различимы все основные детали, такие, как стиль одежды или наколки. Даже Бьякуго на лбу место нашлось.

– Какая прелесть! – тут же оценила Ши-тян. – Настоящее искусство!

Ребенок от ее слов чуточку зарделся, видно, что приятно ему, когда хвалят.

– Шикардос! – оценила я. – Спасибо, я сохраню и поставлю на полку над камином, когда она у меня будет. Или над камином опасно, если фигурка взрывная?

– Надо в нее чакру влить, тогда взорвется, – объяснил Дей.

– Тогда на полку! А чтобы что-нибудь взорвать, ты мне формой попроще сделай.

Еще до прибытия в порт я получила пять штук одинаковых глиняных сфер весом граммов в пять каждая. Влила в одну из них на пробу чакру и запустила в воздух повыше мощным кинетическим толчком. Нелишняя оказалась предосторожность. Рвануло, как от дюжины стандартных бумажных печатей. Которые, знаете ли, так запросто не метнешь. Стандартный подход – бумага, привязанная к кунаю, отвратен и с точки зрения аэродинамики, и с той стороны, что печать может отвалиться, и потому, что запас метательных ножей ограничен и таскать их с собой слишком много не получится. Чуть в лоб ученика за такой подгон не поцеловала. Семилетние мальчишки обычно такие нежности в штыки принимают, потому и не стала пробовать.

– Слышь, Дей, а глина у тебя какая-то особенная? – уточнила я внезапно злободневный вопрос.

– Да, хм, специальная, ее в особенном карьере в горах добывают. Для отряда подрывников и, хм, меня. Ой… она же закончиться может, да?

Вот же хитровылюбленный старикашка! И вот же тупая я. Через уникальный ресурс мой ученик постоянно будет у него на контроле. И семилетний пацан быстрее типа умной разрушительницы сообразил.

– И че, без вариантов, только такая?

– Обычная, хм, речная глина тоже подходит, но не так хорошо. Взрывы слабые. И крошится. И некрасиво получается. А красиво – это важно. Я понял, что ты мне говорила, сенсей, про это, хм, созидание.

– У нас на Узушио была какая-то глина, – припомнила я. – Но если не подойдет, смотаемся в тот карьер и набьем ей печати хранения. У нас их так дофигища, что лишние продаем.

Ребенка придуманный мной выход устроил. Он-то не задумывается в силу малолетства о том, что старый хрыч Ооноки-сама так запросто ресурсами делиться не пожелает. Ну и так ли эта штука уникальна? Надо будет в Конохе, Суне и Кумо узнать. Вдруг получится диверсифицировать поставщиков.

В восточном порту нас уже ждал Шохеймару. Как родным, обрадовалась и Коху-сану, и его старпому Сумидаре Бьючи. И самому кораблю. Парящий для меня стал чем-то большим, чем кучей досок, веревок и парусины. Он как живое существо.

На борту, кроме знакомой команды, нашлись и пассажиры – пятеро женщин, при каждой из которых двое-трое детей в возрасте до десяти. Выглядят нифига не забитыми крестьянками. У всех теток гордый независимый вид и осанка прошедших подготовку ниндзя.

– Оками-химе, я извиняюсь за самоуправство, но это женщины и дети клана Юки. Жены недавно погибших членов клана. Политика Ягуры по отношению к ним ужасна. Все они могли бы…

– Кэп, че за бред? Какое, к биджу, самоуправство? Ты же как раз за женщинами и плавал? А то, что привез не голоногих крестьянок, а куноичи – это же супер.

– Не совсем куноичи. Все они тренировались в клане, но не заканчивали академию и не считаются шиноби. Последняя линия обороны.

– В любом случае зачетно, – я подмигнула женщинам. – Будут моему ученику ровесники, а то у нас пока одни малыши.

– На Мизукаге из вас кто-то шпионит? – спросила я у клановых Юки в шутку и поняла, что на самом-то деле вопрос подняла серьезный. Нам нужен мозголом, который сумеет забираться в головы новых поселенцев и узнавать, что они скрывают.

– Я провел собеседование с каждой. И со всеми был хоть немного, но знаком лично. Я разбираюсь в людях. Они не шпионки, – подтвердил Коху. – Но согласен с тем, что будет разумно, если их проверит кто-то еще. Учиха-сан умеет подмечать мелкие детали мимики при помощи шарингана, Марин чувствует изменение эмоционального состояния по чакре. Предлагаю дать им поручение оценивать всех новоприбывших.

– Не шпионки мы, – подала голос самая старшая, ровесница Каноно или около того.

– Позвольте представить Юки Мияко, Юки Рейко, Юки Шизука и Сецука. Сецука-сан не урожденная Юки и улучшенным геномом не обладает. Но ее дети – да.

– Ох и заревнует тебя Марин, – протянула я. Прямо-таки красавицами этих новых поселенок не назвать, но и не дурнушки. Подтянутые, тренированные, имеющие гордый вид, несмотря на то, что явно уставшие. Этого вполне хватит, чтобы ревнивая капитанская жена начала смотреть на баб, как на соперниц. Да что там, она иногда и на меня с подругами так смотрит. И на Цунаде. Вслух ничего не говорит, но взгляды многозначительные. Боится, что уведут мужа. Любая симпатичная девушка – соперница.

– Не будет ревновать. У нас с ней наконец-то получилось. Я про второго ребенка, – широко заулыбался кэп.

Наивный. Второй ребенок – это как раз повод для ревности, из разряда “Пока я тут с младенцем упахиваюсь, он со своими девками зажигает”. Хотя самому Коху-сану жена никогда ничего не предъявляла. Все выплескивалось на “конкуренток”. Не удивлюсь, если она попросту развлекается так.

Переговорила коротко с каждой из новеньких. Ну такое себе. На меня взрослые женщины смотрели, как на слишком молодую соплю, ничего пока что в жизни не понимающую, как показалось. Но не возбухали, бочку не катили и очень хотели спрятать своих детей от гнева Мизукаге. Где мне им всем теперь мужей-то искать? Ну, допустим, какая-нибудь одна окажется извращенкой и за Бьючи-сана выйдет. Еще кому-то, может быть, обычный морячок приглянется. Главное ведь не количество чакры и техники, а сам человек. А остальные? Не удивлюсь, если к Фумито подкатывать начнут. Надо будет сразу это пресечь! Меня что, Марин покусала, раз я в таком ключе думать начала?

Без лишней суеты вышли в море. Максимум несколько дней и я буду у себя дома. Начала Дея потихоньку учить. Пусть он и не фанат старого доброго мордобития, но мой стиль ему явно приглянулся. Как парень сам мне признался, потому, что позволяет закончить схватку быстро, без лишних плясок.

– “Это как взрыв без взрыва”, – описал мой подход пацанчик. Ниче так, философски.

И одно лишь реально печалило. Бабла я так и не добыла. Цунаде, конечно, не на полном серьезе у меня миллион просила, но то, что денег не хватает, мне самой очевидно. Сейчас вот новых людей расселим и на них тоже затраты капать начнут. Не, точно надо было грабить банк. В Стране Железа, например. Я этих мудил так и не простила и никогда не прощу. Или на финансовую систему Страны Воды атаку провести. Все равно, пока Ягура мне свой автограф не пожалует, мира между нами не предвидится. Да и зря он считает моё своим.

Хм. А может, мне у него Кровавый Туман отжать и самой стать Мизукаге? Не, нереалистично. Женщина-мизукаге – это что-то из разряда фантастики. И мне не нужно. Так-то мне и королевой быть не очень надо. Попросту очень хочется на остров жизнь вернуть, и есть понимание, что без моих возможностей это нереально. Вот и пыжусь.

До того момента, когда ожидалось увидеть Узушио в воздушные линзы, оставалось где-то половина дня пути, как на судне поднялась… нет, не паника, но суета. Наблюдатель с мачты проорал, что видит что-то странное по правому борту и весь экипаж начал пытаться рассмотреть, что же он там такое заметил. Я и сама не удержалась, поднялась в верхнюю точку корабля, чтобы посмотреть. В конце концов моя техника работает лучше, чем типичный бинокль.

Посмотрела. Захотелось не поверить глазам своим. К нам плыла ярко-голубого цвета жаба размером с треть Шохеймару. Не такая гигантская, что придавила девятихвостого ублюдка во время разрушения Конохи, но все-таки достаточно крупная, чтобы человека проглотить. Или везти у себя на голове. Как, собственно, и происходит. Беловолосый крупный мужик в пестрой одежде сидит на голове амфибии и бухает сакэ из горла. На черты лица разрешающей способности оптического прибора не очень хватило. Но ставлю так и не добытый мной миллион рье против задницы биджу, что это Джирайя.

И курс у лягухи такой, чтобы нам наперерез. Гадство! Огромные лягушачьи лапы, походу, намного более эффективные движители, чем давным-давно устаревшие паруса, несмотря на то, что так-то жабы пресноводные создания. Не зря в Стране Молний вовсю паровые двигатели используют. Че бы и нам Парящего не проапгрейдить? Ну или не добыть еще одно судно пошустрее. С электрическим приводом, например. Я бы смогла на ходу его запитывать. Быстро бы получилось.

Джи как почувствовал, что за ним наблюдают, и отсалютовал бутылкой. Не целенаправленно мне, а тому, кто смотрит. Че, тоже имеет навык определять посторонние взгляды? Вероятно, что так.

Глава 11

– Наставница, тут твой саннин-напарник, – сказала я в Кацую.

– Орочимару?! – в голосе Цунаде проскользнули заметные нервные нотки. Можно сказать, что испуганные. По поводу себя она чуть ли не эталон бесстрашия – с ее-то уровнем регенерации, что уступает разве что легендарному Хашираме, ее деду, это немудрено. Но вот за нас, учениц, трясется на полном серьезе. То, что отпускает раз за разом куда-то, где возможна опасность, настоящий “родительский” подвиг.

– Не, всего лишь Джи. Но как бы он не решил за мой счет бабла поднять. Десять миллионов награды и всё такое. Откровенно говоря, он мне симпатичен, но что там у него с намерениями и что ему сандайме в уши напел – большой вопрос.

Из писем Хатиро мне известно, что жабий отшельник в Конохе за минувшие годы так ни разу и не появился. Но с Хирузеном он наверняка связь поддерживал и в книгу бинго тоже заглядывал. Может быть, даже на полном серьезе меня винит в произошедшем. Неее… не верю. Джи извращенец и алкаш, но я ненадолго видела его настоящего, когда решил приподнять маску. Он реально умный и наверняка задал Хирузену все нужные вопросы.

– Джирайя… – задумчиво изрекла женщина. Мне почудились в ее словах и нежность и грусть. Но так-то я не очень эмоции по голосу распознаю, лажаю. – Врежь ему как следует по его самодовольной роже при встрече. А потом можешь дать Кацую и пропустить к нам в гости. Но сначала покажи, чему ты у меня научилась.

– Эээ… не въезжаю. Вы же друзья и сокомандники. Нафига?

– Надо, ученица. Я не так часто даю тебе настолько однозначные указания. Просто сделай, как я сказала. Говоря твоим обычным языком, надери ему зад. Точнее, попытайся. Считай, что это экзамен на вступление в ту группу рассветных наёмников.

Пришлось спускаться и говорить кэпу, чтобы брал курс на жабу. Использовать Кацую для переговоров, которые возможны без ее участия, мы постепенно переставали, не желая чересчур нагружать призыв наставницы, так как количество абонентов растет.

Учитывая, что амфибия и так нас нагоняла, очень скоро все желающие и невооруженным глазом могли иметь честь посмотреть на немного бухого саннина. Не удивлюсь, если хитрый отшельник виртуозно изображает опьянение, а внутрь его сакэ вообще не попало, все снаружи для запаха разлито.

– Умино Оками-сан, я знаю, что ты на борту. Разговор, ик, есть! – коноханин использовал звуковую технику, заменяющую мегафон. Слышала его не только я, а вообще все.

– Оками-сенсей, а давай я этого, хм, старика взорву, чтобы на тебя не покушался, – простодушно предложил Дей. – А то чего он?

– Че, Джи, десять миллионов захотелось? Ты мне еще мой выигрыш из казино должен, знаешь ли! – я показала, что тоже владею техникой усиления голоса, причем покруче, чем у второй стороны. Исходящий от меня звук направленный, а не оглушающий всех вокруг. Ученику ответила прижатым к губам пальцем. Универсальный жест “ни слова”.

– Аха-ха-ха! – громогласный смех саннина, усиленный чакрой, сам по себе подходит для использования в качестве оружия. Где-то за моей спиной что-то упало, возможно, матрос с мачты свалился.

Ко мне подошли капитан и старпом. Оба напряженные, но не испуганные.

– Я считаю, что у нас есть шанс с ним справиться, – тихонько сказал Юки. – Нас больше. Море и для меня, и для Бьючи-сана родная стихия. Твои возможности, Оками-сан, жабий саннин не знает.

– Нет, я сама. Сейчас мы с Джи немного зарубимся, не напрягайтесь сильно. Считайте, что это спарринг. Мы с ним неплохо так помахались в прошлую встречу. Вот сейчас повторим, Цунаде-сенсей просила. Юки-сан, отведи корабль подальше, чтобы не зацепили, но вообще наслаждайтесь представлением.

– Джи, без обид, но наставница сказала хорошенько тебя отделать перед тем, как пускать на остров, – прокричала я. – Отпусти жабу, не хочу ей навредить, – в доказательство намерений я создала электрическую дугу между широко расставленными руками. Намек – прозрачней некуда. Соленая морская вода – великолепный проводник тока и гигантское земноводное, каким бы крупным оно ни было, удара током может и не пережить. Сердечную мышцу сведет и всё. Какой бы уродливой амфибия ни являлась, убивать разумное живое существо я не хочу.

Пшик, характерный для телепортации призывных зверей, и Джирайя стоит уже не на жабьей башке, а на волнах. На плечах у него появились две мелкие жабки, а лицо из в целом симпатичного для побитого временем сорокалетнего ветерана превратилось в уродливую пародию, с огромным носом-бородавкой и странными глазами.

Я погасила разряды и сиганула за борт. Теперь на воде стояли двое на расстоянии трех метров друг от друга. Красноволосая красотка, низковатая для своих шестнадцати и крупный широкоплечий дядька, измененный режимом мудреца-отшельника. Может, и мне чему такому обучиться? Ну, то есть если Джи становится жабочеловеком, чего бы и мне не превращаться в девушку-оборотня, зубастую красотулю, объединяясь с волчицей? Надо будет спросить у Китакадзе-сана. Не на это ли он намекал, когда пошутил, что мне нужен хвост.

Бей первой. Основа моей стратегии. Так и поступила. Сгенерировала мощный разряд себе под ноги, надеясь, что добью до противника. Простите меня, рыбки. Но выполнение просьбы наставницы важнее ваших жизней. Моряки вас потом соберут и съедят на ужин.

Моя атака была быстра, как молния, внезапна и неотвратима. Саннин успел среагировать. Всего-то подпрыгнул, чем и законтрил, казалось бы, идеальный план нападения. Возможно, я сама его предупредила, показав свой электрический потенциал. Убедилась в очередной раз, что Джи далеко не дурак и чуйка у него, что надо. Движение вверх он начал в момент создания мной разности потенциалов. Он же не сенсор? Как он почувствовал?

Еще находясь в воздухе, ученик Хирузена создал двух теневых клонов, точные свои копии, которые и кинулись на меня. Мудацкие клоны! Ненавижу эту технику. Какого биджу все подряд ей владеют, а я нет? Создать две режущих плоскости – доля секунды. Раз! Два! И обе копии Джи распадаются, превращаясь в облачка чакры.

С самого начала спарринга я безостановочно спамила эхолокацию, причем не только в окружающее пространство, но и под ноги себе. Потому и не проморгала то, что из глубины ко мне рвется что-то такое вытянуто-фалическое, ушла в сторону перекатом, подтолкнув себя кинетическим импульсом. Вовремя! Там, где я только что стояла вспучился трехметровый водяной конус, похожий формой на кунай. И когда противник успел сложить для него печати? И когда успел сделать еще двух клонов, которых я снова порвала на клочки режущей техникой, а затем и в оригинал ее же бросила, постаравшись при этом зафиксировать саннина на месте телекинезом, схватив за шею и приподняв. Если случайно отрежу ему ноги, потом пришьем, наставница хорошо это умеет.

Идеально же вышло. Придержала и… вместо того, чтобы экстренно ловить отрубленные ноги извращенца, увидела только пшик, с которым распадается очередной клон. Да какого биджу! Клонов вообще стоит запретить, как читерское дзюцу! Звуковое зрение дало мне обнаружить еще одного Джирайю, вынырнувшего из-под воды. Двух… трёх. Режущая техника в каждого. Минус два клона и один с поразительной скоростью увернувшийся живчик. И всё так быстро, что сомневаюсь, что кто-то из зрителей успел насладиться зрелищем с борта корабля. Мы реально на сверхзвуке сейчас зарубились.

Звуке. Шибанула акустической волной, так удачно развоплотившей пару лет назад одного неуязвимого самурая. Тогда я ее потянула за счет поддержки Кацую, сейчас же всё своими силами, благодаря Бьякуго. Есть! Джи явно шатнуло, а это дает надежду, что настоящий. Но вообще слабоват эффект вышел. Это режим жаболюда ему стойкости добавил? Нормальный человек рухнул бы, лишившись равновесия.

О, круть! Джирайя блеванул! А нечего бухать перед схваткой… или. Изо рта знаменитого ниндзя, вырвалась не банальная рвота, а что-то вроде потока нефти, воспламеняющейся на лету и окутывающей саннина клубами черног о дыма, достаточно плотного, чтобы моё звуковое зрение отказало. Мудацкий дым еще и расползаться начал, создавая для меня риск ослепнуть. Его как будто чужая воля направляет. Да так и есть! Саннин прекрасно владеет стихийным преобразованием воздуха. А я нет?

А для меня все эти стихии – муть, не имеющая научного обоснования с точки зрения физики и химии. Что не значит, что я не знаю, как с черной взвесью бороться. Попросту нырнула под воду, затаив дыхание, а затем сотворила самый большой кинетический толчок в своей практике, окатив Джи, прекрасно различимого снизу маленьким цунами, заодно и горящую пленку на него повесив. Теперь он грязный, вонючий, черный, дымящийся. Думаю, именно того наставница и хотела.

Позлорадствовать я не успела, так как прилетело уже в меня. Это что, сенбон? Мне в левое плечо воткнулась длинная тонкая штука, которая двигалась достаточно быстро, чтобы я ее заметила, но не успела в сковывающей водной стихии увернуться. Вместо этого пришлось укрепить свое тело, дабы гадские втыкающиеся в меня иголки, посыпавшиеся настоящим дождем, глубоко воткнуться не могли. Да что это за штуки? И тут я сообразила. Волосы. Затвердевшие пряди Джирайи. Надеюсь, с головы. А то мало ли, насколько он извращенец. Подтолкнула себя наверх, решив, что, пожалуй, довольно веселья. Придала телу такой импульс, что торпедой выскочила.

Горящая блевотина уже потухла. Друг напротив друга стояли двое. Первый – весь грязный и закопченный мужик, со слегка поредевшей шевелюрой. Две жабьи фигурки уже пропали с его плеч. Лицо стало нормальным. Кое-кто бы мог сказать, что мужественным и волевым. Вторая – вся грязная и закопченная девушка, в курточке которой застряли белесые фиговины, похожие на щепки. Кое-где до крови поранили. Не стала чересчур задирать нос и поклонилась, как младшая старшему. Он все еще сильнее меня, даже сражаясь с похмелья. Но настолько ли велик разрыв – уже не определено. От катастрофически огромного уже сократился до значительного. Польщу себе.

– Ну че, я стала лучше? Тяну на S-ранг? Смогу прикончить Орочимару?

– Ты абсолютно точно хорошеешь, Оками-тян. Еще несколько лет и можно будет писать с тебя персонажа для моей следующей книги, – получила я сомнительный комплимент.

– Сколько мне тебе заплатить, чтобы этого не случилось? – не такая и шутка. Стать героиней порнухи, каковую будут узнавать и тыкать пальцем “это та самая, которая того, в той книжке” ни разу мне не улыбается. Как говорит мой новый ученик, “хм”. Не на этой ли почве у Цунаде и Джи размолвка приключилась? Я его графомань читала, там половина женских персонажей ясно, какой прототип имеет, по размеру бюста четко угадывается. Я бы за такое морду однозначно набила. Может быть, даже не один раз. При каждой новой встрече и за каждую сомнительного качества книжонку.

– Это, между прочим, большая честь! Красивейшие женщины со всего мира соревнуются ради нее и специально не заделывают щели в ограде, разделяющей половинки онсенов. Кто же им виноват, что все они проигрывают несравненной Цунаде-химе? Да не смотри ты на меня так. Писателя каждый может обидеть. Не буду теперь про тебя писать, пока сама не попросишь!

А ведь ему и правда немного поднапрячься пришлось, вижу это по помятой и усталой физиономии. В нашем первом спарринге не было никаких двойников, например. Я однозначно стала опаснее. А на ранг так-то положить, хочет легендарный саннин его признавать или нет.

– Пошли на борт, Цунаде сказала пригласить тебя в гости после разминки.

Попыталась зачерпнуть водички, попросту рукой, и умыться, но в итоге только сильнее размазала по себе маслянистую жирную пленку. Ну и поганая же техника. Утешает лишь то, что сам ее автор перепачкался в своей нефтяной отрыжке куда сильнее меня, особенно это волос касается. Мне-то не особенно стремно и лысой будет недолго походить. Но вот Джирайю без его белой гривы представить решительно не получается.

Поднялись. Группа встречающих расступилась. Надеюсь, не потому, что от нас воняет. Я ничего не чую, но какое-то это подозрительно большое ничего. Как будто бы напрочь запахи отшибло.

– О, Като-тян, помню тебя совсем маленькой девочкой, а сейчас посмотрите, как похорошела и расцвела! – сместилось внимание с меня на Шизуне, вполне совершеннолетнюю и потому лучше подходящую для того, чтобы быть запечатленной на страницах похабной литературы. Возможно, мысли у нас с ней сходятся, так как покраснела воспитанница Цунаде настолько густо, будто в ней есть кровь Хьюга.

– Джирайя-сан, рада вас видеть, – девушка скрыла своё смущение за низким поклоном.

– Представьте меня и остальным красавицам! – на внезапного гостя вышли посмотреть и недавно завербованные женщины клана Юки.

– Джи, давай уже серьезнее. Ты же не за женщинами волочиться сюда приплыл? – вернула я его на деловой лад. – Пойдем в надстройку, без лишних ушей поговорим.

– Точно ли без лишних? – с такой ехидцей спросил бухой отшельник, дыхнув перегаром, что нельзя было не заподозрить про то, что он знает о применении Кацую для подслушивания.

– Да люби тебя биджу с такими предъявами. Пошли уже, а то мой ученик хочет тебя взорвать. Не будем его нервировать.

– Я не нервируюсь, Оками-сенсей. Но оставаться наедине с подозрительными типами нельзя. Так нас в академии учили, – ответил Дей, которого Джирайя небрежно, но дружелюбно потрепал по голове. Надо все же что-то сделать с этими длинными патлами.

– Мальчик очень похож на Минато-сана. Потому его и взяла в ученики? – спросил у меня посерьезневший саннин, когда мы с ним остались наедине.

– Ни разу не похож. Только цвет глаз и волос, знаешь ли. Давай к делу, а? Че там у тебя? Не чтобы пригрозить попаданием в твои книги ты же меня искал?

– Я… – могучий саннин вдруг замялся, как будто не решаясь произнести вслух то, что на уме. – Я предлагаю тебе и Цунаде вернуться в Коноху. С сандайме я договорюсь, он снимет этот абсурдный розыск. Понятно же, что ты не могла управлять девятихвостым.

– А остальные, Джи? Ты видел этих женщин? Они беженки из Страны Воды. Вместе с детьми. Че, Коноха и их примет?

– Почему нет? Они симпатичные, – и как он так достоверно умудряется изобразить сальный взгляд, направленный в сторону выхода на палубу?

– И бывших нукенинов Тумана тоже? У меня таких пятеро. А как насчет Чико? Она дезертировала из клана Учиха, когда там ее сестру искать отказались. Я точно никуда с Узушио не уйду. Наставницу можешь сам попытаться уломать, мешать не буду. На!

Наверное, странновато смотрелось, когда я полезла под рубашку с целью достать Кацую.

– Это чтобы ты не заработал импотенцию за время нахождения на острове, знаешь ли. Прикрепи к любому участку кожи. Сам понимаешь теперь, как важна нам Цунаде-сенсей.

– Так вот как вы справились с проклятием Узумаки! – воскликнул мужчина. По мне так чересчур эмоционально, переигрывает.

– Ага. Круто, да? Никаких чужаков, только те, к кому прикрепилась Кацую. Узушио – самое безопасное место в мире, гарантировано самим Шинигами.

Наконец, увидела то, что искала глазами с момента, как зашла в помещение. Полотенце! Насухо, как мне показалось, вытерла голову. Белая ткань превратилась в черную.

– Что это за дрянь вообще такая!

– Жабье масло, – пожал плечами мужчина. – Отлично смывается горячей водой.

– Не-не-не. Пока ты будешь находиться на острове, я буду держаться подальше от душевой, чтобы не обнаружить себя все-таки в твоих книжках!

– Так и знал, что ты мой читатель, Оками-тян! – хохотнул этот очень умный и внимательный человек, успешно притворяющийся клоуном. – Для того, чтобы попасть в мои тексты, ты пока слишком молода. Но внимание фанатов всегда льстит. Автограф хочешь? Наслышан о твоей коллекции подписей великих людей…

Так и продолжался разговор ни о чем в несерьёзном тоне до самого прибытия на остров. С Джи очень приятно просто поговорить, не трогая значимые темы. Например, писанину его обсудить. Целое море харизмы у мужика. Шикарный хокаге из него бы получился. Как и из наставницы, или даже ублюдка Орочимару.

Глава 12

– Это и есть Узушио, да? А мы увидим Шинигами? – спросил Дей, зачарованно разглядывая берег, к которому приближалось судно. – А правда, что там водятся призраки?

Джи потрепал парнишку по голове, привнеся в ухоженную прическу толику хаоса. Обрить бы его. Но не стала травмировать детскую психику.

– Оками-сан, а уступи мне мальчика на пару лет. Мне нужно кому-то передать техники управления волосами, – явно в шутку предложил саннин, после чего как-то стушевался. Слишком уж голубоглазый блондин внешне о его предыдущем ученике напоминает.

– Твои, хм, волосяные дзюцу отстойные, старик! – повелся ребенок на подначку. – Оками-сенсей тебя победила. Так я, хм, считаю!

– Не называй меня так, я молод до тех пор, пока нравлюсь женщинам!

Так и просилось едкое замечание о том, что он родился древним, но это был бы откровенный звиздеж. Приятная у саннина внешность. Я бы на такую повелась, будь сорокалетней теткой. И тридцатилетней тоже. Дамы, дезертировавшие из клана Юки, вполне благосклонно подкаты Джи восприняли. Те начались сразу, как только саннин отмылся от жабьего блевотного масла. Молодые мамочки краснели, стреляли глазами, многообещающе улыбались. И не имели ни единого шанса на продолжение, походу, так как наставнице они не конкурентки. Собирается та дать сокоманднику шанс или нет – в любом случае они меркнут перед вечно молодой Цунаде-химе.

– Я бывал в этой гавани, когда тут кипела жизнь, – задумчиво изрек мужчина, глядя на бухту, знакомую мне еще по первому прибытию на остров, ставшую основной гаванью острова. – Вместе с сенсеем и всей нашей командой тогда еще генинов.

– И он, хм, еще говорит, что не старый! – ехидно заметил Дейдара.

В наш главный порт мы, между прочим, нехило так вложились. Расчистили берег, убрали фонящие останки кораблей, дезактивировали местность. Выполнили реставрацию самого целого из сохранившихся зданий. И, самое главное, возвели нормальный причал на сваях, позволяющий припарковать шхуну по всем правилам, а не добираться до берега на лодке или пешком по воде.

– А где же ваш второй корабль? Я почему-то был уверен, что их у вас два? – с невинным видом спросил Джирайя.

Как? Откуда ему вообще знать про Кирифунэмару, что сейчас упрятан в совершенно другой бухточке, совсем уж маленькой и секретной.

– Мы вернули его Стране Железа, как и обещали. Точнее, её. До сих пор жалею. Цукихиме была той еще красавицей, а теперь она наверняка снова Цукимару, как раньше.

– Да? Наверное, перепутал что-то, – почесал затылок Джирайя.

Ничего он не спутал. Явно подозревает, что и неучтенные пираты-киринины наши, и про украденную джинчуурики. И намёки на то дает, ожидая мою реакцию. А актриса я дерьмовая. Наверняка как-то себя выдала.

– Маразм, хм, – негромко хихикнул Дей. Джи его если и услышал, то сделал вид, что это не так. То, что детские подшучивания над возрастом саннина задевают – наверняка не более, чем часть образа.

Мой ученик, к слову, за короткое плавание скорешился с парочкой ровесников из тех, что Коху-сан эвакуировал. Самые обычные мальчик и девочка, примерно семи-восьми лет, без ярких особенностей внешности, но очевидно такие же шебутные, как и Дей. Юки Хошико, та девчонка, с которой Дей подружился, прям в невесты ему подойдет. Но это я так, мысленно прикалываюсь, без реальных планов. Не такая я и сводница. Вон, даже Чико и Шизуне никому пристроить не смогла, хотя у обеих с внешностью все в полнейшем порядке. А у Ши-тян еще и характер эталонный, который мужиками ценится.

Может, похитить им женихов? Завернуть в ковёр по методу Ская и пусть попытаются отвертеться! Снова шутка, конечно, но с долей истины. Обидно, если такие клёвые девчонки так и останутся одни. Или потратить просьбу к Сарутоби-сану как раз на это? Пусть пришлет десяток достойных молодых шиноби, чтобы был выбор. “Котик” Хатаке Какаши, к примеру, подошел бы что одной, что второй. Разница в возрасте если и есть, то не критичная. Укрепим связь между деревнями.

Возвращаясь к беженцам, прям в тему они пришлись. Рядом с трехлетками более взрослому Дейдаре оказалось бы наверняка неинтересно. Ну а я развлекать его круглосуточно тоже не смогу. И так пару часов в день железно придется на обучение отдавать. Главное, чтобы ненароком не подорвались, экспериментируя с глиной. Я уже разок в самый последний момент успела предотвратить демонстрацию “искусства” на борту корабля, после которой кэп бы все уши кое-кому оборвал. То, что Коху-сан прирожденный дипломат, не означает, что он не накажет паршивца, повредившего его судно.

Встречать нас вышла добрая половина населения острова. Прибытие корабля – для нашей маленькой колонии до сих пор событие, какое случается не каждый день. Вон, кэпу на шею радостная супружница бросилась с таким видом, будто бы расставание у них было на годы и месяцы, а не на куда более короткий срок. И дочка их тоже своего внимания от приемного папы потребовала.

– Раз, два, три, четыре, – догадаться, что вслух пересчитывает Джирайя рыжих детишек, было несложно. – А я почему-то считал, что у вас трое детей этого возраста. Вон тот, более смуглый ребёнок, не лишний? Нет?

– Это Узумаки Фуоки, мы ее подобрали отдельно, знаешь ли, уже позже, чем появились остальные. Она очень добрая и общительная девочка. Не говори ей, что она не родная другим, расстроится и будет плакать, – и ведь не соврала. Имя, считай, настоящее, уже укрепившееся в голове юной джинчуурики не меньше, чем “Оками” в моей. Я-то на “Пинь” совсем не откликаюсь.

– Как удачно – столько Узумаки на одном острове.

– Еще бы. Мы их специально собираем. Юки-сан ищет без устали. Начал с Марин и ее дочери. Потом и Фуоки на своих руках принес, – и опять чистая правда. Если у Джи вдруг обнаружится какая-нибудь мистическая саннинская способность распознавать ложь, то нифига я ему не вру. Кэп и правда почти не выпускал малышку из рук всё плавание от мудацкого Водопада и до более приятных мест.

– Знаешь, Джи, я считаю, что все Узумаки должны жить на Узушио, знаешь ли. Че, скажешь, не права?

Жирнющий такой намёк на ребенка Кушины и Минато, теоретически оставшегося в Конохе, если выжил. Намёк, не давший вообще ничего, кроме пустых подозрений, так как Джирайя ловко съехал с темы.

– Цуна-тян! Я тут! – ломанулся мужчина к своей бывшей напарнице, вышедшей нас встретить. И не поймешь с полной достоверностью – правда ли так удачно он ее увидел, что, может быть, и пропустил мои слова мимо ушей, или внаглую меня проигнорировал. Как тогда, с вопросом о том, наработала ли я на S-ранг, сведенного к глупой шутке о том, что достойна стать героиней литературной похабщины.

Наблюдать за воссоединением двух из трех легендарных саннинов было странно. Какая гамма чувств на лицах обоих, по большей части светлых вроде бы, но я не всё распознала. Что они там говорили друг другу, столкнувшись лицом к лицу – загадка. Вездесущая Кацую наверняка слышала диалог во всех подробностях, но, я так думаю, это у них очень личное. Любопытно, конечно. Но если что-то касается меня или острова, наставница стопудово расскажет.

У меня же было чем заняться, так как Фумито тоже вышел меня встретить. Я соскучилась! Ну и пофиг, что традиционная мораль считает прилюдные поцелуи чем-то дофига неприличным. Королеве ли бояться общественного осуждения? И если Фумито еще поначалу стеснялся выносить чувства на публику, время его переубедило.

– Знакомься, мой новый ученик, Дей, – представила я парнишку. – А это Фумито, я про него рассказывала.

– Жених моего сенсея мой… хм… Оками-сама, а кем мне Фумито-сан, получается, приходится?

Мой парень аж закашлялся от детской непосредственности. И пусть отношения у нас длились уже не первый год и развивались в офигительном ключе, такие слова, как “жених” и “невеста”, вслух не звучали. Маловата я для вступления в брак.

А там еще и призрак помолвки с чистокровным Хьюга, тщательно нами игнорируемый, маячит. Может, послать клан сенсоров к биджу в зад и реально узаконить наш с Фумито статус? Пусть красивое помолвочное кольцо мне подарит. Я так-то равнодушна к украшениям, но от него бы и приняла, и носила. На веревочке, на шее, так как на пальце бижутерию таскать офигеть как непрактично.

– Я думаю, мы с тобой друзья, Дей-кун, – предложил мой парень.

– Хорошо, братик, мы будем друзьями. Но если ты, хм, обидишь сенсея, я за тебя возьмусь как следует.

– Не обижу, – на полном серьезе пообещал Фумито. – И не только потому, что Кодекс запрещает.

Все молодые мужчины “братики” для детворы, а с некоторого возраста переходят в разряд “дядей”. Не больше, чем правила вежливости, прижившиеся в обществе, никакого родства обращение не предусматривает. Выглядело заявление мальчишки неожиданно грозным, как будто бы его делал куда более взрослый человек.

Познакомила ученика и с остальными. С Чи-тян, с Каноно, с Миурой, с детишками, внимания которых тот внезапно застеснялся. Приятели пацана пока все еще на борту оставались. Никого на остров без личной Кацую мы не впустим. Ну а в течении пары дней все, включая детишек, модной наколкой обзаведутся. Защитная фуин у нас не такая и большая, и делается в произвольном месте. Обычно на спине, но по единственной причине – так удобнее с клиентом работать, когда он лег на пузо и не дергается.

Как-то плавно знакомство переросло в экскурсию по острову для новоприбывших. Особенно смотреть у нас пока не на что. Гавань, Шинигакуре в пятнадцати минутах ходьбы, бункер-ратуша. Джи со всеми был сама дружелюбность и даже несколько своих книжек с автографами подарил. У него при себе обнаружилась отдельная печать хранения, набитая типографскими экземплярами. С Цунаде с момента встречи больше не болтали.

У госпожи мэра имелась куча обязанностей по приему новых поселенцев, потому за цирковую обезьянку-экскурсовода пришлось Шизуне поработать. Ну а мне надо ученика пристроить. Выделить ему место, где жить, показать наш пляжный полигон и разрешить на нем взрывы. Накормить ребенка, в конце-то концов.

Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая океан в цвет, характерный для волос Узумаки, Цунаде-сенсей через Кацую позвала меня к себе, чтобы перетереть с Джи.

Госпожа мэр обосновалась за своим рабочим столом. Вся такая деловая, в очечках с тонкой золотой оправой. Вот ни разу не поверю, что при всей своей медицинской квалификации наставница не способна себе зрение подправить. Собственно, я до сегодняшнего дня ее в очках и не видела. Не иначе как кокетничает с посетителем таким образом.

Джирайя растекся по массивному креслу для визитеров, которое пришлось проносить внутрь в печати. Через дверь не прошло бы. Моё место занял, люби его биджу. Плюхнулась в соседнее, не такое удобное и вообще несколько облезлое.

У нас тут с качественной мебелью напряженка. Что удалось найти, очистить, дезактивировать и починить, то и используем. Нормальная двуспальная кровать так и не попалась, например. Спим на полу. Можно, конечно, послать кэпа и Шохеймару в ближайший мебельный магазин, но он получается где-то в районе Дзамани, столицы Страны Молний.

И много не привезешь, вместительные печати для крупногабаритных грузов у нас в дефиците. Старый Умитани, может, и рад был бы нарисовать их в большем количестве, но материалы для создания тоже имеют ограниченное предложение на рынке. Супермаркет из разряда “всё для фуиндзюцу” если где и существует, то в больших скрытых деревнях и по таким ценам, что в Иве я и искать соответствующее заведение не стала.

– Вам, наверное, интересно, для чего я вас тут собрал, – с важным видом изрёк Джирайя и Цунаде не удержалась, прыснула в кулачок, чем очень удивила бывшего сокомандника.

– Цуна! Я не слышал твоего смеха лет пятнадцать! Нет, шестнадцать! Пожалуйста, повтори, я должен освежить в памяти, насколько он великолепен. Вот сейчас я окончательно верю, что ты исцелилась. Не пришлось даже устраивать проверку с носовым кровотечением. Получается, я зря старался сморкаться так, чтобы кровь носом пошла. Разрушила ты мои труды, Цунаде-тян.

Джи умеет развеселить девушку. Даже если ей за сорок и она видела больше смертей, чем я способна осмыслить. Наставница совсем уже бодренько рассмеялась, чем заставила мужчину расплыться в улыбке.

– Я собирался бухнуться на колени и умолять тебя вернуться со мной в Коноху. Твоя помощь стала бы бесценной для госпиталя, но… я прошу, оставайся тут или в любом другом месте, где ты будешь такой, как сейчас.

– Спасибо. Мне важно, что ты понял.

– Сенсей тоже поймет, когда тебя увидит. Если увидит. Сомнительно, что он в его возрасте и при стольких заботах найдет возможность сплавать так далеко.

– Джи, так зачем ты тут? Не для того же, чтобы я тебя пнула при зрителях.

– Вот, это записи, которые сделали жабы с горы Мьёбоку. Минато советовался с ними, когда придумывал фуин для разблокировки чакры Умино-куна. Жабы говорят, что их записи могут помочь закончить работу, которую Минато не завершил.

– Эээ.. а в чем подвох? – не удержалась я от вопроса. Халява это такое, настораживающее явление.

– Я полагаю, подвоха нет. У Джирайи огромное количество недостатков, но не черствость, – предположила наставница.

– И еще большее количество достоинств! – и как только саннин умудрился гордо выпятить грудь, все еще полулежа в кресле? – Это, и правда, чтобы помочь Фумито-куну, если это еще возможно. Могу его посмотреть. Все-таки я тоже учился у жаб. Независимо от того, что вы вдвоем решите по следующему пункту. Вдруг смогу разобраться в замысле Минато.

– Круть, Джи. Спасибо! Я бы тебя обняла, но кресло мешает.

– Ты, конечно, будущая королева не только острова, но красоты, Оками-тян, но пусть лучше меня обнимет твоя сенсей, – сально подмигнул ей мужчина, разрушив тем самым очарование момента. Ну что за грубые подкаты?

– Следующий пункт, извращенец. Что за следующий пункт? – посерьезнела наставница.

– Я явился сюда не только по зову сердца, но и с заданием от сандайме, – признал Джи. – Оками, хокаге-сан предлагает снять с тебя объявленный розыск и открыто посещать Коноху.

– Вот же старый налюбщик! Мои десять лямов! – не удержалась я от сердитого восклицания.

– Прошло три года, сандайме предлагает три миллиона, как компенсацию за три года лишений.

– И нафига? Десять лямов мне нужнее. Ну кто так делает? Он до того меня облюбил, когда Хатиро мне обещал, и вот сейчас снова меняет условия соглашения. Я, походу, поняла, почему Коноха при Хирузене постоянно воюет. С таким-то подходом.

– Семь миллионов и мы согласны, – провозгласила Цунаде. Ну да, конечно. На мнение королевы всем положить. Сейчас поторгуются и сойдутся на компромиссной сумме. Могли бы и без меня всё решить. Эх, наставница, продала ты свою ученицу и королеву за жалкие…

– Сенсей разрешил поднять до пяти миллионов, но не выше. Деньги все равно не мои. Поднимаю, – прогнулся Джи. – Но Оками должна будет явиться за ними сама.

– Нафига? Че я за важная птица такая, что за радость меня увидеть сандайме Хирузен готов отвалить пять миллионов?

– Говори честно Джирайя, прошу. Безопасность моих учениц – мой приоритет. То, что мне необходимо, чтобы улыбаться.

– Хьюга. У них виды на тебя, Оками-тян. Даже подходящего жениха среди своих подыскали. Изгнание сломало их планы. Сейчас клан давит на хокаге и сенсей решил попытаться им уступить.

– Ну а мне это нафига? – продолжила упрямиться я. Хотя знала, зачем и поняла уже, что решение примут без меня. Королеву играет свита.

– Ради пяти миллионов, они нужны острову, – сказала мэр. – Предложение принято. В конце концов, оно обязывает только к тому, чтобы явиться в Коноху и забрать деньги, не так ли?

Я лишь тяжело вздохнула. Коноха мне искренне понравилась, пока я жила там. Но вот что-то решать с кланом бледноглазых хотелось бы как можно позже.

Глава 13

Конечно же, сразу я забирать свои миллионы из Конохи не ломанулась. Это вообще предварительная договоренность. Сарутоби-сан сто раз налюбит еще до ее полного исполнения. Условились на том, что Джи, как от нас свинтит – сконтачится с хокаге, вернется потом на остров и уже затем я, возможно, отправлюсь в деревню Скрытого Листа.

Задержался у нас саннин на несколько дней. Много с Цунаде общался и в итоге женщина на него наорала, чтобы отлип от нее. Вот нифига не понимаю. Море обаяния у мужика и мозги работают. Так чего он с наставницей как малолетний придурок себя ведет? Не постоянно, но частенько. Че, кровь отливает от мозга к другим частям тела, когда находится в ее компании?

Посмотрел на Фумито, сверяясь с записями, попросив того раздеться до пояса.

– А ты, Умино-кун, прямо красавец, – озвучил Джи, изучая многочисленные наколки на коже моего парня. – Все девки, наверное, твои?

– Что значит все? – спросила я. Походу, Джи специально подтрунивает. Не мог он не заметить, что мы с парнем на причале целовались.

– Мне достаточно только одной, – пробивает парня иногда на дешевую романтику. Так-то мне приятны эти его жесты внимания и трогательные фразочки, но и от сарказма удержаться не в моих силах.

– Да? Это которой? Я с ней знакома хоть? Надеюсь, это хотя бы не Чи-тян или Ши-тян?

– Они симпатичные. И кое-кто сам их мне усиленно сватал. Не помнишь, кто?

– Прям так усиленно? Мне попросту обидно было, что такой красавчик бесхозный и никому не нужный, знаешь ли.

– Джирайя-сан, вы наверняка уже поняли то, что мы с Оками встречаемся и других девушек мне не надо, – завершил шуточную перебранку Фумито.

– Ничего не понял. Я про то, как Минато собирался выполнять разблокировку. Про вашу юную любовь опытный писатель не мог не догадаться, видя, какие многообещающие взгляды вы друг другу посылаете. Дело молодое, полностью одобряю.

Если я в одной из его следующих книг обнаружу миниатюрную куноичи, покрытую татуировками и ее мускулистого партнера – недавний спарринг Джи разминкой покажется. Не то, чтобы я настолько стеснительная, могу и голышом по деревне прогуляться, если для чего-то потребуется. Но вот в произведения, выходящие из-под руки саннина, объективно не хочу.

Ушел Джи эпично. Просто испарился в клубах дыма во время беседы в кабинете мэра, когда я спросила его по поводу своего выигрыша, так и не полученного в казино страны Горячих источников.

– Я слышал, что кто-то разрушил то заведение, и они не способны выдавать деньги, – сказал “популярный писатель” перед тем, как от него остались только облачка чакры. Точно так же призывные звери появляются и исчезают.

– Обратный призыв, – пояснила Цунаде-сенсей, заметив недоумевающее выражение на моем лице. – Контракт действует в обе стороны. Не только Джирайя может призывать жабу, но и любая из жаб его.

– И Кацую так может? – информация показалась внезапно гиперполезной. Разослать по слизню в разные уголки мира и… телепортируется туда наставница, как единственная держатель контракта. А если крепко к ней прижаться – не прокатит?

– Конечно. Хочешь побывать в костяном лесу, где обитает основное тело Кацую?

– Как-то мрачно звучит. Извини, если это обидно, Кацую-сама. Я совсем не против побывать у тебя в гостях.

– Я была бы рада тебя увидеть у себя, Оками-химе, – ответила слизень. – Но учитывай, что воздух в лесу костей мало отличается по едкости от моей кислоты. Все мои гости будут растворены независимо от моего на то желания.

– Жесть! – признала я. – Извини, Кацую. И прости, если мы злоупотребяем твоей помощью. Ты реально основа нашего сообщества и мы все тебя любим. Я так точно, – нашла я уместным сказать. Ничуть не подлизываюсь, знаете ли. Не стоит забывать, что улитка не бездушный инструмент, а личность, и ей тоже наверняка приятно услышать слова благодарности.

– Стоп-стоп! А ведь Минато перемещался точно так же, как сейчас жабы Джирайю забрали, – сообразила вдруг я. – Вот почему он всегда меня из ванной похищал. В ней просто для жаб комфортнее, вода поблизости.

– Я не знаю подробностей того, как работал Хирайшин йондайме. Когда мы с ним виделись в последний раз, это был еще подросток, а не четвертый хокаге. – вздохнула наставница. – Но очень сомневаюсь, что в каждой точке прибытия была жаба. Скорее всего это доработанная техника нидайме Тобирамы, полученная им от сандайме.

– Я бы сейчас и на жабу под раковиной согласилась, – вздохнула я. – Ну то есть на Узушио вообще клёво, но добираться до цивилизации отсюда долго и далеко. Моё турне по Стране Земли – показательное. А скоро еще и в деревню Листа переться.

Через день после того, как саннин нас оставил, я наконец решилась на непростой разговор и пересказала всё Фумито о том, что за ситуация сложилась с Конохой, кланом Хьюга и баблом. Для беседы вытащила парня на пляж ранним утром еще на рассвете. Не знаю, почему. Может быть, на случай, если начнем выяснять отношения с мордобоем. Я бы, например, стопудово захотела врезать партнеру, который ляпнет что-то о помолвке не со мной.

– Оками, я еду в Коноху с тобой, – удивил меня юноша, выслушав мой сбивчивый рассказ. – И прослежу, чтобы Хьюга к тебе свои грязные руки не тянули.

– Че, думаешь, я сама им не способна отказать? Хотя, провести с тобой время в Конохе – зачетная идея. В кино сходим, как нормальная парочка. Проблема знаешь в чем? В том, что мне нужны Хьюга, чтобы закрыть вопрос с деньгами для острова. Где-то тут должны быть богатства Узумаки зарыты, но сами, без их читерского додзюцу, мы нифига не найдем.

– И что, ты готова себя им продать за какие-то там никому не нужные богатства? Стать примерной женой какого-то светлоглазого ублюдка?

– Ты меня что, сейчас шалавой обозвал? Не дождутся они такого! Но можно, к примеру, заключить помолвку, попользоваться бьякуганом для поиска сокровищ, а затем найти повод ее расторгнуть. Ну там… допустим, у меня обнаружится загорелый и подкаченный любовник, о котором станет известно всей Конохе, и это позор для Хьюга. Или я разъясню им, что геном Лю нифига не перспективный, а генетические тесты это подтвердят.

– Точно подтвердят?

– Подменим пробу. Шиноби мы или нет?

– Мне это не нравится.

– А я вот прям в восторге от перспектив.

– По-видимому, да, если не отказалась сразу.

– Да иди ты к биджу в зад с такими предъявами! Хочешь, прямо здесь и сейчас за тебя выйду и закроем вопрос?

– А вот и хочу!

– В таком случае своей властью королевы Узушио регистрирую этот брак. Че там еще надо? А, точно, вспомнила.

Я повидала уже несколько свадеб. Минато и Кушина, Коху и Марин, Миура и Каноно, ну и так, по мелочи, некоторые поселенцы, не очень значимые для колонии. И на каждой жениху и невесте полагалось пригубить сакэ. У меня при себе имелась бутылочка в фуин хранения. Не для цели экстренного проведения свадебной церемонии, а так, на всякий случай, для дезинфекции, например.

– Как там правильно? Взять три чашки и пить из них по очереди? Да?

Нормальной тары для напитков у меня при себе не было, но на морском берегу хватало камней. Взять подходящий и режущей техникой придать грубое подобие чаши. Подумалось, что взрывная глина сейчас была бы реально в тему, вылепила бы из нее. Но и так сносно вышло. Прям хоть садись и открывай кустарное производство посуды в качестве дополнительного источника финансирования.

Повторила еще дважды. Если нужно три чашки – значит, будет три. Сделала их, как полагается, разного размера, чтобы вставлялись одна в другую.

– Оками, ты серьезно сейчас? – опешил Фумито, наблюдающий за приготовлениями.

– Психанула на твоих претензиях, но вообще – на полном серьезе, знаешь ли. Я не против все узаконить и закрыть вопрос. А то, что у королевы брак должен быть политическим союзом – на это мне плевать. Че мне, за каждого союзника замуж выходить теперь? Хочешь, свидетелей позови. Мне и без них норм. Что там еще? Кольца?

– Но… но… – обычно острый на язык Умино не находил слов. – Тебе же всего шестнадцать, – наконец сформулировал он суть претензий.

– А, то есть для Хьюга я норм, а для тебя маловата? Да? Ты уж определись.

– Для меня ты всегда в самый раз. Ты что делаешь?

– Че, не видишь, что кольца?

Сенбоны у меня всегда с собой. Взять сразу несколько, нагреть, сплавить, закрутить спиралью, согнуть, придать форму, отвести тепло. Получилась отвратная кустарщина, которую ни один ювелир за украшение не посчитает, но мне-то и нужна не бижутерия, а символ того, что готова пойти до конца.

– Так нельзя. Необходимо собрать людей, устроить праздник, церемонию. И кольца у меня нормальные есть, от свадьбы мамы и папы. Это же твой день.

– Сфигали мой?

– Ну как же, – окончательно сдулся мой храбрый и мужественный самурай. – Ведь все девушки мечтают о свадьбе.

– Ты где-то тут всех девушек видишь? Мне на эти условности хвост от биджу положить. Ну что, решил? С гостями и прочим всегда еще раз успеем прокрутить.

Фумито молча разлил сакэ из бутылки по трем моим грубым поделиям. Распили их в нужном порядке. Так, чтобы мужчине больше глотков из первой и третьей чашек досталось, а женщине – из второй. Кольца друг другу на безымянный палец надели. А в самом конце жених поцеловал невесту. Какая бы я отбитая и равнодушая к церемониалам ни была – все равно сердечко щемануло и дыхание перехватило.

В последний где-то год я звуковое зрение постоянно использую. А тут, проникнувшись торжественностью момента, перестала его спамить. Потому прозвучавший откуда-то из-за спины вопрос стал неожиданностью.

– Сенсей, а что это вы тут, хм, делаете? – спросил подкравшийся Дей. Захотелось немедленно прибить поганца. Но я же добрая.

– Бухаем, – ответила я ученику, кивнув на пустую тару из-под торжественного сакэ. – Празднуем возможность вернуться в Коноху и купить, наконец, нормальной лапши, а не того сена, которое кэп постоянно привозит. Тебе не предлагаю – это вредно всем, кто не ирьенин и не самурай. И пять миллионов, которые залатают дыру в бюджете острова, тоже празднуем.

И бутылку, и чашки я подобрала и запечатала. Станут семейными реликвиями, каковые старая и сварливая Оками будет показывать внукам, рассказывая офигительную историю знакомства с их дедушкой.

– Сенсей, а ты обещала сводить меня, Хошико-тян и Хакко-куна к руинам, показать, что осталось от большого города, – пояснил младший братишка, зачем он вообще меня спозаранку искал.

Что-то такое я и правда на днях ляпнула. Скорее отмахнулась, занятая иными мыслями и вот теперь, оказывается, потащу детишек в самую зараженную часть острова. С магнитными фуин и дополнительной защитой, которую я разверну, не то, чтобы опасная прогулка назревает.

– Самурай сказал – самурай сделал, – подтвердила я.

– В кодексе сказано, что слово самурая подобно стали, – подтвердил Фумито. – Собирайтесь, я тоже сегодня с вами схожу.

Очень вовремя мы закончили, так как на спуске к пляжу уже маячил Миура, окруженный рыжими карапузами. Грозный сенсей оказался удивительно квалифицированной нянькой.

– Пахнет сакэ, – сказал учитель, не выказывая по этому поводу каких-то эмоций.

– Именно. Был повод выпить, – продемонстрировала самодельное колечко на пальце. Скрывать то, что сплетница Кацую наверняка уже пересказала наставнице, мне показалось совершенно неразумным. Да и как будто пара колец и девять глотков бухла способны хоть немного изменить наши с Фумито отношения. Ничего не поменялось. Так ведь?

– Понимаю, Умино-сама, – вассал меня ненадолго в ступор вогнал выбранным обращением. Не сразу ход его мыслей поняла. Типа, раз сейчас была свадебная церемония, я должна принять фамилию мужа. Ну так-то и пофиг, о том, что я перестала считаться Умино, вообще мало кто в курсе был.

Сам бывший ронин свою фамилию Каноно не дал по той причине, что от родового имени отказался. Но и её не взял.

– Сестлёнка, а вы с блатиком будете длаться? – подбежал к нам Наоки.

– Нет, у нас сегодня другие планы. Пойдем, Дей, тебе еще своих приятелей забирать.

До руин бывшей столицы Узушио, собственно Узушиогакуре, мы добрались к вечеру. Как-то не очень я время рассчитала, не учла, что у семилетних детей ноги короткие и бегают они не так быстро, как хотелось бы. В лучах закатного солнца оплавленные и снесенные ударной волной остовы зданий выглядят зловеще. Никакого заметного свечения облученного бетона в темноте, между прочим, в отличие от моего проклятого танто, который я подобрала далековато от этой местности.

– Хм. Тут были очень сильные взрывы, Оками-сенсей, – дал своё экспертное заключение Дейдара. – Я шесть насчитал, – и начал показывать места эпицентров. Наверное, я и сама бы их разглядела, внимательно изучая особенности местности, но парнишка сразу увидел. Талант у него.

– Скорее всего это были, хм, бомбы биджу, – продолжил мальчик. – Хотел бы я быть хвостатым и бросаться такими бомбами.

Видение того, как светящийся шар, накаченный до пределов энергией и готовый взорваться, уничтожая административный центр Конохи, так и встало у меня перед глазами. Было ли мне когда-то более страшно, чем в тот момент? Тогда я четко понимала свою беспомощность, и это меня неимоверно бесило. Минато, безусловно, был гением, раз сумел телепортировать, по сути, тактический ядерный заряд. Понятно, пожалуй, откуда здесь взялось заражение местности. Виной всему множество таких вот высокоэнергетических сфер, выплюнутых ходячим реактором.

– Я видела такую в день разрушения Конохи, – вслух сказала я, просто чтобы хоть как-то нарушить вдруг навалившуюся со всех сторон тишину.

– Оками-сама, а расскажите, как вы разрушали Коноху, – попросила Хошико. – Вы такая сильная. Я хочу быть, как вы.

– Оками не разрушала, – сказал ей ученик самурая. – Всему виной Девятихвостый. Наоборот, Оками спасла в тот день множество гражданских, мою маму и брата с сестрой. Неправильно называть ее разрушительницей.

– Правильно-правильно, – чмокнула я своего… эээ, Фумито в щечку, чтобы не дулся за опровержение. Для этого пришлось не просто вытянуться на цыпочках, но и взгромоздиться на удачно валяющийся в ногах камень.

– Я и правда взорвала деревню полян, почти уничтожила остров-рудник к северу от Страны Железа, поубивала там кучу самураев. Столицу Страны Водопадов тоже я уничтожила. И один трактир и, говорят, что еще казино, но это уже не я, а Цунаде-сенсей постаралась.

– За тот не до конца уничтоженный остров наставница Оками получила прозвище, хм, Треххвостая. У нее было три хвоста, каждый из которых уничтожал или разные здания, или весь остров. Если бы она ошиблась, то взорвала бы вообще всех, включая себя, а от того места осталась бы только огромная, хм, дыра, – с гордостью поведал братишка Дей. Как будто бы это он сам изображал ходячий детонатор в тот день.

– Откуда такие подробности хоть знаешь? – уточнила я. – Не самураи Страны Железа ведь разболтали?

– Это Сумидаре-сан рассказал, – пояснил Дейдара. – Такой, с зубами как у акулы и серой кожей. Но я его не испугался. У него очень интересные истории.

– А чего бояться? Таких людей в Стране Воды много, – не понял его Хакко, обычный в, общем-то, мальчишка. Думается, нормальная команда генинов из этой троицы выйдет. Можно начинать тренировать всех вместе.

– Таких крутых, как Бьючи-сан, сомневаюсь, что очень, – не согласилась с ним я. – Дей, бро, полезай ко мне на спину. Фумито, ты крупный, возьмешь сразу двоих? Я хочу успеть домой до отбоя и спать в своей кровати… то есть комнате, на своём полу.

Не то, чтобы первая брачная ночь имела какое-то особенное значение. Но провести ее в дикой местности неподалеку от радиоактивных руин совсем не то, чего мне сейчас хочется.

Глава 14

Вернулись домой затемно и ничего не изменилось. Ну разве что Каноно утром, подавая завтрак, странно то на меня, то на сына поглядывала. Могла бы и в открытую сказать, что её беспокоит. Миура не сплетник и вообще мой вассал, но ей наверняка вчера хоть пару слов шепнул.

– Оками-сенсей, а ты возьмешь меня с собой в, хм, Коноху? – спросил Дей уже по дороге на утреннюю обязательную тренировку.

– Что, интересно на разрушения поглядеть? Я не против тебя взять. Учти только – три года прошло. Мне друзья писали, что многое отремонтировали, – точнее, писал только один друг, Хатиро. Еще могу из постоянных обитателей Конохи Анко за подругу посчитать, но с ней мы не переписываемся ввиду отсутствия технической возможности. Передавать ей письма через Хьюгу – это спалить наш канал связи.

– Я тоже хочу поехать с тобой, – объявила подошедшая Чико.

– Решила закрыть вопрос с дезертирством тем, что сдашься властям и будешь просить о снисхождении? – не без сарказма спросила я.

– Замаскируюсь, выдам себя за другого человека. За Ши-тян, например. Хенге еще никто не отменял.

– Офигенно придумала, дойдешь до первого Хьюга с активированным бьякуганом. Зачем тебе вообще так рисковать?

– Я хочу братьев повидать, посмотреть, какими они выросли… и забрать с собой. Я имею право! И ты мне должна, О-тян. Сама знаешь, за что и за похищение сама знаешь кого! – Учиха даже кулаки сжала, как будто бы собралась перейти к спаррингу прямо сейчас. Вот же дурында.

– Я от своих слов и долгов не отказываюсь. Но ты уверена, что хочешь настолько с кланом разосраться? Пока что они на тебя глаза закрывают, знаешь ли.

– Учиха Фугаку наверняка знает, где ты сейчас, но не пытается тебя захватить, Чико-сан, – поддержал меня Фумито. – Но если ты появишься в Конохе – это будет явная провокация.

– Да идиотизм это, а не провокация, – фыркнула уже я. – Чи-тян, давай схожу к твоему главе клана и перетру с ним. Прогнусь по полной и, может быть, найдем компромисс, как тебе видеться с братьями. Ну там, в Стране Мороза с ними встретитесь, на нейтральной территории.

– Меня не устраивают “может быть”. Ты сама смогла бы бросить важных тебе людей, О-тян? Их, между прочим, обижают в Конохе. Если бы не Хатиро-кун, то Сэйджи и Рейгена и вовсе бы побили несколько раз. А я тут и ничего сделать не могу. Сейчас, пока они еще не генины, это не будет дезертирством, если я заберу их сюда.

– Сегодня твои братья живут под опекой клана. Ими занимаются, тренируют, обучают, обеспечивают. Не так ли, Чико-сан? – продолжил давить Фумито. – Вместо этого ты предлагаешь переехать им на край мира, к сестре, которая собирается предпринять самоубийственную попытку мести одному из сильнейших шиноби современности. И что с ними будет, если ты погибнешь?

– Тоже мне тренируют, – Чи-тян выбрала самый, как ей показалось, слабый из аргументов и начала оспаривать его. – Тут у нас обучение намного лучше. Я стала гораздо сильнее, когда начала заниматься с наставницей Цунаде и Оками-тян.

– И почему ты думаешь, что Сенджу-сама возьмется учить еще и твоих братьев, Учиха-сан? – разгромил ее Фумито. – У нее множество обязанностей по управлению деревней. Еще два ученика ей будут лишними. Как и для Оками.

– То есть чужого мальчишку О-тян обучать может, а моих братьев нет? Так ты думаешь, Фумито-кун?

Ох, как я благодарна своему рыцарю за то, что взял этот спор на себя. Чико упёртая до невозможности и склонна не слышать, казалось бы, самых разумных аргументов. У меня бы терпения не хватило с ней спорить, перешла бы к вразумлению кулаками и вышел бы банальный спарринг, чуть жестче, чем обычный, но не более того.

– Эй! Не называй меня так, тётя! Я не, хм, чужой мальчишка! – воскликнул Дей, вовсю гревший уши.

– Буду я еще с детьми спорить! – раздраженно отвернулась от него Чико. – О-тян, у твоего ученика воспитание хромает. Мои братья себе такого бы не позволили.

– Учиха-сан, а сами они этого хотят? – Спросил Фумито. – Они же люди, а не вещь, которую можно так запросто взять и передать. Дейдара-кун сам попросился к Оками в ученики. Захотят они покинуть уютную Коноху и жить тут? У нас даже электричества сейчас нет, между прочим.

– Да нормальная тут жизнь!

– Чико-сан, моё мнение – вам нужно определиться, что для вас важнее. Месть, которую вы распланировали или воссоединение с братьями. Представьте, что вы погибли от руки Орочимару – мальчики останутся тут совсем одни, без родственников, – продолжил давить Фумито. – Оками вам задолжала, но не настолько много, чтобы и помогать в битве с Орочимару и ссориться с кланом Учиха.

– Дурацкое мнение! О-тян и сама хочет разобраться со змеиным ублюдком! Он на нее напал!

– Чико, он прав, – пришлось мне все таки влезть в разговор. – Мне совсем не обязательно убивать Орочимару. Он тот еще мудила, но его нападение мне никакого урона не нанесло. Не удивлюсь, если он тогда меня просто пугал по распоряжению хокаге. Давай я перетру со всеми причастными. Вдруг получится тебя отмазать и станешь легально Коноху посещать? Сандайме мне задолжал за Хатиро. Потратить этот долг на решение твоей проблемы в самый раз будет. – Так я ведь и собиралась поступить, когда в прошлый раз размышляла о братьях Учиха.

Судя по лицу Фумито, он-то очень рад тому, как с Хьюга сложилось. Да, в общем-то, и я довольна. Хатиро очень хороший, но прочная эмоциональная связь у нас с ним так и не установилась. Его я бы с предъявами насчет помолвки с кем-то из клана послала бы, а не стала сакэ распивать. Нет, не так – пацанчик и сам бы против своих старших не пошел бы, и принял их решение. Надеюсь, у них там с назначенной невестой все ровно и полное взаимопонимание.

Мы все-таки дошли до тренировочной площадки и пока я занималась Деем, показывая основные принципы своего стиля, а также упражнения на контроль, Чико принялась вымещать на моем… на Фумито раздражение от недавнего разговора. У нее даже глаза во время поединка покраснели, что помогало предугадывать движения спарринг-партнера. Это давало девушке преимущество, но против грубой физической силы и массы ее уловки не очень работали. Вот гендзюцу шарингана законтрить нечем. Но до него Учиха не опустилась. Где-то в ее тупорылой башке осталось понимание, что тут у нас всего-то тренировка.

Короче, парень позволил себя бить примерно так же, как Миура пропускал удары, за счет стойкости перешел в клинч и задавил массой, взяв в захват. Во мне даже чуточку ревность шелохнулась, когда я увидела, что они практически обжимаются. Конечно, болевой прием на локоть – это совсем не обнимашки, но как-то слишком уж тесный контакт. Еще и задницей к чужому мужику прижимается. Извращенка! Усилием воли поглубже загнала пролезшую в голову дурость.

По Чико оставалось видно, что она не успокоилась, а так, притихла. Бешеная сучка. Недостаточно ей один раз по голове хорошо получить чтобы понять, о чем ей толкуют. Вот так и с дезертирством у нее вышло. Сидела бы на попе ровно и не дергалась – к данному моменту, глядишь, повышение в полиции получила бы. Да стопудово. С шаринганом ее бы точно продвигать начали. И, наверное, каким-нибудь особенным клановым техникам научили бы, про какие она сейчас и знать не знает. Вписываться за нее – в целом не очень разумно, но я же ей должна. И вообще, мы подруги, одного только этого достаточно.

Возбухать Учиха продолжила и на дневном занятии с Цунаде. Наставница обязательно выделяла пару часов в день на учениц. Сегодня, например, она давала нам технику божественной регенерации, благодаря которой внучка легендарного Хаширамы почти такая же неубиваемая, как ее дед. Почти.

Первый хокаге, по имеющейся у меня информации, был совершенно неуязвим. Голову оторви – вырастет новая. Как это работало и как его, настолько крутого, смогли в итоге убить? По моей версии – он попросту надорвался. Первый закон термодинамики беспощаден. Рано или поздно запасы энергии заканчиваются, какими бы они огромными ни казались. Великий человек сандайме райкаге трое суток продержался, не прекращая сражаться. Пусть Сенджу Хаширама был в два с лишним раза круче и продержался неделю, пока не иссяк. Официальной информации, впрочем, нет. И неофициальной тоже. Я у наставницы спрашивала, получила ответ в духе “Я была тогда ребенком и ничего не знаю”. Возможно, старый налюбщик Хирузен в курсе. Но если уж не сказал внучке Шодайме, то и мне нипочем не расскажет.

Мои регенеративные процессы тоже офигенные, особенно если подстегнуть их энергетически, но не настолько, как у Сенджу. У той раны затягиваются мгновенно и без следа. Если, к примеру, воткнуть мой вакидзаси ей в живот и вспороть кишки, как во время моей дуэли получилось, никакого периода восстановления не потребуется. Рана начнет заживать на ходу, будет достаточно инородное тело вынуть для скорейшего восстановления.

Я тоже так хочу. И достигается это все голым контролем, доведенным до автоматизма, а также энергозатратами, невозможными без наличия Бьякуго. Думаю, еще какое-то время, убитое на тренировки и все получится. И у меня, и у Шизуне, и у Чико. Хотя насчет последней есть сомнения. Она может сотворить какую-нибудь глупость и самоубиться или об Орочимару, или об собственный родной клан, не дожидаясь того момента, когда научится регенерации. Вот Ши-тян молодец, она не суицидница и глупостей не сотворит. Надо бы ее поощрить. А, точно, возьму Фумито после урока и пусть сделает волчьи контракты и братишке Дею, и Шизуне. Собиралась же, но Джи всю голову забил.

А пораскинув мозгами еще немного, позвала с собой и Чико. Подруги мы или кто? Нечестно, что Ши-тян получит себе друга, а Чи-тян нет.

– Призыв многих Учиха – это кошки, – в обмен на предложение получить контракт ответила девушка. – Кошки, которые не примут меня, если я заключу договор с кем-то, похожим на собаку.

– Мое дело – предложить, – пожала я плечами. То, что контракты с призывами редкие и ценные – общеизвестный факт. А эта цаца рожу кривит за то, что ей щеночка вместо котенка предлагают. Где я ей призывную кошечку на острове посреди океана отыщу?

Без работы Фумито, правда, не остался. Когда он внес в контракт еще два имени, и Шизуне, и Дей испытали, как работает. Без осечек все прошло. И явились именно те звери, которые были определены. Но если пацанчик своего почти сразу отозвал, то Ши-тян не переставала обниматься с Фувари. Заодно почту забрала. Целых два письма, между прочим.

– Фумито-кун, а нельзя ли ей сделать защитную фуин? – пошептавшись с призывом, спросила ирьенин. – Фувари хотела бы пожить с людьми, мы ей интересны.

– Китакадзе-сан, вы не возражаете? – спросила я. Присутствие лидера стаи при заключении контракта обязательно, вот и сейчас он флегматично рассматривал морской пейзаж, сидя на прибрежном песке. Защита от радиации при краткосрочном пребывании не особенно требовалась, но я предусмотрительно ее держала. Сейчас, благодаря возросшим на порядки резервам чакры, радиус моей защиты очень серьезно вырос. Мне импотенция у вожака волков ни к чему. Мне надо, чтобы они там плодились и процветали.

– Слишком мягкая, слишком слабая. Некоторые просят изгнать Фувари-тян. Пусть будет так. Живи с людьми и не возвращайся в стаю, – провозгласил Китакадзе, после чего я с чистой совестью отозвала его.

На “башую собаську”, между прочим, вся мелюзга издалека посмотреть собралась. Не только наша рыжая четверка, но и дети женщин клана Юки, постепенно вливающиеся в коллектив. Но близко подойти никто не рискнул. Кроме Фуоки, которую пришлось держать на руках Миуре, чтобы не вырвалась и не попыталась познакомиться с гигантом поближе. Эта малышка, как мне кажется, вообще ничего и никого не боится. Не потому ли, что одно из самых страшных чудовищ в мире и так постоянно при ней?

Полученное дозволение закрыло вопрос. Мне пришлось аккуратно выбрить кусок шерсти на животе у кудрявой волчицы, плюхнувшейся на спину и задравшей лапки кверху подобно обычной домашней собаке, на которую та, если честно, очень похожа. Понятно, почему ее в стае гнобили. Очевидный девиант. Мне тоже в академии Скрытого Камня пытались разъяснить, что нужно быть, как все. Хорошо, что я от этих придурков свалила.

Выбрила “Бритвой Оками” участок шерсти на пузике у Фувари и пока Фумито наносил антирадиационную татуировку, изучила корреспонденцию. Одно письмо от Хатиро, второе от сандайме Хирузена.

“Уважаемая Оками-химе,

В марте Коноха оживает под первыми тёплыми лучами. Остатки снега, что держались в укромных уголках, быстро тают, уступая место мягкой, влажной земле. Лесные деревья и сады у домов начинают покрываться нежными почками, и легкий туман, окутывающий деревню на рассвете, медленно растворяется, поднимаясь к ясному небу. Тонкие проталины травы уже виднеются вдоль тропинок, а на ветвях сосен в утреннем свете сверкают капли, словно спешащие поприветствовать весну. Коноха в это время – словно дышащий жизнью мир, где каждый уголок наполняется легким, свежим ароматом пробуждающейся земли.

Смеет ли этот недостойный и неумелый служитель на посту хокаге надеяться, что весна придет и в наши с вами взаимоотношения, о блистательная королева Узушио?

Осмелюсь поинтересоваться о Вашем самочувствии. Не был ли легкий дружеский спарринг с Джирайей-саном чрезмерно утомительным для вас? Мой ученик, хотя и не нашел времени для того, чтобы лично навестить старого ворчливого наставника, детально изложил достигнутые вами при участии Сенджу-химе договоренности. Мне остается лишь восхититься мудростью и твердостью Цунаде-сан, проявленными при обсуждении и подтвердить, что все условия принимаются. Совсем скоро на вас уже не будет нацелен кунай правосудия и вы будете исключены из книги бинго.

В связи с изложенным приглашаю вас стать гостьей Конохи на скором празднике цветения сакуры, что, как вы знаете из личного опыта, происходит в наших краях в середине апреля. Вы, безусловно, вольны прибыть не в одиночестве, а с любой свитой, которую сочтете достойной вашей должности. Особенно мне, старому и больному человеку, было бы приятно увидеть в вашей компании Цунаде-химе.

В завершающей части письма позвольте выразить свою обеспокоенность вашим недавним визитом в Ивагакуре, о котором мне стало известно со слов моего ближайшего друга Шимуры-сана. Напряженность в отношениях между Листом и Камнем в последний год значительно возросла. Смею выразить надежду, что наши с вами теплые отношения не принесли вам проблем в общении с цучикаге.

С глубочайшим почтением и заботой, сандайме хокаге Сарутоби Хирузен”

Всё, как я терпеть не могу. С природой, погодой, самоуничижением и намеками. Не уверена, что все их правильно поняла. Вот последний – очевидное “мы следим за тобой”. А как на “лёгкий туман”, к примеру, реагировать? Это что, какие-то намёки на ублюдка Ягуру? А ну их всех к биджу под хвост! Отдам наставнице, пусть прочитает и уже решает, где хитрая ловушка, а где тупо вежливость.

Второе послание написал Хатиро.

“Привет, Оками. Я полностью уверен, что ты все еще предпочитаешь неформальный стиль общения и потому не стал добавлять в письмо пространных размышлений о погоде, которые так любит сандайме-сама.

Как ты наверняка догадалась, я прочитал написанные им строки, несмотря на запечатанный конверт. И не я один, а еще несколько членов клана. Хьюга очень ждут твоего прибытия, Оками. Я, к сожалению, не смог узнать, с кем именно предложат заключить помолвку. Тебе, наверное, настолько безразличен этот юноша, что его имя и описание внешности не станут полезными.

Что мне известно – клан предложит на время визита в Коноху поселиться на нашей территории. Обдумай как следует, насколько это тебе нужно.

Твой друг навеки, Хьюга Хатиро”

Глава 15

Обозначенные в письме планы Хьюга вызвали у меня приступ злорадства. Че, выкусили, ублюдки? Всё, я теперь занята, так вам и скажу. Моим детям на лбу рабскую метку нарисовать вы шанса не получите.

К слову, калека Умитани сказал, что никогда не видел проклятых печатей Хьюга и потому не знает, сможет ли с ней что-то сделать. Вот если посмотрит и изучит, то тогда что-то прояснится. Не тащить же его в Коноху? Безногий дед – носитель важных государственных секретов, вполне себе уязвимый к пыткам, какими его и заставили работать на Страну Железа. Всё равно его не простила! Мог бы проявить твердость и умереть как мужик, но не ставить блокировку на детей.

К мысленному ехидству подмешалась еще и толика иррациональной тревоги. Что, если ублюдки-рабовладельцы скажут что-то в духе “нам и вдова подойдет” и попытаются устранить Фумито, едва он появится в Конохе? Конечно же нет, они ведь еще и не идиоты и обязаны понимать, что в данном случае заработают не перспективную невесту, а смертельного врага. Конечно, целый клан одному человеку не вырезать, какой бы я крутой ни стала в последнее время. Но нагадить как следует смогу любому семейству.

В итоге обратилась к самому молодому человеку. Его жизнь, ему решать. Сбивчиво пересказала суть своих подозрений рано поутру. Да че уж там скрывать? Половину ночи не спала, думая о всяких глупостях, что для меня так-то не характерно.

– Самурай всегда готов к смерти, – с легкой улыбкой ответил он мне. – К своей и к чужой. Ты не отговоришь меня, Оками. Я еду в Коноху вместе с тобой.

Как и собиралась, отнесла письма наставнице. Та, прочитав оба, громко рассмеялась.

– У меня тут столько дел, что мне не до того, чтобы радовать старого и больного учителя своим присутствием. И вообще, я не хочу посещать Коноху. Это слишком больно. Но Хьюга… хи-хи, такие смешные. Они что, считают, что Сенджу Цунаде не найдет, где поселить на время своих учениц? Что я за эти годы прогуляла всю клановую собственность?

– А может, тогда сюда ее переведете? – с невинным видом предложила я. – Вот и все проблемы с деньгами будут решены. Шучу-шучу. Садиться к тебе на шею и тянуть клановые деньги это очень поганый вариант, знаешь ли.

Ответом мне стал еще один краткий приступ веселья.

– Вообще-то, это хорошая идея, я обдумывала ее, однако собственность хоть и моя, но управляется не мной. Чтобы ее вернуть, мне нужно будет поселиться в Конохе и прожить несколько лет, показывая, что изгнание завершено. Пока же есть только регулярные дивиденды, которые Шизуне и заберет, как моё доверенное лицо. Там очень хорошая сумма, какую я обычно спускала в казино, что-то около пятидесяти тысяч рье ежемесячно.

– У семьи Като тоже был собственный дом. Я очень надеюсь, что он не разрушен девятихвостым и приглашаю пожить у меня, – предложила Ши-тян.

– Да и квартира Умино еще. По справедливости, ее должны были восстановить, – припомнила я. – Ведь это деревня не уследила и позволила разрушить здание хвостатому ублюдку. Если не недвижимостью, то пусть хоть деньгами компенсируют. В пролете, в общем, Хьюга.

В итоге, под поездку, кроме моей персоны, подписались Фумито, Шизуне и Дей. Приятели пацанчика тоже просились, но их не пустили ни я, ни родители. Это не туризм, а дипломатическая миссия, на которой и сам мелкий братишка, по-хорошему, лишний. Но тут уж я уступила ученику. Опасности для него в Конохе не предвидится. Каким бы налюбщиком Хирузен ни являлся, ловушки в приглашении я не видела. Зато пять лямов и шанс чутка подправить свою репутацию неадекватки, которую рисом не корми – дай какую-нибудь деревню разрушить.

Говоря о мелком бро, мне, скорей, надо об обратном беспокоиться – чтобы мой ученик ничего в Конохе не взорвал, за что потом мне предъявят. Он клятвенно пообещал, что меня не подставит. Все равно придется приглядывать. Хватает в пацанчике той непоседливости, которая ведет к проблемам на пустом месте.

Миура окончательно стал подкаблучником, домоседом и сенсеем для детишек. Шучу, конечно. Он все такой же непрошибаемый и могучий. Но язык не повернулся попросить его с нами отправиться для пущей внушительности, пока тут Каноно на сносях. Да и с мелкими вправду кто-то обязан заниматься. Лучше бывшего ронина их начальное обучение никто не потянет. Вот когда придется изучать ручные печати – уже кто-то другой знамя подхватит. Коху-сан, например – ему и Бьючи и так уже пришлось стать наставниками для троицы возмужавших кирининов, сейчас уже не воспринимающихся отдельно от Кирифунэмару. Постоянный экипаж нашего второго корабля. Надо бы еще и третий где-нибудь спереть. Флот из захваченных судов все еще кажется мне неплохой идеей.

Короче, по стандартному уже маршруту доплыли до Страны Мороза. Юки-сан затем собирался заглянуть за очередной партией беженцев от произвола Ягуры, которые укрылись от упоровшегося собственной значимостью Мизукаге где-то южнее Страны Волн, в районе ближе к Стране Чая, до которой я так и не добралась, несмотря на все более ранние планы. На этот раз были обещаны не только женщины и дети, но и несколько мужчин-шиноби, которых нам объективно не хватает, чтобы усилить деревню. Доверяю кэпу в этом плане.

И дальше тоже по проторенной дорожке. До Страны Горячих Источников, а там уже и граница со Страной Огня. На пункте пропускадежурила команда генинов вместе с джонином-наставником. Я мысленно подобралась, подготовилась к тому, что сейчас придется их всех вырубить и вернуться обратно – но нет, у нас проверили документы с гражданством Узушио, нарисованные лично Каноно для каждого и пропустили, пожелав удачи. Поняла, какой сувенир я из деревни Скрытого Листа хочу привезти. Фотокамеру. Уже много лет о ней потихоньку мечтаю. Сможем паспорта с фотографиями выдавать. Да и вообще, детские фоточки – это святое при таком количестве ребятни.

Так-то можно было пароходом воспользоваться. Но не факт, что это стало бы безопаснее, а по скорости – точно медленней. Хорошо еще свою волчицу Ши-тян решила на время оставить заботам наставницы, рассудив, что попросту призовет ее в любой момент, как соскучится, а затем отпустит обратно на Узушио.

И вот, наконец, Коноха. Вышли к ее воротам примерно в середине дня. Сакура, на праздник цветения которой нас и пригласили, пока только собирается распустить бутоны, но уже вокруг реально всё дышит весной. Как же здорово наконец-то оказаться в приятных мне цивилизованных местах!

В ворота скрытой деревни нас, конечно, так запросто не пропустили. Девушка АНБУ в маске зайчика подошла к нам, попросила подождать и отправилась звонить по проводному телефону начальству, сообщая о прибытии гостей. И чего это она так сильно виляет задницей, плотно обтянутой форменными штанами шиноби? Не иначе как специально на размер меньше выбрала, чтобы мужчины смотрели. А они-то и смотрят, даже оборачиваются. Но взгляд молодого самурая только на меня направлен. Не, я в нем и не сомневалась, однако приятно получить подтверждение. А еще я эту похотливую зайчиху, походу, узнала. Курама Айя, бывшая моего… моего Фумито. Специально, наверное, напросилась сюда дежурить, ожидая нашего появления. Разведка-то у Листа на своей территории нормально обязана работать.

– Оками, я узнал голос, это Курама-сан. Не думал, что ей достанется настолько большая честь, как служба в АНБУ, – шепнул мне юноша.

– Че, так часто ее вспоминал, что спустя столько лет по голосу узнаешь? – нет, ревности сейчас не было. Ну, почти не было. Больше подколка.

– Совсем не вспоминал. Но у меня память хорошая, – ох уж мне эта самурайская невозмутимость. И не поймешь у него по лицу ничего.

– Сенсей, а почему АНБУ Листа носят, хм, звериные маски? – заинтересовался Дей. – Это же тупо. В Скрытом Камне маски все одинаковые. И вот братик по голосу ее узнал. В чем смысл, сенсей?

– Вообще-то опытные АНБУ умело скрывают свою личность, – заступилась за спецслужбу Шизуне. – В том числе имитируют чужой голос, манеру речи и язык тела. Не станет удивительным, если девушка, которую узнал Фумито-сан, на самом деле сейчас находится в другой части деревни и не знает о том, что дежурит в данный момент на воротах.

Мой личный опыт говорил об обратном. Инкогнито доверенных АНБУ Минато я в итоге вроде как раскрыла. Норихиро-сан, во всяком случае, с полной достоверностью опознан. А вот насчет Котика сплошь подозрения, но уверенные. Или мне позволили узнать?

– Умино-сан! – окликнул меня вдруг знакомый голос. Звуковое зрение я не использовала, так как в условиях улиц густонаселенного города оно давало слишком большую нагрузку на мозги. Голова раскалываться будет от перенапряга, если переборщить. Вот и проморгала, занятая обсуждением масок и скрытых за ними личностей, как ко мне подобрался он, остановившись в двух шагах. Хьюга Хатиро. Мой бывший.

Он вытянулся, чуть раздался в плечах и остался таким же симпатичным. Чунинский жилет вместе с формой шиноби Конохи. Рабская печать скрыта за протектором Листа, привычно находящимся на лбу. В сравнении с Фумито он кажется подростком рядом с настоящим взрослым. Хотя какая у них там разница в возрасте? Один год? Полтора?

– Хатиро! – никого не стесняясь, обняла парня. Он все еще мой друг, несмотря на то, что отношения давно закончились и серьезными их не назвать.

– Хьюга-сан, – Фумито ограничился коротким поклоном и выражение лица у него в этот миг было чуть напряженное. Не сумел бесстрастным, по заветам Миуры-сенсея, остаться. Дурачок. Неужели не понимает, что даже если какое-то соревнование моих парней и могло бы быть, то он в нем единственный возможный победитель? Наверное, ревность – это что-то рефлекторное. Мне ведь тоже Кураму Айю увидеть несколько неприятно, хотя ничего плохого она мне не делала.

Следом и Шизуне поздоровалась. А ведь ей парень нравился, я помню, как это интуитивно поняла и слегка приревновала без особых поводов. Может, заберет себе? А клановая невеста пусть лесом идет. Глупость очевидная. Не отпустят хозяева своего раба жить счастливой жизнью.

– Это мой ученик и новый бро, его зовут Дей, – представила я мальчишку. – А это Хьюга Хатиро, мой хороший друг.

– Ага, тот самый, хм, Хатиро, – кивнул своим мыслям ученик. – Конфетку хочешь? – и протянул Хьюге фантик с чем-то завернутым в него. Мне прямо сразу представилось, что внутри кусочек взрывной глины и при попытке развернуть обертку кто-то останется без пальцев, причем не факт, что мне и Шизуне получится вернуть все оторванное на место.

– Я хочу, – требовательно вытянула в сторону мелкого руку. Тот пожал плечами и вложил мне в ладонь конфету. Взаправдашнюю карамельку, в которой мои сенсорные способности следов чакры не уловили. Заставил нервничать и лыбится еще, поганец! Я-то уже надумала себе всякого, что, услышав от той же Чико, как его сенсей страдала при расставании, пацанчик захотел отомстить моему бывшему ухажеру.

– Мне поручено от лица клана Хьюга пригласить вас всех быть нашими гостями, – сказал Хатиро, ничуть по виду не расстроившийся тем, что остался без конфеты. Хотя ниче так угощение, мне внезапно понравилось. Надеюсь, Дей ее предварительно языками на ртах-руках не обслюнявил? Мне от того ничего не будет, но буэээ. Выбью из него правду на ближайшей же тренировке.

– Простите, Хьюга-сан, но ваш клан будет третьим в очереди. Оками-сан уже приглашена в дом семьи Като, а также кланом Сенджу, – церемонно ответила Шизуне. Ну вот точно между ними какая-то искорка есть. Вон как глазками стрельнула.

– В таком случае позвольте вас сопровождать и помочь сориентироваться в городе, где многое изменилось после нападения биджу.

К нам вернулась распутная зайка и пояснила, что проходить разрешено, визит одобрен. Вообще-то на ворота обычно проверенных ветеранов тут ставят, как на ответственный пост, а не ходячую рекламу тесных штанишек. Не стоит ли и себе такие прикупить? Фумито наверняка заценит.

И все-таки Коноха хороша. Дей впервые оказался в таком крупном городе с нормальной человеческой архитектурой, а не тупорылыми башнями из Ивы. И столько гражданских сразу он тоже никогда не видел. А уж лики хокаге со скалы как его поразили...

– Сенсей, они как будто насквозь меня видят. Особенно второй по порядку, – тихонько поделился мальчик.

Мне лицо Тобирамы, двоюродного деда наставницы, каким-то особенным не казалось. Да и сходство с прототипом вызывает вопросы. Ни Хирузен, ни Минато на себя похожими не очень выглядят. И если по поводу сандайме еще можно свалить на возрастные изменения, то Намикадзе попал на утес совсем недавно по историческим меркам. Вот не похож! Это какой-то другой схожий внешне мужик, излишне серьезный и суровый, в котором нет ни капли самоиронии и легкого взгляда на жизнь, присущий четвертому хокаге.

Невольно задумалась, а не поступить ли мне в том же ключе – разместить мою симпатичную мордашку где-нибудь на отвесном берегу у входа в главную бухту Узушио. Неее, недостаточно я для такого упоролась собственным величием.

Первым делом я потащила всех в свою любимую лапшичную. Ну че? Офигенно же. Обидно, если это шикарное заведение пострадало. С счастью, на месте оказалась и забегаловка, и ее румяный владелец с пухлыми щечками, меня, правда, не узнавший. Да вообще, мало кто видел в красноволосой красотке то лысое недоразумение, каким я всем наверняка казалась. Или это не на меня, а высокого загорелого красавчика пялятся. Ну да. Все больше женщины оборачиваются. Хвост от биджу им!

Дей местный рамен заценил, ему понравилось. А вот Фумито рожу от лапши привычно воротил. Испортил ему вкус младший родственник, когда перекормил едой отсюда. Надо будет Ируку-куна навестить, к слову. Узнать, все ли у него хорошо и, может, тоже к себе утащить. Ну а что? Молодые ниндзя с удачнойнаследственностью нам нужны.

Шизуне сразу попросила отвести нас в дом ее семьи и, вот удача, тот был в порядке. Уютный такой небольшой двухэтажный домик поблизости от административного центра. Слишком в порядке! Ухоженный палисадник и отсутствие следов запустения непрозрачно намекнули – тут живут.

– Но… но… это же дом Като. Дом Дана-сана! Моя собственность! – воскликнула Ши-тян, с подозрением глядя на дверь, выкрашенную в зеленый цвет. – Как же так?

– Как я узнал, вернувшись сюда, после нападения Девятихвостого целых домов всем не хватало, пустующее жилье раздавали, независимо от того, есть ли у него хозяева. Вам наверняка полагается компенсация от деревни, Като-сан, – просветил ее Хатиро. – И вы точно сможете потребовать свою собственность обратно. К данному моменту кризис уже миновал.

И правда. Хоть сандайме и налюбщик, но хозяйственник он зашибенный. Ни единого следа разыгравшейся драмы в городе я не заметила.

– И что, собственность Сенджу тоже кто-то занял? – уточнила я, представляя, насколько сильно в ярости будет Цунаде, если узнает, что в дом ее родителей и Мито-самы заселили не пойми кого. Может быть, даже сломает что-нибудь, как то мудацкое казино.

– Нет, это очень маловероятно, – признал Хатиро.

В фамильный особняк первого хокаге, расположенный также поблизости, нас и заселили. Обитающие тут слуги, присматривающие за домом, узнали Шизуне, которая некоторое время жила здесь совсем еще мелкой, пока наставница не решила, что ей с деревней, Скрытой в Листве больше не по пути. Да и письмо Цунаде-сенсей для своих вассалов написала и Ши-тян вручила. На случай, если нам совсем уже не поверят, оставалась Кацую, через которую принцесса Сенджу и сама могла бы сказать, что мы свои, нам можно.

Когда я впервые зашла в этот выстроенный в традиционном стиле особняк, меня в холле поджидал огромный портрет Узумаки Мито. Я до того видела ее фотку, с дурацкой прической в виде пары шариков на затылке, а тут именно что рукописная картина и волосы распущенные, как сестренка Кушина чаще всего ходила.

– Оками, я знаю, что ты сердишься, когда вас сравнивают, но… – начал Фумито.

– И правда очень похоже, сенсей, – согласился Дей. – Только у тебя глаза, как у Сенджу-самы.

– Да люби вас всех биджу! – воскликнула я. – Может, я и реинкарнация какой-нибудь бабки. Что это вообще меняет?

Ответа не было. Зато тихо подошедший слуга передал приглашение на аудиенцию с хокаге на завтра, полученное от курьера. Нельзя же так просто взять и принять гостей сразу по прибытии. Что Ооноки-сама, что Хирузен – оба решили помариновать сначала сутки. Хорошо, что тут мне хоть куратора не назначили. Или это только пока?

Глава 16

Как мне ни хотелось потратить остаток дня на развлечения, каких в большом городе, полном жителей, вполне хватает, интуиция твердила, что лучше время на ерунду не расходовать.

Так что я попросила своего нынешнего устроить тренировку ученику, чтобы особо не расслаблялся и о розыгрышах с конфетами забыл. А сама взяла бывшего, то есть Хатиро, и попросила отвести в квартал Учиха.

Чико – она ведь тупорылая и по-нормальному не понимает. У нее появилась идея фикс “забрать братьев себе” и всё, не переубедить без железных аргументов. Не хочу, чтобы она попыталась их сама похитить и подставилась. А заодно меня с хокаге поссорила. А потому сначала на малых посмотрю, затем попрошусь перетереть с Учихой Фугаку, главой клана. Если высокомерно меня пошлет, или даже не примет, то пусть затем не жалуется, что у него двух пацанчиков увели.

Не скажу, что Фумито понравилось, что я гуляю где-то с Хьюга, но оставлять мелкого одного я постремалась. Шизуне же решила немедленно отправиться качать права по поводу ее наследства. Понимаю ее. Я в своё тоже готова зубами вцепиться. Да и вообще, капелька ревности только подогревает чувства. Разве нет?

Выселить большую часть легавых в отдельный район города – шикарная идея, знаете ли. Нидайме Тобирама-сама был реальным гением, раз до нее додумался и реализовал. Я бы еще и высокий забор вокруг их квартала предложила. И патрули с собаками, чтобы копы лишний раз к приличным людям не выбирались. Но это так-то у меня иррациональное предубеждение против так называемых стражей порядка. Чико, вон, нормальной девчонкой оказалась, несмотря на профессию. Даже не знаю, как мне на Узушио с этим вопрос решать. Ну, с полицией. Для маленькой деревни, полной шиноби, полноценная силовая структура не очень-то и нужна. Может, назначить Чи-тян шерифом и пусть делает свою работу? Заодно отвлечется от дурных мыслей.

Дом, расположенный на самом краю кланового квартала, к которому меня привел Хатиро – это прямо какая-то халупа. По меркам Конохи. На Узушио жилье с подключенным электричеством и нормальными целыми стеклами на всех окнах сошло бы за элитное. Даже у нас, в жилище, по сути, королевской семьи, в одной из комнат фанера в оконном проёме. В нашей с Фумито, конечно. Мне на такие мелочи плевать, парню тоже. А обделять мелких детей или беременных женщин как-то погано.

Что до розеток и лампочек – электрогенератором я и сама бы могла подрабатывать, но это откровенно геморно и не делать же из меня девушку-электростанцию, приковывая наручниками к месту генерации. Нужно нормальное техническое решение, пусть и с добавлением чакры. Может быть, какие-то фуин. Смогли же магнитную технику под наколку адаптировать. Надо будет Умитани и током озадачить.

Короче. Небольшой одноэтажный домик с облезлыми стенами, обшелушившейся дверью и натуральным огородом, в котором и вкалывают сейчас молодые Учиха вместе с маленькой морщинистой старушкой, рыхля землю так называемой матаоки, по сути, мотыгой. В Пиньдишань такой инвентарь, между прочим металлический, был бы сокровищем, а тут в трех экземплярах. Но что-то на лицах пацанчиков нет радости от обладания громадной ценностью.

Выглядят братья Чико очень обыденно. Самые простые мальчишки лет десяти-одиннадцати. Ну разве что высокие чересчур, как и старшая сестра. Одеты неброско, я даже заплатки на коленках рассмотрела. Но это, может быть, специальная рабочая одежда, которая не говорит о какой-то бедности. А вот то, что будущие шиноби копаются в земле – уже нехороший признак. Так, значит, великий клан о своих заботится?

Про саму бабульку и про пацанчиков Хатиро мне по дороге рассказал. Учиха Тори, бывшая куноичи, которая потеряла в трех прошедших крупных войнах вообще всю родню. Или даже раньше. Возможно, кого-то из ее родственников еще Сенджу прикончили, до основания скрытых деревень, когда шиноби из разных кланов увлеченно и с энтузиазмом резали друг друга.

– Тори-сан, здравствуйте. Можем мы поговорить с вашими воспитанниками? – окликнул старушку Хатиро.

– Это кто там? Хьюга-сан, ты? – подслеповато прищурилась бабка из-за низенького штакетника. – А друг твой кто?

– Позвольте представить – перед вами Оками, королева Узушио, – сказал юноша.

– Это которая задурила голову бедняжке Чико-тян, да так, что та дезертировала? Та, про которую говорят, что управляла девятихвостым в тот день? – с неодобрением глянула в мою сторону старуха. – Приходите позже, сейчас нам надо рыхлить огород. Нет, совсем не приходите, я не разрешаю. И ты, Хьюга-сан, теперь тоже нежеланный гость в этом доме.

А ведь Хатиро их как мог поддерживал, стараясь особенно не палиться. Неблагодарная же карга! Не, я понимаю, что у нее ложные выводы от недостатка информации. Мальчишки короткой перепиской с Чико с приемной бабкой наверняка не делились. Но обидно же. Я же за добро и справедливость!

– Оками никем не управляла. Она невиновна, я был с ней рядом в тот день.

– Люди по-другому говорят. Зря болтать не станут, – не поверила Учиха Тори. – Уходите. Не нервируйте мальчиков.

По выражениям лиц братишек Чико я поняла, что они-то как раз не против бросить ненавистный огород и поболтать, но против воли опекунши идти не решаются. Саму бабулю я прямо такой злобной ведьмой, затиранившей бедняжек, не назову. Небогатая старая женщина делает, что может и не хочет мальцам судьбы нукенинов. Вот так мне показалось. Вразрез с моими планами, но забота искренняя.

Может, мне взрыхлить им этот их мудацкий огород одной-единственной техникой, чтобы освободились парни? Так не в будущих грядках дело.

– Ты же понимаешь, что я их все равно подловлю, когда останутся одни и перетру с ними, старая? – посмотрела я Тори-сан прямо в глаза. – И ни в чем убеждать их не планирую. Просто спросить, чего они хотят. Братва, что вам надо? Чи-тян хочет вас забрать на Узушио, но там у нас условия не сахар. А тут у вас родной клан и нормальная жизнь.

– Уйдите в дом, мальчики, – приказала старуха. – Я позову полицию. Тут преступница, внесенная в книгу бинго.

– Ты ж соображаешь, старая, что меня так просто в деревню бы не впустили, если бы я в розыске была? Ты, может, и развалина, но не тупая же? – я тяжело вздохнула. Какой-то стремный разговор получается. – Хочешь, с ними поедешь на Узушио, если Фугаку разрешит?

– Для тебя, нахалка, Учиха Фугаку-сама.

– Мы согласны, Оками-сан! – вдруг выкрикнул один из них. Роста оба ребенка одинакового, так что кто из них Сэйджи, а кто Рейген я с уверенностью не скажу. Хатиро наверняка знает, но так-то пофиг.

– Но мы не предатели! Только с разрешения главы клана! – добавил второй, более старший.

Тори-сан недовольно зыркнула на обоих и потащила в дом едва ли не силой. Вот не понравилась я ей, а все равно приняла бы старуху. Есть в ней закаленный стержень. Опять же у Умитани будет кто-то близкого возраста. Хотя че это я о старом ублюдке заботиться начала.

– Извини, Оками. Тори-сан обычно приветливая, я не думал, что она будет грубить, – повинился парень. Мы с ним так и стояли посреди огорода. – Хорошо, что тебе хватило выдержки силой вопрос не решить.

– Эй, ты кем вообще меня считаешь? Я не бью старушек, это вредно для репутации разрушительницы.

– Оками, а вы с Фумито-саном встречаетесь, да? – спросил Хатиро, пока вел меня к дому главной семьи Учиха.

– Че, подсматривал за нами через стену? Завидно? У тебя был шанс, ты его к биджу промеж хвостов пустил, – злиться я на бывшего давно перестала. Он же хороший парень и не по своей инициативе меня кинул, а по приказу ублюдков из руководства клана. Так что больше подтруниваю над ним по-дружески, чем претензии предъявила.

После моих слов о подглядывании я увидела привычно покрасневшего Хьюгу. Что, реально наблюдал как я переодевалась с дороги? И как мы с Фумито обжимались…

– Вот ты извращенец! – едва ли не самое страшное оскорбление, которое только редкие уникумы вроде Джи способны носить с гордостью.

– Нет-нет, ничего такого, – и не поймешь, побагровел он от того, что видел или по причине, что представил, какого зрелища лишился.

– А как там твоя помолвка? – с деланным равнодушием поинтересовалась я.

– Хиори-тян очень хорошая девушка, идеальная представительница побочной ветви. Она симпатичная, милая, заботливая…

“...скучная по сравнению с легендарной разрушительницей”, – с толикой злорадства продолжила я мысленно. Ревности не было ни капли. Наоборот, что-то вроде капельки удовлетворения от того, что бывший нашел себе невесту, подходящую ему по темпераменту.

– Мы официально с ней поженимся через год или два, – продолжал Хатиро. – Заранее приглашаю на свадьбу и тебя, и Фумито-куна. Вы с ним хорошо смотритесь вместе, одинаково рыжие. И всех остальных знакомых из твоей команды. Каноно-сан, Миуру-сенсея…

Далее беседа превратилась в пересказ мной новостей о том, как здорово устроились на острове все наши знакомые и грядущие пополнения в их семействах.

Как раз успели до дома правящей семьи Учиха дойти. Даже постояли у ворот, давая мне шанс закончить. Выглядит их особняк на удивление скромно. Чем-то очень напоминает совсем не гигантских размеров клановый дом Сенджу, ставший на время местом нашего обитания. В традиционном стиле, одноэтажный. С большими воротами и низеньким заборчиком. Не хочешь ждать, пока откроют – перешагни хлипкий штакетник и иди. Хозяева как будто сообщают так всем – “нам бояться нечего, рискните здоровьем, если смелые”.

Я, несмотря на то, что смелая, не дура, которая прет напролом. Ну, хочу в это верить. А потому взялась за деревянную колотушку, заменяющую дверной звонок в традиционных домах, и постучалась. Ожидала слугу, как у Хьюга, но нет, ко мне вышла приятная женщина, мимолетно мне уже знакомая. Не очень помню, как ее зовут. Микото? Вроде как-то так. Подруга сестренки Кушины, мамка забавного, дофига серьезного пацаненка Итачи-сана. Ему уже лет десять, наверное. Может быть, как и полагается у гениев, уже полноправный шиноби. Не удивлюсь, если чунин.

За юбку жены главы клана цеплялся мимимишный трехлетка. Ровесник наших. Прям захотелось схватить его и утащить на Узушио в качестве жениха одной из моих крохотуль. Малышке Карин, к примеру. Но и Каоки с Фуоки достойны.

– Здравствуйте, Учиха-сан, – поклонился женщине Хатиро. Я лишь обозначила поклон, проявила каплю вежливости. Королева я или нет? Мой статус повыше, чем у главы клана и его супруги.

– Умино-сан, Хьюга-сан, – Микото поклониться по правилам не поленилась. – Не ожидала вас снова встретить в Конохе, Умино-сан. Позвольте вам представить моего сына. Саске-сан, – карапуз мило заулыбался и церемонно поклонился, глядя на гостей. Я вообще мелким обычно нравлюсь. Похоже, покорила еще одно детское сердечко. Ответила мальцу на поклон.

– Учиха-сан, у меня есть очень важное дело к вашему мужу, знаете ли, – сразу перешла я к делу. Вероятно, следовало сначала перетереть за природу, погоду и самоуничижение, но меньшим быдлом меня от этого считать не перестанут. Я же способна научить детей только плохому, помню-помню. Такого обо мне здесь мнения.

– У Фугаку-самы сегодня много дел, я не уверена, что он сможет уделить время внезапным посетителям. Позвольте угостить вас чаем, – и вроде как доброжелательно все сказала, но как-то чувствуется, что не очень я ей приятна. И ради этих ублюдков я на десять лет изгнания подписалась?

Но, может, зря я бугурчу. Нас с Хатиро ссаными тряпками не погнали. Отвели в столовую и подали неплохой чай. Не тот дорогой и пафосный, который только Хьюга заваривать умеют, но тоже вкусный. Я заценила. Еще бы выпечку какую, но ценители истинного чайного вкуса меня за святотатство остракизму подвергнут.

Ждать пришлось долго. Часа полтора, причем молча. Такой вот способ указать наглой выскочке, возомнившей себя королевой, где ее, то есть моё, место. А я на самом-то деле не очень гордая.

Пока бездарно тратили время, в голову полезли мысли, спровоцированные замечанием моего друга Хатиро о том, что мы с Фумито одинаково рыжие.

Я с рождения ведь темненькой была. Не, мне нравится уже не такой и новый цвет, привыкла я к нему. Но вопрос “почему” и “как” остается открытым. Может, на меня кто-то тайно нанес перекрашивающую волосы фуин, как мы с Фуоки сделали? Или я как-то неведомым образом мутировала, переняла часть генома красноволосых? Отсюда и сходство с Мито вылезло, при взрослении. Ну, которое на портрете усмотрели. Может, я девушка-генокрад и впитываю чужие геномы, в частности от Фумито, потому что у меня к нему эмоциональная привязанность? Вкрай бредово выглядит, если честно.

А что если… я как-то впитала чакру сестренки Кушины из созданной ей печати. Чуть спазм энергосистемы в тот раз не заработала. Но чакра – это ведь что-то большее, чем тупо заряд электричества – особая внутренняя энергия человека, то есть отличная штука для передачи информации. Что, если в том числе генетической? Что, если я чуточку переписала свою ДНК, втянув чужеродную мне энергию. Там, правда, было дофигища чакры девятихвостого ублюдка и логичнее, что хвост вырастет, но и тут можно объяснить. Хвостатый мудила – не человек, а энергетическая сущность, у него генома, как такового, нет, заимствовать нечего. И не после того ли дня ко мне привязалось это навязчивое сестрёнкино “знаете ли”? Кто теперь вспомнит?

И это еще не всё. Был второй случай, когда я использовала заемную чакру. На дуэли с неуязвимым ублюдком. Кацую в тот раз передавала мне внутреннюю энергию наставницы. И в скором времени у меня начала грудь расти. С околонулевого размера до нынешнего, не особо выдающегося, но вполне приемлемого. А? Шикарная же гипотеза. Не такая и бредовая. Может, мне еще чакру Чико поглотить и модные красные глаза заполучить? Или отупеть! Не-не-не. Какой бы бред я сейчас себе ни надумала, разумно будет воздержаться от донорских сил.

Наконец, ожидание завершилось, жена главы клана вернулась и сказала, что ее муж согласился выделить мне время.

– Только вам, Умино-сан. Ваш спутник может подождать здесь. Подать еще чая, Хьюга-сан? – пояснила тетенька. Хотя, наверное, ее правильно сестренкой мысленно называть? Все-таки молодая и подтянутая, явно не совсем одомохозяилась, продолжает поддерживать форму.

Злоглазый Учиха Фугаку выглядел точь-в-точь, как на своей фотке из книги бинго. Суровый взгляд, жесткая линия подбородка, кажущегося квадратным. Его рабочий кабинет, к счастью, в современном стиле, с громадным письменным столом и мягкими стульями для посетителей. Если бы мне предложили посидеть на полу, поджав под себя ноги, плюнула бы и ушла, а потом отправила заниматься дипломатией Шизуне. У той лучше моего получается.

А ведь я, пожалуй, смогу достать его внезапной атакой и заработать… сколько там? Восемьсот кусков. Не скажу, что смешная сумма, но явно не стоящая того, чтобы бодаться с одним из сильнейших кланов Скрытого Листа в месте, где этих легавых дофигища. Да и вообще, я, может быть, не самая добрая в мире, не испытываю пиетета перед ценностью жизни и в целом готова подписаться на мокруху, но не так.

– Пожалуйста, познакомьтесь. Умино Оками-сан, называющая себя королевой Узушио. Учиха Фугаку-сама, возглавляющий великий клан Учиха, – обозначила кто есть кто дамочка. Я выскочка и самозванка, присвоившая себе титул. Ее муж – истинный лидер пафосного семейства. Не перепутать.

– Я готов выслушать вас, Умино-сан, – вперил в меня свой взгляд сильный джонин. Подумалось, что сейчас буркала у него покраснеют и попытается поймать в гендзюцу. Но нет. Просто смотрит, не гипнотизирует. Пришла пора изложить дело.

Глава 17

Вот так вот, сразу к делу. Без обсуждения отвлеченных тем и восхищения цветками сакуры, которые скоро преобразят Коноху. С одной стороны, я так и люблю. С другой, это же намеренное хамство. Или за прелюдию сойдет то, что меня тут чаем напоили и долго мариновали? А вот мне проявить вежливость не помешает, пусть это прогиб перед второй стороной.

Окинула еще раз взглядом безупречное черно-белое кимоно собеседника. Задержалась на миг на фиговине, которая выступает в качестве логотипа клана. Такая красно-белая штука, про нее говорят, что это веер.

– Начну не с основного, Учиха-сан. Я собираю автографы великих шиноби. У меня в коллекции есть все каге, кроме Ягуры, кое-кто из джинчуурики. Можно получить вашу роспись?

Даже снисходительной улыбкой меня не удостоил, как будто бы проходил те же курсы сохранения невозмутимости, что и Ито с Миурой. Хотя мой вассал на тех занятиях сенсеем быть достоин, а что тут? Сверлящий суровый взгляд. Нехороший такой. Воистину злоглазый, в самую точку погоняло угодило.

По выражению лица Фугаку можно было решить, что он раздумывает каким именно способом меня тут прибить за наглость, но глава клана молча взял со стола листок, оставил скупую подпись, напоминающую их фамильный веер и небрежно придвинул ко мне. Ну я что? Взяла и прибрала в подсумок, который с собой таскаю. Подумывала над тем, чтобы использовать для хранения коллекции отдельную фуин, но судьба моих запасов рамёна во время дуэли с неуязвимым ублюдком эти планы скорректировала. Росписи каге, джинчуурики и других крутых шиноби у меня в отдельной папочке в рабочем кабинете Цунаде хранятся. Между прочим, я и у самой Сенджу, и у Джи тоже образцы почерка взяла. Еще бы и от Орочимару получить до того, как мы с Чи-тян с ним разберемся. И будут в коллекции все три легендарных саннина. Круть же. Еще я ступила и не попросила у Ооноки-самы встречи с их носителями хвостатых. Автографы биджу – это вообще эксклюзивный эксклюзив. Ну ничего, будут еще шансы.

– Спасибо, это ерунда, но для меня важно. А теперь реально значимый вопрос. Учиха Чико. Как насчет амнистии для нее? Она туповата, но хорошая девчонка и сбежала не чтобы дезертировать, а для поисков сестры. И она, вероятно, одна из сильнейших членов вашего клана после того, как стала ученицей Цунаде-химе. Мне с любой стороны невыгодно ее отпускать, но мы дружим, а Чи-тян по семье тоскует.

Взгляд “злоглазого” стал таким тяжелым, что кажется я сейчас под ним в подпол провалюсь, проломив перекрытия.

– Оками-сан, у вас вообще имеется представление о чести? Мы, Учиха, один из двух кланов основателей Конохагакуре. Наш клан стоял у самых истоков деревни. Мы – военная полиция, которая стоит на страже законности. Абсолютная верность Конохе и Воле Огня наш приоритет. Именно поэтому дезертирство – табу для нашего клана куда более строгое, чем для любых других шиноби. Мы не Сенджу, которые могут позволить себе уйти из деревни и отстраниться от ее проблем. Та, что была известна под именем Учиха Чико, больше не принадлежит клану, она лишена фамилии, изгнана и заочно приговорена к смерти. Это наше доказательство лояльности. Исключений быть не может. Любой взрослый Учиха, повстречавшись с ней, обязан будет попытаться привести приговор в исполнение.

Сколько пафоса! Хоть собирай и запечатывай его в фуин про запас на случай, если своего будет недоставать.

– Вы мне должны. Ваш клан должен, – выложила я козырь. – Я специально на себе мишень нарисовала, чтобы виновной в нападении хвостатого мудилы меня считали, а не Учиха. Хотя говорят, что там видели какого-то ублюдка с шаринганом.

– Мы, великий клан Учиха, вас, Умино-сан, ни о чем не просили и никакого долга не признаем.

– Понятно, почему с таким подходом вас Сенджу отлюбили, – фыркнула я. Зря, конечно, нет смысла тут конфликт провоцировать. Но чистую правду ведь сказала. Наставница и Шизуне мне много всего про историю Конохи поведали. В том числе про то, как легендарный Хаширама вчистую уделал их вроде как не менее легендарного Мадару, в наличии которого сегодня я все сильнее и сильнее сомневаюсь. Налюбил меня сандайме Хирузен.

– Те самые Сенджу, от которых к нынешнему дню осталась одна единственная женщина, не имеющая потомства? – вот сейчас точно я его на эмоции вывела, но совсем не на те, что способствуют продуктивным переговорам. – Они не ровня сохранившим величие Учиха. Уходите. Вашей дружбы с дезертиром уже достаточно для того, чтобы вы стали нежелательным лицом в клане. Но последние слова окончательно говорят о вашем недружественном настрое.

– Наставница в одно лицо бы весь ваш великий клан закопала, знаете ли, – вот эта фраза реально говорит о моей недружелюбности. И нет, не потому, что клан легавых, а из-за этой его высокомерности. Оставаться здесь не было никакого смысла. Я встала и без всяких вежливых поклонов ушла. Еще бы дверью хлопнуть не помешало, но тут мудацкие сдвижные перегородки, которыми не очень хлопается. Ну то есть возможность шибануть есть, но получится не настолько демонстративно, как хотелось бы. Потому молча вышла и махнула рукой Хатиро, чтобы следовал за мной.

На дорожке от дома к воротам мы повстречались с Учихой Итачи, носящим чунинскую жилетку. Пацанчик подрос. Несколько низковат для десяти лет и телосложение хрупковато. Если бы его, как гения, не тащили вперед по карьерной лестнице, был бы сейчас товарищем для братьев Чико. Но нет, клановым ублюдкам надо выпендриться и лишить мальчишку детства ради того, чтобы все видели исключительность Учиха. Может быть, хоть второго не станут настолько перегружать и позволят побыть ребенком.

– Добрый день, Итачи-сан, – мелкий, в отличии от своего бати, мне ничего плохого не сказал и не сделал, так что с ним можно и вежливой побыть.

– Умино-сенсей? Рад вас видеть, – парнишка явно удивился и немного воспрял духом. – Благодарю вас за тот давний урок, он очень помог мне в формировании стиля тайдзюцу. Как и ваш совет всегда атаковать первым.

– Приятно было встретиться, Итачи-сан, – задерживаться рядом с пацаном я не стала. А то еще увидят нашу беседу старшие и подумают, что я его на дезертирство настраиваю. Готовлюсь научить реально плохому.

– Разговор пошел не по плану? – уже на улице и без посторонних глаз поинтересовался Хатиро.

– Ты же подсматривал и читал по губам. Скажешь, нет? Стопудово у вас все в клане этому обучены. Еще и старейшинам Хьюга тебя все разболтать заставят. Не парься, я понимаю что ты не по своей воле будешь им доносить. Да и ничего такого секретного я там не сказала.

– Хьюга ты явно любишь не больше, чем Учиха, – заключил юноша.

– Ну, с тобой мы друзья. Может, по сей день бы встречались, если бы не ваши мудацкие старейшины. Так что да, не люблю. Но договариваться придется. У меня на острове есть работа для бьякугана, знаешь ли. Хотя бы на время. В идеале для тебя и твоей невесты. Но сам понимаешь, решать будут старейшины.

– Никто не отпустит нас на Узушио. Ведь там обитает невидимая смерть, а следовательно, главная ветвь не сумеет явиться, чтобы забрать беглецов.

– Офигенчик, да? – заулыбалась я.

Все-таки Хатиро умный. Собственно, меня устроит любой представитель побочной ветви, не очень лояльный основной семье и согласный дезертировать, чтобы безвылазно сидеть на острове. Но Хьюга ведь это тоже понимают?

– Могу я попросить тебя все же встретиться со старейшинами клана? Скажу честно – меня накажут за то, что не выполнил поручение.

– Легко! И так с этими ублюдками увидеться собиралась. Не боись, старшая сестренка…

– Оками, я не могу тебя заставить не сказать эту фразу привычным способом! – торопливо выпалил Хьюга. – Фумито-кун меня захочет убить и я не уверен, что сумею защититься.

Забавно пошутил, я посмеялась. И зловещие слова так вслух и не сказала. Зачет парню, справился с задачей.

– Наставница, а вы слушали мою беседу с Фугаку? – тихонько спросила я в расчете, что меня услышит Кацую. Получила пару подтверждающих толчков от улитки.

– А Чико? – один тычок. То есть моя подруга-дурында не в теме нашего с главой клана маленького срачика. Очень хорошо. Чи-тян наверняка взбесится, когда узнает. И как бы какую-нибудь глупость не совершила. К примеру, угонит Кирифунэмару, чтобы добраться до континента и угробит корабль в прибрежных скалах, так как, несмотря на некоторый моряцкий опыт, она нифига не шкипер и управлять яхтой в одиночку не сможет. Ну, если только при помощи теневых клонов.

Хотела было сказать, что можно сразу пойти к Хьюга, но представила, как по этому поводу Фумито будет себя чувствовать и решила не нервировать его. Дошли до особняка Сенджу и уже оттуда, где я переложила ответственность за ученика на удачно вернувшуюся Шизуне, двинули дальше. Еще Кацую в доме оставили. Нефиг Хьюга на них сквозь одежду глазеть. Ну и прихватила своего благоверного для похода в гости к клану рабовладельцев. По пути тихонько пересказала ему про Учих и то, какой Фугаку мудила.

Так-то у меня оставалась еще одна, неясно, насколько сильная, козырная карта – долг Хирузена, причем признанный им письменно. На амнистию для Чико этого не хватит, а вот на то, чтобы признать ее братьев генинами и отправить на миссию по изучению популяции крыс на Узушио – может быть. Ну или еще на что-то такое же абсурдное. На слежку за опасной дезертиршей, например. Хотя рациональнее попросить дать не двух совершенно бесполезных пацанчиков, а пользователя бьякугана на время.

Посещение поместья второго за день великого клана вызвало у меня стойкое ощущение дежавю. Снова пропустили внутрь и заставили ждать. Вся разница в масштабах жилища. То, как живут Учиха, мне даже импонирует. Небольшой домик на одну семью всяко лучше, чем особняк-лабиринт непонятной конфигурации, где, чтобы не заблудиться, нужно обладать умением видеть сквозь стены.

Тут мы сидели и пялились друг на дружку не так долго. Зато столик неудобный, за такими принято сидеть не на стульях, а поджав ноги под себя. Хорошо, что самурайские тренировки подразумевают выхватывание меча из такой позиции. Не в том смысле, что я собираюсь выдернуть вакидзаси из ножен и всех тут порубать, а в том, что привыкла так сидеть во время тренировок и ни колени, ни задница, ни спина возражать не станут. Минут десять в итоге прождали. Видимо, глава Хьюга решил, что этого будет довольно, чтобы гости прониклись величием их клана.

Ага, именно глава. К нам вышел не только старый хрен Хаято-сан, но и лидер клана. Симпатичный мужик лет тридцати с длинными темными волосами. Типичный Хьюга. Весь такой изящный, но отнюдь не женственный и не слабый.

– Перед вами Хьюга Хиаши-сама, возглавляющий великий клан Хьюга, а также Хьюга Хаято-сама, старейшина клана, – известил нас Хатиро, вскочив и поклонившись. Мы с Фумито тоже поднялись и отвесили важной шишке по поклону, но далеко не так резво. Вообще, приятный на вид мужчинка. Совсем не в моем вкусе, но многим покажется настоящим идеалом.

– Эээ… здрасьте, – сказала я, демонстрируя полное отсутствие манер. Хьюга не Каноно, за медицинский марафон на нулевой уровень воспитания глаза закрывать не будут.

– Позвольте представить вам Умино Оками, королеву Узушио и ее названого брата, Умино Фумито, – теперь Хатиро представил еще и нашу сторону и мне не очень понравилось, как именно он это сделал. Какой, к биджу, брат? Уверена, что старшие Хьюга нифига не слепые и не дураки.

– Хатиро-кун, оставь нас, – потребовал главный Хьюга.

– Позвольте выразить своё удивление тем, насколько вы стали сильнее, Оками-сан, – взял слово старейшина. – Ученичество у одной из трех саннинов Листа явно пошло вам на пользу. Но ваша чакрасистема все еще осталась недостижимо гармоничной и потому мы возвращаемся к былому разговору. Сейчас, когда недоразумение в виде включения вас в книгу бинго устранено.

– Давайте сразу расставим все точки над всеми иероглифами, – я встала и засосала Фумито в губы. Так, чтобы даже тупые поняли, какие между нами отношения. То, что парень все еще сидел на коленях, принесло несколько странные ощущения. Обычно я сильно ниже, а тут наоборот, сантиметров двадцать выигрываю. Так вот как он себя чувствует во время поцелуев?

– Демонстрация была излишней, – сказал Хиаши. Что глава клана, что старейшина отлично умеют держать лицо. Не показали ни капли удивления. Были уже в курсе, так как у них повсюду шпионы с рентгеновским зрением? Вполне реально, если правда!

– Вы называете себя королевой. Брак в вашем случае – больше политический союз, – снова взял слово Хаято. – Вам стоит разделять дела государства и личную жизнь.

– Я убью любого мужчину, который прикоснется к Оками с грязными намерениями, – Фумито даже не пообещал, а поставил всех перед фактом. Посмотрели на него с презрением. С их точки зрения, какой-то выскочка Умино надумал тут ставить условия одному из сильнейших кланов.

– Ваша позиция по отказу от помолвки и брака понятна, – это высказался Хиаши, облив моего больше чем парня неозвученным презрением. Ученик самурая остался внешне невозмутим. Какой же он у меня крутой!

– Хаято-сан, обозначьте альтернативу, – попросил глава клана.

– Вы же знакомы с Юхи-саном из научного отряда? Его работа связана с искусственным оплодотворением и суррогатным материнством. Все, что от вас потребуется – стать донором генетического материала. Возможно, несколько раз. Юхи-сан утверждает, что процедура несложная и неопасная.

Ублюдки умеют удивлять! Это звучало уже совсем иначе. Никаких измен, никаких настоящих Хьюга в моей постели. А ребенок… можно ли будет его считать моим? Я даже в устойчивости своего генома не уверена.

– Что насчет… – я указала себе на лоб, намекая совсем не на Бьякуго.

– Все зависит от результатов эксперимента. Если ребенок будет обладать потенциалом пробуждения бьякугана, то попадет в главную ветвь. Если нет, то в побочную.

– Мне надо подумать над вашим предложением и посоветоваться с Цунаде-самой, – не стала я пока давать ответа.

Идея Хьюга смотрелась вроде бы разумным компромиссом, особенно если доверить медицинские манипуляции наставнице, а не Юхи-сану и его научным вивисекторам. Вот только на фоне рассуждений об “энергетической реинкарнации”, геном мой может оказаться совершенно мусорным. И ждет в этом случае маленького человечка, неспособного обзавестись дальнозорким додзюцу, незавидная судьба раба при клане рабовладельцев. От таких перспектив меня буквально мутит. Это неподдельно мерзко. Хм, как говорит Дей.

А нельзя ли смухлевать и заменить мой материал на яйцеклетку какой-нибудь Хьюга из побочной ветви? Тогда ребенок получится полноценно бледноглазым и не будет иметь ко мне никакого отношения, не придется считать себя с ним роднёй. Хорошо же придумала?

– Я пока не знаю, как отвечу. Мне нужно посоветоваться с наставницей, все-таки на кону вмешательство в мой организм, знаете ли. Но сохранить хорошие отношения с Хьюга я хочу в любом случае. Я планирую нанять представителя вашего клана для поисков тайников Узумаки на Узушио. Защиту от невидимой смерти я вам гарантирую.

– Это вопрос, в котором клану также стоит изучить риски, – ответил Хиаши. – Для супруги одного из нас ответ был бы однозначно положительным, но статус партнерства слишком неопределен.

– Да нет там никаких рисков. Уверена, сандайме за меня впишется и даст вам гарантии, что не съем я вашего шиноби, – ни в чем таком я уверена не была. Но в целом не одному же хокаге меня эксплуатировать, должна и с его стороны какая-то польза для моего королевства быть. Вон, пусть гарантом выступит.

– Клан обсудит и выставит вам свои условия, – закрыл тему Хиаши. – Сейчас же прошу меня простить, через несколько часов все главы кланов должны присутствовать на церемонии встречи делегации Кумогакуре.

– Что, йондайме Эй приедет? – загорелась я. Пусть у меня есть мой собственный идеал мужской красоты, но райкаге все еще нереально крут. Я фанатка.

– Нет, их делегацию возглавит всего лишь один из старших ниндзя.

По пути к выходу на меня выбежала маленькая трехлетняя девочка с короткими темными волосами. Увидев чужаков, малышка смутилась и покраснела. Поспешила скрыться за полами кимоно вышедшей следом няньки. У ребенка печати на лбу нет, главная ветвь. У женщины есть – побочная. Эта кроха вообще в курсе, какие ублюдки ее окружают? Очень сомнительно.

Глава 18

Больше нигде не задерживаясь, вернулись в дом Сенджу. Хатиро, видимо, решил, что я уже достаточно ориентируюсь в обновленной Конохе и потому провожать не стал. Да, собственно, так и есть. Не страдаю топографическим кретинизмом.

По пути мы почти не общались, зато много обнимались, наплевав на прохожих, не одобряющих публичного выражения чувств. По правилам приличий поцелуи и объятия следовало бы оставлять за закрытыми дверями. Угроза… нет, обещание убить любого конкурента меня проняла. В хорошем смысле слова. Поняла, что стопудово не ошиблась в выборе. Хьюга наверняка мысленно посмеивались над Фумито, считая, что он впустую воздух сотрясает. А вот нифига. Они попросту не знают, как он крут и насколько быстр с катаной. Никакой мягкий кулак не помешает разрубить какого-нибудь ублюдка, который на меня позарится, пополам. Ну или это во мне гормоны говорят.

В небольшом внутреннем дворике особняка Сенджу мы нашли любопытную картину. Братишка Дей и Шизуне вместе занимались скульптурой. Притащили откуда-то большую кучу чего-то белого и липкого, похожего по консистенции на тесто, и лепили фигурки, выставляя их на поднос. У каждого уже получилась целая армия маленьких солдатиков. Так увлеклись, что забыли все вокруг.

– Сенсей, привет! – не сразу, но заметил меня мальчишка. – А мы тут, хм, печенье лепим. Это сложно, тесто не глина, расплывается. Но очень хорошая тренировка.

Шизуне красотка. Во всех смыслах. Нашла способ направить неуемную энергию мальчика в мирное, ничего не взрывающее русло. Я даже рискну и попробую съесть то, что они тут вылепили.

– Привет, Дей. Ты ведь ничего не взорвешь к биджу, если мы оставим тебя одного на часик? – в общем-то, можно было бы и при ребенке посовещаться, но для него новая информация пока лишняя. – Сделаешь мне за это время побольше твоих взрывных фигурок, не наполненных чакрой? Ну или печенек, я их сама смогу испечь пирокинезом.

Когда мальчишка пообещал, что сделает и то, и то, в голову пришел глупый лозунг “Переезжайте на Узушио, у нас есть вкусные печеньки”. Сама не знаю, почему он показался мне забавным.

Уединились втроем в выделенной нам с Фумито комнате. И я попросила Кацую о разговоре с наставницей. Всего несколько часов без улитки и я уже начала чувствовать себя немного неполноценной, неспособной быстро связаться с кем-то из своих.

– Вы слышали, что сказал этот самодовольный индюк Фугаку-кун? Слышали, да? – последняя из Сенджу явно была не в духе. – Клан, из которого осталась одна бездетная женщина, да? Не ровня великим Учиха. Так ведь он сказал? Напыщенный болван, которому самомнение отключило мозги! Ублюдок! Мудила!

Кажется, я дурно на нее влияю, раз Цунаде-химе начала перенимать мой лексикон.

– Оками, ты совершенно правильно ему всё сказала! Надо было его еще и по носу щелкнуть, показать, что весь их клан не стоит и ногтя Сенджу и моих учениц!

– Цунаде-сама, вы слишком горячитесь, – Фумито оставался невозмутимым. – Фугаку-сан не имел права вас оскорблять, но не стоит показывать, что его слова вас ранили. В кодексе сказано, что самурай, поддавшийся гневу на оскорбление, уподобляется ветру, который теряет силу, гонимый бурей. Спокойствие – вот сила воина.

– Будут еще меня мальчишки учить, – раздраженно бросила женщина. – Знаешь что, Оками? Забирай у Фугаку-куна братьев Чико, если сможешь. Клан все равно воспитает из них непонятно кого! И вообще неясно, такие ли они лояльные, как изображают. Очень непонятно, что там с их влиянием на Девятихвостого. Клановый квартал ведь не пострадал, не так ли? И не надо сказок про Мадару, его еще мой дедушка убил.

В Сенджу-химе явно говорил гнев. Рациональнее было бы не трогать малых, которые не помышляют о дезертирстве. Но все еще есть шансы решить вопрос через голову упрямого мудилы, возглавляющего полицию. Тоже мне, честь и совесть Конохи. Напрямую врали хорошей девчонке, чем буквально вынудили ее сбежать.

С другой стороны, Цунаде права. Что-то шита версия с древним злом Мадарой белыми нитками. Логичнее выглядит вариант, в котором нехороший человек Фугаку считал, что следующим хокаге наверняка станет он, достаточно того, чтобы Минато ромбовидную шляпу освободил. Но все планы спутал сандайме, который решил выйти с пенсии. И теперь Учиха стоит перед выбором – ликвидировать Хирузена-саму или подождать, пока тот сам шапку не уступит в силу возраста. А заодно и иных кандидатов скомпрометировать. Джи, например. Хотя тот сам с этим делом шикарно справляется.

– Оками, ты в порядке? – окликнула меня Шизуне.

– Задумалась. Так что нет, не в порядке. Мне это несвойственно. Ну, подолгу думать. Я импульсивная, знаете ли. Забираем мелких. Хорошо, если получится легально через сандайме. А если нет – то не знаю что делать, они считают, что не дезертиры. Обманом или силой нельзя, не поймут потом. Да и как-то это стремно будет выглядеть. Я пытаюсь по поводу парней договориться, мне отказывают, они пропадают. Виновный ясен. Да и нельзя никого спереть в деревне так, чтобы Хьюга не увидели. Кстати о них…

Я пересказала как можно точнее разговор с еще одним главой клана. Вот тут вообще не знаю, что думать. Вроде как яйцеклетка – это попросту кусок плоти, а не человек, не ребенок. Но стремно её отдавать.

– Фумито-кун, ты большой молодец, что так себя повел, – похвалила Цунаде. – Пусть знают своё место.

– Я всего лишь сказал, как думал, – потупился юноша.

– Очень правильно сказал. Передача им материала исключена в любом виде, – удивила меня Цунаде. – Оками, ты хоть представляешь, насколько большая редкость и ценность улучшенный геном? Хьюга явно оценили преимущества твоего. А ты еще и наглядно показала им, что проблема запасов чакры решаемая. Та самая, что и для самих Хьюга считается значительной, вытесняя их на вторые роли. Они ведь слабы в сравнении с другими великими кланами, всего лишь сенсоры. Один из них никогда не станет хокаге, например.

– Но они нам нужны, чтобы закрыть проблему с баблом. Тайники Узумаки и всё такое.

– Они всего лишь сенсоры, которых можно нанять, как и любых других шиноби. Причем не настолько уникальные, как тебе кажется. В Скрытом Камне наверняка есть кто-то, кто умеет чувствовать подземные пустоты. Предложение поработать за небольшой процент от найденного, а не редчайший генетический материал, мне кажется честным.

– А у тебя есть хватка, наставница, – похвалила я.

– Я все-таки наследница Сенджу. Наш клан никогда не проявлял слабость в переговорах. Великодушие – да.

– Как в тот раз, когда Хаширама-сама подарил биджу всяким сомнительным личностям по всему миру?

– Во-первых – продал, как подсказал ему дедушка Тобирама. Во-вторых, так было нужно. Подобная сила в руках одной деревни сплотила бы против нее вообще всех.

– То есть вы советуете послать Хьюга к биджу в задницу с их хотелками?

– Да. Но мягко, не ссорясь. Они слабые, но очень полезные. С ними следует договариваться. Знаешь что? Принеси с собой Кацую и позволь поговорить мне или Юки-сану. Он умеет вести переговоры даже лучше моего. У меня всего-то правильное воспитание, у Коху-сана еще и талант.

– А у Оками ни того, ни другого, ни мозгов, раз постоянно соглашаюсь на дебильные предложения, – закончила я. – Хорошо, договорились, спасибо.

Дейдара к тому моменту, как мы закончили чесать языками, ничего не взорвал. Мысленно ставлю ему плюсик за самоконтроль. Зато фигурки из глины и теста выстроились в две небольшие армии друг напротив друга. Хоть бери и стратегическую игру устраивай. Точнее, одна армия стояла, а вторая лежала на стальном противне, одолженном где-то на кухне, как и тесто.

– А можешь поместить свою чакру в печенье? Но не здесь, а где-то на полигоне, чтобы дом не повредить, – спросила я у мальчишки. Интересно же, что выйдет.

– Могу!

– Тогда завтра я попрошу нам полигон. А пока давай испечем, что получилось.

Равномерно подогревать противень пирокинезом на протяжении пятнадцати минут, пока выпечка не покрылась золотистой корочкой – плевое дело при моём уровне контроля.

– Ого! – Дей схватил печеньку слишком рано, до того, как та остыла и слегка обжег пальцы. Пришлось подлечить, используя ирьенинскую технику. Все же он совсем ребенок еще.

Вечером мы все вчетвером пошли посмотреть на торжественную церемонию прибытия делегации Облака. Я до последнего надеялась на райкаге или Би, но, конечно же, нет. Мы заняли место в толпе зевак, встав рядом и наконец дождались.

Во главе группы из нескольких темнокожих шиноби вышагивал мой шапочный знакомый, которого я потыкала проклятым танто в пах. Мужик успел где-то потерять правый глаз и теперь закрывал ранение, сдвинув протектор набок. Но эти массивные наплечники устаревшей модели джонинского жилета и остроконечную бородку я запомнила в тот раз четко.

Судя по довольной лыбе, если проблемы с потенцией он в тот раз и заработал, то настроение они ему испортили не больше, чем проблемы с глазом. Рожа так и сияет самодовольством. А может быть, я ему всего лишь рак в тот раз организовала и вылезет опухоль еще лет через десять. Так сразу и не предскажешь. Как там его звали… Кумосо Рейкай, старший джонин Кумогакуре. Кажется, так.

Я прятаться от кумонина не стала. А смысл? Ну узнает он меня сейчас. И что тогда? Нападет? Переживу. А ублюдок не факт, что сумеет. Его даже дурында Чико спеленала, хотя тогда она еще монстром по объемам чакры не была. В общем-то, плевать, кто там в их делегации, раз не Эй и не Би. Я с ними взаимодействовать не собираюсь. Если ниндзя Скрытого Облака меня и опознал, то вида не подал.

И вот, троица загорелых красавчиков прошла по дорожке, усыпанной лепестками сакуры, каковые, видимо, притащили издалека, оттуда, где деревья уже зацвели. Толпа начала расходиться по сторонам. Лоточники с уличной едой собрали сегодня наверняка нехилую прибыль. Подумалось, что где-то там Анко жрёт любимые ею данго. Обязательно стрясу с сандайме ее адрес и повидаюсь. И к нам на остров перебраться предложу, хотя не думаю, что согласится. У нас там дефицит и вкусняшек, и красивых парней ее возраста.

Усмотрела подходящий прилавок, у которого очередь не очень большая, потащила своих в его сторону. Королевы ведь имеют право выбора, чем именно портить желудок. До намеченного места я не дошла.

Аккуратно пробираясь сквозь толпу я вдруг увидела что зрачки темноволосого парня лет двадцати, идущего встречным курсом на миг вспыхнули красным. Глаза в глаза ему посмотрела. А ведь я его узнала, но имя не вспомнила. Учиха, дежуривший на блокпосту неподалеку от Страны Волн. Коноханины тогда нас с Миурой проверили и пропустили. Имя само собой из глубин памяти всплыло – Учиха Арата. Короче, ублюдок меня только что в гендзюцу поймать пытался! Наверняка не по своей инициативе, а мудила Фугаку ему приказал.

Сжала правую руку в кулак и оттопырила средний палец, показав его Учихе. После чего сделала вид, что это я в ухе поковыряться решила. Дей всё видел и, не удержавшись, громко заржал. Не факт, что пацанчик что-то понял, кроме того, какой жест я шиноби Конохи показала.

– Ты! – Арата придвинулся ближе. – Как ты смеешь!?

– Смею что? – я сделала невинный вид, а Фумито рядом чуть изменил положение, как подсказало звуковое зрение. Готов порезать придурка на ленточки в любой момент. Между прочим, меч шелковым шнуром ему не завязали. Такой вот знак доверия. И с ним Чико тоже противостояние гендзюцу отрабатывала, но менее успешно. Двадцать секунд – таков рекорд, и тот повторить получалось не каждый день. Обычно в районе десяти выдерживал. Мало? Не в том случае, когда отрубаешь противнику руки и голову меньше, чем за единое мгновение.

– Показывать мне оскорбительный жест!

– Эээ… такой? – я повторила тоже самое левой рукой и с левым ухом. Не то, чтобы я хотела конфликта, но ублюдок же сам нарывается. Дей в голос уже хохотал. Нападать на меня при свидетелях красноглазик ведь не станет? Нет же?

– Затевать конфликт, зная, что тебя защищает статус гостьи деревни – низко, – нашелся молодой шиноби. В целом голова у него варит, походу. Да и вообще они сообразительные ребята, эти Учихи. Даже Чико, которой я все на тупость пеняю. На самом-то деле она не глупая, а упертая, как баран. Фокусируется на цели и не замечает ничего вокруг.

– Мы не можем сейчас подраться на улице, но устроить спарринг нам никто не мешает. Нет? – хищно усмехнулась я. – Соглашайся, Арата-кун, – по всем правилам приличия мне его, как мужчину более старшего возраста, следовало бы “саном” называть. Следовало, но обойдется. “Саны” невинных девушек в гендзюцу посреди улицы не ловят.

Представителя пафосного клана от моих слов перекосило и глаза у него снова покраснели. Успела запятые, то есть томоэ, пересчитать. Две. Слабо. У моей подруги все три. Теперь уже не только я попытку заметила, но и Фумито с Шизуне, но направлена атака была на меня. Так-то, хуже всего готовая к ментальному нападению Ши-тян наверняка успела бы зажмуриться. Ох, есть еще и Дей, но не трогать ребенка у Учихи мозгов хватило, а то я бы его на месте уделала.

– Что, не получается? Говорят, с мужиками такое бывает, если сильно устали или выпили, знаешь-ли. Ты не пил? Значит, по-любому устал, – с насквозь фальшивым сочувствием поинтересовалась я. Ну а че он? Думает, что имеет право безнаказанно на королеву нападать?

– Учиха-сан, объяснитесь! – потребовала Шизуне. Она-то все поняла.

– Хорошо, раз вы вызываете меня на спарринг, вызов принят, – нашел путь для отступления Арата-тян, проигнорировав ирьенина. – Полигон номер шестнадцать поблизости. Знаете, где это?

– Не, не знаю, веди, – на “вы” я к ублюдку обращаться не собиралась. Еще и сломаю ему что-нибудь. Заслужил.

– Шисуи-сан! Шисуи-сан! Проконтролируй спарринг! – позвал вдруг мой оппонент кого-то в толпе. К нам вышел молодой темноволосый парнишка, где-то на год младше меня, лет пятнадцати. Правда, выше на половину головы, но это потому, что я низкая. Типичный Учиха, хрупкого сложения, в джонинском жилете, несмотря на юный возраст. Очередной малолетний гений. Да сколько их таких в клане!?

– Арата-сан, все ли в порядке? – удивился подошедший неожиданной просьбе. – Это же…

– Оками, разрушительница деревень. Оками-сенсей надерет зад этому придурку! – вперед всех ответил Дей.

– Это не дуэль или что-то такое, просто спарринг, – поспешила обозначить Шизуне. – Вашему соклановцу показалось, что он оскорблен.

– Это Учиха Шисуи, джонин Конохагакуре, – представил Арата, каковой хоть и старше лет на пять, чем новое действующее лицо, но все еще чунин, судя по обмундированию. Совсем не гений. Хотя шаринган сам по себе нефиговое преимущество.

Шестнадцатый полигон – открытая площадка, обнесенная забором из сетки-рабицы. Квадратный, со стороной метров в семьдесят. Под надзором “секундантов”, которыми выступили Шизуне и Шисуи, мы заняли позицию друг напротив друга.

– Разрешены любые техники, кроме смертельных. На вероятность несчастного случая Като-сан обладает продвинутыми навыками ирьенина, – лаконично обозначил правила молодой Учиха. Он выглядел несколько недоумевающим. Словно не понимал, зачем вообще тратит тут время. А вот пафосного высокомерия я в нем не увидела, что говорит в пользу пацанчика. Он, как минимум, умнее Араты. Но не удивлюсь, если и его мудила Фугаку послал, чтобы подстраховал жертву. И глаза у него могут быть посильнее, уровня Чи-тян.

Начали. Учиха тут же зажег красную подсветку в глазах и уставился на меня немигающим взглядом. Опять попытка загипнотизировать. Мог бы уже и смекнуть, что на мне такое не работает.

Я очень много спарринговала с Чико и знаю, что ждать от пользователя шарингана. Просчитывание и копирование движений, предсказание траекторий всякого метательного, обостренная реакция. Но чтобы просчитать – нужно на что-то опираться, знать противника хоть немного, понаблюдать чуть-чуть. Ублюдок обо мне представление имеет разве что понаслышке. Я толкнула себя к противнику мощным кинетическим импульсом, выставив вперед колено, и врезалась в красноглазого, который вовремя не отошел от попытки увлечь в иллюзорный мир. Коленный сустав воткнулся ему прямиком в пах. На этом спарринг и завершился. Арата-тян скорчился от боли у моих ног. Бей первой, всё по классике. Дей, наблюдавший из-за забора, заржал и отбил пятёру Фумито, тот в моей победе не сомневался.

– Шисуи-сан, вы передайте своему главе клана, что я не всегда добрая. Думаю, он поймет, – обратилась я к юноше. Не знаю, в курсе ли молодой джонин, что тут творится. Да мне, собственно, плевать.

Глава 19

По пути до кланового дома Сенджу вынужденно пересказывала ученику сведения об уязвимых местах в человеческом организме и том, как в них бить. Так-то он уже в курсе большей части информации. И в академии не только рассказывали, но и учебное кино крутили, и я в секрете не держала, и с Миурой у них пара занятий уже была. Но вот вцепился как клещ – “расскажи, сенсей”. Ну и прочитала лекцию, с небольшим уклоном в анатомию. Шизуне слушала и одобрительно кивала.

– Оками, ты не считаешь, что слишком зло унизила Учиха-сана? – спросила у меня девушка уже за закрытыми дверьми.

– Того самого, который пытался использовать на мне гендзюцу? Да я почти святая, что ограничилась отбитым хозяйством и не стала ни ломать ему что-то, ни применять пыточную технику, знаешь ли. Очень хотелось допросить, чтобы признался, кто послал и зачем. Но решила, что тот второй Учиха начнет возбухать и придется еще и его, а там до полномасштабного конфликта недалеко.

– К нему и так уже очень близко, – недовольно пробормотала Ши-тян.

– Кстати, а что там с твоим наследством?

– Дом мой, но меня попросили не выселять жильцов хотя бы полгода. Я решила, что пусть живут. Мне пообещали компенсацию.

– Хочется верить, что Учиха не задумали ничего серьезного и просто проверяли тебя, – высказался Фумито.

– Или хотели чутка припугнуть, показать, что я им не ровня, чтобы и не думала качать права и просить за дезертиров. А получилось, что обгадились.

– Со стороны ваша перебранка выглядела не очень хорошо, – продолжил Умино. – Клан может не простить оскорбление и прислать кого-то посильнее. Тот юноша, Шисуи-сан, показался мне более подготовленным.

– Мы тут всего на пару дней. Заберем моё бабло, порешаем вопрос с братьями Чико и сваливаем. Не успеют они ничего, – отмахнулась я. – Вот были бы Учиха самураями – можно было бы на поединок по кодексу вызвать и цивилизованно конфликт разрешить.

– Фугаку-сан очень силен, он близок к уровню каге, – напомнила Шизуне.

– Ой, да люби его все биджу по очереди. Не боюсь я ублюдка. Вот сандайме меня пугает. Я видела, как он хвостатого мудилу палкой лупит. Кстати… никому не кажется подозрительным, что Учиха, якобы способные взять Девятихвостого под контроль шаринганом, не попытались это сделать и спасти город от разрушения? Может быть, конечно, просто не успели, но как-то стремно это выглядит.

– Если биджу уже поймали в гендзюцу, то второй слой бы ничего не изменил? – аккуратно предположил Фумито.

– Оками все сделала правильно. Нельзя такое спускать, иначе каждый будет считать себя вправе взять и напасть. Жаль, я не видела, как именно ты указала Учихам их место, ученица, – одобрила Цунаде через Кацую. – И повторю – забирай мальчиков. У меня предчувствие относительно них.

– Спасибо, сенсей, мне реально важно твое мнение, – ответила я. – Завтра перетрем с Сарутоби-саном и все решится по поводу пацанов.

Аудиенция состоялась, как назначено. Приглашали на нее только меня, но остальных я взяла с собой за компанию. Заодно Дей посмотрит, как хокаге устроился и сравнит с Ивой.

Уже на первом этаже административного здания мы столкнулись с шапочным приятелем Фумито – Гаем, который немедленно потащил моего самурая на спарринг. Еще и меня звал. Неплохо бы Шизуне к нему присмотреться, между прочим. Колоритный и симпатичный парень, несмотря на дурацкую прическу под горшок. Прям пожалела, что у меня дела и не смогу посмотреть, как они помахаются, и сама поучаствовать. Отправила вместо себя ученика. Пусть понаблюдает.

По моей оценке, Фумито должен с треском продуть гению тайдзюцу. Примерно так же, как на их ранних спаррингах. Всё потому, что за меч он в тренировочном поединке не возьмется, а рукопашка для самурая вторична. Но вслух такого говорить не стала. Пожелала удачи и поцеловала в щечку.

И вот кабинет хокаге, в котором от Минато не осталось вообще ничего, всё сандайме переделал под себя. Внимание привлекли стойкий запах табака, полки со свитками, расположенные так, чтобы до них можно было дотянуться. Какая-то фиговина на столе, похожая на шар, накрытый тряпочкой. Сам сандайме как постарел в день разрушения Конохи, так и не оправился. Выглядит уже реально пенсионером, задержавшемся в своем кресле. Ему бы о преемнике подумать. Вот только о ком? Орочимару себя шансов на власть лишил. Джи крут, но как будто специально создает себе репутацию неподходящего человека. Фугаку меня разочаровал, не подойдет он. Пожалуй, наставница Цунаде стала бы отличной кандидатурой, если бы не подмоченное пьянством и азартными играми резюме. Ну и еще она женщина, это тоже негативный фактор. Все каге испокон веков мужики, насколько я знаю историю. Может быть, Хирузену стоит сыновьям своим власть передать? Нормальная практика так-то.

Во взгляде представительного старика сквозило неодобрение, ничуть им не скрываемое. Я аж машинально одежду проверила. Вдруг у меня Кацую из-под рубашки торчит, а я и не заметила. Да нет, в норме всё. Че он тогда так смотрит?

– Здравствуй, Оками-сан. Ты не могла бы оставить Кацую за дверью, в комнате напротив этой. Поверь, там ее никто не обидит, – начал хокаге. Умный. Осведомленный. И чуточку страшный, несмотря на маску доброго дедушки.

Послушалась. Куда деваться-то.

– Ты очень разочаровала меня своим публичным конфликтом с Учиха, – вернулся к разговору Хирузен, когда я аккуратно выложила слизня на стул в соседнем помещении. Хорошо хоть на природу-погоду время тратить не стал, сходу предъяву кинул.

– А чё сразу я? Это они первыми начали, пытались меня в гендзюцу поймать. Один раз такое спустишь, и всё, сочтут терпилой. Ши-тян подтвердит, если мне доверия нет.

– Ваша ссора выглядит так, будто ты обижена на Учиха за вынужденное изгнание.

– И что? Хотите, я публично заявлю, что дело не в этом, а в том, что они мудилы и не хотят Чико амнистировать? Чистая правда, знаете ли.

– Учиха Чико дезертир. Амнистия для нее создаст риски того, что шиноби продолжат оставлять деревню, считая, что их простят по чьей-то протекции. Фугаку-сан полностью прав, если отказал тебе.

– Чё, следили за мной?

– Как и за всеми гостями Конохи.

– И как мы этот конфликт замнем? Готова принять извинения деньгами, я гордая, но бабло мне нужнее. Ну или пусть Фугаку-кун смягчит свою позицию. Допустим… давайте оформим младшим братьям Чико командировку на Узушио. Вручите им протектор по ускоренной процедуре и отправьте оказывать помощь союзнику. А я про все ваши долги забуду.

– Напор, достойный ученицы Цунаде-химе, – позволил себе усмехнуться хокаге. – Я-то, глупый старик, считал, что ты попросишь в счет долга не отзывать Умино Фумито, раз наше с тобой соглашение о добровольном изгнании закрывается.

Удар ниже пояса. Вот же старый налюбщик! Реально ведь в его власти сказать “всё, командировка закончена, ты снова шиноби Конохи”. И бывший бро вынужден будет сделать что? Дезертировать? Уверена, ему хватит решимости, но радости точно не доставит. И возможности посещать деревню лишит.

– Вы этого не сделаете.

– Интересы деревни требуют сделать. У нас есть потери в сражениях с Облаком. Еще и Скрытый Камень активно доставляет неприятности, вынуждая реагировать. Каждый шиноби на счету, а Умино-кун был довольно силен для своего возраста еще три года назад. Сейчас же он достоин повышения до джонина, скорее всего. Точно можно сказать только после оценки способностей.

– Ваш шантаж плохо попахивает.

– Шантажа нет, решение о том, что Умино-сан останется на Узушио, уже принято. Но и говорить о каких-то долгах после этого некорректно.

– Кроме пяти миллионов, о которых договорился Джи.

– Всего лишь деньги, они не имеют значения, я передам вам бумагу для обналичивания в банке сегодня же.

– Для Узушио имеют. У нас доходы пока что ограничены, знаете ли. Так с братьями Чико…

– Я не могу отдать такой приказ сегодня. Возможно, позже, когда они станут генинами, а ваша с Фугаку-саном размолвка будет всеми позабыта.

“Позже” означает “вежливое нет”, это я однозначно к данному моменту уяснила.

– Я поняла. В таком случае иной вопрос – покажите мне джинчуурики Девятихвостого. Это ведь ребенок Минато и Кушины, про которого вы сказали, что он мертв. Я верно поняла? Я, может быть, и молодая, но не тупая, знаете ли. Соображаю, когда меня налюбливают.

– А вы, в свою очередь, покажете представителю Конохи вашего джинчуурики, если он у вас когда-либо будет? – спросил Сарутоби-сан таким тоном, что я четко поняла – весь маскарад вокруг Фуоки если кого и обманул, то не хокаге. Вероятно, Джи обо всем догадался, пока гостил на острове.

– Я могу говорить открыто? Нас никто не слушает? Не читает по губам?

– Безусловно. Стены кабинета надежно экранированы, даже Хьюга с их бьякуганом не смогут через них увидеть.

– Ну да, у нас есть джинчуурики. Скрытый Туман ее похитил, мы спасли и не хотим отдавать ублюдкам из Водопада, которые не уберегли, – я не очень умею врать. Но и признавать, что мы похитили оружие массового поражения, параллельно вырезав всех старейшин деревни, Скрытой за Водопадом – это очевидный зашквар. Та часть правды, что я выдала, все равно рано или поздно вылезет. Подконтрольный биджу – такая штука, которую надо демонстрировать, чтобы боялись, а не прятать в темном чулане.

– Ребенок Намикадзе-сана и Узумаки-сан официально мертв. Есть другой мальчик, который носит фамилию Узумаки в память о некогда великом союзном деревне клане.

– Все Узумаки мои подданные, знаете ли, – глупая идея фикс, конечно. Никто мне мелкого носителя реактора не отдаст. Но чего бы и не заявить претензии как элемент торга, который я, походу, традиционно солью и приму все предложенные условия. Вот реально не знаю, как с этим старичьем о чем-то договариваться. Всегда налюбят, да еще с видом, что я за это им должна.

Ироничная улыбка на иссеченном морщинами лице давала однозначный ответ. Не прокатило, не имело ни единого шанса.

– Может, хоть познакомите нас? Честно-честно, я понимаю, что попытка воровать детей в Конохе – это идиотизм, а вы меня, если что, хлопком ладоней в блинчик расплющите. Нарываться не буду. Просто… это же мои друзья были.

– Даже Джирайя, учитель отца мальчика, до сих пор с ним не знаком, что необходимо для поддержания легенды о том, что он погиб.

– А нужно это…

– Потому что Минато-сан так захотел. Чтобы его сын не рос в тени отца. И для облегчения защиты ребенка, конечно. Джинчуурики – это уже мишень, сын четвертого хокаге – особенно лакомая добыча для желающих отомстить. Скрытого Камня, например. Поклянись, что Ооноки-сан не узнает, что не передашь информацию ни прямо, ни косвенно, ни ему, ни своему ученику, который вероятный шпион Ивагакуре.

Убеждать, что Дей нормальный парень, а никакой не лазутчик, было бы глупо. Ни одного веского довода, сплошь интуиция, ее к делу не пришьешь.

Покорно дала обещание именно в тех формулировках, какие высказал Сандайме.

– Наставнице сказать можно? От нее у меня секретов нет. И хоть фотку малого покажите. Хочу на него посмотреть.

Не знаю, готовился Хирузен к разговору или всегда фотокарточку при себе носил, но достал ее из кармашка на широком поясе, скрытом под белой мантией хокаге.

С портрета на меня смотрел темноволосый и сероглазый смеющийся мальчишка, ровесник моей пузатой мелочи. Лицо у него разрисовано, по три линии на щеках с каждой стороны, изображающие кошачьи усы. Точнее, лисьи. Подумалось, что Хьюга наверняка знают, где его держат, но не скажут даже за образец моего генома. И даже за немедленную помолвку с самым породистым из них тоже не согласятся ничего раскрыть.

Пацаненок выглядит очень счастливым. Ну хоть в этом плане всё в порядке и старшей сестренке Оками не нужно ничего решать.

– Эээ… вот как-то не очень похож.

– Узумаки Фуоки тоже не всегда была красноволосой не так ли? Это временная маскировка.

– А имя у него есть? – последовал с моей стороны закономерный вопрос.

– Узумаки Наруто.

Ну что тут скажешь? Два погибших придурка, которых я считаю друзьями, все-таки назвали сына в честь приправы для лапши. Вместе с фамилией получается “спиральный рыбный рулетик”. Даже не знаю, что про это думать. Просто принять к сведению, запомнить и продолжать разговор на другие темы.

– Так что насчет пацанов Учиха? Вообще нет вариантов, как поступить? Из них в клане не шиноби, а каких-то огородников делают. Больно смотреть. Как будто миссии D-ранга у них начались задолго до получения протектора.

Сарутоби-сама с задумчивым видом раскурил трубку.

– Вопрос до крайности деликатен. Даже хокаге не может вмешиваться в внутренние дела кланов. Я смогу сказать что-то определенное позже.

То есть никогда. Ну хоть бабло не зажал, старый хрен. Я получила обещанный как бы вексель, который, со слов главы деревни, примет любой банк Страны Огня.

Выходила от каге со специфическим ощущением, будто бы меня отлюбили, но удовольствие получено не было. Смешанные, в общем, чувства. Чуть Кацую забрать не забыла. Улитка так и осталась на стульчике, никуда не уползла. Замерла в легкой нерешительности на крылечке резиденции хокаге. Куда дальше. Может, сразу в банк за деньгами? Или пойти по магазинам прошвырнуться, найти, где тут камеры продают, исполнить свою тупорылую хотелку.

– Кацую-сама, пожалуйста, спроси у Шизуне как у них дела? – Попросила я.

Ответ получился очень тихим, но вполне разборчивым.

– Спарринг в самом разгаре. Гай-сан побеждает, но Фумито-сан тоже старается. Интересно наблюдать.

Еще бы ей скучно было. Парочка настолько горячих парней друг друга мутузит.

Поперлась в банк, какой тут имелся не так и далеко, в сотне метров от госпиталя. И сразу пять мультов мне, конечно, там не отдали. Приняли заявку и пообещали собрать наличность за день-два, сказали приходить завтра. Не облом, но опять не то, на что я рассчитывала.

И вот на выходе из денежной конторы я чуть было не столкнулась с каким-то неловким субъектом не слишком запоминающейся внешности. Вернее, наоборот, ловким, так как среднего возраста мужчина вложил мне в ладонь записку таким образом, чтобы со стороны было не очень заметно.

Прочитала немедленно, на ходу. Курьера догонять не стала, нет в этом смысла.

“Умино-сан. У нас с вами могут быть общие интересы. Я в курсе ваших разногласий с одним из кланов и мне есть что сказать по этому вопросу. Если готовы встретиться, оставайтесь поблизости от места, где получили записку. Вы получите проводника. Сам факт переговоров вас ни к чему не обязывает. Безопасность гарантирую.

Ш.Д.”

Кто такой скрывается за инициалами, очень даже ясно – стремный дяденька Шимура Данзо, от которого мне все рекомендовали держаться подальше. Захотелось спросить совета наставницы, но как будто я не знаю что она скажет. Повторит совет не приближаться к злому дяде. А мне потом мучаться что он хотел такого предложить.

Будь я прежней мелкой беззащитной соплюхой – не решилась бы. Я хоть и отбитая адреналиновая наркоманка временами, но не идиотка же. Но в настоящее время – я же типа вся такая крутая почти S-ранговая куноичи.

Короче, рискнула и задержалась на месте, чтобы подождать и поглядеть, что там за проводник. Это оказался АНБУ Конохи в маске змеи. Не будь подошедший шиноби плотным и широкоплечим, заподозрила бы, что Орочимару ко мне явился.

– Идите за мной, – голос из-под маски звучал искаженным, как будто механическим. Секунда на раздумья – и я рискнула послушаться.

Путь лежал не то, чтобы далеко. Одно из зданий по центральной улице, лестница, ведущая в подвал и, наконец, небольшая комната с обшитыми деревянными панелями стенами. В центре помещения самый обычный стол, за ним меня поджидает, собственно, Шимура-сан, весь обмотанный бинтами, словно мумия. Все эти повязки у него, так понимаю, не чтобы уберечь свежие кровоточащие раны от инфекции, а дабы не шокировать окружающих видом старых шрамов, каких заслуженный пенсионер набрал выше крыши. Интересно, почему местные ирьенины не могут рубцы убрать. Наставница, как я считаю, и не на такое способна, например. Но она крута безмерно. Данзо-сан жестом свободной от бинтов руки указал мне на стул напротив себя. Может быть, я и идиотка, что добровольно сюда пришла. Но интересно же, о чем перетереть хотят.

Глава 20

– Пожалуйста, оставьте слизня за дверью, – они с Хирузеном как сговорились. Так-то понимаю, не особо секретная информация. Хатиро все знал про Кацую, не мог не рассказать клану, следующий в цепочке хокаге, а с Данзо-саном они старые кореша. Но блин! Вторые переговоры подряд наставница не услышит. Возможно, это хорошо. С нее станется начать орать на меня за то, что идиотка и сунулась, куда не надо. Может быть, полностью заслуженно будет ругаться. Ссадила улитку в кадушку с фикусом и вернулась. Дверь тут же плотно закрыли. Ловушка? Ублюдков в этом случае ждет сюрприз.

Вернулась за стол. Молча пырились друг на друга какое-то, вполне длительное время. Это заместо вежливой прелюдии, так поняла. Мне понравилась. Дуэль взглядов, по мне, так намного лучше, чем пустопорожний треп о том, что что-то сакура в этом году медленно расцветает, зато погода почти летняя. Не скажу, что проиграла схватку и оппонент меня морально задавил, пристально уставившись единственным глазом. Но бесцельно молчать как-то задрало, вот и ляпнула, что пришло в голову.

– Шимура-сан, а вы же крутой шиноби? S-ранг? А можно ваш автограф? Я подписи всех сильных ниндзя собираю.

– Получите его если договоримся, Умино-сан.

– Можно и просто Оками, мне так удобнее.

Такой взгляд, будто-то я что-то такое неприличное ему предложила. Но вслух ни единого обвинения не прозвучало.

– У меня к вам предложение, выгодное для блага и Конохагакуре и Узушио. Та же сделка, что вы заключили с цучикаге. Вы не становитесь врагом деревни, когда вступите в организацию наемников.

– А взамен? – наверное, можно братьев Учиха украсть попросить, но с воровством детей я бы и сама справилась. Посадить верхом на волка и отозвать шерстяного. Когда-нибудь эта идея должна ведь полезное применение найти? Вся трудность в том, чтобы эвакуировать пацанчиков легально и никого не обидеть, включая их самих. Очень уж неудобная у них позиция “мы не дезертиры”.

– Деньги, информация, своевременное предупреждение о том, когда именно клан Учиха соберется напасть на вас.

– А они соберутся?

– Учиха – проклятый клан. Ненавидеть – вот то, что они умеют лучше всего. И вы и бывшая Учиха Чико уже стали субъектами их ненависти. Вы вольны не доверять моим словам. Спросите у тех, чьему мнению доверяете. Сенджу Цунаде, Хьюга Хаято, сандайме Хокаге.

– Чико вне их досягаемости.

– Пока находится на острове под защитой проклятия Шинигами. Как долго вы ее удержите на одном месте?

– Она взрослая и понимала, на что идет, когда сбегала, – пожала я плечами, стараясь выглядеть равнодушной. Слишком уж подозрительной его забота показалась. Актерского таланта по-прежнему ноль, но это простой жест.

– А вот вы в Конохе. Вы избили и унизили члена клана. Учиха склонны преувеличивать и раздувать то, что считают оскорблением.

– Простите, но вы меня не убедили. Ну, то есть, я не против сотрудничать, но вот в то, что Учихи сплошь неадекваты – не хочу верить. Чико нормальная, например. Да и вообще, я в Конохе на пару дней. Скоро вернусь на Узушио.

– Исключения встречаются. Редкие члены клана все же избавлены от проклятия ненависти.

Звучит, как лютый бред. Какое, к биджу, проклятие? Не существует таких явлений. Вон, невидимая смерть с Узушио самой банальной радиацией оказалась, с которой реально бороться. И Шимура-сан все с офигенно серьезным лицом и холодным спокойным тоном мне задвигает. Да и то, что придурок Арата напал по указке Фугаку, еще не доказано. Ну, то есть, у нас не суд, но я и сама не уверена. Юноша мог решить выслужиться перед начальством, к примеру. Все на уровне ощущений, интуиции.

Да и как-то слишком плотно Шимура присел мне на уши со своим “Учиха плохие”. Прямо идея фикс. Настолько, что захотелось поступить от противного и порешать вопрос с Фугаку. Ну, в хорошем смысле. Я извинюсь за Арату, он извинится за Арату, дам поговорить с Чико через Кацую и она тоже извинится. Поклоны и извинения в достаточном количестве способны исправить любое недоразумение, так все вокруг уверены.

– Все еще не убедили, но вы же и предлагаете мне не нападение меня на клан, а предупреждение об их агрессии. Если такое будет – отнесусь серьезно, обещаю.

– И хокаге же ввел вас в курс того, что Учиха под подозрением в организации нападения Девятихвостого? Он склонен преуменьшать их опасность.

– Что там с деньгами и информацией? – сменила я тему.

– Миллион рье ежегодно вас устроит?

– Хотелось бы побольше, – вообще, наглость с моей стороны просить бабло за то, что я не буду делать то, чего и так не собиралась. Но бюджет острова ограничен и требует пополнения. – Ладно, пусть будет миллион, – согласилась я под немигающим взором единственного глаза Данзо-сана. – А можно предоплату на десять лет вперед? Это шутка, не смотрите так сурово.

– Получите первую выплату после того, как вступите в организацию наемников. До того – только обмен информацией. Вас найдут, если будет весомый повод.

Собственно, на том и закончили. Странная беседа. Мне прямо почудилось, что все затевалось ради “злых Учих”, а не каких-то наемников, каковых пока еще никто не видел.

Подобрала Кацую из фикуса и попросила о разговоре с Фумито. Особенно шифроваться уже нет смысла. Такое ощущение, что половина Конохи уже в курсе того, что призыв наставницы позволяет передавать голос и подслушивать. Хьюга, хокаге, Шимура-сан… Фугаку? Думается, он не стал бы в открытую гнать на Сенджу, зная, что Цунаде его слушает. Или стал бы?

– Оками, ты там в порядке? – вышел на связь парень. – Кацую-сама сказала, что у тебя еще одна встреча и ее попросили убрать. Мы волновались.

– Да, все в норме. А вы как?

– Гай-сан меня побил, как неопытного генина. Я проявил глупость, решил, что достаточно крепкий и пытался принимать удары в стиле Миуры-сенсея… ох, ты бы видела, как сильно он бьет. Я был бы покрыт одним сплошным синяком, если бы Шизуне-сан не подлечила.

– Так и знала, что этим все кончится, – фыркнула я. – Не потому, что ты слабый, а потому, что самурай без меча – не тоже самое, что с мечом.

Дома у Сенджу донесла результаты применения своего дипломатического мастерства до наставницы. Та сперва звонко посмеялась, но быстро перешла на более серьезный тон.

– Оками, тебе нельзя вести переговоры. Сандайме полностью управлял вашим диалогом. Шимура-сан и вовсе очень опасен. Ты сделала глупость, когда встретилась с ним. Могла бы и не вернуться, если бы он решил, что ты опасна для Конохи.

– Уж с одним инвалидом я бы справилась, каким бы сильным он ни был в прошлом, знаете ли, – с показной, но не внутренней уверенностью отмахнулась я. – Но сделка выглядит выгодной, я же и так не собиралась вредить Конохе. Так как поступим?

– Просто держись от Шимуры-сана и его АНБУ как можно дальше, – посоветовала наставница.

– Кроме того, я хочу еще раз поговорить с Фугаку, – продолжила я. – Он мудила, но не конченый, так ощущается. Наставница, может быть, ты сама с ним перетрешь? Или Юки-сана попросим. Я реально дипломатическая катастрофа, походу. Единственные успешные переговоры, на которых я всех нагнула, а не меня убедили согласиться на все предложенное, с бандой малолетней шпаны были.

– Оками. Тут даже я понимаю. Ты королева, тебе нельзя прятаться за чужими спинами, – сказал Фумито.

– Предатель! Ну, то есть, ты прав, но... вот видите, я опять согласилась!

– Кацую, Юки-сан ведь сейчас не занят? – осведомилась легендарная саннин. – Попроси в таком случае у него об уроке дипломатии для нашей королевы Узушио.

Кэп вышел на связь через полчасика. Я как раз успела загрузить ученика тренировочными упражнениями.

– Привет всем. Я вас не вижу, но уверен, что куноичи неизменно очаровательны.

Коху не часто радует женщин комплиментами, но только потому, что Марин склонна его ревновать ко всему, что шевелится. Так-то он тот еще дамский угодник и я мимо его сетей прошла лишь по той причине, что была мелкой и нормального мужчину заинтересовать не могла. Да я и сейчас для взрослого мужика ребенок. Это Фумито всего на пару лет от меня ушел и с ним норм разница.

– Не просто так поднял тему красоты, – продолжил кэп после получения ответных приветствий. – Хотел рассказать при личной встрече, но не утерплю. Моих ушей достиг прелестный слух. Вы знаете, как начали называть Узушио в ближайших к нам портах? Остров Красивых Женщин.

– Биджоджима? – удивленно спросила я. – Созвучно Биджу?

– Нет, биджу тут ни причем, именно Остров Красивых Женщин. Мы же собираем красавиц по всему побережью и уговариваем к нам переселиться. Как вы думаете, для чего? Ради гарема Шинигами, который делает привезенных своими женами. Мужчин он пожирает. Интереснее всего судьба некрасивых женщин. Их бог смерти делает красивее, чем были и в пример приводят… – Коху сделал драматичную паузу.

– Че, меня? – других идей не находилось.

– Именно. Сравнивают старые фотографии из книги бинго с недавними, сделанными кем-то в Стране Земли.

– Это же тупо взросление, – мысленно добавила, что еще, возможно, последствия донорства чакры, но свои глупые гипотезы умным людям выкладывать не стала. А то еще ржать начнут.

– Людской молве того не объяснить. Итак, давайте я попытаюсь научить вас азам дипломатии. Моя ошибка, должен был провести эту беседу раньше.

Не то, чтобы лекция от Юки-сана глаза мне открыла. Он советовал вполне понятные вещи. Знай своего врага. Не груби и будь вежливой, если только твоя цель не спровоцировать на ответную агрессию. Соблюдай этикет. Следи за языком своего тела и чакрой. Всегда держи в голове, какого результата хочешь добиться. Не бойся говорить нет, но не отказывай напрямую, вместо этого бери паузу. Переходи к сути постепенно, начав с общих тем. Замени прямые угрозы намеками на них. Не используй прямую ложь, опытный дипломат сразу ее распознает. В идеале – лги, говоря чистую правду. Всегда оставляй возможность второй стороне сохранить лицо.

Офигеть. Я нарушила едва ли не каждое из этих правил на недавних переговорах. Фугаку, можно сказать, напрямую послала. Че я такая дура-то? Генетическая память нужных навыков не предоставляла. Видать, та прежняя не-я крутилась где-то очень далеко от дипломатических кругов. Ну, то есть, это точно не Узумаки Мито. Она наверняка умела говорить. Или все лишнее отпало, если принять гипотезу об энергетической реинкарнации, ушло в процент потерь.

– А если я все это нарушила, то уже не исправить? Извинениями?

– Ни в коем случае! – Цунаде тоже слушала лекцию и находилась “на линии”. – Это будет потеря лица. Главы кланов… и королевы не извиняются от своего имени. Можно принести сожаления. Или посетовать на нерасторопного подчиненного, но не признавать свою неправоту.

– Цунаде-химе полностью права. Признание своих ошибок – заведомо проигрышная позиция. Можно предложить начать беседу с чистого листа, забыв о былых разногласиях.

– И как мне убедить Фугаку-сана отпустить братьев Чико?

– Боюсь, что без восстановления Чико-сан в правах – никак. Если бы кто-то явился к главе клана Юки и попросил отдать носителей кеккей-генкай на воспитание к дезертиру – был бы огромный скандал. Так поступить – потеря лица, для клана и для главы. Помните, его цель укрепление клановых позиций, а не ослабление.

Я конченая идиотка? Видимо, да.

– Фумито, что там сказано в кодексе по поводу исправления своих косяков?

– Воин, осознав ошибку, исправляет её без промедления. Ждать с исправлением – всё равно что позволить ржавчине разъесть клинок.

– Тогда пошли, дам Фугаку-сану еще один шанс мне понравиться. Наставница, я поняла, что он тебя взбесил. Дашь ему в морду при личной встрече.

Так и поступила. Фумито под руку и в квартал Учиха, к дому его главы. Постучала колотушкой в дверь, долждалась супруги лидера клана.

– Добрый день, Умино-сан. У вас сегодня новый кавалер? – дружелюбием тут и не пахнет, ледяной тон. Еще и намек на то, что я парней, как перчатки, меняю. Но и открытой враждебности тут нет.

– Позвольте представить, Умино Фумито, мы с ним семья. А с Хатиро – всего лишь друзья, – не знаю, зачем я стала что-то объяснять посторонней тетке. Может быть, потому, что они с сестренкой Кушиной вроде как дружили.

– Мы с Фугаку-саном в прошлый раз немного разошлись во мнениях, – добавила я.

– И вы решили извиниться? – во взгляде женщины проскользнула легкая насмешка. В духе “ходят тут всякие голоногие”. Но совсем легкая. Больше гордость за своё положение, чем стремление меня унизить.

– Королевы не извиняются, знаете ли. Особенно после того, как на них нападают на улице и пытаются поймать в гендзюцу. Но я обидчику отомстила и не в претензии. Подумала, что нашла аргументы, которые переубедят вашего мужа.

На этот раз меня приняли существенно быстрее, даже чаем отпаивать не стали. И Фумито, который крепко сжал мою ладонь, пропустили. Дипломатический экзамен. Начался.

– Не ожидал вас увидеть, – после дежурных приветствий сказал главный Учиха.

– А я не ожидала, что кто-то из вашего клана попытается меня в гендзюцу поймать вот так просто на улице. Но я не в обиде.

– Арата-кун действовал по своей инициативе и уже был наказан. Он принесет вам извинения, – чуть смягчился Фугаку.

– Но говорить я пришла не о нем. По мне, так он своё уже получил. Я неправильно подобрала слова в наш прошлый разговор. Неправильно просто так взять и простить дезертира, согласна. А как насчет искупления? Что, если Чико совершит подвиг, который заставит клан Учиха ей гордиться? Допустим, разберется с Орочимару, главным нукенином Конохи. Вы в этом случае сможете сохранить лицо и объявить, что ее изгнание было тайной полицейской операцией. Клан, Чико, деревня – все в выигрыше.

– Чико-тян слаба, ей не справиться с одним из трех саннинов.

– Вы не знаете, насколько сильнее она стала. Вот эта штука, – я ткнула пальцем в бьякуго, – очень серьезно расширяет возможности шиноби. Ну и я ей помогу. И Цунаде-сенсей.

– Учиха в учениках у Сенджу – это…

– Это фундамент, на котором создана Коноха. То, что Сенджу и Учиха забыли взаимные претензии и оставили их в прошлом, – вмешался Фумито. – Простите, что лезу не в свой разговор.

– Дело не в пафосных речах, а в выгоде для вашего клана. Если Чико побеждает – она героиня, а военная полиция красавчики, раз ее такой воспитали. Если проигрывает и Орочимару нас убивает – вы избавляетесь от дезертира. С любой стороны Учиха в плюсах.

– И в чем же ваш интерес? – выражение лица Фугаку осталось бесстрастным, но во взгляде мелькнуло что-то такое, говорящее, что я верно подобрала аргументы, в кои-то веки.

– Я помогу подруге, отомщу Орочимару, который пытался меня выпотрошить, принесу пользу Конохе, она мне не чужая. И налажу отношения с вашим кланом. На Узушио рано или поздно придется устраивать свою полицию. Несколько советов от опытных людей нам не помешают.

– Я обдумаю ваши слова.

– Да, еще. Арата-сан не факт, что решил напасть на меня сам. Вас не обвиняю, вам это ни к чему. Мне кажется, кто-то специально захотел моё отношение к клану Учиха еще сильнее испортить, узнав, что мы с вами не сошлись во мнениях. Пока только домыслы, вам виднее, что у вас за враги.

– Вы умнее, чем производите начальное впечатление, – неожиданно признал Фугаку.

– Круглые дуры не становятся королевами, знаете ли. Пока что дипломатия – моё уязвимое место, но у меня есть хороший учитель. Нет, не Цунаде-сама. Кстати, о ней. Уверена, вы не хотели ее оскорбить, но…

– Сожалею, если вы или ваша наставница неправильно интерпретировали мои слова о клане Сенджу.

Всё, как и было обозначено во время урока. Извинений нет. Это мы, две курицы, молодая и старая, неправильно его поняли.

– Сообщите о своем решении любым удобным вам способом, Фугаку-сан, когда его примете. Я пробуду в деревне еще пару дней.

На том и распрощались.

– Пошли еще и к Хьюга, закроем вопрос, – позвала я Фумито. – Кажется, я вошла во вкус дипломатии.

Глава 21

– Оками, нельзя вот так являться без предупреждения, – выговорил мне Хатиро, открывший калитку в поместье Хьюга.

– К Учиха явилась и приняли, – возразила я. – А с ними я вообще не в ладах.

Парень чуть посторонился, но пропускал на выход он не меня, а мимолетно встреченных в прошлый раз маленькую девочку и служанку из побочной ветви.

– Мы с молодой госпожой на прогулку, Хатиро-кун, – сообщила женщина, раскланявшись со мной и Фумито. Кроха тоже исполнила поклоны и, надо сказать, у этой малявки они получаются лучше, чем у меня. Сколько меня ни учили вежливости с этикетом…

– Это Хината-тян, дочь Хиаши-самы, – пояснил юноша. Не знаю, нафига мне вообще эта информация. Разве что решу похитить кроху и поместить в свою коллекцию ворованных детей. После чего никакое проклятие Узумаки колонию на острове не спасет. Нас, если задуматься, не так уж сложно задушить, будучи большими и сильными. Потопить все наши корабли и готово, заперты на клочке суши без нормального сельского хозяйства и поставок продовольствия.

Все тот же лабиринт из бумажных стенок. Я даже не в полной уверенности, в знакомую комнату меня привели или в другую аналогичную. Эти их Хьюговские минимализм и аскетизм попросту зашкаливают. Всего пять минут ожидания и меня почтил своим вниманием Хаято-сан. На общество главы клана, видимо, не наработала. Старейшина, походу, по одному моему довольному выражению на рожице понял, что ничего клану с меня поиметь не светит. Не зря все каменные лица себе натренировали. Реально полезный навык при переговорах.

Учитывая, что ссориться с Хьюга мне не с руки, проявила вежливость, в результате чего убили десять минут на чаепитие и пространные рассуждения о том, как похорошела Коноха при Хирузене. Как будто бы предыдущая итерация города при ком-то другом строилась, а Минато всё переделал. Вслух ничего такого я не сказала. Да и в целом сандайме хорошим хозяйственником себя показывает. Ну или этим кто-то другой занимается, те же советники. Зачем-то они ведь нужны. В этой части беседы живое участие Фумито принял. Ему приятно и сподручно родную деревню нахваливать.

– Позвольте перейти к делу, Хаято-сан. Ваше время наверняка стоит дорого, не хочу его у вас отнимать, – выдавила я из себя максимум вежливости, стараясь не показывать, как меня бесят все эти словесные кружева. – Я вынуждена попросить об отсрочке вопроса с моим геномом до того момента, как у меня появятся собственные наследники. Проводить медицинские манипуляции до того я считаю излишним риском. Можно будет и вопрос о договорной помолвке тогда обсудить, только уже не со мной в виде невесты.

“Попозже” так-то не всегда приравнивается к “нет”. Может быть, если у меня будут дети, то Хьюга для них реально неплохой партией окажутся.

– И еще, я хотела бы обсудить вопрос о найме одного из ваших шиноби. На Узушио, вероятно, остались тайники Узумаки, скрытые под опасными руинами. С помощью бьякугана найти их получится быстрее, чем без.

– Я обговорю ваше предложение с главой клана и другими советниками, – было мне ответом. На том и порешали. Связь со мной всегда через Хатиро установить смогут.

В общем-то, ничего нас в Конохе больше не держит, кроме мудацкого праздника цветения сакуры, на который меня, собственно, и позвали, приглашая сюда. Я как-то им не интересовалась, когда в деревне находилась, и сейчас бы прекрасно обошлась. Но дипломатия – это вежливость. Проигнорируешь сегодня – завтра обидятся и больше не позовут. Ну и, пожалуй, от Фугаку-сана ответа дождаться следовало бы.

Провели, наконец, обычный спокойный день. В киношку сходили, как нормальная парочка. Ученика, который на свидании был бы лишним, я успешно сплавила на Шизуне, тренировать под ее руководством контроль и ирьенинские дзюцу. Дей ее не особенно склонен слушаться, но преимущества точного управления чакрой уже заценил, когда наловчился взрывать не глину, а печеньки, подобрав нужное количество взрывной энергии.

Бахала выпечка не очень впечатляюще, зато с точно выставленной задержкой, чуть ли не до секунд. Идеальный инструмент для розыгрышей. Не будь я контактным сенсором, сама бы попалась. Чуть было не выпила из предложенного парнем угощения чакру, но вовремя одумалась, отчетливо представив, как у меня на ладошках рты появляются. Не-не-не, мне такого заимствования геномов не нужно. Да вообще никакого не надо. Я идеальная и точка. Фумито подтвердит.

На выходе из кино приятная встреча произошла. Мы шли наружу, а Анко с кучей данго в руках вовнутрь. Уставились друг на дружку, как призраков узрели, а затем растолкали очередь и бросились дружески обниматься. Клёвая всё-таки девчонка. Стянула у нее под шумок одну шпажку с данго. Так, чисто навыки карманницы освежить, не особо востребованные у королев.

Моя подружка подросла. В свои семнадцать выглядит вообще шикарно. Фигурка и так у нее была достойная, а сейчас и вовсе мужские взгляды капитально притягивает, тем более, что маечка у нее под легкой курткой тонкая, обтягивающая и слегка просвечивает, а шортики короткие, открывающие стройные ноги.

– Че, надеешься Джирайю повстречать и стать героиней его следующей книги? Он мне предлагал, но я отказалась.

– Что сказала? А если в лоб получишь? Ого, да это же с тобой Фумито-кун! Ох какой красавец стал…

– Руки убрала. Я сказала, не тяни грабли к чужому парню.

– Извращенцы! Он же твой брат!

– Нифига не брат! Мы эту стадию уже прошли. Нафиг киношку, пошли пожрем.

Старая добрая Анко. Легкая в общении и прожорливая. Фумито с квадратными глазами наблюдал, как мы в кафешке от пуза с ней нажираемся. Сам-то он следует пути умеренности, предписанному в Кодексе. А я все, что нажру, всё равно сожгу, так чего бы себя и не побаловать.

– Я сейчас просто шиноби, беру миссии на одну себя – никакой команды, никакого сенсея… Нендо-кун пропал. Хатиро-кун сначала с тобой где-то на восточном побережье торчал, а сейчас появился, но особо общаться не хочет. Наверное, ему невеста с девчонками гулять не разрешает, – щебетала девушка. Я в ответ выдала аналогичный спич о том, как хорошо мы на Узушио устроились.

– А давай с нами! – предложила я. – Знаешь как нас прозвали? Остров Красивых Женщин. Так-то в основном из-за меня, и немного благодаря наставнице. Мы с ней тебя подучим, такую же штуку себе сделаешь, – привычным жестом ткнула указательным пальцем в ромбовидную татушку на лбу. – Это не бутафория, настоящая печать Бьякуго. Парня тебе найдем. У нас там есть Скай. Горец из Страны Молний. Красавчик каких поискать! Ну, не как Фумито, но где-то на восемь из десяти.

– Звучит красиво, но деревня меня не отпустит. Сенсей со мной кое-что сделал и теперь я объект изучения. Пытаются понять, как это снять, – Анко оттянула воротник куртки и показала наколку на правой стороне шеи, очень похожую внешне на шаринган – три черных запятых-томоэ в круге. Понятное дело, это фуин, а не просто татушка из подражания мне.

Потянулась, чтобы потрогать и изучить, но подруга отбросила мою руку.

– Не трожь, эта штука опасна. При ее активации я становлюсь намного сильнее, но теряю контроль, могу напасть. Представь, что монстр вроде меня сотворит на уединенном острове, откуда не убежать…

– Убьется об наставницу Цунаде, – усмехнулась я. – Приглашение бессрочное.

Пару часов в итоге просто болтали обо всем и ни о чем конкретном. Фумито, как мне показалось, в анабиоз впал за столиком. Сидел и пялился в одну точку. Что с этих молчаливых мужиков взять?

Какой чудесный день! Я узнала, что сын Минато и Кушины жив и счастлив. Получила свои пять мультов с Хирузена. Условилась о том, что буду срубать бабло с Данзо за то, что не стану делать то, что и так не собиралась. Закрыла конфликт с Учихами, договорившись о потенциальной амнистии для Чико. Дала от ворот поворот Хьюгам, но не разосралась с ними. И вот, как финальный штрих на картине прекрасного дня – старинную подругу встретила. Она и крошечный Наруто – мои две последние ниточки, привязывающие к Скрытому Листу.

У моей крутой наставницы хватает все же недостатков. Один из них – жуткая суеверность. Возможно, сильнейшая куноичи в истории считает, что у нее отрицательная удача. И если ей внезапно в чем-то повезет, то прилетит кармическая ответка. Впору в это поверить, так как день сплошных побед и приятностей закончился совсем не так, как я представляла. Например, в день, когда Цунаде-сенсей выиграла в рулетку, случилось нападение девятихвостого ублюдка на деревню. Разумные доводы, что это никак не связанные между собой события, ее не убеждают. Винит себя. Хорошо, что на Узушио ни единого казино, а то бы на нас так и сыпались стихийные бедствия.

Короче, прилетело нам. Впору поверить в минусовое везение. Всего несколько шагов до фамильного дома Сенджу оставалось, как под рубашкой заворочалась Кацую. Сперва выползла ко мне на плечо, а затем начала транслировать голос Коху-сана.

– Привет всем, кто меня слышит. Оками-химе, Цунаде-сан, моя возлюбленная Марин. Крошка Карин. Вполне возможно, это мои последние слова.

Говорил Юки с такой бесшабашной веселостью в голосе, что я сходу поняла – не розыгрыш и не шутка. У них там полная задница.

– Прямо сейчас я стою за штурвалом Шохеймару и наблюдаю в подзорную трубу флот Киригакуре. Никак не меньше пятнадцати бортов. В числе прочих – Шинкарюмару, флагман Кровавого Тумана, на котором ходит сам Мизукаге. Флаг цвета крови на грот-мачте однозначно говорит, что Ягура-сан на борту. Нас заметили, нас преследуют, мы не имеем ни единого шанса оторваться, несмотря на все уловки с водными и ледяными техниками. По моему мнению, нас предали. Или наоборот, кто-то из старейшин Юки, с которыми я вел тайные переговоры о переселении клана, решил сохранить верность тирану, взявшему пост каге по праву сильного, но не истинного лидера.

Мысли в голове заметались, как муравьи после того, как кто-то наступил голой пяткой в муравейник. Центральная – “Как их спасти?”. Не находит ответа. Дура! Дура! Дура! Почему я не вписала Юки-сана в волчий контракт? Да, всегда хватало связи через Марин, а потом появилась Кацую и волки стали второстепенным средством общения. Почта не настолько удобна в сравнении с телефоном. Как? Как мне вытащить хоть кого-то? Корабль жалко, экипаж втройне, но Коху и Бьючи… они же считай члены семьи. Наблюдать за их смертью в прямом эфире и не иметь возможности ничего сделать, так как это далеко на востоке, в Стране Воды. Минато бы меня за минуту туда перенес. А затем вытащил бы всех моих. Может быть, вместе с Парящим… Фумито крепко меня обнял. Он все понимает. Он готов к смерти. К своей, к чужой. Так в Кодексе написано. Умная вроде бы книжка, но тут полная чушь. К такому не подготовиться.

– Кэп, где вы находитесь, мне нужны координаты. Есть слабый шанс, что я смогу к вам переместиться, – стрельнула в голове идея. Йондайме готовил команду шиноби Листа, обученных групповой версии техники летящего бога грома. Той самой, что позволит меньше, чем за минуту преодолеть нужное расстояние. Осталось только уговорить Хирузена выдать их мне в аренду. Да я на что угодно подпишусь, лишь бы успеть.

Рванула что было сил в сторону резиденции хокаге. Старик ведь все еще там? Не свалил же куда-нибудь любоваться цветками сакуры в лучах заходящего солнца?

– Оками-химе, даже если у вас вдруг имеется шанс успеть, я против того, чтобы вы погибли вместе с нами. Тут разъяренный джинчуурики на борту флагмана. Сомнительно что вы, либо кто-то другой, не обладающий той же гигантской силой, способен на него как-то повлиять. Да, вы правы, Цунаде-сама. Полностью, совершенно.

Что именно там говорила наставница, я не слышала. Кацую способна нам тут устроить связь всех со всеми, но обычно фильтрует, разделяет звук по отдельным линиям.

Я и не подумала замедляться. Джинчуурики, да? Не зря болтают про уязвимость хвостатых ублюдков перед гендзюцу. То есть, если мы прихватим с собой Чико, будут шансы прижать мудилу. Если не полностью подчинить, то выиграть время. Да, я понимаю, как это наивно звучит. Фумито рядом пытался до меня докричаться, выяснить, что я задумала. Я молча бежала. Тут близко, он поймет.

Путь на лестницу, ведущую на этаж с кабинетом хокаге мне внезапно преградил АНБУ в маске медведя. Сейчас как впечатаю его в стену…

– Оками, стой, – Фумито утянул меня в сторону за руку.

– Одумайся и не делай то, что ты собралась, – исходил от Кацую голос наставницы. Непривычно спокойный и лишенный эмоций.

Как они не понимают? Ублюдок же сейчас их всех убьет. А я… а я бессильна что-то предпринять. Именно осознание собственной слабости ранит больше всего. Ледяной волной накатило понимание – я ничего не смогу сделать, оказавшись лицом к лицу с хвостатой угрозой. Биджу попросту раздавит меня в крошечную в сравнении с ним лепешку. К бурлящему урагану эмоций прибавился еще и липкий страх, который я испытывала почти каждый раз поблизости от сестренки Кушины. В тот день, когда напал девятихвостый, я была совсем близко и снова ничего не сделала. Да, я стала сильней. Но достаточно ли? Опытная стерва внутри меня говорит, что нет. И ей точно так же страшно, как и шестнадцатилетней дуре, которая тут вся на эмоциях.

– Простите, дверью ошиблась, – буркнула я, разворачиваясь к выходу. Очень странные и неприятные ощущения. Мои друзья всё еще живы, но по факту всё равно, что мертвы.

Наружу рвались рыдания, но я всё удержала в себе. Никого не обрадую зрелищем плачущей королевы, ни один ублюдок его не получит. Все, что мне остается – месть. Эти мудилы еще пожалеют, что связались с разрушительницей деревень. От капитана долгое время уже ничего не слышно. Я так понимаю, он с женой общается. Не буду отбирать у них эти последние моменты. Сама не поняла как Фумито довел меня до дома, принадлежащего наставнице.

– Мы видим рядом с флагманом Кири джинчуурики в его финальной форме, со всеми выпущенными хвостами, – я даже вздрогнула, когда Кацую снова заговорила голосом Коху. – Огромная черепаха из чакры разворачивается в нашу сторону. Оками-химе, спасибо, что помогла мне найти новый смысл в жизни. Исполни мою последнюю просьбу – не погибни, пытаясь за нас отомстить. Сама идея мести мне кажется очень уместной, но, как и в дипломатии, тут важно не поддаваться чувствам и быть расчетливой. Например, дождись, когда Фуоки повзрослеет. С ней вы будете сильнее. Береги мою Марин и детей. Помни, что защита оставшихся в живых на острове – твой первый приоритет.

И только отгородившись от Конохи тяжелой дверью фамильного дома Сенджу, я позволила себе расплакаться в объятиях Фумито под презрительным взглядом Мито-самы, смотрящей с портрета. Уж она-то, наверное устроила бы Ягуре-куну веселую жизнь. Так и не поняла зависит ли мощность джинчуурики от количества хвостов, но ясно же, что чем больше – тем лучше. У нас Фуоки будет с семью хвостами. Третья по силе из всех. Перспективно звучит. А у мудацкого Тумана всего-то треххвостый. Вообще, сфигали он моё прозвище присвоил. Это я Треххвостая, так Юки-сан меня поименовал…

Удивительней всего было услышать в данный момент похабную песенку о матросе, который посещает бордель за борделем и из каждого приносит новую болячку. Ее затянул Коху. Он и раньше напевал, но больше себе под нос, а сейчас запел очень зычно, перекрикивая ветер. И еще несколько луженых глоток подхватили. Среди знакомых голосов я узнала хрипловатый бас Бьючи-сана. А затем грохот, треск и всё стихло.

– Простите, моё тело было уничтожено, – сообщила Кацую.

Глава 22

– Оками, мне очень жаль, что так произошло, – Цунаде-сенсей и сама всхлипывала. А вот у меня эмоции как отключились на время.

– Сенсей! Сестренка Шизуне сломалась! – выбежал в коридор бледный братишка Дей.

Ши-тян мы нашли попросту застывшей, как статую. Одни лишь слезы текут из глаз. Ее как гендзюцу шарингана парализовало, но на самом деле нет. Просто кратковременный ступор на фоне осознания трагедии. Девушка очень давно никого не теряла, ещё с того времени, как была ребенком.

Встряхнула ирьенина за плечи и прижала к себе. Хотелось вместе с ней нарыдаться, но это путь саморазрушения. Краткий миг слабости я себе позволить могу. Долгий период – уже нет.

– Они все умерли, да? – спросил мой ученик.

– Да, – подтвердил Фумито. Если бы он сейчас ляпнул что-то про то, что кодекс учит быть готовым к смерти, я бы ему врезала, несмотря на то, что взяла верх бесчувственная часть моей натуры. Но чувство такта никакая самурайская промывка мозгов не отменяет. Промолчал.

– Наставница, нам потребуется Кирифунэмару, чтобы добраться до острова. Прикажи снаряжать корабль, пусть будут готовы плыть в Страну Мороза. Команда Сашими-куна ведь справится? Мы покидаем Коноху немедленно. Это может быть только первый удар, а далее ублюдок припрется на Узушио. Не думаю, что невидимая смерть так уж повлияет на биджу.

Мудацкое все-таки у нас название судна. Надо будет новое, не имеющее связи с Туманом. Или наоборот, показывающее нашу к ним враждебность. Но не сейчас, конечно. Открыто используя скоростную яхту, мы здорово спалимся, но плевать. И так уже хокаге в курсе, а значит, и другие крупные игроки рано или поздно узнают, что это мы спёрли джинчуурики и вырезали старейшин Водопада. Ну и плевать.

– Пусть только сунется. Я голыми руками этого недоноска разорву. Джинчуурики не неодолимы, с ними возможно сражаться, – пообещала Цунаде и как-то ее уверенность перешла и ко мне. Наставница сможет. Призовет Кацую, чтобы та выпустила в океан десятки тонн кислоты, которые растворят весь флот вторжения, к примеру.

– Спасибо.

– Шизуне, ты тоже успокойся и не реви. Я знаю, что тебе нравился Юки-сан, но… – продолжила наш сенсей.

Ничего себе. Так-то да, Коху был красавчиком с общепринятой точки зрения. Отличный кандидат, чтобы в него втюриться, несмотря на то, что женат. Ши-тян стало жалко, но как-то так, фоново.

– Мы отомстим, – пообещала я. – Но так, как просил Коху, с холодной головой. И для начала компенсируем потерю хотя бы судна. Маршрут меняется. Мы движемся в Страну Волн. Там есть один ублюдок, задолжавший мне громадный выигрыш, у него в собственности корабли. Отожмем парочку.

Мысленно добавила, что лучше бы отжать весь его корабельный бизнес, а самого Гато пустить в расход, чтобы не дергался, пытаясь вернуть. Если его партнеры, или там даймё Волн, что довел свою страну до нищеты, будут вдруг против, то и их тем же маршрутом. Слабых обижают, сильных обходят стороной. А сила нуждается в периодической демонстрации. Глупо и импульсивно? Не думаю. Логистическую изоляцию наша колония не переживет, а Кирифунэмару не только палевное, но и слишком маленькое судно, не годится он для поддержания поставок. И кто сказал, что второй наш корабль Кровавый Туман также не потопит? А вот флот из нескольких десятков судов – уже другое дело. Потоплялка у них не выросла, если мы не будем в их территориальные воды соваться. Пиратство в зоне ответственности Страны Молний райкаге ублюдкам не спустит.

– Оками, ты хорошо взвесила риски? – уточнила Цунаде.

– Да. Если бы я приняла решение на эмоциях, то сейчас рвалась бы на место гибели Коху-сана. Тут голый расчет. Ну что все расселись? Собирайте вещи. Тут у нас дел больше нет.

Сборы немного всех отвлекли. И заплаканную Ши-тян, и непривычно тихого братишку, который с кэпом также отлично поладил во время плавания, и выглядящего сосредоточенным Фумито. И, чего скрывать, еще и меня, вкрай задавившую эмоции. Я сейчас как марионетка Суны, управляемая самой собой. Не человек, а функция, нацеленная на достижение цели. Позже отойду и снова размякну, наверное.

Ворота Конохи, когда мы дошли до выхода из деревни, оказались закрыты. И пост АНБУ усиленный, сразу пятеро в тупорылых звериных масочках.

– До особого распоряжения хокаге деревню никто не покинет, – донесла до нас уже знакомая Крольчиха. Надеюсь, это не из-за моих действий? Не потому, что я чуть было не попыталась ворваться к Хирузену?

– Что случилось, АНБУ-сан? – вежливо спросил Фумито.

– Был похищен ребенок. Подробности пока засекречены.

– Это мой ученик, я его не похищала.

– И я не ребенок! – очень по-детски возмутился братик Дей. Мое сердечко прям слегка оттаивать начало при виде того, как мальчишка надулся.

– Не этот. Какой именно – секретная информация. До утра деревню никто не покинет.

Почему-то пришла в голову мысль, что кто-то украл одного из братьев Чико, но так, сомнительно. Во-первых, кроме сестры, они никому особенно и не нужны. Похитить пацанчиков могла бы я, но сразу обоих, полным комплектом.

Может быть, стоит им помощь предложить? Мои волки отлично ищут по запаху, но… но это мы уже проходили. Собаки клана Инузука найдут не хуже. Хьюга на километры сквозь любые препятствия видят. Без всяких зареванных девчонок порешают, короче. И есть ли смысл нам куда вот так, на ночь глядя, переться? И не пофиг ли, что там за пацанчика похитили? Если только не джинчуурики. Внутри всё слегка похолодело, пробивая броню рациональной отчужденности. Что, если кто-то украл ребенка Минато и Кушины? Но нет, сомнительно. Он, как я поняла, вообще не в деревне, иначе я бы почувствовала присутствие, а где-то в секретном месте и охраняется, как огромная ценность.

Попросту вернулись к Сенджу и завалились спать. Нормальный человек на такой адреналиновой встряске не уснул бы. Но у меня слишком хороший контроль за организмом. Выключила себя часов на восемь, предоставив Фумито разбудить меня уже утром. И без всяких романтических глупостей. Совершенно не то настроение у всех.

Разбудила меня Кацую, заоравшая дурным голосом Чико.

– Слышь, О-тян, я всю ночь не спала, – начала дурында. – Мы отомстим. Живьем урода закопаем, выковырнем его биджу и заберем себе для нашего острова. Мне Юки-сан очень нравился, я всё ждала, когда они с Марин разойдутся из-за того, какая она ревнивая дура.

Еще одна. Кто там следующая несостоявшаяся кандидатка на руку покойного кэпа? Может быть, наставница? Она так-то старовата, но выглядит ровесницей Шизуне и Чико. Обаятельный он был.

– Отомстим, – подтвердила я. – И хвостатого ублюдка заберем. И больше никто к нам сунуться не посмеет. И еще я перетерла с Фугаку-саном – тебя, скорее всего, амнистируют, когда мы отомстим за твою сестру. Если раньше твоих братьев вытащить, то это клеймо дезертиров для них. Они этого не хотят.

– Спасибо. Ты самая лучшая подруга из всех, что у меня были, – признание прозвучало неожиданно и едва не вывело меня из отстраненного состояния. Биджу! Это офигенно приятно, когда с кем-то устанавливается такая прочная эмоциональная связь. Даже если эта кто-то – круглая дура вроде Чи-тян и в прошлом легавая.

Рядом заворочался Фумито, плечо которого я использовала в качестве подушки. Тут никакой самурайской выдержки не хватит, чтобы продолжать мирно спать, когда Чико так орет.

В дверь деликатно постучали. Так тут только Слуги Сенджу стучатся. Дей, к примеру, бесцеремонно вломился бы, не переживая, что мы тут можем быть не совсем одеты.

– Простите, что побеспокоил, – обратился старый слуга с лихо закрученными вверх усиками, когда я открыла ему дверь, не особо стесняясь того, что на мне нет ничего, кроме длинной футболки. – Но к вам гость, юноша из клана Хьюга.

Хатиро, наверное? На да, он и оказался, когда мы с Фумито вышли в общую комнату, куда слуга и пригласил парня.

– Я коротко сообщить новости, пока есть возможность, – зачастил мой бывший. – Вчера днем старший джонин, возглавляющий делегацию Кумо, похитил Хинату-тян, дочь Хиаши-самы. Хизаши-сан, глава побочной ветви, его убил и теперь Облако требуют выдать им убийцу!

– Дебилы! – фыркнула я. – Как они себе представляли похищение кого-либо из особняка Хьюга? У вас ведь лучшее наблюдение в… вообще везде.

– Девочку украли во время прогулки. По всей видимости, ее служанка оказалась предательницей, которой пообещали избавление от печати, но это не точно, так как она погибла.

– Жесть… – почти равнодушно прокомментировала я.

Как-то несостоявшееся похищение дочки главы клана рабовладельцев совершенно меня не тронуло. Не думаю, что ее бы обижали – скорее, воспитали бы, как свою, и нашли мужа ради шанса отжать бьякуган. Может, даже самого райкаге, он и через пятнадцать лет наверняка будет мужчиной хоть куда.

– Теперь Хизаши-сана отдадут Кумо, а те его казнят, – продолжил Хьюга.

– Разве это законно? – удивился Фумито – Наказывать за спасение ребенка странно.

– За убийство дипломата. Старейшины Облака рвут и мечут, требуя восстановления справедливости.

– И райкаге Эй тоже? – продолжил недоумевать мой самурай.

– Не уверен, я слышал только о старейшинах. Такое ощущение, что каге Скрытого Облака не интересна дипломатия. Речь не о том. Оками, в твоих силах получить Хьюга, про которого ты говорила. Просто укради у Кумо Хизаши-сана. У него будет около года, чтобы помочь тебе с поисками тайников. А дальше или вы придумаете, что делать с печатью, или найдешь способ вернуть главу побочной ветви Конохе.

– И разосрусь с Кумо, – скорчила я кислую мину. – После чего Узушио будет зажат между Облаком и Туманом. Так себе перспективы в ключе того, что основное наше снабжение идет через Страну Мороза, соседа Страны Молний.

– Ты сегодня какая-то не такая. Сама не своя. Что-то случилось? – все-таки Хатиро хорошо меня изучил.

– Шохеймару погиб. Вместе с Коху, Бьючи и всем экипажем. Ублюдок Ягура постарался, – не стала я скрывать. – Мне не до авантюр. Уверена, АНБУ Конохи способны отбить пленника не хуже меня. Возможно, у АНБУ Шимуры-сана найдутся яйца это сделать, если обычные зассали. Ты вообще явился ко мне сам или по просьбе клана?

Хатиро чуть с дивана не свалился от новости. Он с Юки-саном и моим кораблем тоже был прекрасно знаком.

– Сам. Клан не в курсе, что я тут, если специально не следили.

– В общем, мы уходим из деревни, как только братишка Дей и Шизуне простятся. Их тоже вчера новости шокировали.

– Не следовало тебе злить Мизукаге в тех письмах, – задумчиво протянул Хьюга и осекся под моим тяжелым взглядом. Кому-нибудь более чужому всекла бы за такое. Будет он тут еще меня виноватой делать!

– Мы уходим из Конохи, – повторила я. – Хьюга Хизаши – это проблема Скрытого Листа. Если родная деревня не хочет за него вписываться, то я тем более на это не мотивирована, – быть безжалостной и рациональной так просто! Достаточно отрешиться от эмоций и рассматривать всё вокруг, как партию в настольной игре. Повсюду искать выгоду и риски.

– Ты полностью права, что не влезла в эту странную историю, – поддержала меня наставница через Кацую, едва Хатиро ушел. – Имела шансы стать врагом сразу для Листа и Облака, сделай что-то не так. Очень сомнительно, что Хьюга так легко проморгали попытку похищения наследницы.

– Чё я, в любой бочке затычка, чтобы на всякую мутную тему подписываться? Не удивлюсь, если эти рабовладельцы специально продали девочку Кумо, а затем передумали и решили налюбить покупателей. Потому и согласились на странную предъяву. Да к биджу в зад этих Хьюга. Я так поняла, раз с похищением разрулили, то завтракаем и сваливаем.

И все-таки я тупая, несмотря на то, что небывалый стресс сделал меня более рациональной, сильно лучше соображать я не стала. Чуть не упустила дофигища важный момент.

– Наставница, та спиральная башня, которая была в Конохе – ее построили для сдерживания девятихвостого ублюдка на большой площади в центре города, так ведь? У Мито-самы могли остаться ее чертежи? Она сработает на Треххвостом? Спроси у старого Умитани, сумеет ли он повторить спиральную фиговину. Может быть, сделать ее компактной и переносной. Такой, какую получится быстро развернуть под боком у хвостатого ублюдка.

– Фуин подавления чакры… – неспешно выдала Цунаде. – Я не уверена, была ли она настроена специально на чакру Девятихвостого лиса или на любого биджу. Это…

– Способ заманить Ягуру в ловушку. Правда, очень сложный и дорогой.

– И опасный тем, что все деревни, у которых есть джинчуурики, сочтут тебя угрозой, – добавил Фумито.

– Значит, еще и секретный, – пожала я плечами. – Цунаде-сенсей, можно нам изучить вещи твоей бабушки на предмет чертежей и вообще знаний по фуин, раз мы находимся в ее доме?

– Я разрешаю осмотреть вещи, но это не имеет смысла. На месте сенсея я бы конфисковала материалы еще при жизни Мито-самы и хранила под замком, вместе с другой значимой информацией.

– Это ведь технология Узумаки? – продолжила я допрос.

– Наверняка, – если бы наставница находилась рядом со мной, я бы сейчас увидела привычный жест пожатия плечами. И вот чего бы Кацую еще и видеосигнал не передавать? Слишком многое хочу, да.

– То есть имеется шанс найти чертежи на Узушио. Биджу! Мы снова возвращаемся к поиску тайников.

– Фуин – не единственный вариант подавления джинчуурики, – сообщила мне Цунаде. – Мокутон дедушки Хаширамы отлично работал. И цепи чакры, хиден клана Узумаки.

– Марин им владеет? Может, Каноно что-то знает? Мито-сама тебя обучила? – вопросы посыпались из меня, как рис из прорванного мешка.

– Я не владею, – буркнула женщина, не поясняя причин. – У Марин спрошу. Ей очень тяжело сейчас.

Что тут еще скажешь. Всем тяжело. Каждый справляется по-своему. Я вот отключаю, с переменным успехом, эмоции. Чико наверняка бесится. Ши-тян поплакала и теперь тихо грустит. Братишка Дей ушел с головой в лепку из глины.

Заглянули все-таки в комнату Мито-самы и тайников с секретными записями клана Узумаки по фуиндзюцу, конечно, не обнаружили. Я бы на месте старушки вообще никаких архивов с фамильными секретами не вела, а передавала бы их исключительно из уст в уста. Детальный обыск, конечно, устраивать не стали, хотя бы из уважения к той, чья я точно не реинкарнация. Но эхолокацией комнату просветила. Ничего похожего на тайники в стенах. Может быть, рано я Хатиро послала с их Хьюговскими проблемами? Сейчас, глядишь, узрел бы все через стены. Но за много лет так-то и Хирузен мог сюда какого-нибудь Хьюгу притащить. Нет, точно голяк.

Короче, так ничего умного и не придумав, свалили из Конохи в направлении Страны Волн, не забыв обналичить бумажку от хокаге и сохранить бабло в печати. На этот раз на выходе из деревни задерживать нас не стали. А зайка, которая вот почти железно Курама Айя, даже ручкой вслед нам помахала, желая счастливого пути. Дей помахал ей в ответ, вот только с его ладошки зубастый рот скалился, который наверняка будет девчонке в кошмарах сниться. Или в эротических снах. Кто их, этих похотливых крольчих, разберет?

Поганец Гато, поначалу здорово обделавшийся от перспективы конфликта с шиноби, в последние годы заметно осмелел и вернулся в свой старый офис. Так Коху-сан рассказывал. Юки периодически посещал наше бывшее убежище, даже особняк проверял. Вот и за новостями об интересующих меня ублюдках следил. Вот и раскулачим урода. А корабли реквизируем вместе с командами. Правда, это будет всякое отребье, но им на Узушио жить и не обязательно. Станут иногда заходить в порт по фарватеру, указанному лоцманом, выгружаться и драпать обратно, пока штанишки не просохли и проклятие не укоренилось.

Глава 23

За несколько дней в пути я немного отошла. Перестала чувствовать себя мясной куклой. Вернулись простые понятные желания. Вроде вкусно пожрать и получить тактильный контакт с небезразличным мне человеком.

Шизуне призвала свою волчицу и с ней больше времени, чем с людьми, проводила.

Дей взрывал глиняные фигурки, стараясь уложить грохот в общий ритм и поймать гармонию, которую он пафосно величал искусством. Ну так-то сами мини-скульптуры вылеплены талантливо, пацанчик молодец. И совсем круть оказалась, когда он их анимировал. Небольшие зверушки забавно зашевелили лапками. Выглядели они очень мило. Но с места стронуться не смогли. Этакие шарики на ножках оказались неспособны перемещать собственную массу.

– Ну вот. А я уже представил как мои, хм, бомбы сами приходят к целям, чтобы взорваться, – расстроился мальчик. – Круто было бы, да, сенсей?

– Уже сейчас круто. Тебе всего-то надо с формой поиграть и подобрать оптимальную. Ну, типа, сделать шарик, который будет катиться и подталкивать себя.

Все любят, когда их усилия хвалят. Особенно, если это заслуженно. Вот и мой ученик прям расцвел. Он реально молодец и сильно расширил свой арсенал этими анимированными кусочками глины. Бомба, которая сама тихонько подбирается к цели со спины – это по-настоящему убойно.

– Сначала хотел сделать им ножки, как у пауков, чтобы могли быстро на них бегать, но они недостаточно прочные и ломаются от первого же шага, – продолжил ученик.

Я, если честно, вообще не понимала, как он свою глину заставляет шевелиться, подобно настоящим мышцам живого существа. Это же не марионетки из Суны, которых дергают за ниточки. Видимо, та же методика, какую используют при создании каменных клонов, ей меня Ито так научить и не сподобился. Тоже мне, куратор.

– Сделай им ноги металлическими, – протянула парнишке несколько сенбонов, убедившись, что это не отравленные. – Воткни в глиняные отростки и с формой поиграй.

– Ты такая умная, сенсей!

Мне даже сарказм почудился в его словах, настолько очевидную штуку подсказала. Но кажись нет, без дураков восхитился и начал на ходу прилаживать сенбоны к глиняной заготовке. А ведь тоже эффективное оружие. Подбирается к тебе сзади такой паучок и ядовитой лапкой в ногу. Вот как змеи Орочимару против меня действовали. Бледнокожий саннин хоть и тот еще ублюдок, но умный гад. Че бы не перенять у него опыт и тактику?

– А еще я собираюсь сделать их однажды, хм, летающими, – продолжил делиться мальчишка, которому понравилось внимание взрослых к его поделкам. – Но пока не придумал, как именно. Глина она, хм, тяжелая.

Летающие бомбы, от которых не убежать. И этого самородка мне так запросто отдали на обучение? Пацанчик без обмана гений!

– Мы придумаем, как решить проблему с полетом. Шизуне тебе поможет. Да, Ши-тян?

– Я? – удивилась девушка, которая к нашей беседе не особенно и прислушивалась.

– А кто еще? Кто тут у нас лучший знаток анатомии и сможет объяснить устройство организма летающих созданий, дабы братик Дей их из глины повторил?

Не то, чтобы я сама то же самое растолковать не могла, но надо девчонку из ступора выводить. Она добрая и светлая. Мне неприятно, что так убивается. Ну и мне самой лень всё это вспоминать и в неокрепший детский ум вдалбливать. Королевы делегируют. В том числе и своих учеников.

Что до полета, так-то эта тема и меня волнует, но не с точки зрения изготовления големов. Очень в небо хочу. Это, конечно, не хирайшин, но как раз тот самый способ быстрого перемещения по миру, которого мне не хватает. Собственно, у меня для того в арсенале все необходимое есть. Если я могу так запросто толкнуть человека в сторону, чтобы он убился об стену, то и себя в воздух без проблем подброшу. А там уже достаточно будет планировать. Потренироваться еще с воздействием, создающим аэродинамическую подъемную силу. Это ведь не так сложно. Годик тренировок, сопряженных с прыжками с высоких утесов Узушио, и полечу. Это будет реально прорыв.

Полетными техниками, кажется, один только Ооноки-сама и владеет из всех ныне живых шиноби, о ком я читала. Но у него там, походу, чисто левитация и уменьшение собственного веса до нуля. Для мобильности в схватке и борьбы с радикулитом, может быть, и самое то, но не для дальних перелетов. И атаки с воздуха мало какой мудила ожидает. Подлечу по-тихому к резиденции Мизукаге и сброшу ему в печную трубу какой-нибудь особенно гадкий подарочек. Дофигища кислоты Кацую, которую сохраню в печатях, например. Не знаю, что там у него с регенерацией, но думаю, что когда тебя растворяют до костей, уже никакой реген не спасет. Может быть, и Хаширама так погиб? Сказал своей внучке “запрещаю гулянки после отбоя”, а та призыву пожаловалась, вот и остались от легендарного первого хокаге одни лишь голые косточки. Или их тоже кислотой растворило, которая, между прочим, и щелочью может являться. Я анализов той едкой жижи, которую Кацую производит, не проводила.

Походу, прихожу в себя, раз мысленно язвить начала. И Фумито это тоже отметил. Во всяком случае, мы под конец пути впервые с момента трагедии разнообразили объятия поцелуями, что согрело меня изнутри и чуть было не выбило из режима хладнокровной стервы, в котором я старалась себя держать. Но нет, то что я собираюсь устроить в Стране Волн – не для доброй, хоть и быдловатой, девочки задача, а для расчетливой гадины. Поэтому в дальний ящик светлые эмоции, их время еще не пришло.

Надо же. Они не бросили строить свой мост. И финансирование где-то находят, и рабочих. Сейчас уже третий пролет ставят. Хотя будет их больше десятка. Прямо удивительная стойкость со стороны алкаша Тадзуны. Еще бы не бухал так много и совсем бы его зауважала. Может быть, он в завязке? Цунами девчонка строгая, могла и надавить на папашу, чтобы прекращал синячить. Как разгребу то, зачем явилась, навещу их.

А прибыла я ради Гато, мерзкого низкорослого упыря, решившего, что способен тут всё под себя подмять и тянущего из и так уже нищей страны последние соки. Транспортный монополист, пусти его биджу по кругу! Не удивлюсь, если он и мост отжать попытался бы, если тот когда-нибудь достроят. Не судьба ублюдку.

Нормальные шиноби обязаны быть тихими, незаметными, скрытными и терпеливыми. Ну то есть полной моей противоположностью. Но это не значит, что я такая уж безнадежная. Оставили братишку Дея в компании Шизуне изучать анатомию на лесной стоянке неподалеку от недостроенной переправы и вдвоем с Фумито по-тихому отправились в город. Даже к ничтожеству типа Гато так запросто без подготовки и разведки лучше не лезть. А то сунешься неаккуратно, а он с черного хода удрал и лови его потом по всему городу, выковыривай из тесных щелей или канализации.

Нашли высокую точку, удобную для обзора. Так-то нам бы Хьюгу какого в команду. Или мне самой следовало чакру Хатиро поглотить в надежде на бьякуган? Это звучит настолько наивно, что чуть сама над собой ржать не начала. Если глупая гипотеза вдруг окажется отчасти верной, то сомневаюсь, что реально перенять что-то, кроме самых простых внешних признаков. Выцветшей радужки, например. А оно мне надо? Меня мои карие очи, так похожие на глаза наставницы, устраивают. Они у меня красивые, знаете ли. Ну, Фумито так говорит, а самураям врать зашквар и западло, значит, чистейшая правда.

Понаблюдали за пятиэтажным домом, возможно, наиболее пристойным на всем острове. Есть, конечно, еще особняк местного даймё, но тот и вовсе на отдельном клочке суши, окруженном водой, устроился, обособленный от проблем всяких голоногих, которым жрать нечего. “Раз у них нет риса, пусть едят моти”, – как-то так наверняка у него в голове мысли складываются, когда узнает о бедственном положении народа. Ну ничего. И до этого кровопийцы доберусь. Как-нибудь потом.

Высшая аристократия не очень хорошо смотрит на тех, кто на их венценосных братьев бочку катит. Свергну этого ублюдка и мой кореш, даймё Мороза, задумается, не станет ли он следующим и прекратит со мной дела вести. Да и вообще, такие поступки надо тщательно планировать и с умными людьми советоваться, а не творить, что хочу. Я и с Гато, возможно, сейчас дров наломаю. Но… надо куда-то выплеснуть накопившееся. Не на близких же. Да и практический выхлоп получится.

Разведка позволила выявить окно кабинета владельца транспортной компании. На верхнем, пятом этаже, под самой крышей. И всегда при охране. Я усмотрела двух крепкого вида мужчин, одетых в традиционные кимоно и при катанах.

– Это самураи, – опознал Фумито, который вместо моих воздушных линз использовал вполне обыкновенный бинокль, полученный в свое время в Конохе, перед отправкой на дальний юг гонять нукенинов. – Двигаются правильно, как будто готовы в любую секунду дотянуться до меча. Возможно, ронины, не вижу камонов господина. Я с ними справлюсь.

– Не сомневаюсь. План такой. Ты постоишь внизу у первого этажа, а я их тебе выброшу из окна. И справляйся, сколько хочешь, пока я с ублюдком потолкую и добьюсь передачи прав собственности на компанию и корабли.

– Но…

– Ты только не говори, что два вшивых самурая будут мне опасны. И что я их из окна выбросить не смогу. Проломлю крышу, по импульсу на каждого и устраивай с ними спарринг, сколько влезет, если не совсем лошары и умеют не убиться при падении с высоты. Какой нормальный боец к этому ублюдку, люби его биджу, прислуживать пойдет?

В общем-то, можно было и самой по-тихому обоих кончить. Но, во-первых, Фумито будет обидно, что он не при делах, во-вторых, нужно же правильное впечатление произвести.

Я тихо и аккуратно поднялась на кровлю здания, шагая по стеночке. Распечатала вакидзаси и прорезала, как консервным ножом, окрашенный в зеленый цвет тонкий металл, похожий на жесть. Она и есть, наверное. Не оружейная же чакрасталь. Могла бы и чисто техникой, но та слишком прямолинейна, мечом аккуратнее выходит. Оказалась на пыльном и грязном чердаке. Прикинула, где там нужно окошко, и повторила то же самое с перекрытиями, действуя быстрее.

Как снег на головы мудилам свалилась. Наверное, они все же не полные остолопы, так как успели дотянуться до рукояток мечей перед тем, как я телекинетически запулила сразу обоих в сторону окна. Звон битого стекла, море осколков, треск сломанной рамы. И ошарашенная морда Гато, не ожидавшего моего визита.

– Чё, думал, что я забыла и можно мой выигрыш зажать? – для пущего эффекта я запалила вкруг себя тусклую красноватого цвета ауру, хорошо сочетающуюся с алыми волосами. Самое простейшее воздействие по генерации светового потока. Бесполезное в реальном бою, но че тут скрывать, имеющее зловещий вид.

– Я всё выплачу! У меня всё готово, вы просто не обращались за деньгами! – выпалил этот мерзкий тип. Хотя в чем-то прав. Уверенная в том, что будет вилять и жмотиться, я реально никаких особенных усилий, чтобы получить своё, не предпринимала. И тень уважения к ублюдку даже шевельнулась. Он понимает, что ему хана, но продолжает барахтаться и старается хоть как-то выплыть из ситуации.

– А проценты за просрочку? – хищная усмешка мелькнула у меня на губах буквально на несколько секунд, но и их хватило, чтобы низкий мужчинка в дорогом костюме считающегося современным делового фасона обделался. В фигуральном смысле. То есть перепугался до крайности, но лужи под ним я не увидела и вонь если откуда и идет, то изо рта Гато.

– Конечно. Проценты, как положено по закону об азартных играх, – легко согласился он. – В двукратном размере, чтобы подчеркнуть моё к вам уважение, ваше величество Оками-сама, – и кланяться начал. Мудила. Узнал он меня, по-видимому, с первой же секунды. Биджу! Умный и хваткий хмырь. Даже жалко его в расход пускать. Заставить бы работать на себя. Но нет. Такого дерьма в подручных мне не надо.

– Мне нужны корабли, – коротко обозначила я.

– Конечно. Все мои суда к вашим услугам, всё за счет компании. Отвезём любой груз по тому маршруту, по какому изволите.

– Нет, не так. Мне нужны все твои корабли вместе с твоей фирмой. Тогда я тебя не убью. Всё другое имущество, такое, как это здание, я тоже забираю. Ты тут, в этой бедной стране, задрал уже всех. Пиши дарственную и убирайся куда хочешь. Нужен нотариус, юрист, поверенный… короче, шнырь какой-нибудь, который оформит передачу собственности. Вон у тебя телефон на столе. Звони, вызывай. Если хочешь, подмогу вызвони. Но пятый этаж – это такое… Не факт, что все выживут после падения.

– Это же беспредел!

– И что ты, фраер, сделаешь? Пожалуешься Мизукаге? Или кто там у тебя в Стране Воды крыша? Так я их жду. У меня к ним предъява побольше, чем к тебе, лошара. Если хочешь, жалуйся. Что угодно делай.

– Я не буду ничего подписывать! – гордо заявил Гато, поднявшись во весь свой невеликий рост. Я и сама миниатюрная, но он еще ниже. Хотя побольше Ооноки-самы. Неожиданно смелый он. Понимает, что пришла хана в моём обличии, но не сливается. Не будь настолько мразотным типом, реально предложила бы к себе в свиту войти. Но тут никакой холодной рациональности не хватит, чтобы всякую гниду терпеть.

– Ну ладно. Ты сам этого хотел.

Шагнула вперед, толкнула в высокое кресло на колесиках, схватила за руку и поделилась первой ступенью пыточной техники. Это намного болезненней, чем большинство людей когда-то испытывало в своей жизни. Вот сейчас уже без мокрого пятна на штанах у обмякшего мужчины не обошлось. Биджу! Он мне так кресло загадит! Уже его своим считаю. Но это не потому, что слаб духом – голая физиология. Тут бы я не факт, что не опозорилась бы, несмотря на мантру, позволяющую стерпеть любую боль. На высших ступенях техники точно.

Пятнадцать минут и два повышения степени воздействия. Вот это настоящая дипломатия, в стиле разрушительницы. Чисто на всякий случай, пока Гато приходил в себя после болевого импульса, выглянула вниз и увидела Фумито в компании двух бессознательных тел. Не уверена, насколько живых. Крови почти нет. Может попросту носы себе при падении о щербатую мостовую переломали.

В итоге клиент дозрел и написал-таки дарственную, с личной подписью и кучей печатей. Затем вызвонил юриста по телефону и пригласил засвидетельствовать сделку. Причем в форме купли-продажи на пять миллионов, которые я в присутствии стряпчего и передала. Куча бабла, между прочим. Гато даже с недоверием и выражением “это всё мне?” смотрел на извлеченную мной из фуин хранения сумку с деньгами. У него в голове уже кассовый аппарат щелкал, продумывая, кому он забашляет эти бабки за моё устранение. Бабки переданы прилюдно, сделку никто не оспорит.

В присутствии нескольких свидетелей деньги отдала и с чистой совестью отпустила уродца, не забыв попросить Фумито через Кацую забрать наше обратно. А потом отправить ублюдка на дно пролива с булыжником в брюхе, чтоб не всплыл. Так-то молодой человек у меня честный и принципиальный, но все-таки он шиноби, то есть лазутчик и убийца, хоть и в шкуре самурая. Да и нигде в кодексе не сказано, что нельзя грабить всяких мудил, если господин приказывает. А кто его госпожа? Правильно, Оками-химе, королева, разрушительница и просто красавица.

Забрали и деньги и весь флот из одиннадцати крупнотоннажных судов, куда более как крупных и грузоподъемных относительно Шохеймару. Некоторые даже на паровом ходу. На и парочку шхун уже привычного мне класса. Старые калоши, совсем не такие ухоженные, каким был Парящий. Обменяла бы их все на жизни кэпа и Бьючи, не задумываясь, предложи мне полумифический Шинигами подобную сделку. Но никакой он не бог. Очередная призывная говорящая зверушка со своими спецэффектами, про какие мне и рассказывали. Так я думаю.

Глава 24

Любое предприятие – это сложная система с кучей людей, должностей и прочего. Нечего даже надеяться, что заявится вся типа такая из себя умная королева, начнет командовать и сделает всем хорошо. Скорее уж наоборот, отлаженный механизм очень легко испортить, вмешавшись в него.

Вот, допустим, сейчас возьму первый попавшийся корабль, перенаправлю для рейса на Узушио, тем самым сорву важные контракты, вступят в дело штрафные санкции и всё, фирма, ради которой пришлось пытать и убивать – банкрот, а за моим не очень большим, но биджево гордым флотом выстраиваются в очередь кредиторы, так как бизнеса без долгов тоже не бывает. Даже пожалела, что поторопилась закрыть вопрос с Гато и не оставила его в качестве наемного директора.

Ведь чтобы дело работало и приносило прибыль, нужно что делать? Верно, впахивать, причем не только усердно, но и с правильным применением мозгов. У меня голова заточена не на то. На рукопашку, энергетические техники, воровство, азартные игры, пытки, убийства, похищение детей. Из доброго – на медицину, и то стараниями Цунаде, а не по собственным устремлениям. Но точно не на мирный повседневный труд директора логистической компании. Которую бы переименовать, но тоже потом. Пока имя Гато послужит небольшим оберегом. Его суда ублюдку Ягуре топить особенно незачем, в отличие от моих.

Так вот. Фирму отжала, быстро и эффективно, а кто управлять-то ей будет? Я с маленькой деревней ума дать не смогла, свалила всю ответственность на наставницу. Она же не раздвоится, чтобы и там и там успевать. В теории теневыми клонами наверняка владеет, но расстояние великовато, точно сюда не дотянется своим двойником. Да и клоны – они тупые. Видно уже на примере нашего АНБУ-призрака.

Но если у меня тут нет возможности посадить командовать Цунаде, то как насчет ее лучшей ученицы? Ну то есть самая лучшая – это, без базара, я, но для того, чтобы спихнуть унылый труд по командованию фирмой, посчитаю таковой Шизуне. Уступлю ей почетную обязанность стать госпожой директором.

И если кто-то считает, что отжимание чужого бизнеса вместе с принятием на себя ответственности – это весело, то этот наивный лошара ни разу не представляет тех проблем, с которыми столкнется. Три биджевых месяца мы втроем улаживали дела судоходной компании Гато, упахиваясь до того состояния, что вечером ничего уже не хотелось.

Поселились в том же здании, где жил и вел дела сам бывший владелец. У него там все вполне неплохо устроено, в том числе весь третий этаж под жилые апартаменты отводился. Настоящие хоромы. А уж огромная кровать и вовсе вызывает поначалу ступор. Как ее назвать? Пятиспальная? Семиместная? Правда, мысль о том, со сколькими шлюхами на ней покувыркался низкорослый ублюдок, вызвала легкое омерзение, но я ограничилась тем, что собрала и спалила постельное белье вместе с одеялом и подушками.

Наверное, это удобно, когда не надо тратить время на дорогу до работы. Я раньше ни одного дня нормально не работала, не считая того, как меня эксплуатировали в деревне и недолгого бытия генином. Не считать же трудоустройством королевское звание. Короче, не понравилось мне быть замдиректора по общим вопросам. Ши-тян начальницей тоже. Другая на ее месте удрала бы. Но я же расчетливая тварь. Выбрала самую ответственную подругу, чтобы свалить на нее весь ад. И это мы еще пользовались преимуществами связи через Кацую и подсказками Цунаде, которая немного прифигела от свалившегося на нас богатства. К личным банковским счетам, правда, карлик доступа не предоставил. И в сейфе у него жалких пять тысяч рье нашлось. Ну да, у ушлых дельцов все деньги в обороте, наличка так запросто не лежит. А пять кусков, по меркам нищей страны – несметные богатства, на сиюминутные расходы с излишком хватит.

Шестьдесят дней ада, сплошных выяснений отношений с тем, кто кому сколько и за что должен. Постоянные попытки прогнуть молодую директрису и заодно меня со стороны поставщиков, клиентов, персонала, капитанов, экипажей, властей, собственного ученика. Этот, правда, все больше упрашивал кого-нибудь взорвать в назидание остальным идиотам, что, наоборот, помогало.

И это уже отлаженный бизнес, приносящий сверхприбыли. В итоге мы сделали его более социально направленным. В том смысле, что здорово снизили тарифы на поставки товаров на остров, при условии, что на этом не будут так сильно наживаться, снизив цены для жителей Страны Волн. Дурость? Ан нет. Популярность компании Не-Гато, как мы переписали название, буквально взлетела. А госпожу Негато, как кто-то, не вкурив, назвал Шизуне, да так, что прилипло, полюбили в народе. Даже алкаш Тадзуна к ней приходил, чтобы клянчить денег на мост. Но увидел меня, узнал и потерял большую часть настойчивости.

Говоря о Тадзуне, сходила-таки в гости в дом с маяком, где и нашла глубоко беременную Цунами. Без мужа. Ну как же так? Клевая девчонка. Готовит зашибенно. Какой мудила посмел ее бросить? Оказалось, улыбчивый морячок, из числа тех, что заходят в порт периодически. Все обещал осесть на берегу и создать семью с ней. Искать и ноги ему ломать не пришлось – утоп. Я даже подумала, не с Шохеймару ли кавалер. Но нет, с совершенно левого судна. И такие сюда заходят. И такие тонут. Пригласила к нам на Узушио, конечно, но отца Цунами не бросит. Тот без ее строгого пригляда совсем сопьется и мостом, возможно, даже болеть перестанет. А вот как достроит – я решила, что заберу обоих. Тадзуна хоть и алкаш, но явно знающий строитель с образованием. На Узушио пригодится. Девушку за Ская выдам. Он придурок, но добрый и симпатичный.

Настоящим открытием же стал Фума Тадаса. Ага-ага! Тот гадкий пацанчик, считающийся дезертиром у Скрытого Листа, продолжил обретаться вокруг полукриминального воротилы. И я его ссаными тряпками не погнала. Расчетливая сука Оками не смогла упустить такой ценный кадр. Он метил на роль ближайшего помощника Гато, был в курсе многих делишек и в целом намного умнее и ухватистей типичной шпаны с улиц. Тут и генетика, и образование, и какие-никакие навыки ниндзя. Неприятный тип, в общем, но использовать его возможно. И боится меня, как показалось, достаточно, чтобы не пробовать налюбить. Со временем этот страх начнет уменьшаться. Так я повторно напугаю. Че мне, сложно. Ну и стимул сотрудничать у юноши есть, Фумито его подсказал. Поманила я Фуму-куна самым очевидным – возможностью разблокировки чакры, рассказав о том, что имеется у меня на Узушио специалист, но попасть туда способен только тот, кто проявит себя достаточно преданным. И за страх, и за совесть начал стараться.

Если не рассусоливать, то было сложно, но мы старались и таки подчинили эту многоглавую гидру. Пришлось как следует напугать парочку особенно крикливых капитанов, которые думали, что легко начнут диктовать свои условия малолетке. Снять голову с одного чересчур тупого лидера банды, решившего, что раз я отобрала компанию, то и у меня контору отжать возможно. Местному даймё пару раз пришлось на лапу дать, чтобы не в свои делишки не лез. Как Гато делал, так и мы, даже таксу менять не стали. Потом ублюдка прижмем еще, когда крепче на ноги станем. Рутина, короче.

Некоторой проблемой стало то, что на Узушио плыть большинство нормальных моряков застремались. Невидимая смерть, буууу! Проклятие Узумаки, буууу! Шинигами сожрет наши души – тут следуют звуки и запахи паники. Выбрали ту шхуну, что покрепче, поставили на место капитана Фумито и предложили команде тройной оклад за рейс. Отказавшиеся имелись, но их быстро заменили добровольцы. Имидж моих владений мы еще поменяем. Будут еще драться мужики за честь побывать на Острове Красивых Женщин. Очень иронично, к слову, что “красавица” и “биджу” настолько близкие по произношению слова. Типа, красота – страшная сила.

Отправлять своего парня в рейс было откровенно стремно. А ну как и его утопят? Но не держать же уверенного в своих силах мужика в тепличных условиях, защищая от тени опасности. В Страну Волн ему, правда, сказала не возвращаться. И братишку Дея с ним же хотела отослать, чтобы сдал на попечение Каноно, Миуры и Цунаде. Так было бы спокойнее за ученика. Но мальчишка намертво прилип к Шизуне и ее урокам анатомии, благодаря которым очень продвинулся в лепке. Может, и втюрился еще во взрослую красивую девушку, которая так по-доброму с ним себя ведет. В итоге удалось добраться до острова без проблем.

И даже на прогулку экипаж получилось вытащить. Старый Умитани прыгнул выше головы. Фигурально выражаясь, так-то он безногий. Дед сумел перенести свою защитную фуин на бумагу и обучить ей Каноно. Там какой-то очень замороченный процесс рисования и действует печать всего несколько часов, пока в ней не кончается чакра. Реальный выход для временных гостевых пропусков. Кацую была бы лучше с точки зрения контроля за чужаками, но на этот случай у нас есть другое решение – теневые клоны анбушного деда. Это их работа.

Не могу с чистой совестью сказать, что всё прям наладилось. Больше десяти кораблей стопудово лучше единственного трудяги Парящего и если бы не потеря важных для меня людей, я бы на такой размен пошла, особо не раздумывая.

Одним погожим летним утром все в очередной раз поменялось. Не скажу так сразу, к лучшему или к худшему. Но обязанности замдиректора Не-Гато к тому моменту задрали меня уже настолько, что даже обрадовалась разнообразию. Проснулась от того, что в дверь моих апартаментов барабанили. Одна проснулась, биджу! Это то, что больше всего в нынешнем положении напрягает. Открыла. Фума-кун.

– Оками-сан, на первом этаже вас спрашивают нукенин Водопада и нукенин Песка, – бывший шиноби заметно нервничал, судя по мимике и языку тела. Понимает, что его и один ниндзя с разблокированной чакрой удавит без проблем, несмотря на то, что себя Тадаса-кун особенно не запустил. Тайдзюцу – единственное, что осталось в арсенале дезертира. Вот и тренируется в свободное время, чтобы хотя бы не разжиреть слишком сильно. Так-то ему доступен и тот путь, по которому Фумито прошел, стать самураем. Но где специалист по гендзюцу себе нормального учителя найдет? Такого, чтобы уровня Миуры-сенсея. Да и нет в нем того внутреннего стержня. Хитрозадости – да, с избытком от природы досталось.

– Я их ждала, знаешь ли. Скажи, что спущусь, как только переоденусь.

Чуть покривила душой. Не ожидала, что меня так скоро в контору S-ранговых наемников вербовать придут. А это точно они. Мудацкий Водопад, Скрытый Песок. Всё, как было в бумажках Ооноки-самы. А вот переодеться и правда не помешает, я в одной длинной футболке вышла. Липкий взгляд неприятного субъекта так и прилип к тому, что из-под одежды выпирает, и к моим, может, не особо длинным, но стройным ножкам. Че, нравится? А не для тебя эта вся красота. Такое только для настоящего мужика, а не труса, какой слился из битвы, а затем ныкался в каюте, отлынивая от работы, пока остальные на палубе вкалывали за троих. Думает, я забыла? Никогда, я злопамятная. Просто он сейчас полезен, а расчетливая стерва все еще не уступила место импульсивной девушке, идущей на поводу у сиюминутных порывов.

Начала с того, что постучалась к ученику. У него в моих хоромах отдельная комната.

– Бро, иди к Ши-тян и прилипни к ней с каким-то вопросом по твоему искусству. Надо, чтобы “госпожа Негато” отвлеклась на тебя и не влезла в мои переговоры с нужными людьми, – так-то расчет совсем другой. Дабы пацанчик не встрял и держался подальше. А то знаю я этих ублюдочных водопадников. Для них ребенок может стать удобным аргументом. Прогнись и малец не пострадает. И к гендзюцу, которым славен представитель Суны, судя по досье их организации, у мелкого братишки устойчивости пока нет. Не успели выработать. Нужно будет в его программу обучения включить.

Широкие темные штаны. Тяжелые ботинки, какими так удобно дробить суставы. Защитная повязка-бюстгальтер на грудь, под ней у меня Кацую. Просторная белая рубашка и короткая красная курточка. Протектор Водоворота на поясе. Ну и прическу поправить. Я же девушка. Стальная пластина с кругляшом Узушио у меня, между прочим, не та, что Мито-саме принадлежала. То реликвия, подарок сестренки Кушины, ее я дома оставила, а сама использую свежеотчеканенную.

Спустилась. Здоровенный портовый грузчик, бывший вышибала из кабака, выполняющий роль секьюрити, необходимый, чтобы всякая мелкая шпана в офис не лезла, сжался под тяжелым взглядом реально страшного мужика с перечеркнутой стрелочкой Такигакуре на протекторе в традиционном месте на лбу. Габаритами поменьше Миуры, но кажется крупным из-за черного с узором в виде красных облаков дождевика, накинутого на плечи. Темные волосы, нижняя часть лица скрыта под характерной для ниндзя тканевой маской, а глаза… Какие же они дофигища страшные! Красная, налитая кровью склера. Настолько ярко-зеленая, что кажется светящейся радужка. И очень мелкие, считай, отсутствующие зрачки. Взгляд упоровшегося обдолбанного торчка, я бы сказала. Так-то меня сложновато испугать, если за дело не берется супермощная тварь типа девятихвостого, но взгляд водопадника до глубины души пронял.

Второй – длинный, даже чуть выше первого и худой, как оглобля, загорелый, со светлыми волосами и голубыми глазами. Ни разу не те оттенки, что у Минато или братишки Дея. Глаза почти выцвели, водянистые, лишь немного голубоватые. И коротко стриженная шевелюра, также очень уж светлая, цвета барханов в пустыне, а не золота. Знак в виде зачеркнутых песочных часов предпочитает носить на шее, кажущейся чересчур длинной. Лицо молодое, но неприятное, слишком крупные черты, нос кривой, как клюв хищной птицы и улыбочка еще такая, впору конченому маньячине. И в эту компашку мне предлагают вписаться? Ясно же, что у обоих руки по колено в крови. Не оговорилась. По локоть – это в моем случае или у любого другого шиноби.

– Вот… это она, Оками-сама, – запинаясь, назвал меня наш вышибала, стараясь поглубже вжаться в кресло. Вот уж не знаю, кто его пугает сильнее. Скорее всего, крупные мужики. Опасаться того, кто больше тебя габаритами – это один из природных инстинктов, доставшихся прямоходящим приматам от наших обезьяньих предков.

– И это разрушительница городов? – скептически усмехнулся светловолосый сунанин. Такой тон прощать нельзя. Один раз спустишь – и всё, так и будут считать терпилой и пытаться гнобить.

– На колени, когда обращаешься к королеве, – прошипела я и, во-первых, ткнула его в оба подколенья телекинезом, а во-вторых, приложила мощным кинетическим импульсом сверху, как тяжелым мешком по плечам ударила. Не устоял. Пал ниц.

– Возможно, эта куноичи не дешевка, в отличии от тебя, Кагара-кун. Я вижу, что она тут занята зарабатыванием денег, это похвально, – голос у нукенина ублюдочного Водопада ничуть не приятнее внешности. Грубый, хрипящий. Как будто бы он злой табак курил и бухал несколько суток подряд перед тем, как со мной заговорить. Ну или хроническая ангина пристала. Между прочим, могу ее вылечить. Но не хочу.

– Я, знаете ли, была лучшего мнения о вашей организации наемников, Какузу-сан. Это что за отребье такое вы с собой привели? Он точно S-ранга?

– Отребье, которое станет вашим вступительным испытанием.

Сунанин показал, что не полностью дно. Резко вскочил, воспользовавшись тем, что я перестала давить и посмотрел мне в глаза. Ну, такая себе попытка поймать в гендзюцу. Сильно покруче Чико, когда она без шарингана меня подловить пытается, но даже не вполовину так хорошо, чем если бы моя подружка алую подсветку своих глаз включила. Арата-кун и то лучше старался.

– Он вам нужен или можно убивать? – с показной ленцой поинтересовалась я. – Сколько там за него в книге бинго Суны назначено?

– Четыреста тысяч, – прохрипел страшный наемник.

– Ну, тоже деньги.

Давно я никого режущей техникой не убивала. Миг – и голова не прекращавшего попыток меня загипнотизировать светловолосого отделилась от тела, а я пережала кровоток в обрубке шеи телекинезом. А то весь холл тут кровищей угваздает.

Саркастический смех Какузу звучал все так же жутко, каким стало и общее от него впечатление.

Глава 25

Подтянула свежесрубленную голову к себе телекинезом и запечатала в бумажку. Таскать башку трупа внутри татуировки как-то стремно.

Какузу наклонился над телом и стянул у него с пальца перстень с красным камушком. У самого водопадовца я заметила аналогичное колечко, но с зеленой инкрустацией. Металл матово-белый, как будто бы эмалью покрыт. В смародеренной печатке поверх камня высечен иероглиф “Алый”. Ну, мне подходит, хорошо с цветом волос сочетается. Хотя с чего я вообще взяла, что мне цацку отдадут? Да и не ношу я всякую бижутерию.

– Приберись тут, – бросила чуть ли не падающему в обморок вахтеру. Какой нежный оказался. А у самого, между прочим, нос минимум трижды сломан и костяшки сбиты.

– Поговорим в спокойном месте? – предложила я. Нукенин кивнул, как-то насмешливо. Ну я его и повела в переговорку, которая здесь же на первом этаже. У нас тут серьезное офисное здание. Всё имеется. Может, послать к биджу эту затею с наёмниками? Ооноки-саме и Шимуре-сану сказать, что не взяли, типа, не подошла под высокие стандарты организации.

В комнате для обсуждений Гато неплохо так все подготовил. Ну разве что электрического света не достает, приходится обычным дневным из окна довольствоваться. А так тут большущий стол, куча стульев вокруг него и норм такой диванчик, если надо будет передохнуть.

Прикрыла за Какузу дверь и требовательно на мужчину посмотрела, оставаясь на ногах. Жестом предложила садиться. Нукенин с показной ленцой опустил свой зад на диван. Ишь, разожрался, стулья ему наши хлипкими кажутся.

Под рубашкой у меня шевельнулась Кацую. Знак того, что наставница в курсе, слушает нас. И, вероятно, еще того, что Шизуне готова прийти мне на выручку, если все пойдет не так уж радужно. Ну или не придет, я же к ней мелкого бро послала, отвлекать. Тип, с равнодушным видом наблюдавший, как его напарнику сносят голову, как-то особой приязни не вызывает да и вообще…

– Терпеть не могу Скрытый Водопад и его нукенинов, – взглянула я на отступника. – Эти ублюдки пытались меня в раннем возрасте выкрасть, чтобы продать джашинитам на жертвенный алтарь.

– Меня с ними не было, – пожал плечами этот ненормальный мутант. – Иначе попытка была бы успешной. Эти слабаки мертвы? Они того заслужили.

– И что будет дальше? Ну то есть я догадываюсь, что заинтересовала вашу организацию, немного слышала про нее. Я подхожу по всем статьям? В розыске на крупную сумму. Достойна S-ранга по силе. Нуждаюсь в деньгах…

– Деньги превыше всего, верный подход. Ты умнее большинства недалёких идиотов, которые были моими напарниками.

– И раз я такая умная и подхожу…

– То будет собеседование с нашим лидером. Он называет себя Пейн. Слушай внимательно то, что я тебе скажу о нём. Я практически бессмертен и очень долго живу, я сражался с первым хокаге Хаширамой, повидал много сильных шиноби. Пейн в другой лиге. Ты поговоришь с ним через технику астральной проекции. Надень кольцо на безымянный палец правой руки и погрузись в медитацию.

Какузу протянул мне снятый с обезглавленного трупа перстень. Все верно поняла.

Так-то это палец для помолвочного, а затем обручального кольца. Но че-то реально сомневаюсь, что в этом дело. В досье Ооноки-самы сплошь мужики значились. Или Пейн девушка, которая себе гарем из мужчин собрала? Тогда она извращенка и всяких уродов выбрала. Ну и я в схему не укладываюсь. Стебусь, конечно.

– Чтобы ты меня прибил, пользуясь моментом, и забрал награду?

– Каждый способен ошибиться. Я ошибся, назвав тебя умной. Не льсти себе. Если я решу тебя убить, мне будет безразлично, чем ты занимаешься и где находишься. Спишь, бодрствуешь, медитируешь.

Наверное, ублюдок имеет право быть настолько самоуверенным, раз его сам Хаширама прикончить не сумел. Подавила в себе желание стереть с мерзкой рожи нукенина улыбочку, которая наверняка есть где-то там под тканевой маской. Слишком уж тон саркастичный. Лезть в драку с шиноби твердого S-ранга из-за всего-то нескольких слов – однозначно тупая идея. Я же не импульсивная. Я холодная расчетливая сука, ну, стараюсь ей быть. Во всяком случае, на переговорах.

В грудь толкнулась Кацую, подав мне сигнал “да” от наставницы. Неожиданно. Ну так-то Цунаде-сенсей поумнее меня будет. Взяла колечко, надела на пальчик и погрузилась в поверхностный транс, откинувшись на стуле. Диванчик подошел бы под это дело лучше, но его уже занял нукенин.

Разделять мышление на потоки и делать несколько вещей одновременно я тренировалась с самого осознания того, что я не просто голоногая крестьянка, а энергетик, знающая дофигища всего полезного. Медитировать, не прекращая заниматься выращиванием риса, я научилась где-то в четырехлетнем возрасте. Сейчас эта практика пригодилась на все сто. В медитацию я ушла только частью сознания, уделив остатки внимания Какузу, который прикрыл глаза на диванчике. Тоже отрешился от реальности.

Ту часть меня, какая “ушла в астрал”, закрутило и для той Оками мир вокруг изменился. Тело ее, то есть меня, истончилось, стало полупрозрачным и каким-то синюшным. Как призрак. Или голограмма. Зашибенно! Это же круче, чем Кацую, в каком-то роде. В том, что можно почти лично побывать где-то и перетереть, подмечая не одни лишь слова, но и мимику собеседника. Крутейшая крутизна!

Вот только место подкачало. Грязная темная пещера. Большую часть пространства занимает на редкость уродливая статуя какой-то твари. Вроде как человекоподобная, но вытянутая голова и здоровенные зубищи, закусившие округлую пригрызку, а также закрывающая глаза пупырчатая пластина совсем не производят впечатление человека. Скульптура вроде как каменная, но в то же время с элементами дерева в фактуре. Вот реально структура коры просматривается, несмотря на то, что тут не очень со светом. Добавить освещения не могу. Моё тело и моя энергетика остались там, в переговорке, а здесь только проекция, стоящая на безымянном пальце правой руки статуи, том самом, на какой кольцо пришлось надеть. Сразу стал понятен смысл действия. Пожалуй, братец Дей был бы в восторге от подобного предмета искусства.

Повернула голову вправо, там на другом пальце стоит красивая стройная девушка. Короткие, но длиннее моих сине-фиолетовые волосы, стриженные под каре, украшены бумажным цветком. Оттенок почти как у Анко. Плащ того же фасона, что и у Какузу, а также дохлого сунанина. Униформа у них такая, походу. Что, и мне придется носить? Переживу.

– Здравствуй, Пейн-сама. Предполагала, что вы женщина, но не такую большую вероятность давала. Рада, что не ошиблась, – обратилась я к девушке. Симпотная, Скаю бы понравилась, он бы ее с удовольствием украл. Даже красивее, чем Ши-тян и Чи-тян, пожалуй. Хотя тут мое мнение не особо играет, это надо всех троих в линию ставить и у какого-нибудь мужика спрашивать.

– Ты ошиблась! Это Конан! Я Пейн! – гаркнули с дальнего пальца той же руки. Реально грозно прозвучало. Была бы я тут в настоящем теле, а не в виде голограммы, то и струхнула бы. Там рыжий мужчина, не особенно крупный, в том же прикиде, но еще и со стальной пластиной какой-то скрытой деревни на лбу. Камон я не разглядела из-за полумрака. Все, что четко увидела – рыжие волосы. Не алые, как у меня и Узумаки, а скорее ржавые.

– Мне сказали – уйди в транс, увидишь лидера Акацуки. Вот и увидела ее первой, – оказывается, я могу пожать голографическими плечами, как своими собственными. А вот шаг в сторону сделать уже не выйдет. Ноги будто приклеены к каменной поверхности.

– И ты решила, что это она? Что она способна быть богом, управляющим миром боли? – ледяным тоном процедил “Рыжик”.

– Забавно, не правда ли? – чуть улыбнулась синеволосая. Спрашивала она не у меня, а у своего лидера.

– Она легко прикончила слабака Кагару и знает цену деньгам, – прозвучал с другой стороны хриплый голос Какузу. Обернулась – так и есть. Стоит на среднем пальце второй руки. Том самом, где кольцо таскает. Получается, он сейчас в трансе и подставился? Та часть меня, что осталась в переговорке, хищно усмехнулась. За ублюдка наверняка хорошая награда полагается. Но вообще это нефиговый жест доверия со стороны нукенина. Или пренебрежения. Типа, я такая слабачка, что и спящему ему навредить не сумею.

– Боль – это всего лишь сигналы в мозгу, я умею ими управлять и создавать, – пусть и не думают, что могут так вот взять и морально задавить целую королеву, хоть и малолетнюю. – Но говорить мы ведь будем не о боли? Для такого разговора нужна личная встреча.

“Пейн” – это и есть “боль” на том языке, который используют в некоторых районах Кумо. И я его, похоже, отчасти знаю, хотя специально не учила. Наследственные воспоминания. Может быть, я прежняя как раз из тех мест? Отсюда и загорелые парни нравятся, и к райкаге неподдельное уважение. Несвоевременная мысль, но я ее обдумала той частью сознания, которая осталась в Стране Волн. Решила, что недостаточно фактов для выводов.

– Верно. Мы решаем твою судьбу. Либо ты остаешься с нами и встраиваешься в иерархию Акацуки, либо Какузу заработает нам немного денег.

– Неизвестно еще, кто на ком заработает, – не купилась я на дешевые угрозы. Водопадовец сейчас в моей полной власти. Хоть бери и отрезай ему голову прямо в эту минуту. – Но если обеспечите денежными заказами, я не против примкнуть. Моему острову постоянно не хватает бюджета, знаете ли.

– Слухи о том, что на Узушио снова есть жизнь, до нас доходили, – все тем же ледяным тоном продолжил Пейн. – Я не уверен в твоих способностях, слишком противоречивые слухи.

– Девочка, уничтожающая деревню одним словом “Бум”, действительно звучит невероятно, – с хорошо скрытым, но все же читаемым сарказмом заявила Конан.

– Вступительное испытание, – озвучил вердикт великий лидер, божество боли и прочая пафосная муть. – Завтра в это же время ты явишься, чтобы его получить. К тому моменту приведи себя в порядок. Все внешние атрибуты члена Акацуки должны быть на положенных им местах.

И меня выкинуло. Проекция была разрушена, а я получила заряд бодрости. То есть боли. Ну такое, вполне терпимое. Не больше, чем сигналы в моей нервной системе. Электрические импульсы, которыми я умею управлять. Как говорит братишка Дей, “Хм”.

В голову идея развития пыточной техники пришла. Главный ее недостаток – необходимость в физическом контакте, что в полноценном бою шиноби возможно не всегда. И тут возникла мысль, как данную проблему решить. Даже две.

Первая, банальщина – привязать к сенбону стальную нить и когда игла воткнется в противника, через проводник передать болевой импульс. Ну или просто электричеством шибануть, но вариант, когда враг корчится именно от боли, а не от судорог, мне нравится больше.

Идея под номером два круче и сложнее в реализации. Во-первых, генерировать ионизирующее излучение. Во-вторых, по уже созданному каналу перекинуть электрический импульс. Хоть пыточный, хоть тупо молнию на дальнее расстояние. Какое точно потяну – неясно. Может, и на несколько сотен метров выйдет. Вот, допустим, идет себе Ягура по своим мудацким мизукагским делам и раз, его от боли финальной ступени техники пыток скрючило. А рядом никого. И только я издалека через систему воздушных линз наблюдаю. Буду тренировать и отрабатывать. Офигительно полезно может получиться.

– Ты проявила себя еще более глупой, чем я оценил изначально. Не стоило грубить Пейну.

– Я не грубила. И как будто я знала, как он выглядит. Кто сказал, что девушка не может быть божеством боли? Где это написано?

– Это же очевидно!

– Не каждому. Не хочу с тобой спорить. Эта комната в твоем полном распоряжении, если что-то надо – скажи, я прикажу, это принесут.

– Пейн-сама приказал привести в порядок твой внешний облик.

Какузу достал из-под плаща печать хранения, распаковал ее и с видом коммивояжера начал раскладывать на столе в переговорной вещи, еще и комментируя каждую.

– Непромокаемый плащ Акацуки с высоким воротником. Изготавливается из специальной ткани, устойчивой к повреждениям и производимой только в Амегакуре. Пропитка внутренней стороны маскирует чакру от большинства сенсоров. Не скрывает, но искажает, чтобы тебя не опознали. Он обойдется всего в десять тысяч рье…

– Чего!? – я аж прифигела от наглости.

– Мы не благотворительная организация и не можем позволить себе бесплатно раздавать форменную одежду. Чему ты удивляешься? В скрытых деревнях, шиноби также платят за свое снаряжение…

– Я возьму трофейный с трупа сунанина. Он мне великоват, но и этот наверняка тоже.

– Нет, так не подойдет. Наши члены получают самое лучшее, а значит – новое снаряжение. Приготовься оплатить его полностью. Вот ведомость, ознакомься.

Машинально взяла протянутую мне бумажку:

Непромокаемый плащ, 1 шт – 10,000 рье
Шляпа с колокольчиками, 1 шт – 2,000 рье
Комплект кунаев с гравировкой, 5 шт – 2,000 рье
Взрывные печати, 22 шт – 5,000 рье
Печати хранения, 2 шт – 5,000 рье
Медицинский комплект, 1 шт – 1,500 рье
Темный лак для ногтей, 1 шт – 500 рье
Итого: 26,000 рье

– Двадцать шесть тысяч? Люби тебя биджу! Зачем мне вообще шляпа с мудацкими колокольчиками?

– Скрывает лицо, маскирует чакру, оберегает голову от дождя.

– Лак для ногтей? Серьезно? – перешла я к следующему сомнительному пункту. Какой-то фарс, если честно.

– В полной мере. Речь не о банальной косметике, а о части цельного образа представителя Акацуки, созданного, чтобы производить верное впечатление на заказчиков. Потребуется обработать пальцы и на руках, и на ногах.

На то, что ногти что у Какузу, что у его коллеги из Суны одинаково черные, я внимание обратила с запозданием. Может, все-таки не налюбливают меня с этим лаком? Мысленно восстановила образы Конан и Пейна. У обоих и правда одинаковый черный маникюр в цвет плащей. И в случае с красивой девушкой, и на пирсингованном садомазохисте темный лак смотрится вполне уместным. Пошел бы к лицу и мне. Но пять сотен за пузырёк?

– Откуда вообще такие цены взялись? На одну-единственную тысячу в этой стране пару месяцев прожить возможно, ни в чем себе не отказывая.

– Снаряжение высшего качества не может быть дешевым. Если это для тебя слишком дорого, мы оформим рассрочку всего под сорок процентов годовых. Уточняю, цены указаны уже со скидкой для члена организации.

Кацую на груди у меня лихорадочно задергалась. Кажется, она так смех наставницы передает. Или заливистый хохот Фумито. А может быть, в данный момент надо мной синхронно ухахатываются все, кто слушает переговоры.

– Я возьму лак. Плащ трофейный, остальное у меня будет своё, – распечатала скупую стопку денег и протянула пять сотенных бумажек. Маникюрных салонов я в Стране Волн сроду не видела. Ши-тян поможет ноготочки обработать. Цены, конечно, конские. И не удивлюсь, если все положено бесплатно выдавать, но этот старый скупердяй решил меня налюбить. О ценности одёжки с трупа он, к примеру, вообще не волновался.

– Я предупреждал о рисках. Если разозлишь Пейна, мало не покажется, – Какузу нехотя собрал всё обратно в печать, оставив на столе купленный мной флакончик. – И последнее – перечеркни свой протектор.

– Эээ… нафига?

– Акацуки – организация нукенинов. Обычный шиноби, не перечеркнувший своё прошлое, нам не подходит.

– Я не обычная, знаешь ли, – но, несмотря на сказанные слова, взяла пластину, что обыкновенно таскаю на поясе, и зачеркнула камон движением пальца. Старая добрая бритва Оками сгодилась и для подобной операции. В традициях шиноби кунай для такого испльзовать, но мне хватило и указательного пальчика, чтобы прочертить глубокую борозду.

– Слышь, Какузу-сан, а не хочешь ко мне в отдел продаж устроиться? У тебя явно талант. Спокойная работа в динамично развивающейся компании.

Какой же все-таки смех у этой образины неприятный. Так и передернуло всю, когда нукенин рассмеялся.

Глава 26

– Вернусь завтра в то же время, подготовь себя, – недовольно бросил Какузу и оставил мой офис.

А я что? А мне перешивать трофейный плащик, чтобы по размеру подошел и красить ноготочки. Как раз занятие для королевы и разрушительницы.

Очень далеко труп сунанина наш вахтер утащить не успел, вынес в заднюю комнату, чтобы потом в сумерках утопить, предварительно раздев. А вот все ценности присвоить успел. Это Страна Волн, тут клювом щелкать нельзя. Пусть его. Я добрая монархиня и не отбираю у подданных честно смародеренное. Хотя вышибала мне не подданный… пока.

Я еще наведу тут порядок, лет через десять. Империя Узушио будет расти! Это меня заносит. На самом деле много земли мне отжимать не с руки. На нищую страну из нескольких островков глаза еще в теории закроют. А вот на что-то большее – точняк нет, лучше и не пытаться с моими убогими ресурсами. Да и нафиг мне этот гемор сдался? Может быть, и тут просто даймё по-тихому прирежу, чтобы обеспечить сменяемость власти к кому-то не настолько жадному, кто даст местным бедолагам вздохнуть полной грудью. Ну и заодно бабло из честного бизнеса взятками тянуть прекратит.

В общем, забрала дождевик у мертвеца – даже без примерки видно, насколько он мне велик. Куча работы уйдет, дабы ушить. Причем надо так, чтобы на вырост. Мне же всего шестнадцать. Еще несколько лет буду расти понемногу. Ткань, надо признать, без базара клевая. Какой бы я аккуратной ни была, когда ублюдку башку сносила, воротник сильно забрызгало. Так вот, отряхнула – и как новенький, в стирку уже сдавать необходимости нет.

Не удержалась и таки примерила. Я все же девушка, хоть и не особо заморачиваюсь по поводу гардероба, но не хочу выглядеть уродиной. Как и ожидалось, рукава и полы чересчур длинные, но это же плащ, а не рубашка. Подвернуть и сколоть булавками, в качестве замены которых использовала сенбоны. Ну ничего так, сносно. Красные облака на плотной ткани с влагоотталкивающей пропиткой отлично гармонируют с цветом волос.

Собралась снять с руки перстень и запечатать его в фуин. И не смогла! Биджу! Люби меня все биджу по кругу! Здоровенная печатка, рассчитанная на взрослого мужика, плотно обхватила мой все еще почти детский по размерам пальчик и никак не желала слезать. Рванула что есть мочи, внутренне готовая, что сдирать придется с кожей и мясом. И ничего. Чуть палец себе не оторвала. Намертво вросло. Это че за срань?! Мне что теперь, придется с пальцем расстаться?! Решила, биджу, срубить бабла! Идиотка! Тупая беспечная дура! Надела, блин, колечко. Может быть, это мне кармическое воздаяние за то, как беспардонно отжала компанию у Гато? Уверена, Микки мне бы так и сказала.

Почему-то сильнее всего кольнул тот факт, что на этом же месте совсем другое кольцо обязано находиться. Скрепляющее семейные узы. А если попробовать прокрутить… Меня вдруг всю как слабенькой версией собственной пыточной техники прошибло. Типа, сигнал “не пытайся”? Гадство! Конечно же, я продолжила попытки. Боль – это всего лишь электрические сигналы в нервной системе. Я могу ими управлять. Умею. И вообще, достаточно отсечь нервные волокна… чтобы мне всю кисть парализовало.

Уселась на пол, где стояла, прямо в комнате с трупом и погрузилась в глубокий транс. Надо понять, что вообще происходит. Подобная паника со мной, пожалуй, впервые. Успокоиться и не пороть горячку. Отсечь безымянный палец я в любом случае успею. А затем снова пришить, после того, как избавлюсь от подарочка. Даже за помощью к наставнице или Шизуне не обязательно обращаться.

Продолжила наблюдать, погружаясь глубже и изучая детальнее. Всё оказалось куда хуже! Масштаба хвостатого ублюдка хуже. Эта мерзость, принявшая форму перстня, буквально начала врастать в мой организм, прицепляться тонкими энерговодами к нервным окончаниям, не пропуская ни единого. Что будет, если избавиться от пальца и снять… устройство? Только так его и можно назвать. Давай, идиотка, думай!

Так-то ясно, что передавать звук и изображение без воздействия на нервную систему невозможно. То есть подключение может быть продиктовано функциональной необходимостью? Наивная детская мысль. Это инструмент контроля. Вот откуда пришло погоняло главаря шайки. Подчиняйся или будет больно. Так? Хана ублюдку! Не на ту напал, мудила! Бог боли? Да? Как бы не так! Эти мужики – они вообще не в теме. Пусть родить для начала попытаются, а потом уже про страдания рассуждают. Я, правда, также пока не пробовала, но полностью уверена, что роды – это где-то в районе второй ступени пыточной техники. А может, и третьей.

Боль – это сигналы, а я королева сигналов и электрических импульсов. Захотелось шибануть в передатчик свом лучшим пыточным воздействием. Но сдержалась. Неизвестно, пойдет ли он. А козыри выдавать не стоит.

Это всё старый маразматик Ооноки-больше-не-сама меня подставил. “Соглашайся, Оками-тян, баблишка поднимешь”. И Шимура-никакой-не-сан недалеко от него ушел. Или они не вредители, а лохи, и не владеют всей полнотой информации? А может быть, оба знали, что на мне контроль не так уж и сработает? Плевать! Оба налюбщика мне ответят. Будут платить и каяться.

Вопрос – каков еще функционал перстенька? В нем маячок, позволяющий меня обнаруживать? Заряд взрывчатки для моего самоуничтожения? Через него будут пытаться влезть мне в мозги, внушая полную лояльность боссу? Жучок для прослушки? Если выяснить, как именно он обеспечивает связь на дальних расстояниях, то я, наверное, смогу его заглушить. Явно не банальные радиоволны, их бы я заметила. Я же энергетик, не могу пропустить настолько очевидные штуки, как и радиацию не проморгала. Какие-то квантовые эффекты? Не удивлюсь.

Закончив паниковать и мысленно вопить от ужаса, отправилась искать Шизуне. Пришло время каминг-аута. Пора всем друзьям и родным объяснить, насколько слабоумная у них королева, что сует пальцы куда ни попадя. Уж лучше бы сразу два в розетку, мне было бы не страшно.

Перед тем, как начать говорить, я таки отсекла нервные окончания в руке от остальной системы. Следующим шагом установила вокруг кисти с кольцом воздействие, заглушающее звуки. Если и сейчас прослушку не оборвала, то всё, хана, уберечься получится только ампутацией.

Кратко обрисовала ситуацию. Пересказала всем про собеседование в виде проекции. Про рыжего бога садомазо и его привлекательную помощницу. Про обещание дать проверочное задание и про намертво вросшее колечко.

Кацую передала что-то вроде сдавленного рыка. Это Фумито. Не ожидал он такой подставы.

– Ярость слепит воина, а спокойствие ведёт к истине, – изрек Миура, но как-то не услышала я в его словах обычной самурайской невозмутимости. Уверена, учитель и ученик вдвоем бы изрубили мудил, решивших на меня покуситься.

– Ублюдки! – рыкнула Цунаде. – Они не представляют, с кем связались!

– Скорее всего, представляют, – то, как быстро Фумито справился с собой и сумел продолжить разговор, делает ему честь.

– Мне кажется, они целенаправленно выискивают сильных шиноби, не находящихся под защитой великих стран. Не обязательно нукенинов, – поделилась мыслью Ши-тян.

– В таком случае, это было неизбежно. Сегодня или завтра. И другая моя ученица в группе риска, – мрачным тоном сделала вывод Цунаде.

– Наставница, вы про меня? – догадалась Чико.

– Именно так. Коноха считает тебя дезертиром и награду не снимала, несмотря на все договоренности. К тебе не пришли по двум причинам: отсутствие громкой славы – мало кто знает, насколько ты сильна, и то, что ты на Узушио. К Оками тоже, заметь, не спешили являться, пока она находилась на острове. Как бы Акацуки ни выпячивали себя, проклятие Узумаки пугает и их.

– А знаете, что самое поганое? – задала я вопрос. Ответом мне было дружное молчание. – Что рабам, контролируемым через боль, не обязательно платить! Я ввязалась в это, чтобы заработать для Узушио, а ни рье не получу. Ну, может быть, объедки какие-нибудь. И решать вопрос через ампутацию бесперспективно. Я стану для ублюдков первостепенной целью, той, что узнала их секреты и слиняла на сторону. Не подумайте, что зассала руку себе отрезать. Уверена, наставница влегкую пришьет мне донорскую и с отторжением тканей вопрос решится. Но это лечение симптомов, а не болезни.

– Убьем их всех, – решительно предложил мой благоверный.

– Обязательно. Мой любимый план, – с иронией сказала уже я. – Но не сразу. Я обещала кэпу Юки, что не сдохну. Мы шиноби. В той или иной степени. Сначала поймем, с кем связались. Соберем информацию. Поработаю на них немного.

– Меня пугает Какузу, я не уверена, что сладить с ним будет просто, – высказалась Шизуне. – А с их лидером, наверное, еще сложнее.

– Короче, никакая я с этого момента не Оками, – приняла я решение. – Королеве Узушио работать наемницей и быть на положении рабыни западло. Так что это другая девушка и волосы у нее не красные. И имя надо поменять, знаете ли. Как насчет Шини? В честь нашей деревни.

– Это не такая плохая идея, – поддержала меня Шизуне. – Репутация важна. Неизвестно, сколько и каких миссий придется выполнить до того, как получится освободиться.

– Вот ты упоролась на символизме, связанном со смертью. И это ненормально, когда у человека столько имен. Ты еще в розыск эту Шини объяви от лица Водоворота для достоверности, – прокомментировала Чи-тян.

Все же плохо я на ее лексикон повлияла. Нормальная культурная клановая куноичи была. А теперь быдло типа меня. И че не засмеялся больше никто, одна я заржала? Шикарно же подруга пошутила.

– Узнают в лицо и по важным приметам, – подсказала Шизуне, принявшая деловой вид. Особое ей спасибо за чувство такта. За то, что не полезла пытаться обследовать кисть.

– Покрашу волосы, скрою фуин на руках под бинтами, лицо спрячу за маской или куплю у барыги Какузу его мудацкую шляпу с колокольчиками.

– Бьякуго, – подсказала Цунаде.

– Буду носить протектор, как все нормальные люди, на лбу. Не, ну че вы, клевая же идея?

– У тебя фетиш на переодевания, – хихикнула Чико. Наверное, ее сейчас наставница чуть взглядом не прожгла, так как дурында заткнулась. А мне понравился ее юмор. Более честная позиция, чем всеобщее похоронное настроение.

– Короче. Не спешите меня кремировать. Вот она я, тут, живая. максимум однорукая, а это не конец света. Хотите, с Ито познакомлю? Он подтвердит, – легкий тон получился отнюдь не наигранным. Я взаправду ощутила эйфорию, приняв решение. Надеюсь, это не перстень мне мозги промывать начал, посылая сигналы смириться и получать удовольствие. Ну не! Я в ментальном плане дико устойчивая.

– Оками… я вернусь в Страну Волн через несколько дней. Мы пройдем это вместе, – начал Фумито и его слова подхватили остальные. Чико, Шизуне, Цунаде, Миура. Каждый по-своему изъявил желание встать со мной плечом к плечу. Глаза сами собой наполнились слезами.

– Знаете, я вас всех люблю, – призналась я. – Каждого по-своему. Фумито особенно сильно, но и остальных... И потому к биджу в зад идете вы все! Я умею контролировать боль и сопротивляться рабскому перстню, вы нет. И вы все мне нужны там, где находитесь. Оками теперь будешь ты, Ши-тян!

– Эээ… что? – не въехала Шизуне.

– Че слышала. Используй хенге, грим, всё что хочешь, и изображай меня, пока не вернусь. Любые посторонние обязаны быть уверены, будто Оками никуда не пропадала. Чи-тян, тренируйся терпеть боль.

– Не поняла, – не врубилась в сказанное и вторая соученица. Вот же дурында.

– Ты не готова сейчас сопротивляться перстню. Прими, как факт. Но я верю, что ты сильная и научишься. Я буду давать тебе уроки через Кацую. Боль – это просто сигналы в нервной системе, запомни как следует. Наставница, вы наверняка умеете сделать больно по-ирьенински. Тренируйте ее. Одна я не факт, что справлюсь. Вдвоем уже шансы будут, – не уверена, что ищу помощь по-настоящему, а не пытаюсь придумать им занятие, чтобы не скучали.

– Я пройду этот путь рядом с тобой, Оками, – иного заявления я от Фумито и не ожидала.

– Ты заменишь Юки-сана в качестве адмирала. Больше некому, – как можно увереннее заявила я. – И не грузись, не так и надолго мы разлучаемся. Кацую всегда даст нам пообщаться, а по возможности и видеться сможем.

Короче, успокоила своих как могла. Всех нагрузила выдутыми из пальца заданиями. Лишь бы не поперлись за мной и не попались в ту же ловушку. Цунаде, к примеру, невероятно лакомый кусочек для ублюдков.

Закончив убеждать взрослых, что все будет хорошо и наверняка никого не убедив, отыскала своего ученика. Дей занимался лепкой в отведенной ему под это дело комнате, этакой художественной студии. У Гато тут коллекция картин хранилась, жуткой мазни, которую кто-то абсолютно лишенный чувства прекрасного рисовал. Не удивлюсь, если сам бывший владелец здания. Он хоть и гаденький, но все же человек был, тоже нуждался в отдушине и хобби.

– Слышь, бро, – обратилась я к мелкому братишке. – Я тут в очень большое дерьмо после подставы от пары старых мудил вляпалась. Хотя и без них тоже в него угодила бы, наверное. Мне, чтобы это разгрести, придется мотаться по миру и кто знает, сколько времени. Для тебя задание есть. Береги тут Ши-тян. Она будет под хенге и гримом меня изображать. Назначаю тебя ее временным телохранителем.

Всякого от семилетнего сорванца ожидала. Вплоть до истерики. Но то, что он меня молча обнял, оказалось очень приятным. Да биджу! Я же не умирать собираюсь, а так, с несколькими мудилами, возомнившими себя типа крутыми рабовладельцами, разобраться. Или с одним? То-то помощница у него красотка. Вытащу и её, если не сильно во всяких мерзостях замазалась!

Остаток дня и часть утра потратила на то, чтобы стать другим человеком. Радикально изменила внешность. Мой итоговый образ – черные волосы, более длинные, чем я привыкла, но убранные в короткую косичку, которую пришлось научиться плести. Отпустила за имеющееся время, стимулировать рост умею. Перечеркнутый протектор с гербом Узушиогакуре на самом традиционном месте – на лбу. Перебрала целую кучу вариантов истории прежде, чем пришла к такой, наиболее примитивной.

Самые черные шмотки из имевшихся у меня в гардеробе. Штаны, рубаха, водолазка с длинными рукавами, закрывающими наколки на руках. Поверх всего этого плащ с подвернутыми полами. Черная подводка глаз, которые с таким акцентом кажутся янтарными, темно-фиолетовые ногти. Нижняя часть лица маской прикрыта. Вот ни разу не я! Еще и, пользуясь тонким контролем, от щек кровь чуть отогнала, сделав себя бледнее обычного. И как финальный штрих – у Ши-тян нашлись глазные капли, временно меняющие цвет радужки на красноватый. Хоть что-то ведь обязано с облаками на плаще по оттенку резонировать.

Сидя в таком образе на стуле охранника здания Негато на первом этаже и дождалась Какузу, когда он явился устроить мне сеанс связи. Внутри устаканилось особенное чувство. Спокойствие, как перед прыжком в пропасть, а также внезапное озорство.

– Добрый день, семпай, – поздоровалась я с нукенином. Поднялась и вежливо поклонилась. – Оками-сама просила передать, что она не принимает ваше приглашение. Я буду вместо нее. Перед вами Шини, злая сестра-близнец королевы Оками, бывший джонин Узушиогакуре, изгнанная с острова.

– Фарс! – раздраженно бросил отступник Водопада. – Хотя визуально облик подходящий.

– Кому фарс, а кому шанс сохранить доброе имя и возможность покупать в Конохе любимую лапшу, когда Шини объявят в розыск.

– Конечно, ведь куноичи твоего возраста и роста, не использующих печати, очень много.

– О чем вы, семпай? Шини использует печати и даже изобрела несколько своих. Шини гений, – чуть не вставила прилипчивое “знаете ли”, но удержалась.

– Разыгрывай любой спектакль, какой хочешь. Если Пейна он оскорбит, я наконец смогу тебя убить и забрать награду.

– Да какая там награда, семпай? – отмахнулась я. – За сестрицу Оками сегодня выдаст деньги только Скрытый Водопад, а вы с ним не ладите.

Даже пожалела, что его рожа сейчас под маской, очень похожей на мою, скрыта. Показалось, что жадного ублюдка слегонца перекосило. Вообще, как мне кажется, выдумать новую личность – неплохой психологический прием, позволяющий отвлечься от внезапных проблем. Если придется сделать что-то, что я обычная не особо одобряю, всегда найдется объяснение “это всё Шини”. Главное – не словить биполярку или раздвоение личности на этом. И чтобы “злая сестра-близнец” не победила.

Глава 27

Далее – по вчерашнему сценарию. Переговорка, разделение сознания. Моя проекция и Конан на соседнем со мной пальце уродливой скульптуры. Шини, как я решила, будет более предусмотрительной и потому сначала осмотрелась по сторонам, проверяя, кто еще тут. Никого, соратница Пейна пришла одна. И только проконтролировав обстановку и мысленно посетовав, что эхолокация тут не сработает, я вступила в беседу.

– Добрый день, Конан-сама, – поклонилась ей максимально вежливо. – Вы ждали сегодня сестренку Оками, но вместо нее пришла Шини. Очень рада с вами познакомиться. Надеюсь, мы подружимся. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

– Но… – на миг замешкалась синевласка.

– Да она это! – раздраженно высказался Какузу со своего дальнего пальца. – Дурацкий спектакль.

– Вы не заплатили ни рье, чтобы посмотреть его, Какузу-сан. В этом есть ваша выгода, не так ли? – отбрила я и пояснила уже для Конан. – Работа на Акацуки может непредсказуемым образом сказаться на репутации Оками. И Шини смотрится лучше, чем эта рыжая, в вашем фирменном плаще, не так ли?

Женщина окинула меня взглядом, остановившись на миг на подворотах, как мне показалось. Между прочим, очень функциональный элемент, как выяснилось. В них так удобно сенбоны, бумажные печати и взрывные фигурки братишки Дея прятать, что зря я ранее до подобного не додумалась.

– Вероятно, что Пейну-саме безразлично, как называют себя его подчиненные, пока они справляются с задачами, – холодно рассудила помощница самопровозглашенного бога, каковой даже в виде проекции прийти поленился. – Но учти, за ошибки Шини расплачиваться все равно будет Оками.

– Шини плевать на то, что станет с сестренкой Оками. Ваша с ней беседа не задалась и начать знакомство с чистого листа – хорошая идея. Не так ли?

Вот же это “Не так ли?” ко мне привязалось! Но, в общем-то, подходящая замена привычной присказке, позаимствованной у Кушины. Так-то я дерьмовая актриса, но на удивление легко маска злой ипостаси на меня легла. Возможно, потому, что нашла некоторый отклик где-то в подсознании, в генетически-энергетических воспоминаниях. Ну или оттого, что я на самом деле нифига не добрая, а только лишь притворяюсь, в первую очередь перед самой собой. Мне бы психолога, чтобы разобраться, но не завезли.

– Перестанем отвлекаться, – оборвала меня Конан. – Я позволила потратить время впустую потому, что еще один завербованный нами новичок и его временный семпай запаздывают. Они должны появиться с минуты на минуту.

Думаю, она специально подгадывала слова так, чтобы проекции еще двух человек появились одновременно с окончанием фразы. Дешевые понты.

Я чуть не зарычала, увидев полупрозрачного Орочимару, возникшего на мизинце правой руки. Змеиный ублюдок все так же бледен, строен и женоподобен. И подопечного себе под стать подобрал. Еще один метросексуал! Мужчина молод, не сильно старше Фумито, тонок в кости, но высок. До черноты загорелая кожа уроженца Страны Молний. Волосы светлые. Черты лица изящные, приняла бы за девушку, если бы через распахнутый плащ не просматривался вполне себе мускулистый мужской торс. Зачеркнутый протектор нукенина Скрытого Облака. Ну да, точно, бывший кумонин.

– Отрадно видеть знакомые лица, – появилась на роже саннина знакомая мне чуть хищная улыбочка. Именно с ней он на меня пялился, когда рассуждал о том, что вытянет все знания и техники до последней капли.

– Не думаю, что мы знакомы, Орочимару-сан. Вы сталкивались с моей сестрой Оками. Моё имя Шини, – опередила я его. Вот так вот первой представляться так-то хамство, но надо же сразу расставить все по своим местам. Биджу!

Какузу неодобрительно покачал головой. Походу, я его немного бешу.

– Это Наоми, еще один кандидат, – назвал коварный змей своего мальчика. – Здесь с нами Конан-сан, Какузу-сан и Шини-сан, – моё временное имя он с лёгкой издевкой назвал.

– Привет! – широко и дружелюбно улыбнулся горец, помахав мне и Конан ручкой. Если бы не узковатые плечи и андрогинное, нифига не мужественное, лицо, сочла бы его симпатичным. И имя еще, считай, женское. Какой-то немужик, люби его биджу!

– У вас еще появится время на знакомство, – перетянула на себя внимание помощница Пейна. – Послушайте, в чем будет заключаться ваше совместное задание.

Женщина старательно выдержала паузу, как бы позволяя новичкам прочувствовать торжественность момента. Позёрка.

– Вы отправитесь в Страну Воды. Там, в тени Киригакуре, обитает клан Кагуя. Их прирождённая жестокость и жажда войны известны далеко за пределами мест, где Кагуя кочуют. Вы убедите их ускорить своё решение напасть на Киригакуре и окажете клану любую поддержку, какая будет запрошена.

Все совершенно спокойным тоном, и без малейшей запинки. Как с бумажки прочитала.

– Они и так раздумывают над этим шагом, но колебания недопустимы. Если потребуется, сыграйте на их гордости, страхах или ненависти к мизукаге. Любые методы подойдут, если они приведут к цели.

Да это прямо подарок! У меня что, день рождения? Да нет, семнадцать мне только через полгода исполнится. Сомневаюсь, что какому-то там клану удастся серьезно отлюбить Ягуру, но хоть небольшой ему укол будет. Первый шаг к мести за Коху-сана. Как хорошо, что маску надела. Сейчас мой хищный оскал наверняка бы выдал все эмоции по поводу. Не овладела я еще самурайской техникой каменного лица. Может быть, это на моей ненависти к мизукаге тут сейчас играют?

– Какузу и Орочимару тоже участвуют? – уточнила я. Если получится еще и со змеиным ублюдком под шумок рассчитаться – вообще песня.

– Нет, у них будут свои миссии. Вы, новички, будете работать вместе. В случае гибели одного из вас, второй заберет кольцо погибшего.

– Уверен, мы с вами еще не раз поработаем вместе, Шини-сан, – со своей характерной улыбочкой рептилии сказал мне саннин.

– Остров Нагисима на периферии Страны Воды, там на данный момент находятся Кагуя, – продолжился инструктаж. – Вы претендуете на то, чтобы стать постоянными членами Акацуки, водить вас за ручку, как детей, не требуется. Сами найдете способ добраться. Помните, это совместная миссия, а не соревнование. Вам разрешено использовать технику астральной проекции для координации усилий, условьтесь о времени связи. Это всё, что Пейн-сама поручил вам передать.

– Шини будет приходить в полдень. Конан-сама, сестрица Оками наставляла меня не работать бесплатно. Сколько нам заплатят?

Какузу что-то заворчал себе под нос про то, что стажерам можно и не платить. Биджев скряга.

– Вы получите по двести тысяч рье. Больше, чем может рассчитывать за миссию опытный джонин одной из скрытых деревень великих стран.

Вот и “миллионные заработки” подоспели. Спасибо за возможность поднять бабла, старый хрен Ооноки, согни тебя радикулит! Несчастные двести кусков за развязывание войны и вероятное участие в ней. Это даже не серьезно! Не знаю, что за выверт сознания, но именно жмотство Акацуки возмутило меня сильнее, чем попытка взять под контроль через вцепившееся мертвой хваткой колечко.

– Ого! Большие деньги! Спасибо огромное, я не подведу вас! – раскланялся Наоми, после чего меня к нему что-то вроде симпатии кольнуло. Уважаю сарказм. Хотя, может быть, я и не права. Двести кусков для обыкновенного шиноби, пусть и в звании джонина это будет что-то вроде заработка за год, если не больше. А тут всего одна миссия и двум аколитам, только вступившим на пути боли.

– А сейчас попрошу новичков удалиться, Пейн-сама велел кое-что передать вашим семпаям.

Так я и сделала. Вышла из транса и тут же распечатала проклятый танто, направив излучение от него в паховую область неподвижного Какузу. Лечим излишки жадности лучевой терапией! Этот жмотяра у меня еще кровавым поносом умоется! Затащил невинную разрушительницу деревень в мутную шоблу. Целых пятнадцать минут его прожаривала. Нормальному человеку импотенция уже гарантирована. Но тут явно не тот случай. Уроду за восемьдесят, а он в отличной форме, судя по всему.

– Шини не убила вас, Какузу-семпай, хотя имела такую возможность, – заявила я.

– Если бы ты попыталась, то была бы еще глупее, чем стараешься показаться. Я не могу умереть.

– Может быть, покажете Шини свою силу? Как насчет спарринга? И у Шини к вам еще одна просьба. Сестрица Оками коллекционирует автографы. Можно взять ваш для нее? Сестренка будет в восторге, если Шини соберет подписи всех членов Акацуки.

– Спарринг со слабыми не имеет смысла. Если только не за деньги. Сто тысяч за тренировку. И еще сто тысяч рье за автограф.

– То есть вы хотите за росчерк кисти и спарринг получить деньги, ради которых Шини придется выполнить опасную миссию? Не годится.

– В этом и есть разница между нами. Моё время стоит дорого.

Да и люби его биджу! Торговаться… чуть было мысленно не ляпнула, что ниже моего достоинства, но нет, попросту не по дипломатическим силам.

– Шини купит автограф за пять тысяч, если в нагрузку пойдет комплект взрывных печатей, а спарринг Какузу-сан может провести с каким-нибудь биджу, или даже более тесно пообщаться, – раздраженно бросила я. – Нет? Значит, Какузу-сану не так и нужны эти деньги.

В нечеловеческих зеленых с алым глазах нукенина я увидела битву жадности и еще большей жадности. С одной стороны, ему явно хочется загнать мне печати за неадекватную стоимость. С другой – хочет налюбить на двести косых.

В эпическом сражении, какое для меня заняло доли секунды, а в мысленном диалоге отступника Водопада, вероятно, растянулось на века, победила жадность приземленная. Пять тысяч рье – это не так и мало. Полугодовой заработок обычного работяги. Или месячный команды генинов, выполняющих простые миссии. Хотят тут я не уверена, что верно в расценках за низшие ранги заданий ориентируюсь.

Какузу взял с переговорного стола лист бумаги, карандаш и оставил размашистую подпись в виде трех иероглифов слоговой азбуки Ка-ку-зу. Я сунула руку в карман штанов и достала ровно запрошенную сумму. Любую смогу. Весь смысл фокуса в том, что там у меня дырка, а под ней бедро с фуин хранения, выступающей в роли кошелька.

Нукенина явно трюк заинтересовал, как и все, связанное с баблишком. Ну а я получила очередную идиотскую подпись в свою коллекцию. Их я тоже соберу всех!

Пока я торжествовала, бывший водопадовец оставил на столе хилую стопку печатей и ушел. Стопудово не доложил несколько. Ну да, всего десять штук, вместо двадцати двух. Еще один налюбщик!

Ну а дальше что? Начала собираться в дорогу. Заблокировала кольцу окружающие звуки и выключила руку, после чего еще раз повидалась со всеми своими, кто рядом. Долго наставляла братишку Дея заботиться о безопасности Ши-тян. Отговаривала Чико срываться с места и присоединяться к походу. Убеждала наставницу, что я буду осмотрительной, не будучи особо уверена в том сама. Ворковала с Фумито. Ну и заодно узнала у моего адмирала, что за мудацкий остров такой и как до него добираться. Так-то у владелицы судоходной компании морских карт хоть попой кушай, но мне было приятнее с определенным человеком пообщаться, чем с равнодушной к моим чувствам бумагой.

Приняла пару цитат из кодекса от Миуры. Выслушала гневный спич от Марин, которая, как мне показалось, под градусом. Надеюсь, что именно показалось, у них же с Коху ребенок намечался. Но тут Цунаде проследит, чтобы не загубила плод. Материлась Узумаки, впрочем, не в мой адрес, а на Ягуру и тут я ее поддерживаю целиком.

Ну а затем… Каноно подошел срок рожать. Вот так, в прямом эфире началось, посреди разговора о том, что она рада, как наши с ее сыном отношения развиваются. Я попросила Кацую известить меня, когда всё закончится. Чего-чего, а боли мне и так в последнее время с избытком перепало. Цунаде не сплоховала и через десять минут мне сообщили, что у Каноно и Миуры сын, еще один мой мелкий братишка. Ну, точнее, братик по крови он для Фумито, но всё одно мы одна семья. Назвали мелкого “Масанори”, то есть “справедливый и правильный”, и вышел он весь в папку. То есть крупный и лысый.

Короче. На Узушио все хорошо. В Стране Волн всё неплохо. И только Оками всем жизнь испортила, вляпавшись в дурную компанию. Но это мы будем исправлять.

Подробно описывать то, как я добиралась до острова, где мне назначили встречу, нет смысла. Плавание на одном из судов Негато, затем на совершенно левом пассажирском корабле, идущем в нужную сторону, и длинная пробежка между несколькими близлежащими островами – как-то так. Большую часть дороги я общалась со всеми подряд и обо всем. Уроки с братишкой, болтовня с подругами и особенно с Фумито, занятия с наставницей, решительно нацеленной поставить мне таки технику божественной регенерации, чтобы я стала настолько же крепкой, как и она. Я и не против.

В числе прочего я сбором информации озаботилась. Спросила у всех и каждого, что они знают о клане Кагуя, в результате чего получила отборную пропаганду о кровожадных берсерках, атакующих любого встречного. Упоротых неадекватов, которые дерутся потому что жарко, холодно, темно, светло, ветрено, штиль и наконец потому, что хочется.

– Я никогда не встречала кого-то из Кагуя лично, – рассказывала Цунаде. – И, возможно, к лучшему. Но в курсе некоторых их особенностей. Во-первых, это очень древний клан, не менее старый, чем Сенджу, Узумаки или Учиха. Они обладают до крайности интересным кеккей-генкай, позволяющим управлять ростом собственных костей.

– Чтобы получить инвалидов с деформированным скелетом? – не въехала я.

– Нет, рост костей в любом направлении и управляемой форме. Представь что из тела твоего противника внезапно и очень быстро вырастают костяные шипы. Кагуя не нуждаются в кузнецах, так как выращивают оружие и броню из собственных костей. Кроме того, они нечувствительны к боли и обладают особой структурой тканей, позволяющей выпускать кости наружу. Самой интересно узнать, как именно. Орочимару однажды поделился, что очень хочет исследовать кого-нибудь из клана и посетовал, что нет образцов их генома.

– Так вот почему они настолько не нравятся Пейну, – хихикнула я. – Биджев садист никак не может простить им игнорирование боли. Извини, наставница, это шутка. Инфа про геном реально полезная. А в мирной жизни они им пользовались? Ну там, представь, белый город из костей. Шикарно бы вышло.

– Ну у тебя и фантазия, Оками, – тихонько рассмеялась Цунаде-химе. Красивый у нее смех. Я рада, что последние события не смогли сломать наставницу. И рада, что она зовет меня по имени, как и остальные. Шини – это всего лишь удобная маска. – Гигантскими запасами чакры пользователи шикоцумьяку никогда не отличались, то есть город не осилят. Как и страстью к созиданию. По одной известной мне версии, нечувствительность к боли лишила Кагуя очень важной части психики – страха. Именно потому о них говорят как о варварах, бросающихся в бой, не щадя ни себя, ни других. Также надо учесть, что в полной мере геном проявляется у очень редких членов клана.

– Но все равно. Представь, что я привезла одного такого с собой на Узушио и он нам всем костяную посуду забацал, – снова развеселила Цунаде. Это хорошо.

– Я слышал, что воины Кагуя устраивают жестокие ритуальные бои, чтобы развлечься. Даже если они одерживают победу, продолжают сражаться друг с другом, пока не останется только один выживший, – поделился своей историей о клане Фумито.

– Я читал в хрониках, что самурай Татибана Кейсуке сразил трех Кагуя, что бросались на его меч, как дикие звери, – это уже молодой отец Миура поведал. – Дело было больше пятидесяти лет назад и после той битвы Татибана-сан полностью поседел.

Сашими, главный в тройке моих бывших кирининов поделился мистической байкой, гуляющей в Стране Воды.

– Люди, убитые Кагуя, не могут обрести покой. Их души запираются в костях, которые Кагуя носят как украшения. Эти духи обречены страдать в вечных муках, пока их не освободят, разрушив вместилище, – рассказал пацанчик. Хотя что там, уже юноша. Он же примерно мой ровесник.

Вот как-то так. Но, думаю, будь они все сплошь агрессивными неадекватами, давно бы вымерли. Хотя для поставленной Пейном цели воинственность работает только лишь в плюс.

С подобными мыслями и сошла на песок искомого острова. Где-то тут меня сначала напарник поджидает, а далее и якобы дикарский клан.

Глава 28

Да-да, именно поджидает. Неизвестно каким способом Наоми, вот же имечко, меня опередил и как далеко он находился от цели изначально – непонятно. Может быть, уже где-то тут на теплом пляже, покрытом черным вулканическим песком, валялся. Но вот факт. Пару дней назад, когда я ненадолго провалилась в медитацию в условленное для встреч время, голограмма парня уже находилась в пещере.

– Доброго вам денечка, Шини-сан, – расплылся в той же чистой, как слезинка младенца, улыбочке дезертир из Облака. – Мы с вами не сверили часы, поэтому я взял на себя смелость прибыть немного раньше и подождать вас. У меня радостная новость. Я уже на острове, нашел клан Кагуя и понаблюдал за ними. Милейшие люди. Сами увидите. Буду ждать вас на южной оконечности. Вам понравится тамошняя природа, вы же явно любите всё черное. Пока-пока!

Договорив, наемник исчез. Хоть бы полслова вставить мне позволил, биджев болтун. И вот, выхожу я на берег. Магматическй песочек приятно хрустит под ногами и на самом деле красиво смотрится. Так-то пляжный отдых не совсем по мне, но так и потянуло искупнуться, чего я делать не стала, так как навстречу со стороны пальмовой рощицы мне уже выдвинулась долговязая фигура Наоми. Биджу, надо бы ему погоняло придумать, слишком по-женски имя звучит. Причем с отличающимся всего на одну букву “Наоки” у меня проблем ни разу не было. Может быть, потому, что знакома с мелким едва ли не с момента его рождения.

– Шини-сан! Как же я рад, что наконец-то вас дождался, – дружелюбная открытая улыбка парня подкупала. Как и то, что он не стал в тропиках носить дурацкий плащ и одет в обычную жилетку шиноби Облака, оставляющую открытой вполне себе рельефные руки и мускулистый пресс. Я тоже свой трофейный дождевик в печать припрятала. Будет нужно – надену.

– Шини пришла вовремя, – ледяным тоном отчеканила я.

– Наверное, у вас был путь, полный трудностей и опасностей, не то что мне из Страны Рек, которая тут буквально рукой подать. Я, как ваш семпай, уже начал беспокоиться за вас, Шини-сан. Орочимару-сама и Пейн-сама наверняка будут недовольны мной, если с вами что-то случится.

– Пейн-сама разве назначил тебя старшим, Наоми-кун? – тяжело изобразить удивление одними лишь бровями, которые у меня не особо-то и выразительные, но я постаралась.

– Ну как же, вам около двадцати, насколько могу оценивать по внешнему облику, а мне двадцать два. Я старше вас по возрасту и я мужчина, всё очевидно. Не переживай, Шини-тян, семпай позаботиться о тебе, – и сально так подмигнул в лучших традициях Ская.

Они что, почти все там в Стране Молний озабоченные? Ни Би-сама, ни йондайме Эй мне таковыми не показались. Хотя то, что он к моему реальному возрасту несколько лет добавил, биджу, приятно. Наверное, это из-за обтягивающей водолазки, которая подчеркивает то, что фигура у меня сейчас отнюдь не мальчишеская.

Перемигиваниями парень не ограничился. Попытался встать рядом и приобнять меня, как свою собственность. Вот же он наглый! И быстрый! Не уровня Минато, конечно, но только стоял напротив – а вот уже рядом и руку мне на плечо кладет. А второй за задницу лапает.

Первым порывом стало выкрутить конечность на болевой, но не успею, пожалуй. Ублюдок быстрый. Успеет отдернуть. Шибанула его пыточным импульсом сразу второй ступени. Гато после аналогичного чувств лишился, но подготовленный шиноби – это не гражданский. Его внутреннюю энергетику попробуй передави. Думаю, он на уровень ниже технику прочувствовал, чем если бы на обычном человеке практиковалась.

Наоми дернулся убрать руки, но я придержала его телекинезом, продлевая легкую пытку. Ну а что он при этом меня лапает – так от Шини не убудет, удовольствия-то парень не получает. Если не мазохист. Но скорее всего, нет.

– Хва… хва… хватит, – не сразу сумел выговорить Наоми, переборов-таки боль настолько, чтобы обрести подобие дара речи.

Я прекратила и отпустила. Я же не садистка. Нукенин тут же убрал грабли и отступил на пару шагов. Но испуганным и сломленным мне не показался.

– Это было больнее, чем от кольца Пейна-самы, – сдавленно произнес горец.

– Безусловно, – самым равнодушным и серьезным тоном, заимствованным у Миуры подтвердила я. – Это было касание Шинигами, супруга Шини. Если слышал сплетни, которые ходят об Узушио, то знай – они лгут. У бога смерти нет никакого гарема, только Шини.

Кацую на моих словах мелко задергалась, передавая чей-то смех. Возможно, свой собственный. Хотя нет. Королева слизней слишком интеллигентная особа, чтобы так запросто хохотать. Скорее всего она передает реакцию Фумито, как бы получившего повышение до божественного уровня. Сейчас главное – самой не заржать дикой кобылицей.

– Начнем знакомство с чистого листа? Обещаю, не буду приставать, – вскинул руки в примирительном жесте Наоми. Как-то слишком поспешно. Сомневаюсь, что прожарка болевыми импульсами настолько его сломила. Скорее, решил парниша поменять тактику. Не станет удивительным, если и подкаты с его стороны были этакой стратегией выживания. Если он не идиот, то уже сообразил, в какое дерьмо вляпался. Поиск союзников в данном случае логичен. Любыми способами. Ну или я реально в самое сердце горца поразила. Скорее всего, это не так. Но какой девушке не хочется, чтобы ее красотой восторженные поклонники восхищались?

– Шини из Узушио, – протянула я ему ладонь. Вообще, что у шиноби, что у гражданских больше в ходу традиционные поклоны, но и рукопожатия также используются. Больше при заключении сделок, чем при знакомстве. Но у нас же как раз соглашение? В том смысле, что забыть приставания и боль и начать общаться, как будто ничего не было.

К чести Наоми, он не зассал и протянул мне уже свою ладонь. Кто-то другой, вероятно, постремался бы прикасаться к девушке, причиняющей при контакте сильную боль. А тут молодец. Хороший парень. Не мой тип ни разу, но Чико или Шизуне в виде кавалера подойдет. Если сама его не прикончу. При соприкосновении рук едва удержалась, чтобы не пощекотать будущего напарника совсем слабым разрядом. Шини девушка серьезная, ей не до глупых шуточек. Ну разве что иногда. Секунд десять развлекались тем, что давили друг другу кисти. Ничья! По сравнению с Миурой или Цунаде не котируется кумонин по физической силе. А мне скорее в плюс можно зачесть.

– Все же стоит познакомиться поближе, – изрек парень, опустив рукопожатие. Прежде, чем я переломала ему ноги, успел дал пояснение своей идее. – Нам работать вместе. Нужно представлять возможности друг друга и понимать, что от партнера ожидать.

И это было логичным предложением. Познакомились. О прошлом я наотрез говорить отказалась. Типа секрет. Хотя Наоми, если не совсем тупой, понял, что между “легендарной разрушительницей Оками” и супругой бога смерти Шини” стоит ставить знак равенства. Еще и Орочимару ему наверняка насчет меня пояснил. Про свои возможности я кратко сказала “сильнее, чем ты думаешь”.

В историю же моего напарника, рассказанную им самим, я поверила ладно, если наполовину. Бесклановый гений был на хорошем счету в Кумо и неплохо проявил себя в недавней войне с Конохой. Ему пророчили большое будущее, но слабость к женскому полу сыграла дурную шутку. Огулял Наоми супружницу одного из старших джонинов, у которого проблемы в постели начались. Я даже уточнила, у какого именно и подозрения мои подтвердились. Ну да, мой старый знакомец Кумосо Рейкай, люби его Шинигами. Измена неминуемо всплыла, и один из главных шиноби Облака слил молодого конкурента, сделал ему подставу, о подробностях каковой кумонин умолчал, причем безальтернативно предполагающую дезертирство куда подальше. Ну а там его и вербанул змеиный саннин по заданию Акацуки.

– Пока о вступлении ничуть не пожалел, – с привычной улыбочкой делился парень. – Столько волнительных моментов, столько новых знакомств! Орочимару-сама произвел на меня неизгладимое впечатление. А теперь у меня в напарниках сестра самой разрушительницы деревень! Это ведь правда, что Оками-сан уничтожила Коноху?

– Шини там не было, – продолжила я никому не нужный спектакль. Притворяться – значит притворяться. Всерьез, без попущений. И так режим маскировки здорово по пути нарушила, общаясь с близкими от своего собственного имени, а не маски.

– Поговорим о нашей миссии? – наконец-то добрался до важного Наоми, моментально превратившись из расхлябанного повесы в серьезного и сосредоточенного профи. Такой он, скорее всего, и есть. Не только мне пришла в голову идея укрыться за маской. – Клан Кагуя обосновался в центре острова, неподалеку от старого, давно уснувшего вулкана, где и устроен их лагерь.

– Ты говорил, что уже наблюдал за клановыми, – поддержала я деловой тон.

– Это было просто. Они… странные, очень невнимательные для шиноби, почти как гражданские. Временами впечатление пьяных производят.

Наоми продолжил рассказ. Разведчиком он показал себя отличным. С его слов. Бродил по лагерю, почти как у себя дома, оставшись незамеченным. Пересчитал противников, то есть, союзников. Изучил их быт. Все воины клана Кагуя оказались мужчинами. Очень бледными, физически крепкими, крупными, проводящими время в междоусобных стычках и только чудом удерживающимися от большой резни между своими. Шестьдесят два бойца. Женщины на положении едва ли не рабынь, что парня напоказ возмутило. А может, и реально негодует. Детей на удивление мало, причем все под женским присмотром, мужчины ими не занимаются. Никаких костяных дворцов, только лишь временный палаточный лагерь. Да что там дворцы, даже костяных клинков ни у кого шпион не увидел. Обычными кунаями все вооружены. Откровенно странная картина.

– А еще Кагуя очень много улыбаются. Как будто скулы свело и не могут прекратить скалиться. Особенно проявляется перед их стычками и после них, – закончил пересказ наблюдений Наоми.

Да они упоровшиеся наркоши! Нечувствительность к боли, немотивированная агрессия, ничем не обоснованное веселье. Вот прям ожидаемая клиническая картина от приема всяких веществ, вызывающих привыкание. Ох, где же ты, Коху-сан? Ты бы этих обдолбышей развел, как детишек. Они бы радостно и в припрыжку у тебя на Ягуру нападать побежали.

– Шини думает, что их будет достаточно немного подтолкнуть, – выложила я одну из домашних заготовок, придуманных еще в пути из расчета под образ дикарей, нарисованных пропагандой. – Фальшивое письмо от мизукаге, где тот требует подчинения и Кагуя, если они и правда настолько не в себе, решат ускорить нападение. Шини видела личную печать Ягуры, – один лишь бог смерти знает, каких усилий мне стоило не поименовать лидера Кровавого Тумана ублюдком. Но это же Оками постоянно несколько любимых ругательств использует. А Шини вежливая и вообще почти не быдло.

– Простенько, но имеет шансы сработать, – оценил Наоми. Ответила на его реплику высокомерным, насколько смогла, взглядом. Чай, не голоногая крестьянка, а супруга бога смерти, считай, что и сама богиня. Но лучше в эту сторону не думать, чтобы не начать глупо хихикать и беспричинно лыбиться, как члены клана Кагуя.

Текст послания напарник написал сам, окончательно доказав тем, что совсем не такой придурок, каким пытался казаться при первом знакомстве. Хотя насчет его намерений, приведших к подкатам, возможны разные варианты.

Клану Кагуя

От имени Скрытого Тумана и в соответствии с моим положением йондайме Мизукаге я, Каратачи Ягура, объявляю следующее:

Вы, Кагуя, должны прекратить играть роль мятежников и дикарей в пределах Страны Воды. Ваша сила и ярость полезны лишь тогда, когда они направлены на служение Туману. В противном случае вы являетесь угрозой порядку и стабильности, установленным моей властью.

С этого дня вы обязаны полностью подчиняться моим приказам. Ваш клан переходит под прямой контроль Скрытого Тумана. Любые попытки сопротивления или уклонения от выполнения моих распоряжений будут восприняты как акт открытого мятежа и наказаны соответствующим образом.

Все взрослые члены вашего клана обязаны вступить в регулярные войска Скрытого Тумана и следовать моим указаниям.

Любой, кто осмелится оспорить это решение, будет уничтожен без всякой жалости.

Помните: я ценю силу, но только когда она находится под контролем. Вы либо станете полезным инструментом, либо встретите свою судьбу на поле боя.

Выбор за вами.

Каратачи Ягура, йондайме Мизукаге

Я бы на такое и сама возбудилась, замени в тексте “Кагуя” на “Узушио”. Одобрила, короче, и припечатала кровавым оттиском. Вырезала бритвой Оками у себя на ладони и приложила к листку, предварительно испытав на чистой бумажке. Ничего так, аутентично получилось. Хотя попадись тут судебный эксперт, взявшийся сравнивать с оригиналом, наверняка нашел бы, к чему придраться. Но упоровшиеся нарики не станут. Не так ли?

Доставлять взялась сама. Наоми слишком смуглокожий и блондинистый, чтобы сойти за уроженца Страны Воды. Да у него буквально на лице написано, что из гор Страны Молний приперся. А вот Шини бледненькая, особенно на фоне окрашенных в черный цвет волос. Протектор Кири взяла тот же, какой использовала при похищении Фуоки у водопадников. В любом случае так себе улика, никто по ней меня не опознает, а образ дополняет.

Письмо в свиток, запечатать воском, выдавить камон Тумана и сойдет. К подножию спящего вулкана, где разбил свой лагерь дикий клан, выходила с гордо поднятой головой. Интересно, будет ли миссия считаться проваленной, если они тут на меня сейчас наедут и придется всех под ноль вырезать? Хотя, наверное, себя переоцениваю. Все-таки их шестьдесят два и репутация у них, как у сильных бойцов. Не факт, что вывезу, какой бы крутой разрушительницей ни числилась. Но вот сбежать смогу гарантированно.

Лагерь Кагуя – хаотично организованный палаточный городок. Кто где хотел, тот там свой шатер и ставил. Обосновались нарики у небольшого озерца, ставшего им источником питьевой воды. Охраны никакой. Из слов напарника знала, что лидер живет в дальнем конце, возле пещеры, где у них хранятся запасы.

И только в тот момент, когда прошла временное селение до половины, на меня кто-то обратил внимание.

– Эй, ребят, тут какая-то чужая баба, со знаком Кири на лбу! – громогласно проговорил нависший надо мной бледнокожий амбал с крайне дебильной прической – волосы собраны в пучки по бокам головы, а по центру зигзагообразный пробор. Уродство. Плюс рожа, не обезображенная интеллектом, и характерные для нарика глаза со зрачками, сжатыми в точку. На лбу не то наколка, не то пигментные пятна – два серых кругляша, похожие на еще одну пару гляделок.

Очень быстро к первому воину добавились еще трое. Такие же крупные и бледные. Прямо окружили меня. Читала я тут литературное порно, которое начиналось примерно так же. Не авторства Джи, нет. У того в сюжетах всё обязательно добровольно, по полному согласию и взаимной страсти.

– Перед вами не баба, а шиноби Киригакуре! – постаралась ответить погромче. – У меня послание от мизукаге Ягуры-самы для лидера клана!

– Ну если от самого мизукаге, – рассмеялся один из мужчин. – Слышите, ребят, сам Ягура-тян нам пишет.

Да вокруг меня целая толпа собралась. Уже больше десятка точно и все постоянно хихикают.

– Пусть глава клана решает! – выкрикнул кто-то кто поумнее. Смешки постепенно начали стихать, походу, массовая оргия откладывается. Ну, не очень-то и хотелось! Этих ублюдков болевым шоком было бы не отпугнуть, как понимаю.

В плотном кольце сопровождающих, похожих друг на друга, как биджевы клоны, я дошла до ярко-алого шатра, одним краем упирающегося в гору. Внутрь огромной палатки меня чуть ли не втолкнули. Хорошо еще, что под зад не пнули.

Проявив видимость уважения, но не страха, протянула двумя руками свиток с “письмом от Ягуры” очередному широкоплечему здоровяку с крупными чертами лица и странной прической.

Мужчина показал, что как минимум чтению он обучен, причем вполне себе беглому. Распаковал, пробежался взглядом и чуть глаза кровью не налились. Это было реально просто! Осталось только выжить и не прикончить при этом ударный кулак клана, что атакует Скрытый Туман.

– Куноичи киригакуре, значит, – уставились на меня поросячьи глазки главы клана. – Ты узришь наш триумф. Увидишь горящие руины твоей деревни. Кагуя покажут Туману, что нашу ярость невозможно остановить. А потом… – взгляд задержался на изгибах моей фигуры. – Станешь наложницей. В клетку кирининку! Мы идем брать своё!

Глава 29

Сопротивляться я не стала. Прямо сейчас насиловать не собираются – значит, можно и потерпеть. Ну облапили пару раз, пока обыскивали, ничего прям катастрофичного. Забрали всё оружие. Лицевую маску, пояс, ботинки, подсумки. Попытались кольцо с пальца сорвать, но не смогли и забили. Решили, что калечить будущую наложницу самого главного не стоит. Поразительное здравомыслие! Руки прочно связали, что было бы некоторой проблемой стандартному ниндзя, но не мне.

Энергосистема у тех, кто меня щупал, кстати, крепкая, но не сказать, чтобы рекордно мощная. У половины знакомых мне джонинов получше будет. Что уж говорить о реальных монстрах типа Ооноки-самы, Хирузена и любого джинчуурики.

Хорошо хоть бинт, прикрывающий грудь, сорвать не попробовали, а то бы миниатюрную Кацую нашли и раздавили. Ну, точнее, нашли и сдохли бы. Я призыв наставницы никому обижать не позволю, несмотря на то, что у Королевы Слизней таких мелких тел чуть ли не бесконечно много.

Почему не стала брыкаться? Ну так сбежать всегда успею, а снижать боевой потенциал “союзничков” мне сейчас не с руки. Им еще Ягуру потрепать надо, хотя как-то есть объективные сомнения в том, что толпа варваров найдет оружие против носителя биджу.

Клетку мне определили в той самой пещере, где клан припасы по разведанной Наоми информации хранит. Темно, тесно. Но хоть сосед есть. Здесь имелись две двери, сделанные из деревянных прутков. Да нормальному взрослому шиноби такую высадить на один пинок. Но обдолбыши про то не задумались. Так вот – в соседней камере обнаружился грязный и оборванный светловолосый ребенок, присутствие какового вызвало у меня желание пойти и таки вырезать всех этих деградантов. Светом заключенных Кагуя не баловали, так что техникой ночного зрения пришлось воспользоваться, чтобы мелкого рассмотреть. Или это девочка? Лет семь, примерно как братишке Дею. Волосы как бы не длиннее моих, до того как косу отпустила, но это, быть может, о сроке заключения говорит. Пока малой-малая спит, прислонившись спиной к стенке, а рядом с ним-ней на полу ножик валяется. Белый такой, походу, костяной, размером с кунай.

Уже привычно воспользовалась техникой разделения сознания и скользнула в транс. В пещере с дебильной статуей уже дожидалась проекция Наоми, а также совершенно внезапно и полупрозрачный Орочимару. Мужчины беседовали, мое появление оборвало саннина на полуслове.

– …ном, – договорил змеиный ублюдок.

– Шини приветствует вас, Орочимару-сан, – для вежливого поклона пришлось сделать над собой усилие.

– Шини очень обяжет меня, если передаст Оками мои сожаления о том, как прошла наша с ней прошлая встреча, – скрывать сарказм гениальный мудила и не пытался.

– Вероятно, Орочимару-сан сожалеет, что не сумел разложить сестрицу Оками на лабораторном столе, не так ли? – в этой игре и вдвоем можно принимать участие.

– Нет, что не имел возможности объяснить, что действовал по приказу.

– Стойте-стойте! Мы же на одной стороне! – воскликнул выкинутый из беседы Наоми – Шини-сан, расскажи, удалось ли передать послание. Где ты сейчас? Кагуя на тебя не напали?

– Шини в плену, глава клана так проникся красотой Шини, что захотел сделать любимой наложницей. Но письмо от мизукаге оценено по достоинству. У Наоми-сана талант дипломата.

– А ты и правда ничего так без маски. Слухи не врали про остров красавиц.

Не стала обращать внимания на бабника, тем более, притворяющегося. Не, так-то я без базара симпотная, зеркало не обманет. Но не настолько, чтобы мужиков наповал одной улыбкой валить.

– Приятно было повидаться, Шини-сан. До скорой встречи, – и проекция Орочимару исчезла.

– И что же он хотел? – последовал вопрос с моей стороны.

– Помочь нам. Орочимару-сама сказал, что испытывает чувство вины за ваш конфликт и предложил помощь с нашей миссией. Я не успел ни согласиться, ни отказаться.

Очень хотелось обложить их обоих последними словами и направить к биджу под хвосты. К определенному, к тому, который внутри Ягуры заперт. Ага-ага, верю-верю, бескорыстный саннин решил так запросто помочь ученице бывшей сокомандницы. А то, что ему геном Кагуя интересен, согласно информации от наставницы, так то мелочи. Ну, приму к сведению.

Договорились о месте встречи, где парень будет меня поджидать, если все-таки сбегу. На этом всё, больше ничего нового мы с партнером друг другу не сказали. Разве что он сообщил мне про то, что со стороны в стойбище клана стала заметна движуха и отвесил мне еще несколько прямолинейных, но почему-то все равно приятных комплиментов. Решил, что если нахрапом не получилось, то сработает тактика долгой осады? А в Шинигами, конечно, не поверил. Нужно быть полным кретином, чтобы принять шутку за чистую монету.

Пока находилась на совещании, ребенок из камеры напротив проснулся, подобрал кинжал и начал стучать им по стене. Не наобум, а осмысленно. Вгляделась в темноту, используя ночное зрение. Он выдолбил контуры человеческого лица. Еще один скульптор, типа братишки Дея. Захотелось схватить дитё и убраться к себе на Узушио. Рациональная и холодная сука Шини запротестовала. Не за мальцом я тут, а ради мести ублюдку.

– Эй, ты мальчик или девочка? – спросила я, пододвинувшись поближе к решетке камеры.

Ребенок вздрогнул. Как будто совершенно не ожидал услышать тут человеческую речь. Медленно повернулся ко мне, сделал шаг вплотную к своей решетке. Камера у него крошечная, еще меньше моей.

– Кимимаро мальчик… наверное, – так нерешительно прозвучало, будто он и сам сомневается. Ох, какая злость меня взяла. Сама не знаю, как удержала себя от того, чтобы разломать решетки в труху и устроить небольшую резню. Нет, большую! Дети – это больная тема для меня, почему-то. Как только вижу, что их гнобят, начинает люто играть инстинкт “защищай детеныша”, имеющийся у большей части млекопитающих. “Оками – спасительница детей”, люби меня биджу.

– Почему тебя держат в клетке? – продолжила я допрос.

– Потому что... я монстр, – наполовину утверждение, наполовину вопрос. – Так они говорят.

– Кто они? Что за тупорылые ублюдки? – маска Шини считай что рассыпалась окончательно. Ей не свойственно вот так вот рычать в приступе праведного гнева. Хотелось крушить, ломать и показать обдолбанным животным, кто такая разрушительница деревень.

– Мой клан, – равнодушным тоном прозвучал ответ, полностью бесстрастный. Шикарный ученик для Миуры получился бы. Может быть, еще получится. – Они боятся того, что я делаю. Это ведь нормально – бояться монстра?

– И что же такого ты делаешь? – едва не добавила саркастическое “монстр”, но это же ребенок, тем более, настолько забитый. Не поймет и обидится.

– Управляю своими костями. Превращаю в оружие. Они крепче стали.

Я чего-то не понимаю. Кем надо быть, чтобы держать маленького мальчика в клетке за то, что у него крутой геном? Походу, упоротыми наркоманами.

– А что, другие из клана так не умеют?

– Я не знаю. Не видел, чтобы умели.

– Слышь, бро? Хочешь открою тебе тайну?

– Я не… я… хочу, – столько неуверенности, что сердце кровью обливается.

– Я тоже монстр, – сообщила совсем тихим шепотом. – Монстрам надо держаться вместе, знаешь ли.

– Ты? Монстр? – тихо переспросил он с различимым оттенком сомнения. – Но ты не похожа, – прямо в глаза мне заглянул, несмотря на то, что тут темно и только благодаря технике я вообще различаю юного собеседника.

– Много ты видел монстров? – не удержалась я от саркастического замечания.

– Какой же ты монстр? Что ты можешь сделать? – впервые за всю беседу в его словах прорезался искренний интерес. Наверное, это первый раз, когда кто-то говорит ему, что чудовища не обязательно должны быть одиночками.

Не шевельнув ни одним пальцем на связанных руках, я вырезала деревянную решетку парой рубящих техник, а затем подхватила ее телекинезом, чтобы не громыхнула.

– Ты? Ты разрушаешь без рук. Ты можешь отсюда уйти, когда захочешь! – догадался Кими. Он умненький, не глупее моего ученика. Говорить старается сдержанно, но все равно скрытое любопытство пробивается. – Почему ты тогда все еще здесь?

– А ты почему? Разве твоя решетка тебя удержит?

– Я… куда я пойду, если выйду наружу? Я никому не нужен, только клану, – как много неуверенности в себе, нерешительности, жажды быть кому-то нужным. В моих глазах сами собой предательские слезинки заблестели. Хорошо, что тут темно и свидетелей нет.

– Пошли со мной. У меня на острове тебя никто не будет держать в клетке. Подружишься с моим учеником. Он тоже своего рода монстр. Прикинь, у него рты на ладонях. Шоколадку хочешь?

Детей надо покупать сладостями. Это я четко уяснила, взаимодействуя с нашей мелочью. Любой из рыжей четверки за конфетку что угодно сделает. Это потому, что строгая Каноно запрещает, уверенная, что сладкое вредно для зубов. И плевать ей, что те пока молочные. А тут у меня целая плитка шоколада в печати завалялась. Малой такое и не пробовал, наверное, никогда. Руки я себе тоже освободила, тупо развязав. Ага-ага, телекинез это не только про то, чтобы грубо толкать всех подряд, но и про тонкие манипуляции.

– Я не знаю, что это такое. Это еда?

Маленький мальчик, которому не знакома концепция сладостей. Нет, это уже за гранью. И вообще, нам не ставили задачу нянчиться с кланом утырков, запирающих детей в темницу. Нам поручили склонить Кагуя к нападению на Кири. Те склонились, всё, миссия выполнена. А что после этого они все умерли – так это дурь у них некачественная попалась, или передоз массово словили. Сами виноваты, что не соблюдали технику безопасности…

– Это вкусно, – отломила небольшой кусок шоколадки и закинула себе в рот. Прожевала, показывая на лице блаженное выражение. Не знаю, насколько хорошо детские глаза к темноте адаптированы и что он там видит. Но шоколад реально клевый. Сырье для него в Стране Чая выращивают, там очень подходящий климат. А производство уже где-то в Стране Огня.

Кими тоже не стал хватать сразу все и довольствовался небольшим уголком. Счастье на чумазой детской мордашке стоило… вообще всего произошедшего за ближайшие несколько недель. И вступления в мудацкую организацию наемников-рабов, и разлуки со всеми близкими, и перекрашенных волос, и неснимаемого кольца. Какой-то прям фетиш у меня на то, чтобы у малых все хорошо было.

– Это вкусно, – повторил мои слова малолетний Кагуя. Вот ни капли он на остальных своих родственников не похож. Стопудово они под веществами. – Пойти с тобой? Куда? Кто ты?

Чуть было не ляпнула свой полный пафоса забавный титул, но все же начала по порядку.

– На остров, где монстров никто не боится, где тебя никто не будет держать взаперти, знаешь ли, – понизила голос до шепота и наконец представилась. – Я Оками, королева Узушио, но сегодня меня надо называть Шини.

– Приятно с тобой познакомиться… Шини, – по-прежнему спокойным тоном ответил маленький узник. И съел еще кусочек шоколадки. – Клан не отпустит меня. Я ценный монстр. Так они говорят.

– Старшая сестренка… Шини… всё порешает, – заверила я, чуть запнувшись на середине ритуальной фразы.

– Почему? Почему ты хочешь помочь мне? – прозвучал новый вопрос. И может быть, я тут себя накрутила на эмоциях, но мне почудилась в детских словах затаенная надежда.

– Монстры должны помогать друг другу, – я вышла из своей камеры и без всякого ключа заставила щелкнуть замок противоположной мне решетки. – Сейчас я призову сюда волка, его зовут Кагемару-сан. Не обижай его. Ты сядешь на Кагемару верхом и он унесет тебя в волчью пещеру. Не бойся, никто тебя там не обидит. Крепко держись за волка, его призовет моя подруга Марин.

– Я не умею бояться. Пробовал, не получается. А ты останешься тут? Тебя же накажут.

Представилось, что остальные Кагуя чувствовали себя ущербными относительно обладателей полноценного генома, позволяющего не только управлять костями, но и не испытывать боли и страха. Потому и подсели на вещества, дающие возможность быть такими же нечувствительными. И гнобили пацанчика также от зависти. Ублюдки, люби биджу весь их клан! А ведь отлюбит! Ягура лично.

– Шини сама их накажет.

В узком проходе между зарешенченнными клетушками шерстяному волчаре Кагемару было тесновато. Но ничего, вместились. Кими старался сохранять бесстрастность, но сколько же затаенного восторга в детских глазах, если только мне не почудилось.

– Кагемару-сан, знакомься, это Кимимаро. Пожалуйста, позволь ему сесть тебе на спину. Он легкий. Я отплачу.

– Оками-химе, волки не лошади, – проявил недовольство призыв. – Щенков положено носить в зубах. Но я пока маловат, а Китакадзе-сама тут не вместится. Хорррошо, я выполню пррросьбу.

Давно собиралась это использовать! Сначала с Фуоки, затем с братишкой Деем, и вот наконец представился случай. Осторожничая и опасаясь, как бы не сделать волку больно, мальчик забрался на спину зверя. Я отменила призыв и готово. Ни ребенка, ни хищника. Шикарно! Буду и дальше пользоваться.

– Наставница, всё слышала? – поинтересовалась я у Цунаде через слизня.

– Ребенок клана Кагуя, настолько опасный, что его заперли… – озвучила Цунаде свои сомнения. Но как-то больше для порядка. Типа, она старшая и обязана меня учить осторожности.

– Добрый и рассудительный маленький мальчик. Пусть Марин выполняет призыв. На всякий случай попроси Миуру-сенсея за ним присматривать. Самурайское обучение ему подойдет, так показалось. Всё, мне пора сбегать из тюрьмы, попозже поговорим.

В общем-то тот же способ мне не закрыт, но меня там снаружи напарник ожидает. И месть ублюдку Ягуре, как мотив, никуда не делась. А потому я нацарапала камон Скрытого Тумана на стене пещеры, где меня держали. Крупный такой, чтобы даже обдолбанные наркоши не пропустили. Пусть точно знают, кто у них потырил “ценного монстра”. Заодно и дополнительный мотив самоубиться об Ягуру и Кири.

Перед тем, как уходить, заглянула в камеру мальчишки. Из интересного только его костяной ножик, небрежно брошенный на полу, как не имеющий никакой ценности. Если остеокинез и правда имеет место быть, мальчишка таких сколько угодно наделает, хоть все арсеналы Узушио его оружием наполняй. Попробовала заточку пальцем. Да он бритвенно острый! Сгодится, забрала.

Ого! Какую честь мне оказали. Это я про то, что на выходе из моей пещеры охранника поставили. Я его издалека при помощи эколокации заметила. И больше никого вокруг. Единственный вертухай. Вот и сгодилось перо. Воткнула телекинезом точно в глазницу, где и оставила. Пусть ублюдки знают, что монстр, которого они так долго гнобили, слетел с катушек и вырвался на свободу. Заодно, в лучших традициях серийных маньяков, на лбу у мертвеца логотип Скрытого Тумана вырезала и кружочком обвела. Чтобы не сомневались, чьих рук дело.

Ну, дальше мой побег и вовсе пустая формальность. Тупо поднялась в гору вместо того, чтобы пробираться через гудящий разворошенным осиным ульем палаточный городок. Еще одна заготовка, какую собиралась использовать еще при своем самом первом бегстве из Ивагакуре. Вот, наконец и до нее очередь дошла. Взбежала на верхушку давным-давно потухшего вулкана и спустилась уже с другой стороны. Осталось лишь встретиться с Наоми в условленном месте, понадеявшись на то, что дождется.

Пока бегала, держала связь с Узушио. Нового мальчика приняли в целости и сохранности. Помыли, накормили, отдали Миуре. Всё, как и условились. Кими явно очень смущался и был не готов к такому количеству доброжелательных взрослых. Ничего, оттает еще.

Напарник сидел, прислонившись спиной к разлапистому дереву и дремал. Нет, находился в трансе. Не иначе как общался с кем-то при помощи мудацкого колечка. Нагло потрясла его за плечо, чего хватило, чтобы оборвать медитацию.

– О, всё таки решила познакомиться поближе, – Наоми взял мою ладошку, какой его трясла, в свои и потянул к губам, с намерением поцеловать ручку. Это он меня троллит, не всерьез подкатывает. Надеюсь. И пыточного импульса для того, чтобы отпустил, хватило самого легкого.

– Шини оставила клану Кагуя послание кровью. Уверена, теперь они ускорят атаку, – подвела я итог сегодняшней операции.

Глава 30

Может быть Кагуя и обдолбанные вырожденцы, но быстро собираться они умеют. Тем же днем все шестьдесят один воин основного состава клана свалили на запад, оставив женщин и детей в лагере, бродить неприкаянными душами. Попросту рванули пешком по волнам, с острова на остров. Страна Воды – это один огромный архипелаг и расстояния между клочками суши тут местами смешные. Подготовленный шиноби перебежит и не запыхается, если никакого шторма нет.

Я не спеша начала собираться двинуть следом. Избавляться от протектора Кири не торопилась. При путешествии по Стране Воды лучшего оберега от неприятностей не придумать. Если не повстречаются настоящие туманники, но с ними в любом случае краями не разойтись.

– Куда ты, Шини-сан? Разве тебе плохо здесь, со мной? – лениво предпринял очередную попытку соблазнения Наоми. Во время слежки за сборами клана он, слава Шинигами, руки не распускал, но словесные подкаты предпринимал периодически. Мой мозг уже привык их отфильтровывать как лишнюю информацию, фоновый шум.

– Шини считает, что Кагуя нужно проводить до места, – сама напрашивалась шутка из разряда “вдруг кто-нибудь по пути обидит”, но я ее оставила при себе. – Убедиться, что клан нигде не будет терять время.

– Разумно. Очень уж они дикари. Пойдем проводим, и об результатах их атаки сможем отчитаться. У тебя, кстати, глаза посветлели.

– Последствия техники ночного зрения. В плену у Кагуя было темно, – предположила я с полной уверенностью, что так и есть, и действие капель, маскирующих цвет радужки, нивелировано пропущенной через органы зрения чакрой.

– Твоя техника бега необычна, – на ходу обратился ко мне парень. – Для чего ты тратишь силы на то, чтобы размахивать руками?

Позёр взялся бежать спиной вперед и отлично так справляется, используя вариацию шуншина. Я бы, пожалуй, чувствовала себя на его фоне беременной черепашкой, но на самом-то деле нашу скорость определяют Кагуя, а они уступают любому из нашей команды. Так что и я бегу не в полную силу, четко выдерживая расстояние, чтобы наркоши нас не заметили.

– Шини бегает так, как естественно для человека, – просветила я его. – Больше сил тратится, если бежать, как шиноби.

Двое суток так двигались, в общем. Пару раз Кагуя чуть было не оправдали озвученные мной для Наоми смутные опасения – отвлеклись на то, чтобы на ходу разграбить мирные на вид рыбацкие деревушки. У меня нет причин тепло относиться к жителям Страны Воды, и вообще, я не супергероиня, спасающая котят с верхушек деревьев, но стремно было наблюдать, как утырки громят жилища гражданских и убивают жителей на ходу. Хорошо хоть, особо не задерживаясь, упоротые ограничились поверхностным разбоем с минимумом жертв. Очень уж спешат атаковать Туман.

Располагается Киригакуре на самом крупном острове архипелага, размерами с добрую треть всей Страны Молний. В целом и о географии этих мест, и об устройстве местной скрытой деревни я наслышана от моих туманников. Коху, Бьючи, три перешедших на мою сторону генина – вполне достаточные источники информации.

Скрытый Туман расслоен по клановому признаку более серьезно, чем Камень или Лист. Очень многие кланы, такие как Юки, имеют собственные поселения, и потому центральная деревня относительно невелика. Размерами не так уж сильно больше столицы мудацкого Водопада. Где-то на несколько сотен жителей, но почти без гражданских. Я это к тому, что атака Кагуя на Киригакуре чуть менее безумна, чем кажется на первый взгляд. Несколько сотен против шести десятков – это соотношение где-то один к пяти. Учитывая, что в числе шиноби Кири могут иметься почти бесполезные генины – уже не такой безнадежный расклад.

Шесть десятков ниндзя на уровне крепкого джонина – это вполне себе сила, ударный кулак, который пройдет сквозь порядки неподготовленного противника и вынесет лидеров. Но скорее все же убьётся об руководство деревни. Джинчуурики – это сила. А есть еще легендарные мечники Тумана, элита из элит. Их одних может быть достаточно, чтобы отбить нападение.

Ночью со стороны океана на Киригакуре и окрестности наползает туман, так и норовящий залезть своими ледяными щупальцами под одежду. Самое обычное природное явление, знаете ли. Я, как контактный сенсор, со всей ответственностью могу заявить, что никакой чакры в белесую водяную взвесь не вложено. Наверное, непромокаемый плащик Акацуки в данных условиях бы пригодился, но я оставила себе протектор Кири и ничего, что уводило бы в сторону от образа правильной шиноби Тумана, надевать не стала. Внешний вид – это тоже оружие ниндзя.

Кагуя сгрудились в кучу на несколько минут на холме неподалеку от ограды скрытой деревни, чисто номинальной, если сравнивать с Конохой. Мы с Наоми, пользуясь поразительной беспечностью неадекватных маньяков, подобрались достаточно близко для того, чтобы послушать какую речь толкнул их лидер.

– Воины Кагуя, сегодня мы заставим Скрытый Туман нас уважать и бояться! Покажем миру нашу жестокость! Убьем всех мужчин и заберем себе женщин! После этой ночи каждый будет дрожать от страха, услышав имя клана Кагуя! Вперед! Режьте без всякой жалости! Больше жестокости, больше крови, больше ярости!

Походу, это не лечится. Надеюсь, Кими не из таких и не съедет с катушек в период полового созревания.

И вся эта толпа, разогнавшись, смела ворота при помощи техник и вломилась на городские улицы. Я потопала следом, быстрым шагом знающей свои цели куноичи.

– Эй, Шини-сан, ты куда? – окликнул Наоми. – У нас не было указания вмешиваться в битву.

– На Шини протектор Кири. Шини нельзя проигнорировать нападение. Не так ли?

– Что ты собираешься делать? – вплотную придвинулся напарник.

– Шини хочет посмотреть на Ягуру-сана вблизи и оставить кирининам несколько подарков.

Не обращая внимания на окрики бывшего кумонина, я перепрыгнула через забор в удобном месте и оказалась на территории деревни, скрытой в тумане. Нет, это не художественное преувеличение, а объективный факт. Все белым затянуло, да еще и звуки скрадывает, от чего разыгравшееся буквально через несколько улиц сражение кажется очень далеким. Шикарно, больше шансов, что никто не узнает о моих действиях.

– Да погоди ты! Объясни что задумала, я помогу! – прошипел мне на ухо напарничек, люби его биджу.

– Взрывные печати есть? Много? Вот, возьми еще и эти, – выдала полученные от Какузу и добавила немного от себя. – Разложи по городу так, чтобы рванули одновременно ровно через шестьдесят минут. Справишься? Этим зашибенно поможешь, – сказала ему почти нормально, не изображая ледяную сучку Шини. Не тот момент, чтобы заниматься любительской театральщиной.

– Ты… ты собираешься…

– Уничтожить эту деревню. Хотя бы частично. У меня к Туману свои счеты, знаешь ли. На Кагуя забей, они отвлекающий маневр.

Может быть, ублюдка Ягуру я своей “техникой уничтожения деревень” даже не поцарапаю. Но есть еще и его гордость. За живое ведь мудилу задену. Давящего на сенсорику тяжелого присутствия джинчуурики я, к слову, ни разу не ощутила. Нет ублюдка Ягуры сегодня дома. Наверное, куда-то свалил, еще чьих-то друзей убивать. И именно потому требовалось подтолкнуть Кагуя к нападению в кратчайшие сроки, чтобы хоть немного шансов на успех им оставить. И ущерб повысить, видимо.

По глазам Наоми было видно, что у него остался еще миллион вопросов, но напарник взял протянутые печати.

– Одновременно, да?

– Именно. Чем меньше задержка между взрывами, тем лучше. Ты на запад, я на восток. Двинули.

Ну и пошла рутинная работа, какую я уже выполняла когда-то бесконечно давно в деревне полян. Шестьдесят минут – не такой и гигантский срок, мне надо много успеть. А именно, потратить весь имеющийся запас взрывчатки.

В ход пошло всё, что я носила с собой. Пока шиноби Кири отважно сражались с толпой неадекватов, я скользила по укрытым туманом ночным улицам и оставляла где печать, где две, а где и фигурку, изготовленную братишкой Деем из взрывной глины. Он мне целую гору подобных опасных подарочков наделал. Лишь бы все правильно с количеством чакры рассчитала. А то рванет вразнобой и психологический эффект будет утрачен. Еще и Наоми этот. Хотя, если бы он помощь не предложил, всю деревню я бы одна не охватила.

Говорила о шестидесяти минутах, управилась за пятьдесят пять. Как раз есть время, чтобы благополучно свалить. За чем и была поймана.

– Эй, мелкая рыбешка, ты не дезертировать ли там часом собралась? – окликнул меня молодой женский голос, когда я уже готовилась спрыгнуть с той стороны забора. Я эту женщину заметила при помощи эхолокации, но время поджимало и потому решила не обращать особого внимания. Все равно гостинцы тщательно разложены по деревне и скоро активируются. Походу, нарвалась-таки на шиноби Кровавого Тумана.

– Ага, задрал меня уже этот мелкий ублюдок Ягура, – честно призналась я и перемахнула-таки на ту сторону забора.

Теперь нужно занять лучшие места в зрительном зале. Пожалуй, та же наблюдательная точка, с какой мы с Наоми следили за Кагуя, подойдет… и конечно же, тетка-кирининка мне так запросто сбежать не позволила. Догнала на середине пути к намеченному месту. Лет двадцати пяти, симпатичная, стройная, стиль одежды чем-то на мой похож. Обтягивающий топ, плюс широченные шаровары и ботинки. И шикарные красные волосы, выпущенные из под красной же банданы.

– Куда это ты собралась, маленькая рыбка? Я с тобой еще не закончила, – хищно оскалилась девушка, показывая треугольные заостренные зубки.

– Тетенька, а вы часом не Узумаки? – спросила я ее. Не, ну реально тот же самый не то что рыжий, а кроваво-красный оттенок, как и у меня, Фумито, Каноно, нашей мелкоты. Узумачная у нее шевелюра. А зубы… ну… может, признак, доставшийся от другого родителя, или уже приобретенный, как рты у братишки Дея.

Неожиданный вопрос на секунду сбил женщину с толку. Ну а что я? “Бей первой”. Даже если она вдруг реально окажется моей подданной, сейчас мы на разных сторонах. Без затей рубанула рубящей техникой… и на меня посыпались брызги от разрушившегося водяного клона. Мудацкие клоны!

– А ты полна сюрпризов, рыбешка, – послышалось из окружающего тумана. Я машинально развернулась на звук и едва успела перехватить телекинезом кунай, прилетевший с обратной стороны. Казалось бы, метательное оружие – это ерунда, но очень уж талантливо было брошено. Точно в почку бы мне воткнулось, если бы проморгала.

– Тёть, не беси Шини, – сказала я ей.

– Не помню тебя в числе генинов, рыбка. И что еще важнее, ты не узнала меня, одну из семи мечников. Из какой же ты деревни? Не из клана же Кагуя…

– Шини из Такигакуре. А тебя как зовут, тёть? – соврала я. С Листом и Камнем у меня уговор о сотрудничестве, казекаге Раса нормальный мужик и налюбить не очень пытался, райкаге мой кумир. Кого еще подставлять, как не ублюдочный Скрытый Водопад? И где там Наоми застрял? Он придурок и вечно руки распускает, но все же парень, походу, неплохой. Переживаю за него.

– Ринго Амеюри, владелица мечей Киба. Вы, убогие, никак не успокоитесь из-за джинчуурики? Да, рыбка? – тон ироничный и немного игривый. Наверное, она крутая, может быть даже S-ранга, раз настолько уверена в своем превосходстве над неизвестным противником, девушкой, которую встретила впервые.

– Ага. Куда вы ее спрятали? Шини хорошо искала и не нашла, – поинтересовалась с типичным равнодушием своей маски.

Разговор в теории мог бы получиться интересным и полезным, но через несколько минут рванет, и вообще, свидетелей в таких делах не оставляют. Мы ударили одновременно и одинаково. Электричеством. Моя оппонентка использует одну из знаменитых на весь мир шиноби техник сокрытия в тумане, типичных для Кири. То есть она где-то там, в окружающем меня мареве. Туман же состоит из мельчайших капелек воды и, конечно, будет не настолько хорошим проводником, как вода в естественной форме, но тоже сгодится, если не буду жадничать.

И если я саданула во всех направлениях, широким фронтом, то с обратной стороны прилетело прицельно. Точно в живот. Мощный такой разрядище, который попробуй переживи. Я и пережила, попросту впитала, но на пузике болезненный ожог заработала. Какой бы крутой я ни была – это же биджева молния. Огромный объем энергии, который так запросто не нейтрализовать. Причем не чакры, а чистого электричества. Справилась, конечно. Энергетик я или где? Поглотила, переработала, во внутренний резерв сконвертировала. Но какая-то часть в потери ушла, в тепловые. Почти точно в мишень угодила, сучка рыжая. Наставница теперь будет бухтеть и говорить, что я чересчур рисковала. Кацую еще ей наябедничает. Королева слизней почти сразу начала подавать лечебную чакру.

Звук падения тела в тумане я чуть не упустила. Все-таки тряхануло меня как следует. Проверила эхолокацией – вон она, стерлядь рыжая, валяется. Мечи из рук так и не выпустила. Лезвия у них странноватой формы, с дополнительными крюками, как будто оружие собралось размножиться делением и начало отращивать из себя несколько потомков.

Сейчас самое логичное действие – рубящая техника и снести поверженной шиноби голову, чтобы больше не докучала. Но вдруг она реально Узумаки? Они наперечет. Подданные мне не лишние. И вообще, раз она одна из семи мечников, то знает дофигища секретной информации, которую из нее стоит вытащить. Телекинезом откинула оба клинка в сторону, потом их подберу. Сейчас же распаковала тряпочку и бутылочку со снотворным и прижала женщине ко рту. А он вообще живая хоть? Да, проверила пульс – присутствует. На всякий случай еще и руки связала. Так, чтобы никаких печатей, если что, кирининка сложить не имела ни единого шанса.

– Ого, я всё веселье пропустил, да? – явился, наконец, Наоми. От сердца отлегло. Я что, реально с этим нукенином-бабником подружилась? Потом буду разбираться.

– Наоми-сан слишком медленный, – подтвердила я тоном холодной стервы.

– Я самый быстрый на… на этом архипелаге, – наверное, хотел себя быстрейшим в мире объявить, но вспомнил, что где-то к северо-западу отсюда на полуострове Молний проживает райкаге.

– Шини не советует Наоми-сану рассказывать такое девушкам.

– Ты… ты смешно пошутила! Это был флирт! – перевел все же ситуацию в свою пользу этот неисправимый бабник. Ох и устроит же мне Фумито сцену ревности.

– Подбери ее, вдруг захочет такое же колечко, как у нас, – предложила партнеру, указав на как ее там… Амеюри.

И где-то тут в голове у меня прозвенел метафорический будильник. Вымышленный таймер закончил свой бег наперегонки со временем. Примерно сейчас! Наверное, то самурайское чувство момента прорезалось, каким все Фумито хвастает. Точно поняла, что нужно именно сейчас действовать. Я вытянула обе руки в сторону Киригакуре, сложила на обеих “печать единорога”, то есть оттопырила средние пальцы и сказала:

– БУМ!

– Бабах! Бабах! Бабах! – почти синхронно ответили все многочисленные заряды. Сдетонировали они все-таки немножко вразнобой. Достигнуть абсолютной синхронности в данном случае было бы нереально. Но всё равно нехило так получилось. Гораздо сильнее, чем рассчитывала. То ли фигурки братишки Дея проявили запредельную эффективность, то ли у Акацуки печати особенно сильные, заряженные лично божеством садомазохизма. То ли один из взрывов зацепил их местный склад хранения чего-то легковоспламеняемого. Ударная волна получилась такой силы, что туман вокруг поселения рассеялся. Уже бывшего поселения?

Ну вот что я за человек такой? Никак не могу приехать в гости и никакую деревню не разрушить! Это вам, ублюдки кирининские, за Коху, Бьючи, Шохеймару и всю его команду, состоявшую из неплохих парней.

Эпилог

Интерлюдия. Като Шизуне, госпожа Негато

Быть директором транспортной компании очень нелегко. Постоянно, буквально каждый день, приходится на кого-то орать, вспоминая худшие слова из лексикона докеров. По-хорошему, вежливо и без угроз, люди по какой-то странной причине не понимают. Вот хоть садись за стол и пиши медицинский научный труд о влиянии работы в логистике на обучаемость. Почему простейшие вещи этим людям приходится повторять по несколько раз? Может быть, стоит вызвать сюда Чи-тян, чтобы она закрепляла каждую рабочую задачу при помощи гендзюцу. Смешно. Шизуне не удержалась и хихикнула. Вот же О-тян ей удружила! Подобрала легкую работу.

– Что там такое, Шизуне-сан? – вскинулся Дейдара-кун, прочно поселившийся у нее в кабинете. Ученик Оками постоянно что-то лепил и сейчас, как знала Като, работал над крошечной птицей, такой, как колибри. Малые размеры требовали особенной тщательности – вылепить нужную фигурку обычным методом пережевывания глины ртами-ладонями у юного скульптора не получалось. Зато он нашел комбинированное решение. Формировал при помощи ртов отдельные части тела будущей летающей бомбы и соединял их затем вручную. Нелегкий кропотливый труд.

– Да так, своим мыслям улыбнулась, – честно призналась девушка.

– Вы там одни, я могу говорить? – послышался вдруг от Кацую грубоватый говорок Чико. – Есть новости от О-тян. Ты держись за что-нибудь, чтобы не упасть. Цунаде-сенсей чуть стол пополам не сломала, когда поняла, что там произошло. И Дей-тян наверняка в восторге будет. В общем… она громко и отчетливо сказала “БУМ”.

– Техника уничтожения деревень! – восторженно воскликнул Дейдара. Шизуне, как могла, старалась перевести фокус его интересов со всего взрывающегося на лепку, тем более, что у мальчика несомненный талант и превращать поделки в орудие разрушения ему совсем не обязательно. Лучше уж они на Узушио музей откроют и устроят мальчику выставку. Про эту мечту Шизуне никому не говорила. Та же Чико назовет ее фантазеркой и будет громко смеяться.

– Ага, правильно, мелкий! – подтвердила Учиха. – Знаете, какую деревню она взорвала? Подсказка – это на главном острове в Стране Воды…

– Киригакуре? – с легким недоверием предположила Шизуне. – Там же мизукаге Ягура и еще один джинчуурики, семь мечников Тумана и несколько сотен других шиноби Кири.

– Как я поняла, джинчуурики в деревне не было, из всех мечников на месте оставалась одна лишь Ринго Амеюри, а остальные шиноби отвлеклись на нападение клана Кагуя. Здорово же получилось! Отомстили этим животным за Юки-сана и команду. Жаль, меня там не было! Пока О-тян развлекается, я вынуждена с наставницей терпение против боли тренировать.

– Оками-сенсей крутая! – подтвердил мальчишка. – Но вы, сестренки, тоже очень сильные.

Чико хихикнула. Кажется, ей похвала от ребенка приятна. Возможно, своих собственных братьев вспомнила. Шизуне было немного совестно перед подругой, что не смогли забрать тех из Конохи.

На уголке рабочего стола затрезвонил проводной телефон. Биджево изобретение, каковое так и норовит оторвать от чего-нибудь. Обычно от разных рабочих моментов, но сейчас вот от общения с подругой. Скорее всего, опять собираются сообщить, что матросы или грузчики разбили очередной ящик с ценным содержимым и опять придется орать на них голосом Оками, обещая всевозможные кары, если не примутся за ум и не поймут простейшую истину – тяжелые грузы надо ставить снизу, легкие сверху. Раз десять уже объясняла, что так будет легче всем – без толку.

– Негато-сама, тут пришли очень важные господа, говорят, что у них к вам дело, – узнала она Тадасу-куна, одного из немногих толковых помощников. Нукенин Конохи уже претендовал на должность ее правой руки и Шизуне надеялась, что однажды с чистой совестью уступит ему это проклятое директорское кресло, вернувшись к привычной спокойной жизни на Узушио. Фума-кун, конечно, жуликоват и начнет воровать. Но она простит. И попросит Оками, чтобы та также простила.

– Кто это такие, Фума-сан? – устало поинтересовалась Шизуне. Партнеры Гато наверняка окажутся личностями неприятными.

– Люди даймё Волн, – объяснил юноша.

Отвратительно. После общения с продажными чиновниками местного феодала Шизуне каждый раз хотелось срочно вымыться, настолько неприятное впечатление они производили. Интересно, что тем надо на этот раз? Свою обязательную регулярную взятку даймё в этом месяце уже получил. Аппетиты растут и захотел еще? Ужасный жадный человек, из-за которого страдает народ. Чтобы отвлечься от плохих мыслей, девушка почесала за ушком Фувари, устроившую голову у нее на коленях. Какая же ее волчица миленькая.

– Пусть поднимутся, – разрешила госпожа директор. Личину Оками она решила не использовать. Имя “Негато” в Стране Волн имеет больший вес, чем Королева Узушио.

Через несколько минут в ее кабинет вошли четверо неприятных мужчин. Крепкие, физически развитые, при мечах, одеты в одинаковые голубые кимоно, цветов даймё своего господина и с вышитым камоном страны Волн. Скорее всего, самураи Страны Молчания, охотно нанимающиеся в охрану разного рода темных личностей.

– Неплохо тут у вас, неплохо, – по-хозяйски осмотрел кабинет старший самурай. Отвратительный тип, не имеющий никакого понятия о манерах. Как гость, он обязан был начать общение с приветствий и поклона. – Мне нравится. Вот, госпожа Негато, ознакомьтесь, это долговая расписка Гато, по которой он должен моему господину пятьдесят миллионов рье. Вы, как наследники, обязаны расплатиться.

И небрежно, как собаке подачку, бросил ей на стол бумажку.

– Почему вы не обратились с распиской к Гато-сану? – ровным тоном, той, чье положение незыблемо поинтересовалась Шизуне. – Это же его долг.

– Не усложняй всё, женщина, – с усмешкой потребовал самурай. – Мы делаем то же самое, что сделали вы. Ты отдаешь нам компанию и никто слишком сильно не пострадает. Кроме, может быть, твоей чести. Но тебе понравится.

После таких вот нехороших намеков наставница излечилась от гемофобии. Шизуне сейчас захотелось сделать тоже самое. Разорвать хамов на части своими руками.

– Дяденька, а хотите конфетку? – Дейдара-кун протянул одному из самураев карамельку и опасливо отступил, когда тот, явно не понимая, что тут происходит и почему ребенок дарит ему сладости, взял подношение.

– Бум! – прищелкнул пальцами мальчишка. Громыхнуло, разбрасывая в стороны обломки костей и разбрызгивая кровавое месиво, в которое превратилась кисть руки. И кто это всё в её кабинете затем отмывать будет?

Как же Шизуне такие моменты не любит! Не нравится ей насилие. Но это не значит, что она беззащитна. Тихо тренькнул пружинный игломет в левом рукаве девушки. Затем аналогичный в правом. В шеи двух оставшихся прислужников даймё воткнулись отравленные парализующим ядом сенбоны. Вот это чистая работа, достойная настоящего шиноби и не портящая интерьер.

На последнего мужчину с грозным рычанием прыгнула Фувари, пользуясь заминкой. Крупная волчица без труда свалила самурая на пол до того, как он дотянулся до меча. Оскаленные клыки замерли в миллиметрах от горла, готовые сжаться в любой момент.

– Вы зря принимали вежливость за слабость, – ледяным тоном сказала Шизуне.

– Наш господин этого так не оставит! – истерично выкрикнул посланник даймё. Тот, которого контролировала Фувари.

Пришлось подойти и воткнуть парализующий сенбон еще и в него. Уже просто рукой, без помощи устройств.

– Дейдара-кун, ты в порядке, – осведомилась девушка.

– Ага… – лицо мальчишки забрызгано чужой кровью, но выглядит он счастливым, будто подарок на день рождения получил.

– Пожалуйста, помоги их связать. Решение, что делать дальше, будем принимать вместе с Оками и наставницей. Спасибо за помощь, но не стоило тебе тут ничего взрывать. Ты же почти уничтожил мой кабинет. Сколько бумаг кровью забрызгало…

– К вам хочу! – проныла через Кацую Чи-тян. – А то тут такая скукота…

Интерлюдия. Орочимару

Астральные проекции невероятно удобны. Орочимару бы руку отдал за то, чтобы овладеть этой техникой без ограничений, накладываемых кольцом и Пейном. Его помощник Наоми сейчас находится в совсем другой части света, в Стране Воды, но вот они беседуют лицом к лицу, обсуждая общие дела. Смущает только лишь то, что лидер Акацуки окажется в курсе всех их переговоров. Наверняка же пещера со статуей Гедо Мазо прослушивается. Но ничего опасного, такого, что нельзя сказать божеству в лицо, они обсуждать и не будут.

– Ни единого признака интересующего вас мальчишки, – повинился темнокожий парень. – А он точно был у Кагуя? Разведанные сведения верные?

– Абсолютно. Белая кожа, белые волосы, две отметины на лбу, характерные для клана Кагуя, причем красных, говорящих о полноценном геноме. Клан держал его в излишней строгости. Контролировал.

– Я могу попытаться расспросить Шини-тян. Она ко мне уже немного оттаяла, как я вам и обещал. Несколько месяцев обработки и вот увидите, будет совсем моя. Или убьет меня болевым дзюцу при попытке поцеловать.

Интуиция подсказывала, что без участия девчонки пропажа юного Кагуя не прошла. Но получить ее тело будет, пожалуй, важнее. Техники, не ограниченные печатями – это же мечта любого шиноби. Пусть только подрастет, пожалуй. И в конце концов, у него есть еще множество интересных вариантов. Тело представителя клана Учиха с пробудившимся шаринганом, например. Возможность скопировать любые техники, удовлетворяя страсть к познанию. Еще одна мечта! Совместить бы. Может быть, пересадить в тело Оками глаза ее подруги Учиха Чико? Операция будет непростой. И с хирургической точки зрения и со всех остальных. Но разве результат того не стоит?

– Нет. Не нужно. Продолжай действовать по плану, помогай ей во всем, о чем попросит, стань лучшим другом и даже больше, если выйдет. Я не просто так выбрал для этой миссии именно тебя. Ты наилучшим образом из имеющихся кандидатов соответствуешь ее извращенным вкусам на мужчин.

– Чего это извращенным? Спросите любую, я всем по душе, – притворно обиделся Наоми-кун. Он просто замечательно изображает недалекого бабника, настоящий природный талант. Жаль, что других образов в его арсенале нет, да и внешность чересчур приметная.

– Моя ученица Анко-тян говорила, что ее идеал – райкаге.

– То есть ходячая гора мышц? Простите, семпай, но на такое я пойти не готов. Девочка, конечно, очень миленькая, но так я лишу своего общества большую часть остальных женщин. Буду работать, как есть.

– Приемлемо, – кивнул Орочимару. – О мальчишке Кагуя специально не расспрашивай, но если случайно обмолвится, сообщишь.

– Будет сделано, семпай.

На этом их встреча и закончилась.

Интерлюдия. Узумаки Фуоки, джинчуурики семихвостого Чомея

Фуоки дулась. Сегодня её предали. Этот дурак Наоки сказал, что Карин красивее, потому что у нее кожа светлая. А чем кожа белее, тем больше красоты. Так братик Скай говорит и в пример сестренку Оками приводит. И как бы Фуоки ни хотелось стать похожей на сестренку, загореть наоборот у нее же не получится.

– Белая, белая, белая, – бормотала себе под нос девочка, стараясь придумать, как поменяться. Ведь если ничего не поменять, то мальчик женится не на ней, а на Карин. Глупый Наоки. Если бы он сказал, что красивее Каоки, то никто бы не обиделся. Сестру хвалить можно, сразу же понятно, что это потому, что он ей братик. А что, если она испачкает Карин углем, пока та спит? Нет. Нельзя. Карин, хоть и соперница, но они еще и друзья. А друзей обижать нельзя. И уголь пропадет, если лицо водой помыть. Что же делать?

Тут ее осенило. Можно же не углем, а рисовой мукой, и не Карин, а себя. Тогда она точно станет самой красивой. Ну, после сестренки Шизуне. И сестренки Чико. И мамы Цунаде… только та злится, когда ее так называют. И когда тетей – тоже.

Так-то Фуоки очень счастливая девочка. У нее есть мама Каноно, мама Марин и мама Цунаде. А у всех остальных мама только одна. Плохо только, что папа Коху уплыл и не возвращается. И Карин тоже грустит. И еще у Фуоки есть Чо! Только то, что они с Чо говорят – это секретный секрет, никому нельзя его говорить. Даже Карин, Наоки и Каоки. Чо очень умный, он научил её считать. До девяти! Это как сколько пальчиков на ручках, но если один спрятать.

Мука! Мука есть на кухне.

– А давайте иглать в плятки! – коварно предложила Фуоки. – Я вожу!

Обычно водить мало кто хотел. Только Карин, но с ней в прятки играть совсем неинтересно. Сразу всех находит. Это потому, что она сенсор, чует, где кто спрятался и игра выходит нечестной. Так что все с радостью согласились, когда хоть кто-то вызвался на роль той, что ищет.

– Лаз… два… тли… – отвернувшись от других детей, начала считать девочка. Наоки наверняка спрячется за шторой, закрывающей большое окно. А любимое место Карин за диваном. Вот Каоки хитрая, всегда по-разному скрывается.

– Вы готовы? – как и полагается, спросила ведущая перед тем, как развернуться. Тишина! Никто себя голосом не выдал. А Фуоки тихонько, как настоящая ниндзя, скользнула на кухню.

Где же эта муда… просто мука? Плохие слова иногда говорят сестренка Оками и сестренка Чико, но она пока что маленькая, ей как взрослой говорить нельзя, а то мама Каноно будет ругаться. Вон прозрачная банка на верхней полке! Там точно что-то белое внутри. Как же высоко! Не каждый взрослый дотянется. Ближе, ближе… Она летит! Как настоящая бабочка! Нет, как стрекоза! Это так необычно и весело – ощущать у себя крылышки за спиной. Глазок сзади у Фуоки нет, но она вдруг поняла, что хорошо знает, как выглядят ее крылья. Легкие, полупрозрачные, похожие на лепестки у цветка, находятся в середине спины, чуть повыше попы. Вот с ними она точно красивее! Но муку все равно надо добыть.

Фуоки дотянулась до банки. Какая же та тяжелая! Крылья замелькали так быстро, что идущий от них ветерок начал наводить на кухне бардак. Плохо! Мама Марин будет ругаться, когда вернется. Она совсем ненадолго ушла. Не уронить бы… Не уронила! Спустилась точно на стол вместе с банкой. Хорошо, что крышки нет.

Девочка залезла руками в муку, та взметнулась вверх из емкости. Белая-белая! И такая сладкая! Да это же сахарная пудра! Ой-ой! Ну и влетит же ей! Мама Марин добрая, но все равно будет ругаться. И Маме Каноно скажет. И тогда они вдвоем наругают! На Фуоки никогда не повышали голос, но вот сейчас точно будут. Как страшно! Надо убегать!

С кухни имелся отдельный выход из дома. Вот через эту дверь девочка и сбежала. Ручка у той слишком высоко, но точно не выше полки с банкой пудры. Крылышки снова появились ненадолго и выручили, позволили долететь до нужной высоты. Фуоки прям повисла на крае ручки, обеспечивая нужное усилие. Получилось! Она сбежала! А куда теперь? К маме Цунаде? Она защитит и не даст ругаться. Или к папе Миуре! Взгляд опустился на перепачканные в белом ручки. Быть самой красивой девочкой в деревне вдруг как-то расхотелось. Надо умыться и потом уже искать защиты. Если она смоет сахар водичкой, то никто и не подумает, что это она банку взяла. Она же маленькая и так высоко не дотянется! Море, ей нужно на берег, туда, где обычно старшие тренируются! И почему Чо внутри нее так сильно смеется?

Дорогу Фуоки знала отлично. Еще и проявила качества настоящей ниндзя, скрываясь от глаз взрослых. Ее не должны увидеть испачканной! Пронеслась по тропинке и… и поняла, что место занято. Как же так?! На берегу сидел в позе для медитации новый мальчик, который появился в деревне вчера. Какая у него бледная кожа! И волосы белые. “Чем белее, тем красивее”. Надо с ним подружиться! Вон он уже какой большой и взрослый, поможет Фуоки умыться, а то зеркальца у нее нет. Поздно сообразила!

– Пливет, блатик! – подбежала она к новому другу. Точно другу. – А посему ты такой глустный и один тут?

– Я один, чтобы никого не пугать. Ты разве не боишься меня? – удивился открывший глаза мальчик. – Я ведь монстр.

– Ого! А сколько у тебя хвостов? У монстлов есть хвосты. Я знаю!

– Хвосты? – такой большой, а простых вещей не понимает.

– Да! Сем больсе хвостов, тем сильнее монстл! – подтвердила Фуоки. Ей Чо рассказывал. Вообще-то он по другому говорил, но слишком сложно. Вот он самый настоящий монстр с семью хвостиками. Но Чо ничуть не страшный. А мальчик тоже не страшный, похоже, только играет в монстров. Интересная игра, наверное. Надо будет остальных позвать. После того, как умоется.

– А ты осень класивый! – объявила она.

– Я красивый? – мальчик удивился так сильно, что его изумления хватило бы на них двоих. Он что, не видел себя в зеркальце и не знает, какой он весь белый? Или плохо расслышал. Фуоки не все слова правильно проговаривает, если только ей Чо не помогает.

– Осень класивый, – охотно подтвердила девочка.

– Ты тоже красивая, – осторожно, как будто опасаясь ее обидеть, выговорил новый друг.

– Это пудла, ее надо умыть, а то лугать будут. Ты помозесь мне?

Не сразу понял, но помог. Принес в ладошках воду от моря и смыл с ее лица все следы преступления. И всю красоту.

– Узумаки Фуоки!!! Ты что это учудила? – ой, какая же мама Марин страшная, когда сердится. Сразу нашла беглянку. С ней прятки тоже играть не получится. Она сенсор.

Внутри девочки все сжалось, пока от спуска на пляж приближалась старшая Узумаки. Всё, сейчас точно наругают. Ее новый друг сделал шаг навстречу женщине и заслонил девочку собой. Какой он смелый!

– Ты поступила очень плохо, Фуоки-тян, – уже более спокойным тоном повторила Марин, не делая попыток обойти внезапного защитника. – Больше никаких конфет. Неделю!

– Я плосто хотела быть класивой! – на глаза сами навернулись слезки и она разревелась. Без шоколадных конфет жизнь лишена смысла.

– Возьми, пожалуйста, – белый мальчик протянул ей огромную половинку шоколадки. И это всё ей! Не нужен ей никакой Наоки, этот мальчик намного лучше!

Content

Сказание об Оками 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог