Учитель Особого Назначения. Том 1

Глава 1

— Эй смотри! Мужик прям на шпиле стоит!

— Хренасе! Как он равновесие держит?

— Да кто это вообще⁈

Подростки внизу слишком впечатлительные. И шумные. Я ведь просто забрался повыше, чтобы найти дорогу в этом чёртовом академгородке.

— Кажется, нашёл, — пробормотал себе под нос и спрыгнул на землю рядом с ними.

Ребята шарахнулись в сторону, но любопытство взяло верх, и один из них, высокий блондин, подошёл поближе. Он явно хотел что-то спросить, но я уже направился в сторону корпуса администрации, где меня ждал директор академии.

Хотя то место, куда я попал, больше напоминало лес или парк, усеянный аллеями, рощами, полянами и мелкими прудами. Среди всей этой цветущей зелени торчали учебные корпуса и общежития.

Но главное здание затерялось, а никто из здешних управителей не додумался поставить карту на входе, как это делают во всяких заповедниках, больших парках и прочих подобных местах.

А теперь ещё и развилка…

Дорога разделилась, и если я выберу не тот вариант — придётся делать новый крюк.

— Пу-пу-пу…

Похоже, придётся идти напрямую. Направление я знаю, так что не беда. Только вот в самом здании наверняка опять нет указателей, и придётся снова искать дорогу.

Нужен проводник.

И как раз нашёлся подходящий вариант. Он показался на прилегающей к дороге тропинке.

— Леночка, позвольте помочь. У вас такие тяжёлые сумки, дайте настоящему мужчине их донести! До главного корпуса ещё ведь долго идти!

Нет, это не лысый перекачанный идиот в спортивном костюме! Но он плёлся за девушкой с длинными русыми волосами в приталенном костюме, которая в обеих руках тащила по здоровенной сумке. И ей явно не нравилась компания этого мужика.

Что ж, мы можем помочь друг другу.

— Ну Леночка!..

— Сколько раз говорить, Семён Семёнович! — возмутилась девушка. — Не «Леночка», а Елена Алексеевна! И не нужна мне ваша помощь, я сама всё… Ой!

Она едва не врезалась в меня и с удивлением подняла взгляд. Карие глаза за широкими круглыми очками переливались янтарём.

— Елена Алексеевна, здравствуйте, — улыбнулся я.

— З-здравствуйте…

Лысый качок попытался загородить её собой и втиснуться между нами с явным возмущением на широком лице. Однако я сделал шаг вперёд и, не спрашивая, перехватил сумки. Елена всё ещё находилась в растерянности, так что не успела ничего предпринять.

А вот Лысый вновь попытался вмешаться:

— Кто ты такой, чёрт тебя раздери⁈

Но я не обращал на него внимания. Крупный, похожий на виноградную гроздь из-за раздувшихся мышц, он был на голову ниже меня, и от него разило страхом.

— Вы знаете, как найти директора академии? — спросил я Елену.

— Д-да, — кивнула она.

— Тогда прошу мне помочь. Вы не против?

— Ты меня слышишь или нет⁈ — продолжал визжать Лысый. — Я с тобой разговариваю!

— Держитесь крепче.

— Держи… Чего-О-Й-Й⁈ — Елена взвизгнула, когда я подхватил её на руки.

Лысый совсем охренел от такой наглости и принялся ловить воздух ртом. Елена от неожиданности крепко обхватила мою шею и широко распахнула глаза.

А затем я направил магические потоки в ноги и прыгнул. Высоко прыгнул — прямо над аллеей, откуда открылся вид почти на весь академгородок. Где находился главный корпус, я уже понимал, так что без труда рассчитал траекторию и вкоре приземлился у парадной лестницы, где отпустил Елену.

Она теперь выглядела немного растрёпанно, но начала приходить в себя, потому что вместо удивления и потрясения на лице вспыхнул гнев.

— Да кто вы такой? — закричала девушка. — И что вы себе позволяете⁈

— Куда? — мой спокойный голос вновь выбил её из колеи, и Елена захлопала глазами.

— Ч-что к-куда?..

— Сумки, — судя по запаху, там были фрукты, что-то сладкое, а ещё бутылки позвякивали. Похоже, намечается сабантуй. — Я отнесу их куда нужно, а вы покажете, как найти директора.

Елена некоторое время сверлила меня взглядом, но затем вздохнула, поправила причёску и зашагала вверх по лестнице.

— Следуйте за мной! — бросила она.

Мы добрались до преподавательской комнаты. Она сейчас пустовала. Несколько рабочих мест, нагруженных какими-то бумагами, словно из них пытались выстроить стену, кулер, холодильник и шкафы. А посередине стоял овальный стол.

— Сюда, — указала на него Елена.

Она всё ещё с подозрением поглядывала на меня, но всё-таки спросила:

— Так как вас зовут, попрыгун?

— Сергей. Я пришёл устроиться в вашу академию.

— А-а! — воскликнула Елена. — Так вы тот самый боевой маг, о котором мне уже все уши прожужжали?

— Тот самый? — нахмурился я.

Девушка мигом переменилась, будто между нами рухнула невидимая стена.

— Тот самый, тот самый! Василий Павлович вас очень ждёт, скорее идёмте!

Елена вдруг подхватила меня за руку и едва ли не потащила из кабинета. А пока мы мчались по коридору, в окне я увидел, как лысый виноград примчался к зданию. Он весь раскраснелся, лысая макушка поблёскивала на солнце, а грудь часто вздымалась.

Он правда бежал за нами?

━─━────༺༻────━─━

— Добро пожаловать в нашу академию!

Директор подскочил с места и крепко сжал мою руку, будто боялся её отпустить. Но когда он полез обниматься, я всё же сделал шаг назад, и мой намёк был понят.

— Я… я… Да вы просто спасение! — продолжал он, с трудом борясь с эмоциями. — Конечно, я надеялся, что найдётся настоящий боевой маг… Но чтоб такое везение! Невероятно!

Это был худощавый человек около сорока лет в круглых очках, из-за которых его взгляд казался ещё добрее обычного.

Я мог видеть его энергетические каналы, по которым протекала магия. Он явно забросил по-настоящему серьёзные тренировки лет пятнадцать назад, но до сих пор регулярно занимался физкультурой, так что магическая система находилась во вполне бодром состоянии.

А ещё он был крайне рад меня видеть. Слишком уж рад… Что настораживало.

Я соврал в своём резюме, ведь настоящие регалии засекречены. Но делать это пришлось осторожно, потому что по запросу из академии сюда требовался не учитель года, а ветеран боевых действий. В принципе, последнее для меня подходило куда больше.

— Василий Павлович, давайте перейдём к делу. Вы предъявили необычные требования к должности простого учителя. Хотелось бы узнать, в чём подвох.

— Подвох? — захлопал глазами директор. — Ах да, подвох…

Он наконец-то успокоился и стал серьёзным.

— Присаживайтесь. Предстоит не самый простой для меня разговор. Может, кофе или чай?

— Кофе. Чёрный, без сахара.

Пока директор Академии общемагического образования Василий Павлович Чернышевский шаманил с кофемашиной, которая почему-то отказывалась его слушаться, я присел в кресло и осмотрелся.

Его кабинет не отличался размерами или особой роскошью. Самым дорогим предметом здесь была картина на стене с изображением копьеносного всадника в простой деревянной раме, в то время как сама академия выглядела выше всяких похвал.

Она появилась недавно и успела навести шороху. Дело в том, что в этом мире до сих пор сохранился архаичный порядок, при котором магия считается даром избранных. Что можно перевести как «тех, кто способен оплатить обучение».

— Да чтоб тебя!.. — выругался директор, хлопнув по корпусу, после чего кофемашина наконец загудела.

Так вот… Древние кланы передают свои знания из поколения в поколение и отказываются делиться ими с другими. Разбогатевшие семьи вбухивают состояния, чтобы возвысить своих отпрысков, нанимают мастеров и скупают секреты у обедневших дворян. А прочие магические академии принимают лишь клановых или очень богатых студентов с явными способностями к магии.

Но эта академия создана, чтобы дать возможность беднякам, неугодным бастардам и прочим, у кого проклюнулся дар, получить образование и стать полноценным магом.

Ну или хотя бы никого не прибить во время неконтролируемого выброса энергии.

— Вот, пожалуйста, — Василий Павлович поставил передо мной чашку ароматного кофе, а сам отхлебнул чая. — Как вы знаете, наша Академия имеет особый статус и потому находится под пристальным надзором министерства образования. И поэтому результаты каждого класса изучаются досконально. Более того — каждый ученик находится под прицелом инспекторов!

Я кивнул, глотнув кофе. Вкусный. Не зря он воевал с кофемашиной.

— Значит, есть класс с особыми проблемами? — догадался я. — Поэтому вам потребовался боевой маг на место их руководителя.

— Да-да! — закивал директор. — Боюсь, обычными методами здесь не справиться. Мои педагоги попросту отказываются брать на себя этих ребят из… кхм, соображений безопасности.

Я ухмыльнулся и почувствовал, как внутри разгорается азарт. И услышал, как в коридоре кто-то перешёптывается, шагая к кабинету. По привычке вливал часть энергии в органы слуха, чтобы всегда быть настороже.

«Дядя, а что если…» — взволнованно говорил кто-то молодой.

«Сколько раз тебе говорить, Аркаша! В стенах академии я не „дядя“, а Соломон Адамович! — гаркнул человек значительно старше, судя по голосу — ровесник директора. Его не было в коридоре: видимо, молодой звонил ему по телефону. — Всё будет нормально, у тебя самые лучшие рекомендации. Никто не узнает об… ни о чём не узнает! Иди и заяви о себе. Этот засранец уже предупреждён, ты будешь работать в моём крыле. А я пока пойду прослежу за выродками, они явно что-то замышляют!»

Интересно, что за выродки такие? И кто этот Соломон Адамович? А ещё «Засранец»… Неужели он про директора?

— Поэтому нужен кто-то с железными нервами и способностью противостоять прямому магическому воздействию, — продолжал «засранец». — Мои педагоги отличные специалисты, но…

— Я понял, Василий Павлович, — улыбнулся ему, допив кофе, и поставил чашку на стол. — Меня не страшат даже самые взрывоопасные подростки. Предлагаю сразу приступить к делу: где я могу найти ваших монстрят?

— Аудитория «404», это в соседнем здании. Как раз сейчас проходит организационное занятие, дети должны быть на месте. Но позвольте задать вопрос…

— Конечно.

— Зачем это вам? Офицер на службе министерства безопасности — и в учителя в академии? — вдруг он широко распахнул глаза, едва не расплескав свой чай. — Неужели!…

Кажется, надумал себе что-то страшное. И я подозреваю, что именно.

— Нет, Василий Павлович. Меня не отправили по вашу душу. Я здесь по личным причинам.

Он немного успокоился и выждал, желая узнать больше подробностей. Но снова правильно понял моё молчание и не стал расспрашивать дальше.

Хороший директор. Понятливый.

— Тогда не смею задерживать, — кивнул он.

Василий Павлович проводил меня до двери, пожал руку и потянулся к ручке, но тут раздался стук, и створка сама отворилась. Перед нами стоял молодой человек с зализанными назад волосами, в серых брюках и идеально подогнанной рубашке. На руке у него сверкнули дорогие часы.

— Добрый день! — горделиво воскликнул он, при этом рассеянно переводя взгляд с меня на директора и обратно. — Меня зовут Аркадий, я по поводу трудоустройства.

— О, точно! — радостно воскликнул директор. — Проходите, проходите, мы как раз закончили с вашим будущим коллегой.

Я напоследок кивнул и шагнул из кабинета. Аркаша немного завис, оказавшись у меня на пути. Кажется, он не думал уступать дорогу и даже хотел что-то возразить, но пока он собирался с духом, я уже двинулся вперёд, и ему пришлось шагнуть в сторону. Он возмутился всем своим видом, но смог удержаться, а затем нацепил лживую улыбку и обратился к директору:

— Василий Павлович, вас должны были предупредить…

Дверь за ними захлопнулась, а слушать разговор мне было неинтересно. Вместо этого я сосредоточился на окружающих звуках и запахах, немного увеличив поток энергии для обоняния.

Лето уже закончилось, но осень ещё была ясной и солнечной. На пустующих улицах академгородка пели птицы, шуршали белки, журчали ручьи, соединяющие два пруда возле здания администрации, откуда я как раз уже выходил.

Безмятежная атмосфера. Даже слишком, на мой вкус. Надеюсь, я не успею заскучать, пока буду выполнять обещание, данное погибшему другу.

Двадцать пять лет назад я переродился в этом мире, в теле ребёнка из уничтоженного рода. Осознал себя рано, но долго не мог прийти в себя, потому что этот мир показался раем, даже несмотря на все лишения, которые преследовали сироту.

И всё же без одного человека мне пришлось бы куда тяжелее. Лучшего друга и наставника. Человека, благодаря которому мне не пришлось ползать в пелёнках, навёрстывая почти утерянную силу. Он приютил сироту, обучил основам здешней магии, что сэкономило мне годы проб и ошибок, и познакомил с некоторыми негласными правилами и даже писанными законами, которым в этом мире следовало большинство людей.

Мой друг и наставник погиб, но у него остался сын, о котором он просил позаботиться. И что это могло значить? Дать ему денег, рассказать о папашке или проследить, чтобы шкет дожил до совершеннолетия? Дружище не стал уточнять и покинул нас с ехидной ухмылкой на своей наглой морде, явно обращённой ко мне. Его всегда задевало, что я позволяю себе жить без обременений и лишних забот, вот и подкинул одну такую напоследок.

К тому же этот крендель не знал толком, где его отпрыск находится, как его теперь зовут и как он выглядит! Отцом года его не назвать, это уж точно…

Но такова была плата за наше ремесло.

Я не соврал, назвавшись отставным офицером министерства безопасности. Но не уточнил, что моя служба проходила в спецотряде, все бойцы которого не имели семей или родственников. Мы выполняли невозможные и крайне опасные задачи, и никто не имел право на слабость.

Нам запрещалось заводить семьи, и меня такие условия пока что полностью устраивали, но вот друг, как оказалось, умудрился где-то влюбиться, охмурить, поссориться и разойтись с какой-то мадамой, заделав ей ребёнка. Хорошо хоть он оставил мне свои счета и выписки, в которых числились платежи в эту академию, иначе я бы и не знал, где искать.

Меня сразу напрягло, что шкет учился в казённом учреждении на платной основе, но в данном случае это помогло. Правда, платёж был зашифрован донельзя, так что дальше искать его придётся методом тыка.

Пока размышлял о превратностях судьбы, мне остался последний лестничный пролёт. Аудитория «404» находилась на четвёртом этаже корпуса, отведённого первому курсу академии. И было там подозрительно тихо для класса маленьких зверят, какими их описывал директор.

А нет. Всё в порядке…

— А-А-А-А-А!!! — раздался на весь коридор истошный вопль. — Ублюдки! Выродки!

Я без труда узнал голос из динамика телефона. Это с ним разговаривал Аркаша в коридоре. И когда я шагнул в коридор, то увидел дымящегося мужчину в сером клетчатом костюме с лысиной на макушке.

Если быть точным, облысел он совсем недавно и, видно, по этому поводу очень переживал. Мужчина дымился, тяжело пыхтел и кривил злобную рожу, облокотившись о подоконник прямо напротив аудитории с табличкой «404» над дверью. На уцелевшей шевелюре тлело несколько огоньков.

— Убью!!! — гаркнул он и бросился в аудиторию.

А вот это зря.

Я почувствовал, как в нём вскипают магические потоки, которые вскоре преобразовались в крутящийся огненный шар в руке. Он замахнулся, и пламя вспыхнуло, обдав помещение опасным жаром.

Однако, ученики восторженно загалдели, некоторые даже начали копить магию, чтобы противостоять пламени, и всего несколько человек сообразили хотя бы рвануть с места куда подальше. Эти были самыми умными, потому что Соломон Адамович разошёлся не на шутку и всерьёз мог навредить бесятам.

Но когда этот идиот уже собирался выпустить огненный шар на свободу, я ускорился, направив чуть больше магии в ноги, схватил его за запястье и заломил руку так, что пламя обрушилось прямо под зад в серых клетчатых брюках.

— А-а-а-а-а-а!! — снова завопил он, подпрыгнув чуть ли не до потолка.

А затем плюхнулся на обожжённый зад.

На лице его читался ужас — наверняка уже решил, что подохнет. Но на самом деле страха было куда больше, чем реальной опасности, потому что я успел перекрыть потоки магии в его руке, и грозный сгусток разрушающего пламени превратился во вполне безобидный профилактический огонёк.

— К… к… т-ты… — заблеял он, наконец-то осознав, что остался цел и почти невредим.

— Кто я такой?

— Д… д-да…

— Новый классный руководитель этих ребят.

Я окинул взглядом аудиторию. Подростки лет пятнадцати, на вид ничем не примечательные. Глазели на меня, словно увидели, как Чернобурый Медведь — крупная тварь из разломов — крутанул сальтуху и приземлился на продольный шпагат.

Хотя такому я бы тоже удивился…

— А вам, Соломон Адамович, следует быть более сдержанным, — я поднялся на платформу, где стоял учительский стол, но садиться не спешил.

Кажется, дети готовились встречать меня не хуже Адамыча. Который, кстати, уже очухался и вскочил на ноги.

— Да как ты смеешь! Ты!..

Ученики тоже опомнились и залились громким хохотом, потому что он открыл им свой голый зад. И спасибо ему за это, мне такое лицезреть как-то неохота.

— Да ты знаешь, кто я такой⁈ Ты вылетишь отсюда сегодня же!

— Покиньте аудиторию, Соломон Адамыч, — прибавил я стали в голосе и заставил засранца опешить. — Или вас вышвырну я.

Усилил потоки в голосовых связках, так что звуковые вибрации сейчас трясут его нервишки, словно их возят по тёрке.

А ещё уловил какой-то странный свист ветра снаружи…

— Да как!.. Да я!.. — Адамыч невольно попятился, яростно огляделся, оскалившись на учеников, но в конце концов взял себя в руки, выдохнул и злобно процедил: — Мы с тобой ещё увидимся, помяни моё…

— Я непонятно выразился? — прервал его, усилив вибрации.

Он начинал меня раздражать, но дёрнувшийся глаз говорил, что ему с трудом удаётся выдерживать мой голос. И он быстро сдался.

— Ещё увидимся! Запомни! — крикнул он напоследок, ещё раз сверкнув голым задом, пока убегал прочь.

Раздалось ещё несколько смешков, но затем класс затих. Все с интересом и осторожностью разглядывали меня.

Вообще они меня тоже заинтересовали. Подпалить огненного мага — это нужно сильно постараться. Они точно из отстающих?

— Итак, давайте знакомиться… — я мановением руки захлопнул дверь, зацепив её магией, словно лассо. — Меня зовут Ставров Сергей Викторович. С этого момента я буду вашим классным руководителем и преподавателем дисциплины «Основы магической безопасности».

Свист снаружи стал беспорядочным, а тот, кто его устроил, начал беспокоиться и причитать: «Ай-яй-яй-яй-яй».

А ещё окно открыто, что навело меня на некоторые мысли…

— Отсутствующих нет? — уточнил я.

Сначала все молчали, но затем один из парней на галёрке, крепкий на вид, кивнул в сторону распахнутого окна:

— Отсутствующих нет, но один дятел захотел экспериментов.

— Эксперимен… Ну-ка поподробнее!

И тут мимо окна с диким криком промелькнуло падающее тело.

Твою мать, это ведь не тот шкет, которого я ищу⁈

Глава 2

Не похож. Или всё-таки?.. Не, не похож. Хотя матери-то я не видел… Может, малец полностью в неё пошёл?

— Ты кто такой⁈ — ахнул шкет.

Конечно, я успел его подхватить, прежде чем эта бестолковая тушка шмякнулась бы о землю. Правда, пришлось напитать магией всё тело, чтобы ускориться.

— Хм-м-м…

Я пристально разглядел лицо шкета, которого держал за воротник на вытянутой руке, словно нашкодившего котёнка.

— Пусти, слышь! Совсем охренел⁈ — прорычал парень.

Очень вредного котёнка…

— Ладно.

Разжал пальцы, и шкет плюхнулся задницей прямо на зелёную травушку.

— Ай-й-й! — взвыл он.

После чего сверху раздался смех. Это ученики выглядывали из окон. Их явно веселило происходящее, но некоторые смотрели с куда более серьёзным интересом.

Для учеников мой манёвр выглядел так, словно я исчез и появился в другом месте. Но ничего страшного, пусть гадают, как я это сделал. Будет меньше времени на пакости.

— Живо в класс, — стальным голосом приказал я шкету.

Тот хотел было что-то возразить, но оглянулся на «зрителей», что-то прикинул у себя в голове и не стал лезть на рожон. А он не так уж глуп!

Шкет побежал ко входу, откуда как раз выбежал Адамыч. Они столкнулись и замерли друг напротив друга в растерянности. Кажется, обоим было что сказать, но они разом обернулись в мою сторону и решили отложить беседу.

А вот ученики в классе вовсю обсуждали меня:

«Да кто он вообще такой⁈»

«Не, ну вы видели? Видели⁈»

«Ну на фиг!»

«Да успокойтесь вы! Наверняка какой-то трюк!»

«Ага, как же! Ты его видел? Он здоровее нашего физрука!»

— И намного симпатич…

— Итак, на чём мы остановились? — я взял мел с подставки и повернулся к доске.

— А-а-а-а-а-а-а!!!

С места подскочила девчонка, она сидела в первом ряду, прямо напротив учительского стола. Крик заставил остальных заткнуться, и все уставились на меня, пока я преспокойно выводил своё имя.

— В-в-вы как здесь оказались⁈ — заверещала девочка.

Я поставил точку и обернулся.

— Так же, как ушёл. Займите свои места, мы уже начинаем…

Тут дверь в аудиторию распахнулась, и влетел шкет.

— Эй, вы видели того!.. — он заметил меня у доски, — … мужика?

И едва не вылетел через то же самое окно, потому что смотрел не перед собой, а на меня. Но затормозил у самого края, уперевшись в подоконник. Остальные даже не засмеялись, потому что сами пялились на нового учителя.

Что ж, сбить их с толку и обезоружить получилось отлично. Думаю, сегодняшний урок пройдёт без особых проблем, а дальше будем действовать по ситуации.

— Садись на место, — сказал я, подходя к учительскому столу.

Шкет вдруг оправился, и на его лице заиграла ехидная ухмылка, которую он тут же подавил. Я медленно отодвинул стул, громыхнул деревянными ножками по полу, сделал беззаботное лицо и улыбнулся. Шкет к тому времени уже повернул к своей парте и продолжал пристально за мной наблюдать. Опускались мы одновременно, и с приближением моей пятой точки к сидению его ухмылка всё больше и больше вылезала наружу. Над самоконтролем ему всё-таки следует поработать.

БАМ!!!

И шкет подлетел метра на полтора, выпучив глаза: не то от удивления, не то от подгоревшей алым пламенем задницы. Он плюхнулся обратно и только теперь заметил, что сидит на моём стуле, который сам же и заминировал взрывным заклинанием.

— Начнём со знакомства, — продолжил я как ни в чём не бывало. — Пожалуй, представлюсь первым. Меня зовут Ставров Сергей Викторович, как и написано на доске. Боевой офицер в отставке, люблю вкусно поесть и не люблю, когда мне докучают всякие проказники…

Пристально взглянул на шкета, который вдруг понял, что брюки получили шикарную вентиляцию прямо на заднице. Дымок до сих пор тянуло кверху, а затем уносило в открытое окно.

Этак скоро вся академия будет подвергнута новой моде…

Но на самом деле шкет очень неплох. Я уже понял, что это он устроил ловушку, в которую попал Адамыч, и он же подложил мину под учительский стул. Когда маг оставляет заклинание, я могу распознать след его энергии.

Правда, малец перестарался. Не уверен, что специально, но вбухал такой заряд магии, что мог устроить конфетти из своей жертвы. Так что пришлось подправить заклинание и ослабить его эффект, примерно как с Адамычем. Результат, впрочем, оказался такой же, так что можно закрывать их противостояние ничьей.

— Теперь вы! — объявил я, а затем указал на парня в очках: — Ты первый.

Долговязый, сутулый, с острым лицом и аккуратной чёрной шевелюрой, явно из умников. Принял бы его за обычного ботаника, но по взгляду видно, что он — та ещё заноза. И прогноз оправдался.

— Островский Денис Юрьевич! — с важным видом воскликнул он. — Люблю получать знания, играть в шахматы и решать логические задачи. Не люблю потеть, бегать и таскать тяжести, — затем даже приосанился, руки по швам выставил, подбородок приподнял. Двое парней через несколько рядов от него прыснули от смеха и явно что-то задумали. — Как наследник дворянского рода Островских, получивших титул в награду за храбрость при взятии шведской крепости…

— … и просравших всё имущество при неудачном штурме казино! — громко прервал его один из тех парней.

Денис тут же насупился и покраснел, мигом ссутулился и сел обратно. Несколько отдельных групп засмеялись, поддерживая колкость, другие смотрели с сочувствием, а остальным было по боку.

Значит, класс разобщён…

Что ж, для начала это будет плюсом. Но потом придётся сплотить ребят. Я хоть и не за педагогическими подвигами сюда прибыл, но раз уж взялся за дело, результат будет на высшем уровне.

— Раз уж подал голос, представься, — кивнул я остряку.

Это был крупный парень, будто противоположность Островского. Светло-русый, с круглой мордой и крепкой челюстью. Крепко сбитый, невысокого роста, в мятой рубашке. И кажется, ему стоит ходить и оборачиваться, потому что долговязый явно уже продумывает план мести.

— Валиков Пётр Геннадьевич, — буркнул крепыш, нехотя поднявшись из-за парты, но затем с вызовом добавил: — Голубых кровей не имею! Что люблю — не ваше дело, чего не люблю — тоже.

— Ладно, — кивнул я. — Садись.

Он немного удивился, что «протест» остался без внимания, но кто сказал, что рассказывать о предпочтениях — это обязаловка?

— Следующий…

Так ученики представлялись один за другим. Многие делали это с неохотой, но я произвёл на них достаточное впечатление, чтобы никто не воспротивился. Кто желал, отвечал полностью, кто нет — называл только своё имя. Напоследок я оставил шкета, который всё это время сидел на попе ровно и боялся пошевелиться.

— Давай, — кивнул я ему. — Представься.

Шкет нервно сглотнул и огляделся, не заметил ли кто-нибудь его неловкой ситуации.

— Можешь не вставать. Зад наверняка будет болеть ещё пару часов, — хмыкнул я, бросая ему спасательный круг.

И у парня тут же отлегло. Он с благодарностью в глазах посмотрел на меня, немного успокоился и слишком уж рьяно воскликнул:

— Савельев Александр Иванович! Люблю пробовать… разное. Не люблю всякую скукоту.

Я кивнул и снова встал, давая понять, что знакомство окончено. Нескольких ребят по ходу дела подметил, в основном это были лидеры неформальных групп, на которые делился класс. Всё просто — «ботаники» во главе с Денисом, «спортики» во главе с Петром, девчачья группа с той самой девчонкой, что сидела напротив учительского стола.

Её звали Елизарова Анжела Матвеевна, из семьи предпринимателей средней руки. Наверное, самая богатая из присутствующих, и потому её окружали три подружки примерно такого же толка.

Но группы составляли около половины класса, остальные же скорее одиночки. Судя по всему, большинство из них были сиротами или первыми одарёнными из простых семей, для которых магическая академия — место до крайности чуждое.

К таким как раз относился Савельев. Но у этого паренька в заднице не только гарь была, но и шило невероятных размеров. Если я правильно понял, он решил опробовать всю доступную магию и неплохо в этом преуспел.

Пока ребята представлялись, я сканировал их магические системы. Кажется, ими никто не занимался.

Развитие сосудов вразнобой, источники магии бесформенные, контроля никакого. Савельев, кстати, самый развитый в этом плане, но тоже видно — самоучка. А в таком деле это крайне опасно. Считай, как пластит ковырять. Рвануть, конечно, не должно без детонатора, но всё равно беспокойно.

Им придётся заняться первым делом. А то найдётся какая-нибудь искра, от которой академия взлетит на воздух.

Тут прозвенел звонок, и за дверью раздался топот стада носорогов, несущихся на водопой. Ну, именно так это звучало.

Урок пролетел слишком быстро, но я прибыл не под самое начало, так что ничего удивительного. К тому же урок был последним. Что тоже хорошо — не собьёт у них правильный настрой.

— Что ж, неплохое начало, — заявил я. — И у меня к вам будет домашнее задание.

— Чего-о-о-о?!! — тут же раздалось в ответ дружным хором.

— Мы ж ничего не учили! — заметила Анжела.

— Да у нас и учёба-то не началась! — воскликнул Пётр.

— Это организационное занятие! — вторил ему Денис.

Вот уж где они сплочённые, а?

— Не волнуйтесь, это не касается учебников. Сегодня мы представились друг другу, но завтра…

— Завтра у нас нет ваших уроков! — снова встрял Денис.

— Теперь будет, — отрезал я. — Каждый день первым уроком у вас будут занятия по основам магической безопасности. Опаздывать не советую.

Ребята переглянулись с сомнением во взглядах, но ничего не возразили. Однако некоторые из них явно что-то задумали, и Пётр с Анжелой, как им казалось незаметно, договорились о чём-то через своих сподвижников.

— Так вот, вашим заданием будет — поставить перед собой настоящую цель, которую вы хотите достигнуть к концу первого триместра. Повторяю — настоящую цель! Чего вы жаждите всем сердцем. И, конечно, прошу быть реалистами. Загадывать всемогущество или член до колен не надо.

Все вдруг глянули на меня распахнутыми глазами — явно были в шоке. Какие они впечатлительные…

— Да ладно, вы и похуже шуточки знаете! — махнул я. — В общем, всё понятно?

— Да! — тут же воскликнул Островский.

— Сергей Викторович, а у меня вопрос, — руку подняла Анжела.

— Слушаю.

— А у вас какая цель?

И зыркнула на меня с какой-то хитрецой во взгляде.

— А это вы узнаете завтра. Всё, идите! Уроки закончены для всех… кроме тебя, Александр, — я с максимально строгим лицом обратился к нему. — Вас я попрошу остаться.

— Зачем? — пропищал парень.

— Будем проводить воспитательные мероприятия, фокусник.

— У-у-у-у! — заулюлюкали ребята, не спешащие уходить.

— Кто-то хочет задержаться и отдраить полы?.. — намекнул я.

Ребята мигом всё поняли, и через пару секунд аудитория опустела. Я закрыл дверь и повернулся к Савельеву.

— Штаны запасные есть?

Он помотал головой.

— Ох, бедолага…

— А нет, есть! — вдруг опомнился он. — В шкафчике!

Я взглянул на него, затем на дальнюю стену, где эти самые шкафчики стояли.

— И чего ждёшь? Переодевайся давай!

И этот крендель напялил спортивные штаны под рубашку…

Но это навело меня на одну идею.

— Боги, — вздохнул я. — Полностью переодевайся!

— Зачем⁈ — возразил шкет.

Он уже догадался, что я задержал его, чтобы скрыть прожжённые брюки и избавить от насмешек на последующие пару месяцев. Но о чём он не мог догадаться, так это о моих методах. Раз уж занимаемся конспирацией — делать это будем как следует.

— Я же сказал, — хищно ухмыльнулся, отчего малец невольно попятился, — будем проводить воспитательные мероприятия.

━─━────༺༻────━─━

В академии имелся просторный стадион, куда мы и направились. Сейчас здесь никого не было, так что мы могли хорошо разгуляться. Только воробушек неподалёку чего-то забыл. Затаился в подстриженной траве и наблюдал за нами.

— Начнём, пожалуй. — Я остановился посреди поля. — Земля мягкая, падать будет не больно.

— Падать⁈ — шарахнулся шкет. — Зачем падать⁈ Я не хочу падать!

— Да ладно? — хмыкнул я. — А в окно вышел так, словно очень того желал, — но затем вернул серьёзное выражение лица. — Не переживай, больно не будет. Я подстрахую. Ты ж хотел воздушную подушку научиться делать, верно?

Саша кивнул. Но глядел настороженно: ещё не доверял и прикидывал, не дешевле было бы сверкнуть голым задом перед одноклассниками.

— Попробуй снова.

— Не получится, — буркнул он. — Не успеваю подушку сформировать. Надо с высоты — чтоб время было.

Тут воробей взлетел и упорхнул прочь.

— Ему вон высоты не нужно, — кивнул я. — А он пониже тебя будет.

— Так это ж птица!

— Так ты ж маг!

— Аргумент… — поджал губы Саша.

И принялся сосредотачивать магию внутри себя.

Я же наблюдал. Внешне он никак не напоминал моего друга и вряд ли был тем, из-за кого я устроился в академию, но парень действительно сейчас напоминал бомбу, которая вот-вот взорвётся, поэтому стоило разобраться с проблемой сразу.

Некоторые дети, у которых открылся дар, сходу имели большие запасы магии. Но без должной подготовки — какой могли похвастаться кланы аристократов или семьи богачей, вливающих кучу денег, чтобы получить одарённых наследников — такие дети не могли управлять силой, бушевавшей внутри.

Чаще всего это были гиперактивные подростки, которым сложно усидеть на месте из-за бурлящей энергии. А всё потому, что магия вырывалась наружу и хотя бы частично тратилась с помощью реактивного «шила».

Кажется, Саша пробудился около года назад, и в его Источнике уже начали копиться магические осадки. Это было похоже на накипь в чайнике. Магия не успевала вырваться наружу, но её при этом притесняла новая энергия, которую беспрестанно вырабатывал Источник. Магия утрамбовывалась и забивалась в каналах, блокируя выходы.

А ребёнку при этом становилось всё тяжелее расходовать энергию, управлять её потоками и использовать дар.

Источник перенапрягся, пульсировал всё сильнее. В лучшем случае он повреждался, покрывался трещинами, и магия некоторое время выходила наружу через них, пока от дара не оставалась лишь пустая оболочка. А в худшем случае — не оставалось ничего. Ни от дара, ни от одарённого.

— Ха-а! — воскликнул Саша, подпрыгивая изо всех сил.

При этом из-под него вырвался мощный поток ветра, который подбросил парня ещё на пару метров вверх, но был слишком хаотичным и не успел сформироваться во что-то управляемое, поэтому Саша рухнул обратно — прямо на свою многострадальную пятую точку.

— Вы говорили, что подстрахуете! — возмутился он.

— Из-за пары метров? Издеваешься надо мной, малец? Лучше учись правильно падать, а я подключусь с пяти метров, не меньше.

Шкет глянул на меня с обидой, но надул губы и поднялся на ноги.

Попробовал ещё раз — и с тем же результатом. Хотя всё же попытался упасть на ноги, но вихри собственного ветра сбили его, и снова досталось заднице.

— Зараза! — завыл он от боли.

— Смотри и запоминай. Попрыгун, блин.

Саша тут же забыл про боль и внимательно начал следить за мной.

Я подпрыгнул не на два, а на пять метров. Стихией ветра не обладаю, так что сделал это, напитав мышцы магией. Но стоило смоделировать ситуацию наиболее похоже, поэтому запустил под собой вихри чистой хаотичной энергии, которая разошлась по всему стадиону, кольцами сгибая траву.

А затем начал падать и у самой земли сгруппировался, прокатившись по ней кувырком, чтобы распределить ударную силу, по инерции снова подпрыгнул и уже приземлился на ноги.

Кажется, даже пиджак не замарал.

— Ого! — ахнул Саша.

— Ага! Давай повторяй.

Парень тут же загорелся энтузиазмом, Источник его забурлил, магия завихрилась, забежала. Нахмурившись, я наблюдал, как она не может пройти по неразвитым путям, натыкается на закупорившиеся каналы и со взрывом рвётся обратно, создавая ещё больше помех.

Саша поспешил. Не успел сформировать стихию, но подпрыгнул и выплеснул всё разом. Из-за этого получился не прыжок, а выглядело всё так, словно он поскользнулся на ровном месте и шмякнулся плашмя на спину.

— А-ай-й-й-й! — взвыл он снова, но затем подскочил и тут же принялся за дело по-новой.

Я невольно ухмыльнулся, наблюдая за ним. Скорее всего, ему придётся набивать шишки на собственном опыте, я могу только корректировать направление и сократить количество синяков. Раз за разом будет падать и вставать, пока не начнёт получаться.

Вот как сейчас, например. Саша понял, что поспешил, и поэтому немного успокоился, сосредоточился и прыгнул на свои изначальные два метра. Упал, но уже грамотнее, хотя и далеко от идеала.

Я не спешил поправлять ему потоки магии. Нынешняя высота как раз безопасна для здоровья и достаточно болезненна, чтобы не расслаблялся. Пусть сначала научится падать, а потом уже освоит технику владения магией.

Падать ведь ещё много раз придётся…

И вот, Саша уже делал четвёртую попытку! Даже чуть выше удалось подняться — в Источнике осталось меньше магии, и её стало легче контролировать.

Полетел вниз, сгруппировался.

Я невольно потянулся вперёд, глядя, как он правильно выстраивает траекторию, даже маневрирует на непослушном ветре, хотя сам этого не замечает. Вот-вот всё должно…

— Эй! Вы кто такие⁈ — раздался вдруг гулкий рассерженный голос за моей спиной.

И Саша шарахнулся от неожиданности, сбился и рухнул ещё хуже первого раза, скривившись от боли.

— Чего тут устроили, спрашиваю⁈ — снова гаркнул какой-то засранец.

Я медленно повернулся в его сторону. В груди закипала злость.

Никто не смеет мешать мне. У него почти получилось, мать вашу!

— Это ты!!! — ахнул засранец.

Тот самый, с которым мы повстречались на аллее — здоровый лысый мужик в спортивном костюме. Он остановился в нескольких шагах.

— Сгинь, — прорычал я.

Кабан ненадолго растерялся, но затем набрался храбрости и снова шагнул в мою сторону.

— Охренел, мужик⁈ Ты кто, блин, такой? А это… Савельев, ты что ли? Чего опять затеял⁈

Саша насупился, вытер нос рукавом, измазанным в траве.

— Ничего я не затеял, Семён Семёныч, — буркнул он. — Я тренировался.

— Чего-о? — засранец хрюкнул — ну точно свин. — Валите отсюда, сказал! У меня секция скоро начинается.

Саша опустил голову и уже собирался уходить, но я его остановил:

— Куда это ты? Мы ещё не закончили.

— А? В смысле? Физрук же…

— Пять минут на отдых — и продолжим, — отрезал я.

И шагнул навстречу обнаглевшей перекаченной хрюшке.

Он сразу насторожился, выставил кулаки и забегал своими маленькими суетливыми глазами. Я даже остановился, и от несуразности гнев улетучился. Мне хотелось смеяться.

— Идиот? — хмыкнул я. — Ты думаешь, я буду с тобой драться?

— А⁈ — ахнул кабанчик. — В смысле?.. А что тогда?

Глава 3

Мой прошлый мир был объят Хаосом. Монстры, магические штормы, ужасающие твари из самых глубоких недр разломов и прорывов заставили человечество выживать на собственной земле и оттачивать навыки борьбы за свою жизнь до самых высот.

Я неплохо поднаторел в этом. Моё поколение вообще считалось самым сильным, а некоторые называли меня лучшим из всех. Однако я не видел смысла меряться рангами, потому что наш мир пожирал Хаос, а мы были лишь предсмертной агонией без возможности что-либо исправить.

Но вот я переродился. И здесь птички пели, белки шуршали в поиске орехов, а ученики безбоязненно сидели за партами, чтобы научиться тому, что нам приходилось познавать на собственной шкуре в надежде увидеть конец нашего мира.

Они даже не понимают, как им повезло. Никто не понимает, если не с чем сравнить.

Поэтому перекаченный кабанчик, который решил, что может противостоять мне, был поистине смешон. Он даже не представлял, на какую стену пытается забраться. Я мог лишить его магии, даже не прикасаясь. Или, наоборот, усилить до такой степени, что от лёгкого прыжка он улетел бы в небо, а потом шмякнулся бы о землю или застрял в стратосфере. Но его ждёт иная участь.

— Выбирай, дурень! — воскликнул я. — Бег, гири, подтягивания, отжимания. Что угодно, лишь бы это не заняло много времени, у нас только пять минут. Победишь, и мы уйдём. А проиграешь — свалишь отсюда ко всем чертям!

Физрук растерялся, захлопал своими поросячьими глазками и медленно опустил руки. А затем вдруг восторженно осклабился.

— Кто из нас ещё дурень! Ха-ха! — воскликнул он. — Ты ещё пожалеешь, что связался со мной!

— Ну? — поторопил его.

— Хорошо, я согласен. Но у меня одно условие!

— Какое? И давай быстрее, у тебя уже четыре минуты.

— Без магии! — кабанчик указал пальцем в мою сторону, словно уже победил. — Только физическая сила, чтобы мы были равны!

Ага, как же. Он наверняка думал, что «банки» делают его чрезвычайно сильным, а я хоть и был выше, явно не выглядел так, словно ужаленный пчёлами по всему телу. И одет не в обтягивающие тряпки, а в пиджак и рубашку.

— Хорошо, — кивнул я.

— Борьба на руках!!! — тут же выпалил кабанчик. — До трёх побед!

Он выглядел восторженно. Даже триумфально. Позади него уже начали собираться ученики — видно, прибыли, чтобы позаниматься в секции.

А я лишь хохотал про себя, потому что идиот сам загнал себя в ловушку.

— Лады, — пожал плечами и посмотрел на часы. — Давай быстрее, уже три минуты.

Мы подошли к столу для армрестлинга на площадке возле стадиона. Физрук даже не скрывал своего восторга, он уже праздновал победу и кивал ученикам, мол: глядите, как он наглеца уделает!

В покер ему не играть.

Ребят тем временем становилось всё больше. Они не были одеты по-спортивному, и занятие, видимо, намечалось организационное. Что ещё раз убедило меня во вредности кабанчика. Мы ему-то и не мешали, получается?

— Две минуты, — напомнил я.

— Мне хватит, — хмыкнул он, поставив локоть на стол. — Давай… Как там, говоришь, тебя зовут?

— Я не говорил, — снял пиджак и передал его Саше. — Начинаем.

Мы сцепились, и мне едва хватило длины пальцев для широкой ладони физрука. Надо признать: его мышцы не только для красоты, он был действительно сильным. Выбери кабанчик соревнование по поднятию тяжестей, и мне пришлось бы немного сложнее. Немного.

Но теперь всё проще простого. Физрук стоял неправильно, хватка не была достаточно сильной, она давила лишь за счёт размера ладони. Я сразу понял, что он если и занимался борьбой на руках, то лишь в качестве небольшого увлечения. Он выбрал это соревнование, чтобы унизить меня перед своими учениками и отомстить за случай с Еленой.

Кабанчик был сильным, да. Но сейчас потребуются крепкие связки и правильная техника. У него нет ни того, ни другого.

— Погнали! — воскликнул он и тут же рванул рукой, чтобы закончить схватку в самом начале.

Но не получилось.

— Угх-х-х!.. — кабанчик тужился, его лицо быстро покраснело, а на предплечье выступили вены.

Он пытался давить грубой силой, пыхтел, едва не исходил слюной, но моя рука не сдвинулась.

— Ничё се… — ахнул Саша.

— Ага… — поддакнул ему парень постарше, что стоял рядом.

Физрук запаниковал. Он планировал размазать меня. Даже специально заявил про три победы, чтобы унизить меня трижды, но всё обернулось иначе.

Я мог его обмануть. Мог напитать тело магией, и он вряд ли бы это распознал, но этого делать не пришлось.

— Кгх-х-ха-а!.. — продолжал он тужиться.

И мне надоело.

БАХ!

И его руку вывернуло в обратную сторону. Физрук с удивлением уставился на неё, не до конца понимая, что произошло, а затем подскочил с места и взвыл от боли.

— А-а-а-а!!! — заверещал кабанчик, прыгая и вертясь на месте.

Но, думаю, это больше от страха. Я ничего не повредил, не сломал кость и даже не вывихнул плечо. Просто чуть подкрутил связки, чтобы он не надумал устраивать продолжение этого цирка.

— Минута, — напомнил я, взглянув на часы.

— Ты жульничал! — выпалил физрук. — Ты использовал магию! Мы так не договаривались!

А вот это он зря.

Я сосредоточил вокруг себя магические потоки и выпустил плотную ауру, направленную в него. Физрук тут же оцепенел и попятился, распахнув глаза.

Он тоже был магом, хоть и посредственным. Я мог бы использовать одну из своих способностей «усиление», и он ничего бы не заметил, но это чрезвычайно сложное манипулирование, которым владело не так уж много людей. Обычно маги не могли скрыть ауру, если пускали в ход магию.

И теперь кабанчик понял, что до этого с ним лишь игрались.

— Уверен? — спросил я стальным голосом. — Хочешь почувствовать разницу?

— Й-й… я… — он затравленно, с паникой в глазах огляделся. — Я тебе ещё покажу кузькину мать! Вот погоди, только вылечу руку!

И кабанчик помчался прочь, что-то ворча встречным ученикам про перенос занятий.

— Отдых закончен, — заключил я, когда секундная стрелка достигла отметки «12». — Давай сюда пиджак и возвращайся на поле.

Саша ещё пару секунд провожал физрука взглядом, но опомнился и вскоре уже стоял на своём прежнем месте.

Но тут возникла другая проблема…

— А вы чего встали? — спросил я учеников.

Их было десять человек, все с задумчивыми лицами, и они почему-то не спешили свалить по своим делам. Невысокий парень с короткой стрижкой и вздёрнутым носом осторожно поднял руку и уставился на меня неуверенным взглядом.

— Да?

— А можете… — он переглянулся с ребятами в поисках поддержки, — можете нас научить?

— Рукоборью? — нахмурился я.

Парень закивал, а затем присоединились и остальные.

— А-а-а!

БАХ!!

У меня за спиной Саша снова рухнул на землю, но позабыл всему, чему научился, и плюхнулся прямо на многострадальный зад.

— Это надолго, — выдохнул я, потирая переносицу. — Ладно!

Ребята оживились. Те, кто сидел на скамейках, подскочили, и все вместе они выстроились в ряд.

— Оперативно, — хмыкнул я. — Для начала сто кругов… — тут их глаза расшились от ужаса, и я вспомнил, что это не спецназовцы, а школьники. — Десять кругов по стадиону. Немного разогреетесь, а потом приступим к разминке.

— Разминке⁈ — ахнул один из парней, рыжий и с веснушками. — А десять кругов тогда что?

— Предразминка, — осклабился я. — Чтобы подготовить вас к разминке, которая подготовит вас к предтренировочному комплексу, чтобы приступить к самой тренировке.

Ребята снова переглянулись, а затем произошло то, чего я и ожидал. Половина побежала по дорожке, а вторая половина плюнула и направилась к выходу.

По моим прикидкам, один круг по стадиону — это примерно километр по расстоянию. Итого десяточка. Для обычного человека расстояние не заоблачное, но и лёгким не назвать, а вот маги должны справиться без проблем.

Я не знал никого с таким же даром, как у меня, но магическая энергия точно усиливала общие физические показатели магов. Тот же физрук, Семён Семёныч, наверняка мог поднять полтонны веса своими натренированными граблями. Так что если понадобится грузчик, он будет первым в моём списке.

— А-а-а-а!

ШМЯК!!

О! Саня-то учится. Уже почти получилось сгруппироваться, и звук при падении намного лучше предыдущего.

Но ему бы поспешить, а то завтра и присесть не сможет…

━─━────༺༻────━─━

— Ур-р-ра-а-а! Получилось! Получ-Ай-Ой-й-й!!!

Саня снова шмякнулся о землю, но вполне грамотно. Однако перед этим ему удалось зависнуть в воздухе, поддерживая себя потоками ветра. Совсем немного, но это того стоило. Магия по каналам теперь текла куда более уверенно и спокойно, Источник перестал плеваться сгустками энергии, а закупорившиеся пути начали очищаться.

Парень ещё сам того не понимал, но контроль над магией ему теперь будет даваться проще.

— Молодец, — кивнул я. — Думаю, воспитательный момент усвоен, так что можешь идти.

Уже наступил поздний вечер, вокруг стадиона светили лампы, а воздух стал прохладным. Мы провели здесь несколько часов, и всё это время Саня тренировался. Он взял перерыв всего несколько раз, и то по моему наставлению, потому что утомлённость приводила к потере концентрации, и он мог закрепить собственные ошибки.

Но тренировался не только он.

— Вы закончили? — когда Саня ушёл, я обернулся в сторону трёх парней, которые должны были перекинуть друг другу медбол — тяжёлый мяч, наполненный песком — по сто раз каждый.

Их было пятеро, но один слился после пробежки, а второй сдался во время планки с утяжелителями. Но они сами напросились на тренировку, так что мне нет до них дела.

— Разминка окончена, — улыбнулся я по-отечески. — Можем приступать к предтренировке?

В глазах у парней поселился ужас. Они еле стояли на ногах, руки дрожали, а со лба уже перестал лить пот — он весь вышел уже давно.

— Ну на фиг! — воскликнул один из них. — Я щас сдохну!

Он махнул рукой и поплёлся к выходу. Ещё один парень колебался, но молча последовал за ним.

— А ты чего? — спросил я третьего, когда они ушли.

Он не двигался, лишь пытался выровнять дыхание и глядел на меня с вызовом. И это не тот случай, когда он просто не мог ходить и поэтому остался. Я видел, как по его каналам циркулирует магия, а состояние тела ещё не достигло предела. Оставалось совсем немного.

Маги хоть и сильнее обычных людей, но для подавляющего большинства основная сила заключается в Источнике и контроле энергии. Физическое состояние позволяет улучшить контроль, некоторые умеют даже напитывать тело, чтобы укрепить его, повысить скорость и мощь, но по большей части магия и тело развиваются независимо друг от друга. По общепринятому мнению магия больше связана с разумом и мышлением. Я не совсем согласен с этим, но зерно истины в этом определённо есть.

Встретить таких накачанных магов, как физрук, редкая «удача». Скорее всего, Семён Семёныч просто не преуспел в магии и решил компенсировать это грубой силой. Я сегодня преподал урок не только ребятам, но и ему тоже. Хотя сомневаюсь, что он это правильно оценит и поймёт.

Так вот, чтобы осилить мои тренировки, придётся открыть «второе дыхание» и задействовать Источник для подпитки мышц. Принудительное усиление, как это называют. Очень сложный путь на грани возможного. И да, это нужно, чтобы научиться бороться на руках… ну, помимо прочего.

Вообще, я надеялся, что отвалятся все, но один пацан до сих пор держался. Это был тот самый, что первым поднял руку и напросился на тренировку.

И он до сих пор не ответил на мой вопрос.

— Язык проглотил?

— Не… уйду… — хрипло от пересохшего горла заявил он. — Что там… дальше?

— Вот засранец, — хмыкнул я. — Дальше самая сложная часть. Уверен, что ты к ней готов?

Он кивнул, поджав губы, а я сделал шаг вперёд.

— Готов!

— Так вот, малец…

Ещё один шаг, и предвкушающий оскал на лице заставил его сомневаться.

Но пацан стоял на месте.

— Ты должен…

Я медлил, говорил вкрадчиво, низким голосом, чтобы вызвать дрожь.

Но он не сдавался.

— Пойти домой, — заключил я и встал напротив.

— А?.. — захлопал он глазами. — Н-но я же справился! Почему вы…

— Пойти домой, — перебил его, — или в общагу, или где вы там живёте. И хорошенько отдохнуть. Отоспаться. Не сидеть в телефоне, не трындеть с друганами, а принять душ и лечь спать.

Пацан совсем растерялся. То давил лыбу, то хмурился, не понимая, к чему я веду. Судя по всему, он решил, что я его прогоняю, но всё не так. Я задал очень высокую планку, потому что не хотел вешать себе на шею каких-то левых детишек, но этот засранец сумел меня удивить.

А раз уж я берусь тренировать кого-то, то делаю это на все сто.

И пацан ещё пожалеет, что поднял сегодня руку, хе-хе…

Кстати.

— Как тебя зовут, малец?

— К-коля.

— Так вот, Колян. Сейчас ты идёшь спать, завтра отдыхаешь по-максимуму, а послезавтра ещё раз подумаешь, надо ли тебе всё это.

— Надо! — тут же воскликнул Колян.

— Послезавтра, — усмехнулся я. — Если переживёшь этот день и не передумаешь, я буду тебя тренировать. А теперь вали отсюда, уже поздно.

— Спасибо! — выпалил малец.

Он хотел рвануть на выход, но быстро осёкся и поплёлся, тяжело переставляя ноги. Наверняка он думает, что всё его тело болит. И завтра, когда заноет каждый мускул, он тоже будет так думать. Но настоящая боль его ждёт на третий день. Вот где начнётся испытание. Не уверен, что он и с кровати-то встать сможет.

Я прибрался, вернул спортивные снаряды на склад и тоже направился к выходу. Но прежде завернул к зрительским трибунам, где в тени сидела девушка.

— Добрый вечер, Елена Алексеевна.

— Вы всё-таки заметили меня, — улыбнулась она в ответ.

Я заметил её сразу, как только она появилась на стадионе. Не знаю, что её сюда привело, но Елена решила не мешать мне и наблюдала за происходящим уже часа два.

— Вы не слишком суровы с ребятами?

— Я не их учитель, — пожал плечами, — и не обязан тратить время на тех, кому это не нужно.

Елена сделала небольшую паузу, что-то обдумывая, а затем встала.

— Уже поздно. Не проводите меня?

— Конечно.

— Но не как в прошлый раз! — воскликнула девушка. — Я предпочту дойти пешком.

— Как угодно, — усмехнулся я.

Погода хорошая, прогуляться будет не лишним. К тому же мне стоит изучить местность. Академия довольно большая, Палычу удалось выбить просто огромные территории примерно в пятидесяти километрах от ближайшего города.

Так что мы шагали по очередной аллее, освещённой фонарями с шарами-плафонами.

— Вы хотите вызвать у них принудительное усиление? — спросила Елена.

Ничего себе! Она это поняла?

Но Елена заметила моё удивление и горделиво приосанилась.

— Между прочим, я преподаю теорию магии, Сергей Викторович. И знаю о таких вещах.

— То есть я не первый в академии, кто это делает?

— Первый, вообще-то! — тут она нахмурилась, о чём-то подумала и заявила таким тоном, словно она учитель, а я её ученик: — И это плохо, Сергей Викторович! Дети ещё недостаточно крепки для таких манипуляций. Их Источники…

— Просто Сергей, — перебил я её.

— Что? — смутилась она.

— Можно Серёга. И давайте на «ты».

Елена захлопала в растерянности глазками, а потом заметила мою ухмылку и забавно надулась.

— Сергей Викторович!

— Сергей.

— Сергей! Если вы думаете, что я шучу…

— У меня есть методы, чтобы не нанести вред Источнику и физическому телу, Леночка. Ты можешь не волноваться за Колю.

Её чуть перекосило от «Леночки», но я специально дразнил и с удовольствием наблюдал, как она морщит свой маленький нос. Однако девушка не выказала возмущения, даже немного успокоилась.

— Коля хороший мальчик, — тихо произнесла она. — Он очень упрямый.

— Уж это я заметил!

Лена улыбнулась.

Вообще-то, она была права, принудительное усиление для подростков — дело опасное. Однако с моей способностью манипулировать магией я смогу контролировать процесс и избавить учеников от неприятных последствий.

Мы уже прошли очередную аллею и приближались к пятиэтажному зданию, вокруг которого кто-то вырастил настоящий цветущий сад с клумбами, невысокими деревцами и кустарниками, обрезанными в виде разных животных.

— Красиво, — поделился я.

— Ага, это Екатерина Макаровна постаралась, — Лена остановилась возле входа в здание. — Она преподаёт биологию, в том числе магическую для старших классов. Мы, кстати, пришли. Это общежитие для учителей. А вы где остановились, Сергей?

— Снял дом.

В академии можно было снять себе жильё, но общежитие было бесплатным. Я выбрал первый вариант.

— Хорошо вам, — вздохнула Лена. — Спасибо за то, что проводили, Сергей. Увидимся завтра на педсовете перед началом занятий.

— Прощайте.

Девушка скрылась в дверях, а я обернулся. Дом-то я снял, но времени заглянуть туда не было. И я даже не знаю, где он находится. У меня есть адрес и номер, но академия действительно огромная.

Похоже, придётся потратить остаток вечера на изучение городка.

━─━────༺༻────━─━

— Дорогие коллеги, позвольте представить вам двух наших новых учителей! — Василий Павлович сегодня был явно в приподнятом настроении. Он прямо светился от счастья. — Стадников Аркадий Самуилович, он взял на себя учеников второго курса, «А» класс. Прошу любить и жаловать.

Аркаша с важным видом кивнул присутствующим. В учительской собралось много людей, и все нарядились в лучшие костюмы. Даже Семён Семёныч нацепил пиджак и брюки на один или два размера меньше.

Соломон Адамыч тут тоже был. Он стоял возле директора и сверлил меня испепеляющим взглядом. Его Источник тоже бурлил, а потоки магии грозили вырваться наружу.

А ещё он нацепил парик и старательно делал вид, что ничего на его макушке не поменялось.

— Ставров Сергей Викторович, — директор указал на меня, — тоже взял на себя второй курс, «Д»-шек. Так что будем надеяться и держать за него кулаки!

Тут все повернулись в мою сторону, и у большинства был скорбный вид, будто меня отправляют в смертельную атаку.

Хотя некоторые явно не сочувствовали мне. Физрук ядовито усмехался, как и несколько человек рядом с ним. Тощий бледный очкарик с длинными волосами, убранными в хвост, стоял ближе всех к кабанчику. И судя по его Источнику, был куда сильнее своего мясистого товарища.

— Ну а пока у нас есть время до открытия учебного года, предлагаю отпраздновать сегодняшний день небольшим фуршетом! — заключил директор. — Налетайте, не стесняйтесь, дорогие коллеги!

На овальном столе нас ждали нарезанные фрукты, несколько тортов и пирожные с коробками разных соков. Хотя могу поклясться, в сумках вчера бренчали бутылки, но их тут не было.

Педсовет быстро превратился в небольшой праздник, и люди разбились по группам. Елена подошла ко мне с тарелкой, наполненной треугольниками дыни и нарезанным киви.

— Попробуйт… попробуй, Сергей. Очень сладкие.

— Спасибо, — я принял угощение и откусил сочной мякоти дыни.

— Волнуешься? — Спросила Елена.

— Да не, — махнул я. — Ребята попались нормальные, особых проблем не будет.

Она почему-то восприняла мои слова как шутку и засмеялась, прикрыв рот рукой.

— А вот я волнуюсь, — поделилась девушка. — Вчера еле успела забрать все учебники. Прям настоящая охота! Все лучшие разбирают чуть ли не в первую же секунду! В библиотеке когда-нибудь случится драка, я вам говорю! Если не успеть, достанется макулатура, а не книги, вот все и ломятся… — я задумчиво пережёвывал киви, и она это заметила. — Сергей, что-то не так?

— Какие ещё учебники?

Глава 4

Да какого ляда, я вас спрашиваю!

Эти бесята что, не способны сами сгонять в библиотеку⁈ Я ж учитель, а не нянька!

— Сергей Викторович, куда спешите? — ехидным голосом спросил Аркаша.

Он уже собрал вокруг себя стаю прихлебателей, которые прочухали его связь с завучем и повелись на явное наличие бабок у этого кренделя.

Я не стал отвечать и покинул кабинет. Однако из-за усиленного слуха до меня донеслись некоторые разговоры из учительской:

«Как грубо!» — с наигранным возмущением заметил один из прихлебателей.

«И это учитель… — вздохнул второй. — Вы, Аркадий Самуилович, не обращайте внимания. Он надолго не задержится».

«Точно-точно! — поддакивал третий. — „Д“-класс в прошлом году извёл пятерых классруков. Да с ними и на предметных уроках невозможно совладать!»

«Это настоящие монстры! Им место в клетке!»

«П-ф, — неубедительно фыркнул Аркаша, — мне нет до него дела».

А у самого Источник забурлил от возмущения. Состояние многих людей можно понять по его колебаниям.

Магия сильно связана с эмоциональным состоянием человека. И в зависимости от дара то или иное состояние может влиять на Источник и способность контролировать магию. Огневики, например, вспыльчивы, и в ярости их грубая сила возрастает.

Адамыч, кстати, вчера потому и был в шаге от катастрофы. Так разозлился, что потерял контроль и едва не испепелил детей.

Но меня теперь волновала другая проблема…

— Это точно учебники? — спросил я библиотекаршу.

Её звали Инга. Жгучая брюнетка с ведьмиными зелёными глазами. Она одевалась на грани приличия, подчёркивая свои формы, и этим явно прививала ученикам любовь к литературе. По крайней мере даже сейчас здесь сидело несколько человек. Все были парнями, а один из них так поднаторел в чтении, что держал книгу вверх тормашками.

Явные обожатели классики и поэзии.

А вот те, кто так испоганил учебники, наверняка ненавидят буквы и бумагу всем сердцем: половина изодрана, другая расклеилась, а один «калека» выглядывал титульным листом из-за вырванной части обложки. Или это след от укуса… Кто-то пытался сожрать учебник⁈

Или слишком прямо понял выражение «грызть гранит науки».

— Что осталось, — пожала плечами Инга. — Хороших постоянно не хватает, нам и так достаются не самые свежие экземпляры.

— И почему так?

— Инвесторы, — буркнула девушка. — Новые книги они отдают своим отпрыскам, а остальным остаются объедки и списанные партии из других школ. А по бумагам всё новенькое!

Вообще, я удивился, что Инги не было на общем собрании, ведь туда позвали не только преподавателей. Быть может, она интроверт? Или опасается физрука… Думаю, у него наступит приступ спермотоксикоза, если она случайно наклонится.

— Инвесторы, говорите? — призадумался я. — И где же учатся их отпрыски?

— Класс «А».

— Не удивлён.

Ещё раз взглянул на груду макулатуры, которая по бумагам числилась партией новеньких учебников.

Нет, так не пойдёт.

— Сожгите это или… — я призадумался и по-хищному оскалился, — нет, жечь не надо. Я возьму их. У вас есть большая сумка или мешок?

Инга насторожилась, но кивнула. Я расписался за получение, закинул мешок за спину и пошёл на выход. Только что появилась тема для первого занятия по «Основам магической безопасности».

━─━────༺༻────━─━

━─━────༺༻────━─━

— Дорогие ученики и преподаватели! — восторженно объявил Василий Павлович с трибуны. — Поздравляю вас с открытием нового учебного года! Уверен, нас всех ждёт череда удивительных открытий, замечательных знакомств и плодотворный труд! Отдельное внимание хотелось бы уделить нашим первокурсникам…

Директор продолжал свою речь, но для меня это было слишком скучно, так что я занялся изучением обстановки. Здесь собрались все классы со всех курсов, учителя и даже некоторые родители, хотя последних было немного.

Как я понял, то были инвесторы. В основном это богачи, которые стремились получить аристократический статус для повышения репутации или дополнительных полномочий вроде налоговых льгот на некоторые виды деятельности или возможность получить доступ к императорскому дворцу. Хотя вероятность последнего очень мала. Я там бывал часто, так что в курсе.

Но у таких семей есть деньги, а значит, есть возможности. И если им удалось заполучить ребёнка-мага, то в любом случаев в него вкладывались огромные деньги.

Для рассмотрения заявки на получение титула такой маг в первом поколении должен достичь минимум пятого ранга в развитии Источника. Это может занять десятки лет, а попасть в академию, где обучаются потомственные маги, чрезвычайно сложно. Дело даже не в связях, хотя и они влияют.

Вступительные экзамены не по плечу никому из тех, кто стал первым магическим поколением своей семьи. Их просто зарубят на подходе.

И, конечно, здесь были аристократы. Их видно сразу — осанка, высокомерный взгляд, гербы на лацканах пиджаков. Но всех объединяло одно — трудные времена. Такие семьи просрали своё состояние, и всё, что у них осталось, — это титул и гордость. Хотя последнего было всё меньше.

Вряд ли они были финансовыми инвесторами, скорее служили на благо репутации. Ведь что это за академия, если в ней не обучаются потомственные маги?

Но как мне удалось узнать, среди учеников были и отпрыски действительно могущественных родов. Вот только сюда ссылали бастардов или неугодных. Сирых да убогих, как говорится. Чтобы получали образование и не показывались в высшем свете.

Однако это всё меня не особо интересовало. Аристократ, богач или простой ребёнок — для меня все едины. И получать от меня люлей будут по одинаковым законам.

А часть моих монстрят на это прямо напрашиваются. Не все пришли на линейку! И они даже не представляют, как им придётся за это заплатить, хе-хе-хе…

Ну, на самом деле я ещё и сам не знаю как. Но обязательно придумаю.

— Сергей Викторович! — подал вдруг голос Аркаша. — Гляжу, вы решили начать учебный год… с размахом? Кажется, вы потеряли нескольких учеников.

Речь директора закончилась, классы расходились по аудиториям, но он за каким-то хреном замедлил шаг, проходя мимо, и с ехидной ухмылкой осмотрел мой класс.

За его спиной выстроились самые лощёные спиногрызы, каких я только видел. Одеты с иголочки, с такими лицами, будто снизошли до нас с небес, и с аксессуарами стоимостью в годовую зарплату здешнего учителя. Интересно, какая часть этих побрякушек оплачена из махинаций с учебниками?

Несколько из них о чём-то переговаривались и хихикали, бросая в нашу сторону насмешливые взгляды, а другие подчёркнуто не замечали нас.

— Традиционно напоминаю, — продолжал директор, — что по итогам учебного года на каждом курсе будет объявлен лучший класс, который получит замечательную награду!

— Какую⁈ — тут же выкрикнул Саня, чем обратил на себя внимание почти всех собравшихся.

— А это, молодой человек, пока что секрет, — улыбнулся Палыч. — Оставим немного интриги, хорошо?

Полагаю, он сам ещё не знает, что именно будет призом за победу.

— А вам-то чего, ублюдыши? — хмыкнул один из «А»-шек. — В чудеса что ли поверили?

Это был смазливый пацан с вытянутым лицом и вьющимися волосами.

— Слышь, Грацкий! — огрызнулась Анжела. — Захлопнись!

— Прикуси язык, купчишка, — бросила в ответ высокая девчушка с чёрными прямыми волосами.

— Анфис, ну что же ты! — выступил ещё один щегол с острым надменным взглядом. — Мы ведь должны быть ближе к народу, не забыла?

Ребята уставились на него с удивлением, даже мои бесята. Но сильнее удивились «А»-шки. Однако не на долго.

— В прошлом году нас возили в Карелию, — призадумался парень. — Условия там так себе, по ночам холодно. Ты, рыженькая, как там тебя… А, неважно. Поедешь со мной в этом году? Погреешь мне постель и красоты посмотришь, а?

— Панфилов! — рыкнул Саня, рванув на него. — Ты охренел⁈

Но не успел он сделать и пары шагов вперёд, как едва не рухнул прямо на месте, потому что плитка вдруг ожила и схватила его за стопы.

Атмосфера резко накалилась. Бесята разозлились, зашевелились, но не все и вразнобой. Рыжеволосую Катю, которая чуть было не бросилась в атаку, загородили, хоть и не специально.

А вот «А»-шки выступили единым фронтом, и с их стороны повеяло сильным потоком разнообразной магии. Давление выросло, и это на пару секунд сбило с толку моих монстрят. Они будто наткнулись на стену.

Но затем Аркаша, который хотел было что-то высказать, двинулся в нашу сторону и — совершенно случайно! — споткнулся о собственную ногу и шлёпнулся мордой в асфальт.

И я точно не устраивал сбой в его энергетических узлах и не сбивал равновесие. Честно-честно!

— Аха-ха-ха-ха!!! — взорвался смехом Саня.

— Соблюдайте тишину! — прикрикнул директор.

«А»-шки замешкались, их строй рассыпался, а давление магических потоков резко упало. Однако мне уже стало очевидно, насколько сильна вражда между классами. И мои монстрята эту выходку просто так не оставят. А значит, мне надо что-то придумать, пока они такими темпами всю школу не разнесли!

Аркаша тут же подскочил, из носа текла кровь, а вылизанный пиджак растрепался. Он гневными глазами уставился на меня, но не смог выдержать встречного взгляда и с пыхтением поспешил убраться.

Атмосфера улучшилась, ребята приободрились. К тому же, заиграла торжественная музыка, и перепалку заглушил общий гвалт.

А я почувствовал на себе пристальный взгляд одного из учителей: тощего очкарика с длинными волосами, убранными в хвост, который тусовался в компании физрука. Он был уверен, что я не замечаю, а я старательно делал вид, что всё именно так.

Что ему от меня надо?

━─━────༺༻────━─━

— М-да-а… Ребята, а вы вообще учились?

На меня смотрели восемнадцать пар глаз, хотя их должно быть двадцать три. Это я узнал из классного журнала, тут был список учеников, их «успехи» в учёбе и комментарии от предыдущих классруков. В основном всё сводилось к «демоны!!!», «монстры!», «этот класс вообще неуправляемый!!» и прочим комплиментам.

Почти все, кроме Островского и его товарищей, закончили первый курс только из-за желания академии поскорее выпустить этих орлят в свободный полёт. Сам Островский, кстати, отсутствовал.

— Как учили, так и учились! — заявил крепыш Валиков.

— Нас и не учили толком, — надулась Елизарова Анжела.

Я обвёл ребят взглядом. Саша выглядел уставшим, и не мудрено. Вчера он выложился на полную, а теперь получил откат. Это мышцы сильнее всего болят на третий день, а Источник даёт о себе знать куда быстрее. Тем более его Источник сейчас перестраивался, налаживал потоки по очищающимся каналам. Это благотворный процесс, но парня сейчас наверняка знобит.

— Что ж, пришло время это исправить, — вздохнул я. — Крепыш, возьми мешок и раздай каждому по одному набору.

Валиков Петя тут же рассердился:

— А чего это я должен⁈

— Я помогу, Сергей Викторович! — вызвалась Анжела, чем повергла всех в шок.

Однако я уже понял эту маленькую лисицу и разгадал мотивы. Она просто догадалась, что в мешке, и решила захапать себе самое лучшее.

Что ж, пускай попробует откопать в этой куче хлама что-то нормальное.

Девушка без особого труда подняла тяжеленный мешок и прошла между рядами, раздавая учебники. Первый и самый разорванный она кинула на пустующую парту Островского. Ребята, сидевшие неподалёку, засмеялись, но их смех прервался негодованием, когда они получили экземпляр немногим лучше.

— Эй! — возразил долговязый парень, Антон. — Что ты мне подкинула⁈ Нормальный давай!

— Заткнись! — огрызнулась Анжела. — Если хочешь, сам раздавай!

Она уже поняла, что оказала себе медвежью услугу, и потому злилась. Но надо отдать должное: закончила свою работу, после чего с угрюмым видом уселась на место.

— Это какой-то мусор, — буркнула она, брезгливо поддевая пальцами обложку потрёпанного учебника.

— Что за фигня⁈ — не выдержал Арсений, один из товарищей Валикова. — Сергей Викторович, это шутка?

— Это первый урок, — отрезал я.

Затем сделал небольшую паузу, чтобы сосредоточить на себе внимание, и продолжил:

— Вы знали, что вчера должны были получить учебники, верно?

В ответ было молчание, но по глазам всё и так понятно.

— Знали, но решили, что это не ваша проблема. Что ж, а я не знал. Я вообще вчера впервые оказался в академии и в качестве учителя вообще. Поэтому весь класс получил дрянную макулатуру. Но в этом есть и моя вина, поэтому у вас будет шанс всё исправить.

Не все воодушевились. Часть ребят продолжала сидеть с угрюмыми лицами, а их Источники забурлили от негодования и обиды. Но некоторые ухватились за мои слова.

— Как исправить? — первым выступил Саша. — Я готов!

— Для начала, кто выполнил домашнее задание?

У меня были идеи, как всё выставить в воспитательном ключе, но их следовало обдумать получше. И домашнее задание как раз хорошо служило для конечной цели: и поразмыслить смогут, и мотивацию им дам.

Однако руку подняли всего двое — Анжела и Саша. Впрочем, неудивительно. Их почему-то все считают монстрами, но пока они вполне спокойные дети, только немного неорганизованные.

Хотя вот сейчас об этом подумал и насторожился. Надеюсь, они ничего не задумывают…

— Остальные даже не пытались? — спросил я.

— Да нет у нас цели! — воскликнул Антон. — Чего пристали⁈

Он почему-то очень обозлился, будто задели за живое. Источник прямо-таки забурлил, но очень глубоко, это никак не сказывалось на потоках энергии в каналах. Я с удивлением понял, что Антон до сих пор не инициировался!

Ого, а вот это сюрприз. Надо будет поподробнее всех просканировать, как-то я пропустил этот момент.

Ладно, пока не будем давить на больное.

— Понятно, — вздохнул я. — Что ж, это тоже не проблема, мы со всем разберёмся. Анжела, Саша, выходите к доске.

Я старался говорить мягче и заметил лёгкое удивление со стороны учеников. Они ожидали ругани и упрёков?

Да я сам домашку никогда не делал!

Анжела и Саша встали рядом. Девушка явно наслаждалась ситуацией и слегка высокомерно смотрела на одноклассников, а вот Саня ссутулился и потупил взгляд, спрятав руки за спиной.

— Елизарова, начинай, — махнул я рукой.

— Кхм, — прочистила она горло, — моя цель довольно проста. Я хочу занять место главы рода вместо своего старшего брата!

— Херасе…

И весь класс обернулся на меня. Особенно Анжела сверкнула своими голубыми глазами и возмущённо нахмурилась.

Я что, это вслух сказал⁈ Шучу, конечно, я это намеренно сделал. И на то были причины. Во-первых:

— Ты же не из аристократического рода, Анжела, — заметил я. — Какой, к чёрту, глава рода?

Кто-то прыснул от смеха, но я успокоил его строгим взглядом, и в классе снова воцарилась тишина.

— Я… я… — растерялась девчонка.

Кажется, я немного переборщил. Надо исправлять ситуацию, иначе она сейчас расплачется, а с такой угрозой я сталкиваюсь впервые. В спецотряде девочек с шаткой психикой не было, да и в мире Хаоса такие долго не жили.

— Анжела, твоя цель отличная, — я встал из-за стола и подошёл поближе, готовый успокоить её неровные потоки магии. — Но я хочу понять, почему ты подала её именно так. Расскажи, пожалуйста.

— Ну-у… — она замялась, но уже забыла о предыдущей проблеме. Дрожащие каналы вдруг запульсировали вместе с участившимся пульсом. — Мы хотим получить титул, поэтому отец сразу обучает нас как аристократов.

— А по старым обычаям в качестве наследника предпочитают твоего брата? — нахмурился я.

Когда стоит вопрос о сохранении клана и его наследия, на шарики между ног всем плевать. А уж предприниматель, который метит в титул, и вовсе должен использовать все свои сильные стороны.

Поэтому я сначала решил, что отец Анжелы предпочёл сына по какой-то иной причине, и ей это не понравилось. Желание достичь цели было настоящим, я могу отличить правду ото лжи и даже чувствовать степень вовлечённости.

И Анжела очень этого хотела. Когда назвала свою цель, эмоции переполняли Источник, что тоже меня удивило.

Я думал, они там пятёрку в триместре захотят или, не знаю… заработать на мотоцикл. Я когда узнал, что в этом мире есть эти двухколёсные звери, сразу захотел купить один!

А тут цель даже не на один год, скорее всего.

Но всё оказалось несколько иначе, чем я подумал.

— Он старше, — помотала головой Анжела. — И довольно умён, но характер дерьмов… ой! Простите, Сергей Викторович.

— Дерьмовый характер, — кивнул я. — Продолжай.

Анжела захлопала глазами, а остальные ученики переглянулись. Блин, серьёзно? Они такие неженки, что ли? Я и покруче словечки знаю, между прочим. Даже матершину мира Хаоса! Но тут её не поймут.

— Ну, э… — девушка собралась и продолжила, — да, дерьмовый характер. Мне точно не будет жизни, но отец уверен, что брат справится. Он искал ему магичку в жёны, всё грезил войти в круг аристократов. Но тут оказалось, что у меня проклюнулся дар.

Источник Анжелы не был выдающимся, скорее — бесформенным. Пробудилась она, наверное, год назад, как раз перед поступлением в академию.

— И с даром у меня есть шанс, — продолжала девушка. — Поэтому я хочу стать главой рода. Или семьи — как хотите, так и называйте.

— Что ж, — кивнул я, — это не совсем то, чего я просил. К концу триместра мы из тебя главу рода не сделаем, но ты отлично постаралась. Думаю, так даже лучше. Садись.

Анжела горделиво приподняла подбородок и пошагала к парте.

— Теперь ты, — обратился я к Сане.

Он выглядел ещё более растерянным, чем раньше. И как-то странно проводил взглядом одноклассницу, затем повернулся ко мне и произнёс:

— Да я… это… Мне бы не вылететь из академии просто, Сергей Викторович…

Пауза. Шок. Рука-лицо.

— Садись, Савельев, — вздохнул я. — Не вылетишь ты, не беспокойся.

Саня криво ухмыльнулся, не зная, радоваться ли моему обещанию или беспокоиться о проваленном задании.

Но на самом деле промахнулся я сам. Я не был учителем и никогда не занимался воспитанием кучи подростков. Но почему-то решил, что они вполне самостоятельные, чтобы грамотно поставить себе цель.

Ладно, мы это исправим.

Я встал, подошёл к доске и вывел мелом шесть букв: «МЖЦПДР».

— Что это? — буркнул Валиков.

— «М» — это «мысль», — обернулся я к классу. — «Ж» — это…

— Жопа! — гаркнул Федя, мелкий шкодливый пацанёнок, который держался тихо слишком долго.

— Для тебя, может, и жопа, — пожал я плечами. — Но для остальных это «желание».

Несколько ребят засмеялись, и Федя вынужденно капитулировал. Вылазка не удалась.

— Начнём с этого. Накиньте варианты на бумаге… Где-то здесь она должна быть, — я выдвинул ящик стола и нашёл там стопку листов А4, с которыми пошёл по рядам. — Необязательно делиться с остальными, если не хотите. Просто накиньте желания, повторяю, связанные с академией и реальные по достижению к концу триместра. Елизарова, с тобой чуть позже разберёмся, — прервал я её вопрос, — пока что сосредоточься на дистанции в триместр и напиши список. У вас десять минут, время пошло. И не забудьте подписать листы!

Ребята начали думать. Не все, конечно, но я и не ожидал от них полной отдачи. Пока что я заставил класс монстрят затихнуть, ошеломив своим появлением, но скоро эффект закончится. У некоторых, возможно, уже закончился. Островского до сих пор не было в классе, как и нескольких его товарищей.

Так что я тоже начал думать: как мне придать им мотивации и уверенности в себе? Как заставить делать то, что мне нужно?

Поэтому пока ученики хмурились, составляя свои списки, я делал то же, только в голове. И попутно листал журнал класса. И, перелистнув очередную страницу, застыл на месте.

— Твою ж мать, это здесь всегда было?

— А? — отозвалась Анжела.

— Ничего, ничего…

Мысль у меня сформировалась, конкретное желание тоже, как и явная цель. Даже план уже выстраивался в голове. «Ц» и «П» из моей аббревиатуры. Всё получится.

Дети тоже закончили. Хотя кто-то даже и не начинал, например, Антон. Он скрестил на груди руки, уставился в одну точку хмурым взглядом. Пока его трогать не стоит.

Но Саня зато оторвался за всех! Этот шкет исписал обе стороны листа настолько кривым почерком, что сам, наверное, не понимал текст.

Я собрал все листы, отдельно сложил пустые и прочитал. Что ж, совсем неплохо. Хотя у Сани я смог разобрать только половину, этого хватило с лихвой. Если он действительно может понять, что сам написал, это можно использовать как шифр данных.

Кто-то хотел стать самым сильным на курсе, кто-то желал победы в турнире, который проводился в академии в конце каждого триместра, а кто-то надеялся завести девушку. Вот только при чём тут я и академия?

Саня же, казалось, жаждал всего на свете. Однако из кривого шпионского списка я нашёл подходящий вариант. И пытался понять: это шкет просто угадал, тыкнув пальцем в небо, или что-то знал о собственном Источнике?

— Отлично! Надеюсь, вы не писали всё подряд, а действительно желаете достичь всего списка. Потому что теперь это ваша цель. Анжела, Саша, выйдите к доске ещё раз, пожалуйста.

Ребята переглянулись и послушались.

— Анжела, ты замахнулась на очень высокую стену. В один прыжок забраться на неё не получится, поэтому придётся разбить его на этапы. Множество этапов. Насколько я понимаю, главное твоё преимущество перед братом — это дар. Верно?

— И я умнее! — воскликнула девушка.

— Сомневаюсь, — буркнул Антон.

Он был мрачен, потому что оставался единственным неинициированным магом. Пока листал журнал, пробежался по краткому досье парня. Дар у него определили верно и ожидали, что он проклюнется к тринадцати-четырнадцати годам, как это бывало чаще всего. Дар просыпался вместе с половым созреванием.

Антон Свиридов был бастардом, незаконнорожденным сыном дворянина средней руки, который с законной супругой наплодил кучу девчонок и мечтал о сыне. Но тот не оправдал ожиданий, поэтому его сунули в казённую академию, чтобы поддержать репутацию, ведь даже бастард мага не может учиться в обычной школе.

Но вот Антону уже пятнадцать, а Источник до сих пор «спал», и это его коробило до глубины души. Но я знаю, как ему помочь.

— Анжела, — я остановил её от ответной колкости, — для начала тебе нужно достичь первого ранга в развитии Источника и, думаю, закончить триместр на «отлично». Тебе нужны основы для дальнейшего роста и явные результаты на бумаге, чтобы было что предъявить семье. Полагаю, твоему отцу нужны документы, чтобы поверить в серьёзность намерений.

Анжела кивнула, её Источник странно дёрнулся. Судя по всему, нечто подобное ей уже говорили.

— А ты, Саша, — обратился я к пацану, — сначала поставил себе ничтожную цель, для которой не придётся прикладывать усилий…

— Но… — попытался он возразить.

— А потом решил замахнуться на всё подряд, — перебил его я.

Может, для Сани действительно казалось чем-то непростым удержаться в академии, но он слишком скоро откинет эту мысль, чтобы тратить сейчас время.

— Поэтому давай сосредоточимся на овладении всеми стихиями магии.

— Ого!!! — ахнул Петя. — А такое возможно вообще⁈

Ребята были удивлены, а Саня озадачен. Кажется, он всё-таки туповат и действительно не знал, что у большинства магов развивается одна или две стихии. Тех, кто может обладать всеми, не больше пары процентов — погрешность.

Но он относился к этим двум процентам, потому что имел подходящий Источник. И за триместр я смогу научить его основам.

— Возможно, — кивнул я. — Но в данном случае только для Савельева. Итак, кто может сказать, что мы только что сделали?

Лес рук…

А не, одна всё-таки поднялась!

Это была Аня, неприметная девчонка с круглым добрым лицом.

— Поставили цель, Сергей Викторович?

— Верно! — улыбнулся я. — У нас есть конкретная цель. Анжела достигнет своей, когда в её табеле будут одни пятёрки, а Источник достигнет первого ранга, а Саша должен овладеть основами всех основных стихий. И что нам нужно сделать дальше?

Ребята снова замолчали, причём надолго. А я не хотел делать работу за них — пусть пошевелят извилинами.

Тут Анжела прищурилась, рассматривая доску с выведенными буквами, и её осенило:

— План! «П» — это план!

— А я думал пиз… Ай! — Федя снова попытался выпендриться, но это было слишком не вовремя, поэтому получил от меня мелом по лбу.

Но не смог заметить, как я кинул небольшой огрызок, а потому с возмущением принялся крутить головой в поисках обидчика.

— Да, верно, Анжела, — улыбнулся я. — План. И скоро мы перейдём к этой части, чтобы перейти к «действиям», — указал на букву на доске, — и получить «результат». Но сначала давайте разберём ответы остальных…

— Сергей Викторович! — воскликнула Анжела.

— Да?

— А какая ваша цель? Вы же обещали рассказать.

На лицах всех учеников отобразилось любопытство, даже у тех, кто отказался выполнять задание, хотя они и пытались это скрыть.

— Я обещал рассказать, Елизарова, и сделаю это. Но только когда весь класс выполнит своё первое домашнее задание.

— Так нечестно!

— Это несправедливо! — поддержал её Саша. — Мы же выполнили задание, скажите хотя бы нам!

— Мир вообще несправедлив, — отрезал я холодным тоном. — Думаю, многим из вас это известно не понаслышке.

Ребята притихли, и теперь любопытство сменилось обидой. Источники вспыхнули, словно лопнувший лёд, разлетевшийся на длинные острые осколки, а затем стали похожи на медленное, но жаркое пламя.

Обида многих уколола, и это хорошо. Мне нужна именно такая реакция.

— Кстати, о несправедливости, — произнёс Валиков. — Вы нам ещё обещали заменить вот эту дрянь, — он поднял над головой учебник, и оттуда вывалился один из листов. — С этим тоже придумаете, как отмазаться?

И вопрос, который был мне так нужен. Как приятно, когда всё идёт так, как задумал!

Я по-хищному ухмыльнулся и обвёл учеников взглядом. Ладно, не буду тянуть интригу.

— Я помогу вам раздобыть новые учебники. Новее некуда. Но получить их придётся вам самим.

— Как? — буркнул Антон.

Несмотря на обиду и злость, он был не безнадёжным. Азарт и желание доказать, чего он стоит, ещё не до конца погасли.

— Вы заберёте учебники у «А»-класса! — объявил я.

Глава 5

Мои способности позволяют наблюдать за собственными противниками издалека. Они строят планы, злобно смеются, предвкушают скорую расправу…

А я уже в курсе их планов, ха-ха!

И веду конспект в своей голове на тему «1001 способ стать моим врагом или зачем это людям вообще нужно».

Но просто наблюдать скучно. И в какой-то момент я начал практиковаться в искусстве прозы, большой и малой.

Я творческая личность, на минутку!

Поэтому сейчас я наблюдал за очередной сходкой «коварных злодеев» и развлекал себя литературным оформлением. Хм, думаю, пойдёт что-то с детективной атмосферой.

Кхм-кхм…

Кабинет информатики был обставлен учебными столами с компьютерами по периметру. А в центре стоял длинный стол, где ученики обычно записывали теоретическую часть урока или обсуждали проекты.

Но сейчас никакого урока не было.

Жалюзи на высоких окнах были закрыты, и в классе царил полумрак, отдающий чем-то зловещим. Чем-то, что таится в потёмках и вызывает бедствия для рода людского.

Главным источником света оставались несколько включённых компьютеров и тонкая щель между двумя помятыми пластинами жалюзи, словно то был глаз, взирающий на творящиеся тут непотребства.

Зловещие непотребства…

Ученик — долговязый, в очках, явно ботаник — сидел прямо, сложив руки перед собой. Что творилось в его душе и почему он здесь находился?

Почему его лицо тронула лёгкая зловещая ухмылка?..

Ведь это не аудитория его класса. И даже не его учитель сидел напротив. Но он и четверо его друзей поддались неизвестному соблазну.

Пятеро учеников класса отщепенцев в зловещей обстановке…

«Венедикт Давидович, мы всё поняли. Сделаем как вы сказали, не сомневайтесь», — пообещал ученик.

«Хорошо, Денис. Ты умный молодой человек, я всегда это говорил. Надеюсь на вас».

Это был учитель, чья бледная кожа, длинный «конский» хвост и острый взгляд пугали весь педсостав академии. Но Денис Островский его не боялся. Он встал и пожал преподавателю руку, после чего махнул товарищам и покинул аудиторию.

А когда дверь захлопнулась, Венедикт мигом сбросил бледную улыбку и нацепил холодный, змеиный взгляд.

Он явно что-то замышлял. Тучи заволокли небо, дождь забарабанил по окнам и громыхнул…

Ладно-ладно!

Это уже слишком пафосно и мрачно, а на небе сейчас ни облачка. Солнце, чтоб его, печёт так, что на моей макушке скоро можно будет жарить яичницу! Да и со «зловещим» я переборщил, наверное…

Эх, не быть мне писателем, наверное!

Венедикт за каким-то лядом общался с моими учениками, и я не мог пропустить их таинственную встречу. Чую своим драгоценным задом: они замышляли что-то против меня. Но я застал только конец разговора, поэтому не знаю, о чём именно они болтали.

Эх, если бы по колебаниям магических потоков можно было читать мысли…

Но это всё мечты, а я столкнулся с суровой, как челябинский заводчанин, реальностью. С моего первого урока дети смотались к другому учителю!

Это обидно, досадно и требует разбирательств.

А как же учительская солидарность, бледный ты засранец?

Денис вышел из корпуса и повёл всю компашку в сторону стадиона, где будет проходить второй урок. Хорошо хоть не совсем забил на учёбу.

Я наблюдал за Венедиктом через щель в жалюзи, и для этого пришлось искать подходящий ракурс на крыше главного здания академии. Магией усилил зрение, так что видел даже блики от экрана ноутбука на его тёмных глазах и бледную, как рулон туалетной бумаги, кожу.

Серьёзно, ему бы немного позагорать. Или открыть окна, чтобы мне не пришлось сидеть на самом краю крыши. Это ведь привлекает внимание, грёбаный ты ёж!

— Сергей Викторович? — раздался удивлённый голос директора. — Что вы здесь делаете?

— Дышу свежим воздухом, Василий Павлович, — улыбнулся ему в ответ.

Венедикт ничего не говорил и даже напротив — поджал свои тонкие губы, будто знал о моей способности читать по ним. Вряд ли получится выяснить что-нибудь путное, поэтому я переключился на директора.

К немалому удивлению, он понимающе закивал.

— Да-да, я тоже люблю сюда выходить и наблюдать за академией. Прекрасный вид, не так ли?

— Лепота, — согласился я.

Главное здание было самым высоким после часовой башни с длинным шпилем, которая стояла недалеко от ворот на территории академгородка. И с крыши открывался вид на ближайшие учебные корпуса, аллеи, пруды и тропинки.

— Как прошёл первый урок? — спросил Василий Павлович.

— Нормально. Не понимаю, почему все считают этот класс таким ужасным. Вполне нормальные дети.

— Поначалу это так, — улыбка слетела с его лица, — но они очень резко реагируют на любую неприятность и мгновенно взрываются ненавистью. Последняя учительница, которая взялась за них, продержалась всего месяц. Хорошо хоть был конец учебного года…

— А что случилось?

— Не знаю! — развёл руками директор. — Поначалу всё было хорошо. Я уж начал радоваться, что проблема решена, но в один день Тамара Михайловна вдруг влетела в мой кабинет с заявлением на увольнение. Она выглядела ужасно… — он поёжился от воспоминаний, а его Источник дрогнул на пару мгновений. — И отказалась что-либо объяснять! Просто уволилась, и больше я её не видел.

— Не волнуйтесь, — улыбнулся я. — Со мной такого не произойдёт. Кстати, спасибо за помощь с расписанием.

— О, ничего особенного! Если это поможет делу, я готов менять расписание хоть каждый день!

Вчера после организационного занятия я попросил Василия Петровича внести изменения в расписание и поставить моему классу ежедневные первые уроки по общей магической безопасности — ОМБ. Пришлось в срочном порядке перелопатить существующее расписание и оповестить остальных учителей об изменениях, и я действительно был благодарен за помощь.

— Тем более, — он почесал затылок, — я поручил это Соломону Адамовичу. Всё же он завуч и занимается расписанием.

Вот оно как? Это многое объясняет…

— И всё же благодарю, — улыбнулся в ответ. — Было приятно поболтать, но должен откланяться, меня ждут дела.

— Правда? — удивился директор. — Если правильно помню, у вас сейчас окно.

— Да, но у меня всё равно есть планы насчёт моего класса.

— О, понимаю, Сергей Викторович, понимаю! Не смею мешать.

Почему-то ОМБ не занимало много часов в учебной программе. Даже на все четыре курса академии двоих учителей хватало с лихвой, а у меня и вовсе был жутко свободный график.

Да, тут был ещё один ОМБ-шник, но я с ним ещё не успел познакомиться. На общее собрание он не пришёл.

Лично я считаю это великим упущением. Не прогулы ОМБ-шника, конечно, а такое малое внимание предмету.

Я не раз наблюдал, как пренебрежение к элементарным мерам магической безопасности приводило к катастрофическим последствиям. Или же незнание того, как действовать в экстренных ситуациях, могло унести жизни людей, не будь меня рядом.

Однажды, когда наш отряд совершал диверсионную вылазку на территории относительно нейтральной страны, мы проходили мимо одной деревеньки, где два великовозрастных детины решили устроить спарринг между собой.

Судя по всему, это были молодые маги, причём не в первом поколении. Выглядели они как аристократы. Наверное, сбежали из-под надзора своих воспитателей или родителей.

Один обладал стихией огня, второй — стихией воды. Непримиримые соперники. И вот они подошли друг к другу практически вплотную и решили нанести друг другу решающий удар.

Первый сконцентрировал весь жар своего пламени, второй приготовился отразить его плотным потоком воды. Магия двух стихий столкнулась. Силы оказались настолько равны, что вместо победы одного над другим огонь и вода вспыхнули горячим паром, который нанёс бы обоим жуткие ожоги, не окажись я рядом.

Мне удалось ослабить магию озорников едва ли не в последний момент. Их ошпарило, конечно, но без серьёзных последствий.

Командир отряда, тот самый старый друг, попытался меня укорить, ведь мне пришлось отклониться от маршрута. Конечно, всё оставалось у меня под контролем, и он это знал, поэтому ограничился недолгим ворчанием.

Однако даже эти два балбеса проиграли одному шкету с невероятно огромным шилом в заднице!

Нет, ну вы можете поверить? Испытывать стихию ветра и воздушную подушку, спрыгнув с четвёртого этажа.

Хе-хе, мы быстро найдём общий язык.

Хотя его характер как раз отличается от моего друга. Можно сказать, в противоположную сторону. Ведь тот чаще всего был спокоен, не любил отклоняться от заданного плана и думал трижды, прежде чем действовать.

Потому-то новость о сыне меня и удивила. Сначала я вообще подумал, что это такая шутка. Ну, мол: «пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что»… чего и в помине-то не было, собственно.

Надеюсь, это не так. Потому что если вся эта история с сыном окажется предсмертной шуткой, я отыщу какого-нибудь некроманта и заставлю засранца подыхать раз за разом. А что — тоже ведь весело, не правда ли?

Пока размышлял, уже добрался до стадиона.

У меня созрел план, как придать ученикам второго «Д»-класса уверенности, сплотить их и выплеснуть энергию прежде, чем они захотят устроить мне армагеддон. А они захотят.

Вон, Островский уже что-то задумал. Интуиция подсказывает, что против меня. Но с этим разберёмся позже.

Сначала первый пункт плана. Нам нужна победа над ненавистным противником, и «А»-шки под это идеально попадают. Их поведение на линейке мне не понравилось, так что малолетним зазнайкам будет полезно разок окунуться лицом в грязь.

И совместный урок по физической культуре для этого как нельзя кстати.

У моих физ-ра должна была стоять первой, но моя просьба директору привела к сдвоенному занятию. Думаю, Адамыч специально это устроил, чтобы насолить мне, но вместо этого оказал немалую услугу.

Когда в академии прозвенел звонок, дети уже выходили на беговую дорожку в спортивных костюмах. Контраст показался сразу. Одетые с иголочки в одинаковую форму «А»-шки дисциплинированно выстроились в линию и ждали появления учителя, а мои оболтусы разбрелись кто куда.

Парни в помятых штанах, Саня вообще с огромным зелёным пятном, футболки у кого висят, словно мешок, у кого вообще не та форма надета. Девчонки…

Не, они отнеслись к внешнему виду куда тщательнее, мятой и грязной одежды ни у кого не было…

Но они вообще в курсе, что такое спортивная одежда⁈

Анжела будто на подиум вышла! Топик, короткие шорты — вообще не из стандартной формы. Причёска как после салона красоты, часики, браслеты, серёжки. Хорошо хоть каблуки не напялила, хотя кроссовки — тоже неуставные — имели такую подошву, что делали её сантиметров на десять выше.

Из всех выделилась только скромница Аня. Единственная облачилась в стандартный костюм, чем теперь выделялась из толпы.

М-да уж… Мой план под угрозой. Если «А»-шки и между собой действуют слаженно, вкус победы может обернуться горечью поражения.

Нужно что-то придумать.

И тут наконец из тренерской вышел Семён Семёныч. Подмышкой он держал по два мяча с каждой стороны, чем, на мой взгляд, проявил недюжинную гибкость для своих габаритов.

— Доброе утро, дети! — воскликнул он. — «Д»-класс, живо собраться! Стройся в ряд! Посмотрите на класс «А»! Им не нужно повторять и подгонять!

Мои вяло поплелись к беговой дорожке, бросая в него недовольные взгляды, пока «А»-шки насмешливо провожали их взглядами.

— Живей, живей, а не то!.. — тут он заметил меня и осёкся на полуслове. — Кхм, в смысле, шевелите булками!

И пока мои хаотично занимали места, физрук направился к «А»-шкам.

— Добрый день, Вениамин, — улыбнулся он одному из учеников, стоявшему ровно и возглавлявшему процессию. — Анфиса, как батюшка, жив-здоров? Аркадий, передай своей бабушке, что её проблема улажена.

Кабанчик заискивал перед собственными учениками? Если до этого «рука-лицо» вызывали мои балбесы, то теперь он взял неоспоримое первенство.

Мои уже собрались в нестройный ряд. Не по росту, не по полу — кто какое место успел занять. Однако присутствовали все. Островский со своей братией в том числе. И он только что узнал о моей задумке.

«Что вы собираетесь делать⁈» — ахнул он.

«Да тихо ты! — шикнул Саня. — Чего контору палишь?»

«Хорошо, — вздохнул Денис, — и как вы собираетесь это провернуть?»

И когда Саня ему рассказал, Денис расширил глаза и раскрыл рот. По лицу видно, вопросов у него возникло не меньше, чем матерных слов, но высказать их он не успел.

— Из-за некоторых новоприбывших… — Семёныч бросил недовольный взгляд в мою сторону, — сегодня у нас будет сдвоенное занятие. А значит, настало время «вышибал»!

Семёныч подкинул мячи в сторону обеих шеренг. «А»-шки без проблем поймали свою пару, не толпились и не кинулись всей гурьбой, как сделали мои оболтусы.

Кто бросился к мячу, кто от меча, все друг другу мешали, ругались и ворчали, а в итоге не поймал никто.

Саня так вообще врезался в Петю и едва не отлетел на пару метров в обратном направлении, но затормозил об Анжелу, причём в полёте перевернулся лицом вперёд с помощью магии земли, и теперь лежал на ней, как на подушке.

Этого, кстати, в плане не было. Поэтому Саня получил от девушки знатного пинка, а потом леща от разозлённого Пети. Тот хоть и выглядел недалёким, быстро разгадал уловку.

Я уж боялся, что оболтусы совсем забудут про свою задачу и начнут драться между собой, ведь такой бедлам был обговорён заранее. Но всё прошло как по маслу.

Кабанчик криво осклабился, ещё пару раз мстительно взглянув на меня, а дети инвесторов и древних родов насмехались над моими бесятами, совершенно не стесняясь.

А я изображал беспокойство и стыд. Судя по реакции Семёныча, мне явно следует выдать какую-нибудь актёрскую премию, потому что внутри я хохотал.

Кабанчик сделал именно так, как я предсказывал! Он не удержался, решил отыграться на детях, чтобы насолить мне, и устроил матч по «вышибалам» с тяжёлыми магическими мячами.

Это такая забава для всех возрастов. С некоторыми изменениями в правилах можно применять и для детей, и даже для бойцов спецназа. Мы, например, так разминались перед тренировками. Правда, приходилось играть в помещении с бронированными стенами, иначе всё вокруг превращалось в выжженную землю со сплошными воронками, кратерами.

Но для подростков, конечно, имелся облегчённый вариант. Мячи не впитывали всю стихию, а лишь часть магической энергии, причём до определённого максимума. Получить таким по хлебалу мало приятного, к тому же скорость полёта увеличена раза в три, и требуется хорошая реакция, чтобы уйти от удара.

Что Кабанчик устроит именно «вышибалы», мне подсказали оболтусы. Мол, это любимая забава физрука. Правда, чаще он играет один против всего класса, а когда мячики для подростков отлетают от его здоровенной туши безо всякого вреда, он начинает кидаться в ответ.

Вроде как некоторые учителя жаловались директору по поводу его самодурства, но Василий Павлович оказался в шаткой ситуации. Академия большая, народу нагнали много, а учителей не хватает.

Мало кто горит желанием работать в экспериментальном учреждении для обделённой прослойки общества. К тому же зарплаты тут невысокие, престижа нет, да и перспективы очень туманные.

Вот и приходится терпеть физрука-переростка.

Ну ничего. Теперь в академии появился я. А раз уж я стал учителем с крайне свободным графиком, найду время преподать пару уроков и некоторым учителям.

— Разминка десять минут! — рявкнул Кабанчик, когда мои оболтусы наконец-то разобрались с мячами. — Время пошло!

И снова стрельнул в меня язвительным взглядом, засранец.

Далее оболтусы действовали, согласно моим наставлениям. Только Островский и Ко потерялись, потому что пропустили мой урок и не всё понимали. Они ещё не знали, что пропуск придётся отработать.

И сделают они это как раз через десять минут.

«А»-шки начали грамотно. Сначала разогрелись, чуть потянулись, даже не отвлекались на разнобойные кривляния оболтусов, хотя те специально делали всё настолько плохо, что меня задавил бы испанский стыд, не придумай я всё это сам.

Саня попытался сесть на шпагат, но тут же вскочил, держась за промежность, Валиков принялся отжиматься с рьяностью быка перед красной тряпкой, несколько ребят вразнобой делали растяжку, кто-то разогревался челночным бегом, другие пошли на турники, а Тихомир Тихонов выполнял первый юношеский по лёжу. Только бы не заснул.

Тихомиру посчастливилось родиться бастардом небольшого дворянского рода. Не знаю, какие отношения у него в семье, но парень отличался железным спокойствием, молчаливостью и, что уж скрывать, нехилым таким пофигизмом.

Вчера, когда Адамыч собирался испепелить весь класс и половина ребят готовились встречать пламя с радостью викинга на пути в Вальгалле, а другие драпали куда подальше, он просто сидел за партой и что-то читал в телефоне.

Естественно, Тихомир относился к одиночкам в классе, но конфликтов с группами или другими одиночками пока не было.

— Всё, закончили! — объявил физрук. — Команды, на позиции!

— Но нас же меньше! — заметила Анжела, когда «А»-шки в полном составе направились к полю.

Моих двадцать три, а противников двадцать восемь. Нечестно, я считаю. Будет слишком легко.

Оболтусы продолжали играть свою роль и нестройными рядами заняли свои места под насмешливые взгляды «А»-шек. А Кабанчик всё скалился и ухмылялся в мою сторону.

Вот ублюдок. Раз сам мне ничего сделать не может, так решил через детей! Ух, я ему!!!

Такой же реакции он ожидает? Что ж, не буду разочаровывать.

— Эй! — воскликнул я, придав голосу гнева.

И спрыгнул с трибун прямо на поле, рядом с Кабанчиком. Он тут же рассердился, выпятил грудь и попёр в мою сторону. Даже выставил руку, словно бивень, и попытался меня оттолкнуть, но я увернулся, будто бы случайно шагнув вперёд, и позади раздалось матерное бормотание.

— Не лезь не в своё дело! — рявкнул физрук.

Он попытался сделать вид, что потерянное равновесие было запланированным, и для этого сделал ещё несколько длинных шагов-выпадов.

— Это мои ученики! — возразил я, стараясь не переигрывать.

— Это мой урок! — парировал Кабанчик.

— Что здесь происходит⁈ — воскликнул Аркаша.

Физрук с удивлением обернулся. Да и ученики притихли, завидев ещё одного учителя. Слишком уж много нас тут собралось, я с ним согласен.

Мне пришлось сделать вид, что я тоже не ожидал его появления и не услышал шаги и недовольное ворчание по пути к стадиону.

— Аркадий Самуилович! — раскинул я руки. — Вы тут какими судьбами? Наконец-то решили заняться спортом? Это правильно, правильно. Вам не мешало бы подтянуть…

— Сергей Викторович! — выпалил тот. — Не переводите тему. Почему вы мешаете занятию Семёна Семёновича? Для ваших… — он окинул моих балбесов презрительным взглядом, — воспитанников разницы нет. Но мои ученики ценят своё время.

Теперь мне пришлось делать вид, что я не заметил, как он задержал взгляд на Островском.

Эх, Дениска, Дениска… Что ж ты против своих-то играешь? Думал, спрятался в туалете, и никто не узнает, что ты предупредил Венедикта, что я сижу на стадионе? Вот не отвлекался бы на всякие шпионские штучки, глядишь и понял бы, что вашу компашку выдвинули в первые ряды, прямо под прицел соперников.

Но вообще, интересно. Значит, Веня сговорился с Аркашей против меня. И чем я им насолил? Ладно Сёма, эта жертва «Растишки» икает при каждом моём прыжке. Но они-то чего?

— Господа! — улыбнулся я. — Вы меня неправильно поняли. Я не собирался мешать. Даже наоборот, имеется очень занятное предложение.

И подал незаметный для посторонних сигнал оболтусам, чтобы готовились. Скоро представление начнётся!

Так уж и быть, я помогу Аркаше и преподам урок и ему, и его маленьким засранцам. Иногда зазнайкам нужно окунуться лицом в землю, чтобы встать на путь истинный.

Ну и Кабанчика немного проучим. А то чё он!

Глава 6

— Какое ещё предложение? — проворчал Кабанчик. — Зачем предложение?

— Говорите, — прищурился Аркаша.

Сёма тут же притих и поджал губы. Он весил больше него раза в четыре, но сейчас себя вёл как послушный пёс, ждущий подачки от хозяина.

— Так уж вышло, что у меня окно и нечем себя занять. Но согласитесь, смотреть на игру подростков в кастрированную версию «вышибал» жутко скучно!

Даже Кабанчик не мог не согласиться и понимающе кивнул. Аркаша, видимо, не был поклонником игры, поэтому подозрительно нахмурился.

— К чему вы ведёте, Сергей Викторович?

Так. Физрук уже у меня на крючке, а этому умнику ещё нужно не дать сорваться.

— Давайте прибавим перчинки, — ухмыльнулся я, подойдя ближе.

Кивнул им, чтобы отойти подальше, и, понизив голос, продолжил:

— Давайте поспорим! Я против вас обоих. Мои оболтусы против ваших зазнаек.

Аркаша засомневался, но увидел нездоровый блеск в моих глазах, нервные подёргивания, дёргающиеся желваки и признал во мне заправского лудомана. А затем широко улыбнулся, словно мой крючок оттягивал его хлебало.

Попался!

— Я согласен, Сергей Викторович, — пророкотал он с удовольствием. — На что предлагаете спорить?

— Проявите воображение, коллеги. Какие ваши предложения?

Аркаша только хотел что-то сказать, но тут Сёма прямо взорвался:

— Пенальти!!!

Возглас получился таким громким, что услышали все. Кабанчик забегал своими маленькими глазками и добавил уже потише:

— Если «А»-класс выиграет, мы с Аркадием Самуиловичем пробиваем тебе пенальти. Как в детстве, помнишь? Встаёшь раком и молишься, чтобы промазали.

Аркаша явно негодовал от такого предложения, но ностальгические струны души всё же взыграли, и он кивнул.

Как-то много задниц страдает в этом месте. Адамыч, Саня, теперь вот этим сидеть наскучило. Надо заканчивать с такой тенденцией.

Но только не сегодня.

— Согласен! — хлопнул я по рукам. — А если мои оболтусы победят, раком становитесь вы оба.

— Конечно, конечно, — осклабился Сёма. — Как только победят, так сразу!

Аркаша обеспокоенно на него взглянул, но получил успокаивающий жест, мол: всё в порядке, тема стопроцентная.

А после этого настала очередь Сани.

— Эй, так нечестно! — возмутился он. — Вы спорите на нас!

— Это беспредел! — закричал Петя.

— Совсем охр-р-ренели! — зарычала Анжела.

Ого. А у неё это получилось внушительно…

— Вам-то какая разница? — выступила блондинка из числа «А»-шек. — Всё равно продуете.

— Ага, — кивнул блондин рядом. — А вот мы задарма развлекать вас не собираемся.

Это он уже нам, учителям то бишь.

Сёма заволновался. Видно, боялся потерять статус самого любезного холуя. Блондины были братом и сестрой, Аристарх и Лариса Беловы. Судя по всему, считались неформальными лидерами класса.

Аркаша тоже насторожился. Наверняка знал их родителей и пока не понимал, как себя вести с такими голубокровными спиногрызами.

Да и я заволновался, если признаться. От шока. Даже не думал, что приманка сработает так шикарно!

По плану — ещё пара минут препирательств между мной и оболтусами, повышение ставок и вовлечение «А»-шек в общую суету. Но тут даже напрягаться не пришлось.

Саня быстро сообразил, что ситуация поменялась:

— Давайте и мы поспорим! — воскликнул он.

— Д-да, точно! — подыграла Анжела. — А это идея!

Остальные тоже подстроились, насели на соперников и перевели внимание с учителей на споры между собой. Неприязни между классами хватало, так что получилось легко.

— Да что вы можете нам!.. — возмутилась было одна из «А»-шек, шатенка с кудрями.

Но её остановил Аристарх.

— Чего вы хотите? — обратился он к моим балбесам.

И правда лидер. Остальные тут же внемли и ждали, к чему он ведёт.

— Слышал, у вас учебники новые, — Саня шагнул вперёд. — Если выиграем, меняемся. Идёт?

Блондин хмыкнул.

— Идёт. Но если выиграем мы… — маленький засранец расплылся в ядовитой ухмылке, — вы станете нашими слугами до конца триместра. Будете носить сумки и даже чистить нам обувь!

Вот тут удивился даже я. Блондинчик явно с прибабахом! Но балбесов это нисколько не смутило.

— Тогда и учебниками вы должны пользоваться до конца триместра! — выступила Анжела.

— Точно, точно, — кивнул Петя. — А то выклянчите у своих предков ещё одну партию. Какой тогда смысл?

— Ладно, — буркнул Аристарх. — Даю слово рода Беловых.

Кстати! Беловы… Кажется, я о них что-то слышал.

— Идёт! — Саня протянул руку.

Белов взглянул на неё, словно на грязную туалетную тряпку, и отмахнулся:

— Слова достаточно.

— Готовьтесь, придурки, — хмыкнула его сестрица. — Вам этим всю жизнь заниматься. Глядишь, поднатаскаем вас по доброте душевной.

«А»-шки раздались одобрительным гулом, а мои оболтусы едва сдерживались, чтобы не наброситься на них сразу. Источники так и пылали — даже у тех, кто склонен к водной стихии. Ребята жаждали расправы.

«Не волнуйтесь, Аркадий Самуилович, — шептал Сёма, ведь никто не знал, что мой слух простирается так далеко, — ублюдки совершенно не способны противостоять вашим ученикам. Игра не продлится и пары минут».

Что ж, кое в чём Кабанчик прав. Всё закончится быстро.

«Уж надеюсь, Семён, — проворчал в ответ Аркаша. — Хотя вы правы, волноваться не стоит. Слышал, на первом уроке у Ставрова был шум и гам. Он не способен преподавать. Это просто зарвавшийся вояка».

Обе команды приготовились к началу. Сёма подобрал мячи и поспешил к центру поля.

Он уже предвкушал, как на глазах у всех отплатит мне за унижение. Глаз за глаз, как говорится, ведь я проучил недоумка перед его же учениками.

— На старт! — воскликнул он. — Внимание!.. МАРШ!

Мячи подлетели, Сёма ринулся прочь с поля, а центральные игроки с первой линии ринулись вперёд, чтобы пасовать своей команде. Со стороны балбесов это был Саня — невысокий, но верткий. Напротив оказался дылда на голову выше, который в один высокий прыжок перебил его и отправил все четыре мяча в сторону «А»-шек.

— Ха! — выдохнул блондин и пульнул один из них мощным ударом.

БАМ! БАМ! БАМ! БАМ!

Четыре снаряда, заряженные магией, выстрелили в балбесов. И все четыре отыскали своих жертв — кореша Островского пали первыми.

Сам Дениска отделался испугом, когда мяч просвистел у него перед носом и подбил Максима Пришвина — тоже родовитого засранца, чей батя проиграл половину поместья, но привил сыну особую гордость за свою благородную кровь.

Вот так вот. Отсутствие на уроке не освобождает от жеребьёвки, на которой мы решали, кто примет на себя первый удар, чтобы выявить главных бомбардиров соперника.

Ну кто ж мог предсказать, что судьба укажет именно на них? Чудо чудное, не иначе.

— Хе-хе-хе, — загоготал Сёма, направляясь обратно на поле.

Аркаша довольно ухмыльнулся и скосил на меня высокомерный взгляд.

Если все четыре мяча выбыли из игры, по правилам наступает новый раунд. Так что подбитая четвёрка, скривив морды, отправилась на скамейку, а физрук снова подкинул мячи.

Но на этот раз всё происходило иначе.

Наконец-то балбесы перестали пускать пыль в глаза. Отлично сыгранный спектакль закончился, и настало время собирать плоды.

Места выбывших заняли Петя, его дружок Вадим, Тихомир и Федя. Этот проказливый коротышка оказался очень неплох.

Мы тщательно готовились к игре. Поставили всё на внезапную стремительную атаку, когда соперник сначала не ожидает сопротивления, а затем ошеломлён и не способен сражаться.

Времени было немного, но мы справились, хотя едва не разгромили кабинет «404». Шум и гам были, да. Но я их полностью контролировал, так что Аркаша сделал неправильные выводы.

А ещё я немного уравнял шансы. Соперников обучали магии задолго до пробуждения дара. Когда наступало время инициации, они уже знали основы. Моих же балбесов никто не обучал. Бастардов не слишком жалуют на семейных собраниях, а обедневшие дворяне едва сводят концы с концами: им не до многочасовых тренировок с отпрысками.

Да у нас даже есть Антон, который до сих пор не пробудился!

Поэтому мне пришлось чуть поправить их запутанные каналы и очистить Источники от энергетических засоров. Оболтусы даже не поняли, как сильно вырос их контроль и почему они вдруг стали быстрее, сильнее и проворнее.

И вот Саня ринулся вперёд. Напротив — тот же дылда на голову выше.

Дылда усмехнулся, он уже оторвался от земли и ожидал повторения сыгранного сценария, как вдруг…

ВЖУХ!

Саня подлетел на два метра, выпустив поток ветра, подхватил мячи и пасовал нашим стрелкам.

— Давай!!! — гаркнул он во всё горло.

И не успел этот шкет мягко приземлиться на воздушной подушке, как снаряды выбили расслабленных стрелков соперника.

Аристарх Белов получил прямо по роже, ещё двое парней согнулись от ударов в живот, а четвёртый и вовсе сыграл нам на руку — попытался прикрыться, но вместо этого и сам отлетел и отправил рикошет в соседнего игрока.

Минус пять!

— Хе-хе-хе, — загоготал я, пока физрук стоял с разинутым ртом. — Эй, Кабанч… кхм, Семён Семёныч, не спи! Давай третий раунд!

А дальше была красота!

Саня снова перехватил мячи, стрелки отработали как надо, и команды сравнялись. Но только по количеству.

Оболтусы выбили всех основных игроков, в том числе дылду, и теперь растерянные засранцы не знали, что делать. Сёма весь дрожал от нервов, а Аркаша стоял как вкопанный, будто окаменел. Кажется, он даже не моргал.

— Н-на старт… — прохрипел Сёма, держа мячи дрожащими руками, — в-внимание. М-м-марш.

Минус четыре.

Соперники более слаженные, но они потрясены. Падать с высокого пьедестала очень больно, а мои оболтусы поймали кураж и вовсю реализовали эффект неожиданности.

Они действовали хаотично, передвигались не стандартными четвёрками, как это принято в «вышибалах», а едва не хороводы водили. Точнее, три разных хоровода.

Первым командовал Петя Валиков. Крепыши-спортики стали нашим кулаком, а девчонки Анжелы играли в поддержку, пока остальные страховали основных игроков.

Каждый раунд разные картины на поле, разные стрелки и рябь в глазах от пёстрых нарядов. И только шустрик Саня неизменно мотался среди всего этого хаоса как заведённый.

Долго такая конструкция не продержится, но нам много времени и не нужно.

Минус четыр!..

А не, «А»-шки чутка собрались! Наконец-то пришли в себя и приняли мячи. Один не справился, это был тощий паренёк, который надеялся отсидеться позади и бормотал себе под нос «только не по лицу, только не по лицу». Он получил по лицу.

Но остальные справились. Жилистый долговязый парень в очках саданул мяч сразу в сторону Мишки Сидорова — деревенского парня без особых способностей. Ну, так было написано в личном деле.

Ещё не знаю про способности, но парень оказался крепким. Принял на себя мощный удар, при этом удержался на ногах, стиснув зубы. Мяч пришёлся по плечу и отскочил в сторону Валикова, который разыграл его с Тихомиром, и тот выбил ещё одного соперника из игры.

А вот два оставшихся мяча «А»-шкам удалось разыграть получше. Одним выбили аут, когда Федя сумел подставить руки, но рикошет улетел за пределы поля. А второй…

— Получайте!!! — Лариса Белова изо всех сил врезала по мячу.

Она подпрыгнула едва не на пару метров, принимая пас. Удар получился кручёный, под завязку набитый магией, и мяч с дикой скоростью выстрелил по мишени.

БАМ!!!

И Дениска в нокауте.

Что ж, один против трёх — тоже хороший размен. Но результат уже предрешён.

Следующий раунд — минус пять!

Белова снова попыталась отправить мяч обратно, но вылетела сама, а кручёный от Тихомира рикошетом сбил ещё одного бедолагу.

Теперь мне пришлось выбрасывать мячи, потому что Сёма присел на траву. Чуял Кабанчик, что нескоро ещё насидится вдоволь, хе-хе.

Аркаша продолжал изображать статую. Отлично получается, надо отметить!

Последний раунд.

— На старт!! — воскликнул я. — Внимание! Марш!!!

БАМ!!! БАМ!!! БАМ!!! БА!…

А? Что за фигня⁈

Последний из могикан, брюнет с зализанными назад волосами с дальней линии, умудрился отбить мяч. Да он сам охренел от такого расклада, но криво ухмыльнулся, будто так и планировал.

И снаряд с удвоенной силой метнулся прямо в Антона. Чёрт, он встал как олень перед фурой. Двигайся, дурень! Ты ж без пробуждения покалечишься!!!

А, так вот в чём дело…

Его Источник бешено забурлил, сковал движения. Парень хочет, но не в состоянии пошевелиться. Как же не вовремя!

Антон вот-вот пробудит магический дар…

Глава 7

БУМ!!!

Все ожидали, что мяч сходу снесёт Антона, но вместо этого напичканный магией шар принялся бешено крутиться в его ладони, словно упёрся в непреодолимую преграду. Антон выставил руку в последний момент — инстинкты побороли оцепенение.

Парень зажмурился и приготовился к дикой боли. Но вместо этого отбил мяч!

БАХ!!!!!!

Снаряд пулей метнулся обратно. Последний игрок «А»-класса застыл, пока мяч стремительно приближался к его лицу.

Он был в растерянности, кривая ухмылка сменилась гримасой ужаса, и это можно понять. Парень совершенно случайно отбил сложнейшую подачу, обрадовался, а затем резко оказался под угрозой перелома лицевых костей, потому что мяч впитал в себя магию пробуждения и стал очень травмоопасным.

Минус один, короче. Но запишем это в уме. Я не дал мячу проломить лицо пареньку и остановил шар прямо перед его носом. Чтобы не возникало вопросов в честности моего судейства.

— Ч-чё за херня⁈ — воскликнул бедолага.

— Вы проиграли, — буркнул я, выкачивая магию из мяча. — Победа за классом «Д».

А затем я помчался к Антону, гаркнув всем остальным, чтобы валили куда подальше:

— Прочь! Все с поля, живо!

Класс «А» и так уже почти весь находился на скамейках в дальней стороне, а вот мои оболтусы рванули кто куда. Не сразу, но все поняли, что происходит. Все из них переживали нечто подобное и хотя бы примерно представляли, что будет, если маг пробудится поздно. Думаю, на теоретической магии это преподавали.

— С-сергей В-викторович, ч-что со мной? — задрожал Антон.

Он ещё не осознал, что происходит.

Он покрылся потом, его Источник штормило, а каналы бешено пульсировали от накатившей энергии. Они не были развиты, не привыкли к таким мощным потокам. Если ничего не сделать, пробуждение может обернуться катастрофой, а сам Антон, если и выживет, никогда не сможет использовать магию.

— Тихо. Успокойся, — прошептал я ему.

Время у нас есть, инициация не происходит за секунды. А раз я оказался рядом, беспокоиться не о чем. Вот только расслабляться тоже не стоит. Мне. Антону сейчас как раз следует успокоиться.

— Сергей Викторович, что вы делаете⁈ — очнулся наконец-то Аркаша. — Его нужно доставить в медпункт! Сейчас же! Иначе мы все здесь!..

— Заткнись! — гаркнул я. — Иди прочь!

Я больше не строил из себя беспечного простофилю, поэтому Аркаша очень быстро уловил мой тон и поспешил свалить куда подальше.

— Дыши, — спокойно подсказал я Антону. — Глубокий вдох и выдох. Вдох, выдох. Давай вместе со мной. Вдох… — Антон весь дрожал, но наполнил грудь. — Выдох. Вдох, выдох. Вот так, молодец.

Источник парнишки немного успокоился, и мы выиграли пару минут. Я бы, может, и согласился отвезти его в медпункт, чтобы не палить контору со своими способностями. Скажем так, их лучше использовать аккуратно и не афишировать.

Но были две причины, по которым стоило рискнуть.

Во-первых, что-то в его Источнике мне очень не нравилось. Я ещё не понял, что именно, но чувствовал — он мог бы взорваться в любую секунду, если я не буду контролировать процесс.

Сосредоточил все свои ощущения. Убедился, что дети покинули зону поражения и прикрыл глаза, коснувшись груди парня.

Вторгаться в пробуждающийся Источник опасно как для меня, так и для мальца, поэтому действовать нужно осторожно, почти ювелирно. И для этого стоило управлять взбесившейся энергией как можно ближе.

— Молодец, молодец, шкет… Вот так, продолжай дышать. Вдох, выдох.

Второй причиной, почему я не хотел отводить его в медпункт — это методы, которыми обычно борются с «запоздалыми» магами. Чтобы избежать рисков, чаще всего изымают энергию.

Лекари отсекают слишком бурные и опасные участки Источника, могут даже вмешаться в систему каналов. Тем самым они спасают одарённого, но лишают его немалой части будущих сил.

Однако у запоздалых есть шанс не только нагнать своих сверстников, но и перескочить их. Если Антон справится с собственной энергией сам, это раскроет его потенциал. Мне нужно лишь немного помочь.

Но один вопрос не давал покоя: что же такое скрыто внутри Источника у этого парня? Будто какая-то неспокойная сущность мечется из стороны в сторону, взбаламучивает всю магическую систему, паникует и пытается вырваться раньше времени.

Но нет уж. Хрен тебе, непонятная хреновина! Вдох и выдох. Вдох, сука, и выдох!

Дышу синхронно с пацаном, и мои потоки магии аккуратно проникают в его каналы. На мгновение это вызывает у него боль, потому что и без того переполненные пути теперь ещё сильнее растянулись. Но затем энергия понемногу утихает, и приходит упорядоченность.

Моя магия действует как успокоительное, но на лице мальчишки всё равно застыла мучительная гримаса. И тем не менее он продолжает дышать.

Вдох, выдох.

Его источник уже выбросил большую часть энергии, и та потекла по каналам парнишки. Сами каналы укреплялись раз за разом, пульсация за пульсацией. Я не отсекал лишнюю энергию, а удерживал её и позволял высвободиться постепенно, чтобы не нанести вред молодому организму.

Во время поздней инициации юный маг способен догнать своих сверстников по запасам энергии и расширить каналы. Это больно, очень больно, и каналы будут повреждены. Но потом, когда они заживут, то окрепнут и станут сильнее прочих.

Это чем-то похоже на рост мышц, когда нужно дать предельную нагрузку, чтобы волокна получили микротравмы, а затем адаптировались и стали крепче после восстановления.

— Вдох. Выдох. Молодец, — бормотал я, словно колыбельную.

И Антон отлично держался.

Однажды я уже проворачивал подобное. То был приятель, ровесник по моей нынешней жизни. Парнишка, с которым мы проводили некоторое время в деревне, развлекались рыбалкой, бродили по лесу, разводили костры и рассказывали страшные истории в ночи, под кроной какой-нибудь старой ели.

Было весело наблюдать, как он бледнеет от моих историй. И не мудрено, ведь все были правдой, принесённой из мира Хаоса.

Но однажды он начал пробуждаться, а рядом никого не оказалось. Мои способности в том возрасте ещё не были так развиты, как сейчас, да и я впервые столкнулся с подобным процессом, но всё получилось вполне успешно.

Так что Антону ничего не угрожало, а непонятная сущность в его Источнике потихоньку успокоилась. Хотя я до сих пор не мог понять, что это, но главное, что оно вошло в равновесие. Так что буду наблюдать.

Я убрал руку с его груди, и парень немного пошатнулся. Ноги подкосились, и он едва не упал, поэтому пришлось подхватить его.

— Сергей! — раздался обеспокоенный возглас. — Сергей, что с ним⁈

Елена Алексеевна, наплевав на все меры безопасности, бежала через всё поле прямо к нам. А за ней уже мчалась бригада медиков, среди которых даже имелся одарённый лекарь.

Точнее, лекарка — женщина лет тридцати. Я чувствовал в её Источнике большую силу. Думаю, она достигла не менее девятого ранга развития, что очень и очень непросто. И что она делает в нашей академии?

— Он в порядке⁈ — прибежала Елена.

— Да, всё хорошо, — кивнул я. — Ему просто нужно отлежаться.

— Что ему нужно, — встряла лекарка, — позвольте решать мне, Сергей Викторович!

— Мы знакомы? — бросил я холодным тоном.

Мадама, похоже, привыкла командовать. И командным тоном решила общаться со мной.

— Нет, — проворчала она. — Но я о вас наслышана. Отдайте ребёнка мне!

И требовательно протянула руки. Даже Елена отошла в сторону и притихла, будто опасалась этой женщины.

— Ну!

— Подождёте, — отмахнулся я.

Мадама от удивления раскрыла рот, а её подчинённые медики поёжились от ужаса и отпрянули подальше.

А я без суеты ещё раз проверил состояние Антона. Он уже отрубился, и энергия перетекала по каналам без моей помощи, но неизвестная сущность меня всё равно беспокоила. Поэтому я должен убедиться, что передавать парня медикам безопасно.

Лекарка через несколько секунд пришла в себя и уже хотела что-то возразить, но тут я передал Антона.

— Ему нужен сон и никаких медикаментов, — диктовал я, наверное, лучшему лекарю на ближайшие сто километров. — К утру придёт в себя, понадобится много еды. Каша, сладости, сок — калорийное и быстро усваиваемое.

— Я знаю, как обходиться с пациентами, — буркнула лекарка, принимая парня.

Она не стала терять время и вместе с другими медиками начала осматривать Антона. Рядом с носилками поставили переносную станцию с кучей проводов и трубочек, но пока с ней возились, лекарка влила часть своей магии в Источник парня, чтобы просканировать его.

Я же взял под руку немного растерянную Елену и направился в сторону трибун, где уже собрались оба класса, Сёма и Аркаша.

— Кто это такая? — поинтересовался я.

— Марина, — ответила Елена, прижавшись ко мне поближе. — Она заведует медицинским корпусом. Её боится даже директор, так что зря ты так с ней…

— М? Ты о чём? — сделал вид, что не понимаю.

Кажется, Елена хотела что-то добавить, но мы уже подошли к трибунам. Я снизу вверх взглянул на своих балбесов, подмигнул им, а затем обратился к Аркаше и Сёме:

— Ну что, коллеги? Мне кажется, всё очевидно. Так что прошу на позицию!

— Ч-что⁈ — заверещал Аркаша. — Да вы с ума сошли! Мы едва все не взлетели на воздух, а вы вздумали шутки шутить!

— Какие это шутки? — стальным голосом прервал его я. — Это был честный спор. Мы по рукам ударили, между прочим.

Я окинул взглядом своих ребят, школяров из «А»-класса, которые до сих пор находились в некотором недоумении от произошедшего, и Кабанчика, пунцового от негодования.

— Аркадий Самуилович, — вкрадчиво произнёс я, — неужто вы хотите подать своим… воспитанникам дурной пример? Позволите им считать, что учитель не должен держать своё слово?

Аркаша сглотнул и мельком оглядел школяров. Я поймал его в ловушку.

Получить по заднице мячом «Вышибалы», конечно, не прибавит ему авторитета в их глазах. Но балабольство они никогда не забудут. По большей части это дворяне, для которых «честь» — не просто набор букв. Что именно они считают честью — это отдельный вопрос, но крепость слова точно относится к понятиям благородных.

— Я… я…

Аркаша так заволновался, что присел на стул. По глазам видно — всё хотел придумать, как выкрутиться из этой щекотливой ситуации, но у него ничего не вышло.

— Какой ещё спор? — спросила Елена.

— А вот сейчас и увидите, — хмыкнул я.

Но прежде мимо нас промчались медики. Лекарка Марина задержалась и строгим голосом обратилась ко мне:

— Сергей Викторович! После уроков жду вас у себя. Нам нужно серьёзно поговорить!

И умчалась. Наверное, с полной уверенностью, что послушаюсь. Что ж, придётся обломать ожидания, на вечер у меня другие планы… Я ещё не придумал какие, но они точно будут.

Так вот, когда медики увезли Антона, Аркаша и Сёма на вялых ногах поплелись к отметке на поле. Они зачем-то встали лицом ко мне, будто ждали расстрела.

— Кру-гом! — велел я.

Сразу видно, Сёма — на опыте. Быстро подскочил и крутанулся на сто восемьдесят градусов. Аркаша немного замялся, но затем повторил манёвр.

— Раком стано-вись!

Тут замялся Сёма. Потому что таких команд ни в армии, ни на физкультуре не бывает, насколько мне известно. Но всё равно оба подчинились.

— Только помни! — визгливым голосом крикнул Кабанчик, — у тебя только одна попытка! Промажешь — мы не виноваты!

— Мне хватит, не волнуйся.

— Он чё, реально это сделает? — шептал спасённый мною брюнет Аристарху Белову.

— А ты не видишь? Сделает! Ещё как сделает, — встрял в разговор Саня.

Два высокоблагородных отпрыска шагнули в сторону, будто от пацана воняло сточной канавой. Хотя после такой короткой, но активной физкультуры всё могло быть… Но проверять я эту гипотезу не спешил.

— Готовься! — воскликнул я и невооружённым глазом заметил, как сжались булки преподавателей. — Считаю до трёх. Раз! Два!..

БАМ!!!

Начинённый магией и укреплённый — чтобы не разорвался — снаряд, словно пушечное ядро, влетел прямо в цель. И Кабанчик, взвизгнув от страха и неожиданности, пролетел вперёд до самого края поля, пробороздив своей мордой два метра газона.

— Ай-й-й-й… — только и смог проскулить он.

— Ты обещал досчитать до трёх! — сорвавшимся голосом возмутился Аркадий.

— Ну ты что, не знаешь этот приём? — развёл я руками. — Это «как комарик укусит», а на поверку — ни хрена не комарик! Давай, нагибайся обратно. Твоя очередь!

Аркаша прикинул, с какой силой я метнул мяч, что физрук весом центнера в полтора пролетел метров пятнадцать, не касаясь земли. Затем снова обернулся, посмотрел, как я накачиваю мяч магией, и нервно сглотнул.

— Ты лучше отвернись, — посоветовал я. — Знаешь, это как с высотой. Если боишься, лучше вниз не смотреть!

Аркаша отвернулся. Его Источник сжался в узел, каналы будто скрутило жгутом, а затем он упал носом в землю без сознания.

— Вот черт, — вздохнул я, «сдувая» магию из мяча. — Надеюсь, медики далеко ещё не ушли?

━─━────༺༻────━─━

— Это было несмешно, — заявила Елена.

— Как минимум двадцать три человека с вами не согласятся, Елена Алексеевна.

— Это дети!

— А вы считаете, они глупее остальных?

— Что? Я не… — Елена растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Сергей Викторович, хватит паясничать. Вы отправили двух педагогов на больничную койку!

— Они сами это предложили, — пожал я плечами.

— В смысле?

— Да в прямом. Кабанч… кхм, в смысле, Семён Семёныч сам сделал такую ставку. Мол, проигравшим пробивают по заднице.

— Сергей! — шикнула Елена, обернувшись. — Тут же дети!

Мои балбесы следовали за нами и весело переговаривались, вспоминая урок.

— Они и не такие слова знают, — отмахнулся я.

С Семёном всё оказалось довольно серьёзно, его даже унесли на носилках. На животе, естественно. Всю дорогу он стонал от малейшей тряски. Аркаша отделался нашатырём, но пробивать по нему я уже не стал. Бедолага и так выглядел хуже Кабанчика.

Класс «А» не стал придумывать отговорки и выполнил свою часть сделки, так что теперь у нас был полный набор новеньких учебников. Некоторые из них, конечно, хотели отвертеться. Мол, у нас людей меньше, и не обязательно отдавать все наборы. Но я их успокоил и заверил, что всякой книжке найдётся достойное применение, а их ждёт выбор из лучших экземпляров в библиотеке академии.

Хотя даже представить страшно, что там осталось в загашнике.

Елена вызвалась проводить меня до учебного корпуса. Наедине нас, конечно, не оставили, и следом, словно утята, бодро шагали мои оболтусы.

— К тому же, — продолжал я разговор, — Самуилыч и вовсе не получил урона. Разве что психологический… Но тут уж я не виноват!

— Ага, как же! — буркнула Елена. — Он такой бледный, будто от Венедикта Давидовича заразился.

Тут девушка прикрыла рот, прыснув от собственной шутки, и наконец-то заулыбалась.

— Кстати, о нём, — нахмурился я. — Кто такой этот Венедикт? Расскажите поподробнее.

— Зачем? — насторожилась Елена. — Хотите и с ним поспорить? Так ничего не получится — его на спортивный стадион не загонишь. Постоянно торчит в своём кабинете и роется в компьютерах. Думает, что он хакер и цифровой гений.

— Ого!

Елена нахмурилась и призадумалась, стоит ли мне что-то говорить, но затем решила, что стоит:

— О Венедикте ходят некоторые слухи, но я не уверена, правдивы ли они.

— Я люблю слухи, Лена. Особенно неправдивые.

— Ну… некоторые говорят, что наш информатик отбывает наказание за какую-то провинность. Возможно, что-то связанное со взломом базы данных или сайтов каких-то.

— Киберпреступник?

— Да-да! — кивнула Елена. — В общем, кто-то решил не держать его за решёткой, а найти более полезное применение.

— И для этого отправили в школу преподавать детям⁈ — охренел я.

— Это всего лишь слухи, не воспринимайте всерьёз.

Лена смутилась и отвела взгляд, будто решила проверить, не шлёпнется ли Саня во время очередной демонстрации своих подвигов.

Балбесы вовсю веселились. Победа их вдохновила. Даже вечно спокойный Тихомир нет-нет да вставлял пару фраз и скалился во все тридцать два зуба.

А Саня раз за разом вспоминал самые интересные моменты игры и на ходу пытался их повторить. М-да, шило в жопе у него не иссякнет никогда. Я думал, он немного успокоится, когда Источник и каналы придут в порядок, но нет. Похоже, это не магия, а характер.

Если его мать — не пропеллер, точно не мой шкет.

Но насчёт Венедикта я призадумался. Как говорится, в каждой шутке есть доля шутки. Этот бледный хрен мне сразу не понравился — не выглядит он как учитель по призванию. К тому же интриги против меня сразу начал плести.

Чёрт побери, куда я попал!

Вообще-то мне следует заняться поисками отпрыска моего друга. Но даже не знаю, с чего начать. Тут детей просто до хренища!

Ах да, я ж в академии…

— Кстати, — опомнилась Елена, — Коля сегодня выглядел не очень хорошо.

— О, не волнуйтесь, — махнул я. — Завтра будет ещё хуже.

Елена захлопала глазками. Гадала, шучу я или нет.

А я не шутил. Ему завтра правда будет хуже. Но волноваться об этом ничуть не стоило. По крайней мере самой Елене. Перетренированность, конечно, не самое приятное дело, но от этого ещё никто не погибал. Тем более под моим контролем.

— Ох, — страдальчески вздохнула Елена. — Так устала. Полночи просидела, чтобы сделать план. Такая морока. Вы, думаю, меня понимаете.

— Да-да… эм… план. Никто не любит планы! — закивал я.

— Это точно. Я разговаривала с Олесей… Это наш зоолог, которая ведёт основы обращения с монстрами из разломов. Она ещё заведущий в нашем городском монстрариуме. Вы, наверное, её помните. Такая, с короткой причёской, пухленькая.

Я кивнул, хотя не мог припомнить никого похожего. Но настроение было таким хорошим, что не хотелось прерывать разговор.

— Так вот, она говорит, что всю последнюю неделю лета убила на составление плана на триместр! — воскликнула Лена. — Хотела устроить кучу экскурсий, показать монстрариумы из других городов. Это ведь куча согласований, и не только с нашей администрацией. А ещё нужно учесть автобусы, дорогу, проживание, питание. Кто-то из родителей должен присутствовать. В общем, та ещё морока. Но у неё получилось!

— Да, она большая молодец…

Птички пели, рядом с дорогой пробежала пушистая белка. Она остановилась у бордюра, проводила нас взглядом, а затем скрылась в траве и показалась только у одного из деревьев, когда шустро взбиралась вверх к кроне.

— А вы, Сергей Викторович, как справились?

— А? Что? Справился? — очнулся я.

— Ну, с планом занятий, — и «хлоп-хлоп» так своими карими глазками на меня.

— Каким ещё планом занятий?

И тут Елена остановилась. Её беззаботный взгляд стал настороженно-подозрительным, а я почувствовал в этом какой-то неприятный подтекст. Интуиция прямо-таки забила тревогу.

— Сергей Викторович, — вкрадчивым голосом проговорила она, — вы же составили план занятий по своему предмету? Его уже завтра сдавать.

Что-то мне это напоминает…

Нет, точно надо почитать свои должностные. У меня в спецназе столько сюрпризов за один день не было!

Глава 8

Блин, вот я сейчас вообще не понял этого прикола. Я же учителем устраивался! Не носильщиком учебников, не воспитателем, не составителем планов, а учителем!

Директор мог бы и предупредить о всех этих подводных камнях на собеседовании.

Погодите-ка…

Ля, ты крыса, Палыч!

Ты что, специально меня не предупредил, чтобы я не сбежал? То-то радостный подскочил и почти сразу: «Вы приняты! Добро пожаловать!»

А я ведь мог отказаться от этой затеи. Гулял бы себе по аллеям, присматривал детишек… Хотя нет, это звучит совсем уж странно.

Короче, новость плохая. Мне к завтрашнему дню нужно как минимум предоставить подробный план занятий на ближайший триместр. Но есть ещё две неплохие новости. Даже, наверное, хорошие.

Первая — можно опираться на учебник по ОМБ, а у меня как раз лишних экземпляров аж пять штук завалялось. Хоть обложись и читай со всех сторон.

Правда, когда я обрадовался, Елена почему-то состроила кривую ухмылку. Явно что-то не договорила.

Кстати о ней… Вторая и ещё более приятная новость — Елена вызвалась помочь! Сказала, зайдёт вечером.

Но прежде я провёл ещё один урок у «2-Г» класса с помощью учебника. Хорошо хоть там были простые темы, вроде вводных терминов и простейших основ типа «не проверяй ладонь, из которой не вылетел огненный шар, если ты не знаешь, почему так произошло» или «не жарь шашлыки на огне Алмазной Жар-птицы».

Хотя, должен сказать, последнее довольно спорно. У Алмазной Жар-птицы такое мягкое синее пламя, что шашлык совершенно не пережаривается и не сушится. Всё равно что идеально подобранный жар углей. Мясо покрывается замечательной румяной корочкой и плотно закупоривается, чтобы потом приготовиться внутри, не потеряв ни капельки сока.

А если ещё предложить Жар-птице кусочек, то она почти и не обидится.

Кстати о еде. Раз уж Елена вызвалась мне помочь, тем более вечером, придётся накормить её вкусным ужином.

Кажется, я видел в кладовке своего дома мангал. Алмазной Жар-птицы у меня, конечно, нет, но и древесный уголь вполне себе подойдёт.

На территории академгородка был собственный магазин. Я уже затарился всем необходимым и направился к кассе, как вдруг столкнулся с библиотекаршей Ингой.

— О, Сергей Викторович! — улыбнулась она. — Вы собираетесь устроить пикник?

— Ну, что-то вроде того. Меня ждёт замечательный вечер по составлению планов.

— Учебных планов? — догадалась она.

— Ага, они самые.

Что-то я тут прикинул…

А не маловато пяти килограмм мяса? Вдруг Лена придёт сильно голодная? Надо ещё колбасок прихватить несколько пачек. Кажется, я их тут где-то видел.

— Хм, слушайте, — задумалась Инга. — Кажется, у меня завалялось несколько методичек. Если вы никогда этим не занимались, думаю, они вам помогут.

— Правда?

— Да, да, точно! Причём свежие, как раз под новые нормы. Если хотите, можем пройтись до библиотеки, и я выпишу вам пару хороших экземпляров.

— Или! — улыбнулся я. — Вы занесёте методички ко мне домой, и там мы вместе…

— Сергей Викторович! — возмутилась Инга, но будто чуть сильнее, чем хотела того сама. — Что вы такое!..

— Там я угощу вас колбаской! — прервал я.

И только по аху-у-удивлённому до глубины души лицу и замершему Источнику понял, как это звучало со стороны.

— В смысле, на углях! — поспешил оправдаться. — Вон, мешок целый тащу. И шашлыки, конечно. Как без шашлыков? А колбаски просто не успел купить.

Или, может, кебаб замутить?

— Хорошо, Сергей Викторович… — вздохнула Инга. — Я приду.

Она тряхнула головой, словно сбрасывала неприличные мысли, и удалилась в сторону овощного отдела.

Решено!

Кебаб.

И колбаски тоже. Надо ещё мяса взять.

━─━────༺༻────━─━

Говорят, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Это не лишено смысла, но кто сказал, что не работает в обратную сторону?

Встреча с Ингой навела меня на интересную мысль. И это не то, о чём кто-нибудь мог бы подумать. Моя мысль — это…

Делегирование!

И здравый смысл, конечно. Потому что окунаться в дебри педагогической бюрократии, изучать планирование учебных занятий и что-то там ещё я просто… не хочу.

А Елена с Ингой наверняка сумеют по-быстрому набросать все эти планы. С такой-то кучей учебников и целыми новенькими методичками. Я ж по глазам вижу, они в этом деле мастера!

А я обеспечу дамам уютную рабочую атмосферу, вкусно накормлю, устрою целую развлекательную программу, ведь у меня есть куча занимательных историй.

Которые, правда, нельзя рассказывать, потому что секретные. Но никто не запрещает обернуть их в художественную оболочку, поменять места, имена и время, опустить некоторые детали и всё такое.

Что может пойти не так?

Домишко я снял хороший. Один этаж, но куча комнат, даже две ванные зачем-то поставили. Но самое крутое — это задний двор. Здесь крытая беседка, небольшой сад с кустами малины, свежепостриженный газон. Кажется, на всей улице работает садовник, включённый в аренду.

А теперь над мангалом поднимался ароматный дымок, день клонился к вечеру, вокруг пели птицы. А к дому с другой стороны как раз подошла Елена.

«Боги, почему я на это вообще согласилась? В чужом доме, с мужчиной, одна… Инга⁈ Что ты здесь делаешь⁈» — услышал я её шёпот.

Так, а что за тон такой недовольный? Даже рассерженный.

— Это ты что здесь делаешь? — рявкнула библиотекарша. — Ещё и нарядилась как…

— Добрый вечер, дамы! — прервал я Ингу, показавшись снаружи.

Вашу ж Машу! Их Источники кипят от злости, словно котелки на костре! Кажется, я чего-то не учёл.

И что могло пойти не так, да?

— Проходите, дамы, — поспешил я. — Очень рад вас видеть. Мясо почти готово!

Инга держала в одной руке две тонкие книжки, а в другой зачем-то несла пакет с продуктами. А вот Елена действительно приоделась, скажем так, не для рабочего времяпрепровождения.

Короткий свободный сарафан, открывающий стройные ноги, оголённые плечи, каблуки, даже накрасилась, а ведь ещё днём этого не было.

Хм, а Инга надушилась. Переодеваться ей и не пришлось, потому что строгий костюм с юбкой выше колен отлично подчёркивал её и без того выраженные формы, большую грудь и широкие бёдра.

Эти две женщины выглядели как противоположности друг друга. Светленькая стройная Лена, улыбчивая и звонкая, и слегка мрачная, спокойная Инга с пылающей женственностью и чёрными как смоль волосами.

Я должен был догадаться.

Но я не стал собирать их биографии и узнавать подробно, будто для заданий. Так что придётся выруливать ситуацию. Сперва разделил девушек, проводив в разные ванные комнаты, чтобы умыться и помыть руки.

Так вот для чего их две! Кто построил этот дом — гений!

Девушки немного остыли, их Источники успокоились, и настало время снова свести их вместе. Под запах шашлыка и нарезанные овощи они сразу подобрели и успешно делали вид, что не против сидеть друг напротив друга. Хотя определённое напряжение, конечно, сохранялось.

Шашлык выдался сочным, мягким, с хрустящей румяной корочкой. Почти так же идеально, как на огне Алмазной Жар-птицы. Но делиться с монстром не пришлось — а жрёт она немало — так что я доволен.

И Лена с Ингой тоже остались довольны. Даже заулыбались, причём искренне, и откинулись на спинки стульев.

Мы сидели в беседке, поддувал свежий вечерний ветер, стол был наполнен едой, в том числе овощами, которые принесла Инга. Она почему-то решила, что я закупился только мясом.

Кстати, накрытый стол я не просто так упомянул. Они почти ничего не съели! Взяли всего по три-четыре кусочка шашлыка, попробовали кебаб и колбаски, даже хлеба поклевали как птенцы, но зато умяли до хренища овощей и теперь делали вид, что наелись.

Мне пришлось отдуваться за всех, потому что гений-архитектор предусмотрел две ванные комнаты, а вот холодильник почему-то поставить забыл. Пришлось очень много съесть.

Мягкий кебаб брызгал соком, пока я его жевал, свежие овощи хрустели на зубах, пряный соус придавал лёгкой перчинки, а забористый квас дополнял вкус и помогал расправляться с каждой новой порцией.

Колбаски тоже оказались выше всяких похвал. Поджаристая оболочка приятно лопалась во рту, рубленое мясо едва не таяло на языке, а вместе со сладковатыми помидорами всё превращалось в оркестр вкуса.

Но мы здесь собрались не для того, чтобы наполнять животы. В перерывах между порциями я поведал дамам несколько историй из своей учебки. Это ещё до вступления в ряды гордой Гвардии Его Императорского Величества подразделения номер «1901».

Конечно, с некоторыми оговорками для соблюдения секретности.

Например, я рассказал, как мы с мужиками однажды задолбались сидеть посреди леса в замаскированной базе. Это были учения, во время которых на нас охотились несколько других спецотрядов. Нашей задачей было отсидеться так, чтобы никто не заметил, но она показалась слишком скучной.

Особенно мне, привыкшему атаковать, а не отсиживаться. В мире Хаоса зарываться в норы смерти было смерти подобно, потому что твари тебя обязательно разыщут, а драться с ними в таком положении очень трудно.

В общем, мы сделали всё необходимое для выполнения задачи. А именно: разделились на несколько команд, по-быстрому отыскали все диверсионные группы, повязали их, спрятали подальше от базы и со спокойной совестью отправились в деревню на опушке. Она находилась недалеко, где-то в сотне километров по пересечённой местности.

Но самое замечательное, что в тех окрестностях студенты-археологи как раз решили отметить один старый праздник, уже давно позабытый широким обществом. Были песни, пляски, прыжки через огонь, костры в несколько человеческих ростов. Он мне напомнил один из тех редких праздников, что я отмечал в мире Хаоса.

В общем, мы затесались в компанию студентов и провели три незабываемых дня и столько же ночей. Настолько незабываемых, что трое бойцов отряда потом ещё три дня и три ночи пытались вспомнить, где спрятали своих диверсантов.

Ситуация серьёзная. Высокие чины должны были вот-вот прибыть для проверки, поэтому мы снова разделились. Одна половина отряда с этими тремя балбесами в том числе отправилась искать схрон с диверсантами, а вторая, где числился я, принялась задерживать проверяющих.

Было не так уж просто сбивать с пути высокоранговых магов, честно скажу. Но тут очень помог мой дар и ещё один из отряда, маг земли, который оперативно менял рельеф местности и даже пару раз переносил замаскированную базу с места на место.

В конце концов нам удалось найти пропавших диверсантов. Их отпустили на волю, затем мы вернулись на базу и встретили запыхавшихся проверяющих. Кажется, они что-то заподозрили, но доказательств не было.

— Ужас! — ахнула Елена, однако сама едва сдерживала смех. — Бедные курсанты!

Ах да, мне пришлось «замаскировать» историю и изменить действующие лица. Получилось не так прикольно, как было на самом деле, но девушкам понравилось.

— И что, они правда сидели в берлоге почти неделю? Со спящим медведем! — а вот Инга не стеснялась и хохотала от души. — Наверняка вы какие-то заклинания на них использовали, я права?

И тут Лена вдруг сбросила улыбку, которую так безуспешно пыталась натянуть, и стрельнула в библиотекаршу пронзительным взглядом. Инга тоже переменилась, поджала губы и глотнула из бокала.

Да что между ними произошло-то⁈ Это как-то связано с заклинаниями?

— Сергей, — серьёзным тоном обратилась Лена. — Большое спасибо за угощение, всё очень вкусно. Но мы здесь собрались по другой причине, насколько я помню.

— Да, точно, — слегка улыбнулась Инга. — Давайте уже составим ваш учебный план. Вы же за тем позвали нас обеих?

Умная женщина! Обожаю умных женщин.

Лена не подала виду, однако её Источник немного вспыхнул от ярости. Но она выдохнула и сказала:

— Нам нужны учебники по ОМБ, методички, — тут она бросила взгляд в сторону Инги, — постановление департамента образования и…

— И ещё немного этого замечательного напитка! — вставила Инга, опустошив бокал. Затем она посмотрела на Лену и добавила: — Или много.

— Или много… — вздохнула Лена.

Вот так, благодаря врождённому обаянию, кулинарному мастерству, нескольким занимательным историям и двум красивым девушкам я решил проблему с учебным планированием.

Но что же произошло между Леной и Ингой? Чую, там какая-то мутная история. И каким-то образом она связана с заклинаниями.

━─━────༺༻────━─━

Прикиньте, оказывается, новые учебники и новая программа обучения между собой не согласуются ни по хронологии, ни по темам в некоторых случаях. Я-то думал, всё просто. Есть учебник, в нём темы, иди по нему, и так до конца года.

Оказывается, ни фига не так!

Темы по программе в учебнике скачут с пятой страницы на двести восьмую, потом на тридцать пятую, затем на трёхсотую… Ну короче, логика понятна. Точнее, её отсутствие.

Но это ещё ладно, с этим можно работать. А как быть с темами, которых в учебнике нет?

Скажете, такого не может быть?

А может! Представьте себе, может! Я сам охренел, когда узнал. Либо в департаменте сидит какой-то извращённый вражеский диверсант, который поставил целью задолбать учителей и тем самым лишить нашу державу образования, либо там криворукие полоумные кретины, которые «2+2» на калькуляторе проверяют.

Но учебный план — это клёвая вещь! Правда, учителям приходится изгаляться, чтобы подстроиться под идиотские нормы, зато потом работать очень удобно. Несколько часов над бумагами, документами, учебниками, которыми мы с Леной и Ингой реально обложились со всех сторон, и у меня в компьютере теперь есть удобный документ! Что-то вроде шпаргалки получилось, и теперь в течение всего триместра я могу подглядывать, чем занять спиногрызов на занятиях. Если не будет идей поинтереснее, я даже буду этому следовать.

Так что на следующее утро я лёгкой походкой отправился к директору. И на подходе к администрации уловил знакомые голоса внутри здания.

«Вот! Здесь всё готово, комар носа не подточит.» — ворчал завуч по учебно-воспитательной работе собственной персоной.

«Спасибо, дядь… в смысле, Соломон Адамович», — проблеял Аркаша.

Голос бедолаги до сих пор дрожал. Неужели он такой впечатлительный? Ну подумаешь, едва не снесли мягкое место. До свадьбы стопудово зажило бы! А вот насчёт женитьбы ему переживать стоит. Кто ж на такого дядиного племяшку позарится?

«Н-но можно вопрос?» — парню явно пришлось набраться храбрости, чтобы сказать это.

«Чего тебе?»

«Вы уверены, что ему можно доверять? Вдруг он подсунул что-то…»

«Я никому не доверяю, дурень! — прервал Аркашу дядя. — А он у меня на коротком поводке. Если посмеет нагадить, загоню обратно в будку. С решётками, хе-хех… Так что он ничего такого не подсунет, будь уверен».

Хм, интересно. Я так полагаю, они говорят об учебном плане. Аркаша ведь пришёл со мной в один день и тоже не мог успеть всё подготовить.

Вот прохиндей! Да за него всю работу сделали, а он на всём готовеньком, значит, отчитываться идёт.

Я для этого хотя бы старался!

«Всё, иди! — бросил Адамыч. — И не смей опозориться снова!»

«Это всё Ставров! — выпалил Аркаша. — Кто он вообще такой⁈ Откуда взялся⁈»

«Иди! — уже рявкнул завуч. — С ним разберёмся, не волнуйся».

С Адамычем мы пересеклись на лестничной площадке. Засранец старался делать вид, что меня нет.

Что ж, тогда мановением потока магии парик с его макушки снёс явно какой-то дух!

Группа учеников, которые проходили мимо, громко захихикали, Адамыч замер, тявкнул от неожиданности.

— Ах ты!.. — обернулся он, но меня уже не было.

Точно злой дух!

━─━────༺༻────━─━

— Отлично, отлично, Сергей Викторович, — улыбался во все тридцать два зуба Василий Палыч. — Отлично исполнено. Признаться, я не ожидал.

— Почему же? — прохладным тоном спросил я. — Быть может потому, что вы мне не всё рассказали о вакансии, господин директор?

Палыч тут же виновато скривился, занервничал.

— Понимаете, Сергей Викторович, — сорвавшимся голосом начал он оправдываться. — Кхм… Я просто должен соблюдать интересы академии, прошу меня понять. Я не мог упустить такой ценный кадр из-за рутинных обязанностей учителя.

Я продолжал сверлить его суровым взглядом.

— Н-но вы справились! — пискнул он, снова сорвав голос. — Отлично справились, должен отметить! Не хуже Елены Алексеевны, а она, поверьте мне, одна из лучших!

Ну тут уж я не мог продолжать над ним издеваться. Тем более, что хотелось посмеяться. Палыч уловил оттепель и немного успокоился, снова заулыбался.

— Вообще должен признаться, — поделился он, — я крайне обнадёжен насчёт вас и вашего коллеги, Аркадия Самуиловича. Два новых сотрудника, а уже показали такие результаты! Его работа, конечно, немного уступает вашей, но сразу видно, что человек он очень способный. У меня большие надежды на вас обоих, Сергей Викторович! Огромные!

Я не стал разочаровывать директора и попрощался. Скоро должен начаться урок у моих оболтусов, так что не стоит опаздывать. А то задержусь на пару минут, и от аудитории ничего не останется.

Но когда я уже потянулся к ручке двери, Палыч меня вдруг окликнул:

— Сергей Викторович!

— Да?

— Слышал, вы с Аркадием Самуиловичем провели совместный урок вчера на стадионе? И насколько мне довелось понять, очень продуктивно. Рад, что вы с ним подружились. Думаю, классам «А» и «Д» стоит почаще работать вместе, как вы на это смотрите?

Директор смотрел на меня чистыми невинными глазами, и я не мог понять, строит ли он из себя дурака или на самом деле за маской простачка скрывается манипулятор, каких поискать.

— Не имею ничего против, Василий Павлович, — кивнул я.

А ведь за Аркашей до сих пор должок по пробиву вышибальным мячом. Не думаю, что его обрадует идея директора, но раз уж против меня затевается какой-то заговор, предпочту держать врагов поближе.

Я вышел из кабинета и направился к лестничной площадке. До начала занятий оставалось пятнадцать минут, а чуйка почему-то гнала меня вперёд, словно морской ветер, наполняющий паруса.

Но тут на пути показалась преграда. Девятиранговая, с убранными в пучок волосами и в белом халате такая.

— Вы!!! — гаркнула она на весь коридор.

И с ускорением помчалась на встречу, только стук каблуков стоял.

— Вы! — повторила она в шаге от меня.

— Агась, — кивнул ей, проходя мимо.

Марина, которую по словам Лены боялся даже директор академии, замерла на месте, не веря собственным глазам. Затем резко развернулась и снова приказным тоном воскликнула:

— А ну стоять! Стоять, я сказала!

Я не обращал внимания и продолжал шагать. На некоторое время воцарилась тишина, хотя из кабинета директора я услышал испуганный шёпот:

— Боги, боги, боги, это же её голос! Только бы не зашла ко мне. Нужно спрятаться… О, точно! Под стол!

Серьёзно? Я даже подумывал вернуться и увидеть это собственными глазами, но Марина Батьковна поняла, что её строгий вид и надрывный голос на меня впечатление не произвели, и снова затопала в мою сторону.

Её Источник странно дрожал, поэтому я не сиганул в ближайшее окно, чтобы отделаться от этой назойливой баб… женщины. Чуйка подсказывала, что стоит выяснить, в чём дело. И как всегда, оказалась права.

— Сергей Викторович! — уже куда мягче воскликнула лекарка. — Остановитесь!

Теперь тон не был приказным, а скорее напоминал мольбу о помощи, потому я остановился.

— Это касается Антона, — тут же выпалила она. — Он в опасности. Что вы с ним сделали!.. А-а-ай!

Я схватил лекарку за талию, распахнул окно и сиганул наружу. Марина от испуга вцепилась в меня и заверещала тоненьким девичьим визгом, когда мы пролетали над корпусами в сторону медицинского корпуса.

Антон не был в опасности. И не должен быть. Но я не учёл одну важную деталь и теперь осознал свою ошибку. Лекарка не может так подробно рассматривать структуру чужой магии. Подумать только, каких дел она могла натворить!

И чтобы разобраться с этим, у меня есть меньше пятнадцати минут. Ох, чую, мои оболтусы сейчас не новенькие учебники листают!

Глава 9

Марина вновь запищала, пока пикировали прямо в закрытые створки, но перед самым приземлением они отворились, повинуясь моим потокам магии.

Мы влетели прямо в окно палаты, где был Антон.

Парень лежал без сознания, хотя должен был очнуться ещё пару часов назад.

— Что вы с ним сделали⁈ — рыкнул я на обескураженную лекарку.

Её волосы встрепенулись, а вид был рассеянный. Неужели на них всех оказывает такое впечатление обычный прыжок? Ну, подумаешь, чуть выше и чуть дальше прыгнул. Некоторые маги вообще летать умеют!

— Стандартный комплекс, — заикаясь, начала оправдываться Марина. — Витамины, капельница, капсулы для стабилизации Источника, и ещё несколько…

— Капсулы чего? — прервал её я.

— Для стабилизации Источника! — опомнившись, лекарка начала уже защищаться, и голос её стал твёрже. Она вдруг решила наступать: — Сергей Викторович, я вам говорила, чтобы вы пришли ко мне после занятий! Мальчик находился в странном…

— А я вам сказал: дать ему отоспаться и накормить утром, — ответил я уже ровным тоном.

Меня редко удаётся разозлить, но у лекарки это отлично получилось!

Марина пыталась перекинуть вину на меня, но этого не выйдет. Хотя отчасти она всё же была права — не стоило доверять своего ученика непонятно кому. Девятый ранг Источника ещё не говорит о благоразумии человека.

— Вон! — велел я.

— Это моя больница! — возразила Марина.

— Вон, я сказал!

Получилось жёстко и громко. Наверняка меня услышали и в коридоре, но сюсюкаться тут я не собирался. Марина не понимала спокойных обращений и реагировала только на повышенный тон.

Серьёзность моих намерений Марина поняла быстро. И, видимо, отлично понимала, что ничем не сможет помочь Антону, поэтому молча покинула палату.

Я же присел на кровать, проверил пульс Антона, открыл его веки, посмотрел реакцию на свет. Ну, ничего особо страшного пока не произошло.

Я оголил его грудь и коснулся горячей кожи. У парня начался жар. И немудрено — его Источник снова взбесился, будто сейчас происходило второе пробуждение дара. Но на самом деле внутри Источника баламутило воду нечто, непонятное даже мне.

У меня есть несколько предположений, но самое вероятное — у пацана какой-то особенный дар. У магов в этом мире чаще всего открывается предрасположенность к стихии. Огонь, вода, воздух, земля и молния. Некоторые имеют способности к двум или нескольким стихиям. Уникумы вроде Сани могут освоить все пять стихий, но такое происходит нечасто.

Однако есть особенные дары. Та же Марина, например, обладает даром исцеления. Маги-лекари крайне редки и невероятно ценны. Особенно высокоранговые, поэтому я и удивился наличию Марины в этой академии.

Такие, как она, и вовсе ни в каких учреждениях не засиживаются. Чаще всего их берёт под колпак Министерство здравоохранения на пару с Министерством безопасности. Лекарей охраняют лучшие боевые маги, их обучают всем возможным техникам, известным в Российской империи, и предоставляют широкое поле для практики, гоняя по земному шару, чтобы повышать ранг Источника и набирать опыт.

Всё настолько серьёзно, что дворянские семьи обязали выдать государству все свои тайные родовые техники, касающиеся лекарской магии. А каждого одарённого целителя обязали регистрировать в особом списке и по достижении пятнадцати лет отдавать на попечение имперских наставников.

Естественно, такие меры вызвали бурю негодования, и находились те, кто пытался скрыть техники или одарённых. Но все быстро уяснили, что делать этого не надо, когда одну очень влиятельную дворянскую семью, решившую, что её новые законы не касаются, лишили всех привилегий.

Главу семьи упекли под стражу до конца дней, у остальных отобрали всё имущество, финансы и лишили дворянского титула. Особенно ретивых членов рода, которые пытались поднять бунт, публично казнили в назидание другим.

Поэтому тот факт, что Марина работает здесь, тем более в качестве штатного сотрудника, вызывает кучу вопросов. Которые, собственно, меня не касаются, так что пускай Палыч разбирается с этим сам.

Меня же волновало, что сейчас внутри Антона, скорее всего, тоже зарождался особенный дар. Я ещё не наблюдал этот процесс на таком этапе.

Весело, однако. Получается, парень с запоздалым пробуждением теперь получил шанс реализовать всё своё преимущество, ведь я провёл инициацию без отсечений. Какой же потенциал у него — даже страшно подумать. По меркам этого мира, он может войти в число сильнейших магов. Если выживет.

Когда я закончил успокаивать Источник Антона и вышел из палаты, в коридоре уже столпились медицинские работники во главе с Мариной. Она выглядела рассерженной, скрестила на груди руки и уставилась на меня колючим взглядом.

— К вечеру должен очнуться, — заключил я. — Не смейте трогать его! Мониторить состояние можно, но более никаких вмешательств. Когда очнётся, дайте сытно поесть. И до моего прихода никто его не должен даже пальцем трогать! Я понятно выражаюсь?

С последней фразой я пристально взглянул на Марину. Медики вокруг испуганно зашептались, кто-то машинально попятился.

«Он что, ЕЙ это говорит⁈» — раздался еле уловимый шёпот.

«Да ну… не может быть. Он же не самоубийца!» — перешёптывались два медбрата в дальнем конце толпы.

Забавно наблюдать за разговорами обо мне, когда люди искренне верят, что я их не слышу.

— Хорошо, Сергей Викторович… — процедила лекарка.

Медики снова охренели, потому что ожидали совсем другой реакции.

— Но если с ним что-то случится после вашего вмешательства… — тон Марины стал увереннее.

— Ничего не случится, — уже спокойно ответил я, снова вызвав волну испуганного удивления, — если вы мне не будете мешать.

Вдруг неподалёку распахнулась дверь, и оттуда появился сутулый худощавый пацан с длинным носом. Он замер и как-то странно уставился в нашу сторону, видимо испугался. Его рубашка была распахнута, рукав задран.

— Кирилл! — За ним тут же выбежала молоденькая медсестра. — Ты куда побежал, мы ещё не закончили!

Кирилл завис, но быстро отвис и попытался удрать. Однако было слишком поздно. Девушка, несмотря на небольшой рост и внешнюю хрупкость, подхватила его и потащила обратно. Кудрявые чёрные волосы парня растрепались, на лице отразился испуг.

— Нет, не хочу! Я боюсь иголок! Пустите меня! — завизжал бедолага.

Но дверь хладнокровно захлопнулась, и крик заглох.

А я с немым вопросом повернулся к Марине.

— Не обращайте внимание, — отмахнулась она. — Мальчик просто плохо переносит смену обстановки.

Вопросов стало только больше, и лекарка неохотно пояснила:

— Кирилл первокурсник. Начал жаловаться на кошмары и проситься домой. Мы подозреваем банальное симулирование. Причём, не очень убедительное — мальчик разговаривает сам с собой и этом жутко переигрывает. Пройдёт обследование, и отпустим.

На всякий случай я усилил слух и убедился, что в палате с пацаном не происходит ничего этакого и решил не зацикливать внимания на этой ситуации. Тем более, что беглый взгляд на его Источник не выдал никаких дефектов, а если он хочет брать актёрским мастерством, в поддавки с ним никто играть не будет.

А затем взглянул на часы и громко выругался.

В коридоре воцарилась мёртвая тишина. Марина уставилась на меня с возмущением, а её подчинённые разве что за сердце не схватились. Даже через медицинские маски читался ужас от услышанной брани.

Да грёбаный ты ж ёж! В этой академии одни неженки собрались?

А, хрен с ними. У меня больше не осталось времени. Урок уже начался, а у моих балбесов сейчас такие шила в задницах, что вся академия может перевернуться вверх дном.

━─━────༺༻────━─━

Ох, я был прав! Опаздывать на урок к моим балбесам никак нельзя. Похоже, вчерашняя победа вскружила им головы, и они решили разгромить к едрене фене всю аудиторию «404».

В чём тут логика?

Да нет её! Им не нужна логика, чтобы крушить всё, что они видят вокруг себя. Им нужна только возможность это делать и отсутствие других, более интересных дел.

Как я это понял? Ну, знаете, имелись некоторые знаки. Например, взрыв и звон выбитого стекла в аудитории, пока я проходил мимо, аккуратно намекали, что балбесы сошли с ума. А вылетевший следом Федя, которого я поймал за шкирку в метре над землёй, уже откровенно заявлял, что они совсем потеряли страх.

— Сергей Викторович! — воскликнул Федя. — Это вы? Спасибо ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Я метнул засранца обратно в окно, а следом прыгнул сам.

Вашу ж мать, я в этой академии вообще буду ходить через двери, а?

Но даже когда я приземлился внутри, вакханалия не закончилась. Меня не успели заметить. Саня крутился, вертелся, прыгал и летал повсюду. Он словно маленький ребёнок, получивший новую игрушку, использовал сейчас полученную способность воздушной подушки для самых разрушительных целей.

Петя Валиков с несколькими крепкими парнями с какого-то ляда решили заняться борьбой, для чего соорудили ринг из поваленных парт прямо посреди класса. Ещё несколько человек под предводительством Анжелы решили вспомнить вчерашние подвиги и устроили матч по вышибалам.

Нет, для подготовки, конечно, мы делали нечто подобное на моём уроке, но под моим, мать их, присмотром. А сейчас Влад Воробьёв, один из немногих на втором курсе, кто владел стихией огня, пытался напитать скомканный в шарик клочок бумаги пламенем, чтобы усилить бросок.

Судя по чёрной от гари роже, в прошлый раз у него получился взрыв. Из-за которого, собственно, стёкла и выбило.

Но это не остановило малолетнего экспериментатора, и он уже заряжал огнём новый снаряд, да так, что вот-вот снова бабахнет.

— Стоять! — крикнул я, заставив всех оболтусов замереть на месте.

Петя остановился в одном движении от броска своего соперника, и тот с облегчением вздохнул.

А снаряд в руке Влада продолжал копить энергию по неправильно начертанному заклинанию. Я выхватил его, швырнул наружу, и через секунду там раздался ещё один взрыв. Небольшой — Влад не успел напитать бумажный мячик достаточным количеством магии.

Но меня теперь интересовал вопрос: откуда у них вообще такое заклинание? Мы вчера тренировались только по технике и тактике, без подобных подручных средств.

В воцарившейся тишине раздался храп. Я с некоторым удивлением уставился на Тихомира, который спокойно спал за своей партой, подложив под голову рюкзак. Островок, мать его, благополучия посреди вакханалии и разрушения.

Я снова взглянул на часы. С начала урока прошло всего две минуты.

Затем перевёл взгляд на оболтусов, сделал небольшую паузу, чтобы отфильтровать слова, которые лезли наружу.

— О, Сергей Викторович! — обрадовался почему-то Саня. — Здравствуйте! А мы вас ждали!

— И встретили с салютом, — хмыкнул Островский.

Я сделал глубокий вдох, немного задержал дыхание и плавно выдохнул. А затем улыбнулся. Правда, почему-то лица балбесов вдруг исказились гримасами испуга.

— Что ж, — осклабился я. — Гляжу, вам просто необходимо преподать самые основы «Основ Магической Безопасности».

И ведь правда, вчера было целое занятие, но учебники мы получили только после физкультуры. А если следовать плану, который мне составили Инга и Елена, как раз должны проходить общие понятия и самые базовые правила. Так что придётся навёрстывать упущенное.

Но моё преподавательское чутьё подсказывает, что одним учебником и лекцией делу не помочь.

— Переодевайтесь в спортивную форму, — приказал я.

— Зачем? — удивилась Анжела. — У нас же сегодня нет физкультуры.

— Поверьте, она вам очень пригодится!

━─━────༺༻────━─━

— Быстрее! Выше! Сильнее! Никакой магии ветра, Саня! На своих двоих давай, не мухлюй! Островский! Первое правило обращения с магическим зарядом? Живо!

— Никогда!.. — прокряхтел он, поднимаясь по канату на трёхметровую высоту, — не направляй руку… в сторону…

И Дениска сорвался почти у самой верхушки и плюхнулся прямо в грязевую яму, которая служила подушкой безопасности.

У моих балбесов было слишком много избыточной энергии. И это прямо с утра! Так что я решил избавить других учителей от лишней головной боли и выплеснуть всю эту энергию на своём занятии. А чтобы провести время с ещё большей пользой, устроил им проверочный тест по первым двум главам учебника.

— Заново! — велел я парню, когда он показался над поверхностью грязи. — На исходную позицию! Давай, давай!

— Я так больше не могу! — взмолился Островский. — Канат скользкий!

— Это слёзы! — воскликнул я. — Он в глубокой печали, потому что никто из вас до сих пор не добрался до финиша!

Все двадцать три ученика старались как можно скорее преодолеть все преграды и не попасться мне на глаза.

Хе-хе, это они зря так. От меня не скроется ни один зловредный спиногрыз.

— Валиков!

— А⁈ — испуганно откликнулся Петя, пока взбирался на вертикальную стену.

Но слишком сильно испугался. Сорвался и тоже свалился на землю.

— Бэ! На исходную! Давай, давай! — прокричал я.

На обширной территории академии нашлась целая полоса препятствий. Не знаю, кто именно её построил, но вряд ли она относилась к стандартным учебным зонам. Все снаряды, конструкции, даже ямы, наполненные грязью или мутной водой, были сделаны вручную, немного грубовато, но надёжно. Даже с учётом того, что пользоваться ими будут маги, а не обычные подростки.

Я приметил площадку ещё в первый день, когда забрался на шпиль часовой башни, чтобы отыскать здание администрации. Для меня слишком просто, но в качестве разминки учеников — отлично подходит.

И теперь весь класс должен добраться до финиша. В любой момент я мог задать вопрос, и отвечающий обязан выдать правильный ответ, если не хочет начать полосу с самого начала.

Дальше всех забрался Тихомир, но пока он перепрыгивал по торчащим из воды столбам, я обескуражил его вопросом про «ситуацию».

Есть понятие «опасной ситуации», «экстремальной» и «чрезвычайной». И я даже прочитал оболтусам лекцию на эту тему, пока мы бежали кросс до площадки. С примерами из жизни!

— Тихомир! — спросил я. — Если, пока ты спал, к тебе подобралась стая Серебряных Волков, — это опасная ситуация или экстремальная?

Парень задумался, из-за чего поскользнулся и плюхнулся лицом в мутную воду.

— Экстремальная! — выпалил он, вынырнув наружу.

— Поздно! Мигом в начало!

Падать, оступаться, срываться нельзя. Нужно правильно отвечать на вопросы и не терять концентрацию.

Жестоко? Без сомнений.

Но на кого повесят ущерб после разгрома аудитории? На меня. Это ли не настоящая жестокость?

Мне-то ладно, не обеднею. Но теперь отлично понимаю предыдущих классруков. Их просто по миру пустили, вот они и сбежали.

— Елизарова!

— Я!

— Рядом сражаются два мага Высшего ранга. Какие твои действия⁈

— Отойти от окон!.. — она прервалась, чтобы перепрыгнуть со столба на столб. — Найти ближайшее!.. Подземное убежище! — достигла твёрдой земли и закончила участок. — Если такого нет! — схватилась за тарзанку, прокатилась и зацепилась за нижнюю перекладину наклонной лесенки. — Спрятаться в помещении! Без окон!

— Молодец, — кивнул я.

Анжела молодец. Если я правильно понял, она вызубрила несколько первых глав учебника, даже больше, чем следовало по программе. Потому что этот вопрос был из четвёртой главы, которую будем проходить только через занятие.

Ей не хватало физической подготовки и основ владения магией, но теорию девчонка решила вызубрить наизусть. Она единственная, кто до сих пор ответил на все мои вопросы. Проблема только…

ПЛЮХ!

Анжела не удержалась на очередной перекладине, сорвалась с лесенки и плюхнулась в воду. Но на этот раз ей повезло, потому что до той канавы больше никто не добирался, и вода не успела помутнеть. Так что вынырнула девушка чище прежнего и с упрямой злостью направилась к началу полосы препятствий.

А вот Саня решил смухлевать и незаметно подкинул себя ветром на вертикальную стену. Ну, это ему казалось, что незаметно.

— Никакого ветра! — приказал я и потоком магии сбросил его обратно в грязевую яму. — Заново!

Убежавшие дальше всех оболтусы начали меня активно обсуждать, явно не понимая, как далеко распространяется мой слух:

«Он совсем охренел…»

«Согласен. Надо проучить».

«Как обычно, собираемся в старой церкви?»

«Ага. Сегодня вечером. Предупреди своих».

Ого, а что это такое? Намечается заговор. Причём договориться умудрились Островский с Валиковым, а это вроде как те ещё недруги.

Ух вы маленькие революционеры, хе-хе… Ну ладно, посмотрим, что из этого может выйти. Директор говорил, что класс начинает проказничать примерно через месяц, но я так долго ждать просто заскучаю. Лучше обрубить проблему на корню, чем ждать, пока она разрастётся.

Они сначала подпалили завуча, затем разгромили кабинет. Что будет через месяц, если не держать руку на пульсе? Тем более, что к тому времени все оболтусы значительно вырастут в развитии Источников.

Так и академия на воздух может взлететь. С ремонтом одной аудитории я как-то разберусь, но отстраивать заново весь городок? Не, я слишком жадный. Поэтому…

— Быстрее! Выше! Сильнее! Давайте, оболтусы, у вас ещё двадцать минут до конца урока! Если никто не доберётся до финиша, оставлю после занятий для пересдачи!

— Это какой-то зачёт⁈ — испугался Влад Воробьёв.

— А то!

— Разве так можн-А-А-бл!!! — возмутился Островский.

ПЛЮХ!

Он оступился на крутящемся бревне и оказался по шею в жиже.

— Не болтай, а шуруй в начало, Дениска! — усмехнулся я.

Что ж, придётся им свою сходку в старой церкви перенести на другой день.

Потому что пересдавать придётся всем.

━─━────༺༻────━─━

Итак, дети вымотаны и теперь спокойно проведут оставшийся учебный день. Надеюсь, другие учителя хотя бы мысленно поблагодарят меня.

А пока оболтусы заняты, у меня свободное время. Других занятий сейчас нет, так что надо подкрепиться.

Академгородок можно было разделить на две жилые части. В первой находились все учебные корпуса, администрация, стадион и прочие территории, которые касались, собственно, самой академии.

А вторая представляла собой небольшой жилой городок с магазинчиками, кафе, баром…

Баром?

Тут есть рокерский бар! И не просто рокерский, а какой-то тематический, под средневековье. Даже вывеска над входом висит: «Сломанный Сапог». С изображением этого самого сапога с оторванной подошвой. Должно быть, атмосферное местечко.

Бар располагался в подвале двухэтажного здания. Причём фигурный фасад и потрёпанная штукатурка говорили о старинности дома. Ну или вандальных наклонностях студентов, одно из двух.

Но скорее первое, потому что жилой городок явно не в минувшие десятилетия построили. Наверное, тут и раньше стоял городок, который теперь обрёл новую жизнь.

А вот бар всё вспоминал былые деньки. Причём ещё задолго до строительства здания, в котором располагался.

Всё здесь было заделано под старину века четырнадцатого, не больше. Тяжёлые столы стояли вперемешку с большими перевёрнутыми бочками, свет шёл от фонарей, украшенных под факелы, они горели магическим пламенем.

Повсюду стоял хмельной аромат от кваса, но я не просто так решил, что здесь можно вкусно поесть. Потому что ещё с улицы усиленное обоняние уловило запах жареного мяса, тушёных овощей и свежевыпеченного хлеба.

Я сел за один из столов в тёмном углу, смёл рукавом крошки и поднял руку, подзывая официанта, пока одетый в кольчугу поверх кожаной куртки патлатый бородач бряцал по струнам гитары и напевал:

'Ты скачешь вдаль, вда-а-аль, всадник,

Ты скачешь вдаль, вда-а-аль, вса-а-адни-и-ик!

Ты один здесь, один, а вокруг рать врага,

Не сыскать нам, как ты, храбреца!

Ты скачешь вда-аль, вда-а-аль, вса-а-адни-и-и-ик'

Играл он посредственно, но с душой, а песня была мне будто бы знакома, но откуда именно — понять не мог.

— Чего изволите, сударь⁈ — пробасил официант.

Это был такой же волосатый мужик с лохматой бородой и в остроконечном шлеме, который скрывал длинные волосы. Изо рта несло вчерашней попойкой, но держался на ногах он твёрдо. Хотя наверняка голова трещала, словно её дубасили молотом.

— Шашлык из баранины, маринованный лучок, немного соуса и несколько булок. Пить буду…

— Пиво не продаём! — тут же вставил верзила. И пожал плечами: — Вокруг одни малолетки.

— Мне квас. Тёмный.

— Поядрённее⁈ — осклабился он.

— Конечно, — ответил ему тем же.

Тут мужик нахмурился, взглянув на закрытое меню.

— Вы у нас уже были?

— Нет.

— Хм-м-м… — он явно пытался понять, откуда я знаю ассортимент, но быстро решил забить. — Скоро всё будет! Минут пятнадцать, не больше.

Верзила ушёл, а я осмотрелся. На стенах висели мечи и топоры, скрытые за щитами, вместо обоев или других покрытий кирпичную кладку закрывали гобелены. Гитарист закончил песню словами о том, как беспечный всадник нарвался на целую орду противников и порубил их всех, но получил смертельную рану. И ушёл в мир иной, гордо подняв окровавленное копьё.

Никогда ещё не видел, как рыдает такой суровый детина.

Еду принесли. Несмотря на вчерашний шашлычный вечер, мне всё равно хотелось отведать ещё этого чудного блюда. Тем более, что в магазине не было баранины, а это вообще отдельная история среди шашлыков.

Мясо получилось мягким, чесночным, волокна рассыпались прямо во рту. На зубах хрустел маринованный лучок, а свежий горячий хлебушек помогал соединить эту плеяду вкусов в один замечательный оркестр. А пенящийся квас вырывался, словно барабанное соло панка-ударника, страдающего тиком обеих рук.

Вкусно!

Очень вкусно.

И очень интересно, что же здесь делает Венедикт Давидович. Он как раз прошёл мимо барной стойки и скрылся за большой дверью с железными кольцами вместо ручек. Створка оказалась такой тяжёлой, что ему пришлось приложить заметные усилия, чтобы открыть её.

Я подозвал официанта.

— Всё понравилось? — осклабился он. — Чего-нибудь ещё?

Когда музыка закончилась, он стал выглядеть намного лучше.

— Кофе есть? — спросил я, хотя отчётливо улавливал кофейный аромат из кухни.

— Ага! — обрадовался верзила. — Могу посоветовать «Ратный Кофе»!

— Это что ещё такое? — нахмурился я.

— Ну, э… — он немного замялся и почесал затылок, сдвинув шлем на лоб. — Вообще это обычный кофе, но подаём его в украшенном роге. Как мёд на пиру!

— Давай, — махнул я. — А что за той дверью?

— А, это? — он обернулся. — Второй этаж с отдельными комнатами. Но туда не советую.

— Почему?

Верзила вдруг немного побледнел и рыгнул в кулак.

— Мы там… праздновали, в общем. Не успели убрать.

Я отчего-то засмеялся и хлопнул по столу.

— Неси Ратный Кофе! Нравится мне тут у вас.

А пока рог будет пустеть, я узнаю, что хакер-домосед забыл в рокерском средневековом баре. Да ещё и в отдельной комнате.

Глава 10

Не знаю, кофейное зерно у них особенное или рог такой вкус придаёт, но мне напиток очень понравился. И кстати, верзила обманул. Ни фига это не обычный кофе, тут всяких пряностей насыпали.

Я наслаждался пребыванием здесь, за скрытом в тени столиком. А вот два человека наверху явно не были в восторге.

«Что это за место⁈ Зачем вы меня сюда позвали! Тут воняет, как…»

Первый голос принадлежал Венедикту. Он явно не хотел здесь появляться и, кажется, имел пунктик насчёт чистоты.

«Заткнись и слушай, Ночной Бархат. И хватит ворчать! Могу организовать тебе местечко куда хуже».

А вот второй точно был Адамычем.

«Ладно. Чего надо?» — недовольно буркнул Венедикт.

Блин, если б не увидел эту бледную рожу, даже не узнал бы, что завуч прячется в таком злачном месте. Возможно, стоит сканировать окружение без остановки.

Однако держать эту грань способности активированной постоянно чревато проблемами с памятью и головной болью. А я нахожусь не на операции государственной важности, чтобы идти на такой риск.

Кстати! Как там его завуч назвал? «Ночной Бархат»…

А Бледная Рожа точно хакер, а не жиголо? Тогда я не хочу их слушать!

Второе прозвище Венедикта мне уж очень не понравилось.

«Тебе удалось нарыть что-нибудь на Ставрова?» — спрашивал у него Адамыч.

Фух! Похоже, не жиголо.

Но они обсуждают меня! Зачем?

«Нет. Никакой информации, — прошипел Венедикт. — Он будто и не существует».

«Такого не может быть!»

«Но есть. Ни соцсетей, ни записей в медицинском полисе, ни билетов на поезда или самолёты».

«Ты хочешь меня обдурить! — Адамыч грохнул кулаком по столу. — Твою ж мать! Гадство!»

Удар получился хлипким и влажным. Похоже, угодил во что-то не очень приятное и жидкое.

«Сами настояли здесь встретиться», — хмыкнул Венедикт.

«Заткнись! Мне нужна полная конфиденциальность. Это можно получить только в этой дыре».

Аха-ха-хах!

Я чуть кофе не пролил.

«В общем, — прорычал Адамыч. — Через три дня мне нужно досье на этого урода. Кто он, откуда, какой ранг и кто за ним стоит. Не справишься, можешь паковать вещи и валить… валить лес. Уяснил⁈»

«Да», — буркнул Бледная Рожа.

«Вот и хорошо. Я первым пойду, ты через полчаса, и ни минутой раньше. Закажи себе… что-нибудь. Наверняка вкуснее тюремной баланды».

Адамыч встал и хлопнул дверью.

«Старый ублюдок, — плюнул Венедикт. — Да чтоб вас всех… И где мне искать?»

— Ну как? — надо мной навис верзила.

— Шикос! — воскликнул я, осушив рог и поставив его широкой частью вниз. — Обязательно зайду к вам ещё! Капец тут у вас понравилось.

━─━────༺༻────━─━

Итак, дел у меня, оказывается, целая куча. Но она подождёт!

Вообще-то я прибыл в академию за определённой целью, а до сих пор так за неё и не взялся, пока возился с балбесами школьного и не очень возраста. Мне нужно найти кровинушку своего друга, чтоб ему в новый мир прилетело немного Хаоса…

Единственный след, который у меня есть, это несколько переводов за обучение. Их всего четыре штуки. Первым делом нужно сузить круг подозреваемых и понять, что означают транзакции. Если тут принято оплачивать сразу за год, моя цель учится в четвёртом классе.

Так что первым делом я отправился в бухгалтерию. Как раз надо что-то там подписать по рабочим моментам. Мне ж даже зарплату будут платить! Интересно, сколько нынче учителя получают? Наверное, много. Это ж ведь важная профессия. Как говорится, дети — наше будущее. Да и труд нелёгкий, я даже по двум учебным дням могу сказать.

А ведь у меня ещё довольно свободный график. Как справляются полноценные педагоги с кучей уроков в один день?

Но у меня особо опасный класс, между прочим! Должна быть доплата за вредность. Плюсом классное руководство — слышал, за него тоже платят. Думаю, не меньше сорока тысяч. Маловато, конечно, я ж не всю нагрузку взял. Да не, даже побольше, наверное. На полную ставку наверняка за сотку получают. Итак…

— Пятнадцать тысяч, — изрекла дородная бухгалтерша Марья Васильевна. — До вычета налогов.

— Да не, я ж за месяц спрашиваю!

Зачем мне недельная плата? Во даёт, конечно.

— Это и есть за месяц, молодой человек, — проворчала она.

— А?.. В смысле? Пятнадцать тысяч рублей в месяц?

— До вычета…

— Да, да, «грязными»!

Ни хрена ж себе! Да я вчера только мяса на пятёру купил!

— А там классное руководство, всё такое…

— Всё уже посчитано, Сергей Викторович! — проворчала Марья Васильевна. — Вы что, договор не читали, когда подписывали?

Я оху…у-удивился. Очень. Это ж сколько тогда получает та же Лена?

Если у всех учителей такой уровень зарплаты, как академия вообще набрала желающих возиться со спиногрызами⁈

Мне даже совестно стало за Сёму и Аркашу. Если Кабанчик батрачит за такие деньги, пусть красуется мышцами сколько влезет.

Когда лёгкий шок прошёл, я всё-таки спросил:

— Эм… Мария Васильевна, мне тут поручили проверить оплату некоторых детей. Не подскажете, где я могу найти информацию?

— Кто поручил? — прищурилась женщина.

— Директор. Там какие-то вопросы от инвесторов поступили. А я проходил мимо, вот и получил себе лишнюю работу.

Странно. Моя улыбка заставляла самых жестоких вражеских шпионок и диверсанток резко забывать, зачем их послали на задание, и окунаться в пучины моего обаяния. Но Марья Васильевна вообще не впечатлилась и мерила меня подозрительным взглядом.

— Это закрытая информация, Сергей Викторович. Без официального приказа я вас допустить к ней не могу.

— Ла-адно… Меня об этом почему-то не предупредили.

— Василий Павлович мог, — кивнула бухгалтерша.

Повисла неловкая пауза.

— Получите документы и распишитесь, — нарушила её Мария Васильевна. — Вот ваша карточка, деньги будут поступать дважды в месяц. Двадцатого аванс, пятого зарплата со всеми надбавками.

— О! Так с этого надо было начинать! И какие надбавки?

— Пятьсот рублей за классное руководство, — проворчала бухгалтерша.

М-да… И стоило ради этого отдельную карточку заводить?

Размышляя о незавидном положении нашего образования, я оставил свой автограф в табеле, попрощался с бухгалтершей и вышел на улицу.

И тут же завернул за угол. Как раз под окно отдела бухгалтерии.

Эх, а я ведь хотел без особых проблем и вполне честным путём раздобыть нужную информацию. Неужели в академии есть какие-то особо секретные финансовые схемы, что на охрану нужно ставить Марью Церберовну? Теперь придётся проворачивать небольшую операцию по проникновению и добыче данных.

«Доступ ему, ага! — ворчала Марья Васильевна после моего ухода. — Я в школе четвёртый десяток отработала! Меня вокруг пальца не обведёшь! Знаю я вас всех!»

Ух, страшно. Мимо такого опытного защитника я, наверное, и не сдюжу прошмыгнуть! Куда там всяким мировым банкам, службам безопасности первых лиц и особо секретным военным базам вероятного противника!

Тут Марья Васильевна на страже. Это вам не это!

Однако первой преградой оказалась даже не она. В закутке, где я остановился, находился ещё один человек. Он прятался от меня в кустах и явно не хотел, чтобы я его заметил.

А я не хотел, чтобы он заметил, как я проникаю в архив.

Это был Кирилл. Пацан, которого я видел в медкорпусе. Видимо, ему-таки удалось сбежать, и возвращаться он не планировал. Однако моё появление могло порушить его планы, и оттого непробудившийся Источник слабенько дрожал от страха.

Мы оба не хотели стать замеченными. Но я знал о пацане, а пацан знал обо мне.

Ситуёвина, однако…

Чёрт побери! Я знаю, как выкрутится из подобной ситуации, если рядом затаился Туманный Змей. Или, к примеру, вражеский диверсант почему-то решил, что устроил удачную засаду на меня.

В первом случае лучшим решением будет выстроить паутину из магических жгутов, чтобы монстр сам прыгнул в ловушку. Убивать не стоит, потому что в спецотряде имеется мастер по ядам, и такую зверушку ему можно подогнать в качестве подарка на день рождения.

Во втором случае вариантов больше. Если противник высокого ранга, его лучше повязать и забрать в качестве «языка». Или сыграть в поддавки, попасть в плен и пускай он сам притащит меня в свой лагерь! Я так однажды сделал, когда задолбался искать вражескую базу в горах. Так ещё и дотащили меня на своём горбу, дали отоспаться.

А что делать со школяром?

Так! Что он обо мне знает, он в курсе. Но что я знаю о нём, ему уже не ведомо, верно?

Тогда разыграем небольшую сценку.

— Хм-м-м… — протянул я, оглядываясь по сторонам. — И где же этот, как его? Кирилл, кажется. Нигде не могу найти.

Вообще-то его ботинок торчал из «укрытия» и жутко палил контору, но сделаем скидку на стресс. Парень боится уколов, а его загнали в главное пристанище сего страшного действа. Его можно понять, насчёт «как комарик укусит» всегда безбожно врут.

— Хм⁈ — Я резко обернулся в противоположную от пацана сторону. — Кажется, я что-то слышал!

И резко скрылся за углом в надежде, что он воспользуется случаем.

Кирилл оправдал мои ожидания. Даже поступил вполне разумно и не ринулся прочь сразу, а убедился, что я действительно ушёл.

Я, правда, не ушёл, но всё же…

Короче, пацан дал дёру в сторону общаги, а я вернулся в закуток под окнами архива и проник внутрь.

И всё-таки наткнулся на непреодолимую преграду!

Нет, Марья Цербер тут ни при чём. И даже сигнализация по периметру здания, причём на удивление хорошая.

Меня остановил тот факт, что база данных всей академии… до сих пор бумажная!!!

Какого демона у них тут творится⁈ Я здесь копаться буду до пришествия Хаоса!

— Не, так не пойдёт, — решил я.

Копаться в горах бумаги я не хочу, да и зрение жалко. И что же делать? С учебным планом мой метод делегирования сработал, но там были красавицы Лена и Инга.

Тамара Васильевна? Вряд ли на неё подействуют мои чары, да и рисковать, честно говоря, не хочется.

А то вдруг и правда подействуют!

Не-не-не.

Будем решать проблему кардинально. Так сказать, с головы. Поэтому я покинул архив и направился прямиком к директору.

Василий Палыч пребывал в хорошем настроении. Странно, потому что утром у него была минус одна аудитория. Я вообще ожидал ворчание и укоры, но он встретил меня с улыбкой на лице и чуть ли не пританцовывал.

— Сергей Викторович, не беспокойтесь. В прошлом году они испортили кабинет пять раз! Но всё оплатит страховая. Просто придётся подождать, пока сделают ремонт.

Я удивился и с сомнением взглянул на Палыча.

— И что, страховая согласна каждый раз возмещать ущерб?

— А куда они денутся, Сергей Викторович! — захохотал директор. — Договор будет действовать ещё три года, как раз до выпуска этих озорников! Кофе?

Он подошёл к кипящему чайнику и залил кружку с пакетиком.

— Не, спасибо, — отмахнулся я. — Я думал, страховые таких вещей не любят.

— Не любят, да. Но договором занимался я лично, а я в таких бумажках собаку съел.

Палыч кинул в чашку дольку лимона и присел рядом на диванчик. Сейчас он выглядел как какой-то финансовый махинатор.

— Интересно… — протянул я.

— Насчёт другой аудитории тоже не беспокойтесь, я обо всём…

— Не стоит, — прервал я. — На самом деле, у меня просьба.

Только что сформировалась идея. Она очень развеселила меня и крайне взбесит оболтусов.

— Да-да? — директор отхлебнул чаю.

— У меня есть одно предложение. Предлагаю выслушать, а уже потом принимать решение.

— Весь внимание!

Я рассказал директору свою мысль и заметил в его глазах явный азарт.

— Вот как? Сергей Викторович, это будет непросто… Думаете, у вас получится?

Он говорил, а у самого лыба становилась всё шире от предвкушения.

— Получится, — кивнул я.

— Тогда по рукам, — Василий Павлович допил чай и с лёгким звоном поставил чашку на стол. — Я обо всём позабочусь и решу бюрократические вопросы. Но вы же не ради этого ко мне пришли, верно?

А он действительно умнее, чем кажется. Надо быть осторожнее, на всякий случай.

— Да, вы правы. Я заметил, что в академии проблема с цифровизацией. Почти все документы ведутся на бумаге, даже классный журнал до сих пор вручную заполнять приходится! И это не говоря уже о прочих мелочах, которые наверняка ещё меня ждут.

Тут Палыч сбросил улыбку и задумался. Его Источник только что напоминал газировку с кучей поднимающихся пузырьков, но теперь стал спокойным и мерно растекался по каналам.

— Вы правы, Сергей Викторович. В других академиях уже давно говорят про электронные документы, базы и прочие… хм, вещи. Во всей империи уже давно это введено, и лишь в образовании у нас пробел. А всё эти консерваторы с их устарелыми взглядами!

— Да.

— Бумага — это прошлый век! — воскликнул директор.

— Да!

— Мы должны следовать имперским стандартам!

— Да!!

— И вы мне поможете реформировать академию!

— Д!.. Э-э, чего⁈

Палыч подскочил с места с горящими глазами, а я думал, где просчитался. Но быстро понял, что размышлять на эту тему лучше потом. Решил брать ситуацию в свои руки.

Инициатива любит инициатора! Эту истину в войсках знали все, но в школе она, походу, тоже работает. Но ничего, есть ещё одна поговорка: под лежачий камень вода не течёт.

— Мне понадобится помощь! — воскликнул я, прежде чем Палыч слишком разошёлся.

— Помощь? — отвлёкся он.

— Да. Я не против заниматься этим вопросом, господин директор, но предлагаю привлечь к делу Венедикта Давидовича. Уж он-то в таких вопросах рыбу съел.

— Разве говорят не «собаку съел»? — нахмурился Палыч.

— И я считаю это крайне жестоким, — кивнул в ответ.

На самом деле в мире Хаоса была похожая поговорка. Но собак там не было, а вот рыбёхи водились такие, что поймать и съесть их сможет маг не менее пятого ранга по здешним меркам.

— Хорошо. Я согласен, но… Вы ещё, наверное, не знакомы с Венедиктом, да? Он предпочитает как можно реже появляться на людях, а в этом вопросе наверняка придётся обойти все корпусы.

— Я с этим разберусь, не волнуйтесь.

— Правда? Хм… — Палыч серьёзно задумался.

Даже его первоначальный задор смягчился, когда речь коснулась Бледной Рожи.

Что ж, а неплохо всё вышло. Директор по-быстрому состряпал приказ, в котором меня назначили главой комитета по цифровизации академии. О склонности Палыча назначать на должности людей, которые в сфере образования работают третий день, поразмыслю как-нибудь на досуге.

А пока стоит заняться внезапно возникшим вопросом и вытянуть из него максимум пользы. Поэтому я направился в сторону жилого городка. Как раз подходили к концу полчаса, которые Адамыч отвёл Бледной Роже, поэтому я ждал его в парке неподалёку.

Долго сидеть не пришлось, и он показался. Он шустро вылетел из бара и чуть не побежал по тропинке, как раз ведущей в мою сторону.

— Венедикт Давидович! — встал я на пути. — Добрый день. У меня к вам важный вопрос.

— Вы! — ахнул информатик.

— Я, ага.

Сначала Венедикт растерялся, но быстро успокоился, и в глазах его блеснули огоньки. Он выпрямился и даже слегка улыбнулся.

— Кхм. Сергей Викторович, чем могу быть полезен?

— Нам с вами поручена ответственная миссия, Венедикт Давидович, — я махнул рукой, и мы пошагали дальше по тропинке. — Привести академию в нынешний век и обеспечить ей полную цифровизацию.

Бледная рожа информатика на мгновение скривилась.

— Это будет очень тяжело. Мне пришлось настраивать кабинеты информатики практически с нуля. Маги крайне безответственны в вопросах технологий.

— Вы тоже маг, — заметил я.

— Не слишком хороший, — скривился Венедикт.

И он врал. С виду Венедикт действительно не казался серьёзным противником для мало-мальски обученного мага. Его тощее тело не вызывало чувства опасности. Но Источник был развит весьма неплохо. Тому же Кабанчику он явно не по зубам, реши они сойтись в схватке один на один.

— Что верно, то верно, — согласился я. — Но Василий Павлович решил исправить эту нелепицу.

Маги действительно тяжело перенимали технологические новшества, но это было из-за глупой упрямости и приверженности к традициям, а не по скудности ума. Однако такой явной ситуация оставалась только в магических академиях, где сильнее прочего цеплялись за прошлое.

— И кто участвует помимо нас? — спросил Венедикт.

А я гадал: ему и правда интересно, или он так отчаянно цепляется за возможность нарыть на меня хотя бы какую-нибудь информацию?

— Пока что мы вдвоём. Но не беспокойтесь, это уже моя забота. С вас ТЗ, с меня все необходимые условия.

— Правда? — хмыкнул Венедикт. — Звучит слишком хорошо… Но на самом деле всё не так уж плохо.

— Правда? — хмыкнул уже я.

Бледная Рожа остановился и задумался. На пару мгновений в нём вспыхнул энтузиазм, схожий с тем, что я видел у директора. Даже Источник вздрогнул от предвкушения, но было в этом всём что-то холодное. Почудилось, что мы окружены не парком, а кладбищем.

— На складах достаточно оборудования. Оно не самое свежее, но вполне сгодится для учебных и административных нужд. У нас даже софт весь закуплен. Но мне понадобятся рабочие руки. Которые растут из правильных мест, если вы понимаете, о чём я.

— О, понимаю! Руки будут. Всех видов и произрастаний, не волнуйтесь.

— Хорошо, Сергей Викторович. Я согласен, — снова ухмыльнулся Бледная Рожа.

Будто мне требовалось его согласие…

Тем не менее нам пришлось ещё несколько часов провести, обсуждая будущий проект. Это было слишком скучно, помимо тех моментов, когда Венедикт пытался разузнать про меня хоть что-то. Это не особо получалось, и потому он решил действовать чуть ли не в наглую.

— У меня есть идея объединить всю академию в одну сеть для удобного общения между учениками и преподавателями, — поделился Венедикт.

— Типа «Голубя»?

Это была социальная сеть Российской империи. Почти все зачем-то в ней сидели, но я как-то не удосужился. И не из-за консерватизма и прочих болезней, просто моя личность ещё более секретная, чем наши с мужиками проделки на учениях в лесу.

— Да, почти. Но я хочу интегрировать в неё учебный процесс. Можно подключить аккаунты родителей, проводить уроки удалённо, получать и сдавать домашние задания, родительские собрания… Ну, в общем…

— Всё, чтобы не вылезать из кабинета.

— Да, — буркнул Бледная Рожа.

Мы уже кучу времени просидели в кабинете информатики с закрытыми жалюзи в грёбаном полумраке. Не, я люблю полумрак, но в совершенно другой компании.

— Давайте проверим! — вдруг воскликнул он. — Садитесь за соседний стол.

Я ухмыльнулся про себя, но сделал как просят.

— Заходите на сайт. Ага… Вот, сайт ещё сыроват, но процентов на девяносто готов. Давайте зарегистрируем вам аккаунт, не против?

— Валяйте.

Венедикт аж воспылал. Внутри, конечно. Снаружи его узкий рот едва тронула ухмылка. Он чуть не за ручку провёл меня по всем этапам регистрации, услужливо помогал, пытался выудить как можно больше данных. А я подыгрывал.

— Да-да, любимый фильм? Кхм, пусть будет «Киборг-Убийца». Точнее, вторая часть, где он стал главным героем. Я впервые посмотрел его ещё мелким, на летних каникулах в Мирном. Где это? А, давно сгинувший посёлок в Тверской губернии. Любимая группа? Думаю, я меломан, утром слушаю тяжёлый рок, а под вечер могу и какую-нибудь латинскую тему врубить.

— А страхи и слабости? — выпалил он, но тут же понял, что поспешил. — Если не хотите, не отвечайте! Это я так, просто пункт в анкете есть. Необязательный.

Но я успокоил:

— Ну в профиле я указывать это не буду, конечно. Но по секрету… — я настороженно огляделся и прошептал: — Каракатицы.

— Каракатицы? — удивился Бледная Рожа.

— Ага. У них щупальца как сосиски, бр-р-р… Жуть пробирает аж до костей!

Я продолжал лить ему в уши свою легенду, а Венедикт хлебал обеими руками. Я спасал его от гнева Соломона Адамовича, потому что ещё не время сносить головы недругов. Мне нужно понимать, что здесь происходит, а ещё нужно загнать весь архив на сервера, чтобы не пришлось рыться в пыльных папках до пришествия Хаоса.

Легенда была продумана очень давно, но афишировать её просто так всё равно не хотелось. Я Ставров Сергей Викторович, потомок древнего рода, от которого ничего не осталось, кроме меня самого и фамилии. Воспитан в уважении к традициям, и потому не шибко засветился в интернете. Офицер в отставке по ранению, что ещё больше бросает тень на подробности биографии.

Для цифрового мира меня нет. Документы хранятся в таких же архивах, как та душная комната за стеной бухгалтерии, а работа накладывает определённые сложности для поиска со стороны таких вот компьютерных сыщиков.

Но теперь я прикормил засранца и готов закидывать удочку.

— Венедикт, скоро всё необходимое будет готово. Кстати… — я сделал задумчивое лицо. — Не могли бы вы помочь ещё кое в чём?

— Да? — он откинулся в кресле.

Лёгкая победа придала ему уверенности и даже немного румянца. Ну или мне так кажется в этом грёбаном полумраке.

— Многие вещи мне придётся согласовывать с Соломоном Адамовичем, — у Венедикта дёрнулся глаз при упоминании, — но мы начали с ним не очень хорошо. Подскажите, как подступиться?

— Он любит деньги, — тут же выдал Венедикт. — Больше ничего не знаю, извините. И думаю, пора закругляться. У меня много работы.

Сорвалась рыбёха.

Ну ничего, я настырный. И терпеливый, если придётся.

Но всё же получил неплохую информацию. Деньги-то любят все, но если при упоминании человека они сразу всплывают, это говорит о многом.

Я попрощался с Бледной Рожей и направился к полосе препятствий. Как раз подходит время пересдачи, балбесы должны быть уже там.

А по пути размышлял.

В принципе, всё складывалось неплохо. Даже хорошо. Когда вся академия будет записана в сети Венедикта, поиски нужного мне шкета очень упростятся. Если сузить область поиска хотя бы до нужного курса, дело пойдёт куда бодрее.

А по ходу дела разберусь и с необъявленной войной. Завуч слишком уж сильно хочет меня прижучить. Тут явно дело не только в лысине и дырявых штанах. Думаю, всё замешано на деньгах.

Всё всегда замешано на деньгах, на самом деле. Это было некоторой неожиданностью для меня, потому что в мире Хаоса денег не было. Там и жизнь немного стоила, чего уж. А вот еда, оружие, броня, верёвки, огниво, инструменты — всё, что могло эту жизнь спасти — стоило всего.

Но больше всего стоили тренировки, знания и те, кто может их дать. Если не будет старца, который повидал многое и знает, как уничтожить даже самого опасного монстра, некому будет рассказать, передать опыт, чтобы следующее поколение имело больше шансов выжить.

Здесь таких людей называют учителями.

Нельзя безалаберно и наплевательски относиться к возможности получить новые знания и стать сильнее.

И поэтому я сейчас крайне удивлён!

— Где все⁈ — прорычал я, оглядывая балбесов.

Их было не больше трети от всего класса. Саня, Анжела и её сотоварищи, Тихомир и несколько одиночек.

— Не знаем! — пожал плечами Саня.

Хотя сразу видно — врёт. Но он по-другому не мог. Не выдают одноклассников учителю, какими бы ни были отношения.

— Давайте начинать без них, — проворчала Анжела. — У меня планы на вечер, между прочим.

— Без них? — Я оскалился, и оболтусы машинально попятились. — Ну уж нет…

Решили прогулять мою тренировку? Тогда тренировка идёт к вам!

Глава 11

Старая церковь.

Когда-то в этом мире верили в богов, которые даруют силы избранным. Считалось, что магические рода и вовсе берут своё начало от высших сущностей. Им поклонялись, их почитали.

Такие церкви раньше стояли в каждом населённом пункте: маги возводили и маленькие часовни, и огромные храмы, прославляя своих божественных предков. Прихожане видели живое воплощение богов, надеялись на их милость и несли свои пожитки в дар, чтобы эту милость снискать. Но со временем обычные люди, которых всегда было больше, чем магов, поняли одну важную вещь.

От их молитв ничего не зависит.

Народ постепенно перестал надеяться на богов и их «детей», а вместо этого занялся собой, устроил промышленную революцию, а затем и обычную революцию, после которой много империй и королевств по миру сгинуло.

России удалось уцелеть в качестве империи, но общество сильно изменилось. Во многом это удалось сделать благодаря силе магов, которые населяли земли государства. Российская империя всегда отличалась могучими воинами, им удалось отстоять и себя, и императора.

До сих пор русские маги считаются сильнейшими в мире. Но церкви давно пустуют, и вот одна из таких затерялась в зарослях на территории академии. Наверное, это одна из самых популярных церквей, потому что здесь частенько появляются маленькие проказливые «прихожане».

— Пора указать новому преподу его место. Он зарывается, я считаю, — пробурчал Денис.

— Согласен, — нехотя признал Петя. — Но он сильный, ты же видел. Как нам его проучить?

— Сила — ещё не всё! — заявил один из приспешников Островского, Максим Пришвин. Но на него обратили взоры все присутствующие, и парень сжался то ли от страха, то ли от смущения.

Сила всегда стоит на первом месте. И в этом мире, и в мире Хаоса. Это, наверное, одно из немногого, что их объединяет. Однако сила бывает разной.

— У любого человека есть слабость, — Денис сделал вид, что не заметил выпад паренька. — Нам нужно только её найти.

Парень состроил такую театральную рожу, что Валиков тяжело вздохнул. Он наверняка видел эту гримасу не один раз.

— Валяй уже! — рыкнул Пётр. — Ты ж явно что-то нарыл.

— Крот, хе-хе, — теперь подал голос один из его дружков.

Но Петя не стал осаждать приятеля, а только покряхтел, изображая смех, а затем подтянулись и остальные крепыши.

— Да, знаю! — с важным видом заявил Денис. — Я знаю единственную слабость Ставрова!

Он сделал драматическую паузу, наслаждаясь вниманием, а балбесы оживились. И Валиков с его бандой, и недовольные мною одиночки. В их взглядах читался жуткий интерес, кто-то даже привстал, будто это поможет услышать план раньше.

Но только сегодня им не удастся построить свои козни.

— Впер-рё-ёд! — воскликнул я.

И из зарослей вылетели бешеные монстрята, кричащие и вопящие нечто, что, как они полагали, было боевым кличем.

Измазанные в грязи из рвов полосы препятствий, в вечернем сумраке несколько учеников второго курса ринулись прямо на своих одноклассников в боевом безумии. Наигранном, потому что в настоящей битве оно не приведёт ни к чему хорошему.

— Р-р-р-р-ра-а-а-а-а-а-а!!! — визжал Саня, бросаясь прямо на Валикова.

Мелкий шкет, на голову ниже этого здоровяка, сходу вынес его только за счёт неожиданности и напускного ужаса. И когда вожак распластался на заросшем полу, его ватага ринулась прочь.

Балбесы, которых застали врасплох, вообще не понимали, что происходит, и потому жутко испугались. Кто-то кричал, что это твари сбежали из городского монстрариума, кто-то просто орал, а некоторые и вовсе разрыдались.

Проказник Федя почти улизнул. Он единственный среагировал сразу, не паниковал, а низкий рост в этот раз дал преимущество, и его просто не замечали, пока Анжела не засекла движения в дальнем углу церкви.

— Гр-р-ра-а-ау-ур-р-р!! — зарычала она с неистовством.

Федя каким-то образом учуял, что это относится к нему, и резко сменил траекторию, чем отсрочил своё падение. В прямом смысле падение, потому что Анжела сбила его с ног и повязала путами заклинания.

— Хватай тех двоих! — воскликнул Тихомир, указывая Владу Воробьёву в сторону окна, через которое пытались сбежать Денис с Максимом.

Влад выпустил неуклюжий сгусток огня, который развеялся, прежде чем долетел до цели, но умникам этого хватило, чтобы испугаться, оступиться и рухнуть с подоконника. Затем их тоже связали заклинанием и оставили ворочаться на холодном каменном полу.

Заклинания — не моя идея. Оказывается, Саня где-то раздобыл эту штуку и как раз хотел испытать.

Где, как и на чём, я даже спрашивать не хотел. Но ругать не стал. Наоборот, проверил правильность символов и исправил несколько плетений. Тот, кто дал Сане эту штуку, явно подсунул какую-то переделанную копию с меньшим сроком действия и силой удержания.

Такие простые заклинания наносились на специальную поверхность. Например, бумагу, способную впитывать магическую силу. Они расширяли арсенал мага, позволяли использовать недоступные Источнику стихии и даже некоторые особенные дары.

Были минусы, конечно. Если маг огня решит использовать заклинание земли, ему потребуется куда больше собственной энергии, чем тому же магу земли.

Кто именно снабжал Саню заклинаниями — это отдельный вопрос, и я к нему ещё вернусь. Потому что «связывание» явно не входит в программу второго курса. И зря.

Я бы вообще на первом курсе её поставил.

Но пока вернёмся к нашим балбесам. И оболтусам. Я решил устроить кое-что весёлое, надеюсь, им понравится.

Когда всех заговорщиков повязали и сложили в неаккуратную кучу в центре церквушки, до балбесов наконец-то дошло, что с ними случилось.

— Падлы! — прорычал Петя. — Савельев, ты!..

— Ага, — хмыкнул Саня. — Я!

— Да я тебя!..

— Ну-ка, цыц! — осадил обоих уже я.

Воцарилась тишина, хотя на лицах балбесов кипели ярость и злоба. Они уже поняли, что взяли их меньшим числом, примерно один к двум. И оттого злились ещё больше.

— Отныне класс будет делиться на две группы, — я присел на мраморный выступ, чем-то похожий на табурет. — «Балбесы» и «Оболтусы».

— Чего? — нахмурилась Анжела.

— «Балбесы» — это те, до кого долго доходит, — продолжил я. — «Оболтусы» смекают побыстрее и потому не ведутся на всякую херню типа заговоров, сговоров и прочей шелухи. Но они пока ещё только оболтусы — выше не дам.

Измазанные грязью оболтусы хотели было возмутиться, но строгого взгляда хватило, чтобы они передумали и даже задумались. Явно извилины зашевелились. Говорил же — смышлёные ребята!

Главное — не перепутать.

— Итак, балбесы, — вздохнул я, обращаясь к кучке связанных школьников. — Сообщаю, что вы провалили зачёт по внимательности и осмотрительности.

— Нет такого зачёта! — возмутился Денис.

— Теперь есть, — выдержал паузу, но новых возражений не последовало. — Объясню один раз. Вас считают самым проблемным, отстающим классом во всей академии. Ваши результаты тянут остальных вниз, а от шалостей скоро облысеют все страховые агенты в округе.

Кто-то коротко хихикнул, но тут же умолк.

— Анжела, ты хотела узнать, какая у меня цель? — обратился я к девушке.

Она встрепенулась, распахнула глаза, сверкнув любопытством.

— Что ж, вы до сих пор не все выполнили своё первое домашнее задание и не составили цель до окончания триместра. Я говорил, что свою озвучу, когда весь класс справится, но сейчас выдам вам аванс. Первый и последний. Моя цель — сделать из вас лучший класс академии, ребята.

Снова повисла тишина. Кто-то из них уставился на меня удивлёнными глазами, кто-то задумался, некоторые лишь сильнее разгневались и пытались вырваться из пут заклинания.

— Вы шутите, Сергей Викторович? — серьёзным голосом произнёс Саня.

— Нисколько.

— Это нереально! — воскликнул Влад.

— Это сложно. Но вполне осуществимо. Быть может, не к первому триместру, но по итогам года вы будете лучшими. Про три уровня цели я вам позже расскажу.

— Бред! — зарычал Денис.

Островский меня удивил. Почему он так рьяно противится собственному классу? Я думал, парень стремится к чему-то большему, он ведь гордый аристократ, который не показался мне глупцом.

— Как хочешь, — пожал я плечами, вставая с выступа. — Оболтусам — зачёт, балбесам — завтра на пересдачу.

— Нечестно! — взвыл Валиков. — Нас не предупреждали! Это подстава!

— Да, точно! — вторил Пришвин. — Нечестно!

— Я уже говорил, — стальным голосом ответил я. — Мир вообще несправедлив. Если хочешь справедливости, придётся приложить усилия.

Мы с оболтусами подошли к арке, когда-то бывшей входом в церковь. На ней ещё сохранились странные витиеватые узоры. Я остановился и засмотрелся, они будто показались знакомыми.

— Ах, да! — воскликнул после недолгой паузы. — Тех балбесов, кто желает стать оболтусом, жду через полчаса на полосе препятствий. Сегодня у вас есть шанс сменить команду, но предупреждаю — будет тяжело.

И я ушёл.

Оболтусы брели за мной молча, им тоже есть над чем подумать. Зачёт они получили, но отдали для этого все силы. Так что я отправил их по домам, а сам свернул в сторону полосы препятствий, принялся ждать.

Но тут в голову пришла идея.

Я достал телефон и набрал номер по памяти.

— Алло, как делишки? Да, это я, ты не ослышался. И у меня к тебе есть дело, закроешь должок… один из многих. Нарой мне всю инфу на некоего «Ночного Бархата»… Нет, это не жиголо!

━─━────༺༻────━─━

Из Балбесов через сорок минут прибыло пять человек. Негусто, но на большее я и не рассчитывал. Вожаки бунта Петя и Дениска естественно отказались от шанса, но кто меня удивил, так это Арсений.

Этот парень был из семейства Тарасовых. Купцы в каком-то там по счёту колене, прожжённые предприниматели с кучей денег. Вот только в отличие от Елизаровых, которые не прочь войти в дворянские списки, Тарасовы терпеть магию не могут.

Пока Лена с Ингой помогали мне с учебным планом, я узнал много нового про собственных учеников. И про Лену тоже, ведь она, оказывается, хотела взять на себя «Д»-шек, да только Палыч воспротивился. Думаю, он просто не хотел рисковать хорошим учителем.

Так вот, и про Арсения мне тоже поведали. Когда у парня проклюнулся дар, отец собрал целый семейный совет и хотел скрыть всё от общественности. Тарасовы в своё время приложили немало усилий, чтобы потеснить аристократию, поэтому сын-маг стал ударом по репутации.

Но Арсений Тарасов-старший хотя и не обладает особым воображением по части имён, всё же имеет голову на плечах. Поэтому отправил сына учиться в общемагическую академию, чтобы тот не навредил себе или близким.

И Арсений-младший, видимо, мозгами пошёл в отца.

— Твои друзья в курсе, что ты решил сменить команду? — спросил я.

Но парень даже не смутился, лишь ухмыльнулся в ответ:

— Они мне не друзья.

— Разве?

Арсений пожал плечами.

— Они не видят дальше своего носа. Не хотят видеть.

Теперь уже ухмыльнулся я.

— А ты, значит, глазастый?

— На зрение не жалуюсь, — буркнул парень.

Он нервничал. И хотя строил из себя уверенного чувака, внутри колебался. Источник дрожал, словно от озноба, а морда кирпичом вот-вот выдала бы его с потрохами. Но я решил не допускать этого.

— Стартуйте! — сказал я пятёрке претендентов. — У вас два часа.

И они побежали. Молча. Это было тяжело и неприятно, долго — парни едва уложились в отведённое время. Но им удалось.

Теперь Балбесов и Оболтусов примерно поровну, что уже неплохо.

Пётр с Денисом составляли бы неплохой тандем. Сила и ум, как говорится. К тому же их личные группы усиливали преимущества обоих, а недовольные новым учителем одиночки служили в качестве укрепления и давали больше манёвров.

Однако они не умеют работать вместе, и с этим мне тоже нужно разобраться. Я не отказываюсь от Балбесов, но и свою цель менять не собираюсь. Класс 2 «Д» станет лучшим в академии.

Но не получится работать со всеми учениками одинаково. Думаю, мне повезло, что получилось всего две группы.

День уже подходил к концу, а у меня ещё оставалось одно важное дело, поэтому я направился в медицинский корпус.

━─━────༺༻────━─━

— Почему так долго? — прорычала Марина Васильевна. — Уже почти ночь!

— «Почти» не считается, — махнул я с улыбкой.

Лекарка так возмутилась, что не нашлась что ответить. Поэтому я без лишних проволочек добрался до палаты Антона.

— Огось! — вырвалось у меня. — И ты всё это сожрал⁈

Парень сидел на койке в окружении пустых тарелок. Горы пустых тарелок. Живот Антона раздулся, весь рот испачкан в крошках и соусах, десятки пустых бутылок из-под газировки валялись на полу, но он…

— Фа? Фо! Февгей Вифпофовифь!

Этот крендель доедал здоровенную сушку!

— Прожуй, а потом отвечай, — назидательно сказал я.

Антон быстро прожевал остатки сушки, запил пакетом сока, выдохнул и наконец-то прекратил есть.

«Все запасы в больнице сожрал. П… пациент!» — прошептал кто-то из сотрудников за дверью.

Кажется, их там собралось много. Все хотели знать, чем закончится история.

— Как самочувствие? — спросил я Антона.

А сам пока изучал его Источник.

— Хорошо! — бодро воскликнул он. — Отлично, Сергей Викторович! Я наконец-то пробудился!

В глазах парня сияла радость. Он долго этого ждал. Быть может, каждый день мечтал, и вот получил желаемое. Но работы ещё много, это только начало.

Каналы Антона расширились и укрепились слишком быстро, они ещё хрупкие, поэтому надо действовать осторожно. Источник бурлит, толкает потоки магии. Энергия переполняет неприспособленное тело.

Внутренняя система мага связана с физическим телом, хоть и косвенно. Для молодняка, который не умеет контролировать течение потоков, первым делом, я считаю, надо укрепить тело, чтобы повысить порог нагрузок и сделать каналы более податливыми.

Это мастера способны тонко контролировать магию, вычленять из потоков отдельные нити и проворачивать прочие манипуляции, для них крепость тела не так важна. А вот Антону предстоит тяжёлый путь.

Под моим присмотром, конечно же.

— Марина Вячеславовна сказала, что мне тут ещё неделю лежать, — поведал Антон. — Если так будут кормить каждый день, я не против!

Особый дар в его Источнике успокоился и мирно посапывал, посылая колебания в общий поток магии.

— Ты выписываешься завтра, — заявил я.

— Завтра? — переспросил Антон.

— ЗАВТРА?!! — завопила лекарка, ворвавшись в палату. — Сергей Викторович!..

— Да я в курсе, как меня зовут, — отмахнулся я. — Не надо напоминать.

— Хватит паясничать!

— Хватит орать, — отрезал я со сталью в голосе. — Общайтесь спокойно, Марина Вячеславовна.

Лекарка запыхтела, её подчинённые боролись между желанием убраться подальше и любопытством, пока высовывали головы в дверной проём.

— Вы… — прошипела она. — Как вы смеете назначать лечение в стенах моей больницы!

— Проблема только в этом? — хмыкнул я. — Антон, собирайся. Переночуешь у меня в…

— Это наглость! — снова заверещала лекарка. — Наглость!

— Мой совет сработал? — спросил я.

— Ч-чего?

Марина Вячеславовна захлопала глазами в растерянности.

— Я сказал не трогать парня, дать ему отоспаться и плотно накормить. Вы сделали, как я велел, и он поправился. Проверьте показатели, они в норме.

Марина ненадолго задумалась, но затем кивнула медикам, и несколько человек забежали в палату. Чтобы подключить оборудование к Антону, им пришлось разгребать завалы из банок и пустой посуды, но скоро результаты обследования были у неё на руках.

Лекарка потратила несколько минут, чтобы с ними ознакомиться. И, скорее всего, перечитала и перепроверила данные не меньше трёх раз, потому что смесь чего-то вроде удивления, восторга, облегчения и негодования заставили Источник зашевелиться.

Вообще я не могу стопроцентно понять эмоции по тем отголоскам, что проходят через Источник и каналы магии, но научился определять их довольно неплохо.

Марина радовалась, что с парнем всё хорошо, но её злило, что заслуга принадлежит мне.

— Мой совет сработал, — заключил я. — Поэтому будьте добры, Марина Вячеславовна, следовать моим указаниям.

Она чуть снова не взорвалась, поэтому я уточнил:

— Только по поводу Антона. В вашу больницу я не лезу.

На самом деле, мне просто нужно было место, где он мог бы спокойно отоспаться под минимальным присмотром, а потом отъесться.

И чтобы мне не пришлось делать это самому, конечно. Я и так что-то слишком разошёлся для самого старта карьеры учителя.

— Хорошо, Сергей Викторович, — выдавила лекарка.

Она приосанилась, через силу успокоилась и приняла официальный вид.

— Когда закончите, прошу зайти ко мне в кабинет. У меня есть серьёзный разговор.

Из коридора раздалось протяжное:

— У-у-у-у-у-у…

Оно резко оборвалось вместе с тычком под ребро от соседа, а Марина сделала вид, что не заметила этого и удалилась.

Нас с Антоном оставили наедине. Парень вообще не понимал, что происходит, но когда дверь захлопнулась, спросил:

— Мне же не придётся платить за всю эту еду⁈

━─━────༺༻────━─━

Марина Вячеславовна ждала меня за широким столом, уставленным всякими медицинскими прибамбасами вроде мини-скелета, сборной анатомической модели, а также нескольких манекенов, где были указаны расположение Источника, каналов магии и узлов.

Неплохие, надо заметить. Процентов семьдесят там было указано. Причём часть путей явно дорисована вручную. Видимо, самой Мариной Вячеславовной.

— Мальчик в порядке? — спросила она.

— Да. Поел, попил и снова отрубился.

Восстановление магической системы — процесс энергозатратный. Поел — надо поспать.

— Но к утру он будет полон сил. Даже с избытком, поэтому сидеть в больнице противопоказано.

Лекарка кивнула и поджала губы.

— Вы могли бы объяснить это сразу, а не устраивать сцену на глазах у моих подчинённых.

— Вы сами их притащили, — пожал я плечами. — И сцену устроили тоже сами. Если бы хотели, могли обсудить всё наедине.

— И всё же…

— Марина Вячеславовна, — отрезал я. — Я не ваш подчинённый, и меня не заботят эти проблемы. Я делаю свою работу, вот и всё. Если вы хотели обсудить только это, я пойду.

И только начал подниматься, как она встрепенулась:

— Я позвала вас не для этого! — Марина будто боялась, что я уйду. — Сергей Викторович, Антон находился под моим наблюдением больше года…

Ага, теперь понятно.

— … и со всей ответственностью заявляю, что инициация не должна была проявиться так рано.

— Рано? — хмыкнул я. — Как по мне, так слишком поздно.

— Вы поняли, о чём я говорю, — нахмурилась Марина. — Его Источник ещё неделю назад был закупорен дóнельзя. По моим расчётам, Антон должен был пробудиться только через полгода, не меньше.

— Что ж, — раскинул я руки, — расчёты не всегда верны.

И-и… она снова поджала губы.

Кажется, у девятирангового лекаря слишком завышенное самомнение.

Но вообще-то она права. Пробуждение Антона скорее моя ошибка, а не её. Скорее всего, мои манипуляции в Источнике перед матчем в «вышибалы» привели к «раннему» пробуждению.

Не скажу, что не замышлял нечто подобное. Но я не ожидал, что всё произойдёт так скоро, и теперь понимаю, в чём причина этого казуса. Марина наверняка что-то нахимичила с его Источ…

Так. Стоп.

Если всё так, неизвестная сущность в Источнике может быть и не даром вовсе!

— Что-то не так? — Марина заметила моё волнение.

— Мне нужна полная история болезни, — заявил я безапелляционно. — Все лекарства, все процедуры, все…

— Я не могу! — возмутилась Марина. — Это врачебная тайна. И я не собираюсь…

— Вы тоже нужны, — прервал уже я. — Боюсь, нам придётся видеться чаще, чем хотелось бы. Теперь Антона будем наблюдать вместе.

Я не лекарь и даже не медик. Мои способности касаются манипуляций с магией, но всякая биохимия мне напрямую недоступна, поэтому Марина потребуется, чтобы избежать возможных рисков.

Марина хотела понять, как я справился с преждевременным поздним пробуждением, как бы это ни звучало. Собственно, не трудно догадаться, что именно для этого она и устроила эту встречу.

И вот я сам предложил ей такую возможность. Рассказывать о своих способностях, конечно, не буду. Марина это понимает. Поэтому наверняка попробует разузнать всё сама.

— Хорошо, Сергей Викторович, — она едва сдержала восторг на лице, но Источник выдал её с потрохами. — Если это поможет мальчику, я согласна.

Но во взгляде лекарки вспыхнул очень подозрительный азарт. И это не тот азарт, который встречаешь у «львицы» в баре в пятницу вечером.

Нет, Марина явно имела собственные цели. Потому что девятиранговый лекарь не может подтирать носы школярам.

Глава 12

Итак, длинный сегодня день.

Но я многое успел, что хорошо. Положил начало цифровизации и запустил собственную программу обучения монстрят. Осталось только её придумать, правда…

Разобрался со стервозной лекаркой, и скоро Антон будет осваивать магию, чего он так долго хотел.

Я молодец!

Сейчас приду, выпью чайку с лимоном, почитаю что-нибудь и завалюсь спать в просторной мягкой постели…

Или нет.

— У меня нет денег! Отстаньте!!! — раздался вдалеке писклявый мальчишеский голос.

— Ты вчера ещё должен был плату принести! — загоготал голос явно постарше.

— Забыл, каково в больничке лежать, чепушила⁈ — гаркнул ещё один наглый засранец. — Ща напомним! Артурка, давай, мочи козла!

Да бл!.. Эти школьники вообще жить спокойно не могут?!!!

— Не надо! Я заплачу! Заплачу! — снова пропищал малец.

— Поздно!

А этот парень был лет семнадцати, наверное, со старшего курса. Он замахнулся рукой для удара и вместе с этим сосредоточил в кулаке стихию молнии. Слабые разряды вспыхивали скорее для угрозы, нежели для урона, и освещали кроны деревьев неподалёку.

За ним стояли ещё двое, со злобными ухмылками. Эти выглядели старше и только наблюдали, будто следили за исполнением третьего.

А мелкий пацан перед ним от страха попятился, споткнулся и рухнул на асфальт.

— Сам виноват!!! — закричал молниерукий.

Голос звучал надломлено, будто парень сам боялся больше своей жертвы, а Источник дрожал как осиновый лист.

Но затем вдруг разряды электричества вспыхнули с невероятной для него силой и вырвались из-под контроля.

— Гр-р-а-а-а-а!!! — завопил парень, испугавшись собственной магии.

Молния разошлась, охватила его и заставила оцепенеть. Двух «наблюдателей» электричество хлестнуло, словно плетью, и они тут же дали дёру. А когда магия иссякла, великовозрастный балбес рухнул лицом вниз.

Запахло палёными волосами.

— Фу, — поморщился я.

Спасённый от расправы малец так и остался сидеть на дороге с раскрытым ртом.

— А… Э… А как… А что… — забормотал он.

— Иди домой, — бросил я ему. — И не броди по ночам больше.

Малец подскочил от испуга, потому что не заметил моего приближения. И рванул прочь с такой скоростью, будто умел усиливать тело магией.

— Фигасе! — хмыкнул я. — Хоть бы спасибо сказал.

И тут снизу раздалось стонущие и хриплое:

— Спа-ас-си-и…

— Да не благодари, — махнул я.

— … те.

Ну да, я ж ещё спасатель, забыл. Кажется, сто пятый пункт должностных обязанностей учителя.

— Хватит ныть, скоро отпустит, — буркнул я.

Я ж не изувер. Просто пропустил небольшие разряды по телу начинающего бандита. В качестве профилактики, так сказать. Тем более молния у балбеса хоть и вышла из-под контроля, но всё равно порождена его родной магией, так что нанести серьёзного урона не могла. Это примерно как пытаться защекотать себя.

И всё же я присел на корточки и немного ускорил его восстановление, выровняв течение магии по каналам.

Вскоре парень с лёгким стоном поднялся на четвереньки, а затем осторожно взглянул на меня снизу вверх.

— Т-ты кто такой, мужик? — закряхтел он.

— Учитель.

На мгновение в его глазах вспыхнул испуг, но потом он сменился отчаянием. А затем произошло то, чего даже я не ожидал.

Парень разрыдался.

— Сука! Сука, сука, сука! — ревел он, колотя кулаками по асфальту.

Зараза, и что с этим делать?

— Слышь, шкет, ты это… — я встал и оглянулся. — Прекращай, что ли. А то подумают ещё что… нибудь не то.

Мы стояли прямо под фонарём на дорожке в безлюдном парке. Но всё равно кто-нибудь мог увидеть это и сделать неправильные выводы. И потом придётся объяснять, что я не избиваю детей. А мне ещё одна морока вот совсем не нужна!

— Сергей Викторович⁈ — раздался вдруг голос.

Накаркал…

Из-за поворота показалась Лена. Она заметила нас и тут же быстро пошагала на высоких каблуках, отчего бёдра заманчиво виляли. Хм, а есть что-то такое в ней, когда она рассержена.

— Сергей, — поправил я. — Мы ж договаривались.

— Неважно! — воскликнула девушка. — Что ты с ним сделал⁈

— Я?

— Ты!

— Да ничего не сделал! Даже пальцем не трогал!

Последнее, кстати, было абсолютной правдой.

— Артур, что с тобой? — Лена всучила мне сумку и присела рядом с балбесом.

— Он себя молнией шандарахнул, — буркнул я недовольным голосом.

За что получил строгий пылающий взгляд в ответ.

— Мне кабзда! — воскликнул Артур. — Кабзда, понимаете⁈

Он кинулся в объятья учительницы и, засранец, начал хныкать ей в плечо.

— Тихо, тихо… — Лена в ответ успокаивающе гладила его по спине. — Что случилось? Расскажи.

Но пока засранец хныкал, я решил сдать его с потрохами:

— Он с двумя какими-то кентами напал на мальца и пытался выбить деньги.

Тут пришло время удивляться Лене.

— Артур! — ахнула она.

— Елена Алексеевна…

— Артур!!!

Хе-хе, вот он сейчас и получит… подумал я было, но вместо этого:

— Ты в порядке⁈ Они ничего с тобой не сделали⁈

— Э-э… чё? — я чуть сумочку не выронил. — Лена, ты в курсе, что такое вооружённый грабёж и вымогательство?

Девушка наконец-то поднялась и помогла встать парню. У того вся рожа теперь была красная, а волосы до сих пор торчали в разные стороны из-за электричества.

— Сергей, — примирительным голосом сказала она. — Ты же здесь недалеко живёшь. Можем к тебе зайти ненадолго?

Я ещё раз взглянул на шкета, который оказался на голову выше учительницы, и вдруг понял, что на отпетого бандита он как-то не очень тянет.

— Ладно, — нахмурился я. — Но вы мне всё подробно разъясните.

━─━────༺༻────━─━

Тёплый свет на кухне, аромат чая с фруктовыми дольками и к нему — пирожное «Картошка». Получился бы очень уютный вечер в приятной компании. Но Артур сидел тут и всё портил.

И половину пирожных сожрал!

— Артур уже давно страдает от банды хулиганов, — рассказывала Лена. — Они его чуть ли не с первого курса постоянно задевают.

— Его задевают? — хмыкнул я. — Что-то выглядело всё наоборот.

Парень хмыкнул и вытер сопливый нос.

Блин, семнадцать лет лбу! Что за поведение?

— Артур, — тихим голоском обратилась Лена. — Расскажи, что случилось.

Парень затравленно взглянул на меня, затем на неё, потом на «Картошку».

— Пока не расскажешь, не получишь, — отрезал я, пододвинув миску к себе.

— Они… — выдавил из себя Артур. — Они поставили меня на счётчик. Сказали, я им должен денег.

— За что?

— Они меня не трогали всё лето… — он опустил голову и вот-вот готов был снова разрыдаться.

— Интересно, — хмыкнул я, за что получил укоризненный взгляд от Лены. — Я думал, летом в академии каникулы.

Лена налила Артуру ещё чая. Я же изучал его Источник.

Слабовато, на самом деле. Каналы укреплены хорошо и довольно широкие, но потоки слабые и неровные. Будто по руслу здоровенной реки пустили какой-нибудь ручей, и тот бурлил и искривлялся от всякой неровности или булыжника на своём пути.

И тут до меня дошло.

— Ты из поздних, да?

Артур вдруг вскинул голову, взглянул на меня пристально и поджал губы. Вот-вот снова польются слёзы.

— Не хнычь, — предупредил я. — Иначе никаких пирожных.

— Сергей! — возразила Лена.

Но я выставил руку, чтобы она не встревала. Её это явно удивило, и она потеряла дар речи, что выиграло мне время.

— Когда пробудился? — спросил я.

Артур сглотнул и с дрожащими губами выдал:

— Год назад.

— Сейчас на третьем курсе, да?

Кивок.

— Хм…

— Сергей! — очнулась Лена. — Что ты себе позволяешь⁈ Артур и так натерпелся! Над ним издевались, его Источник…

Тут Лена осеклась и резко замолчала.

Судя по всему, пробуждение прошло неудачно. Ему отрезали часть Источника, причём уже после первых импульсов. Каналы расширились, немного укрепились, но завершить преобразование им не дали. Они хрупкие, лишены гибкости, из-за чего чувствительность к собственной энергии у Артура сильно упала.

Он вполне мог и без моей «помощи» шандарахнуть себя собственным током. То-то всё слишком легко удалось.

— И во всём этом помогут слёзы? — спросил я.

Но ответа не нашлось.

— Плакать нормально, — обратился я к Артуру. — Даже для мужиков. Иногда. Но слёзы не должны мешать делу. Ими делу не поможешь, а ты уже достаточно ныл. Хватит.

Парень смотрел на меня странным взглядом. В нём явно бурлила куча эмоций, но он сумел сдержаться и кивнул.

— Что за мальца ты пытался разуть? — спросил я.

И Артур снова потупил взгляд.

— Пашка…

— Паша⁈ — воскликнула Лена. — Артур, как ты мог!

— Что такое?

— Паша и Артур из одного детдома!

— Ублюдки, — прорычал я.

Артур снова едва не зарыдал, но сдержался. И по реакции Источника я понял, что отчаяние понемногу сменяла ярость. Это уже что-то.

— Они хотели его сломать, — понял я. — Специально подобрали жертву. Издевались.

— Разве так можно!

Лена скривила брови домиком и потянулась к чашке с чаем. Её, вероятно, поразила жестокость, но я слышал, что дети и правда жестоки.

— Они теперь от меня не отстанут, — прошептал Артур.

— Они и не собирались, — со сталью в голосе заметил я.

Эта ситуация даже меня выводила из себя. Ненавижу таких ублюдков. Я их запомнил по отпечатку магии, и хотелось бы преподать пару уроков ОМБ, так сказать, на живом примере… Но лучше поступить по-другому.

— Так, на сегодня закругляемся, — хлопнул по столу. — Пирожные можешь взять с собой. Угости Пашку — помиритесь, может.

— Но надо же что-то делать! — воскликнула Лена.

— Надо, — кивнул я. — Но не тебе. Мы сами справимся.

Лена посмотрела на меня с сомнением, но затем взглянула на несчастного парнишку и приняла верное решение:

— Хорошо. Но я буду держать руку на пульсе!

— Как хочешь. Собирайтесь, провожу вас. Поздновато уже… А завтра, Артур, — парень отозвался с проблеском надежды в глазах, — после уроков найдёшь меня в медицинском корпусе. Есть у меня пара идей.

Парень снова чуть не зарыдал, но теперь от нахлынувшей радости. Надеюсь, он не надумал себе лишнего, потому что волшебника на голубом вертолёте ему никто не обещал.

Я могу только помочь. Если он захочет изменить ситуацию, придётся очень постараться.

━─━────༺༻────━─━

Сначала мы довели Артура до общаги. Он смущённо попрощался и скрылся в дверях, а затем я остался наедине с Леной.

— Я могу дойти и сама… — робко начала она.

— Я доведу, — настоял я.

— Х-хорошо…

Источник девушки вздрогнул, но затем будто волнами растеклись мелкие искры, словно пузырьки шампанского. А потом каналы заволокло мягкой тёплой энергией, и Лена невольно улыбнулась.

Мы отошли от общаги метров на пятьдесят и всё время молчали. Однако позади в окно на первом этаже прошмыгнула еле заметная тень, которая затаилась от нас ещё пару минут назад, когда мы стояли у входа.

Это был один из учеников, и он явно не хотел попадаться на глаза.

— Слушай, Лен, — начал я.

— Да? — оживилась девушка.

По Источнику снова прокатилась волна, но затем он на мгновение будто покрылся инеем:

— Ты не знаешь Кирилла? Паренёк такой, на первом курсе учится.

— Ты о Хладове, наверное, — немного грустно вздохнула Лена. — Да, знаю. А что такое?

— Тебе он не показался странным?

Я не мог понять, что меня в нём беспокоит. Пацан встречается мне уже в третий раз за день, и снова это какая-то нелепая хрень. Он что, весь день бегал от медиков? Или снова сбежал из больницы?

Снова удалось немного осмотреть его Источник, и снова ничего подозрительного. Но чутьё начинало бить тревогу, и это меня беспокоит.

— Он просто напуган, — пояснила Лена. — У мальчика богатое воображение и впечатлительный характер. Мне кажется, он иногда начинает верить в то, что сам же и придумал.

— Например?

Лена призадумалась и при этом мило поморщила нос.

— Монстр под кроватью.

— Серьёзно?

— Ага, — кивнула она. — Кирилл как-то сказал, что под его кроватью живёт монстр. Конечно, это невозможно, но он мне показался вполне искренним.

— Богатое воображение! — воскликнул я. — Мог бы придумать что-то получше. Например, ругаться матом и спихивать всё на Паскудника.

— Кого? — нахмурилась Лена.

— Это монстр такой. Неопасный, но пакостливый. Любит таиться, подслушивать разговоры и выкрикивать чужими голосами какую-нибудь пакость. Вот разговариваешь с человеком, отвернулся ненадолго, и слышишь «тупица!» Причём слышишь только ты, они умеют настраивать звуковые волны, как им вздумается.

— Ничего себе! — ахнула девушка.

Мы уже вышли на аллею, под тусклый свет фонарей.

— Ага, ага! — закивал я. — Я слышал, как целые рейды ссорились и колотили друг друга, пока не выяснялось, что в разломе Паскудники завелись. Они ж сами по себе не обитают, но зато могут жить в совершенно разных условиях.

— Ух ты! Хотела бы я такого увидеть!

Я не рассказал Лене, что Паскудники могут выдавать свои команды за чужие во время боя, из-за чего шалости приводят к серьёзным последствиям. Даже если знаешь об их присутствии, в разгаре сражения с разъярёнными, жадными до крови тварями это может стоить жизни.

А ещё не рассказал, что слова Кирилла меня насторожили. Монстр под кроватью? Ему пятнадцать лет, а тяги к шуткам я у пацана не заметил.

Но ей об этом знать не стоило.

Я направил небольшой поток магии к фонарю, возле которого мы проходили. Тот ярко вспыхнул, и Лена, пискнув, прижалась ко мне и обхватила руку.

— Ой, прости, — засмущалась она.

Но руку не отпустила.

━─━────༺༻────━─━

Утро!

Птички поют, на улице свежо, земля ещё не успела нагреться, и потому даже на солнышке бодрит прохлада.

Я проснулся, закончил мыльно-рыльные мероприятия, оделся в удобный костюм, нацепил наушники и отправился на улицу для утренней пробежки.

— Ка-кан юу фил ит! — подпевал я. — Кан юу тач ит! Ка-кан юу!.. Что ты здесь делаешь⁈

Музыку пришлось прервать, потому что прямо за дверью меня ждал гость.

— Сергей Викторович! — воскликнул он. — Я не передумал! Хочу дальше тренироваться!

Это был Коля. Парень, который зачем-то выдержал все мои тренировки. Я уж думал, он образумится и оставит меня в покое.

— А, точно… — почесал я затылок. — Сегодня ж как раз срок.

После первой моей тренировки Колян должен был прочувствовать десять стадий боли в каждом своём мускуле. Десять раз подумать, надо ли ему всё это, и десять раз послать меня к демонам. Возможно, в очень грубой форме.

На второй день после тяжёлой тренировки, которая открывает новый уровень возможностей, — тело ещё не особенно болит. Да, мышцы ноют, но ничего страшного.

На второй день первые признаки начинают уже проступать. При растяжке мышцы отдают резкой болью, нагрузка может вызывать неприятные ощущения, а ноги будто забывают, как ходить. Каждый подъём со стула или кресла превращается в испытание.

Но всё это меркнет по сравнению с третьим днём.

На третий день тебя будто пронзают тысячи игл, каждое движение приносит яркую боль, а ноги отказываются носить тебя по бренной земле вообще при любых условиях. Зачастую люди даже с кровати встают с трудом.

И на четвёртый день картина не особенно меняется, на самом деле. Эти мучения будут преследовать до конца недели, а то и больше. Поэтому я надеялся, что Коля откажется от затеи, и у меня будет на одну проблему меньше.

Но он стоял напротив меня.

— Утром! — воскликнул я. — Ты заявился ко мне утром⁈

— Ну… — шкет виновато почесал затылок, — я не знал, как вас найти в другое время. Вот и решил действовать наверняка.

С первого взгляда можно было подумать, что его миновали мучения. Выглядел Коля вполне бодро. Но даже то движение рукой, чтобы почесать затылок, отозвалось болью и заставило его скривиться.

— Расписание в каждом корпусе висит, — буркнул я. — И преподы там указаны, и аудитории.

Парень нахмурился собственной недальновидности. Видимо, со смекалкой ему придётся поработать. Слишком уж он твердолобый какой-то.

Хотя другой, наверное, моё испытание не прошёл бы.

— Ладно, — вздохнул я. — Раз уж пришёл, давай не отставай.

И побежал по дорожке в парк.

Быстро побежал, я тут не расслабляющей фигнёй занимаюсь. Мои утренние разминки некоторые за полноценную тренировку принимают. Но парень не отставал.

Правда, только первый километр.

Мне пришлось поменять маршрут, завернуть несколько раз, и через минуту я уже догонял его на втором круге. Колян тяжело дышал, пыхтел, краснел, но не сдавался и продолжал бежать.

Кажется, он заволновался, потеряв меня из виду, но затем успокоился, когда я снова пронёсся мимо.

В конце концов я привёл его к стадиону. Колян успел пробежать около семи километров, а я сделал сорок или вроде того.

И не «выпил» при этом ни капли магии!

— И вот мы там, откуда начали, — воскликнул я, вздыхая полной грудью. — Как ощущения?

Колян слегка нервно оглядел место своих прошлых истязаний.

— Да не боись. Это разминка всего лишь. Но тебе придётся делать её каждое утро, и самому!

— Хорошо! — упрямо заявил парень. — Я справлюсь!

Сделал шаг вперёд и тут же рухнул, потому что ноги подкосились.

Хорошо хоть на траву упал…

— Сейчас будет больно, — серьёзным голосом предупредил я. — Эта зарядка покажется тебе пыткой, но нужно вытерпеть, и тогда станет легче.

Он с трудом поднялся на ноги и усердно кивнул.

Сейчас его тело могло перенапрячься от любой нагрузки. Но нужно разогнать кровь, добавить гликогена, заставить мышцы налиться кровью.

Сейчас они как механизм без смазки — двигаться может, но со скрежетом и резью. Придётся вышибать клин клином.

Не, он сам виноват! Пришёл бы вечером, я б отпустил восстанавливаться. Но раз уж упёртый такой попался, попробуем ускоренную программу.

Начали с полосы препятствий. Не той, где гонял второй «Д», а простая дорожка с покрышками, конусами для бега «змейкой», преградами для прыжков и всё такое прочее.

Пока я делал сто кругов, Колян еле вывозил два-три.

Он скрипел зубами от боли, потел, про себя проклинал всё на свете и меня наверняка тоже.

Но продолжал.

Колян мне действительно начинал нравиться. Пахарь чистой воды.

Я проверил его Источник и определил, что ему не перепало никаких особенных способностей. Объём энергии в Источнике средний, крепость каналов тоже не выбивается из нормы, обычный дар стихии земли, который ещё развивать и развивать.

Он на самом деле очень хорошо выглядел по сравнению со сверстниками, но каждый шаг давался ему тяжелее прочих.

Ближе к концу зарядки, когда я наказал ему делать заминку, а резкая боль в мышцах Коляна уже прошла, на стадионе показался ещё один человек.

— Семён Семёныч! — обрадовался я. — Вас уже выписали⁈ Рад, очень рад!

Физрук гневно фыркнул в мою сторону:

— Доброе утро.

Затем он посмотрел на шкета, который тянулся в позе «собака мордой вниз», и усмехнулся.

— Чем вы тут занимаетесь? Смотри сюда, Парецкий! — это была фамилия Коляна. — Вот как надо заниматься поутру!

Он поковылял к спортгородку с перекладинами, брусьями и лесенками. В походке явно читалось неудобство в области таза, но Кабанчик отчаянно делал вид, что всё в порядке.

— И р-раз! — прыгнул на турник.

— И два! — подтянулся.

— И три! — подъём с переворотом.

— И четыре! — выход с силой.

Затем физрук спрыгнул на землю и с ухмылкой похлопал руками.

— Вот как надо! А то хенрёй маешься. Это бабы так развлекаются, от нечего делать. Как там, «кошка жопой вверх» называется вроде? Хе-хе.

Колян посмотрел на меня, и в глазах его читался испанский стыд.

— Ещё три круга, и можешь идти домой, — кивнул я. — На сегодня нагрузок хватит, тебе нужно восстановиться. Дай номер, я сообщу, когда начнём тренировки.

Колян обрадовался и мигом позабыл про Кабанчика. Я добавил его контакт и направился к турникам.

Сам того не ведая, Сёма занял именно те снаряды, которые мне нужны. Но ничего, я умею делиться. И даже готов обратить всё в пользу.

— Давай небольшое соревнование, — предложил я.

Сёма сразу насторожился. И поморщился. Видимо, результаты предыдущего спора пытались его отговорить от новой глупости.

— Чисто на физухе, — заверил я. — Лесенка на турнике.

Он немного подумал, но в итоге кивнул.

— На что играем? — в его глазах блеснул азарт.

Теперь немного подумал я. Делать слишком высокую ставку неохота, не тот случай. О, точно! Есть мысль.

— Проигравший оплачивает завтрак в «Сломанном сапоге». А то я уже проголодался.

Сёма хмыкнул, плюнул на руку и протянул мне.

— Идёт!

— Идёт! — кивнул я и похлопал его по плечу.

А сам направился к складу спортинвентаря.

— Эй, ты куда⁈ — опомнился Кабанчик. — Турники — вон они!

— Ты что, с собственным весом собрался тягаться? — я повёл бровью. — Этак мы будем до вечера тут пыхтеть.

— И что ты предлагаешь⁈

Кабанчик снова насторожился. И скривился. Мягкое место у него стало особенно чувствительным и чуяло подставу. Хотя подставы так-то не было. Мы реально могли подтягиваться до ночи, а то и больше.

Так что я нашёл на складе гири разных размеров, две цепи, закинул всё на тележку и, посвистывая, покатил всё это добро к турнику.

— С утяжелением, значит? — Кабанчик задумчиво почесал подбородок.

Он сомневался. Прям серьёзно задумался.

Но что могло пойти не так? Ну, проиграет — и ладно. Подумаешь, завтрак! Я не так уж много ем ведь. Ну пару десятков яиц, наверное. Ратного кофе ещё закажу — уж больно понравилось. Может, мясцо найдётся…

В общем, лёгкий завтрак — и ничего более.

— Думаю, начнём с разминочных весов, согласен? — спросил я. — Допустим…

— Не надо мне тут «разминочных»! — воспротивился Кабанчик. — По-нормальному давай сразу! По-мужски!

— Как хочешь, — пожал я плечами.

Он уже где-то успел размяться? Вообще-то, я о нём беспокоился. Я-то уже нормально поработал и уже заканчиваю утреннюю гимнастику.

Но затем начало происходить что-то странное. Мы с Кабанчиком взяли каждый по цепи и начали навешивать гири.

Одна, вторая, третья…

Раз уж сразу так сразу, поэтому я подошёл к делу серьёзно. Но Сёма почему-то на пятой гире начал мрачнеть. Следил за мной, то и дело поджимал губы, пыхтел и натягивал гирю за гирей.

Как-то странно. Он же понимает, что сам тяжелее меня, и поэтому вес ему нужен поменьше?

Ну, пусть делает как знает.

— Кто первый?

— Я!! — натужно гаркнул Сёма.

— Лады. Валяй.

Колян уже закончил заминку и отправился на выход, но делал это очень и очень медленно. Хотя мышцы уже разогрелись и прежняя боль явно прошла.

А Кабанчик пошагал к турнику, с каждым шагом гремя цепью и гирями. Лицо его раскраснелось, вены на лбу вздулись.

— Слушай, может, тебе стоит снять пару…

— Я справлюсь!!! — взвизгнул Кабанчик.

— Лады, лады. Как знаешь.

Ну я пытался. Все видели! Колян будет свидетелем, если что.

— Начинаем с небольшого, думаю. Раз десять — вполне норм, — предложил я.

А Сёма тем временем будто и не слышал. Добрался до турника, потянулся к перекладине.

— Х-ХОП!

И прыгнул, зацепившись руками. Тут же задрожал, турник зазвенел, цепи снова загремели.

Колян остановился, в наглую обернувшись в нашу сторону.

— Х-х-х… — Кабанчик захрипел, словно кипящий чайник, но потянулся вверх. — Х-х-хо-о-о-о!

Он почти дотянулся подбородком до перекладины, хотя руки дрожали и заставляли всю конструкцию опасно гудеть.

— Сёма, ты только не… — начал было я говорить.

Но затем…

— Хопа-а-А-А-А-А-А!!!!!!!!!!!!!

Кабанчик вдруг заорал, словно резанный поросёнок, упал на землю и схватился за задницу с выпученными глазами.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!!!!!!!!!!!

Он не останавливался. Кажется, дело плохо.

— Твою ж м… Марину Вячеславовну, Сёма! — в сердцах воскликнул я. — Ну предупреждал же!

Кажется, я вырвал у физрука ещё одно, кхм… очко.

Глава 13

— Сергей Викторович, вы издеваетесь⁈ — прорычала лекарка.

— Что я-то! Что я-то сразу, вы мне скажите⁈ Да вот, сам надорвал свою… Ну вы поняли.

Марина Вячеславовна глядела на меня суровыми глазами. И на этот раз по вполне понятным основаниям. Несправедливым в мою сторону, конечно, но всё же понятным.

— Я только вчера вечером выписала Семёна Семёновича из больницы. А утром вы уже притащили его обратно! Как это понимать⁈

— Эй, Сёма, — бросил я корчащемуся Кабанчику на переносной койке рядом с нами. — А ты чего на турники-то полез сразу после выписки?

Затем я перевёл взгляд на Марину Вячеславовну:

— Вы ему что, не объяснили, что нужно долечиваться? Ну там, постельный режим, витаминчик C, отдыхать побольше, пить два литра в день. Что там ещё прописывают в таких случаях…

— Объяснила, конечно! — снова взорвалась Марина Вячеславовна, но затем до неё дошло. — Погодите-ка… Какие ещё турники, Семён Семёнович⁈ Да вам тяжелее кружки сейчас ничего поднимать нельзя!

Во-о-от! Это я понимаю. Праведный гнев направлен в правильную сторону. А то всё «Сергей Викторович! Сергей Викторович!»

Я тут ни при чём!

И пока Марина Вячеславовна переключила всё своё внимание на Кабанчика, я уже обрадовался и решил убираться отсюда подальше. Всё-таки проблемы задницы Семёна Семёновича меня вообще не беспокоят и никак не касаются. Он сам себе Буратино, как говорится, а у меня скоро занятия начинаются.

Но только я повернулся к выходу, как в дверях показался Василий Палыч.

— Сергей Викторович! — тут же воскликнул он с выпученными глазами.

Тоже, что ли, проблемы с очк…

— Это правда? Правда, что Семён Семёнович загремел в больницу⁈ — удивлённо спросил он.

А, не. Он за коллегу беспокоится. Но надо тут поосторожнее, а то на соседнюю койку ляжет. Нервишки шалят вон — аж Источник бурлит.

— Ага, — хмыкнул я. — Загремел не то слово.

— Да как же так! — схватился директор за голову.

Тут он заметил наконец-то виновника беспокойств и тоже переключился на него.

Вот и хорошо, вот и молодцы. А я пока пошёл учеников учить. Сегодня как раз чрезвычайно важное занятие.

━─━────༺༻────━─━

— Эй, а мы чё, прям здесь будем учиться? — раздался недовольный голос Влада.

Иронично, ведь именно он приложил немало стараний для разрушения кабинета номер «404».

— Да, наверное, расписание не успели поменять, — махнула Анжела. — Сейчас Сергей Викторович придёт, и сядем нормально.

— Апчхи! — вырвалось у Дениса.

— А чего не заходите? — спросил я, показавшись из-за поворота.

Весь класс разом обернулся в мою сторону.

— Сергей Викторович! — воскликнул Саня. — Так там же кабздец!

— А-га-а-апчхи! — снова Денис.

— Правда? — я наигранно удивился и подошёл к распахнутой двери. — Хм… А вы правы. Кабздец.

Парты разбросаны во все стороны, разломаны, на потолке и стенах гарь, на полу несколько крупных вмятин. На доске зияющая прожжённая дыра.

— И чё, куда нам теперь? — поинтересовался Петя Валиков.

— В смысле? — нахмурился я.

— Ну сейчас же урок начнётся, — пояснила Анжела. — Нам ведь надо где-то сесть!

Я обвёл взглядом учеников и снова заглянул в кабинет.

— Больше мест нет. Проходим, не стесняемся.

И шагнул внутрь.

Учительский стол чудом уцелел и сейчас возвышался надо всем кабздецом вокруг, словно островок цивилизации посреди апокалиптических пустошей.

На свету из разбитых окон хорошо проглядывалась падающую пыль. И когда ученики настороженно и нехотя вошли в кабинет, вихри осевшей гари взметнулись, и их подхватили потоки ветра с улицы.

— Апчхи! — снова расчихался Островский.

— Будь уже здоров, — буркнул Саня.

Я как ни в чём ни бывало раскрыл учебник, чем поднял ещё больше пыли, поставил кресло и уселся.

— Сергей Викторович? — раздался голос Анжелы.

— Да, Елизарова? — улыбнулся в ответ.

— А почему…

— Почему вы в спортивном костюме? — перебил её Арсений.

Девушка грозно глянула на парня, но тот не удосужился даже обернуться.

И правда, я ведь не успел переодеться, пока возился с Кабанчиком. Неловко вышло, но да ладно. Как-нибудь в перерыве сгоняю до дома.

— А это так надо, — отмахнулся я. — Елизарова, что ты хотела спросить?

Анжела приосанилась.

— Почему нам не выдали другую аудиторию? Здесь же невозможно учиться!

Анжелу поддержали несколько голосов, особенно девчонки из её компании. Даже Петькины дуболомы закивали.

Арсений, кстати, теперь держался подальше от прежних товарищей и теперь затесался среди одиночек. Он и четверо из тех, кто вчера решил перейти в команду Оболтусов, раньше не были чем-то связаны, но теперь старались не отходить друг от друга. Парни явно чувствовали, что новые места им ещё придётся заслужить, и были правы.

— А почему нам должны выдать другую аудиторию? — нахмурился я.

— Ну как же! — воскликнул Саня. — Эта же разгромлена!

— И кто её разгромил?

Тут шкет притих и виновато опустил голову. Саня тоже приложил немало усилий в общее дело, пока гонял по кабинету на воздушной подушке и переворачивал всё вверх дном.

— Так что нам теперь, весь день торчать здесь⁈ — ахнул Максим Пришвин.

— Апчхи! — снова выдал Денис.

— Не совсем, — помотал я головой. — Другие учителя отказались сидеть в этом замечательном месте, так что вам придётся побегать по свободным аудиториям. Вот, кстати, новое расписание. Саня, раздай!

Савельев с сомнением в глазах принял у меня стопку бумаг и направился к одноклассникам.

— Да ну на! — очень громко ахнул Тихомир. — Это ж по всей академии бегать!

— Тут в одну сторону может минут десять занять! — добавил Влад.

— Придётся бегать, чтобы успевать на уроки! — возмутился Федя.

— Да я в той части и не бывал никогда… — нахмурился Петя.

— И каждое утро в этой дыре ещё собираться⁈ — взвизгнула одна из девчонок Анжелы, Полина Сабурова. — Да мы уже провоняли насквозь!

Разразились гвалт и крики. В академии было принято, что за каждым классом закреплены свои кабинеты и предметники-учителя приходят к ним на время занятий.

Как по мне, так это несправедливо, и бегать должны ученики. Но пока как есть. Тем не менее я попросил Палыча позаботиться о данном вопросе. И теперь свободные аудитории в расписании подобраны так, чтобы учителям было максимально удобно добираться. Но в итоге получилось так, что Оболтусам и Балбесам придётся весь день бегать по всему академгородку.

Пару минут я дал им выплеснуть эмоции, но затем хлопнул по столу, призывая к тишине.

И они замолчали.

— Не хотите заниматься здесь? — спросил я.

Дети несколько секунд раздумывали, но затем хором выдали:

— Нет!!!

— Отлично! — я захлопнул учебник и встал из-за стола. — Тогда все за мной.

И повёл класс наружу.

Мы спустились на первый этаж, вышли на улицу и добрались до небольшого парка, где нашлась свободная поляна, очищенная от деревьев и кустов.

Я свернул с дорожки и пошагал по траве, пока не остановился посередине и повернулся к классу.

— Давайте смелее! За мной!

Переглянувшись, дети тоже сошли с дорожки и встали напротив.

— Будем заниматься здесь, — заявил я. — Тут гари нет, да ещё и воздух свежий. И солнышко… — тут солнце закрыли сгустившиеся облака, и нас накрыло тенью. — Ну, и без него справимся.

— Серьёзно⁈ — нахмурилась Анжела. — Это же просто поляна!

— Тут даже сесть негде! — добавила Полина.

— Да, — на этот раз я сбросил беззаботную мину и прибавил в голосе стали. Ученики сразу притихли. — Раз уж не хотите сидеть в собственном сраче, будем проводить уроки ОМБ на поляне.

Они снова хотели что-то возразить, но не решились под моим строгим взглядом. А я сел на траву, скрестив ноги, и снова достал учебник.

— Валиков!

— А⁈ — чуть не подскочил Петя.

— Какие уровни опасности присваиваются при появлении монстров?

— Эм… Зелёный, салатовый, жёлтый, оранжевый и красный…

— Гордеев! Что означает каждый из уровней?

Миша Гордеев, одиночка из Балбесов, нахмурился, но ответил:

— Зелёный присваивается, если монстры первого или второго ранга. Салатовый — с третьего по четвёртый. Жёлтый для пятого ранга, оранжевый с шестого по восьмой, а красный — это если появились монстры девятого, десятого и высшего ранга.

Миша был из бастардов. Среднего роста, крепкий и с хорошими данными, он уже освоил некоторые основы магии воды. Применить на моей памяти не успел, но это хорошо видно по развитию Источника и каналов.

И кажется, ему даже перепали несколько родовых техник развития, потому что такому в академии не обучают, если я правильно помню. Каналы точно были подготовлены заранее. Окрепли с запасом, возможно, с помощью некоторых препаратов, рецепты которых — тоже часть секретов рода.

В общем, парень не дотягивает до родовитых магов в части подготовки, но всё равно имеет фору перед детьми обычных родителей. Вот только не знает, что с этим следует делать.

— Пришвин!

— Да? — откликнулся Максим.

— Приведи пример монстра седьмого ранга.

Таких было немного, но знали о них все. Как, впрочем, про уровни опасности, ранги и прочее, что вдалбливали не только магам, но и обычным людям чуть ли не с колыбели.

В этом мире люди научились справляться с угрозой монстров, но те иногда всё равно тревожили порядок и подвергали опасности мирных граждан.

— Хм… — напрягся парень. — Крокорнад.

— Кто⁈ — выпалил Саня.

— Криворог, — пояснил я. — Пойдёт, но не выпендривайся и называй тварей нашими именами.

Крокорнадами этих монстров называли шведы, но перевод был такой же. Сильные твари, немного напоминающие быков с парой кривых здоровенных рогов, способных крушить бетон и камни, словно орехи. Опасные, особенно если оказаться с ними в небольшом пространстве, но прямолинейные и туповатые. А ещё шкура толстая, поэтому остановить тяжело.

— Крутя-я-як! — протянул Боря Юдин. — Видал его в инете. Вот бы вживую поглядеть!

Боря был… странным. Я его отнёс к одиночкам, но за пару дней наблюдений сделал вывод, что даже такая классификация к нему не слишком подходит. Он часто уходил в себя, постоянно ковырялся в телефоне, причём чаще всего игрался с камерой и пытался снимать всё подряд.

Вот и сейчас отыскал в траве какого-то жука и пытался навести камеру, пока его не отвлекли упоминанием опасного монстра.

— Сплюнь, дурак! — рыкнула Полина. — Его даже в нашем монстрариуме не держат, потому что клетки крушит.

— Отставить разговоры, — пришлось прервать потенциальный галдёж. — Жуковский!..

В общем, я опросил всех Балбесов, и каждый ответил на один из моих вопросов. Дураками они не были, а со сложностью я не жестил, поэтому:

— Хорошо. Вы сдали зачёт.

И в ответ на меня уставился весь класс. Особенно удивлённым выглядел Антон. Он наклонился к Тихомиру и спросил:

«Какой ещё зачёт?»

Но услышать ответ не успел.

— Это как так-то⁈ — разразилась Анжела. — Мы вчера из кожи вон лезли! Я эту грязь два часа вымывала! А им зачёт за такую фигню⁈

Валиков с Островским нацепили довольные ухмылки и поглядывали на Оболтусов, которые явно не были в восторге от такого неравенства.

Оно действительно было, но не в ту сторону, как думали дети.

— Я не собираюсь тратить своё время на тех, кто этого не хочет, — спокойно ответил я. — Лучше займусь перспективными ребятами и выведу их на новый уровень. Вы можете не беспокоиться, тут таких тестов — хоть зад подтирай.

Я помахал учебником под редкие смешки учеников. Теперь настроение сменилось, и Оболтусы нацепили ухмылки.

Ну это они поспешили, конечно. И наверняка ещё не раз проклянут меня, пока будут глотать собственные пот и слёзы.

— То есть… — нахмурился Петя.

— То есть вы как были Балбесами, так ими и останетесь, — хмыкнул Саня.

Антон некоторое время наблюдал за происходящим с непониманием, но после объяснений Тихомира насторожился. Он пропустил вчерашний день и потому не был причислен ни к одной из групп.

— Оно и лучше! — неуверенно воскликнул Денис. — Пусть он вас пытает своими варварскими методами, а мы будем жить нормально.

— А теперь к вопросу о нашей аудитории, — снова прервал их я.

Облака на небе превратились в серые тучи, и это можно было принять за удачу, потому что принесёт больше веса моим аргументам.

— Халява закончилась, вандалы. Никто не будет ремонтировать кабинет.

— Чего⁈ — тут же разразилась Анжела. — Как так-то!

— Нам что, теперь до конца учёбы на траве заниматься⁈ — вторила Полина.

— Ага, особенно зимой, — буркнул Антон.

Его ситуация особенно не радовала, потому что в разгроме он участия не принимал. Но для него будет другой воспитательный момент… Когда я придумаю какой именно.

— У вас есть два выхода, — продолжил я. — Первый — мы будем проводить каждое занятие ОМБ на этом славном месте.

Тут я почувствовал, как на шею упала маленькая капля. Некоторые из учеников тоже почувствовали и подняли взгляды.

— Второй… — одиночные капли участились и обещали скоро превратиться в настоящий дождь. — Мы с вами самостоятельно сделаем ремонт!

— Как это!!! — подскочил Островский.

И вместе с этим на поляну резко обрушился ливень.

— Руками, Денис, — хмыкнул я. — Собственными руками.

— Да не имеете права! — пискнул Максим Пришвин, но тут же сжался от воды, попавшей за шиворот.

— Да как хотите. Мне и тут нормально, — до меня дождь не добирался. Я выстроил вокруг себя купол магического покрова, и капли разбивались о него, брызгая в сторону учеников. — Тема сегодняшнего урока: «Влияние вредных привычек на здоровье человека и развитие магических способностей». Берём тетради, ручки и записываем!

Но весь класс тем временем подскочил и пытался найти укрытие. Они прикрывали головы рюкзаками, однако порывистый ветер косил дождь из стороны в сторону, так что пользы от этого было немного.

Саня и ещё несколько ребят, обладающих даром стихии ветра, пытались сделать вокруг себя такой же купол, как у меня. Я вообще зачастую выдавал свои способности под использование стихий, так что повторять за мной было ошибкой, и ни у кого ничего путного не получилось. Тот же Саня только обдал соседа порывом ветра и тем самым вдарил ливнем прямо в лицо.

Ученики с даром воды справлялись чуть лучше, но это больше походило на дырявый зонт. Основ явно не хватало, так что справиться с этаким природным объединением двух стихий они не могли. Больше всех преуспел Миша Гордеев, но он всё равно быстро промок до нитки.

— Итак, первым делом разберём табакокурение! — кричал я. — Записываем, записываем! Повторять не буду, а вот спрошу сполна! «Табакокурение — это вдыхание дыма табака. Табачный дым содержит более семидесяти вредных химических веществ, вызывающих рак и другие смертельные заболевания. Оказывает губительное влияние на Источник мага, особенно в период его формирования. Крайне опасен для магов с даром стихии ветра, так как нарушает дыхательные способности, важные при использовании дара…»

Балбесы и Оболтусы угомонились, только когда жестокий ливень утих так же быстро, как грянул на наши головы, и вместо него начал капать спокойный дождь.

К тому времени все промокли, так что плюнули на всё и плюхнулись прямо на сырую траву, достали тетради, ручки и начали записывать за мной.

— … Теперь очень важно! Этого нет в учебниках, но будет на контрольной. Состояние лёгких, а также кровеносно-сосудистой системы неразрывно связано с состоянием Источника и магических путей, малых и больших. Не нужно думать, что под ударом только маги ветра. Табак сужает каналы, снижает их гибкость, что может привести к закупориванию путей.

Я глянул на детей. Все сидели со смурными мордами, но упорно водили ручками по тетрадям. Они даже не заметили, что мелкий дождь обходит бумагу стороной, а чернила не превращаются в размытые кляксы.

Ну да ладно, я обойдусь и без «спасибо».

— Таким образом, — продолжал я, — курение затормаживает развитие Источника, а также может вызвать разрыв каналов при выбросе большого количества магии.

— Сергей Викторович! — поднял руку Денис.

— Да?

Шкет глядел на меня из-за облепившей лицо чёлки и хитро ухмылялся.

— А мой дед курит всю жизнь и считается сильным магом! У него даже берут уроки наследники могущественных дворянских семей.

Аргумент, блин!

Но он вызвал интерес у нескольких учеников. И это мы ещё опустим, что Денис не понимает, как только что выставил свой род в дурном свете.

Дело даже не в курении. Если родовитый маг на старости лет вынужден обучать дворянских отпрысков, это говорит о плачевном положении рода. Очень плачевном.

Основы магии знают и без какого-то деда со стороны, так что ему наверняка приходится делиться секретными практиками рода Островских.

Это всё равно что продавать последнюю рубаху, чтобы прожить немного дольше.

— А я видел, как одного любителя завернуть самокрутку разорвало прямо во время схватки с противником, — будничным голосом парировал я. — Это хорошо, что он был огневиком, и взрыв получился такой, что противник тоже подох. А то сгинул бы без пользы.

Я даже не придумывал. Это реальный случай. Меня как-то отправили на задание вместе с союзными войсками страны, которую я не могу называть из-за секретности самого союза, но там был один боец в годах, самый опытный из них.

Суровый мужик, борода с сединой, взгляд волчий, оскал собачий, а чуйка как у срущей кошки! Что бы последнее не значило… Это слова его сотоварищей, не мои.

В общем, этот мужик дымил в каждую свободную минуту. Хорошо хоть на маршах умел сдерживаться, иначе нас бы вычисляли на раз-два.

Я предупреждал его, чтоб завязывал и занялся здоровьем. В нескольких узлах скопились сгустки магических осадков, и ситуация становилась критической. Он меня, конечно, не послушал.

Так вот, мы вполне удачно напали на логово боевиков. И всё шло как по маслу, но вдруг раздался взрыв. Это засранец в полной мере прочувствовал принцип «курение убивает», но это ему уже не помогло.

— Ошмётки нам пришлось собирать в километровом радиусе… — вздохнул я, поддавшись воспоминаниям.

Затем снова обернулся на школяров, которые почему-то раскрыли рты и выпучили глаза в мою сторону.

— Так о чём это я. Да, точно! Некоторые люди действительно имеют что-то вроде иммунитета к пагубным привычкам. Но зачастую это просто куда более крепкое здоровье, чем у большинства, и без тех самых привычек они могли бы прожить более долгую и полную жизнь. И к тому же достичь более высокого развития магии!

Денис помрачнел и опустил взгляд, поджав губы. Его Источник то скручивался в узел, то вспыхивал от негодования.

— Так что решайте сами, — улыбнулся я. — Быть может, вы из тех, кому табак не особо навредит, кто знает? Ну или вас когда-нибудь разорвёт, стоит только выпустить чуть больше энергии. Так себе лотерея, мне кажется.

Я сделал небольшую паузу и дал ученикам время переварить услышанное. Но затем продолжил:

— Следующим у нас идёт алкоголь. Записываем! «Алкоголь — наркотическое вещество в виде бесцветной жидкости, оказывающее различное влияние на психическое и магическое состояния человека…»

━─━────༺༻────━─━

Итак, урок прошёл как нельзя лучше. Имелись бы в этом мире боги, я поблагодарил бы одного из них за ливень, очень вовремя грянувший на наши головы.

Дети прониклись. Очень! И все согласились, что так учиться нельзя и следует поскорее начать ремонт кабинета. Так что мой план удался, хе-хе-хе.

И Балбесы тоже отреагировали, как я и ожидал. Они обрадовались, что их не коснутся мои особые тренировки и специальные занятия, но не учли одну вещь. Я ж сказал, что ВЕСЬ класс «Д» будет лучшим в академии. А они ведь числятся именно в нём.

Так что пускай пока думают, что я на них забил. А потом, когда Оболтусы перейдут на следующий уровень, название которому мне ещё предстоит придумать, а разрыв между двумя группами вырастет, Балбесы сами попросятся на поруки.

Антон, кстати, сразу захотел к Оболтусам. Подошёл ко мне после урока и попросился. С ним будет отдельное занятие чуть позже, и по результатам будем смотреть, что с ним делать. Но вряд ли возникнут проблемы. Парень заряжен и полон энтузиазма.

Так что у меня было хорошее настроение. Солнышко снова выглянуло, причём его жар компенсировала прохлада после дождя. Птички снова запели, а улыбка сама собой поселилась на моём лице, пока я шагал в администрацию, чтобы обсудить с директором детали будущего ремонта.

Я подошёл к двери его кабинета, постучал и открыл.

— Василий Павлович, — зашёл внутрь. — Я тут к вам по одному вопросу…

— Сергей Викторович!!! — подскочил тот. — Вы-то мне и нужны! Хорошо! Очень хорошо, что заглянули. Присаживайтесь!

Он выглядел обеспокоенным, даже взволнованным. И слишком уж любезным.

— Чай? Кофе? Может, какао? Мне как раз посоветовали одну замечательную марку, не поверите. Вкус очень насыщенный и…

— Господин директор, давайте ближе к делу, — насторожился я.

— М-да, наверное, так лучше…

Он немного замялся и скривил неловкую улыбку.

— Тут такая ситуация, Сергей Викторович… Вы же в курсе, кхм, недуга Семён Семёныча?

— Вы про разорванное…

— Да, да! Именно про это, Сергей Викторович! Так вот, у нас проблема. В академии всего два учителя физкультуры, и такую нагрузку один человек не потянет. Нам срочно нужен учитель на замену. Срочно!

Он выжидающе уставился на меня. Я с прищуром глядел на него.

— Ну, наверное… — протянул я в ответ. — Только при чём тут…

— Сергей Викторович, возьмите нагрузку Семён Семёныча! — воскликнул директор. — Вы вон уже и в роль вжились, смотрю! Спортивный костюм носите. Он вам, кстати, очень идёт!

Сёма, джокер ты недоделанный! Да чтоб тебя в этой больничке!.. вылечили, блин, поскорее.

— Если согласны, то с меня причитается бонус! — хитро улыбнулся директор.

А вот это уже более предметный разговор.

— И что за бонус?

Василий Палыч только что хитро лыбился, но теперь будто растерялся.

— Д-давайте этот бонус будет сюрпризом, Сергей Викторович! — нашёлся он что ответить. — Так ведь интереснее, согласитесь. И поверьте, вы будете очень довольны!

— И когда же я буду «очень доволен»? — прищурился я.

— Эм-м… А вот выпишут Семён Семёныча из больницы, и всё будет, — заверил директор.

Однако меня терзали смутные сомнения. Что-то неуловимое такое, почти незаметное подсказывало, что он сам ещё не придумал, чем меня наградить. Да и выверт из ситуации придумал только что.

— Ла-адно, — протянул я. — Так уж и быть.

Всё же я чувствовал некоторую ответственность за случившееся с Кабанчиком. Может, немного переборщил тогда, на «вышибалах»?

Да не, бред какой-то.

— Вот и отлично! — обрадовался Палыч. — Бумагами я займусь, не волнуйтесь. Всё будет готово в кратчайшие сроки, оформим как совмещение должностей с полной ставкой, конечно же! Но пока вы должны спешить!

— Спешить?

И тут Палыч нацепил такую якобы невинную лыбу, за которой точно не следовало ничего хорошего.

Но не спешил отвечать…

— Директор, так куда мне нужно спешить?

Глава 14

«Как договаривались? Ждём пятнадцать минут и идём?»

«Ага, точно! Жаль, зря переодевались».

«Сколько там ещё осталось?»

«Две минуты».

«Тогда точно минус физ-за, хех!»

Какие забавные маленькие бесята. Хотя нет, бесятами и монстрятами я называю своих Балбесов и Оболтусов. Эти пускай будут… Потом придумаю.

А Палыч тот ещё шельмец! Я и согласиться не успел, как он отправил меня на урок. Да не простой, а у второго «А» класса!

Я глотнул ещё кофе, подслушивая их разговор второго из тренерской. Помещение делилось на две части, и в одной половине царил порядок и благодать, а во второй — сущий хаос, бедлам и неразбериха.

Угадайте, какая часть досталась мне?

Ребята тем временем уже явно уверили себя, что урока не будет.

«Слушайте, может, ну их нафиг, это старьё? Это не учебники, а растопка!»

«Ага, ага! Мне хоть сегодня привезут нормальный набор».

«Нет. Имейте хоть долю чести!»

Последнее сказал Аристарх Белов, лидер класса. Вообще-то неплохой парень, если я правильно понял, но слишком уж высокомерен. С человеком ниже графского титула в одном поле ромашки собирать не станет.

Кофе почти допит, но свисток я в этом беспорядке никак не могу найти. Сёма тут вообще не убирался с того дня, как стал учителем, что ли?

«Да это ты во всём виноват! На фиг такие условия принял? Вон Самуилыч отделался обмороком, и Ставров ничего ему не сказал».

«Слышь, Грацкий! — это уже выступила сестра Аристарха, Лариса. — Пасть захлопни! Мы все подписались на спор».

«Слышь, Белова! — рявкнул в ответ тот самый Грацкий, Артём его звали. — Сама пасть захлопни! Я тебе не баронишка какой-то, чтоб так ко мне обращаться!»

Да где же этот грёбаный свисток! Физрук обязан носить свисток. Но Сёма так всё засрал, что ничего не найти.

«Эй, харэ собачиться, — внемлил Марк Игнатов, урождённый барон и, походу, тот ещё флегматик. — Тут осталась последняя минута. Можно потихоньку двигать в раздевалки».

О, нашёл! И как раз рядом с бутылкой чего-то спиртосодержащего, так что можно сразу дезинфицировать.

«Тридцать секунд… Двадцать… Десять…»

Я не спешил, но уже стоял неподалёку и еле сдерживал зловредное хихиканье.

— Пять, четыре, три, — отсчитывал сначала Марк, а затем к нему присоединились ещё несколько нетерпеливых. — Два, один…

— ФЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩ!!!

Я изо всех (ну почти) сил дунул в свисток, и тот разразился противным громким звуком, от которого даже у меня зачесалось в ухе.

— Ух, зараза какая! — вышел я из-за трибун, яростно почёсывая ушную раковину. — Вы тут не оглохли?

Второй «А» класс уставился на меня со смесью досады и непонимания в глазах.

Хотя они, конечно, догадались, что происходит. Я ж в спортивном костюме и — что важнее! — со свистком.

— Что вы тут делаете? — нахмурился Артём Грацкий.

Так, этот тупенький.

— Семён Семёныч, кхм… захворал, — ответил я, язвительно ухмыльнувшись. — Так что я какое-то время буду вести у вас занятия по физкультуре.

— Да как так-то! — воскликнул Артём.

Это был пацанчик с мелированными волосами и слишком уж чистым спортивным костюмом.

Нет, серьёзно, кто сейчас мелирует волосы!

— Вот так-то. Стройтесь в шеренгу! — велел я.

Нехотя дети начали собираться в подобие строя. Помнится, на совместном занятии с моими бесятами они проворачивали это намного быстрее.

— Итак, сегодня по расписанию подготовка к сдаче нормативов, верно? — задал я вопрос.

Честно говоря, у меня не было времени уточнить детали. Палыч сунул журнал класса, дал напутствия и отправил сразу в бой. А заметки Кабанчика отличались таким же беспорядком, как и его тренерская.

— Верно, — кивнул Аристарх. — На следующем занятии должны сдавать зачёт по троеборью.

— Подтягивания, бег на короткую дистанцию и прицельное метание гранаты, — кивнул я.

Казалось бы, зачем магам метать гранату, да? Но уж лучше пускай тренируются на кусках железа, прежде чем метать огненные шары и прочие подобные сгустки магии других стихий.

— Что ж, сначала разминка!

— Семён Семёнович проводил её… — выступила было Лариса Белова, но я её прервал.

— Семён Семёныч сейчас, хе-хе… В больнице, в общем! У нас с ним методы разные, так что разминки тоже будут разными. Но начнём с чего-нибудь лёгкого, не волнуйтесь. Сначала нужно разогреть суставы и чуть растянуться.

Я встал напротив… О, придумал! Дворяшки. Пусть будут дворяшками. До благородных аристократов им далеко, а такие бывают, между прочим.

Так вот, встал напротив них и начал показывать движения. Всё как всегда — покрутил головой, размял плечи, локти, кисти. Затем наклоны, «мельница». Чуть размяли ноги, разогрели колени. Потом лёгкое сальто назад с места…

— В смысле «как это делать»⁈ — ахнул я, когда весь класс даже не попытался повторить упражнение.

— Это сальто! — воскликнула Лариса, как будто всё этим объяснила.

— И как вы собираетесь сдавать мне троеборье, если даже элементарных вещей делать не в состоянии?

Грёбаный ж ты ёж, я видел, как несколько моих бесят провернули сальто прямо в классе, просто чтобы не попасть под раздачу разошедшихся спортиков Валикова!

— Троеборье мы сдадим, не сомневайтесь! — заявил Аристарх с вызовом.

— Правда? — хмыкнул я.

— Конечно! — присоединился Марк.

— Вообще без проблем! — выступил Грацкий.

Он с недовольством глянул на Игнатова, который высказался первым.

— Тогда, может, сразу к делу? — предложил я. — Если все сдадут, на следующем уроке я точно опоздаю на пятнадцать минут.

Ребята переглянулись и, кажется, начали догадываться, что я их специально обломал в последний момент. Ну не мог удержаться, чтобы не посмотреть на их лица!

Марк так и вовсе глядел в мою сторону, будто призрака увидел.

— Идёт, — грозно буркнула Лариса.

— Но если не получится… — продолжил я, нацепив на себя хитрющую ухмылку, — если хотя бы один из вас не сдаст мои нормативы по троеборью, вы…

— Ну? — нетерпеливо потребовал Аристарх.

Мне пришлось сделать паузу, чтобы придумать наказание, но оно пришло очень быстро:

— Вы убираете тренерскую Кабанч… кхм, Семён Семёныча!

И по сомнению в глазах детей я понял, что некоторые из них уже бывали в этом пристанище хаоса и обёрток от протеиновых батончиков.

Но всё же я правильно разгадал характер большинства дворяшек. Им не терпелось отыграться за предыдущее поражение. Хотя бы такой «лёгкой», как им казалось, победой.

— Идёт! — воскликнули Беловы хором.

— Все согласны? — спросил я класс уже серьёзным тоном. — Сдать мои нормативы должны все!

— Погодите, что значит… — нахмурился было Марк, но его прервали дружным гвалтом:

— Согласны!!!

— Хорошо, хорошо, — улыбнулся я. — Троеборье выполняется упражнением за упражнением, без перерыва. Причём каждое из них должно быть выполнено в отдельный норматив, иначе этап не засчитывается.

— Мы в курсе! — прервал меня Ярослав Колесников, черноволосый крепкий парень.

Этот был бароном и мог бы составить конкуренцию Белову за лидерство в классе, но титулом не вышел.

— Лады, — пожал я плечами.

А затем обернулся в сторону турников, пробежал взглядом по стадиону и ухмыльнулся.

— Итак, начинаем с…

— С подтягиваний! — снова не выдержал Аристарх. — Мы в курсе.

— Не. С утяжелителей.

— С утяжелителей? — пыл Белова куда-то пропал.

— Ага. Это такие штуковины. Вешаешь их на себя и…

— Я знаю, что это такое! — взвизгнул парень.

Кажется, он начинал уже выходить из себя. Надо поосторожнее, а то не выдержит тонкая аристократическая душа. А я хочу, чтобы она дотянула до следующего этапа и сохранилась достаточно, чтобы вычистить свинарник Кабанчика в тренерской.

— Сто повторений на перекладине, — начал я объяснять. — С утяжелением в десять процентов собственного веса. С ними же сразу бежите четыре километра, зачётное время — две минуты…

— Сколько⁈ — пискнул Грацкий, выпучив глаза.

— А затем, — я не обращал на него внимания, — должны вон оттуда, — рукой показал на один конец стадиона, а затем перевёл на противоположный, — поразить цель, расположенную там. Пусть это будет, хм…

Оглядел охреневшие лица учеников, и мне в голову пришла занятная мысль.

— Я!

И началось:

— Чего⁈

— Кто!

— Я не ослышался?

Пришлось заткнуть всех жутким и громким:

— ФЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩЩ!!!

Дворяшки скривились от пронзающего звука этой хреновины. Не удивлюсь, если она прямиком из какого-нибудь разлома. Даже меня немного прошибает!

— Да, вы должны будете попасть в меня. Не волнуйтесь, опасности для меня тут — никакой. Железки мне не страшны.

И всё же они сомневались. Только вот не на мой счёт, уж тут-то мотивация «достать учителя чем-то тяжёлым и не получить за это нагоняй» им пришлась по вкусу.

Вот только до меня надо ещё добросить. А до броска — ещё пройти два этапа.

— Погодите! — очнулась немного Лариса Белова. — Это не нормативы для второго курса!

— Да, точно, — нехотя кивнул Колесников. — Слишком круто.

— Нечестно! — тут же поддержал одноклассников Артём Грацкий.

— Погодите-ка, — я выставил руки. — Напомните, каков был спор?

Ребята нахмурились, но среди них нашёлся один смышлёный. Это был Марк, конечно. Он быстро учуял подставу, но я оказался быстрее.

— Мы должны выполнить его нормативы, — буркнул парень. — Спор был не на школьный регламент.

И тут до всех, наконец-то, дошло.

— Твою ж мать, — прорычал Аристарх. — Снова попались.

Ребята были злые, полные гнева и негодования. Источники полыхали, искрились, трескались, будто покрывались льдом и кружились в буре — у кого какая стихия была в наличии.

Кстати, в общем и целом, эти дворяшки развиты куда лучше моих бесят. В магическом плане уж точно, но по чистой физухе тот же Валиков мог конкурировать с самыми сильными ребятами «А»-шек.

У некоторых имелся и особый дар, но ещё не слишком развитый. Дворянские семьи вообще старались не раскрывать таких одарённых раньше времени, так что вряд ли дети показывали свои настоящие способности на людях.

— Хрен с ним, — рявкнул Ярослав. — Давайте уже с этим покончим. Где утяжелители⁈

Ух, какой уверенный в себе юноша! Даже интересно, что у него получится…

━─━────༺༻────━─━

— М-да-а… — почесал я затылок.

Ни хрена не получилось. Ни у кого вообще!

Колесников первым рвался в бой и даже кое-как осилил подтягивания, но оставил там все силы и завалил кросс. Грацкий сдулся на этапе утяжелителей, но я всё равно заставил его добраться до перекладины и сделать несколько повторений.

Девчонки… Ну, я дал им облегчённые нормативы, конечно. Но это тоже не помогло.

Лучше всех себя показали Беловы, оправдывая звание неформальных лидеров класса.

Лариса — единственная из девочек, кто осилила подтягивания, но кросс уже не бежала, а почти ползла.

А Аристарх сумел преодолеть первые два этапа, хотя и с натяжкой. Последние двадцать подтягиваний ни в одной армии бы не засчитали, а кросс он едва-едва успел пробежать вовремя.

Он оказался единственным, кто добрался до прицельного метания, но лёгонький двухкилограммовый шарик не пролетел и трети расстояния вдоль стадиона.

— М-да-а-а, — повторил я. — И как же вы собирались со мной спорить? Да у вас физуха нулевая. Чем вообще Кабанч… кхм, Семён Семёныч с вами занимался?

— Это… — тяжело дышал Аристарх. — Это нечестно! Вы нас подставили!

— Такие нормативы просто нереальны для магов нашего уровня! — поддержала его сестра.

— А для меня в вашем возрасте это была разминка, — почесал я затылок. — Ну правда! Хотя, наверное, я слишком многого прошу от кучки подростков. Переоценил вас, ничего не скажешь.

Моё замечание вызвало бурю негодования у каждого из «А»-шек, но сил, чтобы высказать его, ни у кого не осталось.

— Тем не менее, — продолжил я, — спор есть спор. Так что оставшееся время постарайтесь отдохнуть и набраться сил. Я вам даже помогу перетащить утяжелители на склад. А затем все дружно после уроков собираемся в тренерской. Вас ждёт настоящий подвиг!

Я нахмурился, призадумался. И высказал мысли вслух:

— Кажется, нечто подобное слышал в каком-то мифе. Там парень то ли конюшни чистил, то ли свинарник. Но думаю, этот случай ближе ко второму варианту.

— Хорошо, — прорычал Ярослав Колесников. — После уроков мы будем у вас.

В его глазах сверкнула ненависть, а лёгкая ухмылка выдала какой-то замысел.

Ох, ребятки, не того вы хотите подловить. Против меня даже бесята не сдюжили, между прочим.

Может, в управлении магией они и уступают многим сокурсникам, но в смекалке вам до них ещё ой как далеко!

━─━────༺༻────━─━

Не знаю, что там задумали «А»-шки, но я решил им подыграть и после уроков оставил наедине с тренерской. Пусть оторвутся, главное, чтобы убрали тамошние завалы.

Сам же отправился в больничный корпус. Меня ждало куда более интересное и важное занятие.

— Сергей Викторович, а вы пунктуальны! — удивилась Марина.

— Где парни? — перешёл я сразу к делу.

— Уже в испытательном секторе, — она слегка смутилась.

Да, в больнице есть испытательный сектор. И что тут такого? Хотя с учётом одного Сани я бы сделал противомагический бункер на всякий случай. Чую, этот шкет ещё наведёт шороху.

Мы зашли в лифт, и Марина нажала на минус третий этаж.

— Значит, я прав? Артур из «поздних»?

— Да, — посмурнела лекарка. — И мой первый из них. После него я и начала некоторые… исследования.

— Исследования?

— Скоро сами всё увидите.

Из лифта мы попали в низкий коридор, обшитый металлом, за которым находились толстые стены. Испытательный сектор больше походил на туннели каких-нибудь гномов, если бы те дожили до нынешнего века и освоили промышленное строительство.

— У вас тут… атмосферно… — мне не сразу удалось подобрать слова.

— Спасибо, — серьёзно кивнула Марина. — Я соорудила это место как бункер для тех, кого настигло позднее пробуждение. Антон должен был провести свою инициацию здесь, но… — она кинула на меня быстрый взгляд, — … не пригодилось.

— А теперь вы решили изучить его. Полагаю, для дальнейшего наблюдения здесь тоже всё имеется?

Лекарка кивнула и приложила к панели перед закрытой дверью свою руку. Прозвенел сигнал, и тяжёлые створки раздвинулись.

— С Артуром я не успела ничего сделать, и мальчик лишился большинства своих способностей. Что произошло с Антоном — для меня до сих пор загадка.

Мы остановились перед очередной дверью, и Марина уставилась на меня с вопросом во взгляде.

— Дыхательные практики, — отбрехался я. — Ну и ещё пара всяких приёмчиков.

— Поняла, — буркнула лекарка, открывая проход.

И мы вышли в более просторное помещение. Потолки всё ещё оставались низкими, их поддерживали восьмигранные колонны, каждая полметра толщиной. А в одном из углов располагалась медицинская станция с двумя койками. На них уже лежали по пояс голые Антон и Артур.

— Палыч в курсе про эти катакомбы? — оглядывался я.

— Да.

— И откуда ж в академии столько денег… Может, мне стоит просить прибавку?

— Испытательный сектор финансировали… — Марина замялась, — … другие источники. В любом случае, это не ваше дело, Сергей Викторович.

В этом я сомневался, но пока что настаивать не стал.

— Эй, бандиты! — махнул я парням. — Как самочувствие?

Антон с Артуром едва не подскочили, но Марина окликнула их, чтобы лежали спокойно.

— Обследование ещё не закончено, — пояснила она. — Нельзя прерывать процесс, иначе мы тут застрянем ещё на пару часов.

— Лежите смирно! — воскликнул я. — И чтоб не двигались! Даже моргать нельзя, поняли?

Сделал это специально наигранно, и парни заулыбались. Даже Марина хмыкнула, хотя постаралась скрыть улыбку. Я же тем временем сканировал обоих «пациентов».

Источник Антона был нестабильным и каким-то бесформенным. Теперь, когда магия должна была улечься, я ожидал увидеть очертания её будущей формы, но все вышло наоборот.

— Что-то не так? — Марина заметила мой сосредоточенный вид.

— Пока не знаю. Надеюсь, ваше обследование что-то покажет.

Артур, естественно, не изменился с нашей последней встречи. Его Источник иссечён, но каналы слишком крупные из-за деформации, которой подверглись во время пробуждения, и отчасти атрофированы, потому что по ним не протекает достаточно энергии. Будет не так уж просто восстановить всё.

Но возможно.

Интересно получается, на самом деле. Один с излишками магии, которые никак не хотят прийти в порядок, а другой лишён большей части своих сил.

И у обоих проблемы с контролем магии, только по противоположным причинам.

Через пятнадцать минут обследование закончилось, и мы с Мариной уселись за компьютеры изучать результаты.

Она всё это время пыталась понять, что я делаю, но со стороны я просто наблюдал за пацанами. Собственно, так оно и было. В данном случае лучше повременить с манипуляциями, пока не будет ясна полная картина.

Антон с Артуром наконец-то встали с коек и с наслаждением размялись.

— Что нам дальше делать? — спросил Свиридов.

— Вы подготовили, что я просил? — обратился я к Марине.

— Да, конечно.

Мы напялили на парней облегающие костюмы, напичканные самыми разными датчиками, но это не моя просьба, а инициатива лекарки. Я же просил просто достать детский мяч для «вышибал». Да, такой существовал, но мне было лень его искать, поэтому я напряг лекарку.

— Берите эту хреновину и бросайте друг другу, — наказал я. — Только не пытайтесь напитать её магией. Что сама заберёт, то пусть и будет.

Парни оказались в замешательстве, но пошли исполнять всё, как было сказано.

Отлично, теперь Марина пытается разгадать, зачем им мячи, а сами шкеты не лезут с лишними вопросам. И никто не мешает мне изучать результаты обследований.

Я, конечно, не медик, но по долгу службы научился расшифровывать засекреченные данные. Пару раз даже ошарашил аптекаря, когда помог ему прочитать название лекарства из рецепта.

Вот и сейчас. ЭХО, общая кардиограмма, гормоны, кровь, витамины, масса мышц, состояние связок, костей и суставов. Короче, я погрузился в изучение внутреннего мира Антона с Артуром, а Марина смотрела данные параллельно со мной и иногда помогала понять некоторые показатели.

И если в самом начале ситуация Артура казалась куда более плачевной, то в итоге мы пришли чуть ли не к противоположному выводу.

— Спасибо, на сегодня хватит, — обратился я к парням.

— А? — удивился Антон.

Им не удавалось не напитывать мяч магией. Из Антона выплёскивалась неконтролируемая энергия, а Артур просто не мог контролировать слабые потоки закостенелыми каналами. В итоге мяч уже держался из последних сил, а урона пацаны не получили только из-за возрастного ограничения этой, по сути, игрушки.

Будь у них в руках хотя бы мяч академии, синяков было не избежать.

— На сегодня хватит, — взволнованным голосом повторила за мной Марина. — Спасибо, ребята, мы вам сообщим о следующем сеансе.

Надурить их не удалось, но парни промолчали и покинули сектор. Мы же с Мариной остались наедине.

Артур — с ним всё одновременно просто и сложно.

Просто в том плане, что я уже знаю, как ему помочь. Сложно в том плане, что это будет… сложно. Особенно для пацана, потому что ему придётся превозмогать сквозь боль, пот и слёзы.

А вот Антон…

— У него нет дара, — заключила Марина. — Ни одна из стихий не проявилась.

И была права. Но она не в курсе про непонятную сущность, спрятанную в Источнике парня.

Вот только я и сам до сих пор понятия не имею, что это такое на самом деле. А потому нужно заставить эту сущность вырваться наружу и узнать наверняка!

Глава 15

— Тоха, Тоха, Тоха… — говорил я про себя, смотря на Антона.

Я был озадачен. Не скажу, что через день сталкивался с поздним пробуждением, поэтому Источник Антона оставался для меня загадкой. Настоящей головоломкой, которую предстояло разгадать.

Ожидалось, что после моих стараний магическая система парня придёт в равновесие, но уже на занятиях днём Источник начинал буянить. Сам Антон этого не замечал, но я-то видел.

А это означало, что медлить нельзя… Нужно разобраться в ближайшее время, пока не случилось непоправимое… В лучшем случае неконтролируемый всплеск магии разнесёт аудиторию, а в худшем — может пострадать кто-то из детей.

В испытательном центре пришлось рискнуть и позволить ему играть с мячом, но перед уходом я поправил ситуацию и даже закупорил несколько узлов, которые распыляли Источник. На какое-то время это обезопасит парня и позволит мне подготовить всё необходимое для одной моей задумки.

Рискованной задумки, если честно.

Артуром я займусь уже скоро, но у него главная проблема даже не в состоянии Источника. Он сам слишком слаб духом, голова полна страхов и неуверенности. Источник мало того что усечён, так ещё и подвержен влиянию нервозности и постоянной тревоге.

Ему сначала нужно успокоиться, поверить в себя. Иначе мои тренировки не окажут должного влияния. И вряд ли он вдруг сам переменится. Чудес не бывает, их приходится устраивать самому.

Размышляя обо всём этом, я и не заметил, как достиг леса. Это был участок парка с протоптанными, а не выложенными плиткой дорожками. Без фонарей, но с густыми зарослями хвойных деревьев.

Лес разделяла дорога, ведущая от академии до жилого городка, но я предпочитал ходить тропами. Здесь было спокойно, умиротворённо и тихо. Так тихо, что слух улавливал даже мельчайший хруст упавшей веточки, попавшей под лапу белк…

ХРЯСТЬ!!!

— А-а-а-а-а-а!!!

Тишину резко нарушил шум магического выброса, треск гнущихся деревьев, ломающихся веток и лопнувшего ствола.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Ах да, ещё крик одного маленького засранца с огроменным таким шилом прямо в его проказной зад…

— Помогите! Помогите кто-нибудь!

— Саня, твою мать! — рыкнул я.

Напитал магией ноги и в миг оказался в роще, перевёрнутой вверх тормашками. Вырванные листья взметнулись вихрем, вызванным магией. А Саня болтался в воздухе из стороны в сторону, каждую мать его секунду рискуя врезаться в дерево, напороться на ветку или вообще улететь ко всем чертям куда подальше.

Я погасил вихрь, схватил шкета за шкирку и поднял перед собой, чтобы посмотреть в эти большие и полные невинности наглые глазёнки.

— Ты что, охренел? — прорычал я спокойным угрожающим голосом.

— С-Сергей В-викторович! — Саня сделал широкую лыбу, обнажив зубы. — К-как я рад в-вас в-видеть! А ч-что вы здесь д-делаете?

— В очередной раз спасаю твой тощий зад, как видится. А вот ты что здесь делаешь?

Хотя ответ мне и не требовался. Всё было ясным как сегодняшний день.

— Ну я ж неплохо освоил магию ветра, — малец перестал заикаться. — Вот и решил попробовать кое-что.

— Обуздать заклинание третьего ранга? — догадался я.

— Ага…

Вообще-то это имело смысл. Саня очень хорош в заклинаниях, раз уж сумел подпалить огневика Адамыча огненным же заклинанием. Но это вряд ли бы сработало, не используй он заклинание первого ранга. Такие игрушки способны разве что костёр разжечь побыстрее.

Пацан едва достиг в развитии Источника хотя бы первого ранга, но уже умудрялся устраивать такие ловушки. Талант налицо! Но мне следовало его приструнить.

— Дурень! Увижу тебя ещё раз с чем-то подобным, будешь дальше осваивать магию без моей помощи! — на его лице отобразился настоящий испуг. — Я не собираюсь тратить время, если ты упрямо решил свернуть себе голову!

— Нет-нет, я не решил! — воскликнул Саня. — Ничего такого, Сергей Викторович, обещаю!

Саню я отпустил, но понял, что с этими грёбаными заклинаниями уже тянуть нельзя. Кто-то толкает ученикам опасные игрушки, и в этот раз всё действительно могло закончиться плачевно.

Допрашивать мальца тоже не стал. Не хотелось ставить его в такое положение, где требуется выдавать кого-то. В деле мог быть замешан его друг или соученик — наверняка такой же безмозглый засранец. Скорее всего, Саня бы выложил мне всё, но потом его долго терзала бы совесть.

Так что я свернул с тропинки и снова направился в сторону академии. Выведывать информацию у того человека, который давно должен был вмешаться в ситуацию.

━─━────༺༻────━─━

Вообще-то рабочий день закончился, уроки уже все позади, а ученики разбежались балагурить и кутить. Ну почти все. Некоторые либо сильно отставали, либо, наоборот, так гнали вперёд, что не могли нажраться гранита науки, и потому проводили вечера в стенах академии.

Они-то ладно. Но что здесь делали сами преподаватели?

Вот чему я больше всего удивляюсь, так их самоотверженности. Потому что сидеть часами, чтобы впихнуть в эти тёмные головы хотя бы немного здравого смысла и ещё чего-нибудь полезного, может только человек, который горит своим делом.

Лена была именно из таких, поэтому сейчас проводила внеурочные занятия с группой отстающих головастиков. И я как раз направлялся к ней, но вдруг заметил знакомую физиономию.

Дениска Островский зачем-то следовал в корпус, где располагался кабинет Венедикта Бледная Рожа. Если мне не изменяет память, а она не изменяет, никаких проблем с информатикой у этого балбеса не имеется. А Бледная Рожа точно не подходит под описание самоотверженных учителей.

Так что как ответственный классный руководитель я посчитал своим долгом проследить за безопасностью ученика.

С крыши администрации напротив.

Итак, кхм, кхм…

Мрачный кабинет информатики освещался тусклым голубоватым светом экранов, почему-то включенных, хотя за компьютерами сейчас никто не работал.

Бледный мужчина с сальными волосами, собранными в конский хвост, сидел за учительским столом и клацал пальцами по клавиатуре. Наверное, освоил десятипальцевый метод в совершенстве, потому что иначе с такой скоростью можно выдавать только набор бессвязных букв.

Взять пару уроков, что ли…

Вдруг постучали в дверь. Скрипучая створка отворилась, и в кабинет вошёл долговязый черноволосый парнишка.

«Венедикт Давидович, вы звали?» — сразу спросил он.

«Да, Денис, проходи».

Голос учителя звучал зловеще. Словно змей окутывал он мальчишку, явно пытаясь запятнать невинную душу своими тёмными делишками.

«Ты выполнил всё, что я просил?» — прошипел Венедикт.

«Да… — парень опустил взгляд и замялся. — Но они не слишком мне доверяют».

«Ничего страшного. Главное, что мы выяснили его слабость. Если всё пройдёт хорошо, твою просьбу рассмотрит руководство академии. Так что постарайся не оплошать, Денис».

«Я не подведу!» — тут же воскликнул малец.

Что же он такого возжелал, что решил искать это в подобном месте? Какие превратности судьбы терзают юношу?

«Я в тебя верю, Денис. Итак, мы знаем его слабость. А теперь знаем и время, когда ударим по ней. Скоро всё будет готово для удара, тебе нужно только привести в действие цепочку событий».

Лицо Венедикта тронула едва заметная хищная улыбка, а Денис едва не оскалился в предвкушении. Яд Змия уже глубоко пробрался в разум парнишки.

Хм, как по мне — неплохо! Может, написать книгу?

Тогда точно надо научиться клацать по клавишам, как Бледная Рожа. Не хочу часами сидеть на одном месте.

Денис с Венедиктом обговорили дело. И пока они убеждались в непременном успехе мероприятия, я кое-как сдерживался, чтобы не засмеяться.

А ещё думал, почему та щель в жалюзи до сих пор осталась нетронутой. Второй раз через неё подглядываю.

Через несколько минут Островский ушёл, а я взглянул на часы и уловил голоса из кабинета Лены:

«Перерыв пятнадцать минут, дети, — устало объявила девушка. — Отдохните, но не сидите в телефонах! А то будет сложно сосредоточиться».

Затем Лена вышла из кабинета, я направился в коридор, по которому она шагала, а дети достали телефоны.

━─━────༺༻────━─━

— Привет! — улыбнулся я.

— Сергей? — Лена остановилась и с прищуром уставилась на меня.

— Что такое? Я пропустил какое-то пятно? — я демонстративно осмотрел себя.

Вроде ничего такого. Рубашка чистая, брюки тоже. На пиджаке паучок, но он уже здесь приземлился, не буду ему мешать.

— Нет, — «учительским» тоном произнесла девушка. — Ты сидишь на подоконнике!

— Так я вошёл через окно!

Лена была обескуражена тяжестью моего аргумента и не нашлась с ответом. Но я спрыгнул с подоконника и захлопнул створку. А то на четвёртом этаже поддувает.

— Я к тебе по серьёзному делу, — тон мой тоже стал серьёзным, поэтому девушка собралась с мыслями.

— Что-то случилось?

— Случилось. Расскажи всё, что тебе известно по поводу подпольного рынка заклинаний.

Лена остановилась и взглянула на меня со смесью испуга и растерянности в глазах. Затем резко отвернулась и зашагала прочь, слишком уж рьяно бросив через плечо:

— Я ничего не знаю!

— Лена, — я вдруг оказался прямо перед ней, и девушка едва не врезалась мне в грудь.

— Как ты…

— Ситуация вышла из-под контроля. Я только что застал Савельева с заклинанием третьего ранга.

Теперь беспокойство на лице Лены сменилось на ужас.

— И он едва не свернул себе шею, — продолжил я. — Повезло, что я оказался рядом.

Теперь вместо ужаса повисла холодная ярость.

— Хорошо, — тихо сказала Лена. — Я расскажу тебе. Видимо, всё зашло слишком далеко.

━─━────༺༻────━─━

Инга сидела за своим рабочим местом в почти пустой библиотеке. Неподалёку в чтиво уткнулись несколько пацанов, которые то и дело косились в сторону провокационного выреза на её груди.

Один из них — кажется, я его видел в прошлый раз — всё также сидел с перевёрнутой вверх тормашками энциклопедией. Может, он реально так читает, а я просто наговариваю на него? Хм, нет… Взгляд парня устремился к груди Инги, как и у всех. Эх, так даже неинтересно!

— Привет, — я облокотился на стену возле девушки.

— Сергей? — она одарила меня томной улыбкой.

Парни теперь уже нисколько не стеснялись и пялились в нашу сторону, когда я ответил такой же улыбкой, а затем наклонился и кое-что прошептал ей.

Затем Инга вздрогнула, прикусила губу и не сводила с меня глаз, пока я снова отклонился к стене.

— Библиотека закрыта! — хрипловатым голосом бросила она ребятам. — Все вон!

Парни переглянулись, но не сдвинулись с места, ошеломлённые происходящим.

— Парни, потом дочитаете, — кивнул я. — Идите отсюда.

На этот раз они послушались и нехотя покинули библиотеку.

«Ты сейчас понял, что это было?» — прошептал уже снаружи один из них.

«Ага!.. А, в смысле? Что это было?» — спросил второй.

«Ой, дура-ак…» — третий хлопнул себя по лбу.

«Да они же там!..» — воскликнул было четвёртый, но пятый закрыл ему рот.

«Дурак! — шикнул он. — На хрена кричать⁈»

Кажется, они подумали что-то не то. Надеюсь, мне это потом не аукнется.

— Что тебе от меня надо? — огрызнулась Инга, как только мы остались наедине.

Жгучая брюнетка, одновременно такая притягательная и недосягаемая. На школьников и прочих учителей, видимо, действовало безотказно. Вот только сейчас от неё разило морозным холодом.

— Сворачивай лавку, — со сталью в голосе предупредил я. — Или мне придётся…

— Что⁈ — вдруг разразилась девушка. — Сдашь меня директору? Или этому хлыщу в парике, а? Кстати, ты сам откуда узнал⁈

Я предполагал нечто подобное, но Инга слишком уж быстро начала изливаться яростью и желчью. Поэтому перебивать её или пытаться перекричать было бессмысленно, и я просто стоял, прислонившись к стене, пока она выговаривалась.

Иногда стоит просто выждать, и собеседник всё выложит про себя сам.

— Ах, знаю! — осенило Ингу. — Ленка! Вот стерва! Всё никак мне это треклятое платье простить не может. Да я тут при чём⁈ Эти маленькие монстры способны даже невинное заклинание обратить в хаос!

Лена знала про торговлю заклинаниями. Инга занялась этим около трёх лет назад, и в один день всё вылилось в неудачную шутку одного из учеников, во время которой на Лене вспыхнуло платье прямо на общеакадемической церемонии.

Хорошо хоть сорванцу не удалось использовать всю силу заклинания, да и было оно только первого ранга. Что-то вроде хлопушки-пугача. Поэтому платье сгорело не полностью, но всё равно доставило бедняжке кучу неудобств.

— Это был мой первый год! — выпалила мне Лена. — Первые дети! Я хотела увольняться из академии!

Инга с Леной раньше были подругами, и про небольшой по тем временам «бизнес» Лена знала. Но всё равно не стала выдавать Ингу, хоть и затаила на неё глубокую обиду. Пока ситуация не вышла из-под контроля.

— … или ты думаешь, я от счастливой жизни этим занимаюсь⁈ — Инга выплюнула последние слова и замолчала.

Она уставилась на меня своими ведьминскими зелёными глазами, её грудь тяжело вздымалась. Перед последней фразой был поток каких-то слов, но смысла в них ни на грош — только стенания и жалобы на судьбу без особой конкретики.

Она до сих пор, даже в таком состоянии, подбирала слова.

— Мне плевать, — холодным тоном ответил я.

Я будто окатил её холодной водой, и девушка отпрянула. Наконец-то она осознала, в какой ситуации оказалась, а ярость сменился ужасом.

Но теперь уже во мне забурлила ярость, и я позволил ей немного вырваться наружу.

— Твои махинации чуть не привели к катастрофе. Не знаю, чем ты думала, когда продавала такое мощное заклинание пацану, не достигшему даже первого ранга. Но мне плевать.

— Ч-что? — ахнула Инга. — Сергей, я…

— Это дети, — во мне вскипала ярость, но разум оставался холодным. — Они считают себя бессмертными и готовы бросаться в любую авантюру, чтобы проявить себя, доказать другим дуракам, какие они дураки.

Перед глазами вспыхивали картины воспоминаний из прошлой жизни. Мир Хаоса был беспощаден, и самыми уязвимыми оставались дети.

Те, кому доводилось дожить до взрослых лет, были либо удачливыми, либо осторожными. Остальные погибали от болезней, от лап монстров. Или во время таких вот вылазок «храбрости», когда юноши только-только обретали силу, уверовали в свою неуязвимость и решали, что им никакой монстр ни по чём.

— Они болваны. Дураки! Они не верят, что с ними что-то может случиться.

Инга пятилась с каждым моим словом, а я наступал. Было непросто унять ярость, и она всё же иногда вырывалась в голосе.

— Я знаю, что у них в черепушках хлебушек вместо инстинкта самосохранения, и готов их оберегать. Но ты — взрослый человек! Тебе подобное непростительно.

Инга наткнулась на стул и плюхнулась на него. Губы её дрожали, а на глазах выступили слёзы.

— Ты больше не будешь продавать заклинания, — отрезал я. — Или же я растормошу всю твою библиотеку. Если потребуется — дом. Все нычки и схроны… Я не сдам тебя ни директору, ни завучу, Инга, но тебе самой захочется явиться с повинной.

Она не ответила. Не могла или не знала, что можно ответить — мне было уже всё равно.

Я развернулся и ушёл. Слишком уж был зол, и эту злость следовало куда-то выплеснуть.

━─━────༺༻────━─━

— Р-р-ра!!! — поток чистой магии столбом взметнулся к небу, высвобождая сокрушительную мощь.

Но он был таким концентрированным и направленным, что не вызвал даже дуновения ветра, и со стороны казалось, что я просто сделал широкий апперкот в никуда.

— Х-а!!! — магия хлыстом, наискось прошла сквозь ствол иссохшего дерева неподалёку вместе с боковым ударом ногой.

Дерево сначала не шелохнулось, но затем плавно съехало по линии разреза, и голая крона рухнула на землю, спугнув белку.

Мелкая животинка вскарабкалась на сосну рядом и снова уставилась на меня с жутким интересом.

Этим приёмам меня научил друг. Тот самый, из-за которого я оказался в академии. И почему-то мне теперь казалось, что он именно этого и хотел.

В мире Хаоса не было проблем с излишками энергии или вопросом, куда выплеснуть накопившуюся злость.

Вообще-то я обычно спокойный и стараюсь относиться ко всему с иронией, но некоторые вещи до сих пор способны вывести меня из себя. Вот для таких случаев друг и показал комплекс упражнений, с помощью которого я могу стабилизировать эмоции и привести их в гармонию с Источником.

В мире Хаоса я бы просто пошёл и завалил какого-нибудь монстра. Ну или он бы завалил меня.

Но в последний мой день в мире Хаоса мы завалили друг друга.

Я был зол, полон ярости и бурлящей внутри силы. Я вёл горстку выживших в одно из немногих безопасных мест, но нас настиг самый могущественный из всех монстров, что только заселяли наши бренные земли.

Дракон Хаоса.

То был посланник Конца. Чудовище, способное превратить горы в равнины, а пышущие жизнью леса — в пустоши. Я был зол, за моей спиной прятались полные ужаса люди, женщины и дети — призрачная надежда на будущее родного мира, который погибал в пучинах Хаоса.

Я сразился с Драконом. Битва была страшной и невероятно тяжёлой, но мне пришлось выдержать натиск. А в тот миг, когда удалось поразить его сердце, закончилась и моя прежняя жизнь.

Очнулся уже рыдающим, голым и беззащитным младенцем в мире, который не научился ценить самого себя.

— Фух-х… — вдохнул я, потянувшись руками кверху и встав на мыски. — Фах-х!!! — резко выдохнул и опустился. — Вот теперь хорошо!

Я выбрал поляну вдалеке от академии. Благо с природой тут всё было отлично, ведь сама академия находилась на границе со сплошным лесом на сотни километров к югу.

Белка поняла, что представление закончилось, и потому куда-то смоталась. А я стряхнул пот выбросом магии, снова заблагоухал, а затем накинул на себя рубашку с пиджаком и обулся. Пора возвращаться.

Большую часть обратного пути пролетел, но ближе к академии приземлился, чтобы не вызывать лишних вопросов. Я хоть и кошу под мага воздуха, но всё равно такой уровень владения стихией указывает на высокий ранг.

Да и ученики стопудово захотят научиться. Особенно Саня. Этот не отстанет, если увидит нечто подобное.

Но как только я подошёл к границам жилого городка, телефон уловил связь и отозвался из кармана булькающими уведомлениями о пропущенных вызовах.

— Веня? — удивился я.

Бледная Рожа всё-таки слишком длинная кликуха даже для разговоров с самим собой, так что я решил называть его Веней.

Или Веник? Кажется, я где-то такое уже слышал…

— Алло? — я набрал ему. — Вень… кхм, Венедикт Давидович, вы мне звонили. Что-то случилось?

— Да, Сергей Викторович, — его голос звучал странновато. — Это насчёт нашего проекта по цифровизации. Мне требуется ваша помощь.

А вот и хорошие новости!

— Скоро буду.

━─━────༺༻────━─━

А Веня действительно постарался. Честно говоря, я и не ожидал от него такой прыти, но он будто и не тратил время на интриги против меня.

Он успел расписать целый проект, рассчитать количество точек подключения, длину локальной сети, выбрать точки беспроводной связи, чтобы покрывать территорию всей академии… И это только из того, что я запомнил из безостановочной речи этого сбитого хакера!

Короче, работа проделана огромная, оставалось только воплотить всё в жизнь. Первым этапом было решено пролить свет цивилизации на три учебных корпуса. В качестве теста, можно сказать.

А для этого нам нужны рабочие руки.

— Ребят для программной настройки я найду, — сообщил Веня, когда мы встретились в его сумрачном кабинете. — И на местах проведём подключение. Тут нельзя полагаться на всякого с правильной анатомией, нужны и мозги правильной конфигурации.

Даже сервер, по его словам, способен выдержать необходимую тестовую нагрузку. Так что нас от цели отделяли лишь вес и количество оборудования, которое требовалось перенести со склада в те самые корпуса. Ну ещё провода нужно протянуть, но это тоже взял на себя Веня. А все разрешения директор подписал не глядя, не успел я даже договорить суть дела.

— Будут тебе анатомически верные рабочие руки! — заверил я Веню.

А затем отправился прямиком в тренерскую, где до сих пор разгребали Сёмины завалы ученики второго «А»-класса.

И я как раз подоспел вовремя, потому что вместе с ними почему-то оказался Аркаша.

— Сергей Викторович! — начал он с наезда. — Как это понимать⁈ Мои ученики убирают ваш беспорядок!

— Так ты всё верно понимаешь, — хмыкнул я. — Зачем спрашиваешь?

Аркаша захлопал глазами, а со стороны учеников раздались короткие смешки.

Конечно, эти дворяшки не просто так согласились исполнить свою часть спора. Мне хватило беглого осмотра, чтобы найти с десяток спрятанных заклинаний. Довольно дилетантски, надо отметить.

Им бы у Сани поучиться, что ли…

Хотя не надо. Мне-то ладно, но академия такого может не пережить.

— С-сергей Викторович! — снова хотел что-то высказать мне Аркаша, но не успел.

Я аккуратно обхватил его шею, словно обнял братишку, наклонился и шепнул на ухо:

— Самуилыч, а ты не забыл про должок?

— Должок? — рявкнул он, но быстро понял, о чём речь, и нервно сглотнул.

— Вспомнил, смотрю. А вот я не забывал. Хочешь расплатиться и остаться с целым задом?

Аркаша закивал.

— Тогда поддержи меня и делай всё, как скажу.

Мы оба развернулись, Аркаша приосанился и с деловитым видом поправил жакет.

— Господа, мы тут переговорили… — начал он. — Думаю, Сергей Викторович прав. Благородный человек не должен нарушать своего слова.

— Но всё же есть методы облегчить себе жизнь! — воскликнул я. — Даже если это слово висит камнем на шее.

Самуилыч с удивлением уставился на меня. Впрочем, как и дворяшки.

— О чём вы? — выступил Аристарх.

— Учебники, — улыбнулся я. — Вы же не хотите до конца триместра мучиться с этой макулатурой?

Никто не ответил, но этого и не требовалось. Всё читалось во взглядах.

— К сожалению, в нынешнем положении дел вам придётся продолжать пытки… — я сделал пару шагов вперёд, опасно приблизившись к одной из ловушек, которую они устроили в напольной доске. — Но можно изменить это самое положение.

— Как? — Лариса шагнула в сторону, обращая на себя внимания.

Это чтобы я не наступил на ловушку раньше времени и отошёл подальше.

Смышлёная.

— Вы должны использовать учебники, которые достались по итогам игры, — я решил подыграть и шагнул следом за Беловой. На лицах дворяшек мелькнуло облегчение. — Но что если вам вообще не придётся использовать учебники? В обычном виде, по крайней мере.

— Как⁈ — воскликнул Артём.

Он прямо-таки ухватился за возможность избавить себя от лишних проблем. Посмотрим, хватит ли у него силёнок.

— Мы с Венедиктом Давидовичем разрабатываем проект по цифровизации академии. В том числе предполагается оцифровать все учебники и перевести обучение в экспериментальную учебную среду. Вам не понадобятся книги, потому что они превратятся в пиксели и будут доступны в отличном качестве в любое время в любом месте.

— Что для этого нужно сделать⁈ — вырвался вперёд Артём.

Он так воспылал, что позабыл про ловушки и помчался прямо к той, что скрывалась в полу. Несколько ребят попытались его остановить, но быстро поняли, что не успеют, и со смешными гримасами наблюдали, как парень наступает на собственный капкан.

Но затем гримасы сменились удивлением, когда заклинание не сработало.

— Деньги? Связи? Что угодно! Только скажите! — восклицал Грацкий.

Как заставить любого человека сделать то, что тебе надо? Убедить его, что это больше всего нужно ему самому.

ПАХ!

Ловушка хлопнула, когда Вениамин Баснер, тощий черноволосый мальчишка, решил проверить, почему она не сработала на Артёме. Парень весь покрылся мелкой щепой и трухой, в которую превратилась половая доска, и удивлённо захлопал глазами. К тому же я позаботился, чтобы взрывом не задело остальных, и все «осколки» осели на нём.

— Всё куда проще, пацан, — ухмыльнулся я Грацкому. — Всё намного проще.

Глава 16

— Не, ну вы видели? Видели⁈ — кричал Боря Юдин. — Меня чуть не сбили! Я даже… А-а-а-!!!

Огненный шар, годный разве что подпалить немного волос, пронёсся мимо него, в руках у которого была новенькая портативная камера.

И теперь падал с баррикады, потому что безмозглый ид!… кхм, совсем забыл про технику безопасности.

— Юдин! — гаркнул я. — Я тебе сейчас твою игрушку в одно место запихаю! Хватит хернёй страдать!

Оболтусы почти две недели посещали дополнительные занятия, на которых я незаметно устранял хронические «болячки» их Источников и магических путей, а также наставлял на правильное дальнейшее развитие.

Это были тяжёлые дни, полные рутинных лекций, повторений, наблюдений и желания надрать пару непоседливых жоп. Но вот сегодня настало время проверить, чему Оболтусы научились.

Однако один из них начал меня удивлять особенно. И я даже не понимаю, как к этому относиться…

— Юдин! — снова окликнул я мальца. — Два раза повторять не буду!

Боря подскочил, скривившись от боли, сунул камеру в карман и снова прыгнул на деревянную баррикаду, в последний момент увернувшись от заряженного магией мяча.

— Бегите! Бегите, глупцы! Ха-ха-ха!!! — кричал вслед Оболтусам Петя Валиков.

Он и остальные Балбесы засели на вышках и обстреливали Оболтусов, которым поставлена задача избегать попаданий и добраться до безопасной зоны за границами полигона. В кого попадут три раза, перейдёт в разряд «раненых».

Причём вполне допускалось делать это одновременно, поэтому Балбесы сговаривались заранее и залпом выбивали Оболтусов одного за другим.

Условием успешного прохождения этапа для последних было достижение безопасной зоны всеми участниками группы, так что теперь на одного из таких стало больше.

Первым выбили Арсения. Петя Валиков со своими крепышами специально загасили бывшего товарища в отместку за то, что он переметнулся к Оболтусам. Затем под раздачу попала Катя Мельникова, рыжеволосая девчушка невысокого роста и довольно проворная. За ней устроили настоящую охоту и сбили с ног почти у самой границы безопасной зоны.

А вот Боря оказался удачливым. Даже слишком! Он уже раз десять едва не попал под раздачу, и я до сего времени молчал, потому что надеялся: его накажет сама судьба. Бегать по полигону и снимать какое-то грёбаное видео!

Но он каждый раз чудом избегал жиденьких огненных шаров, снежков, низковольтных разрядов молнии или детских мячей для «вышибал», которыми пользовались те из Балбесов, кто ещё не освоил простейшие стихийные техники.

Удобная штука, эти мячи. Столько полезных применений можно придумать с ними!

Боря умудрялся избегать снарядов и даже ни разу не уронил свою новую камеру. Мне подсказали, что он решил заделаться блогером и теперь снимал всё, что происходило вокруг.

— Камера передаёт записи сразу в телефон! — с каким-то странным энтузиазмом поведал мне Саня пару дней назад. — В его профиле уже куча всякой всячины. Хорошо хоть из ванной видосы не постит!

Сейчас Боря снова достал камеру, когда перебрался-таки через баррикаду и укрылся в убежище по пути к безопасной зоне.

А вот Полине не повезло. Ей зарядили сразу три снаряда — в ноги, сбив на землю, в спину и плечо.

— Сабурова! — воскликнул я. — Ты ранена!

Но раненых на полигоне оставаться не должно, поэтому Тихомир и Анжела, которые уже переводили дух в безопасной зоне, готовили вылазку.

Помогал им Саня, который носился по полигону, словно умалишённый, и до сих пор, подобно Боре, не словил ни одного попадания.

Он отвлекал Балбесов, мешал обзору, прыгая на воздушной подушке и пуская дым — одна из первых техник стихии огня, которую мы разучили. Так что теперь укрытия заволокло серой пеленой, а ветер гнал её в сторону вышек со стрелками, чтобы те начали кашлять.

Ну, это я так понял замысел Сани. Только вот он не учёл, что дым тяжелее воздуха, поэтому он осел у подножия вышек, прикрытие развеялось, а сам шкет получил первый снежный снаряд прямо в ощеренную харю.

Вот он кажется смышлёным, иногда даже поражаешься уму и сообразительности. Но как отморозит какую-то глупость, так хоть разбей лицо ладонью.

— Савельев! — рыкнул на него Антон. — Верни завесу, идиот!

Свиридов ещё держался. Он уже дважды словил снаряд. В первый раз от Островского — током, почти в самом начале. А во второй раз один из крепышей Валикова, длиннорукий Женя Михеев, закинул кручёный мяч прямо под дых. Поэтому следующее попадание грозило «ранением», а Антон этого явно не желал.

Он только-только получил магические силы и с неутолимой жаждой использовал их, впитывал каждую крупицу опыта, чтобы нагнать сверстников, которые уже почти год осваивают свой дар. А я помогал ему это делать и тщательно фиксировал результаты. Скоро они очень пригодятся.

Оболтусы начали действовать.

Сейчас на полигоне осталось пятеро раненых. Дальше всех валялся Арсений. Его «охраняли» особенно тщательно. Примерно на середине пути застрял Влад Воробьёв.

Но этот — вообще кадр. Он вполне мог преодолеть полигон, но решил прикрыть собственным телом Анжелу, словно сейчас реально стоял вопрос жизни и смерти.

С одной стороны похвально — парень отнёсся к происходящему со всей серьёзностью. Но с другой…

— Дурак! — крикнула Анжела, бросаясь вперёд.

Это она Антону. Он тоже поверил в себя и едва не попал под снаряд Пети Валикова, когда слишком уж рьяно ринулся за Алисой Рыжовой — смелой светловолосой девчонкой с веснушками, которой всё же не хватало проворности. Она лежала «раненой» на берегу глубокой канавы, заполненной вязкой жижей. Вся покрытая уже засохшей грязью, раздосадованная и нетерпеливая.

— Придурок! — крикнула она в поддержку Анджеле.

И если на выкрик последней Антон не обратил никакого внимания, то Алиса повергла его в шок, а снежок Балбесов едва не пришёлся прямо по русой шевелюре. Но затем парень опомнился, вытащил Алису и донёс до ближайшего убежища, где скрылся под градом новых снарядов. Я насчитал пять чрезвычайно близких моментов, когда он мог выбыть из игры.

Боги! Девчонки сами делают из парней дураков, а потом жалуются на это. Это происходило в мире Хаоса, это происходит и здесь.

Но ничто не останавливает дураков совершать всё более безумные подвиги.

Оболтусы сделали новый рывок, и несколько человек заняли позиции посередине полигона, пока остальные уводили раненых в безопасную зону. Балбесы пытались им помешать, они были в куда более выгодном положении, но наткнулись на слаженную командную работу сверстников, которые за пару недель заметно подтянули свои навыки управления магией.

Поэтому Тихомир, Анжела, Стас Волков заняли позиции и готовились к новому рывку, чтобы вытащить Арсения, пока остальных раненых уже почти довели до безопасной зоны.

Стас был из одиночек и поначалу ничем особенным не выделялся. Крепкий русый парень с точёными чертами лица и бастард захудалого рода с хорошими природными данными, как физическими, так и магическими. Сейчас он овладевал стихией молнии, но был и ещё один особенный дар, о котором даже сам Стас ещё не знал.

После моих наставлений он быстро вырвался вперёд. И теперь, под прикрытием Сани, вместе с Анжелой и Тихомиром они бросились через препятствия на пути к вышкам.

И в это время за моей спиной раздался рассерженный вопль:

— Как это понимать! Сергей Викторович, немедленно прекратите это безобразие!

Я даже не повернулся, потому что внимательно следил, как Тихомир ловко уворачивается от залпов, а Стас делает рывок, пока Балбесы заняты его сотоварищем.

Как-никак, мне нужно следить, чтобы никто не получил неучтённое попадание.

Поэтому Адамыч не дождался ответа, вынужденно пошагал ближе ко мне и снова завизжал:

— Что здесь происходит, я спрашиваю⁈

— Контрольная работа, — бросил я через плечо.

— Контрольная работа⁈ — растерялся завуч.

— Ну, это когда дети учили какую-то тему, а затем я проверяю, насколько хорошо они усвоили материал.

— Я знаю, что это такое! — гаркнул он.

— Тогда хватит жужжать.

И пока Соломон Адамыч глотал ртом воздух от негодования, выяснилось, что не только Тихомир, но и Стас отвлекал на себя внимание, а настоящий рывок до взволнованного Арсения сделала Анжела.

Её ещё ни разу не достали Балбесы, и она решила использовать это преимущество. Оказавшись совсем рядом с Арсением, девушка рискнула, подставилась под удар, потратив сразу две «жизни», но вместе с этим закинула парня на спину и сделала то, чего я так ждал всё это время.

Она использовала Арсения как живой щит!

— Аха-ха-ха! — захохотал я, когда Балбесы безуспешно пытались выбить прыткую девчушку.

Доставались все шишки Арсению, но он не имел возможности протестовать. Стас и Тихомир тем временем отступали, а Саня снова показался на полигоне и прикрыл отход ребят.

— Нечестно!!! — заверещал с вышки Денис Островский. — Он же раненый, его должны дотащить живым!

— Мухлёж!!! — вторил ему Петя.

— Я таких правил не озвучивал, — пожал я плечами.

А пока эти двое жаловались на судьбу, Оболтусы преодолели большую часть полигона и уверенно приближались к зачёту.

— Сергей Викторович, я с вами разговариваю! — очнулся завуч. — Потрудитесь объяснить, почему целый участок академической собственности превращён в… в… в непонятно что!

Когда я наконец-то обернулся, позади раздались радостные возгласы Оболтусов. Они справились. Не на «отлично», на мой взгляд, но на твёрдую «четвёрку».

— Полигон стоял здесь давно, не делайте вид, что не в курсе, Соломон Адамыч.

Моя широкая улыбка и полное отсутствие трепета перед целым завучем до сих пор выбивало его из колеи. Каждый раз. Уж мог бы давно привыкнуть, что мне начхать.

Привык же он к парику, верно? Не уверен, из-за парика ли или это побочное действие заклинания, в которое он угодил, но волосы на макушке перестали расти. А встречный сильный ветер каждый раз норовил сбросить с его головы клочок чужих волос.

— Я в курсе! — продолжал он напирать. — Но кто вам позволил вносить в него изменения⁈

Я перестроил полосу препятствий с помощью нескольких магов земли, строительной бригады и собственной магии. Теперь это многофункциональный полигон для углублённых занятий по ОМБ.

Ну, и для всяких зачётов, контрольных работ и прочего.

— Не вы уж точно, — хмыкнул я. — Чего вам надо, Соломон Адамыч?

Завуч злился всё больше и больше.

— Это не соответствует программе! У них нет такой контрольной работы! Чему вы учите!..

— Как нет? — нахмурился я. — Так вот же!

И сунул ему журнал с графиком оценочных процедур. Жутко скучный документ, который определяет, когда и какие проверочные работы нужно проводить. И который мне пришлось составлять самому!

Ну почти. Я снова позвал Лену, снова приготовил зашибительский шашлык, но в этот раз она не повелась и вместо того, чтобы сделать всё самой, принялась учить меня составлять документы…

Считаю, это несправедливо. Я учитель, а не документооборотка!

Но сейчас это пригодилось.

— Вот, смотрите. Контрольная работа по теме «Действия во время нападения стихийных монстров». Ну уж самих монстров я тащить не стал, не волнуйтесь! Это, думаю, курсе на третьем устроим…

Адамыч уставился на страницу, похлопал глазами через линзы очков, а затем снова вперил в меня свой взгляд, злобно оскалившись.

— Должен быть тест! Тест!! А не балаган, который вы устроили! — запротестовал завуч.

Он прям брызгал слюной, так что мне пришлось сделать шаг в сторону, чтобы не попасть под прицел.

— Елизарова! — окликнул я девчонку.

— Да, Сергей Викторович⁈ — радостно отозвалась Анжела.

Она с Оболтусами праздновала заслуженную победу, пока Балбесы угрюмо спускались с вышек.

— Какой радиус поражения у снарядов Пламенного Плевуна? — задал я ей вопрос.

Это такой стрёмного вида монстр, чем-то похожий на плод грешной любви жабы, огроменного желе и стихии огня. Наверное, забойный был тройничок, раз породил эту жуткую тварь, которая плевалась большими сгустками магмы.

— Три метра — верная смерть, пять — тяжёлые ожоги и поражение дыхательных путей, семь — лёгкие ожоги и ночные кошмары!

— Савельев, почему ночные кошмары именно с семи метров? — обратился я к другому ученику.

— Потому что с этого расстояния получится рассмотреть уродливую рожу Плевуна! — со смехом ответил шкет.

— Вот видите? — улыбнулся я Адамычу. — Они и тесты знают.

Хотя должен признаться, последний вопрос — чисто моя доработка учебника. Из личного опыта.

Завуча моя улыбка взбесила больше всего. Но больше аргументов не нашлось, так что он пробурчал:

— Я этого так не оставлю!

И был таков.

Я же хмыкнул и повернулся к классу. Ребята уже выстроились в две шеренги. Усталые, но довольные после такого обучения.

В мире Хаоса всему приходилось учиться на горьком опыте, попутно собирая крупицы мудрости тех старцев, что дожили до тех лет, чтобы обучать новые поколения. Здесь же я мог спокойно делиться знаниями с учениками.

Источник тесно связан с духовным состоянием, эмоциями, ясностью ума. И с физическим телом, конечно. Поэтому я укреплял их тела, приводил в порядок разум и учил правильно дышать.

Да, именно дышать. Простейшие практики позволяли очистить головы и косвенно управлять течением потоков магии по каналам. Внутренний контроль для них ещё сложноват, но это отличное начало, которое пригодится им в будущем.

Шкеты из обычных или купеческих семей не понимали происходящего и просто внимали. Но бастарды, которые успели повидать внутрянку аристократического мира, поначалу очень удивились.

Особенно потомок обедневшего рода в лице Самсонова Андрея смотрел на меня как на умалишённого, но затем преисполнился невероятной благодарностью. Это был ещё один перспективный мальчуган с графским титулом и долгами в качестве наследства.

Он даже потом тихо подошёл и поинтересовался, не прибавился ли его семейству ещё один нехилый должок.

Просто я обучал таким вещам, которые аристократы тщательно хранят внутри рода. И если получается что-то выведать, то лишь за немалые деньги.

Но Балбесы дружно отказались от моих безвозмездных услуг, хотя их никто не ограничивал. Чем, собственно, и подтвердили правильность наименования своей группы.

А теперь они пожинали плоды собственных ошибок.

— Оболтусы, всем «хорошо»! — объявил я.

Я думал, они обрадуются, но вместо счастливых возгласов в ответ посыпались жалобы.

— Почему четвёрка⁈ — возмущалась Анжела. — Мы же справились!

— Это нечестно! — вторил Саня.

— Меня даже ни разу не задели! — восклицал Боря Юдин, который снова светил своей новой камерой и, кажется, до сих пор снимал.

— Ты вообще помолчи! — не выдержал я.

Такой концентрированной удачи попросту не бывает! Это наверняка особенный дар — так бездарно промчаться по всему полигону и даже по касательной не получить.

Но я, сколько ни пытался, ничего подобного в Источнике заметить не сумел. Так что пусть будет очень глубокий и спящий дар. Да, именно так!

— Вы отлично справились во второй половине, собрались и действовали слаженно, — пояснил я. — Но это следовало делать сразу! И не пришлось бы рисковать жизнями потом.

Ребята остались стоять с недовольными мордами, но замолчали.

А я обратился к Балбесам:

— У вас есть выбор. Принять роль мирных жителей и отправиться на полигон или пройти письменный тест.

Последнее я бросил нарочито пренебрежительно, и мой настрой подхватили Оболтусы.

— Выбирайте тест! — язвительно воскликнул Саня. — Поверьте, вам такое не по плечу!

— Поберегите свои нежные жопки, Балбесы! — вторил ему Влад.

Да, я настроил одних детей подзуживать других.

Это воспитательный момент! Кому не нравится, пусть выскажет мне в лицо.

— Полигон! — прорычал пунцовый от злости Петя.

А вот Дениска со своими умниками, наоборот, побледнели. Сейчас они жутковато напоминали Веню Бледная Рожа.

— Полигон так полигон! — захлопнул я журнал.

А в следующие пять минут Оболтусы под орех разделали Балбесов.

━─━────༺༻────━─━

Вообще-то сегодня очень насыщенный день, и со своим классом монстрят мне ещё предстояло встретиться ближе к концу учебного дня, поэтому я провёл урок физкультуры у второго «В», затем встретился с Колей и проверил, как идёт его прогресс.

Парень неплохо вырвался вперёд за прошедшие дни, но дело шло тяжело. У него реально почти никаких способностей, кроме невероятного упорства.

Во время одного из редких перерывов он поделился со мной, что считается самым слабым на курсе. И потому записался в секцию к Сёме в надежде обрести силу.

— Но ничего не вышло, — буркнул парень, присев на траве. — За год я не почувствовал никаких ощутимых результатов, а Семён Семёныч больше обхаживал богатеньких сынков, а остальных использовал в качестве мешков для забавы. Чтоб ублюдкам было над кем поизгаляться. А ещё…

Но тут Коля прервался и помотал головой, явно решив промолчать. Я настаивать не стал.

Теперь он окреп, набрался желанной силы и с утроенным упорством следовал к своей цели.

С правильным подходом это давало результаты, но мне всё же казалось, что я что-то упускаю. Может, проглядел неочевидный талант?

Но пока ничего лучше мою голову не осенило, мы продолжали планомерно прорубать его путь к вершинам.

Почти закончилась работа над основами, тело по развитию скоро приблизится к уровню Источника и каналов, и можно будет укреплять магическую систему.

Я даже показал пацану технику рукоборья, с которой и началось наше знакомство. Он быстро освоил её, а на шутливое предложение закончить на этом наши тренировки всерьёз испугался.

— Не ссы, малёк, — подмигнул я. — Мы из тебя ещё настоящего бойца сделаем!

Затем ещё встреча с Венедиктом, во время которой мы планировали доработки цифровой академической среды. Веня вёл себя вполне сдержанно и старался не выдавать свою змеиную ухмылку, и я отлично знал причину. А ещё его Источник отплясывал польку в предвкушении грядущих событий.

Но меня больше интересовало дело. Вся «начинка» и софт были готовы, осталось только провести тестирование. Подопытными кроликами был выбран второй «А», потому что им не терпелось забыть о развалившихся учебниках.

Затем обед в «Сломанном сапоге», где сегодня подавали шикарнейшее азу и картофельно-грибной суп-пюре. Запил я всё, конечно, Ратным кофе.

А затем настало время долгожданной экскурсии в городской монстрариум.

Мероприятие готовилось заранее. Везти целую ораву оболтусов в место, где обитают смертельно опасные монстры? Да за такое в мире Хаоса могли стереть в порошок, а что осталось — скормить какому-нибудь отвратительному монстру.

Но здесь это называлось «внешкольные мероприятия». Учеников организованно собирали возле учебного корпуса, сажали в автобус и везли на территорию монстрариума неподалёку от города. Где ужасные монстры сидели в клетках и жрали корм по расписанию.

Если бы я рассказал о чём-то подобном какому-нибудь страннику, пока бродил по миру Хаоса, меня приняли бы за сумасшедшего.

Однако по приезде я добровольно вывел возбуждённую свору бесят и повёл прямо к высоким воротам громадного здания с высокими узкими окнами, обнесёнными металлической решёткой.

— Здравствуйте, дети! Сергей Викторович, — приветствовала нас низенькая пухленькая женщина примерно сорока лет. — Добро пожаловать в монстрариум!

— Здравствуйте, Олеся Степановна! — хором воскликнули Оболтусы и, как ни странно, Балбесы.

Последние и вовсе выглядели чересчур довольными для тех, кому завтра на пересдачу контрольной по ОМБ.

— С правилами безопасности все ознакомлены? — тоненьким голоском поинтересовалась Олеся.

Она вообще выглядела слишком уж мило и добродушно. Короткая стрижка, круглые очки и спецовка работника монстрариума нисколько не придавали ей внушительности. Казалось, такая особа не могла работать с ужасными тварями, но за безобидной внешностью скрывался Источник шестого ранга с особенным даром.

Олеся Степановна была не так проста, как можно подумать на первый взгляд. Но даже добродушный вид не объяснял внезапный энтузиазм Балбесов.

Боги, да они палились по-крупному! Особенно Островский. Вене бы научить своих подельников держать каменное лицо, прежде чем посылать их на дело.

Да, они собирались устроить мне ловушку в монстрариуме. Но цель была такой забавной, что я решил не мешать им страдать хернёй и следить за происходящим. Жаль только попкорна негде взять.

— Обижаете, Олеся Степановна, — улыбнулся я. — Все инструкции выданы, знания проверены!

Это правда, мы дважды на занятиях повторяли правила поведения в монстрариуме, а за полчаса до отправления я устроил бесятам перекрёстный опрос. Справились все, даже недалёкие крепыши из компании Валикова.

На проходной всем выдали каски, и я с задумчивым видом напялил свою на голову. Как поможет каска, если кто-то из монстров вырвется на свободу? Или она останавливает, например, толстенные иглы Чешуйчатого Дикобраза?

Сильно сомневаюсь, а такой, как мне известно, в здешних питомцах числился.

Но всё же правила есть правила, и не стоило их нарушать на глазах у бесят. Поэтому мы успешно прошли первичный контроль и наконец-то добрались до первой секции с монстрами зелёного уровня опасности.

Тут было забавно, особенно понравилось девчонкам, которые принялись умиляться Пушистикам, которые были способны в один присест сожрать добычу в три раза больше самих себя. Плотоядным Розам — пышным и ароматным растениям, медленно переваривающим своих жертв. И прочим тварям, которые чаще всего были безопасны только для людей, потому что привыкли охотиться на других монстров.

Хотя Пушистиков, как я слышал, некоторые держат в качестве домашних питомцев.

Парням тут быстро наскучило. Особенно Балбесам. Они так и рвались в «салатовую» зону с монстрами рангом повыше. И примерно через полчаса мы наконец-то проследовали туда всем классом.

Денис тут же оторвался, как ему казалось — незаметно. Валиков с несколькими парнями разбрелись по конкретным местам и теперь сбросили взбудораженные ухмылки, сосредоточившись на деле.

Ловушка для моей скромной персоны была готова. И я с искренним интересом переступил порог.

Посмотрим, что именно приготовили эти бесята. Подробности их плана я специально не стал подслушивать.

Смогут ли они меня удивить?

Глава 17

Салатовая секция впечатляла! Ну, ребятишек, я имею в виду. Хотя меня, признаться, тоже.

Здесь стояли вольеры с самыми разными монстрами. Саблезубые Волкомедведи, Дикие Гончие, Каменные Пятнистые Змеи, Граугры-рабочие и прочие твари, достаточно опасные, чтобы напрячь среднего мага, но не несущие катастрофической опасности. В мире Хаоса такое даже представить было нельзя.

— Это наша самая большая секция, — рассказывала Олеся. — Монстры до второго ранга не приносят особых проблем, поэтому их изучение не является первостепенной необходимостью. Начиная с седьмого ранга они появляются всё реже, поймать их живьём намного сложнее.

— При этом, — вклинилась Анжела, — разница между пятым и шестым рангами куда меньше, чем между шестым и седьмым!

— Кгх-заучк-кха! — «кашлянул» Антон.

За что получил испепеляющий взгляд и от самой девушки, и от Влада Воробьёва. Но их гнев прервала Олеся:

— Верно! Поэтому у нас есть несколько особей Граугров-рабочих, которых поймать не составляет особого труда, при должном подходе. Но Граугр-воин только один, и тот появился лишь недавно.

— И как же? — спросил я.

Граугры — это серьёзные твари. Большие, в полтора человеческих роста. С бронированным панцирем, острыми наростами на членистоногих лапах, изворотливые и быстрые.

По поведению они напоминают муравьёв, потому как живут колониями и разделяются на виды в зависимости от «трудоустройства». Рабочие самые распространённые, добытчики не слишком сильнее, но их меньше. А вот воинов достаточно, и каждый представляет собой мощного монстра.

Но настоящую угрозу они несут, когда нападают вместе, словно клыкастая одоспешенная армия.

Если открылся разлом с Грауграми, нужно подвозить армейские подразделения и оцеплять район. А боевым магам лучше напялить подгузники и запастись сухпайками на неделю, потому что внутри их ждёт сущий Ад, лабиринты колонии и сотни похожих друг на друга монстров, от которых рябит в глазах.

Меня как-то позвали в подобный рейд, но по возвращении я заблокировал этот контакт от греха подальше.

— Один из наших выпускников устроился работать в службу спасения и во время открытия одного разлома сумел пленить эту особь, — поделилась Олеся Степановна. — А потом договорился, чтобы Граугра оставили на попечение именно нам.

— А вы нам его покажете⁈ — Саня чуть не подлетел на месте от волнения.

— Нет, к сожалению, допуск в жёлтую зону открывается для учеников только на третьем курсе.

Эта новость вызвала бурю негодования, бесята едва не начали галдеть, но я нашёл способ их быстро угомонить:

— Вам не хватает монстров? — театрально призадумался я. — Тогда на следующей контрольной я покажу вам настоящего монстра!

— Следующей контрольной? — насторожился Арсений.

— Настоящего монстра? — пискнула Полина.

Я хищно осклабился и спросил:

— Вы же не думаете, что сегодня было последнее занятие на полигоне?

И наступила тишина.

Олеся Степановна удивилась такой резкой смене поведения, но быстро подхватила эстафету и увлекла учеников:

— Поверьте, Салатовая секция очень увлекательна! Тут самое большое разнообразие монстров, а по масштабам мы не уступаем даже монстрариуму в Академии имени Штоцкого!

Это помогло, и бесята снова включились в экскурсию.

Владимир Штоцкий был знаменитым магом прошлого. Многие до сих пор величают его сильнейшим из всех. И в честь него была основана академия, где учились самые родовитые отпрыски аристократов всей Тверской губернии и окрестных земель.

Мы прошли мимо высокого вольера с семейством Крылатых Тварей. Это чудище, покрытое тёмной эластичной шкурой, пробить которую дело нелёгкое.

В мире Хаоса встречались и подобные монстры, только они были крупнее, а на шкуре имелись твёрдые наросты, что-то вроде чешуйчатой брони. Пробить такую было ещё тяжелее.

Олеся Степановна рассказала, что Крылатые Твари отравляли жизнь людей очень давно, повсеместно и были одними из самых частых противников. Поэтому они не заслужили какого-то описательного или особенного наименования. Их просто называли Крылатыми Тварями, потому что они были тварями, и у них имелись крылья.

Однако террор закончился лет двести назад, и теперь это исчезающий вид, за сохранность которого бьются монстрологи всего мира. В мире Хаоса их за такое подвесили бы на скале и оставили на растерзание этим самым Тварям.

Но в этом…

— Посмотрите на их милые мордашки! — с заворожённой улыбкой продолжала экскурсию Олеся Степановна. — Длинным острым клювом они способны проколоть дыру даже в самом толстом дереве, чтобы поместить туда кладку яиц.

И голову они тоже отлично прокалывают. Об этом я вслух, конечно, говорить не стал.

— Мелкие острые зубки расположены так, что без проблем выхватывают рыбу из воды, словно гарпун! — продолжала Олеся Степановна.

А ещё неплохо перекусывают плоть врагов.

— Размах крыльев в среднем три метра. Они способны парить на высоте до полутора тысяч метров! — похоже, рассказ по-настоящему захватил экскурсовода.

И пикируют с такой скоростью, что настигают добычу в считанные секунды.

— А глаза расположены так, что способны обеспечивать обзор почти на триста шестьдесят градусов!

Ага, именно этими глазами они добычу и высматривают…

Но детям понравилось. Особенно когда самец Твари прыгнул с толстой ветви и спикировал прямо в сторону детей.

Они испуганно ахнули. Олеся Степановна дёрнулась наперерез, несмотря на решётку, которая ограждала нас от хищного монстра.

Но вдруг самец расправил крылья и остервенело ими замахал. Он успел затормозить в паре метрах от ограды, истошно взвизгнул и вспорхнул обратно в гнездо.

На этот раз дети ахнули восторженно. А я отметил для себя, что никто из них даже не попытался сдвинуться. Все заворожённо пялились, как на них летит чудовище.

Моя недоработка. Придётся привить им здоровый страх перед монстрами и научить сбрасывать оцепенение в таких случаях.

Но затем настала очередь водных монстров.

Салатовый сектор делился на отдельные зоны, и теперь мы оказались в окружении бронированных аквариумов, где обитали Иглоносые Сколопендрогарги, Мадагаскарские Араркады, Енисейские Голонгасы и множество других тварей, скорее неприятных на вид, чем опасных для пары-тройки крепких магов.

Но я видел чудищ и пострашнее, так что интересовали меня не Поганые Щуки, которые получили своё название из-за того, что попадали в обычные реки и озёра и прогрызали лодки рыбаков. И даже не Ядовитый Уж, из-за которого обычных ужей в какой-то период едва не извели под корень.

Нет, меня больше интересовали Балбесы. Всю экскурсию они будто специально пытались делать вид, что ничего не замышляют и хотели рассеять моё внимание. Расходились по разным углам, то тут, то там пытались тронуть то, что нельзя лапать, нарушали правила по мелочи.

В общем, планомерно действовали на нервы. И я отлично подыгрывал, даже пару раз дёрнул глазом и едва не сорвался на рык.

К тому же Боря Юдин будто подыгрывал им и повсюду носился со своей новенькой камерой. При этом раз за разом спотыкался, натыкался на одноклассников, а пару раз едва не кувыркнулся через оградительные перекладины перед вольерами. В общем, испытывал свою удачу как мог, и она ему почему-то благоволила!

Но как только мы оказались в водной зоне, они переменились и явно собирались устроить что-то грандиозное.

Денис с двумя умниками скрылся за поворотом, и я, наверное, должен был как-то среагировать. Но меня опередила Олеся Степановна.

— Дети! Вы куда⁈ Вернитесь сейчас же! — крикнула она.

А, я СЕЙЧАС должен среагировать!

— Балбесы! — рассерженно гаркнул я. — А ну сюда! Быстро!

И наверное, я должен ринуться за ними, да? Ну, так и поступлю.

Я остановил Олесю Степановну, которая хотела было сделать это за меня. И Пете Валикову с Женей Михеевым даже не пришлось преграждать ей путь, что они как раз порывались сделать.

Но это позволило им направить силы на создание общего бедлама. Макс Пришвин раздразнил Молотобойца — чудище с огромным сокрушающим наростом на голове. И толстое бронированное стекло содрогнулось. Оболтусы немного заволновались, а Балбесы специально запаниковали, из-за чего весь класс поднялся на уши.

Я выскочил из толпы и понёсся за угол, где увидел Дениса вместе с Гордеем и Стефанией Красновыми. Это были брат с сестрой, двойняшки, которые, однако, совершенно не были похожи друг на друга.

Стефания обладала пышными светло-русыми волосами, тонкими чертами лица и чем-то смахивала на куклу, тогда как Гордей был темноволосым, круглолицым, с непослушной шевелюрой.

К тому же Стефания имела все предрасположенности к стихии воды, а Гордей явно станет огневиком.

Так вот, эта троица стояла напротив огромного аквариума, который тянулся от пола до самого потолка. Но вода внутри была такой мутной, что обитателей было просто не видно.

— Балбесы! — грозно окрикнул я их. — А ну в строй! Живо!

«Дай ему подойти поближе, — прошептал Денис. — Нельзя спугнуть!»

А, я должен дойти до какой-то конкретной точки? Ну сразу бы так и сказали!

Я ж мог просто магическим лассо притянуть их к себе, и порушился бы весь план. Если его разрабатывал Веня, я начну сомневаться в его способностях. Слишком много дыр!

Но я подыграл и тяжёлой поступью, с гневным оскалом двинулся прямо к этим трём умникам.

Стефания тоже оказалась неплохой актрисой. Состроила испуганную рожицу, попятилась. Гордей тоже неплох, хотя прямо вертится в голове: «Не верю!»

Но самым палевным оказался Дениска. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы заподозрить в его предвкушающей морде подставу.

Но мне пришлось состроить совсем уж недалёкого учителя. Спишем всё на неделю уроков по физ-ре — не зря же Сёма такой недалёкий — и застилающий глаза гнев.

Последнее, кстати, становилось правдой. Это действительно их уровень подготовки? Они кого хотели подловить, Сёму⁈

Я неделю ждал!

В предвкушении находился каждый день! Надеялся, Балбесы хоть что-то интересное придумали. А они…

Обидно, короче.

И вот, когда я оказался прямо напротив того здоровенного аквариума, а Денис с Красновыми отступили как раз за его границы, за моей спиной из-за угла высыпался весь класс.

И Денис остановился.

Он сверкнул змеиным взглядом, ухмыльнулся и нажал на экран телефона.

Раздался низкий протяжный гул. Он перемешался со скрежетом и скрипом механизмов, а со стороны класса крикнула Олеся Степановна:

— Сергей Викторович! Назад!

Но было уже некуда отступать. Во всех смыслах. Аквариум загородили барьеры с обеих сторон, и проламывать их не хотелось. Да и зашёл я слишком далеко, чтобы прервать эту забавную постановку.

И что уж скрывать, теплилась ещё надежда, что Балбесы сумеют меня удивить.

Им это удалось.

Толстенные стенки аквариума начали медленно и натужно опускаться. Из щели хлынула мутная холодная вода, от которой мне пришлось закрыться куполом магии.

— Зачем такой механизм вообще существует? — задался я вопросом, когда наконец-то показались обитатели аквариума.

Сначала несколько из них присосались к стеклу своими щупальцами.

Одна тварь, другая, третья. И через пару секунд изнутри на меня смотрели десятки мутных скользких «звёздочек» с присосками и круглыми зубастыми пастями по центру.

— Каракатицы! — воскликнул я, не скрывая своего удивления.

И краем глаза приметил, как озарилось лицо Дениса. Видимо, он принял моё удивление за испуг?

Что ж, подыграем.

— Это каракатицы? — я с обеспокоенным видом взглянул на Олесю Степановну.

Но она не ответила. И даже не потому, что за барьером не могла услышать моего голоса. Олеся Степановна ринулась куда-то в сторону и кричала:

«Стоп машина! Стоп машина, мать вашу!!! Я вас всех сейчас!..»

Тоненький голосок превратился в звериный рёв, а дальнейший лексикон мог бы пополнить словарный запас даже самого отпетого матершинника.

И чего она так разошлась-то?

Вдруг раздался резкий скрежет, и стенка аквариума разом опустилась и скрылась в отсеке под полом. А на меня стеной хлынула мутная холодная жижа, полная склизких, зубастых, щупальценосных…

Каракатиц!

Снаружи барьера раздавались испуганные возгласы учеников.

«О, боги!»

«Что с ним произойдёт⁈»

«Он не выживет!»

«Сергей Викторович, бегите оттуда!»

Последний крик принадлежал Сане, и я очень надеялся, что он просто переволновался. Иначе это был бы самый глупый совет из всех, что можно было дать.

Меня полностью накрыла вода, а вокруг кишели Полосатые Каракатицы. Монстры из разломов, очень похожие на обычных каракатиц, только способных высосать всю кровь из жертвы, стоит им прилипнуть к плоти и прогрызть своими зубами болезненную рану.

И бежать отсюда мог бы только очень могущественный маг, Саня!

Не, я был именно таким… но он-то не в курсе!

Более того, мне и сбегать не нужно. Каракатицы пытались пробиться сквозь магический барьер, но у них ничего не выходило. Так что я продолжал стоять на месте и следить за ситуацией.

Вид, конечно, не особо приятный. Мутная вода с пузырями слизи затягивалась водоворотом. Каракатицы атаковали меня, но натыкались на купол, обжигались и отлетали. Словно мотыльки, летящие на огонь.

Склизкие, зловредные зубастые мотыльки с щупальцами.

Вода тем временем не уходила. Вязкие потоки уже устаканились, плавно опускались тёмные водоросли. Каракатицы понемногу успокаивались, но каждая из тварей получила хотя бы по одному разряду магии, прежде чем передумала меня атаковать.

А затем под ногами вдруг открылись пазы, и жижу затянуло в десятки мелких водоворотов.

Она уходила долго. Водоросли забивали пазы, Каракатицы тоже прилипали к полу, поэтому водоворотов становилось всё меньше.

А к тому моменту, когда над поверхностью показалась моя голова, уровень уже почти перестал опускаться.

— Олеся Степановна, — произнёс я с задумчивым видом.

— Д-да, Сергей Викторович? — дрожащим голосом пропищала она.

Барьер ослаб, и звуки теперь проходили спокойно. Сама женщина стояла у мерцающей стены и уставилась на меня широкими глазами. За линзами очков они казались огромными.

Ученики тоже глядели испуганно, но не всем хватало роста, и многие начали прыгать. А Саня и вовсе поднялся над классом на воздушной подушке.

— Система смыва, на мой взгляд, не до конца проработана, — сделал я вполне справедливое замечание. — Пазы слишком маленькие, не находите?

— Д-да, Сергей Викторович, — сглотнула Олеся Степановна.

— Сергей Викторович! — вдруг закричал обрадованный Саня. — Вы живы!

— Ага, — кивнул я.

Затем нагнулся и снова скрылся под водой. А когда выпрямился, вода опять начала уходить.

Ученики за барьером расступились, потому что как раз подоспела бригада медиков. Олеся принялась им что-то сбивчиво объяснять, но я не слушал. Вместо этого я повернулся в обратную сторону, где застыли в ужасе Денис, Стефания и Гордей.

И пошагал к ним с добродушной, я бы даже сказал, отеческой улыбкой.

Но они почему-то испугались ещё сильнее и начали пятиться. Дениска оступился и плюхнулся на задницу, поэтому далеко не ушёл. А когда вода опустилось мне до колен, я уже стоял возле барьера и глядел ему в глаза.

И при этом поглаживал одну из Каракатиц, которые забивали пазы.

Барьер сняли. Остатки воды обрушились на пол и окатили парнишку с ног до головы.

— Милые создания, правда? Обожаю их! — соврал я. — Такие мягкие на ощупь.

Денис не ответил, но взгляд говорил о многом. Про страх перед каракатицами я наплёл только одному человеку, и никто другой не мог использовать это для сегодняшней ловушки.

Так что Веня Бледная Рожа у меня на крючке.

━─━────༺༻────━─━

Вообще-то бригаду медиков вызывали по мою душу, но это не пригодилось. Поэтому они убедились, что со мной всё нормально, оставили пару человек на всякий случай и удалились.

Что, кстати, пригодилось. Олеся Степановна слишком уж переволновалась и поколотила бедных механиков, которые вообще тут оказались ни при чём. Это наверняка Веня как-то получил доступ к автоматике монстрариума и дал Дениске нажать на кнопку в нужный момент.

Вот только одного не могу понять: он знал хотя бы, что я выживу?

Потому что если это так, крючок разорвёт ему пасть.

Дениска ничего не знал, конечно. Точнее, не до конца понимал. По глазам видно было, что он и остальные Балбесы жутко перепугались, когда поняли, к чему могла привести их шалость.

— Й-й-й… я х-хотел просто вас напугать! — выпалил Островский чуть позже, когда я отвёл его с двойняшками Красновыми в сторону.

— Напугать? — ухмыльнулся я.

Каракатица поудобнее устроилась у меня на руках и глянула на мальца с явным пренебрежением. Кажется, ей нравилось, что её гладят?

— К-к-к… — с заиканием продолжил он, но так и не решился.

— Каракатицы! — крикнула Стефания вместо Дениски. — Нам сказали, что вы боитесь каракатиц!

— Кто сказал? — осклабился я.

Ответ, конечно, был ясен, как очи обнаглевшей твари у меня на руках. Но хотелось проверить ребят на прочность.

— Не могу сказать, — Денис собрался с духом, и в голосе его появилась твёрдость.

— Ладно, — кивнул я. — Отнесите её Олесе Степановне.

— Кого? — нахмурился Гордей.

— Каракатицу, — ответил я и швырнул чудище в ребят.

Поднялся крик, они подскочили и чуть не разбежались в разные стороны, а Каракатица с недовольным видом поползла обратно к своим сородичам.

Экскурсию было решено на этом закончить. Олесю всё равно отпаивали успокаивающими, да и дети теперь слишком возбуждены, чтобы запомнить что-то сносное.

Мы вернулись в академию, и я отправил учеников по домам. Всех, кроме Антона Свиридова.

Веня теперь у меня на крючке и наверняка скоро об этом узнает. Думаю, Островский сейчас мчится в его мрачный кабинет докладывать о полном провале.

Но ему придётся повисеть на грёбаном крючке ещё немного, потому что у меня есть более важное дело.

— Все очень испугались! — воскликнул Антон. — Никто не понимал, что делать!

Мы вдвоём вышли за пределы академии и сейчас шагали посреди глухого леса. А парень до сих пор оставался под впечатлением от произошедшего в монстрариуме.

— Олеся Степановна жутко испугалась, — продолжил он. — И была в ярости. Я видел, как она гоняет механиков. Те кричали, что ни при чём, но её это не остановило.

— Страшная женщина… — прокомментировал я.

Антон поведал мне, что происходило за барьером, пока я занимался дайвингом.

Балбесы сначала ликовали, и остальная часть класса поняла, что это устроили они. Но затем даже до них дошло, что шутка зашла слишком далеко.

Когда барьер полностью заполнился мутной жижей и меня скрыло из виду, Олеся кричала: «Спускайте! Спускайте воду!» И отогнала детей от барьера, потому что готовилась отключать барьер.

— Но он не отключился, — заметил я.

— Но он не отключился… — повторил Антон. — И Олеся Степановна поняла, что ситуация ещё страшнее, чем она думала. Она уже собиралась приводить весь монстрариум в режим ЧП, но вдруг механики справились с неполадками, и клапаны в полу открылись. Все замерли в ожидании. Боялись увидеть на вашем месте обглоданный скелет или ещё что похуже, но вместо этого…

Антон поднял на меня взгляд. Было в нём что-то необычное. Эм… Восхищение⁈

— На вас ни единой раны не было! — прокричал Антон. — Да что там, даже не вымокли!

— Не думаю, что это стоит такого удивления, — отмахнулся я.

И когда Антон закончил рассказ, он будто очнулся и осмотрелся.

— Сергей Викторович… можно ещё один вопрос?

Парень выглядел смущённым.

— Валяй, конечно.

— А куда мы идём?

Наконец-то спросил! Либо Антон ушёл не дальше Сани по части бытового интеллекта, либо чрезвычайно доверяет мне.

— Мы идём проворачивать одну грандиозную авантюру, шкет, — сказал я. — Но ты должен обещать мне кое-что.

— Что?

— Если какой-то другой дядя поведёт тебя в подобное место, не иди за ним. Это наверняка какой-то маньяк.

Антон уставился на меня испуганными глазами, задержал взгляд, но затем нервно рассмеялся.

— Но вы же не маньяк, правда?

Я сперва не ответил.

— Правда⁈ — в панике переспросил он.

— Мы пришли.

Это была поляна среди дубовой рощи. Здесь пахло влажным лесом, где-то неподалёку журчал ручей и стрекотали кузнечики.

А ещё здесь веяло магией. Природной, куда более чистой и дикой, чем та, что возникала в Источниках.

— Как-то здесь странно… — произнёс Антон.

— Почему?

Если он способен почувствовать такие вещи, то моя догадка обретает всё больше смысла.

Антон призадумался, но затем ответил:

— Будто всё тело пронизывает ветер. Странный ветер. Наверное, это похоже на озноб, но какой-то… приятный, что ли.

Я усмехнулся и ничего не сказал. Но сосредоточился. И природная магия, окружавшая дубраву, вдруг упорядочилась. Она выстроилась в стройные линии и дуги, которые образовывали символы. Символы складывались в заклинания, а заклинания образовывали единый комплекс.

Почему-то в голову пришла мысль, что Саня потерял бы дар речи, если бы увидел нечто подобное.

Но даже у меня заняло много времени, чтобы подготовить это заклинание. Неделю я потратил на изучение Источника Антона, следил за реакцией во время самых разных ситуаций на уроках. Как он ответит на истощение, что произойдёт, если тело получит удар чужеродной магией.

Я следил за Антоном и каждый вечер отправлялся в эту рощу, чтобы добавить к основному рисунку всё больше и больше составляющих.

Это было непросто. Требовалась ювелирная точность. Специальная бумага и прочие поверхности используют заклинатели на начальных и средних рангах развития, а по-настоящему мастеровитые при должной сноровке могут нанести заклинание хоть на кривую штакетину и сделать из неё грозное оружие.

Но всё же некоторые заклинания требуют не просто специальных поверхностей, но условий и даже мест. И мне повезло, потому что такое место силы нашлось неподалеку от академии.

Возможно, здесь раньше и правда обитали боги. Или же когда-то открылся высокоранговый разлом, след от которого остался до сих пор.

Не знаю, что именно придало этой роще такой магический фон, но сейчас это позволит вытащить неизвестную сущность в Источнике Антона на поверхность.

— Стой на месте, — сказал я ему. — Врать не стану, будет больно.

Антон нервно сглотнул, но не шелохнулся. В глазах страх боролся с решимостью. И, наверное, мелькала мысль: не пошутил ли я про маньяка.

Магические потоки тем временем сконцентрировались и начали искажать пространство. Парень это заметил, явно хотел задать вопрос, но дыхание его уже перехватило, и вымолвить хоть слово не получалось.

А затем сияние усилилось, и заклинание разом устремило всю свою мощь в парня, пронизывая каналы, узлы и сам Источник.

Неизвестная сущность забилась в конвульсиях. Антон исказился от боли, раскрыл рот в немом крике. Ему стало больно, очень больно. Я управлял заклинанием, сдерживал природную магию и соединил наши узлы, чтобы забрать часть боли на себя и облегчить участь Антона.

— Держись, шкет, — прорычал я. — Держись, я с тобой!

Скоро мы узнаем, что таит его Источник.

Глава 18

Ох, бедный малый. Ему сейчас очень больно. Я перенял половину боли на себя, но больше нельзя. Иначе ритуал не сработает.

— Ничего, потерпи немного, — процедил я.

Хотя Антон ничего не слышал. Мне это отлично известно, потому что я бывал на его месте в прошлой жизни.

В мире Хаоса позднее пробуждение дара сродни верной смерти. Поэтому древние мастера создали сложный ритуал, заставляющий дар проявляться принудительно. Он чрезвычайно болезненный, мучительный, но позволял избежать рисков позднего пробуждения.

Каждая частица тела отзывалась невыносимой болью, она застилала разум, скручивала магические каналы, а Источник сводило так, что он, казалось, выпрыгнет наружу.

Ритуал существовал, чтобы пробудить дар магии. Но у Антона Источник уже пробудился, однако дар до сих пор не проклюнулся. Такая ситуация ненормальна. В мире Хаоса я с таким не встречался, а в этом мире Марина тоже не знала подобных случаев.

Заклинание не предназначалось для подобных ситуаций. Но мне удалось его скорректировать, и сейчас мы вытащим эту грёбаную сущность из Источника Антона.

— А-а-а-а… — парень слабо застонал.

Он начал приходить в себя, а значит, первоначальная боль спала. Я тоже почувствовал облегчение, и теперь, когда Источник приоткрылся, я сосредоточился на заключительном этапе ритуала.

Иди сюда, треклятая Сущность!

И она, блин, пошла… Прям побежала, мать её!

Находясь в Источнике Антона, Сущность терзала его изнутри. Даже после инициации она приводила магическую систему в беспорядок, и мне приходилось подавлять её.

А теперь Сущность вырвалась и совершенно взбесилась. Тут же принялась пожирать природную магию, собранную заклинанием. Теперь путы, которые её сдерживали, стали нагло и бессовестно пожираться, и мне пришлось вплести свою магию во все сложные многочисленные плетения…

КОТОРЫЕ Я ВЫСТРАИВАЛ ЦЕЛУЮ НЕДЕЛЮ!

— Хрен тебе, каракатица ты бесформенная!

А ведь эта Сущность действительно походила на каракатицу. Она раскрыла свои энергетические щупальца, которые захватывали потоки природной магии, и с аппетитом тянула их в своё ядро.

И тогда я понял, что за чудо-юдо скрывалось внутри Антона.

Пожиратель.

Теперь понятно, почему я не опознал его сразу. Такой дар в этом мире мне ещё не встречался. Да и в доступных мне базах данных его тоже не было.

Что уж, и в мире Хаоса не было ни одного мага с этим даром. Только монстр.

Если Дракон Хаоса был самым могущественным из тварей, то Дракон Пожиратель был вторым по силе.

Это чудовище могло поглощать чужую магию, даже особые дары, и обращать их против самих владельцев. Причём у него был куда более мощный Источник, чем у большинства живых существ Хаоса, и обращённая магия могла просто стереть противника без следа.

Мне повезло. Мой дар позволял манипулировать магией, и потому я смог сопротивляться Дракону Пожирателю.

Даже так битва оказалась долгой, трудной и жестокой. В конце, когда ублюдок был повержен, я остался практически без сил. Но мне повезло. После битвы я упал в глубокую расщелину, где меня не нашли другие монстры, снующие вокруг.

И вот теперь Пожиратель пробудился в Антоне.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!

Он закричал уже вполне осознанно, болевой шок и сведённые мышцы прошли. Заклинание сделало свою работу, но придётся помучить парня ещё немного.

Это походило на хирургическую операцию. Я будто раскрыл ему грудину, растормошил там всё, а теперь возвращал на место. И при этом он находился в сознании, потому что взять на себя всю боль я не мог. Тело и магическая система должны реагировать на манипуляции.

Я стиснул зубы. Половина мучений приходилась на меня, но нужно аккуратно поместить очнувшийся дар обратно в Источник, закрыть его и восстановить потоки магии по путям.

Не знаю, сколько времени это заняло. Быть может, пару минут или даже часов. Я полностью сосредоточился на деле.

И сумел.

Боль ушла стремительно, как и появилась. По каналам лишь протекала неприятная истома, как отголосок пережитых мучений.

Свечение природной магии постепенно развеялось, и место силы теперь превратилось в обычную поляну посреди дубравы.

А Антон лежал у меня на руках без сознания.

— Молодец, шкет, — прохрипел я. — Ты большой молодец.

━─━────༺༻────━─━

В больничный корпус Антона я доставил едва ли не из последних сил. Передал парня Марине и даже не обращал внимания на её ворчания. Она пыталась что-то мне высказать, причитала об опасностях, рисках и прочее…

— Как выспится, накормите его, — махнул я устало и заставил её замолчать.

Но ненадолго.

— У вас одно лекарство на все случаи жизни! — воскликнула Марина. — Отоспаться и пожрать!

— Отоспа-а-аться… — мечтательно протянул я.

Она хотела высказать мне что-то ещё, но тут в коридор из уборной вышел Кирилл.

Парень выглядел заспанным, с мешками под глазами. Отощавший даже с учётом того, что и так был худой до нельзя. Он шлёпал босыми ногами по холодному полу в пижаме и прошёл мимо нас, даже не обратив внимания. Однако при этом бормотал себе под нос:

— Ну вот, опять этот сон… — я думал, он обращается ко мне или Марине, но это оказалось не так. — Да забей и ложись спать… Но страшно же… Эй, на завтрак подадут сырники. Со сгущёнкой!.. Тогда надо спать, верно…

Я молча проследил за ним взглядом и как-то сразу взбодрился.

— Что он здесь делает? — спросил я Марину, когда Кирилл скрылся в палате. — И что с ним такое?

И лекарка сразу затушевалась:

— Он… мы… я не знаю.

Ни хрена себе!

— В смысле бл… кхм. Это как это не знаете, Марина Вячеславовна?

В коридоре царила тишина, и наши голоса звучали очень громко, поэтому я старался шептать. Но всё равно казалось, что нас могут услышать все.

Я напряг остатки сил и проверил Кирилла. Его Источник мерно переливался магией, а сам он спокойно посапывал. Кажется, парень заснул.

— Мы думали, что мальчик симулирует. Так оно и есть! — твёрдо уверила лекарка. — Просто он слишком впечатлительный. Придумал себе всякого и сам же поверил. А эти его бормотания с самим собой… — она слегка поёжилась. — Мы присматриваем за ним и приставили психолога. Скоро пойдёт на поправку, не волнуйтесь… Вы куда, Сергей Викторович⁈

Сил было мало. Точнее, их не было совсем. Но оставить всё так я не мог, поэтому направился в палату Кирилла. Марина уже научилась не мешаться мне под рукой, поэтому стиснула зубы и просто направилась следом.

Пацан лежал на боку, подтянув к груди колени. Несмотря на сон, на лице у него застыло уставшее беспокойное выражение. Длинный нос вздувал ноздри при каждом выдохе.

Я проверил его Источник в попытке найти там хоть какие-то ответы. Но Кирилл ещё не пробудил дар, и это служило преградой. Как и моя усталость после ритуала с Антоном.

Хотя, может, и не стоит беспокоиться? Он явно в своём уме, раз готов уснуть за сырники со сгущёнкой. Ради этого даже монстра под кроватью можно потерпеть.

— Вы что-нибудь нашли? — прошептала Марина через пару минут.

— Нет, — вздохнул я и развернулся к выходу.

Лекарка внимательно на меня уставилась. Наверное, её смутило моё задумчивое лицо. Я чувствовал, что здесь что-то не так, однако не мог понять, что именно.

— Ладно, — вздохнул я. — Пойду домой. Спокойной ночи, Марина Вячеславовна.

Хаос их поглоти, эти дети высасывают из меня энергию сильнее, чем схватка с любым противником!

Однако несмотря на все трудности, я остался доволен выполненным ритуалом. Я помог появиться на свет одному из сильнейших магов нашего времени! Ну, точнее, он таким станет, если не забросит тренировки.

С Кириллом тоже разберусь, пока ему ничего не угрожает. А богатое воображение и вовсе может оказать хорошую услугу, когда дар откроется.

Так что как только я добрался до дома, тут же плюхнулся на кровать и вырубился.

Усталый, но довольный. Сегодняшний день того стоил!

━─━────༺༻────━─━

Новое утро, как всегда, началось с небольшой двухчасовой разминки и лёгкого завтрака из пары десятков яиц и банки лечо. Так что к первому занятию я был как огурчик и бодро влетел в аудиторию «404» прямо через окно. Ученики уже ждали меня там.

— А что мы здесь делаем, кстати? — поинтересовался Макс Пришвин.

Денис, который в компании умников был как бы за главного, теперь старался не отсвечивать и избегал встречаться со мной взглядом. Он с запозданием понял, что, окажись тогда на моём месте кто-то другой, беды не миновать. Каракатицы обглодали бы плоть и разве что скелет оставили бы. А это уже далеко не просто шалость и шутка над преподом.

Остальные Балбесы лишь следовали за ним, поэтому таких угрызений не испытывали. Некоторые, мне кажется, даже не поняли, к чему всё могло привести…

Ну, пускай помучается. Всё-таки парнем тоже манипулировали и обещали обидную шалость, а не покушение на убийство. Поэтому самого Дениску я пока сильно наказывать не стану. Сейчас для него лучший урок — это хорошенько подумать над собственными поступками и их последствиями.

А вот Бледная Рожа, который всё и устроил… Когда я придумаю, как отомстить за каракатиц, ему не поздоровится!

— Ага, точно, — поддакнул Федя. — Мы разве не проводим занятия в другом месте?

— Хочешь опять на полигон? — усмехнулся Саня. — Давай, мы только рады подогреть ваши опалённые задницы!

— Слышь, ты! — зарычал Пришвин. — Да как ты смеешь разговаривать с графом!

Для графа ему бы самому не помешало научиться этикету! Но, впрочем, не мне об этом говорить. Я вообще здесь как прожжённый вояка, а нам положено ругаться матом и наводить на окружающих страх.

Кстати, насчёт последнего…

— Заткнулись все, бесята, — улыбнулся я, после чего добавил добродушным тоном: — Или на полигоне будете всем скопом от меня бегать. Думаете, я шутил вчера?

Помогло сразу же, и межклассовая вражда затухла в зачатке.

Вообще-то в классе «Д» набралось не так уж много аристократов. Собственно, Островский, Пришвин и двое Красновых, Стефания с Гордеем, были единственными представителями голубых кровей в группе Балбесов. И все относились к умникам.

Среди Оболтусов графом был только Самсонов Андрей. Но парень почти не видел «высшего» света из-за огромных долгов своего отца, так что не кичился ни титулом, ни происхождением.

— Короче, настало время приводить нашу аудиторию в порядок, — заявил я. — Страховщики наконец-то подписали все бумаги, а поставщики доставили всё необходимое. Так что можно начинать работы, а то скоро обещают дожди.

Тут руку подняла Анжела.

— Сергей Викторович, я думала, мы будем заниматься ремонтом после урок…

— Тихо, дура! — рявкнул Петя.

— Валиков, ты думаешь, у меня проблемы с памятью? — усмехнулся я.

— Нет, — буркнул он в ответ.

— Да, я говорил, что мы будем заниматься ремонтом вне уроков. Но решил, что стоит совместить полезное с полезным, так что сегодня начнём блок занятий «охрана труда».

Ребята переглянулись и гадали, стоит им радоваться или нет.

А я гадал, как отреагирует Лена, которая поставила эту тему только через месяц, когда помогала мне с планом. Надеюсь, не обидится. Ведь зачастую надо нарушать планы и импровизировать.

— Кстати, а где Антон? — опомнился Тихомир.

Вот глазастый тихоня!

— Он на больничный ушёл на пару дней, — ответил я. — Итак, бесята…

— Сергей Викторович, — встряла Стефания. — А это как-то связано с тем, что вы после экскурсии куда-то его увели?

Вот маленькая…

— Не волнуйтесь, — осклабился я в ответ. — С Антоном всё хорошо, скоро он к вам присоединится.

Кажется, поверили. Ну или нет. Почему-то бесята начали беспокойно переглядываться, но зато притихли и дальше вели себя очень послушно и не роптали.

Хм… Может, стоит уводить одного из них в лес хотя бы раз в пару недель?

Наверное, такое сочтут непедагогическим методом, но я знавал общины, где детей уводили в лес для пробуждения дара. Маги получались сильные, надо отметить! Правда, общины почему-то были малочисленными даже по меркам мира Хаоса. Даже не понимаю почему.

Может, потому что их там монстры в большинстве случаев сжирали?

— Итак, первое правило — нужно использовать средства индивидуальной защиты! — серьёзно начал я. — Поэтому надеваем спецовки, они вон там в углу лежат. И каски, конечно, не забываем, да-да. Перчатки, рабочая обувь… Нет, Анжела, спецовок с юбками нет! Что значит «почему»… Не режь штаны в шорты!!!

О-о-ох! Бригада строителей-монтажников из этих монстрят та ещё. Минут пятнадцать ушло только на переодевание. Причём мы с парнями справились за пару минут, а девочки заняли всё остальное время.

Но пока ждали их в коридоре, Саня два раза чуть не подпалил стены, а Арсений уже хотел навалять Жене Михееву, потому что тот раз за разом задевал его то локтем, то словом. Бывшие сотоварищи никак не хотели отстать от паренька.

Но с этим ему надо разобраться самостоятельно. Моя помощь только усугубит ситуацию.

— То ли ещё будет… — вздохнул я.

— Что, Сергей Викторович? — спросил Саня.

— Ничего, Савельев. Давайте браться за работу.

Я тоже облачился в спецовку и напялил каску. Как-никак, дети следуют примерам, которые у них перед глазами. Говорить, что пить это плохо, а затем пшикать, открывая банку с пивом? Не, так не работает.

Поэтому я вместе со всеми выносил разломанные парты, соскребал с пола остатки ламината и почерневшую краску со стен. Хорошо хоть проводку сделали на совесть и её не пришлось выдирать. Только розетки надо будет поменять, выключатели, лампы и прочие наружные штуковины. Но это не так уж сложно.

Куда сложнее было следить, чтобы бесята не убились.

— Саня, не поднимай краску через окно! Тебе на что двери сделали⁈ — кричал я с подоконника.

Ну а кто говорил, что я идеальный пример для подражания?

Конечно, для подрастающих магов такой нагрузки маловато, чтобы устать, но я постарался оказать другим учителям услугу и нагружал их по полной.

— Михеев, тебе на что магия дана? Смети грязь воздухом… Да не так же сильно! — указал я.

— Апчхи!!! — зачихала Полина.

— Будь здорова, Полина, — отозвался Михеев.

Но вместо «спасибо» девушка огрызнулась на Балбеса:

— Женька! Ещё раз пыль поднимешь, я тебя из окна выкину!

— Ага, давай! — засмеялся тот. — Я маг воздуха, забыла, дура⁈

— Вот и посмотрим, научился ли ты летать!

Михеев был бастардом, а значит его готовили к пробуждению, хоть и не слишком усердно. Он был хорошо развит, его Источник явно приближался к полноценному первому рангу развития. Но пацану явно не хватало правильной практики и крепких основ, так что рисковать не стоило, и я растащил их по разным углам.

Затем Валиков с Островским сделали подножку Савельеву, пока тот проносился мимо со связкой ламината.

Потом Владу наскучило соскребать краску со штукатуркой, и он попытался выбить клин клином. То есть выжечь стену ко всем чертям!

Хорошо хоть Стефания оказалась рядом и окатила всё водой. Девчонка, кстати, очень способная. И что-то мне подсказывало: Дениска числится лидером своей банды умников только потому, что Красновы решили не отсвечивать.

Затем наскучило возиться со стеной Валикову, и он решил проверить свои навыки стихии земли. Да так, что едва не проделал дыру насквозь.

Островский стоял рядом, поэтому оба вожака Балбесов отпрянули в сторону — прямо под лужу, которая осталась после колдовства Стефании. И там угодили под электрическое заклинание Савельева!

Конечно, мимо меня всё это не прошло. Особенно тот момент, что Саня явно использовал самодельное заклинание, а не покупной «полуфабрикат». Правда, с некоторыми символами напортачил, поэтому ловушка получилась действительно опасной. Разряды во влажной среде могли бы превратить жертв в угольки.

Не, он правда просто ошибся! Явно рисовал символы и плетения по памяти, не понимая некоторых элементов, которые отвечали за взаимодействие со стихией воды. Поэтому я ослабил действие магии, но оставил эффектность и пышные ветви молний.

Да и громыхнуло здорово. Я думал, монстрята заохают, кто-то прикрикнет для приличия или хотя бы выронит что-нибудь из рук… Но нет. Они вообще не обратили внимания на это и продолжили шкрябать, таскать и выгребать строительный мусор, будто ничего не произошло.

Испугались только Денис с Петей. Да и те лишь потому, что оказались в самом эпицентре. Ну и Саня струхнул, когда понял, к чему всё могло привести.

А вот Людмила Ивановна, преподаватель химии и алхимии, схватилась за сердце и широко распахнула глаза от ужаса. Она появилась в дверях как раз в тот момент, когда парни угодили в ловушку.

— Здравствуйте, коллега! — улыбнулся я, загородив обзор на дымящихся балбесов.

— С-сергей Викторович! — сначала растерянно, затем грозно воскликнула женщина. — Что здесь происходит⁈

Людмила Ивановна была учителем, как говорится, «старой закалки». В почтенном возрасте, но с крепким здоровьем и закалёнными нервами. Василий Палыч как-то поделился, что она особенно рвалась на место классрука второго «Д», но такая комбинация могла привести к ещё большему коллапсу, так что он не стал рисковать.

У этой женщины на уроках держалась строгая дисциплина. Химию она преподавала второму курсу, так что мои бесята с ней встретятся только в этом году. А алхимию, где наука смешивалась с магическими практиками, вела на третьем и четвёртом.

— Практическое занятие по охране труда, конечно! — улыбнулся я. — Кстати, Савельев, Валиков и Островский — минус балл каждому!

— А я-то тут при чём⁈ — с удивительно наглым возмущением воскликнул Саня.

Но хватило строгого взгляда, чтобы пацан притих.

Петя с Денисом ещё отходили от шока, но я заставлю их переписать абзац про внимательность и осмотрительность на производстве сто раз.

— Вы шумите, Сергей Викторович! — продолжала возмущаться Людмила Ивановна. — Шумите и мешаете мне вести занятие! Немедленно прекратите!

— А разве вы не в другом корпусе должны быть? — нахмурился я.

Некоторые предметы преподавали в отдельных корпусах, потому что требовалось специальное оборудование. Химию и алхимию, например, вели в здании, которое находилось примерно в ста метрах отсюда. На занятиях постоянно использовали реагенты, которые хранились в специальных помещениях, а всяческие опыты требовали свои средства защиты — как индивидуальной, так и общей.

— Я помогаю коллеге… Это неважно, Сергей Викторович, — снова атаковала Людмила Ивановна. — Я требую, чтобы вы соблюдали тишину!

— А я требую, чтобы вы вышли, — улыбнулся я в ответ, — и не мешали мне вести занятие.

Людмила Ивановна вспыхнула яростью в глазах, поджала губы и окинула меня испепеляющим взглядом. Никто не смел перечить ей. Даже другие преподаватели вели себя рядом с заслуженным педагогом как нашкодившие школьники.

А ещё она сейчас не помогала никому из коллег. Я слышал, как она завернула с улицы и направилась сразу в нашу аудиторию.

Тут в дверь влетела молодая темноволосая учительница и воскликнула тоненьким взволнованным голосом:

— Людмила Ивановна, вот вы где! Скорее, вас уже повсюду ищут!

Химичка фыркнула в мою сторону и обернулась к девушке.

— Вика, меня не надо искать. Я сама знаю, когда и где мне надо быть. А с вами, Сергей Викторович, — она снова повернулась ко мне, — у нас ещё состоится серьёзный разговор.

Виктория Олеговна, учитель биологии, с ужасом посмотрела на меня и подобострастно пропустила Людмилу Ивановну вперёд.

Обе дамы удалились. Не знаю, что это сейчас было и чем мне аукнется в будущем, но будем решать проблемы по мере их поступления.

Однако должен признать: мне стоило поблагодарить Людмилу Ивановну. Бесята аж затихли под впечатлением от небольшой перепалки. Поэтому к концу урока мы успели превратить аудиторию в пустую бетонную коробку, благо разрушать они умели очень хорошо. А ещё притащили со склада стройматериалы, чтобы потом уже заняться отделкой.

Но именно потом. За пятнадцать минут до конца занятия я отпустил ребят переодеваться и отдыхать. А сам уже подумывал, чем отобедать сегодня в «Сломанном сапоге», когда вдруг раздался телефонный звонок.

— Да, Марина Вячеславовна?.. Понял. Скоро буду.

Похоже, обед придётся отложить.

━─━────༺༻────━─━

Весь медицинский корпус будто стоял на ушах. Стоило мне только войти, как мимо меня пронеслись два врача с обеспокоенными лицами. А со второго этажа раздались приглушённые крики.

Так, и что же там происходит?

«Я, значит, не имею права⁈ Да ты совсем охренела, девка! Перед тобой граф Свиридов, уйди прочь!» — кричал какой-то неуравновешенный кретин.

«К нему нельзя, Аскольд Леонидович! — явно сдерживаясь, рычала Марина. — И да, вы не имеете права нарушать больничный режим!»

Ого, если уж лекарка держит себя в руках, значит дело серьёзное. Будь у неё возможность, вышвырнула бы наглеца через окно. Травматология всё равно в соседнем корпусе.

Но кретин был не один. Когда я поднялся по лестнице ко входу на второй этаж, путь мне загородили двое одарённых очень грозного вида. В чёрных костюмах, с лысыми макушками и не обезображенными интеллектом рожами.

— Нельзя, прочь отсюда! — пробасил один из них.

— Да мне только спросить, — отмахнулся я и прошёл в коридор.

Пришлось, правда, парализовать Источники этих бугаев вместе с самими бугаями, но это так, мелочи.

А в самом коридоре увидел ещё кучу таких же людей в чёрном, которые загородили весь путь, и мужика в дорогом костюме рядом с пунцовой от злости лекаркой.

— Марина-как-там-тебя! — угрожающим тоном рыкнул мужик. — Если ты сейчас же не освободишь дорогу!..

— То что? — спросил я, оказавшись прямо за его спиной.

Мужик осёкся, тут же нагнал энергии по каналам и ощетинился плотной аурой. А мгновение спустя уже стоял ко мне лицом. Как-то он не похож на аристократа, если честно.

— Сергей⁈ — ахнула Марина.

Она удивлённо захлопала глазами, когда заметила, что вся охрана этого кретина теперь лежит на полу.

Просто спит! Я ж не стану сворачивать им шеи на территории академии… ну, без должного повода уж точно.

— Ты кто такой, Сергей? — прорычал кретин.

Это был высокий мужик. Почти такой же высокий, как я, что встречается не так уж часто. Ему было за пятьдесят, но короткие чёрные волосы до сих пор не тронула седина.

Он приготовился к настоящей битве, по каналам бурлила магия. Стихийный дар огненный, что явно сказалось на вспыльчивости. Но имелся и особенный дар, довольно интересный…

— Да я только спросить зашёл, — сказал я, после чего перевёл взгляд на лекарку. — Вы в порядке, Марина Вячеславовна?

Она кивнула, но вымолвить не смогла ни слова.

Мы же с кретином неподвижно стояли друг напротив друга. Но каждый из нас сосредоточил магию в Источнике и готов был мгновенно пустить её в ход. Марина наконец-то опомнилась и воспользовалась случаем, чтобы убрать персонал подальше. Это она молодец.

Я старался не переборщить с магией, а то придётся соскребать наглеца со стен.

— Это отец Антона Свиридова, — пояснила Марина, глазами умоляя меня не применять силу.

Она осталась одна из всего персонала. Лекарка боялась находиться рядом с нами, потому что могла чувствовать опасные потоки энергии. Но пересилила себя, чтобы не допустить катастрофы.

— Аскольд Леонидович, это Ставров Сергей Викторович, классный руководитель вашего сына. Он…

— Он завалил всю мою охрану, — процедил кретин. — И ответит за это.

Я ничего не сказал, лишь усмехнулся. Отчего его Источник выдал новую волну бурлящей магии.

Аскольд был довольно сильным магом. Восьмой ранг, даже почти девятый. А особенный дар силового поля делал из него очень сложного противника. Если, конечно, не можешь это самое поле распустить, словно вязаный шарф, как мог сделать я, например.

— Завалил охрану? Не понимаю, о чём ты. Когда я пришёл, они уже спали, — пожал я плечами.

Тут позади кто-то из бугаев всхрапнул, что явно удивило Аскольда. Он не спускал с меня своих глубоко посаженных тёмных глаз. Лицо было морщинистое и сухое, а заигравшие желваки переливались волокнами.

Я ждал, что он как-то ответит, но Аскольд промолчал. Он точно не дурак, поэтому сдерживался и пытался разгадать мой уровень сил.

Завалить целый отряд охраны аристократа — дело непростое. Но сделать так, чтобы они просто заснули?

Засранец понял мой намёк.

Понял, но не мог дать заднюю.

— Господа, прошу вас успокоиться, — примирительным тоном произнесла Марина. — Давайте всё спокойно обсудим.

— Нечего тут обсуждать, — буркнул он. — Мой сын больше не учится в этой академии. Я забираю его сейчас же.

Ни хрена себе заявление!

Тут уже у меня вспыхнул Источник. И от прокатившей волны, которую я специально не гасил, Аскольд едва заметно скривился и невольно ощетинился силовым полем.

Марину я не трогал, но она тоже заметила изменения в поведении кретина, несмотря на все попытки их скрыть.

— Господа! — уже громче воскликнула она. — Прошу, не стоит…

Но вдруг нашу дуэль взглядов прервала тревога снаружи. Три коротких звона, которые после недолгого перерыва повторились.

— Жёлтый уровень опасности, — тихо произнесла Марина. — Что произошло⁈

— Хватит в гляделки играть, — прорычал я.

И вместе с этим бугаи из охраны Аскольда начали приходить в себя.

— Согласен, — буркнул Аскольд. — Эй, балбесы! Чего развалились⁈ Живо на ноги, мать вашу!

Охрана быстро взбодрилась, все бедолаги подскочили на ноги и с угрожающими мордами начали выискивать врагов. Правда, натыкались только друг на друга.

— Охраняй больницу, — бросил я Аскольду.

— Ты мне что, приказал⁈

Он хотел возмутиться, но я уже вылетел через окно. И попутно просканировал округу на предмет происшествий.

Результат меня не обрадовал.

— Твою ж мать! — прорычал я, высмотрев в академическом лесу изливающийся светом участок.

Оттуда несло неровными потоками магии, которые расходились повсюду, словно круги на воде. И теперь они добрались до меня.

Это был разлом — межпространственная дыра, ведущая в обиталище монстров. И оттуда уже начали вырываться твари.

— Сергей Викторович! Сергей Викторович! — послышался встревоженный зов внизу.

Я приземлился на дорогу рядом с Анжелой и Полиной. Вокруг творился беспорядок, повсюду бегали испуганные дети, но кое-где уже раздавались команды учителей. Они собирали учеников в организованные группы, чтобы увести их в убежища.

— Где остальной класс, девочки? — спросил я спокойным голосом, с улыбкой на лице. — Кажется, случилась небольшая неприятность.

— Сейчас не время, Сергей Викторович! — воскликнула Анжела.

Смышлёная девчонка, этого не отнимешь. Поняла, что я старался их успокоить.

— Боря! — вскрикнула Полина, закрыв рот рукой.

Она держала перед собой телефон, и я уже хотел отчитать её. Мол, тут тревога гремит, а она в экран пялится!

Но всё оказалось куда хуже.

— Смотрите! — она выставила телефон перед собой, чтобы я мог увидеть, что там происходит.

А происходило там вот что…

— Охренеть! Это же, мать его, Криворог! — восклицал в прямом эфире Боря Юдин.

— Да их тут целая стая! — с восторгом заметил Саня.

Эти два оболтуса за каким-то лядом оказались в лесу. А позади на заднем фоне сиял открытый разлом.

— Эй, они идут прямо на нас, Саня!

— Бежим! — тут же сориентировался Савельев.

И в тот же миг я устремился в лес, наплевав на всю конспирацию.

Только бы успеть! Только бы успеть! Только бы!..

— Да чтоб вас!

Кривороги загнали обоих шкетов прямо в разлом.

Я приземлился на поляну, усеянную обломками деревьев. Небольшое стадо тварей крутилось рядом. Их было немного и они оказались на удивление осторожными и пока что наносили урон только окружающим деревьям. Переламывали стволы, словно сухие ветки, тормошили упавшие кроны и дербанили пеньки.

Разлом открылся посреди территории академии, но в очень неудачном для этого месте. В этих дебрях могли оказаться только такие засранцы, как Юдин и Савельев.

Не удивлюсь, если они каким-то образом этот разлом и вызвали…

Быстрым движением я выпустил хлысты магических потоков и рассёк тварей, которые уже обратили на меня внимание. Тяжёлые туши подкосились, с треском рухнули на землю, переломав торчащие пеньки. Несколько монстров успели удалиться дальше в лес, но с ними магическая академия должна справиться и без меня. Так что я нырнул в портал.

Но не увидел здесь своих шкетов!

Глава 19

Кривороги обитали в горных долинах. Они были проворны, несмотря на свои огромные рога и большой вес.

Умели лазать по отвесным скалам, словно горные козлы. Ну или крушили эти скалы, если высота никак не поддавалась.

Я вышел из портала как раз на такой скале. Разлом открылся прямо на верхушке, у обрыва.

В лицо ударил порывистый ветер, а глаза застилал ярко-алый закат на горизонте. Не так уж часто встречаются разломы с открытой местностью. Это явно был другой мир или другая часть вселенной, потому что здесь уже наступил вечер.

Местное солнце казалось огромным. Оно слепило. Но на температуре это не сказывалось. А ледяные ветра навевали мысли о хорошей шубе из меха Криворога.

Но их прервали крики знакомых голосов. Ну наконец-то!

— Сергей Викторович! Ура!

— Мы здесь! Сергей Викторович, сюда! Сюда! — вопил во всю глотку Савельев.

Я наклонился и увидел, как оба засранца висят на торчащей из скалы ветке. Хрен знает, как она тут проросла и за счёт чего держится, но сейчас она спасала две дурные головы от участи быть разбитыми о камни внизу. Или насаженными на длинные извилистые рога.

По скале, прямо под ними, упрямо взбирались десятки Криворогов. И ближайшие из них уже скоро коснутся пяток моих опез… кхм… учеников.

Неужто удача Юдина грозила закончиться? Хотя если подумать… То ни фига. Я ж здесь.

— Куда «сюда»? — раздражённо проворчал я. — Хотите, чтобы я приземлился прямо на эту ветку?

Парни пригляделись к дрожащим от напряжения корням и замотали головами. До них дошло, что тогда от ветки, ну и от них самих, ничего не останется. Молодцы! Научились делать логические выводы!

Особенно это радовало со стороны Сани. Мне вообще иногда кажется, что он жаждет попасть в травму. Может, он там уже был и увидел каких-то красивеньких медсестричек? Хм… А это имело бы смысл.

Но надеюсь, всё не так. У них тут пубертат вовсю прёт. Если все прочухают такой вариант, мне придётся ловить засранцев, как волк яйца в одной древней игрушке.

— Ну тогда не торопите, — усмехнулся я, после чего посмотрел поверх их болтающихся тел. — И постарайтесь сделать так, чтобы твари вас не сожрали раньше времени. А то мне придётся столько бумажек заполнять!

— В-вы же шутите, да? — взмолился Саня. — Д-да?

— Ты лучше вниз глянь, — посоветовал я.

Саня последовал моему совету, но тут же пожалел об этом, потому что твари приближались всё быстрее. Сначала они лезли к разлому, но теперь видели аппетитные филейные части молоденьких проказников. Кажется, я даже видел, как один из Криворогов облизнулся.

И всё же ситуация сложилась интересная. Что мы тут имеем? Двух малолетних шилоприводных мальцов, которые до сих пор не расшиблись только благодаря удачному стечению обстоятельств и наличию, собственно, меня.

А всё почему? Потому что…

Грёбаная удача! Она ведь реально преследует Борю! С издёвкой, правда, но факты налицо.

Во-первых, Криворогов в лесу было совсем немного, и они оказались в замешательстве. А всё из-за места, где открылся разлом в этом мире — у самого края на вершине скалы. Причём на обрыве, по которому даже эти твари не могут быстро взобраться.

Во-вторых, парни успели удрать от охреневших монстров в нашем мире. Хотя это, наверное, во-первых… Но не суть.

И что самое главное и непостижимое: они наверняка слетели прямо с обрыва, но умудрились зацепиться за ветку. Единственную ветку на отвесном склоне, между прочим.

Да она тут как будто ради них и росла!

Но как учитель, особенно по дисциплине «Основы Магической Безопасности», я обязан преподать им урок. Нельзя же полагаться только на удачу!

…

Нельзя же, правда?..

— Сергей Викторович, скорее! — верещал Саня. — Они лезут!

— А-а-а!!! — завизжал Боря. — Она меня тронула! Тронула!

И он был прав. Один Криворог почти добрался до мальчишки и слегка чиркнул подошву его ботинок острием рога. Но в следующую секунду скала под ним осыпалась, и тварь полетела вниз, сбивая собой своих сородичей.

— Ну на хрен! — выпалил я, имея в виду ещё одно подтверждение невероятной удачи Юдина.

— Вы это видели⁈ Видели⁈ — Саня же заболтал ногами от страха, будто поддерживая глубину моего ахера.

Но на самом деле ветка подустала исполнять своё предназначение и опасно хрустнула. Савельев это заметил и заорал как резанный.

Я же стоял на краю и размышлял. Идеи в голове проносились быстро, и каждая была не хуже другой, но в итоге решил провернуть один воспитательный момент и научить пацанов осторожности.

Но для начала я закупорил разлом, чтобы наружу не проникли новые твари. Это не так уж сложно, на самом деле. Разломы чем-то похожи на заклинания и состоят из нитей магических потоков. Что-то вроде дыры на носках, которые можно быстро зашить, нужны только нитка и иголка.

Правда, такой набор пока что был только у меня, поэтому чаще всего магам приходилось лезть внутрь, перебивать всю живность и разрушать Исток Разлома. Это мог быть кристалл или особо сильный монстр, например. Но это самые частые случаи, а бывали и куда веселее.

Как-то слышал, отряд боевых магов наткнулся на разлом, ведущий в какой-то средневековый замок. Судя по всему, им когда-то владел волшебник-юморист и к тому же непризнанный гений музыки. Потому что закрывался разлом игрой на пианино по специальным нотам.

Надо ли говорить, что само пианино уцелело лишь чудом, ноты собирали ещё сутки по всему замку, а для закрытия пришлось тащить ближайшего пианиста? Как ни странно, среди боевых магов не нашлось тех, кого родители в детстве запихнули в музыкалку.

— Держитесь! — крикнул я.

Портал продержится ещё пару часов, но никто не сможет зайти или выйти. Этого времени хватит, чтобы чуть сбавить обороты шилоприводов Савельева и Юдина.

Ветка сломалась. Наверное, от счастья, ведь её предназначение исполнилось. Парни закричали, но Саня со страху выдал такую воздушную подушку, что она сумела задержать падение и попутно сбила со склона ещё нескольких Криворогов.

Вот только не пойму: тут удача Юдина сработала, или я такой молодец, что обучил Саню основам магии ветра?

Погодите-ка…

О, Хаос! Надеюсь, я не как та несчастная ветка! Моё предназначение — не спасать его бедовый зад!

Пацаны тем временем приземлились прямо посреди остального стада, которое ждало своей очереди у подножия скалы. Тварей здесь тоже оказалось не слишком много — большая часть продолжала лезть к разлому. Они даже не подозревали, какой облом их там ждёт, хе-хе.

Я же наконец-то приземлился рядом с пацанами и сделал такое обеспокоенное и озлобленное лицо, что они едва не решились примкнуть к стаду.

— Сергей Викторович… — начал было оправдываться Саня.

— Мы не хотели!.. — пискнул Боря.

— Тихо! — гаркнул я. — Я пробью брешь, а вы бегите, понятно⁈

— Да! — хором откликнулись пацаны.

Кривороги уже опомнились. Нечасто добыча падает на них прямо с неба, и они не желали упускать такой случай.

— Сейчас! — я вихрем магии выбил три ряда тварей и прорвал кольцо окружения.

Всё выглядело как мощная атака стихией ветра, но урон от моих магических потоков куда хуже. Они парализовали каналы тварей и оглушили их напрочь. Магическая система монстров развита не хуже человеческой, так что ею я тоже могу манипулировать.

Главное — не переборщить, потому что моей целью было заставить пацанов подумать, что мне не по силам целое стадо Криворогов.

И пока я строил из себя отчаянного превозмогатора, Саня с Борей тут же помчались прочь и скрылись за выступом.

Твари же ринулись на меня всем скопом, навострили свои извилистые громадные рога. Видимо, самые смышлёные сейчас карабкались наверх. Или это были молодые особи, которые ещё не набрались достаточно опыта, потому что больше мешали друг другу, чем могли навредить мне.

Поначалу я думал связать их магическими путами или устроить пару-тройку цепных взрывов для пущего эффекта, но они отлично справлялись и без моего участия.

Кривороги устроили кучу-малу, сцепились друг с другом, подняли клубы пыли, мелких камней — такое устроили громыхание, что у меня даже в ушах зачесалось. И самое главное, что издалека это выглядело как ужасное побоище меня любимого.

«Он… он не выживет! — сокрушался Боря. — Сергей Викторович, простите нас…»

«Ты чё, блин, снимаешь опять⁈ — рявкнул Саня. — Валим отсюда! Быстрее!»

Разумно… Боре стоит призадуматься, если его учит разумности самый отпетый оболтус класса.

В общем, одни Кривороги продолжали тянуться к порталу, другие уже и позабыли зачем дерутся, тем более друг с другом.

Пацаны бежали в сторону рощи, где надеялись скрыться от тварей. Я же прогулочным шагом огибал холмы, покрывавшие долину, и прикидывал, чем ещё удивить нерадивых учеников.

Закат здесь продлится ещё пару часов. Как раз то, что нужно. А как вернёмся, даже успею на обед в «Сломанный сапог»! Сегодня вроде бы должны подавать кебаб.

━─━────༺༻────━─━

«Нам кабзда, нам кабзда, нам кабз…»

«Да тихо ты! — рявкнул Саня. — Не ссы, Борян, прорвёмся».

Молодец Савельев. Собрался, не спасовал, и теперь пытался придумать выход из ситуации, пока они сидели в узкой пещере, куда не смогут пробраться Кривороги.

При этом Источник у пацана дрожит как при ознобе, а зубы стучат от страха.

«Мы в яме, — Боря снова достал свою камеру. — Бежали в лес, но упали сюда. Саня говорит, что это к лучшему».

«Борян, чтоб тебя! — шикнул Савельев. — Заткнись!»

Снова молодец. Снаружи как раз мимо топал престарелый Криворог. Животина утомлённо взирала на утихающую гурьбу у подножия скалы и недовольно вздыхала. Наверное, думала о глупости молодых особей или вспоминала о днях, когда так же ломала рога другим самцам в подобных сворах.

В любом случае, он мог почуять людей в расщелине под холмом. Но спустя несколько тягучих секунд поднялся наверх и скрылся в роще тёмных кривых деревьев, которые этот холм покрывали.

«Фу-ух-х… — тихо выдохнул Саня. — Кажись, пронесло».

Это точно. Похоже, этот Криворог был очень старым, глухим и простуженным, если не учуял двух напуганных и потных мальчишек прямо у себя под ногами.

Снова эта странная удача Юдина? Надо как-нибудь изучить его Источник поподробнее. Неужели я пропустил какие-то особенности…

«Надо выдвигаться», — заявил Саня.

«Чего⁈ — чуть было не вскрикнул Боря. — Ты с ума сошёл!»

Но Саня его не слушал, а потихоньку лез наверх.

«Дорогие подписчики, это, походу, мой некролог. Потому что Савельев поехал крышей!»

«Да тихо ты», — бросил ему Саня у входа в пещеру.

Затем он осторожно скатился вниз и прошептал:

«Вокруг тварей больше нет, а те, что у скалы, уже расходятся. Они устали, кто-то ранен. Быть может, это наш единственный шанс сбежать!»

Вот Саня, вот молодца, а! Бытовой интеллект у него как у пятилетнего, но в подобных ситуациях он даст фору любому на курсе. Всё правильно разложил. Но что дальше?

«И как ты собираешься забираться наверх? — пробурчал Боря. — Даже Кривороги кое-как справляются. А они в этом мастера!»

«Есть у меня идея… — в голосе Сани прозвучали нотки предвкушения и беспокойства. — Но она тебе вряд ли понравится».

Я послушал эту идею.

И она мне не понравилась.

━─━────༺༻────━─━

А, к чёрту «Сломанный сапог»!

Сегодня, в смысле…

Мало кто знает, но мясо Криворогов на вкус как дорогущая говядина. Стейки с тонкими прожилками при правильной прожарке просто тают во рту. Причём не нужно сливочного масла, можно использовать грудинку той же твари вместо него. А всякие розмарины вполне заменит трава, растущая на здешних лугах. Я как раз присмотрел парочку.

Но есть один момент.

Это всё «полевая» история. Именно свежий воздух, примитивная посуда, травы, которые только-только сорваны с ближайшей поляны. Иначе не тот коленкор, как говорится.

Кстати, говорится так только в этом мире. Я когда впервые услышал это непонятное слово и пошёл искать значение в сети, сначала понять не мог, при чём тут какая-то ткань. Ну… меня тоже понять можно, это было в самом начале новой жизни, и я одно время всякий факт проверял в интернете. В мире Хаоса такой прикольной штуки не было.

Представляю, как я постил бы свои победы над тварями, хе-хе…

«Злоеб…» кхм, это было моё личное название твари. Правильнее с общепринятым: «Злоежгучий Шипогрог повержен, дорогие подписчики! Внизу прикрепил ссылку для пожертвований и голосовалку, какого монстра будем гасить в следующий раз!»

Да, было бы весело…

В общем, я отвлёкся. Стейки из криворожины по моему авторитетному мнению приготовить дома не вариант, нужно всё сделать здесь, на природе. Можно использовать камни в качестве сковороды, например. А из рогов сделать ножи и вилки.

И чай из горных трав! Тут как раз река бурлит неподалёку.

Вот так всё приготовить и наслаждаться ужином на фоне алого заката… Ка-а-айф!

Кстати, один особенно агрессивный Криворог уже готов к приготовлению. Наглый попался, гасил своих же. А когда беспорядочная драка закончилась, добивал раненых и начал загонять бедных самок, которые пытались помочь своим самцам.

Надо сказать, Кривороги относительно моногамны. На сезон выбирают себе пару и с другими особями в этом плане связей не имеют. Так что подлец поступил очень некрасиво.

Но зато отъелся хорошо! Видно, жрёт лучшую траву в долине и ни с кем не делится. Не делился, в смысле…

А что там Саня с Борей, кстати?

А Саня с Борей ринулись из пещеры со всех ног. Твари их заметили не сразу. Молодые зализывали раны и быстро разбились по парочкам, чтобы делать это эффективнее. А взрослые и боевитые особи уже устали покорять отвесную вершину. Причём они раз за разом натыкались на закрытый портал, падали на землю, стряхивали с себя осколки камней, куски мха и земли, а затем лезли снова.

Хм… чем-то они мне Саню напомнили.

В общем, до двух мелких школьников дела никому не было. Почти никому.

— Грр-ру-у-уа-а-агх! — раздался вдруг протяжный низкий вой из леса.

Это тот самый старец-Криворог показался. И предупредил, зараза, остальных, что добыча сбегает прямо из-под носа.

Сначала среагировали взрослые твари, что уже чуть отдохнули и ушли утолять жажду. Затем от самок оторвались молодые самцы, которым надо было показать себя.

Валяющиеся у подножия скалы Кривороги были ближе всех, но не каждый смог подняться на ноги, чтобы помешать мальцам добраться до склона.

А затем, когда две группы Криворогов почти настигли их, Саня с Борей привели в действие их безумный план.

— Давай, сейчас! — закричал Савельев, схватив сотоварища в крепкие объятия.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а! — просто кричал Юдин.

И его можно было понять. Это нормально — кричать, когда запускаешь себя, словно ракету.

Вот она, идея Сани. Он лучше всего владел магией воздуха, затем осваивал огонь. Но смешивать стихии ещё не научился, поэтому пригодился огневик Боря. И вдвоём они смешали направленный мощный поток ветра и пламя, которое разгорелось под его влиянием.

И взлетели!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — закричал теперь и Саня тоже.

Да что уж. Даже я едва не закричал!

Шутка ли — два моих ученика отправились в неуправляемый полёт!

Причём Саня при всей своей смекалке и недюжинной смелости сходу задал неверное направление, и два опез… кхм, негодника полетели вообще в другую сторону.

Не, нужно его записать на дополнительные курсы по математике и естественным наукам. А то он слишком гениален для своей тупости.

Вообще-то я хотел появиться, когда они наткнулись бы на закрытый портал, но придётся переиграть ситуацию.

— Саня, я тебя прибью-ю-ю-у-у-у-у!

— Простии-и-и-и-и!

Продолжали они кричать, пока падали обратно на землю с высоты метров двести. Да, у Савельева запасы магии громадные, и одного рывка хватило, чтобы так подбросить обоих недомагов.

Но не зря я вдалбливал ему технику безопасности при падениях. Ближе к земле он машинально высвободил воздушную подушку и даже правильно сгруппировался. Боря, правда, такой подробной школы не прошёл, с ним я ограничился стандартными упражнениями в составе класса перед полигоном. Но тоже справился неплохо.

И всё же падать с такой высоты непросто и болезненно. Парни распластались на траве и скорчили рожи. А объединённое стадо Криворогов тем временем сотрясали долину и во весь опор мчались прямо на них.

— Вставай, Борян… — прохрипел Саня, перебарывая боль. — Вставай, а то нас затопчут.

— А-а-а… — простонал Юдин. — Моя камера…

— Ты что, опять снимал⁈ — оживился Саня. — Да ты ох!.. Давай быстрее!

От накатившего негодования он подскочил и потянул Юдина. Тот и правда продолжал держать камеру, что снова заставило меня чуть-чуть совсем охренеть от его приоритетов. Но затем я увидел, что упали засранцы прямо на лежанку Криворога!

Это твари так устраивались на ночлег. Собирали в одном месте кучу оборванной травы и делали подушку, чтобы удобнее валяться было. Обычно они на утро сжирали собственную постель, но эта почему-то уцелела. И оказалась именно там, куда упал Боря.

— О, Хаос! — я покачал головой. — Это явно твои проделки!

Ну так просто не бывает! Не должно так быть!

Я даже подумывал не вмешиваться и посмотреть, что судьба придумает дальше, но решил не рисковать. Всё же по моему опыту удача сопутствует тем, кто её не ждёт и сам добивается цели. А ещё она дама непостоянная, так что не будем её искушать.

Я показался из-за холма с другой стороны от приближающегося стада. Шкеты не заметили меня, потому что зачем-то пытались высмотреть надвигающуюся угрозу.

— Савельев! Юдин! — крикнул я с хрипотцой в голосе.

— Сергей Викторович⁈ — ахнули они хором. — Вы живы!!!

Но тут же осеклись и с ужасом взглянули на меня.

Изорванная одежда, весь в крови, со злобным оскалом и грязью на лице. Руки тоже испачканы, дышу тяжело и часто.

Вроде хорошо воссоздал образ превозмогатора, как по мне. Причём в короткие сроки и подручными средствами, замечу!

— Вы в порядке, Сергей Викторович⁈ — они ринулись ко мне и сходу кинулись обниматься.

Прижались крепко, чуть не захныкали. Я даже на пару мгновений подумал, не переборщил ли с представлением. Но затем увидел, как Боря подбирает подходящий ракурс, и понял, что слишком рано появился.

— Так, давайте за мной, — процедил я, будто сквозь боль. — Быстро и тихо, поняли?

— Да! — кивнул Саня.

— Только вытащите нас отсюда! — заскулил Боря.

Я увёл пацанов в сторону и скрыл запахи, чтобы стадо не учуяло нас. Некоторое время пришлось переждать, пока всё не успокоилось, а затем мы по низинам добрались до небольшой скалы, где я соорудил своё временное убежище.

Сама скала немного походила на пирамиду со впадиной на самой верхушке. И вообще-то не выглядела как надёжная защита от тварей, но обросла мхом, который выделял неприятный для Криворогов запах. Так что это самое безопасное место в долине.

— Это что, костёр? — удивился Боря.

— И мясо! — обрадовался Саня.

Затем оба уставились на мою добычу хищными голодными глазами…

Так. Вообще-то у Криворога не так уж много мяса для стейков! И я собирался сожрать всё в одно рыло.

Надо было оставить шкетов в долине — пущай побегали бы. Но вместо этого я решил преподать им небольшой урок выживания на природе.

— Чтобы добыть огонь, нужно применить некоторые знания физики, — учил я.

— Разве не проще вот так? — Саня пшикнул пламенем, и сложенные домиком ветки…

А ничего с ними не произошло, потому что я погасил огонь.

— Эй! — испугался Саня. — Что происходит⁈

Он снова попытался поджечь костёр, но это не удалось. Боря тоже пробовал, и тоже безуспешно.

— Бывают такие зоны, где магия не работает, — пояснил я. — Или вы можете потратить её слишком много. До такой степени, что даже малый всплеск будет критическим для Источника. Нельзя полагаться только на магию. Нужно уметь обходиться и без неё.

Но тут меня удивил уже Боря. Он со скучающим видом окинул наше убежище, приметил осколки кремня и принялся выбивать искру.

— Ты чё, шаришь? — удивился Саня.

— Я ж деревенский, — буркнул Боря. — Спички могут отсыреть, особенно поутру.

Он поджёг мох, и тот задымился. Вместе с отпугивающим Криворогов запахом этот мох наполнялся соком, который отлично разгорался.

— Мы иногда коров ночью на пастбище водили. Фу-у-у! — парень поддувал пламя, чтобы то поскорее охватило ветки. — Когда жара сильная, в смысле. Ну и поутру от росы всё намокало, если прошляпил. А коров ещё пару часов держать надо.

Огонь разгорелся, и я подкинул хвороста.

— Вот так посидишь на остывшем воздухе, сырой и продрогший, — ухмыльнулся Боря, — сразу научишься огонь выбивать.

Его камера стояла на выступе рядом и продолжала нас снимать, но я уже не возражал. Нет смысла противиться неминуемому.

Так что мы разделали тушку, нагрели камень, в котором я выскоблил углубление, и пожарили три сочных стейка. В ещё одном камне, где ямку я сделал глубже, сварили чай.

Закат тем временем подходил к своему апогею. Здешнее солнце было огромным и окрасило всю долину в алые и багровые оттенки, а река, бурлящая по низинам, мерцала рубиновым блеском.

— Красота-то какая, — улыбнулся я. — Лепота.

А после мы двинулись к порталу.

Надеюсь, в академии уже со всем разобрались, и я смогу наведаться в «Сломанный сапог», раз уж пришлось делиться стейками. Закажу рог Ратного Кофе и закушу шницелем, как и планировал.

За два часа ведь можно утрясти все проволочки, поймать тварей и составить все нужные отчёты, верно?

Я ведь прав?

Глава 20

Ох и не прав я был. Ох и не прав…

Когда мы со шкетами вышли из разлома, я ожидал увидеть оцепление, наставленные на нас стволы и свет магических снарядов, готовых к залпам. Даже выставил магический щит, чтобы мелких не задело.

Но мы оказались посреди пустой поляны, а неподалёку спокойно точил рога о поваленное дерево грёбаный Криворог.

Он с удивлением повернул в нашу сторону свою морду и замер, будто мы застали его за чем-то непристойным.

— Так, блин, — нахмурился я, поправляя увесистый мешок на плече. — Какого ляда здесь происходит?

— Кажется, он не собирается нас атаковать, — прокомментировал Саня.

Видно, решил, что я имею в виду заблудшую тварь.

— Может, он добрый? — задумался Боря.

И пошагал прямо к Криворогу. Кажется, тот охренел не меньше меня, потому что замер на месте с разинутой зубастой пастью.

Это на лугах они питались травушкой и мхом, если тот не источал зловонный для них запах. А так-то не прочь перекусить мясом. За нами они бегали не для того, чтобы прокатить на спине, между прочим.

— Сергей Викторович? — забеспокоился Саня. Он наблюдал, как Юдин шаг за шагом приближается к твари седьмого ранга. — Он же…

— Не-не, погоди, — прошептал я. — Пусть он сам поймёт.

Боря держал перед собой камеру в одной руке, а другую вытянул вперёд, словно хотел погладить Криворога по носу.

— Смотрите, дорогие подписчики. Он огромный, — тихо проговаривал пацан. — Мощный. Вы верите, что можно подобраться так близко?

Конечно, я был настороже. Стоит только монстру сделать одно резкое движение, и парню несдобровать. Но он ничего такого не делал.

Громадный по сравнению с пацаном Криворог. Тварь седьмого ранга, его даже в не во всяком монстрариуме увидишь, потому что клетки не выдерживают. И сейчас он заворожённо глядел своими тёмными глазами на подступающего человека.

Нет, это уже совсем за гранью!

Отказываюсь в это верить!

Боря подошёл совсем близко и остановился между извилистыми рогами с протянутой рукой. Криворог фыркнул, но ничего не предпринял. Так они стояли несколько секунд, а затем…

— Ну на хер!

Монстр протянул свою морду. Морду, блин! Чтобы малец его, значит, погладил!

— А это нормально, Сергей Викторович? — усомнился в происходящем Саня.

— Ненормально. Вообще ненормально. Никак ненормально.

У меня дёрнулся глаз. Натурально, а не наигранно, потому что Боря Юдин умудрился отыскать единственного Криворога-пацифиста.

Монстры — это не обычные животные. Они пропитаны магией, жутко опасны и ведомы инстинктами, которые говорят убивать. Между собой монстры тоже грызутся, но на людей реагируют особенно остро. Мы природные враги — что в мире Хаоса, что в этом.

Но Боря Юдин сейчас водил рукой по вытянутой морде одного из этих чудовищ.

Удача точно влюбилась в этого пацана.

— А что он должен был понять? — снова спросил Саня.

— Помолчи, а, — вздохнул я.

Затем осмотрелся. Больше монстров вокруг не было. Но и людей, которые должны охранять разлом, тоже не наблюдалось. А стоять тут и дежурить как-то мне не улыбалось.

— Боря, хватит миловаться! — крикнул я. — Пускай идёт туда, откуда пришёл.

Криворог дёрнулся от моего крика, но не попытался убежать или проявить агрессию. Правда, на этот раз не из соображений миролюбия, а просто почувствовал неминуемую угрозу быть намотанным на собственные рога.

— Сергей Викторович, можно его оставить? — взмолился Боря.

— Сбрендил, что ли⁈ Отойди от него, говорю!

Боря с расстроенным видом послушался меня и сделал несколько шагов назад. Я же магической плетью захватил Криворога и потянул к разлому. Было бы проще прибить его, но теперь уже нельзя. Иначе пацан мне этого не простит. Он реально не опасный, по крайней мере, если на него не нападать.

Да вот только небольшая загвоздка снова случилась. Он начал упираться.

Нет, ну это уже совсем ни в какие ворота.

— Тащи свою тощую задницу домой! — прорычал я.

Криворог, если приглядеться, был меньше своих сородичей. Но при этом молодой совсем, живенький. Он бороздил землю копытами и клокотал, не желая возвращаться.

— Ну пожалуйста, Сергей Викторович! — снова заныл Боря. — Давайте оставим Коржика!

— Коржика⁈

— Коржика, — улыбнулся пацан. — Я так его назвал!

Он ему ещё и имя дал!

Всё, трындец. И что мне с этим счастьем делать?

Боря уставился на меня щенячьими глазами. Даже Криворог умудрился состроить печальную рожу. Саня…

— Саня, и ты туда же? — процедил я.

— Ну он глядите какой милый! — воскликнул Савельев.

Коржик, блин. Коржик!!!

— Вашу ж Глашу… — вздохнул я, ослабляя магические путы.

— Ур-ра-а! — воскликнул Боря.

— Гроу-угхра-а-а!! — радостно заклокотал Криворог.

— Он не поместится в нашей общаге, — призадумался Саня.

Ну наконец-то умная мысль. Может, он всё же не так глуп, как хочет показаться? К тому же комендант общежития и директор академии точно не разрешат его оставить…

— Сергей Викторович, — продолжил шкет, — вы же в частном доме живёте, я слышал?

Бл!..

━─━────༺༻────━─━

Всё же Коржик был единственным пацифистом среди своих сородичей. Возможно поэтому и отказался возвращаться домой, ведь там куча агрессивных монстров куда крупнее него.

Но и по эту сторону разлома оказались не самые тихие твари. Некоторые Кривороги сумели пробраться через лес и вырвались на территорию учебных корпусов.

И устроили тут сущие беспорядки.

Одного я прибил по пути к дому. Он увидел Коржика и почему-то сильно разозлился, бросился прямо на нас с рогами наперевес.

Самого Коржика я оставил на заднем дворе, загородив животину вольером из переплетённых магических прутьев. Такие даже Свирепого Костегрызла способны удержать, не то что семиранговую тварь. Но я решил перестраховаться на всякий случай. Мешок тоже оставил дома, но подальше от Коржика.

Второй Криворог убился об меня уже потом, когда я доставил Саню с Борей до общежития. Дурак попался — решил, что со спины я его не замечу.

А вот всё с третьим и последним из уцелевших оказалось поинтереснее.

— Уводи его! Уводи от здания! А-а-а!!! — раздался тонкий девичий визг.

Правда, с девичьим я немного ошибся, ведь это был Аркаша. Но тут легко перепутать, потому что он надрывал глотку звонким фальцетом, пока висел на карнизе здания. А внизу рыл землю фыркающий монстр, но у меня возникали подозрения, что стёкла разбиты именно из-за визга, а не таранных ударов Криворога.

Саму тварь сейчас пыталась отвлечь Олеся Степановна. Но не слишком рьяно. И дело тут не в Аркаше, а в самой твари. И в некоторых амбициях преподавателя зоологии.

— Тихо, тихо, малыш! — приговаривала она со слегка сумасшедшей улыбкой. — Иди ко мне, не бойся. Я не обижу. Выделим тебе просторный вольер, будем вкусно кормить три раза в день. Не бойся.

А Криворог и не боялся. Эти твари не отличались особым интеллектом, но он быстро понял, что новая добыча куда доступнее той, что приходится сбивать с фасада, и с воем ринулся на Олесю Степановну.

— Ах ты, гад! — прорычала женщина. — Пакостить вздумал, посмотрите на него!

Её заботливое выражение лица мигом сменилось на гнев, и в монстра хлынул мощный поток ледяной воды. Он отбросил огромного Криворога и заставил его ненадолго остановиться, но остудить пыл не удалось.

Монстр снова ринулся на Олесю Степановну, и теперь она попыталась сковать его каменными путами, раздербанив при этом половину улицы вместе с тротуарами.

Поднялась пыль, из воронок в земле торчали водопроводные трубы и кабели, но даже такие путы не удержали Криворога. Он вырвался, рявкнул и снова забил копытами в отчаянной попытке достать свою жертву.

— Ну, я пыталась! — с обидой в голосе воскликнула Олеся Степановна.

А затем, прямо перед прущим сквозь обломки дороги монстром, вырос острый каменный кол.

— О, шашлык! — пришло мне в голову. — Не шницель, а шашлык!

У повара в «Сломанном сапоге» отлично получается мясо. А с бараниной так и вовсе песня выходит!

— Сергей Викторович, что вы здесь делаете? — недовольно буркнула Олеся Степановна.

Она явно расстроилась, что не пополнит городской монстрариум ещё одной тварью… Кста-а-а-ати-и-и!

— Искал именно вас, — улыбнулся в ответ.

— Меня? — удивилась Олеся Степановна. — Зачем?

— Вы хотели закинуть этого монстра в клетку, я правильно понимаю?

— Ага… Вообще-то нам досталась одна самка Криворога. Обычно только самцы этих монстров выбираются из разлома, но эта каким-то образом очутилась снаружи и заплутала. Она кажется странной, совсем не похожа на своих сородичей. Я надеялась найти ей пару.

Я повёл бровью и обернулся на поверженного монстра.

— Вот это пара, по-вашему?

— Ну, на безрыбье, как говорится, — пожала плечами Олеся Степановна.

— Ладно, будет вам Криворог, не волнуйтесь.

Она мигом засияла, заулыбалась и с видом чутка пришибленной на голову шагнула поближе ко мне.

— Вы обещаете, Сергей Викторович?

— Ага, — я на всякий случай отошёл подальше. — Только условие будет.

— Какое? — она будто вернулась из транса и захлопала глазами.

— Один чересчур удачливый малец прямо горит желанием устроиться к вам в монстрариум на подработку и ежедневно ухаживать за будущей ячейкой общества. Включая кормёжку, ну и… вы понимаете.

— О, этого сколько угодно! — ещё сильнее заулыбалась Олеся Степановна. — Мы всегда рады практикантам!

Вот так вот, Боря. Иногда удача пахнет, хе-хе… навозом!

Но это всё лирика, как говорится. Меня беспокоило другое.

— А где все? — поинтересовался я.

Тут рядом приземлился Аркаша. Он спрыгнул с карниза и выстроил под ногами пологую ледяную горку. Но слегка перестарался, вылетел в воронку и с видом, что так и планировал, облокотился на торчащий кусок асфальта.

— Они в убежищах, — пояснил он, важно поправив очки.

— Каких, на хер, убежищах? — я уже начинал злиться. — Где отряды реагирования? Почему разлом не оцеплен, а твари разгуливают по академии? Разгуливали, точнее, пока я не появился!

Олеся Степановна потупила взгляд, а Аркаша возмутился, хотя его наверняка задели мои слова.

— Таков порядок мероприятий по защите… — забормотал он.

— Зарыться в норы и сидеть, как обосравшиеся мыши? — прорычал я.

Аркаша осёкся и поджал губы, не найдя слов.

— По протоколу мы так и должны сделать, — тихо проговорила Олеся Степановна. — Увести учеников в убежища и ждать прибытия группы быстрого реагирования.

— Какого реагирования⁈ — я уже не начинал — злился. — Прошло два часа, где их черти носят⁈

Олеся Степановна снова потупила взгляд, а вот Аркаша, наоборот, набрался храбрости:

— Сергей Викторович, почему вы предъявляете всё это нам? Мы здесь люди подневольные.

— Да, вы правы, — признал я. — А кто у нас за подобные штуки ответственен?

— Я не знаю, — буркнул Аркаша. — Мы вообще-то в один день устроились, если не забыли.

— Ага, точно. Кстати… — я нахмурился.

— Ч-чего⁈ — Аркаша почуял неладное и отпрянул, чуть не споткнувшись о камень.

Я огляделся. Вся территория академии была пустой, ни одного человека, кроме этих двоих, тут не было.

Если я правильно помню, в общаге, куда подкинул Саню с Борей, тоже никого.

— А ты-то чего на поверхности делаешь? — спросил я.

Олеся Степановна не стала прятаться в надежде захватить Криворога в свою коллекцию. А вот Аркаша наверняка не ради подвигов отказался сидеть в убежище.

— Я… я… Неважно! — буркнул он. — Я не обязан перед вами оправдываться!

— Что, заплутал? — усмехнулся я.

И по проблеску гнева понял, что догадка оказалась верной.

Но меня сейчас интересовал другой вопрос. Меня не было всего пару часов, и перед уходом я перебил почти всё стадо тварей. С остатками должны были справиться без особых проблем, но вместо этого на улицах академии теперь вытоптанные дороги, перебитые бордюры, поваленные фонари и обвалившиеся фасады.

— Кто отвечает за безопасность в этом славном учреждении? — процедил я.

— Платон Миронович, — ответила Олеся Викторовна. — Завуч по безопасности.

— И где этот замечательный человек? — Теперь мой оскал заставил её занервничать.

— О-он в командировке, — бедняжка нервно сглотнула, хотя её я пугать не собирался. — Как раз сегодня должен приехать. Ближе к вечеру.

— Отлично! Это просто отлично. Вот и поговорим. Вечером.

А пока мне нужно в больницу. Надеюсь, граф Свиридов не увёз своего бастарда под шумок. Для него же лучше, если это так, потому что я сейчас зол. Очень зол. И на дыхательные практики как-то настроения нет.

━─━────༺༻────━─━

Охрана Свиридова оставалась на месте всё время тревоги. Они оцепили корпус и не подпускали тварей, одного даже завалили. Перебитая туша валялась рядом со входом.

Но ни один из этих засранцев не двинулся с места, чтобы покончить с угрозой в академии.

— Я так понимаю, проблемы закончились, — констатировал Аскольд.

Он заметил мой потрёпанный вид, но ничего не сказал.

— Тогда мы можем ехать. И без того задержались в этой… — граф с некоторым отвращением огляделся, — академии.

— Да скатертью дорога, — улыбнулся я.

Аскольд снова вперил в меня свой взгляд, нахмурился, будто хотел разглядеть что-то этакое. Не знаю, что именно.

А затем процедил:

— Мой сын будет учиться здесь. Так что…

— Я это и без вас знаю, — перебил я его. — И это не ваш сын. Насколько мне известно, от рода Свиридовых у него только фамилия.

Верзилы за спиной графа зашевелились и состроили угрожающие рожи. Но сам Аскольд лишь стиснул зубы, снова заиграв желваками, и махнул им, чтобы не лезли.

— В нём проснулся дар, так что вопрос времени. Я завтра же… — грозно начал он.

— Мне насрать, — я снова его перебил, и на этот раз граф едва не сорвался. — Мне насрать, почему ты закинул своего бастарда в эту… — я обвёл взглядом коридор, пародируя графа, — академию. И почему появился, только когда у пацана открылся дар. И уж точно мне насрать, что ты там надумал по поводу его дальнейшей судьбы.

Аскольд уставился на меня красными от ярости глазами. Он не моргал, а пальцы, спрятанные в карманах, сжались в кулак. Его Источник бурлил, словно кипящий чайник, а из ушей разве что пар не валил.

Но он не был дураком. Он понял, что всей гвардии Свиридовых не хватит, чтобы одолеть меня. Аскольд был воякой и наверняка редко бывал в высшем обществе, иначе не вёл бы себя как бандит, но он явно повидал крови.

А стычка со мной обещала море крови. Его крови.

И не знаю отчего, но я твёрдо решил, что не позволю ему засрать голову Антону.

Быть может, мною руководила злость или, наоборот, здравый смысл, ведь дар Пожирателя очень могущественен и опасен. Если он попадёт в руки такого ублюдка, как Свиридов, не миновать беды. А может, я просто успел привязаться к пацану.

Или же всё вместе взятое.

Верзилы из охраны графа были в растерянности. Им наверняка в подобных случаях быстро давали команду «фас» и они втаптывали наглецов в грязь.

— Идём, — прорычал Аскольд, когда наконец-то устал играть в гляделки.

Он ушёл, а верзилы последовали за ним и с задумчивыми мордами косились в мою сторону.

Через пару минут снаружи раздались хлопки дверей в машинах. Свиридов со своей гвардией готовились к отбытию.

«Аскольд Леонидович, — спросил один из людей графа. — Почему мы не наказали ублюдка? Он же совсем берега попутал!»

«Дурак ты, Серый, — буркнул тот. — Он бы сам нас всех наказал. А потом вылечил и ещё раз наказал. Благо в больничке стояли…»

«Вы серьёзно? — насторожился Серый. Затем помолчал и добавил: — А ваш сын? Вы же договорились с той академией. Нехилый магарыч подогнали».

«Если в этой дыре такой тип работает, Серый… Пускай мой Тоха учится здесь».

«Но, Аскольд…»

«Серый! Завали хлебало и рули домой! Задолбал гундеть».

Машины загудели и тронулись с места. Я провожал их взглядом через окно и думал, что стоит разузнать про этого Свиридова подробнее. Как-то его манеры не сильно на аристократа смахивают. Но он точно родовитый граф.

А пока размышлял, из лифта вышла Марина и встала рядом со мной. Несколько секунд она просто молчала, но затем спросила:

— Это тебя монстры потрепали? Помощь нужна?

Это она про порванный костюм и следы крови.

— Не, — отмахнулся я. — Я не ранен.

Видно, ответ вызвал у неё ещё больше вопросов, но после небольшой паузы она задала правильный:

— Так у тебя получилось? С Антоном.

— Ага, — кивнул я.

— И какой у него дар?

— Пожиратель.

Признаться, я не сразу решился поделиться этим. Но этот дар довольно нестабилен, и мне может понадобиться её помощь, если что-то пойдёт не так. К тому же без Марины на открытие дара ушло бы куда больше времени, и кто знает, какую цену пришлось бы за это заплатить.

А ещё она ничего не поняла.

— Пожиратель? Никогда не слышала о таком даре! А что он…

— О! — воскликнул я, взглянув на часы. — У меня обед! Пока-пока.

— Что⁈ Стой!..

Лекарка дёрнулась в сторону выхода, чтобы перегородить путь, но я и не собирался действовать так банально. Зачем двери, если есть окна.

— Тоху ничем не пичкать, а как проснётся — накормить от пуза, — предупредил я уже на подоконнике. — Ну ты в курсе, справишься.

И помчался в «Сломанный сапог». Надеюсь, они там не закрылись из какой-то жёлтой тревоги?

━─━────༺༻────━─━

— Чего? Какая тревога? — спросил меня Вальдемар.

Лицо этого бородатого верзилы, который раздавал в «Сломанном сапоге» заказы, болезненно скривилось. Да и общий вид оставлял желать лучшего.

— Жёлтая, — хмыкнул я. — Разлом в лесу открылся, монстры появились… Вы разве не слышали?

— Эй, Стриг! — гаркнул Вальдемар бородачу с гитарой. — Ты слышал какую-то тревогу⁈

— Чё⁈ — Стриг тоже выглядел так себе.

— Тревога! Говорят, звенело снаружи!

Ну и дела! Вокруг творился полный хаос, а они ни сном ни духом!

— Часа два, — добавил я.

— Два часа! — кивнул Вальдемар, а затем снова обернулся ко мне. — А как звенело?

— Три коротких сигнала.

— Три коротких сигнала!

— Хер их знает, — отмахнулся Стриг.

— Хер их знает, — кивнул мне Вальдемар.

Стриг тем временем шмыгнул носом и продолжил тренькать по струнам, чтобы наладить гитару. Но затем вдруг его осенило:

— А! Вспомнил!

— Вспомнил⁈ — Вальдемар опять обернулся.

— Ага! — кивнул Стриг. — Какая-то хрень мне всю компост… кампо…

— Композицию? — подсказал я.

— Да! — ощерился он. — Композицию ломала! Как раз чё-то бзинькнет и заткнётся, бзинькнет и заткнётся.

— Ну а ты чего? — пробасил Вальдемар осипшим голосом.

Затем ему пришлось откашляться и залить глотку явно не кофе или морсом, которые числились в меню на обед.

— А чего я! — усмехнулся Стриг. — Врубил гитару погромче, и не слышно этой хрени.

Он вернулся к своей гитаре, а Вальдемар тяжело вздохнул, облокотился на бочку, за которой я сидел, и окинул меня слегка затуманенным взглядом.

— Вот как оно получилось, Ставр. А я-то думаю, чего у нас посетителей нет…

Затем он нахмурился и пригляделся ко мне повнимательнее.

— Ставр…

— Ага? — хмыкнул я.

— А чего это ты… такой…

— Какой?

— Ну, порванный… — он прищурился и наклонился. — Это кровь, что ль?

— Она самая.

Я так проголодался, что решил не переодеваться и сразу отправился сюда. Да, пары стейков для меня мало. Даже самых вкусных… Особенно самых вкусных! Да и прикид здесь вполне вписался, я считаю.

— Твоя, что ль?

— Не, — помотал я головой.

Затем Вальдемар наконец-то заметил увесистый мешок из шкуры Криворога, который я притащил из дома. Который, между прочим, стоял прямо у бочки.

— А это чё? — махнул он.

— А это, братан… — я ухмыльнулся и потянул за узел, — это работёнка для Кока.

Кок в «Сломанном сапоге» отвечал за еду. И это единственный человек во всей академии кроме меня самого, кому можно доверить мясо в этом мешке. А мне чего-то лень готовить, так что я решил обратиться к специалисту.

— Ух ты ж ля! — ахнул Вальдемар. — Это то, о чём я думаю⁈

— Ага. Мясо Криворога. Свежайшее!

— Вот это подгон! — обрадовался Вальдемар.

Он накинулся на меня и стиснул в объятиях, а затем закинул мешок за спину и отправился на кухню, едва не перевернув все столы по пути.

Охота получилась неожиданной, но удачной. Сейчас будет и шницель, как я и планировал, и кебаб, и шашлык, и чего только душа пожелает.

— Вальдемар! — кинул я вслед. — Кофе мне не забудь! Ратного!

А потом придумаю, что делать с этим завучем по безопасности. У меня к нему ба-а-альшие вопросы.

Глава 21

Завуч по безопасности не приехал.

Миронов Платон Миронович — так его зовут — вдруг отыскал в своих загашниках какое-то срочное дело и умотал в новую командировку прямо по пути с предыдущей. Это он зря, ведь у меня будет больше времени, чтобы продумать ситуацию, поставить цели и составить план. МЖЦПДР, ё-моё!

Причём Мысль и Желание обезопасить академию у меня уже появились. А затем я задался Целью это сделать, так что этому Платону от меня не отвертеться.

Вообще сначала я подумывал нагнать его и вписать некоторые корректировки в столь плотный график. Но только собирался покинуть это славное заведение, как вдруг Кок притаранил охренительный кебаб!

— А, хрен с ним, с этим Миронычем! — решил я, обливаясь слюнями.

К тому же стоит дело получше обдумать. Нагнать и вписать люлей успеем всегда, а хорошая мысля приходит опосля, как говорится.

— Хрен с ним, ага! — кивнул Вальдемар. — А… кто такой Мироныч?

— Зачем Мироныч? — спросил Стриг.

— И почему Мироныч… — задумался Кок.

А пока ребята уходили куда-то в свои наверняка глубокие мысли, я слопал половину порции и запил всё Ратным Чаем.

Да, такая штука тоже тут имелась. Кофе я напился, поэтому решил попробовать ядрёную смесь иван-чая, пуэра, каких-то трав, сушёных ягод и чего-то ещё. Был и секретный ингредиент, который Кок отказался называть. А может, он и не помнил уже…

В любом случае это оказалось вкусно и удивительно подчёркивало яркий пряный вкус кебаба из криворожины.

Признаться, я даже немного пожалел, что так поспешно закрыл тот разлом. Мясо кончалось очень стремительно, а эта троица бородатых верзил не уступали мне аппетитом.

Хм… В принципе, если разлом — это порванный носок, то закрытый разлом и открыть можно. Шов ведь останется, верно?

Хе-хе-хе…

Но вернёмся к теме безопасности.

Платон Миронович либо ни хрена не делал, либо занимался откровенным саботажем. Например, уже давным-давно должны были появиться те самые группы быстрого реагирования, о которых говорила Олеся Степановна. И они первым делом должны осмотреть место открытия разлома, чтобы убедиться в его закрытии.

Но никого нет до сих пор.

Я наслаждался пиром, но продолжал следить за всем, что происходило снаружи. В основном использовал усиление и направление слуха. Хотя из-за шума, который создавали эти трое, приходилось мне нелегко.

Снаружи из убежищ вылезали люди. Преподаватели обходили разбитые улицы и сопровождали учеников по общежитиям. А директор, походу, носился повсюду и причитал о понесённых потерях.

— Кок, а где колбаски? — поинтересовался Стриг, когда они наконец-то вернулись к столу после долгого и своеобразного разгона про Мироныча.

Смысла я не понял, как и конечного вывода. Но он наверняка был.

— Колбаски? — повёл я бровью.

— Колбаски! — кивнул Кок, а затем ответил Стригу: — На подходе. Вот ща кебаб приконч… — тут его взгляд резко помрачнел и наполнился злобой. — Вы чё, уже всё сожрали⁈

— Как «сожрали»! — воскликнул Вальдемар, ошарашенно вглядываясь в опустевший поднос. — Кто посмел⁈

Несколько килограмм мяса сейчас находились в более подобающем месте. А я вдруг понял, что уже наелся и в принципе могу обойтись без колбасок. Особенно ярким это понимание стало, когда трое бородачей сцепились, собственно, за бороды друг друга и грозили начать мордобой.

— Так это ты сам и сожрал, падла! — зарычал Стриг. — Специально зубы заговаривал! Отвлекал!

— Я⁈ Да это Вальди всё начал!

— Ты на что намекаешь, паршивый поваришка⁈

— Мужики, это я съел… — попытался я признаться.

Но меня уже не слушали. Они теперь погрузились в разборки между собой, как до этого в свой странный философский разгон про человека, которого и не знали вовсе.

Что ж, не буду им мешать. Признаться, я тоже улетел в свои думы и не заметил, как угомонил весь кебаб.

Но, в конце концов, это я притащил мясо, верно? Верно!

Я вытер с губ соус, встал…

Не, надо ещё раз попытаться.

— Это я кебаб съел, мужики!

И тут же увернулся от пролетевшего мимо меня пудового кулака Стрига.

— Чё? — нахмурился Вальдемар. — Какой ещё кебаб?

И ему прилетело тем самым кулаком прямо по зубам.

Не, ну на фиг.

Вообще-то удар предназначался Коку. Но тот увернулся, когда заметил что-то под столом и наклонился посмотреть, что это такое было. Ну или специально нагнулся, чтобы не попасть под удар, тут сложно сказать.

Ладно, пускай сами разбираются.

— Пока, мужики! — махнул им на прощанье.

— Пока, пока! Заходи ещё! — улыбнулся Стриг.

И тут же словил ответку от Вальдемара.

Я же под грохот и ругань вышел на улицу, вдохнул свежего воздуха и погрузился в собственные мысли. И они меня не очень радовали, на самом деле.

Разломы в этой части страны дело редкое, но не невозможное. Люди здесь давно научились справляться с монстрами, поэтому даже ЧП жёлтого уровня не должно вызывать особых проблем.

А тут вся академия МАГИИ загнала себя по норам и позволила монстрам не только свободно разгуливать по улицам, но ещё громить всё вокруг.

Всего три Криворога…

Да, они крепкие, буйные, злые и опасные. Их шкуру сложно пробить, а прямой удар длинными извилистыми рогами грозит смертью даже магу высокого ранга. Но их сила и их опасность обусловливается стадом, большим числом.

Когда на тебя несётся плотная толпа с острыми рогами наперевес, вздымается пыль от тяжёлых копыт, десятки пар чёрных глаз поблёскивают демоническим блеском, а земля дрожит под ногами…

Да, это непросто. Я могу понять магов, что спасуют перед угрозой, предпочтут убраться с дороги подальше. Не все смогут остановить эту угрозу, далеко не все. Поэтому-то я и уничтожил почти всё стадо ещё у разлома. Оставшихся одиночек уж оставил другим, мне тогда нужно было спасать пацанов.

Но даже так они не справились. И не потому, что не могли. Та же Олеся Степановна с лёгкостью поразила одну тварь, но она вышла наружу не для того, чтобы наводить порядок. Ей просто хотелось заполучить себе новую зверушку.

Вот грёбаный ж ты ёж… Пока не знаешь про что-то или про кого-то, о нём и не беспокоишься ведь. А как узнал…

Жила же эта академия как-то без меня. Не один год жила! Но теперь, когда я здесь и узнал про такую серьёзную проблему, просто не могу остаться в стороне.

Мои балбесы с оболтусами, куча других школяров, множество учителей — все эти люди находятся под угрозой каждую секунду. Просто потому, что кто-то не выполнил свою работу.

И теперь, когда я в курсе ситуации, меня гложет само её существование. Ведь им просто повезло, что я находился рядом, когда разлом открылся.

Им повезло, что разлом открылся прямо в лесу и помешал монстрам сразу хлынуть на улицы академии.

Им повезло, что я устранил большую часть угрозы и выиграл достаточно времени, чтобы учеников увели в убежище.

Им сегодня просто повезло.

А Удача, быть может, и полюбила странною своею любовью Борю Юдина и порой прощает ему прямо-таки несусветную глупость. Но я сильно сомневаюсь, что она будет такой же терпеливой к остальным.

Однако я могу исправить ситуацию. А значит, должен это сделать. Я ведь учитель по Магической Безопасности, в конце концов!

Я шагал по безлюдной аллее, слушал окружение и понимал, что ситуация ещё хуже. Пока я здесь, академии ничего не угрожает, это так. Но теперь мне нужно, чтобы ей ничего не угрожало даже без моего присутствия.

Мысль, Желание, Цель, План, Действие, Результат — этому я обучал своих бесят на первом занятии. Теперь нужно следовать этому самому.

Впереди показалась скамейка. На ней, понурив голову, сидел долговязый шкет с лохматой причёской, которого я отлично знал.

— Артур, — позвал я.

Парень будто очнулся от грёз и вздрогнул от моего голоса. Но затем успокоился и даже слегка улыбнулся, когда меня увидел.

— Здравствуйте, Сергей Викторович.

Улыбка всё равно оставалась печальной. Я огляделся и понял, что рядом никого кроме нас нет. А парень явно не в порядке.

Поэтому не нашёл ничего лучше, чем сесть рядом.

— Что-то не так? — спросил я.

— А? В смысле?

— Ты сам не свой. Полагаю, что-то случилось.

Его Источник будто сжимался в узел и терзал сам себя. Магические потоки, которые текли по слишком крупным каналам, почти замерли. И наверняка Артур сейчас чувствовал в конечностях болезненное бессилие.

Мы с ним планомерно приводили в порядок тело и магическую систему. Спешить было нельзя, сначала ограничились физкультурой — даже не спортом. И простыми дыхательными практиками, чтобы вернуть каналам эластичность. Первой задачей было укрепить организм во всех смыслах, чтобы подготовить парня к следующему этапу — восстановлению Источника.

Способов это сделать я знал достаточно, но все они рискованны и болезненны. А если он будет находиться в таком хреновом состоянии, как сейчас, прогресс жутко замедлится. Магия тесно связана с разумом, эмоциями и силой духа.

Артур ответил не сразу. Где-то минуту он просто молчал и тупо пялился на собственные ноги. Но затем с хрипотцой, тихо произнёс:

— Пашка…

— Это тот мелкий шкет? — вспомнил я. — Которого ты едва молнией не шарахнул.

Артур кивнул, поджав губы.

— И что с ним? Все-таки шарахнул?

Артур оживился и с некоторым то ли испугом, то ли возмущением взглянул на меня.

— Нет, что вы! Я бы никогда!.. В смысле!.. — он осёкся и снова понурил голову.

Да что ж ты будешь делать!

— Давай уже выкладывай, — я сверкнул ухмылкой, чтобы чуть подбодрить парня.

Это помогло, но лишь слегка. Его терзала горечь, которая пагубно влияла на истерзанный Источник.

— Ну, в общем… когда объявили тревогу, я отыскал Пашку. Хотел ему помочь, отвести в убежище, но… но он…

Артур снова замолчал, поэтому мне пришлось договорить за него:

— Послал тебя к чёрту, верно?

Снова молчаливый кивок в ответ.

— А чего ты ожидал? Я б тоже не обрадовался молнии в рыло. Это неприятно. Но ты ж в курсе, верно?

— Вы не понимаете, Сергей Викторович! — пропустил он мою колкость мимо ушей. — Мы из одного детдома. Я… я там его оберегал! Он мне как младший брат! Был…

В голосе Артура чувствовалась нестерпимая боль. Источник тоже реагировал, пульсировал, но энергия всё равно уходила в завязанный узел. Шрамы от усечений сверкали ярче, обнажая давнюю травму.

— А ты перед ним извинился? — спросил я.

— Извинился?

Парень взглянул на меня так, словно услышал незнакомый язык.

— Ты накосячил, шкет, — пояснил я. — Серьёзно накосячил, как ни посмотри. И явно сожалеешь о содеянном. Но ты извинился перед ним? Лицом к лицу, взглянув в глаза. Без другого повода вроде Криворога, который крушит академию.

Артур шмыгнул и опустил голову.

— Нет. Я боялся к нему подойти всё это время, — признался он.

— Ну а чего ты тогда ожидал?

— Я думал… — парень едва сдерживался, чтобы не зарыдать. — Думал, он поймёт. Примет помощь.

— Артур, — вздохнул я. — Ты думал, что он поймёт, а он не понял. Вот и всё. Ты должен просто, по-мужски, подойти и извиниться. Знаю, это непросто. Это намного сложнее, чем во время тревоги защитить друга от страшного монстра. Я понимаю.

Артур наконец-то поднял взгляд и посмотрел на меня. На глазах у него скопилась влага.

— Думаю, ты загородил бы его от монстра куда легче, чем просто сказать пару слов, верно?

Парень поджал губы, но по лицу я понял, что угадал. Быть героем куда проще, чем быть честным человеком. Особенно честным перед собой.

— Но всё, что тебе нужно сделать, — продолжил я, — это подойти, посмотреть ему в глаза и извиниться. Пойми, Артур, ты совершил ошибку. Все люди совершают ошибки.

— Я струсил! — прорычал парень, злой на самого себя.

— Да, — кивнул я. — Это так. Не ты первый, не ты последний. Но поверь, не боится только глупец или психопат.

— Храбрецы не боятся, — буркнул Артур.

— Боятся! — засмеялся я. — Возможно, они боятся даже больше остальных.

— Это как?

— А вот так. Храбрецы — это те, кто перебарывает свой страх. Какой же ты храбрец, если не боишься?

Кажется, мне удалось придать ему немного уверенности. По крайней мере, Источник успокаивался и всё реже излучал болезненные пульсации.

— В общем… — я вздохнул и встал со скамейки. — Артур, просто сделай это. Без лишних подвигов и пустых слов. Думаю, он поймёт.

Артур несколько секунд держал на мне взгляд. Но затем задал вопрос, который сейчас его, скорее всего, пугал больше всего на свете:

— А если он не поймёт? Если не простит?

— Ну, — пожал я плечами, — это уже его дело. Значит, ваши пути просто разойдутся, вот и всё. Такое тоже бывает. Главное — быть честным перед самим собой, шкет. И сделать правильные выводы из совершённой ошибки.

Узел в Источнике Артура понемногу ослабевал, а пульсации прекратились. Подозреваю: вместо чувства вины и горечи в нём зарождалась решимость. Взгляд стал твёрже, дыхание участилось, но это от волнения и страха, который никогда не искоренить полностью.

— Прямо сейчас пойду! — заявил Артур.

— Прекрасно, — улыбнулся я. — Думаю, самое подходящее время что-то сделать — это сейчас!

━─━────༺༻────━─━

«Самое подходящее время что-то сделать — это сейчас!»

Ну и выдал же я. Сам себе удивляюсь! Но это правда.

К чертям этого Платона Мироновича. Зачем он мне? Просто чтобы сказать в лицо, какой он идиот? Это можно сделать в любое другое время. А вот ситуацию с безопасностью в академии надо решать именно сейчас, сразу. Ведь я учитель по Основам Магической БЕЗОПАСНОСТИ, как-никак!

Поэтому я направился сразу в администрацию, но не прыжком и не полётом. Мне нужно пройтись, прочистить мозги и наполнить их некоторыми подробностями зарождённого замысла. Обдумать детали.

Во-первых, следует обучить всех правильной реакции на разные виды монстров. Спрятаться по убежищам — это, конечно, замечательно. Вот только будь Криворогов не три штуки, а целое стадо, все корпуса превратились бы в руины. А убежища — в замурованные камеры.

Во-вторых, ждать приезда ГБР, как оказалось, не всегда надёжно. Не знаю, что случилось с сигнализацией, но их до сих пор здесь не было. Однако если попадётся куда более серьёзный разлом и он откроется не посреди леса, а, допустим, напротив учебного корпуса…

Короче, и преподаватели, и ученики должны уметь противодействовать монстрам. И не каждый сам по себе, а все вместе, слаженно.

Охрана тут тоже особо ни на что не способна в плане обороны. В основном пенсионеры или мужики, которые оружие в руки берут только перед зеркалом покрасоваться. Некоторые из них даже не имели дара. А те, что одарённые, давно запустили своё развитие. Но организовать эвакуацию они вполне способны, так что есть над чем поработать.

Ну а следующий момент…

Его я не успел обдумать, потому что впереди показался Кирилл. Тот странный парень, который прописался в больничном корпусе, видел кошмары и бормотал сам с собой про сырники.

Однако сейчас он выглядел иначе. Точнее, не так. Мешки под глазами остались, как и худощавость. Но пацан казался куда более оживлённым. Странным, конечно, но оживлённым.

— Хе-хе-хе… — хихикал он со странной ухмылкой. — Дурачки! Попрятались по своим норам…

Тут он наконец-то увидел меня и замолчал. Уставился взволнованным глазами, но затем бросил сдавленное:

— Здрасьте!

А затем отвернулся и резко пошагал прочь.

Ещё одна загадка академии.

Не могу сказать, что его Источник какой-то не такой, но с ним точно что-то не так. Да и поведение говорит само за себя.

Очень странно. А странные вещи зачастую угрожают безопасности.

Позже я займусь им вплотную, осмотрю Источник с каналами не беглым взглядом, а подробно и с привлечением медицинского оборудования Марины. В прошлые разы так и не удалось ничего найти, но чуйка подсказывает, что я просто не там ищу.

Ну да ладно, это потом.

Так, о чём это я?

Да, безопасность!

Ещё есть различные защитные заклинания, которые можно разместить по всей академии. Правда, смысл в них появится, только если заклинатель высокого ранга, а в академии с этим напряжёнка. Ну ничего. Если не найду, на кого спихнуть эти художества, займусь сам.

В общем, мой мозг активно генерировал идеи. Но их все придётся ещё систематизировать, разложить по полочкам. Наверное, стоит где-то это всё записать. Проблема, правда, в том, что я не очень люблю писать…. Но эту проблему тоже как-нибудь решу.

В общем, пока размышлял, успел добраться до здания администрации и уже направился к кабинету директора, как по пути встретилась Лена.

— Сергей! — захлопала она глазками. — Ты тоже к директору?

Я кивнул, всё ещё погруженный в свои мысли.

Женщины умеют появиться не в самый подходящий момент. Кажется, у меня зарождалась какая-то гениальная мысль, но она теперь улетучилась.

— А Василия Павловича нет на месте.

— Это как? — удивился я.

Блин, пока я ушёл в размышления, перестал следить за ситуацией в академии, и Палыч успел куда-то смотаться. Странно, но теперь я не могу его найти ни слухом, ни магическими сенсорами.

— Не знаешь, куда? — спросил я.

— Нет, сама ищу, — вздохнула Лена. — Нужно понять позицию академии по поводу произошедшего. Меня уже родители закидали сообщениями. Не знаю, что отвечать.

— Родители? — нахмурился я.

— Ну да. Они прознали, что случилось.

Лена выглядела уставшей, измотанной. Волосы слегка растрепались, одежда тоже. Видимо, ей было жарко, потому что несколько верхних пуговиц на рубашке расстёгнуты. А грудь вздымалась от глубоких вздохов.

— Родительский чат не умолкает ни на секунду, — продолжала девушка. — Уже боюсь и телефон в руки брать.

— Чат? — протянул я. — Родители…

Тут из кабинета неподалёку вышел Аркаша с телефоном у уха.

— Да-да, Дмитрий Антонович, не беспокойтесь. С Тимофеем всё хорошо, ни единой царапины. Даже волосок не упал. Я лично присматривал за… А? Вы знаете… Нет, вы неправильно поняли! Я охранял детей снаружи, чтобы никто не подобрался к убежищу. Да, да, конечно, понимаю. Вы заняты…

Из динамика послышались гудки, а он заметил меня и замер. Забегал глазами и зацепился взглядом за Лену, бессовестно раскрыв рот от удивления. Ему повезло, что девушка была слишком уставшей, чтобы заметить, как он пожирает её глазами.

Быть может, она бы и заметила, но Аркаша прервался на новый звонок:

— Здравствуйте, Наталья Андреевна! Нет, Марк в порядке, ни единой царапины, ни единого волоска!

Короче, Аркаша продолжал оправдываться перед родителями «А»-шек и спешно пошагал в сторону лестницы.

— Интересно получается… — почесал я затылок.

— Что? — спросила Лена.

— А мне никто даже смс-ку не черканул. Да и родителей я не видел, кроме одного. Но этого лучше бы и не видел дальше.

— Это неудивительно, — улыбнулась Лена. — У «Д»-класса за прошлый год сменилось столько учителей, что создавать какие-то чаты оказалось бессмысленным. Ну и, если честно, — Лена печально вдохнула, — родители не особо интересуются большинством ваших учеников.

Это было неудивительно. Наверное, около половины всего класса — это бастарды, которых отправили в академию с глаз долой. Почти все остальные были простолюдинами. Но эти не особо понимают, что происходит в академии. Думаю, ребята стараются не нервировать родителей, так что про нападение монстров они узнают не скоро.

Но вообще я призадумался.

— Может, всё-таки стоит поближе познакомиться с родителями? — размышлял я вслух. — Тот же чат создать. Номер мой раздать на крайний случай. А вдруг вопросы какие-то возникнут…

Тут Лена почему-то нервно хихикнула.

— Что? Я что-то не так сказал?

— Нет, Сергей, — ухмылялась она. — Всё так, всё так. Но я впервые вижу учителя, который сам хочет создать чат с родителями учеников. Многие отдали бы квартальную премию, чтобы избавиться от чатов и всего прочего.

— Почему это? — насторожился я.

Лена немного оживилась. В уставшем взгляде появились искорки, а лицо осенила странная улыбка.

— Как создашь чат, сам всё поймёшь. Ладно, мне уже надо бежать. Если найдёшь директора, передай, пожалуйста, чтобы он со мной связался.

— Да, хорошо.

Лена пошагала прочь, а я присел на подоконник напротив кабинета директора, провожал её взглядом и размышлял о заде… В смысле, чате! Чате, да.

Создать чат вполне себе имеет смысл. Повидавшись с графом Свиридовым, я многое понял насчёт Антона. Ведь парень вполне мог оказаться в команде Балбесов вместе с Валиковым и Островским, не начнись у него пробуждение. Как я понял, он вообще-то той ещё занозой был.

И теперь понятно, откуда ноги растут. С таким папашей сложно вырасти паинькой, блин. Там явно связи с криминалом, даром что аристократ.

А что с остальными учениками?

Денис Островский кичится своим благородством, Петя Валиков наверняка с удовольствием устроил бы бойцовский клуб, у Влада Воробьёва проблемы с самоконтролем, а Федя Осипов и вовсе страдает дефицитом внимания к собственной персоне. Про Саню я вообще молчу, там явно в предках какие-то экстремалы на всю голову!

Чёрт, а я, кажется, понял, что имела в виду Лена…

Но тут мне пришлось отвлечься, потому усиленное магией ухо уловило среди прочих знакомый приказной голос:

«Платон, ты уже в аэропорту? Вот и хорошо! — Соломон Адамыч не звучал уставшим, скорее воодушевлённым. — Двигай в Москву ближайшим рейсом, понял? Ты должен добиться аудиенции у князя Аверина! Этот разлом!.. Эх, он был неожиданностью, но мы должны это использовать!»

Шо, опять интриги⁈

Да задолбал уже, Адамыч!

Голос завуча затих, но из динамика раздался другой, куда менее взбудораженный. И скорее он был испуганным и нервным:

«Соломон Адамович, вы уверены, что мне голову не снимут за это? Там столько недочётов! Сигнализация не работает, убежища вообще не…»

«Да не бойся, Платон! — рявкнул завуч. — Всё как я и обещал. С должности снимут, но на компенсации тебе на пенсию хватит, слышишь? Главное, добейся аудиенции у Аверина! И сделай всё так, как мы договаривались. Понял?»

«Понял, Соломон Адамович. Я всё сделаю…»

Они закончили разговор.

А я начал злиться по-настоящему.

Опять завуч? Опять интриги? Раньше он зачем-то дёргал нитки, чтобы задеть меня. Хер с ним, напугали ежа голой жопой. Но он зашёл слишком далеко!

— Сергей Викторович? Вы ко мне?

Директор стоял в нескольких шагах от меня. Он выглядел ещё более уставшим, чем Лена, но когда я взглянул на него, Василий Павлович испугался. Он невольно отпрянул в сторону, а Источник взбеленился, повинуясь давно забытым инстинктам.

— К вам, директор, — кивнул я.

Ярость кипела в груди, но усилием воли я превратил её из слепящего гнева в топливо, придающее сил и решимости.

Я встал с подоконника и шагнул к нему. Василий Павлович подавил желание попятиться вновь.

— Пройдёмте в ваш кабинет. У меня к вам серьёзный разговор.

Вы можете строить интриги, сколько влезет. Мне плевать. Можете пытаться меня убрать, убить, подставить. Хрен что выйдет, но это хотя бы меня повеселит.

Но ставить под удар учеников? Нет.

Этого я не позволю!

Глава 22

Василий Павлович сел на своё кресло, хотя не сразу решился это сделать. Получилось так, что «на ковёр» его позвал я, а не наоборот. Причём в его же кабинет. Так что директор немного растерялся.

Однако за собственным столом он собрался с мыслями и успокоился. Даже взял в руку перьевую ручку и принялся ею вертеть между пальцами. Наверное, в качестве антистресса.

— Итак, Сергей Викторович, вы хотели поговорить… — он старался говорить уверенно, получалось уже неплохо.

— О безопасности. Что происходит в академии, директор?

— В академии? — он снова занервничал. — Сергей Викторович, я не понимаю…

— Понимаете, — отрезал я. — Отлично понимаете, директор. Так что давайте без лишних отговорок.

И всё же он колебался. Ручка стала дёргаться туда-сюда всё быстрее, словно бешеный маятник. А его Источник будто заискрился от напряжения.

— У вас тут какие-то подковёрные игры, из-за которых страдают ученики, — продолжил я. — Мне плевать, что вы не поделили с Соломоном Адамычем, но я не позволю от этого страдать детям.

Ручка вылетела из рук, пролетела через моё плечо и воткнулась в стену. Палыч всё-таки был магом и даже двумя пальцами мог устроить нечто подобное.

И всё же у меня возникли вопросы к прочности этой стены…

— Вы знаете? — удивился Василий Павлович.

— Что завуч строит какие-то козни? Конечно, блин, знаю! Но вы должны пояснить мне подробно, что здесь происходит с безопасностью академии. Я как никто другой заинтересован в безопасности детей. А без всей информации я даже своему классу её не смогу обеспечить.

Не стал сразу говорить обо всех планах, а начал с малого — со своего класса, за который и несу ответственность.

Директор выглядел подавленно.

— Ладно, Сергей Викторович, — пробормотал он. — Да. Полагаю, вы имеете право знать обо всём.

Ему явно было некомфортно и даже страшно. Василий Павлович хмурился, ёрзал в кресле и принялся барабанить пальцами по столу, раз уж ручка улетела.

— Но, может, сначала чаю? — криво улыбнулся он.

— Нет, — отрезал я. — Никакого чаю. Пока всё не выложите.

Вообще-то неплохая идея, но тогда разговор затянется надолго.

Так что Василий Павлович наконец-то сдался и принялся рассказывать:

— Понимаете, Сергей Викторович, это академия… Она — очень рискованный эксперимент министерства образования. Который одобряют далеко не все министры. Поэтому её существование каждый день находится под вопросом.

— Так программа одобрена самим императором, — заметил я. — Кто-то решил пойти против Его Императорского Величества?

Я как-то встречался с императором. Нормальный мужик, здравый. И он довольно силён, надо отметить.

— Нет!.. — почему-то испугался Палыч. — То есть да… то есть… Послушайте, Сергей Викторович, — вздохнул он. — Академия магии для простолюдинов, бастардов и неугодных отпрысков за деньги из государственной казны? Эта идея очень не нравится многим из высшего эшелона власти. А Его Императорское Величество не может проследить за всем лично. Ему приносят отчёты, понимаете? И приносят не только наши покровители.

— Аристократы до сих пор полагают, что магия — это только их привилегия, — догадался я. — Поэтому хотят свернуть нашу лавочку.

— Да, верно. Поэтому я нахожусь под пристальным надзором. Однако Соломон Адамович… он поставлен Советом Инвесторов, которые в большинстве своём состоят из людей, подконтрольных министерству, понимаете?

— Понимаю, директор, но мне это как-то неинтересно. Скажу сразу: меня политика не интересует, и в интригах между министрами, инвесторами и хрен ещё знает кем я участвовать не собираюсь. Меня волнует безопасность детей.

— Да-да, конечно! — Василий Палыч примирительно поднял руки. — Но это важно для понимания всей ситуации. Я к этому и веду. Кхм… — он прочистил горло и продолжил излагать: — Я хоть формально и являюсь начальником Соломона Адамовича, однако не могу его уволить. А вот он как раз очень хочет занять моё место.

Я тяжело вздохнул. Намекнул, что теряю терпение.

— Но этого нельзя допустить! — вдруг воскликнул директор. — Если Соломон Адамович сядет в моё кресло, академия не протянет и пары лет! Он ответственен за несколько классов, в которых учатся дети инвесторов и других благородных семей. Конечно же, показатели таких классов по сравнению с остальными выглядят куда лучше.

— Особенно по сравнению с моими «бедолагами», да? — ухмыльнулся я.

— Да, Сергей Викторович, — нахмурился директор. — И с ним во главе этот разрыв будет только увеличиваться. Академия просто превратится в одну из частных учреждений для избранных.

Это всё, конечно, интересно и настораживает. Однако…

— При чём здесь безопасность академии? — спросил я.

— Честно говоря, я думал, что с безопасностью у нас всё в порядке, — пробормотал Василий Павлович. — Мы регулярно проводили тренировки, всё было отлажено. Платон Миронович утверждал, что мероприятия одобрены министерством образования и утверждены лично князем Авериным!

Опа-на! Опять эта фамилия. К нему этот самый Платон Миронович сейчас мчится бить челом.

— Василий Павлович, — вздохнул я, — вы же работали в министерстве безопасности. Как вы вообще такое могли допустить?

И на этот раз директор снова стушевался и не сразу нашёлся что ответить.

— Мои обязанности были, скорее, организационными и финансовыми, — нахмурился он. — Таких деталей я не касался, — тут взгляд директора озарился осознанием вперемешку с испугом. — Вы хотите сказать, что Платон Миронович…

— Заодно с завучем? Естественно!

— Сергей Викторович! — ахнул он. — Так. Получается…

— Дошло, наконец, — хмыкнул я.

И чувствовал, как злость начинает проявляться уже в сторону Василия Павловича. Если Адамыч и безопасник сотворили такую хрень намеренно, то директор оказался просто доверчивым слепцом.

Ну теперь хотя бы понятно, чем я так не угодил Адамычу. И дело не в подпалённом заде — просто моё назначение на должность классного руководителя второго «Д» кардинально изменит статистику.

Адамыч оказался дальновидным и понял, к чему всё идёт, поэтому решил избавиться от меня. Пока что без особых успехов, но, подозреваю, он и усилий достаточных ещё не прилагал.

А если Миронов приведёт в академию инспекцию с проверкой до того, как я тут всё исправлю, ему это и не придётся делать.

Вот только хрен ему на палке!

— Теперь за безопасность буду отвечать я, — решительно заявил я.

Потому что не мог поступить иначе. Дети не должны страдать от этих интриг и подковёрных игр взрослых.

Я просто не допущу этого.

— С-сергей Викторович? — директор расплылся в широкой улыбке. — Вы правда!..

— Но сначала расскажите, что за секрет у вас в академии?

— Секрет? — он точно испугался.

— Да, секрет. Который очень не понравится инспекции.

Несколько секунд директор находился в замешательстве. Видно, взвешивал все «за» и «против» и задавался вопросом, откуда я знаю о подобных вещах. Но он сделал правильный вывод.

— Сергей Викторович, вы вроде уже знакомы с Хладовым Кириллом, учеником первого «А» класса?

— Верно.

А вот теперь удивился уже я. При чём тут Кирилл?

━─━────༺༻────━─━

Грёбаный ж ты ёж! Аристократам не нравится, что появилась общая магическая академия. Инвесторы оказались не инвесторами, а едва ли не подколодными змеями, которые хотят разрушить учреждение изнутри.

И для этого поставили Адамыча, чтобы тот доказал, как бесполезно обучать ублюдков и простолюдинов. Скандалы, интриги, расследования…

Не, пошли они к Хаосу! Меня вся эта хрень не интересует.

Когда директор рассказал мне про эти подковёрные игры, он, видно, понадеялся, что я приму участие на его стороне. Нет уж, спасибо. Мне хватает двух должностей, проекта по цифровизации, кучи сложных учеников с самым отбитым классом и теперь вот навалившейся на мою голову безопасности академии.

Точнее, взваленной мною самостоятельно, что уж… Но сути это не меняет.

Так что пришлось Палыча огорчить. Моё дело — обеспечить безопасность учеников и вывести второй «Д» в лидеры академии. Со всем остальным он пускай разбирается самостоятельно.

Но думается мне, что директор школы не так прост, как хочет казаться. Иначе он бы никогда не забрался на такую должность — его бы уже сто раз сместили кто посильнее духом.

Значит, какой-то подвох есть… Но какой?

Либо хорошие связи, либо эта наивность — лишь маска, которая висит до определенного момента. Либо всё сразу. В общем, тоже персонаж интересный. Надо понаблюдать.

Ну а если Адамыч всё-таки решит меня как-то сместить, убрать или даже убить меня… Что ж, флаг ему в руки. Даже интересно, как он попытается это сделать.

А я пока что направился к заброшенному астрономическому корпусу.

Причём заброшено здание не по причине отмены астрономии. Нет, предмет до сих пор преподают, я даже видел, как ученики собираются ночью с Байрамом Темировичем, учителем астрономии. Это был молчаливый и задумчивый алтаец, который как-то мне сказал, что на равнине очень не хватает гор, чтобы наблюдать за небом.

Зачем он тогда сказал мне это вместо «добрый день, Сергей Викторович» и не задумал ли он превратить равнину в горы, мне не ведомо. Но сейчас я задумался и понял, что нового корпуса с астрономической башней в академии нет, а бедный Темирович ютится на последнем этаже обычного учебного корпуса на задворках академии.

Что ж, пора вернуть алтайцу его храм науки!

Поэтому я отворил скрипучую дверь и вошёл в просторный холл с высокими сводчатыми потолками.

На самом деле это было красивое здание. Судя по всему, оно стояло здесь ещё до появления академии, и строили его на славу.

Снаружи фасад отделан узорчатыми карнизами и пилястрами, каменной кладкой. Большая часть здания невысокая, всего два этажа, но над ней возвышается астрономическая башня, и всё это в общей композиции навевало атмосферу волшебного средневековья.

В здешнем мире существовало множество сказок, где фигурировали башни, а вместе с ними драконы. Но это потому, что они не видели настоящих драконов. В монстрариумах можно встретить драконоподобных монстров. В разломах они редко, но бывают. И представляют серьёзную опасность для боевых групп, посланных разобраться с угрозой.

Однако настоящие драконы куда хуже. И они не стали бы торчать в замках, башнях или таиться в горных пещерах.

Их не интересует золото. А драгоценные камни для них просто блестящие стекляшки.

Драконы летают в небесах. Выслеживают добычу и превращают в пепел целые массивы. Они слуги Хаоса и далеки от здешних сказок.

Но обсерватория всё же была атмосферной. Когда-то. Сейчас она скорее выглядела пугающей в своей пустоте.

— Тут кто-нибудь есть? — крикнул я в эту пустоту.

И в ответ мне донеслось лишь собственное эхо.

Директор сказал, что в недрах обсерватории завелось нечто странное и страшное. Неведомая сила, с которой никто из доступных магов не смог справиться.

Но надо отметить, что из таких магов нет особо могущественных. Марина, быть может, и смогла бы чем-то помочь, но, кажется, она шифрует свой девятый ранг.

Да и не уверен, что стоит туда пускать лекаря. На самом деле даже сам Палыч не знает, с чем именно они столкнулись.

Просто несколько месяцев назад «нечто» завелось в обсерватории, разогнало весь педсостав и учеников. Изгнать незваного гостя не удалось, и потому здание запечатали заклинаниями, чтобы «нечто» не вырвалось наружу.

Оно и не вырывалось долгое время. Однако обросло страшилками и легендами, поэтому в начале учебного года группа школяров решила устроить себе проверку на храбрость и пробралась внутрь.

Уж не знаю, как им это удалось, но одним из них оказался Кирилл. И когда «нечто» проявилось, школяры вылетели из обсерватории, как пробка из-под шампанского. Только вот сам Кирилл споткнулся по пути и задержался внутри.

А затем начались странности. Да-да, это я про всяких монстров под кроватью, бормотание с самим собой и мешки под глазами.

И что с этим делать, никто не знает. Марина не нашла никаких следов вмешательства, а физически организм просто переутомлён. Поэтому Палыч уверен, что замешано то самое «нечто», захватившее обсерваторию.

Так что хорошо, что у них теперь есть я, так что переживать не стоит!

Вот только бы найти, с чем именно нужно справляться…

Дело в том, что обсерватория вся утыкана заклинаниями. По большей части сдерживающими или блокирующими магию. И это создаёт кучу помех в поисках неведомой твари. К тому же у меня складываются подозрения, что тварь меня избегает, потому что за несколько минут в холле я не нашёл никаких следов.

Вообще по всей академии таких мест довольно много, поэтому я не особо обращал внимание конкретно на обсерваторию. В основном такие заклинания устанавливают преподаватели, чтобы уединиться и поработать над какими-нибудь проектами.

Кто-то, я слышал, метит в кандидаты, а то и в доктора наук. Та же Лена работает над какой-то теорией — какой именно, она не говорит. Но уверена, что это позволит ей получить кандидатскую степень.

Ну а в обсерватории всё так завалено заклинаниями, что я одно время подозревал какую-нибудь сходку БДСМ-щиков, сатанистов, сектантов… Ну, или любителей настолок.

А оказалось, здесь таится какой-то странный монстр. И по словам директора, на него не оказывает влияния никакая магия.

После того как осмотрел весь холл, я поднялся на второй этаж, заглянул в каждый из кабинетов и прочих помещений. Даже в уборную! Но ничего не нашёл.

И дело даже не в фоне от заклинаний. Это было не так уж просто, но я распутывал эти помехи и сканировал округу. Вот только без толку. Весь основной корпус не дал никаких результатов. Осталась только башня, поэтому я направился к ней.

Башня была круглая, и внутри по стенам поднималась винтовая лестница. И кажется, я наконец-то нащупал верный след, потому что башня выглядела заброшенной — но не так, как основное здание.

В холле, например, за несколько месяцев всё просто заросло пылью, и создавался этакий прохладный эффект одиночества и забытья. Но здесь…

Здесь повсюду висела паутина, краска на перилах лестницы местами обвалилась, местами разошлась трещинами. Каменная кладка выглядела так, будто её не ремонтировали лет двести, а то и триста. А вместо одиночества и забытья веяло чем-то древним и пропащим. Холодным, словно дыхание смерти.

И похоже, сюда никто из заклинателей не рискнул пробраться, потому что фон значительно ослаб, а мне удалось ощутить необычную энергетическую ауру. От каждой паутинки несло какой-то странной магией. Сложно сказать, что это именно было, но что-то явно знакомое. Прямо как…

Вашу ж бабушку, точно!

Меня вдруг осенило. Блин, как я мог не догадаться сразу! Так, надо проверить догадку… Ну точно! Ого, в этом мире я ещё не видел этих монстров. Хотя это даже не монстр, а нечто другое. Теперь понятно, почему не мог отыскать следов: просто не там искал.

Я остановился за несколько ступенек до самой верхушки, почувствовал, как магические отголоски окутывают всю башню. Это были не магические потоки из Источника и не природная энергия.

Если сравнивать с радио, то сейчас мне пришлось настраиваться на другую частоту, чтобы «поймать волну», на которой можно уловить присутствие этой сущности.

Что ж, это значительно облегчает дело. В принципе, можно расправиться быстро и…

Хотя погодите-ка. Хм… А что если поступить иначе? Так сказать, с максимальной пользой решить проблему всей академии?

Да, точно! А то кажется, эта зараза меня избегает. Прячется и не хочет вылезать, подлюка. Я тут не в догонялки пришёл играть, между прочим!

Тоже мне, гроза академии, блин…

— Кажется, здесь никого нет, — сказал я вслух.

И невероятно правдоподобно вздохнул так, словно опустил руки, разочаровался в собственных силах и вообще решил уйти в отшельники постигать бытие этого бренного мира.

Существо поверило. Я прямо почувствовал, как расслабляется его аура. Эх, плачет по мне Большой театр! Такого лицедея страна потеряла…

Ну, пойду поем, что ли. Что ж теперь, голодным ходить?

Я почувствовал, как при этой мысли где-то в «Сломанном сапоге» икнул один Кок. А ещё краем глаза заметил едва уловимое движение наверху, в тени.

Хех, вот засранец.

Не думал, что в этом мире доведётся встретить призрака.

━─━────༺༻────━─━

Да, дело серьёзное. Призрак в академии — это похуже Криворога на музейной выставке. Правда, вот уж что интересно, так это почему он сидит в своей башне. Просто все эти заклинания, которыми его оградили, вообще-то не работают на призраков. Это всё равно что ловить, скажем, воробья на удочку.

Оставим вопрос, зачем вообще ловить воробья. Ну, вдруг приспичило человеку… какому-нибудь?

Однако удочка тут вообще не помощник. Если, конечно, ею не махать по воздуху и случайно не сбить бедного пернатого.

Хм, а если налепить на крючок хлеба? Птицы вроде любят хлеб. И тогда…

Нет, стоп! Оставим бедного воробья в покое и вернёмся к тем, кто действительно заслуживает быть подвешенным на здоровенный крюк.

Я распахнул дверь и широким шагом вошёл в мрачный кабинет, освещённый лишь холодной синевой мониторов.

— Бледная Рожа!

— Чего⁈ — взвизгнул Веня.

— Кхм… в смысле, Венедикт Давидович, добрый день!

Я широко улыбался, вполне дружелюбно, между прочим. И даже раскинул руки в приветственном жесте!

Но почему-то Веня не проникся гостеприимством. Он подскочил и отступил в угол, откуда начал тянуть свою магию множеством тонких, словно нити, потоков и оплетал ими кабинет.

— Вы не рады меня видеть, коллега? — осклабился я.

— Дверь была закрыта, — буркнул он.

Я обернулся и взглянул на сорванный замок с покорёженной створкой.

— М-да, неловко вышло… — повернулся обратно. — А зачем закрывался-то?

И тут я нацепил язвительную ухмылку.

— Чё, порнушку зырил на казённом трафике?

— Сергей Викторович! — как-то уж слишком рьяно взвизгнул Веня. — Я вас попрошу!..

— Что? — голос мой стал твёрдым, а ухмылку сменило холодное выражение лица. — О чём ты меня попросишь, Веня?

Я подошёл к нему поближе и читал в его глазах страх так, словно листал книжку с охрененно большим шрифтом.

А тонкие нити уже окружили нас. Наверняка ему казалось, что незаметно. Да, Веня не соврал: силы в его магии особо не имелось. Однако контроль — на очень высоком уровне. Будь Источник развит немного лучше, смело можно дать ранг седьмой, я думаю.

— Каракатицы… — произнёс я вкрадчиво. — Ты реально на это повёлся?

— Они и правда жуткие, — дёрнул он губой.

Что надо отметить, Веня меня хоть и боялся, но всё же заднюю не давал. Готовился сопротивляться.

Или смелый, или глупый.

Я сделал шаг вперёд, и нити вдруг стянулись в жгуты. И тут я напрягся.

Дело в том, что это похоже на одну известную мне технику, которую применяли некроманты в мире Хаоса. Они оплетали землю подобными нитями, а когда выискивали в недрах останки падших монстров и людей, усиливали потоки и поднимали мёртвое воинство против своих врагов.

Но откуда здесь падшие? В стенах, что ли, замурованы…

Так, мне уже интересно! Поэтому я сделал ещё один шаг и злобно оскалился, сжав кулаки.

— Ночной Бархат, — прорычал я. — Так тебя, кажется, зовут?

И Веня решился на крайние меры. Магические жгуты рванули в стороны, словно ожили и…

Влились в провода в стенах.

Мониторы тут же засветились, по кабинету пробежал электрический треск. А Веня скривился, словно вот-вот построит кирпичный завод.

— Ха-ха… — вырвалось у меня. — Ха-ха-ха…

— Ч-чего ты? — нахмурился он.

— А-ха-ха-ха-ха-ха! — захохотал я, совсем поддавшись моменту.

— Да что происходит! — возмутился Веня.

— Блин, теперь всё понятно. А я такой думаю: какого хрена некромант в хакеры подался⁈

Моё поведение так обескуражило Веню, что жгуты снова расплелись в нити и растворились, вернувшись в Источник.

— Некромант?

— Ну да! — кивнул я.

И хотел было добавить, что он оказался техномагом, что вполне ожидаемо. Однако я не успел. А вот Веня прокололся.

— К-как вы узнали? — процедил испуганный Веня.

Пришлось через силу держать лыбу, чтобы не выдать своего удивления. В смысле «как я узнал»?

Он чё, реально некромант?

━─━────༺༻────━─━

М-да-а-а…

В такие моменты понимаешь, что этот мир и не такой уж и скучный. Даже после Хаоса есть чему подивиться.

Хакер-некромант с даром техномага!

Хотя, может, это и не лишено смысла. Компьютерщики часто тощие, бледные, с красными от монитора глазами. Если напялить рваный балахон и всучить в руки какой-нибудь дрын побольше — вылитый некромант!

А некоторые мастера «оживляют» такие сложные случаи, что вполне соответствуют описанию самого настоящего некроманта.

Сегодня просто день открытий, грёбаный ж ты ёж!

Призрак в обсерватории академии, подставной завуч по безопасности, завуч по учебно-воспитательной, который хочет стать директором. А ещё можно сожрать целую порцию кебаба под носом у Кока, Вальдемара и Стрига и оставить их тягать друг друга за бороды.

А теперь ещё хакер-некромант!

Такого в полученном досье на этого кренделя не было.

Да, мне подогнали всю обозримую историю Ночного Бархата, он же Венедикт Давидович Чернов, он же Бледная Рожа, он же Веня.

По юности лет он очень увлёкся компьютерами. Подозреваю, лазал по взрослым сайтам, да наткнулся на родительский контроль. Решил найти способ его взломать, и понеслось…

Программирование, невинный «АБВ Паскаль», заигрывания с «С±+», и закончилось всё взломом банковских счетов, систем видеонаблюдения и информационной безопасности, а подловили его, что называется, на живца.

То есть целая орава имперских антихакеров заманили его на какой-то сайт якобы с банковскими данными влиятельных родов и повязали. А затем закинули в какую-то очень неприятную тюрягу для особо отбитых преступников-рецидивистов, что в его случае не особо подходит, вообще-то.

Вроде как один из пострадавших от Вени министров похлопотал за особые условия заключения. Там какое-то мутное дело, связанное с загородным домом, ночными бабочками и ревнивой женой, которая очень удивилась необычным пристрастиям уже бывшего мужа.

Но Веню оттуда каким-то образом вытащил Соломон Адамыч и сделал своим ручным цифровым кротом. Веня рыл для него информацию, искал компроматы и делал прочие гадкие вещи, о которых он говорить не захотел, а я не захотел спрашивать.

Но Веня оказался некромантом. Это очень редкая специализация магии, не связанная ни с каким особенным даром напрямую.

Поэтому ночью я притащил его с собой к обсерватории. Точнее, в её окрестности, на крышу корпуса химии и алхимии, откуда открывался отличный вид на башню. Это чтобы призрак не учуял меня и снова не скрылся.

— Что мы тут делаем, Сергей Викторович? — процедил Веня.

— Выбираем, на какой стул… кхм… — я поборол желание пошутить. — Следим за безопасностью учеников.

— Каких учеников? — он сделал вид, что не расслышал оборванную колкость.

— А вон тех! — махнул я в сторону обсерватории. — Ах да, точно! Вот, держи.

Веня с недоверием в глазах принял бинокль и взглянул в указанную сторону. А затем с испугом отпрянул от него и воскликнул:

— Это же!..

— Да, — кивнул я.

— Они же!..

— Ага.

— Прямо туда⁈ — не верил он.

— Истинно так.

— Нам надо вытаскивать их оттуда!

— Ни в коем случае! — отрезал я. — Дай пацанам поразвлекаться, Веня. А мы подоспеем в нужный момент, вот и всё. Сколько, говоришь, времени прошло с твоего последнего некромантского ритуала?

— Я не говорил, — буркнул он и снова навёл бинокль.

Себе я тоже бинокль прихватил для конспирации. Но мне нужно только усилить зрение магией, и я отлично увидел, что происходило возле обсерватории.

Ловля на живца — простой и чудовищно рабочий приём. А я ещё и воспитательно-учебный момент под это подогнал. Так что призраку сегодня несдобровать.

— Не нравится мне эта идея, — снова проворчал Веня.

— Да не боись! — усмехнулся я, глядя поверх бинокля.

Блин, этот бинокль только мешается перед глазами. Но всё же не стоит светить суперзрением перед Бледной Рожей.

— Если что, я не при делах, — настоял он.

— Хорошо, когда разберёмся с этой проблемой, я не стану упоминать о твоём участии, — хмыкнул я.

Но затем мы оба притихли.

Потому что Антон с Артуром наконец-то вошли в обсерваторию. И началось самое интересное!

Глава 23

Ветер на крыше завывал сильнее, чем внизу, поэтому «конский» хвост Венедикта трепался из стороны в сторону.

— Вень, слушай…

— Что? — процедил он, не отрываясь от бинокля.

— Ты же не подрабатывал жиголо? Надеюсь…

— С чего ты взял⁈ — возмутился Веня.

— Ты прозвался Ночным Бархатом! — хмыкнул я. — Если это не способ завлекать богатеньких одиноких мадам, я даже не знаю!

Веня от возмущения принялся хватать ртом воздух, но так и не нашёлся что ответить. А потому вернулся к наблюдению, и между нами повисла неловкая пауза.

— Ты уверен, что с ними всё будет нормально? — спросил он спустя некоторое время.

Неужто тоже переживает за учеников?

Антон с Артуром сейчас осматривались в холле. Похоже, призрак оказался умнее, чем я надеялся, и не стал показываться сразу. Хотя я заметил некоторые сдвиги в магических отголосках вокруг пацанов.

Просто так разобраться с этой проблемой было бы слишком скучно. И утомительно, к тому же. Ведь гоняться за призраком не так уж просто, я вам скажу. Он бестелесный, может проходить сквозь стены, причём очень быстро. А чтобы словить его, мне пришлось бы выстраивать целую систему ловушек.

Но я вовремя вспомнил про своих учеников, с помощью которых всё можно провернуть быстрее, веселее и с пользой для дела.

Не мог же я упустить такую возможность продвинуться в обучении двух «запоздалых» юных магов!

Антон с Артуром были практически противоположностями друг друга. Как по характеру, так и по результатам инициации. Но для обоих текущая ситуация могла привести к сильному рывку в развитии.

— Всё будет нормально, — кивнул я. — Они справятся.

Некоторое время мы снова молчали, но затем уже не выдержал я:

— И всё-таки, Венедикт Давидович…

— Хм? — отозвался он задумчиво.

— Ты ведь не сказал «нет»…

━─━────༺༻────━─━

Я продолжал наблюдение за детьми. Снаружи завывал ветер, и оттого в пустом просторном холле казалось очень холодно. Особенно для ранней и довольно тёплой весны. Поэтому парни слегка дрожали, а не из-за страха, который когтистыми пальцами пробирался по их нутру. Что прекрасно отражалось на их Источниках.

Определённо не из-за страха.

«Ты это слышал?» — прошептал Артур.

«Чего?» — фыркнул Антон.

«Будто кто-то кричал. Или ругался… Снаружи».

«Ничего я не слышал, — отмахнулся Антон, но всё же прислушался. А затем буркнул: — Это всего лишь ветер. Пошли дальше, тут ничего нет».

Артур был старше Антона на год, но вёл себя неуверенно и боязливо. Если его товарищ по ночной вылазке храбрился и даже почему-то злился, то сам Артур стучал зубами и желал поскорее свалить из этого мрачного места.

Луна сегодня была яркой, а небо безоблачным. Поэтому голубоватый свет плотными лучами проникал сквозь высокие окна и обнажал поднятую пыль.

Старинные своды здания, казалось, хранили в себе тайны многих веков. И незримые наблюдатели сейчас следили за двумя осмелевшими мальчишками, что решили нарушить их покой.

«С-слышал, тут раньше людей пытали», — произнёс Артур, когда они поднимались по мраморной лестнице на второй этаж.

«Ага, — кивнул Антон. — По ночам, когда Байрам Темирович свои занятия устраивал. Ты чё, обсерваторию же в прошлом году закрыли! Какие, к тварям, пытки?»

Артур пожал плечами и опустил взгляд от смущения.

Как мне удалось узнать, парень так и не смог подойти к своему другу Пашке, чтобы извиниться. Ну, тут на самом деле виноват не совсем он — всё-таки академия большая и отыскать одного мальца в ней не так уж и просто. А на звонки Пашка не отвечал.

Только подозреваю: Артур больше слонялся из стороны в сторону. Потому что искать пришлось долго, а запал на подвиги быстро иссяк.

И всё же это забавно… Человеческие отношения, в смысле.

Извиниться перед человеком действительно непросто. Наверное, тяжелее только признаться в любви. Это ж ведь можно отказ получить, верно?

Что ж, для таких вещей нужна уверенность в себе. Поэтому я и решил позвать его в эту миссию.

Раньше он готов был закрыть собою друга от неминуемой угрозы. И это похвально, спору нет. А что если угроза уже настигла его самого и закрывать никого не надо?

Нужно выстоять, выжить и дать отпор. А это невозможно без уверенности.

А без уверенности дальнейшие тренировки бессмысленны. Упорство, целеустремлённость, дисциплина — ему придётся терпеть боль, терпеть лишения, превозмогать собственные возможности, делать слабости своей силой.

И сегодня он научится верить в себя. Ну, или Марине придётся открывать лечебницу для психбольных, хе-хе.

Но до этого не дойдёт. Потому что я рядом.

«Хотя ты прав, — прошептал Антон. — Пялиться на небо часами! Это точно пытки. Да какому идиоту вообще такое может понр…»

И вдруг воздух задрожал.

Всё здание завибрировало, а из его недр донёсся протяжный гулкий рокот. От которого, ко всему прочему, у парней затряслись поджилки. Кажется, сейчас начнётся самое интересное!

«Ч-что это⁈» — взвизгнул Артурка.

«Не з-кхм… не знаю! — голос подвёл Антона, но он старательно делал вид, что это лишь случайность. — Бежим на хрен. Скорее!»

Они рванули вниз по ступеням, но тут перед ними взметнулся плотный вихрь пыли. Мелкие песчинки врезались в лицо, попали в глаза и рот, заволокли уши и быстро дезориентировали неопытных школяров.

«Кха! Кха! Кха! — откашлялся Антон. — Ур-рою!!!»

Он злился. Парень так долго ждал инициации, и всё пошло как-то странно. Он ничего не понимал, был обескуражен и испуган. И потому злился ещё сильнее.

Антон жаждал силы. И вроде бы получил её, но быстро осознал, что не может нормально применять магию. Ни огонь, ни вода, ни одна из стихий ему не поддавалась, а Источник будто жил своей жизнью. Он походил на дикого голодного зверя, с которым приходилось делить одну крышу.

«Где ты⁈ — истово рычал Антон. — Покажись, падла! Я тебя урою!»

━─━────༺༻────━─━

— Ну вот и началось, — ухмыльнулся я. — Показался, засранец.

Призрак уже вовсю разошёлся. А Антон бросался из стороны в сторону в поисках невидимого и неосязаемого противника. Готовый рвать и кусать, лишь бы нанести урон.

Вокруг творился хаос, обзора почти не было, враг неизвестен, как непонятны и его силы. Однако парень с яростью бросался в бой.

Храбрец?..

Хех, нет. Он глупец. Но это мы исправим.

Он не боялся Чудовища Обсерватории, о котором, как оказалось, уже ходила молва среди студентов. Антон злился и поддавался гневу.

А это лучшая среда для Пожирателя.

В этом и проблема. Парень должен уметь держать себя в руках. Я привёл его сюда и хотел посмотреть, как он будет вести себя в экстренных ситуациях. И его поведение мне совершенно не понравилось.

Носитель Пожирателя должен быть спокоен как удав, сдержан как примерный семьянин перед входом в стриптиз-клуб и готовым в любой момент усилить контроль над своим даром.

Пожиратель похож на дикого зверя. Приручить его нельзя, только заставить слушаться.

— Разве мы не собираемся что-то сделать? — забеспокоился Веня. — Призрак их атакует! Он совсем с катушек слетел!

— Успокойся, — махнул я. — У призрака нет мозгов, чтобы слетать с катушек. Подумаешь, чуть вспылил. Бывает!

— Да он же сейчас их прикончит! Учеников!

Давидыч некоторое время колебался, бросал взгляды то в сторону обсерватории через бинокль, то в меня. Но натыкался на спокойную улыбающуюся морду.

И наконец-то не выдержал:

— К чертям тебя! Я пойду…

— Стоять, — приказал я, одновременно с этим сковав его магические каналы.

Веня оцепенел и мигом покрылся мурашками, будто попал под напряжение. Сейчас он действительно осознал, что такое ужас.

— Мы им поможем, не волнуйся, — произнёс я успокаивающим голосом. — Но не сейчас. Или ты думаешь, я отправил своих учеников и не уверен в их безопасности?

Я взглянул в его полные ужаса глаза и понемногу ослабил хватку. Веня встал, отряхнулся, нервно выдохнул, затем снова схватился за бинокль.

— Ладно, сделаем, как ты скажешь. Но если с этими засранцами что-то случится, отвечать я не буду. Понял?

— Да не боись, — похлопал его по плечу. — Всё будет нормально, я обещаю.

Так-с, кажется, я немного переборщил, и Веня чуть просел в коленях и откашлялся. Но затем выпрямился, приставил бинокль и продолжил наблюдать.

Я тоже следил, как Антон рвётся в бой против невидимого противника, а Артур тем временем пытается сбежать.

У обоих ничего не вышло, а призрак теперь перегораживал путь перилами, сбивал с потолка люстры и всяческими способами загонял пацанов ближе к башне. Где у него, видно, имелся источник силы.

Спустя некоторое время Веня опять оторвался от бинокля и спросил:

— А откуда у тебя такой аппарат?

— В смысле?

Я не отрывался от происходящего в обсерватории. Там один шкет кидался на невидимого противника, а другой пытался от этого противника удрать. Но результат у них был одинаковый.

— Да в прямом! — пояснил Веня. — Это не просто бинокль: здесь тепловизор — это самая примитивная технология из всех. Я могу видеть не то что тепловые силуэты — практически сквозь стены! И кажется, он показывает часть каналов и расположение Источника.

Веня направил было на меня бинокль, но быстро понял, что делать этого не стоит, и вернулся к ребятишкам.

— Так откуда у учителя такой агрегат, Сергей Викторович?

Ох, у меня на языке была сейчас шутка, связанная с «агрегатами», некоторыми значениями этого слова и кликухой Вени «Ночной Бархат».

Но это уже переходило некоторую черту, потому что дружбы между нами ещё даже не наметилось. Поэтому шутку я оставил на потом и отмахнулся:

— От Верблюда. Веня, не отвлекайся.

— Ладно, — протянул он.

Но вообще-то, я сказал истинную правду. Этот бинокль мне действительно дал Верблюд. Он в нашем спецотряде отвечал за технику и особые примочки. А позывной свой получил, потому как всегда таскал на спине набитый всяческим барахлом рюкзак, похожий на горб. Да и на морде лица имел некоторые восточные черты.

Ну да ладно, вернёмся к моим бесятам… Хотя нет — из бесят пока только Антон. Артуру ещё предстоит получить это гордое звание.

━─━────༺༻────━─━

«Лу-у-у-у-у-уо-о-о-о-оа-а-а-а-а-а!» — тянулся повсюду угрожающий гул.

Пацанов зажали в угол. Я понял, что чудовище явно хотело загнать их в ловушку, и это отлично получалось.

Антон сопротивлялся, но ничего не выходило. И от этого он становился всё злее и злее. Магия в нём бушевала, Источник создавал всплески энергии, не слушался и наносил больше вреда, чем пользы.

Я видел, как это ещё сильнее злит парня. «Из этого треклятого Источника не удаётся вызвать ни пламени, ни льда, ни даже грёбаного разряда молнии!» Думаю, примерно такие мысли крутились у него в голове.

Ну, или он думал о девчонках.

Подростки ведь всегда думают о девчонках. Вот помню, был я ещё подростком, но уже в этом мире. И во время одной тренировки неподалёку прошла девушка в крайне, кхм, интересном наряде. В общем, гормоны в тот раз победили, я отвлёкся и…

Короче, так меня не лупасили с самой битвы с Драконом Хаоса!

Но не будем отвлекаться. Не знаю, о чём именно думал Антон и думал ли вообще. Но его злость продолжала распалять Источник.

«Гр-р-р-р-р-а-а-а-а!» — закричал он в отчаянии.

И бросился в ту сторону, где, как ему казалось, находится противник.

Но всё было тщетно.

«Антон! — кричал Артур. — Где Сергей Викторович?»

«Не знаю! — рявкнул парень. — Ты тоже маг! Давай, сделай что-нибудь!»

«Я… я не могу!»

Глаза Артура забегали от страха. Вокруг творился настоящий хаос. Сам дом будто хотел уничтожить их и гнал, гнал к арочной двери с тяжёлой деревянной створкой.

Оба парня помнили, что этот вход вёл в башню обсерватории. Они понимали, что нельзя оказаться именно там — в запертом и тесном пространстве, откуда уже не будет выхода.

Откуда они это знали? Так я прямо им об этом сказал перед отправкой в обсерваторию.

Но они ничего не могли сейчас поделать.

Артур всё же попытался. Он высвободил молнию, но та прошла невнятным слабым пшиком на фоне общего хаоса. Хорошо хоть самого парня не вырубила, как это было недавно.

«Гли-и-и-иу-у-у-у-у-ур-р-р-ргх!» — снова раздался гул.

И вдруг под их ногами треснул пол. Перед тем как он рухнул, Антон с Артуром успели отпрянуть и оказались на самом краю обвала. Они уже порывались спрыгнуть и дать дёру, но обломки каменного пола вперемешку с бетонной пылью вдруг взметнулись вверх и ринулись на них. Погнали прямо к тяжёлой деревянной створке, ведущей в башню.

«Вашу мать, вашу мать, вашу мать!» — рычал Антон.

Он пытался свернуть, менял траекторию, но мелкие частицы настигали его, царапали кожу, пыль мешала дышать, а острые осколки вонзались в спину, ноги и шею.

Антон злился. Ярость накатывала волнами и подзуживала его Источник. Я видел, как Пожиратель с жадностью грызёт парня, и теперь магия будто взрывалась изнутри бурными всплесками. Это причиняло Антону боль, лицо кривилось от мучений. И это злило ещё сильнее. Кажется, его немного повело от…

О чём он думал в этот момент? Я попытался представить:

«Зачем учитель привёл нас сюда?»

«В чём смысл?»

«Неужели Сергей Викторович просчитался, и теперь они вдвоём оказались против неведомого монстра?»

«Он уже давно должен был прийти на помощь!»

«А я так и не пригласил Алиску на свидание!»

Ну, последнее, конечно, не факт… Хотя кто их знает — подростков?

В любом случае, парни остались вдвоём против жуткого монстра. Точнее, должны так думать до поры до времени.

«Да чтоб тебя, препод херов! — крикнул Антон от бессильной злобы. — Чтоб ты провалился!»

Не понял. Это он мне, что ли⁈

«Бежим! — заорал Артур. — Бежим скорее! В башню!»

Они пытались избежать этого, но не вышло. Артур с визгом бросился к двери, лихорадочно тянул ручку на себя, но она не поддавалась, пока Антон не влетел и с ноги не выбил створку внутрь.

И вот они внутри башни.

Снаружи ещё раздавались гул и грохот мраморных осколков. Парни обернулись и увидели, как бетонный вихрь всё ещё мчится прямо на них. Но вдруг дверь захлопнулась сама собой. Сначала об неё ударились тяжёлые осколки, треск и грохот оглушали.

А затем вдруг наступила тишина.

«Что происходит⁈» — охрипшим голосом спросил Артур.

«Не знаю, но… ничего хорошего».

━─━────༺༻────━─━

— Они уже в башне. Уверен, что с ними ничего не случится? — напрягся Венедикт.

— Второй раз повторять не буду, — буркнул я, аккуратно пряча свой бинокль во внутренний карман. — Ты лучше готовься ловить призра…

— Что вы здесь забыли⁈ — раздался позади звонкий рассерженный голос.

— Людмила Ивановна! — обернулся я. — Какими судьбами? Тоже решили полюбоваться на луну?

— Луну? — нахмурилась алхимичка.

— Ага! — кивнул я. — Вон какая красивая! Полная, яркая!

Людмила Ивановна не поддалась на отвлекающий манёвр и грозным шагом двинулась прямо к нам.

Веня шагнул в сторону и ловко спрятал за спиной бинокль. Ну, это ему так наверняка казалось, однако против прожжённого педагога такое не прокатит.

— Что вы прячете, молодой человек? — она протянула руку. — Ну? Я жду!

Веня растерялся и бросал в мою сторону взгляды, полные мольбы о помощи. А Людмила Ивановна вперила в него свой сверлящий «взгляд училки».

Это такой своеобразный взгляд, при котором многие чувствуют необъяснимый прилив вины, даже если за сегодня успели только кофе выпить и ничего такого не натворили.

А как он действует на тех, у кого имеются грешки за душой! У-у-у…

— Ладно, Венедикт, — вздохнул я. — Нет смысла уворачиваться от ответственности. Я предупреждал, что до добра твои, кхм, увлечения не доведут.

— Ч-что⁈ — пискнул Веня.

— Увлечения? — пророкотала Людмила Ивановна, прищурив глаза.

Сейчас она напоминала дознавателя и любителя устраивать допросы с пристрастиями. Узкие губы поджаты, острый взгляд поверх оправы очков, суровые морщины повидавшей жизнь леди.

Блин, да ей даже инструменты не нужны! «Взгляда училки» вполне хватит, чтобы расколоть какого-нибудь засланного диверсанта. Он вспомнит все явки, пароли, имена и признается, что домашнюю работу по математике в пятом классе собака ни фига не сожрала!

— Да, увлечения, Людмила Ивановна… — вздохнул я тяжело. — Дело в том, что я застал Венедикта Давидовича за… кхм, некоторыми непотребствами. Да показывай уже!

Потянул его за локоть и заставил показать бинокль. Веня ничего не понимал, ошарашенно хлопал глазами, но поддался.

— Вот! — воскликнул я, протягивая бинокль алхимичке. — Я застал его за подглядыванием, Людмила Ивановна!

— Чего⁈ — шарахнулся Веня. — Да я же не!..

— Я не осуждаю, друг мой! Не осуждаю, поверь. У каждого свои, кхм… предпочтения.

— Ставров! — взвизгнул Уже-не-Бледная-Рожа.

Он реально покрылся румяной, блин! Никогда его таким не видел.

— Венедикт Давидович, — вкрадчиво проговорила Людмила Ивановна, крутя в руках бинокль.

— Л-людмила Ив… — хотел было оправдаться Веня.

— Цыц! — гаркнула она.

Затем алхимичка приставила бинокль к очкам и направила его в сторону общежития для педагогов. Отсюда хорошо виднелись верхние этажи, где шторы часто оставляли раскрытыми даже вечером.

Конечно, я отключил все дополнительные функции бинокля, так что Людмила Ивановна видела только приближенное изображение и ничего лишнего.

И быть может, мне лишь показалось, но она задержалась с биноклем чуть дольше, чем это было необходимо. И уж точно мне померещилась мимолётная усмешка её тонких поджатых губах.

А также я абсолютно уверен, что это никак не связано с тем, что в одном из окон какой-то голый по пояс мужчина делал вечерний комплекс упражнений.

— Венедикт Давидович… — снова протянула она, оторвавшись от бинокля. — Я была о вас лучшего мнения.

— А… что… я… — Веня стоял как вкопанный с расширенными глазами и не мог сформировать ни единой мысли.

Даже сам его Источник замер, а потоки магии стали такими медленными, словно и вовсе застыли.

— Позвольте, Людмила Ивановна! — вступился я. — У каждого есть свои слабости, разве нет? Я вот, к примеру, жить не могу без котлеток. Знаете, такие поджаристые снаружи, но мягкие внутри. Нажимаешь слегка вилкой, и сок брызжет…

— Сергей Викторович, — прервала меня алхимичка. — Хватит! Покиньте это место сейчас же. Оба!

Нам ничего не оставалось, кроме как исполнить требование. Мне даже удалось заполучить бинокль обратно под искреннее обещание не отдавать его Венедикту. Хотя Людмила Ивановна явно предпочла бы оставить эту штуку себе.

— Что это было⁈ — прорычал Веня, когда мы оказались на дороге перед корпусом.

— Ответка за каракатиц, — хмыкнул я. — Считай, мы квиты.

Он явно хотел высказать мне что-то нелицеприятное, гневное и, возможно, даже слёзное, но я напомнил о деле:

— Пошли, там всё скоро закончится. Не хотелось бы опоздать, а?

Вообще-то, мы могли спуститься с крыши и пораньше. До того как Людмила Ивановна заподозрила неладное и решила проверить, кто шумит наверху, прежде чем покинуть рабочее место и отправиться домой.

Но…

Я не мог удержаться от такого шанса подколоть Веню!

━─━────༺༻────━─━

Судя по происходящему, башня пугала парней одним своим видом. Внизу помещение было покрыто тенью, но сверху падал тусклый голубоватый свет луны. В нём проглядывались обветшалые перила, покрытые паутиной и плесенью балки, потрескавшиеся ступени винтовой лестницы и грубые тёмные камни стен.

Короче, пацаны чуть не обделались, я думаю. Но «чуть» не считается, как говорится.

Тишина нависла над ними, и скоро сквозь неё начало пробиваться тяжёлое дыхание. Особенно громко билось сердце Антона.

Тудум-тудум…

Тудум-тудум…

Тудум-тудум…

Ярость вскипала внутри. Подпитанная страхом, она овладевала рассудком парня. Источник перестал слушаться и вырывался из груди.

Переизбыток магии теперь лишь отнимал его силы. Источник будто пожирал самого Антона.

«Вы-ы-ы-ы-ы-ы…» — вдруг раздалось из ниоткуда низкое и тягучее.

То был голос не человеческий, и даже не голос твари. Он доходил будто вибрациями, сползал по древним стенам, спускался по скрипучим ступеням, сотрясал полотна паутины.

«Я-я-а-а-а ва-а-а-ас по-ока-а-ара-а-а-а-аю-ю-у-у!»

Парни оцепенели. Их обуял настоящий ужас. Даже по каналам Артура забежала неровная, но бойкая энергия.

И в следующую секунду башня начала сжиматься, с каменной кладки сыпались колотые обломки, а лунный свет странно замерцал.

Антон ещё этого не осознал, но его разум поддался чувству бессилия и смятения. И это открыло дорогу хаосу и ярости Пожирателя.

Источник вот-вот грозил поглотить своего носителя.

Но вдруг пелену разорвал звонкий голос.

«Быстрее! — кричал Артур. — Антон, нам нужно добраться до самого верха! Живее, мать твою!»

«Д-до верха…», — пробормотал Антон.

А потом проморгался и вдруг увидел перед собой не испуганного парнишку с забитым взглядом, а духовитого пацана с протянутой рукой.

Да, молодец, Артурка! Взял себя в руки и понял, что единственный выход теперь наверху. Там, откуда доходит свет луны.

Теперь парень выглядел иначе. Совсем иначе. На лице появились суровые черты, а взгляд стал твёрже.

«Да чтоб тебя!» — выругался он, потому что Антон всё ещё не пришёл в себя.

Затем схватил Антона за руку и потащил наверх по ступеням.

Дыхание перехватывало, глаза стекленели, но Антон чувствовал, как Артур тянет его за руку, и продолжал взбираться по дрожащим, трескающимся ступеням. Он продолжал бороться с Пожирателем и понемногу отвоёвывал собственную магию.

Они спотыкались, оступались, но всё равно продолжали двигаться вверх. И вот они почти достигли вершины, откуда проглядывал лунный свет, а значит, был выход наружу…

Как вдруг этот свет погас, и на них опустилась непроглядная тьма.

«Да что ж такое? — прорычал Артур. — Мы что, здесь реально подохнем? Нет, не позволю!»

Он сделал ещё один рывок, прыгнул с последней ступени на твёрдый пол и хотел уже бежать в никуда, но вдруг ему пришлось прерваться. Потому что позади раздался дикий крик.

Кричал Антон.

Его Источник вырывался из-под контроля, пожирал его. Боль охватила каждую клетку, но парень сопротивлялся. Пожиратель сделал последнюю, решающую попытку сожрать парня.

«Да пошёл ты! — прорычал Антон в ответ. — Сначала не высовывался, а теперь хочешь мне помешать? Хрен тебе!»

Он разговаривает с собственным даром? Ничё-се! Кхм, но это сработало…

Источник начал поддаваться. Не сразу. Он ещё огрызался, вырывался из-под контроля, но Антон постепенно перебарывал его силой воли и крепким словцом. Рычал проклятия и ругался так, что уши могли бы завянуть.

Со стороны могло показаться, что он уговорил Пожирателя успокоиться!

Так или нет, но в конце концов Антон научился чувствовать собственную магию. Бурлящие потоки энергии, упругие от натуги каналы, зов Пожирателя из глубин Источника.

И среди всего этого было нечто, похожее на голод. Всепоглощающий, вечный голод, который нужно утолить. Я знаю, потому что чувствовал тот же зов во время ритуала.

«Антон?» — раздался удивлённый голос Артура.

Но Антон не мог ответить. Он наладил со своим Источником связь и теперь тоже чувствовал этот голод. Странный голод.

Его не утолить мясом, хлебом или овощами. Этот голод требовал магии, а её вокруг оказалось просто невероятное количество. Антон мог чувствовать ауру призрака и магические потоки, которые тот распускал вокруг, словно паук паутину.

«Гр-р-ра-а-а-а-а!!!» — снова зарычал парень.

Но на этот раз по собственной воле. От предвкушения, необъяснимой радости, что сейчас этот голод будет утолён. Злобный оскал превратился в предвкушающий, хищный.

Пожиратель вырвался наружу, но теперь подконтрольный его воле. И начал пожирать заполонившую башню тьму.

Пожиратель жрал и жрал. Он продолжал утолять свой нестерпимый голод со звериным рвением. Энергия плотными потоками хлынула по каналам Антона и даже причиняла боль.

Но боль смешивалась с наслаждением. Голод начинал утихать.

«Что⁈ — раздавался во тьме испуганный, нечеловеческий голос. — Нет, как это возможно⁈ Не-е-е-ет!»

Но когда голод наконец-то был утолён, а тьма развеялась, этот голос исчез.

Антон наконец очнулся и раскрыл глаза. Он увидел ошарашенного Артура и верхний уровень обсерватории со стеклянной крышей, за которой открывался вид на полную яркую луну и звёздное небо.

«Ч-что произошло?» — прохрипел парень.

«Э-э…» — Артур потерял дар речи и просто помотал головой.

А затем позади раздался голос:

— Вы справились, парни, вот что произошло!

━─━────༺༻────━─━

Я шагал по целёхоньким ступеням с торжественным видом победителя.

Веня копошился где-то внизу и отлавливал призрака — не зря же я взял с собой техно-некроманта!

А парни сидели на четвереньках на самой верхушке и до сих пор соображали, что происходит.

— Вы справились, парни, вот что произошло. Так держать!

— Сергей Викторович! — ахнул Антон. — Это вы? Как вы здесь оказались⁈

— Да я гулял неподалёку, — хихикнул я. — И вдруг слышу — кто-то препода хéровым кличет. Ну и решил проверить, не обо мне ли речь.

— Сергей Викторович! — возмутился Артур. — Почему вы так долго⁈ Вы обещали явиться, если всё полетит к чертям!

Ишь ты, храбрости-то как поднабрался! Растёт парень!

Я действительно обещал безопасность и прямое вмешательство, если ситуация выйдет из-под контроля.

Однако всё оставалось под контролем до последнего мгновения.

— Разве вам угрожала опасность? — улыбнулся я. — По-моему, всё прошло замечательно.

Тут Антон осмотрелся и заметил странную вещь.

— А я почему-то думал, что здесь как-то… пострашнее будет, что ли.

— Почему же? — усмехнулся я.

— Ну, там внизу вся лестница была такая, будто… даже не знаю… в паутине, трещинах и всё такое. Я думал, тут так же будет.

— Подожди-ка! — ахнул Артур. — Там же стены сдвигались! Башня сейчас рухнет!

— Ага! — подыграл я. — Нам тогда нужно быстрее отсюда бежать!

— Да! — подскочили бесята и ринулись вниз.

Но очень быстро замедлили ход, потому что не узнали винтовую лестницу, по которой недавно поднимались наверх.

— Где паутина? — вопрошал Артур, оглядываясь по сторонам.

— И трещины? — вторил ему Антон.

— Где сдвинутые стены⁈ — демонстративно возмутился я.

А за массивной дверью у подножия лестницы раздавались ругань, возня и матерные крики.

— А кто там? — насторожился Артур.

— Вень… кхм, Венедикт Давидович, — ответил я.

— Кто⁈ — удивился Антон. — А он-то что здесь делает⁈

— А пойдёмте и сами посмотрим.

Мы вышли на второй этаж корпуса, и парни снова удивились.

— Так пол же рухнул! — взялся за голову Антон. — Тут же дыра была! Я своими глазами видел! Вот прям тут!

И указал пальцем на вполне себе ровный, лишь слегка запылённый мраморный пол. Хорошей отделки, между прочим.

Но тут показался Веня.

— Вот зараза! — проворчал он. — Падла какая! Еле поймал!

— Здравствуйте, Венедикт Давидович! — воскликнули хором парни.

— Всё нормально? — спросил я.

— Ага, — буркнул он в ответ. — Скажи, а ты сразу понял, что это иллюзионист?

— Иллюзионист? — задумчиво протянул Антон.

— Сергей Викторович, что здесь происходит? — насупился Артур.

По его каналам теперь куда живее бегала магия. Процесс восстановления начался.

— В обсерватории поселился призрак-иллюзионист, — пояснил я. — Вообще-то призраки не могут воздействовать на материальные вещи. Ну, только в некоторых исключительных случаях. Так что все те изменения, которые вы видели — ну там, обрушенный пол, ожившие перила, падающие люстры — всё это лишь обманка.

— Охренеть! — выдохнул Артур. — Да я чуть в штаны не наложил!

— Да видел, — хмыкнул я.

Веня держал перед собой кулон с небольшим изумрудом на серебряной цепочке. Побрякушка сейчас переливалась тусклым светом и тянулась из стороны в сторону, словно маятник.

— Ну да, хватит с вас на сегодня приключений, — кивнул я пацанам. — Бегите в общагу и ложитесь спать.

— Сергей Викторович, я… — подал голос Антон.

— Знаю. И потом объясню, что именно это было.

Вообще-то я мог объяснить и сейчас, но хотелось потрепать ему нервишки интригой. Исключительно в воспитательных целях, конечно!

— С вами обоими потом обсудим всё, что сегодня произошло, — заявил я.

К тому же Пожиратель Антона уже наелся и не будет барагозить ещё несколько дней.

Когда парни вышли на улицу, мы остались с Веней наедине. Он передал мне кулон и спросил:

— Так когда именно ты понял, что это иллюзионист?

— Почти сразу.

— И не сказал!

— Я думал, ты тоже это понял! — искренне соврал я.

Но надо признать: Веня оказался рядом как нельзя кстати. Я бы этого засранца ловил долго. Даже с помощью парней.

— Охренеть, — опомнился Веня. — Это что ж получается: все заклинания, которые мы ставили…

— Ни хрена ни от чего не защищали, — кивнул я. — Потому что призрак привязан к чему-то в обсерватории. Ты, кстати, нашёл, к чему именно?

— Пока нет, — помотал он головой. — Кулон позволит вывести его из здания, но за пределы академии лучше его не выносить. А я пока поищу капкан.

Так называли вещь, к которой был привязан призрак. Это могло быть что угодно. Однажды я видел капкан в виде женских трусов. Не трусиков — именно трусов. Даже трусищ, я бы сказал…

Это жена одного ловеласа решила так наказать его за измены и привязала к нижнему белью своей грузной кузины. К ней она, впрочем, тоже не питала особо тёплых чувств.

— Кстати, Сергей, — призадумался вдруг Веня. — А тогда, на крыше…

— Да?

— Ты спрятал бинокль до того, как Людмила Ивановна…

— Хорошо мы сегодня постарались! — воскликнул я. — А с этим засранцем… — и посильнее потряс кулоном и почувствовал слабые нотки возмущения, исходящие из него. — С ним разберёмся завтра!

— Да, но…

— Главное, что бедный Кирилл сегодня будет спать как младенец! — я похлопал его по плечу и направился вниз по лестнице. — И ты молодец, Веня. Большой молодец!

И это правда. И про Кирилла — призрак теперь лишился возможности на него влиять. И про Веню — он сегодня начал реабилитироваться в моих глаз.

Однако ещё остаётся много вопросов.

Что именно призрак хотел сделать с Кириллом? И главное, с какой целью?

Как дальше поведут себя Антон и Артур? Они сегодня достигли нового уровня в развитии, хоть каждый и по-своему.

Людмила Ивановна действительно пялилась на того полуголого мужика в окне, или мне всё-таки показалось?

Ну и самый животрепещущий вопрос: что за странная аура исходит от Вени? Словно два огонька вьются вокруг него, как тараканы.

И как-то слишком уж напоминают магию призрака, между прочим. Когда я «переключился» на эту волну энергии, неслабо удивился такому сюрпризу.

Надо будет проверить!

Глава 24

Можно вечно смотреть на три вещи. Как горит огонь, как течёт вода и как ученики бегают вокруг стадиона.

— Сергей Викторович, когда мы уже остановимся? — взмолился Боря Юдин.

— Ты только начал! — воскликнул я. — Всего-то пятидесятый круг пошёл!

— Скока, ско-ока-а⁈ — ошалел Максим Пришвин.

Просто смотреть — это, конечно, весело, но я бежал вместе с ними. Без живого собственного примера требовать от учеников какого-то рвения не стоит.

К тому же мне сегодня пришлось пропустить зарядку из-за одного дела. Собственно, ради этого я и повёл класс на стадион вместо ежедневного дополнительного первого урока.

— Мы чё… Уже… — тяжело дыша, выговаривал Дениска. — Пятьдесят кругов бежим?

— Не, — помотал я головой. — Вы только тридцать четвёртый осилили. Отстаёте, умники! Так что у вас осталось ещё шестьдесят шесть.

— Скока, ско-о-о-ока-а⁈ — заверещал Максим Пришвин.

Он бежал вместе с Дениской. А рядом плелись Стефания и Гордей Красновы. Но Гордей просто не желал покидать сестру, поэтому держался рядом. Ну или не хотел выдавать настоящих кондиций.

— Эт чё получается? — нахмурился Саня. — Я пятьдесят седьмой бегу. Это ещё…

Он призадумался, из-за чего пришлось сбавить темп. Вот со счётом у него оказались проблемы, поэтому пришлось помогать Антону:

— Сорок три, дурень! — пихнул он Саню.

Сам Антон выглядел заспанным после вчерашнего и немного помятым, но держался молодцом. И бежал рядом со свеженьким Савельевым, что примечательно.

— Сорок три круга ещё⁈ — ахнул Саня.

— Беги давай! — снова пихнул его Антон.

Тут их нагнал Валиков.

— Чё, силы закончились, Оболтусы? — хмыкнул он.

Он вместе с Женей Михеевым и Витей Матвеевым бежал впереди всех, причём отрыв составлял уже несколько кругов.

Неподалёку от них бежал Арсений, так что почти вся бывшая бригада спортиков сейчас явно показывала, почему у них была репутация спортсменов. Да, в физических кондициях до них довольно далеко всем остальным ученикам второго «Д».

Источники их пока не развивались так хорошо, как у Оболтусов, которым помогал я. Но и Оболтусы только начали правильно понимать основы, так что разница между обеими группами в целом не такая уж и большая.

Магия — это ещё не всё. Никто не отменял личных качеств вроде той же физической силы или развитого ума. Особенно на ранних этапах развития мага такие немагические качества могут дать огромное преимущество перед сверстниками.

К тому же… я не оставил Балбесов стоять на месте в плане развития магии. А планомерно готовил их к болезненному и очень тяжёлому рывку, когда наконец-то я скую из расколотого на части класса единый коллектив. И сегодня мы сделаем очередной шаг к исполнению моей задумки.

Кстати, шагать будем немного раньше, чем я думал. Человек, которого я пригласил на урок, уже подходил к стадиону, и бесятам повезло. Им не придётся бежать весь кросс.

Скоро этот человек показался на входе, но никто из ребят его не заметил. Он был невысокого роста, в мешковатом тёмном спортивном костюме и с капюшоном, натянутым на голову. Парень шагал, чуть ссутулившись и засунув руки в карманы.

И ещё до того, как бесята обратили внимание на неожиданного гостя, он вдруг резко ускорился и в несколько секунд преодолел расстояние чуть меньше ста метров. А затем снова сунул руки в карманы и продолжил шагать как ни в чём не бывало.

Выпендривается.

— О, Колян! — первым обратил на него внимание Саня.

И не будь дурак, он мигом почуял неладное. На лице отобразились смятение, подозрение и намётки активно работающих извилин.

— А что ты здесь делаешь? — осторожно спросил шкет.

Но Коля не ответил, а лишь сурово глядел на второй «Д» исподлобья. Черты его лица стали жёстче, тень от капюшона накрывала взгляд решительных глаз и очерчивала изгибы лица, желваки, впадину на подбородке.

— Колян? — ещё сильнее насторожился Саня.

А я, набрав в лёгкие воздуха, мощно дунул в свисток:

— ФЬЮЮЮЮЮЮЮЮЮЮЮЮЮЮЩЩЩЩЩ!!!!!!

Бесята застопорились и с волнением взглянули на меня.

— Класс, разминка закончена! Всем построиться в шеренгу передо мной!

Кто-то из монстрят чуть ли не ликовал. Пара человек, как только услышали, что мучения закончились, рухнули на землю. Они сначала отдышались и только потом поползли в мою сторону.

Петя Валиков со своей бандой нарочито-показательно строил из себя только-только разогретого свежачка. Что ж, ему этот урок будет особенно полезным.

На самом деле Коля выглядел не очень приметно по сравнению с ним. Издалека как минимум. Поэтому Петя одарил гостя насмешливым взглядом, когда тот встал рядом со мной.

— Познакомьтесь, — сказал я. — Это Коля Каменев, мой ученик.

— Да я его знаю! — тут же воскликнул Валиков. — Он в прошлом году на все соревнования записывался.

— И все продул! — загегекал Женя Михеев.

Я не оборачивался, но следил за реакцией. Коля оставался сосредоточенным и хладнокровным. Даже его Источник не шелохнулся, а продолжал ровно и методично гнать магию по каналам. Это очень хорошо. Он идёт к своей цели и не обращает внимания на лишние помехи.

— Что ж, — хмыкнул я, — сегодня тоже будут спортивные соревнования. Или что-то вроде того. Вы разделитесь на две команды.

— Оболтусы против Балбесов? — спросил Гордей Краснов. — Тогда это нечестно, нас меньше!

— О, не волнуйся! — улыбнулся я. — Твоя команда будет значительно превосходить числом команду соперника. Соревноваться будет Коля против всего второго «Д».

Повисла недолгая пауза, которую разорвал возмущённый возглас Антона:

— Это шутка, что ли⁈

— Точно! — присоединился к нему Влад Воробьёв. — Мы ж его разнесём в секунду!

— Да вы нас совсем не уважаете! — с торжествующим видом заявил Макс Пришвин.

Он только почувствовал возможность ослабить мой авторитет и тут же ударил. Что ж, соображалка у парня на уровне, а вот с осведомлённостью проблемы.

Но всё же это сработало. Весь класс — и Оболтусы, и Балбесы — принялись возмущаться. Кто-то посчитал себя оскорблённым, кто-то смеялся. Федя, судя по его напряжённому лицу, явно придумывал какую-то колкость.

Сам же Макс снова согнулся и упёр руки в колени, чтобы отдышаться. Он теперь в команде умников явно вырывался в лидеры. Дениска после инцидента в монстрариуме старался вести себя ниже травы тише воды и до сих пор избегал встречаться со мной глазами.

В общем, реакции на моё заявление были разные. Но отличился Тихомир. Он как всегда воспринял новость с абсолютным пофигизмом и ничуть не изменился в лице.

Ну и Саня. Единственный из всех, кто действительно напрягся и воспринял мои слова с полной серьёзностью.

Может, с математикой у него и туго, но когда дело касается сохранения собственной задницы, ему равных нет.

— Эй, ребят, — пытался он воззвать к одноклассникам, — вы бы это… Кольку-то не недооценивали.

— Ты че, засса́л? — выпалил Федя, которому так удачно подвалил повод для колкости. — Савельев засса́л!

— Да иди ты! — огрызнулся Саня.

А затем он поймал мой довольный взгляд и насторожился ещё больше. Похоже, шкет понял мой замысел.

— Для начала определим правила, — продолжил я. — Точнее, правило. Никакой магии! Это будет спортивное соревнование, и швырять сопернику в лицо огненный шар, чтобы сбить его с дистанции, нельзя.

Возможно, мне показалось, но кто-то из бесят реально расстроился.

— Так, а… Что за соревнование-то? — спросила Анжела.

Наконец-то разговор по существу!

— Три упражнения, — объявил я. — На силу, ловкость и гибкость. Но у вас будет фора. Вы разделитесь на три группы для каждого этапа и начнёте их одновременно. Коля же стартует сам и должен будет пройти все этапы поочерёдно.

— И какой смысл? — нахмурился Андрей Самсонов. — Ему никак не успеть.

— Правда? — я обвёл взглядом шеренгу. — Вы все так думаете?

Бесята закивали. Кроме Сани, который резво замотал головой.

— Что ж, тогда предлагаю сделку.

— Сделку? — с подозрением переспросил Макс.

Бесята насторожились. Я пока не проиграл ни одного спора в академии, а проигравшие… Ну, скажем, они наверняка избавились от лудомании. Один вот до сих пор в больничке переосмысливает игру в «двадцать одно».

Так что придётся повысить ставки, чтобы жажда наживы пересилила все подозрения.

Но сначала немного распалим ребят.

— Сделку, сделку, — кивнул я. — Я ставлю на Колю. Утверждаю, что он один разнесёт вас. Форы не помогут.

— Вы наверняка ему поможете! — воскликнул Федя. — Подставить нас хотите, да⁈

— Нет. Я вообще могу отойти подальше. Посижу на скамейке, понаблюдаю…

— А какие упражнения? — выступил Андрей.

Эх, а я думал, никто не спросит! Что же мне делать⁈ Неужто мой план покатился…

А нет, всё в порядке, хе-хе.

— Ничего особенного, вам хорошо знакомы эти упражнения, — пожал я плечами. — Ловкость — «Воздушная тропинка». Гибкость — стандартная полоса препятствий с перекладинами. Сила — метание ядер по десяти мишеням.

Эти штуки, как я понял, часто использовали на всяких академических соревнованиях. Самая интересная, на мой взгляд — «Воздушная тропинка». Сто метров небольших панелей, которые в воздух поднимают заклинания стихии ветра. Они становятся очень чувствительны к балансу, и любое воздействие на них, даже малейшее, приводит к потере равновесия.

Одна панель переворачивается, уходит в сторону и задевает другую. И так по цепочке дорожка превращается в дикий и необузданный путь, который нужно преодолеть. Намеченные траектории меняются каждую секунду, а куча неизвестных факторов заставляют реагировать на них быстро и чётко.

Но не стоит думать, что остальные скучнее. Полоса препятствий с перекладинами неподготовленного человека способна переломать пополам. Иногда там такие фигуры приходится выкручивать из собственного тела, чтобы пролезть между столбами и перекладинами, что растяжке позавидует какая-нибудь актриса балета средней руки. К тому же приходится думать головой, иначе завяжешься в узел и не развяжешься потом.

Эта полоса реально как лабиринт для особо изощрённых. Я бы даже сказал — извращённых экстремалов. Но для бесят — самое то.

Ну и конечно, самое простое и в то же время сложное. Ядра! Кинуть тяжеленный шар куда подальше много ума не надо. А ты попробуй кинуть его не просто куда подальше, а куда надо!

Десять мишеней, расположенных на разных расстояниях, нужно поразить десятью бросками тяжёлого ядра. Подряд, конечно же. Если промахнулся, начинаешь заново.

— Команды для выполнения каждого из упражнений выбираете сами, — подзуживал я. — Не обязательно участвовать всему классу, но упражнение будет считаться выполненным, когда хотя бы один из участников завершит его.

Начались активные перешёптывания, условия были чрезвычайно привлекательными. Но они же посадили зёрна сомнений у некоторых учеников. Саня же и вовсе пытался отговорить одноклассников.

— Думаешь, Каменев нас уделает? — огрызнулся Петя. — Я видел его на соревнованиях! Он слабак!

— А я видел его в тот день! — не сдавался Саня. — Три недели назад, здесь, на стадионе!..

— Три недели? — прервал его Женя Михеев. — Чувак, ты серьёзно?

— Саня, харэ, — прорычал Антон. — Я не собираюсь бояться какого-то… — он окинул Колю мимолётным взглядом, — коротышку. Сергей Викторович, на что спорим⁈

Ох, Антоха, Тоха, Тоха… Смотрю, пробуждение дара пробудило в тебе и гордыню? Что ж, этот урок будет ещё полезнее, чем я думал.

— Предлагайте вашу ставку, — пожал я плечами. — Что угодно.

— Что угодно? — хитро ухмыльнулся Макс Пришвин.

Он явно хотел выделиться и перехватить лидерство умников у Дениса, поэтому старательно активничал. А тот не особо-то и сопротивлялся.

Да уж. Я теперь знал, почему он решился подставить меня — Веня раскрыл все карты. И неужели такая решимость противостоять учителю разбилась о поражение?

Ум — это ещё не все. Без силы духа далеко на нём не уедешь. Денис слишком уж растерялся и никак не может собраться с мыслями.

— Что угодно, — кивнул я.

И по сверкнувшему взгляду я понял, что Пришвин уже придумал, как меня подставить. Он решил сделать то, чего не удалось Денису.

Причём ему нужно убедить не только Балбесов, но и Оболтусов в своём варианте. А это непросто.

— Тогда вы должны будете… — Макс сделал небольшую паузу, чтобы проследить за реакцией одноклассников.

Все навострили уши. И кажется, забыли про Колю, который всё это время стоял рядом со мной неподвижно. Он молчал и настраивался. Источник накапливал энергию и пускал бурные потоки магии, разогревая каналы. Он сейчас походил на спортивную машину, которая газует перед стартом, вот только никому, кроме меня, не дано это увидеть.

— Тогда вы, — продолжил наконец Макс, — заставите Соломона Адамовича рыдать на глазах у всей академии!

И наступила тишина.

Я сначала не до конца понял его слова. Но потом ка-а-ак понял!

И остальные бесята тоже. Поэтому шеренга едва не распалась из-за возбуждения.

— Любыми способами, — скалился Макс, — но завуч должен лить реки слёз, быть опозоренным так, чтобы вся академия знала это и никогда ему не забыла. Чтобы он сам захотел убраться от нас куда подальше, а от слова «школа» у него дёргался глаз!

Вашу ж барабашу…

Бесята оживились, взбудоражились. Даже Саня боролся с собственной чуйкой и разрывался между мечтой и реальностью. Тихон тоже раскрыл рот от удивления и сверкнул энтузиазмом.

Да что там Оболтусы и Балбесы, я чуть сам не захотел проиграть!

Спокойным и непоколебимым оставался только Коля. Не уверен, что он даже слышал Пришвина. Его сейчас интересовала только цель, для которой я его позвал.

— Что ж, — усмехнулся я. — Согласен! Возражения есть?

Никто не выступил, так что предложение Пришвина мы посчитали принятым.

— А если мы проиграем? — спросила Анжела.

— Вы будете помогать Коле в тренировках, — пожал я плечами. — Скажем, один месяц.

Со стороны это звучало не так уж страшно, но на деле Коля вставал чуть ли не раньше меня и вывозил такие нагрузки, что к первому уроку бесята на ногах стоять не смогут.

Но всё же желание поиздеваться над Адамычем пересилило у всех ребят. Поэтому договорённость была заключена, а я пошёл готовить оборудование для всех трёх этапов.

Площадка для «Воздушной тропинки» располагалась в стороне от беговой дорожки. Механизированные заклинания — этакий сплав магии и технологий — превращал твёрдое прорезиненное покрытие в кусок мягкой земли. Будто бассейн, наполненный желе или чем-то подобным.

Пока бесята разминались после пробежки, а Коля в стороне от них разогревал мышцы скручиваниями и растяжкой, я расставил панели, активировал барьер, в границах которого они могли летать. Затем подогнал из склада лестничные платформы для старта и финиша. Это будет первый этап для преодоления.

Дальше шла полоса препятствий с перекладинами, но она была установлена стационарно, поэтому ничего делать не пришлось. Кстати, никогда не видел, чтобы ученики зависали на ней. На турниках, брусьях и прочих спортивных примочках почти всегда тусовался народ в ожидании урока или в перерывах между сдачей нормативов.

Но эта хреновина всегда пустовала…

Затем я притащил ядра, каждое весом пятнадцать килограмм. Неплохой вес даже для мага-подростка. Особенно если учесть, что кинуть его нужно будет в небольшую мишень полметра радиусом. Точнее, в десять мишеней на разном расстоянии.

И вот, всё было готово. Площадки расставлены, ученики разогреты, Коля уже расстёгивал толстовку.

И последнее не прошло мимо бесят.

Молния плавно спускалась, обнажая голый торс парня. Он почему-то не надел даже майки…

Но получилось эффектно. Блестящие от пота кубики пресса, косые мышцы живота, рассечённые на волокна грудные. Коля понемногу открывал бесятам, с каким монстром им придётся сейчас столкнуться.

Эффект оказался здоровский. Пара девчонок сдавленно пискнули, кто-то уставился на происходящее и даже не моргал. А когда Колямба эпично скинул толстовку и предстал во всей красе, Тихомир тихо, но грубо выругался.

— Подумаешь, подкачался немного! — не очень уверенным голосом проворчал Петя. — Готовьтесь устраивать завучу весёлую жизнь, Сергей Викторович!

Ох, Петя, Петя… Знал бы ты, что я и без вас собирался это сделать.

Через пару минут ребята разбрелись на стартовые позиции. Надо сказать, распределились они грамотно. Не стали нагонять народу, чтобы якобы увеличить свои шансы, а выбрали только подходящих ребят для каждой из дисциплин.

Спортики Валикова вместе с Арсением будут метать ядра. Последний держался чуть поодаль.

За ловкость взялись Саня, Андрей, Влад, Стас и Антон. Вообще-то Гордей тоже вполне мог бы участвовать, но он упорно строил из себя слабака.

Гибкость отдали девушкам. Анжела, Катя, Алиса и Полина вызвались показать чудеса растяжки, но нет-нет да бросали заинтересованные взгляды в сторону Коли. Это ещё сильнее злило парней, особенно Антона и Влада.

— Готовы? — убедился я. — Тогда на старт! Внимание!..

Коля пригнулся на платформе «Воздушной тропинки», словно бегун перед выстрелом. Парни фыркнули в его сторону и тоже приготовились.

— Марш!!!

А затем всё произошло очень быстро.

Коля со взрывной скоростью стартанул и в несколько секунд преодолел все воздушные панели. Они не успевали сбить баланс, прежде чем он указывался уже на следующей платформе — слишком стремительно он двигался.

А вот бесятам приходилось справляться с волной помех, которые прокатывались по всей «тропинке». Влад перепрыгнул только пять штук, когда оступился и плюхнулся на мягкую страховку.

— Ни хрена же себе! — ахнул Саня, когда Коля уже достиг финиша. — Это вообще законн-А-а, бл!..

ПЛЮХ!

Он тоже нырнул в желеобразную жижу мордой вниз. А когда вынырнул и выплюнул несколько комков, Коля уже сиганул в лабиринт перекладин.

Он был невысокого роста, жилистый, с крепкими развитыми связками и разработанными суставами. И когда промчался мимо девчонок, ему вслед раздавались сдавленные визги. А Полина, кажется, специально подставилась, чтобы столкнуться с ним. Но Коля быстро среагировал и избежал её, обогнув с помощью сальто назад.

— Вот тварь! — выругался Валиков. — Давайте, быстрее! Быстрее!

Силачи даром время не теряли. Сам Петя швырял уже пятое ядро подряд и до сих пор попадал в мишень. Но вот какое дело… когда мышцы устают, целиться и регулировать собственную силу становится всё сложнее. Да и мишени всё дальше расположены. А ребята выбрали начать с ближайших мишеней. Все кроме Арсения, который старался держаться от них подальше.

— Зараза!!! — гаркнул Женя, когда очередное ядро приземлилось в метре от нужного места.

И как раз в это время Коля подошёл к стартовой линии, от которой следовало метать.

— Дуй на начало, Жека! — огрызнулся Петя.

Он нервничал, но шестое ядро приземлилось в очерченном радиусе, хоть и на самой границе. А тут ещё Витя Матвеев сплоховал и следом за Женей не докинул ядро.

— Да вы издеваетесь! — выпалил Петя.

И его негодование стало сильнее, когда Арсений метнул четвёртое ядро почти в самое «яблочко» более далёкой мишени. Они с Валиковым теперь стояли рядом друг с другом.

А Коля тем временем уже приступил к метанию, и начал он с дальних мишеней. Первое полетело изогнутой дугой, и не успело оно приземлиться, как вверх взметнулось второе.

— Кышь, предатель! — Петя оттолкнул Арсения, который уже начал было бросок, и его ядро улетело сильно влево.

Сам Валиков подступил к седьмому ядру и оказался рядом с Колей, для которого наступила очередь третьего броска.

Но тут сплоховал уже сам Валиков. Его Источник взбрыкнул от злости и нервов, силы оказалось приложено слишком много, и ядро перемахнуло через мишень на добрых полметра.

— Вашу ма-а-ать!!! — зарычал он яростно.

Коля же удачно положил третье ядро и грубо отпихнул его с позиции, чтобы приступить к четвёртому.

— Да ты совсем страх!.. — взбеленился Петя.

Он уже хотел было зарядить по сопернику своей колотушкой, но пока размышлял, Коля уже сделал бросок и прыгнул к следующей позиции. А затем его подопнул Арсений.

— Давай на начало, кретин! Или ты уже сдался⁈

Петя сначала опешил, но быстро собрался и с рыком бросился к началу. Арсений тоже, но в другую сторону. Он убедился в правильности своей тактики начинать с дальних мишеней, когда тому же последовал Коля.

И началась настоящая гонка.

Женя Михеев с Витей Матвеевым сейчас бросали по третьему ядру. Коля приступил к пятому, Арсений взялся за второе, а Петя добежал и успешно кинул первое ядро.

А на других площадках бесята уже подходили к финишу. Саня успешно преодолел «Воздушную тропу» и теперь истошно кричал на силачей, чтобы они пошевеливались. Его подхватили бесята, оставшиеся в качестве зрителей, и стадион загудел так, словно на трибунах собрался аншлаг, а местная команда грозила проиграть «гостям» из соседнего города.

Когда Коля метнул седьмое ядро, из лабиринта перекладин вылезла Анжела. Она вся раскраснелась и вспотела, но от злости или нагрузки сразу понять было нельзя. Однако девушка тут же присоединилась к всеобщему гаму.

Арсений понемногу нагонял Колю. Надо признать, парень оказался не промах и с каждым разом ускорялся вместо того, чтобы испытывать нарастающую усталость. Петя тоже не сдавался и со звериной яростью швырял ядра точнёхонько в цель.

Женя с Витей перенервничали. Первый промазал на седьмом ядре, а второй не добрался и до шестого.

Петя даже не обратил на них внимания — лишь рывком метнулся к восьмой позиции, даже не взглянув, как легло предыдущее ядро.

Арсений сокращал разрыв и находился уже через позицию от Коли, который уже порядком устал, покрылся новым слоем пота, а каждый мускул вздулся от напряжения.

Он действовал на пределе возможностей. Долго готовил себя к рывку, и если собьётся темп, усталость накатит лавиной. У него нет шанса на ошибку. Да его и раньше не было.

И вот он схватил десятое ядро.

Бесята срывали глотки, подбадривая своих одноклассников. Источники пускали фейерверки по магическим системам, а те, кто так и не добрался до финиша на своих этапах, забили на всё и уставились на свой угасающий шанс увидеть рыдающего завуча.

И вдруг Коля поскользнулся.

Ядро взметнулось в небо. Слишком высокая дуга, он уже на земле с распахнутыми глазами следил, как оно достигает пика.

Встать Коля уже не мог. Мышцы напряглись до предела, покраснели и теперь его не слушались.

Арсений удачно швырнул восьмое ядро, но не остановился и тут же приступил к девятому, когда ядро Коли начало сбавлять высоту.

Падение…

БАХ!

Комья земли брызнули в стороны, грязь поднялась небольшой волной, и наконец-то мы увидели, куда попал Коля.

Ядро вгрызлось в грунт прямо на границе, задело белую краску, которая очерчивала мишень.

Но оказалось внутри круга. Второй «Д» проиграл одному Коле. И теперь все погрузились в молчание, не веря своим глазам.

А я стоял, скрестив руки на груди, и улыбался. Коля показал, что не зря трудился всё это время. А теперь увидел результаты и широко лыбился, хотя и не мог даже подняться собственными силами. Ему нужна была эта победа.

А вот с бесятами дело обстояло иным образом. Это поражение станет для них первой ступенью к будущим свершениям. Да и к тому же…

Заставить Адамыча рыдать на виду у всей академии?

Хаос его раздери, а мне нравится эта идея!

Глава 25

Я отпустил беся́т на следующие уроки. Им будет над чем подумать после такой продуктивной физкультуры.

Коляна же пришлось самому нести до общаги. И на проходной объяснять вахтёру, что парень не напился вусмерть до отказа ног, а совсем наоборот! Он спортсмен и принципиальный трезвенник, между прочим!

Правда, сам Колян туповато лыбился от радости дикой усталости, что его язык заплетался. А сам он сверкал покрасневшей мордой и действительно немного смахивал на пьянчугу, что никак не помогало мне штурмовать эту неприступную крепость с бейджиком «Валентина» на груди.

А ещё эта… Валентина не верила, что я учитель академии и мне-то можно доверять. Беспредел просто!

Но всё же моя чарующая улыбка способна не только повергать противников одним своим блеском, но и растапливать сердца дам. Даже такие чёрствые, как у Валентины Апраксиевны на должности вахтёра.

Поэтому ценой пары комплиментов, игры грудными мышцами и обещанием заглянуть на обратном пути «на пирожки» к ней в подсобку нам удалось прорвать блокаду и добраться до комнаты Коли. Даже не пришлось пробираться через окно!

Хотя погодите-ка… а она точно пирожки имела в виду?

Так, это потом.

А сейчас я положил Колю на кровать, ещё раз похвалил за отличную работу и на всякий случай посмотрел магическую систему. Источник был почти готов к следующему этапу. Тело тоже. Однако осталось самое важное. Восстановление.

— Так, теперь три дня без тренировок, — объявил я. И пока ошарашенный парень не успел заговорить, добавил: — Даже без зарядки! Максимум твоей активности — это сходить на занятия, поспать, пожрать, ну и… обратный процесс, короче. Ну ты понял!.. Понял ведь?

— Понял, понял, — кивнул Коля. — Спасибо, Сергей Викторович.

— Да ладно, — махнул я. — Главное, восстанавливайся. И спи сейчас. Пропуски потом отработаешь. Я с другими учителями договор…

Но не успел я договорить, как в ответ послышалось мерное посапывание. Коля уже отрубился.

Его мышцы, связки и суставы уже достаточно развиты, чтобы испытать на себе Принудительное усиление. Нужно только восстановиться, и мы приступим к настоящей тренировке. И как раз нам помогут мои бесята, которые проиграли спор и теперь познают все радости тренировок на износ и пробуждение в шесть утра, хе-хе.

Но на самом деле получилось очень удачно. Принудительное усиление — штука непростая, даже болезненная. Далеко не каждый сможет освоить его. Источник напитывает организм магией и кратно увеличивает физические возможности. Но для этого организм должен быть в состоянии перенести такой прилив сил.

Иначе суперсильный удар кулаком расхреначит не подвернувшийся булыжник, а сам кулак.

Но ещё меньше магов способно перейти на следующий уровень Усиления и задействовать его по собственной воле. Я могу это делать, в том числе благодаря дару манипулирования магией. А другие…

На самом деле я ещё не встречал таких людей, способных на подобное.

Маги, которые окрепли благодаря планомерному развитию и тела, и Источника — таких хватает. Но достичь чего-то хотя бы в половину от моего Усиления ещё никому не удавалось.

Но Коля вполне может освоить этот приём. Его упорство пробьёт крепкую стену, я уверен.

Но сейчас ему следовало спать. А мне — уходить. Меня ещё ожидало одно важное и долгожданное дело.

Однако сначала загляну к Валентине Апраксиевне. Всё-таки интересно, что там за пирожки такие у неё в подсобке?

━─━────༺༻────━─━

Ох, Валентина Апраксиевна!

Вот эта женщина!

А её пирожки… М-м-м-м…

Восторг! Наслаждение! Наваждение!

Особенно с курочкой и слоёным тестом. Я слопал сразу три штуки! Затем попробовал с пюре и грибами и получил оргазм вкусовых рецепторов.

Эта добрая женщина накормила меня от пуза, да ещё с собой пакетик завязала. И мне приходилось проявлять недюжинную силу воли, чтобы не слопать всё по пути до дома.

Да, важное дело меня ждало именно там. И когда я добрался до своей улицы, увесистый бронированный грузовик уже ждал меня возле ворот. А рядом с ним вертелись два шкета — Саня и Боря.

— А вы разве не должны быть на следующем уроке? — воскликнул я, когда подошёл поближе.

— Так ещё перерыв! — возразил Саня.

Я взглянул на часы и не нашёлся что ответить. И правда, перерыв. Только он заканчивается через пять минут, а учебный корпус для занятий находится практически на другой окраине академии… Ну, вообще-то да. Саня был прав.

— Мы отпросились, — пояснил Боря. — Хотим проводить Коржика.

— Да я понял уже, — отмахнулся я.

Тут из грузового отсека вместе с опускающимся мостиком показалась Олеся Степановна.

— Сергей Викторович! — приветствовала она. — Как я рада вас видеть!

И это было истинной правдой. Олеся Степановна прямо-таки светилась от счастья. Глаза блестели, улыбка — до ушей. Нет-нет да в пляс сейчас пойдёт!

Она спрыгнула на землю, похлопала руками, стряхивая пыль, и подошла ко мне.

— Ну, показывайте нашего красавца! — загорелась она.

И я повёл всех во внутренний двор.

Коржик, единственный в мире криворог-пацифист, ко всему прочему ещё оказался вегетарианцем. Я поначалу пытался накормить его мясом — и только извёл несколько килограммов отборной свинины, а в благодарность получил вместо газона обглоданную поляну.

Но где взять столько овощей для здоровенной травоядной твари? Поначалу я думал закупиться в магазине, но понял, что опустошу все запасы до ближайшей поставки. Поэтому пришлось вести коржика в лес, чтобы он там вдоволь нажрался, скотина такая.

А вы пробовали незаметно провести через жилой город целого Криворога⁈ Хоть и не самого большого, но все-таки Криворога! После недавних беспорядков, устроенных его сородичами!

Я это сделал.

Мне не понравилось. От слова совсем!

Так что я был крайне рад наконец-то передать эту животину в руки, так сказать, специалистов в области твареведения. Поэтому провёл Олесю Степановну и обоих парней прямо к магическому барьеру, где спокойно пасся…

— Ко-о-оржи-и-ик! — радостно крикнул Боря.

Он вместе с Саней ринулся к вольеру. Но они-то ладно. Эти щенячьи глазки и лыбы до ушей мне знакомы. Но затем я обернулся и увидел Олесю Степановну…

Вашу барабашу!

На её лице застыло такое искреннее восхищение и дичайшая радость, что она сама натурально оцепенела. Я прям видел, как её Источник на пару мгновений застыл, а затем вдруг закрутился с удвоенной силой. Зоологичка метнулась прямо к вольеру, обогнав пацанов.

— Ой! — восклицала она. — Какой чудный экземпляр! Самец. Совсем молодой. То что нужно, то что нужно! А какие крепкие рога! А какая любопытная моська! А это вы сами барьер ставили, Сергей Викторович? Нам бы такой в монстрариуме пригодился!

— Так-так-так! — встрял я.

Не понравилось мне, куда повернул разговор, поэтому я вернул его в прежнее русло:

— Давайте любоваться будете в дороге. У меня, между прочим, время поджимает!

По щелчку моих пальцев полупрозрачные стенки барьера испарились в небольшом дверном проёме, и туда сразу же нырнула Олеся Степановна.

Коржик охренел.

Как жевал он свою траву, так и раскрыл пасть с пучком зелени в зубах. А затем попятился и забился в угол, когда эта женщина принялась нагло и бесцеремонно тискать его за вытянутую рожу.

— Какой он спокойный, — удивлялась она, — совершенно не агрессивный! Обычный самец Криворога попытался бы меня сцапать только на подходе. Это очень хорошо. Наша девочка такая нежная! Я все боялась, что агрессивный партнёр будет на неё слишком давить.

— А как её зовут? — спросил Саня.

Они с Борей уже стояли рядом.

— Муся, — ласково произнесла Олеся Степановна.

— Муся… — пробормотал я себе под нос.

В местном монстрариуме уже был один Криворог — эта самая Муся. И Олеся Степановна искала для неё пару. Но вот я смотрел сейчас на Коржика и даже начал его немного жалеть. Так и затискать бедную тварь недолго.

Бедный, бедный Коржик!

А затем произошло то, чего я вообще никак не ожидал. Он вдруг подскочил, стряхнул с себя пацанов с Олесей Степановной и ринулся…

Нет, не на выход. А прямо ко мне!

Он затормозил, едва не уткнулся носом в моё лицо, а затем сделал нечто и вовсе ужасное, невероятное и неописуемо наглое.

Этот засранец потянулся к пакету с пирожками!

А, нет…

Он меня смачно облизнул.

— О-ой-й-й-й! — умилительно пропищала Олеся Степановна.

— Как это мило, Сергей Викторович! — воскликнул Боря. — Вы ему понравились!

— Это он так с вами прощается? — спросил Саня.

— Это он так валит в грёбаный монстрариум? — проворчал я, ладонью смахивая криворожью слюну с лица.

А затем Коржик спокойно направился на выход, будто знал, куда ему следует идти. И Хаос меня раздери, я уверен, что видел, как он усмехнулся!

И кинул алчный взгляд на пирожки. Там были с капустой, так что это вполне может быть. Но пирожки в моих руках находятся под самой надёжной защитой. Надёжнее только в животе, куда они скоро и отправятся, хе-хе.

В общем, Коржика завели в грузовик. Затарахтел гулкий двигатель, и Олеся Степановна поднялась по помосту в вольер.

— Вы поедете вместе с Криворогом? — удивился я.

— Коржик вряд ли привык к дороге, — пояснила она. — В случае чего мне придётся его успокаивать.

Затем спереди захлопнулась дверь. Я выглянул из-за кузова и увидел через зеркало заднего вида две довольные рожи.

— Не понял… Вы куда это собрались? — я подошёл к боковой дверце грузовика и состроил «учительский взгляд». До Людмилы Ивановны ещё далеко, но я учусь.

— Так это, Сергей Викторович, — нервно проговаривал Боря, — мы разве не говорили?

— Мы отпросились на весь день, — вставил Саня. — Чтобы поехать в монстрариум с Олесей Степановной.

— Да, да, — закивал Боря, — нас отпустили все учителя!

— Ни хрена ж себе! — развёл я руками. — А вы там на кой черт сдались?

— Сергей Викторович, — раздался голос зоологички. — Вы же сами сказали, что мальчики должны присматривать за Криворогом. Поэтому я взяла их на полставки в разнорабочие монстрариума. И поверьте, для ответственных за конкретное животное очень важно самому привести его в вольер в первый раз.

— Вы с ними сговорились, да? — нахмурился я. — И что они вам обещали? Золото, деньги? Яйца алмазной Жар-птицы?

Про последнее я, между прочим, пошутил. Но глаза этой женщины очень уж опасно сверкнули интересом. Надо быть с ней поосторожней на язык.

— Ладно, поезжайте, — махнул я. — Но стоит мне узнать, что вы прогуляли какую-нибудь контрольную или типа того…

— Нет, нет, Сергей Викторович! — прервал меня Саня. — Ничего такого! Мы специально подобрали этот день, чтобы без проблем прогул… кхм, отпроситься то есть.

— Сергей Викторович, нам пора уезжать! — снова подала голос Олеся Степановна. — Не волнуйтесь, мальчики молодцы и обо всем со всеми договорились.

— Да, мальчики молодцы… — повернулся я к ним. — Поэтому запишут все конспекты со всех пропущенных уроков.

— Да-да, — уже не так радостно закивали пацаны.

— Ладно, езжайте.

Я похлопал по дверце и подошёл к грузовому отсеку, сунув руку в пакет с пирожками.

— Только смотрите, остерегайтесь Каракатиц! — предупредил я.

— Сергей Викторович! — надулась Олеся Степановна. — Это был несчастный случай! Такого больше никогда не повторится, и все виновные наказаны!

— Знаю, знаю, — прервал я её.

А затем протянул два пирожка Коржику, чья морда уже почуяла угощения и выглядывала из-под мышки зоологички.

Через несколько секунд дверца вольера захлопнулась. Грузовик затарахтел, тронулся с места и вскоре скрылся за поворотом.

— Все наказаны, говорите, — протянул я себе под нос, провожая их взглядом. — Это вы поспешили с выводами…

Взглянул на часы. Уроки уже начались, а у Вени как раз сейчас свободное окно.

И нам есть о чем поговорить.

━─━────༺༻────━─━

Бледная Рожа продолжал спасаться от загара в мрачном кабинете с задвинутыми жалюзи.

— Ты хоть витамин Д пьёшь? — спросил я, войдя внутрь.

— Каждый день, по две тысячи единиц, — буркнул тот в ответ, — как и прочие витамины.

Он даже не удивился моему появлению и никак не возражал, хотя я специально не предупреждал. Он что, догадливый?

Так даже интереснее.

— Какая трепетная забота о здоровье, — хмыкнул я.

— Зачем пришёл?

— Веня, Веня, Веня… — я похлопал его по плечу и широко улыбнулся, когда на каждое «Веня» у него дёргался глаз. — Ты не забыл, что у нас ещё осталась проблема с призраком и одним бедным мальчуганом, которого тот почти захватил?

— С Кириллом сейчас все нормально, — буркнул он.

— Это да. Пока призрак заключён в кулоне. Но стоит ему вырваться, и связь тут же окрепнет. Думаю, ты знаешь об этом не хуже меня. А кулончик — не самое надёжное хранилище для такой твари.

— Вы очень уж хорошо осведомлены в области некромантии, Сергей Викторович, — нахмурился Веня.

— Да знавал как-то парочку некромантов, — пожал я плечами.

— Правда?

— Ага, один был из Румынии, — кивнул я. — Но он был не совсем обычным некромантом.

— Это как?

На бледной роже нарисовался интерес. Веня даже оторвался от монитора. Но только глазами — печатать он продолжал вслепую.

И это выглядело немного… настораживающе.

— Ну, обычно ваш брат воскрешает других, — начал я. — Ну или призывает духов, чтобы те помогали.

— Верно, — кивнул Веня.

— А этот крендель придумал заклинание, связывающее его с кровью его же родственников, прикинь? И выкачивал жизненные силы из родственников, когда самому подходило время того, — я крайне артистично скорчил рожу, показывая умирающего, а Веня даже глазом не моргнул.

Не ценит искусство лицедея, надо понимать. Оставим пометочку в воображаемом блокноте.

— И за кучу лет своего существования он не захотел сменить место жительства и наплодил кучу потомков, законных и не очень. Те, в свою очередь, тоже любили плодиться и размножаться, хех…

Я усмехнулся, но Веня продолжал держать морду кирпичом. Тяжёлая публика мне досталась!

Ну или я сегодня не в форме…

— В итоге каждый второй житель так или иначе приходился ему дальним родственником, — продолжил я рассказ. — Он мог выбрать какого-нибудь бедного крестьянина, связать его кровью и забрать жизнь, оставив от бедняги только иссохшую скукоженную мумию. Цветом один в один ты!

— Сергей Викторович! — проворчал Веня, скривившись.

Наконец-то хоть какая-то реакция!

— Ладно, ладно. Извини, — улыбнулся я. — Но был ещё один некромант, кстати. Классный чувак! И тот ещё алкаш… Но это два не связанных между собой качества. Он вызывал неупокоенных духов и блуждающих призраков и делал собутыльниками.

Так, так, так, в тёмных глазах появились проблески интереса.

— Спрашиваешь, как им удалось с ним бухать? — ухмыльнулся я.

— Я не…

— Так он позволял вселиться в собственное тело и лакал за двоих, прикинь! Хитрец тот ещё… Но по итогу он помогал им открепиться от этого мира и отпускал на свободу… Кстати, можно вопрос?

— Ну? — буркнул Веня.

— А есть некромантские техники по восстановлению печени? Он наверняка пользовался чем-то подобным, я уверен.

— Мне такие неведомы, — ответил Веня.

На самом деле я не рассказал ему все детали.

Например, что первый упырь в конце концов так разошёлся, что про него самого местные жители начали строить ужасные легенды. Заклинание через какое-то время дало сбой, и обновлённое тело старело всё быстрее и быстрее. Ему сначала приходилось высасывать несчастные «сосуды» раз в десятилетия, потом раз в несколько лет, затем в пару лет, год, месяцы… ну и так далее.

Наш спецотряд тогда забросили в Румынию по просьбе местного правительства. Ну и чтобы изучить это интереснейшее явление. Упыря мы словили, притащили в Россию и сдали на опыты, ну, точнее, на допросы.

Он выложил это заклинание как на духу, а затем подошёл к концу срок жизни его очередного сосуда, и так мир с нашей помощью потерял ещё одного психа.

Заклинание, кстати, дало сбой, потому что процент крови в потомках всё уменьшался. И поправить этот момент никто в министерстве так и не смог. А я не стал помогать, потому что ну его на фиг. И более того, мы с бойцами из отряда провели предварительный допрос и чуть поправили память упыря, чтобы он сразу выдал ошибочное заклинание.

Некоторые знания лучше не открывать даже «своим».

А второй, некромант-пьяница, знаком мне по миру Хаоса. Что примечательно, люди и в этом мире, и в моём прошлом не очень любят некромантов. Как-никак, те связаны со смертью, а такое не по нраву почти всем.

Вот и был тот забулдыга лишён нормального человеческого общества, даже с учётом того, что в мире Хаоса общины людей не отличались особыми размерами. Но проблема в том, что он родился любителем поболтать. Вот и приходилось ему искать собеседников всеми возможными способами.

Надеюсь, он и до сих пор бродит по миру Хаоса и помогает призракам взамен на ночку душевных разговоров.

— Вообще-то я хотел тебя предупредить, — вернулся я к реальности. — Пока что про монстра из обсерватории никому не говорим. Пусть для остальных она все ещё будет закрытой.

— Я не дурак, Сергей Викторович, — проворчал Веня. — И в курсе, что Соломон Адамович готовит облаву на академию. Вы хотите устроить ему неприятный сюрприз?

— Ага, — хмыкнул я, — мне тут бесята одну классную идейку подогнали… Кхм, короче, мы должны привести систему безопасности академии в порядок и сделать это так, чтобы завуч ни о чем не догадался.

— Я не собираюсь подыгрывать ему, — холодно произнёс Веня. — По собственной воле. Но почему вы думаете, что я стану помогать вам?

Он держал каменное лицо, но его Источник дрожал от волнения.

— А почему нет? — улыбнулся я.

— Вы знаете, — он скрестил на груди руки.

— Ну да, ну да… короткий поводок и перспектива познакомиться с солистами группы «Два Креста». Я помню.

При упоминании одной из самых строгих тюрем Источник Вени сжался на пару мгновений, а кожа стала ещё бледнее. Хотя я не думал, что последнее вообще возможно.

— Но если это ярмо можно сбросить? — спросил я.

Венедикт не ответил. Он молча уставился на меня. И хоть лицо оставалось неподвижным, взгляд выдавал боль отчаянной надежды.

А затем он сбросил оцепенение и нахмурился:

— Не мелите чепухи!

— Я этим никогда не занимаюсь. У меня есть способы избавить тебя от треклятого старикашки, но нужна твоя помощь. И она нужна сейчас.

Он снова замолчал и уставился на меня. Но на этот раз внутри начал бороться сам с собой. Источник то расправлялся, пылал, то снова сжимался, словно испуганный мышонок.

Веня неплохо показал себя с цифровизацией и в обсерватории. Мне кажется, он лучше, чем хочет показаться, и может оказаться весьма полезным для общего дела. Так что я решил ему помочь.

Но насильно насаждать добро не собираюсь.

— Ну? — прервал я молчание. — Хочешь стать свободным человеком, Венедикт⁈

— Да!!! — воскликнул он в сердцах.

— Хочешь видеть, как этот засранец рыдает?!!

— Д!.. Э-э… что?

— Кхм, не обращай внимание. Это так, мысли вслух… — я снова вернул серьёзную мину. — Помоги мне защитить академию. И ты будешь свободен. Даю слово.

Венедикт с содроганием глубоко вздохнул. Хотел успокоиться. Он на некоторое время замолчал, а я не стал его торопить. Дал переварить, почувствовать привкус желаемого.

— Как я могу быть уверен, что ты не врёшь? — спросил он. — У Соломона Адамовича связи среди влиятельных семей, богатые покровители. А что есть у вас?

Я загадочно улыбнулся и снова заметил, как его Источник вздрогнул. Неужто я такой страшный? Я ж красавчик!

— Веня, Веня, Веня… — хмыкнул я. — Скажи, пожалуйста, что ты обо мне знаешь?

Он не смог понять, в чём подвох, поэтому серьёзно задумался.

— Вообще-то… ничего?

— Верно. А ты ведь рыл инфу на меня. Упорно рыл, — Венедикт напрягся, что его раскрыли, но я продолжил. — Лазал на запрещённые сайты, взламывал базы данных, копался везде где только можно и нельзя… И как успехи?

Он не ответил, но физиономия плавно приобретала черты не то испуга, не то просветления.

— Бинокли… — прохрипел он. — Я пытался найти такие… Нигде нет.

Ох, Веня! Что ж ты со мной делаешь! Мне сейчас придётся такую шутейку проглотить!

Вот это прям испытание силы воли. Но сейчас важнее дело, нельзя сбивать его с правильного настроя.

Так что хотел я сказать: «Ты всё-таки решил в извращенцы записаться и подглядывать, негодник?» А пришлось сказать следующее:

— Вот-вот, Венедикт Давидович. А теперь подумай, кем я могу быть. Используй воображение. И реши, против кого ты хотел бы играть. Зловредный плешивый завуч, который держит тебя на поводке, или человек, о котором даже сам Ночной Бархат не сумел ничего накопать? Взвесь «за» и «против».

И Веня задумался. Серьёзно задумался. Я не рассказал ему о себе ничего, лишь намекнул. Но с такими вводными можно прийти и к тому, что я внебрачный сын императора какой-нибудь. Так что моя тайна в безопасности.

И всё же неизвестность пугает. Адамыч — вот он, как на ладони. Изученный противник, которого хочется одолеть. А ко мне лично никаких претензий быть не может.

Ну разве что небольшая подстава перед алхимичкой… Но тут Веня ещё легко отделался. Я ведь мог бы следовать принципу «зуб за зуб» и кинуть его в какой-нибудь разлом рангом повыше. А так, всего лишь придётся терпеть почти дружеские подколки.

Это не так уж плохо по сравнению, например, с ядом Гремучего Мучителя — змееподобной твари, чей яд парализует и медленно превращает мозги в кашу, а мышцы в нежное мясо, чтобы было удобно проглатывать.

Причём мозги зачастую не успевают свариться до того, как Мучитель проголодается и изволит трапезничать.

Не знаю, представлял ли Веня что-то подобное, но выводы он сделал верные:

— Нужно как-то вывести завуча из академии, — задумался Веня. — И не только его.

Ай молодца!

— Аркаша? — догадался я.

— Да, Аркадий Самуилович — племянник завуча. И доложит ему обо всех изменениях.

— А кто ещё?

Веня призадумался и начал перечислять:

— Физрук, библиотекарша, математичка из его крыла и…

— Подожди, подожди! — прервал я. — Библиотекарша… Инга, что ли?

Веня кивнул.

— Она у него тоже на коротком поводке. Но подробностей не знаю, не спрашивайте. И искать я не стану! — догадался он о моём не прозвучавшем вопросе.

Действительно догадливый… И как он повёлся на каракатиц вообще?

— Я под пристальным надзором имперских структур, — пояснил Веня. — Могу выходить в сеть только с согласования завуча. А если начну рыть там, где он не просил, об этом сразу же станет известно.

— Понял, — вздохнул я. — Значит, искать компромат в сети не наш вариант. Ну ничего. Так даже веселее!

Я осклабился, отчего Веня невольно насторожился.

— Будем по старинке обламывать негодяя! Но я, кстати, не только по этому делу. Что там с цифровизацией?

— Первый этап завершён, — тут же переключился Веня. — Тестовый период бета-версии можно считать успешным. Мы уже приступили к разработке следующей версии.

Надо сказать, этот проект искренне зацепил его. Мне даже не пришлось ничего делать, и каменное лицо само заискрилось интересом.

Но затем Веня около часа компостировал мне мозги по поводу локальных сетей, серверов, аккаунтов и чего-то там ещё.

Я, честно говоря, вообще не смыслю в дебрях подобных технологий. А из починки компьютера знаю только метод пинка по корпусу и угрозы в монитор.

Что примечательно, это всегда срабатывало.

Но самое главное из разговора я уяснил. Тестировщики в лице второго «А» класса уже вовсю пользуются электронной системой. Учителя тоже рады работать с одним выданным планшетом вместо кучи журналов, тетрадей, учебников и прочих бумажных тяжестей.

Конечно, не все шло так гладко. Постоянно случались какие-то ошибки, зависания, несостыковки. Но Веня и его отряд умников, в числе которых состояли и мои бесята, успешно решали все проблемы.

Следующим этапом будет обустройство центральных серверов и настройка рабочей среды для администрации академии. Все-таки даже оцифрованная учёба контролируется из одного центра, и прежде чем подключать к проекту новые группы тестировщиков, нужно научить администрацию всем этим управлять.

Ох, в который раз убеждаюсь, что лень — это двигатель прогресса!

Мне просто было лень перебирать бумажные архивы, и вон какая занятная штука получилась. Скоро буду получать всю необходимую информацию по нескольким щелчкам компьютерной мыши. А для академии-то какая польза!

Эх, где ж ты, мой шкет? Куда запропастился?

Я вообще-то пришёл в эту академию, чтобы найти сына своего друга. Но так уж получилось, что занимаюсь чем угодно, кроме этого.

Я как-то играл в одну игрушку на компьютере и занимался ровно тем же самым. Главный квест ждал своей очереди за тьмой дополнительных активностей, вопросов на карте и побочных квестов.

Эх, если бы ещё и время в реальности текло так податливо, как в компьютерной игре!

Ну да ладно. Пока мы разговаривали, я сканировал Веню от головы до пят и теперь прекрасно видел искажения в потоках магии, которые текли по его каналам.

Некромантия оказывает влияние на Источник, но заметить это не так уж легко. Если не знать, где искать, конечно.

Это не особенный дар, а целенаправленная практика, которой в этом мире занимаются не так уж много людей. И большинство унаследовало секреты подготовки и техники у предков.

Однако кланы некромантов стараются не афишировать свою деятельность. Потому-то мой контакт из министерства безопасности и не нарыл ничего про эту сторону жизни Венедикта.

Перечень таких семей держится под строжайшей тайной. Да и по мне, честно говоря, Ночной Бархат куда интересней призраков и некромантии…

Как-то это не так прозвучало в моей голове…

Кхм, в общем дальше рыть на эту тему я не стал. А Веня, если захочет, расскажет как-нибудь сам.

Однако меня интересовал один немаловажный факт. Точнее, два факта. И гадать я уже устал, поэтому спросил напрямую:

— Венедикт Давидович, — начал я серьёзным тоном.

Услышав от меня имя и отчество, Бледная Рожа стал ещё бледнее. Не думал, что такое возможно.

— Скажи-ка, пожалуйста, а что за существа прячутся в ваших запонках?

Веня не повёл глазом, но не мог скрыть своего волнения. Его Источник затрепетал, выдавая хозяина с потрохами.

Но не только он волновался. Две маленькие призрачные ауры, которые крутились вокруг его запонок, резко засуетились.

— О чём это вы, Сергей Викторович? — процедил Веня.

Я вынул из нагрудного кармана кулончик с нашим «Монстром обсерватории». И он тут же потянулся к запонкам с неистовым упорством.

Думаю, наш призрак определённо мужик, а в запонках спрятаны призрачные дамы. На чём основан мой вывод? Будь всё наоборот, кулон бы демонстративно не шелохнулся.

И сейчас моя убеждённость растёт с каждым рывком этого засранца.

— В обсерватории было то же самое, — улыбнулся я. — Но призрак тогда был слишком слаб, и кулон качался лишь немного.

Однако даже в такой ситуации призрак тянулся к бабам!

— Вы суётесь не в своё дело, Сергей Викторович, — оскалился Веня.

— А вы, — ответил я стальным голосом, — пытались меня убить и носите на уроки с моими учениками двух УЖАСНЫХ тварей.

И тут моя уловка сработала.

— Ничего не ужасных! — вдруг раздался визгливый женский голос.

— Никаких не тварей! — вторил ей ещё один, такой же визгливый.

И рядом с нами образовались две полупрозрачные дамы. Разгневанные полупрозрачные дамы, надо заметить.

Уловка немного вышла из-под контроля, и мне надо успокоить их до того, как они разнесут тут всё к чертям.

Глава 26

— Них…шушу себе шушу… — просвистел я. — А это ещё кто такие, Давидыч?

Не, я уже догадался, что там дамы. Две дамы. Но они к тому же близняшки!

А ещё одеты по моде примерно девятнадцатого века. Пышные платья изумрудного окраса со всякими там бретельками и… прочими неизвестными для меня побрякушками. Это всё меня почему-то удивило.

— Кого ты назвал ужасными⁈ — снова возмутилась дама слева.

От ярости её белокурые полупрозрачные кудри затрепыхались.

— Да! — вторила дама справа. — Кого ты назвал тварями⁈

Серые глазки так стрельнули, что я натурально почувствовал, как меня пронзает нечто неосязаемое.

Их магическая сущность была крепко связана с Источником Венедикта. Насколько мне известны таинства некромантов, в этом и заключаются особенности их обучения и развития. Они способны привязывать к себе таких вот потусторонних существ и пользоваться их силами.

Сами же подобные сущности вроде тех же призраков не могут проявлять себя в материальном мире без какой-то связи.

Монстр обсерватории, например, привязан к неизвестному нам «капкану». Это может быть хоть ржавый гвоздь, который вбили вместо вешалки, если на него нанести правильные заклинания и напитать силой.

— Прошу прощения, дамы, — улыбнулся я. — Не хотел никого обидеть. Если бы я только знал, кого скрывает этот негодник… Кхм, простите великодушно…

Мне пришлось убрать кулон обратно в нагрудный карман, потому что он совершенно пошло задёргался в сторону призрачных близняшек.

— Считаю, это преступление — скрывать такую красоту от мира, — снова улыбнулся я. — А скрывать от меня — личное оскорбление.

Мои слова успокоили женщин. Лица их разгладились, и даже появились лёгкие улыбки.

— Ах, где мои манеры! Позвольте представиться, Ставров Сергей Викторович, урождённый граф.

Я учтиво поклонился, перебирая в голове всё, что знал и чего не знал об этикете девятнадцатого века.

— Баронесса Инесса Генриховна Брунова, — близняшка слева протянула мне руку и сделала почтительный поклон.

Если не ошибаюсь, он как раз соответствовал этикету девятнадцатого века. А я ведь на самом деле могу ошибаться! Потому что уроки этикета или прогуливал, или просыпал на задней парте… но бесятам об этом не стоит знать, думаю. Никому не стоит.

— Баронесса Илона Генриховна Брунова, — повторила движение близняшка справа.

Тут кулон в нагрудном кармане с новой силой задрыгался в сторону призрачных дамочек, и я с силой лупанул по нему правым кулаком.

А затем меня вдруг осенило неожиданным воспоминанием давних лет.

Точно! Кажется, отвечать в подобном случае следует так…

Встать прямо, стукнуть пятками, спину чуть изогнуть, а грудь выпятить. Правый кулак уже прижат к сердцу, а левую руку за спину. И поклон с поочерёдным поцелуем двух аккуратных полупрозрачных ручек. Обязательно слева направо.

— О-о, какой галантный кавалер! — пролепетала Инесса.

— А Венедикт рассказывал о вас совершенно другое, — улыбнулась Илона.

— Правда? — наигранно удивился я. — И что же он рассказывал?

И мы втроём уставились на бедного Веню.

Оставим тот момент, что близняшки всегда находились рядом с ним и «видели» меня лично при каждой встрече. Думаю, они просто захотели разыграть своего некроманта, а я не смог не подыграть.

Получилось внушительно. Веня аж нервно сглотнул и забегал глазками. Бросал умоляющие взгляды то на своих призрачных подружек, то на меня в отчаянной и бессмысленной попытке найти хотя бы толику поддержки.

Ну уж нет, Бледная Рожа. Ты думал, каракатицы стоят одной лишь оказии с Людмилой Ивановной?

Как бы не так, хе-хе-хе…

Я хоть и не боюсь этих тварей. Но запомнил их склизкие мягкие щупальца, покрытые слизью, и та мутная вязкая вода, которая накрывала меня с головой, с комками плавающей слизи…

И опустим, что сам я закрылся барьером, и всё это меня не коснулось. Это вообще не имеет никакого значения!

И нет, я не злопамятный. Просто память хорошая.

— Сергей Викторович, — проворчал Венедикт, — думаю, вы с моими спутницами и без меня найдёте общий язык, так что давайте вернёмся к нашему делу. Нам нужно всё решить до следующего урока.

— Не, не, не, — замотал я головой, — Адамыч подождёт. Давай-ка рассказывай, как тебя угораздило захомутать призрачный гарем.

Веня при этих словах ужаснулся и едва не спрыгнул с кресла, метнув взгляд в близняшек. Но они вдруг захихикали, скромно пряча улыбки ладонями.

Эта картина и вовсе повергла беднягу в шок. И он медленно опустился обратно на сиденье с раскрытым ртом.

— Ой, какой вы затейник, Сергей Викторович, — отмахнулась Инесса.

— Похабный шутник! — поддержала сестру Илона.

— Охренеть, — выдохнул Веня. — А так чё, можно было?

Но затем, когда он успокоился, мне всё-таки поведали эту занятную историю.

Дело в том, что семья Венедикта действительно была из поборников некромантии. И отпрысков этого благородного рода сызмальства готовили к особенным ритуалам, практикам и секретным техникам, которые подвластны лишь тем, кто всю жизнь посвятил этому мрачному таинству.

Однако Веня с тех пор, как ему подарили компьютер в детстве, все больше и больше увлекался техникой. И так в этом поднаторел, что решил податься в сферу умных технологий. К тому же по сравнению с собственными братьями и сёстрами, некромантом он был так себе.

С родителями Вене повезло. Они приняли увлечение сына и не стали напирать. Даже наняли репетиторов, которые обучали тогда ещё пацана всем премудростям. Как программным, так и «железным». Веня в состоянии не только писать код на разных языках, он может рыться в самом компьютере, перебрать всю начинку, собрать обратно, и тот даже заработает ещё лучше, чем прежде!

Я как-то пробовал освоить все эти штучки-дрючки, но ничего не вышло. Сложнейшие заклинания? Да пожалуйста. Манипуляция магией на тончайшем уровне? Вообще без проблем. Пожарить картоху с идеальной золотистой хрустящей корочкой, чтобы внутри она оставалась мягкой и нежной?.. Ну, тут примерно два раза из трёх, врать не буду.

Однако с компьютерами я на почтительное Вы. Как говорят, «уверенный пользователь», но не более. Если не считать, конечно, тех моментов, когда приходится убеждать эти железяки не тупить вескими аргументами прямо по корпусу.

И да, эта ситуация никак не мешает мне возглавлять проект по цифровизации академии!

Вы бы видели, какие кадры в императорском дворце порой сидят… По сравнению с ними я хотя бы комп с телеком не путаю.

В общем, у Вени по этой части всё наоборот было, выше всяких похвал. Но всё же родители настояли, чтобы он прошёл обряд посвящения в некроманты.

Это когда молодой маг, который недавно пробудил дар, призывает к себе в помощники призраков, духов и прочих потусторонних тварей.

И вот, на зов малолетнего Венедикта Чернова откликнулись близняшки Инесса и Илона. Как оказалось, при жизни они очень любили науку и мечтали создать то, что сейчас называется компьютером. Так, что крепко засели у Вени в Источнике. А попутно помогали ему осваивать любимое дело. Чему особенно способствовал дар техномагии обеих сестриц. Редкий и ценный в наше время, при их жизни его было просто негде применять.

— Нас считали посредственными магичками, — вздыхала Инесса.

— А оказалось, мы просто родились не в то время, — поддержала сестру Илона.

— Сочувствую вам, — искренне произнёс я.

А в ответ получил две тёплые улыбки. Как ни странно, совершенно разные. Кажется, я начинал различать их не только по положению слева или справа от меня.

— Подождите-ка… — призадумался я. — Получается, вы постоянно находитесь рядом с Венедиктом, верно?

— Да, — кивнула Инесса.

— Именно так, — театрально вздохнула Илона.

— Значит, — я уставился на Веню осуждающим взглядом, — когда я в прошлый раз зашёл и ты смотрел порнуху…

— Ничего такого я не делал! — вскочил он.

И на мой взгляд, слишком уж рьяно он это сделал. Подозрительно, так сказать.

— Давайте вернёмся к делу! — буркнул Веня, хлопнув по столу. — Нам нужно выпроводить завуча из академии хотя бы на неделю. А сделать это не так уж и…

— Не так уж и сложно, — договорил я за него. — И у меня есть отличная идея!

— Какая? — Венедикт быстро сосредоточился и откинул нервозность.

Хотя я думаю, он просто хотел поскорее перевести тему.

— У тебя же есть номер Адамыча? — осклабился я. — Дай-ка его мне.

━─━────༺༻────━─━

Всё гениальное — просто. Чтобы обескуражить противника и заставить его действовать так, как хочу я, порой достаточно самой малости — телефона, номер которого не определяется, и знания, как исказить голос до неузнаваемости. И продолжить за ним слежку!

Соломон Адамович сидел у себя в кабинете за широким столом из красного дуба, на большом кожаном кресле.

Вообще его кабинет выглядел в разы презентабельнее директорского, что о многом говорило. А с учётом зарплат учителей вызывало у меня праведный гнев.

Похоже, завуч трапезничать изволил. Он достал вилку, ложку, нож и контейнеры с едой. Содержимое аккуратно переложил в узорчатые тарелки, а рядом поставил бокал и полез в ящик. За бутылкой, надо полагать.

Окна его кабинета выходили на сад и лиственничную аллею, а зданий рядом не было. Поэтому мне пришлось забраться на верхушку дерева повыше, чтобы наблюдать за происходящим.

Ветки лезли в лицо, иголки щекотали уши, а ещё пахло хвоей. Не скажу, что я особо прятался, и какой-нибудь вражеский дозорный наверняка выследил бы меня в два счёта. Но здесь я всё равно что растворился в пространстве или стал невидимым.

А ещё я глянул, чем обедает Адамыч.

Что тут у нас… Салат со спаржей? Ну… неплохо. И фасоль в соусе ещё. Пара ломтиков хлеба, суп какой-то. Хм, кажется, он тоже овощной.

Так, погодите-ка.

А где мясо?

Он что, обедает без единого, даже малюсенького кусочка мяса⁈ Ну хотя бы полкило! Чисто на зубок!

Но нет…

Адамыч откупорил бутылку, наполнил бокал и даже платок подвязал на груди. Он серьёзно собирается обедать одними овощами⁈

Извращенец какой-то!

Я не мог на это смотреть, поэтому нажал на кнопку вызова. Адамыч уже подцепил кучку овощей и поднёс ко рту, но тут прозвенела спасительная мелодия звонка, и мне не пришлось наблюдать за таким непотребством.

Ну хотя бы курочку в тарелку подкинул, что ли…

Адамыч недовольно поджал губы и отложил вилку. А затем взглянул на экран и озадаченно нахмурился.

— Алло… — раздался в динамике моего телефона настороженный голос. — Кто это?

— Соломон Адамович, — отозвался я хрипловатым голосом чуть выше моего, — вас беспокоят из приёмной Его Светлости Григория Ивановича Аверина. Надеюсь, вы знаете, кто это?

— Д-да, конечно! — встрепенулся завуч. — Чем могу помочь⁈

Он аж подскочил с кресла и нервно пошагал к двери.

— Меня зовут Епифаний Аделаидович, — представился я первым именем, которое пришло в голову. — И мне поручено назначить аудиенцию, запрос на которую поступил от господина Платона Мироновича. Вам известен этот человек?

— Да-да!-Кх… — воскликнул Адамыч, но голос его резко подвёл. — Кхм-кхм-кхм, простите, — он дёрнул ручку двери, чтобы проверить, точно ли та запрета. — Да-да, я его знаю!

Адамыч приосанился, сорвал с себя платок и посмотрелся в зеркало, поправляя парик. Будто знал, что я за ним наблюдаю, хех.

И ведь его совсем не смутило, что Аделаида — женское имя…

— Соломон Адамович, — вкрадчиво произнёс я, сделав голос строже, — что вы о себе возомнили, позвольте поинтересоваться?

Завуч вдруг побледнел. У него слегка подкосились ноги, поэтому пришлось опереться о стену. Какой впечатлительный…

— В-в каком… Кхм, простите… — заблеял Адамыч. — Я чем-то провинился перед Его Светлостью?

— Вы действительно полагаете, что можете отправлять какого-то посыльного, чтобы тот договаривался об аудиенции для вас?

Я сделал паузу, наслаждаясь замешательством засранца. В его глазах отражалась беспорядочная суета.

— Н-но я…

— Соломон Адамович, — снова заговорил я. — Будьте так добры лично явиться в канцелярию и подать запрос на аудиенцию.

— Д-да, конечно! — тут же воскликнул он. — Я завтра же…

— Сегодня. Если не хотите сдвинуться в очереди минимум на месяц. Его Светлость — человек занятой.

— Конечно, конечно! — закивал завуч.

Опираясь о стену, он приковылял обратно к креслу и осторожно уселся.

— И советую не покидать столицу до получения извещения. Явиться на аудиенцию, скорее всего, придётся в течение пары часов. Повторюсь — Его Светлость человек занятой.

— Понимаю. Несомненно! — снова закивал Адамыч. — Выдвигаюсь ближайшим рейсом! Извините за мою, кхм, неосведомлённость. Впредь такого не будет.

— Очень на это надеюсь. До свидания, Соломон Адамович.

Я сбросил вызов, а завуч глубоко вздохнул и схватился за сердце. А затем стянул с головы парик и вытер им пот с лица.

Хм… Может, в том заклинании Саня к огню что-то ещё подмешал? Уже давно должно было хоть немного отрасти ведь.

Надо будет проверить. А то вдруг он придумал идеальную эпиляцию. Можно запатентовать и стричь бабки.

— Паш! Паша, постой! — донеслось вдруг внизу.

Голос принадлежал Артуру, так что меня это заинтересовало больше ошарашенного завуча.

Он бежал по аллее со всех ног, чтобы догнать группу первокурсников, среди которых шагал и лопоухий малец. Его я тоже узнал. Это он тогда чуть не огрёб от Артура и двух негодяев.

Кстати, там что-то про банды было… Надо будет потом разобраться что к чему, а то рэкет и гопстопы мне крайне не нравятся. Но вмешиваться во взаимоотношения школьников нужно осторожно, так что тут с ноги не влететь.

— Чего тебе надо? — буркнул Пашка.

Его друзья насторожились, но не отступили перед старшекурсником на две головы выше них самих, а наоборот, встали плотнее. И во взглядах я заметил не только опасение, а прямо-таки злобу. Интересно…

— Я хотел извиниться, — выдохнул Артур. — Прости, Паш, я струсил тогда. И я виноват перед тобой. Но больше такого не повторится, обещаю.

Пашка смутился и немного растерялся. Но обида всё ещё жгла его изнутри. Я видел, как ещё не пробудившийся Источник поблёскивает от возмущения.

— Больше я не буду трусом, — твёрдо заявил Артур. — И скоро смогу защитить и тебя, и остальных.

Сейчас он выглядел действительно уверенным в собственных словах. И в самом себе. Я невольно ухмыльнулся и понял, что можно переходить ко второму этапу его тренировок.

Эх, если бы Артур знал, что ещё предстоит преодолеть…

Наверняка он сейчас не стоял бы так гордо и прямо. Но уверен, парень справится.

— Забей, — буркнул Пашка смущённо. — Проехали. Тем более, ты сам себя наказал.

— Хех, точно, — улыбнулся Артур. — Было больно, блин. Даже своей собственной магией.

Пашка тоже слегка улыбнулся, а его друзья немного расслабились, когда угроза развеялась.

— Вот только ты так никого не защитишь, — заметил Пашка. — Только сам себя покалечишь.

— Скоро это изменится! — воскликнул Артур. — Поверь! Я освою свою магию!

— Правда? — Пашка задумался. — Надеюсь, у тебя получится.

Что ж, Артур наконец-то сделал то, чего так страшился. Думаю, это было тяжелее, чем противостоять призраку, но и награда куда более ценная.

Чёрт, как-то тепло на душе стало. И соринка, кажется, в глаз попала.

Точно соринка.

Но мне теперь нужно заглянуть к директору. Адамыч как раз подорвался с места, начал собираться в дорогу и заказывать билеты. Надеюсь, он не забудет про свой недообед на столе? Это издевательство над приёмом пищи долго не протянет…

━─━────༺༻────━─━

Адамыч всё-таки забыл про свой «обед». Но ничего, я обо всём позаботился и наложил на его кабинет герметизирующее заклинание… После того как добавил в тарелку несколько сосисок, конечно. Ну не мог я смотреть на это безобразие!!!

И я не говорил, что заботился о самом Адамыче, верно? Хе-хе…

А Василий Павлович встретил меня озадаченным взглядом. Когда я вошёл в кабинет, он как раз закончил телефонный разговор. И мне даже не пришлось усиливать слух, чтобы понять, о чём он был.

— Соломон Адамович… — протянул директор, — отправился в срочную командировку.

— Видимо, очень срочную, — хмыкнул я, присаживаясь на диван.

— Да, — нахмурился Палыч. — И меня это беспокоит. Он наверняка что-то задумал.

— Точно задумал, — кивнул я. — Но я придумал кое-что получше, не волнуйтесь. И для начала давайте-ка отправим нескольких педагогов на курсы повышения квалификации. Думаю, они очень обрадуются такой возможности.

Я протянул директору листок со списком имён, которые мне выдал Веня. Это были все приспешники Адамыча, кроме самого Бледной Рожи и физрука Сёмы, который до сих пор находился в больнице.

Но о нём я позабочусь и так. Потяну за ниточки в медицинском корпусе, пропишу через Марину информационный детокс и запрет на использование средств связи. А чтобы не скучал, добавил трёхразовые клизмы ежедневно.

Хех, я прямо чувствую, как ему икается. Ничего, глядишь, мозги на место встанут с такой профилактикой. И дурью маяться перестанет.

Эх, мечты, мечты!

Но да ладно, перейдём к делу, которое зависит от меня в большей степени.

Палыч с сомнением ознакомился со списком и взглянул на меня.

— Что вы задумали, Сергей Викторович? — вкрадчиво произнёс он.

— Да так, — ухмыльнулся я. — Мне бесята одну интересную идейку подкинули.

Я не собирался расписывать ему всё, что придумал. Во-первых, это долго. А во-вторых, чем меньше людей знают о плане, тем надёжнее секрет.

Но в голове я представил конечную цель, улыбка стала шире. И почему-то от этого Источник директора нервно вздрогнул.

Однако затем директор собрался, ещё раз провёл глазами по списку. А потом взял ручку и напротив каждого имени вывел по одному слову и числу. А затем вернул мне листок.

— Что это? — спросил я.

— В академии дефицит преподавателей. Я не могу просто так отправить полдюжины человек в срочную командировку, Сергей Викторович. Мне нужно знать подробно, что вы задумали.

В его голосе прозвучала сталь, а взгляд стал уверенным. Может, он и не был могущественным магом, но явно был смышлёным. Возможно, куда более смышлёным, чем хотел показаться.

Что ж, видимо, придётся раскрыть перед ним все карты… Ну, почти все. Всё же интересно, что это за человек, а ссориться с ним пока смысла не вижу.

Но надеюсь, он будет записывать, потому что повторять я это не собираюсь!

━─━────༺༻────━─━

На самом деле работы было непочатый край. Платон, этот с-с… сын Мирона… отлично знал своё дело и не просто так занимал место безопасника. Потому что сделать почти всё ровно наоборот можно либо по великой случайности, либо специально.

Сначала я пробежался «по верхам», проверил убежища, склады хранения припасов, связь и журналы с отметками о прохождении инструктажей. Но быстро понял, что всё слишком запущено, а подписи в журнале вообще сделаны одним почерком, за редким исключением.

Но в любом случае у меня оставалось не так уж много времени, чтобы привести всё в порядок.

К тому же оказалось, что есть всякие нормативы и прочая тягомотина, под которую надо оформлять всю документацию и подтягивать реальное состояние академии. Иначе любая проверка разнесёт всё к едрене фене, будь я хоть трижды молодец.

Поэтому придётся перерыть кучу нормативок, выпить литры Ратного Кофе и составить план действий, чтобы каждый знал свою роль на зубок.

А чтобы получить доступ к безлимитным запасам кофе, я разместился за дальним столиком в «Сломанном сапоге», за своей любимой широкой бочкой, которая выполняла роль стола.

Громкая гитара Стрига, хохот Вальдемара и ругань Кока из кухни вперемешку с общим гвалтом посетителей — вот эта рабочая атмосфера по мне! К тому же неподалёку находилась розетка, так что ноутбук не разрядится в самый неподходящий момент.

На компьютер Веня мне загрузил отсканированные документы по части безопасности академии, которые хранились у Платона. И всякие ГОСТ-ы, СНиП-ы, постановления и вот это вот всё прочее, отчего хочется начать уборку в доме, залипнуть на потолок или рассматривать узоры на обоях, лишь бы не пришлось этим заниматься.

Но мне пришлось.

Да, я чаще привык действовать и решать проблемы сразу, но тут запущенный случай. Придётся погрузиться в сотни страниц текста. Изучать, сравнивать, сводить, замерять, сопоставлять данные с тем, что имеется в академии, высчитывать какие-то формулы из кучи приложений к приложениям к документ…

— Лена, привет! — воскликнул я.

Девушка остановилась в дверях и выглядела чуть растерянно. Затем увидела меня и посеменила между столиков. Я двинулся навстречу, взял сумочку и помог сесть за мою широкую бочку.

— Привет, Сергей, — улыбнулась девушка. — Ты сказал, что тебе нужна помощь. Что-то случилось?

— Ага, — кивнул я, поворачивая ноутбук экраном к ней. — Вот!

Лена некоторое время изучала открытые окна с документами. И с каждым разом её вздохи становились всё тяжелее и глубже. Но наконец она оторвалась от экрана и пристально посмотрела на меня.

— Я буду твоим должником! — поспешил я вставить. — Только помоги с этой хреновиной разобраться. Я больше практик, сама знаешь…

И тут глаза Лены как-то подозрительно блеснули.

— Хорошо, Сергей, — кивнула она. — Но ты действительно мой должник. И долг о-о-очень крупный!

— Как скажешь! — ухмыльнулся я.

Я уже говорил про прелести делегирования? Классная всё-таки эта штука.

Лена приняла серьёзный вид, сняла пиджак и засучила рукава. А по лёгкой, даже хищной улыбке и взбудораженному Источнику я вдруг понял, что ей эта задача жутко нравится!

Блин, а что она там про долг говорила? Кажется, меня слегка обвели вокруг пальца, хех…

Но ничего. Скоро академия будет безопаснее императорского дворца. А когда Адамыч вернётся с министерской проверкой, его будет ждать о-о-очень крупный сюрприз.

Глава 27

К воротам академии приближались два чёрных «Орла». Длинные автомобили представительского класса, на которых чаще всего рассекали чиновники и крупные начальники.

И эти «Орлы» тоже везли больших шишек. Точнее, одну большую шишку и двух засранцев-прихлебателей. А ещё пятерых высокоранговых охранников. Четверо в одной машине и один, самый сильный, находился во второй. Вместе с чиновником, Соломоном Адамычем и Платоном Миронычем.

Я наблюдал за кортежем, стоя на крыше рядом со шпилем. Как раз на его вершину я и забрался, когда впервые оказался в академии и искал дорогу до администрации.

Это самое здание со шпилем оказалось историческим. Когда-то здесь была сельская школа, села давно уже нет, а вот здание школы сохранилось, и вроде как Василь Палыч как раз учился здесь, потому и выбрал это место для основания Академии Общего Магического Образования. Это мне уже Лена поведала, пока мы разгребали всё дерьмо, оставленное Платоном Миронычем.

А вот, кстати, и сам Платон Мироныч показался. Вылез из первого «Орла», который упёрся в закрытый шлагбаум, и посеменил к будке КПП.

Выглядел он, ну, скажем, характерно: полноватый, с круглым лицом, носом-картошкой и выпяченной нижней губой, из-за которой выглядел жутко на что-то обиженным.

— Ты че творишь⁈ — прорычал он охраннику. — Совсем страх потерял⁈ Открывай давай!

— Не положено, — буркнул тот в ответ.

И это обескуражило Мироныча.

— Н… не положено? — охренел Платон. — Кому не положено… Ты чё, Петрович, белены объелся⁈ Меня узнал⁈

— Платон Мироныч, — равнодушно произнёс охранник. — Так вас я и не задерживаю. А вот машины пропустить не могу, на них пропуска нету.

— Какого, к ляду, пропуска? Открывай, не то я тебя!..

— Платон! — высунулся из окна рассерженный Соломон Адамович. — Что там происходит? Разберись сейчас же!

— Сейчас, Соломон Адамович! — нервно ответил Платон. — Сейчас всё будет!

Ага, как же. Хрен тебе. Я всем охранникам такой ликбез устроил, что они теперь правила безопасности Академии могут наизусть рассказать по пунктам. Проснувшись посреди ночи с бодуна.

Так что Петрович шлагбаум не открыл.

Ни когда Платон ему начал откровенно угрожать увольнением и даже конскими штрафами. Ни когда наружу выскочил Соломон Адамович и тоже начал верещать, кричать и грозить самыми страшными карами.

А Петрович, этот пятидесятилетний усатый мужик, спокойно попивал крепкий чай с лимоном и пропускал мимо ушей все их угрозы.

Потому что я сказал ему делать именно так.

Но затем наконец-то не вытерпел уже чиновник. Он сам показался из машины и подошёл к покрасневшим от досады завучам:

— Что здесь происходит, объясните мне уже, наконец!

Чиновник выглядел важно. Жилистый, с аристократической осанкой и острым взглядом. Однако он не стал вымещать злость или кичиться положением, а спокойно выслушал Петровича, кивнул и обратился к Соломону:

— Ну и что здесь не так?

— Но… ну… как же, — ошарашенно промямлил Адамович, — он же нас не пускает!

— Так он и не должен этого делать, — со сталью в голосе произнёс чиновник.

— Но, Александр Григорьевич, как же можно!..

— Нужно, — возразил тот. — Если вы не озаботились пропуском на территорию академии, вина лежит на вас, а не на охраннике, который выполняет свою работу.

Затем он жестом приказал своей охране выйти из машин, и скоро возле КПП стояла пятёрка облачённых в чёрные костюмы бойцов.

Что это были именно бойцы, причём с реальным опытом, видно сразу. По хмурым косматым рожам, а главный из них так и вовсе был отмечен шрамами.

Один из них осколочный, судя по уродливому «рисунку» на руке. А другой оставлен какой-то когтистой тварью. Похоже, этот верзила успел повоевать и с магами, и с монстрами. Серьёзный мужик.

— Пройдёмся пешком, — заявил чиновник. — Как раз будет возможность поближе изучить состояние Академии.

— Да-да, конечно! — закивал Адамыч.

Он окинул Мироныча злобным взглядом, но не посмел ничего сказать.

Однако затем, когда вся эта компания собралась пройти на территорию Академии, их снова остановил храбрый Петрович:

— Э, вы куда⁈ Так нельзя! — заявил он высокопоставленному чиновнику Императорского Дворца и пятерым мордоворотам, самый слабый из которых имел шестой ранг развития Источника.

На этот раз Адамыч не смог вымолвить ни слова. Он просто побледнел, начал глотать ртом воздух и нервно дёргать глазом. Платон Мироныч рядом с ним и вовсе оцепенел, словно статуя.

Даже их Источники сказали: «Ну нахер!» и едва не покинули бренные тела.

— Документы предъявите, пожалуйста, — продолжил Петрович. — Я вам пропуск временный выпишу. Можно паспорта или водительские удостоверения, например.

Боец со шрамами на мгновение выпустил угрожающую ауру, но чиновник одним движением руки его остудил и покачал головой. Мол, не надо стирать этого усатого храбреца в порошок. А вместо этого он произнёс:

— Да, конечно. Удостоверение министра подойдёт?

— Подойдёт, — буркнул Петрович. — Давайте по очереди, сейчас всё сделаю.

И сел за компьютер вбивать данные, пока Адамыч с Миронычем пытались прийти в себя и восстановить сбившееся дыхание.

— Ай, молодца! — хмыкнул я. — Ну что, Адамыч, готовься, этот день ты запомнишь надолго.

И исчез с крыши старой школы.

Однако этот Александр Григорьевич… Не думал, что увижу его здесь.

Интересно, однако, складывается.

━─━────༺༻────━─━

— Нижайше прошу прощения, Ваша Светлость, — лепетал Соломон, раболепно сгорбившись перед инспектором. — Это всё директор, уверяю! Он устроил тут такой бардак, что моя заявка наверняка до сих пор не попала куда надо.

— Полно, — отмахнулся Александр Григорьевич. — Нет худа без добра, как говорится. Мы увидели, что пропускная система у вас работает как надо.

— Да-да, конечно, — процедил Соломон. — Платон Мироныч лично инструктировал отдел охраны. Да, Платон Мироныч?

— Да-да, конечно! — закивал тот.

Его жирная рожа при этом затряслась, словно у борова. Вот же лживая скотиняка! Ну погоди, и до тебя очередь дойдёт. Я придумал такое суровое наказание, что аж от самого себя в дрожь бросает!

— Если всё остальное в таком же отличном состоянии, — продолжил чиновник, — тогда я не понимаю сути ваших претензий, Соломон Адамович. В своём заявлении вы утверждали, что безопасность Академии находится под угрозой из-за неверных решений директора.

— Всё так, всё так, — тут же оживился засранец. — Охрана на входе — это исключительно заслуга Платона Мироныча, который всеми силами пытался поддерживать порядок! Ну и моя, должен признать… Кхм. Однако ученики! Проблема в них. Они совершенно не приспособлены к экстренным ситуациям. Вот, я вам сейчас покажу!

Он ринулся к группе ребятишек, которые проходили мимо по аллее. Те узнали сварливого завуча и хотели убраться подальше, но не успели.

— Так, идите сюда! Идите! — позвал завуч.

Он взял одного из учеников за руку и повёл всю группу к проверяющему.

— Вот, Александр Григорьевич, задайте им любой вопрос, касаемый безопасности!

Чиновник тепло улыбнулся, наклонился к растерянному пацанёнку первого курса, который оказался случайной пешкой в чужой игре по пути в столовую. И пока там стыли котлеты, был вынужден тратить драгоценное время на интриги одного лысого засранца.

А запахи, идущие из столовой, я чувствовал. Сегодня подавали классику: жареную картошечку, свино-говяжьи котлетки, овощной салат, а ещё куриный курник и три вида морса на выбор.

Я, между прочим, тоже планировал отобедать и уже нацелился на облепиховый компот, когда эти «Орлы» соизволили появиться. А потом ведь будет не до обеда… У меня тут одно интересное мероприятие запланировано — очешуеть просто!

Так что я отлично понимал пацанёнка, который очень быстро сменил испуг на раздражённую злобу.

— Скажи мне, мальчик, — мягко произнёс Александр Григорьевич, — как определить, в какой стороне открыт разлом?

— А чё её определять, — буркнул пацанёнок, — откуда светит, там и открылся.

Адамыч широко раскрыл глаза, а через пару секунд решил вмешаться.

— А как ты увидишь, откуда светит⁈

— А? — пацанёнок взглянул на него исподлобья и тут же ответил. — Даже самый малый разлом светит на десять метров над собой. Ночью видно, как лампочку в темноте. Днём различить сложнее, но чаще всего видно без проблем. Тем более в оповещениях указаны приметы.

— В оповещениях? — повёл бровью Александр Григорьевич.

— Ну да, — пожал плечами пацан. — Оповещения приходят на телефон, и громкоговорители трезвонят. Если не совсем дурак, не ошибёшься.

— Эй! — возмутился один из его дружков. — Мы уже есть хотим. Можно нам уже идти?

— Да, да, конечно, дети, — выпрямился инспектор. — Идите, дети, и спасибо вам большое.

Ученики спешно покинули эту не очень приятную компанию, а Соломон Адамович некоторое время провожал их задумчивым взглядом.

Наверное, он гадал, откуда первокурсник знает такие детали. Даже не так — почему он так уверенно отвечает на вопрос, будто выучил его на зубок? Я знал ответ…

Внеурочка.

Куча дополнительных занятий после уроков! Огромное количество!

И если раньше у меня были окна между ОМБ и физрой, то все минувшие дни я гонялся по академии как сайгак, чтобы проводить инструктажи, проверки инструктажей, пересдачи инструктажей, подписания журналов о прохождении инструк…

Да Хаос его раздери! Если б через неделю Веня не собрал на коленке приложуху, по которой можно было выучить все вопросы и сдать зачёт без моего присутствия, я б скопытился к хренам.

Но самое удивительное, что некоторые преподы так работают почти на постоянке. Кое-кто был вынужден замещать отправленных в «командировку» коллег и носился, мне кажется, с таким ускорением, которое и мне не снилось.

Хорошо, что всё закончилось…

И Адамыча, кстати, выдернули из раздумий:

— Ну и что же вы? — процедил Александр Григорьевич, продолжив шагать вдоль аллеи. — По-моему, этот юноша отлично справился. Кстати, а что за оповещения, о которых он говорил?

— Оп… оповещения… — растерялся Адамыч. Но затем быстро сообразил, на кого можно скинуть проблему: — Платон Мироныч, расскажите про оповещения!

— Ну да, чего вы молчите?

Такой подставы Мироныч не ожидал. Про оповещения ни он, ни Адамыч ничего не знали, ведь это совсем недавняя доработка.

Конечно, на районном или городском уровнях такие штуки имеются. И там даже есть общие координаты места, где открываются разломы или происходят другие чрезвычайные происшествия. Однако в масштабах самой академии такого раньше не было.

И появилось совсем недавно, когда социальная сеть, разработанная Венедиктом, заработала на каждом устройстве учеников академии.

Но вообще-то пацан сработал даже лучше, чем я ожидал. Кажется, я его помню… Он завалил пять попыток зачёта…

Чёрт, а мне дико повезло ведь!

К тому же эта система заработала совсем недавно, и на практике мы её опробовать ещё не успели. Только рассказали всем ученикам и отправили по одному тестовому оповещению для ориентировки.

Мы использовали всем знакомые приметы в качестве ориентиров. Например, вот эта старая школа со шпилем была восточным ориентиром. Ещё были здание администрации, алхимический и медицинский корпуса… Короче, места, которые знали все ученики и педагоги.

Скажешь, например, «разлом открылся в парке к югу от 'Сломанного сапога» — и сразу понятно, что туда соваться не стоит, а надо уходить в убежище в обратном направлении.

Нет, я-то, конечно, сразу туда ринусь. А то, разрази меня Хаос, монстры уничтожат «Сломанный сапог»! Но для остальных сигнал читается легко.

Однако это всё цветочки, ягодки — потом.

Адамыч уже ходил пунцовый и лихорадочно пытался найти какой-нибудь крупный изъян, чтобы тут же показать его проверяющему. Но ничего на глаза не попадалось. Теперь ему требовался огромный косяк, чтобы перекрыть отличное первое впечатление инспектора.

Но скоро он разозлился ещё сильнее, потому что навстречу вышел Василий Павлович.

— Здравствуйте, Александр Григорьевич, — воскликнул тот. — Простите, что не встретил вас. Не ожидал увидеть! Вы хотя бы весточку прислали, что хотите посетить наше скромное учреждение.

Александр Григорьевич улыбнулся и протянул директору руку.

— Ну что ж вы! Какая это была бы проверка в таком случае?

— Проверка? — наигранно удивился Палыч.

Затем он обратил внимание на своих завучей.

— Соломон Адамович, Платон Мироныч, вы тоже вернулись? Надеюсь, командировки не прошли зря и все цели достигнуты?

— Угу, — кивнул Мироныч. — Всё прошло… эм-м…

Он оглянулся на Соломона, но тот мало чем мог ему помочь.

— Всё прошло отлично, не волнуйтесь, — процедил Адамович. — Все мои цели будут достигнуты в скором времени.

— О, не сомневаюсь, — усмехнулся директор.

Александр Григорьевич наблюдал за ними с этаким снисходительным интересом. Кажется, он отлично знал о подковёрных интригах внутри академии и не слишком желал тратить на них своё время.

— Соломон Адамович, быть может, вы покажете самое вопиющее нарушение? — предложил инспектор. — Академия большая, проверить всё мы точно не успеем. Да и складывается впечатление, что это совершенно не требуется. Быть может, и недавний разлом оказался не таким уж страшным, как вы рассказывали?

Директор старательно делал вид, что не считает Адамыча крысой подколодной, но тот совсем не оставлял ему шансов:

— Знаю, знаю! Есть такой корпус, Александр Григорьевич, есть! Вы обязаны это увидеть! Обсерватория!

И чуть не подпрыгнул от радости, когда Василий Павлович изобразил растерянность и страх.

— Но обсерватория… она же, она… — забормотал он.

— Она что? — с ехидной ухмылкой спросил Адамыч.

— Она наиболее интересна… ночью! — нашёлся Палыч. — Ну что в ней смотреть днём, скажите мне, пожалуйста!

— Боюсь, до ночи я уже должен быть в столице, — покачал головой Александр Григорьевич, — так что давайте пройдём в эту обсерваторию.

— Пойдёмте скорее! — залепетал Соломон. — Поверьте, после этого все вопросы отпадут!

— Эм… ну, да, конечно, — неуверенно пробурчал директор. — Следуйте за мной.

Я шагал вдалеке и с улыбкой наблюдал, как вся эта процессия двигается в сторону обсерватории.

Пятёрка охранников ни на секунду не забывала о своей роли и сканировала окружение на предмет опасностей. Пару раз они даже чуть испугали проходивших мимо детишек, будто те могли что-либо им сделать.

Но самое забавное в этой ситуации, как я считаю, что объект их охраны, сам Александр Григорьевич, ничуть не нуждался в их услугах.

Даже самый сильный из пятёрки, этот «Шрам», ничего не смог бы противопоставить своему начальнику.

Ну да ладно, пойду встречу их в обсерватории. Хочу видеть лицо Адамовича вблизи, когда всё произойдёт.

А то я слишком долго готовился к этому дню.

━─━────༺༻────━─━

Высокие двери корпуса распахнулись и едва не ударили о стенки, когда внутрь влетел Соломон Адамович.

— Вот, полюбуйтесь! — воскликнул он. — Здесь происходит нечто… — и тут же оборвался.

Потому что встретил его не заброшенный, покрытый пылью и паутиной холл, а чистое, обжитое помещение с пышной сияющей люстрой, свисающей с потолка. И несколько учеников, которые сидели за столами, изучая атласы звёздного неба. Сейчас они удивлённо уставились на завуча и удачно загораживали меня в далёком углу.

— Нечто что? — раздражённо спросил Александр Григорьевич, перешагнув порог.

Он окинул холл взглядом и удовлетворённо кивнул.

— Замечательный корпус, должен отметить. Не уступает обсерватории в моей родной академии. Так что именно вы хотели нам показать, Соломон Адамович?

Платон Мироныч тоже вошёл в обсерваторию и удивлённо уставился в сводчатый потолок. Поначалу он боялся заходить, но теперь просто ничего не понимал и распахнул жирную ряху.

А вот я еле сдерживал злобное хихикание, пока держал брошюру по созвездиям, чтобы прикрыть голову.

Маскировка уровня «Ставр», прошу заметить!

И всё же брошюрку я успел немного пролистать. И задаться серьёзными вопросами.

Вот почему «Большая Медведица» так называется? Кто вообще придумал это название?

Он медведя хоть раз в жизни видел⁉ Да это же просто ковш! Почему не назвать его «Ковш»?

А про «Льва» и «Рысь» я и вовсе молчу. Это ж сколько перебродившего квасу надо выдуть, чтобы назвать так бедные созвездия?

Но эти философские вопросы оставим на потом. Меня сейчас больше привлекала картина обескураженного Соломона Адамовича.

Есть такая компьютерная игра, где подросток доводит до точки кипения своего сварливого соседа, устраивая всякие ловушки, каверзы и издевательства. И сейчас я чувствую себя этим пацаном, который планомерно доводит до истерики Адамыча.

У него уже дёргался глаз, Источник остервенело метался в груди, а магия пульсировала по всему телу, грозя выйти из-под контроля.

Будь сейчас такой же индикатор, как в игре, он держался бы почти на самом высоком уровне. Ещё немного, и пар из ушей пойдёт, хе-хе.

— Спасибо за похвалу, — выступил директор. — Дело в том, что мы совсем недавно провели ремонт. Но ещё не до конца его закончили. Кое-где нужно подштукатурить, в пару кабинетов проводка не проведена. А в башне на реставрации перила лестницы, ведущей на обзорный этаж с застеклённой крышей.

— Не беспокойтесь, Василий Павлович, — успокоил его инспектор. — Я здесь не в качестве надзора по строительству выступаю. Меня интересует только безопасность учеников. Кстати говоря, без перил лестница кажется весьма небезопасной…

— Вход заблокирован! — кивнул директор. — И на всякий случай под блокирующее заклинание. Решили подстраховаться, это ведь дети. Сами понимаете.

Александр Григорьевич с улыбкой кивнул. Но тут же, заикаясь, начал приходить в себя Адамыч:

— Тут же… как же… всё должно быть в заклинаниях! Монстр Обсерватории! Жуткая тварь!..

— Монстр обсерватории? — нахмурился Александр Григорьевич. — Заклинания?

Он вопросительно посмотрел на Шрама, и тот покачал головой.

Похоже, главный из телохранителей обладал даром сенсора. Он мог в какой-то мере определять источники магии, их силу, направление магических потоков и всё такое прочее. Почти так же хорошо, как это делаю я.

Но заклинания все уже давно сняты, а я замаскировал свой Источник, и пока что на меня никто не обратил внимания.

— Башня! — не сдавался Адамыч. — Точно, башня! Его логово там! Давайте скорее проверим!..

Но тут его прервал сигнал тревоги — два коротких гудка сирены, которые обозначали салатовый уровень опасности.

Ученики за столами забеспокоились, начали переглядываться, но затем быстро достали телефоны и увидели там оповещение о раскрытом разломе.

Я тоже такое получил:

«ВНИМАНИЕ!!! ЧП! Открыт разлом. Ориентиры: северный парк, в двухстах метрах от математического корпуса. Уровень угрозы: салатовый. Всем немедленно приступить…»

Я усмехнулся и заблокировал экран.

Затем вдруг поймал на себе недолгий взгляд Александра Григорьевича. Он не подал виду, но точно меня узнал.

Что ж, проверка — это хорошо. Вот только мне нужны реальные результаты, и главным проверяльщиком тут буду я сам, а не министерский инспектор.

Я хочу убедиться, что академия справится с внезапной угрозой. Так что либо Адамыч останется с носом, либо он прав и я не справился со своей задачей.

Вот и посмотрим, кто кого.

— Быстрее, Александр Григорьевич! Я отведу вас в убежище! — засуетился Адамыч.

Повсюду в академии звучала сирена. Два коротких гудка, не переставая, заполняли воздух.

Те несколько учеников, что сидели в холле обсерватории, немного взволнованно направились к двери, ведущей в убежище под обсерваторией.

Это было правильно. В отличие от Криворогов, среди тварей салатового уровня опасности нет таких, что способны превратить целое здание в руины и запереть их под землёй.

Но даже если это и случится, запасов теперь там хватит минимум на две недели при полной загрузке. А за это время службы спасения в любом случае вызволят их наружу.

— Подождите, Соломон Адамович, — совершенно спокойно произнёс инспектор. — Это отличная возможность посмотреть уровень подготовки учеников и преподавателей. Думаю, после такого я смогу сделать самые полные выводы по вашему заявлению.

Ни Александр Григорьевич, ни его охранники ни на миг не заволновались. Я заметил, как инспектор переглядывается со своим сенсором, и тот подтверждает, что угрозы для них нет.

Ну а мне надоело сидеть в тени, поэтому я встал из-за стола и направился к делегации.

— Сергей Викторович! — наигранно воскликнул директор. — И вы здесь?

Василий Палыч тоже вёл себя спокойно. В отличие от Адамыча, в котором смешались страх перед реальной угрозой и предвкушение близкой победы.

Он обосрался, но торжествовал.

А вот Платон Мироныч как-то изменился в лице. Он, наоборот, сосредоточился, хотя всё ещё размышлял, как стоит поступить. И после мучительных раздумий выступил вперёд:

— Господа, давайте-ка займёмся угрозой! Дети могут быть в опасности, а у нас тут собралось много боевых магов!

Ого, а он сделал правильный выбор!

Решил в первую очередь подстраховать учеников, да? Рвение похвальное, тут ничего не скажешь.

Вот только запоздалое. Помилование с моей стороны ему не видать. Разве что небольшое смягчение приговора.

Однако на его предложение мне пришлось возразить:

— Господа, — улыбнулся я. — Давайте для начала посмотрим, понадобится ли где-то наша помощь.

— Сергей Викторович! — прорычал Соломон. — Вас никто не…

— Предлагаю подняться на башню обсерватории. Оттуда вид, прямо скажем, замечательный, — не обратил я на него никакого внимания. — Думаю, это будет занятное зрелище!

— Там же перила на реконструкции! — Адамыч только что хотел нас туда вести, но теперь вдруг воспротивился.

— Боитесь упасть? — усмехнулся я в ответ.

━─━────༺༻────━─━

Когда мы забрались на самый верх, улицы академии уже заполнились стаей Серых Псов.

Это были не самые опасные монстры, но вполне способные нанести урон, если зададутся такой целью.

Небольшие, ловкие, однако не бросаются на людей при первом их виде. Эти монстры обладают относительно развитым умом и обострённым чувством осторожности, поэтому устраивать хаос и беспорядки в месте, окружённом магами, они не станут.

Именно поэтому я выбрал этих тварей для проверки своих учеников.

— Должен отметить, ЧП не вызвало никакой паники, — произнёс Александр Григорьевич. — Похвально, похвально.

Это правда. Преподаватели действовали согласно инструкциям и в первую очередь уводили учеников в ближайшие безопасные места.

Монстры салатового уровня не угрожали подземным убежищам, однако не все находились вблизи от этих убежищ. А Серые Псы сами по себе позволяли расширить перечень безопасных мест. Они не могли прыгать по стенам, летать, крушить и всё такое прочее. Однако отличались скоростью и ловкостью.

Поэтому в первую очередь были заблокированы двери в зданиях и окна на первых этажах. Преподаватели и сторожи обозначали места сбора для учеников, которые находились сейчас на улицах академии и использовали громкие магические снаряды, чтобы отвлечь монстров.

Я смотрел на это и широко улыбался.

Столько трудов и бессонных ночей, столько прочитанных страниц и выпитого кофе, чтобы новая система заработала как часы!

А ещё рядом стоял пунцовый завуч, который наблюдал за всем так, словно мир вокруг обсерватории сейчас погружался в Хаос.

— Соломон Адамович, — позвал я. — Вы чем-то недовольны? Есть какие-то замечания?

Инспектор, директор и Мироныч разом обернулись на завуча. Тому пришлось нацепить улыбку и процедить в ответ:

— Нет, Сергей Викторович, что вы…. Всё происходит просто… отлично, — последнее слово он прямо выдавил через силу. — Однако я всё равно беспокоюсь за наших учеников.

— Похвально, похвально, — кивнул Александр Григорьевич. А затем он обратился ко мне: — Кстати говоря, Сергей Викторович, нас не представили. Граф Арасов Александр Григорьевич, заместитель министра образования Империи по делам безопасности и инспекции.

— Граф Ставров Сергей Викторович, — пожал я ему руку. — Учитель ОМБ и физкультуры. А ещё классный руководитель беся… кхм, второго «Д» класса.

Адамыч смотрел на наше рукопожатие такими глазами, будто увидел настоящее чудо. И оно явно повергло его в шок.

— Очень рад познакомиться, — улыбнулся заместитель министра. — Полагаю, вы тоже приложили руку к этой учебной тревоге?

Глава 28

— Уч… чебной тревоге? — удивился Соломон.

— Вы догадались? — ухмыльнулся я.

— Это было не сложно, — отмахнулся Александр. — К тому же среди моих охранников есть отличный сенсор. Он сразу понял, что никакого разлома поблизости нет.

— Как нет⁈ — ахнул Соломон Адамович. — А как же вот это!

Он указал в сторону парка, над которым поднималось слабое свечение.

— Стандартные прожектора, имитирующие свет разлома, — пожал я плечами. — Они у нас на складе как раз пылились. Вы разве не знали, Соломон Адамович?

— Я не заведую складами, — проворчал он в ответ.

— Да-да, они были, — закивал Платон Мироныч. — Правда, я думал, что они сломаны.

— О, да там всего пару контактов пришлось заменить, — отмахнулся я. — Ремонта на полчаса, не знаю, почему вы так долго тянули.

Платон поджал губы и опустил взгляд, Соломон лихорадочно пытался придумать, что ему делать, а я наслаждался моментом.

На глазах этих двух гадов прямо сейчас рушился грандиозный план. Подставить директора академии, занять его место, получить бабки и развалить учреждение.

Более того, они ввели в заблуждение целого заместителя министра безопасности империи и притащили его посмотреть, как здесь всё хреново. А вместо этого наглядно видели, что академия вполне способна справиться с ЧП.

Однако затем произошло то, чего не ожидал я сам.

Раздался истошный крик.

Мы все резко обернулись в его сторону и увидели, как стая Серых Псов загоняет двух учениц в тупик между выступающими корпусами учебного здания.

Отлично знакомых мне учениц, между прочим.

— Елизарова! Рыжова! — прорычал я. — Какого ляда вы там делаете⁈

— Это, надо понимать, в ваш план не входило? — посерьёзнел Александр Григорьевич.

— Вот! — Соломон тут же ринулся тянуть за соломинку. — Вот к чему привели ваши эксперименты! Ученики в опасности! Они сейчас!..

— Умолкни, — рыкнул я. — Ты, со шрамом, стой на месте!

Завуч захлебнулся собственными словами, но заткнулся. А главный охранник инспектора ощерился в ответ на такую дерзость, но Арасов взглядом приказал ему не реагировать, и верзила промолчал.

Сам же граф спросил:

— Что происходит, Сергей Викторович?

— Кажется… — протянул я, — мои бесята зарабатывают внеплановые отработки. Вы только поглядите на этих засранцев!

— А они же в опасности! — снова попытался рыпнуться Адамыч.

И по его голосу и выражению лица не было совсем понятно, он рад, взволнован или беспокоится за сохранность детей.

— Интересно, — ухмыльнулся Александр. — И кто же их такому научил?

— Да о чём вы говорите⁈ — воскликнул Платон Мироныч. — Учеников же сейчас!.. А? Что это такое?

— Это ловля на живца, — сказал я и снова посмотрел в сторону тупика.

Стая загоняла девчонок всё глубже в тупик, но тут из окна на втором этаже показался… Саня, конечно!

Ну кто, блин, ещё мог там оказаться! Зуб даю, это его идея.

В тупике уже собралась почти вся стая Серых Псов. Громкие звуки привлекают этих тварей. Громкие звуки и беззащитные жертвы.

Анжела с Алисой сейчас выглядели именно так — просто приходи и бери.

От такого даже осторожные Серые Псы не смогут отказаться.

Только вот когда стая забралась в тупик между корпусами, из окна на втором этаже показалась взъерошенная морда Сани Савельева.

— Ну, засранец, — прорычал я.

— О чём вы⁈ Объясните уже наконец, что здесь происходит! — истерично верещал Адамыч.

Он всё пытался выйти сухим из воды, хотя промок до нитки ещё до того, как вошёл.

— Просто смотрите, — ухмыльнулся директор. — Второй «Д» умеет удивлять. Вам-то не знать, Соломон Адамович.

Завуч кряхнул от этих слов и закашлялся. Я по доброте душевной саданул ему ладонью по спине, но он почему-то едва не рухнул мордой вниз.

Зато кашлять перестал!

А тем временем мои бесята продолжали воплощать в жизнь их дерзкий план.

«Савельев, давай быстрее!» — уже без тени прежнего страха, но с заметным волнением проворчала Анжела.

И Саня в тот же момент прыгнул через окно, на воздушной подушке приземлился между двумя одноклассницами, подхватил их за талии и также быстро прыгнул обратно в окно, оставив Серых Псов только хлопать их маленькими чёрными глазками.

Затем снаружи показались мои бесята.

«Давай, давай, быстрее!» — Антон подгонял их в тыл стаи.

Монстры почувствовали подставу и уже было ринулись прочь, но путь им загородил залп огненных шаров.

— Серые Псы боятся огня, — с улыбкой протянул Александр.

— Да, — кивнул я. — И даже небольшие огненные шары способны задержать их на некоторое время.

Правда, время это очень уж недолгое. Как только твари поймут, что это слабая магия, не достигшая даже первого ранга, и разве что опалит их шерсть, озлобленные монстры ринутся на своих обидчиков.

Они как раз собирались это сделать, но тут прямо на их пути вдруг выросла толстая стена льда. А окна на втором этаже распахнулись, там показались остальные бесята, и на тварей посыпалось ещё больше огненных шаров вперемешку с редкими разрядами электричества.

Несколько тварей попытались забраться на ледяную стену, но соскальзывали вниз. А с другой стороны несколько бесят возводили уже каменную стену, чтобы надёжно запереть стаю в тупике.

Это требовало времени. Земляная магия в их руках была очень неторопливой, поэтому стена росла медленно. Но водники подстраховывали и наращивали лёд, который трескался от когтей Серых Псов.

Тех монстров, что умудрялись понемногу карабкаться наверх, сбивали слабыми, но частыми залпами снарядов. Анжела с Антоном отвечали за правую и левую стены соответственно и командовали стрелками, когда требовалось сосредоточить залпы в конкретной области.

Даже Балбесы сейчас участвовали в общем деле и вовсю кошмарили монстров.

На всё прошедшее ушло пара минут, и в итоге стая Серых Псов оказалась замурована в тупике. Вожак, самый крупный из тварей, злобно зарычал. Он беспокойно оглядывался и обрывистыми рявками собирал своих сородичей, чтобы перегруппироваться.

Залпы сейчас рассеивали тварей, а для прорыва требовался сосредоточенный удар. Действительно умные монстры.

Вожак пытался поймать как можно больше снарядов на подлёте, чтобы уберечь стаю, но на самом деле они всё равно находились в отчаянном положении. Кучка второкурсников поймала их в ловушку, и пока они не выдохнутся, сбежать не выйдет.

Однако спасло Серых Псов не ловкость и не когти нескольких особей, что пытались прорыть подкоп под стеной.

А громогласный возглас Бори Юдина:

«Стойте! Сто-ойте-е! — закричал он. — Остановитесь!!!»

А когда это не возымело эффекта, он вдруг взял и сиганул через окно прямо в стаю.

— Какого хрена он делает⁈ — испугался директор.

Да и все остальные теперь выглядели встревоженными. Особенно когда вожак стаи прыгнул прямо на этого маленького засранца с разинутой пастью.

Я к тому времени уже выбил к хренам стекло в обсерватории и во весь опор мчался на выручку. Но когда оказался рядом, увидел просто невероятную картину…

— Пушистик! Не бойся, не бойся. Тебя больше не будут обижать!

Боря Юдин обнимал здоровенного Серого Пса и гладил его по холке, пока тот активно облизывал его лицо и пропеллером вилял хвостом.

— Юдин! Чтоб тебя Людмила Ивановна на факультативы записала! — А это была действительно серьёзная угроза. — Ты какого хрена вытворяешь⁈

— Это же Пушистик! — жалобно воскликнул Боря.

К тому времени рядом с нами приземлился ещё и Саня, а залпы огненных шаров и молний уже затихли.

— Блин, точно! — ахнул Савельев. — Как я его сразу-то не узнал? А что он здесь делает, Сергей Викторович?

Стая Серых Псов осторожно нас окружила, но я не чувствовал от них никакой угрозы. Скорее даже наоборот, они сейчас искали убежище и старались не отсвечивать.

Из окон на втором этаже высовывались головы бесят с любопытными взглядами. А затем шаткая каменная стена вместе с потрескавшейся ледяной рухнули, и в тупик вошли граф Арасов, директор и оба завуча.

— Что здесь происходит⁈ Живо объяснитесь! — начал возмущаться Адамович.

Он снова почувствовал угасающую надежду и с дёрганным видом принялся хвататься за призрачный шанс.

— Это, по-вашему, соблюдение всех норм безопасности, Сергей Викторович⁈ Ученик прыгнул прямо в пасть злобной твари!

— Это Пушистик! — возмутился Боря.

— Да какой ещё к чертям Пушистик⁈

— Мальчик прав, — прервал их голос Олеси Степановны.

Она как раз завернула в наш тупик вместе с группой звероловов из монстрариума. Они всё это время дежурили неподалёку, чтобы ничего непоправимого не случилось.

Но кто ж знал, что бесята решат вытворить нечто подобное?

Олеся Степановна остановилась рядом с нами и сочувствующим взглядом осмотрела стаю.

Уговорить её на такую авантюру с монстрами в академии было просто, кстати говоря. Она только обрадовалась возможности выгулять своих питомцев.

— Эти Серые Псы — питомцы нашего городского монстрариума, — объяснила Олеся Степановна. — Совместно с Сергеем Викторовичем мы решили организовать учебную тревогу без предварительного предупреждения, максимально приближенную к реальным условиям.

— Хотели посмотреть настоящее состояние безопасности академии, — пояснил я.

— А Боря числится у нас разнорабочим на полставки, — кивнула она. — И узнал одного из своих подопечных. Поэтому прыгнул, чтобы защитить.

— Да, — снова воскликнул Боря.

— Мы не ожидали, что стаю Серых Псов загонят в ловушку второкурсники, — пожала плечами Олеся Степановна.

— Пушистик хороший! — не унимался Боря.

А вот я мог догадаться, что эти бесята выкинут нечто подобное…

— Пушистик — монстр! — взвизгнул Адамыч. — А ты показал полную некомпетентность учителя ОМБ! Да тебя!…

— Разве? — повёл бровью Александр Григорьевич. — Мне кажется, совсем наоборот.

— А… а? — ахнул Адамыч. — Что вы имеете в виду, В-ваше Сиятельство?

Граф с улыбкой окинул взглядом торчащих из окон бесят и сказал:

— Эти молодые люди грамотно использовали слабости монстров, загнали их в ловушку и купировали опасность. Кто знает, что могли бы натворить Серые Псы, не будь это питомцы монстрариума! До приезда службы быстрого реагирования может случиться что угодно.

— А вот, кстати, и они, — обернулся я.

Снаружи послышались звуки приближающихся машин. Несколько бронированных внедорожников на полной скорости мчались к обозначенным координатам расположения монстров.

Они затормозили напротив нашего тупика, и через пару секунд наружу высыпался целый отряд вооружённых бойцов.

— Так что единственные вопросы, Соломон Адамович, у меня возникают к вам, — стальным голосом произнёс инспектор. — Вы сообщили, что состояние безопасности академии находится в крайне плачевном состоянии. И отняли целый день моего рабочего времени, чтобы… Что? Убедиться в обратном?

С каждым его словом лицо завуча становилось всё бледнее и бледнее. А в глазах рос такой ужас, что они грозили выскочить из орбит.

— Я… но… я же… — заикался он, пытаясь найти оправдание.

А затем вдруг крякнул, схватился за сердце и плашмя плюхнулся прямо на землю.

— Соломон Адамович! — воскликнул Платон и кинулся к нему.

Но оказался таким неловким, что случайно надавил коленом на грудь, и Адамыч вновь распахнул глаза, вздёрнул руки и ноги, словно надувная кукла.

— Ка-а-а! — вырвалось у него из разинутого рта, словно свист воздуха из пробоины на резиновой лодке.

Ну, считай в сознание привёл… Тоже неплохо.

А затем вокруг раздался гулкий смех. По нарастающей, сначала в две-три глотки, а затем весь класс захохотал. И особенно громко смеялся Саня Савельев.

— Парик! У него парик! — воскликнул он, показывая пальцем.

От натуги с завуча слетел парик, обнажив покрасневшую лысину.

— Думаю, ему потребуется помощь, — хмыкнул я.

Блин, хотел заставить его рыдать перед всей академией, но вышло вот так. Ну, в принципе, это тоже ничего. И ребята вон повеселились.

— Пришвин! — окликнул я ржущего Максима. — Сойдёт?

Он не сразу понял, о чём речь, а вот Денис Островский сообразил быстрее и ответил за него:

— Да, Сергей Викторович! Сойдёт!

Но это было не наше с ним сближение, а борьба с Пришвиным за лидерство среди умников. Пацаны до сих пор соревновались, у кого яй… кхм, мозги светлее.

— Что сойдёт? — поинтересовался Василий Павлович.

— Да так, не берите в голову, — отмахнулся я. — Лучше вызовите Марину, она быстро поправит здоровье нашего дорогого завуча.

Но при этих словах занервничал уже директор.

— А может, вы ей позвоните? — спросил он. — Я слышал, вы нашли с ней общий язык…

— Сергей Викторович, — прервал наш разговор граф Арасов, — можно вас на пару минут?

Директор напрягся ещё сильнее. Мы переглянулись, и пожал плечами.

— Марина не такая уж и страшная, Василь Палыч. Не бойтесь её.

— Я не!.. Кхм, — взъерошился он. — Идите, Сергей Викторович. Не стоит заставлять ждать Его Светлость! Я обо всём позабочусь

Хех, придётся ему самому иметь дело с девятиранговой лекаркой. И почему-то он нервно барабанил пальцами по карману, где лежал телефон, но не решался его достать. Того глядишь, Адамыч окочурится, пока он тут собирается с духом…

Хотя, может, в этом и заключается план?

Мы с графом вышли на дорогу и сели в подъехавший «Орёл». Видимо, автомобили наконец-то пропустили на территорию академии.

Захлопнув за собой дверцу, я обернулся в сторону графа и широко улыбнулся.

— Ну, здорово, Санчо! Так вот куда ты запропал, а? — я сбросил весь официоз, ведь мы остались наедине.

— Здравствуй, Ставр. — Он нарочито сдержал улыбку. — Может, наконец объяснишь, что ты забыл в этой академии?

━─━────༺༻────━─━

Спецотряд гвардии Его Императорского Величества формировался из перспективных молодых магов, необременённых семейным положением и ответственностью перед собственным родом.

Попросту говоря, это были сироты, уникальные простолюдины с проклюнувшимся даром, бастарды или последние отпрыски благородных семей.

Александр Арасов был из числа последних.

Молодой гений, род которого обеднел ещё при его деде, а при отце почти прервался. Таких было много после взрыва промышленной и техногенной революций. Тех, кто не смог совладать с переменами.

И на самом деле род Арасовых прервался бы, не пробудись у Александра Григорьевича, или как мы все его звали — Санчо — особого дара.

Очень уникального особого дара. Такого, что обычно не слишком ценится в боевых подразделениях.

Он умел считывать эмоциональное состояние людей.

Чем-то это походило на то, как я определял эмоции других по реакции их Источников. Но у Санчо получалось даже лучше моего, ведь магия не всегда сходится с внутренним состоянием. Сильные маги способны контролировать себя.

Так что Санчо взяли в спецотряд в качестве мастера по допросам в полевых условиях.

Когда проникаешь в тыл противника, ну или вероятного противника, нужно быстро поймать языка, допросить его, получить информацию, прикончить и свалить, пока тебя не обнаружили. Причём допрос должен быть как можно тише и незаметнее. И в таких ситуациях в дело вступал Санчо.

Ну ещё он по понятным причинам мог клеить мамзелей пачками, чем активно пользовался.

Засранец.

Однако его очень беспокоил запрет создания семьи. Он хотел возродить род Арасовых и преумножить его. И по особому разрешению, за отличительные заслуги, ему позволили выйти из состава спецотряда ради этого благородного дела.

Не без моей помощи, честно говоря. Но он об этом не в курсе.

— Слышал про командира? — спросил я, сбросив улыбку.

— Да, — кивнул он. — Соболезную. Вы были с ним особенно близки.

— О, не стоит! Этот засранец оставил мне в наследство ту ещё головоломку!

Санчо ухмыльнулся и кивнул.

— Это на него похоже… Полагаю, головоломка связана с этой академией?

— Ты всегда был особенно догадлив, — хмыкнул я.

— Не знаю, что там тебе загадал командир, — серьёзно произнёс Санчо, — но ты вписался в серьёзную игру, дружище. Очень многие хотят, чтобы эта академия перестала существовать. По крайней мере, в том виде, в котором она есть сейчас. И этот хлыщ Соломон Адамович явно играет на их стороне.

— Да я в курсе, — улыбнулся я. — И мне, если честно, как-то насрать.

Санчо глубоко вздохнул и устало помассировал переносицу.

— И почему я не удивлён? Ты даже с императором разговаривал на равных.

— Алексеич классный чувак! — осклабился я.

Санчо немного скривился, когда я так панибратски назвал Его Императорское Величество, Государя Всероссийского, Великого князя… Ну там короче такой длинный титул, что он сам наверняка не помнит его наизусть.

— Я не смогу долго прикрывать тебя и академию, Ставр, — серьёзно произнёс Санчо. — Сегодня повезло, что мне удалось выбить эту командировку. Но в другой раз может приехать кто-то… с другими взглядами.

— Санчо! — воскликнул я. — Да пусть хоть сам министр прикатывает! Мне всё равно кого обламывать.

— Да я знаю, — проворчал важный замминистра. — Но прошу, будь осторожен! Эту программу хотят закрыть очень влиятельные люди.

— Но тогда им придётся закатать губу, — ухмыльнулся я.

Санчо снова глубоко вздохнул, покачал головой, а затем опять заговорил:

— Я знаю, что в долгу перед тобой, Ставр… Да, я в курсе, что ты тогда замолвил за меня слово, не удивляйся.

— Почему-то я и не удивлён.

— Я сделаю что могу, — заявил Санчо. — Постараюсь выиграть вам время… И предупрежу тебя кое о чём.

Он принял серьёзный вид. Даже серьёзнее, чем раньше.

Явно нагнетал атмосферу.

— Дело в том, что терпение этих засранцев лопается, — сказал он. — Академия должна показать серьёзные результаты на ежегодной олимпиаде, или программу закроют. И ни я, ни даже твоя дружба с императором не смогут помешать этому.

На этот раз замолчал я. Но не из-за каких-то таинственных и влиятельных противников, которых придётся обломать.

Просто вдруг осознал одну важную вещь…

Я очень не хочу, чтобы эта академия перестала существовать.

— Спасибо, Санчо, — ответил я после недолгой паузы. — Дай нам время подготовиться, и даже сам Алексеич не сможет прикрыть нашу лавочку.

Санчо улыбнулся и кивнул. А затем нахмурился.

— Слушай… может, всё-таки расскажешь, что за головоломку дал тебе командир? Я ж теперь заснуть не смогу, если не узнаю!

Я нацепил серьёзную мину и взглянул ему в глаза.

Некоторое время мы мерили друг друга взглядами, а затем я вкрадчиво, почти шёпотом произнёс:

— Санчо… я могу сказать тебе только одно…

Он внемлил каждому моему слову и даже слегка наклонился, желая узнать тайну. А я специально замолчал. Почувствовал, как он пытается проверить мой эмоциональный фон и как разбивается его дар о выставленный барьер.

— Ну не томи, Ставр, — прошептал он.

— Я могу сказать тебе только одно слово, Санчо. Слушай внимательно…

Он нервно сглотнул.

— «Усыпин».

— Чё?

— Снотворное! Хорошее и стоит копейки. Работает безотказно! И в любой аптеке…

— Ставр! — рявкнул он. — Да чтоб тебя!

— Бывай, дружище! — Я похлопал его по плечу и открыл дверцу, но прежде, чем выйти, добавил: — А если что, у меня есть знакомая лекарка. Она может посоветовать что-нибудь для твоего маленького Санчика. Ты же всё рвался род восстанавливать, но вместо этого гоняешь по инспекциям.

— Ставр!!! — гаркнул он, оглядевшись в сторону водителя. — Иди ты!.. Отсюда!

— Иду, иду, — прервал я его. — Бывай, Санчо, и спасибо за инфу.

Я вышел из машины и, широко улыбаясь, пошагал по дороге прямо туда, где столпились мои бесята. Они о чём-то шушукались, но я не стал подслушивать. Всё-таки есть грань между разведкой и обыкновенной слежкой.

Но когда я подошёл к ним, они вдруг остановились и встретили меня с такими заговорщицкими ухмылками, что пожалел о своём решении.

— Что вы задумали, бесята? — прищурился я.

— Сергей Викторович, — выступил Саня, — у нас тут для вас… ну, то есть…

На выручку выскочил Боря и вытянул перед собой здоровенную конусообразную палку с круглой гардой, как у меча.

— Указка! — заявил он.

— Указка? — удивился я.

— Ага, — кивнул Боря. — Из рога Криворога. У Коржика недавно рога отпали, представляете? Ну мы и сделали…

— Возьмите, это вам! — присоединилась Анжела.

— За всё! — с серьёзным лицом добавил Антон.

Я, честно говоря, не нашёлся что ответить.

В груди одновременно потеплело и забурлило. Источник вдруг начал вырываться из-под контроля, хотя такого не случалось ещё с прошлой жизни.

Я взял в руки эту длинную штуковину, явно сделанную собственными руками. Чуть кривоватую, конечно… Но от этого она почему-то казалась бесценной.

И тупо уставился на неё, не в силах вымолвить ни слова.

— Сергей Викторович, — осторожно спросил Боря, — вам что, не нравится?

— А? — этот вопрос почему-то застал меня врасплох, и впервые за очень долгое время я оказался в растерянности.

Но на выручку вдруг подоспела Лена.

Она подкралась сзади и приобняла меня за плечи. А затем ласково сказала ребятишкам:

— Сергей Викторович очень вам благодарен, видите? Он даже слов не может найти. А зная его острый язык, могу сказать, что вы поразили его в самое сердце. Правда, Сергей Викторович?

— А? А! — очнулся я. — Да, это очень круто!

Я провёл пальцем от рукояти до самого кончика этой указки, словно пробовал на остроту искусно выкованный меч. А затем вдруг ухмыльнулся и перевёл взгляд на своих бесят.

— Наконец-то мне будет чем вас гонять! Ха-ха-ха-ха! Готовьте свои шилоприводные жопки!

Ребята сначала насторожились, но быстро уловили, что я шучу, и все дружно засмеялись.

Или не шучу?..

Лена, конечно, бросила в меня укорительный взгляд, но затем тоже улыбнулась.

А я смотрел на этих ребятишек, вспоминал слова Санчо и твёрдо для себя решил, что теперь у меня в этой академии появилась ещё одна основная задача.

Я никому не позволю закрыть академию. Пусть этого желает даже сам Хаос!

— Сергей Викторович, — голос директора из-за спины вырвал меня из благих размышлений.

Он пытался подкрасться незаметно, но вышло так себе. Сюрприз не удался!

Я обернулся и прищурился. А директор хитро улыбнулся и сказал:

— Вы отлично провернули демонстрацию! А теперь это предстоит объяснить родителям… особенно спонсорам… некоторые уже на взводе… осуждают ваши методы преподавания.

— Дайте угадаю! Хотят меня уволить?

— А еще лишить лицензии! Но вы же с этим справитесь?

Хитро-хитро… Особенно с учётом того, что у меня нет лицензии. И директор об этом отлично знает.

— Конечно! Готовьтесь, Василий Павлович. Теперь нам предстоит особая демонстрация безопасности, еще и для родителей, — осклабился я.

Улыбка резко исчезла с лица директора. Кажется, он понял — в этот раз Серыми Псами академия не отделается!

━─━────༺༻────━─━

Вот и закончился первый том, дорогие друзья! Спасибо за ваши комментарии и оценки, мы рады видеть такой отклик (и уже закупили новую партию кофе, хе-хе… хе…).

Но история продолжается, и второй том уже стартовал.

Читайте по ссылке: https://author.today/reader/500453

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Учитель Особого Назначения. Том 1

Content

Учитель Особого Назначения. Том 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Nota bene